Изменить стиль страницы

Лили уже была у него, когда Элли писала ей? Или ублюдок прослушивал ее телефон, поджидая подобный шанс?

Элли следовало отправиться прямиком домой и предоставить Райли возможность уладить все. Но нет. Она написала подруге. Ей было нужно, чтобы Лили знала, что одну вещь она сделала правильно.

Теперь Лили была в опасности, а семья Райли, скорее всего, никогда не станет с ней разговаривать.

Она должна сделать это. Элли чертовски хорошо знала, что Касталано не станет мешкать, чтобы привести свой план в действие. И он сделает все как задумал. Если он говорит, что это будет выглядеть как суицид, значит так и будет.

В конце концов, ему уже удалось однажды срежиссировать «убийство-суицид».

Двери открылись, и она увидела Кайла. Он был одет в костюм, щеголеватый для его злодейства. Отлично. По крайней мере, она увидит немного моды от преступников, забравших ее жизнь.

Элли распрямила плечи.

– Ты ничего от меня не получишь, пока я не увижу, что Лили жива и здорова.

Кайл закатил глаза.

– Боже, ты правда собираешься играть в это до конца, не так ли? Благородная Элли, спасительница. Вообще-то, это довольно противно, и именно из-за этого ты и проиграла.

Он положил руку на двери лифта, удерживая их от закрытия.

– Может я и проиграла несколько битв, – согласилась Элли, – но война еще не окончена.

Кайл самодовольно улыбнулся.

– Милая, ты даже не понимаешь правил этой войны. Пошли. Они ждут. И я мог бы забрать у тебя флешку, если бы захотел, но так мне будет гораздо веселее.

Элли вышла из лифта и отметила про себя, что камеры работают: маленький зеленый огонек мигал. Разумеется, в офисе Стивена камер не будет. Ее отец и Касталано решили, что приватность намного важнее. Но возможно, ему пришлось тащить Лили по коридору. Если у них будет такая запись, может, они смогут обратиться в полицию.

Лили даст показания.

Вот почему Касталано не было никакого смысла отпускать ее.

Она остановилась посередине коридора. Зачем ему отпускать Лили? Зачем ему позволять ей уйти?

Пальцы Кайла впились ей в локоть.

– Какие-то проблемы, Элли?

О, так много проблем. Она не продумала ситуацию. Кайл был прав насчет этого. Она прибежала сразу же, как узнала, что кто-то нуждается в спасении.

«Пожалуйста, пусть Райли будет уже в пути».

– Лили еще жива?

Двадцати минут более чем достаточно, чтобы избавиться от свидетеля. Они наверняка были уверены, что Элли точно последует инструкциям. Почему ей даже на мгновение не пришла в голову мысль, что это не может хорошо закончиться?

– Разумеется, она жива, – Кайл потянул ее вперед.

– Но это ненадолго, не так ли? – Элли решила разыграть свою последнюю карту. – Мой муж знает, где я.

– Рад за старину Райли, – Кайл свернул у ее кабинета, кивнув на дверь. – Теперь это мой офис. Он всегда должен был быть моим. Твой отец был слабаком, а ты просто жалкое существо. У тебя кишка тонка для такого бизнеса. Я всегда знал это.

– Ну, разумеется, ты подходишь гораздо больше. Ты даже колледж не смог окончить. Если ты и правда думаешь, что сможешь управлять этой компанией, ты ошибаешься. Я думаю, ты можешь только уничтожить ее, но подозреваю, что твой отец именно этого и хочет.

– Он хочет передать компанию своему сыну. Почему ты думаешь, он все это затеял? Это все ради меня.

– Ты заблуждаешься, – ей пришлось поторопиться, чтобы не отстать от него. Элли оглядывалась вокруг в надежде, что хоть кто-нибудь еще был в офисе. – Он продаст все важные исследования и прикарманит деньги себе. Или просто заберет столько денег, сколько сможет и уберется отсюда. Если «СтратКаст» продержится еще хотя бы пять лет, нам повезет. Готова поспорить, что он уже спланировал свою отставку.

Кайл продолжал идти, тянув ее за собой.

– Разумеется, спланировал. В этом и суть. Он уйдет на пенсию, и я займу его место. Он прикупил себе домик в Европе, и я буду назначен директором меньше чем через два года.

– Где?

– Тебе не все равно?

Элли начала кое-что подозревать.

– Нет. Где этот домик?

– В Санкт-Петербурге. Он уже все урегулировал. Семья моей мачехи оттуда. Северная Венеция. Отец будет там счастлив, а я позабочусь обо всем здесь.

– Россия. Он собирается перебраться в Россию? Ты знаешь, кто переезжает в Россию, идиот? Тот, кто не хочет, чтобы его экстрадировали в США, – она не думала об этом раньше, но Кайл доказал ей, что он вообще не думал. Никогда в своей жизни. – Ты, правда, думаешь, что совет назначит тебя директором? У тебя практически нет ни опыта руководящей работы, ни образования.

Это произвело эффект. Кайл на минуту остановился, но потом его челюсть затвердела, и он продолжил вести ее к офису отца. Дверь в его кабинет была закрыта.

– Они сделают это, потому что мой отец им так скажет. Он не поступил бы так со мной. Он не стал бы мне лгать. Я его единственный сын.

– И он приложил все усилия, чтобы не платить никаких алиментов на тебя.

– Моя мать была шлюхой, – нахмурившись, произнес Кайл. – Он был прав, что не заплатил ей ни цента. Она бы потратила все на наркоту. Вот и еще одна причина, по которой он оставляет мне компанию. Это за то, что он оставил меня с ней.

– Ты думаешь, твой отец способен испытывать чувство вины? Ты хоть понимаешь, зачем ему эта флешка? На ней доказательства того, что «СтратКаст» построен на том, что он украл у Бенедикта Лолесса. Он убил родителей моего мужа.

– Ну, разумеется. И кто теперь заблуждается?

Она и сама не знала, зачем пытается убедить его, но все же продолжила.

– Это правда.

– Нет. Твой отец был вором, – Кайл открыл дверь и подтолкнул ее. – Мой отец защищает меня и эту компанию.

Касталано стоял рядом со своим столом.

– Все верно, сынок. Я защищаю твое наследство от бывшего партнера.

Лили сидела в кресле у стола. Она повернулась, ее глаза покраснели от слез.

– Элли, мне так жаль.

Элли кивнула. Ей не оставалось ничего, кроме как идти до конца.

– Все в порядке. Я отдам флешку внизу. Спускайтесь с нами, и мы покончим с этим.

– Или Кайл может ее у тебя забрать, – Касталано кивнул своему сыну.

Кайл сорвал сумку с ее плеча и перевернул ее. Он быстро нашел флешку.

– Есть. А ты идиотка, Элли. Неужели ты так ничего не поняла? Как мы узнали, что код у тебя? Кто по-твоему сообщил нам это?

Она посмотрела на Касталано.

– Ты прослушивал телефон Лили.

Лицо Лили было белее мела.

– Элли...

Касталано положил руку ей на плечо.

– Лили работает на меня уже много лет. Я предвидел нечто подобное. Кто, по-твоему, открыл эти счета на твое имя?

Элли почувствовала, как внутри нее образовалась дыра. Лили была ее другом на протяжении многих лет и при этом она осторожно вела ее как овцу на заклание. Лили была ее единственным другом.

– Элли, я должна была сделать это, чтобы спасти своего отца, – произнесла Лили. – Я никогда не хотела причинить тебе боль.

Элли всегда была второй. Второй после бизнеса для отца. Второй для сестры. И всегда будет.

Разве что, кроме Райли, которого, кажется, совсем не заботило, что она лишила его лучшего средства возмездия. Райли старался поставить на первое место ее.

Ничего не имело значения, кроме возможности поскорее вернуться к Райли.

– Код у тебя, и ты дал мне понять, что получил от меня все, что хотел.

Она не собиралась позволить кому-то из них увидеть ее слезы. Они не заслуживают этого. Элли прибережет их до того времени, когда окажется в крепких объятиях мужа. И она определенно прибережет их для Дрю, который, скорее всего, будет кричать на нее, и для Хатча, который совершенно точно будет кричать. Слезы могут сработать с ними.

Элли сможет справиться с их гневом. Ее окутала уверенность. Она сможет справиться со злостью Дрю и Хатча, потому что они не выгонят ее. Они, конечно, какое-то время покричат, а потом заставят ее сесть с ними, и они все вместе будут решать эту проблему как семья.

Единственная вещь, которой у нее никогда не было.

– Я собираюсь домой. Ты можешь сидеть здесь и дальше продолжать дурачить эту парочку, – Элли повернулась, но Кайл преградил ей дорогу.

– Есть еще кое-что, что я могу взять, – произнес Касталано.

В этот момент Элли заметила в руках Стивена пистолет, направленный на нее.

– Каким образом ты собираешься объяснить мое убийство? – твердо спросила она.

– Что ж, дорогая, ты пришла сюда убить меня. Когда ты заявилась, заметь, без приглашения, ты попыталась убедить меня отозвать обвинения, а я ответил отказом. И тогда ты пришла в ярость. Не так ли, Кайл?

Кайл усмехнулся.

– О да. Я все видел. А ты Лили? – он наклонился. – Кстати, она была моей любовницей несколько лет. Ты представляешь, как мы смеялись над тобой?

Лили встала.

– Это не правда, Элли. Я спала с ним, потому что у меня не было выбора, но я никогда не смеялась над тобой. Я люблю тебя. Я восхищаюсь тобой. Я ненавижу себя за то, что делала.

– Но все же ты продолжишь делать это, не так ли дорогая? – вкрадчиво спросил Касталано. – Именно ты расскажешь, полиции, что твоя подруга преступница, что ты все видела.

Лили оглянулись, по ее щекам текли слезы.

– Нет. Я не стану помогать тебе убить Элли. И кстати, Кайл, он годами продавал технологии русским. Он хочет слить компанию и улететь из страны. Он никогда не собирался ничего тебе оставлять.

– Какая жалость, – Касталано повернулся с пистолетом и выстрелил Лили в голову.

Элли замерла в наступившей оглушительной тишине. Что произошло? Ее подруга, предавшая ее, была мертва.

– Зачем ты это сделал? – крикнул Кайл, направляясь к телу Лили.

Элли хотела кричать, хотела ударить Касталано, но у нее появился шанс. Она развернулась и выбежала из комнаты, оставляя все позади.

Ее сердце бешено колотилось. Он убил Лили. Он ее застрелил, Лили больше нет. Несмотря на то, что она сделала, Элли не хотела ее смерти. Она даже не думала об этом.

Счет времени шел на секунды. У Элли не было времени ждать лифт. Она не была уверена, что успеет добраться до лестницы. Перед ней была комната с большим количеством столов. Она спряталась за одним из них и услышала второй выстрел.