Без названия

Глава 1

Здесь, Миледи? Вы уверены?”

Когда узкий нос моей лодки коснулся каменных ступеней у края канала, я пожалела, что не пошла пешком или, по крайней мере, не наняла судно, а воспользовалась своим собственным. Гребец должен был доложить графине, что ее дочь высадилась на грязной маленькой пристани в сомнительном уголке Сала, самого бедного района города Раверра.

Однако к тому времени, как мама что-нибудь услышит, книга уже будет у меня.

— Да, спасибо. Прямо здесь.”

Гребец не произнес ни слова, но его брови выражали глубокий скептицизм.

Я надела пальто и бриджи деревенского джентльмена, чтобы не выделяться из своей убогой обстановки. Я была рада не рисковать юбками, волочащимися в мутной воде, когда выбиралась из лодки. Мусор качался в канале, и запах в воздухе был не только соленый.

“Мне подождать вас здесь, Миледи?”

— Нет, все в порядке.” Чем меньше моя мать будет знать о моем поручении, тем лучше.

Она не то чтобы запретила мне навещать ростовщика, который утверждал, что у него есть копия "принципов искусственности Мускати", но высказала свое мнение о подобных экскурсиях вполне определенно. И никто случайно не ослушался графиню Лиссандру Корнаро. Ее слова отдавались силой в каждом огороженном садике и забытой площади Раверры.

И все же в Мускати не было ничего случайного. Известно только двенадцать экземпляров его книг. Если бы это было на самом деле, то случилась бы тринадцатая.

Пока я шла вдоль канала, предостережения матери казались мне нелепыми. Нагретые солнцем фасады домов обрамляли зеленую воду, и рабочие выгружали продукты с материка с лодок, пришвартованных у края канала. Такой ясный, мирный день, как этот, не мог таить в себе никаких опасностей.

Но когда мой маршрут свернул в сторону от канала, нырнув в темный туннель, который проходил прямо сквозь здание, я заколебалась. Гораздо легче было представить себе убийц или похитителей, скрывающихся за этой тусклой аркой. Это был не первый раз, когда я сталкивалась с ними за восемнадцать лет, что являлась наследницей моей матери.

Книга, напомнила я себе. Думай о книге.

Я прошла через горловину туннеля, выходя на улицу, слишком узкую, чтобы когда-либо видеть прямой солнечный свет. Сломанные ставни и поцарапанная кирпичная кладка сомкнулись вокруг меня. Несколько человек, мимо которых я проходила, бросали на меня испуганные, оценивающие взгляды.

Я с облегчением нашла лавку ростовщика и поспешил в тусклую пустыню пыльных сокровищ. На полках поблескивали драгоценности и выдувное стекло, на полу громоздилась мебель, к стенам были прислонены картины. Хозяин склонился над раковиной, обернутой медной проволокой, и его морщинистое лицо еще больше нахмурилось. Несколько белых прядей над ушами были последним наследием его волос.

Я подошла, взглянула на раковину. — Она сломана.”

— Он нахмурился. — Правда? Я должен был догадаться. Он запросил слишком мало за рабочую машину.”

— Половина бусин пропала. — Я указал на несколько шариков цветного стекла, все еще нанизанных на проволоку. “Тебе понадобится мастер, чтобы починить ее, если ты хочешь, чтобы она снова играла музыку.”

Ростовщик посмотрел на меня, и его глаза расширились. — Леди Амалия Корнаро. — Он поклонился, насколько это было возможно в тесной лавке.

Я огляделась, но мы были одни. — Пожалуйста, не надо никаких формальностей.”

— Простите меня. Я не узнал вас в таком… э-э… наряде. — Он с сомнением посмотрел на мои бриджи. “Хотя, полагаю, в наши дни это в моде у молодых леди.”

Бриджи были не в моде у молодых леди, но я не стала его поправлять. Я была просто благодарна, что они были достаточно приемлемы в моем поколении, чтобы мне не пришлось беспокоиться о том, чтобы вызвать скандал или быть ошибочно принятой за куртизанку.

— У тебя есть эта книга? — Напомнил я ему. — В вашей записке говорилось, что Маскати придерживается принципов искусственности.”

“Конечно. Я слышал, что вы его ищете. В его глазах появился какой-то блеск, который был мне слишком хорошо знаком: золото Корнаро отражалось в них. — Подожди минутку, я сейчас принесу.”

Он прошаркал через дверной проем в заднюю часть магазина.

Я осмотрела раковину. Я знала достаточно из моих исследований искусственности, чтобы проследить узоры проволоки и понять заклинание, которое запечатлело звук музыкального представления внутри вырезанных рунами завитков раковины. Возможно, я могла бы починить сломанную проволоку, но без врожденного таланта мастера наполнять новые бусины магической энергией раковина будет молчать.

Ростовщик вернулся с большой книгой в кожаном переплете. Он положил его на стол рядом с раковиной. “Вот, Миледи.”

Я пролистала страницы, пока не наткнулся на диаграмму. Сочетание утонченной точности проволочных схем мускати и толстых, тупых штрихов для рун было безошибочным. Я испустила дрожащий вздох. Это была настоящая вещь.

Длинные тонкие пальцы ростовщика накрыли страницу. “Значит, все в порядке?”

“Да, вполне. Спасибо. — Я положила на стол золотой дукат. Он исчез так быстро, что я почти сомневалась, что положила его туда.

— Всегда рад, — пробормотал он.

Я сунула книгу в сумку и поспешила прочь из заплесневелого магазина, чуть ли не подпрыгивая от возбуждения. Я не могла дождаться, когда вернусь домой, вернусь в свою спальню с бокалом вина и окунусь в потрепанные временем страницы Мускати. Мой друг Доминик из Университета Арданса сказал, что читать Мускати-значит открыть окно в новый взгляд на вселенную как на математическое уравнение, которое нужно решить.

Конечно, он читал только отрывки. В университетской библиотеке не было настоящего Мускати. Мне придется пригласить Доминика в гости, чтобы я могла ему все показать. Может быть, я отдам книгу в университет, когда закончу с ней.

Было трудно заставить себя сосредоточиться на выборе поворотов в лабиринте улиц, а не мечтать о рунических алфавитах, геометрических диаграммах и свернутой проволоке. По крайней мере, я двигалась в правильном направлении. Еще один мост, и я окажусь на вежливой, патрицианской территории, в целости и сохранности; и никакая лекция моей матери не сможет изменить того факта, что я выполнила свое поручение без происшествий.

Но группа напряженных фигур стояла на крошечной площади перед мостом, застыв в противостоянии, каждая линия их тел обещала друг другу насилие.

Как и многое другое в Раверре, это стало сложным.

Трое широкоплечих мужчин образовали угрожающую дугу вокруг тощей молодой женщины с распущенными темными кудрями. Девушка стояла непреклонно, словно палка, воткнутая в грязь. Я замедлила шаг и остановилась, крепко прижимая сумку к боку, острие Мускати впилось мне в ребра.

“Последний шанс. — Дородный мужчина в рубашке с короткими рукавами приблизился к девушке, держа кулаки наготове, как пушечные ядра. — Иди спокойно к своему хозяину, а то мы переломаем тебе ноги и потащим к нему в мешке.”

“Я сама себе хозяин, — возразила девушка, ее голос был резок, как багор. “И ты можешь сказать Ортису, чтобы он взял свой контракт и засунул его себе в задницу.”

Они еще не заметили меня. Я могла бы добраться до следующего моста и благополучно доставить книгу домой. Я отступила на шаг, оглядываясь в поисках кого-нибудь, кто мог бы положить этому конец: вахтенного офицера, солдата, кого угодно, только не меня.

Там никого не было. Улица была пустынна. Все остальные знали в Сале достаточно, чтобы держаться подальше.

— Будь по-твоему, — прорычал мужчина. Негодяи приблизились к своей жертве.

Это была именно та ситуация, в которую юная леди из богатого и благородного дома Корнаро не должна была вмешиваться, и в которую должен был вмешаться человек, обладающий хоть какой-то моральной стойкостью.

Может быть, мне удастся напугать их, как бродячих собак. “Вы там! Стоп!”

Они повернулись ко мне, их взгляды были холодными и пустыми. В горле у меня пересохло.

“Это не твое дело, — предупредил один из них в потертом кожаном камзоле. В уголке его рта появился шрам. Я сомневалась, что это произошло из-за несчастного случая на кухне.

У меня не было никакой защиты, кроме кинжала на поясе. Имя Корнаро может иметь вес среди этих негодяев, но они никогда не поверят, что я его ношу. Только не в такой одежде.

Мое имя ничего не значило. Эта мысль вызвала дикий трепет в моих легких, как будто воздух был живым.

Девушка не стала ждать, что я буду делать. Она попыталась проскользнуть между двумя мужчинами. Чья-то рука обхватила ее за талию и подхватила, как ребенка. Ее ноги болтались в воздухе.

Моя сумка тянула меня за плечо, но я не могла убежать и оставить ее сейчас, Мускати или не Мускати. Вытащить Кинжал казалось плохой идеей. Все мужчины были вооружены, один-кремневым пистолетом.

— Помогите! — крикнула Я.

На зверей это, похоже, не произвело никакого впечатления. Они не сводили глаз с сопротивляющейся девушки, заламывая ей руки за спину.

“Вот именно! — Ярость затопила ее голос. “Это твое последнее предупреждение!”

Последнее предупреждение? Что за странные вещи ты говоришь. Если …

Лед проник в мой костный мозг.

Мужчины засмеялись, но она сердито посмотрела на них. Она не боялась. Я могла придумать только одну причину, по которой ее не страшно.

Я прижалась к стене как раз перед тем, как все загорелось.

Ее глаза вспыхнули первыми, голодная голубая искра вспыхнула в ее зрачках. Затем пламя побежало по ее рукам тонкими линиями, прыгая в бледные, прекрасные лепестки смертоносного цветка.

Мужчины отпрянули от нее, ругаясь, но было уже слишком поздно. От их одежды уже поднимался дым. Прежде чем они закончили свои первые испуганные вдохи, голубое пламя вспыхнуло во внезапной, смелой славе над каждым дюймом их тела, погребая каждый шрам и пятно в свете. На мгновение они показались мне прекрасными.

Затем они испустили крики, которые собрали вместе. Я съежилась, прикрывая рот рукой. Боль в них была нечеловеческой. Ужасная маслянистая вонь горящего человеческого мяса ударила в меня, и я задохнулась.

Мужчины, пошатываясь, побрели к каналу, корчась в объятиях пламени. Я вскинула руку, чтобы защитить лицо от жары, закрывая обзор. Тяжелые брызги заглушили их крики.

Во внезапно наступившей тишине я опустила руку.

Теперь огонь запрыгал по плечам девушки. Чистый, холодный гнев украсил ее черты. Это был не взгляд женщины, которая закончила.

О, Черт Возьми!

Она торжествующе подняла руки, и пламя вырвалось из самого канала, горькое и злое. Они растекались по воде, словно по слою масла, лизали брюхо моста. На дальней стороне канала зеваки, привлеченные суматохой, испуганно вскрикнули.

— Довольно! — Мой голос вырвался из горла выше, чем обычно. “Ты победила! Ради бога, потуши его!”

Но глаза девушки горели огнем, и пламя бежало по ее волосам. Если она и поняла меня, то не подала виду. Голубое пламя грызло камни у ее ног. Утолив голод, она расширилась, словно каменные плиты были травой.

Наконец я узнала его: балфир. Я читала об этом в "падении Селантиса" Орсена.

Благодать милосердия сохрани нас всех. Эта штука может сжечь что угодно-воду, металл, камень. Он мог сжечь город, как сухой кукурузный початок. Я прижала книгу к груди.

“Ты должна прекратить это! — Взмолилась я.

“Она не может, — произнес напряженный голос. — Она потеряла контроль.”

Я обернулась и увидела высокого худощавого молодого человека, стоявшего у моего плеча и смотревшего на горящую девушку с вполне понятным опасением. Его волнистые черные волосы касались воротника мундира, который мне сейчас хотелось видеть больше всего на свете: ало-золотой камзол сокольничих. Та самая компания, которая существовала, чтобы контролировать магию, чтобы ничего подобного не случилось.

— Слава милостям, что вы здесь! Ты можешь остановить ее?”

“Нет. Он сделал глубокий, прерывистый вдох. “Но ты можешь, если у тебя хватит смелости.”

— Что? — Это было еще большее безумие, нагроможденное на ужас костра. “Но я же не сокольничий!”

“Вот почему ты можешь это сделать. — Что-то нежное блеснуло в его протянутой руке. “Как ты думаешь, ты сможешь надеть это ей на запястье?”

Это было сложное переплетение золотой проволоки и алых бусин, предназначенное для того, чтобы затягивать их одним рывком. Я узнала рисунок с гравюры на дереве в одной из моих книг: "Джесс сокольничего". Названный в честь тросов, используемых в соколиной охоте, он мог наложить печать на магию.

“Она вся горит, — возразил я.

— Я знаю. Я не стану отрицать, что это опасно. — Его пристальные зеленые глаза затуманились. — Я не могу сделать это сам, я уже связан с другим. Я бы не спрашивал, если бы не чрезвычайная ситуация. Чем больше жизней пожирает огонь, тем больше он распространяется. Он может поглотить всю Раверру.”

Я колебалась. Джесс обмяк в его руке. “Неважно. Мне не следовало этого делать—”

“Я сделаю это. — Я выхватила у него браслет прежде, чем успела подумать дважды.

“Спасибо. — Он одарил меня странно задумчивой улыбкой. — Я отвлеку ее, пока ты будешь рядом. Ум и смелость. Ты можешь это сделать.”

Сокольничий бросился к распространяющемуся пламени, оставив Джесс болтаться у меня в руке, словно вопрос без ответа.

Он подошел к краю канала и крикнул, чтобы привлечь внимание девушки. — Ты! Колдунья!”

Она повернулась к нему. Пламя тянулось за ней, как королевская Мантуя. Раскидистые края ползли вверх по кирпичным стенам ближайшего дома пылающими щупальцами.

— Голос сокольничего перекрыл шум растущей толпы на другом берегу канала. “Во имя Его Светлости Дожа, я требую тебя за Соколов Раверры!”

Это определенно привлекло ее внимание. Пламя наклонилось в его сторону, словно от сильного ветра.

“Я не принадлежу тебе! — Ее голос был диким, как шипение костра. “Ты не можешь претендовать на меня. Сначала я увижу, как ты сгоришь!”

Теперь она собиралась убить и его тоже. Если только я не остановлю ее.

Мое сердце трепетало, как платок встревоженной вдовы, я изо всех сил старалась успокоиться и подумать. Может быть, она не нападет, если я не наброшусь на нее. Я засунул свою драгоценную сумку под пальто и поспешила к мосту, как будто надеялась проскочить мимо него и убежать. Притворяться было нетрудно. Кто-то в толпе на дальней стороне поманил меня в безопасное место.

Мои ноги дрожали от желания прислушаться к ним и броситься вперед. Мне была невыносима мысль о том, что страницы Мускати превратятся в пепел.

Я крепче сжала Джесс.

Сокольничий протянул руку к девушке, чтобы привлечь ее внимание. — По закону ты принадлежал Раверре с того момента, как родилась с магической меткой. Я не знаю, как тебе удалось прятаться так долго, но теперь все кончено. Пойдем со мной.”

Балфайр шел ревя на него бело-голубой волной.

— Чума тебя побери! — Девушка вызывающе подняла кулак. “Если Раверре нужен мой огонь, она его получит. Пусть горит город!”

Я рванулась через оставшееся расстояние между нами, перепрыгивая через змеящиеся линии пламени. Зажмурившись от жары, я вытянула руку и накинула Джесс на ее поднятый кулак.

Эффект был мгновенным. Пламя погасло, как будто холодный порыв ветра погасил его. Сокольничий все еще отшатывался, его руки были подняты, чтобы защитить лицо, его прекрасный форменный камзол дымился.

Девушка покачнулась, и огонь в ее глазах погас. Золотая Джесс обвилась вокруг ее тонкого, как кость, запястья.

Она рухнула на каменные плиты.

Боль обожгла мне руку. — Прошипела я сквозь зубы, прижимая ее к груди. Этот краткий миг соприкосновения обжег мне кожу, опалил сапоги и пальто. С моей сумкой, слава милостям, все было в порядке.

Собравшиеся на мосту зрители одобрительно загудели, а затем начали расходиться. Представление закончилось, и никто не хотел приближаться к огненному колдуну, даже потерявшему сознание.

Я не могла их винить. В канале не осталось и следа головорезов, хотя в воздухе стоял ужасный запах гари. Обугленные черные шрамы испещряли стены зданий по бокам от меня.

Сокольничий приблизился, облегченно улыбаясь. — Молодец! Я впечатлен. С тобой все в порядке?”

В головокружительном порыве меня осенило, что все кончено. Я спасла если не всю Раверру, то, по крайней мере, один — два квартала-своими собственными руками. Не с именем моей матери, не с ее богатством, а с моим собственным.

Слишком опасно идти в ломбард? Ха! Я убрала огненного колдуна. Я улыбнулась ему, пряча обожженную руку в рукав. “Я в порядке. Я рада, что смогла помочь.”

— Лейтенант Марчелло Верди, к вашим услугам. — Он поклонился. “Как тебя зовут, Храбрая юная леди?”

— Амалия Корнаро.”

— Добро пожаловать в "Сокольничий Дожа”, Мисс… — он замолчал. Улыбка сползла с его лица, и румянец сошел с бронзовой кожи. — Корнаро. — Он сглотнул. — Нет… ты ведь не родственница графини Лиссандры Корнаро?”

Мой восторг свернулся у меня в животе. “Она моя мать.”

— Черт возьми, — прошептал лейтенант. “Что я наделал?”

Глава 2

Моей матери здесь даже не было, но она по-прежнему доминировала в разговоре. Я склонилась над лежащей без сознания девушкой-и от беспокойства, и чтобы скрыть свое разочарование.

“С ней все будет в порядке? — Спросила я.

“С ней все в порядке, Миледи. Колдуны часто падают от истощения после потери своей силы. — Новая жесткость в голосе Верди обожгла мои ожоги, как соль. Мне не следовало называть ему свое имя.

Он опустился на колени и потянулся к запястью девушки. Сначала я подумала, что он хочет проверить ее пульс, но вместо этого его пальцы прошлись по изящному переплетению браслета.

"Джесс" был самой сложной проволочной конструкцией, которую я когда-либо видела. Замысловатая проволочная оплетка и расположение кроваво-красных бусин образовывали язык, диктующий условия заклинания. Это было слишком сложно для меня, чтобы понять.

Некоторые золотые нити расплылись и расплавились в узле, который связывал их вместе. Это было невозможно; Джесс считалась почти невосприимчивой к физическим повреждениям. Но огонь был могущественной магической силой.

“Он расплавился, — выдохнула Верди. “Я не думаю, что это сработает.”

Я подняла глаза и увидела его зеленые глаза. Беспокойство в них было откровенным и неосторожным, чего я никогда не видел в гостиной элиты Рейверра.

“А почему ты хочешь, чтобы он оторвался? — Спросила я.

— Потому что, Миледи, это вы надели его на нее.”

— Пожалуйста, зовите меня Амалия.”

“Мне очень жаль, Леди Амалия. Мне не следовало вовлекать тебя в это. — Он покачал головой. “Мы обучены набирать гражданских добровольцев, чтобы надевать Джесс в непредвиденных ситуациях, подобных этой, но я никогда раньше не слышал, чтобы кто-то случайно завербовал дворянина.”

“Ты меня не впутывал. Я решила помочь. Я сделала это сама. — Присев на корточки на улице в нескольких дюймах от его лица, я вдруг почувствовала себя неловко. Я выпрямилась, баюкая обожженную руку. Растущая боль от него вторгалась во все, как незваный гость.

“И ты была великолепен. Это я все испортил. Верди тоже встал, потирая голову. “Я не знаю, что будет дальше. Мне нужно отвести нашего нового Сокола на конюшню, пока она не проснулась. Закон запрещает ей появляться в городе без своего сокольничего, но… — он нервно рассмеялся. “Ты ее сокольничий.”

“Но я не могу им быть. — Теперь я понял его тревогу. “Ни один из великих семейств Ассамблеи не может быть сокольничим. Моя мать—”

— Я знаю, поверьте мне, Миледи. Верди поморщился. “Я не уверен, кто первым получит мою голову: Графиня, мой командир или сам дож. Но ты надел на нее Джесс, так что ты единственная, кто может связать и освободить ее силу. Теперь, когда Джесс поврежден, это уже ничего не изменит.”

Браслет не мог бы принять такое важное решение за меня. Даже дож не диктовал судьбу Корнаро. Единственный, кто мог это сделать, был… я сглотнула. — Кто-то должен сказать моей матери.”

Верди отдал мне честь.

— О нет, — запротестовала я. “Я не могу.”

— Пусть лучше она услышит это от тебя, чем от Дожа. — Его брови сошлись на переносице. — Обычно я бы взял вас обоих с собой прямо на конюшню, но я не смею вмешиваться в дела графини.”

— Боюсь, что мы уже это сделали. — Хотя я не был недовольна тем, что действовала вне сферы ее одобрения. Меня больше беспокоило нарушение правил Сокольничих и законов Раверра.

“Мне очень жаль, Миледи. Верди поклонился. “Это все моя вина. И я не хочу усугублять ситуацию, бросая тебя сейчас. Но если я не доставлю нашу новобранку на конюшню до того, как она проснется, даже благодать удачи не сможет спасти эту неразбериху.”

Мгновение он колебался над лежащим без сознания Соколом, затем подхватил ее на руки и усадил на спину, поморщившись от боли в обожженных плечах. Одна тощая рука безвольно повисла в воздухе.

Тревога наполнила меня при виде этого зрелища. Я хотела помочь ей, а не захватить в плен. Но Соколов держали в роскоши. Это, должно быть, лучше, чем то, что в жизни оставило ее одетой в лохмотья и бегущей от негодяев.

“Ты уверен, что с ней все будет в порядке?”

“Мы хорошо о ней позаботимся, — сказал Верди. “Она не пленница.”

Джесс поблескивал на ее запястье, и я не была так уверена.

“Прошу прощения, Миледи. Верди сделал еще одну попытку поклона, но тут же прервал ее, так как девушка начала сползать с его спины. “Я должен идти. Я доложу в ваш дворец, как только устрою ее, чтобы поговорить об этом подробнее. Или, по крайней мере, кто-то будет, и я надеюсь, что это буду я. Потому что если нет, то это, вероятно, означает, что у меня большие неприятности.”

***

Очень много неприятностей. Когда я поднималась по мраморной лестнице в мамин кабинет, эти слова, как запах дыма, задержались на моем пальто. Моя рука пульсировала на прохладных перилах. Темные масляные портреты великих Корнаро прошлого смотрели на меня со стен проницательными глазами моей матери.

Я засунула книгу за серебряную урну в коридоре, чтобы иметь больше шансов увидеть, где именно я была. Я подумывала пойти в свою комнату переодеться, но Графиня придавала больше значения своевременной информации, чем подходящему платью. У меня не было предлога, чтобы отложить этот разговор.

И все же я постояла несколько минут перед дверью ее кабинета. Я уставилась на позолоченный дверной косяк, выбирая те же знакомые очертания, что и в детстве, пока репетировала свою вступительную фразу вполголоса.

Наконец я постучала.

— Войдите, — скомандовала она изнутри.

Я открыла дверь. Теплый солнечный свет играл на Барочной лепнине и ярких фресках кабинета моей матери. На одной стене висела огромная карта безмятежной империи Раверра, а на другой-книжный шкаф, поднимавшийся на целых пятнадцать футов к потолку.

Моя мать сидела за письменным столом спиной ко мне, перо двигалось, пока она работала. Мне очень нравился этот письменный стол. Он был полон потайных ящиков и шкафчиков, и моя мать просила меня помочь ей проверить его, когда я была ребенком, предлагая мне сладости для каждого потайного отделения, которое я могла найти. Ее каштановые волосы искусно ниспадали каскадом на богатые изумрудно-бархатные плечи. Когда сам дож мог в любой момент вызвать ее или Совет Девяти созвать экстренное заседание, графиня считала, что всегда должна выглядеть наилучшим образом.

Я прочистила горло. “Сегодня я спасла Раверру от пожара.”

“Это объясняет, почему ты пахнешь как неубранная труба. — Она продолжала писать, даже не взглянув в мою сторону.

“Да. — Я зашаркала запачканными сажей ботинками. “Там был вышедшая из-под контроля огненная колдунья, и я… я помогла. Сокольничий дал мне Джесс, и я посадила его на нее.”

Скрежет пера прекратился. Мама медленно повернулась. У нее было деловое лицо, красивое и непроницаемое, с проницательными глазами.

“Ты посадила Джесса на бродячего колдуна. — Ее голос был ровным, как мраморная плита.

“Да. — Мой рот растянулся от волнения. Мне не следовало улыбаться, вместо этого я скорчила гримасу. “Оно, э-э, кажется, не снимается.”

Момент удлинился. Мать не шевельнулась. Наконец ручка в ее руке дернулась, перо задрожало, как будто она поставила решающую точку в конце своих мыслей.

“Я знала, что ты ходила по магазинам в Сале, — сказала она. “Я и не знала, что ты привезла мне Сокола.”

Она уже знала, где я был. Конечно.

Я покрутил здоровой рукой в ремне сумки, но ничего не сказала. Моя мать однажды сказала мне, что когда ты не знаешь, где находишься, тебе следует держать рот на замке и слушать.

— Амалия, ты знаешь, почему я позволяю тебе бегать по Раверре без сопровождения?”

Поколебавшись, я покачала головой.

“Почему я позволяю тебе изучать магию в пылу страсти, или позволяю тебе выходить на улицу в одежде седьмой дочери сельского сквайра, или притворяюсь, что не замечаю, когда ты посещаешь ломбарды в сомнительных местах?”

— Нет, Мама.”

— Чтобы увидеть, что ты делаешь, получив свободу выбора. — Ее слова резанули воздух, как брошенный нож. “И посмотреть, чему ты научишься. Потому что я надеюсь, что эта независимость укажет на искру ума или честолюбия, которые могли бы хорошо послужить нашей семье, и что ты могли бы доказать, что достойна быть моим наследницей.”

Я думала, что, возможно, это потому, что она хотела, чтобы я был счастлива. “Я действительно кое-чему научилась.”

“Хм. — Графиня постучала пером по краю стола. “Ты, несомненно, предприняла смелые действия. За это я должен тебя похвалить.”

— Спасибо, мама. — Возможно, она иронизировала, но лучше перестраховаться.

— Вопрос в том, что будет дальше. Закон ясен: ты не можешь быть сокольничим. И все же это так. Ты понимаешь, что это значит?”

Я сглотнула. “Я всем причиняю головную боль?”

“Ты упускаешь самое главное, дитя. Это значит, что мы-единственная семья в собрании, у которой есть контроль над Соколом.”

Я моргнула. Я вообще не рассматривала этот вариант. Сотни патрицианских семей, составлявших собрание, великий законодательный совет Раверры, постоянно маневрировали в поисках преимуществ друг против друга. Сильная магия была привилегией, зарезервированной за государством, краем, которое могло нарушить хрупкое равновесие власти Раверра. “Не могу себе представить, чтобы дож позволил это сделать.—”

“Ты моя наследница, — вмешалась Графиня. — Дож не контролирует тебя. Я контролирую.”

Я раздраженно вскинула бровь. “При всем уважении, если бы это было правдой, мы бы не обсуждали этот вопрос.”

Мама рассмеялась. У нее был прекрасный, теплый смех, от которого до сих пор трепетали сердца придворных и королей. “Тогда очень хорошо, дитя мое. Ты-Корнаро. Никто не контролирует тебя. Но будь осторожна, дож не оценит этого факта. Особенно с вещами, которые сейчас находятся в состоянии аффекта.”

Это звучало не очень хорошо. “Что-то не так с Арденсом? — Доминик и другие мои пылкие друзья не упоминали о каких-либо неприятностях в своих последних письмах, хотя я ничего не слышала от них в течение последних нескольких недель. И кузен моей матери, посланник Дожа в Арденс, тоже ничего не сказал на нашем семейном обеде месяц назад. Но Графиня входила в Совет Девяти и лично следила за разведкой Раверрана; она узнает о неприятностях раньше, чем их создатели.

“Пока ничего серьезного. Молодой герцог испытывает свои возможности. Ты должна уделять больше внимания окружающему миру, Амалия.”

Ее взгляд прошелся по моей одежде и пустой сумке, прежде чем остановился на моей руке.

“Что с тобой случилось? — спросила она, вставая из-за стола.

Я сунула руку в карман пальто. “Она была в огне, мама.”

Она пересекла комнату и нежно подняла мою руку из укрытия. Я постаралась не вздрогнуть.

“Я в порядке.”

“Так и будет, — согласилась мама. “Но это должно быть больно. Мы позаботимся об этом.”

Она убрала с моего лица распущенные волосы, подняв их вверх, как будто собираясь уложить. Судя по выражению ее глаз, это была безнадежная попытка. Она отпустила мои волосы, улыбаясь мне почти печально.

— Запомни, Амалия. Ты моя наследница. Это происходит раньше, чем любые другие обязанности, которые жизнь может возложить на тебя, включая обязанности сокольничего. Придерживайся этого, прежде всего, независимо от того, на что он пытается заставить Вас согласиться.”

— Он?”

— Дож, конечно.”

Дож. Конечно. Иногда мне казалось, что мы с мамой ведем два не связанных между собой разговора.

Она еще раз взглянула на мою опаленную одежду, нахмурившись. — Иди одевайся, девочка. И не забудь свой эликсир.”

“Я никогда не забываю свой эликсир.”

— Очевидно, учитывая, что ты все еще жива. — Мама наклонилась вперед и быстро поцеловала меня в лоб. Меня окутал аромат ее духов, такой же тонкий и сложный, как одна из ее интриг. “Я бы хотела, чтобы ты так и осталась. Будь осторожна, дитя.”

“Конечно, мама.”

— А теперь иди переоденься. Это будет долгий день.”

***

Когда мать велела мне одеться, я поняла, что она имеет в виду одежду, более подходящую для наследницы одного из членов Совета Девяти — тайного органа, который вместе с дожем обладал истинной властью в Раверре. Собрание, конечно, принимало законы, но Совет контролировал военные, разведывательные и дипломатические службы и имел решающее слово во всех вопросах правосудия, внешней политики и безопасности империи. Все девять членов когда-то избирались из собрания, но на протяжении веков самые могущественные семьи империи постоянно претендовали на четыре места, что делало их наследственными. Меня утвердили в качестве преемницы матери еще до моего рождения.

Однако я не мог сказать, почему управление безмятежной империей должно исключать удобные брюки. Я послушно достала из шкафа платье и положила его поперек кровати, но корсет зашнуровывал спину, и я была одна в комнате. Так что я растянулся на животе рядом с ним, читая свою новую книгу.

Мускати заставлял искусственность казаться такой простой. Используйте руны, чтобы диктовать новое свойство для объекта или привязывать его к новым правилам с помощью проволоки, и проводите магическую энергию через шаблон, чтобы наделить его силой. Изучая его умопомрачительно сложные схемы, я каждый раз оказывалась на грани прозрения не только по поводу конкретной магии, которую они вызывали, но и по поводу естественных законов, которые они использовали или обходили.

Пока я читала, небо за окном потемнело. Зажглись светильники в настенных канделябрах, излучая мягкое эхо света, отраженного солнечным искусственным кругом на крыше. Новый Сокол, должно быть, уже проснулась — эта незнакомка, которая никогда больше не сможет покинуть уединенные конюшни без меня.

Я прижала к себе ноющую руку. Она должна быть огненным колдуном, самым редким и смертоносным из магов. Огненные колдуны оставили обугленные и дымящиеся дыры на страницах истории: города, лежащие в руинах, поля сражений из пепла и костей.

Но ничто не нарушало спокойствия империи в течение пятидесяти лет, начиная с трехлетней войны. В соответствии с безмятежными соглашениями его государства-клиенты управляли собой достаточно мирно. Они дали Раверре торговые привилегии и Соколов в обмен на военную защиту, а также инфраструктуру, такую как хорошие дороги, акведуки, Имперскую почта и сеть курьерских ламп. Раверра в основном оставляла в покое свои притоки, а ее безмятежные посланцы время от времени шептали на ухо своим вождям, будь то короли, герцоги или консулы, какие-нибудь благоразумные слова. Ни у одной иностранной державы не было ни силы, ни желания угрожать империи с тех пор, как она победила безумных лордов-ведьм Васкандара в трехлетней войне, во времена моих дедушки и бабушки. Без врага не было никакой необходимости высвобождать силу колдуна. Мой сокол может остаться в капюшоне до конца своей жизни.

В капюшоне, пойманная в ловушку на конюшне, ее жизнь была ограничена линией столь же четкой, как один из кругов Мускати.

Знакомый, властный двойной стук в дверь предупредил меня, что я должна вовремя запихнуть "Принципы хитрости" под подушку, прежде чем в комнату ворвется мама. Ее служанка, Кьярда, Шагала позади нее, держа в руках маленький сундучок. Чиарда была не просто служанкой, а отпрыском знатного Останского купеческого рода с проницательным взглядом и острым умом, которому моя мать доверяла самые важные дела.

— Боже милостивый, вы еще даже не начали. — Графиня окинула взглядом кровать. Я заставила себя не смотреть на подушку, надеясь, что моя книга не появится. “Ты опять читала?”

“Я думала об огненных колдунах.” Это не было ложью.

Кьярда, не суетясь, взяла мою обожженную руку и начала смазывать ее мазью. Я стояла по стойке смирно.

Мама с ужасом посмотрела на платье, которое я выложила на стол. “Ты не можешь принять Дожа в таком виде, дитя. О чем ты только думала? Возможно, ты могла бы надеть это платье на рынок. Кьярда, когда закончишь с ее рукой, Помоги Амалии собраться.”

“Конечно, Графиня, — пробормотала Кьярда.

У меня пересохло во рту. “Я встречаюсь с дожем? Сегодня?”

“Разве я не говорил тебе об этом? Неужели ты думала, что я шучу? Его сообщение пришло через курьерские лампы, пока ты была здесь и не смогла одеться. Он приказал вам явиться в Императорский дворец. — Она распахнула мой гардероб и осмотрела мои платья. “Мне удалось выиграть немного времени, сославшись на твои ожоги, и он согласился приехать сюда вместо меня. Так что, Кьярда, убедись, что эта рука выглядит ужасно серьезной.”

“Конечно, Графиня. Кьярда вытащила из груди рулон бинтов и принялась за работу, ловко двигая проворными пальцами.

Меня охватило сильное желание вырвать руку, выбежать из комнаты и спрятаться где-нибудь. — Дож приедет сюда? Когда же?”

- Успокойся, дитя мое. Не то чтобы он не был здесь раньше. Я купила нам час или два. Сорок человек попытаются заговорить с ним по дороге из дворца; они всегда так делают. У меня есть слуга на крыше с подзорной трубой, наблюдающий за имперским каналом в поисках его лодки, так что мы успеем предупредить тебя за несколько минут до прибытия. Я думаю, это павлинье-голубой шелк, Кьярда. Убедись, что она наденет соответствующие украшения, и сделай что-нибудь с ее волосами.”

“Конечно, Графиня.- Кьярда обернула вокруг моей руки прозрачный кокон.

- Я не могу пошевелить пальцами.”

“Конечно, Леди.- В голосе Кьярды звучала улыбка, хотя лицо ее оставалось серьезным. “Ты слишком тяжело ранена, чтобы сделать что-то подобное.”

Графиня сжала мои плечи. - Послушай, Амалия. Я останусь с тобой, если смогу, но дож попросит поговорить с тобой наедине. Ты должна держать себя в руках против него. Ты меня понимаешь?”

“Да, мама ... - я замолчал. “Ждать. - Нет, Мама. Чего он хочет? Почему он придет поговорить со мной?”

- Твое сегодняшнее маленькое приключение поставило на кон большие ставки. Контроль над единственным огненным колдуном безмятежной империи. Неоспоримая власть Дожа над соколами. Характер наследницы одной из самых могущественных семей в Раверре. Конечно, он хочет поговорить с тобой.”

Все слова Мускати, которые я выпила в невежественном блаженстве, пока должна была готовиться, тревожно засели у меня в животе. “Неужели так важно то, что произошло сегодня?”

- Когда-нибудь ты войдешь в Совет Девяти, Амалия. Тебе лучше привыкнуть к мысли, что все, что ты делаешь, важно.”

“Что я должна сказать дожу?- Боль пронзила мою руку, когда я попыталась сжать ее. Кьярда цыкнула на меня.

- Достань мне Сокола, если сможешь, - сказала мама. “Но самое главное, не позволяй ему установить над тобой власть. Ты не просто сокольничий под его командованием. Если ты позволишь ему контролировать тебя сейчас, когда займешь мое место в Совете девяти, ты станешь его орудием.”

“И вообще, зачем тебе огненный колдун?”

“Мне не нужен огненный колдун. Я хочу, чтобы все знали, что он у нас есть.- Она убрала с моего лба выбившуюся прядь волос. - Дож все понимает. И ты тоже будешь понимать.”

- Готово, - объявила Кьярда. Я в отчаянии смотрел на свою забинтованную руку. Я должна была принять Дожа вот так?

Моя мать похлопала меня по руке, одарив улыбкой, которая завоевала страну Калламорн для Рейверранской империи. “Ты прекрасно справишься, дитя мое. Просто помни, кто ты есть.”

Кем я была, или кем она хотела меня видеть? У меня перехватило горло. “Я не сильна в этих играх. Не так, как ты, мама.”

“Тогда не играй. Выясните, в чем ты хороша, и сделай это игрой.”

И она унеслась прочь со всем величием взлетающего лебедя, предоставив умелым рукам Кьярды втащить меня в голубое, как павлин, платье. Мне почти ничего не нужно было делать, разве что поворачиваться, когда мне скажут, или держать себя в руках, пока Кьярда упиралась коленом мне в спину, чтобы затянуть корсет.

- Я бы хотела, чтобы ты поговорила с дожем вместо меня, Кьярда, - сказал я, когда снова смогла дышать. “У тебя все хорошо получается.”

“Вы прекрасно справитесь, госпожа, - заверила меня Кьярда с величайшей уверенностью, ее пальцы теперь ловко скользили по моим волосам.

“Откуда такая уверенность?”

- Потому что так сказала графиня. Графиня никогда не ошибается.”

В доме раздался крик, один слуга позвал другого. Он идет!

Они заметили на имперском канале лодку Дожа с крыльями чайки. Мне оставалось только надеяться, что Кьярда права.

Глава 3

Самый могущественный человек в мире был едва выше меня ростом, не считая герцогской короны. Ниро да Моранте был молод для Дожа; это был пожизненный пост, и Ассамблея редко выбирала кого-либо, кто имел бы неоправданное пожизненное содержание. Его волосы все еще казались темными между широкими седыми прядями. Но его глубоко посаженные глаза светились неумолимым умом, и в нем было что — то такое, что не имело ничего общего с богатством его одежды-или даже с тем фактом, что он командовал империей, охватывающей большую часть континента Эрувия.

Когда я присела перед ним в реверансе, эти темные глаза впитывали все знания, которые он мог почерпнуть из моей внешности. Трудно было забыть, даже здесь, в большом салоне моего собственного дома, что здесь был человек, чье слово имело силу войны и мира, процветания и разрушения, жизни и смерти.

Наверное, так же чувствовали себя и другие люди, разговаривая с моей матерью.

Мои нижние юбки подметали мраморный пол, когда я закончила свой реверанс. Моя мать произнесла слова приветствия, и я издала соответствующие звуки. Слуги кружились вокруг него, как танцоры, предлагая вино и закуски, но он отмахивался. Вокруг нас простирался слишком большой зал, построенный для проведения балов-маскарадов и редких государственных церемоний. Я мало времени проводила в этой комнате с ее фресками, изображающими достижения Корнаро дожа, и позолоченной лепниной, доведенной почти до истерики. Он предназначался для того, чтобы производить впечатление на гостей, а не для того, чтобы жить в нем.

Когда дож уселся в предложенное ему кресло, он был явно недоволен — не нашим гостеприимством и даже не мной, а всей ситуацией в целом.

“Я хочу поговорить с моим новым сокольничим наедине, - сказал он.

Слуги осторожно удалились из комнаты. Моя мать улыбнулась, вся такая грациозная и уравновешенная. - Конечно, нет ничего такого, что вы могли бы сказать моей дочери, чего бы я не услышала.”

Я не могла не заметить, что они оба сделали акцент на моей персоне.

Дож поднял бровь. “Разве она ребенок, чтобы прятаться за юбками своей матери?”

Уязвленная, я открыла рот, но резкий удар в плечо остановил меня. Рука моей матери лежала там, небрежная и расслабленная; но она перевернула кольцо так, что камень прижался к моей коже в знак предупреждения.

- Амалия вполне способна постоять за себя, - сказала она с большей уверенностью, чем можно было бы предположить из собранной истории наших предыдущих бесед. “Но что вы можете обсуждать такого, что должно оставаться в тайне от ее матери и вашего старого друга?”

Уголок рта Дожа дрогнул. “Ничего. Но ты не хуже меня знаешь, Лиссандра, что если ты будешь в комнате, то это будет разговор между тобой и мной, а не с твоей почтенной дочерью.”

Наступило молчание. Кольцо все еще впивалось мне в плечо.

Графиня рассмеялась и сделала дожу иронический реверанс. “Очень хорошо, Ниро. Я не могу отрицать, что вы правы. Тогда я оставлю вас двоих без сопровождения.”

Бархатные юбки моей матери зашуршали. Двери салона открылись и закрылись. Я остался наедине с дожем.

Он жестом пригласил меня сесть, задержав взгляд на моей перевязанной руке.

Я устроилась на краешке стула, насколько это было возможно в моем корсете; между низкой талией и жесткой стойкой, он, казалось, был создан для дам, которые никогда не садились. Слои собранного шелка и нижних юбок шуршали и складывались подо мной. Вот почему я предпочитала пиджак и бриджи.

Дож поднял брови. - Ну, Леди Амалия. Вы выбрали ... нетрадиционный метод, чтобы стать одним из моих сокольничих.”

Каждое слово, которое он выбирал, ставилось на доску, которую я не могла видеть, и подсчитывало очки, которые я не могла сосчитать. Моя обернутая марлей ладонь стала влажной.

- Ваше спокойствие, уверяю вас, я не собиралась делать ничего подобного. Моей единственной целью было защитить Раверру от огня.”

“Несмотря на это. Вы и ваш сокол представляете собой довольно серьезную проблему.- Он протянул пустую руку, как бы показывая мне. - Обычно мы приводим Соколов в конюшни еще детьми. И сокольничие тоже живут в конюшнях, проходя несколько лет обучения, прежде чем они соединяются с тщательно выбранным Соколом, после чего они отказываются от всех других обязанностей, клятв и титулов. Если они из патрицианской семьи, то теряют право заседать в собрании.”

Моя мать никогда бы этого не потерпела. “Но в данном случае это, конечно, невозможно.- Я старалась говорить легким, но непоколебимым тоном. - Как и я-наследник Корнаро.”

Дож задумчиво посмотрел на меня. В другом конце комнаты тикали часы. Десятки раскрашенных сановников наблюдали за мной с расписанного фресками потолка.

“Знаете ли вы, - сказал он наконец, - почему правящим семьям Раверры запрещено быть Сокольничими?”

- Чтобы не давать одной семье слишком много власти.”

“Да. Но это не единственная причина.- Он наклонился вперед. В глубине его темных глаз появился блеск, похожий на запавшее золото. - Вы понимаете, Амалия Корнаро, парадокс силы?”

Я колебалась. “Я не совсем понимаю, о чем вы говорите, Ваше Спокойствие.”

- Морская и магическая мощь Раверры не имеет себе равных. Никто не сомневается, что это основа империи, наряду с нашим огромным богатством. И все же в течение десятилетий нам не приходилось прибегать к силе, чтобы обеспечить свое положение. Именно потому, что все знают, что мы способны осуществлять непреодолимую военную мощь, нам не нужно этого делать. Именно скрытой угрозой войны мы обеспечиваем мир в Эрувии.”

- Истинная сила обладает легким прикосновением, потому что легкого прикосновения достаточно, - процитировала я свою мать.

“Обычно. Его глаза сузились. “Но что происходит, Леди Амалия, когда кто-то пытается обмануть нас?”

- Но ... могущество безмятежной Империи-это не блеф.”

“Нет. Нет, это не так.- С удовлетворением в голосе он откинулся на спинку стула. - Как узнал Селантис, триста лет назад. Полагаю, вы знаете эту историю?”

“Конечно.- Это была история, которую Эрувии было трудно забыть, поскольку безмятежная Империя Раверра продолжала расти из нескольких прибрежных городов своей колыбели. - Раверра и остров Селантис были в состоянии войны. Когда дож вывел флот и Соколов на позицию для атаки на Селантис, он предложил им последний шанс на мир, но король Селантиса отослал назад голову эмиссара в качестве ответа. Итак, дож пустил стрелу над городскими стенами еще одно послание: вы можете считать свое королевство могущественным, что оно может уничтожить одного человека. Но с одним человеком я уничтожу твое королевство. И он,—я сглотнула, - он выпустил своего огненного колдуна.”

“Совершенно верно.- В улыбке Ниро да Моранте не было ни капли юмора. - Пожар охватил город за три дня и три ночи ужаса. С каждой жертвой пламя становилось все сильнее, питаясь жизнями павших. После сотни смертей и тысячи других ничто не могло остановить пламя, даже сам колдун. Только слово сокольничего могло положить этому конец.”

Я молча кивнула, плотно сжав губы.

- Но по приказу Дожа сокольничий удерживал это слово до тех пор, пока король Селантиса не погиб от рук своего народа, а военачальники не вышли, чтобы сдаться и просить пощады.”

Этот сокольничий наблюдал за тем, как горит Селантис, зная, что может остановить его в любой момент одним словом. Но он предпочел не произносить этого слова из верности своему дожу. Неужели это молчание причиняло ему боль? Неужели он просыпался от кошмаров каждый день до конца своей жизни, слыша крики, вдыхая запах горящей плоти?

“С тех пор мало кто осмеливался отказать Раверре, безмятежному городу.- Дож сложил пальцы домиком. - Таким образом, нам больше не нужно сжигать королевства. Итак, вы видите, какую роль огненный колдун играет в поддержании спокойствия империи.”

“Да.- Он вернулся к моему Соколу. Должно быть, он захлопывает ловушку. Мое сердце билось дважды при каждом тиканье часов. - Знание того, что у нас есть огненный колдун, делает гораздо менее вероятным, что кто-то начнет военные действия с нами в первую очередь.”

“И ты также понимаешь, почему я не могу позволить себе никаких сомнений в том, что если я попрошу тебя выпустить огонь твоего Сокола, ты без колебаний сделаешь то, что я прикажу.”

Так оно и было. Я уставилась на него, застигнутая врасплох. Циничная улыбка тронула уголки его рта. Вот видишь? - сказал он. Это не так просто.

“Ваше Спокойствие, - медленно произнесла я, - если безопасность Раверры потребует от меня выпустить моего Сокола, я это сделаю.”

- Независимо от того, какова цель?”

“Я буду защищать Раверру, если ей будет угрожать опасность.”

“Хм.- Его глаза скользнули по моему лицу, как будто он читал страницу. “Значит, вы согласны выполнять мои приказы?”

Я стиснула забинтованную руку, и боль вспыхнула в ней, как красный восход солнца. Я не могла сказать "да", но и не могла сказать "нет". Я надеялась, что он не увидит по моему лицу, как мне хочется, чтобы мама была в комнате и ответила за меня.

“Не могу себе представить, Ваша Светлость, - сказала я наконец, - чтобы вы когда-нибудь попросили меня освободить моего Сокола, если бы не безопасность Раверры.”

Дож рассмеялся, тонкие морщинки пролегли у его глаз. - Хорошо сказано.- Он встал, я последовала его примеру. “Тогда очень хорошо. Полагаю, на сегодня этого достаточно.”

Казалось, игра окончена. Но я понятия не имела, выиграла я или проиграла.

“Вам потребуется по крайней мере некоторое обучение, - сказал он. “Мы не можем допустить, чтобы вы случайно произнесли слово освобождения и сожгли конюшни.”

Отпустить слово? Теперь я вообще боялась что-либо говорить. Дож заметил это и снова рассмеялся.

- Явитесь в конюшню завтра утром, когда вам будет удобно, и мы позаботимся, чтобы этого не случилось.”

“Ваше Спокойствие, при всем моем уважении, я не могу переехать в конюшню.”

- Может быть, и нет. Но вы можете нанести краткий визит туда, чтобы получить некоторое простое обучение.”

Это казалось вполне разумным. - Да, Ваше Спокойствие.”

- До новой встречи, Амалия Корнаро.”

***

Я стоял одна в большой гостиной, пока они провожали Дожа к его лодке с подобающими почестями и любезностями. Мои ноги дрожали, как будто я проехала двадцать миль.

Прежде чем он ушел достаточно надолго, чтобы я могла подумать о том, чтобы сесть, моя мать скользнула в комнату.

“Хватит, - сказала она мне без предисловий. “Ты не потеряла для нас никаких позиций, и это самое главное.”

“Ты меня слушала? Ты подслушала наш разговор!”

- Мое дорогое дитя, конечно, я слушала. Твой прадед не стал утруждать себя постройкой секретных шпионских комнат в этом дворце, чтобы его наследники могли уважать частную жизнь других. Теперь нам нужно определиться с нашим следующим шагом.”

Наш следующий шаг. Моя мать никогда не вовлекала меня в свои махинации. Я не знала, гордиться мне или бояться. Наверное, бояться.

- Мама ... а как же Сокол?”

“Это не должно поставить под угрозу наш контроль над "Соколом", если ты возьмешь несколько уроков в конюшне. Только не позволяй им командовать тобой или присваивать тебе воинское звание.”

“Это не то, что я имела в виду.- Я изо всех сил пытался выразить словами беспокойство, которое росло в моей голове, как грызущая гусеница. “Что бы ни случилось, мы с этой девушкой связаны на всю оставшуюся жизнь. Она не может покинуть конюшню без меня.”

- Верно, - согласилась мама. - Это неловкая ситуация.”

“Если я ей не понравлюсь, это может быть очень неловко.”

“Тогда, - сказала она, - сделай ее такой, как ты.”

***

Сделай ее такой, как ты. Для моей матери, без сомнения, это было так просто. Но я не была, как неоднократно доказывала, моей матерью.

Конечно, большинство моих знакомых вели себя так, будто я им нравлюсь. Имя Корнаро привлекало толпы поклонников на каждой благородной вечеринке, на которую моя мать отрывала меня от книг, чтобы присутствовать. Но даже с моими друзьями-учеными из императорской библиотеки или университета Раверры в их улыбках, когда мы вместе склонялись над книгами, чувствовалась какая-то елейная нотка, и их слова смазывались маслом лести и страха. Мне пришлось побывать в Арденсе, где не все понимали, кто я такая, как Амалия Корнаро, прежде чем кто-то указал на недостатки в моих искусственных замыслах или поспорил со мной о причинах трехлетней войны.

Я не знала, как сказать, нравлюсь ли я кому-то, не говоря уже о том, чтобы побудить их сделать это, если они уже не были склонны к этому.

Графиня часто приносила подарок, когда в первый раз навещала кого-нибудь. Я готова был поспорить, что оборванная, тощая от голода девушка из Сала получила не так уж много подарков в своей жизни. Так что по пути к Конюшне мой доблестный гребец боролся с утренним потоком торговцев, чтобы обеспечить мне место для высадки и посещения ювелирной лавки. Я купила первую попавшуюся безделушку-красивое янтарное ожерелье. Женщина в очках осторожно завернула его для меня в шелк.

Вернувшись в свою лодку с золотым носом, я задумалась о том, какой она была, эта женщина, с которой я была связана на всю оставшуюся жизнь. Энергичная, конечно. Умно, наверное, было так долго прятать магическую метку. Такого человека я хотела бы видеть своим другом, если бы не уничтожила все шансы на это в ту минуту, когда надел Джесс ей на запястье.

Такого друга моя мать никогда бы не одобрила, если бы она не была Соколом.

Моя лодка выбралась из переполненного Имперского канала и прошла небольшое расстояние по зеленым водам лагуны к острову Хищника, подталкиваясь к причалу для посетителей между рядами гладких военных катеров. Серые стены конюшен нависали над ними, неприступные, несмотря на изящную каменную кладку и остроконечные арки. Защитные искусственные руны окружали каждую дверь и окно, защищая их от убийц и стрел. Вооруженные охранники с мушкетами и саблями наблюдали за мной. Никто не подошел, чтобы помочь мне выбраться из лодки. Слава богу, сегодня я снова надела сапоги и бриджи, хотя вышитая парча так же мало походила на то, что я носила в Сале, как павлинье оперение на воробьиное.

Как только я начал чувствовать себя неуютно под оценивающим взглядом охранников, бронзовые двери распахнулись. Лейтенант Верди вышел мне навстречу с облегченной улыбкой на лице.

Я уставилась на него. Из-под волнистой челки блестел изумительно пурпурный черный глаз.

- Леди Амалия Корнаро.- Он поклонился. Стражники, услышав мое имя, выпрямились. “Я так рад, что ты пришла.”

- В его голосе звучала радость. Слишком радостно, с оттенком отчаяния. “Что-то случилось?”

Верди поморщился. - Входите, Миледи, и я все объясню.”

Я никогда раньше не бывал внутри Конюшни, хотя всю свою жизнь видел его крепостные стены и беспорядочно разбросанные по воде башни. Я всегда представлял себе это мрачное, мрачное место, полное безумных колдунов, и был разочарована, когда Верди провел меня через внешние укрепления в прекрасный сад.

Цветущие деревья и кустарники создавали укромные уголки и частные пространства. Молодой человек лежал под деревом, читая книгу;на открытой травянистой лужайке кучка визжащих детей гоняла мяч. На запястьях сверкали золотые браслеты. Только пара офицеров в форме, с пистолетами на поясе, напомнили мне, что это военный оплот; они быстро пересекли сад, направляясь к воротам.

Я приблизилась к Верди как к своему проводнику в этом запретном месте. Я уловила солдатский запах кожи, пороха и стали, исходивший от него. Это было совсем не похоже на миазмы вина и розовой воды, которые исходили от придворных денди.

- Как она там?- Спросила я, решительно возвращаясь мыслями к текущему вопросу. - Мой Сокол?”

Верди коснулся края синяка вокруг глаза. “Она ... не очень хорошо переходит.”

“Не могу сказать, что удивлена.”

Уголок его рта дернулся в знак согласия. Это была мелочь, но неформальность дала ростки надежды в моей груди.

Мы прошли мимо двух девушек, которые болтали у фонтана. Одна носила Джесс, а другая нет — Сокол и сокольничий, я полагаю. Лейтенант Верди кивнул им, и они помахали в ответ. Когда он прошел мимо, они разразились сдавленным хихиканьем, но он этого не заметил. Я хотела бы задержаться и выяснить, было ли это из-за синяка, или они считали его красивым. Но я всегда была ужасна в таких разговорах.

“Мы отнеслись к ней с уважением и устроили ее в уютной комнате. Верди указал на одно из многооконных кирпичных зданий, окружавших беспорядочно разбитый сад. “Но это не имеет значения. Вы были там вчера; вы можете догадаться, как это происходит.”

- Она терпеть не может, когда ее запирают здесь.”

Я слышала о крестьянах, пытающихся подделать магическую метку в своих детях, чтобы вся семья могла переехать в конюшни. Но я предполагала, что человек будет чувствовать себя немного иначе, если его вырубят и притащат сюда.

- Она считает нас врагами. Верди вздохнул. - Особенно меня. Надеюсь, тебе с ней повезет больше.”

- Тебя? Это я ее поймала.”

“Но ты первый заступилась за нее. Это должно что-то значить.”

Я вспомнил блеск Джесса на ее безвольной руке. - Сомневаюсь в этом.”

Верди остановился и повернулся ко мне, сдвинув брови. - Миледи, прошу вас. Я знаю, что ты мне ничего не должна. Но полковник Васанте, командир "Соколов", поручил мне спасти этот бардак, который я устроил. Я стараюсь изо всех сил, но Сокол и Сокольничий-это пара. Команда. Мне нужна твоя помощь.”

“Это не твоя вина. Ты не надел на нее Джесс.- Погасить огонь колдуна и непреднамеренно заявить ее для Соколов было редкой вещью, которую я сделала сам, как Амалия, а не как наследница Корнаро. Я не могла отвернуться от нее и позволить последствиям свалиться на Верди и моего Сокола в одиночку. “Я сделаю все, что смогу.”

- Благодарю вас, Миледи. Он приложил руку к сердцу и поклонился; я мельком увидел впадину его шеи под воротником камзола. - Я буду молиться милостям, чтобы этого было достаточно.”

Осенний воздух казался теплее, пока мы шли мимо розовых кустов и травяного сада к одной из кирпичных спален. Верди провел меня через незапертую дверь и вверх по дубовой лестнице.

“Так или иначе, мы должны вас познакомить, - сказал Верди, когда мы поднялись на второй этаж. “Если она покажется вам слишком ... э-э ... агрессивной, мы можем ее прервать.”

Я крепко сжала в руке завернутый в шелк сверток. “Есть ли что-нибудь, что мне нужно знать, прежде чем я встречусь с ней?”

“Мне бы очень хотелось рассказать вам о ней, но она не хочет говорить ни о себе, ни о своем прошлом. Мы даже не знаем достаточно, чтобы связаться с ее друзьями и семьей, чтобы сообщить им, что с ней случилось.”

У меня было смутное подозрение, что рассказать об этом некому. - Это прискорбно.”

- Одно важное замечание. Что бы вы ни делали, не говорите "Exsolvo".’”

“Экс—”

Он резко обернулся. Я поймала белую вспышку его глаз, и его рука зажала мне рот. Я стояла на краю верхней ступеньки, ощущая вкус соли на его ладони, и это слово застряло у меня на языке.

Он поддержал меня, его сильная теплая рука легла мне на спину. Затем он быстро отпустил меня. Его лицо было бледным как мел.

“Мне очень жаль, Миледи. Но ты не должна произносить это слово, даже здесь. Не на другом конце света. Это слово освобождения.”

Я уперлась рукой в стену, мое сердце споткнулось. Вкус его кожи задержался на моем языке. Потребовалось мгновение, чтобы просеять смешанное негодование и смущение, чтобы понять смысл его слов.

- О!- Я вспомнил мрачную шутку Дожа о сожжении конюшен. Еще два слога, и он потерял бы свой юмор. “Значит, если я так скажу, она получит свою магию обратно?”

“Да. И в ее теперешнем настроении она не колеблясь использовала бы ее.”

Я сглотнула. “Какое слово, чтобы запечатать ее снова?”

- Ревинчио, - ответил он. - Это ты можешь говорить всегда, когда хочешь.”

- Ревинчио, - повторила я.

“Ты все поняла. Не забывай, что одна.- Он поморщился. “И еще раз прошу прощения за фамильярность, Миледи.”

Я отмахнулась от его слов. Я бы предпочла, чтобы меня схватили, чем поджечь замок или упасть с лестницы.”

- Дама здравомыслящая. И все же я был бы признателен, если бы вы не говорили об этом полковнику.”

“Я уже забыла об этом.”

Это была откровенная ложь. Отпечаток его прикосновения все еще согревал мою спину.

Ведя меня по длинному коридору, он, казалось, не знал, что делать с руками, и его глаза то и дело скользили по сторонам, чтобы поймать мой взгляд. Если я заметила, что он смотрит на меня, значит, я тоже на него смотрю. Я оторвала взгляд от чистых линий его лица и решительно уставилась на портреты давно умерших Соколов на стенах.

Наконец он остановился у крепкой дубовой двери. - Вот мы и пришли.- Он посмотрел на ручку так, словно та в любую секунду могла превратиться в гадюку. “Ты готова?”

Глава 4

Комната была бы довольно приятной, если бы не выглядела так, будто в ней гнездились животные. Шкаф был открыт, и все, от нижних юбок до корсетов, было разбросано по мебели и полу. На столах, стульях и подоконниках стояли тарелки, испачканные соусом, а на ковре валялись разбитые и разлитые стаканы. Колдунам нужно было много есть, чтобы подпитывать свою магию, но я все еще не понимала, как одна тощая девушка могла съесть так много меньше, чем за целый день. В довершение катастрофы все ящики и комоды были распахнуты и свалены на кровать. Тушь и косметика испачкали прекрасное покрывало.

В центре этого хаоса стояла вчерашняя девушка с диким каскадом непричесанных кудрей, ниспадающих на спину. На ней было темно-синее платье, должно быть, самое красивое из тех, что ей подарили; оно казалось совершенно неуместным в этой грязной комнате. Она любовалась собой в Овальном зеркале. Когда я замешкалась в дверях, она оглянулась через плечо.

“Значит, ты мой тюремщик, - усмехнулась она. - Леди Амалия Корнаро.”

Я вошла в комнату, поставив ногу между пролитым бокалом и кучей спутанных чулок. - Боюсь, ты поставила меня в невыгодное положение. Мы так и не были должным образом представлены друг другу.”

Девушка фыркнула и повернулась ко мне. - Боюсь, ты поставила меня в невыгодное положение, - повторила она. “Ну, это очень мило. У тебя не может быть всех преимуществ.”

Не обращая внимания на укол раздражения, я попыталась снова. “Итак ... как тебя зовут?”

- Заира.”

Я немного подождала в ожидании фамилии, прежде чем поняла, что ее нет.

- Ну, Заира, я надеюсь, что мы сможем поладить, поскольку нам придется работать вместе до конца наших дней.- Я протянула ей сверток, завернутый в шелк. “Я принесла тебе подарок.”

Заира презрительно подняла бровь. Не говоря ни слова, она пересекла комнату, наступая на одежду и тарелки, и выхватила сверток из моей руки. Так близко я могла видеть магическую метку в ее глазах: дополнительное кольцо вокруг зрачка. Ее глаза были черными, а радужки такими темными, что их легко было не заметить. Так вот как ей удалось это скрыть.

Она сорвала желтый шелк, бросила его на пол и едва взглянула на янтарное ожерелье, прежде чем бросить его на кровать.

“Этого было недостаточно?- Она потрясла золотым браслетом на запястье. “Тебе тоже пришлось купить мне ошейник?”

Я поймала ответ сквозь зубы и заставила себя вежливо улыбнуться, как будто она сказала спасибо.

- Миледи, - вмешался Верди из-за моей спины. “Пожалуй, лучше попробовать в другой раз.”

Я совсем забыла, что он здесь. Я обернулась и увидела, что он маячит в коридоре. - Не могли бы вы оставить нас наедине, лейтенант?”

“Ты уверена?- Ему не нужно было говорить ни слова предостережения, его черный глаз говорил сам за себя.

“Совершенно уверена.”

- Хорошо, - с сомнением согласился он. Закрыв за мной дверь, он добавил: - позвони, если я тебе понадоблюсь. Я подожду здесь.”

Дверь захлопнулась, оставив меня наедине с моим Соколом.

Прежде чем Заира успела заговорить, я выпалила:”Прости меня"

“Ты извиняешься? Брови Заиры поползли вверх.

“Я только хотела помочь тебе. Против этих людей.”

“Ну, если ты пыталась помочь мне сбежать, то проделала ужасную вонючую работу.”

- Это было не то, чего я хотела. Я не знала, что привяжу тебя к себе. Но я не могла позволить тебе сжечь город дотла.”

“Значит, теперь ты заперла меня здесь на всю оставшуюся жизнь.- Заира потянула Джесс за руку. “Не жди от меня благодарности.”

Но мы оба застряли в этой ситуации, и я хотела бы извлечь из нее максимум пользы.”

“Очень хорошо, что ты так говоришь. Это не ты заперта здесь.”

Я воздержалась от замечания, что не видела ни одной запертой двери внутри конюшни. “Неужели все так плохо? Они предоставили тебе все возможности для роскоши. Люди, которых я видела по дороге, выглядели счастливыми.”

“Конечно, они счастливы. Они выросли здесь. Они не знают ничего лучшего. И, - добавила Заира, сверкая глазами, - они могут уйти.”

“Ты тоже можешь. Только не одна.”

Заира фыркнула. “Я уверена, что ты будешь счастлива взять меня с собой в любое время, когда я захочу. Ты все бросишь и сразу же отправишься на конюшню, как только я позвоню. Три раза в день, если мне нравится.”

Мне не нужно было, чтобы мама говорила мне, что этого никогда не случится. “Хорошо …”

Заира приняла гарцующую, безвольную позу. “Ты будешь приходить за мной на все свои модные вечеринки. Мы будем пить чай с дожем каждый четверг. А когда твоя мама уйдет на пенсию и ты войдешь в Совет Девяти, ты с радостью будешь проводить со мной каждый день по нескольку часов, сопровождая меня по магазинам.”

“Это нереально, и ты это знаешь!- Рявкнула я.

“Нет, - согласилась Заира, отбросив щегольскую выходку. - Что реально, так это то, что раз в день ты будешь делать паузу и интересоваться, как у меня дела, а пару раз в месяц ты будешь брать меня с собой на ужасный, неловкий день в город. И мне придется вести себя так, будто мне это нравится. Потому что когда ты умираешь с голоду, ты ешь дерьмо, как будто это был пир.”

- Я ... я надеюсь, что нет.- Я жаждала давать обещания. Сказать ей, что я буду приходить каждый день, и мы сможем ходить туда, куда она пожелает. Но я чувствовала, что мама наблюдает за мной с другого конца лагуны. Никогда не давай обещаний, всегда говорила Графиня, если не уверена, что сможешь их сдержать. И даже тогда, если ты можете, дать обещание только в своем уме, самому себе. “Мне бы хотелось, чтобы ты сделала для меня что-нибудь получше.”

- Благие намерения не покупают хлеба.”

“Ну, так чего же ты хочешь так сильно, что отчаянно хочешь выбраться отсюда?- Спросила я. - Прости меня, но ты не выглядела очень счастливой там, где была.”

Заира отвела взгляд, ее плечи были полны гнева. Ее взгляд упал на единственное окно комнаты — и через него, через лагуну, в город.

“Там старик, - неохотно пробормотала она.

- Кто это? Твой дедушка?”

- Черт возьми, нет.- Заира отмахнулась от этой мысли, как от пыли. “Если у меня и есть родственники, то они не настолько заботятся о том, чтобы я об этом знала, поэтому могут сгнить. Нет, просто старый тряпичник. Я у него в долгу.”

“Ты хочешь его видеть?” Я попыталась представить себе, как навещаю старьевщика. А потом объясняюсь с моей матерью.

- Нет, идиотка. Заира покачала головой. “Я же сказала, что должна ему. Я хочу отплатить ему тем же.”

“Ну, - я с трудом выдавила из себя эти слова— - полагаю, если ты действительно этого хотчешь, то когда лейтенант Верди даст свое разрешение ... …”

Заира издала рвотный звук. - Остановись, пока ты не стала лжецом.- Она оглядела меня с ног до головы, словно оценивая, как мало стоит дешевая ваза. “Ты пыталась противостоять участи Ортиса ради меня. Я вам ничего не должна, но в обмен на ваши добрые намерения я расскажу тебе о своих.”

Заира подошла ближе, ее голос упал до шипения. - Вот что я намерена сделать, Леди тюремщица: в ту же минуту, как ты меня освободишь, в ту же секунду, как ты сбросишь эти дурацкие путы, я сожгу свой путь отсюда. И если кто-нибудь встанет у меня на пути, я сожгу все проклятые конюшни, если понадобится. Ты меня понимаешь?”

“Да, ты совершенно ясно выражаешься.”

“Хорошо. Заира улыбнулась. - Тогда позови своего сторожевого пса. Я думаю, мы закончили.”

***

Верди вздохнул. “Я полагаю, это было слишком, чтобы надеяться, что она отнесется к тебе тепло.”

- Трудно представить, что она к кому-то питает теплые чувства, если не считать поджога.”

Я сидела на скамейке в саду Конюшни. Лейтенант Верди сидел на голове каменного льва с печальной улыбкой на губах. Кусты медового дерева окружали нас, дразня воздух своим восхитительным ароматом. Приглушенные крики строевой тренировки в другом дворе нарушали тишину этой сцены.

“Простите, что отнял у вас время, Миледи.”

“Она не дала мне шанса.” Я сорвала лист с безобидного куста. - Хуже всего то, что она права. Заира большую часть времени будет находиться здесь в ловушке, как другие Соколы, у которых нет никаких обязанностей, кроме как следовать за ними и охранять их. И будет еще хуже, когда я войду в Совет Девяти.”

Верди раскрыл ладонь и осмотрел ее, как будто мог прочитать инструкции. Через мгновение он сказал с изысканной осторожностью: - ты могла бы попробовать пожить в конюшне. По крайней мере, несколько дней в неделю. Мы действительно не такая уж ужасная компания.”

Я отрицательно покачал головой. “Это невозможно. Качество компании-это не проблема, уверяю вас. Я не могу сделать ничего, что поставило бы меня под командование вашего полковника, даже символически. Что включает в себя жизнь на конюшне.”

Его руки согнулись на коленях. “Значит, ты хочешь сказать, что не можешь сделать ничего такого, что могло бы означать, что ты относишься к своему долгу сокольничего так же серьезно, как и к долгу наследника своей матери.”

“Да.”

- Понимаю. Его плечи напряглись от разочарования. На мгновение мне показалось, что он сейчас закричит на меня. Но затем он испустил долгий вздох, гнев сменился разочарованием. “Что делает вопросы сложно, моя леди.”

Я бы предпочла, чтобы он кричал. Во рту появился горький привкус вины. - Мне очень жаль.”

“Если сокольничий не может жить в конюшне и сопровождать своего сокола, вся система разваливается. Спокойствие империи зависит от лояльности Соколов, А мы не можем завоевать их лояльность, не дав им свободы.” Он поднял печальный взгляд на мой собственный. - Возможно, я уже получил от полковника Васанте сообщение о том, что в военном отношении вы находитесь за лагуной от своего "сокола", и это совершенно невозможно. Лично для Заиры это тюремный срок.”

“Я не хочу так с ней поступать.- Я начала кромсать свой лист. “Если Джесс связывает магию Заиры, она не представляет угрозы, не так ли? Те, у кого магия слишком слаба, чтобы нести магическую метку, не должны оставаться на конюшнях. Они могут жить так, как им хочется. С включенной Джесс у Заиры меньше власти, чем у них. Вы не могли бы освободить ее, лейтенант?”

- Пожалуйста, Миледи, зовите меня Марчелло.”

- Тогда Марчелло.- Мое лицо потеплело. Это было наследство моего едва помнившегося калламорского отца; я покраснела гораздо легче, чем чистый Раверран, с их более темной, оливково-бронзовой кожей.

“И я хотел бы, чтобы мы просто отпустили ее, но это не так просто.- Его тон стал мрачным. “Как ты думаешь, что случится, если она будет бродить по городу одна, без тебя, чтобы освободить ее силу, если ей понадобится защищаться?”

- Я полагаю, что ответ, который ты ищешь, - она не могла бы жить нормальной жизнью, долго и счастливо".’”

“Она колдунья, - сказал он. - Даже ремесленники и алхимики должны остерегаться похищений. На наших двух штормовых колдунов каждый год совершаются покушения. Если мы отпустим Заиру, она будет мертва или схвачена в течение недели. И если кто-то найдет способ избавиться от Джесс, они могут обратить ее огонь на Раверру.”

“Я думала, весь смысл Джесс в том, что ты не можешь их снять. По крайней мере, без разрешения сокольничего и помощи мастера-ремесленника.- Это был ключ к могуществу безмятежной империи. Сотни лет назад, когда все остальные народы и города-государства Эрувии либо выследили меченых магов, либо попали под их власть, изобретение Раверры Джесса предложило альтернативу. Способ привлечь отмеченных магами к ответственности перед верховенством закона и удержать их от использования против их собственной страны недобросовестными, ценой их независимости. С тех пор тонкие золотые браслеты оставались одним из самых тщательно охраняемых активов империи.

- Никакая магия не абсолютна, как ты видела, когда огонь Заиры запалил ее Джесс. Считается, что они не поддаются разрушению — я никогда раньше не слышал, чтобы Джесс так сильно царапался. Марчелло покачал головой. “Мы не можем допустить, чтобы кто-то нашел способ убрать его или обойти. Только не с огненным колдуном.”

Я покрутила искореженный стебель листа между липкими от сока пальцами. Все, что осталось, - это рваная струйка вен. “И все же мне кажется неправильным держать ее против ее воли.”

“Возможно. Может быть, это меньшее зло-держать здесь Соколов под защитой, а не то добро, о котором я мечтаю. Он беспокойно вскочил на ноги и принялся расхаживать по комнате. “Вы проникли в суть каждого моего спора с полковником. Я считаю, что главная обязанность сокольничих-защищать отмеченных магами и заботиться о них. Или, по крайней мере, я хочу, чтобы все было именно так. Но ничто из того, что я делаю, никакое сострадание, которое я могу привнести в свою работу здесь, не меняет того факта, что это военный корпус. Это солдаты. Откуда-то из сада донесся пронзительный смех, и он поморщился. “Даже ребенок.”

“И у них нет выбора.- Именно это меня и беспокоило, как заноза под ногтем. - С того момента, как они родились.”

- У меченых магов не так уж много шансов сделать выбор, даже если Сокольничии никогда не найдут их.”

Какое-то тяжелое знание отягощало его голос. Я слышала рассказы о всевозможных трагедиях, происходящих с магами: их убивали суеверные люди, заставляли использовать свои силы сомнительными способами или изгоняли в страхе их собственные семьи. Те, у кого не было знака мага, могли по крайней мере скрывать свои способности, а некоторые вполне преуспевали на открытом месте, открывая магические магазины или находя богатых покровителей. Но более слабая магия тех, у кого не было знака мага, была гораздо меньше соблазна или угрозы. Возможно, один из ста человек вообще способен манипулировать магической энергией; но без магической метки их возможности были ограничены, и им не хватало точного контроля. Они могли сделать не так уж много.

Отмеченные магами были в сотни раз более редки, и могли направлять гораздо больше энергии, управляя ею так же легко, как и дышать, благодаря дополнительной магической ловкости и восприятию, которые пришли с предательским кольцом в их глазах. Это были люди, которые любили, мечтали и боялись того же, что и я, с собственными семьями и собственной жизнью. Но их сила была также бесценным ресурсом, и некоторые видели только это. Я могла только вообразить, какие ужасные истории Марчелло видел, когда был сокольничим.

“Марчелло.- Я заколебалась, прокручивая вопрос в голове, чтобы найти способ его сформулировать. “Ты когда-нибудь выпускал своего сокола, чтобы ... чтобы причинить вред?”

- Нет, - тихо ответил он. - Мой сокол-искусник, он просто делает вещи. Так что нет. Мне еще не приходилось сталкиваться с этим. Но после пяти лет в сокольничих я понял, на что способна магия. Я отдал приказ освободить живоманта, который заколдовал Льва убить трех разбойников в Осте. Это было ... грязно. И я приказал штормовому колдуну потопить пиратский корабль со всеми людьми на палубе.- Он покачал головой. - Магия не убивает чисто.”

Я скомкала изуродованный лист. “Полагаю, это ничем не отличается от того, когда Совет Девяти выносит смертный приговор. Я должна привыкнуть к этой мысли.”

- Может, и нет. Может быть, тебе никогда не стоит к этому привыкать.- Он смущенно улыбнулся, как будто я застала его за какой-то глупостью. - Полковник считает меня слабаком. Он говорит, что мне придется закалиться, если я хочу когда-нибудь взять верх над соколами.”

“И это то, чего ты хочешь?” Я попыталась представить его командующим самым важным военным подразделением империи. Пару раз в месяц я присутствовала на военных советах, надеясь, что хоть чему-то научусь; они были полны суровых стариков и женщин, измученных и холодных. На чистом молодом лице Марчелло было слишком много тепла и выражения.

Но он кивнул с твердой решимостью. “Да. Нет лучшего места, чтобы защищать Соколов, чем верх. Я уже второй командир самой Конюшни-что звучит как более важная работа, чем она есть; я в основном отвечаю за обучение, так как Конюшня никогда не видела боя. Но я мог бы сделать больше, если бы был полковником.- Он улыбнулся, и что-то шевельнулось в моей груди от боли. - Кроме того, сколько я себя помню, мой отец и брат всегда настаивали, что я буду разочарованием. Я не могу придумать лучшего способа доказать, что они ошибаются.”

- Неужели? Твоя собственная семья?- Идея показалась мне чуждой и угрожающей. - Я все время разочаровываю свою мать, но только потому, что она ждет от меня большего, чем я могу дать, а не меньшего.”

Он снова опустился на свою львиную голову. Какая-то старая, горькая боль затуманила его глаза. - Мой брат-золотой ребенок, наследник, рожденный от первой, любимой жены, которая умерла слишком рано. Моя младшая сестра и я-это нежеланные запоздалые мысли, рожденные неудобной второй женой, которая сбежала, чтобы присоединиться к театру, и оставила нас позади.”

- Это жестоко. Вот так бросить своих детей.”

Марчелло пожал плечами. “Я ее не виню. Много. С моим отцом трудно жить. Есть причина, по которой я стал сокольничим в четырнадцать лет. Ну, больше чем одна, но выход из его дома был частью этого.”

Я уставилась на него. Задумчивая серьезность свела его брови вниз и отрезвила черты лица. С тех пор, как мы познакомились, в глубине души меня терзало какое-то его качество, словно обрывок забытой песни. Что-то, чего я никогда не видела в мире тщательно подобранных слов и изысканного очарования моей матери. Наконец-то я узнала его: уязвимость.

Какое-то мгновение я не могла придумать ни одного слова, которое не было бы глупым, и занялась тем, что теребила свободную нитку на своей куртке.

- Марчелло, - спросил я наконец, - что мы будем делать с Заирой?”

Он глубоко вздохнул. - Попробуем завтра еще раз. Это единственное, что мы можем сделать.”

***

Графиня отвела меня в сторону в фойе нашего дворца, меньше чем через минуту после того, как я вышла из лодки, возвращаясь домой с конюшни.

“Все прошло не очень хорошо, не так ли?” она сказала это после одного взгляда на мое лицо.

“Она недовольна мной, мама.”

“Я хочу услышать все. Но прямо сейчас у меня есть несколько членов Совета, чтобы обсудить последние новости разведки. Подожди меня в библиотеке, я уверена, что ты сможешь там развлечься.”

- Совещание разведчиков?- Я нахмурился. Это был не обычный день, что означало, что что-то случилось, чтобы вызвать одно из них. “Это как-то связано с моим Соколом?”

“Возможно. Надеюсь, что нет. А теперь иди в библиотеку, а я присоединюсь к тебе там позже.”

- Да, Мама.”

Она проскользнула обратно в гостиную, из которой только что вышла, словно ее снова унесло в центр интриги мощным потоком. Я послушно направилась в библиотеку, хотя после злополучной встречи с Заирой и зловещего заявления матери была больше склонна к размышлениям, чем к чтению.

Голос матери донесся до меня из-за двери гостиной: “вернемся к вопросу о Ардене.”

Я застыла на полушаге, как будто она произнесла мое имя. Снова Арден. И дело, которое, как она надеялась, не будет касаться моего Сокола.

Это не могло быть хорошо для города, который я называла домом в течение года, чтобы привлечь такой интерес со стороны Совета девяти, чье внимание редко было здоровым, даже когда не было никаких шансов на участие огненного колдуна. Но прежде чем я успела услышать еще что-то, Анзо, один из наших старших слуг, ворвался с подносом вина, бросив на меня косой взгляд, когда я в нерешительности остановилась в фойе. У меня не было законной причины задерживаться; если я все еще буду здесь, когда он выйдет из гостиной, он мягко, но решительно прогонит меня.

Но в библиотеке был пост прослушивания. Я поспешила дальше.

Запах кожи и старых страниц в библиотеке снял напряжение с моих плеч, и мой любимый обморочный диван манил меня развалиться с хорошей книгой и заказать бокал сладкого десертного вина и немного печенья. Но вместо того, чтобы поддаться тяге моих обычных полок с историей, наукой и магической теорией, я направилась прямо к узкому книжному шкафу в стене, который библиотека делила с гостиной. Я зацепилась пальцами за резную виноградную лозу в декоративной лепнине и осторожно открыла потайную дверь, стараясь не дергать слишком сильно и не рассыпать книги, как делала когда-то в детстве.

В узкой комнате между стенами не было ничего, кроме скамьи с красной бархатной подушкой, едва достаточно широкой для моих бедер, и искусственно нарисованного круга на стене. Руны и узор из концентрических кругов усиливали звук, поступающий в пост прослушивания, и уменьшали его выход.

Я устроилась поудобнее и закрыла дверь, погрузившись в темноту. Голос Дожа немедленно окружил меня.

- новый герцог зашел слишком далеко. Капризные дворяне, мечтающие о независимости Ардентина, - это одно, но если герцог Астор Бергандон сам обложил налогом купцов Раверры, то это прямое нарушение мирных соглашений. Я не потерплю такого наглого вызова соглашению, которое составляет основу империи.”

Я вцепилась в край скамейки. Это звучало не очень хорошо. О чем только думал герцог Арденс? Раверра предоставляла своим вассальным государствам почти полную свободу управлять собой, но безмятежные соглашения, пакт, определявший фундаментальные отношения между Раверой и подчиненными ей городами и странами империи, были нерушимы.

- Это только доказывает то, что я говорил. Мы позволяем таким городам-государствам, как Арденс, слишком много вольностей.- Это был новый голос, гнусавый мужской тенор: Барон Леодра, воображавший себя соперником моей матери. - Безмятежный город должен принять непосредственное командование, чтобы положить конец подобной чепухе до того, как она может произойти.”

- Герцог Астор получил не больше прав, чем его отец или все его предки-Бергандонцы, которые мирно соблюдали мирные соглашения в течение двухсот лет.- Тон графини отверг предложение Леодры. - Дело не в том, что Арденс правит сам собой. Дело в том, что этот конкретный герцог-осел.”

“И все же Светлейший посланник в Арденс, ваш двоюродный брат, несколько недель назад потребовал, чтобы мы уполномочили его свергнуть герцога Астора.- Голос Леодры стал выше и громче. “Я предлагаю сделать еще один шаг вперед и полностью отстранить герцога Арденсского от власти.”

“Ты хочешь, чтобы все наши даннические государства взбунтовались?- язвительно спросила мама. - Потому что именно это и произойдет, если вы насильно уберете суверенного правителя по столь незначительной причине. Я слишком много работала, чтобы привести всю нацию Калламорна в империю, чтобы потерять ее из-за незначительных разногласий с одним городом. А что касается моего кузена ... - прошелестел шелк. - У Игнацио были прекрасные отношения со старым герцогом, и он поддерживал теплые отношения с Арденсом в качестве безмятежного посланника в течение десяти лет. Однако, похоже, этот новый герцог слишком дерзок, чтобы хорошо реагировать на тонкое руководство Игнацио, и не понимает, как сильно он спровоцировал безмятежный город. Нам нужна более тяжелая рука у руля, пока Астор Бергандон не успокоится.”

“Вы хотите отстранить своего кузена от столь желанного поста?- Сухое удивление Дожа отразило мой собственный шок. Игнацио-дядя Игнацио, как я его называла, — принимал меня в течение года в Арденсе и был тем, кто варил мой эликсир. Он баловал меня дарами алхимии, учебниками истории и часами умных бесед. Я не могла себе представить, что он был бы счастлив потерять свое положение имперской власти за герцогским троном Арденс.

- Позвони ему домой, чтобы он получил какое-нибудь другое почетное звание.- Я услышала, как мама пожала плечами. - Сделайте его канцлером казначейства. Он неплохо разбирается в цифрах.”

“Мы должны ответить на измену Арденс решительным наказанием, а не новой нянькой, - возразил Барон Леодра. - Кроме того, у нас уже есть канцлер казначейства. Я назначил ее прошлой весной.”

- И она-тупое создание, лишенное таланта и воображения, которое совершает ошибки.- Звон стакана. “Она может быть удалена.”

“Очень хорошо.- Голос Дожа прервал затаенное дыхание барона Леодры. “Мы можем обсудить замену Игнацио на посту безмятежного посланника на сегодняшнем общем собрании Совета. Есть ли у нас еще какая-нибудь новая информация, относящаяся к ситуации с Ардентином?”

“Еще одна вещь.- Голос графини понизился, и она помрачнела. - Что-то, что может причинить нам гораздо больше неприятностей, чем нарушение безмятежных соглашений, если мы не воспротивимся этому в ближайшее время.”

Я напрягла слух.

Свет падал на меня, освещая искусственный круг на стене, и голоса смолкли. Я резко обернулась и увидела Кьярду, стоящую в открытой двери, приподняв одну бровь в элегантном неодобрении.

Глава 5

Я могу объяснить! Я вскочила на ноги, ударившись головой о низкий потолок подслушивающего поста. “Я просто ... —”

Кьярда поднесла палец к губам. - Корнаро не нуждается в объяснениях, госпожа. Но твоя мать будет разочарована.”

Стыд обжег мне шею. “Мне не следовало подслушивать.”

- Нет, Леди. Подслушивание-прекрасная традиция Раверранской элиты. Тебе не следовало попадаться.- Она отступила в сторону и жестом пригласила меня выйти из потайной комнаты. - Вы должны быть более внимательны к своему окружению, Леди. Для вашей же безопасности.”

“Ах.- Мой голос сорвался от смущения. “Я над этим поработаю.”

- И все же графиня будет рада, что Вы наконец-то заинтересовались политикой.- Склонив голову набок, Кьярда изобразила безмолвный вопросительный знак.

Я опустился в кресло у камина в библиотеке. - Я не столько интересуюсь политикой, сколько беспокоюсь об Арденс.”

Кьярда кивнула. “У тебя там есть друзья.”

“Да. Все мои друзья из Университета.- Я сплела пальцы и сжала их вместе. “Мой давний соученик, Венаша, у нее ребенок. Она и ее семья находятся в опасности из-за этой глупости.”

У Венаши была теория, что новое окружение пробуждает разум, поэтому я часами корпела над книгами с ней в самых неожиданных местах: магазин амулетов, лодка, пришвартованная на реке Арден, Университетская крыша. Однажды мы нашли там кружевное белье, и Венаша почему-то решила, что оно принадлежит ее профессору философии; с тех пор я не мог смотреть профессору в глаза.

- К тому же Доминик-кузен герцога, - добавила Я, - так что он может взять на себя часть вины. И дядя Игнацио, конечно.- Мои плечи сгорбились при воспоминании о том, как моя мать небрежно предложила лишить его кабинета. - Дож сказал мне, что собирается использовать моего Сокола, чтобы угрожать любому, кто пойдет против безмятежной империи. Так что это не политика. Это личное.”

Кьярда слабо улыбнулась. - Вся политика носит личный характер, Леди.”

“Мне не нравится, что меня используют против моих друзей.”

“Тогда, леди, у меня есть один совет.- Кьярда поймала мой взгляд своими темными глазами. “Не позволяй им использовать тебя.”

***

- Милость Мудрости, должно быть, ненавидит меня, раз связала с таким сборищем идиотов. Заира стояла передо мной и Марчелло, скрестив руки на груди, в классе с голыми стенами. Полукруг деревянных стульев окружал низкую широкую сцену в одном конце зала. Мы с Марчелло сели на один свободный стул между нами, но Заира осталась стоять.

“Если вы все же соблаговолите поговорить с нами, - устало сказал Марчелло, - мы можем закончить беседу, которую предписывает нам проводить с новыми соколами, и перейти к тренировкам, ради которых Леди Амалия приехала на конюшню. У меня есть всего час до того, как мне нужно будет сесть на лодку на материк, чтобы расследовать обвинение в проклятии скота.”

Заира фыркнула. - Приятно знать, что для тебя я стою ниже коров.”

О, Боже. Я полагаю, я не должна удивляться, что мы начали плохо, но он наткнулся прямо на это..

Марчелло посмотрел на нее так, словно хотел возразить, но вздохнул и пропустил это мимо ушей. “Так. Заира, добро пожаловать в "Соколы". Наш первый приоритет после обеспечения вашей безопасности - забота о вашей семье. Есть ли кто-нибудь, кто мог бы беспокоиться о тебе?”

“Ты уже спрашивал меня об этом.- Ее лицо было запертыми воротами, жесткими и пустыми.

“И вы не ответили. Поэтому я спрашиваю снова.”

Плечи Заиры едва заметно дернулись. - У меня нет семьи.”

Она произнесла это слово так, словно речь шла о какой-то особенно грязной социальной болезни, с которой она не желала иметь ничего общего.

- Голос Марчелло смягчился. - Даже семьи, о которой ты не заботишься или думаешь, что она не заботится о тебе?”

“Никого.- Заира оборвала его слова с полной определенностью.

- Друзья?- Настаивал Марчелло. - Деловые партнеры? Нам важно знать о твоих связях. Мы не только хотим поступить с тобой правильно, но и хотим убедиться, что враги Раверры не смогут использовать их против тебя.”

Заира сделала вид, что всматривается в лицо Марчелло. - Твой синяк под глазом исчезает. Если ты продолжишь задавать мне один и тот же вопрос снова и снова, я могу освежить его для тебя.”

Марчелло поморщился. “В порядке. А как насчет врагов?”

- Ортис, - немедленно ответила она. - Пусть Демон разложения сгниет в своих ядовитых кишках.”

“Его люди, которые напали на тебя, говорили что-то о контракте, - вспомнила я.

- Старая трюмная крыса утверждает, что у него есть клочок бумаги, который означает, что моя мать продала меня ему, и я должна работать на него.- Она показала зубы. “Но у меня нет матери. И я не умею читать. И бумага горит.”

“Ах.- Я переварила этот убедительный юридический аргумент. - Ну, я рада, что он не наложил на тебя лапу.”

Заира бросила на меня презрительный взгляд. “Не обманывай себя, думая, что ты спасла меня от чего-то. А Джесс-это хуже, чем любой треклятый контракт.”

Марчелло провел рукой по глазам. Но он не поддался на ее уловку. “Значит, ты служила по контракту у Ортиса, а потом сбежала?”

“Во-первых, у него никогда не было меня. Я был свободна, как чайки, которые гадят на императорский дворец, пока вы, тюремщики, не нашли меня.- Она сплюнула на пол. Марчелло поморщился от привычного шлепка по полированным доскам. Я отвела взгляд. “Я впервые услышала об этом контракте пять или шесть лет назад. Моя дорогая мама не задержалась здесь после моего рождения, чтобы рассказать мне об этом. Ортис приезжает в город каждые несколько месяцев, так что мне приходится уворачиваться от его подонков, когда его корабль стоит в порту.”

“Он контрабандист?- догадалась я.

“Я уверена, что он прекрасный, честный, платящий налоги гражданин империи, как и все здесь, кто пытается утащить девушку против ее воли.”

Марчелло пропустил это мимо ушей. “Так кто же тебя вырастил, если у тебя нет семьи и ты не выросла, работая на Ортиса?”

Наконец Заира опустилась на стул, как можно дальше от нас, с видом полного изнеможения. “Никто. Это не имеет значения. Сиськи Грации Милосердия, мы можем пропустить историю моей жизни? Жила-была девочка по имени Заира, которая прекрасно жила в Сале, пока какие-то высокомерные идиоты не заперли ее в конюшне и не надоели до смерти. Конец.”

“Хорошо. Марчелло вздохнул. “Я должен задать тебе еще несколько вопросов, но вместо этого мы можем перейти к тренировкам.”

Заира выпрямилась, ее глаза сверкнули. - А? Тебе придется ослабить мой огонь, если ты хочешь, чтобы я попрактиковалась в его использовании.”

Я взглянула на Марчелло. Это прозвучало как ужасная идея, особенно когда она сказала это так горячо.

Он оперся на локти и встретился взглядом с Заирой. “Прежде чем мы приступим к практическим занятиям, мы должны сначала наладить партнерские отношения между тобой и твоим сокольничим.”

- Партнерство, - решительно сказала она. “Ты это так называешь?”

- Равноправное партнерство, - подтвердил Марчелло. - Твой сокольничий не может тебе приказывать. Только твои старшие офицеры могут это сделать. Некоторые из них, отмечу я, - Соколы.”

“О, так я полагаю, они могут просто приказать своим сокольничим идти с ними, когда они захотят покинуть конюшни? Заира скептически подняла бровь.

“Им не нужно никому приказывать. Они могут просто уйти, когда захотят, и их сопровождают сокольничие. Потому что они доверяют друг другу. Марчелло прижал руку к сердцу, напрягся, словно мог заставить Заиру смягчиться и поверить ему. — Первое, чему должен научиться Сокол и сокольничий — первое и самое важное, - это доверие. Это фундамент, на котором стоит любое партнерство. Без этого мы не сможем двигаться дальше.”

Заира скривила губы. “Полагаю, теперь вы ожидаете, что я буду сидеть здесь и слушать лекцию о том, что вы не можете рассчитывать на такое сальное отродье, как я.”

Марчелло нахмурился, и на мгновение мне показалось, что он начнет с ней спорить. Но он покачал головой. “Нет. Я говорю, что не могу ожидать от тебя доверия к тому, кто привез тебя сюда силой. Ещё нет. Мы должны заслужить твое доверие. К тому времени, как мы это сделаем, мы уже будем знать, что можем положиться и на тебя.”

“Ну, тогда тебе не повезло. Потому что я никому не доверяю. Заира встала и повернулась к нам спиной, глядя в окно на море.

“Ты могла бы научиться, - сказала я.

- Этот урок окончен.- Ее голос был ровным и твердым, как лезвие кинжала. “Если тебе нужно доверие, иди и купи его на рынке вместе со своей горой золота, богатая девчонка. Мое не продается.”

В коридоре Марчелло привалился к стене, как парус, когда стихает ветер. - Она невозможна. Я не знаю, что делать.”

“У тебя, должно быть, и раньше была такая проблема. Я немного поколебалась, потом прислонилась спиной к прекрасной дубовой обшивке рядом с ним. - Конечно, не каждый Сокол охотно прилетает на конюшню.”

- Нет, они приходят как дети. Это совсем другое дело. Наша задача состоит в том, чтобы убедить родителей, что это лучше для их ребенка, и решить, переедет ли семья в Конюшню тоже, или они просто будут навещать друг друга.- В его глазах промелькнула тень. “Или иногда у ребенка нет семьи, но если это так, то обычно мы спасаем его от ситуации, которая достаточно плоха, чтобы он был в восторге от того, что находится здесь. Мне никогда не приходилось иметь дело с новым, несговорчивым взрослым Соколом.”

- Ни разу за пять лет?”

- Магическая метка обычно полностью формируется к четырем годам. Это слишком трудно скрыть, и мы найдем их, если кто-то другой не сделает этого первым. Но ты видела ее глаза-ее магическая метка черная, и ты едва можешь ее разглядеть. Должно быть, она прятала ее все эти годы.”

Я глубоко вздохнула. “Вот почему у нее никого нет рядом. Ни друзей, ни партнеров, ни любовников. Потому что они встретятся с ней глазами.”

- Милость милосердия.- Он поднес руку к лицу. - Это ужасно.”

“Похоже, это ужасный образ жизни, - согласилась я.

“Я не знаю, как мы преодолеем это, чтобы построить связь между вами.- Он одарил меня печальной полуулыбкой. Одна ямочка образовала запятую на его щеке, и внезапно пространство между нами показалось слишком узким и слишком теплым. - Особенно когда ты здесь всего на час или два.”

Я хотела возразить, но это была правда. Я забарабанила пальцами по стене, прокручивая в голове эту проблему.

“Я должна взять ее с собой из конюшни.- Это была пугающая идея.

Он беспокойно провел пальцами по волосам. “Да. Грация, помоги нам, я думаю, ты должна.”

***

Слово "эксолво" никогда не всплывало в обычной беседе. Но тем не менее я боялась, что оно каким-то образом ускользнет.

Моему душевному спокойствию не помогало то, что Заира продолжала оглядывать рынок с видом разочарованного разочарования, что ничего не вспыхнуло пламенем. Деревянные прилавки под навесами были переполнены фруктами и овощами, а между ними двигались плотные толпы людей, и вокруг было много пугающих огнеопасных предметов. Я полагала, что мне не придется беспокоиться о том, чтобы выпустить Заиру, чтобы сжечь пыл, если она сначала сожжет Раверру.

“Это глупо, - проворчала Заира, теребя гроздь медового дерева. Торговец нервно поглядывал на ее алую униформу, пока торговался с другим покупателем. “Я не хочу покупать заплесневелые овощи. Я хочу поговорить с тряпичником в Сале.”

Овощи были далеко не заплесневелыми. Я и сам нечасто бывала на продуктовом рынке — мое общение с едой обычно начиналось, когда ее готовили к моему столу, — но пышная зелень и яркие красные цвета щедрости вокруг меня сияли ярко, как драгоценные камни. Ароматы персиков и инжира дразнили меня, а крики торговцев звучали живой музыкой. Храм щедрости благосклонно возвышался над площадью, его колонны были украшены резьбой из фруктов и цветов; хранители святилищ раздавали оставшееся у торговцев зерно и помятые фрукты беднякам на его ступенях.

Я должна был сделать это, независимо от того, насколько раздражительной была Заира. Я не сомневалась, что моя мать и дож получат донесения об этой прогулке.

“Я спросила лейтенанта, не можем ли мы найти этого вашего старьевщика. Я взглянул на Марчелло, который стоял в нескольких шагах от меня. Он перевел взгляд с меня на Заиру. Он внимательно наблюдал за нами все утро. - Он считал, что мы должны начать с чего-нибудь попроще.”

Заира фыркнула. “Ты хочешь сказать, что он думает, что если мы пойдем в Сало, я зарежу вас обоих и сброшу в канал.”

“Ну, может быть.”

“Я заметила, что у вас не было никаких проблем с тем, чтобы отклонить его просьбу надеть форму. Черное кольцо вокруг ее зрачков сделало взгляд Заиры еще более острым.

Я посмотрела на брошь в виде головы золотого Сокола, приколотую к моему плечу, - единственная уступка, которую я сделала бедному Марчелло. - В этом вопросе моя мать была его невидимым противником. В том, что касалось старьевщика, она была его невидимым союзником.”

Заира скептически приподняла бровь. “Теперь твоя мать может стать невидимой?”

“Конечно, нет! Я имела в виду—”

“Я знаю, что ты имела в виду. Ты имела в виду, что у тебя вместо позвоночника желе и ты всегда делаешь то, что говорит твоя мама.- Она мотнула головой в сторону Марчелло. - И лейтенант Черный Глаз ничуть не лучше.”

“Это неправда!” Я чуть было не добавила: "Если бы ты встретила мою мать, ты бы поняла. Но она могла воспринять это как приглашение, и я не была уверен, что смогу пережить этих двоих в одной комнате.

Заира отвернулась от лотка с фруктами, ее плечи поникли от скуки. “Конечно, это правда. Или мы бы сейчас сидели в Сале и разговаривали с тряпичником. Пошли, я вижу, кто-то продает мясо на палочке.”

Заставив себя успокоиться, я встала рядом с ней, чтобы не тащиться за ней, как слуга. Марчелло подошел к ней с другой стороны. Когда Заира выбрала три горячих шампура с курицей и грибами, Марчелло заплатил за них из кошелька, расшитого крылатым конем Раверры.

Пылкий акцент в толпе встряхнул мою память, выплескивая другие образы пылкости из котла беспокойства, который кипел в глубине моего сознания с тех пор, как я подслушала брифинг разведки. Старики ловили рыбу на закатном мосту, которые рассказывали нам с Венашей страшные истории о битве при Ардене, когда имперская пехота заманила Васкандара в смертельную ловушку во время трехлетней войны. Душераздирающе безупречный вкус и легкая, как облако, текстура полпенни летнего орехового печенья из угловой пекарни напротив университетской библиотеки. Бросая монеты в фонтан Желаний у храма благодати удачи, Венаша пожелала, чтобы ее ребенок был девочкой, а я-чтобы Доминик обратил на меня внимание. Ни один из нас не получил желаемого, но все равно были довольны результатами.

Моя солнечная спальня во Дворце безмятежного посланника с окном, выходящим в сад. Теперь Игнацио должен был уйти, чтобы освободить место для нового посланника. Один с более тяжелой рукой на румпеле, что бы это ни значило.

Ничего хорошего, как я подозревала, для людей и мест, которые я любила.

- Будь осторожна, - прошептал Марчелло, притягивая меня обратно к Раверре и оживленному рынку, его дыхание щекотало мне ухо. “В толпе могут быть карманники.”

Желание не смывать никогда не работало. “Конечно.”

“Наш подопечный, возможно, среди них.”

Я пристальнее посмотрела на Заиру. Даже на переполненном рынке большинство людей оставляли неловкое пространство вокруг ее яркой формы Сокола. Пара патрициев в парчовых одеждах тоже смотрела на меня издали; женщина что-то шептала мужчине, держа его за руку, без сомнения распространяя сплетни о Соколе Корнаро. Моей маме бы это понравилось. Или они могли бы комментировать мои бриджи, которые моей матери понравились бы меньше, но, по крайней мере, мой сюртук был безупречно модным на этот раз, покрытый барочной золотой вышивкой поверх богатого зеленого бархата.

Однако далеко не все обходили Заиру стороной. Она прошла мимо закутанной в шаль благородной дамы, чье мечтательное внимание было приковано к горкам золотистых абрикосов, которые она рассматривала.

Мгновение спустя я заметила темный комок в руке Заиры.

Марчелло рванулся к ее руке, повернув ее, чтобы показать маленькую кожаную сумочку.

- Отдай, - прошипел он.

Заира выдернула свою руку. Она швырнула украденный кошелек в грудь Марчелло. “Сделай это сам.”

Никто в толпе еще ничего не заметил, но, судя по упрямым линиям плеч Марчелло и подбородку Заиры, в любую минуту это могло перерасти в настоящую сцену. Меньше всего мне нужны были слухи о том, что Сокол Корнаро-вор.

“Я сделаю это.- Я выхватила кошелек из рук Марчелло прежде, чем кто-либо успел возразить.

Я поспешила к леди Заиры, которую она толкнула и которая теперь рассматривала тартар с пурпурными кончиками, и похлопала ее по плечу.

“Извините. Я думаю, вы это уронили.”

Женщина ахнула, узнав меня, и осыпала меня такими обильными благодарностями, что я с трудом высвободилась. К тому времени, как я вернулась к Заире и Марчелло, они уже вовсю спорили.

“Может быть, тебе следовало подумать о том, хочешь ли ты видеть кого-то вроде меня в этой униформе, прежде чем заставлять меня носить ее, - отрезала Заира.

Марчелло с гримасой повернулся ко мне. “Прошу прощения, Леди Корнаро. Последнее, что я хотел сделать, - это поставить тебя в неловкое положение или подвергнуть опасности. Мы должны вернуться на конюшню.”

Темные глаза Заиры блеснули, и она напряглась. У меня сложилось впечатление, что она готова была броситься в толпу.

Марчелло, должно быть, подумал то же самое, потому что он поднял руку, и сразу четверо крупных мужчин окружили Заиру. Минуту назад они были частью толпы: фермеры и рабочие. Они даже не пытались угрожать ей. Один делал вид, что указывает другому на шпили Храма Щедрости, а двое сравнивали купленные фрукты. Но они стояли между ней и любым возможным побегом, держась наготове на цыпочках.

Заира рассмеялась. “Значит, я не пленница, не так ли?”

“Судя по твоему поведению, так и должно быть, - парировал Марчелло.

“Я сделала это, чтобы выманить их оттуда. Заира оглядела четверых переодетых солдат, уперев руки в бока. “И это сработало. Хотя я заметила троих из четырех. Возможно, стоит поработать над этим.”

Я понятия не имела ни о ком из них. Я повернулась к Марчелло, сдерживая гнев. - Лейтенант Верди, я думала, мы здесь для того, чтобы завоевать доверие. Было ли это необходимо?”

- Он поморщился. “Для вашей же безопасности, Миледи, да.”

Мои руки крепко сжались по бокам. Я не доверяла себе, чтобы говорить.

У Заиры не было таких угрызений совести. - Она закатила глаза. - Да, потому что я такая страшная, особенно с твоими дурацкими украшениями, которые не дают мне загореться.”

- Мне очень жаль, что до этого дошло.- Я изо всех сил старалась говорить ровным тоном. - Возможно, мы скоро попробуем снова, с большей честностью со всех сторон.”

“Теперь у меня есть кое-что получше честности, - сказала Заира. “Истина. Теперь я знаю, как ценить все ваши разговоры о доверии и партнерстве.”

“И у меня есть твоя мера, - процедил сквозь зубы Марчелло. - Теперь я знаю, как ты выжил в Сале.”

Он не произнес этого слова, но оно безмолвно повисло в воздухе между ними. Воровка.

Мы сели на две лодки и вернулись на конюшню. В одной ехали мы с Марчелло, в другой-Заира и переодетые охранники. Марчелло, должно быть, беспокоится, что она попытается вытащить нас в лагуну, если мы сядем рядом. Судя по сердитому выражению ее лица, я не могла винить его.

Сначала он молчал, пока гребец в униформе вел нас вниз по имперскому каналу, всегда держа лодку Заиры рядом с собой. Другие суда уступали место красно-золотым лодкам, пассажиры и гребцы с сомнением поглядывали на униформу Заиры. Никто не хотел связывать весла с Соколом.

После сегодняшнего я и сама не очень-то любила ее общество. Почему я не могла поставить Джесс на хорошего, готового мастера или алхимика, который мог бы сотрудничать со мной в магических исследованиях? Но вот я здесь, привязанная на всю жизнь к угрюмому карманнику огненного колдуна, с которым меня связывало только одно: однажды мы можем навлечь беду на город, который мне дорог.

“Я не очень хорошо с этим справился, - сказал Наконец Марчелло, озабоченно нахмурив брови.

“Нет. Я не была уверена, что разозлило меня больше: то, что я не знала о стражниках, или то, что они были необходимы.

- Он вздохнул. “Мне не следовало держать охранников в секрете от вас обоих. Извините. Я надеялся, что Заира этого не заметит и не будет чувствовать себя пленницей, но все обернулось против нее.”

“Что вы так боитесь, все равно? Вы знали, что Заира была воровкой?”

“Нет. Марчелло опустил взгляд на свои колени. Рукоять рапиры и приклад кремневого пистолета упирались ему в бедра. Должно быть, потребовалось изрядное количество практики, чтобы освоить посадку на лодку с первым. - Солдаты не должны были держать ее в узде. Они были там, чтобы защитить тебя.”

Я вытаращил глаза. - Меня?”

“Вас обоих.”

- Марчелло, я все время выхожу в город без сопровождения. Это оскорбительно-притворяться, что мне нужны четыре охранника — четыре тайных охранника — на публичном рынке средь бела дня.”

“Я знаю, Миледи. Это чересчур.- Он потер затылок. “Но ваша безопасность для меня превыше всего. Если с тобой что-нибудь случится ... - он замолчал, глядя в сторону канала.

- Да?- Конец этой фразы имел значение. Я пожелала ему, чтобы закончить ее.

“Ну, во-первых, я, вероятно, потеряю свою должность.- Он засмеялся, но это был жесткий звук, а не его обычный свободный и легкий смех. “Я могу только представить, что они сделают со мной, если я позволю причинить вред наследнику Корнаро. А безопасность Заиры крайне важна для Империи. Дож уже охотится за полковником, спрашивает, цел ли наш новый огненный чародей и готов ли он к службе. Если с кем-нибудь из вас что-нибудь случится, в лучшем случае я вернусь домой и скажу отцу и брату, что они были правы, а я потерпел неудачу.”

Мои губы сжались от его слов, как от кислого вина. - Понимаю.”

На мгновение между нами повисла тишина. Это была неудобная вещь, тяжелая и грубая, как мокрое шерстяное одеяло.

Наконец, он встретился со мной взглядом. - Кроме того, Миледи, я считаю вас своим другом. Если это не слишком самонадеянно.”

Что-то расслабило мои плечи. “Нисколько.”

На этот раз тишина, опустившаяся на нашу лодку, была мягче, прерываемая работой весла и движением носа по глубоким зеленым водам лагуны.

“Ну что ж, - сказал он наконец, - по крайней мере, в одном вы с Заирой согласны.”

- Что?”

Его губы дрогнули. - Что некий лейтенант-полный идиот.”

“Лишь иногда.- Я улыбнулась, чтобы он не принял это слишком близко к сердцу. “Большую часть времени, я думаю, мы все еще не согласны с тобой самым решительным образом.”

Остатки моего гнева улетучились, когда имперский канал остался позади, и наш гребец повел нас к острову Хищника. Но что-то еще ползло за ним, усиливаясь вместе с неумолимым холодом теней, которые поглощали каналы каждый день на закате.

Дож уже охотится за полковником, спрашивает, цел ли наш новый огненный колдун и готов ли он к службе, сказал он.

Готов к службе.

Для Марчелло это слово означало следовать приказам полковника и охранять своих соколов. Для меня это означало выполнение социальных обязательств и обучение управлению империей. Но для Заиры долг означал разрушение и смерть.

Она была такой тощей, угрюмо сгорбившись в своей лодке, глядя через воду на конюшни. Казалось невозможным, что она могла сдержать столько огня.

***

Все, чего я хотела, вернувшись домой после нашей неудачной вылазки на рынок, - это прокрасться в свою комнату и зарыться под одеяло с Мускати, разложенным на коленях, утешая себя теорией искусственности и, возможно, розмариновым печеньем. Но Старый Анзо ждал меня в фойе и, тихонько кашлянув, отвел с дороги к лестнице.

- Графиня хочет видеть вас в гостиной, Леди Амалия.”

Дурное предчувствие застряло у меня в горле, как оливковая косточка. Дверь в гостиную была закрыта. Это означало, что дело касается Совета.

- Может, мне сначала переодеться, Анзо?”

Он покачал головой, сочувствие смягчило это движение. “Я думаю, она хочет вас сейчас, Миледи.”

Возможно, она просто хотела спросить, как прошел мой день, а дверь в гостиную была закрыта, потому что у нее болела голова. Я поправила кружевные манжеты и глубоко вздохнула.

“В порядке. - Я готова.”

Глава 6

Я не была готова. А если у мамы и болела голова, то это никак не отражалось на состоянии двери в гостиную.

Горстка людей, собравшихся в обшитой дубовыми панелями комнате, обладала властью отдавать приказы о казни, мобилизовывать армии шпионов или начинать войны. Когда я была ребенком, я часто слышала их голоса, бормочущие внизу до поздней ночи, когда золотой свет просачивался через окно моей спальни из гостиной внизу. Иногда, когда голоса не давали мне уснуть, я пробиралась на длинный балкон наверху лестницы и прислушивалась, прижимаясь щекой к прохладной мраморной балюстраде. Я улавливала лишь отдельные слова: обрывки шпионажа и убийств, махинаций и хитростей, переговоров и суждений. Для моих юных ушей эти слова, которые управляли и формировали империю, звучали так непроницаемо скучно,что они успокаивали меня, как колыбельная.

Одним из немногих моих воспоминаний об отце было то, как он нашел меня там, полусонную, на полу балкона, и, смеясь, подхватил на руки, чтобы отнести в мою комнату. - Этот разговор не для нас с тобой, малышка, - сказал он. Предоставь это своей матери.

Но теперь мать поманила меня к себе. Усталые старые глаза оценивающе смотрели на меня, некоторые из них сравнивали меня с графиней, словно задаваясь вопросом, как мы могли быть связаны.

Сам дож занимал мое любимое кресло. Рядом с моей матерью сидела маркиза Палова, седовласая женщина, которая когда-то отдала приказ о самом кровавом штурме за всю трехлетнюю войну и которая уже шестой пятилетний срок занимала одно из выборных мест в Совете Девяти. Она покрутила вино в бокале, вытянув мизинец, чтобы проследить свои мысли в воздухе. Барон Леодра приветствовал меня презрительным фырканьем.

“Я полагаю, что она будет делать,” сказала маркиза.

Это не было обнадеживающим началом разговора. Я сглотнула внезапную сухость.

“Ты знаешь Принца Рувена из Васкандара?- спросил дож.

Чего бы я ни ожидал, но только не этого. Был ли Рувен тем генералом, который возглавлял васкандранское вторжение в Лорейс во время трехлетней войны? Нет, это был Халвен. Я попыталась вспомнить имена семнадцати лордов-ведьм, которые правили Васкандаром, но половина Совета смотрела на меня, и я могла вспомнить только шестерых из них. - Нет, Ваше Спокойствие. А Должна ли Я?”

Пальцы моей матери поднялись с колен, зажав между ними кремовый конверт. - Васкандранский посол пригласил вас встретиться с принцем, который является его гостем, на неофициальной встрече в его Городском доме.”

Усталая вспышка гнева согрела мою грудь. “Я не знала о приглашении.- Потому что вы перехватили мою почту.

“Я отправила ваше согласие.- Если моя мать и заметила какую-то резкость в моих словах, она отказалась признать это. “У нас есть кое-какие сомнения относительно намерений Рувена в Раверре. Его визит необычен; наш мир с Васкандаром остается непростым даже спустя пятьдесят лет после войны, а отец Рувена едва ли самый сердечный из Лордов ведьм. Это приглашение может дать шанс выяснить, что он задумал.”

Все это не имело никакого смысла. Моя мать прекрасно знала, что я не шпион. “Я не понимаю. Вы хотите, чтобы я спросила его о причине его визита?”

Маркиза Палова рассмеялась. “Он уже дал один. Это делает вас уникальным подходящим для разговора с ним.”

Губы моей матери дрогнули. “Он утверждает, что ищет невесту.”

- О, нет. Я покачала головой, отступая назад. “Ты же не можешь этого хотеть—”

- Чтобы присутствовать с ним на безобидном светском рауте?- Глаза моей матери заблестели. - Ты не обязана ухаживать за ним, Амалия. Просто дай ему говорить, слушай, что он говорит, и, возможно, подтолкни разговор в полезном направлении.”

“А больше никого нет? Я понятия не имею, зачем он меня пригласил. Я не знаю этого человека, и меня едва представили послу.” Не говоря уже о том, что все, что я знала о Васкандаре, я почерпнула из кровавых историй его безжалостной экспансии через Северную Эрувию. Ее принцы вряд ли были похожи на тех, кто ведет светскую беседу в гостиной.

Дож уставился на меня своими блестящими глазами. - Принц Рувен-наследник одного из Повелителей Ведьм Васкандара. У них довольно завышенное уважение к собственной родословной, и они будут рассматривать только браки с лучшими семьями — и с теми, кто имеет некоторую историю магической силы.- Его брови нахмурились, как будто разведение магического потенциала в королевские линии было какой-то раздражающей и грязной привычкой, как лущение летних орехов в постели. - В роду твоего отца течет кровь ремесленников и вивомантов, а кузен твоей матери Игнацио-мелкий алхимик. Твоя родословная золотая, богатая дожами и королевскими особами, и ты унаследуешь место своей матери в Совете Девяти. В Эрувии мало найдется людей, которых он счел бы столь желанной парой.”

“А это значит, что у вас есть то, что ему нужно, - заключила маркиза. “И, следовательно, гораздо больше шансов получить от него полезную информацию.”

Барон Леодра хмыкнул. “И все же я считаю, что Рувен не стоит нашего внимания. Он просто избалованный принц, развлекающийся за границей. Конечно, если бы у него была более зловещая цель, наши разведывательные службы уже имели бы какой-то намек на нее. Или же они недостойны той веры, которую мы в них вкладываем?- Он многозначительно посмотрел на графиню.

“У нас есть кое-кто в доме васкандранского посла.- Мама покачала головой. “До сих пор он ничего не узнал об истинной цели принца Рувена в Раверре. Но он обнаружил, что Рувен остановился в Арденсе по пути сюда, незадолго до того, как начались налоговые проблемы. По-видимому, он провел там некоторое время, приобретая влияние в местной знати, и теперь целая фракция при дворе Ардентина настаивает на более тесных отношениях с Васкандаром.”

“Это граничит с изменой, - заметила маркиза Палова.

Дож сложил пальцы домиком. - В наши дни многие поступки Арденс граничат с предательством.”

Значит, этот принц устроил беспорядки в моем втором любимом городе. Тогда ладно. Может быть, я все-таки хотела узнать, что он задумал.

- Отлично, - сказал я. “Я пойду и поговорю с ним. Когда состоится этот маленький званый вечер?”

“Послеобеденный чай. Васкандранская традиция.- Мама передала мне приглашение. “в следующий вторник.”

“В тот день я собиралась тренироваться с Заирой в "Конюшне".”

- Заирой?- Резко спросил барон Леодра.

- Моим Соколом, - сказала я, не подумав.

Барон Леодра неодобрительно нахмурился. - Имперский Сокол.”

- Как бы то ни было, - прервал дож эту линию разговора, - она может подождать.”

Прекрасно. Теперь я должна была отменить свое обучение, разочаровать Марчелло и подтвердить все, что Заира думала обо мне, и все это ради привилегии неуклюжего флирта с сыном сумасшедшего тирана.

Мама выглядела довольной, как кошка, слизывающая сливки со своих усов.

***

На первый взгляд принц Рувен не казался сумасшедшим.

Я никогда раньше не встречала сына Повелителя Ведьм, но правители Васкандара пользовались определенной репутацией. Лорды-Ведьмы начинали как горстка могущественных и внушающих всеобщий страх магов на далеком севере, задолго до рождения империи. Каждые тридцать или сорок лет они захватывали новые владения в кровавых завоеваниях, поднимая нового Лорда Ведьм, чтобы править ими, пока они не столкнулись с Горами Ведьмволла более ста лет назад.

Они дважды пытались захватить Лорейс, где горы переходили в холмы на ее северной границе. В первый раз это была еще независимая страна, и король Лорейса умолял Раверру о помощи; его страна оказалась в безопасности, но стала государством-саттелитом безмятежной империи. Второе вторжение положило начало трехлетней войне, пятьдесят лет назад. Лорды-Ведьмы произвели на поколение моих дедушек и бабушек неизгладимое впечатление своей безжалостной жестокостью в той войне, и даже васкандранские дипломаты и купцы, с которыми я встречалась, говорили о них приглушенным голосом, делая старый крестьянский знак защиты от демонов.

Я достаточно часто слышала, как их называли сумасшедшими, чтобы набраться мужества и выпить чаю с сумасшедшим.

Принц Рувен, однако, приветствовал своих гостей с безупречными манерами, воплощением вежливости. В своем безупречном белокуром "конском хвосте" и пальто из мягкой черной кожи с высоким воротником он выглядел очень элегантно. Угловатые узоры фиолетовой вышивки оттеняли кольцо магического знака в его штормово-серых глазах.

Васкандранский посол танцевал рядом с ним, как подобострастный слуга. Около двух дюжин гостей, разделенных между молодыми Раверранцами патрицианского происхождения и приезжими дворянами из других городов империи, столпились вокруг Большого зала посла. Архитектура была гораздо более строгой, чем городские дома Раверранской знати, с темными балками и высоким сводчатым потолком. На маленьких круглых столиках, уставленных серебром и задрапированных фиолетовой парчой, мерцали свечи.

Я не хотела быть здесь. Фальшивый смех долетал до стропил, а дрожащие свечи и слабый солнечный свет, струившийся сквозь высокие окна, никак не смягчали мрак зала. Возможно, это место и не было похоже на знакомые мне Раверранские гостиные, но это была еще одна вечеринка, на которую меня приглашала мать, полная незнакомых людей, с которыми у меня не было ничего общего.

Из-за этого я отменила свои тренировки на конюшне. Утром я отправилась на остров Хищника, чтобы попытаться наверстать упущенное, но Марчелло был с полковником и несколькими другими старшими офицерами на совещании, и Заира отказалась меня видеть.

- Леди Амалия Корнаро.- Это был сам принц, с его Раверранским акцентом, но безупречным. “Пора садиться пить чай. Не хотите ли присоединиться ко мне за столом?- Он коснулся кончиками пальцев моего локтя в неуверенном жесте.

Пора быть очаровательной. Что делают очаровательные люди? Я попыталась улыбнуться. “Я была бы очень рада.”

Столы были накрыты на четверых, но за нашими больше никто не сидел. Один из Лордов-Раверранцев повернулся в нашу сторону, разглядывая пустое место; сам васкандранский посол любезно направил его в другое место.

Переводя взгляд с этого перехвата на алчный блеск в отмеченных магами глазах Рувена, я внезапно почувствовала, что это ловушка.

“Так. Рувен сцепил пальцы и положил на них подбородок, пристально глядя на меня. “Вы тот самый неожиданный сокольничий, о котором я так много слышал за последние несколько дней. Нарушитель правил.”

Я неловко поерзала. Корсет по-прежнему впивался мне в ребра. - Уверяю вас, я никогда не собиралась им становиться.”

- Ха!- Он сверкнул зубами в хищной улыбке. “Ты и я, мы вне досягаемости правил. Они ниже нас. Разве вы не согласны?”

Я сомневался, что дож согласится. “Есть люди, которые утверждают, что закон-это фундамент, на котором стоит безмятежная Империя.”

Рувен усмехнулся. “Законы. Законы-это броня слов, которой опоясываются глупцы. Они обеспечивают не больше защиты, чем ветер, потраченный на их произнесение.- Васкандрский слуга принес костяной фарфоровый чайник и начал наполнять наши чашки. Принц не откинулся назад, чтобы дать ему место. “В Васкандаре малейшие прихоти Ведьмы Господа больше, чем закон. Владыка Ведьм носит свои владения как перчатку; сама земля склоняется перед его волей. Вот почему ваша империя никогда не побеждала нас.”

Его жестикулирующая рука скользнула по локтю слуги, и несколько капель чая пролилось на скатерть. Сквозь зубы слуги вырвался тихий вздох.

Быстро, как ударившая змея, Рувен схватил мужчину за запястье. Чайник с грохотом упал на пол, разлетевшись на мелкие кусочки в виде листьев. Слуга побледнел.

“Ваше Высочество, - прошептал он, - простите меня. Пожалуйста.”

Разговор в зале на мгновение прервался, затем возобновился. Рувен не отпускал его запястья.

“Например, - продолжал он непринужденно, его глаза с фиолетовой меткой мага все еще смотрели на меня, - мой отец-меховщик. Они называют его волчьим Лордом Казерата. Если этот дурак прольет за его столом, волчья стая, охраняющая наш зал, разорвет его на части.”

Рука слуги дернулась, словно от боли, и дикая гримаса исказила его лицо, но он не издал ни звука. Я привстала со стула.

Рувен все еще не отпускал его. - Моя тетя-Гринвич, так что она, возможно, предпочтет проткнуть его шипами. Я же, с другой стороны, Скинвич. Вы бы назвали всех троих вивомантами, но в Васкандаре мы считаем это различие важным. Моя специальность-люди, а не животные или растения. Чтобы я мог расплавить кости в его руке, или сгноить его плоть, или остановить его сердце—”

Я больше не могла выносить неприкрытого ужаса на лице слуги. Я резанула Рувена своими словами, как ножом. “Но ты же не в доме своего отца. Вы находитесь в Раверре.”

Довольная улыбка осветила лицо Рувена. “Но, видите ли, это не имеет значения. Сила есть сила. Я Скинвич и не ношу глупых золотых браслетов, как твои ручные Соколы. Никто здесь не сможет помешать мне делать все, что я захочу. А я-принц Васкандара, неподвластный ни вашему совету, ни вашему дожу. Они не посмеют схватить меня из-за такой мелочи, как жизнь слуги.”

Губы слуги шевелились, повторяя "пожалуйста, пожалуйста, пожалуйста" снова и снова. Но оттуда не доносилось ни звука. Хватка Рувена, казалось, ослабла, но по запястью мужчины потекла струйка крови.

Я заставила себя откинуться на спинку стула, как будто мне было все равно, что с ним случится. - Кладбища Эрувии полны могущественных людей, которые думали, что могут предсказать, что дож и Совет осмелятся или не осмелятся. Я пожала затекшими плечами. “Но это не имеет значения. Вы не сделаете ничего из этого, потому что это было бы грубо. Джентльмен не станет устраивать сцену и портить вечеринку, устроенную в его честь.”

“Ах. Рувен задумчиво кивнул. “Вы очень верно подметили, Леди Амалия.”

Наконец он отпустил слугу. Я заметила красный отпечаток руки на запястье мужчины, прежде чем он спрятал ее в рукав. Он поклонился принцу и наклонился, чтобы убрать чайник, как будто угроза смерти была обычной частью его рабочего дня.

Возможно, так оно и было. Я решила никогда не переезжать в Васкандар, даже если Раверра утонет в море, а остальная Империя будет охвачена огнем.

“Итак, - бодро произнесла я,—все, что угодно, лишь бы отвлечь его внимание от слуги, пока он не уберется отсюда, - мое чтение предполагает, что большинство вивомантов могут воздействовать только на растения и животных, и даже те, чьи силы действуют на людей, делают это очень слабо. Но вы специализируетесь на них?”

“Действительно.- Рувен выпрямился, как довольный кот. - То, что вы называете вивомантией, зародилось в Васкандаре. У нас есть несколько других типов магов — возможно, горстка алхимиков и ремесленников, и никаких колдунов. Но в магии самой жизни мы сильнее, чем любая другая страна в Эрувии, и мы углубляем нашу силу с помощью специализации. Фурвитчи и Гринвитчи чувствуют связь с низшими формами жизни и часто заявляют, что навязывать свое мастерство людям неудобно или даже отвратительно. Но я нахожу, что работа с человеческой плотью имеет определенные ... преимущества.”

Это была насмешка? Я боролась с желанием отодвинуть стул на несколько дюймов. - Значит, твое внимание к людям-это выбор или, возможно, призвание, а не врожденная черта, как быть штормовым или огненным колдуном.”

- Ах да, огненные колдуны. Глаза Рувена сузились. “Я действительно верю, что ты единственная, кто сейчас живет в Эрувии. Такой удачный улов.”

Я не чувствовала себя счастливой. - Светлой империи повезло, что она у нее есть.”

“Но ей не так повезло.- Он испустил вздох. - Если бы только она родилась в моей стране. Мы не такие отсталые, как ваша империя. Наши меченые маги-не рабы. В Васкандаре правим мы.”

- Соколы не рабы. Если только вы не считаете солдат рабами. Раверра отдает им приказы не иначе, чем это делает, остальные военные. Их сокольничие не владеют ими и даже не превосходят их по рангу. Они остаются со своими соколами, чтобы защитить их.”

Рувен понимающе ухмыльнулся. “Кроме вас.”

Я подумал о Заире, застрявшей на конюшне, потому что я была здесь, а не с ней. Чувство вины сдавило мне живот. Я неохотно кивнула в знак согласия. “К ужасу практически всех участников, да. Кроме меня.”

Он провел пальцем по краю своей нетронутой чашки. “Я уверен, вы понимаете, что это делает вас довольно вкусной добычей.”

Я нервно рассмеялась. Другой слуга поставил на стол многоярусный поднос с пирожными, давая мне время проглотить желчь и подумать над ответом.

- Корнаро-это не рыба, которую можно поймать, - сказала я наконец, поднося чашку к губам, чтобы успокоить руки. “Мы-хозяева флота.”

Искра в глазах Рувена заострилась до жесткого блеска. - Нет ничего более привлекательного, чем власть.- Его рука потянулась к торту, и он повернулся в мою сторону.

Глухой звук. Тяжелая книга в кожаном переплете со стуком упала на стол рядом со мной. - Амалия! Какая удача! Я никогда не думал, что встречу тебя здесь.”

Я резко повернулась на стуле, поперхнувшись чаем. - Доминик?”

Вот он, словно чудо: Доминик Бергандон, блистательный в своем камзоле с разрезанными рукавами и с лихой развязностью, бросается в пустое кресло за нашим столом с непринужденностью человека, всегда уверенного в том, что ему рады. Вьющиеся локоны его волос и темно-коричневая кожа, унаследованная им от матери, принцессы Остана, представляли собой полную противоположность гладкой бледности Рувена.

“Приношу свои глубочайшие извинения за опоздание. Доминик приложил руку к сердцу и поклонился Рувену со своего места. - Мой экипаж потерял колесо по дороге из Арданса, и я только сегодня утром прибыл в Раверру. Я чуть было не пропустил ваше приглашение.”

Рувен посмотрел через зал на васкандранского посла, который был занят разговором с другим поздним гостем и не заметил, что Доминик вторгся за стол принца. “Это был бы ужасный позор, - сказал он.

“Я не знала, что ты в гостях у Раверры.- Я постаралась вложить всю свою благодарность в улыбку. “Это такой приятный сюрприз.”

“Мне нравится делать своевременное драматическое вступление.- Веко Доминика дернулось и подмигнуло мне. Значит, он заметил, что происходит, и нарочно спас меня. “Но, по правде говоря, я тоже не знала, что приеду, пока не уехалА утром. Ссоры в Совете Лордов стали для меня непосильной ношей, и мне нужно было убраться подальше от этих напыщенных старых негодяев.”

- Я вижу, вы знакомы.- Принц Рувен оскалил зубы. “Я понятия не имел. Я познакомился с виконтом во время моего визита в его очаровательный город по пути сюда из Васкандара.”

Доминик кивнул. - Мы встретились в библиотеке герцога. Вы знали, что принц Рувен-ученый?”

- Неужели?- Я ухватилась за эту тему, страстно желая поговорить о чем угодно, кроме моего собственного достоинства или различных способов убийства своих слуг. - Вы учились в университете?”

Рувен пренебрежительно махнул рукой. - Мои знания и интересы ограничены практическим применением магии. У нас в Васкандаре нет университетов. Это дикая страна, прекрасная страна, где мы учимся грубым урокам, которые преподают нам леса и горы. Но это означает, что я должен отправиться в империю, чтобы утолить свою жажду книг и знаний.”

“Ну, у нас есть кое-что общее, - сказала я. “Я тоже очень люблю книги и особенно интересуюсь магическими науками.”

“Тогда тебе понравится наша семейная библиотека в Казерате. Рувен не сводил с меня глаз. “Я собрал лучшую коллекцию книг по магии в Васкандаре. Вы должны приехать и навестить меня.”

- Кстати, о книгах, которые понравились бы Амалии ” - Доминик, ухмыляясь, побарабанил пальцами по книге, которую уронил на наш стол. “Ты никогда не поверишь, что я нашел в книжном магазине в Палове.”

- А?- Я приподняла бровь. Я хотела рассказать ему о Мускати, но присутствие Рувена испортило бы все откровение. Лучше подождать, пока я не возьму его в руки и не покажу ему.

- Первый том "Взаимодействий магии"!- Он широко развел руками, как бы приглашая к аплодисментам.

Я нахмурилась, пытаясь вспомнить. “Разве у них не было второго тома в герцогской библиотеке в Арденсе?”

- В самом деле! Но он продолжал ссылаться на первый том, так что это не имело особого смысла. Что было очень жаль, потому что в нем были изложены некоторые интересные способы объединения, казалось бы, несовместимых типов магии, таких как алхимики и вивоманты, работающие вместе, но мы не могли понять это без всех частей.”

Рувен наклонился вперед. “Меня тоже интересует эта книга. Я слышал об этом.”

“Но теперь у вас есть первый том!- Я смотрела на книгу с большим аппетитом, чем на пирожные. “У тебя еще не было возможности прочитать ее?”

“Я только немного ее просмотрел. Я надеюсь прочитать ее вместе со вторым томом, когда в конце концов вернусь в Арденс.”

“Тогда, возможно, я присоединюсь к вам в библиотеке Герцога на обратном пути.- Рувен посмотрел на книгу. Облегчение захлестнуло меня, когда его внимание переключилось на что-то другое. - Арденс-прекрасный город, и он заслуживает большего внимания на обратном пути в мой любимый Васкандар.”

После этого разговор перешел на достоинства университетской библиотеки по сравнению с герцогской. Рувен оставался безупречным джентльменом, не выказывая никаких признаков своей прежней порочности. Я достаточно расслабилась, чтобы откусить пару яблочных пирожных и миниатюрный летний пирог с орехами, хотя все еще чувствовала, что любое общественное мероприятие, где не подают вино, было отклонением от благодати щедрости.

Мне удалось избежать попытки принца Рувена поцеловать мне руку, когда пришло время уходить, вместо этого я радостно помахала ему рукой и поблагодарила его и нашего хозяина.

“Было приятно наконец познакомиться с вами, Миледи.- Рувен положил руку на сердце вместо поклона. “И я совершенно уверен, что мы еще встретимся.”

Что он имел в виду, наконец? Я не смогла выдавить из себя ничего, кроме небрежной улыбки в ответ.

Я чувствовала его фиолетовые глаза на своей спине, Когда мы с Домиником пробирались сквозь толпу гостей через весь зал.

Глава 7

Мы с Домиником остановились попрощаться на причале плавучего городского дома, где нас ждали лодки. Заходящее солнце сверкало золотом и поднималось в воде по одну сторону канала, окутывая другую надвигающимися тенями.

- Спасибо, - пробормотала я Доминику. Я не могла не восхищаться тем, как свет падал на его скулы и золотил широкие плечи. Я бросила его много лет назад, но он все еще был прекрасен; мое прежнее восхищение давало уютное тепло, как яркое маленькое пламя настольной лампы.

- Он рассмеялся. “Я подумал, что тебе может понадобиться компания. Мне самому не хотелось бы оставаться наедине с принцем Рувеном. Он очень неприятный тип.”

“Что он делал в Арденсе?”

“Создавать проблемы. Доминик поморщился. - Определенная часть Ардентинского двора находит его впечатляющим — мой младший брат Габриэль, к сожалению, среди них. Они затеяли драку в Совете Лордов из-за того, стоит ли нам подлизываться к Васкандару вместо Раверры, и дело дошло до грубых имен и выдергивания волос. Вот почему я ушел: я отказываюсь вмешиваться. Но друзья Рувена в Совете лордов, кажется, думают, что Васкандар-это волшебный ответ на все финансовые проблемы города, с тех пор как эта гадюка заговорила с ними.”

Я вспомнил красный отпечаток руки Рувена на запястье слуги. “Я не хочу быть обязанной Васкандару.”

“Это потому, что ты не дура, Амалия Корнаро. Доминик встряхнул руками, словно стряхивая осевшую на них пыль. - Ба! Давай не будем об этом говорить. Политика! Я не создан для того, чтобы быть членом Совета Лордов.”

“Но у тебя так много хороших идей.- Я толкнула его локтем. - Я помню, как ты на вечеринке, немного пьяный, говорил о том, что река Арден-это источник жизненной силы города, и ... что-то прекрасное о снижении платы за докование.”

“Я не был пьян! Во всяком случае, не больше, чем немного.- Он нежно вздохнул. “Я помню ту вечеринку. Чтобы отпраздновать рождение ребенка Венаши, я стащил из винных погребов Ривер-Паласа бутылку фамильного запасного Лорейкийского белого вина.”

- Это была хорошая вечеринка.- Я склонила голову набок. “Я думала, что когда ты достигнешь совершеннолетия и займешь пустое место своего отца В Совете, ты, несомненно, изменишь мир.”

“Я тоже так думал в те редкие и мимолетные моменты, когда принимал на себя ответственность. Но лорды совета не хотят менять мир, Амалия. Они эгоистичны и циничны, и они хотят только большего статуса и денег для себя. Они загоняют город в землю и игнорируют его проблемы, вплоть до катастрофы.- Он пнул ногой причальный столб. - Слава милостям, что мой отец отрекся от престола еще до того, как герцогский трон пал на него, иначе это была бы моя скала, полная укусов, а не Астора.”

Я уставилась на него. “Я не знал, что твой отец был прямым наследником. Ты был бы наследником герцога?”

“Да. Самоуверенная улыбка Доминика вернулась. - Но эта пуля промахнулась, благодаря предусмотрительности моего покойного отца, который отказался от трона в пользу своего младшего брата. Теперь у меня есть свобода убежать и навестить своих друзей, когда компания моих сверстников начинает раздражать, как сыпь на заднице.”

Я заставила себя рассмеяться. Но я не могла не думать, что если бы Доминик был герцогом, то Арденс не доставлял бы мне столько хлопот.

“Ты должен скоро навестить меня и принести свою новую книгу, - сказала я. “У меня есть одна, чтобы показать тебе, как хорошо.”

- Это будет для меня величайшим удовольствием.- Доминик отвесил поклон. “Я не могу дождаться, чтобы посмотреть на взаимодействие магии с тобой. Некоторые из них блестящи, а некоторые ... амбициозны?”

- А? Как в тот раз, когда ты пытался создать искусственное устройство, чтобы сделать за вас домашнее задание по искусству?”

- Может быть, не так уж и честолюбив.- Он ухмыльнулся. - У автора есть несколько грандиозных идей. Он мечтает использовать комбинацию вивомантии и искусственности, чтобы обуздать силы, обычно неподвластные ни тому, ни другому. Он бормочет о том, что выписывает гигантские круги вокруг целых лесов или гор.- Он фыркнул. - Как будто ты можешь поддерживать хоть какую-то точность в этом масштабе. Это было бы более неустойчиво, чем пьяный Лорейкиец. Ты когда-нибудь слышала такое безумие?”

Безумие. Я поймала его взгляд. - Доминик ... все равно не показывай эту книгу принцу Рувену.”

“Не могу себе представить, что эта техника сработает. И Рувен действительно сказал, что книга его заинтересовала.- Нахмурившись, Доминик зажал между бровями складку “Но в чем-то ты права. Я не думаю, что смогу это сделать.”

Только по дороге домой, когда волны канала плескались о нос моей лодки, а солнце клонилось к крышам городских домов, я вспомнила, что должна выяснить, зачем принц Рувен приехал в Раверру. Поэтому я чувствовала себя полной дурой, что бы ни говорил Доминик, когда моя мать вернулась из императорского дворца и позвала меня в гостиную, чтобы спросить, что я узнала.

Я рассказал ей все, что сказал и сделал Рувен. Она вытягивала из моей памяти все новые подробности с помощью тонких вопросов, пока Кьярда приносила ей бокал вина и серебряный поднос с бумагой и письменными принадлежностями. Графиня быстро написала записку и передала ее Кьярде, пока я говорила.

Кьярда взглянула на бумагу и кивнула. - Все будет сделано, Графиня.”

Это может быть что угодно, от получения хорошего куска тоста до убийства короля Осты. Эффективное скольжение Кьярды, когда она уйдет, останется прежним.

“Я надеялась, что ты узнаешь больше, - вздохнула мама, когда я наконец закончила.

Стыд обжег мои щеки. “Я сделала все, что могла, мама.”

“Неважно.- Она постучала ручкой по подносу. “Он слишком интересуется тобой. Тобой и твоим огненным колдуном. И я уверена, что он не единственный. Я хочу, чтобы ты всегда был вооружена и носила медальон с вспышкой.”

“У меня нет медальона со вспышкой.”

“К утру будет. Если тебе когда-нибудь понадобится открыть его, не забудь закрыть глаза и двигаться быстро: свет ослепит твоих противников только на несколько секунд.- Она нахмурилась. “Я попрошу Кьярду дать тебе дальнейшие инструкции и по кинжалу. Ежедневные уроки, каждое утро.”

Я хотела сказать ей, что это глупо, и никто не нападет на меня. Но эликсир, который я принимала дважды в день, чтобы нейтрализовать старый яд, говорил об обратном, как и слабый шрам на тыльной стороне моего правого запястья от ножа убийцы на вечеринке в саду в Палове три года назад. Моя мать была неприкосновенна, уверенная в силе, которая окружала ее подобно огненному нимбу Заиры. Ее враги считали меня более уязвимой.

Поэтому я склонил голову. - Да, Мама.”

Она подошла и положила свою руку на мои волосы, как благословение, все еще держа бокал в другой руке. - Не бойся, Амалия. Если ты не боишься, они будут считать, что есть причина, и колебаться. И благодать Победы будет благосклонна к тебе.”

Я предпочла бы, чтобы удача была благосклонна ко мне и вообще держала меня подальше от опасных ситуаций. Но в последнее время она не проявляла ко мне особой привязанности.

“Тебе надо переодеться во что-нибудь подходящее для семейного отдыха. Твой дядя Игнацио приедет через два часа.”

Я взглянула, сам того не желая, на стену, за которой прятался библиотечный пост прослушивания. “Он ... больше не в Арденсе?”

Графиня проследила за моим взглядом и подняла бровь. “Тебе не нужно стесняться этого, дитя. В тот день я послала тебя в библиотеку не просто так, я хотела, чтобы ты знала. Да, он вернулся, чтобы занять свой новый пост канцлера казначейства.”

- Это ... - я сглотнула. “Это кажется неправильным, мама.”

“Право не имеет ничего общего с ним. Мы не можем рисковать восстанием в городе, расположенном в трех днях пути от Раверры, из-за чувств моего кузена. Тот факт, что Астор Бергандон ввел эти незаконные налоги вообще, показывает, что Игнацио больше не был подходящим человеком для этой работы.”

Восстание. Мое дыхание перехватило на пути внутрь. Когда я была в Арденсе, сыновья молодых аристократов иногда с типичной пылкостью оплакивали свой гордый город, обязанный верностью Раверре. Но в неугомонном пылу это был всего лишь разговор в гостиной, за которым не было и искры настоящего бунта. Должно быть, что-то изменилось.

- Голос графини понизился до шепота. - Что касается Игнацио, то решение заменить его принял только дож. Мы можем избавить его от этого.”

Мне не нравилась идея помочь матери ввести Игнацио в заблуждение, даже чтобы пощадить его чувства. Но я кивнула. “Он приедет сюда?”

“Да. Я пригласил его на бокал вина, чтобы поприветствовать его возвращение в Раверру. Не упоминай об Арденс, если он не сделает этого первым. Следуйте его примеру и моему.”

***

Поскольку Игнацио был членом нашей семьи, мать приняла его в гостиной. Ее широкие окна открывались на волшебную страну отраженного в воде света, которая была Императорским каналом вечером. Пышные пасторальные картины украшали внутренние стены, а в углу стоял клавесин.

Когда мы вошли, Игнацио поднялся с бокалом вина в руке. Он был одет в свое обычное строгое серое платье с белым кружевным воротничком на плечах. Его бледному, худому лицу недоставало живой красоты моей матери, но в глазах горели искры искрометности и интеллекта Корнаро.

- Амалия, - сухо поприветствовал он меня. - Рад тебя видеть.”

Игнацио был не из тех мужчин, которых можно обнять, а я не носила юбок, чтобы сделать реверанс, поэтому я поклонилась. “И тебя тоже, дядя Игнацио.”

“Ты выглядишь хорошо. Как у тебя с запасом эликсира? Тебе нужно, чтобы я сделал еще?”

“Все в порядке, - смущенно начала я. Но мама не стала дожидаться, пока я закончу.

“Нам бы не помешало еще несколько бутылок.- Она одарила его одной из своих улыбок. “По-моему, она опустилась до четырех. Большое спасибо, Игнацио. Я не знаю, что бы мы делали без тебя.”

Я был почти уверен, что у моей матери есть ресурсы, чтобы найти кого-то еще с проблеском алхимии, необходимой для приготовления эликсира, который сохранит мне жизнь, если до этого дойдет. Но Игнацио удовлетворенно улыбнулся ей, как будто поверил кузине на слово. Поэтому я сказала:” Да, спасибо", хотя у меня оставалось пять с половиной бутылок, а не четыре.

Мы устроились поудобнее и разговаривали о погоде и прочих несущественных вещах, пока слуги передавали нам лимонные пирожные. Невысказанная тема страсти напрягла плечи Игнацио и оборвала каждое слово. Напряжение, исходившее от него, казалось, поселилось в моем собственном позвоночнике, пока мне не пришлось запихнуть лимонный пирог в рот, чтобы удержаться от вопроса, Что же пошло не так с городом, который я любила.

- Надеюсь, ты без труда нанял экипаж, - сказала мама, глядя на лицо Игнацио. “Я слышал, что герцог Арденс своим недавним безрассудством осложняет даже простые дела для Раверранцев.”

Наконец-то Арденс. Я выпрямилась, прислушиваясь.

Игнацио вздохнул. - Герцог Астор Бергандон обладает честолюбием своих великих предков, но ему не хватает сдержанности. Его отец прислушивался к моим советам, но Астор и его двор, похоже, стремятся разрушить город.- Он сделал глоток вина. “Если бы дож дал мне полномочия, о которых я просил, этой ужасной ситуации с незаконными налогами никогда бы не случилось.”

“Ммм,” сказала Ла Контесса. Я знала, что она часто конфликтовала с бароном Леодрой по вопросам суверенитета. Я бы не удивилась, если бы просьба об этих дополнительных полномочиях была тем, что определило удаление Игнацио с его поста.

Игнацио угрюмо посмотрел на свой пустой стакан. “Даже не имея полномочий просто свергнуть Астор, я справлялся достаточно хорошо. У меня были договоренности с некоторыми из наиболее компетентных людей герцога, и я льстил ему, чтобы он встал на нашу сторону. Если бы у меня было еще две недели, я мог бы снова взять ситуацию под контроль.”

“Конечно, - пробормотала мама, подавая знак слугам наполнить чашку Игнацио. “Но ты же знаешь Дожа. Он хотел немедленных результатов.”

“Он их получит, - мрачно сказал Игнацио. - Он послал Леди Терринджер. Она отставной генерал, а не дипломат. Она станет искрой для трута Бергандона. Назначение Терринджер-это вызов войне.”

Во рту у меня пересохло от пирога. Я с трудом сглотнула. - До этого, конечно, не дойдет.”

- Надеюсь, что нет.”

Но мама только усмехнулась. - Не драматизируй, Игнацио. Ты пугаешь девушку.- Если она и заметила, что я напряглась, то не стала останавливаться. “Им еще очень далеко до того, чтобы поднять оружие против Империи.”

- Нет, если Теневые Джентри добьются своего.”

- Теневой Джентри?” Я никогда раньше не слышал этого имени. - Это что, гильдия убийц?”

“Нисколько.- Он усмехнулся. “Хотя это звучит довольно драматично, не так ли? Это тайное общество пылких аристократов, которые постоянно публикуют публичные заявления против Раверры и призывают вернуться к старым дням независимости и славы Арденса.- Он покачал головой. “Я совершенно уверен, что именно их настойчивость побудила герцога начать взимать налоги с рейверских купцов.”

- Интересно, как такая мятежная фракция сумела приобрести достаточно влияния на герцога, чтобы убедить его нарушить мирный договор.” Я достаточно хорошо знал свою мать, чтобы расслышать безмолвное следствие: и почему ты не увидел его вовремя, чтобы остановить.

Однако Игнацио, казалось, был глух к любой скрытой критике. - Они были достаточно безобидны, когда просто бормотали против Раверры в темных углах, надевая свои серые маски домино, чтобы выглядеть таинственными. Но теперь, когда Арденс столкнулся с серьезными экономическими проблемами, они стали более смелыми и опасными, и герцог ищет любое возможное решение. Нам повезло, что он не взял у Васкандара огромные займы, как некоторые из его знати.- Он вздохнул. - Кроме того, он легко поддается влиянию. Боюсь, что страсти молодого герцога слишком просты, чтобы их разжечь.”

“Тогда будем надеяться, что их так же легко охладить, - сказала мама.

“Я мог бы это сделать, если бы проклятый дож не позвал меня обратно. Игнацио покачал головой. - Отправка такой военной реликвии, как Терринджер, не поможет ему успокоиться. Он вводит идею насилия в первую очередь, прежде чем Арденс может приблизиться к ее раскрытию.”

“Я полагаю, что дож прекрасно осведомлен о послании, которое он посылает.- Моя мать покрутила вино в бокале.

Парадокс силы. Обеспечение мира посредством скрытой угрозы войны. Я поставила стакан, мои пальцы онемели. “Они должны отступить, - сказала я. - Герцог, конечно, не настолько глуп, чтобы рисковать своим городом из-за такой мелочи, как обложение налогом торговцев ... не так ли, дядя Игнацио?”

Игнацио обдумал вопрос, поворачивая бокал, чтобы поймать свет лампы. - Нет, - сказал он наконец. - Даже с Теневыми Джентри, которые толкают его. Если больше ничего не случится, чтобы возбудить двор против Раверры, он скорее отступит, чем рискнет войной.”

Мрачная тяжесть в его тоне несла бремя ужасной возможности, висящей на этом "если".

***

На следующий день я вернулась домой с тренировки с несговорчивой Заирой на конюшне и слишком короткой остановкой в императорской библиотеке, чтобы найти Кьярду, ожидающую меня в фойе. Она держалась со своей обычной безупречной осанкой, мой лучший изумрудный бархатный плащ был перекинут через ее руку, а в руке она держала бутылку моего эликсира.

- Добро пожаловать домой, Леди.- Она поклонилась. “Но, к сожалению, я вынуждена просить вас отложить отдых. Графиня требует вашего присутствия в Императорском дворце для проверки стратегической сессии.”

Взятые взаймы книги повисли у меня в руках. Конечно, она знала. Не важно, что на город опустились сумерки,а светила загорались, как вечерние звезды. Не важно, что я надеялась провести вечер, отдыхая с хорошими книгами, наконец, впервые с тех пор, как положила Джесс на Заиру.

- Прямо сейчас?- Спросил я.

Кьярда кивнула и протянула мне пузырек с эликсиром. - Боюсь, что так, Леди.”

- Я бы хотела, чтобы она спросила меня, есть ли у меня планы, прежде чем делать эти заявления. Я сделала большой глоток эликсира, и пронзительный вкус аниса проложил дорожку вниз по моему горлу. “Она не нуждается во мне на этой встрече. Я могла бы посмотреть и поучиться в другой раз.”

Кьярда взяла у меня бутылку и книги, поставила их на стол и протянула мне пальто. - Возможно, графиня не нуждается в вас, леди. Но другие могли бы.”

Я остановился на полпути к первому рукаву. “Что ты имеешь в виду?”

- Это военно-стратегическая дискуссия, Леди, о том, как использовать Соколов против потенциальных угроз империи. Я думаю, там будет лейтенант Верди.”

Холод поселился в моем животе. Если бы моя мать хотела, чтобы я была там, они могли бы говорить о развертывании моего Сокола. - Какие потенциальные угрозы?”

Глаза Кьярды блеснули в свете лампы. “Не мне это говорить, Леди. Но я думаю, ты знаешь.”

***

Комната Карт в Императорском дворце была названа очень удачно: расписные фрески безмятежного города и Империи покрывали стены, и даже пол представлял собой инкрустированную карту, выполненную в различных оттенках мрамора и драгоценных металлов. Но карта, развернутая на огромном столе в центре комнаты, была одной из всех карт Эрувии, с разноцветными камнями, разбросанными по ней в качестве маркеров. Вокруг стола, отбрасывая на весь мир Тени от висящих над ним ламп, собрались дож, полный Совет Девяти, горстка генералов и других высших военных чинов, полковник Вазанте из клана Соколов и очень нервный на вид Марчелло.

Я проскользнула рядом с ним, отступив на полшага от его седовласого полковника, который оперся обеими руками о стол. Марчелло бросил на меня взгляд тонущего пловца, который видит, как друг тянется к нему с веслом.

Больше никто не обращал на меня внимания. Даже моя мать не отрывала прищуренных глаз от карты.

“У нас есть войска, чтобы спокойно укрепить все форты на горных перевалах вдоль васкандранской границы, - говорил дож. “И мы можем вывести корабли из Осты, чтобы лучше расположить наш флот на севере, чтобы атаковать побережье Васкандры с обоих флангов, если они будут настолько глупы, что попытаются что-то предпринять. Но у нас недостаточно свободных Соколов, чтобы прикрыть всю границу плюс Арденс. Нам нужно сделать выбор.”

Пораженная, я еще внимательнее всмотрелась в карту. Северная граница империи заканчивалась в Горах Ведьмволла, длинной грядой, обозначавшей границу Васкандры. За ним лежали дикие, темные заросли Васкандранских лесов и окутанные туманом складки холмов и пустошей-обширная страна под полным владычеством Повелителей Ведьм. Камни отмечали крепости на перевалах, зеленые леса-васкандранские замки, синие-Раверранские форты. Но на одном из перевалов собралась кучка зеленых камней, такая же красноречивая, как рой муравьев на Мертвом Жуке.

- Васкандар снова вторгся?- Шепнула я встревоженному Марчелло.

- Он покачал головой. - Нет, спасибо милостям. Но они перебросили войска к границе.”

“Они сойдут с ума, если нападут на нас, после того как мы нанесли им такое сокрушительное поражение в трехлетней войне.- Лорды Ведьм обладали почти абсолютной властью в своих владениях, но за пределами своих владений им не хватало военной мощи, чтобы организовать серьезное наступление на Империю, защищенную соколами, и у них не было флота, о котором можно было бы говорить.

“Ну, - пробормотал Марчелло, - у них есть определенная репутация.”

“Я не думаю, что мы можем игнорировать Арденс.- Моя мать постучала по городу изящным ногтем. “Хотя, судя по всем сообщениям, Леди Терринджер делает неплохие успехи, приводя герцога в чувство. Беспорядки там все еще делают его слабым местом для Империи, а река Арден берет свое начало в горах Ведьмволла, недалеко от того места, где собираются Васкандранские войска. Это дорога для вторжения, которой они пользовались раньше, во время трехлетней войны. И мы знаем, что принц Рувен вмешивается в горячую политику. Какой бы гамбит ни затеял Васкандар, Арденс-часть их стратегии.”

Барон Леодра фыркнул. “Не пытайся оградить Арденс от последствий ее действий, перекладывая вину на Васкандара. Если их волнение ослабляет нас, давайте ответим силой. Если мы захватим Арденс, то сможем вытеснить оттуда потенциальных мятежников и занять хорошие позиции для обороны в случае вторжения Васкандара.”

Графиня покачала головой. - Ты показываешь свою неопытность, Леодра.”

Он вздрогнул и нахмурился. Это был первый срок полномочий барона Леодры в Совете Девяти, о чем моя мать редко позволяла ему забывать. - Как же так? Это здравый смысл-крепко держаться за такую ключевую позицию.”

“Они пытаются выманить нас отсюда.- Моя мать бросила усталый взгляд на карту. "Эта сила на границе настолько очевидна, что это должно быть отвлекающим маневром или провокацией. Они охотились за Лорейс в последние два раза, когда шли на войну, а не за Арденс; мы не можем предположить, что это не ловушка. Они еще не сделали настоящего шага. Нам нужно держать свои карты в секрете, но быть готовыми действовать быстро, когда придет время.”

Полковник Вазанте выпрямился. Свет лампы выхватил резкие морщинки у ее рта. - Я согласен. Вот почему я думаю, что еще слишком рано выводить на поле боя больше чем горстку Соколов.”

“Мы обсуждаем целый город-государство, которое нарушило безмятежные соглашения.- Голос барона Леодры стал резким. - Каждый вассальный город Империи следит за тем, что мы делаем. Если мы решительно не ответим на такой открытый вызов, другие попытаются увидеть, что им сойдет с рук. Если Арденс не преклонит колено быстро, мы должны быть готовы ответить с подавляющей силой.”

“Я отдаю себе отчет в серьезности ситуации. Челюсть Вазанте сжалась, словно она стиснула зубами возражения Леодры. - Мое заявление остается в силе. Нескольких Соколов будет достаточно.”

“Что может сделать горстка Соколов?- Усмехнулся барон Леодра.

“Если это те самые Соколы?- Палец полковника упал на остров у берегов Осты, отмеченный на карте выжженными каменными развалинами. Селантис. “Почти все, что угодно.”

Все повернулись и уставились на меня.

Мне очень хотелось спрятаться за Марчелло. Но вместо этого я застыла, надеясь, что выгляжу бесстрастной, а не нервной.

- Ну и ? Острый взгляд Дожа скользнул между мной и Марчелло. “Могу ли я рассчитывать на нашего огненного колдуна, если мы столкнемся с угрозой спокойствию империи?”

Нет. Если бы я отпустила Заиру сейчас, я бы посчитала, что она с гораздо большей вероятностью выжжет путь пепла через Раверру в великой отставке от Соколов, чем последует приказу Дожа. Но если я скажу это, это унизит Марчелло перед всем Советом Девяти и поставит под угрозу мое собственное шаткое положение независимого сокольничего. На его вопрос не было надежного ответа.

Я ничего не могла с собой поделать. Я посмотрела на мать.

У нее было лицо Совета, холодное и царственное. Это была закрытая дверь. Она не могла помочь мне здесь, когда все смотрели.

Марчелло откашлялся. - Ваше Спокойствие.- Он поклонился и сцепил руки за спиной. Только я видел, как дрожат его пальцы. - Заира только начала устраиваться на конюшне. Это деликатное время перехода. Я не рекомендую использовать "Сокола" до тех пор, пока она не приспособится и не завершит обучение.”

Брови Дожа поползли вверх. - Полковник? Это не то, что вы мне сказали.”

Полковник Вазанте стоял ко мне спиной, напряженный, как штык. - Колдунам не нужно много тренироваться, Ваша Светлость. Они используют свою силу инстинктивно. Лейтенант Верди прав, что это наша обычная процедура мирного времени, чтобы дать соколам время освоиться, но если начнется война, ее огонь будет под вашим командованием.”

- Вы согласны, лейтенант Верди?- Тон Дожа был мягким, но его взгляд мог бы резать камень.

Костяшки пальцев Марчелло побелели за спиной. Секунды тянулись бесконечно долго. Полковник покачнулась на каблуках, меняя позу и перенося вес тела на ногу Марчелло.

Марчелло подпрыгнул, потом поклонился. “Конечно, Ваше Спокойствие.”

Я сжала губы, чтобы не вскрикнуть от удивления или протеста. Сама мысль о том, что Заира сейчас подчиняется чьим-то приказам, казалась нелепой.

“А вы, леди Амалия? Внимание Дожа переключилось на меня, и я постаралась не вздрогнуть. - Ты готова выйти в поле и выпустить своего сокола, если понадобится?”

Я чувствовала, как мать сверлит меня взглядом. Здесь, перед Советом, одно неверное слово, будь то о покорности или о бунте, могло перевернуть всю мою жизнь.

“Ваше Спокойствие, - осторожно сказала я, - простите меня, но я не совсем понимаю, где вы предлагаете разместить моего огненного колдуна.”

Кто-то испустил вздох удивления или облегчения. Я не могла сказать, кто именно.

Маркиза Палова нахмурилась. “Да, немного рановато бросать огненного колдуна в бой, не так ли? Мы не воюем.- Она махнула рукой в сторону скопления зеленых камней. - Это движение войск может быть демонстрацией силы одним Лордом Ведьм, чтобы произвести впечатление на другого, или попыткой запугать империю-оскалом зубов. Васкандар делает такие вещи каждые несколько лет, и обычно это ни к чему не приводит.”

Мама наклонилась вперед, положив кулаки на стол. “Я предлагаю пока держать Соколов в резерве. Дайте нашему новому Светлейшему Посланнику шанс обуздать Арденс и дождитесь лучших сведений об истинных намерениях Васкандара. Они-наше самое сильное оружие, и лучше всего держать их в рукаве.”

Ропот согласия поднялся от генералов и половины Совета. Дож кивнул. “Очень хорошо. Мы подождем, прежде чем развернуть Соколов. Но я хочу, чтобы они были готовы к переезду в любой момент.”

Полковник Васанте отдал честь. “Конечно, Ваше Спокойствие.”

Напряжение спало с плеч Марчелло, и он покачнулся, словно это было единственное, что его поддерживало. Не раздумывая, я схватила его за локоть, поддерживая.

Его испуганные глаза метнулись ко мне, и я тут же отпустила его, покраснев. Но он улыбнулся.

- Спасибо, - прошептал он.

Мне потребовалось мгновение, чтобы понять, что он говорит не о моей слишком знакомой руке. Я улыбнулась в ответ, но только слегка. Возможно, я выиграла для нас время. Ничего больше.

Если герцог Арденс в ближайшее время не докажет, что поддается здравому смыслу, костер Заиры может стать следующим инструментом убеждения Дожа.

Глава 8

Ты не можешь вечно прятаться в этих книгах, Амалия.”

Моя ручка подпрыгнула, оставляя чернильный след на тщательно нарисованной схеме. Я повернулась лицом к матери, изо всех сил сдерживая горькую вспышку гнева.

- Привет, Мама. Я не знала, что ты в моей комнате.”

Она приподняла бровь. “Тогда тебе нужно поработать над своей осознанностью, девочка. Даже с оберегами и Чиардхой, защищающими его, наш дворец не защищен от убийц.”

“Я не прячусь.- В основном это было правдой, хотя после вчерашней тревожной стратегической сессии мне не терпелось побыть одной. “Я разрабатываю более эффективный способ пропускать солнечную энергию через проволочную катушку, чтобы зажечь светящийся кристалл.”

На маму это не произвело никакого впечатления. Она взглянула на письмо, которое держала в руке, потом на меня. “Ты умеешь танцевать менуэт?”

Я застонала. “Ты собираешься снова заставить меня пойти на какую-то ужасную вечеринку с отвратительными людьми, не так ли?”

- Только не я. - она бросила приглашение на мой стол, поверх моего сушащегося рисунка. Крылатый конь Раверры поднялся на дыбы и уставился на меня. - Дож просит вас присутствовать на приеме для нового дипломатического контингента из Арденса.”

“Только не еще один нудный— - я замолчала. “Ожидать. От Арденса?”

“Да.”

“Дож просит моего присутствия, в частности?”

- Требует, пожалуй, более точное слово, - сказала графиня. “И тебя, и твоего Сокола.”

“Он хочет, чтобы Заира была там? Ручка выпала из моей руки, когда я опустилась на стул. “Она попытается затеять драку, не так ли?”

“Нет, но кто-то другой может быть.- Моя мать уселась на табурет моего малоиспользуемого туалетного столика и посмотрела мне в глаза. - Дож поднимает ставки, чтобы выманить смутьянов, и посмотрим, как глубоко это зайдет. Ты меня понимаешь?”

Я понимала, что такое холодный страх внутри меня. “Нет. Я не вижу, что могла бы получить Раверра, пренебрегая огненным колдуном в лице Арденса в такое время.”

- Самая очевидная причина, по которой Арденс бросает вызов Раверре, - это простая проверка границ, чтобы увидеть, стал ли безмятежный город достаточно слабым, чтобы ослабить свою власть над Империей. Это обычное дело для амбициозных молодых правителей, и беспокоиться не о чем.- Она сделала движение щеткой, как будто герцог Астор Бергандон был надоедливым насекомым. - Если это так, то теплый прием нового посла Ардентина ясно дает понять, что мы все еще готовы принять Арденс, в то время как присутствие огненного колдуна в его присутствии посылает сообщение о потенциальных последствиях отказа от безмятежных соглашений.”

“И ты думаешь, что герцог отступит?”

- Она пожала плечами. “Если он не дурак, то так и сделает. Но если это больше, чем просто проверка границ, мы можем многое узнать из ответа герцога — и других, кто может повлиять на него.”

“Ты имеешь в виду Васкандара?”

“Возможно. Это самая очевидная возможность. У них было бы больше шансов захватить территорию в Лорейсе, если бы Империя отвлеклась на новую войну. Но пока рано делать какие-то предположения.”

Я недоверчиво уставилась на нее. “А кто же еще это может быть? В Империи царит мир. Как ты думаешь, сколько у нас врагов?”

Графиня посмотрела на меня прищуренными глазами. - У власти всегда есть враги.”

Я уставилась на шрам на тыльной стороне запястья. - Полагаю, так оно и есть.”

- Кстати, о том, чтобы следить за бароном Леодрой на приеме. Он может попытаться втянуть тебя в свои планы. Он изо всех сил пытается обрушиться на Арденс с карательной силой, которая разрушит все наши надежды на мир.”

“Зачем ему это нужно?- Это казалось одновременно жестоким и глупым.

- Как Гамбит, чтобы добиться от него большего влияния.- Она выдохнула свое презрение к такой тактике. “Сейчас дож слушает меня. Леодра видит во мне слабость, так как мои разведывательные службы и твой дядя Игнацио не предупредили о мятеже герцога Бергандона и не предотвратили его. Леодра всегда был сторонником усиления имперского контроля, и он подталкивает дожа и Совет принять его методы вместо моих.”

Кончиками пальцев я разгребла испорченную схему, смяв бумагу. “Это было бы ужасно для Арденс.”

“Не беспокойся об этом слишком сильно. Губы графини растянулись в кошачьей улыбке. - Барон Леодра скоро узнает свои собственные пределы. У каждого есть свои секреты, и я узнала его: у него есть незаконнорожденный сын, которого он хочет спрятать. Он сделает то, что я скажу ему после того, как мы немного поговорим на этом балу.”

Я не могла вызвать никакого энтузиазма по поводу ее триумфа. “Прекрасно.”

Она подошла и положила руку мне на плечо. - Будь осторожна на приеме. Твои действия могут стать ходами на доске. Я бы предпочла, чтобы ты была игроком, а не фигурой.- Ее голос и прикосновения были удивительно нежными. “Как я уже сказала, Ты не можешь прятаться в этих книгах вечно.”

Она ушла, шелестя шелком, закрыв за собой мою дверь так же бесшумно, как и открыла ее. Я уставилась на свой испорченный рисунок, беспокойство растекалось, как пролитые чернила.

Я даже не могу удержать Заиру от совершения мелкой кражи на рынке. Теперь я несу ответственность за ее поведение на балу в присутствии самого Дожа, где одно неверное движение может спровоцировать войну.

***

“Меня пригласили на бал в Императорский дворец? Заира фыркнула. “Это очень хорошо. Чья это была идея?”

- Вообще-то дожа.”

Заира даже не подняла глаз со своего места на балконе третьего этажа, откуда открывался вид на лагуну. Она сорвала летний орех из стоявшей рядом миски и швырнула его в чайку, приземлившуюся на пирс Конюшни. Птица свернула в сторону, и Заира рассмеялась.

“Я не шучу, - сказала я с досадой.

“Я это знаю. У тебя нет того чувства юмора, которое грации дали рыбе.- Она бросила еще один орех в глубокую зеленую воду и посмотрела на всплеск. - Я уверена, что этот старый ублюдок что-то замышляет. Но если еда хорошая, мне все равно.”

Я раздумывала, не сказать ли ей, что ее используют для скрытой угрозы Арденса. Но, без сомнения, это только откроет мне путь для новых насмешек. Я попробовала другую тактику. - Это деликатная ситуация. Очень важно никого не обидеть.”

Она посмотрела на меня с недоверчивым презрением. “Неужели ты думаешь, что я настолько глупа?”

“Я знаю, что ты не дура.”

“Как ты думаешь, что я собираюсь делать? Помочиться в вино Дожа? Я же не идиотка.”

- Ну ... - я попыталась придумать, как бы это сказать. “В нашем общении до сих пор ты иногда была немного ... груба по краям …”

- Она пожала плечами. “Это потому, что мне на тебя наплевать.”

- Ну, я рада, что мы прояснили это, - огрызнулась я.

“Я думала, что все уже ясно.”

Я сжала губы, чтобы не выдать еще больше поспешных слов. Друзья, напомнила я себе. Я хотела быть другом.

Я попробовала еще раз. “У тебя есть что-нибудь подходящее, чтобы надеть?”

“Откуда мне знать? Я была на стольких герцогских приемах.”

Я видела большую часть ее гардероба, разбросанного по полу, и сомневалась, что у нее есть подходящее платье. Раверра хорошо обеспечивала своих соколов, но большинству из них никогда не понадобится придворная одежда.

“Я могу одолжить тебе что-нибудь, - предложил я. Она была намного ниже и тоньше меня, но слуги могли подхватить подол, и мы могли зашнуровать корсет так туго, как только это было возможно. “У меня есть малиновое платье, которое будет эффектно смотреться на тебе.”

В ее глазах мелькнуло насмешливое безразличие. Я вспомнила, как застала ее за примеркой голубого платья. Наверное, у нее в жизни было не так уж много шансов принарядиться.

Я думала послать слугу с платьем. Но …

“Не хочешь ли ты прийти в мой дворец заранее, чтобы подготовиться вместе со мной?- Я торопливо произнесла эти слова, пока не передумала. - У меня есть горничная, которая очень хорошо причесывает, и тебе понадобится помощь, чтобы надеть корсет.”

Эмоции пробежали по ее лицу, как тени от листьев в ветреный день. Наконец она тряхнула головой. “О, очень хорошо. Если ты так беспокоишься, я поставлю тебя в неловкое положение, если буду готовиться сама.”

У меня возникло подозрение, что она все равно хочет поставить меня в неловкое положение. “Я с нетерпением жду этого.”

Я не сказала ей, что предпочла бы, чтобы она помочилась в вино Дожа, чем начала войну с Арденсом. Она может принять это за приглашение.

***

- Смешно, - заявила Заира. “Все это место абсурдно.”

Я отвернулась от своего широкого окна, выходящего на императорский канал, куда я пошла, чтобы задернуть шторы, и увидела, что Заира оглядывает мою комнату со смешанным выражением удивления и отвращения.

- Что ж, добро пожаловать в мой дом, - сказала я.

Мне и в голову не приходило, как будет выглядеть мой дворец для девушки, которая всю жизнь провела в Сале. Позолота, которая казалась мне яркой, теплой и домашней, должно быть, передавала непостижимый избыток. Прекрасные картины и пышные ткани, светильники и защитные обереги — все, что она видела, должно было казаться вершиной упадка.

Наверное, она решила, что я пригласил ее сюда, чтобы похвастаться своим богатством. Румянец обжег мне шею и пополз по щекам.

Заира покачала головой. “Я могла бы украсть столько безделушек, что хватило бы на год, чтобы прокормить половину Сала, и ты бы даже не заметила, как они исчезли.”

Моя горничная Рика спасла меня от тревожной перспективы найти ответ на этот вопрос, явившись с малиновым платьем Заиры. Она разложила все слои нижних юбок, корсетов, юбок, нижних юбок и чулок, не сводя глаз с Заиры, словно прикидывая, как бы все это уместиться на ее маленьком теле. Заира с трепетом оглядела Грозный массив.

“Когда она уйдет, чтобы я могла одеться?- прошептала она, указывая подбородком на Рику.

Я закашлялся. “Она не уйдет. Она здесь, чтобы помочь нам.”

- Мне не нужна ничья помощь, чтобы одеться.”

- Прости меня, - сказала я, - но с этим платьем ты не сможешь. В него невозможно попасть самостоятельно.”

Она недоверчиво уставилась на меня. “Ты это серьезно, да? благосклонность. Что это за идиотизм? Империей в буквальном смысле управляет кучка идиотов, которые даже не могут одеться самостоятельно?”

“Есть причина, по которой я предпочитаю бриджи.- Я с некоторым предчувствием посмотрела на второе платье, которое Рика теперь приготовила для меня, экстравагантное платье в оттенках шампанского и бронзы.

- Бриджи из чистого золота, без сомнения. Благодать милосердия. Неудивительно, что ты такая бесполезная.- Презрение в голосе Заиры опалило воздух между нами. “Ты не знаешь, что такое мир. Ты даже никогда его не видела.”

- Вполне справедливо, - устало сказала я. “Ты хочешь надеть платье или нет?”

Она смотрела на богатые груды шелка и бархата, и горькая тоска коснулась ее темных глаз. “С таким же успехом я могу его надеть. Даже заключенные время от времени нуждаются в развлечениях.”

Рика сначала помогла мне с платьем, все сделала, потом с явным удовольствием принялась хлопотать вокруг Заиры; она явно планировала насладиться этим превращением. Заира страдала из-за того, что была одета, хотя и пыталась делать все сама, мешая Рике. Я устроилась в огромном облаке юбок цвета шампанского на краю кровати, чтобы наблюдать.

- А кинжал мне дадут?- Спросила Заира. “У нее есть Кинжал.- Она указала на украшенные драгоценными камнями ножны у меня на бедре.

Рика взглянула на меня. - Миледи?”

Я моргнула. “Даже не знаю. Ты обычно носишь с собой кинжал?”

Заира фыркнула. - Каждое Сальное отродье носит с собой нож, если хочет дожить до воскресенья. Но ваш лейтенант не дал бы мне ни одного.”

- А почему бы и нет? Есть ли правила, запрещающие соколам ходить с оружием?” Это было неправильно, они были солдатами. Я знала, что видела Соколов с оружием на конюшнях.

Заира пожала плечами. “Что-то насчет того, что удар кулаком в глаз-это достаточно плохо и без кинжала.”

Я прикусила губу. Если бы Марчелло не вооружил ее, было бы невежливо и, возможно, неразумно противоречить его решению. Но Заира с вызовом посмотрела на меня. Это была проверка.

“Ну, пока ты не собираешься вонзить нож в глаз кому — нибудь из гостей — или куда-нибудь еще, если уж на то пошло, - я не вижу в этом никакого вреда, - сказала я беспечно. В конце концов, на приеме будет полный состав императорской гвардии, которая будет находиться на виду и следить за убийцами.

“Хух. Заира откинула голову назад в явном удивлении; Рика мягко поправила ее положение, чтобы начать укладывать волосы. “Ты доверяешь мне оружие?”

- Я верю, что ты не совершишь глупых ошибок.”

Заира рассмеялась, громко и хрипло. - Вполне справедливо.”

Рика нашла для нее маленький декоративный Кинжал; Заира посмотрела на него с презрением, но все равно взяла. Тонкое золотистое платье-футляр подчеркивал яркий шелк ее платья. Само лезвие, скорее всего, отломилось бы, если бы она на самом деле ударила им кого-нибудь; тем не менее, Заира, казалось, была более довольна, сидя пока нанесили тонкого цвета на ее губы и щеки теперь, когда он была у нее. Ее рука опустилась, чтобы коснуться кинжала раз или два, как бы для успокоения.

- Ну вот, - гордо сказала Рика, когда она закончила. - Иди посмотри в зеркало. Ты-воплощение грации красоты.”

Вряд ли она преувеличивала. С драгоценными булавками в волосах и акрами красного шелка, оттеняющего ее блестящие темные волосы и оливково-бронзовую кожу, Заира была просто великолепна.

Рика выкатила из угла высокое зеркало, и Заира в шоке уставилась на свое отражение. Она прикоснулась к искусному завитку волос, ниспадавшему каскадом из большой элегантной кучи на ее голове, потом к собственному лицу, словно раздумывая, не принадлежат ли они кому-то другому. Затем она повернулась, глядя, как ее юбки развеваются, как у маленькой девочки, и рассмеялась.

“Ты будешь кружить головы на балу.- Я одобрительно улыбнулась Рике. Она улыбнулась в ответ, довольная своей работой.

“Черт возьми, я так и сделаю, - прокричала Заира. Потом ее лицо посерьезнело. - Каким несчастным ублюдкам я угрожаю?”

- Что?”

- Посетив эту вечеринку.- Она отвернулась от зеркала и посмотрела на меня. Свет лампы упал на ее глаза, выделяя острое черное кольцо магической метки на фоне их темно-коричневого цвета.

Я приподнял бровь. “Я думала, тебе все равно.”

“Мне все равно, что задумал дож-захватить весь мир или трахнуть козла. Но если он использует мой огонь, чтобы заставить какого-то жалкого негодяя обмочиться, я хочу знать, кого именно.”

Рика осторожно вышла из комнаты с поклоном и сочувственной гримасой. - Я вздохнула. - Арден.”

“Что, весь город?- Ее брови поднялись к элегантно уложенным волосам.

“Конечно. Если бы он хотел предупредить кого-то, то пригласил бы на вечеринку убийцу, а не огненного колдуна. Я поднялась с постели, меня терзало беспокойство. “Я знаю, что это неприятная причина для приглашения. Но ни у кого из нас нет выбора, куда идти. С таким же успехом мы можем попытаться получить удовольствие.”

- О, я буду наслаждаться жизнью. Заира разгладила перед платья, оглянувшись на зеркало. - Я-на балу в Императорском дворце? Это слишком хорошая шутка, чтобы не рассмеяться. К концу ночи мы увидим, кто тут главный.”

Она улыбнулась узкой улыбкой, которая совсем не успокоила меня.

***

Мы были на балу уже час, а Заира еще никого не зарезала.

Раверраны и Ардентины смешались, держа в руках бокалы, плечи их были напряжены. Я стояла за статуей и наблюдала за бальным залом, пытаясь понять ситуацию, прежде чем погрузиться в нее.

Заира, похоже, отлично проводила время. Она выглядела потрясающе в малиновом платье и знала это, с драгоценными камнями, сверкающими на шее, и корсетом, подчеркивающим ее фигуру. Молодые придворные столпились вокруг нее. Ее дразнящий смех звенел в толпе, более нежный, чем обычно, и каждое движение ее запястий, когда она говорила или потягивала вино, несло дополнительный вихрь. Я подозревала, что она прекрасно знала, что мужчины и женщины, окружавшие ее, находили ее очаровательной в основном из любопытства; но я сомневалась, что они знали, что она насмехалась над ними своими придворными замашками. Игнацио задержался поблизости, благодарение милостям, не сводя с нее глаз.

Во главе зала восседал сам дож, а его слуги и советники танцевали вокруг него, создав ширму, чтобы управлять всеми, кто искал минутку его времени. Моя мать скользила сквозь толпу с легкостью акулы, в равной степени очаровательной и опасной. Ардентинцы сбились в кучки и снова рассеялись, как стая ворон. Я вглядывалась в лица дипломатов в поисках кого-нибудь, кого я мог бы знать со времен моего пребывания в Арденс, когда я посещала приемы с Игнацио, когда он был безмятежным посланником.

Я заметила Доминика, которого невозможно было не заметить даже на другом конце бального зала с его дерзким смехом и разрезанными рукавами. Сегодня он выглядел прекрасно. Его камзол изящно сужался, демонстрируя сильные плечи и узкую талию, и он двигался с грацией и уверенностью, которые привлекали больше внимания, чем мои при дворе Ардентина. Я поспешила через бальный зал, схватив бокал вина с подноса слуги.

- Доминик!- Крикнул я, подходя ближе. “Я не знала, что ты будешь здесь.”

Он обернулся, и в его теплых карих глазах вспыхнула улыбка. “Амалия. В конце концов, у этой партии может быть хоть какая-то надежда.”

“Я удивлена, увидев тебя на скучном старом дипломатическом приеме.- Я ухмыльнулась. “Только не говори мне, что ты пришел только за едой.”

“Я только хочу. Хотя у них есть эти крошечные рыбки-полдроны в лимонном масле, никто в Арденсе не может сделать все правильно. Он вздохнул, и тень пробежала по его оживленному лицу, придав ему еще более мрачные черты. “Я здесь из-за вчерашнего скандала с Сокольничими.”

Я потрогала свою брошь в виде головы Сокола. - Кризис?”

“Ты что, не слышала? Я не знаю всех подробностей; новость пришла через курьерские лампы как раз перед балом. Он посмотрел туда, где посол оживленно беседовал с дожем. “Пожалуй, лучше не упоминать об этом здесь. Но мы поговорим позже. А пока дай мне что-нибудь веселое! Мы никогда не говорили о твоих проектах. Ты работаешь над чем-нибудь новым? Я бы с удовольствием послушал ... - он замолчал, выпрямившись и глядя куда-то мимо моего плеча.

“А кто твой друг?- Спросила Заира, отталкивая меня в сторону своими пышными юбками. Я подозревала, что бокал вина в ее руке был не первым.

Ой-ой. Я стиснула зубы в улыбке. - Заира, это Виконт Доминик Бергандон, кузен герцога Астора Бергандона. Доминик, это ... —”

- А! Вы, должно быть, леди Заира.- Он отвесил экстравагантный поклон.

“Вы слышали о ней?” Я и представить себе не могла, что это хорошо.

Заира подняла свой бокал вместо реверанса. “Конечно, он это сделал. Я знаменита по всей Эрувии. Но я не скажу вам для чего.”

Доминик рассмеялся. “Должен признаться, что посол рассказал мне о вас только сегодня утром, Миледи. Но в дополнение к тому, что он оставил меня в неведении о Вашей, без сомнения, заслуженной славе — и я с удовольствием угадаю ее причину позже — - он также забыл упомянуть о вашем остроумии и красоте.”

Розовый румянец коснулся щек Заиры. “Ну разве у тебя не прелестный ротик? Мне нравятся мужчины с ловким языком. Но если ваш посол забыл все самое лучшее во мне, то что же он вам сказал?”

Я сделала большой глоток вина, чтобы скрыть свой румянец. На самом деле мне никогда не снился кошмар о том, как Заира врывается в разговор с Домиником и делает непристойные замечания, но только потому, что моему спящему разуму не хватало достаточно жестокого воображения.

- Ну ... - выражение лица Доминика сменилось от радостного восхищения к чему-то более серьезному. Он взглянул на меня и неловко пожал плечами. “Честно говоря, Миледи, я слышал, что вас взяли против вашей воли, чтобы сделать Соколом. Но я также слышал, что моя подруга Амалия - ваш сокольничий, что кажется невозможным. Признаюсь, у меня возникли проблемы с подгонкой деталей. Не могли бы вы просветить меня относительно истины?”

Заира махнула бокалом в мою сторону, вино выплеснулось за край. Джесс поблескивал на ее запястье. “Спроси ее.”

Доминик повернулся ко мне, приглашающе жестикулируя. - Амалия? Похоже, вы утаили от меня эту историю. Что случилось?”

“Я ... Ах, да.- Жар поднялся по моей шее. Грация знала только, какие слухи до нее доходили. - Боюсь, я встретила Заиру, когда она была в каком-то затруднении, и высвободила свои силы. В интересах защиты Раверры от огня, учитывая, что она не могла остановить его самостоятельно,—неважно, что она, казалось, не собиралась останавливаться,—я была, э-э, завербована, чтобы поставить на нее Джесс.”

Глаза Доминика расширились. “Так это правда? Ты поймала ее для Соколов?”

“У меня не было выбора, - сказала я. - Поверь мне, Я хотела стать сокольничим не больше, чем она-Соколом. Я должна был сделать это, чтобы спасти Раверру от пожара.- Хотя никто, кажется, не оценил эту роль.

Доминик повернулся к Заире, приподняв одну бровь. “Ты бы сожгла город дотла?”

Заира беспечно пожала плечами. - Я думаю, что в то время это было моим намерением. Но я не очень хорошо помню.”

Доминик приложил руку к виску и покачал головой. “Ну, я полагаю, что мы все иногда хотим сжечь Раверру дотла.- Он бросил на меня сочувственный взгляд. “Мне жаль, что ты оказалась втянута в это, Амалия. Судя по всему, сейчас они тоже набирают сокольничих.”

“Я думаю, что наш случай был очень необычным, - сказала я.

“Но учитывая то, что произошло в Арденсе ... - в его глазах появился свет, который я видела раньше. Это был тот же самый свирепый блеск, который вспыхнул там, когда проходящий мимо купец пнул нищенку на площади шести фонтанов. Он вызвал этого человека и оставил его с двумя черными глазами. - Я не могу игнорировать это, Амалия. Может быть, мой брат Габриэль и его друзья все-таки правы. Должен быть лучший способ.”

У меня по коже побежали мурашки при мысли о возможном бунте.

Заира фыркнула. - Так лучше для меня? Абсолютно. Я думаю, что это сработало довольно хорошо для Раверры, хотя. Имея всю мощную магию, прирученную по зову Дожа.”

“В этом-то и проблема. Доминик кивнул. “У тебя хватает смелости сказать это прямо, Заира. Я восхищаюсь этим.- Он снова посмотрел через комнату на Дожа. - Но этот разговор, пожалуй, лучше продолжить в другом месте и в другое время. Может быть, завтра?”

“Мы будем очень рады, - сказала я машинально. Только после того, как эти слова слетели с моих губ, мне пришло в голову, что они могут быть изменой.

У Локтя Доминика появилась скромно одетая пылкая женщина в крошечных золотых очках на цепочке вокруг шеи. - Прошу вас уделить мне минутку, Виконт, - пробормотала она.

“Конечно, Леди Савони.- Он поклонился нам. “Извините.”

Заира смотрела ему вслед. - Вот это прекрасный вид. Он должен быть фехтовальщиком, чтобы иметь такую форму.—”

- Заира, - прервал я ее, едва не расплескав свой напиток, - я не думаю, что тебе подобает пялиться на виконта.”

“Я хотела сказать "шагай".- Она ухмыльнулась. - Кроме того, почему бы и нет? Ты была.”

“А я и не была!”

“Действительно.- Она драматически вздохнула. “А что скажет бедный лейтенант?”

Все мое лицо горело, как будто я наклонилась слишком близко к пылающему очагу. “Не понимаю, о чем ты.”

“Хммм? Заира подняла обе брови.

- То есть лейтенант Верди не ... я не знаю, был ли он ... — я проглотила слова, с трудом вырывающиеся изо рта, и выпрямилась с большим достоинством. - Во всяком случае, мы с Домиником старые друзья, и я больше не испытываю к нему таких чувств, и ... и ... мне не повредит посмотреть.”

- Ха!- Усмешка Заиры провозгласила победу. “Ну, здесь есть на что посмотреть. Ты видела девушку в желтом платье?- Она красноречиво указала на свою грудь. - Персики красивее, чем на городском рынке, и так же выставлены на всеобщее обозрение. Мне следовало бы почаще ходить на модные вечеринки.”

- Храни нас Господь, Заира, это племянница Дожа, - простонала я.

“Кто-то в семье должен быть красивым, я полагаю, - хихикнула Заира.

Затем появился Игнацио, словно милость милосердия, и предложил Заире маленькое блюдо с сыром и оливками. “Я вижу, вы разговаривали с молодым виконтом, - заметил он. “Ты встречала кого-нибудь из других Ардентинов?”

“Нет.- Заира с наслаждением отправила в рот оливку. “Но если они все так устроены, то мне не терпится познакомиться с ними.”

“Я не могу говорить об этом, - сказал он с невозмутимым спокойствием. - Но готов поспорить на Дукат, что ты никогда не угадаешь, у кого из них полдюжины любовниц.”

“У меня нет Дуката, но я принимаю ваш вызов!- Заира взяла его под руку.

Он увел ее к следующей группе поклонников, подмигнув в ответ на мой благодарный взгляд. Ее смех над каким-то его замечанием проплыл позади них, когда они исчезли в толпе. Слава Богу, что они поладили, по крайней мере.

Я оглядела посетителей вечеринки в поисках новых знакомых. Моя мать стояла в углу с бароном Леодрой. Судя по удовлетворенной улыбке и выражению безнадежного, сокрушительного понимания на его лице, она сообщала ему новость, что знает о его тайном ублюдке, и объясняла, как обстоят дела, если он предпочтет, чтобы остальная часть Рейверранского общества не разделяла это откровение. Я также заметил поэтессу, чье общество мне обычно нравилось, но вокруг нее уже собралась толпа, смеющаяся над ее последними остротами.

Что же касается толпы ... я слишком долго оставалась неподвижной. На меня обрушился рой неженатых щеголей, глаза которых горели жадностью к богатству Корнаро.

Я улыбнулась и кивнула в ответ на двадцатиминутное соревновательное хвастовство, пытаясь казаться заинтересованной в том, насколько быстра лошадь этого человека или насколько роскошна его личная прогулочная лодка. Было бы легче, если бы кто-нибудь из них проявил хоть малейшее уважение к контексту или попросил меня высказать мнение, отличное от согласия.

- Леди Амалия, ваша семья славится щедрым покровительством музыке. Ну, я и сам неплохо играю на клавесине …”

- Клавесины! Леди не хочет слышать о клавесинах; она могла бы купить все клавесины в Эрувии. Но ты же знаешь, что хорошего воспитания не купишь. Я уже говорил, что в моих жилах течет кровь королей?”

Я вспомнила, как спросила маму, как она относится к охотникам за приданым, будучи самой богатой вдовой в Раверре. "Только подумай, как ты можешь их всех казнить", - сказала она. Они видят это в твоих глазах и оставляют тебя в покое.

- Леди Амалия.”

Я повернулась лицом к новенькому, моя застывшая улыбка потянулась к кровожадному, но обнаружила там Марчелло в полной парадной форме.

- О! Лейтенант. Мои щеки вспыхнули, когда я вспомнила слова Заиры. В следующий раз я принесу веер.

Он поклонился, официально в этом общественном месте. “Могу я поговорить с вами, Миледи?”

Я неискренне извинилась перед охотниками за золотом и отошла в сторону вместе с Марчелло. - Спасибо, что спас меня, - пробормотала я.

“На самом деле это вопрос безопасности.- Его тон был серьезен. “Ты знаешь, почему эта женщина наблюдает за тобой?”

Его глаза метнулись в сторону. Я попытался следовать его взгляду, не смотря. Чопорная дама, которая отозвала Доминика, теперь разговаривала с Игнацио, сверяясь через золотые очки с записной книжкой в кожаном переплете. Она, казалось, не обращала на меня никакого внимания, но у меня было такое ощущение, что ее глаза только что покинули меня.

- Она?”

“Я здесь специально, чтобы позаботиться о вашей с Заирой безопасности Сегодня вечером. Я наблюдал за вами обоими всю ночь. И она тоже.”

Я устало пожала плечами. - Марчелло, на вечеринках люди все время пялятся на меня из-за того, кто моя мать. Вот почему они мне не нравятся.”

Его губы дрогнули. - Вечеринки или люди?”

- Мне нравятся некоторые люди.- Я улыбнулась на случай, если у него возникнут сомнения, что он один из них.

“Но ты можешь представить себе причину, по которой она наблюдала за тобой?”

Я отрицательно покачал головой. “Я даже не знаю, кто она такая.”

- Леди Коланта Савони. Формально она является управляющей герцога Бергандона, но с точки зрения повседневных дел она фактически управляет городом Арденс.”

“Я понятия не имею, почему она заинтересовалась мной, - сказала я. - Если только она не пытается понять, собираемся ли мы с Заирой поджечь Арденс, в этом случае она будет уверена, что мы очень глупые девчонки, которые не представляют никакой угрозы для ее города.”

“Непонятно, зачем она вообще здесь.- Марчелло потер висок. Он мог отгонять головную боль или сигнализировать своим людям, спрятавшимся в комнате. После инцидента на рынке я не торопилась с выводами. - Она-голос и руки герцога. Она не может быть в посольском штабе.”

- Возможно, герцогу нужен ее личный отчет о реакции Раверры на беспорядки в Арденсе.”

“Или, может быть, она помогает строить планы, чтобы попытаться нейтрализовать огненного колдуна Раверры.- Марчелло наклонился ближе и понизил голос. - Будь осторожна, Леди Амалия. Пожалуйста, никуда не ходи сегодня одна.”

Тонкие дюймы воздуха между нами гудели, живые, как светящийся провод.

Я могла бы сосчитать янтарные искорки в его пристальных зеленых глазах. Когда мой неожиданно неуклюжий язык заплетался после ответа, к нам с поклоном подошел придворный чиновник.

- Прошу прощения, лейтенант Верди, Леди Амалия. Его Светлость хотел бы поговорить с вами.”

Удивленная, я посмотрела туда, где дож председательствовал в своем неофициальном суде.

Он смотрел прямо на нас и не выглядел счастливым.

Глава 9

"Лейтенант Верди".- Голос Дожа был тихим, как шипение гадюки. “Случился ли какой-нибудь инцидент с Сокольничьими в Арденсе, о котором мне следовало бы знать?”

Тяжелое золотое шитье на его одеянии поблескивало в свете ламп, а в глазах бушевала буря. Его слуги расчистили вокруг нас пространство для приватной беседы. Почему-то я сомневалась, что они защищают гордость Марчелло, и это меня беспокоило. Быть частью чего-то, что дож хотел скрыть, было опасно.

Марчелло сухо поклонился. - Нет, Ваше Спокойствие. Насколько мне известно, нет. У нас там есть горстка Cокольничих и Соколов, Но в конце концов докладывают, что все вроде бы в порядке. Полковник знает это лучше меня.”

Дож поднес кончики пальцев к подбородку. - Полковника здесь нет. А пылкий посол, похоже, с вами не согласится. Сильно.”

- Ваше Cпокойствие, я в растерянности. Марчелло снова нервно поклонился. Я могла бы сказать ему, что это не поможет. Такой человек, как дож, набросится на слабость, как кошка на трепещущее перо. “Я не знаю ни о каком инциденте, связанном с Скольничьими в Арденсе.”

“Я тоже, - сказал дож. “И в этом, как видите, вся проблема.- Его голос стал таким резким, что я вздрогнула. “Все, что у меня есть, - это донесение Леди Терринджер, что незадолго до рассвета половина благородного двора Арденса ворвалась к ее воротам с бессвязными требованиями. А теперь вот это. Когда посол приходит ко мне и начинает жаловаться на инцидент, о котором я ничего не знаю, лейтенант, я должен либо блефовать, либо признать, что мои разведывательные службы подвели меня. В любом случае, это ставит меня в невыгодное положение.- Он откинулся на спинку стула. “Что касается того, как я люблю быть в невыгодном положении, я позволю тебе проявить свое воображение.”

У Марчелло перехватило горло. “Я очень огорчен, что сам ничего об этом не знаю, Ваша Светлость.”

“Так выясните.- Дож вырезал каждое слово аккуратно, как при обезглавливании. - И скоро, лейтенант. Я с нетерпением жду вашего доклада.”

Марчелло поклонился в третий раз. - Да, Ваше Спокойствие.”

Дож повернулся ко мне. Я напряглась, но его тон плавно сменился на вежливый, холодный и грациозный, как рапира со стреловидной рукоятью. - Леди Амалия. Надеюсь, вы хорошо провели вечер?”

“Ах, да, Ваше Спокойствие?”

“Есть ли у вас основания полагать, что ваш Сокол может иметь прежнюю связь с Ардентином? Она знает кого-нибудь здесь сегодня вечером?”

- Нет, Ваше Спокойствие. Я не видела никаких признаков этого.”

- Хм. Тогда ее призыв в Соколы не мог быть тем инцидентом, о котором говорил посол.- Он щелкнул пальцами, словно отбрасывая эту мысль. Затем он наклонился вперед, его глаза были пронзительны, как у совы. - я знаю, что у тебя есть пылкие друзья. На этот раз постарайся сделать все лучше.”

- Ваше Спокойствие?”

- В получении от них информации. Хотя я не питаю особых надежд после того, как ты потерпела полное фиаско с Васкандранским принцем.”

Я резко втянула воздух, уязвленная. Он никогда бы не осмелился так разговаривать с моей матерью.

Но я не была моей матерью. Я коротко кивнула, не веря своим словам.

Дож махнул рукой, отпуская нас. - Наслаждайтесь оставшейся частью приема.”

Когда мы уходили, чтобы избавиться от горького привкуса во рту, я спросила Марчелло:«Значит, вы действительно не представляете, о чем он говорит?»

“Ничего.- Он развел руками. “Но мне лучше узнать это побыстрее, если я надеюсь сохранить свое положение.”

Доминик упомянул о кризисе с Сокольничьими. Но я не могла рассказать Марчелло о нашем разговоре, не разоблачив Доминика, который намекал на вещи, граничащие с предательством.

“Если бы в Арденсе произошел инцидент с участием Сокольничих, вы бы знали об этом?- Вместо этого спросила я.

- Да, - сказал он. - Полковник Васанте информирует офицеров о таких вещах, как только приходит сообщение от курьера, чтобы мы знали о потенциальных угрозах. Я не понимаю.”

Мне не нужен был мамин нос, чтобы уловить запах гнили. “Это не просто недопонимание. Ардентинцы знают все об этом предполагаемом инциденте, но мы-нет, кто-то что-то скрывает, или лжет, или еще хуже. ”

- Ах, Леди Амалия!- прервал меня сзади щеголеватый голос.

Я обернулась, с ужасом осознав, что подошла слишком близко к танцполу. Придворный, одетый в полном Лорейкийском стиле, весь в кружевах и с украшенным драгоценными камнями гульфиком, протянул руку. “Кажется, они затевают менуэт. Могу я пригласить вас на танец?”

За ним в ожидании притаились еще полдюжины таких же, как он. В панике я схватила Марчелло за руку.

- Увы, боюсь, я уже обещала этот танец лейтенанту Верди.- Я одарила придворного своей самой ослепительной фальшивой улыбкой. Рука Марчелло дернулась в моей, но он не протестовал. Я повернулась к нему лицом и одними губами произнесла:”Помоги мне"

Не теряя ни секунды, он грациозно поклонился в знак согласия, указывая на танцпол. “Мы должны, моя леди?”

Когда мы заняли позицию, я в отчаянии прошептала ему: Но я должен предупредить вас, что я ужасно танцую.”

“Все в порядке, - сказал он. “Я знаю, как обращаться с менуэтом.”

Первые нежные звуки музыки заполнили бальный зал. Рука Марчелло была теплой вокруг моей. Его легкая улыбка показала эти очаровательные ямочки. По крайней мере, он не казался раздраженным на меня.

Я кружила и ныряла, краем глаза наблюдая за другими танцорами, чувствуя себя немного голубем, который все время подпрыгивает вверх-вниз. По крайней мере, мои юбки скрывали мои ноги; пока я ни на кого не натыкалась, не имело значения, что мои шаги были не совсем правильными. Глаза Марчелло смеялись надо мной, и я улыбнулась в ответ.

“Я заметил, что сегодня ты почти все время избегаешь внимания молодых людей, - заметил Марчелло, когда мы снова собрались вместе. Его мозоли от меча были твердыми на моей ладони, но в остальном его рука была гладкой и уверенной. Он направлял меня, мягко нажимая на нее, кружа в нужном направлении. “Для вас это обычная проблема?”

“По-видимому, распространено мнение, что наследница большого состояния должна стремиться выйти замуж при первой же возможности, - ответила я.

“Ах. Он, казалось, хотел сказать что-то еще, но танец снова разлучил нас, и некоторое время мы кружились порознь. Было труднее не потеряться среди других танцоров без того, чтобы Марчелло не толкнул меня локтем, но он поймал мой взгляд и пару раз кивнул в нужном направлении.

Когда мы снова взялись за руки, он плавно притянул меня к себе, заставляя хорошо выглядеть благодаря его собственной грации. Он был хорошим танцором.

“Они дураки, - сказал Марчелло. Я не сразу вспомнила, что он говорил о моих бывших поклонниках.

- Ну, да. Но была ли какая-то конкретная причина, которую вы имели в виду?”

- Потому что твоя удача-это наименьшее из твоих достоинств, Амалия.- Это был первый раз, когда он назвал меня только по имени. Теплое сияние расцвело под моими ребрами.

“О да, - сказала я. “Я также эксцентричная половина Калламорна, которая часто одевается в бриджи, и я играю с искусством, несмотря на то, что у меня нет собственного магического таланта. Я уверена, что у меня не было бы трудностей с поиском поклонников, если бы я не была сказочно богата.”

“Я думаю, что ты храбрая, блестящая и красивая.”

Он не улыбался. Выражение его лица стало задумчивым. Я чуть не споткнулась о собственные пятки. - Как аллитеративно.”

Пришло время снова расстаться, кружась среди других танцоров. Я не сводила глаз с Марчелло и дважды чуть не ошиблась. Я была близка к тому, чтобы столкнуться со свистящими юбками Великой леди. Мое сердце колотилось о корсет.

Он не шутил. Он считал меня красивой. И блестящей, и все остальное. Он был слишком честен, чтобы льстить ложью.

Вспышка замешательства пронзила тепло, разливающееся во мне. Возможно, у Марчелло и было блестящее будущее среди Сокольничих, но он все еще не был аристократом. Когда я вздыхала о Доминике, то боялась, что моя мать сочтет виконта слишком низким человеком, чтобы одобрить ухаживания. Но вопросы ранга и положения казались далекими и неуместными, когда Марчелло был здесь, сейчас, глядя мне в глаза через море танцующих.

Музыка снова свела нас вместе.

- Амалия, - начал Марчелло. Но он замолчал, неуверенность исказила его лоб.

- Да?- Я старался, чтобы в моем голосе не слышалось волнения.

Марчелло покачал головой. - Сегодня прекрасный вечер. Я бы хотел, чтобы нас привело сюда удовольствие, а не долг.”

На протяжении всего танца какая-то тень застилала его глаза.

***

Я бы меньше беспокоилась о нашей встрече с Домиником на следующее утро, если бы он выбрал другое место. Низкий потолок кофейни собирал тени и шепот под своими крыльями, а снаружи с таким же успехом могла висеть табличка: “Добро пожаловать, заговорщики мятежа.- Мне было трудно убедить охранников, которых Марчелло послал с нами, что нам нужен тихий момент для личной беседы, и они должны подождать снаружи.

Заира казалась равнодушной и с интересом оглядывала тусклый интерьер, пока мы лавировали между столиками, заполненными недовольными младшими сыновьями богатых купцов и мелкой знати, чтобы присоединиться к Доминику в дальнем углу. По крайней мере, на этот раз она не собиралась убегать.

Доминик встал, чтобы поприветствовать нас в внезапном приливе нервной энергии, его внимание было приковано к Заире.

- Леди Амалия, Заира. Вы пробовали кофе раньше?- Он указал на дымящиеся чашки, которые уже ждали нас на столе.

Заира покачала головой.

Я с сомнением посмотрела на мутную жидкость. “Некогда. Признаюсь, это было не в моем вкусе.”

- Что ж, это хорошая рекомендация. Заира схватила свою чашку и сделала большой глоток. На ее лице появилось множество разнообразных выражений, заканчивающихся тем, что брови терялись в волосах. - Горячо, - сказала она. - Но хорошо!- Она хлебнула еще.

- Я подтолкнула свою чашку. “Я слышал, что он может быть целебным.”

Доминик рассмеялся. - Все в порядке, Амалия. Здесь также подают вино.”

Он подозвал официанта и заказал мне стакан, затем повернулся к Заире. “Что ты думаешь о вчерашнем приеме?”

- Она пожала плечами. - Еда была хорошая.”

“А компания?- Его глаза заблестели, как будто он ожидал чего-то интересного.

“Очень красивая.- Она сделала еще глоток кофе, ухмыляясь Доминику поверх чашки. - Очень впечатлены собой.”

“Это подводит итог большинству благородных дворов Эрувии, - сказала я.

Доминик рассмеялся, но глаза его не отрывались от Заиры. “Ты говоришь так, как будто на тебя это не произвело особого впечатления.”

- Чтобы произвести на меня впечатление, нужно многое. Я была бы такой же, если бы дож приехал голым на спине слона.- Она наклонила свой стул, наслаждаясь вниманием Доминика. “Как сальная девица в комнате, полной половины Собрания, быть равнодушной - мое первое оружие.”

- Неужели это всегда должно быть сражением?- Спросила я.

- У большинства из нас нет выбора, богатая девочка. Я воевала каждый день своей жизни.”

Доминик подпер подбородок руками и зачарованно уставился на Заиру. “Я никогда не знаю, что ты скажешь дальше. Но это всегда чистая правда.”

- Иногда слишком грубая, - пробормотала я.

Мне принесли вино, и я сделала глоток, благодарная за то, что отвлеклась. Когда официант ушел, Доминик перегнулся через стол и протянул Заире руку, словно в мольбе. - Как могла бы сказать тебе Амалия, я часто бываю дураком.”

“По крайней мере, ты признаешь это. Заира позволила ему взять себя за руку, и на ее губах появилась ухмылка.

- И все же я редко чувствовал себя таким большим дураком, как сейчас. До вчерашнего дня я не понимал, что не все Соколы охотно ходят на конюшни.- Он поморщился от собственного невежества. “Я потрясен тем, что случилось с тобой.”

Я спрятала свое смущение за глотком вина.

Заира подняла брови. “Ты не знал, что у меченых магов нет выбора? Я сальная девчонка, который никогда не видел школу изнутри, и я знаю, что это в безмятежных соглашениях.”

- Я знаю закон, но я не знал никаких Соколов, поэтому я думал, что это всегда было похоже на истории. Доминик печально пожал плечами. - Знаешь, маленькая девочка-сирота, которую выгнали из деревни с помощью камней, а потом нашли и унесли, чтобы она жила, как принцесса, на конюшне.”

- Держу пари, что мои передние зубы, отмеченные магией, не писали этих историй, - сказала Заира.

- Никаких ставок. Доминик прикрыл рот рукой. - Мне нравятся мои зубы там, где они есть. Но да, я эгоистичный дурак, что до вчерашнего дня не задавался вопросом, что происходит с отмеченными магами, которые не хотят присоединиться к Соколам. И я сожалею об этом.”

- Лучше поздно, чем никогда. Заира смерила его оценивающим взглядом. “И что ты собираешься с этим делать?”

- Сначала поговори с моим братом. У него есть друзья, которые добились некоторого успеха, противостоя империи. Может быть, мы начнем с защиты мага, отмеченного пламенем, а затем поработаем над тем, чтобы заставить Раверру изменить Безмятежные Соглашения.”

Мы с Заирой в шоке уставились на него. Судя по выражению ее лица, она не ожидала серьезного ответа; Что касается меня, то я не могла поверить, что он собирается замышлять измену прямо здесь, передо мной.

- Изменение закона-это достойная долгосрочная цель, - осторожно сказала я. “Но что ты имеешь в виду, защищая мага, отмеченного пламенем? Если ты просто хочешь защитить их от ошибочных или злонамеренных атак, то Сокольничие делают это.”

“Я так и думал.” Брови Доминика опустились. “Но после того, что случилось в Арденсе прошлой ночью, я уже не так уверен.”

Ужас впился когтями мне в сердце. А вот и он. - Что случилось? Я все еще не знаю.”

- Сокольничие без предупреждения забрали из домов детей пылких аристократов. Доминик от души глотнул кофе, как будто мог смыть с губ отвратительный привкус этих слов. - Империя держит их против хорошего поведения Арденс.”

“Это невозможно.- инстинктивно сорвалось с моих губ.

Заира издала резкий лающий смешок. - Что Сокольничие могут кого-то похитить? О да, совершенно невозможно.”

“Отнюдь нет. Такое случалось и раньше, почти так же, как сейчас. Доминик провел пальцем по мокрому кольцу, оставленному кружкой на столе, словно писал там историю. - Когда двести лет назад Раверра победила Арденс и принесла его в империю, были дворяне, которые отказались принять правление Раверрана. Империя взяла их первенцев в заложники и держала их в Конюшне с Соколами, пока не утихли все слухи о восстании. Я уверен, что это историческая сноска для вас, но никто в Арденсе не забыл.”

“Я не говорю, что Империя никогда не сделает ничего подобного.- Я смягчила свой голос, пытаясь придать ему разумный оттенок. Дож и Сокольничие ничего об этом не знают.”

- Они должны знать. Доминик покачал головой. - Все посольство Ардентина в огне от этой новости. Курьерские лампы мигают без остановки вместе с ним. Теперь я слышал через лампы от нескольких людей, которые не понаслышке знали об этом инциденте, в том числе от моего брата и друга, чей ребенок был похищен.”

- Друга! Не Венаша?”

“Нет-нет.- Он поднял ладони, отгоняя эту мысль. “Ребенк Венаши-в порядке. Друг семьи, никто из твоих знакомых. Но дело в том, что это не слухи. Это действительно произошло.”

Я никак не могла примирить серьезное выражение лица Доминика с яростью Дожа, не знавшего о случившемся. Я прижала пальцы ко лбу. “А что на самом деле произошло?”

Доминик сделал глубокий вдох. “Во время большого государственного бала, когда большая часть знати Арденса гуляла до поздней ночи, группы Сокольничих и имперских солдат ворвались в дома более чем дюжины самых могущественных лордов Арденса и схватили их детей. Даже если они не были помечены магами. У Сокольничих был императорский приказ и печать, которую они показывали гувернанткам и нянькам, достаточно храбрым, чтобы бросить вызов их власти.”

Я уставилась на него. Он говорил так уверенно. - Должно быть, произошла какая-то ошибка.”

- Никакой ошибки не было. Сокольничии оставили письма вместо детей, которых они забрали, под печатью Безмятежной империи, объявляя, что Раверра забрала детей, чтобы обеспечить сотрудничество их родителей. Когда родители ворвались в посольство, требуя встречи с детьми, Безмятежный Посланник отказался.”

“Это звучит не совсем правильно. Что она сказала?”

Доминик развел руками. “Я точно не знаю. Она тут же отпустила их. Некоторые из них хотели собрать свою домашнюю стражу и обыскать дворец посланника силой, но герцог Астор прибыл на рассвете и собрал их на совет, чтобы обсудить официальный ответ Арденса, прежде чем кто-либо сможет сделать что-то слишком опрометчивое.”

В послании леди Терринджер дожу упоминались бессвязные требования. Если бы она ничего не знала об этом инциденте и была поднята с постели еще до рассвета, чтобы обнаружить разъяренных родителей, бросающих обвинения в ее дверь, она, возможно, не поняла бы смысла того, что они говорили.

“Что-то тут не сходится.- Я постучала по столу. “Это было сделано не с ведома дожа, и я не могу поверить, что Сокольничие из Имперского гарнизона в Арденсе осмелились бы предпринять такие шаги самостоятельно. Даже если бы они это сделали, у них не было бы доступа к имперской печати.”

Заира нахмурилась. - Будь проклят мой язык за то, что я так Хорошо отзываюсь об этих ублюдках, но я должна признать, что никогда не видела на конюшне ни одного ребенка, который не был бы отмечен магией.”

“Даже если и так, это случилось. Я знаю некоторых детей, которых похитили. Пальцы Доминика крепче сжали чашку. “Я знаю их семьи. Может быть, Габрил и Теневые Джентри все-таки правы, если дож крадет детей. Я слышал, что они собираются что-то предпринять по этому поводу. Меня так и подмывает присоединиться к ним.”

Теневое Джентри-тайное общество в серой маске, о котором упоминал Игнацио и которое страстно желало независимости. Ад раздора. Если брат Доминика был членом клуба, это нехорошо. И если они действовали сами по себе, это было еще хуже.

- Доминик, будь осторожен, - предупредила я. “Не впадай в предательство. Мы не знаем, в чем тут правда. Там должен быть какой-то обман на работе.”

- Правда в том, что дети ушли, а их родители горюют и сердятся.- Он пожал плечами, побежденный жест. “Если бы не Империя, я не знаю, кто мог бы сделать такое.”

Заира похлопала его по плечу. - Поверь мне, Империя-не единственный демон в девяти Адах. Она просто самый большой и уродливый.”

Это вызвало у него удивленную улыбку. - Он сжал ее руку. “Спасибо. Это большое утешение.”

“Я помогу тебе выяснить, что случилось с детьми.- Я спохватилась, прежде чем добавить "клянусь". “У моей матери может быть больше—”

Его стул заскрипел по полу. “Ты не можешь рассказать графине, о чем мы говорили. Ради Граций. К утру я буду мертв.”

“Она бы этого не сделала.”

“Она входит в Совет Девяти, - сказал он. “Она казнит дюжину предателей еще до завтрака.”

“Никогда до завтрака, - возразила я. “И она их не исполняет. Она просто обрекает их на ... о, неважно. Я ничего ей не скажу. Но я не смогу сделать так много без ее помощи.”

“Я согласен на это.- Он расслабился. “Спасибо. Даже если ты ничего не можешь выяснить, я рад, что ты готова выслушать меня. Многие из Рейверранцев просто кричали бы на меня об Империи и никогда бы не признали, что у системы Сокольничих могут быть проблемы.”

Заира скрестила руки на груди. - Тот, кто не видит, что у него есть проблемы, не выглядит слишком уж проклятым. Клянусь прыщавыми ягодицами демона безумия, вы спорите о том, украли ли они именно этих сопляков, а не являются ли они похитителями детей.”

“Они не крадут детей, - возразила я.

“Нет, ты права. Они призывают их в армию. Это намного лучше.- Заира бросила на меня вызывающий взгляд поверх кружки, допивая остатки кофе.

“Возможно, не намного лучше, - согласилась я, - но Сокольничии, по крайней мере, лучше, чем альтернативы, которые Эрувия придумала до сих пор. Лорейс сожгла меченого мага на костре, прежде чем Раверра принесла его в Империю. В Васкандаре отмеченные магами возвысились как кровавые завоеватели, злоупотребляя людьми, как диктуют их прихоти. В любом месте и в любое время в истории не существовало законов, защищающих или регулирующих магов-меченых, они становились либо жертвами, либо тиранами.”

- Менее ужасное-это все равно плохо. И я скажу тебе альтернативу: оставь нас в покое, - отрезала Заира. “Я никому не мешала, пока меня не нашли Сокольничие.”

“Ты убила трех человек и собиралась поджечь город, - запротестовала я. “Если бы ты сейчас не была в "Соколах", тебя бы, наверное, казнили за убийство.”

Она сердито посмотрела на меня. - Они сами напросились, и ты это знаешь.”

Доминик переводил взгляд с одну на другую. “Похоже, ваше посвящение в Соколы было более драматичным, чем инцидент в Арденсе, - сказал он. “И это включало в себя разгневанных аристократов, штурмующих Дворец Светлейшего Посланника.”

- Чертовски верно. Я ничего не делаю наполовину. Заира нахмурилась. “Хотя, если подумать, то и Империя тоже. Может быть, ты и прав насчет того, что Сокольничие все-таки не взяли этих богатых сопляков.”

- А?- Спросила я.

“Я никогда не слышала, чтобы Раверра стеснялась признаться, когда они кого-то держат за яйца. Если бы они сделали что-то подобное, они бы хвастались этим, а не отрицали.”

Доминик уткнулся лбом в ладони. “Я не знаю, стоит ли надеяться, что ты права или ошибаешься. Если Сокольничии начали захватывать политических заложников, Габриэль и Теневые Джентри, возможно, правы, но я верю, что Безмятежная Империя, по крайней мере, не причинит вреда детям. Если это какой-то извращенный обман, то нет никакой гарантии, что они вообще живы.”

Об этом я как-то не подумала. - Грации защищают их. Нам лучше молиться, чтобы герцог Астор и дож прислушались друг к другу и объединили свои усилия, чтобы быстро найти их.”

Доминик поморщился. “Возможно, нам придется довольно усердно молиться. Я знаю своего кузена и с сожалением должен сказать, что он не слушает даже своих собственных советников.”

Заира хмыкнула. “До тех пор, пока у него хватит здравого смысла убедиться, что он знает, что на самом деле произошло, прежде чем он бросит дерьмо в глаза дожа, и будет слишком поздно извиняться.”

Я поморщился от этой метафоры, но вынуждена была согласиться с ней. Из всех благословений Девяти Граций Ниро да Моранте обладала милосердием в наименьшей мере.

***

“Ну, это было еще интереснее, чем когда ты повела меня на рынок, - сказала Заира, когда мы пересекли широкую площадь на пути к моей лодке.

Если бы я проигнорировала охранников, идущих в нескольких шагах от меня, притворяясь рабочими, которые случайно направляются в том же направлении, я могла бы представить, что мы двое были друзьями, вышедшими на невинную прогулку. Солнце ярко и тепло освещало здания, окружавшие большую площадь, и ароматы вина и трав боролись за господство над вездесущим соленым запахом лагуны.

День был слишком прекрасен, чтобы чувствовать такой холод и тошноту. - Я не знаю, что делать, Заира.”

“Я скажу тебе, что делать. Пригласи меня снова выпить кофе с твоим другом, но в следующий раз Выбери менее удручающую тему для разговора.”

Я отрицательно покачала головой. “Я имею в виду то, что мы только что узнали. Мне нужно передать информацию о похищении наследников Ардентина. Дож, должно быть, уже знает больше, но я сомневаюсь, что у него есть полная точка зрения Ардентина. Но если Совет Девяти узнает, что Доминик связан с Теневыми Джентри, он может столкнуться с серьезными трудностями.”

“Ты не имеешь права втягивать его в неприятности. Он мне нравится. Смачная улыбка изогнула ее губы. “И у него очень красивые плечи, у этого человека. Никто не выдаст его как предателя.”

“Он мой друг! Я бы никогда так не поступила. Кроме того, он не предатель.- Я понизила голос. “Но его брат может быть таким.”

Заира искоса взглянула на меня, ее темные глаза были трезвыми. “Тот, который связался с группой с чересчур драматичным названием?”

- Теневой Джентри.” Я поджала губу между зубами. -Судя по тому, что сказал Игнацио, они откровенно предательски настроены и, возможно, связаны с Васкандаром. Если Доминика втянут в это дело или обвинят в действиях его брата ... Ну, я не могу этого допустить.”

- Нет, - согласилась Заира. “Мы не можем.”

Пространство между нами, казалось, потеплело от нашего согласия защищать Доминика. Наконец-то у нас появилось что-то общее.

Мы с Заирой должны были вернуться в конюшню на специальную тренировку, которую организовал Марчелло. Мы поймали его, когда он выходил из упражнения в толпе других Сокольничих с длинным кремневым ружьем на плече. Мы шли рядом с ним, пока он возвращал ружье в оружейную, разговаривая вполголоса, склонив головы друг к другу.

“Мы узнали, что, по мнению Арденса, произошло в том предполагаемом инциденте с Сокольничими.” Я посвятила его в основы, не упоминая имени Доминика.

Марчелло втянул воздух сквозь зубы. “Это кое-что объясняет. Мы получили несколько новых сообщений через курьерские лампы, но они не имели смысла.”

- Какие новые сообщения?”

Когда мы вошли в оружейную, он огляделся. Несколько других Сокольничих, присутствовавших на учениях, положили винтовки на стеллажи вдоль стены и ушли, один дразнил другого, просыпая порох. Марчелло подождал, пока они уйдут.

- По слухам, несколько аристократов Ардентинского двора утверждают, что Сокольничии забрали их детей глубокой ночью, как вы и сказали. И что герцог Астор Бергандон требует, чтобы мы немедленно вернули их, причем в довольно резких выражениях.”

“Но на самом деле у нас их нет?- Я старалась говорить уверенно, но мой голос невольно повысился до вопроса.

- Конечно, нет, - Марчелло с ненужной силой вернул пистолет на место. “Это не так работает. Невозможно, чтобы так много детей появлялось с магической меткой в одном и том же месте и в одно и то же время, и мы не просто врываемся и хватаем их ночью. Мы разговариваем с родителями и даем им время подумать об этом — дни, обычно, или даже недели, если нет непосредственной угрозы безопасности невинных.”

Он бросил взгляд на Заиру, которая насмешливо отсалютовала ему. - Угрожать безопасности невинных-это я. Мое любимое развлечение.”

“А вы бы знали, Если бы они взяли детей в политические заложники? Нормальные дети, без знака мага?”

Марчелло напрягся. - Этого никогда не случится. И кроме того, мы связались с Сокольничими, расположенными в Арденсе. Ничего подобного они не делали.”

- Значит, кто-то все это подстроил.- Холодная уверенность в этом поселилась у меня в животе. - Кто-то инсценировал этот инцидент с похитителями, переодетыми Сокольничими, и украденной или подделанной имперской печатью.”

Марчелло нахмурился. - Или Ардентины лгут.”

“Я встречала много лжецов, - сказала Заира. - Наш Ардентайн не из их числа.”

“Значит, ты считаешь, что Ардент обманут?- Марчелло начал расхаживать по узкой дуге между стеллажами с оружием. “Но зачем кому-то похищать наследников знати и сваливать вину на Сокольничих?”

Я мог придумать только одну причину. - Чтобы поссорить Арденс и Раверру.”

- Неприятности?”

Я не хотел говорить о страшной уверенности, которая росла во мне, из страха сделать ее реальной. Но я выдавила из себя эти слова.

- Чтобы начать войну.”

- Милость милосердия.- Марчелло обвел взглядом полки с оружием и мечами, которые окружали нас, выстроившись в аккуратную линию. - Васкандар. Как и говорила твоя мать в Комнате Карт. Они пытаются отвлечь и ослабить нас, чтобы снова вторгнуться в Лорейс.”

“Возможно.- Я прикусила губу, размышляя. “Что делает Леди Терринджер в ответ на требования герцога?”

- Сказала им, что мы этого не делали, я полагаю. Марчелло беспомощно пожал плечами. - Я в основном знаю ответ Сокольничих, а не дипломатический.”

“Ей лучше убедить их.- Я понизила голос почти до шепота. “И не только для того, чтобы поскорее вернуть детей. Мне не нравится то, что Совет сказал о развертывании Соколов в Арденсе, если это необходимо.”

“Что насчет развертывания Соколов?- Резко спросила Заира.

Мы оба повернулись и посмотрели на нее, как дети, пойманные руками в сахарницу.

Заира сверкнула глазами. “Они говорили обо мне, не так ли? Я никуда не отправлюсь, кроме как обратно в Сало.”

“Нет, конечно, нет. Марчелло выдавил из себя улыбку. “Никто всерьез не думает о том, чтобы двинуть Соколов против Арденса, во всяком случае, сейчас. Это работа для дипломатов, а не для солдат. Кроме того, мы не пускаем в бой необученных Соколов. Его глаза расширились. “Преисподня. Тренировка!”

- Что?- Спросила я.

- Будь я проклят, мы опоздали.- Марчелло хлопнул себя по лбу. “А он терпеть не может ждать.”

Заира подозрительно нахмурилась. - Кто?”

Марчелло повернулся к двери оружейной, и в его глазах промелькнуло что-то похожее на предвкушение. - Подойди и узнаешь.”

***

“Опять здесь? Заира посмотрела на знакомую дверь класса в обшитом деревянными панелями коридоре. Это была та самая комната, в которой Марчелло пытался взять у нее интервью. “Разве ты не научился не пытаться учить меня?”

“Я и не собираюсь пытаться, - сказал Марчелло, улыбка прогнала тучи беспокойства на его лице, как будто он ожидал чего-то хорошего. “Так и есть.”

Он распахнул дверь. Нас встретил тот же класс с голыми стенами, полукругом стульев и низкой деревянной сценой. Но сцена уже не была пуста.

За ней ждали двое мужчин примерно того же возраста, что и моя мать, оба в Алых с золотом мундирах. Один из них, худощавый и жилистый, с колючими пучками светлых волос, стоял, скрестив руки на груди, с нетерпеливым блеском в глазах. На его запястье сияла Джесс. У другого, мускулистого, волосы были подстрижены так коротко, что сквозь них виднелся темно-коричневый череп. Он стоял более непринужденно, заложив руки за спину, покачиваясь на ногах, как будто привык ждать и не возражал против этого.

- Наконец-то, - сказал худой. - Давай сделаем это.”

Другой отсалютовал Марчелло. “Лейтенант. Явился на дежурство.”

- Благодарю вас, джентльмены.- Марчелло указал сначала на бледного, потом на своего мускулистого напарника. - Позвольте представить вам Энсина Джерита Антеллеса и его сокольничего Балоса.”

Джерит взмахнул пальцами в знак приветствия. Балос поклонился. - Его сокольничий двадцать лет, муж пятнадцать.”

- Имейте в виду, женитьба на вашем сокольничем противоречит правилам, - признался Джерит, - но я все равно заставил его сделать это. В большинстве случаев он стоит понижения в должности.”

Балос смущенно поморщился при слове "понижение в должности", но привязанность между ними казалась уютной и хорошо разбитой, как любимая пара сапог. Я взглянул на угрюмое лицо Заиры и отчаялся обрести хоть тень такого понимания.

Марчелло откашлялся. “И я имею честь представить вам Леди Амалию Корнаро и ее Сокола Заиру.”

Услышав мое имя, Балос снова поклонился, еще ниже. Джерит взглянул на Заиру и усмехнулся. “Ты не обязана говорить мне, кто есть кто. Я мог бы выиграть эту игру в "Найди Колдуна" на другом конце переполненного рынка.”

“Что ты хочешь этим сказать?- Спросила Заира.

“У тебя какой-то особенный вид. Джерит невинно улыбнулся.

Заира фыркнула. “Я полагаю, ты здесь для того, чтобы сказать мне, что конюшня не так уж плоха, и я привыкну к ней, и буду думать о ней как о доме, и обо всей этой чепухе, которую я уже две недели слышу от идиотов, настолько одурманенных, что им нравится носить Джесс?”

Джерит склонил голову набок. “О, ты такая забавная. Был ли я когда-нибудь таким раздражающим, Балос?”

- Хуже, - сказал Балос.

“Ты должен был дать мне по морде.”

Заира шагнула вперед, сжав кулаки. - Давай, попробуй. Но я не буду мыть пол, когда закончу с тобой.”

Я напряглась, готовая отпрыгнуть в сторону, если Заира начнет раздавать еще больше черных глаз. Но Джерит рассмеялся. - Очень мило. Этот мне нравится.”

Балос посмотрел на своего напарника. - Я думаю, она говорила серьезно, Джерит.”

- Я знаю. Вот почему она мне нравится.”

Марчелло ухмыльнулся, как будто смотрел цирк. - Энсин Антель, - объяснил он, - один из наших штормовых чародеев.”

Глаза Заиры расширились. На мгновение она уставилась на Джерита, ее кулаки расслабились. Переводя взгляд с одного лица на другое, я понял замечание Джерит об определенном взгляде: они оба были тонкими и острыми, как лезвия стилетов, их движения были полны ужасной энергии, едва сдерживаемой.

Заира плюхнулась в кресло, скрестив руки на груди. “Так ты здесь, чтобы рассказать мне, как стать хорошим маленьким магом?”

“Нет, - ответил Джерит. “Мы здесь, чтобы научить тебя, как быть эффективным.”

“Первая и самая большая проблема для колдунов, - начал Балос глубоким и спокойным голосом, - это контроль.”

“Но ты ведь знала об этом, не так ли, Мисси? Джерит сверкнул зубами на Заиру, которая в ответ нахмурилась.

Балос продолжал, словно привык не обращать внимания на то, что Джерит перебивает его: - Задача колдуна-сохранить над собой контроль. Сокольничий должен распознать, когда колдун потерял его, и сделать быстрое и расчетливое суждение о том, когда запечатать его силу.”

Заира еще глубже вжалась в кресло, нехарактерно молча. Когда я уселась через два стула от нее, Балос встретился со мной взглядом своих темно-карих глаз. - Колдуны часто терпят крах, если они использовали больше, чем небольшую часть своей силы, так как энергия исходит из них, пока не начинает забирать жизни. Но как только молния — или огонь в вашем случае — начинает убивать, она черпает силу из убитых и обретает собственную жизнь. И чем больше он убивает, тем больше он растет, пока не превзойдет контроль своего владельца и не овладеет им с безумием разрушения, голодом самого огня. Печаль смягчила его лицо. - Иногда тебе нужно отпустить своего колдуна на некоторое время, даже если их захватило безумие убийства. Иногда еще больше людей умирает, если вы остановите его слишком рано, прежде чем угроза закончится. Но если вы задержитесь на мгновение, ваша собственная жизнь может оказаться в опасности. И если вы упадете, никто не сможет остановить их.”

Я мялась в нерешительности в моем кресле. Но этого никогда не случится, напомнила я себе. Все это было лишь теорией, пока Империя оставалась в мире.

До тех пор, пока тот, кто послал фальшивых Сокольничих за наследниками Арданса, не начал войну.

“Все очень мрачно, - беззаботно сказал Джерит, наблюдая за лицом Заиры. “Но дело в том, что время-это ключ к успеху. А наличие Сокольничего означает, что вы можете иногда позволить себе расслабиться, не беспокоясь о том, чтобы причинить вред не тем людям.”

Заира нахмурилась. - Я знаю, как обращаться с огнем, большое спасибо. Я не ребенок. Я живу с этим уже восемнадцать лет.”

“Конечно, - терпеливо согласился Балос. “Но теперь у тебя есть Сокольничий, и все по-другому. Даже больше для колдуна, чем для, скажем, алхимика или ремесленника.”

“А почему для колдунов это особенно важно?- Спросила я.

“Есть строгие правила о том, когда вы можете снять с себя мага. Балос взглянул на Джерита, который пожал плечами, не проявляя никакого интереса к объяснению правил. - Поскольку сила колдуна настолько смертоносна, нам позволено высвобождать ее только в чрезвычайных ситуациях, или если мы считаем ситуацию опасной. Если у нас есть основания полагать, что угроза может быть активна в этом районе, например.”

- Как наемный убийца. Магическая метка Джерита выделялась серебром, когда он пристально смотрел на Заиру. - Привыкай к убийцам.”

“Или, конечно, - добавил Балос, - мы можем освободить наших колдунов, если получим приказ сверху.”

Заира сердито посмотрела на него. “Ты хочешь сказать, что я должна позволить благородной избалованной наследнице и куче старых трупов, украшенных драгоценными камнями, решать, когда использовать мой огонь, как говорить собаке, когда она может помочиться. Я предпочитаю принимать свои собственные проклятые решения.”

Я поморщилась от ее слов. - Поверь мне, у меня нет никакого желания делать это.”

Балос нахмурился. - Сокольничий не решает за Сокола. Они оба связаны одними и теми же правилами, и они делают выбор вместе.- Он развел руками. - Большинство Соколов могут просто попросить, чтобы их выпустили в любое время, а некоторые оставляют свои силы незапертыми по умолчанию, особенно в пределах Конюшни. Но поскольку сила колдуна почти всегда смертельна, существуют дополнительные меры предосторожности для безопасности каждого. Вы же не ожидаете, что вам позволят стрелять из пушки посреди императорской площади без всякой причины, не так ли?”

“Не говори со мной, как с ребенком. Это не развязывание моего огня без приказа, о котором я беспокоюсь.- Заира пнула ножку стула. - Кроме того, ты не колдун. Я не собираюсь слушать этого идиота.”

Гнев вспыхнул в глазах Джерита, и он встал перед Балосом, почти защищая его. - О, ты будешь слушать. Ты знаешь, почему колдуны так редки, и особенно огненные колдуны?”

- Заткнись, - процедила Заира сквозь зубы.

- Потому что в детстве они плохо себя контролируют.- Штормовой колдун орудовал своими словами, как ножами, и Заира вздрогнула под ними. - Они поскользнутся и убьют кого-нибудь. Может быть, много кого-то. И либо какая-нибудь храбрая душа убьет молодого колдуна до того, как бойня выйдет из-под контроля, потому что это единственный способ остановить их без Сокольничего …”

“Остановить.- Голос Заиры был хриплым от ярости. “Я поняла.”

- Безжалостно продолжала Джерит. - Или никто не остановит их, и бедный ребенок будет так опустошен, когда проснется и увидит, что натворил, что покончит с собой.”

Заира встала, сжав кулаки. На мгновение мне показалось, что она сейчас подойдет и врежет штормовому колдуну.

Но она молча повернулась и вышла из комнаты. Дверь за ней захлопнулась.

Балос вздохнул и обнял Джерита за плечи. “Тебе не кажется, что это было немного жестоко?”

Джерит расслабился на груди Балоса, подняв руку, чтобы встретиться с его рукой. “Не так жестоко, как то, что она сделает, если не послушается. Она крутая. Она это переживет.”

***

В тот вечер я не могла выбросить из головы мысли об Арденсе и пропавших детях, чтобы сосредоточиться на своей конструкции светящейся катушки. Я склонилась над столом, книга Мускати соперничала за место с разрозненными страницами заметок и моей бутылкой эликсира. Звуки трио-сонаты исходили из симфонической раковины на моей полке, похожей на ту, что я видела в ломбарде, но сегодня музыка не помогала мне сосредоточиться, как обычно. Мои формулы расплывались, как неисправное стекло курьерской лампы.

Я откинулась назад и потерла лоб. Не было никакого смысла волноваться. Весь этот инцидент был инсценирован-ложь. Как только Леди Терринджер расскажет правду, пылкие аристократы наверняка успокоятся и поймут, что сотрудничество с Империей-самый быстрый способ выяснить, кто на самом деле похитил их детей. А поскольку моя мать давила на Барона Леодру, чтобы он держал рот на замке, не было никаких оснований ожидать, что кто-то на Рейверранском конце будет настаивать на чрезмерно суровом ответе на неуместные требования Арденса. Кто-то предпринял дерзкий гамбит, чтобы настроить Арденс против Империи, но правда победит.

Если бы герцог Астор послушался Леди Терриджер. Если встревоженные родители готовы поверить ей на слово, несмотря на очевидность их собственных глаз и предполагаемую императорскую печать. Если Теневое Джентри не совершит какую-нибудь глупость и не пересечет черту, которую дож не сможет игнорировать.

В коридоре послышались шаги, и в мою дверь постучали.

- Леди Амалия?- Раздался голос старого Анзо.

- Да?”

- Вас хочет видеть лейтенант Верди, Миледи. Он говорит, что это очень срочно.”

Это не может быть хорошо. Фасады городских домов по ту сторону Императорского канала лежали в тени; скоро наступит ночь, и зажгутся огни. Что бы ни привело его сюда в этот час, скорее всего, это была чрезвычайная ситуация.

Я оторвалась от своих неоконченных вычислений. - Скажи ему, что я сейчас спущусь.”

Марчелло расхаживал по фойе, а это означало, что он, должно быть, отказался от безжалостного гостеприимства Кьярды. Полушубок его униформы развевался за спиной, а на бедрах поблескивали папира и кремневое ружье. Если бы этот час был менее срочным, я бы остановилась, чтобы полюбоваться эффектом.

- Заира ушла, - сказал он, прежде чем я успела поздороваться с ним.

Моя рука потянулась к броши в виде головы Сокола. - Ушла? Ты хочешь сказать, что она сбежала? Как же так?”

“Это моя вина. Она заперлась в своей комнате после того, как Джерит так сильно обидел ее этим утром. Я надеялся заслужить ее доверие, поэтому отозвал охранников, которые следили за ней.- Он ударил себя кулаком по бедру. “Мне следовало бы знать лучше. Я думал, что стен и оберегов будет достаточно, но они предназначены для того, чтобы держать врагов снаружи, а не для того, чтобы держать Соколов внутри.”

“Но Конюшня находится на острове, - запротестовала я.

- Она заплыла в лагуну, сбила кого-то с лодки и украла ее. Мы узнали об этом, когда вытащили лодочника из воды.”

Мне не удалось подавить смех. Это было похоже на Заиру. Но Марчелло не улыбался. Я вспомнила, что он говорил о том, что если мы отпустим ее, она умрет в течение недели.

“Ты думаешь, она в опасности?- Спросила я.

“Полагаю, что да, - сказал он. - Особенно учитывая нарастающую напряженность с Арденсем. Я ненавижу спрашивать, когда это моя собственная ошибка вызвала это, но ... вы поможете мне найти ее прежде, чем это сделает кто-то сомнительный?”

“Конечно. Что я могу сделать, чтобы помочь?”

“Я знал, что ты так скажешь. Благодарю вас, Миледи.- В его глазах мелькнуло тепло. Это могла быть гордость или привязанность. Я не знал, что с ними делать. “Если вы подойдете ближе, то сможете обнаружить ее присутствие, так как вы связаны. Но издалека это не сработает, и я понятия не имею, с чего начать поиски.”

- Да, - ответил я.

“А ты знаешь? - Куда?”

“Нам нужно сходить в Сало, найти тряпичника.”

Глава 10

Холодок прокрался в воздух ранней осени, прокрался в узкие промежутки между зданиями, когда тени поглотили Сало. Я была рада, что додумалась накинуть пальто,хотя тонкий бархат цвета сливы и белые кружева на шее и запястьях выделяли меня в этом районе шерсти и заплат. Лейтенант Верди в своем алом мундире выделялся еще больше. Двигаясь среди усталых рабочих, направляющихся домой на вечер, мы с таким же успехом могли бы надеть маскарадные костюмы.

Неудивительно, что никто не отвечал на наши вопросы.

Когда мы остановились на мосту, двое солдат доложили Марчелло об отсутствии находок, отдали честь и поспешили продолжить поиски. Я не расслышал всего, что они говорили, но один из них упомянул знакомое имя.

“Вы узнали что-нибудь еще об Ортисе?- Спросила я Марчелло.

- Он поморщился. - Он контрабандой ввозит в Империю маки из Васкандара. После того, как мы забрали Заиру, я попросил людей заняться им. В лучшем случае сомнительный, с грубой командой, поддерживающей его.”

- Сонные маки! Я удивлен, что Совет еще не арестовал его.”

Марчелло искоса взглянул на меня. - Ну, ходят слухи, что он предоставил совету полезную информацию, а они закрыли на это глаза. Но он испытывал свою удачу, будучи слишком наглым и совершая другие преступления. Я подозреваю, что его дни, когда он избегал официального уведомления, закончились.- Он посмотрел на мост, изучая водное движение. “Но это не спасет Заиру сегодня, если он жаждет мести.”

Я проклинал тот противоречивый импульс, который вынудил ее выйти в извилистые переулки Раверры сейчас, когда все, от контрабандистов мака-мечты до ярых патриотов, жаждали ее крови. Я всмотрелась в канал, насколько это было возможно, но когда он повернул, он исчез между зданиями, тесно прижавшимися к воде. Ни в одной из лодок внизу не было и следа густой гривы волос. Большинство гребцов уже зажгли фонари, и их отражения мерцали на воде. В этой части города никто не мог позволить себе, чтобы в сумерках светило не спало.

Я почувствовала на себе взгляд Марчелло и обернулась. У него было странное выражение лица, отраженное светом лампы, мерцающим на его лице.

- Что?- Спросила я. “Что-то случилось?”

“Нисколько.- Он облокотился на каменные перила рядом со мной. “Во всяком случае, не с вами, Миледи. Ты-пример для подражания.”

Мой пульс подскочил до галопа. Но, вероятно, это был просто пустой комплимент.

“Вряд ли, - ответила я. - Боюсь, я не очень-то помогу в поисках нашего пропавшего Сокола.”

- Я извиняюсь за то, что таскаю тебя по всему Салу.- Он печально улыбнулся. “Ты ни капельки не жалуешься.”

- Я просто надеюсь, что мы сможем найти ее до того, как с ней что-нибудь случится.”

- Эта катастрофа-моя вина, - пробормотал он, глядя на огни на воде. - Возможно, мой отец был прав насчет меня.”

Я потянулась к нему, но тут же заколебалась, словно он был горячим чайником.

Но я прикоснулся к девушке, которая на самом деле была в огне. Поэтому я положил руку ему на плечо. Это было безопасно: что-то, что может сделать друг. - Заира может создавать катастрофы и без твоей помощи. Не будь так строг к себе. Мы найдем ее.”

Он протянул руку и накрыл мою ладонь своей. Друзья, напомнила я себе. “Ты прав. Мы будем.”

Он слишком быстро отдернул руку. Я тоже опустил свою, и мы с минуту стояли молча, глядя на канал. Тепло затопило меня, вспыхнув ярче любого светила, и я могла бы задержаться на этом мосту надолго.

Но уставившись на воду, мы не нашли Заиру, так что мы продолжили путь по мосту и вниз по узкой улице, шагая немного ближе друг к другу, чем раньше. Вокруг нас лавочники закрывали на ночь окна ставнями.

“Ты что-нибудь чувствуешь?- Спросил Марчелло. - Прежде чем я успела разволноваться, он добавил: - из Связи?”

“Что именно я должна ... - я замолчала, уставившись на витрину перед магазином. Круглолицая хозяйка убирала со стола разнообразные безделушки, в том числе и очень знакомое Янтарное ожерелье.

Я чуть не прыгнул через стол, чтобы указать на ожерелье, когда она схватила его.

“Извините. Где вы это взяли?”

Женщина убрала его в сумку, ее лицо закрылось, как и магазины вокруг нас. “Я пришла к нему честно.”

“Я уверена в этом”, я согласилась. - Девушка, которая продала его вам — была довольно худой, лет восемнадцати, с вьющимися темными волосами, не так ли?”

Ее глаза сузились так, что почти исчезли за круглыми щеками. “Если ты знаешь Заиру, то почему спрашиваешь?”

“Мы ищем ее, чтобы помочь ей. Вы не знаете, куда она пошла?”

Раздался тихий звон, когда Марчелло положил монету на край стола. Взгляд лавочницы скользнул по нему.

“Может быть, я что-то вспомнила, - сказала она. - Может быть, она спросила меня, не видела ли я некоего человека.”

Звон. Еще одна монета. - Постарайся вспомнить, - подбодрил я ее.

- Она продала мне ожерелье около часа назад. Она собиралась повидаться со старым Грегором, старьевщиком, - сказала лавочница. “Кажется, я припоминаю.”

“Он что, ее друг?”

Лавочница хрипло, как ворона, рассмеялась. “У Заиры нет друзей.”

Я проглотила комок, похожий на швартовый узел. “Где живет этот тряпичник?”

Марчелло положил на стол еще одну монету в знак препинания.

- Через потерянный Кольцевой мост, на улицу крысоловов. Синяя дверь. Лавочница сгребла монеты вместе с остальными безделушками со стола и, не сказав больше ни слова, поспешила внутрь.

***

Небо потемнело до насыщенного пурпура, и воды канала потекли черными потоками под потерянным Кольцевым Мостом. Кто — то зажег свечу в крошечном деревянном святилище благодати удачи, прислоненном к перилам моста-возможно, в надежде найти что-то, например, кольцо с одноименным именем. Или пропавшего колдуна.

“Я надеюсь, что с ней все в порядке”, - сказала я. “Если бы я замышляла что-то плохое, я бы ударила, когда стемнеет.”

“Мы должны найти ее как можно скорее.” Марчелло испустил нервный порыв воздуха. “Если дойдет до этого, а у нас нет другого выбора, будь готова снять с нее печать. Чтобы она могла защитить себя.”

Ночной воздух пересох у меня в горле. “Я понимаю.”

“Ты помнишь слово "запечатать ее силу", верно? - Ревинчио.’”

- Ревинчио, - повторила я. “Да.”

- Только в крайнем случае, - предупредил Марчелло. “Она не может контролировать пламя, и оно может распространиться достаточно быстро, чтобы убить тебя прежде, чем ты ее запечатаешь. Но если, скажем, двадцать вооруженных головорезов придут за нами и мы умрем …”

Это не заставляет меня чувствовать себя лучше.

Улица крысоловов была так узка, что я могла касаться зданий сразу с двух сторон. Пока мы ждали, когда синяя дверь откроется на воинственный стук Марчелло, они маячили перед нами, как неодобрительные отцы.

После неловкого ожидания и второго стука дверь открыл старик со свечой в руке. На его морщинистом лице было заметно больше усталости, чем на удивительно чистых рукавах рубашки. Он перевел взгляд с униформы Марчелло на мое бархатное пальто.

- Да?- спросил он. “Могу я вам помочь?”

“Мы ищем Заиру, - сказала я, прежде чем Марчелло смог придать своему голосу более властный оттенок. “Мы беспокоимся о ней. Она приходила к вам?”

Старик настороженно посмотрел на нас. - Вы же Сокольничие.”

“Да.”

- Заира не хотела присоединяться к Соколам.”

“Мы это заметили. При этих словах старик поджал губы, словно подавляя улыбку. Я воспользовалась своим преимуществом. “Мы не хотим удерживать ее против ее воли. Но теперь, когда ее тайна раскрыта, она больше нигде не будет в безопасности.”

Старик вздохнул. - Я сказал ей, Леди. Я сказал ей, что она не протянет ночь в Сале, когда Ортис будет звать ее кровь. Но она зациклилась на этой собаке. С таким же успехом я мог бы говорить по-Васкандрански.”

- Ортис?- Спросил Марчелло.

Но я выдержала взгляд старика и заговорил прямо над ним: Какая собака?”

Старик покачал головой. - Она заставила меня взять деньги. Сказала что-то насчет уравновешивания Весов. Все, что я сделал, леди, было так. Когда хулиганы Ортиса пришли за ней пару недель назад, они загнали ее в угол в заброшенной прачечной, где она обычно спала, и с ней была та тощая дворняжка. Она могла бы выпрыгнуть из окна в канал и поплыть к ней, но собака не могла, и ей казалось, что если она оставит ее людям Ортиса, они причинят ей боль. Я был там, покупал у нее объедки, поэтому пообещал вытащить собаку, чтобы она убежала.”

Волна жалости, такая сильная, что граничила с тошнотой, захлестнула мой желудок. “Значит, все это было сделано, чтобы отплатить тебе за спасение ее собаки?”

“Говорят, что меченые маги немного не в себе, госпожа.”

“Вы не знаете, где она сейчас?”

“Я думаю, она ищет свою собаку, - ответил он усталым тоном старца, который знает, что к чему. “Я сказал ей, что не видел, куда делась дворняжка, когда я вывел ее из здания. Сначала я проверю прачечную, поскольку именно там она видела ее в последний раз.”

Марчелло шагнул вперед, в свет свечи. “Как давно вы с ней разговаривали?”

“Она ушла не больше чем полчаса, - сказал старик. - Может, и меньше.”

Я хотела сжать его руку, но она была полна свечи. “Спасибо.”

Марчелло полез в кошелек, но старик отмахнулся. - Позаботьтесь об этой девушке, сэр. Это все, о чем я прошу. С тех пор, как умерла старуха, ее никто не видел.”

- Старуха?- Спросила я.

Старьевщик кивнул. - У Заиры никогда не было семьи, но старый дворничиха присматривал за ней, когда она была маленькой. Она погибла во время ужасного пожара в многоквартирном доме, восемь лет назад? С тех пор Заира была одна, если не считать собаки.- Он пристально посмотрел на Марчелло. “Значит, ты найдешь ее, Сокольничий, и будешь охранять.”

- Обязательно, - пообещал Марчелло.

Голубая дверь закрылась. Мы стояли на улице Крысоловов, тесно прижатые друг к другу узким проходом.

- Старуха сгорела. У меня перехватило дыхание от ужаса. - Марчелло, как ты думаешь, она ... …”

“Это не редкость.” Беспокоится нахмурил брови. “Ты же слышала Джерит. После того, как они поддаются их пламени, колдуны почти не имеют никакого контроля над тем, кого они убивают.”

“И она тоже слышала Джерит.- Я сжимала свою брошь в виде головы Сокола, пока булавка не уколола мою кожу. “Мы должны найти ее. Давай. Давай проверим эту заброшенную прачечную.”

***

Задняя дверь прачечной свисала с петель, щепки дерева казались свежими и белыми. До меня донесся резкий запах мышиного помета. С досками, закрывающими окна, интерьер был черным, как душа демона.

Марчелло достал из кармана карманный светильник и энергично потряс стеклянный шар, пока внутри не вспыхнуло бледное сияние.

- Это даст нам только несколько минут света, - предупредил он.

- Я знаю. Затаив дыхание, я прошла мимо него в дверь.

Слабое свечение отбрасывало неуклюжие тени за пустыми баками для белья и отбрасывало блеск на разбитое стекло. На каменном полу в углу, рядом с треснувшим кувшином и огрызком свечи, лежал беспорядочный сверток одеял. От света шмыгнул жало-таракан.

Беспокойство впилось холодными когтями мне в грудь. “Ее здесь нет.”

Марчелло посветил фонариком вокруг, но искра внутри него уже угасла. “Ты права. Пойдем.”

Вернувшись на улицу, я встала ближе к Марчелло, чем было необходимо, чтобы убедиться в его несомненной прочности и теплом запахе пороха и кожи. “Почему она предпочла это конюшне?”

“Не то чтобы это было лучше, - сказал он. “Дело в том, что у нее не было выбора.”

Холодный ночной воздух пронизывал мои чулки насквозь. Я потерла лодыжки, чтобы согреть их. Мы шли уже несколько часов, и меня охватила тупая усталость.

- И что теперь?- Спросила я.

- Мы продолжаем поиски. Она где-то здесь, ищет свою потерявшуюся собаку. Можете ли ты уловить, где она может быть?”

Я попыталась сосредоточиться. Вода плескалась о стенки ближайшего канала. Кто-то пел невдалеке, голосом, смазанным вином.

На задворках моего сознания зудело-ощущение, что я забыла что-то важное.

- Может быть, - сказал я.

Марчелло ободряюще кивнул. - Куда же? В какую сторону?”

“Даже не знаю.” Но если бы мне пришлось выбирать направление ...“таким образом?- Я указала, не зная, почему это кажется правильным, но зная, что это так.

“В порядке.- Его голос стал глубже с мрачной целеустремленностью. - Давай найдем Заиру, пока это не сделал кто-нибудь другой.”

Мы поспешили через потерянный Кольцевой Мост. Интуиция все время подталкивала меня свернуть то туда, то сюда, через узкие улочки и узкие дворики, в глубь переулка, мимо окон, освещенных золотым светом ламп. Мое дыхание участилось от нашего темпа, но я не осмеливалась замедлиться и рисковать потерять ту тонкую нить, которую я подобрала. После того, что я видела и слышала, я отчаянно хотел найти Заиру.

Наконец, где-то впереди раздались громкие голоса, один из которых отличался безошибочной дерзостью Заиры. Мы с Марчелло переглянулись, и мы бросились бежать.

Мы ворвались на небольшую площадь как раз вовремя, чтобы увидеть, как широкоплечий, как дверь таверны, мужчина повалил Заиру на землю. Еще пятеро стояли рядом, их неугомонный гнев наполнял воздух.

- Проклятый демон” - крикнул один из них, когда Заира медленно поднялась с каменных плит. - Ортис разорвет тебя на куски за то, что ты сделала!”

Преисподняя. Не так я надеялась ее найти.

- Стой!- Крикнул Марчелло, держа в одной руке рапиру, а в другой кремневый пистолет. “Во имя Сокольничих Дожа!”

За неимением лучшей идеи, я выхватила Кинжал и встала рядом с ним, стараясь выглядеть опасной в своей бархатной куртке цвета сливы. Слово "Exsolvo" защекотало мне горло, но я проглотила его.

На мужчин это не произвело впечатления. Они рассредоточились, вытаскивая свои кинжалы и пару пистолетов. Один круглый зевт был направлен прямо на меня. Я старалась держать Кинжал, как учила меня Кьярда, несмотря на тошнотворное трепетание в животе, планируя, куда и как нанести удар, когда они подойдут достаточно близко. Мой огненный медальон мог бы дать нам укрытие, чтобы убежать, но я не могла использовать его, пока мы не вернем Заиру.

- Что ж, Ортис был прав, - рассмеялся самый большой из них. У него был странный шрам поперек щеки, с зубцами, похожими на пальцы. - Они пошли и накрыли гарпию капюшоном. Она лгала, ребята. Она не может зажечь свечу, когда на ней Джесс.”

Заира бросилась бежать, но один из мужчин схватил ее. Она выругалась и сплюнула, когда он заломил ей руки за спину.

Таким образом, четверо остались стоять лицом к лицу со мной и Марчелло. Они двинулись через площадь, угроза висела между ними, как сеть.

“Распечатайте меня, Ты дебилка!- Заира кричала на меня, борясь с бесполезным безумием. - Скажи только слово, и я сожгу их всех дотла!”

- Миледи, не надо, - прошипел Марчелло. “Она не может это контролировать. И мы не можем ей доверять.”

- Сделай это!- Настаивала Заира. “Я убью их всех!”

Большой повернулся к Заире, подняв кулаки. - Заткнись!”

Другой, в кожаной шапочке, крикнул: "Не дайте им выпустить ее! Пристрели ее, Сокольничий!”

В одно белое мгновение мое дыхание превратилось в лед в легких.

Направленный на меня кремневый пистолет выстрелил.

Глава 11

Два громких треска ударили мне в уши, Эхо отскочило от стен вокруг площади.

В тусклом воздухе вспыхнули две искры-одна нацелилась на меня, другая-на Марчелло. Из окна второго этажа, выходящего на площадь, донесся пронзительный крик.

Человек, стрелявший в меня, пошатнулся, на его груди расцвел красный цвет, и упал на землю. Из ствола пистолета Марчелло лениво поднимался дым. Он сделал шаг вперед, наклоняясь, чтобы встать наполовину передо мной.

Боль, к которой я готовилась, так и не пришла. Негодяй промахнулся. Волна головокружительного облегчения захлестнула меня.

- Отпусти Сокола и убирайся отсюда, пока можешь, - предупредил Марчелло.

Они колебались, в их глазах был страх. На мгновение они могли бы убежать.

Но тут человек со шрамом закричал: "Это его единственный выстрел! Пристрели девчонку, и давай доставим гарпию Ортису!”

- Сейчас же!- Закричала Заира. - Отпусти меня, идиотка!”

“Очень хорошо.”

Голос, исходивший из моей груди, звучал холодно и ясно, с уверенным спокойствием командира. "Верь без сомнения, что ты все держишь под контролем, - сказала она мне, - и так оно и будет".

Они отреагировали на это. Даже Заира и Марчелло. На мгновение они остановились, и я завладела их абсолютным вниманием.

“Если ты хочешь сгореть, как другие, так тому и быть. Но ты выбрал ужасный способ умереть.”

Наемники Ортиса обменялись неуверенными взглядами.

“Это хорошо, - добавил Марчелло. - у меня есть еще два пистолета.”

Я подняла руку к небу и глубоко вздохнула, Не зная, выкрикну ли я слово освобождения или буду продолжать блефовать.

Это было уже слишком для бандита, державшего Заиру, который знал, что сгорит первым. Он выругался и оттолкнул ее. Человек с последним оставшимся пистолетом попытался разрядить его, но ничего не произошло. Он вырвался и побежал, проклиная сырой воздух.

Остальные в панике бросились следом, их шаги глухо стучали по камням.

Это оставило нас лицом к лицу с Заирой, которая стояла настороженно, как загнанный в угол зверь на полпути через площадь.

- Пожалуйста, Заира.- Я протянул ей руку. “Если ты побежишь, они снова поймают тебя. И на этот раз они пристрелят нас обоих на месте.”

“Если бы не ты, я бы прекрасно защищалась, - отрезала она.

“Я не уверен, что назвал бы сжигание Сала” прекрасным", - сказал Марчелло. - Леди Амалия, вы здоровы?”

“Да. Похоже, цель контрабандистов мака не соответствует стандартам Сокольничих Дожа.”

- Спасибо милостям.- Его голос дрожал. Но он твердо держал рапиру.

Заира с подозрением посмотрела на Марчелло. “У вас действительно есть еще два пистолета?”

- Давай обсудим это на конюшне.- Это означало "нет". - Леди Амалия, мне стыдно, что я подверг вас опасности. Никаких извинений недостаточно.”

Я пожала плечами, стараясь выглядеть так, словно смертельная опасность была моим старым другом. Так оно и было, в некотором роде. - Никаких извинений не требуется. Но я согласна, пойдем на конюшню.”

Глаза Заиры блестели в лунном свете. “Я еще не закончила.”

“У нас не так много времени до того, как они вернутся с подкреплением, - сказал Марчелло. “Нам пора уходить. Это небезопасно.”

“Я не буду притворяться, что это так. Но ... - голос Заиры упал до невнятного бормотания. - Я еще не нашла Негодяя.”

- Негодяя?” Это рассветало на мне, потом. “Ты имеешь в виду ... твою собаку?”

Марчелло вскинул свободную руку. - Собака! Вот именно. Ты чуть не убила Леди Амалию из-за собаки!”

В глазах Заиры заблестели непролитые слезы. Она яростно потерла их.

“В порядке.- Какое-то сильное, горькое чувство скрывалось в ее голосе. “Великолепно. Пока что ты меня поймал. Вернемся к конюшням. Я могла бы использовать, чтобы перекусить.”

***

Я вздрогнула, когда солдат повел нас к острову Хищника. Холод пробирал до костей, делая мои конечности слабыми и неуклюжими; я споткнулась, забираясь в лодку, к своему смущению. И ощущение, что я забыла что-то важное, не покидало меня, хотя Заира была совсем рядом, скорчившись и дуясь посреди лодки.

Я не могла стереть из памяти образ ее груды одеял в углу кишащей мышами прачечной. Моя собственная перина под балдахином казалась непристойной по контрасту.

Мне хотелось как-то дотянуться до нее, но я не осмеливалась упомянуть о прачечной. И уж точно не старухе.

- Этот Ортис, похоже, законченный ублюдок.- Это слово неприятно повисло у меня на языке, но я протянула его, как оливковую ветвь.

Заира сверкнула глазами. - Не хуже, чем вы все.”

Она повернулась ко мне спиной и погрузилась в сердитое молчание. Я больше не пыталась.

Огни конюшен расплывались по воде, пока я не перестала различать, как далеко они находятся. Усталость навалилась на меня гораздо сильнее, чем я ожидала по эту сторону полуночи.

Преисподняя. Я знала, что забыла.

Мой эликсир. Я видела бутылку, стоящую на моем столе рядом с книгами, готовую к вечерней дозе. Но из-за чрезвычайной ситуации с Заирой я не вспомнила взять его или принести одну из моих трехчасовых пробирок благодати, и я никогда не ожидала, что буду отсутствовать так долго.

Теперь последняя доза истощилась, и медленно, как распускающийся бутон, яд, который чуть не убил меня десять лет назад, снова начал действовать.

У меня перехватило дыхание, как будто я бежала наперегонки в корсете. Я попыталась замедлить его, но не смогла: мое зрение поплыло по краям, сужаясь к центру. Никто этого не заметил — Марчелло разговаривал с солдатом у весла, а Заира что — то бормотала себе под нос, - но я не могла вечно скрывать действие яда.

Я могу это сделать. Я и раньше опаздывала с эликсиром. У меня было несколько часов, чтобы добраться до дома, прежде чем я потеряю возможность сделать это без посторонней помощи. Мне просто нужно будет извиниться, как только мы причалим отправимся домой. Маме не нужно было знать, что я забыла.

Лодка ударилась о причал. Марчелло протянул руку, чтобы помочь мне выйти. Я уставилась на него, обдумывая процесс вставания и выхода на причал, как если бы это была сложная математическая формула. Заира уже выбралась сама.

Марчелло нахмурился. - Леди Амалия? - Ты в порядке?”

- Отлично, - сказал я. - Просто устала.”

- Леди Амалия!- раздался новый голос. Этого не может быть …

Это была. Кьярда, безупречно одетая в ливрею Корнаро, стояла на причале среди солдат с глиняной бутылкой в руке.

- Твоя мать беспокоилась, что ты так поздно вышла на холод.- Ложь Кьярды была гладкой и тонкой, как Лорейкийский шелк. “Она послала меня сюда, чтобы я встретил тебя с глинтвейном.- Она протянула бутылку, не сводя с меня глаз.

Марчелло рассмеялся. “Ну-ну! Ранг имеет свои привилегии! Как бы мне хотелось, чтобы кто-нибудь встретил меня с глинтвейном после долгой ночи.”

В той бутылке не было глинтвейна. Мне следовало бы знать, что ни одна моя ошибка не ускользнет от внимания матери. Я вылезла из лодки, щеки мои пылали. Она, должно быть, самая назойливая женщина на свете.

- Спасибо, Кьярда.- Я взял бутылку и откупорил ее; до меня донесся знакомый запах аниса. Я проглотила эликсир, стараясь не морщиться от горького послевкусия.

- Графиня говорит, чтобы вы делали здесь все, что нужно, а потом возвращались домой и отдыхали, госпожа, - пробормотала Кьярда. Я заметила, что она носит кинжалы в ножнах на обоих бедрах, и держу пари, что у нее было больше в рукавах и сапогах. Она, должно быть, уже знает о неприятностях, которые у нас были в Сале.

“Я только сначала удостоверюсь, что все улажено.” И сидеть до тех пор, пока эликсир не подействует и головокружение не пройдет, но я не сказала об этом Кьярде.

Голос Заиры прорезал мои мысли, как зазубренный нож. “Мне плевать, - сказала она Марчелло. “Я умираю с голоду. Может быть, ты и притащил меня сюда, но ты не можешь помешать мне пойти на кухню, чтобы поесть.”

Заира повернулась на каблуках, прежде чем Марчелло успел ответить, и зашагала прочь по двору. Марчелло кивнул в сторону двух солдат, которые последовали за ней. Очевидно, он больше не хотел рисковать с Заирой.

Марчелло вздохнул и повернулся ко мне. - Миледи, могу я уделить вам несколько минут? Есть вопрос, который я должен обсудить с вами.”

“Конечно. Может быть, мы войдем и присядем на минутку?”

“Конечно. Напряженность, которую Заира оставила на его лице, смягчилась. “Я весь вечер держал тебя на ногах. Я прошу прощения.- Он опустил лук, на что я отмахнулась, и повела его через ворота конюшни.

Вместо того чтобы идти в сад, как в прошлый раз, мы вошли в большой зал. На стенах висели портреты знаменитых Соколов и Сокольничих истории. Мое зрение все еще было слишком затуманено, чтобы разглядеть фреску на потолке, но стремительное движение и свет в картине наводили на мысль об одной из великих битв, которые Соколы выиграли для Раверры.

Едва мы переступили порог, как к Марчелло подошел полковник Вазанте, его седая коса болталась у него за спиной, сапоги стучали по мраморному полу, как мушкетные выстрелы. Его форменный камзол был жестким и тяжелым, с золотым шитьем. Марчелло отсалютовал, и его глаза сузились в ответ.

- Несколько слов в сторону, лейтенант, о сегодняшних эскападах” - приказала он, даже не взглянув в мою сторону.

Марчелло состроил мне извиняющуюся гримасу. - Миледи, вы не могли бы немного подождать? Мне очень жаль.”

Я опустился на удобную скамейку. “Я просто посижу здесь.”

Марчелло и полковник удалились в боковую комнату. Я воспользовалась случаем и опустила голову, пока коридор не успокоился и мое дыхание не стало ровным. Слабость все еще тянула мои конечности, и, вероятно, будет тянуть до завтрашнего утра. Если прошлый опыт подтвердится, то в будущем у меня тоже будет болеть голова, и я не должна буду идти слишком близко к краю канала всю оставшуюся ночь из принципа. Но я не собиралась умирать.

Как только я почувствовала себя немного более человечной, я встала и подошла к скромной двери, через которую прошли Марчелло и полковник, намереваясь постучать и узнать, могу ли я вернуться домой в этот момент. Но они оставили дверь приоткрытой, и сквозь щель донесся голос Полковника Вазанте:

- ...огненный колдун, ради всего святого. Сам дож ясно дал понять, что считает ее чрезвычайно ценной и невероятно опасной. И вы потеряли ее, лейтенант.”

Марчелло пробормотал что-то в ответ. Я заколебалась, потом вспомнила о своем прадеде и о том, что никто не должен знать, и прислонилась к стене, чтобы лучше слышать.

“Я уверен, что дож будет впечатлен вашими оправданиями, - фыркнул полковник. - Ты просто не можешь допустить, чтобы это повторилось, Верди. Она не обязана любить нас, но мы нуждаемся в ее сотрудничестве и преданности, чтобы следовать приказам, если дож захочет использовать ее. Тем более сейчас. И мы должны быть уверены, что она не сожжет город дотла и не перейдет на сторону наших врагов. Если она не будет вести себя хорошо в течение месяца, дож решит, что он слишком рискует. Вы знаете, что происходит потом.”

- Я знаю.- От тона Марчелло у меня по спине потекла ледяная вода.

“Кроме того, я слышал, что стреляли в наследницу Корнаро.- Недоверие в голосе Вазанте могло бы иссушить розы. “Ты же понимаешь, что если единственная дочь графини погибнет на нашем попечении, она нас казнит в течение недели.”

- Голос Марчелло звучал напряженно. “Я в курсе. Поверь мне.”

Почему все мои друзья думали, что моя мать убьет их?

- Вы делаете все возможное, чтобы уберечь их обоих от неприятностей, лейтенант. Ты меня слышишь?”

- Да, Полковник.”

Это прозвучало окончательно. Я вернулась на свою скамейку и села, тяжело переживая невозможность для Заиры “вести себя хорошо” в течение месяца и подразумеваемые смертельные последствия, если она этого не сделает. Через несколько секунд Марчелло открыл дверь и вошел в комнату один.

“Все в порядке?- Спросил я его.

Он выдавил из себя улыбку. “Конечно.”

“Ты ужасный лгун.”

Он вздрогнул, как будто холодный воздух наконец-то достиг его. Потом он рухнул на скамью рядом со мной, закрыв лицо руками. “Я чувствую, как все, ради чего я работал, рушится вокруг меня, - тихо сказал он. “Я не знаю, как это исправить. В тебя стреляли из-за меня. Я позволил Заире сбежать, но что еще хуже, я не могу завоевать ее доверие, что бы я ни делал. Я потеряю свое место и вернусь домой с позором, под презрение отца. И не сумел спасти Заиру от самой себя. И, может быть, тебя тоже убьют.”

С минуту я молча смотрела на него. Тяжесть его слов легла на меня тяжким грузом, увлекая вниз вместе с ядом, долгой ночью и всеми днями страха перед огнем.

Но нетерпение вспыхнуло во мне, как пламя свечи, как искра обжигающего света. - Хм. Ну, если ты так думаешь, то, конечно, так и будет.”

Марчелло поднял голову с ошеломленным выражением в глазах.

“Да, с Заирой нам не удалось добиться никакого прогресса. Это просто означает, что мы делаем это неправильно. Нам нужна новая тактика.”

Марчелло развел руками. - Например, что?”

“Пока не знаю. Но мы что-нибудь придумаем. Через холл прошла группа солдат, которые по пути в постель сбрасывали мундиры и добродушно ворчали, что в Сале холодно. Должно быть, это были те, кто помогал нам искать Заиру. “Она сердится, что ее хранят здесь, как оружие в оружейной, и я не могу винить ее за это. Особенно после того, как мы снова привезли ее сюда против ее воли, когда все, что она хотела, это найти свою собаку.- Слабый проблеск идеи начал формироваться в глубине моего сознания. “Если мы хотим быть ее друзьями, мы должны начать относиться к ней как к таковой.”

Тени все еще преследовали лицо Марчелло. - Со временем доброта может творить чудеса. Но даже если у нее есть надежда, это не меняет того факта, что я подвергал тебя опасности.”

“Совершенно точно, что нет. Я сама рискую, лейтенант. Это была не твоя вина.”

Его брови сложились в сомнительную линию. - Я навлек на тебя беду.”

“Ты думаешь, я не могу сама принимать решения?- Потребовала я ответа. “Я знала, что это может быть опасно. Я предпочла идти. Если вы берете на себя всю вину за риск, который мы приняли вместе, вы также косвенно претендуете на всю заслугу нашего успеха. И в этом отношении, лейтенант, я должна сделать исключение.”

Тень улыбки тронула его губы. “Вы слишком много для меня значите, Миледи. Я снова разбит.”

- Ну, хорошо.” Мне пришлось переключить его на другую тему, прежде чем он смог выложить все свои " но " и "но". Я задала первый вопрос, который пришел мне в голову. “А что было бы, если бы они убили меня? С точки зрения магии Джесс?”

“Твоя смерть высвободила бы ее силы, - ответил Марчелло, его рот неловко растянулся при слове” смерть". “Но только временно. Если она не вернется в конюшню в течение нескольких дней, чтобы получить нового сокольничего, она умрет. Идея состоит в том, чтобы сделать так, чтобы не стоило убивать Сокольничих. Это не нейтрализует магию Сокола и не освобождает его от необходимости менять верность.”

- Это ставит "Сокола" в довольно неприятное положение.” Интересно, знала ли Заира, что Империя предпочтет видеть ее мертвой, чем работать на врага? “Хотя я полагаю, что это снимает мотивацию нападать на нас.”

- К сожалению, эти негодяи не были достаточно хорошо образованы, чтобы понять это. И вы сами по себе ценная политическая мишень. Ты не можешь рисковать, чтобы защитить Заиру; мы должны защитить тебя. Именно об этом я и хотел с тобой поговорить.”

Мне не нравилось, к чему он клонит. - Марчелло, уверяю тебя, я вполне привыкла к опасности быть фигурой на доске. Тебе не нужно меня защищать.”

Его брови сошлись на переносице. - Если отбросить в сторону мою личную заботу о Вашей безопасности, что не так уж и мало, то мой долг-уберечь вас от беды. Если вы позволите мне назначить вам охрану—”

- Ни в коем случае.- Я могу себе представить, что сказала бы моя мать. Она сочтет это попыткой Дожа внедрить шпиона в наш дом, и, возможно, не ошибется. - Я очень ценю вашу заботу. Но, боюсь, об этом не может быть и речи.”

Он попробовал еще раз. “По крайней мере, до тех пор, пока ситуация не стабилизируется с помощью Арденс.”

Беспокойство поселилось в моем животе. - Ардентинцы не станут нападать на меня. У меня там есть друзья.- Я могу себе представить, как моя мать приподняла бровь при этих словах. Неужели ты так наивна, Амалия? - Кроме того, - добавил я, - безопасность Раверры-это долг моей матери. Если мне понадобится охранник, она мне его назначит.”

“С этим не поспоришь, - вздохнул Марчелло. “Но я бы меньше беспокоился, если бы был уверен, что мы в мире.”

“Я тоже, - призналась я.

Я ничего не могу сделать, чтобы примириться с Арденс прямо сейчас. Это было в руках Леди Терринджер и Дожа. Но, клянусь всеми милостями, я могла бы, по крайней мере, сделать все возможное, чтобы помириться с Заирой.

***

Нахмурившись, Заира открыла дверь в свою комнату. “А, это ты.”

- Я улыбнулась. Никакая грубость со стороны Заиры не могла испортить мне сегодня настроение. - Я рада, что ты хорошо выглядишь после наших приключений пару дней назад.”

Заира скептически подняла бровь. Синяк на ее щеке достиг полного блеска, вероятно, из-за драки с головорезами Ортиса. Она не причесывалась, и покраснение вокруг глаз говорило либо о недавнем плаче, либо о выпитом накануне вине, либо и о том, и о другом.

“Да, я бодра, как маленькая птичка. Ты здесь, чтобы сказать мне, если я буду очень хорошей девочкой, может быть, когда-нибудь ты снова возьмешь меня на самый скучный фруктовый рынок в мире?”

“Нет.- Я не смогла сдержать улыбку, расползшуюся по моему лицу. Заира, должно быть, думает, что я сошла с ума. “Но у меня есть кое-что для тебя во дворе.”

Заира усмехнулась. - Еще один подарок?”

“Нет. Не совсем. Но ты должна прийти и посмотреть.- Я уверенно протянула ей руку. На Заиру мало что могло произвести впечатление, но я еще не встречала человека, который мог бы устоять перед тайной.

Заира проскользнула мимо моей протянутой руки и вышла в коридор. “О, очень хорошо. Не думаю, что у меня есть дела получше.”

Я позволила Заире первой спуститься по лестнице в спальню. Я подошла как раз вовремя, чтобы придержать для нее дверь, величественно пропуская ее внутрь. Мои щеки готовы были расколоться.

Бросив на меня последний недоверчивый взгляд, Заира вышла во двор.

А потом они увидели друг друга.

Заира издала дикий, бессловесный крик и упала на колени, раскинув руки. Кьярда отпустила поводок, который держала, и тощий коричневый пес бросился через траву в объятия Заиры. Он так энергично завилял хвостом, что вся его задняя половина оказалась втянутой. Он положил лапы Заире на плечи и с безумной радостью лизнул ее в подбородок.

Заира обняла его, смеясь, слезы блестели на ее ушибленной щеке. - Негодяй! С тобой все в порядке! Я не могу в это поверить!”

Я обменялся удовлетворенными взглядами с Кьярдой, пока они боролись, Негодяй обнюхивал Заиру со всех сторон. Я сделал вид, что не заметила, как Заира провела рукавом по щеке.

“Как вы его нашли?- Наконец спросила Заира, крепко обхватив рукой костлявые плечи собаки.

- Я бродила вокруг Сала, выкрикивая его имя.”

Ее лицо застыло в странной смеси скептицизма и смеха, она явно не была уверена, стоит ли мне верить.

“Возможно, я также подкупила большое количество детей, чтобы помочь мне, - добавила я. - Дети на удивление хорошо осведомлены о местных бродягах и любят, когда их подкупают. Возможно, использовались и говяжьи кости.”

На краткий миг в уголках ее глаз появились веселые морщинки. Но затем подозрение упало на ее лицо, как тень облака. “Ты хочешь что-то за это, не так ли?”

“Мне ничего не нужно, - раздраженно ответила я. - Я пытаюсь завести друзей, Заира. Иногда друзья помогают друг другу, и им ничего не нужно взамен.”

Негодяй прервал его, ткнув носом в глаз Заиры. Она растянулась на траве, смеясь, а он обнюхивал и лизал ее лицо, пока она не вскочила и не взъерошила его плечи и бедра, заставляя его корчиться от удовольствия.

- Друзья, да?- Яркая, чистая улыбка, которую она подарила Негодяю, сменилась чем-то более сдержанным, когда она посмотрела на меня. “Это легко сказать, когда у тебя в руках тюремные ключи.”

- Я знаю.- Я беспомощно развел руками. “Я не могу изменить того, что произошло. У меня нет сил освободить тебя. Но учитывая, что ты застряла со мной, да. Я действительно хочу быть твоим другом.”

- Хм. Негодяй потерся головой о ее подбородок, и глаза Заиры смягчились — для него, а не для меня. “Не знаю, как насчет друзей. Все не так просто, богатая девочка. Но я запомню это.”

Я не могла понять по ее тону, было ли это обещанием или предупреждением. Но, глядя на них вместе, мне было все равно.

На данный момент Заира была счастлива. Я приму это как подарок от Грации, нравится ей это или нет.

***

- Арденс на грани мятежа, Васкандар стучится в ворота, а ты используешь легендарное богатство и влияние дома Корнаро, чтобы найти собаку?- Веселье смягчило недоверие Марчелло, когда он наклонился через покрытый старческими шрамами стол в столовой Конюшни, чтобы только я могла расслышать его слова.

- Посмотри на нее, - сказала я, - и скажи, что оно того не стоило.”

Он посмотрел через зал, который в этот час был почти пуст, если не считать нескольких столиков с солдатами, быстро перекусывающими, туда, где Заира и две девушки почти ее возраста толпились вокруг Негодяя. Они поглаживали его подставленный живот, болтали и смеялись, а он с обожанием смотрел на них. Они пробыли там по меньшей мере час, расточая ласки собаке и оживленно разговаривая друг с другом.

“Ты права. Она общается с кем-то, не угрожая и не оскорбляя его, - пробормотал Марчелло. “Я так горжусь тобой.”

Я подавила смешок. - Да ладно тебе. Они выглядят так, будто были друзьями дольше, чем сегодня утром. Это не может быть в первый раз.”

“У нее появилось несколько друзей среди Соколов, - признался Марчелло. “Она и Терика тоже отчаянно флиртуют друг с другом.- Он указал на одного из спутников Заиры.

Так что у Доминика была конкуренция. Я не знала, за кого болеть, хотя в тот день, когда Заира последует моему романтическому совету, Селантис восстанет из пепла.

Теперь я заметила, что на бедре у Заиры торчит маленький нож; Марчелло, должно быть, решил, что после инцидента в Сале лучше всего дать ей возможность защищаться помимо огня. Джесс поблескивала на запястьях ее друзей, когда они смеялись над любой историей, которую она им рассказывала. Одна девушка прикрыла рот рукой.

Затем я разобрала несколько слов, плывущих по коридору,и мои щеки вспыхнули. “Что она им говорит?”

- Ах ... возможно, я не так горд, как думал.- Марчелло поправил воротник мундира. - Простите, Миледи.”

Я прочистила горло, чтобы заглушить кульминацию рассказа Заиры. - Если ты не возражаешь, Марчелло, то почему я никогда не вижу твоего Сокола?”

- Боюсь, Истрелла не из тех, кто любит компанию. Хотя я думаю, что для тебя она сделала бы исключение.”

- А? Она стесняется?”

“Не совсем так. Она просто предпочитает книги людям.- Он махнул рукой в сторону окна, расположенного высоко под сводчатым потолком. - Она редко выходит из своей башни. Я все время говорю ей, что она должна, но она все время возится с каким-то проектом там, наверху. Она могла бы изменить мир, если бы закончила больше из них.”

- В его голосе звучала раздраженная теплота. Неожиданная ревность всколыхнулась в моей груди. “Это звучит как если у вас большая симпатия к ней.”

“Конечно, я знаю! Она моя младшая сестра.”

- А!- Я постаралась, чтобы в моем голосе не прозвучало облегчение.

“Я рассказал ей о тебе и о том, какая ты храбрая была в Сале. Она еще больше заинтересовалась, когда я сказал, что ты изучала искусство.- Он засмеялся.

Да, его Сокол был искусником. “Я бы хотела с ней познакомиться.”

Лицо Марчелло необъяснимо покраснело. “С удовольствием вас познакомлю. Я думаю, вы понравитесь друг другу.- Он посмотрел в окно, как будто мог видеть ее сквозь каменные стены. “Знаешь, именно из-за нее я стал Сокольничим. Когда она пошла на конюшню, я пошел с ней, чтобы она не оставалась одна. Но большую часть времени, я думаю, она забывает, что я здесь.”

“Значит, ты жалеешь, что присоединился к нам?- Спросил я.

“Нет. У меня есть много сожалений, но стать Сокольничим-не одно из них. Я могу сделать здесь много хорошего. Я могу помочь отмеченным магами детям обрести покой и безопасность.”

Заира плюхнулась на пустой стул за нашим столом, презрительно фыркнув. - Мир? Ты это так называешь?- Девочки, с которыми она разговаривала, теперь склонили головы друг к другу, перешептываясь и хихикая. Заира махнула им рукой. - Соколы - это часть армии. Если начнется война, вы бросите в нее всех нас. Как насчет этого, Мистер несущий мир?”

Марчелло хмыкнул. “Ты действительно думаешь, что если бы Раверра не защищала их, никто не заставил бы их сражаться?”

Заира нахмурилась, но ничего не сказала.

“Ты знаешь Терику? Марчелло кивнул в сторону старшей из двух девушек, с которыми разговаривала Заира, которая теперь рисовала что-то на клочке бумаги, заставив другую девушку задохнуться от смеха. “Ее талант является алхимией. Она родилась в отдаленной деревне в Калламорне. Прежде чем слухи о ней дошли до Сокольничих, Гильдия убийц выкупила ее у отца. Как только она стала достаточно взрослой, чтобы размешивать магию в зелья, не проливая их, они заставили ее работать над созданием слез демона. Вы слышали о нем?”

Мое дыхание остановилось в горле. - Да, - прошептала я. Но Марчелло и Заира ничего не заметили.

- Это смертельный яд, - продолжал Марчелло. - Чтобы убить, нужно несколько часов, поэтому, если Вам повезет и вы найдете алхимика до того, как станет слишком поздно, они могут сварить напиток, чтобы нейтрализовать яд и сохранить жертву живой; но они должны принимать этот эликсир до конца своих дней, потому что нет настоящего лекарства. Если яд пойдет своим чередом, никто не сможет его пережить.”

Мои ногти впились в ладони. Я спрятала руки под стол, чтобы остальные не видели.

- Яды, которые приготовила эта девочка, убили десятки людей еще до того, как ей исполнилось семь лет.- Голос Марчелло был яростным, но спокойным. “Она не знает. Мы вытащили ее и привезли сюда, где она делает зелья, которые лечат, а не убивают. Так что да, я называю это миром.”

Я уставилась на алхимика в другом конце зала. Она рассмеялась и игриво шлепнула подругу, которая, должно быть, сказала что-то возмутительное, судя по ухмылке на ее лице. Она могла быть той, кто создал яд, который все еще тек в моих венах. Время было выбрано самое подходящее. Мы так и не узнали, кто пытался меня убить.

- Значит, ты помог одной девушке.- Голос Заиры звучал менее уверенно, чем обычно, ее дерзость была пустой. “Я прекрасно справлялась и без тебя.”

- Уверяю тебя, я мог бы рассказать вам больше подобных историй, - сказал Марчелло. “А как насчет тебя? В тот день, когда мы нашли тебя, твой огонь впервые причинил кому-то вред?”

Лицо Заиры побледнело, губы сжались. Я почти потянулась к ней, но остановила себя. Сомневаюсь, что ей нравилось, когда к ней прикасались.

“Я знаю, что это трудно контролировать, - отрезала она. “Вот почему я не часто его выпускаю. Поверь мне, если бы я использовала его на каждом негодяе, который этого заслуживал, я бы давно сожгла Сало.”

“Но это был бы только вопрос времени, - настаивал Марчелло. “Ты не могла прожить всю свою жизнь без необходимости защищаться. Как только твоя тайна станет известна, бесчисленное множество людей попытаются использовать тебя или убить. Тебе уже пришлось убить людей Ортиса. Это становилось бы все хуже и хуже, пока ты не стала бы подобны огненному ангелу смерти, лишенному человечности.”

Заира одарила его острой усмешкой. “Ты так говоришь, как будто это плохо.”

Но Негодяй заскулил и лизнул ей руку. Мне не нужен был его намек, чтобы увидеть боль в ее глазах.

Марчелло пропустил это мимо ушей. “Конечно, это несправедливо. И я хотел бы, чтобы у нас был лучший способ. Но, пожалуйста, пойми, что независимо от того, как это кажется, мы пытаемся защитить тебя.”

Эмоции пробежали по лицу Заиры, открылись и закрылись двери в гнев, горе, боль и, наконец, глубокий и неизменный цинизм. - О, Конечно, все, чего ты хочешь, это чтобы я была в безопасности, - сказала она. - В безопасности и готова сжечь всех несчастных ублюдков, которые не подчиняются императорской линии.”

Марчелло поморщился. - Это не то, чего я хочу.”

“Это потому, что ты такой надежный дурак, которого я ограбила бы вслепую шесть раз за воскресенье.- Заира поднялась. Негодяй приплясывал от нетерпения последовать за ней, глядя на нее с обожанием. - Ты продолжаешь лгать себе, лейтенант тюремщик. Иди вперед и верь, что Империя забирает всех магов-меченых для нашего же блага, а не для нашей власти.- Она покачала головой. - Ваш стол скучен и угнетает. Я возвращаюсь к Терике.”

Она подошла к другим молодым Соколам, сидевшим в другом конце зала.

Когда Заира была вне пределов слышимости, я поймала взгляд Марчелло и понизила голос. “Знаешь, она права.”

- Что я дурак?”

- Что вам, возможно, придется послать их на войну.” Я думала о тех зеленых камнях на карте совета, и о Теневых Джентри, планирующих "ответ" на инцидент с фальшивыми Сокольничими. “Мне не нравится мысль, что мы привезли Заиру обратно на конюшню только для того, чтобы заставить ее убивать людей, Марчелло. Но это может случиться в любое время.”

“Я знаю, - тихо сказал он. - Некоторых из них, таких как Джерит и Балос, я мог бы послать в бой с чистой совестью. Это солдаты. Но другие ... ну, мне снились кошмары.- Он сжал губы.

Молодой человек в форме Сокольничего поспешил через холл к нам, его шаги рассеивали Эхо вокруг него. Он подошел к нашему столику и отдал честь, прижимая к груди листок бумаги.

- Лейтенант Верди. У меня есть полный отчет из гарнизона в Арденсе.”

Арденс. Мое сердце забилось быстрее.

Марчелло встал. “Сказажите мне.”

“Мы проверили, что никто из Вооруженных Сил Раверра, дислоцированных в гарнизоне, не был вовлечен в инцидент, ни Сокольничии, ни кто-либо еще. И никто не знает, откуда взялись предполагаемые императорские грамоты и письма. Ни гарнизон, ни безмятежный Посланник. Мы не смогли их отследить.”

Мои плечи начали расслабляться; я приготовилась к худшим новостям. Но Марчелло спросил: "Что еще?”

Сокольничий положил на стол бумагу, которую держал в руках. Изящные, строгие письмена смело выделялись на кремовом пергаменте, а императорская печать отягощала дно красным воском, крылатый конь Раверры вставал на дыбы в круге из девяти звезд.

- Это одно из писем. Печать подлинная.- Голос молодого Сокольничего дрогнул. - Один мастер из гарнизона в Арденсе проверил его, и мы снова проверили его здесь, на конюшне. Она настоящая.”

Я вцепилась в стол, как будто могла удержать опрокидывающийся мир.

Марчелло повернулся ко мне. - Кто имеет доступ к императорской печати?”

“Дож, Совет Девяти и все, кому они непосредственно и лично передают имперскую власть, - сказала я.

“И больше никого?”

“Вот и все.- Я закрыл глаза. Я видела императорскую печать моей матери, тяжелую от золота и целеустремленности, покоящуюся в искусственно запертом секретном ящике ее стола. Она иногда одалживала его Кьярде, когда ей требовалось доказать, что она действует по приказу графини. Я никогда не прикасалась к ней. - Моя мать сказала мне, когда я была маленькой, что если я попытаюсь взять ее без разрешения, защитные чары на печати вырубят меня на неделю и сделают мою руку зеленой. Я понятия не имею, правда ли это.”

- Понимаю.- Марчелло обратился к Сокольничему. - Вы уже сказали полковнику?”

“Да. Он сказал, что я должен показать вам и другим старшим офицерам, сэр.”

- Скажи ему, что я буду через десять минут.”

Молодой Сокольничий отдал честь, взял письмо и вышел. Марчелло откинулся на спинку стула, как будто ему это было необходимо, чтобы удержаться на ногах.

“А что будут делать Сокольничие?- Спросила я. Мое дыхание было слишком слабым, чтобы поддержать этот вопрос.

Марчелло покачал головой. “Это уже за пределами нашего понимания. У нас нет ни информации, ни полномочий, чтобы продолжать расследование. Мы должны доверять разведывательным службам и Совету Девяти, чтобы позаботиться об этом.”

Я воткнула гвоздь в столешницу, как будто могла просверлить дыру в дереве. Было бы достаточно легко снова погрузиться в свои книги и забыть. Предоставить моей матери, дожу и им подобным разгадать этот замысел и успокоить Арденс в мире.

“Мы не можем оставить все как есть, - сказала я. “Мы должны что-то предпринять.”

- Мы, лично?- Марчелло развел руками. “Что мы можем сделать?”

“Даже не знаю. Но что-то же должно быть. Ты говоришь, что предоставь это совету, но когда-нибудь я буду в Совете. Я должна научиться делать такие вещи.- Я ткнула в него пальцем. “И ты будешь отвечать за Сокольничих, так что тебе тоже не удастся уклониться.”

“Порядок.- Он серьезно кивнул. “Мы что-нибудь придумаем. Хотя я понятия не имею, как это сделать.”

“Я тоже, - призналась. “Еще нет.”

Но в глубине моего сознания что-то мелькнуло. Я могла думать о двух существах, которые могли бы извлечь выгоду из начала войны между Раверрой и Арденсом: Теневой Джентри, который хотел отделиться от Империи; и Васкандар, который мог бы воспользоваться моментом слабости империи, чтобы сделать еще одну попытку захватить Лорейс.

Возможно, Доминик сумеет разузнать для меня побольше о Теневых Джентри. Что касается Васкандара …

Пора было опоясаться корсетом и снова идти в бой.

***

Был поздний сезон для званых вечеров в саду, но они были достаточно редким удовольствием в переполненной каналами Раверре, так что городской Дом Леди Гортензии был переполнен гостями. Ее сады считались одними из лучших в Раверре: скрытый зеленый анклав, окруженный высокими кирпичными стенами, с деревьями, кустарниками и скульптурами, тщательно расставленными, чтобы создать десятки маленьких уголков и комнат в саду, в которых можно было вести интимную беседу и чувствовать себя совершенно одиноким. Это была такая вечеринка, где молодые пары разбиваются на пары и ненадолго исчезают за хитроумными изгородями, и вам, возможно, захочется прочистить горло, прежде чем завернуть за угол.

Но самое главное-это была вечеринка, на которой, как уверяли меня знакомые моей матери, Принц Рувен должен был присутствовать сегодня днем.

Когда я прогуливалась по извилистым дорожкам сада рядом с Рувеном, шрам на моем запястье зудел, напоминая мне, что вечеринки в саду также были прекрасным местом для убийства. Он мог прятать дюжину видов оружия под своим длинным пальто с высоким воротником. А как могущественный Скинвич, он вообще не нуждался ни в чем.

“Так умно вы, Раверранцы, находите способы набивать карманы зеленью на своих маленьких каменных островках. Рувен вздохнул. “Я хотел бы остаться и наслаждаться вашим чудесным городом подольше, но, увы, мне скоро придется уехать. Надеюсь, Вы навестите меня в Васкандаре, Леди Амалия. Тогда вы могли бы увидеть истинную красоту древнего леса, с деревьями старше, чем ваша империя.”

- Уезжаешь так скоро!- Я постаралась изобразить скорее разочарование, чем облегчение. “Вы остановитесь в Арденсе на обратном пути?”

“Конечно.- Васкандранский паж в ливрее Рувена показал нам поднос со сладостями, его протянутая рука была отмечена толстыми полосами ожогового шрама. Что-то в этом шраме всплыло в моей памяти, но Рувен отмахнулся от него прежде, чем я успела опознать его; паж умчался, широко раскрыв глаза. “Я хочу еще раз посетить библиотеки. Кроме того, у меня там есть друзья.”

“Я слышала, что у тебя появилось немало друзей в Арденсе, - я махнул рукой. - Совет Лордов, Теневое Джентри …”

Рувен рассмеялся. - Да, с Ардентинами довольно легко подружиться. Сделай им одно маленькое одолжение, и они положат руки на свои сердца и поклянутся быть твоими на всю жизнь. Такие искренние, страстные люди.”

Узел затянулся и застучал в моей груди. Он не отрицал, что дружит с Теневыми Джентри. И если половина двора Арденс действительно принадлежала ему на всю жизнь, у нас было больше проблем, чем я предполагала.

Я подняла руку в искусном жесте леди, защищающей хороший кусок сплетни от всеобщего обозрения. - Надеюсь, никто из ваших друзей не был замешан в этом инциденте?”

Он приподнял бледные брови. - Инциденте?”

Я огляделась и отступила в цветущий уголок, отгороженный виноградной решеткой. Она была чудесным образом пуста. Принц Рувен последовал за ним с жадной уверенностью человека, у которого никогда не было причин бояться убийц.

- Несколько дней назад неизвестные головорезы, переодетые Сокольничими, похитили детей некоторых пылких аристократов, - прошептала я. “Это ужасно, тебе не кажется?”

На краткий миг на лице Рувена промелькнуло неподдельное удивление — и что-то еще, чего я не могла прочесть. Затем его глаза сузились, магическая метка сверкнула фиолетовым меж век. - Какая наглость! В Васкандаре никто не смеет претендовать на власть Повелителей Ведьм. Они будут прикованы цепями к склону горы с обнаженными внутренностями, чтобы стервятники съели их живьем.”

Такая очаровательная беседа в саду. - Уверяю вас, Совет Девяти не будет обращаться с ними мягко, когда их поймают.”

Рувен погладил подбородок. “Эти дети ... они были помечены магами?”

“Вот это странно, - сказала я. “Это не так.”

“Ах. Выражение лица Рувена прояснилось, как будто я избавилась от беспокойства или замешательства. - Значит, это была уловка, чтобы получить за них выкуп.- Он покачал головой. - Тактика слабых. Отвратительно. Истинная власть не опускается до такой трусости и не поддается ее убеждению.”

“Я чувствую то же самое.- Я попыталась разгладить нахмуренный лоб. И удивление Рувена, и его презрение казались искренними. Либо он был очень хорошим актером, либо лично не участвовал в похищении. И Рувен не производил впечатления человека, который утруждает себя обманом; минуту назад он был достаточно откровенен с Теневыми Джентри.

“Конечно, ты знаешь. Мы с тобой родственные души, - он поднял руку к моему лицу.

Я отвернулась, как будто не заметила этого, и сорвала веточку винограда с решетки. Я сунула одну в рот, чтобы выиграть время, сладкий сок залил мой язык. Осмелюсь ли я надавить на него еще сильнее?

Это был мой единственный шанс выяснить, что он задумал. Теперь я не могла уклониться.

“Какая жалость, - вздохнула я.

- Что такое?- Он согнул руку, которой я избегала, словно проверяя новую перчатку.

“Я слышала, что ты приехал в безмятежный город в поисках невесты.- Я покатала еще одну виноградину между пальцами. “Но в таком случае я не понимаю, зачем Васкандар послал войска к границе империи. Ты хочешь замужества или войны?”

“Ах.- Он усмехнулся. Это был тяжелый звук, как будто кто-то просыпал гвозди. - Нет, конечно, мы не хотим войны. Не сейчас.”

Я засмеялась, Не зная, что еще делать. Теперь это не совсем обнадеживало.

“Нет-нет.- Улыбка тронула его губы, как будто мое заблуждение было самой восхитительной вещью, которую он слышал за весь день. “Мы не дураки. Повелители Ведьм могущественны в наших собственных землях, Да, но Васкандар не может проецировать свою величайшую силу за пределы наших границ в данный момент. Мы сражались с империей в прошлом и, без сомнения, будем сражаться снова, но это время еще не пришло.”

- О, хорошо.- Я проглотила виноград целиком, просто от нервов. Он проложил болезненную дорожку вниз по моему горлу.

- Действительно, нам есть чему у вас поучиться. Я очень уважаю и восхищаюсь могуществом Раверрана.- Рувен наклонил голову, спрашивая разрешения, и потянулся за одной из моих виноградин. Не раздумывая, я протянула ему кисть, которую держала в руках.

Кончиками пальцев прикоснулся к моей. Шок пробежал по моей коже, поднялся по руке и попал в грудь, и внезапно я не смогла дышать. Мои легкие просто остановились на середине вдоха.

Рувен дерзко улыбнулся. - Васкандранская сила, как видишь, совсем другая.”

Я отпрянула на шаг, паника сковала мои замерзшие легкие. Мгновенно я снова смогла дышать.

Мой пульс гнался за мной, дикий и яростный, побуждая меня бежать, или ударить, или позвать на помощь. Но нет. Если я признаю в нем угрозу, он победит. Я это прекрасно понимала.

Я вытащила кинжал. - Назови мне хоть одну вескую причину, - холодно сказала Я. - почему я не должна был убивать тебя.”

“О, это была всего лишь маленькая шутка! Видишь? Ты в порядке.- Он развел руками, смеясь. - Никто не пострадал. Маленькая шутка; это путь Васкандры.”

Я сверкнула глазами. - Твоей шутке не хватает юмора.”

- Возможно, возможно.- Его лицо посерьезнело. “Но теперь ты знаешь, - сказал он, - я действительно не хочу войны.”

“Откуда мне знать, что именно?”

- Потому что я мог бы убить тебя.- Он протянул руку ладонью вверх, словно ожидая дождя. - Потому что я все еще могу убить тебя одним прикосновением, в любое время. Это наверняка приведет к войне, не так ли?”

Я неохотно кивнула. Совет Девяти имел право объявить войну, и моя мать держала большую часть совета под своей властью.

- Но я этого не сделал.- Рувен ослепительно улыбнулся, как ребенок, уверенный в похвале учителя. “Ты жива. Таким образом, ты знаешь, что мое желание мира является подлинным. Выражение его лица изменилось, и он протянул руку в приглашении. - Как и мое желание ухаживать за Леди с таким благородным происхождением и такими блестящими политическими и магическими перспективами, как вы.”

Я вонзила кинжал в ножны, но мое лицо было не менее твердым, чем сталь. “Тебе еще многому предстоит научиться, - сказала я, - как ухаживать за Раверранцами.”

Я повернулась на каблуках, не сказав больше ни слова, и оставила его там.

Я не начинала дрожать, пока не оказалась в безопасности в своей лодке.

Глава 12

Мои мысли были переполнены и хаотичны, как движение на имперском канале, когда мой гребец вел меня домой с вечеринки в саду. Сумерки начали опускаться на безмятежный город, и его весло сломалось и разбросало отражения зажигающихся светильников и носовых фонарей в тысячи точек света. Люди перекликались с лодки на лодку, и звуки музыки доносились из окна дворца над каналом.

Теперь я почти могла провести черту между точками на моей карте неприятностей в Арденсе: визит принца Рувена и его возможная связь с Теневыми Джентри; неповиновение герцога Астора под влиянием Теневых Джентри; незаконное использование имперской печати при похищении детей. Почти, но не совсем. Мне все еще не хватало какой-то важной связи.

Мы скользили под золотыми огнями Ардентинского посольства, и я заметила знакомую фигуру на балконе, задумчиво облокотившуюся на перила и глядящую на воду: Доминик, его упругая грива и широкие плечи, безошибочно различимые в свете фонарей позади него.

- Причаливайте к следующему причалу, - приказал я своему гребцу, энергично махнув рукой Доминику. “Я приехала с визитом.”

Посольский слуга проводил меня на балкон, где Доминик с улыбкой помахал мне рукой, приглашающе подняв полупустую бутылку вина. - Амалия! Встань рядом со мной. Отсюда я вижу все проплешины аристократов. Это прекрасно.”

Я встала рядом с ним. - Только не капай на них чернилами.”

- Один раз! Однажды я так и сделал, и только с профессором Клописом, потому что он был так несправедлив к Венаше из-за того, что она пропускала занятия из-за утренней тошноты.- Он вздохнул. “Но ты должна признать, что моя цель была безупречна. Шлепок в середину его розовой короны.”

- Потребовались недели, чтобы пятно исчезло, - вспомнила я. “Вы использовали алхимические перманентные чернила?”

“Конечно. Только самое лучшее для Венаши.- Он налил мне вина, и мы чокнулись бокалами.

“Что привело вас в посольство?- Спросила я.

- Опять курьерские лампы, - вздохнул он. “Я передал брату твои слова о том, что Сокольничии, захватившие детей, были самозванцами, несмотря на императорскую печать.”

- И что же?- Мрачное выражение его лица не внушало оптимизма. - Он был убежден?”

- Он сказал, что это не имеет значения. Волна возмущения подняла Теневых Джентри на новый уровень в суде, и они рвутся вперед на гребне ее.”

Я перевела дух. - Доминик, у Теневых Джентри могут быть связи с Васкандаром. Принц Рувен, кажется, считает их своими друзьями.”

“Я в этом не сомневаюсь. Доминик покачал головой, вновь наполняя свой бокал вином с определенной решимостью. - Габрил был очень дружен с Рувеном, пока тот был в городе. Насколько я понимаю, именно так Теневые Джентри думают, что Арденс может отделиться от Империи — они думают, что Васкандар поддержит их как свободный город-государство.”

- Скорее проглотить и переварить.”

“Да, мы с тобой это знаем. Но они, очевидно, все думают, что принц Рувен-хороший парень, заботящийся об их интересах, потому что он сделал несколько займов и оказал несколько услуг.”

- Твоему брату следовало бы держаться подальше от Теневых Джентри.- Я старалась говорить легко и мягко, но мои пальцы крепче сжали бокал. “Если они выступают за то, чтобы покинуть империю и заручиться поддержкой Васкандара, что ж, трудно считать это чем-то иным, кроме измены.”

- Дистанцироваться от него? Увы, чертовски маловероятно. Он с гордостью носит свою серую маску. Но, может быть, мы сможем найти какой-то способ умерить их обратно к более здоровой степени инакомыслия.”

“Ты все еще думаешь присоединиться к ним?”

- Кто-то должен время от времени противостоять империи, чтобы она не впала в тиранию. Теневой Джентри мог бы взять на себя эту роль.- Он сделал глоток вина. - Но угрожать покинуть империю и обратиться за помощью к Васкандару-это глупо.”

“Глупость одним словом.”

Доминик посмотрел на канал. - Может, мне стоит вернуться в Арденс? Попытаться отговорить Габриэля от совершения огромной ошибки. Но я еще не готов покинуть Раверру. Я даже медового плода не ел.”

- Приходи в наш дворец, и наш повар приготовит тебе что-нибудь. Медовый плод не в сезон, но его выращивают несколько вивомантов, и я думаю, что они у нас есть.- Я толкнула его локтем о перила балкона. “Не уезжай пока. Я буду скучать по тебе.”

- О, я останусь еще немного. Хотя Леди Савони уже возвращается в Арденс вместе с некоторыми дипломатами. Насколько я понимаю, Леди Терринджер разозлила столько же членов двора, сколько и запугала. Моему кузену понадобится Савони, чтобы пригладить перья. Он никогда не признается в этом, но без нее он пропал.- Он покачал головой. “Те немногие достижения, которые он до сих пор приписывал себе как герцог, принадлежали ей.”

- Надеюсь, ей это удастся, - сказала я. - Мысль о том, что мы окажемся по разные стороны ... конфликта, делает мне больно.”

Доминик рассмеялся. “Ты и я? Мы никогда не будем по разные стороны баррикад, Амалия. Если мы не сможем найти ту сторону, на которой нам обоим нравится стоять, мы сделаем свою собственную.”

Жаль, что я не разделяю уверенности Доминика. Но мои ноги тяжело ступали по устланной ковром посольской лестнице, когда я спускалась к выходу из канала и ожидавшей меня лодке. Трудно было представить, как наша дружба могла бы выжить, если бы мне пришлось выпустить Заиру, чтобы сжечь его дом.

Когда я спустилась в фойе посольства, по мозаичному полу зазвенели торопливые шаги. Барон Леодра подошел к причальной двери впереди меня, лакей проводил его к лодке. Судя по хмурому выражению его лица, какое бы дело ни привело его сюда, оно прошло не очень хорошо.

Я колебалась, глядя, как дверь посольства закрывается за его парчовой спиной. Он перестал настаивать на более агрессивном имперском контроле над Арденсом с тех пор, как моя мать пригрозила разоблачить его бастарда на балу, но он все еще казался маловероятным выбором для ведения дипломатии с Арденсом в этот момент. Что привело его сюда?

Леди Коланта Савони вошла в вестибюль из той же позолоченной двери, что и Леодра, ее очки, свисавшие с цепочки на груди, отражали свет лампы. Она встретила мой взгляд и кивнула, как будто надеялась найти меня здесь.

- Леди Амалия. Можно вас на пару слов?”

“Конечно.- Я не смогла скрыть удивления в своем голосе. Я не забыла, что Марчелло видел, как она наблюдала за мной на балу, но до сих пор не имела ни малейшего представления, чего хочет от меня управляющая герцога Арденсского.

Она жестом указала мне на угол, рядом с растением в горшке, и подождала, пока через фойе не прошел торопливый помощник, прежде чем заговорить.

- Вы в курсе последних событий в отношениях между нашими городами?- спросила она.

Мое сердце упало от строгости ее тона. “Нет, если это произошло в течение последних нескольких часов. Произошли ли какие-то изменения?”

- Герцог Астор отверг заверения Дожа, что Раверра не имеет никакого отношения к похищению наследников Арденса, и отказывается сотрудничать с империей в любом случае или даже принимать Посланника Светлейшего в речном дворце, пока дети не вернутся.”

“Но у нас их действительно нет!”

“Я это знаю. Его Светлость, вероятно, даже знает об этом. Леди Савони покачала головой. - Это дело принципа-показать своим дворянам, что он твердо стоит на своем.”

“Это безумие.- Слова вырвались из меня прежде, чем я успел выбрать более дипломатичные. - Отказ принять Светлейшего Посланника - это еще одно нарушение мирных соглашений и оскорбление, которое дож не может игнорировать.”

“Есть причина, по которой я возвращаюсь в Арденс сразу же, - сухо сказала Леди Савони.

“Вы можете что-нибудь сделать?- Я умоляла ее.

“Возможно. Я надеюсь, Леди Амалия, что вы также сможете сделать что-нибудь для Арденса.- Она внимательно посмотрела на меня. Я не привыкла смотреть на женщин снизу вверх; мой Калламорский отец оставил мне преимущество в росте, которое, казалось, могли превзойти лишь немногие Раверранцы моего пола, но Леди Савони была на дюйм или два выше меня. - В течение многих лет ваша семья была настоящим другом нашего города. Какова ваша позиция, если позволите спросить, по поводу нынешней напряженности между нами?”

“Я нахожу их очень неприятными, - немедленно ответила я. “Я горю желанием как можно скорее вернуться к сердечным отношениям между Арденсом и Раверрой.”

Леди Савони теребила цепочку очков. - Вы должны понять, что я абсолютно предан благу Арденса.”

“Конечно.”

“Ну конечно? Я бы хотела, чтобы это было данностью, Миледи. Мало кто из вождей нашего города ставит благо пылкости выше своего собственного, как это всегда делала моя семья.- Она снова надела очки на нос. Глаза, встретившиеся с моими сквозь них, были остры, как у охотничьей птицы. - если бы их было больше, мы бы не обсуждали этот вопрос. Знаете ли вы истинную первопричину трудностей в Арденсе?”

Поколебавшись, я покачал головой. Может, у меня и есть свое мнение, но я предпочла бы услышать, что она скажет.

- Три года назад произошло извержение вулкана Энтал в горах Ведьмволла. В Раверре этого почти никто не замечал.- Она смотрела сквозь стену посольства, словно могла видеть сквозь пространство и время, как это происходит. - Но извержение задушило реку Арден камнями и пеплом, изменив ее форму. Образовались новые озера и пороги. Некоторые участки реки раздваивались или становились мелководнее. Это больше не идеальный канал для торговли между Васкандаром и Империей Раверран.”

“Ах.- Я начал понимать, куда она клонит. - А Арденс зависит от этого ремесла.”

- Наш город был построен на этой торговле и процветал на ней сотни лет. Теперь она внезапно уменьшилась, так как большие корабли больше не могут плавать по реке вблизи границы. Арденс сталкивается с очень реальной опасностью бедности и разорения. Кожа вокруг ее глаз напряглась, как будто признание причиняло ей боль. - Но аристократия Арденс, похоже, намерена тратить так же щедро, как и всегда, включая нашего нынешнего герцога. Они экспоненциально ухудшают ситуацию своими эксцессами и не планируют решать эту проблему. Когда я поднимаю этот вопрос перед его светлостью или Советом Лордов, надо мной смеются.”

Знание того, что город балансировал на грани банкротства, придавало всему остальному гораздо больше смысла: готовность Арденса принять помощь от Васкандара, отчаянная уловка герцога в обложении налогами Рейверранских купцов и даже возвышение Теневого Джентри. “Так вот почему дворяне надавили на герцога, чтобы он обложил налогами торговцев из Раверры и нарушил мирный договор? Чтобы заработать больше денег?”

“Хм. Все давят на герцога. Савони покачала головой. “Чтобы противостоять Империи или успокоить гнев Дожа. Найти их пропавших детей и наказать того, кто их похитил. Чтобы заплатить за их снисходительность. Чтобы найти виноватого. Чтобы сделать Арденс тем, чем он был, когда они были молоды. Все его придворные хотят, чтобы герцог был великим человеком, который решает за них все их проблемы.- Ее оценивающий взгляд встретился с моим. “Но он не тот человек. И вот она падает на меня.”

“Для стюарда это довольно сложная задача, - признала я.

“Вот почему, - сказала она, - я надеюсь на помощь Раверры, к которой аристократы Арданса не имеют иного выбора, кроме как прислушаться. И особенно от хитрого и богатого дома Корнаро. У нас с твоим кузеном был план спасения города, несмотря на герцога Астора. Но Игнацио отозвали в Раверру.- Судя по неодобрению в ее голосе, она предпочла Игнацио в качестве безмятежного посланника Леди Терринджер.

"Я надеюсь, что после того, как текущие трудности будут улажены, ваши усилия с ним не будут напрасными.”

Слабая улыбка тронула ее суровые губы. “Я тоже на это надеюсь. Я сделаю все, что в моих силах, чтобы восстановить мир и добрые отношения между нашими городами, как ради настоящего, так и в надежде на будущее. Я прошу вас иметь в виду, что никакое решение нынешнего кризиса не сработает, если оно не будет учитывать фундаментальные проблемы, вызывающие волнения в Арденс: финансовый крах и плохое руководство. Я обращаюсь к Раверре за помощью в создании лекарства. Я надеюсь, что вы будете частью этого решения.”

“Я, конечно, хотела бы помочь Арденс снова расцвести, - осторожно сказала я, опасаясь слепо наткнуться на скрытое согласие, лежащее в ее словах, как в ловушке.

Она отвесила мне жесткий поклон. “Тогда, возможно, именно вы сможете спасти мой город, Леди Амалия. Если ты не уничтожишь его первым.”

***

На следующее утро я расчистила свое расписание и велела гребцу отвести меня на конюшню. Я рассказала о своих отношениях с Рувеном и Савони своей матери, когда она выходила из дверей Императорского дворца, но мне отчаянно хотелось поговорить с кем-нибудь о связи Рувена с Теневой Джентри, о безрассудном отказе герцога Астора от светлого посланника и о том, что можно сделать, чтобы ситуация не скатилась дальше в ад безумия.

Я поспешила мимо стражников к воротам и через темный, высокий вестибюль, остановившись, когда я вышла в сад и поняла, что понятия не имею, где найти Марчелло. Старший Сокол давал уроки горстке вивомантов поблизости, скручивая розовые кусты в причудливые и угрожающие формы; двое сокольничих стояли, прислонившись к дереву, чистили пистолеты и разговаривали. Мимо бодро прошествовал Сокол в форме, его Сокольничий шел рядом, направляясь к докам. Судя по сумке с инструментами, которую он нес через плечо, украшенной крылатым конем Раверры, он, вероятно, был ремесленником, отправившимся выполнять какой-то проект для Империи.

- Амалия!- Голос Марчелло весело разнесся по саду.

Я заметил, как он махал рукой от двери в офицерскую комнату, где стоял с клерком, делавшим записи в какой-то гроссбух. Марчелло извинился перед клерком и направился ко мне, солнце блестело на темных волнах его волос и ловило яркие искры от золотых нитей его униформы.

- Марчелло, - поприветствовала я его. “Ты свободен сегодня утром? Я надеялась поговорить с тобой.”

“Так уж вышло, что да.- Он ухмыльнулся. - Мое утро было отведено на обсуждение новой партии для Сокола, чей Сокольничий уходит на пенсию; но у Сокола была просьба, которая кажется идеальной, так что разговор занял всего десять минут, и я неожиданно свободен. На самом деле я просто думал, как бы мне хотелось, чтобы ты была здесь!”

- Да, нам есть о чем поговорить.- Я понизила голос, с тревогой оглядываясь по сторонам.

- Правильно! Например, встрече с моей сестрой.”

- Например ... - я моргнула. Марчелло просиял, глядя на меня. Страшные предзнаменования замерли у меня на языке. “Конечно. Встреча с твоей сестрой.”

Марчелло провел меня в спальню и поднялся по извилистым каменным ступеням башни на площадку, заваленную сломанными вещами: ручки от метел, крючки для горшков, шкатулки с драгоценностями, все это было сложено в две ненадежные кучи по обе стороны от двери, и едва хватало места, чтобы открыть ее.

“Она коллекционирует эти вещи, - извинился он. “Она все время говорит, что собирается использовать его в своей работе, но я ей не верю.”

К двери была приколота записка, написанная изящными паучьими каракулями:

ПОЖАЛУЙСТА ПОСТУЧИТЕ

Или Я Не Могу Нести Ответственность

За последствия

Спасибо

Марчелло потянулся к ручке.

Я схватила его за запястье. “А ты не собираешься постучать?”

- А, понятно.- Он вздохнул. “Я предполагаю, что я лучше, после того, как в прошлый раз.”

- В прошлый раз?”

Он поморщился и постучал в дверь.

Ответа не последовало. До меня доносилось тихое жужжание и редкие щелчки. Марчелло снова постучал.

“Вот почему я не беспокоюсь, - объяснил он.

- Может, попробуем в другой раз?”

“Нет-нет. Она будет рада познакомиться с тобой.- Он постучал в третий раз. - Истрелла! Это я, Марчелло!”

- Занято, - пропел голос из-за двери.

“Я могу вернуться в другой раз, - пробормотала я. - В самом деле, не стоит беспокоиться.”

Марчелло усмехнулся и поднял палец. - Истрелла, Леди Амалия Корнаро здесь, со мной.”

Дверь распахнулась с такой силой, что врезалась в одну из свай по бокам и опрокинула разбитую модель корабля на лестницу. “Почему же ты сразу не сказал? Входите! Не забудь про люстру.”

Первое, что я заметил, были ее очки: одна линза была окрашена в зеленый, а другая в красный цвет, Круглые оправы были окольцованы искусственными рунами, достаточно большими, чтобы доминировать над ее узким, заостренным лицом. Ей не могло быть больше тринадцати, если она была высокой и долговязой тринадцатилетней девочкой, полной коленей и локтей. Ее длинные тонкие пальцы не переставали двигаться.

Комната, в которую она нас ввела, была завалена незаконченными чудесами из бисера и проволоки, шестеренок и стекла, сверкающими обещаниями и несбывшейся целью под различными слоями пыли. Выпотрошенные часы изрыгали свои внутренности через один стул, а кремневый замок с вырезанными рунами золотыми полосами вокруг ствола лежал, запутавшись в медной проволоке, на другом. Верстаки боролись с полками за пространство на стенах, заваленными без разбора деталями, книгами и незавершенными проектами. Люстра, о которой она нас предупреждала, висела достаточно низко, чтобы заставить Марчелло пригнуться, свисая изящными каскадами хрусталя, но вместо свечей на украшенных рунами дисках лежали куски кварца, обернутые бисерной проволокой.

- Эта люстра-курьерская лампа?- Мой голос повысился до такой высоты, о которой я и не подозревала, глядя на нее с изумлением.

“В том-то и дело.- Она мечтательно помахала ему рукой. “Они все время заставляют меня делать пары курьерских ламп, и я подумала, что было бы замечательно сделать вместо них целый набор связанных люстр. Это было бы более компактно, чем приемные комнаты, которые вы видите сейчас ... но я отвлеклась на свою исчезающую корону и так и не закончила ее.”

Я моргнула. “Исчезающая корона?”

- Да! Вот, я тебе покажу.- Она подпрыгнула на цыпочках, затем подбежала к полке и вытащила оттуда несколько сплющенный ободок из проволоки и бусин, свисая с него длинными концами в тощий хвост. - С иллюзией сделано не так уж много, потому что ее так сложно исправить. Но я подумала, что если закрепить заклинание проволочной сеткой, а затем задрапировать вуаль, сотканную из серебряных нитей, чтобы нести энергию, и засеять больше бусин в вуаль …”

“Это может сработать. Я посмотрел на корону, она протянула мне ее, и я повертел в руках. Проволока была почти такой же тонкой и сложной, как у Джесса, но с лихорадочным, беспорядочным изгибом. “Но если бы человек двигался, разве это не нарушило бы узор на вуали?”

- Ну, им придется сидеть тихо. Меня больше беспокоил источник энергии.”

“Можно использовать вулканическое стекло, - предложила я.

Истрелла сдвинула очки на лоб, пряча за ними растрепанные волосы. Ее магическая метка сверкала золотом вокруг зрачков. - О! Я могла бы протащить кусочки обсидиана сквозь завесу, чтобы равномерно распределить энергию! Она расплылась в головокружительной улыбке, и ее пальцы начали работать, как будто скручивая невидимую проволоку.

- Это блестяще! И я провела кое-какие исследования, которые могли бы помочь с дизайном круга передачи в вашей люстре. Я, знаете ли, читала Мускати.”

“У вас есть Мускати?! О, Можно мне его одолжить?”

“Ну конечно!”

Марчелло расхохотался. Мы оба повернулись к нему. Тепло поползло вверх по моей шее.

“Я и забыла, что ты здесь, - сказала Истрелла.

“Я мог это видеть.- Он ухмыльнулся так широко, что лицо его раскололось. - Продолжайте, пожалуйста.”

“Ты не хочешь присесть?” Истрелла безнадежно посмотрел вокруг комнаты. Все стулья были накрыты.

Марчелло отмахнулся от ее беспокойства и уселся на пол, скрестив ноги. “Все в порядке. Я устроюсь поудобнее. Я могу сказать, что мы пробудем здесь некоторое время.”

Полчаса спустя он прервал нас, когда мы вместе склонились над исчезающей короной, бормоча о том, как лучше всего вплетаться в вулканическое стекло. “Знаешь, это было бы невероятно полезно для военных, даже если бы ты не мог передвигаться в нем. Держу пари, что смогу получить полную поддержку этого проекта от Империи.”

Мой глоток радости имел странный горький привкус. Я не думала о военном применении. Неужели это всегда должна быть война? Но Истрелла с нескрываемым ликованием схватила меня за руки. “Это замечательно! У нас все получится, Амалия. Я бы с удовольствием сделала это с тобой!”

Моя улыбка стала шире, пока не заболели щеки. “Не знаю никого, с кем бы я предпочла сотрудничать.”

К тому времени, как мне удалось успешно попрощаться с Истреллой, что было не менее сложным процессом, чем помочь ей распутать провода двух устройств, которые она навалила друг на друга, небо за окнами ее башни было ярко освещено полуденным солнцем. Мой желудок заурчал во время обеда.

Истрелла стояла в дверях, пока мы с Марчелло спускались по лестнице башни, и махала рукой. - Спасибо, что привел Амалию, Марчелло!”

- Это было предопределено. Марчелло рассмеялся. “Мне пришлось.”

“Приходите в любое время, Леди Амалия, - позвала Истрелла, когда мы скрылись из виду за изгибающейся спиралью лестницы. “Вы с моим братом-хорошая пара.”

Я бросила смущенный взгляд через плечо на Марчелло, стоявшего на лестнице надо мной, который отчаянно замахал руками. - Я не ... Амалия, пожалуйста, поверь мне. Понятия не имею, как у нее сложилось такое впечатление!”

Я приподняла бровь. - Что из нас получится хорошая пара?”

- Нет, что мы пара. Я не — я бы не стал этого делать.—”

Мы были на полпути вниз по лестнице, в полоске тени, слишком далеко от площадки Истреллы и слишком высоко над следующим окном, чтобы поймать много дневного света. Это было промежуточное пространство, идеальное для секретов, требующее смелости, чтобы снова пробиться к свету.

Я остановилась и обернулась. Тени подчеркивали тонкие, чистые черты его лица. Что-то шевельнулось у меня в груди. “А ты бы не стал?”

На одну ступеньку выше меня, Марчелло сглотнул, чувства двигались по его лицу, как штормовые облака, набирающие форму над открытым морем.

“Я не очередной никчемный охотник за приданым.- Его голос был сухим шепотом.

“Я знаю, что это не так.”

Никто не смотрел на него. Этот момент был только между нами двумя: Марчелло и Амалией, а не лейтенантом и наследником Корнаро. Тяжелое давление повисло в воздухе, как надвигающийся шторм. Или какое-то Божественное Слово благодати, балансирующее на грани речи.

Я могла бы рассмеяться и повернуться, чтобы спуститься по ступенькам, но из этого ничего бы не вышло. Марчелло ничего не сказал. Он не мог, даже если боль в его глазах означала то, что я думала. Единственный шаг между нами был для него непроходимым океаном. Если кто-то и собирался пересечь ее, то только я.

Милости хранят меня. Я не могла позволить этот шанс пройти. Это может больше никогда не повториться.

Я протянула руку и потянула его вниз, на свою ступеньку. Только наши руки соприкасались, но мы были достаточно близко, чтобы я могла чувствовать тепло его тела вверх и вниз по холодному лестничному колодцу. Его зеленые глаза блеснули, и он наклонился ближе ко мне. За моей грудной клеткой бешено трепыхалась дикая птица.

- Лейтенант Верди?- раздался голос снизу.

Я со скрипом спрыгнула с лестницы, и Марчелло выпрямился. - Да?”

Пространство между нами снова стало обычным воздухом.

- Вас вызывает полковник, - раздался голос. - Только что поступило сообщение от Сала.”

Марчелло глубоко вздохнул. “Простите, Миледи, - пробормотал он.

Сладость Сумерек стала горькой на моих некрашеных губах. “Все нормально.”

“Я сейчас спущусь, - крикнул он. И он коротко поклонился мне, закрывая формальную дверь между нами. - Это может быть очень важно. Возможно, ты захочешь остаться на конюшне и послушать, как там идут дела. Я найду тебя позже.”

Это могло означать все, что угодно, или вообще ничего. “В порядке.”

Так близко. Будь оно проклято. И что означало это "прости"? Возможно, я неправильно его поняла, и теперь на его лице отразилось облегчение.

Слова собирались на моем языке, полные колючек и острых углов, и страстного желания преодолеть разделяющую нас пропасть в один шаг. Но его взгляд скользнул в сторону, и он начал спускаться по лестнице в одиночестве.

***

Я поискал глазами Заиру, но она была погружена в какую-то карточную игру с Терикой в столовой, а Негодяй свернулся калачиком у ее ног. Взгляд, который она бросила на меня через холл, ясно дал понять, что ей не нужна моя компания, поэтому я схватила кусок пирога с тарталеткой и откусила его в нише окна в административном зале, откуда был виден кабинет полковника. Я пыталась разгадать загадку, у кого могли быть средства и мотивы похитить наследников Арденс, но мои мысли все время возвращались к тому моменту на лестнице, между тенью и светом.

Я едва успела доесть пирог с заварным кремом и подумать, не прижаться ли ухом к двери полковника, как появился Марчелло, опустив глаза в явной задумчивости.

“Все в порядке?- Спросила я.

- Он потер затылок. - Наверное. Нужно переварить кое-какую новую информацию. Ты пойдешь со мной?”

“Конечно.”

Идя рядом с ним, я ощутила какое-то трепетание в животе. Пока мы шли по коридору, я бросала на него взгляды, гадая, подойдет ли он чуть ближе или возьмет меня за руку. Все, что могло бы показать, что в тот момент на лестнице Истреллы что-то произошло, и что наши отношения изменились.

Но взгляд Марчелло то и дело возвращался к вещам, мимо которых мы проходили в коридоре Конюшни — старый доспех, дверь в игровую комнату для маленьких детей, нацарапанная записка с просьбой вернуть пропавшую банку полыни в лабораторию алхимии. Я не была уверена, что он вообще знал, что идет рядом с кем-то, не говоря уже о женщине, которую он, возможно, почти поцеловал меньше часа назад.

Клянусь, мне это не приснилось. Как он мог быть таким безумно рассеянным?

“О чем с вами говорил полковник Васанте?- Спросила я.

- Ммм, - ответил Марчелло, указывая на свои ноги.

Я встала перед ним, заставив его посмотреть мне в глаза. “Ты отвлекся, - упрекнула я его. “Что тебя беспокоит?”

- Он вздохнул. - Пойдем со мной в столовую. Заира должна услышать это первой.”

***

Заира и Терика сидели в столовой, склонив головы над недопитыми мисками с супом из морской рыбы. Негодяй ждал у их ног, с глубокой преданностью глядя на чашу Заиры. Мы пробирались к ним сквозь редеющую после обеда толпу, проходя между столом, за которым полдюжины детей швыряли друг в друга хлеб, и группой солдат в форме, изо всех сил старающихся не обращать на них внимания. Когда мы подошли, Терика запрокинула голову и засмеялась над тем, что сказала ей Заира.

Однако, когда мы подошли ближе и Заира увидела серьезное лицо Марчелло, ее злая усмешка померкла. “Только не говори мне, что у тебя есть еще плохие новости об Арденсе.”

“Значит, тебя волнует, что там происходит?- Спросила я, стараясь, чтобы это не прозвучало как вызов.

Заира пожала плечами. - Мне нравится Доминик. Я не хочу, чтобы его география менялась.”

Терика захихикала, ткнув Заиру локтем в бок. Ответная улыбка Заиры была натянутой.

“Дело не в Арденсе, - серьезно сказал Марчелло. “Речь идет о твоем контракте.”

Заира еще глубже погрузилась в кресло. Кончики ее пальцев опустились на спину Негодяя, словно прикосновение его шерсти придало ей сил. Он ткнулся носом в ее руку, не отрывая взгляда от миски.

Марчелло опустился в кресло напротив нее. Я последовала его примеру, моя спина напряглась.

“Мы навели кое-какие справки об Ортисе после твоей выходки в Сале. И о твоем контракте в частности. Марчелло глубоко вздохнул. - Это подделка.”

Заира оскалила зубы. “Этот ублюдок.”

“Да.- Голос Марчелло сорвался от гнева. - Очевидно, он практикует это. Он заключал договоры о найме детей без чьей-либо защиты по всей империи, чтобы никто не заметил, что у него их слишком много. Он тайком вывозит своих жертв и продает их в Васкандаре. Это его обратный груз, после того как он выгрузит маки своей мечты.”

- Личинки забирают его глаза.- Заира положила кулаки на стол. “Мне следовало убить его, когда у меня была такая возможность.”

Мне пришла в голову одна мысль, и я наклонилась вперед. - Ты понимаешь, что это значит.”

- Это горение слишком хорошо для него? Заира фыркнула. “Не волнуйся. Я могу сделать это медленно.”

- Твоя мать не продавала тебя ему.- Я постаралась говорить как можно мягче. - Возможно, твоя семья вовсе не бросила тебя.”

Заира вздрогнула, как будто я ударила ее.

“Мы могли бы их найти.- Я предложила. - Выяснить, что произошло на самом деле.”

“Нет.- Голос Заиры был таким тихим, что я подумала, что ослышалась.

“Я знаю, что прошло много времени, но мы могли бы хотя бы попытаться. Они могут быть живы и искать тебя где-нибудь.”

Терика крепче обняла Заиру. - Она сказала "нет"! Разве ты не видишь, что она не хочет говорить об этом?”

Нахмурившись, Заира стряхнула ее руку. “Я могу вести свои собственные сражения.”

“Возможно, нам придется их найти, - сказал Марчелло. "Правила Сокольничих гласят—”

- Заткнись своими правилами Сокольничего. Заира приподнялась, готовая броситься за Марчелло. - Если ты будешь совать свой клюв туда, куда он не нужен. …”

Негодяй заскулил, настойчиво подталкивая ее лапой. Заира всплеснула руками и откинулась на спинку сиденья. “Ладно, ладно! Вот оно! Она поставила свою миску на пол, и энергичный звук его плескания немного стер ярость с ее лица.

“Я не понимаю, - тихо сказала я. “Почему ты не хочешь знать?”

- Потому что, - процедила Заира сквозь зубы, - у твоей маленькой сказки не может быть счастливого конца.”

“Но ведь тебя могли украсть у них, или потерять, или ... —”

- Убери голову с ягодиц, - рявкнула она. - В "Сале" полно детей без родителей, которые шарят по карманам, попрошайничают или едят чужой мусор, чтобы выжить. Никто из нас не является потерянной принцессой Целантиса.- Она покачала головой, как будто не могла поверить в нашу наивность. “Неужели ты думаешь, что я буду чувствовать себя лучше, зная, что мои родители умерли от чумы, или бросили меня в храме милосердия, потому что не могли накормить, или утонули в бурю?”

Я почувствовала, что между нами пропасть, широкая, как море. Я бы хотела это знать. Но семья и дом были для Заиры чужими словами, с другими значениями, чем те, которые я знала.

- Мне очень жаль.- Я не знала, что еще сказать.

Заира с громким скрипом отодвинула стул и поднялась на ноги. “Ты не знаешь, что значит "прости".- Она сказала это без злобы, как констатацию факта.

Негодяй танцевал вокруг ее лодыжек, надеясь на игру. Заира вздохнула. “Ладно, ладно, парень. Пойдем в сад и найдем тебе палку.- Мы втроем смотрели ей вслед, а Негодяй скакал за ней по пятам.

“Ты не должна давить на нее, - тихо сказала Терика.

Я встретилась с ней взглядом. Это была хорошенькая пухленькая девушка с медовыми кудрями, веснушками и легким Калламорским акцентом. Я видела, что Заира улыбается Терике больше, чем всему остальному миру, но сейчас ее лицо было серьезным.

“Ты права, - вздохнула я. - Заира не любит, когда ее толкают.”

“Дело не только в этом. Пусть ее прошлое останется мертвым.”

Услышав эти зловещие слова в сладком голосе Терики, у меня по спине побежали холодные паучьи лапки. “Что ты имеешь в виду?”

Терика склонила голову набок, глядя на меня серьезными глазами. “Все эти годы она жила в Сале, страдая и царапаясь, чтобы остаться в живых ... я не знаю, через что она прошла, но я знаю, что это было нехорошо.- Она постучала по краю своей пустой миски. “Но в любой момент она могла прийти сюда и сразу же получить всю еду, которую могла съесть, теплую, мягкую постель и все, о чем только могла мечтать. Она знала это, но оставалась на месте.”

Я никогда об этом не думал. Марчелло покачал головой. - Но почему? Вот чего я не понимаю. Почему она предпочла эту жизнь конюшням?”

Сокольничая Терики помахал ей через холл, сияя, как снисходительная тетушка. Терика помахала в ответ, ее Джесс блестел на запястье.

“Я в основном счастлива здесь, - сказала она мягким и задумчивым голосом. - Хотя мне хотелось бы почаще бывать дома и видеться с бабушкой. До Калламорна путь неблизкий, а Лиенн, мой Сокольничий, плохо путешествует. Я не люблю таскать ее туда чаще двух раз в год, хотя она и говорит, что не возражает. Заира тоже могла бы быть счастлива здесь. Но представьте себе, что вы живете всю свою жизнь, зная, что внутри вас есть огонь, который может убить тысячи людей. Представьте себе, что замок, который ждал вас с этими мягкими постелями и теплой едой, был приманкой для вас людьми, которые хотели использовать этот огонь против своих врагов.”

“Это не— - начал Марчелло.

“Да, - твердо перебила его Терика. - Мне очень жаль, лейтенант, но это так.”

Губы Марчелло сжались. - Он склонил голову. Я пожалела, что у меня нет слов, чтобы утешить его, которые не были бы ложью.

“Так вот она где, - вздохнула Терика. - Все-таки Соколу, наконец-то удобно и безопасно на конюшне. И все те жертвы, которые она приносила все эти годы — все те разы, когда ложилась спать голодной или замерзшей, или делала бог знает что еще, зная, что ее ждет замок, — все это было напрасно.- Она пожала плечами. “Конечно, она не хочет снова все это выкапывать.”

Я уставилась на свои руки, сложенные на столе. Они были гладкими и мягкими, без мозолей от тяжелой работы, без царапин, за исключением старого следа от кинжала убийцы. Я предположила, что если Заира не хочет, чтобы я знала, что происходило в ее жизни до того дня, когда я надела ей на запястье золотой браслет, что ж, я могу позволить ей это уединение.

Подошла Лиэнн с двумя дымящимися кружками в руках. Терика понимающе улыбнулась нам. “Она так старается, - пробормотала она. Затем она поднялась на ноги, улыбаясь. - Шоколад! Лиэнн, ты просто чудо.”

- Приготовлено, как у нас в Лорейсе, с молоком и медом, - весело сказала Лиенн. - Простите, Леди Амалия, лейтенант, но мне хватит только на двоих.”

“Все в порядке. Я встала, чувствуя себя так, словно оставила на стуле позади себя какую-то частичку самого себя. “Я все равно собиралась домой.”

Марчелло тоже поднялся. - Я провожу вас до вашей лодки.”

На этот раз мы оба шли в рассеянном молчании, не глядя друг другу в глаза. Конюшня была домом Марчелло, а Соколы-его семьей; я могла только догадываться, что творилось в его голове после слов Терики.

Когда мы проходили через мрачный большой зал с мраморными колоннадами и драматическими картинами истории Сокольничих, мы встретили входящего полковника Вазанте. В руках у нее была пачка бумаг и выражение неумолимой целеустремленности. Увидев Марчелло, он направилась к нему, не замедляя шага.

- Верди!- позвал он. “У нас есть приказ от Дожа.”

Марчелло остановился, его плечи напряглись. “Какого рода приказы?”

- Приказ о развертывании. Мы перебрасываем Соколов к васкандранской границе. Губы полковника скривились от отвращения. - И к Арденсу.”

***

Полковник бросил на меня оценивающий взгляд, когда я последовала за Марчелло в ту же маленькую боковую комнату, куда он затащил его раньше, но он не остановил меня — то ли потому, что я был дочерью своей матери, то ли потому, что он хотела, чтобы я тоже слышал приказы, я не могла догадаться. Стены комнаты, оштукатуренные белой штукатуркой, были лишены каких-либо украшений, а единственной мебелью служили деревянные стулья и покрытый пятнами дубовый стол. Это было одно из тех мест, где стражники могли бы ждать, находясь на дежурстве у резервных ворот.

Полковник Вазанте закрыла дверь и бросил бумаги на стол. - Ничего особенного, лейтенант, вы можете перестать напрягаться, как будто я собираюсь ударить вас. По одному-два Сокола на каждый из главных пограничных фортов, на всякий случай, и еще пара, чтобы перебраться в гарнизон за пределами Арденса. Все подробности здесь.”

Марчелло разложил бумаги и начал их просматривать. Я поймал взгляд Васанте. - Почему Именно Арденс?”

- Он фыркнула. “А ты как думаешь? Герцог Астор Бергандон отказывается принять Безмятежного Посланника. Это пощечина, которую Империя не может игнорировать. Если они будут продолжать бросать вызов имперской власти, дож хочет закончить эту войну до того, как она начнется. У нас нет времени потакать истерикам Арденса, когда Васкандар стучится в нашу границу, Миледи.”

Я ухватилась за край стола, как будто пол мог сбросить меня, и наклонилась над бумагами рядом с Марчелло. Я слишком хорошо знала, кто из Соколов может быстрее закончить войну. “А кто в списке?”

“Не вы. Я не отдаю тебе приказов.- Резкий голос полковника прервал напряженную линию в моей спине. Я вздохнула с облегчением. По крайней мере, все не стало настолько плохо, что дож был готов использовать балфайр.

Но ладонь Марчелло ударила по столу, заставив меня вздрогнуть от громкого удара.

- В этом списке есть Истрелла.- Его голос был напряжен, как будто он растягивался по грубым камням.

Я с тревогой взглянула на страницу.

Конечно же, второе имя было Истрелла Верди.

Глава 13

Полковник Вазанте едва взглянул на имя Истреллы.

“Да. Расслабься, Верди. Ты скоро вернешься сюда. Я сказал ему, что ты мне нужен.- Полковник вытащил из-под приказа о развертывании еще одну пачку бумаг. - Дож хочет, чтобы она ненадолго приехала в Арденс и построила несколько таких домов. Когда она закончит, вы оба можете вернуться домой.”

Марчелло вздохнул с облегчением. Но я уставилась на схемы, которые показал Вазанте, прослеживая линии проводов, которые обвивали металлические кольца, соединения для огромного источника питания и умные фокусные линзы.

- Это сделано для того, чтобы усилить пушку. Мои слова упали на стол, холодные и тяжелые, как свинец. - Чтобы сделать ее во много раз более разрушительной. Вы хотите, чтобы она создавала оружие.”

Глаза Марселя расширились. - Он повернулся к полковнику. “Ты не можешь позволить ей создавать орудия убийства людей. Она всего лишь ребенок!”

“Она солдат.- Тон Вазанте не допускал возражений. “И она одна из, Может быть, дюжины мастеров в Соколах, обладающих необходимым мастерством и силой. Остальных либо отправляют на васкандранскую границу, чтобы они там побольше жили, либо они слишком стары или немощны, чтобы путешествовать, либо даже моложе твоей сестры. Ты бы предпочел, чтобы я отправил ее в горы Уитчволла?”

Марчелло схватил список и присмотрелся к нему поближе, бумага прогнулась от его хватки. “Дело не только в моей сестре. Ты отправляешь Халмура на границу-он едва ли старше Истреллы. Там в любой момент может вспыхнуть бой!”

“Он могущественный вивомант, - отрезал Васанте. “Нам нужен способ противостоять Повелителям Ведьм, если они выйдут на поле боя.”

Марчелло стоял неподвижно, как пика. - Я возражаю, полковник. Посылать взрослых Соколов на потенциальную войну-это одно. Но мы не можем позволить себе посылать детей.”

Васанте прищурилась. “Это приказ Дожа Раверры и Совета Девяти.- Его голос мог резать сталь. “Тебе это не должно нравиться. Но ты должен подчиняться ему.”

Марчелло стоял, дрожа и сжимая кулаки. Лицо полковника немного смягчилось, но тон остался прежним. Мы получаем приказы и выполняем их. Это понятно?”

Марчелло бросил список на стол. Но он ничего не сказал. Я поймала себя на том, что не могу дотянуться до него; все, что я сейчас сделаю, будет только хуже.

Васанте нахмурился. - Я спросил, ясно ли вам, лейтенант Верди?”

- Да, Полковник.- Он стиснул ее зубами.

“Хорошо. А теперь иди готовься к перемещению этих Соколов. У вас есть три дня, чтобы подготовить их.”

Марчелло отдал честь, двигаясь как ржавый часовой механизм. Затем он повернулся и вышел из комнаты, не сказав больше ни слова.

Я последовала за ним в большой сумрачный зал с его драматическими картинами, мои кости ныли от сочувствия. Он подошел прямо к мраморной колонне и ударил по ней кулаком, потом согнулся от боли.

“Ой. Проклятие, зачем я это сделал?”

- Потому что ты расстроен, - мягко сказала я.

Он прислонился лбом к колонне и закрыл глаза. “Я должен был противостоять ему. Я должен был сказать "нет".”

“Ты бы ничего не изменил.”

“Я мог бы, по крайней мере, постараться убедить его. Он повернулся ко мне, и боль прочертила глубокие морщины на его лице. “Я не хочу, чтобы Истрелле пришлось создавать что-то, что убивает людей.”

“Тогда мы позаботимся, чтобы она не убивала людей, - сказала я. “Если конфликт с Арденсом разрешится мирным путем, ей не придется ее строить.”

На его лице не загорелось ни искорки надежды. - У меня нет такого влияния, Амалия. Может, и так, но я всего лишь солдат. Если они объявят войну, я буду сражаться. У меня нет силы, чтобы сделать мир.”

“Тогда я приготовлю его для тебя. Желание защитить его вспыхнуло во мне ярче, чем огни, зажженные в зале. “Мы сделаем это вместе.”

Я протянула руку, чтобы ободряюще сжать его плечо, как мог бы сделать друг. Но я случайно коснулась его волос, а потом мои пальцы скользнули вверх по его шее, запутавшись в черных волнах.

Его глаза расширились от удивления. - Амалия, - выдохнул он.

Руки Марчелло неуверенно обвились вокруг меня, словно я была существом из моря и огня, способным раствориться в гневе или смехе от его прикосновения. Он не столько обнимал меня, сколько заключал в свои объятия.

“Я не хочу, чтобы ты думала ... — начал он серьезно.

“Тогда не буду, - пообещала я. Сейчас мне не нужно было никакого будущего для нас, никакого момента за пределами этого клочка сумерек, когда светила просыпаются на стенах вокруг нас, как вечерние звезды.

Я уткнулась лицом в его плечо и просто держала его. Он был теплым, твердым и реальным, его пульс стучал в горле у моего виска, его руки уютно устроились вокруг меня с неизбежностью весеннего дождя.

Это было великолепно. Я хотел стоять там вечно, вот так, и забыть об Арденсе, Заире, Васкандаре и оружии войны, сделанном руками детей. Но каждая секунда, которую мы так провели, была еще одной секундой, умоляющей об открытии.

“Это ... - неловко начал Марчелло. - Неужели мы …”

Я приложила палец к его губам и с медленной неохотой солнца, поднимающегося над морем, отступила от его объятий.

“Ничего не говори, - прошептала я. “Если ты говоришь о сне, то он не настоящий.”

Смех эхом разнесся по коридору, и послышались приближающиеся шаги. Прошла целая минута, прежде чем горстка щебечущих Соколов и Сокольничих прошла через зал, но мы с Марчелло все еще стояли в тишине, в нескольких футах друг от друга, уставившись друг на друга.

***

Следующее утро застало меня необычайно рассеянной, когда я сидела в заднем ряду зала собраний на тысячу мест в Императорском дворце, игнорируя сложный и страстный спор о предлагаемых новых ограничениях на торговлю Лорейкийским шелком. Послеобеденный перерыв принес облегчение от ярких, острых осколков воспоминаний и беспокойства, просеивавшихся в моем сознании.

Я присоединилась к матери за вином и сыром на балконе с видом на оживленный главный двор Императорского дворца. Члены собрания толпились внизу на травертиновых плитах, продолжая свои взволнованные дискуссии или заключая тайные сделки, в то время как тонкий поток посетителей, просителей, чиновников и слуг входил и выходил через дворцовые ворота, тщательно проверяемые стражниками. Массивные мраморные крылатые кони стояли на дыбах в каждом углу двора,а статуи Девяти Граций благосклонно взирали с крыши.

Моя мать аналитически наблюдала за потоками людей, покусывая сыр и кростини. Я не ожидала, что она скажет много; сегодня был Судный день для Совета Девяти. Ее мысли будут заняты тюрьмами и казнями, решающими судьбы предателей и шпионов, ни о чем из этого она не собиралась говорить с дочерью.

Но после пятнадцати минут молчания ее глаза остановились на мне. “У меня есть новости, которые могут тебя заинтересовать.”

- А?- Я остановила оливку на полпути ко рту. Новости, которые она узнала в Судный день, вряд ли были воодушевляющими.

- Тот контрабандист, с которым у твоего Сокола была неприятная история. Ортис.- Графиня сделала глоток вина. “У меня были люди, которые расследовали его.”

- Лейтенант Верди сказал мне, что он продает детей Васкандару за маки сновидений.”

- Не просто детей.- Лицо моей матери стало жестким, как топор палача. - Тех, кто обладают магическим потенциалом.”

Я опустила оливку обратно на тарелку. - Значит, он не случайно пошел за Заирой.”

- Она кивнула. - В основном он нацеливался на тех, чьи силы были слишком слабы для магической метки. Но наше расследование выявило, по крайней мере, один или два случая, когда он добрался до отмеченного магом ребенка раньше Сокольничих и продал их Васкандару.”

Ужасная мысль пришла мне в голову. - Может быть, это он похитил детей Ардентинов? Наследников знати?”

“В этом нет ничего невозможного. Он действительно прошел через Арденс в нужное время. Если он замешан в этом деле, то ему лучше начать молиться милости Божьей.” Моя мать закончила свое вино одним аккуратным глотком, потом поднялась. “Но это его не спасет. Мы очень серьезно относимся к похищению магов. Я начала полномасштабные поиски его. Скоро мы отправим его на допрос в подземелье дворца.”

Этого было почти достаточно, чтобы я почувствовала симпатию к этому человеку. “Я скажу Заире, когда увижу ее. Сегодня днем я остановлюсь у конюшни.”

Ла Контесса приостановилась. “Ах да, конюшни. Еще одна вещь.”

- Да?”

Она смерила меня холодным, оценивающим взглядом. - Я слышала, ты часто бываешь в обществе лейтенанта Верди. Между вами что-нибудь есть?”

Я чуть не поперхнулась вином, которое только что пила. “Там ничего нет, - выдавила я. “Мы друзья, вот и все, мама. Я его уважаю. Ничего такого ... романтического.”

“Хорошо.- Она откинулась на спинку стула, ее голос смягчился до ужасающей мягкости. - Потому что этого не может быть, Амалия. Когда-либо. Ты ведь это знаешь, не так ли?”

Я знала. Четыре года назад моя мать говорила мне, что ни один из потенциальных женихов, которые теснили меня при дворе, не был достаточно хорош для наследника Корнаро. Я поняла это, услышав размеренный расчет, с которым Совет Девяти говорил о скреплении политических союзов посредством брака в гостиной внизу. Я знала это с того самого момента, как родился отец, который отказался быть Принцем, младшим сыном королевы Калламорна, чтобы приехать в Раверру и жениться на моей матери, чтобы его страна могла стать частью империи, не потеряв лица. Но это всегда было что-то далекое, кинжал в ножнах, чтобы защитить меня от глупых денди и плохого выбора. Теперь клинок был вынут и приставлен к моему горлу, и лезвие горело.

Мне пришлось кивнуть и сказать "Да, мама", как я всегда делала. Вот что было дальше.

Но гнев поднялся в моей груди, огромный пузырь разочарования от всех правил и обязанностей, которые ограничивали мои дни. Он выталкивал из моего рта разные слова.

- Милостивая госпожа, если я не могу завести себе друга без того, чтобы ты не уронила топор при мысли об ухаживании, то тебе лучше не ждать внуков.”

Мама потянулась через стол, как будто хотела взять меня за руку. На пальце у нее поблескивало обручальное кольцо: сапфир для Раверры и бриллиант поменьше для Калламорна, переплетенные в тонкое золотое кольцо. - С кем ты проводишь время, с кем танцуешь, с кем стоишь на шаг ближе на площади — все это наблюдают, отмечают и вроде как не печатают в газетах. Даже твой предполагаемый интерес к этому человеку может разрушить политический гамбит, основанный на идее, что ты свободна и имеешь право. Если ты не можешь сказать мне, какую выгоду принесет брак нашей семье или светлой империи, ты не можешь проявлять излишнее внимание к любому человеку. Ты меня понимаешь?”

“Значит, мне и в голову не придет ни за кем ухаживать?- Я не смогла сдержать горечь в голосе. - Тебе не нужно контролировать каждую мелочь, которую я делаю, мама. Ты не можешь управлять моими чувствами.”

Ни одна вспышка гнева не нарушила спокойствия на лице моей матери. Люди гораздо старше и хитрее меня каждый день пытались запугать ее, но безуспешно. Но она снова встала. Мягкость все еще чувствовалась, но это был лебяжий пух поверх железа.

- Испытай меня в этом, Амалия, - сказала она, - и ты увидишь, чем я правлю.”

***

В тот день я все еще кипела от злости на протяжении всего урока в конюшне, что было особенно неудачно, потому что это был боевой урок.

В моем случае ношение пистолета казалось неразумным, так как порох и балерфайр могли оказаться не лучшим сочетанием, поэтому Марчелло решил, что мне следует обучиться владению рапирой. Балос был бесконечно терпелив со мной, но все мои тренировки были связаны с кинжалами, и я не знала, что делать с двумя с половиной лишними футами стали. Не помогало и то, что Заира и Джерит наблюдали за мной со скамейки на краю тренировочного двора, медленно уничтожая поднос с выпечкой между ними, когда они предлагали комментарии о том, как я справляюсь.

Балос наконец объявил перерыв в нашем спарринге, потирая гладкую коричневую кожу головы и качая головой. Я держала рот на замке, пока осторожно ставила тренировочный меч на стойку.

“Я не знаю, почему ты беспокоишься. Заира развалилась на скамейке, грызя миндальное печенье. Негодяй с обожанием лежал у ее ног, хватая все крошки, которые попадали на землю. - Эти уроки бессмысленны без магии. Если единственная полезная вещь, которую Леди Прешес может сделать в драке, - это сказать слово освобождения, почему бы тебе не попрактиковаться в этом?”

Балос и Джерит обменялись взглядами. - Потому что балфайр невероятно опасен и разрушителен, и одна маленькая авария может убить нас всех?- Предположил Джерит.

Балос кивнул. “Балфайр не то, что мы можем развязать на практике. По крайней мере, не рядом с другими людьми. Он распространяется слишком быстро. Вы должны развязать его только тогда, когда ситуация уже смертельно опасна — когда нет другого выхода.”

Заира хмыкнула. - Скажи это дожу.”

Я заметила Марчелло в дальнем конце тренировочной площадки, он сидел на скамейке, уставившись на свои колени. Я и не подозревала, что он там; когда начался урок, он был занят расследованием сообщения о бродячем Алхимике на материке. Должно быть, он тихо вошел, пока я спарринговала. Я пересекла двор, движимая отчаянием и от урока, и от матери, готовая сделать какое-нибудь самоуничижительное замечание о том, что моя плохая успеваемость довела его до отчаяния.

Но он не поднял глаз, когда я подошла. Поражение волочилось по линии его плеч.

“Что случилось?- Тихо спросила я, усаживаясь на скамейку рядом с ним. “Что-то случилось с алхимиком?”

Он поднял голову. Его глаза оставались тусклыми и отстраненными. - Что? Нет. Не было никакого алхимика. Просто брошенный любовник отравил своего соперника без всякой помощи магии.”

“Тогда в чем же дело? Тебя что-то беспокоит.”

Марчелло вздохнул. - Истрелла. Мне нужно сказать ей, почему мы едем в Арденс.”

- Что? Ты все еще не рассказал ей о проекте "Кэннон"?- Я не смогла скрыть удивления в своем голосе.

- Я знаю.- Он откинул волосы со лба обеими руками. - Вчера вечером я поднялся к ней в башню и решил рассказать ей все, но не смог: она была так счастлива, работая над своей исчезающей короной. Я не мог испортить ей день.”

“Это на тебя не похоже. Позволить страху остановить тебя вот так.”

“Я обещал, что позабочусь о ней.- Он одарил меня беспомощной полуулыбкой. - Моя мать ушла, когда Истрелла едва могла ходить, а отец не хотел иметь с ней ничего общего. Мне было семь лет, но я практически растила ее вместе с нашей няней, пока пару лет спустя в ее глазах не появился магический знак.”

“Должно быть, это было нелегко.”

- Нет, все было в порядке, - сказал он. - Это дало мне цель. Я мог бы сделать что-нибудь стоящее, чтобы знать, что мои отец и брат ошибались, называя меня никчемным.- На его губах заиграла ироническая улыбка. - Полковник сам пришел проводить Истреллу в конюшню, потому что мы были патрицианской семьей. Я сказал ему, что поеду с сестрой, чтобы стать ее Сокольничим, когда подрасту.”

Я попытался представить себе полковника Васанте на десять лет моложе, глядящего сверху вниз на этого упрямого мальчишку. “Значит, ты поехал с ней? Ты вырос на конюшне?”

- Он покачал головой. “Только половину времени, пока мне не исполнилось четырнадцать и я не стал Сокольничим Истреллы. Полковник заявил, что, поскольку остальные члены моей семьи отказались от возможности переехать в Конюшню, я должен проводить с ними по крайней мере половину своего времени. Он посылал Истреллу ко мне в гости так часто, как только мог, так как мой отец и брат не приходили на конюшню, чтобы навестить нас там. Но они никогда не были рады видеть нас. Мы слишком сильно напоминали им нашу мать, и они считали магическую метку ее прощальным проклятием. Нам с Истреллой больше нравились конюшни.”

“Значит, ты-все, что у нее есть, - заключила я. “И ты не хочешь ее подвести.”

Он печально кивнул. “Я всегда говорил себе, что я не настоящий неудачник, пока не подвел ее. Я не могу просить ее сделать эти пушки, Амалия. Она всего лишь ребенок.”

Я потрясла его за плечо. - Отдай должное Истрелле, глупышка.”

Марчелло моргнул, глядя на меня. - Что?”

“Она Сокол, - сказал я. - Она выросла на конюшне. Она понимает, чего от нее ждут.”

“Они говорят о том, чтобы использовать ее работу для нападения на город, полный невинных гражданских лиц.- Боль в его голосе была не только для Истреллы. Я знала это слишком хорошо. Та же боль пронзила и мое сердце.

- Волнуйся об этом, когда речь идет не только о разговорах.- Я слишком хорошо осознавала отвлекающе малое расстояние между нами, угол наклона его тела к моему. - Все по-прежнему хотят дипломатического решения. У нас есть время.”

Одна из дверей тренировочного двора с грохотом распахнулась. Раздался звон колокольчика, предупреждающий любого, кто использует опасную магию. Полковник Вазанте вышел на тренировочный двор, его сапоги звенели по каменным плитам.

- Время игр закончилось, - сказала он. “У нас есть задание.”

Марчелло и Балос выпрямились, а Джерит встал, стряхивая с рук сахарную пудру. Я сжала свой медальон-факел. - Пожалуйста, скажи мне, что это не имеет ничего общего с Арднсем.”

Он едва взглянула на меня. - Ничего такого страшного. Они нашли этого контрабандиста. Ортиса.”

Поднос с печеньем грохнулся на пол, когда Заира вскочила на ноги. - Рявкнул Негодяй, шарахаясь от шума.

“А почему это касается нас?- Осторожно спросил Марчелло. - Им не нужна магия, чтобы привести сюда мелкого контрабандиста и его банду.”

- Они получили информацию от захваченного члена команды Ортиса.- Судя по тону полковника, я не хотел знать, что они сделали, чтобы заставить его говорить. “Он также сказал им, что у Ортиса есть несколько магических сюрпризов. Искусственные ловушки на его убежище, алхимические яды, один или два члена экипажа с примесью магии. Нам понадобятся Соколы, чтобы справиться с этим.”

Марчелло проверил кремневый замок и рапиру на поясе. “Порядок. Я возьму с собой мастера и алхимика.”

- Антиллы.- Полковник указал на Джерита и Балоса. “Ты тоже иди.”

Джерит мрачно отсалютовал. Балос отложил тренировочный меч и начал пристегивать настоящий.

- Возьмите мастера, чтобы справиться с любыми ловушками, которые вы найдете. Я подготовлю пару отрядов, чтобы присоединиться к вам. Он вышел тем же путем, каким пришел, и дверь снова звякнула, захлопнувшись за ним.

Костяшки пальцев Заиры побелели по бокам. “Я пойду с тобой.”

Марчелло покачал головой. “Ты не можешь уйти. Мы не можем рисковать ни тобой, ни Леди Амалией.”

Заира яростно повернулась к нему. “Я тебя не спрашиваю, крысосос-подхалим. Говорю тебе, я ухожу. Без меня Ты Ортиса не уберешь.”

“Ты никуда не пойдешь без Леди Амалии, - отрезал Марчелло, - а она останется здесь.”

Весь гнев и разочарование, кипевшие во мне с тех пор, как я поговорила с матерью, превратились в ледяную решимость. “Я пойду, - сказала я.

Марчелло резко обернулся и уставился на меня, как на сумасшедшую. - Миледи, вы же не серьезно.”

“Вы не говорите мне, что я могу и чего не могу делать.- Голос, сорвавшийся с моих губ, потряс меня своей твердой уверенностью. Я говорила, как моя мать.

Марчелло напрягся. Его поза и тон стали официальными и отстраненными. - Нет, миледи. Я не. Но я командую этой военной операцией. Я определяю, какие силы привести. И я ни при каких обстоятельствах не выпущу огненного колдуна в город.- Он поклонился. “Доброго дня.”

Он ушел вслед за своим полковником. Джерит бросил на Заиру сочувственный взгляд, затем взяла Балоса за руку и последовал за ним. Колокольчик зазвенел с насмешливым добродушием.

Заира выглядела так, словно готова была зубами проделать дыру в стене конюшни. - Демон безумия расколол тебе череп, самодовольный ты, чумазый—”

- Заира.- Моя холодная, сердитая решимость осталась. Мне надоело быть послушной. - Пошли отсюда.”

Ее глаза расширились, потом сузились. “Ты слышала его. Он не хочет, чтобы мы были с ним. И твоя мама не позволила бы тебе стричь ногти высокородным в бою.”

“Так уж вышло, - сказала я, - что я как раз в том настроении, чтобы сделать что-то такое, что не понравилось бы моей матери. А что касается лейтенанта Верди, то мне и в голову не приходило вмешиваться в его миссию.- Я улыбнулась. “Мы с тобой просто отправимся на безобидную прогулку по городу. Разве это не так?”

Заира оглядела меня с ног до головы, словно прикидывая, сколько можно выручить за мои ботинки на черном рынке. “Мы никогда не подойдем достаточно близко, чтобы облизать Ортиса, - сказала она. “Мы даже не знаем, где он. Но все в порядке.- Она стряхнула сахар с рук. - Это лучше, чем сидеть здесь и ждать.”

***

“Куда мы идем?- Спросила я Заиру. Я велела своему гребцу высадить нас в респектабельном районе рынка недалеко от Сала, на случай, если он доложит об этом графине. Тремя мостами позже мы добрались до грязного района с облупившейся штукатуркой, сквозь которую проглядывали кирпичные кости, и бельем, развешанным между окнами над узкими улочками. По мере того как удлинялись тени, пешеходы в основном казались честными рабочими, направляющимися домой; мы не приближались к более сомнительным участкам, где я впервые встретила Заиру.

“Верфь.- Ее глаза скользили по всем, мимо кого мы проходили, изучая лица, как будто она надеялась найти Ортиса в маскировке. “Он не дурак. Если его будут искать, он побежит к своему кораблю. Он ни за что не станет ждать, пока его арестует взвод солдат в форме.”

Это имело смысл. Мои надежды на то, что мы действительно найдем Ортиса вовремя, чтобы помочь поймать его, развеялись — и моя тревога тоже. У меня было мало навыков, применимых к потенциально смертельной конфронтации. Марчелло был прав, что оставил нас здесь. Это была ужасная ошибка.

- Заира ... - начала я.

Она поднесла палец к губам. Ее походка оставалась ровной, но напряжение сковало плечи.

“Будь осторожна, но оглянись, - прошептала она. - Видишь человека в черной кепке?”

Я оглянулся. “Нет.”

“Ты хитра, как мешок с кирпичами, ты это знаешь? Я сказала, чтобы это было небрежно. Теперь он наверняка знает, что мы его заметили.”

“Что ты его заметила, - раздраженно ответила я. “Я его не видела.”

“Это потому, что ты слепая. В любом случае, за нами следят.”

Я Инстинктивно оглянулась назад.

- Сиськи Грации оф Мерси, женщина!”

Я покраснела. “Огорчена. Я ничего не могла с собой поделать.”

- Ты безнадежна. Заира покачала головой.

Я верила ей — верила, что кто-то идет за нами, и все еще питала слабую надежду. Я могла бы придумать достаточно причин, по которым различные люди могли бы хотеть следовать за одним или обоими из нас, что было удивительно, что у нас не было целого поезда шпионов, охранников и убийц, которые следовали за нами, как утята. И все же я ускорила шаг. Заира без возражений последовала за мной.

Из-за угла впереди показался торговец в кожаном фартуке; увидев нас, его морщинистое лицо просветлело от узнавания. Он сразу же поспешил к нам. Рука Заиры потянулась к ножу.

Но когда он приблизился, то вытащил не оружие, а восковую печать на тонком пергаменте. Он огляделся вокруг, словно желая убедиться, что никто не наблюдает за ним. - Леди Амалия.- Он склонил голову в усеченном поклоне. “У меня для вас послание от вашей матери.”

- Он показал мне печать. В синем воске девять звезд окружали крылатого коня Раверры.

- Дела Совета?- Спросила я. Рука Заиры осталась лежать на рукояти ножа.

Он кивнул, убирая печать. “Мы только что захватили еще одного человека Ортиса, и появилась новая информация. След, по которому идут Соколы, - ложный. Возможно, это ловушка.”

- Милость милосердия.- Марчелло и остальные уже были в пути. Они могли прямо сейчас попасть в засаду. “Кто-то передал Соколам?”

“Конечно. Но мы не уверены, что эта новая информация является подлинной. Графиня надеется, что ваш Сокол сможет подтвердить, действительно ли этот человек работает на Ортиса, так что мы знаем, стоит ли отменять рейд.”

- Подожди минутку.- Голос Заиры звучал резко и подозрительно. “Откуда графине знать, что мы здесь?”

Я рассмеялась, не без горечи. “Она всегда знает, где я нахожусь. Она знает все, что происходит в этом городе.”

Человек в кожаном фартуке поклонился с кривой усмешкой. “Как говорит Леди. Мы держим нашего информатора поблизости. Вы придете опознать его?”

Мы с Заирой переглянулись. Плотно сжав губы, она кивнула.

- Хорошо, - сказала я. - Веди нас к нему.”

***

Человек в кожаном фартуке провел нас через несколько мостов и через извилистый лабиринт улиц Сала к маленькому грязному театру. Краска осыпалась с масок, висевших над дверью. Он была закрыт на весь день, но наш проводник отпер поцарапанные деревянные двери и впустил нас внутрь.

Ожидающая тишина заполнила темную пещеру театра. Ряды пустых кресел были обращены к Красной занавешенной пасти авансцены. Наши шаги нарушили густую тишину, как будто мы вошли в заброшенный храм. Сквозь щели вокруг двери, которую наш проводник тихонько прикрыл за нами, проникало немного солнечного света; без окон только две мерцающие лампы по бокам сцены смягчали мрак.

“Где ваш осведомитель?- Спросила я, когда наш гид повел нас по проходу.

Он не ответил.

Заира внезапно остановилась, вонзив пятки в ковер. “Яйца. Это и есть ловушка.”

“Совершенно верно, - отозвался чей-то голос. - Молодец, Заира.”

Глава 14

Полдюжины вооруженных людей поднялись из-за сидений вокруг нас, направляя на нас ножи и дубинки. Наверху, на балконе, появились еще двое с кремневыми ружьями, нацеленными вниз.

Они выглядели довольно грубо. У одного на подбородке красовался странный шрам, похожий на отпечаток ладони. Это зрелище вызвало вспышку узнавания, но ситуация была слишком срочной, чтобы я могла рассмотреть его сейчас.

Длинноволосый мужчина в алом сюртуке протиснулся через занавес на сцену и поклонился.

- Добро Пожаловать, Леди Амалия Корнаро.”

Заира вытащила Кинжал. - Ортис, - прошипела она.

Мое сердце колотилось о ребра, как будто хотело сбежать из этого театра так же сильно, как и я. Я приложила руку к груди, кончики пальцев коснулись застежки моего медальона. - Сам злодей.”

- Нет ничего более великого, чем злодей, - скромно ответил Ортис. “На самом деле все, чего я хочу, - это уйти со сцены. Но Графиня все усложнила.”

“Ты получишь свой выход, - прорычала Заира. - В катафалке.”

Ортис рассмеялся. Это был культурный, насмешливый смех; если уж на то пошло, его акцент был чисто салонным, без намека на доки или Сало. В его голосе было что-то знакомое. “О, но ты, маленький огненный колдун, идешь со мной. У меня есть покупатель, который ждет тебя уже много лет.”

“Отпусти меня.- Прошептала мне Заира, ее голос был резким и настойчивым. “Я сожгу их всех дотла.”

Слова Балоса застряли у меня в памяти. Эта ситуация еще не была смертельной.

“На твоем месте я бы не снимал с нее капюшон, - крикнул Ортис. “Она не очень разборчива в убийстве близких ей людей.”

Заира двинулась вперед. - Ты заткнись.”

- Заира, нет, - прошептала я. “Разве ты не видишь, что он тебя дразнит?”

Ортис поднял скульптурные брови. “А как, по-твоему, я тебя нашел? Я слышал печальную историю о пожаре в многоквартирном доме, в результате которого погибла та старая женщина, и о чуде благодати, которое не причинило вреда бедной маленькой девочке.”

Из горла Заиры вырвался сдавленный стон. Бандиты вокруг нас держались на расстоянии, настороженно глядя на нас и держа оружие наготове. Не нападая, но блокируя наш побег.

“Но это еще не все, - с удовольствием продолжал Ортис. - Видите ли, я не был уверен, потому что вы так хорошо спрятались. Поэтому я провел кое-какие исследования и обнаружил еще один трагический пожар, за несколько лет до этого. Вам было бы, наверное, четыре года? И снова все в доме умерли, за исключением одного маленького ребенка, который был чудесным образом нетронутым — его нашли плачущим над прахом ее матери и отца.”

Грация прослезилась.

- Закричала Заира с такой яростью, что демону стало бы стыдно. Она бросилась по проходу к Ортису с ножом в руке. Он ждал ее, не двигаясь, с улыбкой на губах.

Прежде чем я успела открыть свой медальон-вспышку, или произнести слово освобождения, или сделать что-то большее, чем резко втянуть воздух ужаса от того, что только что открыл Ортис, свет вспыхнул в круге вокруг ног Заиры, и она резко остановилась.

Она вбежала прямо в искусственный круг, нарисованный на циновке, которую Ортис, должно быть, бросил на ковер. Теперь он приковал ее ноги к полу.

“Это о тебе позаботится, - весело заявил Ортис.

“Вряд ли, ублюдок с окровавленным лицом! Заира присела, готовая к прыжку, напрягаясь против силы круга. “Чего же ты ждешь?- она оглянулась на меня через плечо. - Отпустите меня, немедленно!”

- Я бы не стал, - Ортис предостерегающе поднял палец. “Она уже потеряла контроль и даже не открыла огонь. Сломай сейчас же свою печать, и она заберет тебя с собой, а заодно и весь город.”

“Оно того стоит!- Заира сплюнула на пол. - Сделай это, глупый трус!”

Он был прав. Он слишком тщательно все спланировал. Даже если бы Заира сохранила контроль, некоторые из его головорезов были позади меня-огонь Заиры не мог поймать их, не пройдя через меня первой.

В этот момент я сомневалась, что ей будет не все равно.

Не бойся, Амалия. Если ты не боишься, они будут считать, что есть причина, и колебаться. И Грация Победы будет благосклонна к тебе.

- Ты дурак, Ортис.- Я позволила спокойному презрению наполнить мой голос. “Ты только делаешь себе хуже. Возможно, ты уже выторговал бы себе выход из этой ситуации. Но теперь ты действовал против Сокола и наследника Корнаро, украл императорскую печать—”

Улыбка Ортиса стала еще шире. - О, я получил эту печать на законных основаниях, от моего отца.- Он усмехнулся. “Или, возможно, я должен сказать, незаконно.”

Это заняло у меня некоторое время, но потом я поняла, почему его голос показался мне знакомым. Я слышала этот голос в своей гостиной, хотя и не так часто с тех пор, как моя мать заглушила его шантажом. “Ты незаконнорожденный сын барона Леодры.”

“Да.- Ему явно было приятно, что он наконец может заявить о своих правах. “И мой дорогой отец не может допустить, чтобы его соперник узнал, что его незаконнорожденный сын продает Васкандару детей, отмеченных магами. Можете себе представить, как это запятнает его репутацию?- Он благочестиво сложил руки перед собой, затем снова принял циничное выражение лица. - У моего отца такая многообещающая карьера, и чертовски трудно быть избранным дожем, когда тебя заклеймили предателем и лишили должности.”

Он говорил мне слишком много. Холодная уверенность поселилась в моих костях. Это могло означать только одно: я не покину этот театр живой.

Ортис широко развел руками. С его руки свисала серая маска домино-маскировка Теневого Джентри. - Мой отец — из страха за свою шкуру больше, чем за мою, я уверен-устроил так, чтобы вытащить меня из этого затруднительного положения. Даже сейчас Соколы находят моего дублера уже мертвым, избавляя от необходимости охотиться за мной, пока я ускользаю. Доказательства, которые я приведу здесь, укажут на Арденс.- Его голос заострился до смертельной сосредоточенности. Люди на балконе нацелили на меня свои кремневые ружья. “С твоей смертью мой отец отомстит за то, что сделала с ним Графиня. И она будет слишком отвлечена, чтобы копать глубже, потому что ее дорогая единственная дочь будет—”

- Exsolvo, - сказала я.

***

Я был совершенно не готова к огню, который последовал за этим.

Жар ударил в меня болезненным взрывом. Я отшатнулась от ослепительного голубого сияния, когда огромный шар бледного пламени вспыхнул вокруг Заиры, как будто Джесс сдерживал новое и ужасное Солнце внутри нее.

Крики и отчаянная ругань наполнили театр; двое мужчин на балконе выстрелили из пистолетов в Заиру, но огонь поглотил пули прежде, чем они смогли добраться до нее. В мгновение ока огромный огненный шар поднялся до самого балкона и стал широким, как ворота конюшни, пожирая по мере роста театральные кресла.

Он достигнет меня через секунду. Съежившись от пламени, я завизжала “ " Ревинчио! Ревинчио! Ревинчио!”

Пламя погасло, исчезло при первом же звуке, оставив яркие призраки света перед моим взором.

Заира исчезла. Нет, не исчезла — костер поглотил искусственный круг, связывающий ее. Она вскочила на сцену, в то время как Ортис все еще шатался от всепоглощающего присутствия пламени. Его головорезы на балконе пытались перезарядить кремневые ружья, но было уже поздно.

Ее нож описал зловещую дугу поперек горла Ортиса. Кровь заглушила его крик, и он, корчась, упал на сцену.

Заира развернулась лицом к зрителям, ее клинок был в крови. “Кто следующий?- она кричала.

Люди Ортиса дрогнули. Человек, который заплатил им, был мертв или должен был умереть через минуту. Но страх и гнев могут подтолкнуть их к чему угодно. Мы не были в безопасности.

Я закрыла глаза и открыла свой медальон-вспышку.

Крики шока и возмущения сопровождали пульсацию интенсивного света, включая крик Заиры: "Черт возьми, Корнаро!”

Я побежала к сцене, пока люди Ортиса все еще шатались в слепом замешательстве, схватила Заиру за запястье и потащила ее через заднюю дверь. Джесс холодно и сильно прижался к моим пальцам.

***

Я побежала по узким улочкам, обогнула два угла и пересекла мост, держа Заиру за руку и моргая от остаточных образов пламени. Она потянула меня к остановке на маленькой площади перекрестка со статуей Благодати Удачи.

- Почему мы бежим?- спросила она. - Это город твоей матери.”

- Потому что барон Леодра тоже входит в Совет Девяти, и если он узнает о случившемся раньше Дожа, то может приказать страже, имперским убийцам или всей армии преследовать нас.- Мой разум метался по кругу, заикаясь сильнее, чем учащенный пульс. Любой чиновник, к которому я обращусь за помощью, мог быть верен Леодре.

- Тогда иди, идиотка, или он точно будет знать, где ты, потому что ты будешь выделяться, как будто твои волосы были в огне.”

“О. Я задумчиво посмотрела на Заиру. - Кстати об огне, почему ты не падаешь?- Она выглядела немного усталой, возможно, ее походка была менее пружинистой, чем обычно, но она была далека от того, чтобы упасть.

- Потому что ты освободил меня только на полсекунды!- Заира всплеснула руками.

“Да. Потому что еще секунда-и я была бы мертва.”

Заира моргнула. “Право. Ты была позади меня.- Она сидела тихо и неподвижно. “Ох.”

Я мог сказать, что она думала о том, что сказал Ортис, о том, что ее родители тоже погибли от ее огня. Как бы мне ни было неприятно, что меня чуть не подожгли без видимой задней мысли, я оставила эту тему. “Мы должны найти Марчелло, - решила я. Он не мог быть далеко. “Он может дать нам вооруженный эскорт.”

- Обратно на конюшню?- Спросила Заира.

“Нет. Мы не можем дать Леодре время на подготовку контрудара.”

“Тогда куда же?”

Я снова зашагала неумолимым шагом, который был для меня новым и странным: мрачным шагом с гибелью Леодры в конце. “К моей матери, - сказала я.

***

Мы нашли Марчелло и других Соколов, идя по следу уличных сплетен о военной силе в Сале. К тому времени, как мы заметили Алые мундиры на извилистой улочке и пробились сквозь толпу любопытных зевак, закат окрасил темнеющее небо, а улицы и каналы погрузились в полную тень.

Солдат перегородил улицу, не давая прохожим пройти. Позади него я увидела Джерита и Балоса, стоявших перед таверной с дюжиной солдат и разговаривавших друг с другом с выражением глубокого недовольства.

“Ты не можешь спуститься сюда, - объяснил солдат, когда мы с Заирой подошли, подняв руку. “Вы можете пройти по Мосту Трех Дуэлей или подождать еще немного. Я думаю, они почти — о! Леди Корнаро. Он поклонился, и собравшаяся толпа зашептала и переглянулась.

“Где лейтенант Верди?- Спросила я.

“В таверне, Миледи. Драки больше не будет, так что вы можете спокойно войти.- Он жестом пригласил нас пройти.

Джерит не удивился, увидев нас, хотя Балос покачал головой, как бы говоря: "я должен был догадаться".

“Если ты хочешь пнуть Ортиса в живот, то уже слишком поздно, - поприветствовал Джерит Заиру. “К тому времени, как мы появились, один из его людей уже выстрелил ему в лицо.”

- О, я прибыла вовремя.- Заира показала зубы. “Хотя это правда, что я не пинала его в интимные места.”

“Мне нужно поговорить с Марчелло. Я чувствовала, как мое самообладание ускользает, медленно, но неумолимо, как кусочек льда, скользящий по не совсем ровному столу. “Есть одна проблема.”

Балос пристально посмотрел мне в лицо и кивнул. “Я приведу его сюда.”

Когда он вошел в таверну, где Марчелло задавал вопросы, а кто-то бормотал ответы, я взглянул на Заиру. Несколько капель крови Ортиса, словно веснушки, покрывали ее лицо, а кожа вокруг глаз казалась натянутой.

“С тобой все в порядке?- Пробормотала я.

“Я в порядке.- Она посмотрела на меня так, словно я оскорбила ее, но ее подбородок задрожал. - Черт побери, я же сказала, что не хочу знать, что с ними случилось.”

“Мне очень жаль.- У меня перехватило горло при мысли о той маленькой девочке, которая плакала в пепле, давным-давно.

Заира грубо пожала плечами. “Я их даже не помню. Мне не нужна твоя жалость.”

Глаза Джерита сузились от узнавания, но он ничего не сказал.

Марчелло вышел из таверны, нырнув под низкую притолоку. Он шагнул к нам, неодобрительно нахмурив брови Своего Герольда. “Моя госпожа. Заира. Что ты здесь делаешь?”

Этот вопрос поразил меня прямо в неустойчивое колебание в моем центре. Я прижала пальцы к вискам. - Принимать неверные решения.”

- Заканчиваешь свою работу, - сказала Заира.

- Более того, раскрытие предательства. Я подняла голову и глубоко вздохнула. “Марчелло—”

Его глаза расширились от шока. У меня почти не было времени подумать, но я даже не сказала ему об этом.

- Амалия, Берегись!- воскликнул он. И он толкнул меня так сильно, что я, шатаясь, налетела на Джерит.

Воздух разорвал выстрел, и пуля с треском ударилась о каменные плиты. Осколок летящего камня попал мне в лодыжку.

Марчелло с шипением боли прижал руку к боку.

- Марчелло!- Я схватила его за руку, отдергивая пальцы, чтобы показать порванный камзол и темное пятно. - Грация, ты ранена.”

Он крепко обхватил меня свободной рукой, повернувшись спиной к тому месту, откуда прилетела пуля, пытаясь прикрыть меня своим телом. Я выкрутилась, в ярости, во время, чтобы увидеть Джерита вихрь в сторону окна второго этажа вниз на улицу.

- Exsolvo, - тихо сказал Балос.

Джерит щелкнул пальцами.

Пурпурно-белая Искра вырвалась из них, превратившись в тонкую, как проволока, змею молнии. Еще один хлопок ударил мне в уши, громче, чем выстрел из пистолета. И тут из окна выпала фигура, обмякшая, и с тошнотворным стуком ударилась о мостовую.

Из его руки с грохотом вылетел кремневый пистолет. От его кожаного фартука поднималась струйка дыма.

- Ревинчио. Балос склонил голову.

- Амалия!- Марчелло схватил меня за плечи. “С тобой все в порядке? Он тебя ударил?”

“Нет, но он ударил тебя!- Я смахнула разорванную ткань с его бока, но пятно крови не распространилось.

- Просто задел меня. Спасибо милостям, что ты здорова.”

Он не убрал руки с моих плеч. Он пристально посмотрел мне в лицо, словно ища там какие-то обнадеживающие признаки. Я поняла, что моя рука все еще была на его боку, мои пальцы были влажными от его крови. Я выхватил его обратно. “Марчелло …”

Я хотела поблагодарить его — и отругать - за то, что он защитил меня. Мне нужно было проверить, жив ли человек в кожаном фартуке, и если да, то позаботиться о том, чтобы его схватили для допроса и отвезли в безопасное место, пока бразды правления силой не вырвут из рук Леодры. Но имя Марчелло застряло у меня во рту, и никакие другие слова, казалось, не желали занять его место.

На камнях послышались приближающиеся шаги. Жесткие, дисциплинированные, энергичные шаги, по меньшей мере дюжины людей. Я повернулся к ним лицом, готовая к новой схватке.

К таверне подошел отряд Императорской гвардии. В центре их строя, как флагман армады, плыла Графиня, блистательная в Изумрудном парчовом платье.

Ее взгляд скользнул по собравшимся солдатам, задержался на трупе на улице и наконец остановился на мне и Марчелло. Я смущенно отступила от него на шаг. Балос поклонился, что вызвало поспешную волну поклонов со стороны всех остальных. Кроме Кьярды, которая стояла рядом с графиней наготове, как обнаженный клинок.

- Докладывайте, - резко сказала графиня.

Марчелло отдал честь. - Полковник послал нас сюда, чтобы захватить Ортиса, следуя информации, полученной от пленника. Но мы нашли его уже мертвым, убитым в какой-то внутренней ссоре с его командой.”

Глаза моей матери сузились. - Никакого пленника не было. Кто отдавал приказы полковнику Васанте?”

Марчелло отступил от опасности, исходившей от нее, как жар. “Насколько я понял, они пришли из Совета Девяти, Ваше Превосходительство.”

“Я здесь, - сказала она с ледяной точностью, - чтобы узнать, почему отряд Соколов высадился в той части города, куда мы без моего приказа проследили путь Ортиса, прежде чем мы получим сведения о его точном местонахождении.”

“Мама.- Я понизил голос, чтобы он не донесся до зевак, выглядывающих из окон или вытягивающих шеи мимо солдат, блокирующих конец улицы. “Это была ловушка.”

“Меня это не удивляет.- Она внимательно оглядела меня, словно проверяя, цел ли я. “Скажи мне.”

Я сделал. Маска моей матери никогда не трескалась, даже когда я добралась до участия Леодры и когда Марчелло в шоке ахнул рядом со мной. Один раз она остановила меня, чтобы кивнуть Кьярде, которая тщательно обыскала мертвеца в кожаном фартуке и подняла печать Совета девяти. Она взяла его нежной рукой, но ее лицо стало мрачным и полным смерти. Я вспомнила, что сегодня все еще Судный день.

“Очень хорошо, - сказала она, когда я закончила. Она повернулась к Марчелло, а затем к офицеру Имперской Гвардии, стоявшему рядом с ней. “Идете со мной.”

“В ваш дворец?- Осторожно спросил Марчелло.

“Нет. В Императорский дворец.- Она спрятала печать в рукав. - И ты тоже, Амалия. Я хочу, чтобы ты была рядом со мной, пока мы не уладим дела с бароном Леодрой. У нас много работы.”

Глава 15

Наши лодки образовали настоящую флотилию, когда мы направились к императорскому дворцу. Люди перегибались через перила моста, чтобы поглазеть на длинную вереницу маленьких военных кораблей в красных и синих имперских цветах. Я сидела с матерью в ее личной лодке в центре; ее золотой нос, вырезанный в виде крылатого коня Раверры, рассекал воду канала так же чисто, как нож убийцы.

“Я не могу поверить, что барон Леодра-предатель империи, - сказала я.

Графиня не сводила глаз с Императорского дворца, ее лицо было мрачной маской. - Сомневаюсь, что он собирался им стать.”

- Если Ортис продает детей Васкандару, а его отец разрешает ему пользоваться имперской печатью …”

“Я знаю, о чем ты думаешь.- Мама искоса взглянула на меня. - Похищенные наследники Арденс. Обман Сокольничего. Будь осторожна, не делай преждевременных выводов.”

- Это не похоже на большой прыжок.- Теперь все обрело смысл. Леодра хотел, чтобы империя взяла Арденс в свои руки; что может быть лучше, чем спровоцировать войну, которую, как он прекрасно знал, Арденс не сможет выиграть?

“У Леодры нет людей в Арденсе, - сказала графиня. “Он новичок в Совете, и его база власти находится в Раверре. Насколько нам удалось выяснить, Ортис регулярно проезжал через Арденс по пути вверх по реке Арден в Васкандар, но и там у него не было серьезных контактов. Ни у одного из них не было ни связей, ни ресурсов в городе, чтобы организовать такую точную, деликатную и амбициозную операцию, как похищение наследников Ардентина.- Она покачала головой. - Возможно, в этом замешан Барон Леодра, но если так, то он действовал не один.”

Это имело смысл. Леодра не могл использовать имперских агентов для похищения наследников, иначе остальные члены Совета узнали бы об этом. Если у него не было своих наемников в Арденсе, значит, детей забрал кто-то другой. И все еще держал их, испуганных и одиноких.

Я уставилась на свою руку с побелевшими костяшками пальцев на тонком шесте, поддерживавшем парчовый балдахин над нашими головами. Шрам на тыльной стороне моего запястья резко выделялся, напоминая мне, как близка я была к тому, чтобы быть убитой еще раз.

Шрамы. Было еще кое-что, о чем он мне напомнил. Кое-что я поняла в мгновение ока, когда Ортис поймал нас в ловушку в театре, и забыла в последовавшем хаосе.

- Милости хранят нас. Я думаю, Ортис работал на принца Рувена.”

Это привлекло внимание моей матери. Она повернулась на своей мягкой скамье. - Что?”

Я дотронулась до своего лица. “У одного из людей Ортиса был шрам, похожий на отпечаток ладони. У половины слуг Рувена такие же шрамы-от его способности менять кожу. Я не знаю ничего другого, что могло бы оставить такой след.”

На мгновение Графиня замолчала. Затем она глубоко вздохнула. - Черт бы побрал Леодру к чертовой матери. Уборка этого беспорядка может занять больше времени, чем я думала.”

***

Мы ворвались в Императорский дворец подобно зимней Буре, оставив придворных дрожать в нашем кильватере. Моя мать заперлась во внутреннем зале Совета вместе с дожем и теми немногими членами Совета Девяти, которые сейчас находились во дворце — Леодра среди них отсутствовал, — в то время как мы с Кьярдой и Марчелло бодрствовали снаружи.

Нам не пришлось долго ждать. Прошло, наверное, с четверть часа, прежде чем мама позвала нас с Марчелло, чтобы рассказать, что мы видели. Дож слушал, сверкая глазами со своего скромного трона, в то время как два других члена Совета стояли рядом с плотно сжатыми губами и бледными лицами. Когда мы закончили, дож поднялся. Его богато расшитые одежды падали на него, как крылья чайки.

“Мы немедленно задержим барона Леодру, - сказал он. “Мы должны справиться с этим быстро и тихо. Мы не можем позволить себе затяжной внутренний конфликт сейчас, когда Арденс и Васкандар наблюдают за нами в поисках слабости, а глаза империи смотрят на нас.”

“В этом будет мое удовольствие, чтобы справиться с этим вопросом,” предложила Ла Контесса.

Дож коротко кивнул. “Я даю тебе свое благословение и полную власть.”

Моя мать подхватила Кьярду, когда та выходила из комнаты, и тут же принялась отдавать распоряжения. - Дайте мне взвод Имперской Гвардии. Пошлите вперед шпионов, чтобы найти Леодру. Пусть наши самые доверенные офицеры разведки определят, кто ему предан, проследят за его людьми и бумагами, найдут все схемы, в которых он замешан. Мы должны остановить любые планы на случай непредвиденных обстоятельств, которые у него могут быть, прежде чем он приведет их в действие. И особенно ищите любые признаки того, что случилось с детьми Арденса.”

Кьярда поклонилась, не замедляя шага. - Все будет сделано, Графиня.”

К тому времени, как мы покинули дворец, нас уже ждали мрачные поминки. Я чувствовала себя очень маленькой в центре всего этого, когда мы неслись через город, как гребень волны, несущейся на дворец Леодры со всей неизбежностью прилива. Я привела эту штуку в движение, вырвавшись из ловушки Леодры и сказав об этом матери. Теперь он раздулся далеко за моей спиной, и все, что я могла сделать, это быть свидетелем того, как судьба Леодры обрушилась на него.

Но когда мы подошли к широким мраморным ступеням Большого дворца Леодры, Кьярда ждала нас, качая головой.

- Он сбежал, Графиня. Должно быть, кто-то предупредил его. Он ушел.”

Графиня на секунду закрыла глаза, бормоча проклятия. Затем они снова распахнулись, острые, как всегда, ничего не упуская. “Я хочу, чтобы его дом обыскали.”

“Конечно, Графиня. Это уже происходит. Они нашли вот это.- Она протянула моей матери бумагу официального вида.

Я выглянула из-за плеча матери. Изящный, формальный почерк излагал знакомое сообщение, испорченное одной или двумя исправлениями. Это был, несомненно, черновик письма, которое получили родители пропавших детей Ардентинов, приказывая им подчиниться власти Раверры.

- Адские Раздоры.- Слова сорвались с моих губ в один миг. - Если Арденс узнает об этом …”

Это оправдало бы все худшие подозрения Теневого Джентри. Я больше не могла винить их за то, что они обвинили Раверру. Независимо от того, какие еще кусочки правды мы упустили, это письмо оставило четкий след.

К похищению был причастен один из членов Совета Девяти.

Моя мать передала бумагу обратно Кьярде. “Мы должны созвать то, что осталось от Совета, - сказала она. - Сегодня нам предстоит вынести еще одно решение.”

***

Всю ночь и весь следующий день в моем доме кипела бурная деятельность: шпионы и гонцы приносили донесения, Кьярда приходила и уходила с мрачным лицом и затуманенными от недосыпа глазами, а дож и половина Совета навещали графиню — в те короткие периоды, когда ее самой не было в Императорском дворце.

Моя мать настоятельно советовала мне оставаться дома до тех пор, пока она не убедится, что барон Леодра не оставил после себя убийц с приказом закончить дело, которое Ортис не выполнил. Не так давно я была бы вполне доволен, проводя столько дней, сколько моя мать любила читать в библиотеке или составлять искусственные проекты в моей комнате, но теперь я обнаружила, что не могу ни на чем остановиться. Я расхаживала по библиотеке или смотрела из дворцовых окон на императорский канал и неустанно подслушивала все новости о том, как разоблачение предательства Леодры повлияло на ситуацию.

Похоже, тщательный обыск в его доме и бумагах, а также еще более тщательный допрос его самых доверенных помощников и советников не выявили никаких намеков или улик, имеющих отношение к похищению детей Ардентинов. Если он и сделал больше, чем снабдил приказом и печатью, то не оставил никаких следов. Мои надежды на то, что это открытие освободит детей и положит конец угрозе войны, угасли. Это было не так просто, как если бы Леодра сам все организовал.

На следующий вечер после предательства Леодры Доминик, к моему великому облегчению, нанес мне визит. Но едва мы расположились в гостиной с подносом, на котором стояли кростини с розмарином и сыром, как он признался в истинной цели своего визита.

- Завтра утром я возвращаюсь в Арденс.- Он уныло вздохнул. “Я не хочу ехать. Судя по всем отчетам, в суде еще больше беспорядка из криков и плохих идей, чем когда-либо. Но я должен, по крайней мере, попытаться убедить моего кузена герцога снова принять Светлейшего Посланника. И уговорить моего брата не совершать ошибок, которые могут разрушить будущее моего города.”

“Значит, ты все-таки не присоединишься к Теневому Джентри?- Я старалась, чтобы мой голос звучал легко и дразняще, но в нем слышалось напряжение, и я подозревала, что Доминик тоже. “Я был готов купить тебе серую маску домино и таинственный плащ.”

“Хотя я уверена, что буду выглядеть в нем весьма эффектно, тебе лучше пока воздержаться от покупок масок.- Доминик повертел в руках кростини, словно оценивая редкий артефакт. - У них есть кое-какие соображения, заметь, особенно по поводу нежелательного призыва Соколов. Но Габриэль ... видите ли, наш отец был историком.”

- Я знаю. У меня есть его Хроника Подъема Арденса.”

Лицо Доминика на мгновение просветлело. “Да, да! Это его лучшая работа. Он отрекся от герцогского трона лишь для того, чтобы написать эту книгу. Габриэлю это нравилось. Все эти славные победы и хитроумные хитрости. Это были те части истории Арденс, на которые он обращал внимание.- Он задумчиво откусил кусочек кростини. “Но он забывает, что в истории Арденса как независимого города-государства существует так много историй о великих военных сражениях до того, как Раверра победил нас и привела в империю, потому что мы всегда воевали. Бесконечные кровавые конфликты с другими городами-государствами Центральной Эрувии, разыгрывание мелкой борьбы за власть и никому не помогли. Доминик покачал головой. “Мы можем ворчать по поводу Раверры и даже иногда ругать ее, но золотые годы Арденса наступили после того, как он присоединился к Империи. Мы в безопасности, сильны и свободны, чтобы сосредоточиться на торговле, искусстве и инновациях, которые превратили Арденс в город, поистине благословленный Грациями. Я не могу позволить им все это выбросить.”

Я проглотила комок в горле. “Ты думаешь, они согласятся?”

“Если мы не убедим их, что Раверра не крала их наследников, да, они, похоже, решили попытаться.”

Я раскрошил кростини между пальцами. Я хотела рассказать ему о Леодре, но это была глубокая государственная тайна, и я не была полностью уверена, как он это воспримет. - Надеюсь, кто-нибудь скоро найдет этих детей.”

Доминик серьезно кивнул. “Я думаю о них каждый день. По крайней мере, я надеюсь, что они в безопасности. И если бы мы смогли их найти-что ж, это очень помогло бы.- Он вдруг хлопнул себя по ноге. - О! И я хотел сказать тебе-они не единственное, чего не хватает. Я случайно не оставил здесь Взаимодействие Магии?”

“Ты его не потерял!- Ахнула я.

- Он поморщился. - Честно говоря, не представляю, как я мог это сделать. Но я собрал вещи, чтобы ехать домой, и она не там, где я думал, что оставил ее.”

“Ты проверил, не перепутал ли ее с библиотечными книгами? Как в тот раз, когда ты случайно вернул Венаше ее личный экземпляр "Древнего искусства Остана: надгробия и храмовые фрески" в университетскую библиотеку, и мне пришлось уговаривать ее не брить тебе голову, пока ты спишь?”

Доминик поморщился. “Я извлек урок из этой ошибки. Хотя на самом деле, один из моих друзей из Имперской библиотеки был в гостях и спросил, Может ли он когда-нибудь одолжить Взаимодействие Магии, и я сказал, Конечно. Возможно, он подумал, что я имею в виду "сейчас", а не "может быть, через несколько месяцев, когда я закончу читать его семь раз и любовно смотреть на него и время от времени поглаживать", и взял ее с собой.”

“Я поищу ее. И я попрошу кого-нибудь проверить, нет ли ее в императорской библиотеке.”

“А я спрошу своего друга. Спасибо.- Доминик одарил меня ослепительной улыбкой. - Я буду скучать по тебе, Амалия.”

“Тогда тебе придется скоро вернуться, чтобы навестить меня, - сказала я с вымученным весельем.

“Конечно. Ничто не может держать меня подальше.”

Но в его голосе слышалось раздражение. Мы оба знали, что скоро путешествие между нашими городами может оказаться не таким простым

.

***

Вскоре после ухода Доминика моя мать вернулась из императорского дворца, ее плечи поникли от усталости. Я была почти уверен, что она не спала с тех пор, как узнала о предательстве Леодры. Она заказала глинтвейн, по-детски скинула туфли в прихожей и удалилась в гостиную, чтобы поговорить с Кьярдой.

Я притаилась возле полуоткрытой двери гостиной, пытаясь подслушать их разговор. Но к тому времени, когда я поняла смысл их голосов, они замолчали. Я придвинулась ближе, пытаясь понять, что происходит. Неужели моя мать задремала?

“Входи, дитя мое, - позвала Графиня. - Дверь открыта.”

Кьярда придержала для меня дверь, на ее губах плясало веселье. Мои щеки вспыхнули, и я вошла в комнату. Кьярда поклонилась и вышла.

Вместо того чтобы задремать в кресле, моя мать стояла у камина, прислонившись к каминной полке, с глинтвейном в руке. Глубокие тени легли на ее глаза.

“Тебе больше не нужно оставаться в нашем дворце, - сказала она. “Там должно быть не опаснее, чем обычно.”

- Ты поймала Леодру?”

“Нет. Он исчез самым тщательным образом, по крайней мере сейчас. Но я достаточно уверена, что мы обнаружили и нейтрализовали все оставшиеся у него ресурсы. Она потягивала вино, наслаждаясь им на мгновение, с затянувшимся наслаждением женщины, которая уже давно ничего не делала для собственного комфорта. - У нас более чем достаточно доказательств, чтобы повесить Леодру за измену. Похоже, он отправил письма с императорской печатью и фальшивыми приказами в Арденс через Ортиса — мы нашли дополнительную копию приказа на корабле Ортиса, который, как я подозреваю, негодяй хранил для своих собственных целей. Но мы до сих пор не знаем, кто получил бумаги от Ортиса в Арденсе.”

“Возможно, выслеживая Леодру, мы найдем новые зацепки, - с надеждой сказалf я. “Должен же быть хоть какой-то след того, что случилось с этими детьми.”

- Если так, то нам лучше поскорее найти его. Рот моей матери сжался в мрачную линию. - Дож хочет, чтобы ситуация с Арденсом разрешилась быстро. Как бы мы ни старались сохранить в тайне, что среди членов Совета Девяти был предатель, слухи будут распространяться. Безмятежная Империя должна казаться более сплоченной, чем когда-либо, чтобы мы могли пройти мимо этого момента с неослабевающей грацией.”

Судя по тому, как Доминик оценивал Ардентинскую сторону уравнения, быстрое решение было маловероятным, если не считать возвращения пропавших детей. “И как Его Безмятежность планирует так быстро вернуть Арденс под Безмятежные Соглашения?”

Графиня поставила пустой бокал на каминную полку. “Этот вопрос, - сказала она, - в настоящее время обсуждается. Я думаю, что мы придем к решению завтра.”

В ее тоне была какая-то зловещая окончательность. - Что ?.. Хочу ли я знать, что это значит?”

- Это зависит от того, что мы решим. И это мне напомнило. Дож просит твоего присутствия завтра в Императорском дворце.”

“За что же?” Я не могла придумать ни одной причины, которая не добавила бы еще одну пригоршню холодных камешков к растущему холмику в моем животе.

“Он сам хочет тебе сказать. По пути к двери она остановилась и положила руку мне на макушку-легкое и быстрое, как взмах голубиного крыла, прикосновение. - Но убедись, что у тебя под рукой достаточно эликсира, Амалия, и отклони свои приглашения на следующую неделю. Тебе нужно будет подготовиться к поездке.”

***

- Арденс. Конечно, вы посылаете меня в Арденс.”

Я откинулась на жесткую спинку стула, насколько это было возможно в корсете, не заботясь о том, что дож думает о моей позе. Вот и вся моя надежда найти способ ослабить напряжение с помощью Арденса. Теперь мне придется помочь сделать все еще хуже.

Искра не угасла в глазах Ниро да Моранте, когда он смотрел на меня через письменный стол. Я знала, что эта встреча будет неприятной, как только услышала, что она состоится в его личном кабинете. В комнате не было окон, и несколько ламп, которые он зажег, не смогли сдержать мрак, хотя иногда они высвечивали золотые отблески из теней.

“И ты, и твой Сокол.- Он повертел ручку в пальцах. “Ты можешь ее контролировать?”

- Ваше спокойствие, я сомневаюсь, что кто-то может контролировать ее.”

Ручка остановилась. “Подумайте хорошенько над этим заявлением, - сказал он.

Холодная игла страха пронзила мое сердце. - Ваше Спокойствие?”

“Если огненного колдуна нельзя контролировать, он представляет опасность для Империи. Мой священный долг-устранить угрозы Безмятежному Городу.- Его голос оставался безжалостно спокойным-голос, который достаточно часто приговаривал людей к смерти, чтобы слова привычно текли по его языку. “Я спрашиваю тебя еще раз. Ты можешь ее контролировать?”

Я сглотнула. “Я могу связать ее силу, ваше спокойствие. И она может контролировать себя. Если мы заслужим ее преданность, это в конце концов приведет к тому же самому.”

Он долго смотрел на меня. Я не отвела взгляда, даже когда мне захотелось закричать на него, чтобы он что-нибудь сказал.

“Ты понимаешь, - сказал он наконец, - почему я посылаю тебя в Арденс?”

- Парадокс силы, - прошептала я.

“Именно.- Он сложил перед собой пальцы домиком. “Я надеюсь, Леди Амалия, что нам не придется разжигать огонь вашего Сокола и что ваше присутствие послужит достаточным напоминанием герцогу Бергандону, чтобы он вел себя прилично. Но если эта надежда не оправдается, я должен быть уверен, что смогу выполнить свою скрытую угрозу. Особенно сейчас, когда империю отвлекает множество других проблем. Вы меня понимаете?”

“Да. Но, Ваше Спокойствие, кто-то пытается подтолкнуть Раверру и Арденс к борьбе. Все эти другие силы, нарушающие спокойствие империи-Леодра, Васкандар-помогли создать эту проблему."Мой корсет остается впившимся в мои ребра, когда я напряглась на краю своего места. “Вы должны это видеть.”

“Конечно, знаю.”

“Тогда, конечно, вы не станешь сжигать Арденс из-за ненужного конфликта, вызванного обманом. Мы должны выяснить правду об инциденте с фальшивым Сокольничим, а не доводить его до войны.”

- Он поднял бровь. - Миледи, вы ошибаетесь в ситуации, и вы ошибаетесь во мне.”

- А?”

“Это не вопрос истины, - сказал он. “Это вопрос господства.”

Мои плечи напряглись. - Значит, вам все равно, кто забрал этих детей. Вам все равно, кто пытается развязать войну. Вы просто хотите, чтобы Арденс преклонил колено.”

- Напротив, Леди Амалия. Мне не все равно. Я хочу, чтобы дети были возвращены, а те, кто осмелится манипулировать Безмятежной Империей, преданы суду.- Он развел руками. “Если вы хотите найти истину, сделайте это с моего благословения. По слухам, вы женщина умная, и у вас есть связи в Арденсе; вы хорошо подходите для этой задачи. И если правда может предотвратить войну, тем лучше.- Его голос был тверд, как только что выкованный клинок. - Но одна эта истина не убережет Арденс от тяжелых последствий. Они дважды нарушили Безмятежные Соглашения. Единственное, что может спасти их сейчас, - это принятие Рейверранского правления.”

Я не осмеливался заговорить. Слова на моем языке были слишком горькими.

Дож подался вперед. - У меня есть один четкий приоритет: непреодолимая сила и единство Светлой Империи. Если Арденс толкает нас дальше — если он открыто восстает против Безмятежного Города, — тогда да, Леди Амалия. Он будет гореть. И чтобы быть ясным, ваше слово будет тем, что сожжет его.”

Я уставилась на него, мое горло сжалось и стало горячим. Он ждал, терпеливый, как крадущийся леопард.

Наконец я кивнула. - Да, Ваше Спокойствие.”

Глава 16

После встречи с дожем мать пригласила меня на стратегическую сессию Совета Девяти. Это нисколько не рассеяло удушливое облако страха, навеянное на меня словами Дожа; я не питала иллюзий, что это была простая возможность понаблюдать и поучиться. Они хотели, чтобы я присутствовала как Сокольничий огненного колдуна, а не как наследник Корнаро.

Только восемь членов Совета стояли вокруг стола в Комнате Карт. Барон Леодра занимал одну из пяти выборных должностей в Совете Девяти, и Ассамблея еще не выбрала его преемника. Вокруг них расположились самые разные генералы, советники и тому подобное, включая полковника Васанте. Марчелло неловко стоял у его плеча вместе со своим товарищем лейтенантом, старшим Соколом на Конюшне. Я посмотрела прямо на него, и он одарил меня слабой, нервной улыбкой.

Я сделала полшага в его сторону. Но мама смотрела на меня холодно и отстраненно.

Хорошо. Если бы она была так обеспокоена тем, что люди увидят меня рядом с Марчелло, я бы тоже не стала с ним стоять. Я проскользнула в щель между маркизой Паловой и адмиралом флота.

Дож с минуту разглядывал собравшихся сановников, затем хлопнул ладонью по карте. Марчелло вздрогнул от этого звука.

“Сначала Васкандар, - объявил он. - Их войска на границе двинулись — но не через перевал. Похоже, они заняли довольно неудобные позиции на горе Уайткроун и вокруг нее.- Зеленые камни действительно сдвинулись, образовав рассеянную группу глубоко в сердце гор Ведьмволла. Это было не слишком удачное место для атаки. - Кто-нибудь может объяснить это безумие?”

Генералы хмуро уставились на карту. Что-то щекотало мне затылок.

“Вулканическое стекло.- Эти слова вырвались наружу, несмотря на то, что мне строго-настрого не полагалось выступать на этих собраниях, пока мне не зададут вопрос.

Дож нахмурился. - Прошу прощения?”

“Это источник энергии для ухищрения. Вулканы содержат невероятное количество энергии, даже такие, как гора Уайткроун, которые не извергались в течение ста лет. Ухищрение может извлечь часть этой силы из вулканического стекла.”

Я завладела их вниманием; полковник Вазанте кивнул, а Совет и генералы задумались. Дож забарабанил пальцами по столу. “Но у Васкандара почти нет мастеров.”

- Повелители Ведьм никогда раньше не проявляли интереса к Обсидиану, - сказала маркиза Палова. “Это хорошая мысль, и мы должны иметь ее в виду. Но меня больше беспокоит Гора Уайткроун как наблюдательный пункт над Арденсом и центральными пограничными укреплениями. Если они планируют какое-то магическое нападение, которое требует четкой линии видимости, они получат его оттуда.”

Дож задумчиво посмотрел на меня, потом на маркизу, потом на карту. - Гора Уайткроун находится на их стороне границы, только чуть-чуть. Если мы попытаемся отнять ее у них, мы сами начнем войну.”

“Сейчас не самое подходящее время для этого, - сказала мама.

Маркиза Палова кивнула. “Мы должны выяснить, что они делают, внимательно следить за ними и иметь силы, чтобы действовать. Но Сначала нам нужно стабилизировать Арденс, и быстро. Мы не можем допустить, чтобы восстание угрожало сердцу империи, когда Васкандар, возможно, готовится к выступлению.”

Дож кивнул. - Ах, да. Арденс. Я согласен, что мы должны решить этот вопрос быстро. Мы не можем позволить себе выглядеть слабыми, столкнувшись с ... внутренними трудностями.”

В комнате воцарилась напряженная тишина. Никто не смотрел на то место, где обычно стоял Барон Леодра.

Наконец Графиня нарушила молчание: “Мы должны показать единство, а также силу. То, что мы делаем в Арденсе, должно казаться легким. Если город удастся вернуть дипломатическим путем, тем лучше.”

“Трудно прибегнуть к дипломатии, когда герцог Астор не желает говорить с Безмятежным Посланником, разве что выдвигать необоснованные требования, - сухо заметил дож.

“Он получает плохие советы от Теневых Джентри, - сказала моя мать. - Я подозреваю, что вы заметите перемены в ближайшие дни, когда Леди Савони вернется, чтобы дать ему совет.”

- Возможно, он будет более готов возобновить сердечные отношения с империей, когда в его городе появится огненный колдун.- В словах Дожа прозвучали стальные нотки. “Пока мы не будем вводить дополнительные войска, чтобы сохранить спокойствие империи.”

Васанте прочистил горло. “А что именно произойдет, если Арденс все же откажется принять безмятежного Посланника, Ваше Спокойствие? Если эта последняя попытка дипломатии провалится?”

Дож положил кончики пальцев на стол и наклонился вперед, к свету лампы. “Если они откажутся подчиняться Безмятежным Соглашениям, то станут мятежниками против Империи. Мы перестанем вежливо просить и дадим им выбор, который мы дали Селантису: встать на колени или сгореть.”

Его слова высосали воздух из Комнаты Карт.

Маркиза Палова подняла белоснежные брови. “Это довольно драматично.”

- Теневые Джентри расклеивают по всему городу плакаты, призывая герцога провозгласить независимость Ардентина, и Астор ничего не говорит против них, - отрезал дож. “Он все еще облагает налогом Раверранских купцов и отвергает имперскую власть. Я сочувствую семьям пропавших детей, но если они не хотят слушать, когда мы говорим, что у нас их нет, это сочувствие ослабевает. Как и мое терпение.”

“И все же, как только вы предъявите ультиматум, любая иллюзия единства будет разрушена, - предупредила Графиня. - Мы утверждаем свою силу, но ценой тирании. Арденс больше не будет нашим другом и добровольным подданным.”

Дож медленно кивнул. “Истинно. И именно поэтому мы прибережем такой ультиматум на крайний случай. Если визит Леди Амалии в город носит чисто личный характер, то наша угроза может оставаться скрытой, пока они размышляют о преимуществах мирного диалога.”

“У нее есть друзья в Арденсе, - согласилась мама. - А мой кузен Игнацио уже поговаривал о поездке туда по каким-то делам. Она может сопровождать его и засвидетельствовать свое почтение при дворе со всеми атрибутами чисто светского визита.”

Мне не нравились разговоры об использовании моих друзей в качестве ширмы, чтобы скрыть мою гораздо более зловещую цель в Арденсе. Но я крепко сжала губы. Я должна была тщательно выбирать свои битвы, если моими противниками были моя мать и Совет.

“При всем уважении, - возразил полковник Вазанте, - если леди Амалия делает вид, что навещает друзей и путешествует со своим дядей, вы предлагаете ей остаться в городе, а не в Имперском гарнизоне за пределами Арденса?”

Маркиза Палова издала короткий лающий смешок. - Пребывание в гарнизоне скорее уменьшит тонкость послания.”

Между идеально вылепленными бровями моей матери появилась задумчивая складка. - Поместить нашего огненного колдуна в сердце их города, улыбаться и посещать их вечеринки-это одновременно и дружелюбнее, и более целенаправленно, и сосредоточить внимание на дипломатическом, а не военном решении.- Она взглянула на меня. - Однако это вызывает опасения в плане безопасности.”

- Назначение им охраны может быть слишком очевидным. Васанте закусил губу. - Полагаю, лейтенант Верди мог бы держаться с ними как можно дольше и выдавать себя за друга семьи, а не за официального охранника.”

Мамина бровь дернулась. “Это одно из решений.”

Дож хмыкнул. “Сделайте все, что сочтете нужным, чтобы обеспечить их безопасность, - сказал он полковнику. - Но, честно говоря, я думаю, что огненный колдун-это достаточная защита. Леди Амалия, если кто-то нападет на Вас или Заиру в пылу страсти, я разрешаю вам выпустить вашего Сокола в город, чтобы защитить себя.”

Я присела в жестком реверансе, слишком подавленная, чтобы произнести что-то большее, чем “Да, Ваше спокойствие.”

- Он повернулся к Марчелло. - Лейтенант Верди.”

Марчелло поклонился, его глаза расширились в панике от прямого обращения. - Да, Ваше Спокойствие?”

“Ты будешь старшим офицером "Соколов" в Арденсе для этой миссии. Чувствуете ли вы себя в состоянии выполнить эту задачу?”

Он дернул головой в знак согласия. - Да, Ваше Спокойствие.”

“Вы будете нести полную ответственность за обеспечение безопасности Леди Амалии и нашего огненного колдуна, расследование инцидента с фальшивым Сокольничьим и наблюдение за проектами создания искусственных сооружений в гарнизоне, которые полковник изложил для вас.”

Марчелло снова поклонился. “Конечно, Ваше Спокойствие.”

Дож поднял палец. “Если Арденс предпримет какое — либо насилие — против Соколов, гарнизона, наших дипломатов, Светлейшего Посланника-или объявит независимость, или предпримет какой-либо другой акт открытого мятежа, вы можете посоветоваться со мной через гарнизонный курьерский фонарь, если будет время. Но если ситуация острая, вам не нужно связываться с Императорским дворцом. Вы можете считать это актом войны и ответить со всей силой, находящейся в вашем распоряжении. Вы меня понимаете?”

У Марчелло перехватило горло. - Да, Ваше Спокойствие.”

“Вы также слышали, что я потребую от вас, если, несмотря на все наши усилия, герцог Арденс все же откажется прислушаться к словам Светлейшего Посланника, отменить незаконные налоги и соблюдать мирные соглашения.”

Марчелло с больным видом кивнул.

Дож не сводил с него глаз. “Вы принимаете на себя бремя развязывания войны, если это необходимо?”

Я напряглась, чтобы заговорить - поддержать Марчелло или остановить его. Это было слишком тяжело взвалить на его плечи. Полковник должен вмешаться и предложить занять его место. Но он просто наблюдал за ним, оценивая.

По лицу Марчелло пробежала борьба, похожая на бегущие тени облаков. Наконец он снова кивнул с медленной серьезностью, как будто его голова весила больше, поднимаясь, чем опускаясь. “Да. Я сделаю.”

Я коснулась холодного металла броши в виде головы Сокола. Теперь, когда он по доброй воле взял это безумие в свои руки, он не мог его отбросить; было уже слишком поздно.

“Это улаживает Арденс, - сказал дож с явным удовлетворением. - Полковник Васанте проведет для вас полный военный инструктаж, а Леди Терринджер введет вас в курс дипломатических дел. Есть еще что-нибудь, что мы должны обсудить?”

Маркиза Палова взглянула на мою мать и откашлялась. - Соколам, дислоцированным на Витчволле, потребуется умелый предводитель. Возможно, после того, как вопрос с Арденсом будет улажен, лейтенант Верди сможет отправиться на границу и принять там командование.”

Марчелло побледнел. Я покачнулась на каблуках, потрясенная ее предложением. Ни Марчелло, ни полковник даже не намекнули на это.

Ад безумия. Это сделала моя мать, чтобы разлучить нас.

Я сердито посмотрела на нее через стол. Она встретила мой взгляд с холодным интересом. Наблюдая за тем, что я буду делать.

Васанте нахмурился. - Пограничные крепости находятся в десятках или сотнях миль друг от друга. Я предполагал, что мы будем координировать командование с конюшен курьерской лампой.”

Маркиза развела руками. “Разве не разумно было бы иметь доверенного офицера на границе возле горы Уайткроун, готового реагировать на неожиданные ситуации? Очевидно, мы очень доверяем лейтенанту Верди, чтобы поручить ему такую деликатную миссию, как "Арденс". Разве он не был бы прекрасным выбором?”

Ее тон был вопросительным, а не декларативным. Маркиза не смотрела мне в глаза, но мать смотрела прямо на меня, приподняв бровь.

Губы Марчелло зашевелились. Не было слышно ни звука, но я прочла имя: Истрелла. Он выглядел так, словно готов был рухнуть в любой момент.

Гнев и страх скрутились в моем животе, как две змеи. - Полковник Васанте прав, - сказала я. - Посылать лейтенанта Верди на границу бессмысленно. В любом случае ему придется согласовывать все с помощью курьерской лампы. И он лучше всех способен служить империи на Конюшне.”

Вокруг стола циничные лица повернули ко мне глаза с тяжелыми веками, слишком погруженные в старую власть, чтобы думать о моем вмешательстве. На этот раз я не предлагала никакой новой полезной информации, как в случае с вулканом. Я сделала прозрачную мольбу молодой девушки.

Но глаза Марчелло умоляли меня с отчаянной надеждой: "вытащи меня отсюда".

“Барышня.- Это был высокомерно-протяжный голос одного из старших членов Совета, Лорда Эррарди, которого я иногда видела дремлющим на собраниях. “Вы вышли из строя. Ваше очевидное желание защитить своего возлюбленного очень трогательно, но этот вопрос не вам решать.”

Жар пробежал до самых моих ушей. “Он не мой возлюбленный.”

Замечательно. Теперь я говорила совершенно по-детски. Но, чувствуя, что мама смотрит на меня, я знала, что должна делать.

Я выпрямилась, как будто обиделась. “По правде говоря, Лорд Эррарди, я оскорблена тем, что вы позволили себе такую инсинуацию. Я наследница дома Корнаро. Лейтенант Верди, хоть и прекрасный человек, далеко ниже меня по положению. Краем глаза я заметила, как напрягся Марчелло. О, Марчелло, прости меня. Но я встретилась взглядом с матерью, перевела дух и вонзила в него нож. “Мне бы никогда не пришла в голову мысль об ухаживании за столь невыгодной партией. Я просто обдумываю, что лучше для Соколов и Империи, как, наверное, и для всех нас.”

- Фыркнул лорд Эррарди,стряхивая воображаемую пыль со своего камзола. “Ну, не надо быть такой обидчивой. Это была честная ошибка. Но все же этот вопрос должен обсуждать Совет, а не наблюдатели.”

- Голос моей матери прорезался через стол. “Я думаю, однако, что моя дочь права. У нас будет больше гибкости, чтобы реагировать на развивающуюся ситуацию в Васкандаре, если мы не направим слишком много сил в определенные точки На Стене Ведьм. Пока нет необходимости переводить лейтенанта Верди.”

Мои плечи опустились от облегчения. Она приняла мое предложение. Пока что Марчелло и Истрелла были в безопасности от изгнания на границу ради меня.

Но Марчелло даже не взглянул на меня. Мускул на его щеке дернулся, словно от боли.

***

По дороге домой мы с мамой плыли на одной лодке. Я смотрела на канал, сверкающий отраженными огнями, мягкое вечернее сияние которого подчеркивало красоту и таинственность величественных фасадов, обрамляющих воду. Марчелло покинул Императорский дворец, не сказав мне ни слова, и я не осмелилась приблизиться к нему — не в присутствии всего Совета.

“Ты сделала правильный выбор, - тихо сказала мама.

Я не могла смотреть на нее прямо сейчас. “Я сделала тот выбор, который ты хотела, чтобы я сделала.”

“Я знаю, что сейчас это нелегко. Но потом было бы еще труднее. Я почувствовала легкое шевеление своих волос, как будто она едва коснулась их кончиками пальцев, потом поняла, что сейчас не самое подходящее время, и отодвинулась. - Лучше никогда не привязываться к нему, чем разрывать его, когда этого требует политика.”

“У меня не было никакой привязанности.- Я наконец повернулась к ней, моя спина напряглась. - Возможно, я бы так и сделала. Я никогда этого не узнаю. Ты не дала мне шанса.”

Мама теребила тройную нитку черного жемчуга на шее. “Если бы у тебя хватило силы и бессердечия, ты могла бы создать все романтические узы, какие только пожелаешь, лишь бы отбросить их в сторону.- Ее голос звучал странно задумчиво. “Но ты не так жестока.”

“И я полагаю, что это мой недостаток?- С горечью спросила я.

“Нет. Нисколько.”

Это был редкий момент. Ее маска была снята, и только вечерние тени встали между нами. Но даже с каким-то сложным чувством на ее лице, наконец, я не могла прочитать его. Ее сердце говорило на сложном языке, который я еще не знала.

- Будь осторожна в Арденсе, Амалия.- Она понизила голос почти до шепота. - Кто-то ведет там глубокую и опасную игру, которую я пока не понимаю, и не сомневаюсь, что они убьют, чтобы сохранить ее в тайне. Я посылаю тебя в темную комнату, не зная, что находится внутри, и рассчитываю, что ты найдешь способ включить свет.”

Я глубоко вздохнула, выпуская свой гнев в морской воздух. - Я думаю, что буду натыкаться на все подряд, ломать вещи и устраивать беспорядок. Но я сделаю все, что смогу, мама.”

Она кивнула, снова надевая маску. - Тогда посмотрим, что ты сможешь сделать.”

***

Беспокойство росло в моем животе, когда мили разделяли меня и Раверру, усугубляясь подпрыгиванием кареты. Ровные солнечные поля и крытые черепицей фермерские дома вокруг нас никогда не видели моря. Это была открытая местность, лишенная тайн, каждая поверхность которой была залита светом. Я страстно желала вернуться в свой теневой лабиринт из кирпича и воды, возможно, склонившись над проволокой, книгами и кристаллами вместе с Истреллой, или попытаться разгадать тайну похищения Ардентина вместе с Марчелло, находясь в безопасности за пределами разрушающего город расстояния.

Марчелло. После вчерашнего заседания Совета он почти не сказал мне ни слова, и эти несколько слов были чопорными и официальными-необходимое условие нашей поездки. Он ехал рядом с каретой на гнедой кобыле, наблюдая за небольшим отрядом солдат, посланных охранять нас в пути, но избегал моего окна, как будто оно могло обжечь его.

Я знала, что мне нужно поговорить с ним. Но что я могла сказать? Простите за жестокие слова, которые я сказал, но они действительно правдивы?

Я не знала, как сказать ему, что мы больше не можем ухаживать, когда мы никогда не ухаживали в первую очередь.

Истрелла ехала рядом с ним, болтая и указывая на предметы, время от времени опуская искусственные очки, которые сидели у нее на лбу, чтобы рассмотреть сквозь них какой-нибудь предмет или птицу. Голос Заиры, едва слышный из-за грохота колес и стука копыт, доносился со скамейки Кучера, она болтала с возницей; она попросила сесть рядом с ним, и они, казалось, безмерно развлекали друг друга. Это должно было быть веселое путешествие. Но каждый раз, когда я думала о цели нашего путешествия, в моей груди открывалась тошнотворная бездна.

Я всегда ожидала, что когда-нибудь вернусь в Арденс, но не так.

Когда я взглянула на человека, сидевшего напротив меня в карете, мне пришло в голову, что он, возможно, думает о том же самом.

Может быть, нам удастся отвлечь друг друга. - Дядя Игнацио?”

Он поднял глаза от своих колен, его задумчивое выражение лица смягчилось. - Да, Амалия?”

“Должно быть, тебе нелегко так скоро возвращаться в Арденс. Извини.”

Он коротко рассмеялся. - Для Леди Терринджер это еще более неудобно, чем для меня. Кому-то может показаться, что дож посылает меня навести порядок.”

- Она, наверное, обидится?” Это может быть проблемой, учитывая, что мне придется работать с ней. Я не могу себе представить, что она обрадуется, обнаружив, что ее предшественник наблюдает за ней через плечо.

Игнацио пожал плечами. “Я буду держаться от нее подальше. Я буду вести себя так тихо, что она даже не заметит, что я в Арденсе. И если она все равно беспокоится, что ж, было бы глупо с ее стороны позволить этому повлиять на ее отношения с тобой. В конце концов, когда-нибудь ты будешь отдавать ей приказы ... на тот случай, если моей кузине взбредет в голову уйти в отставку.”

- Сначала я умру от старости.” Это была моя лучшая надежда.

Хриплый смех Заиры перекрыл скрип и грохот кареты. Игнацио нахмурился. “Она довольно беззащитна в Кучерской будке. Жаль, что она не приняла моего приглашения присоединиться к нам.”

“О, она в достаточной безопасности от убийц.- Я понизила голос. - Дож не стал бы подвергать опасности своего единственного огненного колдуна без защиты. Косточки ее корсажа и заколки в волосах-искусственно защищенные руны. Первые две-три мушкетные пули отскочат от нее, как камешки от черепичной крыши.”

“Действительно.- В глазах Игнацио вспыхнул интерес. “А что они использовали в качестве источника энергии? Я не думал, что можно создать кинетический щит, достаточно маленький, чтобы нести его на себе.”

Вот почему мне нравился мой дядя Игнацио. Он говорил на моем языке. Даже если его знание магической теории было слабым за пределами алхимии, он понимал основные принципы. - Колдуны - это их собственный источник магической энергии. Его создал личный мастер Дожа; он связан с силой Заиры. Я полагаю, что это не редкость для высокоценных Соколов, работающих в опасных районах, чтобы иметь такую защиту.”

“Впечатляюще. И жаль, что те из нас, кто не обладает такими запасами магической силы, не могут ими воспользоваться.- В голосе Игнацио не было горечи, но он нахмурился. Моя мать сказала, что его все еще задевало, что проблеска алхимического таланта было недостаточно, чтобы пометить его глаза и посадить на Конюшню. - Чтобы создать такие устройства, потребуется много усилий и мастерства. Дож, должно быть, высоко ее ценит.”

“Он высоко ценит свой план.- Я ссутулилась на своем сиденье. “Я не уверена, что он вообще ценит людей.”

Игнацио тихо вздохнул, неся в себе туман сожаления. - Чем большей властью обладает лидер, Амалия, тем труднее ему или ей ценить отдельных людей выше результатов. В конце концов, дож должен заботиться о благосостоянии миллионов граждан империи. Как вы можете уравновесить это с счастьем одного человека? Или даже их жизнь?”

“Не знаю, - ответила я. “Им всегда нужно конфликтовать? Разве вы не можете сделать и то, и другое — позаботиться об империи в целом, а также о ее отдельных людях?”

“Возможно. Игнацио пожал плечами. “Но невозможно править, не запачкав руки кровью. Когда вы подниметесь на Совет Девяти, вы увидите.”

В его голосе прозвучала какая-то зловещая нотка жалости. Я сгорбила плечи.

“В таком случае, если мне удастся добраться до Совета, не запачкав руки кровью, я буду считать себя благословленной милостью судьбы.”

***

Во второй половине дня, начался мелкий дождик, и Заирой и Истрелла обе присоединились к нам. Заира села рядом с Игнацио и начала рассказывать ему кое-какие сплетни, которые рассказал ей Кучер. Истрелла села рядом со мной, поставила сумку на сиденье между нами и вытащила коробку, полную искусственных предметов, чтобы работать с ней на коленях.

Я всмотрелся в то, что она делала. “Ты делаешь Джесс?”

- Вот это?- Истрелла подняла тонкую полоску золотой проволоки. Ее собственный Джесс поблескивал на запястье. “Нет-нет. Ещё нет. Но я изучаю основные принципы. Мастер-ремесленник Дожа думал, что когда-нибудь у меня будет возможность сделать это. Это большая честь для меня.”

Голос Заиры дрогнул на мгновение, когда она описывала пьяную неосторожность хранительницы святилища; она искоса взглянула на Истреллу.

- Я впечатлена, - сказала я. “Я и не знала, что они позволяют работать с ними кому-то, кроме Мастера.”

“Мне пришлось год учиться у него и дать около семнадцати клятв о неразглашении тайны, прежде чем он начал учить меня. Истрелла вытащила конец золотой проволоки и начала осторожно скручивать его в крошечную спиральку. “Мне придется уничтожить это после того, как я закончу, хотя это всего лишь тренировка; мне не разрешается оставлять нетронутыми какие-либо части, лежащие вокруг.”

Я попыталась распутать сложное переплетение своими глазами. “Это похоже на основную оплетку, ту часть, которая подавляет магию.”

“Ну, в том-то и дело. Этот пока не работает. Слои, которые идут над ним, еще сложнее, управляя всеми обстоятельствами и командами, которые Джесс должен учитывать.- Она склонила голову набок, глядя на незаконченную проволоку. “Все так упорядоченно и логично. Я с трудом удерживаюсь от импровизаций или попыток срезать путь, но это всегда все портит. Последнее заклинание, которое я сделала, должно было остановить человека от колдовства, но вместо этого оно мешало ему видеть левым глазом.”

“А тебя не беспокоит, - резко спросила Заира, - что ты делаешь что-то подобное?”

Истрелла пожала плечами. “Я выросла с ним. Это заставляет людей чувствовать себя безопаснее рядом со мной, и Марчелло почти всегда оставляет меня на свободе. Хотя я понимаю, почему для колдуна было бы более неприятно все время держать свои силы запечатанными. Тем более что я слышала, что ты не хочешь быть Соколом.”

“Ты хочешь быть Соколом?- Спросила я.

Глаза Истреллы прищурились в улыбке, магическая метка засияла золотом вокруг ее зрачков. “О, да! Я могу возиться с искусственными проектами весь день, у меня есть все книги, которые я хочу, и у меня есть друзья, которые понимают меня и не боятся меня. Это прекрасно.- Она начала перебирать кроваво-красные бусины на подносе, стоявшем у нее на коленях. Карета ударилась о кочку, и она неодобрительно прищелкнула языком.

Заира в отчаянии сдвинула брови. “Но ты не можешь оставить Конюшни без своего брата, а он половину времени проводит в разъездах, привозя новых Соколов, или на собраниях, или арестовывая какого — нибудь бедного сумасшедшего ублюдка с легким налетом хитрости, который вырезает взрывчатые печати на всех деревенских дверях, чтобы не пускать демонов. Как это может не рассердить тебя?”

“Иногда я злюсь на Марчелло, когда он ведет себя как осел. В конце концов, он мой брат. Огонек в глазах Истреллы рассеялся, превратившись в более задумчивый блеск. - Но раньше, когда полковник заставлял нас проводить полгода с моей семьей, он заботился обо мне. Когда отец находил одно из моих устройств и пытался разрушить его, как он всегда делал, Марчелло говорил ему, что это собственность Империи, и разрушать ее-преступление. Если бы наш старший брат поднял на меня руку, когда Марчелло не смотрел, я могла бы поднять свою Джесс, чтобы напомнить ему, что я теперь Сокол, и ему пришлось бы оставить меня в покое.- Она повернула запястье, отчего красные бусинки засверкали. - Но Халмур говорит мне, что иногда это нервирует, когда он покидает Конюшни, и они должны запечатать его силы вивоманта, и он не может чувствовать жизнь вокруг себя. И я знаю, что ты вообще не хочешь быть на Конюшне, за исключением тех случаев, когда ты с Терикой. Так что, наверное, у всех по-разному.”

Заира слегка подпрыгнула, услышав имя Терики. Потом со вздохом откинулась на спинку скамьи. - Ты безнадежна.- Она намеренно повернулась к Игнацио. “На чем я остановилась? А, ну да, значит, хранитель святилища прибывает на берег, все еще без штанов, и понимает, что моста в Раверру нет, и вбивает себе в голову, что хочет туда искупаться …”

Истрелла опустила свои двухцветные очки и взяла бусинку. “А теперь самое трудное. Вы когда-нибудь видели, как кто-то пытается нанизать двойную спираль в движущейся карете, Амалия?”

“Не могу сказать, что видела.- Я наблюдала за ловкими пальцами Истреллы. Было облегчением сосредоточиться на знакомых хитросплетениях изобретения. Мы болтали о техниках, которые она использовала, наши головы склонились вместе над ее практикой Джесс; иногда секретность заставляла Истреллу оставаться извиняющимся молчанием о теории, стоящей за каким-то хитрым поворотом проволоки, или о том, почему она расположила бусины там, где она это сделала. Заира время от времени бросала в нашу сторону взгляды, и странное, задумчивое выражение скользило по ее лицу.

Но, глядя, как Истрелла работает с золотой проволокой, я вспомнила, почему дож послал ее в Арденс. Эти занятые пальцы могли высвободить разрушительную силу, почти такую же большую, как огонь Заиры. И у нас был последний шанс удержать эту силу от нападения на город, полный невинных людей.

***

В ту ночь я не могла заснуть. Моя комната в гостинице была достаточно удобной; они дали мне свою лучшую пуховую кровать с подушками, пахнущими лавандой, и высокими столбиками, украшенными резьбой из вьющихся виноградных лоз. Но я лежала без сна, глядя на трещину в потолке, пока она не стала такой же знакомой, как изгиб Имперского канала. Мои мысли снова и снова повторяли один и тот же путь, как и трещина, на которую я смотрела: я должна была найти способ не дать Арденсу вспыхнуть.

Поскольку герцог Астор отказался принять Светлейшего Посланника, я не очень верила, что она сможет убедить его в невиновности Раверры — не важно, что ее совет был слишком далек от императорского приказа. Чтобы иметь шанс помешать нашему невидимому врагу, нам нужно было найти пропавших детей. И если империя не сумеет захватить и допросить барона Леодру, то лучшим источником информации для нас могут стать связи Доминика с Теневыми Джентри — если мне удастся убедить их поговорить со мной. И если брат Доминика сам не был одной из виновных сторон.

Я встала, оставив одеяло в беспорядке, и натянула куртку поверх ночной рубашки. Если бы я еще немного смотрела в потолок, то сошла бы с ума. Мне нужно было небо над головой.

Я спустилась по истертой временем деревянной лестнице в глубокую, живую тишину погруженного в сон дома. Я прошла через заросший сорняками двор гостиницы и пересекла огород под яркими, равнодушными звездами, окруженный ароматом розмарина и базилика. Холодный ветерок гнул траву на залитом лунным светом поле за низкой Садовой оградой.

Я сидела на стене, глядя на далекую линию кипарисов, и пыталась впустить в свой разум алмазный свет звезд, чтобы очистить его от неприятностей.

Холодное, твердое дуло кремневого пистолета уперлось мне в спину.

“Ни звука, или я стреляю, - прошептал Барон Леодра.

Глава 17

Каждый мускул в моем теле словно застыли. Мои руки потянулись к кинжалу, затем к медальону, но я оставила их на ночном столике в гостинице.

- Не двигайся.- Леодра подошел и встал рядом со мной, чтобы я могла его видеть. Теперь дуло кремневого пистолета висело в нескольких дюймах от моей груди. Его некогда чистые белые волосы были соломенными, как будто он спал в конюшне, а грубая щетина портила его щеки.

- Послушай, - сказал он хрипло и настойчиво. “Просто слушай.”

Я держалась неподвижно, как стена, на которой я сидела, за исключением быстрого заикания моего пульса. “Я вас слушаю.”

“Я не предатель. Пистолет, дрожа, ткнулся мне в бок. “Я верен империи.”

Я попыталась передать суть почтительного внимания, в то время как мой разум пробегал различные движения, которые Кьярда показала мне для обезоруживания нападавшего из их оружия. Но я не был Кьярдой, и у меня было мало уверенности, что я смогу справиться с любым из них, не получив пулю.

По лицу Леодры пробежала судорога гнева. - Черт побери, Грация, я просто убью тебя. Так будет лучше для Лиссандры. Но есть вещи, которые дож должен знать. Ради Раверры.”

Я поймала его блуждающий взгляд. “Вы похитили наследников Ардентина?”

- Нет! Леодра скорчила гримасу явной боли. “Я не знал, что они собираются это сделать. Предполагалось, что это была уловка, чтобы заставить империю действовать, а не настоящее похищение. Они втянули меня в свои интриги и выставили дураком, обманом заставив поставить свою печать на эти приказы и письма, не понимая, как они будут использованы. Как они будут изменены.”

- Кто это?- Мои пальцы вцепились в каменную стену, царапая ступку. - Кому вы отдали печать?”

Дикие глаза Леодры хитро сузились. - Сначала я хочу получить гарантию безопасности.”

- Странно спрашивать об этом, когда вы целитесь в меня из пистолета.”

“Я слишком хорошо знаю твою мать.- Его губы скривились над оскаленными зубами. “Она снесет мне голову к рассвету, если поймает меня, если только у меня нет чего-нибудь, что ей нужно. И ей это нужно. О, ей это нужно.”

Пистолет так сильно дрожал, что я испугался, как бы он не нажал на курок по ошибке. “Я не могу ничего обещать матери, - сказал я. “Но если вы дадите мне информацию, если вы скажете мне, кто замышляет заговор против Арденс и Империи, я сделаю все, что в моих силах, чтобы спасти вас.”

“Я не все тебе рассказываю. Не сейчас. Вы не можете выиграть игру без карт в руке.- Он провел рукой по лбу. “Но я скажу тебе достаточно, чтобы доказать, что я не предатель. Как только я понял, что они делают, я отказался им больше помогать. Я здесь, чтобы предупредить тебя, потому что я верен Раверре. Скажи это своей матери и дожу.”

“Да.” Я не собиралась спорить с ним, пока он говорил, а не стрелял. “Скажите мне.”

- Этот заговор совсем не такой, как ты думаешь.- Он облизнул губы. - Если ты поедешь в Арденс, тебе грозит опасность, Амалия Корнаро.”

Кожа на голове стала жесткой и холодной. - Мне?”

“Да.- Он глубоко вздохнул, его пистолет был направлен не в ту сторону. “Они планируют это сделать.—”

Оглушительный грохот эхом разнесся в ночи, и Леодра пошатнулась. Его рука метнулась к шее, пытаясь остановить внезапный темный поток крови. Его губы беззвучно шевелились.

Я вскочила на ноги, не в силах сдержать крик. Прежде чем хрустальные осколки страха, пронзившие меня насквозь, повернули меня на звук выстрела, Леодра рухнул на стену.

- Амалия!- Это был Марчелло, который бежал через двор в ночной рубашке, все еще держа в руке дымящийся пистолет. “С тобой все в порядке?”

В окнах гостиницы двигались и мерцали огни. Бешено залаяла собака, послышались тревожные голоса.

- Ради всего святого, Марчелло, он собирался сообщить мне нечто важное!- Все мои нервы звенели, как треснувшие колокольчики. Кровь пропитала шею и плечо Леодры. Он слабо пошевелился, все еще лежа лицом вниз на стене, но в этом не было ни смысла, ни надежды.

Я сорвала с себя куртку и прижала ее к его шее, пытаясь остановить кровь, но это было бесполезно. Милость милосердия, он умирал у меня на глазах.

Марчелло уставился на него, бледный и широко раскрытыми глазами. “Он целился в тебя из пистолета. Я думал, он собирается убить тебя.”

Утопающие глаза Леодры поглотили все мое внимание, пока я прижимала промокшую куртку к его ужасной ране. - Скажи мне, кто забрал детей, - взмолилась я.

Его кровь пропитала мои руки, быстро остывая в ночном воздухе. Он протянул ко мне дрожащую руку, пытаясь выдохнуть через разорванное горло. Я сжала его пальцы. - Скажи мне, как их найти!”

Но отчаянный, испуганный блеск в его глазах потускнел. Его слабые, судорожные движения замерли.

Я склонила голову. Кровь его жизни запятнала мои дрожащие руки.

- Что ... - Марчелло сглотнул. - Кто это был?”

Дрожь пробежала по моему телу, и я заставила себя отвернуться. - Барон Леодра. Он уже был мертв, Марчелло. Демон смерти просто еще не догнал его.”

Полдюжины солдат, сопровождавших нас, заполнили двор, держа оружие наготове. Марчелло встряхнулся, как мокрая собака, и взял командование на себя, приказав некоторым обыскать территорию гостиницы, чтобы убедиться, что у Леодры не было сообщников. Один из них протянул мне носовой платок, пробормотав извинения, которые говорили о его ошеломляющей неадекватности. Другие убрали тело Леодры.

Я не осталась смотреть. Я вышла через садовую калитку в одиночестве на мягкое, серебристое поле с каймой сторожевых кипарисов и холмами за ним. Я вытерла руки платком, пока на нем не осталось ни одного белого пятнышка, а потом бросила его на землю.

Слезы наворачивались на глаза, но я отказывалась их проливать. Я не могла жалеть Леодру, особенно после того, как он пытался убить меня. Но этот человек был частым гостем в нашей гостиной. Вид его смерти потряс меня до глубины души.

Через некоторое время шум стих. Солдаты снова легли спать, собака перестала лаять, и в ночи воцарилась тишина. Песня сверчков поднялась к далекой Луне. Я дрожала от усиливающегося холода, но не могла вернуться в постель. Кровь Леодры все еще заливала мне глаза, и слова, которые он не сказал, повисли в тишине между звездами.

Позади меня в траве послышались шаги. Я обернулась и увидела Марчелло, усталость на его плечах. Сквозь глубокий вырез ночной рубашки виднелась его грудь. Он перекинул ремень через плечо, так что Рапира и кремневый пистолет висели под рукой.

“Амалия. Ты ... - Он покачал головой. Никто из нас не был в порядке, и он это знал. “Не хочешь зайти внутрь?”

“Он пытался меня о чем-то предупредить.- Я потерла замерзшие руки. Странно было ощущать сквозь ночную рубашку собственную живую плоть и знать, что Леодра утратил эту жизненную силу, когда еще час назад был жив и напуган. “Он хотел сказать нам, кто похитил детей в обмен на милосердие. Теперь он не может, и это знание ушло.”

Я не имел в виду это как обвинение. Но Марчелло побледнел. “Преисподен. А я и не знал.”

“Ты не мог этого знать.”

Он опустился на корточки, закрыв лицо руками. “И я убил его. Грация, прости меня.”

Я опустилась на колени на прохладную траву, пытаясь поймать его взгляд, тревога клокотала у меня в животе. “Он не был невинным человеком, Марчелло. Я жива только потому, что его попытка убить меня провалилась. Ты не мог знать, что он не собирался стрелять в меня.”

“Я совершил ужасную ошибку. Он поднял на меня глаза, и боль в них была бездонной. “И я не могу его отменить. Я не могу положить обратно в него жизнь.”

Все это было правдой. Я не могла унизить его, отрицая это. - Я знаю.”

Он закрыл глаза и склонил голову, прерывисто дыша, почти всхлипывая.

У меня не было слов, чтобы утешить его. У меня не было утешения, которое я могла бы предложить. Поэтому я слегка наклонилась к нему, так что наши лбы едва соприкоснулись. Это было твердое и успокаивающее тепло: он тоже был жив.

“Я знаю, - снова прошептала я.

***

Наша карета подпрыгивала и грохотала по длинной золотистой сельской местности. Поля переходили в холмистые холмы с высокими темными кипарисами, идущими рядами, как паломники. Утром туман лежал в складчатых долинах между холмами, окутывая землю благодатью и таинственностью.

Недоставленное предупреждение Леодры впилось крючковатыми когтями в мои мысли, отказываясь отпускать. С каждой милей, проходящей под колесами, мы приближались к Арденсу, где нас поджидал неизвестный враг. У меня не было свободного конца, с которого можно было бы начать распутывать эту паутину, и то, что я не видела паука, отнюдь не обнадеживало.

Я попыталась отвлечься, болтая с Истреллой об искусствах и о местах, которые она могла бы посетить в Арденсе. Раз или два я поймала на себе пристальный взгляд Заиры, но она быстро отвернулась к окну. Однажды я увидела, как она разглаживает складки на угольном автопортрете улыбающейся Терики, который ей, должно быть, подарил ее товарищ Сокол, прежде чем она покинула конюшню.

Марчелло не отставал от кареты на своей кобыле, координируя действия нашей горстки охранников, которые с прошлой ночи были начеку. Время от времени наши глаза встречались через оконное стекло, и даже через половину пыльной дороги я могла прочитать боль и беспокойство на его лице.

Когда мы остановились пообедать в придорожной гостинице, я на мгновение остался одна за столом с Марчелло, а Заира, Игнацио и Истрелла рассматривали охранные амулеты, которые владелец, мелкий ремесленник, продавал в баре. Я собралась с духом, чтобы сказать ему то, что должна была сказать еще несколько дней назад.

- Мне очень жаль, - сказал я.

Он поднял глаза от покрытой глубокими шрамами деревянной поверхности стола. - За что?”

Я неловко пожал плечами. - За то, что я сказал о тебе на заседании Совета.”

Странная, грустная улыбка скользнула по его лицу. “Я не могу держать правду против тебя. Такой человек, как я, был бы глупцом, если бы думал, что сможет ухаживать за наследницей Корнаро.”

Слова застряли у меня в горле, как мусор. У меня было так много вопросов, которые я хотела задать, чтобы составить карту территории возможного, что простиралась между нами.

Истрелла плюхнулась рядом с ним, высыпав на стол пригоршню деревянных подвесок с выгравированными на них рунами. - Смотрите! Разве они не прелестны?”

Марчелло поднял брови. - Только ты могла подумать, что изобретение может быть восхитительной, Истрелла.”

“Это что, вызов?- Она подняла подвеску, грубый круг которой обозначал защиту от комаров, и задумчиво прищурилась. “Я могла бы построить вокруг этого проволочного котенка. Тогда будет ли это восхитительно?”

- А этот проволочный котенок, э-э, Может что-нибудь сделать?- Марчелло выглядел обеспокоенным. - Вспомни, что случилось в тот раз, когда ты думал, что просто играешь со своими искусственными инструментами …”

- Никто не пострадал окончательно.- Истрелла сгребла амулеты в свою бархатную сумку. - Кроме того, мне нужно как-то развлечься, поскольку ты до сих пор не рассказал мне о секретном проекте, который я должна осуществить в Арденсе.”

Марчелло вздрогнул. Я действительно старалась изо всех сил, Марчелло? смотри.

Он оглядел оживленную комнату. “Только не здесь. Мы прибудем в гарнизон завтра вечером; я скажу тебе тогда, когда мы будем наедине.”

Завтра. У меня внутри все сжалось. Я мечтала вернуться в Арденс с тех пор, как моя мать вызвала меня обратно в Раверру после учебы в университете, но теперь его приближение не принесло мне ничего, кроме ужаса.

***

На третий день нашего путешествия мы благополучно спустились с холмов в зеленую долину, которую сверкающим браслетом пересекала река Арден. Арденс украшал реку, как драгоценный камень вдовы, ее красные крыши сверкали на солнце. Большие холмы поднимались на дальней стороне, поднимаясь пурпуром вдаль, пока в конце концов не поднялись до гор Ведьмволла, видимых как слабое пятно серых облаков на далеком горизонте.

Когда ты добралась до самого сердца, мы пришли, чтобы угрожать этому месту разрушением. Расколоть красные черепичные крыши синим жаром костра и опалить зеленеющую долину. Когда я разглядела вдалеке Речной дворец, его позолоченные купола нависали над городом, словно курица, собирающая вокруг себя цыплят, передо мной промелькнуло видение-обугленный и разбитый, лежащий пустой к небу, подобранный труп. Я вздрогнула.

Вместо того чтобы прибыть в Арденс в сумерках, мы провели нашу последнюю ночь в Имперском гарнизоне, который венчал последний холм, возвышающийся над Арденсом. Гарнизон был скромным термином для раскинувшегося замка, построенного для размещения тысяч солдат. Его массивные стены все еще носили шрамы от бесконечных мелких войн, которые бушевали между городами-государствами Центральной Эрувии до того, как Раверра объединила их под знаменем безмятежной империи. Поскольку Арденс был мирной частью империи в течение двухсот лет, солдаты были размещены там, чтобы защитить Арденс, а не угрожать ему.

Но все может измениться в одночасье. С модификациями Истреллы пушки крепости легко смогут добраться до города.

Я старалась не думать об этом, пока устраивалась в своей комнате и смывала дорожную пыль в искусственно нагретой ванне. Но как только я прогнала из головы образы дымящихся дыр в городских стенах, предпоследние слова Леодры заполнили пробел: "этот сюжет-не то, что ты думаешь.

Пытаться уснуть сейчас было бы бессмысленно. Я разыскала Истреллу и получила желанное развлечение от ее бесконечных возни, и обнаружила, что Марчелло навещает ее.

Они поселили Истреллу в ее собственных апартаментах, поскольку ей предстояло провести в гарнизоне несколько дней. Через час или два после нашего приезда она уже превратила гостиную в мастерскую. Оборудование, инструменты, кисти и прочие мелочи были разбросаны по некогда исправной мебели. Истрелла сидела на полу, склонившись над каким-то проектом, разложенным на низком столике. Он напоминал дамский веер, если веер был сделан из медных ножей, исписан рунами и опутан бисерной проволокой. Марчелло навис над ней, вертя в руках плоскогубцы.

- Входи, Амалия, - позвала ее Истрелла. - Этот замысел не слишком удачен, так что можешь присоединиться к нашей компании.”

“А где Заира?- Спросила я.

“Кухня.- Истрелла сдвинула очки на лоб. - Обед номер два, я полагаю. Я рада, что не колдун. У меня никогда не было бы времени что-то строить, если бы мне приходилось так часто есть.”

Я осмотрела ее работу. Казалось, что не очень далеко; не было достаточно узора на завитках проволоки, чтобы я могла догадаться о его назначении, хотя руны, казалось, были сосредоточены на защите. “Что это такое?”

“Ну, это должен был быть защитный вентилятор, но мне нужно кое-что обдумать, прежде чем я попробую снова.- Она оттолкнула его, драматически вздохнув. - Если бы только у меня был какой-нибудь новый и интересный проект, чтобы начать. Возможно, поручение от Дожа.”

Я многозначительно посмотрела на Марчелло. Он поморщился и откашлялся. “Да, хорошо. Об этом.”

Истрелла оживилась. “О, ты наконец-то расскажешь мне?”

Марчелло кивнул, и в его глазах появилось страдание. Но вместо того, чтобы сказать ей, он положил чертежи и инструкции к пушке на ее стол.

Истрелла с минуту изучала их. Ее брови нарисовала в хмурый взгляд.

“Это оружие, - сказала она.

Марчелло поморщился. “Да.”

Истрелла провела кончиком пальца по линиям схемы. “Это хороший дизайн. Так эффективно. Мои проекты всегда требуют слишком много энергии. И посмотрите, насколько точны эти рунические круги.- Она вздохнула. “Это, должно быть, работа мастера-ремесленника Дожа. Тот, кто делает Джесс. Я никогда не буду настолько хороша.”

Марчелло протянул руку на полпути к Истрелле, но тут же опустил ее. “А ты ... ты не против сделать оружие?”

- Она склонила голову набок. - Это зависит от обстоятельств. На ком они будут его использовать?”

“Ни на ком.- Я поморщилась. - Надеюсь.”

Истрелла скептически подняла брови. “Они не делают оружия, чтобы не использовать его.”

“Это правда. Я взглянула на Марчелло, но в его взгляде была беспомощность и боль. Если я оставлю это ему, он запаникует и скажет ей, что пушки будут стрелять радугой, и все будет в порядке. - Дож хочет, чтобы это оружие было здесь на случай, если Арденс взбунтуется. В этом случае пушки могут либо остаться здесь, чтобы защитить город, либо перебраться в горы Ведьмволла, чтобы защититься от Васкандара.”

- Понимаю. Истрелла уставилась на диаграммы. Ее пальцы двигались так, словно она крутила проволоку. - Полагаю, мне придется довериться империи, чтобы использовать их наилучшим образом.”

- Прости, Истрелла, - выпалил Марчелло.

- Она моргнула. “За что же?”

“Ты не должна была этого делать.- Он махнул рукой на чертежи. “Это было не то, чего я хотел для тебя. Это не ... - он с минуту боролся, потом произнес эти слова. “Это неправильно.”

Истрелла пожала плечами. - Это интересный дизайн. Это лучше, чем делать еще больше курьерских ламп. Империя дает мне все, о чем я прошу, Марчелло. Если она хочет получить взамен пушки, я могу дать ей пушки.”

Небрежное согласие в тоне Истреллы, когда она потянула инструменты к себе, не заставило меня чувствовать себя лучше. Судя по опустошенному лицу Марчелло, он тоже не успокоился.

***

Ворота Арденса были широко распахнуты, и через массивную кирпичную стену, окружавшую город, с непринужденной легкостью мирного времени текли потоки людей. Мы прошли через них без всяких затруднений, и Арденс признал нож, который безмятежный город держал у своего горла.

Наш Кучер двигался по широким улицам, заполненным народом, купеческие лорды толкались локтями с бедными подмастерьями-красильщиками шерсти. Тайные аллеи раверры и паутина каналов разделяли пространство на охраняемые острова, сотни крошечных провинций. С другой стороны, Арденс смешивал все вместе в пьянящей смеси опыта и идей. Прийти сюда учиться было все равно что открыть дверь моей золотой клетки и улететь в мир.

Мы прошли мимо фонтана желаний; мать, ругая своих детей за то, что они пытаются залезть в него, сидела на краю, где я когда-то училась с Венашей. Дальше по улице я мельком увидел статую Грации Победы, победившей Горгону, на которую Доминик взобрался, когда был немного пьян, чтобы надеть на голову Горгоны вязаную шапку. Некоторое время спустя мы подошли к величественным колоннам университета Арденса и углу улицы с бронзовым бюстом первого герцога Бергандона, с его обычным дополнением из наклеенных обрывков сатирической поэзии. Это была еще одна вещь, которую я любил в Арденсе: буйство искусства, украшающее каждую площадь и Перекресток, полное жизни и движения, захватывающее лихорадку воображения, которая поразила Арденс столетие назад и процветала там в дни величия города.

Но это величие прошло. Фасады зданий были облуплены и покрыты пятнами, позолота стерлась, вывески магазинов выцвели. Величественные дворцы, в которых когда-то жили лорды Ардентинских речных торговцев, теперь сдавались в аренду приезжим Раверранцам или были разбиты на лавки и постоялые дворы. Мусор и грязь запятнали улицы, по которым когда-то ходили одни из величайших художников и мыслителей Эрувии. Возможно, это был мой разговор с Леди Савони, но мне показалось, что я заметила больше закрытых вывесок и гораздо больше нищих, чем два года назад.

На одном углу горстка торговцев собралась вокруг развешанного на стене трактира и оживленно разговаривала. Я вгляделась в большой блочный отпечаток и увидела:  СБРОСЬТЕ ОКОВЫ ИМПЕРИИ! РАДИ НАШИХ ДЕТЕЙ, пока карета не проехала мимо. И кто-то нарисовал "Идите домой, РАВЕРРАНСКИЕ акулы" на заколоченных досками окнах несуществующего магазина искусственных чар с грубо нарисованной маской домино под ней. Это тоже было что-то новенькое, и у меня в животе появилось тревожное чувство.

Наш экипаж свернул с намеченного маршрута. Я чуть было не запротестовала, но слова застряли у меня в горле. Конечно, на этот раз мы не направлялись во дворец Светлейшего Посланника; Игнацио больше не был посланником.

Судя по тому, как он стиснул зубы, глядя в окно, Игнацио думал о том же самом.

***

Если кирпичный Городской дом, который Игнацио снял для нас, разочаровал его своим увядшим величием, то то же самое нельзя было сказать о его возвращении в Арденс. День нашего прибытия застал нас на празднике, посвященном его возвращению в город.

Игнацио не был танцором. Лорд Уолдон, пылкий аристократ, принимавший гостей, казалось, знал об этом; мягкие звуки музыки были рассчитаны на то, чтобы поддерживать паузы в разговоре, а не вдохновлять танцевать. Игнацио стоял сияющий, окруженный пылкой элитой, и каждый из них искал его внимания с серьезными лицами и едва скрываемым беспокойством. Задержавшись у винного столика в поисках знакомых, я продолжала слышать его голос, плывущий по толпе.:

“Ну, как вы знаете, я больше не в том положении, чтобы говорить что-то официальное, но ... …”

- Я, конечно, не могу давать обещаний в моем нынешнем положении, но я посмотрю, смогу ли я это сделать. …”

- Естественно, у меня больше нет доступа к разведданным, как у посланника, но мое понимание таково. …”

Я подозревала, что заявления Игнацио о том, что Леди Терринджер не заметит его присутствия в городе, были оптимистичными. Сама Леди Терринджер, по-видимому, не присутствовала, хотя я заметила, что Леди Савони расхаживает по комнате, как длинноногий аист, с кислым выражением лица, которое говорило о том, что она предпочла бы работать. Судя по тому, как она смотрела на некоторых чересчур разодетых аристократов, с которых капало столько драгоценностей, что хватило бы на выкуп короля, она, вероятно, думала, что гостям вечеринки тоже будет лучше заняться решением проблем Арденс. Некоторые из них морщились и ускользали, когда она приближалась, как дети, избегающие своей гувернантки.

Комната гудела от неугомонной энергии, голоса поднимались и опускались с нескрываемым волнением, чего я никогда не видела в Раверре, где все играли в карты гораздо ближе к груди. Я слышала страх в их голосах, а иногда и гнев. В ушах у меня звучали повторяющиеся слова и фразы: пропавшие дети ... безобразие ... Теневая Джентри ... Васкандар. А Раверра или Империя-всегда со вздохом, хмурым взглядом или проклятием.

Я инстинктивно оглядела собравшихся в поисках знакомой линии плеч Марчелло или завитка его волос, но он был в гарнизоне, координируя свои действия с местными имперскими военными и готовя Истреллу и других Сокольничих ко всему, что им было нужно для осуществления проектов, поставленных дожем. Заира задержалась у буфета, ела как голодный волк и флиртовала с Домиником. Как бы мне ни хотелось поздороваться со своим старым другом, я направилась в противоположную сторону; присутствие Заиры, как правило, оказывало доминирующее влияние на разговор.

Знакомый голос позвал меня по имени. - Амалия! Это ты!”

Я в восторге повернулась лицом к своему старому партнеру по учебе. “Венаша!”

Я едва успела заметить ее ослепительную улыбку и подпрыгивающие локоны, прежде чем она заключила меня в объятия.

- Как поживаешь?- Спросила я, набив рот ее волосами.

- Прекрасно, прекрасно!- Она держала меня на расстоянии вытянутой руки, ухмыляясь. “У меня новая должность в герцогской библиотеке, и мне это нравится. Их раздел теории магии просто невероятен. И у меня есть ученики, которых можно отложить на полку! Я просто занимаюсь исследованиями и покупаю книги.”

- Прекрасно! Мне придется навестить тебя там.- Одной мысли об этих книгах было достаточно, чтобы отвлечь меня от моих забот. “Как поживают Фосс и ребенок?”

Ее улыбка погасла. “Они здоровы.”

“Я бы с удовольствием посмотрела на них.”

“Ну, э-э ... конечно.”

Я схватила ее за руку. “Венаша, не говори мне, что что-то случилось с ребенком.”

“О нет! Хотя на самом деле Алеки уже не ребенок. Ты не поверишь, как он вырос. Сейчас он ходит, говорит и во все влезает.- Ее голос снова стал веселым, хотя беспокойство все еще щипало ее брови. - Фосс устал бегать за ним, пока я в библиотеке. Ему доставляет удовольствие снимать книги с полок и бросать их на пол. Маленький варвар!”

- Не могу дождаться, когда увижу его.- Нерешительность омрачила выражение лица Венаши, и я быстро добавила: - Если это не навязывание.”

“Нет-нет.” Она испустила долгий вздох. “Я действительно хочу, чтобы ты его увидела. Он стал таким большим. Порядок.- В ее глазах сверкнула решимость. “Как насчет того, чтобы встретиться завтра в Городском саду у Речного Дворца? Фосс почти каждый день привозит туда Алеки, чтобы я могла ускользнуть из библиотеки и повидаться с ним.”

“Отлично. Я не могу ждать.”

“А как насчет тебя? Что привело тебя в Арденс?”

Теперь это была моя улыбка, которая становилась напряженной. “Хорошо …”

Венаша резко скривилась. - Дай угадаю. Ситуация.”

Я рассмеялась, несмотря на себя. “Ты это так называешь?”

“Так это называется в Речном Дворце. Я каждый день прохожу через залы по пути в герцогскую библиотеку, и дворяне всегда говорят об этом. Все очень серьезно. В основном я их игнорирую.”

- Возможно, это и к лучшему.”

Кто-то похлопал меня по плечу. - Амалия! Вот вы где.”

Это был Доминик. Слегка панический взгляд его темно-карих глаз противоречил приветливой улыбке. “Могу я поговорить с вами наедине минутку?”

Венаша ахнув, симулировала шок. “Уже улизнули вместе! Амалия едва успела вернуться в Арденс, Доминик.”

Я покраснела. Кроме измены, были еще причины поговорить с Леди наедине, и Венаша, без сомнения, слишком хорошо помнила, как я относился к Доминику во время моего пребывания в Арденсе, учитывая, как много я болтала с ней о нем.

Доминик поклонился Венаше. “Если вы позволите мне одолжить ее, я покажу вам новый книжный магазин, где я нашел ту калламорскую эпопею, которую вы искали.”

- Одолжи мне свои экземпляры " Истории Орсена”, и мы заключим сделку, - рассмеялась Венаша.

Шепот следовал за нами, когда мы с Домиником вышли в маленький садик во внутреннем дворике-невдохновленное нагромождение растерянных статуй и подстриженных кустов. Огни вечеринки падали на черную лужайку, тени и смех пробегали по ярким аркам окон.

Я вздрогнула; моя бархатная накидка была внутри, и ночной воздух высасывал тепло прямо из низкого выреза моего платья. Доминик ничего не заметил. Я не могла отделаться от мысли, что Марчелло так и сделал бы.

Он выпрямился, словно готовясь к сопротивлению. “Я хочу представить тебя моему брату.”

Я оглядела пустой сад. “Значит, твой брат-куст?”

Доминик рассмеялся, но это прозвучало несколько принужденно. “Ах да, разве я тебе не говорил? Он-розовый куст. Происходит из семьи моей матери.- Он скорчил гримасу. - Иногда мне хочется, чтобы он был кустом. Он занимался этим днем и ночью, разгуливая по двору, рассказывая всем, как наши замечательные друзья в Васкандаре решат все наши проблемы, если мы просто встанем против Раверры.”

“Я так понимаю, ты не смог убедить его, что это ужасная идея?”

- Нет, да поможет мне Благодать Мудрости.- Он вздохнул. - Я встречался с Теневыми Джентри прошлой ночью, и должен признаться, все прошло не совсем так, как я надеялся.”

Тени, лежащие поперек сада, вдруг показались темнее, заостренные намеком на предательство. Я постаралась, чтобы мой голос звучал легко. - А?”

- Наверное, мне следовало бы знать лучше. Доминик поднял глаза к затянутому тучами небу, словно надеясь на помощь Граций. Ни один луч света не пробивался сквозь густые черные тучи. “Я все еще надеюсь, что Габриэль делает это по правильным причинам. Чтобы помочь магу-Меченому и сделать Арденс лучшим местом. И, возможно, некоторые из Теневых Джентри таковы. Но в основном то, что я слышал в этой комнате, было гордостью и гневом.”

Гордость и гнев могут толкать людей на трудные поступки. Я надеялась, что имя Габриэля не было одним из тех, которыми Барон Леодра планировал купить свою жизнь. - Мне очень жаль.”

- Через несколько дней Габриэль устраивает вечеринку для своих друзей-Теневых Джентри.- Голос Доминика понизился. “Я думаю, им будет полезно увидеть, что не все в Раверре настроены враждебно к Арденсу.”

“Конечно, нет! Неужели они действительно так думают?”

“Ну, не все из них. Половина Теневого Джентри увлечена идеей Ардентинской славы и независимости Арденса. Они считают, что Раверра удерживает Арденс от того, чем он может стать. Другая половина ... - Он покачал головой. “Ты не видишь этого здесь, потому что это вечеринка для Игнацио, но среди многих аристократов есть ярость из-за детей. Теневые Джентри оседлали волну этой ярости. Они верят, что Раверра отняла у них все — сначала их состояние, а теперь их заветные наследники — и они готовы сражаться, чтобы вернуть все это.”

- Это ужасная идея.- Я покрутила в пальцах прядь волос. “Мы должны решить этот вопрос дипломатическим путем. Еще есть время.”

- Надеюсь, что так. Может быть, вы поможете мне убедить их, что все еще есть мирное решение. Что до Мечей и Огня дело еще не дошло.- Он протянул руку. “Ты придешь на вечеринку к Габриэлю и познакомишься с ними, как мой гость?”

Значит, это все-таки измена.

Я могла бы отказаться от его приглашения, сохранив свою честь нетронутой. Я могла бы сказать ему, что я верный слуга Безмятежного Города и не пойду ни на одно собрание, где тайное общество замышляет заговор против него.

Но если я сделаю это, то потеряю свою единственную возможность проникнуть в Теневое Джентри.

Я потянулась и взяла протянутую руку с жалким нежеланием выуживать из лужи брошенную перчатку. “Если это поможет предотвратить войну, я буду счастлива присутствовать и поговорить с ними.”

Доминик сжал мои пальцы и отпустил их-быстрое пожатие благодарного друга. - Хорошо! И Заиру, надеюсь, тоже приведешь?”

- Я должна. Она должна быть рядом со мной все время.”

“Отлично.- Он поколебался, затем продолжил с меньшей уверенностью, чем я когда-либо слышал от него. - Она удивительная женщина, Амалия. Я никогда не видел такой смелой искры в Леди. Она говорит правду без страха, и в ее глазах больше огня, чем может объяснить только магия. Я ... Ну, я думаю, что она ... - он сглотнул и выпрямился в более официальной позе. “Я очень ею восхищаюсь.”

Моя вина за то, что я использовала его, чтобы шпионить за его братом, сложилась вдвое. “Она, безусловно, уникальна.”

“Ты знаешь ... - он поморщился. - Насколько я понимаю, ее семья не слишком благородного происхождения.”

“Да, гораздо меньше.”

- И все же это не так уж важно. Ранг-это всего лишь сноска в сердечных делах.”

Его слова укололи меня в больное место в форме Марчелло. Я даже кивнуть не смогла. Неужели Грации специально послали его на эту вечеринку, чтобы заставить меня почувствовать себя ужасным человеком?

Доминик глубоко вздохнул. - Амалия, скажи мне честно, как друг — что думает обо мне Заира?”

Мне хотелось оказаться где угодно, только не в этом мерзком саду. У меня больше не было сил лгать. Заира была ужасной парой; как его друг, я не могла с чистой совестью поощрять его в его привязанностях.

Но если я оттолкну его от Заиры из-за разницы в ранге и классе, я буду ничем не лучше своей матери.

- Она ... - она думает, что у тебя твердая ... походка. Нервный смешок затрепетал у меня в животе. - Она восхищается тобой, Доминик.”

Его глаза загорелись при этих словах. “Она так думает?”

- Как она могла не думать?- Я смягчила свой тон, преодолевая скованность в горле. - Все так думают. Ты обладаешь образцовым набором прекрасных качеств.”

Доминик рассмеялся. - Ты мне льстишь, Амалия. Но все равно спасибо. И в таком случае я тоже с нетерпением жду встречи с ней на вечеринке.”

“Я тоже с нетерпением жду этого.”

Я с ужасом удержалась от того, чтобы добавить: Но я думала об этом, потирая руки, чтобы согреть их от холодного ночного воздуха.

***

Поздно вечером, когда более старые и скучные гости разошлись по домам, а еда уже заканчивалась, я отвела Заиру в холодное мраморное фойе, в настоящее время пустое.

“А ты как думаешь?- Спросила я ее тихим голосом.

Заира ухмыльнулась. - Девушка в голубом платье с павлиньим отливом носит прекрасный корсет, но я все равно пойду с Домиником. У него самые красивые волосы—”

“Я имею в виду, есть ли у тебя подозреваемые?- Перебила я его.

“О, я уверена, что они все в чем-то виноваты.”

- Для тех, кто пытается спровоцировать войну.- Я выдавила эти слова сквозь зубы. “Я спрашиваю потому, что считаю тебя наблюдательным и умным человеком, как бы ты ни пыталась убедить меня в обратном.”

“Я никогда ни в чем не пытался тебя убедить. Мне плевать, что ты думаешь.- Она нахмурилась. “Но нет, я не думаю, что кто-то из них пытается развязать войну. Они готовы обоссаться, как маленькие дети, при одной мысли об этом.”

Я молча кивнула. “Похоже, они слишком хотят, чтобы Игнацио решил их проблемы за них. Они не обратились бы к нему за помощью, если бы были готовы сражаться.”

“Кто готов сражаться?- раздался громкий, невнятный голос позади нас.

Я обернулась и увидела широкоплечего гуляку, который смотрел на нас через гулкое фойе. Он накренился от центра, как разбитый корабль, его борода ощетинилась, более чем немного пьяный. В его затуманенных глазах тлел гнев, а руки неровно сжимались в кулаки.

Он уставился на Заиру. “Я вполне готов к бою.”

Глава 18

Прошу прощения?- Я попыталась холодным тоном прогнать назойливого джентльмена, но он был слишком пьян, чтобы это слышать, не говоря уже о том, чтобы беспокоиться.

“Ты же колдун.- Он сердито посмотрел на Заиру. - Эта сука грозится сжечь Арденс дотла.”

Заира фыркнула. “Если я когда-нибудь буду угрожать тебе, ты это поймешь.”

- Сначала вы, акулы, разорили меня. А потом вы забрали моего племянника.- Его голос сорвался на этом слове, угрожая перейти от ярости к пафосу. “Теперь ты хочешь поджечь нас.”

Я с опозданием узнала его. Лорд Ульмрик, член Совета лордов, в котором также заседал Доминик. “Никто не хочет поджигать тебя, - сказала я.

“Пока, - пробормотала Заира.

“Мне кажется, если я сломаю тебе шею здесь, у нас больше не будет проблем с огнем.- Он угрожающе шагнул к ней.

Сверкнул нож Заиры. “Попробуешь его. Я выпотрошу тебя, как рыбу. Мне даже не нужно тебя готовить.”

- Прекрати это! Я встал между ними, вытянув ладони в разные стороны, готовая к удару. Это был не какой-нибудь портовый хулиган. Это был лорд Арденса. Если Заира убьет его, она убьет и нашу последнюю надежду на мир.

“Пожалуйста.- Я адресовала это пьянице. “Мы вам не враги. Имей милость уважать своего хозяина. Не оскверняй его дом кровью.”

Я подозревала, что это его кровь, а не Заиры, но позволила ему думать, что он думает.

Смятенные эмоции боролись на лице лорда, как будто он не мог решить, ударить меня или плюнуть.

Наконец его лицо исказилось от отчаяния. - Верните мне моего племянника.”

“У нас нет вашего племянника.- Я заставила его поверить мне, глядя в его покрасневшие глаза. “Я пытаюсь найти детей. Клянусь тебе в этом. Мы ничего так не хотим, как вернуть их семьям.”

Его водянистый взгляд изучал мое лицо. “Если он не у тебя, то у кого?- потребовал он ответа.

“Даже не знаю.- Грации помогут мальчику, где бы он ни был.

Боль исказила его черты. “Тогда ты нам ни к черту не подходишь. Он отвернулся, наполовину подняв руку, которая дрогнула и упала прежде, чем успела сжаться в кулак. - Возвращайтесь в Раверру, гарпии. Оставьте нас наедине.”

И с этими словами, бормоча что-то себе под нос, он направился к выходу.

Заира убрала кинжал в ножны. - Видишь? Даже пьяные, как опозоренный хранитель святилища, они не имеют желания сражаться.”

Она была права. Несмотря на широкие борта и граффити, которые мы видели из кареты, это не был город на грани восстания. О какой бы опасности ни пытался предупредить меня Барон Леодра, дело было не только в разъяренной толпе на улице, жаждущей крови Раверранов. Это была более глубоко скрытая угроза: невидимый нож, ждущий в темноте за моей спиной, а не негодяй, идущий прямо на меня в ярости.

“Ты права, - сказала я. “Они нет. Но кто-то пытается дать им это. Нам нужно выяснить, кто именно.”

***

Когда мы вышли из особняка Лорда Уолдона в яркую освещенную лампами ночь, я заметила странную и знакомую фигуру, ожидавшую на темном краю площади. Принц Рувен из Васкандара, сопровождаемый его слугами, блистал в роскошном меховом пальто, свисавшем до щиколоток. Смелая, угловатая вышивка в Васкандранских узорах прочерчивала дорожки, похожие на зазубренные фиолетовые молнии, спускающиеся вниз по его груди. На бедре у него висела украшенная драгоценными камнями Рапира.

“Что он здесь делает?- Пробормотала я Заире.

Она посмотрела через площадь. “Это твой поклонник, который меняет кожу? Красивые ножки.”

“Тьфу. Он не мой.- Я нахмурился. “Но я должна выяснить, почему он здесь.”

- Да, давай, я бы с удовольствием с ним познакомилась. - Улыбка Заиры была не слишком обнадеживающей.

Еще более тревожным было выражение радости на лице принца Рувена, когда мы приблизились. Он отвесил экстравагантный поклон, заставив меня сделать реверанс в ответ.

- Леди Амалия! Какое удовольствие. А это, должно быть, леди Заира, я полагаю?”

“Я не леди.- Заира не поклонилась и не присела в реверансе. Я задумалась, было ли отсутствие хороших манер преднамеренным, или это было естественно.

“Что привело вас сюда в такой час, Ваше Высочество?- Спросила я.

Взгляд Рувена метнулся к двери Лорда Уолдона, откуда все еще просачивались гости в различных стадиях опьянения. - О, жду кое-кого. Но Благодать Удачи улыбнулась мне, чтобы встретиться с тобой вместо этого.”

“Я слышала, у тебя много друзей в этом городе.”

- В наши дни Ардентинцы, похоже, жаждут иметь союзников.- Его взгляд переместился на Заиру. “Надеюсь, вы тоже примете мою руку в знак дружбы, Миледи.- Он потянулся к ней.

Я хотела броситься между ними, но Заира держала ситуацию под контролем. Теперь она присела в реверансе, запоздало, обе руки были слишком заняты юбками, чтобы взять ее. - Это зависит от обстоятельств.- Она кокетливо рассмеялась. “Я практичная девушка. Что вы делаете для своих друзей?”

“Ну, во-первых, в Васкандаре мы не позволяем держать наших меченых магов в качестве пленников или домашних животных.- Он приподнял бровь. “Вы больше, чем можете присоединиться ко мне там в любое время. Ты будешь возвышена, как великая леди, над общей толпой.”

“Заманчиво. Заира подняла руку, и Джесс сверкнул в свете лампы. “Но я останусь с Раверрой до тех пор, пока буду носить это.”

Рувен пожал плечами. “Об этом можно позаботиться.”

На лице Заиры появилось выражение голода. Она сделала полшага в его сторону. Я напряглась.

“Ты можешь его снять?- Ее голос напрягся, как натянутая веревка.

“У меня есть свои способы. Вы хотите устроить демонстрацию?”

- Нет, - ответила я. - Никаких демонстраций, спасибо.”

Но Рувен уже лениво поднял руку, чтобы подозвать одного из своих слуг. Человек, высокий и стройный, как и все Васкандрасев, шагнул вперед. - Ваше Высочество?”

- Твое запястье, - приказал он.

Мужчина сглотнул, став молочно-бледным. Но он отдернул рукав и протянул руку.

“Нет, правда.- Я взмахнула обеими руками, как будто могла каким-то образом отмахнуться от Рувена. “В этом нет необходимости.”

- Он рассмеялся. “Конечно, в этом нет необходимости. Боже мой, Леди Амалия, какой скучный был бы мир, если бы мы делали только необходимые вещи.”

Одной рукой он сжал руку своего слуги, а другой вытащил длинный кинжал.

“Ваше Высочество, - нервно начал гвардеец, - при всем моем уважении, кто вы такой?—”

Он перестал двигаться. Его грудь вздымалась и опускалась, и он смотрел на нож со страхом, все еще светящимся в его глазах, но принц лишил его способности двигаться или говорить, просто так.

Рувен приставил острие кинжала к запястью стражника.

- Хватит, - резко сказала Заира. - Избавление от Джесса не стоит того, чтобы потерять руку.”

“Ты ничего не потеряешь, - пообещал Рувен. “Это даже не повредит.”

И он вонзил нож в кожу своего охранника.

Я подавила крик. Крови не было видно. Глаза мужчины расширились от паралича, который сковал его, но в них не было боли, только ужас. Кинжал медленно прошел сквозь его запястье, как веревка сквозь масло, и плоть снова сомкнулась вокруг него после того, как он прошел. Лезвие вышло чистым на дальней стороне его руки, блестя в темноте. На гладкой, бледной коже охранника не было ни единого шрама.

Лицо Заиры позеленело. Я придвинулась к ней поближе на случай, если она упадет в обморок или ее стошнит. Я чувствовала себя не намного лучше. Я скорее проглочу чашку живых улиток, чем буду смотреть это снова.

Рувен отпустил стражника, который отдернул руку и, задыхаясь, отшатнулся от своего хозяина.

- Видишь?- Рувен широко развел руки, все еще держа нож. - Тебе было больно? Скажи им.”

Мужчина, дрожа, потер запястье. - Это ... не было никакой боли, Ваше Высочество.”

Рувен с размаху вложил кинжал в ножны, улыбаясь так, словно подарил нам чудесное угощение. - Надеюсь, вы подумаете о моем предложении, Леди Заира.”

“Я подумаю об этом, - пообещала она. Она схватила меня за руку с неуверенной силой. “Но теперь я должна доставить Леди наследницу домой. Ей давно пора спать.”

“А я должен поприветствовать своего друга. Спокойной ночи, дамы.- Он поклонился.

Я присела в реверансе и убежала. Заира почти повисла на моей руке, ее лицо исказила тошнота. Наши ботинки отбивали быстрый ритм по булыжнику, почти бег.

“Ладно, я подумаю, - пробормотала Заира. “Когда я пытаюсь уснуть сегодня ночью. Благодать Милосердия.”

Я не могла держать рот на замке. “Значит, ты не переедешь в Васкандар?”

Она вздрогнула. - Только для того, чтобы поджечь его.”

Мрачная тяжесть легла мне на плечи. “В зависимости от того, как пойдут дела на границе, - сказал я, - это можно устроить.”

***

На следующее утро мы с Заирой встретились с Венашей и Фоссом в Городском саду напротив Речного Дворца. Марчелло обещал присоединиться к нам после того, как вернется из гарнизона.

Солнечный свет заставил сады сиять. Небо было душераздирающе голубым, а ветер перебрасывал пестрые узоры теней по извилистым тропинкам, по которым мы с Венашей шли бок о бок между тщательно расставленными статуями, цветами и фонтанами. Фосс бежал и впереди, и сзади, преследуя маленького Алеки, куда бы ни привели его толстые двухлетние ноги. Кудри мальчика прыгали вверх и вниз, когда он бежал, а Заира почти все время была рядом с ним, смеясь и пытаясь научить его трюкам, как будто он был собакой.

“Ну и что ты думаешь об этой ситуации?” Я спросила Венашу. “Неужели все в Арденсе действительно готовы восстать против Империи после стольких лет?”

- Грация, нет.” Венаша отмахнула жука подальше от ее лица. - Люди ворчат по этому поводу, но не хуже, чем обычно, несмотря на все попытки Теневых Джентри вывести нас из себя. Только Совет Лордов и придворная знать так серьезны из-за детей.- Она бросила обеспокоенный взгляд на сына. “Я не могу полностью винить их. Я была бы готов сжевать Речной дворец, если бы что-нибудь случилось с Алеки.”

Все свелось к детям. “Как ты думаешь, кто их взял?”

- Она склонила голову набок. “Ну, это должен быть кто-то, кто знает город, чтобы заставить их исчезнуть без следа, несмотря на то, что все их ищут. Кто-то с большим количеством ресурсов и связей, чтобы создать такой убедительный обман с фальшивыми Сокольничими. Должна признаться, я предполагала, что Раверра играет в игры, сначала утверждая, что они у нее есть, а потом нет, пока ты не сказала мне обратное.”

“Наверное, это то, что мы пожинаем от нашей репутации хитрецов, - вздохнула я. “Никто не верит нам, когда мы говорим прямо.” Не говоря уже о том, что кто — то из членов Совета затеял какую-то игру, но я не собиралась рассказывать даже Венаше о Леодре.

Алеки вернулся, ковыляя назад, целеустремленно держа перед собой охапку грязных цветов. Фосс последовал за ним с застенчивой улыбкой на лице, когда он встретился глазами с Венашей, и я подозревала, что знаю, кто подал Алеки идею принести цветы его матери. Теплое сияние растопило часть беспокойства, скопившегося в моей груди, когда Венаша крепко обняла сына, чтобы поблагодарить его, и притянула к себе Фосса, все трое сияли.

- Стыдно их поджигать, - прошептала мне на ухо Заира.

Я бросил на нее полный отчаяния взгляд. Она смотрела на нее с явным вызовом.

- Амалия!- Раздался голос Марчелло.

Он приближался к нам по извилистой садовой дорожке, шагая с текучей энергией. Солнце осветило чистые линии его лица и осветило темные волны его волос. Грация Любви, он хорошо выглядел.

- Извини, что опоздал.- Он, казалось, слегка запыхался, когда присоединился к нам, и я уловила запах лошади, оставшийся от его поездки в город. Он наклонился к Венаше и Фоссу, чтобы убедиться, что они не подслушивают. “Мы обсуждали методы выслеживания фальшивых Сокольничих, чтобы выяснить, кто именно носил эту форму. Я должен был поговорить с офицером разведки через курьерские лампы.”

“У тебя есть какие-нибудь зацепки?- Спросила я.

“Еще не нет. Вполне вероятно, что это были наемные преступники, но кем бы они ни были, они молчат. Он стряхнул с себя мрак, как дождь, и с улыбкой повернулся к Венаше, Фоссу и Алеки. - Но довольно об этом. Почему бы тебе не представить меня своим друзьям, Амалия? Я бы с удовольствием познакомился ... - он замолчал, глядя на Алеки.

Я проследила за его взглядом. Венаша и Фосс разговаривали с сыном о цветах, повернувшись к нам спиной. Серьезное лицо Алеки появилось между ними, когда он объяснил что-то своим тоненьким голоском, тыча пальцем в цветы, которые теперь держала его мать. Это был первый раз, когда я хорошо разглядела его глаза, со всей этой беготней, которую он делал.

Слабое, но отчетливое алое кольцо окружало его зрачки.

Он был отмечен магом.

Глава 19

Пальцы, похожие на железные обручи, впились в мое запястье, когда Заира оттащила нас с Марчелло в сторону.

“Не смей, - прошипела она Марчелло.

Тревога нависла над его бровями. - Ты видела его глаза, Заира. Ты же знаешь закон.”

Шок скрутил все слова, которые я могла бы произнести. Ребенок Венаши, отмеченный магом? Она ничего этого не говорила во всех глупых историях, которые рассказывала мне о нем. Но она должна знать. Она не могла пропустить этот яркий круг или не знать, что он означает.

“Мне все равно. Заира сердито посмотрела на Марчелло. “Ты не можешь забрать его у его родителей. Смотри на них. Посмотри, как они счастливы.”

“Они могут пойти с ним.- Голос Марчелло звучал тихо и неуверенно. - Мы не забираем детей из их семей, Заира. Мы просто—”

- Берете их и запираете в крепости на острове в сотнях миль от их домов. Да, я знаю. Она яростно махнула рукой туда, где Венаша положила Алеки и показывала ему, как сплетать стебли цветов в браслет, а Фосс улыбнулся им обоим. “Он никому не причиняет вреда. Никто не причиняет им вреда. У них здесь хорошая жизнь. Не разрушайте ее.”

Марчелло бросил страдальческий взгляд на Алеки, потом на меня. - Он должен присоединиться к Соколам, Заира. Безмятежные Соглашения не предусматривают исключений.”

- Притворись, что не видел его, - настаивала Заира.

Брови Марчелло упрямо сдвинулись. “Это было бы государственной изменой.”

“И это ничего не даст.- Я испустила боль в груди, как долгий вздох. “Его магическая метка не такая тонкая, как твоя, Заира. Он только формируется, но скоро будет виден с другого конца комнаты, с таким ярким цветом, как этот. Он не может прятаться.”

Заира оскалилась, оскалив зубы. “Он не должен этого делать.”

- Гм, мне не хотелось бы вас прерывать, но я вас слышу, - сказал Фосс.

Мы втроем резко обернулись. Он стоял, заложив руки за спину и смущенно опустив голову. “У меня хороший слух, - извинился он.

Венаша подошла к нему, Алеки снова обнял ее, лицо было серьезным и озабоченным. - Ты же видела.”

Я кивнула, чувствуя, как щиплет глаза. - Мне очень жаль.”

“Не бойся.- Она поправила Алеки, который начал извиваться; он выхватил из ее волос украшенную драгоценными камнями булавку и, казалось, был доволен, вертя ее в руках, изучая, как свет отражается в камнях. - Я хотела спросить твоего совета, Амалия. Я не знаю, что делать.”

Страх в ее голосе пронзил мое сердце. Я подошла ближе и сжала ее плечо. - Что бы ни случилось, я здесь, чтобы помочь тебе. Мы будем охранять его и держать вас вместе. Я обещаю.”

Ее плечо, твердое как камень под моим прикосновением, немного расслабилось. - Его глаза начали меняться, когда украли этих детей. Я знала, что Сокольничии так не работают, но все же ... я не хотела признавать, что это значит. Особенно когда Теневое Джентри произносит речи и развешивает объявления о борьбе с империей, если она снова придет за нашими детьми. Но теперь я не могу отрицать, что эти пятнышки образовали круг.”

Фосс покровительственно обнял Венашу за плечи. “Он мой солнечный маленький мальчик, - тихо сказал он. “Я не откажусь от него. Несмотря ни на что.”

Руки Заиры сжались в кулаки. Но Марчелло одарил Венашу и Фосса удивительно нежной улыбкой. “Тебе и не нужно этого делать. Вы можете приехать погостить в Конюшне, для визитов или навсегда. А если ты не хочешь переезжать в Конюшню, он может месяцами навещать тебя в Арденсе со своим Сокольничим, пока это безопасно. Возможно, нам даже удастся устроить его в здешний гарнизон, когда он подрастет.”

Глаза Венаши расширились при упоминании о переезде на Конюшню, а губы сжались.

Фосс бросил на нее обеспокоенный взгляд. - Венаша ... э-э ... добивалась своего положения в герцогской библиотеке уже ... ну ... какое-то время это было ее мечтой. И большинство наших друзей и родственников находятся в состоянии аффекта.”

“Но ты не оставишь Алеки, - твердо сказала ему Венаша. “И я не оставлю никого из вас.”

“Если тебя это утешит, я уверен, что смогу обеспечить тебе место в избранной тобой библиотеке Раверрана.- Предложение показалось мне слабым и неловким, но это было то, что я должна была дать. - Императорская библиотека, Великий храм мудрости, библиотека Раверранского университета. …”

Заира фыркнула. - Должно быть, приятно иметь всех друзей, которых можно купить за деньги.”

Марчелло пропустил это мимо ушей. “Мы все сделаем все возможное для вашей семьи. Империя преуспевает благодаря своим Соколам.”

Брови Заиры поднялись так высоко, что, казалось, вот-вот сойдут со лба. Она уперла руки в бока, но, взглянув на встревоженные лица Венаши и Фосса, ничего не сказала.

- Это все еще ... - Венаша судорожно втянула воздух, крепко держа Алеки. “Это слишком много для восприятия. И я не могу отрицать, что это не то, чего мы хотели.”

Фосс согласно кивнул. Торжественное беспокойство, сменившее радость на его лице, исказило мое сердце.

Алеки бросил заколку матери на землю и теперь выуживал другую из ее разваливающейся короны кос, не обращая внимания на потрясения своей жизни. Марчелло задумчиво наблюдал за ним. “Ты хоть представляешь, на какую магию он способен?”

Венаша и Фосс переглянулись, и Фосс покачал головой.

- Нет, - ответила Венаша.

“Значит, не вивомант и не колдун, - заключил я, - поскольку они используют свои силы инстинктивно и начинают появляться вместе с магической меткой.”

Заира поморщилась, и я тут же почувствовал себя бесчувственной болванкой. Ее собственная обнаружилась, когда она сожгла своих родителей заживо.

Марчелло кивнул. - Поскольку он либо алхимик, либо ремесленник, это означает, что нет никакой спешки, чтобы одеть Джесс на него. Он физически не сможет использовать свои силы, пока не станет старше. Хотя я был бы осторожен, если бы он смешивал вещи вместе или делал каракули, просто на всякий случай.”

В глазах Венаши вспыхнула тревога.

- Ох, - вздохнула Фосс. - Для него это новый способ сеять хаос. А я думала, что лазить по деревьям-это плохо.”

- Подумайте несколько дней о том, что вы хотите сделать, - сказал им Марчелло. - Немедленно дайте нам знать, если что — то заставит вас почувствовать себя в опасности-люди, проявляющие к нему необычный интерес, или силы, начинающие проявляться. И не бойтесь прийти в гарнизон за помощью в любой час.”

- Или мне, - вставила я.

Фосс поймала мой взгляд. - Амалия, ты была на Конюшне. Просто скажи мне ... скажи мне, правда. Будет ли он счастлив там?”

Я чувствовал на себе все их внимание. Венаша и Фосс, полные надежды и страха, с непролитыми слезами на глазах. Заира заставила меня солгать. И Марчелло, побуждая меня каждой черточкой своего лица восхвалять место, которое было для него домом и семьей.

“Большинство Соколов, которых я встречал, кажется, счастливы, - медленно произнесла я. “Это безопасное место. Удобное место. Сокольничие-хорошие люди.”

Заира тихонько фыркнула, но, слава милостям, держала рот на замке.

Венаша неопределенно улыбнулась. “И я полагаю, что если мы действительно переедем на Конюшню, то будем видеться с тобой чаще, Амалия.”

Для Заиры это было уже слишком. - Немного, - ответила она с яркой фальшивой улыбкой. "Время от времени."

Я кивнула и обняла Венашу и Алеки одной большой извивающейся рукой. Но комок в горле был не от радости.

Даже веря всему, что я говорила о Конюшне, я не могла притворяться, что это хорошая новость. Кем бы ни был Алеки, каким бы ни было будущее, открывшееся перед ним Венаше и Фоссом, какие бы тысячи дорог ни лежали перед ним ... теперь перед ним была только одна.

Может, это и неплохая дорога. Но он был слишком мал, чтобы знать, что стоит на ней, не говоря уже о том, чтобы выбирать свой путь.

***

Я чувствовала ярость, исходящую от Заиры, как жар, когда мы втроем вышли из сада.

“Я бы сказала, что не могу тебе поверить, но я могу.- Она смотрела на меня и Марчелло, как в аду. “Ты действительно собираешься забрать этого ребенка из его дома, посадить на него Джесс и вырастить его как солдата.”

Марчелло остановился перед садовыми воротами и повернулся к ней. “Что ты хочешь, чтобы я сделал? Я не могу изменить Безмятежные Соглашения. Все, что я могу сделать, это сделать Конюшни лучшим местом для отмеченных магами.”

- Легко сказать, что ты не можешь изменить мир.- Заира погрозила ему пальцем. - Но люди действительно меняют его. Я не очень хорошо разбираюсь в истории, но это я знаю. Не говори, что это невозможно, если на самом деле ты слишком ленив, чтобы попытаться.”

Воспоминание о отметке мага, смело кружащем вокруг милых, доверчивых глаз Алеки, резануло мне сердце. Я сжала руки в кулаки.

“Может быть, ты и не можешь изменить закон, - сказала я Марчелло, - но я могу.- Я повернулась к Заире. “На это уйдут годы. Может быть, вся жизнь. И нам нужно найти решение, которое по-прежнему будет защищать как отмеченных магами, так и окружающих их людей. Но я постараюсь.”

Заира фыркнула. - Раверра никогда не откажется от своей власти над отмеченным магом. Мы-источник могущества империи.”

- Мы можем найти компромисс. Ты же сама только что сказала ... - я замолчала.

За садовыми воротами, на площади шести фонтанов, в своем грандиозном кирпичном великолепии вырисовывался Речной Дворец. Площадь кишела людьми, входившими и выходившими из сердца правительства Арденса: люди прибывали и уезжали пешком, верхом и в карете; придворные и слуги вели беседы на открытой площади или сидели на краю фонтана с книгой или закуской. Но одна фигура в ливрее двора Безмятежного Посланника бегом пересекла площадь и направилась прямо к нам, отчаянно размахивая руками.

- Лейтенант Верди!- звал он. - Идите скорее!”

Спина Марчелло напряглась. “Что случилось?”

Гонец, тяжело дыша, покачал головой. - Я не знаю подробностей. Гарнизон отправил во дворец Посланника сообщение через курьерские лампы, призывая вас вернуться, чтобы справиться с чрезвычайной ситуацией. На Сокольничего напали.”

***

Глаза и нос молодого офицера уже распухли и потемнели, а предплечье и грудь были перевязаны бинтами, когда он лежал в постели в гарнизонном лазарете. Он сильно извинился перед Марчелло, его глаза остекленели от боли. Марчелло сел рядом с ним, заверяя его, что это не его вина. Мы с Заирой топтались примерно в шаге позади Марчелло, приближаясь к неудобной границе между почтительным расстоянием и слышимым.

- Леми, мне нужно, чтобы ты рассказал мне, что именно произошло.- Голос Марчелло оставался спокойным, но я видела, как напряжены его плечи. Я знала, что он помнит то же самое, что и я: дож сказал, что любое нападение на Сокольничих будет считаться актом войны.

Офицер слабо кивнул. - Просьба о помощи поступила сразу после вашего ухода, лейтенант. Предположительно из семьи, живущей на ферме за городскими воротами, с дочерью, чья сила вышла из-под контроля.- Он сделал прерывистый вдох. - Но это была ловушка.”

- Кто на тебя напал?”

- Леми обвел рукой свое лицо. - Они были в серых масках. И серые плащи.”

- Теневой Джентри, - выдохнула я. Во что ввязался Доминик?

Марчелло откинулся на спинку стула и встретился со мной взглядом. - Это ужасно.”

Заира скрестила руки на груди. - Это ничего не значит. Серые маски легко скопировать.- Судя по бледности ее лица, она понимала последствия этого нападения так же хорошо, как и я. - Эти ублюдки уже пробовали фальшивых Сокольничих. Это тоже может быть уловкой.”

“Я не уверена, что Дожа это волнует.- Я прижала пальцы к вискам. “И я не уверена, что это уловка. Если теневые Джентри хотят начать бой с Раверрой, засада на сокольничего-эффективный способ сделать это.”

- Лейтенант ... мне очень жаль, сэр, но ситуация ухудшается.- Голос Леми упал до шепота, а лицо исказила гримаса вины. - Они забрали мою сумку.”

Заира пожала плечами. - Значит, они тебя ограбили.”

“Нет. У меня было ... - Леми закрыл глаза. - Простите меня, милостивый государь, но я поверил им, сэр. Я пришел подготовленным для нового вивоманта. У меня в сумке была Джесс. Они забрали его.”

- Адский кошмар, - выругался Марчелло. - Это плохо.”

Мой желудок опустился до самых ботинок. Для Дожа этого было более чем достаточно. Джесс был тщательно охраняемой тайной империи. Тот факт, что их больше ни у кого не было, был одним из главных ключей к силе Раверры.

- Кто бы ни хотел этой войны, - прошептала я, - я думаю, он ее получит.”

***

Марчелло доложил полковнику Вазанте через курьерские лампы. Обычно удивление наполняло меня всякий раз, когда я думала о сети курьерских ламп, передающих вспышки света через сотни миль от одного кристалла лампы к другому; но на этот раз образ этих мерцающих импульсов, путешествующих до самых Конюшен, а оттуда, без сомнения, до Императорского дворца, не принес мне ничего, кроме ужаса.

Через час пришло ответное сообщение: дож обсуждал этот вопрос с Советом девяти. Завтра у них будут инструкции для нас.

Наши невидимые противники — ” они", Барон Леодра, умерший до разоблачения, - сделали свой ход. Настала очередь Дожа. Но на доске оставалось все меньше свободных мест.

В ту ночь я долго лежала без сна в своей постели под балдахином в городском Доме Игнацио. Когда я наконец заснула, мои сны были полны огня.

***

Я уставилась на чашку с черной жидкостью перед собой. Опять кофе. Это было именно то, что мне нужно, чтобы сделать наш напряженный завтрак с Безмятежным Посланником еще более ужасным.

Достаточно того, что Игнацио и Леди Терринджер оказались в одной комнате. Мы запланировали этот завтрак еще до приезда в Арденс, как обязательный светский визит; теперь же, с ужасными последствиями украденного Джесса, нависшей над нашими головами, повод поднялся от простой неловкости до откровенной пытки.

Конечно, она подала нам кофе. Я заставила себя сделать маленький глоток, не делая отталкивающее лицо от аромата.

- Надеюсь, вы хорошо устроились? Как вам Городской дом, который вы сняли?- Тон леди Терринджер был жестким, как ее позвоночник. Она сделала глоток из своей чашки, словно готовясь к битве.

Игнацио выдавил из себя смешок и обвел рукой просторную золоченую гостиную, которая принадлежала ему уже много лет. - Это не Дворец Посланника, но сойдет.”

Заира закатила глаза. “Слушать вас. Вы должны попробовать спать на полу заброшенного здания в течение недели или двух. Тогда вы перестанете беспокоиться о том, достаточно ли мягки ваши перины или достаточно золота на потолке.”

Я взглянула на Марчелло и уловила в его глазах понимание и память. Он тоже думал о том, что мы видели в Сале. Мое лицо потеплело, когда невысказанное сообщение прошло между нами; я перевела взгляд на хозяйку, прежде чем предательский румянец успел окрасить мои щеки.

Леди Терринджер фыркнула. “Ты ведь не стесняешься в выражениях, правда?

На лице Игнацио промелькнуло раздражение, но он тут же изобразил любезную улыбку и пожал плечами. - Позапрошлой ночью я могла бы спать так же крепко на полу, после того как Лорд Уолдон не давал нам спать допоздна.”

Теперь настала очередь Леди Терринджер нахмуриться. Я сомневалась, что она могла быть довольна тем, что пылкая аристократия была в таком восторге от возвращения ее предшественницы, особенно когда они вообще отказались ее видеть.

Я не могла больше выносить завуалированных уколов и напыщенной вежливости, танцуя вокруг кризиса, который лежал как куча пушечных ядер на столе между нами. “Вы слышали от Дожа о реакции империи на вчерашнее нападение?”

“Да.” У Леди Терринджер заняло много время, чтобы налить себе еще кофе из серебряного кувшина. “Он дает Арденсу время до заката послезавтрашнего дня.”

Я скрутила салфетку на коленях. По крайней мере, это не было прямым объявлением войны. “А что они должны сделать к тому времени?”

- Выдать виновных в нападении, вернуть похищенный Джесс, поприветствовать Посланника Светлейшего в суде, отменить незаконные налоги и соблюдать мирные соглашения.”

Марчелло оперся на стол, словно собираясь с духом. - А иначе что?”

Леди Терринджер твердо встретила его взгляд. - Тебе обязательно задавать этот вопрос, Верди?”

Его губы сжались.

Заира шумно отхлебнула кофе с явным удовольствием. “Это я. Невыразимое последствие. Отличное развлечение на вечеринках.”

Я обхватила обеими руками чашку с кофе, чувствуя, как жар обжигает ладони. “Это слишком много, чтобы сделать меньше чем за три дня. У нас есть люди, которые расследуют нападение и ищут Джесс?”

- У нас есть следователи из Раверры, и местные агенты разведки, которые уже искали детей и пытались найти контакты барона Леодры в Арденсе, работают над этим. Леди Терринджер покачала головой. “Сдается мне, что это опять был проклятый Теневой Джентри. Если мы сможем разоблачить и арестовать их всех, это должно удовлетворить Дожа—если мы также вернем Джесс.”

В груди у меня защемило. Доминик мог слишком легко увлечься подобным ходом, и его брат почти наверняка это сделает. Не говоря уже о том, что, судя по тому, что он сказал, Арестовать Теневых Джентри означало убрать значительную часть Ардентинского двора. Дож мог считать себя удовлетворенным, но Арденс никогда не примет это спокойно.

Я должна была выяснить, кто именно стоял за этим нападением. Предстоящая вечеринка Габриэля может стать нашей лучшей надеждой.

Я сглотнула. “В порядке. А как насчет налогов и должного уважения к вам как к Светлейшему Посланнику? Как вы думаете, сможем ли мы заставить герцога Астора вернуться к Безмятежным Соглашениям?”

- Хм. Он бы уже сделал это, если бы не проклятое похищение.- Леди Терринджер грохнула чашкой по столу с большей силой, чем требовалось. - До тех пор все шло гладко. Я ясно дала понять, что Империю не забавляют его выходки, и герцог Бергандон вел себя достаточно запуганно. Он был готов сбросить налоги с рейверских торговцев и отступить в очередь. Потом дети исчезли, дворяне впали в истерику, и все полетело прямиком в ад раздора. Время было идеальным, чтобы уничтожить все, что я сделала.”

“Я знаю, каково это, - пробормотал Игнацио поверх края своей чашки, - когда люди врываются и разрушают всю твою тщательную работу.”

У леди Терринджер дрогнул глаз.

Я проигнорировала его замечание. “Так что же теперь нужно сделать, чтобы герцог и его дворяне снова стали верными подданными светлой империи?”

- Кроме поиска пропавших детей и привлечения похитителя к ответственности? Я не знаю.- На лбу леди Терринджер появились мрачные морщины. - У нескольких членов Совета лордов украли детей или внуков, и они не хотят слушать ничего из того, что я говорю — или позволить герцогу услышать меня. Она неохотно повернулась к Игнацио. “Но они могут прислушаться к тебе. Вы мне поможете?”

В глазах Игнацио промелькнуло какое-то сильное чувство, но он постарался сохранить невозмутимое выражение лица, а затем тщательно превратил его в сухое веселье. “Я думал, что меня отстранили от должности, потому что моя тактика ведения переговоров была слишком тонкой и медленной.”

“Так оно и было, - процедила Терринджер сквозь зубы, - когда речь шла всего лишь о нарушении Безмятежных Договоренностей, с которыми мы столкнулись. Теперь мне нужно, чтобы Ардентины доверяли нам так же сильно, как они боятся нас, а у них не было времени научиться доверять мне.- Она подошла так близко, как я никогда не видела, чтобы кто-то подавился своей гордостью. - Мне нужна твоя помощь, чтобы заключить этот мир, Игнацио.”

Игнацио сделал большой глоток кофе, наслаждаясь исходящим от него паром. - Боюсь, что я больше не Безмятежный Посланник, - сказал он. “Похоже, я многое могу сделать, чтобы помочь вам.”

Терринджер уставилась на него. Казалось, на ее лбу скопились грозовые тучи, но Игнацио лениво улыбнулся ей в ответ. Наконец она хлопнула ладонью по столу, встряхнув фарфор.

“Великолепно. Вы хотите, чтобы этот город горел, чтобы питать вашу гордость.- Она мотнула головой в сторону двери. “Сейчас мы поговорим о том, что произойдет, если нам понадобится сжечь его. Гражданским вход воспрещен.”

Игнацио встал, его голос стал жестким. “Ну, я далек от того, чтобы вмешиваться.”

- Дядя Игнацио ... - я потянулась к нему. Он слишком далеко зашел в своих иголках с Леди Терринджер, но все равно это было больно. Не так давно именно он должен был возглавить эту встречу, а теперь он был полностью исключен из нее. Она вышвыривала его из того, что месяц назад было его собственной гостиной.

Заира тоже поднялась на ноги и потянулась. “Хорошо. Я пойду с тобой. Мне надоело слушать, как они хлопают губами.”

Леди Терринджер подняла брови. - Эти планы касаются тебя. Разве ты не хочешь остаться?”

Глаза Заиры сверкнули, как отражение лезвия меча. “И слышать, как ты говоришь о том, чтобы использовать меня как оружие? - Нет, спасибо. Леди Тупая-Как-Скала Корнаро может ввести меня в курс дела.- Она просунула свою руку под руку Игнацио. Ты можешь показать мне дворец. Во всяком случае, ты знаешь это лучше, чем эта старая летучая мышь, верно?”

“Лучше, чем кто-либо другой, - согласился он.

Я беззвучно поблагодарила Заиру, радуясь, что Игнацио не придется бродить по своему бывшему дому в одиночестве. - Она подмигнула.

- Заира должна остаться с Амалией, - сказал Марчелло. “Закон—”

- О, хоть раз разожми свою задницу.- Заира махнула рукой. “Я не собираюсь покидать здание. Это место безопасно, верно?”

“Лучше бы так и было.- Резкий тон леди Терринджер не оставлял места для сомнений.

- Тогда развлекайся без нас.- Заира послала Леди Терринджер воздушный поцелуй, когда они уходили.

“Так же хорошо.- Леди Терринджер наклонилась над столом и понизила голос. “Слушайте. Мы все надеемся, что нам не придется использовать ее балфайр. Но если придет приказ, мы должны быть готовы.”

Я неуверенно кивнула. Я не думала, что когда-нибудь буду готова.

Марчелло, сидевший рядом со мной, положил руку на край своего кресла. Наши пальцы все еще разделял дюйм или около того, но я слегка сжала ладонь, словно обнимая его за спину.

- Герцог Астор Бергандон знает об ограничении времени?- Спросила я.

Леди Терринджер кивнула. “Я говорила с ним по неофициальным каналам. Его дворяне настаивают, что он не может принять меня в суде, но он прислал сюда Леди Савони от своего имени. Я не сказала ей прямо, что произойдет, если он не сможет выполнить приказ Дожа к сроку, но я думаю, что он понимает ситуацию.”

“И какова же его позиция?”

Леди Терринджер странно посмотрела на меня. - Это ты мне скажи. Он просил о встрече с вами сегодня днем.”

- Со мной? Почему?”

“Даже не знаю. Но он хочет поговорить с тобой наедине.”

“Нет. Марчелло едва не вскочил на ноги. - Ни в коем случае. Во-первых, Заира должна быть с Амалией все время.”

- Она может остаться в гарнизоне. Леди Терринджер пожала плечами. “Это разрешено для Соколов, путешествующих или находящихся за границей. Если дело дойдет до крайности, Леди Амалия все еще может выпустить ее оттуда.”

“Это может быть ловушка, - запротестовал Марчелло.

Леди Терринджер фыркнула. “Если бы они собирались устроить ловушку для Раверрана, то это была бы не Корнаро. Независимо от того, что они думают о Раверре, ардентинский двор испытывает иррациональную привязанность к вашей семье. Я бы больше беспокоилась о ловушке, если бы они хотели, чтобы ты привела своего огненного колдуна.”

“Нам нужно услышать, что скажет герцог, - решила я. - Особенно если он продемонстрирует, что хочет вести дипломатические переговоры с Раверрой, но не считает, что может сделать это открыто. У нас есть только несколько шансов на мир, и мы не можем упустить ни одного из них.”

Марчелло стоял, скрестив руки на груди и скорчив недовольную гримасу. Я знала, что если бы я был обычным сокольничим под его командованием, он запретил бы мне идти одной.

“Со мной все будет в порядке, - сказала я более мягко. - Герцог ничего не выиграет, угрожая мне, и многое потеряет. И, честно говоря, я не хочу, чтобы Заира участвовала в этой деликатной дипломатической встрече.- Я повернулась к Леди Терринджер. - Пожалуйста, передайте его светлости, что я принимаю его приглашение.”

Несмотря на уверенность, которую я старалась излучать, незаконченное предупреждение Леодры эхом отдавалось в моей голове: если ты пойдешь в Арденс, ты в опасности. Но пока я не узнаю, где таится опасность, я не могу сопротивляться каждой тени, иначе я никогда ничего не добьюсь.

“Очень хорошо, - сказала Леди Терринджер. “А теперь нам нужно поговорить о балфайре.”

Я кивнула, мое горло пересохло, как недельный хлеб. В отчаянии я отхлебнула кофе, и от горечи у меня пересохло во рту.

“Если они не успеют выполнить ультиматум Дожа, мы дадим им последний шанс. Лицо Леди Терринджер скривилось в мрачных складках. Я подумала, не участвовала ли она в трехлетней войне; она была достаточно взрослой, чтобы помнить это, и это твердое знание смотрело из ее глаз. - Во-первых, мы предупредим всех Раверранцев в Арденсе, чтобы они эвакуировались и отошли в гарнизон. Честно говоря, я сомневаюсь, что это пройдет мимо этой точки — Ардентинцы будут знать, что произойдет, если мы выйдем из города. Но если они не отступят тогда, то сделают это, когда увидят стену огня, ползущую через долину к ним.”

Это был ужасный образ. “Я не ... - я сглотнула. “В порядке. Я понимаю.”

- Голос леди Терринджер стал низким и грубым, как речное дно. - Другая возможность заключается в том, что войну может начать Арденс. Они уже напали на Сокольничего. Если они решат начать бой, скорее всего, их первой целью будет либо этот дворец, либо Заира. Если это случится — если яростные силы нападут на нас — освободите своего сокола.”

Я неловко пошевелилась. Но ровный взгляд Леди Терринджер опроверг все доводы. “Не ждите приказа. Если они плюют на мир и бросаются в войну с вероломным нападением, они заслуживают не меньшего. Пусть огонь кипит в диком пламени, пока они не станут молить Безмятежную Империю о пощаде.”

Глава 20

Заира и Игнацио снова присоединились к нам на выходе из дворца Безмятежного Посланника. Они шли рука об руку, Заира ухмылялась. Я подозревал, что они могли сказать что-то недоброе о Леди Терринджер. Их ликование казалось раздражающим после зловещего разговора, который только что состоялся между мной и Марчелло.

Когда карета остановилась и мы все направились к двери, я схватила Игнацио за рукав. “Вы действительно имели в виду то, что сказали Леди Терринджер, говоря, что не поможете ей с дипломатией?”

Ирония в выражении его лица исчезла и сменилась чем-то более печальным. “Конечно, нет. Я помогу.”

“Я так и знала.- Я быстро сжала его в объятиях.

“Но я сделаю это по своему.- Я слышала в его мрачном тоне неумолимую настойчивость моей матери. “Сам по себе, без Терринджер. Моя помощь будет на моих условиях, и я позабочусь о том, чтобы именно мне досталась заслуга.”

“Полагаю, это справедливо, - сказала я. Было бы проще, если бы он работал с ней, но они так часто ссорились, что это могло быть не очень хорошей идеей.

“Да. Игнацио кивнул. “Это справедливо.”

Мы вместе вышли к экипажу.

***

Речной Дворец, резиденция герцогов Арденсских, всегда разочаровывал меня своим массивным кирпичным фасадом. Внушительно, конечно, но его массивным Крыльям не хватало изящества сахарных арок Императорского Дворца дома. Однако, как только ливрейные слуги с поклоном проводили меня внутрь, мое окружение стало гораздо менее утилитарным. Высокие сводчатые потолки были украшены искусной бело-золотой резьбой и драматическими фресками; Бергандоны не упускали случая продемонстрировать свое богатство и могущество.

Если герцог был так впечатлен внешностью, как предполагало его окружение, я предположила, что это было хорошо, что я переоделась в особенно показное платье для визита. Одна из служанок Игнацио, служанка по имени Беатрикс с огромными карими глазами, помогла мне одеться. Я скучала по Кьярде, которая давала мне заметки о личности герцога и любые важные новости от его двора, пока она руководила шнуровкой моего корсета и подбором драгоценностей. Мне пришлось отклонить благонамеренные предложения Беатрикс о пудре и косметических пластырях в форме звездочек, и я страдала из-за экстравагантного завивания волос.

Я полагала, что выгляжу прекрасно, но я бы предпочла иметь хоть малейшее представление о том, что герцог может хотеть от меня. Не зная причины моего приглашения, я должна был предположить, что мое декадентское окружение было вражеской территорией.

Некоторые из придворных, мимо которых я проходила в похожем на пещеру дворцовом вестибюле, бросали на меня взгляды, полные любопытства или надежды, но другие хмурились и отворачивались, яростно расправляя плечи. Одна пожилая дама в роскошном корсете с драгоценными камнями и юбках шире, чем дверь моей спальни, пробормотала в мою сторону “Раверранский угорь”. Прилизанный молодой лорд, одетый во все голубовато-серое-я почти не сомневался, что это был кивок в сторону Теневого Джентри, - с жестким блеском в глазах теребил рукоять своей рапиры, когда впервые увидел меня. Его спутница, женщина, украшавшая свое платье серым шелковым поясом, прошептала ему на ухо имя Корнаро, и выражение его лица смягчилось; когда я проходила мимо, он отвесил мне поклон.

Лакей провел меня через ряд впечатляющих покоев в Зал Победы. Герцог Бергандон ждал меня в роскошном зале для частных аудиенций, под фресками, изображавшими пылкие военные триумфы. Благодать Победы плыла над всеми в раскрашенном небе, с пылающим мечом в руке. Учитывая все обстоятельства, это был, к сожалению, воинственный выбор места.

Герцог поднялся, чтобы приветствовать меня с энергией, соответствующей его молодости. Он был старше меня не больше чем на пять лет, если не обращать внимания на остроконечную бородку и обилие золотой вышивки на его камзоле. Мы обменялись подобающими любезностями и уселись на стулья по обе стороны низкого стола, уставленного устрашающим набором деликатесов: воздушная выпечка, фрукты и оливки, изысканные сыры, инжир, завернутый в прошутто, тартар кростини. Все это выглядело восхитительно, но я никак не могла проглотить больше нескольких кусочков в этом корсете, даже если бы не была слишком напряжена, чтобы есть.

После подходящего неловкого промежутка между "как прошло ваше путешествие" и "не слишком ли хорошая погода" герцог оперся локтями о колени. - Леди Амалия, я пригласил вас сюда по причине, которая может вас удивить.”

- А?- Я надеялась, что это не будет сюрпризом типа кинжалов и яда.

“Действительно.- Он повертел в пальцах забытую виноградину. В его глазах промелькнуло сомнение, которого я никогда не видела у Дожа. “Я хотел попросить вас о помощи.”

Что ж. “Вы правы, Ваша Светлость. Это не то, чего я ожидала.”

“Я не хочу войти в историю как последний герцог Арденса.- Его виски напряглись. “Но с одной стороны, у меня есть империя, требующая, чтобы я выдал Джесса, которого у меня нет, и исполнителей нападения, о которых я ничего не знаю. С другой стороны, у меня есть дворяне, требующие, чтобы я отказался сотрудничать с империей до тех пор, пока она не вернет детей, которых она якобы не забирала. И если я не смогу каким-то образом примириться и выполнить эти невыполнимые задачи, обе стороны будут считать меня ответственным за последующее разрушение.- Он оскалил зубы в гримасе. - Я в ловушке, Леди Амалия. Я не могу выбраться из этого сам.”

“Я с удовольствием помогу Вам. Я заколебалась, думая, как бы это сформулировать. “Однако у меня есть, э-э, особая миссия здесь, в Арденсе. …”

“Я знаю, почему вы здесь.- Его тон стал горьким. - Леди Терринджер недвусмысленно изложила послание Дожа несколько недель назад. Эта дальнейшая эскалация с вашим огненным колдуном не нужна. Возможно, преклонение перед Раверрой ранит гордыню Ардента, но нашей военной мощи недостаточно, чтобы начать войну только из-за гордыни. Уверяю вас, я уже достаточно наказан.”

Я приподняла бровь. “При всем уважении, Ваша светлость, я бы не назвала поведение Арденса по отношению к Безмятежному Городу наказанием.”

Его рука сомкнулась вокруг виноградины, сминая ее. - С Леди Терринджер все шло достаточно хорошо. Как бы я ни предпочитал более мягкие методы вашего кузена, я полагаю, что мы достигли взаимопонимания. Но дети! Я не могу отступить сейчас, Леди Амалия. Мои дворяне взывают к справедливости.”

“Но Ваша Светлость, - осторожно начала я, - Раверра не брала детей. Наверняка Леди Терринджер сказала вам, что письма, в которых утверждалось, что они находятся в руках империи, были фальшивыми.”

“Я это знаю. Герцог Астор встал и принялся расхаживать по комнате. “Но трудно убедить мой двор, когда говорят, что императорская печать была настоящей, и никто не скажет нам, как это произошло. И память у Арденса долгая. Никто не забыл, что Раверра сделала это с нами раньше, когда завоевала наш город и поглотила его в составе Империи. Кроме того, все знают, что Раверра вряд ли невиновна в том, что публично заявляет одно, а в частном порядке делает другое. Например, когда мой пра-пра-дядя попал в аварию на лодке после того, как он пытался остаться в стороне от трехлетней войны из-за торговых договоров с Васкандаром. Империя выразила соболезнования моему прадеду, но он, тем не менее, понял послание и полностью поддержал Раверру в войне.”

“Это не так, - запротестовала я. Но Барон Леодра охотно поставил свою печать на этих документах. Если бы Ардентинцы знали это, они могли бы не заметить большой разницы.

- Некоторые из моих дворян это понимают. Но некоторые охотно верят в самое худшее в Раверре. Герцог откинулся на резное кресло, которое только что освободил. - Другие могли бы увидеть причину, если бы мыслили ясно. Но их дети ушли. Вы когда-нибудь имели дело с родителями, чей ребенок в опасности, Леди Амалия?”

Я вспомнила, что случилось с моими потенциальными похитителями, когда политический соперник попытался похитить меня, когда мне было тринадцать. Моя мать безжалостно выследила каждого человека, участвовавшего в покушении, независимо от того, насколько велика или мала их роль, и приказала казнить их всех без суда и следствия.

“Да.”

- Пока их дети не будут в безопасности, они не увидят смысла. Они не потерпят мира. Они скорее будут смотреть, как город сгорает дотла, чем склонятся перед теми, кто, по их мнению, украл их наследников.”

“Я так же, как и вы, хочу предотвратить войну и найти детей, - заверила я его. - Вот почему я здесь, Хотите верьте, хотите нет.”

- Тогда помогите мне. Я гордый человек, Леди Амалия, и мне нелегко просить вас об этом. Не отказывайте мне в этом. Его заостренная борода подпрыгнула, когда он сжал челюсти. Наверное, он отрастил ее, чтобы выглядеть старше.

Я развела руками. “Как вы думаете, что я могу сделать?”

“Я пока не могу снова принять Светлейшего Посланника при дворе. Совет лордов этого не потерпит. Игнацио Корнаро-единственный Раверран, которому доверяют мои дворяне; они видят в его отстранении поворотный момент, когда все пошло наперекосяк. Но я не могу вести дипломатические переговоры со старым Безмятежным Посланником, отказываясь от нового. Это усугубило бы оскорбление Безмятежной Империи. Герцог откинулся на спинку кресла и оперся локтями о колени. “А вот с вами я могу говорить все, что захочу. Имя Корнаро и ваши связи с Арденсом оставляют вас в хороших отношениях с моими дворянами, несмотря на то, что вы являетесь представителем империи.”

“Вы хотите, чтобы я была посредником между вами и Светлейшим Посланником?- Спросила я.

- Он покачал головой. “Я бы не стал тратить ваше время на доставку сообщений, Миледи. Я могу послать их другим способом.- Он широко развел руками. “Я хочу, чтобы вас видели при моем дворе. Проводите время здесь, в Речном Дворце, делая все, что вам заблагорассудится — посещая меня, посещая библиотеку, разговаривая с придворными. Пусть все видят, что вы здесь желанные гости: мои дворяне, а также дож и Совет. Покажите всему миру, что Арденс все еще может быть другом Раверры, несмотря на драматические жесты, на которых настаивают Теневые Джентри. Сделаете ли вы эту простую вещь, чтобы помочь нам заключить мир?”

Я молча кивнула. “Я бы с удовольствием.”

“Отлично.- Он беспокойно пробежал пальцами по подлокотникам. “И ... еще кое-что. Ваша мать. Графиня Лиссандра Корнаро. Говорят, у нее ухо Дожа. Не могли бы вы убедить ее—”

Я подняла руку, чтобы остановить его. Это было далеко не в первый раз, когда я услышала это открытие. - Моя мать сама принимает решения, Ваша Светлость. Если вы хотите что-то от нее, я рекомендую вам использовать ваши курьерские лампы и спросить ее сами.- Я вздохнула. - Кроме того, дож менее склонен отступать, чем ваши дворяне. Весь мир наблюдает, и он не может капитулировать перед угрозами столпам Империи, таким как Безмятежные Соглашения и Сокольничие.”

Плечи герцога поникли. “Тогда вам лучше надеяться, что кто-нибудь найдет этих детей, Леди Амалия. Потому что, пока они благополучно не вернутся к родителям, двух с половиной лет будет недостаточно, чтобы убедить их снова поклониться Раверре, не говоря уже о двух с половиной днях.”

***

Леди Савони остановила меня на выходе. Ее суровый взгляд заставил лакея, провожавшего меня до двери, удалиться.

- Итак, Леди Амалия, - поприветствовала она меня, - что вы думаете о нашем герцоге?”

Ее тон был искренним, и она не производила впечатления женщины, которая ценит пустую вежливость. - Гордый, - сказала я, - и отчаянный.”

- Слишком горд.- Ее взгляд неодобрительно скользнул по барочному потолку дворца. “Если бы он послушался меня и проявил больше сдержанности, ему не пришлось бы впадать в такое отчаяние. Я сделаю все, что потребуется, чтобы спасти мой город, Леди Амалия. Даже если враг, от которого я должен ее спасти, - это он сам.”

Это выглядело довольно прямой критикой герцога со стороны его предполагаемого голоса и рук. - Зачем вы мне это говорите, Леди Савони?”

Она поигрывала золотой цепочкой очков. “Вы знаете историю моей семьи, Миледи?”

Имя Савони показалось мне знакомым, и я был уверена, что видела его в "истории Арденс", но не могла вспомнить подробностей. Я отрицательно покачал головой.

- Когда-то мы правили Арденсом. До того, как он присоединился к Империи. Но Бергандоны предали моих предков и заняли герцогский трон, как, честно говоря, семья Савони отняла его у других. Это было неспокойное время. Она нахмурилась, глядя на картину, изображающую сцену битвы, полную движения, хаоса и вращающихся глаз испуганных лошадей. - Однако мои предки были мудры. Вместо того чтобы мстить, они поклялись служить городу, которым больше не могли править, но все еще могли лелеять и защищать. С тех пор мы всегда служили Арденсу, часто в качестве стюардов или других должностей более прагматичных, чем славных. Мы никогда не получаем похвалы за то, что мы сделали, но мы ничего не ищем; наша единственная забота-благополучие Арденса. Мы управляли этим городом, как и любой герцог, и под нашим присмотром он процветал.- Она резко выдохнула через нос. - Так что я не позволю нынешнему распутному сборищу дворян разорить Мой город своим отсутствием благоразумия. Я предпочел бы видеть Арденс под прямым имперским правлением, чем видеть его разрушенным.”

“Я тоже не хочу, чтобы его уничтожили.- Мне пришло в голову, что Леди Савони, вероятно, знает Арденс лучше, чем кто-либо из моих друзей или сам герцог. “Чтобы спасти Арденс, нам нужно найти похищенных наследников. Их либо держат в городе, либо вывезли контрабандой. Так или иначе, в дело были вовлечены люди, выдававшие себя за Сокольничих и перевозившие детей, которые знали город достаточно хорошо, чтобы исчезнуть в нем. Кто мог иметь доступ к такому типу людей, как бессовестные и осторожные? Шпионы? Криминальные лорды? Кто-то в Арденсе должны иметь представление, кто это мог сделать.”

“Вы рассуждаете, как Раверран. Она покачала головой; ее темные волосы, туго стянутые на затылке, даже не шевельнулись. - Арденс менее сведущ в таких тонкостях.”

«Вы не можете сказать мне, что нет никого».

Леди Савони с минуту рассматривала меня. Затем она открыла свою маленькую записную книжку и начала что-то писать. - У нас нет разведывательной службы как таковой, но несколько человек время от времени проводят для меня расследования. Есть одна сплетня, редактор которой, кажется, очень хорошо информирован. Один или два контрабандиста и владельцы игорных притонов иногда предоставляют нам информацию. И у Теневых Джентри тоже могут быть соответствующие связи.”

Она вырвала листок из блокнота и протянула мне список из дюжины имен, написанных изящным, петляющим почерком, с краткими пометками рядом с каждым. - Естественно, мы уже ищем детей, но если вы хотите продолжить собственное расследование, начните с этих людей. Некоторые из них могут указать вам правильное направление; другие вы должны рассмотреть как подозреваемых.”

“Спасибо.- Я взглянула на страницу. Мое сердце дрогнуло: одно из имен было Габриэль Бергандон. “Я немедленно начну расследование этих людей.- Я сложила бумагу и сунул ее в ножны кинжала, потому что больше некуда было ее положить.

“Вам придется сделать нечто большее.- Леди Савони схватила меня за руку, ее пальцы были сильными и тонкими, как проволока. “Вы уже встречались с герцогом. Он никогда не приведет свой суд в порядок меньше чем за три дня. Скоро вам придется сделать выбор, Амалия Корнаро, как далеко вы пойдете, чтобы спасти этот город.”

Я беспомощно уставился в темноту ее пристального взгляда. “Я прекрасно это понимаю, Леди Савони.”

После долгого молчания она отпустила меня. “Когда этот день настанет, я молю Милость Мудрости, чтобы вы сделали правильный выбор.”

Она отвесила мне самый короткий поклон, затем захлопнула книгу и зашагала прочь, ее сапоги эхом отдавались по мраморному полу.

***

По пути из Речного Дворца я прошла через зал красоты, парящее центральное пространство, в котором сходились все крылья дворца. Солнечный свет лился из окон, обрамляя его высокий купол, обрамляя экстравагантную фреску Грации Красоты, покоящейся на ложе облаков, окруженной толпами слуг, которые, казалось, были одеты в основном в драматически развевающиеся шарфы.

Это было пульсирующее сердце Речного Дворца, через которое текла вся информация. Просители, ожидавшие разговора с герцогом, смешались с дворцовыми чиновниками и прислугой. Дворяне из Совета Лордов вели беседы по углам. Лакеи и пажи сновали взад и вперед по залу с посланиями. Я оглядела придворных, задержавшихся в зале, раздумывая, не попытаться ли мне подслушать их разговор.

- Амалия!” Это было Венаша, ее руки, полные книг. Я помахал ей в ответ и поспешила к ней, с облегчением увидев, что она улыбается после вчерашнего.

“Венаша! Рада тебя видеть. Тебе нужна помощь с этим?”

“О нет, я с удовольствием понесу их. Я только что приобрела их для герцогской библиотеки и очень взволнована. Два тома Останской поэзии, Лорейкийский Дуэльный справочник и новый перевод древней Калламорской саги.- Она сияла от гордости.

Я хотела рассказать ей о своем Мускати, но у меня было всего несколько минут, поэтому я сосредоточилась на том, что имело значение. - Как поживаешь? Как поживают Алеки и Фосс?”

Часть ликования исчезла с ее лица. “С ними все в порядке. Мы ... Ну, это много, чтобы проглотить, понимая, что Алеки должен стать Соколом. Но мы в порядке, правда.”

Я сжала ее плечо. “Если я могу чем-то помочь, дай мне знать.”

Она переложила книги в руках и рассмеялась. “Может, ты все-таки поможешь мне отнести их в библиотеку? В основном для компании! Я с удовольствием покажу их тебе.”

Послезавтра дож может приказать мне спустить огонь Заиры на этот дворец, и все любимые книги Венаши будут уничтожены. Я проглотила комок в горле.

“Я бы с удовольствием посмотрела на них, - сказала я.

Большинство общественных комнат Речного дворца были оформлены в стиле одной из граций; библиотека герцога занимала зал мудрости. Нижние две трети высоких стен занимали книжные полки, на которых стояли статуи известных ученых-ревнителей, совещавшихся друг с другом или изучавших книги или научные инструменты. Фреска на потолке изображала Грацию Мудрости со свитком, благосклонно улыбающуюся на заваленных книгами библиотечных столах внизу.

Однако я едва ступила в двери рядом с Венашей, когда остановилась, как будто ударилась о стену. «Что он здесь делает?»

В дальнем конце зала мудрости я узнала одного из посетителей библиотеки, читающего за столами, безошибочно узнаваемого даже сзади из-за его светлых волос и пальто с высоким воротником и неровной фиолетовой вышивкой. Принц Рувен.

Венаша проследил мой взгляд. “Тьфу. Он целыми днями шныряет по библиотеке. Вчера он провел там по меньшей мере два часа, в секции магии.- Венаша сморщила нос от отвращения. “Я держусь от него на расстоянии. Он командует библиотекарями так, словно мы принадлежим ему.”

“Могу себе представить.- Я на мгновение прикусила нижнюю губу, размышляя. “Не могли бы ты помочь мне выяснить, что он читает? У меня такое чувство, что он замышляет что-то нехорошее.”

Глаза Венаши расширились. - О, ты хочешь шпионить за ним?”

“Ну, просто посмотреть, что он исследует.”

Она как бы подпрыгнула. - Шпионишь! Как Раверран! Мне это нравится!”

- А ... - я не была уверена, что хочу знать, что Венаша думает о нас в Раверре. “Спасибо. Ты хороший друг.”

Она огляделась вокруг с преувеличенным лукавством. “Пойди со мной. Позволь мне убрать эти книги, и мы сможем договориться.”

***

Мы с Венашей смотрели на принца Рувена из-за двухэтажной книжной полки у задней стены, вдыхая запах старых страниц и кожаных переплетов. Он сидел с большой книгой, разложенной на столе перед ним, иногда останавливаясь, чтобы сделать заметки. Солнечный свет падал на него широкой полосой из одного из высоких узких окон герцогской библиотеки.

“Нам нужно оторвать его от книги, - пробормотала я. “Я хочу посмотреть, на какую страницу он так пристально смотрит, прежде чем успеет ее закрыть.”

“Это просто.” Венаша отскочила на цыпочках. - Он любит много света. Всякий раз, когда кто-нибудь из нас задергивает шторы, чтобы защитить книги от солнца, он встает и снова открывает их. Но у вас будет только минута или две, чтобы посмотреть.”

- Это все, что мне нужно. Спасибо, Венаша.”

Она отсалютовала мне, улыбаясь, и поспешила прочь. И действительно, через несколько мгновений смелая полоса света, в которой Рувен предпочел сидеть, сузилась до нуля, когда Венаша задернула шторы.

Рувен поднял голову, раздраженно нахмурившись, и встал из-за стола.

Как только он повернулся ко мне спиной, я вышла из-за своей полки, стараясь напоминать себе идти медленно и небрежно, чтобы не привлекать внимания. Но внезапно я понятия не имел, как выглядит обычная ходьба. Что еще хуже, я все еще была в своем изысканном платье после аудиенции у герцога; я чувствовала себя нелепо неуместной в торжественной тишине библиотеки.

Я склонилась над книгой Рувена, сначала просунув пальцы между страницами, чтобы отметить его место, и проверила название на тисненой кожаной обложке: "Взаимодействие Магии, том Второй".

Он упомянул Доминику, что интересуется первым томом, так что мне это мало о чем говорило. Я снова открыла книгу и просмотрела страницы, которые изучал Рувен.

На левой странице был изображен большой, впечатляюще детализированный искусственный круг. Меньшие круги отмечали точки, где внутренняя диаграмма соприкасалась с внешней. До этого я видела вложенные круги всего несколько раз. Чего бы ни добивался этот проект, он был сложным и амбициозным.

Я бегло просмотрел сопроводительный текст на правой странице. Затем снова просмотрел его, уже медленнее, и тяжесть, похожая на куски обсидиана, осела у меня в животе.

В этой главе описан теоретический способ стимулирования вулканического извержения с использованием искусственных и живых существ в сочетании.

- Гора Уайткроун, - прошептала я. - Васкандранские войска. Благодать Милосердия.”

Чья-то рука легла мне на плечо.

На странице, на которую я смотрела, сиял яркий золотистый свет. Я не заметила, как он посветлел, потрясенная тем, что прочитала.

- Леди Амалия Корнаро, - сказал принц Рувен. - Такой приятный сюрприз.”

Глава 21

Я повернулась, выдернула плечо из-под его руки и выпрямилась. - Принц Рувен.”

И что теперь? Я могла бы притвориться, что просто наткнулась на книгу и не знала, что он ее читает. Я могла бы попытаться отвлечь его. Я могла бы убежать, как ребенок, пойманный на краже пирожных. Благодать Мудрости, мне нужна была идея, и быстро.

Он посмотрел на меня своими фиолетовыми глазами. “Если бы вы хотели знать, что я читаю, Миледи, вы могли бы просто спросить.”

Мне надоело притворяться дружелюбной к этой акуле в человеческой шкуре. Я приподняла бровь. - А? Вы бы сказали мне, что исследуете способ вызвать извержение вулкана Уайткроун?”

Глаза Рувена расширились. - О нет, Леди Амалия. Что могло заставить вас так думать? Я изучал извержение вулкана Энтал.”

- Гора Энтал. Вулкан, который извергся несколько лет назад и изменил русло реки Арден.”

“Да. Вот этот. Рот Рувена изогнулся в улыбке. “Вы знаете, что послужило причиной этого?”

Глубокая тревога поднялась во мне, как черная вода за прорвавшейся плотиной. “Полагаю, вы имеете в виду не пожары глубоко под землей и не геологические силы.”

“Нет-нет. Это был Повелитель Ведьм.”

Мои пальцы инстинктивно сжались вокруг медальона-вспышки. - Повелитель Ведьм.”

“Да. Рувен кивнул, словно гордясь тем, что я наконец-то все поняла. “Не мой родственник. Повелитель Дубов, в чьих владениях находился Энтал, ссорился со своим соседом, что не редкость в Васкандаре. Это одна из причин, по которой мы предпочитаем концентрировать свою агрессию вовне, когда можем. Но на этот раз его соперницей была леди Орлов. Может быть, вы ее знаете?- Его взгляд стал таким острым, что мог бы разрезать воду, как будто вопрос был особенно важен.

- Это имя мне знакомо. Боюсь, я не очень хорошо разбираюсь в аспектах и сферах деятельности семнадцати Лордов-Ведьм.- Я решила прочитать о них как можно скорее.

“Хм.- Рувен казался разочарованным. - Ну, достаточно сказать, что Повелитель Дубов обнаружил превосходство своих сил. Готовясь к их последней битве у подножия горы Энтал, он старался разбудить леса на склонах горы, которые находились в пределах его владений. Но его сила случайно коснулась чего-то другого: огненного сердца вулкана.”

Адская бойня. “Это он спровоцировал извержение?”

- В самом деле! Но сила была слишком велика, чтобы он мог ее контролировать. Он уничтожил скорее его собственные силы, чем силы врага, и полностью уничтожил самого Повелителя Дубов.- Он поднял палец. “Но не напрасно! Мы можем учиться на его опыте.”

“Что вмешательство в вулканы-ужасная идея, и ты умрешь, если попытаешься?- Предположила я.

“Нет-нет. Что это можно сделать.- Глаза Рувена загорелись, его магическая метка почти светилась фиолетовым. - Что можно спровоцировать извержение вулкана. Можете ли вы представить себе такую силу? Разве это не великолепно?”

- Милость Милосердия.” Я слишком хорошо себе это представляю. “Нет. Это не та сила, которую мы должны открыть. Извержения вулканов не приносят ничего, кроме огня и разрушений.”

Рувен радостно кивнул. “Да, именно так! Точно. Как твой огненный колдун, да?”

Я уставилась на него с холодным медальоном в руке. Слова покинули меня.

- Настолько невероятно, что одно маленькое человеческое тело может содержать почти такую же разрушительную силу, как вулкан.- Он напевал, полуприкрыв глаза, словно наслаждаясь этой мыслью. - Я завидую вам, Леди Амалия. Огненные колдуны, несомненно, являются вершиной всего человечества. Но, видите ли, у нас в Васкандаре его нет, так что вулкан-это лучшее, что мы можем сделать.- Он улыбнулся. “Мы с тобой одинаковые, понимаешь? Ты надел Джесс на Заиру, потому что хотела удержать в своих руках силу огненного опустошения. И мы тоже. Вы правите через угрозу неотвратимой власти; мы стремимся сделать то же самое. Мы с вами родственные души, Миледи. Всему, что я делаю, я научился у Безмятежной Империи.”

Я отрицательно покачала головой. Это было не то же самое. Слуги со следами пальцев, выжженными на их теле, или гвардеец Рувена, застывший в ужасе, когда его хозяин проткнул ножом его руку-Империя не делала таких вещей.

“Я не отрицаю, что безмятежная империя стремится взять бразды правления Эрувией в свои руки, - сказала я. “Но если ты не видишь разницы, значит, ты никогда не смотрел в лицо своему народу.”

Рувен склонил голову набок. “А с чего бы это? Они обычные, недостойные. Это инструменты, которые нужно использовать. Мы, несущие в себе истинную силу, существуем для того, чтобы быть их хозяевами.- Он протянул руку. - Приезжайте в Васкандар, Миледи. Вот увидите.”

Я уставилась на его руку. Я бы чувствовала себя в большей безопасности, держась за горячий конец зажженного факела. Потом я посмотрела ему в лицо.

“Возможно, когда-нибудь я побываю в вашей стране, - сказала я. - Но я надеюсь, вы поймете мое нежелание сделать это по приглашению человека, который нанял известного контрабандиста детей.”

Рувен моргнул. В его фиолетовых глазах промелькнули какие-то расчеты, и он опустил руку. “Почему, я понятия не имею, о чем ты говоришь.”

- Ортис.” Я не мог ошибиться насчет шрама в форме отпечатка руки на его мужчине. “Он работал на вас, не так ли?”

- А, Ортис.- Рувен пренебрежительно махнул рукой. “Он не был моим. Возможно, у нас было несколько торговых сделок. Но вы видите, что это еще один способ, которым мы одинаковы! Как империя стремится собрать отмеченных магами, так и я.”

Несколько торговых сделок. Долгая история обмена его детей на сонные маки, больше похоже на это. Я не могла полностью скрыть отвращение в своем голосе. - Боюсь, принц Рувен, я не согласна с вами. Мы совсем не похожи.”

“Ах.- Он вздохнул. На мгновение в его глазах мелькнула неподдельная обида, но тут же исчезла. Его рука снова упала на бок. - Вы ранили меня, Леди Амалия. Я надеялся, что мы станем друзьями, а может быть, и больше, чем друзьями. Но судя по твоему лицу, ты считаешь меня врагом.”

- Обстоятельства могут привести нас к конфликту, - осторожно сказала Я, - если вы станете врагом Империи.”

Лицо Рувена просветлело. - Но дружба и вражда не исключают друг друга! В Васкандаре Лорды-Ведьмы часто имеют тесную, глубокую и длительную дружбу со своими злейшими врагами. Если вы этого хотите, Миледи, я буду стремиться к этому прекрасному примеру.”

- А ... - мои волосы покрылись капельками пота. Что, черт возьми, я могла на это ответить?

Рувен наклонился ближе ко мне, его голос упал почти до шепота. - Но знай: когда Повелитель Ведьм выбирает себе врага, он использует все имеющиеся в его распоряжении преимущества, чтобы победить его. Они не оставляют без внимания ни одно слабое место, ни одну уязвимость. Даже если они тоже друзья.- Он просиял, как будто это был прекрасный и милый обычай, как надевать цветочные короны на маленьких девочек на майском празднике. “Я с нетерпением жду возможности стать вашим самым сердечным противником, Леди Амалия.”

Он изящно поклонился и вышел из библиотеки. Он оставил книгу открытой на столе позади себя, огромный, сложный глаз искусственного круга смотрел на меня как вызов.

***

- Готова поспорить на что угодно, что принц Рувен украл твою книгу, - сказала Я Доминику.

Мы с Венашей застали Доминика за попыткой сбежать с заседания Совета Лордов и затащили его в заднюю комнату герцогской библиотеки, чтобы обсудить привычки Рувена к чтению. Он ссутулился у стены, между стопкой ящиков с переплетами и полкой, полной рукописей, находящихся на разных стадиях восстановления.

“Этот ублюдок.”

Венаша взвинчена, чтобы сидеть на рабочем столе. - Я помню вулканскую главу "Взаимодействия магии". В этом не было особого смысла. Постоянно возвращалась к концепциям в первом томе, не объясняя их, и, честно говоря, искусственная конструкция казалась мне сомнительной.”

“Было бы разумнее, если бы у тебя был первый том, - мрачно заметил Доминик.

Я повернулся к Венаше. - Спрячь эту книгу. Не позволяй ему найти ее снова.”

Она энергично закивала. “Я могу положить его не в то место. За чем-то еще. В разделе эротической поэзии.”

“Идеально.”

“Мне никогда не нравился этот человек.- Доминик ковырял в щепке, лежащей на краю ящика. “Как бы ни настаивал Габриэль, он великолепен и может спасти Арденс. У моего брата иногда бывают ужасные суждения.”

Габриэль. С болью я вспомнила его имя в списке подозреваемых Леди Савони. - Доминик, насколько плохи суждения Габриэля?”

Доминик моргнул. “Ну, он когда-то носил лорейкийский перивиг с Васкандранским одеянием …”

Венаша поморщилась. “Это очень плохо.”

- Нет, я имею в виду, не мог ли он быть причастен к вчерашней засаде Сокольничих? Не то чтобы я думала, что он сделает что-то подобное, - быстро добавила Я, - но нападавшие были в масках и плащах Теневых Джентри.”

Доминик вздохнул и бросил щепку на пол. - Габриэль говорит, что Теневые Джентри этого не делали. - Я его спросил, как только услышал об этом. Но, честно говоря, это могли быть несколько Теневых Джентри, действовавших самостоятельно. Некоторые из них опустились до такого уровня в прошлом, нападая на торговцев из Раверрана и тому подобное. Габриэль не знает обо всем, что они делают.”

Венаша обхватила себя руками, беспокойство щипало ее лицо. “Я слышала, что сокольничие пришли за новым Соколом, и Теневые Джентри отбились от них, чтобы не дать им забрать ребенка.”

“Это не то, что случилось!- Я выпрямилась, возмущенная. -Никакого отмеченного магом ребенка не было. Все это было ловушкой — скорее всего, чтобы украсть Джесс.”

- Ходят самые разные слухи.” Венаша закусила губу. - Я боюсь, что кто-нибудь возьмет это за пример и начнет драку из-за Алеки. Его магическая метка с каждым днем становится все сильнее.”

Доминик не выглядел удивленным; Венаша, должно быть, сказала ему. “Возможно, ты захочешь оставить Алеки дома на несколько дней, - предложил он непривычно тихим голосом.

“Я так и сказала Фоссу, но он говорит, что детям нужен свежий воздух. Он собирается снова привести его в сад сегодня днем.- Венаша умоляюще посмотрела на меня. - Он может прислушаться к тебе, Амалия. Ты поговоришь с ним?”

“Конечно.- Я ненавидела саму мысль о том, чтобы сказать ему спрятать Алеки, но еще больше я ненавидела саму мысль о том, что Алеки втянут в этот конфликт.

Если мы не сможем заключить мир между Арденсом и Раверрой до истечения срока, установленного дожем, семья Венаши будет в гораздо большей опасности от меня, чем от Теневого Джентри.

Я взяла ручку с соседнего стола, перекатывая ее между пальцами, чтобы занять руки и не рвать на себе волосы. “Ты должен сказать Габриэлю, чтобы он убирался из Теневого Джентри, - убеждала я Доминика. - Независимо от того, действительно ли они замешаны в этом заговоре или нет, твой брат может попасть в эту историю и оказаться в тюрьме или еще хуже. Он не должен был устраивать эту вечеринку. Он должен уйти из Теневого Джентри, ради собственной безопасности.”

Доминик печально вздохнул. “Он этого не сделает.”

“Он твой младший брат. Он должен смотреть на тебя снизу вверх. Конечно, ты можешь убедить его.”

“Ты не понимаешь. Доминик покачал головой. “Он не может оставить Теневых Джентри. Он их лидер.”

***

После разговора с Домиником и Венашей я воспользовалась своим присутствием в Речном Дворце, чтобы перехватить еще нескольких лордов Арденса, проходивших по своим делам через Зал Красоты. Хотя я получила несколько убийственных взглядов, большинство из них, казалось, были достаточно счастливы, чтобы поговорить с кузеном Игнацио; почти все они выражали желание, чтобы он все еще был Безмятежным Посланником. Некоторые из них были готовы или даже жаждали обсудить возвращение к нормальным отношениям между Раверрой и Арденсом, но все они сходились в одном: никакие уступки невозможны до тех пор, пока пропавшие наследники не вернутся к своим родителям. Забрала их Раверра или нет, возвращение детей должно было стать первоочередной задачей, и Империя должна была это признать. Все остальное может подождать.

Было до боли ясно, что герцог не сказал им о сроке, назначенном дожем. Они говорили о напряженных отношениях с Раверрой как о серьезной проблеме,но не как о насущной. По их мнению, похищенные дети были чрезвычайной ситуацией. Это заставило меня быть в форме, чтобы докопаться до сути с разочарованием. Однажды я заметила, что Леди Савони смотрит на меня из другого конца зала красоты, отправляя пажей и лакеев выполнять задания в своей маленькой записной книжке; она подняла бровь, как бы говоря: "вы видите, с чем я должна бороться?

Через несколько часов я сдалась и забрал Венашу из библиотеки, чтобы мы могли встретиться с Фоссом и Алеки. Мы вместе вышли из Речного Дворца и пересекли большую площадь шести фонтанов, направляясь к городским садам. Серые тучи затянули небо, угрожая дождем. Это было даже к лучшему; я бы предпочла не ходить с собаками и пикниками по извилистым садовым дорожкам прямо сейчас.

“Не могу поверить, - пробормотала я. - Доминик вовсе не идиот. Как мог его брат быть таким колоссальным?”

“Я с ним встречалась.” Венаша волновалась. “Он не дурак. Однако его охватывает страсть к вещам. И у него достаточно харизмы, чтобы увлечь за собой людей.”

- Это не то, что нам сейчас нужно. Господи помилуй, Доминик никогда не простит мне, если я посажу его брата в тюрьму.- Или казню, но я не хотела делать эту возможность реальной, говоря о ней.

“И я никогда не прощу Габриэлю, если его опрометчивое движение причинит боль моему Алеки.”

Я остановилась у Большого Фонтана в центре площади, с кольцом из двадцати четырех каменных рыб, выплевывающих воду на платформу, на которой Девять Граций стояли спиной к спине, протягивая благожелательные руки, чтобы благословить каждого, кто приходил в Речной Дворец. Под мрачным небом их пустые глаза казались далекими и безжалостными.

- Я не знаю, что делать, Венаша, - тихо сказала я.

- Она нахмурилась. - По какому поводу?”

- Габриэль.- Список имен Савони волочился у меня на бедре, как свинцовый мешок. - Я бы очень хотела, чтобы Доминик не говорил мне, что он предводитель Теневого Джентри. Это очень важная информация. Как я могу не рассказать об этом Леди Терринджер? А моя мать и дож?”

Венаша свистнула. - О боже. Да, это трудно.”

Я развела руками, ловя обдуваемые ветром брызги из фонтана. “Если Теневые Джентри - это просто скучающие дворяне, наряжающиеся и изрыгающие сепаратистскую риторику, то это не имеет значения. Но если они вовлечены в заговор, чтобы начать войну между Арденсом и Раверрой, молчание может привести к гибели людей. И сдача его могла привести к смерти Габриэля.”

Венаша нахмурилась. “Мне наплевать на Габриэля, но Доминик будет в отчаянии. У него есть некоторое слепое пятно в отношении своего младшего брата.”

“Я уже заметила.- Я пнула ногой расшатанную брусчатку.

“Полагаю, ты могла бы сделать свою собственную оценку.” Венаша наклонила голову. “Ты ведь собираешься встретиться с ним сегодня вечером?”

“Да. Доминик пригласил меня на изменническую вечеринку своего брата.”

“Ты можешь подождать до конца вечеринки, чтобы решить, что делать дальше?”

У нас оставалось меньше трех дней. Но сдавать Габриэля перед вечеринкой не имело особого смысла, учитывая, что это была лучшая зацепка, которую я могла попытаться выяснить, может ли Теневой Джентри быть вовлечен в заговор с похищением. - Полагаю, я могу подождать.”

Венаша положила руку мне на плечо. - Возможно, это не облегчит тебе выбор, но, по крайней мере, у тебя будет больше информации.”

“Спасибо.- Я быстро заключила ее в объятия.

- Пойдем, - сказала она с улыбкой. “Давай встретимся с моим мужем, и ты сможешь убедить его сделать лучший выбор, чем Габриэль.”

Я рассмеялась. “Когда ты так говоришь, это звучит просто.”

Мы закончили пересекать площадь и вошли в сад. Они были почти пусты из-за грозных облаков.

Случайная капля попала мне в нос. Я надеялась, что он не приведет своих друзей. “А Фосс вообще будет здесь при такой погоде?”

“Когда идет дождь, он иногда ждет в павильоне. Венаша указала на открытое здание с белыми мраморными колоннами, стоявшее на холме и видневшееся сквозь отдаленные деревья.

Но когда мы приблизились, из густой рощи впереди, между нами и павильоном, донесся крик гнева и тревоги.

Венаша побледнела. “Это Фосс. О, Грации. Алеки!”

Она бросилась бежать, юбки развевались вокруг нее. Я последовала за ней.

Почему это случилось именно в тот день, когда я была зашнурована в корсет и надела модные туфли вместо ботинок и бриджей? Моя грудь тяжело вздымалась, когда я поспешила за Венашей, легкие были вынуждены расширяться вверх, а талия слишком туго стянута для глубокого дыхания. По крайней мере, у меня на бедре все еще висел Кинжал, а на шее висел медальон со вспышкой.

Наша тропинка обогнула высокую изгородь и углубилась в лес. Наконец-то появился Фосс, но он был не один.

Он растянулся у статуи крылатой Грации Победы, кровь струилась по его боку, лицо было бледным от шока. Перед ним стоял человек с длинным ножом, стряхивая с лезвия багровые капли.

Венаша закричала и бросилась между Фоссом и нападавшим, раскинув руки, чтобы защитить его. Воспользовавшись тем, что меня отвлекли, я ударила негодяя ножом в шею.

Он развернулся, и мой клинок попал ему в плечо, но это была глубокая рана. Он выругался и выронил нож, его рука безвольно упала.

“Кто ты такой?- Потребовала я ответа. “Почему ты нападаешь на моего друга?”

- Алеки, - простонал Фосс из рук Венаши. “Там был еще один. Он сбежал с Алеки.”

Нападавший здоровой рукой попытался схватиться за нож. Я нанесла ему порез, и он отстранился, обе руки теперь кровоточили.

- Черт бы тебя побрал” - выругался он и помчался прочь.

Я повернулся к Фоссу, моя рука дрожала на рукояти кинжала. Венаша упала на колени в лужу юбок и прижала его к себе. Она достала свой собственный нож и разрезала нижнюю юбку.

- Фосс! С тобой все в порядке?”

“Я ее держу.- Голос Венаши был ровным, как хлопнувшая дверь. - Рана неглубокая, но я должна перевязать ее сейчас. Найди Алеки! Верни его!”

- Пожалуйста, - взмолился Фосс со слезами на глазах. “Торопись - Он указал вниз по тропинке.

Я не могла сказать "нет". Я сбросила туфли на высоких каблуках, инкрустированные жемчугом, и побежала в указанном направлении.

Я пошла по тропинке через рощу деревьев, мимо фонтана с вырезанными дельфинами, через возвышение, окаймленное розовыми кустами, и вошла в массивный, похожий на храм павильон.

Там, между рядами кремовых мраморных колонн, стояли мужчина и маленький мальчик, держась за руки. Они стояли мирно и спокойно, на лице мужчины играла широкая улыбка, и это должно было быть дружелюбное и ободряющее зрелище.

За исключением того, что мальчиком был Алеки, который никогда не стоял на месте. Его глаза блестели стеклянно и рассеянно.

И этим человеком был принц Рувен.

- Здравствуйте, Леди Амалия. Улыбка Рувена стала шире, как будто он был искренне рад меня видеть. - Смотри, кого я нашел. Кажется, кто-то потерял его.”

Я запнулась и остановилась, все еще держа окровавленный нож наготове, хватая ртом воздух. Я не могла отвести глаз от руки Рувена, обхватившей руку Алеки. змея могла бы проглотить руку мальчика, и я бы меньше боялась за него.

“Какое счастье, что я случайно наткнулся на него.- Рувен прижал свободную руку к груди. - Мне страшно подумать, что может случиться с таким маленьким ребенком в чужих руках. Мы как раз собирались найти его родителей. Разве не так?”

Алеки кивнул, все еще тупо глядя на него. Страх сжал мое сердце. “Что вы с ним сделали?”

- Только помог ему успокоиться. Он был напуган, бедный мальчик.- Рувен провел костяшками пальцев по круглой щеке Алеки. Алеки даже не вздрогнул. - Такой милый мальчик. Так интересно наблюдать за проявлением магической метки, не правда ли? Так много потенциала, как бутон, только начинающий раскрываться, прежде чем ты сможешь сказать, каким будет цветок.”

Мне захотелось броситься через весь павильон и оттолкнуть его руку от лица Алеки. Но я не осмеливалась делать резких движений. Рувен мог в любую секунду подумать, что причинит боль Алеки, или связать ему руку узлом, или сделать что-нибудь похуже.

“Чего ты хочешь?- Мой голос был обнаженным оружием, острым. Я не могла играть в его игры. Не сейчас.

- Да ведь только для того, чтобы помочь тебе!- Он развел свободной рукой. - Видишь ли, я думал о нашем недавнем разговоре. И я подумал, что, возможно, будет полезно показать тебе, как хорошо, что я на твоей стороне. Как удачно, что этот мальчик дал мне возможность привести тебе пример!- Рувен погладил Алеки по безучастной голове. - Разумеется, вернув его тебе.”

- Тогда верни его.- Я выдавила эти слова сквозь зубы.

Рувен рассмеялся. - Вот это да. У тебя такой прекрасный взгляд. Вот, возьми тогда ребенка.”

Он отпустил руку Алеки. Лицо мальчика мгновенно исказилось от ужаса, и он начал причитать.

Я подбежала и схватила его в свои объятия, едва вспомнив о том, чтобы бросить Кинжал первым, стремясь убрать его подальше от Рувена. Алеки уткнулся лицом мне в плечо и завыл, уткнувшись в мои волосы. С ним все было в порядке, слава Милостям.

“Сейчас я отведу его к родителям, - сказал я, как для Алеки, так и для Рувена.

Рувен пожал плечами. Он, казалось, собирался что-то сказать, когда человек, напавший на Фосса, спотыкаясь, шел по тропинке, все еще истекая кровью из плеча и руки, его лицо было бледным и восковым. Я отступила назад, отталкивая Алеки от себя, но мужчина просто бросился на колени к ногам Рувена.

- Милорд, - начал он. “У меня есть отчет.—”

Рувен протянул руку и положил ее на голову мужчины, словно благословляя его.

Судорога сотрясла раненого с головы до ног, и он схватился за грудь своей рабочей рукой. Он упал на тропинку, кпав лицом вниз, и лежал неподвижно, как камень.

Мертвый.

Рувен отпрянул с легким притворным испугом. - О боже, этот человек напал на нас. Какой ужасный человек. Я так рад, что оказался здесь, чтобы спасти нас.”

- Ты убил его. Ты убил своего собственного человека.”

- Миледи, я совершенно не понимаю, что вы имеете в виду. Рувен поднял брови. “Я никогда в жизни не видел этого человека. Я совершенно потрясен, уверяю вас.”

С меня было достаточно. Я прижала Алеки к себе одной рукой, а другой схватила кинжал. - Принц Рувен. А теперь я ухожу.- Я вытерла Кинжал о свои шелковые юбки и засунула его в ножны. - Я советую тебе впредь держаться подальше от моих друзей, потому что, если ты еще раз приблизишься к этому ребенку, я сделаю все, что в моих силах, чтобы тебя арестовали.”

Рувен с улыбкой поклонился. “Я буду иметь это в виду, Миледи.”

- Я предлагаю тебе это сделать. - Добрый день, Ваше Высочество.”

Я повернулась к нему спиной. Я молилась Милостям, чтобы мое платье скрыло дрожь в ногах, когда я уходила.

Глава 22

Я нашла Венашу, которая, пошатываясь, поднималась по тропинке, помогая идти тяжело перевязанному Фоссу, оба они были в крови и полном отчаянии. Как только они увидели, что я несу Алеки, они закричали от облегчения. Алеки чуть не бросился из моих объятий к матери, и все трое прижались друг к другу, не обращая внимания на раны Фосса. Их эмоции были настолько сильны, что мне пришлось отвести взгляд.

“Нам надо убираться отсюда, - сказала я через мгновение. Я хотела, чтобы Алеки был как можно дальше от Рувена.

“Да, - согласилась Венаша. - Фоссу нужен врач.”

“Я в порядке, - слабо запротестовал он.

Венаша взъерошила ему волосы и покачала головой. Алеки услужливо ткнул пальцем отцу в глаз.

“Если вы не возражаете, - сказала Я, - давайте отправимся в гарнизон. Я буду чувствовать себя лучше с сотнями солдат и толстыми каменными стенами между Алеки и злом.”

Фосс кивнул с серьезным лицом. “Теперь, когда у меня было время подумать об этом, - сказал он, - я тоже так думаю.”

***

Я заказала карету из Речного Дворца, чтобы отвезти нас в гарнизон. Алеки заснул в объятиях матери, убаюканный грохотом колес. Фосс погладил его по волосам дрожащей рукой, выглядя так, будто вот-вот потеряет сознание. Венаша издавала им обоим успокаивающие звуки, бледная как бумага, ее голос был неестественно спокоен.

Наблюдатели на крепостных валах, должно быть, разглядывали нашу карету в подзорную трубу, когда мы поднимались по извилистой дороге к крепости. Марчелло, Заира, Истрелла, горстка солдат и врач с ящиком, полным алхимических средств, встретили нас у ворот. В порыве компетентной деятельности рана Фосса была вскоре обработана и должным образом перевязана, и семья поселилась в анфиладе комнат, предназначенных для приезжих дворян. Я подождала в гостиной, чтобы убедиться, что все в порядке, а Венаша тем временем уложила мужа и сына в их кровати.

Наконец она вышла из спальни, тихонько прикрыв за собой дверь.

- Спасибо, - сказала она. Ее руки начали дрожать. Она удивленно подняла их к лицу, словно не могла понять, что происходит.

“Может, тебе тоже пора спать, - предложила я.

“Сейчас только полдень ... но я думаю, что смогу. Мне хотелось принять ванну, но я ни на минуту не оставлю их одних. Дрожь пробежала по ее плечам, и она обняла меня.

Я нежно обняла ее. “Все будет в порядке. Принц Рувен высказал свою точку зрения. Больше он тебя не побеспокоит.”

“Но кто-то другой мог бы. Метка так ясно читается в его глазах. Это только вопрос времени, когда кто-то снова начнет угрожать ему.”

“Они не будут, - я сжала ее крепче. - Потому что мы позаботимся о его безопасности.”

Она глубоко вздохнула, отпустила его и поправила корсаж. “Конечно, ты это сделаешь. Это то, что делают Сокольничие, не так ли?”

Я кивнула, хотя подо мной разверзлась зияющая бездна печали. - Да, - сказал я. - Так и есть.”

***

Выйдя в коридор, освещенный хорошо сохранившимися масляными лампами, я прислонилась лбом к каменной стене и закрыл глаза. По крайней мере, теперь они были в безопасности в гарнизоне. Если Заира сожжет город или пушки Истреллы разрушат его, Венаша и ее семья выживут.

Кто-то легонько похлопал меня по плечу.

- Я взвизгнула. Истрелла тоже взвизгнула от неожиданности, когда я повернулся лицом к круглым линзам ее красно-зеленых очков. Она чуть не уронила что — то, что держала в другой руке — стеклянный шар, обернутый бисерной проволокой, - и оно вспыхнуло, когда она качнула его, с меняющимися радужными огнями.

- Здравствуй, Истрелла, - сказал я, тяжело дыша и прислоняясь к стене. “Я думал, ты собираешься убить меня.”

“О, вовсе нет! Истрелла прижала спасенный шар к груди. Когда все стихло, свет померк. “У меня нет ни малейшего представления, как кого-то убить. Нет, я хотела спросить, проснулся ли Алеки. Я сделала ему игрушку!- Она гордо потрясла шаром, и тот снова засветился.

“Что это? Карманное светило?”

“Вроде. Больше цветов, и узоры меняются в зависимости от того, как быстро вы его перемещаете. И он должен длиться дольше, чем большинство карманных светил.- Она поправила очки, чтобы получше рассмотреть его. “Хотя, если подумать, ты не думаешь, что он слишком молод для чего-то столь хрупкого?”

Я торжественно кивнула. - Лучше добавь к нему укрепляющие руны.”

“Ты обо всем думаешь!- Она подпрыгнула от восторга. Я воздержалась от замечания, что она, вероятно, могла бы переделать его из чего-то более прочного за гораздо меньшие усилия.

Заира выскочила из-за угла с ножом наготове. Увидев нас, она нахмурилась. “Вы двое так кричали из-за какой-то игрушки? Я думала, что тебя убивают.”

- Амалия тоже так думала. Истрелла подняла брови. - По-видимому, я просто ужасна.”

Заира убрала кинжал в ножны и покачала головой. - Как и сам демон безумия.”

“Ну, если Алеки спит, я должна вернуться к работе над моим проектом для Дожа, - вздохнула Истрелла. - Я слышала, они хотят сделать это завтра. Спокойной ночи!”

Она помахала мне рукой и ушла вприпрыжку, совершенно не обращая внимания на холод и тошнотворное чувство, которое оставили мне ее прощальные слова.

Заира хмыкнула. “Если бы я так радовалась, поджигая людей, они бы утопили меня в лагуне.”

“Ты никогда не бываешь так весела.” Но я поняла, что это неправильно. - Кроме Негодяя. И Терика.”

Заира смотрела вслед Истрелле в коридор. “С ними все в порядке. Жаль, что я не могу взять Негодяя с собой, но Терика хорошо о нем заботится.”

“Ты скучаешь по ним обоим, не так ли? - тихо спросила я.

Заира пожала плечами с грубой силой, как будто она стряхивала нападение.

“Они же твои друзья.- Это слово было легко произнести, но оно сорвалось с моих губ тяжелее корабельного якоря. Я вспомнил слова лавочника: "у Заиры нет друзей".

Глаза Заиры побелели, как будто я угрожала ей. Затем она отвернулась от меня, обхватив себя руками. - Так ли это?”

“Теперь ты можешь спокойно заботиться о них.- Я тщательно подбирала слова, как будто это были шаги по тонкому насту весеннего льда, который мог треснуть в любую секунду. - С Джесс на тебе, ты больше не причинишь вреда близким людям.”

“Рядом со мной никого нет, - отрезала она. И она зашагала по коридору.

***

Сама Леди Терринджер остановилась в гарнизоне, чтобы проведать семью Венаши. Когда она нашла их спящими, то отвела меня в сторону и сказала, что, учитывая растущую историю подозрительных действий принца Рувена и его связи с Теневыми Джентри, она собирается на следующий день тихо обыскать его комнаты в поисках пропавшего Джесса, просто на всякий случай.

Мысль о том, что у Рувена есть Джесс, заставила меня похолодеть. Он вполне мог оказаться той опасностью, о которой предупреждал Леодра, и именем, которое замерло у него на устах.

После разговора с Леди Терринджер мне захотелось подышать свежим воздухом. В одном из гарнизонных дворов я нашла настоящий огород, где сумерки собирались в темных углах и ползли вверх по стенам. Поздние цветы тартар-травы распространяли по саду едкий мускусный запах. Я опустилась на каменную скамью, мои окровавленные юбки расползлись вокруг меня. Это был уже долгий день, а мне еще предстояло подготовиться к сегодняшней вечеринке у Габриэля.

Одна из дворовых дверей открылась, и Марчелло вышел в полумрак.

Он остановился в дверях, глядя на меня через сад, и в его глазах появились тени. Мгновение тянулось все дольше. Мне хотелось, чтобы он что-нибудь сказал, что угодно, но он просто стоял, глядя, как с неба просачивается цвет.

Я не могла этого вынести. “Вы пришли посмотреть на меня или хотите что-то сказать?”

Мой собственный голос звучал слабо и глупо на фоне глубокой вечерней тишины.

Марчелло покачал головой, словно снимая чары, и пересек сад. Не говоря ни слова, он сел на скамейку рядом со мной и взял мою руку в свою.

Его прикосновение посылало теплые волны по всей моей сердцевине. Мои губы приоткрылись, но шок и нарастающая, удивительная тревога заглушили речь.

- Пожалуйста, - сказал он. “Не делай этого.”

- Что?- Я отдернула руку. Неужели он намеренно сбивает меня с толку?

Беспокойство прочертило глубокие морщины на его прекрасном лице. - Эта вечеринка Теневых Джентри сегодня вечером. Это слишком опасно. Не ходи.”

Я подавила желание резко возразить. Он был прав. На одного Сокольничего уже было совершено нападение, и напряженность между Раверрой и Арденсом накалилась настолько, что в любой момент могла перерасти в насилие. “Я должна. Это лучшая зацепка, которая у нас есть.”

- Тогда позволь мне пойти с тобой.”

- Ты не можешь, - Я покачала головой. “Ты можешь себе представить, как офицер Сокольничих входит на собрание теневого дворянства без приглашения? Вы будете чувствовать себя обязанным арестовать их, они будут чувствовать себя обязанными напасть на вас, и это закончится инцидентом гораздо хуже, чем те, которые мы пытаемся исправить.”

Марчелло уставился на свои колени, обхватив их руками. - Все уже катится к черту раздора, Амалия. Я не знаю, как мы можем спасти его. Всю прошлую ночь мне снились кошмары о ... о том, что сегодня что-то пошло не так.”

Я теребила свой медальон-вспышку. “Я прекрасно понимаю, что любой инцидент на вечеринке станет последней искрой, которая воспламенит Арденс, Марчелло. Тебе не нужно напоминать мне об этом. Я буду осторожна, чтобы не начать войну.”

“Я не боюсь, что ты начнешь войну. Он поднял голову, и его зеленые глаза были открыты, как бездонные колодцы, ясные до самого дна. “Я боюсь потерять тебя.”

Качество воздуха внезапно изменилось, как будто надвигалась гроза.

“Амалия.- Его голос стал серьезным: глубоким, как Лагуна, и таким же опасным, как падение. - Я не умею ни прятаться, ни притворяться.”

Не говори этого. Мне захотелось зажать ему рот рукой. Если он облекет этот взгляд в слова, то будет слишком поздно что-либо менять.

“Я-Корнаро.- Я попыталась засмеяться, но у меня вырвался прерывистый вздох. - Прятаться и притворяться-семейное развлечение.”

Он протянул дрожащую руку и нежно, как крылышко мотылька, погладил меня по щеке. Дрожь пробежала по моей шее.

Да поможет мне Благодать Любви. Если бы я не поцеловала его сейчас, то пожалела бы об этом.

Но еще больше я пожалею, если отправлю его в какую-нибудь отдаленную крепость в горах Ведьмволла. Я накрыла его руку своей так осторожно, словно это был птенец, и убрала ее со своей щеки. Я не могла заставить себя отпустить его.

“Я буду осторожна, - сказала я ему.

Марчелло закрыл глаза и поморщился, как будто вид меня причинил ему боль.

Я сжала его руку. - Кроме того, - сказала я, - Заира будет со мной.”

“О, тогда все в порядке.- Его тон был легок, слишком легок, как будто он не осмеливался обременять свой голос. Но уголок его рта дрогнул. “Когда Заира замешана, ничто не может пойти не так.”

“Лучше бы все прошло очень правильно. Разочарование и сожаление из-за того, что я оттолкнула его, просочились вниз, чтобы присоединиться к более общему потоку страха, который медленно поднимался надо мной. - У нас почти нет времени.”

У нас оставалось меньше сорока восьми часов, чтобы распутать этот горький клубок и обрести покой. Или Империя напишет свой последний аргумент в огне.

***

- Вот это да. Так это твои друзья-ученые? Я упустила все преимущества образования. Глаза Заиры оценивающе скользнули по мужчинам и женщинам, столпившимся в гостиной Габриэля. Здесь не хватало мебели для десятков людей, поэтому многие из них стояли, держа бокалы с вином, пока вели страстные споры или серьезные дискуссии. Это была полная противоположность Рейверранской вечеринке: все собрались в центре с повышенными голосами, вместо того, чтобы разбежаться по маленьким шепчущимся кучкам в углах.

Это было совсем не то, чего я ожидала. Здесь не было ни масок, ни плащей, ни тайных заговоров заговорщиков. Но под смехом таилось некоторое напряжение, смягченное жидким слоем вина. Время от времени сердитые голоса резко прорывались сквозь камерную музыку, и на некоторых лицах я видела яростные хмурые взгляды и задумчивые взгляды. В вечернем платье ардентины, по-видимому, не было требования надеть фальшивую улыбку.

“Они не мои друзья-ученые, - ответила я. Толпа была в основном молодой; за редким исключением, большинство лиц, которых я узнала, были наследниками сильных мира сего, а не самими Лордами Совета. Я поискала глазами Доминика, чтобы подойти к нему поближе, но он уже пересек комнату, приветствуя людей.

- О, хорошо. Тогда мне придется попросить Доминика представить меня. Заира самодовольно помахала ему на прощание и неторопливо пошла за ним. Длинные перчатки прикрывали ее предательский Джесс, по предложению Доминика. Хотя у нас и не было намерения лгать сегодня вечером, прибытие в качестве нагло очевидного Сокола и сокольничего в этой конкретной толпе могло бросить перчатку, которую мы не хотели поднимать.

На другом конце комнаты Заира, ухмыляясь, похлопала Доминика по плечу. Он взял ее за руку и притянул к себе, и через мгновение все они уже смеялись. Вихрь завистливого предчувствия закружился во мне, но я проигнорировала его. Заира была счастлива. Доминик был счастлив. Я решил оставить их вдвоем, не вмешиваться и пожелать Заире удачи с ним.

За исключением того, что она бросила меня, как грязный носовой платок, в комнату, полную потенциально враждебных незнакомцев.

Я думала об Арденсе как о втором доме, но это были не мои университетские друзья. Когда они произносили название моего города, губы их злобно кривились. Мне здесь не место.

Я взяла бокал с проходящего мимо подноса и сделала большой глоток сладкого напитка. Я здесь не для того, чтобы заводить друзей. У меня была работа.

- Прошу прощения, Миледи. Вы друг Доминика из Раверра?”

Моргая своими жгучими глазами, я обернулась и увидела молодого человека в очках и с редеющими волосами у моего локтя. “Да, пожалуй, так оно и есть.”

- Меня зовут Холлис. Очень рад познакомиться с вами.- Он дернул головой в сильном кивке, как будто я сказала что-то, с чем он согласился. - Хорошо иметь еще одного влиятельного покровителя Раверрана. Это дает мне надежду. Если даже Раверранцы могут быть возмущены тем, что Империя сделала с нами, у нас есть шанс что-то сделать.”

“О, я не ... - я сглотнула. - ...не единственная в Раверре, кто сочувствует Арденсу.- Признаться, что я не поддерживала Арденс против Безмятежного Города, было, пожалуй, не самым разумным выбором в данный момент, особенно для получения дополнительной информации. И я хотела знать, что он имел в виду под другим покровителем Рейверра. “А с кем еще вы встречались?”

- О Раверранцах, которые поддерживают наше дело? Вообще-то ты первая.- Он сдвинул очки на лоб, словно желая получше рассмотреть меня. “Я слышал, как Габриэль говорил о нашем союзнике-Раверране, но никогда с ними не встречался. Ты же знаешь, какой он. "Наш друг в Речном Дворце", "наш покровитель в Раверре".- Он любит свои тайны.- Он улыбнулся, приглашая меня разделить его нежное презрение. “У него даже есть прозвища для них. "Сова", "Лиса" и тому подобное. Единственный, кого он назовет по имени, - Принц Рувен.”

Покровителем в Раверре вполне мог быть Барон Леодра, что не предвещало ничего хорошего для невиновности Габриэля. Друг в Речном Дворце беспокоил меня; он больше походил на герцога Астора или кого-то из его окружения, чем просто на члена Совета Лордов.

Я заставила себя рассмеяться. - Как драматично. Как вы думаете, тайна подлинная, или он пытается сделать так, чтобы его связи казались более важными, чем они есть на самом деле?”

- О, Они настоящие. Они дали нам хорошую информацию, и они позаботились о том, чтобы не было никаких охранников или солдат в этом районе, когда мы отправим наши декларации и тому подобное. А принц Рувен был весьма щедр в финансовом отношении к тем из нас, кто нуждался в ссуде. Холлис пожал плечами. - Кроме того, Габриэль-кузен герцога. Конечно, у него есть связи в Речном Дворце.”

- Я понизила голос. “А как насчет инцидента с Сокольничими?- Надеюсь, это было достаточно туманно, чтобы он мог принять это либо за похищение, либо за нападение на бедного Леми. “Его связи в этом помогли?”

Холлис моргнула в явном замешательстве, затем нахмурился. “Вы имеете в виду недавнюю ссору? Это был сюрприз, не так ли?- Он покачал головой. - Габриэль не откажется от этого и не потребует признания заслуг. Я настаивал на этом, но он был довольно уклончив. Честно говоря, я беспокоюсь, что некоторые из наших людей могут нагнетать обстановку слишком далеко.”

Тонколицая женщина в траурном черном платье подошла к нему с бокалом вина в руке. - Чепуха, Холлис. Нет такого понятия, как слишком далеко. У этих Имперских Жуков моя дочь. Я разорву их всех своими руками, если понадобится.”

Холлис в тревоге поднял брови. “А вам не кажется, Миледи, что это чересчур?”

Дама в трауре фыркнула. - Не меньше, чем они заслуживают. До тех пор, пока они не вернут мою дочь, я скорее заколю Рейверрана, чем посмотрю на него.- Она повернулась ко мне с волчьей улыбкой. “Кажется, нас не представили друг другу?”

Холлис сочувственно поморщился.

Я сделала глоток вина, чтобы выиграть время, но она все еще выжидающе ждала. “А, я ... ну ... …”

“Амалия.- Доминик проскользнул мимо меня. Он поклонился в знак извинения, его лицо напряглось. - Простите, что прерываю вас. Но мой брат хочет поговорить с вами.”

Глава 23

У Габриэля Бергандона была такая же теплая коричневая кожа, как у его брата, глубоко посаженные глаза и обаятельная улыбка. Но он завил свои волосы в длинные Лорейкийские локоны, а его аккуратная бородка и хрупкое телосложение больше напоминали мне его кузена, герцога Астора. Он принял нас с глазу на глаз в своем кабинете, где стояла единственная Книжная полка, полная истории Арденса; герб Бергандона возвышался над его креслом.

- Габриэль, - представил нас Доминик, - это Заира, Сокол, о котором я говорил. Позвольте также представить вам мою подругу, Леди Амалию Корнаро.”

Габриэль едва взглянул на Заиру, но его взгляд задержался на мне, когда мы все уселись в кожаные кресла. “Действительно. Очень приятно познакомиться с вами, леди Амалия. Вашего кузена не хватает как Безмятежного Посланника в Арденсе. Я высоко ценю дружбу, которую ваша семья продолжает проявлять к нашему городу в это тревожное время.”

Его голос звучал убедительно, и он излучал необычную для такого молодого человека уверенность. Я понимала, почему люди слушают его. Однако оставалось выяснить, есть ли у него что сказать.

“Рада наконец-то с вами познакомиться, - сказала я.

Доминик наклонился вперед, в его голосе звучала настойчивость. “Если вы цените дружбу семьи Корнаро, то должны понимать, насколько она ценнее дружбы Васкандара.”

Веки Габриэля раздраженно дернулись. - Мы уже обсуждали это, брат. Я знаю, что тебе не нравится моя дружба с принцем Рувеном. Мне не нужно твое одобрение.”

“Это не вопрос моего мнения о принце Рувене.- Голос Доминика пылал огнем давнего спора. “Хотя, раз уж ты заговорил об этом, я должен упомянуть, что он-извращенное отродье жала и кобры. Но я хочу сказать, что дружба Васкандара — даже если бы она была искренней, а это не так — только противостоит Раверре и ухудшает наше положение.”

- Доминик, - пробормотала я. Затеяв драку с братом, он ничего не добьется.

Он махнул рукой в мою сторону, игнорируя мой намек. - С такими союзниками, как Амалия, нам не нужно форсировать конфронтацию. Еще не поздно выбрать другую дорогу, которая не приведет к кровопролитию.”

Я с тревогой взглянула на Доминика. Это звучало гораздо более продвинуто, чем я надеялась.

Габриэль презрительно усмехнулся. “Неужели ты так стремишься угодить Империи? Я был о тебе лучшего мнения.”

“Мы-часть Империи, Габриэль. К лучшему или к худшему.- Доминик обвел комнату широким жестом руки. “Ты мог бы использовать все, что вы построили здесь, чтобы противостоять им, не подвергая риску Арденс. Защищать отмеченных магами и защищать наш город. Но если ты используешь Теневые Джентри, чтобы сделать Арденс призом между Васкандаром и Раверрой, чтобы бороться за то, мы те, кто проиграет эту битву. Меняй курс сейчас же, пока ты не разбил этот корабль о мели войны.”

Габриэль долго смотрел на Доминика. Часы на каминной полке отмеряли секунду за секундой, разрывая тугую нить тишины в комнате.

Но потом он повернулся ко мне с ослепительной улыбкой, склонив голову набок. - Ну Что, Леди Амалия? Каково Ваше мнение? Неужели он прав? Является ли наш самый мудрый курс избегать конфронтации любой ценой?”

- В его голосе слышалось испытание. Одно я должна была пройти, чтобы получить больше информации.

"Не говори им ничего, - сказала однажды моя мать, - и они наполнят бессмысленность твоих слов именно тем, что хотят услышать".

“Если вы знаете мою семью, - сказал Я, - вы знаете ответ на этот вопрос.”

Губы Габриэля медленно изогнулись в улыбке. “Очень хорошо, - сказал он. “Думаю, что да.”

- Он повернулся к Доминику. “Прошу прощения, Доминик, но не могли бы вы с Соколом уделить мне минутку времени Леди Амалии наедине?”

Доминик уставился на брата, вцепившись в подлокотники кресла. На виске у него запульсировала жилка.

Заира фыркнула и встала. - Сокол, конечно, не возражает. Я умираю здесь от скуки. По крайней мере, в гостиной есть напитки.”

Доминик поднялся еще медленнее. “Ты совершаешь ошибку, Габриэль.”

- В разговоре с Леди Амалией наедине?- невинно спросил он. “Думаю, что нет.”

- Амалия? Доминик вопросительно посмотрел на меня, на что я ответила минутным пожатием плеч. Я понятия не имела, о чем хочет поговорить Габриэль, хотя мне было очень любопытно это выяснить. Заира уже направлялась к двери.

Он сухо кивнул Габриэлю. “Тогда поговорим позже.”

- Я с нетерпением жду этого, брат.”

Дверь за ними закрылась. Габриэль откинулся на спинку стула, ухмыляясь.

“Теперь мы можем отбросить притворство, Миледи.”

Если бы он мог, прекрасно. У меня не было такой роскоши, поэтому я попыталась ответить понимающей улыбкой.

- Мой брат-хороший человек. Габриэль вздохнул. - И блестяще, конечно. Но вряд ли он хитер. Вы, конечно, Корнаро, тонкость у вас в крови.”

Моя мать могла бы не согласиться в моем случае. Но я держала рот на замке и улыбнулась в ответ на комплимент.

- Бедный Доминик. Габриэль покачал головой. “Я говорил ему снова и снова, что у меня есть все основания полагаться на то, что Раверра отступит в последний момент, если мы выстоим против них. Но боюсь, у него не хватит духу для такого дерзкого шага.”

У меня внутри все перевернулось. Я не знала, каков его” высший авторитет", но моим был сам дож, и я был абсолютно уверена, что он не отступит. Я точно знала, что произойдет, если Арденс вынудит меня к конфронтации.

Я не был уверена, стоит ли пытаться убедить его в том, что он ошибается, или подыграть ему, чтобы получить дополнительную информацию. Не помогало и то, что сам Габриэль мог оказаться манипулятором, пытающимся развязать войну. Похищенные дети, несомненно, придали новую силу Теневому Джентри.

Лучше всего подстраховаться. - Честно говоря, он всего лишь хочет обеспечить безопасность Арденса. Смелые шаги всегда сопряжены с риском.”

Габриэль усмехнулся. - О, несомненно. Вот почему я рад возможности поговорить с вами, леди Амалия. Это редкая возможность; весь двор объединен в своем возмущении по поводу похищенных детей. Когда-то мало кто прислушивался к моим призывам вернуться в дни славы Арденса, когда мы были великой державой в Эрувии.- Его глаза сверкнули. “Но теперь, когда я призываю нас противостоять Раверре и помнить о нашей гордости, все обращают на это внимание.”

- Хм, - сказала я. Он, казалось, принял этот звук за согласие.

“Наконец-то мы объединились и готовы снова стать сильными, как Ардентины. У нас за спиной Васкандар, который даст нам силу, необходимую для того, чтобы противостоять Империи и ее Соколам. Совет Лордов нашел в себе мужество, и они не позволят моему кузену герцогу подчиниться требованиям Дожа. Возбуждение заставило его вскочить на ноги, и он принялся расхаживать по комнате. - Наш день настал. Арденс может снова стать свободным и гордым, как это было когда-то. Так мне было обещано. Однако” - он повернулся ко мне,—мы должны восстать против Раверры, но мы не должны доводить ее до критической точки, пока она все еще может уничтожить нас. И тут в дело вступаете вы, Миледи.”

Я бы действительно “вошла", если бы Арденс толкнул Раверру слишком далеко — выпустив пламя Заиры. Но я изобразила недоумение. - Я знаю?”

“Действительно.- Он снова сел. - Доминик сказал мне, что ты стараешься избегать войны. И это желательно в данный момент. Принц Рувен предупредил меня, что, хотя Васкандар может обеспечить нам некоторую защиту, он пока не может защитить нас от всей мощи Империи. Сколько мы можем потребовать, прежде чем Раверра откажется? Можем ли мы использовать наше преимущество, чтобы уничтожить торговые привилегии Раверры, душащие наших собственных торговцев Арденса? Оставить наши магические метки вместо того, чтобы отдать их Сокольничим? Что это за линия, которую мы не можем пересечь?”

Восприятие Габриэля было так далеко от реальности, что я не знала, как ответить на этот вопрос. “Насколько вы осведомлены о текущем состоянии переговоров между Арденсом и Раверрой?”

- Более осведомлен, чем большинство.- Он наклонился ко мне. “Наш друг в Речном Дворце сказал мне, что дож дал моему кузену срок, о котором он боится сказать даже Совету Лордов.”

Я в замешательстве уставилась на него. - Если вы это знаете ... …”

- Почему я все еще ищу конфронтации?- Он усмехнулся. - Потому что наш друг Раверран сказал мне, что это блеф. Империя не осмелится напасть ни на один из своих городов, особенно когда Васкандар тычется в ее границы. Как только мы докажем всем, что их угрозы пусты, тогда мы сможем начать настоящие переговоры.”

Я постаралась сохранить нейтральное выражение лица. Если его друг-Раверран все еще говорит ему что-то, то это не может быть Леодра. “Вы спрашиваете, сколько вы можете толкать, - осторожно сказала я. “Я бы предположил, что более важный вопрос-когда.”

Он положил подбородок на руки. - А?”

“Если вы нажмете слишком сильно, прежде чем истечет срок, вы рискуете поставить Дожа в положение, когда он должен будет его принудить.- Не важно, что Арденс уже давно переступил эту черту. Я выиграю время, как только смогу. - Если ты подождешь до конца, то увидишь, как он отреагирует. Это само по себе должно дать вам четкое представление о том, кто какие карты держит за этим столом.”

Если бы Габриэль был Раверранцем, он прочел бы в моих словах предостережение. Но он был ярым фанатиком. Он кивнул с явным энтузиазмом. “В этом есть смысл. Милость Мудрости поистине благословила вашу семью, Амалия Корнаро. Мне посчастливилось причислить вас к своим друзьям.”

Чувство вины сдавило мне живот. Я все еще не была уверена, на чьей стороне в этой неразберихе противоречий, но была совершенно уверена, что мы с Габриэлем стоим на разных позициях.

***

Доминик отвел меня в сторону вскоре после того, как я вернулась на вечеринку из кабинета Габриэля. Заира развалилась на диване в другом конце комнаты, рассказывая какую-то непристойную историю, от которой все вокруг смеялись.

- Амалия, могу я спросить, о чем он говорил с тобой?”

“Можешь, но я не думаю, что он сказал что-то секретное, просто высказал мнение, с которым ты не согласишься. Похоже, он настроен на прямую конфронтацию. Боюсь, у него не очень реалистичная перспектива.”

Доминик озабоченно наморщил лоб. “Я надеялся, что ты сможешь достучаться до него. Он продолжает настаивать на том, что его тайные союзники знают, что происходит на самом деле, и что у них есть план, который не может провалиться. Я сомневаюсь.”

“Так и должно быть, - резко сказала я. “Его так называемые союзники либо манипулируют им, либо являются фиктивными. Они сказали ему то, что я знаю-ложь.”

Доминик ударил себя кулаком по бедру. - Ад безумия. Я сказал этому идиоту, чтобы он не доверял Рувену или кому-то еще, кто так стыдится быть его другом, что не позволяет ему называть их имена. Для чего они его используют?”

- Хотела бы я знать.”

Чего бы ни хотели эти таинственные союзники от Габриэля и Теневых Джентри, они, похоже, не заботились о том, чтобы поддерживать его репутацию в долгосрочной перспективе. Когда неизбежно выяснится, что его сторонники лгут, а заверения Габриэля своим последователям основаны на ложных обещаниях, его влияние при дворе рухнет. Он станет посмешищем, его карьера закончится, когда он едва достигнет совершеннолетия. Он явно не представлял никакой ценности для того, кто его использовал.

Конечно, это делало его расходным материалом.

Становилось все труднее и труднее предвидеть исход, в котором Доминик сохранит своего брата, независимо от того, предам ли я Габриэля или это сделают его “друзья”. И то, что свалит Габриэля, вполне могло унести с собой Доминика — если только сначала не поглотит весь Арденс.

***

Было уже довольно поздно, когда мы с Заирой попрощались с Домиником и покинули Городской дом Габриэля. Прохладный воздух заставил меня порадоваться, что я надела вышитое шерстяное пальто, но Заира потирала свои голые руки, пока мы спешили. Лишь в нескольких окнах еще мерцал свет.

“Почему ты не позволила Доминику проводить нас домой?- Пожаловалась Заира. “Он бы одолжил мне свое пальто.”

“Не хочешь ли одолжить мое?- предложила я .

В косом взгляде Заиры отразилось недоверие. “Ты что, не понимаешь, зачем одалживать мужское пальто? Сиськи Грации Милосердия, ты безнадежна.”

Я была рада, что было слишком темно, чтобы она могла видеть румянец, заливающий мои щеки. “Я не позволила ему сопровождать нас, чтобы ты могла рассказать мне, что узнала.”

“На вечеринке? Заира фыркнула. “Я узнала, что у Доминика есть скучные друзья.”

“Да, но как насчет чего-нибудь существенного?”

“Я узнала, что он рассказывал своим скучным друзьям приятные вещи обо мне. Это многообещающе, не правда ли?”

“О заговоре с целью развязать войну, - сказал я. - Мы были там, чтобы попытаться найти зацепки, помнишь?”

Заира пожала плечами. “Ты была там, чтобы найти зацепки. Я была там, чтобы хорошо провести время.”

“Ради всего святого, Заира—”

Она остановилась и повернулась ко мне лицом, ее платье развевалось. - Ты действительно думаешь, что я помогу тебе предать группу, которая пытается помешать Сокольничим схватить Меченого мага?”

“Я не хочу их предавать! Я хочу выяснить, кто ими манипулирует.”

Глаза Заиры сузились. - Ты сама за ними шпионила?”

- Заира, ты понимаешь, что будет, если мы не сможем выяснить, кто похитил этих детей?- Я ударила кулаком по ладони. - Арденс вспыхнет, и это будет наша вина!”

- Нет, не вспыхнет, - улыбнулась Заира. - Потому что для того, чтобы Арденс вспыхнул, мы обе должны согласиться на это. И мы этого не сделаем, правда?”

Отчаяние сдавило мне горло. Улыбка исчезла с лица Заиры, когда она посмотрела мне в глаза.

“Ты бы так и сделала, - прошептала она. “Ты ведь сделаешь это, правда?”

“Не знаю, - с несчастным видом ответила я. - Заира, я верная дочь Безмятежного Города. Если дож и Совет Девяти дадут мне приказ …”

Ее лицо исказилось от гнева и презрения. “Ты чертова трусиха.”

“Все не так просто!”

Заира сняла перчатку и бросила ее к моим ногам. Она замахала кулаком, Джесс сиял на ее запястье. “Я ношу это, и я все еще делаю свой собственный выбор, ради Гармонии. И ты тоже. Если вы собираетесь сжечь город, возьмите на себя ответственность и сожгите его. Не надо мне молочно-белой мочи делать то, что говорит твоя мама.”

- Заира—”

“Нет. Не говори больше ни слова. Я даже смотреть на тебя больше не могу.”

Она повернулась на каблуках и зашагала прочь, шурша юбками.

Я наклонилась, чтобы поднять ее перчатку, и сделала глубокий вдох, чтобы сдержать свой гнев. Кем она себя возомнила, чтобы так со мной разговаривать?

Ей было легко сказать, что она не сделает этого, но она была достаточно готова сжечь Раверру, когда ей угрожала. Заира осталась в живых. Может быть, ей это и не понравится, но я подозреваю, что если бы от этого зависела ее жизнь, она бы кинула с себя пламя на Арденс. И если дож приказывал, то так оно и было.

Я выпрямилась, держа перчатку, слова вертелись у меня на языке, но Заира исчезла. Затихающее эхо ее модных массивных каблуков исчезло в переулке, который вел в другом направлении, чем мы шли.

Ад отчаяния. Какой-то я была Сокольничей.

Я поспешил за ней и сразу же оказалась на перекрестке. Я всматривалась в каждую сторону, но не видела и не слышала ее. Запах чеснока и вина манил на одну улицу, слабая музыка-на другую; на третьей было темно и тихо. Поколебавшись, я проследила за своим носом. Заира всегда была голодна.

Я прошла мимо пары пьяных торговцев, направлявшихся домой, распевая дуэт, и довольно сомнительного вида кота. Я проследила за вином и чесноком до Городского дома, где все еще горело несколько свечей, но Заиры нигде не было видно. Впрочем, она могла бы пересечь множество перекрестков.

Я повернула за угол, чтобы повернуть назад, оглядывая каждый переулок, мимо которого проходила. Мои шаги глухо отдавались по каменным плитам, преследуя меня в темноте. Еще один поворот, и я не была уверена, что иду в правильном направлении. Шпиль Храма Щедрости маячил передо мной, разрезая полосу тьмы на фоне звезд — но разве он не должен быть справа от меня?

Паника поднялась из моего желудка, как желчь. Она может быть где угодно. Я потеряла своего Сокола на городских улицах, и она вполне могла сбежать. Я не должна была терять бдительность из одной лишь надежды, что теперь она может быть моим другом. Что я скажу Марчелло?

Я остановилась. Конечно. Когда я охотилась за Заирой с Марчелло, я смогла получить представление о том, где она была. Я попыталась успокоить свой разум, заглушая голос, кричащий мне о том, какая я глупая, и ожидая, что кто-то потянет мое внимание.

Туда. К реке, если я правильно ориентируюсь. Теперь мне оставалось только попытаться сориентироваться в правильном направлении. По крайней мере, на этот раз я предусмотрительно приняла свой эликсир перед тем, как отправиться на ночь, и на всякий случай засунула в корсаж трехчасовой флакон с благодатью.

Я шла уже несколько минут, не замечая ее, когда кто-то окликнул меня сзади: “Леди Амалия Корнаро?”

Мое сердце подпрыгнуло в мгновенной надежде, но это был мужской голос, и из всех имен, которые назвала мне Заира, мой настоящий титул не был одним из них. Я обернулась и увидела на улице чью-то фигуру. Было слишком темно, чтобы разглядеть лицо. Он решительно зашагал в мою сторону, меч висел у него на боку.

Внезапно каждая тень показалась мне живой, острой и опасной.

Не говоря ни слова, я пошла прочь так быстро, как только могла, не переходя на бег. Я коснулась кинжала, висевшего у меня на бедре. Меньше всего мне хотелось драться, но если дело дойдет до драки, мне придется сразу же закрыться, чтобы у моего ножа был шанс против его меча. Если предположить, что меч-это все, что у него есть.

Если бы у него был кремневый пистолет, он бы сейчас целился мне в спину.

Мое сердце затрепетало, как пойманная птица. Мои ноги напряглись, чтобы броситься бежать, но я боялась спровоцировать атаку. Мне нужно было найти более оживленную улицу или добраться до безопасного места. Даже таверна сойдет.

Стук копыт заглушал мои быстрые шаги. Передо мной на поперечную улицу выкатилась карета, запряженная двумя черными лошадьми. Слава Милости Судьбы-свидетель. И, возможно, уехать подальше от преследователя, если мне удастся ее поймать.

Удивительно услужливо Кучер остановил лошадей прямо посреди перекрестка, шагах в пятидесяти впереди. Кучер и еще один человек выбрались из кабины.

Я набрала в грудь воздуха, чтобы окликнуть их, но остановилась. В экипаже было что-то знакомое и тревожное.

Это был катафалк.

Мои шаги замедлились. Двое мужчин вытащили из задней части катафалка гроб — пустой, судя по тому, как они его несли. Работая в тишине, они положили его на улице.

Потом они повернулись ко мне.

О, Черт Возьми!

- Возьмите ее, - сказал мужчина, идущий за мной.

Глава 24

Я шагнула в углубленный каменный дверной проем и вытащила кинжал. Все трое двинулись на меня, сжавшись в тугую дугу.

Это был лучший шанс, который я могла получить. Я закрыла глаза и открыла свой медальон-вспышку.

Мои веки покраснели от яркой вспышки света. Трое мужчин выругались от удивления и боли. Я открыла глаза, как только свет погас. Мои противники пошатнулись, моргая, ослепленные.

Это продлится лишь мгновение. Я протиснулась между двумя из них, по пути полоснув одного в живот. Мой нож разрезал его кожаный камзол и, не причинив вреда, повернулся к ребру, но мне было все равно. Я прошла мимо них.

Когда я резко втянула воздух, чтобы позвать на помощь, мокрая тряпка ударила меня сзади по шее. От него пахло мятой.

Сонное зелье. Я отшвырнул его прочь, но мир уже тошнотворно закачался. Мой крик замер на онемевших губах, а колени подогнулись.

Незнакомцы поймали меня прежде, чем я упала на каменные плиты. Я пыталась бороться с ними, но не могла пошевелиться; мое тело было безвольным и бесполезным. Это было все, что я могла сделать, чтобы удержать свой нож.

Если я отпущу Заиру, она поймет, что мне нужна помощь, если вообще заметит возвращение ее сил. Но, учитывая то, как мы расстались, она могла рассмеяться и убежать.

- Осторожно, - сказал один из моих похитителей с резким Ардентинским акцентом. - Сова хочет, чтобы она была цела и невредима.”

Еще один хрюкнул, когда они тащили меня к катафалку. “Мы везем его туда же, куда и сопляков?”

“Нет. К этому человеку особое отношение.”

- Exsolvo, - попытался сказать я. Но получилось как мягкое, с придыханием “Эхххххххххх.”

- Теперь быстро. Нас не должны видеть.”

Они уложили меня в гроб.

Ужас вспыхнул во мне, как огонь в костре, при мысли о том, что крышка закроется, и прожгла онемевшее облако зелья. Мне удалось дико замахнуться рукой с ножом на склонившихся надо мной мужчин. Один из них вскрикнул и отшатнулся, схватившись за лицо.

“Она еще не отрубилась!- Другой сделал выпад и толкнул меня обратно в гроб, прежде чем я успела поднять голову, его лицо исказилось от разочарования вокруг носа, искривленного от предыдущих переломов.

- Быстро, зелье!”

Что-то теплое брызнуло мне в лицо. Но оно не пахла мятой.

Человек со сломанным носом отпустил меня и выпрямился, ругаясь. Мне удалось повернуть голову как раз вовремя, чтобы увидеть, как негодяй, стоявший рядом с ним, съежился, на его губах выступила кровь, глаза остекленели от шока.

За его спиной стояла Заира в вечернем платье, с ножом в руке.

- Эггххссссоффо” - снова попыталась я.

Человек с окровавленным лицом рубанул Заиру мечом. Но светящаяся рябь сотрясла воздух перед ее магическим корсетом, и клинок отскочил от его руки. Выругавшись еще громче, сломанный нос пошарил в кожаном мешочке.

- Что-то ищешь?- Заира подняла стеклянную бутылку.

Я собрала остатки сил и попыталась выпрыгнуть из гроба.

Заира, ухмыляясь, пинком захлопнула крышку у меня перед носом.

На мгновение меня охватила паника, и я безрезультатно толкнула крышку, все еще слишком слабая, чтобы открыть ее. Гроб, казалось, плотно обхватил меня, как будто я была заключена в камень. Я задохнулась от спертого воздуха.

Потом я услышала, как стекло разбилось о крышку. Что-то стукнуло по гробу, и тот отлетел в сторону. В ящик слабо просачивался запах мяты. Я затаила дыхание.

Заира откинула крышку, прижимая оставшуюся перчатку к носу и рту. Она вытащила меня из гроба; я попыталась помочь, но мои конечности тащились, как мешки с песком.

На улице лежали три распростертых тела. Нервные лошади оттащили катафалк на несколько ярдов. В лунном свете поблескивали осколки стекла.

Заира положила мою руку себе на плечи и помогла мне отшатнуться, наполовину таща меня за собой. Когда мне, наконец, пришлось сделать глубокий вдох, свежий воздух очистил мою голову, вернув больше чувств моему телу.

- Тебе повезло больше, чем ты того заслуживаешь. Заира отбросила перчатку в сторону, теперь, когда воздух был безопасен для дыхания, но не замедлила шаг. Мне приходилось бороться, чтобы не отстать. - И Кровавый Меч Благодати Победы, ты бесполезна.”

“Спасибо.- Мне показалось, что я снова овладела своим языком. Мне лучше использовать его с пользой, пока Заира снова не исчезла. “Я не была уверена, что ты вернешься.”

Она бросила на меня свирепый взгляд. “Я чуть не забыла, Приссифейс. Я пыталась решить, вернуться ли в дом Игнацио или бежать, когда ты прошмыгнула мимо моего укрытия, слепая, как нищая, идущая за тобой по пятам. Потом я вспомнила, что если ты умрешь, я тоже умру, если не найду нового Сокольничего. Поэтому я решила, что лучше убедиться, что он не убил тебя.”

- Прости, что я набросилась на тебя. Я должна отдать тебе больше чести.”

Заира хмыкнула. “Я не жалею ни о чем, что сказала тебе. Я имела в виду каждое слово.”

- Я знаю.”

По дальней стороне улицы прошел ночной сторож. Он посмотрел на нас и с отвращением покачал головой. Я с ужасом поняла, что все выглядит так, будто я пьяна, а Заира помогает мне добраться до дома.

Это была еще одна причина для стыда. Но были и другие причины, с которыми я действительно могла что-то сделать.

- Заира— - я сглотнула, чтобы промочить горло. “Тебе лучше знать. Если дож прикажет тебе открыть огонь, а ты откажешься, он убьет тебя. Он сам мне об этом сказал.”

На мгновение Заира замолчала. Потом она пробормотала: "этот старый ублюдок.”

- Мне очень жаль, - сказала я. “Это несправедливо.”

Заира искоса взглянула на меня. - Пожалуйста, скажи мне, что ты все еще не ожидаешь, что все будет честно. Даже ты не можешь быть настолько глупа.”

- Ну, нет. Но я хотела бы, чтобы это было так.”

- Желания ничего не стоят. Ты даже не можешь вытереть о них свою задницу.”

Мне нужно было сказать ей еще кое-что. - И еще одно, Заира. Доминик любит тебя. Сильно.”

- Хватит болтать, - проворчала она. - Побереги силы, чтобы ходить на своих проклятых ногах.”

Но когда я отстранилась от нее, я могла бы поклясться, что она сжала мою руку.

***

К тому времени, как мы подъехали к городскому Дому Игнацио, я уже пришла в себя, если не считать затянувшейся головной боли. Зелье, возможно, и было сильным, но его действие, похоже, длилось недолго.

Беатрикс впустила нас, нервничая, когда брала мое пальто, тени под ее глазами говорили о том, что обычно она давно бы заснула. - Миледи, вас ждет джентльмен. Я сказала ему, что хозяин в постели, но он отказался будить его и уходить.”

Прежде чем она успела закончить, Марчелло ворвался в фойе из передней гостиной, где он явно ждал ее. Он подошел прямо ко мне, бледный, и коснулся моей щеки.

- Амалия! У тебя кровь на лице! С тобой все в порядке?”

Встревоженная, я поднесла руку к лицу. Кончики пальцев были измазаны темно-красным.

“Успокойся. Это не ее дом.- Заира потащила нас в гостиную. - Принесите леди что-нибудь покрепче, - крикнула она Беатрикс. “Три стакана.”

Должно быть, это был тот самый человек, которого Заира ударила ножом. Я вытерла лицо рукавом. Мне действительно нужно было выпить.

- Что случилось?- Спросил Марчелло.

- Меня пытались похитить какие-то люди. Ардентины, судя по акценту.”

“Я нашла, как они запихивали ее в гроб.- Голос Заиры звучал восхищенно. “Хороший трюк. Никто не спрашивает, Зачем ты таскаешь с собой труп.”

Марчелло выругался. “С тобой все в порядке? Они причинили тебе боль?”

“Нет. Они пытались вырубить меня с помощью зелья.- Я все еще чувствовала слабый запах мяты в волосах.

Марчелло достал из кармана мундира носовой платок и протянул мне. Я яростно потерла лицо.

“Мне следовало пойти с тобой.- Страдание исказило голос Марчелло. “Я должен был это сделать.—”

“Это была не твоя вина. Тебя там не могло быть. Все получилось прекрасно.”

Заира сверкнула на него зубами. “Жаль, что нам даже не пришлось никого поджигать.”

- Слава милостям, ты в безопасности.- Его руки обвились вокруг моих плеч в быстром, яростном объятии. Удивление сковало каждый мускул моего хрупкого, как стекло, тела, но все, чего я хотела, это раствориться в его груди и забыть все, что случилось сегодня вечером.

Заира прочистила горло. “Пойду принесу мокрую тряпку. Все, что ты сделала, это размазала кровь вокруг.”

Она ушла. Я мучительно, щемяще знала, что мы были одни.

Марчелло начал отпускать меня. Но я обхватила его руками за талию, удерживая там. С бесконечной осторожностью, как будто я могла разбить нас обоих, я положила голову ему на плечо.

Я почти уткнулась носом ему в шею. Грация Любви, от него хорошо пахло.

Его руки снова легли на место, на этот раз придавая мне форму с нежным теплом. “Ты действительно в порядке, - выдохнул он.

Я могла бы поднести свои губы к его губам. Это было всего лишь пространство в несколько дюймов. Я могла бы взять этот ужасный день, эту жалкую ситуацию и вложить в нее что-то хорошее и чудесное. Я могла бы хоть раз ослабить бдительность и не оставаться одна в своей драгоценной шкатулке мира.

Марчелло погладил меня по волосам, его пальцы запутались в кудрях, которые Беатрикс пригладила для вечеринки. “Почему Грации сделали тебя Корнаро?- прошептал он.

Тяжесть моего имени навалилась на меня, как душный меховой плащ. Я отступила назад, не совсем высвобождаясь из его объятий, но оставляя пространство между нами. - Чтобы мы могли спасти Арденс.”

Звякнуло стекло. Мы отодвинулись друг от друга, и Беатрикс, отведя глаза, поставила поднос с напитками на инкрустированный золотом столик. Она сделала быстрый реверанс и выбежала из комнаты, проходя мимо Заиры.

- Время вышло, голубки” - крикнула Заира. Она без предупреждения швырнула в меня тряпкой; она ударилась мне в лицо холодной и мокрой.

Марчелло пробормотал что-то в свой стакан о том, что они не голубки. Я присела на краешек дивана и принялась вытирать кровь, радуясь, что могу на мгновение спрятать лицо за тканью. Заира схватила бокал с подноса с вином и плюхнулась в кресло, хихикая.

Марчелло тоже сел, глубоко вздохнув, чтобы успокоиться. “У тебя есть какие-нибудь предположения, кто пытался тебя похитить?”

- Сова, - вспомнила я.

- Кто это?- Безучастно спросил Марчелло.

- Да ладно тебе, это слишком просто, - запротестовала Заира. Потом она выпрямилась, словно ее укусила мышь. - Подожди! Сова! Я знаю, что видела сову.”

- Сову?” Я, конечно, не припомню, чтобы видела такую.

Из рукава Заира достала запечатанное письмо. - Вот так! Когда мистер скучный и грубый хозяин выгнал нас, чтобы устроить свою маленькую тайную встречу с тобой, я украла его почту.”

Я вытаращил глаза. - Заира, я думал, ты отказалась шпионить за ними.”

- Она пожала плечами. “Он был груб со мной. Он вел себя так, словно меня не существовало.”

- Но ... ты же сказала, что ничего не узнала.”

“Это потому, что ты меня раздражала.”

Я проглотила несколько слов, которые могла бы сказать. - Вполне справедливо.”

Побелевшие кулаки Марчелло лежали на коленях. “Какое это имеет отношение к сове?”

Заира протянула ему письмо. “Взгляни. Я не могу прочесть письмо, но это ясно.”

Я взяла ее. Печать была оттиском монеты, не более того. Но внизу кто-то грубо нарисовал сову с широко распростертыми крыльями.

- Отличная работа, Заира. Я развернула письмо; печать была уже сломана. Изящный, петляющий почерк занимал полстраницы.

“Что там написано?- Спросила Заира.

"Дорогой Габриэль, - прочел я, - ты можешь отбросить сомнения, которые нашептал тебе брат: похищение детей было настоящим, и виноваты в этом Сокольничии. Официальное расследование подтвердило это, как и наш Рейверран Фокс. Ваш кузен герцог все еще уверяет меня, что не допустит подобного преступления, а Лис говорит о разногласиях в Совете Девяти по этому вопросу. Будь тверд. В доказательство того, что мы можем одержать победу, вы скоро услышите новость о том, что Сокольничий не взял еще одного ребенка Арденса. Когда мы объединяем ваше мужество и страсть с нашей информацией и ресурсами, Раверра не в силах заставить Арденс преклонить колени. Будьте готовы; почти пришло время действовать.- Я просмотрел нижнюю часть страницы. - Она подписана "Сова в Речном Дворце".’”

Заира фыркнула. - Габриэль просто идиот, если он во все это верит.”

Марчелло выпрямился. - Сова в речном Дворце?”

“Так там и написано.- Я передала ему письмо. - Габриэль, кажется, считает, что у него там хорошие связи. Кто бы это ни был, они знали об ультиматуме Дожа, о котором герцог Астор даже не сообщил Совету лордов. Либо сам герцог затеял опасную игру, либо у него есть предатель в ближайшем окружении.”

“И люди, которые напали на тебя, были Ардентинами. Письмо дрожало в его руке. - Амалия, дож может воспринять это как нападение на Империю со стороны Арденса.”

Я уставилась на него. “Нет. О, нет. У нас осталось два дня.”

Заира хмыкнула. “Если этот старый упырь с окровавленными руками ищет оправдания, ему все равно.”

“Мы не можем этого допустить.- Я осушила половину своего бокала. Мне не помешало бы немного подкрепиться; сегодня у меня было достаточно потрясений.

“Он может принять, что это предатель, действующий в одиночку, без ведома или одобрения герцога, - с сомнением сказал Марчелло.

“Может быть. Но последствия, если он этого не сделает, будут слишком ужасными.- Я сделала глубокий вдох. “Мы не можем рассказать ему об этом.”

Марчелло заерзал на стуле. “Я лейтенант отряда Сокольничих. Я должен доложить об этом нападении своему начальству.”

“Тебя там не было, - заметила я. “Тебе нечего сообщить.”

- Он покачал головой. - Это слишком важно.”

“Да, это так. Глаза Заиры горели сдерживаемым огнем. “Если ты сделаешь свой доклад, как хорошая болонка, и твои хозяева решат, что одно плохое яблоко в Арденсе-достаточная причина, чтобы поджечь всю бочку, будет слишком поздно для раздумий и сожалений. Если город превратится в пепел, вы не сможете его сжечь.”

Теперь она уже не казалась такой уверенной, как раньше, когда мы спорили, что она ни при каких обстоятельствах не станет сжигать Арденс. Но если бы я подорвала эту уверенность, то не смогла бы извлечь из нее никакого оправдания — только стыд и ужас.

“Тебе не обязательно докладывать сразу, - предложила я. - Не торопись писать об этом. Отправь его по почте, а не через курьерские лампы. Все, что даст нам больше времени.”

- Время для чего?- Спросил Марчелло. “Мы больше ничего не можем сделать. У нас все еще есть ярый предатель на свободе, пытающийся начать войну — и приближающийся к успеху, чем мы можем остановить их.”

- Пора их ловить. Теперь у нас есть больше улик. Думай.- Я намотала на палец выбившуюся прядь волос, но тут же с отвращением отбросила ее, обнаружив пятнышко засохшей крови. Но это потрясло мою память. “Один из моих потенциальных похитителей говорил что-то о сопляках. Я думаю, что они помогли украсть детей Ардентинской знати.”

Марчелло нахмурился. - Значит, те же самые люди организовали похищение детей фальшивыми Сокольничими, напали на Леми, пытались похитить тебя и манипулируют этими ... ярыми патриотами ... против Раверры. И заговорщики могут включать кого-то из ближайшего окружения герцога.”

Мне не терпелось встать и пройтись по комнате, но ноги все еще дрожали. Вместо этого я ухватилась за подлокотник дивана. - Взять детей и напасть на Леми имеет смысл, если они хотят разозлить обе стороны и спровоцировать войну. Манипулирование Габриэлем тоже имеет смысл; Теневые Джентри будут более эффективно возбуждать гнев против Раверры, если они верят в то, что говорят. Но зачем меня похищать?”

Заира пожала плечами. - Чтобы помешать тебе отпустить меня. Это ведь не такая уж большая война, если я просто сожгу Арденс, не так ли?”

- Похищение меня не удержит тебя в капюшоне, - сказалf я. “Я могу освободить тебя за много миль отсюда. Наш интриган много думал и планировал эту схему. Я не думаю, что они допустят такую грубую ошибку.”

Кулаки Марчелло разжались, озадаченность смягчила гнев на его лице. “А что будет, если тебя похитят?”

- Моя мать убьет их.” Это я знаю по собственному опыту.

“Ну, так ты имеешь его.- Заира махнула рукой. - Они похищают отпрысков некоторых пылких аристократов, чтобы привнести Арденс в войну. Они похищают тебя, чтобы вовлечь Раверру в войну. Все сходят с ума и убивают друг друга, чтобы вернуть своих детей. Наш поджигатель войны живет долго и счастливо. Конец.”

- Милости хранят нас. - Ты права.- Я обмякла под тяжестью осознания. Должно быть, именно это имел в виду Барон Леодра, когда говорил, что мне грозит опасность, если я отправлюсь в Арденс: он знал, что меня собираются похитить.

- И Васкандар пользуется нашим отвлечением, чтобы ударить по нашему флангу и захватить территорию, в то время как наше военное внимание сосредоточено на Арденсе и наша поддержка со стороны наших государств-сателлитов находится под вопросом. Марчелло покачал головой. - Хотела бы я сказать, что это был плохой план.”

“Если бы это был плохой план, мы бы уже остановили его.”

Марчелло развел руками. - Как же нам это остановить? Кроме поисков детей и защиты тебя, что еще мы можем сделать?”

Я глубоко вздохнула. “Мы должны предупредить герцога Астора.”

***

На следующее утро я проснулась рано, когда серый свет смешивался с более серыми тенями, окрашивая мою комнату палитрой неопределенности. Сознание того, что завтра у Дожа крайний срок, сидело у меня в животе, Как жаба.

Я спустилась к завтраку, ожидая увидеть, что никто, кроме слуг, не проснулся. Но, спускаясь по лестнице, я бросила взгляд через гостиную в столовую и увидела, что Заира уже там, положив локти на стол и баюкая чашку кофе. Напротив нее в кресле развалился нежданный гость, с яростной точностью выковыривая пушистую белую серединку из рулона: Джерит Антеллес. Я не слышала, что она ему говорила, но выражение его лица было серьезнее, чем я когда-либо видела, а голос звучал тихо и настойчиво.

Я помедлила у подножия лестницы, отодвинувшись на шаг в сторону, чтобы не попасть в поле зрения через гостиную. О чем бы они ни говорили утром перед тем, как Заира получит приказ сжечь Арденс, я подозревала, что это дело колдунов, и мое присутствие может оказаться нежеланным.

- Надеюсь, вы не возражаете против визита в такую рань.”

Я обернулась и увидела позади себя Балоса. Он согнул свои широкие плечи в извиняющемся поклоне.

“Нисколько. Я в восторге. Что ты здесь делаешь?- Последнее, возможно, прозвучало не так вежливо, как я предполагала, но я не могла понять, как и почему эти двое появились в городском Доме Игнацио, когда я в последний раз слышала, что они вернулись на Конюшню.

Балос усмехнулся. “Мы едем на север, чтобы навестить мать Джерита на ее день рождения. Арденс на пути, так что вчера мы остановились в гарнизоне. Мы решили заскочить сегодня утром, прежде чем отправиться в путь, чтобы поздороваться.”

Мой взгляд метнулся в сторону столовой. “Просто поздороваться?”

Он вздохнул, и его голос упал до рокочущего шепота. “Мы слышали о крайнем сроке завтра. Джерит хотела поговорить с ней.”

“Он когда-нибудь ... - я теребила шнурок на воротнике. - А Джериту приходилось, а …”

“Нет, не город. Глаза Балоса смягчились, превратившись в мрачные коричневые озера. “Но мы повидали немало сражений. Вероятно, хуже всего было несколько лет назад, когда большая банда пиратов преследовала торговлю вдоль Останского побережья. У них был свой маленький флот — пара дюжин кораблей. Когда безмятежная Империя нашла бухту, которую они использовали в качестве базы, они послали нас уничтожить их всех.- Он покачал головой. - Штормовые колдуны движутся медленнее, чем огненные, но для такого прибрежного лагеря, как этот, разрушение в конце концов столь же полное. Он поднял ураган. Многие пираты бежали в глубь страны, когда поняли, что происходит, но многие остались и погибли. После того как Джерит закончил, не осталось ни одной доски, прибитой гвоздями к другой.”

Я судорожно сглотнула. “И что же вы сделали?”

Он поймал мой взгляд. “Это моя работа.”

“Ваша работа.” Я обдумал это. - Быть Сокольничим-не моя работа, Балос.”

- Я знаю, Леди Амалия.- Он одарил меня странной, грустной улыбкой. “А ты знаешь, что у тебя?”

Это был хороший вопрос. Я была наследницей своей матери; можно было бы возразить, что у меня вообще не было работы. Я могла бы дать такой ответ еще месяц назад.

Но теперь я знала лучше. Я была Корнаро, и у меня была работа, которую нужно было сделать.

- Чтобы все исправить, - сказала я. - Чтобы исправить весь этот беспорядок.”

Балос с нарочитой серьезностью поднял руку в знак приветствия. “Тогда сделай это сама.”

Я кивнула, мое сердце забилось быстрее, как будто предвкушая драку. - Я так и сделаю.”

***

“Мне очень жаль, Миледи.- Лакей в вестибюле Речного Дворца выглядел действительно расстроенным, его проворные пальцы терлись друг о друга, как будто трение могло оказаться решением нашей проблемы. - Его Светлость до обеда встречается со своими вельможами. Мне было сказано не перебивать. Но, может быть, завтра утром?”

Я облокотилась на стол чиновника. - У меня срочные новости. Это не может ждать так долго. Достаточно того, что я оставила его до сегодняшнего утра.- Осталось полтора дня. И эта скудная благодать может исчезнуть, если Ардентины затеют драку.

Рядом со мной Заира откинула назад волосы, и Джесс сверкнул на ее запястье. Лицо чиновника побледнело, когда он понял, кто она такая. Он начал что-то бессвязно бормотать.

Прежде чем я успела отчаяться добиться от этого человека хоть какого-то толка, Леди Савони скользнула в прихожую с пачкой бумаг в руках. - Ринальд, они требуют подписи герцога, как только он закончит свои собрания. Леди Амалия.- Ее брови изогнулись дугой. “Что-то случилось?”

Спасибо Милостям. Если кто-то и мог заставить меня встретиться с герцогом, так это она. - Прошлой ночью мы сделали открытие, которое влияет на безопасность Арденса. Ради блага обоих наших городов мне нужно поговорить с герцогом Бергандоном.”

Она подняла очки и посмотрела на меня сквозь них, ее глаза сузились. Затем она кивнула, бросая свои бумаги в скрипторий чиновника. “Очень хорошо. Я тебе верю. Пойдем со мной. Я уговорю его Светлость скорректировать свое расписание.”

***

Леди Савони привела нас в Зал Победы, чтобы мы подождали. На этот раз не было никакого набора пирожных, что было позором, так как Заира, безусловно, отдала бы им должное.

Минут через десять в комнату вошел герцог Астор Бергандон и бросился в кресло напротив нас, раздраженно вскинув бороду. Леди Савони вошла следом за ним, затем закрыла дверь и заняла место позади него с блокнотом и ручкой в руках.

“Надеюсь, это того стоит, Савони, - проворчал герцог. Затем он обратился ко мне: “У тебя есть пять минут до моего возвращения к лорду Ульмрику. Начинай.”

Тогда перейдем к делу. Я произнесла осторожную речь, которую мысленно готовила. - Ваша Светлость, во дворце есть предатель. Один из ваших людей забрал детей и пытался похитить меня прошлой ночью. Они разжигают Раверру и Арденс друг против друга, пытаясь развязать войну.”

Леди Савони выглядела так, словно вот-вот проткнет кого-нибудь пером. - Кто это?”

В то же время герцог Бергандон спросил: “у вас есть доказательства этого?”

- У нас достаточно доказательств.- Я должна была быть осторожна; сам герцог все еще мог быть вовлечен, и Леди Савони тоже была подозреваемой. Я не могла сказать им, откуда мне это известно, пока не была уверен, что они невиновны. “Я пока не знаю, кто это, хотя у нас есть улики, которые мы можем отследить. Но это кто-то из Речного Дворца. Ищите среди своих внутренних советов предателя, Ваша Светлость.”

Костяшки пальцев на подлокотниках кресла побелели. “Если это какая-то попытка вас, Раверранских угрей, заставить меня не доверять моим собственным людям ... …”

Заира издала лающий смешок. “С какой стати Раверре беспокоиться, кому ты доверяешь?”

Взгляд герцога впервые упал на Заиру. Его брови слегка нахмурились. Потом он заметил Джесс.

Он вскочил на ноги. “Ты привела ее сюда? Это что, угроза? Как ты смеешь!”

Заира пошевелила пальцами, смеясь, когда он вздрогнул.

- Ваша Светлость! Успокойтесь!- Я держала руки сложенными на коленях, крепко сцепив пальцы. - Заира со мной, потому что не было времени на другие приготовления, и я не нарушаю закон Светлой Империи. Пожалуйста, садитесь.”

Он явно овладел собой, но продолжал свирепо смотреть на Заиру. “Вы принесли оружие войны в присутствие герцога.”

Заира фыркнула. “Если ты думаешь, что я должна быть в твоем присутствии, чтобы убить тебя, ты глубоко ошибаешься.”

Прежде чем герцог успел разразиться гневом, я повысила голос, чтобы прервать этот разговор. “У нас мало времени, ваша светлость, и мы должны придерживаться сути. Я пришла предупредить вас об этом предателе и сообщить, что неизвестные лица при вашем дворе используют вас, пропавших детей и всех нас, Ваша Светлость, чтобы развязать войну.”

“И все же ... - начал герцог.

- У Леди Амалии нет причин лгать нам, Ваша Светлость.- Голос леди Савони плавно перерезал его. - То, что она говорит, имеет смысл. Я предлагаю вам перестать искать врагов в Раверре и Васкандаре и искать их поближе к дому. У вас есть свои противники в суде; это может быть также попыткой свергнуть вас.”

Спасибо Милостям. Она поддерживала меня. - Конечно, Леди Савони. Хорошо сказано.”

“И если вы простите меня, Леди Амалия, ваши пять минут истекли. Леди Савони поклонилась в знак извинения, ее очки изящно закачались на золотой цепочке. “Ваша Светлость, хотя я чувствую, что это более важно, Лорд Ульмрик станет холериком, если мы оставим его надолго.”

Герцог Астор сердито посмотрел на нее. - Знайте свое место, Стюард. Не отвечайте за меня так.”

Леди Савони напряглась. Ее блокнот захлопнулся.

- Несмотря на вмешательство моего стюарда, она права. Герцог поднялся на ноги. Мы с Заирой последовали его примеру. “Мне действительно нужно вернуться к лорду Ульмрику. Мы должны продолжить эту дискуссию завтра. А пока я подумаю и проведу собственное расследование. Мне не очень нравится мысль о предателе при моем дворе, но я согласен, что это может кое-что объяснить. Я благодарю вас за то, что вы обратили на это мое внимание.”

Я присела в реверансе. “Я только хочу узнать правду, Ваша Светлость.”

- Надеюсь, что да. До завтра, Леди Амалия.”

Леди Савони последовала за ним из комнаты, сделав небрежный реверанс в нашу сторону. По тому, как мрачно сжались ее челюсти, она поняла все значение моей новости и приняла ее всерьез.

Поскольку завтра на закате у Дожа был крайний срок, я могла только надеяться, что и герцог тоже.

***

Когда мы проходили через Зал Красоты, я заметила принца Рувена, который разговаривал с взволнованным Габриэлем Бергандоном. Принц казался расслабленным, на его лице играла веселая улыбка; грудь Габриэля вздымалась, как будто он был на грани взрыва, как гора Энтал.

“Наверное, нам стоит посмотреть, что это такое, - сказала я.

Попасть в зону слышимости было нетрудно. Габриэль почти кричал. Мы были не единственными людьми в Зале Красоты, которые остановились, чтобы послушать.

“Это оскорбление достоинства вашего благородного дома, а также теплых отношений, которые Арденс всегда поддерживал с Васкандаром!- Габриэль развел руками, выступая перед публикой. - Что Империя осмелится обыскать ваши комнаты, как будто вы обыкновенный преступник! Если они так мало уважают королевскую власть, как мы можем поверить, что они уважают свой собственный народ? Мы не можем этого допустить!”

Рувен похлопал Габриэля по плечу, как ребенка, который сказал что-то не по годам развитое. “Отлично. И я желаю тебе удачи, мой друг. Но для меня это не имеет значения.”

“Как ты можешь стоять здесь так спокойно, когда лакеи Империи рыщут грязными пальцами по твоей собственности?- Спросил Габриэль.

- Потому что они не найдут у меня ничего такого, с чем можно было бы так плохо обращаться.- Улыбка тронула губы Рувена, его глаза сузились, как у кошки, когда сливки давно проглочены. “Я хотел сказать тебе, мой дорогой друг — что покидаю Арденс и, если уж на то пошло, Империю. У меня был прекрасный визит, но, боюсь, я злоупотребил гостеприимством.- Его глаза блуждали по толпе, его магическая метка вспыхивала фиолетовым. “Может, у меня и нет всего, что я хотел, но зато есть то, за чем я пришел.”

“Но ты же не уйдешь сейчас, - возразил Габриэль. “Только не в этот критический момент, когда Арденс нуждается в том, чтобы ты вместе с нами выстоял против Империи.”

- Я уверен, что мы еще встретимся.- Рувен отвесил ему изысканный поклон. “А теперь, с вашего позволения, мой экипаж уже упакован и готов. Добрый день, лорд Габриэль.”

Он повернулся и направился к выходу сквозь бормочущую толпу, оставив Габриэля смотреть ему вслед, как брошенная собака.

“Приближается.- Заира потянула меня за руку. “Мне не нравится, как это звучит.”

Я тоже не знала. "У меня есть то, за чем я пришел", - сказал Рувен.

“Быстро.- Я развернулся в противоположном направлении. “Нам нужно проверить библиотеку.”

- В библиотеке? Ты что, с ума сошла?”

Я не стала дожидаться ответа и побежала в Зал Мудрости. Заира выругалась и последовала за мной, проталкиваясь сквозь толпу придворных, все еще гудевших от возмущения Габриэля и ухода Рувена.

Мы застали Венашу, выходящую из библиотеки под золоченой аркой, с книгой под мышкой, с усталостью в глазах.

- Амалия!- Она просияла. “Я как раз возвращалась к Алеки. Что ты—”

- Взаимодействие магии, - перебил я ее. “Он все еще здесь?”

Венаша зажмурилась. - Полагаю, что да.”

“Ты можешь проверить? Быстро?” Я почти танцевала на месте. Рувен сказал, что его экипаж уже в пути; у нас было не так много времени.

Она резко кивнула. “Конечно. Подожди здесь.”

“Почему, - спросила Заира, обрывая каждое слово, - ты гоняешься за книгой? Теперь?”

- Потому что если принц Рувен вернет ее в Васкандар, он сможет использовать ее, чтобы вызвать извержения всех вулканов в горах Ведьмволла, превратив границу в пустошь пепла и огня.”

“О. Заира захлопнула рот. “Тогда продолжай.”

Венаша вскоре поспешила назад, лицо ее было бледно. Мое сердце упало на несколько этажей от выражения ее лица. - Венаша, пожалуйста, не говори мне. …”

- Похоже, принц Рувен любит эротическую поэзию. Она покачала головой, лицо ее помрачнело. - Она исчезла.”

Глава 25

Я выругалась.

“Приближается. Заира повернулась к выходу. “Прошло не так уж много времени. Мы все еще можем поймать его и сломать его самодовольную челюсть.”

- Спасибо, Венаша. Я повернулась и быстрым шагом направилась к воротам дворца вместе с Заирой. - Он сказал, что его экипаж уже в пути. Если он действительно собирался уехать из города, книгу можно было бы упаковать туда, если бы он взял ее раньше — а первый том почти наверняка там.”

“Тогда отвлеки его, - сказала Заира. - Держи его подальше от кареты как можно дольше. Я принесу книгу.”

Мы вышли на яркий солнечный свет, заливающий площадь шести фонтанов. В дальнем конце его выстроилась вереница карет, ожидающих гостей во дворец. Черная карета, вырезанная в гладких асимметричных изгибах, стояла среди них, как ворона среди голубей, украшенная на боку венцом Васкандарского дерева.

Принц Рувен был на полпути через площадь, направляясь к своей карете, целеустремленно шагая и что-то держа под мышкой.

Я не стал ждать, что сделает Заира. Я поспешила перехватить его, шурша нижними юбками. Почему я всегда натыкалась на Рувена, когда была зашнурована в совершенно непрактичное платье?

- Принц Рувен!- позвала Я.

Он остановился и обернулся. Улыбка, расплывшаяся по его лицу, была напряжена от злобы.

- Леди Амалия, - приветствовал он меня. - Какая удача встретить вас здесь. Я боялся, что упущу свой шанс попрощаться с вами.”

Я уже догнала его. Я поняла, что у меня нет плана, что сказать, чтобы отвлечь его, и понятия не имею, сколько времени понадобится Заире. “Вы, кажется, достаточно готовы, чтобы уйти. Вы давно это планировали?”

- Мой отъезд?- Он скромно развел руками. - Я не самоотверженный герой, Леди Амалия. Я достаточно хорошо чувствую ветер, чтобы понять, в какую сторону дует огонь. У меня нет никакого желания быть в Арденсе, когда он сгорает дотла.”

Я вытаращила глаза. Его жест показал предмет, который он нес, без всякой видимой попытки скрыть его: "Взаимодействие магии, том Второй".

“Ты украл эту книгу, - упрекнула я его.

- Вот эту? Он взглянул на нее с преувеличенным удивлением, как будто видел впервые. “Я и забыл, что держу его в руках.”

Я выпрямилась. - Эта книга принадлежит герцогской библиотеке. Если ты не хочешь унизить свою королевскую кровь позором воровства, принц Рувен, докажи, что ты джентльмен, и верни ее.”

Я протянула ему руку. Он склонил голову набок, разглядывая меня так, словно я была диковинным созданием, выставленным на обозрение в зверинце. Затем он вздохнул с преувеличенным пафосом. “Мне больно, что вы так низко меня цените, Леди Амалия. Очень хорошо.- К моему удивлению, он протянул мне книгу. “Если это, конечно, восстановит мое положение в ваших глазах. Возьмите это.”

Я потянулся за ней. Мои пальцы вцепились в кожаную обложку, стараясь держаться подальше от его пальцев.

И они замерли там. Я не могла выпустить книгу, как не могла пробить дыру в каменных плитах площади.

Рувен усмехнулся. - Кожа - это тоже кожа, Миледи. Это создает эффективный мост из плоти, не так ли?”

Роящееся покалывание его магии распространилось вверх по моей руке и мимо запястья, онемев до локтя.

“Как ты думаешь, - процедил я сквозь зубы, - что это даст?”

“Я надеялся, что мы станем союзниками, Леди Амалия, а может быть, и больше. Но теперь я вижу, что этому не суждено случиться.- Он покачал головой с явным сожалением. - Несмотря на мое уважение к тебе, обстоятельства сделали нас врагами. И если ты мой враг, почему бы мне не убить тебя сейчас?”

Вереница муравьев, казалось, ползла вверх по каждой жилке на моей руке, к сердцу. Я все еще не могла оторваться от книги.

Он уважал власть; я не должна показывать страха. - Потому что если ты убьешь меня, то начнешь войну.”

Улыбка Рувена стала шире, превратившись в чистую, ослепительную радость. - С этой книгой мы будем готовы к войне.”

“Это середина площади, средь бела дня. Есть сотня свидетелей.”

Рувен пожал плечами. “Ни один из них не находится достаточно близко, чтобы остановить меня или хотя бы увидеть что-то неладное. Я уже покидаю империю. Мне приятно, если они узнают, что я могу убивать.”

“Я могу освободить своего огненного колдуна.- Как только эти слова слетели с моих губ, я тут же пожалел о них. Он не должен гадать, где Заира.

Но он казался совершенно беззаботным. - Хорошо! Может быть, она сожжет полгорода, и кто-нибудь ее прикончит. Если Васкандар не может иметь огненного колдуна, то мы определенно не хотим, чтобы он был у Раверры.”

Жар исходил из моей руки, как будто кто-то просунул осколки раскаленного металла через мое запястье. Я стиснула зубы.

“Знаешь, я могу расплавить твои кости и заставить тебя все время стоять тихо и неподвижно, - непринужденно сказал Рувен. “Я могу испортить тебя изнутри, и никто не узнает, что мы не обсуждали эту книгу. Или я могу просто остановить твое сердце.- Он похлопал меня по руке, лежащей на обложке книги. “Итак, в конце концов, несмотря на то, что ты носишь великое и ужасное имя Корнаро, ты всего лишь одна женщина. Ты не ровня мне, носящему магическую метку и обладающему властью над всем, чем ты являешься.”

С разговором было покончено. Я слышала это в его голосе. Еще мгновение-и он убьет меня.

Я должна была бы испугаться. Но его слова пробудили что-то глубоко в моем сознании.

Он ошибался. Я знала это так же точно, как знала, когда один из моих профессоров вывел неверный расчет на настенной доске.

- Нет, - ответил я. “Я не одна такая женщина.”

Рувен проверил то роковое слово, которое он собирался произнести. Он склонил голову в легком любопытстве. - А?”

Я улыбнулась ему в ответ, и это была убийственная улыбка. - Я и есть Империя.”

Мне всегда было интересно, что же окружало мою мать с такой осязаемой силой. Что позволило ей ворваться в комнату, полную сотни людей, и заставить ее замолчать, не сказав ни слова. Что делало ее неуязвимой, недосягаемой, как и сами Грации, так что ее враги в отчаянии пытались причинить мне боль, потому что знали, что не смогут прикоснуться к ней.

Теперь я чувствовала, как она поднимается во мне, как вода в лагуне во время прилива. Безмятежность.

- Мои шаги отдаются эхом от шагов легионов.- Я встретилась с ним взглядом. - Мое дыхание-ветер, наполняющий паруса армад.”

Покалывающий жар перестал распространяться по моей руке. Самоуверенная усмешка на лице Рувена дрогнула.

- Шепот тысячи шпионов наполняет мои уши всеми твоими мелочными планами. И мои глаза несут магическую метку сотен Соколов.- Я шагнула к нему. “Ты находишься в пределах моих владений. Даже если ты убьешь меня, это не имеет значения. Ты не сможешь убежать от моих курьерских ламп. Десятки моих миль отделяют вас от границы, и десятки моих крепостей. Я-Империя, и я уничтожу тебя.”

Рувен отступил на полшага. Потом он взял себя в руки. Долгое мгновение он молчал, наблюдая, оценивая.

Потом он рассмеялся. “О, очень хорошо.”

Он выпустил книгу. Она всей тяжестью упала мне на руку, и я едва успел ее поймать. Моя рука снова была моей собственной.

“Я многому научился у этой твари.- Он пренебрежительно махнул рукой в сторону книги. “Мне это больше не нужно. И я полагаю, что ты достаточно интересна, чтобы прожить еще немного.”

Он повернулся к своему экипажу. - Следи за своими границами, о владычица империи, - бросил он через плечо. “Ты скоро поймешь, что твоих легионов, армад и Соколов недостаточно.”

Я смотрела ему вслед. Чувство силы, которое наполняло меня, снова исчезло, оставив меня опустошенной и потрясенной. Интересно, так ли чувствовала себя Заира, когда огонь покинул ее?

Заира. Насколько я знал, она все еще была в карете. Я двинулась к ней, сердце подскочило на полпути к горлу.

Но лакей принца Рувена уже впустил его. Дверь с васкандранским гербом захлопнулась. Кучер щелкнул вожжами, и лошади тронулись с места.

Когда карета отъехала, Заиры нигде не было видно.

Я подошла к тому месту, где он стоял, тупо уставившись на пустую улицу. Другая карета остановилась, чтобы заполнить пространство, выпуская молодую придворную с высоко уложенными волосами в Лорейкийском стиле, работающую с фруктами и цветами.

“Сюда, - позвала Заира.

Я обернулась и увидела, что она сидит на краю одного из шести фонтанов. Грация Щедрости танцевала с обнаженными детьми в бронзе позади нее, вода лилась из кувшинов, которые они несли. Юбки придворного платья Заиры расползлись вокруг нее. Она выглядела готовой к пикнику, а не к краже.

Я подошла к ней с некоторой тревогой. Руки, которыми она оперлась о край фонтана, были пусты.

“Ты получила книгу?- Спросила я ее.

Заира пожала плечами. “Ну, я не умею читать. Так что я не знаю.”

Нетерпение билось в моей груди, как воздушный змей, пытающийся освободиться от веревки. - Я вздохнула. “У тебя есть какая-нибудь книга?”

“Никакой книги, нет. Заира усмехнулась и раздвинула юбки, показывая уголок обтянутого кожей сундука, который они прикрывали. “На всякий случай я схватил их все.”

Я не могла остановиться. Я быстро обнял ее за костлявые плечи. “Ты великолепна.”

“Тьфу. Ты что, собака? Слезь с меня.- Но она улыбалась, отталкивая меня. “И я знаю, что я гениальна. Тебе потребовалось достаточно много времени, чтобы понять это.”

***

Вернувшись в городской Дом Игнацио, мы открыли багажник. Я вытащил книги одну за другой на обеденный стол. Марчелло, который присоединился к нам на обратном пути в гарнизон после встречи с Леди Терринджер, рассортировал их по предполагаемым владельцам. На некоторых были библиотечные знаки или книжные таблички из частной коллекции; другие, возможно, были куплены честно. Но у всех у них была одна общая черта.

- Боевая магия Древней Осты ... достижения в военно-морском искусстве ... и вот книга Доминика.” Я отложил "Взаимодействия Магии", первый том, в сторону от остальных, чтобы вернуться к нему. “Это все книги, содержащие военную магию. Рецепты смерти и разрушения.”

Заира присвистнула. - Хорошо, что я схватила их всех, не так ли?”

Марчелло перевернул книгу, вглядываясь в название. - Замки, укрепления и защитные сооружения. Некоторые из них могли бы дать ему идеи о том, как преодолеть защиту Империи.”

- Значит, дело не только в вулкане.- Заира ткнула пальцем в Книгу, словно ожидая, что та ее укусит. “Твой Васкандранский друг отправился в литературный поход по магазинам, чтобы выучиться и начать войну с Империей, полной Соколов.”

- Некоторые из этих знаний опасны.- Марчелло взял экземпляр "Магии смерти: смертельная Алхимия и смертельная хитрость". - Сколько всего этого он хранит в своей памяти? Может, нам ... - он сглотнул. - Можем ли мы с чистой совестью позволить ему перенести это воспоминание через границу?”

“Вы имеете в виду убить его, - решительно сказал я.

- Я доброволец. Заира подняла руку. “Если когда-нибудь и было лицо, которое я хотел бы зажечь в огне, так это его.”

Наверное, даже хорошо, что я не сказала ей, что он признался в том, что нанял Ортиса. “Это не наша работа, чтобы убить людей. Мы можем доложить о случившемся дожу и Совету, и если они захотят убить его до того, как он достигнет границы, они это сделают.”

Марчелло вздохнул и опустился в кресло в столовой. “Я не вижу, чтобы он успокоился и больше не доставлял нам хлопот. Как бы мне лично не нравилась эта идея, я думаю, что полковник сказал бы, что это наш шанс убедиться, что он не будет проблемой в будущем.”

“Я не уверена, что моя мать согласится.- Я посмотрела на груду опасных книг. “Я не сомневаюсь, что мы еще услышим о Рувене. Но его убийство тоже имеет последствия. Его отец будет недоволен. А Рувен-это, по крайней мере, известная величина. Кажется, теперь я его понимаю. Если он умрет, мы понятия не имеем, кто или что займет его место.”

“Ничего хорошего. Марчелло потер виски. - И Грации запрещают, чтобы попытка провалилась, и он бежит, а в голове у него полно ядовитых змей, жаждущих мести.”

“Значит, ты собираешься отпустить его. Заира ссутулилась в кресле, измученная отвращением в линиях ее конечностей.

“Конечно, мы здесь. Мы не убийцы, - сказала я. - Отпустит ли его Совет Девяти-это другой вопрос.”

“Это определенно шайка убийц.- Заира просияла. - Может быть, они насадят его голову на пику в назидание другим. Тогда я все еще могла бы поджечь его лицо.”

“Он тебе не очень нравится, да?”

- Фу, нет.- Она вздрогнула. - Кроме того, он был ублюдком для Алеки.”

“По крайней мере, я чувствую себя лучше, когда его нет рядом.- Марчелло начал аккуратно складывать книги. - Больше никакого васкандранского вмешательства. Просто доморощенное Ардентинское предательство.”

“О, я уверена, что у него все еще полно пальцев в Ардентинском пироге.- Я плюхнулась в кресло рядом с Марчелло. - Жаль, что ты не нашла Джесса в его карете, Заира.”

- Его там не было. Я посмотрела.”

“Если он его не брал, нам нужно выяснить, кто это сделал, и быстро. Но у нас осталось не так уж много зацепок. Вот только ... - я выпрямилась, вспоминая. - Леди Савони дала мне список людей, которые могут иметь информацию. Я еще не со всеми поговорила.”

Я выудила сложенную бумагу из ножен кинжала и разгладила ее на столе. Ее список имен, написанных изящным, петляющим почерком, уставился на меня.

В этом почерке было что-то знакомое. Завиток букв "Л“, то, как она перечеркнула свои" и "косой чертой ..." у тебя все еще есть это письмо, Марчелло? То, что от Совы?”

Марчелло моргнул. “Я думаю, оно все еще может быть в моем пальто.- Он порылся в кармане, потом вытащил его. - Извини, оно немного помялось.”

Я разложил его на столе рядом со списком имен Савони. Сходство было несомненным.

- Черт возьми, - сказала я. - Это почерк Савони.”

Глава 26

Конечно. У леди Савони был доступ к герцогу, ресурсы и знания Арденса, необходимые для осуществления этого плана. Она обладала организаторскими способностями, умом, целеустремленностью и стремлением быть за всем этим. Я даже видела, как она разговаривала с бароном Леодрой в Ардентинском посольстве в Раверре. Как она думала, что эта ситуация закончится хорошо для Арденса, я не могла себе представить — но это просто означало, что в ее плане было больше, чем мы знали.

"Это не тот заговор, о котором ты думаешь", - сказал Леодра.

Марчелло склонился над письмом. - Милость милосердия. Ты уверена?”

“Я не могу быть уверена.- Я просмотрел мятые страницы. “Но это, конечно, выглядит именно так.”

Заира положила ноги на другой стул и развалилась, заложив руки за голову. “Тогда скажи герцогу, что его верная сучка-предательница.”

- А он тебе поверит?- Спросил Марчелло, нахмурившись.

- Наверное, нет, - призналась я. “Даже если мы покажем ему письмо, кому он будет доверять: женщине, которая была его голосом и руками все эти годы, или врагам, которые хотят сжечь его город? Мы могли бы получить от нее подписанное признание, и он все равно, вероятно, выслушал бы ее вместо нас.”

“Мы не можем просто игнорировать это.- Марчелло начал расхаживать по комнате.

“Может быть, нам удастся связать ее с пропавшими детьми.- Я беспокоилась из-за шероховатости на подлокотнике. - Найти их - это все еще ключ и к спасению, и к убеждению Ардентинского двора.”

Заира пожала плечами. - Так что следуй за ней.”

- Следовать За Леди Савони?”

- Нет, горничной с кухни. Заира закатила глаза. “Конечно, я имела в виду серую гарпию. Она знает, что ты уже близко, верно? Но ты не выдала, что знаешь, что это она.”

- Только потому, что тогда я этого не понимала.”

- Да, потому что ты настолько безнадежна в уловках, что тебе приходится брать уроки у неграмотного огненного колдуна. Но дело в том, что когда кто-то беспокоится о том, что его поймают, первое, что он делает, это проверяет все свои свободные концы.- Она прошлась пальцами по ладони в пародии на бешеную беготню. “Как только герцог выпустит ее из дворца, ты можешь поспорить на свою чертову жизнь, что она поспешит на встречу со всеми своими людьми, щелкнет кнутом над нашими вчерашними похоронными друзьями и проверит, как там маленькие потерянные дети. Застегивая все наглухо.”

Марчелло потер подбородок. “Это неплохая идея. Я пошлю туда солдат.—”

- Нет, - перебила его Заира. - Милостивый государь, не больше ваших жалких очевидных солдат. Их наверняка поймают. Я сделаю это.”

“Ты не можешь выйти в город одна.”

“Я приведу ее.- Заира ткнула в меня большим пальцем. - Если придется. Но не более того. Если мы начнем парад, она заметит.”

Марчелло покачал головой. - Это подвергнет Леди Амалию опасности.”

Я выпрямилась. - Лейтенант Верди, вы обладаете многими замечательными качествами, но ваша чрезмерная заботливость к ним не относится.”

Он моргнул, как будто я дала ему пощечину. “Но за тобой охотятся похитители.”

- И Заира доказала, что способна справиться с ними.- Хотела бы я сказать то же самое о себе. Мои щеки горели, но я продолжала настаивать. “Я не собираюсь сидеть взаперти в этом городском доме, как ... как …”

- Как птица в клетке? Глаза Заиры сверкнули жестким светом.

- Ну, да. И более того, Заира-единственная, у кого есть навыки, чтобы сделать это, и если она пойдет, я должна пойти с ней.”

“Мне это не нравится. Плечи Марчелло поникли. “Но ты права. Это должно быть сделано.”

Я взяла его руку и сжала ее. “Я буду осторожна.”

Он коснулся моих пальцев большим пальцем, беспокойство омрачило его лицо. Моя рука согрелась, как солнечный круг.

Когда мы вернемся в Раверру, мне снова придется держать его на расстоянии. Это знание резало меня изнутри, как будто я проглотила разбитую глиняную посуду.

Я повернулась к Заире, чтобы не наделать глупостей. “Итак, как же нам последовать за ней так, чтобы она этого не заметила?”

Заира вздохнула. - Грации милосердны. Я тебя научу. В конце концов, я карманница.”

***

Первое, что я узнала о слежке за кем-то, было то, что это ужасно утомительно, когда не надо никуда идти.

“Должен же быть какой-то лучший способ сделать это, - вырвалось у меня наконец, после трех часов поиска различных предлогов, чтобы бездельничать на площади шести фонтанов перед Речным Дворцом с Заирой. Леди Савони по-прежнему не было видно, но мы могли бы не заметить ее, если бы она вышла из дворца через второстепенный вход или если бы толпа на площади скрыла ее из виду.

Заира порылась в большом мешке, который принесла с собой. “Абсолютно. Иди попроси свою маму одолжить нам дюжину шпионов, и пусть они сделают это за нас.”

“Что бы занять несколько дней, чтобы договориться. И вообще, мы не знаем, кому можно доверять.”

“Ну что ж, тогда для разнообразия ты сможешь продержаться и один день.”

Я пожалела, что с нами нет Марчелло, несмотря на возражения Заиры. Он отправился в гарнизон, чтобы отправить сообщение дожу через курьерские лампы, сообщив ему о наших открытиях. Он решил пока ограничиться фактами, оставив наши предположения в стороне, пока мы не получим больше информации.

Наконец Заира заметила Леди Савони, которая шла через площадь шести фонтанов, направляясь на север, к реке.

- Вот, неси это.- Заира сунула мне в руки свой мешок. Оно не было тяжелым-мягкое и легкое, как будто набитое тканью, - но было неудобным.

- Почему я? И вообще, что это такое?- Спросила я, когда мы поспешили за своей добычей.

- Потому что иначе твои движения и поза будут кричать, что я веду себя подло. Таким образом, все, что они могут сказать, это то, что я что-то несу.- Ее косой взгляд рассмешил меня. “Это все равно что засунуть ребенку в рот конфетку, чтобы он не сказал глупостей.”

“Я вижу, ты все продумала, - проворчала я. Но она была права: я не могла слишком много думать о том, чтобы вести себя небрежно, потому что слишком беспокоилась о том, как удержать покосившийся мешок, не уронив его.

Заира на удивление хорошо все спланировала, учитывая, что у нее был всего час на подготовку. Через несколько минут, следуя на приличном расстоянии за Леди Савони, она вытащила из сумки пару шляп и велела мне перекинуть ее через плечо.

“Чтобы изменить твой силуэт, - объяснила она. “На случай, если она заметила нас.”

Первым местом, где остановилась Леди Савони, был городской Дом Габриэля. Наверное, мне не следовало удивляться. К счастью, через дорогу была небольшая таверна, и мы с Заирой сидели за столиком у окна, потягивая вино и закусывая мясными пирогами, пока Леди Савони наносила ей визит.

Заира посмотрела на улицу и хмыкнула. “Я почти боялась, что лейтенант-любовничек попытается проследить за нами, но, похоже, мы чисты.”

“Он бы этого не сделал. Он нам доверяет.”

“Ты хочешь сказать, он тебе доверяет.”

“Нет. Ну, да, но он не доверяет мне держаться подальше от неприятностей. Он верит, что ты защитишь меня.”

“Да. Заира откинулась на спинку стула и принялась обдумывать услышанное. “Правда, несколько недель назад он решил бы, что я перережу тебе горло и брошу в "Арден". Может быть, он наконец-то засунул эту пику себе в задницу.”

Пожалуй, это самое лестное, что она когда-либо говорила о Марчелло. Я не нашлась, что ответить, и некоторое время молча смотрел в окно на дверь Габриэля. Леди Савони по-прежнему нигде не было видно.

- Нам повезло, что она не взяла карету, - сказала я.

- Карета? Заира фыркнула. “Она не настолько глупа. Кучер будет знать, где она была, и она будет слишком выделяться. И кроме того, я бы поставила на то, что она посетит улицы, слишком узкие для кареты, прежде чем закончится день.”

- Интересно, о чем она говорит с Габриэлем?”

Заира не сглотнула, прежде чем ответить, и я был угощена видом жевания мясного пирога. “А что бы ты сделала, если бы твой план оказался под угрозой?”

- Перешла к следующему шагу. Продвигая план вперед, пока не станет слишком поздно, чтобы остановить его. Я уставилась на витиеватую резьбу над дверью Габриэля, как будто в ней можно было найти ответы. “Она, вероятно, следит за тем, чтобы Ардентины были достаточно раздражены прямо сейчас. Тогда ей остается только сделать что-то, чтобы заставить Раверру перейти грань войны.”

Это была единственная часть, которую я все еще не понимала: почему она хотела войны? Неужели она действительно верит, что Васкандар поможет Арденсу обрести независимость? Была ли это какая-то игра власти, чтобы вернуть герцогский Трон, который потеряли ее предки? Предупреждение Леодры крутилось у меня в голове, как вращающаяся монета; я не могла угадать, выпадет ли она орлом или решкой, и судьба империи могла зависеть от того, выиграю ли я Пари.

Заира ткнула меня вилкой, привлекая мое внимание к себе. “Мы уже знаем их план по освобождению Раверры.”

- А?”

- Похищение тебя.”

Мясной пирог тяжело лежал у меня в животе. Она была права.

И если я не буду осторожна, то могу последовать за Леди Савони прямо в их руки.

***

Когда Леди Савони вышла из городского Дома Габриэля, на ее лице застыло целеустремленное выражение. Когда мы вышли из таверны, на нас были разные куртки, благодаря сумке Заиры.

Улицы, по которым мы шли, становились все уже и грязнее по мере того, как мы следовали за Леди Савони в менее привлекательные кварталы города. Вскоре она выглядела совершенно неуместно в своем прекрасном сером платье и золотых очках; люди, мимо которых мы проходили, смотрели на нее с сомнительным расчетом. Мы с Заирой надели для этого случая одежду торговцев и неплохо вписались, по крайней мере, на мой неопытный взгляд.

“Избавься от сумки, - пробормотала Заира, настороженно оглядываясь по сторонам.

- Что? Но в нем есть и наша маскировка.”

“Это не маскировка. И я не хочу, чтобы кто-то думал, что у нас там есть что-то, что стоит украсть.”

Она взяла у меня мешок и при первой же возможности швырнула его в пропахший мусором переулок. Я предполагала, что кто-нибудь найдет его и сочтет одежду неожиданной удачей.

Когда Леди Савони вошла в грязную алхимическую лавку, Заира поспешила мимо нее. Мне ничего не оставалось, как последовать за ней.

“Она зашла в тот магазин.- Я остановил себя, чтобы не показать пальцем.

- Я знаю. Но мы не можем пойти прямо за ней, идиотка.”

Заира завела нас за угол, подождала немного, а потом снова повела мимо магазина. Она остановилась на приличном расстоянии от него, прислонилась к стене, сняла ботинок и тщательно осмотрела его на предмет камней. Пока она осматривалась, я размышляла, не был ли этот алхимик источником мятного зелья.

- Перестань пялиться на дверь магазина, ради всего святого, - проворчала Заира.

Леди Савони недолго оставалась внутри. Вскоре после того, как она вышла, двое грубоватых мужчин вышли из магазина в противоположном направлении, к нам-в том числе один со знакомым сломанным носом.

“Не высовывайся, - прошипела Заира. Я наклонилась, чтобы проверить подошву своего ботинка, за неимением лучшей идеи, мое сердце колотилось. Я не смел дышать, пока они не прошли мимо нас.

“Я догадываюсь, куда они направляются, - пробормотала Заира. “Я бы поостереглась темных переулков, когда ты пойдешь домой сегодня вечером. Пошли, пока мы не потеряли ее из виду.”

Вскоре мы уже были на пути к улицам менее сомнительного характера. Время обеда уже почти наступило, как напомнил мне мой желудок; торговцы и ремесленники толпились на улицах, направляясь домой или в свою любимую гостиницу. Они скрывали нас от Леди Савони, но также затрудняли наблюдение за ней.

К тому времени, когда Леди Савони остановилась у простой деревянной двери кирпичного склада, улицы были погружены в густую тень. Она отперла дверь и вошла внутрь, как простой торговец, собирающийся осмотреть свой товар.

Как только дверь за ней закрылась, Заира остановилась на улице. В этой стене не было окон, поэтому мы не боялись, что нас заметят.

“Как ты думаешь, что она там делает?- Спросила я, переминаясь с ноги на ногу. Когда небо потемнело, я начала сомневаться в разумности пребывания в городе, когда меня разыскивают вооруженные негодяи. Заира была грозным союзником, если бы захотела, но у них было время подумать, как с ней справиться.

Заира нахмурилась, глядя на дверь склада. “Даже не знаю. Когда она уйдет, мы должны войти и выяснить.”

“Но как мы туда попадем? Она заперта.”

Заира подняла бровь. Не говоря ни слова, она дала мне понять, что, хотя моя наивность уже давно перестала ее удивлять, я все еще нахожу новые способы разочаровать ее.

Мое лицо потеплело. “Очень хорошо, значит, ты можешь нас впустить. Но что, если там кто-то есть?”

- Тогда мы постараемся, чтобы нас не заметили. А если нас увидят, заткнись и дай мне блефовать. Давай. Мы не хотим, чтобы она заметила нас, когда выйдет.”

Заира затащила нас в переулок на другой стороне улицы. Я надеялась, что мой друг со сломанным носом не устроился так же напротив Городского дома Игнацио; я бы уже опоздала принять свой эликсир. Если бы мы задержались подольше, мне пришлось бы использовать мой трехчасовой флакон с благодатью.

“После этого мне нужно вернуться в городской Дом, - пробормотала я Заире.

“Мы все равно потеряем ее, когда будем исследовать склад.- Она вздохнула. - Надеюсь, мы не пропустим ничего хорошего. Но, по крайней мере, у тебя есть подтверждение, что она сова.”

Заира не сводила глаз с двери напротив. Они искрились жизнью и возбуждением, и румянец заливал ее щеки. Она выглядела более здоровой, чем когда я впервые встретила ее — менее болезненно худой, хотя она никогда не была ничем иным, как тощей — и ее волосы имели богатый блеск.

Было бы легко убедить себя, что я поступила правильно, надев на нее Джесс. Но у нее никогда не было выбора.

- Кстати, спасибо, - тихо сказала я. - За то, что помогла мне с этим.”

- Она пожала плечами. - Это гораздо веселее, чем сидеть целый день в каком-нибудь скучном богатом доме.”

“Значит, ты счастлива?”

Она повернулась ко мне, удивленно выгнув брови. - Счастлива? Что это за вопрос такой?”

- Ну ... я хочу, чтобы ты была счастлива.- Я ненавидела свою неловкость и неловкость в голосе. Но я выдержал ее взгляд, желая, чтобы она поняла, что я говорю серьезно.

Через мгновение ошеломленный смех сорвался с ее губ. - Только идиоты и собаки бывают счастливы. Но я наслаждаюсь собой.”

Она вернулась к наблюдению за дверью. Я не знала, что на это ответить, поэтому смотрела вместе с ней.

Когда Леди Савони вышла, на ее лбу появилась морщинка отвращения. Она поспешила вниз по темной улице в направлении Речного Дворца, качая головой. Мы подождали, пока она уйдет на несколько минут, затем подошли к двери склада.

Заира посмотрела на замок. - Встань так, чтобы меня не было видно, на случай, если кто-нибудь пойдет по улице. Если ты кого-то увидишь, не прыгай, как идиотка. Просто скажи мне тихо.”

Она протянула руку и вытащила шпильки из волос. Это были не обычные шпильки, а с крючками на конце. Я устроилась так, как только могла, а она присела на корточки и принялась за работу.

- О, это очень просто. В Арденсе должно быть больше гордости. Не прошло и полминуты, как Заира встала и снова воткнула шпильки в волосы.

- Она не заперта?”

- Нет, я просто поправляю прическу. Конечно, она не заперта.- Она понизила голос. - А теперь двигайся как можно тише, но не ходи на цыпочках и не крадись. Если кто-то увидит, что ты прячешься, это будет гораздо хуже, чем если бы ты вела себя так, как будто ты принадлежишь ему.”

Она на мгновение приложила ухо к двери. Затем она открыла ее и шагнула внутрь.

Я последовал за ней в тусклый пустой коридор. Несколько масляных ламп горели в канделябрах на левой стене; круглые зеркала на правой стене удваивали свет. Заира тихонько прикрыла за нами дверь. Она двинулась вперед, не издавая ни звука.

Что-то в зеркалах меня беспокоило. Круглые, как глаза …

- Подожди, - прошипела я, хватая за волосы Заиру.

Она повернулась и посмотрела на меня, но я указал на зеркала. Их окружали руны, вырезанные на деревянных рамах. Искусственные руны.

Заира покачала головой, отступая ко мне. “Я ничего не знаю о магической защите, - прошептала она. “Никто не был достаточно богат, чтобы иметь их в Сале.”

Я покосилась на руны. Было достаточно темно, чтобы их трудно было разглядеть. - Мы не можем блокировать свет. Если мы прерываем путь света и он не попадает в зеркало, мы попадем в ловушку.”

“А что будет потом?”

“Даже не знаю. Давай не будем выяснять. Я согнулась пополам, стараясь держаться подальше от зеркал, и пошла по коридору. Заира последовала за мной.

Дверь в конце коридора была новой, необработанной и незаконченной, если не считать еще одного рунического круга, намалеванного черной краской.

“Что все это значит?- Нервно спросила Заира.

Я рассматривала руны. - Дверь не откроется, пока ты не нажмешь на кнопку круга.”

Заира вздохнула. - Будь оно проклято. Вот почему замок был так прост.”

Я прикусила губу, мысленно прослеживая линии круга. Я пробормотала руны себе под нос.

“Ты можешь что-нибудь с этим сделать?- Спросила Заира. “В этом есть какой-то фокус, как с зеркалами?”

“Возможно.”

"Я открою только ключом", - сказали руны. Но заклинание было наложено в спешке и без особых раздумий. Я подозревала, что это необученный мастер, не обладающий достаточной силой для магической метки. Они нарисовали слишком большой круг; руны свободно рассыпались вокруг него. Мои учителя никогда бы не допустили такой небрежной работы.

С помощью искусственного круга руны диктовали правила магии, так же как золотая проволока и бусины на Джессе Заиры определяли законы заклинания, которое связывало нас вместе. Но с таким слабым и небрежным кругом эти правила можно переписать заново.

“У тебя есть чернила или уголь?- Спросила я у Заиры.

- Зачем мне таскать его с собой?”

- Потому что это полезно.- Я оглядела коридор, но не увидела ничего, чем можно было бы писать. - Полагаю, мне придется использовать кровь.”

- Что?!- Заира отстранилась, как будто я могла хотеть ее.

Я вытащил кинжал из ножен и порезал кончик пальца. Осторожно, с линиями более точными, чем беспорядочные каракули мастера, я начертила новые руны в одном из этих больших, неаккуратных промежутков в круге. Я несколько раз сжала палец, чтобы выдавить еще больше алых капель по мере надобности.

Я открою только без ключа.

Просто. Улыбнувшись, я достала носовой платок, вытерла Кинжал и палец и вложила его в ножны. “Этого должно хватить.”

“И что же ты сделала?”

- Магия, - сказал я.

Я открыла дверь.

Комната за ней была высокой и пустой. Слабый серый свет падал из узких окон в двадцати футах от пола, освещая пыльное помещение. Кладовая была достаточно большой, чтобы использовать ее для верховой езды, но сейчас в ней было только несколько ящиков, сложенных в углу. Пятна воды на каменном полу тянулись к круглому водостоку в центре комнаты, наводя на мысль о протекающей крыше или, возможно, бывшей мастерской по крашению тканей.

“Здесь никого нет, - прошептала Заира. Медленными, осторожными шагами она направилась к ящикам.

В канализации что-то шевельнулось. Черви. Белые черви, поднимающиеся и извивающиеся. Я подавила крик.

Нет. Только не черви. Пальцы.

Маленькие бледные пальцы, просунувшиеся сквозь решетку водостока, обвились вокруг металлической решетки.

Глава 27

Заира, - выдохнула я. - О, Благодать. Смотри.”

Она послушалась и выругалась.

- Алло?- Послышался детский голос из пустого стока. “Там кто-то есть?”

Я быстро подошла к круглой решетке. Теперь уже две пары маленьких пальчиков тянули за прутья решетки. Большие глаза смотрели на меня с бледных, изможденных лиц. Мой желудок сжался.

“Это не ты нас кормишь.- Надежда вошла в чистый, высокий голос маленькой девочки, сжимающей прутья решетки. Ей было не больше восьми. Мальчик с перепачканным лицом протиснулся рядом с ней, еще моложе, и еще теснее, их лица были в тени. Я не могла сказать, сколько именно.

“Ты здесь, чтобы спасти нас?- спросил мальчик. - Уже пора?”

Я опустилась на колени у водостока и протянула дрожащую руку, чтобы коснуться холодных пальцев, которые тянулись ко мне.

“Как я могу вытащить тебя оттуда?- Я вздохнула.

“Здесь есть подвал.- Девушка махнула рукой в сторону, мимо остальных. - Там была дверь, и нас провели через нее. Но они его замуровали. Теперь они передают нам еду через решетку, по кусочкам.”

- Заира, - тихо позвала я. “Ты можешь открыть эту дверь?”

Она не ответила. Я обернулась. Она стояла, прижав кулаки ко рту, с широко раскрытыми от ужаса глазами.

- Заира!”

Она встряхнулась, как мокрая собака, и подошла к водостоку.

“Я не могу открыть ее без инструментов.- Ее голос прозвучал сдавленно. “Нам придется вернуться.”

“Она сказала, что нас спасет мужчина, - сказал мальчик дрожащим голосом. “Вы обе девочки.”

- Кто это сказал?- Спросил я. - Леди, которая только что была здесь?”

“Да. Та, что в серой маске.”

Теневая Джентри маска. Возможно, она хранила ее в ящиках.

В канализации послышалась возня.

- Хватит толкаться!”

“Я хочу посмотреть!”

“Ты собираешься нас выпустить? Неужели уже пора?”

Я попыталась просунуть руку сквозь решетку, но не смогла просунуть больше пальцев. Маленькие ручки взметнулись вверх, чтобы коснуться их, одна за другой; один маленький кулачок сжался вокруг моего большого пальца. У меня защипало в глазах, и мне пришлось сглотнуть, чтобы заговорить.

- Дама в маске сказала, что тебя спасет мужчина?”

Крошечные Тельца плотно прижались к девочке, и полдюжины пар глаз уставились на меня, но она вцепилась в свое место в центре. “Да. Она сказала нам, что скоро, когда придет время, придет человек, который спасет нас и вернет к нашим родителям. Но мы должны подождать.”

- Какой мужчина?”

“Она не сказала.”

“Она сказала тебе что-нибудь еще?”

Кивки шевельнули тени внизу. - Да, - ответил мальчик. “Имя.”

“Она снова и снова просит нас вспомнить имя того, кто нас похитил, - подтвердила девушка.

“Меня тошнит от этого, - раздался сзади тонкий, сильный голос. - Меня не волнует это имя. Я хочу домой.”

- Обязательно, - пообещала я. “У нас нет инструментов, чтобы открыть это сейчас, но я клянусь, мы скоро вернемся. Мы вытащим вас отсюда.”

Еще несколько пальцев коснулись моих, цепляясь за них. Улыбки растянули их бледные лица. Мне было невыносимо видеть, как Надежда загорается в их затравленных глазах.

“Какое имя она велела тебе запомнить?- Спросил я.

- Габриэль Бергандон, - хором произнесли они, словно в школе.

Я уставилась в канализацию. Тени сгущались по мере того, как последние серые лучи исчезали с неба; становилось все труднее разглядеть их лица. - Габриэль?”

“Она нам сто раз говорила, - пожаловался ребенок на заднем плане. - Ненавижу это имя.”

“Я думаю, она лжет, - сказала девушка.

“Ты умная девочка, - сказал я. “Так и есть.”

Так вот чего хотела Леди Савони от Габриэля и Теневых Джентри. Чтобы поднять Арденс с оружием в руках против Раверры, а затем использовать их в качестве козлов отпущения.

“Нам нужно идти.- Заира схватила меня за руку. - Каждый момент, когда мы остаемся здесь, это момент, когда мы можем быть пойманы, и тогда никто не спасет этих детей. Нам нужно убраться отсюда к чертовой матери, захватить твоего солдатика и кое-какие инструменты и вернуться сюда, чтобы положить этому конец.”

“Как тебя зовут?- Спросил я у маленькой девочки.

- Джаслин.”

“Меня Падрис!- сказал мальчик.

“Я Мирель!- крикнул другой. И еще больше имен, перебегающих друг через друга, пока я не смогла удержать их все. Больше дюжины.

“Меня зовут Амалия, - представилась я. - Клянусь тебе жизнью, мы вернемся так быстро, как только сможем, чтобы вытащить вас отсюда.”

“Не уходи!- крикнул голос из канализации, словно игла вонзилась мне в сердце.

“Она должна, - прошептала Джаслин. “Вы слышали. Они пойдут за инструментами и вернутся, чтобы освободить нас.”

“Да. Обещаю, мы скоро вернемся.”

“Если появится эта сука в маске или вошь, которая тебя кормит, не говори им, что мы были здесь, - приказала Заира. - Ведите себя так, будто ничего странного не случилось, а то они спрячут вас где-нибудь в другом месте, и мы не сможем вас найти. Поняли, сопляки?”

В темноте внизу бледные пятна лиц кивнули.

“Мы этого не забудем.”

- Скорее назад!”

“Я хочу домой!”

- Обязательно, - пообещала я.

Вырвать руку из этих цепких пальцев было хуже, чем сунуть ее в огонь. Я встала и повернулась, ненавидя каждое движение, которое уводило меня от них. Ненавидя себя за то, что оставила их позади.

- Пошли, - проворчала Заира. - Давай вытащим их оттуда. А потом я хочу, чтобы ты освободила меня, чтобы я могла сжечь это место дотла.”

Я не могла заставить себя не согласиться.

***

“Сначала мы скажем герцогу Астору, - сказала я, когда мы поспешили к Речному Дворцу. - Это зашло слишком далеко.”

В дверях богатых домов горели светильники, пробуждаясь с уходом солнца; свечи и лампы мерцали золотом в окнах среднего класса. Все оживленные звуки вечера поднялись в воздух: разговоры и смех людей за обедом, трели музыки из открытой таверны. От запаха мяса, приготовленного на травах и вине, у меня заурчало в животе. Но ничто из этой жизни и света не могло изгнать круг тьмы в моем сердце, из которого с надеждой смотрели огромные глаза.

“Лучше всего добраться до герцога раньше, чем это сделает совиная сука, - согласилась Заира. “И я даю тебе только равные шансы добраться до дома твоего дяди. Наши мятные друзья наверняка будут ждать тебя там.”

- Может быть, герцог позволит мне воспользоваться его фонарями, чтобы отправить послание дожу, пока мы будем во дворце.- Хотя я не могла задерживаться слишком долго. Сейчас я была в порядке, но мой эликсир не мог ждать всю ночь в глубине моего гардероба.

“Ты уверена, что его Остробородая Грация не замешана в этом деле? Если это так, то идти во дворец-огромная ошибка.”

“Я так не думаю. Мы поспешили через реку Арден по старому Каменному мосту, между рядами магазинов, закрытых на ночь. - Откровенно говоря, он недостаточно умен. И если бы это был его план, Леди Савони смогла бы покинуть Речной Дворец намного раньше сегодня, и нам не пришлось бы ждать снаружи так долго.”

“Я полагаю, что если бы герцог хотел войны, ему не нужно было бы подталкивать и манипулировать людьми, как бабушке-свахе, - уступила Заира. “Он мог бы начать все сам. И все же, если нам придется выжигать себе путь наружу, я готова.”

Я недоверчиво подняла брови. - Да, огненный колдун, бушующий в Речном Дворце, - это именно то, что нужно в этой деликатной ситуации.”

Заира ухмыльнулась так, что я не нашла в этом ничего утешительного.

***

Стражники у ворот дворца впустили нас, услышав имя Корнаро. Мы прошли через Зал Красоты и поднялись по парадной лестнице в покои герцога с неумолимой целеустремленностью, которую ни один слуга или чиновник не осмеливался бросить вызов, несмотря на одежду торговцев на нас.

Поднявшись по лестнице, мы оказались в вестибюле, заполненном стражниками и лакеями. Тот же самый робкий чиновник из моего предыдущего визита подошел к нам, трепеща руками и с тревогой глядя на Заиру.

“Мне нужно немедленно увидеться с герцогом, - сказала я ему. “Где он?”

- Его Светлость удалился в свои покои, Миледи.”

Я выпрямилась, пытаясь вернуть себе ту безмятежную уверенность, с которой раньше смотрела в лицо Рувену. “У меня срочное дело. Судьба самого Арденса может зависеть от новостей, которые я принесла. Я должна поговорить с герцогом.”

Теперь внимание всей комнаты было приковано ко мне. Стражники, скорее декоративные, чем функциональные в своих золотых мундирах, стояли по стойке смирно. Лакеи перешептывались, прикрываясь руками.

Чиновник сглотнул и поклонился. “Очень хорошо, Миледи. Один момент. Я спрошу, может ли он вас видеть.”

Он прошел мимо дверей, ведущих в покои герцога, бросив последний нервный взгляд через плечо. Я держалась спокойно, лишь с большим усилием удерживаясь от того, чтобы не подпрыгнуть от нервной энергии. Охранники наблюдали за нами, но не с подозрением, а как кошка за трепещущим листом в окне.

Молчание в прихожей затянулось. У меня было такое чувство, что по крайней мере двое лакеев собирались идти обедать, но теперь они не могли этого сделать, пока мы не ушли. Один из них наконец выпрямился, словно вспомнил о важном поручении, и зашагал прочь с преувеличенной целеустремленностью; другой задумчиво смотрел ему вслед.

Наконец чиновник вернулся. Он приветствовал нас глубоким поклоном.

- Его Светлость примет вас в Зале Победы, Миледи. Лакей открыл мне дверь, ведущую в Зал Щедрот, первый из нескольких залов для аудиенций в герцогских апартаментах.

Светильники горели на стенах и потолке Зала Щедрости, освещая богатую резьбу и фрески и придавая душу лицам темных масляных картин, висевших в золоченых рамах на стенах. Но сама комната была тихой и пустой. Лакей закрыл за нами дверь, оставив нас одних. Я колебалась, но Заира зашагала к дальней двери, ее сапоги звенели по мраморному полу. “Который из них Зал Победы? Следующий?”

- Последний, - сказал я.

Мы прошли через Зал Щедрот в Зал Величия, где слава Бергандонов отражалась в барочном убранстве их позолоченного тронного зала. Портреты великих Бергандонских герцогов прошлого смотрели на нас с темных стен, осуждая выскочку Раверру, который властвовал над их городом.

Последняя дверь вела в последний зал, Зал Победы. Я сама толкнула дверь.

Герцог, в некотором роде, ждал нас там. Но он больше никого не увидит. И он был не один.

Леди Савони стояла в центре комнаты с кинжалом в руке.

Герцог Астор Бергандон растянулся у ее ног, его золотой камзол был залит свежей кровью.

Глава 28

Ты вынудила меня, Амалия Корнаро.”

Леди Савони бросила окровавленный кинжал к моим ногам. Он скользнул по мраморному полу и уперся мне в ботинок. “Убийца.”

- Ты убила его.- Слова с трудом вырвались из моего горла. Я была похожа на простака, но ничего не могла с собой поделать — так же, как не могла отвести взгляд от бедного Астора Бергандона, который лежал на полу, скрючившись и уставившись мертвыми глазами на фреску на потолке, изображавшую Грацию Победы с ее пылающим мечом. - Ты была его голосом и руками, и ты убила его.”

“Благодаря тебе. Он осудил бы меня как предателя, я не могу этого допустить. Вместо этого он умрет мучеником, убитым Сокольничим из Раверры.”

- Давайте сделаем полный комплект. Заира вытащила Кинжал. “Ты можешь умереть, убитый Соколом.”

Прежде чем я успел оправиться от шока, Заира прыгнула на Леди Савони, сверкнув ножом. Она врезалась в более высокую женщину, и они оба, пошатываясь, упали на мраморный стол.

- Отпусти меня!- Воскликнула Заира. - Позволь мне сжечь ее!”

Я вытащила свой собственный Кинжал. “Нет. Это только укрепит нашу вину.”

Леди Савони вскрикнула, когда нож Заиры нашел ее руку, а на рукаве расцвела кровь. С удивительной силой она отшвырнула Заиру в сторону; та приземлилась на кучу стульев, унося с собой два из них.

“Отлично. Леди Савони посмотрела на свою кровоточащую руку. - Это придаст мне еще больше уверенности. Спасибо.”

Она бросилась бежать, вбегая в зал величия, крича: "стража! Охрана! Убийство!”

Заира с проклятиями вскочила на ноги. - Беги! Пока за нами не погнался весь дворец.”

Она бросилась к дальней двери. Я последовала за ней, паника ускорила мои шаги. Мы прорвались через еще одну роскошную комнату, затем свернули направо в комнату, заполненную столами клерков и бумагами. Заира распахнула окно, которое выходило на раскинувшиеся сады.

“Мы должны прыгнуть.- Когда она высунулась наружу, в окно ворвался холодный ночной воздух. “Это недалеко. Давай.”

Заира свесила ноги с края окна и спрыгнула вниз. Громкий шорох внизу подсказал, что она приземлилась в кустах.

Громкий шум прокатился по дворцу, приближаясь, как Разбивающаяся Волна, полный криков, хлопанья дверей и воплей возмущения. Теперь до него оставалось не больше нескольких комнат. Я вздохнула и прыгнула за ней.

Я врезалась в живую изгородь, которая царапала и колола мои руки и ноги. Я выкатилась из нее и увидела, что Заира уже бежит прочь через сад. Я побежала за ней; мой рост позволял мне бежать быстрее, но она была быстра. На мгновение мне показалось, что я не смогу догнать ее и буду брошена на растерзание разъяренным охранникам, как олень, спасающийся от гончих. Но, дойдя до рощицы, Заира свернула на улицу, идущую перед Речным Дворцом, и замедлила шаг.

К тому времени, как я добрался до нее, мои ноги дрожали, а дыхание участилось, хотя мы пробежали совсем немного. “Что ты делаешь? Ты направляешься на открытую улицу!”

Она сняла куртку и бросила ее под куст. Понимая, я сделала то же самое. - Улица-лучшая защита, чем сады, - сказала она отрывисто. “Там никто не знает, что нас разыскивают.”

Она вывела нас широким кругом на улицу, не обращая внимания на крики и крики тревоги, все еще доносившиеся из дворца. Когда мы вышли на дорогу, она шла быстро, но ровно, только напряженная линия ее плеч выдавала, что что-то не так.

- Перестань так дышать, - пробормотала она мне. “Мы больше не бежим.”

Я с трудом сдерживала дыхание. Это было нелегко; я должна была сосредоточиться на каждом вдохе, что было трудно, учитывая тот факт, что я начинала чувствовать головокружение. Края моего зрения поплыли и расплылись.

Мой эликсир переставал действовать. Я пропустила свою дозу.

Теперь я не мог позволить себе упасть в обморок и ослабеть. Я подождала, пока внимание Заиры не сосредоточилось на приближающейся компании полупьяных гуляк, поющих, обняв друг друга за плечи, затем выудила из-за корсажа свой аварийный флакон. Крошечная металлическая бутылочка прохладно лежала на моей ладони.

Заира оглянулась. “За нами никто не следит. Еще.”

Я щелкнула восковой пробкой большим пальцем, выпустив сладкий аромат аниса. Я проглотила эликсир одним глотком, прежде чем Заира успела что-либо увидеть.

“Нам нужно вернуться в городской Дом Игнацио, - сказала я. Мне нужна была полная доза эликсира, прежде чем закончится трехчасовая отсрочка. Хотя пройдет еще какое-то время, прежде чем я окажусь в реальной опасности от яда, я не могу позволить себе потерять эту ночь на выздоровление. Только не тогда, когда завтра истечет срок ультиматума Дожа.

“Ты с ума сошла? Заира улыбнулась женщине, которая бежала за ней по пятам с маленькой собачкой, но в ее шепоте слышался яд. “Именно там они будут искать нас в первую очередь!”

“Я не убийца и не собираюсь вести себя как убийца.” Но я чувствовала себя таковой. Страх и ужас пробежали по моим венам в ритме пульсирующей крови. Лампы над дверными проемами открывали меня врагам своим золотым светом; но тени были не лучше, угрожая неизвестными опасностями.

“Настолько, насколько Арденс обеспокоен сейчас, мы-убийцы. Они собираются послать за нами солдат. И ты знаешь, каковы будут приказы герцога, если они это сделают.”

Да. Мой желудок скрутило. “Но если мы развяжем твой костер, Леди Савони получит свою войну.”

“Если мы этого не сделаем, она позаботится о том, чтобы ты погибла в драке, и все равно получит свою войну. Наш единственный шанс - не попасться. Я с этим справлюсь, я умею не попадаться. Ты подумай, что мы будем делать дальше.”

Я попыталась привести в порядок свои мысли. “Мы не можем просто прятаться. Нам нужно связаться с Леди Терринджер и гарнизоном. Безмятежная Империя на нашей стороне.”

- Империя может быть на нашей стороне, но наш враг контролирует весь Арденс. И ты знаешь, что у нее есть люди, которые поджидают тебя в засаде, когда ты вернешься домой.”

Я колебалась. Моя мать говорила мне снова и снова, что эликсир должен оставаться тайной, чтобы враги не узнали о моей уязвимости. Но было бы довольно трудно просить о помощи, если бы никто не знал, что случилось.

“Мне нужно кое-что в городском Доме Игнацио, - сказала я наконец. “Это очень важно.”

Заира всплеснула руками. “Великолепно. Но меня не убьют из-за тебя. Если на нас нападут, ты должна освободить меня на этот раз.”

“Ты можешь незаметно провести нас в городской Дом?”

- Она вздохнула. “Возможно. Я постараюсь.”

***

Заира заставила меня заплатить паре проходящих мимо Лорейкийских торговцев возмутительные суммы за пару эффектных шляп с перьями и накидок с мантильями. Когда мы были в квартале от Городского дома Игнацио, она остановилась, чтобы сгрести грязный пепел с улицы, и потянулась к моему лицу.

“Что ты делаешь?- Я отстранилась.

“Они ищут женщину, - сказала она. - Стой смирно и берись за усы, как подобает мужчине.”

Я застыла от унижения, когда она размазала черное по моему лицу, чтобы приблизиться к усам и маленькой заостренной бородке.

- Вот, - сказала она. “Теперь ты настоящий Лорейкийский джентльмен.”

Я дотронулась до перьев, свисавших с моей шляпы. “Я чувствую себя идиоткой.”

“Ты тоже на нее похожа. Но сейчас темно, так что это может сработать. Попробуй ходить с важным видом, ладно?”

Лучшая развязность, которую я могла придумать, была ближе к пьяному шатанию. Но, возможно, это послужило хорошей маскировкой, потому что мы беспрепятственно добрались до дверей городского Дома. Беатрикс, открыв ее, ахнула и начала захлопывать дверь снова при виде нас, но Заира шагнула вперед и помахала Джессем перед ее лицом.

“Это я, идиотка! А это Леди Амалия, - прошипела она. - Впусти нас, быстро!”

Рассыпавшись в извинениях за то, что не узнала нас, Беатрикс с поклоном пригласила войти. Она закрыла и заперла за нами дверь, по настоянию Заиры.

- Игнацио дома?- Потребовала я ответа.

“В своем кабинете, Миледи.”

- А Лейтенант Верди? Он уже прибыл?” Он должен был приехать сюда после того, как закончит свои дела в гарнизоне.

- Я здесь, - крикнул Марчелло от двери в гостиную. “Ты— - он замолчал, уставившись на меня.

Моя рука потянулась к грязному усатому лицу. Жар поднялся от шеи ко лбу.

- Ну разве она не прелесть? Заира хихикнула.

- Я рад, что с тобой все в порядке.- Он шагнул ко мне, облегчение согрело его глаза. Я подняла руку между нами-Беатрикс наблюдала — и наши пальцы на мгновение переплелись, прежде чем разъехаться.

- Может быть, выпьем, Беатрикс?- Предположила я.

Она присела в реверансе, но что-то тревожное промелькнуло в ее глазах, прежде чем она ушла. Чувство вины? Боже милостивый, как это похоже на мою мать-иметь шпиона в доме своей кузины. Она могла бы сообщать о каждом взгляде, которым мы с Марчелло обменивались. Мой желудок скрутило. Неужели я только что запечатала его назначение на васкандранскую границу?

Сейчас у меня не было времени беспокоиться об этом.

“Мы нашли детей, - сказал Я Марчелло. - А Леди Савони убила герцога.”

- Что?”

“Она повесила его на Ее Светлость, - услужливо добавила Заира. “Кто-нибудь, вероятно, скоро появится, чтобы арестовать нас, и в этот момент я полагаю, что мой приказ-поджечь их.”

Марчелло пошарил за спиной, словно в поисках стула, но нашел только стену фойе. Он прислонился к ней, и на его лице отразилось ошеломленное отчаяние. “Значит, мы проиграли. Если Арденс пошлет солдат за Соколом и наследником Корнаро, начнется война. Мы не можем остановить это сейчас.”

- Это не может быть правдой. Я вздернула подбородок. - Арденс ничего подобного не делал. Леди Савони-предательница и убийца. Мы не можем привлечь весь город к ответственности за ее действия.”

Заира фыркнула. “Ты опять притворяешься, что мир справедлив. Как ты думаешь, это будет иметь значение для Дожа?”

Марчелло откинул волосы назад и прижал ладонь ко лбу, как будто мог впихнуть в него мысли получше. “Я должен доложить об этом. Нам нужно отступить в гарнизон, послать сообщения через курьерские лампы дожу и Светлейшему Посланнику - хотя Леди Терринджер больна, так что кто знает, получит ли она вообще свое—”

“Ждать.- Я тронула его за руку, чтобы остановить. “А что там насчет Леди Терринджер?”

Он поднял на меня затуманенные отчаянием глаза. - Пока тебя не было, пришла записка. Она серьезно заболела. Я не знаю подробностей, но, очевидно, она даже не могла написать записку сама.”

Я прикусила губу. “Никто не говорил, что она заболела сегодня утром.”

“По-видимому, это произошло неожиданно, - сказал Марчелло.

Заира скрестила руки на груди. “Ну, это явное отравление, если я когда-нибудь о нем слышал.”

- Время более чем подозрительное, - согласилась я. - Может быть, Игнацио сможет ей помочь. Но, похоже, какое-то время Безмятежный Посланник нам не поможет.”

Марчелло с мрачной решимостью выпрямился. - Ситуация катастрофическая, но мой долг ясен. Мне нужно доставить вас обоих в целости и сохранности в гарнизон, а затем связаться с Раверрой. Дож и Совет Девяти могут решить, что делать дальше.”

“Чепуха. Заира сердито посмотрела на него. “Ты чертовски хорошо знаешь, что они решат.”

“Дож и Совет не являются кровожадными поджигателями войны, - заметила я. “Они могут и не броситься в атаку. Но даже если они этого не сделают, это оставит Савони контролировать город, с легким возмущением убийством герцога, чтобы поддержать ее против Раверры, и все ее планы и инструменты все еще на месте. Мы будем за городом, прячась, как беглецы, выглядя виноватыми и не имея возможности остановить ее.”

Марчелло развел руками. “Мы не можем здесь оставаться. Этот городской дом вряд ли выдержит осаду. Если мы не отправимся в гарнизон как можно скорее, она прикажет вас арестовать или убить. Тогда она точно получит свою войну.”

Заира усмехнулась, но в ее оскале не было ни капли юмора. - О, мы могли бы немного задержать ее. Если она придет сюда в поисках драки, я дам этой суке именно то, что она хочет.”

Марчелло покачал головой. “Мы должны отступить к гарнизону. Мне это не нравится, но у нас нет выбора. Я пошлю сообщение дожу и ... и удостоверюсь, что Истрелла закончила свои пушки.”

Отчаяние в его опущенных плечах ударило меня, как пощечина. Заира, по крайней мере, выглядела готовой к бою, но блеск в ее глазах был как у загнанного в угол животного, которому нечего терять. У них не было ни идей, ни надежды.

Я полагала, что это зависит от меня.

Я сказала Рувену, что я-Империя. На мгновение я ощутила огромную власть, которая когда-нибудь будет принадлежать мне. Но этот поток тек в обе стороны. Теперь мы были единственными глазами и руками империи в этот критический момент и в этом месте, в этой переломной точке над огненной бездной.

Мы не могли уйти. Мы были нужны Арденсу. Васкандар наблюдал, ждал, был готов. Раверра полагалась на нас, чтобы удержать вместе последние нити спокойствия империи.

И еще кое-кто нуждался в нас.

- Нет, - ответила я.

Марчелло нахмурился, словно собираясь возразить.

Я подняла руку, чтобы заставить его замолчать. “Нет. У нас еще есть время.- Я повернулась к Заире. - Джаслин, Падрик и остальные ждут нас. Мы не можем их подвести.”

Она резко кивнула, ее глаза заблестели.

- Это плохо, но это еще не конец. Савони паникует и импровизирует.- Странное чувство силы наполнило мою грудь, теплее, чем холодная мощь Империи. Если бы мне пришлось выбирать двух людей, которые помогли бы мне спасти Арденс, я могла бы сделать гораздо хуже. “Пока мы сохраняем голову, у нас есть преимущество. Мы можем это сделать.”

- Каким образом?- Марчелло все еще сомневался.

- Сначала я поговорю с Игнацио. Он может отправиться во Дворец Посланника и использовать лампы курьера, чтобы сообщить дожу, а затем использовать свои политические связи в Арденсе, чтобы попытаться распространить правду о Леди Савони и убийстве герцога и сохранить спокойствие.”

- Быстро скажи ему, а потом мы освободим детей из этой ямы.- Заира сердито посмотрела на меня. - Не заставляй их ждать, пока ты будешь болтать с вялыми придворными.”

- Да, - согласилась я. - Мы направляемся прямо на склад и освободим детей. Это должно было дать повод пылким аристократам поверить и нам.- Я перевела дух. - Тогда мы все расскажем Доминику. Он двоюродный брат герцога, и его очень любят, и он пользуется репутацией политического нейтралитета. Возможно, у него хватит влияния, чтобы заставить Савони арестовать себя, чтобы Раверре не пришлось силой отбирать у нее город. Тогда мы сможем отправиться в гарнизон.”

Марчелло нахмурился. - Амалия, ты же знаешь мои приказы на этот случай: покинуть город, связаться с дожем и, если понадобится, применить силу.”

- Твои приказы не предполагали убийства герцога.”

- Это не то, чего хотел бы от меня полковник.- Его голос построил стену, но она была из песка, а не из камня. Его глаза сияли зеленым светом от прилива.

- Полковника здесь нет.- Я знала, что должна сказать, но слова были странные и трудные. Я судорожно сглотнула. “Я беру на себя всю ответственность, как наследница моей матери. Если после этого будут последствия, пусть они падут на меня.”

Марчелло отдал честь с гораздо большей энергией, чем показывал минуту назад. “Конечно, Миледи.- Его лицо расплылось в прежней задумчивой улыбке. “В конце концов, вы не подчиняетесь мне. Если вы собираетесь предпринять это безумное спасение вопреки моему совету, то мой долг-защитить вас.”

“И я должна пойти с ней, - усмехнулась Заира. “Может, она и идиотка, но она мой Сокольничий.”

“Отлично.- Я просияла, глядя на них.

Беатрикс появилась с подносом вина, робкая и бледная перед лицом этого ночного шума. Она бесплодно огляделась в поисках места в прихожей, чтобы поставить его.

“Я пойду наверх и скажу Игнацио, - сказала я. - Заира, почему бы вам двоим не вернуться в гостиную с вином и не посвятить Марчелло в подробности наших приключений после Леди Савони? Я пробуду здесь всего несколько минут, а потом мы сможем уйти.”

“Возможно, ты захочешь умыться, прежде чем говорить с Игнацио, - сухо сказала Заира.

Мои уши горели так сильно, что грозили отскочить от головы. “Я пойду и сделаю это сейчас.”

Не дожидаясь ответа, я побежала через фойе к лестнице, прикрывая нижнюю половину лица. Моя потребность умыться могла быть искренней, но я также должна была принять свой эликсир. Пусть они думают, что только смущение привело меня в мою комнату.

Я прыгнула вверх по лестнице, мраморные перила пролетели под моей рукой. На полпути я услышал возмущенный крик Марчелло. Заира, должно быть, добралась до той части про детей в канализации.

При мысли об этих худых лицах и протянутых бледных пальцах у меня сжалось сердце. Мы должны были вытащить их оттуда сегодня же вечером.

Я задержалась в туалете, чтобы вытереть тряпкой остатки грязи. Мягкое тепло искусственно нагретой воды приятно ласкало мое лицо.

Я могу это сделать. Все будет в порядке. Сначала мой эликсир, потом Игнацио, потом дети. Если бы мы могли освободить их, мы все еще могли бы остановить войну Савони. Доминик мог бы помочь нам взять ситуацию в Речном Дворце под контроль, и как только Габриэль узнает, как Савони предала Его, мы сможем даже заполучить теневых Джентри в союзники, а не во враги. Несколько часов на то, чтобы отобрать у Леди Савони кое-какие ключи, и у нас будет гораздо лучший отчет для Дожа. Тот, который не указал бы на балфайр как на самое простое решение.

Чувствуя себя немного ободренной, я пересекла холл и распахнула дверь в свою комнату, намереваясь направиться прямо к шкафу, где я прятала свои бутылки с эликсиром.

До меня донесся тошнотворно сильный запах аниса.

Ящики моего письменного стола, комода и шкафа были открыты. Кто-то обыскал мою комнату.

Тошнотворное чувство скрутило мой желудок. Я поспешила к платяному шкафу. Блестящие осколки стекла рассыпались по ковру. Их окружало большое свежее пятно.

Благодать Милосердия.

Я опустился на колени и ощупал влажный ковер. Затем я поднес пальцы к носу. Знакомый запах аниса заглушал все вокруг.

На Земле было слишком много стекла. Должно быть, это была не одна бутылка. Я взяла с собой только две.

Я лихорадочно отодвинула одежду в шкаф, но бутылок нигде не было видно. Все они слишком отчетливо лежали осколками на полу. Ковер впитал в себя все до последней капли эликсира. Там ничего не осталось.

Глава 29

Кто-то знал мою тайную слабость. И они пытались убить меня.

Я безрезультатно выковыривала осколки стекла из ковра и пропускала их сквозь пальцы. Один из них порезал мне руку, оставив тонкую полоску крови, но мне было все равно.

У меня оставалось меньше трех часов до того, как яд возобновит свою смертоносную работу, которую Игнацио прекратил много лет назад.

Дядя Игнацио. Облегчение затопило меня. Он был дома, он мог сделать еще эликсир. Возможно, это займет у него много времени, а мне предстоит не слишком приятная ночь, но я не собираюсь умирать. В конце концов, он сумел состряпать эликсир вовремя, когда меня впервые отравили десять лет назад.

Я поспешила в его кабинет, проведя рукой по стене, чтобы прикоснуться к чему-то твердому в мире, пошатнувшемся, как тонущая лодка. Угасающий свет светильников наполнял коридор призраками и тенями. Я старалась не думать о нескольких чрезвычайных ситуациях, которые разъезжали по моей спине, как демоны — дети, убийство, эликсир — и сосредоточиться на простой задаче добраться до двери Игнацио.

Я не могла сдержать своего нетерпения и стучала сильнее, чем собиралась. - Дядя Игнацио? Ты там что ли?”

Он сам открыл дверь с тревогой в глазах. - Амалия! Заходи. - Ты в порядке?”

Его тепло освещенный кабинет, уставленный книгами и редкими банками с травами, окутал меня желанным облегчением. Я опустилась в кресло без приглашения, мои колени дрожали от шока.

- Дядя Игнацио, кто-то вломился в мою комнату и разбил бутылки с эликсиром.”

Его лицо стало спокойным и серьезным. Он закрыл дверь кабинета и придвинул стул поближе ко мне. “Они что, все забрали?”

“Да.- Я стиснула руки на коленях, чтобы заставить их замолчать. - Там не осталось ни капли, а я уже взяла свой единственный флакон Благодати. Я опаздываю с сегодняшней дозой.”

“Ах да, эти маленькие аварийные ампулы. Сколько времени это тебе даст?”

- Через три часа после того, как я его приняла. Затем яд начинает действовать снова.- По крайней мере, так предупреждала меня мать. Раньше я никогда не опаздывала со своим эликсиром больше чем на пару часов. Воспоминания о мучительных судорогах и ужасных галлюцинациях не давали мне покоя.

- Значит, часов за девять-десять до того, как он тебя убьет. Хорошо.- Он встал, заложив руки за спину, и принялся расхаживать по комнате. “Значит, у нас есть время.”

“Ты можешь сделать еще эликсира?”

Он остановился и повернулся ко мне с непроницаемым выражением лица. - Это, Амалия, полностью зависит от тебя.”

- ...Прости?” Я не расслышала его правильно.

“Я надеялся, что этот разговор не состоится еще какое-то время. Но слишком многое пошло не так.”

Я уставилась на него. В его словах не было никакого смысла. И все его поведение было неправильным: я вот-вот умру, а он смотрел на меня с суровым сожалением, как будто был профессором, к которому я обратилась за дрянной работой.

Кусочки начали жутко собираться вместе в моем сознании, но слишком поздно.

Наш друг-Рейверран ... один Рейверран работал с Леди Савони. И Габриэль поверил мне, как только услышал имя Корнаро.

Игнацио. Будь он проклят в аду коррупции. Я доверяла ему. Я любила его. Он был членом семьи.

“Ты разбил бутылки, - прошептала я. “Ты один из тех, кто пытается развязать войну.”

- О, нет.- Игнацио выглядел удивленным. - Зачем мне это делать? Я разбил бутылки, да, но я не хочу начинать войну. Я хочу покончить с этим.”

Мои руки на коленях сжались в кулаки. - Война не кончается. Если только ты не начнешь первым.”

- Послушай меня, Амалия. У нас не так много времени, и я, честно говоря, предпочел бы, чтобы ты не пострадала.- Он откинулся на спинку стула и протянул мне руку, как бы успокаивая. Я отпрянула от него, чувствуя отвращение. “Мне очень жаль, что так вышло с бутылками. Но мне нужна твоя помощь в этом деле.”

“В предательстве Арденса и Раверры как? Держать детей взаперти в темных подвалах и убивать герцогов? От этих слов у меня перехватило горло. Это был тот самый человек, который подарил мне мою первую астролябию и научил меня читать алхимические символы.

- Все это было необходимо, чтобы поставить во главе этого города кого-то, кто может спасти его от самого себя. При герцоге Асторе Бергандоне "Арденс" потерпел бы крушение и не попал бы на службу к Васкандару. Леди Терринджер не смогла его спасти. Это должен был быть я.”

“Это будешь не ты.- Я сделала свой голос холодным и жестким. - Дож и Совет отнесутся к тебе с меньшим милосердием, чем к Барону Леодре.”

- Леодра.- Он вздохнул. - Жаль, что так вышло. Он понимал, что нужно этому городу, и был бы бесценным союзником, если бы сумел лучше держать голову в кризисной ситуации. Но ты ошибаешься насчет дожа и Совета.”

- Думаю, что нет. Неужели ты думаешь, что моя мать сжалится над тобой, потому что ты ее кузен? Когда они услышат об этом предательстве—”

- Они этого не сделают, - его голос был тихим, а лицо нежным. - Потому что ты им не скажешь. Я знаю, что это трудно принять, Амалия. Но ты должна делать то, что я говорю, Так же как Арденс должен делать то, что приказывает Раверра. Все эти годы ты выжила только для того, чтобы служить мне. Ты просто не осознавала этого до сих пор.”

Во мне вскипела волна ярости, и я ударила его по лицу.

Игнацио встал, сверкая глазами. “Ты думаешь, что сможешь достать свой драгоценный эликсир где-нибудь еще?- рявкнул он. - Мне свойственно быть дотошным, Амалия. Еще до того, как я приобрел слезы демона, десять лет назад, я начал выискивать каждую копию формулы для лечения, которую смог найти. Я посвятил больше десяти лет тому, чтобы найти все письменные записи рецепта и уничтожить их. Эликсир, который поддерживает в тебе жизнь, существует только в моем воображении, кузина.”

Значит, это он отравил меня в первую очередь.

Это было уже слишком. Злые, беспомощные слезы жгли мне глаза, я горевала о дяде Игнацио, которого так нежно помнила. Ложь, в которую я верила. Человеком, которым он никогда не был. - Я заботилась о тебе, Игнацио. Ради всего святого, ты же моя семья.”

- Ты мне тоже небезразлична, Амалия. Но меня слишком часто обходили стороной.- Его голос исказился от горечи. “Недостаточно сильный алхимик для магической метки. Не настолько близко к престолонаследию, чтобы заседать в Совете Девяти. И потом, не настолько хорош, чтобы оставаться Безмятежным Посланником Арденса. Ну, больше ничего.- Он снова принялся расхаживать по комнате. “Возможно, я никогда не буду заседать в Совете Девяти, но ты сделаешь это за меня, говоря моим голосом. И если я не могу быть Безмятежным Посланником, я буду имперским губернатором. Когда этот город превратится в ад безумия, и я буду единственным, кто сможет решить его проблемы и положить конец войне, у Дожа не будет другого выбора.”

- Дети сказали, что их спасет мужчина, - сказал я. “Я подумал, Может, они имели в виду Рувена. Но это должен был быть ты.”

“Конечно. Я спасу детей, найду Джесс и предам суду Теневых Джентри-предателей, похитивших их обоих. Я спасу свою собственную похищенную кузину, освободив ее как раз вовремя, чтобы спасти город от огня, который она выпустила издалека в панике, когда ее схватили. У меня будет поддержка народа Ардентина и правая рука покойного герцога. И из Совета девяти, как только Лиссандра одержит верх над ними, ибо как она могла не поддержать своего собственного кузена после того, как он спас ее любимую дочь?”

Он вздохнул, и его плечи поникли. - Таков был план. Теперь, когда ты все испортила, будет еще труднее. Но если ты поможешь мне, мы все еще сможем спасти это.”

“Я уже достаточно наслушалась. Более чем достаточно. Я поднялась со стула. “Я не собираюсь тебе помогать. Я собираюсь остановить тебя.”

И я закричал так громко, как только могла: “Марчелло! Заира!”

- Мой голос прозвучал твердо и ясно. Но его встретила лишь тишина.

Игнацио улыбнулся. “Они уже спят.”

- Спят?”

- Естественно, все слуги в этом городском доме-мои. Я велел Беатрикс подать им напитки, хорошо сдобренные неким зельем, с которым, как я полагаю, вы уже знакомы.- Он взял с полки бутылку и шутливо потряс ею. Мне не нужно было нюхать мяту, чтобы догадаться, что это такое.

“Что ты собираешься с ними делать?- Потребовала я ответа.

- Заира все еще полезна мне, если она согласна сотрудничать — и я упорно работал, чтобы гарантировать, что она будет. Лейтенант Верди слишком много знает.- Он нахмурился. - Как и те дети. Я намеревался спасти их, но если они расскажут вам о нашем плане ... возможно, история будет более трогательной, если я просто предам их убийц правосудию.”

- Думаю, что нет.”

Я судорожно вздохнула, схватила подсвечник со стола Игнацио и обрушила его ... но не на голову Игнацио, как бы соблазнительно это ни звучало.

На бутылке в его руке.

Он испуганно ахнул, когда бутылка разбилась; этого резкого вдоха было достаточно. Он упал как подкошенный, сонное зелье брызнуло на него.

Все еще задерживая дыхание, я выбежала из комнаты и захлопнула за собой дверь. Я не знала, как долго он пробудет без сознания. Все слуги в доме настроены враждебно, и через несколько часов я буду не в состоянии никого спасти. Я должна была действовать быстро, чтобы иметь хоть какую-то надежду спасти детей и предотвратить войну.

Я старалась не думать о том, как мало у меня шансов спастись.

Я прошла в гостиную, не встретив ни одного слуги. Возможно, они предпочли бы не знать, что происходит сегодня в городском Доме. Заира растянулась на полу, Марчелло развалился в кресле, бокал вина лежал на ковре под его свисающей рукой.

Я подошла к нему первым, инстинкт, над которым разум не властен, тащил меня. Я схватил его за мундир и встряхнул, настойчиво шепча:

- Марчелло! Марчелло, проснись!”

Голова его безвольно повисла на шее. Я перешла к шлепкам по его щекам. - Марчелло!”

Ничего. Я отдернула руку и ударила сильнее.

Его лицо медленно скривилось. - Амалия, УАА …”

- Проснись, - прошипела я. “Нам нужно убираться отсюда, или мы все умрем.”

Это привлекло его внимание. Он заставил себя выпрямиться. Его глаза все еще пытались закрыться, но он не спал.

Хорошо. Зелье долго не действовало. Но это означало, что у нас не так уж много времени до того, как Игнацио проснется.

- Что случилось?- Марчелло говорил невнятно.

- Игнацио-предатель, - сказал я. “Он накачал тебя наркотиками. Я объясню, пока мы бежим.”

Глаза Заиры распахнулись в ответ на легкую дрожь. Девушка прожгла зелье так же быстро, как и еду.

“Эта грязная крыса” - выплюнула она. - Накачали наркотиками! Я сама его убью.”

“Нам нужно выбираться отсюда, - сказала я. “Мы должны спасти детей. Если мы не поторопимся, они убьют их.”

Заира выругалась. Вместе мы подняли Марчелло на ноги, хотя из-за ее хрупкого телосложения и все еще нетвердых ног Заира не могла выдержать большую часть его веса.

“Не забудь, нам нужны инструменты, чтобы открыть решетку, - напомнила она мне.

“Право. Один момент.- Я помчалась наверх, чтобы схватить сумку с инструментами. Мои уши напряглись в поисках любого признака пробуждения Игнацио, но остальная часть дома оставалась безмолвной, пока я грохотала вниз, где Заира изо всех сил пыталась удержать Марчелло против его неумолимого скольжения к полу. Мы сделали довольно много, когда, шатаясь, вошли в фойе, направляясь к двери.

Беатрикс стояла перед нами с дрожащим кинжалом в руке.

- Стой, - пискнула она. “Ты не должна уходить. Приказ хозяина.”

“У нас нет на это времени, - отрезала Заира. - Отпусти меня, и я сожгу ее дотла.”

Беатрикс со стуком выронила нож и бросилась бежать. Мы доковыляли до двери и распахнули ее.

На улице нас поджидали мой друг со сломанным носом и чересчур мускулистый коллега, оба с обнаженными мечами.

- Все еще нет времени!- С отвращением воскликнула Заира. - Скажи это, Корнаро!”

Громкий треск пронзил мои кости, и вспышка в моем лице почти ослепила меня. Сломанный нос упал с булькающим криком, в груди образовалась кровавая дыра. Марчелло покачнулся, из дула его кремневого пистолета повалил дым.

Другой негодяй выругался, бросил меч и побежал.

Мы втроем, спотыкаясь, вышли в холод сгущающейся ночи.

Свежий воздух, казалось, помог Марчелло и Заире быстрее прийти в себя, и вскоре мы уже могли двигаться быстрым шагом. Это был час для того, чтобы задержаться над остатками еды с сыром и вином, так что улицы были свободны от толпы. Лишь редкие торговцы, возвращавшиеся домой поздно, молодые дворяне, порхавшие с одной вечерней помолвки на другую, и резные Грации, смотревшие пустыми глазами с фриза храма, свидетельствовали о нашем появлении.

Прошло, должно быть, около двух часов с тех пор, как я взяла свой флакон с Благодатью. Таким образом, у меня оставался час — может быть, три или четыре, если я смогу пережить первые симптомы отравления, — чтобы спасти детей, дискредитировать Савони и предотвратить войну. Потом ... я не могла об этом думать. Теперь я был слишком жива, чтобы смерть была так близка и реальна.

Из-за угла послышалась резкая команда и топот обутых в сапоги ног. Заира выругалась. “Они пришли арестовать нас.”

“У них нет полномочий, - возразил Марчелло.

“Думаешь, это их остановит? Заира втянула нас в глубокую, затененную арку, которая вела в огороженный сад городского Дома. Мы напряженно ждали, когда дюжина солдат пройдет мимо нашего укрытия, вооруженных кремневыми ружьями и саблями.

“Похоже, нам лучше поторопиться, - сказала я, когда они ушли. - Пока эти солдаты не начали нас искать.”

Пока у меня не кончилось время.

Склады и мастерские были закрыты на ночь ставнями, и улица лежала в черной тени. Я бы прошла мимо склада Савони, но Заира узнала его. Она открыла замок в считанные минуты, и мы прокрались по коридору под круглыми зеркальными глазами, в мерцающем свете лампы. Лязг и скрип ремней Марчелло с рапирой и пистолетом казались громкими, как крик в давящей тишине.

Моя кровавая руна все еще отмечала искусственный круг на дальней двери. Я толкнул ее, и сырое дерево стало шершавым под моими пальцами. Игнацио не смог бы победить нас здесь, но я все еще боялась того, что мы могли бы найти.

Кладовая открылась перед нами, ее маячащее пространство было осязаемо, но только серые концы звездного света просачивались сквозь высокие окна. Золотой прямоугольник, отбрасываемый на каменный пол освещенной лампой прихожей, не доходил далеко. Эти бедные дети должны проводить каждую ночь в кромешной тьме. Я содрогнулась.

- Джаслин?- Тихо позвала я.

Шорох и слабое “Алло?- поднялась снизу, пустая и неуверенная.

- Милость милосердия, - выдохнул Марчелло. - Они действительно под полом.”

Я не могла разглядеть слив в зернистых тенях, но мы направились к центру комнаты, наши шаги отдавались эхом от стен.

- Это я, Амалия. Мы здесь, чтобы освободить вас.”

“Ты вернулась!- В голосе Джаслин загорелась надежда.

Я нашла слив и просунул пальцы между металлическими прутьями. Маленькие холодные руки коснулись моих. Из подвала доносились толчки и шепот.

“Они вернулись!”

“Она собирается выпустить нас отсюда!”

- Дай мне эти инструменты, - приказала Заира твердым от решимости голосом.

Я передала ей свою сумку. В темноте раздалось несколько щелчков, а затем разочарованное ворчание.

“Я не вижу ничего, проклятье. У нас есть свет?”

“Держи.- Мягкое свечение вспыхнуло в руке Марчелло, когда он встряхнул карманный светильник. - Это ненадолго, - предупредил он.

- Достаточно долго. Заира склонилась над сливом, загораживая мне обзор темных глаз и бледных лиц внизу.

- Поторопись, - взмолился мальчик.

“Я работаю над этим, сопляк. Перестань хвататься за прутья, или я никогда не сниму это.”

Марчелло поднял светильник, Еще раз встряхнув его, чтобы дать Искре света немного больше времени, когда она погаснет. Я бочком подошла к нему, пока наши плечи и бедра не соприкоснулись, и его свободная рука обняла меня за талию. Я упивалась его теплом, слишком хорошо понимая, что это может быть мой последний шанс.

Я должна сказать им, Благодать, помоги мне. Если мне суждено умереть через несколько часов, то это важная информация.

- Послушай ... - начала я.

- Поняла!- Прокричала Заира. Она с лязгом отбросила решетку в сторону.

Руки напряглись, пытаясь высунуться из отверстия, пальцы трепетали, как водоросли. Из подвала донесся возбужденный гул.

- Она открыта! Мы свободны!”

- Падрик, прекрати толкаться!”

“Я не могу дотянуться! Выпустите меня!”

Рука Марчелло сжалась вокруг меня в коротком спазме сочувствия или боли. Потом, не оглядываясь, направился к водостоку. Он сунул обе руки в дыру и быстро, как фокусник, вытащил оттуда ребенка. Мальчик завизжал и заерзал; как только его пальцы коснулись пола, он сорвался с места и начал бегать кругами.

“Я иду домой! Я иду домой!”

У меня защипало глаза. Что бы ни случилось в ближайшие часы, в этот момент мы поступали совершенно правильно.

- Вот тебе и скрытность, - проворчала Заира.

Марчелло поднял еще одного ребенка, девочку не старше четырех лет. Когда он опустил ее на землю, она бросилась головой вперед мне на живот и сжала руками мою талию, выбивая из меня дыхание. Она всхлипывала, а я гладила ее по волосам.

“Все будет в порядке. Ты свободна.”

Напрягая плечи, Марчелло вытащил из подвала еще одного ребенка, потом еще одного. Когда он устал, я повернулась к нему. Некоторые из них расхохотались, полные энергии и радости; другие прильнули к нам или друг к другу, усталые и испуганные. Вскоре по пустому пространству, как собаки, выпущенные на волю после дождливой недели, с визгом и шумом носилась целая стая. Я должна была восхищаться их стойкостью.

Когда мы подняли четырнадцать детей, я наклонилась над ямой и, наконец, не увидел ничего, кроме глубокой тени внизу.

“Это все?”

“Думаю, да, - послышался тонкий голос Джаслин. Она считала их вслух, называя имена, начиная с нескольких раз.

Марчелло присел на корточки рядом со мной, заглядывая в канализацию, чтобы удостовериться. Я прижалась лбом к его лбу. Так мы и оставались несколько мгновений. Я закрыла глаза, желая остаться в этом моменте, в этом маленьком кусочке покоя.

“Нам нужно убрать этот цирк из города, - сказала Заира.

- Куда же нам их девать?- Марчелло поднялся. Маленький мальчик схватил меня за руку, а девочка вцепилась в мое пальто. - Гарнизон?”

“Нет. Мы должны вернуть их к семьям.”

“У нас нет времени развозить этих сопляков по всему городу, - возразила Заира.

Я прикусила губу. Гарнизон никуда не годится, они будут похожи на наших пленников. Речной Дворец определенно не был сейчас в безопасности.

- Доминик, - решила я. “Его Городской дом недалеко отсюда, и нам все равно нужно с ним поговорить. У него есть влияние, чтобы настроить других дворян Совета Лордов против Савони, как только они узнают правду, и ярые военные прислушаются к нему. Если мы вернем ему детей, он поможет нам остановить войну.”

“Право.- Заира вернула мне сумку. “Давайте поймаем этих негодяев и уйдем.”

Потребовалось драгоценное время, чтобы собрать всех детей в темноте и объяснить им, как важно держаться вместе, молчать и нырять под зеркала в коридоре. Дважды мне приходилось гоняться за Падриком, крепким мальчиком лет шести, с гораздо большей энергией, чем кто-либо другой после двухнедельного заточения в подвале, потому что он все время рвался к двери. От этого усилия у меня перехватило дыхание. Наконец мы выстроили их между мной и Марчелло.

Заира пошла первой, чтобы проверить, свободен ли путь. Она помедлила, прежде чем войти в холл, ее буйные кудри были подсвечены светом лампы.

- Ладно, сопляки. Помните-головы вниз.”

Она пригнулась и пошла по зеркальному коридору. Лампы горели, зеркала безучастно смотрели на них. В дальнем конце она выпрямилась, приоткрыла дверь и выглянула наружу. Ребенок позади меня рванулся вперед, но я протянул руку, чтобы удержать его.

“Пока нет, - пробормотала я. Мой пульс быстро забился в венах. Если бандиты Савони будут ждать снаружи, нам придется драться.

После долгой паузы Заира вышла из склада и огляделась. Она поманила нас через открытую дверь, ночь была у нее за спиной. Идти было безопасно.

- Не высовывайтесь, - сказала Я ребятам, выстроившимся позади меня. Широко раскрытые глаза и торжественные кивки последовали в ответ.

Я наклонилась и пошла по коридору. Волна головокружения нахлынула на меня с изменением положения. Не сейчас. Я провела рукой по стене, чтобы не упасть.

Дети последовали за мной, а Марчелло шел сзади, чтобы убедиться, что никто не остался позади. Заира ждала в дверях, свет свечей согревал ее спину, пока она смотрела в холодную ночь снаружи, напряженная и готовая взлететь, как чайка. Я прошла мимо последнего зеркала, чтобы встретить ее, выпрямляясь.

За моей спиной послышался шепот и возня. - Падрик, нет! - крикнула Джаслин.”

Я резко обернулась, приложив палец к губам, но было уже слишком поздно. Падрик приподнялся на цыпочки, пытаясь заглянуть в зеркало, а Джаслин и еще двое детей бросились к нему, чтобы стащить вниз.

Руны, окружавшие зеркало, вспыхнули синим светом.

Пронзительный крик разорвал воздух. Что-то темное и массивное рухнуло с потолка.

Я вскрикнула и отскочила назад. Тяжелая железная решетка едва не задела мой нос, ударившись о каменный пол с ужасным лязгом. Ее толстые прутья обрамляли бледные, потрясенные лица детей, теперь запертых за ней. Марчелло стоял позади них, опустив руку с Эфеса рапиры и широко раскрыв глаза.

Глава 30

Заира выругалась. “Мы были так близки. Так чертовски близко.”

Я схватилась за металлические прутья, пытаясь поднять ворота. Еще больше голубого света вспыхнуло вдоль железной рамы решетки. Она была заперта на место мастером, гораздо более компетентным, чем тот, который добавил небрежный круг на дальней двери.

Мое дыхание участилось, и я не могла притворяться, что это было только от волнения. Нет. Все снова шло к Девяти Адам.

Один из детей ткнул Падрика кулаком в плечо. - Глупец! Посмотри, что ты наделал!”

Я не могла заставить себя возразить ему, даже когда Падрик разрыдался.

Марчелло скорчил гримасу, с таким видом, словно отрицал, насколько плохим стало наше положение. - И что теперь?”

Заира схватила меня за руку. “Ты можешь сделать что-нибудь вроде того круга на двери?”

Я отрицательно покачал головой. Это была катастрофа. Марчелло и дети оказались в ловушке, а Игнацио, должно быть, уже в пути, если только он не послал вперед наемников. Все смотрели на меня выжидающе, с надеждой, но все, что у меня было, это сумка с запасами искусственных средств и полное отсутствие магического таланта, чтобы победить хорошо сделанное устройство.

Я перевела дух. “Даже не знаю. Дай подумать.”

Зеркала засекли незваных гостей, но их руны ничего не говорили о том, чтобы сбросить ловушку. На самой решетке не было ни рун, ни искусственной проволоки, ни бусин. Что-то должно было диктовать условия заклинания.

Я ухватилась рукой за грубый железный прут для поддержки и посмотрела вверх. Верхняя часть решетки исчезла в потайной щели, через которую она упала. Щель шириной в руку была слишком полна теней, чтобы разглядеть, что там наверху.

“Наверху должна быть еще одна комната, где можно снять магическую печать и сбросить ловушку. Да еще и с обычной лебедкой, если уж на то пошло.- Мне пришлось сделать паузу, чтобы перевести дух. - Решетка упадет в любой момент, когда погаснет одна из ламп, так что им придется часто ее менять.”

“Я видела еще одну дверь на той стороне здания, - сказала Заира. - Пошли отсюда.”

Я перенесла свой вес обратно на собственные ноги, которые угрожали согнуться. Какое-то мгновение я не могла оторваться от решетки. Дети столпились у решетки, протягивая руки и дергая меня за одежду своими крошечными ручками. Я хотела успокоить их, но мне нужно было сосредоточиться на том, чтобы снова обрести равновесие.

Марчелло прошел сквозь них к решетке, озабоченно нахмурив брови.

- Амалия? С тобой все в порядке?”

- Мне очень жаль.- Мой голос прозвучал слабо и неуверенно. “Я знаю, что у нас нет на это времени. - Я пойду.”

Я выпрямилась, борясь с очередным приступом головокружения. Но Марчелло просунул руку сквозь решетку и поймал меня за локоть.

“Что случилось? Тебе нездоровится.”

К утру я буду мертва. Но сейчас я не могла об этом думать. “Я справлюсь.”

“Пошли, - поторопила меня Заира. “Если они нас так поймают, я умру от стыда, прежде чем они успеют меня пристрелить.”

Марчелло крепче сжал мою руку. “Ты никуда не пойдешь, пока не скажешь мне, что случилось. Ты больна или ранена. Тебе нужен врач?”

“Мне нужен алхимик, - призналась я. “Но Сначала мы должны доставить детей в безопасное место.”

- Алхимик! Игнацио тебя отравил?”

Я горько рассмеялась. “Да, собственно говоря. Давным-давно. Но он также сохранил мне жизнь, до сих пор.- Больше не было смысла держать это в секрете. - Слезы демона. Он разбил мои бутылки с эликсиром. Моя последняя доза заканчивается.”

Марчелло выругался. Он притянул меня к себе, обхватив руками сквозь прутья решетки. Я на мгновение прислонилась к решетке, мои руки искали тепло его груди сквозь щели. Холодные железные ворота неумолимо теснились между нами.

“Мы должны как-то раздобыть тебе еще эликсира.- Отчаяние заставило его голос напрячься. “В гарнизоне нет Алхимика, но, может быть, мы найдем его в городе.”

- Может быть, - устало согласилась я. У меня не хватило духу сказать ему то, что сказал мне Игнацио. “Мы можем поговорить об этом после того, как доставим детей в безопасное место и спасем город от войны. Мне пора идти.”

У него перехватило горло. - Обещай мне, что до тех пор с тобой все будет в порядке.”

Слова застряли у меня в горле. Моя мать всегда говорила мне никогда не давать обещаний, которые я не была уверен, что смогу сдержать.

Вместо этого я просунула руку через решетку ему за шею и притянула его рот к своему. Клянусь всеми милостями, если к утру я умру, то сначала поцелую его.

Его губы сжались от шока. Но потом они растворились в моих, теплые и нежные, между твердым металлом, вдавливающимся в мои скулы. На мгновение мы задержались, и ночь стала безопасной и прекрасной, свободной от ужаса. Мне пришлось слишком рано выйти на воздух, мое дыхание было хриплым и неглубоким.

Дети смеялись, визжали и толкали друг друга. Я не могла заставить себя покраснеть.

- Позаботься о них, - сказал я. “Я открою эти ворота.”

Он сжал мою руку так сильно, что мне стало больно. Затем он отпустил меня, кивнув. “Я знаю, что так и будет.”

Я вышла вслед за Заирой на холодный ночной воздух. Я дважды споткнулась на пути вокруг здания, мои колени ослабли и дрожали. Не сейчас. Я ударила себя по лицу, чтобы сосредоточиться.

Замок на боковой двери занял у Заиры больше времени, чем на входной, и это дало мне надежду, что там не было магических защит, поддерживающих его. Она тихо выругалась раз или два. Я прикусила губу, чтобы не сказать ей, чтобы она поторопилась. Я постоянно оглядывался по сторонам, но улица оставалась пустынной.

Наконец, Заира поднялась, и дверь распахнулась на простую деревянную лестницу.

“И вот оно.- Заира отступила в сторону, пропуская меня вперед. “Как ты и сказала. Может быть, ты не всегда идиотка.”

“Спасибо. Я шагнул через дверь на темную лестничную клетку. Грязь затемнила интерьер до безнадежного, шершавого угля. Даже со стеной, на которую можно было опереться, к тому времени, как я добралась до вершины, мое зрение кишело золотыми искрами по краям.

Короткий коридор привел нас к еще одной запертой двери, которую Заира вскоре открыла. Ни одно окно не пропускало внутрь света, но я смутно различала громоздкий прямоугольник письменного стола, несколько полок и ящиков, а вдоль одной стены — низкую громаду лебедки и верхнюю часть решетки, поднимающуюся из пола.

Я поспешил к лебедке, но едва могла разглядеть веревки, ведущие от нее, не говоря уже о том, украшали ли ее руны или проволока.

“Мне нужен свет, - сказала я Заире. “Не могли бы ты сходить посмотреть, нет ли у Марчелло еще одного карманного светильника? Или еще лучше, взять одну из этих масляных ламп?”

“В порядке. Но не думай, что я принесу тебе что-нибудь, когда все закончится.”

Я не стала дожидаться, пока она поспешно выйдет, а снова повернулся к решетке в темноте. Когда мои глаза привыкли, я разглядела что — то круглое на стене позади него-еще одно зеркало? И не тянется ли от него к оконной решетке магическая проволока?

Мои пальцы коснулись его в темноте. Да, и еще одна проволочная оплетка бежала к лебедке. Зеркала внизу должны быть связаны с этим. Когда ловушка захлопнулась внизу, зеркало наверху получило сигнал, опустило решетку и активировало печать.

Тяжелые сапоги застучали по ступенькам. Это была не Заира, если только она не отрастила несколько новых ног и не набрала несколько сотен фунтов. Трепещущий свет фонаря мчался вверх по лестнице впереди них, отбрасывая дикие тени в холл.

Ад возьми его. Я еще не придумала, как открыть печать. Я засунула сумку за ящик, надеясь, по крайней мере, скрыть то, что делала. Затем я выхватил кинжал и повернулся лицом к двери, чувствуя, как стучит кровь.

Четверо вооруженных мужчин поднялись по лестнице и подошли к двери. Первый держал фонарь, его красноватый свет выхватывал отблески мечей и кремневых ружей. Я разглядел герб Бергандонов, приколотый к их груди, но их плохо сшитая униформа не подходила друг другу.

Вряд ли кто-то, кто так заботился о внешности, как герцог Бергандон, позволил бы такому неопрятному человеку служить в его гвардии. Судя по расчетливому выражению их прищуренных глаз, они не удивились, увидев меня. Мои шансы блефовать и выбраться из этой ситуации казались ничтожными, но я все равно взял себя в руки.

“Это ваш последний шанс избежать измены, - предупредил я их. Я старалась говорить уверенно и бесстрашно, как будто за моей спиной стояла целая армия, но мой голос звучал слишком тонко и напряженно. “Вы все еще можете спасти свою жизнь и честь, если сдадитесь сейчас.”

Мужчины обменялись взглядами. Их небритые лица были испещрены шрамами. Человек с фонарем поставил его в дверях, вытащив кремневый пистолет.

- Зелье, - буркнул один другому.

Я втянула воздух и задержала его. Человек в задней шеренге порылся в своей сумке, но я не стала ждать. Я бросилась на головореза, ударив его по руке; он с криком выронил кремневый пистолет. Широкоплечий зверь рядом с ним поднял меч, но человек со шрамом на подбородке поймал его за руку.

- Осторожно! Живой, помнишь?”

О, это все упростило. Я рискнула глотнуть воздуха и сделал шаг вперед, полоснув их по глазам. Мои противники, казалось, не знали, что делать со своим оружием, беспорядочно выскакивая из дверного проема.

- Довольно!- сказал Подбородок со Шрамом. Человек в заднем ряду швырнул что-то в меня, и стекло разбилось у моих ног. Жидкость забрызгала мои ноги. Я была уверена, что если вдохну, то почувствую запах мяты.

Фальшивые солдаты захлопнули дверь между нами.

Зелье просочилось сквозь мои чулки. Я направилась к лебедке, изо всех сил стараясь не дышать, отчаянно пытаясь освободить Марчелло, прежде чем потеряю сознание. Но головокружение заставило меня упасть на колени прежде, чем я пересекла комнату, и я задохнулась от резкого дыхания мяты.

Мир перевернулся, погрузив мой разум в темноту, прежде чем я упала на пол.

Глава 31

Проснувшись, я почувствовала себя сухой и опустошенной, как прошлогодний осенний лист. Свет щекотал мои открытые веки. Я лежала там, где упала, между лебедкой и дверью. Фонарь все еще горел, ловя отблески от золотой проволоки заклинания, привязывающей лебедку и решетку к зеркалу на стене. Стол, заваленный бумагами, стоял у одной стены, рядом с полками, на которых лежали стопки сложенных мундиров Сокольничих и кипа Армейских значков с гербом Бергандона. На других полках стояли банки с искусственной краской из молотого обсидиана и куча серых масок домино. В углу стоял пустой гроб; от этого зрелища меня затошнило.

Я оказалась в настоящем хранилище орудий предательства.

Судя по бешеному сердцебиению и слабости в конечностях, прошло некоторое время, хотя яд еще не успел развиться настолько, чтобы начались судороги. Вместо этого страх за Марчелло и детей зацепил меня за живот и скрутил.

Я слишком быстро приняла сидячее положение. Все плыло и перечислялось. Тяжело дыша, я опустилась на пол и уставилась в потолок.

Дверь открылась.

- Привет, Амалия, - сказал Игнацио.

Я хотела было броситься ему на шею, но человек со шрамом на подбородке и его грубые друзья ждали в коридоре позади него. Пусть лучше он недооценивает меня. Я снова попыталась сесть, давая ему возможность увидеть борьбу. На этот раз я осталась стоять прямо.

- Привет, предатель.”

Он отмахнулся от своих наемников и закрыл дверь, предоставив нам уединение. “Разве так можно обращаться к вашему кузену?”

Я сверкнула глазами. У меня слишком пересохло в горле, чтобы тратить на него лишние слова.

- Он вздохнул. “В порядке. Разве так можно обращаться к человеку, который может спасти тебе жизнь?”

Он достал из кармана пальто фляжку. Мое сердце невольно подпрыгнуло, но когда он пересек комнату и протянул его мне, оно не пахло анисом.

- Это вино, - сказал он. “Тебе нужно что-нибудь выпить. Возьми это.”

“Откуда мне знать, что он не накачан наркотиками?”

- Он приподнял бровь. “Зачем мне тебя травить?”

Я взяла фляжку. Это был слабый и неочищенный красный цвет, но сильная жажда все равно заставила меня проглотить немного. Кроме того, это дало мне время подумать. Мне нужно было выяснить, что стало с Марчелло и детьми.

- Насколько я понимаю, судороги еще не начались?- спросил он.

Я покачала головой, продолжая пить.

- Скоро они это сделают.- Он внимательно следил за моим лицом. - После этого наступает болезненное погружение в галлюцинации, бессознательность и смерть.”

Он был вне досягаемости шлепков. Я поставил фляжку на стол. “Ты здесь только для того, чтобы дразнить меня? Мне невыносимо думать, что любой Корнаро может опуститься до такого уровня.”

“Нет. Я здесь, чтобы дать тебе еще один шанс. Пожалуйста, Амалия. Я не хочу, чтобы ты умирала. Еще есть время смешать эликсир, если ты согласишься сотрудничать со мной.”

Надежда зашевелилась в моей груди. Если ему нужна моя помощь, возможно, Марчелло и дети каким-то образом освободились. “Почему я должна сотрудничать с вами?”

- Он приподнял бровь. “Похоже, у тебя нет других вариантов, не так ли?- Он бросил взгляд мимо меня на подъемную решетку. “Вы надеялись освободить лейтенанта Верди? Без них тебе не очень-то повезет.- Он вытащил из-под камзола золотую цепь, увешанную камнями с рунами, и помахал ею передо мной, словно дразня кошку.

Прежде чем я успел хорошенько рассмотреть ее, дверь распахнулась, и в комнату вошла Леди Савони. Я мельком увидел совершенно новую искусственную печать, прибитую к двери на куске холста. Ад отчаяния. Это все усложняло.

“Ты все еще пытаешься убедить ее?- Презрение леденило голос Савони. “Мы должны убить ее и покончить с этим. Ты действительно думаешь, что будет лучше, если она умрет медленно?”

Игнацио сунул цепочку обратно в карман камзола и оглянулся через плечо. “Вы согласились последовать моему примеру. В этом и всем остальном.”

- Потому что у тебя есть видение, богатство и влияние, чтобы спасти Арденс. И потому, что Астор уничтожил бы его своими излишествами, если бы не передал его сначала Васкандару. Я не позволю моему городу пасть” - она покачала головой, - но у меня нет терпения на сентиментальность. Не вздумай волочить ноги, как Леодра волочился за детьми.”

“Я признала, что было ошибкой приводить его сюда. Не бойся — я сделан из более прочного материала.- Игнацио дернул подбородком в сторону двери и города за ней. “Как обстоят дела?”

- Речной Дворец в достаточной степени возмущен, и лорды встрепенулись. Было бы тривиально поставить его полностью под мой контроль. Леди Терринджер потеряла сознание от яда, который вы ей подсыпали. Может, она и выживет, но это не имеет большого значения; сейчас она не у нас на пути, а мои люди испортили ее курьерские лампы. Прикованная к постели и не имеющая возможности связаться с дожем или гарнизоном, она нейтрализована. Теневые Джентри готовы взять вину на себя, а дети и лейтенант Верди остаются в тюрьме внизу.”

Я перестала смотреть на лебедку. Пока они были живы, у меня был шанс вытащить их оттуда.

“Значит, последние фигуры - это наш Сокол и Сокольничий, - сказал Игнацио.

“Да. И ты обещал мне, что будешь держать их под контролем.- Савони откусывала каждое слово. - Чтобы угрожать городу огнем, а потом спасти его. Все идет к Девяти Адам, если империя начнет на самом деле разрушать город с помощью этих измененных пушек.”

- Боюсь, я не ожидала, что у моего кузена не хватит чувства самосохранения.- Игнацио бросил на меня разочарованный взгляд. “Но я уверен, что Заира согласится работать с нами, несмотря ни на что. Никогда не бояться.”

- Кроме того, они не совсем последние.- Леди Савони потрогала пальцами очки, висевшие у нее на шее. “А как же дети?”

Игнацио вздохнул и встал. “Я попрошу кого-нибудь разобраться с ними. Я должен тщательно выбирать. Нам нужны люди, которые не станут возражать и будут абсолютно осторожны.”

“Что ты собираешься делать?- Слова вырвались у меня сами собой.

Он не ответил. Леди Савони посмотрела на меня с не большим интересом, чем если бы я была жуком, и они вдвоем направились к двери.

- Игнацио! Ты лучше, чем это!- Я сказала. - Если ты причинишь вред этим детям, то навеки проклянешь себя. Ты не сможешь вернуться, как только пересечешь эту черту.”

Леди Савони вышла из комнаты, не сбавляя шага. Но Игнацио остановился в дверях, положив руку на косяк.

“Слишком поздно, - тихо сказал он. “Я помирился с проклятием в тот день, когда отравил тебя.”

Дверь за ними закрылась. Замок со щелчком встал на место. Линия света на мгновение вспыхнула вокруг двери, когда сработала искусственная печать.

Этот ублюдок. Мои руки сжались на коленях. Он не заслужил носить фамилию Корнаро. Наша семья может быть прагматичной и манипулирующей временами, но даже самые безжалостные никогда не опускались до убийства детей.

Я еще немного посидела неподвижно, пока их шаги удалялись по коридору, а потом спустились по лестнице. Убедившись, что они ушли, я поднялась на ноги, схватила фонарь и поднесла его к решетке. Дрожь прошла через меня, когда я рассматривала зеркало, заставляя дрожать свет фонаря, но мое внимание не дрогнуло. Я должна была освободить Марчелло, с драгоценностями Игнацио или без них.

Одно переплетение искусственной проволоки из бисера передавало команду от зеркала к лебедке опускало решетку. Другой побежал к самой решетке, активируя магическую печать, которая удерживала ее на месте. Пять пустых ниш в раме зеркала, без сомнения, ожидали рунных камней Игнацио, которые, вероятно, служили ключами, чтобы открыть его снова.

Это была проблема. Но Игнацио мало что понимал в искусствах. В отличие от алхимии, ее правила иногда могли быть переписаны ловкими пальцами и умелым умом.

Я поднесла фонарь поближе к золотой проволоке, которая оплетала железное кольцо на верхней решетке, обозначая печать. Пять синих бусин образовывали узор из тонких проволочных нитей, под стать зеркальным краеугольным камням. Если бы я могла расположить их прямо на сложных завихрениях, как тумблеры замка, это высвободило бы энергию, чтобы сигнализировать об открытии печати.

Я могу это сделать.

Мое дыхание все быстрее и быстрее вырывалось из моих губ, но мне все еще не хватало воздуха. Дрожащими руками я осторожно, осторожно скользнула бусинками по проволочной сетке. Я должна была держать свой ум острым и сосредоточенным, независимо от того, насколько мое тело разваливалось вокруг меня.

Мои онемевшие, неуклюжие пальцы то и дело толкали бусины слишком далеко или вращали их на проволоке. Мне хотелось плакать от отчаяния. Я опустилась на колени у решетки, ламповое масло горело все ниже и ниже, мое зрение становилось все уже и уже. Эти крошечные бусинки стали всем моим миром, когда я с мучительной медлительностью вставила их на место.

Наконец-то, наконец-то, по моим пальцам пробежала волна энергии. Я выстроил их в ряд. Печать была открыта.

Я посмотрела вниз через глубокую щель в каменном полу, туда, где я увидел свет лампы, сияющий на решетках решетки внизу. Мои напряженные уши уловили высокую музыку детских голосов внизу. Я не могла разобрать слов, но унылый тон заставил мое сердце сжаться.

- Марчелло, - позвал я. “Ты меня слышишь?”

Голоса смолкли. Чье-то лицо прижалось к решетке, и сквозь узкую щель виднелась лишь его полоска. Я мельком увидел один круглый, широко раскрытый глаз, смотревший на меня с детского лица. А потом он исчез.

“Там кто-то есть!- закричала девушка. - Кто-то на потолке!”

Какая-то возня и приглушенные звуки. Затем еще одно лицо высунулось из-за решетки, знакомое и испуганное.

- Амалия! - Это ты?- Голос Марчелло согрел меня, как глинтвейн.

- Да! Прости, что я так долго. Были ... осложнения.”

“А где Заира? Она тоже там, наверху?”

“Нет. Я уперлась руками в пол, чтобы не поддаться охватившему меня страху. “Она не приходила попросить у вас света?”

“Нет.”

Это мрачное слово тяжело сидело у меня в желудке, не поддаваясь перевариванию. Но бежала она или попала в плен, предала нас или погибла-это не имело значения. Одна проблема за раз.

“Я открыла решетку, - сказал я ему. “Я попробую ее поднять. Не позволяй детям снова вызвать его.”

“Ты потрясающая.- В узкой щели мелькнули белые зубы. “Спасибо. Встретимся на улице?”

Я вздохнула, позволяя долгому, драгоценному дыханию свободно найти свой путь вниз к нему.

- Марчелло, я собираюсь сказать тебе кое-что трудное, и ты должен принять это.”

Хмурый взгляд изменил видимую мне полоску лба. “Я тебя слушаю.”

“Я не поеду с тобой.”

“Амалия—”

“Даже если бы я смогла сломать искусственный замок в этой комнате, я не смогла бы пойти с тобой. Я сглотнула, но не смогла сгладить шершавость в горле. “Я бы слишком тебя задержала. Игнацио нанял убийц, чтобы убить тебя прямо сейчас. Ты должен доставить этих детей в безопасное место. Ты не можешь меня ждать.”

“Я не оставлю тебя здесь!- Тоска разрывала его голос.

“Ты-все, что есть у этих детей, Марчелло. Если ты их подведешь, они умрут.- Я нашла резкий тон, которым моя мать обычно возвращала меня к здравому смыслу, когда я вела себя глупо. “Иди. Уведи их отсюда.”

Длинная пауза. Он отодвинулся от решетки, так что я больше не видела его лица — только руки, вцепившиеся в решетку так, что побелели костяшки пальцев.

“Как только они будут в безопасности, я вернусь за тобой.”

“Отлично. Теперь иди. Торопись.”

- Вы смелая и блестящая женщина, Амалия Корнаро.- Эти сильные мозолистые руки разок согнулись, а потом разжались. “Я думаю, что смогу полюбить тебя.”

Я крепко зажмурилась. Я не могла позволить себе плакать, не могла погрузиться в горькую боль от потери шанса быть с ним. С его стороны было нечестно говорить это сейчас.

“Я попытаюсь поднять эту штуку.- Я выдавила эти слова сквозь сжатые челюсти. “Ты тоже его поднимаешь. Я повернулся к лебедке, полуслепой от непролитых слез, и чуть не упала на ручку.

Я был слишком слаба от яда, чтобы далеко поднять решетку, но Марчелло и детям понадобилось всего лишь один-два фута, чтобы проскользнуть под ней. Тем не менее, к тому времени, когда я заперла лебедку на место, я задыхалась и дрожала. Я обессиленно привалилась к стене.

“Мы закончили, - крикнул снизу Марчелло после паузы возбужденных детских криков и возни. - Я отведу детей в безопасное место и вернусь. Подожди меня.”

“Я никуда не пойду.- Слова прозвучали слишком тонко. Я сомневалась, что он их слышал.

А потом они исчезли. Последние звуки детей, тщетно пытавшихся скрыться, затихли, поглощенные каменными стенами и расстоянием.

Я был одна. Осталась только смерть, близкая и терпеливая, ее безмолвные крылья складывались вокруг меня.

“Мне кажется, я тоже могу полюбить тебя, Марчелло, - прошептала я.

Холод просачивался сквозь мою спину от каменной стены, к которой я прислонилась. Было легче держать глаза закрытыми и сосредоточиться на дыхании, на том, чтобы унять дрожь в конечностях. Но даже когда яд полностью овладел мной, мой разум продолжал бежать, безумный, как собака с горящим хвостом.

Я должна была верить, что Марчелло благополучно доставит детей к Доминику, и что Доминик сможет убедить Ардентинский двор в невиновности Раверры и вернуть контроль над Речным Дворцом от Леди Савони. Но на это потребуется время — часы, в течение которых Савони все еще будет иметь полную свободу действий в городе. И я не имела ни малейшего представления о том, что случилось с Заирой, за исключением того, что Игнацио, казалось, был уверен, что сможет заручиться ее поддержкой.

Слишком многое еще могло пойти не так. Наемные убийцы Игнацио могли поймать Марчелло и детей. Заира могла бы сжечь город дотла, особенно если бы моя смерть внезапно освободила ее. Дож мог решить, что Арденс зашел слишком далеко, или что ничто не имеет значения, если Джесс все еще не вернулся, и напасть на город, несмотря на всю нашу работу. Леди Савони могла убить Доминика. Я не могу умереть сейчас, когда у меня так много дел.

В жестокой насмешке, боль раскрылась как цветок в моем сердце, острая боль нарастала с пугающей быстротой, пока не согнула меня пополам.

Начались судороги.

Наконец до меня дошло, что жить мне осталось всего несколько часов. Было слишком поздно даже молить Игнацио о пощаде; он ушел. Никто не выживает после слез демона без нейтрализующего эликсира, а ближайшая бутылка находится в ста пятидесяти милях отсюда, в моей спальне в Раверре.

Чувство нарастало во мне с медленным величием, запертое в такт следующей судороге. Я ожидала увидеть страх, но сквозь боль пробилась ярость. На Игнацио, на Леди Савони — и на себя за то, что сидела на полу и ждала смерти, когда у меня была работа.

Гнев придал мне достаточно сил, чтобы подняться на ноги и ухватиться за стену, чтобы не упасть. У меня не было ни идей, ни времени, но будь я проклята, если перестану пытаться.

Дверь с грохотом распахнулась.

В комнату ворвались Игнацио и Леди Савони, сопровождаемые горсткой вооруженных людей.

С ними, улыбаясь, как довольная кошка, прищурив глаза, шла Заира.

- Где они?- Спросил Савони. - Она махнула рукой в сторону стоящих рядом с ней суровых тварей. Я потянулась за пустыми ножнами от кинжала, но была не в состоянии сопротивляться. Двое из них заломили мне руки за спину, а третий приставил нож к горлу.

Я рассмеялась. Угрожать мне смертью теперь было бессмысленно. “Понятия не имею.”

Заира пожала плечами. “Я показала тебе, в какую сторону они увели детей, - сказала она Савони. “Я не виновата, что ты не успела догнать меня.”

Она не так много смотрела на меня. Бандиты не следили за Заирой и не угрожали ей. Она не была пленницей, она была с ними по собственной воле.

Игнацио резко повернулся к ней. “Ты можешь сжечь всю территорию, где они находятся?”

- Если у меня достаточно мотивации.- Она бросила на меня презрительный взгляд. “Но только если эта сука освободит меня первой.”

- Заира ... - выдохнула я. Прежде чем я успела сказать что-то еще, меня снова свело судорогой. Я попыталась согнуться, но болезненная хватка на руках удержала меня.

“Мы можем освободить тебя достаточно легко. Савони кивнула мужчинам, которые держали меня. Они повалили меня на пол, и я ударилась бедром и плечом о камень. Прежде чем я успела хотя бы попытаться справиться с нахлынувшими на меня головокружением и тошнотой, один из них пощекотал мне бок острием меча.

“Ждать. Игнацио поднял руку и нахмурился. “Она все равно умирает от яда. Теперь это не займет много времени.”

“У нас нет времени, - сказала Леди Савони. “Если ты не можешь вынести вида крови своей кузины, закрой глаза.”

Я пожалел, что у меня нет языка Заиры для ненормативной лексики, но очередная судорога лишила меня возможности говорить.

Заира уперла руки в бока. “Если она умрет, я тоже умру, если не найду нового сокольничего через несколько дней. Я не вижу в этом никакой выгоды.”

“Ты хочешь знать, что это для тебя?- Спросил Игнацио.

- Чертовски верно говорю. Я помогаю тебе не из милосердия.”

Он натянуто и самодовольно улыбнулся. “А как насчет свободы?”

Заира пошла по-прежнему. “Я вас слушаю.”

Благодать милосердия. Я надеялась, что она обманывает их, но это было единственное, чего она хотела больше всего на свете.

Игнацио знал это. Он пожал плечами, расслабившись и взяв себя в руки. “Вы совершенно правы. Если Амалия умрет, Джесс даст вам несколько дней, чтобы получить нового сокольничего, а если нет, то заберет вашу жизнь. это простая предосторожность, чтобы гарантировать, что именно такая ситуация не возникнет: конкурирующая сила освобождает Сокола, чтобы работать на них, убивая Сокольничего. Но я могу предложить вам побег.”

“Ты можешь убрать от меня этот глупый Джесс?- Грубый голод окрасил голос Заиры.

Я лежала тихо, Моя рука медленно ползла к медальону с факелом. Я не была уверена, что смогу снова встать, но мне нужно было быть готовой двигаться. Как-то.

Игнацио покачал головой. - Увы, нет. Но я могу достать тебе новый.- Он сунул руку под пальто и вытащил сверкающую золотую полоску: украденная Джесс. - Это не даст старому убить тебя.”

Заира фыркнула. “Какая мне польза от новой цепи?”

“Я скажу слово освобождения один раз и отпущу тебя.- Он развел руками, и Джесс повисла на них. “Ты слишком много знаешь для меня, чтобы я захотел выдать тебя Империи, и я не вижу никакой возможной выгоды и большого риска в попытке сохранить мой собственный секрет огненного колдуна.”

Это имело смысл. Судя по интересу, вспыхнувшему в глазах Заиры, она ему поверила.

Игнацио тоже это заметил. Циничная улыбка тронула его губы. “В обмен на ваше сотрудничество Сегодня вечером и ваше молчание после этого, я буду держаться подальше от вашей жизни. Твоя сила будет твоей, чтобы освободить или связать, пока ты хранишь мои секреты. Ты будешь свободна.”

- Свободна от Сокольничих, - прохрипела я. “Но не свободна от тебя, Игнацио.”

Заира посмотрела на меня сверху вниз. - Сокольничие никогда не давали мне выбора. Теперь он у меня есть.”

“Тогда сделай это, - отрезала Леди Савони. “У нас нет времени на нерешительность.”

Заира коротко кивнула Савони, но ее глаза не отрывались от моих. Я не могла прочитать выражение ее лица.

“Сделай это. Отпусти меня.”

Леди Савони дернула подбородком в сторону одного из охранников. Он поднял меч. Я сомневалась, что смогу откатиться в сторону, не говоря уже о том, чтобы сопротивляться.

Но слова Заиры были обоюдоострым кинжалом. Вопрос был в том, какая рука держит рукоять, и я знал ответ. Я уже давным-давно говорила об этом дожу.

Никто не контролировал Заиру. Она была сама себе хозяйка.

Я выдержала ее взгляд. “Я доверяю тебе, Заира, - прошептала я. - “Exsolvo”

Глава 32

Заира рассмеялась.

Она торжествующе потянулась к низкому потолку. Голубое пламя пробежало по ее рукам,в глазах вспыхнул огонь. Звери отпрянули, и Леди Савони вздрогнула. Я бы сама отстранилась от нее, если бы могла.

Игнацио неуверенно протянул руку, его лицо было залито голубым светом. - Заира ...?”

Глаза леди Савони сузились.

- Прикончи Сокольничего, - приказала она фехтовальщику, который замер с занесенным надо мной клинком.

Он кивнул и расправил плечи, готовясь нанести удар.

Заира протянула к нему руку, словно посылая воздушный поцелуй. Огненная дуга пронеслась по воздуху между ними, всплескивая на его груди и проводя огненными пальцами по шее в волосы. Он закричал и, корчась, упал на пол. Вонь горящей плоти была ужасной.

- Убей ее!- Воскликнула леди Савони. - Быстрее, пока она нас всех не сожгла!- И она кинулась на Заиру с кинжалом.

Волна голубого пламени охватила ее прежде, чем она успела подойти достаточно близко, чтобы магический корсет Заиры смог защитить ее. Леди Савони рухнула неподвижной пылающей грудой; костер поглотил ее жизнь, как голодный волк.

“Это за детей, бессердечное чудовище.- Холодная, отстраненная нотка в голосе Заиры вызвала у меня тревогу.

Один из оставшихся негодяев выхватил кремневый пистолет и выстрелил в нее. Со вспышкой и мерцанием пуля срикошетила и ударила его в ногу. Он с воем опустился на одно колено.

Дверь распахнулась. Я едва заметила, как блеснул вышитый рукав Игнацио, когда он снова захлопнул за собой дверь. Гнев вспыхнул во мне, как огонь Заиры. Как он посмел убежать? Но я все еще был слишком слаба, чтобы встать и пойти за ним.

У Заиры было достаточно мести для нас обоих. Бледное нечестивое пламя волнами исходило от нее, обнимая двух оставшихся охранников, когда они пробирались к двери. Их крики разрывали мне уши, пока я не закрыла их руками. Затем огонь поглотил саму дверь и хлынул в коридор, как прилив, преследуя Игнацио.

Но он также распространился от ног Заиры, облизывая пол по направлению ко мне. И он жадно жевал свой путь из горящего дверного проема, распространяя мерцающие синие языки по каменным стенам.

- Заира. Я приподнялась на руках; комната закачалась, и судорога отбросила меня назад на пол. - Заира, - выдохнула я, - ты меня слышишь?”

Она ничего не ответила. Огонь пробежал вверх и вниз по ее волосам. Она сделала грациозный скользящий шаг к двери, как лунатик-балерина, а затем еще один.

Благодать милосердия. Она потерялась в пламени костра.

- Заира! Ты должна остановиться!”

Она не подала виду, что узнала его. Голубое пламя приближалось ко мне по каменному полу.

- Ревинчио, - прошептала я.

Комната погрузилась в почти полную темноту, когда огни погасли. Заира покачнулась и рухнула вместе с ними.

Наступила тишина, нарушаемая моим слабым кашлем, когда я задохнулась в пепельном воздухе. Мне пришло в голову, что я вдыхаю дым от четырех обгоревших трупов, разбросанных по комнате, - крошечные песчинки, оставшиеся от их жизни. Я подавилась.

Мне хотелось чистого воздуха и воды, и выбраться из этого ужасного места, прежде чем я умру. Я хотела Марчелло. Мне нужна была моя мать. Из уголков моих глаз потекли слезы. Я попыталась сесть, комната закачалась вокруг меня.

На лестнице расцвел свет, и я услышал грохот приближающихся сапог. Мое сердце устремилось к разрушенному дверному проему, надеясь на чудо.

Но это был Игнацио с еще двумя приспешниками. Войдя в комнату, они остановились в нерешительности. Затем Игнацио увидел бесчувственное тело Заиры и вздохнул с видимым облегчением.

- Убейте их обоих, - приказал он своим людям.

Но тот, что стоял слева от него, скрючился, кашляя, и кровь брызнула на пол перед ним.

Второй слишком медленно вытащил кремневый пистолет. Стройная, грациозная фигура выхватила нож из спины его товарища и тем же движением развернулась, чтобы перерезать ему горло.

Игнацио отпрянул от нее, выхватывая Кинжал. - Ты!- воскликнул он.

Кьярда перешагнул через тела наемников. Ни один волосок не выбился из прически на ее идеальной голове.

- Графиня шлет привет своему дорогой кузену, - сказала она.

Марчелло ворвался в комнату следом за ней, целясь кремневым ружьем в грудь Игнацио. Игнацио бросил кинжал и упал на колени, подняв руки, словно в молитве.

- Я сдаюсь! Пожалуйста, не убивайте меня! Я сдаюсь!”

“Тогда я доставлю тебя на суд Совета Девяти. Кьярда продолжала наступать на него, гладкая и смертоносная, как тигрица. - Графиня решит твою судьбу.”

Игнацио побледнел, как призрак утопленника. Он знал, что моя мать делала с людьми, которые подвергали опасности ее дочь.

Должно быть, это галлюцинация. Но я не могла представить себе более чудесного и утешительного наваждения, которое осветило бы мне путь к смерти, чем Марчелло, бегущий ко мне, зовущий меня по имени, прижимающий меня к своей груди.

Я закрыла глаза. “Я знаю, что ты ненастоящий, но все равно Поцелуй меня, - пробормотала я.

Тени под моими веками сгустились, когда он наклонился ко мне, и его дыхание щекотало мне лицо. Но я скользнула в темноту прежде, чем наши губы соприкоснулись.

***

Кьярда позвала меня по имени. Без сомнения, моя мать требовала моего присутствия за завтраком, но все, чего я хотела, - это продолжать спать. Пуховая подушка убаюкивала мою голову с идеальной мягкостью, и мое тело болело от усталости. Теплый свет просачивался сквозь мои закрытые веки, что означало, что солнце осветило городские дома на дальней стороне Имперского канала. Я пожалела, что не догадалась задернуть занавески на кровати накануне вечером. И вообще, почему я так поздно встала? Я не могла вспомнить.

- Леди Амалия. Ты должна проснуться. Пришло время для вашего утреннего эликсира.”

Так вот почему моя мать послала Кьярду разбудить меня. Она снова обращалась со мной как с ребенком, как будто я не могла сама о себе позаботиться.

Но что-то было не так. Что-то насчет моего эликсира.

Я моргнула и открыла глаза. Странная спальня скользнула в фокус: бледно-голубая вместо теплого золота, никакого беспорядка книг и искусственных проектов, другая кровать. Кьярда сидела у моей кровати, как всегда, в идеальной позе, держа в руке стакан для питья. Мой мир накренился, повернулся и встал в новое положение, как кусочек головоломки, который я пыталась вставить неправильно. Меня не было дома. Я все еще была в Арденсе. И было уже утро.

“Я не умерла?- Недоверчиво переспросила я.

“Конечно, нет, Леди. Графиня ясно дала понять, что ты должна вернуться живой.”

Память сжала свои когти. Я попыталась сесть, но не смогла. - Дети! Все в порядке? Мы что, воюем?”

- На данный момент ситуация находится под контролем, хотя предстоит еще многое сделать. Пожалуйста, возьмите свой эликсир, Леди.- Тон Кьярды не оставлял места для споров, когда она протянула стакан.

Казалось невозможным, что она действительно могла получить мой эликсир, но запах аниса дразнил мой нос. Я подняла голову, и она подсунула мне под спину еще одну подушку, чтобы поддержать меня, пока я пила. Знакомый вкус никогда еще не был так желанен.

- Кьярда, я всегда думала, что ты хороша во всем, но это чудо.”

“Вовсе нет, Леди.- Кьярда взяла у меня пустой стакан. - Несколько дней назад графиня получила несколько разведданных из Арденса, которые касались ее. Она послала меня узнать, не нужна ли тебе помощь в сборе секретной информации. Я захватила с собой еще одну бутылку вашего эликсира на всякий случай, по просьбе графини.”

- "Собирание чувствительных ..." ты шпион, Кьярда?”

- Я благословленна разнообразным набором навыков, Леди.”

В дверь постучали. Кьярда поднялась, чтобы ответить. Я заметила, что перед этим она сунула в руку Кинжал.

- А, Лейтенант Верди. Кьярда вопросительно взглянула на меня.

Я все еще была в своей грязной рубашке и бриджах с прошлой ночи, но я хотела видеть Марчелло больше, чем не хотела, чтобы он видел меня. - Пожалуйста, впустите его.”

Она отступила в сторону, и в комнату вошел Марчелло. Лицо его было покрыто щетиной, глаза налиты кровью, черные кудри растрепаны. Если он и спал, то это не слишком освежило его.

Хорошо. Я и сама была в ужасном беспорядке. Если бы он принял ванну и побрился, я бы умерла от смущения. Но если мы оба все еще разделяем усталость и грязь нашей мучительной ночи, мне не нужно стыдиться.

- Амалия! Ты проснулась!- Он пересек комнату, подошел к моей кровати и, взяв мою руку, прижал ее к своей щеке. Я провела пальцами по его щетине, очарованная ее шероховатостью.

Кьярда откашлялась. Марчелло отпустил мою руку.

“Кажется, я вполне здорова, - согласилась я. Я чувствовал себя крабом, которого Чайка несколько раз бросила на камень, чтобы сломать панцирь, но это все равно было обнадеживающим улучшением. - Дети в безопасности?”

- Он кивнул. - Они сейчас с родителями. Твой друг Доминик вернул их домой.”

Я опустилась на подушку. - Спасибо Милостям.”

“Именно в городском Доме виконта Бергандона я встретилась с лейтенантом Верди, - сказала Кьярда. “Когда я прибыл в Арденс и сотрудники Светлейшего Посланника объяснили мне, что за вами охотятся как за убийцей герцога, я предположил, что вы могли пойти к своему старому школьному другу. Если бы я не застал там лейтенанта Верди, он побежал бы к вам без моей помощи и эликсира, и, боюсь, у меня был бы неутешительный отчет для графини.”

Марчелло опустил голову. “Я должен поблагодарить вас, леди Кьярда.”

- Пожалуйста, лейтенант, я всего лишь скромный слуга.”

Я подавила неподобающее леди фырканье. “Как обстоят дела в Ардентинском суде?”

Марчелло поморщился. “Бардак. Подробностей я не знаю. Леди Терринджер все еще больна—”

- Отравлена, - пробормотала Кьярда.

- Значит, никто не представляет Безмятежную Империю.- Марчелло провел рукой по волосам. “Я так понимаю, там много криков и неразберихи.”

Кьярда вежливо поклонилась. - Могу я добавить кое-какие детали, Леди?”

Мой рот дернулся. Марчелло не был достаточно хорошо знаком с Кьярдой, чтобы понять, что он подвергся язвительной критике за свою способность провести брифинг. “Пожалуйста.”

- Сегодня у Дожа крайний срок, и я проверила у графини через курьерские лампы, что он отказался его перенести. Хотя Джесс был восстановлен, Арденс все еще должен вернуться к соблюдению Безмятежных Соглашений до захода солнца, или он прикажет уничтожить город.”

- Милости хранят нас. Я снова попыталась сесть, и на этот раз мне это удалось. “Есть ли новый герцог? Есть ли у них кто-то, кто мог бы принять такое решение?”

Кьярда покачала головой, ее темные глаза были серьезны. - Нет, Леди. У герцога Астора Бергандона не было прямого наследника, и преемственность неясна. Ардентинский двор расколот внутренним конфликтом. Доминик Бергандон возглавляет партию, призывающую к примирению с Раверрой. Его брат Габриэль призывает противоборствующую фракцию отречься от Раверры, полагаясь на Васкандара для защиты от последствий; его поддерживают несколько лордов совета, в первую очередь Лорд Ульмрик. Большая часть двора все еще винит тебя в смерти герцога Астора. Габриэль и его союзники также возложили вину за смерть Леди Савони и похищение детей на Соколов.”

- Ну, это отчасти правда, - сказала я. - Заира действительно убила Савони. Но она была предательницей Арденса и Империи.”

Кьярда кивнула. - Конечно, Леди. Но вельможи из Совета лордов Ардентина имеют на это только ваше слово. Все, что они знают, это то, что Леди Савони, которой все доверяли, утверждала, что видела, как вы убили герцога; а затем она была убита огнем вашего Сокола в течение нескольких часов.”

Я скрутила одеяла. “Должна признать, что это выглядит ужасно.”

- Слуги леди Терринджер делают все, что в их силах, леди, но без ее разрешения и руководства они натыкаются на стену враждебности в Ардентинском дворе. Ситуация, мягко говоря, деликатная.”

“Преисподняя. Ни с той, ни с другой стороны нет руководства.” Я положила мои руки на лицо, думая. - Милость Премудрости, помоги нам, это полный бардак.”

Марчелло покачал головой. - Все, у кого есть власть или связи, чтобы представлять Раверру и подталкивать Арденс к порядку, мертвы, недееспособны или находятся более чем в дне езды отсюда. А Ардентины слишком разобщены, чтобы справиться с этим самостоятельно. Мы должны просить у Дожа больше времени. Другого выхода нет.”

- Попрошайничество не принесет тебе милостей от Ниро да Моранте.- Я перевела дух. “Но ты ошибаешься.”

- А? Марчелло поднял брови.

“Я могу говорить от имени Безмятежной Империи.”

Тревога омрачила его лицо. “Я считал тебя недееспособной.”

Я повернулась к Кьярде, не обращая на него внимания. - Организуйте мне встречи с Домиником, сотрудниками Леди Терринджер и любыми влиятельными лордами Арденс, чьи дети были среди похищенных. А почему бы и нет, Габриэлем Бергандоном.”

Глаза Кьярды заблестели. “Конечно, Леди. - Гле?”

“Здесь. Во Дворце Посланника. Голубая комната, где Игнацио обычно вел подобные дела.”

Кьярда поклонилась. “Немедленно, Леди. И я пошлю графине сообщение через курьерские лампы, что вы справляетесь с ситуацией.”

От неожиданности у меня защипало глаза. “Это высокая похвала.”

“Вовсе нет, Леди. Это просто наблюдение.- Она пронзила Марчелло своим мрачным взглядом. - Лейтенант Верди, пока я занимаюсь приготовлениями, могу ли я доверить вам жизнь Леди Амалии и ее честь?”

- Клянусь своей жизнью и честью, вы можете.”

“Тогда я скоро вернусь. Она поклонилась и ушла, бросив на нас последний предупреждающий взгляд.

- Она убьет меня, если я возьму тебя за руку?- Прошептал Марчелло, когда она ушла.

- Давай выясним.- Я вложила свою руку в его. Его чудесное, твердое тепло удерживало меня в мире, который все еще казался хрупким вокруг меня, как будто он мог рухнуть в боль и ужас в любой момент.

- Жизнь вернулась к тебе, - выдохнул Марчелло.

- Прости, что заставила тебя волноваться.”

Он как-то странно посмотрел на меня. Момент удлинился.

- Что?- Спросила я, нервничая.

“Я кое-что понял. Когда я чуть не потерял тебя.- Его голос стал низким и грубым.

- А?”

- Я не хочу снова вести себя так, будто ты мне безразлична, Амалия. Я не уверена, что смогу.”

В горле у меня образовался ком, похожий на раскаленный камень. - Милость Любви, прости меня. Мне не следовало целовать тебя.”

“Нет.- Он сжал мою руку. - Я рад, что ты это сделала. Спасибо Милостям, которые ты наконец-то сделала.”

Я отрицательно покачала головой. “Сейчас это легко сказать, но когда ты мерзнешь в какой-нибудь продуваемой сквозняками крепости в горах Ведьмволла, ты можешь чувствовать себя иначе.- Я прижала пятку свободной руки к глазу, который грозил стать слишком влажным. “Даже если моя мать даст нам какие — то права, потому что я умирала, даже если она не отошлет тебя, это не изменит основной истины, Марчелло. Я не могу выбирать, за кем ухаживать. Во всяком случае, не исходя из моих личных предпочтений.”

“Но мы столько всего пережили вместе. Глаза Марчелло подозрительно заблестели. Милость Милосердия, не плачь. - Конечно, твоя мать—”

“Это не мамино решение. Я протянула руку и положила дрожащие пальцы на его губы, чтобы остановить любые слова, которые могли бы сломить мою решимость. Их мягкое тепло вызвало покалывание в моей руке более сильное, чем магия Рувена. - Это мое. Я дочь Безмятежного Города, Марчелло. Я не могу быть эгоисткой в этом.- От боли в его глазах у меня перехватило горло. Я не могла удержаться, чтобы не прошептать: "неважно, как сильно я этого хочу.”

Его губы скользнули по моим пальцам. “Ты хочешь сказать, что мы никогда не сможем—”

- Никогда-это очень долго.- Я заставила себя улыбнуться, но что-то прорвалось сквозь меня, как солнечный свет, и внезапно это не было принуждением. “Мы оба живы. Это хорошее место для начала. И, как ты говоришь, мы многое преодолели вместе. Возможно, ты станешь тайным принцем потерянного Селантиса. Или, может быть, моя мать лишит меня наследства.”

Он ответил слабым эхом моей улыбки. “Я научился не сомневаться в ваших способностях, Миледи. Я верю, что вы можете найти менее драматичное решение.”

Приближались шаги, более сильные, чем бесшумная поступь Кьярды. Дверь распахнулась. Марчелло направил свой кремневый пистолет на незваного гостя.

- О, убери свой пистолет обратно в штаны” - сказала Заира, ухмыляясь. “Если бы я хотел ее смерти, она была бы мертва.”

Марчелло со вздохом облегчения откинулся на спинку стула.

- Спасибо, - сказала я. - За то, что спасла мне жизнь.”

“Не забивай себе этим голову. Улыбка Заиры погасла, и она опустилась на стул возле моей кровати. “Очень жаль, что так вышло с Игнацио.”

Что-то скрутило у меня внутри. После всего, что он сделал, он все еще был членом семьи. “Он мертв?”

“Пока нет, насколько мне известно. Нет, я имела в виду, что очень жаль, что он оказался коварным ослом.”

“Вряд ли это твоя вина.”

“Его пока держат в гарнизоне, - сказал Марчелло. “Они собираются вернуть его в Раверру для суда Советом Девяти.”

Интересно, будет ли это тяжело для моей матери? Или если бы она увидела недостатки, которые заставили его предать Раверру раньше, чем кто-либо другой, и отстранила его от должности посланника, чтобы дать ему шанс избежать ловушек собственного характера.

“Он был прав, - тихо сказал я. - Для него уже давно было слишком поздно.”

Марчелло сжал мое плечо.

“А как насчет Арденса? Заира развалилась в кресле, как будто ей было все равно, но напряженность в голосе выдала ее. “Для города тоже слишком поздно? Мне понадобится большой ужин, если ты хочешь, чтобы у меня хватило сил поджечь все сегодня вечером.”

- К сожалению, это зависит только от меня.- Я стиснул зубы. “Так что, если вы двое будете так добры и поможете мне встать с постели, я приму ванну. Это будет долгий день.”

***

Я начала с Доминика, потому что знала, что он простит меня, если я совершу ошибку.

Кьярда помогла мне устроиться в кресле в роскошной, но уютной Голубой Комнате так, чтобы я могла отдохнуть, не выглядя оскорбительно непринужденно для моих гостей. И все же все, чего я хотела, - это спать, и у меня сильно болела голова от последствий действия яда. Игнацио, вероятно, мог бы смешать мне что-нибудь, чтобы облегчить боль.

Я старалась не думать о том, что у него больше не было мотивации смешивать мне что-нибудь полезное. Разве что для того, чтобы моя мать не приказала убить его.

Доминик появился с рассеянным видом человека, которого оторвали от борьбы за тушение пожара. Но он слушал, как я рассказываю ему все, что знаю о заговоре Леди Савони и Игнацио, морщась или восклицая в разных местах. В конце концов он вскочил и принялся расхаживать по комнате, несмотря на явную усталость.

- Черт бы их побрал в аду коррупции. Все это время они использовали нашу боль и гнев. Это никогда не имело ничего общего с правосудием. Они смеялись над нами.”

“Нам нужно, чтобы Совет лордов и Ардентинский двор увидели правду.- Я потерла висок, пытаясь унять головную боль. “Пока некоторые из них все еще верят в ложь Савони, мир между Арденсом и Раверрой будет трудным делом.”

Доминик покачал головой. - Леди Савони. Я никогда бы не подумал, что именно она предаст Арденс.”

“По ее собственному разумению, - сказала Я, - я не думаю, что она это сделала.”

Брови Доминика поползли вверх. “Я не понимаю, как это не предательство-убить Вашего герцога и подтолкнуть Ваш город к войне, которая уничтожит его полностью.”

“Но она никогда не собиралась допустить, чтобы эта война действительно произошла. И в ее глазах герцог Астор был настоящей угрозой для Арденса. Он и другие декадентствующие дворяне двора.” Возможно, она и права, что он ввергнет город в руины, но я не собиралась говорить этого его кузену. “Если бы у него был многообещающий наследник, она могла бы просто покончить с ним. Но без сильного пламенного лидера, способного заменить его, она должна была создать кризис такой силы, что Империя должна была вмешаться и назначить имперского губернатора. И Игнацио, естественный выбор, был более чем готов взять на себя эту роль.”

“Преисподняя. Я знаю, что у меня тоже не было особого уважения к руководству города, но это уже слишком. Доминик замолчал, погруженный в свои мысли.

Мне хотелось дать ему время смириться с тем, что случилось с его городом, но у меня оставалось всего несколько часов до того, как он вообще перестанет быть городом.

- Доминик.- Я поймал его взгляд. Беспокойство придавило его обычно оживленное лицо. “Скажи мне. Ты веришь, что будущее Арденса связано с Безмятежной Империей?”

- Я знаю. Доминик вздохнул. “То, как я отношусь к Империи, не имеет значения. Она здесь, и мы в ней. Времена, когда Арденс и Раверра были независимыми городами-государствами, давно прошли.- Он откинулся на спинку стула. “Вот почему мне никогда не нравились разговоры Габриэля о восстании. В этом нет никакого смысла. Мы можем реформировать империю и сделать ее лучше. Иногда нам нужно противостоять этому. Но мы-часть этого, хорошо это или плохо. Это истина, с которой мы должны работать.”

Достаточно хорошо. - Я должна попросить тебя кое о чем, Доминик.”

- Он взмахнул рукой в изысканном жесте. - Проси, и оно твое.”

“Тебе это не понравится.”

Он приподнял бровь. “Хм. Ну тогда спрашивай, а я подумаю.”

“Мне нужно, чтобы ты стал новым герцогом Арденсским.”

Ошеломленное выражение его лица было необычайно удовлетворительным. После долгого молчания он сглотнул. “Есть и другие претенденты на герцогский трон, которые хотят его больше, чем я.”

- Я знаю. Извини.- Я поморщилась. “Я все тебе компенсирую. Ты даже можешь взять мой Мускати.”

Его глаза загорелись. - Неужели?”

- Ну, когда я закончу с этим.”

Доминик откинулся на спинку стула и глубоко вздохнул. “Я не уверен, что Мускати достаточно. Я ученый, Амалия. Путешественник, шутник и дилетант. Не герцог. А ты знаешь, как я презираю политику.”

- Я знаю.- Я налила полный кубок вина из бутылки, которую оставила мне Кьярда. - Поверь мне, я знаю. Но герцог, который ненавидит политику, может быть, как раз то, что сейчас нужно Арденсу. Я рассчитываю, что ты пойдешь на эту жертву ради мира.”

“Это удар ниже пояса.- Он взял Кубок и осушил его на треть несколькими большими глотками.

“Да.- Я грустно улыбнулся. “Я училась у своей матери.”

“Если я сделаю это, - сказал он, - ты поймешь, что я не буду прыгать всякий раз, когда Раверра щелкнет пальцами. Если я думаю, что Империя причиняет вред моему народу,я собираюсь высказаться. И я не буду молчать о несправедливости принуждения детей к Соколам.”

Я молча кивнула. “Это я тоже знаю.”

“Не думаю, что дожу это понравится.”

- Ведите себя вежливо и соблюдайте Безмятежные Соглашения, и он как-нибудь справится.- Я поднял свой бокал в его честь. “А что касается меня, то я не могу поступить иначе.”

***

Родители похищенных наследников вели более сложные беседы, полные переменчивых эмоций и болезненных тем, но оставался один простой факт: их дети знали, кто их спас. С каждым из них по очереди, как только мы преодолели колючую изгородь гнева и отрицания, мы вышли на солнечное пастбище благодарности. Они были моими навсегда, за то, что вернула их сыновей и дочерей живыми. Каждый обещал мне свою поддержку, некоторые с большей неохотой, чем другие.

С Габриэлем дело обстояло сложнее. Это было интервью, которого я боялась больше всего. Я подумывала попросить Доминика помочь ему с братом, но в конце концов решила, что лучше оставить его в стороне от этой дискуссии.

Габриэль с большим подозрением опустился в кресло и отказался от вина, которое я ему предложил.

“Я ничего не возьму у Раверры.- Он скрестил руки на груди, глядя на меня поверх них. “Я думал, ты друг Арденса. Я доверял тебе из-за твоих семейных связей. Но ты убила моего кузена герцога, да и Леди Савони тоже. Я выслушаю вас, но не принимайте этот визит за дружеский.”

Что ж. Это облегчало задачу. Я предпочла бы встретиться лицом к лицу с честным врагом, чем вести неприятный разговор с кем-то, кто считает меня другом.

- Габриэль Бергандон, это благодаря Раверре дети, которых, как утверждали ваши Теневые Джентри, хотят защитить, теперь благополучно вернулись к своим семьям. Именно Леди Савони организовала их похищение и убила покойного герцога. Почему все еще держишь эту горькую обиду на Безмятежную Империю?”

Габриэль фыркнул. “Я поверю, что Коланта Савони убила герцога, когда его призрак скажет мне об этом. Мой брат может проглотить твою ложь, но я не настолько доверчив. Если вы здесь, чтобы попытаться уговорить меня стать хорошим маленьким имперским Бутлером, вы напрасно тратите свое время.”

- Я вздохнула. - Габриэль. Позвольте мне рассказать вам о моей проблеме.”

Он скрестил руки на груди и настороженно посмотрел на меня.

- Доминик-хороший друг. Я не хочу причинять ему боль.- Я налила себе бокал вина. “Это значит, что я не позволю казнить тебя за измену, если смогу. Но ты делаешь это ужасно трудным.”

Габриэль сглотнул. - Казнен за измену?”

- Подумай, как это выглядит для Дожа. Я подняла свой бокал, рассматривая его так, словно вино было душой Габриэля. “Известно, что Вы были близки с принцем Рувеном, который бежал из Арденса после кражи редких книг и заговора с целью использования разрушительной магии против Империи.”

- Рувен этого не сделает, - запротестовал Габриэль.

- Прости меня, Габриэль, но ты плохо разбираешься в людях.- Я отхлебнула вина. “Что еще хуже, Теневые Джентри были вовлечены, благодаря усилиям Леди Савони, как в похищение детей Ардентайн, так и в неспровоцированное нападение на Сокольничего и кражу Джесса.”

На лице Габриэля появилась тревога. “Мы ничего такого не делали!”

- Я знаю. Я откинулась на спинку стула, стараясь не показывать своего изнеможения. “Но мне будет гораздо труднее убедить Дожа в вашей невиновности, если вы все еще будете вести себя как сообщник Игнацио и Савони, повторяя каждую ложь, которую они вам сказали. Сейчас, на первый взгляд, это очень похоже на то, что вы сговорились с ними и Васкандаром, чтобы посеять хаос и войну в Арденсе. Будь я на твоем месте, я была бы осторожна—очень осторожна — чтобы не дать Совету Девяти лишних оснований полагать, что ты замышляешь заговор против спокойствия Империи.”

Плечи Габриэля поникли, глаза остекленели. Наконец он потянулся за вином.

- Я улыбнулась. - Подумай об этом, Габриэль Бергандон, и мы увидимся сегодня вечером.”

***

Когда тени удлинились к закату, который мог оказаться последним для Арденса, в воздухе повеяло осенней прохладой. Я была рада, что Кьярда не стала возражать против моей просьбы о куртке и бриджах, а вместо этого помогла мне выбрать Рейверранский королевский синий сюртук с достаточно богатой вышивкой и тканью, чтобы произвести впечатление на придворных Ардентинов, но достаточно строгого покроя, чтобы напомнить им, что я не шучу. Я была слишком истощена и измучена, чтобы провести остаток дня, борясь с дрожью в платье с глубоким вырезом.

Когда я отправилась в Речной Дворец, я отправилась туда не одна. Заира пошла со мной, поскольку этого требовал закон. Марчелло, как лейтенант, пришел позаботиться о безопасности своего Сокола и Сокольничего. И Кьярда молча последовала за нами. Что бы она ни собиралась делать во дворце, я был уверена, что это будет сделано с изящной точностью, что одновременно успокаивало и нервировало меня.

Дворцовая стража встретила нас у дверей, герб Бергандона сверкал на их камзолах. Двое из них сопровождали нас, более близко, чем я подозревала, Марчелло и Кьярда предпочли бы, через барочное великолепие Зала Красоты к Залу Величия, где нас ждали дворяне из Совета Лордов.

Около сорока мужчин и женщин в драгоценностях и парче собрались вокруг огромного блестящего дубового стола, наполненного тусклым эхом. У них был помятый, беспокойный вид людей, которые были здесь долгое время. Похожее на трон кресло ждало его во главе стола. Доминик стоял в ногах, опершись на стол кулаками, как будто только что кричал на кого-то. Габриэль сидел в нескольких креслах от него, скрестив руки на груди и глядя на свои колени.

Когда мы вошли, все глаза в комнате обратились на нас. Некоторые из дворян кивнули мне в знак признания, другие отступили назад в явном страхе или отвращении. Несколько губ скривились в гневе.

- Леди Амалия Корнаро, - приветствовал меня Доминик. - Пожалуйста, садитесь. Вы, должно быть, устали.- Он перевел взгляд на Заиру, стоящую рядом со мной, прежде чем закончил приветствовать меня; я с трудом подавила улыбку.

Прежде чем я успела ответить на его приветствие, скрип стула по мраморному полу нарушил тишину комнаты. Лорд Ульмрик, бородатый джентльмен, который приставал к Заире на вечеринке у Игнацио, поднялся на ноги. “Если убийца Астора Бергандона сядет за этот стол, я не стану этого делать.”

По столу пробежал ропот. Поднялись и еще несколько дворян.

- Тогда ты можешь сесть обратно.- Я позволила своему голосу звучать спокойно и ясно. После всего, что произошло за последние пару дней, я не боялась комнаты, полной стариков. - Леди Савони лишила жизни покойного герцога. Я видела это собственными глазами.”

- Коланта Савони была правой рукой герцога, - возразила дородная женщина. - Она любила Арденс больше собственной жизни. Почему мы должны верить какой-то девице из Раверра, а не благородной леди, которая столько лет помогала управлять Арденсом?”

Я не ожидала, что меня обвинят в убийстве так скоро, но, возможно, так и должно было быть. Я полагала, что только хаос в Совете Лордов помешал мне быть арестованным в тот момент, когда я проходила через ворота Речного Дворца.

Слава богу, мне не пришлось стрелять из пустого колчана. Я кивнула усатому господину, сидевшему за столом, а тот, в свою очередь, кивнул слуге, который вышел из комнаты.

“Я понимаю, почему ты не хочешь мне доверять, - сказала я. - В эти трудные дни доверие Арденса не раз нарушалось. Но, возможно, вы мне поверите, если за меня поручится кто-то, слишком хорошо знакомый с предательством Леди Савони.- Я посмотрела на дверь.

Шаги приближались к Залу Величия, легкий топот был контрапунктом степенной и размеренной поступи взрослого человека. В комнату вошла долговязая женщина в очках, держа за руку маленькую девочку.

Я почти не узнала ее, умытую и одетую в желтое шелковое платье. Но потом ее глаза встретились с моими, и я посмотрела.

Девушка из канализации. Джаслин.

Она, должно быть, тоже узнала меня, потому что расплылась в улыбке, как будто луч солнца пронзил нарисованные облака на потолочной фреске и осветил ее лицо священным лучом.

“Это ты!- она плакала. Она отпустила руку матери и подбежала ко мне, крепко обхватив худыми руками мою талию.

Я обняла ее в ответ, мои глаза защипало. “Я так рада, что ты в безопасности.”

“Ты знаешь эту женщину, Джаслин?- удивленно спросила дородная женщина.

- Да, Тетушка!- Джаслин взволнованно повернулась к ней. “Это леди, которая спасла нас.”

Большинство стоящих аристократов в изумлении опустились на свои места. Но взгляд лорда Ульмрика оставался неизменным.. - Значит, вы их освободили. Ты все еще лжгунья, Коланта Савони никогда не предаст Арденс.”

“Нет. Я схватилась за пустой стул передо мной, чтобы не упасть, и оглядела стол. - Если бы не Арденс, она бы предала своего герцога. Из-за страсти она предаст тебя и твоих детей. Она хотела спасти сам город, даже за счет его отдельных жителей.”

Взволнованный шепот наполнил комнату, как шелест крыльев. Они все еще не были убеждены, пока.

Усатый лорд, отец Джаслин, подозвал ее к себе и нежно положил руку ей на плечо. - Джаслин.- Его голос был мягким, но звучным. - Расскажи им о женщине, которая держала тебя в плену.”

“На ней была серая маска, - сказала Джаслин.

Габриэль поморщился.

“Ты помнишь что-нибудь еще о ней?- Спросил отец Джаслин.

Джаслин хрустела закрытыми глазами. - Она была очень худая, с длинными костлявыми руками.- Это исключало меня. Некоторые из лордов обменялись взглядами. - Она носила волосы наверх-темные, с проседью.- Джаслин неопределенно махнула рукой вокруг головы.

- Это хорошо, Джаслин, - похвалил ее отец.

Глаза Джаслин широко распахнулись. - О! Еще одна вещь. На шее у нее висели маленькие золотые очки на цепочке.”

Ропот пробежал по столу, как разгорающийся костер.

Доминик хлопнул ладонью по столу. “Вы все знаете, кого это описывает, так же хорошо, как и я. Коланта Савони. Нас предали, леди и джентльмены.”

На этот раз никто ему не возразил. В комнате воцарилась мрачная тишина. Габриэль закрыл лицо руками.

- Леди Амалия невиновна.- Доминик швырнул заявление на стол, как нож. - Герцог Астор Бергандон и его убийца мертвы. Мы стоим с чистой страницей перед нами, Лорды и Леди Арденс, и Безмятежная Империя наблюдает, как мы пишем. Мы должны тщательно подбирать слова.”

- Безмятежная Империя может уйти— - начал Лорд Ульмрик. Но Габриэль, сидевший рядом с ним, схватил его за руку. Он поднялся со стула, прошептал что-то на ухо Ульмрику, а затем снова опустился на стул, стараясь ни с кем не встречаться взглядом.

Лорд Ульмрик сглотнул. Он посмотрел на Габриэля и облизнул губы. - Может, э-э, зайти слишком далеко. Да. Иногда Империя может зайти слишком далеко,чтобы добиться своего. Это все.- Он снова сел, покраснев от гнева или унижения.

Лорд в очках откашлялся и обнял Джаслин за плечи. - Я обязан Леди Амалии жизнью моей дочери. Меня огорчает, что один из наших предал нас, но я должен признать, что это правда.”

По комнате пробежал одобрительный гул, и напряжение немного спало. Мать Джаслин проводила ее до двери; она помахала отцу, тете, а потом мне. Мое горло сжалось, когда я помахала в ответ.

- А теперь, пожалуйста, Леди Амалия, присаживайтесь. Доминик указал мне на пустой стул.

“Моя благодарность. Но место, которое я должна занять для этой встречи, - это место Безмятежного Посланника.- Я подошла и встала за креслом слева от пустого герцогского трона, давая им время обдумать то, что я сказал. “Я заменю Леди Терринджер, пока она поправляется.”

Вокруг стола послышалось еще больше шепота и ворчания. Я проигнорировала их и наконец опустилась в кресло, сняв тяжесть с дрожащих колен. Никто не возражал, или, по крайней мере, ничего громче бормотания. Заира плюхнулась в другое кресло рядом со мной, не спрашивая разрешения; Марчелло встал позади меня, а Кьярда держалась в тени вместе с клерками.

Вот. Арденс приветствовал возвращение Безмятежного Посланника в свои внутренние советы. Или достаточно близко, чтобы спасти его от пожара сегодня ночью.

Молчание продолжалось. Все уставились на меня. Я запоздало осознала, что, сидя в этом кресле, в центре власти, я случайно приняла командование комнатой.

Прямо тогда. Я сложила руки на столе перед собой. “Первое, что я предлагаю вам решить, - сказала я, - это вопрос о престолонаследии. Пустой трон порождает инакомыслие. Безмятежная Империя с радостью примет вашу новую герцогиню или герцога.”

Голоса тут же обрушились друг на друга, как разбивающиеся волны. Я откинулся на спинку стула, чтобы дать им отдохнуть.

***

Было нетрудно убедить родителей некогда пропавших наследников поддержать Доминика в деле наследования престола. В конце концов, он вернул им их детей; его имя было золото. С объединенным блоком, поддерживающим его, и его общей популярностью, самому Доминику не нужно было много делать. В течение нескольких часов Совет Лордов согласился, что он был лучшим претендентом на престол, несмотря на отречение его отца.

Доминик с некоторым трепетом пересел на пустой трон рядом со мной. Взгляд, который он бросил на меня, был наполовину "помоги мне", наполовину "я получу тебя за это".

Я одарила его своей лучшей ободряющей улыбкой и одними губами произнесла: Он вздохнул, кивнул и явно приготовился к предстоящим испытаниям.

Я продолжала спокойно сидеть, пока они обсуждали вопросы передачи власти, коронации и протокола. Постепенно притяжение силы во всей комнате менялось, пока все взгляды не устремились на Доминика, и все фразы искали его одобрения. Я видела следы тревоги в его глазах, и новые морщины уже образовались на его лбу. Заире тем временем стало так скучно, что она положила голову на руки на столе и, судя по всему, действительно дремала.

Я больше не могла этого выносить. Я пнула Доминика в лодыжку.

Он подскочил, поймал мой нарочито мягкий взгляд и откашлялся. “У нас есть несколько важных вопросов, которые нужно прояснить. Они жизненно важны для мира Арденс и Безмятежной Империи.”

Я старался казаться спокойной и внимательной, и совсем не так, как если бы у меня на висках выступили капельки пота. День подходил к концу. Все зависело от того, сумеет ли Доминик довести это дело до конца, чтобы мы могли послать дожу хорошие новости через курьерские лампы еще до заката.

- Мой покойный двоюродный брат, герцог Астор Бергандон, о котором я так много помню, по праву беспокоился о состоянии экономики нашего великого города Арденса. Он предпринял шаги, чтобы попытаться облегчить напряжение, которое мы испытываем из-за изменений в торговле на реке Арденс. Доминик потягивал вино, смачивая рот под тяжестью пристальных взглядов. По жесткости в его голосе я поняла, что он отрабатывал эту речь. "Я также намерен уделить большое внимание и энергию этой проблеме. Но чтобы добиться успеха и продержаться долго, любое решение должно исходить от самого Арденса: от интеллекта, творчества и духа, которые веками делали наш город великим. Таким образом, мы должны отказаться от любой тактики, которая включает в себя привязку страсти к долгу и, следовательно, к влиянию иностранной державы,—он пристально посмотрел на Габриэля,—или которая пытается возложить вину за наши трудности на Империю, частью которой мы являемся.”

Габриэль вздохнул и неохотно кивнул. - Мой брат говорит правду. Принц Рувен предложил нам дружбу Васкандара, но затем бежал из нашего города как вор, вместо того чтобы поддержать нас в трудную минуту. А у Раверры ... - он сглотнул, словно слова застряли у него в горле. - Она помогла нам раскрыть предательство и вернуть наших потерянных наследников.”

За столом смешались хмурые взгляды и улыбки. Некоторые лорды перешептывались друг с другом. Доминик повернулся ко мне. - Леди Амалия, в качестве исполняющего обязанности Светлейшего Посланника я прошу вас засвидетельствовать, что с этого момента я Приказываю прекратить взимание всех налогов с раверранских купцов и восстановить все торговые привилегии Раверранцев. Я также официально приветствую Светлейшего Посланника при моем дворе и в этом совете. Теперь, когда предательство Леди Савони было раскрыто, у нас появилось больше причин, чем когда-либо, возобновить нашу дружбу с Раверрой. Арденс готов вновь соблюдать Безмятежные Соглашения.”

Никаких криков не последовало за его словами. Мне показалось, что Грации сняли с моей спины тяжелый мешок. “Спасибо. От имени Империи  я очень рада это слышать.”

Заира подняла голову и подмигнула Доминику. Он едва сдержался, чтобы не подмигнуть в ответ.

“Однако я также попрошу помощи у Империи в преодолении трудностей, с которыми мы сталкиваемся. Лицо Доминика просветлело. - Может быть, искусники из племени Соколов сумеют, например, исправить русло реки Арден. Возможно, у меня есть несколько идей для серии искусственных замков, чтобы обеспечить достаточную глубину в проблемных частях реки.”

Мне не терпелось найти бумагу и ручку, чтобы набросать с ним концепцию. Потом я вспомнил об Истрелле и улыбнулась. “Я знаю одного мастера, которому этот вызов очень понравится. Я передам эту просьбу Империи и Соколам и настоятельно попрошу их принять участие в этом деле.”

Какой-то дворянин спросил, Что будет с долгами перед принцем Рувеном, так как его гостеприимство в Безмятежной Империи теперь было в лучшем случае сомнительным, и разговор перешел к обсуждению того, может ли империя при данных обстоятельствах предложить освобождение от этих долгов. Никто не оспаривал декрета Доминика о том, что Арденс снова будет соблюдать Безмятежные Соглашения. Это было сделано.

Заира толкнула меня локтем в бок. - Похоже, сегодня мне все-таки не придется ничего поджигать.”

“Не похоже, - прошептала я в ответ.

- Она зевнула. - Напомни мне, почему я снова на этой скучной встрече?”

Я бросила взгляд на Доминика. - Чтобы пялиться на виконта. Или, скорее, герцога.”

- А, понятно.- Она усмехнулась, откинулась назад, заложив руки за голову, и продолжила в том же духе.

***

Итак, через два дня после заседания Совета Лордов мы собрались уезжать. Я был достаточно здорова, чтобы путешествовать, и наша работа здесь была закончена. Леди Терринджер оправилась от яда Игнацио и вернулась к своим обязанностям Безмятежного Посланника. В Речном Дворце кипела бурная деятельность, связанная с похоронами герцога и коронацией герцога, и мы не были нужны ни для чего из этого.

Доминик, хотя и пользовался большим спросом в качестве нового герцога, все же нашел время, чтобы прийти попрощаться. Его прощание со мной было кратким, но теплым, с обещаниями навестить друг друга и переписываться по поводу интригующей возможности шлюзов канала. Но он, похоже, не знал, что сказать Заире. Он уставился на нее так, словно потерял дар речи.

Конечно. Заире пришлось вернуться в Раверру вместе со мной. Доминик должен был остаться здесь и возглавить свой город, судьба, которую я знала, не позволяла легко следовать своим романтическим наклонностям. Неловкая жалость сдавила мне грудь.

Я придумала предлог, чтобы оставить их вдвоем в гостиной. Но как только дверь за мной закрылась, я, вместо того чтобы идти дальше в туалет, прислонилась к стене и закрыла глаза.

Бедный Доминик. У него никогда не было шанса. Даже если бы она могла делать все, что ей заблагорассудится, и жить там, где пожелает, и даже если бы дож позволил ей ухаживать за аристократом Ардентина, я сомневаюсь, что Заира захотела бы стать женой герцога — как бы восхитительно ни было наблюдать, как она потрясает Ардентинский двор. Кроме того, Терика ждала ее в Конюшне; возможно, они еще не пара, но я видела, как они смотрят друг на друга.

То, что происходило за этой дверью, меня не касалось. Но одно я знала наверняка: если это действительно то, чего они хотят, то ни Доминик, ни Заира не из тех, кто позволит различиям в ранге или даже законам империи помешать им ухаживать.

Я подумала о чистом лице Марчелло, его задумчивой улыбке и верном сердце. Я ничем ему не обязана. Но я не Доминик и не Заира. Я была наследником Корнаро.

Я снова открыла глаза и увидела дворцовый коридор.

Я был не одна.

Фигура в бархатном плаще с глубоким капюшоном стояла между мной и следующим светилом. Из-за света позади них я не могла видеть его лица.

Моя рука потянулась к кинжалу. "Exsolvo" щекотало мне горло.

- Хорошая реакция, но в следующий раз ты, возможно, захочешь действовать более тонко.- Моя мать откинула капюшон, освобождая чудесный водопад своих каштановых волос. “Есть люди, которые могут обидеться, если ты на них нажмешь.”

- Мама?- Мои мысли были заняты невозможностью ее присутствия. “Как ... почему ты здесь?”

“Неужели ты действительно думала, что я буду сидеть в Раверре и ждать, что произойдет, когда курьер сообщит, что тебя обвиняют в убийстве герцога Бергандона?- Она пересекла пространство между нами и убрала непослушную прядь волос с моего лица. “Я пришла сразу же. И самые невероятные сообщения встречали меня на каждой остановке. Почти умерла от яда ... взяв на себя роль безмятежного Посланника ... ты была занята, Амалия.”

Я поморщилась. - Это была не моя идея. Ну, за исключением принятия на себя роли Безмятежного Посланника.”

“Но я приехала в Арденс и обнаружила, что ты не нуждаешься в моей помощи.- В голосе моей матери прозвучала странная нотка: гордость. “Ты уже раскрыла предателей, очистила свое имя, добилась мира и назначила нового герцога.”

Унироническая похвала, от моей матери. Я ждал, что земля разверзнется у меня под ногами, потому что это был конец света. “У меня действительно было очень мало общего с новым герцогом. А Заира и Марчелло помогали со всем остальным.”

Она выгнула бровь. - Никогда не спорь с теми, кто дает тебе кредит, Амалия. Скромный демуррал-это хорошо,но не спорьте с ними.”

Я рассмеялась. “Очень хорошо. Да, я-герой Арденса. И Раверры тоже. Несомненно, в мою честь будет устроен парад.”

“Пожалуй, это уже чересчур.- Ее глаза сверкали даже в полутемном коридоре. - Но ты хорошо справилась. Я всегда беспокоился, каким наследником ты окажешься, когда закрываешься в своей комнате с книгами и игнорируешь все, что происходит вокруг. Я больше не волнуюсь.”

- Спасибо, мама.- Слова застряли у меня в горле. “Но ... я не уверена, что смогу стать твоей наследницей.”

- А?- В ее голосе прозвучала опасная нотка. - А почему бы и нет?”

“У меня осталось всего несколько бутылок эликсира.- Правду, которую я никому не рассказывал, никто из меня не выболтал. “Я не знаю, что ты собираешься делать с дядей Игнацио, но он утверждал, что уничтожил все копии формулы. Даже если ты каким-то образом заставишь его сделать больше эликсира, трудно представить, что ему можно доверять, чтобы не подсыпать в него яд или что-то похуже.”

“И это все? Графиня запрокинула голову и рассмеялась.

“Я серьезно. Он сказал, что формула существует только в его уме.”

- О, дитя мое.- Она нежно улыбнулась мне. “Неужели ты думаешь, что я позволю жизни моей дочери полностью зависеть от одного человека? Что, если бы он упал в канал и утонул? У меня был алхимик среди Соколов, который проанализировал и восстановил эликсир из бутылки с образцами много лет назад. Я держала это в секрете, чтобы не обидеть Игнацио. С тобой все будет в порядке.”

Я с облегчением прислонилась к стене. - Спасибо Милостям.”

- Что касается Игнацио, то с ним трудно иметь дело.- Ее лицо посуровело. “По крайней мере, он проведет остаток своих дней в тюрьме. Должен ли он заплатить своей жизнью — это вопрос, который я — и остальные члены Совета-еще не решили.”

- Мама ... - несмотря ни на что, у меня защипало глаза. “Я буду чувствовать себя ужасно, если он умрет из-за меня. Даже если бы он позволил мне умереть за свои планы. Он все еще член семьи.”

“Если он умрет, то не из-за тебя. Он предатель Безмятежного Города.- Она сжала мое плечо. - Его судьбу не тебе решать. Предоставьте это Совету Девяти.”

“Примерно так, - сказала я. “Я беспокоюсь. Принц Рувен дал понять, что Васкандар готовится к войне. Мы помешали ему использовать Ортиса, чтобы украсть магов, и пересечь границу с инструментами и знаниями, чтобы вызвать вулкан, но я уверена, что у Васкандара есть другие планы, о которых мы пока не знаем.”

“Без сомнения. Уверяю вас, я намерена направить наши разведывательные усилия в этом направлении.”

“Я хочу помочь.- Я снова почувствовала себя ребенком, говоря это. Несомненно, именно так она и видела меня: дремлющей на балконе второго этажа, слушающей успокаивающие взлеты и падения голосов внизу, решающих судьбу Эрувии. “Я встречалась с принцем Рувеном, я знаю его и хочу помочь остановить его.”

Глаза графини сверкнули. “Очень хорошо.”

Согласие в этих словах легло на меня тяжелым плащом. Они открыли дверь в комнату, где слова могли убивать: где кивок или жест могли запускать корабли, посылать армии маршировать, посылать убийц или поджигать города.

Но я уже переступила этот порог. Я накинул эту мантию на плечи. Мне надоело прятаться в своей комнате.

“Другая вещь. Я глубоко вздохнула, собрав все свое мужество. Это не могло быть хуже, чем умереть в одиночестве на полу склада. - Мама ... я думаю, ты ошибаешься насчет лейтенанта Верди.”

Она не выглядела удивленной, но, с другой стороны, Кьярда, должно быть, дала ей полный отчет. Она посмотрела на меня с явным скептицизмом. - Опять Верди. Теперь у тебя есть для меня ответ, какую пользу он принесет Раверре или дому Корнаро, если я позволю тебе принять его в качестве возможного жениха?”

Это был деликатный момент. Я могла бы сказать ей, что не забочусь о том, чтобы принести пользу Раверре, и что любовь важнее. Я могла бы напомнить ей, что она хотела, чтобы я была сильной сама по себе, и что в этом вопросе я буду противостоять ей, чтобы сделать это.

Но сентиментальность-это последнее, что могло убедить графиню. И кроме того, я не была уверена, что все это правда.

“Ты меня не поняла. Я не прошу ухаживать за Марчелло. Я согласна с тобой в том, что, по крайней мере, сейчас мне нужно оставаться свободным для политических целей.- Моя грудь болезненно сжалась при этом признании, но я продолжала настаивать. “Но я думаю, что вы недооцениваете его ценность как потенциального клиента. Марчелло-талантливый офицер хорошего происхождения, быстро поднимающийся среди Соколов. При нашей поддержке у него есть все шансы заменить полковника Васанте, когда он уйдет в отставку.- Я приподняла бровь, этому движению я научилась у своей матери. “Ты хотел, чтобы я подарил дому Корнаро Сокола. Что ж, Марчелло мог бы раздобыть для дома Корнаро всех Соколов.”

“Он никогда не использовал бы их в интересах нашей семьи.”

- И не должен был.- Я пожала плечами. “Но это останется между нами и дожем. Другим семьям Ассамблеи об этом знать не обязательно.”

Улыбка матери стала еще шире. “Ты учишься, дитя мое. Тебе еще предстоит пройти долгий путь. Но ты наконец-то учишься.”

***

Моя мать, возможно, смягчилась бы в своих угрозах отправить Марчелло в горы Уитчволла, но все же я счела благоразумным не делить с ним скамью с шелковыми подушками, пока наша лодка плыла по имперскому каналу. У меня было достаточно времени, чтобы решить, что делать с лейтенантом Верди; в то же время улыбаться ему в глаза, не беспокоясь о том, что я обрекаю его на мрачную участь на Васкандранской границе, было очень приятно.

Заира разделила мою скамью, делая резкие комментарии о различных недостатках вкуса других дворян в лодках вокруг нас. Истрелла сидела рядом с братом, напевая себе под нос и разглядывая симфоническую раковину, купленную на нашей остановке в Палове. Наш гребец пробормотал проклятия курьеру в маленькой гладкой лодке, который осмелился подрезать нас, и лысеющий старик на балконе городского дома над нами разразился спонтанной балладой богатым, красивым тенором.

Хорошо было оказаться дома. Первый же вид Безмятежного Города, словно во сне плывущего по лагуне, пронзил мое сердце благоговейным трепетом и облегчением. Несмотря на все, что я сделала в Арденсе, в тот момент я не сомневалась, что являюсь дочерью Раверры.

Вскоре мы вошли в открытую лагуну и начали короткий переход к острову Хищника. Конюшни нависали над водой, серые и зловещие. Я перевел взгляд на Заиру, которая с непроницаемым выражением лица смотрела на приближающуюся крепость.

Когда мы сошли на берег, я немного постояла на причале с Марчелло, пока Заира приветствовала Негодяя, который танцевал с невыносимым восторгом, чтобы увидеть ее. Даже ее смех И смех Истреллы, а также неистовые прыжки Негодяя не могли отвлечь меня от тепла, наполнявшего небольшое пространство между нами.

“Я буду приходить на Конюшню каждый день, - сказала я ему.

Его ответная улыбка была задумчивой. “У тебя будет время, учитывая все новые обязанности, которые ты берешь на себя?”

“Я найду время. Я-Корнаро. Само время должно подчиниться моим требованиям.”

Он рассмеялся, наградив меня вспышкой ямочек на щеках. “Очень хорошо, Амалия. Мы с Заирой будем ждать тебя каждый день, и будь проклято время.”

- Кроме того, мне нужно поработать с твоей сестрой над проектом шлюза канала. И помоги Венаше и Фоссу устроиться с Алеки, как только они нас догонят.”

“Тогда, возможно, я не увижу тебя так часто, как надеялся.- Но ямочки остались, так что я знала, что он не всерьез. В основном.

Никто не смотрел, поэтому я быстро сжала его руку. Он ответил тем же, его пальцы задержались на моих.

Заира, казалось, была готова взять Негодяя в Конюшню, а у меня с ней было незаконченное дело. “Если ты не возражаешь, - сказала Я Марчелло, - я хотел бы поговорить с Заирой наедине, прежде чем уйду.”

“Конечно.- Он бросил на меня взгляд, который согреет меня до конца дня, затем повернулся и взял Истреллу за руку.

Я догнала Заиру прежде, чем она вошла в Конюшню. “Можно с тобой поговорить?”

- Она подняла брови. - Насколько я знаю, никто не смог помешать тебе говорить.- Но она свистнула Негодяю и пошла со мной вдоль пристани. Вскоре мы уже стояли одни в конце ее, если не считать беспокойных чаек.

- Спасибо, - тихо сказала я. - За все, что ты сделала в Арденсе.”

- Она пожала плечами. “Я сделала это не для тебя.”

- Мне жаль, что тебе пришлось оставить Доминика.”

- Его? Губы Заиры скривились в улыбке. “О, он симпатичный. Я буду скучать по нему, пока мы не увидимся снова. Но в море так много других рыб.”

Я изо всех сил пыталась найти нужные слова. “До сих пор. Как-то нехорошо возвращать тебя сюда. Ты никогда не хотела быть Соколом.”

Она смотрела на таинственные воды лагуны. “Когда ты привел меня сюда, у меня не было выбора. Но в Арденсе я так и сделала. И тогда я сделала свой выбор.”

- Что, выбор, который предложил тебе Игнацио?- Я покачала головой. - Стать его Соколом, а не Соколом Раверры? Это вряд ли имеет значение.”

Заира фыркнула. “Ты думаешь, я идиотка? Нет, не его дурацкое предложение.”

“Что же тогда?”

“Я могла бы сжечь всех в той комнате, взять Джесс и заплатить какому-нибудь случайному сопляку, слишком маленькому, чтобы понять, что это значит, надеть его на меня и сказать: "Экссолво.’ Я могла бы выйти оттуда свободной женщиной.”

Я в ужасе уставилась на нее. “Это ... сработало бы.”

“Да. Так бы и было. Заира усмехнулась. “Я строю хорошие планы, не так ли?”

Добро-понятие относительное. “Но ты этого не сделала.”

“Нет. И теперь я здесь по собственному выбору. Заира повернулась лицом к Конюшням, в ее глазах был вызов. “Он далек от совершенства, но все же лучше, чем большинство доступных альтернатив. И компания не такая уж страшная. Я не обещаю, что не передумаю, но я останусь здесь на некоторое время.”

“Я очень рада. И не только потому, что иначе мне пришлось бы умереть.- Я протянул ей руку. “Ты хороший партнер и отличный друг. Мне есть чему у тебя поучиться.”

Она с усмешкой взяла меня за руку. - Как раз вовремя ты это поняла.”

Мы вошли в Конюшню бок о бок.

История продолжается в …

Непокорной Наследнице

Книге 2 из серии Мечи и Огонь

Продолжайте читать, чтобы заглянуть украдкой!

Благодарности

Я хотел бы поблагодарить моего замечательного редактора Линдси Холл за обратную связь, которая всегда идет прямо в цель, и за то, что она дала мне Соколиные крылья. Я глубоко благодарна всей команде Orbit за всю их тяжелую работу над этой книгой, а также Эмили Байрон, моему британскому редактору, за то, что она перенесла ее через воду. Огромное спасибо моему удивительному агенту, Наоми Дэвис, за то, что она была моим чемпионом и соучастником заговора, и за то, что помогла моим мечтам сбыться.

Спасибо моему отцу за то, что он купил мне мой первый экземпляр "Писательского Рынка" в четвертом классе, и за то, что я страдала из-за того ужасного романа, который написала в средней школе. И моей маме, силе, с которой нужно считаться, за то, что она никогда не оставляла у меня сомнений в том, что женщины-могущественные лидеры. Небесные океаны благодарности моему мужу, Джесси Кингу, за его неослабевающую поддержку, а также за случайный дерзкий разговор во время долгой автомобильной поездки, который породил идею для этой книги. И спасибо моим сказочным дочерям, Майе и Кире, за их терпение, любовь и понимание, пока я писала это.

Большой привет моим потрясающим бета-читателям: Сильвии Парк, Лорен Австриян-Парк, Константину Агиги, Джону Мангио, Бет Сэнфорд, полу Салдарриаге, Николь Эванс, Джей Пи Орминати и Эмберли Орминати. И еще особая благодарность Дэве Фагану и Нацуко Тойофуку за то, что они оставались со мной на протяжении Черновика за черновиком и книги за книгой. Ваша мудрость, проницательность и энтузиазм стоят больше, чем золото Корнаро.

И, наконец, спасибо вам за чтение этой книги. Это не история, пока кто-то ее не прочтет; вы сделали ее законченной.

Photo Credit: Erin Re Anderson

Photo Credit: Erin Re Anderson

Мелисса Карузо с отличием окончила браунский университет по специальности "креативное письмо" и имеет степень магистра по художественной литературе Массачусетского университета в Амхерсте.

Авторское Интервью

Когда вы впервые начали писать?

Я “написала” свою первую книгу, когда мне было около четырех лет. Я рисовала картинки и диктовала слова своему старшему брату. Это было в основном полевое руководство по различным драконам, с описательным текстом вроде “Гаргор ест людей!"(Она все еще у меня. С тех пор я не перестаю писать.

Кто оказывает на вас наибольшее влияние?

Есть так много фантастических авторов, которыми я действительно восхищаюсь, которые сформировали мое письмо в годы моего становления. Особенно я всегда завидовал живым диалогам и блестящему замыслу Стивена Браста и мечтала написать что-нибудь с такой замечательной героиней, как Аэрин из "Героя и Короны" Робина Маккинли. Я также огромная фанатка Хирому Аракавы и многому научилась у ее потрясающей манги Fullmetal Alchemist. Это так хорошо на стольких уровнях-особенно удивительные отношения персонажей, фантастическое построение мира и потрясающая расхаживание в среде, где это особенно сложно.

Откуда взялась идея о привязанном Маге?

Я была в долгой поездке на машине с моим мужем, который является дизайнером видеоигр, так что у нас есть все эти чудесные, вызывающие, творческие разговоры вместе. Мы говорили о создании фантастического мира, и он сказал что-то о том, что если случайные люди действительно рождаются с могущественной магией, то нет никакого реального способа, чтобы они не оказались у власти. Я подумал: "Да, если только правительство не определило их как детей и не контролировало их власть каким-то образом.” А потом мне пришла в голову идея о системе Сокольничих, и я начал гадать, каковы могут быть отношения между парой Сокол/Сокольничий, и история пошла своим чередом.

Какие исследования, если таковые были, вы должны были провести, готовясь к написанию этой книги?

В ранних набросках "Привязанный маг" происходил в (очень) альтернативной Венеции. Поэтому я провела ряд исследований о Венецианской республике, а также о конце 1600-х годов, когда она была слабо установлена. Мир довольно основательно отклонился от истории, а затем вместо этого стал оригинальной обстановкой, но есть некоторые остатки. Например, фамилия Амалии - в честь Елены Корнаро Пископии, первой женщины, получившей докторскую степень в университете. Даже после того, как я переместил историю в оригинальную вселенную, я все еще искал определенные вещи, когда хотел получить аромат периода, или делал поиск изображений для типа пейзажа, моды или архитектуры, которые я хотел описать, для вдохновения. Я так проголодалась, исследуя историческую и региональную итальянскую кухню.

Магия огня - это такая классная способность. Что заставило вас выбрать именно эту силу в качестве главной силы/оружия вашего героя?

Я хотел, чтобы высвобождение магии Заиры всегда было своего рода моментом “О черт” — и разрушительно эффективным, и действительно небезопасным для всех вокруг нее. Огонь казался идеальной парой для чего-то инстинктивно тревожащего, но в то же время завораживающего и могущественного, что может легко выйти из-под контроля.

Идея свободы против защиты является главной темой в "привязанном Маге" — что заставило вас сосредоточиться на этом?

Как только мне пришла в голову идея о связи Сокола и Сокольничего, она естественным образом возникла оттуда. Я хотел, чтобы отдельные персонажи и мир в целом боролись с проблемой того, как обращаться с магами, и я не хотела, чтобы был простой ответ, который разрешил бы все потенциальные проблемы. Свобода против защиты-это компромисс, с которым мы постоянно сталкиваемся в реальной жизни, во всем, от воспитания до законодательства, поэтому я думаю, что это то, с чем мы все можем отождествлять себя.

Иногда кажется, что быть сильным женским персонажем означает быть вооруженной оружием, надирающей задницу героине, но у привязанного мага есть широкий спектр женских персонажей, каждый из которых силен по-своему. Что вдохновляло вас на создание этих персонажей?

В моей жизни так много сильных женщин. Моя мама-непреодолимая сила, и у меня есть удивительные друзья и семья, которые все разные виды крутых парней. Но на самом деле все сводится к тому, что, вероятно, две трети моих персонажей просто появляются в моей голове как женщины. Раньше я чувствовал себя немного неловко из-за этого, например: “о Нет, я должен сделать больше таких мальчиков, чтобы быть справедливой!- Но потом я посмотрела, как часто вы получаете эти большие команды крутых персонажей только с одной или двумя символическими женщинами, и я сказал: “Знаешь что? Нет.” Когда у вас есть много основных персонажей, которые являются женщинами в одной и той же истории, вы, естественно, получаете больше разнообразия в типах сильных сторон, которые они показывают.

Привязанный маг обладает феноменальным набором персонажей. Если бы вам пришлось выбирать, кого бы вы назвали своим фаворитом? Какой персонаж был самым трудным для написания?

О, Ничего себе, очень трудно выбрать фаворита. Я, конечно, обожаю и Заиру, и Амалию, но, возможно, мне придется пойти с графиней и для моего любимого, и для самого трудного. Ей особенно трудно писать, потому что она должна быть такой умной и такой умелой политической фигурой; каждая линия ее диалога нуждается в острие. Для нее и Заиры, очень по — разному, я должна был вернуться к пересмотру и убедиться, что ничто из того, что они сказали, не было мягким-я хотела дать им их собственные особые ароматы дополнительного пунша.

Что такого есть в привязанном Маге, в мире или в персонажах, что вы любите, но не можете вписаться в историю?

Я продолжаю пытаться писать сцены, которые происходят в комнате с лампой курьера, потому что у меня есть сильное атмосферное чувство того, как они выглядят, и каково это-быть там с важными сообщениями, мигающими взад и вперед. Но до сих пор мне не удавалось сохранить ни одну из этих сцен, потому что независимо от того, насколько круто выглядят ламповые камеры в моем сознании, это все равно просто люди, сидящие вокруг и пишущие друг другу сообщения, которые трудно сделать динамичными и захватывающими.

"Привязанный маг" - первая книга серии "Мечи и Огонь". Что ждет нас в будущих книгах?

Наверное, никого из тех, кто читал "Привязанного мага", не удивит, что мы не видели принца Рувена в последний раз и что Васкандар станет еще большей проблемой для безмятежной империи в целом и для Амалии и Заиры в частности. У Амалии также есть некоторые трудные выборы в ее будущем Теперь, когда она делает шаг вперед и берет на себя больше ответственности как наследник своей матери.

Если бы вы могли провести день с одним из ваших персонажей, кто бы это был и что бы вы сделали?

Вероятно, Амалия, потому что тогда я могла бы попросить ее показать мне Раверру, особенно ее любимые библиотеки и места, где можно поесть. Я бы тоже хотела познакомиться с Заирой, но подозреваю, что она сочтет меня довольно скучной!

Наконец, мы должны спросить: если бы вы могли иметь какую-то сверхсилу, что бы это было?

Я хотел бы иметь возможность превращаться в любое животное, потому что таким образом я могу получить целую кучу сил за цену одного: полет, скрытность, супер-чувства, супер-лазание и прыжки, вы называете это. Кроме того, я думаю, что было бы очень интересно попробовать разные формы и посмотреть, на что они похожи. Если это обман, и мне нужно выбрать только одно животное, чтобы перевоплащаться, ну, это, вероятно, никого не удивит, что я думаю, что Соколы довольно крутые.