Мария В. Снайдер

Прикосновение Силы

Переведено специально для группы

˜"*°†Мир фэнтези†•°*"˜

http://vk.com/club43447162

Оригинальное название: Touch of Power

Автор: Мария В. Снайдер / Maria V. Snyder

Серии: Целитель #1 / Healer #1

Перевод: Aleksa01, Marque, Lissa (главы 1–4)

Редактор: Анастасия Бойко,

Евгения Волкова (главы 5-15),

Анастасия Графская (главы 1–4)

Финальная вычитка: Анастасия Бойко

Русская Обложка: Татьяна Шкребнева

Глава 1

Маленькая девочка не переставала плакать. И я ее не виню. В конце концов, она умирала. В ее легких было так много жидкости, что она скорее всего захлебнется в течении нескольких часов. Ворочаясь на своем тонком матрасе, я слышала ее плачь, который казалось, проникала сквозь половицы мне прямо в сердце, разбивая его пополам.

Одна часть меня умоляла ее спасти, призывая исцелить девочку с яркой улыбкой и рыжими локонами. Другая часть пульсировала в предупреждающем ритме. Ее семья поблагодарит меня тем, что отправит в городскую темницу. Я буду повешена как военная преступница. Даже суд не понадобится.

Ужас от темных лет чумы был еще слишком свежим в умах, оставшихся в живых. Они сочли те времена войной. Войной, которая была начата целителями, которые затем распространили смертельную болезнь, и отказались исцелить ее.

Конечно, это была полная чушь. Мы не могли исцелить чуму. И мы не начинали ее. Но посреди этого хаоса, никто не хотел слушать оправдания. Кто-то должен был быть виновным. Верно?

Крики девочки пронзали мое сердце. Я не могла больше терпеть. Три года в бегах. Три года скитаний. Три страшных года, полные страха и одиночества. Для чего? Чтобы спасти свою жизнь? Да, я живу и дышу, и существую. Но не больше.

Сбросив одеяла, я поспешила вниз. Мне не нужно было переодеваться, так как я никогда не спала в ночной одежде или без сапог. Когда ты в бегах, возможность быть настигнутой посреди ночи крайне высока. И тогда не так уж и много времени на побег, так что я одевала черные дорожные брюки и черную рубашку в постель каждую ночь. Темный цвет идеально подходит для того, чтобы затеряться в тени.

Еще одна уловка, для тех кто в бегах, это искать комнаты на втором этаже с передней и задней дверью, и без скелетов. Их было трудно найти, так как в большинстве городов сжигались дома жертв чумы из-за ошибочной веры в то, что так можно уничтожить болезнь. И многие жертвы погибали в одиночку. Мое текущее укрытие было над семьей с умирающим ребенком.

Спустившись, я постучала в дверь своих соседей снизу достаточно громко, чтобы меня можно было услышать, несмотря на надрывный детский плачь. Когда дверь открылась, ее мать, Мэвис, молча, уставилась на меня. Она удерживала двухлетнюю дочь в своих сильных руках, и знание того, что ее дочь умирает, ясно читалось в ее карих глазах. Ее бледная кожа обтянула ее изможденное лицо. Все в ней указывало на то, что она была невероятно уставшей.

Под блеском слез и лихорадочным румянцем, кожа маленькой девочки казалась смертельно бледной. На несколько мгновений, ей не хватило дыхания даже чтобы заплакать.

Я протянула руки.

— Мэвис, иди спать. Я присмотрю за… Фаун.

Наконец то, я смогла вспомнить ее имя. Еще одно правило, для тех кто в бегах, это избегать сближения хоть с кем-либо. Никаких друзей. Но мне нужно как-то зарабатывать деньги, и мне нужно поддерживать приятельские отношения хоть с кем либо, чтобы быть в курсе последних новостей. Я сидела с детьми Мэвис время от времени, что приносило мне двойную выгоду.

В панике Мэвис прижала Фаун еще ближе к себе.

— Оставшаяся часть твоей семьи тоже в тебе нуждается. Тебе следует отдохнуть, прежде чем ты упадешь от изнеможения или заболеешь.

Она заколебалась.

— Я разбужу тебя, если что-то изменится. Обещаю.

Мэвис перестала сопротивляться, и передала мне Фаун. Ну для ясности, маленькая девочка даже не заметила того, что руки окружавшие ее изменились, но моя магия ожила от соприкосновения, она взвывала из глубины моего сердца чтобы я выпустила ее на свободу.

Кожа Фаун обжигала, а ее одежда насквозь промокла от пота. Я баюкала Фаун, как если бы я сидела в большом деревянном кресле-качалке в гостиной. Фонарь горел низко, бросая слабый желтоватый отблеск на потертую мебель. Эта семья не была разграблена своими собственными соседями, которые так много о них говорили.

Стоя рядом с окном мне открывался четкий вид на улицу. Полумесяц освещал обгоревшие руины зданий, которые ютились вдоль грунтовой дороги. Дождевая вода заполнила отверстия и рытвины. Чума убила около шести миллионов человек, две трети населения, так что не осталось никого, кто мог бы заниматься второстепенной работой, вроде ремонта дорог или уборки мусора. Факт в том, что этот город… Якстон? Или это Вола? Все они слились воедино. В любом случае, имея в наличии городскую тюрьму, какую-никую, но торговлю, отсутствие кучи скелетов и крошечное количество населения, всего в несколько сотен максимум, это было даже больше чем то, на что многие другие города могут претендовать.

Я качала Фаун, напевая колыбельную, которую мне пела моя мама много лет назад. Щупальца моей магии проникли в тело Фаун. Ее плачь, потерял истерический оттенок.

Мэвис понаблюдала за нами еще пару минут. Неужели она что-то заподозрила? Неужели она заберет ребенка обратно? Вместо этого она вняла моему совету и легла спать. Пока я ждала, когда же Мэвис уснет покрепче, я качалась в кресле и напевала. После того, как я удостоверилась, что прошло достаточно времени, я остановила кресло. Сосредоточившись на девочке у меня на руках, я позволила свой магии течь в Фаун, пока она не оказалась наполнена ей до краев. Освобождение магии послало волну удовлетворенности сквозь меня. Это была моя область знаний. То, чем я должна заниматься.

Затем я вобрала ее обратно в себя, вычищая болезнь внутри Фаун. Мои легкие начали заполняться жидкостью, когда ее осушались. Меня бросило в жар, в то время как ее температура наоборот понижалась.

Она икнула несколько раз, а потом глубоко вздохнула. Ее тело расслабилось и она, обессиленная, уснула.

Из-за болезни приютившейся в моей груди я тяжело дышала, шумно глотая воздух. Я не могла вздохнуть достаточно глубоко, чтобы наполнить легкие воздухом. Моя кожа покрылась мурашками, когда волна страха коснулась моего сердца. Мне до сих пор не приходилось исцелять никого настолько тяжелобольного. Хватит ли мне сил? Не слишком ли долго я ждала, чтобы помочь Фаун? Моя собственная трусость может убить меня. Отлично.

Попытка отдышаться растратила мои силы. У меня перед глазами маячили белые и черные пятна, я боролась сама с собой, чтобы оставаться в сознании.

Даже не смотря на то, что мое тело исцелялось в десять раз быстрее, чем тело обычного человека, я прекрасно понимала, что этого могло быть недостаточно.

К счастью, в этот раз все обошлось. Сдавливающая сила вокруг моих ребер ослабила свое воздействие. Я просто сосредоточилась на дыхании.

Утром меня разбудила Мэвис. Я заснула с Фаун на руках

— Как тебе удалось уложить ее спать? Она вот уже нескольких дней не переставала плакать, — сказала Мэвис.

Все еще сонная, я пыталась найти хорошие объяснение.

— Должно быть мое пение сильно утомило ее.

Мой голос сорвался и я зашлась в приступе кашля.

— Угу.

Она пристально посмотрела на меня, задумчиво поджав губы.

— Ее лихорадка спала вчера вечером, — сказала я сквозь кашель.

Не поверив мне на слово, Мэвис осторожно подняла Фаун и перенесла ее на кровать.

— Тебе надо бы хорошенько отдохнуть. Ты выглядишь…

Я отмахнулась от нее.

— Ничего страшного, пара часов сна и все пройдет.

Но когда я встала, мои ноги выдали меня. Двигаясь очень осторожно, я направилась к двери.

Когда я потянулась к ручке, Мэвис сказала.

— Аври.

Я замерла и взглянула через плечо, в ожидание разоблачения.

— Спасибо тебе.

Кивнув, я быстро вышла из комнаты. Добравшись до своей комнаты, я была выжата, как лимон. Я отдала все свои силы, и я чувствовала, как обливаюсь потом. Мне надо бы хватать свою дорожную сумку и бежать из города. Прямо сейчас. Но когда я наклонилась чтобы достать рюкзак из под кровати, меня накрыла волна головокружения. Вместо того, чтобы пуститься в бега, я рухнула на пол.

Часть меня знала, что мне необходимо несколько часов сна, чтобы выздороветь, в то время как другая часть планировала быстро убраться из города. Третья часть все еще была обеспокоена. И как оказалось не без причины.

В мою дверь стучали кулаком так сильно, что я почувствовала вибрацию на щеке. Проснувшись от толчка, я вскочила на ноги. Мужской голос приказывал мне сдаться. В комнате и на улице была абсолютная темнота. Я проспала весь день.

К сожалению, подобное было для меня не в новинку. Я схватила сумку и вышла через заднюю дверь. Приостановившись на лестничной площадке, я осмотрелась. Лунный свет освещал деревянные ступеньки. Никто не перекрывал мне путь. Сбежав вниз, я закинула рюкзак на плечи и побежала по пустому переулку, где пахло кошачьей мочой.

Кто-то стоял у южного выхода из переулка, и я обернулась. Учитывая то, что ход на север тоже был заблокирован единственным выходом оставался маленький проход между зданиями, ведущий на улицу, где несомненно будет много стражей.

Дверной хлопок эхом прокатился по кирпичным стенам. С моей лестничной площадки раздался мужской голос:

— Она у вас.

Двое в переулке стали приближаться ко мне. Угадайте, воспользовалась ли я шансом. Я бросилась в узкий проход и свернула направо, в объятья поджидавшего меня стража.

Они кричали:

— Не прикасайтесь к ее коже.

— Хватайте ее рюкзак.

— Наручники на нее, сейчас же.

Исцеление Фаун слишком ослабило меня, для того чтобы драться в полную силу. В считанные секунды мои руки были скованны за спиной. Три года моих побегов закончились. Сложно было сказать, какие чувства преобладали во мне: страх или облегчение. В этот момент, наверное, поровну и того и другого.

Капитан стражи сдернул рубашку с моего правого плеча, открывая толпе татуировку целителя. Казалось, весь город собрался посмотреть на мой арест.

Как и ожидалось, они недоумевали, когда им предъявили доказательство того, что среди них притаился монстр. И подумать только, я когда-то гордилась символом своей профессии — простой круг из рук. С расстояния в несколько шагов, она напоминала ромашку с лепестками в форме рук.

Я посмотрела на лица стражей, поздравляющих себя с хорошим уловом. Мэвис с мужем стояли среди зевак. Он подошел и посмотрел на меня, таща за собой Мэвис. Она не отреагировала на мой взгляд. Маленькая Фаун цеплялась за ногу своей матери.

— То, что ты спасла жизнь моей девочки, не имеет никакого значения, — сказал ее муж. — Твой вид несет ответственность за миллионы смертей. А золото, которое принесет твоя смертная казнь, очень необходимо этому городу.

Верно. Тохон из Согра щедро платил двадцать золотых за каждого пойманного и казненного целителя. Подозреваю, что чума убила кого-то из его близких, а то и нескольких. Иначе, зачем бы помогать мощным магам уходить из жизни? Болезнь конечно не уйдет, а люди погибнут без толку.

Прямо перед тем, как меня забрали в темницу, Фаун помахала мне пока-пока. Моя пустая, бессмысленная жизнь за нее. Не так уж плохо.

В тюрьме, меня бесконечно допрашивали, но я это пережила. Они хотели, чтобы я сдала других целителей. Я чуть не рассмеялась. Я не встречала других целителей уже три года. На самом деле, я предполагала, что они были умнее меня и нашли прекрасное убежище, где можно было скрываться, ожидая пока не закончится это безумие.

Я отказалась отвечать на их нелепые вопросы, позволяя голосам протекать мимо меня, вместо этого я сосредоточилась на лице здоровой Фаун. В конце концов, они сняли кандалы, сняли мерки для гроба и закрыли меня в подземной камере, пообещав, что завтрашний день станет моим последним. Меня ждало свидание с гильотиной. Чудесно.

По крайней мере, стражник оставил мне фонарь, висящий на стене, напротив моей камеры — обыкновенный куб с железными решетками по трем сторонам, висящий только на одной каменной стене. В камере были только ночной горшок и железная кровать, никакого личного пространства. И никаких соседей в других камерах. Пружины скрипели подо мной. Мои легкие хрипели от влажного воздуха благодаря болезни Фаун.

Я не была так испугана, как себе представляла. На самом деле, я предвкушала мой первый полноценный, хоть и немного жесткий сон за эти три года. Ах, эти мелочи жизни. Плохо, что я не успела загадать свое последнее желание.

Глава 2

Низкий, гортанный кашель разбудил меня после крепкого сна. Я инстинктивно вскочила на ноги, прежде чем поняла, где нахожусь. В тюрьме, в ожидании казни.

— Спокойно, — сказал мужчина.

Он стоял рядом с дверью в камеру. Он был вооружен мечом, хоть и не носил форму городской стражи. На нем был короткий черный плащ, черные штаны и сапоги. Фонарь горел достаточно ярко, поэтому я смогла разглядеть его. И я его узнала. Я вспомнила его, он был в толпе, которая наблюдала за моим арестом.

Я ждала.

— Ты правда целительница? — спросил он.

— Ты же видел татуировку.

— Для города на грани вымирания, двадцать золотых это значительная сумма. Я знаю, что отчаявшиеся люди делают отчаянные поступки, как например, казнь за татуировку у невинного человека. Ведь это с тобой случилось? — он наклонился вперед, как будто мой ответ был решающим.

— Кто интересуется? — спросила я.

— Керрик из Алги.

Я думала, что он из городского правительства, но Королевство Алга находилось к северу от Девяти Гор. Если он не лжет, то он забрался далеко от дома.

— Что ж, Керрик из Алги, ты можешь вернутся в свою постель и спокойно отдохнуть. Стража поймала нужную девушку… и завтра этот город будет снова в безопасности.

Пусть это и не так. В двадцать лет я бы не назвала себя девушкой, но женщина звучит слишком… формально.

— Как тебя зовут? — спросил он.

— Какое тебе дело?

— Это важно.

Его голос звучал искренне, и смотрел он на меня так, будто я держала его судьбу в своих руках.

Я фыркнула. Какая теперь разница?

— Аври.

— Из?

— Ниоткуда. Это не важно. Больше не важно.

— Это важно.

— Из Казана. Доволен?

Вместо ответа Керрикк схватил решетки обеими руками и на мгновение прислонился к ним лбом. Я думала, что он чувствует себя виноватым в моей казни, но его недавнее поведение говорило об обратном.

Когда он опустился на одно колено, мое беспокойство сменилось любопытством. Он извлек из кармана длинные металлические отмычки. Я попятилась, охваченная страхом. Может нужно крикнуть стражу? А, что если он уже их оглушил?

Керрик отпер клетку. Дверь распахнулась. К этому времени я добралась до задней стенки стены. Выпрямившись, он махнул рукой.

— Пошли.

Я не пошевелилась.

— Ты хочешь чтобы тебя казнили?

— Есть кое-что похуже смерти, — ответила я.

— Что… оу. Я тебе не наврежу. Обещаю. Я искал целителя два года.

Теперь я все поняла.

— Ты хочешь присвоить награду.

— Нет. Ты стоишь больше живой, чем мертвой, — он сделал паузу, понимая, что оговорился. — Я имел ввиду, что ты должна кое-кого исцелить. Как только ему станет лучше, ты сможешь вернуться в подполье и делать все, что пожелаешь.

Хоть и очень приглушенно, до нас доносились голоса и какой-то шум. Керрик посмотрел налево.

— Но, если ты не пойдешь со мной прямо сейчас, у тебя не будет другого шанса.

Он протянул руку. Я заколебалась. Довериться незнакомому человеку или остаться в тюрьме и взойти утром на эшафот? Если Керрик говорил искренне, то это означало, что мне вернут мою прежнюю жизнь. Жизнь в бегах. Я не стала обращать внимание на то, что инстинкты, которые на протяжение трех лет помогали мне выжить, снова дали о себе знать. А что если он лжет? Я разберусь с этим позже. Прямо сейчас, это было не важно. Жажда жизни неожиданно взяла вверх над желанием умереть.

Я схватила его за руку. Его шершавые пальцы сплелись с моими. Он потащил меня по коридору. Я не обращала внимания, когда меня сюда доставили, но я догадалась, что этот путь ведет к другим камерам. В тюрьму вела одна единственная дверь. А громкий шум раздавался именно оттуда. Из-за двери. Меня сковал страх. Это какое-то сумасшествие, еще несколько часов назад мне было все равно, умру я или буду жить, а теперь отчаянное желание выжить снедало меня.

Все, это тупик, но Керрик толкнул и открыл дверь последней камеры. Из маленького окошка, расположенного высоко на каменной стене, струился лунный свет и холодный воздух.

Керрик свистнул, как ночная малиновка. Из окошка высунулась голова юноши.

— Чего ты так долго? — спросил он, но не дожидаясь ответа, протянул к нам обе руки.

— Хватайся за его запястья, — сказал Керрик, подсаживая меня.

Мы с юношей ухватились руками друг за друга. Он же с удивительной скоростью, для тощенького на вид паренька, протащил меня через это окно. Сам он стоял на двух мужчинах, которые держали его ноги. Он потянулся за Керриком и я заметила, что на окне когда-то была железная решетка. Остатки железных прутьев выглядели так, словно они проржавели насквозь.

Оглядевшись вокруг, стало понятно, почему для побега воспользовались именно этим окном. К тюрьме примыкало пастбище, на котором паслись кони стражников. Поскольку тюрьма находилась на окраине города, позади нее не было других зданий. Только изъезженная торговая дорога с севера на юг.

Керрик присоединился к нам. Эхом раздался грохот. Кто-то выругался. А затем топот сапог становился все громче. Стражники очень быстро приближались к нам.

— Белен. — Выдохнул имя Керрик.

— Бежать или драться? — спросил юноша.

Керрик взглянул на меня.

— Бежать.

После того, как все перепрыгнули забор пастбища, мы рванули к лесу. Мы слышали как к нам приближаются стражники, они дышали нам в спину. И снова поглощенная мною болезнь напомнила о себе, она мешала мне дышать и я судорожно хватала воздух. На какую-то секунду я удивилась, как Фаун умудрилась прожить так долго.

Когда мы подошли к окраине леса, Керрик крикнул.

— Господа, слиться с природой! Нас встретят в условленном месте.

Он схватил меня за руку.

Керрик вел меня через темную чащу леса, но по сравнению с ним я двигалась слишком шумно. Однако, моя оплошность перестала быть заметной, когда преследующие нас стражники ворвались в лес. Треск сломанных веток и шорох листьев разносился отовсюду.

Вскоре они замедлили шаг и стали двигаться осторожно, останавливаясь каждые пару минут, чтобы прислушаться. Они растянулись в шеренгу, держа фонари высоко над собой. Я насчитала двадцать точек света. Каждый раз, когда они останавливались, Керрик тоже останавливался, но наше продвижение становилось мучительно долгим. Я боялась, что они поймают меня в любом случае, если только Лилия смерти не поглотит нас раньше. Я содрогнулась от этой мысли. Я предпочла бы отправиться на гильотину, нежели попасться плотоядному растению на съедение.

— Вот они, — услышала я чей-то голос.

Я замерла, но Керрик схватив меня за плечи, приказал сохранять спокойствие и повалил нас на землю. Мы покатились через подлесок. Странная вибрация охватила мое тело. Звуки погони становились все ближе. Убежденная, что они вероятно затопчут нас, я цеплялась за него пока мы катились. Мы остановились, и он решительно толкнул меня на спину.

Укрывая меня от чужих глаз, Керрик навис надо мной, опираясь на свои локти, чтобы не раздавить меня. Он всматривался куда-то в право от нас. Перед глазами мелькали тени от шагающих мимо нас сапог. Несколько стражей прошли в паре шагов от нас.

В горле першило, очень хотелось прокашляться. Я подавила нестерпимое желание извиваться, кричать и царапаться. А затем шелест листьев исчез и затих топот. Только я расслабилась, как Керрик занял оборонительную позицию.

— Как только они поймут, что потеряли нас, то пойдут обратно, — сказал он.

Я оставалась лежать несмотря на то, что моя одежда пропиталась холодной сыростью от недавно прошедших дождей. Несмотря на то, что Керрик прижимался ко мне своим теплым телом. Несмотря на то, что его пьянящий запах щекотал мне нос. От него пахло зеленью, влажной землей и весенним солнцем. Два из трех имели смысл, так как мы оба извалялись в грязи и листьях. Я не могла объяснить запах солнечного света. Осень была в самом разгаре. Я подозревала, что недостаток сна сыграл роль в обмане моего чутья.

Чтобы как-то отвлечься от своего неудобного положения и от его близости, я наблюдала за тем, как луна движется сквозь деревья. Она должно быть скоро скроется за тучами, оставив нас в полной темноте на несколько часов.

Как и предсказывал Керрик, стражники вернулись. Свет мелькнул в опасной близости от нас. Неподалеку раздался звук шагов. Мое сердце стучало так громко, что казалось еще чуть-чуть и оно нас выдаст. И в тот момент, когда я уже была в шаге от крика, они ушли.

Мы подождали еще какое-то время, вслушиваясь в течение нескольких тревожных минут…часов…дней. Во всяком случае, мне так показалось. Наконец, Керрик встал и подтянул меня, чтобы я тоже встала на ноги. Меня покачивало. Ледяной воздух цеплялся за мою кожу, продувая насквозь вымокшую одежду.

Он посмотрел на небо.

— Нам нужно как можно дальше уйти от Чакстона до того, как взойдет солнце, — сказал он. — Выдержишь?

Я глубоко вздохнула, проверяя свои легкие. Болезнь, наконец-то, исчезла.

— Да.

— Хорошо.

Он взял меня за руку.

Дрожь пробежала по моей руке. Я размышляла о том, чтобы высвободить ее из руки Керрика, но он уверенно двинулся через лес. Луны на небе больше не было видно, и тропа перестала быть видна в темноте. Керрик замедлил шаг, но все равно продолжал идти словно он может видеть в темноте, а я спотыкаясь тащилась вслед за ним.

К тому времени, как взошло солнце, я совсем перестала ориентироваться, замерзла и была истощена. В середине ночи довериться этому незнакомцу казалось неплохой идеей, но при свете дня, я взывала к своему здравомыслию. После того как я вылечу его друзей, что помешает Керрику обменять меня на вознаграждение? Ничего. Он пообещал, что не причинит мне вреда, но его сообщники не давали никаких обещаний. Однако, на данный момент, моя голова была все еще на моих плечах. А это определенно плюс. Я решила оставаться бдительной и полагаться на мой собственный инстинкт выживания — решая проблемы по мере их поступления.

Как только на горизонте запылала заря красными, желтыми и оранжевыми всполохами, Керрик прибавил шагу. Я уперлась пятками и попыталась высвободить свою руку, но он не отпускал.

Остановившись и посмотрев на меня с нескрываемым раздражением, он спросил.

— В чем дело?

— Мне нужен отдых. Целители же не железные. Если я буду слаба, то не смогу вылечить твоего друга.

Пока он обдумывал сказанное, я рассматривала его. Цвет его глаз — это пестрота леса, красновато-карие с позолотой, оранжевые и одновременно бурые. Лучики солнца освещали его светло-каштановые волосы. Они достигали его печей и почти все выбились из кожаного шнурка, которым были завязаны. Он был где-то метр девяносто, то есть выше меня на сантиметров пятнадцать, может чуть поменьше. Я предположила, что он лет на пять-десять меня старше.

— Останавливаться сейчас слишком опасно, мы здесь как на ладони. К тому же мы уже не далеко от места встречи, — сказал он.

— Сколько еще идти?

— Еще час, может два. Если хочешь, я могу нести тебя.

— Нет, как-нибудь обойдусь.

Он изобразил улыбку на мой резкий ответ, от чего черты его лица немного смягчились. Некоторым женщинам его грубоватые черты могли показаться привлекательными. Четыре толстых рубца на шее — по два с каждой стороны. Наверное, осталось от укуса какого-нибудь зверя.

Он потянул меня вперед, я гадала, какое животное сомкнуло свои челюсти вокруг горла Керрика. Говорили, что развелось много псов и они продолжали плодиться, как кролики. Кормящиеся телами погибших от чумы, эти крупные хищники обладали достаточной силой и клыками, чтобы разорвать человеку горло. Кое-какие стаи жили в южных предгорьях Девяти Гор.

После еще одного часа ходьбы, я перестала чувствовать свои ступни. Я споткнулась. Керрик схватил меня за руку, удерживая от падения.

— Еще две мили, — сказал он.

— Просто… дай мне… минутку.

Сказала я еле переводя дыхание, в то время как у ему не хватило вежливости даже для того, чтобы хоть немного казаться запыхавшимся.

— Ты не устал?

— Нет.

Он осмотрел лес вокруг нас.

— За прошедшие два года, я прошел сотни миль в поисках целителя.

— Без лошадей?

— Да. Они слишком большие, чтобы их можно было спрятать.

Видя непонимание на моем лице, он добавил.

— Мы не хотим, чтобы кто-нибудь узнал о нашей миссии. Целители очень осторожны.

— Большинство из них.

— Это правда.

— Скольких целителей ты нашел за последние два года? — спросила я.

Наши глаза встретились.

— Одного.

Мое сердце сжалось.

— Но ты ведь слышал о других. Верно?

— Конечно. Патрик из Тобори, Дрина из Заинска, Фредек из Вига и Тара из Помита.

Тара была моим наставником. Я потеряла ее из виду. И не знала, где она была все эти годы, пока длилась эта ужасная чума.

— И?

Я боялась услышать ответ.

— Их казнили, прежде чем мы смогли добраться до них.

Хотя я ожидала услышать подобный ответ, эта новость стала для меня ударом. Я рухнула на землю и закрыла лицо руками. Мое заблуждение, что целители где-то прятались, разбилось о суровую реальность. Они не заслужили такой судьбы. Меня окатило волной горя, в горле запершило.

Когда меня немного отпустило, я спросила.

— Остался еще кто-нибудь?

— Нет. Только ты.

— Как вы нашли меня?

— Объясню позже. Нам нужно идти дальше. Уже не далеко.

Он поднял меня на ноги.

Я брела за ним словно в тумане. Мои руки и ноги онемели. К моему стыду, я не могла того же самого сказать о своем сердце. До чумы здесь было не так уж много целителей — около сотни. Когда моя семья узнала, что Тара согласилась принять меня в качестве своей ученицы, мы все были очень взволнованы. А моя церемония нанесения татуировки, была лучшим моментом моей жизни.

Голос Керрика вырвал меня из воспоминаний.

— Сюда, — сказал он, указывая на узкий проход между двумя валунами.

Я осмотрелась. Камни оказались частью большого завала и лежали у подножья крутого обрыва.

Керрик схватил меня за запястье и потянул за собой, протискиваясь сквозь щель в завале. Возможно, он боялся потерять меня, поэтому все время держал за руку. Думаю, я не могу его в этом винить. Если бы я искала кого-нибудь так долго, я бы тоже перестраховывалась.

Мы вошли в темную пещеру. В нос ударил влажный запах известняка вперемешку с пометом летучих мышей. Очаровательно. Керрик остановился, чтобы дать нашим глазам привыкнуть. Через несколько минут, я заметила желтое свечение, исходящее откуда-то слева. Керрик повернул в направлении этого света и вскоре мы оказались в маленьком углублении.

В центре, в каменном кольце горел огонь. Двое, те, что держали за ноги Белена во вчерашней спасательной операции, сидели перед огнем. Когда они заметили нас, то тут же вскочили на ноги, широко улыбаясь.

— Лорен, почему ты не выставил часовых?

Спросил Керрик человека справа от нас. Мужчины обменялись взглядами.

— Я выставил, — ответил Лорен.

Керрик подтолкнул меня к нему.

— Пригляди за ней. Квейн, ты со мной.

Он обнажил свой меч и вышел вместе с Квейном державшимся прямо позади него.

В напряженной тишине Лорен внимательно смотрел на меня.

— Я слежу за тобой. Собираешься выкинуть какой-нибудь трюк?

Я всмотрелась в его лицо, пытаясь понять, это он так шутит или говорит серьезно.

— Я умею жонглировать.

В его голубых глазах разгорелся интерес.

— Сколькими шарами?

— Пятью.

— Впечатляет. Чем-нибудь еще?

— Шестью платками, но должно быть безветренно. И тремя кинжалами.

— Ого. Это было бы интересное зрелище. Жаль Керрик никогда не позволит тебе это продемонстрировать.

— Почему нет?

— Ты можешь пораниться.

— И что с того? Я целительница.

— Именно. И ты последняя. С этого момента, наша единственная цель — защищать тебя.

Последняя. Эти слова Лорен поразили меня до глубины души. В нынешних условиях и так довольно трудно быть целительницей, а осознание того, что ты осталась единственной, только усилило давление и страх. По крайней мере, эти люди, похоже, защищали меня. В конце концов, они спасли меня от неминуемой смерти. У Лорена было приятное лицо и, казалось, что он искренен. Он был старше Керрика. Ему было, наверное, где-то лет тридцать пять. Его черные волосы были подстрижены так коротко, что пряди стояли торчком.

Я спросила.

— Что произойдет после того как я вылечу твоего друга?

— Ты станешь героиней! — ответил он.

Глава 3

— Все и каждый ненавидят целителей, так почему же исцеление вашего друга сделает меня героиней? — спросила я Лорена.

— Мы не ненавидим вас. А когда он поправиться, то сможет…

Громкие голоса прервали его. Керрик и Квейн вернулись с тем юношей, что вытащил меня из тюрьмы. Его привели под руки. Длинные каштановые волосы свисали парню на глаза, но не могли скрыть его раздосадованного выражения лица.

— Что случилось? — спросил Лорен.

— Он уснул, — сказал Керрик. — Зачем ты поставил его в первую смену?

— Он сам вызвался.

— Лорен, ему шестнадцать лет. Он всю ночь провел на ногах.

— Как и мы все.

— Но когда я сюда добрался, вы все еще не спали. С чего бы это? — сказал Керрик таким тоном, который звучал гораздо страшнее, чем если бы он кричал.

— Мы не могли спать. Мы переживали за тебя и за целительницу, — ответил Лорен.

— И я тоже, — сказал парень.

— И все же, ты крепко спал, — сказал Керрик. — Ты еще растешь, Блоха. Не вызывайся добровольцем в первую смену, пока тебе не исполниться двадцать. Понял?

— Да, сэр.

Керрик осмотрелся вокруг.

— Добрался ли Белен?

— Нет, — ответил Квейн. Он провел рукой по своей лысой голове, будто пытаясь разгладить морщинки волнения, которые образовались на его лбу. Я не заметила при нем никакого оружия, но Керрик взял его с собой, чтобы Квейн прикрывал его. Возможно, стальные мышцы на груди плечах были его оружием. Мне показалось, что мы с Квейном ровесники.

— Всем поспать несколько часов. Блоха, убедись, что наша… гостья удобно устроилась. Я постою в дозоре, — сказал Керрик. И вышел, не дожидаясь исполнения своих распоряжений.

Блоха мне криво усмехнулся. Сквозь растрепанные волосы, можно было увидеть его светло-зеленые глаза, которые так и светились весельем.

— Предпочитаете спать слева или справа от костра, мэм? — спросил он.

— Не нужно формальностей. Меня зовут Аври. — Я стояла рядом с огнем, позволяя рукам и ногам нежиться в его тепле.

— О, я знаю, — сказал Блоха. — Аври из Королевства Казан. Мы искали тебя целую вечность.

Трое мужчин уставились на меня.

— Мне что надо прямо сейчас начать жонглировать? — спросила я Лорена.

Он рассмеялся и неловкость, сковывавшая нас, отступила.

— Прости, но так трудно поверить, что мы нашли тебя. Что ты стоишь здесь. Здесь с нами. Мы следили за твоими, э… приключениями где-то с год.

А я и не подозревала, что меня ищут. И это меня не на шутку встревожило.

— Но каким образом?

— В основном, пользуясь слухами, — сказал Квейн. — Мы слышали о детях, которые были исцелены в различных городах во всех Пятнадцати Королевствах. Но к тому времени, как мы добирались до того или иного города, тебя уже там не было. Пару раз мы догадывались в каком направление ты продвигаешься и шли за тобой. Порой нам приходилось только гадать, куда ты направишься.

— Нам просто повезло, что когда тебя арестовали, мы были в Якстоне, — сказал Блоха.

— Ну, не совсем так, — сказал Лорен. — Керрик напал на твой след несколько месяцев назад.

— На мой след?

— Ты шла преимущественно на северо-запад, останавливаясь только в крупных поселениях. Ты проводила там примерно по шесть, может восемь недель, затем исцеляла чье-нибудь дитя и покидала это место. — Лорен устроился поудобней в своем спальном мешке возле костра.

Когда я подумала об этом, то поняла, что он был прав. Меня передернуло от страха. Если я переживу эту миссию, в дальнейшем мне нужно быть еще более бдительной.

— Нас очень удивило, что местные жители тебя раньше не схватили, — сказал Квейн, разворачивая одеяла.

— Почему это? — Я повернулась к пламени спиной, надеясь просушить свою отсыревшую одежду.

— У нас был список целителей, — сказал Лорен. — К тому времени, как мы добирались до них, все они были уже казнены. Мы всегда слышали одни и те же сплетни. Что они попадались, совершив какую-нибудь глупость.

— Например исцеление ребенка, — сказала я. Вот где я дала слабину. Мой очевидный промах. Хотя я очень старалась избежать подобного и ограничивала себя в общение с другими людьми.

— Не только это, — Блоха возился со своим спальным мешком. — Ты была единственной, кому хватило ума, что после исцеления ребенка необходимо покинуть поселение. Другие целители считали, что благодарный пациент или родитель не выдаст их. Они не утруждали себя маскировкой так же как ты.

Я заправила короткую прядь светлых волос за ухо. Небольшое изменение внешности. Я постригла и перекрасила волосы. Но я все еще пользовалась своим именем. Просто невероятно, что меня не поймали раньше. Но тут я вспомнила, что сказал Лорен.

— Как вы достали список целителей?

Он пожал плечами.

— Список был у Керрика. Он наверно выкрал записи в одной из старых городских ратуш. У целителей же была гильдия до этого?

«До этого» всегда означало до начала чумы.

— Да. — Но моего имени не должно было быть в списке ее членов.

Мое ученичество у Тары, началось, как только мне исполнилось шестнадцать — всего за месяц до первой вспышки болезни. После того, как чума охватила уже все Королевства, она прекратила мое обучение. Вместо того, чтобы попытаться стать членом Гильдии, я вернулась обратно в Лекас, мой родной город в Казане. И обнаружила, что моя семья исчезла. Либо они умерли или же ушли. Никто из выживших не мог мне ничего рассказать. А когда слухи о целителях превратились в обвинения, и нависла угроза казни, никто не захотел говорить со мной. День, когда мне исполнилось семнадцать, я провела в сточной канаве, пока мои соседи и бывшие друзья охотились на меня. Прошло уже три года, а я до сих пор ничего не знаю о своей семье. Я уже потеряла всякую надежду разыскать их или хотя бы выяснить, что же с ними случилось.

Я осмотрелась в нашей небольшой пещерке. Пара кожаных рюкзаков, брошенных в углу вот собственно и все, кроме каменных стен и дыры размером с кулак здесь больше ничего и не было.

По крайней мере, в пещере было тепло и сухо. Однако, посмотрев на твердую землю, я ужасно затосковала по своему рюкзаку. В нем были свернутая пастель, деньги, несколько съестных пайков для путешествия и мой плащ.

Блоха закончил стелить свои одеяла. Но вместо того чтобы улечься самому, он махнул рукой.

— Мэм, э… Аври твоя постель ждет.

Я вздрогнула от неожиданности.

— Не нужно уступать мне твою…

— Керрик сказал, чтобы ты устраивалась. Если же ты не последуешь его приказу, он прибьет меня. Кроме того… — он снова одарил меня ухмылкой, — это спальник Керрика.

— А он не взбеситься? — От того, как вели себя его люди, было понятно, что он один из тех людей кого точно не стоит злить.

— Нет, — ответил Квейн. — Один из нас всегда в дозоре. Он разбудит меня, и я сменю его, а Керрик займет мое спальное место.

Лорен указал пальцем на сверток в углу.

— Он может также взять спальник Белена.

Как только прозвучало имя Белена, все мужчины вдруг стали серьезными.

— Это тот, кто отвлек на себя стражу прошлой ночью, — сказала я, догадавшись.

— Ага, — сказал Блоха. Он ссутулился и опустил голову, так что волосы закрыли его глаза. — Он должно быть заблудился или что-то вроде того.

— Белен не заблудился, — сказал Квейн. — Он скорее всего развлекает городскую стражу погоней за ним.

— Сколько мы будем его ждать? — спросила я Квейна.

— Не долго.

— Почему? Почему не долго?

— Потому что ты важнее, чем он. Черт возьми, да для Керрика, ты важнее всех нас вместе взятых, и чем дольше мы будем оставаться здесь, тем больше будем подвергать себя опасности.

Я легла в пастель Керрика и вдохнула его запах. Та же смесь ароматов весеннего солнечного света и зелени. Я почувствовала будто земля обняла меня и согрела своим теплом. Я зарылась поглубже в одеяла, думая о том, что я последний выживший целитель. Шок от понимания этого уже угас. Так же я отодвинула в сторону вопросы, которые у меня имелись и к Керрику и к его людям. По крайней мере, на данный момент.

Меня разбудил крик, вырвал из глубоко сна. Но я чувствовала себя в безопасности, что довольно странно, учитывая все обстоятельства. Огонь погас, остались одни угли, а остальные спальники были пустыми. Разволновавшись не на шутку, я вскочила на ноги. Крики и эхо голосов раздавались только с одной стороны, со стороны выхода, единственного пути для побега. Я была в ловушке.

Шум начал нарастать, и я попятилась назад, пока не уперлась спиною в стену. Нечто огромное и черное преградило мне узкий проход. Если бы я могла, то забралась бы по шершавой стене наверх. Моим первым впечатлением было, будто это разъяренный медведь вернулся к себе в пещеру и его не слишком обрадовало, что она уже кем-то занята. Вторым и более правильным, но не менее страшным, что это великан, который выглядел так, будто может убить вас всего одной рукой.

Когда он меня заметил…не успевшую еще полностью съежиться у дальней стены, то усмехнулся.

— А вот ты где, — сказал он спокойным голосом. Он пересек пещеру в два в два шага и протянул свою руку. — Белен из Алги.

Керрик со своими людьми зашли следом. Все улыбались.

Я пожала габаритную лапищу, э… руку, и поняла, что он из того же королевства, что и Керрик.

— Аври.

— Очень приятно с тобой познакомиться. Здесь. — Он сунул мне в руки рюкзак. — Надеюсь это твой. В противном случае, я напрасно попал в кучу передряг.

— Не нужно было рисковать собой, чтобы вернуть ей рюкзак, — сказал Керрик.

Белен, нахмурившись, посмотрел на него.

— Чепуха. Ей нужны ее вещи. — Он отмахнулся. — Придет зима, а у нее даже нет плаща. Тебе скорее всего не придет на ум поделиться своим.

— Я был несколько занят, спасая ей жизнь.

Лорен с Квейном скрыли свое изумление на раздраженный и немного сварливый тон Керрика.

— Короче, ей понадобиться то немногое, что у нее есть, если мы собираемся путешествовать через Девять Гор еще до первой метели.

Я прижала свой рюкзак к груди.

— Девять Гор? Почему?

Чума уничтожила все формы цивилизованного правления в Пятнадцати Королевствах. Потребовалось несколько лет для того чтобы выжившие собрались вместе и стали жить не большими группами, как сейчас. Закон в Королевствах, как Казан и большинстве других, перестал существовать.

Я была слишком занята, скрываясь от охотников за наградой, и не особо интересовалась существующей политической ситуацией. Но даже я слышала о мародерах, обосновавшихся в предгорьях Девяти Гор. Банды, воюющие друг с другом, и устанавливающие свои правила в этих землях. И если вам все-таки удалось избежать встречи с ними, то вы вероятно станете обедом для стаи псов.

— Он не сказал тебе? — Белен ткнул пальцем в Керрика.

— У нас не было времени прошлой ночью, чтобы побеседовать, так сказать в непринужденной обстановке, — отчеканил Керрик. — Наш больной друг находиться по ту сторону Девяти Гор.

Чтобы добраться до него потребуется около двух месяцев.

— Насколько он болен? Он же может не дожить.

— Он был погружен в состояние магического стазиса.

Интересно. Не так много магов осталось в нашем мире. Я гадала, сколько времени Керрик потратил на то, чтобы найти одного.

— Это сотворил маг Жизни?

— Нет. маг Смерти.

Еще более редкое явление. Я задумалась.

— На сколько плох твой друг? Если он на грани смерти, я не смогу помочь ему.

— Он почти здоров. Зепп смог приостановить его жизненную силу сразу после начала второй стадии.

Вторая стадия? Страх овладел мной. Неужели чума вернулась? Насколько я знаю, за последние два года не было ни одной жертвы. Потом я вспомнила, ведь Керрик долгое время искал меня, практически два года.

— У него чума. Не так ли? — спросила я.

— Да, — ответил Белен. — Мы знаем, что ты можешь исцелить его. Если весь мир умирает, то одной сотне целителей не под силу спасти шесть миллионов, ведь так? Вы бы не за что не справились бы. Гильдия целителей обратилась с посланием, что они могли бы организовать своих целителей, в зависимости от потребностей, но это все в прошлом, Аври. У нас только один больной.

— Но…

Керрик не дал ему договорить.

— Белен, тебе нужен отдых?

— Нет, сэр.

— Господа, готовьтесь к выходу, — сказал Керрик.

Его люди быстро собрались. Я проверила мой рюкзак. Все мои вещи были внутри. Я достала свой плащ и накинула его на плечи.

Следует ли мне рассказать им всю правду о чуме? Они спасли мою голову от гильотины, и я обязана им своей жизнью. Они похожи на людей, которые могут понять это, в отличии от других выживших, которых я встречала. Которые при одном упоминании о целителе плевали на землю и отказывались признавать правду. Пару раз меня чуть не поймали, из-за того что я пыталась оправдать целителей, так что я перестала заниматься этим.

Однако, Белен был прав. Я могу исцелить их друга от чумы, но после этого я не смогу исцелить себя.

То, о чем они меня просили, по сути равносильно смерти, только если бы меня отправили на эшафот, она была бы быстрая, а то что предлагали они — долгая и мучительная.

Я решила подождать и узнать кто же это друг. Возможно он будет как Фаун, стоить того, чтобы отдать за него жизнь. Трудно это представить. Дети заслуживают быть спасенными. Их жизнь только началась, они никому не желают зла и никому не успели навредить. Что нельзя сказать про взрослого человека, но я готова была дать ему презумцию невиновности.

Керрик задал темп. Он быстрым шагом шел через лес, направляясь на север. Лучи вечернего солнца, пронизывали листву, оставляя лужи тени на земле. Морозный воздух был чист и свеж.

Мы шли друг за другом. Я держалась за Беленом, Блоха семенил за мной по пятам, как ретивый щенок. Никто ничего не говорил. Под моими сапогами хрустела листва, заглушая негромкий шум, издаваемый остальными попутчиками. Мужчины несли на изготовке оружие, будто ожидая засады в любой момент. Керрик с Беленом сжимали в руках мечи, Лорен держал стрелу на тетиве лука, Квейн хранил руку на кинжале, и даже Блоха размахивал складным ножом.

Путешествие через Пятнадцать Королевств было сложным, если не невозможным для маленькой группы. Когда я переезжала в новый город, я старалась присоединиться к пилигримам — каравану людей, разыскивающих потерянных друзей или родственников, собирающим необходимые вещи в заброшенных домах и хоронящим любые трупы, остающиеся позади. Даже хорошо вооруженные, пилигримы все еще держались главных дорог между Королевствами.

Поэтому не было большой неожиданностью, что посреди лесной чащи нам никто не встретился. На нашем пути даже не встретились ни Лилия смерти, ни Лилия мира. Странно, что гигантских цветов нигде не было видно. С нехваткой рабочей силы, чтобы выпалывать их, они распространялись повсюду, как сорная трава, вторгаясь на фермерские поля, вдобавок нападая на оставшихся выживших, чтобы прокормить себя.

Не привыкшая к такому темпу ходьбы, я устала через несколько часов. Мы останавливались пару раз, чтобы перекусить, но никто ни с кем особо не разговаривал и длились эти стоянки не долго. Мои ноги очень сильно болели и в итоге, все, на чем я могла сосредоточиться, была спина Белена.

Солнце село, его сменила луна. Она уже была в зените, когда я была на пределе своих возможностей. Еле волоча ноги, я споткнулась и растянулась на ковре пестрых листьев.

Прежде, чем я успела приподняться на локтях, на руки меня подхватил Белен. Он нес меня как ребенка, не обращая внимания на мои протесты, утверждая, что я почти ничего не весила. Обессиленная, я задремала в его объятьях.

На рассвете, я снова почувствовала прилив сил. И тогда я тут же почувствовала травму на руке у Белена. Я вздрогнула, и оттянула его правый рукав до локтя.

— Да ерунда, — сказал он, пытаясь раскатать рукав вниз и прикрыть рану длинной в сантиметров пятнадцать, пока ее не увидели Керрик с остальными.

Я остановила его взглядом и провела пальцем по ране. Магия ожила. Рана была глубокая и грязная — была занесена инфекция. Белен ничем себя не выдал, его лицо было непроницаемым, хотя я прекрасно знала, что мой осмотр был адски болезненным. Впечатляет.

— Белен? — спросил Керрик.

— Это всего лишь порез, который я получил, спасаясь от городской стражи прошлой ночью. Не о чем беспокоиться.

— Через рану можно занести инфекцию, если не позаботиться о ней, — сказала я.

— Это может подождать пока мы не найдем прибежище? — спросил меня Керрик.

— Я могу его вылечить прямо сейчас. Не имеет значения где исцелять.

— Я тебя не про это спрашивал. Время терпит или нет?

— Сколько придется ждать?

— Пару часов.

Не было смысла спорить с ним.

— Это может подождать.

В действительности не было причин ждать. Я не позволила бы Белену нести меня, но оперлась рукой на сгиб его правой руки. Пока мы шли, я позволила магии обернуться вокруг его предплечья, заживляя его рану пока она передалась мне. Рана запульсировала причинив острую боль, вылилась кровью на мой рукав.

К тому времени как мы пришли в другую пещеру во второй половине дня, раны Белена исчезли без следа. Лорен, Квейн и Блоха собрались вокруг него, восклицая над его гладкой кожей.

— Ни осталось даже шрама! — Блоха прыгал вокруг, несмотря на то, что шел не переставая в течение последних двадцати часов. Я подозревала, что именно такое поведение дало ему его имя.

Керрик, однако, подошел ко мне, задрал рукав, обнажив полу исцеленную рану. Я зашипела от боли, когда он ткнул в нее пальцем.

— Почему ты не слушаешь меня? — требовательно спросил он.

— Нет причин…

— Не тебе принимать подобные решения, — сказал он. В его глазах загорелся огонь. — Я решаю!

— Но…

Он сжал мою руку. Я вскрикнула.

— Никаких возражений. Ты беспрекословно выполняешь то, что я говорю. Поняла?

В пещере наступила тишина. Все смотрели на нас.

— Поняла.

Да, я все поняла, но это не значит, что я буду беспрекословно подчиняться его приказам, как присутствующие здесь господа.

— Хорошо. — Он посмотрел на своих людей. — Расписание дозоров стандартное.

После чего Керрик покинул пещеру. Блоха подскочил ко мне.

— Вы только поглядите! Она того же размера и формы как была у Белена.

Вот, что было интересно, как только Керрика не было рядом, окружающие сразу же расслаблялись.

— Как долго это будет заживать? — Белен изучал порез так, словно моя рука могла сломаться от легчайшего прикосновения. В его карих глазах была озабоченность.

— Где-то через два дня, останется только бледный шрамик.

Блоха присвистнул, да и Квейн был под впечатлением.

— Тебе не нужно было исцелять меня, — сказал Белен. — Это была всего лишь царапина.

Я отдернула обратно к себе свою руку от Белена.

— А тебе не следовало бы рискуя быть пойманным, искать мой рюкзак. Давай будем считать, что это мой способ сказать спасибо.

Лорен встретился со мною взглядом, он весело улыбался.

— Ну, что это лучше жонглирования ножами? — спросила я его.

— Для начала, я должен посмотреть, как ты жонглируешь, — ответил он.

— Господа, ваши ножи. — Я протянула руки.

После некоторых раздумий Лорен, Квейн и Блоха, все протянули мне свои ножи с кожаными рукоятками. Прекрасно.

— Если Керрик застукает тебя, уж будь уверена, я обязательно пролью пару слезинок на твоих похоронах, — сказал Белен. Он покачал головой, как бы отстраняясь от происходящего.

Я прикинула вес каждого ножа. Мой старший брат Крис научил меня жонглировать. Сначала с платками, потом мячами, а затем деревянными палочками, прежде чем позволил взять в руки что-нибудь острое. Мое сердце защемило от грусти, когда я жонглировала. Пламя костра отражалось в клинках, когда те крутились в воздухе. Блоха наслаждался представлением, смеясь и умоляя научить его, когда я закончу.

— Не плохо, — сказал Лорен. — Но многие могут научиться так жонглировать. Но больше никто не может исцелять.

Позже, тем вечером, все расселись вокруг костра. Мужчины занимались привычными делами, едва обмолвившись друг с другом, разделывая и готовя кролика, которого Лорен подстрелил из своего лука.

— И так вы проводили каждый вечер в течение двух лет? — спросила я их.

Лорен с Квейном обменялись взглядами с Беленом.

— Не совсем, — ответил Белен. — Мы с Керриком начали поиски целителя сразу же, как только маг заколдовал нашего друга. Через полгода мы столкнулись с этими двумя обезьянами в Тобори. — Он ткнул толстым пальцем в Лорена и Квейна. — Когда из них выбивали всю дурь.

Белен усмехнулся. Это был скорее рык.

Квейн кинулся защищаться.

— Мы были в меньшинстве!

— Что не удержало вас от набега на тот бор… — Белен бросил на меня взгляд. — Публичный дом.

— Это не бордель, если девушки находятся там по принуждению, — продолжая настаивать на своем, тихо сказал Лорен.

Еще одно напоминание о том, что мир сошел с ума. Не все выжившие мечтали вернуться к нормальной жизни. Некоторые полностью воспользовались уменьшением охраны и превратили маленькие города в собственные игровые площадки.

— Что случилось? — спросила я.

— Мы протянули руку помощи, — ответил Белен. — Помогли избавиться от гнезда разврата и направить развитие города в нужное русло. И взяли этих горе-помощничков с собой.

— Мы приносим пользу, — сказал Лорен.

— Угу, — Белен растянулся на своих одеялах, вздохнул и вскоре захрапел.

Учитывая сколько времени, он не спал, это просто удивительно, что он продержался так долго.

Мой спальный мешок лежал рядом с местом Блохи. Он учился жонглировать, выполняя пока самое простое упражнение: перебрасывал камень из одной руки в другую. Держа руки примерно на уровне пояса, одной рукой Блох подбрасывал камень на уровень глаз и ловил его другой рукой, камень будто описывал в воздухе букву Л. Я показала ему упражнение следующего уровня. Все тоже самое только теперь с двумя камнями — это будет посложнее. После нескольких попыток у него стало получаться.

— Вот так, все правильно Блоха. Когда первый камень на уровне твоих глаз, ты бросаешь второй.

Я издала одобряющий возглас.

Он какое-то время тренировался, а затем повалился на одеяла.

— Это слишком трудно.

Блоха напомнил мне мою младшую сестру, Ноэлль. Она тут же сдавалась, если задача ей казалась непосильно сложной. Я подумала, если бы она заразилась чумой, то умерла бы в мгновение ока.

Никто не выживал, после того, как заражался. За исключением тех единиц, которых вылечили целители. Но эта болезнь погубила самих целителей. Оглядываясь назад можно с уверенностью сказать, что тогда никто и не мог предположить, что все обернется чумой. У гильдии Целителей хватило ума уведомить своих адептов не исцелять тех, у кого обнаруживались подобные симптомы. Даже, если на месте вспышки очага болезни было несколько целителей, чтобы поделиться друг с другом энергией. Это было обдуманное и верное решение. Больных было гораздо больше, чем целителей. Смысл имело лечить только тех, кого мы действительно могли вылечить. Но послание гильдии и приговорило всех нас к смерти. Вернее сказать, его содержание. Там не говорилось прямо, что целитель умрет, если поможет чумному больному. То уведомление гласило: «Сейчас нас вряд ли ждет успех».

Я отбросила мрачные мысли, сосредоточившись на плюсах. Сейчас я в кружение людей, благодаря которым у меня снова появился интерес к жизни. Они прошли через Пятнадцать Королевств, возможно они что-нибудь слышали о моей семье. Лорен с Квейном уже спали. Только Блоха таращился на пещерные своды, прибывая в мрачном настроении.

— Не переживай, — сказала я. — Будешь много практиковаться и за кратчайшие время научишься жонглировать.

Он застонал.

— Я только это и слышу. Постоянно. Практикуйся, практикуйся, практикуйся. Но, это же скучно!

Я подавила улыбку.

— Ты прав.

Он сел.

— Правда?

— Это очень скучно. Но, к сожалению, это необходимо.

Он со стоном повалился на свою подушку. И, вяло отмахнувшись, сказал.

— Ты можешь не читать мне нотаций. У меня уже есть четыре отца. Так что мать мне точно не нужна.

Я ахнула в притворном ужасе.

— Ты совершенно прав. Я говорю как моя мать! Обещаю, никогда не вести себя так впредь!

— Да ну? — Блоха прищурившись посмотрел на меня.

— Нет. Извини. У целителей обостренное чувство опеки, это на уровне инстинктов.

Он пожал плечами.

— Ну и ладно. У всех свои недостатки.

— Верно.

Он приподнялся на локте и с минуту смотрел на меня.

— Тебе нравиться быть целительницей? Тот порез, что ты забрала себе от Белена… это же больно.

— Болит, но меньшее время, чем болело бы у него. Плюс удовлетворение от помощи другому человеку.

Блох фыркнул.

— Я не думаю, что Белен чувствует боль. Я однажды сильно пнул его в голень, а он и глазом не моргнул.

— Зачем ты его пнул?

— Он не хотел меня отпускать. — Его веки опустились, и Блоха зевнул.

Я поняла, что за этой фразой кроется какая-то история, но подавила свое любопытство. Вместо того, чтобы задавать вопросы, я легонько толкнула его и натянула одеяло ему до подбородка. Блоха подарил мне сонную полуулыбку и сказал.

— Белен и тебя не отпустит.

Он заметил, что меня несколько озадачило, его странное заявление.

— Ну, не то чтобы… когда ты исцелишь принца Райна, тебе уже не захочется уходить.

Я резко подскочила.

— Принц Райн из Царства Ивдель? Он ваш друг? Тот самый человек, который болен?

— Да, он…

— Блоха, спи уже, — раздался голос Керрика за моей спиной.

Блох изобразил на лице «ой?!» и повернулся на бок. «Ой?!» — это еще мягко сказано. Я собрала свои вещи.

— Что это ты делаешь? — спросил Керрик, его голос звучал угрожающе.

— Ухожу.

— Нет.

— А я не спрашиваю. Я собираюсь и ухожу.

Я скатала свой тонкий матрасик и засунула его в свой рюкзак.

— Нет, не уходишь.

Закинув рюкзак на плечо, я повернулась к нему.

— Нет причин оставаться. Иди и найди другого целителя.

— Нет.

Это словно говорить с каменной стеной. Я повысила голос.

— Давай-ка все проясним. Я не буду лечить принца Райна. И ничто из того, что ты скажешь или сделаешь, не заставит меня передумать.

Спящие зашевелились и проснулись. Глаза Керрика налились яростью.

— Полегче, Керрик, — сказал Белен, присаживаясь.

— Ты вылечишь его. — Опасность в голосе Керрика предупреждала меня не спорить, но я не стала отступать.

— Ни за что.

— Ладно, Арви, хватит, — Белен встал. — Мы можем поговорить об этом утром.

— Тут не о чем говорить, — сказала я. — Я не стану исцелять его. По правде сказать я рада, что он в стазисе и не сможет больше никому причинить вреда. И единственное, что может добавить мне радости это его смерть.

Похоже я зашла слишком далеко. Потеряв терпение, Керрик сдавленно вскрикнул. Белен бросился наперерез Керрику, а я подняла руку, чтобы защититься от его удара, но мы с Беленом были слишком медленны. Керрик врезал мне по щеке с такой силой, что я повалилась на землю.

Глава 4

Моя щека саднила и пульсировала. Я осталась лежать на полу в пещере. Между мной и Керриком стоял Белен.

— …держи себя в руках. Она славная девушка, — сказал Белен.

— Она уже не просто девушка, Белен. Она целитель. Исцеление Райна — вот, все что меня волнует. И тебя по-хорошему, должно волновать тоже самое. Ты же знаешь…

— Да, я знаю что поставлено на карту, — Белен будто выплевывал слова. — Но, если ты еще хоть раз поднимешь на нее руку, я оторву тебе их к чертовой матери.

Ого! Я наклонила голову, чтобы взглянуть на выражение лица Керрика.

В его глазах мелькнула тень удивления.

— Убедись, что она будет держать свое мнение о принце Райне при себе и тебе не придется исполнять свою угрозу.

Керрик посмотрел на меня. Он буравил меня своим холодным взглядом, и я осознала, что я ничего для него не значу. В отличие от Белена, Керрик должен был понимать, что я не выживу, если исцелю Райна и ему было плевать.

— Ты исцелишь Райна, — сказал он, прежде чем отвернуться. — Лорен, твоя очередь нести караул.

Лорен резко вскочил на ноги.

— Да, сэр.

И бросился вон из пещеры. А я пожалела, что не могу последовать за ним.

Белен опустился на колени рядом со мной и прижал влажный кусок ткани к моей щеке.

— Мне так жа…

— Не извиняйся за него, — ответила я, прислоняясь к успокаивающей прохладе ткани. Я огляделась. По напряженным позам, в которых они лежали под одеялами, было понятно, что Блоха и Квейн только претворяются спящими. Керрик скинул свои ботинки и устраивался на месте Лорена, игнорируя нас.

Белен нянчился со мной. Он принес мне воды и приготовил мой спальник. Он нравился мне. Очень жаль, потому что видимо я не задержусь с ними надолго.

***

Я поджидала удобный случай, чтобы сбежать. На это потребовалось два дня. Два дня пути через лес в полом молчании и еще одна ночь в очередной пещере. Ночью я тихо лежала, прислушиваясь к мужчинам, успокаивая свое уязвленное самолюбие.

Место, которое Керрик выбрал для привала на вторую ночь было далеко от идеала. Большая пещера с гулким эхо. Я предполагала он знает где находиться каждая пещера в этом лесу. Но я не могла больше оставаться с ним.

— Помните тот случай, когда трое пьяниц хотели втянуть Белена в драку? — сказал Квейн во время обеда, ни к кому конкретно не обращаясь. Керрик был в дозоре.

— И Керрик отдал строгий приказ. Никаких драк, или мы не сможем даже появиться рядом с этой таверной, — ответил Лорен.

Блоха закатил глаза.

— Я уже дюжину раз слышал эту историю.

— Только дюжину? — спросил Белен. Он растянулся рядом с костром на спине, положив голову на скрещенные руки.

— По каким-то причинам эти две обезьяны, — он качнул головой в сторону Лорена и Квейна, — думают что история становится не такой скучной, если повторять ее снова и снова. Возможно, это просто неудачная демонстрация их низкого интеллекта.

Квейн фыркнул.

— Демонстрация? Эй, ребята, посмотрите-ка, кто-то пытается произвести впечатление на целительницу.

— Он просто не хочет, чтобы мы закончили историю. Он боится, что мы напугаем Аври, — Лорен попытался втянуть меня в разговор.

Все четверо очень беспокоились за ушиб на моей щеке, которая сначала опухла и покраснела, а потом стала зеленовато-черной. Я напоминала себе, что не они меня ударили. Нет нужды их ненавидеть.

— Меня не так легко напугать, — сказала я. — Что случилось с пьяницами?

— Он стукнул все три головы друг о друга. Следовательно, никакой драки, — ответил Квейн.

— Следовательно? Посмотрите теперь, кто тут бросается причудливыми словами, — сказал Лорен.

— Они не причудливые, — Квейн пошел на попятный.

Блоха нарочито вздохнул: «Ну вот…снова». Он поднял два камня и начал практиковаться в жонглировании ими, несмотря на высказанные прошлой ночью претензии. Я убедилась, что мой спальный мешок расположен близко к мешку Блохи. Пока Квейн и Лорен были заняты дебатами о причудливости определенных слов, я спросила Блоху о его имени.

Сосредоточив взгляд на камнях, он указал подбородком на других.

— Они, ах, дали мне имя. Кажется, оно было лучше, чем название паразита.

— Как же твое имя? — спросила я.

— У меня его нет. По крайней мере, я его не помню. — Блоха уронил камень и пробормотал проклятие. — Я вырос на улице, воровал, чтобы выжить. Меня называли мальчиком, вором и другими нелестными словами. — Вспышка кривой улыбки. — Что же это за причудливое слово? Нелестный.

— Я действительно впечатлена, — сказала я.

Он сумел сохранить ритм последовательных бросков в течение нескольких обменов, прежде чем камни столкнулись в воздухе. Последовало другое проклятие, и он начал снова.

— Как ты попал в эту группу? — спросила я.

— Приблизительно год назад, они пришли в мой город, задавая вопросы о целителях. Они были осторожны, но все же слух разошелся по округе, и местной власти они не понравились, ну или я, крадущий информацию для Керрика. Кража секретов была одной из моих самых прибыльных способностей.

— И тебя это почти убило, — сказал Белен.

— В то время, у меня была целая сеть информаторов, и эти парни появились и просто уничтожили ее.

— Забавно, но мне запомнилось все совсем по-другому. — Белен подбросил еще одно полено в костер.

— Еще бы. Твоей жизни и средству к существованию ничего не угрожало. — Блоха почесал висок краем одного из камней. — Когда стало слишком жарко, я помогал им выскользнуть из города и… — Он взглянул на Белена с любовью, но принял обычное выражение, прежде, чем тот заметил. — Я просто остался.

— Ха. Мы спасли его от частокола прежде, чем они смогли повесить его как предателя. И затем мы помешали идиоту возвратиться.

Что объясняло комментарий Блохи об ударе по голени Белена, потому что тот не отпускал его.

— Так кто его так назвал? — спросила я.

— Керрик, — ответил Белен.

Вот уж не ожидала.

— А почему «блоха»?

Широкая ухмылка появилась на лице Блохи.

— Потому что я быстрый и меня трудно поймать.

— Потому что он паразит и его трудно прихлопнуть, — сказал Белен.

— Да потому что он подпрыгивает на три метра вверх, когда напугаешь его, — добавил Лорен.

— Потому что он очень раздражает и мы еле его выносим, — сказал Квейн.

— Спасибо, парни. Я вас тоже люблю. — Блоха послал воздушные поцелуи и похлопал себя по заднице.

Смеясь, они бросили в него подушки и куски хлеба. Я поняла, что они составляют сплоченную семью. Вина за то, что я запланировала совершить, нахлынула на меня, но момент был разрушен, когда вошел Керрик.

Я ждала, бодрствуя, пока Лорен разбудил Квейна, чтобы тот его сменил, а затем наступила смена Блохи. Дождавшись, пока дыхание Квейна станет глубоким, я выбралась из-под спального мешка. Бросив скорбный взгляд на свой рюкзак, я накинула плащ себе на плечи и ушла на цыпочках подальше от огня. Если бы кто-нибудь проснулся, я надеялась, что присутствие моего ранца заставит их предположить, что я отправилась в уборную — представляющую собой вонючую сторону пещеры, которую я ненавидела использовать.

Блоха сидел на вершине большого валуна на расстоянии в несколько футов от входа в пещеру. Как только он заметил меня, он немедленно скатился в сторону.

— Что случилось? — спросил он шепотом.

— Ничего. Мне просто нужно немного подышать свежим воздухом.

— Не стоит тебе выходить наружу.

— Тут кто-то может быть? — Удивительно, если кто-то мог быть здесь. С тех пор, как я была с Керриком и его парнями, я вообще никого не видела, но все же их оружие всегда было на изготовке.

— Не близко, но там группа торговцев, мы надеемся, примерно в двух милях к востоку отсюда. Видишь огонь? — Он указал.

Я покосилась в темноту. Мы стояли на небольшом возвышении. Крошечный булавочный укол оранжево-желтого цвета усеял насыпь деревьев.

— Откуда вы знаете, что они торговцы?

— Фургоны, загруженные товарами, лошади и вооруженные охранники. Они могли бы быть наемниками, но у них слишком много… барахла. Наемники обычно путешествуют налегке.

— Откуда ты все это знаешь?

Блоха усмехнулся.

— Керрик уже проверил их и определил, что они, вероятно, безвредны. Теперь мы должны быть более осторожными. Я уверен, что слухи о твоем спасении и нашей причастности распространились быстрее, чем чума. Двадцать золотых монет — огромная сумма. Есть несколько наемных групп, которые хотели бы отобрать тебя у нас.

Любопытно, я не смогла удержаться и спросила.

— Они могут?

— Не многие, — сказал он с гордостью. — Но не волнуйся, Аври. Мы слишком умны, чтобы идти прямо в засаду.

Чувство вины сжало мое сердце, и я заколебалась.

— Тебе лучше войти внутрь. Если Керрик найдет тебя здесь, я труп.

— Хорошо. — Я уже было повернулась, чтобы идти, но остановилась. — Блоха, не двигайся.

Он застыл.

— Что?

— Поцелуй паука. Стой на месте. — Я коснулась его затылка рукой. Нашла небольшую площадь между позвонками и выстрелила моей исцеляющей силой ему в спину. Он выгнул спину в тихом изумлении, прежде чем упасть. Поймав, я уложила его. Я устроила его конечности поудобнее. Мой живот скрутило, когда я отодвинула локон волос от его глаз. У целителей имеется несколько способов защитить себя, но мы очень не любим использовать их. И некоторые, как тот, который я использовала на Блохе, должен поразить точное местоположение, иначе не сработает.

Я оценила его размер. Он проснется через два, может быть, три часа. Как бы там ни было, Белен сменит его через час. Мне пора убираться. Сейчас.

Должна ли я направиться к торговцам в надежде, что они защитят меня?

Нет. Основное правило выживания — не доверять никому. Я побежала на запад.

Я обнаружила через несколько минут, что бежать на максимальной скорости через лес ночью не лучшая идея. После того, как я вытерла грязь с лица и рук и восстановила ноги, я замедлила свой темп. Было бы трудно обнаружить мои следы в темноте, таким образом, я надеялась, что Керрик будет ждать до рассвета.

Если бы мне повезло, то я бы имела трех- или четырехчасовое преимущество и не наткнулась бы на Лилию смерти. Если бы мне не повезло — то у меня бы был самое большее час, или я стала бы пищей для плотоядного растения. Я сосредоточила всю свою энергию и концентрацию на то, чтобы увеличить расстояния между мной и Керриком.

Моя удача была со мной на этот раз. Когда лучи солнца растворили темноту, я смогла видеть лучше, и увеличила темп, пока не почувствовала запах дыма. Затормозив, я медленно обернулась в поиске направления. Когда я нашла его, то присела и поползла к источнику.

Было бы нехорошо, если бы я случайно наткнулась на группу наемников. Лучше знать, где они, и сколько их, чем пытаться угадать. Мое продвижение через пролесок было далеко от полной тишины. Тем не менее, несмотря на небольшой шорох, мне удалось подобраться достаточно близко, чтобы все рассмотреть.

Я насчитала десять спящих тел вокруг затухающего огня. Ни одной лошади. Но один охранник, прислонившийся к стволу дерева с открытым ртом, тоже спал. Оставили ли они второго охранника? Я осмотрела окрестный лес, стараясь заметить движение. Ничего.

Удовлетворенная, я попятилась и наткнулась на кого-то. Я застыла, когда лезвие меча коснулось моей шеи.

— Попалась.

Глава 5

— Медленно повернись, — приказал мне владелец меча.

Я подчинилась. Вероятно, он не знает кто я. Да, точно. И, возможно, все это был сон, и я бы проснулась у себя дома, окруженная семьей.

Видя торжествующую улыбку и алчный блеск в его карих глазах, я понимала: у меня была только одна вероятность, что они не убьют меня сразу же.

— Положи свои руки, так чтобы я мог их видеть, — приказал он. Его меч все еще был приставлен к моей шее.

Я протянула руки.

— Подъем! — прокричал он. Его крик разбудил спящих мужчин на поляне. — Сегодня наш счастливый день!

Голоса и громкие возгласы доносились через лес. Плохо. Пока приближались голоса, ко мне вернулась паника.

— Расслабься, крошка, за тебя назначена двойная награда, если мы приведем тебя живой.

Я опешила.

— 40 золотых? Почему?

— Я не знаю, меня это не волнует. Пока Тохон платит нам полностью.

— А если нет?

— Есть другие заинтересованные стороны, я уверен.

Внезапно чьи-то руки обхватили голову наемника и дернули ее. Лезвие меча задело меня, когда раздался громкий треск. Мужчина упал, открыв Керрика, чей взгляд был страшен.

Керрик набросился и сбил меня на землю, и мы с легкостью прокатились по подлеску. В это время я еще не осознала, что мы такое можем сделать. Когда мы остановились, Керрик оказался сверху и зажал мне рот своей рукой.

После того, как моя голова прояснилась от вращения, я обратила внимание на то, что кожа и одежда на Керрике была одного цвета с лесной почвой. Совсем. Даже его волосы. Магия подсказала мне, когда он нарисовал нечто на земле, чтобы замаскировать нас. Должно быть, Керрик маг земли. Это бы объясняло многое, например, как мы избегали всех Лилий.

Мы лежали, как будто вечность. Мужские сапоги стучали позади нас. Голоса звали, и гнев за мертвого наемника слышался через весь лес. Мои чувства обострились, и я почувствовала связь с живой сущностью леса.

В лесу захватчики, как гниль на здоровом организме. Он знал, где находится каждый раздражитель. Когда люди двинулись дальше, Керрик потянул меня за ногу. Он использовал неприязнь леса к наемникам, чтобы следить за ними и покинуть район незамеченным, потянув меня с собой.

Когда они были достаточно далеко, он разрушил магическую связь со мной. Отрезанная от успокаивающей зелени, я пошатнулась от шока. И он позволил мне упасть.

Я поднялась на ноги с намерением убежать, но Керрик схватил меня за запястье. В это время его кожа и волосы вернулись к нормальному цвету.

— Спасибо за помощь, но ты же не собираешься изменить мое мнение о принце Райне, — сказала я.

— Лучше тебя передать Тохону из Согры? — спросил он, словно я потеряла свои чувства.

— Нет. Лучше я останусь одна.

— Этого не произойдет, — он потащил меня за собой, как непослушного ребенка.

Я не стала отказываться от своих планов, это было бы бессмысленно, поэтому я собрала свою магию и послала боль в его руку на моем запястье.

Вместо того, чтобы отпустить мою руку, как нормальный человек, он сжал ее сильнее и притянул меня к себе. Чем плотнее соприкосновение с кожей, тем больше боли для него. Что, черт его возьми, он делает? Я увеличила интенсивность. Он упал на колени, но продолжал держать меня.

Черт возьми. Я сосредоточила все свои силы и направила их на него. Он развернулся на бок, потянув меня за собой. Мускулы Керрика сотрясались от боли, но он все равно не отпускал.

Я остановилась, когда исчерпала свою энергию. Мы лежали вместе, тяжело дыша, как будто пробежали несколько миль.

— Это все, на что ты способна? — спросил он хриплым голосом. — Потому что у тебя не будет другого шанса.

Я проигнорировала его слова.

— Твоя магия земли защитила тебя, иначе бы ты сейчас был без сознания и пускал слюни, — я подозревала, что это не совсем так.

— Я не отпущу тебя, ты понимаешь?

К сожалению, я хотела этого.

— Ты не можешь заставить меня исцелить его.

— Правда, но я сделаю твою жизнь такой ужасной, что ты согласишься его исцелить, чтобы избавиться от меня.

Страх подкрался к моему сердцу.

— Ты обещал, что не причинишь мне вреда. Но…

— Я уже сделал это, — он пристально посмотрел на меня. — Мне жаль, что я ударил тебя, я был зол, и это больше не повторится.

— Я не верю тебе.

— Ты действительно думаешь, что я отпущу твою руку? Белен никогда не угрожает просто так, и я тоже.

Керрик держал железной хваткой мое запястье, и потащил меня за собой, быстро шагая. Я бежала, чтобы идти с ним в ногу, но вскоре вымоталась. Неудачная попытка побега истощила меня.

Лорен присоединился к нам, когда мы приблизились к пещере. Он пристально посмотрел на меня.

— Проблемы? — спросил он Керрика.

— Наемники, по крайней мере, целый десяток. Она пришла прямо к ним.

Если бы у меня были силы, то я бы протестовала.

Лорен оглянулся.

— Они выследили вас?

— Пока нет, но они скоро найдут наш след, — Керрик потащил меня через вход и швырнул к огню. — Собирай вещи.

Когда я собрала свои вещи, то заметила негодование Квейна и то, что Блоха обижен и надул губы. Белен заулыбался и хотел подойти, но его остановил Керрик.

— Не помогай ей, — сказал Керрик.

— Но…

— Это приказ, Белен.

Белен уставился на него.

— Ничего не выйдет.

Керрик не уступал.

— Не тебе решать.

Воздух накалился от напряжения, исходящего от них. Я встала и повесила рюкзак на плечо.

— Не беспокойся обо мне, Белен. Все будет хорошо.

Моя напускная смелость была хороша, что даже немного прибавила мне сил, но после того как Керрик сжал мое больное запястье, и я перенесла еще один бесконечно быстрый поход по лесу, я спрашивала себя, не была ли я излишне оптимистична.

Мы остановимся… когда-нибудь. Мне потребовалось несколько минут, чтобы понять, что мы действительно остановились на ночь на крошечной поляне. Керрик разрешил мне съесть только половину порции, а после связал мои руки позади дерева. Холодные металлические наручники глубоко врезались в запястья. Я оперлась о твердую кору и была счастлива просто сидеть.

Когда меня стало клонить в сон, и, уже почти уснув, я услышала мужские голоса.

— …заболеет, — нежно произнес Белен.

— Не может, она целительница, — пренебрежительно ответил Керрик.

Я уже хотела открыть рот, и ответить, что целители болеют, как все. Мы только выздоравливаем быстрее. Если травма будет слишком серьезная, или болезнь быстро распространится, то мы умрем. Но я сдержалась, пусть сам догадается.

На следующее утро Керрик начал трясти меня за плечи.

— Я проснулась, — сказала я, когда он не остановился.

Он положил руки мне на плечи и посмотрел на меня.

— Ты исцелишь принца Райна?

— Нет.

Керрик, не сказав ни слова, снял наручники. После того, как я съела несколько кусков хлеба, он вернул наручники на руки. Когда я изо всех сил пыталась не отставать от него, то мой мир снова стал размытым, оранжевого, желтого и красного цвета.

В эту ночь он забрал мой плащ, прежде чем привязать к дереву. Свернувшись калачиком на боку с согнутыми руками в неудобном положении, я дрожала.

В их голосах было беспокойство о приближение наемников. Чувствовала я себя ужасно, и не смогла бы предупредить о наемниках, у меня не было сил.

На следующее утро Керрик снова начал трясти меня.

— Ты исцелишь принца Райна?

— Нет.

И это была моя жизнь… у меня не было выбора. Встать, ответить на вопрос Керрика, поесть, идти весь день, поесть, дремать и дрожать и так каждый день.

Забавно, что тело человека может адаптироваться к суровым условиям. Со временем я перестала уставать в конце дня. Половину пути меня не тащили, я успевала за ними, но каждую ночь становилось немного холоднее, и мои зубы начинали стучать.

На шестую или седьмую ночь я приблизилась к небольшому костру, стараясь согреться, прежде чем Керрик пристегнет меня к дереву. Блоха сидел рядом со мной. Он даже не смотрел на меня, после того как я пыталась сбежать.

— Блоха, — позвала я.

Он тыкал палкой в огонь, отказываясь признавать меня. Я коснулась его руки, из-за чего он вскрикнул и отдернул ее.

— Успокойся, я не собираюсь причинять тебе боль.

Он вздрогнул, ударив палкой по углям, от чего взлетели яркие оранжевые искры.

— Раньше я не причиняла боль, — я сделала еще одну попытку. Мой заряд в шею не вызвал боли, всего лишь потерю сознания. — Прости.

— Не важно, — ответил Блоха. Свет от костра осветил его профиль. На его подбородке появилось несколько волос, а на его щеках краснели небольшие прыщи. — Ты использовала меня, чтобы убежать. Ты притворялась, что я нравлюсь тебе и учила меня жонглировать. Я был глуп, я купился на все это, но больше не повторю такую же ошибку.

— Я не притворялась.

— Я тебя не слышу.

— Если твой друг был кем-то другим…

Блоха повернулся ко мне спиной, задав этот вопрос Белену. Белен лежал с другой стороны от него.

Когда Керрик потащил меня к дереву на ночь, я решила, что исцелю всех, кроме Керрика. Он может умереть медленной и болезненной смертью, желательно замерзающий и привязанный к дереву.

На следующую ночь я снова попыталась, но Блоха отказался со мной говорить. Мне было интересно, почему я беспокоилась. Чувство вины, подумала я. Я не обманула его, но использовала для побега.

Белен все время держался на расстоянии, но сегодня он сидел рядом со мной.

— Почему ты не исцелишь принца Райна? — спросил он.

Я чувствовала исходящий интерес от всех, хотя вели они себя как обычно. Керрик стоял на страже, но когда мы расположились лагерем на открытом воздухе, он приблизился. Другими словами, он слышал меня, поэтому я осторожно подбирала слова.

— Перед чумой он… вторгся в королевство Казиса и сжег город Тренсон, убив тысячи и оставив остальных без крыши над головой.

— Это мерзкий слух, — сказал Белен. — Священники Тренсона планировали начать жертвовать неверующими. Райн отправил свои войска, чтобы остановить их, но священники разожгли огонь.

Сложно поверить. В каждом крупном городе в Казисе господствовала секта священников. Они не уничтожат свой город, иначе им больше негде будет править. Каждая секта была очень территориальной.

— Назови мне еще одну причину, — сказал Белен.

— Он присоединил Девятые горы. Украл все природные ресурсы из Выжского королевства, которое является его соседом.

— Он купил права на шахты. Выж терял деньги, поэтому Райн купил компании у правительства и сделал их прибыльными. Выж владел землей, и они получили двадцать пять процентов от прибыли.

— Если это правда, то он сделал их прибыльными, не потратив деньги на безопасность, — сказала я. — Он заманивал рабочих из других королевств обещаниями высокой заработной платы, за исключением того, что он отправлял их в опасные шахты без надлежащего оборудования, и он не давал им выходных. Трудно потратить свою зарплату, когда вам не разрешают покидать шахты. Даже не было возможности встретиться со своей семьей.

Взгляд Белена блуждал где-то, будто бы он обдумывал мои слова.

— Перед чумой был сильный обвал, — он взял меня за руку. — Ты кого-то потеряла?

Я отдернула его руку.

— Я никого не потеряла, я знаю, где они. Они могут быть найдены под миллионами фунтов камней.

Я стояла и горевала в лесу одна, но Керрик заблокировал мой путь. Я сопротивлялась с желанием ударить его. Вместо этого я села возле ближайшего дерева. Он сковал мои запястья.

Позже, той ночью, свернувшись калачиком, я позволила себе расплакаться. Я не издала ни звука. Я бы не дала Керрику почувствовать удовольствие или надежду.

На десятую, может двенадцатую ночь, что-то изменилось. Вместо одного ковша Керрик наполнил мою миску тушеным мясом. Он вернул мой плащ. Утренний вопрос остался, но мужчина шел медленнее, когда мы путешествовали по лесу. Он останавливался чаще, прислушивался и выглядел растерянным.

Он несколько раз разговаривал шепотом с Беленом, который продолжал с беспокойством смотреть на меня,

Керрик не позволил Белену разжечь костер этим вечером. Он ходил из стороны в сторону. Плохой знак. Квейн хмурился и почесывал лысину, и Блоха сильно нервничал.

— Что происходит? — спросила я Белена.

— Наемники приближаются.

— Простите.

Он проигнорировал мое извинение.

— В конце концов, они нас поймали бы. Они начали нас преследовать вскоре после нашего ухода из Джакстона.

Я считала.

— Ты пытаешься заставить меня чувствовать себя лучше?

— О чем ты говоришь?

— На ночь мы останавливались в пещере, после моего побега были только на открытой местности, чтобы не попасть в ловушку.

Белен засиял от гордости.

— Умная девушка.

— Не достаточно умная, чтобы улизнуть от Керрика, — пробормотала я.

Он сказал с улыбкой.

— Никто еще не ускользал от Керрика в лесу.

— Уже в курсе, — я взглянула на Керрика, но он не заметил, что вызвало у меня тревогу. Неохотно, я признала, что быть пленницей Керрика — это было моим лучшим вариантом в этот момент. Что много говорило о моей жизни.

Когда Керрик остановился и присел, чтобы положить свои ладони на землю, мое беспокойство усилилось.

— Мы не доберемся до оврага вовремя, — сказал Керрик остальным. — Мы не можем обогнать их, и они превосходят нас, поэтому нам придется перехитрить их, — он огласил приказ.

Мы собрали наши вещи и направились на север к оврагу. Примерно через час Керрик остановился и отпустил мое запястье. Он говорил шепотом с Беленом, а затем похлопал его по спине.

Со странным чувством обреченности я наблюдала, как Керрик, Лорен, Квейн и Блоха продолжают путь на север, оставив меня с Беленом. Белен подал мне свою руку. Я ухватилась за его локоть. Мы шли на восток.

Спустя несколько часов Белен обнаружил углубление на скалистом склоне. Я не могла назвать это пещерой, поскольку она недостаточно глубокая, но она была достаточно широкой, чтобы защитить нас обоих от дождя или ветра. Однако, она не сможет защитить нас от наемников.

По словам Белена, план заключался в том, чтобы Керрик и другие отвели наемников на север к оврагу. Они могли путешествовать быстрее, не таща меня. Мы с Беленом должны были отправиться на запад и дожидаться, пока остальные вернутся назад после того, как оторвутся от погони.

Не звездный план, но один из тех, что срабатывали раньше. Белен рассказал мне подробности, когда мы отдыхали в неглубоком укрытии. Для наемников не займет много времени, чтобы найти нас. Шум предупредил Белена. Он вытащил меч и встал передо мной, загораживая.

Я увидела, кто его окружает. Шесть человек возникли перед ним. Все вооруженные. Седьмой был позади, и то, как он сморщил нос, когда встретил мой взгляд, сказало мне, почему на этот раз план Керрика не сработал.

У наемников была магическая ищейка — человек, у которого не было собственной магии, но он мог чувствовать запах других. Более сильные могли отслеживать запах, иногда спустя несколько часов, и они также могли различать типы магии по аромату. Перед чумой использовались магические ищейки, чтобы найти детей с магическими способностями.

В Пятнадцати королевствах существовало одиннадцать различных типов магов, и все, кроме одной способности, были с самого рождения. Маленькие дети и магия были опасной комбинацией. Чем раньше ребенок начал тренироваться, тем лучше. Исцеляющие силы были исключением. Она могла оставаться бездействующей в течение многих лет, не поддаваясь обнаружению ищейками. Моя пряталась до того момента, как мне исполнилось пятнадцать лет. Моя сестра, Ноэлль, порезала руку, и это желание расцвело в моей груди, подталкивая меня к ней, как будто это меня зацепила леска. В тот день моя мать начала искать мне учителя.

Белен ждал, пока наемники сделают первый шаг. Несмотря на то, что они превосходили его численностью, они колебались. Не удивительно, учитывая, что он был на фут выше и в два раза шире, чем их самый большой человек.

— Послушай, — сказал мужчина с рыжей бородой Белену. — Просто отдай нам девушку, и мы пойдем дальше.

— Нет.

Я коснулась локтя Белена.

— Соглашайся. Я не хочу, чтобы тебе было больно.

Когда он не шелохнулся, я обошла вокруг него, чтобы сдаться. Но Белен остановил меня рукой.

— Оставайся позади меня, — прорычал он.

Я не могу спорить с ним. Мое сердце сделало сальто в груди, я стала размышлять.

— Она умнее, чем ты, — проговорил рыжебородый. — Даем последний шанс.

Белен крепче сжал свой широкий меч — двуручное оружие, которое он легко держал одной рукой.

— Я не думаю, что у тебя есть козырь в рукаве, — заметила я.

— Уже поздно рассуждать, — ответил он.

— Жонглирование — это не единственное, что я могу делать с ножами.

Он выдернул кинжал из-за пояса, передал его мне, потом вытащил еще один из сапога.

— Это все, что у меня есть.

Лучше, чем ничего.

— Похоже, это ваш ответ, — сказал рыжебородый. — Не убивайте девушку! — приказал он своим людям.

Рыжебородый шагнул вперед, чтобы атаковать Белена. К нему присоединились еще двое. Поскольку Белен держал меня и скалистый холм позади, то не было места для остальных троих, и они не могли меня схватить.

Яростный напор и скорость боя удивили меня. Белен оставался спокойным, и в течение первой минуты казалось, что он одержал преимущество. Тогда мужчины сменились в одном слаженном движении и теперь Белен столкнулся с тремя новыми противниками.

Именно так они нападали, по очереди. Я ждала возможности метнуть свои ножи, думая, что если я попаду им по плечу или по руке, то хотя бы на некоторое время их обезврежу. Я всегда практиковалась с неподвижной целью. Нет причин не делать этого. Я никогда не думала, что буду в такой ситуации в жизни.

Когда движения Белена замедлились, я знала, что должна помочь ему. Даже если это было бы случайное убийство человека, что противоречило моей природе, поэтому я стремилась хоть чем-то помочь ему и надеялась на лучшее. Мой первый нож пронзил бедро нападавшего. Он закричал и отошел от боя. Удача новичка не продлилась долго, так как второй кинжал прошел мимо другого наемника.

Тогда все, что я могла сделать, это смотреть, как они нападали на Белена, утомляя его. Я снова предложила сдаться, но он просто зарычал.

Рыжебородый снова атаковал. Он сделал обманный маневр влево и пропустил тонкое лезвие под Беленом и попал прямо в живот. Белен хмыкнул, когда я закричала. Но продолжал бой. Рыжебородый снова напал и вонзил меч в бедро Белена. В конце концов, Белен рухнул.

С криком я опустилась на колени рядом с ним.

Кровь пропитала его тунику. Он сунул свой меч в мои руки.

— Не сдавайся.

Я поднялась на ноги, держа тяжелый клинок. Мужчины ухмыльнулись, пока я не зарядила клинок, позволив моей ярости и травмам Белена подпитывать мою атаку.

Глава 6

Мужчины уклонились, избегая кончика меча Белена. Я снова повернулась, чтобы зарядить клинок, но на этот раз рыжебородый отбил тяжелый клинок в сторону, перенаправляя мой импульс. Оружие Белена потащило меня в сторону. Рыжебородый приблизился и выдернул рукоять из моих рук.

Затем он схватил меня за плечо.

— Скорее уходим.

Я сопротивлялась.

— Мне нужно исцелить…

— Нет времени. Он… — рыжебородый сжал мое плечо, когда осматривался.

Я проследила за его взглядом. Оглянувшись, я насчитала пять человек. Магическая ищейка исчезла.

— Где Коннер? — спросил рыжебородый у своего человека.

Сначала они обменялись удивленными взглядами, но потом поняли об опасности. Рыжебородый подтащил меня к тому месту, где лежал Белен, прислонившись спиной к камням, и используя меня, как щит перед собой. Его люди встали перед нами, наблюдая за лесом. Рыжебородый обхватил ножны и вытащил нож. Он прижал его к моему горлу. Не подумав, я схватила его за запястье, пытаясь оттащить оружие подальше от моей шеи, но он предупредительно зарычал. Я удержала свою способность причинять боль.

— У меня твоя девка. Выходи сейчас, или я перережу ей горло, — крикнул рыжебородый.

Ничего.

— Я могу забрать вознаграждение, будь она мертва или жива.

Шорох, а затем Керрик вышел из кустов. Ткань его туники и брюк смешивалась с окружающим пейзажем, но его лицо, руки и волосы оставались нормальными. Неожиданно для себя, я была впечатлена его умением держать себя в руках.

Нож врезался в мою кожу, и я зашипела при резком уколе.

— Держи свои руки, так чтобы я их видел, — приказал рыжебородый.

Керрик оказался безоружен. Его взгляд опустился на Белена, а затем вернулся к рыжебородому.

— У меня достаточно золота, чтобы заплатить вам вознаграждение. Возьми его и уходи.

Рыжебородый рассмеялся.

— Она будет стоить сорок золотых, если будет жива. Я сомневаюсь…

Медленно двигаясь, Керрик опустил руку в карман и вытащил черный мешок. Монеты звякнули внутри.

Рыжебородый втянул воздух.

— Акс, проверь его.

Один из мужчин схватил мешочек у Керрика, открыл его и высыпал в руку золотые монеты. Голос молодого человека скрипел, когда он сосчитал. Сорок.

Рыжебородый напрягся.

— Где мой нюхач?

— Это имеет значение? — спросил Керрик.

Прошла минута.

— Нет.

Когда я подумала, что меня сейчас отпустят, рыжебородый сжал еще крепче. Он засмеялся.

— Ты дурак, — сказал он Керрику. — Теперь мы получим восемьдесят золотых. Сорок от тебя и сорок от Тохона.

Взглядом Керрик показал мне на руку, все еще лежащую на руке рыжебородого, предупреждая. Магия росла внутри меня, подталкивая к освобождению, но я ждала сигнала Керрика.

— Это довольно алчно, — развязно сказал он, Керрик указал на молодого человека, пускавшего слюни на золотые монеты в руке. — Ты не показываешь должный пример для своего молодого друга. Я никогда бы не сделал этого. Разве это не так, Блоха?

— Правильно, — заметил Блоха откуда-то сверху. Мы все подняли глаза. Блоха, Квейн и Лорен стояли на скалах выше.

— Давай! — приказал Керрик.

Я послала волну боли в рыжебородого, Блоха спрыгнул вниз, как обезьяна. Рыжебородый выругался. Я уклонилась от ножа и обхватила его обеими руками, посылая еще одну интенсивную волну боли. Рыжебородый упал на колени. Звуки боя усилились на мгновение, перед тем как утихнуть. К тому времени, когда рыжебородый упал на землю без сознания, другие были… Хотела бы я сказать, что без оружия, но они мертвы.

Я было набросилась на Керрика с возмущением. Но он опустился на колени рядом с Беленом, поэтому я сдержалась. Все цвета исчезли с лица Белена. Губы его стали голубовато-серыми. Я опустилась рядом с ним и положила руку на его мокрый лоб.

— Она в безопасности? — спросил Белен.

— Да, — как обычно Керрик не проявил никаких эмоций.

Белен вздохнул с облегчением.

— Нет, — сказала я. — Я не в безопасности Белен. Кто остановит Керрика, если он меня ударит опять? Давай же, — настаивала я. — Не оставляй нас.

Керрик посмотрел мне в глаза.

— Ты сможешь исцелить его?

— Я не знаю. Мне нужно осмотреть рану.

Керрик поднялся на ноги.

— Джентльмены, нам нужны носилки. Сейчас.

Остальные держались в стороне, но начали действовать. Я держала руку Белена. Моя магия переполняла меня, и я дала ей освободиться, контролируя одновременно. Мне нужна была сильная концентрация, если я хотела его исцелить.

Быстрее, чем я думала, они соорудили носилки. Белена несли Лорен и Квейн. Мы не ушли далеко. Конечно же, Керрик знал о пещерной системе.

Мужчины сделали факелы, но маневрирование с носилками через узкие проходы пещеры замедляло наш ход. Я постоянно разговаривала с Беленом, заставляя его бодрствовать и сосредоточиться. Когда мы достигли пещеры, которую одобрил Керрик, я приказала другим разжечь огонь и вскипятить воду. Мне не нужна была вода, но это заняло всех остальных делом. Кроме Керрика, он стоял за моим плечом, освещая раненого.

Я отдернула рубашку Белена. Его живот напоминал пожеванную собакой игрушку. Удивительно, что Белен так долго продержался. Из раны несло кровью, желудочной кислотой и фекалиями. Керрик подавил кашель.

Слегка касаясь ладонями его живота, я позволила своей силе понять, насколько серьезны его раны. Его кишечник был поврежден, желудок разорван. Если бы я исцелила его, имелся хороший шанс, что я не выживу после этого.

Я присела, чтобы рассмотреть.

— Ну, как? — спросил Керрик.

Я обернулась и посмотрела на него. Он мог спорить и не соглашаться с Беленом, но я знала, что Керрик заботился о друге.

— Чья жизнь важнее? Белена или принца Райна?

Его выражение лица ожесточилось.

— Почему ты спрашиваешь?

— Потому что, если я исцелю Белена, я, возможно, не выживу, и тебе придется найти другого целителя для принца Райна.

Понимание принесло боль. Я смотрела на Керрика, зная, что жестока в своей просьбе выбора между ними, но это не мои проблемы.

— Ты сможешь выжить? Каковы шансы? — спросил он.

— Я дала бы себе пятьдесят процентов на выживание, — больше похоже на десять процентов, но я хотела, чтобы Керрик выбрал.

Я ждала, когда эмоции утихнут. Керрик умел держать себя в руках. И не удивительно, что он взрывался, когда выходил из себя. Пока он взвешивал риски, я отправила свою магию в раны Белена, наполнив их. Тем не менее, я смотрела на Керрика.

Его решение принесло ему боль.

— Не исцеляй Белена, — сказал он тихим голосом. — Это очень рискованно.

Вау. Я этого не ожидала. Я думала, что он выберет Белена, а не Райна. Я вернула обратно магию.

— Иди, — приказал Керрик. — Я останусь с ним, пока… — его голос дрожал.

Я торопливо ушла. Боль с силой отозвалась в желудке, кровь стекала вниз, замочив пояс. Я добралась до небольшого костра, прежде чем упасть. Мои мышцы чувствовали себя, как будто они были измельчены, и я не могла дышать. Теперь я знала, почему Тара никогда не говорила о войнах королевства, когда она исцеляла воинов у границы. Это давало опыт, как ничто другое.

Боль усилилась, когда желудочная кислота просочилась из проколотого живота и стала жечь меня. Моя магия пыталась исцелить повреждения, но это было недостаточно быстро. От этого не будет никакого восстановления. Я не сожалела. Белен заслуживает того, чтобы жить.

Вскрик. Проклятье. Звук шума. Блоха рядом со мной. Его губы двигались, но я не могла услышать ни слова из того, что тот сказал. Зрение размылось. Черные и белые пятна закручивались, превращая мир в хаотичную метель. Я потянулась рукой и сжала его руку, ускользая во тьму и покой.

Ну, это было то, что должно было произойти. Просыпаясь в блаженной загробной жизни, присоединившись ко всем моим близким, которые умерли передо мной. За исключением раздражающего, отвлекающего буксира, продолжавшего тянуть и дергать. Боль задерживалась в этом направлении. На этой стороне ждали обиды, гнев и резкие слова. Я сопротивлялась, но, черт возьми, я была недостаточно сильна.

Когда я проснулась, то подумала, что преодолела тягу и осталась в загробной жизни. Боль проносилась во мне мягкими волнами. Мое тело было расслабленным и чем-то накрытым. Я вытянула ноги, а затем попыталась поднять руки, но моя левая рука не сдвинулась с места. Перевернувшись, я столкнулась с рядом очень неприятных реалий.

Я была жива. Находилась в комнате. И я лежала голой, за исключением кровавой повязки, вокруг моего живота. Керрик лежал рядом со мной. И его рука лежала на мне.

Убей. Меня. Сейчас.

Единственное спасение — он еще спал. Я оглянулась, ища свою одежду. Не повезло. Как всегда. Спрятать ее было отличным решением, чтобы помешать мне сбежать.

Я изучала его, размышляя, не разбужу ли, если я попытаюсь снять руку. Спящий, он выглядел на четыре или пять лет моложе около двадцати пяти или двадцати шести. Суровые линии исчезли. Его нос был слишком ястребиным, на мой вкус, но он смотрелся хорошо с острым подбородком. Его брови были широкими, но, по крайней мере, они были гладкими и не сросшимися, какими казались каждый раз, когда он смотрел на меня. Кроме того, они дополняли его длинные ресницы.

Я вспомнила, как мой младший брат Аллин оказался таким невинным и ангельским, когда спал, подобно Керрику. Это должно быть тактика выживания. Если бы Аллин не выглядел таким милым, мы бы убили его, пока он спал. Когда он просыпался, он был чистым злом, подобно Керрику.

Не чистое зло, но близко к этому. По крайней мере, это касается моего брата. Керрик, с другой стороны, чистое зло.

Думая о своем брате, я улыбнулась. У Аллина был редкий дар, он мог чувствовать беду. Я очень надеялась, что он пережил чуму вместе с Ноэлль и моей матерью. Хотела бы я знать, где они. Волна одиночества прокатилась сквозь меня. Как я уже говорила Белену, я знала, где мой старший брат Крисс и отец, они были погребены под миллионами фунтов камней. По крайней мере, они быстро умерли. В отличие от жертв чумы. Некоторым из них потребовалось две недели, чтобы уйти. Четырнадцать дней боли и знание о том, что их жизнь закончится.

Возвращаясь мыслями к своим нынешним проблемам, я решила снять руку Керрика. Он проснулся в тот момент, когда я пошевелила пальцами.

Я замерла, ожидая его гнева. Я не подчинилась его приказу. Я почти умерла, исцеляя Белена.

Он смотрел на меня, и мне захотелось натянуть одеяло на голову. В конце концов, кто-то должен был снять с меня одежду. Когда он задвигался, я вздрогнула, заставляя его замолчать на мгновение.

Почему он не кричал на меня? Ожидание было хуже его ярости.

Но он сидел на краю кровати спиной ко мне. На нем не было рубашки, я увидела мужской торс без унции жира, худой с твердыми мышцами. По крайней мере, он был в штанах.

Не говоря ни слова, мужчина вышел из комнаты. Я в шоке уставилась на закрытую дверь. Я ожидала лекции. Я ожидала наказания за свои действия.

Не упущу единственную возможность уйти. Я выскользнула из кровати и стала искать свою одежду или хоть что-то, чем можно прикрыться, что-то, в чем можно убежать. Ничего. Я завернулась в простыню и проверила окно. Ставни были заперты, но они открылись без проблем. Моя комната была на втором этаже с видом на лес. Отлично, я могу спуститься по водосточной трубе. В простыне? Я засмеялась. Могло быть и хуже.

Кто-то постучал в мою дверь. Я закрыла ставни и нырнула в кровать, когда женщина с седыми волосами ворвалась в мою комнату.

— Слава. Господин Керрик был прав. Так рада видеть, что вы проснулись. О, вы заставили нас всех так волноваться, у вас получилось, — она держала сверток на руках. Опустив его на кровать, поспешила к окнам и распахнула ставни. — Оденьтесь, и я принесу вам немного еды. Вы должно быть проголодались. Такая худенькая девушка, как вы, несколько дней без еды, — она упорхнула, направляясь к двери.

— Дней? — вскрикнула я. — Сколько?

— Четыре или пять дней. Мальчики принесли вас сюда.

— Где я?

— В Менгеле, дорогая, — дрожь прошлась по моему телу, но быстро исчезла.

Из того количества времени, которое мы провели в пути, я думала, что мы дошли дальше, чем Менгель. Что ж, отлично. Это не моя проблема. Я просмотрела одежду, которую оставила женщина. Длинная темно-зеленая юбка с тонким узором из миниатюрных светло-желтых цветков, растущих словно на лиане. Светло-желтая туника, нижнее белье и черные шерстяные леггинсы. Не получив ничего другого, я оделась, надеясь, что моя собственная одежда скоро найдется.

Увидев свое отражение в зеркале, я уставилась на странную женщину в отражении. Мои волосы отросли до плеч. Темные каштановые корни выделялись от окрашенных белокурых прядей. Они слиплись с одной стороны и были взъерошены с другой. Я прочесала пальцами и поняла, что мои волосы чистые. Кто их помыл?

Любопытно, я подняла тунику и спустила повязку, осматривая живот. Уродливые красновато-фиолетовые круглые шрамы изрешетили кожу вместе с ожогами от кислоты. Я вспомнила, как Тара показала мне свои шрамы, отметив, что каждый из них был источником гордости, а не порицания. Поскольку я была учеником, у меня был только один шрам, когда я исцелила Ноэлль. Так вот, эти у меня были из-за Белена.

Женщина вернулась с подносом. Я поспешила прикрыться. Она воскликнула над моей одеждой.

— Твоя одежда была испорчена. Этот мерзкий кабан разорвал ее на куски. Ребята проделали хорошую работу, подобрав подходящий для вас размер. Ваша обувь внизу, — она поставила поднос и потянула стул. — Я принесу ее, но такая милая девушка, как вы, должна носить что-то более… женственное. Я могу отправить Мелину?

— Нет. Спасибо вам, миссис…

— Зови меня Матушкой. Все так делают. Когда ты останавливаешься в гостинице Фонарный столб, я забочусь о тебе, как твоя мама.

— Спасибо, Матушка.

— Добро пожаловать. Я так рада, что вы выжили. Честно говоря, когда господин Керрик привел вас, я собирался позвонить гробовщику. Это чудо, что вы выжили, — Матушка посадила меня в кресло.

По крайней мере, она не подозревала, что я целительница. Мой живот проворчал, когда я унюхала еду. В подносе стояла миска дымящегося супа и кусок хлеба с сыром.

— Пальчики оближете, — Матушка ждала, пока я не начала есть. — Я вернусь позже. Мы что-нибудь сделаем с вашими волосами.

Я заправила прядь за ухо.

— А что случилось? — но она уже ушла. Разные вопросы приходили на ум, но я наслаждалась едой и одиночеством. Я была одна три года и привыкла к тишине. С людьми Керрика я пробыла всего лишь последние двадцать пять дней. Может быть и больше.

Матушка вернулась с ботинками, двумя бутылками, полотенцем, ножницами и помощницей, неся таз и большой кувшин. Матушка позвала молодую девушку Мелину, которая выглядела примерно в возрасте Блохи. Она наполнила таз водой и ждала приказов.

Я встала.

— Вы не обязаны…

— Господин Керрик хочет, чтобы ваши волосы были одного цвета, чтобы вы не выделялись так сильно.

Господин Керрик может поцеловать меня в задницу. Я попыталась возразить, но Матушка не моргнула и глазом. Она обошлась со мной так же легко, как с сердитой двухлетней девочкой. Прежде, чем я смогла возразить, она держала меня там, где она хотела, опустив голову в таз.

— Рыжая или блондинка? — спросила женщина.

— Никаких указаний от господина Керрика?

Она проигнорировала мой сарказм.

— Он сказал, что предпочитает ваш естественный цвет, но вы можете решить.

Боже, какой классный парень.

— Красновато-коричневый красиво оттеняет ваши глаза цвета морской волны, — сказала Матушка. — Но если вы выберете блондинку, я дам вам осветлитель, чтобы вы смогли осветлить корни.

Я представила, как пытаюсь осветлить волосы во время путешествия в Девяти горах и почти рассмеялась вслух.

— Мой естественный цвет прекрасен.

Было приятно, когда о тебе заботятся. После того, как Матушка покрасила мои волосы, вернув натуральный цвет, Мелина обрезала концы ножницами.

Когда они закончили, Матушка отступила.

— Намного, намного лучше, моя дорогая. Вы прекрасно выглядите. Мальчики тебя не узнают.

Хорошо. Может, на этот раз я смогу сбежать по-настоящему.

— Я позову их, — сказала Матушка, разбивая надежду. — Они хотели прийти, но я не позволяла им, пока вы не поправитесь.

Ее слова натолкнули меня на один вопрос.

— Это вы, э… вы..?

— Не беспокойтесь. Мы с Мелиной сняли окровавленную одежду и сделали все, что могли для вас. Было несколько страшных ночей, когда я клялась, что мы потеряем вас, но господин Керрик оставался рядом все ночи.

Это объясняло раздражающий буксир. Керрик не мог даже позволить мне отдохнуть в покое. Но насколько бы я не хотела обвинить его в том, что он не оставил меня в загробной жизни, у магов земли не было никакой целительной силы.

— Спасибо Матушка, и спасибо Мелина.

Мелина покраснела. После того как они ушли, я обулась и подошла к окну. Мой плащ и сумка все еще отсутствовали, но я могла…

Дверь распахнулась. Лорен, Блоха и Квейн хотят обвинить меня. Я отступила, пока не поняла, что они улыбались и, похоже, были рады видеть меня.

— Сказал же, что она выживет, — произнес Лорен. — Ты должен мне пятнадцать серебряных.

— Ты сказал в кратчайшие сроки. Я считаю, что ей потребовалось пять дней для выздоровления. Это не «в мгновение ока,» — запротестовал Квейн.

Блоха расплылся в улыбке.

— Ничего себе, ты выглядишь как… девушка!

Белен протолкнулся через них, расталкивая всех. Он крепко обнял меня, приподняв.

— Полегче, Белен. Мои ребра…

Он осторожно опустил меня.

— Аври, почему ты рисковала своей жизнью ради меня? Керрик приказал не исцелять меня. Ты страдала несколько дней! Ты не должна была этого делать.

В комнате стало тихо. Я заметила Керрика возле дверного проема.

— Белен, я решаю, кого исцелить. Я. Не Керрик. Не ты. Никто. Это мое решение. Единственное, что у меня осталось, — я прижала ладонь к его щеке. — Ты заслужил спасение. У меня не было никаких сомнений.

Он накрыл мою руку своей.

— Спасибо.

— Обращайся.

Появилась Матушка.

— Вы посетили. Теперь уходите! Мы не хотим, чтобы у нее был рецидив.

Все вышли, кроме Керрика. Матушка скрестила руки на груди. Керрик не двигался. Она вздохнула с таким раздражением, что я не могла удержаться от улыбки. Но после предупреждения Керрику не утомлять меня, Матушка ушла, подняв мне настроение. Керрик закрыл за собой дверь и повернулся ко мне.

Вот так. Время для лекции. Я приготовилась к его обвинениям.

— Неужели я видел, как ты улыбаешься? — спросил он.

Смутившись, я уставилась на него.

— Я знаю, что ты можешь улыбаться, — сказал он, как будто у нас был приятный разговор. — Ты подарила шанс той маленькой девочке, даже после того, как ее семья обратилась в городскую стражу из-за тебя. Почему?

Я запнулась на мгновение, прежде чем собралась с мыслями.

— Это была не ее вина, ее отец обратился ко мне. Она восхитительный ребенок, и я была рада видеть, что ей лучше.

— Даже если это почти привело к твоей казни?

— Это не связано между собой. Я решила исцелить ее. И рискнула попасть в плен. Это была моя вина.

— Я понял.

А я нет. Какую игру ведет Керрик сейчас?

— Мы уезжаем из Менгеля за несколько часов до рассвета, — он указал на кровать. — Я предлагаю тебе насладиться комфортом, пока можешь. Мы не останемся в гостинице еще на оду ночь.

— Ты все еще планируешь отвезти меня к принцу Райну?

— Да.

— Ты сможешь? — спросила я.

Он рассердился.

— Ты еще не сбежала.

Нет еще.

— Это не то, что я имела в виду. Наемники и охотники за головами ищут меня. Они почти преуспели, и Белен почти умер. Ты действительно можешь сопроводить меня к своему принцу, не потеряв больше своих людей или меня? Сорок золотых — это состояние для этих людей.

— Почти преуспели, не значит преуспевшие. Если ты помнишь, мы спасли тебя. Снова.

— И убили всех этих людей. Даже волшебный нюхач, он…

— Рабочая необходимость для врага. Если бы я не убил их, они бы напали на нас в другой раз.

— Но есть и другие, чтобы занять их место. Вы не нейтрализовали источник. Пока Тохон из Согры обещает сорок золотых, они будут только продолжать преследовать нас, подобно псам вслед за свежим мясом. В конце концов, кто-то добьется успеха.

Во взгляде Керрик мелькнула задумчивость.

— Что ты предлагаешь?

Я не догадывалась, что это было. Но когда я последовала логике, то знала, что делать.

— Предлагаю выяснить, почему я нужна Тохону. Может быть, если вы сдадите меня…

— Это безумие. Я не нуждаюсь в этом.

— Не из-за денег. Если ты сдашь меня, то у наемников или охотников больше не будет причин преследовать нас. Мы можем узнать, почему Тохон хочет, чтобы я была живой. Может быть, он, как ты, и хочет, чтобы я исцелила больного друга или любимого человека. Я могла бы исцелить этого человека, и тогда мы не будем беспокоиться о нем.

— А если есть другая причина, по которой он хочет, чтобы ты была живой?

— Тогда мы сбежим. У тебя есть магия земли.

— Не получится. Я лесной маг, а не маг земли. Это распространенная ошибка. Моя магия — это подарок от живой сущности леса. Тохон живет в замке Согра. Я не могу сделать ничего с камнем и грязью. Кроме того, я сомневаюсь, что Тохон достаточно заботится о других, чтобы предложить сорок золотых, чтобы спасти его или ее жизнь.

— Ты знаешь его?

— К сожалению. Как ты думаешь, почему он назначил награду за целителя?

— Я думаю, что он кого-то потерял из-за чумы и зол на нас.

— Нет. Он знает, что Райн заболел, и его может спасти лишь целитель. Он хочет, чтобы принц умер.

Как и я, но я бы не пошла на такие крайности.

— Почему?

— Райн единственный, кто может остановить Тохона.

Глава 7

— А зачем останавливать Тохона? — спросила я.

— Он хочет превратить Пятнадцать Королевств в свое королевство.

Не то, что я ожидала.

— Во-первых, один человек не может ничего изменить или остановить. И, во-вторых, почему попытка Тохона будет плохой? В случае если вы забыли это, наш мир развалился. Мир, во всех отношениях, был бы шагом в правильном направлении.

Керрик покачал головой.

— Ты так долго скрывалась, что не понимаешь, что происходит на самом деле. Тохон не пытается помочь выжившим от чумы. Он собирает их в армию, чтобы можно было вторгнуться во все те города, которые не удалось реформировать. Такие города, как Джакстон. Все, для того, чтобы его армия могла расти. И если его войска сталкиваются с тем, кто отказывается присоединиться, они убивают его или ее. Тохон… психически неустойчив, и если он станет королем… это будет для выживших кошмаром.

— Почему ты думаешь, что только Райн может остановить его? Почему бы не собрать свою армию? — спросила я.

— Потому что Райн блестящий стратег, и раньше он перехитрил Тохона.

Я фыркнула, сомневаясь.

— Наверное, потому, что Райн и Тохон оба мегаманьяки, — я осознала свою ошибку, когда все тело Керрика застыло. Ожидая, что он выйдет из себя, я отступила.

Вместо этого он монотонно произнес.

— Мы собираемся пересечь Девять Гор. Я предлагаю тебе отдохнуть, пока есть возможность.

Я попыталась снова.

— Мы уже в пути около двадцати пяти дней, а мы только достигли Менгель. Ты, правда, думаешь, что мы сможем добраться до Девяти Гор?

Он нахмурился от возмущения.

— Уклонение от наемников, уход от главных дорог и перетаскивание невольного целителя замедлило нас. Тем не менее, я не сомневаюсь, что мы доберемся до принца Райна, — он открыл дверь, затем остановился. — И не беспокойся о том, что кто-то тебя потревожит. Мои люди по очереди останутся с тобой.

Я подавила саркастический ответ. После того, как он ушел, я подошла к окну. Я вдохнула прохладный воздух и измерила расстояние до земли. Выдержит ли водосточная труба мой вес?

Даже если бы я убежала, как долго я буду на свободе, прежде чем Керрик выследит меня? Или до того, как найдут меня наемники? Если я обращусь к Тохону, он даст мне сорок золотых? Нелепая перспектива, но интересно все же размышлять.

— Аври? — Лорен стоял в дверном проеме. — Что ты делаешь?

— Любуюсь видом.

— Ага.

— В чем дело, Лорен? Боишься, что я выпрыгну из окна?

— Что-то вроде этого.

Я вздохнула. Несмотря на то, что мне сильно хотелось расстаться с Керриком, я все же понимала, что он был лучшим вариантом, чем вариант попасть к Тохону с группой наемников. Я легла в кровать, скинула сапоги и заворочалась под одеялом.

Лорен закрыл и запер ставни, прежде чем устроился на соседнем стуле. Я наслаждалась теплом и комфортом, но не могла заснуть.

— Почему мы пришли в Менгель? — спросила я Лорена.

— Ты хочешь услышать сладкую ложь или горькую правду, — гневно спросил он.

Я оперлась на локти и изучала выражение лица Лорена.

— Ты хотел, чтобы Белен умер?

— Нет… Да… Нет, — он потер лицо. — Это было не мое решение.

— Это так. Это было мое решение, и это было легко. Я сожалею, что причинила тебе такую… неприятность. И не ждите, что я пообещаю не делать этого снова.

Лорен засмеялся.

— Я даже не мечтал об этом просить. Не хочешь ли ты, сделать нашу жизнь проще или что-нибудь в таком роде.

— Вам будет скучно, — я откинулась на подушки. — Хотя я не сильно сожалею. Я оказалась в этой прекрасной постели.

— Ты можешь поблагодарить Керрика за это.

— Тьфу. Мне бы не хотелось.

— Вероятно, он спас твою жизнь.

— Что?

— Он собрал листья и грязь, обернул повязку вокруг отверстия в желудке на твоей талии. Мы использовали носилки Белена и побежали сюда. Матушка славилась своими исцеляющими травяными средствами, и она заставляла тебя пить ложку за ложкой.

— Затем я должна поблагодарить Матушку?

— Не смешно.

Керрик действовал так, чтобы спасти мою жизнь ради того, чтобы я могла спасти Райна. Он не заботился обо мне.

— Ты прав, это не так.

— Отдохни, Аври.

Несмотря на обещание Керрика о спокойном отдыхе, движение за дверью разбудило меня среди ночи. Фонарь был погашен, и Квейн заменил Лорена. Он стоял у двери с кинжалом в руке.

— Что происходит? — спросила я.

Он толкнул меня и открыл дверь. Неистовый голос Матушки прорезал темноту. Шаги стучали мимо моей комнаты. Другие голоса присоединились к ее голосу. Не выдержав, я соскользнула с кровати и поползла рядом с Квейном. Он бросил на меня мрачный взгляд, прежде чем повернулся к коридору.

— Ну? — прошептала я.

Квейн указал на меня кинжалом.

— Возвращайся в кровать.

После неудачной попытки Керрика запугать меня, попытка Квейна не сработала. Это сработало в противоположную сторону.

— Нет.

Мужчина вздрогнул от удивления. Открыв рот, он сделал паузу, затем закрыл.

Шум в зале утих. Затем Керрик вошел в мою комнату вместе с остальными. По выражению их лиц можно было прочитать интересную историю. Белен обеспокоенный, Лорен неспокойный, Блоха сердитый и Керрик бесстрастный, как обычно.

— Поскольку мы все уже встали, то выдвигаемся сейчас, — сказал Керрик.

Блоха проглотил свой протест, когда Керрик бросил на него взгляд.

— Почему Матушка так расстроена? — спросила я.

— Это не наша забота, — ответил Керрик. — Белен, у тебя есть плащ?

Белен кивнул.

— Белен, скажи мне, — попросила я.

— Мелина пропала, — ответил Блоха. — За последние шесть недель кто-то похищает девушек и исчезает в лесу. Никто из городской стражи не смог найти его, — он уставился на Керрика.

— Это не наша забота, — повторил Керрик. — У нас нет на это времени.

Я взорвалась.

— Ты холодный, бессердечный ублюдок.

Он оставался спокойным, но я почувствовала, как ярость кипит внутри его. Скоро он разозлится. Это плохо.

— Конечно, это наша забота! Матушка нашла нас, она помогла мне. Ты сможешь найти их.

— Если ты не обратила на это внимания, то Райн для меня более важен, чем даже жизнь Белена, то, безусловно, логично, что он важнее, чем жизнь какой-то девушки.

— Девочки, Керрик. Не девушка. Зверь делал это раньше, и будет делать это снова. Вы высоко цените своего принца, что он подумает о том, что вы оставили для него Мелину и Матушку?

Гнев пробежал по его лицу, но Керрик сдержался.

Белен поддержал меня.

— Райн будет возмущен.

Это была первая хорошая вещь, которую я слышала о Райне. К сожалению, этот аргумент не повлиял на Керрика.

Пришло время пойти на уступки.

— Найдите Мелину, и я больше не буду пытаться сбежать. Мы сможем путешествовать быстрее, если я буду сотрудничать.

— А ты исцелишь принца Райна? — спросил Керрик.

— Нет, но я могу передумать, когда мы доберемся до него. Как тебе это?

— Ты поклянешься? — спросил он.

— Я, Аври из Казанского королевства, сдержу свое слово.

— Договорились, — он протянул руку.

Когда я пожала его руку, то странное покалывание магии промелькнуло по моей руке. Я ее быстро отдернула.

— Хорошо, джентльмены, похоже, мы идем на охоту, — сказал Керрик.

Все бросились подготавливаться. Прежде чем Блоха вышел из моей комнаты, он коснулся моего плеча.

— Спасибо, Аври.

— Мы снова друзья? — спросила я.

— Да, — он сверкнул своей кривой усмешкой и побежал за Квейном.

Я остановила Белена.

— У тебя мой рюкзак? Мне нужно переодеться в мою одежду, прежде чем мы уйдем.

— Ты остаешься здесь, — сказал Керрик.

— Нет. Возможно, Мелина нуждается во мне.

— Мы приведем ее сюда.

— Если она пойдет с тобой. Девушка может быть травмирована и не довериться кучке мужчин. Принуждение только ухудшит ситуацию.

Он согласился.

Я добавила еще причину.

— Городская стража прочесывает леса, здесь не будет никого, кто бы защитил меня, если наемники догонят нас.

Белен спрятал улыбку, когда плечи Керрика опустились.

— Хорошо.

Когда Керрик ушел, Белен встряхнул головой.

— Блоха спорил и умолял Керрика помочь Мелине. Я попытался, и Лорен тоже. Не повезло. Но ты изменила его мнение.

— Это только потому, что я отказалась от свободы.

— Я не думаю так. Ты действительно можешь влиять на него. Это будет самая интересная поездка. Я не могу дождаться, чтобы увидеть, что еще произойдет.

— Посмотрим.

Когда Белен вернулся с моим рюкзаком, я спросила его, почему Керрик главный. Белен был на несколько лет старше, сильнее и представительнее.

— Принц Райн попросил его найти целителя, — Белен повернулся спиной, чтобы я переоделась в свою дорожную одежду черного цвета. Собственно говоря, это была моя единственная одежда. Я сложила тунику и юбку, положив их в свой рюкзак на всякий случай.

Белен протянул мне два кинжала.

— Возьми их с собой на всякий случай.

— А Керрик не расстроится?

— Он не приказывал нам не давать тебе оружие.

Я улыбнулась, подумав, что он и Керрик действовали как братья.

— Керрик и ты из Алгарского королевства. Как вы встретили Райна?

— Это долгая история. Сначала найдем Мелину.

Легче сказать, чем сделать. Несмотря на магическую связь Керрика, мы не смогли найти человека, который забрал Мелину. Когда рассвет коснулся леса, я надеялась, что мы найдем след. Не повезло.

Я волновалась, что Керрик бросит поиски, рассматривая это, как колоссальную трату времени. Когда мы столкнулись с еще одной большой группой людей, я вспомнила, как лес реагировал на незваных гостей. Найти двух людей среди всех этих искателей было бы почти невозможно.

— Нам нужно поговорить с Матушкой, — сказала я во время наших переговоров.

Керрик точил свой меч на камне.

— Зачем? — спросил он, не подняв взгляд.

— Только она может очистить лес для тебя.

— Что ты имеешь в виду?

— Ты знаешь, — я указала на окружающие деревья, — как злоумышленники чувствуются в лесу, так же как инфекция или оспа у больного пациента.

Керрик остановился, взглянув на меня с подозрением.

— Откуда ты это знаешь?

— От тебя.

— Я не говорил…

Я вздохнула.

— Когда ты схватил меня у наемников. Помнишь? Твоя кожа и волосы слились с окружающим лесом, и…

— Я знаю, как я это сделал. Я просто не знал, что ты можешь… почувствовать это. Я никогда не мог объяснить это никому другому, — он немного подумал. — Ты права. Мы должны попросить Матушку очистить лес от искателей.

Потрясенная признанием моей правоты, я почти пропустила следующие его слова.

— Но Матушка не знает, — сказал Керрик.

— Не знает чего? — спросил Белен. Он вернулся из разведки и сел рядом со мной.

Керрик заговорнически посмотрел на меня, и я подумала, что Белен не знал о его лесной магии. А Керрик не собирался ему говорить. Хотя и не выглядел обеспокоенным, если я расскажу Белену. Черт.

Маги, как правило, были пугливыми. Когда семья обнаруживала, что их ребенок одарен силой, они держали это в тайне, пока ребенок не научится контролировать свою магию и не сможет защитить себя. Похищение молодых магов было, к сожалению, проблемой до пришествия чумы. Дети с магией могут быть проданы за тысячу золотых монет северным племенам, живущим в диких землях.

— Матушка не знает, что я целитель, поэтому, если мы найдем Мелину, и она будет ранена, было бы лучше, если не будет никого рядом.

Я не знаю, почему покрывала Керрика. Возможно, предоставится возможность использовать его в своих интересах когда-нибудь.

— О.

Мы сидели в тишине. Я думала об этой проблеме.

— Похититель залег на дно, — сказала я. — Мы скажем Матушке, что знаем, где он, и, пока все не уйдут, он не покажется. Матушка поймет нас и прикажет всем уйти, но не нам.

— А что если мы никого не найдем? — спросил Керрик.

— У тебя есть другие идеи?

— Нет.

Керрик последовал моему плану, попросив Матушку увести тех людей, которые искали девушку. Поскольку никаких следов Мелины не было, женщина была довольна любой хорошей новости. В моем животе покалывало чувство вины за наш маленький обман. Небольшая попытка была для того, чтобы заставить себя чувствовать себя лучше?

После того, как стража и добровольцы вернулись в Фонарный столб, Керрик приказал своим людям тоже остаться.

— Мы пойдем одни, — сказал он, указывая на меня.

Они запротестовали, и я подумала, что же замышляет Керрик. Он не передумал. Когда мы отправились в путь, я пристегнула один из кинжалов, которые дал Белен, на свой пояс, а другой спрятала в ботинок. Керрик заметил это, но не сказал ни слова.

Когда мы подошли к двери, Белен остановил нас.

— Если с ней что-то случится…

— Приближусь к ней, и ты вырвешь мне руки. Понял, — усмехнулся Керрик.

— Я серьезно, — сказал Белен.

— Я знаю. Ты думаешь, что я подвергну ее опасности?

— Не нарочно, но некоторые вещи находятся за пределами твоего контроля.

Керрик натянуто улыбнулся.

— Ты думаешь, что я не всемогущий?

— Ты даже не полумогущественный.

— Что ты имеешь в виду? — спросил Керрик.

— Вероятно, он имел в виду, что ты бессилен, — предложила я.

Стоило Керрику услышать глубокий смешок Белена, как он оттолкнул Белена в сторону. Смех большого человека последовал за нами, когда мы выходили из гостиницы.

Керрик остановился сразу после входа в лес.

— У нас мало света. Нам нужно будет двигаться быстро. Насколько сильно ты хочешь найти Мелину?

Странный вопрос.

— Очень.

Он протянул руку.

— Двое лучше, чем один.

До меня дошло. Я действительно не хотела дотрагиваться до него, но это был не тот случай. Когда его пальцы сплелись с моими, то магия начала покалывать мою кожу, соединяя с лесом.

Мое сознание распространилось на деревья и по земле. Живая зелень шелестела от беспокойства. Нежелательные раздражители растоптали ее молодые побеги. Она пульсировала от боли в разбитых ветвях и cрезанной листве. Осколок пульсировал глубоко в сердце. Болезненное пятно, которое лес хотел удалить.

Объединившись через сущность леса, мы искали этот шип, не сказав ни слова. Не нужно. Аври исчезла, превратившись в дух леса.

Вместе мы почувствовали след похитителя. Сначала потемнело, потом как будто что-то сгнило. Запах тления висел в воздухе.

И затем он предстал перед нами. Инфекция, просачивающаяся неестественной желчью. Керрик отпустил мою руку. Я рухнула на колени, когда природная сущность отступила, и Аври вернулась.

Я глубоко вздохнула, чтобы очистить голову, позволив моим глазам снова видеть, а не ощущать. Я оплакивала потерю духа леса, и подумала, как Керрик может быть таким сварливым и злым, когда у него есть такая способность, по желанию погрузиться в живой зеленый лес.

Он присел рядом со мной, показывая на склон.

— Видишь?

— Холм? — я прищурилась в полумраке. Форма была нечетная… бугорок.

— Вот как ему удалось избежать обнаружения. Он построил хижину на склоне холма и замаскировал мхом, травой и грязью. Оставайся здесь, — Керрик прокрался сквозь лес, держась подальше от скрытой хижины. Ни единый звук не выдал его шагов. Вскоре мужчина исчез с моих глаз.

Я ждала, а тем временем стемнело и похолодало. Мое беспокойство о Мелине росло с каждой минутой, когда я ничего не делала. Мы должны штурмовать хижину, прежде чем этот ублюдок может нанести ей вред. Что, если она умерла?

Керрик вернулся после наступления темноты. Довольная ухмылка скривила губы.

— Где ты был? — прошептала я.

— Ты скучала по мне?

— Вот еще. Однако, там девушка…

— Я рассмотрел хижину. Нет другого выхода или окна. Но я нашел дымоход. Он использует небольшую металлическую трубу, чтобы выпустить дым.

— И чем это поможет нам?

— Подумай об этом. Существует только один способ, чтобы попасть внутрь. Если мы попытаемся пройти через эту дверь, он будет нас ждать. У него есть преимущество.

Но если бы он вышел наружу, мы бы взяли его. Что бы заставило его выйти?

— Ты заблокировал трубу?

— Ага. Мы выкурим его.

Умно. Но я бы не призналась, что это меня впечатлило.

— Когда он появится, я позабочусь о нем. Ты находишь Мелину и помогаешь ей. Ясно?

— Да.

Керрик расположился у входа, а я присела позади него. Прошло немного времени, когда крыша, покрытая мхом распахнулась. Столб огня пронзил темноту, когда вырвался белый дым. Высокий мужчина замахал рукой, чтобы очистить дымку. Он кашлянул только раз, когда Керрик набросился, обхватив его руками за шею.

Я выпрямилась. С намерением сказать Керрику не убивать парня, подошла ближе, но замерла, когда еще три человека выбежали из хижины.

Глава 8

Трое мужчин бросились к Керрику, ударив его, а высокий повалил на землю. Даже удивленному ими Керрику удалось нанести несколько ударов, прежде чем они скрутили его. Двое мужчин сидели на нем, а третий взял свой меч. Они спрашивали его, но Керрик молчал.

Я подождала немного, незаметно отступая, боясь привлечь внимание к себе. Тихо отступила назад в тень, но привлекла внимание высокого парня. Оправившись от схватки с Керриком, он бросился вперед и схватил меня за руку, вытаскивая в луч света, вытекающий из хижины.

— Что у нас здесь? — спросил он.

Я уставала от того, что меня постоянно мучают. Мой страх превратился в гнев.

— Ты слепой? — спросила я. — О, это верно. Вы так долго играли с девушками, что не представляете, как выглядит женщина.

Мгновенно рассердившись, он отшатнулся от меня. Ожидая нападения, я отступила назад и поймала взгляд. Сила сбила меня на землю. В это время я незаметно вытащила кинжал из пояса и прижала его к себе. Высокий парень поднял меня на ноги, дернув за волосы.

Я схватила его за руку. Мало того, что движение остановило боль, но теперь я касалась его. Физический контакт. Магия проснулась во мне. Я направила ее на него. Парень закричал, но я продолжила.

Мужчина с мечом удерживал Керрика. Я развернулась, выставив парня перед собой, как щит. Он упал на колени, все еще крича, что дало мне возможность прижать кончик ножа к его горлу. Мечник остановился посередине. Я уменьшила количество боли, успокаивая высокого парня.

Приятно привлечь всеобщее внимание.

— Отпустите девушку, или я перережу горло вашему приятелю.

Двое мужчин сидевших на Керрике, спрыгнули и поставили его на ноги. Один из них прижал клинок к горлу Керрика.

— Я тоже могу сыграть в эту игру, — сказал он.

— Ты предполагаешь, что мне он важен? — засмеялась я. — Давай. Ты сделаешь мне одолжение.

По их смущению я предположила, что они не ожидали такого ответа. У Керрика выражение лица стало безразличным, но я почувствовала улыбку. Его взгляд скользнул на землю на секунду, прежде чем снова стать скучающим. Впитав темно-серый цвет леса, сапоги и ноги Керрика, казалось, исчезли. Лозы закручивались вокруг лодыжек мужчины, когда Керрик использовал свою магию леса.

Я увеличила силу боли. Пленник дернулся и закричал.

— Отдай Мелину, или он умрет, — сказала я.

Что касалась отвлечения, это было не самое лучшее, но оно сработало. Керрик растворился в окружающем лесе. Когда мужчины поняли, что он ушел, они пошли преследовать его, споткнувшись о лозы. Когда похитители в панике упали на землю, плющ оплел их ноги. Тот, кто был с мечом, попытался разрезать его.

Сцена могла показаться смешной, если бы Керрик не появился за человеком с мечом и не схватил того за голову.

— Не убивай его, — закричала я.

Вместо того, чтобы провести по шее мужчины мечом Керрик сжал ее, пока мужчина не перестал сопротивляться, и не упал на землю. Я со всей силой ударила кулаком высокого мужчину. Его рука опустилась. Я толкнула его вперед, обнажив затылок. Быстро найдя чувствительную точку, вырубила его.

Затем проверила пульс у жертвы Керрика. Мужчина еще был жив.

— Позаботься о других, — процедил Керрик. Напряжение сжало горло. Он прислонился к дереву, закрыв глаза.

Я поспешила к двум мужчинам. Лозы оплели их руки. Быстро коснулась секретной точки на шеях, оставив их обоих без сознания.

— Сколько у нас времени? — спросил Керрик.

— По крайней мере, без сознания они будут три часа.

— Хорошо, — Керрик съехал вниз.

Я опустилась на колени рядом с ним.

— Что случилось?

Он отмахнулся от моей руки.

— Проверь Мелину, — но, когда я не сдвинулась с места, добавил. — Тяжело контролировать лозы осенью.

— О, — я посмотрела на два поврежденных стебля. Листья уже пожелтели, а лозы выглядели хрупкими. Керрик потратил свою энергию.

— Идем, — приказал Керрик.

Я бросилась к входу хижины, остановилась на секунду, боясь того, что смогу найти внутри. Девушка была наедине с четырьмя мужчинами почти весь день. Я вошла в открытую гостиную. Огонь горел внутри каменного очага, находившегося на левой стороне стены. Рядом с правой стеной выстроился ряд кроватей. Дым стелился по потолку и уходил в открытую дверь. Впереди была еще одна дверь. Пробежав через гостиную, я нащупала рукой ручку, чтобы открыть ее. Я дернула ручку, впуская темноту. И колебалась на пороге, боясь того, что смогу найти.

— Мелина? — позвала я.

— Я здесь, — прорыдала та.

Я вздохнула с облегчением.

— Подожди, я возьму фонарь.

Я бросилась зажигать его. Держа перед собой, вошла в темную комнату. Мелина вздрогнула, когда желтый свет озарил ее кровоточащее и потрепанное лицо. Левое запястье было приковано к койке, и она была не одна. Еще две девушки сидели на других кроватях. Они были скованы. У одной из них также были синяки, но в остальном они оказались целыми и невредимыми. Они удивленно уставились на меня.

— Ты ранена? — спросила я.

Мелина коснулась своей щеки.

— Пойдет.

— Они… — я не смогла закончить.

— Нет, — ответила девушка с разбитым лицом. — Мы должны были быть проданы. Но если мы доставим им проблемы, тогда… — она ударила кулаком в ладонь.

— Проданы для чего? — испуганно спросила я.

Она посмотрела на меня, как будто не могла поверить, что я насколько наивна.

— Жены, если нам повезет. Рабы или проститутки, если мы этого не сделаем.

Другая девушка указала на дверь.

— Они ушли?

— Они были, эм, нейтрализованы. Вы знаете, где ключи от наручников? — спросила я.

— Один из них носил их с собой, — сказала Мелина.

Я поставила фонарь на стол.

— Я скоро вернусь.

Снаружи все остались там же, где я их оставила. Казалось, Керрик спит, но когда я подошла ближе, он спросил.

— Она..?

— Она жива, но ранена, там есть еще две девушки, — я объяснила, что узнала, пока искала ключи у мужчин.

— К сожалению, продажа женщин не ограничивается этой областью. Чума оставила много мест с неравномерным населением. Есть банды, которые найдут жен для выживших за деньги.

Я взглянула на мужчин. Сволочи. Может, я позволю Керрику их убить.

— Ты вылечила Мелину?

— Нет еще, — ответ вызвал вопросительный взгляд. Я засунула руку в задний карман высокого парня и, наконец, нашла ключ.

— Хорошо. Освободим и отведем их к Матушке, — Керрик с трудом приподнялся.

— Зачем?

Он вздохнул.

— Ты хоть раз можешь выполнить приказ?

— Ты действительно хочешь получить ответ?

— А если так, да, сэр.

— Этому не суждено случиться.

Он сделал паузу, как бы призывая силу воли, чтобы не накричать на меня.

— Там есть группа людей — семь мужчин и две женщины. Я не могу сказать, дружелюбны они или нет, поэтому вам и девушкам нужно уйти задолго до их прибытия.

— А как же ты?

— Я сам справлюсь.

Я толкнула его за плечо. Он упал на землю.

— Ага, ты хочешь попытаться снова? — спросила я.

— За мной никто не охотится, — ответил он. — Ты одна в опасности. Еще ты рискуешь другими.

— Что будет, когда четверо этих очнутся?

— Я думал, тебе все равно. Они сделают для тебя одолжение.

— Я бы хотела оставить тебя. Поверь мне. Но я дала слово. Давай, — я помогла ему встать.

Несмотря на то, что Керрик был выше меня, мое плечо идеально подошло для поддержки.

— Что теперь? — спросил он.

— Мы спрячемся в хижине, переждем, когда они пройдут.

— Что будешь делать с прежними обитателями.

— Я затащу их внутрь.

— Твой план…

Я затащила его. Он был слишком слаб, чтобы сопротивляться. Отлично. Я посадила его на одну из кроватей в зале, прежде чем освободить Мелину и других девочек. Они потерли запястья и пошли за мной в главную комнату. Девушки замерли, когда заметили Керрика.

— Ты помнишь Керрика из гостиницы, не так ли? — спросила я Мелину.

— Да.

— Он часть спасательный команды.

Она огляделась.

— А другие здесь?

— Ах… Нет. Мы думали, будет один человек, а не четыре.

Мелина вздрогнула.

— У нас есть проблема, — я объяснила нашу ситуацию остальным.

Они согласились помочь.

— Где дымоход? — спросила я Керрика.

Несмотря на сомнение в моем плане, он объяснил, как я могу найти металлическую трубу в темноте. Мне потребовалось больше времени, чем я надеялась, чтобы найти дымоход. Керрик сунул кучу грязных листьев, чтобы заблокировать его. Я очистила трубу и поспешила назад.

Пока меня не было, Бьянка, девушка с проходящими синяками, Пени и Мелина затащили бессознательных людей в укрытие. Они привязали мужчин к кроватям в задней комнате и заперли дверь. Отлично.

Увлеченные, они достаточно подробно обсуждали, что хотели бы сделать с мужчинами. Керрик заглушил испуганный крик. У него одна нога оказалась на грязном полу.

— Если вы, дамы, закончили замышлять месть, возможно, вы захотите замести следы снаружи, прежде чем другие достигнут нас.

— Сколько есть у нас времени? — спросила я его.

— Может быть, десять, максимум пятнадцать минут.

Черт. Я бросилась на улицу и подождала, пока глаза привыкнут к темноте. Между следами от боя и перетаскивания даже я смогла выяснить, в каком направлении мы пошли. Они мгновенно обнаружат скрытую хижину.

Мелина передала инструкции от Керрика, когда я разравнивала землю руками и…

— Ты уверена, что он сказал посыпать листьями? — спросила я.

— Да.

Я работала так быстро, как могла, чтобы скрыть следы, отступая, пока не добралась до хижины. Стоя у порога, я изучала свои усилия. У нас были большие неприятности.

Больше делать нечего, я закрыла и заперла дверь. Потом отдала Бьянке свой нож, прежде чем забрала меч Керрика. А Мелина, и Пени вооружились кухонными ножами.

— Отдай мне свой другой нож, — сказал Керрик.

Я уже забыла о нем в моем сапоге. Но не он.

Когда я ему его отдала, он сказал.

— Помоги мне встать.

— Но ты слишком…

— Они не знают об этом.

Хорошая идея. Я схватила его за запястья, подняв на ноги. Слабый импульс магии пробежал по моей руке. На короткий момент я почувствовала преследователей рядом, прежде чем отпустить его руку. Он дрожал, но прижался рукой к грязной стене.

Мы с Бьянкой заняли позиции по обе стороны от двери. Готово… Совсем не было уверенности. Я напряглась, прислушиваясь к любым звукам, наблюдая за выражением лица Керрика.

Прошло несколько минут без происшествий. Затем Керрик выпрямился.

— Они насторожены, — прошептал он.

— Что ты делаешь? — спросила я шепотом.

— Увеличиваю маскировку около двери.

Весь цвет отхлынул от его лица.

— Я… — он покачнулся и потянулся к койке, — они…

Я думала несколько секунд, прежде чем покинуть свой пост. Керрик сидел на краю. Взяв его руку в свою, я освободила свою целебную силу, посылая ее ему. Энергия текла через него, когда он сливался со мной. Через Керрика узнала, что мох на двери уплотнился и вырос над обнаженными пятнами, которые выдали бы нас.

Магия окружила двух из девяти человек, которые искали снаружи. Знание Керрика тянулось дальше в лес. Найдя, что он искал, Керрик потряс дерево около мили. Сухая ветка упала на землю. Я почувствовала удар через Керрика. Шум отодвинул остальных.

Он отпустил мою руку.

— Но я могу…

— Нет. Сохрани свою силу, — прохрипел он.

Мелина подошла к нам.

— Они..?

— Ушли, — оставив одну ногу на полу, Керрик откинулся на постель и сразу же уснул.

Я стояла на дрожащих ногах.

Мелина теребила нижнюю часть туники.

— Можем ли мы уйти сейчас?

— Нет. Мы должны подождать, пока Керрик восстановиться, прости.

— Он маг, не так ли? — спросила она шепотом.

— Да. Хотя я не думаю, что это общеизвестно.

Она кивнула, как будто поняла.

— Я не виню его в этом. С десятью золотыми, предлагаемых за информацию о местонахождении магов, я бы тоже молчала.

— Десять золотых?

— Зачем?

— Матушка сказала мне, что, поскольку многие из законных лидеров королевств умерли, оставшиеся могущественные люди борются за то, чтобы собрать армии, захватывать королевства, и накапливают ресурсы, в том числе магов.

— Я думала, что это одна из тех паронаидальных слухов.

— Где ты была? — спросила она, но не дождалась ответа. — У нас был клиент из Гжебьена, который сказал нам, что его город был в середине реорганизации, когда большая армия прибыла, чтобы помочь. За исключением того, что они создали свои собственную городскую стражу и объявили город официальным членом Озерского королевства и под защитой священной армии Верховной жрицы.

— Было ли сопротивление?

— Я сомневаюсь в этом. Если Гжебьен — это что-то вроде Менгеля, людей или энергии недостаточно, чтобы выдержать большую часть борьбы, — она взглянула на черный ход. — Если армия верховной жрицы может остановить таких ублюдков, как они, и вернуть мир, я более чем счастлива носить одну из этих красных мантий и благодарить их создателя.

Что, из того, что я узнала от Тары, Мелина была бы вынуждена сделать это. Верховная жрица, также известная как Эстрид Озеро, была нетерпима к другим верам и требовала, чтобы ее подданные были членами ее культовой религии. Была ли она лучше или хуже Тохона? Я обдумывала это, когда рылась в поисках еды. Бьянка и Пени помогли мне приготовить простой овощной суп. Бледное лицо Мелины беспокоило меня. Она сидела рядом, держа влажную ткань на кровоточащей щеке. Я спросила ее, кто другие сильные выжившие, это должно было отвлечь ее от боли.

— Тохон из Согры и принц Райн из Ивделя, пока он не исчез. Я также слышала, как несколько алганских принцев, дочь президента Лейди и еще несколько второстепенных дворян живы, но они не хотели править, просто выживают, как и все остальные. О, и какой-то парень утверждает, что его Король Скелетов имеет небольшую армию в Ризанском королевстве.

— Это все? — теперь комментарий Керрика о Тохоне, желающем убить Райна, имеет больше смысла. Когда я подумала о проблеме, я думала, как может быть жаден Тохон? Пятнадцать Царств, разделенных тремя способами, дадут каждому лидеру пять Царств. Но кто решит, какие пять? У каждого Королевства были свои собственные активы и недостатки. Самые богатые были бы самыми желанными.

Я нашла буханку хлеба и кусок козьего сыра, чтобы поесть с супом. Мелина взяла свою порцию, пока я разрывала свою. Я сохранила куски для Керрика.

Когда я предложила нам поспать несколько часов, Мелина встала на ноги.

— Нет. Я не… я не могу… я хочу вернуться домой.

Ее тело дрожало.

Я обняла ее, когда она зарыдала. Она была так сильна раньше и совсем не жаловалась, что я забыла, насколько она молода, по крайней мере, на три года моложе Бьянки и Пени. Проводя ее к кровати, я легла рядом с ней. Магия пульсировала в моих ребрах, и я выпустила ее. Мелину неоднократно ударили по лицу. Пока я могу залечить раны, но я не могу стереть ее воспоминания. По крайней мере, у нее была Матушка, чтобы утешить.

Рука трясла меня за плечо. Я не спала. Керрик наклонился ко мне. Раздражение сморщило его лоб. Мелина стояла позади него. Она закрыла рот рукой, глядя на меня широко распахнутыми глазами, когда поняла все. Девушка чувствовала себя прекрасно, а у меня были синяки на лице. Я думала, что Мелина или другие девочки сдадут меня, но у меня не было достаточно энергии, чтобы уйти.

— Мои парни скоро придут, — сказал Керрик, выпрямляясь.

— Те, которым вы приказали остаться в гостинице? — спросила я, подавляя улыбку.

— Да. Они ведут Матушку и половину городской стражи прямо сюда. Квейн следил за нашей тропой, которой невозможно следовать, — недовольный, он взглянул на дверь. — Я слишком хорошо обучил его. Либо так, либо Квейн наполовину орел.

— Лысый орел? — подхватила я.

Керрик улыбнулся искренней улыбкой. Той, что отразилась в его глазах. Хорошо, что я уже лежала, или я бы упала в обморок от неожиданности. Он исчез, когда оценил мое состояние.

— Ты сможешь передвигаться? — спросил он.

— Да.

— Хорошо, — он подошел к двери и отпер ее. Приложив руку к ручке, он остановился и посмотрел на меня. — Мои люди никогда не ослушивались приказа, пока мы не нашли тебя.

Несмотря на то, что его комментарий был задуман, как жалоба, я сказала.

— Спасибо.

Просто чтобы позлить его.

Это сработало. Он решил дождаться своих людей на улице. Солнечный свет струился из открытой двери. Я моргнула, ярко. Уже утро?

— Аври, что случилось? — спросила Мелина. — Твое лицо. Оно…?

Я села и заняла место, чтобы она сидела рядом со мной.

— Да, я целитель, — я говорила шепотом, так, чтобы другие не подслушали, не то, чтобы это было важно, когда они увидели меня.

— Вот почему появились те люди прошлой ночью после вас? — спросила она.

— К сожалению.

— Керрик защищает тебя, чтобы он мог получить вознаграждение?

Она была умна, и я из любопытства спросила ее.

— Что ты думаешь?

Потянув подол туники, Мелина обдумывала мой вопрос в течение нескольких минут.

— Он защищает тебя, но не из-за золота, — она положила ладонь мне на щеку. — Больно?

— Нет.

Это была правда.

— Было больно?

— Это не имеет значение.

— Конечно, имеет.

— Нет, Мелина, это не так. Как это объяснить? — я искала нужные слова. — Твоя боль была напоминанием о том, что с тобой случилось. Но боль, которую я чувствовала, была связана с тобой, яркой молодой леди. Исцеляя ваши раны, я помогала тебе, и это меняет, как я воспринимаю боль, делая ее терпимой.

Она не была убеждена.

Я попыталась опять.

— Это как когда я держала свою новорожденную сестру. Ноэлль, она была тяжелой, и мои мышцы болели, но дискомфорт побледнел по сравнению с моим страхом за ее присутствие на моих руках. Я была бы довольна, чтобы просто держать ее… — внезапное горе захлестнуло мои слова. Мне было шесть, но я никогда не забуду сильное желание удержать и защитить ее навсегда. Когда она росла, она была полна остроумного любопытства. И сестра следовала за мной, как хвостик, я назвала ее своей маленькой тенью.

— Они здесь, — сказал Керрик, стоявший позади меня.

Я испугалась и повернулась, но он уже ушел. «Ему нужно было позвонить в колокольчик или что-то в этом роде,» — проворчала я про себя, когда зашумели голоса. В мгновение ока Матушка пролетела мимо всех и обняла Мелину.

Городские охранники взяли четырех человек под стражу. Матушка крепко прищурилась, и я сразу почувствовала вину. Но она не прокомментировала мои синяки. Как рассказала Мелина и другие девушки, никто не упомянул о моих целебных способностях.

Белен и остальные ждали снаружи. Они принесли все наше снаряжение. Мы могли бы уйти из хижины и не возвращаться назад к гостинице Фонарный Столб, что сделало бы Керрика немного счастливее.

Когда я присоединилась к ним, ребята, похоже, были рады видеть меня. Белен осмотрел мое лицо.

— Хорошо, что меня здесь не было, — глухо прорычал Белен. — Я бы разорвал четверых из них и разбросал куски для падальщиков, чтобы поели.

Квейн изучил землю у наших ног.

— Это было похоже на битву. Что здесь произошло? — он указал на длинную царапину.

— Это тут она удачно использовала Белена, или я должен сказать его нож, — ответил Керрик. Он повернулся ко мне. — Ты можешь оставить их, если ты пообещаешь не использовать их против нас.

Я передразнила его постоянное выражение лица.

— Во-первых, это не твое решение, могу ли я оставить их или нет, это Белена. Во-вторых, я не собираюсь обещать…

— Ножи твои, — сказал Белен. — И мы должны научить тебя, как сражаться мечом.

Керрик кашлянул.

— Нет, мы не должны. Она достаточно опасна, — он закончил обсуждение, приказав нам собрать наши вещи.

Мы попрощались с Пени, Бьянкой, Мелиной и Матушкой.

— Ты всегда можешь вернуться в любое время, — сказала мне Матушка. — У нас всегда будет комната для тебя. Бесплатно. Я знаю, что ты, должно быть, сделала для моей дочери, но не беспокойся, мы не скажем ни слова.

Я обняла ее с благодарностью. Приятно быть обнятым, даже если бы это было всего лишь мгновение.

Мы направились на север. Никакие облака не омрачили яркое синее небо. В воздухе стоял прохладный хрустящий аромат листьев, а великолепная погода идеально подходила для пеших прогулок. Керрик вел, и впервые после того, как я была спасена из тюрьмы Джакстона, я чувствовала себя… не совсем довольной, потому что тревога, беспокойство и страх все еще заставляли меня беспокоиться. Но я была жива.

Когда я использовала свою магию, чтобы исцелить других, у меня была цель, и я чувствовала удовлетворение, помогая другим. Я была нужна. Даже если это «приключение» длилось недолго, оно пробудило меня от ничего, что было раньше. Три потерянных года. Хотя и исцелила нескольких детей, я могла бы сделать гораздо больше, но была слишком напугана.

Несмотря на заботы мужчин, я решила помочь, когда мы остановились на ночь. Как назначенный повар, Лорен приготовил еду. Его выдумки были съедобными, но простыми, поэтому я пошла искать что-то… вкуснее.

Конечно же, Керрик пошел за мной.

— Куда ты собираешься?

Я прикусила губу, чтобы сдержать саркастический ответ. Вместо этого я сказала.

— Если бы я намеревалась нарушить свое слово, я бы сделала это прошлой ночью после того, как ты потерял сознание.

Он не ответил сразу. Наконец, он сказал.

— Не ходи слишком далеко.

И вернулся в лагерь.

Интересно. Я сосредоточилась, осматривая растения. Тара учила меня, какие из них можно использовать для лихорадок и других болезней. Она объяснила, что в некоторых случаях для небольших травм, растения работали так же хорошо, и это спасало бы нашу целебную энергию для более тяжелых дел. За шесть месяцев, что я была ее учеником, я так многому научилась. Но для нее это была лишь небольшая часть ее обширного опыта и знаний. Я не только оплакивала ее смерть, но и потеряла все ее знания.

Я нашла несколько веточек розмарина и вернулась. Не обращая внимания на коллективный вздох, когда появилась, я отдала листья и протянула их Лорену.

Он подозрительно покосился на них.

— Что это?

Думаю, для меня это было бы больше, чем мое слово, чтобы они мне доверяли.

— Розмарин, — никакого проблеска понимания. — Это должно сделать вашу тушеную пищу лучше. Разве вы не знаете основные травы и специи?

— Нет. Я занял эту должность в порядке самообороны. Квейн сжигает все. Белен думает, что корни — это все, что нам нужно, чтобы выжить. Идея Блохи о хорошей еде — это то, чего раньше не было в мусоре. А Керрик отравил нас…

— Не в этом причина, — сказал Керрик, — то мясо выглядело отлично.

Тогда я поняла, что Керрик назначил сначала Квейна. Еще одна странность.

— Ну, мои навыки кулинарии примитивны, но я знаю травы и могу помочь вам, если хотите.

Лорен посмотрел на Керрика, а после произнес.

— Конечно.

И вернул мне листья.

Я разорвала их на маленькие кусочки и бросила в тушеное мясо.

— Говоря о еде, — продолжил Керрик, — Белен, ты помнишь, когда мы учились в школе, и Райн расстроился из-за количества выброшенной пищи?

Вот как. Керрик был таким же деликатным, как гроза.

Белен усмехнулся.

— Да. Его наказали сборкой мусора за драку.

Настоящая история.

— Я бы не назвал это дракой, — сказал Керрик. — Он защищал новичка от Станслова.

— Хорошо, что пришел мастер Фанг, когда он это сделал. В противном случае Райна стерли бы в порошок.

— Вместо этого его наказание составляло две недели сбора мусора, — Керрик положил еще одно бревно в огонь. — К концу этих двух недель Райн разработал способ пожертвовать всю дополнительную еду бедным в городе.

Я не обращала внимания на них, но это была хорошая возможность получить информацию.

— Вы встретились с Райном в школе, а потом? — спросила я Белена.

— Да. Мы втроем ходили в школу-интернат для детей.

— Детей? Я не могу поверить, что ты входил в эту группу, — сказала я.

Белен засмеялся, и его смех отразился в моей груди.

— Я этого не делал, — он ткнул пальцем в Керрика. — Несмотря на разницу в четыре года с ним, его отец настоял, чтобы я пошел туда и держал его подальше от неприятностей, — Белен надулся. — Это не сработало. Каждый раз он втягивал меня в неприятности и нас наказывали.

— Иначе тебе было бы скучно там, — сказал Керрик.

— Вы родственники? — спросила я Белена.

— Нет. Мои родители работали на его семью долгое время. Мы выросли вместе. — Затем Белен стал серьезнее. — Чума забрала мою мать и старшую сестру. Но моя младшая сестра выжила, как и Исак — один из братьев Керрика.

Тишина опустилась на лагерь.

— Насколько я знаю, моя двоюродная тетя Ясмин еще жива, — продолжил Керрик. — Сколько помню, она всегда болела, это не имеет смысла.

Ничего в чуме не имело смысла. Целители пробовали каждую траву и тоник, которые они знали, чтобы исцелить жертв, безрезультатно.

— Где сейчас твоя сестра? — спросила я Белена.

— Сайен охраняет принца Райна. У него много преданных сторонников. Мы расширяли нашу досягаемость и наводили порядок в хаосе, но как только ему стало плохо, все прекратилось. Нет никого похожего на него.

— Ты прав. Ни один из лидеров других королевств не казнил столько заключенных, как принц Райн, — эти слова вырвались у меня, прежде чем я смогла их остановить. Я взглянула на Керрика, он сохранил расслабленную позу у костра.

— Его отец приказал казнить их, — сказал Белен.

— Да ладно. Все знают, что король Мика был просто номинальной главой в течение шести лет после несчастного случая. И он умер до того, как распространилась чума.

— Номинальный глава, у которого все еще были верные генералы, несмотря на его странное поведение. Когда Мика решил очистить подземелья, они последовали его приказам. К тому времени, когда это дошло до Райна, было слишком поздно.

Блоха начала подбрасывать камни, чтобы попрактиковать жонглирование. Я присоединилась к нему, обрадованная, что появился повод для прекращения разговора о Райне.

За исключением этого, мы были на чеку, где бы ни остановились на следующую ночь и следующие три ночи. Я совершила ошибку, адресовав свои вопросы Белену в ту первую ночь. У него была искренняя честность, которую было трудно игнорировать, и, после того, как тема была направлена на Райна, Керрик позволил Белену повспоминать.

Тем не менее, в пятую ночь Керрик сделал первый обход. Белен ходил вокруг костра, и даже Блоха оставался спокойным. В течение дня я заметила напряжение в лице Квейна и стала свидетелем пары напряженных, но личных дискуссий между мужчинами.

— Что происходит? — наконец-то спросила я Лорена.

Он грел воду над крошечным огнем, какой разрешил Керрик. Лорен обменялся взглядом с Беленом.

— Если вы пытаетесь защитить меня от плохих новостей, прекратите это прямо сейчас. Мне не нравятся секреты, — сказала я им обоим. — Я не могу помочь, если вы держите меня в неизвестности.

— У нас на хвосте пара групп наемников, — ответил Белен.

Еще раньше Керрик предупреждал об этой возможности, поэтому я не была удивлена. Затем мы играли в прятки с тремя различными группами наемников в течение следующих двух дней. Наши перерывы отдыха сократились, пока мы не стали пропускать их полностью. Холодная еда и скудные несколько часов сна в течение дня стали нашей новой рутиной.

Керрик не должен был говорить, что наемники приближаются. Я знала это от других. Никто не улыбался. Никто не говорил больше, чем несколько слов. Никто не отпускал оружие.

Когда солнце взошло на третий день, Керрик остановился. Мы были на краю леса. Перед нами была заброшенная деревня. Ковер из толстых колючих лоз разросся по всем деревянным конструкциям, затеняя улицы. Белые, с мужской рост Лилии усеяны зеленью. Лилии мира или смерти — было невозможно отличить их друг от друга.

— Черт. Они пасли нас, как скот, на скотобойне, — ругнулся Керрик.

Белен заметил мое замешательство.

— Наемники знали, что это было здесь, — он протянул руку, указав на погребенную деревню. — Они, должно быть, скоординировали свои усилия, потому что окружили нас с трех сторон. Единственный способ, которым мы можем убежать, через Лилии.

Страх активировал мои усталые мышцы. Жаль, что это не принесло бы мне пользы.

— Мы в ловушке, — сказал Лорен.

— Мы мертвы, — уточнил Квейн.

Глава 9

— Эти шипы выглядят острыми, но как быть с проходом через Лилии? — спросил Блоха.

— Никак, если все это Лилии мира, — ответил Белен.

— К сожалению, нет никакого способа узнать, если ли среди них хоть одна Лилия смерти, — сказал Квейн.

Я посмотрела на Керрика.

— Ты знал, что это было здесь?

— Нет. Город находится за пределами леса. Кроме того, я не могу сказать, является ли Лилия безобидной или смертельной.

— Никто не может, — сказал Квейн. — Это проблема. Ты не узнаешь, пока цветок не откроется, и ты едва успеешь сказать «Увидимся позже, сестра!»

Взглянув на преграду, я попыталась найти маршрут, который позволит избежать белых цветов. Не повезло. Когда у нас было много рабочих, они вытаскивали новые побеги всех растений Лилий, прежде чем те смогли бы выпустить цветок. Благодаря своей глубокой корневой системе, которая охватывала мили, выкорчевывание растений выполнялось полный рабочий день. Лилии также вырастали в неожиданных местах, а Лилии смерти убивали неосторожных.

— Что теперь? — спросил Блоха.

— Мы сами создаем засаду. Если мы будем двигаться достаточно быстро, то сможем пробиться через одну сторону и бежать, — сказал Керрик.

— Не сработает, — заметил Белен. — Их слишком много.

— Я сдамся, и они не тронут вас, — произнесла я.

— Нет! — вскрикнули Керрик и Белен одновременно.

— Мы используем наш шанс и пройдем через Лилии, — сказал Керрик.

— Ты сумасшедший, — Квейн показал на свой нож. — Я лучше использую свой шанс с наемниками.

— Каковы шансы? — спросил Лорен.

— Это больше похоже на соотношение, — продолжил Керрик. — Примерно одна Лилия смерти на сотню Лилий мира.

Все повернулись к полю. По моей оценке здесь были три сотни Лилий.

— Примерно три Лилии смерти, — начал Керрик. — Я выберу маршрут с наименьшим количеством Лилий и пойду первым. Белен, держись с ней и иди последним. Кто пойдет вторым?

Это первый раз, когда Керрик попросил добровольцев.

— Я буду вторым, — без колебания ответил Лорен.

— Третьим, — сказал Квейн.

— Затем Блоха, — сказал Керрик. — Если какой-то цветок задергается, то бежим.

Построившись по порядку, мы следовали за Керриком. Запах цветов стоял в воздухе. Сочетание сладкого меда и острого лимона, вызывали сильное чувство дежавю во мне. Мы поднялись по лозам, избегая шипов с небольшим успехом.

Когда мы дошли до половины, позади нас раздался шум и шелест многих сапог. Линия наемников раскинулась вдоль леса. Нет пути назад.

Наемники проклинали и назвали нас идиотами по веской причине. Если Лилия смерти схватит тебя, то произойдет одна из двух вещей. Либо съест твою плоть, а потом выплюнет кости, либо выплюнет целиком. Но не волнуйся, что тебя отпустят. Скорее всего, ты умрешь позже. Только десять процентов выжили после того, как цветок ввел токсин.

И если вас поймают, ваши друзья не смогут прорезать лепестки, они толстые и волокнистые. Кроме того, им нужно будет приблизиться к растению. Тогда лозы поймают их, сохраняя для следующей трапезы Лилии. Приятно, да?

С приходом наемников Керрик увеличил темп. Мы обошли многие белые цветы, но не могли избежать их всех.

Воспоминания о моем младшем брате постоянно всплывали в моей голове. Что-то в запахе Лилии напомнило мне об Аллине. Он перешел от ползания к бегу в течение нескольких дней, прежде чем ему исполнился год. Будучи активным, он никогда не переставал двигаться, пока не засыпал. Моя семья постоянно искала его. Я вспомнила, как изменилась после Аллина, и мое сердце похолодело. Он бродил в роще деревьев и был слишком молод, чтобы знать, какие ловушки следует избегать. Я не могла вспомнить, поймала ли я его или нет. Остальная часть памяти была как в тумане.

Забавно, как один звук может вернуть все. Низкое шипение. Я замерла. Как я могла забыть? Приглушенный шум рос. Блоха остановился под большим цветком. Керрик и другие пошли вперед.

Лепестки над Блохой раскрывались. Я оттолкнула его, Лилия нападала. Свист отозвался эхом. Меня окружили белые лепестки. И все погрузилось в мертвую тишину.

Сдавленная в кокон внутри, я ждала уколов. Токсин должен был убить меня, чтобы растение могло переварить на досуге. Я была бы в ужасе, если бы это был мой первый раз в Лилии смерти.

Мой брат, наконец, перестал бежать, и я смогла догнать его. Он указал на огромный шипящий белый цветок, и в одно мгновение Лилия схватила меня. Очевидно, я выжила. Тем не менее, я не помню, как именно меня освободили.

Два шипа пронзили мне руки. Меня переполнило знакомое чувство. Я дрейфовала, словно превратилась в дым. Забытые воспоминания ожили. После того, как меня выплюнули, я перенесла две недели болезни. Тем не менее, токсин, должно быть, заблокировал память о времени в Лилии, и поскольку никто, кроме Аллина, не видел, как меня схватили, они не знали, что заставило меня болеть. Симптомы сопровождались ужасным приступом желудочного гриппа.

Мое сознание теперь распространилось по корням и в душе растения. Через эту странную ментальную связь я заглянула за лепестки. Керрик и другие попытались разрезать Лилию смерти только для того, чтобы быть пойманными в лозы. Наемники наблюдали за ними с удовольствием, хотя они были расстроены тем, что потеряли меня. Или, если более точно, потеряли свою долю в сорок золотых.

Лилия смерти опустилась, чтобы выплюнуть меня.

«Подожди, — подумала я. — Держи меня, пока наемники не уйдут.»

Растение остановилось. Я почувствовала его удовлетворение, оно узнало меня. Его гордость за мою жизнь с тех пор, как мы были вместе. Я почувствовала сожаление по поводу неудачных столкновений. Тем не менее это было обнадеживающим. Оно ощутило потенциал у Блохи, нацелившись на него.

Я попросила ее позволить мне запомнить. Лилия смерти не была поистине хищником; она пыталась помочь, но ее усилия либо сразу убивали человека, либо они умирали позже. Лишь немногие выжили. Прошло время. Наемники ушли, когда заходило солнце.

«Не забирай Блоху, пожалуйста, — я попросила. — Дай нам пройти.»

Соглашение протекало медленно, но по расставанию я ощутила ее печаль. Она вытащила шипы из моих рук. Я вернулась назад в свое тело, чувствуя себя тяжелой, слепой, жесткой и неудобной. Ее лепестки открылись, и я выпала. Белен поймал меня в воздухе.

— Аври, что происходит? — спросил он.

Лозы отпустили мужчин.

— Бегите прежде, чем оно выберет новую цель, — приказал Керрик.

Белен не отпускал меня, пока они не достигли дальней части деревни. Ни одна другая Лилия не напала, и вскоре мы снова вошли в лес. Керрик поддерживал быстрый темп, пока мы не достигли небольшой поляны.

— Парни! — сказал Квейн. — Я подумал, что мы будем пищей Лилии, — он потер то место на шее, где к нему прижалась лоза.

Я опустилась из рук Белена. Керрик подошел ко мне. Я стояла, несмотря на то, что хотела уклониться от Белена.

— Ты хочешь умереть? — с гневом спросил он.

— Конечно, нет. Я сделала это, не задумываясь.

— Сможешь ли ты выжить с токсином? Сколько у тебя есть времени, пока он не начнет действовать? — спросил он.

Лилия удовлетворила мое желание. Я вспомнила всю встречу, но мне нужно было время, чтобы разобраться во всем.

— Я невосприимчива к токсину, — я ожидала, что мои слова будут хорошо восприняты. Но эта новость имела противоположный эффект.

Керрик подошел ближе и яростно спросил.

— И почему ты не сказала мне это раньше?

— Я не знала этого раньше.

Мой ответ охладил его. Он некоторое время яростно смотрел на меня, прежде чем обуздать свои эмоции и спросить.

— А откуда ты узнала сейчас об этом?

— Просто сделала выводы. Я была в этом цветке несколько часов. Если бы у меня сейчас была реакция, я бы не стояла здесь.

Керрик опустил тему, но отдал приказ своим людям разбить лагерь. Его сарказм преследовал меня до ужина.

Наконец я снова обратилась к нему.

— Ты должен быть счастлив. Наемники думают, что я мертва. Они больше нас не будут преследовать.

Из-за моих слов Керрик взглянул на меня.

Белен топнул ногой.

— Она права! Что за день. Я думал, мы все умрем. Нас убьет гигантское растение. Не так я представлял свою смерть.

— А как ты хочешь умереть? — спросил Лорен.

— Хочу умереть героем, а не глупцом, — ответил Белен.

— Как будто у тебя есть выбор, — заметил Блоха. — Смерть от голода не является героическим или глупым, это просто грустно.

Меня не удивило бы, если бы у Блохи был личный опыт голодания. В течение двух лет чумы никто не сеял, не выращивал скот. Многие люди, пережившие болезнь, умерли от голода.

Блохп сидел напротив огня, жонглируя двумя камнями. У него неплохо получалось. И я предложила научить, как использовать третий камень.

— Конечно, это было бы здорово.

Мы искали камень, который соответствовал размеру и весу других. Когда мы нашли хороший камень, я показала движения.

— Держи два камня в одной руке, а в другой один. Помни, когда первый достиг высшей точки перевернутой V, ты бросаешь второй камень. Когда второй камень находится на вершине, ты бросаешь третий одной рукой и ловишь первый другой. И продолжаешь бросать так, чтобы один камень всегда был в воздухе

Он уронил с первой попытки. Камень пронесся мимо головы Лорена. На второй и третьей попытке он попал в плечо Белена. Здоровяк добродушно бросил камни. Когда Блоха почти задел Керрика, нам было приказано двигаться дальше.

По крайней мере, Блоха считал, что это новый шаг в испытании и пока не расстраивался. После двадцати попыток Блоха выполнил одно успешное жонглирование, прежде чем упали все камни.

— Вот и все! — сказала я. — Теперь все, что тебе нужно сделать, это…

— Практика, я знаю, — он замолчал на время, а потом произнес. — Спасибо, Аври.

Я махнула рукой.

— Меня это тоже развеселило. Напомнило о счастливых днях.

— Не только за то, что ты научила меня жонглировать, ну, знаешь… спасла меня от скверного гигантского цветка.

— Обращайся, — ответила я.

— Лучше не надо, — он стал серьезным, когда всякая радость ушла. — Не рискуй ради меня снова. Я готов умереть за принца Райна. Это мой выбор. Не твой.

Удивленная его поведением, я обдумывала его слова.

— Ты даже не встречался с Райном. Почему ты так готов отказаться от своей жизни?

Блоха указал на огонь. Квейн, Белен и Лорен ссорились. Керрик сменился и стал охранять всех.

— Они хотят. Я им доверяю. Это просто, — он скрестил руки на груди. — Обещай мне, что ты не рискнешь своей жизнью ради меня.

— Нет. Потому что это не так просто для меня.

Блоха раздражился, как Керрик. Я рассмеялась.

— Ну, это должно быть просто для тебя, — сказал Блоха.

— Зачем?

— Ты не доверяешь Керрику?

На этот раз я не смогла заглушить смех.

— Нет.

— Как насчет Белена? Ты ему доверяешь, не так ли?

— Это другое. Белен видит хорошее в каждом. Я знаю, что он не лжет мне о принце Райне, но я не верю его мнению.

Блоха сдался и вернулся обратно к огню. Я осталась, размышляя над нашей беседой. Когда люди Керрика нашли Блоху, он был один, сколько себя помнил. Они защитили его, и все приняли. Конечно, он был бы благодарен и верен. Они были в сущности его семьей, поэтому его суждение было подозрительным.

— Уже поздно, — произнес Керрик.

Я подпрыгнула на ноги.

— Когда ты прекратишь так делать! — я развернулась в сторону его голоса.

— Прекратить что? — он вышел из тени, но остановился в нескольких футах.

— Подкрадываться ко мне.

— Я не делаю это. Ты просто глуха к звукам леса.

Его спокойный тон, по крайней мере, означал, что он преодолел свой приступ гнева.

— У меня нет твоей лесной магии.

— Тебе это не нужно. У леса есть своя уникальная… песня. Я учил своих людей, как слушать ноты, которые не являются ключевыми, и эти тихие паузы, которые означают опасность.

Любопытно, я не могла не спросить.

— Ты научил их, как двигаться, не создавая шум?

— Да. Но они создают шум. Он просто сочетается с песней леса, поэтому не выделяется. Я мог бы научить этому тебя, если хочешь.

Я посмотрела на выражение его лица, но не могла сказать, шутил он или это серьезно. Вместо ответа я спросила его.

— Почему ты не сказал своим людям о своей магии?

— Я не хочу, чтобы они полагались на нее.

— Но ты используешь ее все время.

— Только с тех пор, как ты оказалась с нами. Я не хочу, чтобы они становились ленивыми или неряшливыми, полагая, что я могу защитить всех. Есть причина, по которой я научил их, как перемещаться по лесу. Если со мной что-то случится, они должны быть в состоянии защитить себя.

— Что насчет Белена? Он был с тобой дольше всех. Он не подозревает?

— Мы никогда не говорили об этом. Он может.

— Он, вероятно, почувствовал, что ты используешь магию в какой-то момент.

Странное брезгливое выражение на секунду промелькнуло на его лице.

— Те, у кого нет силы, не могут этого почувствовать. На самом деле у меня сложилось мнение, что только один лесной маг мог это почувствовать, и только когда мы оба были в лесу. Я не могу почувствовать чужую магию, если он не используют ее, когда мы оба находимся в лесу.

Это объясняет его тон.

— Когда ты схватил меня за руку, я не только почувствовала магию, но и почувствовала, что ты сделал. Это твоя сила или моя, делает возможной… эту связь.

— Я не знаю. Я сталкивался с несколькими другими магами, но ничего подобного со мной раньше не случалось.

— И я была только рядом с другими целителями. Мы можем поделиться силой, как когда я послала тебе часть своей энергии, но эта связь была… уникальной.

За исключением тех случаев, когда я была внутри Лилии смерти. Интересно.

Размышления о магах напомнили мне ночь, когда мы спасали Мелину.

— Почему те два мага, которые искали нас, не почувствовали твою силу?

— Они не из этого леса. Один из них маг воды, и я думаю, женщина обращалась к силам луны.

Чума также уничтожила множество магов. Неудивительно, что они путешествовали с семью другими для защиты.

— Были ли они сильными? — спросила я.

— Трудно сказать точно.

С каждым наемником и охотником за головами, который искали меня, казалось странным, что Тохон послал двух ценных сторонников. И где они были раньше, когда я была в Лилии смерти? Я не помню, чтобы ощущала их среди наемников. Вспоминая, что сказала Мелина о Гжебьене, я обнаружила неприятную связь.

— Эти два мага не от Тохона. Кто еще преследует нас? — спросила я.

— Почему ты так решила?

Я задумалась. Испытывал ли он мою логику или действительно ли он был удивлен возможностью другой фракции? Наверное, проверял меня. Я повторила рассказ Мелины.

— Люди Эстрид из Озер могли бы охотиться на нас. Она платит золотом за информацию, и я уверена, что она не хочет, чтобы Тохон или Райн получили целителя, — я подавила вздох. — Все это большая игра, не так ли? Борьба за власть, чтобы увидеть, кто сможет ухватить самое большее между тремя из них, — меня наполнила печаль. Если бы я не была бы пешкой в ​​этой игре, то была бы свободна, чтобы исцелять тех, кто нуждался во мне.

— Райн хотел организовать выживших и помочь им восстановить свои города еще до того, как чума остановилась. Он знал, что если никто не будет действовать, чтобы обеспечить соблюдение законов, то преступники станут в полной мере использовать преимущества, формируя банды, и мародеры начнут сеять хаос, — сказал Керрик. — Если бы он не заболел, я думаю, у нас было бы еще пятнадцать королевств.

— Но он заболел и теперь ему понадобится большое войско и маги, чтобы распустить наемников и всех в других фракциях, и остановить Тохона и Эстрид. Невыполнимая задача.

— Райн найдет способ.

— Ты не можешь знать это наверняка.

— Могу, — его глаза горели, глядя на меня. — Я бы не потратил два года на поиски тебя, если бы не верил в него.

По логике следующий вопрос должен быть, почему Керрик так верит ему. Но я остановила себя. Я не хотела знать этого или потому что боялась узнать.

Я оглянулась.

— Ты права на счет Эстрид. Она послала своих прихвостней, чтобы помешать нам добраться до Райна. Они передвигаются так, чтобы перекрыть проход через Девять Гор, пока мы разговариваем.

— Я думала, что есть другие пути через них.

Все дороги кишат опасными мародерами и стаями псов. Замечательно.

— Только не зимой.

— Можем ли мы их опередить там? — спросила я.

— Нет. Мы слишком часто задерживались, — он пристально посмотрел на меня.

— Что будем делать дальше?

— Как ты говорила, наемники верят в то, что мы мертвы. Если мы заляжем на дно на несколько недель, то это дойдет и до Эстрид, и она вспомнит о своем войске.

Мое сердце пропустило несколько ударов.

— Залечь на дно, прятаться?

— Да. Это не должно быть проблемой для тебя. Ты умеешь сбегать и скрываться, — он повернулся и скрылся в тени.

О, радость. Неприятный укор от Керрика потускнел от мысли, что мне придется провести больше времени с ним и его надежными спутниками.

Я вернулась к костру. Остальные уже спали. Ворочаясь под одеялом, я смотрела на ясное ночное небо. Укрытие Керрика, вероятно, будет внутри пещеры, которая затенит этот фантастический вид. Спать под таким количеством звезд было волшебно. Хотя спать во время ледяной бури было бы ужасно. В таком случае, пещера будет желанной.

Сегодня вечером была прекрасная ночь, позволяющая увидеть различные звездные узоры. Я нашла созвездие, которое мой отец называл Рогами Быка. Ухмыляясь, вспомнила его рассказ о рассеянном быке, который потерял рога. Его истории — это способ научить нас различным урокам жизни, но в то время я верила, что бедный Егор все еще искал по земле свои рога. Если бы только бык посмотрел вверх, все было бы хорошо.

Я недооценивала те поздние ночи, сидя на крыльце с двумя братьями и сестрой Ноэлль, лежавшей у меня на коленях, слушая рассказы моего отца. Он был романтичным звездочетом. Оглядываясь назад, я поняла, что для него было ужасно работать так глубоко под землей в шахтах. Он устроился на высокооплачиваемую работу, чтобы мы могли оплатить мое обучение.

Каким же я тогда была ребенком, жаловалась, что мне придется подождать несколько месяцев, прежде чем я смогу начать свое обучение. Даже не думая о моем отце и о его тяжелой работе, и жертве. И я даже не посмотрела на чувства Ноэлль. Она была моей почти постоянной спутницей с тех пор, как родилась, и я уехала на месячную поездку в Гали, не думая о том, как она отреагирует на то, что меня не будет. Расстояние между моим домом и Тарой было слишком велико для визитов, хотя я планировала один примерно на полпути моего четырехлетнего ученичества с Тарой.

Мне было трудно спать с чувством вины, которое ныло под сердцем. Я отбросила его и повернулась, пока рассвет не стер черное небо.

Мы шли на восток в течение пяти дней. Я была права. Керрик остановился в пещерах недалеко от города Гжебьен и провозгласил его домом.

— Разве это не Помитское королевство, захваченное Эстрид? — спросил Лорен. Он мастерил кострище, а Квейн и Блоха давали ему камни. Белен пошел собирать дрова для костра.

— Да, — Керрик разбирал свой рюкзак.

— Тогда почему?

— Эстрид ищет нас.

Лорен взглянул, на Керрика, но тот не стал объяснять дальше.

— Логично, что мы должны идти на запад от людей, планирующих принести нам вред, — я бросила несколько веточек петрушки в суп — моя первая попытка приготовления. — Это заставляет прятаться на ее захваченной территории, стратегический ход. Я предполагаю, что эта область не хорошо известна местным жителям или не используется. Верно? — я адресовала свой вопрос Керрику.

— Верно.

— Для меня это остается довольно рискованным, — произнес Квейн.

— Рассмотрим это с точки зрения Эстрид, — я постучала ложкой по котелку. — Она уверена, что мы намерены добраться до Райна, и заблокировала дорогу. Когда мы не покажемся, она подумает, что мы уже мертвы, захвачены Тохоном или заперты, вот тогда мы можем прорваться через Девятые Горы при первой же возможности.

— Ты не прорвешься через Девятые Горы, — заметил Керрик.

— Не в этом смысл.

— А какой в этом смысл? — Спросил Блоха.

— Ты скажи мне, — предложила я.

Он кусал нижнию губу.

— Видимо, это последнее место, где она будет нас искать?

— Это так.

— Я думаю, что это остается опасным, — сказал Квейн.

— Опасно будет находиться близко к Тохону, — заметил Керрик.

— Или пытаться обойти горы, — добавила я.

Керрик бросил на меня удивленный взгляд, как будто не задумывался об этом раньше.

— Нет, — продолжила я. — Это добавит месяцы к путешествию, и море Ронель опасно даже летом. Зимой это было бы самоубийством.

Когда он, задумавшись, взял свою сумку, я добавила.

— И нам придется пересечь Помит. Одно дело скрываться только внутри границы, но путешествовать открыто…

— Напросимся на неприятности, — закончил Квейн.

— Кто напрашивается на неприятности? — спросил Белен.

Он вошел в пещеру, неся огромную кучу дров. Сбросив их в угол пещеры, собрал хворост.

— Угадай, — сказал Квейн. Он показал на меня за спиной Белена.

Белен наклонился над кольцом для огня, построив решетку для разжигания вокруг нескольких более толстых ветвей. Не глядя на Квейна, Белен сказал.

— Я бы сказал, что ты ищешь неприятности, Квейн. Потому что это то, что ты получишь, если будешь продолжать дразнить Аври.

Квейн с вызовом спросил.

— От кого? От тебя или Керрика?

— От Аври, — Белен выпрямился. — Не забывай, она может за себя постоять.

Настала моя очередь ухмыляться. Квейн хотел открыть рот, чтобы возразить, но его остановила приподнятая бровь Керрика.

У Белена огонь разгорелся в мгновение ока. Дым выходил через естественный

дымоход в вершине пещеры. Интересно, как Керрик нашел все эти пещеры. Вода размыла части коренных пород, образуя их. Я бы подумала, что поиск дыр в земле будет частью навыков каменного мага, а не лесного. Тем не менее я не была экспертом. Я изучила одиннадцать различных типов магии: лес, землю, воду, огонь, воздух, жизнь, камень, смерть, луну, солнце и исцеление, но мое обучение не вышло за рамки основ.

Я могла бы спросить Керрика, но этот вопрос должен был подождать, пока мы не останемся одни. Скорее всего, теперь мы были «дома». Учитывая, что он не сказал мне больше, чем несколько слов с той ночи, когда мы говорили о Райне, я сомневаюсь, что он поговорит со мной.

— У нас заканчиваются запасы, — сказал Керрик. — В Гжебьене есть рынок, но некоторые из нас были бы слишком узнаваемы.

— Обезьяны могут пойти, — предложил Белен.

— За исключением того, что они произвели сильное впечатление на городскую стражу в последний раз, когда мы были здесь.

Обезьяны растерянно переглянулись.

— Виски Венди, — напомнил Керрик.

— О, да, — ответил Лорен. Медленная улыбка расползалась по его губам. — Это было в Гжебьене? Ничего себе, это было… дикое время.

— Это было также около года назад, до Эстрид, когда Барон выпивки управлял городом. Ты думаешь, что люди запомнили нас? — спросил Квейн.

— Виски Венди, — с блеском в глазах повторил Лорен, глядя на Квейна.

— О, да, — Квейн усмехнулся. — Да они запомнили.

— У нас достаточно запасов на неделю, — сказал Керрик. — Тогда Блоха может отвести ее… — он сосредоточился на мне. — Если она научится ходить по лесу бесшумно, а не как олень, защищающий свою территорию.

— Кажется, она больше похожа на бурую медведицу, защищающую своих детенышей, — вставил Лорен.

— Ребята, вы сумасшедшие, — хохотнул Квейн. — Она звучит так же, как отряд стражников после какого-то браконьера.

С широкой улыбкой Блоха присоединился дразнить.

— Когда я слышу ее, я всегда вспоминаю, стаю диких собак, которые преследовали нас в Лесу Подков.

Все повернулись к Белену.

— Я думаю, что она довольно хороша, у нее не было никаких тренировок.

— Спасибо Белен, — поблагодарила я, подарив ему добрую улыбку.

Остальные застонали. Квейн бросил в него камень. Белен поймал его одной рукой. Пока мужчины шутили, я добавила оставшиеся ингредиенты в мой суп. Я вытащила несколько горячих углей из огня и поместила на них кастрюлю. Когда я перемешала суп, мои мысли вернулись к комментарию Керрика. Мое волнение за шанс поехать в город воевало с непривлекательной перспективой обучения меня Керриком тому, как соответствовать песне леса. Возможно, Белен смог бы научить меня.

Когда суп был готов, я устроила шоу и позволила Белену попробовать первым, так как он защищал меня.

— Я везунчик, — съязвил Квейн. — Он будет первым, кого убьет кулинария Аври.

— Но что, если я использовала тяжелый яд? — спросила я. — Тот, который опускается на дно, и убивает тех, кто съел последнюю пару мисок.

Квейн смотрел на меня, так будто не мог понять всерьез или в шутку это было.

— У тебя дьявольский ум, — подстраховался он.

— Спасибо, — усмехнулась я.

— Разве целители не дают клятву никому не причинять вреда или что-то подобное? — спросил Лорен.

— После завершения обучения мы отправляемся в гильдию и работаем там в течение года, демонстрируя свои знания старейшинам. В конце этого года мы заканчиваем обучение. Во время церемонии мы клянемся не причинять умышленно вреда или смерти другому человеку.

Разве что в целях самообороны.

— Но ты применила силу к Блохе и причинила боль лидеру наемников, — заметил Лорен.

— Я не закончила обучение. Поэтому я не давала клятву.

Мое откровение вызвало волну… не совсем страха, но беспокойства. Руки Белена внезапно схватили его горло. Он хрипел, ахал, потом резко упал.

Все, кроме Керрика, вскочили на ноги. Я опустилась на колени рядом с ним. Неужели у него аллергия на петрушку? Его тело дрожало, и я коснулась его плеча. Он смеялся.

Я подыграла, суетилась над ним, извинялась за то, что не дождалась, пока яд утонет.

Когда трое мужчин приблизились, он сел.

— Попались.

Они кричали, потом ругали его за шалость.

Все еще смеясь, он сказал.

— Не могу поверить, вы купились на это. Зачем Аври отравлять нас, если она могла оставить меня умирать, а Блоху позволить сожрать.

— Кроме того, — добавила я. — Я бы не хотела тратить хороший яд на вас, ребята.

— Ха-ха. Не смешно, — сказал Блоха.

— А есть такая вещь, как хороший яд? — спросил Лорен.

— На самом деле есть, — ответила я. — Фулип — ядовитое растение, но если его высушить, растолочь и смешать с имбирной водой, оно станет средством от расстройства желудка.

— Ты знаешь, что делаешь. Почему ты не закончила обучение?

— Чума пришла до того, как я закончила его.

Веселое настроение исчезло за одно мгновение. Чума разрушила наше будущее. Я разлила остальную часть супа, но каждый, за исключением Белена, подождал, пока я съем несколько ложек супа. Шутки в сторону, они еще не доверяют мне.

— Перестань думать об этом. Твоя голова, мешает твоим ногам, — сказал Керрик.

— Это не имеет смысла, — ответила я, подавляя свое разочарование.

Я все утро ходила по лесу и ничего не добилась. Назад и вперед за пределами пещеры, я пыталась копировать тихие движения Керрика.

— Все дело в том, как ты наступаешь и распределяешь свой вес.

Он смотрел на меня, пока я еще раз прошлась.

— Больше задействуй свои бедра.

— Так? — мои бедра покачивались с каждым шагом. Я чувствовала себя глупо.

— Нет, не так, — он подошел сзади, — позволь мне показать.

Когда Керрик прикоснулся к моим бедрам, его магия текла по мне, зажигая покалывание в местах, где этого не должно было быть.

— Зачем ты используешь силу?

— Я? — удивился он.

— Да.

— Привычка, наверное. Сохранять связь с лесом на всякий случай. Игнорируй ее.

Легко ему сказать. За его спиной нет кого-то, кто приблизился и испускает флюиды.

— Иди, как в прошлый раз, — сказал он.

Когда я шагнула, он поправил мою походку. Мы сделали пару шагов. Я поняла, что он пытается объяснить мне, но когда он отпустил меня, я не была так уверена.

— Вот так лучше. Повтори.

Я сделала. Снова и снова, и снова. Шагала весь полдень, что обычно было неприятно, но обнаружилась большая разница в личностях между Керриком-учителем и Керриком-лидером.

— Вот и все, — сказал он. — Ты получила теорию. Сейчас тебе нужно…

— Практика, — сказала я, копируя Блоху.

— Правильно. Я дам тебе два дня.

— А если я не справлюсь?

— Я пойду с Блохой на рынок, но если справишься, то закончишь обучение, — его серые глаза искрились смехом — они изменили свой цвет на тон зимнего леса.

— До тех пор, пока окончание не включает принятие клятвы.

— О, нет, не хотел бы этого делать. Кроме того ты верна своему слову. А это все, что нужно.

Следующие два дня я тренировалась в лесу одна. Это было освежающе, чтобы быть самим собой в течение нескольких часов. И без давления со стороны кого-то, наблюдающего за мной, я могла бы сосредоточить всю свою энергию на прослушивании лесной песни. Как только поняла, какие звуки слушать, я думала, как пропускала их раньше.

После двухдневной практики, Керрик объявил, что мы все будем играть в прятки.

— Если она сможет найти всех, то она победит.

— Мило, — сказал Блоха.

— Правила таковы… — Керрик ждал всеобщего внимания, — вы не можете оставаться на одном месте долго. Все должны переходить на другое место, чтобы дать ей шанс услышать вас, — он сделал драматическую паузу. — Приготовились. Разпределились. Вперед.

Глава 10

Игра в прятки началась. Мужчины рассредоточились по лесу. Я повернулась к лесу спиной, лицом к внешней каменной стены пещеры.

— И не жульничай, — сказал Квейн. — Удостоверься, что досчитала до ста, прежде чем искать.

— Не забудь выкрикнуть «пора, не пора» в конце, — добавил Лорен.

Половина меня чувствовала себя глупо, а другая часть вернулась в дни детства, когда ни какие заботы не омрачали чистые и острые ощущения от охоты. Я приняла свою детскую сторону, отталкиваясь глупые взрослые чувства. Я считала быстрее. Давно забытые стратегии всплыли в моей памяти. Не все мальчики — не смогла их назвать их мужчинами, играя в эту игру. Они носили серую, черную или темно-коричневую одежду. Это имело смысл для маскировки с зимним пейзажем, но давало им преимущество.

— Пора не пора, я иду.

Я развернулась, надеясь поймать вспышку движения, когда один из парней бросится в укрытие. Ничего. Даже ветка не дрогнула. Я прислушалась к лесу на мгновение. Справа от меня прозвучала неестественная фальшь.

Несмотря на холодный воздух, сняла плащ. На мне была черная одежда, но я нашла время, чтобы намазать серую глину, которую нашла на дне неглубокого бассейна в пещере, над частью моей рубашки и брюк, забирая их преимущество.

Вместо того, чтобы идти направо, я специально пошла в другую сторону. Выпрямилась на некоторое время, прежде чем повернулась вправо, надеясь зайти за неестественное пятно. Я часто останавливалась, чтобы убедиться, что моя добыча не сдвинулась с места. Когда подошла ближе, то заметила густую маленькую чащу, за которой можно было бы спрятаться. Я стояла неподалеку и ждала. Конечно же, Блоха выскользнул в поисках другого места. Я следила.

Как только Блоха нашел место, чтобы спрятаться, подкралась к нему и набросилась. Крик удивления разнесся по всему лесу.

Бормоча с возмущением, сказал.

— Ты не должна была меня пугать!

Я притворилась непонимающей.

— Я думала, что ты слышал меня.

— Ты права. У тебя злой блеск в глазах. Ты все это время притворялась шумной?

— Нет. Но ты не знаешь обо мне всего. Как тот факт, что когда я была моложе, никто не мог спрятаться от меня. Я была королевской ищейкой.

Я выросла в маленьком городе, но несколько стратегий поиска кого-то в городской среде сработали и здесь.

Блоха заворчал, но я прогнала его в пещеру.

— Нужно поторопиться, чтобы я смогла найти всех остальных.

— Ты не сможешь найти Керрика.

Я подождала, пока лес не успокоился, затем нашла другую фальшь. В это раз поймала Квейна.

— По крайней мере, я не первый, — сказал он. На лысой голове у него была серая шерстяная шапка. — Ты быстро учишься, но ты не найдешь Керрика.

Если Квейн и Блоха пытались отговорить меня, им не удалось. Я продолжала останавливаться и слушать. Но когда наткнулась на идеальное место для укрытия, высохшее русло ручья, спрятанное под ветвями упавшего дерева, я знала, что один из парней не сможет устоять. Я ерзала под самой толстой частью веток и прижималась к берегу. Мои годы в бегах не были потрачены впустую. Несколько навыков, которые узнала, помогли мне сегодня. Самым большим было терпение.

Прошло двадцать или тридцать минут, Лорен скользнул под деревом.

— Ах, черт, — сказал он. — Я должен был знать, что это место было слишком хорошее, чтобы быть правдой.

Трое найдены, остались двое. Я сделала полукруг все дальше и дальше от пещеры и на десятом проходе почувствовала странность. Валуны выступали из земли. Некоторые из них были в насыпи, в то время как другие стояли одни. Когда мой взгляд изучал это место, что-то казалось неправильным. Не цвет, не размер, но одна фигура привлекла мое внимание. Один большой валун имел мягкие линии и ассимметрию.

Когда я коснулась валуна, он засмеялся. Белен выглянул из-за свойго плаща.

— С моими размерами у меня не было выбора.

— Ты смешался с ними, — сказала я. — Но одна вещь, которую я выучила, как целитель — наблюдательность. Сыпь могла быть просто обычной сыпью, но если она имела размытые края, это было признаком более серьезной болезни.

— Я знал, что ты умна. Я не удивлен, что ты нашла нас четверых. Но…

— Я не найду Керрика. Все с удовольствием говорят мне об этом.

— Не пойми это неправильно, — сказал Белен, как миротворец. — Его способность исчезать в лесу впечатляет. Мы просто гордимся им.

Когда Белен вернулся в пещеру, я подумала, будут ли они по-прежнему гордиться им, если они узнают о его магии.

Я рассмотрела проблему. Керрик не издавал никакого шума, и лес не отдавал его фальшивыми нотами. Он был бы замаскирован, но не по волшебству. Это было бы несправедливо, если бы он не использовал его бессознательно, поддерживая контакт с лесом на всякий случай. Я могу чувствовать его и следовать ему.

Кроме того, я ощущала это только тогда, когда мы касались. Кожа к коже. Я искала свои воспоминания. Что-то, что сделал бы Керрик… когда он узнал о наемниках… Образ, сформированный в моем сознании, присел на корточки, касаясь земли рукой.

Я прижала ладонь к земле. Легкое покалывание покатилось по моим пальцам. Он шел в каком-то определенном направлении? Сосредоточившись, я подумала, что это может быть слева от меня. Что не помогло, потому что я не могла ползать, потому что он меня слышал. Мне нужно было оставаться на ногах. Ну конечно!

Присев, я стянула с себя ботинки и носки. Я стояла, съеживаясь, когда подошвы касались холодной земли. После того, как моя кожа адаптировалась к температуре, я почувствовала, что покалывание указывает влево. Я должна найти его прежде, чем мои ноги замерзнут и потеряют всякую чувствительность.

Когда я шла, вибрации усилились. Перед тем, как тишина остановилась, я добралась до земли. Скорее всего, это означало, что Керрик видел меня с босыми ногами, выяснил, что я делаю, и прекратил использовать магию, или мои ноги онемели.

Керрик должно быть близко. Я развернулась просматривая лес, прежде чем вспомнить, что он не выделялся. Разочарованние нарастало, но я толкнула его вниз. Какие у меня были варианты? Я не могла использовать зрение, прикосновение или звук. Что осталось? Вкус и запах.

Не по вкусу грязь, я понюхала воздух. Холодный влажный запах земли с легким гнилым налетом наполнил мой нос. Без каких-либо других вариантов я вернулась к пещере снова прочесывая, но вместо того, чтобы слушать, я втянула в легкие воздух. Десять, двенадцать, пятнадцать, двадцать, двадцать три принюхивания спустя, я уловил намек на весеннее солнце. Как охотничья собака, я следовала за ним, всасывая столько воздуха, что у меня закружилась голова.

Запах увеличился, и я сосредоточила всю свою энергию на том, чтобы оставаться с ним. Это привело меня к огромному шиповнику, полному шипов. Я вспомнила, когда Керрик скатывал меня прямо через подлесок. Но затем он использовал свою магию. Конечно, он мог бы использовать силу, чтобы войти внутрь, а затем остановится. За исключением того, что его запах исходил не из участка, но, казалось, окружал меня. Странно.

Я несколько раз кружила вокруг шиповника, озадачиваясь непоследовательностью. На ум ни приходило ни одно блестящее решение. Я потеряла его. Это одно слово «потеряла» потрясло меня. Бык Егор потерял свои рога. Я просматривала деревья над головой.

Керрик расслабился. Его смешная полуулыбка переросла в сияющую улыбку.

— Почему ты так долго ждала?

— Ну, я поспала пару часов днем, чтобы парни поверили, что их трудно найти.

— Ах, да, хрупкое мужское эго. Всегда хорошо держать его нетронутым. — Керрик свесил ноги и приземлился рядом со мной, не издав ни звука. — Так что же меня выдало? Моя магия?

— Сначала, но ты прекратил использовать ее.

— Как только я понял, что соединился с лесом, то остановился. Иначе бы это было не справедливо.

— Конечно, продолжай повторять это, и возможно один из нас поверит в это.

Теперь, когда игра закончилась, я расслабилась и проснулась от других ощущений. Холодный воздух поразил мою оголенную кожу. Мои руки и ноги онемели. Я вернулась туда, где оставила свои ботинки.

Керрик последовал, но молчал, когда я одела шерстяные носки. Я вздрогнула. Мой плащ остался в пещере. И конечно же Керрик ушел дальше.

Мы отправились «домой».

Прошло несколько минут, он спросил.

— Ты не ответила на мой вопрос. Как ты нашла меня?

Я притворилась растерянной.

— Я не ответила. Странно. На меня это не похоже.

— Ты не собираешься мне сказать об этом, не так ли?

— Зачем мне это?

— Потому что если ты скажешь мне, то я могу изменить это и ты не сможешь найти меня в следующий раз.

И я была слишком смущена, чтобы сказать ему, что я его вынюхиваю. Я не должна была знать, что он пах весенним солнцем, не должна волноваться и не должна была говорить ему ничего. Но, зная его, он будет приставать ко мне за ответом.

Я сказала.

— Помнишь, когда Белена ранили наемники?

— Трудно забыть об этом.

— Ты отвлек их, когда Блоха и обезьяны расположились на скалах. Это было хорошая стратегия. Люди не смотрят вверх. Когда я потеряла твой след, я вспомнила об этом.

— Интересно.

Он больше ничего не говорил до конца дороги.

Остальные ждали нас снаружи пещеры. Их выражения оставались неопределенными, когда они смотрели на меня и Керрика и обратно, ища какой-то намек на то, что произошло. Они надеялись, что я провалилась. Ведь они хвастались лучшими лесными навыками Керрика.

Наконец, Квейн спросил.

— Ну?

— Вы были правы, — я сказала это прежде чем Керрик открыл рот. — Я не смогла найти его.

Я пережила несколько «говорили же тебе» от обезьян и Блохи. Они кричали и были неприятны. Белен, однако, бросил на меня проницательный взгляд. Я встретила его взгляд, не дрогнув и не взглянув вниз. Я научилась врать, когда была в бегах. От этого зависела моя жизнь. Забавно, моей маме даже не пришлось бы видеть мое лицо, чтобы понять, когда я соврала.

Как только парни закончили кричать, они вернулись в пещеру за особым сюрпризом. Я схватила плащ и двинулась, но Керрик схватил меня за плечо и остановил.

— Объясни. — Приказал он.

— Я не могла разочаровать их.

— В этом нет никакого смысла. Я подвел их. Не ты. Кроме того, это просто глупая игра. И они не дадут тебе забыть об этом. Ты хвасталась, что была королевской ищейкой.

— Возможно, это была глупая игра, но не для них. Ты являешься их лидером. У них есть полное доверие к тебе. Любые сомнения, какими бы маленькими или глупыми они ни были, могут нанести ущерб их доверию. Ты прикажешь им рисковать жизнью, а не королевской ищейке.

Керрик так долго смотрел на меня, что мне стало некомфортно, и удивляло о чем он думает. Я чуть не вздрогнула от облегчения, когда он отвернулся.

Он протянул руку, указывая на вход в пещеру.

— После вас, ваше величество. — Он поклонился.

Я ударила его по руке.

— Не начинай. Я получу шутки от парней, не от тебя.

— Кто сказал, что я дразню?

Теперь моя очередь смотреть на него.

— Эй, что так долго? — Позвал Квейн. — Аври не может найти вход в пещеру?

Внутри пещеры раздался смех.

— Я предупреждал тебя, — сказал Керрик.

— Я выросла с двумя братьями. Я могу выдержать безвредные шутки. Кроме того, смех исцеляет душу. Ты должен попробовать это когда-нибудь. Я вошла в пещеру, не оглядываясь назад.

Ура и несколько добродушных насмешек приветствовали меня. Мужчины стояли в очереди со спрятанными за спиной руками, ерзая, как дети, которых поймали на краже сладостей. Их внимание было сосредоточено на Керрике, который последовал за мной внутрь. Он кивнул головой.

— Хорошо, парни. Что происходит? — я спросила.

Белен шагнул вперед.

— Мы решили, что, хотя ты не нашла Керрика, ты поймала всех нас и должна закончить обучение. Поздравляю! — они кричали и кричали.

— Спасибо. Но прекратите блокировать тепло. Я замерзла.

— Не так быстро, — сказал Белен. — Мы решили подарить тебе наши поздравительные подарки.

— Но.

Белен подошел и поднял руки. С драматическим блеском он открыл их, обнажив пару черных перчаток.

— Я заметил, что у тебя не было пары.

— Где?

— Они были моими, но у них были дыры на кончиках пальцев. Я просто подрезал их для тебя и сшил их. — Он дал их мне. — Померь их.

Они подошли, но единственное, что я могла сказать.

— Ты шьешь?

— После двух лет в дороге, кто-то должен был. Они понравились тебе?

— Да. Они прекрасны… спасибо.

Квейн и Лорен подарили мне кусок кожи, свернутый и связанный шпагатом.

— Развяжи его. — Сказал Лорен.

Мне пришлось снять перчатки, чтобы развязать узел. Развернув кожу, я обнажила внутреннюю сторону. Карманы выложенные материалом. Я недоумевала над этим.

— Это для твоих растений и трав, — сказал Квейн. — Ты сможешь хранить их в отдельных карманах и, когда ты свернешь их, ты сможешь носить их в рюкзаке.

— Это, — Неожиданно, невероятно. — Идеально, спасибо.

Блоха подшел следующий. С застенчивой улыбкой он взял три камня и начал жонглировать ими. Он выполнил целое выступление, с высокими и низкими бросками, закончив шоу одним камнем, поднимающимся до потолка, пока он вращал по кругу, прежде чем поймать его за спиной.

Остальные приветствовали и хлопали. Я не могла долго говорить. Когда в пещере стало тихо, я сказала.

— Ты тренировался.

— Немного, — сказал он.

— Вау, это было удивительно. Спасибо тебе.

Керрик протянул мне листок бумаги. Я с подозрением посмотрела на слова. Это была клятва? Но это был список припасов.

— Вещи, чтобы купить на рынке, — сказал он. Затем он уронил мешок с монетами в мои руки. — Ты с Блохой можете пойти завтра. Я предлагаю тебе надеть зеленую юбку и тунику, чтобы соответствовать толпе на рынке.

— И одежда испачкана глиной, — сказал Квейн.

Лежа в постели той ночью, я не могла уснуть. Неожиданные подарки от ребят меня шокировали. Они не думали обо мне, как о целителе для Райна, как Керрик. Они заботились обо мне. Все эти годы я избегала близких отношений, потому что знала, что они будут мешать мне двигаться дальше. В конце концов, мне пришлось бы оставить парней, и это было бы серьезно. Черт. Я ненавидела быть правой.

Даже зная, что Керрик и компания засели в соседних лесах, на случай, если у нас возникнут проблемы, я планировала в полной мере насладиться днем. Еще одно яркое холодное утро пришло с рассветом. Я надела юбку и тунику, чтобы сохранить мир, но мой плащ закрыл одежду, так или иначе, поэтому не было реальной причины носить их.

Расположенный в центре города, рынок кишел покупателями, торговцами и различными нежелательными лицами, стремящимися поохотиться на неосторожных. Большинство купцов расставляли столы в трехсторонних хижинах с деревянными крышами. Другие продавали свои товары из вагонов, телег и одеял, разложенных на земле. Дети бегали между ног. Общий шум голосов, спорящих и торгующихся, смешался в счастливый, процветающий гул. Я купалась в энергии рынка, наполняя легкие пьянящим запахом свежего хлеба.

Мы с Блохой сначала прошли по кругу, чтобы ориентироваться на продавцов и товары, доступные для покупки. Мы согласились остаться вместе, на этом настаивал Керрик, и я держала список. Я также принесла с собой оставшиеся монеты, надеясь обеспечить несколько необходимых предметов для себя.

В какой-то момент Блоха коснулся моего плеча.

— Видишь этого ребенка?

— Девочку с красной шляпой?

— Нет, мальчика с длинными черными волосами

— Да, я вижу его у яблочной корзины.

— Смотри.

Когда клиенты вокруг телеги захватили полное внимание владельца, мальчик положил в карман столько яблок, сколько мог, прежде чем исчезнуть незамеченным.

— Отличная техника, — казал Блоха.

— Как ты узнал, что он собирается украсть?

— Пальто слишком маленькое. Брюки носит с дырочками. Ни шляпы, ни перчаток. Плюс у него был такой взгляд.

— Голодный взгляд или я-собираюсь-сделать-что-то-незаконное взгляд?

Блох рассмеялся.

— Он не считает, что он сделал что-то незаконное, Аври. Это выживание. У него был обеспокоенный взгляд. Беспокоясь, где он найдет следующую еду. Это постоянно. Это не останавливается, даже когда у тебя полный желудок и несколько кусочков хлеба, спрятанно.

Мое наслаждение от дня исчезло.

— Ты думаешь, что город улучшится, и никто не будет голодать.

— Ты можешь подумать об этом, Аври, но я знаю лучше. Даже до чумы люди голодали. — Блоха огляделся. — По крайней мере, нет непосредственной опасности. По словам Белена, это было почти со всеми, каждый человек сам за себя, когда в прошлом году городом управлял Барон выпивки. — Блоха жестом указал на пару хорошо вооруженных солдат, с интересом наблюдающих

за рынком. — Люди Эстрид.

— Тогда ее присутствие хорошо для города.

— Если все так счастливы, то почему вокруг столько солдат? — спросил Блоха.

Я посмотрела на него с подозрением. Похоже, Керрик научил его тому, что сказать мне сегодня.

— У тебя есть точка зрения, — сказала я. — Но мы не можем задерживаться слишком долго, иначе у Керрика будет припадок. Я предлагаю нам сначала купить более легкие предметы и сохранить тяжелые вещи напоследок.

— Теперь ты посмотри, — сказал Блоха.

— Что случилось?

— Блеск покупателя. Если бы я все еще был уличной крысой, я бы попытался обчистить твой карман, прежде чем ты потратишь свои деньги.

— Как хорошо, что ты больше не один из них.

— Благодаря Керрику.

Игнорируя комментарий Блохи, я подошла к торговцу, продававшему вяленое мясо. Мы переходили от стенда к стенду, покупая предметы по списку, предметы первой необходимости и дорожные пайки. Блоха поймал одну из уличных крыс, прежде чем она смогла украсть мешок с монетами из моего кармана. Он отругал девушку за ее плохую технику и указал на более легкий объект.

Но я остановила ее прежде, чем она успела убежать.

— Вот. — Я дала ей несколько своих монет, мне действительно не нужна расческа или новое нижнее белье; те, которые у меня были, продержатся еще несколько месяцев. У меня все еще было достаточно, чтобы купить еще один комплект одежды для путешествий.

Она смотрела на меня, как будто я сошла с ума, а затем кивнула, прежде чем исчезнуть в толпе рынка. Блоха тоже смотрел на меня.

— Что? — Я спросила.

Он ничего не сказал.

— Это один прием пищи, о котором, она не будет беспокоиться.

— Нет. Это пять или шесть приемов пищи.

— Тем лучше, пойдем.

Мы делали покупки до конца утра. Я была удивлена, что только несколько человек носили красные одежды послушников, которые отмечали их как набожных верующих в создателя Эстрид. Возможно, она смягчила свои законы.

В какой-то момент я спросила Блоху.

— Как ты думаешь, Керрик будет возражать, если я куплю несколько специй? Травы будет сложнее найти, так как становится холоднее. — Зимний сезон был в начальном состоянии. Реальная противная погода скрывалась на расстоянии несколько недель.

— Если это улучшит еду, никто не будет против.

Почти закончив со списком, мы ждали, пока торговец говядины закончит с пожилой женщиной перед нами. Мои руки болели от наших покупок. Блоха также был загружен. Теперь я была рада, что Белен и остальные ждали поблизости.

После того, как леди заплатила за ребра, она повернулась к нам и остановилась в изумлении.

— Ноэлль! Я думала, они тебя взяли. Когда ты вернулась? — спросила она.

— Простите. Вы перепутали меня с кем-то другим.

Имя Ноэлль, как у моей сестры.

— О, прости меня дорогая. С моими старыми глазами, ты выглядишь, как она. Но сейчас я вижу, что ты старше.

Мои внутренности обратились в лед.

— Вы знаете, откуда она? — спросила я женщину, что казалась сомнительным, поэтому я добавила. — У меня двоюродная сестра по имени Ноэлль. Ей около четырнадцати лет, и моя семья потеряла ее следы во время чумы.

— А, ну да. Так много потеряных. — Женщина выразилась. — Я знаю, что она была сама по себе. Она делала для меня специальную работу, такая милая девочка. Но когда прибыла армия Эстрид Озеро, они завербовали молодых мужчин и женщин без семьи. — Она понизила свой голос. — Больше похоже на армию. — Морщины на ее лице удвоились, когда она нахмурилась. -

Вот почему я был так поражена, я думала, что она сбежала. Ба! Еще плохие времена.

— Она что-то говорила о своей семье? — спросила я.

— Нет. Она ни слова ни о ком не сказала. Просто делала работу, поблагодарила за монеты и ушла. Когда деньги заканчивались, она приходила и спрашивала, есть ли у меня для нее работа. Я очень скучаю по ней. Мои ноги становятся слишком старыми, чтобы носиться по рынку.

— Спасибо за уделенное время, — сказала я.

Женщина помахала на прощание и отправилась домой.

— У тебя есть двоюродная сестра по имени Ноэлль? — спросил меня Блоха.

— Нет, но у меня есть младшая сестра с таким именем.

— Ты не знаешь?

Я рассказала ему сокращенную версию моего возвращения домой от Тары.

— Насколько я знаю, они могут быть похоронены в братской могиле в Лекасе.

— Это сложно.

Я пыталась отмахнуться от этого.

— У многих девушек есть такое имя. Шансы, что это она, низкие. Кроме того, ты слышал леди, девушка пропала.

— Все еще… — Блоха просканировал рынок. Он положил свои покупки. — Подожди здесь. Я пойду сделаю несколько запросов для тебя.

— Мы не хотим привлекать внимание, задавая кучу вопросов

— Я не буду. Уличным крысам плевать на политику. Я вернусь.

Прежде чем я смогла протестовать, он скользнул в поток людей и исчез из поля зрения. В моем желудке почувствовала разные эмоции, когда я его ждала.

Что, если она не моя сестра? Затем я возвращаюсь к размышлению, где это может быть она.

Что, если она была моей сестрой? Я ничего не могла сделать. У армии Эстрид могла быть. Если бы ее не взяли. Тогда мы сможем найти ее в городе. Надежда хотела расти, но я раздавила ее. Надежда приводит к отчаянию.

Что, если поймают Блоху? Керрик убьет меня. Нет. Он заставил бы меня пожелать, чтобы я была мертва.

Не имея возможности просто стоять там, я организовала наши покупки, перераспределяя более тяжелые предметы, чтобы облегчить нам перенос. К тому времени, как я закончила, Блоха не вернулся. Беспокойство закрутилось. Мои мускулы мучились от бездействия, но я заставила себя оставаться на месте.

Что, если Блоха не вернется? Мне его искать? Керрик убъет меня? Нет. Я разбирала свои скудные варианты, когда появился Блоха.

— Где ты был? — спросила я.

— Я ушел всего на десять минут. — Ответил он.

— Десять мучительных минут. — Я глубоко вздохнула. — Это твое. — Я указала на кучу пакетов. — Пойдем, прежде чем Керрик будет искать нас.

Он собрала свою половину.

— Разве ты не хочешь знать, что я узнал?

— Я хочу, но иди первым.

Мы направились к дороге, ведущей на восток. Когда мы оставили рынок позади нас, я спросила Блоху, что он узнал.

— Много об армии Эстрид. Люди, которых они собирали, были в основном уличными крысами. И их всех держат в тренировочном лагере примерно в пяти милях к северу от города.

Я почувствовала, что у него есть еще.

— Не держи меня в напряжении, пожалуйста.

— Ноэлль была одной из уличных крыс. Никто не знал о ней. Но они знали, откуда она взялась.

Я остановилась, чтобы встретиться с ним.

— И?

— Она твоя сестра. Никаких сомнений на этот счет.

Глава 11

— Как ты можешь быть уверен в этом? — спросила я.

— Уличные крысы продолжали принимать тебя за нее, кроме тех, кто пытался забраться в твой карман. Они сказали, что она из Лекаса. Это в Казане не так ли?

— Почему они рассказали тебе все это? — я искала любой знак или подсказку о местонахождении моей семьи в течение трех лет. Чтобы это всплыло сейчас… подозрительно. Возможно это ловушка?

— Я был уличной крысой.

— Угу.

— И я отдал несколько монет. Счастлива?

— В этом больше смысла. — Я твердо держала свои эмоции. Блоха, возможно, не сомневался, кто она, но это делала я. — Ты узнал что-нибудь о тренировочном лагере?

— Он охраняется, но не заперт. Посмотри правде в глаза, большинство новобранцев перестали беспокоиться о следующем приеме пищи и о том, где они будут спать, когда снег придет, еда, укрытие и теплая одежда.

— Но они должны воевать за Эстрид.

— Как я уже говорил, уличные крысы не заботятся о политике. Относитесь к ним хорошо, и они будут лояльны. Кроме того, это не похоже на то, что кто-то воюет или восстает или что-то делает

— Теперь. Что произойдет, когда Тохон и Эстрид решат, что хотят занять один и тот же город?

Блоха не ответил. Он приложил палец к губам, когда услышал шорох слева от нас. Я схватила рукоять моего ножа, но расслабилась, когда Белен вышел из леса. Вскоре мы были окружены другими.

— Вы ушли надольше, чем ожидалось, — сказал Лорен. — Неужели Аври с трудом нашла рынок?

Квейн усмехнулся.

Я взглянула на Керрика, чтобы оценить его настроение. Ничего. Я бы получила больше информации, глядя на камень. Белен попытался взять все мои пакеты, но я оставила несколько. Лорен и Квейн помогли Блохе.

Наконец, Блоха сказал.

— У нас была возможность узнать еще несколько подробностей об Эстрид и ее силах. — Он рассказал о сборах, когда мы направлялись к пещере. — И нам нужно спасти сестру Аври.

Эта последняя часть была встречена ошеломленной тишиной, включая меня. Потом начались вопросы. Блоха рассказал им про Ноэлль.

— Нет доказательств, что это она, — сказала я.

— Сначала мы проведем разведку — сказал Блоха. — Мы проверим, что она там, и проникнем внутрь…

— Нет. Это слишком опасно, — сказал Керрик, как если бы закончил этим разговор.

Я думала о том же, но когда Керрик сказал нет, моим первым инстинктом было поспорить с ним.

— Было бы не так опасно пойти посмотреть. Если это она, то мне не нужно будет все время думать, жива она или мертва.

— Мы не собираемся подходить близко к лагерю. Ты можешь вернуться после того как… — недобрый блеск появился в глазах Керрика.

— Обещай исцелить Райна, и мы посмотрим не она ли это.

Я почувствовала будто он вонзил свой меч мне в грудь. Возможно, это была расплата за то, что он сделал выбор между Беленом и принцем.

— Никакой сделки, — сказала я. Гордая, что мой голос не скрипнул, я увеличила темп и повела группу обратно в пещеру. Чтобы они не увидели слез, размывающих мое видение.

Мы вернулись, и остальные распаковывали припасы. Настала моя очередь готовить, и я сосредоточилась на поставленной задаче. Со свежими ингредиентами, специями и травами было бы трудно испортить еду. Лорен, Квейн и Блоха издавали благодарные звуки. Белен провозгласил жаркое лучшим в его жизни. Но у меня не было аппетита, и я упала в свою постель, как только смогла.

Мои мысли вернулись к Ноэлль. Если бы она была пропавшей уличной крысой, возможность увидеть ее или даже поговорить с ней была бы за гранью прекрасного. Вероятно, она знала судьбу Аллина и нашей матери, хотя тот факт, что она была одна, означал плохие новости. Они бы никогда не оставили ее, если бы были живы. Если только их не разлучили непредвиденные обстоятельства. Слишком много вопросов без ответов. Стоили ли они моей жизни? Если она тренировалась с солдатами Эстрид, то она была в относительной безопасности. А что, если бы я пообещала исцелить Райна, а девочка не была бы моей маленькой тенью?

Я приняла правильное решение. Хотя желание улизнуть, чтобы увидеть лагерь для себя пульсировало в моем сердце. Даже если бы я не дала слово не сбежать, я бы не смогла далеко уйти до того, как Керрик потащил бы меня обратно.

Знание, что мой выбор был основан на логике, не смогло унять чувство боли в груди от острого ножа. В течение следующих нескольких дней я забирала свою еду и оставалась под одеялами столько, сколько могла.

На третий день Белен поднял меня на ноги и уговорил покинуть пещеру. Я щурилась от яркого солнца, когда пальцы холодного воздуха гладили мое лицо и трепали мои волосы. Лорен и Квейн практиковали спарринг палками вместо мечей. Блоха дремал на солнечном клочке. Керрик, конечно, ушел в «Я-не-могу-заботиться-меньше».

— Видишь цель? — спросил Белен.

Красный круг был нарисован на дереве на расстоянии сорока футов.

— Да.

— Вот. — Белен протянул мне мои ножи. — Несмотря на то, что мои воспоминания нечеткие, я, кажется, помню, что кто-то должен работать над своей целью.

Я уставилась на кинжалы. Оба поблескивали. Интересно, какой из них находился и был спрятан на его бедре.

— Этот кто-то ты, Аври, — сказал Белен. — Попытайся поразить цель ножом.

— Я не в настроении для этого. Может позже…

Он отказался забрать оружие или уйти с моего пути.

— Ты не вернешься в пещеру, пока не попадешь в цель, — сказал он.

Я свирепо посмотрела на него, но он не подвергся влиянию.

— Отлично. — Я схватила конец лезвия и бросила нож. Он пролетел мимо. Так же как и следующий, и следующий, и пять после этого. Нахлынуло разочарование. Сосредоточившись, я откинула все отвлекающие мысли и проблемы в сторону и сконцентрировалась на красном круге. Нож попал в цель и отскочил.

— Там. Я попала в него, — я отошла.

Большая рука Белена сжала мое плечо, остановив меня на середине.

— Не так быстро. Он должен задержаться.

— Это не было частью сделки.

— Очень грустно. Так печально. Попробуй еще раз.

Мои навыки улучшились, но я все еще не протыкала кору.

— Это слишком далеко для меня. Я недостаточно сильна, — пожаловалась я. Обычно, я бы возмущалась, но не сегодня.

— Нет. Ты не выкладываешь в это достаточно тепла.

— Тепла?

— Да, тепла. — Белен почесывал руку, когда искал нужные слова. — Тепло, как энергия, желание, эмоции. Подумай об этой цели как о гигантском пауке, а затем брось нож.

— Мне нравятся пауки.

— Тогда подумай о чем-то, что не нравится тебе. Змея или Лилия смерти. Что угодно.

Целясь в красный круг и представляя изображение на стволе дерева. Гнев и раздражение протекали через меня. Поднимая нож, я отдала тепло в броскок. Прозвучал отличный звук.

— Вот о чем, я говорил, — сказал Белен. — Что ты представила? Лилию смерти или змею.

— Ни то, ни другое. — Смогу ли я это сделать во второй раз? Пробуждая чувства, вызываемые изображением, я бросила второй нож в ствол рядом с другим.

— Отлично. Понимаешь ты достаточно сильна.

Я вытащила ножи из коры, вернулась к Белену и снова попала ими.

— У тебя получилось. Что тебя мотивирует?

— Лицо Керрика вместо мишени. — Я вздохнула полной грудью. Боль перестала быть такой сильной. Возможно, мне нужно было бросить еще несколько десятков ножей прямо между его глазами.

— Это плохо, — отчитывал Белен.

— Так плохо. — Стук. — Очень грустно. — Стук.

— По крайней мере ты снова улыбаешься. Как ты думаешь, ты сможешь попасть по двигающаяся цели?

— Может быть.

— Для любой задачи, тебе нужно всего две вещи. Уверенность и практика. Когда они у тебя есть, ты сможешь сделать что угодно.

— Это банальная мотивирующая цитата. Убей. Меня. Сейчас.

— Будешь противной — это только продлит твой урок по метанию ножей.

Я пожала плечами.

— Не то, чтобы я занималась чем-то еще.

— Ты можешь бегать кругами, чтобы прийти в форму. Подъем на Девять Гор является напряженным в любую погоду, но особенно трудным зимой.

Ох.

— Извини. Как ты планируешь имитировать движущуюся цель?

— Квейн соорудил доску с несколькими канатами. Квейн, ты сможешь сделать перерыв?

Он и Лорен закончили бой.

— Ага, я уже устал выигрывать,

— сказал Квейн, вытирая пот, который капал с его гладкой головы.

— Ты называешь это победой. Я бы это назвал едва держался. — Красное лицо Лорена и влажная туника говорили о другом.

Блоха проснулся, потянулся и зевнул.

— Да, это был очень захватывающий матч. Я рад, что вы пригласили меня понаблюдать — мне нужно было поспать. — Он увернулся, когда они швырнули в него палками.

Мы все шли к области, которая имела длинную тонкую линию обзора. В конце с деревьев свисал квадратный кусок дерева с красным кружком. Квейн обхватил руками и ногами ствол дерева и залез на нижнюю ветку.

— Готово, — казал Квейн.

— Начинай медленно, — приказал Белен. — Движение из стороны в сторону.

Квейн дернул за веревки, заставив доску раскачиваться.

— Все дело во времени, — сказал мне Белен. — Цель и бросок те же, но теперь нужно выпустить нож в нужный момент.

Блоха и Лорен смотрели. Думаю, у меня будут зрители. Ура. Схватив лезвие, я посчитала удары, когда доска развернулась на один полный контур. Нет веской причины, почему это казалось сделать просто. Это не сработало. После нескольких промахов, я зацепила дерево. Я скорректировала время и получил еще один удар рядом.

Когда кончик ножа застрял внутри круга, ребята повеселели. Квейн увеличил темп движений. Опять же, я изо всех сил пыталась найти правильную точку удара. В конце концов, я попала в точку. Затем Квейн стал креативным в движениях. Дергая за веревки, он напоминал кукловода. Доска двигалась вверх и вниз и из стороны в сторону. Как только я попадала в цель, он изменял скорость или движение, или и то, и другое вместе.

Мне не хотелось признавать это, но я наслаждалась испытанием. Белен больше не давал советов, либо так, либо я его не расслышала. Мой мир сжался передо мной, до ножа и движущегося красного круга.

Когда потемнело, Белен остановил урок.

— Это хорошее начало. — Он хлопнул меня по спине и чуть не повалил на землю. — Керрик был прав. Ты очень быстро учишься. Скоро ты будешь опасна с этими ножами.

— Пока мой противник стоит в сорока футах, — сказала я.

— Одна вещь за один раз. После того, как ты овладеешь искусством метания, я смогу научить тебя сражаться с ножом и защищаться от него.

Мы вернулись в пещеру. Мои руки болели от напряжения. Мой желудок ворчал впервые за несколько дней, хотя мой аппетит испортился, когда вошел Керрик. Мистер призрак из леса. Он мог бегать кругами вокруг тренировочного лагеря, и никто не догадался бы, но он не стал бы. Печально? Но кто я?

Я засунула половину миски тушенки Лорена себе в горло, прежде чем заползти под одеяло.

Шепчущие голоса разбудили меня через некоторое время. Я догадалась по слабому свету, что огонь сгорел до тлеющих углей. Через несколько минут я опознала голоса Керрика и Белена. Не удивительно.

— … никогда не согласится исцелить Райна, если ты не проявишь к ней доброты, — сказал Белен.

— Что ты называешь обучением ее передвижению по лесу или метание ножей?

— Навыки выживания, потому что мы подвергли ее опасности.

— И в тюрьме, в ожидании казни, не было опасно? — Несмотря на шепот, его сарказм прозвучал ясно.

— Ты знаешь, на что Тохон способен. Я бы предпочел, чтобы она пошла на гильотину, чем была захвачена им.

Шквал страха пронесся над его словами. Это прозвучало не очень хорошо. Нисколько. Нет ответа от Керрика, что только усугубило ситуацию. Хотела бы я увидеть его лицо.

— Я помог ей найти эту девушку, — сказал Керрик более спокойным тоном.

— Не считается с тех пор, как Аври заключила с тобой сделку.

— Но она такая упрямая. И у нас заканчивается время. Каждый день он в ловушке в стазисе еще один день Тохон и Эстрид укреплят свои армии.

— Даже если мы доберемся до него завтра, это не будет иметь значения. Она откажется исцелить его, и что мы тогда будем делать? — спросил Белен.

Молчание.

— Было бы лучше потратить время и показать ей, что происходит с людьми под властью Тохона.

— Нет. Это очень опасно. — Керрик вздохнул. — Должен быть другой способ. Она слишком умна, чтобы верить слухам о Райне, но я не знаю, почему она не согласна.

— Есть еще одна причина. Нам нужно это выяснить, но она не расскажет, если ты будешь хранить каменное молчание и задумчивый гнев. Джаэль уже нет четыре года… она не…

— Не начинай. — Сапоги царапали землю, следы исчезали.

Белен уселся в свои одеяла бормоча проклятия. Ему не потребовалось много времени, чтобы уснуть. Хотела бы я сказать то же самое. Их разговор воспроизведен в моей голове.

Интересно, кто такая Джаэль. Хотя для меня было бы лучше, если бы Керрик продолжал быть холодным бессердечным ублюдком. Он сделал бы отказ от помощи Райну легким. Белен был прав; у меня было много других причин ненавидеть Райна, кроме слухов.

Когда я училась у Тары, она рассказала нам о том времени, когда Королева Алвена попросила ее исцелить короля Мику. После путешествия через Девять Гор, принц Райн запретил Таре видеться с отцом, утверждая, что целители противоестественны и нарушают равновесие в мире. Болезни и заболевания были способом природы регулировать наше население.

Причины Райна звучали, как ерунда для меня. Райн хотел трон своего отца, а не естественный порядок. Тара сказала, что он был противным, грубым и его охранники сопровождали ее из замка, несмотря на то, что было поздно ночью. Он также не позволил ей поговорить с матерью.

Бессмысленно делиться этой историей с Беленом. Он противостоял всем моим возражениям о Райне, объясняя все его плохое поведение. Интересно, знал ли он о том, что Райн не любил целителей еще до чумы. Но, если я подумала об этом, то Белен или другие не могли передумать о Райне. Это была работа Райна. Жаль, что он не мог говорить сам за себя.

Мои мысли затуманивались, пока сон не завладел мной. Образы Ноэлль в разных возрастах преследовали меня во сне. Я пыталась дотянуться до нее, но огромные цветы преграждали мне путь. Она кричала, чтобы я спасла ее. Откинув лепестки, я приблизилась к ней. Когда я собиралась схватить ее, виноградные лозы обхватили мои запястья и остановили меня. Я боролась, но они подтянулись, оттянув меня назад. Виноградные лозы росли из рук Керрика и крутились вокруг меня, пока я не могла двигаться.

Мой мир снов слился с реальностью, когда я проснулась.

Керрик опустился на колени рядом со мной, держа меня за запястья.

— Тише. Это всего лишь сон.

Я перестала драться.

Он отпустил и сел на корточки.

— Кошмар?

— Что-то вроде этого, — пробормотала я, все еще полусонная.

— Твою сестру зовут Ноэлль?

— Да, а что?

— Ты выкрикивала ее имя.

— О. — Что еще я могу на это сказать?

— А кто такой Аллин?

— Мой младший брат. Я тоже выкрикивала его имя?

— Не сегодня, но иногда ты бормочешь его имя, когда спишь.

Замечательно, подумала я кисло.

— Пережил ли он чуму? — спросил Керрик.

— Я не знаю. Он исчез вместе с моей сестрой и матерью.

— У тебя есть еще сестры или братья?

Я догадалась.

— Если ты думаешь, что можешь использовать мою семью, чтобы заставить меня согласиться исцелить Райна, это не сработает. Я была в бегах в течение трех лет, и за все это время я не обнаружила ни одной подсказки, где может быть моя семья. Узнав, что моя сестра может быть жива и в каком-то тренировочном лагере, поразительно. Но даже это не сработает для тебя, так что я предлагаю тебе найти другой способ.

— Ты очень низкого мнения обо мне, не так ли?

— Никто больше не обманывал меня, не морил голодом, не приковывал к дереву и не позволял мне замерзать каждую ночь. Поэтому мне больше не с кем тебя сравнивать.

— А как насчет спасения из тюрьмы, наемников и уроков?

— Все для принца Райна. Не для меня. Ты ясно дал это понять. Райн — твой приоритет.

— Справедливо. Считать это. Очевидно, ты заботишься о Ноэлль. Что, если она была бы больна, и я был единственным, кто мог спасти ей жизнь? И ты знала бы, что если она выживет, она сделает великие дела для тысячей людей. Что бы ты сделала после того, как я отказался бы ее лечить, потому что слышал, что она ударила своего брата?

Ударить брата или сестру — это не одно и то же.

— Я бы не стала прибегать к насилию или запугиванию. Но я понимаю твою точку зрения и, да, я приложу все усилия, чтобы изменить твое мнение о Ноэлль. Я не возражаю против историй, уроков или того, чтобы быть заключенным, не так, как моя жизнь раньше была лучше. Мне не нравится, когда со мной обращаются как с средством достижения цели. То, что я думаю или чувствую, не имеет значения, пока я с тобой согласна. Это может сработать для ваших мужчин, которые решили быть здесь, но не для меня.

Взгляд Керрика отдалился, и я подумала, поймет ли он наконец. Что усложнило бы мне жизнь, так как его тактика запугивания только укрепила мою решимость не лечить Райна. Но, как обычно, он не дал мне никаких указаний, что я достучалась до него.

— Белен строгал ножи из веток. У него завтра запланирован напряженный день. Иди спать Аври, — сказал Керрик.

Шок прошел через меня. Керрик назвал меня по имени, и я подозревала, что наши отношения изменятся. Но будет ли это хорошо или плохо?

Даже с предупреждением, я не думала, что Белен будет работать со мной так усердно. Он заставил меня повторять метать ножи, как по неподвижным, так и по движущимся целям, пока он не был удовлетворен. Затем он нарисовал маленькие кружочки и попросил меня целиться в них. Как только мне удалось поразить меньшие цели, мы начали с основной защиты ножом, используя деревянные ножи, которые он вырезал.

Ушибы, боль и усталость, я без труда впала в глубокий сон в ту ночь. Никакие кошмары не нарушали мой отдых, но Керрик все равно встряхнул меня. Я в замешательстве моргнула.

— Пойдем, — сказал он.

— Зачем? Они обнаружили наше укрытие?

— Нет. Но мы должны уйти сейчас, если хотим вернуться к рассвету.

— Уйти куда? — Мои мысли были словно погружены в мед.

— Навестим твою сестру.

Глава 12

Я была шокирована Керрик только что сказал…?

— Навестить мою сестру? — Я повторила.

— Да.

— И что же я должна пообещать тебе взамен?

— Ничего.

Я смотрела на него, ища настоящую правду. Но он вернул мне мой взгляд с редким открытым выражением. Белен стоял позади него с широкой улыбкой на лице. Интересно. Чтобы не упустить прекрасную возможность, я откинула покрывало, натянула ботинки и накинула плащ на плечи.

— Ты за главного, пока мы не вернемся, — сказал Керрик Белену.

— А если вы не придете к утру?

— Пойдешь искать Аври в тренировочном лагере. Не беспокойся обо мне.

— Да, правильно.

Пробормотал себе Керрик под нос.

Я быстро обняла Белена.

— Спасибо, — прошептала я на ухо.

Он пытался действовать наивно.

— За что?

— Белен обещай мне не играть в покер.

— Слишком поздно. Обезьяны обчистили меня несколько месяцев назад.

— Ох, Белен.

— Это всего лишь деньги, Аври. Шевелись или Керрик уйдет без тебя. — Он отмахнулся от меня.

Теперь настала моя очередь бормотать, когда я последовала за Керриком из пещеры в темный лес. В безоблачном ночном небе не было луны.

Керрик повернулся ко мне.

— Хочешь…? — Он протянул руку. — Мы сможем идти быстрее, если…

Я несколько раз моргнула. Керрик стесняется? Обычно он просто хватал мое запястье и тащил меня. Хороший Керрик был страшнее, чем злой Керрик.

Отвечая на его заданный вопрос, я протянула в его теплые руки свои холодные пальцы. Магия пробежала через руку, и объекты в лесу стали ясными, как будто солнце только что поднялось.

Он ускорился. Впервые, поспевать за ним было легко. Через его магию я почувствовала, что мы одни в этой части леса, и у меня было несколько вопросов.

— Откуда ты знаешь, что она моя сестра?

— Я осмотрел лагерь. — Он взглянул на меня. — Она похожа на тебя, и она борется с знакомым упорством. Я видел, как она побеждала больших противников. Если она не твоя сестра, тогда я откажусь от командования в пользу Блохи.

Надежда смешаная с гордостью. Опасная комбинация, но я больше не могла подавлять эти чувства.

— Как мне с ней поговорить?

Охрана вокруг казарм слаба. Я вошел без проблем, никого не встретив. Это старое здание, где раньше размещались тысячи солдат, поэтому у всех новобранцев есть свои комнаты.

Я подумала. Возможность поговорить с ней была бы невероятной, но что, если она была несчастна? Как я могла оставить ее там?

— Что если она захочет пойти с нами? — Я подготовилась к его ответу.

— Тогда мы вернемся за ней.

Я остановилась.

— Что происходит? — спросила я. — Я же говорила, что не буду давать обещание…

— Я знаю. Несмотря на то что ты думаешь, я не такой жестокий. — Он вздохнул. — Мое поведение было… непростительно. Этим я могу показать тебе, что ты больше чем инструмент для достижения цели.

Не смотря на то, что я осталось подозрительной, я не могла отказаться от его помощи.

— Ты разрешишь ей путешествовать с нами?

— Нет. — Он поднял руку, чтобы остановить мой протест. — Это слишком опасно для нее. Черт, это довольно рискованно для нас. Я думал мы оставим ее с Матушкой.

Он продумал все от начала до конца! Вернуться к Матушке, это удлинит наше путешествие на недели. Я должна бояться, так как он сможет использовать этот акт доброты в будущем, но безопасность Ноэлль была всем, что имело значение.

— Тогда, что я должна ей сказать? — спросила я

— Пусть соберет сумку и спрячет ее. Когда мы покинем этот район, мы придем за ней. Предупреди ее, что снова будет середина ночи, и может пройти пара недель, прежде чем мы сможем уйти.

Мы продолжили идти в тренировочный лагерь, замедляясь подходя к нему. Как Керрик сказал, лишь несколько охранников патрулировали полуразрушенный деревянный забор. Когда двое из них исчезли за углом, мы пролезли через щель между досками. Просто внутри забора горело кольцо факелов, создавая круги света. Мы бросились в тень, прижимаясь к баракам. Скользя вдоль стены, мы достигли одной из боковых дверей.

Керрик использовал отмычки и взломал замок. Он проскользнул внутрь, и я последовала за ним, закрыв за собой дверь. Он направился прямо к двери, на полпути по коридору. Я не потрудилась спросить, как он узнал, где находится комната Ноэлль.

— Я подожду здесь, — он прошептал. — Только не надолго.

Внезапно занервничав, я повернула ручку, войдя в комнату. Керрик закрыл дверь. Односпальная кровать, ночной столик и письменный стол украсили небольшое пространство. Слабый желтый свет светил в окно, освещая черные волосы, рассыпавшиеся по подушке. Подойдя ближе, я забеспокоилась. Что если она не была Ноэлль? Что если девушка закричит? Не желая ее пугать, я остановилась в полуметре.

— Ноэлль, — я прошептала.

— Ммм?

Некоторые вещи никогда не менялись. Мы жили в одной комнате, и я будила ее посреди ночи, чтобы обсудить вопросы, которые в то время казались настолько важным, что я не могла дождаться утра. Я опустилась на колени при знакомой реакции.

— Ноэлль, — я сказала немного громче.

Она вскрикнула.

— Все в порядке. Это я.

— Кто я?

— Аври.

Шок заменил страх, когда наши взгляды встретились.

— Ты жива?

Глупый вопрос, но учитывающий обстоятельства.

— Да. Я искала мою маленькую тень в течении многих лет.

Она набросилась. На долю секунды я подумала, что она собирается напасть на меня, но она обняла меня и сжала так сильно, что я боялась за ребра. Ноэлль уткнулась лицом мне в шею. Я держала ее, вдыхала ее запах, поток эмоций переполнял меня.

Зная, что Керрик ждет снаружи, я неохотно оттащила ее. Ее глаза блестели, но, в отличие от меня, она не плакала.

— Как ты? — начала спрашивать она.

Я оборвала ее.

— Что произошло с мамой и Аллином?

Она напрягаясь, а ее взгляд стал леденым.

— Умерли.

Я дернулась, как будто она ударила меня. Подозревая, что они были мертвы, я чувствовала себя намного лучше, чем узнав правду. Подтверждение прорезало меня насквозь, и мне не удалось восстановить дыхание.

— Почему ты не вернулась домой?

Сейчас она не была похожа на мою маленькую тень, и вела себя как незнакомка.

Я в замешательстве посмотрела на нее.

— Я вернулась домой, но тебя уже не было.

— Почему ты так долго ждала? Я отправила кучу писем, как только они заболели, умаляя тебя вернуться домой.

— Письма?

— Не притворяйся, что не получила их. Я подробно описала симптомы. Ты должна была знать, что это чума, раньше нас. Я не могу поверить, что ты послушала Гильдию. Нет ничего важнее, чем семья.

Это заняло много времени, но я думаю, что Тара спрятала или уничтожила письма Ноэлль. Она знала, что я побегу домой помочь своей семье, не смотря на детективу Гилдии о чуме.

— Ноэлль у меня нет времени объяснить тебе все прямо сейчас, но прошу дай мне этот шанс. — Говоря быстро я изложила план ее спасения, кратко описав Керрика и его людей.

— Принц Керрик из Алга? — спросила она.

— Он не принц, поверь мне. — Я взяла ее руки в свои. — Пожалуйста пойдем с нами. У нас будет много времени, чтобы поговорить вместе обо всем.

— Конечно, я пойду. Я ненавижу это место.

Я обняла ее с облегчением.

— Я так сильно по тебе скучала.

Дверь открылась, Ноэлль отстранилась, когда Керрик просунул голову.

— Нам нужно идти, — сказал он и затем убрал голову.

Я передала ей его инструкции.

— Это может занять пару недель, но я обещаю, мы вернемся за тобой.

Она кивнула.

— Я буду ждать.

Мы вернулись в пещеру за час до рассвета. Ребята уже заждались нас. Для меня все изменилось, хотя ничего не поменялось. Лежа в своих спальниках у костра, Лорен и Квейн все еще спорили, Блоха приветствовал меня своей усмешкой, а Белен все еще был папой медведем, улыбающимся, когда он следовал за нами. Он был на страже.

Блоха сел.

— Это была она?

— Да, — ответила я.

— Я знал это! А ты мне еще не поверила.

— Слишком много совпадений, это могла быть ловушка.

— Почему совпадение не может быть хорошим?

— Я думаю, что в Ризане есть закон против этого, — сострил Квейн.

— Я за то, чтобы избегать Ризан, — сказал Керрик.

— Не хочешь столкнуться с командой скелетов Зейна снова?

— А ты?

— Не без сотни вооруженных людей рядом со мной. Эти люди…

— Больные подонки, — сказал Квейн.

— В смысле? — спросила я.

— Во-первых они используют кости как оружие, броню, палатки, а во-вторых…

— Этого достаточно Квейн. — Затем Белен спросил меня. — Ты узнала об оставшихся членах семьи?

Квейн хлопнул по нему.

— Отличный переход, Лорен. Ты имел ввиду, что семья Аври сумасшедшие.

— Только ты можешь установить эту связь, болван. Я пытался сменить тему. Если только ты хочешь вспомнить то время, когда люди Зейна чуть не содрали с тебя кожу заживо?

— Нет, — сказали вместе Квейн, Блоха и Белен.

— Еще хорошие новости? — спросил меня Блоха.

Я покачала головой с печалью.

— Жертвы чумы. Ноэлль, последняя кто у меня остался.

— Я сожалею, Аври. — Белен продолжил. — Я потерял сестру и маму. Моя младшая сестра и отец выжили.

— Родители и сестра пропали. Один брат и двоюродная тетя скончались.

— Моя жена и… — Лорен прикрыл глаза. — И наш неродившийся ребенок умер вместе с ней.

Я прикусила губу, потеря ребенка показалась мне очень жестокой. Этот список мертвых и живых был неизбежен всякий раз, когда выжившие чувствовали себя комфортно друг с другом. Я была тронута, что они поделились со мной своими потерями

— Выжил только я и мой отец, — сказал Квейн в тишине. — Он продержался пару лет, но чума его настигла.

Блоха посмотрел на нас.

— Я не знаю, что хуже потерять семью или быть оставленным ею.

— Без семьи, которую можно потерять, — сказала я. — Это разбивает мне сердце, но лучше провести какое-то время с семьей, чем без нее.

— И они живут в наших воспоминаниях, — добавил Белен.

Блох поник.

— У меня нет воспоминаний о них.

— Так создай их, — сказал Белен

С замешательством, Блоха посмотрел на нас.

— Как когда ты ударил Белена в голень, — сказала я.

— И когда мы спасли Аври, — добавил Белен.

— А, — Блохе стало ясно.

Керрик предложил поспать несколько часов.

— Я останусь на страже, — предложил Белен.

— Ты будешь на страже всю ночь? — спросил Керрик.

Его смущенное выражение лица, говорило за него.

Керрик вздохнул.

— Белен, быть главным, не означает дежурить всю ночь.

— Я не могу уснуть.

Лорен оттолкнул одеяло.

— Я возьму следующее дежурство. Мое было несколько часов назад.

Я соскользнула в постель, так как усталость настигла меня. Горестные воспоминания о матери и брате сменили мое хорошее настроение из-за нахождении моей маленькой тени. Мое сердце разрывается на части. У меня не осталось сил, чтобы бодроствовать.

Через пару дней после того, как мы увидели Ноэлль, Керрик объявил о своих планах поехать на север, чтобы узнать, вернулась ли засада Эстрид с перевала.

— Основная часть ее армии находится за пределами Забина. Группа из перевала, скорее всего, пойдет по пограничной дороге между Помитом и Выжем, чтобы встретиться с ними. Поскольку мы уже потеряли столько времени, я не хочу больше строить догадки ушли ли они. — Он посмотрел на меня.

Я не чувствовала себя виноватой за задержки. Нет причины, чтобы спешить к постели Райна, только для того чтобы не излечить его. Я боюсь реакции Керрика, когда это произойдет.

— Если я не вернусь через десять дней, немедленно покиньте это место, — сказал Керрик Белену. — Найди убежище и просидите там до весны, а потом перейдите с Аври через Девять Гор.

— Ты не должен идти один, — сказал Белен.

— Я один передвигаюсь быстрее. Не беспокойся, Белен, я не подойду слишком близко. — Он снова взглянул на меня, прежде чем уйти, и я подумала, как далеко его лесная магия растягивалась.

Белен нашел мне дело на следующие девять дней, он учил меня драться с ножом, защищаться от ножа и практиковал всему, чему научился. Я работала с Блохой ночью, показывая ему, как жонглировать четырьмя предметами.

— Два камня в одной руке, бросай и лови их одной рукой. — Я продемонстрировала движение. — Когда ты освоишь это для каждой руки, ты сложишь это вместе, так что будет похоже, что камни идут взад и вперед между руками, но ты действительно просто бросаешь одни и те же два камня одной рукой.

Блоха поднял камни.

— Это будет становиться все сложнее и сложнее, не так ли?

— Да.

— Прямо как с тобой, — сказал он.

— Что ты имеешь ввиду?

— Это должно было быть просто. Найти тебя, отвести к принцу Райну и все сделано. Но сейчас все очень сложно. А что если Керрик не вернется?

Странное маленькое чувство волновало меня. Блоха озвучил то, о чем я бессознательно беспокоилась — Керрик. Это же ерунда. Я сосредоточилась на вопросе Блохи.

— Тогда мы найдем его и спасем, если сможем.

— Но Керрик сказал…

— Подумай об этом, Блоха.

Это не заняло много времени.

— Белен не станет слушать.

— Не так уж сложно, когда ты перестаешь рассматривать все варианты.

— Нет, но… иногда у меня нет ответа на все вопросы.

— Никто их не знает. Мы делаем все, что в наших силах. А хорошие лидеры опережают нас на два шага вперед. Я начинаю понимать, почему ваш принц поручил эту миссию Керрику, а не Белену. Нужно определенное количество безжалостности.

Керрик не смог прийти и на десятый день. Белен мерил шагами, раздраженно рычал на всех, кто осмеливался предложить нам собрать вещи или искать Керрика. Он держал свой сердитый порядок медведя и в течение одиннадцатого дня.

Ближе к закату, Квейн, Лорен, Блоха и я собрались за пределами пещеры, и вне поля зрения и слуха Белена.

— Стоит ли следовать приказам Керрика, не смотря на настроение Белена? — спросил Лорен.

— Или мы должны узнать, что произошло с Керриком? — спросил Квейн.

— Мы должны уйти, — ответила я. — Если он у Эстрид, она в конце концов узнает, где мы прячемся. Мы можем начать спасательную операцию с нашего нового места. Если он задержится, он сможет легко нас отследить до нашего нового укрытия.

— Уйти сегодня вечером или утром? — спросил Лорен.

— Сегодня ночью, под покровом темноты, — сказала я.

— А что с твоей сестрой будем делать? — спросил Блоха.

— Там, где она сейчас, она в безопасности. Если есть шанс забрать ее до весны, я сделаю это, но я не буду рисковать всеми вами. Я всегда могу вернуться за ней позже. — Недолго думая, я взяла на себя роль лидера, и, как я уже сказала Блохе, нужна была определенная беспощадность. В этом случае моей сестре придется подождать.

Мужчины вернулись в пещеру, чтобы начать собирать вещи, несмотря на протесты Белена. Прежде чем я вошла, ветер сменился, и я уловила дуновение весеннего солнца и живой зелени. Я повернулась к ветру, ожидая увидеть Керрика, стоящего там. Разочарование причинило боль, пока я не вспомнила, что я его ненавидела. Пока я не поняла, что он, вероятно, бродит вокруг, чтобы посмотреть, что мы будем делать без него. Типичный он.

Глубоко дыша, я пошла на север, следуя запаху Керрика, пока не потеряла его так быстро, как нашла. Я стянула перчатки и прижала ладони к холодной земле. Сильная магия покалывала мою кожу, пульсируя на юге. Он двигался по ветру от меня.

Я выпрямилась и развернулась. Никого, но я не собиралась доверять своим глазам на этот раз.

— Я знаю, что ты здесь. Больше нет смысла тратить энергию, — сказала я.

Керрик появился рядом с деревом в нескольких футах передо мной. Он использовал свою магию, чтобы слиться с темнеющим лесом. Выражение его лица было каменным.

— Как давно ты вернулся? — я спросила, пытаясь казаться раздраженной, чтобы скрыть свое облегчение.

Вместо того, чтобы ответить, он спросил.

— Ты меня унюхала, не так ли?

— Я спросила первой.

— Ты должна была, — размышлял он больше про себя, чем разговаривая со мной. — Ты не использовала магию, пока я…

— Да, я проследил за твоим смрадом. В этом нет ничего особенного. Не тогда, когда ты играешь, заставляя своих людей волноваться и обдумывать мятеж.

— Мои люди? Час назад они были твоими людьми, готовыми напасть на Белена, чтобы выполнить твои приказы. — Он склонил голову набок. — Забавно, я не назначал тебя лидером, когда уходил.

Я скрестила руки на груди.

— Ты приказал или не приказывал Белену покинуть это место, если не вернешься через десять дней?

— Приказывал.

— В случае, если ты пропустил это, мы все еще здесь. Опасное место, если бы ты был под стражей у Эстрид или даже у наемников. Белен слишком добр, чтобы уехать без тебя. Кто-то должен был быть голосом разума.

— Ты? Голос разума? В это трудно поверить.

Его мерзкий укол был неуместен. Я нанесла ответный удар.

— Поскольку мне было все равно, вернешься ли ты или нет, у меня не было проблем с принятием решений на основе логики.

Не желая продолжать этот бессмысленный разговор, я направилась к пещере. Злой голос Белена дошел до меня задолго до моего прихода. Он держал Квейна в замке. Спальники и одеяла были разбросаны по пещере. Блоха и Лорен держались на расстоянии от бушующего папы медведя.

— Белен, — сказал Керрик.

Все повернулись. Напряжение рассеялось, и улыбки облегчения заменили напряженные выражения. Белен выпустил Квейна, который надулся и потер свою шею.

— Что случилось? — спросил Лорен Керрика.

Керрик бросил на меня взгляд, прежде чем сказать.

— Я задержался. Но у меня есть хорошие новости. Люди Эстрид возвращаются домой, и никаких следов наемников. — Он просмотрел на беспорядок. — Мы уйдем завтра вечером, потом Аври я заберу твою сестру.

Блоха и обезьяны собрали свои вещи, но прежде чем Белен смог присоединиться к ним, Керрик сказал.

— Белен, на пару слов. — Он вывел Белена наружу.

Мы все переглянулись.

— Белен не должен попасть в неприятности, — сказала Блоха. — Он оказался прав. Не было никакой опасности.

— В этот раз, — сказал Лорен.

Я собрала свой рюкзак рано утром. Это не заняло много времени. Слишком много часов осталось до того, как я буду с сестрой. Я прожила три долгих года без нее, но мысль о том, что нужно подождать до полуночи, казалась невыносимой.

Необычайно подавленный Белен проводил со мной учения по ножевой защите, которые помогли скоротать время. Но после ужина я не могла успокоиться.

— Ты должна отдохнуть, — сказал Керрик. — Это займет по крайней мере целый день, прежде чем мы сможем снова поспать.

— Почему бы вам не рассказать ей еще одну историю о Принце Райне. — Сказал Квейн. — Это всегда помогает ей уснуть.

Я приглушенно рассмеялась над кислым выражением лица Керрика.

— Расскажи ей о Джаэль, — сказал Белен шепотом. Он смотрел на пламя, а не на Керрика. — Расскажи Аври, что если бы не Джаэль, ты бы убил Райна.

Я взглянула на Керрика, ожидая рассерженной реплики. Но он остановился. Керрик стоял без единого слова и ушел. Через минуту прибыл Лорен. Он потер руки над огнем, чтобы согреть их.

Чувствуя настроение, Лорена спросила.

— Что я пропустила?

— Ничего. — Белен бросил бревно в огонь. — Абсолютно ничего.

Я лежала в своей постели, но не могла уснуть. Когда Керрик подошел разбудить меня, я села. Больше никто не спал. Когда я положила оставшиеся вещи в рюкзак, остальные также спрятали свои вещи.

— Мы встретимся с вами к югу от Забина около полудня, — сказал Керрик Белену. — Если мы не приедем позже…

— Я знаю, — сказал Белен.

Мы вместе покинули пещеру. Забрав наши рюкзаки, Белен повел остальных на северо-запад, а мы с Керриком направились на север. Он протянул руку, и я без колебаний взяла ее. Благодаря его связи с лесом, я почувствовала расположение остальных. Удобно.

Добраться до тренировочного лагеря не заняло много времени. Ничего не изменилось. Мы снова без проблем проскользнули внутрь барака.

Я разбудила Ноэлль.

Она уставилась на меня на мгновение.

— Ты вернулась обратно.

— Я говорила, что заберу.

— Керрик с тобой?

— Да, он в коридоре. Ты готова идти?

Снимая покрывало, она села. Вместо ночного белья она надела тренировочную форму. Умная девочка.

— Очень мило с его стороны помочь нам — сказала она.

Я согласилась.

— Где ты спрятала свой рюкзак?

— Никто в нашем районе не помогал мне, когда мама и Аллин болели.

— Ноэлль нам нужно идти. Давай поговорим позже.

— Мне было десять лет. Никто мне не помог. Они умерли и оставили меня в одиночестве. Я была одна последние три с половиной года.

Я села рядом с ней и обняла ее за плечи.

— Теперь ты не одна, моя маленькая тень.

Она отмахнулась и встала.

— Не называй меня так. И ты совершенно права. Я больше не одинока. Ноэлль подошла к столу, схватила что-то большое похожее на расческу, и несколько раз ударила ей о дерево.

Острые звуки раскололи тихую ночь, грохоча за окном. Я вскочила на ноги и бросилась останавливать ее.

— Что…? — я застыла в ужасе.

Голоса кричали, сапоги барабанили, двери захлопнулись, и из коридора раздался безошибочный звук стали.

Ноэлль перестала стучать по столу. Она указала на дверь молотком.

— Ты слишком поздно. Снова. Мне не нужна твоя помощь.

Глава 13

Ноэлль ударила меня молотком.

— Ты…

Я увернулась.

Она поменяла направление.

— Оставила.

Я увернулась еще раз.

Бросившись вперед со своим оружием, она нацелилась на мой живот.

— Меня.

Я отскочила назад, но подошла ближе, когда она подняла молоток над головой. Когда она опустила руки, я схватила ее за запястья. Кожа к коже. Ноэлль боролась, но я держала ее крепко.

Она прокричала.

— Я ненавижу тебя. Я хочу убить тебя, но ты слишком ценная, — сказала Ноэлль чуть ли не прорычав это.

Ее слова обожгли мое сердце, как кислота. Я держала ее за запястья, но в конце концов не смогла ей навредить. Она столько всего пережила, что я больше не причиню ей боли.

Дверь распахнулась. Голоса приказали мне отпустить ее. Я вырвала молоток из ее рук и развернула ее лицом к страже. Потом я выхватила мой нож из портупеи и прежде чем кто-нибудь среагировал, бросила лезвие в ближайшего солдата, глубоко вогнав в его плечо. Он закричал.

Я швырнула молот в окно. Стекло разбилось вдребезги с оглушительным треском. В два молниеносных шага, я достигла разбитого окна и нырнула вниз. Ударившись плечом о твердую почву, я покатилась. Несмотря на боль я встала на ноги и побежала. Последовали крики и проклятия, но я не остановилась, пока не перелезла через забор.

Вместо того, чтобы бежать в лес, я повернула налево и кралась вдоль забора. Когда нашла темный участкок, я прижалась к деревянным доскам, надеясь слиться с толпой.

Я начала задыхаться, когда самые быстрые солдаты достигли барьера. Мое сердце перестало бешено биться, когда солдаты приземлились на мою сторону. Они посмотрели в обе стороны. И как только я почувствовала, что теряю сознание, они направились в лес.

Вздохнув от облегчения после того, как последний из них исчез, я едва смогла восстановить самообладание. Все произошло так быстро, но за те годы, что я провела в бегах, я научилась не колебаться, даже когда собственная сестра пыталась ударить меня по голове молотком.

Пока мое сердце сжималось от паники и страха, я скрывалась в тени забора, до того как нашла щель, достаточно большую, чтобы в нее нырнуть. Солдаты обыскивали территорию. Через несколько минут дверь в конце казармы распахнулась. Мужчины выскочили. И в середине плотной группы был Керрик.

Кровь капала с его раны на лбу. Он хмурился, когда они его тащили. Его руки были скованы за спиной. Они отвели его в квадратное здание в северо-западном углу лагеря. Возможно, тюрьма или место, где они смогут его допросить.

Что теперь? Догнать Белена и остальных было бы разумно. Это было бы то, что Керрик хотел бы, чтобы я сделала. Но чувство вины не позволяло мне быть умной. О, нет. Чувство вины, знало, что мы пришли сюда ради меня. И что мне нужно исправить это. Оставалась проблема, как его спасти.

Я подумала о том, что в мою пользу. Элемент неожиданности — так как они, надеюсь, предположат, что я убежала в лес — мои способности и нож. Чтобы сохранить оптимизм, я пропустила длинный список вещей которые были против меня.

Ожидая пока в лагере утихнет, я заняла удобное положение и смотрела через щель. Пока я дрожала в своем плаще мои мысли возвращались к Ноэлль. Яд в ее голосе и ярость во взгляде все еще горели в моей голове. Чувство вины усиливалось. Я вспомнила, что мне показалось странным, что какое-то время я не получала письма из дома, но я была настолько погружена в свое обучение, что не уделила время, чтобы узнать, почему. Ноэлль имеет причину ненавидеть меня, я отказалась от нее. Желание загладить свою вину, объяснить, удержать ее, пока она не простит меня, пульсировало в моей груди. Тем не менее, Керрик был первым, а позднее, если бы у меня было время, я бы нашла ее снова.

Солдаты, которые побежали в лес вернулись. Лагерь медленно успокаивался, и те кто искал постепенно расходились. Несколько человек покинули квадратное здание, но слишком много осталось внутри. Первый этаж освещали факелы.

Когда я почувствовала себя максимально уверенно, учитывая обстоятельства, я перелезла через забор и бросилась в тень здания. Крики тревоги не пронзили воздух. Я сделала глубокий вдох. Прижимаясь к стене, я подкралась к одному из окон и заглянула внутрь.

Яркий свет ослепил меня на мгновение. Несмотря на стекло, я услышала, как мужчина спросил.

— Куда она идет? — Не было ответа. Затем послышалась громкий шлепок.

Мое зрение восстановилось, и у меня был беспрепятственный обзор кровавой спины Керрика. Я закрыла глаза, но не смогла выкинуть из головы вид его запястий, прикованных к двум столбам. Он стоял между ними без рубашки. Человек, задававший ему вопросы, держал кнут. И каждый раз, когда Керрик отказывался отвечать, другая уродливая кровоточащая отметина присоединялась к остальным.

Более пяти солдат были свидетелями порки. Слишком много для меня, чтобы напасть. Не в силах смотреть, я опустилась на землю. Я прикусила палец, когда пытки продолжились. Скажи ему что-нибудь, я молча убеждала Керрика, но он упрямый человек и ничего не говорил. Он не издал ни одного звука за все время. Это продолжалось час или больше, но чувствовалось как дни. Единственное, что удерживало меня чтобы не сдастся, это тот факт, что он бы ни за что не пострадал, если бы я просто пришла одна.

Солдат, наконец, остановился. Он пообещал вернуться с магом и ушел вместе с тремя другими. Двое остались. Могу ли я справиться с двумя? Мне придется это сделать.

Я сняла плащ и спрятала его. Моя черная рубашка и брюки напоминали тренировочную форму. Я скрутила волосы в шишку. Теперь самое сложное, идя, как будто я принадлежу этому месту, я направилась к питьевому колодцу. Мне повезло, никто не крикнул, и я нашла большое ведро и ковш. Наполняя ведро, я вернулась в квадратное здание.

Дверь была заперта, и я постучал в нее. Солдат выглянул.

— Что?

Я подняла ведро.

— Командир приказал мне принести заключенному воду, сэр.

Он отошел в сторону, пропуская меня. Другой прислонился к дальней стене. Он вглядывался в меня задумчиво сжимая пухлые губы. Керрик больше не стоял, а висел между столбами.

— Хотите сначала выпить, сэр? — я спросила у охранника.

— Конечно.

Я подняла ковш, полный воды. Он взял его у меня и наклонил голову, чтобы выпить. Только один шанс. Я тронула его шею тремя пальцами и послала поток силы. Солдат наклонился вперед, когда тот другой выкрикнул его имя. Я позволила ему упасть, вытащила нож и вовремя повернулась, чтобы встретить пухлые губы.

Он не достал свое оружие. Остановившись, он потянулся за мечом. Я не стала ждать; я бросила нож, целясь в его правое плечо. Тяжело размахивать тяжелым лезвием с ножом, вонзенным в плоть и мышцы. Потом я поспешила к нему. Схватив его за руку, я излила в него магию, перегрузив его чувства. Он закричал, а затем рухнул на землю.

Не теряя времени, я направилась к Керрику. Он потерял сознание. Я положил руки ему на грудь и поделилась с ним своей энергией. Керрик застонал и открыл глаза.

Он посмотрел на меня.

— Аври, что…?

— Ты можешь встать? — Я положила плечо ему под руку, чтобы помочь встать на ноги. На цыпочках, я осмотрела наручники вокруг его запястий. — Ты знаешь, где находится ключ?

— Нет.

Я обыскала двух охранников и нашла кольцо с маленькими серебряными ключами. Перетащив стул на столб, я встала на него. Конечно, правильный ключ должен был быть третьим последним, когда я пыталась открыть. По крайней мере, отпирание второго наручника заняло считанные секунды.

Короткая накидка Керрика и рваная рубашка были брошены в углу. К тому времени, как он оделся, и мы выскользнули из здания, предрассветный свет прокрался на три четверти ночного неба.

На полпути к свободе нас заметили.

— Быстрее. — Попросил Керрик, когда солдаты преследовали нас.

Мы перелезли через забор и нырнули в лес. Как только мы вошли, Керрик схватил меня за руки. Магия задрожала на моей коже, когда мы катились вместе через кусты. Наши преследователи врезались в кусты. Я удивилась, как близко они подошли к тому, чтобы наступить на нас.

Это был третий раз, когда Керрик использовал этот трюк. Это было эффективно, но он долго не протянет. Моя магия вспыхнула в ответ на его ослабленное физическое состояние и жгучую боль. Вместо того, чтобы послать мою целительную силу, я поделилась большей частью своей энергии.

Прошли часы, прежде чем мы почувствовали себя в безопасности. К этому времени, Керрик едва мог стоять.

Я искала в своей памяти обычный способ облегчить его боль.

— Есть ли поблизости ключ или ручей?

Он кивнул головой. Я поддерживала его, когда мы двигались на восток. Добравшись до небольшого притока, я усадила его и помогла снять накидку. Его рубашка была пропитана кровью. Она цеплялась за раны и в нескольких местах высохла.

— Это будет больно, — предупредила я его.

Он рассмеялся.

— Трудно представить что-то хуже.

Я зачерпнула ледяной воды из ручья и вылила ее ему на спину.

Керрик зашипел.

— Признаю свою ошибку.

Как только его рубашка намокла, я вытащила ткань из рваных ран через голову. Затем я схватила горсть грязного осадка со дна ручья. Я пригладила грязь на необработанных порезах. Керрик побледнел.

Когда я закончила, мы оба дрожали в холодном утреннем воздухе. Температура была единственным, что удерживало его от потери сознания. У него была короткая накидка, но сначала грязь должна высохнуть. Мой плащ был в лагере, а его рубашка насквозь промокла. Я повесила его на ветку дерева.

— Я должна разжечь огонь? — спросила я.

— Нет. Ветер дует не так, лучше навес, — сказал он.

Я собирала ветки, лианы и листья онемевшими руками. Он дал инструкцию, и я построила небольшой приют. Используя грязь, чтобы заткнуть промежутки между ветвями, я завершила постройку.

Внутрь него рухнул Керрик. Я заползла, чтобы накрыть его плащом, но он притянул меня к себе.

— Ты замерзла. — Он накинул плащ на нас обоих, притягивая меня ближе.

Наше совместное тепло облегчило дрожь. Он заснул, но я все еще чувствовала лес вокруг нас, хотя он спал. Приятно знать, что никто не подошел близко к нашему тайнику.

Должна ли я исцелить его? Я спорила. Он бы этого не хотел. С низким уровнем энергии и без еды последние двенадцать часов, у меня не было бы сил защищаться, если бы я переняла его травмы. Тем не менее, его лесная магия была более полезной сейчас, чем моя целительная сила. Плюс он не должен больше страдать. Это была моя вина, что его схватили в первую очередь. Если нас обнаружат, он может замаскировать нас. Я очень надеялась, что до этого не дойдет.

Его рука обвилась вокруг моей талии. Я положила руку ему на предплечье, освобождая магию. Она перетекла в него. Порезы на спине пульсировали, но не были такими острыми, как раньше. Я собрала энергию, втянув ее в себя. Моя спина горела. Моя туника раздражала рваные раны. И мой висок сильно пульсировал.

Тогда казалось, будто корни в земле разрастались, окутывая меня коконом живого зеленого и весеннего солнца. Боль ослабла, и я уснула.

— Аври, — Керрик сумел сказать мое имя как с досадой, так и с раздражением.

Я открыла глаза, но темнота осталась.

Рука Керрика прижалась к моей спине.

— Ты можешь двигаться?

Потянувшись, я проверила свой диапазон движения. Мои мышцы были напряжены. Ткань рубашки прилипла к моей коже.

— Нужно ли мне покрыть твою спину грязью? — спросил он.

Я села и потянулась под рубашку. Коснувшись рубцов вдоль нижней части спины, я почувствовал линию струпьев.

— Нет.

Керрик выскользнул из навеса.

— Дай мне посмотреть под лунным светом.

Ноющая скованность замедлила меня. Я почувствовала себя старой бабушкой, когда вышла к нему. Быстрый ветер создавал мурашки по коже. Он задрал мою рубашку. Ледяной воздух проник глубже. Я дрожала.

— Раны уже наполовину зажили. — В его голосе была нотка страха. — Почему? Я думал, ты ненавидишь…

— Я ненавижу. — Я натянула рубашку и отошла от него. Даже для меня, порезы не должны, так быстро заживать. Если только… — Как долго мы спали?

— Около десяти часов.

Не успело бы, но я не собиралась приписывать более быстрое восстановление лесной магии Керрика. Это ничего не изменит. Тем не менее, маленький голос в моей голове не был тих. Это аргументировало, что он, должно быть, спас мою жизнь, когда я получила травму Белена. Я бросила раздражающий голос в глубокий колодец в своем уме и заперла крышкой.

— Что случилось? — спросил Керрик.

— Ничего. Разве мы не должны идти? Нам нужно перехватить Белена и ребят, пока они не начали штурмовать тренировочный лагерь.

Он предложил мне свою накидку, но его рубашка не высохла. Она была замерзшей.

— Я буду в порядке, пока мы будем двигаться. — Я также проигнорировала его руку.

Но после часового хождения в лесу, я не протестовала, когда он провел пальцами по моим. Я также не жаловалась позже, когда он обнял меня за плечо и притянул к себе, делясь своим теплом.

Мы остановились на рассвете. Не говоря ни слова, мы построили убежище и съели орехи, которые нашел Керрик. Лежа рядом с ним, я смотрела на серый пейзаж. Еще раз его рука обняла меня за талию, но я почувствовала напряжение в его мышцах и поняла, что он не спит.

— Прости меня за сестру, — сказала я.

— Ты не могла знать, что она устроит нам засаду.

— Она жила многие годы в одиночестве и так сильно изменилась, но все же она дала мне много подсказок, когда я разговаривала с ней в первый раз. Я скучала по ним. И посмотри, что случилось…

— Это помогло.

— Не без значительных… последствий. И это заставляет меня задуматься, что еще я упускаю?

— Не многое проходит мимо тебя, Аври.

— Но моя сестра…

— Это другое дело. Она ведь твоя сестра. У всех нас есть слепые пятна, когда дело доходит до семьи.

Я почувствовала себя немного лучше.

— У всего этого есть один положительный момент, — сказал он.

— Сложно поверить.

— Я знаю, я сам немного шокирован, но я подумал, что если ты вернулась за мной, которого ненавидишь по правильным причинам, то есть надежда, что ты вылечишь Райна, которого ненавидишь по неправильным причинам. На самом деле, я абсолютно уверен, что твой собственный быстрый интеллект изменит мнение.

Я фыркнула.

— Абсолютно уверен? Ты говоришь, как Белен.

— Приму это за комплимент.

На следующую ночь мы догнали Белена, Лорена, Квейна и Блоху. Они направлялись в тренировочный лагерь. Белен потребовал объяснить нашу задержку.

— Мы столкнулись с некоторыми проблемами, — сказал Керрик.

Блоха огляделся.

— Где Ноэлль?

— Она передумала. — Ответил за меня Керрик. — Давайте идти дальше.

Рада, что у меня есть рюкзак, я использовала свое одеяло в качестве плаща. Керрик взял на себя инициативу, направляя нас на северо-запад через темный лес.

Пока мы путешествовали, Лорен шел рядом со мной.

— Я предполагаю, что в этой истории больше, чем несколько неприятностей, — сказал он.

— Ничего особенного, — сказала я. Даже следуя за Квейном, я чувствовала, что могу споткнуться о невидимый корень и упасть в любой момент. Я упустила связь с лесом.

— Конечно. Так где твой плащ, что с этим порезом на лбу и почему ты больше не смотришь на Керрика?

— Моя сестра сделала это. И я храню свой взгляд до следующего раза, когда он выведет меня из себя.

Лорен усмехнулся.

— Это не займет много времени.

Я согласилась. Хотя мне было интересно, почему он не рассказал им о засаде или порке. И почему я не хотела об этом говорить? У меня было много секретов Керрика. Почему? На ум сразу не пришло никаких причин. Возможно, я могла бы использовать их в качестве рычага. Что-то вроде того, что если бы Керрик не сделал что-то, то, я бы рассказала другим о его магии. За исключением того, что это не сработает. Как я только что поняла, он не из тех, кто поддается угрозам или требованиям.

Мы остановились на рассвете. Ночлег днем и путешествие по ночам будет нашим новым режимом. Лорен развел небольшой костер. Я сидела как можно ближе к огню, пытаясь прогнать холод, который поселился глубоко в моих костях. Мои мышцы болели, и исцеляющие порезы на спине чесались, как сумасшедшие.

— Какой план? — Спросил Белен Керрика.

Все собрались, чтобы поесть беличий суп Лорена.

— Мы остановимся у Забина и купим немного провизии. — Керрик постучал ложкой по нижней губе.

— Но ты сказал, что основная часть армии Эстрид располагалась лагерем снаружи Забина, — сказала я.

— Они разбили лагерь к востоку от города. Пока мы избегаем их и не задерживаемся в городе, все будет хорошо.

— Тогда в чем дело? — Подсказал Белен.

— Тогда это становится немного… непросто.

Белен взглянул на меня, как будто я знала, что знал Керрик, но я тоже была в непонятках.

— Сложно как? — Наконец спросил Лорен.

— Эстрид скоро узнает, что Аври не умерла. А что Эстрид знает, наемники и Тохон также узнают, — сказал Керрик.

— Так что проблема была людях Эстрид, обнаруживших у Аври чудесное выживание? — Белен спросил.

— Да.

— Затем нам нужно добраться до горного перевала, прежде чем они это сделают, — сказал Белен.

— Это было бы логичным следующим шагом.

— Я чувствую это, но приближение, — сказал Квейн.

— Но, — сказала я. — Все знают, что это будет следующий логический шаг.

— Правильно. Эстрид и наемники Тохона будут направляться на перевал, — сказал Керрик. — И есть два возможных исхода. Мы доберемся до него первыми и нас будут преследовать через Девять Гор. Перевал ненадежен даже в хорошую погоду. Если мы поторопимся, мы можем упасть, и тогда эти последние два года были напрасны.

— Какой второй результат? — спросил Белен.

— Эстрид или наемники доберутся до первого перевала и мы заблокированы.

— Мы могли бы также дождаться весны, — сказала я. — У нас есть несколько различных маршрутов на выбор. — Тьфу, больше времени проведу с Керриком и его людьми, пытающимися изменить мое мнение о Райне.

— Разве это не было очевидно, а? — спросил Лорен. — У Эстрид много солдат. Через три месяца снег растает, она может перекрыть все проходы.

— Нет, если мы уже прячемся в предгорьях, — сказал Керрик.

— Я думаю, что я предпочел бы рискнуть пересечь горы зимой. — Квейн озвучил то, о чем я думала.

— Я помню одного джентльмена, который обнял утес, спускаясь в овраг глубиной в сто футов. Интересно, как бы он справился с восхождением по крутой ледяной дорожке шириной всего в фут с падением в две тысячи футов справа и отвесной каменной стеной слева?

Квейн посмотрел с тошнотой. Он проглотил свой следующий комментарий.

— Я тоже не люблю прятаться в предгорьях, — сказал Керрик.

Квейн и я сказали.

— Но…

Керрик криво улыбнулся.

— Но это лучший вариант на данный момент.

Мы прибыли в Забин рано утром следующего дня. Он расположен к северо-западу от Гжебьена, рядом с границей между Пометом и Выжем, город был больше, чем Гжебьен. Я спрятала одеяло обратно в рюкзак, прежде чем мы вошли в пределы города. Когда мы направлялись к центру, вид стольких людей на улицах был ошеломляющим, проведя так много времени только с парнями. К сожалению, среди горожан также ходили солдаты в униформе и служители в робах.

— Может, уйдем? — Белен спросил, когда мы заметили трио солдат, наблюдающих за рынком.

— Нам нужно снабжение. До Пети нет другого рынка, и это слишком далеко, — сказал Керрик. — Мы разделимся, чтобы не привлекать лишнего внимания. Блоха, ты с Беленом, Лорен и Квеин, Аври со мной. — Он раздал монеты и список предметов для каждой команды, чтобы купить. — Встретимся около северной дороги.

Керрик и я направились к женщине, продовавшей плащи, накидки и перчатки. Он не потратил время на рассматривание товара. — У вас есть серые плащи для путешествий ее размера. — Он показал на меня.

Женщина посмотрела на меня поверх своих очков.

— Боже мой, дорогая, ты не замерзла? — Она зло посмотрела на Керрика.

Она мне сразу же понравилась, напомнила мою маму.

Она осмотрела вешалку.

— У меня есть темно-серый, который может подойти. — Вытаскивая плащ, она обернула его вокруг моих плеч. — Меховая подкладка и множество карманов внутри, дорогая. Два больших кармана спереди. У вас есть перчатки?

— Да. — Я положила подарок Белена в карман брюк, когда спасала Керрика.

Она суетилась вокруг меня проверяя длину. — Ваша обувь слишком холодная для такой погоды. В этом году иглы на Лилии толше, чем в прошлом. Нам грозит опастность.

— Обувь хорошая, — сказала я.

Но она была полна решимости.

— У меня есть пара очень мягких. — Она показала высокие сапоги, такого же цвета как плащ. — Примерьте их.

Я взглянула на Керрика.

— Продолжайте. — сказал он.

Женщина была права, они были не только мягкими, но и мех согревал мои ноги. Они были устойчивы.

— Вы сможете ходить в них целый день и ни одного волдыря. — Она размахивала своими сапогами. — Я не хочу носить ничего кроме них. Я благодарю каждый день, что пережила чуму.

Что означает, что сапоги стоят целое состояние. Я не померила их.

— Они замечательные. — согласилась я. — Но у меня не достаточно денег.

— Не беспокойся, я продам их тебе по хорошей цене.

— Но…

— Мы возьмем их, — сказал Керрик. Он не стал торговаться, так как женщина продала их по хорошей цене и сдержала свое слово.

Он заплатил ей и мы прошли дальше через ряды товаров. Что сейчас сделал Керрик? Он пытался подкупить меня? Но это не в его стиле и мне было интересно узнать об золоте. Когда Белена атаковали наемники, Керрик предложил сорок золотых. Учитывая, что они путешествуют уже два года, у него было целое состояние.

— Это Райн дал тебе деньги? — спросила я.

— Да. Еще он дал мне лист с целителями из Гильдии. — Взгляд Керрика был задумчивый. — Когда он давал мне этот лист, тебя не было в списке. Как Райн узнал твое имя?

Потому что к несчастью я встретилась с этим негодяем, но я не смогла бы сказать об этом Керрику. Почему? Страх? Если он убедит меня спасти Райна, то я могу умереть. Страшно, верно.

Или может это была злость? Керрик знает, что со мной случится, после того как я спасу Райна и не показал ни малейшего сожаления по этому поводу. Я только слышала речь о великом благе, или о самопожертвавании, и о герое как утверждал Лорен. Возможно его беспокоила реакция Белена. Наверное у него не должно быть столько секретов от Белена.

— Аври?

Я посмотрела на него.

— Должно быть они также перечислили учеников.

Не ответила. Меня заинтересовала гильдия. Они собирали информацию о чуме, пока не были повержены. Интересно выжил ли дом Гильдии. Желая сменить тему я спросила.

— Дом Гильдии в нескольких милях отсюда к востоку от границы Выжа и Помита. Разве мы не проходим мимо него, по пути к предгорью?

— Мы пройдем близко. Зачем тебе это?

— Если хоть одна из записей уцелела, то она может помочь нам.

— Как?

Я объяснила про лекарственные растения.

— Так как мы будем прятаться пару месяцев, у меня будет время заняться чем-то кроме, практики боя с ножом.

— Пока нет опасности, то мы можем там остановиться. Это хорошая идея.

Он согласился слишком быстро, и это беспокоит меня.

Мы еще купили несколько припасов. После Керрик остановился в лавки с оружием.

— Последнее место. — Он перебрал кинжалы подбирая несколько.

Почувствовав покупателя, подошел владелец.

— Все они изготовленны из лучшей Зеинской стали.

— Они слишком тяжелые. У вас есть метательные ножи? — спросил Керрик.

— Да, господин. — Мужчина порылся под прилавком и достал черный мешок. Раскрыв мешочек, он показал с полдюжены узких клинков с маленькой кожаной рукояткой. — Они были выкованы вручную и благословены самим свещеником Касизом.

Керрик взял и протянул один мне.

— Как они тебе?

Я скрыта свое удивление, и оценила вес и посадку в руке кинжала.

— С ними легче обращаться, чем с ножами Белена.

— Я меня есть цель за спиной. Вы можете попробовать их, — сказал владелец лавки.

Он показал красный круг нарисованный на деревянном заборе. Я освободила правую руку от плаща сняв его. Прицеливаясь в центр, мое запястье хрустнуло. Нож летел прямо и быстро. Отлично. Я кинула остальные пять. Все они оказались в центре.

— Твоя меткость улучшилась, — сказал Керрик вытаскивая ножи из цели.

— Они очень легкие, это облегчает задачу, — сказала я.

Владелец улыбался.

— Есть ли у вас что-то более крепкое, но все же легкое, больше для самообороны? — спросил Керрик.

— У меня есть маленький милый стилет, которой похож на перо в вашей руке, но он крепкий, подойдите. — Он поспешил к своей лавке. Вытащив из коробки короткие кожаные ножны, он протянул их Керрику. — Сделанный из жидкого металла, добытого со дна Девяти Гор, край никогда не притупляется.

Керрик вытащил оружие. Оно выглядело маленьким в его руке. Он осмотрел рукоять, прежде чем отдать ее мне.

— Он ничего не весит.

Я бы была не так уверена, если бы не хороший баланс оружия.

— Как вы видете, — сказал владелец. — Лезвие на несколько дюймов длиннее стандартного кинжала, что даст преимущество вашей жене, если на нее нападут.

Я не отвела взгляд от стилета и не стала попровлять мужчину, для нас лучше если он считает нас парой. И меня не интересует мнение Керрика. Вместо этого я взмахнула оружием, как меня учил Белен.

— Как он тебе? — спросил меня Керрик.

Круглая рукоять из кожи отлично легла в мою руку. На конце имелся шаровидный противовес, и защитный кожух был небольшим.

— Идеально.

— Я возьму стилет и два набора кинжалов для метания, — сказал Керрик.

Владелец посмотрел на Керрика.

— Да, господин.

Он суетливо собирал оружие. Керрику же привычнее было торговаться с ценой оружия, чем с одеждой.

Он протянул мне стилет и ножи.

— Закрепи его на поясе.

Я так и сделала, прикрепила ножны на правое бедро.

Отдав же кожаный мешок с кинжалами, он сказал.

— Положи несколько в свой плащ, а остальные оставь в рюкзаке.

Мы срезали путь, когда уходили. Теплоодетой и вооруженной я чувствовала себя гораздо лучше, пока не оглянулась на торговца оружием. Он говорил с двумя солдатами, и указал на нас. Солдаты направились к нам, попутно подзывая к себе других.

— Керрик…

— Я вижу их. Похоже у нас проблема, я уверен, что солдаты следят за теми, кто покупает оружие.

Он не выглядел обеспокоенным. Я следовала за ним, мы вышли на боковую улицу, идущую от центра города.

— Мы запутаем их, а затем встретимся с Беленом и остальными, — проговорил он.

Хорошая идея, за исключением того, что солдаты прибавлялись, приследуя нас в городе. Окруженный зданиями Керрик не мог воспользоваться лесной магией.

На полпути по грязному переулку, он остановился. Нас ждали трое человек, как будто они знали, что мы пройдем. Раздался шум от множества сапог, отраженый эхом от кирпичей.

Я не знала, почему он колебался. Впереди нас только трое человек.

— Должна ли я использовать метательные кинжалы и расчистить нам дорогу?

— Это не сработает, — ответил он.

— Почему нет?

Керрик не ответил. Вместо этого он подошел к троим. Я последовала за ним на шаг отставая. Когда мы подошли ближе, я увидела, что двое человек из троих были женщинами. Дама посередине была ошеломляющей. Высокая и стройная с длинными блестящими светлыми волосами, большими голубыми глазами и пухлыми губами, которые широко расплывались в улыбке, она излучала красоту и мощную магию.

— Привет, Керрик, — промурлыкала магичка. — Похоже слухи о твоей смерти всего лишь преувеличение.

— Прости что разочаровал тебя, Джаэль.

Джаэль? Это та самая девушка, о которой говорил Белен. Солдаты остановились в нескольких футах от нас, будто в ожидании приказов.

— О, я не огорченна, ничуть. В конце концов ты пришел ко мне с подарком. — Она подошла ко мне и протянула руку. — Вы должно быть Аври из Казана, я так рада с тобой познакомится. Я Джаэль из Алга и жена Керрика.

Глава 14

Жена Керрика. Совершенно неожиданно, но это объясняет почему он не хотел говорить о ней. Джаэль смотрела прямо в мои глаза, когда пожимала мою руку.

Она сжала мои пальцы и держала их.

— Интересно, не разбила сердце даже. Что ты рассказывал ей обо мне, Керрик?

Он не ответил.

— Он ничего не говорилл мне, — ответила я. — Почему я должна расстроится? — За исключением того, что позади нас были солдаты.

Она поджала свои губы, размышляя.

— Потому что я могу вернуть его себе.

Я засмеялась.

— Пожалуйста забирай. Последние два месяца он был как заноза в моей заднице.

Джаэль отпустила мою руку.

— О, похоже, ты не изменился за четыре года, Керрик.

— Как и ты. Все еще говоришь ложь с серьезным лицом. — Он взглянул на меня. — Она не моя жена. Джаэль нравится пудрить мозги.

— По прошествию стольких лет остался жестоким? — спросила она. — Не убедительно, что милая целительница хочет избавиться от тебя. Раньше Керрик и я были помолвлены, пока меня не забрал более могущественный жених, почти уже у алтаря.

— Это не самые приятные воспоминания, и нам нужно идти, — Керрик схватил меня за руку и обошел ее.

Воздух окружающий нас сгущался, пока мы не остановились. Магия прокатилась по моему скальпу, как заряд.

— Мило, — проговорила Джаэль. — Но ты знаешь лучше Керрик. — Она повернулась к нам лицом. — Моя магия — это дар воздуха. Он подчиняется мне, и я могу контролировать даже ваше дыхание.

Я была в замешательстве, пока не почувствовала, что у меня заканчивается воздух в легких. Я боролась, чтобы сохранить его и вдохнуть побольше, но я не могла. Мои легкие напряглись, что даже появились черные и белые точки. Моя магия исцеления проснулась и сражалась с силой Джаэль. Стена воздуха удерживающая меня исчезла. Колени задрожали и я опустилась на землю, вдыхая воздух, но его было недостаточно.

— А она сильная. Джаэль произнесла это с впечатлением.

— Джаэль, прекрати, — сказал Керрик.

— О, ты о ком-то заботишься. Как слащаво, но она должна знать кто здесь главный.

В полубесознательном состоянии я потянулась к своей магии, но исцеление Керрика истощило мои силы. Мир исчезал, когда я задыхалась.

Я проснулась с сильной головной болью. К сожалению, встреча с Джаэль не была сном. Она сидела в кресле и читала книгу. Застонав я перевернулась. Кто-то отнес меня на диван.

— Рядом на столе чай для тебя, — сказала она. — Выпей его, он поможет с головной болью.

Я потянулась к чашке. Сев, я поборола тошноту и отпила немного теплой жидкости. Понемногу проходила резь в глазах, остальное я осушила в два глотка. Стало получше и я осмотрела комнату. Книжный шкаф, письменный стол, стул, еще кресло, стеклянные столы, все это заполнило комнату. Полуденный солнечный свет проникал внутрь, освещая красивый черно-серебряный ковер под столом. Огонь потрескивал в камине. Охранников не было у двери. Если бы не могущественная магичка, сидящая напротив меня, в комнате было бы более уютно.

Джаэль с глухим звуком закрыла книжку.

— Теперь мы можем поговорить с тобой наедине.

Интересно, куда они дели Керрика? Если она любила играть в игры, я не собиралась спрашивать ее о нем и дать ей что-то что можно использовать против меня.

— Не смотри на меня так испуганно, Аври. Я не какая-то Лилия смерти, готовая поглотить тебя. Если ты будешь сотрудничать, никто не причинит тебе вреда. На самом деле, я надеюсь, что ты присоединишься к нам.

— К вам?

— Моя свекровь верховная жрица Эстрид Озеро, помогает выжившим после чумы привести жизнь в порядок. Мы собрали целую армию, и у нас есть несколько магов, работающих с нами. Тем не менее, у нас были некоторые стычки — это побочный эффект от прогресса, и у нас было немало травм. Плюс болезни и инфекции взяли свое. — Она наклонилась вперед. — Нам нужен целитель. И, кажется, ты последняя, кто остался в живых.

Протянув руку она сказала.

— У тебя все будет, любая мелочь, ну и защита. Верховная жрица дала слово, что тебе не причинят вреда.

Да, работа мечты. Где же подвох? Просто тянет время, и я спросила.

— Ты можешь говорить за нее?

— Конечно. Мой муж ее старший сын, Станслов Озеро. Он был первым в очереди на трон, но оставил меня вдовой

Интересно, она расстроена, тем что стала вдовой, а не потеряла мужа.

— Разве у верховной жрицы нет другого сына?

— Да, но он умер от чумы вместе со своей женой. Они оставили маленькую девочку, единственную внучку Верховной Жрицы, но она очень больна. На самом деле, мы искали тебя некоторое время. Она хотела, чтобы ты сначала вылечила Нари, если это возможно.

— И где же Нари?

— Она этажом выше.

Удивленная, я спросила.

— Разве это безопасно?

— О, нет, но наши усилия по восстановлению мира распространились по всему Помиту, так что она в безопасности. И когда мы услышали, что ты в этом районе, мы рискнули догнать тебя.

Я встала.

— Покажи мне Нари.

Она поднялась на ноги. На ее лице застыло выражение шока, и эта была первая искренняя эмоция, которую я увидела от нее.

— Так значит ты присоединишься к нам? — спросила Джаэль.

— Мне нужно немного времени, чтобы подумать, но я не буду использовать больного ребенка как разменную монету.

— О.

Я застала ее врасплох.

Но это не продлилось долго.

— Пошли.

Я последовал за ней по роскошному коридору. Пламя мерцало от золотых подсвечников, на стенах висели замысловатые картины.

— Ты сказала, что слышала обо мне. — Я поинтересовалась. — От кого?

— Мы получили сообщение от тренировочного лагеря в Гжебьене.

Мои опасения по поводу пребывания здесь превратились в страх. Они знали о моей сестре. Это означало, что они могут использовать ее, чтобы заставить меня работать на них. К счастью, у Джаэль хватило порядочности не упомянуть об этом сейчас.

Мы поднялись по парадной лестнице. В комнате ребенка было все, что нужно. Няня вскочила со стула у кровати с балдахином. Она читала девочке. Длинные медные волосы развевались на бледном лице девочки. Пологаю, ей было около пяти лет.

Джаэль познакомила меня с племянницей. Не смотря на боль, отражавшуюся в ее глазах, она улыбнулась.

Я присела на край кровати и взял ее маленькую руку в свою. Она бросила на Джаэль испуганный взгляд.

— Какую историю тебе читала няня? — отвлекла я ее. Я выпустила свою силу, которая искала источник болезни у девочки.

— Эта история о Ниле, первом королевском чемпионе, кто пересек море Ронэль. Он был единственным, кто отважился попросить помощи морских драконов. — Тоненький голос соответствовал ее хрупкому телу.

Болезнь ее истощала.

— Это та история, где он возвращается с пятнадцатью драконьими чешуйками, которые превратились в воинов, когда благодарные слезы первой королевы коснулись их? — спросила я, когда собрала черные волокна болезни и вытащила их из нее.

— Да она. Воины выгнали племена в дикие земли, и за это первая королева подарила каждому землю, поэтому у нас было Пятнадцать Королевств.

Я заметила, что она использует прошедшее время. Если Эстрид продолжит расширяться, тогда было бы возможно, что пятнадцать королевств перестанут существовать вне историй. Боль укусила мой кишечник, когда истощающая болезнь поселилась глубоко в моих кишках.

Нари смогла сесть.

— Мой желудок больше не болит. — Она удивилась.

Отпустив ее руку, я сказала няне.

— Не позволяйте ей есть слишком много, иначе ее вырвет. Начните с супов в течение дня, затем постепенно вводите твердую пищу. — Я повернулась к Джаэль. — Есть место, где я могу прилечь.

— Да, конечно, в гостевой комнате. — Она привела в другую роскошную комнату.

Я проскользнула в кровать. Несмотря на острые боли в нижней части живота, я наслаждалась тем, какой был мягкий матрас для моей спины и какой маленький вес у одеяла. Теперь это была роскошь

— Тебе что-нибудь нужно? — спросила Джаэль.

— Пока ничего, но через пять — шесть часов я бы хотела еще чаю.

Только когда она ушла, я задумалась, что случилось с моим рюкзаком, новым плащом и оружием. Эти мысли привели к Керрику и другим. Чем они занимались? Организовывал ли Белен спасение? Я беспокоилась о них, но вскоре борьба за излечение болезни потратила всю мою энергию.

Когда я проснулась через несколько часов, появилась слуга с чайником. Она принесла еще, когда я все выпила, а затем принесла мне поднос, переполненный едой. Как только запах горячего рагу достиг меня, я почувствовала голод. Я быстро проглотила рагу, хлеб и сыр.

После того, как девушка отдала все с подноса, она ждала дальнейших указаний. Девочка выглядела лет на тринадцать. На ней была рубиновая мантия послушника. Мне было интересно, подала ли она заявку на эту работу или была призвана.

Не желая начинать с личных вопросов, я спросила.

— Ты знаешь, куда делся мой рюкзак?

— Для чего он вам?

— Я бы хотела переодеться.

— Вы желаете умыться?

Я была в замешательстве.

— Умыться, то есть в ванне?

— Да, мисс.

— Это было бы замечательно.

Она улыбнулась, услышав мой восторженный ответ. Когда она закончила наполнять ванну, я посмотрела на нее, как на жизнь после смерти.

— Мне все равно нужна чистая одежда, — сказала я.

— Да, мисс. Пока вы приведете себя в порядок, я спрошу о ваших вещах.

— Спасибо.

В этот раз она улыбнулась удивленно, прежде чем покинула комнату. Бедная девушка, она вела себя так будто ее никогда не благодарили.

Я сбросила грязную одежду и окунула ногу в дымящуюся воду. Все мысли о слуге, моей ситуации, Ноэлль, Керрике, Белене и Джаэль, исчезли, когда я погрузилась в теплую воду и даже задремала.

Когда девушка вернулась, я сразу же проснулась. Она принесла мой рюкзак.

— Верховная жрица желает видеть вас, мисс. Если ли у вас подходящая одежда для встречи с благословеной?

С благословеной?

— Что считается уместным?

— Не дорожная одежда, мисс. Одеяние послушника лучше всего подошло бы.

— У меня есть юбка в моем рюкзаке.

— Я могу принести вам мантию.

— Нет, спасибо. Я предпочитаю свою одежду.

Она крепче прижала мой рюкзак к своей маленькой груди.

— Будет ли Верховная жрица расстроена, если я появлюсь не в подходящей одежде?

— Не беспокойтесь обо мне, мисс. Я просто…

— В плохой ситуации и пытаешься выжить? Быть слугой семьи Верховной жрицы, чтобы избежать попадания в тренировочный лагерь?

— Я…

— Как тебя зовут? — спросила я.

— Инари, мисс.

— Инари, может есть компромисс?

Она посмотрела на меня с удивлением.

— Я надену свою юбку и тунику, но мантию накину, как плащ.

Инари задумалась.

— И я позволю тебе сделать мне прическу.

Это был решающий аргумент. Она заулыбалась.

— Это было бы приемлемо, да, мисс. — Она подала мне полотенце.

Я вышла из ванны и повернулась, чтобы она могла обернуть его вокруг моих плеч.

Инари ахнула.

— Ваша спина…

Возможно выглядело ужасно.

— Не болит. — Интересно, я спросила. — Какого цвета эти отметины?

— Темно-красные почти фиолетовые.

Дольше, чем должны быть. По крайней мере я так думала, я не имела дела с такими рваными глубокими ранами. Я осмотрела шрамы на моем животе. Прошло уже около сорока дней, как я исцелила Белена. Видимая, уже не красная сморщеная кожа, отливала белым на моей бежевой коже.

Инари обернула меня полотенцем.

— Кто сделал это с тобой?

— Я сама это сделала.

Девушка закрыла руками свой рот. Я подавила улыбку, она была слишком молода, чтобы помнить о том времени, когда целителей уважали. И когда в каждом городе жил хотя бы один целитель.

— Я исцелила… — Как назвать Керрика? Не друг. — Кого-то кого выпороли, — Солдаты Верховной жрицы, но я не хотела пугать Инари. Вместо этого я объяснила как действует моя магия, пока я сушилась, и одевала зеленую юбку и желтую тунику.

Инари заплела мои волосы в элегантный узел. Она вытащила несколько прядей и свернула их в жгуты. Потом она принесла мантию и мягкие кожаные туфли. Я уставилась на каблук, не сильно высокий, но на таких далеко не убежишь.

После приготовлений, я последовала за Инари в приемную комнату Верховной жрицы. Два больших солдата охраняли богато украшенную комнату. Инари постучала по дереву. Двери распахнулись вовнутрь и Инари наклонилась вперед, прижавшись лбом к полу.

Я не могла видеть, то что происходило внутри, но Инари ждала, пока голос ей не разрешил говорить. Мое мнение о Верховной жрице упало вниз на несколько ступеней.

Инари представила меня и благословенная думала, что я преклоню перед ней колени, но ее ждал сюрприз. Я вошла, а Инари ушла, двери закрылись после этого. Эстрид сидела на диване и читала историю внучке. Вгляд Эстрид был сосредоточен на мне.

Мне сделать реверанс или поклониться? Я решила все же стоять. Верховная жрица жестом указала няне, которая сидела на стуле около окна, чтобы Нари поспала после обеда. Женщина бросилась подчиняться.

Когда мы остались одни, я готовилась к… Я не думала, но предсказывала, что это будет не приятно. Как же я ошибалась.

Эстрид улыбнулась.

— Пожалуйста садись, Аври. — Она указала на место рядом с собой.

Комната была похожа на другие, которые я видела. Темная мебель, золотая фурнитура, пышные ковры и книжные шкафы в ряд. Я присела на край подушки.

— Благодарю тебя за исцеление моей внучки, — сказала Эстрид.

— Не стоит благодарить.

— Если бы я потеряла ее тоже… — она отвела взгляд и выглядела грустно, через пару минут, она продолжила. — Ты рассмотрела наше соглашение?

— Да.

— И?

— Простите, но я не могу сейчас принять его. — Я ждала угрозы с ее стороны.

Вместо этого, она спросила.

— Почему нет?

— Я дала слово Керрику о путешествии вместе с ним к его больному… другу.

— Я прекрасно знаю о состоянии принца Райна. Ты его можешь исцелить?

— Я могу исцелить его, но пока не ришила, буду ли.

Она рассмеялась.

— Его репутация хуже моей. — Она постучала длинными элегантными пальцами о губы. — Ты в курсе, что Тохон из Согры преследует тебя?

— Да.

— От него одни неприятности. Я не уверенна, что моя армия его остановит, если он захочет переехать в Помит.

Не собираясь вдаваться в обсуждение причененых ей неприятностей, я промолчала.

— Если Тохон завоюет все Королевства к югу от Девяти Гор, то мои правила хранить чистое сердце во имя Творца покажутся простой помехой для населения по сравнению с ним. — Ее взгляд снова стал отстраненным. — Как ты думаешь, Керрик способен доставить тебя к Райну?

— Да.

— Что бы ты сделала, если бы я угражала бы тебе жизнью твоей сестры, если ты не исцелишь мою армию?

И когда я подумала, что она не прибегнет к угрозам… горечь наполнил мое сердце.

— Я бы осталась здесь. — Пока бы не придумала, как сбежать с Керриком и Ноэлль.

Открылась боковая дверь и Джаэль зашла в комнату. На ней была униформа и оружие с собой.

— Мы только, что поймали Белена и трех других, пытающихся спасти Керрика из тюрьмы. — Она сказала это Эстрид. — Возможно один из них… — Она заметила меня.

Когда она появилась я откинулась на спинку стула.

— У нас твои компаньоны, и твоя сестра уже идет сейчас сюда, мы будет присматривать за ней, — сказала Джаэль.

— Джаэль этого достаточно. — Эстрид казалось обсуждала новости. — Белен это тот простолюдин, которого пустили в школу с тобой и Стансловом?

— Да. Он должен был быть телохранителем Керрика, но Керрик относился к нему как к равному. Керрик больше защищал Белена, чем он его.

— Тогда вы познакомились с Керриком? — Поинтересовалась я у Джаэль.

— Да, и тогда я познакомилась со Стансловом. Мы вместе учились в школе. Там были все дети, рожденные у руководителей каждого королевства. Как будущие правители, нас должны были научить сдержанности и терпению, и сотрудничеству в других сферах, но все что мы делали это заключали союзы и сражались.

— Что было более точным описанием, как взаимодействовали пятнадцать королевств, — сказала Эстрид. — Сейчас же ставки сняты.

Когда мы оплакивали прошлое, воцарилась тишина. Комментарий Джаэль о том, что студенты — будущие лидеры, утонул. Керрик, принц? Трудно поверить, но Ноэлль назвала его так. Это не имело значения. Это не изменит моих чувств к нему. И что я чувствовала по отношению к нему?

Джаэль сказала.

— Если ты закончила с Аври, то я отведу ее в лазарет.

— Еще нет. Оставь нас. — Верховная жрица приказала невестке.

Джаэль поклонилась ей и вышла через ту же дверь, в которую вошла. По огню в ее глазах я поняла, что она сердится. Интересно, почему она повиновалась приказам Эстрид? Она повелевала самим воздухом, в то время как ее свекровь не обладала магией. Но потом я поняла, что власть приходит в разных формах, и Эстрид командовала армией.

Как будто она могла читать мои мысли Эстрид сказала.

— Аври, как насчет компромисса?

Эстрид использовала то же слово, что и я с Инари, что заставило меня задуматься, не послала ли она послушника шпионить за нами. Осторожно, я попросила подробности. Она объяснила свои условия. Я согласилась. Мы пожали друг другу руки. Когда я ушла, Инари появилась рядом со мной.

— Ты можешь направить меня в лазарет? — спросила я ее.

— Да, мисс. Вы ходите идти туда прямо сейчас?

— Мне нужно переодеться сперва.

Инари выглядела пораженной.

— Я… взяла вашу одежду, чтобы постирать. Она.

— Грязная?

— О, нет.

— Мы будем вместе какое-то время. Я не такая, как Верховная Жрица и Джаэль. Я хочу, чтобы ты была честной и называла меня Аври, — сказала я.

— Они пропахли потом и были жесткими от засохшей крови, Аври. — Она сказала, это так будто проговорила статистику битвы.

— Это только начало. Где я могу найти одежду, которую не жалко замарать. Я уверенна, что это большой грех пролить кровь на мантию.

Инари привела меня в прачечную. У них было несколько простых наборов туник и штанов, для работников лазарета.

Я проработала в лазарете две недели, обучая сиделок перевязывать раны, чистить порезы, вправлять кости, распознавать и использовать лекарственные растения. Я исцеляла тех, кто не выжил бы без моей магии. И хотя каждую ночь я возвращалась в свою комнату измученная и больная, я чувствовала себя счастливой, что могу помогать другим, не боясь быть казненной. Если бы я не была в такой плохой ситуации, я была бы вполне довольна остаться здесь. Это было мое будущее до того, как чума разрушила его, исцелять людей. Жаль, что у меня никогда не было ученика, чтобы с гордостью показывать свои шрамы.

Кроме того, в течение этого времени я ожидала, что Керрик сбежит, придет в мою комнату и утащит меня, заявив, что мы потратили впустую много драгоценного времени. Хотя мне было все равно, доберемся мы до Райна или нет, мое желание уезжать росло с каждым днем.

Не из-за усилий исцелить свой народ, а потому, что я узнала строгие правила Эстрид для чистого сердца, которые не включали музыку, танцы или любую форму других развлечений. Никакой лжи, ругани или насилия в отношении других послушников. Смеяться было плохо. Кроме того, все незамужние женщины должны быть девственницами, иначе их отправляли в монастырь, чтобы провести остаток жизни, молясь о прощении. Если бы не своевременное прибытие Инари, отвлекающей внимание, Жрицы чистоты Эстрид и ее четыре головореза раздвинули бы мои ноги и осмотрели бы меня. Хотя я бы прошла проверку, я все еще содрогаюсь от того, как близко я подошла к тому, чтобы быть осмотренной.

Ноэлль приехала в город в конце первой недели, но она отказалась увидеть меня. Вместо этого она стала пажом Джаэль. Волшебница с удовольствием взяла ее под свое крыло, и Ноэлль пошла на многое, чтобы не видеть меня.

Когда Эстрид убедилась, что я сдержала свое слово. Она приказала двум охранникам проводить меня в тюрьму, на следующее утро.

У Керрика и его людей была своя камера. Когда я вошла к ним с двумя охранниками, у ребят мелькнули разные выражения лиц. Лорен и Квейн не вставали с кровати. Их окружала атмосфера безнадежности. Белен озабоченно нахмурился. Блоха вскочил на ноги и повис на решетке, гримасничая. Взгляд Керрика оставался настороженным.

— О, в это время ты вступила в партию, — сказал Квейн.

— Я вижу, что последние две недели ты только ленился, — сказала я. — За исключением, если ты вырыл туннель где-то здесь.

— Я бы пожелал этого, — сказал Блоха. — Мне было очень скучно, а тяжелый физический труд звучит так весело.

— Ну, что джентльмены. Вы готовы отправиться в путь? — спросила я.

Их реакция стоила тех дополнительных шрамов, которые я заработала в лазарете Эстрид. Обезьяны вскочили с кроватей. Блоха вскрикнул. Белен снова превратился в счастливого медведя. Однако, Керрик остался прежним.

Мои сопровождающие открыли камеры, вернули все наши вещи и вывели нас наружу. Ребята наслаждались свежим воздухом и солнцем.

— Мы можем остаться в городе, пока не потеплеет, — предложила я. — Мы будем в безопасности за линией фронта Эстрид.

Когда мы были в нескольких кварталах от тюрьмы, Керрик набросился на меня.

— Это. — Он указал на окрестности. — Не обходится без цены. Что ты пообещала Эстрид?

Он все еще не доверял мне. Я решила его немного позлить.

— Давайте посмотрим. Я пообещала ей, что Лорен и Квейн будут нянчиться с ее внучкой в любое время. А Блоха даст ее солдатам уроки о том, как обчищать карманы, и что Джаэль может использовать тебя в качестве мишени. Я предложила составить компанию Джаэль для этого.

Остальные сдерживали улыбки, но Керрик не нашел это веселым.

— Аври. — Прорычал он.

— Успокойся Керрик, — сказала я. — Я только что провела две недели обучая медицинский персонал, как заботиться о раненных, а в обмен она отпустила вас. Вообще-то ты только от этого выигрываешь.

— Я не могу поверить в это.

Гнев вскипел.

— Ты не должен. Я дала клятву и все это время ее придерживалась. Но ты совершенно прав, здесь есть подвох. Если я исцелю Райна, то я скажу ему, что Эстрид хочет объедениться против Тохона. Это звучит так плохо для тебя? — Я не стала ждать ответа. — Нет, это не так. Это идеальная ситуация, счастливая для каждого.

— Даже для тебя, Аври? — спросил Белен.

Его беспокойство заглушило мою ярость.

— Нет, не для меня. — Я шла, куда глаза глядели. Эстрид боялась Тохона, Керрик тоже. Если даже Эстрид, та кто любила быть главной, была готова заключить союз с Райном, что говорило в пользу Райна больше, чем школьные истории Белена.

— Куда ты идешь? — спросил Керрик.

Я остановилась. Ребята шли за мной.

— Хочу найти таверну, мне нужно выпить.

— Эстрид запретила алкоголь. Она назвала его напитком дьявола, — сказал Лорен.

Квейн ахнул.

— Мы не можем остаться здесь. Следующим будет, то что мы оденем эти красные юбки и пообещаем наши души Творцу.

— Ты будешь выглядеть хорошо в красном Квейн. И ты сможешь показать свои стройные ноги, — дразрил Лорен.

— Эстрид снабдила нас свежей провизией, — сказал Керрик. — Еще достаточно рано. Мы направимся к северу Девяти Гор, как и планировали.

Ребята посмотрели на меня, что не сделало Керрика счастливым. Хотя наверное его ничто не радует. Я была не заинтересована в лидерстве, и сказала Керрику.

— Веди.

Мы шли по улицам Забина. Я заметила, что горожане, которые не носили мантии, смотрели на землю. Они торопились, как будто боялись, что кто-то их остановит.

Выйдя из города, мы пошли по пограничной дороге, названной так потому, что она проходила параллельно границе между Помитом и Выжским Королевством. Не беспокоясь о солдатах Эстрид, мы могли бы использовать дорогу и лагерь на главной стороне, но большая часть Выжа??? была еще спорной территорией.

В часе езды от Забина мы столкнулись с неприятностями. Керрик выругался и вытащил меч, предупреждая нас, прежде чем шесть лошадей вырвались из леса. Я вынула один из своих метательных ножей, когда все схватились за оружие, но это не имело значения. Джаэль устроила засаду. Никакое оружие не сравнится с ее магией.

Вооруженные солдаты были на пяти лошадях. И как в дополнение моя сестра Ноэлль сидела позади Джаэль. Моя сестра не смотрела на меня, но с холодом и отвращением глядела на моих спутников.

— Эстрид слишком глупа, раз отпустила вас, — проговорила Джаэль. — Наша армия достаточно сильна, чтобы победить Тохона.

— Ты прошла весь этот путь, чтобы попрощаться с нами? — спросил Керрик.

— О, да это прощание, — проговорила Джаэль. — Но в отличие от Эстрид, я не так глупа, чтобы оставлять вас в живых, это слишком опасно.

— Эстрид не будет рада такому, — сказал Керрик.

— Вот поэтому я не вернусь с целителем. Она просто расскажет Верховной Жрице, а я не хочу раскрывать свои карты так рано.

— Но ты доверяешь сестре Аври?

— Моя маленькая протеже оказалась на удивление полезна. Она ценна и лояльна, а еще мы сошлись во мнениях.

Нехорошо. Ноэлль наконец посмотрела на меня, и я отвела глаза. Чистая радость от моей скорой кончины сияла на ее лице. Мало того, что она изменилась, но она нашла другую тень, чтобы следовать за ней.

— Тебе не нужно убивать моих людей, — сказал Керрик.

— И оставить их мстить за твою смерть? Ты не услышал меня, когда я сказала, что я не глупая? Прощай Керрик. Боюсь, что у нас нет шанса быть снова вместе.

От отчаянья я кинула в ее шею нож, но воздух сгустился и поймал его. Он упал на землю.

Джаэль усмехнулась, покачав головой от моей неудачной попытки, прежде чем стена воздуха врезалась в нас, сбив нас с ног. Когда стена отступила, она высосала весь воздух из наших легких. На этот раз Джаэль не играла.

Глава 15

Лежа на земле, я напряглась, чтобы вздохнуть.

Даже знакомая ситуация не уменьшила мою панику, но Белен и остальные

тоже пострадали, и это не дало страху взять контроль.

Моя исцеляющая магия росла и боролась за каждый глоток воздуха, но сила Джаэль давила сильнее, но я почувствовала другую магию, покалывающую мою ладонь. Я посмотрела налево, Керрик лежал рядом со мной с протянутой рукой. Похоже Джаэль не знала о лесной магии или не верила, что она чем-то поможет. Его магия может и ничего не изменить, но в сочетании с моей…

Я схватила его за руку, но вместо того чтобы принять мою силу, он поделился своей, и мне показалась будто в меня попала молния. И черт возьми, он был силен. Огромная сила леса ждала, пока мы соединимся. Я смогла вздохнуть, когда исцеляющая сила победила. Я «вылечила» Керрика и поделилась с Керриком своей магией.

Не понимая, что происходит, Джаэль нахмурилась. Удаление шести человек, требовало высокой концентрации, но осталось только четыре. И если мы не остановись ее, она убъет их.

Продолжая держать Керрика, я выхватила нож и кинула в нее. Он попал в ее плечо. Она вскрикнула и я послала еще один в бедро. Лошадь вздрогнула от запаха крови. Ноэлль удержала Джаэль в седле. Моя атака нарушила концентрацию. Позади меня раздались шумные вздохи.

Ее солдаты достали оружие. Керрик опустил мою руку, чтобы вступить в бой с солдатами, пока остальные восстанавливались. Тяжелые ветви падали с деревьев над нами, пугая лошадей. Против пятерых верхом на лошадях Керрик держался. Это было впечатляюще, но я знала, что с энергией, которую он потратил, он долго не протянет. Я ранила двух солдат. К Белену присоединились Лорен и Квейн.

Несмотря на хвастовство, утверждение Джаэль о том, что он не дура, оказалось верным. Она призвала отступить, и шесть лошадей поскакали прочь.

Мы обрадовались и поздравляли себя, пока не поняли, что Блоха оставался лежать на земле. Он смотрел в небо, но не двигался. Я помчалась к нему. Синие губы, пустые глаза и белая бледность мертвых приветствовали меня.

Я коснулась вялого лица Блохи. Магия не исходила от меня.

— Керрик, — я закричала.

Он опустился на колени рядом со мной и накрыл мою руку своей. Магия текла в меня, но я не могла направить ее в Блоху. Я старалась до изнеможения. И я бы продолжала пробывать, но Керрик оттащил меня. Целители не могли вернуть мертвых к жизни, но я надеялась, что смогу.

Оцепенев от горя, я сидела возле Блохи, когда Керрик и Белен обсуждали важное мероприятия его похорон. Лорен и Квейн стояли рядом и выглядели несчастно.

— …земля слишком твердая, падальщики его откопают, — сказал Белен.

— А костер предупредит каждого наемника в Выже о нашем местоположении, — сказал Керрик.

— Может пещера и запечатать вход?

Я отключилась, вспомнив энергию и энтузиазм Блохи. Его кривая усмешка, щенячьи надутые губы и детская радость, когда он овладел жонглированием с тремя камнями. У него был такой потенциал… слово вызвало поток воспоминаний, но не о Блохе. Лилия смерти, которая хотела его. Она сказала, что у него есть потенциал.

Встав на ноги я прервала Белена и Керрика.

— Предложите Блоху Лилии смерти.

Их реакция совпала. Ненависть и шок, злость и расстроенность. Я объяснила все, что могла, чтобы не походить на сумасшедшую. Они спорили. Не удивительно, это пошло против логики и сострадания и старой доброй морали. Но, черт возьми, я знала, что так будет правильно.

— Аври ты расстроенна и плохо соображаешь, — сказал Белен.

— Белен я была несколько часов в Лилии. Это то, что мы должны сделать для Блохи.

Белен, Лорен и Квейн печально покачал головами. Они думали, что я сошла с ума, и возможно это так.

— Сколько можно не доверять мне? — спросила я в последний раз. — Ты видел как обрадовалась моя сестра, когда была мысль о моей смерти? Я могла бы остаться с Эстрид и попытаться наладить отношения с ней. Но сейчас я здесь. — Мое горло сжалось от слез. — Забудьте. — Я повернулась к ним спиной, чтобы они не видели моих слез.

— Где-то в трех километрах к западу есть группа Лилий, — сказал Керрик.

Я вытерла мое лицо и повернулась. Керрик прижал руку к земле.

— Это в Выже, но там никого нет.

— Ты спятил? — спросил Квейн. — Мы не пойдем туда…

— Мы идем. Белен принеси одеяло Блохи.

Белен осторожно завернул Блоху в одеяло и перекинул на плечо. Никто ничего не сказал. К тому времени, как мы добрались до рощи, уже потемнело.

Аккуратно уложив его, Белен рассказал историю о том, как он учил Блоху урокам жизни и как мальчик думал, что это отвратительно, но несколько месяцев спустя он передумал и попросил более подробную информацию. Лорен и Квейн по очереди рассказывали, как они учили его сражаться.

— Мой сын во всем, кроме одного, — сказал Керрик.

Остальные согласились.

Я не могла говорить.

Керрик снял одеяло и отнес Блоху к паре деревьев. Я пошла с ним на случай, если Лилия нападет. Основание стволов деревьев почти коснулось земли, но верхние стволы отклонились, сделав деревья похожими на гигантскую л. Лилия росла прямо за ними. Смерти или Мира? Мы это узнаем достаточно скоро.

Она не шипела и не двигалась быстро, но лепестки раздвинулись, нырнув к Блохе. Кончики лепестков согнулись под его телом. Лилия смерти забрала Блоху, как будто это была его мать. Блоха исчез.

Следующие шесть дней мы шли на север по пограничной дороге. Не встретив сопротивления ни взводов Эстрид, ни наемников, мы прошли около трехсот двадцати километров. Разговор был сведен к минимуму. Никто не улыбался, не смеялся и не дразнил.

Ночью мы следовали обычаю: собирали дрова, готовили еду и сидели у костра. Только мы смотрели на пламя, а не разговаривали. Мои мысли были о Блохе или об одной из пустых деревень или ферм, мимо которых мы проходили в тот день. Их было так много. К концу ночи я буду опираться на Белена. Он обнимал меня за плечо своей тяжелой рукой, и мы успокаивали друг друга. Папа-медведь потерял одного из своих детенышей, и я думаю, что он пострадал больше всех. Хотя половину времени я засыпала на нем, а он укладывал меня в постель.

Почему Белен? Его твердое присутствие облегчило мою боль. Я считала его союзником и защитником. Но что более важно, он был моим другом. Первый, который у меня был с тех пор…до того, как я уехала учиться к Таре. Лорен и Квейн полагались друг на друга. Не физически, но они были братьями во всем, кроме названия. И насколько я могу судить, Керрику никто не был нужен. Джаэль разбила ему сердце. Он сморщился и умер сердцем четыре года назад. Тем не менее, он стремился найти целителя для Райна. Возможно, в конце концов, он не был безнадежен.

Оплакивая Блоху, я начала верить, что Керрик был прав. Держать дистанцию. Особенно во время этой миссии. Это было опасно. Слишком поздно для меня. После трех лет отсутствия друзей или семьи я сильно привязалась к этим трем парням. Или их было четверо?

На седьмой день Керрик свернул на восток, на узкую дорогу, ответвляющуюся от главной. Дул ледяной ветер, впиваясь в обнаженную кожу, напоминая нам, что сейчас середина зимы. До чумы города и поселки по всем королевствам отмечали половину пути до весны. Теперь же, с чувством облегчения, мы пережили половину этой зимы, не умирая с голоду.

Через два часа Керрик остановился возле больших руин. Когда-то здесь стояли три велеколепных здания. Их необычные колонны обрушились, крыша обвалилась, а само здание сгорело. Другие небольшие здания расположеные здесь, постигла та же участь.

— Здание Гильдии Целителей, — ответил Керрик.

Я забыла о том, что хотела сюда попасть. Для меня разрушение не было сюрпризом. В то время люди были злыми, несчастными и опечаленными. Мы начали искать хоть что-нибудь полезное под обломками.

В памяти всплыли воспоминания о моем единственным посещении Гильдии. Лечение, исследование и обучение были тремя основными целями. Каждое здание преследовало одну из этих целей. Если бы я закончила свое обучение, то моя церемония была бы в здании обучения. Следующее здание было посвящено исцелению, а последнее размещало тех, кто работал над изучением силы исцеления и растениях, которые могут помочь.

Исследователи поделились частью информации с другими, но они были осторожны, чтобы защитить свои исследования. Вспомнился один из комментариев Тары, что-то о комнате известной только целителям. Это место обеспечено защитой от силы стихии и в безопасности. Комната точно не находится в здании обучения.

Я подошла к маленькому зданию, соединяющему остальные, но остановилась. Это было бы слишком очевидно. Это было непримечательное здание, небольшое как остальные.

Керрик последовал за мной.

— Что ты ищешь?

Я объяснила насчет потайной комнаты.

— Вероятно, она не сохранилась.

Он предложил.

— Если она находится под землей и защищена камнем, то она все еще может быть здесь. — Вместо того, чтобы осматривать здания, он сосредоточиться на лесе окружавшем нас.

Я удивилась, почему он сосредоточился на лесе, пока не поняла, что часть зданий была разрушена деревьями. Керрик прижал ладонь к земле. Если корни простираются глубоко внутри, то он почевствует, что-то странное.

Керрик встал и направился к востоку от главных зданий. Я последовала за ним. Он остановился именно у того непримечательного здания.

— Подземная комната? — спросила я.

— Наверное. Здесь что-то есть под этим зданием.

Мы позвали остальных. Все помогали нам убирать камни. Сила Белена продолжала удивлять меня, когда он легко поднимал большие куски сломанной каменной стены. Когда мы работали, сформировалось чувство цели. И впервые за несколько дней я не думала о смерти Блохи. Через некоторое время я заметила, что другие сделали несколько комментариев. Квейн дразнил Лорена за его девичьи руки. Белен добродушно зарычал на Керрика, чтобы перестал наблюдать и вернулся к работе. Это было не так, как раньше, но это было начало.

Нам потребовался день, чтобы найти верхнюю половину потенциального дверного проема. Когда мы очистили обломки, темно-серые облака проползли по голубому небу. Квейн нахмурился на приближающиеся впереди облака и наблюдал за ними. Он понюхал воздух, утверждая, что пойдет снег.

— Как скоро? — Спросил его Керрик.

Квейн измерил ветер, подбрасывая мертвые листья.

— Полдня максимум.

— Как плохо? Как сильно?

Он вытащил необычный сосуд, напоминающий узкий чайник с серебряной жидкостью. Постучав по стеклу, он присвистнул.

— Вьюга в середине зимы.

Керрик чертыхнулся.

— Ты не должен жаловаться, — сказал Квейн. — Было мало осадков, в противном случае мы бы уже шли по двухметровым сугробам, как несколько недель.

Чувствуя, что Керрик хочет остановиться, я сказала.

— Возможно эта дверь ведет под землю и мы найдем там укрытие.

— А что если не найдем? — Он не стал ждать моего ответа. — Тогда мы потратим все это время впустую и нас могут поймать в метель. — Он посмотрел на темнеющее небо, а затем на лес. — Вы можете продолжить работу. А я разведаю местность и посмотрю, есть ли пещера поблизости.

Только не пещера! Но я подавила стон. В этой ситуации, это было бы идеально. После того как Керрик ушел, мы очистили дверь. Она была из железа и закрыта. Белен с усмешкой вытащил отмычки. Он работал с замком.

Минут через двадцать он сел на корточки и сдался. — Это один из тех замков с двойными штифтами, вскрыть которые почти невозможно.

— Керрик сможет открыть ее? — спросила я.

Беден вздохнул.

— С чего ты взяла, что он лучше меня?

— Ну, может больше практики.

— У него определенно больше проблем, чем у меня. Это точно.

— Правда? Джаэль сказала, что это Керрик вытаскивал тебя из неприятностей.

— Не верь ей Аври. Все что она говорит, ложь. Это факт, то что все проблемы, которые у нас были в школе из-за нее. Своей красотой и умом, она играла так, будто дирижировала оркестром королевы Дженны из девяноста шести человек. И нам потребовалось много лет, чтобы понять это.

— Но она не дала Керрику убить Райна? Как это?

— Это не моя история, чтобы рассказать ее. — Белен тяжело встал на ноги. — И даже Керрик не смог бы открыть эту дверь. Замок уже давно, как заржавел.

Разочарование. Ржавчина уничтожила… это слово пробудило воспоминания. Когда ребята спасли меня, решетки на окне, казалось, проржавели, но все остальные были порядке.

— Что вы использовали на те прутья? — спросила я Лорена.

— Какие прутья?

Я объяснила.

— О, Квейн, у тебя остался еще молниеносный сок?

Его глаза засияли.

— Да. Он в моем рюкзаке. — Он подошел к тому месту, где мы оставили наши вещи. — Жаль, что у меня не было его с собой, когда мы гнили у Эстрид в тюрьме две недели. — Порывшись в карманах, он достал пузырек с безцветной жидкостью. — Нам нужно налить жидкость внутрь замка.

Мы все искали способ. Белен нашел обломок трубы, который сработал бы. Молниеносный сок заполнил замочную скважину. Металл шипел, дым пах солоноватой водой.

Когда звук прекратился, Квейн сказал Белену, чтобы тот попробовал открыть. Он прижался плечом к двери и толкнул ее. Ничего не произошло. Квейн налил еще сока. Белен попробовал снова. Ничего.

— Возможно нам стоит снять петли? — спросил Лорен.

Прежде чем Квейн пошевелился, я сказала. — Подожди. — Дверные петли были видны. — Белен попробуй потянуть за ручку.

Он взялся за тяжелый засов. С металлическим скрежетом дверь открылась, открыв лестницу, которая спускалась в темноту. Снизу донесся затхлый запах с намеком на разложение, за которым последовал слабый шорох. Крысы? Или ветер?

Мы все смотрели в темноту.

— Нам понадобятся факелы. — Сказал Белен.

— Может быть там висят несколько. — Проговорила я.

Квейн спустился на несколько ступенек.

— Крепления есть, но не факелы.

Лорен и Белен пошли искать необходимое, пока я и Квейн их ждали. Ветер стих, вскоре с неба посыпались крупные хлопья снега.

— Я думала, что ты говорил, что это будет въюга, — сказала я.

— Она будет. Сначала буря сыпет много снега, а затем приходит ветер и разбрасывает все в сугробы и принося некоторые проблемы. В любом случае ветру было бы нечего кружить, если бы он был бы первый.

— Я не думаю, что в буре есть разница.

— Возможно это не нормальная буря.

Я посмотрела на лицо Квейна, пытаясь понять не шутит ли он.

— А бывают не нормальные бури?

— Нет. Но иногда воздушные маги влияют и это приносит больше вреда, чем могло.

— Ты думаешь Джаэль послала эту бурю?

— Она убила Блоху и пыталась убить нас. Это может быть еще одна попытка.

Я вздрогнула от воспоминания.

Квейн внимательно посмотрел на меня.

— Нам нужно поговорить, о том что случилось с Блохой.

— Что это значит?

— Я думал о нападении Джаэль и тех событиях, которые произошли. Почему ты кричала Керрику о помощи в лечение Блохи. И как Керрик знал точное местоположение Лилии смерти? — Квейн начал устанавливать новые связи. — Факт, что за время путешествия мы не нашли ни одной Лилии, за исключением той деревни. Аври, что все это значит?

Его вопросы были неизбежны.

— Тебе нужно спросить это у Керрика.

— Почему?

— Это не моя история, чтобы рассказать. — Я использовала позицию Белена.

Лорен и Белен вернулись, тогда когда на меня дулся Квейн.

— Проблема? — Спросил Лорен.

Я ответила вместо Квейна.

— Мы можем поговорить об этом, когда застрянем на несколько дней в пещере из-за бури.

Белен стряхнул снег с волос.

— Нам лучше бы поторопиться. — Он раздал нам факелы и Лорен зажег их кремнем.

Мы спустились по пыльным ступеням. Они спиралью уходили вниз на два, может быть, три этажа, прежде чем показались стены, открывая складское помещение. Вдоль пола тянулись ряды полок. Полки были заставлены деревянными ящиками. Список содержимого каждой коробки был выжжен на дереве снаружи.

Я читала названия, когда проходила мимо них.

Вскрытие двадцатидвухлетней женщины — причина смерти рождение ребенка.

Семена Дюны из королевства Бавли.

Результат теста яда Апгулла.

Карта местонахождения красных и тигровых деревьев.

Когда мы продолжили, стало очевидно, что комната была огромной. Мы не дошли до другой стены, когда полки исчезли в темноте.

— Мы нашли секретную комнату. Но что теперь? — Спросил Белен.

— Я надеялась найти, что-нибудь полезное, что можно использовать. — Сказала я.

— Ты же не думаешь, что содержимое желудка псов, очень полезно. — Спросил Лорен.

— Только если в отчете перечислено, как убить пса. — Когда мы приблизимся к предгорьям, стаи псов станут еще одной опасностью.

— Мы можем разделиться. — Предложил Белен. — Так мы охватим больше территории. Аври, что может быть полезным?

— Что-нибудь связаное с лекарствеными растениями или травами. — Я колебалась, но решила сказать. — Или упоминания чумы.

Тишина, но затем Белен сказал.

— Хорошо, каждый прочешет свое место.

Через несколько минут я поняла, что нам понадобятся дни, чтобы пройти через всю комнату. И это может занять много времени, чтобы найти ценную информацию. Возможно, после бури мы сможем вернуться. Если дверь не будет погребена под сугробами.

Я осматривала ящики, пока мое зрение не затуманилось. Мой факел предупреждающе зашипел. Он не продержится долго. Кроме того, казалось, что мы здесь уже давно, а Керрик все еще не вернулся. Появилось беспокойство, когда я пошла по пыльным следам к входу.

Никто не вернулся. С шипением и хлопком пламя, погасло следовательно, и мой свет, исчез. Затем раздался отчетливый стук сапог по лестнице. Керрик? Или кто-то другой? Или кто-то новый? Прижимаясь к полке с ножом в руке, я ждала, когда стук станет громче и появится черный силуэт. Керрик.

Я почувствовала облегчение. Я сунула нож обратно в ножны, отошла от полки и застала его врасплох. Он повалил меня на землю и сел на меня, прижимая мои руки, пока не узнал меня. Я не знала, что мои глаза привыкли к темноте, но его — нет.

— Не выскакивай, так неожиданно. — Сказал он.

— Уже поняла. — Сказала я. — Теперь ты можешь слезть с меня?

Он встал и поднял меня на ноги.

— А где остальные?

Я потерла затылок.

— Ищу что-нибудь полезное. Мой факел погас. Я вглядывалась в темноту, надеясь найти кого-нибудь еще.

Керрик сложил свои руки в рупор и прокричал.

— Джентльмены, пора идти.

Шорохи и шаги приближались. Появились Квейн и Лорен. Горел только факел Лорена.

Квейн нес ящик.

— Это реально пугающе, когда твой факел сгорает.

— Что ты нашел? — спросила я.

— Заметки обо всех неудачных средствах от чумы. Я не был уверен, что это будет полезно, но это было единственное, что я увидел.

— Это только начало.

Керрик бросил на меня внимательный взгляд, но я проигнорировала его, пока мы ждали Белена.

— Почему мы не можем укрыться здесь. — Спросила я Керрика.

— Нет задней двери.

— Может быть. — Проговорила я.

— Без факелов мы не сможем его найти. Белен, наверное, уже спотыкается в темноте. — Керрик позвал его.

Нет ответа. Я предложила Лорену поискать, но Керрик отказался. Прошло еще десять минут, и Керрик издал пронзительный свист.

— Здесь. — Отозвался Белен. — Я что-то нашел.

Мы проследили за его голосом. Он стоял в дальнем конце ряда полок. Свет факела образовал желтую лужу у его ног. Когда мы подошли поближе, он передвинул фонарь, открыв иссохшее тело на земле.

Высохшая плоть прилипла к костям. Мужчина, кажется, лежал на боку. Я наклонился поближе, чтобы рассмотреть труп. Квейн издал звук отвращения. В рамках моей подготовки целителя я помогала при вскрытиях и вскрывала, чтобы узнать о внутренних частях и органах тела.

Однако не нужно быть целителем, чтобы понять, что убило этого человека. Меч вонзился ему между ребер, пронзив сердце. Его убили. Я присела на корточки, обдумывая увиденное. Если бы Скорбящая публика попала сюда, они бы сожгли все записи. Дверь была заперта. Возможно, у кого-то был ключ или он знал о существовании этой комнаты. Слишком много неизвестных на данный момент, чтобы определить, почему он был убит.

— Под ним сломанный ящик. — Сказал Белен. — Возможно, он защищал содержимое. — Он перевернул мужчину на спину.

Я смахнула осколки и соединила те, что были помечены буквами. Их было немного. В ящике лежали семена Лилии смерти.

Глава 16

— Зачем кому-то семена Лилии смерти? — спросил Квейн.

— Или что более важно, почему именно эти семена Гильдия Целителей взяла в первую очередь, — спросил Лорен.

— Чтобы их изучить, — сказала я.

— Или чтобы найти способ уничтожить их, — добавил Керрик.

Белен переместил мертвое тело и сбросил последние осколки ящика, как будто что-то ищя.

— Я не вижу семян. Их нет.

— Ты знаешь как они выглядят? — спросил его Квейн.

— Когда Лилия смерти схватила нас, я увидел их.

Лорен склонил голову набок, глядя на тело.

— Итак, общественное мнение настроено против целителей, и это были последние дни Гильдии. Опять же, почему эти семена стоило защищать? Как вы думаете, они могут иметь какое-то отношение к чуме?

Белен пожал плечами.

— Возможно.

— Есть ли какие-нибудь записи? — я спросила, осматривая ящики на полках рядом. Ничего.

— Эта головоломка подождет, — сказал Керрик. — Снаружи накапливается снег.

— Что с телом? — спросил Квэйн, поднимая ящик, который нашел. — Должны ли мы кормить другую Лилию смерти? Или им не нравятся хрустящие, — никого не порадовал его сарказм.

Мы вернулись и поднялись по лестнице. Белен закрыл дверь, и придвинул большой камень.

— Это должно помочь от снега и ветра.

С тех пор как мы вошли в комнату с записями, выпало около четырех дюймов снега. Следуя за Керриком, я заметила тихое безмолвие леса. Я была рада своим меховым сапогам, но беспокоилась о наших следах. Они будут видны, пока их не скроет ветер.

Квэйн проследил за моим взглядом и сказал.

— Если Керрик не говорит о наших следах, то это значит, что никто не находится достаточно близко к нам. — Он посмотрел на своего лидера. — Он всегда знает, где в лесу прячутся наемники. Ты что-нибудь знаешь об этом, Аври? Или это его история? — Он потряс ящик в руках. — Какие еще секреты ты от нас скрываешь?

Я не хотела усиливать его подозрение, поэтому не ответила. Вместо этого я задавалась вопросом, хватит ли у него смелости прямо спросить Керрика или просто сделать саркастические комментарии, пока я или Керрик не расскажем ему.

Никто не удивился, когда Керрик привел нас в пещеру. Я видела, как Квейн добавил еще один навык в список навыков Керрика. Снег усложнил поиск дров. Все кроме Керрика принесли небольшую связку дров.

Ужин прошел тихо, так как мы устали от вскрытия архива, а не от горя от потери Блохи. Боль от потери никогда не исчезнет, но она растворится вместе с другой болью. Выжив в чуме эти люди должны испытывать, ошеломляющую боль от потерей. Я тоже могу сказать, что выжила в чуме, но по причюде болезни, у целителей иммунитет к ней.

Почему целители не болеют чумой тоже. Мы болеем другими недугами, как и другие, но просто выздоравливаем быстрее. По крайней мере не было сообщений о том, что целитель заразился, только если он не исцелял больного. Также когда мы болели, то не заражали других.

Квейн стал задавать свои вопросы, после того как мы почистили котелок с рагу. Лорен посмотрел на него с угрозой, пока он не понял, что Квейн не отступит. Затем его вниманием завладел Керрик. Белен тоже не сводил глаз от Керрика. Я не смогла прочитать эмоции Белена, которые были необычные для него, как и выражение лица Керрика.

— Ты собираешься объяснять, что здесь происходит. — Сказал Квейн, это был не вопрос, а утверждение.

Керрик посмотрел на меня.

— Не обвиняй Аври, она ни сказала не слова. — Сказал Квейн. — Я просто начал собирать факты вместе.

— Что по-твоему происходит Квейн? — Спросил Керрик.

— Не используй этот трюк на мне, я не Блоха.

— Как ты можешь быть таким умным и тупым одновременно? — спросил Лорен его.

Квейн вскочил на ноги и навис над Лореном, будто хотел его ударить. Лорен посмотрел на него с удивлением.

Белен усмехнулся.

— Он нашел все факты, но не может собрать их вместе.

Квейн резко повернулся к нему.

— Аври не единственная у кого есть магия, — проговорил Белен.

Его осенило. Морщины на лбу и его лысины расправились.

— Какой же я идиот.

— Могу я тебя процитировать? — спросил Лорен.

Квейн схватил его, и они боролись, катаясь по земле.

Керрик посмотрел на своих приятелей.

— Как долго?

— С тех пор, как вам было шестнадцать. Лорен и Блоха не заподозрили ничего, пока не появилась Аври, и не сделала путешествие интересным.

— Эй. — сказала я так будто была оскорблена. — Если вы не хотите интересно, то я могу уйти, — поддразнила я.

Однако его ответ был серьезным.

— Уйдешь? Если я сяду на Керрика и позволю уйти, то уйдешь?

— Я дала вам слово.

— Под принуждением. Я предлагаю тебе шанс уйти. Ты его используешь?

Обезьяны перестали драться. Все посмотрели на меня, их взгляд обжигал кожу.

Белен не прекращал.

— Я видел как тебя арестовали в Якстоне. Ты даже не пыталась сопротивляться. Ты не та Аври, которую я знал.

— Что ты хочешь сказать, — прошептала я.

— Ты хочешь уйти? — спросил Белен.

Не делай этого со мной.

— Так ты хочешь уйти? — Спросил он еще раз.

У моих эмоций был конфликт. Я хотела бы вернуться домой и помириться с моей сестрой, но я бы не хотела оставлять парней. Они стали мне семьей.

— Это правда, Аври.

— Нет, жалко не так ли? — Не в силах смотреть на них, я споткнулась и упала в снег.

Глубоко вдыхая влажный воздух, я держалась поближе ко входу в пещеру. Грозовые тучи закрыли луну, и безмолвная темнота окружила местность. Снежинки били мне в лицо крошечными уколами холода. Хотя мне хотелось увеличить расстояние между собой и остальными, я знала, что просто потеряюсь в темноте.

Однако, я чувствовала себя потерянной. Возможно, смущение лучше подходило к этому. Белен заставил меня признать, что у меня есть причины, чтобы жить. С тех пор как я с ними, я помогла людям, нашла свою сестру и завела новых друзей. Чем больше я получала стимулов для жизни, тем больше знала о неопределенности мира. Было бы проще согласиться на лечение Райна, если бы не было столько возможностей.

У Белена было сердце. Он не знал, что произойдет после того, как я исцелю Райна. Если бы он знал, то это причинил бы боль ему. Я уверена, что именно поэтому Керрик не рассказал ему, и я бы не стала. Однако, я сделала ошибку привязавшись к ним так сильно. Мне нужно соблюдать дистанцию. Оставаться невовлеченной.

Когда я вернулась в пещеру, никто не произнес ни слова. Я стряхнула снег с волос и плаща, а затем расстелила постель. Натянув одеяло до подбородка, я поклялась держать под контролем эмоции. Для того чтобы держаться подальше от остальных. Мне следует собрать как можно больше информации об Райне, чтобы принять логическое решение. Я должна узнать больше о чуме, если это возможно. Моя неуверенность сменилась решительностью.

После целого дня снега, подул ветер. Пещера отозвалась пронзительным эхом ветра, а огонь заиграл. Я проводила время за сортировкой вещей из ящика, который принес Квейн из архива с записями.

Гильдия целителей перечислила все средства, медикаменты и техники, которые не смогли выличить от чумы. Просматривая список я была удивлена огромным количеством лекарств, которые они пробовали. Каждое исследование содержало емкие заметки о реакции пациента. Хотя измельченный корень имбиря с белым березовый соком облегчал ужасную боль в желудке — небольшая поблажка.

Я написала мой собственный лист о том, что знала о чуме. Ей не был важен возраст, пол и расстояние. Никто не выжил. У тех, кто живет сейчас, вообще никогда не было никаких симптомов. Последний известный случай произошел более двух лет назад. Я задумалась о магах, которые выжили. Неужели чума поразила только определенные типы магов?

— Я не знаю, — сказал мне Керрик когда я спросила это у него. — Некоторые скрываются, хотя я понятия не имею кто они. Другие присоединились к Эстрид или Тохону. — Он сидел возле огня и попровлял язычок у ботинка.

— Ты знаешь какая была у них специализация?

Он остановился, задумавшись.

— У Тохона был один маг земли, каменная гончая и один огнь. У Эстрид была Джаэль — маг воды и луны.

— Что означает каменная гончая? — спросил Квейн между глотками воды. Он отдыхал от боя с Беленом.

— Они маги чей дар в камнях, драгоценных камнях, руды, угля и любых твердых веществ, найденных в земле или горах. Они также могут вызывать землетрясения, если достаточно сильны.

— Разве это не маги земли? — спросила я.

— Нет, маги земли связаны с почвой и существами, которые живут в ней.

— Я бы предпочел быть гончей, — сказал Квейн.

— Ты даже пахнешь как один из них, — подразнил Лорен. Он мешал рагу.

После более чем недели в дороге, не будучи в состоянии сделать больше, чем ополоснуться несколькими горсточками воды, я подозревала, что мы все так пахли.

— А почему такое прозвище? — спросила я Керрика.

— Их называют гончими потому, что они хороши в поиске драгоценных металлов и камней. Райн потерял троих, в Выжском руднике произошел обвал. Они помогали в управлении дел. — Он посмотрел на меня, чтобы увидеть мое настроение. — У Райна было подозрение, что это был саботаж, а не обвал, но потом пришла чума и все другие проблемы превратились в ничто.

Саботаж? Это было даже слишком удобно.

— Сколько магов верны Райну?

— Один.

— А как насчет мага смерти?

— Раньше Зепп был в штате моего отца, а теперь он верен мне, — ответил Керрик.

О, пришло время задать важные вопросы. Те самые, что я избегаю все это время.

— Ты познакомился с Райном в школе пансионате и убил бы его если бы не Джаэль. Сейчас ты его защитник. Почему? И как на счет твоего королевства принц Керрик? Почему ты не остановил Тохона?

Лорен и Квэйн обменялись удивленными взглядами. Они не знали о королевском происхождении Керрика.

Керрик никак не отреагировал на это. Он какое-то мгновение изучал меня взглядом, потом посмотрел на Белена.

— Идеальное время для тебя, чтобы убедить ее в том, что Райн достоин спасения, — сказал Белен.

С легким вздохом Керрик перевел взгляд на огонь. Когда я думала, что он не ответит на мои вопросы, он сказал.

— Мы зовем пансионат школой для детей, но называть учеников детьми слишком благородно. Каждый начинает учебу, когда ему исполняется пятнадцать. Школа должна была стать нейтральной территорией для будущих лидеров королевств, но каждый ученик имеет свои предрассудки и обиды. Шалости направлены на причинение боли. Союзы, двойная игра и драки — это обычный школьный день. — Он ухмыльнулся Белену. — Белен и я пытались держаться от этого подальше, но избежать это невозможно. Джаэль, Тохон и я были близкими друзьями со времени специальных занятий.

Белен закашлялся.

— С того времени когда мы учились шесть лет в магическом классе. Мы были единственными в том году, кто был одарен магической силой, но нам не разрешалось говорить об этом другим или использовать свои силы. Я избегал Райна. Наши отцы всегда не ладили друг с другом и спорили по поводу границ наших королевств на протяжении многих лет. Еще Райн всегда находился в центре всех интриг.

— Да, — отвечает Белен. — Но не по тем причинам, о которых ты думаешь.

— В то время я не знал, что Райн всегда находился на шаг впереди различных заговоров и схем, и это он разрушал многие из них. У него был уникальный талант в стратегии и тактике. Он пытался сохранить мир, но каждый ненавидел его, даже я.

— Что заставило тебя передумать? — спросила я.

Керрик засмотрелся на огонь.

— В течение выпускного года в школе, преподаватели дают старшеклассникам испытание короновать короля школы. В основном несколько человек пытаются убедить, запугать или подкупить других людей, чтобы те проголосовали за них, пока не наберут большинство голосов. Райн, Тохон, Станслов, Селина из Лейды хотели победить и стать королем. Меня не волновало, кто выиграет. В то время мы с Джаэль уже были помолвлены. Мы пообещали помощь Тохону, в начале года я планировал не участвовать в этой королевской чепухе. — Он подбросил еще одно палено в огонь, из-за чего посыпались искры. Его движения были скованы от напряжения.

Я чувствовала, что он не хочет рассказывать историю до конца.

— Что случилось после этого?

— Станслов случился. — Прорычал Керрик.

— Королевская компания Станслова. — Ответил Белен. — В середине года Тохон сказал Керрику, что Райн поспорил на трех сторонников со Стансловом на то, что он не сможет разорвать помолвку Джаэль. Станслов должен был бросить ее после конкурса, но он влюбился в ее. Несчастный.

— И когда Керрик узнал о пари Райна, то он вышел из себя и попытался убить его. — Сказала я догадавшись о продолжении истории.

— Почти получилось. — Сказал Керрик напряженным голосом. — Джаэль остановила меня. Она сказала мне, что Райн не спорил с Стансловом. Это был Тохон, после того как у него не получилось переманить ее.

Двойное предательство. Не удивительно, что он всех сторонился.

— Тохон хотел чтобы я разобрался с Райном, так как он был сильный соперник за звание короля. Жаль, что я не убил Тохона.

— Не из-за отсутствия попыток. — Сказал Белен.

Керрик потер шрамы на шее.

— Что произошло? — Спросил Квейн, он с Лореном внимательно слушал историю.

— Маги Жизни связаны со всеми живыми существами. — Ответил Белен. — Тохон вызвал пса для защиты от атак Керрика. Они сражались снаружи за конюшнями, поэтому учителя их не увидели. Пес чуть не разорвал горло Керрику. Я потратил две недели на уход за Керриком, кто-то должен был знать, что лучше бросить вызов магу жизни и вернуться живым.

Казалось странным, что в школе не было целителя, особенно для таких важных учеников.

— Разве там не было целителя?

— Его вызвали по неотложному делу, — ответил Белен.

Я обдумала эту информацию и нашла несоответствие.

— Почему Райн выиграл, если все ненавидели его?

— Он убедил своих сторонников логикой и честностью. — Ответил Керрик. — В то время каждый устал от лжи и им надоело быть обманутыми.

— И как же он тебя убедил? — спросила я.

— Он приходил ко мне каждый день, когда я выздоравливал. Он разоблачил тех людей кто организовал и принес мне неприятности за эти годы. Джаэль и Тохон. Будучи младшим ребенком из троих детей, Джаэль никогда бы не получила власть Бавлинского Королевства. Она планировала брак со мной, чтобы стать королевой Алги. Когда она поняла, что Стансловом будет легче манипулировать, она изменила стратегию. — Керрик сжал свои кулаки и постучал по своим бедрам. Он посмотрел на меня впервые за время истории. — Я игнорировал и не хотел видеть, то что происходило вокруг меня все это время.

Неужели он намекает, что я делаю такие дела?

— Кто же стал королем? — спросил Лорен.

— Райн выиграл. — Сказал Белен. — Его поддержали все ученики кроме троих.

Легко догадаться кто эти трое. Интересно какие остались проблемы у Джаэль и Тохона.

— Хорошо, когда вы выпустились с Райном и вернулись в свои королевства. Почему ты не остался там, помогать своим людям? — спросила я Керрика.

— Я был там два года, помогая с чумой и мародерами. — Он потер свое лицо, будто хотел стереть свои воспоминания. — У нас не было воинов, чтобы сдержать их и они терроризировали и грабили у выживших еду. Также они убивали, но их было трудно найти и поймать. Они сражались как племена севера.

— Умные мерзавцы. — Согласился Белен. — Они окружили замок Алга и нам не оставалось ничего как закопаться и умереть.

— Я чувствую счастливый конец. — Сказал Квэйн.

— Нас спас..

— Райн. — Говорю я наугад.

— Не совсем он, — ответил Белен. — Но он послал… Как он их назвал?

— Элитная группировка, — ответил Керрик.

— Это все. Они были просто горсткой хорошо обученных солдат, но они перехитрили мародеров и нанесли удары по лидерам ночью. К утру мародеры исчезли. Удивительно.

— Он послал еще несколько элитных отрядов и через пару месяцев освободили Алгу и мы начали восстанавливаться. — Сказал Керрик. — После того как все успокоилось я передал правление королевством своему младшему брату Исаку, я должен был помочь Райну с другими тринадцатью королевствами.

— Конечно мы смогли помочь. — Сказал Белен. — Мы провели год с Райном и три королевства на севере Девяти Гор были в безопасности и процветали, когда мы пересекали границу два года назад. Ты не найдешь там такие ужасы, которые были у нас на этой стороне.

— Это сторона Тохона и мы уже обнаружили, что элитные войска не могут справиться с его… армией. — Сказал Керрик. — Райн собирал дополнительную информацию, когда ему стало плохо. Я не имею такого таланта в стратегии. Однажды Райн уже перехитрил Тохона пять лет назад — он сможет повторить это снова.

Получается, что Керрику уже двадцать шесть, это меня не волнует. Меня больше интересовало почему они думают, что нужно остановить Тохона или хотя бы задержать его в его королевстве. Я не могу понять зачем.

Я помнила, что Тохон работал некоторое время в Гильдии Целителей. Как маг Жизни он был бесценным ресурсом Гильдии и помогал им до чумы. На сколько же он может быть плохим? Кроме этой щедрости за целителей. Ненависть к целителям не только у него. Райн тоже их ненавидел и это было еще до чумы. И почему же я не хочу знать больше о Тохоне. Снова трусость?

Все наблюдали за моим выражением лица.

Я постаралась сохранить нейтралитет и спросила Керрика.

— После бури мы сможем вернуться в хранилище Гильдии?

— Если это безопасно и она не погребена под слоем снега, то мы сможем остаться на пару дней прежде чем отправимся на север.

Несмотря на его заявление, Керрик много знал о стратегии. Он связал мой интерес к Райну с ящиком с документами, который мы нашли. Лучшая стратегия была бы вернуться назад и поискать еще информацию. Возможно, мы сможем найти еще однин ящик, который убедит меня исцелить Райна.

Шторм продолжался в течение следующих двух дней. Мы вышли из пещеры только на третье утро, щурясь от яркого белого солнечного цвета. Лес изменился. Он выглядел словно облака спустились на землю. Груды пушистого снега скапливались на подветренной стороне деревьев и кустарников, в то время как открытые участки были не покрыты.

Керрик нахмурился смотря на сугробы.

— Это замедлит нас.

— У нас еще есть тридцать дней до открытия перевалов. — Сказал Белен.

— И еще больше трехсот двадцати километров пути. Пойдемте.

Мы обходили более глубокие сугробы и по возможности держались неглубоких мест. Временами снег доходил нам до колен, а иногда доходил до пояса. Снег мог казаться пушистым, но он казался довольно плотным, когда я пробиралась сквозь него, мне это напомнило о воздухе и о том, как Джаэль могла его сгустить настолько, что мой нож остановился в воздухе. Опасаясь, что она может послать еще один шторм, я посмотрела на небо. Ничего, кроме синевы.

— А как же наши следы? — Спросила я пыхтя от напряжения.

— Мы мало, что можем сделать. — Сказал Керрик.

Во второй половине дня мы добрались до разрушенных зданий Гильдии Целителей. Около тридцати сантиметров снега собралось перед плитой, удерживающей дверь закрытой. Нам не понадобилось много времени, чтобы его очистить. Белен с легкостью передвинул плиту. Пока Керрик осматривал окрестности, остальные с факелами спустились в архивную комнату, чтобы получить дополнительную информацию.

Этой ночью мы разбили лагерь под лестницей, чтобы наш маленький костер не потух, и мы бы оставались близко к выходу.

— Что будем делать без лазейки? — Спросила я Керрика.

— Это был не снег.

— Почему?

— Во время шторма в лесу слишком трудно почувствовать незваных гостей, — казал он.

— Почему?

— Лесу не нравится когда ветер ломает его сучья и ветки. Во время шторма он реагирует, так будто на него напала армия злоумышленников. Но теперь я уверен, что поблизости никого нет.

Я предложила начать дозор. Керрик рассмеялся сначала, но когда он понял, что я серьезна, он позволил мне начать первую смену.

Ничего не произошло во время моей первой смены. Было просто охранять одну дверь. Однако несколько часов в одиночестве, вдыхая свежий ночной воздух и наблюдая, как снег сверкает в лунном свете, были столь необходимы для снижения давления. Даже когда никто не говорил о Райне я чувствовала их взгляды и их надежды давили на мою совесть. Тревога за Ноэлль тоже цеплялась за меня, но здесь, в тишине и покое, я могла на некоторое время притвориться, что с миром все в порядке.

В конце концов, Керрик прибыл, чтобы принять следующую смену, и все мои проблемы вернулись. Не желая присоединяться к остальным, я задержалась наверху лестницы.

— Что не так? — спросил Керрик.

Ничего и все одновременно.

— А… Джаэль навредит моей сестре?

— Хотел бы я сказать «нет», но ты видела на что она способна. — Керрик смотрел на снег. — Пока твоя сестра приносит ей пользу, она будет впорядке. Джаэль, скорее всего, надеется, что ты вернешся за ней. Когда Райн излечится, хотя бы Тохон больше не будет беспокоить тебя.

Говоря практично, я уберу себя с шахматной доски.

— Если нет другой причины почему он меня хочет. Он изменил награду за мою поимку: теперь я нужна живой. — Я остановилась, задумавшись. — Это лучше, чем быть мертвой.

— Ты говорил мне раньше, что некоторые вещи хуже смерти. Ты помнишь? — Взгляд Керрика теперь сфокусировался на мне.

Он был удивлеен, я кивнула.

— Ты все еще так думаешь?

Я проверила свои чувства.

— Нет.

— Хорошо.

Мы остались в комнате для записей еще на две ночи. В эти дни мы обыскали всю комнату. Никто не нашел другой ящик, где могла бы быть информация о чуме. Удрученные, мы собрались вокруг костра, пока Белен не вернулся с финального обыска. Он нес ящик с надписью «Отравление Олейном»

— Думаешь научиться искусству убийцы, Белен? — спросила Лорен.

— Разве это не редкий цветок? Быть может, он хочет заняться садоводством. Я слышал, что это то, что делают пожилые люди, когда они достигают старческого моразма, — подразнил Квейн.

Белен покачал головой.

— Две головы и в обеих ни капли мозгов. Хорошо, что обезьяны развлекают, иначе я бы оставил их в Ризане.

До того как они успели ответить, Белен открыл ящик.

— Отравление Олейном, по мнению целителей, и было причиной недуга у людей, пока они не поняли, что это чума.

Я помнила оцепенение Тары, когда симптомы совпали, но никаких растений Олейна рядом с пациентами обнаружено не было. Это был один из множества диагнозов, предложенных в те хаотичные времена.

— Еще одно смертоносное растение? — спросил Квейн, слегка позеленев.

— В этом случае, дело в пыльце, — сказала я, — любой, кто живет у подветренной стороны растения, когда оно цветет. Но они поправляются где-то через десять дней после отравления пыльцой.

— Почему мы об этом не слышали? — спрашивает Лорен.

— Это довольно редкое растение, которое растет только в предгорьях с обеих сторон Девяти Гор, — сказал Белен.

Поэтому Белен знал об этом. Однако, отравление Олейном быстро вычеркнули. Я взяла ящик у Белена. Больше мы ничего не нашли. Он может быть полезным.

В тот вечер я сидела ближе к огню и просматривала содержимое ящика. Большая часть содержала подробные случаи отравления Олейном за последние годы. Было двадцать два подтвержденных больных в последний записанный год. Карта подгорьев Девяти Гор была отмечена местонахождениями каждого случая. Большинство были в северной части Ивделя, с шестью в Алге и одним на юге Выжа.

На дно ящика запихали еще одну карту. На ней были изображены все королевства. На ней также были красные точки: больше всего в Выже, Помите и Сектвене. Страница называлась «Недавняя Вспышка Отравлений Олейном». Однако, название было перечеркнуто, и вместо него другой рукой написали «Первые Жертвы Чумы».

Я погрузилась глубже в записи и нашла список с датами и локациями, совподающими с красными точками.

Я одолжила у Белена перо и чернила. Используя даты, я обьединила каждую из них с точкой. Закончив, я получила серию концентрических кругов, становившихся больше с каждой датой.

Они были похожи на мишень, которую Белен нарисовал на дереве во время наших уроков метания ножа.

Ледяной палец скользнул по моей спине, когда я уставилась на мишень.

Мишень нависла прямо над Гильдией целителей.

Доказательство того, что чума началась в самом сердце Гильдии целителей.

Глава 17

Стало трудно дышать. Первые жертвы чумы жили в десяти милях от Гильдии Целителей. И, словно рябь в тихом пруду, болезнь распространялась кругами. Тот, кто отмечал карту, остановился через пару месяцев, поэтому последний круг пересек границу между Помитом и Касисом вниз через Тобори, пронесясь мимо Лекаса — моего родного города — поднявшись через Сектвен, Согру и Выж и миновав Девять Гор, коснувшись Алги и Ивделя.

Я успокоилась и просмотрела информацию непредвзято. О чем эти круги говорят мне? Чума не передавалась воздушным путем, иначе метки были бы сконцентрированы на подветренной стороне преобладающего направления ветра. Так как тогда была весна, ветра дули бы с запада.

Чума должна была передаваться от человека к человеку. Метки находились в более населенных районах, что поддерживало эту теорию. Я проверила дату круга рядом с Лекасом. Она совпала с временем, когда Ноэлль, по ее словам, послала те письма.

— Ты часами смотришь на эти бумажки, — сказал Белен. — Нашла что-нибудь полезное?

— Кое-что, — я уклонилась от ответа.

Я обдумала временной промежуток чумы. Этой весной будет ровно пять лет с ее начала. На охват всех Пятнадцати Королевств ушло два года, и еще один на достижение отдаленных территорий. Замок Райна находился близко к берегу моря Ронэль, с видом на оживленный портовый городок. Так почему на то, чтобы нанести ему ущерб, ушло так много времени?

— Белен, где жил Райн, когда вспыхнула чума? — спросила я.

— Я не знаю, — он покосился на Керрика, который казался спящим, но теперь оперся на свой локоть. — А ты?

— Нет, а что? — спросил меня Керрик.

— Он поздно столкнулся с чумой. Мне интересно, мог ли он жить на севере Ивделя или вдали от населенных районов.

— Близь диких земель жило не так много людей, — сказал Белен. — В основном только дежурившие у границы пограничники. Люди боялись находиться слишком близко к дикарям.

Которые, как мы полагали, тоже подхватили чуму и умерли в больших количествах. Но ни один погранничник не проходил границу, охраняя от нападений. Также не было слухов от захватчиков. По крайней мере, пока. Если чума передавалась от человека к человеку, то, наверное, все люди из племен были здоровы. Пугающая мысль.

Я задумалась.

— Он контактировал с кем-то зараженным, до того как заболеть?

Белен снова посмотрел на Керрика.

— Нет.

— С ним что-то случилось? Где он был в то время?

— Кое-кто из элитных войск был агентом под прикрытием, работающим на Тохона, — сказал Белен.

— Мы подозревали, что он предан Тохону, — добавил Керрик. — Во время допроса он освободился и схватил Райна за горло. Он кричал Райну в лицо, обещал его убить, когда один из элитных солдат метнул нож в его сердце. Мы так и не смогли подтвердить, для кого он шпионил.

— Мы были маленькой группой. Райн всегда настаивал на путешествии на легке, несмотря на опасность. Мы разбили лагерь в южных предгорьях Девяти Гор в Выже.

Было вполне вероятно, что Тохон послал больного шпиона с целью заразить Райна, но это не обьясняло, как он умудрился прожить так долго. Было ли это важно? Скорее всего, нет. Но…

— Сколько времени прошло с этого инцидента, когда он заболел?

— Пара дней, — ответил Керрик.

— Мне нужно точное количество.

— Разве мы не сменили местоположение после этого? — спросил Керрика Белен.

— Да. Мы не знали как долго шпион следил за нами. Райн приказал двигаться на восток и мы шли пешком по предгорьям два…

— Три дня? — вмешался Белен.

— Два. — сказал Керрик. — Мы остановились из-за горячего источника, помнишь?

— Как я мог забыть неограниченный доступ к горячей воде.

— Хорошо звучит, — сказала я.

— Это действительно так, но в ту ночь у Райна начались рвота и боли в животе, — сказал Керрик. — Мы думали, что он отравился испорченным мясом, но когда это продолжилось больше одного дня, стало понятно, что это первая стадия чумы. В то время было всего несколько жертв.

Первая стадия напоминала желудочную болезнь, и как только желудок и кишечник опорожнялись, симптомы трансформировались в боли во всем теле, боли и высокую температуру, что было второй стадией. Финальная стадия включала в себя конвульсии, бред и большие белые волдыри, которые сперва чесались, а потом горели. Многие больные кричали без остановки от боли во время третьей стадии. Словно они сгорали заживо.

Об инкубационном периоде мало что было известно, но обычно на первую стадию уходило четыре дня, на вторую — пять, а на третью — два. Одиннадцать дней на смерть. У целителей было больше. Если верить Таре, целители продерживались двадцать дней перед кончиной.

Не удивительно, что многие чумные кончали с собой перед переходом в третью стадию.

— Что произошло, когда вы узнали? — спросила я.

— Я послал сообщение Зеппу, — сказал Керрик. — Мы встретились с ним в горах и погрузили Райна в стазис где-то через пять дней после первых симптомов. Потом мы перенесли его в безопасное место.

Неважно, насколько плохо было Райну. Если я его вылечу, то для меня болезнь будет протекать с самого начала. Стоил ли он двадцати дней агонии? Я не могла сказать.

Мы направились на север следующим утром. Несмотря на обещание Эстрид безопасной переправы к Девяти Горам, Джаэль оставалсь угрозой. Избегая главной дороги, Керрик выбрал путь в Королевстве Помит, который шел паралельно ей. Он придерживался лесных местностей, что имело смысл, но иногда мы проходили через заброшенный город или обходили населенный.

Чем ближе мы подходили к предгорьям, тем пустее были города. Спустя пять дней пути, мы наткнулись на недавно соженные городки. Свидетельства нападения отметили здания и запятнали землю.

Белен заметил мое беспокойство.

— Мародеры.

— Как те, что напали на Алгу? — спросила я.

— Да, только эти живут в предгорьях. Они нападают на город, крадут все, что имеет хоть какую-то цену, а затем сжигают город и идут обратно в подгорья. Когда провизия заканчивается, они нападают на другой.

— Что насчет элитных военных отрядов Райна? Чем они занимались все это время?

— Один защищает Райна. Другие охраняют три северных королевства, пока мы с Беленом искали целителя, — сказал Керрик. Он криво улыбнулся. — Мы не думали, что это займет так много времени.

— Тем временем Эстрид набирала обороты в восточных королевствах, — сказал Белен, — а Тохон полз с запада.

Я посмотрела на разрушенные дома. Если бы Райн не заболел, его люди могли бы остановить мародеров. Это мысль привела к другой, которая не переставала беспокоить меня последние несколько дней.

— Почему элитные войска не могли противостоять армии Тохона?

— Мы не знаем. Ни один из отрядов не вернулся из разведывательной миссии в Согре, — сказал Керрик. — Поэтому мы были в Выже, чтобы узнать что случилось.

— Ни одного солдата?

— Нет.

Позже, я остановилась и огляделась. Местность казалась знакомой, но я понятия не имела где мы конкретно находимся. Каждый день мы проходили так много, как могли, примерно от двадцати до тридцати миль, перед тем, как остановиться на ночлег. По моим подсчетам, мы проходили сто двадцать пять миль за пять дней.

— Что случилось? — спросил меня Лорен.

— Как далеко до Гали?

Все посмотрели на Керрика. Он всегда знал наше местоположение. Однажды Квейн в шутку сказал, что Керрик — это живая карта, а я задумалась, приходила ли ему информация с помощью лесной магии.

— Гали где-то в восемнадцати милях на восток отсюда. А что? — спросил Керрик.

— Моя наставница, Тара из Помита, жила там. Она так много знала про растения и травы, что записывала все, дабы не забыть. Эта книга будет полезна. Это не далеко…

— Мы провели три дня в комнате записей Гильдии. Разве эти сведения не должны были быть там?

— Нет. Тамошние записи о предыдущих экспериментах и наблюдениях. Нечто для повседнего использования находилось бы рядом с местом работы целителя. Его бы не спрятали, так как оно бы сгорело.

— А Гали, скорее всего, сравняли с землей мародеры, — сказал Керрик.

— Даже если город не сгорел, — мягко сказал Лорен, — ее дом точно разрушили, если ее соседи знали о том, что она целитель.

Это правда.

— Неважно, Тара, вероятно, взяла ее с собой, когда скрылась.

Но Керрик не двинулся.

— Тара не скрылась.

— Откуда ты знаешь? — во мне закружилась холодная пустота.

— Она была на верху списка Райна, и ближе всех к нам вначале. Белен и я прибыли в Гали через несколько дней после того, как покинули Райна. Но ее казнили за месяц до этого. Ее дом разграбили, но не сожгли.

Горе нахлынуло вместе с бессильной яростью. Убита людьми, о которых она заботилась и которых любила. Чьи шрамы она с гордостью носила. Чьи болезни она впитала, чтобы те не мучились.

Я подавила свои бесполезные эмоции. Ничего не измениться просто потому что я злюсь.

— Книги больше нет. Скорее всего, она ушла в топку в ту первую зиму.

— Может быть. Или она ее спрятала, — сказал Керрик.

— Может быть. Но шансы настолько ничтожны, что идти восемнадцать миль от нашего маршрута нет смысла, — я понимала, что мы с Керриком поменялись ролями еще до того, как поймала самодовольные ухмылки обезъян.

— Все равно стоит остановиться, — сказал Керрик.

Я уставилась на него, прекрасно осознавая, что он согласился, надеясь на принятие решения в пользу Райна.

Как и ожидалось, Гали был разрушен. Соженные здания заполняли улицы. Кроме каменных устоев ничего не осталось. Однако, Керрик был решительно настроен найти дом Тары.

По памяти, я отвела их к ее дому. Так как я была ее новой ученицей, моя работа состояла в походе на рынок каждое утро. Я делала всю работу, которую не хотели делать другие, но относилась к каждой задаче так, словно было необходимо сделать ее хорошо: трюк, которому я научилась у отца. Тара назвала меня своей самой работящей ученицей, и со временем начала просить меня помочь с наиболее интересными случаями.

Ее дом был похож на остальные — кучка обгоревшиих обломков. Керрик и остальные начали ковырятся в них, расчищая дорогу. Я осталась на улице, пытаясь не вспоминать, что те шесть месяцев, во время которых я жила и обучалась здесь, были самыми счастливыми в моей «взрослой» жизни, но четно.

— Я что-то нашел, — сказал Керрик, присоединяясь ко мне. В его руках находился помятый металический ларец, покрытый пеплом.

Мое сердце трепетало от узнавания. Он сохранился!

— Закрыто, — он потряс ларец, и внутри что-то прогремело, — подержи его, чтобы я мог вскрыть замок.

— Нет нужды, — я влезла в свой рюкзак и достала оттуда маленький серебряный ключ, — этот ларец мой. Я оставила его здесь, когда вернулась домой, в надежде, что когда-нибудь вернусь. Я и забыла про него.

— Но ты все еще таскаешь с собой ключ.

Я пожала плечами.

— Просто не могла заставить себя выбросить его. Знаю, это странно.

Ключ подошел, но открыть замок оказалось не так просто. Керрик помог и вскоре содержимое, которое казалось мне важным тогда, было у нас перед глазами. Монеты, кулон и тетрадь.

Керрик взял кулон. На нем висела подвеска в форме пары рук. Он воспросительно посмотрел на меня.

— Мой брат Крисс послал мне его за месяц до того, как я покинула дом и начала обучение. Он тот, кто научил меня жонглировать, — я улыбнулась воспоминанию. — В его письме говорилось, что он знал: я буду лучшим целителем во всех Пятнадцати Королевствах, потому что я всегда хорошо обращалась со своими руками, и то, что он гордится мной. — Глаза наполнились слезами, мешая нормально видеть. — Это был последний раз, когда мы получили вести от него и моего отца.

— Что в тетради? — спросил Керрик.

Я полистала страницы. Мой корявый почерк заполнял каждую страницу. Просмотрев парочку, я поняла, что, тогда по моему мнению, глупый дневник на самом деле был докладом всего, что я выучила каждый день. Я уже забыла половину этих уроков.

— Есть что-нибудь полезное? — спросил он.

— Тары был бы полезнее, но тут больше, чем я думала.

— Стоило приходить сюда?

— Да.

— Хорошо. Теперь повернись.

— Зачем?

— Так сложно просто…

— Ладно-ладно, — я повернулась, желая знать, что он хочет мне показать.

Но Керрик ничего не показал, вместо этого повесил кулон мне на шею. Он приподнял мои волосы, позволив пряжке упереться мне в шею. Из-за прикосновения холодного метала к коже, моя спина покрылась мурашками.

— Вот. Теперь ты больше его не потеряешь.

Мы переночевали в Гали, разбив лагерь на подветренной стороне большой каменной стены, которую не успели разрушить. После стольких дней совместного путешествия, мы собрали хворост, расчистили снег, развели огонь, съели приготовленный ужин и по-очереди караулили, не сказав ни слова. Однако, когда мы влезали под одеяла наших спальных мешков, а Керрик уходил караулить, начинались разговоры. Сегодняшняя ночь не стала исключением.

— Кто-нибудь еще заметил, что мы не наткнулись ни на одного человека за последние два дня? — спросил Квейн.

— Живущие в округе люди — явно не те, на кого нам бы хотелось наткнутся, — сказал Белен.

— Деревья, вероятно, говорят Керрику где они, и мы их избегали. — сказал Лорен, — Нет смысла давать Тохону или бандам мародеров знать наше местоположение.

— Что насчет наемников? — спросила я.

— Им тоже, — сказал Лорен.

Я обдумала это.

— Все это время мы путешествовали строго на север, кроме сегодняшнего дня. Можно подумать, что нам надо было идти осторожно, чтобы их избегать. Но мы даже следов на снегу не увидели. Возможно, Квейн прав. Подозрительно спокойно.

— А чем вам не нравиться спокойствие? — спросил Белен. — Совсем не обязательно, чтобы на каждом шагу были препятствия.

— О чем ты думаешь, Аври? — спросил Лорен, игнорируя Белена. — О засаде у главного перевала в том случае, если мы не успеем достигнуть его до весны?

— Слишком очевидно, но логично.

— Разве Керрик не сможет использовать свои древесные фокусы, дабы засечь их? — спросил Квейн.

Я ухмылнулась выбранному слову. Керрик пытался объяснить обезьянам как работает его магия, но, из-за невозможности понимать ее так, как я, они не понимали общения леса с ним. Маги обычно утаивали детали об их силах. Либо они боялись, что люди поймут, как им проитвостоять, либо хотели казаться загадочными. Но, когда все узнали, Керрик стал более открытым и честным с парнями.

— Действие его «древесных фокусов» зависит от того, где засада. Если они прячуться выше линии дерева — у нас будут проблемы.

— Что насчет его бывшей? — спросил Квейн. — Как думаете, Джаэль придет за нами?

— Нет. Джаэль потеряла элемент неожиданности, а ее сила не может противостоять нашей.

Квейн сел и посмотрел на меня.

— Нашей?

Я выругалась себе под нос за прокол.

Белен засмеялся смятению Квейна.

— Подумай об этом.

Так Белен знал. А Лорен знал? Я покосилась на него. Выражение его лица было отдаленным.

— Поэтому ты звала Керрика для Блохи? — спросил Квейн. — Ты хотела объединить вашу магию?

— Мы не объединили ее, а поделились друг с другом нашей магической энергией, — я начала объяснять, как мы с Керриком противостояли атаке Джаэль. — Целители часто объединялись, когда пациент был на пороге смерти, давая одному целителю силу спасти его жизнь. Так как у нас с Керриком разные типы магии, я удивилась, что мы в принципе смогли это сделать.

— А может ли Керрик вылечить Райна, используя твою энергию? — спросил Белен.

— Нет, это только добавит сил его магии.

— Но у этого есть цена, так ведь? — спросил Лорен.

— Да, — сказала я, — магия затратна и может физически истощить. — Задумчивые и напряженные выражения их лиц волновали меня. Больше обсуждать Керрика не хотелось. Я попыталась сменить тему. — Я обычно становлюсь голодной после этого и готова убить за мамин яблочный бисквит с корицей. Кто-нибудь знает, заботятся ли выжившие о яблоневых садах в Заинске?

Никто на это не купился.

Смотря на их лица, я поняла, что Белен первым понял суть, хотя и Лорен недалеко ушел.

— Керрик помог тебе исцелить меня, не так ли? — спросил Белен.

Я должна сказать «да» и покончить с этим. Но, я не могла врать Белену:

— Не совсем.

— Аври, — тон Белена был угрожающим.

— Я исцелила тебя. Но Керрик дал мне энергию исцелить себя. Иначе я бы умерла. Я это признаю, ладно? Может сменим тему?

Они так и поступили, но мои мысли занимала моя персональная боль — Керрик. В списке испробованных средств против чумы говорилось, что Гильдия пыталась поделиться энергией полдюжины целитилей, дабы вылечить заболевшего коллегу. Не сработало. Поэтому нет шанса, что одинокий маг сможет спасти меня, когда я заражусь чумой.

Из Гали мы шли на северо-запад и достигли южных границ предгорьев за три дня. Покрытые снегом скалистые горы заполняли небо, нависая над нами, но в то же время их вершины казались невероятно далекими.

Мы никого не увидели в предгорьях. На снегу были видны лишь маленькие животные следы. Что касается дурной славы данной местности, то больше всего нам мешали холмистая местность и густые группы сосен, которые замедляли нас. Никаких банд безаконных мародеров, уф или стай наемников. Все было спокойно.

Я пыталась убедить себя, что тишина — это хорошо. После двух спокойных дней, я почти была в этом уверена, но все изменилось, когда на следующее утро Керрик споткнулся.

Мы следовали за ними, пока он искал убежище до весенней оттепели, которая, я надеялась, настанет через три-четыре недели. Без предупреждения, он упал лицом прямо в снег.

Сперва, мы улыбались и дразнили его. Обычно уверенный Керрик стряхнул снег с плаща, беззлобно ворча. Виновницей оказалась обычная ветка. Извилистая и серая, она торчала из рыхлого снега. Мы могли бы наступить на нее и продолжить наше веселое путешествие, но Белен остановился и присмотрелся к ветке поближе.

Он выругался и начал капать, расчищая снег. Остальные обменялись недоумевающими взглядами, пока не поняли, что обнаружил Белен. Труп. Из-за скорости распространения чумы и мародеров, это было неудивительно.

— Поэтому я и споткнулся, — сказал Керрик, — лес не считает мертвое тело угрозой.

— Логично. Теперь это корм для растений, — проборматал Квейн.

Белен обнаружил больше комков в снегу. Опять же, это особо не шокирует. Каждый выживший либо видел, либо наткнулся на чумного. Пока остальные расчищали снег, находя больше тел, я осмотрела мужчину, о которого споткнулся Керрик.

Густая борода, длинные волосы и шрамы на лице, ему на вид было не больше двадцати. Он свернулся калачиком, со скерещенными поперек живота руками. Бесполезный жест, ибо большая часть внутренних органов лежали вокруг него. Я присмотрелась к рваной плоти и следам укусов на его теле. Стервятники или убийцы?

— Что-то сожрало вот этого, — произнес Белен.

— Этому парню оттяпали пол-лица, — сказал Лорен.

— Эм… Ребята, — голос Квейна дрожал, — кажется, я нашел виновников.

— Мы присоединились к нему. Он обнаружил большую уфу. Керрик сделал шаг назад, как только увидел ее. Автоматическая реакция, но я не могла его винить. Чудовище было шесть футов в длину и имело пестрый мех, покрывающий двести фунтов мышц. Два отвратительных зуба торчало из его верхней челюсти. Черная кровь запачкала когти передних лап.

Мы откопали четырнадцать тел, но только одну уфу. Хотя было большее количество следов других животных. Но, было трудно определить: это животные их убили или они просто пришли за легкодоступной едой.

— Мародеры, которые направлялись на рейд или возвращались с него, — сказал Керрик.

— Откуда ты знаешь? — спросила я.

— Неопрятный вид. Хорошо вооружены. Боевые шрамы. Большинство мужчины. Они оставляют слабых членов в главной базе.

— Что будем делать с трупами? — спросил Белен.

— Ничего. Как сказал Квейн, они пища для растений.

— Весной они будут вонять. Нет ли рядом голодных Лилий Смерти? — спросил Квейн, наполовину шутя.

— Они не заслуживают такой чести, — сказала я, с удивительной пылкостью.

Парни глазели на меня так, словно я потеряла рассудок. Возможно, так оно и было.

Идя через западные предгорья, мы наткнулись на еще две банды покрытых снегом мертвых мародеров. А потом — еще три. Но ни одной убитой уфы. Керрик хмурился все сильнее с каждым подобным открытием. Снег означал, что они все погибли до сильной метели семнадцатидневной давности — довольно давно и это немного утешало. Но любые крупицы утешения ускользали из-за огромного количества мертвых.

— Теперь мы знаем, почему так тихо, — сказал Квейн.

Отправившись в путь на третье утро, мы приготовились к новой бойне, но ничто не могло подготовить нас к следующему открытию.

Эта группа мародеров была убита также, как и все остальные. Но эти тела были покрыты снегом. Кровь, потроха, грязь и физиологические житкости запятнали белый снег. Следы уф пометили края.

Керрик приказал стоять на месте, пока он последовал по следам.

Пока его не было, я осмотривала мертвецов. Та же история, что и с предыдущими. Разница состояла лишь во времени. По моим подсчетам, они были убиты десять-двенадцать дней назад.

— Аври, ты ведь понимаешь, что это стремно? — спросил Квейн.

— Что стремно?

— Твое восхищение мертвецами. Не надо быть целителем, дабы понять: эти парни были убиты стаями диких уф.

— Это не восхищение. Скорее, любопытство. Кроме того, я начинаю подозревать, что их убили не животные. Разве не странно, что все жертвы лежат на животе.

— Или на том, что осталось от их животов. — Лорен указал на искромсанные органы рядом с одним из тел, — однако, по-моему, это довольно странно, что уфы продолжают нападать, хотя должны быть уже сыты.

— Если только, тут обитает больше одной стаи, — сказал Квейн.

— Эй, давайте думать о хорошем! — Лорен хмуро посмотрел на него, — если это не уфы, то кто напал на них? — спросил он меня.

— Я не уверена, — подойдя к мужчине, на которого указал Лорен, я попыталась перевернуть его. Он был слишком тяжелым и жестким.

— Это отвратительно, — сказал Квейн.

— Помоги мне, — сказала я.

— Ни за что!

— Сосунок, — сказал Белен. Он взял мертвеца за плечо и бедро, перетягивая его, — Что думаешь?

Я изучила открытую рану, когда-то являющуюся животом. В отличие от остальных, порезы были от лезвия, а не зубов.

— Судя по размеру и месту повреждения, он упал бы на спину, если бы на него напала уфа. — я осмотрела снег вокруг жертвы, — уфа бы его не перевернула.

— Почему нет? — спросил Квейн.

— Все вкусные части ноходятся спереди.

— Отвратительно. Напомни мне, больше никогда не задавать вопросов.

Лорен весело фыркнул.

— Как будто это сработает.

— Заткнись!

— Заставь меня!

— Джентльмены, — предупредил Белен, — если не уфа перевернул тело, то кто?

Я обошла трупы.

— На снегу следы перетаскивания. — отойдя, я осмотрела полную картину. Я отметила для себя, что все тела были расположены так, что их головы указывали на северо-запад.

— Потому что это послание, — сказал вернувшися Керрик.

— Что-то помимо «бегите как можно быстрее в противоположном направлени, иначе станете кормом для уф»? — спросил Квейн.

— Главный проход через горы на северо-западе, так ведь? — спросила я Керрика.

— Да.

— Послание, предупреждающее не проходить?

— Нет. Я нашел останки недалеко отсюда. Те тела тоже разложены в определенном порядке.

— Как это может быть посланием? — спросил Квейн.

Белен ошеломленно ответил.

— Тохон расчистил путь для нас, дабы мы прошли без проблем.

— В этом нет смысла, — сказал Лорен, — разве не в его интересах, чтобы мы не достигли прохода?

— Ты уверен, что это не предупреждение, которое должно отвадить нас? — спросила я, — в конце концов, Райн на другой стороне в безопасности.

— Он не на другой стороне, — сказал Керрик, — он спрятан внутри Девяти Гор. Легче всего до него дойти через главный проход, но можно пойти и по другим. Просто они длиннее и через них можно пройти только в теплую погоду.

Я сопоставила факты.

— Это значит, что…

— Может кто-то объяснить мне, что происходит? — спросил Квейн.

— Тохон знает где Райн, — сказал Керрик.

Глава 18

— Давайте рассуждать здраво. Только потому что тела расположены особым образом еще не значит, что Тохон нашел Райна. — сказал Белен. — Может быть Тохон просто пудрит тебе мозги, используя твой страх. Давайте рассмотрим другие варианты.

— Хорошо, Белен. Что, по-твоему, это значит? — спросил Керрик.

— Может он просто думает, что мы направляемся к главному проходу и развлекается, давая нам понять, что он знает. Это похоже на него.

— Это может быть уловка, — сказал Лорен, — он хочет, чтобы мы думали якобы Райн у него и, бросившись его спасать, привели бы Тохона прямо к нему.

— Так или иначе, это чертовски пугающее послание, — сказал Квейн, — трупов много. Он не шутит.

— И откуда он знает, увидишь ли ты его? — спросила я. — Да, он мог догадаться, что мы войдем в Помит, но предгорья охватывают много миль.

— Мы шли по следам животных, так же, как и мародеры. — сказал Керрик. — Это проще, чем идти через густой сосновый лес. Он знал, что мы когда-нибудь наткнемся на них. — Керрик остановился. — Меняем план. Мы не будем прятаться, а пойдем по главному проходу.

Мне хотелось сказать, что этого Тохон и ждет.

— Что насчет крутой ледяной тропы и тысячифутового обрыва? — спросил Квейн, слегка нервничая.

— Смотри куда идешь и не смотри вниз, — сказал Керрик.

— Это не смешно.

— Это и не должно быть смешным.

Смена планов казалась неправильной. У Белена и Лорена были железные аргументы. Не исключено, что Тохон просто провоцировал Керрика броситься прямо в засаду. Они были друзьями много лет: Тохон знает как спровоцироать Керрика. Во имя всего святого, я знала, как его расстроить, хоть и знала чуть больше трех месяцев.

Наплевав на наши мнения, Керрик привел нас прямо к проходу. Мы наткнулись на еще парочку групп мертвых мародеров, но он не давал нам остановиться.

Через два дня мы достигли исходного пункта главного прохода. Дорога была шире, чем звериные тропы, и вилась через сосновый лес. Снег был утрамбован предыдущими путешественниками.

Керрик указал на тонкие линии, оставленные колесами вагонеток.

— Пару дней назад здесь проходил караван. Иначе, по следу больше никого не будет.

— А что насчет линии выше деревьев? — спросил Квейн.

— Придется отправить вперед разведчика, — ответил Белен.

— Как ты себе это представляешь? — спросила я. — Мало за чем можно спрятаться.

— Ему придется идти ночью и использовать маскировку, — сказал Белен. — Перед обрывом есть обвал. Когда дорога станет высокой и узкой — места для осады не останется.

Квейн посмотрел на горы.

— Что насчет привала?

— Его не будет. Мы будем идти пока дорога не станет шире.

— Как долго?

— Переживаешь за свой дневной сон? — поддразнил Белен.

— Если бы ты действительно хотел, ты мог бы вздремнуть, — добавил Лорен. — Только будь осторожен, не перевернись во сне.

— Не смешно, — Квейн плотнее затянул плащ.

— Интересно, проснешся ли ты в воздухе? — Лорен думал больше про себя, нежели про своего друга. — Как только ты достигнешь дна — свет погаснет навсегда.

Квейн кисло посмотрел на Лорена, а Белен прыснул.

Лес редел по мере того, как тропа поднималась вверх, пока мы шли. Мои икры горели от лишних усилий. По крайней мере, в холмистой местности между подъемами был перерыв.

Керрик был уверен, что засады в лесу не будет, несмотря на волнение за Райна. И никаких уф тоже. Он почуствовал их стаю далеко на западе.

Мы остановились в пяти милях от линии деревьев и планировали наш следующий шаг. Лорен вызвался быть нашим разведчиком. Белен был слишком большим, Керрик — слишком узнаваемым, Квейн боялся высоты, а я была слишком важна. Мы устроили привал в сотне футов от главной дороги, пока Лорен готовился к своей ночной миссии. Он снял плащ и меч. Облочившись во все черное, он намазал темно-серую жижу на свое лицо, шею и руки.

— Варево Блохи, — сказал он, с грустной улыбкой, — Он научил нас парочке кошачих уловок со взломом. — Лорен посмотрел на темнеющее небо. — Остается надеятся, что луна будет сотрудничать и останется за облаками.

Полдюжины облаков струились по простору, но не казались достаточно густыми, чтобы закрыть лунный свет.

Когда окончательно стемнело, Лорен помахал рукой и сказал.

— Скоро увидимся, — он зашагал прочь, но потом остановился. — Нашел их.

Лорен двинулся назад, когда подошли двое мужчин, с мечами в руках.

Керрик и остальные мгновенно вскочили на ноги с оружием в руках. Я схватила свой стилет.

Деревья вокруг нас зашуршали. Быстрый взгляд подтвердил, что мы были окружены и в меньшинстве. Круг становился туже, Лорен взял свой меч и присоединился к нам. Сгрупированные посередине, мы прижимались спинами друг к другу.

— Блин, Керрик, — воскликнул Квейн, — я думал, тысказал, что никого поблизости нет.

— Никого нет, — рычит он, — я их не чувствую.

Странное заявление. Но задумываться времени не было, ибо они напали на нас. У нас было одно преимущество: Керрик и его люди были намного искуснее в бою. Я метала ножи в плечи, ноги, животы и предплечья.

Несмотря на неравное количество, мы одержали верх. Вот только эти мужчины и женщины не останавливались, когда их ранили мечом. Они не реагировали, когда нож вонзался в их плоть. Ранения, что должны были их вырубить, не имели никакого эффекта.

Они сражались в полной тишине. В конце концов, нападавшие приблизились, посчитав мечи бесполезными. Белен перешел к рукопашному бою, швыряя ими, словно тряпичными куклами. Но они продолжали наступать. Продолжали неуклюже шаркать ногами с бессмысленной решимостью.

Двое обошли Керрика и, схватив, начали уносить. Я подавила отвращение и панику. Касаясь руками холодной плоти, я призвала свою силу. Ничего не произошло. В груди было ни капли магии. Слова Керрика зазвучали эхом в голове. Я их не чувствую.

В ужасе я посмотрела в глаза одному из своих похитителей. Смерть тоже смотрела на меня. Потрясенная до глубины души, я перестала бороться.

Темноту заполнили крики. Папа Медведь зарычал. Затем тишина.

Мертвецы продолжали быстро идти, таща меня за собой. Мой разум не мог осмыслить невозможное. Никакое волшебство не способно вернуть мертвого к жизни. Ни у магов Жизни, ни у магов Смерти не было такой способности. Это было доказано.

Но невозможное крепко удерживало мой разум. Держало меня в тисках ледяных пальцев. Наполняло меня ужасом настолько сильным, что было больно.

Когда я больше не могла идти, один из них потащил меня на своем плече. Его тошнотворное прикосновение становилось невыносимым, а мое здравомыслие угрожало уйти далеко и надолго без меня. Я закрыла глаза и сосредоточилась на живых. Думала о маме и Мелине, Фаун и ее маме. Я немогла сейчас переживать о судьбах Керрика и остальных, иначе бы просто сошла с ума. Вместо этого, я представляла милую улыбку Нари и вспоминала Ноэлль такой, какой она была до того, как чума лишила ее детства.

Ночь превратилась в длинное испытание на прочность. Расцвело, но мои похитители продолжили свой быстрый шаг. За всю ночь они и слова не сказали. Даже не остановились поесть, попить или отдохнуть. Горло горело от жажды, а висела я головой вниз. В конечном счете, я оключилась.

Ледяная вода хлестала лицо, заполняла нос. Задыхавшаяся и сбитая с толку, я проснулась.

На меня сверху вниз смотрел мужчина.

— Полегче.

Я изо всех сил пыталась сесть. Он протянул мне руку. Когда я взяла его пальцы, то еле сдержала вздох облегчения от прикосновения к живому, теплому человеку. Он помог мне встать на ноги, но я прислонилась к нему, впитывая его жизненный пульс. Он, словно теплое вино, наполнял меня, притупляя чувства.

Он вскнул бровь. В его темно-синих глазах искрился задор.

— Собираешся ударить меня?

— А должна? — я с недоумением посмотрела за его спину.

Двое мужчин и одна женщина (все вооружены) пристально смотрели на меня. Я была в опасности. Мой спутанный разум немного прояснился.

— Нет, не должна. Моим спутникам это не понравится, и они остановят тебя.

— Но я могу угрожать им твоим благополучием, если они не отступят, — сказала я.

Он грустно улыбнулся. На вид ему было около двадцати пяти. Он был на пару дюймов выше меня и имел короткие черные волосы, длинные темные ресницы и убийственная улыбка. В его внешности было больше королевского, в то время как у Керрика она была более суровой. У такого мужчины явно нет отбоя от поклонниц.

Указав большим пальцем на троицу поблизости, он сказал.

— Я говорил не об этих, а о вон тех, — его глаза смотрели за мое плечо.

Я повернулась и вскрикнула, будто он снова облил меня ледяной водой. Мертвецы стояли четкими рядами, смотря в никуда. Нахлынул ужас, мгновенно рассеяв мое замешательство. Я насчитала шесть из них.

— Жуткие, не правда ли? — его тон остался дружелюбным и разговорчивым. — Но эффективные и послушные. Я думал с миссии вернется больше, но это не важно — они легкозаменяемы. И они справились. Ты здесь.

— Что?… Кто?… — я не могла сформулировать последовательный вопрос.

— Они являются особыми солдатами Короля Тохона. Впечатлена?

— Напугана.

Он снова улыбнулся.

— Это тоже есть.

— Ты работаешь на Тохона?

— Можно и так сказать.

— Чего он хочет? Чтобы я исцелила кого-то для него?

— Твоя целительная сила — определенно ценный вклад, но у него на тебя другие планы. И, конечно же, удерживание тебя от излечения Принца Райна тоже является преимуществом.

По сравнению с шестью мертвецами, стоящими поблизости, мысль о плене у Тохона, не вызывала ничего, кроме легкого беспокойства. Или это потому, что я все еще держала за руку красивого наемника? И почему я не могла отпустить? Определенно, я не сделаю ему больно. Не тогда, когда в результате я буду снова схвачена этими отвратительными существами.

Из-за того, что он казался разговорчивым, я спросила.

— Мертвые мародеры в предгорьях были посланием?

— Нет. Они — результат чистки. Король Тохон не позволит подобной скверне навредить королевству.

Мое внимание привлекло движение за ним. Трое его живых товарищей дернулись и бились, словно сражаясь с невидимым противником. Один за другим они повалились на землю.

Мой тюремщик не вынимал свой меч в ответ на шум. Вместо этого, он вздохнул и повернулся, когда Керрик появился. Растрепанный, истекающий кровью и рассерженный, он стоял рядом с тремя уже лежащими фигурами с мечом в руке. Меч выглядел так, будто он был покрыт темно-серой слизью Блохи.

Белен и Квейн вышли из деревьев и присоединились к Керрику. Все они были покрыты царапинами и ссадинами, мечи их были грязными от крови, но вели себя очень решительно.

— Надо было послать в два раза больше мертвецов, — сказал наемник.

Взгляд Керрика упал на мою руку, находившеюся в руке наемника. Это было бы идеальным моментом, чтобы ударить моего тюремщика. Но, я этого не сделала. Ярость Керрика жгла мою кожу.

Мой наемник посмотрел между мной и Керриком. Он засмеялся.

— Я отбил у тебя еще одну, Керрик?

— Мы поняли, как победить твоих тварей, Тохон. По мне так, у тебя только временная опека.

Тохон?

Он улыбнулся мне.

— Я предпочитаю «Король Тохон». Ты заметила, что Керрик и его амбалы не подошли ближе?

Нет, но теперь когда он об этом сказал…

— Почему нет?

Тохон поднял наши скрепленные руки.

— Он знает, что если атакует, то мне придется применить прикосновение силы и ты погибнешь. Он также знает, что я не хочу тебя убивать, так что мы зашли в тупик.

Я хотела испугаться, но ничего не почувствовала. Вместо этого, по моим венам текло отрешенное любопытство.

— Одно прикосновение и смерть? Но ты ведь маг Жизни.

— Что дает мне возможность забирать жизнь. Но не твою, моя дорогая, — он гладил меня по щеке другой рукой.

Мне пришлось приложить сознательные усилия, чтобы не упасть на опьяняющие прикосновения Тохона. Ненависть, ревность и страх Керрика пронеслись по моему телу. Странно, что я это чувствую.

Тохон продолжил.

— Кроме влияния на эмоции, я также обладаю способностью чуствовать эмоции. Я мог бы поделиться с тобой эмоциями Белена или Квейна тоже, но предпочел бы сфокусироваться на Керрике. Для кого-то настолько отсталого, он может быть довольно забавным.

Я засмеялась. Ничего не могла с собой поделать.

— Я очень хотел отбить тебя у него, но думаю сладостней будет, если ты сама уйдешь от Керрика и придешь ко мне.

— И зачем мне это делать? — спросила я.

— Он играет на публику, Аври, — сказал Керрик, — он знает, что у нас преимущество и для него это способ потешить уязвленное самолюбие.

Тохон пожал плечами.

— Думай, что хочешь, — он встретился взглядом со мной, — моя дорогая Аври, я буду с нетерпением ждать нашей следующей встречи.

Тохон поцеловал тыльную сторону моей лодони.

Волна жара окатила меня.

— Убейте мужчин, — он приказал своим мертвым солдатам.

Те бросились вперед, целясь в моих друзей.

Я попыталась ударить Тохона, но меня ударила еще одна волна. Она обжигала, превращая мои мышци в жижу. Тохон поймал меня и уложил на землю.

— Иди ко мне, Аври, и не затягивай. Или я пошлю целую роту своих спецназовцев, чтобы они забрали тебя и позаботились о твоих надоедливых товарищах.

Он поцеловал меня в лоб и жидкая тьма унесла меня из этого мира.

Звуки и цвета возврашались маленькими вспышками света.

— … ледяная, — сказал Керрик.

— В стазисе? — спросил Белен.

— Нет, не думаю.

— Тогда что с ней? — Папа Медведь волновался.

Интересно, о ком они говорили? Голубые пятна то вспыхивали, то гасли надо мной. Боковым зрением мелькнули зеленые кустистые капли. Чувствуя себя вялой, я наслаждалась калейдоскопом красок.

— Не знаю, — отчаяние Керрика проскальзывало через мою растерянность.

— Мы должны вернуться к Лорену, — сказал Квейн.

Имя Лорена встряхнуло меня. Мир вокруг стал четким. Керрик наклонился надо мной. Он взял мою руку. Кожа на месте его прикосновения горела, в то время, как остальное тело, по ощущением, словно окунули в ледяную воду.

— Ты впорядке? — спросил Керрик.

Его волнение давило на меня и как-будто было материальным. Я не знала, как ответить на его вопрос? Боли не чувтвовала. Но некая разрозненость покалывала в теле, словно магия жизни Тохона осталась во мне.

— Аври, ответь мне.

— Я… — мой голос был хриплым.

Белен предложил мне свою флягу, а Керрик помог сесть. Я хлебала воду, пока руки не задрожали. Вернув флягу Белену, я свернулась в клубок: неконролируемая дрожь прошлась по моему телу. Слишком много всего случилось. Воспоминания о прикосновениях мертвецов покрывали кожу льдом. На мгновенье, я жаждала снова ощущить теплое касание Тохона, которое не только показало мне чувства Керрика. Оно замедлило мою реакцию на ужас.

— Не сиди просто так, — упрекнул Белен Керрика.

Закостеневшими руками Керрик прижал меня к себе и крепко обнял. Несмотря на жар его тела, я все еще дрожала, уверенная, что никогда больше не смогу согреться. Или вернуть ясность рассудка. Эти… отродья. То, что они существовали… То, что они подчинялись приказам Тохона… То, что они атаковали нас… Лорен был ранен. Он нуждался во мне. Я собрала свои эмоции в кучку, слепила из них маленький аккуратный шарик и спрятала от греха подальше. Мои мышци расслабились, дрожь прекратилась и я глубоко вздохнула.

Вырвавшись из его рук, я села на землю. Мои волосы прилипли к щеке: я заправила прядь за ухо и поняла, что плакала. Пораженная, я хотела отвернутся, но все пялились на меня.

— Извините, я просто…

— Не извиняйся, — Белен протянул мне плоток, — это был крайне ужасный день.

Я осмотрелась. Мертвецы Тохона были разорваны в клочья. Убиты обезглавливанием. Черная кровь залила снег. Гнилостный запах разлагающейся плоти испорти воздух. По крайней мере, был способ остановить их. Не было никаких признаков той троицы, что была с Тохоном.

Пытаясь встать, я смахнула с плаща снег и грязь, и посмотрела на Квейна.

— Как Лорен?

— Плохо, но не критично, — сказал Квейн, — нам надо вернуться.

— Как далеко?

— Где-то полдня.

Я и часа не продержусь. Никто не носил рюкзаков. Скорее всего, они оставили их с Лореном и другими убитыми мертвецами. А как еще их называть? «Действительно мертвые»? «На самом деле мертвые»? «Снова мертвые»? Я задрожала. Сейчас не время об этом думать.

— У кого-нибудь есть еда? — спросила я, хотя сомневалась, что парни думали о еде, когда помчались меня спасать.

Белен достал горсть вяленной говядины.

Я набросилась на еду и жевала, пока мы шли быстрым шагом на восток. Идя рядом с Беленом, я спросила.

— Фляга, платок, еда… Что еще ты таскаешь с собой?

Он покраснел.

— Только парочку предметов первой необходимости.

— Спасибо. Я всегда могу положится на Папу Медведя.

— Папу Медведя? — его тон был нейтральным.

О-оу. Я ранила его чувства?

— Да, как медведь, защищающий своих детенышей.

— Разве это не то, что делает мама-медведица?

— Ты хочешь, чтобы я называла тебя «Мама Медведица»?

Он засмеялся.

— Это плохо скажется на моем хрупком мужском эго, — он долгое время молчал. — Пожалуй, это довольно подходящее прозвище. — Белен ткнул толстым пальцем Керрику в спину. — Я защищал этого медвежонка со дня его рождения.

— Тебе тогда было… четыре? Пять?

— Четыре. И до того, как ты начнешь обвинять меня, разве Ноэлль не младше тебя на шесть лет?

— Да.

— Тогда ты понимаешь, о чем я говорю.

— Понимаю. Аргумент принят, — я перешла на шепот. — Ему повезло, что ты с ним.

— А Ноэлль…

— Слетела с катушек, потому что меня не было рядом. Давай не будем об этом, — прервала я его, — но ты всегда был рядом с Керриком. Неужели тебе никогда не хотелось сделать что-то для себя?

— Нет. Я дал клятву.

Вау.

— А что если бы ты встретил девушку? Что если бы ты захотел жениться?

Он пожал плечами.

— Тогда я бы женился. Но я никого не встретил. А когда началась чума, появились дела поважнее.

— А когда все устаканиться?

— Может быть. Если я встречу подходящего человека, — улыбнулся он, — тогда у меня будут настоящие медвежата.

— Они будут самыми счастливыми медвежатами на свете.

— Этого я не знаю. Но если они проголодаются, то я смогу помочь.

— Без сомнений.

— Что насчет тебя, Авои? В твоих планах на будущее есть брак и дети?

Ледяные пальцы схватили мое сердце, когда образы Тохона и его мертвых солдат заполнили сознание. Я сосредоточилась на Белене, подавляя страх.

— Нет.

Когда мы дошли до Лорена, солнце уже село на западе. Кровавые бинты были обернуты вокруг его правой ноги. Его лоб блестел от пота.

— Аври, я рад видеть твое прекрасное лицо, — сказал Лорен.

— Как мило. Посмотрим насколько прекрасной я тебе покажусь утром.

Лорен пытался замаскировать свою боль, но не смог сдержать визг, когда я дотронулась до его ноги. Меч рассек мышцы за правой ногой почти до кости. Моя магия ожила.

— Разве ты не хочешь сперва отдохнуть? — спросил меня Белен.

Я взглянула на Керрика. Он кивнул.

— Я буду впорядке, — моя сила выросла.

Лорен закричал, когда магия сшивала его мышцы вместе и востонавливала поврежденную кожу. Она вернулась в меня, и чистый огонь пронзил мою правую ногу. Я думала, что ничего не может быть хуже ранения Белена в живот — я ошибалась. Лорен — это совсем другое дело.

Я споткнулась и сильно ударилась о землю. Но, по сравнению с агонией в моей ноге, это не могло сравнится. Мое мнение о Лорене улучшилось, когда я поняла, что он терпел эту боль почти весь день.

Затем теплая волна весеннего солнца и живой зелени притупила боль, когда Керрик притянул меня к себе.

Керрику и мне потребовалось два дня для того чтобы восстановиться. Я провалилась в исцеляющий сон на это время. Когда я проснулась, Лорен варил суп в большой кострюле. Он объяснил, что, поскольку мы не прячемся в предгорьях, нам не нужно таскать с собой столько мяса.

Когда мы продолжили путь, Лорен шел впереди даже в лесу. Больше нельзя было полагаться на лесную магию Керрика для предупреждения о засаде.

После каждого доклада Лорена, мы поднимались еще на одну-две мили. Дорога сужалась, дервья исчезали. Камни показывались под снегом, и мы замедлились, чтобы никто не подвернул ногу.

Ветер шумел между горными пиками и проникал прямо под мой плащ. Как и сказал Белен, когда тропа была высокой и узкой, мы продолжали идти, не останавливаясь. Квейн обнял каменную стену слева от нас. Я не винила его. Обрыв справа вызвал у меня головокружение.

Мы поднялись на перевал. Когда тропа пошла вниз, боль в икрах перешла на бедра. Травма Лорена пульсировала. Спустя пару часов я поскользнулась, упала на зад и заскользила по дорожке, набирая скорость. След впереди меня вился влево. Если я не остановлюсь, то не смогу повернуть. Вместо этого я улечу в пропасть.

Раздавались крики, предупреждая меня об опасности. Я уперлась ногами в землю и остановилась за пару дюймов от обрыва, но мое сердце продолжало быстро биться.

— Мы шли слишком медленно для меня? — поддразнил Лорен, когда дошел до меня.

— Отныне держись за меня, — сказал Белен, подняв меня на неустойчивые ноги.

— Да, только лавина сможет сдвинуть его с этой горы, — сказал Квейн, — могу я тоже тебя держать?

Белен проигнорировал его, но прижал меня ближе к себе.

Когда мы достигли линии деревьев, Керрик повел нас к проходу.

— Кажется, ты говорил, что Райн спрятан внутри Девяти Гор? — спросила я Керрик.

— Мы все еще в горах, — он указал на север. — Там следющий хребет.

Я застонала.

— Сколько их еще?

Он улыбнулся.

— После этого, еще семь. В сумме, девять хребтов.

Квейн побледнел.

— Твою мать!

— Почему, по-твоему, они называются «Девятью Горами»? — спросил Керрик.

— Я никогда об этом не думал.

— Боже, Квейн, ты так облегчаешь дело! — сказал Лорен.

— Я думала это из-за того, что была война с дикими племенами на севере, — встряла я, до того, как Квейн мог погрузится глубже в вопрос. — Мой отец рассказывал мне, что горная цепь не давала племенам захватить нашу землю. Однако, когда они поняли, как пройти, ушло девять лет, чтобы прогнать их обратно на дикие земли.

— Я думал, это связано с девятью драгоценными камнями, которые можно найти в подземных шахтах, — сказал Белен.

— Это причина звучит лучше, чем война, — сказала я.

— Все, что угодно, звучит лучше, чем война, — согласился он.

Идя глубже в лес, я заметила, что на земле не было снега. Той ночью мы заночевали на небольшой поляне. Керрик поручил двум людям постоянно караулить.

Я заснула без проблем, но сны мучили меня. Мертвецы гонялись за мной, пока Тохон смеялся. Я проснулась с трудом. Сердце билось о грудную клетку. Когда я снова уснула, сон продолжился, словно я и не просыпалась.

Иди ко мне, Аври. Голос Тохона делал меня неподвижной, пока мертвецы приближались. Я отбивалась и кричала, будучи пойманной в их ледянные тиски.

Керрик разбудил меня.

— Кошмар? — он сел рядом со мной.

Белен храпел на другой стороне от костра. Лорен и Квейн, скорее всего, были на стреме.

Я вцепилась в одеяло, дабы заставить руки перестать дрожать.

— Если бы.

— Мертвецы Тохона?

Иди ко мне, Аври. Я проигнорировала голос в своей голове.

— Да, они словно кошмар наяву

— Я знал, что он… ненормальный, но никогда не думал, что он решится вернуть мертвых к жизни.

— Они неживые. Иначе ты бы их почувствовал, а я бы смогла отрубить их.

— Тогда что они такое?

Я задумалась.

— Я не почувствовала никакой магии. Возможно, он нашел лекарство, которое может оживить их и дать достаточно разума, чтобы их можно было тренировать.

— Может быть, ты не могла почуствовать его магию. Но что еще могло помешать тебе ударить его, когда вы держались за руки?

Вспоминая нашу встречу, я не почувствовала его магии, но моя реакция на него, была результатом его влияния.

— Я не могла ее почувствовать, но, ты прав, он погрузил меня в… транс. А ты чувтвуешь его силу?

— Нет, но силу Джаэль я тоже не чувствую, — он смотрел на огонь.

Иди ко мне, Аври.

Нет, Тохон, не приду. Тебя надо остановить.

— Керрик.

Он посмотрел на меня.

— Райн может остановить Тохона?

— Он найдет способ. Да.

— Хорошо.

— Что хорошо?

— Я сделаю это. Я вылечу Райна.

Глава 19

Я думала, что Керрик будет счастлив, узнав о моем решении исцелить его принца, но вместо этого он нахмурился.

— И для этого всего-то надо было один раз встретиться с мертвецами Тохона. Шикарная ты девушка, — сказал Керрик, в его тоне ощущался сарказм.

Моей первой реакцией было отвернутся, пусть думает обо мне, что хочет. Меня это не должно волновать, особенно, если учесть, что он знал о моей судьбе и не был опечален моей предстоящей кончиной. Однако, я не могла молчать.

— Ты когда-нибудь задумывался, как Райн получил список имен целителей? — спросила я.

Если его и удивила смена темы, он этого не показал.

— Гильдия…

— Не делиться подобными данными.

— Значит, он его украл. В этом нет ничего такого.

— Ты прав. Вот только еще он украл конфиденциальную переписку между Гильдией и ее членами.

Понимание смягчило хмурое лицо, но совсем чуть-чуть.

— Документ, описывающие симптомы чумы?

— Именно. Еще он предупреждал целителей не лечить людей с этими симптомами. Тот, который неправильно поняли.

— Их послали в каждое Королевство. Любой мог их перехватить, — рассудил Керрик.

— Это правда. Однако, в первые дни, Принц Райн привел свою тяжело-больную сестру к Таре в Гали, надеясь, что та ее исцелит. Это тот же человек, который не позволил ей вылечить своего отца. Ты знал об этом?

— Да, но он думал, что все маги были противоестественны, а не только целители. Он постоянно читал нам лекции в школе об этом.

— Но вы все равно друзья.

— Он повзрослел с тех пор и теперь понимает.

— Шикарно, — сказал я, скопировав саркастичный тон Керрика, — когда она отказалась, он потребовал узнать, что происходит. В то время Тара была в неведении и следовала приказам Гильдии. Она показала ему письмо, в надежде, что это объяснит ситуацию.

Я смотрела на угли и вспоминала.

— Он пришел в бешенство. Его люди вытащили всех нас из постели, бросили вместе в гостиной и держали острием меча. — Перед глазами нежданно возник вид Райна, яростно держащего документ перед лицом Тары. — Райн изводил ее… — я взглотнула, — угрожал нам расправой, если она не исцелит его сестру.

Я никогда не видела настолько злого мужчину, даже Керрик не мог с ним сравниться. Мой отец был добрый душой и никогда не поднимал на нас руку. Его разочарование было худшим наказанием. Мы были послушны, дабы не разочаровывать его.

— Дай угадаю, — сказал Керрик, — в этот момент ты вмешалась.

Я потянула майку, открывая левое плечо. На коже был старый шрам.

— Этот мой собственный. Не взятый у другого. Перед тем, как Тара сдалась, его сестра умерла. Бедняжка. Когда он наконец ушел, то начал распространять слухи. В это время началась массовая истерия. Райн дал им тех, на кого можно спихнуть вину. Остальное ты знаешь.

— Поэтому Райн знал твое имя?

— Да. У Тары тогда было три ученика, и он узнал имена всех нас.

Тишина. Потом Керрик сказал.

— Я сожалею, что был зол.

— Ты не знал.

— Не знал. Что еще ты от нас скрываешь?

— Я пообещала Эстрид, что вернусь как только вылечу Райна, — не дожидаясь нотаций, я продолжила, — ты был прав. Наша свобода от Эстрид имела цену. Но ты уже знаешь, что это не будет проблемой, когда Райн исцелится.

Страх смерти вспенился в желудке, но он не изменит моего решения.

— Я согласен. Ты не вернешся к Эстрид, — Керрик встал и разбудил Белена, так как пришел их черед караулить.

Шокированная его словами, я пялилась на него, когда Белен дородушно зарычал на него. Он ушел со своим другом в почти веселом настроении. Керрик действительно был холодным и бессердечным ублюдком.

Когда я задумалась о своем обещании, страх вновь сковал меня изнутри. Я понимала, что исцеление Райна — правильный поступок. Я осознала это с тех пор, как Эстрид предложила альянс с ним. Однако, мое сердце переубедить не удавалось. Глупое сердце.

Мы вошли в систему пещер на следующий день. Влажный воздух пах минералами и грязью. Дневной свет проникал через дыры на потолке, но на стенах первой пещеры были выложены незаженные факелы. Лорен зажигал их, по мере того, как мы входили глубже, оставляя позади относительную яркость той первой комнаты. Мы шли через туннели и, иногда, пещеры. Сплошная тьма, прижимавшаяся к свету факелов, напомнила мне черную, словно чернила, магию Тохона.

Иди ко мне, Аври. Его голос словно вызывал невидимые руки, что гладили мою щеку ледяными пальцами. Появилась угроза дрожи.

— Значит, последние два года здесь жили элитные солдаты и маг? — спросила я.

— И моя сестра, — задорно добавил Белен.

Он был в отличном насторении из-за перспективы увидеть свою сестру и с тех пор, как узнал о моем решении.

— Звучит довольно скучно. Думаете, они все еще здесь?

— Почему ты спрашиваешь? — поинтересовался Керрик.

— Много времени прошло. Разве они не должны были волноваться?

— Нет, пару раз мы возвращались сюда. Они знают про ситуацию с целителем.

Квейн фыркнул:

— «Ситуация с целителем» — это мягко сказано. Посмотрим, что они скажут, когда…

— Ничего, — огрызнулся Керрик, — мы нашли Аври и вернулись. Это все, что им нужно знать.

Я заметила предупреждающий тон Керрика, но Квейн — нет. Или он решил его проигнорировать.

— Тебе стыдно за все проблемы из-за Аври или… Ай!

Керрик ударил Квейна о стену.

— Ни слова больше. Это приказ, — сказал он.

Квейн на минуту уставился на Керрика.

— Есть, сэр.

Керрик отпустил его. Квейн противно зыркнул на меня. Чудесно, по плохому насторению Керрика и надутым губам Квейна я скучать не буду.

Мы шли еще час. Как только факелы загорелись, мы достигли другой большой пещеры, оборудованной свежими факелами. Умно.

— Им позволено выйти? — сказала я.

— Еды должно хватить еще на год, а свежая вода течет в пещере рядом, — объяснил Белен, — но они поочередно выходят наружу за свежим воздухом и солнечным светом. Иначе они бы сошли с ума.

Я понимала это. Я бы тоже не скучала по жизни в пещере. Спустя пару часов, я поинтересовалась, почему мы не видели охранников.

— В них нет нужды, — ответил на вопрос Белен. — Это место — лабиринт. Помимо тех, кто живет здесь, только я и Керрик знаем дорогу.

— Но что если бы с вами двумя что-то случилось? — спросила я.

— Лорен и Квейн привели бы тебя в лес по другую сторону входа. Потом вы бы ждали, пока кто-нибудь не вышел.

Они точно все предусмотрели. Или я так думала. Шли часы, и я переживала, что мы потерялись. В какой-то момент Керрик и Белен обменялись взволнованными взглядами. Когда мы вошли в очередную пещеру, Керрик приказал нам ждать, а сам исчез в темном туннеле.

Я оперлась на сталагмит.

— Далеко еще? — спросила я Белена.

— Не так уж и далеко, — сказал он.

— Тогда почему мы ждем? — спросил Лорен.

— Мера предосторожности.

Если бы у меня была шерсть, то она бы встала дыбом. Белен совершенно не умел врать.

Керрик вернулся. Его лицо было мертвенно-бледным. Он увел Белена в сторону и прошептал что-то ему на ухо. Белен заревел, толкнул Керрика и бросился вниз по туннелю. Керрик погнался за ним, а мы пошли следом, с оружием наготове.

Сперва в ноздри ударил запах. Мерзкий гниющий смрад, не похожий ни на что другое. Вонь смерти. Лорен и Квейн остановились, прикрыли носы и рты, кашляя и задыхаясь от запаха. Они отступили. Я открыла рюкзак. Вытащив носовой платок Белена(он позволил мне оставить его себе) я потерла тряпку куском мыла, прежде чем завязать его вокруг носа и рта, как бандитка.

Белен снова заревел. В голосе отчетливо слышались тоска и душевная боль. Я поспешила, дабы догнать их, и остановилась у входа в самую большую пещеру, что мы видели. Трупы валялись на полу. Белен прижимал один к себе, а сам качался и плакал. Его сестра, без сомнений. Керрик проверил остальных. Некоторые были обезглавлены, и я предположила, что это мертвецы Тохона. Не удивительно, что он не сильно расстроился перспективе потерять меня. Меня охватил немой ужас.

Одинокая фигура лежала на койке сзади. Райн? Я плелась сквозь резню, стараясь ни на кого не наступить. Мужчина на койке не был принцем, но он был жив. Почти. На его торсе и руках было много порезов. Одна глубока рана на его ребрах загноилась. Кожа горела от жара. Моя магия образовалась и вырвалась на свободу.

— Керрик! — позвала я.

Он присоединился ко мне.

— Есть еще выжившие? — спросила я.

— Нет, — щепот, полный боли.

— А Райн?

— Его здесь нет. Ублюдок похитил его.

Спрашивать кого он имел ввиду, говоря «ублюдок», не было нужды.

— Он сказал тебе что-нибудь про Райна?

— Нет.

— Зепп будет жить? — спросил он, указывая на мужчину.

— Потребуется помощь. Я должна исцелить его сейчас.

— Я далеко от леса.

— Со мной все будет хорошо, — я указала на Белена, — хотя, когда Зепп сможет ходит, выведи нас наружу. Это будет… полезно для здоровья. И следи, чтобы я пила много воды.

Керрик кивнул. Я освободила внутреннюю энергию и впитала раны Зеппа. Мой торс горел от боли. Из-за перегрева, пот начал стекать по моей спине и намочил рубашку. Я упала на землю, пока моя магия боролась, чтобы излечить раны.

Начались галлюцинации. Голос Тохона повторял снова и снова «Иди ко мне, Аври», пока его мертвые солдаты гнались за мной.

Кто-то — либо Лорен, либо Квейн… либо они оба — помогал мне, пока мы шли в темноте.

Свежий воздух разбудил меня на несколько минут. Мы вышли из пещер, но небо осталось черным. Я ощутила движение рядом с собой: голоса говорили и спорили, языки пламени танцевали на мертвецах. Тело задрожало в лихорадке. Пот покрывал, а затем застывал на моей коже. Кто-то накрыл меня пледом. Другой поднес кружки с водой к моему рту.

В конце концов, влияние инфекции ослабло и я заснула. Мертвецы Тохона ждали меня, но у меня не было сил бежать. Они окружили меня, загнали в ловушку и я закостенела. Круг мертвецов разошелся, позволяя Тохону войти. В моей голове промелькнули образы из пещеры. Тохон улыбнулся и указал на своих особых солдат.

Иди ко мне, Аври, иначе они придут за тобой.

Я резко проснулась. Сердце вот-вот выпрыгнет из груди. Наполняя легкие свежим воздухом, я лежала смирно, пока пульс не выровнялся. Горячечный бред. Ничего более. Ну да, конечно.

Успокоившись, я посмотрела вокруг костра. Керрик сидел с Зеппом, их головы находились рядом, пока они разговаривали шепотом. Лорен и Квейн спали близко к огню. Белен, скорее всего, ведет караул. Теперь нет смысла отправлять на караул двоих. Райн был у Тохона.

Разговор Керрика накалился. Неудивительно. Я закрыла глаза и подслушивала.

— …спасла твою жизнь, — сказал Керрик, — мы не можем просто…

— Он хочет ее, и это единственный шанс спасти Райна. Из всех людей ты должен знать скольким мы пожертвовали.

— Нет. Должен быть другой способ.

Не надо было быть гением, чтобы понять, о ком они. Я села, и они замлочали от удивления.

— Зепп хочет использовать меня в качестве приманки, не так ли? — спросила я.

— Эм… — сказал Зепп.

Он выглядел, как более взрослая версия Керрика. Широкоплечий, но не громоздкий, с седеющими волосами и похожим носом. Любопытно? Он был дядей Керрика? Я не могла почувствовать его силу.

— Керрик?

— Да. Он думает, что мы сможем заставить Тохона оставить Райна, когда он придет за тобой. Пока ты устроишь ему веселую погоню, мы ворвемся и заберем Райна.

— Не сработает, — сказала я.

— Знаю. Тохон слишком умен, чтобы клюнуть на это. Вдобавок, его мертвецы и раньше тебя находили. Если он пошлет достаточно, они снова смогут это сделать. Тогда зачем эта сложная игра?

— Я думаю, ты сам ответил на свой вопрос, — сказала я.

— Тохон любит играть в игры. Манипулируя людьми, он чувствует себя сильным, — Керрик потер лицо руками. Глубокие круги истощения свисали с его глаз, — мы снова в тупике.

Пока он не отправит отряд мертвых за мной. Достаточно плохо находиться в руках двоих, но когда больше сотни гонятся за тобой… Отвращение пробежало по коже, когда я поняла, что мне придется отправиться к Тохону. Но я не могла сдаться, не зная большего.

— Может ли Тохон разбудить Райна? — спросила я.

— Нет, только маг Смерти на это способен, — сказал Зепп, — Тохон может забрать жизнь, но я могу остановить ее и только я способен начать ее заново.

— Ты или другой маг Смерти?

— Кто угодно с этой силой, но я единственный

— Уверен?

Он возмутился моим вопросом.

— Посуди сам, особые солдаты Тохона не живые. Я думала, что из-за зелья они могут свигаться и выполнять приказы, но, возможно, есть другое объяснение. Ты можешь оживить умершего?

Зепп подавился слюной.

— Это… оскорбление жизни! Это… извращение! Я никогда такого не делал и даже пытатся не буду!

— Она не спрашивала, сделаешь ли ты это, а можешь ли ты? — сказал Керрик.

Открыв и закрыв рот пару раз, Зепп рявкнул.

— Думаю, что смогу.

Керрик наклонился вперед.

— Думаете, на Тохона работает маг Смерти?

— Невозможно, — сказал Зепп, — уверен, что за последние годы я единственный.

Я задумалась.

— Тохон был в пещере во время атаки?

Маг прищурился, будто вглядыаясь в прошлое.

— Не думаю. Если только он не пришел после того, как меня отключили.

— Значит, он думает, что ты погиб.

— Это неважно, — сказал Керрик. — Мы не можем достигнуть Райна, и даже если мы его найдем, уйти живыми из замка Тохона не выйдет. Мы должни объединить силы с Эстрид и надеятся на лучшее. — Плечи Керрика опустились. — Зепп, ты можешь повторно убить мертвеца?

— Думаю, что да. Мои силы, по сути, противополжны силам Тохона. Но я не знаю точно. Когда они ворвались в пещеру, нас застали врасплох. Когда я понял, кто они и как их остановить, было уже слишком поздно.

— В смысле обезглавить их? — спросила я.

Зепп кивнул.

— Как их убить повторно? Если только ты можешь разбудить Райна, разве это не значит, что только Тохон может остановить мертвецов?

— Я не знаю. У меня не было опыта, — тон Зеппа был близок к резкому.

— Ты почувствовал их перед атакой?

— Ты глухая или просто глупая? Я только что сказал, что нас застали врасплох. — Он пропустил резкость и сразу перешел к наглому.

Решив следовать примеру Керрика, я сохранила нейтральное выражение лица, хотя и хотелось ударить его.

— Позволь объяснить попроще: перед нападением, тебе было некомфортно? Ты ощутил что-то не так или проигнорировал это?

— Конечно нет. Я не чувствую через каменные стены.

— А когда они были с тобой в одном пространстве? — спросила я.

Зепп обратился Керрику.

— Это бессмысленная трата времени, мы должны…

— Ответь на ее вопрос, — сказал Керрик.

Зепп разинул рот.

— Только не говори мне, что ты…

— Ответь на ее вопрос, — приказал Керрик.

Интересно, что Зепп скажет Керрику?

Тяжело вздохнув, он сказал.

— Да, я почувствовал. Когда они были с нами, я знал, что в них нет дыхания жизни. Хотя, я не понимаю, зачем ей это.

Может быть, Зепп решил, что я не знаю своего места в группе. Как сказал бы Белен: «очень плохо, так жаль».

Керрик смотрел на меня, и я уловила веселье в его глазах.

— О чем ты думаешь?

— Тебе не понравиться.

— Неудивительно.

— Просто подумай над этим, перед принятием решения, хорошо?

— Ладно.

— Ты, Белен, Лорен и Квейн присоединитесь к армии Эстрид. Вы распространите слух, что Зепп умер, а Райн пропал. Я уверена, у Тохона есть шпионы в ее организации. Потом ты убедишь ее собрать войска и подготвить их к атаке на армию Тохона.

Керрик открыл рот. Я предупреждающе посмотрела на него. Он молчал.

— В это время, я и Зепп отправимся в замок Тохона. И будем надеятся пока он отвлечется на подготовку Эстрид, мы проникнем внутрь, спасем Райна и сбежим.

— Вот так просто? — Керрик приподнял бровь.

— Это невероятно идиотский план, — сказал Зепп.

— Ты никогда не была в его замке раньше. Как ты найдешь Райна в массивном доме Тохона? — спросил Керрик.

Это был хороший аргумент. Я обдумывала его, пока Зепп ухмылялся. В чем его проблема?

Я проигнорировала мага, фокусируясь на Керрике.

— Тохон ждет меня. Он угрожал послать своих мертвецов за мной, если я не пойду к нему, — подняв руку, я остановила возражение Керрика. — Их будет слишком много, и вы с ними не справитесь. Чего Тохон точно не ждет, так это мужчину, который считается погибшим.

— Нет, — сказал Керрик.

— Это безумие! — сказал Зепп.

— Подумай об этом. У Тохона есть причнины хотеть целителя. Если там буду только я, то он не сможешь ничего использовать кроме меня. Зепп может спрятатьтся неподалеку, и когда я добьюсь доверия Тохона и узнаю где Райн, я смогу найти выход.

— Ты не можешь надеятся, что мы так поступим, просто потому что ты «найдешь выход», — сказал Зепп.

Керрик покачал головой.

— Тохон будет просто манипулировать тобой.

— Он попытается, но…

— У него получится. У него получилось со мной и Джаэль в школе. Ты не сможешь устоять или скрыть что-то от него.

— Но Райн обхитрил его. А у Райна вообще нет магии.

— Ты — не Райн, — сказал Зепп.

Не в бровь, а в глаз.

— Нет, — Керрик скрестил руки, словно заканчивая обсуждение.

Я сдержала саркастический комментарий.

— Тогда ладно. Каков твой план?

— Мы все идем к Эстрид, устраиваем нападение и…

— Как только ты приблизишься, он переведет Райна в другое место. Зепп? Есть что-нибудь?

Он моргнул.

— Мы все можем пойти к Тохону и спасти принца.

— И нас всех поймают, потому что нечем его отвлечь. Потом Тохон пригрозит сделать больно Белену или Лорену, и тогда у меня не будет выбора, кроме как сотрудничать.

Одна эта мысль заставляла меня дрожать от ужаса.

— Мы можем отвлечь его, — сказал Зепп.

— Как? Вас всего пятеро. И вопрос нахождения Райна все еще в силе.

— В твоем плане тоже много дыр, — сказал Зепп, — глупо полагать, что ты способна перехитрить Тохона.

Но предпочтительнее, чем ждать, когда его мертвецы найдут меня и приволокут к нему. Однако, зажатая поза Керрика означала, что у меня больше шансов убедить Эстрид отказаться от своей религии.

— Ты прав, — сказала я Зеппу, — я точно не могу перехитрить Тохона. Я надеюсь, что ты выдержишь пару недель без сна.

— Что она хочет этим сказать? — спросил он Керрика.

— Только ты можешь чувствовать мертвецов. Ты должен будешь предупреждать нас о нападениях, — ответил Керрик.

— Ты не можешь верить глупой девчонке. Она плетет свои интриги, основываясь на слухе о моей смерти! Я думал, что ты усвоил урок с Джаэль, Керрик.

Взгляд, который он бросил на Зеппа, заставил горный воздух казаться совершенно жарким. Радуясь, что на этот раз не я подверглась гневу Керрика, я легла на скатку. Травма Зеппа пульсировала от боли, все еще истощая мои силы. Керрик не поделился своей энергией для этого. Возможно, он был слишком озабочен похищением Райна. Да, именно так. Шанс спасти Райна был мизерным, поэтому я больше не представляла для него ценности.

Я не хотела засыпать, но мне нужен был отдых для востановления. Здавшись, я погрузилась в глубокую, бесчувственную пустоту. К несчастью, это не продолжалось всю ночь. Кошмары о Тохоне преследовали меня. В конце концов, они поймали меня в ловушку и сошлись, схватив меня своими холодными руками.

— Аври, — ледяные пальцы схватили мои запастья.

Стоило хватке стать крепче, я закричала, пытаясь вырваться.

— Аври, проснись, — рука затрясла меня. Голос звучал растроено. — Немедленно!

Я открыла глаза. Керрик оседлал меня, прижимая к земле. Ужас кошмара исчез, но его выражение лица встревожило меня.

— На нас напали? — спросила я.

— Нет, — он отпустил меня, отодвинулся и сел на корточки.

На краю гор был виден рассвет. Так близко, я ожидала, что солнце поднимется над волнистыми вершинами в считанные секунды.

— На нас нападут, — сказала я. — Тохон пошлет свою армию за мной.

— Я знаю. Поэтому мы последуем твоему плану.

Глава

20

Я села.

— Разве?

— Не притворяйся удивленной. Я все обдумал и ты права, это лучшая возможность спасти Райна, — сказал Керрик так, словно ему было больно признавать это.

— И что Зепп думает об этом?

— Он будет ужасно зол, но он поклялся мне в верности.

А я еще думала, что путешествовать с Керриком — сплошное мучение. По сравнению с обидчивым магом Смерти, смена настроений Керрика вызывала лишь легкое раздражение.

Солнце возвышалось над горами. Керрик смотрел мимо огня.

— Белен хочет похоронить свою сестру этим утром. Земля замерзла, но он выкопал неглубокую могилу и планирует засыпать ее камнями. Он ждал, пока ты будешь готова.

Я откинулась назад.

— Я никогда не буду готова к такому.

— Я тоже. Но мы будем сильными для Белена, разве нет?

— Да. Я все для него сделаю.

Керрик покосился на меня.

— Правда?

— Конечно. Белен мой друг. Тоже самое можно сказать про Лорена и Квейна.

— Но не про меня, — на лице появилась натянутая полуулыбка.

— Нет, я тебя ненавижу, помнишь? — поддразнила я.

— Как я мог забыть? — он ухмыльнулся. — Чтоб ты знала, эти чувства взаимны.

— Боже, — сказала я с притворным ужасом, — у нас, оказывается, есть что-то общее.

Керрик засмеялся.

— Давай впредь такого не допускать.

— Согласна.

Вскоре Керрик протрезвел. Белен вернулся к костру. Мы собрались и вшестером оправились к каменистой могиле. Рядом с могилой стояла небольшая груда камней.

Белен сказал несколько слов своей сестре, Сайен, так, словно держал на своих плечах вес всех Девяти Гор. Затем вперед вышел Керрик. Сказав что-то Белену, он взял камень из груды и положил его на могилу. Потом повернулся и ушел.

Лорен, Квейн и Зепп повторили действия Керрика. Когда пришел мой черед, я взяла последний камень.

Я дотонулась до рукава Белена.

— Мне очень жаль Сайен. Мне жаль, что я принесла столько проблем и замедлила ваше возвращение. Если бы мы вернулись сюда вовремя…

— Аври, «если» и «возможно» не изменят прошлого, — сказал Белен, накрывая мою руку своей, — Сайен знала о риске. Я хотел, чтобы она пошла с Керриком, а я бы осталься, но она велела убрать свою ленивую толстую задницу из ее поля зрения. — Он улыбнулся воспоминанию. — Не вини себя, Аври. Это не твоя вина.

Белен, может быть, и верил в это, но я — нет. Мой упорный отказ исцелить Райна можно назвать причиной большинства наших нынешних проблем. Когда я положила камень на могилу Сайен, я поклялась ей, что сделаю все возможное для исцеления Райна.

После похорон, мы собрали вещи и готовились к пути. Угрюмый гнев Зеппа обжигал мою кожу всякий раз, когда он думал, что я не смотрю на него. Однако ярость Белена по поводу этого плана была неожиданной.

— Разве ты не видишь, как она среагировала на этих… существ?! — Белен спросил Керрика. — Ты не можешь просто позволить ей…

— Это ее план. Кроме того, у нее есть мизерный шанс на успех, — сказал Керрик, сохраняя спокойствие.

— «Мизерный шанс»? Давайте выпьем за это!

Сарказм Белена поражал. Я не думала, что в нем это есть.

— Какой ценой, Керрик? Ты готов рисковать ее свободой и психикой? Ты знаешь, что Тохон просто заберет ее себе.

«Заберет себе»? В моем сердце закружилась тревога. Почему я думала, что смогу противостоять Тохону, если раньше у меня не было силы воли для этого? Возможно, Белен был прав.

Выражение лица Керрика изменилось. Он увел Белена для разговора наедине. Я смотрела на лицо Белена. Что бы ни сказал Керрик, это успокоило его. Он все еще выглядит расстроенным, но уже не таким разъяренным, как раньше.

Когда Керрик вернулся, он описал дорогу, по который Зепп и я должны были добраться до Тохона, что нужно искать и чего надо избегать.

— Не давай Тохону касаться себя, если сможешь, — сказал Керрик мне, — его сила похожа на твою: нужен телесный контакт, чтобы магия работала.

Живот скрутила от страха от воспоминаний о касании Тохона. От потери контроля над своими эмоциями.

— Я не думаю… Я… Зепп прав, я не могу… Я не….

Керрик взял мои руки в свои. Его тепло успокоило мои нервы.

— Ты самый волевой человек, которого я знаю. Более упертая, чем моя двоюродная бабушка Ясмин, а я не думал, что такое возможно. Просто представь меня на месте Тохона. Ты никогда не слушаешь меня, так что игнорировать его не составит особого труда.

От удивления я начала смеятся.

— Мне бы хотелось когда-нибудь познакомиться с твоей двоюродной бабушкой Ясмин.

— Ну, ей восемьдесят девять, так что не засиживайся надолго в замке Тохона. Войди и выйди, ладно?

— Да, сэр.

Керрик покачал головой и уходя, пробурчал что-то. Я попращалась с обезьянами. Каждый из них обнял меня.

Белен все еще был недоволен нашими планами, но он отвел меня в сторону, дабы попращаться.

— Будь осторожна. Не тупи. И будь сильной. Вот, — он протянул мне почти идеально круглый камень, который поместился в моей ладони. На камне было вырезано имя Блохи, — это был один из его камней для жонглирования. Он искал три идеальных камня во время нашего путешествия, — Белен взглотнул. — У него не было возможности найти еще, поэтому я продолжил искать вместо него. — Он протянул мне еще два камешка, похожих на первый. На одном были имена Лорена и Квейна, на другом — Белена и Керрика. — Это тоже талисманы. Помни об этом.

Горе, вина и трепет переполнили мое горло.

— Запонмю, — слово прозвучало, словно писк.

— Отлично. Я увижу тебя через несколько месяцев, — он обнял меня, а затем присоединился к Керрику и остальным.

Я положила подарки в корман плаща. Лишний вес на моих плечах придавал мне уверенности, когда мы с Зеппом отправились на запад.

Обычно в это время года пройти по небольшим перевалам невозможно. Однако сухая зима помогла, и до официального начала весны оставалось всего шестнадцать дней. Если мы слишком рано дойдем до Орелского перевала и он останется непроходимым, придется подождать.

Зепп был ужасным попутчиком. Он жаловался на холод, крутую местность, ветер и мою безумную затею. Когда он должен был караулить, я просыпалась и находила его спящим.

Кошмары все еще не давали отдохнуть, и я не могла отогнать образ уверенности Тохона. Чем ближе мы подходили к замку Тохона, тем безумнее казалась моя затея. И я поняла, что если собираюсь победить, мне нужно больше информации о Тохоне и магах Жизни. Возможно, Зепп сможет помочь.

Следующей ночью, во время обеда, я задала Зеппу кучу вопросов.

— У Тохона не так много слабостей, — сказал Зепп, макая кусок жесткого хлеба в свой суп. — Он дерзок и любит принуждать. Однако, он питает слабость к красивым женщинам, совсем как Керрик.

Я чуть не подавилась. Явно не те эпитеты, которые я бы применила к Керрику.

Зепп проигнорировал мое шипение и продолжил.

— Если смотреть на магические способности, Тохон, скорее всего, сильнейший маг современности.

Успокоившись, я спросила.

— Что насчет трех магов, работающих на него?

— Его маг огня не так уж и силен. Все, на что способен Эйдан — это небольшие пожары и скорее всего отвечает за растопку каминов в замке. Поу сильнейший. Так как он является каменной гончей, он может вызвать сильные землятрясения, или… — Зепп указал на горные пики вокруг нас, — лавину, тем самым закрыв нам путь и похоронив нас заживо, если захочет. Магия земли Улани помогает ей найти лучших червей для наживки или лучшую почву для посева, но в битве она довольно бесполезна.

— Кто следующий сильнейший маг? — спросила я.

Зепп глотнул сок из своей миски.

— Ничья между Джаэль и Керриком. Их силы такие разные, так что сравнивать довольно трудно. — Он задумался. — Джаэль, скорее всего, ибо она может использовать свою силу где угодно. Затем Поу, я, Марисоль — маг воды, работающая на Эстрид, Эйдан, Улани и Селена — маг луны. Она годиться только для одного — влияния на волны.

Любопытный отзыв. Интересно, откуда он знает их всех по именам и силам?

— Что насчет меня? На каком я месте?

— Ты? — он удивился. — Эм, ты целитель… не совсем маг. Думаю, ты после Селены.

Значит, пригодная только для одного. Зепп недооценивал целителей, но я не собиралась его поучать.

— Есть ли другие маги в Королевствах?

— Нет.

— Но Керрик сказал, что некоторые спрятались и выжидают.

— Нет, они мертвы. Тохон убил каждого мага, который не поклялся ему в верности. Усключением являются только маги Эстрид, ибо их защищает Джаэль.

— Почему Керрик соврал мне? — спросила я.

— Вероятно, чтобы ты не боялась.

Нет, Керрик позаботился о том, чтобы я знала об ужасных поступках Тохона, как дополнительный стимул для исцеления Райна. Он не расказал Зеппу о моем нежелании. Интересно, почему? Наверное, Керрик не слишком доверял Зеппу. Это плохо, ведь я должна доверять ему.

— Похоже, Тохона будет довольно сложно одолеть.

— Один на один, да. Но если объединить меня, Керрика, Джаэль и Марисоль, то удача на нашей стороне.

Я не верила, что Джаэль захочет объединиться с другими, но, возможно, ее мнение изменится, когда она узнает о мертвых солдатах.

— Что насчет солдат? — я задрожала.

— Их легко остановить. Не переживай, я возьму их на себя, — он махнул рукой, словно король, дарующий милосердие.

— Но каким образом Тохон создал их? Есть идеи? Все-таки это больше твоя… специальность?

Его угрюмый вид напомнил мне Керрика. В сердце ощутился укол одиночества. Прошло всего несколько дней, и я скучала по парням. Даже по Керрику, хотя я никому в этом не признаюсь.

— Навык, который я никогда не развивал, — сказал Зепп, явно оскорбившись, — моя магия позволяет мне видеть мертвых. Если человек болен, то я могу почувствовать умрет он или нет. Если найден труп, я могу понять что стало причиной смерти. Я не могу забирать жизнь, как Тохон, но я могу остановить ее, заморозить ее, так что человек умрет непонастоящему.

Полезная информация, но я заметила, что он так и не ответил на мой вопрос. Либо он не знал каким образом Тохон «пробуждал» мертвых, либо знал, но не хотел делиться. Если это второй вариант, то интересно, почему?

Мы прошли Орельский проход четыре дня спустя. Когда мы спустились к предгорьям в Королевстве Согры, вероятность встретить мертвых солдат Тохона выросла на сто процентов, так как мы не увидели ни одного из них в Девяти Горах.

Милю спустя, до меня дошло, что Керрик не научил Зеппа путешествовать по лесам. Сухие листья шуршали под его сапогами. Ветки ломались. Будучи уверенной, что нас слышало все Королевство, я держала стилет на готове.

Зепп также не волновался о возможности засады. В первый же день, он остановился днем и начал принюхиваться, словно ищейка. Я повторила за ним. Погода была холодной и ясной, но сегодня температура поднялась до комфортной. Прислушиваясь, дабы уловить странные звуки, я заметила, что птиц стало больше. До весны оставалось десять дней.

На второй день Зепп остановился рано утром. Он затащил меня за куст сосен. Мы пригнулись, когда мимо прошел отряд мертвецов. Их вели несколько живых солдат. Я укусила себя за рукав, чтобы не закричать. Мне действительно нужно было подавить свою панику. Я знала, что меня скоро «поймают», но я не собиралась сдаваться отряду мерзостей. Когда они ушли, Зепп возобновил наш поход. По крайней мере, почти-столкновение с мертвыми ответило на один вопрос о способностях Зеппа: один из дюжины узлов в моем животе развязался.

Зепп казался задумчивым весь день. В ту ночь, когда мы прижались друг к другу в темноте (разжигать костер было слишком рискованно), он рассуждал о том, сможет ли он заново убить мертвых.

— Не думаю, что мои силы как-то повлияют на них. Там ничего нет. Смерть — это порог, — сказал Зепп. Он словно схватил что-то своей правой рукой, — я могу схватить человека до того, как он перейдет порог. Когда они переходят, я знаю, что их подтолкнуло. Но эти… трупы. Там не за что хвататься.

— Ты можешь их заморозить? — спросила я.

— Наверное.

Это не очень утешает.

— Тогда лучше всего избегать их.

Следующие четыре дня, мы смогли увернутся от мертвецов и нескольких отрядов живых солдат. Эти группы заявляли о своем присутствии за много миль от нас. Шум был громким для меня, но Зепп их не слышал, пока они не подошли достаточно близко.

На пятое утро, мы замедлили наш шаг, а лес редел. Фермерские поля преобладали в холмистой местности. Пару вспахали, а остальное засыпала озимая пшеница. Мы держались подальше от краев полей. Лилии Смерти росли там, надеясь застать фермера врасплох.

— Не то чтобы мне надо переживать о Лилиях Смерти, — заявил Зепп, с превосходством в голосе.

Я этот тон ненавидела. Я подумывала игнорировать его, но его знания, не важно как преподнесенные, могли быть важными для нашей миссии.

— Почему нет?

— Они не нападают на меня. Узнают родственную душу.

— Но ты не забираешь жизни. Разве Тохон не подходит больше под это описание?

Раздражение наморщило его широкий лоб.

— Я хорошо знаю смерть — то, но что они реагируют. Не имею понятия, нападут ли они на Тохона или нет?

Я размышляла, следует ли мне задать следующий вопрос, но мне было слишком любопытно, чтобы не делать этого.

— А ты… как-то… шел с ними на контакт?

Зепп уставился на меня так, словно я попросила его подружится с мертвецами Тохона.

— Они не идут на контакт. Они хватают и убивают всех без исключений, кроме пары удачливых душ.

Значит, он не был внутри одной из них, иначе он бы хвастался пережитым опытом.

— Я хотела сказать, можешь ли ты распознать Лилию Смерти среди Лилий Мира?

— Да. Лилии Смерти пахнут… иначе.

— Насколько иначе?

Лилии источали сильный запах меда и лимона.

— Зачем тебе это знать? — спросил Зепп.

— Как думаешь, другие смогли бы почувствовать разницу тоже?

— Нет. Я преполагал, что это связано с моей магией. Плюс, мне надо использовать почти все свои силы для этого. Слишком рискованно для других.

— Они пахнут смертью?

— Нездоровое любопытство? — спросил Зепп.

Будучи неуверенной, сколько нужно раскрыть, я уклонилась от прямого ответа.

— До чумы, Гильдия Целителей пыталась понять, почему целитель не может вылечить человека, отравленного ядом Лилии Смерти. С живым растением экспереминтировать невозможно, сам понимаешь.

Хотя им удалось добыть семена.

— Я помню. Они просили помощи. Когда я узнал, для чего был нужен им, то отказался, утверждая, что Лилии Смерти — естественная часть нашего мира. Кучка идиотов просто была недостаточно осторожной, чтобы избегать их.

Если бы все было так просто. Я подавила саркастичный ответ. Зепп был холодным ублюдком. Я называла так Керрика, но даже он бы не согласился с Зеппом.

— По моему мнению, Гильдия Целитилей лезла в дела, которые ее не касались, — сказал Зепп, — экспериментируя и называя это исследованием, они продолжали просить меня о помощи.

В этом был смысл. Его способности принесли бы большую пользу целителям. Но он все равно отказался, в то время как Тохон работал с целителями, пока у него было время.

Зепп продолжал, несмотря на мое молчание.

— Они возились с вещами, которые следовало оставить в покое. Я бы не удивился, если бы Гильдия действительно начала чуму, проведя один из своих экспериментов. И когда они поняли, что сделали, было уже слишком поздно.

Его подозрения заставили меня волноваться больше. Карта первых жертв чумы подкрепляла их. Однако, мне было нужно больше доказательств. Либо это, либо я была в отрицании.

Когда мы достигли другой кучи полей, вместо того, чтобы обходить их, Зепп повел нас вдоль их края. Несомненно, он хотел доказать свои утверждения о Лилиях Смерти. Мы прошли мимо ряда огромных цветов. Ни один не отреагировал, но их аромат наполнял воздух. Я задавалась вопросом, узнают ли меня Лилии Смерти и напдаут ли. Все цветы были связаны через свои корни. Возможно, я буду в безопасности.

Зепп остановился на краю поля.

— Чувствуешь запах?

Я вздохнула. Мед и лимон доминировали. Игнорируя эти запахи, я сфокусировалась на небольшой остринке в благовонии.

— Анис?

— Это оно! Я знал, что запах знаком, но не мог назвать его.

Я осмотрелась, насчитав четыре Лилии неподалеку.

— Но которая из них пахнет анисом?

Он повернулся в том направлении, принюхиваясь. Зепп указал на Лилию слева от нас.

— Это Лилия Смерти.

Подойдя к растению, он остановился под цветком.

Конусообразный бутон задрожал и отошел от Зеппа.

— Видишь? Она боится меня.

Или ей просто не нравился его запах. Я подошла ближе, но он остановил меня, протянув руку.

— Стой там или станешь обедом.

Раздается негромкий шорох. Я остановилась.

— Пойдем отсуда, пока она не попыталась схватить тебя, — Зепп направился в сторону запада.

Стоило мне сделать шаг навстречу ему, я подскользнулась. Стебли Лилии Смерти обвили мои сапоги, что обьяснило шуршание. Я не могла вырваться, поэтому достала стиллет, стоило им обвиться вокруг меня. Зепп продолжал идти. В какой-то момент я хотела окрикнуть, но передумала. Когда я добралась до основания цветка, лепестки разошлись и накрыли меня.

Шип вознился мне в шею. Я взревела. В прошлый раз Лилия была нежной. Это было похоже на нетерпение. Когда разум и тело разделились, я расслабилась. Вместо того, чтобы течь по его корням и смотреть дальше лепестков, вырисовывался образ Тохона. Меня охватили неприятные чувство страха, отвращения и ненависти, за которыми последовало желание остановить Тохона. Вырвать его корни из земли. Исправить неправильное.

Когда Лилия Смерти отпустила меня на землю, я держала в руках два наполненных жидкостью мешочка. Оранжевого цвета, внешняя шкурка не сломалась, когда я их сжала. Я понятия не имела, что это такое и для чего они нужны, но знала, что это важно. Храня их в своем рюкзаке, я обдумывала это событие, пока искала Зеппа.

За короткое время я дошла до него.

Он взглянул на меня.

— Почему задержалась?

— Мой ремешок… Пришлось его поправить

— В следующий раз, дай мне знать. Керрик будет в бешенстве, если с тобой что-то случиться до того, как мы дойдем до Тохона.

Я отметила его выбор слов.

— Будь я на твоем месте — больше переживала бы за Белена.

— У Белена нет магии.

— Правда, но он похож на сторожевого пса: оторвет тебе руку, если решит, что ты сделал мне больно, — я улыбнулась представленной картине.

Зепп фыркнул.

— Одно касание, и он застынет.

Как будто Белен позволит Зеппу коснуться себя.

— Продолжай так думать, если тебя это утешает, — не я одна жила с отрицанием.

Несмотря на то, что в ту ночь мы разбили лагерь в самой густой части леса, развести костер мы не рискнули. Перекусив вяленым мясом, мы обсудили укрытие Зеппа. Ему нужно было быть близко к замку Тохона, чтобы я могла добраться до него, но не слишком близко, иначе он рискует быть пойманным.

— Кстати, насчет поимки, — сказал Зепп, — им надо будет схватить тебя. Ты не можешь просто прийти к порогу. Тохон будет подозревать, что кто-то помог тебе пройти через охрану.

Он был прав. Я думала о том же, но меня неимоверно взбесило насколько низким было его мнение касательно моего интеллекта.

Два утра спустя, мы взошли на небольшой холм. На поле под нами был приличного размера город.

— Мне не нравится отдыхать в палатках в лесу с недружелюбными людьми или прятаться в пещерах. Этот город находится недалеко от замка. Думаю, это было бы идеальное место, чтобы затеряться.

— Зависит от горожан, — сказала я.

— О чем ты?

— В захваченных Эстрид Королевствах, горожане, несогласные с ее религиозными взглядами и облаченные в красные одежды, боялись ее. Чужак в городе привлек бы внимание, и о его прибытии сообщили бы ее жрецам.

— Это не захваченное Королевство. Это город Согры. Они праздновали, когда Тохона объявили королем после смерти его отца.

— Если ты уверен…

— Конечно, я уверен. Мы зашли так далеко, разве нет?

Я сжала руки в кулаки, но оставила их прижатыми к бедрам, борясь с желанием ударить его.

— Тебя не должны увидеть в городе, — сказал Зепп. — На самом деле, уйди как можно дальше отсюда, перед тем как сдаться.

Мы расстались на рассвете. Зепп почувствовал облегчение и почти весело попрощался со мной. Он ясно выразил свое мнение. Он считал, что у меня ничего не получится. Хотя он подробно рассказал, где я могу найти его в городе, я подозревала, что он сбежит, если услышит обо мне какие-то слухи.

Я пошла в противоположную сторну, согласно его инструкции. Пару часов спустя, впервые пришло осознание, что я ни разу не была в полном одиночестве четыре месяца. Стоило этой мысли прийти в голову, я остановилась. Я могла исчезнуть. Вновь пуститься в бега. Но, мертвецы и охотники за головами погнались бы за мной. Вдобавок, я не могла подвести Белена и остальных, вернувшись в темные дни скитаний. Я двинулась дальше.

Я прислушивалась к одному из живых патрулей Тохона. Около полудня я услышала безошибочные шаги отряда. Направляясь к точке перехвата, я спрятала несколько своих метательных ножей в необычных местах.

Показаться им украдкой или уверенно, шагая среди солдат? Тохон ждал меня. Не нужно прятаться. Хотя он бы удивился, почему я раньше не подошла к одному из его пограничных патрулей. Я бы сказала, что моя гордость хотела зайти как можно дальше. Судя по тому, что я о нем узнала, он это поймет.

Самым сложным было изменить мою походку, когда я шла по лесу. Из-за того, что я провела всю зиму, смешиваясь с лесной песней, нужно было сосредоточиться, чтобы произвести достаточно шума, который насторожил бы солдат.

Наконец, я произвела достаточно звука. Они остановились, чтобы послушать, а затем присели на корточки, дабы устроить мне засаду. Небольшую часть меня позабавили их очевидные действия, но страх преобладал. Как только они привезут меня к Тохону, возврата уже не будет.

Я сжимала в карманах камни Белена и Блохи, думая о своих защитниках. Я сделаю для них все. Мне нужно было перестать думать о «а что, если» и сосредоточиться на том, что я могу и буду делать, а это все, что возможно, для исцеления Райна.

Когда засада «удивила» меня, я собралась с духом, глядя на четырнадцать вооруженных солдат. Потом сержант закричал мне стандартные вопросы: «кто ты?», «Куда ты собираешься?», «Кто тебя послал?».

На эти вопросы легко ответить.

— Я Аври из Казана. Я собираюсь в замок. Тохон из Согры пригласил меня.

Несмотря на имя, солдаты конфисковали мой рюкзак и оружие, а руки связали за спиной. Они отвели меня во дворец. По пути через неглубокую долину я заметила замок Согры на противоположном хребте.

Это было красивое белое здание, окруженное толстой черном стеной, с черной крышей и шестью башнями. За стеной стояло несколько зданий по-меньше. По мере приближения, я заметила еще несколько деталей в основном здании. Черные горгульи свисали по краям крыш. Вместо одного большого здания замок выглядел так, будто разные короли и королевы, жившие в нем, добавляли дополнения к изначальному замку.

Отряд потащил меня через главные ворота в широкий двор. Здорово, они подняли столько шума из-за моей поимки. Я была презентована королю под звуки фанфар. Один холодный взгляд от Тохона остановил празднование мгновенно. Он приказал освободить меня и вернуть мои вещи.

Я потерла ссадины на своих запястьях и задумалась, в какую игру он сейчас играет.

— Она наша гостья. И вы будете относится к ней подобающе, пока я не прикажу иного, — сказал Тохон. Он подошел ко мне с развязной походкой. — Моя дорогая, как приятно видеть тебя вновь!

Не успев ответить, я была заключена в его обьятья и страстно поцелована. Его прикосновение прошлось током через меня, зажигая каждое нервное окончание. Мое тело отвечало. Желание разгорелось. Я прильнула к нему и поцеловала в ответ

Вот тебе и продуманный план.

Глава 21

Я была в полной заднице. Логичная часть моего мозга начала бороться за контроль с моей эмоциональной стороной. С большим усилием, я оторвалась от сладкого поцелуя Тохона. Но он крепко держал меня.

— Отпусти, — мой голос дрожал, ибо Эмоциональная Аври была готова сорвать одежду с себя и Тохона прямо во дворе перед солдатами.

Веселье заблестело в его великолепных голубых глазах.

— Как тебе твой первый настоящий поцелуй, моя дорогая?

Поверить не могу. Я желала второй, третий, четвертый… Логичная Аври сказала.

— Отпусти сейчас же.

— Нет. Я король — я отдаю приказы, а не подчиняюсь им.

— Ты не мой король. Если хочешь сотрудничать, то отпустишь меня.

— Еще несколько поцелуев, моя дорогая, и ты будешь более чем счастлива делать то, что я хочу.

— Не сработает.

Кого я пыталась убедить?

— С другими сработало, — в игривом тоне Тохона были предупреждающие нотки.

— Не со всеми, — догадалась Логичная Аври. Эмоциональная Аври все еще отходила от поцелуя.

Рука Тохона на моей спине одеревенела. Я попала в точку.

— Тебе не стоит манипулировать мной, — сказала я, — поверь мне. Тебе нужен целитель. Неужели, ты хочешь, чтобы я ничего не соображала и теряла рассудок после каждого поцелуя? Или я нужна тебе в трезвом уме со способностью выполнять свою работу?

Его хватка слегка ослабла.

— Но ты так хорошо теряешь рассудок. И знание того, что моя Аври нетронута мужчиной, так возбуждает.

— Из-за тебя, — сказала я. — Три года в бегах от охотников за головами оставляет мало времени на личную жизнь.

— А мерзкий Керрик так сильно сдерживает свои чувства, — он цокнул, — прошу прощения за награду за твою голову. Я отменю ее, моя дорогая.

— Хорошо. Теперь пойдем.

— Трезвый ум и сотрудничество?

— Пойдем, чтобы обсудить условия и сроки.

Тохон поник.

— Говоришь, как правовой советник. Прекрасно, моя дорогая. Сперва мы попробуем по-твоему.

Он отпустил меня. Эмоциональная Аври хотела вернутся в его объятья, но Логичная Аври держала ее в узде, пока та не успокоилась.

— Проходи, мы обговорим условия, — Тохон протянул мне руку.

Я проигнорировала его.

— Прежде чем я соглашусь на что-либо, должны быть свидетели.

— Зачем такие сложности? Они все верны мне.

— Выполни мою просьбу.

— Ты даже не представляешь, насколько легко со мной договориться, моя дорогая

А это пугало намного больше, чем вероятность отказа в моей просьбе. Он и четверо охранников направились в сторону главного входа в замок. Идя, я отметила, что внутри находятся только живые охранники. Двухэтажные каменные двери раздвинулись перед нами без скрипа. Я была поражена мастерством, необходимым для вырезания замысловатых цветочных узоров на черном обсидиане.

Тохон заметил, что я пялюсь.

— Красивые, направда ли?

— Да.

— Мой отец заказал их у мастера из Бавли. Хороший таран разобьет их вдеребезги, но мой отец всегда предпочитал силе красоту, — он посмотрел на меня, — он не думал, что может позволить себе и то, и другое.

Тохон указал протянутой рукой на широкую приемную. Арочные колонны поддерживали потолок. На стенах висели картины в золотых рамах. На постаментах стояли вазы и другие скульптуры.

— Это место переполнено сокровищами моего отца. Он тратил невообразимое количество времени на их покупку и коллекционирование. Неодушевленные предметы, что лежат на одном месте долгие годы и собирают пыль. Бесполезные, хоть и напоминают, что моего отца всегда больше волновали сокровища, чем я.

Параженная его откровением, я бросила на него взгляд.

— Жестокие слова, — признал он, — и жестокая реальность, но когда я ее признал — это стало освобождением.

— Зачем рассказывать мне?

— Я уверен, Керрик промыл тебе мозги, убедив, что я монстр. Это не так. Мне нужно не только твое сотрудничество, но и верность.

По-моему, армия мертвецов делала его монстром. Ничто не убедит меня в обратном. Но я была достаточно умна, чтобы оставить свое мнение при себе.

Тохон повел меня в другую комнату. На витражных окнах висели бордовые шторы. Пол был покрыт толстыми коврами. И на возвышении восседал огромный трон.

— Посмотри, — Тохон запрыгнул на возвышение. — Мой отец спроектировал его. Посмотри на драгоценные камни на подлокотниках и подголовнике.

На трон легко поместились бы Белен и обезьяны. Я подошла ближе, осматривая драгоценые камни. В отделке использовались изумруды, рубины и сапфиры. Сиденье трона было покрыто бриллиантами. Я потянулась, чтобы коснуться их, но остановилась.

— Вперед, — сказал Тохон, — они гладкие. Мой отец сидел на них каждый день. Гостящие сановники понятия не имели, что задница Короля Завьера сидела на целом состоянии из бриллиантов. Скорее всего, от этого он чувствовал себя сильным.

— Твой отец был магом? — спросила я.

— Нет. У обеих моих бабушек была сильная магия, но дар проскочил через поколение. Мои силы пробудились в очень раннем возрасте. Я был постоянным напоминанием о неспособности отца использовать магию. Из-за этого я стал постоянным объектом его зависти и ненависти.

— Сочувствую.

Тохон пожал плечами, словно прошлое абсолютно не волновало его.

— Из-за этого его было проще убить.

И как раз тогда, когда я подумала, что он может быть не чистым злом, а лишь слегка злобным, он доказал, что я ошибалась.

— Я никогда не использую эту комнату, — сказал Тохон, — моему отцу было необходимо чувствовать себя сильным, — он указал на трон, — мне не нужно мирское имущество. Я руковожу самой жизнью и решаю кому жить, а кому — умереть. В моем мизинце больше силы, чем когда-либо было у моего отца.

И все же он сохранил комнату в чистоте.

— Иди, посмотри, где я провожу большую часть своего времени, — сказал он.

Я колебалась

— У тебя грязные мысли, моя дорогая. Это не то, о чем ты думаешь.

Наклонив голову, дабы скрыть вспыхнувший румянец на щеках, я вышла за ним из тронного зала. Тохон с легкостью ориентировался в лабиринте коридоров. Он проходил через бальные залы, гостиные и салоны, не удостоив взглядом роскошную мебель, кристальные люстры и бесценные произведения искусства.

Потом мы поднялись по лестницам. Они кружились по спирали, пока у меня не закружилась голова. Во время каждого поворота я видела окрестности. Густой лес, покрытый светло-зеленым пухом, простирался по землям к югу. Через несколько недель южный пейзаж будет напоминать изумрудный ковер. Мне было интересно, изменится ли цвет глаз Керрика, как это было с осени на зиму. Серый цвет соответствовал его холодности. Поможет ли яркий зеленый цвет смягчить его лицо? Возможно. Смягчит ли это его характер? Скорее всего, нет.

Я перенесла мысли от Керрика к своей ситуации. Если бы я не заблудилась или не была заперта в камере, на поиски в огромном замке ушли бы недели. Оба были возможными.

— Мы пришли, — сказал Тохон.

Мы поднялись на самый верх по лестницам. Двое из его охранников встали рядом с дверью, а остальные стояли на несколько ступенек ниже меня. Простая каменная дверь напомнила мне тюрьму в Джакстоне. Внутри заколебалось беспокойство. Это здесь Тохон пытал своих жертв? Или воскрешал мертвецов? Ледяные мурашки покрыли кожу.

Он открыл дверь. Я подготовилась к ужасу пыток. Вместо этого, яркий свет и влажный воздух выбралсись наружу. Пьянящая смесь живой зелени, влажной земли и свежих цветов заполнила мой нос. Тохон растворитлся в солнечном свете. Я вошла в… Как назвать это место?

Ошеломленная, я уставилась на зелень. Деревья, кусты, цветы, висячие виноградные лозы, лужи с водой и птицы — все это находилось в прямоугольной стеклянной комнате.

— Великолепно, не правда ли? — спросил Тохон. — Это мой вечный сад. Единственная хорошая вещь, которую отец сделал для меня. Я должен был убедить его в пользе хранения целебных растений и трав поблизости. Он согревается зимой. Из-за местоположения, он постоянно получает солнечный свет. Что думаешь?

— Он… милый. Ты проводишь здесь большую часть времени?

— Столько, сколько могу. А ты бы так не поступила?

— Сделала бы, — я прошла вокруг сада. В контейнерах, наполненных землей, хранились растения и деревья. В других — вода. С прозрачных стеклянных стен капала влага. Даже потолок был стеклянным. Вид был беспрепятственным с трех сторон и захватывающим, как и сам сад.

— Ты посадил растения здесь? — спросила я.

— Да. Живые вещи под моей опекой, — он одарил меня кривой улыбкой, признавая иронию, — пока я забочусь о них, — затем он протрезвел. — Люди, с другой стороны, не достойны заботы.

Звучит как что-то, что мог бы сказать его отец.

— Даже твои верные поданные? — спросила я, бросив взгляд на телохранителей, что стояли у единственного входа.

— У моих поданных есть предметы первой необходимости и защита. О них заботятся.

— Даже о твоих магах?

— Ты волнуешся, моя дорогая, — Тохон попытался взять меня за руку.

Я увернулась.

— Конечно. Было бы глупо с моей стороны не волноваться.

— Тебе нечего бояться, пока ты не приносишь проблем.

— А если принесу?

— Хочешь, чтобы я тебе на пальцах все объяснил? Рассказал подробности? Внизу есть камеры…

— Нет, — я сделал еще круг вокруг сада.

Керрику бы понравилось здесь. Прикосаясь к листьям, я почти ожидала почувствовать покалывание его магии. Ничего. На секунду ощутился укол разочарования.

— Вечный сад — это единственное, что тебя волнует? — спросила я.

— О, нет. Меня волнует судьба Пятнадцати Королевств. Мы потеряли стольких лидеров, и действия некоторых выживших ужасали. Я уверен, ты встречала некоторых из них. Но один лидер сможет объединить всех тех, кто стремиться к цивильности и кого не заставляют покланяться несуществующей сущности. Содатель. Ха! — он пренебрежительно махнул рукой. — Разве божественное существо создало армию из мертвых? — Он подошел ближе. Пылкая убежденность тлела в его взгляде. — Ты волнуешь меня, моя дорогая. Я собираюсь лелеять тебя.

Я уставилась на него.

— Почему?

— У тебя есть ряд качеств, которыми я восхищаюсь. Интеллект, красота и сильная целительная магия, — он подошел ближе, — единственная в своем роде.

— Только из-за того, что ты убил остальных целителей, — и сестру Белена, а также бесчисленное количество других людей. Логичной Аври следовало напоминать Эмоциональной Аври об этом чаще.

— Я говорил не о твоей магии, моя дорогая. Я хотел сказать, что ты единственная, в кого Керрик влюбился после Джаэль. А я пытался отбить у него Джаэль. Пытался отбить долгие годы. Я не соблазнил ее, но у этого выродка Станслова получилось.

Тохон стоял в нескольких дюймах от меня. Как ему это удалось? Он взял мою руку точно также, как Керрик перед тем, как я отправилась на миссию.

Я знала, что нужно отойти, но осталась на месте.

— Ты ошибаешся насчет Керрика. Его волнует только Райн. Когда его принца больше нельзя будет спасти, для него не составит труда со мной расстаться.

Холодный расчет сделал его взгляд острее.

— Я слышал слухи про Зеппа. Он действительно мертв?

Могла ли я солгать ему, пока он держал меня за руку? Я сфокусировалась на образе бойни в пещере. Он глубоко запечетлелся в моей памяти. Отвращение и ужас охватили меня, и я встретился с ним взглядом.

— Да. Никто не выжил в той атаке.

Его тело немного расслабилось.

— Приятно слышать. Что касается Керрика, ему стоило признаться в своих чувствах, дабы удержать тебя, а он никогда бы этого не сделал.

Возможно, Керрик, которого Тохон знал в школе, и мог в меня влюбиться, но мужчина, с которым я путешествовала, не был способен на проявление тепла и привязанности.

— Что ты имеешь против него?

— Принц Керрик красив, богат и является сильным магом.

— Ты давно в зеркало смотрел? Я уверена, ты сможешь продать парочку алмазов из отцовского трона, пока никто не знает откуда они.

Тохон засмеялся. Его веселость пронзила меня. Я закусила губу, чтобы не засмеятся вместе с ним.

— Не знаю. «Алмазы из задницы Короля Завьера» звучит довольно неплохо. Прозвище может сделать их более ценными.

— Удачи тебе с этим. Однако, я хотела сказать, что ты обладаешь теми же качествами.

— Благодарю, моя дорогая. Но у Керрика было нечто, чего никогда не было у меня.

— Щеночек?

В этот раз Тохон не улыбнулся.

— Нет. Отец, который любил его. Шесть лет я слушал про Короля Нейла: насколько умным, смешным и замечательным он был. Керрик любил своего отца, в этом нет сомнений. Король Нейл часто приходил в школу. Они были также близки, как Керрик и Белен, — его хватка на моей руке усилилась, — когда Керрик и Джаэль полюбили друг друга, я больше не мог терпеть. Это было несправедливо. У Керрика не может быть все. Нет. Мало того, что у него был заботливый отец и лучший друг. Я не мог позволить ему еще и заполучить красивую и сильную жену. И я не могу позволить ему заполучить тебя.

Я вырвала свою руку из его.

— Я никому не принадлежу.

Тохон бросил взгляд на охранников у двери. Немое напоминание о моей ситуации.

— Я здесь, но я не твоя, — я скрестила руки, — назови свои условия, Тохон.

— Не здесь. Это место для… покоя, — он провел меня обратно по винтовой лестнице в кабинет.

Мебель была проста в своей элегантности. Письменный стол среднего размера был организован. Картины в комнате были резкими, запечатлевшими такие предметы, как одиночное зимнее дерево, одинокая лошадь и один стул в пустой кухне.

На правой стене висела большая карта Пятнадцати Королевств. На ней были изображены символы и стрелки, а также информация о войсках. Я стояла перед ней и изучала ее.

Я указала на окупированные Тохоном королевства — Лейди, Заинск и половина Выжа, с Согрой в центре.

— Ты завоевываешь остальные королевства, просто чтобы позлить Керрика?

Он засмеялся.

— Я признаю, что довольно мелочен и завистлив, моя дорогая, но мое, как ты говоришь, завоевание не имеет к нему никакого отношения. Нам нужен лидер и, откровенно говоря, я уже руковожу жизнью и смертью. Кто подходит лучше, чем я?

Он жестом приказал сесть в кресло бордового цвета, которое сдвинули в сторону. Тохон перетасовал несколько бумаг на своем столе, игнорируя меня, пока не раздался стук. Дверь открылась без разрешения Тохона, и в комнату вошла высокая женщина примерно его возраста. Своим свисающим с талии мечом и атлетичным телосложением она напомнила мне Джаэль. У нее даже были блондинистые волосы и голубые глаза. На этом сходства закончились. Черты ее лица были простыми, а пухлый нос выглядел так, словно на него кто-то сел.

— Селина, это Аври из Казана, — сказал Тохон.

Ее имя звучало знакомо, но я не могла вспомнить.

В ее взгляде мгновенно возникла антипатия.

— Целитель?

— Да. Мы собираемся подписать контракт, и ты будешь свидетелем условий.

— Раньше тебе никогда не нужен был контракт, Тохон.

— Аври другая.

— Правда? — Селина посмотрела на меня с проницательным расчетом.

— Держись от нее подальше, Селина, — в голосе Тохона отчетливо слышалось предупреждение.

Селина не испугалась. Она села в другое кресло.

— Вперед, пишите свой контракт. У меня есть дела.

Тохон достал чистый лист из кучи бумаг. Он написал пару строк. Беспокойство нарастало, и я сцепила руки вместе. Скорее всего, это было бесполезно. Я не могла ему доверять. Из-за перепадов настроения, он мгновенно превращался из идеального джентельмена в идеального маньяка.

Он почувствовал мои опасения.

— Базовый вводный язык, — положив перо на стол, он откинулся назад. — Давай обговорим условия. Мне нужно, чтобы ты лечила моих подданных как положено. Не то чтобы мне есть дело до их смерти, но их проще тренировать пока они живы. Мне нужно, чтобы ты помогала мне с моим экспериментом и пообещала, что не сбежишь. Взамен, о тебе будут заботиться и ты не будешь в заточении. Когда в твоей помощи не будет необходимости, ты сможешь свободно передвигаться по дворцовому комплексу, за некоторыми исключениями.

Помимо эксперимента, его условия совподали с моими ожиданиями. Я назвала их по порядку.

— Я буду лечить больных и раненых, но буду решать кто будет исцелен, а кто ограничится травами и временем. Я хочу быть во главе лазарета. Ты не можешь заставить меня лечить кого-то.

— Согласен, — Тохон записал условия.

Так просто? Я продолжила.

— Какого рода эксперимент? Я не буду работать с твоими мертвыми солдатами.

— Он связан с Лилиями Смерти.

Неожиданно для себя, я заинтригованно спросила.

— Что ты пытаешся с ними сделать?

— Объясню позже.

— Тогда я не соглашусь. Я никому не причиню боли.

— Как насчет того, чтобы помочь мне с моими исследованиями, если твои задания никому не причинят вреда?

Я нашла лазейку.

— Но что насчет тебя? Что если результаты исследования дадут тебе возможность навредить кому-то?

— Я не могу согласиться на это. Я собираюсь воевать с Эстрид, — Тохон выжидал.

Понимая, что Тохон будет вести переговоры только о моих действиях, я согласилась.

— От себя добавлю, что ты не имеешь права саботировать любые части экспериментов, исследования и результатов, — чернила заполняли бумагу.

Последний вопрос.

— Что ты считаешь побегом?

— Уход из дворцового комплекса без моего ведома. Я не желаю запирать тебя каждую ночь или приковывать к стулу в лаборатории. Это будет утомительно. Ты сдержала свое слово перед Керриком, хоть он этого не заслуживал. Я прошу тебя о том же.

Любопытно и пугающе.

— Откуда ты знаешь, что я дала Керрику слово?

— Умоляю тебя, Аври, не оскорбляй мой интеллект. Я был бы плохим полководцем, если бы не знал, что твориться в лагере врага.

У него были шпионы в армии Эстрид.

Тохон улыбнулся выражению моего лица.

— Послушники в мантиях так похожи друг на друга, тебе не кажется?

— Что если Эстрид пойдет штурмом на замок?

Селина весело фыркнула.

Тохон бросил на нее кислый взгляд.

— В случае маловероятной возможности моего проигрыша или смерти, ты свободна идти куда хочешь. Как тебе такое?

— Сколько мне нужно здесь оставаться?

— Столько, сколько я скажу. В скором времени, я стану королем всех Королевств, а значит и твоим тоже. После этого мне не нужен будет контракт.

Больше причин найти способ остановить его.

— У тебя уже есть вариант на случай, если мои планы не сбудутся. А взамен о тебе позаботятся. Это я обещаю.

Из-за обещания не покидать дворец, связаться с Зеппом будет сложно, но не невозможно. Я надеялась на это. Кроме того, идея жить в заточении меня не особо прельщала.

— По рукам.

У него хватило приличия не улыбаться и не злорадствовать.

— Мне бы хотелось добавить еще одну… просьбу.

Блин. Я взглянула на Селину. Ее веселость улетучилась. Она уставилась на Тохона, словно не хотела, чтобы он отвечал.

— Какую? — спросила я.

— Иногда я бываю на официальных мероприятиях, вечеринках и обедах. Мне хотелось бы, чтобы ты сопровождала меня.

— А что мне за это будет?

Его хватка на пере стала жестче, но гнев не появился на лице. Вероятно, я должна была быть благодарной за возможность провести с ним вечер.

— За каждое посещенное мероприятие, ты сможешь попросить о маленькой услуге в виде поездки в город за новой одеждой или выходного.

Эти небольшие услуги могут дать мне немного места для маневра.

— Договорились.

Тохон закончил документ. Он выразительно подписал свое имя и передал его мне. Я прочитала каждое слово дважды, ища лазейки или проблемы с формулировками. Он изложил условия простым языком. На меня ничего не выскочило.

Когда я пришла сюда, то рассчитывала на заключение в темнице. По крайней мере, теперь у меня есть иллюзия более благоприятной ситуации. Хотя, я не питала надежд, что он сдержит свое обещание.

Тохон передал мне перо. Подписав это, я снова отдам свою свободу. В прошлый раз, я спасла Мелину и двух других от ужасной участи. В этот раз спасу еще больше. Мне нужно было в это верить во время подписи своего имени. Альтернитиву и представить было страшно.

Селина подписала договор последней. Она протянула бумагу и перо Тохону.

— Могу я теперь идти?

— Ты свободна.

Она свирепо посмотрела на нас и вылетела из комнаты.

— Не думай о ней, моя дорогая.

Проще сказать, чем сделать. Хотя, если сравнивать с тем, на что я согласилась, ревность и злость Селины казались незначительными проблемами.

— Ты, должно быть, устала, моя дорогая. Уинтер из Башина уже пришла?

Стражник высунул голову за дверь, а затем открыл ее, позволяя служанке войти. Девушка поклонилась.

— Уинтер, это Мисс Аври. Ты будешь ее горничной в период ее пребывания здесь. Покажи ей ее покои и помогай со всем, что ей нужно.

— Да, милорд, — Уинтер поклонилась, — Мисс, прошу, следуйте за мной.

— Иди, — сказал мне Тохон, — располагайся, а я приду позже, дабы убедиться, что тебе комфортно.

Мое сердце колотилось в груди, пока я следовала за Уинтер через замок. День прошел не так, как ожидалось. Абсолютно.

Мои комнаты состояли из приемной с диваном, креслами, столами и ковром, расположенными полукругом перед каменным очагом, встроенным в заднюю стену. Фонари освещали комнату, раскрывая темно-фиолетовый, синий и зеленый цвета тканей и гобеленов. Цвета хорошо сочетались друг с другом. Небольшой деревянный столик с несколькими стульями занимал левый угол, а стол, стул и книжный шкаф — в правом углу.

Рядом с очагом был вход в спальню, которая делила очаг. Наклонившись, я увидела, как Уинтер разводит огонь, чтобы отогнать холод. Огромная кровать с балдахином занимала большую часть пола. Я обошла его, думая, что Керрик и его банда могли в ней поместиться. В комнате также был шкаф, тумбочка и лампа. Я сняла плащ и бросил его на кровать.

Тяжелые шторы закрывали три окна на дальней стене. Я отодвинула их в сторону и выгляделась в полумрак сумерек. Внизу покачивалось несколько факелов. Похоже, мои покои находились на третьем или четвертом этаже. Я позволила ткани упасть. Шум от стука соответствовал ощущению свинца внутри меня.

Настроение немного улучшилось, когда я обнаружила, что ванная примыкает к спальне. Мраморные стены, плитка на полу и умывальник на пьедестале были хороши, но ванна полностью завладела моим вниманием.

Уинтер появилась в проеме. Она держала мой рюкзак. Золотые локоны выбились из пучка, а в голубых глазах читалось опасение. На ней был длинный белый фартук поверх голубой льняной рубашки и темно-синяя юбка до пола.

— Могу ли я сейчас убрать ваши вещи, Мисс?

— Нет, спасибо.

— Но…

— Тебе было велено исполнять любую мою просьбу? — спросила я.

— Конечно, мисс, — маленький носик девушки сморщился от замешательства.

У Уинтер была красивая алебастровая кожа, а на вид ей было лет пятнадцать-шестнадцать.

— Успокойся, Уинтер, я не собираюсь закатывать истерик или бежать к Тохону, если ты не будешь потакать каждому моему капризу. Я ценю твою помощь и надеюсь, что мы сработаемся.

Уинтер смотрела на меня так, словно я была шипящей Лилией Смерти: со страхом и любопытством одновременно.

Я забрала у нее свой рюкзак.

— Мне хотелось бы принять горячую ванну.

— Да, мисс, — она поспешила к ванне.

Заткнув слив, она потянулась к рычагу и дернула его. Ничего не произошло. Затем отчетливый поток воды послышался из круглого отверстия в стене прямо над краем ванны.

Теперь пришел мой черед удивляться.

Уинтер это заметила.

— Водные трубы, мисс. Король Завьер велел установить их по всему замку. По ним течет горячая вода из больших горячих баков. Когда закончите, просто достаньте пробку. Другие трубы позволят воде испариться вне дворца. Они великолепны.

И, могу поспорить, невероятно дорогие. И действительно, из отверстия в ванну хлынула дымящаяся вода. Когда уровень воды приблизился к вершине, Уинтер снова подняла рычаг.

— Ваша ванна, мисс.

— Спасибо.

Она улыбнулась и достала полотенца и халат. Затем начала ждать.

— Дальше я справлюсь сама, — сказала я, провожая ее к главному входу в мои покои, — твоя помощь не потребуется до утра.

— Но, ваша кровать…

— Я могу расстелить кровать. Все будет нормально. Спокойной ночи, Уинтер, — я закрыла дверь и обнаружила, что на ней есть замок. Небольшие привилегии, которыми я планировала в полной мере использовать. Заперев дверь, я поспешила в ванную, снимая по дороге зловонные походные одежды. Мой медальон оставался на месте с тех пор как Керрик одел его мне на шею. Кулон находился на основании моего горла.

Я отмыла почти пятьдесят дней дорожной грязи. Из-за холодоной погоды, быстрой ходьбы и нахождения в компании мужчин, я не имела возможности помыться так, как хотелось бы. Я спустила воду и наполнила ванну во второй раз.

Наконец помывшись, я вытерлась и надела белый хлопковый халат. Не хотелось надевать что-то из одинаковых одежд или юбку и майку, купленные Керриком, ибо они напоминали… о нем. Вместо этого, я решила остаться в халате. Не то чтобы мне придется бежать и сражаться с кем-то ночью.

Я распаковала свой рюкзак, сложила на столе свои скудные пожитки, в том числе оружие, спальный мешок, одеяло, мешочек с травами, который мне дали обезьяны, перчатки от Белена, несколько бумаг, извлеченных из Гильдии, два мешка с соком Лилии Смерти, и мой дневник ученичества. Все мое имущество в одной жалкой куче. Но по крайней мере, я путешествовала на легке.

Взяв дневник, я села на диван и начала листать страницы. Я заметила несколько интересных моментов и нашла запись об Элли, моей соседке по комнате, во время проживания у Тары. Она говорила во сне и часто просыпалась от кошмаров. Как-то ночью, я трясла ее, пока она не проснулась, зовя свою мать. Элли извинилась и рассказала мне, что будучи маленькой была поймана Лилией Смерти. Ее мать выходила ее и выздоровление было тяжелым.

Я выпрямилась. Только вот, Элли не атаковали. Лилии Смерти хватают тех, в ком чувствует потенциал. Какого рода потенциал, я не знала. Я просмотрела свои записи в поисках страницы, упоминающей лекцию Тары о яде Лилии Смерти. Мои записи были неполными, но я отметила, что судя по описаниям симптомов, Тара говорила из личного опыта. Рядом с моей спекуляцией был вопросительнный знак. У меня не было возможности спросить была ли она схвачена.

— Читаешь что-то интересное, моя дорогая? — спросил Тохон.

Я резко встала, роняя дневник. Тохон прислонился к порогу спальни.

— Что… Как ты здесь оказался? — спросила я, когда мое сердце снова вернулось на свое место.

— Тайный проход между нашими комнатами, — взгляд Тохона упал на мой халат, — вижу, тебе комфортно.

Я затянула пояс.

— Я больше не буду чувствовать себя комфортно, если ты можешь появлятся здесь без предупреждения!

— Я стучался, но никто не ответил. Не волнуйся, моя дорогая, я покажу тебе панель, которая закрепит дверь с твоей стороны. Моя сторона тоже запирается, — его губы медленно обернулись голодной улыбкой, подходящей желанию в его глазах, — однако, если тебе будет одиноко, пожалуйста, не стесняйся навещать меня в любое время.

— Не рассчитывай на это. Никогда.

— Гадина, — цокнул он, — ты слишком долго была с Керриком. Не важно, скоро ты поймешь, что из меня компания намного лучше, — Тохон сел на диван и похлопал по подушке рядом.

Я продолжала стоять.

Он откнулся назад.

— Завтра Селина покажет тебе территорию. Мне бы хотелось, чтобы ты начала работать в лазарете. Есть пациенты, которым немедленно необходимо твое внимание.

Я показала на свою одежду, лежащую на полу.

— Она грязная и мне понадобится одежда, которую можно пачкать кровью.

— Разве Уинтер не показала тебе что в шкафу?

— Я уверена, что она собиралась, но мне хотелось уединения.

Он встал, направился к моей спальне и открыл двери нараспашку. Шкаф заполняла одежда.

— Здесь наряды на каждый случай. Все они твоего размера. Медицинские туники, повседневная одежда и парочка платьев.

— Откуда ты знал, что я приду?

Его взгляд словно говорил «не будь идиоткой».

Я достала желтую юбку.

— Как ты узнал мой размер?

— Твой гроб.

Шокированная, я уставилась на него.

— Что?

— Когда мои солдаты прибыли в Джакстон, после твоего побега с противным Керриком, власти были недовольны. Они соорудили гроб твоего размера, записали твои параметры, но ни тела, ни вознограждения не было. Мои люди заплатили за гроб. Они также пожертвовали городу немало золота на все хлопоты

— Оу, — я знала, что они сняли мерки для гроба, но не думала, что они на самом деле его построят. Я положила юбку на место.

— Все было ненапрасно, — сказал Тохон, — я многое узнал про тебя от твоих соседей. Они сказали моим людям, что ты была милой и тихой девушкой. Они были просто потрясены тем, что у тебя хватило наглости жить и работать с ними. Они даже не подозревали. Я был… Я все еще удивлен, что ты протянула так долго. После этого, я решил сменить вознаграждение. Я хотел встретиться с тобой.

Что я могла на это ответить? Только «вау». Единственное решение исцелить Фаун стало катализатором стольких событий. Вместо этого, я спросила.

— Что они сделали с… гробом?

— Он здесь, в замке.

Глава 22

Мой гроб находился в замке Тохона?

— Зачем ты…

— Ох, я думаю, ты знаешь ответ, моя дорогая.

— Но у нас договор.

— Действительно. И я верю тебе на слово, касательно условий, что мы добавили.

Озадаченная, я попыталась предоставить аргументы, но четно.

— Что, по-твоему, я могу такого сделать?

— Вернуться к Керрику. Уж лучше я использую этот гроб, чем позволю тебе вновь оказаться в его объятьях.

Я расслабилась. Из всех возможных исходов данной миссии, этого варианта даже не было в списке. Однако, пришло осознания вероятности более пугающего сценария.

— Можешь пообещать, что используешь мой гроб, а не превратишь в одного из своих мертвых солдат?

— А что мне за это будет?

— Если ты похоронишь меня в гробу — клянусь, что никогда не вернусь к Керрику.

Он засмеялся.

— Хорошо, моя дорогая, договорились, — Тохон протянул мне руку.

Я сделала шаг назад.

— Это не считается, пока мы не пожмем руки.

Сжав его руку, я потрясла ее один раз, а зетем отпустила. Он не отпустил. Жар пробежал по моей коже, когда он потянул меня ближе. Я не успела вырваться, его губы были на моих. Моя магия отозвалась, наполняя меня гиперчувствительностью, делая ощущения острее. Он снял халат с моего плеча и положил руки мне на спину. Его прикосновение вызвало волны жара в мышцах. Ощущения были чем-то средним между болью и наслаждением. Я вскрикнула, и Тохон углубил поцелуй.

Внутри бушевала смесь желания и ярости, но мои пальцы оказались в его коротких волосах, когда я прижалась к его телу. Комната закружилась, стоило нам упасть на кровать.

Тохон отстранился.

— Спокойной ночи, моя дорогая. — Он встал и открыл панель возле изголовья. Указывая на небольшую ручку, он сказал. — Защелка здесь. Хотя я ожидаю, что ты ответишь на мой стук.

— Что если я не могу?

Он ждал.

— Если я исцеляю, то могу потерять сознание или видеть галлюцинации от лихорадки.

— В этом случае, убедись, что Уинтер останется с тобой.

— Мне не нужна…

— Мне все равно. Я не хочу, чтобы ты была одна, — его суровое выражение лица стало мягче, — я работал вместе с целителями в Гильдии где-то год. Когда ты проснешся ночью и тебе понадобится вода или смена одежды, Уинтер будет рядом и поможет тебе. Это не просьба.

Он исчез в проходе, закрывая панель за собой. Когда мое сердце успокоилось, я осознала, что халат сполз до локтей. Смутившись, я поправила его, завязала пояс и заперла панель.

Я начала искать в шкафу ночнушку. Поцелуй Тохона ошарашил. Если бы Тохон не остановился… Почему он остановился? Вероятно, сново играет в игры.

И я подозревала, что меня подвела моя магия. Когда мы касались, его жизненная сила действовала словно эликсир. Как будто я выпила слишком много вина. Надо придумать, как свести прикосновения к минимуму, иначе я совершу то, о чем пожалею.

Голосок в моей голове спросил.

— А о чем жалеть? Что плохого в том, чтобы наслаждаться жизнью с великолепным мужчиной, который относится к тебе, как к королеве? Ты хочешь умереть, так и не познав одно из земных блаженств?

Нет, не хочу. Но в моих фантазиях, я делала это со своим возлюбленным. Не с чудовищем, который пробуждал мертвых. И я должна была напоминать себе о его злодеяниях. О созданных им убожествах. Потому что когда он касался меня… весь здравный смысл и страх испарялись.

Переодевшись для сна, я влезла под одеяла, нежась на мягком матрасе. Белое постельное белье напомнило мне мамину таверну. Просыпаясь в окружении комфорта, я подумала, что достигла мирной загробной жизни. Но, Керрик привязал меня к этому миру. Он держал меня и отказывался отпускать. Воспоминания о том, как он спал рядом со мной в таверне, заполнили мой разум вместе с видением его обнаженной спины, когда он сел.

Я переключила свои мысли в настоящее, сосредоточившись на том, как найти Райна. Той ночью мне не снились мертвые солдаты Тохона, что было облегчением. Вместо этого, крутились сны о Керрике.

Утром Уинтер принесла поднос с завтраком. После еды, я переоделась в черную медицинскую тунику и штаны. Удобные и простые, они подходили для работы за больными и ранеными.

Стоило Уинтер уйти, пришла Селина. Она осмотрела мою одежду и заворчала.

— По крайней мере, ты практична. Чтож, пошли, у меня не весь день свободен.

Повернувшись на каблуках, она зашагала через дверной проем, задавая быстрый темп.

Если она надеялась, что потеряет меня, то ее ждал сюрприз. В конце концов, из-за предыдущих месяцев ходьбы, ей надо было бежать со всех ног, чтобы я отстала. Я шла на растоянии шага от нее, пока мы продвигались через коридоры, лестницы и многочисленные комнаты.

Она носила бледно-лавандовую тунику и темно-фиолетовую юбку. Длинные блондинистые волосы были завязаны в узел, что держался с помощью гребня с блестящими аметистами. Ее царственная осанка и прекрасный наряд контрастировали с мечом на ее талии.

Селина иногда останавливалась, пока мы шли. Каждый раз она указывала на дверь, в которую нельзя входить, или лестничный пролет, которым нельзя пользоваться.

— Видишь этот символ? — Селина показывала на круг с тремя скрещенными ключами. — Он означает «держись подальше». Никому из живущих и работающих в дворцовом комплексе людей не позволено входить в эти комнаты и места. Понятно?

— Даже тебе?

— Нет. Будучи главной советницей Тохона, я имею полный доступ.

Главная советница? Ей на вид было двадцать пять-двадцать шесть лет. Близко к возрасту Тохона.

— Твое имя звучит знакомо. Ты его подруга?

— Нет, я — еще одна из его… отряда. Мы с Тохоном познакомились в школе.

— Селина из Лейди! Керрик упоминал, что ты была одной из людей, борющихся за трон.

Ее рот искривился в презрении.

— Глупая детская игра. В то время я думала, что будет забавно стать королем. В Лейди не было монархии. Люди проголосовали за моего отца и сделали его президентом. Эта игра… была крайне неприятным опытом. Другие относились к этому слишком серьезно.

Лейди граничил с Согрой на востоке, Алгой — на севере, а Бесконечное море омывало его западную и южную стороны.

— Тохон завоевал Лейди.

— В прошлом году. Ничего нельзя было сделать. Чума истощила нас.

— Но ты помогаешь ему?

Она пожала плечами.

— Как и ты.

Она права.

— И это лучше, чем гнить, будучи запертой в какой-нибудь сырой темнице.

Действительно. Я чувствовала, что между ними было нечто большее, чем просто школьная дружба. Странно, что так много из них пережили чуму. Я чуть не споткнулась, когда пришло ужасное осознание. Что если Тохон продолжает играть в королевскую игру? Но тогда как он смог защитить своих одноклассников от чумы? Никто не мог предсказать эпидемию.

Селина продолжила экскурсию, показав мне кухню, столовую и кабинеты советников. Он повела мне на улицу. Холодный утренний туман держался в виде маленьких белых очагов, но день обещал быть теплым. Воздух пах весной, напоминая мне о Керрике. Я ругнулась про себя. Он продолжал преследовать меня, стоило от него совободиться. Это будет долгий сезон.

За замком другие здания были выстроены дугой. Конюшня, пара бараков для солдат, оружейная, конура и, наконец, лазарет. Прежде чем мы вошли, Селина направилась к толстой стене, окружавшей территорию. Только вот с этой стороны она была не черной, а скорее зеленой с белыми пятнами. Когда мы подошли ближе, я поняла, что у стены росли огромные растения. Их верхние стебли достигают вершины стены.

Селина остановилась в двадцати футах от них.

— Я не советую корабкаться по ним, если решишь сбежать. Единственный путь наружу через главные ворота.

— Они…

— Ага. Покрывают всю внутренную часть стены. Тохон временами гениален. Жалко, что у него нет совести. Но он хотя бы последователен.

Я смотрела на ряд Лилий Смерти, охраняющих стену. Никто не мог проникнуть или сбежать. В памяти всплыл образ Белена в комнате записей Гильдии и иссушенного трупа, защищающего сломанный ящик с семенами Лилии Смерти. Неужели Тохон убил того человека ради семян?

— А есть еще? — спросила я.

— У него есть целый сад с этими злобными штуками в северо-западной части дворца.

Когда мы вернулись в лазарет, я задумалась о изобилии Лилий Смерти. Зепп может без проблем пройти через них. И я возможно смогу защитить Райна от них. Семя идеи начало прорастать.

Я остановилась в дверном проеме. Запах экскрементов и немытых тел пропитал воздух.

— На этом я тебя оставлю. Удачи, — сказала Селина, отступая.

— Подожди, — окликнула я ее. — А мертвецы Тохона… там?

— Нет, только его раненые солдаты. Он держит трупы в бараке.

Меня окатила волна облегчения. Я вернулась в лазарет. Остановившись на пороге, я осмотрела большую комнату. Ряды плотно сбитых вместе коек были заполнены пациентами, и среди них ходило всего несколько человек. Рабочие закрыли свои носы и рты платками. На обеих стенах были ряды закрытых окон. На другой стороне я увидела вход.

Тохон держал меня здесь насильно, но эти люди нуждались во мне. Это была моя обязанность, не смотря на договор. Я глубоко вдохнула чистый воздух, прежде чем погрузиться в беспорядок. Очевидно, Тохон не слишком заботился о своих раненых.

Я подошла к первому увиденному работнику и спросила.

— Кто здесь за главного?

Она показала на тайную комнату. Пытаясь пока не смотреть на пациентов, я вошла. Пространство было поделено на две части: кабинет и смотровую. Кабинет был единственным чистым пространством во всем помещении. На стульях сидело пятеро разговаривающих людей.

— Кто здесь за главного? — спросила я.

Мужчина, сидящий за столом, посмотрел на меня с ленивым высокомерием.

— Кто спрашивает?

— Меня зовут Аври из Казана. Я здесь по приказу Тохона. Ответьте на мой вопрос.

Упоминание Тохона вызвало желанный эффект. Мужчина выпрямился.

— Я ответственен за заботу о пациентах.

— Неправильный ответ. Вы ответственны за помойку. Правильный ответ: «С этого дня Аври отвечает за заботу о пациентах».

Мужчина резко встал на ноги.

— Вы не можете просто ворваться сюда и…

— Могу. Если у вас какие-то жалобы — обращайтесь к Тохону.

Он сжал руки в кулаки и уставился на меня.

— Для тебя он Король Тохон.

Я встетилась глазами с его яростным взглядом, пока он не отвернулся.

— Король Тохон узнает об этом! — сказал он, выбегая из комнаты.

Оставшиеся четверо (три женщины и один мужчина) таращились на меня.

Я нахмурилась.

— Вы здесь работаете?

Они закивали.

— Нет, если бы вы работали, это место бы не воняло. Но мы сейчас же это исправим.

Я отправила этих и еще двоих из главного зала за ведрами с чистой водой, чистой тканью, чистым бельем, мылом и спиртом. Пока их не было, я начала осматривать пациентов. Инфекции, лихорадки, переломы, обезвоживание… Список породолжался. Мужчина, который был за главного, ухмыляясь, вернулся вместе с Тохоном.

Тохон сморщил нос от отвращения, но ничего не сказал про запах.

— Я послал тебя помогать здесь, моя дорогая, а не приносить неприятности.

— Ошибка вышла. Здесь есть другой целитель? — я повернула голову, словно ища другого человека.

— Кончай ломать комедию. Что происходит?

— Оглянись вокруг, Тохон. Глубоко вздохни. Это грязное место. Твои солдаты умирают не от ран, а от инфекции и плохого ухода, — я тыкнула пальцем на мужчину, — он приносит больше вреда, чем пользы.

Тохон задумался.

— По-моему, все не так плохо.

Я подавила рык.

— Вернись через пять дней. Гарантирую, половина пациентов будет на ногах и вернется к работе к тому времени.

— Ты довольно самоуверена для человека без опыта, — сказал Тохон.

— Первое, что узнает ученик — важность чистоты. Это основа основ, Тохон. Твой парень и его команда либо слишком ленивы, либо слишком глупы, либо им все равно.

Мужчина запротестовал, но Тохон остановил его взглядом.

— Хорошо, моя дорогая. У тебя есть пять дней.

Эти пять дней были изнурительными, но рекация пациентов на мою заботу вызывала радость. Также я поняла, как избегать прикосновений Тохона. Так как все тяжелые случаи включали в себя инфецированные раны, я проводила каждую ночь в кровати, борясь с лихорадкой и галлюцинациями, пока Уинтер была со мной. Еще один неожиданный бонус — я нашла набор ключей в кармане униформы капитана. Я собирала грязную одежду, чтобы отправить в стирку, и услышал стук.

Когда Тохон пришел на пятый день, он быстро подавил свое удивление. Свежий бриз дул через открытые окна. Между пациентами было приличное расстояние. Они сидели, опираясь на подушки, и разговаривали. Между ними ходили работники, наполняя стаканы водой и проверяя бинты. Место пахло мылом и спиртом.

— Хорошая работа, моя дорогая. Если я дам тебе больше помощников, сможешь ли помочь с моим проектом?

— Даже с дополнительной помощью, мне потребуется где-то десять дней, чтобы завершить внедрение и обучить всех оказывать первую помощь.

— Тогда увидимся через десять дней, — он ушел.

На самом деле, мне не нужно так много времени, но я надеялась, что к тому моменту армия Эстрид переключит внимание Тохона на себя. Вдобавок, я могла использовать дополнительные дни и украденные ключи для поисков Райна.

Я нашла Райна неделю спустя. Помещение, спрятанное в углу замка в заброшенном закрытом крыле, было похоже на музей. И держала в руке фонарь, освещая его содержимое. Свет отражался на сияющих ящиках, находящихся на покрытых бархатом столах. Присмотревшись, я поняла, что ящики на самом деле были стеклянными гробами. Узел ледяного ужаса завязался в груди.

Райн лежал в одном из них, но он был не единственным. Было еще два. Мужчина постарше в парадных одеяниях и золотой короне — Король Завьер. В другом лежал юноша намного моложе — ровесник Керрика. У него были широкие плечи, короткие золотые волосы и знакомые черты. У Тохона был брат?

Был еще один пустой стеклянный гроб. Думать о ожидавшем тело гробе было страшнее, чем об уже занятых. Я вздрогнула, а после осмотрела тела.

Райн выглядел намного моложе, чем когда он пришел к Таре. Он сбрил свою бороду и густые усы. Каштановые волосы были коротко подрезаны, а лицо, из-за расслабленного выражения, выглядело приятно.

Пока Райн лишь казался спящим, то кожа короля Завьера была мертвенно-бледной, и другой человек тоже был мертв. Из-за комментариев Тохона во время экскурсии по замку, я знала, что ему нравится отнимать жизни своими способностями. Но он не убил Райна. По крайней мере, пока. Интересно, это кома мешала ему избавиться от принца?

Кто был следующим? Я подозревала, что вид Керрика в пустом гробу принесет Тохону неописуемое удовольствие. Странное чувство зародилось внутри, словно хотелось защитить Керрика. Я отогнала эти мысли и начала рыскать под столом.

Дешевый сосновый гроб запихнули под стол, на котором лежал пустующий. Не нужно было открывать его для понимания, что я туда помещусь.

Я быстрым шагом покинула эту отвратительную комнату. Ранние часы до рассвета подходили для поисков по замку лучше всего. Большинство обитателей работало до поздна и не покидало кроватей до середины утра. Я пробыла здесь достаточно долго и знала, что Тохон поступал также.

После возвращения фонариков в мою комнату, я пошла в лазарет, освещенный серым светом, и разбирала кучу способов отправить сообщение Зеппу про Райна. Все они казались невозможными. Будучи в отвлеченном состоянии, я не заметила странное движение слева от себя. Я заинтригованно прокралась между конюшней и оружейной. Прислонившись к стене оружейной, я огляделась вокруг здания.

Одинокая фигура двинулась вдоль забора пастбища к северо-западному углу территории. В памяти что-то дернулось. Селина упоминала сад… Лилий Смерти! Я побежала за человеком, срезая через пастбище. Он (или она) был полным идиотом?

В слабом свете северо-западный угол казался трупом из деревьев и кустов. Человек изчез в зелени, и я надеялась, что Лилии не атаковали. По мере приближения к саду, отчетливее виднелись Лилии и отдельные стебли. Лепестки были согнуты под странными углами. Сначала показалось, что Лилии Смерти схватили кого-то, но потом я поняла, что лепестки были широко раскрыты, открывая внутренюю часть цветка.

Я подошла к ближайшему из них. Он не шевелился. Растение было прибито к металлической раме, не позволяющей лепесткам закрыться. Кто-бы сюда не пришел — он мог не бояться быть съеденным. Даже пресловутые лозы Лилии были туго обернуты и завязаны узлами на металлической решетке.

Тохон? Для чего. Понятия не имею.

Я повернулась, дабы уйти, но сзади послышалось шуршание.

— Доброе утро, моя дорогая, — сказал Тохон, шагая между двумя Лилиями. Он нес с собой сумку, — ты уже закончила шпионить или это лишь часть твоих планов на день?

Я не должна была удивлятся уведомленности Тохона о моих поисках.

— Ты не кажешся расстроенным.

Он пожал плечами.

— Смотри сколько хочешь. Единственный человек, способный пробудит Райна, мертв. Кроме того, ты застряла здесь и не можешь рассказать Эстрид или Керрику мои секреты. И даже не думай, что сможешь отправить послание. Мои люди верны и выдадут тебя. Ты не хочешь разозлить меня, моя дорогая

Холодок прошелся по мне — волоски на коже встали дыбом. Я указала на Лилии Смерти, меня тему разговора.

— Почему они… открыты нараспашку? Что ты делаешь с ними?

— Если цветки открыты, мне проще извлечь из них токсин.

Я тарашилась на него в ужасе.

— Зачем?

Он улыбнулся моей реакции.

— Знала ли ты, что Гильдия Целитилей пыталась добыть токсин Лилии разнообразными способами? Вещество распадается, стоит Лилии завянуть. Но если достать его из живого растения, токсин сохраняет свои свойства, — Тохон полез в свою сумку и достал шарик оранжевого цвета. — Во время моей работы с Гильдией выяснилось, что лишь я один могу извлекать эти мешочки с токсином. У меня иммунитет к яду. Но если кто-то другой полезет внутрь — Лилия ужалит его.

Мешочек в руке Тохона был похож на те два, что я спрятала в своих покоях. Для чего Лилия Смерти дала их мне?

— Я знаю для чего токсин нужен был Гильдии, но зачем он тебе?

— Моя дорогая, я не верю, что ты настолько наивна. Думай изощереннее!

Существуют более простые способы убить, но токсин вызывал медленную и мучительную смерть. Пришло осознание безумной связи. Симптомы от токсина совподали с первыми двумя стадиями чумы. Оба приводили к смерти, но некоторым удавалось выжить после отравления ядом Лилии. Так как я сомневалась, что Тохона волновали эти совпадения или поиск лекарства от того и другого, то что он может найти полезным? Он называл своих людей верными, но, по моим наблюдениям, они были больше напуганы нежели верны.

— Ты изпользуешь токсин для угроз людям.

— Знал, что у тебя есть темная сторона, — Тохон сиял от гордости. — Удивительно, насколько угроза иньекции токсина эффективна. Они сделают все, что я скажу, и расскажут мне всю необходимую информацию. Помни об этом, моя дорогая.

Он только что подтвердил, что мне не найти здесь союзников.

— Раз уж у тебя дотаточно времени слоняться без дела каждое утро, не думаю, что тебе нужно еще три дня в лазарете. Ты можешь начать помогать мне сейчас, — Тохон жестом приказал следовать за ним.

Пока мы шли по замку, он спросил.

— Ты уже нашла мою лабораторию?

— Нет, — я надеялась, что не найду ее во время своих вылазок. Я могла только представить ужасы, что ожидают меня.

Тохон повел меня через дворец в основание одной из башен. Внутри была построена еще одна винтовая лестница. Тохон поднялся по лестнице, вместо того, чтобы спуститься, как я ожидала. Мы кружили по кругу, пока он не остановился несколькими этажами выше. Он открыл дверь.

— Почему ты думал, что я могла найти твою лабораторию, если запер дверь? — спросила я.

— Я полагал, что Мерзкий Керрик научил тебя вскрывать замки.

Я пораженно хмыкнула.

— Что смешного?

— Он бы не научил меня. Думаю, он боялся, что я не сдержу свое слово, и ему придется снова приковывать меня к дереву.

Тохон цокнул.

— Не удивлен. У него такие ужасные манеры.

Он открыл дверь. Пролившийся солнечный свет напомнил мне его вечный сад. Но столы и оборудование заполняли длинное узкое пространство. Окна высоко на стенах впускали внутрь свет. В лаборатории пахло ванилью и анисом.

Я была счастлива, что мои ожидания не оправдались. Я узнала несколько устройств, например, дистиллятор, который извлекал масла и другие лечебные жидкости из растений. В Гильдии целое здание было выделено на исследования. Казалось, Тохон скопировал его но в меньшем формате.

Он взял из стопки таз и поставил на стол. Достав мешочки с токсином, он разложил их. Я насчитала десять.

— Ограничен ли запас? — спросила я.

— В каждой Лилии Смерти есть два мешочка. Когда их достают, цветок вырастит другую пару, но на это уйдет несколько месяцев, — он указал на блокнот, — я отслеживаю сбор мешочков.

Тохон открыл ящик, полный шприцев. Взяв один, он толкнул иглу в мешочек, наполняя шприц токсином.

Чувствуя отвращение от его жутких действий, я спросила.

— Что мне требуется делать? Мне нужно проверить пациентов.

Тохон показал на стул.

— Садись, моя дорогая. На это не уйдет много времени.

Меня охватило беспокойство когда я села. Он постукивал по шприцу, убеждаясь, что внутри нет пузырьков воздуха.

Поворачиваясь ко мне со шприцем в руке, он сказал.

— Этой ночью состоится один из этих кошмарных королевских балов. Ты будешь моей спутницей. Надень зеленое платье.

В моем мозгу отложились только «бал» и «платье», но я не могла оторвать взгляд от шприца. Лишь когда он поставил его на стойку, я расслабилась.

Он улыбнулся.

— Твои эмоции настолько занимательны, моя дорогая! От ненависти ко мне ты можешь перейти к восхищению, отвращению, а затем к вожделению и снова сначала. Как я могу определить, которые правдивы, если ты и сама не знаешь?

— По крайней мере, я непредсказуема.

— Правда, — он нагнулся перед моим стулом так, что мы были лицом к лицу. — Единственное, что я знаю, это то, что ты получаешь удовольствие от лечения пациентов в лазарете. Ты наконец-то делаешь то, что должна была. Приятно, правда?

— Да.

— И ты должна благодарить меня. Если бы Мерзкий Керрик поступил по своему, ты исцелила бы Райна и умерла, — он поставил руки на ручки стула, изучая выражение моего лица. — Да, я знаю правду. Я помогал Гильдии, когда появились первые жертвы чумы, — слегка ухмыльнувшись, он спросил, — Мерзкий Керрик убедил тебя вылечить принца?

— Нет, это сделал ты.

— Разве? Каким образом, моя дорогая?

— Тебе нужен список или можно сказать в общих чертах?

— Как невежливо. Ладно, подумай вот о чем: Райн был побежден. Даже если ты каким-то образом умудришся разбудить и вылечить его, у него нет войск и ресурсов, чтобы остановить мою армию. Твоя жертва будет напрасна. Ты несравненно ценнее Райна. — Он остановился и сморщил нос. — По этой причине сделать это намного труднее, но все же необходимо.

— Что сделать труднее?

Он взял мою левую кисть и привязал ее к подлокотнику стула. Я протестующе завопила, толкая его левой рукой. Быстрее, чем ожидалось, он схватил мою левую руку тоже. Я боролась с оковами и пиналась, но он вышел из досягаемости. Как я могла не заметить свисающие с подлокотников кожанные ремни?

— Что… — вопрос застрял в горле, когда Тохон взял шприц и подошел. Я открыла рот, чтобы запротестовать, но он воткнул иглу мне в плечо и нажал на поршень, посылая токсин в мое тело.

Логически, нет причин бояться. У меня был иммунитет к токсину. Но сработает ли он, если его в меня вколол Тохон, а не Лилия Смерти?

Глава 23

— Зачем ты это сделал? — спросила я ровным голосом, несмотря на пархание в моем животе.

— Ты не кажешся расстроенной, — сказал он.

Токсин распростанялся по моему телу. Я откинулась назад и закрыла глаза, пока мои мысли отсоединялись от тела. Однако, небыло Лилии Смерти, к которой можно подсоединиться. Только Тохон, но в него не было пути. Словно почувствовав мое состояние, он дотронулся до моей щеки. Наши сознания соединились.

— Интересная реакция, моя дорогая. Это не первый раз, когда ты сталкиваешся с токсином Лилии Смерти, не так ли?

Трудно лгать, когда он слышал мои мысли в то же время, что и я.

— Нет, — в памяти всплыло столкновение с Лилией в детстве, затем — когда я толкнула Блоху с дороги.

— Я так и думал. Они не выходят на контакт со мной.

— Ты издевался над ними, крал их мешочки.

— Они убивают людей, Аври.

— Ты тоже.

Его веселье прошло через меня.

— Меня тоже будешь защищать?

— Нет, остановлю тебя.

Еще одна волна радости.

— Сомневаюсь.

— Зачем ты уколол меня?

— Чтобы доказать теорию. Жаль, Гильдии Целителей больше нет. Хотелось бы похвастаться.

Тохон убрал руку с моей щеки. Он вернулся к столу с мешочками и записал что-то в своем блокноте.

Отключившись от его и моего тел, мое сознание зависло. Могла ли я отправить его в другое место? Жаль, что Тохон отпустил мои запястья и схватил за руку до того, как я смогла попробовать. Наши сознания соединились, когда он поставил меня на ноги.

— Тебе станет лучше через пару часов, моя дорогая.

— Откуда ты знаешь?

— Я предполагаю.

Мы покинули лабораторию и он запер дверь. Пока мы кружась спускались на первый этаж, я спросила.

— Какую теорию ты хотел доказать? — Но ответ сам возник в голове. Теорию того, что все целители могли пережить столкновение с Лилией Смерти.

— Впечатляюще, моя дорогая. Если бы ты уже не была моей, я бы заволновался.

— Я не твоя.

— Это ты так думаешь.

Я подавила желание спорить с ним. Как любила часто говорить моя мама: «выбирай свои битвы». Вместо этого, я сконцентрировалась на эксперименте.

— Иммунитет к токсину делает нас целителями? Наша магия — дар от Лилий Смерти? — спросила я Тохона.

— Я думаю именнно так, но пока не сумел это доказать.

Если бы у меня был контроль над своим телом, я бы остановила его. Изображения того, как он вкалывал людям токсим, дабы превратить их в целителей, наполнили мое сознание. Однако, Тохон, проважая меня в мои покои, не ослабил крепкой хватки.

— Ты не…

— Это тебя не касается, моя дорогая, — его тон велел мне сменить тему.

Я задумалась над тем, что узнала.

— Если у тебя иммунитет к токсину, значит ли это, что ты тоже можешь исцелять?

— Нет, моя магия не дает мне заболеть. У меня никогда не было простуды, гриппа или колик в животе. Даже яд не действует. Ах, мы на месте, — он уложил меня на кровать и отпустил.

Тело колебалось, и я все еще могла видеть его, несмотря на закрытые глаза.

Тохон просматривал одежду в шкафу. Он держал зеленое платье. На лифе с декольте блестели блестки.

— Надень это сегодня. Я пошлю Уинтер через пару часов, чтобы она помогла тебе одеться.

Он положил его на стул перед уходом.

Бестелесная, я попыталась двинуться с места, вспоминая, как прошла через корни Лилии Смерти. Но лоза соединила меня с Лилией. Еще мне нужно было прикосновение Тохона. Мое тело лежало на матрасе. Возможно я смогла бы пройти сквозь кровать.

Представив прохождение через мягкость, я спроецировала сознание в сторону кровати. Ничего не случилось. Очевидно, я останусь нематериальным существом, пока действие токсина не пройдет. Радость-то какая!

Уинтер пришла пару часов спустя. Она позвала меня по имени, но мое тело не шелохнулось. Возможно, мне все-таки не придется идти на бал. Девушка дотронулась до моей руки, и я проникла в ее сознание.

Волнение за меня доминировало в ее мыслях. Приятно осознавать, что я ей действительно нравлюсь. Переживания за реакцию Короля Тохона, если она не подготовит меня в срок, были на задворках подсознания. Она гадала, стоит ли доложить о моем состоянии королю.

— Уинтер, ты слышишь меня?

Никакой реакции.

Было неправильно слушать ее мысли, когда она не могла слышать ее. Однако, я узнала пару вещей. Во-первых, она боялась Тохона. Во-вторых, Тохон приказал ей рассказывать все, что я делаю. В-третьих, Уинтер никогда не отправит сообщение Зеппу для меня.

Она убрала руку, и я поплыла наверх, словно пущенный в воде пузырь. Я пробыла невидемым призраком очень долого: по крайней мере казалось, что время остановилось. Когда я была внутри растения, мое тело и душа воссоединились, когда меня выплюнули, но инъекция Тохона действовала дольше. Но она, хотя бы, не убила меня.

Без предупреждения, я вернулась в свое тело. Я держала глаза закрытыми, пока не исчезло странное ощущение, словно на мне был вес в тысячу фунтов. Затем я села и потянулась.

Уинтер вернулась, пока я отмокала в ване.

— Хвала Создателю, вы проснулись! — Она суетилась, собирая гребни и расчески. — Король терял терпение. Вперед, мисс. Нам еще многое предстоит сделать.

Нахлынуло желание поволочить ноги и заставить Тохона подождать. Но я знала, что он выместит зло на Уинтер, поэтому я сотрудничила с девушкой, позволяя ей сделать мне прическу и нанести макияж. Но когда настало время платья, я возмутилась.

Помимо глубокого выреза, бретельки шелкового платья завязывались на шее, так что моя спина и бока не были прикрыты тканью вплоть до талии. Я чувствовала себя почти раздетой. Вместо того, чтобы надеть зеленое платье, я достала желтое с шелковыми слоями, которое не было столь откровенным.

Уинтер была обеспокоена моим решением, но закончила делать мне прическу ни сказав не слова. Она оттянула мои волосы двумя заколками, а затем скрутила концы. Они теперь были ниже уровня плеч.

Когда Уинтер наносила последние штрихи к моему макияжу, Тохон ворвался внутрь.

— Что вы так долго? — он уставился на меня. — Почему ты не надела платье, выбранное мной?! — потребовал он. Безумная ярость заполнила его глаза.

Я автоматически сделала шаг назад.

— Оно не подошло.

— Не ври, — он уменьшил расстояние между нами, — ты сейчас же переоденешся.

— Нет. Мне было некомфортно.

— Мне плевать! Переоденся немедленно.

— Я…

Он схватил меня за запястья. Удар ужасной боли распространился по всему телу, и я словно горела. Я взвизгнула и дернула руками, пытаясь вырваться из его хватки. Тохон был сильнее меня и держал крепко. Волны боли заставляли кровь вскипать. Он смотрел на меня, пока я кричала.

Атака прекратилась так же быстро, как и началась. Все еще сжимая меня пальцами, Тохон наклонился к моему уху.

— Зеленое платье. И если ты доставишь больше неприятностей, то будешь брошена в темнице под дворцом на три недели. Поняла?

Я кивнула, не в состоянии выровнять прерывистое дыхание. Он отпустил меня и смотрел на мое поспешное переодевание. Я повернулась к нему спиной, чтобы закончить. Уинтер помогла завязать ремень. Когда она отошла, Тохон подошел ко мне сзади.

Он прикоснулся к одному из шрамов, пересекающих мою кожу. Я застыла.

— Поэтому ты не хотела надевать это платье?

— Да.

— Кто сделал это с тобой? Керрик?! — его слова были полны гнева.

— Никто. Я вылечила мужчину, которого выпороли.

— Тогда ты должна ими гордиться. Целители, с которыми я работал, всегда показывали свои шрамы. Женщинам особенно нравилось показывать их все. Они ценили опьяняющею связь между ними.

В отличие от меня. Я отошла.

— Тогда пошли. Мы опаздываем, — его резкий тон давал знать, что он по-прежнему недоволен.

Я последовала за ним в карету, которая находилась в главном дворе. От холодного воздуха кожа покрылась мурашками. Тохон помог мне сесть в карету, и я вздрогнула, когда он накрыл меня пледом.

Лошади потянули нас через ворота в сторону города. Тохон разговаривал так, словно до этого не нападал и не угрожал мне. Керрик в сравнении с его резкими сменами настроения казался спокойным. Если его могло взбесить нечто настолько незначительное, как платье, то что он сделает, узнав истинную причину моего нахождения здесь? Я проглотила сковывающий горло страх. По крайней мере, данный инцидент дал мне больше стимула найти способ отправить сообщение Зеппу. Мое время здесь было ограничено.

Когда мы доехали до города, солнце уже село. Мы остановились перед внушительным поместьем, построенным из толстых деревянных балок и речных камней. Здание окружали сады, одна часть стены была покрыта плющем. За окнами мерцал яркий свет от камина, а сквозь открытые двери доносилась музыка.

Вход Тохона был грандиозным. Комната была полна хорошо одетых людей, что кланялись и заискивали перед ним. Они окинули меня пронзительными взглядами. Я подавила желание спрятаться в складках тяжелых штор. По крайней мере, в доме было тепло.

Три комнаты были украшены по случаю. В углу бального зала играл струнный квартет. В столовой столы ломились от еды и вина. Доносилось эхо от смеха, а пары танцевали. Несмотря на то, что Тохон не хотел ехать на очередной «идиотский бал», он наслаждался вниманием. Он представил меня, как «Аври из Казана» некоторым лордам и леди. Они вежливо кивали, а затем игнорировали, пока Тохон был со мной. С этим можно было смириться, но потом они стали пускать ехидные комментарии в мой адрес, когда он был достаточно далек и не слышал.

В какой-то момент Тохон оставил меня. Я нашла свободное место в темном углу, радуясь, что на меня больше не смотрят, как на десерт.

Покой продлился недолго. Тохон нашел меня. И впервые за вечер его не окружали поклонники.

— Ты поставила всех на уши, моя дорогая. Теории и слухи о твоей личности довольно занимательны. Из-за шрамов на твоей спине, могие верят, что ты военная заложница, другие говорят — леди напрокат, которой нравится жестко, — он фыркнул, — как будто мне надо кого-то нанимать! И слышал, как многие спекулировали, будто ты дочь Султана Казана.

— Что будет, если ты расскажешь им правду обо мне? Они превратяться в толпу линчевателей?

— Нет, они вежливо улыбнутся.

— Значит, ничего не изменится. Почему не рассказал им?

— Мне нравится, что они гадают. Но я хочу, чтобы они знали как ты важна для меня, — он протянул руку, — потанцуй со мной. — Он не спрашивал.

— Я не знаю как.

— Это легко. Просто повторяй за мной.

Я не прикоснусь к нему, пока мы не окажемся в бальном зале. Одна рука на моем бедре, вторая держит меня за руку, и мы присоединяемся к потоку танцующих. Сначала я не могла повторять за ним, и казалось, будто все смотрят на меня, пока я спотыкаюсь. Я игнорировала людей и сосредоточилась на движениях. Спустя пару кругов я освоилась.

Найдя ритм, я расслабилась. Большая ошибка. Жар его прикосновения пробудил мою магию, все остальное стало неважно. Он улыбнулся. Перенеся руку с моего бедра на голую спину, он притянул меня ближе.

— Я знал, что ты будешь великолепна в этом платье, моя дорогая.

Намереваясь сменить тему разговора, я сказала.

— Согласно нашему контракту, это считается мероприятием, так ведь?

Его задор испарился.

— Уже хочешь, чтобы я оказал тебе услугу?

— Скорее выполнил небольшую просьбу.

Он криво улыбнулся мне.

— Продолжай.

— Мне хотелось бы поехать за покупками в город.

— Правда? Я не думал, что тебя интересует подобное.

— Мне нужно несколько личных вещей.

— Уинтер достанет все необходимое, моя дорогая.

— Знаю. Она замечательная, но мне нужен день вдали от дворца.

— И вдали от меня.

Прилив желания захлестнул мои чувства. Я закрыла глаза на мгновение, отгоняя ощущение прочь.

— Хватит.

Он засмеялся.

— Я просто поощряю твои собственные эмоции. Вдобавок, в конечном итоге ты все равно сдашся, моя дорогая.

Скорее всего, но не этой ночью.

— Поездка…

— Ты можешь поехать, но только с Уинтер и полдюжиной телохранителей.

Это плохо.

— Я не хочу привлекать внимание, — попыталась я.

— После этой ночи могут появиться люди, желающие навредить мне через тебя.

Великолепно.

— Тогда я возьму с собой Уинтер и Селину. Она умеет пользоватья мечом, так ведь?

— Она научилась в школе, как и все мы, — его взгляд стал далеким, — она считает тебя угрозой. Ты действительно хочешь провести время с ней?

— Почему я представляю угрозу?

— Потому что здесь с мной сейчас ты, а не она.

— Оу, — это многое объясняло.

— Я был лишь названным принцем, пока рос. Стоило отцу узнать о моей магии, он назначил наследником моего кузена. Эти молодые балгородные леди тогда не интересовались мной. Теперь, когда я король, они из кожи вон лезут, чтобы привлечь мое внимание. Я знал Селину в школе. Мы стали очень близки, и я знаю, что могу доверять ей.

— Почему я здесь? Ты не можешь доверять мне.

— Какое откровение, моя дорогая. Ты здесь, потому что являешься вызовом.

— А когда я перестану быть вызвом, найдешь другую леди?

— Волнуешся?

— Напротив, надеюсь.

Его хватка усилислась. Я ахнула, стоило каждому дюйму моей кожи затрепетать. Голова кружилась, я покачнулась. Он меня поддержал.

— Твои комментарии испытывают мое терпение, а ты знаешь на что я способен.

Какое-то время мы танцевали в тишине. Сознание уплывало, вместо того, чтобы проясняться, словно я перебрала с вином. Перегревшись, я с тоской посмотрела на двери в сад.

— Что-то не так? — спросил Тохон.

— Мне нужен свежий воздух.

Он вывел нас из танца. Освободив хватку, он держал меня за спину, пока мы направлялись к выходу. Перед тем, как открыть дверь, он повернулся передо мной и поцеловал.

Переполненная ощущениями, я обняла его, чтобы не упасть. Его ладони гладили мои голые руки и спину. Вскоре я уплыла, а музыка и полный людей бальный зал испарились в ничто.

— Эм, простите, Ваше Величество, — через морок пробрался голос, — не хочу беспокоить вас… но есть неотложное дело.

Рассудок вернулся, стоило Тохону отойти.

— Надейся, что это действительно так, Деван, — тон Тохона был словно опасное лезвие.

Мужчина прочистил горло.

— Мы получили кое-какие сведения об Эстрид, которые нам нужно обсудить.

Тохон все еще выглядел недовольным, но кивнул.

— Я буду там, — он посмотрел на меня. — Прости, моя дорогая, дела. Проводить тебя к твоему углу?

— Нет, мне все еще нужен свежий воздух.

— Оставайся в саду. Если у тебя появятся мысли о побеге, знай, по всему периметру есть охранники.

— Жаль, потому что я врятли смогу далеко убежать в этом платье.

— Сарказм — одна из тех вещей, которые испытывают мое тепрение.

Я сдержала следующий комментарий, такой же саркастичный. Удовлетворенный, он последовал за Деваном, а я торопясь вышла в сад.

Я глубоко вдыхала ночной воздух. Разум прояснялся, а тело охлаждалось. Еще пара поцелуев Тохона, и я превращусь в пускающее слюни неичтожество и не смогу никому помочь. Гуляя по саду, я продумывала способ связаться с Зеппом во время похода за покупками в город с Уинтер и Селиной. Я надеялась, что он будет ждать в публичном месте, дабы я могла подать ему сигнал. Он был в городе две недели и должен знать о Лилиях Смерти на стене. Может он организует смуту, чтобы я смогла поговорить с ним. Не лучший план, и я расстеряюсь, если не увижу его, но это все, что у меня есть.

Сверкали факелы, отбрасывая теплое сияние на цветы ранней весны, которые колыхались на легком ветру. Я восхищалась нежными растениями, расположенными между вечнозелеными кустами, декоративными деревьями и ивами, покрытыми бархатными сережками. Всплыли воспоминания из детства. Сбор ивовых веток для мамы был ознаменованием весны для моих братьев и сестер. Я потрогала мягкие белые бутоны. Небольшой магический ток ударил по пальцам. Странно. Я оглянулась в поисках Тохона. Никого.

Затем чья-то рука зажала мне рот, а рука схватила за талию. Я свернула с тропы и оказалась в густой зелени, и не успела оказать сопротивление.

Знакомый голос шепнул мне в ухо.

— Легче.

Разные эмоцие прошлись по моему сердцу. От облегчения к ярости, раздражению, страху… радости и снова сначала. Я остановилась на раздражении, когда он отпустил меня.

Я обернулась.

— Керрик, что… — остаток вопроса застрял в горле, когда я посмотрела на него. Выражение его лица было злым. Скорее всего, он увидел как Тохон целует меня.

— Я не могу полностью избегать его прикосновений. Парочка поцелуев за две недели — довольно хороший результат.

Керрик изучал меня, смотря на зеленое платье в слабом лунном свете. Я скрестила руки на груди, чувствуя себя обнаженной.

— Ты следовал за мной с Девяти Гор? — спросила я.

— Да.

Это многое объясняло.

— Поэтому Белен согласился. Парни…

— С Эстрид. Или должны уже быть с ней. Он следуют моим приказам.

Я проигнорировала комментарий.

— Ты не должен быть здесь! Это слишком опасно. Тохон ненавидит тебя. У него даже стеклянный гроб подготовлен специально для тебя.

Керрик не смог показать нормальное переживание за свое благополучие.

— Ты нашла Райна?

— Да, он в одном из этих гробов. Вместе с Королем Завьером и другим мужчиной.

— Кто он?

— Я не знаю. Крупный блондин. Молодой. Мертвый. Имеет шрам на лбу.

— Станслов?

— Может быть. Его он тоже ненавидел.

— Но он довольно очарован тобой, — сказал Керрик.

— Только из-за тебя.

Ха! Я удивила его!

Его злость чуть-чуть вылезла наружу.

Я рассказала ему, почему Тохон хотел соблазнить Джаэль.

— У него сложилось ложное впечатление, будто если он отобьет меня у тебя, то тебе будет больно. Сейчас это полезно. Когда Райн вылечится, и все это закончится, он потеряет ко мне интерес и оставит в покое, — я подавила дрожь и потерла руки ладонями.

Ночной воздух стал холодней. Или это из-за взгляда Керрика?

Керрик не отвечал, поэтому я спросила.

— Ты видел Зеппа?

— Да.

Облегчение скопилось в животе. Наконец-то, что-то идет по плану.

— Я слышала, как кто-то из людей Тохона говорил об Эстрид. Надеюсь, на следующей неделе Тохон уедет разбираться с атакой. Скажи Зеппу прийти после полуночи в первую ночь отсутствия Тохона.

— Что если Тохон не уедет?

— Тогда скажи ему прийти через неделю. Зепп может взобраться через внешнюю восточную стену в сердине. Лилии Смерти не побеспокоят его. И если он направится прямо на запад, то увидит лазарет. Я буду ждать там.

— Хорошо. Я нужен тебе внутри?

— Нет, оставайся у стены. Мы сможем провести Райна через Лилии, — я рассказала так быстро, как могла, про Лилии и эксперименты Тохона. Райну понадобится эта информация, — а его мертвые солдаты находятся в бараках…

— Аври! — позвал Тохон издалека.

Я дернулась.

— Ты должен исчезнуть. Если он найдет тебя… — я прогнала его прочь, затем повернулась, чтобы найти дорогу.

— Аври, — сказал Керрик.

Я остановилась. Он подошел сзади. Я чувствовала его тепло на голой спине и противилась желанию прижаться к нему.

— Тохон не ошибается, — Керрик провел рукой по шраму на моей лопатке, — Я… очень расстроюсь, если ему удасться отбить тебя.

Глава 24

Умеет же Керрик выбирать момент. И что он имел ввиду под «очень расстроюсь»? В смысле «ужасно, что я потеряю еще одного солдата на нашей стороне»? Или «ужасно, что я потеряю дорогого мне человека»?

— Аври, — позвал Тохон, на этот раз громче и с большим нетерпением.

Я повернулась к Керрику, дабы спросить его, но он уже исчез. Как это типично.

— Не попадайся Тохону на глаза, — сказала я в кусты, затем поспешила к тропинке.

Может, даже лучше, что я не знала значения его слов. Я не могла позволить себе влюбиться в него или в кого-либо еще, так как у меня не будет будущего, в случае исцеления Райна. Тонкий голосок в затворках сознания сказал: «Слишком поздно!». Я заткнула его.

Добравшись до тропинки, я специально споткнулась о край. Упав на руки и колени, я заворчала, когда край порезал кожу.

— Я здесь! — позвала я Тохона.

Я села на землю и сорвала с левой ноги туфлю, сломав каблук.

Когда Тохон появился в поле зрения, хмурое выражение его лица сменилось на беспокойство.

— Моя дорогая, что случилось? — он нагнулся.

— Каблук зацепился. Кажется, я подвернула лодышку.

Он помог мне встать. Я покачнулась.

Тохон взял меня за локоть для поддержки.

— Ты можешь идти?

— Да, — я хромала в след за ним.

— Я вызову карету.

— Тебе не надо уходить из-за меня. Мне станет лучше через пару часов.

— Глупости!

Через пятнадцать минут у входа появились лошади и карета. Тохон помог мне взобраться, но перед входом я снова посмотрела назад. Интересно, Керрик еще там?

— Что-то случилось? — спросил Тохон.

Да, чертов Керрик случился.

— Просто приступ боли, — я глубоко вдохнула и устроилась на сиденье.

Он снова накрыл меня пледом.

— Очевидно, тебе придется перенести свой поход по магазинам на пару дней.

— Моя лодыжка заживет к утру.

— Но мне понадобиться Селина. Или ты предпочтешь пойти с охранниками?

— Нет, я подожду. Я откинулась на подушку. Усталость окутывала меня тяжелым платьем, высасывая силы.

Раньше Керрик не давал и повода думать, что я ему небезразлична. Или находился в стадии отрицания. Нет, я узнала это от Тохона, а он либо искусный манипулятор, либо социопат — скорее всего, и то, и другое. Эта ночь была ярчайшим тому примером. Он закатил скандал из-за платья, а потом вел себя как джентельмен весь оставшийся вечер.

Лучше сосредоточится на освобождении, исцелении и доставке Райна Керрику. И не зацикливаться на невозможном.

В дни после бала, Тохон тратил все свое время на совещания со своими генералами и Селиной. Воспользовавшись его невниманием, я продолжила поиски ранним утром, чтобы собрать как можно больше информации о Тохоне. С зажженным фонарем в руке я направилась в его лабораторию. Украденный ключ подошел.

Я вошла и заперла за собой дверь. Блокнот Тохона лежал на столе. Листая страницы, я читала записи о графике сбора урожая Лилий Смерти, но информации о том, что он делал с мешочками токсина, не было. Я пошарила по ящикам и шкафчикам. Они были заполнены лабораторными принадлежностями, шприцами и вырезками с растений. Я не смогла найти других книг или записей.

Осмотревшись вокруг в последний раз, я заметила дверь за стулом, к которому меня привязал Тохон. Вероятно, я слишком зациклилась на шприце с токсином, чтобы заметить ее раньше. Я открыла ее.

Лампа освещала два ряда кроватей, по одному на каждой стороне длиннной комнаты. Когда я шла между рядами, желудок скрутило от тошноты. Кровати занимали дети десяти-двендцати лет. Большинство были без сознания, но некоторые метались и вертелись, пойманные в лихорадочном сне. Одна девочка стонала от боли. Другая свернулась в клубок и качалась на своей койке.

Несмотря на то, что сердце сжалось от желания вылечить их, магия не пробудилась. Это подтвердило страх того, что Тохон делал этим детям инъекции токсина Лилии Смерти, в надежде создать больше целителей. Ужас поднялся к горлу, словно рвота.

Я осмотрела каждого ребенка, пробираясь дальше по одной стороне. По крайней мере, о них заботились. На столиках рядом с каждой койкой стояли стаканы с водой. Комната пахла чистотой. На их коже не было пролежней, а пациенты без сознания носили подгузники. Очевидно, Тохон беспокоился о них больше, нежели о солдатах.

Дойдя до конца левой стороны, я остановилась, дабы собраться с духом. Трое из них скоро умрут. Ярость горела. Как Тохон мог сотворить такое с детьми?! Где были их родители или опекуны?! Мысль, что они скорее всего стали жертвами чумы, немного умерила мой пыл, но гнев на Тохона никуда не исчез.

Продолжая осмотр, я проверила детей с правой стороны. Предпоследний пациент зашевелился от моего прикосновения. Он проснулся, щурясь от света фонаря.

— Ты новая медсестра? — спросил он.

Полагая, что мальчик может рассказать об этом Тохону или своей няньке, я аккуратно выбирала следующие слова.

— Нет, я просто остановилась здесь, чтобы всех осмотреть. Как ты себя чувствуешь?

— Теперь намного лучше, — он сел на кровать. Его черные волосы торчали вверх в одну сторону. Он оглядел комнату с печальной покорностью. — Я думал, что тоже умру.

Надежда коснулась моего сердца. Возможно, он оправился от действия токсина.

— Как давно ты здесь?

Он пожал плечами.

— Не знаю. Достаточно давно. Почему ты спрашиваешь?

— Просто из любопытства. Так ты был тяжело болен?

Он кивнул.

— Здесь все очень больны. Это комната умирающих.

На минуту я уставилась на него. Это все, что я могла сделать, когда меня охватила волна ужаса.

Он уставился в ответ. В его каре-золотых глазах промелькнуло подозрение.

— Разве ты не должна знать все это?

Мальчик вел себя намного старше своих лет. Я присела рядом с его кроватью, наши взгляды оказались на одном уровне.

— Ты прав наполовину. Я здесь новенькая, поэтому не знаю всего. Но я хочу узнать.

— Почему?

— Потому что мне не нравиться, когда дети болеют.

— Мне тоже, но никто не может остановить это.

— Почему нет? — спросила я.

— Мы были выбраны Королем Тохоном для важной работы. Он говорит, что мы помогаем понять какие лекарства приносят пользу солдатам. Никто не смеет не подчиниться королю.

Мальчик напомнил мне Блоху: он был умен не по годам.

— Сколько таких комнат?

— Три.

Было трудно сохранить выражение лица беспристрасным. Велика вероятность, у Тохона есть комната для каждой стадии токсина.

— И во всех комнатах дети твои ровесники помогают королю?

— Ага.

— Есть комната для выживших?

Он снова пожал плечами.

— Не знаю, — потом он улыбнулся, — наверное, скоро узнаю.

— Как тебя зовут? — спросила я.

Его улыбка сменилась настороженностью.

— Кто спрашивает?

— Я Аври. Я тоже работаю на Короля Тохона, но, как ты и сказал, не смею перечить королю.

— Я Дэнни.

Я пожала его руку.

— Дэнни, можешь сделать мне одолжение и никому не говорить, что я была здесь?

— Почему нет?

— Из-за этого у меня могут быть проблемы с королем. Сомневаюсь, что тебя кто-нибудь спросит, но на всякий случай предупреждаю.

— Хорошо.

— Спасибо, — я встала и уже была готова уйти.

— Ты еще придешь навестить меня? — спросил Дэнни.

— Приду, если смогу. Но чувствую, что в какой-то момент король сам приведет тебя ко мне.

— Зачем?

— Дабы помочь ухаживать за его солдатами.

Он обнял свою грудь тощими руками и задрожал.

Я поспешил его обнадежить.

— Не в качестве подопытного. В качестве… медбрата.

— Оу. Это будет весело. Надеюсь, что так и будет!

Улыбаясь, я подняла одеяло, когда он лег на подушку, и накрыла его. Если он считал работу медбрата веселой, то станет отличным целителем.

Мысли путались, когда я вышла из лаборотории Тохона, запирая за собой дверь. Сколько еще детей умрет из-за его экспериментов? Как я могла остановить Тохона? Если я уничтожу все Лилии Смерти во дворце, то у него не будет токсина. Но что мешает ему посадить еще? Убийство было едиснтвенным вариантом. Мой контракт не включал в себя условия на случай, если я атакую или убью его. Но могла ли я? В битве один на один моя магия недостаточно сильна. Но с магией Керрика? Возможно, но только если мы сразимся с ним в лесу.

Я вернулась в лазарет, не вспоминая свое маленькое путешествие. Мои работники сновали в главной комнате, туша лампы и занимаясь утренними делами. Стоило им понять, что новые процедуры улучшали здоровье пациентов, так они тут же их переняли. Отказавшихся заменили.

Начав у двери, я осмотрела каждого пациента. Некоторые спали, но большинство проснулись из оживленности вокруг и солнечного света. Лоб одного из солдат покрылся испариной, и он не отреагировал, когда я коснулась его щеки. Его кожа горела.

— Эмри, когда ты в последний раз осматривала Гантина? — спросила я.

— Перед сном. Он сидел и шутил с Лейтенантом Фоксом.

На соседней койке Фокс оперся на локоть.

— Он ни на что не жаловался.

Я покосилась на лейтенанта.

— Гантин ничего бы не сказал. Разве не помнишь, как он молчал, пока я его зашивала?

Фокс ухмыльнулся.

— Нет, мадам. Я отключился как только увидел кровь.

— И ты называешь себя солдатом, — поддразнила я.

Его веселость пропала.

— Я называю себя фермером, но Король Тохон призвал меня и сделал солдатом.

— У нас есть нечто общее. Меня он тоже призвал. Ему трудно отказать.

— Мы могли бы воспротивиться, — сказал Фокс, — но тогда мы были бы мертвы и все равно работали бы на него.

Я бросила Фоксу понимающий взгляд, перед тем, как повернуться к своему помошнику.

— Эмри, дай мне столовую ложку порошка от лихорадки, пожалуйста.

Я осмотрела рану на животе Гантина. Ее зашили где-то пять дней назад, а швы снимут через несколько дней. На коже нет ни гноя, ни покраснений, следовательно нет инфекции. Значит, порез был глубже, чем казалось на первый взгляд, и стал причиной внутреннего кровотечения. Либо это, либо проблема в другом.

Эмри вернулся с лекарством.

Я смешала белый порошок в стакане воды и отдала его Эмри.

— Капай немного этого раствора ему в рот, и дай ему проглотить. Это должно снизить температуру.

— А если не снизит? — зоволновался Лейтенант Фокс.

— Тогда я лично об этом позабочусь. Не переживай, — я подошла к койке лейтенанта, позволяя Эмри закончить работу.

— Как нога? — спросила я его.

— Лучше.

— Готов встать на ноги?

Он выглядел так, словно его укачало.

— Нет.

Я убрала с него одеяло и положила руку на его правую ногу. Бедренная кость была сломана в трех местах, и мне пришлось его вылечить. Его голень тоже была сломана, но я позволила ей зажить самостоятельно. Нога казалась сильной.

— Я знаю, что приятно, когда тебя балуют, но тебе надо работать над своими мышцами, — я убрала его ноги с койки.

Он заревел, но не от боли.

— Такой даме, как вы, трудно отказать.

Я положила его руку на свои плечи и помогла ему встать. Фокс качался на одной ноге, опираясь на меня.

— Поставь вторую ногу на пол. Она выдержит. Доверься мне.

Он съежился от нетерпения, но удивленно моргнул. Распределяя вес, он выпрямился.

Я улыбнулась ему.

— Видишь? Я тебя не обманывала, — я позвала одну из работниц. — Пожалуйста, отведите лейтенанта на прогулку. Один раз вокруг комнаты.

И она повела Фокса через ряды койек. Я осмотрела следующего пациента.

— Как твоя рука, Хенсон?

Он не успел ответить. Послышался грохот и через дверь вошли окровавленные солдаты. Они несли шесть раненных мужчин. Я поспешила к ним, зовя помощников. Все раненные мужчины были без сознания, что, учитывая серьезность их ран, было на руку.

В такие моменты, мне очень хотелось, чтобы рядом были еще пять целителей. Всем солдатам были необходимы экстренные меры. Один умер, когда я осматривала кровоточащую рану на его животе. Трое не проживут и часа. У двух оставшихся было больше шансов. Но кого из них принять первым? Я выбрала того, кто слабее. Перед лечением, я проинструктировала моих помощников, как сохранить жизнь второму. И как помочь тем раненным, что принесли своих друзей сюда.

По ощущениям моя магия словно скакала, когда я положила руки на первого солдата. У него было пять сломанных ребер, и одно из них проткнуло легкое. Я грохнулась на свободную койку. Волнение в лазарете утихло.

Когда я проснулась, уже стемнело. Было слышно бормотание, но в лазарете не было движения. На самом деле, всех уже уложили спать. Я потянулась к мужчине, лежащем рядом со мной. Второй мужчина выжил и его пульс был сильным. Эмри дремал на стуле рядом с его койкой.

Перед тем, как вылечить солдата, я разбудила Эмри.

— Каков статус Гантина? — спросила я.

— Лучше. Его не лихорадит и он спокойно спит.

— Хорошо. Иди спать, Эмри. Я сама справлюсь.

Вдобавок, медсестры скоро выйдут на ночную смену.

Голоса снаружи затихли, когда Эмри ушел. Я бы проигнорировала их, если бы не услышала имя Эстрид. Раненный мужчина протянет еще несколько минут. Мои ребра заболели, когда я встала и пошла на голоса. Они шли из-за лазарета. Я прокралась назад в свой кабинет. Обрадовавшись, что высокое окно было открыто и здесь не горели лампы, я залезла на стол и выглянула наружу.

Двое мужчин тихо разговаривали. Моим глазам потребовалась минута, дабы привыкнуть к темноте. Слабый желтый свет из окон лазарета осветил их и четыре трупа. Тела были покрыты льняными простынями и положены в большой каменный резервуар в ожидании подготовки к надлежащему захоронению. С тех пор, как я начала работать здесь, нам не пришлось использовать эту зону для подготовки.

Я узнала в одном из мужчин капитана раненного гарнизона. Вторым был Тохон.

— …действительно, Капитан? — спросил Тохон.

— Да, сир. Среди атакующих не было никого, кто подходил бы под ваше описание. Все носили красные формы Эстрид, кроме тех троих, что я описал.

Интересно, могли бы эти трое быть Беленом, Лореном и Квейном? Это означало бы, что Тохон спрашивал про Керрика.

— Объясните мне еще раз, как их малочисленное войско смогло измотать ваше? — судя по голосу, Тохон был недоволен.

— Нас не предупредили, сир. Это произошло ночью в центре Выжа, который мы завоевали два месяца назад. Нас атаковала маленькая группа. Они были быстрыми, и также быстро ушли. Мы начали погоню, но потеряли их в лесу.

Тохон, казалось, задумался над этой информацией.

— Разве в вашем гарнизоне нет особых войск?

— Нет, сир. С ними работает гарнизон Капитана Янга.

— Хорошо, Капитан. Возвращайтесь к своим людям, — Тохон остался стоять рядом с трупами, когда капитан ушел.

Он дождался пока капитан завернет за угол, перед тем как снять покрывало с ближейшего трупа. Тохон достал шприц из своего кормана. Протолкнув иглу в руку мертвеца, он ввел вещество. Затем он поставил одну руку на лоб трупа, перед тем, как позволить одеялу упасть. Он повторил свои действия с другими тремя: инъекция, затем прикосновение. Странно. Он экспереминтировал?

Я прижал обе руки ко рту, заглушая девичий крик, когда первое тело пошевелилось. Тохон сорвал покрывало и помог мертвецу встать. Затем остальные трое присоединились к своему товарищу. Тохон толкнул их, и они зашагали в линию на другую сторону дворца. Крошечный мрачный парад. Он направлял мертвецов прикосновением. Я наблюдала, как тьма поглощала их.

Опустившись к своему столу, я села в шоке. Тохон только что воскресил мертвых. Это из-за шприцов? Он использовал магию? Скорее всего, благодаря прикосновению к их лбам. Я знала, что его особые солдаты мертвы и бездушны, но их тела не разложились, поэтому я не была полностью уверена, что тела перестали функционировать.

Эти четверо были мертвы. В этом не было сомнений. Я обдумывала этот ужас, но не могла придумать объяснения тому, что произошло снаружи.

— Мисс Аври? — капитан стоял у дверей в мой кабинет, — мой сержант не очень хорошо выглядит. Он кашляет кровью.

Вдохновленная на действия, я соскользнула со стола.

— Простите, мне нужен был стакан воды, — я последовала за ним к сержанту.

Тело мужчины билось в конвульсиях, когда он брызгал слюной. Его ребра тоже были сломаны, селезенка была повреждена.

— Как его ранили? — спросила я.

— Мужчина размером с медведя напал на него сзади, схватил и сжал. Он сделал это с ними обоими, — капитан покачал головой. — Я бы скорее схватил нож в брюхо, чем позволил обнять себя до смерти.

Только у Белена было достаточно сил на такое.

— Ни один из этих мужчин не умрет от этих ран.

— Они могут умереть от стыда.

Я засмеялась

— Я не скажу, если вы не скажете.

— Договорились, — капитан пожал мою руку. — Спасибо за то, что спасли их.

— Мне бы хотелось спасти их всех.

— Ушло слишком много времени, чтобы привести их сюда. Вы должны быть с нами на поле боя.

— Должна. Поговорите об этом с Тохоном.

— Мой начальник уже пробовал. Его просьбу отклонили.

— Возможно, в следующий раз вы сможете прислать гонца, и я смогу встретить вас по дороге.

— Хотелось бы быть оптимистом и сказать, что следующего раза не будет, но Эстрид пошла в наступление. Так что, я думаю, это вопрос времени, — он вздохнул. — В том случае, если вы снова нам понадобитесь, я запомню отправить послание.

— Тогда я надеюсь, что никогда больше о вас не услышу, — я говорила искренне.

Если Райн остановит Тохона, то война закончится. До того момента, пока Эстрид не решит, что ей не нравиться делить с ним власть.

Капитан кивнул. Я вылечила ранения сержанта и вернулась в свою кровать. На данный момент, я могла решить только одну проблему за раз.

Новые ночные атаки изнуряли войска Тохона, а это означало больше солдат, которых мне необходимо лечить. На четвертый вечер после моей последней встречи с Керриком, Тохон навестил лазарет. Он ходил по комнате, разговаривая с пациентами. Когда он закончил, то жестом велел мне последовать за ним в мой кабинет.

Он закрыл дверь и сел на край моего стола.

— Завтра утром я уеду на несколько дней. Святая армия Эстрид набирает обороты, и ей нужно преподать урок.

Не понимая, почему он решил поделиться этим со мной, я спросила.

— Мне стоит приготовиться принимать больше раненных?

— Не намного больше. Я беру с собой особых солдат. Они должны расстроить чувства Эстрид.

Я ждала когда он перейдет к сути.

Он слез со стола и встал близко ко мне.

— Я гадал, стоит ли брать тебя с собой.

Нехорошо. Я сохранила нейтральное выражение лица.

— И?

— Ты полезнее для меня здесь, — он потянулся, дабы дотронуться до моего лица.

Я сделала шаг назад.

— Ты знаешь, когда вернешся?

— Зачем ты спрашиваешь? Будешь скучать?

— Полагаю, когда ты вернешься, раненых будет меньше. Я просто хотела прикинуть, сколько еще жертв ждать.

— Вернусь где-то через неделю, — он снова направился ко мне.

Ретируясь, я ударилась об стену.

Тохон прижал обе свои руки к стене с обеих сторон от меня. Он наклонился.

— Мы были так заняты. Я скучал по тебе.

Его губы коснулись моих, и через меня прошла вспышка жара.

— Ты устала, моя дорогая. Прошу, не пернапрягайся из-за моих солдат. Ты намного ценее, чем они. Даже в случае смерти, они продолжат служить мне.

Я открыла рот, дабы задать вопрос, но он прервал меня более глубоким поцелуем. В этот раз магия Тохона гудела по всему телу, лишая силы воли. Без задней мысли и контроля с моей стороны, руки обвили его торс, когда я прижалась к нему. Поцелуй продолжался, комната закружилась… или это была я. В следующий миг я уже лежала на столе полностью в его власти.

Разумная часть меня ретировалась в маленький уголок сознания. Она по привычке подметила безвыходность ситуации. К сожалению, уже ничего нельзя было сделать. Его магия жизни перегрузила мои ощущения.

Тохон разорвал поцелуй. Я недовольно всхлипнула.

— Я уже устал гнаться за тобой, моя дорогая. Возможно, маленькое напоминание о том, на что я способен, заставит тебя быть более открытой.

Ясность ума вернулась. Я схватила его за руки, прежде чем он смог отступить.

— Это действительно то, чего ты хочешь? Возлюбленная, которая с тобой под действием магии? Почему просто не найти ту, что полюбит тебя без нее?

Опасный блеск засиял в его глазах.

— И где здесь вызов? — он остранился.

— С каких пор использование магии является вызовом? Я бы назвала это жульничеством! Настоящий вызов состоял бы в том, чтобы ты и вовсе не использовал магию!

— Что ты предлагаешь?

Он использовал ту же фразу, что и Керрик. Интересно, они эту технику в школе проходили?

— Я предлагаю найти женщину, что полюбит тебя. Леди, которая не была под влиянием твоей магии.

— И это — не ты? — его голос остался ровным.

Я шла по очень тонкому льду.

— Ты только что использовал свою магию на мне!

— А если бы я этого не сделал?

Лед треснул подо мной.

— Есть… вещи, которые я не могу в тебе принять.

— Керрик тоже убивал людей.

— Знаю, но он не превращал их в мертвых солдат.

— Что-то еще?

— Лилии Смерти. Я могу предположить следующий шаг в твоих экспериментах, — нет смысла говорить ему, что я нашла детей.

— Нам нужно больше целителей.

— Это так, но твои методы аморальны.

Он задумался.

— Ты понимаешь, что чесность лишь ухудшает твою ситуацию?

— Да.

— Тогда зачем ты говоришь мне все это?

Хороший вопрос.

— Не знаю.

— Быть может, ты боишся.

— Конечно, я боюсь! То что моя магия заставляет сердце трепетать, когда ты касаешся меня — уже довольно скверно. Но когда ты используешь свою магию, я теряю самообладание.

— Я думал, ты больше боишся, что вещи, которые не можешь принять во мне, станут бессмысленными, когда ты узнаешь меня получше.

Вау. Этот мужчина серьезно заблуждался. Я решила, что лучше остановить поток откровений, пока я не закопала себя глубже.

Он принял мое молчание за согласие.

— Сердце — страное существо, что не руководствуется рассудком, Аври. Думаю, ты уже это поняла.

Тохон уехал на следующее утро. Я осмотрела пациентов, нескольких даже выписала. И Гантин, и Фокс достаточно окрепли, чтобы вернуться в казарму. Будучи занятой весь день, я старалась не думать, что может произойти этим вечером. Все солдаты в лагере привыкли видеть меня ночью между лазаретом и замком. Я стащила и спрятала в своем кабинете форму, близкую к размеру Зеппа.

Я думала что делать с Дэнни. Мальчик не должен был оставаться с Тохоном, но если я исцелю Райна, то смогу научить его, если у него проявятся силы. Если нет, то он все равно не должен здесь оставаться. Если останется время, я решила, что отправлю Дэнни с Райном и Зеппом. Керрик и Зепп смогут научить его магии, а я передам свой дневник и записи. Если времени не будет, я помогу ему сбежать до того, как симптомы чумы сломят меня окончательно. И это в том случае, если меня не запрут в темнице.

День, казалось, тянулся. Я тренировалась с метательными ножами, но это было больше, чтобы сжечь тревогу. Когда я исцеляла человека, устанавливалась связь. Эмоциональная привязанность, похожая на чувство обладания, которое трудно было игнорировать. Они были моими пациентами. У всех моих шрамов были имена, и от мысли о ранении солдата, которого я исцелила, даже если это был один из людей Тохона, меня тошнило.

Наконец, солнце село, и я попробовала поспать пару часов на пустой койке в лазарете. Мои мысли кружились, не давая расслабиться, поэтому я удалилась в свой кабинет и стала ждать Зеппа.

Когда он пришел, я чуть не вскрикнула.

— Были препятствия? — спросила я его.

Он выглядел также.

— Нет. Никто не безумен настолько, чтобы следить за внешней стороной стены. В твоей записке говорилось, что Лилии не навредят Райну. Ты уверена?

Записка?

— Разве… — имя Керрика задрожало на губах, но я инстинктивно его проглотила. — Да, уверена. Пока он с тобой.

Если Зепп заметил мою запинку, то он не отреагировал. Я передала ему униформу и повернулась. Он ворчал во время переодевания. Я действительно не соскучилась по Зеппу за последние три недели. На самом деле, я бы в любой день предпочла Керрика в плохом настроении Зеппу.

Когда он был готов, мы пошли к двоцу. Лишь нескольо солдат сновали во дворе. Мы вошли без проблем. Я зажгла фонарь и повела его в комнату с гробами. Ничего не изменилось.

Зепп цокнул от вида мертвых.

— Как это типично для Тохона все превращать в представление, — он потыкал стекло, — что удерживает их от разложения?

Я посмотрела на Райна, затем — на остальных. Разница между ними и Райном состояла в том, что те двое были бледнее. Зепп говорил, что его силы противоположны силам Тохона. Темная магия Зеппа замораживала жизнь в фальшивой смерти. Быть может, Тохон замораживал смерть в фальшивой жизни.

— Могут ли тела быть в стазисе на подобие того, что ты использовал на Райне? — спросила я. — Это объяснило бы, почему тела до сих пор не разложились.

Зепп удивленно посмотрел на меня.

— Это возможно, — затем он повернулся к темному углу комнаты. — Она правильно угадала, Тохон?

Глава 25

— Она права наполовину, — сказал Тохон, выходя из темного угла.

Шок заставил меня задыхаться, словно я упала в ледяную реку.

— Удивлена, моя дорогая? — он указал на Зеппа. — Ты когда-нибудь слышала, что противоположности притягиваются?

— Когда…

— Мы впервые встретились в Гильдии Целителей перед чумой, — сказал Зепп, — мы довольно неплохо ладили, но у нас были разногласия касательно помощи Гильдии.

Я стояла застывшая и билась в замещательстве.

— Так ты нашел Райна? Через Зеппа? — спросила я Тохона.

— Нет. Керрик довольно предсказуем со своими пещерами. В конечном счете, мои люди нашли место, где телохранители Райна выходили на свет. Потом это был лишь вопрос времени.

— Он устроил мне засаду, — сказал Зепп, — но сохранил жизнь и убедил в своей правоте. Тохон обьединит все Королевства и принесет всем мир. Подумай об этом, Аври. У Керрика ушло два года на твои поиски. За это время Эстрид двинулась на запад, а Тохон создал свою армию. Два года потрачено в пустую. Я не собирался тратить свой дар на проигрывающую команду. Достаточно плохо, что вы не пришли в пещеру, когда должны были. Я чуть не умер от инфекции! — его тон был раздражительным

— Я уже жалею об этом, — сказала я. Но слова «когда должны были» зацепили меня. Меня задержал Тохон. Это было специально?

— Ох, ты пожалеешь об этом еще больше, моя дорогая.

Как только я подумала, что это невозможно, Зепп спросил.

— У тебя есть пустой гроб. Хочешь, я погужу ее в состояние стазиса?

Я подавила крик тревоги.

— Что собираешься делать, Зепп? — спросил Тохон.

— Я пойду в лагерь Эстрид, найду Керрика, скажу ему, что план Аври провалился и она здесь. Он примчиться ее спасать, а мы устроим ему другую ловушку.

— Это отнимет довольно много времени, — сказал Тохон. Перед тем, как Зепп смог запротестовать, он продолжил. — Керрик уже здесь.

Боль сдавила мою грудь.

— Здесь? В замке? — Зепп казался удивленным.

— Нет, но он близко. Скорее всего, дуется в ближайшем лесу.

— Но…

— Вероятно, он следил, как ты взбираешся на стену. Если ты не вернешся вместе с Райном и Аври, он придет сюда.

— Откуда ты знаешь? — спросил Зепп.

— Мои люди верны. Аври никоим образом не могла отправить тебе послание. И я знаю Керрика. Он никогда бы не выпустил ее из своего поля зрения. Он говорил с тобой ночью в саду во время бала, не так ли?

Теперь нет смысла лгать.

— Да.

— Он предсказуем, Зепп. Не переживай. Завтра в это же время он будет в наших руках. — Тохон повернулся ко мне. — Ты же умная девочка, Аври. Как ты могла поверить, что один человек способен изменить мир? — Он показал на Райна. — Я победил. Ты бы пожертвовала своей жизнью ни за что. Я вижу, что ты все еще мне не веришь. Керрик промыл тебе мозги. Зепп, пробуди Принца Райна!

— Что?

— Пробуди его, чтобы мы могли наблюдать его смерть. Когда он умрет, то присоединится к моей особой армии, и я смогу больше не переживать о нем. Аври переживет это и попробует снова заслужить мою благосклонность.

Зепп уставился на Тохона на целую минуту. Подозреваю, он еще не привык получать приказы от Тохона. Затем он двинулся к гробу Райна.

— Верхняя панель сдвигается назад, — сказал Тохон.

Маг Смерти распахнул закрывающую Райна стеклянную крышку.

Тохон схватил мое запястье.

— Не руби с плеча, моя дорогая. Если исцелишь его, я заберу его жизнь и похороню тебя.

Зепп дотронулся до лица Райна. Не прошло и мгновения, и Райн открыл глаза. Он улыбнулся Зеппу, но маг все еще смотрел на Тохона. До принца быстро дошло. Сидя в тревоге, он оглядел комнату.

— Добро пожаловать в мой дворец, Райн, — Тохон перенес хватку на мое плечо, прижимая меня ближе. — Керрик нашел тебе целителя. К сожалению, она моя, так же, как и ты.

Я попыталась вырваться, но он послал волну боли, которая превратила мои мышци в желе. Я упала на колени.

— Где Керрик? — спросил Райн. Его голос был жестким, но ровным.

— Он скоро присоединиться. Потом у нас будет небольшое воссоединение перед твоей смертью, — Тохон позвал своих охранников.

Шесть солдат вышли из темного угла. Должен был быть тайный проход, как тот, что объединял комнату Тохона с моей.

— Проводите принца в подземелье, — приказал Тохон четверым из них.

Солдаты окружили Райна. Принц слез с гроба со всей присущей ему гордостью и грацией. Он встретился со мной взглядом и кивнул, пока его не увели.

Пальцы Тохона вонзились в мою кожу.

— Что мне стоит сделать с тобой, моя дорогая?

— Я…

— Это был реторический вопрос. Я знаю, что буду с тобой делать.

Он помог мне встать на ноги и прижался вплотную.

— Ты отныне лишена всех удобств и свободы, которой наслаждалась. Тебе придется снова завоевать мое расположение. — Он кинул на пол пару перчаток. — Надень это.

Я не двинулась, его магия снова прошла через меня, заставив снова упасть на колени. Даже если бы я смогла сбежать от Тохона, мои шансы уйти далеко были ничтожны. Я надела перчатки. Он рывком поднял меня на ноги, развернул и держал меня за спину, в то время как один из охранников надел на меня наручники. Они плотно держали перчатки на моих запястьях.

— Отведите ее в камеру близко к Принцу Райну. Убедитесь, что ее руки связаны. Я ей не верю.

Каждый из солдат схватил меня за плечо: один за одно, второй — за второе. Они вели меня вниз по бесконечным ступеням. Я потеряла им счет. Лучше считать, чем думать о будущем. Металлические двери распахнулись и с лязгом захлопнулись. В воздухе стоял запах крови. Мимо промелькнули металлические решетки и болезненно-желтые факелы. Я заметила Райна, сидящего на большой металлической полке, служившей койкой, в камере двумя ниже той, в которую меня затолкали. Они ушли, захлопнув за собой дверь. Нас разделяла пустая клетка.

В моей камере была такая же жесткая койка, что и у Райна, и ночной горшок. Я села на край. Извиваясь, я попыталась освободить руки, но не получилось. Дизайн тюрьмы делал нас с Райном видимыми для всех, кто охранял это крыло.

— Прости, что спасательная операция провалилась, — сказала я.

— Как тебя зовут? — спросил он.

— Аври из Казана.

— Я помню тебя. Ты была одной из учениц Тары. Как она?

— Не очень хорошо. Она умерла.

Он медленно выдохнул.

— Что еще я пропустил?

— Устраивайся поудобнее. На рассказ уйдет остаток ночи.

Я рассказала ему про двухлетние поиски Керрика и все, что произошло после этого. Он не перебивал, но несколько наиболее тревожных инцидентов заставили его съежиться.

— Зепп работает с Тохоном. Если бы не эта маленькая неожиданность, мой план бы сработал, — к тому времени, как я закончила, у меня пересохло в горле.

— Ты планировала исцелить меня? — спросил Райн.

— Да.

Он уставился на меня, словно хотел понять искренен ли мой ответ или нет.

— Даже зная, что ты умрешь?

— Да.

Он вздрогнул и отвел глаза. После нескольких мгновений в тишине, он сказал.

— Поверить не могу, что Тохон экспереминтировал с токсином Лилии Смери, даже зная об опасности.

— Помимо очевидного, в чем опасность?

— Он может положить начало еще одной эпидемии.

Не тот ответ, который я ожидала.

— А что? Он положил начало первой?

— Не напрямую. Он помогал целителям разработать противоядие от токсина. То, что они считали антидотом, превратилось в чуму.

— Откуда ты знаешь?

— Я украл их записи после смерти моей сестры.

— И внес свой вклад, — сказала я.

— Я был зол. Гильдия проводила исследования без принятия надлежащих мер предосторожности. Они играли с опасными субстанциями. Я всегда боялся, что случится нечто подобное.

Он подтвердил мои подозрения касательно Гильдии.

— Теперь можешь радоваться, что Гильдии больше нет.

— Я… Все было не так. Я хотел, чтобы нескольких исследователей из Гильдии призвали к ответственности, а не казнили. Я не знал, что люди убьют целителей. — он положил голову в ладони. — Я жалею о своих поступках. Как ты могла даже подумать о моем исцелении, если знала о моем участии? — Райн посмотрел на меня с трепетом. — Можешь ли ты меня простить?

— Уже простила, — сказанные вслух слова подтвердили решение в сердце и душе.

— Каким образом?

— Две причины: Керрик и Белен. Я доверяю им. Вот так просто, — я улыбнулась, вспомнив, как давным-давно Блоха сказал мне эти же слова.

— Ты говорила, что Белен в безопасности с Эстрид. Но Тохон сказал, что Керрик скоро будет здесь. Его тоже взяли в плен?

Я объяснила.

— Тохон уверен, что Керрик попытается нас вызволить.

— Самоуверенность Тохона — одна из его слабостей. Хотя в этом случае я солидарен с ним. Надеюсь, Керрик найдет способ его перехитрить.

— Керрик подозревал, что Зеппу нельзя доверять, — я рассказала ему про записку. — Если он знал, что Зепп предаст нас, то никогда не позволил бы ему прийти… Если только он не знал, что Зепп выдаст себя. Но догадался ли Керрик, что Тохон разбудит тебя?

— Тохон не изменился со школы. Он любит злорадствовать. Он любит выставлять напоказ, когда у него есть преимущество — еще одна его слабость. Я уверен, что он собирался разбудить меня в какой-то момент.

— Но теперь у нас осталось… максимум семь дней, — до того как он умрет. — Как ты себя чувствуешь? — спросила я.

— Словно разлогаюсь. Все болит, и я потею, — он лег.

Симптомы второй стадии.

— Тебя хотя бы не тошнит.

— Маленькие милости, — пробормотал он. — Я не собираюсь тратить свое время на хандру. Прямо сейчас мы мало что можем сделать… разве что у тебя есть отмычка?

Он казался полным надежды. Не хотелось его разочаровывать.

Райн посмотрел на охранников и перешел на шепот.

— Если только охранники не сделают глупость, мы пока застряли. Лучшее, что я могу сделать — это узнать все возможное про планы Тохона. Аври, можешь рассказать мне про его мертвых солдат?

Я рассказала ему все, что помнила. К счастью, в замке Тохона я ни на одного не натыкалась.

— Ты думаешь, что Тохон кладет их в стазис сразу после смерти. Но он делает им инъекцию лекарства или химиката, чтобы управлять ими, так? — спросил Райн.

— Да.

— Если мы сможем разгадать фромулу его субстанции, то сможем помешать ему сделать еще. Есть идеи?

Я подумала о своем дневнике, который был в кабинете лазарета. Это было возможно, хоть и маловероятно. Я записала кое-какую полезную информацию.

— Гильдия имела списки сотен лекарств из одних только растений. Моя наставница знала их все, но я помню лишь несколько.

— Ты была с Тохоном достаточно долго, чтобы узнать о его экспериментах. Он ничего больше не упоминал?

— Нет. Лилия Смерти — все, о чем он говорил… — я зацепилась за воспоминание. Когда Тохон ввел мне токсин, моя сущность отделилась от тела. У меня не было контроля, но Тохон отвел меня обратно в мои покои и уложил на кровать, Мое тело подчинялось ему. Что будет, если он вколет токсин телу без души? Будет ли эффект таким же?

— Аври?

Я рассказала ему про токсин.

— Слишком подозрительно для простого совпадения.

— В этом есть смысл. Тело уже мертво, так что токсин не убьет его.

— Но тело заморожено в стазисе. Разве он не заморозит и токсин тоже?

— Хороший аргумент. Не сдавайся. Продолжай думать, Аври, у тебя хорошие мозги.

— И посмотри, к чему они привели.

— Это временно.

Я засмеялась.

— Рада, что ты не теряешь оптимизма! — мне начинал нравиться Райн.

— Позитивные мысли приводят к хорошим результатам.

— Тебя этому в школе научили? — спросила я.

— Да. В чем школа была полезна, так это в подготовке нас к хитросплетениям политики и суровой ральности интриг и обмана.

— Очевидно, школа имела большое влияние на учеников. Керрик все еще горюет по Джаэль. Тохон все еще хочет править всеми Королевствами.

— Это изменило жизни всех нас.

Утром охранники разбудили меня от легкой дремоты. Подняв меня на ноги, они повели меня в лазарет. Один снял с меня наручники и перчатки, а другой дал строгие инструкции. Я могу работать с пациентами, но я не должна покидать лазарет одна. Они будут стоять у двери и поведут меня обратно в камеру вечером.

Я потерла запястья, выпила огромный стакан воды, посетила уборную и послала своих помощников за едой. Покончив с этим, я села в своем кабинете и просмотрела свой ученический дневник. Несмотря на наличие списка полезных растений, я не нашла ни одного упоминания о субстанции, которая могла оживить мертвых. Не было и упоминания о веществе, которое могло бы заставить человека потерять сознание. Нечто, что я могла подуть им в лицо или они могли почувствовать запах.

Охранники были достаточно умны и решили не прикасаться ко мне, пока я не надену перчатки. После захода солнца за мной пришли другие. Заключив мои руки в наручники, они отвели меня в туннель под замком. Райн все еще лежал на кровати и выглядел так, словно не двигался с утра. Однако, рядом с дверью лежал поднос с недоеденной едой.

Когда охранники ушли, он сел и взволнованно спросил меня.

— Ты впорядке?

— Разве не я должна задавать этот вопрос?

— Не я разозлил Тохона. Он может быть довольно жестоким.

— Я впорядке. Я весь день работала в лазарете.

— Тохон не дурак. Твои исцеляющие способности — ценный ресурс.

Я посмотрела на пустые камеры вокруг нас.

— Он может также пытаться выкурить Керрика.

— Это тоже, — спустя пару минут он засмеялся.

— Что смешного? — спросила я.

— Ты, должно быть, очень бесила Керрика.

— Что ты хочешь этим сказать?

— Керрик либо отдает приказы, либо сам им следует. Середины здесь нет. Однако, я сомневаюсь, что ты из тех, кто просто подчиняется.

— У нас были… разногласия.

— Не сомневаюсь. Можешь рассказать?

— Сейчас это кажется глупым.

— Считай моим последним желанием перед смертью.

— Это не…

— Я знаю, но мне скучно и больно. Мне нужно отвлечься.

— Когда ты так говоришь, как я могу отказать? — я развлекла его парочкой историй о наших непростых отношениях. Оглядываясь назад, я не могла понять, как мое поведение могло бы расположить меня к Керрику. Я была упрямой и занозой в заднице.

Райн наслаждался рассказами. Он точно не вел себя как страдающий от боли умирающий. Я думаю, что весь этот позитивный настрой был правильным решением. Беспокойство и хандра не изменят его состояния, так почему бы не насладиться своими последними днями?

Следующие два дня были похожи на первый. После дневной работы в лазарете, я сидела всю ночь в камере, рассказывая Райну истории и обсуждая с ним способы пробить защиту Тохону. Его невероятные умственные спосбности были очевидны, и я знала, что он совершил бы великие делай, если бы остался жив. Но его симптомы становились серьезнее с каждым днем. Через пару дней, он войдет в последнюю стадию, и я ничего не могла сказать, дабы облегчить его мучения.

Время было против нас. И мы пока так и не нашли способ обхитрить охранников. Разочарование нахлынуло, когда я стояла в десяти футах от него, но не могла до него добраться. Тохон знал, что делал, когда выбирал наши подземные жилища.

В попытке следовать примеру Райна, я сфокусировалась на единственной позитивной мысли. Тохон еще не поймал Керрика. Но мне было интересно, почему Тохон не пришел злорадствовать. Может быть, войска Эстрид совершили набеги и он был занят. От Керрика тоже не было вестей. И это хорошо. Он ничем не сможет помочь, если будет пойман. Если только ему не позволят оставить отмычки, но охранники были слишком умны для этого. Быть может, я могла бы их убедить подойти ближе.

Выпонив свои обязанности на третье утро, я вновь прочитала свой дневник от корки до корки, полная решимости найти способ сбежать. Я также обдумывала идеи в своем кабинете. Может быть, есть способ обманом заставить их подойти ко мне — ложный обморок или прямая атака?

Ближе к вечеру меня прервал громкий шум. Все мои помощники в лазарете пошли за подносами с обедом, поэтому я поспешила в главную комнату, когда вошли два солдата, каждый с раненым товарищем. Я указала на пустые койки, и они бросили их на матрасы.

Я обернулась, дабы отругать солдат за их грубое обращение. Тот, что повыше, встал рядом со мной. Я в тревоге сделала шаг назад.

Он сказал.

— Полегче, мисс.

Мое сердце отчаянно забилось. Я посмотрела на второго. Он пытался играть в невинность.

— Можешь исцелить наших товарищей? — спросил я.

Я подыграла, осмотрев пациентов. У обоих были сотрясение мозга и многочисленные гематомы.

— С ними все будет впорядке, — я показала на рану на предплечье Керрика. — Вам нужны швы. Пойдемте в смотровую.

Обернувшись, я пошла в заднюю комнату.

Некоторые из моих пациентов были в сознании. Они наблюдали, как мы проходили рядом с ними. Узнают ли они Керрика? Дадут ли сигнал тревоги? Сердце заставляло идти быстрее, но шаг остался ровным.

Я закрыла дверь с обоими мужчинами вутри. Затем я прижалась к ней спиной. Лорен улыбнулся мне, и я подавила желание обнять его.

— Было умно с вашей стороны подождать пару дней, — сказала я.

Лорен посмотрел на Керрика:

— Я же говорил! Он хотел сразу сломя голову прийти сюда.

— Что происходит? — спросил Керрик.

Сразу к делу, как и всегда. Никаких следов другого Керрика — того, что был в саду. Я рассказала про Зеппа и Райна. Когда я упомянула имя Зеппа, Керрик нахмурился и на его лице пормелькнула боль. Очередное предательство для него.

— Ты знал про Зеппа? — спросила его я.

— Подозревал. И я не верю, что люди Тохона нашли их. Зепп выдал их.

— Они познакомились в Гильдии Целителей, так что это возможно, — сказала я. Затем я посмотрела на Лорена. — Ты тоже был здесь все это время?

— Нет, мы пришли после первых атак на оборону Тохона.

— «Мы»?

— Квейн ждет на другой стороне стены. Мы решили, что будет лучше, если снаружи будет человек.

— Где Белен?

— Все еще руководит скрытыми атаками, — ухмыльнулся Лорен. — Папа Медведь может быть довольно изощренным, когда хочет.

Вдобавок, он слишком заметен. Я осмотрела их обоих. Керрик был небрит, а его каштановые волосы были откинуты назад. Его глаза были ярко-зелеными, напоминающими лес. Оба носили униформу военных Тохона, но одежда была измазана в грязи и крови, а еще порвана, словно они только что вернулись с поля битвы.

— Что дальше? — спросил Лорен.

— У вас нет плана? — я старалась не пищать.

— Это и есть весь план. Пробраться внутрь. Мы полагали, что ты уже знаешь все слабости Тохона

— сказал Лорен.

— У меня есть предположения, но я надеялась, что, учитывая ваш опыт, у вас был план… получше.

— Каков твой план? — спросил Керрик.

Зря я надеялась. Я кратко все изложила.

— Это может сработать, — сказал Лорен.

— Мы сделаем все возможное, чтобы сработало, — сказал Керрик.

Мужчина закричал с другой стороны двери. Затем послышался громкий стук. Я отошла от входа.

— Время идти, Целитель Аври, — один из моих охранников повернул ручку.

Керрик не стал ждать. Он открыл дверь, удивив мужчину. Не колеблясь, Керрик затащил охранника в комнату и крепко прижал его.

— Аври.

Я дотронулась пальцами до его шеи и вырубила. Керрик уронил его и бросился к напарнику, который попятился к входной двери. Керрик схватил его в два приема. Я подбежала к ним и ударила током борющегося мужчину.

Понимая, что мы находимся в главной комнате, а вокруг нас выздоравливают солдаты, я встала. Лорен обнажил свой меч.

— Нет, Лорен. Не трогай этих мужчин, — сказала я.

— Мы не сможем уйти далеко, если они поднимут тревогу, — сказал Керрик.

— Знаю. Но они мои, и я не допущу, если им снова сделают больно.

Мои пациенты уставились на меня. Целую минуту никто ничего не говорил. После этого один за другим, мои пациенты легли на свои койки, претворяясь спящими. Растроганная их немой поддержкой, я чуть не расплакалась. Но времени не было. Работники лазарета скоро вернутся.

— Спасибо вам, — сказала я.

Керрик и Лорен раздели охранников и уложили их на две свободные койки. Их грязная униформа подходила для проникновения в замок, но не подойдет для проведения меня к моей камере. Они переоделись.

Я надела эти ужасные перчатки, а Керрик завел мои руки за спину и надел наручники.

Не сдержавшись, я сказала.

— Совсем как в старые, добрые времена.

Улыбка Керрика достигла его глаз. Он положил руки на мои плечи.

— Но в этот раз они достаточно ослабленны, чтобы ты могла просунуть через них руки.

Я шла между Лореном и Керриком в сторону дворца. Когда мы вошли, я направила их к лестнице, затем остановилась.

— Внизу есть массивные двери, которые охраняют двое людей, — объяснила я. — За этими дверями есть большая комната, в которой охранники расслабляются и играют в карты или кости, между проверками. Их там всегда четверо, в крайнем случае — пятеро, а двое-трое охраняют камеры. Двери между камерами и комнатой имеют решетки, поэтому все шестеро услышат любой шум.

Я прикусила губу. Мой план не сработает. Слишком много охранников.

— Вы сможете сражаться со столькими? — спросила я.

— Думай позитивно, — сказал Керрик. — Разыграйте попытку побега, когда мы будем внутри. Вдобавок к этому, много шумите. Поняла?

— Да.

Мы спустились. Когда мы подошли к входной двери, один из стражников заворчал.

— Наконец-то! Я…

Керрик и Лорен двинулись. Я сняла наручники, но не дала им упасть на пол. Оба охранника вскоре были обездвижены. Я вырубила их.

Керрик снова надел на меня наручники. Лорен вытащил ключ у лежащего тела. Он засунул его в замок.

— Готовы? — спросил он.

Нет. Если с ними что-то случится…

Керрик кивнул.

Он открыл дверь, и они провели меня внутрь. Двое из четырех охранников, играющих в карты, посмотрели на нас, но игра полностью завладела их вниманием. Керрик сжал мою руку. Мой выход.

Я выдернула левую руку и схватился за наручники правой. С криком побежала на охранников, играющих в карты. Ударив одного из них, прежде чем они успели среагировать, я нырнул в сторону, а Керрик и Лорен преследовали меня. Я продолжала кричать, размахивая наручниками.

— Остановите ее! — крикнул Керрик, вырубив рукоятью меча стражника. Он сражался с целеустремленной силой.

— Она освободилась! Следите за ее руками! — крикнул Лорен. Он поднял парня и ударил его головой об стену.

Моя металлическая манжета соединилась с виском, и я схватила запястье. Посылая свою магию стражнику, я держалась, пока он кричал от боли. Затем я коснулся его шеи сзади, и он упал на пол.

Послышалось больше голосов. Решетки задрожали.

— Сюда! — приказал Керрик. — Нам нужна помошь!

Дверь заскрипела, когда к драке присоединились еще двое. Несколько секунд, и последовал хаос. Я рванулась и вырубила людей, которых держали Керрик и Лорен, прежде чем увернуться. В течение минуты мы вывели их всех из строя.

Мы стояли среди лежащих тел, тяжело дыша от приложенных усилий.

Лорен ухмыльнулся.

— Это было весело. Господи, Аври, у тебя довольно сильные легкие. Я слышал там девчачие визги?

— Это был один из стражников.

— Понял!

Наше веселье спало, когда мы добрались до камеры Райна. Шум не разбудил его. Покрытый слоем пота, он лежал неподвижно. Лорен открыл дверь и я поспешила к нему. Горло сковал страх. Время пришло.

Я даже дотронуться до него не успела, когда Райн сам схватил мою руку.

— Нет. Подожди, пока мы не будем свободны.

— У тебя достаточно сил на побег? — спросила я.

— Мне просто нужно немного воды.

Лорен пошел за стаканом. Я помогла Райну сесть.

Принц улыбнулся Керрику.

— Я знал, что ты придешь. У Аври были сомнения.

— Ну, без здравого смысла Лорена, его бы сразу поймали, — сказала я.

— Эй, я вообще-то здесь стою! — сказал Керрик.

— Лорен? — спросил Райн.

— К вашим услугам! — Лорен вернулся с водой.

— Спасибо, — Райн выпил ее одним глотком.

— Мы все еще должны выйти из дворцового комплекса, — сказал Керрик. — Чем скорее, тем лучше. Вот сейчас самое время.

Райн сначала покачнулся, но выпрямился. Решив идти самостоятельно, Райн увел нас от камер.

Когда мы прошли мимо стражников, Керрик спросил меня.

— Сколько они пробудут без сознания?

— Еще пару часов.

На лестнице, я приблизилась к Керрику.

— Что будем делать, когда выйдем из замка?

— Мы пойдем к переднему входу. Без Зеппа, мы не сможем пройти через Лилии Смерти на стенах.

Я надеялась, что никто в лазарете не выдал нас. К тому моменту, как мы вернулись к входу, уже стемнело, и это было нам на руку. Держась в тени у основания замка, мы направились к главным воротам. Как только мы дойдем до фасада, нам придется пересечь двор перед выходом. Если мы не будем бежать и действовать как беглецы, то сможем это сделать.

Очень жаль, что передние ворота охраняло где-то тридцать стражников.

Глава 26

— Они были здесь, когда вы пришли? — спросила я Керрика.

— Нет.

— Бежать или сражаться? — прошептал Лорен.

Свет факела освещал солдат. Слишком много для нас троих. Один из стражников, которых мы вырубили в лазарете, предупредил Тохона. Я оперлась на стену. Казалось, что моя жизнь напоминала бесконечную игру в захват флага, но я была тем игроком, которого постоянно ловили на вражеской терриотории.

— Бежать, — сказала я.

— Прятаться негде, — сказал Керрик. — Нас схватят. Так, мы по крайней мере умрем в битве.

— Мы перелезем через заднюю стену.

— Лучше я буду пронзен, чем съеден, — слова Лорена больше походили на то, что бы сказал Квейн.

— Лилии Смерти не нападут на вас. Доверьтесь мне.

Райн смотрел на меня так, словно я потеряла рассудок. Но Керрик и Лорен были со мной во время проишествия с Блохой.

— Веди нас, — сказал мне Керрик.

Райн подавил удивление и бросил на меня оценивающий взгляд.

Я вернулась по нашим следам. Когда мы дошли до открытой местности за замком, я вышла, словно будто собиралась в лазарет, как делала десятки раз раньше. Керрик и Лорен шли неподалеку, а Райн был позади.

Где-то на полпути крик нарушил тишину. Еще одна группа солдат пряталась в тенях лазарета.

— Бегите к задней стене, — сказала я.

Керрик наклонился, поднял Райна и перекинул через плечо. Мы начали бежать. Земля чуть ли не дрожала от топота сапог за нами.

Когда мы были совсем близко, я крикнула.

— Не подходите слишком близко к Лилиям! Дайте мне пройти первой! — я поспешила к ближайшей Лилии. Остановившись под ее лепестками, я замахала руками.

— Вперед! Съешь меня!

Лилии Смерти не шелохнулись. Керрик и Лорен подошли ко мне. Ничего не случилось.

Я вопросительно посмотрела на Керрика.

Он усмехнулся.

— Лилии Мира! Берите меня за руки!

Лорен и я вцепились в Керрика. Его магия пронзила мою кожу, когда он втянул нас в Лилии Мира. Их было достаточно, чтобы Керрик своей магией создал из них камуфляж. Мы дошли до стены, повернули налево на два десятка шагов, прежде чем остановились на хорошем месте, откуда можно было видеть сквозь листья. Керрик поставил Райна, но принц держал его за руку.

Количество солдат увеличелось, но они не подходили к Лилиям. Голоса кричали. Никто не видел, куда мы ушли. Большинство решили, что мы пошли на корм Лилиям.

Тохон шагнул в середину хаоса. По его команде, все замолчали. Он посовещался с несколькими солдатами. Интересно, расскажет ли он своим людям о Лилиях.

Что для него важнее? Иллюзия Лилий Смерти, защищающих его дворец или наша поимка? Должна признать, что это эффективная защита, пока никто не знает, что это Лилии Мира. Только мы были достаточно отчаянны, чтобы подойти к ним.

— Одна проблема, — прошептал Керрик. — Когда мы перелезем, то потеряем защиту. Есть еще какое-то скрытое место?

— Да. В дальнем углу есть сад Лилий Смерти.

— Смерти? Ты уверена?

— Да, но они нейтрализованны.

Мы медленно отправились к углу.

Тохон решил не отправлять солдат к Лилиям. Вместо этого он послал их наружу через главные ворота и расположиться вокруг стен, чтобы заблокировать наш побег. Мы ускорили темп.

Тохон крикнул.

— Я знаю, что тебе не причиняют вреда Лилии Смерти, Аври. Я знаю, что ты делаешь. Это временно. Ты знаешь про моих мертвых солдат. Ты подписала контракт. У тебя есть мое слово. Не действуй безрассудно. Выйди со своими друзьями и я все прощу, моя дорогая.

Мы продолжили путь, но хватка Керрика на моей руке усилилась. Холодный страх сковал горло и сжал сердце ледяной хваткой. Я знала, что нужно делать. Мы достигли угла, Керрик приказал Лорену пойти первым, чтобы после помочь Райну.

Когда внимание Керрика переключилось на Лорена, я дотронулась до руки Райна. Магия вырвалась из моей груди, и он от удивления отшатнулся. Затем я собрала маслянистую черноту, которая вызывала у него отвращение, и переселила в себя.

Райн сжал мою руку.

— Спасибо, — прошептал он.

— Останови Тохона и позаботься о моих мальчиках, — сказала я ему на ухо.

— Обещаю.

Керрик уставился на нас с подозрением.

— Очередь Райна, — сказала я.

С помощью Керрика, Райн взобрался по Лилии на верх стены. Когда он скрылся с поля зрения, Керрик сказал.

— Твоя очередь.

— Не могу. Я дала слово. Не переживай. Я вылечила Райна. Иди и убедись, что он остановит Тохона.

— Ты дала слово безумцу под принуждением. Ты не должна его сдерживать, — он притянул меня ближе. — Пойдем со мной. Пожалуйста.

Это было сложнее, чем решение исцелить Райна. После всех наших недомоловок, он все равно хотел провести мои последнии дни со мной. Прижавшись к нему, я закрыла глаза и вдохнула его запах. Живая зелень и весеннее солнце. Я открыла глаза. Откинув голову назад, я встретилась с ним взглядом. На его лице светились грубые эмоции. Он ничего не скрывал.

Керрик наклонил голову. Его губы встретились с моими. Чудесный взрыв ощущений начался у меня под животом и вышел наружу. Это было не похоже на поцелуй Тохона. Он не был манипулятивным и не показывал превосходства. Керрик вложил в него сердце и душу. Это был дар.

И я не могла позволить ему наблюдать, как я медленно и болезненно умираю. Я отстранилась.

— У меня есть… неоконченное дело с Тохоном.

Я не могла уйти, не убедившись, что Дэнни в безопасности.

Керрик уставился на меня с запутанной болью.

— Но он убьет тебя.

Теперь был мой черед удивляться.

— Я все равно умру. Ты знаешь это.

Керрик хмурясь покачал головой.

Черт! Кусочки паззла сложились в голове. Неудивительно, что он не казался расстроенным, когда я согласилась спасти Райна.

— Иди! Уведи Райна подальше отсюда! Он все объяснит.

— Аври, если это из-за того, что я причинил тебе боль…

Я накрыла его рот своим, целуя его в последний раз.

— Ты ни в чем не виноват. Если бы обстоятельства были другими, я бы не задумываясь пошла с тобой. Поговори с Райном.

Голос Тохона становился громче, он с криком требовал, чтобы я сдалась.

Он опустил руки.

— Почему ты не можешь мне рассказать?

— Иди! Иначе все будет зря! — я толкнула его.

Он не сдвинулся с места, и его челюсть сомкнулась в эту упрямую линию. Время решительных действий. Я прошла сквозь Лилии в то место, где Тохон мог меня увидеть.

Хриплый крик Керрика будет преследовать меня до конца моих дней.

— Где твои друзья? — спросил Тохон убийственным тоном.

— Ушли.

— Керрик тоже?

— Да.

— Иди сюда, — он протянул мне руку.

Готовясь к худшему, я подошла к нему, но не хотела прикасаться. Он схватил мою руку, держа ее в своих. Его магия вибрировала по моим костям.

Он на минуту закрыл глаза, перед тем как встретиться со мной взглядом.

— Ты просто дура, — отпустив мою руку, он покачал головой в презрении. — Ты не стоишь моего времени.

Тохон достал меч. Он прижал острие меча к моей груди.

Боль жгла, но я продолжала стоять, ожидая, когда холодная сталь пронзит мое не менее холодное сердце.

Тохон вложил оружие в ножны.

— Убить тебя было бы милосердием. А я не хочу даровать его тебе, — он постучал пальцем по губам. — Сколько тебе осталось?

— От десяти до пятнадцати дней. Максимум — двадцать.

— Ты сможешь функционировать?

Функционировать? Какой странный выбор слова.

— После первого приступа проблем с желудком я буду в сознании и смогу работать около десяти дней.

— Наш договор действует до тех пор, пока ты не потеряешь дееспособность. Обязательно научи своих помощников всему, что им нужно знать, чтобы заботиться о моих солдатах до этого момента.

Не то, чего я ожидала. Совершенно.

— Удивлена? — спросил он.

— Да.

— Думала, что брошу твою больную задницу в темницу?

— Да.

— Заманчиво, но излишне. Ни один из моих поступков не будет хуже того, что ты сама с собой сделала. В твои последнии дни я буду рядом, дабы ты могла умолять меня о смерти.

Меня затошнило. Симптом чумы или страх? Трудно сказать.

— А ты убьешь меня?

— Нет. Будешь мучиться до самого конца.

Кроме рвоты, диарреи и головокружения, мои дни проходили также, как и до спасения Райна. Я работала весь день в лазарете, а ночью возвращалась в свои покои. Но некоторые вещи все же изменились. Уинтер больше мне не помогала. Тохон больше не приходил через тайный проход. И он не просил помогать с его экспериментами над Лилиями Смерти. Его отсутствие было неожиданным бонусом.

Ушло семь дней на то, чтобы проблемы с желудком исчезли. Потом начали ныть кости и появились стреляющие боли. Зная, что мое время ограничено, я рассортировала свои скудные пожитки. Я положила камешки для жонглирования в карманы. Когда происходил приступ боли, я сжимала их. Это помогало.

Я положила медальон в конверт с письмом для моей сестры Ноэлль. Я извинилась и объяснила все, но не знала, получит ли она его или согласиться ли прочитать. Это мое вличайшее сожаление, помимо причиненной Керрику боли. Может, один из моих пациентов найдет способ передать ей конверт.

Что касается Керрика, я надеялась, что Райн рассказал. Я поведала Райну все про Тохона и что он делал с токсином.

Я задумалась над ситуацией Дэнни. Здесь о мальчике будут хорошо заботиться, но сама мысль о том, что его будет воспитывать Тохон, пугала меня. Нужно помочь ему сбежать. Жаль, Тохон не прекратит инъекции токсина, пока Лилии Смерти не перестанут его производить.

Исцеление Райна было моей основной целью, и я достигла ее. Хотелось бы ударить Тохона хоть один раз перед смертью. Той ночью, я пробралась в комнату за лабороторией Тохона. Привели больше детей, некоторые ушли. Я подошла к входной двери. Коридор тянулся в обе стороны, я повернула налево и нашла другие комнаты для больных, о которых упоминал Дэнни. Затем я пошла направо, ища его. Он спал в маленькой комнате на нижней койке двухъярусной кровати.

Облегчено вздохнув, я села рядом с ним и позвала по имени.

— Привет, Аври, — сказал он проснувшись. — Что ты здесь делаешь?

— Помнишь, я говорила, что не люблю, когда дети болеют?

— Угум.

— А ты сказал, что мы ничем не можем это остановить?

— Угум.

— Что если я скажу тебе, что есть способ остановить это? Хотя бы на какое-то время. Ты бы помог мне?

Он задумался.

— Что насчет солдат? Это важно.

— Думаешь, убивать детей для тестирования лекарств — это правильно?

— Нет, но…

— Есть много других способов протестировать лекарства, и ни один из них не включает в себя нанесение вреда детям.

Его брови сдвинулись.

— Я знаю, потому что я целитель. Я бы не рисковала чужой жизнью ради экспериментов.

Дэнни съежился.

— Но целители плохие. Они начали чуму.

— Эти целители умерли. Я последняя и скоро тоже умру, — я задумалась, сколько ему рассказать. — Дэнни, Король Тохон объяснил тебе, что ты сможешь развить способности целителя в будущем?

Он прижал одеяло к груди.

— Нет.

— В этом нет ничего плохого. Миру нужны целители, и я думаю, что люди становятся более лояльными, — я рассказала ему про токсин. — Методы Короля Тохона ужасны, Дэнни. Я хочу отвести тебя в безопасное место.

— Меня тоже? — сверху послышался девчачий голос.

Я с удивлением посмотела наверх. С верхней койки на меня смотрело ангельское лицо, обрамленное непослушными каштановыми волосами.

— Это Зила. Ей восемь, — сказал Дэнни.

— Я тоже выжила, — сказала она. — Я хочу уйти. Король Тохон — злюка.

— Есть кто-то еще? — спросила я.

— Нет, только мы, — ответил Дэнни.

— Мы особенные. Так сказал Король Тохон, — сказала она. — Двое из десятков.

— «Десятков»? — Дэнни нахмурился, — Уверена, что он сказал «десятков»?

— Ага.

Он был достаточно большим, чтобы знать значение этого слова. Лицо Дэнни стало бледным, но он взглотнул и решительно посмотрел на меня.

— Мы поможем тебе.

Я посвятила их в свой план.

— Можете подготовится к завтрашеней ночи примерно в это же время?

— Да, — сказали они оба.

— Никому не говорите, — добавила я.

— Мне по-твоему восемь лет? — спросил Дэнни.

— Эй! — Зила бросила в него подушку.

Он с легкостью уклонился и швырнул ее обратно.

Заинтересовавшись, я спросила.

— Сколько тебе лет?

Он выпрямился.

— Мне почти тринадцать.

Следующий день прошел в уже устоявшейся рутине. Вернувшись из лазарета в свои покои, я взяла мой дневник, еду и несколько средств для оказания первой помощи, помещая их в свой рюкзак вместе с письмом для Ноэлль. Нам понадобяться деньги, но я планировала продать свои метательные ножи.

Дэнни сказал, что медсестры приходят только днем, так что все должно пройти гладко. После полуночи, я пошла к детям. Одетые и готовые, они оба имели маленькие рюкзаки на спинах.

Поспешив через замок, мы без происшествий выскользнули наружу. Луна была ярче, чем хотелось бы, но мы прошли внешние здания, не поднимая тревоги. Я остановилась в тени конюшни, чтобы прислушаться к звукам преследования. После нескольких минут молчания мы направились в сад Лилий Смерти.

Там я остановилась с первой Лилией. Несмотря на то, что лепестки были отрыты, я засунула руку внутрь. Шипы кололи ладонь. Мое сознание пронеслось к сознанию Лилии. Меня поглотили ее страдания.

Я думала, как мы можем помочь?

Изображения оранжевых мешочков с токсином, наполнили мое сознание. Они все еще находились в моем кармане. Затем показалось, как я выдавливаю жидкость на землю вокруг растений. Лилию Смерти убьет ее же токсин. Она хотела умереть. Вот только у меня сложилось впечатление, что убийство этих растений было больше похоже на отрезание конечности, чем на прекращение жизни Лилии Смерти.

Она отпустила мою руку, и я держала два мешочка. Я быстро объяснила Дэнни и Зиле что нам нужно было сделать. Отдав им каждый из своих метательных ножей и строго предупредив, что нужно быть осторожнее с острым оружием, я отправила их к другим Лилиям Смерти. Когда они начали, я взяла стилетт и открыла мешочек токсина. Я вылила яд вокруг основания растения, затем перешла к следующему.

Мы действовали так быстро, как могли. Пока дети углублялись в сад, я остановилась на крайних рядах. Из-за симптомов чумы, я была медленнее их. Я надеялась, что отведу их в безопасное место до того, как войду в третью стадию.

До рассвета оставалась пара часов, когда мы закончили. По крайней мере, я в чем-то преуспела. Тохону придется посадить новый сад Лилий Смерти и дождаться, когда цветы вырастут, дабы начать сначала. Возможно, к тому времени Райн и Эстрид победят.

Мы втроем направились через умерший сад к задней стене. Дэнни и Зила напряглись, увидев Лилии Мира, но я убедила их, что они безопасны. Мы пошли к стене.

Дэнни взобрался первым, затем Зила, а после нее — я. Я не чувствовала вину за нарушение данного Тохону обещания. Керрик был прав. Тохон был безумцем, и я ни в коем случае не оставила бы под его опекой Зилу и Дэнни.

Услышав удивленный крик, я упала на землю. Я выпрямилась и повернулась. Стоя на краю леса, Тохон держал Зилу, Зепп скрутил руку Дэнни за спину. Я тут же чуть не сдалась от поражения. Черт.

— Так предсказуемо, Аври, — сказал Тохон. — Я задумался, почему ты осталась, когда Райн был спасен. Затем я понял, что ты обнаружила моих подопытных детей. Как только я понял, все, что мне нужно было сделать, это назначить медсестру присматривать и ждать. Ты не разочаровала.

Я посмотрела вокруг, считая солдат. Он привел шестерых стражников.

— Ты же не думала, что нам понадобиться армия для поимки парочки детей и умирающего целителя? — Насмешливый тон Зеппа граничил с недоверием.

— Целителя, которая спасла тебя. Если я правильно помню, ты чуть не умер из-за того, что Тохон со своими мертвецами схватил меня на пути к пещере. Если бы не спасший меня вовремя Керрик, ты бы не выжил.

Зепп посмотрел на Тохона со злостью и ужасом на лице. Я воспользовалась их отвлечением и потянулась к метательным ножам.

— Не слушай ее, — сказал Тохон. — Я позволил Керрику спасти ее. Я должен был ее коснуться до того, как они обнаружат Райна, дабы она вернулась ко мне, — он изучал меня. — Это все, что у тебя есть?

Может, сейчас мне это не поможет, но я посадила семя сомнения в изощренный ум Зеппа.

— У меня есть это, — я размахивала своим оружием.

— Если ты сдвинешся с места, я сделаю девочке больно. Так что советую тебе бросить все свои ножи на замлю, — сказал Тохон.

Когда я не подчинилась, Зила закричала от боли. Я бросила оружие.

— Теперь, веди нас обратно к замку. И не глупи, иначе я снова причиню ей боль.

Боковым зрением я заметила движение по земле, но не сводила глаз с Тохона.

— Как я могу что-то сделать, Тохон? Все, что у меня осталось — вот это.

Я медленно достала из кармана камешки.

— Что это? — спросил Зепп.

— Камешки для жонглирования. Видите? — я жонглировала тремя камешками. Белен был прав. Они были идеального размера и веса. Я совершила несколько трюков, меняя направление, кидая их выше, потом — ниже, использовала одну руку и делала комбинацию броска и вращения.

Тохон и Зепп смотрели на меня так, словно я сошла с ума, но дети и стражники были в восторге. Хорошо. Никто не замечал лозу, медленно обвивающую их ноги. А Керрик еще меня называл упрямой. Этот мужчина уже давно должен был уйти.

При первом же сигнале тревоги я бросила камни так быстро, как могла. Один попал Тохону прямо в лоб. Второй ударил Зеппа в висок. Оба мужчины отпустили золожников после ударов.

— Бегите! — крикнула я Дэнни и Зиле.

Они помчались в лес, когда Керрик, Райн, Квейн и Лорен воспользовались удивлением охранников, чьи ноги обхватила лоза. Я направилась к своим ножам.

Но Тохон уже осознал ситуацию. Зная, что стражники долго не продержутся, он поднял Зеппа и побежал в безопасный замок. И к большему количеству стражников. Я хотела было погнаться за ним, но Керрик остановил меня, схватив за плечо.

— Мы на вражеской территории. Не перживай, мы позаботимся о Тохоне в другой день, — сказал он. — Найди детей, нам пора идти. Здесь небезопасно.

— Нет, небезопасно. Вы должны были давно уйти.

— Раздражает, когда кто-то не следует логике и здравому смыслу, не правда ли?

Я открыла рот, но он сказал.

— Мы можем обсудить это позже.

Я кивнула и пошла в лес искать Дэнни и Зилу. Они спрятались в кустах. Я уговорила их покинуть укрытие и держала за руки, пока мы следовали за Керриком на север.

Это был длиннейший, сложнейший и самый утомительный путь в моей жизни. Каждая клеточка моего тела болела. За судорогами следовали вспышки жара. Пот выходил из моей кожи и тут же леденел.

Лес превратился в невнятную картину, нарисованную зелеными акварельными красками. Я потеряла счет времени. Когда мое тело достигло предела, я споткнулась о собственные ноги и упала лицом вниз. Желая остаться там, я прогнала остальных. Они не хотели меня бросать. Взятая на руки Керриком, словно ребенок, я прижалась к его груди и заснула.

Я проснулась… позже. Горел яркий костер. На каменных стенах танцевали тени. Очередная пещера Керрика. Я чуть не зарычала.

— Аври? Как ты себя чувствуешь? — спросил Райн.

— Словно была раздавлена Беленом.

Он засмеялся.

— У тебя, хотя бы, осталось чувство юмора.

Я села. Пещера закружилась, и я положила голову в ладони, чтобы не упасть в обморок.

— Вот, поешь, — Райн держал в руках тарелку мяса, — это свежая оленина.

Мой живот заурчал от запаха.

— Оставь детям, — я осмотрелась. — Где они?

— С Керриком. Он устроил им экскурсию по пещерам. Они были довольно впечатлены. Лорен и Квейн стоят на стреме. — Райн погрузил ложку в мясо и направил ее в мою сторону. — Сама поешь или мне придется тебя кормить?

Я зарычала.

— Тебе станет лучше, я знаю.

— Ладно, — я выхватила ложку и тарелку.

Когда я начала есть, мой желудок успокоился. Я спросила Райна, почему они не неправились в безопасное место раньше. Когда Тохон вернулся в замок, я была уверена, что он отправит за ними поисковые отряды как из живых, так и из мертвых.

— Ты знаешь ответ.

Потому что Керрик не бросил бы меня.

— Ну, вам всем придется уйти завтра. Я не хочу, чтобы вы смотрели, как я умираю.

— Тебе понадобиться уход.

— Нет. Я не хочу этого.

— Не думаю, что у тебя есть выбор, — сказал Райн.

— Тогда я сбегу.

Он улыбнулся.

— Это срабатывало раньше?

Я начала раздражаться.

— Я спасла тебе жизнь! Где твоя благодарность?!

— Я не обслуживаю нытиков.

Рыская по карманам, я искала чем бросить в него.

Райн открыл мою сумку и достал камешки для жонглирования.

— Ты это ищешь? — он положил их мне в руку.

Моя ярость мгновенно рассеялась. Он потратил время на их поиски. Я потерла пальцами имена: Белен, Керрик, Квейн, Лорен и Блоха. Мои хранители.

— Ты читаешь мысли? — спросила я.

— Нет, но я хорошо разбираюсь в людях.

Послышался смех. Низкий голос Керрика задрожал в моей груди. Я встретилась с Райном взглядом.

— Ты позаботишся о них?

— Позабочусь, — он встал и подозвал Керрика с детьми. — Мясо готово и оно великолепно.

Дети подбежали к Райну. Они накинулись на еду, словно волчата. Между укусами, они бесконечно болтали о пещерах, сталагмитах и молочных отложениях. Керрик ел в тишине, довольствуясь тем, что просто слушал детей.

Когда они доели, Райн отвел их устроить сюрприз обезьянам.

— Спорим, они заснули на карауле! Кто хочет сделать ставку?

— Ставлю на то, что они не спят! — сказала Зила.

— Проигравший моет посуду? — спросил Райн.

— Договорились! — она пожала его руку.

Я улыбнулась. С ней будет много проблем. Моя улыбка сползла, когда я заметила, что Керрик смотрит на меня.

Он подвинулся ближе.

— Почему ты мне не сказала?

Это был разговор, которого мне хотелось избежать.

— Я думала ты знаешь.

Он зашипел.

— Как ты могла подумать… Ты умнее, чем… Не удивительно, что ты…

Было весело видеть его таким… ошеломленным — абсолютно новая сторона. Я подавила улыбку.

— Ты сказал Белену, что Райн превыше всего. Это было после того, как ты ударил меня. Не лучшее твое решение.

Печальное согласие смягчило лицо Керрика.

— Нет, не лучшее.

— Чтобы ты сделал, если бы знал? — я ждала, хоть и угадала ответ по его эмоциям.

— Я бы не давил на тебя так сильно, — сказал он.

— А если бы ты знал о последствиях исцеления Райна, то чувствовал бы себя виноватым. Я права, и ты это знаешь.

— Я все еще чувствую себя виноватым, — сказал он.

— Ты не должен. Я с самого начала говорила тебе, что это мое решение. И насколько я помню, ты не мог угрожать, запугивать, принуждать, давать взятки или иным образом заставить меня принять решение в пользу Райна.

— Я помню. Это отпечаталось в моей голове.

— Приятно знать, что я оставила неизгладимое впечатление.

— О, ты произвела то еще впечатление. Словно камень в моем ботинке.

— Боже, Керрик, не будь таким слащавым!

Он выглядел огорченным.

Прости, четыре года прошло. Давно не практиковался.

— Просто будь собой. Нет, стой, — я сказала с имитацией паники. — Не будь собой. Будь как Белен. Милый и добрый типаж. — Я улыбнулась.

— И кем ты считаешь Белена? — спросил он.

— Хорошим другом. А что?

— Я не хочу быть твоим другом, Аври, — Керрик погладил меня по щеке, а затем приблизился и поцеловал.

Это был удивительно нежных поцелуй в начале. Но позже он дал понять, что милый и добрый — абсолютно не его типаж. «Интенсивный и страстный» было бы более точным описанием. Когда меня охватило желание, я тоже не хотела быть его другом.

Мы отстранились друг от друга, стоило Зиле сообщить, что Принц Райн сегодня моет посуду.

— Хорошо, — сказал Керрик. — Найди вы обезьян спящими, тогда они бы мыли посуду до конца путешествия.

Она захихикала. Потребовалось время, чтобы успокоить обоих детей, но вскоре усталость настигла их, и они заснули.

— Вот план на завтра, — сказал Керрик. — Райн, Квейн и Лорен отведут детей через Девять Гор в Ивдель. Я встречусь с вами после…

— Ты должен пойти с ними, — сказала я. — С патрульными Тохона, твоя магия понадобится…

— Ни за что. Или ты собралась идти с нами.

Я исчерпала свои силы, добравшись сюда, и больше не позволю Керрику нести меня.

— Я не смогу.

— Тогда я останусь с тобой.

— Разве я не могу хотя бы…

— Нет.

Прикусив губу, я молчала, пока Керрик и Райн обсуждали пути и стратегию. Обрадовавшись тому, что в последние дни у меня была компания, я все еще беспокоилась о ненужном риске послать остальных без Керрика. Так как решение Керрика изменить невозможно, я решила перестать волноваться за остальных. Пришло время хотя бы раз побыть эгоисткой.

Утром я подозвала Дэнни и Зилу. Я дала Дэнни свой дневник и рассказала столько про целительство и силы целителей, сколько смогла.

— Простите, что я не смогу вас научить, но если вы почувствуете призыв или желание кому-то помочь и кого-то вылечить, просто отпустите, — я описала им ощущение.

Дэнни не нравилась мысль о том, что им придется меня покинуть.

— Не переживайте, — сказала я. — Эти мужчины хорошие. Они исцелят мир.

— Но никто не любит целителей, — сказала Зила. Она была необычайно подавленной.

— Если вы будете развивать свои силы, вас обоих примут. Вы не запятнаны прошлым. Вы будете считаться чудом, — я обняла их. — Вы и есть чудо.

Затем я попращалась с Райном, Квейном и Лореном, а затем прогнала их перед тем, как заплакать.

Керрик некоторое время сопровождал их, показывая им путь. Когда он вернулся, казалось, что пещера нагрелась. Или это было из-за чумы. Первая стадия длилась семь дней, и я уже три дня была во второй. Я прикинула, что до третьей осталось еще пять дней. Пять дней с Керриком, а потом…

— Наконец-то мы наедине, — сказал он, садясь рядом со мной.

— Так что ты хочешь делать? Сыграть в карты, спланировать победу над Тохоном или поностальгировать?

Вместо ответа он притянул меня к себе на спальный мешок и поцеловал. Страсть и желание вспыхнули, разжигая во мне лихорадку. Хорошую лихорадку, что заставляла нетерпеливо снимать с него одежду.

Он разорвал поцелуй и улыбнулся.

— Полегче.

— Не в этот раз, — мои руки искали плоть.

Сняв с него рубашку, я повела пальцами по его гладкой спине. Он сорвал с меня тунику и отвлек меня от моих исследований, поцеловав в шею. Вскоре между нами ничего не было. Керрик вел, ибо у меня не было опыта.

Но я быстро подстроилась. Каждая часть моего тела гудела и пела при каждом его движении. Волны восхитительного тепла пронизывали меня. Когда он прошептал мое имя, по моей коже пробежала дрожь.

После этого, мы лежали вместе, с все еще переплетенными конечностями. Боли и ломота были забыты, сменившись довольным покалыванием.

Сонная, я запротестовала, когда он повернулся таким образом, что оказался сзади меня. Прижав меня, он накрыл нас одеялом.

— Лучше? — спросил он, перекинув руку через мое плечо.

Я прижалась к нему.

— Да.

Не в состоянии долго лежать без движения, он убрал мои волосы с лица и разгладил их.

— После всего произошедшего, я не могу поверить, что ты со мной.

— Мне тоже сложно в это поверить.

— Ты провела с Тохоном двадцать семь дней. Он мог сделать с собой все, что угодно. И когда я увидел ваш поцелуй, то боялся худшего.

— Пара поцелуев — все, что он успел сделать.

— Теперь я это знаю. Но дело было не в этом. Я боялся, что потерял тебя до того, как смог рассказать о своих чувствах.

— Поэтому ты рисковал жизнью, пытаясь поговорить со мной в саду.

— Да, а ты и слова не сказала.

— Ты удивил меня. Вдобавок, я хотела держать всех на расстоянии. Я уже решила вылечить Райна. Близость с кем-то сделала бы решение пожертвовать своей жизнью ради Райна сложнее.

— Тем не менее, ты без колебаний исцелила его. Значит ли это, что…

Я повернулась к нему лицом.

— Ничего это не значит. Несмотря на свои намерения, все эти двадцать семь дней я думала о тебе. Каждый день ощущала запах весеннего солнца и зелени. Чуть с ума не сошла.

Он выглядел смущенным.

— Это твой запах. Он отпечатался на мне, и его всегда было мало.

— Помниться, ты сказала, что я воняю?

— Я солгала.

Медленно его губы расстянулись в улыбке.

— Докажи.

И я доказала. Доказала множество раз в течении следующих четырех дней. Лучшие четыре дня в моей жизни. Я думала, что лучше время провести невозможно.

Реальность дала о себе знать в виде конвульсий рано утром пятого дня. Я вошла в третью и финальную стадию чумы.

Когда Керрик вернулся с мытья, я работала над одним из своих камешков для жонглирования. Используя камень и метательный нож, я вырезала свое имя на другой сторне камешка Блохи. Мне казалось, что поделиться камнем будет уместно.

— Что ты делаешь? — спросил он.

Я закончила и сдула пыль с порезов.

— Вот, — сказала я, протянув ему три камешка. — Прошу, передай их Белену. Скажи, что он был прав. Это талисманы.

— Аври…

— И если найдешь мою сестру, пожалуйста передай ей это. Я бы попросила, чтобы ты сидел с ней, пока она читает, но она упряма также, как и я. Ох, и отдай мои перчатки, ботинки и плащ Дэнни. Они будут ему по размеру следующей зимой.

— Аври…

— Моя сумочка наполнена любимыми травами и специями Лорена и Квейна, так что не забудь передать ее. У меня ничего нет для Зилы, но когда вы будете в безопасности, пожалуйста, купи ей ленточек для волос ради меня.

— Аври…

— Ты можешь взять мой стилет и метательные ножи. Я…

Керрик обнял меня.

— Что происходит?

Еще одна судорога. Мои мышцы задрожали, и я словно задыхалась. Глубоко внутри закрутилась боль. Я держалась за Керрика, пока она не прекратилась.

— О, нет, — его голос дрогнул. — Я надеялся, что у нас будет еще один хороший день.

— Можешь исполнить мою последнюю просьбу? — спросила я.

Он мгновенно настороженно посмотрел на меня.

— Я не причиню тебе боль.

— Не это. Можешь найти поблизости Лилию Смерти?

— На потом?

— Нет, сейчас. Сегодня днем. Я знаю насколько мучительна третья стадия. Я не хочу страдать и не хочу, чтобы ты на это смотрел.

— А если я этого не сделаю? — он не дождался моего ответа. — Тогда ты пойдешь искать сама, — его плечи опустились в поражении. — Ладно, я скоро вернусь.

Пока его не было, меня еще четыре раза охватили судороги. С каждым разом они становились сильнее. Я сосредоточилась на ожидающем меня спокойном отрешении внутри Лилии Смерти, чтобы не закричать.

Я с болезненным интересом заметила, как мучительная боль может избавить страх от смерти.

Когда Керрик вернулся, я схватила его за руку, вытаскивая наружу.

— Мы должны успеть до следующего… — я согнулась пополам.

Стоило судорогам пройти, мои ноги больше не могли удерживать мой вес. Керрик нес меня. Судороги сразили меня еще два раза до того, как мы достигли Лилий. Он опустил меня. Опираясь на Керрика, я вгляделась в гигантские белые цветы. Их было три. Я почувствовала нотки аниса. По крайней мере, одна из них была Лилией Смерти.

Я обняла Керрика и поцеловала его на прощание.

— Прошу, не закрывайся на следующие четыре года. Ты найдешь другую девушку, которая будет бесячей занозой в твоей заднице. Только не привязывай ее к дереву, хорошо?

Он улыбнулся несмотря на слезы на своем лице.

— И слушайся Белена. Папа Медведь знает, о чем он говорит, — я снова поцеловала его. Поцелуй был долгим и соленым, потом я разорвала его.

Покачиваясь на неустойчивых ногах, я похромала к Лилии. Запах аниса становился сильнее и исходил от той, что посередине. Я подошла к ней. Послышалось шипение, лепестки раскрылись. Я обернулась и встретилась взглядом с Керриком, прежде чем погрузиться в успокаивающую тьму.

Два укола ударили меня по рукам, и я вылетела из наполненного болью тела. Я расслабилась, уплывая. Лилия Смерти качнулась. На вкус отвратительно. Шипы пропали. Она выплюнула меня.

Теперь я заплакала. Я съежилась на земле и рыдала.

Керрик озабоченно присел рядом со мной.

— Что случилось? — спросил он.

Я вытерла глаза, пытаясь держать эмоции под контролем. Правая Лилия зашипела над Керриком. Ее лепестки раскрылись. Не думая, я толкнула его с дороги. Вместо него Лилия схватила меня. Две Лилии Смерти на небольшом участке. Я ждала забвения.

Но эта была… странной. Вместо темноты был нечеткий белый свет, словно лепестки были прозрачными. Она пахла ванилью. Два тонких стебля обернулись вокруг моих рук и впились в них сотней маленьких шипов. Я вскрикнула от удивления и боли. Мое сознание не улетучилось, но я почувствовала инородное присутствие внутри.

Чувство гордости и собственности переполняло меня, как будто Лилия думала обо мне как о своем ребенке. Наш целитель. Затем она вколола холодную жидкость мне в руку. Ледяной токсин сначала застыл, потом загорелся, словно кислота. Я дернулась. Судороги были еще терпимы по сравнению с этой агонией.

Я корчилась, выла и кричала, пока не охрипла. Словно Лилия переваривала меня изнутри моего тела наружу. Как бы я ни крутилась, я не могла облегчить жгучую пытку. В конце концов, я свернулась калачиком.

Словно погасшему от дуновения ветра пламени свечи, моему миру пришел конец.

Я проснулась в руках Керрика. Голова склонилась, глаза были закрыты. Неужели он снова не дал мне уйти в мирную загробную жизнь? Все мышци болели. Рот наполнился сильным ватным привкусом. Горло горело. Булавки и иглы копошились по моим рукам, ступням и ногам, как будто все мои конечности заснули.

— Чт… — мой голос был хриплым.

Глаза Керрика распохнулись. Он удивленно смотрел на меня.

Будучи не в состоянии говорить, я приподняла брови, прося его объяснить.

Он прикоснулся двумя пальцами к моей шее, пытаясь нащупать пульс.

— Ке… — запищала я.

— Тебя схватила Лилия Мира. Лилия Мира! — он моргнул.

Этого никогда раньше не случалось, но это объясняло белый свет и успокаивающий запах. Но не мучительную боль. Я жестом попросила его продолжить.

— Ты так отчаянно кричала… но я не мог освободить тебя. Нам нужно будет сделать из этих лепестков доспехи. Мой нож даже вмятин не оставил.

Я тыкнула ему в грудь.

— Ай! Прости, — он улыбнулся и снова посмотрел на меня.

В этот раз я ударила его в плечо.

— Лилия вскоре выплюнула тебя, также как и первая. Вот только… — его улыбка исчезла. — Ты была мертва, — он съежился от воспоминания. — Но теперь ты… не мертва.

Я задумалась. Скорее всего, у Лилии Мира тоже был токсин. Значит, я умерла от токсина Лилии Мира, но не от чумы. Значит, скоро я снова умру. Моя попытка обхитрить чуму полностью и с треском провалилась.

Я хотела встать, но Керрик не дал мне. Он понес меня обратно в пещеру и накрыл одеялом. Я заснула, в ожидании, когда судороги начнутся заново.

Но произошла забавная штука. Мое здоровье улучшилось. Я боялась, что симптомы вернутся, но после пары безболезненных дней, я перестала шарахаться после каждой слабой боли и судорог.

— Лилия Мира исцелила тебя, — сказал Керрик.

Его настроение в последние пару дней было приподнятым. Я никогда его таким не видела.

— Но почему она не помогла тысячам людей, что умерли от чумы? Вдобавок, я была рядом с этими Лилиями во дворце Тохона, будучи больной. Ни одна из них не реагировала. Почему сейчас? Почему я? Никто не пережил чуму. Это невозможно.

Керрик задумался.

— Ты не выжила. Я это не придумал. У тебя не было сердцебиения, никаких признаков жизни. Судя по твоим описаниям агонии от токсина цветка, похоже, что Лилия усилила чуму в твоем теле пока ты не умерла.

По ощущениям все было именно так.

— Тогда как я снова ожила?

Он пожал плечами.

— Не знаю. Мне все равно. Я считаю это подарком, — он наклонился ближе, поцеловал меня и продолжил распаковывать свой подарок, отвлекая меня от смешанных мыслей.

Намного позже, мы сидели у костра. Керрик вернул мне отданные ему вещи.

— Похоже, тебе придется самой доставить письмо Ноэлль.

И я пообещала Эстрид, что вернусь… Я бы и так вернулась к Ноэлль, но все-таки. Однако, другие проблемы, о которых я хотела бы избавиться, остались. Я думала, моя работа окончена, раз я вылечила Райна. Он должен был все исправить, дать выжившим нормальную жизнь.

Мы были обязанны найти способ остановить Тохона и его армию живых и мертвых. На его стороне теперь был Зепп, что все усложняло. Джаэль пыталась убить нас с Керриком. Я ее ранила, и была уверена, что она захочет отомстить. Дэнни и Зиле нужно научится как быть целителями. Список продолжался.

Я хотя бы нанесла Тохону сокрушительный удар. Он потерял Райна, Дэнни, Зилу, целителя и свои Лилии Смерти. И все это из-за меня. Гордость и чувство выполненного долга наполняли меня, пока я не вспомнила о Лилиях Мира. Было необходимо больше исследований и по Лилиям Смерти, и по Лилиям Мира. Я чувствовала, что только что осознала то, что эти Лилии значили для выживания нашего мира. По крайней мере, моя гордость осталась.

Словно чувствуя мои мысли, Керрик притянул меня ближе.

— Чтобы все исправить, предстоит еще долгий путь.

— Я предчувствую какое-то «но».

— Однако… — он улыбнулся. — Ты обещала Дэнни, что мы исцелим наш мир. Мы не можем сделать этого без нашего целителя.

— Одного целителя может быть недостаточно, — сказала я.

— Делай по одной задаче за раз. Ты уже выполнила много чего из своего списка. Райн, — он упомянул влияние моих действий на замедление планов Тохона. — И ты разбила лед вокруг моего сердца. Белен будет в восторге. Он, как и я, не думал, что это возможно. И я не буду скучать по тому, как он называл меня холодным бессердечным ублюдком из-за моего отношения к тебе.

Я засмеялась.

— Я не помню, чтобы в моем списке дел был этот пункт. Получу ли я за это дополнительный балл?

— Определенно. Я собираюсь искупить вину за все мое хамское поведения, — он обнял меня и уткнулся носом в мою шею. — Начиная с сегодняшнего дня.