Рамона Грей Сварщик «Настоящие мужчины» — 4

Возрастное ограничение: 18+

Перевод: MonaBurumba

Редактура: Nikolle

Русификация обложки: Poison_Princess

Дизайн артов и коллажей: Xeksany

В книге всего 10 глав

Перевод осуществлен для группы: https://vk.com/best_hot_romance

И для сайта: http://ness-oksana.ucoz.ru/

Внимание!

Текст предназначен исключительно для ознакомительного чтения. После ознакомления с содержанием данной книги Вам следует незамедлительно ее удалить. Сохраняя данный текст, Вы несете ответственность в соответствии с законодательством. Любое коммерческое и иное использование кроме предварительного ознакомления запрещено. Публикация данных материалов не преследует за собой никакой материальной выгоды.

Все права на исходные материалы принадлежат соответствующим организациям и частным лицам.

Администрация группы, переводчики, редакторы не несут ответственности за распространение материала в сети.

Глава 1

Луна

«Ну же, у тебя есть шанс, девочка. Ты должна сказать ему».

Я хотела проигнорировать свой внутренний голос, когда здоровяк подошел к стойке. Странно было видеть его в кафе вечером. Он всегда заходил по утрам, и когда я не увидела его в привычное время, смирилась с тем, что сегодня вообще его не увижу.

Но сейчас, всего за пять минут до окончания моей смены, он входил в двери. Он был одет в свою обычную футболку и джинсы, и я восхитилась его широкой грудью, прежде чем взглянуть на его промежность. Не знаю, почему смотрела, но, черт возьми, я делала это каждый раз. Очевидно, ожидала или, может, надеялась, что у него хоть раз будет заметный стояк.

«Ага, потому что он просто не может контролировать свою реакцию на тебя».

Я вздохнула. Притворяться, что Ашер Стоукс был увлечен мной, — самая глупая вещь на свете, но я притворялась со средней школы. Однако он никогда не проявлял ко мне ни малейшего интереса, что делало то, что я собиралась ему сказать, в тысячу раз сложнее.

«Ты сама все усложнила, тебе и расплачиваться за свою ложь».

Мой внутренний голос не ошибался, но, блин, неужели это должно звучать так осуждающе?

Конечно, мне можно ничего не говорить Ашеру. Я могла бы просто сказать правду своей сестре, когда она приедет в город через три дня.

Я могла бы посмотреть ей в глаза и сказать: «Лидия, я лгала тебе последние восемь месяцев. На самом деле я не встречаюсь с Ашером Стоуксом».

В моей голове это звучало достаточно просто, но все мое тело съежилось от этой мысли. Взгляд, который она бросала на меня, самодовольная улыбка и слова: «О, Луна, я всегда это знала. Если уж Ашер не захотел меня, то тебя и подавно».

Возможно, она не ошиблась, но это не означало, что я хотела услышать такое. Я провела всю жизнь, находясь в тени своей сестры, и мне было так приятно, наконец-то, получить то, чего она всегда хотела, но никогда не имела.

Тот факт, что это одна гигантская ложь, которая, если ничего не изменится, через три дня и четыре часа раскроется, всего лишь мелкая деталь. Верно?

Теперь великан стоял передо мной, и мое тело начало трястись, как всегда, когда он был рядом. Не от страха. О нет. Несмотря на то, что он мог легко раздавить меня одной рукой размером с окорок, я никогда не чувствовала страха рядом с ним.

Дребезжащая в костях, пульсирующая в венах, сотрясающая тело похоть?

Да, с этим я знакома.

— Привет, Ашер. Как обычно? — Мой голос прозвучал пискляво. Я говорила, как Минни Маус. Здорово.

— Привет. Да, как обычно.

— Сейчас сделаю!

Его брови опустились, и он задумчиво посмотрел на меня, вытаскивая несколько банкнот из бумажника.

О черт. Я все испортила.

«Тогда не разговаривай с ним. Просто признайся своей сестре в том, что ты сделала, и покончи с этим».

— Нет!

— Прошу прощения? — Ашер растерянно посмотрел на меня, протягивая мне деньги.

О боже, я сказала это вслух. Разгладила дрожащими руками фартук, жалея, что пролила на него фраппучино после обеда.

— Хм, ничего. — Взяла у него наличные и пробила заказ, прежде чем вернуть ему сдачу. Мои пальцы коснулись его грубой ладони, и моя дрожь усилилась в десять раз. Боже, мне нужно взять под контроль свое чертово тело.

Я отвернулась, налила ему кофе темной обжарки и отнесла его на другой конец стойки, где ждал мужчина моей гребаной мечты. Я не долила напитка больше, чем обычно, но у меня не было выбора из-за того, как вибрировало мое тело. Но я все равно пролила немного горячей жидкости на его руку, когда поставила кофе.

Он издал тихое шипение, и я коснулась его руки кончиками пальцев, пытаясь, не знаю, впитать горячую жидкость своей собственной плотью, потому что это имело смысл.

— О боже, мне так жаль. Ты в порядке?

— Отлично.

Я схватила его за руку и изучила ее верхнюю часть. — Тебе нужна повязка? У нас в подсобке есть аптечка, и в ней найдется средство от ожогов.

Он отдернул руку. — Все в порядке. Я все время обжигаюсь.

Я моргнула, глядя на него. — О, э-э, верно. Извини.

Черт, я идиотка. Ашер — сварщик, и это видно по его рукам. Они были испещрены маленькими шрамами от ожогов, которые наверняка причинили гораздо большую боль, чем горячий кофе.

— Пока, — он взял свой кофе и отвернулся.

Черт, он уходит. Я должна что-то сделать, что-то сказать. — Ашер?

Он повернулся и молча посмотрел на меня.

— Эм, у тебя будет пара минут, чтобы поговорить? Вообще-то я сейчас заканчиваю, и мне нужно кое-что с тобой обсудить.

Я ждала, что он скажет «нет», ждала, что он примет за меня решение о том, буду ли я унижена перед сестрой или мне придется унижаться перед мужчиной, которого хотела большую часть своей жизни.

— Хорошо.

— Прости? — Я моргнула, уверенная, что ослышалась. «Хорошо» на некоторых языках звучит как «нет», верно?

— Я сказал «хорошо». — Он повторил, как будто я тупица, и, честно говоря, не могла его винить.

— О, отлично. Ладно, мне нужно всего десять минут. Ты не против подождать, пока сдам кассу?

Он покачал головой, и я отшатнулась от стойки. — Ладно. Здорово. Хорошо, я сейчас вернусь. Никуда не уходи! — Я рассмеялась, как пьяный осел, которого хватил удар, а затем споткнулась о коробку кофе, которую кто-то – я, это была я — оставил у стойки. Тяжело приземлилась на задницу и тут же вскочила, когда мой коллега Джефф закатил глаза, и продолжила идти.

Я подавила желание потереть задницу, когда Ашер уставился на меня. — Прости. Я, э-э, сейчас вернусь.

* * * * *

— Хорошая погода, а? — Я последовала за Ашером в парк, который находился через дорогу от кофейни «Кружки». — Я имею в виду, что для осени погода довольно теплая. Не в смысле ночью, сейчас по ночам становится холодно, но солнце...

Я замолчала. Вечно я что-то болтаю. В этом нет ничего удивительного. Я не настолько наивна, чтобы не понять, что одной из причин, по которой так много говорила, стало стремление быть замеченной. Я провела всю свою жизнь невидимкой в тени величия своей сестры. Мои собственные родители забыли меня в боулинге, когда я праздновала свое шестнадцатилетие. Конечно, у Лидии случился личный кризис, и они поспешили вернуться к ней домой.

Повзрослев, я почти научилась сдерживать словесный поток, но если нервничала, не могла унять болтовню. Нервы также ухудшали мое равновесие. Если люди не замечали меня из-за моих разговоров, они не могли не заметить меня, когда я спотыкалась, падала или что-то опрокидывала. В отличие от разговоров, я не падала нарочно. Ненавидела неловкость, ненавидела неспособность своего тела делать то, с чем у большинства людей не имелось проблем. Но ничего не могла с собой поделать. От природы я была неуклюжей, и, несмотря на мольбы моей матери ходить, как леди, смотреть, куда иду, — «Боже мой, Луна, просто иди по прямой!» — все еще ходила со всей грацией новорожденного жеребенка.

Однажды, увидев, как я споткнулась и упала на антикварный шкаф, разбив мамину Драгоценность — все коллекционные статуэтки, моя двоюродная бабушка Джулия сказала, что не может поверить, что такая крошечная вещь как я может быть такой разрушительной. Я хотела возразить, но тот факт, что стояла покрытая осколками невинных фигурок с лицами херувимов, в то время как кровь хлестала из обеих рук, эффективно доказал ее точку зрения.

— О чем ты хотела поговорить? — Ашер проигнорировал мой жалкий разговор о погоде.

— Ох, ну, видишь ли, я не знаю, знаешь ли ты это, но... о, черт!

Моя нога ударилась о корень на тропинке, или, может, это был лист или травинка. Что бы это ни было, оно заставило меня полететь вперед, и я автоматически подняла руки, чтобы защитить лицо. Только упав лицом на землю так много раз, девушка могла действительно научиться хорошо защищать себя от сломанного — трижды — носа.

К моему удивлению, я так и не ударилась о землю. Вместо этого мой живот наткнулся на сплошную массу чистых мышц. Я почти неуверенно балансировала на руке Ашера, прежде чем схватилась за нее и уставилась на него широко раскрытыми глазами. Он поймал меня. Он просто протянул руку и поймал меня, прежде чем я успела наесться грязи.

Я ждала, что он скажет мне быть осторожнее, смотреть, куда иду, но вместо этого стряхнул меня со своей руки, как назойливую муху, и ничего не сказал.

— Э-э, спасибо, — проговорила я. — Ты, хм, очень быстрый.

Он только пожал плечами, и я вскрикнула от ужаса, когда увидела его стакан с кофе на земле. Должно быть, он бросил его, когда не дал мне упасть. Крышка отскочила, и горячая жидкость вытекла на землю.

— Мне так жаль. Я куплю тебе другой.

— Не беспокойся об этом. Я не сделал тебе больно?

— Что? — Я моргнула, глядя на него. — Сделал мне больно?

— Когда поймал тебя, — сказал он немного нетерпеливо. — Я повредил тебе живот?

— Нет, я крепче, чем кажусь, — это была правда. Когда ты падаешь так же сильно и часто, как и я, очень быстро закаляешься.

Он оглядел меня с ног до головы, и по моей спине пробежала дрожь удовольствия.

— Ты не выглядишь очень крепкой.

— Я крепкая. — Согнула руку, но сквозь куртку не было видно моего бицепса, и я выглядела как идиотка. — Не похоже, но поверь, если бы на мне не было куртки, ты бы заценил мои банки.

Черт. Меня. Подери. Я бы хотела умереть прямо сейчас. Пожалуйста.

Ашер поднял брови, и я прочистила горло: — В любом случае, я хотела поговорить с тобой о...

— Подожди. Присядь. Будет менее опасно, если ты посидишь, пока мы разговариваем.

Я хотела возразить, но опять же, он не ошибся. Ходить и говорить одновременно у меня не очень получалось.

Я последовала за ним к одной из скамеек, стоявших вдоль дорожки, и села. Он занял большую часть пространства, и я подавила желание прислониться к нему. Сказать что-нибудь неприличное.

К нам подбежала женщина, ее внушительного размера грудь подпрыгивали в спортивном лифчике. Увидев нас, она притормозила и улыбнулась Ашеру.

— Привет, Эш. Как дела?

— Не могу жаловаться, Джоди. Как ты?

— Я отлично. Ты должен как-нибудь заскочить, у меня появился новый тренажер. Думаю, тебе он действительно понравится.

Джоди была совладелицей спортзала в городе. У нее тело спортсменки и сиськи порнозвезды. Я изучила впечатляющий размер женщины, прежде чем взглянуть на свою маленькую грудь. Она едва просматривалась, и я подавила желание расстегнуть молнию на куртке и выпятить грудь. Что хорошего это даст против Джоди и ее надувных шаров? Я никогда не смогла бы конкурировать с этим.

— Сейчас у меня много работы, но спасибо за предложение, — сказал Ашер.

Джоди слегка выгнула спину. Несмотря на теплый воздух, ее соски напряглись под тонким спортивным лифчиком. Черт возьми. Ее торчащие соски размером с ластики на этих гигантских новомодных карандашах. Это нормально? Мои определенно не были такими большими. Двое мужчин, которые видели мои сиськи, не жаловались, но они были хорошими парнями. Вряд ли бы они стали вслух говорить: «Эй, Луна, конечно, жаль, что твои соски не достаточно большие, чтобы стереть половину этой надписи одним движением».

О боже, я теряла самообладание. Надвигающийся крах моей жизни через три дня и три с половиной часа заставлял меня сходить с ума.

Я украдкой взглянула на Ашера. К моему удивлению, он не смотрел на Джоди и ее соски невероятных размеров. Вместо этого он изучал меня. Я покраснела и нервно улыбнулась ему, когда он сказал: — У нас личный разговор, Джоди.

Теперь настала очередь Джоди покраснеть. — О, да, конечно. Поговорим позже.

— Конечно.

Она побежала прочь, и я прочистила горло: — Э-э, спасибо.

— За что?

— За то, что заставил Джоди уйти. Я боялась, что ее соски выколют мне глаза.

Господи милосердный!

Я огляделась в поисках движущейся машины, чтобы броситься под нее, или, может быть, смертоносной белки, жаждущей человеческой плоти. В десяти футах от меня на ветке сидел бурундук, но я почти уверена, что успею умереть от унижения, прежде чем он действительно повредит мне яремную вену.

— Прости. — Я не могла смотреть ему в глаза. Нет, я не могу. На самом деле, я вообще не могу этого сделать. Это очень, очень большая ошибка, и мне просто нужно принять, что моя сестра победила. Что она всегда побеждала, и я навсегда останусь в ее тени. Это было не так уж плохо, когда действительно думала об этом.

Я встала и, спотыкаясь, двинулась вперед. — Мне нужно идти. Извини, я трачу твое время и...

— Подожди, — если бы его низкий голос не остановил меня, то его рука на моем предплечье точно. Еще одна легкая дрожь вожделения, на этот раз я почти уверена, что мои трусики намокли, и уставилась на его большую руку, когда он потянул меня обратно на скамейку. — Сядь, сделай глубокий вдох и просто скажи, что хотела.

Я села, глубоко вздохнула и начала рассказывать.

— Моя сестра приедет в город через три дня и примерно через три часа, чтобы получить ключ от города и принять участие в параде в ее честь.

— Почему они дают ей ключ от города?

Я моргнула, глядя на него. — Э-э, потому что она выиграла «Эмми». Она актриса в очень популярном телешоу. Это тот, о парамедиках, которые...

— Я не смотрю телевизор.

— Вообще?

— Не совсем.

— О. Ладно, в любом случае, она выиграла «Эмми», и весь город сходит с ума по этому поводу, и мэр дает ей ключ от города и назначает этот день «днем Лидии Дэвис», и устраивает парад.

— Какое это имеет отношение ко мне? — Его тон не был нетерпеливым, но я все равно постаралась поторопиться с рассказом.

— Когда мы учились в старшей школе, моя сестра была влюблена в тебя. Ты ведь, наверное, догадывался об этом?

Он кивнул, но ничего не сказал.

— В любом случае, ты единственный парень, которого она хотела, но не получила. Она была вроде как одержима тобой. Тот факт, что ты не только отклонил ее предложение о свидании, но и полностью игнорировал ее, сводил ее с ума. — Я сделала еще один глубокий вдох и выпалила самое главное. — Восемь месяцев назад я разговаривала по телефону со своей сестрой и сказала ей, что мы с тобой встречаемся. Она годами клялась, что никогда больше не ступит ногой в наш городок, так что я решила, что это безопасная, крошечная ложь, понимаешь? Только теперь сестра думает, что мы пара, и она будет здесь через три дня и три часа, и я хочу, чтобы ты притворился моим парнем, чтобы она не узнала, что я лгала ей все эти восемь месяцев.

У меня кончился воздух, и я откинулась на спинку скамейки. Я хотела проверить выражение лица Ашера, но была слишком смущена, поэтому просто уставилась на свои руки.

— Почему ты сказала ей, что мы встречаемся?

Не горжусь этим, но я солгала Ашеру. Я ненавидела это делать. Я не была сильна во лжи с самого начала, и ложь Ашеру, в частности, заставляла меня чувствовать себя отвратительно, но не могла сказать ему правду. И так была достаточно унижена. Если бы мужчина, который буквально не общался со мной, кроме ежедневного заказа кофе, узнал, что главная причина, по которой сказала сестре, что встречаюсь с ним, заключалась в том, что чертовски влюблена в него, я бы умерла.

Мне даже не понадобился бы бурундук с сомнительной техникой отсечения яремной вены, чтобы сделать это. Я просто умру от унижения.

— Моя сестра всегда была лучше меня. Во всем. Хотя бы раз мне захотелось быть в чем-то лучше, чем она.

Это не совсем ложь. Это часть причины, но не главная причина.

— Значит, ты выбрала отношения со мной, чтобы быть в чем-то лучше ее? — уточнил он.

— Да.

— Почему?

— Потому что ты был единственным, чего она всегда хотела и не получила. Единственный. Это раздражает ее по сей день, и она не хочет говорить об этом, но мысль о том, что мы встречаемся, сводит ее с ума. Это заставляет ее ревновать, потому что я победила, и она, э-э, очень любит соревноваться.

— А ты — нет?

— Не так, как она. Я просто… хотела иметь что-то, что она не смогла получить, понимаешь?

Боже, мой голос звучал так неубедительно.

Он некоторое время сидел молча, и я прочистила горло: — Это всего на несколько дней. Лидия не собирается оставаться после выходных. Все, о чем я прошу, — это чтобы ты провел со мной выходные. Мои родители приедут в город, так что в пятницу вечером у нас будет семейный ужин, а затем церемония вручения ключей и парад в субботу. Я заплачу за твой ужин. — Он по-прежнему ничего не говорил, и, чувствуя панику, продолжила убеждать: — На самом деле, тебе даже не нужно приходить на ужин. Мог бы ты просто, скажем, встретиться с нами за кофе, может быть, в воскресенье утром? Я скажу им, что тебе пришлось работать все остальное время. Если бы ты мог устроить одно быстрое свидание за чашечкой кофе и, э-э, не возражать, когда я говорю, что мы встречаемся, может быть, быстро чмокнуть меня в губы, чтобы мои родственники поверили в наши отношения, это все, что мне нужно. Мы даже можем притвориться, что у тебя какая-то чрезвычайная ситуация со сваркой или что-то в этом роде, и ты вынужден будешь уйти через пятнадцать минут.

Могу ли я звучать более жалко? Мы сидели в тишине почти пять минут. Я взглянула на бурундука. Он ответил мне немигающим взглядом, и я внезапно убедилась, что он понимает человеческий язык. Правда. Взгляд, которым он одарил меня, был отчасти сочувствием, а отчасти «все люди такие глупые».

Наконец, чувствуя себя нелепо и совершенно побежденной, я встала. — Прости. С моей стороны было глупо просить тебя об этом. Спасибо, что выслушали мою, э-э, мою просьбу. Я ценю это. Увидимся завтра в кофейне, и я обещаю, что не буду вести себя странно или что-то в этом роде. На самом деле, я буду покупать тебе кофе всю эту неделю, чтобы извиниться за то, что заставила выслушать мое безумие.

— Подожди. — Он обхватил мое предплечье во второй раз, и это произвело тот же эффект, что и в первый. Я тут же остановилась и бросила на него испытующий взгляд. Он пристально изучал меня, и я поежилась под его внимательным взглядом.

— Я сделаю это.

— Я... сделаешь?

— Да. При одном условии.

— Конечно, все что угодно. — Я уже представляла себе выражение лица Лидии, когда она увидит меня рука об руку с Ашером на параде. В моем воображении он был одет в смокинг и цилиндр, а я в облегающем красном платье, которое демонстрировало мое волшебно большое декольте и внезапно полные бедра. Мои веснушки исчезли, и волосы стали гладкими и ровными вместо обычных пушистых локонов.

Я вынырнула из своей маленькой фантазии, когда Ашер сказал: — Ты меня слушаешь?

— Да. Конечно. Извини. Одно условие. Выкладывай.

Ашер откинулся на спинку скамейки и посмотрел на небо, прежде чем снова взглянуть на меня. — Ты позволишь мне трахнуть тебя.

Глава 2

Ашер

У Луны отвисла челюсть, и мне пришлось очень постараться, чтобы не расстегнуть молнию и не прижать ее открытый рот к моему члену прямо там, в парке. Я был тверд и пульсировал с той минуты, как она попросила меня притвориться, что мы встречаемся. Мое сознание сразу же начало подкидывать образы обнаженной Луны, сидящей на мне верхом. Луна голая, на четвереньках. Луна голая, с широко разведенными ногами, пока я вылизываю ее. Какая она на вкус? Я бы отрубил себе правую руку, чтобы выяснить это.

От этих мыслей я почувствовал себя самым настоящим кобелем, но у меня имелись чертовы мужские потребности. И когда женщина, которая являлась главной героиней моих собственных Х-рейтинговых фантазий последние два года, сидела рядом со мной, я мог думать только своим членом.

— Ч-что ты сказал? — переспросила Луна.

— Я притворюсь твоим парнем, если ты позволишь мне трахнуть тебя.

— Прямо здесь? За нами наблюдает бурундук. — Она уставилась на бурундука, сидящего на ветке ближайшего к нам дерева, и я чуть не рассмеялся вслух.

— Не прямо здесь.

Она моргнула, глядя на меня, прежде чем сложить руки перед собой. — Верно. Конечно. Извини, ты просто... я немного сбита с толку. — Она приняла выражение моего лица за замешательство и сказала: — Это означает, что...

— Я знаю, что это значит. Я не дурак, — мой голос прозвучал резко. Я ненавидел, когда люди смотрели на меня и автоматически считали меня глупцом.

Она съежилась, и я тут же почувствовал себя виноватым. Прежде чем успел извиниться, она сказала: — Я... я не думаю, что ты дурак.

— Знаю, — мой голос все еще был слишком хриплым, но, черт возьми, я и сам чувствовал себя немного сбитым с толку. Я ожидал, что Луна откажет мне категорически. Может быть, отвесит пощечину и скажет, что я извращенец, прежде чем уйти. Но она не двигалась и не выглядела рассерженной. Больше... любопытной, может быть?

Мой член уперся в джинсы. Я вел себя нелепо. Знал, что Луна хочет меня, и это сделало мои фантазии о ней еще ярче, но была причина, по которой она никогда не приглашала меня на свидание. Такие девушки как она не хотели, чтобы их просто трахали, они хотели настоящего парня, а я не был подходящим. Отношения были последней чертовой вещью, которую я когда-либо желал. Вот почему я никогда не делал никаких шагов в сторону Луны, несмотря на мою страсть к ней. Я не мог дать ей то, что она хотела.

«Можно подумать раньше тебя это останавливало. Скольких женщин ты трахнул, которые хотели большего? А? Ты трахал их, и когда они начали требовать постоянных отношений, и ты больше не мог отвлекать их сексом, ты сбегал».

Да, я так и делал. И не чувствовал себя виноватым. Они знали, что получают, когда связывались со мной. Но по какой-то причине я не мог заставить себя сделать это с Луной. Она всегда казалась мне такой хрупкой. Ее родителям наплевать на нее — это было более чем очевидно. Если бы это было не так, разве оставили бы они ее и переехали в Калифорнию только для того, чтобы жить с ее старшей сестрой-сукой?

Я не хотел причинять ей боль, но не мог – не хотел – отказаться от своего шанса трахнуть ее, без всяких обязательств. Она нуждалась кое в чем от меня, и я хотел кое чего от нее, и это наш шанс получить именно то, чего мы оба желали.

— Почему ты хочешь, э-э, заняться со мной сексом?

Дерьмо. Она действительно обдумывала это. Я глубоко вздохнул и постарался не показать своего волнения. — Мне нравится трахаться.

— Всем нравится, — сказала она. — Вот почему в мире существует такая демографическая проблема.

Я снова чуть не рассмеялся. Я всегда старался сделать свое общение с Луной коротким. Заходил каждое утро и заказывал чашку самого худшего в мире гребаного кофе, просто чтобы услышать ее мягкий голос и увидеть ее гибкое, маленькое тело. Я ходил в бар Рена каждую среду вечером на всякий случай, что она может появиться и спеть в нелепом караоке, но почти не разговаривал с ней. Боялся, что скажу ей, что хочу трахнуть ее, если буду говорить с ней слишком долго.

«Вроде того, что ты только что сделал?»

Я проигнорировал свой внутренний голос, когда Луна спросила: — Почему я?

Я пожал плечами и постарался выглядеть непринужденно. — Почему бы и нет? Послушай, тебе нужна от меня услуга, а у меня нет свободного времени. Если хочешь, чтобы побыл твоим парнем, разве я не должен получить то, что получают парни?

— Но это не по правде. Ты только притворишься моим парнем.

— Ты попросила меня о помощи, я говорю тебе, что хочу взамен. Ты трахаешься со мной, и я притворюсь твоим парнем перед твоей семьей. Или не трахаешься и рассказываешь сестре, что лжешь ей уже восемь месяцев.

Я уже упоминал, что я мудак?

Луна облизнула нижнюю губу. — Мне нужно, хм, переспать с тобой только один раз?

Я покачал головой. — Нет. Ты соглашаешься трахаться со мной, когда я захочу.

— Навсегда? — Она уставилась на меня широко раскрытыми глазами.

На мгновение у меня возникло искушение сказать «да», прежде чем я опомнился. Я заставил себя бросить на нее насмешливый взгляд. — Вряд ли. Сегодня вечером, и если все будет хорошо, мы продолжим трахаться до того момента, пока твоя сестра не уедет в воскресенье.

— А что, если будет не хорошо? — Ее внезапный взгляд, полный опасений, заставил меня пожалеть о своем диком поведении. — Я не... я имею в виду, что у меня нет большого опыта, так что... мы можем вообще не подойти друг другу, и в этом не будет моей вины. И, по статистике, секс в первый раз между двумя людьми обычно не так уж хорош. Требуется время, чтобы узнать, что нравится и не нравится другому человеку в постели, поэтому на самом деле несправедливо основывать то, будет ли секс хорош или нет, на первом разе. Это еще труднее, потому что мы незнакомы. Я ничего не знаю о том, что тебе нравится в постели. Что, если я укушу тебя в экстазе, а тебе не понравится, когда тебя укусят? Я не могу этого знать, и кажется действительно несправедливым судить о моих любовных навыках по тому факту, что я люблю кусаться. Что, если это что-то простое, вдруг тебе не понравится то, как я целуюсь? Действительно ли это справедливый крит...

— Довольно. — Господи, ее болтовня казалась гораздо более очаровательной, чем должна быть. И, черт возьми, просто слушать, как она говорит об укусах и оргазме, может заставить мой член взорваться.

Она уставилась на меня, но не отстранилась, когда я скользнул на скамейку, пока не коснулся ее стройного тела. — Поцелуй меня.

— Ч-что?

— Поцелуй меня.

— Перед бурундуком?

Я не смог сдержать улыбку. — Да. Если мы поцелуемся и не будет химии, тогда нам не нужно будет даже пытаться трахаться.

Ее щеки покраснели от моей грубости. – Я... что, если я не хочу тебя целовать?

— Хочешь.

На этот раз она прикусила нижнюю губу. — Ты этого не знаешь.

Я наклонился, пока мои губы не оказались над ее губами. — Думаешь, я не вижу, как ты смотришь на меня, Солнышко?

— Я не понимаю, о чем ты.

— Понимаешь. Черт, каждый раз, когда я прихожу в эту кофейню, ты промокаешь насквозь. Разве это не так?

– Нет, я... Нет, такого не бывает.

— Ты и сейчас мокрая. Одна мысль о том, чтобы трахнуть меня сегодня вечером, возбуждает тебя. Твоей маленькой киске нужен член, и я дам тебе свой, пока ты не начнешь выкрикивать мое имя.

— Ты... ты слишком высокого мнения о себе.

— Это ты сказала своей семье, что мы встречаемся.

— Только потому, что моя сестра хочет тебя, и я хотела... утереть ей нос.

— Это единственная причина? Или это потому, что ты проводишь каждую ночь в своей одинокой постели, гадая, каково это — иметь меня между твоих гладких бедер. Задаваясь вопросом, буду ли я грубым или нежным.

Лизнул уголок ее рта. Она застонала, и я удовлетворенно улыбнулся, прежде чем положить руку ей на бедро и погладить его.

Я удивленно хмыкнул, когда Луна прижалась губами к моим, но быстро взял поцелуй под контроль. Скользнул рукой в ее волосы, обхватил затылок – боже, она была такой маленькой и нежной – и накрыл ее рот своим. Я надавил языком на ее губы и, когда она раздвинула их, просунул язык между ее губ. Погладил ее языком и издал низкий одобрительный рык, когда она широко открыла рот и приняла мой требовательный поцелуй.

На вкус она была такой сладкой, как я и мечтал. Другой рукой обнял ее за тонкую талию и притянул к себе на колени. Заставил ее оседлать меня, прежде чем снова крепко поцеловать. Я прижал большую руку к ее пояснице и терся членом о ее промежность, пока мы целовались. Толщина ее куртки не давала мне покоя, и я протянул руку между нами и расстегнул ее. Обхватил маленькую грудь Луны через рубашку, и она ахнула мне в рот.

Немного отстранился, а затем обхватил ее задницу обеими руками, крепко сжимая, прежде чем прижать к своему члену. Тихий стон Луны заставил мою кровь гореть.

— Ашер...

— Скажи, что хочешь, чтобы я трахнул тебя, Солнышко.

— Я хочу, чтобы ты трахнул меня. Хочу, чтобы ты трахнул меня прямо здесь.

— Перед бурундуком? Я не из таких парней.

Она уставилась на бурундука – проклятая тварь все еще наблюдала за нами — и хихикнула. Обычно хихиканье женщины действовало мне на нервы, но хихиканье Луны сделало меня почти невозможно твердым.

Я снова поцеловал ее, и на этот раз она сама потерлась о мой член.

— Пожалуйста, Эш, — простонала она. — Это причиняет мне невыносимую боль, и я...

— Луна Дэвис?

Неодобрительный голос позади нас заставил Луну вскрикнуть, и она соскочила с моих колен. Она чуть не упала лицом вниз, но я поймал ее за руку и удержал на ногах. Она застегнула куртку и уставилась на женщину в фиолетовом велюровом спортивном костюме, стоящую на дорожке.

— Миссис Уилкинс! Эм, здравствуйте, здравствуйте, эм, здравствуйте, я вас не услышала.

— Действительно. Полагаю, язык мистера Стоукса был так глубоко в вашем горле, что это повлияло на ваш слух?

Мне хотелось рассмеяться, но я сдержался и встал рядом с Луной. Миссис Уилкинс было семьдесят три года, и она была школьной учительницей на пенсии. Она преподавала в начальной школе почти тридцать пять лет. Черт, она учила меня в пятом классе.

Она пристально посмотрела на меня своими глазами с густо накрашенными ресницами. — Мистер Стоукс, как вы думаете, уместно ли засовывать свой язык в горло мисс Дэвис посреди общественного парка?

— Нет, мэм.

— А вы, мисс Дэвис, как думаете, уместно ли сидеть верхом и тереться, как маленькая стриптизерша, о мистера Стоукса посреди общественного парка?

— Нет, мэм. — Лицо Луны было ярко-красным, и я взял ее за руку и сжала.

— Мы с Луной встречаемся, миссис Уилкинс.

Луна одарила меня благодарным взглядом, который сделал меня счастливее, чем следовало бы.

— Поздравляю, — голос миссис Уилкинс напомнил мне большой, холодный – очень холодный – айсберг. — Как думаете, вы сможете держать свои руки при себе, когда будете на людях? Пользование парком — это привилегия, а не право.

— Да, мэм, — ответила Луна. — Простите.

Миссис Уилкинс сухо кивнула нам и пошла дальше по дорожке. Как только она вышла за пределы слышимости, Луна уставилась на меня. — Ну, я думаю, мы выяснили, что поцелуи возбуждают нас обоих. Я права?

Мы все еще держались за руки, и она подняла свободную руку в кулак, чтобы я ударил. Я отпустил ее другую руку и отодвинулся на некоторое расстояние. Я все еще был тверд, как гребаный камень, и не доверял себе, с лёгкостью мог утащить Луну с дорожки в парк, чтобы трахнуть ее у чертового дерева. К дьяволу отставных учителей и извращенных бурундуков.

Луна покраснела и спрятала руки за спину. — Извини, э-э, значит, я прошла тест на поцелуй?

Я кивнул и поправил член, когда Луна застегнула молнию на куртке, а затем неуверенно улыбнулась мне. — Ну, и что теперь? Ты сказал миссис Уилкинс, что мы встречаемся, значит ли это, что…

— Нет. Я просто пытался удержать ее от того, чтобы она не вызвала полицию за наше непристойное поведение. Если хочешь, чтобы я притворился твоим фальшивым парнем, ты знаешь, чего я хочу.

Она глубоко вздохнула и стала возиться с молнией на куртке. — А что, если мы займемся сексом сегодня вечером, и я... я окажусь недостаточно хороша в этом для тебя? Что тогда?

Я постарался, чтобы мой голос звучал жестко. Черт, с каких это пор стало так трудно быть равнодушным к женщине?

«Луна — это не просто какая-то случайная женщина, которую ты хочешь трахнуть, идиот».

Я проигнорировала свой внутренний голос. — Тогда, думаю, ты расскажешь своей сестре правду.

Ее лицо вытянулось, и черт возьми, если бы мне не захотелось притянуть ее в свои объятия. Сказать ей, что все будет хорошо, как будто я какой-то чертов рыцарь в сияющих доспехах.

Вместо этого я скрестил руки на груди, чтобы не прикасаться к ней, и сказал: — Мы договорились или нет, Солнышко?

Она прикусила нижнюю губу, прежде чем потереть носком туфли грязь. — Да.

— Хорошо. Я зайду к тебе сегодня вечером около десяти.

— В десять? — Она удивленно посмотрела на меня. — Довольно поздно, а мне завтра в восемь на работу.

— Это не моя проблема. — Я нарочно выбрал такое время. После того, как мы трахнемся, я мог бы воспользоваться предлогом, что уже поздно, и остаться на ночь в ее постели.

«Остаться на ночь? Ты сошел с ума, черт возьми?»

Я чуть не рассмеялся от чопорного шока, который издал мой внутренний голос. Не то чтобы я мог винить его за это. У меня не было отношений с женщинами. Я не водил их на свидания, не был тем парнем, которому они звонили, когда у них спустило колесо, или в их доме раздался странный шум посреди чертовой ночи, и я, конечно же, не оставался на ночь после секса.

Я трахал их, заставлял кончать до тех пор, пока они не забывали свое собственное имя, а затем шел домой в свою постель. В тот момент, когда они начинали хотеть большего, я уходил. Женщины, которых я брал в свою постель, знали, что между нами. Я всегда был честен в этом. Кстати об этом…

— Ничего из этого не будет реальным, — сказал я. — Если мне понравится сегодняшний вечер и я соглашусь помочь тебе скрыть твою ложь сестре, не начинай думать, что это может быть правдой. Ты понимаешь? Я не ищу ни подругу, ни жену. Как только твоя сестра уедет из города, мы закончим. Поняла, Солнышко?

— Да.

На ее лице не было даже намека на разочарование. Даже намека на то, что она хотела бы, чтобы это продолжалось и после воскресенья. Я решил, что это меня не бесит. Нет, ни в малейшей степени.

— Хорошо. Просто хотел, чтобы это было чертовски ясно. Я не твой мужчина и никогда им не буду.

— Я знаю.

Я уставился на нее, и она бросила на меня растерянный взгляд. — Почему ты сердишься?

— Я не... — Даже я слышал гнев в своем голосе. — Увидимся в десять.

Прежде чем успел сбежать, как великовозрастный ребенок, Луна сказала: — Подожди! Разве тебе не нужен мой адрес?

Дерьмо.

Я обернулся. — Да, давай.

Черт, я чуть все не испортил. Если бы она обнаружила, что уже знаю ее адрес, она, вероятно, взбесилась бы. Я не был чертовым преследователем, но, черт возьми, Луна такая хрупкая, и наш городок, возможно, маленький, но это не означало, что мы чертовски свободны от преступлений. Не раз в среду вечером, после того как она пела караоке в баре, я провожал ее домой, просто чтобы убедиться, что она в безопасности. В этом не было ничего особенного, ее квартира все равно на пути к моему дому.

— Я могу, э-э, написать тебе, если дашь мне номер своего мобильного, — неуверенно сказала она. — В том смысле, что если мы станем фальшиво встречаться, у нас ведь должны быть номера телефонов друг друга?

Я уставился на нее, и ее бледная кожа снова соответствовала цвету ее волос. — Если тебе, э-э, не понравится трахать меня сегодня вечером, и мы не будем, э-э, притворяться, что встречаемся, я удалю твой номер. Обещаю.

— Прекрасно. — Я дал ей номер своего мобильного, и она набрала его в своем телефоне, прежде чем бросить на меня еще один неуверенный взгляд.

— Ладно, тогда, думаю, увидимся вечером.

— Ага. — Я повернулся и пошел обратно по дорожке. Слышал, как она идет позади меня, и мне потребовалась вся моя сила воли, чтобы не замедлить шаг и не подождать ее. Я не хотел идти с ней, как будто она была моей чертовой девушкой. Не хотел спрашивать ее, почему между ней и ее сестрой так много соперничества, или спрашивать, не беспокоило ли ее, что ее родители...

Позади меня раздался глухой стук, и Луна пробормотала тихое проклятие. Я тут же обернулся. Луна сидела на земле, и я направился к ней, мои длинные шаги преодолели расстояние за считанные секунды. Я обхватил ее за талию, легко поднял и поставил на ноги.

На ладонях у нее виднелись царапины, а брюки оказались разорваны на коленях. Я видел, как кровь просачивается сквозь ткань.

— Ты в порядке?

— Просто отлично. — Она одарила меня яркой улыбкой, но я видел морщинки боли вокруг ее рта. — Я споткнулась... обо что-то.

По какой-то причине она выглядела смущенной, но прежде, чем успел спросить почему, она сказала: — Я такая неуклюжая. Всегда нахожу обо что споткнуться. Однажды, когда была подростком, споткнулась и врезалась в мамин шкафчик с диковинками и... извини, я опять болтаю.

Она закрыла рот и вытерла ладони о штаны. Вздрогнула, и я уставился на пятна крови, которые остались на ее штанах.

— У тебя идет кровь.

Она изучала свои ладони. — Просто несколько царапин. Я обработаю их, когда вернусь домой. Пока, Ашер.

Она протиснулась мимо меня, и я услышал, как она зашипела от боли. Еще заметил, как Луна вздрогнула, когда перенесла вес на левую ногу. Однако она не остановилась, а просто заковыляла по тропинке. Я вздохнул и погнался за ней, не обращая внимания на ее удивленный возглас, когда поднял ее и понес.

– Мистер Стоукс... Ашер .. что ты делаешь?

— У тебя колено кровоточит.

— Это тоже всего лишь царапина.

— Ты едва можешь идти.

— Я лишь немного прихрамываю на эту ногу. Мне просто нужно идти, как всегда говорит мой отец.

Я нахмурился и крепче сжал ее, когда выходил из парка. Подошел к углу улицы и подождал, пока светофор изменится, взяв Луну поудобнее.

— Ты можешь опустить меня, — проговорила она. — Мое колено уже чувствует себя лучше.

Я проигнорировал ее, когда к нам подошел пожилой лысый мужчина с тростью в правой руке.

— Луна? Это ты?

— О, здравствуйте, мистер Тэйвер, как поживаете?

— Позавчера у меня был камень в почках. Чертовски больно.

— Мне жаль это слышать, — вежливо сказала Луна.

Мужчина покосился на меня. — Кто это тебя держит?

— Это Ашер Стоукс. Ашер, это мистер Тэйвер.

Я буркнул «привет», когда старик молча уставился на меня, прежде чем повернуться к Луне. — Ты опять упала?

— Да, — ответила Луна. — Мистер Стоукс очень добр и помогает мне добраться до машины.

Смех мистера Тэйвера звучал так, словно он курил большую часть своей юности. — Ты всегда падаешь, юная леди. Тебе нужно научиться следить за своими ногами, когда идешь. Я никогда не видел такого неуклюжего человека, как ты. Как будто сам Бог забыл дать тебе способность сохранять равновесие, когда ты была в животе у своей мамы.

Луна густо покраснела, я почти почувствовал, как ее смущение накатывает волнами, и скривил губы, глядя на старика. — Держи свое мнение о Луне при себе, старик.

Луна уставилась на меня широко раскрытыми глазами, а мистер Тэйвер удивленно посмотрел на меня. Свет сменился, и я перешел улицу, прежде чем он успел что-то сказать.

— Тебе не следовало грубить мистеру Тэйверу, — отчитала Луна.

— Он должен держать рот на замке насчет тебя.

Она нахмурилась, глядя на меня. — Я знаю его с самого детства. Он был моим соседом.

— Это не значит, что он может говорить о тебе всякую чушь. — Я вошел на стоянку кафе и направилась к машине Луны. Господи, она была такой маленькой, что я даже не вспотел, неся ее. Я должен быть осторожен, трахая ее сегодня вечером.

— Он не говорил, — запротестовала она. — Кроме того, все знают о том, какая я неуклюжая. Меня с начальной школы называли Лунатиком Луной.

— Тебя это бесит, — я посадил ее рядом с машиной, когда она испуганно посмотрела на меня.

– Откуда ты знаешь... Нет, меня это не беспокоит.

— Беспокоит. Ты можешь вести машину с таким коленом?

Она уставилась на свое колено, прежде чем посмотрела на свою машину. — Да. Как ты узнал, что это моя машина?

Черт. Я действительно чертовски плохо скрывал свою одержимость ею.

— Счастливая догадка. Увидимся вечером. — Я повернулся и пересек стоянку к своему джипу, сел в него и уехал, больше не глядя на Луну. Я не мог. Если бы это сделал, у меня могло бы возникнуть искушение просто отвезти ее домой и трахнуть прямо сейчас.

Почему, черт возьми, ты этого не делаешь?

Потому что мне нужно вести себя спокойно. Если бы Луна увидела, как я жажду ее, как отчаянно хочу, у нее появилась бы вся чертова власть в наших отношениях. После того, как увидел ад, через который прошел мой отец, я не собирался давать никакой женщине власть надо мной. Даже Луне.

Глава 3

Луна

— Подожди, значит, сегодня у тебя, по сути, прослушивание в сексе. Ты это хочешь мне сказать? — Голос моей лучшей подруги повысился, и я сделала успокаивающее движение руками. Стены в моей квартире были тонкими.

— Клэр, тише!

— Луна, — Клэр наклонилась вперед, — это безумие. Ты ведь это понимаешь? Я лучше, чем кто-либо другой, знаю, как сильно ты влюблена в Ашера, но этот парень ведет себя как придурок. Он использует тебя, чтобы кончить сегодня вечером, и ничего больше. Ты не можешь и в правду думать, что он поможет тебе скрыть твою ложь сестре в обмен на секс на все выходные.

— Он обещал, — ответила я.

Клэр встала и прошлась по моей маленькой кухне. — Дорогая, именно это делает его мудаком! Хороший парень не стал бы требовать секса в обмен на помощь.

— Он хороший парень, — запротестовала я. — Он мог бы просто сказать «нет», и тогда мне действительно было бы плохо.

— Нет, милая, не было бы. Ты могла бы сказать своей сестре, что вы с Ашером расстались. Тебе не нужно признаваться, что ты вообще никогда с ним не встречалась. Она здесь только на выходные, и не похоже, что Ашер Стоукс будет на церемонии вручения ключей или параде. Она не сможет поговорить с ним.

— Я не хочу говорить ей, что мы расстались, — упрямо сказала я. — Хочу, чтобы она думала, что он мой мужчина, что я заполучила его, а она не смогла. Всю нашу жизнь она была умной, красивой, успешной. Хотя бы раз я хочу того, чего она никогда не получит.

Клэр села и взяла меня за руки. — Хорошо, я понимаю. Твоя сестра — настоящая заноза, и так было с самого нашего детства, но ты согласилась на это сексуальное прослушивание с Ашером, потому что хочешь одолеть свою сестру или потому что хотела трахнуть его многие годы?

Я яростно покраснела, прежде чем пожать плечами. — И то, и другое.

Клэр улыбнулась, прежде чем сжать мои руки. — И это единственная причина, по которой я позволяю тебе продолжать в том же духе.

Я вздрогнула и высвободила руки, осматривая царапины на ладонях после падения в парке. — Я взрослая женщина, Клэр. Я люблю тебя, но ты не можешь говорить мне, с кем заниматься сексом.

— Знаю, но ты действительно думала о том, каким будет секс с Ашером Стоуксом?

— Хм, это все, о чем я думаю.

Она издала звук, который прозвучал наполовину раздражением, наполовину весельем. — Дорогая, подави свое либидо и действительно подумай об этом. Ашер — большой парень, а ты — маленькая женщина. Что, если ему нравится грубость в постели? Хм? Он может случайно причинить тебе боль.

— Он будет нежен, — сказала я, хотя понятия не имела, будет ли он нежен на самом деле.

— Ты этого не знаешь. И даже если он нежен, у такого большого парня будет большой член.

— Знаю, — сказала я с дерзкой усмешкой.

Она закатила глаза. — Послушай, каждая женщина думает, что хочет иметь хороший толстый член у своего парня, но опять же... разница в размерах между вами двумя, Луна. Что, если он слишком большой, и ты не сможешь принять его весь? Ты действительно хочешь, чтобы он попытался засунуть свой гигантский член в твою леди-тако, когда он просто не поместится?

Я расхохоталась. — Леди-тако? О боже, Клэр. Во-первых, никогда больше не называй мою вагину «леди-тако», а во-вторых, она примет. Даже если он действительно большой, влагалища растягиваются. Парень слишком большой, чтобы поместиться, — это просто то, что женщины говорят мужчинам, чтобы заставить их чувствовать себя хорошо..

— Луна, нет, это не так, — сказала Клэр. — Иногда они не помещаются.

Я моргнула, глядя на нее. — Серьезно?

— Да, серьезно.

Я на мгновение уставилась на свою промежность, когда по спине пробежала дрожь дурного предчувствия. Черт, а что, если Клэр права? Что, если он слишком большой? Я хотела Ашера, но не хотела, чтобы мои женские органы были разорваны.

— Еще не поздно все отменить, — предложила Клэр. — Напиши Ашеру, что передумала. Когда твоя сестра приедет сюда в пятницу, скажешь ей, что вы с Ашером расстались. Проще простого.

Я подавила тревогу и покачала головой. — Нет, я не стану.

— Что, если вы двое несовместимы, и после того, как трахнет тебя, он откажется помогать?

Я пожала плечами. — Тогда сделаю то, что ты предложила, и скажу Лидии, что мы расстались. Но этого не произойдет. Я сделаю все, что в моих силах, чтобы сегодня вечером все прошло хорошо с Ашером. Он будет так возбужден, что не поймет, если что-то пойдет не так.

— Не хочу играть адвоката дьявола, но у тебя не так много опыта, — сказала Клэр.

Я хмуро посмотрела на нее. — У меня есть опыт.

— Ты встречалась с двумя мужчинами и переспала только с одним из них.

— Да, но мы занимались сексом одиннадцать раз. — В моем голосе слышалось негодование. — У меня есть опыт, Клэр. Я практически шлюха.

Клэр расхохоталась. — Секс одиннадцать раз не делает тебя шлюхой.

— Ну, технически это было десять с половиной раз.

— Десять с половиной? — Клэр подняла брови.

— Я делала ему минет, и он кончил до того, как мы смогли заняться сексом, — объяснила я. — Но я все еще считаю это половиной, потому что мы оба были голыми и один из нас испытал оргазм.

— Дерек не довел тебя до оргазма после того, как кончил тебе в рот?

Я густо покраснела. — Не будь грубой, Клэр. Он действительно устал, ясно? Я все поняла. Я тоже всегда устаю после оргазма.

Она просто снова закатила глаза. — Нам нужно найти тебе хорошего, милого парня, Луна.

— Дерек был... Ладно, ладно, я думаю, Дерек не был таким уж хорошим или милым, но Ашер такой.

— Ашер — это само определение не милого. Ты знаешь о его репутации так же, как и я… он трахает женщин и бросает их, Луна Дэвис. Ты вот-вот станешь следующей зарубкой на столбике его кровати. Тебя это устраивает?

— Да, — солгала я. — Меня это вполне устраивает. Но он милее, чем ты думаешь. Он дважды поймал меня, прежде чем я успела упасть лицом вниз, и – И – когда я все-таки упала, он отнес меня к моей машине на руках. Это то, что сделал бы хороший парень.

— Да, но этот такой славный парень будет здесь, — она посмотрела на часы, — через полчаса, чтобы проверить тебя, прежде чем согласиться помочь тебе.

Я поморщилась. Клэр не ошиблась, но мне было неприятно слышать это так прямолинейно. Тем более что я — добровольный участник. Правильно это или нет, мне наплевать, что Ашер использовал меня для секса. Я хотела переспать с ним и, кроме того, тоже использовала его. Это было взаимное... использование.

Я встала. — Ладно, тебе пора идти. Мне не нужно, чтобы ты была здесь и смотрела на него исподлобья, когда он приедет.

Она вздохнула и встала. — Луна, ты уверена? Действительно уверена, что...

— Уверена. Порадуйся за меня, Клэр. Моя самая большая фантазия вот-вот осуществится через двадцать восемь минут.

Она бросила на меня встревоженный взгляд. — Напиши мне утром, хорошо? Дай знать, что с тобой все в порядке. Я буду на работе, но проверю свой телефон.

— Обязательно, — пообещала я. — Эй, я, э-э, хорошо выгляжу?

Как только вернулась домой, я прыгнула в душ и очистила царапины на руках и коленях, прежде чем вымыть остальную часть тела и побриться. Я заплела волосы в свободную косу с несколькими локонами, обрамляющими мое лицо, и нанесла легкий слой макияжа. Темно-зеленое платье было одним из моих любимых, и я провела рукой по юбке, прежде чем нервно взглянуть на Клэр.

— Ты прекрасно выглядишь, дорогая, — сказала Клэр. — Но у тебя на колене синяк. Очень болит?

Я изучала свое левое колено, хмурясь из-за того, как оно распухло, и темного синяка, который расцвел на нем. — На самом деле, это довольно больно. Надеюсь, Ашер не захочет заниматься сексом по-собачьи.

Я захромала за Клэр, когда она подошла к моей входной двери. Она надела пальто и улыбнулась мне. — Ну, удачи и повеселись, я полагаю?

— Благодарю. Я так и сделаю.

— Просто... будь осторожна, ладно?

— Конечно. Обещаю, что не позволю Ашеру Стоуксу испортить мою леди-тако своим гигантским пенисом.

Она рассмеялась и наклонилась, чтобы поцеловать меня в щеку. — Люблю тебя, подруга. Напиши мне завтра.

— Я тоже тебя люблю. Обязательно напишу.

Я закрыла за ней дверь и, прихрамывая, вернулась на кухню. Налила себе стакан воды и выпила половину двумя большими глотками. Я начала нервничать, и разговор с Клэр не помог. Что, если Ашер действительно не подходит? Что, если его пенис был гигантского размера, и он не сможет его вставить, и расстроится и...

Стук в дверь заставил меня резко дернуться. Мое колено подвернулось, посылая боль вниз по ноге, и я застонала и потерла его, прежде чем взглянуть на часы на микроволновке. Ашер пришел на пятнадцать минут раньше. Моя тревога немного померкла, сменившись возбуждением. Я захромала обратно к двери, не обращая внимания на боль в колене и ноге.

Я только и делала, что вспоминала о поцелуях с ним в парке, и он был нежен, когда прикасался к моей груди и заднице. Секс с ним мог бы стать прекрасным. Если он поведет себя слишком грубо, я просто попрошу его быть немного мягче, и он это сделает. Несмотря на то, что сказала Клэр, в глубине души я знала, что Ашер — хороший парень. Он должен им быть.

Я открыла дверь и улыбнулась здоровяку. — Привет, Ашер. Заходи.

Он вошел в квартиру, я закрыла дверь и заперла ее, пока он снимал куртку и ботинки. Повесила его куртку в шкаф и неловко улыбнулась ему. — Хм, давай на кухню. Я только допью воду, а потом мы отправимся в будуар.

Святая. Матерь. Божия.

Он закатил глаза, и я нервно рассмеялась, прежде чем захромать на кухню. — Хочешь выпить?

— Нет, — он смотрел на меня, когда подошла к стойке, и я смущенно разгладила свое платье. — У тебя действительно ушиблено колено. Насколько сильно оно болит?

— Не так уж и сильно.

Видите, он был милым парнем.

— Ты все еще можешь трахаться?

Ладно, может, не таким уж и милым.

Я покраснела и выпила немного воды, прежде чем кивнуть. — Да, конечно. До тех пор, пока ты не захочешь делать это по-собачьи.

Он не ответил, и я бросила на него встревоженный взгляд. — Захочешь? Вот дерьмо, ты захочешь. Ладно, эм, да, я смогу это сделать. Я просто буду балансировать в основном на здоровом колене. Я никогда раньше не делала этого по-собачьи, даже со здоровым коленом, но ведь в этом нет ничего особенного, верно? Просто встать на четвереньки – или, в моем случае, на колено — и бада-бум, бада-бум, твой члене во мн...

— Луна.

Я сделала глубокий вздох. — Да?

— Мы не будем трахаться по-собачьи.

— Ладно. Я постаралась не выдать своего облегчения. Если собиралась поразить Ашера сексуальностью сегодня вечером, мне нужно придерживаться тех приемов, которые знала. Которые, к сожалению, ограничивались позами сверху и снизу. Дерек не был тем, кого можно назвать авантюрным в постели. Я полностью готова попробовать некоторые новые позы с Ашером, только не в ту ночь, когда пыталась убедить его, что хороша в постели.

«Будем надеяться, что он не попросит о минете. Ты в них полный профан».

Мои глаза расширились, а руки сжались вокруг стакана. Черт. Попросит ли он меня об этом? Я вроде как надеялась, что нет. Я была в восторге от орального секса, но опять же, не очень опытна в нем.

«Расслабься. Насколько трудно сосать член? Парням все равно, хороша ты в этом или нет».

Мой внутренний голос внезапно раздвоился.

— Ты чиста?

Я уставилась на него. Была ли я чиста? Я вдруг очень обрадовалась, что приняла душ. Имею в виду, что мне тоже нравилось, чтобы мой партнер пах свежестью, но мне никогда не пришло бы в голову спросить его, купался ли он до того, как мы начали заниматься сексом.

— Да, конечно.

— Покажи мне.

— П-показать тебе?

Какого черта? Я должна раздеться на кухне, чтобы он мог проверить мою чистоту?

— Да, — сказал он. — Достань свои записи и покажи мне.

— Мои записи?

— Господи, — нетерпеливо проговорил он, — твои медицинские записи. Ты покажешь мне свои, а я покажу тебе свои.

— Ох! Мои медицинские записи, конечно, в порядке. Но я купила несколько презервативов на сегодняшний вечер.

— Я не хочу пользоваться презервативами. Они слишком тесные.

— Я купила самый большой размер.

Он бросил на меня еще один нетерпеливый взгляд. — Они все равно слишком маленькие и иногда рвутся.

Я судорожно сглотнула и не смогла оторвать взгляд от его промежности. Насколько большим был его член?

«Ты скоро это узнаешь».

Да, так оно и было. Боже, помоги мне.

— Луна, покажи мне свои записи. — Он уже протягивал мне свой телефон, и я повернулась и порылась в кухонном ящике.

— Э-э, подожди. Я прошла медосмотр две недели назад, сдала анализы и, — я отодвинул открытую упаковку батареек в сторону и схватил бумаги, засунутые под них, — вот они.

Я протянула ему результаты своих анализов на ЗППП и посмотрела его в телефоне. Через несколько минут он вернул мне бумаги. — Нормально, если я не буду использовать презерватив?

Я кивнула: — Я принимаю таблетки.

— Что? — Он непонимающе посмотрел на меня.

— Я принимаю противозачаточные таблетки, так что…

— Да, ладно, хорошо.

Я нахмурилась, когда он отвернулся. Мне показалось странным, что Ашер даже не спросил, принимаю ли я таблетки. Честно говоря, мысль о маленьком Ашере-младшем, растущем у меня в животе, меня нисколько не беспокоила, я любила детей и хотела, чтобы у меня их была бейсбольная команда, но странно, что Ашер не беспокоился о случайной беременности.

— Пошли, — резко сказал Ашер.

Я допила остатки воды и вытерла рот, прежде чем кивнуть. — Ладно. Верно. Следуй за мной.

Он пошел за мной из кухни по коридору в спальню. Я старалась не слишком сильно хромать, но он хмурился, когда мы добрались до нее.

— Ты уверена, что сможешь заниматься сексом со своим больным коленом?

— Да, конечно. — Начинала накатывать паника. — Оно почти не болит, клянусь.

Он взглянул на мое колено, а затем на дверь, и я поняла, что он собирается прекратить все это и уйти.

В отчаянии я схватила его за ремень и расстегнула его. — Давай, я сделаю тебе минет, прежде чем мы займемся сексом. Что ты на это скажешь? — Я схватила его за пояс джинсов, он застонал, когда мои костяшки коснулись его живота, и я попыталась потянуть его к кровати. — Мне, наверное, не стоит вставать на колени на полу, но я сяду на кровать и отсосу тебе. Ладно?

— Луна, остановись. — Он оттолкнул мою руку от пуговицы на своих джинсах. — Довольно.

Я покраснела и скрестила руки на груди. — Прости.

— Со сколькими мужчинами ты спала?

— Какое это имеет значение?

— Скажи мне.

— Целая куча, — солгала я. — Ну, не то чтобы куча, но приличное количество. Как минимум пять, нет, на самом деле шесть. Да... шестеро парней.

Я задрожала всем телом, когда он подошел ближе и обхватил большой рукой мою косу. Он тянул, пока я не посмотрела на него, и он наклонился. Я чувствовала его теплое дыхание на своих губах, когда он сказал: — Правду, Солнышко.

— Один, — сказала я. — Я переспала с одним парнем. Но мы трахались, как кролики, так что у меня это очень хорошо получается. — Он молча уставился на меня, и я продолжила: — Мы, должно быть, занимались сексом тысячу раз, клянусь Богом.

На его лице появилась усмешка, и я нахмурилась. — Что тут смешного?

— Ты знаешь, что каждый раз, когда врешь, немного дергаешь носом?

— Нет, не дергаю!

— Ну вот, опять дергаешь.

— Ладно, может, мы и не занимались сексом тысячу раз. Но это было очень много.

— Сколько? — спросил Ашер.

— Разве точное число имеет значение? — спросила сердито. — Я хороша в сексе.

— Это ты начала говорить о точных цифрах. А теперь скажи мне правду.

Я бросила на него обиженный взгляд. — Одиннадцать. Доволен? У меня был пенис во влагалище одиннадцать раз.

Он многозначительно уставился на мой нос, и я сердито фыркнула. — Прекрасно! Десять раз. У меня был настоящий секс десять раз.

— Что произошло во время одиннадцатого? — Он потянул меня за косу, а затем скользнул рукой вниз по моей спине, чтобы обхватить мою задницу. Притянул меня к себе, и я с удивлением почувствовала, как его эрекция прижалась к моему животу.

— Э-э...

— Что случилось в одиннадцатый раз, Солнышко? — Его голос был таким убедительным, и когда он прижался легким поцелуем к моему горлу, я не смогла сдержать стона.

— Я... я занималась с ним оральным сексом, и он испытал оргазм.

— Значит, ты не трахалась?

— Ну, нет, он не смог. Он испытал оргазм. Он заснул, и все.

Ашер провел пальцем по молнии на платье и пососал мочку моего уха. — Он не вылизал тебя, не заставил кончить ему на лицо, пока его член снова не встал, а потом не трахнул тебя?

Я застонала, когда он провел языком по изгибу моего уха. — Нет, конечно, нет.

— Сколько раз он пробовал на вкус твою маленькую киску, Солнышко?

Я сжала большие руки Ашера, когда он расстегнул молнию на платье и погладил мою голую спину грубыми пальцами.

— Дважды.

— Только дважды? Это чертовски эгоистично с его стороны, — его рука опустилась вниз, чтобы проследить за бретелькой моего лифчика.

— Э-э, это моя вина. Мне не очень нравился оральный секс, так что…

— Если тебе это не нравилось, значит, он делал это неправильно. — Ашер стянул с меня платье, и оно растеклось по полу у моих ног. Он изучал мое тело, и я прикусила губу от похоти в его глазах.

— Он... он сказал, что все делает правильно.

— Что тебе не понравилось в его действиях?

Чувствуя стыд, я попыталась отвлечь его. — Разве это имеет значение? Сегодня вечером ты ведь должен получить удовольствие? Так что давай перестанем беспокоиться обо мне и сосредоточимся на тебе. Я хочу, чтобы тебе было хорошо.

Я потянула его за рубашку, он снял ее и бросил на пол.

— Святые угодники, — выдохнула я. Верхняя часть его тела была невероятной, и я не могла удержаться, чтобы не прижать руки к темным волосам, которые покрывали его грудь. — Ты такой мускулистый.

Он застонал, когда я провела руками по его животу. — Никогда не видела парня с таким количеством мышц. Как часто ты тренируешься? Каждый день? Держу пари, что это происходит каждый день. Ты не смог бы получить такой рельеф только от сварки. Я имею в виду, может быть, и мог бы, но...

— Луна, — простонал он, — прекрати болтать и поцелуй меня.

Я покраснела и потянулась, чтобы обнять его за шею. Он наклонился, и я коснулась губами его губ. Он застонал, и я снова поцеловала его, на этот раз облизывая его рот кончиком языка.

Ахнула, когда он поднял меня и отнес на кровать. Он осторожно уложил меня на нее и вытянулся рядом, прежде чем поцеловать. Я открыла рот и позволила ему исследовать меня языком, пока мы оба не начали задыхаться. Боже, Ашер Стоукс действительно хорошо целовался.

Он просунул твердое бедро между моих ног и прижал его к моему пульсирующему лону, прежде чем обхватить мою грудь. Поиграл с соском сквозь шелковую ткань лифчика и потянулся к застежке спереди.

— Сними это, — приказал он.

Я помогла ему расстегнуть лифчик и выскользнула из него. Он уставился на мою грудь, и я смущенно хихикнула. — Они слишком маленькие, я знаю.

— Они идеальны.

Я вскрикнула, когда он втянул в рот мой правый сосок. Облизал его языком и засосал до болезненной твердости, пока теребил и перебирал пальцами левый.

— Эш, пожалуйста! — Мне было стыдно умолять, но, черт возьми, его рот был таким приятным. Я терлась своей промежностью о его ногу, впивалась пальцами ему в спину, и была близка к тому, чтобы кончить на его чертову ногу, а он еще даже не залез ко мне в трусики.

Словно прочитав мои мысли, Ашер оторвался от моей груди и скользнул рукой по плоскому животу, прежде чем попасть в трусики. Я выгнулась в его руке, игнорируя вспышку боли в колене, когда он провел пальцами по моей влажной плоти.

— Прекрасная и мокрая для меня, Луна, — выдохнул он мне в ухо.

Я застонала и вцепилась в его руку, когда он кончиками пальцев коснулся набухшего клитора. — О боже, пожалуйста. Я хочу кончить.

Ашер усмехнулся и прикусил мочку моего уха. — Держу пари, что хочешь. Ты такая горячая, Солнышко, мне едва нужно прикоснуться к тебе, и ты готова к моему члену. Не так ли?

— Да, — захныкала я, когда он снова коснулся клитора. Мой стыд был вытеснен непреодолимой потребностью. — Да, я так долго хотела тебя. Пожалуйста, заставь меня кончить, Эш. Пожалуйста.

— Скоро, милая, — сказал он.

Я застонала от разочарования, когда он вытащил руку из моих трусиков. Он обхватил мою грудь, распространяя влагу от своих пальцев на мой сосок, прежде чем наклониться ко мне и сосать, и лизать его.

— О боже мой! — Я вцепилась в его большую голову, мое тело несколько раз выгибалось, когда каждое движение его рта посылало заряд удовольствия прямо в мою вагину. — Ашер!

— Ш-ш-ш, Солнышко. Ты же не хочешь, чтобы твои соседи знали, что тебя трахают?

— Мне все равно! — Мой голос звучал почти истерически. — Заставь меня кончить.

— Скоро, — повторил он. — Но сначала, — в его голосе послышались веселые нотки, — оральный секс.

Я надеялась, что разочарование не отразилось на моем лице. Не то чтобы я не хотела сделать ему минет, но была так близка к оргазму. Еще несколько прикосновений его грубых пальцев, и я бы кончила. Но сегодня дело не во мне. Сегодня все для него. С моей стороны было не совсем справедливо ожидать, что он подарит мне оргазм, когда это мое испытание. Я или пройду, или провалюсь. Самое важное, чтобы сегодня вечером он испытал оргазм.

— Правильно. Конечно. — Я съежилась на кровати. — Сними штаны и...

— Эй. — Он обхватил мои руки и потянул обратно на кровать. — Куда ты собралась, Солнышко? Бедра вверх.

— Э-э, чтобы сделать тебе минет? — Я уставилась на него в замешательстве, когда приподняла бедра, и он стянул мои трусики вниз по ногам. Спустился с кровати и полностью стащил их с меня, прежде чем растянуться между моих бедер.

— Что ты делаешь? — Я попыталась сжать бедра, но они были заблокированы его широкими плечами.

— Собираюсь вылизать твою маленькую киску.

— Нет! — Я попыталась отодвинуться от него, но он обхватил меня большими руками за бедра и крепко держал. — Нет, я сказала тебе, что мне это не очень нравится, и сегодняшний вечер посвящен тебе и тому, чтобы тебе было хорошо. Мне это не нужно… о-о-о-о. О боже мой.

Я перестала извиваться и зарылась руками в простыни, когда Ашер наклонил свою темную голову и снова лизнул. Его влажный язык проник между складками и лизнул мой набухший клитор. Я выругалась и схватилась за его голову.

— Вот так, Солнышко? — Он поднял голову и улыбнулся мне.

— Э-э, это было, хорошо.

— Нос дергается, — сказал он.

Я покраснела и потянула его за волосы. — Сделай это еще раз.

— Что сделать еще раз?

— Ты знаешь что.

— Скажи это.

Я прикусила нижнюю губу. — Оближи мою киску, Ашер.

— Не двигай ногами слишком сильно, когда я работаю языком.

Я непонимающе посмотрела на него, и он нежно поцеловал мое распухшее колено. — Будь осторожна со своим коленом. Ты же не хочешь причинить ему еще больше боли.

— Не буду, — пообещала я. — Пожалуйста, Эш. Пожалуйста.

Он улыбнулся и снова уткнулся лицом мне между ног. Я застонала и закричала, а затем приглушила свои крики, уткнувшись лицом в подушку.

Святой. Гребаный. Черт.

Не знаю, что, черт возьми, делал прошлый, как его там, когда лизал мою киску, но я не чувствовала ничего подобного. Язык Ашера двигался идеально, касаясь, облизывая и пробуя на вкус все места, от чего мне хотелось кричать от удовольствия. Он сосал клитор, облизывал языком мою дырочку, затем покусывал мои влажные половые губы, пока я стонала, задыхалась и умоляла в подушку.

Я была так чертовски близко, и когда он скользнул толстым пальцем в мою тугую дырочку, посасывая клитор, я закричала в подушку и кончила на лицо Ашера. Мой таз покачивался на его лице, и я смутно осознавала, что его горячий язык облизывает меня, пока моя кульминация продолжалась и продолжалась. Когда я, наконец, рухнула на постель, наслаждаясь каждой частью своего тела, Эш сел и вытер лицо простыней, прежде чем соскользнуть с кровати.

Я была невероятно расслаблена, даже боль в колене утихла, и я улыбнулась, довольная, как кошка. — Мне так хорошо, Эш.

— Я знаю, Солнышко. — Он сел на край кровати, прежде чем усадить меня. — Давай, милая, встань на минутку с кровати.

— Да, конечно, хорошо. — Он заставил меня чувствовать себя так невероятно, что я бы отрастила крылья и полетела на Луну, если бы он попросил меня об этом. У меня никогда не было такого фантастического оргазма от куннилингуса. Черт, у меня никогда не было такого потрясающего оргазма, и точка.

Я слезла с кровати и, пошатываясь, пробралась между его раздвинутыми ногами. Понимала, что сейчас он хочет, чтобы я сделала ему минет. Хорошо бы он позволил мне сидеть на кровати, пока сам стоит, но не хотела создавать лишних трудностей.

— Можно мне взять эту подушку, чтобы встать на колени? — спросил я его. Мысленно готовила себя к тому, чтобы попытаться балансировать на одном колене, пока буду отсасывать ему. Посмотрела на свое колено. Мое равновесие было настолько плохим, что я почти уверена, что все закончится… святое дерьмо.

Мои глаза расширились, когда поняла, что Ашер был голый. Ашер снял джинсы и сидел голый на краю моей кровати. Я невольно сделала шаг назад, когда увидела его возбужденный член. Клэр права. Он огромный. Размером с мое чертово предплечье, и я никак не смогу засунуть эту штуку в себя. И все равно, насколько я промокла или...

«Луна! Возьми себя в руки! Ради бога, он не размером с твое предплечье. Это всего лишь пенис. Большой, но все равно просто пенис».

Мой внутренний голос пытался быть разумным, и часть меня знала, что он прав. Ашер был большим, но не уродливо большим, я просто не видела так много пенисов.

— Луна?

Я улыбнулась Эшу и потянулась за подушкой. Может, он потеряет контроль, пока я буду сосать его член и кончит в рот, и мне не придется беспокоиться о том, чтобы попытаться его трахнуть. Но, черт возьми, если бы он кончил мне в рот, я бы сказала ему, что он все еще должен притворяться, что встречается со мной. Это не моя вина, что...

Он выдернул подушку из моей руки и бросил ее на кровать.

— Мне это понадобится, чтобы заняться с тобой оральным сексом, — сказала я.

— Я не хочу минет прямо сейчас, я хочу трахнуть тебя.

— Ты уверен? Ты подарил мне оральный секс, так что, наверное, это справедливо.

— Луна. — Он бросил на меня раздраженный взгляд, но его член не смягчился, поэтому я решила, что он не может быть так уж сильно раздражен.

— Прости.

— Повернись.

— Я... повернуться?

— Да.

Я повернулась, и он положил большие руки мне на талию. — Оседлай мои бедра.

— Задом наперед? — уточнила я.

— Да.

— Эй, эм, почему бы тебе не лечь на кровать, и я сяду на тебя. Я действительно хороша в этом, — сказала я.

— Нет, я хочу тебя так.

Я нервно сглотнула – стараясь поразить его своими сексуальными движениями — и села на его бедра, позволив своим ногам болтаться по обе стороны от его. Его член терся о поясницу, когда он потянул меня назад и прислонил мою спину к своей груди.

Он обхватил мою грудь и поцеловал в шею. — У тебя не болит колено?

— Нет.

— Уверена?

— Да. — Я выгнула спину, когда он потянул меня за соски. К моему удивлению, мое лоно снова начало пульсировать.

— Ты такая красивая, когда кончаешь, Луна. Знаешь об этом? — Он уткнулся носом в мою косу, и я покачала головой.

— Я... э-э... нет, я этого не знала.

— Очень красивая. Я люблю твои волосы, твою нежную кожу, твои идеальные сиськи и твою сладкую маленькую киску. Не могу дождаться, когда окажусь в твоей тугой дырочке.

Я застонала и наклонила голову, чтобы он мог прижаться поцелуями к моему горлу. Кто знал, что Ашер Стоукс будет сладкоречив в постели?

— Твои соски великолепны. Посмотри, как они тянутся ко мне, Солнышко.

Я уставилась на свои соски. Они были темно-красными, твердыми и опухшими, и удовольствие пробежало по моей спине, когда Ашер их потянул.

— Так много милых веснушек. — Он поцеловал меня в плечо, и я потерлась о его член. Черт, я снова начала возбуждаться. Я на самом деле думала, что может быть, смогла бы попробовать взять член Ашера.

Потянулась назад и скользнула рукой по его члену. Он застонал и закачал бедрами, но мои глаза расширились, а тело напряглось. Черт, он действительно большой.

Я отпустила его. — Ашер, по-моему, ты слишком большой.

— Нет, — сказал он.

– Я... я думаю, что да. Я не пытаюсь все усложнять, но, э-э, ты действительно крупный парень, а я маленькая и... о Боже!

Ашер опустил руку между моих ног и потер клитор, прежде чем поднять руку и показать мне свои пальцы. — Посмотри, какая ты мокрая, милая. Ты можешь взять мой член.

— А что, если я не смогу? — прошептала я. — Ты разозлишься?

— Нет. — Он повернул мою голову и поцеловал в губы. — Я не буду злиться. Знаю, что ты нервничаешь, но попытаешься ради меня? Обещаю, что не причиню тебе вреда.

Я изучила его лицо, прежде чем кивнуть: — Да, я постараюсь.

— Хорошо. — Снова поцеловал меня, и я глубоко вздохнула, когда он обнял меня за талию. Он легко приподнял меня, и я постаралась не пискнуть, когда тупая головка его члена прижалась ко мне.

— Расслабься, милая. Это будет так хорошо, — выдохнул он мне в ухо.

Я попыталась расслабиться и была глупо удивлена, когда Ашер опустил меня на свой член, и боли не было. Я смотрела, как мое влагалище проглатывает дюйм за дюймом его толстый ствол, и хотя начинала чувствовать себя растянутой и наполненной, это не было больно.

Когда взяла каждый дюйм его члена и моя задница прижалась к его бедрам, Ашер потер мои ноги. — Хорошо?

— Я сделала это, — проговорила я гордо. — Я приняла его весь.

Он улыбнулся и снова поцеловал меня в шею. — Хорошая девочка, Луна. Положи руки мне на колени.

Я немного наклонилась вперед и сделала то, что он просил. Ашер обхватил рукой мою шею сзади, и я застонала, когда он начал двигать бедрами вверх и вниз. — О, боже, это так... хорошо.

— Так и есть, — простонал он. — Так чертовски туго.

Он двигался сильнее и быстрее. Я подпрыгивала у него на бедрах, вцепившись в его колени и вскрикивая при каждом ударе. Время от времени его член ударялся о какое-то место, отчего мой живот сжимался от удовольствия, а нервные окончания загорались.

— О боже. — Попыталась слегка пошевелиться, хотела этого прилива удовольствия с каждым ударом, но Эш был слишком силен, и я не могла двигаться. Я кричала от накатывающего желания, когда он погружался туда и обратно, принимая каждый глубокий удар члена, как его хорошая девочка, пока он жестко трахал меня.

Он стонал и тяжело дышал позади меня, от его теплого дыхания по моей коже побежали мурашки. Когда он протянул руку и обхватил лоно, потерев пальцами клитор, я вскрикнула от удовольствия и дернулась на его члене.

— О, боже, Ашер!

— Тебе это нравится, милая? — простонал он.

— О, пожалуйста, о-о-о! Мой второй оргазм поразил меня, заставив сжаться вокруг толстого члена Ашера, а мои соски стали твердыми, как камень. Я стиснула его, когда он простонал мое имя и сделал три сильных удара, прежде чем застыть. Тепло затопило мое лоно, и он снова простонал мое имя, прежде чем накачать сильно и быстро.

Я рухнула на его твердую грудь, мой пульс стучал в ушах, когда хватала ртом воздух. Его руки дрожали, когда Ашер поглаживал мои бедра, и я повалилась ему на грудь, как тряпичная кукла, пока он тяжело дышал мне в ухо.

— Это было так чертовски хорошо, — прошептал он мне на ухо.

— Ммм... — Я была слаба, как котенок, и так устала. У меня случилось два невероятных оргазма, и все, чего я хотела сейчас, — это спать.

— Устала, Солнышко? — он продолжал гладить мои бедра большими руками.

— Да, — пробормотала я.

Он вернулся в кровать, увлекая меня за собой. Прижимая меня к себе, расслабился на боку, крепко обнимая. Его член смягчился, но он не сделал никаких усилий, чтобы выйти из меня, когда обхватил мою грудь и поцеловал в шею.

— Останешься? — пробормотала я.

— Да.

— Спокойной ночи.

— Спокойной ночи, Солнышко.

Глава 4

Луна

— Итак, ты прошла тест или нет? Ашер собирается помочь тебе с твоей, — Клэр оглядела оживленную кофейню, — проблемой?

— Не знаю, — призналась я.

Только что перевалило за полдень среды. Сегодня утром я проснулась одна в своей постели и не слышала ни слова от Ашера.

— Как ты можешь не знать? — Клэр сделала глоток кофе.

— Потому что его не было, когда проснулась, и я ничего не смогла спросить.

— Ты не уладила детали этого маленького соглашения после того, как занялась сексом? — спросила Клэр.

— Нет, я действительно устала и заснула.

— Луна! Ты заснула с практически незнакомцем в своей постели. Ты знаешь, как это опасно?

— Он не незнакомец. Все в городе знают Ашера. Кроме того, я ничего не могла с собой поделать. Парень подарил мне два невероятных оргазма. — Я понизила голос. — Поверь мне, если бы ты кончила так же сильно, как я, ты бы тоже заснула.

— Ладно, похоже, вы двое совместимы, так что он, должно быть, собирается тебе помочь.

Я пожала плечами. — Секс был хорош для меня, но не знаю, оказался ли он хорош для него. Я имею в виду, он сказал, что это так, но, может, этого было недостаточно, понимаешь? Может, поэтому он не разбудил меня сегодня утром.

— Тебе нужно написать ему и все выяснить. — Клэр сделала еще глоток кофе и посмотрела на часы.

— Я не хочу слишком навязываться. Не думаю, что Эшу нравится, когда его подруги слишком зависят от него.

— Э-э, ты не его девушка, милая. Все это фальшивка и заканчивается в воскресенье вечером. Помнишь?

Мои щеки покраснели, и я кивнула. — Знаю. Я просто... ты понимаешь, что я имею в виду.

— Не думаю. Ты сказала, что Ашер ясно дал понять, что все закончится в воскресенье, — ответила Клэр.

— Он так и сделал. Но, — я подождала, пока пожилая дама пройдет мимо нашего столика, — я надеялась, что если произведу хорошее впечатление в сексуальном плане и в остальном, возможно, он будет заинтересован в том, чтобы на самом деле встречаться со мной.

— Милая, — Клэр заколебалась, — я так не думаю... В смысле, я понимаю, что ты влюблена в него, и действительно рада, что ты, наконец-то, переспала с ним, но отношения с ним невозможны. Он никогда ни с кем не встречался.

Я попыталась не обращать внимания на волну депрессии. — Да, знаю.

Клэр откинулась на спинку стула и изучала меня. — Ты не... влюблена в Ашера, не так ли?

— Что? — Я издала звук, похожий на смех. — Конечно, нет. Влюблена в Ашера — это просто смешно.

Я могла бы сказать, что Клэр мне не поверила, но она только сказала: — Тебе нужно написать ему и выяснить, собирается ли он помочь тебе или нет.

— У меня есть время. Лидия приедет только в пятницу днем, так что если не получу от него вестей к утру пятницы, то напишу ему.

Клэр снова посмотрела на часы. — Черт, мне пора идти. Джон в очень плохом настроении, сегодня не тот день, чтобы опаздывать с обеда.

— Разве Джон не всегда в плохом настроении? — Клэр работала в отделе кадров «Петерсон Электрик», а Джон был владельцем.

Клэр закатила глаза. — В последнее время — да. Я не знаю, что у него в заднице, но если он не перестанет заставлять Ванду плакать, мне придется поговорить с ним. В любом случае, мне пора. Выясни, что, черт возьми, происходит между тобой и Ашером до утра пятницы, а потом напиши мне.

— Ладно. Эй, ты пойдешь сегодня в караоке?

— Нет, я не смогу прийти. Я ужинаю с Трейси и девочками.

— Ладно, желаю хорошо провести время.

— Спасибо, дорогая. — Клэр схватила свой кофе и ушла. Я как раз возвращалась к стойке, когда услышала коллективный вздох почти всех в кафе. Я уставилась на ближайших ко мне людей. Их рты были открыты, и они смотрели на что-то за моим плечом.

— О боже, — пробормотала женщина. — Это она. Это Лидия Дэвис.

Мой желудок ухнул вниз, и я развернулась. Моя сестра стояла в дверях кофейни и выглядела звездой, какой и была. Ее рыжие волосы – в отличие от моих непослушных кудрей, они были блестящими и потрясающе гладкими – блестели на солнце. Ее лицо сияло, и хотя у нее были веснушки, как и у меня, они скрывались под идеальным слоем макияжа. На ней были джинсы и облегающая рубашка под кожаной курткой, а огромные солнцезащитные очки закрывали большую часть ее лица.

Она была высокой и гибкой и шла ко мне с грацией и осанкой королевы красоты. Я потянула свой забрызганный кофе фартук, когда она остановилась передо мной.

— Привет, Луна.

— Лидия, привет. Что, э-э, что ты здесь делаешь? — Я попыталась улыбнуться ей, когда она поцеловала меня в обе щеки.

Она переложила свою сумочку – от Луи Виттон и, несомненно, стоила больше, чем моя машина, – в другую руку и одарила меня слабой улыбкой. — Город оказывает мне честь, помнишь?

— Я помню. Но ты сказала, что не появишься здесь до пятницы.

Она пожала плечами. — Решила приехать немного пораньше. Мое приглашение на шоу Эллен было перенесено, так что у меня выдалась пара свободных дней.

— Ты собираешься на шоу к Эллен? — Я старался не казаться впечатленной или ревнующей и с треском провалилась и в том, и в другом.

— Да.

— Ну что ж, поздравляю.

— Спасибо.

— Эм, мама и папа тоже здесь?

Я огляделась вокруг. Наши родители не стояли позади нее, но люди в кафе смотрели на мою сестру, как на богиню. Я не могла их винить. В моей сестре было что-то такое, что притягивало к ней людей, как мотылька к пламени. Она обладала этим качеством всю свою жизнь, и хотя ее не было больше пяти лет, я уже чувствовала, что становлюсь невидимой.

Моя сестра вернулась, и через несколько минут я превращусь из «Луны Дэвис» в «младшую сестру Лидии Дэвис».

— Мама с папой не смогли сегодня вылететь. Они будут здесь завтра.

— О, хорошо.

Моя сестра сдвинула солнцезащитные очки на макушку. В отличие от моего светло-зеленого, ее глаза были насыщенного темно-коричневого цвета. Даже спустя пять лет презрение в ее взгляде было легко заметить. — Ты, кажется, расстроена тем, что у тебя есть пара лишних дней со мной, Луна.

— Я нет. Просто удивлена. Слушай, мой перерыв закончился, так почему бы мне не написать тебе, когда я закончу и...

— Мисс Дэвис? — Девушка, которая прервала нас, была молода, лет пятнадцати-шестнадцати, и она так нервничала, что ее руки заметно дрожали. Маска актрисы упала на лицо моей сестры, и она повернулась к девушке, улыбка осветила ее лицо и всю кофейню.

— Привет, да.

— Хм, привет, я могу взять у вас автограф?

— Конечно. — Лидия взяла бумагу и ручку, которые держала девушка. — Как тебя зовут, милая?

— Дженнифер.

Лидия размашисто расписалась и вернула ручку и бумагу. — Как насчет фотографии?

Я думала, Дженнифер разрыдается. Она кивнула, и Лидия холодно улыбнулась мне. — Луна, ты не против?

— На самом деле, я на работе и...

— О, я уверена, что твой босс не будет возражать, если ты отвлечешься на минутку. В конце концов, я твоя сестра.

— Э-э-э… — Я взглянула на стойку. Мой босс стоял у кассы, уставившись на Лидию, как и все остальные. — Да, хорошо.

Я взяла телефон Дженнифер и сделала пару снимков, прежде чем вернуть его ей. Она крепко сжала его, прежде чем спонтанно обнять Лидию. Уверена, я была единственной в кофейне, кто заметил краткое выражение презрения на лице Лидии, когда та ответила на объятия молодой девушки. Возможно, она была чертовски хорошей актрисой, но я легко ее читала.

Дженнифер попятилась, и Лидия снова обратила свое внимание на меня. — Я остановилась в отеле «Хэмптон». Попрошу своего водителя забрать тебя в семь, и мы поужинаем.

— О, хм…

— Если только у тебя нет планов? — Она выгнула идеальную бровь, глядя на меня. — Может быть, придешь со своим парнем?

Мое лицо вспыхнуло, и я покачала головой. — Нет, э-э, мы ничего не планировали с Ашером сегодня вечером. Я собиралась в караоке.

— О боже, Луна, ты все еще поешь? — Лидия покачала головой. — Я думала, ты отказалась от своей глупой мечты стать певицей. Ты зря тратишь время.

— Это просто караоке. Я делаю это ради удовольствия.

— Как скажешь, прекрасно. Мы поужинаем, а потом я пойду с тобой в бар, чтобы ты могла спеть пару песен. Увидимся в семь. Не опаздывай.

— Лидия...

Моя сестра была уже на полпути к выходу. Я вздохнула и направилась к стойке. Спорить с Лидией все равно, что пытаться высечь камень. Лидия получала то, чего хотела.

Мой босс все еще смотрел на Лидию, когда она направилась к двери. Поправка – он пялился на ее задницу, как и любой другой мужчина в этом месте, и я воспользовалась возможностью быстро набрать сообщение Ашеру.

«Привет, это Луна. Моя сестра приехала раньше. Я прошла тест прошлой ночью или нет?»

Не дождавшись немедленного ответа, сунула телефон в карман фартука. Я не стану паниковать. Ашер занятой парень, и даже если он не ответит до того, как встречусь с Лидией за ужином, я могу подождать до завтра.

Глава 5

Ашер

— Итак, ты говоришь, что не только притворяешься парнем Луны, но и трахнул ее прошлым вечером и провел ночь в ее постели?

— Говори потише, Нокс. — Я оглядел парковку у бара Рена, прежде чем впиться взглядом в своего лучшего друга.

— Кто ты такой, черт возьми, и что ты сделал с этим угрюмым, несчастным сукиным сыном, которого я знаю и люблю?

Я закатил глаза, запирая свой джип. Оглядел стоянку в поисках машины Луны, разочарование заполнило мое нутро, когда ее не увидел. Я не сомневался, что Луна будет здесь сегодня вечером, но, возможно, она тусовалась со своей сестрой. Дьявол, мне следовало ответить ей, но у меня был чертовски тяжелый день на работе, и я решил, что просто скажу ей лично в баре сегодня вечером. Она редко пропускала вечер караоке, но мне стоило подумать, что ее сестра-сноб не ступит в бар Рена.

— Эш, подожди. — Нокс закончил запирать свою машину и присоединился ко мне. — Знаю, ты неравнодушен к Луне, но действительно думаешь, что это хорошая идея? Любой, у кого есть хоть капля мозгов, знает, что Луна Дэвис влюблена в тебя со средней школы. Я понимаю, почему ты не хочешь отношений, но трахать ее, а потом уйти — это хреновый ход. Она будет очень тяжело переживать, когда ты покончишь с этим.

— Она знает, на чем все закончится, Нокс. Она пришла ко мне и попросила о помощи. Я делаю ей одолжение.

— Правда, делаешь? — спросил Нокс.

Я бросил на него неприязненный взгляд. Нокс был моим лучшим другом со средней школы, и он знал меня лучше, чем кто-либо, но я никогда не признавался в глубине своей одержимости Луной. Зачем? Я не мог дать Луне то, что она хотела, и никогда не мог, так что не было никакого гребаного смысла говорить о ней с Ноксом. Притворяясь ее парнем, по крайней мере, я мог узнать узнать, каково это — трахать Луну.

Действительно чертовски фантастично.

Да, так оно и было. Несмотря на ее очевидную неопытность и нервозность, секс прошлой ночью был невероятно горячим. То, какая она на вкус, то, как она двигалась, когда ее пронзил мой член... Черт, я напрягся, просто думая об этом.

Я отпер свой джип. К черту. Я напишу Луне и скажу, что буду ее фальшивым парнем и что хочу секса сегодня вечером.

«Она со своей сестрой, придурок».

Мне все равно. Я хотел ее, и, кроме того, у меня такое чувство, что между Луной и ее сестрой гораздо больше неприязни, чем просто соперничество. Она, вероятно, была бы счастлива, если бы у нее появился повод сбежать от нее.

— Что ты делаешь? — спросил Нокс, когда я потянулся к дверной ручке.

— Передумал, — проворчал я. — Увидимся позже.

— О, ни за что, черт возьми, — сказал Нокс. — Это ты настоял, чтобы мы пришли сюда сегодня вечером. Я не собираюсь в одиночку слушать, как пьяные придурки пытаются петь.

— Я устал и...

— Нет, — ответил Нокс. — Кроме того, Луна, вероятно, там, и если ты фальшивый кавалер, ты должен сидеть с ней и вести себя как обожающий парень.

— Ее машины здесь нет, — сказал я.

Нокс закатил глаза. — Один гребаный глоток, а потом мы уйдем.

— Прекрасно. — Я последовал за Ноксом к бару.

— О, эй, скажи Изабель, что у меня, возможно, есть для нее зацепка, где остановиться. У Стэнтонов есть гостевой дом, который они пытаются сдать в аренду.

— Да, хорошо.

— Конечно, она живет с тобой всего пару недель, но держу пари, с радостью бы перестала видеть твою уродливую рожу каждое утро. — Нокс ухмыльнулся мне, придерживая дверь в бар.

— Она часто бывает в приюте, я ее почти не вижу.

— Хм, значит, она избегает не только меня? — Нокс последовал за мной в бар и повысил голос, чтобы его было слышно сквозь ужасающе плохое пение, доносившееся с танцпола. — Я ни разу не видел ее с тех пор, как она вернулась.

— Нет, тебя нет, — сказал я. — Она просто…

Мой чертов пульс подскочил на уровень выше. Луна была здесь. Она сидела за столиком ко мне спиной в одиночестве, но я узнал бы ее шелковистые рыжие кудри где угодно. Мои ладони вспотели, и я почувствовал, как на лице появляется глупая улыбка. Черт, мне нужно взять себя в руки. Я вел себя как влюбленный дурак.

«Потому что ты и есть влюбленный дурак».

— Эй, твоя фальшивая подруга здесь, — сказал Нокс. — Думаю, сегодня мы с ней посидим. Вот черт... А вот и ее сестра. Я знаю, что она стерва, но эта женщина чертовски сексуальна.

Я наблюдал, как Лидия присоединилась к Луне за столом. Даже одетая в джинсы и футболку, ее сестра выделялась из толпы. Я, конечно, понимал, почему Нокс и другие мужчины находили ее привлекательной, но ее испорченность и вера в то, что она должна получить все, что хочет, были для меня отвратительными. Она красива, но под этой красотой, как кусочек гниющего плода, таились тьма и уродство, которые слишком сильно напоминали мне мою мать.

Меня привлекала Луна, потому что от нее исходили нежность и свет, как от маяка. Она была прекрасна и без этого, но нельзя отрицать, что ее сладость притягивала меня, как муху мед.

— Эй, — я схватил Нокса за руку, когда он направился к их столику. — Не говори ни слова. Запомни, мы с Луной встречаемся уже восемь месяцев. Понял? Не вздумай, твою мать, все испортить для Луны.

Нокс с минуту изучал меня. — Не буду.

— Хорошо. — Я отпустил его руку и направился к столику Луны. В баре было много народу, но, как всегда, люди расступались с моего пути. Иногда мой размер имел свои преимущества.

Когда я подошел ближе, кошачий вой с танцпола милосердно прекратился. У меня не было проблем с тем, чтобы слышать Лидию, когда она разговаривала со своей сестрой.

— Луна, честно, тебе нужно просто признаться. Ты говоришь, что встречаешься с Ашером Стоуксом, но за сегодняшний вечер ни разу с ним не разговаривала.

— Мы не сиамские близнецы, Лидия. Эш — занятой парень, и мне нравится моя независимость и...

— Это так нелепо. Просто признайся в конце концов, что ты лгала насчет отношений с Ашером. Просто признай это, Луна. Признай это...

Я выдвинул стул рядом с Луной, сел и сразу же притянул ее к себе на колени. Проглотил ее писк удивления, крепко поцеловав. Я не хотел засовывать свой язык ей в рот, у меня были кое-какие гребаные манеры, но когда ее губы приоткрылись для меня, не смог удержаться, чтобы не попробовать. В ту минуту, когда мой язык коснулся ее, ее крошечное тело расслабилось в моих объятиях, и я почувствовал ее низкий стон у своих губ. Мой член затвердел, и было чертовски трудно не тереться им о ее мягкую задницу.

Я отстранился и улыбнулся ей. — Извини, я опоздал.

— Э-э, все в порядке. — Она задыхалась, и мне нравилось, что она уже бросала на меня взгляд, полный желания, всего от одного поцелуя. Черт, что эта женщина сделала со мной.

Нокс сел рядом с Лидией и лениво улыбнулся ей. — Рад снова тебя видеть, Лидия. Как Голливуд?

Она одарила его слабой улыбкой. — Все еще копаешься в грязи, Нокс?

Нокс рассмеялся. — На самом деле, да. Теперь у меня своя компания по ландшафтному дизайну.

Лидия оглядела его с ног до головы. В ее взгляде сквозило презрение, но улыбка не сходила с лица Нокса. Одна из причин, по которой мы с ним дружили, заключалась в том, что ему, как и мне, было наплевать, что о нем думают другие люди. И это включало Лидию «Я гребаная кинозвезда» Дэвис.

— Я не удивлена, — пренебрежительно сказала Лидия. Она повернулась ко мне и Луне и одарила меня совершенно другой улыбкой. Мне захотелось закатить свои гребаные глаза. Только Лидия бросала на меня взгляд «давай трахни меня» прямо перед женщиной, с которой я встречался. Перед ее собственной чертовой сестрой.

«Притворяешься, что вы встречаетесь».

— Привет, Ашер. Прошло так много времени. Как чудесно снова тебя увидеть.

Она протянула руку, и я коротко пожал ее, прежде чем положить на бедро Луны. Лидия на мгновение уставилась на него. — Луна, слезь с колен Ашера. Ради всего святого, ты же не в старшей школе.

Луна покраснела, но я крепче сжал ее талию и бедро, когда она попыталась встать. — Оставайся на месте, Солнышко.

На ней было какое-то маленькое платье с оборками – думаю, оно было милым, но я предпочитал голую Луну — и я приподнял край, пока не увидел ее раненое колено. Опухоль спала, но синяк стал хуже, и я нахмурился, глядя на нее.

— Стало хуже.

— Нет, — возразила она, когда другой певец-подражатель убил песню Элвиса Пресли. — Опухоль спала, и уже не так болит.

— Тебе следует показать колено врачу.

— Ой, да ладно. — Лидия наклонилась вперед. — Если бы Луна ходила к врачу каждый раз, когда споткнется, она бы от него никогда не ушла. С ней все в порядке.

— Привет, ребята, что я могу…

Я мысленно застонал. Мэдисон, одна из официанток в баре Рена, подскочила к нашему столику. Ее глаза чуть не вылезли из орбит, когда она уставилась на то, как Луна сидела у меня на коленях.

— Вот черт! — воскликнула Мэдисон. — Луна, ты и Ашер вм...

— Я возьму пиво. Все, что у тебя есть, — сказал я.

— Хорошо, я просто хотела спросить, если ты и...

— А я просто хотел спросить, не собираешься ли ты выполнить свою работу и принести мне гребаное пиво? — рявкнул я.

Мэдисон закатила глаза. — Хорошо, Ашер. Совсем необязательно быть таким придурком. Нокс, чего ты хочешь?

— Я тоже выпью пива, Мэдс. Спасибо. — Он подмигнул ей, и она снова закатила глаза, прежде чем улыбнуться Луне и Лидии. — Дамы, хотите еще выпить?

— Я выпью еще бокал вина, — сказала Лидия.

Луна покачала головой. — Мне и так хорошо. Спасибо, Мэдисон.

— Ну еще бы.

— Сегодня вечером там много народу, — вмешался Нокс.

Мэдисон кивнула. — Как и всегда в вечер караоке. В основном из-за Луны.

Она улыбнулась Луне, и моя девочка покраснела. — Сомневаюсь, что это правда.

— Абсолютная правда. — Мэдисон улыбнулась Лидии. — Твоя сестра привлекает толпу своим пением. Она могла бы стать профессиональной певицей. Похоже, ты не единственный талантливый человек в семье, а?

Мне было интересно, видел ли кто-нибудь еще вспышку гнева на лице Лидии, прежде чем она нацепила маску. — У Луны красивый голос, но он звучит заурядно. Поверьте мне, музыкальная индустрия ищет... уникальный звук.

— Думал, ты актриса, а не певица, — заметил я.

— О, разве Луна тебе не сказала? Я играю главную роль в ремейке фильма «Призрак оперы». Съемки начинаются в следующем месяце. — Лидия одарила Луну тщательно продуманным недоуменным взгляд. — Ты встречаешься с Ашером уже восемь месяцев, вы разговариваете или это скорее физические отношения?

— Мы много болтаем, только не о тебе, — сказал я, прежде чем Луна успела ответить. — Зачем нам это?

Я был рад увидеть, как на лице Лидии снова промелькнуло выражение гнева. То, как она разговаривала с Луной, выводило меня из себя.

— Вы с Луной встречались...

— Пиво, — рявкнул я на Мэдисон, прежде чем она успела закончить предложение. — Делай свою чертову работу, Мэдисон.

— Да, да, — сказала Мэдисон. Она ушла, и Лидия подняла бровь, глядя на Луну.

— Странно, что эта официантка не знает, что вы встречаетесь.

— Мы не любим публичности, — отрезал я.

— Может быть, тебе стоит позволить моей сестре самой ответить за себя, — сказала Лидия.

Настала моя очередь покраснеть. Я знал, что Луна — взрослая женщина и не нуждается в том, чтобы я защищал ее от сестры, но чертова Лидия сильно меня напрягала.

— Ну, Луна? — не успокаивалась Лидия.

Луна взглянула на меня, прежде чем пожать плечами. — Как и сказал Эш, мы предпочитаем не выставлять напоказ наши отношения. Ты же знаешь, мне никогда не нравилось быть в центре внимания.

Прежде чем Лидия успела ответить, парень, который управлял караоке-автоматом, окликнул Луну по имени. Толпа в баре громко приветствовала и улюлюкала, и удивление на лице Лидии заставило меня улыбнуться. Я поцеловал Луну в губы.

— Срази их наповал, Солнышко.

— Спасибо, — пискнула она, когда я быстро сжал ее задницу.

Я улыбнулся ей. — Хочешь я отнесу тебя туда?

— Нет, — ответила она с легкой улыбкой.

Она, прихрамывая, подошла к микрофону, когда Мэдди вернулась с нашим пивом. Я заплатил за свой и Нокса и сделал большой глоток. Луна начала петь, и, как всегда, я был чертовски загипнотизирован. Я забыл о ее гребаной сестре, о своем пиве, обо всем, кроме Луны и ее голоса. Боже, мне нравилось слушать, как она поет. Мне все равно, что сказала ее чертова сучья сестра, ее голос был далек от заурядного.

Слишком быстро песня закончилась. Я поставил свое пиво на стол и захлопал, и свистнул, когда остальная часть бара разразилась аплодисментами. Взглянул на Лидию. Прищурившись, она смотрела на ликующую толпу в баре. Покрасневшая Луна слегка взмахнула рукой на приветствия, прежде чем захромать обратно к нам. Я встал и встретил ее на полпути. Она удивленно посмотрела на меня, но не стала возражать, когда я поцеловал ее в губы, затем поднял и понес обратно к нашему столику.

Черт, я не должен был этого делать. Теперь все в этом гребаном баре подумают, что мы встречаемся или что-то в этом роде, но я не мог устоять. Не только потому что боялся, что она споткнется и повредит колено еще сильнее, но и потому что какая-то часть меня хотела, чтобы все думали, что Луна Дэвис принадлежит мне.

Я усадил ее на стул и опустился рядом, прежде чем положить руку ей на ногу. — Хорошая работа, Солнышко.

— Спасибо, Эш, — она застенчиво улыбнулась мне, и я не удержался и снова поцеловал ее. Боже, как хорошо от нее пахло. Я хотел отвезти ее домой и трахать, пока она не кончит на мой член и не будет стонать мое имя.

— Отличная работа, Луна. — Нокс протянул кулак, и Луна стукнула по нему, прежде чем взглянуть на сестру. Лидия натянуто улыбнулась, но ничего не сказала. Я сделал еще глоток пива и взглянул на часы. Я давал Луне шанс спеть еще одну или две песни, а потом собирался отвезти ее домой и снова сделать своей.

* * * * *

— Это та же самая гребаная песня, которую пела Луна? — Я сел за стол, не обращая внимания на узел напряжения в животе, от того что Луны нет рядом. Наверное, она просто отошла в туалет, как и я.

— Ага, — ответил Нокс.

— Невероятно, — пробормотал я, когда Лидия, держа микрофон в одной руке, прошлась взад и вперед по танцполу, как будто это была ее личная сцена. Ее голос хорош, возможно, даже технически он лучше, чем у Луны, но в нем нет ни капли тепла Луны. Не то чтобы это имело значение, придурки в баре уже были влюблены в нее, и я наблюдал, как они пялились на Лидию, когда она пела.

— Она выбрала ее нарочно, — сказал Нокс. — Как можно быть такой сукой по отношению к собственной сестре?

— Лидия Дэвис.

— Ага, я так и думал. Просто надеюсь, что Луна не сбежала насовсем.

Что-то похожее на панику охватило мое сердце. — Что, черт возьми, ты имеешь в виду? Где Луна?

— Как только Лидия начала петь, она сказала, что ей нужно подышать свежим воздухом. Она выглядела расстроенной.

— Конечно, она чертовски расстроилась. — Я встал. — Придержи Лидию в баре, когда она закончит свою гребаную песню. Не позволяй ей искать Луну.

— Будет сделано. — Нокс протянул мне свое пиво, прежде чем поставить его и хрустнуть костяшками пальцев. — Пора выпустить очаровательного Нокса поиграть.

Я повернулся и протопал через бар, игнорируя пение Лидии и то, как все смотрели на нее. Оказавшись снаружи, я осмотрел парковку. Луна явно не приехала в бар на машине, что, если она пошла домой пешком? Было поздно и темно, а она такая чертовски маленькая. Любой мог встретить ее, причинить боль и...

Облегчение нахлынуло на меня. Я заметил ее волосы в лунном свете и сразу же побежал к ней через парковку. Она действительно стояла рядом с моим джипом, и я подумал, не сделала ли она это нарочно.

«О да, конечно. Луна расстроена, поэтому будет стоять рядом с твоей машиной, потому что что? Она напоминает ей о тебе, и ты заставляешь ее чувствовать себя лучше? Приди в себя, чертов идиот».

— Привет. — Я остановился перед ней, и она слабо улыбнулась мне.

— О, привет. Что ты здесь делаешь?

— Пришел, чтобы найти тебя. Ты не должна стоять здесь в темноте одна.

— Это совершенно безопасно.

— Это не так. — Я видел мурашки на ее тонких руках. — Пойдем внутрь. Ты замерзла.

— Мне нужно еще несколько минут.

Она изучала землю, а я прислонился к своему джипу. — Я должен был ответить тебе.

— Все в порядке. Я решила, что смогу подождать, по крайней мере, до завтра.

— Я был занят на работе весь день и знал, что увижу тебя здесь сегодня вечером, так что…

Господи, это звучало чертовски неубедительно.

— Нет, я все понимаю. Мне жаль, что тебе пришлось рано начать притворяться, но, — она наконец взглянула на меня, — я действительно ценю, что ты, э-э, помог мне.

Я ничего не сказал, но мне было невыносимо видеть, как она дрожит. Я притянул ее к себе и погладил по спине. Она положила голову мне на грудь и обняла за талию.

— Почему ты не остался послушать, как поет Лидия? — спросила она.

— Ее голос отстой.

Она рассмеялась. — Нет, это не так. Он лучше, чем у меня.

Я потянул ее за косу, пока она не подняла голову. — Нет.

— Так и есть. У нее всегда был великолепный голос и...

— Он не лучше. У тебя невероятный голос, Солнышко. Я прихожу в бар по средам только для того, чтобы послушать, как ты поешь.

— Да? — Ее глаза загорелись. — В самом деле?

— Да, — признался я. — У тебя самый красивый голос, который я когда-либо слышал.

Черт, я говорил как влюбленный идиот, но улыбка на лице Луны того стоила.

— Спасибо, Ашер.

— Всегда пожалуйста.

На мгновение она замолчала, а затем, покраснев, сказала: — Итак, э-э, прошлая ночь была для тебя хорошей?

— Да, — сказал я.

Она уставилась на меня: — Ты уверен?

Я поцеловал ее. Ничего не мог с собой поделать. Я провел большую часть этого проклятого дня, думая о ней, о ее сладкой киске и о том, как сильно хотел снова погрузиться глубоко в нее. Я почти разбудил ее этим утром, прежде чем уйти, но уже опаздывал, и если бы разбудил ее, у меня было бы искушение держать ее в постели весь гребаный день. К черту обе наши работы.

Ее тихий стон и то, как она облизала мой рот, прежде чем скользнуть языком между моих губ, мгновенно заставили мой член затвердеть. Я потерся о нее своим стояком, прежде чем обхватить грудь через платье и большим пальцем сжимать ее сосок в твердый бутон. Мы целовались до тех пор, пока не почувствовал, что она нужна мне так чертовски сильно, что не мог больше ждать ни секунды. Ни один поцелуй с женщиной ни разу не заставил меня потерять контроль, но это была моя Луна, женщина, которую я хотел уже много лет.

Я приподнял ее и одобрительно застонал, когда Луна обвила ногами мою талию и потерлась о мой член. Прижал ее к грузовику нижней частью тела и использовал обе руки, чтобы обхватить и размять ее грудь через платье, пока продолжал ее целовать.

Она тихо стонала от желания, выгибаясь в моих руках, и это сводило меня с ума настолько, что я, как гребаный подросток, прислонил ее к своему грузовику и пытался трахнуть, не снимая штанов.

— Эш, пожалуйста.

Я не смог удержаться от ее задыхающегося крика. Моя женщина нуждалась в моем члене, и я собирался, черт возьми, дать ей его. Когда Луна поцеловала меня в шею, покусывая зубами, я быстро оглядела парковку. Она была совершенно пуста. Я припарковался в дальнем конце стоянки, и было достаточно темно, чтобы скрыть то, что мы делали, пока никто не подошел слишком близко. Я протянул руку между нами и расстегнул джинсы. Вытащил свой член прежде, чем Луна поняла, что происходит. Сжал ее бедра. — Подвинь трусики, Солнышко.

— Ч-что?

Я потерся членом о ее киску. Черт, если не войду в нее в ближайшие десять секунд, сойду с ума. — Сдвинь свои трусики, пока я не сорвал их с тебя.

— Мы не можем, — прошептала она. — Мы на стоянке, и если нас кто-нибудь увидит...

— Луна, — мой член все еще упирался в ткань ее трусиков, и я чувствовал, насколько они были влажными, — сдвинь свои трусики сейчас же. Мне нужно трахнуть свою женщину, а тебе нужно, чтобы тебя трахнули.

Луна уставилась на меня, ее зрачки расширились в тусклом свете, прежде чем она безмолвно протянула руку между нами и стянула трусики до складки бедра. Она обхватила другой рукой мою толстую шею и прижалась ко мне, когда я просунул руку между нами и схватил основание члена. Я направил его к ее сладкой, влажной дырочке и толкнул. И застонал ей в горло, когда почувствовал, как ее горячее напряженное лоно окружило мой ноющий член.

Она ахнула мне в ухо, ее влагалище сжалось вокруг меня, и я немедленно остановился. Я потер одно голое бедро, прежде чем отодвинуться и снова толкнуться. Луна была как перчатка вокруг моего члена, и я застонал, продвигаясь вперед, пока ее крошечная киска не приняла каждый дюйм моего члена.

— О Боже, — прошептала она мне на ухо. — Ты такой большой, такой твердый.

— Я делаю тебе больно, Солнышко? — Никогда в жизни я не хотел двигаться так сильно, как сейчас, но, черт возьми, скорее умру, чем причиню боль своей Луне.

— Нет, — выдохнула она. — Нет, мне так хорошо. Трахни меня скорее, Эш. Мне это нужно.

Ей не нужно было повторять дважды. Когда она обхватила меня другой рукой за шею, я взял ее за бедра и начал входить и выходить из нее. Ее мягкие всхлипы и стоны удовольствия подстегивали меня, я целовал ее, а затем трахал в жестком, быстром ритме, от которого мои яйца напряглись, а основание позвоночника покалывало.

Господи, я уже был близок к тому, чтобы кончить, и немедленно просунул руку между нами и потер клитор Луны. Он был набухшим и твердым, и я проглотил ее крик удовольствия, когда тело Луны сразу напряглось, и она кончила на мой член. Стоило ее крошечной киске сжать меня, как я простонал ее имя, сильно толкнулся и кончил. Как и прошлой ночью, наполнил ее своей спермой, и Луна приняла ее всю, сжимаясь и пульсируя вокруг меня, и втягивая мое семя глубоко внутрь.

Если бы Луна не принимала эти чертовы таблетки, мои мальчики плыли бы к главному призу, обрюхатили бы мою Луну и сделали моей навсегда. Если бы она носила моего ребенка, ей пришлось бы переехать ко мне, спать в моей постели каждую ночь, пока мой мальчик рос бы в ее животе, и я доставлял бы ей больше удовольствия, чем она когда-либо мечтала. Она была бы моей и беременна...

Святое дерьмо. О чем, черт возьми, я думал? Мои бедра все еще двигались, и Луна продолжала тихо стонать и вздыхать мне в ухо, содрогаясь от оргазма, но я, черт возьми, погрузился в какую-то гребаную мечту о том, чтобы заставить Луну забеременеть только для того, чтобы трахать ее каждую ночь. Что, черт возьми, со мной не так?

Раздался взрыв музыки, и я повернул голову, чтобы увидеть, что дверь в бар открыта. Нокс и Лидия выходили, и я пробормотал проклятие, прежде чем вытащить свой член и поставить Луну на ноги. Она тут же пошатнулась, и я развернул ее и положил ее руки за верх кузова грузовика. — Держись за него, Солнышко.

Засунул член в штаны и застегнул молнию, прежде чем протянуть руку между ног Луны. Она застонала, и я стиснул зубы, когда она автоматически раздвинула бедра, чтобы дать мне доступ. Я глупо оглянулся. У меня появилась дерзкая мысль, что смогу подарить ей еще один оргазм, прежде чем Нокс и Лидия доберутся до нас. Я был чертовски зависим от звука кончающей Луны.

Нокс и Лидия были уже на полпути к нам, и я вернул трусики Луны на место, прежде чем снова повернуть ее лицом ко мне. — Луна, посмотри на меня.

Она улыбнулась, ее милое лицо расслабилось, а глаза затуманились от воспоминаний о наслаждении. — Это было так приятно, Эш. Мне так хорошо. Ты заставил меня кончить так сильно.

— Хорошо, дорогая, я рад. Твоя сестра почти здесь.

— Что? — Она вздрогнула от неожиданности и поморщилась, прежде чем потянуться, чтобы потереть колено. — Лидия?

— Ага.

— Черт! Я выгляжу так... в том смысле, по мне можно сказать, что у меня только что был…

Я изучал ее распухший рот и красные отметины на шее от моей щетины. — Нет, не совсем.

— Не совсем? — Ее глаза расширились. — Ты можешь сказать, видно, что мы занимались сексом или нет?

— Луна!

Я повернулся и встал перед Луной, словно защищая. Лидия нахмурилась. — Я хочу поговорить со своей сестрой.

Луна вынырнула из-за моей спины, но я обнял ее и прижал к своему телу, когда Лидия хмуро на нее посмотрела. — Что ты делаешь?

— Вышла подышать свежим воздухом и, э-э, поговорить с Эшем.

— Ну, уже поздно, и водитель скоро будет. Я хочу вернуться в отель и порепетировать свою субботнюю речь. Пошли.

Луна взглянула на меня, и я крепче обнял ее за талию. — Я отвезу Луну домой.

— Она возвращается в отель, чтобы послушать мою речь, — отрезала Лидия. — Давай, Луна.

Луна снова взглянула на меня. — Да, хорошо.

Глупо, но боль просочилась сквозь меня, когда Луна, балансируя на здоровой ноге, встала на цыпочки и поцеловала меня в щеку. — Пока, э-э, милый. Я напишу тебе завтра, хорошо?

— Ага, — буркнул я.

Я отпустил ее, и Лидия одарила меня самодовольной улыбкой, от которой у меня сжались зубы. — Рада была повидаться с тобой, Ашер.

Я не ответил, и Луна бросила на меня извиняющийся взгляд, прежде чем последовать за сестрой. На стоянку въехал черный городской автомобиль, и я ударил кулаком в бок своего грузовика, когда Лидия и Луна забрались внутрь, и машина уехала.

— Эй, эй, успокойся, здоровяк, — проговорил Нокс.

— Я в порядке, — пробормотал я.

— Ох, да? Потому что эта вмятина на твоем грузовике говорит об обратном.

Я отпер дверь и распахнул ее. — Спокойной ночи, Нокс.

— Эш, серьезно, чувак, ты в порядке?

Я кивнул, хотя был зол и обижен и не имел на это права. — Да, я в порядке.

— Извини, я больше не мог держать Лидию в баре. После того, как половина гребаной публики закончила целовать ее чертову задницу, она настояла на том, чтобы выйти на улицу, чтобы найти тебя и Луну.

— Ага, приятель, я ценю это. Увидимся позже.

Я забрался в свой грузовик и завел его, порывисто помахав Ноксу, прежде чем выехать со стоянки и направиться к дому.

Глава 6

Ашер

— Ашер! Привет, Ашер!

Я выключил резак и поднял шлем. Вытер пот с лица и уставился на управляющего магазином. — Что?

— К тебе посетитель в приемной.

— Что? Кто?

— Откуда, черт возьми, мне знать? У нее рыжие волосы.

Я снял шлем и бросил его на рабочий стол, прежде чем стянуть перчатки. Они присоединились к шлему, и я провел руками по волосам. Мой пульс бешено колотился, и я был взволнован больше, чем должен бы, тем, что Луна пришла навестить меня на работе. Я плохо спал прошлой ночью. Злился, что Луна выбрала Лидию вместо меня прошлым вечером. После всего одной ночи, проведенной рядом с ней, уже чертовски привык к этому.

Господи, я действительно сходил с ума.

Тем не менее, это не помешало мне ухмыльнуться, как идиоту, когда направился к стойке регистрации. Уже почти обед, может быть, она захотела перекусить со мной. Я открыл дверь, улыбка погасла на моих губах, когда увидел Лидию, стоящую в приемной.

Она одарила меня ослепительной улыбкой. — Привет, Ашер. Как поживаешь?

— Что ты здесь делаешь?

— Подумала, может быть, мы могли бы пообедать вместе.

— Где Луна?

— Она работает. Думала, что мы можем встретиться только вдвоем.

— Я занят.

— О, конечно, но ты ведь мог бы взять перерыв, чтобы пообедать со мной? По старой памяти.

— Нет.

Я бы не стал лгать, какой-то части меня нравилось видеть удивление на лице Лидии всякий раз, когда ей отказывали в том, чего она хотела.

— Ладно. — Лидия быстро пришла в себя, надо отдать ей должное. — Все равно увидимся вечером.

Она поймала мой непонимающий взгляд, прежде чем я успел это скрыть.

— За ужином. Мама с папой будут здесь через несколько часов, и я заказала столик в единственном приличном ресторане в городе. По крайней мере, надеюсь, что «Стейк-хаус Бейкера» все еще приличный. — Она слегка вздрогнула, прежде чем одарить меня торжествующей улыбкой. — Разве Луна не пригласила тебя на ужин? Это кажется странным — не пригласить своего парня на семейный ужин.

Я выудил из кармана сотовый телефон и взглянул на него. — Она прислала мне сообщение. Просто у меня еще не было возможности его прочитать.

— О. — Она подождала и, когда я ничего не сказал, вздохнула. — Тогда, думаю, увидимся в шесть.

— Думаю, да. — Я смотрел, как она уходит, прежде чем снова взглянуть на свой телефон. Луна не писала и не звонила мне, и я проигнорировал свое желание написать ей. Понятия не имел, почему она не хотела, чтобы я присутствовал на ее семейном ужине сегодня вечером, но уже слишком поздно. Я приду, нравится ей это или нет.

***

Потянув за узел галстука, запустил палец под воротник. Я уже начал жалеть, что надел галстук. Даже не мог вспомнить, когда в последний раз носил гребаный галстук, и надевать его, чтобы произвести впечатление на родителей моей фальшивой подруги, конечно, смешно. Я не нуждался и не хотел их гребаного одобрения.

Тем не менее чувствовал, как мои внутренности нервно сжимаются, когда администратор вела меня к их столику. Все стало только хуже, когда я понял, что Луна не сидит за столом со своими родителями и сестрой. Ее отец встал, и я пожал ему руку, прежде чем кивнуть ее матери.

— Рада снова видеть вас, мистер Стоукс, — сказал она, когда я сел.

— Зовите меня Ашер, — ответил я. И Луна, и ее сестра были похожи на свою мать. Она одарила меня улыбкой, которая не достигла ее глаз, и больше ничего не сказала.

Некоторое время мы сидели молча, прежде чем Лидия коснулась моей руки. — Ты сегодня очень красив, Ашер.

Я отдернул руку. — Где Луна?

— Она немного опаздывает, но скоро будет здесь.

Я нахмурился, когда Лидия сделала глоток вина и улыбнулась отцу. — Папа, я говорила тебе, что встретила Клинта Иствуда?

У него отвисла челюсть. — Что? Когда? Как?

Лидия хихикнула. В отличие от мягкого и сладкого хихиканья Луны, смех ее сестры казался пронзительным и неприятным, и мне захотелось воткнуть вилку в свое гребаное ухо.

— На вечеринке в прошлые выходные. Он действительно подошел ко мне и сказал, что был очень впечатлен моим...

У отца зазвонил мобильник, и Лидия надулась, когда он взял трубку. — Папуль, я рассказываю тебе историю.

— Это твоя сестра, дорогая. Я быстро.

— Мамочка, ты знала, что мы с Ашером почти встречались в старшей школе? — спросила Лидия.

— Мы не встречались, — возразил я. Лидия засмеялась и коснулась моей руки. Я отключился от ее болтовни и слушал, как отец Луны говорит по телефону.

— Ну, а ты не пробовала повернуть в другую сторону? — Он вздохнул. — Я говорил тебе пять минут назад, что это простая процедура. Гайки должны быть туго затянуты. Посильнее крути, и ты их снимешь. Что? — Он взглянул на Лидию, прежде чем прочистить горло. — Мы уже заказали вино и закуски, Луна. Ты взрослая женщина и вполне способна... нет, я знаю. Конечно, нет. Я понимаю, что я твой отец, но ты понимаешь, что у меня был очень длинный день? Перелет сюда был кошмаром, и я устал. Я не могу спасать тебя каждый раз, когда ты попадаешь в беду. Мне не нравится, что ты пытаешься обвинить меня в... да, ты обвиняешь меня, как всегда. Это очень непривлекательное качество, Луна.

На мгновение воцарилась тишина. Лидия все еще болтала со своей матерью, и я стиснул зубы и сжал руки в кулаки под столом, когда ее отец сказал: — Ну, просто постарайся поторопиться, хорошо? Мы ждем тебя, чтобы заказать ужин.

Он закончил разговор и сделал глоток вина, прежде чем улыбнуться жене.

— Луна уже в пути? — Миссис Дэвис тоже сделала глоток вина.

— Она скоро будет здесь, — ответил он.

Мать вздохнула. — Надеюсь, это не слишком затянется. Я умираю с голоду. Думаю, мы можем начать без нее. Она не будет возражать.

— Как скажешь, дорогая. Лидия, закончи свой рассказ о Клинте Иствуде и...

— Что случилось с Луной? — Мой голос прозвучал грубо, и ее отец бросил на меня испуганный взгляд.

— Ничего.

— Чушь, — сказал я. — Где она и о чем просила?

Ее отец взглянул на Лидию, которая положила руку мне на плечо. — Не беспокойся о Луне. Она великолепно умеет заботиться о себе. Она всегда была очень независимой. Вот почему...

— Где она? — Я проигнорировал Лидию, уставившись на ее отца.

— У нее спустило колесо, — наконец ответил он. — Она просто меняет его и скоро будет здесь.

Я громко выругался и встал. Лидия моргнула, глядя на меня. — Ашер, ты не можешь уйти. С Луной все в порядке, поверь мне. Она скоро будет здесь и...

Я оставил их, сдернув галстук и сунув его в карман, и направился из ресторана к своему грузовику.

* * * * *

Луна

Я даже не заметила, как он припарковался позади меня. Вероятно, потому что была слишком занята, ударяя по своей бесполезной спущенной шине своим бесполезным гаечным ключом. Я как раз собиралась ударить его еще раз, когда из моей руки вырвали гаечный ключ. Развернулась, морщась от боли в колене, и уставилась на широкую грудь Ашера Стоукса.

— Ашер? Что ты здесь делаешь?

— Почему ты мне не позвонила? — Он присел на корточки и изучил спущенное колесо на моей машине.

— Позвонить тебе для чего?

— Когда у тебя спустило колесо. — В его голосе звучало нетерпение, переходящее в гнев.

— Я... Зачем мне тебе звонить?

Он уставился на меня. — Потому что ты моя женщина и ты застряла на обочине гребаной дороги!

Теперь в его голосе определенно звучал гнев, и я уставилась на него. — Перестань на меня орать. Ты ясно дал понять, что между нами все не по-настоящему, так зачем мне звонить тебе, когда у меня спустило колесо? Как ты вообще узнал, что я здесь?

— Ты должна была позвонить мне, — он понизил голос, но я устала и уже расстроилась, и продолжала смотреть на него.

— Да, но я этого не сделала. А теперь, если не возражаешь, я кое-куда опаздываю...

— Твоя семья ужинает без тебя.

— Откуда ты знаешь, что я ужинаю со своей семьей?

Он вздохнул и выпрямился, прежде чем взять меня за руку. — Ну же, Солнышко. Садись в мой грузовик и согрейся.

Хотела поспорить, но замерзла, и знала, что у меня нет ни малейшей надежды поменять чертову шину. Я захромала за ним, и он открыл дверь и втолкнул меня внутрь. Скользнул за руль и молча уставился на меня.

— Как ты узнал, что я ужинаю со своей семьей?

— Твоя сестра заходила сегодня ко мне на работу.

— Что? Зачем?

— Она хотела пообедать.

— А ты? — Прежде чем моя ревность подняла голову, Ашер отрицательно покачал головой.

— Конечно, нет. Но она предположила, что я буду на ужине.

— Черт, — пробормотала я.

— Я прикрыл тебя, — его голос снова стал сварливым. — Сказал ей, что ты меня пригласила, и мне пришлось прийти.

— Прости.

Он только пожал плечами. — Я пришел как раз в тот момент, когда ты разговаривала со своим отцом.

— Ох.

Он уставился на меня. — Если что-то подобное случится снова, позвони мне. Ясно?

К вечеру воскресенья я удалю его номер со своего телефона, так что даже если бы захотела ему позвонить, это было бы невозможно. Но он ждал ответа, и я решила, что с его нынешним настроением мне лучше согласиться.

— Да, хорошо. Мне, гм, нравится твоя рубашка. — На нем была рубашка на пуговицах. Я никогда раньше не видела его ни в чем, кроме футболок.

— Спасибо. — Он угрюмо уставился на меня. — Гайки с выступами имеют поперечную резьбу. Ты поменяла свои шины в монтажной мастерской Эла? Не обращайся больше к нему. Никогда. Единственное, что этот ублюдок умеет делать, — это трахать леди, которая управляет залом для игры в бинго.

Я моргнула, глядя на него. — Эл из монтажной мастерской трахает Салли Бланкентул? Ему сколько, сорок пять, сорок шесть? Ей должно быть лет семьдесят.

Он только пожал плечами, и я бросила на него встревоженный взгляд. — Ты, э-э, представляешь, сколько будет стоить исправление проблемы с перекрестной резьбой?

Я не купалась в деньгах, а необходимость платить за буксировку до гаража Джека Уильямса и ремонт шин означал, что следующий месяц буду обедать исключительно заварной лапшой.

— Сегодня вечером мы отбуксируем машину ко мне, а утром я заберу запчасти в автосалоне и починю ее для тебя.

— О, э-э, ты уверен? Я не хочу причинять тебе неудобства или...

— Ты не причиняешь.

— Ладно, спасибо, это очень мило с твоей стороны. Как ты узнал, на какой улице я нахожусь? Я не говорила отцу.

— Есть только две возможные улицы, чтобы добраться до ресторана.

— Точно. — Боже, я теряла весь разум, когда оказывалась рядом с Ашером. Наверное, потому, что была слишком занята мыслями о том, как хорошо было, когда он трахал меня. Я тут же покраснела. Я провела большую часть прошлой ночи, заново переживая тот момент у его грузовика. Не могла поверить, что занималась сексом на парковке у бара Рена. Я, девушка, которая занималась сексом всего десять с половиной раз, трахалась с самым горячим парнем в городе у его грузовика.

Одна только мысль об этом в моей постели той ночью так возбудила меня, что я яростно мастурбировала. Я заснула после мастурбации, но мои сны были наполнены звуком низкого голоса Ашера и ощущением его больших рук.

Он уже говорил по телефону с компанией эвакуаторов, и я слушала, как он сообщает парню, где моя машина, где он спрячет ключи и куда ее отбуксировать. Я вытащила свою кредитную карту из сумочки, но он отмахнулся от меня и дал парню информацию о своей кредитной карте.

Честно говоря, было приятно, что он обо всем позаботился. Я провела большую часть своей жизни, заботясь о себе сама, в то время как мои родители сосредоточились на Лидии, и было не совсем привычно просто сидеть сложа руки и позволить Ашеру позаботиться о деталях.

Он повесил трубку. — Оставайся здесь.

Я смотрела, как он вышел из своего грузовика и направился к моей машине. Схватил мою сумочку с переднего сиденья и сунул ключи в козырек для водителя эвакуатора, прежде чем вернуться и забраться в грузовик. Он протянул мне мою сумочку, и я неуверенно улыбнулась ему.

— Спасибо тебе, Ашер.

— Ага, всегда пожалуйста.

Проверила свой телефон, когда Ашер выехал на улицу. Мне совсем не хотелось ужинать с моей семьей. Чего я действительно хотела, так это снова оказаться в постели с Ашером. Не думать ни о чем, только наслаждаться его телом, его руками, его страстью.

Оторвала взгляд от телефона. Мы удалялись от ресторана. — Эй, ты едешь не в ту сторону.

— Мы не пойдем в ресторан.

— А куда?

— К тебе.

— Зачем?

— А ты как думаешь? — Он взглянул на меня и, клянусь богом, моя киска стала влажной от одного только жара его взгляда. Неужели он прочитал мои чертовы мысли?

— Мы должны встретиться с ними за ужином. Если я этого не сделаю, они…

— Что они сделают? Рассердятся на тебя? Разочаруются? Ты взрослая женщина, Солнышко. Тебе все еще нужно папино одобрение?

Я покраснела. — Невежливо не приходить.

— Может быть. Но учитывая то, как они относятся к тебе, небольшая грубость может пойти им на пользу.

Я вздохнула. — Моя сестра хочет, чтобы у нас был семейный ужин и...

— И что? Кого, черт возьми, волнует, что хочет твоя сестра?

— Ты не понимаешь. Если Лидия что-то хочет, Лидия это получает.

— Не всегда.

— Большую часть времени. — Я изучала его большое тело. Помнила, каково это — чувствовать Ашера внутри себя, чувствовать, как его язык вылизывает м… Лидия этого не знала и никогда не узнает.

Я снова вздохнула. — Послушай, ты не знаешь Лидию так, как я. Если мы не придем на ужин, обещаю тебе, что она окажется у моей квартиры и будет колотить в чертову дверь, просто чтобы наорать на меня. Так что, если ты не хочешь, чтобы моя сестра кричала на нас, пока мы занимаемся сексом...

— Значит, мы не пойдем к тебе.

Я моргнула, глядя на него. — Куда тогда?

Он закатил глаза. — В самом деле не догадываешься? Я не бездомный, Солнышко.

— Ты... ты хочешь отвезти меня к себе? — Я знала, где живет Ашер, но никогда не думала, что окажусь в его доме.

Он остановился на светофоре и повернулся ко мне лицом. — У тебя есть выбор. Мы можем пойти поужинать с твоей семьей и послушать, как твоя сестра болтает о том, какая она, черт возьми, потрясающая, или мы можем вернуться ко мне, и я съем твою сладкую киску, а потом трахну тебя. Прими решение.

— Куннилингус и секс, — сказала я без колебаний.

Он улыбнулся мне. — Вот это моя хорошая девочка.

* * * * *

Дом Ашера был маленьким и на удивление опрятным для холостяка. Я написала маме, чтобы предупредить, что мы с Эшем не придем на ужин, и за десять минут, которые потребовались, чтобы добраться до дома Ашера, моя мать написала дважды, мой отец позвонил один раз, а Лидия написала мне семнадцать раз. Каждый из них становился все злее, и когда я снимала обувь и следовала за Ашером на кухню, Лидия позвонила мне.

Я изучала свой телефон, моя старая привычка поддаваться ей поднимала свою уродливую голову. Прежде чем успела ответить на звонок, Ашер протянул руку. — Дай мне свой телефон, Луна.

Я заколебалась, и он одарил меня сексуальной улыбкой. — Чем дольше мы будем стоять здесь, тем меньше времени у меня будет, чтобы хорошенько тебя вылизать.

Я практически швырнула в него свой телефон, и он рассмеялся, прежде чем отклонить звонок Лидии. Сунул в ящик на кухне мой телефон, который уже снова начал звонить, и схватил две бутылки воды из холодильника. — Пойдем со мной.

Я последовала за ним по узкому коридору, и он открыл последнюю дверь слева и жестом пригласил меня войти.

— У тебя милая комната.

Он рассмеялся. — Да, спасибо.

— Нет, я серьезно. Мне нравится твое... э-э... одеяло и занавески.

Он поставил воду на тумбочку и включил свет рядом с кроватью. — Иди сюда.

Я подошла к нему. Мои соски уже затвердели, а киска была горячей и набухшей. Остановившись перед Ашером, я подавила желание стянуть с себя джинсы.

— Раздень меня, Солнышко.

Я помогла ему раздеться, нетерпеливо дергая пуговицы на его рубашке, пока он расстегивал и стаскивал джинсы. Из кармана его джинсов торчал кусок серой ткани, и я вытащила его, когда он снял рубашку.

— Галстук? — Я улыбнулась ему. — Ты надел галстук на ужин с моими родителями?

Он даже слегка покраснел, и я одарила его еще одной дразнящей улыбкой. — Что случилось с тем, кого не волнует, что они думают?

Он зарычал на меня и вырвал галстук из моей руки. — Будь осторожна, Солнышко, или я привяжу тебя им к кровати.

Я уставилась на него широко раскрытыми глазами. — Я... правда?

Теперь настала его очередь усмехнуться. — Если ты этого хочешь.

— Меня никогда не связывали во время секса. А тебя?

— Нет.

Я с минуту изучала галстук и решила быть с ним честной. — Думаю, лучше мне связать тебя, но я знаю, что ты не позволишь мне сделать это, так что…

Он притянул меня ближе и сжал мою задницу. — Солнышко, я позволю тебе делать со мной в постели все, что захочешь.

— Серьезно?

— Да.

— Я могу привязать тебя к кровати твоим собственным галстуком?

— Да.

Я прикусила нижнюю губу. — А что, если я тебя укушу?

Он обхватил мою грудь через рубашку. — Ты ужасно одержима идеей кусаться.

Я покраснела. — Я не одержима, это только один раз…

— Один раз, что?

— Э-э, парень, с которым я спала до тебя, сказал, что ему нравится грубость. Он говорил мне это несколько раз, и вот однажды, когда кончила, я укусила его и немного поцарапала. Я сделала это не нарочно, но ему это не понравилось.

Я уставилась на обнаженную грудь Ашера. — Я имею в виду, ему действительно не понравилось. Он закричал и отключился. Я не порвала кожу или что-то в этом роде, но он действительно злился на меня. Это был пятый раз, когда мы занимались сексом, и после этого он уже не был так заинтересован в том, чтобы довести меня до оргазма. Он сказал, что не может мне доверять. Он вел себя так, будто я вампир.

Ашер засмеялся и сжал мою грудь. — Ты можешь кусать и царапать меня, когда кончаешь, Солнышко.

Я неуверенно посмотрела на него. — Ты уверен? Я не буду делать это намеренно, но иногда теряю контроль и…

— Я уверен. — Он расстегнул мою рубашку и стянул ее, потом принялся за лифчик. Меньше чем через минуту я была полностью обнажена, и он окинул мое тело оценивающим взглядом, прежде чем снять остальную одежду.

Когда он притянул меня в свои объятия и поцеловал, я обхватила пальцами его член. Ашер застонал мне в рот, когда начала медленно двигать рукой. Я оторвалась от его губ и зачарованно смотрела на его лицо, когда он закрыл глаза и снова застонал.

Я решила, что сейчас самое подходящее время сделать ему минет, но когда начала опускаться на колени, его глаза распахнулись, и он схватил меня за руки. — Что ты делаешь?

— Собиралась заняться с тобой оральным сексом.

Он покачал головой. — Твое колено все еще слишком болит.

— Тогда ложись на кровать, и я...

— Нет, все в порядке. — Он подвел меня к кровати и усадил на нее.

Он был таким высоким, что я оказалась почти на уровне глаз с его очень эрегированным членом. Наклонилась вперед, но Ашер покачал головой и отступил назад. — Нет, Солнышко.

С каких это пор парень отказывается от минета? Чувствуя себя немного недовольной, сказала: — Я не буду кусаться, пока сосу. Обещаю.

— Я знаю.

— Тогда почему ты не позволяешь мне сделать тебе минет? Может быть, у меня и нет большого опыта в этом, но я полна энтузиазма. — Я показала ему большой палец и снова наклонилась вперед.

— Я сказал, нет, Солнышко.

— Почему нет? — хмуро посмотрела на него.

Он ответил мне таким же хмурым взглядом. — Потому что весь гребаный день я не думал ни о чем, кроме вкуса твоей маленькой киски и того, как ты извиваешься, когда мой язык входит в тебя. Мне нужно вылизать тебя, прежде чем я сойду с ума.

Я уставилась на него широко раскрытыми глазами, прежде чем немного отодвинуться и лечь на спину. Обхватила свою грудь, нежно потянув за тугие соски, и широко раздвинула ноги. — Ну, в таком случае… займитесь делом, мистер Стоукс.

Он одарил меня той сексуальной улыбкой, которой было достаточно, чтобы я стала влажной, прежде чем растянуться между моих ног. Поцеловал мою внутреннюю поверхность бедер, затем облизал их мягкими движениями языка.

— Эй, это не моя киска. — Я потянула его за короткие волосы, пытаясь направить к ноющей влаге, которая требовала внимания.

Он укусил меня за бедро, я взвизгнула и потянула его за волосы. — Будь нежным, Эш.

— Я сама нежность. — Он поцеловал маленькую прядь рыжих кудряшек на моем лобке. — Черт возьми, тот факт, что ковер подходит к портьерам, очень заводит.

Я рассмеялась и погладила его голову. — У меня достаточно веснушек, чтобы ты не вздумал сомневаться, что рыжий мой натуральный цвет.

— Может быть, но, — он облизнул влажные складочки, и я выгнулась к нему с прерывистым криком. — Я потратил годы, задаваясь вопросом, были ли волосы внизу точно такого же оттенка, как и волосы на твоей голове.

— Подожди, что ты имеешь в виду под годами? Ашер, ты… боже мой!

Ашер раздвинул мои половые губы большими пальцами, и от прикосновения его языка к моему набухшему, пульсирующему клитору я забыла о его комментарии. Всего лишь второй раз, когда Эш делал мне куннилингус, и я уже была зависима от этого.

Я схватилась за его голову и закрыла глаза, позволяя ощущениям и удовольствию омыть меня, пока Эш лизал и сосал. В отличие от Дерека, который оба раза сильно расстраивался, если я не кончала быстро, Ашеру, казалось, нравилось пробовать и исследовать мою вагину. Я лепетала, умоляла и постанывала, дергая его за волосы, когда он ласкал языком мою дырочку, прежде чем подразнить клитор кончиком языка. Он засунул в меня толстый палец и пососал клитор.

Вскрикнула, мое тело напряглось, когда я кончила ему в лицо. Он вылизал меня дочиста, прежде чем вытереть лицо простыней и лечь на бок рядом со мной. Ашер положил свою большую руку мне на живот. Мышцы подергивались, и он лениво потирал их, пока я смотрела на него.

— Все еще ненавидишь, когда твою киску вылизывают, Солнышко?

— Боже, нет. — Я потрогала щетину на его подбородке. — Это самое лучшее, что когда-либо было.

Он рассмеялся, и я улыбнулась ему. — Я заставлю тебя делать мне куннилингус каждый день подряд целый месяц. Клянусь богом.

Странное выражение промелькнуло на его лице, и я сразу почувствовала себя идиоткой, когда поняла, что сказала. — Э-э, извини. Знаю, что в воскресенье все закончится, просто я немного... э-э... переусердствовала.

Он не ответил, и я прикусила нижнюю губу. — Тебе даже не придется снова делать это в выходные. Я знаю, это раздражает, что я целую вечность кончаю и...

Он нахмурился, глядя на меня. — Ты не кончаешь вечность, и даже если бы ты это делала, мне было бы все равно, черт возьми. Повернись на бок.

Чувствуя себя глупо из-за неловкости, я начала откатываться от него. Его большая рука на моем бедре остановила меня. — Нет, лицом ко мне.

Повернулась к нему, и Ашер мгновение изучал меня, прежде чем поцеловать. Я чувствовала свой вкус на его губах, и это вызвало медленный огонь желания в моем животе.

— Прости, — сказала я, когда он отпустил мой рот.

— Тебе не за что извиняться. — Он опустил меня на кровать и закинул мою ногу себе на бедро. Притянул ближе, пока его член не прижался к моему лону. Я застонала и тут же протянула руку между нами, схватив основание его члена, сильно потирая его.

— Впусти меня, — потребовал он.

Я хотела сделать то, что он сказал, но головка его члена задела мой клитор, и это было так приятно, что я сделала это снова. А потом еще раз.

Он сжал мою задницу. — Луна, засунь мой член в свою маленькую киску прямо сейчас.

Я надулась на него, и он обхватил мою обнаженную грудь, слегка потянув за сосок. — Сделай это, Солнышко.

Я направила член к своему влажному входу и застонала, когда Ашер толкнулся, и широкая головка скользнула внутрь. Впилась пальцами в его предплечье и снова застонала, когда он остановился.

— Ты в порядке? — Ашер погладил меня по бедру.

— Да, — сказала я. — Да, это приятно.

Он толкнулся снова, и я придвинулась ближе, пока моя грудь не прижалась к нему, и он полностью не вошел в меня. Поцеловала его в грудь, и Ашер застонал, прежде чем запустить руку в мои волосы и потянуть, пока я не посмотрела на него.

Мгновение он изучал мое лицо. — Мне очень нравятся твои волосы. Они мягкие и красивые.

Я не знала, как именно секс превратил сварливого Ашера в милого Ашера, но это только заставило меня любить его еще больше. Как бы мне ни нравилось трахаться с ним, больше всего мне будет не хватать этой его милой стороны, той стороны, которую я никогда больше не увижу.

Глупо, но я почувствовала, что начинаю плакать, и быстро заморгала, прежде чем попытаться отвести взгляд от Ашера. Его рука сжалась в моих волосах, и он посмотрел на меня с милой тревогой. — Что случилось?

— Ничего, — прошептала я. — Все в порядке.

Он изучал меня, и я решила не портить то короткое время, которое проведу с ним, проигнорировала свою странную меланхолию и качнула бедрами. Он втянул воздух, и беспокойство в одно мгновение сменилось страстью. Я провела пальцами по его груди и потерла плоский сосок. Ашер застонал и обнял меня одной рукой. Обхватил мою задницу и держал меня неподвижно, пока входил и выходил. Я слушала влажные сосущие звуки, которые издавала моя плоть, снова и снова принимая его твердый член, и смотрела на его лицо.

— Тебе хорошо, Эш? — прошептала я.

— Безумно хорошо, — простонал он. — Ты такая горячая и тугая, малышка. Такая чертовски тугая. Мне нравится трахать тебя.

Он входил и выходил из меня, и единственным звуком в комнате было его хриплое дыхание. Ашер уставился на мои маленькие сиськи и пробормотал проклятие, когда я протянула руку между нами и обхватила одну из них. Я потянула свой сосок, наслаждаясь тем, как это заставило его толкнуться сильнее. Он начал терять медленный и устойчивый ритм, который установил, и его большая рука сжимала мою задницу так сильно, что я была уверена, что у меня останутся синяки.

Мне все равно. Я хотела, чтобы Эш потерял контроль.

Он протянул руку между нами и потрогал клитор. Я поежилась от внезапного всплеска удовольствия и попыталась отодвинуть его руку. — Хочу, чтобы это было для тебя. Хочу видеть, как ты теряешь контроль.

Он застонал и прижался ко мне тазом. — Тогда потри свой клитор, Солнышко. Потри свой клитор и кончи на мой член. Ничто не заставит меня потерять контроль быстрее, чем зрелище того, как ты кончаешь.

Он убрал свою руку и взял мою, потянув ее к моей жаждущей плоти. Я потерла клитор, наблюдая, как половые губы растягиваются вокруг каждого глубокого удара его члена. Я была такой мокрой, член Эша блестел в тусклом свете, но я не смутилась. Мне нравилось, как легко Эш мог возбудить меня, как быстро он мог сделать меня влажной и заставить кончить.

— Так хорошо, милая? — Ашер тяжело дышал.

— Да, — я быстро потерла клитор маленькими кругами, прежде чем ущипнуть его. Это заставило меня сжать член Ашера, и он издал резкий стон, от которого у меня по спине побежали мурашки.

— Черт, милая, если ты продолжишь это делать, я кончу.

— Я хочу, чтобы ты это сделал, — прошептала я. — Хочу, чтобы ты кончил в меня.

Он снова застонал и жестко трахнул меня. Я погладила клитор, наблюдая за лицом Ашера, и когда он закрыл глаза и откинул голову назад, позволила себе переступить через край вместе с ним. Мое влагалище крепко сжало его член, доя его жесткими ритмичными импульсами, когда спина Ашера выгнулась, и он простонал мое имя. Мой оргазм сотряс меня, и я вцепилась в широкое тело Ашера, когда он перевернулся на спину и увлек за собой. Я растянулась на нем, его член все еще был внутри меня, и прижалась щекой к его груди. Слушала быстрое тяжелое биение его сердца, пока он гладил меня по спине большими руками.

Я могла бы остаться здесь навсегда или, по крайней мере, на ночь, но заставила себя поднять голову и улыбнуться ему. — Спасибо. Это гораздо приятнее, чем семейный ужин.

Он рассмеялся. — Обращайся.

Я соскользнула с него и поползла к краю кровати. Это был долгий путь, у Эша оказалась самая большая кровать, которую я видела. — Ты сделал свою кровать на заказ?

Он кивнул и повернулся на бок лицом ко мне. Свесила ноги с кровати и села на край, прежде чем хихикнуть. — Я даже не могу коснуться пола.

Он не ответил, и я бросила на него быстрый нервный взгляд. Ашер все еще наблюдал за мной, и хотя он дважды видел меня полностью обнаженной, чувствовала себя неловко, одеваясь перед ним.

Может быть, я могла бы сексуально наклониться и собрать свою одежду, прежде чем, виляя бедрами, направиться в ванную.

«Или ты споткнешься, упадешь лицом вниз и дашь ему хорошенько рассмотреть себя в явно несексуальной позе».

Я вздохнула. Понимала, к чему все идет, но не могла вечно сидеть голой на кровати Ашера. Мне нужно одеться и убраться к черту из его дома, пока он не начал думать, что я его преследую. Я уже выставила себя идиоткой своим предложением «делай мне куннилингус целый месяц».

Конечно, я была на сто процентов уверена, что сестра будет ждать меня в моей квартире. Я внутренне съежилась. Боже, еще и лекция, которую мне придется выслушать от нее. Может, если бы я предложила Ашеру отсосать, он позволил бы мне остаться еще на некоторое время.

«Девочка, он отказывал тебе в оральном сексе каждый раз, когда ты предлагала. Собери свои трусики и свою гордость и иди навстречу гневу своей сестры».

Тьфу. Я не могла больше оставаться здесь, но и не могла вернуться домой, во всяком случае, пока. Возьму что-нибудь поесть и, может быть, заеду к Клэр, а потом поеду домой. Моя сестра зла, но достаточно ли она зла, чтобы провести несколько часов на стоянке моего дома, ожидая, когда я вернусь домой? Я надеялась, что ответ будет отрицательным. Завтра у меня выходной, и она это знала, так что у нее будет целый день, чтобы читать мне нотации.

— Ладно, еще раз спасибо, Ашер. Я предполагаю, что мы все еще собираемся на семейный ужин завтра вечером, так что напишу тебе завтра и сообщу, во сколько.

Его большая ладонь обхватила мою руку. — Куда ты собралась?

— Думала сначала пойти домой, но потом поняла, что Лидия, вероятно, будет ждать на стоянке, как какой-то... ожидающий человек, чтобы прочитать мне лекцию. Так что собираюсь перекусить, а потом, может быть, ненадолго навестить Клэр, прежде чем отправлюсь домой.

— Ты можешь поесть здесь.

Глупая надежда расцвела в моем животе. — Ты не возражаешь, если я останусь еще ненадолго?

Он пожал плечами. — Не-а. Я все равно собирался заказать что-нибудь поесть. Ты любишь пиццу?

— Люблю, — я улыбнулась ему.

— Отлично.

Глава 7

Ашер

Я выбросил пустую коробку из-под пиццы в мусорное ведро и проверил свой телефон, который лежал на стойке. Моя сестра Изабель встречалась с друзьями, но час назад она написала мне, что не придет домой еще несколько часов. Я вздохнул с облегчением. Мне, конечно, все равно, знает ли она, что Луна здесь, но я планировал заставить Луну снова кончить на мой член. Она всегда так громко кончала, что я не хотел, чтобы моя младшая сестра слышала это.

Я слегка усмехнулся. Услышав признание Луны о том, что она кусается, моя новая миссия состояла в том, чтобы заставить ее потерять контроль, пока она не укусит меня. Ее гребаный бывший парень-неудачник был мудаком, и я полон решимости заставить ее забыть все десять проклятых раз, когда она трахалась с ним. Я хотел, чтобы она хотела меня и только меня до конца своей жизни.

«Губу закатай, придурок. Ты заканчиваешь секс с Луной в это воскресенье. Не начинай вести себя так, будто она твоя женщина. На самом деле, возвращайся в свою спальню и скажи ей, что она должна уйти. Ты позволишь ей остаться на ночь в твоей постели, и она начнет думать, что это что-то значит».

Мой внутренний голос прав. Я не мог позволить ей остаться на ночь, и не только потому что у нее могло сложиться неправильное впечатление. Сейчас она милая и добрая, но мой отец всегда говорил, что моя мать была самой милой женщиной, которую он когда-либо встречал. Пока она не измотала его своим недоверием и неспособностью поверить правде. Он стал оболочкой человека, что был раньше, и я навсегда возненавидел ее за то, что она так с ним поступила. Я бы не... не могу... позволить Луне так поступить со мной.

Прежде чем успел направиться в спальню и сказать ей, чтобы она уходила, зазвонил ее телефон. Я рывком открыл ящик, в который бросил его, и уставился на него, когда на экране появилось лицо ее сестры. На мгновение у меня возникло искушение ответить ей. Ответить и сказать ее сестре, чтобы она отвалила и дала Луне жить ее собственной чертовой жизнью. Вместо этого я подождал, пока вызов перейдет на голосовую почту. Телефон Луны был заблокирован, но я мог видеть текстовые сообщения от ее сестры на главном экране. Было по меньшей мере сорок текстовых сообщений и более дюжины пропущенных звонков от Лидии. Телефон зазвонил, и появилось новое текстовое сообщение.

«Луна! Я все еще у твоей квартиры. Если тебя не будет здесь в ближайшие пятнадцать минут, клянусь Богом, я...»

Остальная часть сообщения была скрыта, и я с отвращением покачал головой, прежде чем бросить телефон Луны обратно в ящик и закрыть его. Черт, ее сестра была похожа на собаку с костью. Если сейчас отправлю Луну домой, ей придется иметь дело с Лидией, а я этого для нее не хотел. Кроме того, я совершенно ясно дал понять Луне, что наши отношения не надолго, и она это понимала. Я зря беспокоился.

«Да, это так. Луна даже не позвонила тебе насчет ужина со своей семьей сегодня вечером. Она точно знает, что все не серьезно, и предпочитает, чтобы так все и оставалось».

Я направился обратно в спальню и бросил на Луну сердитый взгляд. — Что ты делаешь?

Я все еще был голым, но дал ей одну из своих футболок, чтобы она надела ее, пока мы едим. Она сняла ее, надела трусики и как раз хотела застегнуть лифчик.

— Собираюсь. — Она бросила на меня растерянный взгляд. — Ужин закончился, и мне, наверное, пора домой.

«Видишь, я же тебе говорил. Она все равно хочет тебя только для секса».

Я проигнорировал свой громкоголосый внутренний голос. — Твоя сестра все еще у твоей квартиры.

Она скорчила гримасу. — Откуда ты знаешь?

— Она написала тебе, пока я был на кухне. Я мог видеть часть сообщения на твоем телефоне.

Она вздохнула. — В таком случае, откажусь от поездки домой. Вместо этого пойду к Клэр.

— У тебя нет машины, — напомнил я.

— Вот дерьмо! — Она уставилась на свой лифчик. — Я совсем забыла о своей дурацкой машине. Вызову такси. Еще раз спасибо за то, что помог мне с машиной, ужином и... э-э... сексом. Это было действительно хорошо.

Мое эго тут же возмутилось. — Хорошо? Просто хорошо?

— Нет, я сказала, что это было действительно хорошо, — возразила она, когда я направился к ней.

Луна отступила назад, споткнувшись о собственные ноги, и я подхватил ее за талию, прежде чем она успела упасть и удариться головой о спинку кровати.

— Что не так? — спросила она.

— Хорошо, вот в чем дело. — Вырвал у нее из рук лифчик и бросил его на пол.

— Что? Нет ничего плохого в том, чтобы сказать, что секс был хорошим. Это было хорошо. Это было действительно...

— Если ты еще раз скажешь, что секс был действительно хорош, Солнышко, я тебя отшлепаю.

В ее глазах появился дьявольский блеск. — В самом деле? Как настоящая порка?

Я сжал одну ее ягодицу. — Да.

— Извращенец.

Мое раздражение исчезло. Я рассмеялся, и она расплылась в очаровательной улыбке при этом звуке. Положил ее на кровать и вытянулся рядом с ней, прежде чем обхватить ее маленькую грудь.

— Ты действительно отшлепаешь меня, Ашер? — спросила она, пока я играл с ее соском.

Я поколебался, а затем покачал головой. — Нет. Ты маленькая, а я большой. Не хочу случайно причинить тебе боль.

— Мы могли бы использовать стоп-слово.

— Нет. Слишком большой риск.

— Я не такая уж маленькая, — заметила она.

Я искоса взглянул на нее. — Так и есть. Между нами огромная разница в размерах, Луна.

Она улыбнулась. — Да, я знаю. Это как бы заводит меня. Это странно?

— Нет.

— Мне нравится, какой ты большой. — Она провела руками по моим бицепсам. — Большой и такой сильный. — Луна сняла мою руку со своей груди и изучила шрамы, которые были на ней, прежде чем поцеловать самый большой. Я вздрогнул, и она сказала: — Прости, тебе было больно?

— Нет.

— Тебе нравится быть сварщиком?

— Да.

Она улыбнулась мне. — Ты действительно самый спокойный человек, которого я когда-либо встречала.

Я просто пожал плечами, и она провела руками по моей груди. — Ты говоришь только тогда, когда это необходимо, а я никогда не затыкаюсь. Но противоположности притягиваются, верно? Вот почему мы такая хорошая пара. _

Она остановилась и прикусила нижнюю губу. — Я имею в виду, притворяемся парой. В любом случае, я понимаю, что моя болтовня через некоторое время начинает раздражать. Ты же знаешь, что можешь сказать мне заткнуться в любое время, когда захочешь? Я не обижусь. Знаю, что много болтаю.

— Я не против. — Это было правдой. Мне нравился звук ее сладкого голоса.

— Ну, ты один из немногих, кто не возражает, — сказала она с усмешкой. — В детстве я сводила с ума своих родителей и сестру. Мой отец платил мне за то, чтобы я не разговаривал во время ужина.

Я нахмурился, и она похлопала меня по руке. — Что? Это забавно. Кроме того желание моего отца не слушать мою болтовню помогло мне заработать на этом достаточно денег, чтобы купить себе новый велосипед однажды летом.

— Это не смешно, — сказал я. — Твой отец не должен подкупать тебя, чтобы ты молчала.

Она пожала плечами. — Я серьезно не виню его. Сейчас я много говорю, но в детстве меня было просто невозможно остановить.

Она пошевелила бровями, глядя на меня. — Моя суперспособность — болтать без умолку.

— Твои родители — придурки.

Она рассмеялась. — Это не так. Они меня очень любят. Они просто... Лидия требует много внимания, и она всегда была любимицей моего отца.

— У родителей не должно быть любимчиков, — сказал я.

— Нет, я полагаю, что нет, но у них есть, — она на мгновение замолчала. — А как насчет тебя? Ты ладишь со своими родителями? Они переехали во Флориду, верно?

Я кивнул. — Да. Они развелись несколько лет назад.

— О, мне так жаль. Я этого не знала.

— Я не разговаривал с матерью после развода. Она токсична для окружающих, и моему отцу лучше без нее.

Она коснулась моего лица мягкой рукой. — Мне так жаль.

— Спасибо. — Я подавил желание уткнуться лицом в ее шею, как будто глупый маленький ребенок. Я никогда не говорил о своей матери, даже с Изабель, но просто сказав Луне, что у нее был очень тяжелый характер, я почувствовал себя немного лучше.

Мы лежали в тишине несколько минут, прежде чем Луна похлопала меня по руке. — Мне действительно пора идти. Уже поздно и...

Я снова обхватил ее грудь. — Ты никуда не уйдешь, пока я не докажу тебе, что секс со мной лучше, чем просто хороший.

Она хихикнула. — Кто знал, что ты такой чувствительный маленький зайчик, Ашер Стоукс.

Я зарычал на нее, и она снова захихикала. — Я тебя не боюсь. Ты можешь быть большим и крепким на вид, но начинаю подозревать, что на самом деле внутри ты милый плюшевый мишка.

Я не был милым, но что-то в Луне, заставляло меня хотеть быть милым с ней.

— Ашер?

— Да?

— Ты имел в виду то, что сказал, когда говорил, что позволишь мне привязать тебя к кровати?

Я изучил ее розовые щеки, прежде чем сесть. Подхватил с пола галстук и протянул ей. На ее щеках появился румянец, а маленькие соски уже стали твердыми, как стекло.

Я расслабился на спине посреди кровати и позволил Луне завязать один конец моего галстука вокруг моего запястья. Она обвила другой конец вокруг двух тонких деревянных веретен в изголовье кровати, и я поднял другую руку над головой, чтобы она могла связать мое запястье.

Закончив, Луна потянула за галстук, прежде чем одарить меня довольной улыбкой. — Теперь ты весь мой, Эш.

Прежде чем я успел сказать что-то глупое, вроде того, что всегда буду принадлежать ей, она стянула трусики и бросила их на край кровати. Я уставился на пятно пламени между ее бедер, мой член становился тверже с каждой секундой. Она рассмеялась и оседлала мою талию, потираясь о мой живот.

— У тебя не болит колено?

Она покачала головой. — Нет, все хорошо.

— Поцелуй меня, — потребовал я.

Она ткнула меня в грудь. — Эй, я здесь главная. Помнишь?

Я хмуро посмотрел на нее и для пробы потянул за галстук. Она связала меня довольно туго, и мой член дернулся и затвердел еще больше. Я никогда не думал, что позволю женщине связать меня, никогда не думал, что так откажусь от контроля, но это моя Луна. Я сделаю все, о чем она меня попросит.

Я застонал, когда она поцеловала меня в грудь. Луна провела дорожку к моему плоскому соску и дразнила его губами и языком. Застонал, боль в моем члене и моих яйцах уже поднялась до почти невыносимого уровня. Неважно, сколько раз я брал сладкую Луну, этого никогда не будет достаточно.

— Поцелуй меня, — повторил я.

Она просто улыбнулась и провела пальцами по моим ребрам, целуя и покусывая мою ключицу. Боже, ее кожа была такой мягкой, и я мог чувствовать влажность ее киски, когда она качалась на моем прессе.

— Луна, — сказал я, — поцелуй меня прямо сейчас.

Она позволила своим губам зависнуть прямо над моими. — Попроси меня вежливо, красавчик.

— Пожалуйста, поцелуй меня, дорогая.

Она прижалась губами к моим. Я позволил ей взять контроль над поцелуем, позволил попробовать и исследовать мой рот, прежде чем пососать мой язык. Ее соски были твердыми маленькими точками на моей груди, и она издавала сладчайшие звуки желания.

— Трахни меня, — сказал я, когда она отпустила мой рот.

Она рассмеялась. — Скоро.

— Прямо сейчас.

— Нет.

— Да, — я потянул за свои путы, заставляя ее снова рассмеяться.

— Такой нетерпеливый. — Она погладила меня по груди. — Я дам тебе то, что ты хочешь, но сначала хочу попробовать тебя на вкус.

Предсемя брызнуло из моего члена, и я громко застонал. Луна бросила на меня слегка встревоженный взгляд. — Я имею в виду, только если ты этого хочешь.

— Господи, да, — простонал я.

— Ты уверен? Ты продолжаешь отказывать мне, когда я предлагаю сделать тебе минет. Может быть, это нечестно с моей стороны, когда ты не можешь меня остановить. Я не хочу, чтобы ты думал, что я пытаюсь тебя пытать или что-то в этом роде. Хотя минет, вероятно, не оказался бы первым в моем списке пыток. Я думаю о пытке водой. На самом деле никогда не видела, как пытают водой, но это звучит очень болезненно. Ох! Воткнуть иголки под ногти было бы большой пыткой, не так ли? Святое дерьмо, это наверно так больно...

— Луна!

Она уставилась на меня широко раскрытыми глазами. — Да?

— Возьми своим горячим ротиком мой член, пока я не сошел с ума.

— Да, Ашер.

Я снова застонал, когда она скользнула вниз, чтобы оседлать мои бедра. Она уставилась на мой член с явным голодом, и я не мог удержаться, чтобы не выгнуть свой таз к ней. — Луна, пожалуйста.

Она склонилась надо мной, кончики ее волос, как шелк, терлись о мои бедра, и я наблюдал, как ее розовый язычок высунулся, и она слизнула предэякулят, покрывавший кончик члена.

— Черт! — Вся моя нижняя половина приподнялась от ощущения ее влажного языка, и Луна грациозной кучей упала с моих бедер на кровать.

— Дьявол! Милая, ты в порядке?

Она улыбнулась мне. — Ага. Не думала, что мне нужно продержаться восемь секунд.

Она снова оседлала мои бедра и на этот раз обхватила их крепче, когда наклонилась надо мной. — Не двигайся, Эш.

Ее теплое дыхание заставило мой член дернуться, и еще больше предэякулята вытекло. Она слизнула его, прежде чем улыбнуться мне. — Ты вкусный.

— Пожалуйста, — мой голос был хриплым, и тело уже дрожало от усилий не двигаться. — Пожалуйста, дорогая.

Я провел годы, гадая, как будет выглядеть Луна с моим членом во рту, и теперь, когда это должно произойти, я уже умолял, как возбужденный подросток. Слава богу, Луна сжалилась надо мной.

Ее теплый, влажный рот скользнул по моему члену, и я оказался в гребаном раю. Я задыхался и стонал, стараясь не засунуть член глубоко ей в рот, наблюдая, как ее губы растягиваются вокруг меня. Она провела языком по нижней стороне, прежде чем пососать только головку.

— Черт, о, милая, о, черт, — простонал я.

Она провела языком по гребню, слизнула предэякулят с щели и маленькой рукой сжала основание. Когда Луна двигала головой вверх и вниз по моему члену, я старался не кончить ей в горло. Луна сосала все сильнее, и я тихо взмолился о пощаде.

Она отпустила меня и облизнула губы. — Как ты себя чувствуешь, Эш?

— Милая, — простонал я, — ты даже не представляешь, как это приятно. Отсоси у меня еще раз.

Она наклонила голову и снова втянула член в рот. Пока она обрабатывала меня языком и губами, мои бедра начали двигаться в ритме ее рта. Я ничего не мог с собой поделать. Мой член набухал, и я был примерно в тридцати секундах от того, чтобы дать ей проглотить всю мою сперму, когда она отпустила меня и выпрямилась.

— Черт! Нет! Луна, пожалуйста!

— Шшш, — она потерла мои крепкие бедра и улыбнулась. — Расслабься, Эш.

— Пожалуйста, — взмолился я, прежде чем дернуть за галстук, который держал меня в плену. — Пожалуйста, я был так близко.

— Я знаю, — сказала она. — Но я хочу трахнуть тебя. Разве ты не хочешь того же?

Господи, просто слушая, как Луна говорит, что хочет трахнуть меня, я чуть не взорвался.

— Да, — простонал я.

— Хорошо. — Она снова потерла мои бедра. — Тебе нужно подождать? Я не хочу, чтобы ты кончил, как только войдешь в меня.

— Прекрати так говорить, — процедил я сквозь стиснутые зубы. — Дай мне пару минут.

— Конечно. — Она продолжала растирать мои бедра, пока я смотрел в потолок и думал о холодном душе и моей фантастической футбольной лиге. Через несколько минут она хихикнула и ткнула меня в колено. — Ты уже готов или нет?

— Думаю, да.

— Ты так думаешь? — Она выгнула бровь, и я сделал несколько глубоких вдохов.

— Да. Трахни меня, Солнышко.

— Да, Ашер.

Мой член дернулся, и она усмехнулась, прежде чем оседлать мои бедра. Луна схватила член, и я снова застонал, когда она ввела его в свою тугую, влажную маленькую дырочку.

— О, черт, — выдохнул я, когда она опустилась на меня. — Черт, как же это хорошо.

— Да, — простонала она, полностью обнимая меня.

— Ты в порядке? — Я бросил на нее обеспокоенный взгляд, когда Луна застыла.

— Да. Мне нравится твоя забота, когда мы трахаемся, но я в порядке, обещаю. Мне просто нужно несколько секунд, чтобы приспособиться к твоему размеру. Ты намного больше, чем старый как-его-там.

Я улыбнулся ей. — У тебя самая тугая киска, в которой я когда-либо бывал, Солнышко.

Она покраснела и положила руки мне на грудь. — Благодарю тебя. Не двигайся, ладно?

Я кивнул и тут же пожалел об этом, когда она медленно скользнула вверх и вниз по моему члену. Каждые несколько ударов она делала вращательные движения бедрами, которые сводили меня с ума. Я старался не двигаться, старался делать то, что она просила, но через несколько минут мои бедра уже поднимались навстречу ее толчкам.

— Эй, — она легонько хлопнула меня по груди. — Не двигаться.

— Ничего не могу поделать, — сказал я. — Ты чертовски горячая штучка.

— Веди себя хорошо, или я перестану трахать тебя.

— Нет, не перестанешь. Ты не сможешь устоять... черт! Луна!

Она слезла с моего члена, и я свирепо посмотрел на нее, прежде чем яростно дернуть за свои путы. — Развяжи меня.

— О нет, — хихикнула она, — теперь ты мой, Ашер Стоукс. Мой, и я могу делать с тобой все, что захочу. — Она погладила мой член мягкой рукой. — Ты будешь хорошим мальчиком и будешь делать то, что я скажу?

Я застонал и прижался к ней бедрами. — Да.

— Хорошо. Тогда продолжим.

Она скользнула обратно, и я застонал от ощущения ее тепла и влажности. Луна снова уперлась руками мне в грудь и объезжала меня длинными, медленными движениями, которые довели меня до края.

— Быстрее, — потребовал я.

— Пока нет.

— Луна, ты, черт возьми, убиваешь меня.

Боже, я любил ее сладкое хихиканье, даже если она сводила меня с ума от желания.

Выругавшись себе под нос, я дернул и потянул за галстук, мои мышцы вздулись, когда Луна продолжала двигаться в медленном ритме. Она потерла клитор, отчего у нее перехватило дыхание, а соски затвердели, но она не увеличила скорость.

Я снова выругался, потянув сильнее, и Луна улыбнулась мне. — Ты не сможешь освободиться, так что просто расслабься и...

Деревянные веретена, вокруг которых был обернут галстук, треснули со звуком выстрела, прежде чем разломиться пополам. Луна остановилась и уставилась на меня широко раскрытыми глазами, когда я вытащил галстук из сломанных краев.

— Ты что-то говорила? — сказал я со злой усмешкой.

— О боже, мы сломали твою кровать!

Я сел и закинул руки, все еще обмотанные галстуком, через голову Луны вниз к ее бедрам. Ничего не говоря, я крепко обнял ее и жестко врезался в нее. Снова и снова, мой член стучал в тугие мышца, когда она обвила свои тонкие руки вокруг моей шеи и держалась изо всех сил. Я слегка сдвинул ее и углубил угол, пытаясь попасть в ее точку G.

Я сделал несколько сильных толчков, ухмыльнувшись, когда она замерла рядом со мной и испуганно вскрикнула. — Ч-что это было?

Я входил и выходил из нее, головка члена терлась о ее точку G. Реакция Луны была ошеломляющей. Она брыкалась, вцеплялась и царапала мне спину, выкрикивая мое имя. Всего несколькими ударами я опрокинул ее через край и довел до кульминации. Ее лоно сжалось вокруг меня, как тиски, когда она зубами впилась в мое плечо. Я выкрикнул ее имя и кончил, как чертов пожарный шланг, наполняя мою девушку своей горячей спермой. Боль от ее укуса и ощущение ее горячей, гладкой плоти, сжимающей мой член, заставили меня снова закричать, прежде чем я рухнул на спину, увлекая Луну за собой.

Она лежала у меня на груди, тяжело дыша и дрожа. Я гладил ее спину, ее упругую задницу, заднюю часть ее гладких бедер, шепча успокаивающее слова ей в ухо, пока она стонала, дергалась и хныкала.

Спустя почти десять минут она наконец перестала дрожать и дергаться, и я поцеловал ее обнаженное плечо. — Ты в порядке?

— В порядке ли я? — Ее голос дрожал, и она подняла голову с моей груди, чтобы посмотреть на меня. – Я... я даже не знаю, как на это ответить. У меня только что был лучший оргазм в моей жизни, и ты хочешь знать, в порядке ли я.

Я улыбнулся ей. — Значит, секс был лучше, чем хороший?

— Кажется, я немного потеряла сознание, — сказала она. — В самом деле, я серьезно думаю, что в какой-то момент потеряла сознание.

Я рассмеялся, и она улыбнулась мне, прежде чем потянуть меня за руки. — Давай, я тебя развяжу.

Луна развязала меня и бросила галстук на край кровати, прежде чем прижаться ко мне. Я обнял ее, и она положила голову мне на плечо. Я погладил ее по длинным волосам, и никто из нас ничего больше не сказал. На самом деле, я уже почти заснул, когда она села и улыбнулась мне.

— Спасибо, Эш. Это был лучший секс в моей жизни. Я напишу тебе завтра попозже насчет ужина, хорошо?

Я тупо моргнул, глядя на нее. — Куда ты собралась?

— Домой. Уже поздно, и я почти уверена, что Лидия к этому времени сдалась.

— Ты не уйдешь.

Теперь настала ее очередь моргнуть. — Я не уйду?

— Нет. Ложись и спи, Солнышко.

Она откашлялась. — Эш, мне не обязательно оставаться на ночь. Я знаю, что все это не по– настоящему, и не ожидаю, что ты будешь относиться ко мне как к девушке, когда мы вдвоем.

— Уже поздно, у тебя нет машины, а я слишком устал, чтобы отвезти тебя домой. Ты останешься на ночь.

— Я могу вызвать такси или...

Я сел и свесил ноги с кровати. — Нет. Ты останешься на ночь. Конец истории.

— О боже мой! Твоя спина! — Луна коснулась моей спины. Я оглянулся через плечо, ухмыляясь отметинам на ней. Луна чертовски хорошо поцарапала меня во время своего оргазма.

— О господи, мне так жаль, — сказала Луна. — Я не имела в виду...

— Ничего страшного. Я не против того, что ты царапаешься и кусаешься.

– Я... о боже, я тебя укусила?

Я встал и обернулся. Луна встала на колени и в ужасе уставилась на след от укуса на моем плече. — Вот черт. Я вампир.

Я рассмеялся и обнял ее, потянувшись вниз, чтобы сжать ее стройную задницу. — Ты даже не прокусила кожу.

— Прости.

— Я же сказал, что не против укусов и царапин. А теперь ложись, или я решу трахнуть тебя снова, пока ты не ослабеешь от оргазма настолько, что не сможешь покинуть мою кровать.

— Честно говоря, думаю, что уже нахожусь на этом этапе. Мои ноги все еще кажутся резиновыми. — Она улыбнулась мне, и я поцеловал ее в кончик носа.

— Я пойду в ванную, а потом принесу тебе еще воды. Ладно?

— Хорошо.

— Эй, Эш?

— Да?

— Прости, что сломала твою кровать.

— Не беспокойся об этом, Солнышко.

Глава 8

Луна

Я проснулась одна в постели Эша. Было около восьми, и я потянулась, прежде чем пойти в ванную и почистить зубы пальцем и зубной пастой Эша. Сегодня мне не нужно работать, но не могла валяться в постели Эша весь день. Ему нужно идти на работу, и вчера вечером он сказал, что починит шину моего автомобиля сегодня утром.

Надела его футболку и вышла в коридор. Проходя мимо гостевой ванной, услышала шум душа. Я помедлила, прежде чем ухмыльнуться и тихо открыть дверь. Я бы присоединилась к Эшу в душе, может быть, спросила бы его, готов ли он к небольшому утреннему сексу.

Я встала перед комбинацией душа и ванны, взъерошила волосы, выпятила грудь и самым сексуальным голосом сказала: — Эй, большой мальчик. Хочешь я потру тебе спину?

Темноволосая женщина высунула голову из-за занавески и улыбнулась мне. — Спасибо за предложение, но я, пожалуй, сама.

Я закричала и отшатнулась, ударившись бедром о край стойки в ванной, прежде чем рвануться к открытой двери. Как только добралась до нее, в комнату вбежал Ашер, и я отскочила от него и начала падать на задницу.

Эш протянул руку и, схватив меня, притянул к себе, пристально глядя в глаза. — Как ты оказалась в ванной моей сестры?

— Она предложила потереть мне спину, — проговорила его сестра.

— Я думала, это ты, — сказал я. — О боже, мне так жаль, Изабель. Я не знала, что ты вернулась в город.

Изабель покосилась на меня. — Чокнутая Луна? Это ты?

Я покраснела, а Эш хмуро посмотрел на сестру. — Прекрати, Изабель.

— Прости, я...

— Нет, ты извини, — сказала я. — Это все моя вина. Мне, эм, нужно идти. Я отстранилась от Эша и выбежала из ванной. Мои предательские ноги запутались, и я снова упала, приземлившись лицом и ободрав здоровое колено о деревянный пол. Я сверкала голой задницей и задранной до талии футболкой, мое лицо было ярко-красным. Ашер подхватил меня на руки и понес обратно в главную ванную.

— Мне так жаль, — причитала я. — Не знала, что она здесь. Я бы улизнула, если бы... О боже, Ашер, я кричала прошлой ночью!

Он выудил из шкафчика под раковиной аптечку первой помощи. Открыл дезинфицирующую салфетку, и я поморщилась, когда он провел ею по царапине на моем колене.

— Прости. — Он поднял мою ногу и подул на колено, прежде чем изучить его. — Теперь у тебя будут синяки на обоих коленях.

— Ашер!

— Что? — Он открыл пластырь.

— Ты слышал, что я сказала? Я кричала прошлой ночью в постели.

— Да, я знаю. Я был там. — Он разгладил пластырь на царапине, прежде чем поднять мою футболку и осмотреть бедро. — У тебя будет синяк и на бедре.

— Какая разница! Твоя сестра слышала, как я кричала от оргазма. — Я оттолкнула его руку от своей футболки. — Я больше никогда не смогу смотреть ей в глаза.

— Ее еще не было дома.

— Ты уверен?

— Да.

— Слава богу. Прости.

— За что?

— Ну, за то, что позволила твоей сестре увидеть меня, и за то, что упала.

— Ты всегда извиняешься за то, что упала. Почему? — Он хмуро посмотрел на меня.

Я пожала плечами. — Людей это раздражает. Я взрослая женщина, и быть неуклюжей не мило и не забавно. Это глупо, и я ненавижу свою неуклюжесть.

— Я не против, так что перестань извиняться передо мной.

Я моргнула, глядя на него. — Ну, ладно. Но прости за твою сестру.

Он только пожал плечами. — Ничего страшного. Ты голодна?

— Обычно я не завтракаю так рано. Кроме того, знаю, что тебе нужно на работу, и нам все еще нужно починить мою машину, чтобы я могла вернуться домой и встретиться с гневом моей сестры.

Я улыбнулась ему, но на его лице промелькнула еще одна хмурая гримаса. — Одевайся, и мы выпьем кофе, прежде чем отправимся в магазин автозапчастей.

— Хорошо. Спасибо, Ашер.

— Всегда пожалуйста.

* * * * *

«Ужин в ресторанчике пасты на главной улице в семь. Хочешь встретиться со мной там?»

Я нажала «отправить сообщение Ашеру» и уставилась в окно машины. Парковка у гастронома Барб была заполнена, и я могла видеть черную городскую машину, в которой ездила моя сестра.

Я вздохнула и потерла лоб. Моя сестра проигнорировала мое сообщение этим утром. Наверняка она думала, что это расстроит меня, но втайне просто почувствовала облегчение. Я приняла горячий душ, позавтракала и перекинулась короткими сообщениями с Клэр, прежде чем позвонить отцу на мобильный. Он тоже не ответил, и уже собиралась ехать в отель, когда позвонила мама. Я должна встретиться с ними у гастронома Барб в полдень, чтобы пообедать и извиниться за свое грубое поведение.

Я не спорила. Я жила в этой семье достаточно долго, чтобы знать, какие битвы могу выиграть, и это не одна из них. Мне все равно. Прошлая ночь с Ашером стала потрясающей. Черт, если бы он снова попросил меня пропустить семейный ужин сегодня вечером, чтобы заняться с ним извращенным горячим сексом, я бы сделала это и не стала бы дважды раздумывать. Проводить время с Ашером бесконечно веселее, чем с моей семьей.

«Да, но время с Ашером заканчивается в воскресенье, и что потом? Если ты разозлишь свою сестру, если будешь давить на нее слишком сильно, ты знаешь, что она сделает. Она убедит маму и папу никогда больше с тобой не разговаривать, и тогда ты останешься одна. У тебя не будет ни Ашера, ни твоей семьи. Это то, чего ты хочешь?»

Я вздрогнула. Конечно, нет. Какой бы ужасной ни была моя сестра, и как бы мои родители ни потакали всем ее прихотям, они все равно оставались моей семьей, и я их любила. Я не хотела их терять.

«Нет, ты не хочешь быть одна. Большая разница».

Я снова потерла лоб. У меня начинала болеть голова от напряжения, но не могла больше откладывать нашу встречу. Я могла бы послушать, как моя семья читает мне нотации за обедом, не в первый раз, и, по крайней мере, со мной будет мой фальшивый парень, чтобы утереть нос моей сестре за ужином.

Знание того, что Лидия завидовала моим отношениям с Ашером, даже если они не совсем правдивы, немного приободрило меня. Мой мобильный телефон зазвонил, и я с нетерпением прочитала сообщение Ашера, немного удивленная, что он написал мне, пока работал. Конечно, уже почти полдень, у него, вероятно, обеденный перерыв.

«Я заеду за тобой к ужину. Где ты сейчас?»

«У гастронома Барб. Собираюсь пообедать с семьей. Угощу тебя обедом, если ты придешь и спасешь меня от лекции, которую я собираюсь посетить. Ха-ха. Просто шучу. Наслаждайся оставшейся частью твоего дня. Увидимся вечером».

Я нажала «Отправить» и тут же пожалела об этом. Боже, я говорила как полная идиотка. Ха-ха? Просто шучу? Кем я себя выставила — глупым подростком?

Вздохнула и сунула телефон в сумочку, прежде чем выйти из машины и направиться на обед. Я планировала извиниться, а потом позволить сестре высказывать мне недовольство до конца обеда. Ничего особенного.

* * * * *

Ашер

— Привет, тебе не нужно сегодня работать? — Изабель удивленно посмотрела на меня, когда я вошел на кухню.

— Я взял выходной, — схватил апельсиновый сок из холодильника и выпил его, пока Изабель переворачивала сэндвич с жареным сыром.

— Хочешь сэндвич?

— Нет.

Сел за стол. Изабель выключила плиту, положила бутерброд на тарелку и разрезала его пополам, прежде чем выдавить немного кетчупа в середину. Она села за стол, обмакнула бутерброд в кетчуп и откусила большой кусок.

— Отвратительно. — Я сделал еще глоток апельсинового сока.

— Говорит парень, который кладет горчицу и соус на свой жареный сыр. — Изабель скорчила гримасу и откусила еще кусочек.

— Ты собираешься в приют сегодня днем?

Она кивнула. — У них есть вакансия на неполный рабочий день, я подумывала о том, чтобы подать заявку на нее. Я там так часто бываю, что с таким же успехом могу получить за это деньги, верно?

— Конечно.

Она вздохнула и сделала маленькие круги в луже кетчупа концом своего сэндвича. — Я скоро съеду от тебя, Эш.

— Ты можешь оставаться здесь столько, сколько тебе нужно.

— Спасибо. Я разговаривала с папой сегодня утром.

— О да?

— Да. У него сегодня свидание.

Я остановился с апельсиновым соком на полпути ко рту. — Что?

— Он идет на свидание с дамой, с которой познакомился в церкви. Ее зовут Марта.

Я с отвращением покачал головой. — Ты, черт подери, издеваешься надо мной.

Изабель нахмурилась. — Что? Папа заслуживает того, чтобы найти счастье, Эш.

— Он не найдет его в трусах какой-нибудь женщины.

— Не будь грубым. Он одинок, и я думаю, что для него было бы хорошо иметь отношения.

— После того, через что она заставила его пройти, можно было подумать, что он усвоил урок.

Изабель отложила сэндвич. — И что это должно означать?

— Это значит, что он должен быть достаточно умен, чтобы понять, что отношения — плохая идея. Что, если эта Марта похожа на нее, а? И что тогда? Он будет несчастен еще тридцать гребаных лет? У него будет другая женщина, постоянно придирающаяся к нему, набрасывающаяся на него, если он опоздает хотя бы на минуту, читающая его электронную почту, просматривающая его сообщения, ищущая доказательства того, что он обманул или...

— Тебе срочно нужно лечиться, старший брат.

Я хмуро посмотрел на нее. — Не нужно.

— Дружище, я люблю тебя до смерти, ты знаешь, что люблю, но никогда не встречала никого, кто нуждался бы в лечении больше, чем ты. То, что мама сделала с папой, было ужасно, но не все женщины такие. Когда ты это поймешь? Ты даже не позволяешь себе сблизиться с женщиной или завести отношения, потому что думаешь, что она будет такой же, как мама. Это смешно и глупо. Любовь — это риск, Эш, но оно того стоит. Ради бога, наберись смелости и позволь себе влюбиться хотя бы раз.

Я просто пожал плечами и уставился на свой апельсиновый сок. — Я не встречал женщины, ради которой стоило бы рисковать.

— Ты хочешь сказать, что Чокнутая Луна не стоит риска?

— Не называй ее так, — огрызнулся я.

Изабель одарила меня самодовольной улыбкой младшей сестры. — Она тебе нравится.

— Нет, не нравится.

— Да, нравится.

— Нет, не нравится.

— Да, нравится.

— Замолчи.

— Сам замолчи.

— Мне не нравится Луна!

— Тогда почему ты позволил ей остаться на ночь? Ты никогда не позволяешь женщинам ночевать в твоем доме.

— Откуда тебе знать? Ты живешь во Флориде с момента выпуска.

— У меня есть шпионы. — Изабель одарила меня еще одной самодовольной улыбкой. — Итак, если тебе не нравится Луна, почему ты позволил ей остаться на всю ночь?

— Потому что было поздно, и у ее машины спустило колесо.

— Только лишь из-за этого?

— Да. Не смотри на меня так.

— Как?

— Ты знаешь, как.

Она закатила глаза и откусила большой кусок сэндвича. Изабель шумно жевала, когда зазвонил мой сотовый. Это было сообщение от Луны о сегодняшнем ужине, и я даже не осознавал, что на моем лице появилась глупая улыбка, пока Изабель не потянулась через стол и не ткнула меня.

— Тебе она нравится.

— Нет, — ответил я. — Я просто делаю одолжение и притворяюсь ее парнем до воскресенья.

— Серьезно?

— Да.

— Почему?

— Это долгая история. — Я ответил Луне и проигнорировал умоляющий взгляд сестры.

— Эш! Ты должен рассказать мне!

Я вздохнул. — Луна сказала своей сестре, что мы встречаемся уже восемь месяцев. Ее сестра в городе...

— Ключ от города, я слышала. — Моя сестра сунула в рот последний кусок бутерброда.

— В любом случае, Луна спросила меня, не притворюсь ли я ее парнем, чтобы сохранить лицо перед своей сестрой. Они действительно соперничают, и она не хотела говорить сестре правду.

— Кроме того, Лидия Дэвис была влюблена в тебя многие годы, и держу пари, ее сводит с ума то, что ее младшая сестра встречается с тобой.

Я уставился на Изабель. — Откуда ты это знаешь?

Она пожала плечами. — Все в этом городе знают, что ты — единственная вещь, которую Лидия Дэвис никогда не могла заполучить.

— Ага, вот и все. Я делаю одолжение Луне.

— Но почему ты делаешь ей одолжение?

Ни за что на свете не расскажу своей сестре, что помогаю Луне в обмен на секс с ней. Вместо этого просто пожал плечами. — Потому что я милый парень.

Изабель расхохоталась. — Да, верно.

— Я не плохой парень. — В моем голосе звучала явная обида.

Ее смех затих, она потянулась и взяла меня за руку. — Я знаю, что это не так, Эш. Ты удивительный и самый лучший брат на свете. Но ты не кажешься особенно милым.

— Луна заслуживает, чтобы кто-то вел себя с ней по-доброму. Ее семья ужасна.

Мой мобильный телефон зазвонил, и я прочитал сообщение Луны, прежде чем встать. — Мне пора.

— Куда ты идешь?

— Не твое дело, Иззи.

— Назови меня так еще раз, и я положу змею в твою постель.

Я побледнел, и Изабель улыбнулась мне. — А твоя новая подружка знает, что ты боишься змей?

— Она не моя девушка, и нет, не знает. Если ты скажешь ей, я приклею твою руку суперклеем к лицу, пока ты спишь.

Изабель рассмеялась и показала мне средний палец. — Увидимся позже, Ромео. Меня не будет дома до позднего вечера. Я встречаюсь с Лили Карсон. Эй, ты знал, что она сейчас живет с Джеком Уильямсом?

— Да, слышал. Увидимся позже.

— Пока, неудачник.

Глава 9

Луна

— Мы не сердимся, Луна. Мы разочарованы.

Я улыбнулась маме, прежде чем указать на Лидию: — Почти уверена, что она злится.

Лидия холодно посмотрела на меня. — Ты всегда была такой эгоисткой, Луна. Всегда думаешь о себе, никогда не задумываешься ни обо мне, ни о маме, ни о папе.

— Я эгоистка? Ты издеваешься? — Я резко закрыла меню. — Не я эгоистка в этой семье, Лидия. Скажу, что сожалею о том, что пропустила ужин вчера вечером, позволю тебе сказать, как я была груба, но не позволю сидеть здесь и говорить, что я эгоистка.

Лидия скрестила руки на груди. На ней были солнцезащитные очки, закрывавшие большую часть лица, а волосы она собрала в высокий хвост. — Ты просто доказываешь мою точку зрения. Тебя даже не волнует, что мама и папа были в городе. Ты не видела их больше года и...

— Я не видела их больше года, потому что ты заставила родителей продать дом нашего детства и переехать в Калифорнию, чтобы быть с тобой.

— Нет, они переехали в Калифорнию, потому что устали от того, что ты их игнорируешь. Устали от того, что ты звонишь им или приходишь к ним только тогда, когда тебе что-то нужно. — Лидия сердито посмотрела на официантку, когда та остановилась у нашего столика. — Нам нужно еще несколько минут!

Официантка удивленно посмотрела на нее, прежде чем поспешно уйти. Лидия поморщилась. — Боже, люди в этом захолустном городке…

Она наклонилась вперед и позволила солнцезащитным очкам соскользнуть с носа. — Ты никогда не звонишь, не пишешь, не...

— Я все время звоню и пишу маме! Скажи ей, мама.

— Да, — признала мама. — Но твой отец был бы признателен за сообщение время от времени.

— Он никогда не отвечает мне, — я многозначительно посмотрела на отца, который откашлялся.

— У меня плотный график, Луна. Ты же знаешь.

— Знаю, — вздохнула я.

— Ты используешь маму и папу для своих собственных эгоистичных желаний и потребностей, Луна.

— Ты описываешь себя. Ты ведь это знаешь, верно? — рявкнул я. — Это ты эгоистка. Ты получаешь все, что хочешь всегда.

— Папа! — Лидия уставилась на нашего отца. — Ты позволишь ей так со мной разговаривать?

— Луна, будь добрее к своей сестре. Ты же знаешь, что для нее это тяжелое время. Кроме того, с твоей стороны было очень невежливо просто пропустить ужин вчера вечером.

— И невежливо заставлять Ашера прийти тебе на помощь, когда ты вполне способна сама справиться с этой проблемой, — вмешалась Лидия. — Ты настолько неуверенная в себе, что даже не позволяешь своему парню остаться со мной наедине?

— Она не просила меня о помощи.

Низкий голос Ашера заставил мой пульс участиться.

— Ашер, привет. Что ты здесь делаешь? — Голос Лидии превратился из визгливого в сексуальный за меньшее время, чем мне потребовалось, чтобы моргнуть.

Эш выдвинул пустой стул рядом со мной. — Луна пригласила меня на обед. — Он сел, обхватил мою шею сзади и прижался поцелуем к моим губам. — Извини, я опять опоздал.

— Все в порядке. — Я задумалась, была ли улыбка на моем лице такой же глупой, как и тогда, когда Ашер положил свою большую руку мне на бедро.

Он с минуту изучал Лидию. — Луна не просила меня о помощи. Она попросила отца о помощи, но это ошибка, которую больше не повторит. Не так ли, Солнышко?

Он сжал мое бедро, и я кивнула. — Да.

— Луна — взрослая женщина, которая более чем способна позаботиться о себе, — заметил мой отец.

— Да, это так. Но прошлой ночью она нуждалась в вашей помощи, а вы были слишком заняты выпивкой и набиванием желудка, чтобы побеспокоиться, — проговорил Ашер.

У меня отвисла челюсть, как и у мамы с сестрой. Лицо моего отца стало ярко-красным, и я никогда раньше не видела его безмолвным. Ашер взял мое меню и улыбнулся мне, открывая его.

— Давай закажем еду. Я проголодался.

* * * * *

— Спасибо, что пообедал с нами. — Я стояла рядом с Ашером, пока он отпирал свой грузовик. Лидия и мои родители стояли у входа в закусочную. Лидия раздавала автографы и делала селфи с некоторыми посетителями закусочной, а мои родители смотрели с явной гордостью.

— Спасибо, что купила мне обед, — сказал Ашер с усмешкой.

Я рассмеялась. — Не за что. Извини, это было так неловко. Лидия и мои родители все еще злятся.

— Твоя семья ужасно к тебе относится.

Я нахмурилась и скрестила руки на груди. — Это не так.

— Так и есть, — настаивал он. — Твои родители ведут себя так, будто то, что ты хочешь или говоришь, даже не имеет значения.

Технически он не ошибся. Но, приятель, больно слышать это так прямолинейно. Кто же хочет признавать, что родители не любят тебя так же сильно, как твою сестру?

— Они просто знают, что я могу позаботиться о себе, и что Лидии нужна дополнительная помощь...

— Прошлой ночью ты застряла на обочине дороги, и твоему отцу было все равно. Если бы я не появился, что бы ты делала? — Ашер уставился на меня, и я ощетинилась. Он вел себя так, будто я была такой же беспомощной, какой притворялась моя сестра.

— Со мной все было бы в порядке. Я не нуждалась и не просила тебя спасать меня прошлой ночью, Ашер.

— Тебе нужен кто-то, кто будет о тебе заботиться. Твоим родителям на тебя наплевать.

– Перестань так говорить. – Я не хотела — не могла — признать, что он прав. — Они любят меня и заботятся обо мне.

— Судя по тому, что я видел, нет.

— Ты не так хорошо их знаешь. Нечестно делать предположения, основываясь на том, что ты с ними пообедал. Они хорошие люди, Ашер.

Он насмешливо фыркнул, и мой характер взял верх. — Знаешь, я думаю, что сегодняшний обед выполнил твои обязательства фиктивного парня. Не беспокойся о том, чтобы поужинать с нами сегодня вечером. Я скажу им, что что-то случилось и ты не сможешь прийти.

— Сначала ты даже не пригласила меня на ужин вчера вечером, а теперь выгоняешь меня с этого? — Он скрестил руки на груди и странно обиженно посмотрел на меня. — Для кого-то, кто практически умолял меня стать ее парнем перед их семьей, ты определенно не очень хочешь, чтобы я был рядом с ними.

— Я не пригласила тебя вчера вечером, потому что это не входило в первоначальную сделку, которую мы заключили, — сказала я низким и яростным голосом. — Думала, ты будешь счастлив, что тебе не придется притворяться моим парнем больше, чем на ужине в пятницу вечером и в субботу. Почему ты так злишься из-за этого?

— Я не злюсь, — прорычал он.

— Чушь.

Он пристально посмотрел на меня, и я потерла виски. — Слушай, я просто пытаюсь быть милой, хорошо? Ты делаешь мне одолжение, притворяясь моим мужчиной, и я делаю все возможное, чтобы сделать это как можно более безболезненным для тебя. Ты не хочешь быть рядом с моей семьей, это более чем очевидно, и я даю тебе выход. Тебе не нужно идти сегодня на ужин. Моя семья считает, что мы встречаемся, так что просто появишься на параде и церемонии завтра, этого достаточно.

Он все еще смотрел на меня взглядом, в котором смешались гнев и боль. — Значит, я вообще не увижу тебя сегодня вечером?

Дерьмо. Теперь поняла, почему он так разозлился. Он выполнял свою часть нашей сделки и думал, что я нет.

— Я напишу тебе, как только закончу сегодня вечером, и ты сможешь прийти на секс.

На его лице вспыхнуло еще больше гнева, и я поспешно сказала: — Или я приду к тебе домой, если хочешь. Для меня это не имеет значения. На этот раз я не останусь на ночь. Мы можем заниматься сексом столько раз, сколько ты захочешь, а потом я вернусь к себе.

— Может быть, я не хочу заниматься с тобой сексом сегодня вечером.

Я моргнула от его раздраженного тона. — Ох, ладно. Ну, тебе не обязательно заниматься со мной сексом. Я просто подумала...

— Да, я знаю, что ты подумала. Слушай, не трудись писать мне, когда закончишь сегодня вечером. Я больше не хочу секса с тобой, и ты мне не нужна.

Боль затопила меня, и я проглотила болезненный комок, застрявший в горле. – Я... Ашер, я все еще хочу заняться с тобой сексом.

О боже мой. Могла ли я звучать более жалко?

— Да, но мы не всегда получаем то, что хотим, Солнышко, — сказал Ашер. — Я буду притворяться твоим парнем до тех пор, пока твоя семья не уедет, но все кончено. Ясно?

— Предельно, — прошептала я.

— Во сколько завтра начинается церемония и парад?

Лидия шла к нам, и я понизила голос. — Парад начинается в десять в центре города. Ашер, позволь мне зайти сегодня вечером после ужина. Мы можем поговорить о том, что не так, и...

— Увидимся завтра в десять. — Он рывком открыл дверь грузовика, забрался внутрь и захлопнул ею как раз в тот момент, когда Лидия присоединилась ко мне. Он уехал, не глядя ни на кого из нас, и я сморгнула слезы, когда Лидия невинно посмотрела на меня.

— Что-то не так, Луна?

— Нет, — ответила я.

— Похоже, вы с Ашером поссорились.

— Мы не поссорились. Но сегодня он не сможет прийти на ужин.

— Какая жалость, — проговорила она. — Может, мне стоит с ним поговорить?

— Держись от него подальше, — огрызнулась я. — Он мой парень, Лидия.

— Да, ты все время так говоришь. — Она сверкнула зубами в подобии улыбки. — Мама и папа едут со мной в отель. Встретимся там.

Она ушла, а я, направляясь к машине, старалась не обращать внимания на бурление в животе. Ашер больше не хотел меня. Я знала, что у наших фальшивых отношений есть ограничение по времени, так почему же мне было так плохо из-за этого? Наверное, потому что верила, что у меня есть время до воскресенья, и то, что оно внезапно закончилось, сильно расстроило меня. Я думала, что нам хорошо в постели вместе, но теперь закралось сомнение. Я забралась в машину и смахнула горячие слезы, стекающие по щекам. Ашер закончил со мной, и хотя предполагала, что должна быть благодарна ему за то, что он, по крайней мере, согласился закончить наш маленький спектакль завтра, глупо обижалась из-за того, что больше никогда не пересплю с ним.

«Не стоит. Очевидно, ему это не очень понравилось. Лучше, чтобы он вышвырнул тебя из своей постели сейчас, а не просто продолжал притворяться, что ему нравится трахать тебя».

Я поморщилась и завела машину. Мой внутренний голос прав, но, очевидно, большая часть меня была достаточно жалкой, чтобы желать, чтобы Ашер продолжал лгать о том, как ему нравится трахать меня. По крайней мере, еще день или два.

Я высморкалась, снова вытерла лицо, выехала со стоянки и направилась к отелю. Мои ночи страстного секса с Ашером закончились. Мне нужно принять это, радоваться, что я хотя бы почувствовала, каково это — быть с ним, и двигаться дальше.

Глава 10

Ашер

Я ходил взад и вперед по своей спальне. Было всего десять, но мне хотелось в кровать. Нужно лечь спать, чтобы попытаться остановить настойчивый шум и вой, которые в настоящее время бушевали в моем мозгу. Только я не мог.

Я уставился на свою неубранную постель.

Она пахла ею.

Я, черт подери, не мог подойти к своей кровати, потому что та пахла Луной.

«Так постирай простыни, идиот».

Этого тоже не мог сделать. Потому что тогда она не будет пахнуть Луной, и я потеряю последнюю связь, которая у меня была с ней.

Я снова принялся расхаживать по комнате. Что, черт возьми, со мной не так? Мне больно от того, что Луна признала, что то, что у нас было, не по правде, и я не должен испытывать боль. Я же сам выставил ей такие условия, так почему же меня беспокоило, что она так легко согласилась на это? Что даже не хотела, чтобы я был рядом с ее семьей.

Луна, защищающая свою семью, разозлила меня. Как она могла подумать, что я веду себя как придурок, когда на самом деле это ее семья ужасно обращалась с ней? Почему она этого не видит? Почему защищала их, когда они так с ней себя ведут?

Они не любили ее. Они не могли любить ее так, как я. Я умру раньше...

Я остановился и уставился на стену. Я любил Луну. Часть меня с самого начала знала, что люблю ее, но это был первый раз, когда я действительно признался в этом самому себе.

Не то чтобы это имело значение. Я мог бы любить ее, но никогда не позволил бы себе быть с ней. Я не мог. Всегда задавался бы вопросом, действительно ли она доверяет мне, и это несправедливо по отношению к нам обоим.

Я все испортил и теперь должен встретиться с ней завтра, зная, что никогда больше не прикоснусь к ней, никогда не услышу ее сладкий голос, стонущий мое имя, или не почувствую, как крепко сжимается ее киска, когда она кончает на мой член.

О чем, черт возьми, я думал?

Зазвонил мой сотовый, и я вытащила его из кармана. Неизвестный номер, но я все равно ответил. Может, Луна снова попала в беду. Ее машина была куском дерьма. Может, она где-то застряла, и ее сотовый телефон разрядился, и она звонила мне из таксофона или что-то в этом роде.

«Таксофон? Сейчас что 1997 год?»

— Алло?

— Ашер, это Лидия.

— Чего ты хочешь? — рявкнул я.

— Луна здесь, в отеле, со мной, она пьяна и расстроена из-за вашей ссоры. Она хочет, чтобы ты приехал и забрал ее. Сказала ей, что она должна просто переночевать здесь, но она настаивает, чтобы я позвонила тебе.

— Я сейчас приеду. Какой номер комнаты?

— Пятьсот двенадцать. До встречи, Эш.

Я нажал кнопку отбоя на телефоне и сунул его в карман. Я стал намного счастливее, чем должен быть от того, что Луна спрашивала обо мне. Я бы привез ее сюда на ночь. Я не мог трахнуть ее, не воспользовался бы своей Луной, когда она пьяна, но мне все равно. Одна мысль о том, что она будет со мной в моей постели, займемся ли мы сексом или нет, успокаивала. Я схватил куртку и ключи, запер входную дверь и побежал к своему грузовику.

* * * * *

Двадцать минут спустя уже стучал в дверь Лидии. Она открыла ее почти сразу, и я удивленно хмыкнул. На ней была шелковая ночная рубашка, которая едва прикрывала ее задницу и облегала грудь. Ее соски торчали сквозь шелк, и я отвернулся, когда она положила руку на бедро и немного выгнула спину.

— Привет, Ашер. — Ее голос звучал хрипло и низко. У большинства мужчин уже бы встал член. Я просто разозлился.

— Где она? — Я протиснулся мимо нее. — Луна? Где ты?

— Говори потише! — Она закрыла дверь и указала на дальнюю стену, где была вторая дверь. — Мои родители в комнате рядом с нами.

Я оглядел комнату. У Лидии был номер с маленькой гостиной и еще более крошечной кухней. Сразу за кухней я увидел дверь, ведущую в ее спальню. — Луна там?

Прежде чем я успел дойти до спальни, Лидия схватила меня за руку. — Она просто в ванной. Ее рвало, и ей нужно несколько минут, чтобы освежиться. Могу я предложить тебе выпить?

Она пересекла комнату, где в ведерке со льдом охлаждалась открытая бутылка вина. Лидия налила немного в стакан и попыталась протянуть его мне. Я покачал головой. — Не хочу ничего из этого дерьма.

Ее глаза сузились, прежде чем она рассмеялась и выпила весь стакан в три больших глотка. — Тогда мне больше достанется. — Она подошла ко мне, и я нахмурился, когда она немного пошатнулась.

— Ты тоже пьяна?

Она улыбнулась. — Возможно, я немного навеселе. Но в отличие от моей сестры, я умею держать себя в руках.

Она подошла ближе, и я сделал шаг назад. Она надулась. Ее губы были больше, чем я помнил, и они блестели от какой-то скользкой на вид жижи. — Знаешь, если бы не знала тебя лучше, то подумала бы, что ты не хочешь, чтобы я прикасалась к тебе.

— Не хочу. Я встречаюсь с твоей сестрой, помнишь?

Она пожала плечами и провела рукой по груди. Я отказался следить взглядом за ее движением, вместо этого уставившись на ее лицо. — Я помню. Скажи мне кое-что, Ашер. Почему вы с Луной встречаетесь? У вас с ней нет ничего общего.

— Я не собираюсь обсуждать с тобой свои отношения с твоей сестрой, — отрезал я.

Она снова надула губы. — Нам с тобой было бы так хорошо вместе. Ты ведь знаешь это?

— Я не интересовался тобой, когда мы были детьми, и, черт возьми, не интересуюсь тобой сейчас, — сказал я.

Гнев промелькнул на ее лице, прежде чем его сменила невинность с широко раскрытыми глазами, от которой мне захотелось присоединиться к Луне в ванной, боясь, что меня сейчас стошнит. Я ненавидел это фальшивое дерьмо, которое делали некоторые женщины, а Лидия была гребаной королевой фальши.

— Уверена, ты бы передумал, если бы узнал, что я могу с тобой сделать, — промурлыкала она.

— Нет, черт возьми, не передумал бы. Я не хочу...

Я не мог поверить своим глазам, когда Лидия бросилась на меня. Я поймал ее инстинктивно, дернувшись от удивления, когда она прижалась своими губами к моим. Застыл в шоке, не в силах поверить, что Лидия может быть такой сукой по отношению к собственной сестре. Когда Лидия попыталась засунуть свой язык мне в рот, дверь в комнату ее родителей открылась, и я услышал сладкий, знакомый голос Луны.

— Лидия, я забыла свою куртку. Думаю, она...

Я оттолкнул Лидию от себя так сильно, что та взвизгнула и приземлилась задницей на ковер. Луна стояла в комнате, ее веснушки резко выделялись на фоне слишком бледной кожи на ее лице.

— Что ты здесь делаешь? — прошептала она, когда Лидия грациозно встала.

— Луна, я не...

— А на что это похоже? — Лидия скользнула к сестре, торжествующе улыбаясь. — Ты же не думала, что Ашер Стоукс сможет устоять передо мной?

— Заткнись! — рявкнул я. — Луна, это не...

— Ты всего лишь жалкая замена тому, чего на самом деле хочет Ашер, – меня, — продолжила Лидия.

Лицо Луны исказилось, она повернулась и бросилась обратно в комнату родителей.

— Луна! Подожди!

— Ашер, оставь ее. Она не имеет значения. Что имеет значение, так это ты и я, и то, что ты чувствуешь ко мне. Теперь мы можем быть вместе, — Лидия схватила меня за руку и крепко обняла.

Я выдернул руку из ее хватки и уставился на нее. — Еще раз тронешь меня, черт возьми, и пожалеешь.

Ее лицо побледнело, и она облизнула блестящие губы. — Ты... ты не это имеешь в виду.

— Тронь меня и увидишь, что случится.

Она заложила руки за спину, слегка покачиваясь. Запах вина окружил ее, и я с отвращением покачал головой. — Ты настоящий гребаный кусок дерьма, ты это знаешь? Ты не стоишь и половины Луны. Если ты еще когда-нибудь попробуешь что-нибудь подобное, я позабочусь, чтобы ты больше никогда не увидела Луну и не разговаривала с ней.

— Ты не можешь. Она... она моя сестра.

— Она моя женщина, и я не позволю тебе продолжать причинять ей боль.

Ее родители уже стояли в дверях, мать смотрела на меня широко раскрытыми глазами, а отец держал стакан виски и судорожно глотал. Я бросил на них обоих презрительный взгляд. — Это касается и вас обоих. Начните относиться к Луне с уважением, которого она заслуживает, или я заберу ее у вас, и вы никогда больше не будете с ней общаться.

Я сделал шаг ближе, и ее мать испуганно пискнула. — Луны здесь нет. Она... она ушла.

Я проигнорировал ее мать и уставился на ее жалкого отца. — Луна теперь принадлежит мне, и я сделаю ее счастливой и обеспечу ее безопасность. Если это означает держать тебя подальше от нее, я сделаю это. Ты мне веришь?

— Да, — сказал ее отец.

— Прекрасно. Прекрати играть в гребаных фаворитов со своими детьми, придурок.

Я бросил на Лидию короткий взгляд, полный отвращения. — Даже если бы не любил твою сестру, я бы не тронул тебя, даже если бы ты мне заплатила.

Я повернулся и вышел из комнаты. Как только дверь за мной закрылась, сжал руки в кулаки и едва удержался, чтобы не ударить кулаком в стену. Я был одновременно зол и болен до тошноты. Я устроил там хорошее гребаное шоу, но, по правде говоря, почти уверен, что потерял Луну навсегда.

Она думала, что я собираюсь трахнуть ее сестру, и как бы сильно ни любил Луну, не мог быть таким, как мой старик. Не мог просить и умолять о прощении за то, чего не делал. Она не поверит, что я не собираюсь ей изменять.

«Она может. Ты должен хотя бы попытаться».

Я толкнул входную дверь и побежал вниз по лестнице, но к тому времени, когда добрался до парковки, Луны нигде не было видно. Я завел свой грузовик и поехал к ней домой. Когда постучал в ее дверь, ответа не было, и она не ответила на мое сообщение. Я вернулся к своему грузовику и сел за руль, тупо уставившись в темноту. Через полчаса, когда Луна все еще не появилась дома, снова набрал номер ее мобильного телефона. По-прежнему никакого ответа, и я ударил кулаками по рулю.

«Не сдавайся, придурок. Ты должен хотя бы объяснить, что произошло. Если она тебе не поверит, тогда ты можешь уйти, как идиот, вместо того, чтобы проглотить свою гордость и умолять ее поверить тебе».

Я провел рукой по лицу. Это бессмысленно. Луна может быть где угодно, и неужели я действительно собираюсь сидеть на парковке, как чертов сталкер, и ждать, когда она вернется домой? Она не хотела меня видеть. Если бы хотела, то подождала меня в отеле.

Недовольно ворча, я поехал домой. Когда вошел в дом, Изабель сидела в гостиной и смотрела фильм на ноутбуке.

— Привет, старший брат.

— Привет.

— Ты выглядишь злее, чем обычно. Что случилось?

— Ничего.

Она улыбнулась мне. — Это не похоже на ничего.

— Я иду спать, — прорычал я. — Я устал и хочу остаться один.

— Конечно, — не стала спорить она с дерзкой улыбкой. Ее жизнерадостность действительно начинала выводить меня из себя. — О, и не волнуйся о том, что будешь слишком шуметь, я собираюсь подключить наушники, чтобы посмотреть оставшуюся часть моего фильма.

Она подмигнула мне, и я посмотрела на нее в замешательстве. — О чем, черт возьми, ты говоришь?

Она только пожала плечами. — Ни о чем. Спокойной ночи, Эш.

— Спокойной ночи, Иззи.

Она показала мне средний палец, прежде чем подключить наушники и надеть их. Я смотрел на нее еще мгновение, прежде чем вернуться в коридор. Сбросил ботинки и поднялся в свою спальню. Я принял горячий душ, а потом снова позвонил Луне по мобильному телефону. Если она не ответит, я попробую еще раз в...

Я застыл в дверях своей комнаты, открыв рот. Луна сидела, скрестив ноги, на моей кровати и нервно махала мне рукой. — Привет, Ашер.

Я оглянулся, потом снова посмотрел на нее. У меня что галлюцинации?

— Луна? Что ты здесь делаешь?

— Твоя сестра впустила меня. Она сказала, ты не будешь возражать, если я подожду в твоей спальне. Мы можем... Я имею в виду, ты не возражаешь, если мы немного поговорим?

Я закрыл дверь в свою комнату и прислонился к ней, чтобы не упасть. — Я звонил и писал тебе, но ты не отвечала.

Она скорчила гримасу. — Моя сестра начала писать и звонить мне почти сразу же. Я выключила телефон.

Я рывком пересек комнату, мои ноги, казалось, не хотели нормально работать, и встал перед кроватью. — У нас с твоей сестрой ничего не было. Она позвонила мне, сказала, что ты пьяна и хочешь, чтобы я заехал за тобой. Когда добрался туда, она подошла ко мне. Я сказал ей «нет», но она все равно поцеловала меня. Я не хотел, чтобы это случилось. Ты должна мне поверить.

— Верю.

— Мне не следовало заходить в ее гостиничный номер. Но она сказала, что я нужен тебе, и переживал за тебя. Я бы никогда не изменил тебе ни с твоей сестрой, ни с кем-либо еще. Клянусь богом, Луна.

— Знаю.

— Понимаю, у тебя нет причин мне верить, но я не гребаный изменщик. Я бы не... Подожди, что ты сказала?

Она улыбнулась мне своей сладкой улыбкой. — Я верю тебе и знаю, что ты не стал бы мне изменять.

Я опустился на кровать, недоверчиво глядя на нее. — Ты мне веришь. Вот так просто?

— Почему я не должна?

— Я... моя мать, она...

Луна придвинулась чуть ближе. — Что твоя мать?

Я уставился на свои руки. — Она всегда обвиняла моего отца в изменах. Она просматривало его электронную почту, его текстовые сообщения, ища доказательства. Если он опаздывал, она тут же обвиняла его в том, что он трахает других женщин. Если он уезжал на работу, то изменял ей с другой женщиной. Если он не скажет ей точно, где был каждую минуту этого проклятого дня, она обвинит его в измене. Мама была неумолима, никогда ему не верила, и он провел большую часть их брака, умоляя ее поверить ему. Постоянно пытался убедить ее, что не обманывал и никогда не будет. Она сломала его, заставила выглядеть жалким и...

Маленькие прохладные руки Луны внезапно обхватили мое лицо. Она потянула, пока я не посмотрел на нее. — Мне очень жаль, что твоя мама так делала, но я не она. Я знаю, что ты хороший человек, Ашер Стоукс. Знаю, что ты не изменишь мне, даже если у нас просто фальшивые отношения.

— Для меня они реальны, — прохрипел я.

Ее руки сжали мое лицо. — Что ты сказал?

— Я хочу, чтобы все было по-настоящему, — ответил я.

У меня чуть не закружилась голова от облегчения. Луна поверила мне. Мне не нужно было умолять, уговаривать или доказывать ей, что я не лгу. Она просто, черт возьми, поверила мне.

Она убрала руки и скрестила их на груди. — Но... но ты даже больше не хочешь меня трахать.

— Мне не следовало этого говорить. Я соврал.

Она прикусила нижнюю губу. – Ты... ты серьезно, Эш?

— Да. Я хотел тебя много лет, Луна. Я отказывался вступать в отношения из-за того, через что прошел мой отец. Не хотел этого, не мог вынести мысли о том, чтобы пройти через это, поэтому не позволял себе приближаться ни к кому. Но я люблю тебя и хочу быть с тобой. Ты, дьявол, лучшее, что есть в моей жизни, Луна Дэвис. Ты моя женщина, и я не хочу терять ни минуты без тебя.

— Боже ты мой, — сказала она. — Ты любишь меня.

— Люблю.

Мгновение она молча изучала меня. — Я тоже тебя люблю. Но ты ведь уже знаешь это?

Я улыбнулся ей. — Да.

Она закатила глаза. — Самоуверенный ублюдок.

Она ахнула, когда притянул ее к себе на колени. — Тебе нравится моя дерзость.

— Нет, мне нравится твой член, — чопорно сказала она.

Я рассмеялся, и она поцеловала меня в шею. Когда обхватил ее грудь, она положила руку поверх моей. — Ашер, подожди. Ты серьезно любишь меня?

— Да.

— Как долго?

Я пожал плечами. — Не знаю. Я хотел тебя последние несколько лет, но держался подальше, потому что не желал причинять тебе боль, и знал, что сделаю это. У меня есть некоторый багаж, когда дело доходит до отношений и того, как я к ним отношусь. Моя сестра говорит, что мне нужно лечение.

Луна улыбнулась мне. — Думаешь, тебе нужна помощь?

— Да, наверное.

Она снова поцеловала меня в шею. — Если ты не готов к отношениям, я понимаю. Очевидно, я не знаю всех подробностей того, что сделала твоя мама, но...

— Я готов, — сказал я. — Я, вероятно, буду чертовски отстойным в этом, но готов попробовать, потому что действительно люблю тебя, Луна.

— Это все, что мне нужно. — Она глубоко вздохнула. — Прости, что я сегодня разозлилась на тебя за то, что ты сказал о моих родителях. Я знаю, что они... они не идеальны, но они мои родители, и я люблю их. Не собираюсь вычеркивать их из своей жизни, но постараюсь не поддаваться всему, что они хотят.

— А как насчет твоей сестры?

Она вздохнула. — Это, очевидно, сложнее. Лидия никогда не изменится, и я это знаю, но если она будет продолжать откровенно приставать к тебе, то ограничу количество времени, которое провожу с ней. Ей стоит начать уважать меня и мои границы. Хотя не знаю, согласится ли она.

Я прочистил горло. — Я сказал ей, что даже если бы не любил тебя, никогда бы не прикоснулся к ней. Даже если она мне заплатит.

— Ой. Может, после этого до нее дойдет, — сказала Луна. — Но она была довольно пьяна. Но все же пригласить тебя к себе, попытаться заставить переспать с ней, когда я еще находилась в отеле... это ужасно, даже для нее.

Она снова вздохнула, и я притянул ее к своей груди, потирая стройную спину. Луна положила голову мне на плечо, прежде чем улыбнуться. — Уверена, что мне тоже нужно лечение.

Я поцеловал ее в лоб, и она села, прежде чем провести рукой по моей груди. Улыбка появилась на ее лице, когда мой член затвердел у ее задницы. — Теперь, когда мы встречаемся по-настоящему, ты действительно обязан пойти со мной на парад и церемонию завтра. Ты ведь это знаешь?

Я пожал плечами и наклонил голову, чтобы проложить дорожку поцелуев по ее стройной шее. — Мы могли бы пойти на парад и церемонию, или мы могли бы просто остаться в постели весь день, и я буду вылизывать твою маленькую киску, пока ты не кончишь так много раз, что не сможешь нормально думать.

Она выгнулась в моей руке, когда обхватил ее грудь. — Вам очень трудно сопротивляться, когда вы говорите о том, что вылижите мою киску, мистер Стоукс.

Я подразнил ее сосок большим пальцем, прежде чем положить Луну на кровать. Она легла, и я вытянулся рядом с ней, снова обхватив ее идеальную маленькую грудь, и поцеловал ее. Я пососал ее язык и застонал, когда она потерла рукой член.

Поднял голову и изучил ее милое лицо, прежде чем потянуть за прядь ее огненных волос. — Я люблю тебя, Луна Дэвис.

— Я тоже тебя люблю, Ашер.

Конец четвертой книги.

Продолжение следует…

Наши переводы:

https://vk.com/best_hot_romance

https://vk.com/slash_menage_books

https://vk.com/paranormal_love_stories