Глава 40
Джейк
Нет сомнений, что «Души» ждали нас, поэтому мы знаем, что пришли в нужное место, когда они открывают нам ворота. Может быть, они и не ждут драки, но мы, чёрт возьми, готовы к ней.
Они забрали одного из наших. Не имеет значения, лишат меня моей доли или нет. Это решение не было объявлено официально, пока не было собрания в церкви, и независимо от того, считают ли они меня членом или нет, о Скайлар всегда будут заботиться, пока есть Хантер. «Души» облажались, забрав её.
Когда мы въезжаем на байках, их охранники остаются вооруженными, но расслабленными. Они не целятся в нас, только наблюдают за нами, когда впускают на свою территорию. Если бы нам не были рады, мы бы не въехали в открытые ворота.
— Они знают, что облажались, — говорит нам Мейсон, когда мы подъезжаем к клубу. — Скорее всего, она невредима.
— Лучше бы так и было, — рычит Хантер.
— Позволь мне говорить, — предупреждает Мейсон. — Мы прольём немного грёбаной крови, если понадобится, но нет никакой необходимости стрелять из долбаных пушек, если это просто недоразумение. Мы на их территории.
— И у них то, что принадлежит мне, — напоминаю я ему с рычанием, горя желанием преподать этим мудакам урок.
Хантер открывает рот, без сомнения, чтобы сказать, что Скайлар не принадлежит мне, когда дверь клуба открывается. Дин, президент «Душ», выходит вместе со Скайлар. Я вижу, как он крепче сжимает её руку, и вытаскиваю пистолет, целясь ему в голову.
— У тебя есть три грёбаные секунды, чтобы отпустить её, — предупреждаю я его низким голосом. Я не шучу, и он это прекрасно знает.
— Джейк! — Мейсон предупреждает меня, но я не обращаю на него внимания.
Я уже потерял своё место в этом клубе, так что он ничем не может мне угрожать или напугать. Дин ослабляет хватку, шепчет что-то Скайлар, и я чертовски потрясён, когда она не отходит от него.
— Я отозвал коллектора от твоей старухи и твоей сестры, — признается он и указывает на Хантера. — Тебе это известно.
— И я, бл*дь, у тебя в долгу за это. Но официально долг не объявлен погашенным.
— Пока нет, но обещаю, что сделаю это. Ты также знаешь, что я отозвал своего коллектора, — напоминает он Хантеру, и тот кивает. — Парень-профессионал, поэтому не остановился, пока не собрал деньги или их эквивалент. Вот почему твоя сестра здесь. Как видите, она цела и невредима.
Он подталкивает Скайлар ко мне, и только тогда она бежит в мою сторону. Я опускаю пистолет и обнимаю её, мягкие губы девушки прижимаются к моей щеке и шее, но мои глаза не отрываются от Дина. Теперь я понимаю, почему она не хотела отходить от него, пока не узнает, что я не разнесу ему башку из-за какого-то недоразумения. У моей девочки доброе сердце.
— Дон, таксист, сейчас у него, — шепчет она мне, и я смотрю на неё сверху вниз. — У него парень, который меня похитил.
— Мудак, который её схватил, у тебя? — спрашивает Джейк.
— В знак доброй воли и для того, чтобы у нас не было никаких претензий друг к другу, мы позволим вам решить его судьбу.
— Отведи нас к нему, — требует Хантер.
Я наклоняюсь и целую Скайлар в лоб.
— Оставайся здесь с Дэшем.
Она тут же отрицательно качает головой.
— Скайлар, тебе не нужно быть там, когда мы встретимся с ним, — говорю я, поглаживая её по щеке. — Обещаю, он больше никогда не причинит тебе вреда.
— Мне нужно это увидеть. Всё это. Неважно, насколько это ужасно или страшно. Это часть того, кто ты сейчас, и я сказала тебе, что приняла всё это. Если это часть тебя, то и часть меня тоже.
— Но только не это, — я отрицательно качаю головой. — Тебе нельзя участвовать в этом. Оставайся с Дэшем, как я и сказал. Я люблю тебя.
— Я тоже тебя люблю.
Я прижимаюсь губами к её губам на короткое мгновение, а затем говорю Дэшу остаться с ней, прежде чем присоединиться к остальным, пока Дин ведёт нас в подвал клуба. Водитель, которого часто вызывала Скайлар связан и с кляпом во рту, его запястья скованы наручниками и пристёгнуты к мясному крюку, прикрепленному к потолку. Его ноги едва волочатся по полу, и я знаю, что это положение должно быть мучительным.
— Мы договорились? — спрашивает Дин, многозначительно глядя на нас с Хантером.
— Да, мы договорились, — отвечает Хантер, и я киваю.
Над ним уже поработали, без сомнения, кто-то из людей Дина, но он жив. Хантер срывает клейкую ленту с его рта, и мужчина мгновенно начинает изрыгать множество ругательств. Он пытается объяснить, что просто выполнял свою работу.
— Работа была отменена! — кричит ему Хантер.
Дин объяснил, что этот человек угрожал забрать Скайлар, если ему не заплатят. Очевидно, это его принцип. Если работа идёт плохо, он продает девушек другим покупателям. Так или иначе, ему платят. Он притворяется дружелюбным водителем, но на самом деле он больной ублюдок.
— А она хорошенькая, правда? — смеётся он. — Ты когда-нибудь думал о том, чтобы трахнуть свою сестру?
Хантер бьёт его в живот, и тот кашляет, его ботинки скребут по полу. Хантер наносит ещё несколько ударов, вымещая своё разочарование на человеке, который забрал его сестру, прежде чем отступить, его костяшки пальцев окровавлены.
Дон сплевывает кровь на пол, его дыхание вырывается натужными хрипами.
— На всякий случай у меня уже был покупатель, — сообщает он. — Думаю, ему придётся довольствоваться одной из моих девушек. У меня всегда есть покупатели, и у меня всегда есть девушки. У меня много других девушек.
— Другие девушки? — спрашивает его Мейсон.
Дон издаёт маниакальный смешок.
— У меня их много.
— Ты врёшь, — обвиняет Бишоп.
— Уверен?..
— К чёрту всё это, — говорю я и подхожу к нему, вонзая нож ему в живот.
Выражение его лица чертовски бесценно, когда я направляю нож вверх, от чего его внутренности вываливаются на пол, его кровь течёт на мои руки. Из дверного проема доносится громкий вздох, и я резко поворачиваюсь, чтобы увидеть Скайлар, прижимающую руку ко рту.
— Чёрт, — бормочу я и вытаскиваю нож из Дона.
Я закрываю его и засовываю в карман, не заботясь о крови, и бегу за Скайлар. Она не убегает от меня, но она чертовски быстро поднимается по лестнице и уходит из подвала.
— Скайлар! — кричу я. — Чёрт побери, Скайлар!
Я не хочу прикасаться к ней, пока не вымою руки. Лучшее, что я могу сейчас сделать, это вытереть их о джинсы, поэтому я делаю это, но всё ещё не протягиваю к ней руки.
— Я же сказал тебе держаться подальше от подвала!
— Ты убил его! — кричит она.
Я киваю.
— Да.
— Прежде чем он успел сказать тебе, где остальные девушки!
Я смущённо хмурю брови.
— Подожди, так ты злишься из-за того, что я убил его, или из-за того, что я убил его слишком быстро?
Она проводит рукой по своим тёмным волосам, расхаживая по полу в главной комнате клуба.
— А что, если бы он сказал тебе, где они? Я имею в виду, разве вы не устраиваете допросы как в фильмах и не получаете ответы от мерзавцев, прежде чем убить их?
Я слегка смеюсь, медленно приближаясь к ней.
— Это не кино, детка. Плохие парни здесь не сотрудничают.
— О Боже. Но ты всё-таки убил его. А если тебя поймают? Ты можешь попасть в тюрьму? Ты в первый раз делаешь что-то подобное? — её глаза устремляются к моим рукам и широко раскрываются. — Мы должны избавиться от улик! Тело!
— Скайлар, успокойся, — говорю я ей. — У нас есть люди, которые сделают за нас уборку. Тебе не придётся беспокоиться об этом.
— Так как, ты делал это раньше?
Я почти боюсь раскрыть ей правду, но могу сказать, что она уже знает ответ. Наконец я киваю, не уточняя, сколько раз. Ей не нужно этого знать.
— Всё в порядке, детка. Всё будет хорошо.
— Но те девушки? А как насчёт других девушек?
— Честно говоря, не знаю. Это будет зависеть от Мейсона, будет ли клуб заниматься этим или нет. Я же вышел, помнишь?
Она хмурится и подходит ко мне.
— Я всё ещё сожалею об этом.
Не раздумывая, я обнимаю её за талию, мои руки лежат на её заднице. Скайлар принимает меня, всего меня. Не знаю, почему я вообще сомневался, что она это сделает. Я нежно сжимаю мягкую женскую попку, без сомнения оставляя кровавые отпечатки ладоней на её одежде. Она, кажется, не возражает.