Первый обстрел
Если ты привык свободно разгуливать по улицам, тебе трудно будет привыкать прятаться. Лёня то и дело высовывался из канавы и таращился по сторонам. Мать тянула его вниз, к себе, но он всё равно высовывался. Он не хотел привыкать бояться. Всё внутри у него становилось от этого на дыбы. Он привык к совершенно другой жизни и никак не хотел, не мог с ней расстаться.
Какой-то дядька, прятавшийся с ними в канаве, внимательно слушал артиллерийскую перестрелку. То, что прятался взрослый мужчина, совсем не нравилось Лёне. Он косился на этого дядьку и про себя обзывал его трусом.
— Вот и замолчали наши пушки, — сказал дядька и откинулся на пригорок канавы. — Мало у нас пушек.
Лёню словно прорвало.
— У нас много пушек! У нас самые лучшие пушки! — сказал он запальчиво.
Когда обстрел прекратился, Лёня с матерью снова сел в поезд. В пути их снова бомбили, но это было уже во второй раз. А вторые разы запоминаются хуже.