К.А. Линде

Общество

Серия «Восхождение — 4»

Переводчик и оформитель — Лена Меренкова

Перевод выполнен специально для гр. https://vk.com/beautiful_translation

Пролог

Тьма.

Вечная тьма.

Малиса была заточена.

Заточена навеки в этом месте, под этим камнем. Ее мир долгое время был этим адом. Места хватало, только чтобы немного ерзать. Лишь фут свободного пространства над ней. Только ее разум и тени.

Другие уже сошли бы с ума. Прошли годы с той же легкостью, что и дни. Тысячи лет заточения за стремление к жизни, которую она всегда хотела. За то, что видела не только лучи солнца и счастья, которые ее сестра, Бенетта, хотела для этого печального мира.

Они были Дома.

Первыми Дома Эмпории.

Богини свыше.

Им не нужно было слушаться совета Дома. Им не нужно было подчиняться большинству. Они не могли позволять этим букашкам считать себя лучше них.

Но Бенни так поступила.

Малиса поежилась в своей темнице. Ей не нравилось думать о сестре. О мерзкой предательнице, которая сломала ее и оставила тут, в этих горах.

Нет. Она не будет думать о Бенни. Это тратило ее ограниченные силы. Ее ждало много дел, многое нужно было достичь, так что она не могла тратить силы на свою сестру. Но она знала, что, как только выберется отсюда, начнет охоту на нее. Она не убьет ее… сразу. Пытка. Не меньше тысячи лет пыток, и тогда она будет довольна.

Она скрипнула зубами во тьме и подвинулась еще немного. У нее было много времени, чтобы придумать, что она сделает с сестрой за этот плен. Но не здесь и не сейчас.

Ей нужно было беречь силы. Ее сестра не учитывала ее влияние не на физическом уровне. Она всегда была лучше нее в играх разума, и это умение только улучшилось за время заточения. Ее фавориты все еще отвечали на ее зов, хоть и не видели ее. Контроль становился все легче. Две тысячи лет назад она была на пике. Она верила, что ей хватит сил на побег. А потом та гадость все испортила.

Малиса взяла себя в руки.

Нет, она не допустит повторения.

Она выберется, захватит власть и победит раз и навсегда.

Вдруг заряд энергии обрушился на горы. Он не задел Малису в ее темнице, но сотряс ее гору. Ее глаза загорелись, пока вокруг содрогалась земля. Что — то сдвинулось, и этого хватило, чтобы в ее темницу проникло немного света.

Свет.

Первый луч света за тысячи лет.

Она проверила то место магией и, к своей радости, обнаружила слабость. Свет не мог ответить тьме, как тьма не отвечала свету. Они были противоположностями. Она без проблем разрезала защиту, будто проникла в открытый разум.

Камни раскололись.

Перед ней появилась дыра.

А потом она впервые вышла из темницы.

Малиса глубоко вдохнула, втянула в себя первый глоток свежего воздуха. Прекрасно. Она смотрела на мир из своей темницы в горах Хэвен. Мир был укрыт снегом и льдом. Солнце отражалось от белого зимнего покрова. И ее тьма проникала всюду.

Это был новый рассвет.

— Я свободна, сестра, — рассмеялась Малиса. — Я вышла из темницы, которую ты создала. Я любила тебя, и так ты мне отплатила за это. Я это запомню.

Малиса посмотрела на себя. Уже не плотное тело. Лишь тень, пепел и дым. Она была отголоском себя. Раньше она могла бы разбить эти горы взмахом руки. Теперь едва могла созвать приспешников.

Может, Бенетта использовала эти горы как тюрьму, но Малиса, набираясь сил, собиралась тут укрываться. Она не хотела раньше времени сообщать, что свободна. Она могла вредить и отсюда.

Но, чтобы набраться сил, она нуждалась в помощи. Она закрыла глаза, поискала и обнаружила деревню. Будь она чуть дальше, Малиса не смогла бы пробраться в их жалкие разумы. Она могла связываться лишь с теми, кто звал ее. Но этот день отличался. Сегодня она была свободна.

Она потянулась своими силами во все умы и приказала им подняться на гору.

И жители деревни один за другим выстроились перед ней.

Они упали на колени при виде нее. Слезы лились по их лицам. И она разрезала их шеи, и кровь превратила белую гору в красную.

Она упивалась их жертвой, напитывалась магией крови. Магия наполняла ее. Но вся деревня была мертва у ее ног, а она ничего не ощущала. Она знала, что ей было нужно…

Война.

Вот тогда начнется веселье.

1

Мистик

Авока была при смерти.

И Сирена могла лишь беспомощно сидеть и смотреть.

— Сирена, Алви, — Вера появилась на пороге. — Пора.

Сирена посмотрела на мастера Дома, вздохнув, и встала, кости захрустели. Она поправила странную бьенканскую шаль на плечах и отряхнула длинную юбку. Ей все еще было не по себе от полоски живота, видной в узкой блузке, но было важно не выделяться.

Всем лучше было верить, что они были торговцами из Ярроу. Компаньонов презирали в других странах, но консорт Бьерна… это вызовет много вопросов. Нежеланный титул был проблемой, не стоил таких бед. Она была уверена, что король Эдрик и принц Каэл захотят вернуть ее, так что скрытность обеспечивала их безопасность.

Сирена коснулась плеча Алви.

— Ты идешь с нами?

Она видела ответ на его лбу. Он не хотел уходить. Он не покидал Авоку две недели, за которые они от Пустых гор добрались по воде в Бьенко.

— Ты не обязан.

— Ты думаешь, что этот мистик сможет помочь Авоке лучше целителя… и лучше тебя или Веры с Матильдой? — его золотые глаза были большими и будто сияли изнутри.

— Не знаю, но я должна попробовать.

Она хотела сказать больше, но Алви не был готов думать о чем — то, кроме Авоки. Он потерял все желание продолжать миссию по поиску потерянных. Драконы были последним, о чем он переживал.

— Ты права, — Алви поднялся на ноги. — Мы должны попробовать.

Вера коснулась их плеч, утешая, пока они проходили мимо нее.

— Не переживай. Я присмотрю за Авокой.

Алви тоскливо оглянулся и последовал за Сиреной из комнаты.

— Ты ведь все еще ее ощущаешь?

Он спрашивал о связи сто раз после произошедшего. Она была на месте. Авока все еще была живой. Но то, что сделал ноккин, забрало магию Авоки, и ущерб был серьезным.

Кома.

Такое ужасное слово использовал целитель. Ее сестра по связи была в коме. Она могла проснуться. Могла остаться в этом сне навеки. Ее поддерживала только трубка у горла, через которую Вера питала ее магией. Это выглядело ужасно.

— Да, я ее ощущаю.

Он кивнул и пошел за ней из комнаты. Они спустились и обнаружили Ордэна, стоящего у огня. Таких людей, как Ордэн, она всегда хотела видеть рядом. Он знал каждый город. Он мог подкупить или уговорить любого. Она не знала, как он нашел этого мистика, но вопросы были бесполезными.

Ордэн похлопал Алви по спине, когда они подошли.

— Выше нос, парень. Впереди насыщенный вечер.

Алви стряхнул его руку.

— Я тут. Идемте.

Ордэн одобрительно кивнул и повел их из гостиницы по улицам с утрамбованной землей. Наступала ночь, но Бьенко только оживал. Это было место разгула, избытка и разврата. Части большой улицы перекрыли для уличных фестивалей, где процветали карманники и проститутки.

Сирена не обрадовалась, когда они пошли к фестивалю, а не прочь от него. Конечно, мистик содержал магазин не в той части города, где ей хотелось быть. Было бы слишком просто, если бы мистик уважал себя.

Она выдохнула и приготовилась к этой встрече. Ей нужно было сохранять голову на плечах. Горе поглотило ее после смерти Мэлии. Оставило ее в черной дыре, куда загонял ее Каэл Дремилон темной магией и обманом. Она не хотела снова оказаться в этой дыре, как и становиться такой, какой была тогда. Теперь она была новой. Никто еще не переживал магию крови, выжигающую людей, и Сирена отказывалась поддаваться этому, хоть ее сковывал ужас из — за ситуации Авоки.

Гулянья было слышно за улицы от фестиваля. Сирена заранее знала, что ее ждет, но ее вдруг окружили люди в замысловатых нарядах с чудными головными уборами, в больших масках, и звучала музыка… много музыки.

Ордэн взял Сирену за руку, и она сжала ладонь Алви, пока они шли в толпе. Ордэн замер у закрытой двери с занавесками цвета бургунди, скрывающими окна. Травы росли в горшках на подоконнике, но в остальном место казалось пустым. Он постучал в дверь, и Сирена удивилась, когда ответила сутулящаяся слепая женщина.

— А, это ты, — сказала она, развернулась и прошла внутрь.

Сирена и Алви переглянулись, он пожал плечами. Ордэн махнул заходить, и они так и сделали, закрыли за собой дверь.

Свечи горели в комнате, но все равно было сложно увидеть, куда ставить ноги. И они не освещали всю комнату.

— Присаживайтесь, — женщина указала темно — коричневой рукой на стол. — Озари все магией огня, покаты здесь, девочка.

Сирена вздрогнула.

— Вы поняли…

Ордэн покачал головой.

— Я знаю, что вижу, — она рассмеялась над своей силой.

— Вы… одарены? — спросила Сирена.

— По — своему, — женщина смотрела на нее. — Но не как ты. Я редко вижу кого — то так четко, — она скользила взглядом по силуэту фигуры Сирены. — Я читаю ауры… помимо прочего.

— Берди, — тихо сказал Ордэн.

— Она источает золото. Я бы заметила магию Дома за версту.

— Берди, — повторил Ордэн чуть резче.

— Да, да, конечно. Зажигай свечи, устраивайтесь, — сказала Берди и села во главе стола.

Сирена приступила к работе, зажгла все свечи для старушки, пока комната не стала почти пылать. Она не знала, как реагировать на то, что кто — то мог считать ее магию. Даже если она звала это ее аурой. Это пугало.

— Вы тут насчет лодки, — сказала Берди.

— Нет, насчет подруги. Ей очень плохо, — исправил Алви.

— Я не могу исцелять тех, кому плохо.

Алви вскочил в гневе и повернулся к Ордэну.

— Зачем ты привел нас сюда, если уже знал это?

Ордэн не поднялся в ответ.

— Сядь и дослушай.

— Знаешь, что, Ордэн? — прорычал Алви. По его коже пошла рябь. Его золотые глаза стали грозными. На его красивых руках на их глазах выросли когти. Он вдохнул, индрес в нем грозился вырваться наружу.

Не оглядываясь, Алви выбежал из комнаты и хлопнул дверью так, что дом задрожал.

— Невероятно, — сказала Берди.

Сирена скрипнула зубами и повернулась к старушке. Они уже ничего не могли сделать с Алви. И если у Берди были ответы, Сирена жаждала их услышать.

— Берди, мы были бы рады всему, что ты можешь сказать. Как ты знаешь, я готов оплатить информацию, — сказал Ордэн.

— Ты мне всегда нравился, — Берди погрозила пальцем в его сторону. — Я сказала Гвиноре, что она должна дать тебе второй шанс.

Сирена с вопросом приподняла бровь.

— Давняя история, — сказал он им.

— Как скажешь, — Берди отмахнулась от него и потянулась к кожаному мешочку на столе. — Скажите точно, чего вы хотите, и я почитаю для вас.

Ордэн поймал взгляд Сирены и кивнул, намекая, что пришла ее очередь.

Она глубоко вдохнула.

— Мы хотим знать, есть ли в Бьенко тот, кто переправит нас через океан к потерянным… в Аландрию. Нам нужен корабль и экипаж, а еще знания, как попасть туда, — она сделала паузу и добавила. — И, надеюсь, что — нибудь, чтобы исцелить нашу подругу.

Берди закрыла глаза, тряхнула мешочек и высыпала содержимое на большую плоскую тарелку. Сирена была в ужасе при виде костей. Мелкие косточки рассыпались по тарелке. Она поежилась.

Берди вытянула руку над костями и тихо хмыкнула под нос.

— Есть человек, побывавший в тех водах и вернувшийся. Вы найдете его на пристани на рассвете, на его шляпе будет красное перо. Он будет с женщиной в мужской одежде.

Она склонила голову и нахмурилась. А потом быстро заморгала и опустила руку. На ее лбу выступил пот, она тяжело дышала.

Ордэн вскочил, чтобы помочь ей.

— Берди?

— Вы в порядке? — спросила Сирена.

— Твоя подруга… во тьме, — хрипло сказала она.

— Да, — прошептала Сирена.

— Ничто в этом мире не может ее спасти.

2

Старый друг

— Берди? — в панике спросил Ордэн.

Берди рухнула вперед, и Ордэн едва поймал ее в свои руки, не дав удариться об стол.

— Сирена, нужна помощь.

Она подбежала и помогла отклонить Берди. Сирена убедилась, что она дышит, а потом проверила пульс. Он был неровным.

— Думаю, она упала в обморок.

— Создательница, — выругался Ордэн. — Мы не можем так ее оставить.

И тут задняя дверь распахнулась. Фигура ворвалась в комнату с мечом в руках. Ее кожа была темной, как у Берди, и длинная черная грива волос ниспадала на ее спину. Она была в кожаной броне, вооруженная до зубов. Ею можно было бы любоваться, если бы она не собиралась их убить.

Сирена впилась в свою магию, но не успела ее использовать.

— Гвинора? — прошептал благоговейно Ордэн.

Женщина повернулась к нему, выпрямилась, как — то став еще выше. Ее глаза округлились, когда она поняла, кто был перед ней.

— Ордэн?

— Да.

Она не опустила меч.

— Что ты делаешь в доме моей бабушки?

— Мы пришли для чтения, — он указал на тарелку с костями.

— Мы? — Гвинора взглянула на Сиену. — Убери магию, или я порежу его как свинью.

— Слушайся, — сказал Ордэн.

Сирена скрипнула зубами, но отпустила магию, приятное ощущение рассеялось.

— У нее тоже дар?

— Он передается через поколение, — сообщила Гвинора. — А теперь говорите правду, почему вы тут, и что вы делаете с моей бабушкой.

— Честно, Гвин.

— Не зови меня так, — прорычала она.

Ордэн вскинул руки.

— Мы искали того, кто знает путь через океан. У меня закончились варианты в городе, и я пришел к Берди. Она согласилась помочь.

— Конечно. У нее старческий маразм, — Гвинора указала им отойти. — Дайте я ее проверю.

Сирена и Ордэн медленно попятились от ее меча.

— Бабушка, — проворковала Гвинора. Она медленно провела ладонью перед лицом Берди, словно что — то проверяла. — Бабушка Берди, ты в порядке?

Но Берди не просыпалась. Она лежала там, глубоко дыша.

— У нее иссякли силы. Она старая и хрупкая. Стоило подумать об этом.

— Прошу прощения, — быстро сказал он.

Гвинора повернула меч по кругу.

— Вон из моего дома.

— Гвин, мы не хотели…

— Я сказала, вон из моего дома! — взревела она. — Забирай с собой свою новую волшебную игрушку и иди спасать мир, — она оскалилась. — Переплыви океан. Занимайся делами великого Ордэна из Аурума и не впутывай в это меня… нас.

Ордэн сглотнул, казалось, хотел что — то сказать. Но Сирена была уверена, что тогда Гвинора пронзила бы мечом его горло. И Сирена не хотела выяснять, удастся ли ей тогда его спасти.

— Мы идем, — Сирена толкнула Ордэна к выходу. — Мне жаль, что так получилось с твоей бабушкой. Прошу, отблагодари Берди от нас, когда она проснется.

Гвинора оскалилась в ответ.

Сирена закрыла дверь за ними и повернулась к Ордэну, глядящему на фестиваль. Она открыла рот, чтобы спросить, что произошло, но слова умерли на губах. Год назад — даже пару месяцев назад — она бы потребовала ответы из — за увиденного. Но она поняла достаточно… и он не хотел говорить об этом. Если он за все время ни разу не упомянул Гвинору, то и сегодня не собирался.

— Не надо, — сказал он.

— Я и не собиралась, — она похлопала его по спине. — Почему бы нам не вернуться в гостиницу и не выпить эля?

Брови Ордэна поползли вверх.

— Правда?

— Думаю, это всем поможет после того, что мы услышали и увидели сегодня.

Ордэн благодарно улыбнулся ей, и они снова пропали в толпе.

Голова Сирены гудела от новой информации, полученной за ту короткую встречу. Еще один пользователь магии, еще и тот, что видел силы других. Поразительный дар. Она невольно улыбнулась, пока они уходили от гуляний. Но только это вызвало ее улыбку на лице в эти дни.

Слова Берди об Авоке были… катастрофой. Как ей сказать Алви об этом? Им придется рисковать, пока они будут искать мужчину с красным пером на шляпе, который, если повезет, доставит их в Аландрию. Звучало глупо, но она понимала, что порой лучшие планы возникали неожиданно.

Она знала лишь, что Серафина сказала ей найти потерянных и научиться магии духа.

Будто это было просто.

Будто был смысл в том, что она общалась с древней Доминой Серафиной. Всю жизнь она верила, что Серафина была тираном, убитым Виктором Дремилоном, чтобы покончить с ее правлением. Но Виктор и Серафина любили друг друга и использовали темную магию крови, которая передавалась поколениями. Это связывало Сирену и Каэла, заставляя их следовать судьбе. Наследница Света и Наследник Тьмы решат в схватке судьбу людей.

И она напролом неслась к этой судьбе.

Сирена все еще не смирилась с тем, что произошла от самой Домины Серафины. Она не знала, поймет ли когда — то свою судьбу. Но она была готова на все, чтобы прекратили истреблять людей с магией, чтобы позволить людям жить так, как они желают. Судя по словам Серафины, в Эмпории росла тьма, и ей нужно было подготовиться к бою с ней.

Они вернулись к гостинице, Ордэн повернулся к Сирене и сказал:

— Можешь не упоминать во всем этом Гвинору?

— Она не важна нашим планам.

Он криво улыбнулся.

— Ты очень изменилась с нашей встречи.

— Ясное дело. Я истекала кровью, когда ты меня встретил.

Он издал смешок.

— Ты была импульсивной и верила, что все, что ты делаешь, приведет к тому результату, который тебе хочется. Ты тяжелым путем заслужила осторожность, но она тебе идет.

— Спасибо, — горло Сирены сдавило.

Они поднялись по лестнице и обнаружили, что Вера, Матильда и Микел собрались в комнате Авоки. Сирену все еще поражал вид мужа Матильды, Микела. Он провел в чарах сна больше двух тысяч лет и верил, что прошло лишь несколько дней. Он ничего не помнил из времени до сна, лишь то, что Общество оставило его, чтобы другие знали, что члены Общества и драконы отбыли в Аландрию. Но проход в гору обвалился, и его нашли… только сейчас.

— Ты не можешь ничем помочь, Микел? — спросила Матильда.

— Я был воином, а не медиком. Мы пытались наполнить ее стихиями. На это уйдет время, и даже тогда… не знаю. Если бы мы связались с моей родней в Аонии, может, они поняли бы, с чего начинать в таком случае.

Сирена охнула.

Все посмотрели на нее на пороге.

— Вы сказали про Аонию? — прошептала Сирена.

— Да, — Микел выпрямился от ее вопроса.

— Вы… лиф?

— Да. Многие всадники драконов были лифами.

Матильда коснулась руки Микела.

— Любовь моя, я хотела тебе рассказать, — она взглянула на Веру, та кивнула. — Аония… была разрушена. Древний храм и дерево сгорели. Остался только один выживший лиф оттуда.

Глаза Микела были огромными от ужаса.

— Всего один?

— Кесф, — сказала Сирена.

Она не представляла, как он себя ощущал после всего, через что прошел, обнаружив, что дома не осталось никого, кроме… Кесфа.

Он покачал головой.

— Дайте мне минуту.

И он пропал из виду.

— Простите, — сказала Сирена.

Матильда подняла руку.

— Он должен был узнать.

— Да, но столько всего происходит…

— Он сильный, — сказала ей Вера. — Ему нужно время подумать. Мы знаем, кому еще требовалось время осознать смерть своего народа.

Сирена сглотнула и отвела взгляд. Дин. Они не говорили о нем с тех пор, как он покинул их в Фэне. Они попрощались в тот день в горах, но он пообещал, что это не навсегда. Как принц Элейзии, он должен был вернуться домой навести порядок после того, как Каэл сжег столицу его родины дотла. Ее чувства к Дину все еще были смешанными, и ей не нравилось думать о нем. У них были дела важнее, чем эти тревоги.

— Как Авока? — спросила Сирена вместо ответа.

— По — прежнему, — ответила Вера. — Вижу, вы вернулись без Алви. Наверное, встреча прошла не очень хорошо.

Ордэн выдвинул стул и опустился на него.

— Алви изменил облик и пропал. Но встреча была полезной.

— Хоть какие — то хорошие новости, — сказала Матильда.

Сирена описала им слова Берди. Но к концу разговора сестры выглядели подавленно.

— Мистик, — Матильда вздохнула. — Этого еще не хватало.

— Прошлая была… — начала Вера.

— Выжившей из ума, да.

— Они все такие, да?

— Те, кого мы встречали за годы. Я не полагаюсь на их… силы.

Вера вздохнула.

— Как и я. Истинной магии Дома не нужны костыли.

— Ау? Мы еще здесь, — Сирена помахала рукой. — Вы встречали кого — то такого раньше?

— Да. Очень ненадежные. И обычно безумные, — сказала Матильда.

— И… вы думаете, что нам не стоит искать мужчину на пристани?

— Конечно, нужно, — сказала Вера. — Но если ничего не найдете… то это потому что она чокнутая.

— Я знал Берди много лет, она не такая, — вмешался Ордэн.

Матильда и Вера вскинули брови.

— Почему мне кажется, что эту часть истории ты упустил? — спросила Матильда.

— Я ручаюсь за нее, и только это вам нужно знать.

Матильда фыркнула, но Вера коснулась ее руки.

— Завтра нам нужно проверить пристань. Надеюсь, Алви вернется к тому времени, чтобы нас было больше, — сказала им Сирена. — Если у вас нет идеи лучше, как пересечь океан.

Как и ожидалось, ни у кого не было.

— Отлично. Давайте… поспим немного и разберемся со всем завтра.

Ордэн кивнул ей. Безмолвная благодарность за то, что ничего не выдала о Гвиноре. Матильда и Вера не скрывали подозрений и предрассудков насчет мистика, которого не встречали. Они что — то им не рассказали. Но они обе пожелали Сирене спокойной ночи и оставили ее с Авокой одну.

Сирена вздохнула и опустилась рядом с подругой. Она проверила связь между ними, обрадовалась, что она еще там.

— Хотела бы я, чтобы ты была тут, Ава, — прошептала она в тишине. — Интересно, что бы ты сказала о том мистике. Пошутила бы или согласилась с сестрами. Или закатила бы глаза из — за Алви.

Но Авока не реагировала на слова Сирены.

Она только лежала там и спала.

Хоть в этой проблеме у них было больше знаний, чем обычно, Сирена ощущала себя более растерянной. Авока была ее опорой. Она была сильной и уверенной. И их магия лучше работала вместе, чем порознь.

Она задумалась о словах Веры и Авоки. Магия Дома не нуждалась в костылях. Но Сирене казалось, что она все это время использовала Авоку как костыль. Без нее Сирена ощущала… пустоту.

Не только в магии, но и в душе.

3

Красное перо

Когда Сирена проснулась следующим утром, большой индрес лежал у изножья их кроватей.

Она охнула и вскочила на ноги. Сияющие золотые глаза посмотрели на нее. Золотые глаза. Человеческие. Глаза Алви.

— Я в порядке, — сказала она, пытаясь успокоить колотящееся сердце и магию.

Ее все еще потрясал такой облик Алви. Она не знала, привыкнет ли когда — нибудь к большому, будто волчьему телу и огромным клыкам, принадлежащим другу, а не заклятому врагу.

Алви не по своей вине превращался в индреса. Ему не повезло. Когда на его деревню напали в его детстве, его укусили. Его жизнь спасли, эту силу подавил в нем сам Кесф. Когда на него напал альфа — индрес, и Алви победил, они приняли его как своего. И он получил этот облик, которым еще учился управлять. И этот облик ужасал.

— Меняйся. Нас ждет работа, — сообщила Сирена.

Он хмуро посмотрел на нее, и она отпрянула на шаг. Может, не стоило приказывать ему, когда он был хищным зверем.

Но он замерцал, как делал у Берди, и оказался обнаженным на полу. Она бросила на него одеяло, Алви тяжело дышал от усилий.

— С возвращением, — сказала она.

— Ты же знаешь, что я люблю появляться шумно, — Алви привычно улыбнулся ей.

— Как я могу забыть?

— Как она? — его улыбка увяла. Он поднялся, закрепил одеяло вокруг пояса.

— По — прежнему.

— Есть новости от того мистика?

— Об Авоке? — Сирена кусала губу. — Нет, мы все еще работаем над этим.

Ей не нравилось врать. Но, если она сказала бы ему сейчас, что ничто в этом мире не могло спасти Авоку, он снова стал бы мерцать. А она нуждалась в нем, в своем Алви.

— Но она дала нам наводку на матроса, который побывал в Аландрии.

Алви удивленно посмотрел на нее.

— Кто — то побывал там? Это не просто надежда, что этот двухтысячелетний парень не выжил из ума?

— Да. Побывал. А Микел, — Сирена закатила глаза, — двухтысячелетний парень — лиф из Аонии.

Рот Алви раскрылся.

— Как Кесф?

— Да. Теперь он не единственный лиф из Аонии.

— Думаю, он будет рад слышать это, — с сарказмом пробормотал Алви. — Все его существование основывалось на том, что он последний из его вида. Не уверен, что он готов к такому кризису личности.

Сирена покачала головой.

— Можно подумать, ты за него переживаешь.

— Нет, конечно, — презрительно сказал он.

— Вернемся к делу. Мне нужно, чтобы ты помог мне найти мужчину с красным пером в шляпе на пристани. Он будет с женщиной в мужской одежде, мы знаем только это. Нарядишься и соберешь для нас информацию?

Он словно сжался от мысли, что покинет Авоку.

— Не знаю, Сирена…

— Нам нужны сейчас твои умения. Нам нужен ты. Мне нужен ты, — умоляла она. — Я не хочу оставлять Авоку, но если это единственный шанс найти Аландрию, нужно им воспользоваться.

Он застыл на миг, но посмотрел на Сирену.

— Ты знаешь, что я всегда готов тебе помочь.

Она ждала, что он добавит «но», а он этого не сделал. Она просто кивнула. Она понимала без слов, как ситуация влияла на них.

— Хорошо. Одевайся, и мы пойдем.

Алви указал на одеяло на его поясе.

— То есть так со мной люди говорить не будут?

Сирена закатила глаза.

— Думаю, мы привлечем не ту толпу.

Алви подмигнул ей, с тоской посмотрел на Авоку и ушел за одеждой.

Сирена выдохнула с облегчением. Похоже, она на время вернула своего Алви. Вряд ли надолго, но, похоже, его вспышка и превращение прошлой ночью помогли ему выпустить часть гнева. И вовремя, ведь она снова в нем нуждалась.

Потому что ее команда была разбита.

А она пыталась удержать их вместе голыми руками.

* * *

Алви скептически смотрел на пристань.

— Плохо дело, если я не понимаю, в безопасности ли мы здесь.

— Нам нужно постараться, — Сирена крепче сжала его рукав.

Бьенко был известен преступлениями, а пристань была из бедных частей города. Бродяги лежали, почти голые, на грязной дороге. Матросы разного уровня жизни бродили по пристани, таверны тут были открыты днем и ночью, подавали алкоголь и секс в больших количествах. При всех было хотя бы по три заметных ножа, и никто из них не мылся уже неделю.

В таком месте Сирена не могла слиться. Она выглядела тут как настоящая леди, и это только привлекало внимание. Алви хотя бы выглядел как вор, но Сирена не знала, хватит ли этого. Лучше было бы остаться дома. Так она ему и сказала.

— Возможно, но уже поздно. Если уйти сейчас, проявим слабость.

И она держала голову высоко, шла вперед в полумраке пристани.

— Простите, — сказал Алви, подойдя к первому кораблю, где экипаж не выглядел так, словно хотел зарезать их.

— Не хочу проблем, — мужчина сплюнул в воду за бортом.

— Никаких проблем. Мы просто кое — кого ищем. Мужчину с красным пером на шляпе. Обычно он с женщиной в мужской одежде. Видел таких?

— Нет.

— Никогда?

— Не — а. Иди уже.

Алви улыбнулся и пошел дальше. Они прошли по пристани, спрашивая у людей о мужчине с красным пером. Они искали взглядами все шляпы в округе, но было ясно, что, если этот мужчина и был тут, он не находился на виду.

— Таверны? — спросила Сирена. — Только если не станешь в этот раз пытаться меня продать.

— То было ради блага.

Она закатила глаза. Благом для Алви была игра в кости.

— Может, мне стоит сыграть. Показать им, что мы тратим деньги.

Сирена рассмеялась.

— Они не захотят ничего нам говорить, когда увидят, как ты играешь.

Он хищно улыбнулся ей.

— Я готов рискнуть.

Они прошли в первую таверну, где Алви мог сыграть — сжульничать — в кости, и он сел за стол. Сирена заказала всем за столом напитки, и в зале раздались радостные вопли.

Еще два часа они провели за столом. Сирена даже забыла на время, что так они только пытались узнать информацию на пристани. Было даже забавно притворяться быть кем — то еще. Жить так, будто самым главным вопросом в жизни было, победит она или нет.

Но, когда они уходили, все, кроме нее и Алви, были пьяны. Она выливала напитки за плечо при каждой возможности, зная, что нужно сохранять голову на плечах. Она обвила Алви рукой, изображая опьянение, пока он забирал остатки своего выигрыша.

— Спасибо. Спасибо, добрый сэр, — сказал Алви, перегибая с поклоном. — Женщине нужно, чтобы я отвел ее домой. Но я вернусь!

Толпа у стола радостно завопила, но многие из играющих выглядели так, словно были бы рады, если бы Алви никогда не возвращался. Он постарался опустошить их карманы. Она поддерживала его, пока вела его из комнаты и по лестницам, стараясь играть роль, пока он пел глупую песню.

— Ладно. Хватит. Хватит уже играть, — сказала она три улицы спустя, когда ей надоело тащить его.

— Что играть? — спросил Алви. Он склонился и чуть не упал лицом на землю.

— Алви! Ты на самом деле выпил весь тот эль?

— Я был так далеко.

Сирене хотелось кричать. Чудесно! Как ей дотащить его до гостиницы? Они потратили столько времени, но не могли теперь спросить у кого — нибудь о красном пере.

«Проклятый Алви!».

Она пыталась поправить хватку на Алви, когда ощутила, как мурашки бегут по ее шее. Она сглотнула и оглянулась. Несколько мужчин, игравших в карты, теперь шли за ними. У двоих были ножи, у еще одного — бита. Она могла бы убрать их магией, но это точно привлечет внимание.

— Эй, девица, — оскалился один.

— Мы просто хотим поговорить. Почему бы тебе не подойти к нам? — сказал второй.

Она кусала губу и шагала быстрее.

— О, не вовремя ты напился, — прорычала она Алви.

А потом сделала единственное, что пришло в голову. Она изобразила страх и побежала в первый попавшийся переулок. Там она хотя бы могла бросить Алви, и никого не было бы за ней. И тогда получится использовать магию без последствий.

Она огляделась, опустила Алви на землю, казалось, что он вот — вот отключится.

— Девчуля в ловушке, — сказал один из мужчин, они прошли в переулок.

— Некуда идти.

Сирена игнорировала их насмешки, потянулась к магии. Без Авоки она была не такой послушной, как Сирена привыкла. Но она была сильной и в одиночку… хоть и большими дозами. Ей было сложно использовать магию понемногу. Но она не могла использовать столько, чтобы потерять сознание или убить кого — то. Потому что она сомневалась, что сможет противостоять магии крови, оставшись в переулке с кровью.

— Почему бы тебе не дать денег? Мы тогда тебя отпустим, — сказал другой.

Всего их было пятеро. Каждый больше предыдущего. Многих людей это уже запугало бы.

Страх покалывал на коже. Но не за нее. За них. Из — за того, что она могла с ними сделать, если бы хотела. Чтобы они больше никого не запугивали. Чтобы поняли, какими мелкими и незначительными были.

— Есть идея лучше, — сказала Сирена. — Если уйдете из переулка сейчас, я не заставлю вас пожалеть о том, что вы пошли за мной.

Их смех был хором. Они не верили ей. Она была просто маленькой девочкой.

И в других условиях… они были бы правы. Она не была обучена как воин. У нее не было ловкого владения оружием. Она была леди в красивом платье, всегда была первой. Но она могла призвать силу четырех стихий, поставить их на колени, порвать их на куски разумом. Эти две стороны хорошо сочетались в ней.

— Я вас предупреждала.

Она собиралась воззвать к своей силе, но фигура возникла в переулке за ней. Она была летящими ножами, крутящимися мечами, длинными и сильными конечностями и каскадом темных волос. Она поразительно легко билась с противниками Сирены. Ее движения были как вода. Удар был как змея. Ее мечи были размытыми от синхронных прекрасных движений. Это был танец и песня. Хореография, с которой никто не мог сравниться.

Сирена видела поразительных воинов. Но ничего такого… потрясающего. Там была грация. Она была единой с собой. Меч был продолжением ее руки.

А потом все быстро закончилось. Мужчины поджали хвосты и убежали так быстро, как только могли. Они были изранены, бросили оружие и убегали от богини — воина.

Она обернулась, убрала длинные волосы с лица.

Рот Сирены раскрылся.

— Гвинора?

Она повернула меч в воздухе и направила его на Сирену.

— Что ты тут делаешь? Тебя могли убить.

— Я могла с ними справиться.

— Вопрос не в этом.

— Мы были в таверне. Немного выиграли, и они пошли за нами.

Гвинора, скалясь, убрала меч в ножны.

— Постарайся не лезть на рожон, ладно?

И тут Алви решил прийти в себя из пьяного транса.

— Еще хоть один раунд!

Гвинора вскинула брови.

— Он в порядке?

— Он немного пьян. Мне нужно как — то довести его до гостиницы.

Гвинора зашипела сквозь зубы:

— Я знаю место неподалеку, где готовят смесь, что приведет его в чувство. А потом ты и твои друзья уберетесь из моего города.

— Спасибо, — вежливо сказала Сирена. Хоть она не собиралась уходить, пока они не найдут то, за чем сюда пришли.

Они подняли Алви и пронесли пару улиц к небольшой аптеке. Старушка заворковала с Гвинорой, а потом отвела ее в комнату сзади.

Сирена с потрясением обнаружила, что сзади было большое логово. Десятки комнат были по периметру, а в центре группа полуобнаженных мужчин и женщин курили из разных трубок. Сладкий дым наполнял пространство, все было размытым. Женщина налила воду на горячие угли, и дым сгустился.

Пот стекал по шее Сирены от жаркой температуры, но Гвинора так не страдала. Она указала на комнату, и они отнесли Алви туда.

Сирена прошла и отодвинула занавеску на входе в комнату, когда мужчина шагнул оттуда.

— Прошу прощения, — Сирена отпрянула на шаг.

— Ничего страшного, милая, — подмигнул мужчина.

Сирена посмотрела на мужчину. И его шляпу. С большим красным пером.

4

Матрос

— Создательница! — охнула Сирена.

Она чуть не уронила Алви, и он оперся всем весом на Гвинору. Она запыхтела. Сирена бросилась ей на помощь. Мужчина рассмеялся и приподнял шляпу.

— Гвинни Бир, — проворковал он.

— Тимбр, ты не пойдешь сегодня. Вернись в комнату, — прорычала Гвинора.

— Меня ждет встреча с леди.

— Ты не будешь встречаться с проституткой. Ты потратил все наши деньги, помнишь? — Гвинора толкнула Алви в угол комнаты и повернулась к Тимбру.

— О, Гвинни, ладно тебе.

— Даже не пытайся, — клинок появился между ними. — Наш долг из — за твоего табака и опиума. Мы не будем добавлять в список проститутку.

— Простите, — сказала Сирена. — Я не хотела мешать… но у вас красное перо на шляпе.

— Это так, маленькая мисс, — Тимбр подмигнул ей, схватился за стену, чтобы не упасть. Его когда — то нарядная одежда пострадала от носки и соли. Его кожа была загорелой, а губы — потрескавшимися. Его ладони были в мозолях, он размахивал ими. Он много времени провел на воде.

— Она — не проститутка. Не трать время, — сказала Гвинора и хмуро посмотрела на Сирену. — Оставь его.

— Я хотела спросить про шляпу. Нам сказали, что я встречу мужчину с красным пером на шляпе, — глаза Сирены округлились из — за наряда Гвиноры. — И что он будет с женщиной в мужской одежде.

— Я тебе говорил про мужские штаны, — сказал Тимбр, посмеиваясь.

— Это не мужские штаны. Они помогают мне двигаться в бою.

Сирена не слушала ее.

— Вы — моряк, пересекший моря!

Кривая улыбка Тимбра пропала.

— Кто… кто тебе сказал?

Гвинора прищурилась.

— Да, кто тебе это сказал?

— Твоя бабушка, — Сирена нахмурилась.

Гвинора резко выругалась.

— Надеюсь, ты не платила ей за то гадание.

— Прошу, если вы побывали за морями и нашли Аландрию, помогите. Мне очень туда нужно.

Гвинора встала перед Тимбром, хмуро посмотрела на Сирену.

— Ты пришла сюда, чтобы твой друг протрезвел. Остальное оставь за дверью.

— Если хочешь, чтобы мы покинули твой город, отойди и позволь поговорить с ним, — сказала Сирена. — Я хочу уйти так же сильно, как ты хочешь, чтобы меня тут не было. Это важно. Для всего мира.

— О, теперь ты звучишь как Ордэн. Уверена, мир в опасности, и, если ты не поговоришь с одним человеком, всему конец, — Гвинора закатила глаза.

— У нас есть деньги, — сказала Сирена Тимбру поверх плеча Гвиноры. — Много. Мы заплатим, если вы нас возьмете. Прошу.

Тимбр рассмеялся. Маниакальный смех смотрелся жутко из — за его потрепанного вида. Он был словно… безумен. Не просто навеселе от опиума. Белки глаз стало видно сильнее, он хохотал и давился смехом.

— Уйди, — рявкнула Гвинора. Она схватила бутылку и сунула ее в руки Сирены. — Вот настой. Уходи вместе со своим другом.

— Не могу.

— Я не знаю, кто ты, или что заставило меня помочь тебе до этого. Но ты задержалась. Я знаю, какая ты и на что способна. И я все еще могу убить тебя быстрее, чем ты применишь свои трюки, — пригрозила Гвинора. — Мое гостеприимство иссякло. Больше я помогать не буду. Уходи.

Сирена взглянула на Тимбра, но он не реагировал. Казалось, тот миг, пока он говорил, был последним в его трезвости. И он прошел. Гвинора удерживала его силой воли.

Клинок появился в руке Гвиноры.

— Попробуй.

Сирена вскинула руки.

— Ладно. Мы пойдем, — она взглянула на Тимбра. — Если вы можете нам помочь или знаете того, кто может, мы были бы благодарны за это. И мы хорошо заплатим за это.

— Нам не нужны твои деньги.

— Ладно, — Сирена отошла на пару шагов и сунула бутылку в руки Алви. Он раскачивался на стуле. — Выпей.

Он послушался. А она в это время смотрела, как Тимбр ускользал из ее рук. Красное перо пропало из виду.

* * *

Когда Алви протрезвел, Сирена потеряла надежду увидеть Тимбра снова. Гвинора следила за ней, пока она не ушла, так что у нее не было шанса отыскать его.

Она даже не могла перевести дыхание в гостинице.

Тихая комната и ее подруга в коме.

Микел ушел из города пообщаться с природой, Матильда пошла с ним. Она понимала, почему Микел хотел покинуть город с его узкими людными дорогами и нехваткой растительности. Он горевал, потеряв свой народ. Магия лифов работала не так, как магия Дома. Лифы пополняли энергию из стихий. Они могли сунуть руки в землю, реку или что — нибудь еще и тянуть жизненную силу из природы. Но Дома укрепляли магию изнутри. Если Сирена ощущала слабость, ей нужно было поесть, исцелиться или, что куда хуже, ждать, пока она наберется сил. И хоть Матильда не пополняла энергию так, как Микел, было понятно, почему она хотела быть там с ним.

Осталась Вера.

Она сидела в центре комнаты Сирены перед кроватью Авоки. Белый круг из мела был нарисован на паркете. Она сидела, скрестив ноги, опустив ладони на колени. Она словно молилась. Но ее лицо было бледным, глаза ничего не видели, а кожу покрыл пот.

Сирена хотела коснуться ее и убедиться, что она в порядке, но не хотела нарушать транс. Может, она исцеляла Авоку. Сирена не собиралась такому мешать.

Алви ушел спать, у него болела голова. Ордэн еще не вернулся. Сирена села и ждала, пока Вера закончит.

Тишина пугала ее. Оставляла время подумать. О доме в Бьерне, Дремилонах, магии крови и проклятых связях. О ее роли во всем этом. И как она не убегала от судьбы. Она все делала правильно, но натыкалась на стены.

Вера вздрогнула, охнула и склонилась вперед.

Сирена бросилась к ней и помогла встать.

— Ты в порядке?

— Да. Да, — сказала Вера. Она тряхнула длинными кудрявыми каштановыми волосами и посмотрела на встревоженную Сирену. — Я в порядке. Стакан воды, если не сложно.

Сирена подбежала к кувшину и налила ей воды.

— Вот.

Вера выпила все, а потом села в кресло.

— Прошу прощения, я не думала, что ты так скоро вернешься.

— Что ты делала? Пыталась исцелить Авоку?

— Да, — она сделала паузу. — И нет. В Эмпории собирается сила, Сирена. И я не могу отогнать ощущение, но не могу и точно определить. Но она там, и она растет.

Сирена помнила слова Серафины из ее снов духа. Темная сила грозила забрать Сирену из сна. Она даже смогла притянуть Сирену к себе, и ее укутала тень. Она говорила Сирене прийти к ней и дала ей монету — портал. Сирена хранила монету при себе… хоть поклялась Вере, Матильде и Серафине, что никогда не использует ее.

— Как сказала Серафина.

— Из — за нее я и проверила ту энергию. Ее предупреждение заставило меня заняться этим делом.

— И?

Вера покачала головой.

— Это нечто тревожное. Но оно еще не здесь. Пока что, — ее лицо все еще было бледным, и она выглядела нервно.

— Что это значит?

— Ты знаешь историю Создательницы?

— Конечно, — сказала Сирена. — Она создала всю жизнь и первых людей. Она наделила силой первую Дома.

Вера кивнула.

— Это только половина истории.

— Где свет, всегда есть тьма. Притяжение и отторжение. Инь и ян, — объясняла Вера. Она огляделась, словно ждала, что Матильда будет заканчивать за нее. — У Создательницы была сестра, Разрушительница. Две богини создали жизнь и смерть, добро и зло, творение и разрушение.

— Ладно. Но это лишь история.

— Да? — прошептала Вера. — Разве не все истории — правда? Ты считала их мифами. Драконов, бражей, лифов. Мифами. Разве это отличается?

— И ты считаешь, что энергия, которую ты ощутила, которую боится Серафина, и которая нашла меня во сне, — богиня разрушения? — глаза Сирены расширились от ужаса. — Богиня прошла в мой сон?

Вера покачала головой.

— Не знаю. Да. Наверное.

— Это звучит логично.

Вера рассмеялась.

— О, Сирена, ты всегда меня удивляешь.

— Я подозреваю, что то, чего я ожидаю меньше всего, и случится.

— Нет гарантий, что в этом случае так, — сказала Вера. — Мне могло показаться.

— Но ты так не думаешь.

— Нет, я должна была давно заметить знаки. Кто еще мог управлять бражами, индресами и ноккинами? Это ее дети. Создания тьмы используются как оружие. Ноккины были первыми наследниками Дома. Семья, чья магия была испорчена. Они стали жуткими существами, которые высасывают магию из людей. Это знаки. Как и в прошлый раз. И мы их не видели.

— В прошлый раз? — спросила Сирена. — Ты хочешь сказать… что так было во время Войны Света, когда Виктор убил Серафину?

Вера кивнула.

— И тогда ты видела богиню?

— Нет. Только ее влияние.

— Так, возможно, паниковать нет причины?

Вера улыбнулась.

— Возможно. У нас есть дар прорицания, мы знаем о пророчестве, и как все кончилось в прошлом. Мы можем это остановить, Сирена. Ты можешь это остановить. Прошлое не диктует будущее, и ты выбираешь судьбу. Ничто не вырезано в камне, пока это не произошло.

— А я думала, что худшей частью ночи было то, что мужчина с красным пером ускользнул от меня.

— Я буду беспокоиться вместо тебя. Я уже это делаю, — сказала Вера. — Сосредоточься на задаче. Мы не можем биться с врагом, которого не видим. Если мы не готовы, мы проиграем.

Сирена тяжко вздохнула и плюхнулась на кровать. На грудь давила ответственность.

5

Услуга

— Что она сделала? — взревел следующим утром Ордэн.

— Да. Гвинора спасла нас, а потом пригрозила убить Сирену, если она подойдет ближе к мужчине с красным пером, — сказал ему Алви.

Сирена закатила глаза.

— Ты в это время был пьян. Ты ничего не помнишь. Она откуда — то знала мужчину с красным пером, Тимбра, но не дала с ним поговорить.

— Если он доставит нас в Аландрию, то я поговорю с Гвинорой.

— Ты? — удивилась Сирена.

— У нас есть другой выбор?

Сирена пожала плечами.

— Я сделаю это, — процедил Ордэн. — Думаю, нам с Гвин давно пора поговорить.

И он бесцеремонно ушел.

— Хорошо, что я все слышал, — рассмеялся Алви.

Сирена стукнула его по затылку.

— Это все еще твоя вина.

— Знаю. Знаю, — он поднял руки, сдаваясь. — Мы это исправим. Обещаю.

— Надеюсь.

Сирена опустилась рядом с Авокой и поджала ноги под себя. Она знала, что она долго будет смотреть за подругой и ждать новости от Ордэна. Она теребила золотую монету в кармане и думала об истории Веры. Пару часов спустя стук в дверь заставил ее вскочить на ноги. Она прошла к двери, открыла ее, ожидая увидеть Алви. Но там стояла хозяйка гостиницы.

— Сирена? — спросила она.

Сирена вскинула брови. Она не называла свое имя этой женщине.

— Да, Сирена — часть нашей группы.

— Ей пришли два письма.

— О, — удивленно сказала она. — Я прослежу, чтобы она их получила. Большое спасибо.

Женщина передала Сирене письма, словно ей было все равно, кому их доставить, перебросила шарф через плечо и пошла по коридору. Сирена заперла дверь за собой и посмотрела на письма.

Одно было хрустящим, недавно прибыло и не издалека. Ее имя было написано почерком Ордэна, словно он спешно нацарапал его. Она должна была сразу его открыть. Письмо явно было срочным.

Но другое было мятым, грязным. Видело лучшие дни. И красивый почерк на нем был незнакомым.

Она кусала губу в нерешительности, а потом открыла письмо Ордэна.

Сирена, скорее приходи. Я договорился о встрече с мужчиной с красным пером.

Приведи Алви и возьми деньги.

Ордэн

И там был адрес в худшей части города. Ясное дело. Она недовольно вздохнула, ненавидя себя за то, что открыла это письмо первым, когда другое прожигало дыру в ее руке. Сирена сунула второе в карман и пошла за Алви.

Она ворвалась в его комнату и сморщила нос. Мужчины были отвратительными. Они оставляли бардак в комнате, да и вообще мылись ли?

— Алви, вставай! — сказала она, шлепнув его по голове.

Он перевернулся и зевнул.

— Который час?

— Ордэн договорился о встрече. Нужно идти.

— Кто присмотрит за Авокой?

Сирена уже была у двери.

— Я позову Веру. Матильда и Микел еще не вернулись, — она развернулась. — И переоденься. От тебя воняет выпивкой.

— Мне нравится этот запах, — заорал он в ее удаляющуюся спину.

Сирена схватила со стола его мешочек монет с улыбкой и поспешила отыскать Веру, которая согласилась присмотреть на Авокой. Ей не нравилось перекладывать столько дел на Веру, когда та была даже без Матильды, но выбора не было. Тимбр возьмет их в путешествие за моря, хочет он этого или нет.

* * *

Сирена не знала, как Ордэн договорился о встрече с Тимбром, но ей было все равно. Она была просто рада, ведь от этого многое зависело.

Она прибыла с Алви по адресу на листке. Перекошенное здание у воды. Дома вокруг словно склонялись к воде, будто место было так набито людьми и грязью, что здания старались найти место подышать.

— Милое место, — сказал Алви.

— Тебе подходит.

Он нахмурился.

— У этих людей почти ничего нет. Такая бедность как приговор. Богатые богатеют. Бедные беднеют. Их уже обворовали без меня.

Сирена вздохнула от вида перед ней. Жалкого, но настоящего. Она помнила чувство при возвращении в Бьерн, когда она узнала, что дождя не было без нее. Люди страдали, пока Эдрик сидел на троне и оберегал сад для нее. Эгоистично и глупо.

Она ничего не знала о бьенканском короле, но его город показывал, что он плохо справлялся.

Алви дважды стукнул в дверь. Открылся проем на уровне глаз, Гвинора посмотрела на них.

— Опять вы, — простонала она, но открыла дверь.

— Опять мы, — сказала Сирена. — Ты же не думала, что так легко от нас избавишься?

— Я надеялась.

Сирена улыбнулась и прошла мимо нее в здание. Она думала, что они попадут в очередную таверну или притон, но это был чей — то дом. Ей было грустно видеть, что тут кто — то жил. Это была хижина с одной спальней с койкой у стены, скрипучим столом с тремя стульями, стоящими вплотную. Ковров на полу не было, как и картин на стенах. Ни капли красок. Только серый и коричневый цвет. Словно в темнице. Бедность была оковами.

Тимбр сидел у пустого камина, смотрел на него, словно там летали искры. Ордэн занял один из стульев, но встал и предложил его Сирене, когда она вошла. Алви занял другой. Гвинора прошла мимо них, встала как можно дальше у стены и следила.

— Я знаю, чего вы от меня хотите, — сказал Тимбр через миг, — и я хотел бы дать вам это. Но вы должны понять, что это невозможно.

— Почему? — спросила Сирена.

— Никому нельзя пересекать моря. На то есть причина.

— Какая?

Тимбр посмотрел на нее дикими глазами.

— Невозможно вернуться прежним. Возвращаешься другим.

«Безумным», — об этом говорили его глаза.

— От путешествия или места?

— От всего.

Сирена вздохнула. Она не знала, что делать. Она бросила Тимбру мешочек из комнаты Алви. Он поднял его, развязал шнурок, заглянул внутрь и рассмеялся.

— Что смешного? — осведомилась она. — Это начало из того, что мы можем предложить за путь по морям. Там, откуда это, есть еще.

— Это мой выигрыш? — возмутился Алви.

Она хмуро посмотрела на него, и он закрыл рот.

Тимбр бросил мешочек на пол и отклонил голову к потолку.

— Дело не в деньгах. Если можете попасть в Аландрию и вернуться, вы будете богаче многих королей.

— Тогда как…

— Он все отдал, — рявкнула Гвинора из угла.

— Я могу это рассказать, Гвинни Бир, — сказал Тимбр. — Я пересек моря. Аландрия — жуткое место. Те люди… таких никто не видел. Яростные воины. Мы торговали. И я вернулся богатым. Но золото было проклято.

— Проклято? — спросил Алви. — Они прокляли золото, которое дали тебе?

— Все оттуда проклято. Если ступаешь на их землю, ты проклят навеки, — сухо сказал Тимбр. — Теперь я раздавлен. То место испортило мой мозг. Золото давно пропало. Может, даже хорошо, что у меня нет желания вернуться. Я продолжу жить так и постараюсь избегать проклятия.

Сирена хмуро посмотрела на Ордэна. Проклятый остров за морем? Звучало не многообещающе. Зачем драконы отправились на проклятую землю? Вопросов было больше, чем ответов, и она знала, что Тимбр не мог на них ответить.

— Только ты побывал на острове? — спросил Алви. — Твой экипаж тоже проклят?

— Все мертвы, — сказал Тимбр.

Сирена сглотнула.

— Все?

— Все, кроме одного. Гвинора не покидала корабль.

Все посмотрели на Гвинору. Ее глаза были огромными, она словно собиралась побить Тимбра за то, что он раскрыл эту информацию.

Ордэн поднялся на ноги.

— Ты была там?

Гвинора тяжко вздохнула.

— Да. И что? Я была там. Поплыла с ним. Потому мой долг — приглядывать за ним.

— Ты могла бы помочь нам, — охнула Сирена.

— Ты его слушала? Остров проклят. Люди — жестоки. Золото — испорчено. Странные звуки доносятся с гор. Вдали — огромные крылатые звери. Никто не должен туда соваться. Никто.

— Крылатые звери, — пробормотал Алви.

«Драконы. Создательница, драконы!».

— Вы должны помочь нам, — сказала Сирена. — Не хотите денег? Хорошо, что тогда? Должна быть цена.

Гвинора мрачно посмотрела на Сирену.

— Как тебя зовут?

— Сирена.

— Сирена, цены нет. Я ничего не хочу. Мне ничего не нужно. И я точно не хочу помогать тебе или ему, — она указала на Ордэна. — Я лучше умру, чем вернусь на ту проклятую землю.

— Гвинора, — сказал Ордэн.

Казалось, на его плечи давило бремя. Словно он вдруг что — то понял, и это было сложно выносить. Медленно, как во сне, Ордэн вытащил прядь волос, перевязанную шнурком, из кармана. Рот Гвиноры открылся, она замотала головой.

— Нет, — рявкнула она.

— Прошло пятнадцать лет, Гвинора Вейберн, и я так и не забрал, — Ордэн протянул ей прядь волос. — Но теперь я делаю это.

— Ты не серьезно.

— Серьезно.

— Это? Прошло столько времени, и ты это хочешь?

— Да, — заявил он.

— Я могу нарушить обещание, — мрачно сказала она.

— Ты знаешь, что не можешь.

Она зарычала и отвела взгляд. Сирена видела бурю в ней. Ордэн перехитрил ее. Что бы ни значила та прядь волос, она сковывала, как связь Сирены с Авокой. Она знала, что Гвинора не хотела брать их за моря. Но она кивала.

— Хорошо, я сделаю это. Мне нужно собрать экипаж. Дайте мне пять дней, — сказала она.

— Три, — парировал Ордэн.

— Тогда три, — прорычала она. — Готовь своих. Путь будет трудным.

— Мы будем готовы.

Гвинора шумно прошла мимо них к двери. Она оглянулась и посмотрела в глаза Ордэна.

— Я тебя ненавижу.

Он кивнул.

— Я знаю.

Но она им поможет.

Через три дня… они пересекут моря.

6

Вояж

Сирена мало знала, какой экипаж нужен для серьезного плавания по океану Лакония, но сомневалась насчет тех, кого Гвинора собрала за три дня, данные ей Ордэном.

Корабль впечатлял. Три большие мачты с множеством белых парусов. Большой, как два крепких дома вместе. Вырезанная русалка была присоединена к носу корабля, и имя «Крестоносец» было написано на борту. Разномастная команда Гвиноры суетилась, но следовала приказам. Сирена еще не видела такой пестрый экипаж.

— Лучше так не смотри при Гвиноре, — предупредил ее Ордэн.

— Ты веришь, что они помогут нам проплыть по океану? — спросила Сирена.

— Если она так говорит, то они смогут.

Сирена кивнула. Ордэн знал Гвинору лучше нее. Было ясно, что он доверял ее суждениям, и что она сделала бы все, что нужно, из — за странной пряди волос.

— Ты объяснишь, почему она делает это для нас?

— Нет, — фыркнул он.

— Откуда мне знать, что она не нарушит обещание?

— Она этого не сделает, — он повернулся к ней. — Ты несколько раз спрашивала об этом за последние три дня. Моего слова не хватает?

— Не твоего. Ее, — Сирена кивнула в сторону Гвиноры.

Она кричала приказы потрепанному экипажу, который наполнял корабль припасами.

— Она в долгу передо мной.

— Почему? Потому что у тебя прядь ее волос? Это — связь?

Ордэн посмотрел на небо и выругался.

— Ты не отступишь, да?

— А ты меня не знаешь? — спросила она. — И это не обо мне. Мы всемером поплывем по океану. Авока и вовсе без сознания. Я хочу убедиться, что мы попадем туда. Насколько я знаю, Гвинора может передать нас пиратам, а то и хуже — Бьерну. Ты говоришь, что она сдержит слово, но почему?

Ордэн фыркнул.

— Я расскажу, но это — тайна.

Сирена кивнула.

— Конечно.

— Помнишь историю о моей сестре? Как она вышла за короля Аурума, а потом, когда ее убили, я убежал и был обучен убийцей, бывшим членом Гильдии, представителей которой мы встретили в Келле?

— Да.

— Гвинора училась со мной. Дристан был нашим наставником. Обученный в Гильдии, талантливый. Он сбежал от влияния Гильдии и начал заново в месте, где мог учить людей, не слушаясь их правил. Он хотел, чтобы у волшебников и не — волшебников было убежище. Он стал началом сети, помогающей магам. Сеть помогла Алви узнать, где я был в Альбионе, и так мы спасли тебя в день, когда ты убила бража.

Сирена слышала о Сети, видела ее в действии с леди Которн в Бьерне, но не знала ее историю и охват.

— Гвинора узнала, что на нашего наставника охотятся бражи. Ты знаешь сама, они не прекращают охоту. Они преследовали нас по всей Эмпории, пытаясь схватить тебя. Я покинул убежище к тому времени и ушел к большему и лучшему, как мне казалось. Гвинора нашла меня и молила вернуться. Она боялась, что Дристана убьют, и только я мог спасти его. Но я только встал на ноги в Тринненберге, сказал ей, что не знал, когда смогу пойти за ней. Она сказала, что, если я пойду с ней и спасу Дристана, она будет в долгу передо мной.

Сирена очарованно слушала. Ордэн не мог скрыть боль.

— Долг — серьезная цена, но в бьенканских мифах это нерушимая связь. Мы отрезали прядь ее волос и вместе перевязали бечевкой. И она отдала ее мне, когда я прикончил последнего монстра. Я ждал месяцами, и ничего не приходило. Я был уверен, что мы сбили их с его следа. Я убедил Гвинору, что он будет в порядке, и мы можем работать дальше. И я ушел.

Сердце Сирены разбивалось. Она знала, что стало с его наставником.

— И он умер.

Ордэн кивнул.

— Да. Гвинора винила меня. Сказала, что только я мог спасти его. Я хранил долг, но не из — за желания использовать его, — сказал он, взглянув на нее, — а как напоминание.

— Ты носил это с собой пятнадцать лет из — за одной ошибки?

— Нет. Это напоминание слушать и смотреть, куда ведет судьба. Я сказал себе, что в следующий раз, когда судьба вмешается в мой путь, я не стану ставить выше свои нужды, — он многозначительно посмотрел на Сирену. — И я так и сделал.

Сирена мягко улыбнулась.

— Слава Создательнице, что в этот раз ты послушал. Где бы я была без тебя?

Он рассмеялся.

— Осталась бы в лесах Аурума.

— Точно, — согласилась она и коснулась его руки. — Мне жаль, что ты не смог спасти Дристана, но ты знаешь, что он умер не по твоей вине. И Гвинора не должна винить тебя.

Ордэн следил за Гвинорой на палубе.

— Я понимаю, почему она винит меня. Дристан был ее отцом.

Сирена закрыла рот. Ох.

— Если бы был другой способ, я бы его нашел. Но… если она должна ненавидеть меня ради развития судьбы, так тому и быть.

Ордэн кашлянул и прошел на корабль. Сирена хотела бы верить в судьбу так, как Ордэн. Она была готова на все, чтобы проявить себя, даже поплыть по океану, но судьба казалась неясной. И каждый ее шаг приближал ее к концу, и она не знала, сможет ли победить.

Сирена посмотрела на остальных. Алви и один из экипажа Гвиноры осторожно поднимали на корабль Авоку на носилках. Матильда и Микел шли за ними. Вера улыбалась ей, следуя за сестрой и ее мужем. Осталась только Сирена.

Она повернулась к Бьенко, сделала последний шаг по его земле. Она покидала родину. Это отличалось от того, как она покинула Альбион в поисках Элейзии месяцы назад. Она оставляла позади саму Эмпорию. Она не знала, сможет ли вернуться. Она сделала еще один вдох, а потом ступила на трап и прошла на корабль.

— Добро пожаловать на «Крестоносец», — сказала Гвинора, драматично взмахнув рукой. — Долгой ему жизни.

— Доброе утро, Гвинора, — сказала Сирена.

— Чувствуй себя как дома, — она закатила глаза и ушла, покачивая бедрами.

Сирена нашла свою комнату и оставила там вещи. Большую часть принесли сюда заранее. Она вытащила второе письмо. Она все еще не открыла его. Что — то заставило ее передумать. Она хотела знать, кто ей написал, но в то же время… не хотела.

Нерешительность терзала ее. А потом она услышала сверху повышенные голоса. Она убрала письмо в карман и пошла посмотреть, что за шум.

— Ни за что! — сказала Гвинора, указывая пальцем на Матильду и Веру, спокойно стоящих в стороне. — Вы не будете так делать.

— Что за крики? — спросила Сирена.

Гвинора хмуро посмотрела на нее.

— Я согласилась взять вас. Но не позволяла никому делать то, что они пожелают, на борту.

— Мы просто предложили использовать магию Дома, чтобы наполнить паруса и помочь с морем, — сказала Матильда и криво улыбнулась. — Так было бы проще и быстрее.

— И твоему экипажу было бы не так сложно, — добавила Вера. — Я посмотрела на припасы и переживаю, что нам не хватит их на весь путь.

— Нам хватит, — рявкнула Гвинора. — Я — капитан корабля. Я — главная. Вы все равно не поможете. Вам нужно просто не путаться под ногами.

— Гвинора, стой, — сказала Сирена. — Может, они правы. Вчетвером мы можем своими силами сделать путь короче. Если мы быстрее доберемся до острова и обратно, разве тебя это не обрадует?

— Впятером, — сказала Гвинора. — Вас пятеро. Я считала.

— Да, пятеро, но Авока не может получить доступ к магии.

Гвинора фыркнула.

— Может.

Все три женщины потрясенно уставились на нее.

— Что? — прошептала Сирена. — Ты видишь магию Авоки?

Гвинора смотрела на них, как на идиотов.

— Конечно. Может, она и спит, но не мертва. Ее магия все еще живет и дышит. Ее аура такая же, как у вас. Больше как у него, — она указала на Микела. — Но я не хочу ничего иметь с магией. Ничего. Она лишь приносит боль и смерть тем, кого затрагивает. Я вижу, когда вы используете силы, так что не думайте, что я не замечу. Плыть четыре месяца. Смиритесь с этим, — и она ушла, фыркнув.

— А она приятная, — буркнула Матильда. — Нелогично не позволять нам помочь.

— Она боится своей силы, — отметила Вера.

— Глупо.

— Да, но это защита. Плохо, что путь будет долгим, но она взяла нас на корабль, другого способа все равно нет.

— Так мы должны быть благодарными? — фыркнула Матильда.

— Вежливыми, — исправила Вера.

Сирена улыбнулась. Ей нравилось видеть их вместе. Порознь они были умными, талантливыми и чудесными, но вместе они отличались ото всех в мире. В тот миг она была благодарна, что они учили ее.

— Это не значит, что мы не можем тренироваться, — сказала Сирена. — Особенно, если Авока может получить доступ к силам. Может, нам попробовать связь?

Вера кивнула.

— Стоит попробовать.

— Все же думаю, что можно спрятать магию от Гвиноры, — сказала Матильда.

— Мы будем уважать ее желания, — сказала Вера. Матильда хотела возразить, и Вера добавила. — Пока что.

Сирена улыбнулась им. А потом все произошло быстро. Они были у причала, готовые отправляться, а потом поплыли. Сирена поспешила к борту и смотрела, как они уплывали от Эмпории в океан. Она стояла и смотрела на Бьенко, пока берег не стал едва заметным. Она не знала, куда они плыли, и что найдут в конце пути. Им нужно было четыре месяца надеяться, что этот остров был с драконами, которых она искала.

Она сглотнула. Она не хотела плакать по жизни, которую оставила позади. Она вернется. Должна. Она слишком много оставила тут.

Дрожащей рукой она вытащила письмо из кармана и осторожно сломала красную восковую печать.

Сирена,

Как ты знаешь, твое присутствие, как и письма, не приветствуются в Элейзии. Если бы ты была до сих пор в темнице, где я тебя оставила, я уже получила бы твою голову. Ты участвовала в убийстве моих родителей. Теперь твоя страна сожгла всю мою столицу и убила мой народ, включая десять моих младших сестер.

То, что ты написала такое письмо принцу Дину обо мне — абсурдно. У тебя тут нет прав. Ты не можешь просить, чтобы кого — то, даже Базилла Селби, сделали лордом Элейзии. Не лезь в дела государства и мои дела.

Ты не получишь ответ брата. Он вернулся ко мне в Разин, чтобы помочь мне вернуть трон, и пропал с тех пор. Я не знаю, где он, хоть подозреваю, что он с тобой. Если это так, отпусти его из своих злых чар и скажи вернуться на его место. Ты достаточно навредила Элейзии.

Бриджит Эллисон, королева Элейзии

Сирена перечитывала письмо снова и снова. Бриджит была жива! Сирена была уверена, что все сестры были убиты в огне Элейзии. Дин точно обрадовался, что хоть одна из его сестер еще жива.

А после радости пришел гнев. Ее челюсть болела от того, как она сжимала зубы. Она не участвовала в убийстве, как и не просила Бьерн так поступать с Элейзией. Ее злило то, что Бриджит все еще обвиняла ее.

Ей не нравилось, что она написала письмо Дину по просьбе Базилла Селби. Она сделала это в обмен на то, что он провел их мимо пропасти в Келле. Он помог им, но они попали в засаду Гильдии и чуть не погибли от лавины. А потом они выбрались и нашли Микела в пещерах драконов. Базилл довел их до Ярроу и бросил.

Она не ждала ответ от Дина. И ее сердце болело, когда она писала ему… особенно о такой мелочи.

А теперь он пропал?

Он оставил их команду, чтобы вернуться в Элейзию и собрать страну воедино. Что могло быть для него важнее Элейзии? Явно не она. Его не было с ними. Он даже не знал, где ее искать.

В этом не было смысла. Как и в том, что Бриджит отвоевывала трон. Разве она не была королевой? Зачем ей отвоевывать трон?

Сирена растерялась сильнее, чем ощущала себя при отплытии от Эмпории. Бриджит боролась за трон. Дин пропал. Бьерн — Каэл — сжигал города дотла. Это она оставляла позади. Что она увидит, когда вернется?

Но ничего не поделать.

Она сделала выбор.

Она уже отплыла.

Эмпории придется спасать себя самостоятельно, пока ее нет.

7

Коронация

Калиана

Эдрик был мертв.

Мужа Калианы больше не было.

Ее ребенок, Алессия, остался без отца.

Бьерн — без короля.

Он лишь неделю был в могиле, а Каэл уже подготовил церемонию коронации. Он заявил, что им нужно быстрее показать свою силу другим народам. Отомстить за убийцу из Элейзии, убившего короля за то, что они послали Компаньона убить их монархов.

Крови пролилось достаточно. Она хотела отомстить за Эдрика… но не верила, что война была ответом. Но кто ее спрашивал? Никто, даже когда она была королевой. Теперь она была королевой — вдовой, и ей было суждено оставаться в стороне.

Ее ладони дрожали, пока она стояла на подставке, портниха подшивала ее черное платье для коронации. Она хотела бы оставаться в своих покоях весь год и скорбеть. Или забрать Алессию и убежать отсюда.

Двор был не местом для ребенка. И не местом для вдовы.

Если бы она могла уйти, уже это сделала бы. Было бы лучше, чем оставаться, попасть в монастырь или быть изгнанной, как консорт Шамира, когда отец Эдрика и Каэла, король Малтриер, умер.

Но теперь она должна была найти Каэла после коронации и просить о своей жизни. Умолять, чтобы она осталась тут с ним и их дочерью. Она не говорила ему, что Алессия была его, и он не примет ее теперь. Все верили, что это был ребенок Эдрика. И она не пережила бы позор.

— Вам плохо, — сказала леди Которн.

— Мой муж мертв, — прошептала Калиана. Она смотрела на женщину, не видя ее.

— Ваше сердце пустое.

— Вы и не представляете.

Женщина туже затянула платье на талии.

— Вам нужно поесть. Вы слишком сильно похудели.

— Как я могу есть?

Калиану не удивлял такой разговор. Она работала с леди Которн годами, обычно она была занята и упрекала помощниц. И игнорировала Калиану. Но теперь они говорили… и леди Которн переживала за нее.

— Послушайте, — леди Которн посмотрела ей в глаза. — Вы еще живы. Вам нужно заботиться о красивом ребенке. И нужно найти в себе силы продолжать.

— Знаю, — сказала Калиана. Она не могла поверить, что сказала это. Но ей было больше не к кому обратиться.

Дофина была мертва. Эдрик был мертв. Даже Сирена… пропала. И Калиана была в ужасном месте, раз Сирена была для нее вариантом.

— Если что — то нужно, — продолжила леди Которн, — что угодно, я рядом. Помните это.

Было странно это слышать. Но это успокаивало. Словно у нее было припасено средство, если наступит опасное время.

— Спасибо, — прошептала она.

И леди Которн улыбнулась ей и опустилась в реверансе.

— Конечно.

Но все испортил Каэл Дремилон, ворвавшийся в комнату.

Калиана посмотрела в его глаза через всю комнату. Глубины серо — голубого цвета когда — то сводили ее с ума, а теперь были безумными. И там была сила. Много силы.

У Каэла была магия. От этого ей было не по себе, даже от мыслей. Каэл и Сирена обладали такими силами. Она не знала, как такое было возможно. Магия… не существовала. Не могла существовать.

Но она видела ее своими глазами. Видела их бой в бальном зале, пылающий меч Сирены и тьму Каэла. Это было непонятным и пугающим.

— Добрый день, Калиана, — сказал Каэл с усмешкой, проходя важно в комнату.

Он уже снял траурный наряд. Калиана подозревала, что он и не плакал по брату. Они не были близки, всегда соперничали. Но теперь Эдрик ему не мешал… и Каэл получил то, что хотел.

— Здравствуй, — сказала она, стараясь прогнать слабость из голоса, но у нее не вышло.

Каэл коснулся броши на красной подушечке.

— Я хочу, чтобы ты была днем со мной на помосте.

— Д — да? — выдохнула Калиана.

— Покажем единый фронт.

Калиана склонила голову и разглядывала его. Зачем? Она не спросила, но хотела.

— Конечно, — сказала она вместо этого.

Он снова улыбнулся. Что — то темное и опасное поселилось в его теле. Она не знала, было это от магии, потери Сирены или смерти Эдрика, но Каэл сорвался с края, и она боялась, что он уже не сможет вернуться.

* * *

Калиана медленно взошла на помост. Ее сердце колотилось, пока она смотрела на толпу в бальном зале. Все места были заняты, многие были снаружи, радовались дню коронации. Ей было плохо от мысли. Неделю назад все горевали из — за смерти короля, а теперь радовались новому королю. Словно их можно было так легко менять. Словно жизнь Эдрика почти ничего не значила.

Она оставалась у золотого трона, смотрела на своих подданных. Компаньоны и Высший орден были всюду. Младшая сестра Сирены, Элея, сидела в первом ряду. Не так давно ее отдали на обучение Калиане, но двор изменился. И теперь… вряд ли кто — то исполнял свой долг, и никто не искал у нее советов.

Особенно Элея. Она была занята, следовала за Эдриком и Каэлом как щенок. Калиана прозвала ее Питомцем, ведь такой она и была. Без Эдрика она пускала слюни по Каэлу, даже в скорби. Отвратительно.

Она выглядела как Сирена, будто отражение, но выше, и она не вела себя как Сирена. Она не была такой проницательной, как ее сестра. Калиана не знала, что было в голове у той девушки. Если там вообще что — то было.

Загремели фанфары, и Калиана оторвала взгляд от Питомца.

Каэл Дремилон появился на пороге, восхитительный в зеленых и золотых красках Дремилона. Королевский герб, Д в огне, был вышит на его тунике, длинный зеленый плащ удерживала на шее золотая цепь.

И вдруг все изменилось. Ее мир будто накренился. Словно она видела что — то еще… и где — то еще.

Королевская спальня.

Мертвый Эдрик у ее ног.

Всюду кровь.

Калиана всхлипывала и умоляла пощадить Алессию.

Каэл смотрел на нее без сочувствия.

Смерть.

Калиана подавила всхлип, зажала рот рукой и отпрянула на шаг. Видение пропало. Нет, не видение… воспоминание. О том, что произошло в тот день. Она не знала, откуда оно пришло, и почему сейчас, но она вспомнила все.

Она снова видела зал, Каэл стоял перед троном, ждал золотую корону на его голове. Он взглянул в ее глаза, словно не мог поверить, что она устроит истерику посреди коронации. Он говорил, что они должны быть едины, но теперь она смотрела на него как на врага.

Она быстро взяла себя в руки и изобразила кашель. Она сделала вид, что болела и еще горевала. Может, если бы она упала в обморок, даже он поверил бы уловке.

Но она знала, откуда было то воспоминание. Она вспомнила ночь, когда сказала Каэлу, что Алессия — его ребенок. Ночь, когда Эдрика нашли мертвым в его спальне, залитой кровью. Это был не убийца из Элейзии, как все верили. И даже она долго верила в это. Но теперь правда была тут, она не могла это забыть. Не снова.

Разум оградил ее. Она не хотела помнить. Было так просто отогнать это.

Но теперь она знала.

На голову Каэла опустили корону.

— Долгих лет королю Каэлу Дремилону!

Каэл встал и поднял руки перед своими новыми подданными.

Они только что короновали убийцу короля.

8

Открытое море

Три месяца, двенадцать дней и пять часов.

Столько Сирена пробыла на борту «Крестоносца». Куда меньше времени потребовалось, чтобы она стала сходить с ума и сомневаться в своем решении сделать это. Синяя вода вокруг корабля. Она словно потеряла ощущение направления и была рада, что Гвинора вела команду и разбиралась в огромном океане.

Авока все еще спала. Они пытались соединить с ней свои силы, но без толку. Даже юмор Алви угас за эти месяцы.

Хуже того, припасы заканчивались. Еще две недели, и им приходилось есть сухари и жидкую кашу с ограниченной водой и вином. Все шло не по плану, а Сирена хотела уже убраться из моря.

Гвинора кивнула ей почти дружелюбно, пока она шла по палубе. Она не стала теплее к ним, но и не была такой враждебной, как раньше. Только когда они нарушили одно из ее правил. Но она уже далеко завела их, между ними возникло доверие.

— Сирена, — позвала Гвинора.

Она прикрыла глаза рукой и посмотрела на нее.

— Да?

— Посмотри.

Сердце Сирены подпрыгнуло. Может, они были близко к острову. Может, она его увидит. Еще две недели, но, может, им повезло, и Гвин немного ошиблась в расчетах. Может, они смогут сойти с корабля.

Она поднялась по ступенькам к Гвиноре, гордо стоящей за деревянным штурвалом. Отсюда было идеально видно все, что происходило внизу.

— У нас проблема, — тихо сказала Гвинора.

— Какая?

Гвинора нахмурилась.

— Для начала, это, — она указала на горизонт, и Сирена увидела тучи вдали. Грозовые тучи двигались вперед.

Сирена посмотрела на нее и осторожно сказала:

— Мы можем выстоять в шторм.

— Лучше обогнуть его.

— Нет. Ты сама видишь, что не выйдет. Не стоит тратить припасы и проверять.

Гвинора нахмурилась сильнее.

— Да. Придется плыть сквозь него.

— У меня есть талант к погоде, — еще тише сказала Сирена.

— Нет.

Сирена резко выдохнула носом. Это было глупо. Это спасло бы их от проблем и морской болезни, так что было хорошим вариантом.

— Это испытание, — сказала Гвинора. — Они послали шторм, чтобы увидеть, достойны ли мы.

Сирена хотела закатить глаза. Гвинора была суеверной. Это не удивляло, учитывая, что ее бабушка была мистиком. Но Сирена считала, что это была просто погода. Она могла справиться со штормом.

— Это не все, — сказала Гвинора. — Что — то преследует нас.

Сирена обернулась и посмотрела на горизонт в поисках корабля.

— Ничего не вижу. Корабля нет. Где ты его увидела?

Гвинора посмотрела в глаза Сирены.

— Не корабль. Это в воде.

Она оставила штурвал на минуту и указала на темный силуэт за ними. Сирена прищурилась, пытаясь понять, что видит. Нечто… огромное. Больше корабля. И это явно преследовало их.

— Что это? — испуганно прошептала она.

— Не знаю, — сказала Гвинора. Ее голос не дрогнул, но Сирена видела, что и она боялась.

— Давно оно преследует нас?

— Не уверена. Может, день. Я пыталась чуть сменить курс, надеясь, что оно проплывет мимо, но и оно поменяло курс. Оно преследует нас. Я еще не видела морских существ такого размера. Я не знаю, что ему нужно от нас.

— Создательница, — прошептала Сирена. — Я отыщу Матильду и Веру. Они знают больше меня.

Гвинора кивнула.

— Скорее.

Сирена поспешила под палубу. Матильда и Вера отдыхали в каюте, смеялись над чем — то, произошедшем с ними за две тысячи лет, что они пробыли вместе. Микел играл тихую мелодию на костяной флейте, которую носил с собой с пещер. Но от спешки Сирены они вскочили.

— Что такое? — спросила Вера.

— Что — то преследует нас. Большой силуэт в воде. Гвинора не знает, что это может быть. Что — то огромное. Я о таком никогда не слышала.

Матильда и Вера переглянулись.

— Мы посмотрим, — сказала Матильда.

Они вернулись вчетвером к Гвиноре и посмотрели на силуэт. Пока Сирена ходила за ними, то, что было в воде, стало ближе. Оно словно знало, что они смотрели. Оно уже не преследовало их скрытно, настигало их… удивительно легко.

Но Микел застыл от шока.

— Поднимай паруса, и все пусть садятся за весла, — рявкнул он Гвиноре.

— Не командуй на моем корабле, — заявила она.

— Корабля не будет, если это существо догонит нас.

— Что это, любимый? — спросила Матильда.

Заговорила Вера:

— Морской дракон.

— Да, — подтвердил Микел. — Они не произошли от драконов, но они опасны. Взрослые вдвое больше корабля, и они ударом хвоста с шипами могут потопить корабль. С таким столкнуться никто не захочет. Нам остается надеяться, что мы сможем обогнать его или показать, что мы сильнее, чем ему кажется. И нужно спешить, он догоняет нас.

Гвинора услышала панику в его голосе, поспешила на свой пост. Она стала отдавать приказы.

— Что нам делать? — спросила Сирена.

Микел посмотрел на Матильду и Веру, но они ждали его ответ.

— Я еще не сталкивался с морским драконом, не хотел этого. Матильда и Вера, за вами паруса. Сирена, мы с тобой будем с водой. Нужно увести корабль подальше от дракона. Если это не сработает, я боюсь, продолжения пути не будет.

Сирена кивнула.

Гвинора ошеломленно смотрела на них, когда они заняли места.

— Что вы делаете?

— Спасаем твою жизнь, — сказала Сирена. — Поблагодаришь нас позже.

— Вы решили использовать магию? — прошипела она.

— Да. Если кто — то против, скажи им, что нас преследует морской дракон, который хочет уничтожить этот корабль. Пусть сами с ним тогда разбираются.

9

Морской дракон

Экипаж был перепуган, пока они пытались уплыть от морского дракона. Сирена знала, что станет только хуже, и лишь потом — лучше.

Матильда и Вера двигались как единое целое, встав перед двумя самыми большими мачтами. Их руки двигались одновременно. Они расставили ноги, начали раскачиваться, собирая свою энергию и направляя ее к тяжелым парусам. Сирена смотрела, как они надуваются до идеальной формы, корабль быстрее несся по воде.

Микел поманил ее за собой. Паруса наполнил ветер, наступил их черед.

— Мати сказала, что у тебя сильная связь с водой, — сказал Микел. — Это хорошо. Нам нужно, чтобы ты нашла внутри себя центр.

Сирена послушалась, молясь, чтобы она справилась с таким уровнем магии без Авоки, усмиряющей ее силы. Она погрузилась в глубину внутри. Она казалась бесконечной, но Сирена знала, где было дно. Далеко — далеко внизу. Еще дальше, если она использовала магию крови. Она закрыла глаза и пыталась не думать об этом. Хватит и магии Дома.

— Хорошо, — сказал Микел, когда она открыла глаза и ощутила себя единой со своими силами. — Теперь ощути воду вокруг нас. Каждую каплю на корабле, брызги от волн, каждую унцию воды в бесконечном океане. Ощути все, Сирена.

Она вдохнула и сосредоточилась. Вода была естественной. Она была как дыхание среди других стихий. Первая ее стихия, как у Серафины. Она позволила магии течь сквозь нее, закрылась от остального мира и сосредоточилась только на воде.

Она была всюду. На всех. Вокруг них, в них и на них. Это было чудесно. А потом… кровь. Ее магия отвечала. Искала воду, находила всю воду. Заходила слишком далеко. Она ощущала количество воды в каждой капле крови в венах Микела. Она почти могла ощутить силу там. Он кипел ею. Магией лифа.

— Не так далеко! — приказал Микел. Его голос был строгим.

Она пришла в себя. Отпрянула от заманчивого притяжения силы.

— Все под контролем, — сказала она.

— Хорошо. Дальше не заходи, — сказал он. — А теперь повторяй за мной.

Сирена смотрела, как он расставил ноги в защитной позе. Она сбросила с плеч бьенканскую шаль, а потом заняла ту же позу. Он опустил руки до уровня колен, а потом поднял их, словно зачерпнул. А потом кругом, словно держал сферу воды в руках, повторил заново. Он шагнул вперед перед вторым кругом, начал на другой стороне. Это очаровывало. Плавно и просто. Но она видела контроль и силу за каждым движением. Это был не просто танец. Волна.

Сирена тренировалась, пока ее движения не устроили Микела. Ее тело двигалось в такт с волнами. Это освобождало, это было потрясающе.

— Хорошо. Можем поработать над техникой в спокойное время, — осторожно сказал он. — Теперь с движениями используй магию, чтобы она двигалась с твоей стороны корабля. Сначала мягко.

Сирена сосредоточилась и затаила дыхание. Она сможет. Она могла это сделать. Ей не нужна была Авока, чтобы работать с магией воды. И с уверенным Микелом рядом с ней она приступила к работе.

Было не так просто, как выглядело. Управлять количеством воды, которое было необходимо, чтобы двигать корабль вперед, было… безумием. Было очень утомительно. Пот стекал по ее вискам, и она посмотрела на Микела, чтобы убедиться, что все делала правильно.

— Да. Вот так. Я пойду на другую сторону, мы будем зеркалами. Будем двигаться вместе, — он нежно коснулся плеча Сирены. — Ты сможешь. Я в тебя верю, Дома.

Она кивнула и слабо улыбнулась ему. Он побежал по кораблю, который стал раскачиваться из — за набранной скорости.

Микел посмотрел на нее и кивнул. Сейчас.

Их движения были синхронными. Они тянули воду, делали круг, толкали потоком корабль вперед. Сердце Сирены колотилось от силы того, что они делали. Она слышала, как экипаж двигал веслами, боясь того, что корабль двигался без них. Он двигался быстрее, чем они могли грести. Но радость наполняла ее сердце от такого использования магии. Одна. Она делала это сама. Она не сбивалась. Она преуспела.

— Быстрее! — закричала Гвинора с мостика. — Оно догоняет.

Сирена уже не могла оглянуться на зверя. Она просто повторяла за Микелом, а он ускорялся, и они двигали корабль вперед.

Ее ноги дрожали, корабль дрожал под ногами. Хоть они управляли водой, море становилось буйным. Она подняла голову и поняла то, что не заметила по волнам. Они плыли к шторму.

Гвинора пыталась сменить курс корабля, но они двигались слишком быстро. Если она повернет слишком быстро, корабль накренится, и монстр догонит их.

— Плывем прямо. Гвинора! — закричала Сирена.

— Мы не переживем шторм.

— Лучше шторм, чем дракон!

Гвинора покачала головой, словно не верила вариантам. Она повернула к шторму впереди. Вид был ужасающим — черное небо в тучах и дождь на горизонте.

Но они не успели туда попасть. Сирена ощутила удар. Сила удара сбила ее с ног, и она упала на колени. Она охнула, ее магия отпрянула. Теперь с ее стороны корабля силы не толкали его вперед, и корабль сбился с курса.

— Сирена! — закричал Микел.

— Я в порядке, — она вскочила на ноги. И снова стала двигаться, чтобы исправить произошедшее.

Они стали двигаться снова, и она увидела, что их ударил морской дракон.

Вопль застрял в горле, огромная масса появилась под ее волнами. Она дрожала от страха. Они пытались обогнать монстра, но не справились. Некуда идти, некуда бежать. Оно поймало их.

— Оно тут! — завизжала она.

Словно услышав ее крик, морской дракон выбрался из воды и взмыл в воздух. Он был длиной с их самую высокую мачту, с перепончатыми крыльями, которые были вдвое шире корабля. Он заревел, и вода полилась из его пасти на них. Болезненный сине — зеленый цвет его чешуи искрился в угасающих лучах. Но Сирену больше тревожили три больших хвоста. Каждый был длинным щупальцем, как у осьминога, но с большим шипом на конце. И все же, хоть он был ужасающим, он оставался красивым, когда расправил крылья, покинув воду.

Монстр с хрустом опустил один из хвостов и разбил среднюю мачту.

Все на палубе закричали и побежали в укрытие. Матильда, управляющая той мачтой, едва успела отскочить, когда мачта полетела на нее. Микел поймал ее. Она тяжело дышала, на ее щеке был длинный порез, но в остальном она выглядела целой. Она кивнула и поспешила к ступенькам и третьей мачте.

Чудище нырнуло в море, послав к ним волну. Сирена держалась с борт изо всех сил, вода грозила смыть ее с палубы. Но Микел остановил волну и оттолкнул.

— Сирена, нужно продолжать! — закричал Микел.

Она заняла позу на дрожащих ногах. Ее чуть не выбросило за борт, и ей нужно было оглядеться. Микел двигал руками быстрее, чем когда — либо. Ничего не осталось, кроме как повторять за ним, пока Вера и Матильда направляли воздух в их паруса.

Но голова Сирены кружилась. Они не могли обогнать эту штуку. Они не переживут еще одну атаку. Если он рухнет на их корабль всем телом, они тут же утонут, и она не доберется до острова. Такое не могло произойти. Она не могла это допустить.

Они двигались так быстро, что врезались в шторм. Дождь застучал по палубе, промочил их одежду. Сирена тонула в дожде, едва видела, но дракон снова кружил под водой, даже в шторм. Она надеялась, что он не станет рисковать, но дракона это не пугало.

Корабль раскачивался, и она ощутила, как дракон врезался в судно. Она слышала внизу крики, бок корабля был пробит, вода хлынула в каюты. Она подумала об Авоке, а потом существо снова подняло уродливую голову. Оно целилось в мачту Веры. Она послала в брюхо зверя ледяные кинжалы, но они ударили по чешуе и отлетели без вреда. Она попыталась притянуть огонь, но без толку, так что сменила направление, ударив силой потока по голове дракона. Поток ударил с огромной силой, отгоняя дракона под воду. Но он все же успел взмахнуть хвостом и сбить вторую мачту. Вера удерживала мачту на месте, чтобы убежать из — под нее, а потом она рухнула.

Третья мачта стояла как маяк, только она удерживала их, кроме водной магии, которой она и Микел еще пытались направлять их вперед. Но шторм бросал корабль как игрушку.

Легкие Сирены пылали, и она не знала, что они будут делать, когда дракон вернется. А он вернется, в этом она была уверена. Вера только разозлила его. Не убила.

— Нужно что — то делать! — заорала Сирена поверх рева бури.

Но Микел не слышал ее, и ее слова унесло ветром. Она выругалась под нос. Бегство не сработало. Удар водой по дракону только разозлил его. Должен быть еще способ.

Она убрала мокрые волосы с лица и замерла. Они застряли в бесконечном бушующем океане посреди шторма, и морской дракон пытался убить их. Она выругалась и отпустила поток воды.

Она огляделась, пытаясь понять, как остановить эту штуку. Они не были беспомощными, у них было четыре мага и Гвинора, которая ощущала магию. Они могли справиться.

А потом в голову пришла мысль. Опасная и хитрая мысль.

— Микел, иди за мной! — крикнула она, пробираясь по ступенькам к месту, где Гвинора пыталась удержать корабль, а Матильда и Вера работали с последней мачтой. Микел появился на лестнице за ней. — Есть идея, — закричала она поверх воя ветра. — Нужно объединить силы. Мне нужно как можно больше энергии. Гвинора, это касается и тебя.

— У меня нет такой магии! — рявкнула она.

— Есть! — закричала на нее Сирена. — То, что ты не хочешь обладать магией, не убирает ее. У твоей бабушки есть магия. У твоего отца была магия.

Гвинора хмуро посмотрела на нее.

— Твоя способность ощущать — магия. Прими, кто ты, поскорее, или мы умрем.

Гвинора лепетала, но ответа не было. Сирена посчитала это согласием.

— Ждите, пока дракон появится, а потом соединим силы, — кричала Сирена. — Есть лишь один шанс.

— Что ты собираешься сделать? — спросила Матильда.

— Кое — что безумное.

Вера покачала головой.

— Только не выгори!

— Доверьтесь мне!

Они посмотрели на нее так, словно не верили, что она так говорила, но не спорили. Они доверяли ей. Полностью. Это объединяло их после всего, через что они прошли. Сирена могла это сделать. Она знала.

Морской дракон поднял жуткую голову, но Сирена была готова. Она удерживала свою магию, ощутила связь между Матильдой и Верой с легкостью, их окружал свет. Дальше присоединился Микел, отличался от сестер, но напоминал Авоку. Сирена взглянула на Гвинору, пока дракон поднимался все выше в темное небо.

— Сейчас, Гвинора!

— У меня нет магии! — завизжала она.

— Сейчас! Живо!

Гвинора всхлипнула, и Сирена ощутила связь. Нежное прикосновение, не похожее на то, какой была Гвинора. Но ощущалось правильно. Хорошо и правильно.

С пятью соединенными энергиями Сирена широко раскинула руки и повернула ладони. Она повернула лицо к небу, чтобы дождь свободно бил по ней. Никаких преград, только сладкая энергия и один миг.

Дракон достиг пика высоты, собирался упасть на корабль, и Сирена выпустила все, что у нее было. Она обуздала шторм, в который они попали, боролась с силой бури такой мощи, одолела ее и стала управлять ею. Она вытянула руку перед собой, открыла глаза, увидела врага и сжала кулак.

Молнии врезались в тело морского дракона. Они шипели, жгли сквозь чешую существа. Ток бежал по его костям, и на миг все, кто смотрел, ослепли от вспышки.

Стало тихо. Лишь стучал дождь, шторм угасал.

А потом с громким плеском монстр упал в воду. Корабль покачнулся, но все смотрели, как дракон погружался глубоко в океан.

Сирена отпустила связь, и магия всех отступила.

Она упала на колени на мокрые доски. Она судорожно дышала, грудь болела. Она склонилась, лоб ударился о палубу, пока она пыталась совладать с собой. Ее желудок сжался, и она думала, что ее вот — вот стошнит.

— Ты это сделала, — сказала Матильда с гордостью и восхищением в голосе.

Микел похлопал ее по спине.

— Молодец.

Сирена посмотрела на них, и Вера тепло улыбнулась.

— Ты далеко зашла.

Но Гвинора кипела.

— Не надо, — буркнула Сирена. — Давай в другой раз.

— Как нам попасть на остров?

— Магия, — прошептала она.

— Как ты смеешь…

— Не сейчас, — сказала Вера.

Она коснулась плеча Гвиноры и указала ей отойти от Сирены. Та была благодарна за это. Ей нужно было место, чтобы дышать.

Она отклонилась к перилам и закрыла глаза. К ее удивлению, солнце согревало ее лицо. Она обуздала шторм так, что он рассеялся. Как в тот день, когда она остановила ураган в Элейзии, чтобы спасти Дина. В этот раз она хотя бы не потеряла сознание. Хоть она подозревала, что это случилось бы, не объедини они силы.

Она услышала шаги по ступенькам, Алви и Ордэн потрясенно смотрели на нее.

— Ты это сделала? — выпалил Алви.

— Что сделала? — прошептала она.

— Представление с молниями.

Она кивнула.

— Это была я.

— Ты невероятна, — он широко улыбался. — Ты спасла наши жизни.

— Просто еще один рабочий день, — пошутила она.

— Не скромничай, Сирена. Тебе не идет.

Она рассмеялась, а потом не смогла остановиться. Они победили. Они одолели дракона и победили. Она не была уверена, что такое возможно. Был лишь один шанс, и она им воспользовалась.

— Создательница, — прошептал Ордэн со своей стороны мостика.

— Что там? — спросила Сирена. Она не могла скрыть страх в голосе, поднимаясь на ноги. — Он вернулся? Еще преследует нас?

Ордэн просто указал на воду.

Она прикрыла глаза от солнца рукой и увидела, что было на горизонте.

— Аландрия, — прошептала она.

10

Остров

Еще пять дней на воде, остров было видно. Две мачты были сломаны, почти все из экипажа обезумели от вида дракона и магии, и двигались они медленно. А еще все четыре мага сильно устали. Не лишились сил, но им требовалось время, чтобы восстановить энергию.

Утром шестого дня они добрались до большой круглой бухты и посмотрели на остров ближе. За бухтой виднелся город. Маленькие домики на берегу, крупные здания у гавани. Большие деревья росли, сколько было видно, достигая самых высоких гор из всех, что Сирена видела. Все дальше было скрыто горами.

Гвинора направила их к пристани, и ее экипаж стал закреплять корабль. Она ничего не говорила Сирене с тех пор, как ее заставили использовать магию. Они были живы, и это было важно. То, что Гвиноре было сложно принять, кем она была, не тревожило Сирену. Она такое проходила, Гвинора тоже разберется.

Все собрались на палубе, когда пришло время сойти на берег.

— Уверена, что это верное место? — спросила Сирена.

— Уверена, — рявкнула Гвинора. — Эджвуд — это порт. Аландрия — остров.

— Но Тимбр вроде говорил о людном рынке.

— Не моя проблема.

Ордэн снял шляпу перед Гвинорой.

— Спасибо. Ты отлично постаралась, и мы ценим это.

— Прочь с моего корабля, — заявила Гвинора.

— С радостью.

— Нам нужно найти гостиницу, а потом брать с собой Авоку, — сказала Сирена и взглянула на Гвинору. — Она и наши вещи тут в безопасности, пока мы ищем, где поселиться?

— Мне плевать, главное, чтобы вас не было на моем корабле, — буркнула Гвинора.

— Я останусь с Авокой, — вызвался Микел.

Сирена кивнула ему.

— Спасибо. За все.

— Ты быстро учишься.

Матильда фыркнула.

— Представь, как мы начинали.

— Эй! — возмутилась Сирена.

Вера рассмеялась.

— Ты едва могла двигать каплей воды, куда там океаном!

— Вы невыносимы, — сказала Сирена и сошла с корабля.

Ее первый шаг на остров вызвал дрожь на спине. Она не забыла слова Тимбра об этом месте. Гвинора не сошла с корабля, боясь проклятия. Но у Сирены не было выбора.

Ордэн, Алви, Матильда и Вера тоже сошли с корабля. Алви почти подпрыгивал, радовался, что покинул корабль. Он постоянно жаловался, что не мог ничего делать на борту. Он иногда играл с матросами, а потом они поняли, что он почти всегда побеждал. Но она знала, что индрес в нем рвался размяться. Он не мог сделать это в океане.

Сирена замерла на границе пристани и суши.

Ордэн похлопал ее по плечу.

— Это просто миф.

— Разве не все мифы — правда? — парировала она.

Он приподнял шляпу.

— Туше.

Они пошли к городку у моря. Деревянная табличка с белыми буквами сообщала, что они вошли в Эджвуд. Но красивое место, каким оно казалось с моря, казалось городом — призраком.

— Об этом месте говорила Гвинора, — сказала Сирена. — Но где все?

Мощеные улицы были пустыми. Все окна были закрыты, никто не торговал. Ветерок дул с гавани, но все равно было жарко, хоть солнце еще не достигло зенита. Они прошли по центру города, добрались до ратуши, но даже там двери были закрыты.

— Город кажется заброшенным, — сказала Матильда.

— Нет, — возразил Ордэн. — Есть следы. Может, просто магазины закрыты.

— Давайте узнаем, — сказал Алви. Он повернул к ближайшей двери и стал стучать, пока одну из дверей не открыли.

Худой мужчина в бежевой рубахе и плохо сидящих штанах посмотрел на Алви, скалясь.

— Чего надо?

— Здравствуйте, добрый господин, — сказал чарующе Алви. — Мы ищем гостиницу на ночь. Мы только прибыли, нам нужно куда — то поселиться. Вы знаете, где это можно сделать?

— Вариантов тут мало, — рявкнул мужчина. — Попробуйте где — то еще.

— Наш корабль пострадал, к сожалению, и мы не можем никуда уплыть. Нам сказали, что у вас шумный город, но мы удивились, никого не увидев.

— Не торговый день. Так что мы умные и внутри.

Алви смотрел на него, растерявшись.

— Когда торговый день?

— Когда — нибудь, — нетерпеливо сказал мужчина. Он посмотрел на небо и прикусил губу. — Не хочу, чтобы племя Венатрикс налетело. Вам стоит знать лучше.

— Племя Венатрикс, — неуверенно сказал он. — Конечно. Мы были бы рады попасть внутрь, чтобы спрятаться от них, если скажете, где гостиница.

— Ладно, — мужчина быстро дал Алви указания и захлопнул дверь перед его лицом.

— Приятный малый, — сказал Алви.

— Что за племя Венатрикс? — спросила Сирена.

Никто не знал. Они были в неведении на новой территории… в другом мире. И они прибыли не в тот день. То, как говорил мужчина, вызывало тревогу Сирены. Словно, если они не поспешат в гостиницу, кто — то опустится на них.

Они добрались до двухэтажного здания. Как и все в городе, оно было закрытым, выглядело непробиваемым. Не приветливым для гостей. Но тут хотя бы не было знака «Мест нет».

Ордэн постучал в дверь и крикнул:

— Есть кто? Мы ищем комнату.

Тишина. Он дернул ручку, но было заперто. Они растерянно оглянулись на пустые улицы.

— Попробуй сзади, — предложил Алви.

Они прошли к входу на кухню. Что — то странное происходило на острове, но Сирена не знала, что именно, или кем было племя, которое так всех пугало.

Ордэн постучал, и выглянула девушка. Ее янтарные глаза были огромными, но она обрадовалась при виде них.

— Вы… не Венатрикс?

— Нет, мэм, — сказал Ордэн. — Мы — путники, пытающиеся найти место для ночлега. Наш корабль пострадал, и наш товарищ сильно ранен. Есть место?

Женщина кивнула без слов. Она осмотрела небо, открыла дверь шире.

— Скорее. Скорее внутрь.

Сирена поспешила вперед, в темный интерьер. Одинокая свеча озаряла кухню. Как только все вошли, женщина закрыла дверь и тут же заперла ее. Она выдохнула с облегчением, повернулась к гостям.

Ее поведение тут же изменилось. Она улыбнулась, напряжение пропало из плеч.

— Откуда же вы? — мило спросила она, суетясь на кухни. — Люди обычно не посещают Эджвуд, кроме торговых дней. Вы, наверное, голодны. У меня есть засоленная свинина, я могу ее приготовить, и хлеб в печи.

Сирена сглотнула. Да, она хотела поесть настоящую еду. Но у нее было много вопросов.

— Это было бы чудесно, — сказала Вера, вмешиваясь. — Мы бы хотели поесть, а еще три комнаты и помыться.

— Ванна, — почти стонала Сирена.

Женщина широко улыбнулась им.

— Конечно. Я — Арелина. Почти все друзья зовут меня Лина. Я проверю хлеб, а потом все вам покажу.

Арелина была отличной хозяйкой. Вокруг было чисто, и она показывала им все вежливо и приятно. Если учесть, что в городе было пусто. У нее даже не было работников, кроме мальчика, выглянувшего из одной из комнат, пока она проходила мимо.

— Джекс, принеси полотенца нашим гостям, — сказала Арелина.

Его глаза расширились.

— Но если…

— Сейчас. Все будет.

Он убежал, выглядя испуганно.

Но Сирена не успевала задать вопросы. Арелина показала им ванную на первом этаже. Они потрясенно смотрели на большую ванну в полу и странные металлические трубы.

— Вы же использовали трубы раньше? — рассмеялась она. Никто не засмеялся с ней, и она показала им, как это работает. — Недавно появилось. Нам повезло получить это. Куда лучше, чем носить воду из колодца.

Она повернула вентиль, и вода полилась из крана в ванну внизу.

Рот Сирены раскрылся.

— Гениально.

Арелина улыбнулась ей.

— Пусть пока набирается. Ванна будет готова, когда вы устроитесь.

Они нашли свои комнаты, Сирена оставила свои пожитки наверху и проверила ванну. Это было чудесно. Идеальная температура, и не нужно было нагревать воду магией. Трубы были лучше магии. Она хотела бы узнать больше и рассказать об этом дома Рэе. Ее лучшая подруга в Бьерне была изобретательницей. Трубы восхитили бы ее.

И тут она поняла, сидя в одиночестве в ванне, как скучала по дому. Месяцы в море сделали ее кожу бронзовой. Ее волосы пришлось намыливать дважды. Она все еще ощущала соль. Но, несмотря на удобства, она ощущала желание вернуться домой. Хоть Бьерн уже не был домом, она не могла стереть его из сердца. И Эджвуд, и даже остров Аландрия ощущались чужими.

Она покачала головой и выбралась из ванны, вытерлась полотенцем и переоделась в чистую одежду, которую взяла с собой. Когда она оделась, Джекс пришел, спустил воду и стал набирать ванну для следующего гостя. Она улыбнулась мальчику и ушла в главный зал гостиницы.

По краям были кабинки, деревянные столы занимали центр. Пустая сцена в углу. Бар с разными видами алкоголя и стулья, стоящие идеальным рядом перед ним. Сирена могла представить Алви на сцене и шумную толпу за ним. Она моргнула, видение угасло. Она вернулась в реальность ситуации.

— Хлеб только из печи, — сказала Арелина. — Мясо скоро будет готово. Эль?

— Воду, спасибо.

— Будьте как дома.

Арелина наполнила стакан из очередного сооружения из труб и поставила перед ней.

— Так откуда вы? У вас странный акцент.

Сирена вскинула брови.

— Мы из Эмпории.

Арелина пожала плечами.

— Никогда не слышала.

— И я услышала об Аландрии недавно, — она попробовала хлеб и закрыла глаза, наслаждаясь поразительным вкусом.

— Вам повезло. Когда на следующей неделе откроется рынок, вы увидите невероятное. Все прибывают издалека на рынок Эджвуда.

— Почему все закрыто, когда не торговый день?

— О. Это. Мы на территории Венатрикс, — сказала она, словно это все объясняло.

— И что это значит?

Арелина рассмеялась.

— Вы точно не отсюда. Венатрикс — племя воинов. Они расширили свои земли за последние десять лет. Нас получили — или завоевали — два года назад. Они требуют с тех пор налоги, а порой мужчины на этом не останавливаются.

Сирена закипала. Она не хотела думать, что это значило, или чем они так раздавили этих людей.

— Это ужасно.

— С этим приходится жить.

— Вряд ли я бы смогла.

— Они не приходят, когда тут рынок. Много других людей может увидеть, что они делают. Так что мы стараемся не открываться днем. Ночью лучше. Вы сможете ходить снаружи, когда солнце сядет.

— Отлично. Я хотела бы осмотреться, — честно сказала Сирена.

Она хотела задать много вопросов. Но Арелина тепло улыбнулась и ушла на кухню проверить мясо.

Сирена доела свой кусочек хлеба, допила воду. Она хотела позвать остальных, но тут в дверь кухни постучали. Она взглянула в сторону, куда ушла Арелина, не понимая, кто мог стучать в такой день. Она уже поняла, что сегодня ходить по улицам Эджвуда не стоило.

Еще стук.

— Арелина, милая? — женский голос звучал ясно, а из — за акцента получилась «мивая».

Сирена вскинула брови. Любопытство пересилило ее, как обычно. Она встала и тихо прошла к двери кухни. Она не заглянула, но слышала приглушенные голоса.

— Любимая, — сказал женский голос.

— Ты не должна тут быть, — прошептала Арелина в спешке.

— Мы можем сделать это быстро.

— Нет. Ты можешь вернуться позже?

— Выгоняешь раньше, чем я получила эль и поцелуй, любимая?

Брови Сирены поднялись выше. Она не это ожидала, но теперь словно вмешивалась. Она думала, что пришли Венатриксы, а это был разговор влюбленных.

— Не в том дело, — сказала Арелина. Сирена почти слышала панику в ее голосе.

— Хорошо, если не будет поцелуя, дай хоть эль. Может, после эля ты начнешь меньше думать своей красивой головой, а больше — сердцем.

Сирена вернулась к стулу у бара, скрыла эмоции на лице, чтобы они не подумали, что она подслушивала. Дверь открылась, и Сирена увидела невероятно красивую женщину. Ее кожа была эбонитового цвета, а глаза — такими темными, что зрачки не удавалось различить. Черные волосы были гладко стянуты в высокий хвост и ниспадали до середины ее спины. Она была в черных кожаных штанах, которые сияли под стать ее шелковистой коже. Ее блузка была из пересекающихся серебряных монет, сияющих красиво, как чешуя морского дракона. Воротник из такого же металла был вокруг ее шеи с большим танзанитом, лежащим между ее ключиц. Она вышла из кухни с грацией охотницы, величавой, как королева.

Она посмотрела на Сирену и замерла.

— И кто это?

Арелина прошла в комнату.

— Она — гость.

— Гость, — женщина прошла вперед. — Два эля, Лина, любимая.

Арелина пропала из виду, но Сирена видела панику на ее лице.

«Она переживает, что ее девушка будет ревновать? В чем дело?».

— Рада знакомству, — сказала Сирена.

Женщина улыбнулась.

— Спасибо. А мы уже знакомы?

— Думаю, нет, — Сирена протянула руку. — Я — Сирена.

Женщина смотрела на протянутую руку, медленно протянула свою.

— Алура.

— Мне нравится твоя броня. Тебе идет.

Алура склонила голову.

— Откуда ты?

— Издалека, — уклончиво сказала Сирена. Чужака тут сразу замечали. — Откуда ты? Удивлена, что ты пришла к Арелине днем, учитывая происходящее в городе.

— О?

— Все выглядят напуганными.

— Я рискнула, — Алура села возле Сирены. — Ты прибыла на рынок? Что — то рано.

— Мы перепутали даты, — соврала Сирена. Она не знала, почему так делала.

Она была открытой с Арелиной. Что — то в ней вызывало желание говорить с ней. А от Алуры ощущалось, что ее репертуаром были тайны.

В этом не было смысла. Она только ее встретила. Но ей казалось, что она встретила того, кто был на ее месте. Понимал вес судьбы. По спине пробежала дрожь, но она не отводила взгляда.

Алура склонилась, оказалась в дюймах от Сирены.

— Арелине не нужны проблемы.

— Я и не собираюсь их вызывать.

— Хорошо, — Алура хищно улыбнулась. — Что — то в тебе есть. Не могу понять.

Сирена знала, о чем она.

— Я — просто я.

Это, конечно, было далеко от правды. Она была куда больше, чем казалось из — за потрепанной одежды и простой прически, пока ее магия была спрятана.

Алура собиралась ответить, но во входную дверь постучали. Алура повернула голову.

— Ох, только этого не хватало, — проворчала она.

— Что? Кто это? — спросила Сирена, глядя туда, откуда Арелина пришла с элем.

Ее лицо стало белым.

Дверь распахнулась, и внутрь прошел по — хозяйски мужчина. Его присутствие привлекало внимание. Он был высоким, крепко сложенным, и золотая броня подчеркивала его бронзовую кожу. Он выглядел как воин, пришедший с поля боя. Позолоченное божество вернулось со сражения.

Алура вскочила на ноги.

— Геррит, ты знаешь, что я справлюсь с гостиницей.

— Плевать на твои игры, Алура, — рявкнул мужчина. — Проблема на пристани. Какой — то новый корабль не хочет платить.

Сирена насторожилась.

— Простите?

Мужчина повернул голову в ее сторону.

— Тебя просили говорить?

— Это мой корабль, — рявкнула она.

Арелина тяжко вздохнула за ней.

— Ой, мама.

— Твой корабль? — Алура приподняла бровь. — А ты только начала мне нравиться. Почему бы тебе не лезть в это, и мы продолжим по — старому?

— Нет уж.

— Это в твоих интересах.

И тут Сирена поняла, кем были эти люди. Она должна была понять раньше, но отвлеклась на Алуру. Ее отношения с Арелиной помешали услышать то, что гудело подсознание.

— Вы из племени Венатрикс, — Сирена смотрела на них.

Алура улыбнулась.

— Ты о нас слышала. Видишь, Геррит? Мы популярны.

Сирена прищурилась.

— Если нападете на мой корабль, пожалеете.

Алура и Геррит рассмеялись.

— Поверь, милая, — Алура нежно потрепала ее за подбородок и пошла к двери с уверенностью того, кто уже бросал вызов раньше и всегда побеждал. — Только ты тут и пожалеешь.

11

Венатрикс

Сирена кипела от ярости, Алура и Геррит пропали за входной дверью. Она повернулась к Арелине.

— Ты встречаешься с кем — то из Венатрикс? — возмутилась она.

Арелина кивнула, кусая губу.

— Мои налоги стали меньше… и… я люблю ее.

Сирена чуть не закатила глаза, но сдержалась. Она не была на месте Арелины и не жила в этом мире. Она не знала, какие ужасы тут творились, заставившие Арелину так себя вести. Или любить того, кто обижал ее.

— Я вернусь. Мне нужно отогнать их от своего корабля, — заявила Сирена.

— Погоди! Ты не сможешь их одолеть, — охнула она. — Это воины.

Сирена сверкнула улыбкой.

— Как и я.

Она побежала по лестнице. Алви уже застегивал пояс с мечом. Ордэн стоял, скрестив руки, с гневом в глазах.

— Сестры тоже слышали, — сказал Алви.

И они появились на пороге.

— Пойдем? — спросила Вера.

Матильда улыбнулась.

— О, определенно.

— Хорошо, — сказала Сирена.

У нее не было племени ил армии, но были друзья. И они были лучше всех. Не из — за того, что они были магами, индресом или обученными убийцами, а потому что она любила их. Верность была сильнее от любви, а не страха. Она твердо верила, что вместе они могли покорить мир.

Они поспешили по лестнице, миновали расстроенную Арелину. Она прижимала к себе Джекса. Он испуганно посмотрел на них, и они пропали за дверью. Сирена не ощущала страх, только гнев. Алура и Геррит были бандитами. Венатриксы запугали город так, что они не покидали дома в дни, когда те могли появиться. Так жить нельзя было, и она остановит их, чем сможет.

Обратный путь казался короче, ведь они не блуждали по городу. Но у корабля было противостояние Гвиноры, Микела и матросов с шестью членами племени Венатрикс, стоящими на пристани. Все они — три мужчины и три женщины — носили металлическое одеяние, как у Алуры. Они были разного роста и телосложения, мускулистая женщина в центре явно была лидером. Дюжина косичек спускалась по ее голове и сплеталась в одну на ее спине. Ее черные глаза смотрели на подоспевшее подкрепление. Она кивнула, чтобы ее отряд двигался.

Алура приблизилась к Сирене и подмигнула.

— Мы снова встретились. Хотя я говорила тебе не лезть в это.

— Ты тут не главная, — отмахнулась Сирена. — Я хочу поговорить с твоим лидером.

Алура рассмеялась.

— Хитрая.

Вера вздохнула.

— Уверена, мы можем договориться без боя.

— А если мы хотим боя? — сказал Геррит.

Но женщина — лидер посмотрела на Веру. Она подумала, что Вера была главной, а не Сирена. Промашка.

— Я — Кая из племени Венатрикс, — она топнула ногой. — Мы правим в этих краях, и ваш корабль причалил к нашему порту. Вы обязаны заплатить. Крови не будет, если вы послушаетесь.

— И сколько нужно заплатить? — спросил Ордэн, хватаясь за свою тему.

Кая произнесла цифру такой величины, что у всех расширились от потрясения глаза, Ордэн засмеялся.

— Это не плата за пребывание, а стоимость корабля, — сказал он. — А уплыть мы, как видите, не можем, пока не починим корабль. Так что корабль стоит меньше, чем эта ваша плата.

— Это не моя проблема, — сказала Кая.

— Просто заплатите, — рявкнула Алура.

— Алура, это не твой бой.

Алура, казалось, хотела плюнуть Кае в лицо, но стальной взгляд лидера заставил Алуру отступить. Хотя это ее разозлило сильнее.

Сирена вытащила золотую монету из мешка и бросила Кае. Она подняла ее в воздух и покрутила.

— Плата за пребывание.

Клинки вытащили с обеих сторон, Кая хищно посмотрела на Сирену.

— Ты насмехаешься.

— Ваша цена преувеличена.

— Я не добрая, — Кая подняла руки, словно тянула что — то к себе, — но справедливая, — она хлопнула в ладоши, волна воздуха понеслась от нее к Сирене.

Но Сирена не двигалась, и воздух безвредно отлетел от барьера, который она воздвигла в начале разговора. Она опускала его, чтобы бросить монету. Она не доверяла этим людям и не собиралась расслабляться.

— Что… — охнула Алура.

— У кого из вас есть магия? — прорычала Кая, шагая вперед.

— Если не уйдете, узнаете, — сказала Сирена.

— Что за неуважение к ней? — завопила Алура. Она бросилась вперед, направляя меч на сердце Сирены.

Сирена ожидала гнев Алуры. Она хотела проявить себя в племени. Она была гордой и с яростью в венах. Сирена хорошо знала таких. И она знала, что нужно делать.

Она ускользнула от первой атаки Алуры, вытащила свой клинок из огня. Он трещал в пространстве между ней и Алурой на деревянной пристани. Алура не дрогнула и бросилась на нее. Алура была лучше с мечом. Она была в отличной форме. В идеальной. У нее не было плавности Гвиноры, силы Ордэна или грации Авоки, но было что — то другое.

Сирена не была хороша с мечом. Ее огонь и сила магии были ее настоящим оружием. Она билась с мечом Алуры, едва слыша общее недовольство, что это сражение происходило. Но Сирена должна была сделать это. Ей нужно было проявить себя тут, или Венатрикс будут приходить завтра и каждый день после этого. Они будут мешать Сирене, пока рынок не вернется, а она не собиралась позволять бандитам лишать ее еще дня.

Она воззвала к силе для следующей атаки. Она сделала финт влево, ударила справа, но Алура ожидала это и провела клинком по руке Сирены. Сирена зашипела, отпрянула на шаг. Хорошо, что она быстро исцелялась.

Но ей не нужно было доказывать, что она была лучше с мечом, ведь это было не так. Она понимала, почему Алви всегда выбирал сражения, в которых мог победить или схитрить. Это не было благородное сражение. Это была уличная драка. Чтобы победить на улицах, нужно учиться у Алви. Придется жульничать.

Сирена повернула меч, отвлекая Алуру, чтобы та сделала выпад вперед. Сирена взмахнула левой ладонью и воздухом сбила ее равновесие. Она вытащила из океана за собой шар воды и бросила в ее лицо. Стала раскачивать доски под ее ногами.

Возмущение на лице Алуры было достаточным доказательством. Они бились мечами, потом уже магией, или вообще не сражались. Она поняла это по металлу ее кольчуги.

Алура падала, но взмахнула ногами, оттолкнулась руками и быстро оказалась на ногах.

— Ты об этом пожалеешь.

— Алура, хватит, — сказала Кая.

Но Алура не слушала. Она перестала это делать, когда напала на Сирену.

Без магии Сирена не смогла бы с этим покончить. Она бросила меч и толкнула обеими руками. Воздух врезался в Алуру. Она заслонилась своей магией, но на миг позже. Сирена наклонила доску, на которой стояла Алура, и та с воплем упала в воду.

Кая смотрела на Сирену и корабль. Подозревала, что магия есть не только у Сирены. Могла думать, что у всех них была магия. И Венатриксы были в меньшинстве.

Голова Алуры появилась из воды, она сплюнула воду. Геррит склонился, чтобы вытащить Алуру, но Кая покачала головой.

— Оставь ее. Она пойдет в племя и объяснит своему отцу, почему опоздала.

— Думаю, вам всем пора домой, — сказала Сирена.

— Это не конец, — сказала Кая.

— О, это конец. Мы прибыли сюда мирно. Заплатили. Мы не хотим проблемы, как не хотите их и вы.

Кая не щурилась и не язвила как Алура. Она приподняла бровь и указала двумя пальцами на землю. Кая осталась последней, окинула Сирену взглядом.

— Ты не похожа на фейри, — сказала Кая.

— Я и не фейри, — сказала Сирена.

— Хм, — задумчиво сказала она и ушла.

Сирена не знала, что значило это «хм». Ей было интересно, откуда у Сирены, человека, магия? Она верила, что магия есть только у фейри? Наверное, она редко общалась с людьми, раз верила в такое. Магия была в Эмпории больше двух тысяч лет.

Когда Венатриксы, включая мокрую и разъяренную Алуру, пропали из виду, все смогли выдохнуть с облегчением.

— Они ужасны, — буркнул Алви. Он взглянул на Гвинору и Микела. — Как Авока?

— После всего этого ты переживаешь за девушку, которая все время спит? — поразилась Гвинора. — Она спит. А мы защищались от тех людей.

— Да, и мы вернулись к вам, — сказала Сирена.

— И мы не были бы разбиты, если бы не ты. Убирайте все свои вещи с моего корабля. Мне надоело иметь с вами дело.

Сирена скрипнула зубами, Гвинора развернулась и пропала с остальными матросами. Гвинора могла бы быть и повежливее. Но это, похоже, не было в ней заложено.

— Она одумается, — сказал Ордэн.

— Разве? — с сомнением спросила Сирена.

— Думаю, да.

Сирена повернулась к Микелу, который пошел проверить Матильду и Веру. Они не участвовали в этом сражении, к счастью. Хотя Сирена и не думала, что так будет и дальше.

— Как вы справились в первый раз?

— Гвинора и экипаж — отличные бойцы. Я и не ожидал от них, — он пожал плечами. — Я использовал немного магии, но все было под контролем, пока не пришли еще трое.

Сирена понимала его. Экипаж не был похож на матросов. Гвинора могла взять их на случай беды.

По просьбе Гвиноры они забрали свои жалкие пожитки, понесли Авоку между собой и покинули корабль. Сирена все еще собиралась защищать его жизнью. Гвин была права в одном: все было из — за нее. Она не позволит Венатриксам вернуться и угрожать им. Даже если у Гвиноры была хорошая команда, они не были равны.

Лицо Арелины, когда они вернулись в ее гостиницу «Дерево и ветер», стоило всего, что произошло на пристани. Она не ожидала, что они вернутся с того боя. Еще и всего лишь с царапиной на руке Сирены.

— Что случилось? — выдохнула Арелина.

— Я сказала ей, что она пожалеет, если полезет ко мне, — сказала Сирена, проходя мимо.

— И… они просто вас отпустили?

Сирена улыбнулась ей.

— Нет. Я их отпустила.

Глаза Арелины расширились от потрясения.

— Что… кто ты?

— Я — Сирена, и у меня очень много вопросов.

12

Рынок

— Значит, Венатрикс появились два года назад, и с тех пор вы живете в таком страхе? — спросила Сирена пару часов спустя, когда они собрались внизу за ужином и напитками.

Арелина кивнула.

— Не все из них плохие. Но мы не знаем, когда они появятся, только то, что они всегда приходят после торговли, когда кошельки полные.

Сирена скрипнула зубами. Она ненавидела этих людей за то, что они делали с Эджвудом. Она знала, что не могла всех спасти, но она хотела попробовать.

— Чем мы можем помочь? Где воины? Тут есть кто — нибудь с магией, кого мы можем обучить? Или собрать группу, чтобы противостоять этой тирании?

Матильда и Вера поджали губы. Они хотели возразить, но не из — за того, что не считали предложение правильным, просто им нужно было двигаться дальше. Венатрикс были не их проблемой.

Сирена подняла руку, чтобы они промолчали. Она читала их мысли, не погружаясь в их разумы. Все было написано на их лицах.

Но Арелина просто рассмеялась.

— Кем ты нас считаешь? Мы — портовый город. У нас есть парочка мужчин, которые берегут мир, но что они могут против чистокровных воинов Венатрикс? Еще и с их количеством?

Сирене не нравилось, что у нее не было ответа на это. Что они могли? Ничего. Они это делали, и вот куда это их завело.

— Вы можете попросить о помощи? Кто правил Эджвудом до появления Венатрикс? — спросила Сирена.

— Племя Галантэя, — сказала Арелина. — Но они не придут. Они бросили вызов Венатрикс и проиграли. Вряд ли они пойдут против них еще раз. Тем более, скоро турнир.

Сирена приподняла бровь.

— Какой турнир?

— Какой турнир? — поразилась Арелина. — Тот самый. Я думала, все о нем знали. Общество устраивает турнир для всех племен, и тот, кто победит, станет всадником дракона.

Сирена посмотрела на Матильду, Веру и Микела. Ее рот открылся. У нее не было слов из — за ее открытия.

— Они заставляют их состязаться? — потрясенно спросила Матильда.

— Их не ставят в пару по магии? — спросила Вера.

Арелина смотрела на их потрясенные лица.

— Я еще не была на таком. Уже пять лет такого не было. Алура сказала, что драконов не хватает на всех со способностью.

— Создательница, — прошептала Вера.

— Иметь способность и не соединиться с драконом — ужасно, — сказал Микел.

— Ладно. Турнир драконов. О, Создательница, — сказала Сирена. — Нужно многое обдумать. Когда это произойдет?

— Алура сказала, что отправится туда в начале следующего месяца, но я не знаю, начало там или она просто отправится туда. Хотите посмотреть?

Сирена медленно кивнула.

— Да. Я бы хотела посмотреть на турнир драконов, — а потом она покачала головой, чтобы прогнать мысли, что начали формироваться. — Сначала нужно понять, как защитить вас до того, как мы уйдем. Если Алура уйдет в конце месяца, осталась всего неделя до нашего отбытия. Куда бы мы ни направлялись.

— О! Это в Кинкадии, конечно.

Микел поежился.

— Кинкадия.

— Город света, — ответила Матильда.

— Вы о нем не слышали? — Арелина вздохнула. — Я всегда хотела попасть туда. Слышала, это самое красивое место в мире.

— Да, — тихо сказала Вера. — Мы о нем слышали.

То, как они вздыхали из — за этого слова, дало Сирене понять, что Общество в Эмпории знало об этой Кинкадии. Видимо, это было особое место, раз вызывало такую реакцию.

— Тогда в Кинкадию, — сказала Сирена.

— Я завидую. Хотела бы я туда попасть, — сказала Арелина.

— Ты можешь.

— И брошу гостиницу? — Арелина покачала головой. — Я никогда не смогу это сделать. Наши родители оставили мне и брату гостиницу. Мы не можем уйти.

Вера коснулась руки Сирены.

— Мы поможем, чем сможем. Спасибо за информацию, Арелина.

Арелина встала и потянулась.

— Спасибо за то, что сделали сегодня. Я еще не видела, чтобы кто — то выступил против них и выжил. И приятно не платить налоги хоть день.

Сирена провожала ее взглядом с болью в груди. Она ненавидела проблемы, которые не могла решить. Как она могла бороться с племенем воинов — магов, когда ей нужно было продолжать путь, а тут никто не мог за себя постоять? Это не было призраком в Фэне, где она смогла выследить его и убрать. Окружить город магическим барьером перед отбытием. Тут не было легкого решения.

Вера выждала, пока Арелина уйдет, и сказала:

— Ты знаешь, что не можешь помочь этому городу.

— Может, есть способ.

— У тебя нет тут власти. Тут нет королей, оказывающих услуги, нет знати, к которой можно обратиться. Ты — только ты и то, на что способна. Я хочу помочь, но мы многого не знаем об Аландрии.

— Тогда нужно узнать все, что можно, об Аландрии и турнире драконов. Похоже, я не смогу просто прийти в Общество и попросить дракона, — сказала Сирена.

— Это уже другая проблема.

— Важно, что ты хочешь помочь этим людям, Сирена, — спокойно сказал Микел. — Значит, у тебя есть сердце. И мне кажется, судя по разговорам тут и переменам в Обществе, этой земле не хватает сердца.

— Вряд ли этого хватит, — призналась Сирена.

— Не хватит, — согласился Микел. — Но это станет началом.

Сирена кивнула. Она его понимала. Она не могла помочь всем, кому хотела, но это не мешало ей стараться.

* * *

В начале следующей недели началась торговля. Сирену потрясли перемены в Эджвуде. Из маленького города, боящегося открывать двери из — за Венатриксов, они стали шумным портовым городом. Это видел Тимбр, сойдя с корабля.

Глаза Сирены искрились, пока они шли по людным улицам и большому городу из палаток, появившемуся на пустых полях за гостиницей. Увидев гостиницу полной людей, с менестрелями на сцене и выпивкой весь день, Сирена поняла, почему Арелина не могла все это бросить. В такие дни, к счастью, ей помогали девушки. Сирена не знала, как иначе Арелина справилась бы с такой толпой.

И хоть Сирена знала, что у нее были дела, она хотела просто бродить и смотреть на поразительные товары людей, прибывших из всей Аландрии. Она замечала красивые камни, пряности, о которых никогда не слышала, такой яркий шелк, что она не знала, кто его мог создать. Стеклодув установил палатку и создавал красочные изделия на глазах клиентов. Кузнец предлагал броню всех форм и разного вида, включая стиль племени Венатрикс. Мечи и кинжалы сияли на солнце узорами и камнями на их рукоятях.

Сирена взяла кинжал с большим рубином в рукояти. Он был прекрасным. Такого чудесного оружия она еще не видела.

— Превосходный вкус, миледи, — сказал мужчина за столом. — Можно?

Сирена отдала ему кинжал. Он осторожно взял его и взмахнул, как эксперт.

— Идеальный баланс, — объяснил он, держа кинжал на пальце. — Рубин должен был утяжелить его, но он легче, чем выглядит. Он был выкован из металла тендрилл из сердца гор Верт, так что легкий, как воздух. Когда бросаешь его, он вылетает из руки и попадает по мишени. Один в своем роде, — он отдал кинжал Сирене и указал на доску в конце его магазина. — Попробуйте, не стесняйтесь.

— О, нет… у меня нет навыков, — это умела Авока.

— Попробуйте, — он не принимал отказа.

Сирена ощущала себя глупо, когда мужчина повел ее к мишени.

— Важнее всего запястье. Остальное за вас сделает кинжал, — он показал раз с другим кинжалом, попал в яблочко. А потом указал ей бросить свой.

Сирена нахмурилась. Кинжалы не были ее сильной стороной, оружие вообще было не для нее. Она могла биться магией, но это?

— Не смейтесь надо мной, — предупредила она.

— Ни за что.

Она отклонила руку, как делал он, дернула запястьем и отпустила идеально сбалансированный кинжал. Он пролетел по воздуху и попал по цели. Ее рот раскрылся.

— Он заколдован, — сказала она ему.

— Нет, милая. Просто он лучший, — он вытащил кинжал из доски и посмотрел на ее ладонь. — Вы просто должны его взять. Он вам подходит.

Сирена посмотрела на мешочек с деньгами. У нее были на них другие планы.

— У меня нет на это денег. Я могу вернуться за ним после своих дел?

— Я не могу придержать его для вас, — расстроился мужчина.

— Конечно, нет, — она нахмурилась. — Но я вернусь. Обещаю.

Мужчина потерял интерес, раз она не покупала. Он опустил кинжал на стол.

— Не затягивайте. Металл тендрилл тут быстро раскупают.

Сирена кивнула, взглянула на кинжал и заставила себя уйти. Ей было куда потратить те деньги. Не стоило разбрасываться ими. Но она хотела вернуться и купить его. Сейчас.

Сердце билось в горле, она шла среди остальных палаток. Не было смысла дразнить себя другими красивыми вещами с рынка. Она шла, пока не добралась до места, о котором утром говорила Арелина.

Табличка гласила: «Плотник Голлик». Она прошла в мастерскую. Колокольчик звякнул сверху, и высокая женщина в простом коричневом платье встала из — за стола.

— Добро пожаловать. Как могу помочь сегодня?

— Здравствуйте. Арелина прислала меня из гостиницы и сказала, что Голлик сможет помочь мне починить мой корабль. Его чуть не разбил океан.

— Да, конечно, мы можем с этим помочь, — она улыбнулась. — Я могу послать Голлика оценить ущерб, а после этого мы сможем поговорить о цене, да?

— Это было бы чудесно. Спасибо.

Женщина вернулась в дальнюю часть, через минуту появился мужчина. Он был почти одного роста с женщиной, у него были песочно — каштановые волосы и ореховые глаза с вкраплениями. У него были мозолистые руки, длинные пальцы, идеальные для его профессии.

— Я — Голлик, — он протянул руку.

— Сирена, — она пожала его ладонь.

— Тебе нужно починить корабль, как я слышал?

— Точно.

— Давайте на него посмотрим.

Сирена кивнула. Она была уверена, что пройдет не так хорошо, как она хотела. Но как еще Гвинора могла отремонтировать корабль, если не хотела спускаться с него?

Голлик посмотрел на побитый корабль и присвистнул.

— Что его так потрепало?

— Морской дракон.

Он вскинул брови.

— И вы ушли?

— Нам повезло.

— Это точно.

Они подошли ближе к борту. Сирена скривилась, увидев Гвинору, идущую к ней.

— Голлик, это капитан корабля, Гвинора Вейберн, — сообщила Сирена. — Гвинора, это Голлик. Он — плотник, которого я нанимаю починить корабль.

Злость пропала с лица Гвиноры, сменившись удивлением.

— Д — да?

Голлик запрыгнул на борт и с пылом пожал руку Гвиноры.

— Отличный корабль, капитан. Слышал, вы смогли уйти от морского дракона. Вы невероятны, раз ваш экипаж пережил это.

— Я… спасибо, — Гвинора взглянула на Сирену, в ее глазах на миг засияла благодарность.

— Я осмотрюсь, а завтра приведу команду, и мы начнем, если вы не против.

— Да. Это было бы отлично, — сказала Гвинора.

Голлик улыбнулся и стал делать записи в блокноте, оставив Сирену и Гвинору одних.

— Ты не должна это делать, — сказала Гвин.

— Должна. Я тебя заставила сюда приплыть. Это моя ответственность.

Гвинора прищурилась.

— Зачем тебе это?

— Что?

— Ты пытаешься понравиться мне.

Сирена рассмеялась.

— Не глупи, Гвин. Ты сдержала слово. Я не буду приковывать тебя к месту, где ты не хочешь быть. Ты можешь уплыть домой.

— И как ты вернешься?

— Не знаю, — ответила она.

— Ты не такая, как я ожидала, — честно сказала Гвинора.

— Я часто это слышу.

Гвинора сделала шаг вперед.

— Может, ты та, кого всегда искал Ордэн.

— Хотела бы я, чтобы это было не так, — тихо ответила Сирена.

— Нет. Ты такая. Ты во главе. Люди следуют за тобой.

Сирена кивнула, потому что у нее не было слов из — за похвалы от Гвиноры.

— Он думал, что я была такой, — сказала она. — Но я не смогла спасти отца… так как я могу спасти мир?

Сирена не знала, что на нее нашло, но она коснулась руки Гвиноры.

— Я не смогла спасти родителей. Потеряла лучшую подругу, узнала, что она предательница. Моя спутница по связи в коме, может никогда не проснуться. Если я могу продолжать, можешь и ты. Ты не прикована к месту, и смерть твоего отца — не твоя вина. Я не знаю, смирилась ли с этим. Но ты сильная и гордая, ты можешь повлиять. Радуйся, что пророчество не говорит о тебе, Гвин. Ты выбираешь свою судьбу.

Гвинора кивнула.

— Спасибо.

— Может, мы снова встретимся на дальних берегах в лучших обстоятельствах. Надеюсь, однажды я смогу назвать тебя подругой, — сказала ей Сирена.

Голлик вернулся к ним.

— Все готово. Я отнесу записи жене. Она — разум всех дел, — он рассмеялся.

— Увидимся, Сирена, — прошептала Гвинора. Она протянула руку, и Сирена пожала ее ладонь — еще не друзья, но это было уже перемирием.

— До встречи.

13

Проводник

Сирена заплатила Голлику астрономическую сумму для починки «Крестоносца», не дрогнув. Ее пояс стал намного легче. Она надеялась, что им хватит на путь в Кинкадию и проживание в городе. Она не хотела спать в лесу.

Сверху звякнул колокольчик, и Сирена оглянулась и увидела Алви. Он кивнул на дверь. Она поблагодарила Голлика и его жену и вышла за Алви.

— Нашел кого — то? — спросила она. Он и Ордэн ушли, как только открылся рынок, чтобы отыскать проводника в Кинкадию.

Он кивнул и сказал:

— Вроде того.

— Как это понимать?

— Мы нашли проводника, Маркотта, и он собирается в путь по лесу Нуарвуд, но он уже согласился помочь другой группе.

— Он не может взять всех?

— Сказал, другая группа оплатила соло — путь. Ордэн пытается отыскать другую группу и уговорить их взять нас с собой.

— А если они не согласятся?

Алви приподнял бровь.

— Мы их уговорим.

— Конечно, — она вздохнула.

— Ты его еще не видела, — сказал Алви с круглыми глазами. — Он крупный. Как ствол дерева с большой бородой и луком с его рост на спине.

Сирена рассмеялась и взлохматила волосы Алви.

— Мой маленький индрес боится большого охотника?

— Эй! — он отогнал ее. — У меня есть гордость.

— Какая гордость?

Он ткнул ее локтем в бок.

— Ты мило обошлась с Гвинорой, кстати.

Сирена пожала плечами.

— Это меньшее, что я могла сделать. Мы заставили ее взять нас.

— Да, но она не была приятной эти месяцы. Я бы не винил тебя, если бы ты просто бросила ее.

— Я не могла так поступить.

— Хоть теперь кошелек стал легче? — спросил он, тряхнув мешочком на ее боку.

— Может, я одолжу у тебя немного, — она потянулась к его кошельку, и он зарычал.

Она рассмеялась.

— Ты не должен был учить меня трюкам.

— Я не должен был ничему тебя учить. От этого мои деньги пропадают.

— Кстати об этом, — она повела его по рынку.

— Почему мне кажется, что это мне не понравится?

— Я не могу перестать думать о кинжале, который увидела утром, — призналась она.

— Он красивый? Я знаю, что ты любишь милые штучки, — шутил он.

— Остряк.

Он расхохотался, но позволил отвести его к тому столу, теперь на нем была только половина вещиц, привлекших ее внимание. Он не врал, что кинжал не задержится. Красивого рубина уже не было. Она нахмурилась и вздохнула. Она не знала, почему не могла забыть о нем. Может, это должно было волновать ее, но она доверяла инстинктам. Что — то зудело в ней, говоря, что ей нужен был этот кинжал.

— Его нет, — проворчала она.

— О, слава Создательнице. Мой кошелек спасен, — он попытался схватить мешочек, но она забрала его. — Я жалею, что провел четыре месяца на корабле, где легко скучал.

Сирена прошла в палатку, нашла торговца, говорящего о мече в его руке. Он взглянул на Сирену, его улыбка стала шире.

— Простите, — сказал он мужчине и прошел к Сирене. — Ах, моя леди, вы вернулись.

— Я же обещала.

Он широко улыбнулся, склонился к закрытому сундуку и достал маленький кинжал с рубином на рукояти.

— Вы приберегли его для меня! — воскликнула Сирена, любуясь красивым оружием.

— Он подходил вам. Я не мог так легко отдать его другому, — сказал драматично мужчина и вручил его ей с почетом.

— Хороший вкус, — Алви забрал кинжал, не дав Сирене его коснуться. — Разве ты не презираешь кинжалы?

— Он мне подошел, — сказала она. — Он… не знаю… что — то в нем есть.

Алви резко посмотрел на нее.

— Думаешь, он зачарован?

— Магии там нет, — заверил их торговец. — Металл тендрилл лучшего качества, и рубин с той же горы. Лучше клинка не найти.

— Я его возьму, — сказала Сирена.

Глаза Алви расширились.

— Ты не хочешь подумать?

— Уже подумала.

Она заплатила, и он вложил кинжал в кожаные ножны. Алви поглядывал на покупку, пока они уходили.

— Уверена насчет кинжала? По моему опыту, неодушевленные предметы, вызывающие чувства, не приводят к добру.

Он указал на ее карман, где она хранила золотую монету из сна. Была она от богини разрушения или нет, она напугала Серафину и сестер так, что Сирена не собиралась ее использовать. Но это ощущалось иначе.

— Это просто кинжал.

— Но он зовет тебя. Почему?

— Не знаю, — честно ответила она. — Может, из — за камня. Если тебе будет лучше, я дам его сестрам, а потом уже буду везде носить.

Алви пожал плечами, словно ему было все равно, хотя это было не так.

Они вернулись в гостиницу, Арелина спешила принести гостям эль. Она помахала им, они ответили и поднялись наверх. Сирена дала кинжал сестрам, и они согласились проверить его. Ей не нравилось быть без него. Но кинжал не казался ей опасным, и Сирена не знала, как объяснить это остальным.

Ночью вернулся Ордэн. Проглотив ужин, они собрались в спальне наверху.

— Как прошла встреча с другой группой? — спросила Сирена.

Ордэн вздохнул.

— Они… странные. Это небольшая семья, их всего четверо. Казались нервными, и я не уверен, что они те, кем назвались.

— О? И кем они прикинулись? — спросила Вера.

— Простолюдинами из Бейбрука, прибрежного города в паре лиг отсюда. Но они хорошо одеты и могут оплатить личного проводника, — он пожал плечами. — Не знаю, что думать, но они согласились взять нас с собой.

— Любопытно, — сказала Матильда.

— Очень, — согласилась Вера.

— Какая разница, кто это? — спросил Микел. — Если они берут нас с собой в Кинкадию, то они могут быть хоть Венатриксами, главное — попасть туда.

Алви кивнул, но Сирена не была так уверена. Она много раз притворялась кем — то другим за последние два года. Но они не звучали умело. И личности скрывали по причине.

— Других вариантов нет, — сказал Ордэн. — Многие проводники не говорят с чужаками. Один плюнул в меня, — он сморщил нос с отвращением. — Маркотт сказал, мы уйдем через три дня. Нужно взять припасы для пути через лес. Охоты и капканы не помогут в глубинах леса, и идти придется неделю.

— Мы сможем, — сказал Микел. — Я все отыщу на рынке.

Ордэн кивнул ему.

— Хорошо. Подготовьте все, и через три дня отправимся в лес Нуарвуд.

— Спасибо, — сказала Вера.

Он улыбнулся ей, встал и пропал в коридоре.

Сирена вскочила и последовала за ним.

— Если ты к Гвиноре, она уплывет, как только закончится ремонт.

Ордэн застыл в коридоре.

— Она так сказала?

— Я ее отпустила. Сказала, что ее роль выполнена.

— Ясно.

Сирена робко шагнула вперед и посмотрела на него.

— Она сказала, что ты думал, что она — Наследница.

— Да.

— Думаю, она все еще исцеляется. Может, этот вояж ей помог. Мы расстались тепло.

— Ясно, — он посмотрел на нее. — Пора мне отпустить долг.

Он пропал раньше, чем она смогла что — то еще сказать. Ей не нравилось, что Ордэн носил этот вес на плечах. Что это произошло с Гвин. Сирена надеялась, что они оба смогут жить дальше с этим.

* * *

— Спасибо за гостеприимство, Лина, — сказала Сирена Арелине три дня спустя. Она быстро обняла девушку.

— Рада помочь. Приходите еще, — сказала Арелина.

— Придем, — сообщила Сирена. — Мы вернемся и попробуем исправить вашу беду.

Арелина рассмеялась.

— О, ты мне нравишься, Сирена. Хотела бы я с тобой отправиться в Кинкадию и увидеть драконов. Это просто мечта.

— Когда — нибудь.

— Тогда до встречи.

Сирена помахала на прощание Арелине и Джексу и пошла за друзьями из гостиницы. Их сумки были полными, припасы — рассчитаны, и все было готово для пути. Ордэн договорился, что Авока будет в телеге другой семьи. Они не спрашивали, почему с их группой была девушка без сознания. Еще сигнал для Сирены. Но пока все было им на пользу, и она молчала.

Вера подошла к Сирене, пока они пересекали рынок в поисках Маркотта. Она отдала кинжал, и Сирена бережно взяла его.

— Все хорошо?

— Да. Там нет магии или проклятия. Матильда, Микел и я попробовали все чары, которые знали, чтобы он показал свою сущность, но это просто клинок. Хороший, но без чего — то необычного.

— Тогда почему он поет мне? — спросила она.

— Может, потому что металл и камень из священной горы в Кинкадии, где было основано Общество, — сказала Вера. — Может, тебя зовет гора.

Сирена обдумала этот вариант. Ей нравилось, что кинжал был не чем — то особенным, а просто клинком. Ее клинком. Первый, который она купила сама, и первый, который принадлежал ей, не сделанный из огня. Она спрятала красивый кинжал в ножны, гора звала ее.

Маркотт ждал их на краю рынка. Он был таким, как и описал Алви — крупным и крепким. Ему подходила роль проводника по запретному лесу, он был в одежде земляных оттенков, и у него была длинная борода и огромный лук за спиной.

Сирена посмотрела на остальных. Она тут же увидела то, что заметил Ордэн. Телега с лошадью была наполнена сундуками и припасами. Их было четверо, качество нарядов варьировалось. Старший сын был одет лучше всех, хоть ощущал себя напряженно в этом наряде.

— Хорошо. Все тут, — сказал Маркотт. — Путь по Нуарвуду займет неделю. Держите себя в руках, пока не доберемся до заставы. Ничего не ешьте в лесу, если вы не брали это с собой. Надоело это подчеркивать. Нуарвуд ядовитый, вы умрете.

— Мило, — буркнул Алви.

— Идите за мной, и я проведу вас целыми. Если есть вопросы, задавайте сейчас, потому что путь долгий, пора выдвигаться.

Все молчали. Слова Маркотта не вызывали комментариев.

— Отлично. Идем.

Маркотт пошел к деревьям, и все поспешили за ним. Сирена поравнялась с остальными. Семья двигалась первой, стараясь не общаться с ее группой и не ловить взгляды. Сирена шла за их телегой, чтобы следить за Авокой.

Но она невольно оглянулась еще раз на красивый рынок и людей Эджвуда. Она мало времени тут пробыла, но город оставил след в ее сердце. Она пообещала, что поймет, как им помочь.

Это был не конец.

Это было только начало.

14

Питомец

Элея

Элея бездумно улыбалась, пока спешила по коридору. Компаньоны поглядывали на нее и быстро отворачивались. Они все знали, кем она теперь была. Питомцем короля. Она слышала несколько раз это прозвище, когда люди думали, что она не обращает внимания. Так было проще. Позволять людям думать, что она — дура.

Но она все еще была Штром.

Ее родители были Компаньоном и Высшим орденом. Ее брат был в Высшем ордене. Ее сестры были Компаньонами… и одна стала Консортом. Сирена.

Хотя… Элее не нравилось думать о ней.

Или о том, что она могла.

Или о том, кем она стала.

Или о том, как она бросила Элею этой судьбе.

Фальшивые улыбки. Бодрое выражение лица. Пустые глаза.

Это сохраняло ее жизнь. Это не давало им пытать и убить ее, как Рэю. А потом Эрена. Как всю Элейзию, которую Каэл все еще пытался разбить.

Она знала, что должна что — то сделать, но что именно? Ее родителей убили вскоре после ее избрания Компаньоном. Аралин была в Келле, и Элея не слышала ничего от нее. Рив и Сирена были предателями короны. У нее никого не было.

Но она была в фаворе у Каэла. Это привлекало к ней внимание. Даже если его интересовало только ее сходство с Сиреной. Даже если он использовал ее. Она не была слепой, как когда — то.

Она отогнала мрачные мысли и пошла дальше по коридору, не спеша в глазах остальных. В душе она хотела побежать, узнать, что Каэл хотел в такое время, а потом скрыться в своих покоях и спать из — за жуткой головной боли. Каэл всегда вызывал головную боль.

Каэл показал ей тайный проход в покои короля, куда он недавно переехал, чтобы она могла приходить и уходить. Но этой ночью она впервые могла использовать этот путь. Она огляделась, проверяя, что никто не смотрит, открыла дверь и пошла во тьме. Огонь горел в каждой пятой нише в стене, и она вела ладонью по стене, чтобы не сбиться.

Она замедлилась, пошла на носочках у покоев Каэла. А потом приоткрыла дверь и заглянула внутрь.

— Я знаю, чего она хочет, — прорычал Каэл Меррику.

Его страж стоял в дюймах от него, но Каэл все равно гневно повысил голос. Элея знала, что нельзя злить Каэла, иначе он вспыхнет. Она не знала, как Меррик стоял перед ним, когда он был в таком настроении. Хоть страж ей и не нравился. Что — то в нем вызывало у нее отторжение.

— Было бы глупо противиться ее зову, — ответил спокойно Меррик.

— Я не отказываюсь, — рявкнул Каэл.

— Собирается сила. Вы на законном месте, но не расслабляйтесь.

— Если бы я хотел твое мнение, Меррик, я бы спросил.

Меррик нахмурился сильнее. Но источал спокойствие.

— Вы движетесь к судьбе. Нужно быть готовым.

Элея прищурилась, подслушивая.

«Готовым к чему? Разве его судьба не в роли короля? Что они затевают?».

— Я буду готов. Я готовился с детства. Оставь меня, — тьма коснулась его пальцев, будто он собирался окутать ею Меррика просто за сомнения в нем.

— Поговорим об этом позже. Ваша встреча началась, — сказал Меррик.

Глаза Элеи расширились, она закрыла дверь. Она не хотела, чтобы ее поймали на подслушивании, хоть ее и вызвал Каэл. Она отпрянула на шаг, и дверь распахнулась.

— Элея, — сказал Меррик. — Почему ты не заходишь?

Она решила захихикать.

— Спасибо! О, Создательница, как тут темно.

Меррик хмуро смотрел на нее.

— Иди.

Она прошла внутрь и поспешила к Каэлу, опустилась в низком реверансе.

— Мой король.

— Меррик, можешь идти, — Каэл игнорировал Элею.

— Мы обсудим это позже.

— Пожалуй, нет.

Меррик нахмурился и вышел из комнаты без слов.

Каэл убрал ладонью ее длинные темные волосы с лица. Она ощущала желание, интерес и отвращение. Она все еще желала его. Она влюбилась в него в тот первый день в саду. И у них выросла дружба… или романтика за недели без Сирены. Теперь она не знала, что думать.

— Вы меня звали? — выдохнула она.

На миг он посмотрел на ее лицо, но взгляд был далеким. В эти мгновения она знала, что он видел не ее. Не ту, кем она была, а ту, на кого была похожа. Они даже не были близняшками, но были довольно схожи, чтобы он мог представить на ее месте другую.

— Мой король, — прошептала она.

— Элея, — он словно вспомнил ее. Его ладонь опустилась, он прошел по комнате, налил в бокал янтарную жидкость. — Ты же заботишься обо мне?

— Да, — это не было ложью.

— Ты не хочешь, чтобы мне навредили?

— Конечно, не хочу.

Он повернулся к ней. Его серо — голубые глаза пронзили ее взглядом, и ее голова закружилась, сердце трепетало.

— У меня есть для тебя работа, если ты не против.

— Что угодно.

Он допил свой напиток и медленно прошел к ней. Она затаила дыхание, а Каэл убрал волосы с ее плеч и провел пальцем по ее ключице.

— Ты прекрасна.

— Спасибо, — прошептала она, выждала миг, пока его глаза вглядывались все глубже в ее душу. — Как могу помочь?

— Мне нужно, чтобы ты доставила письмо к связному в городе и принесла его ответ.

Она рассмеялась снова.

— И все? Никто больше не может его доставить?

— Нет. Я не могу никому другому показать, что это доставлено. Ты должна сделать вид, что навещаешь старого друга. Ты из города, никто не станет сомневаться. Думаю, ты — хорошая актриса.

«Создательница! Он понял, что почти все это — игра?».

— Я попробую, — сказала она со смущенной улыбкой.

— Я хочу, чтобы ты постаралась, — он взял письмо со стола и протянул ей. — Я хочу, чтобы ты была очень убедительной.

Она взяла письмо и посмотрела на него. Простое, без адреса или имени. И печать не была печатью Дремилона. Она не видела такой символ раньше — двуликую деву с круглой эмблемой.

— Я умею быть убедительной, — сказала она. — Кому я это доставлю?

Он передал ей листок.

— Запомни адрес и уничтожь записку. Ты встретишься с мужчиной по имени Феникс.

Элея прошла адрес и уже поняла, где находился дом. Недалеко от места, где она жила с родителями. Хоть никого с таким именем она не знала. И не знала, что скажет этому человеку. Но она разберется.

— И, Элея, — король приподнял ее голову, — не открывай это письмо.

Она кивнула.

— И не подумала бы.

Это было проверкой на то, как хорошо она врала. Он не уловил ее игру и отпустил ее.

15

Сеть

Рэя

— Создательница! — завопила Рэя.

Она оттолкнула материалы. Ничто не работало. Она месяцы провела в доме, где оставили ее мастер Каро Барка и ее любимый, Эрен. Они сказали ей работать с Сетью, и что вернутся за ней. Но… никто не вернулся. Она ничего от них не слышала, и в работе не было прогресса.

Феникс молчал, стоя на пороге. Он вообще мало говорил. Его молчание было весомым, а слова — тем более. Она все еще не знала, что о нем думать, хоть жила с ним почти четыре месяца.

— Не получается, — сказала она ему, опередив вопрос.

— Получится, — он криво улыбнулся.

Она поспешила отвернуться от него. Она часто так делала в последнее время. Отсутствие Эрена после его признания в любви казалось намеренным. Он передумал? Она не знала, но вела себя странно. Поглядывала на мышцы Феникса под его рубахой. Или ее желудок трепетал от его улыбки. И она ждала его слова.

Уверенность Феникса могла сравниться только с Сиреной. Она нахмурилась от этого сравнения. Она скучала по Сирене. Та снова пропала, и никто не видел и не слышал ее. Рэя даже не знала, была ли жива ее подруга.

Если бы Рэя не знала Сирену всю жизнь, она бы подумала, что такое невозможно. Но ей казалось, что она поймет, если Сирена умрет. Они были связаны.

— Снова у тебя этот далекий взгляд, — отметил Феникс.

Рэя кивнула и взглянула на свою работу.

— Собираешься уйти и этой ночью?

Феникс пропадал каждую ночь. Она не знала, куда он уходил, или что делал. Это было частью его тайн. Он не был все время в доме. Она знала, что его комната была на последнем этаже, но он не использовал кровать, и там была библиотека. А у нее оставалось много времени подумать… о разном.

— Как раз собирался.

— Что ж… веселись.

Он ухмыльнулся, повел большими плечами и скрестил руки на груди. Она пыталась не пялиться на его мышцы.

— Хочешь пойти со мной?

— Ох…

— У тебя не получается воссоздать бомбы. Я знаю, что ты работаешь над чем — то другим, и это тоже застряло. Идем. Я хочу, чтобы ты кое — кого увидела.

— Ты серьезно? Хочешь, чтобы я была в делах Сети?

— Разве ты не уже там?

— Наверное, — сказала она.

Хоть так не ощущалось. Она все еще не понимала толком, чем была Сеть, и что она делала. Она знала, что в ней были Феникс и леди Которн, и многие люди думали, что Сеть — очень важна.

— Наверное или да?

— Да.

Так одна должна была сказать Сирене. Сказать да. Что она хотела уйти с ней. Что ее магия не была важна. Она хотела обладать смелостью подруги. Даже если обычно стояла в стороне.

— Хорошо. Идем.

— Погоди, сейчас? — спросила она.

Он улыбнулся ей.

— А когда еще?

— Ладно. А ты расскажешь, куда мы идем?

— По пути.

Рэя быстро схватила плащ с крючка в ее лаборатории и поспешила за Фениксом. Она спрятала свои темно — рыжие волосы и стряхнула с платья остатки черного порошка, над которым работала. Она надеялась, что выглядела подходяще для места, куда они шли. Она не покидала дом дольше, чем на пару минут, за время, что пробыла тут. Она волновалась из — за первого похода.

Феникс вывел их из дома и пошел по темному переулку в тишине. Они попали на хорошо освещенную улицу в стороне от рынка Лэлиш. Карета с лошадьми, какую Рэя давно не видела, ждала их. Мужчина отпустил поводья и открыл дверцу для Рэи и Феникса. Она удивленно взглянула на Феникса, но взяла за руку лакея и прошла в карету. Феникс — следом. Тут было тесно. Она никогда еще не ощущала его бедро так близко.

— Так… что происходит? — прошептала она.

— Цель Сети — защищать людей с магией. Это группа людей по всей Эмпории, которые знают, что давным — давно магия пала, и хотят ее вернуть. И что предрассудкам насчет тех, у кого есть дар, пора положить конец.

Рэя кивнула. До Сирены все это показалось бы ей бредом. Она даже не верила в магию. Она сказала ему об этом.

— Мы бы хотели заняться образованием. Но это помешает тому, что мы делаем за кулисами. Как ни странно прозвучит, магия Дремилона и Сирены в замке показали всем больше, чем мы могли бы за много лет. Магия снова проявилась.

Рэя кивнула.

— Да, и вот к чему она нас привела.

Феникс пожал плечами и задумчиво посмотрел на нее.

— К чему?

— Я о том, что после обнаружения магии меня бросили за решетку и пытали.

— Из — за магии или Сирены?

Она вздохнула.

— Я не люблю винить ее. Это не помогает. Я не требую от нее ничего за нашу дружбу.

— Хорошо. Потому ты здесь.

— Здесь — в Сети или в этой карете?

— И то, и другое.

Бледные веснушчатые щеки Рэи вспыхнули. Что — то во взгляде Феникса заставляло ее постоянно краснеть. Каждый взгляд что — то значил. Она не всегда знала, что именно. Но у нее был Эрен… она не хотела догадываться.

— Сети нужен кто — то внутри, — сказал Феникс. — У нас есть шпионы в ключевых местах, но никого возле короля, чтобы получать нужную информацию.

Рэя вскинула брови с вопросом на губах.

— У нас есть кое — кто на примете. Я ее встречал, но не уверен, подойдет ли она. Я хочу, чтобы ты это поняла.

— И как мне это сделать?

Он опасно улыбнулся.

— Потому что ты знала Элею всю жизнь.

— Элея? — охнула она. — С ума сошел? Я ужасно ее люблю, но она не может быть на нашей стороне. Она не ушла с Сиреной, когда должна была. Она выдала информацию о ней без пыток. Она — фаворитка при дворе, насколько я поняла. Как можно подумать, что она так поступит? Если она увидит меня, то выдаст.

— Думаю, многое изменилось при дворе после убийства Эдрика. Я хорошо сужу о характере. Она сможет.

Рэя потрясенно покачала головой.

— Я поговорю с ней, если ты думаешь, что это поможет, но мы лишь раскроем меня.

Рэя дрожала от страха, пока карета подъезжала к поместью, которое она узнала. Оно было недалеко от места, где она жила с родителями. Она не хотела о них думать. Она не слышала о родителях с тех пор, как попала во Второй класс. Для них… она перестала существовать. Пятно на их репутации. Не всем так везло, как Штромам.

— Идем. Сначала с ней поговорю я, потом отправлю к тебе, — Феникс помог ей выйти.

Он оставил Рэю в гостиной. Она пыталась успокоиться. Это была Элея. Рэя и Сирена всегда звали ее тенью, потому что она все время ходила за ними. Они подружились, когда стали старше, но сейчас Рэя переживала, что Элея была врагом.

К счастью, Феникс не затягивал.

Элея вдруг появилась на пороге. Ее рот открылся. Слезы выступили на ее синих, как у Сирены, глазах. Она была ужасно похожа на Сирену.

— Рэя? — охнула Элея.

— Здравствуй, Элея.

Не думая о том, что было между ними, Элея поспешила по комнате и обняла Рэю.

— О, Создательница! Я думала, ты мертва. Я не видела тебя после того, как вышла из подземелья. Я думала, что после произошедшего с Эреном, они нашли и убили тебя на рынке.

Рэя отпрянула и подняла голову.

— Что произошло с Эреном?

Элея открыла и закрыла рот пару раз, словно рыба без воды.

— Ты не слышала?

— Что не слышала?

— Он мертв, — прошептала она.

В ушах Рэи звенело. То, что говорила Элея после этого, пропало. Влетело в одно ухо и вылетело из другого. Белый шум.

«Мертв. Эрен мертв».

Она любила только его… ей хватило смелости любить его… и он был мертв. Мертв.

Ее ноги подкосились. В голове стало пусто. Все почернело.

А потом Элея оказалась над ней, повторяла ее имя.

— Что… что случилось? — спросила Рэя.

— Ты потеряла сознание. Воды?

Она покачала она.

— Нет. Просто… помоги мне встать.

— Мне так жаль, Рэя. Я думала, ты уже знала. Плохо, что я это тебе сообщила. Не верится, что Каэл это сделал. Что Эдрик отдал приказ и назвал Эрена предателем.

— Эрен… предатель? — она покачала головой. — Невозможно.

— Знаю. Это… неправильно, — Элея словно озвучивала то, что давило на ее плечи. — Я не знала, что делать. У меня больше никого нет в жизни. Приходилось выживать.

— Все хорошо, — сказала Рэя. — Ты не одна.

Элея рухнула в ее руки.

— Слава Создательнице. Все не так, и я не могу уйти. Я работаю на Каэла. Я не знаю, что еще делать.

Рэя глубоко вдохнула и взяла себя в руки. Этого хотел Феникс. Он хотел, чтобы она сделала Элею их шпионкой в замке. Она могла это сделать. Хоть это подвергнет Элею еще большей опасности, а не вытащит ее. Они нуждались в этом. И она знала, что Элея согласится.

— Есть вариант, — тихо сказала Рэя, хоть ей хотелось только забрать Элею в убежище.

Но они убили Эрена.

Эдрик и Каэл убили Эрена, назвав предателем, но он был благороднее всех в мире.

Она сделает все, чтобы свергнуть Дремилонов. Одолеть Каэла за такое убийство… и за множество жизней на совести Рэи за использование ее бомб, чтобы уничтожить Элею. Если Сети нужен был шпион, она уговорит Рэю. Иначе никак.

16

Лес

— Я больше не хочу ходить по лесу, — пожаловался Алви на следующий день.

Они бесконечно брели по темному лесу, Сирене казалось, что ее ноги отвалятся. Маркотт шагал бодро, но никто не просил остановиться. Даже самый юный мальчик из семьи, с которой они путешествовали, ничего не говорил. Казалось, лес Нуарвуд приглушал все вокруг. Тишина была абсолютной. Их движения были неуклюжими.

Ей не нравился такой лес. Совсем.

Все тут было зловещим. От черной коры и темно — зеленых листьев, которые словно пропадали в тенях, до мха, укрывающего тропу, грозя полностью захватить ее. Тьма была почти непроницаемой, даже днем. Маркотт раздал факелы, и они горели днем и ночью. Странный вой доносился из леса. От этого воя даже волоски на шее Алви встали дыбом. И Маркотт просил не есть ничего у тропы. Сирена не понимала, как все в лесу может быть ядовитым, но не хотела проверять.

Сирена смотрела вверх, стараясь что — то увидеть за переплетающимися ветвями.

— Клянусь, нас что — то преследует.

— Так и есть, — подтвердил Алви.

— Отлично, — Сирена покачала головой и поспешила к тележке, где была Авока.

Алви не успокоил, и она хотела быть ближе к источнику света, хотя у нее был свой.

Она хотела разжечь Огонь Дома и покончить с этими факелами, но Вера и Матильда настояли, что, после ее поступка с Венатриксами, стоило держать магию в тайне. У людей в Аландрии не было таких сил, было бы полезно приберечь свое оружие. Ради всех.

Сирена теребила кинжал на бедре, рассеянно вытаскивала его из ножен и опускала в них, пока смотрела на семью перед ними. Она знала, что должна их оставить. Они не говорили с ней. Но ей было любопытно. Родители не замечали их. Но мальчики вели себя иначе. Младший оглядывался и бегал вокруг телеги. Порой он указывал на лес и хихикал, словно видел то, чего не видели остальные. Но старший был серьезным и поразительно неуклюжим. Родители хмуро смотрели на него, пока он спотыкался среди мха. Но Сирена могла поклясться, что лес ставил ему подножки.

День тянулся, и любопытство победило. Когда старший мальчик споткнулся в следующий раз, Сирена бросилась на помощь. Она схватила его за руку и подняла.

— О, ты в порядке? — выдохнула она.

Он взглянул на нее так, словно увидел взрослого индреса.

— Ох, да.

Вблизи она поняла, что это был не мальчик, а юноша. Он выглядел не старше Сирены, но младше своего возраста. Он был длинным, тощим, без бороды, с темными волосами и мягкими чертами.

Она улыбнулась ему, а он выпрямился и отпрянул от нее.

— Нас так и не познакомили. Я — Сирена.

— Кхм, привет, — сухо сказал он, не глядя на нее. Он уже повернулся к тропе.

Сирена шла рядом с ним.

— Вы направляетесь в Кинкадию. Когда — то уже были там?

Он прищурился.

— А что?

Она пожала печами.

— Мы там не были. Я подумала, что вы знаете, как там.

— Как в других городах.

Он повернулся и попытался обогнать ее, но Сирена не дала ему оторваться.

— Так были?

Он скривился.

— Зачем столько вопросов?

— Я думала, нам стоит познакомиться, раз мы будем идти по лесу неделю.

— Я… не должен это делать, — сказал он.

— Почему?

Он посмотрел на родителей и брата. Его мама оглянулась и нахмурилась, увидев, что он говорит с Сиреной. Она помахала ему ускориться.

— Просто… не должен.

— Ладно, — сказала она. — Я не могу даже узнать твое имя?

Он покачал головой.

— Прости.

— Как же мне тебя звать?

— Просто… Фэллон.

— Фэллон, — улыбнулась Сирена. — Ордэн сказал, что вы из Бейбрука. Как там?

Он поджал губы, хорошее настроение пропало.

— Я не хочу говорить ни с тобой, ни с другими, — и он пошел прочь от нее, стал поближе к родителям.

Сирена скрипнула зубами и продолжила идти в тишине. Ее раздражала скрытность этой семьи. У нее был миллион причин скрывать правду о себе. Но она пыталась заводить друзей.

Она покачала головой, пытаясь забыть об этом.

Пару часов спустя Маркотт позволил им остановиться на ночлег.

Сирена чуть не рухнула на землю. Ее ноги дрожали, желудок урчал. Они разложили припасы вокруг большого костра, который Маркотт развел высоким, чтобы тот озарял их лица. Ордэн раздал им ужин, и они ели в тишине, слушая хор зловещих звуков из черного леса.

Их проводник тоже был тихим, лишь кричал на младшего брата Фэллона, когда тот отбегал в сторону или пытался чего — нибудь коснуться.

Но, когда они доели, Маркотт склонился, его лицо заблестело в свете огня, и сказал:

— Любите истории?

Все переглянулись, словно удивились его вопросу.

Но ответил Алви:

— Я обожаю истории.

Фэллон и его брат согласились, к недовольству их родителей. А потом все закивали. Только бы разбить тишину и уханье с воем в ней.

— Аландрия когда — то не была заселена людьми. Тут были разные виды жизни — от черных волков в лесах до водных пчел, от роскошных павлинов — фениксов на севере до, конечно, драконов в горах. Фейри прибыли и хотели забрать остров себе, но им помешал огненный дракон, Ферринкс. Он правил драконами, гордый и благородный зверь, к тому же очень умный. Ферринкс сказал, что, чтобы в мире жить в Аландрии, все должны преклониться перед драконами, — Маркотт серьезно смотрел на них. — Два правителя, Ажар и Вазил, заявили, что никому не подчинятся. Ферринкс и его драконы предложили им уйти или погибнуть, но они не стали слушать, и началась столетняя война между драконами и фейри. А потом девушка — фейри, Ирэна, вышла и сдалась. Она поклонилась, и Ферринкс позволил ей говорить от ее народа. Она предложила сделку.

— Сделка Ирэны! — завопил восхищенно младший мальчик.

Сирену потрясала история. А та семья ее уже узнала.

— Да, сделка Ирэны, — со слабой улыбкой сказал Маркотт. — Они договорились, и все фейри должны были поклониться драконом, кроме тех, кто мог связываться с ними. Те несколько фейри стали всадниками и образовали совет, который говорил от лица фейри с драконами. Ирэна первой стала всадницей. Ее сделка создала Общество.

Младший мальчик хлопал.

— Вы не рассказали, как Ажара и Вазила убили, потому что они не были согласны со сделкой.

— Хочешь рассказать историю, малый? — спросил Маркотт.

— Нет, — буркнул он.

— Хорошо. Я закончу, — он повернулся к огню, Сирена склонилась ближе. — Мир держался много поколений. Даже когда стали прибывать люди. Но фейри становилось все больше, и многие были недовольны количеством всадников драконов. Они разделились на четыре группы в зависимости от взглядов на использование магии.

— Знаю. Я знаю! — мальчик завопил, подняв руку.

— Тиг, ты успокоишься? — возмутилась его мама.

— Пусть мальчик говорит, если он знает, — предложил Маркотт.

— Добро, мощь, рутинная работа и ничего! — завопил Тиг.

Маркотт улыбнулся мальчику.

— Да, малый. Первая группа верила, что магию нужно использовать во благо — исцеление, забота о больных и бедных, защита окружающей среды. Они перебрались из долины на восток, на территорию Виланд. Вторая группа сказала, что важнее мощь. Они хотели использовать силы, чтобы завоевывать. Они отправились на запад, где нынче территория Вудлок. Третью группу мы зовем продуктивностью, но малый сказал о рутинных заданиях. Они верили, что магия должна упростить жизнь, но все остальное нужно было заслужить. Они были учеными, писателями и творцами — великие мыслители. Они отправились на север, подальше от остальных, в Тосин. И последняя группа верила, что манию не нужно использовать.

— Не нужно? — растерялся Алви. — Зачем обладать такой большой силой, если ее не использовать?

Маркотт рассмеялся.

— Так говорили другие группы, но это не изменило их взгляды. Они считали, что магия была проклятием. Они запретили все традиции с ней и нашли способы направлять ее в предметы. Многие были прекрасными изобретателями, создавшими волшебные артефакты. Их навыки были непревзойденными. Когда они ушли на юг в Моран, они попытались порвать связи со всеми землями, но Общество правило всеми. Так и по сей день.

Голова Сирены гудела от информации о прошлом Аландрии. В других мирах, как у нее дома, эти истории считались бы мифом, но эти люди знали, что это была правда. Что фейри ходили по этим землям, потому что были предками первых жителей.

— Как они из четырех групп перешли к племенам? — спросила Сирена, любопытство пересилило.

— Даже единомышленники ссорятся, — тихо сказал Фэллон.

— Да, — сказал Маркотт. — Со временем группы распались на двенадцать племен, которые есть и сейчас. Они росли, распадались, появлялись новые племена, но Общество больше не позволяет больше двенадцати мест. И каждое племя выдвигает четверых кандидатов в борьбе за место в турнире.

Сирена взглянула на Матильду и Веру, та подняла руку, словно говоря, что они обсудят это позже.

«Но как мне попасть на состязание, где только двенадцать мест, если я — не часть племени?» — она была чужаком. Это было невозможно.

Алви коснулся ее колена.

— Мы придумаем.

— Теперь всем нужно поспать, — сказал Маркотт. — Впереди долгий день, и я хочу вывести вас из леса как можно скорее.

Все засуетились, и Сирена встала, чтобы размять ноги и помочь со спальными мешками. Но ее разум был не тут.

— Идем, — сказала Вера. Она поманила Сирену и Матильду в сторону ото всех. Они отошли, Матильда сжимала факел. Лес был жутким, и Сирена дрожала, лишившись защиты группы и большого костра.

— Что делать? — тут же спросила Сирена. — Турнир драконов, где я даже не могу участвовать? Все это было напрасным? Я знаю, что Серафина послала меня за драконом, который поможет с магией духа, но я теряю надежду.

— Информации не хватает, чтобы понять, как тебе попасть на турнир, — тихо сказала Вера.

— Ты с тремя членами Общества, и наши драконы здесь, — сказала им Матильда.

Рот Сирены потрясенно раскрылся.

— Ваши драконы здесь? И я узнаю только сейчас?

— Мы ощущали их с тех пор, как попали на остров. Сложно не звать их, — сказала Вера.

— Очень сложно, — сказала Матильда.

— Что? Почему же? Мы не можем просто полететь на ваших драконах в Кинкадию?

— Нет, — сказала Вера.

— Вряд ли, — согласилась Матильда.

— Мы не знаем, в какую ситуацию попадем, и мы не видели своих драконов две тысячи лет. Нам нужно осмотреться, а потом показывать свою силу. Если мы позовем драконов, за нами могут прийти другие.

— Зачем им это делать? — спросила Сирена.

Матильда и Вера переглянулись.

— Ты не слушала? — спросила Вера.

Сирена слушала. Но не понимала, на что они намекали.

— Драконов мало, — раздраженно сказала Матильда. — Если они нас найдут, могут убить, чтобы связать себя с нашими драконами.

Рот Сирены раскрылся.

— Вы шутите. Это варварски.

— Мы не знаем, как мы и сказали, — призналась Вера.

— Мы хотим думать, что нас примут с распростертыми объятиями, но это место не такое, как мы ожидали, — сказала Матильда.

— Но важно использовать силы осторожно.

— Ладно, — тихо сказала Сирена. — Я доверяю вам. Надеюсь, мы доберемся целыми. Может, мне связаться с Серафиной? Может, она подскажет?

Вера побледнела.

— Нет.

— Нет? — растерялась Сирена.

— Помнишь о темной силе? — спросила Вера. Сирена кивнула, Матильда помрачнела. — Если Сэра боялась общаться с тобой, пока сила была слабее, то и сейчас стоит не пробовать. Лучше выждать, пока с тобой не будет дракона, а потом связываться с ней.

— Ладно, — Сирена вздохнула. — Просто не нравится не знать, что нас там ждет.

Вера похлопала ее по плечу.

— Мне тоже. Пойдем за проводником и разберемся с проблемами уже в Кинкадии.

— По одной проблеме за раз, — буркнула Сирена.

17

Семья

Брешь между группой Сирены и семьей Фэллона оставалась заметной весь путь по лесу. Сирена не знала, что о них думать, и она случайно смогла узнать, что мать звали Фенрой. Она не знала имени отца, не услышала ничего нового после истории Маркотта в первый день.

Когда они добрались до заставы у небольшого города у реки, названного Перекрестком, их нервы были на пределе, глаза отвыкли от яркого света за лесом. Тиг побежал по широкой поляне, мог, наконец, размять ноги и бегать, как подобало ребенку.

Но Маркотт обещал только одну ночь там, а потом они отправятся к горам Верт. Еще пять дней они будут проходить по горам, а потом два дня — спускаться в долину. Сирена была рада, что Аландрия была меньше Эмпории. Она не смогла бы пересечь половину континента за две недели.

Маркотт отвел их в гостиницу у реки.

— Встретимся завтра на рассвете, — и он пропал из виду.

Сирена взяла свои пожитки в свою комнату, помогла устроить Авоку на кровати. Она проверила ее жизненно важные органы, проверила, что ей хватает питательных веществ. Она стала разминать руки и ноги Авоки, как могла. Она собиралась найти кого — нибудь в Кинкадии, чтобы исцелили Авоку, и она хотела, чтобы та была в форме, когда придет в норму.

Ордэн ушел за припасами. Алви предложил посидеть с Авокой. Сестры и Микел ушли, как только оставили вещи, и Сирена на весь вечер оказалась одна.

Она знала, что должна сделать что — нибудь полезное, но хотела просто поупражняться с новым кинжалом. Она не успела до их отбытия, а потом боялась потерять его в лесу.

И она поспешила из гостиницы в конюшни сзади. Сирена нашла брошенный кусок дерева, поставила его как мишень. Она вытащила кинжал и взвесила его в ладони. Она сразу ощутила покалывание, рубин заискрился. Было приятно, словно прохладная вода на коже или мурашки от красивой мелодии. Она подбросила кинжал и рассмеялась, когда он упал на землю у ее ног. Она, может, и могла его метать, но крутить не получалось.

Она отвела руку, оценила расстояние и бросила кинжал в дерево. Он попал в нижний правый угол. Хотя бы попал. Она вытащила кинжал и бросила его снова. Взгляд, отвести руку, поменять угол, взмах, полет. И так снова и снова.

Каждый раз кинжал ощущался правильно, вылетая из ее руки. Она не попадала в яблочко, но броски были уверенными.

Она выпустила его еще раз, но тут услышала за собой шорох. Она обернулась и увидела Фэллона на краю конюшни, глядящего на нее.

— Шпионишь? — спросила она.

Он нахмурился.

— Прости. Я пойду.

— Нет! Можешь остаться. Но лучше иди сюда, а не следи оттуда.

— Уверена? Я не хотел мешать.

— Ты видел, как я ужасна? Вряд ли мне можно помешать.

Фэллон рассмеялся и спрыгнул. Он все еще был длинным и тощим, но сменил расшитую одежду на черные штаны и белую рубашку. Это подходило ему лучше, так он выглядел старше и не так неуклюже.

— Ты бросаешь его неправильно, знаешь? — сказал он, шагая к ней.

— О?

— Ты отклоняешь руку вправо и поворачиваешь плечо в последний миг. Движение запястьем правильное, но ноги стоят не так.

— Ты разбираешься в ножах?

Он покраснел.

— Больше в теории.

— Так ты тоже не умеешь бросать?

— Умею! — он забрал у нее кинжал. — Ого. Это тендрилл?

— Да.

— Очень редкий. Высшее качество. Ты знала, что, чтобы его растопить, нужна температура на три тысячи градусов больше, чем для железа или стали?

— Не знала.

— А рубин из гор Верт?

Она кивнула.

Он продолжал в стиле Рэи дома, показывающей ее гениальный ум:

— Думаю, там двадцать пять карат, и тендрилл по сторонам делает его легче, — он посмотрел на рубин и широко улыбнулся. — Как неожиданно! Центр камня — сота.

— Что это? — спросила Сирена.

— Изобретатели из Морана обнаружили, что у некоторых камней шестиконечный центр, похожий на пчелиную соту. Они научились наполнять соты магией. Так что тендрилл делает рубин легче, но и соты, наполненные магией, убирают вес, и рубин сияет золотом.

— Стой — стой — стой. В кинжале можно хранить магию? — поразилась она.

— В теории — да. Похоже, его сделал кто — то из Моран. Наверное, это творение племени Элисанд.

Сирена потрясенно смотрела на кинжал.

— Можно использовать магию, которую там накопил?

— Конечно. Если силы заканчиваются, тянешь силу из соты. Говорили, племена в Моран устроили целый клад камней с сотами, наполненных так, чтобы избавиться от магии.

— Безумие, — прошептала Сирена.

Фэллон пожал плечами.

— Порой это полезно.

Сирена не понимала этого. Ее жизнь сильно переменилась после обнаружения магии. Она не могла представить, как вернется к тому, как было раньше.

— Ты не знаешь, наполнен ли центр? — спросила она. Сирена не хотела носить с собой чью — то магию.

— Нет, там пусто. Я проверил.

Сирена вгляделась в рубин, увидела в центре соту. Пусто. Идеальное место для ее энергии, чтобы приберечь для времен, когда сила пригодится. Конечно, рубин звал ее. Может, ощущал ее избыток силы, а она — место, чтобы хранить энергию.

— Ты не отсюда, да? — Фэллон нахмурился.

— Мы не отсюда.

— Откуда? То место как Аландрия? Общество действует и там? Какая там температура? Терпимо?

Фэллон перечислял вопросы, и Сирена рассмеялась и подняла руку.

— Я бы хотела на все ответить, но разве тебе можно говорить со мной?

Фэллон вздохнул.

— Нет. Мама не знает, где я, и она разрешила взять с собой только одну книгу, — он закатил глаза. — Как я должен развлекать себя всего одной книгой?

Сирена рассмеялась.

— Зачем вы идете в Кинкадию?

Он огляделся, словно ждал, что его родители схватят его.

— Мы идем на турнир.

— Мы тоже, — улыбнулась она.

— Мама хочет, чтобы я участвовал, — вздохнул он.

— В турнире? — удивилась Сирена. — Ты — часть племени?

— Технически мы из племени Галантэя, — прошептал он. — Просто не сообщаем всем. Мы… мой отец… — он покачал головой. — Это сложно. И они пытаются доставить нас туда так, как не ожидает никто в племени Галантэя, чтобы меня не остановили.

— Но… почему? Я думала, это может делать любой из племени?

Фэллон покачал головой.

— Так говорят, но они растят людей для этого. Они отправляют трех сильнейших воинов, чтобы Общество выбрало, какой идет на турнир.

— Все племена так делают?

— Нет. Но в Галантэе так. Как и во многих племенах воинов.

Сирена не могла поверить, что Фэллон вырос в племени воинов. Он казался теоретиком. Ум и никакого пыла. Такой человек должен быть в совете Общества. Им нужно было больше мозгов, если они позволяли Венатрикс так бесчинствовать. Там не было мира, там было порабощение.

— Так… у тебя есть магия? — спросила Сирена.

Фэллон рассмеялся.

— Кхм, да. У всех фейри есть магия.

— Какая у тебя стихия?

Он вздохнул и поднял глаза к небу.

— Все четыре.

— Это чудесно! — заявила Сирена. — Ты полностью владеешь всеми?

Фэллон хмуро посмотрел на нее.

— Я думал, ты не знала столько о магии.

— Я знаю о магии, но не в этом мире. Есть другие миры с магией.

Он задумался, а потом его губы дрогнули, словно она подтвердила то, о чем он давно догадывался.

— Да, я могу одинаково работать со всеми стихиями.

— Это редкая сила?

Он кивнул.

— Тогда ты очень силен в своем племени.

— Поверь, — тихо сказал он, — это не так.

Она не могла поверить, что он повелевал всеми стихиями, как она. Хотя у нее были стихии и дух, но она не думала, что у фейри был доступ к магии духа. Даже так, у Авоки и Кесфа был доступ к четырем стихиям, но две из них были слабее. Власть над всеми четырьмя была редкостью.

И ей не нравилось, что Фэллон был подавлен. В другом месте его уважали бы за его ум и умения.

— Фэллон! — закричал голос со стороны гостиницы.

Фэллон подпрыгнул.

— Мне пора. Не дай моей маме узнать, что я что — то рассказал тебе.

Она протянула руку.

— Друзья?

Он широко улыбнулся, словно такого еще у него не было. И быстро пожал ее руку.

— Друзья.

Он убежал, и Сирена улыбнулась. Ей нравилось, что Фэллон был со странностями. Ей нравилось и то, что он легко дал ей информацию. Она обдумывала его слова, пока тренировалась метать кинжал, сосредоточившись на рубине с сотой.

18

Город света

Следующим утром они отправились от заставы за реку. Они пересекались с другими группами, идущими к горам. Маркотт, казалось, всех знал.

Они не останавливались поболтать. Когда они пошли выше в горы, Сирене пришлось сосредоточиться на дыхании и шагах. Подъем не был отвесным, но и не был ровным. Лошади, тянущие телегу, уставали, и всем приходилось чаще останавливаться.

К концу пятого дня по горам Верт зелень леса вокруг почти пропала, все были раздражены и ждали конца путешествия. Но они как — то пересекли последнюю вершину. Это того стоило.

— Создательница, — выдохнула Сирена. Она уперла ладони в колени и пыталась глубоко вдохнуть, хоть в боку кололо.

Фэллон подошел к ней, чтобы посмотреть вниз.

— Красиво, да?

— Да, — прошептала она.

Перед ними раскинулась долина Эмерик. И величественный город Кинкадия.

— Самый красивый город из всех, что я видела, — прошептала Сирена.

Она смотрела на чашу долины внизу. Она была огромной. Тянулась на несколько лиг от одной стороны, где они стояли, к другой. Центр был зеленым, с искрящимся озером и рекой, стекающей по горе. Дома занимали почти все остальное место. Красные крыши чередовались с брусчаткой дорог и цветными участками рынка в каждом районе.

Но чудеснее всего был вид за городом, за зеленью. Там была огромная гора и открытое место перед ней. Даже со своего места Сирена видела причину, по которой прибыла сюда. Драконов.

На той площадке, на горе и в небе были драконы. Она не могла сосчитать всех. Красные, синие и зеленые чешуйки сверкали. Широко раскрывались крылья. Некоторые были размером с дом. На некоторых уместился бы только один всадник. Они были прекрасными и разноцветными.

— Драконы, — сказала она.

Ее ладонь была на сердце. Наконец — то.

— Поразительные, да? — спросил Фэллон.

Сирена кивнула.

— Я словно всю жизнь ждала этого момента.

Казалось, все вело к месту, где она стояла. Хоть у нее не было своего дракона, жизнь Авоки была под вопросом, и ей пришлось покинуть свой мир, чтобы попасть сюда, все ощущалось правильным.

— В твоем мире нет драконов? — понял Фэллон.

— Уже нет.

— Раньше были? — он задумался. — Великая миграция.

Она приподняла бровь.

— В книгах по истории говорится, что несколько тысяч лет назад группа всадников драконов вернулись из далекой земли. Это были первые новые драконы в Аландрии.

Сирена едва дышала. Это было в то время, когда магия пала в Эмпории. Когда Микел оказался в оковах волшебного сна. Вряд ли это было совпадением.

— Что случилось с теми драконами и их всадниками?

— Насколько я знаю, они вступили в ряды Общества. Почти вся информация Общества хранится в горе Драко. Только члены Общества могут войти.

— Фэллон! — рявкнула Фенра. Она подошла и схватила его за руку. — Что ты делаешь? Идем!

Фэллон виновато посмотрел на Сирену и поспешил за матерью. Она слышала, как он говорил маме успокоиться, но Фенра не слушала. Сирена не знала, что было бы, если бы его мать ослабила оковы и позволила Фэллону быть собой. Это не было ее проблемой. Кинкадия раскинулась перед ними, турнир драконов был близко. Фэллону придется самому разбираться с жизнью. Это беспокоило ее меньше всего.

— Нужно вниз, — сказал Маркотт. — Отсюда идти просто. Турнир близко, так что ближе к долине людей станет больше.

Алви пришлось схватить ее за руку и повести по тропе, чтобы Сирена начала двигаться. Она смотрела на горизонт. На возможности, лежащие перед ней.

— Они существуют, — прошептала она Алви.

— Я на это надеялся, ведь мы так далеко забрались ради них.

Он был, конечно, прав. Они пересекли моря, чтобы попасть сюда, надеясь, что факты Микела двухтысячелетней давности были верными. Но другим делом было увидеть своими глазами драконов в небе.

Спуск по горе был ужасно медленным. В ней было столько энергии и волнения, что она хотела побежать так быстро, как только могли ее нести ноги, но они два дня добирались до долины и входа в Кинкадию.

Когда они дошли, улицы были людными. Путники отовсюду двигались по широким мощеным улицам. Члены племен со всей Аландрии прибыли сюда, одетые в своем стиле от кольчуг Венатрикс до длинных белых мантий, рядом с которыми даже шелка Элейзии показались бы скромными. Люди собрались посмотреть на туристов и провожали взглядами всех прохожих.

Сирена надеялась, что они такими не казались, но было сложно не глазеть на красоты города. Здесь были книжные магазины со стеллажами древних книг в кожаных обложках, зоомагазины со зверями от крохотных мышей до крылатых летающих змей, якобы потомков драконов, а еще портные, стеклодувы и кузнецы. Эджвуд казался детской игрой.

Сирена проходила магазин оружия, нашла ладонью кинжал и поспешила дальше. Она не рассказала Матильде и Вере о рубине, хоть знала, что должна была. Она так и не поняла, как его наполнить. Но зато она стала лучше метать.

Они миновали большую площадь с фонтаном со статуей водной нимфы в центре, а потом остановились у большой гостиницы «Обоюдоострый клинок».

— Тут остановится семья, — сказал Маркотт. — Для остальных приготовлено другое.

Сирена нервно огляделась.

— Там будут места?

— Для меня — будут, — он пошел помочь семье Фэллона занести вещи внутрь.

Фэллон задержался. Алви ткнул Сирену локтем.

— Твой парень ждет.

Сирена закатила глаза.

— Это лучшее, что ты придумал?

— Ты привлекаешь мужчин, будто магнит.

— А почему нет? — спросила она.

— О, Сирена вернулась.

— Лучше проверь, не завелись ли блохи.

Алви зарычал на нее, а она рассмеялась и поспешила к Фэллону. Хоть он не хотел приходить на турнир, его глаза сияли. Кинкадия была мечтой для нового начала. Она видела, что он этого хотел.

— Мне нужно записаться у арены. Встретимся завтра утром?

— Конечно, — сказала она.

— Знаешь, где это?

— Я найду. Вряд ли это будет сложно.

Он улыбнулся.

— Точно, — его улыбка увяла. — А если меня не допустят?

— Тогда и будешь разбираться с проблемой.

— Тебе легко говорить. Ты не регистрируешься.

Сирена мило улыбнулась. Он еще не знал.

* * *

Они еще долгий час шли среди толпы, несли Авоку между собой. Казалось, прошла вечность, ведь они едва могли двигаться из — за количества людей. Но Маркотт остановился и указал на скрытое сокровище в далекой части города — «Корону и монету».

Гостиница была не такой красивой, как у Фэллона, но была с характером. Табличка была кривой, но выкрашена в красивые цвета и с идеальной золотой короной сверху. Внутри тоже было мило. Деревянные стены голубого цвета. Блестящий пол.

Тонкая хозяйка гостиница появилась с растрепанным пучком медовых волос и краской на фартуке.

— Марк!

Она бросилась вперед и прижалась губами к его губам. Он пылко поцеловал ее, не стесняясь никого. Кто — то кашлянул за женщиной, и она отошла на шаг, смеясь.

А потом ударила Маркотта по руке.

— Прошли недели, и ты думаешь, что можно просто так прийти сюда?

Он снова поцеловал ее, и она замолчала. Сирена захихикала.

— Сувинна, хватит. Тут гости, — возмутилась старушка.

— Простите, — Сувинна отодвинулась от Маркотта и указала наверх. — У нас, к счастью, есть комнаты. Я покажу их вам. Дайте знать, если нужно что — то еще.

Сирена прошла за Сувинной на третий этаж, поражаясь на каждом шагу. Украшен дом был чудесно. Их с Авокой комната была лавандовой. У парней комната была бирюзовой. У сестер — красивого оттенка розового, близкого к персиковому.

— Вы все это сделали? — спросила Сирена у Сувинны.

— Думаю, цвет придает уют месту, так ведь?

— Это чудесно.

— Приходится делать свои краски, но это того стоит, — Сувинна мечтательно озиралась, а потом посмотрела на Сирену. — Откуда вы прибыли?

— Эджвуд.

— О, мило. Для турнира пришли?

— Да.

— Марк привел вас вовремя, — сказала Сувинна. — Начнется через пять дней. Это видно по толпам. Ужасно. Но, если нужно помочь что — нибудь найди, я готова.

— Я хотела посмотреть на арену турнира, — с надеждой сказала Сирена.

Сувинна рассмеялась.

— Ее просто найти. Это большая открытая площадка перед горой Драко. Ее никак не пропустить. Но туда еще может довезти чудесная уличная повозка. Я дам карту.

Сувинна ушла вниз и вернулась через минуту с картой города. Она была нарисована от руки, на ней были главные места, которые стоило посмотреть, и все любимые места питания Сувинны.

— Это… идеально, — сказала Сирена. — У вас дар.

— Это развлечение. Но я рада, что вам нравится.

Сувинна улыбнулась и ушла, и Сирена вгляделась в карту города. Путь отсюда до арены был понятным. Но там было полно людей, и она не знала, сколько будет добираться туда. И все же стоило посмотреть на место.

Она посмотрела на Авоку. Ей хотелось, чтобы Авока была с ней, особенно в новом городе. Они поискали бы место вдвоем. Авока удерживала бы Сирену от бед, помогла бы в тупике. Но она все еще была в коме. Турнир и дракон были важными, но Сирена должна была найти способ помочь Авоке. В Кинкадии, казалось, были ответы на все. Может, есть ответ и на это.

— Ты хочешь проверить арену турнира? — спросил Алви.

— Не делай вид, что знаешь меня.

— Но я знаю.

— А ты? — спросила она.

Он нахмурился.

— Марк сказал, тут могут быть целители из Виланда. Я хотел отыскать их своим талантом.

— Хорошо. Может, мне стоит пойти с тобой.

— Нет. Ты будешь мешать.

— О, Алви, ты потерял чувство такта.

Он улыбнулся, желтые глаза сияли.

— Такт для тех, кого волнуют нормы общества.

Она фыркнула.

— Ты невыносим.

— Не жди другого, — Алви поспешил по лестнице вниз. Он был на задании.

Сирена заглянула к сестрам, которые были на своей тайной встрече, и поспешила за ним. Она была благодарна Сувинне за карту. Она смогла заглянуть к торговцу, которого рекомендовала Сувинна, и съесть по пути жареный пончик с сахарной пудрой, стараясь не стонать от наслаждения. Это была лучшая еда в ее жизни, или она просто очень проголодалась.

Когда она доела, она стояла перед огромной горой Драко и невероятной ареной. Она была огромным овалом, сидения поднимались рядами к небу. Входом были огромные кованые врата, которые были открыты. Из — за толпы она не видела, что было за вратами, но зато видела ряд ящиков на другой стороне арены. Высоко над ящиками развевался черный флаг, где была вышита красная О и дракон, раскрывший крылья. Тут было Общество.

Она разглядывала толпу, отмечая разные краски и наряды. В Кинкадии не было определенного стиля. Только племена одевались схоже, что выделяло их среди населения. Сирена ощущала себя уверенно в своей бьенканской одежде, которая помогала ей в городе.

В толпе появилась брешь, и Сирена пробилась вперед. Она остановилась там. Зеваки замерли у входа в арену идеальным полукругом. Ее поражало, что они не подходили ближе, но она ощутила тихий гул силового поля, отгоняющего всех.

Она не пыталась понять, может ли пройти туда. Она не хотела привлекать внимание. Она просто была на разведке. Будет еще время узнать, как использовать это себе на пользу, но сейчас ей нужно было осмотреться.

За барьером был ряд фейри в разноцветных нарядах. Они стояли перед двумя мускулистыми мужчинами и низкой женщиной с пером, делающей записи. Сирена отметила их черные мантии с красным знаком Общества на них. Видимо, тут Фэллон хотел зарегистрироваться на турнир.

— Думаю, мне стоит зарегистрироваться, — сказал юноша слева от нее.

Она взглянула на него, отметила черные штаны и оливковые туники группы людей. Они были из племени, но выглядели юно. Хотя, если фейри были как лифы на ее родине, они могли выглядеть младше своего возраста. Авоке было сто лет, но порой она выглядела на шестнадцать. Сердце Сирены заболело от этой мысли.

— Ты слишком мал. Твоя мама тебя не отпустит, — заскулил другой юноша.

— Правило восемнадцати лет не официальное, — заявил первый.

— Скажи это своей маме, — сказал второй юноша.

— Мы проживем тысячи лет. Какая разница, сколько нам лет, когда мы можем выиграть дракона?

— Восемнадцать — это мало, — сказала девушка рядом с ним. — Многие ученые не ходят сюда, пока не доживут до сотни лет.

Ученые. Видимо, они были из Тосина на севере.

— Я не хочу быть глупым ученым, — рявкнул юноша. — Я хочу быть всадником.

Девушка скрестила руки и отвернулась от него. С ней была книга, и девушка явно не понимала его восторг из — за турнира.

Два дракона кружили в небе, широко расправив крылья, их чешуя вспыхивала в лучах уходящего солнца. Они легко опустились в центр арены. Красный дракон был крупнее и выше. Он вытянул длинную шею и радовался вниманию собравшихся. Второй — зеленый дракон — был намного меньше и казался ловким. Он почти закатил глаза из — за поведения первого дракона и отошел от него.

Что — то сказали одному из членов Совета, потому что они развернулись и заговорили с зеленым драконом.

— Хорошо, — сказал крупный мужчина, — мы возьмем еще троих, и на сегодня все. Прошу, приходите завтра, чтобы закончить регистрацию заранее.

Несколько человек в очереди застонали, потому что их не регистрировали, но остальные побрели прочь, ворча.

Сирена смотрела на величавого дракона. Она ощущала благоговение при виде него. Длинный хвост с шипами, гордые крылья, прижатые к бокам, наклон головы. Все было красивым, величественным и потусторонним.

А потом большой зеленый дракон отвернулся от члена Общества, с которым общался. Он посмотрел на ждущую толпу, и все, у кого хватало ума, застыли. Желтые глаза с вертикальными зрачками посмотрели на Сирену.

Стало тихо. Секунда. Две. Три.

Она ничего не слышала, ничего не ощущала, могла только смотреть в ответ. Огромное создание смотрело на нее не просто так. Смотрело слишком долго, чтобы это было совпадением. Но, как только он отвел взгляд, Сирене показалось, что она все это выдумала.

Ее ладони дрожали, и она хотела убежать. Стоило скрыться в толпе и не оглядываться. Но она не могла перестать смотреть на красивое существо.

Потому она была отвлечена. А потом раздалось насмешливое:

— Смотрите — ка, кто тут, — крикнул голос.

Сирена пришла в себя и увидела, кто подходил к ней с другой стороны барьера.

— О, нет, — прошептала Сирена.

— Скучала? — спросила Алура.

19

Вызов

Сирена чуть не застонала.

Конечно, нужно было встретить Алуру, пока она была одна в новом городе. После того, как Сирена унизила ее при Кае и других Венатриксах, встреча вряд ли будет приятной.

— Здравствуй, Алура, — вежливо сказала Сирена, словно у них не было конфликта. — Забавно видеть тебя тут.

Алура прошла вперед, покачивая бедрами. Ее броня звякала, напоминая чешую драконов за ней. Сирена стояла на месте, пока та приближалась, но, заметив подходящее справа племя Венатрикс, пожалела об этом.

— Что ты тут делаешь? — осведомилась Алура.

— Прибыла на турнир.

Алура вскинула бровь.

— Поразительно, что ты решила показаться.

— Почему? Потому что я постояла за себя? Это ты поджала хвост и убежала.

— И ты без своих друзей, — Алура прошла барьер, заставляя Сирену отпрянуть на шаг. — Теперь тут только ты и я.

— Я, ты и твои друзья, — Сирена указала на Геррита и еще пять Венатриксов в броне, покрывающей почти все тело.

— Я сражаюсь с честью, в отличие от тебя.

— Я не сражалась с тобой, Алура. Я предотвратила сражение.

Алура была полна уверенности и наглости. Сирена задела ее эго, это было проблемой. Алура явно умела сражаться, но Сирена не была уверена в своей магии. Она не думала до этого, что у Сирены есть магия. На ее стороне была неожиданность. Теперь этого не было, и она ощущала, что они были примерно наравне, но не хотела проверять.

— Говори, что хочешь, — прорычала Алура.

Геррит и его прихвостни поравнялись с ними.

— Что такое, Алура?

— Нашла проблему, — глаза Алуры радостно блестели.

Раздалось шипение, она вытащила меч из ножен на бедре. Она направила его на лицо Сирены и улыбнулась.

— Что? Не будешь отбиваться? — дразнила Алура.

— Нет повода. Мы далеко от Эджвуда, а тут полно сложностей, — сказала Сирена, не дрогнув. — Отодвинь меч.

— Мы могли бы стать друзьями.

— Я бы увидела тебя насквозь, как вижу сейчас.

Гнев Алуры вспыхнул.

— Ты ничего не знаешь!

— Ты направляешь меч на безоружную женщину. Я знаю достаточно, — заявила Сирена.

— Алура, нужно уйти. До турнира биться нельзя, — сказал один из ее друзей.

— Оставь ее, — сказал Геррит. — Это того не стоит.

— Рискнешь турниром из — за мелкой выскочки? — сказал другой Венатрикс.

Алура колебалась мгновение.

— Ты того не стоишь.

Темная фигура в черной мантии появилась за ее плечом.

— Алура, что ты творишь? — спросил мужчина из Общества.

Сирена заметила перемены в поведении Алуры. То она была наглой и угрожала, а теперь сжалась в комок. Алура поспешила убрать меч и развернулась.

Она низко поклонилась.

— Мастер Лориан.

— Ты знаешь, что сражаться строго запрещено во время турнира. Зарегистрированного участника могут сразу же дисквалифицировать за такой поступок, — он возвышался над ней, недовольно щурясь. Он кипел от негодования. — Я думал, что, записавшись в список участников, ты будешь думать, а потом действовать. Или ты не умеешь?

— Нет, мастер Лориан. Я умею.

— Тогда покажи сдержанность, девочка, — оскалился он. — То, что ты из племени Венатрикс, не означает, что ты можешь бегать с мечом и махать им на всех вокруг.

— Да, мастер Лориан, — сказала Алура, не поднимая головы.

Сирена видела то, как ее плечи опущены, принимая этот упрек… она словно уже его слышала.

— Если ты не способна на это, то как ты собираешься проходить турнир?

Алура молчала. Сжалась еще сильнее. Каждый раз, когда он повышал голос, она вздрагивала, словно ожидала, что он ударит ее.

Сирена не хотела терпеть это. Хватило бы и первого упрека. Даже для такой, как Алура.

— Я задал вопрос, — рявкнул он.

— Клянусь вести себя по правилам Общества. Я постараюсь… сдерживать свою… вспыльчивость, — Алура запиналась, слова были кислотой у нее во рту. — Дайте мне еще шанс.

— Ладно, но если я увижу это еще раз или хотя бы услышу, — сказал мастер Лориан, выпрямляясь во весь рост, — я брошу тебя совету Общества и не стану помогать.

Алура поежилась.

— Да, мастер Лориан.

— А теперь извинись перед этой девушкой и уйди.

Если бы ее просто отпустили, Алура поджала бы хвост и убежала, как в прошлый раз. Она точно винила Сирену в ее неудачах. Но на этом все кончилось бы.

Извинение было кое — чем другим. Это было унижением сильнее того, что уже устроил ей мастер Лориан. И Сирена знала, что теперь получила врага на всю жизнь.

Лицо Алуры словно вырезали из мрамора, она повернулась к Сирене. Но ее глаза… убивали.

— Прошу извинить за наш разговор, — резко сказала Алура.

Сирена кивнула в ответ.

Но мастер Лориан не закончил.

— Убедительнее.

Алура оглянулась на него, он приподнял бровь, злясь. Алура подавила гордость.

— Прошу прощения за то, как обошлась с тобой. Это было несправедливо, так не подобает себя вести кому — то моего положения. Надеюсь, твое пребывание в Кинкадии в дальнейшем будет приятнее. Если останешься на турнир, — процедила она, — я могу даже пригласить тебя на остаток сезона в ложу моей семьи.

Рот Сирены открылся. Такие слова и такое предложение ей дорого стоили.

— Я… спасибо, — прошептала Сирена. — Но я откажусь.

Алура явно хотела сказать «хорошо», но от взгляда на мастера Лориана передумала.

— Я настаиваю. Я запишу твое имя с моей семьей, и на входе тебе подскажут путь.

У нее не было ответа.

— Хорошо, — сказал мастер Лориан. — А теперь делай, как тебе говорили до этого. Вернись к себе.

— Да, отец, — тихо сказала Алура и пропала, не оглянувшись.

Глаза Сирены стали огромными, когда она поняла, что этот мужчина из Общества был отцом Алуры. Она заслужила упрек, заслужила дисциплину в жизни, но так обращаться с ней на публике и стыдить ее… это было слишком для Сирены. На миг она даже пожалела Алуру. На нее с детства влияли эти люди.

Мастер Лориан взглянул на Сирену, развернулся и ушел на арену. Он не сказал ей ни слова. Она была для него незаметной. Он следил за Алурой, а Сирена была просто человеческой девушкой.

Может, так было даже лучше.

Пока что.

Сирена прошла в толпу, ведь регистрация была завершена. Драконы улетели. Их красивые тела уменьшались, пока они кружили у горы. Она поспешила в гостиницу. Она завернула за угол яркой гостиницы и увидела Сувинну на коленях Маркотта в столовой. Сувинна вскочила, заметив Сирену, и густо покраснела.

— Нашла то, что искала? — спросила Сувинна с широкой улыбкой.

— Думаю, да. Спасибо, — она отдала карту. — Это очень помогло.

— Чудесно. Я оставлю ее у бара, если захочешь взять утром и посмотреть город. Маркотт знает лучшие места. Мы могли бы показать тебе окрестности.

Сирена улыбнулась.

— У меня… встреча утром. Как насчет похода после моего возвращения?

— Это свидание! — завопила Сувинна.

Сирена на миг задумалась, как было бы тут с обычными людьми, как Марк и Сувинна. Жить в красивом городе и наслаждаться повседневной жизнью. Звучало как сказка.

Она поспешила наверх, прогоняя из головы эти мысли. Но наверху был только Микел возле тела Авоки.

— Куда все ушли? — спросила она, проходя в комнату.

— Матильде и Вере нужно… совершить кое — что техническое, — он криво улыбнулся.

Сирена приподняла бровь.

— Они точно не врываются сейчас в гору Драко.

— Они это делают?

Он рассмеялся.

— Они будут в порядке.

Ее глаза расширились от страха.

— Разве это хорошая мысль?

— Верь в них хоть немного. О них не нужно переживать.

Сирена переживала за всех. Вряд ли перестала бы теперь.

— Расскажи об арене, — он отклонился на стуле, скрестил ноги и смотрел на нее. Он умел видеть людей насквозь. Его взгляд немного пугал. — Я помню, каким было Общество в мое время, но это было в Эмпории. Тут все по — другому.

— Наверное. Судя по тому, что я знаю от Матильды и Веры.

Микел улыбнулся.

— Мы были отличными хранителями мира на земле. С нашей магией, связанной с драконами, мы поднимались в небо и тренировались как единое целое. Мы были первыми в Эмпории, тогда еще не прибыли фейри и Дома. Общество было там. И мы мирно правили землями. Хоть мы были бойцами, мы предпочитали переговоры. И немного запугивания.

— Тогда… как вы пали?

Он тяжко выдохнул.

— Всегда были хорошие и злые драконы. Добрые и злые всадники. Кто — то хотел власть, кто — то — равенство. Это не изменяло то, как мы наказывали. Или как договаривались о мире с другими. Но потом что — то… темное вторглось в наши ряда. Как болезнь. Те, кто хотел власти, зла, обезумели от этого.

Сирена испуганно сглотнула.

— Это было во время Войны Света?

— Да. Как ты знаешь, я тогда знал Серафину. Она почти присоединилась к нам, но вернулась в Бьерн, потому что стало ясно, что она была следующим лидером Дома. Но она училась и боролась с нами. Многие из нас верили, что она — одна из нас, хоть она так и не привязала себя к дракону. Но, к тому времени, как она попросила нас помочь в борьбе с тьмой в Викторе Дремилоне, тьма уже была в нашем священном круге. Война охватила всю Эмпорию. Нам повезло больше, чем Серафине. Мы смогли убить половину своих, повернувшихся против нас. Но, когда магия пала, мы решили отвернуться от земли, которая так сильно сократила наше количество. Против земли, убившей моего дракона.

Сирена слушала его рассказ с тяжелым сердцем. Она слышала так много о Войне Света и падении магии от остальных, но печальная история Микела добавила еще слой боли. Это сделал Виктор Дремилон. И сделает Каэл Дремилон, если она его не остановит.

— Я должна участвовать в турнире.

Микел кивнул.

— Что я могу сделать?

Сирена подумала о том, что увидела у арены. И в ее голове возникла идея.

— Нам нужна новая одежда. Ты хорошо умеешь врать?

Он улыбнулся.

— Отлично.

Она улыбнулась так же, как он.

— Хорошо.

20

Регистрация

— Должна сказать, это лучший цвет из всех, что я создала, — сказала Сувинна утром, любуясь красным платьем Сирены.

— Ты гениальна, Сувинна. Честно.

— Окрашивание ткани похоже на рисование, — она улыбалась. — И это красный, — она была в восторге.

— Это мой символ, — Сирена поправила лямки, упавшие с ее плеч, и взмахнула длинными красными юбками. Хоть они сидели на ней не так, как платья в стиле Бьерна, она ощущала себя собой сильнее, чем за месяцы. Бьенканские шелка были милыми, но ничто не могло затмить шикарное красное платье.

Микел появился, раскинул руки, чтобы Сирена рассмотрела его.

— Идеально, — завопила она.

Его туника с длинными рукавами была красной, как платье Сирены. И он был в узких черных штанах и своих кожаных сапогах.

Она уговорила Сувинну покрасить в этот цвет почти всю их одежду. Другие племена были в одежде одного стиля. Она смогла различать их по одежде. Если она собиралась регистрироваться в турнире, ей нужно было играть роль.

— Я смогу так стоять рядом с тобой? — он хитро улыбнулся.

— Конечно, — он протянул руку, и она опустила ладонь на его. — Я хочу, чтобы остальные уже вернулись.

— Матильда и Вера будут в порядке, и Алви сказал не ждать его.

— Он может попасть в беду.

Микел рассмеялся.

— Как и ты.

— Есть такое.

— И Ордэн согласился приглядеть за Авокой.

— Знаю, — сказала она.

— Тогда сосредоточимся на задании.

Сирена кивнула. Она не могла позволить себе отвлекаться на миллион других проблем.

Микел указал ей идти первой. Они вышли из гостиницы на улицы, где было еще больше людей, чем вчера. Она даже не знала, как все умещались в городе. Он явно был забит.

Они добрались до арены с толпой. Микел убрал волосы с лица, завязав их сзади, показывая свои чуть заостренные уши. У Авоки такое было едва заметно. Порой Сирена забывала, что этим фейри и отличались… пока не увидела племена, выстроившиеся для регистрации. У всех, кого она проходила, были острые уши, указывающие на их происхождение. Сирена была рада видеть, что их схожая одежда позволяла им слиться с племенами.

Первым испытанием было пройти через барьер. Она думала, что он отражал любого, кто не прошел через главный ход. Но он мог отталкивать тех, у кого не было магии. Это не было проблемой для Сирены, но барьер мог не пускать людей, и это уже стало бы сложностью.

Она сглотнула, они прошли к входу. Ее нервы гудели. Она подняла голову выше, скрывала эмоции. Она не могла показывать тут свой страх.

Она собиралась пройти сквозь барьер, но тут ладонь задела ее плечо.

— Вот ты где!

Сирена застыла на месте и медленно повернулась к Фэллону. Она и забыла, что они договорились о встрече. Казалось, это было так давно.

— Фэллон, — пробормотала она.

— Я тебя везде искал, — бодро сказал он. — Я тебя не узнал в новом наряде.

— Ты уже записал свое имя?

Он покачал головой и нахмурился.

— Ждал тебя.

— Медлил?

— Может, немного, — он огляделся, проверяя, был ли кто — нибудь из племени Галантэя поблизости, кто мог его узнать.

Она видела их вчера, они были в черно — золотой кожаной броне.

— Я никого не видела, — тихо сказала она.

Фэллон склонил голову к ней, словно впервые увидел за сегодня.

— Что ты делаешь в очереди?

Очередь подвинулась, и ей нужно было шагнуть вперед, преодолеть барьер и узнать, пустит ли ее дальше Общество.

— Все сложно.

Он понизил голос.

— Ты регистрируешься?

— Я…

Но он прочел ответ на ее лице.

— Ты знаешь, что тебя не допустят. Участвуют только фейри двенадцати племен. Ты не слышала Маркотта? — его голос стал тише шепота. — Ты — не фейри, не из племени. И у тебя даже нет магии.

— Не все из этого правда, — сказала она.

Он посмотрел вперед, словно видел барьер перед ней.

— Ты даже войти не сможешь, Сирена.

Сирена улыбнулась ему, сделала первый шаг сквозь барьер. Ее тело загудело от энергии. Сила скользнула по ней, и она прошла.

Рот Фэллона раскрылся. Он и Микел последовали за Сиреной.

— Только члены племен могут войти, — прошипел Фэллон. Он нервно оглядывался, словно кто — то мог вот — вот узнать. — Я думал, ты прибыла из — за морей.

— Так и есть.

— Ты присоединилась к племени?

Она покачала головой.

— Тише. Мне нужно сосредоточиться.

Его волнение только усугубляло ее состояние. Сирена была уверена, но его скепсис все портил. Но она прошла барьер. Она надеялась, что сложности на этом закончились. Она могла тут находиться. Это никто не мог отрицать. Она на это надеялась.

Фэллон, к счастью, притих. Он даже встал перед ней, будто мог прикрыть ее или спастись от того, что могло произойти.

Сирена расправила плечи и прошла еще немного вперед. Тревога из — за грядущего делала ее напряженной. И она пыталась подавить переживания. В ее жизни были моменты хуже регистрации на турнир драконов.

Когда Фэллон добрался до начала очереди, она ощутила его напряжение. Микел потрясенно посмотрел на нее и повернул голову вперед. Он хотя бы был послушным.

Фэллон прошел по песку арены и заговорил с членами Общества. Она не видела лица женщины, делающей записи, но видела мастера Лориана и другого мужчину. Они не были рады, что он пришел записываться. Она смотрела, как двигались губы Лориана, пыталась прочесть его слова.

Микел склонился ближе.

— Он спросил, есть ли у Фэллона разрешение от племени на регистрацию.

— У него нет, — прошептала Сирена.

— Знаю.

Другие быстро говорили пару минут, а потом женщина встала и взмахнула рукой. Мужчины рядом с ней притихли. Она протянула Фэллону перо и придвинула бумагу. Его ладони дрожали, он взял перо и записал свое имя.

Он чуть склонился и поспешил прочь.

— Удачи, — шепнул он Сирене и пропал в толпе.

Микел подтолкнул ее в спину, и она прошла вперед. Она должна была привыкнуть бросать вызов. Она могла очаровать всех вокруг. Она знала, что важны поведение и внешность. Она почти всю жизнь училась этому. Даже если она была на пыльной арене перед всадниками в черных мантиях.

— Доброе утро, — она опустилась в низком реверансе, уважая их статус. Она видела, как женщины кланялись, но для нее это было неестественно. — Я пришла на регистрацию.

— Имя, возраст и способности к стихиям, пожалуйста, — сказала женщина.

— Сирена Штром. Восемнадцать лет, — она замешкалась со следующим ответом. Было ли ложью сказать, что у нее были четыре стихии? У кого — то в Аландрии была магия духа? Фейри могли ею обладать? Она решила не рисковать. — Все четыре стихии.

— Чудесно. Какое племя? — женщина посмотрела на нее и нахмурилась при виде ее красного платья. — Не узнаю цвета. Близки к Одэ. Вы из Морана?

— Нет. Мы — свое племя.

Женщина посмотрела на свои бумаги и ответила:

— Только двенадцать основных племен могут выставить участника. Мы не пускаем бродяг.

— Я не из бродяг. И я никогда не была частью племени. Но я пришла на турнир, у меня есть магия. Я прошла сквозь ваш барьер.

Она подняла голову.

— Ты… человек?

— Да.

— Невозможно, — сказал один из мужчин за ней.

— Смешение запрещено, — сухо сказал мастер Лориан.

— Я не полукровка, — возмутилась Сирена. — Я человек, и у меня есть магия. Я — часть своего племени, и я хочу участвовать.

— Прости, никаких членов вне племен, — сухо сказала женщина.

— У меня есть право участвовать в турнире.

— Какое же? — сказал мастер Лориан, поняв, кем она была. — У тебя тут нет прав. Ты лишь помеха.

— Я справлюсь, Лориан, — резко сказала женщина.

— Конечно, Хелли.

Хелли посмотрела на Сирену со строгим выражением лица. Она была в черной мантии Общества, встала и оказалась не выше метра пятидесяти. Хоть вела себя властно, словно была вдвое выше.

— У нас есть правила. Есть у тебя магия, или ты как — то обманула барьер — другой вопрос. Мы не пускаем на турнир никого вне племен. Это было придумано не просто так, и это важно для нашего мира. Я не знаю, откуда ты пришла, но ты занимаешь мое ценное время. Тебе стоит уйти.

Микел кашлянул, и Хелли посмотрела на него, словно только поняла, что Сирена была не одна.

— Я бы хотел поговорить с советом Общества насчет этого.

— И кто же ты? — спросила Хелли.

— Один из ее мастеров, которые учили ее для этого момента. Я не вижу повода запрещать ей участвовать в турнире. То, что она человек, не делает ее менее способной. И, если и делает, чего вы боитесь?

— Мы ничего не боимся, — сказала она. — Мы придерживаемся правил.

— Как видите, мы из одного племени, и я отвечаю за ее участие. Я подхожу под ваши требования.

— Мы не можем ее пропустить. Но мы позволим, — она не дала ему подойти, — поговорить с советом. Я не гарантирую, что вопрос решат в твою пользу. Но я напишу им лично.

— Хорошо, — сказал Микел.

Сирена тихо вздохнула. Не этого она хотела. Но запрос в совет был лучше сухого отказа. И, судя по взглядам двух мужчин за Хелли, было необычным разрешать им даже это. Если бы они были во главе, она бы не получила и запрос.

Хелли быстро что — то написала. Микел прочел и кивнул. Он добавил свою подпись и их адрес в городе. А потом отблагодарил ее и увел Сирену.

Сирена кипела от гнева, когда они вернулись в гостиницу. Она хотела бушевать в комнате в истерике. Ордэн взглянул на нее, встал и покинул комнату.

— Как они могли? — спросила Сирена у Микела.

— Это бюрократия. Им нужно перепроверить правила и понять, как тебя не пустить. Не переживай. Я знал, что так будет.

— Что?

— Мне нужно было, чтобы ты шла туда уверенно, иначе они не поверили бы нам.

— Ты соврал мне! — возмутилась она.

— Успокойся. Я знаю, как работает Общество. Знаю их правила. Даже это другое Общество, которое отличается от моего. Я вижу их махинации. И мы найдем способ повернуть все в твою пользу. Не бойся.

Сирена опустилась на стул возле Авоки и проверила связь.

— Это унизительно. Они почти смеялись надо мной.

— Они сорвались. Они уже не хранители мира, — сказал Микел. — Их больше заботит важность их положения, чем их миссия. Не сомневаюсь, ты дашь им повод подумать.

— Не знаю. Я просто хочу получить дракона, изучить магию духа и отправиться домой.

— Не давай судьбе так быстро настигнуть тебя, — он нежно убрал ее волосы с лица и ушел к себе ждать Матильду и Веру.

Они ждали день и ночь.

И Матильда и Вера вернулись, покрытые кровью.

21

Вопрос

— Помогите! — кричала Сувинна.

Сирена не думала. Она отреагировала.

Она бросилась. Матильда рухнула на деревянный пол. Вера схватила Сувинну. Она пошатнулась и чуть не упала на сестру.

— Что случилось? — спросила Сирена.

Рядом вдруг оказался Микел. Он подбежал к Матильде.

Сирена поспешила к Вере. Она прижала ладони к щекам Веры.

— Расскажи все. Где ты ранена?

— Не… я. Мати, — выдохнула Вера.

Сувинна и Сирена помогли ей опуститься на стул и пошли помочь Матильде. Она опустилась на колени и охнула от раны, которую Микел открыл, порвав ее платье сбоку. Она была большой, неровной, из нее хлестала кровь.

— Сувинна, неси воду, спирт и полоску кожи. Ордэн, Сирена… держите ее, — сказал Микел.

Сирена послушалась, сжала руки и плечи Матильды и прижала их к полу. Ордэн своим весом придавил остальную ее часть.

— Это рана от стрелы, — буркнул Ордэн.

— Знаю, — сказал Микел. Его медового цвета кожа стала бледной.

Но она видела, как его глаза искрились. Он был в бою. Он не зарабатывал исцелением, но точно знал основы.

Сувинна прибежала обратно через миг с тем, что просил Микел. Он налил воды на рану, чтобы смыть кровь и разглядеть ее. Он зашипел от увиденного.

— Стрела, — сказал он.

— Да, — сказала Вера. — Я говорила ей оставить ее, но она не слушала. У нас не было времени заживить рану, нужно было бежать.

— Она выдернула наконечник из тела? — спросила Сирена со смесью отвращения и восхищения.

Вера кивнула.

— Можем обсудить это позже. Мне нужно закрыть рану. Дайте ту бутылку.

Сувинна передала ему янтарную жидкость. Он выдернул пробку зубами и сделал большой глоток. Его руки вдруг перестали дрожать, он прижал их к ране. Он закрыл глаза. Его дыхание было размеренным. А потом он словно ушел в себя. Сирена не могла точно определить, но его словно окутал поток энергии, и он направил эту силу в рану.

Дома быстро исцелялись. Сирена снова и снова доказывала это. Но рана Матильды требовала срочного вмешательства, или она потеряет слишком много крови еще до начала исцеления.

Сирена удивленно смотрела, как Микел медленно соединял края раны. Матильда проснулась с испуганным криком от боли, терзающей ее. Ордэн сунул в рот Матильды полоску кожи, чтобы она не откусила свой язык. Они удерживали ее на месте, чтобы она не мешала Микелу работать. Матильда извивалась, а потом, когда рана закрылась, она поежилась и отключилась.

Он рухнул вперед. Пот стекал по лбу. Он потратил много сил. Красная опухшая линия была на животе Матильды, но в остальном было чисто. Она будет жить, а Микел наберется сил. Сирена выдохнула и отодвинулась от Матильды.

Она посмотрела на Веру.

— Что вообще произошло?

Вера взглянула на Сувинну, которая была готова упасть в обморок.

— Отнесем Матильду наверх, и я все объясню.

Мужчины понесли Матильду в пустую спальню, Сирена поддерживала Веру по пути наверх.

— Спасибо за помощь, — сказала Вера Сувинне, идущей за ними. Она сунула кусочек золота в руку Сувинны. — Мы знаем, что не таких гостей вы ждали от Маркотта.

Сувинна шмыгнула носом.

— Он обычно приносит проблемы, — она издала смешок, но пустой. — Я уберу, пока мама не заметила.

Она поспешила вниз, Сирена и Вера закрыли дверь ее комнаты. Вера опустилась на стул, усталость была во всем ее теле. Сирена еще не видела ее такой.

— Ну? — недовольно спросил Ордэн.

— Мы пошли в логово драконов, — она вздохнула. — Не могли больше ждать. Мы две тысячи лет не видели своих драконов. Мы никого не встретили по пути туда, кроме ребенка, который помогал растить малышей до подготовки к турниру. Она поверила нам, и мы встретились с драконами, — она смотрела вдаль, глаза слезились. — Но тут все пошло не так. Матильда споткнулась о шнурок, который мы не заметили. Стрела прилетела в ее бок. Пока я исцеляла ее, девочка сообщила, что всадники идут к нам. Пришлось убегать. Мы побежали в темноте, заблудились в горах Драко, спустя часы нашли выход. Если бы не та девочка, они убили бы нас.

— Зачем пробираться? — спросила Сирена. — Почему просто не сообщить, кто вы?

— Осторожность. Этот мир для фейри. Наш мир разделен между лифами и Дома, чтобы принимали и тех, и тех. Мы знали, что эти всадники могут не быть такими добрыми. Мы хотели поговорить со своими драконами и понять, как лучше продолжать. Как лучше поговорить с двором с предрассудками.

— Предрассудков у них много, — сказала Сирена. — Они не пустили меня на турнир. Микел подал запрос в совет.

— О, Микел, — Вера отклонилась. — Всегда выбираешь процедуры.

— Им это во мне понравится.

— Ты — фейри. Это может завоевать их.

— Вряд ли, — сказал он. — Она их завоюет.

— Я? — спросила Сирена. — Они почти смеялись надо мной сегодня.

— Лучше это, чем попытки убить, — сказала Вера, глядя на сестру.

— Наверное. Они придут за тобой и Матильдой? Смогут дойти по следу сюда?

— Не думаю. Они могли посчитать нас ворами. Сигнал тревоги не звучал.

— Они видели ваши лица? Узнают вас?

Вера нахмурилась.

— Не знаю. Но, если видели, мы с этим разберемся, — она тяжко вздохнула и осмотрела комнату. — Это было беспечно. Знаю. Мы обе знаем. Мы не должны были ходить, но думали, что это стоило риска. Только время покажет, так ли это.

— Что теперь делать? — спросила Сирена.

— У нас есть еще четыре дня, — сказал Микел. — Мы узнаем насчет запроса.

— Откуда такая уверенность?

— Думаю, это для них важно.

— Он прав, — сказала Вера. — Они строго придерживаются правил.

— И вы хотите, чтобы я четыре дня ждала и ничего не делала?

— Не ничего, — Вера улыбнулась. — Я хочу, чтобы мы разобрались с сотой в твоем кинжале.

Рот Сирены раскрылся. Она не говорила Вере о том, что ей поведал Фэллон. Ей даже нравилось, что у нее был волшебный предмет, с которым они никогда еще не работали. Или который никто не узнавал.

— Ты не такая скрытная, как думаешь, Сирена, — улыбнулась Вера.

— Совсем не скрытная, — издал смешок Микел.

— Я хотела рассказать.

— Тогда утром начнем тренировку. А пока что… мне нужно поспать и набраться сил.

Сирена кивнула.

— Не буду мешать.

Сирена и Ордэн встали и вышли из комнаты.

В коридоре, закрыв дверь, она повернулась к нему.

— Думаешь, стоит беспокоиться об Алви? Прошло два дня.

Ордэн нахмурился и потирал отрастающую бороду.

— Я всегда переживаю за мальчишку, но он может за себя постоять. Два дня — мелочь для поисков в таком большом городе.

Она посмотрела на дверь, за которой спала Авока.

— Думаешь, есть надежда, что кто — то из племен поможет ей?

— Если есть… Алви найдет. Верь в него.

Она улыбнулась, а Ордэн ушел. Она верила в Алви. И он всегда верил в нее. Даже если она не одобряла его методы. Но, если это сработает, она больше не будет ничего говорить про его умения.

* * *

Сирена смотрела на кинжал с рубином.

Камень гудел для нее. Пел красивую мелодию. И ей хотелось отдать ему магию. Работать с ним в гармонии. Но, что бы она ни делала, как бы ни старалась направить глупую магию в тот камень, ничего не получалось.

Фэллон говорил об этом так легко. Наполнить соту.

Она фыркнула. Она не могла ничего наполнить.

Четыре дня.

Четыре жутких дня она работала над этим.

И ни капли магии в кинжале.

Ни слова от Алви.

Никто не знал, как помочь Авоке.

И ответа на их запрос не было.

Если ничего не будет слышно к закату, она пойдет к вратам Общества и потребует ответа.

— Сирена, сосредоточься, — раздраженно сказала Матильда. Она все четыре дня звучала раздраженно, пока восстанавливалась после раны. Обычно она и была вредной, но это было слишком даже для нее. — Ты хоть пытаешься?

— Конечно, пытаюсь, — рявкнула Сирена. Ее раздражение тоже повысилось.

— Дышите, — Вера вздохнула. — Нам нужна ясность для работы Дома.

— Какую ясность можно найти в этом шумном городе? — осведомилась Матильда. — Даже Микелу пришлось убежать, чтобы отыскать силы.

Еще часть проблемы.

— Он вернется, — сказала Вера успокаивающе. Она повернулась к Сирене. — И ты овладеешь этим. Нужно пытаться. Твоя сила прошла долгий путь. И это придет со временем.

У них не было времени.

— А если они не ответят? — спросила Сирена в сотый раз.

— Ответят, — сказала Вера.

— Они придурки, но предсказуемые, — буркнула Матильда.

Вера посмотрела на нее, и Матильда пожала плечами, а потом ухмыльнулась.

Сирене не нравилась работа, где она ощущала себя слабой. Ее магия приходила к ней легко, когда она ненавидела или злилась — так учил Каэл. Конечно, так было неправильно, и это лишало ее сил, вызывало голод, мигрени и усталость. Магия крови тоже давалась ей легко, но была запрещена. Она не просто истощала ее. Она вызывала зависимость, чуть не убила ее. Она уже раз разбила барьеры вокруг себя, и вся магия стала простой. Она не сомневалась в себе, сдержалась лишь, когда ее сила возжелала кровавую магию вокруг нее. К сожалению, эта зависимость будет с ней всю жизнь.

Но это… маленький кинжал поставил ее в тупик.

Она пару раз думала выследить Фэллона и спросить, что еще он знал об этом. Но она видела его лицо, когда смогла пройти тот барьер, и как он спешил прочь, когда она подходила к столу регистрации. Нет, Фэллон покончил с ней. Его восторг из — за чужачки прошел.

— Сирена, — Сувинна прошла на маленький закрытый двор за гостиницей.

Сирена думала, что Сувинна будет теперь их бояться, ведь они залили кровью весь ее пол. Но она восхищалась ими еще сильнее.

— Тебе принесли письмо.

Сирена улыбнулась.

— От кого?

— Его принес слуга Общества.

Сирена подбежала и забрала письмо.

— Спасибо, Сувинна.

— Открывай, — сказала Матильда.

Желудок Сирены сжался от тревоги, она сломала черную восковую печать и прочла письмо.

Сирена Штром,

Благодарю за запрос насчет регистрации в Турнире Общества. Нам жаль сообщать вам, но вы не подходите по условиям участия. Все участники должны состоять в племени и иметь наставника из Общества.

С наилучшими пожеланиями, мастер Кинсли, совет Общества

Она смотрела на короткий отказ. Вот и все. Она ждала этого четыре дня.

— Что они сказали? — тихо спросила Вера.

Сирена сунула письмо в ее руку и ушла. Это… было невероятно. Нет, это было ожидаемо. Но ужасно. Они мешали ей участвовать в турнире коротким письмом от члена совета Общества, который мог и не прочесть слова Микела.

— Сирена, сядь, — рявкнула Матильда.

— Нет, — ее ладони дрожали, все в ней закипало.

Они так далеко зашли. Все пошло не так. И теперь их остановили глупые формальности.

Она вдруг засмеялась.

— У нее срыв? — спросила Матильда у Веры.

— Сирена, — мягче сказала Вера, — это не конец.

— Это просто… знаете, что?

Она повернулась к своим мастерам Дома. Они научили ее тому, какой она была, и какой хотела быть как маг.

— Кому есть дело до их правил? Кому это нужно? Я не уйду отсюда, и мне надоело играть по их правилам. Если я этого хочу, то я сделаю все по — своему.

22

Церемония

— Сейчас или никогда, — тихо пробормотала Сирена.

Она глубоко вдохнула и пошла по людной арене. Матильда и Вера ушли рано утром и пообещали быть на месте, когда придет время. Сирена видела Ордэна, занявшего место. Его ярко — красная рубашка светилась на солнце. Микела не было видно, но он был в этом хорош. Он будет, когда она будет нуждаться в нем.

Было сложно разглядывать тысячи людей на арене и искать место, пока она шла вдоль периметра. Она не знала, хватит ли всем места.

Хоть приходилось ворчать и толкаться локтями, Сирена добралась до квадратных лож на другой стороне. Они были для членов Общества и их гостей. Для нее. Она надеялась.

Несколько человек стояли у входов со списком допущенных членов. Человек перед Сиреной назвал свое имя, его нашли в списке и пропустили. Вот только… есть ли ее имя в списке?

— Имя и племя? — спросил мужчина.

— Сирена Штром и… Венатрикс.

Мужчина взглянул на ее красное платье, которое точно не было серебряной кольчугой племени Венатрикс, посмотрел на свой список. Поставил галочку возле ее имени.

— Допущена. Верхний этаж, ложа О. Следующий.

Сирена быстро пробежала мимо него, боясь, что он передумает. Она не могла поверить, что это сработало. Алура все — таки записала ее имя. Наверное, из — за ее отца… но все же так было.

Она поднималась по ступенькам все выше и выше, пока не оставила почти всех позади. Она попала на верхний этаж, отыскала дверь с О на ней и прошла в тесную комнатку. Ее сердце замело, когда она поняла, что за дверью были… черные мантии.

Она стала пятиться. Она не хотела попасть в комнату Общества, но ее остановил еще один человек не из Общества.

— Ты, должно быть, Сирена, — сказала она. У нее была чернильного цвета кожа, красивая улыбка и кудрявые волосы. Она была в серебряном платье с плавными формами и металлическими чешуйками, удерживающими его целым на поясе и лямках.

— Да. Хоть я, похоже, попала не туда.

— Бред. Я — Аня. Моя дочь Алура сказала, что ты присоединишься к нам сегодня, — она посмотрела на Сирену. — Хотя я думала, что ты приведешь с собой семью.

— Тут только я, — сказала она.

Мама Алуры была потрясающей, будто источала тепло.

— Вижу в твоих глазах много вопросов. Но, прошу, попробуй угощения до начала церемоний, — она подвела Сирену к столу с закусками и вином.

Сирена взяла бокал с улыбкой, но пить не собиралась.

— Прости за обстоятельства нашей встречи. Моя дочь… импульсивна. Но на нее сильно давят, и, хоть это не оправдывает ее поступок, надеюсь, это сохранит вашу дружбу.

Сирена улыбалась Ане. Хоть в ней бушевало смятение. Аня отличалась ото всех членов Венатрикса, которых она встречала. Может, только воины были занозами.

Она прошла за Аней к ряду стульев впереди ложи и чуть не охнула от вида. Перед ней раскинулась красивая арена, полная зрителей. Вид отсюда точно был лучшим.

— Это… ложа Общества? — спросила Сирена.

Аня улыбнулась.

— Одна из них. Мой муж в совете, и мы делим это место с другими членами совета. Тут даже Председатель и мастер церемоний.

Сирена побелела. Она не ожидала, что в ложе Алуры будут те, кто тут правил. Она не понимала, как Алура была с ними связана.

Она хотела извиниться и уйти, но худой мужчина с тонкими усами и мелкими глазами шагнул вперед и сказал ждущей толпе:

— Дамы и господа, и все, кто прибыл издалека, чтобы увидеть Турнир Общества, добро пожаловать!

Толпа радостно зашумела. Сирена вжалась в стул. Под носом льва находится было даже хорошо… хоть она не этого ожидала.

Аня похлопала ее по руке и тепло улыбнулась.

— Твой первый турнир? — прошептала она.

Сирена кивнула.

— Тебе понравится.

— Рад видеть всех вас сегодня на церемонии открытия и начала поиска новых всадников драконов. Я, как вы знаете, Эфриам Плимптон, ваш мастер церемоний, и я тут с Председателем Общества, Малвином Зо.

Стареющий пухлый мужчина встал и помахал радостной толпе.

— Благодарю, мастер Эфриам. Я рад провести этот турнир вскоре после прошлого. Их разделили всего пять лет, — сказал он напыщенно. — До этого турнир проходил двадцать лет назад. Никогда не знаешь, когда драконы отложат яйцо. Нам повезло в этот раз.

Сирена чуть не рассмеялась от выражения лица Эфриама. Было ясно, почему ведущим церемонии был он, а не Малвин.

— Вернемся к расписанию, — сказал Эфриам. — Сегодня будет незабываемое шоу, и, если вам повезет, мы разбудим Малвина, когда он захрапит.

Толпа рассмеялась, и Малвин не покраснел. Он ожидал эту шутку.

— И, конечно, мы увидим дракона! — он поднял руки. — И у нас есть драконы, дамы и господа. Три новых дракона возраста поиска всадника, готовые с ним связать себя. Вы знаете правила, не буду надоедать, — он рассмеялся. — Конечно, буду. Все фейри из племен могут принять участие в турнире. Все зарегистрированные ждут, когда их объявят, и они встретятся с нашими красивыми новыми драконами. Мы ведь тут ради этого?

Еще вопли донеслись от толпы. Сирена невольно склонилась вперед. Ей было интересно увидеть новых драконов. Один из них должен был оказаться ее в конце.

— Первый из трех наших драконов — Джемина, — сказал Эфриам.

И прекрасное существо слетело с вершины горы Драко и направилось к арене. Все охнули от восторга, дракон летел к ним. Перед столкновением она расправила крылья и легко остановилась. Она была поразительной смесью серебра, золота и бронзы, сияла на солнце. Она хлопнула крыльями, моргнула золотыми глазами и описала круг над толпой.

Все хлопали, и Эфриам представил второго дракона — Галциона.

Он был как море с сине — зелеными переливами, которые казались то бирюзовыми на солнце, то темно — синими в тени. Он был чудесным, и ветер подчинялся ему, пока он двигался над ареной. Половина арены пригнулась, когда Галцион пронесся близко к ним и выпустил огонь над их головами. Рисовался.

— И последний дракон, — с благоговением сказал Эфриам, — Сариэль.

Сирена склонилась и смотрела на красного дракона на арене. Она летела плавно, словно каждый день появлялась перед такой толпой. Ее чешуя мерцала, отражая золотой свет. Сирена затаила дыхание, пока драконша летела, ее величие было заметно во всем. Она фыркнула при виде зрителей, огонек вылетел из ее ноздрей, и она подожгла ряд арены, а потом улетела с веселым блеском в золотых глазах.

Члены Общества быстро потушили огонь. Они явно предвидели такое. Но Сирене было все равно. Ее потряс вид драконов. Их красивая чешуя, гордые шеи, длинные хвосты. Они летели с грацией и силой в крыльях. Все в них было идеальным. И она впервые ощутила, что хотела дракона не только из — за слов Серафины, что ей нужно найти дракона.

— Теперь племена, — Эфриам заставил Сирену встрепенуться. — Наши братья и сестры с севера в Тосине — Завала, Саяир и Эрева.

Врата в дальней части арены открывались после названных имен, и проходили племена. Член Общества из того племени держал знамя племени и вел участников по арене. Сирена знала, что племена из Тосина были учеными и творцами. Ее удивляло, что у них было так много участников. Около двадцати фейри разного возраста, роста, веса и пола шли с каждой группой. Она не знала, как они собирались из них потом выбирать.

— Наши братья и сестры с юга в Моране — Элисанд, Одэ и Геноа.

Все было так же, но в этих группах участников было меньше. В Одэ была только одна женщина, идущая вперед, высоко подняв голову. В Элисанде было пять, но один из мужчин явно не хотел там быть. Он, как и та женщина, высоко держал голову, важно шагал вперед. Сирена знала, что фейри из Морана хотели убрать свою магию, но разве это не значило, что они не должны были и становиться всадниками драконов?

— Наши братья и сестры с востока в Виланде — Брионика, Конха и Ибарра.

Виланд. Представителей оттуда Алви ушел искать и пропал. Целители и добродетели. У них было немного участников. В Ибарре — всего четверо, но в Брионике Сирена не могла так просто сосчитать. Жаль, рядом не было Фэллона, который все объяснил бы. Но он, скорее всего, тоже выйдет на арену.

— И, наконец, наши братья и сестры с запада в Вудлоке — Венатрикс, Галантэя и Гераси.

Толпа зашумела так, как еще ни для одного племени не было, кроме Брионики. Они топали, хлопали, задавали ритм для шагов фейри на арене. В каждом племени было лишь по три воина, идущих плечом к плечу. Вентариксы были первыми, блестели серебром кольчуг, и Аня поддерживала их. Сирена видела Лориана впереди, Алура гордо шла за ним. Она узнала бы их всюду.

Она смотрела на трех высоких членов Галантэи в золоте, идущих за Венатрикс, Фэллон спотыкался, опустив голову. Она переживала за него. Он даже не хотел в этом участвовать, но родители заставили его. Но он был теперь тут. Поздно. За Фэллоном были трое Гераси, одетые в бронзовую броню и выглядящие не менее яростно, чем два других племени воинов. По ее спине пробежал холодок.

Все племена встали в круг на арене, и зрелище было впечатляющим. Сирена еще такого не видела.

Эфриам кашлянул.

— Теперь все племена представлены, и мы спрашиваем, хочет ли кто — то еще принять участие и попробовать свои силы? Любой может пройти… но только один из каждого племени будет участвовать в турнире.

Сирена затаила дыхание и смотрела, как Матильда и Вера идут из разных концов арены. Толпа заволновалась. Сирена ощущала напряжение вокруг себя. Шок от того, что кто — то вышел.

— Кто они? — спросил Председатель Зо.

Эфриам еще помнил о своей роли.

— Пройдите к своему племени, а мы перейдем к этапу проверки.

Но Матильда и Вера не собирались идти к другому племени. Они прошли в центр арены и повернулись лицом к ложам. Сирена затаила дыхание. Многое зависело от этого.

Голос Матильды усилился:

— Мы не из ваших племен. Мы — члены Общества, которые были без своих драконов почти две тысячи лет.

— Мы прибыли в Кинкадию, — продолжила Вера, — чтобы вернуть себе место членов Общества. И мы создаем новое племя — Дома.

— И мы представляем на турнире первую из ее вида — Дому Сирену Штром.

Вся ложа Сирены зашумела. Все вскочили на ноги, кричали. Толпа не была лучше. Вопли и гул голосов выражали общее смятение.

Но Аня посмотрела на нее с понимающим блеском в глазах.

— Сирена?

Она кивнула.

— Верно.

— Тебе нужно встать, дитя.

Сирена сглотнула и поднялась на ноги.

— Я принимаю ваше предложение, — крикнула она.

Все повернулись к ней. Председатель недовольно качал головой. Все в совете выглядели потрясенно. Только Аня понимала, что она только что сделала.

— Вы не имеете права так поступать, — сказал Эфриам поверх усиливающегося шума на арене. Он повернулся к Матильде и Вере. — Вы даже не можете доказать, что вы — члены Общества.

Матильда и Вера улыбнулись. Они ждали этого.

Они подняли руки к небу и засияли золотом. Их магия окутала их. А потом с горы Драко донесся гул. Толпа притихла, все смотрели наверх.

Из горы вылетели два красивых дракона. Один был почти белым, отличал синим и лиловым, напоминая лед и иней. Другой будто пылал, пока издавал рык, чешуя сияла красным, потом оранжевым, потом синим, пока усиливался жар. Они описали круг над ареной раз, другой, а потом опустились грациозно рядом с Матильдой и Верой.

— Как видите, — сказала Матильда, — мы можем доказать, что мы из Общества.

Мужчина лепетал рядом с Сиреной, он вскочил на ноги.

— Это мой дракон!

Вдруг в ее голове зазвучал голос. Он был непоколебимым, как яркий огонь.

«Я — Акира Эирбеллиан и Морвер Великая, рожденная в горах Хэвен, душа пламени. Я — дракон, связанный с Матильдой Дома, так было больше двух тысяч лет. Я и моя сестра — дракон, Амират Вейлма и Морвер Великая, рожденная в горах Баррен, душа неба и льда, долго ждали воссоединения после нашего перелета».

Сирена поняла, что дракон Матильды говорил не только с ней, но и со всеми в арене.

Амират продолжила там, где закончила ее сестра:

«Мы позволили другим всадникам занять их место без связи, ведь ждали, но этого уже не будет. Наступил расцвет Дома».

23

Совет

Страж толкнул Сирену вперед.

— Жди тут, пока не позовут.

И он прошел в коридор на свой пост.

Рядом с ней стояли все ее друзья. Микел и Ордэн поспешили на арену, чтобы назвать себя частью племени Дома, это вызвало еще больше хаоса. Теперь все были вместе. Она была уверена, что они пытались найти способ отказать им в участии в турнире. Но Сирена действовала по своим правилам. Она не собиралась позволять им снова прогонять ее.

— Молодцы, — сказала она Матильде и Вере.

— Было приятно так их потрясти, — рассмеялась Матильда.

— Я рада, что наш секрет раскрыт. Теперь мы можем поговорить с советом и покончить с этим, — сказала Вера.

— Наверное, — сказал Микел.

— Готов к своей роли в этом? — спросила у него Сирена.

Он напряженно кивнул.

— Я заставлю их послушать.

Ордэн приподнял шляпу, глядя на нее.

— А я буду улыбаться и выглядеть красиво.

— Будешь играть роль Алви?

Он нахмурился. Они все еще ничего не слышали от Алви.

— Я — часть твоего племени. Признают они его или нет.

Она благодарно коснулась его плеча, и дверь открылась.

— Вас вызывают по делу Сирены Штром и племени Дома, — сказал паж.

Сирена пошла первой, Матильда и Вера — по бокам от нее. При виде огромной комнаты, куда она вошла, она сглотнула. В такой большой она еще не была. Тут уместились бы все члены Общества. Она увидела балконы, вырезанные в горе, чтобы драконы могли присутствовать. И она видела нескольких там.

К счастью, перед ней было только двадцать пять членов совета. От каждого племени было по два представителя, а еще — председатель. Но комната казалась больше из — за пустого пространства. Их шаги отражались эхом в почти пустой комнате.

Она остановилась у подиума перед советом и ждала очереди заговорить.

Председатель Малвин Зо склонился вперед и обратился к ней:

— Сирена Шторм из Дома, вы решили посмеяться над священным турниром драконов. Вам плевать на наши традиции и систему племен. Вы наплевали на людей Аландрии, я должен изгнать вас с этих земель.

Сирена подняла голову выше, хотя ее мутило.

— А еще, — продолжил Зо, — нам нужно рассмотреть дело о новых членах Общества, прибывших в Кинкадию и укравших наших драконов. Это возмутительный поступок на глазах народа, и весь совет должен определить последствия таких действий.

Сирена стиснула зубы от слов председателя. Они не звучали как правда.

Вера шагнула вперед.

— Спасибо, что уделили время этому делу. Хоть мы с Матильдой, как Амират и Акира, ясно дали понять, что мы — члены Общества. Мы связаны с драконами, и этой связи две тысячи лет. Значит, скорее всего, мы — самые давние члены Общества из живущих, это должно обеспечивать нам место в вашем совете.

Матильда приподняла бровь и шагнула вперед.

— Хоть нас не интересует эта роль, мы хотели бы больше уважения и прекращение этих глупых обвинений.

— Если учесть, что вы дали Амират и Акиру двум всадникам, чьих драконов убили. Вы позволили им кататься на них без связи, — сказала Вера. — Думаю, за такой поступок тоже должно быть наказание, и сам председатель в ответе за такое решение.

Зо отклонился и хмуро смотрел на них. Но голос в голове Сирены заглушил всех.

«Я, Зефир ветра и небес, дракон, связанный с госпожой Алсией из Ибарры, говорю от драконов. Мы подтверждаем, что Матильда и Вера из — за морей — всадники великих Амират и Акиры».

Это закрыло споры.

Заговорила женщина:

— Амират и Акира ни для кого не летали так, как сегодня, — женщина кивнула Вере и Матильде. — Я верю Зефиру, как и Амират и Акире. Но я хотела бы послушать, как вы попали сюда сегодня.

— Это долгая история, — сказала Матильда.

— Мы были бы рады поделиться ею с вами, но вопрос не в том, входим ли мы в Общество, — сказала Вера. — Вопрос: допустите ли вы Сирену?

— Она — человек, — сказал фейри, похожий на лягушку, слева. — Мы не пускаем на турнир людей.

— Мы тоже люди, — прорычала Матильда.

— Нет правила против людей, — сказала вторая женщина.

— Правило было ясным без слов, — сказал мастер Лориан со своего места в первом ряду. — Фейри и люди могут заводить детей, но их магии не хватает на связь с драконом. Многие вообще не развивают магию.

— У меня есть магия, — пылко сказала Сирена.

— Как скажешь, — отозвался он.

Вторая женщина снова заговорила:

— Лориан, люди могут участвовать, если за них поручилось племя. Элисанд спонсирует юношу — человека, и ты не был против.

— Наш мир не такой, как в Аландрии, — объяснила Вера. — Там куда меньше фейри, и они не вступают в связи с людьми. Людей с магией зовут Дома. Это наше племя. Оттуда наша магия. Это в нашей крови. И, как Дома, мы выдвигаем Сирену.

Гул негодования пронесся по комнате. Микел шагнул вперед. Его внешность фейри была очевидной, и его верность Сирены была заметной.

— Я один из последних фейри своей родины. Там нас зовут лифами, но два из трех племен были убиты много лет назад. Я был всадником — лифом, как и многие мои собратья, но меня оставили, чтобы направить остальных к нашим драконам, улетевшим сюда. Моего дракона убили, — сказал он. — И я вызвался остаться. У меня нет дракона. Я больше не смогу так летать в небе, как раньше. Но я — фейри, как вы, и я был в мире, о котором они говорят. У Сирены есть магия, и она точно проявит себя, если дать ей шанс.

— Мы не можем допустить такое, — сказал мужчина — лягушка. — Она — человек!

— Как сказала уважаемая госпожа Анахи, Элисанд взяли человека, — сказала госпожа Хелли на вершине группы. — Его допустили без проблем.

— У него был запрос, и он был одобрен! — сказал все тот же мужчина.

— Дай ей сказать, — сказала госпожа Анахи. — Я хочу послушать Сирену. Почему ты здесь?

Сирена выпрямила спину. Нужно все сделать правильно. Убедить их всех, что она делала это по хорошей причине. Тогда ее примут. Она сглотнула и начала:

— Я пришла участвовать в турнире. Я прибыла из — за морей с земель, где от магии отвернулись. Вы открыто принимаете ее. Люди, как я, с магией, пытаются бороться с растущей тьмой в моем мире. Я не остановлюсь, пока не найду для нас способ жить мирно с магией, как у вас тут. Я не жду идеального мира, но буду бороться за образ жизни, который хочу видеть дома. Я хочу то, что у вас уже есть. Я пришла найти способ получить это.

Сирена закончила с комом в горле. Она сделает все, чтобы спасти Эмпорию и принести магию в свой мир. Ей было больно от мысли, что Эмпория когда — то была такой же открытой, как Аландрия.

Стало тихо от не слов. Она видела по лицам совета, о чем они думали. Но она могла сказать только это.

— Прошу обсуждение, — сказал властно мастер Лориан.

— Я буду против, — сказал Лягушка. Он встал и отряхнул мантию. — Это не правило, но мы не допустим людей в наши ряды без официального допуска от племени. То, что с ней два члена Общества из других земель, не значит, что они могут быть в Обществе в Аландрии. То, что она человек, заботит меня меньше всего, потому что она не с племенем, не с членом Общества Кинкадии. Если она победит и заберет дракона, она не поможет Аландрии. Это не ее дом. Она не заботится о нем так, как мы. Она заберет дракона биться на ее землю. А мы не можем отдать дракона кому — то еще.

Сирена удерживала его взгляд, пока он терзал ее миссию на кусочки. Она не собиралась позволять этому сломать ее.

— Кто — то может выступить в поддержку Сирены? — спросил едко председатель.

Какое — то время все молчали. А потом, к ее удивлению, встал мастер Лориан.

Лягушка опешил.

— Ты?

— Спасибо, мастер Боз. Я продолжу, — сказал Лориан.

Боз опустился на стул, фыркнув, и Лориан обратился к совету:

— Я уже знал, что у этой девушки есть магия. Моя дочь столкнулась с ней дома в Вудлоке, и мой лейтенант, Кая, рассказала, что у нее была магия. Она умная, упрямая и… изобретательная. Эти качества мы ищем в участниках.

— Ваша дочь ведь участвует в турнире, мастер Лориан? — спросила госпожа Анахи.

— Да, госпожа Анахи. Участвует.

Совет обдумывал эти новости.

— Я не боюсь за свою дочь. Не из — за этого человека. Нет правил, запрещающих человеку участвовать. Нет правил, запрещающих создать новое племя с членом Общества во главе. Нет правил, по которым всадник не может забрать дракона из Аландрии. Это все — ваши переживания, но она не нарушает правила. Технически она подходит для участия.

— Как же так? — застонал мастер Боз. — Это может изменить наш образ жизни.

— Может, — сказал Лориан, — но так не будет. Наши племена — в наших костях. Я не могу оставить Венатрикс, как и бросить своего дракона, Орию. Мы считаем ее за угрозу. Почему не проверить ее? Может, она провалит проверку. Тогда ничему и не навредит.

Он улыбнулся Сирене, и она поняла, что он не защищал ее. Он пытался покончить с этим. Он верил, что она не пройдет проверку и оставит их. И им не придется переживать из — за тринадцатого племени, потому что она не справится.

— Вы слышали обе стороны, — сказал председатель Зо со своего места в центре комнаты. — Кто — то хочет добавить что — то еще? — все молчали. — Тогда голосуем.

Сердце Сирены колотилось. Она не могла поверить, что они решали это сейчас. Здесь. Она сделала все ради этого момента. Она должна победить.

— Те, кто согласен позволить Сирене продолжить участие как Дома, тринадцатому племени, поднимите руки, — сказал председатель Зо.

Было близко. Очень близко.

Ее мутило, она считала руки.

Десять. Одиннадцать. Двенадцать.

И поднялась последняя.

Тринадцать.

Зо стукнул молотком и кивнул.

— Дело закрыто. Сирена будет участвовать в турнире.

24

Шпионка

Элея

Элея сидела в гостиной Каэла и ждала его появления. Она вынесла еще час ворчания Калианы. Королева пыталась вернуть программу Компаньонов. И, хоть Элея была с ней согласна в этом, она думала, что Калиана упускала общую картину.

Ничто не могло стать прежним.

Эдрик был мертв. Магия существовала. Война была на горизонте.

Такой была реальность мира, в котором они жили. Калиане нужно было понять это, а потом болтать. Элея привыкла к новому порядку, а Калиана отставала. Так было у многих.

Дверь спальни открылась, Элея застыла.

Каэл, должно быть, вошел через тайный проход.

Она изобразила послушание. Притворилась его глупым питомцем. Ей нужно было скрывать от него свои истинные мысли. Она шпионила для Рэи и передавала информацию о действиях Каэла врагам. Он не мог узнать это. Он убьет ее. Она это знала.

— Элея? — позвал Каэл из спальни.

Она глубоко вдохнула и прошла в комнату.

— Ваше высочество.

Он улыбнулся, в его взгляде на нее мелькнула доля безумия.

— Я рад, что ты здесь.

— Конечно. Вы сказали, что у вас есть письмо для меня.

Но она не видела письмо. Ее кровь похолодела. Может, сегодня он перестанет доверять ей свои ценные письма. Может, он узнал о ее двойной игре.

— Я доверяю только тебе, — сказал Каэл.

Его ладонь убрала прядь ее волос. Она старалась не подходить к нему слишком близко. Ее разум пропадал, когда он касался ее. И она не знала, было это из — за его магии или его самого.

Она отошла и опустила ресницы.

— И я целиком доверяю вам.

— Ты так на нее похожа.

Элея вздрогнула. Не сдержалась. Сравнение все еще задевало ее.

Он рассмеялся.

— Не злись.

— Я — не Сирена, — раздраженно прошептала она.

— Не она, — сухо сказал он.

— Я не люблю оскорбления.

— Это не оскорбление, — сказал он, взяв ее за руку и притянув ближе. — Нет никого такого, как Сирена. Но нет и никого, похожего на тебя, Элея. Я могу прочесть твое сердце, — он развернул ее, прижал к себе спиной. Его ладонь прижалась к ее ладони, он отбивал ритм на ее груди пальцами. — И твое сердце честное.

Она старалась не поддаваться чувству, бушующему в ней. Она знала, что Каэл сдавался чему — то ужасному. Терял себя и становился темным существом. Но, когда он так держал ее и говорил чарующие слова, она не могла сопротивляться его чарам.

Ее глаза закрылись от контакта.

— Честное. Верное вам, Ваше высочество.

— Зови меня Каэл, Элея, — выдохнул он ей на ухо.

— Я — твоя, Каэл, — слова сорвались с ее губ, она не успела остановить их.

«Как я могу так любить его, хоть наступило его темное время, и все же предавать при любой возможности?» — ее разрывало надвое от этой мысли.

Его губы прижались к ее шее там, где она соединялась с плечом, и она поежилась.

— Что ты знаешь о войне?

Слова оглушали. Они не вязались с тем, что происходило между ними.

— Ничего. Мы никогда не воевали.

— Она близко, — сказал он. Еще поцелуй.

— С Элейзией?

— Мм, — еще поцелуй в шею. — А если я скажу, что буду править империей?

Разум туманился. Она пропадала от его губ. Она едва могла сосредоточиться на его словах. Там точно была важная информация.

— И — империей?

— Да, я буду однажды править всей Эмпорией. Мои предки были слабы, возились с Бьерном. Мы получим все.

— Мы? — она охнула, когда его губы опустились на ее ухо.

— Да. Да, мы. Элейзия — только начало. Мы победим, захватив их столицу, но я хочу больше. Я отправлюсь в Аурум, если нужно, но получу Элейзию.

Глаза Элеи открылись. Он хотел вторгнуться в Аурум?

— Разве на троне Аурума не твоя сестра?

— Она, верно? — его ладони скользнули по ее бокам, голос звучал весело. Словно для него было пустяком завоевание королевства сестры. Это было только состязание.

И, когда он развернул ее и поцеловал в губы, она поняла, что и она была для него развлечением. Если она хотела и дальше получать полезную информацию, нужно было, чтобы он продолжал преследовать ее. Иначе ему наскучит. Это не сочеталось с ее ролью, и ей не нравилось делать это, но Элея отодвинулась.

Ее лицо пылало, она не изображала трепет в голосе:

— Каэл, я… не могу, — она медленно отошла. — Я пришла за письмом.

Безумие вернулось в его глаза от ее отказа. А потом изменилось. Он улыбнулся заискивающе, показывая, что уже играл в такое. И что он победит.

Она не сомневалась в этом. Она не могла противостоять своим чувствам к нему. И она не знала, сможет ли как можно дольше интересовать его. Но она попробует. Попробует поймать короля.

Он передал ей письмо.

— До встречи, Питомец.

И она выбежала из комнаты.

25

Затея

Рэя

— Тебе что — нибудь нужно? — спросил Феникс.

Рэя стояла на пороге его спальни. Она была в паре дверей от ее комнаты, но она ни разу не видела его в спальне. Это был один из редких случаев, когда он был ночью дома. Она только вернулась со встречи с Элеей и была так потрясена, что не знала, что сказать.

— Что такое? — он встал из — за стола и повернулся к ней.

Обычно она не знала, о чем он думал, но сейчас он будто переживал за нее.

— Ты знал, что король хочет вторгнуться в Аурум? — прошептала она.

Феникс нахмурился. Это было ответом.

— Знал, — охнула она и прислонилась к дверной раме, чтобы не упасть. — Ты знал и допускал это.

— Рэя, — спокойно сказал он.

Она подняла руку.

— Не надо. Я знаю о письмах. Я знаю о людях, которых ты послал за границу. Я знаю, что ты все время делал, Феникс.

— И что же? — он сунул руки в карманы с беспечным видом и смотрел на нее, словно ничего плохого не сделал.

Но она закипала. Она слишком долго была тихой и сдерживалась, но не могла дальше стоять в стороне. Она не могла дать ему уйти с этим.

Она промчалась по комнате, не переживая, что это его спальня, остановилась перед его лицом. Почти. Он был таким высоким, что пришлось задрать голову. И он был мускулистым, она видела усиленные тренировки. Она вдруг пожалела, что сделала это. Теперь он нависал над ней, и она ощущала себя маленькой. Но ее спина была из стали, тон пронзал.

— Ты — шпион, — прошипела она.

— И?

— Ты даже не отрицаешь этого, — она покачала головой.

— Зачем мне отрицать правду?

— Ты работаешь на Каэла Дремилона! Он применяет темную магию, хочет вторгнуться в Аурум, чтобы воевать с Элейзией. Элея сказала мне, что он хочет построить империю.

— И как я помогаю ему сделать это?

— Управляешь его сетью шпионов и направляешь важных людей на нужные места.

Он вдруг разозлился.

— Ты читала мои письма.

— Ты научил меня этому! Думал, что я не использую твои техники против тебя? Откуда мне знать, что я могу тебе доверять?

— Ты не можешь, — рявкнул он. — Ясное дело.

— Или ты помогаешь Каэлу затевать войну, или ты работаешь на Сеть, чтобы остановить его. На чьей ты стороне?

— Не все такое, как кажется, Рэя.

Она хмуро посмотрела на него.

— Тогда ты предатель нашего дела!

Феникс не парировал. Он смотрел на нее с нечитаемым выражением лица. Она думала, он будет злиться. Она видела его письма, рылась в его вещах, чтобы найти нужную информацию. Она должна была убедиться, что он не выдаст Сеть… и ее. Она не могла пострадать тут, жить с тем, кто отправит ее прямиком к Каэлу Дремилону. Или хуже! Что это было подстроено, чтобы она сделала больше бомб для королевства. Она не могла в этом участвовать. Из — за ее творений погибло много людей. Ей нужна была правда. И нужна была сейчас.

А потом его сильные ладони обхватили ее щеки. Она застыла от прикосновения. Она не знала, что он думал. Хотел убить ее? Сломать шею и бросить, как делал с остальным, кто мешал ему?

Она дрожала в его ладонях. Страх смешался со странным чувством. Что — то горячее извивалось под ее кожей, и щеки пылали. Она подавляла это чувство, не хотела его принимать.

— Рэя, — прошептал он, будто молился.

Она застыла от одного этого слова. А потом его губы оказались на ее. Она охнула, и он принял это как приглашение. Он ласкал ее язык своим, прижимался к ее губам. Он притянул ее крепко к своей груди. На миг, всего на миг, она забыла обо всем, кроме его вкуса. Знакомый запах леса, туманящий ее мысли. Эти мышцы, тело и чувство в ней заставляли ее пылать.

Она отпрянула и с силой ударила его по лицу.

— Как ты посмел!

Ее руку жгло. Гордость пострадала сильнее.

Она еще никого не била по лицу. Особенно за поцелуй, взывавший столько борющихся эмоций.

Она не была такой, как Сирена. Она не целовала мальчиков для развлечения, пока росла. Она целовала только Эрена. И он умер… из — за нее. Эта рана еще была свежей.

Феникс не мог так быстро ее исцелить. Какие бы чувства ни вызывал. Какие бы сильные эмоции она не испытывала. Эрен был под ней, а на его месте стоял другой мужчина.

Маска вернулась на место. Шпион, который мог скрыть все.

— Может, это ты не та, кем кажешься, Рэя Гремм, — медленно и уверенно сказал он. — Твоя голова врет твоему сердцу. Может, я и шпион, но свою верность знаю. Ты должна понять это для себя.

Он прошел мимо нее, покинул свою комнату, и входная дверь хлопнула за ним. Только это показывало, что она задела его.

Она опустилась на пол, слезы неожиданно наполнили глаза. Она была уверена, что Феникс был плохим, злилась на себя за чувства к нему. Но теперь… казалось, что она запуталась.

И она не знала, что ей оставалось делать с Сетью и своим сердцем.

26

Проверка

Сирена стояла одна в темной комнате.

Всем племенам дали свою комнату перед проверкой, и она была одна. Даже члены Общества ушли, оставив всех задаваться вопросом, что будет дальше. Никто не знал.

Она не представляла, что могла значить проверка, но эта загадка определит, кто от каждого племени пройдет в следующий раунд. Сколько бы представителей ни было от племени, только один пройдет дальше.

Но это не имело для нее значения. Она сидела в темноте часами, как ей казалось. Она подавляла скуку и волнение. Страх и восторг.

Все племена были перед ней.

Она пойдет последней.

Ожидание напоминало ей о Представлении. Эдрик долго спорил с Калианой и Дофиной, делать ли ее Компаньоном. Изменился бы ее путь, если бы они этого не сделали? Она уже не могла ничего изменить. Она была тут, делала все, что могла, чтобы исправить ошибки Виктора Дремилона и Серафины. Если она могла.

Дверь ее комнаты открылась, и Сирена вскочила на ноги.

— Сирена Штром, — сказал женский голос.

— Это я.

— Сюда.

Сирена прошла за женщиной по каменному коридору. В конце него женщина открыла дверь и указала ей пойти.

— Направляйтесь на проверку, — сказала женщина.

Нервы покалывало. Будущее зависело от этого момента. Многие верили, что она не сможет преодолеть это. Сирена хотела доказать, что они ошибались.

Она прошла в тускло освещенную комнату и услышала щелчок двери за ней. Ее глаза быстро привыкли, и при виде огромной массы перед ней она охнула и отпрянула.

Перед ней был огромный черно — серый дракон. Серые глаза зверя смотрели на нее. Гордая шея была высоко над ней. Сирена сглотнула, страх покалывал в ней.

Да, драконы выглядели потрясающе. Их шоу для турнира было прекрасным. Даже когда драконы Матильды и Веры появились на арене, зрелище было невероятным. Но другим делом было стоять возле дракона в комнате. Одной. Особенно, когда дракон был размером с дом и мог раздавить ее одной когтистой лапой.

— Здравствуй, — прошептала она, пытаясь успокоиться. Это было частью проверки. Она надеялась.

«Здравствуй, Сирена Штром из племени Дома».

Сирена прикусила губу. Было жутко слышать дракона прямо в голове.

«Я — Гелрин из Роан и Фрилдран, дракон, связанный с мастером Мексесом из Эревы. Пусть его пепел придаст сил Великой матери».

— Рада знакомству, Гелрин, — сказала она. — Простите, что спрашиваю такое, но я думала, что сложно, почти невозможно дракону или всаднику жить, когда другая половина убита.

Гелрин склонил голову. Не был удивлен вопросом.

«Да. Я не видел солнца с тех пор, как умер мой мастер. Я летаю только ночью, вижу его душу в звездах. Тьма теперь подходит мне лучше».

— Мне жаль это слышать. Один из моих товарищей потерял своего дракона. Он кажется пока нормальным, но ему придает силы миссия. Мне страшно думать, что будет, когда он завершит миссию. У тебя будет совет для него?

«Пусть живет, пока не сошел с ума».

Сирена сглотнула. Не этот ответ она хотела услышать. Но она ценила его честность.

— Спасибо. Я приму этот совет.

«Сирена из племени Дома, ты не такая, как остальные, — Гелрин опустил голову и заглянул в ее глаза. — Ты меня не боишься».

— Наоборот, я сильно тебя боюсь, но уважаю еще больше. На моей родине больше нет драконов. Поразительно, хоть и волнительно быть рядом с драконом.

Он будто рассмеялся и выпрямился во весь рост.

«Тогда ты не слышала истории о Гелрине Разрушителе. Детям в этом мире рассказывают кошмары о том, как я разрушал в бою. Я совершал великие дела».

— Я вижу, что ты прекрасен, — сказала она, решив, что лесть не была плохим ходом. — И я хотела бы услышать истории о твоей мощи.

Он посмотрел на нее, как она думала, с изумлением, а потом опустился и склонил голову на уровень ее глаз.

«Я проверю, достойна ли ты быть всадником Общества. Истории и легенды подождут».

Она робко кивнула.

«Коснись моего носа, и мы начнем».

Сирена с тревогой шагнула вперед. От слов о богатой истории Гелрина было страшнее подходить к нему. Конечно, он сделал это намеренно. Она отогнала весь страх, протянула руку, закрыла глаза и коснулась его носа.

Ощущение охватило ее, словно она погрузилась в воду. Она будто тонула и пыталась отчаянно вдохнуть. Хотя при этом она не двигалась. Она боролась, давилась водой, которой там даже не было.

А потом ее отпустило.

Она словно выбралась из тела, хотя не двигалась вовсе.

Когда она открыла глаза, Сирена поняла, что была вне тела. Ее сущность висела возле ее тела. Она больше не боролась.

— Я мертва? — спросила Сирена.

«Нет. Ты в духовном плане. Ты отделена от тела, а я получил доступ к четырем стихиям в тебе».

Дух. Она была в духовном плане. Это была магия духа. Драконы могли управлять магией духа. Она упала бы в обморок, будь в теле. Но она просто смотрела, как Гелрин работает над ней.

— Почему я не могу показать тебе свой доступ к стихиям?

«Не все маги знают, что у них есть доступ ко всем стихиям. Им могли всю жизнь говорить, что у них способности только к трем стихиям. Но дух порой может пробудить в них спящую способность. Сначала я обнаружу твою основную стихию».

Он сосредоточился на миг, выдохнул, и вода полетела из миски, которую Сирена не видела, к ладони ее тела.

«Хорошо. Твоя основная стихия — вода. Я проверю вторую стихию».

Вода вернулась в миску, Сирена смотрела, как она повелевала воздухом вокруг них. Она охнула, когда стала двигаться земля. Гелрин удивленно повернул к ней голову. Но это не был конец. Появился огонь, слился с воздухом и землей, кружился замысловатыми узорами.

«Все три другие стихии — твоя вторая специальность. Как необычно».

Сирена не знала, насколько необычно было иметь несколько вторых стихий. Гелрин смотрел на нее, будто она была чем — то другим.

«У тебя все четыре стихии. А теперь я оценю…».

Он замолк. Все стихии вернулись на места, и Сирена держала в руке шар энергии. Чем дольше они стояли, тем больше он становился. Словно пузырь, готовый лопнуть.

«Хватит».

— Я не знаю, что делаю, — прошептала Сирена.

Гелрин закрыл глаза и сосредоточился. Он словно боролся с телом. Он терял контроль над связью. И Сирена не понимала, что происходит. После пары напряженных минут пузырь энергии пропал, а тело Сирены обмякло. Она пошатнулась, словно вот — вот могла потерять сознание.

— Что это было?

«Ты уникально одарена магией духа, — он будто был потрясен. — Всадники — фейри еще не имели доступа к духовному плану. Но все драконы обладают этой способностью и могут ею усиливать всадников. Я еще не ставил в пару дракона с всадником с духом».

— То есть… я не подхожу? — растерянно спросила она.

«Я подумаю. Сначала позволь проверить твою силу».

Сирена просто кивнула. Он подумает. Столько всего, а ее магия духа могла ее исключить. В этом не было смысла.

Сирена ощутила, как Гелрин тянется в глубины колодка магии. Она охнула от ощущения. Он рыл и рыл. Она лишь дважды была на дне колодца. Один раз — чтобы остановить ураган, другой — когда ноккин лишил ее магии, оставив в ужасном состоянии ломки без кровавой магии.

Гелрин посмотрел на нее с искренним шоком.

«Ты запятнана».

— Запятнана? — прошептала она.

«Кровавая магия запрещена в этом мире. Во всех мирах».

— Я не… не использую ее.

«Это невозможно»,

— Я взяла магию крови из смерти родителей, чтобы оживить своего короля. Это было неправильно. Но я не могу это изменить, даже убрать страдания без этой магии. Я пережила эту зависимость, и, хоть она запятнала меня, я больше не буду ее использовать.

«У тебя почти безграничная сила, и я ощущаю след магии крови на всем, чего она касается».

— Да. Так и ощущается.

«И ты уже с кем — то связана».

Сирена кивнула.

— Авока. Моя лучшая подруга. Она была обязана мне жизнью и связала себя со мной.

«И другой».

Сирене не нравилось это признавать.

— Каэл Дремилон. Это… сложно. Две тысячи лет назад мой предок связал себя магией крови, проклятие охватило поколения. Теперь мы связаны без нашего согласия.

«Ты веришь, что сможешь связаться с драконом, несмотря на эти связи».

— Да. Я была связана с еще одним и своей родиной. Но я порвала те связи. Я знаю, что должна быть связана только с кем — то одним, но Авока делает меня сильнее. Так будет и со связью с драконом. И мы вместе порвем мои связи с Дремилонами.

Гелрин обдумывал ее слова. Она была уверена по его тусклому взгляду, что он хотел прогнать ее. Она была чужаком, человеком, еще и запятнанным. Она была риском для его народа. И хоть у нее была необходимая магия для связи с драконом, этого могло не хватить.

«Думаю, ты права».

— Да? — охнула Сирена.

«Я пропущу тебя в турнир, если пообещаешь одно».

— Да?

«Никогда не используй магию крови. Как бы она ни терзала тебя. Как бы ты ни думала, что она поможет спасти любимого. Как бы ты ни считала, что она будет во благо. Она никогда не творит добро. Она приносит только боль и страдания. Никогда больше ее не используй».

Сирена медленно выдохнула. Она не собиралась ее больше использовать. Но и не могла произнести эти слова. Они будто застряли в горле. Она не понимала, что хранила магию крови на крайний случай. Как способ все исправить, если понадобится.

«Ты обрекаешь свою душу».

— Обещаю, — хрипло прошептала Сирена. Это казалось не просто обещанием. Это словно вырезали на камне. Это нельзя было нарушить.

«Тогда ты проходишь в турнир».

Вдруг ее дух толкнули в тело. И вес всего, что она испытала, обрушился на нее. Ее тело словно выжали. Все в ней было тяжелым и уставшим. Она не могла сделать ни шагу, не потеряв сознания.

«Сирена из племени Дома?».

Она осторожно подняла голову.

«Удачи».

* * *

Сирена покинула комнату Гелрина и пошла за женщиной из Общества в трансе. Она была выжата. Ей нужно было поесть и поспать пару дней.

К счастью, ее отвели в комнату, полную угощений. Она наслаждалась там, пока не утолила голод, а потом ее вывели из комнаты и поставили в очередь за другими участниками. Она пыталась выглянуть из — за мужчины перед ней, но он был огромным. Они пошли вперед, и ей так и не повезло посмотреть.

— Дамы и господа, спасибо, что вернулись на вечернюю часть нашего открытия, где мы сообщим участников этого года, — громко сказал Эфриам. Сирена слышала его вне арены.

Толпа радостно заревела, и это звучало громче, чем утром. Казалось, между этими частями прошел год.

Песок хрустел под ее ногами, пока ее вели к входу в арену. Она видела толпу за головой крупного парня, и это ее потрясло. Она войдет туда. Будет выступать перед всеми этими зрителями. До этого она лишь предполагала, что ей выпадет шанс. Но теперь она была тут, и она думала, что именно придется делать в турнире.

— Поприветствуем наших чудесных участников из двенадцати племен, — сказал Эфриам. — Начнем с Алуры из Венатрикс.

Сирена закатила глаза. Конечно, Алура. Она сделала еще шаг.

— Фэллон из Галантэи.

Ее рот раскрылся. Фэллон сделал это. Она была уверена, что он укорял себя теперь за это решение. Но лица других в племени Галантэя были бесценными, ведь он пролез под их носами.

— Максон из Гераси.

Толпа кричала ему громче. Почти оглушала.

Эфриам продолжал называть имена и племена. Толпа радовалась. Она видела, что на пол арены бросали цветы. Все было в цветах. Она знала, что стоило обращать внимание на других участников. Ей придется провести с ними несколько недель, но она не могла сосредоточиться на них. Она знала мало племен, информация запутывала ее.

А потом она услышала то, что заставило ее застыть.

— Дин из Элисанд.

Это не мог быть Дин. Не ее Дин. Может, имя было распространенным или… у кого — то в Аландрии было это имя. Иначе как такое возможно? Но что госпожа Хелли говорила? Элисанд принял человека без проблем.

Она не сдержалась. Она оттолкнула с дороги крупного парня.

— Осторожнее, — сказал он.

Ее взгляд упал на мужчину, вышедшего на арену от племени Элисанд. Он был высоким, под два метра, с песочными волосами и поступью, которую она сразу узнала.

— Дин?

27

Соперники

Нет, нет, нет.

В этом не было смысла.

Бриджит сказала, что он пропал, но как он мог попасть в Аландрию? Они месяцы добирались сюда. Что он тут делал? Все это не вязалось. Она не понимала, зачем он был тут, участвовал в турнире, когда его родина была разбита, и он обещал помочь сестре.

Ее мысли путались. Она потратила много сил на разговор с Гелрином. И все накопилось к этому моменту так, что она могла потерять сознание.

Это не мог быть Дин.

Просто… не мог.

Или мог?

— Дальше ты, — сказал член Общества. — Пройди к своей точке возле Кроса и помаши зрителям.

Сирена слышала голос, но слова не задержались в голове. У нее не хватало сил обдумывать слова. Она хотела вырваться на арену и потребовать у Дина ответы.

— Простите. Это еще не все. Мне сообщили, что последний участник… Сирена из Дома.

Стало тихо.

Толпа не веселилась. Никто не хлопал. Не бросал цветы.

— Тебе пора.

Женщина толкнула Сирену на арену, и та опомнилась. Ноги понесли ее вперед. Хоть было тихо, ее все еще потрясало то, что происходило.

Тысячи людей смотрели на турнир.

Она прошла так далеко.

Никто не мог помешать ей идти вперед.

Она была Сиреной Дома.

Теперь весь мир узнает об этом.

* * *

Церемония закончилась, и участников увели в гору Драко. Сирена шла за членом Общества, но ей хотелось побежать и узнать, был ли это ее Дин. Если да, то что он тут делал?

Но шанса не было. После церемонии открытии их отвели в комнатку, где их выстроили у стены. Через пару минут вошла группа членов Общества, включая Хелли, Лориана, другого мужчину с регистрации и председателя Малвина Зо.

Малвин взглянул на Сирену и возмущенно фыркнул. Хелли слабо улыбнулась ей, но Лориан даже не посмотрел на нее. Он, конечно, больше интересовался местом своей дочери. Возможно, он жалел, что защитил Сирену на совете.

— Поздравляю, участники, — сказал Малвин. — Вас всего двена… тринадцать. Где не справились ваши братья и сестры, вы доказали, что обладаете тем, что необходимо в состязании. Я так рад, что вы все тут. А теперь позвольте представить ваших лидеров турнира в этом году — госпожу Хелли, мастера Лориана и мастера Жеронда.

Хелли шагнула вперед.

— Благодарю, председатель Зо, — она повернулась к участникам. — Лориан, Жеронд и я будем лидерами, так что все вопросы и сомнения насчет турнира озвучивайте нам. У всех вас будет своя комната в горе Драко. Вы будете работать, есть, спать и жить там недели состязания.

Мастер Жеронд кашлянул.

— Скажу сразу, сражений или шуток быть не должно. За такое дисквалифицируют. Мы ищем всадников, а не хулиганов. Это понятно?

Все буркнули:

— Да.

— Хорошо, — рявкнул Жеронд.

Лориан серьезно посмотрел на них.

— Вы можете уходить в свободные часы. Первое задание начнется через неделю. Я бы в это время учился, тренировался и копил силы на грядущее. Они вам пригодятся.

Хелли слабо улыбнулась ему.

— В ночь перед первым испытанием будет банкет, где вы все должны присутствовать. Но сегодня ночью вы свободны. Празднуйте! Поздравляю!

Волнение пробежало по группе, пока они расходились. Некоторые разбились на группы поменьше, явно зная друг друга. Другие ушли, когда их отпустила Хелли. Но Сирена смотрела только на одного.

Она поспешила мимо других участников и догнала Дина. Она не могла скрыть смятение и… радость в голосе.

— Дин, — позвала она.

Он обернулся, и она рассмотрела его. Если до этого она сомневалась, был ли он принцем Дином Эллисоном из Элейзии, то теперь была уверена. Его загорелую кожу подчеркивал тусклый свет. Его светлые волосы стали длиннее и светлее от солнца. Он все еще был в отличной форме от часов тренировок дома как капитана. И его глаза заставили ее застыть на месте.

— Что ты тут делаешь? Ты сказал, что вернешься в Элейзию помочь сестре, а потом она прислала мне письмо, написала, что ты бросил ее, и она тебя не видела. И теперь я нахожу тебя в Аландрии. Как ты сюда попал? — выпалила Сирена.

А потом пригляделась, и поняла, что глаза Дина… были без жизни в них. Ни тепла. Ни узнавания.

— Я не знаю, о чем ты. Как я прибыл в Аландрию — мое дело. Но, если хочешь заключить союз, потому что мы — люди, знай, я не так глуп, — сказал он и стал отворачиваться от нее.

— Постой, — сказала она.

Она потянулась к его руке, но он схватил ее за запястье и до боли завел за нее.

— Следи за руками, — прорычал он.

— Никаких драк! — выдохнула она.

Он тут же отпустил ее.

— Я не дрался. Я предупреждал.

— Дин, я не… я просто… — она не могла найти слова.

Он ухмыльнулся, на миг она увидела в нем ее Дина, но он пропал.

— Лишилась дара речи.

Ее голова кружилась. Невозможно. Он был Дином. Это точно был он. Это не был похожий парень. Все в нем — от взгляда до походки — было его.

— Ты не помнишь дом? Или… меня? — прошептала Сирена.

Он фыркнул.

— Я должен тебя помнить?

Она не знала, как ответить. Должен? Она все еще злилась, что он считал, что она была частью заговора, убившего его родителей. Он отдал ее Каэлу, пытаясь «спасти». Но они расставались в хороших отношениях. Ничего не обещали. Только то, что он найдет ее… как всегда делал.

Ее горло сжалось от мысли, что он не помнил этого. Не только это… он вел себя так, словно никогда ее не видел.

— Ты — Дин Эллисон. Ты — принц Элейзии. Твоя родина в Эмпории. Мы встретились в поле. Ты охотился. Ты обещал всегда меня найти.

Он хмурился, а потом рассмеялся.

— Интересно сочиняешь. Но я тебя не знаю. Мы никогда не встречались. Ты обозналась.

— Нет… — она замолчала, ужас охватил ее.

Дин не знал ее. Он смотрел на нее, как на незнакомку. В нем не осталось счастливого идеального принца, которого она знала. Это был Дин, но он стал другим. А потом в ее голову пришла мысль.

— Но… у тебя нет магии, — заявила она.

Хотя было ясно, что, раз он прошел проверку, как она, у него была магия. Но у Дина не было магии. Он был обычным принцем. Ее охватил ужас. Он использовал магию крови? Гелрин пропустил бы его?

— Принцесса, — оскалился он, — так обвинять — не мило. У всех на этом турнире есть магия, — он поднял руку, молния заискрилась в его ладони. Опасный синий поток, которым он легко управлял. — Почему бы тебе не оставить меня? Я хочу победить в турнире и уберу любого, кто будет мне мешать.

Сирена точно лишилась дара речи.

Ее мир перевернулся.

У Дина была магия.

Он мог использовать магию. Он был на турнире. И он пришел победить.

Но он вел себя ужасно и не знал ее.

— Дин… — прошептала она еще раз.

Он склонился ближе. Его гнев усилился.

— Ты не знаешь, что я сделал, чтобы оказаться тут. И не захочешь знать.

Его угроза была понятной. Но она не отступила. Она смотрела на него, не могла понять, как этот Дин появился на месте того, за которого она чуть не вышла замуж.

Он приподнял бровь, когда она не отошла. А потом ухмыльнулся и отвернулся от нее. Словно она была ничем.

К ней, казалось, кто — то подошел, но она не могла перестать смотреть вслед Дину.

— Вижу, ты заводишь друзей, — пропела на ее ухо Алура.

— Везде, — рассеянно буркнула она.

— Он не мой тип, но я вижу, почему ты повелась на это личико.

— Чего тебе нужно, Алура?

— Ты далеко зашла. Всех потрясла, — Алура встала перед Сиреной. — Но осторожнее. То, что ты тут, не делает тебя одной из нас.

Сирена насмешливо отсалютовала.

— Ясно и понятно.

Алура улыбнулась и пошла за участниками. Она что — то сказала, они посмотрели на Сирену и рассмеялись.

«Просто отлично».

За ней раздался кашель. Она развернулась, готовая обрушиться на следующего, кто хотел порвать ее на клочки. Но это был Фэллон, и она просто тяжко вздохнула.

— Вот так денек, — сказал он.

— Да. Ужасно себя чувствую.

Он кивнул.

— И я. Проверка лишила всех сил.

— Точно.

— Ты как — то попала на турнир. Алура уже твой враг, а теперь этот Дин злился на тебя. Ты его знаешь?

Она пожала плечами.

— Знала.

— Нам стоит объединить силы? — он звучал так же уверенно, как себя ощущала она.

— Что твое племя думает о том, что ты участвуешь вместо их избранных?

— Ничего хорошего, — он кивнул на дверь, и она пошла за ним. — Дело в том… мой отец на грани. Его не изгнали. Но он в шаге от этого. Он думал, турнир все исправит, но, боюсь, станет только хуже.

— Что он сделал?

— Высказал свое мнение, — проворчал Фэллон. — Изменения тут — лишь слово. Их никто не хочет. Особенно те, кто во главе. Мой отец хотел места для меня в Галантэе. Они его не слушали, и он понял, как сделать это самостоятельно. Теперь я — участник от Галантэи, — он взмахом рук указал на гору вокруг них. — Если они не убьют меня, навредят моей семье. Если я не получу дракона, они не примут меня лидером племени.

— А ты этого хочешь?

— Обычно это приз в утешение, — объяснил он. — Если не получаешь дракона, дома становишься лидером, потому что участвовал.

— Я не знаю, есть ли еще хоть кто — то тут, кто относится ко мне нормально, как ты.

Он рассмеялся.

— Отлично. Кого — то ненавидят даже больше меня, самое время объединиться, — он нервно огляделся. — Мы же союзники?

— Да. Есть идеи насчет первого испытания?

— Нет. Они хранят все в тайне до начала, и каждый год испытания меняются.

Сирена кивнула. Наступила ночь. Завтра начнется настоящее испытание.

28

Цена

Сирена попрощалась с Фэллоном и поспешила по людным улицам Кинкадии. Во многих тавернах праздновали, посетители уже выходили на улицы. Но Сирена не хотела веселиться.

Не после произошедшего с Дином.

Она победила. Попала на турнир, прошла проверку, и ее имя объявили всем. А потом ее ударило по лицу это открытие.

Ей нужно было вернуться в гостиницу и разобраться с этим с друзьями. Матильда и Вера могли как — то объяснить, почему Дин был в Аландрии, почему не помнил ее, и почему он вдруг стал другим. Это звучало безумно даже для ее ушей.

Она затерялась в мыслях, когда добралась до гостиницы. Сувинна и Маркотт ждали ее, но больше там никого не было. В гостинице и было не очень много людей. Но тут было странно тихо.

— Поздравляю! — завопила Сувинна. — Ты — в турнире.

— Спасибо, Сувинна.

— Кто знал, что я привел участницу? — хвалился Маркотт.

— Где все? — спросила она.

— О, твои друзья наверху.

— Другие посетители?

Сувинна покраснела и отвела взгляд.

— Они, кхм, нашли другое жилье.

— Почему?

— Без причины. Просто у нас есть свободные места.

Желудок Сирены сжался.

— Они ушли… из — за меня?

— Они могли упомянуть участника, — тихо сказала Сувинна. — Но… ничего. Это не важно. Они глупые.

— Сувинна, прости. Я тут не задержусь, потому что буду в горе. Я могу оплатить остальные комнаты, если хочешь.

Она отмахнулась.

— Конечно, нет. Все наладится. Марк всегда находит хороших гостей. С турниром комнаты заполнятся.

Маркотт строго посмотрел на Сирену.

— Ты постаралась сегодня. Поднимайся и празднуй. Они тебя ждут.

Марк просил взглядом не давить на Сувинну. Сирена кивнула ему.

— Этой ночью будет игристое вино по случаю. Я потом принесу, — улыбнулась Сувинна.

— Спасибо еще раз. Хорошей ночи.

Сирена поспешила по лестнице. Громкие голоса доносились из ее комнаты. Она сжала свою магию и поспешила внутрь.

— Что такое? — осведомилась она.

Она огляделась и увидела всех друзей в комнате у тела Авоки. Они расступились, и она увидела, почему был шум. Алви вернулся.

— Создательница! — охнула она. Сирена подбежала и обняла его. — Больше так не делай.

Он тихо рассмеялся.

— Я в порядке, Сирена.

Она отпустила его и окинула взглядом.

— Где ты был? Почему пропал на неделю? Я думала, ты поищешь целителя и вернешься.

— Знаю. Обещаю, я все объясню позже, но сначала нужно переместить Авоку.

— Переместить? — растерянно спросила Сирена. — Куда?

Он посмотрел на нее и улыбнулся.

— Я нашел того, кто может ее исцелить.

* * *

Мир Сирены перевернулся.

Она думала, что даже не сможет дышать.

Месяцами Авока была заперта в этой временной бездне. Она была заперта в своем сознании. Дышала, не теряла магию, была с работающей связью, но отделена от мира.

Сирена хотела найти кого — то для исцеления Авоки, но планы постоянно отодвигались. Даже не верилось, что это могло осуществиться.

— Ты нашел целителя? — потрясенно прошептала она.

Он кивнул.

— Не сразу, но я нашел того, кто слышал о состоянии Авоки. Она назвала мне, что это, но я не запомнил. Она знала кого — то, кто уже таким занимался. Мы обсудили цену, и она согласилась связаться с целителем. На это ушла неделя, но целитель теперь доступен.

— Так мы идем? Когда идем?

— Сейчас, — сказала Вера. — Мы собирались ее отнести, и тут пришла ты.

— Отлично. Идем.

— Сирена, — тихо сказала Матильда, — это может не сработать.

Она посмотрела на друзей по очереди. На их лицах была та же надежда. Но они пытались поддержать ее.

— Это должно сработать.

— Если нет, мы продолжим искать, — сказала Вера.

— Почему ты не сказал о цене? — Ордэн снял шляпу и смотрел на Алви.

Цена. Он упомянул цену.

Она повернулась к Алви.

— Что такое?

— Все хорошо. Я заплачу.

— Сколько?

— Им плевать на наши деньги.

— Тогда что они хотят?

— Его, — заявил Ордэн.

— Ты не станешь мучеником, — сказала она ему.

— Стану, — Алви нахмурился и повернулся к Авоке. — Они поняли, что я — полукровка, и они хотят попробовать исцелить меня.

— Исцелить тебя? — прошептала Сирена. — Но с тобой ничего такого.

Он хрипло рассмеялся.

— Во мне многое не так. И это было до того, как я стал индресом.

— И… что? Они думают, что могут убрать индреса из тебя? Как это сработает?

— Не важно, ладно? Важнее Авока.

— Другого способа нет? — спросила Сирена. — Я не хочу, чтобы ты через это проходил, Алви. Авока тоже этого не хотела бы.

Глаза Алви засияли золотом в тусклом свете.

— Она ненавидит эту часть меня. Она будет рада избавиться от нее.

Сирена не сдавалась, его гнев закипал в нем. Она видела перемену в нем.

Он глубоко вдохнул пару раз и поежился.

— Я в порядке.

— Алви…

— Это не обсуждается. Или ты идешь со мной, или я отнесу Авоку сам.

Сирена тяжко вздохнула, искала поддержку среди друзей, но разве у них был выбор? Они должны попробовать исцеление. Она надеялась, что шанс был. Потому что Берди говорил, что ничто в этом мире не могло ее спасти.

Это было важнее турнира. Важнее того, что произошло с Дином. Важнее всего.

— Я с тобой, — согласилась она.

* * *

Час спустя они стояли перед поместьем на окраине Кинкадии. Дом был в два этажа с балконами из кованого железа перед длинными окнами на втором этаже. По краям от двойных дверей были одинаковые окна. Лозы красиво обвивали столбики и стены, но это выглядело жутко, когда в доме горел свет в темноте.

— Выглядит… гостеприимно, — пробормотала Сирена.

— Тут Сонали сказала встретить ее, — сказал Алви. — Мы виделись в центре города. У них целый район для трех племен Виланда с востока. Я нашел ее с племенем Брионика. Только она стала со мной говорить.

— Надеюсь, она знает, о чем говорит.

Алви с неохотой кивнул и поднялся на крыльцо. На стул дверь открыл мужчина в почти чистых синих штанах и рубахе с длинными рукавами. Он опустил голову покорно.

— Приветствую. Леди Сонали из племени Брионика, вторая в Доме Стойрм, ждет вас, — мужчина низко поклонился.

— Вторая в Доме Стойрм? — прошептала Сирена, проходя в дом.

Алви пожал плечами.

— Я провел с ней неделю, но все еще не знаю, что это значит.

Сирена все запоминала. Она почти не общалась с фейри вне турнира и племени Венатрикс, которые отличались. Тут снова был новый мир.

Они вошли в гостиную с блестящим паркетом и мебелью, которую будто только купили, и ее никто еще не касался, не то что сидел. Окна украшали плотные сине — белые шторы. Кресла и диван были в синем бархате. Было просто понять цвета Брионики.

Микел и Ордэн осторожно внесли Авоку и опустили на диван. Сирена встала рядом с ней, и в комнату вошла высокая женщина средних лет с красивой фигурой, но по меркам фейри ей могло быть сколько угодно лет. Она была в красивом синем шелке, что шуршал вокруг ее ног.

— Здравствуйте и добро пожаловать в мой кинкадийский дом, — сказала Сонали, поправив волосы. — Рада встретить друзей Алви. Я — Сонали, и наш гость должен быть тут с минуты на минуту. Хотите угощения?

Они не успели ответить, мужчина и две женщины в синей одежде принесли подносы еды, а еще чая с молоком и сахарными кубиками. Сирена поняла, что ужасно проголодалась. Она пришла с турнира, где очень устала. Она ела после того, как побывала у Гелрина, но это не помогло.

Сонали смотрела на Алви, словно остальные в комнате не были важны. Она не взглянула на Авоку.

— Так вы — целитель? — спросила Сирена.

— Работаю с искусством исцеления, — сказала Сонали.

— И вы исцелите Алви?

Сонали приподняла идеальную бровь.

— Наверное.

— Как долго это займет?

— Сколько нужно, — она выпрямила спину от допроса Сирены.

— У вас есть только время турнира, — сказала Сирена.

— Разве?

— После этого все кончится.

Сонали посмотрела на Алви и улыбнулась.

— Посмотрим.

Сирена хотела накричать на нее и Алви. Она еще не видела такое выражение лица у Алви. Он был почти таким же покорным, как слуги вокруг. В этом не было смысла.

— Она тут, — сказала Сонали. — Выразите уважение. Она — эксперт в этом и оказывает вам одолжение, придя сюда сегодня.

— Мы благодарны, — мягко сказала Вера.

— Вы — очень добрая хозяйка, — добавила Матильда, добавляя сахарные комплименты, которые ей не подходили.

Сонали улыбнулась и покинула гостиную. Сирена слышала, как она говорила с другой женщиной в коридоре. Они выждали пару минут, и Сонали вернулась вместе с женщиной.

— Благодарю вас за терпение. Это…

— Госпожа Хелли, — потрясенно сказала Сирена.

Хелли посмотрела на Сирену.

— Вы знаете друг друга? — сказала Сонали. — Я хотела сказать леди Хеллина из Брионики, первая в Доме Стойрм, но да, в Обществе ее знают как госпожу Хелли.

— Это необычно, — сказала Хелли.

— Я не думала, что вы окажетесь целителем, — сказала Сирена.

— Понятно, — Хелли сделала шаг и сняла черную мантию, указывающую, что она в Обществе. Она отдала мантию Сонали, словно служанке, и на ней осталось синее платье.

— Откуда вы друг друга знаете? — спросил Алви.

— Она — один из лидеров турнира драконов, — сказала Сирена.

— Тебя взяли?

— Из — за всего этого я и забыла рассказать. Взяли.

— Да, и она устроила представление, — Хелли шагнула к Авоке.

— Значит, вы повидали Сирену, — пошутил Алви.

Хелли не уловила юмор.

— Давайте я осмотрю пациента.

Все отошли, чтобы Хелли добралась до Авоки.

Она опустила ладонь на лоб Авоки, открыла ее рот, проверила уши и ноздри, стала оценивать все тело. Она хмыкнула, прижала ладони к голове Авоки. Она закрыла глаза, и в комнате стала ощущаться магия.

Сирена знала, что в Обществе собраны сильные. Им нужны были все четыре стихии, и Гелрин показал ей, что сила нужна для проверки. Хелли точно была на высоком уровне.

— Чай, — сказала Хелли, отпустив Авоку. Ее ладони дрожали, она скользнула ими по платью. — Чай, Сонали.

— Да, конечно, — Сонали пропала за дверью.

— Вы можете ее исцелить? — спросила Сирена.

Хелли посмотрела в ее глаза.

— Ты с ней связана.

— Да.

— Ты понимаешь, что не можешь участвовать так в турнире.

Сирене стало не по себе.

— Мне никто не сказал.

— Это всем известно. Фейри не смеет брать спутника по связи, если может стать связанным с драконом.

— Я прошла проверку, — прошептала Сирена. Ее охватила паника. Если Хелли выгонит ее из турнира за это, она не знала, что делать. — Гелрин знал, но пропустил меня. Он поверил, что я все равно достойна.

Хелли подняла руку.

— Мне нужна тишина. Я тут не из — за турнира. Важно то, что я могу исцелить вашу подругу.

Алви заметно расслабился, радость заполнила его тело.

— Слава Создательнице.

— Но не здесь, — закончила Хелли.

Сонали принесла чай. Хелли выпила кипяток, не жалуясь.

— Нам нужно в Драйохт.

— Нет, — прошипела Сонали. — Нельзя брать их туда!

Хелли яростно посмотрела на нее.

— Это место ближе всех из тех, где я могу работать.

— Оно священно!

— Я в курсе, Сонали, — рявкнула Хелли.

Сирена посмотрела на Матильду и Веру, те пожали плечами. Похоже, никто не знал, где был этот Драйохт. Даже Алви напрягся.

— Если там вы ее исцелите, сделайте это, — сказала Сирена.

Хелли посмотрела в ее глаза.

— Не я, Сирена. Мы. Ей нужен спутник по связи, чтобы завершить это. Но ты не можешь об этом говорить.

— Не скажу ни слова.

Алви кивнул.

— Делайте это.

— Тогда мы отправимся, — сказала Хелли. — Этой ночью. Отведи девушку к Таври.

— Где Таври? — спросила Сирена.

— Не где. Кто, — Хелли искренне улыбнулась. — Это мой дракон.

29

Целитель

— Таври, мы отправляемся в Драйохт ночью, — сказала Хелли, как только они вышли наружу.

Они прошли на задний двор Сонали, где их ждал красивый дракон Хелли. Таври была поразительной с длинными тонкими чертами для быстрых движений. Ее сливовая чешуя сияла, казалась металлической из — за освещения.

«Все хорошо в дни, когда мы видим Драйохт».

Сирена еще не привыкла к речи драконов. Голос в голове пугал ее.

— Это Сирена из Дома. Мы возьмем ее сестру по связи на священные земли, чтобы исцелить ее сломленный разум.

«Соболезную твоей потере, Сирена из Дома. Я уверена в своей госпоже. Она — величайший целитель поколения. Вместе мы постараемся сделать ее разум целым».

— Спасибо, — горло Сирены сжалось от добрых слов, внутри вспыхнула надежда. Она не понимала, как растерянно ощущала себя без Авоки… и как уже не надеялась, что ее исцелят.

Алви, Микел и Ордэн вынесли Авоку наружу и уставились на Таври с шоком и восторгом. Только Микел не был напуган.

— Он чудесный, — сказал Микел.

«Спасибо, древний всадник. Я ощущаю твою потерю. Хотел бы я, чтобы можно было исцелить и то, что сломано в тебе».

— Я все еще могу бороться.

«Не сдавайся».

Хелли кивнула.

— Мне жаль, что вы потеряли дракона. Я не могу представить себя без Таври. Опустошение.

Микел просто кивнул. Он не мог подобрать слова.

Хелли рассказала им, как прикрепить Авоку к седлу на спине Таври. Как только это было сделано, Хелли кивнула.

— Нам пора. Я бы хотела закончить до рассвета.

— Я вернусь, — Сирена сжала руку Алви. — Обещаю.

— Верни ее.

Она кивнула и пошла за Хелли.

— Надень это, — Хелли протянула ей длинный тяжелый плащ. — В облаках холодно.

Сирена кивнула, укуталась в плащ, хоть на земле было тепло.

— Твоя сестра в седле, нам придется лететь без него. Ты еще не каталась на драконе, полагаю, — холодно сказала Хелли. — И у меня нет времени тебя учить. Пока что слушай Таври и ветер. Открой чувства и держи магию при себе. Сжимай ногами, но не дави руками. Таври все сделает, если ты ему позволишь.

— Л — ладно, — пробормотала Сирена.

И тут она поняла, что полетит на спине дракона. Она не знала, почему это все еще удивляло ее.

— Первый раз самый сложный, — сказала Хелли. — Ты привыкнешь.

Она забралась по боку Таври и села за шеей дракона. И она делала это легко в длинном платье и мантии. Сирена знала, что не будет выглядеть изящно. Совсем.

Она неловко забралась, стараясь следовать примеру Хелли. Она смогла сделать пару шагов, а потом съехала. Сирена стиснула зубы и подтянулась. В теле оставалось мало сил, но она отталкивалась ногами снова и снова. Она растянулась на спине Таври. Было не красиво, но она смогла залезть на него.

Хелли, к ее чести, не рассмеялась.

— В следующий раз попробуй тут, тут и тут, — она указала на места, где лучше было вставать. — Когда нога будет на месте, взмахни другой ногой, и ты попадешь на место.

Сирена сомневалась в этом, но кивнула. В этот раз Хелли рассмеялась.

— Ты научишься. Все так выглядят в первый раз, — она провела ладонью по спине Таври. — Полетим, любимая.

Сирена пыталась слушаться Хелли — открыть чувства, закрыть магию, крепко держаться. Но, как только Таври побежала, разгоняясь, все вылетело из ее головы. Она пригнулась к боку Таври, закрыла глаза, держалась изо всех сил.

«Помягче, юная Дома. Дыши. Дай себе полететь».

Она глубоко вдохнула и выдохнула. Таври поднялась, Сирена открыла глаза, и она вдруг поняла чудо.

Она летела.

Все было ради этого момента. Хоть она боялась, это было так волшебно, что она забыла о страхе. Она открыла чувства, держала магию при себе. Хоть желудок унесся к земле, ее тело поднималось в небо, и она словно могла коснуться Создательницы.

Она радостно завопила. Казалось, она воспарит.

А потом Таври полетела прямо над Кинкадией, и Сирена смогла посмотреть на красивый город с высоты.

— Такой маленький, — сказала Сирена в ветер.

— Все такое отсюда, — сказала Хелли. — И проблемы так кажутся незначительными.

Таври описала круг над городом и отправилась на северо — восток. После пары минут в воздухе Сирена обрадовалась, что Хелли дала ей плащ. Тут было значительно холоднее, и они летели очень быстро. Они миновали Кинкадию и горы на минуты. Она шла бы до гор пешком два дня. Полет был отличным способом путешествовать.

— Мир отсюда кажется другим, да? — задумчиво спросила Хелли.

«Люди все равно крохотные на земле».

— Спасибо за замечание, Таври, — сухо сказала Хелли.

Вдали от Сонали и груза ответственности Хелли казалась дружелюбной и не такой сдержанной. Она была королевой неба.

— Хелли, что значит первая из Стойрм? — спросила Сирена.

Она ответила не сразу.

— Это термин фейри. Он отмечает королевичей и знать среди племен. Стойрм — один из королевских родов в Брионике.

— И вы первая, значит… вы — принцесса? — пыталась разобраться Сирена.

Хелли хрипло рассмеялась.

— Можно и так сказать. Я была в Обществе пятьсот семьдесят три года, а мой народ все еще считает меня первой из Стойрм, а не всадницей дракона.

— Долгая жизнь — длинная память, — сказала Сирена.

— Точно.

Они молчали остаток пути в Драйохт. Сирена, видимо, задела больную тему, так что не давила. У нее замерзли пальцы, и она переживала о состоянии Авоки, пока они летели как ветер над горами Верт и холмами.

Таври повернула налево, стала медленно опускаться. Сирена смогла увидеть, что они летели к озеру посреди пустоши.

Таври опустилась на землю перед бухтой с пещерами.

— Это Драйохт? — спросила Сирена. — Красиво.

Хелли съехала со спины Таври и улыбнулась, протянула ей руку.

— Не совсем.

Сирена сглотнула и соскользнула. Она поймала Хелли за руку и неуклюже плюхнулась на зад в траве.

Они вместе отцепили Авоку, которая замерзла от полета, но в остальном не изменилась.

— Возьми ее за ноги, — сказала ей Хелли. — Таври встретит нас в Драйохте.

Сирена послушалась, любопытство пересилило ее. Авока была мертвым грузом, и нести ее невысоким женщинам было непросто. Даже если одна была воином Общества. Но они смогли.

Хелли шла спиной вперед, ведь знала путь. Когда они подошли к пещере, Сирена увидела гладкую дорожку, ведущую во тьму.

Шар света появился перед Хелли.

— О, Огонь Дома, — Сирена призвала свой источник света.

— Очень хорошо, — Хелли улыбнулась, и они вошли в пещеру.

Даже с их огнями в пещере было темно. Они шли вечность, дорожка плавно уводила все ниже. Вода справа журчала все громче. А потом Хелли замерла и кивнула в сторону.

Сирена посмотрела туда и заметила, что вода срывалась с обрыва потрясающим водопадом.

— Создательница, — прошептала она.

— Нам вниз.

Сирена подняла Авоку выше, и они пошли к ступенькам, вырезанным в камне и ведущим вниз возле водопада. Спуск был тяжелым, и внизу она была мокрой и тяжело дышала. Она уже жалела, что не сняла плащ.

— К воде, — сказала Хелли.

Они опустили Авоку там, где камень встречался с водой. Хелли подбросила свой свет к потолку, и на минуту он озарил все, а потом медленно угас. Но в ту минуту Сирена увидела, почему Хелли взяла ее сюда, и почему ее народ считал место священным. Там был подземный пруд кристально — чистой бирюзовой воды. Дно было из черного камня, как и пещеры. Водопад заставлял воду бурлить, и вид был чарующим.

— Ого, — сказала восхищенно Сирена.

— Это священные земли фейри. Если кто — то узнает, что я привела тебя сюда… — она покачала головой. — Не дай никому узнать.

— А Сонали?

— Она — вторая из Стойрм. Она скорее убьет себя, чем предаст меня.

Этого хватало Сирене.

— Я не скажу об этом.

Хелли поверила ей. Она сняла тяжелую черную мантию Общества и сняла платье синего цвета Брионики, оставшись в нижнем бледном платье. Она вошла в воду. Сирена последовала примеру, помогла Хелли погрузить Авоку в воду. Они шли, пока не оказались по пояс в воде, и ждали.

— Старый друг, — с теплом сказала Хелли.

«Я готов, госпожа».

— Сирена, я хочу, чтобы ты открыла свою магию и держалась за связь. Что бы ни случилось, что бы ты ни увидела, ты — ее линия жизни. Если отпустишь ее посреди происходящего, мы можем ее потерять. Ты понимаешь?

— Да, — Сирена смотрела на подругу с комом в горле. — Что мы будем делать?

— Ее разум и тело отрезаны от магии. Хоть магия с ней, все закрыто. Она словно выгорела, от этого никто не возвращается. Но при этом я ощущаю обрезанные нити. Не знаю, было ли это намеренным, или убийца плохо постарался.

Сирена пусто смотрела на нее. Она не знала, как объяснить ноккина. Она не слышала, чтобы в Аландрии был ноккин.

— Приготовься, — сказала Хелли.

Сирена потянулась к магии, колодец силы был полным. Связь была там, как всегда. Она быстро обнаружила ее с ярко пылающей магией. Она не хотела потерять это.

«Начнем».

— Как скажешь, — ответила Хелли Таври.

Хелли прижала ладони к лицу Авоки, как делала у Сонали. Ее ладони засияли золотым, она приступила к работе. Сирена ощущала связь между Хелли и Таври, как ощущала свою связь с Авокой. Они работали как одно целое, помогая силой, точностью и знаниями. Они делали вдвое больше работы. И после пяти сотен лет вместе они действовали синхронно и легко.

Авока вдруг сильно задрожала. Ее спина выгнулась, и, если бы Хелли не держала Авоку за голову, она бы утонула. Сирена пыталась удержать Авоку, пока Хелли работала. Но дрожь стала хуже.

— Что ты с ней делаешь? — охнула Сирена.

Хелли не ответила. Погрузилась в работу. Была глубоко в своей магии.

Сирена беспомощно стояла рядом. Она не умела исцелять, но ее тело само быстро с этим справлялось. Она могла просто стоять и держаться за связь. Она ощущалась как линия жизни во тьме. Только это привязывало Авоку к этому миру. Без нее она продержалась бы столько?

— Давай, Авока, — прошептала Сирена.

Дрожь быстро прекратилась. Ее тело парило на воде мертвым весом. Связь угасала.

— Нет, нет, нет.

Сирена потянулась к руке Авоки.

Все стало размытым.

Хлоп.

30

Воспоминания

Сирена словно путешествовала из одной точки в другую по линии связи. В один миг она стояла над телом Авоки, молилась, чтобы Хелли исцелила то, что было сломано. В следующий она стояла в доме Авоки в Элдоре.

Она растерянно огляделась. Она была в красивом Скрытом лесу. Авока стояла в саду с мамой, королевой Широй. Авока была не старше, чем сейчас, но Сирена как — то поняла, что это было воспоминание, и Авока была намного младше.

— Авока? — позвала Сирена.

Они не посмотрели на нее, и она решила, что это было как в других ее снах духа. Она могла войти и смотреть, но не влиять на сон. Она смогла повлиять только тогда, когда вырвалась от Серафины.

— Прошу, мама, — вопила Авока. — Ты знаешь, что я способна на большее. Ты знаешь, что я могу не просто носить красивые платья, проводить балы и выйти потом замуж. Я не могу стоять в стороне и ничего не делать.

— Хватит, Авока, — сказала Шира и сжала переносицу.

— Я не могу остановиться. Нет. Я создана для большего, а не для этого, — она показала на красивое небесно — голубое платье.

— Что мне делать?

— Пустить меня тренироваться с Данзой.

Шира вздохнула.

— Ты — моя единственная наследница. А если с тобой что — то случится? Кто будет править Элдорой?

— Так сделай меня лучшей, — не унималась Авока. — Не прячь меня за пышными платьями и уловками, — она взмахнула руками, и искры света появились на ее пальцах. — Мне ничто не навредит, если я буду лучше всех.

— Мы с тобой знаем, что дело не в этом.

— Я хочу бороться. Я хочу использовать магию. Я хочу влиять на ситуацию, мама. Почему твой страх должен меня сдерживать?

— И, если я это позволю, — сказала Шира, — ты встретишься с суженым во время его визита? Ты не закатишь истерику, как в прошлый раз, когда он был тут, а ты заперлась в своей комнате так, что Данзе пришлось выбивать дверь?

Авока упрямо подняла голову, но ее щеки смущенно пылали.

— Я встречусь с ним, но не обещаю, что полюблю.

— Любовь приходит со временем.

Авока фыркнула.

— Ладно. Если ты встретишься с суженым, то я позволю начать обучение.

— Спасибо, мама. Спасибо! — завопила она и поцеловала мать в щеки.

* * *

Сирена уже не была в саду.

Она стояла в нарядном зале для встреч. Она уже была тут в Элдоре. Он был вырезан внутри огромного дерева. И зал был почти полным.

Шира сидела на троне. Авока величественно стояла рядом с ней в длинном платье, бледно — розовый цвет подчеркивал ее светлые волосы. Перед ней была делегация.

— Я представляю вам принца Кесфа Тападери из Аонии, — сказал кто — то в зале.

Сирена охнула, узнала длинные серебряные волосы и подтянутое тело, когда он выпрямился. Видимо, это было до падения Аонии.

— Для меня честь быть сегодня в великом городе Элдоры, — сказал мягко Кесф. Он посмотрел на Авоку. — И я жду заключения союза между нашими народами.

Авока приподняла бровь и молчала. Сирена видела по ее лицу, что она не была впечатлена.

— Мы благодарны вам за ваш визит, — сказала Шира. — Этим вечером будет банкет в вашу честь. Моя дочь будет танцевать, а она чудесна.

— Я буду ждать, чтобы увидеть ее таланты.

Авока закатила глаза.

* * *

Авока убегала с банкета. Она выхватила кинжал, пристегнутый к бедру, и разрезала платье, чтобы было свободнее. Сирена следовала за ней от ярких костров вниз по склону и к чистому пруду.

— Авока! — позвал Кесф за ней.

Сирена видела борьбу на ее лице. Авока приняла решение. Она бросилась в воду и пропала в глубинах. Но Кесф увидел ее и стал снимать кожаные сапоги, чтобы пойти за ней. Авока всплыла.

— С ума сошел? — охнула она.

— Если будем плавать, я не хочу портить новые сапоги.

Она фыркнула.

— Мы ничего не будем делать.

— Не хочу тебя расстраивать, но нас ждет свадьба.

— Через сто лет!

Он улыбнулся, и Сирена увидела в нем то, чего еще не видела. Надежду. Беспечную радость.

— Я подожду сто лет, а потом еще сто.

— Ты меня даже не знаешь.

— О, мы с тобой одинаковые. Я знал это по твоему упрямому наклону головы в свой первый визит.

— Я не такая, как ты, — заявила Авока.

— На нас одинаково давят. Нас заставляют вступить в брак. Мы хотим от жизни большего. Я это вижу.

Авока склонила голову на бок.

— Ты думаешь, если у нас схожие проблемы, то и мы схожи? Ты избалованный, тщеславный бабник, — она вышла из воды, не замечая, что открыла фигуру в мокром платье. — Ты хочешь получить меня из — за моего титула. Ты подождешь еще сто лет или больше, чтобы стать королем. Но ты хочешь не меня, — она подошла, их груди почти соприкасались. — Ты хочешь трон.

Она попыталась обойти его, но он сжал ее запястье.

— Почему я не могу хотеть и то, и то?

Ее глаза пылали.

— Потому что ты всегда будешь хотеть править больше, чем хотеть меня. А я хочу выйти по любви.

И она прошла мимо него и зашагала прочь.

* * *

— Авока! — закричала Шира. Она стояла в гостиной.

Авока прибежала из другой комнаты и увидела, как уходит гонец.

Она поспешила к матери.

— Что такое? Ты в порядке?

— Я только получила новости. На Аонию напали. Они просят помощи. Наши отряды, — слезы лились по лицу Ширы.

— Создательница, — в ужасе сказала Авока.

— Мне нужно… чтобы ты нашла Данзу. Нужно немедленно отправить отряды.

— Пусти меня, мама. Я готова.

Она вытерла слезы.

— Нет. Ты нужна здесь. Нам нужно защищать трон. Если новости верны,… они убили королевскую семью. Мы — последние королевские лифы в Эмпории.

Рот Авоки раскрылся.

— Кесф?

Шира покачала головой. Слезы выступили на глазах Авоки.

— Мне нужно идти, мама. Я должна увидеть это.

— Запрещаю.

— Ты не можешь держать меня тут.

— Не могу, — Шира встала и взяла Авоку за руки. — Но ты нужна мне. Прошу. Ты нужна мне здесь.

Сирена видела, что Авока хотела перечить матери. Но новость была пугающей.

Авока кивнула. Она осталась.

* * *

— Кто — то у ворот!

Авока была в патруле. Она была в кожаной броне, которая подходила ей больше, чем Сирена привыкла видеть. Она подняла голову на шум и подбежала к краю. Она посмотрела на фигуру с серебряными волосами, тяжело бредущую к воротам.

— Открыть ворота! — закричала она.

— Принцесса, — сказал тревожно мужчина, — это может быть ловушка.

— Это не ловушка. Сделай это.

Врата заскрипели, и Авока выбежала за них. Там был Кесф. Он был с головы до пят в саже, в ранах и засохшей крови на испорченной одежде. Пропал гордый наглый принц.

— Кесф, — охнула Авока.

— Ава, — прошептал он и упал.

Она опустилась и поймала его. Они были разными. Она могла злиться на него за вынужденный брак. Но в тот миг между ними была связь. То, что никто не мог забрать. Трагедия оставляла на каждом след.

— Что случилось? Ты в порядке?

Его голова лежала на ее коленях. Его глаза видели только отчасти.

— Их нет. Никого. Только… я.

К потрясению Сирены, Кесф заплакал. И Авока плакала с ним.

Они раскачивались, рыдая.

* * *

Сон стал размытым. И вдруг на полу осталась только рыдающая Авока.

— Прошу, — прошептала она. — Помоги мне. Я хочу уйти отсюда. Я хочу домой. Мне нужно помочь маме. Помочь Кесфу. Они одни без меня.

— Авока, — хрипло сказала Сирена.

Она повернула голову. На лице вспыхнул шок. Она огляделась, словно подозревала, что это иллюзия. Уловка ее сознания.

— Сирена? — охнула она. — Это правда ты?

— Это правда я.

Авока поднялась. Она осторожно протянула руку и коснулась Сирены. Она всхлипнула.

— Это ты.

Она обвила Сирену руками и крепко сжала. Сирена обняла подругу, зарылась лицом в ее плечо. Она словно вернулась домой. Она скучала. Каждую минуту. Было больно знать, что она ничего не могла сделать. А теперь они были тут… где бы ни было это место. Но они были вместе.

— Где ты была? Почему не пришла раньше? Я была в этой комнате… в своих кошмарах, — тихо сказала Авока.

— Мы пытались. Я пыталась. Твой разум был отрезан от магии. Думаю… это все еще так. Но мы нашли целителя, который может все исправить.

— Как тогда ты тут?

— Думаю… ты втянула меня к себе, когда началось исцеление. Через связь.

— Что еще ты видела? — спросила Авока.

— Достаточно.

— Как нам выбраться?

Сирена покачала головой. Она не знала. Это Хелли ей не рассказала. Только то, что она увидит нечто неожиданное, но нужно все равно удерживать связь.

— Думаю, тебе нужно найти обратный путь. Я тут. Связь цела. Найди магию и проснись.

— Будто это просто, — сказала Авока.

— Попробуем вместе.

Авока оглядела свою темницу.

— Вместе.

Она сжала руку Сирены ладонями. Сирена охнула от связи. Сильнее, чем когда — либо. Словно это время пошло ей на пользу.

Авока раскрыла рот, а потом улыбнулась.

— Я скучала.

— И я скучала. А теперь идем отсюда. Ты через многое прошла.

— Точно.

Они закрыли глаза. А потом обе потянулись к связи. И все почернело.

* * *

Сирена вернулась в свое тело. Она открыла глаза, все еще была в пещере. Все еще с Хелли. Все еще в воде.

А потом услышала резкий вдох.

Охнула Авока.

— Вот и ты, — слабым голосом сказала Хелли.

Рука Авоки взлетела, она пришла в себя. Она кашляла, пыталась пошевелиться.

Хелли коснулась ее.

— Расслабься. Дыши. Все хорошо.

— Сирена, — прохрипела Авока. Ее первое слово после возвращения в мир живых.

— Я здесь, — Сирена не сдержалась, слезы лились из ее глаз, она обвила Авоку руками и притянула к себе. — Я здесь.

— Ты это сделала, — сказала Авока.

— Мы сделали это.

Авока отодвинулась и огляделась.

— Где мы?

— Долгая история, — Сирена улыбнулась. Она хотела все рассказать Авоке. — Давай вытащим тебя из воды.

— Полегче. Ее мышцы давно не работали, — сказала Хелли. — Она будет слабой и не сразу наберется сил. Нам придется придерживать ее по пути по лестнице.

Авока выбралась из воды и рухнула на берегу.

— Это место кажется… волшебным. Словно оно священное. Я ощущаю это в потоках, — она глубоко вдохнула. — Моей магии нравится это место.

— Да, — сказала Хелли. — Это наш священный пруд. Лучшее место в мире для исцеления.

Авока посмотрела на Хелли.

— Вы — лиф!

— Фейри, — исправила Хелли, — но близко. Я — Хелли, и, пока мы тебя не запугали, знай, что со мной Таври, мой дракон.

— Дракон, — выдохнула Авока. Она посмотрела на Сирену. — Ты нашла их.

— Да.

— Сколько… я была без сознания?

Сирена сглотнула.

— Пять месяцев.

— Создательница, — прошипела Авока. — А… Алви?

— Делал все, что мог, чтобы найти способ вернуть тебя.

Она кивнула и слабо улыбнулась. У них были разногласия из — за того, что Алви был индресом, но пять месяцев были долгим сроком. Пять месяцев видеть воспоминания. Пять месяцев понимать, что она всегда боролась ради истинной любви. Сирена сомневалась, что Авока теперь откажется от такого.

— Спасибо, — сказала Авока Сирене, а потом Хелли. — Я у вас в долгу.

Хелли отмахнулась.

— Если бы все, кого я исцелила, были в долгу, их набрался бы целый город.

— И мы связаны из — за твоего долга. Я сделала это, потому что люблю тебя. И сделала бы снова.

Авока слабо улыбнулась.

— Думаю, я хотела бы увидеть небо.

— Будет кое — что лучше, — Хелли улыбнулась. — Мы полетим.

31

Обучение

Они опустились за домом Сонали. Сирена и не понимала, сколько времени прошло. Солнце снова восходило. Они провели всю ночь в пруду в священной пещере.

Хелли и Сирена помогли Авоке слезть с Таври, остальные уже ждали их. Они выбежали, заметив дракона. Алви обнял Авоку и понес ее в дом без слов.

— Ты знаешь… никому нельзя говорить о произошедшем ночью, — сказала Хелли.

— Знаю. Я не расскажу ни о Драйохте, ни об исцелении там.

— Хорошо, — Хелли вздохнула. — Нельзя упоминать это. И завтра, когда я увижу тебя на турнире в Драко, я сделаю вид, что не знаю тебя. Если кто — то узнает о произошедшем ночью… о том, что мы были вместе, тебя прогонят или меня уволят.

— Понимаю.

— Ты мне нравишься, Сирена. Но никто не может это знать. Я не хочу показывать благосклонность к участникам, и будет проще, если ты это запомнишь. Отныне я только госпожа Хелли.

— Хорошо. Спасибо еще раз за помощь. Вы — гениальный целитель.

Хелли слабо улыбнулась и пошла к Таври.

— И, Сирена?

— Да?

— Ты все тут встряхнула. Обществу давно это требовалось. Не сдавайся без боя.

— И не собиралась.

Хелли кивнула и взобралась на спину Таври. Она улетела. Сирене казалось, что она получила скрытого союзника в том, что ее ждало. Никто не мог об этом знать. Но было приятно знать, что Хелли была на ее стороне.

И… Авока вернулась, так что все того стоило.

* * *

К сожалению, праздновать Сирена не могла.

Ей нужно было вернуться на гору и начинать обучение как участницы. Она даже не смогла никому рассказать о Дине. Хоть она и не хотела это объяснять. Она все еще не понимала, что с ним случилось. Может, у него была амнезия, и его нужно было исцелить, как Авоку. Или это было что — то другое. Она не понимала, как можно было забыть то, кем был.

Она отправилась к горе, зевая. Она не успела поспать. И произошедшее в пруду забрало много сил.

Комната, которую Сирене дали, было просто найти, и там никого не было. У всех участников были свои комнаты, но в одном коридоре. Ей придется часто видеть других участников. Этого она не хотела.

Она прошла к кровати. Она хотела бы проспать день, но ее ждало обучение. Она сделала шаг внутрь, пол оказался скользким под ногами. Она охнула, потеряв равновесие, и ее ноги вылетели из — под нее. Ее ладони остановили падение, но она сильно ударилась.

— Создательница, — выпалила она. Ее ладони и копчик болели. Она уже во второй раз за ночь упала на него. Она убрала руку с пола и посмотрела на него. — Лед?

Она осторожно встала и отпрянула на шаг к безопасному участку в ее комнате. Было понятно теперь, что лед покрывал ее пол.

Кто — то сделал это.

Розыгрыш. Запрещенный розыгрыш.

Она выругалась. Конечно, они это сделали. И она попалась. Потому что если бы она знала, кто мог оставить лед, все это отрицали бы. Пока она не поймет, кто это сделал, будет выглядеть глупо. Она не могла никому рассказывать об этом.

Она притянула свою магию к себе, растопила лед и собрала воду с пола. Она опустила ее в чашу у двери.

Поспать днем она не сможет. Ее ждала учеба. Но они все время будут считать ее добычей. Она помнила, как над ней пошутили в первую ночь в Бьерне Компаньоны и Высший орден.

Это не сравнить.

Она выжила там, переживет и это.

* * *

— Что думаешь о турнире? — спросил Фэллон, когда он присоединился к Сирене в зоне тренировок.

Она была примерно размером с арену, и тут было все, с чем можно было тренироваться. И даже то, что она не могла представить. От обычных мечей, кинжалов, луков и стрел до магических предметов и стихий. Все было там. И ничто из этого не придавало Сирене надежды выжить в турнире.

— Они лучше меня, — сказала ему Сирена.

Она стояла перед броней и взвешивала кольчугу. Словно она могла биться в кольчуге. Будто она вообще умела сражаться.

— В чем ты сильна? — спросил Фэллон.

— Кинжалы, — пошутила Сирена.

— Надеюсь, это не твои лучшие навыки.

— А что у тебя?

Он покраснел.

— Я — стратег.

— И какую стратегию применишь против меча? — она вытащила один и направила на него.

— Бежать?

Она рассмеялась.

— Похоже, мы в одной лодке.

— И она тонет.

— Да. Долго нам нужно тут быть?

— Ты не читала записи?

— Бегло, — она пожала плечами.

— Требуют не меньше двух часов в день. Три лидера турнира будут приходить, следить за тренировкой и помогать с техникой.

— Чудесно, — буркнула она. — Я так хотела советы от мастера Лориана.

— Он — умелый солдат. В год, когда он получил дракона, одним из испытаний был бой на мечах. Отец говорит, меч мастера Лориана — продолжение его руки. И он двигается так плавно и сильно, что это ни с чем не сравнить.

Сирена фыркнула.

— Отлично.

— Он был бы хорошим учителем.

— Для Алуры, — она взмахнула мечом и повторила шаги, которым Ордэн учил ее давно в Скрытом лесу. Но от мысли о лесе она вспомнила сны Авоки. Она хотела увидеть ее и убедиться, что ей стало лучше. Ей не нравилось быть тут. — И, если это будет бой на мечах, Дин победит.

— Хм, Дин, — задумчиво сказал Фэллон, глядя на него. Сирена избегала его. — Он загадка, как и ты. И он мечник.

Сирена кивнула. Ее сердце сжалось от мысли об этом. Она не хотела думать об этом.

— Ты неправильно делаешь Полет с ветром, — сказал Фэллон. Он поправил ее ногу своей и повернул ее запястье. — Так лучше.

— Почему бы тебе не научить меня использовать меч? Я даже не знаю, что такое Полет с ветром.

— Есть тридцать семь шагов, которые нужно выучить, чтобы стать хорошим мечником. То, как ты их сочетаешь, как играешь на слабостях противника, определяет, станешь ли ты отличным мечником. Я, конечно, знаю все шаги наизусть.

— И… ты — мастер — мечник?

Он посмотрел на нее.

— Конечно, нет. Я жалок с мечом. Но в теории я знаю, как это должно выглядеть.

— Ты смешной.

— Я это уже слышал, — с горечью сказал он.

— Мне нравятся твои знания. Тебя ценили бы у меня на родине, — сказала она.

Он улыбнулся ей, но дальше смотрел на участников.

— Расскажи об остальных. Ты всех знаешь?

Он покачал головой.

— Не всех, но многих, — он указал на широкоплечего крупного фейри с бритой головой и в бронзовой форме. У него была бледная кожа в татуировках. Его светлые волосы были убраны с лица и заплетены, придавая ему грозный вид. — Это Максон из Гераси, что на севере Вудлока. Он из племени воинов, как Алура и я. Они публично бьют взрослых и детей за то, что они не подходят под их стандарты. Он беспощаден, но скорее всего идиот.

— Понятно. Максон — тупой громила.

— Видишь высокого худого фейри в синем, работающего с водой?

— Да. Он из Брионики, верно?

Фэллон с одобрением приподнял бровь.

— Да. Это Уолстон. Он из их королевского рода, вроде, второй из Дома Драмен. Они живут на берегу и исцеляют водой. Драмены по деньгам соперничают с родом Стойрм. Он явно умный.

Сирена кивнула, отмечая и ту информацию, которую Фэллон озвучил случайно. Род Стойрм был выдающимся, и семья Хелли с самой Хелли правили в Брионике. Она видела карту Аландрии и знала, что Брионика была самой большой по территории, занимала почти весь восточный берег.

— А там Сватава из Эревы. Она в зеленом.

Сирена посмотрела на высокую женщину, которая махала топором так умело, как Сирена выступала на балу.

— Эрева — племя, где верят в пользу магии, а не войну или исцеление, но народ Сватавы из гор Верт. Они — пещерные. Они отделились от основного племени сотни лет назад, но общество требует, чтобы от племени кто — то участвовал. Эрева, может, и бесполезны, но точно не Сватава.

— Хорошо. — Сирена кивнула. — Я, ты, Дин, Алура, Максон, Уолстон и Сватава. Семь из тринадцати, а драконов всего три.

Фэллон кивнул.

— Не лучшие шансы.

— Еще посмотрим, — сказала Сирена и сосредоточилась на шагах. Она пока не сбрасывала себя со счетов.

* * *

Прошли четыре дня бесконечных тренировок. Никто не хотел отдыхать. Хоть им нужно было тренироваться всего два часа, никто не уходил, кроме перерывов на еду, которые были необходимы из — за количества потраченной энергии на работу со стихиями. С мечом обучение было бесполезным, и так Сирена не получила бы дракона.

— Стало лучше, — сказал Фэллон.

Сирена обрушила воду с брызгами и выругалась.

— Я так больше не могу. Мне нужен перерыв.

— Сейчас? Три дня до турнира. Нужно трудиться.

— Зачем? Как мне поможет эта неделя тренировки? Она только утомила меня, — спросила она у него.

У Фэллона не было ответа.

— Я поплаваю в пруду и дам мышцам отдохнуть.

— Уверена? — спросил он.

— Да, — сказала она, осторожно приводя в порядок свою часть арены.

Она повернулась и пошла к выходу. Алура хихикала, когда она проходила, но Сирена проигнорировала ее. Не было смысла говорить с Алурой. Это лишь повышало шансы начать схватку, из — за которой ее дисквалифицируют. Лучше идти дальше.

Она сказала Фэллону, что пойдет к пруду, но хотела уйти с горы. Она нуждалась в свежем воздухе. Стихии не пополняли ее силы, как это было у фейри в горе. Ей нужно было отдыхать, есть и исцеляться. Постоянная тревога мешала ее запасам сил.

Она пошла в свою комнату, а не к пруду. Она толкнула дверь, прошла внутрь и… плюх.

Сирена завизжала.

Ведро упало с двери, и все содержимое вылилось на Сирену. Хуже того, содержимое плюхнуло. Там были кровь, кишки и жир, которые давали драконам. То, что жадно глотали малыши — драконы. И это было отвратительно.

— Создательница, — выдавила Сирена, тряся руками.

Она не понимала, как такое было возможно. После случая со льдом она придумала, как защитить комнату от нарушителей. Да, над ней издевались в коридорах, туалете, пруду и столовой, но не в ее комнате. А теперь это.

Она была так потрясена, что даже не знала, что делать. Она не могла так идти наружу. Ей придется все — таки побывать в пруду.

Она повернулась, чтобы выбежать из комнаты, но застыла от вида Дина. Он стоял на пороге. Смотрел на нее, покрытую кровью и жиром.

Он приподнял брови.

— Похоже, я опоздал.

— Ты о чем?

— Опоздал предупредить тебя.

— Зачем предупредить?

— Потому что так их дисквалифицировали бы.

— Если бы я рассказала.

— Ты не стала бы, — сказал он. — А я мог бы.

— Что? Зачем тебе рассказывать?

— Убрать трех или четырех соперников — уже хорошо.

Грудь Сирены сдавило. Он пришел предупредить не ради нее, а чтобы участников стало меньше. Он хотел опуститься до их уровня и выиграть любым способом. Дин, которого она знала, не стал бы опускаться. Он всегда бился честно… даже когда все было против него.

— Делай, что хочешь, — она схватила плащ и накинула его на плечи. Она прошла мимо него в коридор.

Он схватил ее за запястье.

— Стой.

Она хмуро посмотрела на сжавшую ее руку. На ладонь кого — то другого. В этом теле, которое она близко знала, уже не было того человека.

— Пусти меня.

Он отпустил ее руку, словно ее кожа обжигала.

— Ты не хочешь победить?

— Я хочу победить правильно.

— Им плевать на честную игру.

— А мне не плевать.

Он пожал плечами.

— Ладно. Значит, ты дура.

И он бесцеремонно ушел, оставив Сирену смотреть ему вслед.

* * *

В пруду она быстро оттерлась от гадости, которую на нее вылили, а потом надела красное платье и поспешила прочь с большим пылом, чем до случая с кишками и Дином.

Она прошла в гостиницу, там было полно гостей. Сувинна была права, турнир заполнил комнаты.

— Сирена! — Сувинна обняла ее. — Рада тебя видеть.

— И я тебя.

— Твои друзья на заднем дворе. Хотя я не видела их всех вместе, пока тебя нет.

Сирена обдумывала эти слова, пока спешила к ним. У них были свои поводы уйти. Матильда и Вера явно хотели провести время с Акирой и Амират. Но она хотя бы нашла того, кого искала. Авоку.

— Эй, — сказала она.

Авока была босиком, разминалась, сжимая свои белые клинки. Она продолжала упражнение, глядя на Сирену с улыбкой.

— Ты вернулась.

— Да. Где все?

— Матильда, Вера и Микел ушли по делам драконов. Ордэн собирает данные. Алви с Сонали, — Авока скрипнула зубами. — Ему пришлось идти, иначе он был бы тут. Он все еще не верит, что мне можно оставаться одной.

— Он переживает, — сказала Сирена.

— Да. Потренируйся со мной и расскажи о том, что я пропустила.

Сирена отогнала гнев, который носила в себе, и стала двигаться в такт с Авокой. Она не знала движения, но они не отличались от танца. Она широко расставила ноги, взмахнула той, что стояла впереди, подняла руки над головой. Они согнулись, вытягивая руки на уровне плеч. Потом отклонили тела, потянулись рукой к ноге, что стояла позади, другую подняв к небу. Сирена ощущала, как мышцы растягиваются, словно прогоняя напряжение, накопленное в горе.

Они двигались дальше, и Сирена стала овладевать шагами. И она стала рассказывать Авоке о том, что случилось с тех пор, как ее подстрелили, и ее разум и магию разбил ноккин. Авока слышала почти все, но Сирена рассказала ей всю историю. Включая все, что произошло в горе, издевки, тренировки, столкновения с Дином… все.

— Дин здесь, — тихо сказала Авока. Она согнулась, тянулась к носкам. — И он не помнит себя и любовь к тебе.

Сирена покраснела.

— Любовь… не знаю, Авока. Я знаю лишь, что он грубый, глупый и готов обманывать, чтобы пройти дальше. Он не такой Дин, которого я знала.

— Но ты переживаешь за него.

— Я… хочу знать правду. Хочу знать, что произошло.

— Знания изменят твои чувства?

— Возможно, — Сирена опустилась перед Авокой и соединила ступни в позе бабочки.

— Ты видела мое прошлое. Видела, почему Кесф стал таким, какой он сейчас, и почему я сблизилась с ним, хоть и хотела замуж по любви. Я прощаю его поведение и поступки, потому что знаю и понимаю его, — Авока села перед Сиреной. Она выглядела утомленно. — Может, тебе нужно так сделать с Дином. Что — то в нем изменилось, и это, может, не удастся отменить. Может, тебе нужно понять нового Дина, как ты понимала того, каким он был.

Сирена кивнула. Это звучало логично, но и запутывало. Она была другой, когда полюбила Дина так просто, когда он был идеальным принцем в Элейзии. Но она уже не была такой. Она выросла, изменилась, пережила больше ужасов, чем могла пожелать врагу. Если он тоже такое прошел, то он и не мог быть прежним.

А потом она поняла то, что не осознавала раньше.

— А если Зеркало правды разбило его разум? — прошептала она.

Дин посмотрел в проклятое зеркало, чтобы увидеть судьбу своей семьи в Элейзии и их гибель, но обычно оно уничтожало разумы тех, кто смотрел в него. Он был в порядке, когда покидал ее, но это не означало, что он таким остался.

— Такое возможно, — не спорила Авока.

Сирена покачала головой и попыталась подавить бурю внутри.

— Мне не нужно думать об этом за три дня до испытания. Мне нужно тренироваться.

Авока улыбнулась и закрутила меч.

— С тренировкой я могу помочь.

— Тебе не нужно отдыхать?

— Я достаточно отдохнула, — Авока встала и протянула Сирене руку. Она подняла подругу на ноги. — Зови магию, начнем.

32

Эксперимент

Авока

Авока весь день тренировалась с Сиреной. Она необычно устала. До комы она могла тренироваться днями без устали. Но ее мышцы ослабели. Ее разум все еще ускользал. Оружие не слушалось. Она идеально бросала, ведь это помнили мышцы, но не так безупречно, как раньше. Пять месяцев были для нее смертью.

Она была рада, что осталась жива.

Была благодарна друзьям за то, что носили ее тело по миру.

За то, что смогли ее кормить.

Но… она была в жалком состоянии.

Она была растеряна.

И злилась.

Как она могла скрывать под кожей столько гнева, когда должна была радоваться, что выжила?

Матильда, Вера и Микел понимали. Особенно Микел. Он проспал две тысячи лет. Он знал боль потери.

Но Алви…

Она покачала головой, шагая дальше. Мысли об Алви ей не помогут.

Она знала, что они с Алви поссорились перед ее раной. Они были в натянутых отношениях теперь. Но, хоть она спрашивала о Сонали… он не рассказывал о природе исцеления. Она хотела, чтобы индреса в нем не было, но он постоянно уставал. Он похудел, побледнел и потерял юмор.

Кем был Алви без юмора?

Авока скрипнула зубами, обходя здание. Она была в тени, знала, что ее не могла увидеть. Но ее мышцы болели после тренировки с Сиреной, от нехватки сил. Это еще сильнее ее злило.

Она попробовала окно рядом, медленно его открыла. Комната была пустой, она знала, что так будет. Она видела, как мужчина открывал окно, чтобы зажечь гадко пахнущую сигару пару ночей назад, а потом выбросить. Наверное, никто не знал, что он курил.

Авока прошла в кабинет с книгами на двух стенах и большим столом перед камином. Было просторно. Ей не нужна была такая роскошь.

Она прошла по комнате и проверила дверь. Та открылась в пустой коридор. Она разведала заранее, где все дела в доме происходили. Там, скорее всего, был Алви.

Тихо, как призрак, она спустилась по лестнице. Она слышала музыку, доносящуюся с первого этажа. Хорошее отвлечение. До нее доносились и голоса. Она поспешила в ближайшую комнату и обнаружила пустую спальню. Голова остановились у ее двери, и она тихо выругалась.

Пара ворвалась в комнату. Они смеялись и целовались, не зная, что Авока стояла за дверью, не замечая, что дверь так и не закрылась за ними. Авока закатила глаза и поспешила из комнаты.

Она повернула за угол и врезалась в Сонали. Та была в синем вечернем платье с бусинами, ее волосы были заплетены по сторонам и изящно собраны.

— Что ты тут делаешь? — женщина уперла руки в бока.

Авока не могла ответить. Раньше ее так не ловили.

— Я пришла увидеть Алви.

— Почему не через входную дверь? — спросила Сонали. — Мы не держим его в плену.

— Знаю. Просто…

— Думала, сможешь пройти мимо охраны, и тебя не заметят? — Сонали рассмеялась и пошла по лестнице. — Тут с этим не везет, дорогая.

Авока с неохотой пошла за ней. Они добрались до первого этажа, и она пошла по коридору.

— Тут. — Сонали открыла дверь. — У тебя десять минут, Алви. И мы начнем снова.

— Ладно, — прорычал он.

Авока прошла, пораженная тем, что он принимал облик человека. Желтые глаза Алви пронзили ее. В них был голод. Это был голод человека или зверя?

— Авока? — удивился он. — Что такое? Ты в порядке?

— Да, — сразу сказала она. — Я в порядке, — она не сказала ему правду, что ее поймали при попытке шпионить. — Я хотела увидеть, что тут происходит. Ты ничего не говорил.

— Что мне сказать? — он прикрылся покрывалом и пошел к шкафу, где была бутылка янтарной жидкости. Он шагал грациознее обычного.

— Я хочу правду.

— Я — зверь, и они пытаются понять, почему.

— Ты знаешь, почему.

Он развернулся и бросил полный стакан в стену.

— Они хотят знать причину. У них тут нет индресов. Они хотят знать, что их создает. Хотят знать, можно ли это исправить. И мне приходится менять облик снова и снова. Менять облик по своей воле. По приказу. Менять его, пока я не перестаю понимать, я это или нет, Авока. Это ты хочешь услышать?

Авока похолодела от таких слов.

— Я пришла сюда не ссориться.

— Я делаю это ради тебя. И я сделаю это снова, лишь бы видеть, как ты стоишь тут.

— Почему?

Он фыркнул.

— Потому что ты жива. Это важно, Авока. Если они уберут индреса, будет даже лучше. Если нет, это все равно того стоило.

— Почему? — повторила она и сделала шаг вперед. Осторожный шаг. Она не хотела спугнуть его, но хотела быть рядом. Она не могла быть вдали. Она нуждалась в нем.

— Потому что тогда ты перестанешь смотреть на меня как на врага.

Авока протянула руку и нежно прижала ладонь к его щеке. Он вздрогнул, а потом прильнул к ее ладони.

— Я провела пять месяцев в плену своего разума. Я снова и снова видела свои воспоминания. Я видела Кесфа и наши отношения. Как мы постоянно грызлись. Бились за власть. Злились и горевали. Между нами всегда был барьер. Я хотела любви. Любви ко мне. И до встречи с тобой я не знала, возможно ли это.

Он посмотрел ей в глаза.

— О чем ты?

— Мне плевать, что ты — индрес, Алви. Я люблю тебя.

Он обвил руками ее талию, прижал ее к себе. Его губы прижались к ее рукам, и она прильнула к нему. Она наслаждалась моментом, освободилась от бремени.

— Я тоже тебя люблю, — выдохнул он в ее губы. — Навеки.

Она кивнула.

— Ты мой навеки.

33

Банкет

Тренировки с Авокой были тяжелее всего, что она делала на арене. Все ее тело болело, а магия была отточена. Она была готова к тому, что ее ждало.

Но нужно было сначала пережить банкет.

Сувинна посоветовала ей торговку, которая могла подыскать ей платье. Дина обрадовалась участнице турнира в ее магазине и превзошла ожидания Сирены. Наряд для участника точно шел на пользу бизнесу.

Ярко — красное платье было в кинкадийском стиле, который Сирена видела на многих женщинах в ложах на арене. Верхняя часть была в бусинах, без рукавов, но с высоким воротником, который застегивался за ее шеей, а спина оставалась открытой. Полоса кружева открывала дюйм кожи, а потом до пола ниспадала пышная красная юбка. У женщины была подруга, которая настояла сделать ей прическу и макияж. Сирена ощущала себя величественно с темными волосами, собранными в пучок, и макияжем с красными губами.

В ее жизни было достаточно балов, чтобы не нервничать, когда она прибыла к бальному залу. Она оставила остальные тревоги на завтра, на само испытание. А это было простой церемонией.

Сирена глубоко вдохнула и прошла в зал. Она была рада, что никто не объявлял о ее появлении.

Но она не успела пройти и пары шагов, как перед ней появились мастер Лориан, мастер Жеронд и госпожа Хелли.

— Сирена, мы можем поговорить? — спросила Хелли. Это были ее первые слова Сирене за всю неделю.

Она говорила, что они не должны показывать, что знакомы, после исцеления Авоки, но Сирена не ожидала, что она будет такой холодной. А она была.

— Конечно.

Они повели ее в сторону от остальных, в уединенный уголок. Она ловила их строгие взгляды и видела, что все было серьезно.

— В чем дело? — спросила она.

— Нам сообщили, что ты участвовала в розыгрыше на этой неделе, — сказала Хелли.

— Я…

— И, — продолжил Лориан, — что ты окатила другого участника мясом для драконов.

— Погодите, что? — охнула она.

— Сообщили, что это не первый случай, — сказал Жеронд, качая головой. — Что скажете в свое оправдание?

— Я этого не делала, — твердо сказала Сирена. — Тот, кто доложил на меня, явно пытается убрать меня с турнира. Это на меня обрушилось мясо для драконов. Там были кровь, жир, кишки, и это было отвратительно. Я отмывалась почти час, чтобы убрать это с себя и с волос.

— Это так? — спросил Лориан. — Почему тогда ты не доложила?

— Я думала, что это глупо. Меня уже все ненавидели за то, что я здесь, и я не хотела усугублять.

— И ты позволила этим шуткам продолжаться и не захотела обвинять тех, кто в ответе за это, хоть это и мешало тебе жить здесь? — спросила Хелли. Но ее внимание было приковано к Лориану.

— Да, — ответила Сирена. — Я была сосредоточена на тренировках. Шутки не вредили мне физически. Они просто раздражали. Я решила, что лучше выместить все раздражение потом на турнире, чем в тренировочном зале.

— Вот видишь, Лориан, — сказала Хелли.

— Это ничего не доказывает, — сказал Лориан.

— Я с Хелли, — сказал Жеронд.

Сирена смотрела на них со смятением на лице.

Хелли посмотрела на Сирену.

— Мы знаем, что шутки устраивала не ты, но нам нужно было услышать об этом событии дважды.

— Ох, — выдохнула Сирена.

— Отправляйся на банкет, Сирена, — сказала Хелли.

— Постойте… что будет с тем, кто это сделал?

— Думаю, ты знаешь, — сказал Хелли. — Ступай.

Сирене не нужно было говорить в третий раз. Она знала, что случилось. Возможно, поэтому Лориан так злился. Алура все — таки поплатится за свои плохие поступки?

Она остановилась у пустого стола, откуда можно было смотреть на комнату. Банкетный зал был как половина арены с высокими столиками по краям и длинным столом посередине. Напитки подавали на подносах официанты в коротких шортах и официантки, на которых было так мало одежды, что Сирена не могла описать это словом. Почти все было открыто — ягодицы из — за крохотных стрингов, грудь в декольте треугольных топов. Сирена заставляла себя отводить взгляд, когда они проходили. Она знала, что в Бьерне все были скромниками, но она думала, что избавилась от этого, побывав в разных местах. Видимо, не избавилась.

— Выпей, Сирена.

Сирена повернулась, перед ней оказалась Алура. Она протянула ей бокал шампанского.

— Тебе захочется выпить, когда тебя вышвырнут.

Ах. Алура ее обвинила. Проще всего было игнорировать ее, но Сирена не сдержалась.

— Тогда я выпью за тебя, — Сирена подняла бокал. Алура смотрела на него как на ловушку. — Что? Ты не будешь?

— Тебе здесь не место, — сказала Алура.

— Это не важно, — Сирена опустила бокал на стол и отвернулась от нее.

— Будет важно.

Хелли зазвенела вилкой о бокал в передней части комнаты.

— Простите. Участники, можете подойти сюда?

Сирена ухмыльнулась Алуре, и они обе подошли к Хелли. Без слов они пошли в разные концы шеренги, чтобы быть подальше друг от друга.

— Спасибо, что пришли, — начала Хелли. — Это традиционный банкет турнира, и я рада, что с нами так много членов Общества, помощников и важных гостей. И хотя это праздничный вечер, где вы можете пообщаться с прошлыми участниками, у нас есть плохие новости, — тяжелая пауза. — Конрой из Саяира был дисквалифицирован за нарушение правил турнира.

Все вокруг охнули и зашептались, некоторые даже возмущались — все из Саяира тут же стали ругаться из — за случившегося с их участником.

Сирена посмотрела на Алуру. Она не была рада, что Сирена осталась в турнире, а ее трюк не сработал. Но потом она поняла, что лидеры говорили, что о розыгрыше должны доложить дважды. Дин уже это сделал. Она увидела его в паре человек от себя, но он смотрел вперед. Он явно знал, что так будет.

Хелли подняла руку, стало тихо.

— Правила были озвучены до начала турнира. Все участники их знали. Мы должны их придерживаться. Если у вас есть возражения, передайте их в офис, — Хелли оглядела комнату и выждала, пока с ней начнут спорить. — Так что теперь у нас двенадцать участников.

Толпа захлопала, подняла бокалы в честь начала турнира.

Хелли повернулась, улыбка пропала с ее лица.

— Если кто — то еще начнет шутить или драться во время турнира, я уберу вас так быстро, что закружится голова. Понятно?

— Да, — хором сказал все.

— Прошу, ведите себя прилично, ведь вы представляете свое племя, честь своего народа. А теперь знакомьтесь с членами Общества, которые могут стать вашими наставниками в будущем, и дарителями, благодаря которым турнир проходит год за годом. Не позорьте нас больше.

Хелли развернулась и ушла от них. Как только она ушла, участники рассеялись. Сирена пошла за Дином, но он пропал раньше, чем она могла добраться до него. Ее смятение из — за всего происходящего росло. Она была рада, что ее не прогнали по ошибке, но было бы проще, если бы ее просто не трогали.

— Это было интересно, — отметил Фэллон. Он смотрелся хорошо в черных штанах и белой рубашке с черным пиджаком и золотым галстуком — бабочкой Галантэи. Его темные волосы были зализаны назад.

— Мне нравится наряд, — Сирена потянула за пиджак. — Нужно принести этот стиль домой.

Он рассмеялся.

— Этот стиль для формальностей. Мантии, пиджаки или наряды племени. Но я предпочитаю пиджак. В мантии я путаюсь.

— Кто бы мог подумать, что тебя интересует мода?

— Мода — облик наших жизней, — его острые уши покраснели. — И что? Мне нравится хорошо одеваться. Было ужасно идти в Кинкадию в тех лохмотьях.

Сирена только рассмеялась.

— Ты самый интересный из всех, кого я встретила в Аландрии.

Он фыркнул.

— Конечно, Сирена, — и он застонал. — Мне нужно встретиться с представителями Галантэи. Они ненавидят меня, но у них есть только я.

— Эй, — она коснулась его пиджака, — ты теперь участник. Помни, что они должны тебе кланяться в ноги. Ты прошел проверку, значит, ты сильнее, чем думаешь. Если не сработает, ты можешь отправиться домой и быть там лидером.

Он вздохнул.

— Может, ты права. Но вряд ли они меня примут.

— Заставь их.

— Спасибо.

Она кивнула, и он ушел.

Как только он ушел, ее окружили.

— Прекрасное платье. Где оно было заказано? — спросила женщина в почти прозрачном персиковом платье, теребя пышную юбку Сирены.

— Спасибо. Это из бутика Дины.

Женщина сморщила нос.

— Да? Кто знал, что у той человеческой женщины есть вкус?

— Я — человеческая женщина, — напомнила Сирена.

— Конечно. И мы хотим увидеть, как ты справишься с испытанием завтра.

Мужчина в лиловой одежде сверкнул зубами.

— Мы хотим знать, что у тебя припасено в рукаве, — он рассмеялся от своей шутки. — Я образно.

— Угу, — буркнула она и отошла на шаг.

Но там тоже кто — то был. Мужчина в рубашке из бирюзового шелка, что была отчасти расстегнута, оголяя его загорелую грудь.

— Кстати, я сделал на тебя серьезную ставку.

— Что? — растерялась Сирена.

— Все это сделали. Ты — загадка, а я люблю загадки.

— Ох.

Женщина в персиковом притянула Сирену к себе за руку.

— Не слушай Фредерика, — она подмигнула. — Завала может многое предложить такой девушке, как ты. Мы — маленькой, но сильное племя на северном побережье. Невероятные платья. Камни и богатства, которые тут не увидишь.

Мужчина в лиловом оттащил ее от женщины в персиковом, не дав Сирене сказать ни слова.

— У Глории такое воображение.

— О, да? И что Геноа может предложить? Вы даже не практикуете магию на своем кусочке полуострова, Брэдли, — рявкнула Глория.

— В Геное можно все получить, — подмигнул Брэдли. — Поместье. Корабль. Личного кузнеца. Мы — изобретатели с юга. Можем развлечь. С нами не будет скучно.

— О, спасибо, но…

— Не слушай Брэдли и Глорию, — Фредерик поправил рубашку, чтобы открыть тело еще сильнее. — Конха — идеальное место для тебя. Мы занимаемся исцелением и тем, что благотворно влияет на тело и душу, — его палец соблазнительно двигался по руке Сирены. — И мы можем начать с того, что хорошо для тела, прямо тут.

— Не думаю…

— Ты любишь мужчин или женщин, милая? Мы не против. Мы будем рады обеспечить тебя тем или другим, а то и всеми, — он подмигнул.

Сирена покраснела.

Его смех заполнил комнату.

А потом мужчина в костюме, схожем с Фэллоном, с синим галстуком оттащил ее от толпы.

— Я украду Сирену на минутку, — и он шепнул ей на ухо. — Иди со мной, или они не прекратят обещать тебе все самое лучшее.

Сирена сглотнула и кивнула, следуя за ним прочь от толпы. Она и не замечала, как колотилось ее сердце. Разговоры давили на нее. На ее победу делали ставки, ей предлагали то, что она хотела. Они даже не знали, победит ли она, но хотели быть на ее стороне, если она выиграет.

Мужчина из Брионики остановился возле балкона, откуда доносился свежий ветерок. Она глубоко вдохнула.

— Там ты задыхалась. И, когда Фредерик начал, твое лицо стало по цвету схожим с твоим платьем. Я решил, что нужно тебя спасти.

— И что вы хотите за спасение? — резко спросила она.

— Ничего, — он рассмеялся. — Нет. Я хочу поблагодарить тебя за то. Что ты все встряхнула.

— Поблагодарить? — фыркнула она.

— Да. Ты не знаешь, как давно я хотел, чтобы кто — то сбил спесь с Лориана Ван Хорна.

Сирена прищурилась.

— И кто вы?

— Где мои манеры? — он протянул руку, и она пожала ладонь. — Киврин Аргон из Брионики.

— Вы тоже из королевского рода?

— Поймала, — он очаровательно улыбнулся с ямочками на щеках. — Мой официальный титул — лорд Киврин из Брионики, первый из дома Круз.

— Ах, так вы… принц?

Он рассмеялся.

— Семья Круз не в фаворе. И моя богатая история не важна. Важно то, что я спас тебя от богатств на севере, поместья и корабля на юге и любовников на востоке. Никто на западе не будет так заманивать, конечно, — он подтолкнул ее плечом. — Так что выше нос. Я буду болеть за тебя.

— Не за Уолстона?

Он пожал плечами.

— Он — Драмен.

Будто это все объясняло. Она не понимала их королевские роды. Нужно было, чтобы Фэллон объяснил ей.

— Удачи, — сказал Киврин и пропал в толпе.

Сирена покачала головой. Все тут путали ее. Она вышла на балкон, чтобы подышать свежим воздухом, и удивилась при виде Дина на балконе. Он прислонялся к перилам, смотрел на город внизу.

— Привет, — прошептала она и встала рядом с ним.

— Если пришла ругать за Конроя, побереги дыхание.

— Не из — за этого, — она уперлась локтями в перила. — Я пришла поблагодарить тебя. Если бы ты не выдал его, они поверили бы Алуре, и меня могли бы выгнать. Так что… спасибо.

— Я сделал это не ради тебя.

— Знаю, — повисло молчание на пару минут, и она продолжила. — Где же твоя родина? Как ты попал в Аландрию?

Он с подозрением посмотрел на нее.

— А что?

— Просто интересно. Я могу рассказать о своем доме. Если это тебя успокоит.

Он просто смотрел на нее.

— Это красивое место с четырьмя красивыми временами года. Королевский замок построен на склоне горы, и река бежит в форме Г сквозь горы и вокруг столицы. Мне нравится там зимой, когда все покрыто снегом. Мы с моей лучшей подругой раньше бегали по снегу и ловили языками снежинки. И там есть праздник Эос, — ее голос дрогнул. Она невольно посмотрела на Дина в поисках узнавания. Что он вспомнил, как было в Бьерне. Как они провели праздник Эос вместе в Элейзии. — Мы дарим конфеты и подарки. А ночью Вспышки наполняют небо яркими красками. Это было волшебно.

Так ей нравилось помнить Бьерн. Не так, как его запятнали знания об истории… и поступках Дремилонов.

Дин повернулся к ней, судя по его лицу, он ничего не помнил. Совсем ничего.

— Я не помню свою родину, — сказал Дин.

Это разбило ее сердце на миллион кусочков.

— Но, если ты пытаешься получить мое сочувствие… не выйдет.

— Нет, но… мы с тобой… можем быть союзниками, — сказала она. — Мы с тобой одинаковые. Они от нас толком ничего не ждут.

— Мне не нужны союзники, — Дин приподнял бровь. — Мы с тобой… не похожи.

Сирена смотрела, как он уходит, понимая, как правдиво звучали эти слова.

34

Первый

Сирена едва спала.

Она знала, что ей нужно было поспать, но, как ни пыталась, не удавалось. Нервы из — за начала, безумия банкета и амнезии Дина не давали ей покоя.

Она ощущала себя зомби следующим утром, сделала несколько упражнений, чтобы проснуться, а потом покинула комнату и прошла в пустую столовую. Она плотно позавтракала, хоть было сложно проглотить еду, а потом отправилась к тренировочному залу.

Она прибыла третьей. Алура и Максон, похоже, не завтракали, или встали раньше нее.

Они не говорили между собой.

Просто ждали, пока придут все участники. Напряжение сгустилось в воздухе. Даже те, кто был союзниками, держались порознь.

Они были готовы. Они ждали. Настало время.

Еще миг, и три лидера турнира вошли в комнату. Хелли возглавляла трио, встала перед двенадцатью участниками. Ее лицо было пустым. Бесчувственный член Общества пришел сообщить им об их участи.

— Доброе утро, добро пожаловать на первый день состязания, — сказала Хелли. — Вашим первым заданием будет игра со сражением стихиями, где вас разобьют на четыре команды по три участника. Каждая команда сыграет друг с другом по игре в день за следующие три дня. У каждой стороны будут три случайно расставленных предмета. Цель — уничтожить предметы, пытаясь при этом убрать соперников, ударяя их три раза. Удар — использование любой из стихий для атаки. Матч заканчивается, когда или все предметы уничтожены, или все члены команды выбиты.

Лориан продолжил:

— За каждый матч будут давать очки. И команды, и участники будут выстроены по очкам. Засчитываться они будут так: очко за каждый удар по противнику, минус очко за каждый удар по вам, три очка за каждый уничтоженный предмет, и пять очков за победу в матче. За каждый матч можно максимально набрать тридцать три очка.

— Команда, которая победит в испытании, сможет на день больше тренироваться к следующему состязанию. Участник — победитель получит личную тренировку с одним из лидеров турнира, — сказал Жеронд.

И все заговорили. Шепот зазвучал в зале. Но Сирене было не по себе. Она и не мечтала победить, лишь бы не утонуть. Это звучало чуждо. У нее была сильная магия, но игра со стихиями? Она не училась использовать силы так, чтобы уничтожать отдельные предметы или бить по движущимся целям.

— Молчать! — закричала Хелли, и в комнате стало ужасно тихо.

Жеронд продолжил:

— И два участника, которые будут последними, покидают турнир.

Сирена поежилась. Двое последних из двенадцати. Ей нельзя было опускаться на дно. Она была уверена, что справится с задачей. Она надеялась.

Хелли вытащила мешочек из мантии.

— Разобьем вас на команды. Прошу, подходите к своей команде, когда ваше имя назовут.

Хелли открыла мешочек и стала называть имена. Сирена наблюдала. Максон попал в первую команду, Алура — во вторую. Дин и Фэллон — в третью. Уолстон и Сватава прошли в четвертую команду. Дальше Силас из Завалы — первая команда, Крос из Генои — вторая команда, Линесса из Одэ попала в четвертую, и остались только Сирена и еще двое. Одно место в первой команде, одно — в третьей, а еще одно — во второй… с Алурой. Она поежилась от мысли, что попадет в команду к Алуре. Она не представляла, что это могло хорошо кончиться. Но она не хотела и в команду Максона. Дин и Фэллон были бы ее выбором, если бы она могла выбирать. Но ей оставалось грызть ногти и ждать.

— Кэлин из Ибарры — третья команда, — сообщил Лориан.

Надежда Сирены умерла. Она будет или с Максоном, или с Алурой.

— Сирена из Дома, — вызвала ее Хелли, — первая команда.

Она сглотнула, стараясь не проявлять радость от того, что не попала в команду Алуры. Но злое лицо Максона показало, как расстроился он, получив ее, а не Берика из Конхи, прошедшего в команду Алуры.

В ее команде был Максон из Гераси, где били детей. Он был мускулистым и без мозгов. Она видела его тренировки, знала, что такого врага она не хотела, но он был слишком глупым для друга. Она ничего не знала о другом товарище по команде, Силасе из Завалы, кроме того, что он всегда был в их персиковом цвете, одевался модно. Но это не поможет в игре со стихиями. Она надеялась, что он обладал скрытыми талантами, иначе они обречены.

— Команды названы, — начала Хелли, — и у вас есть час на подготовку стратегии. А потом сразятся первая и четвертая команды. Вторая и третья будут после обеда. Удачи.

Час на стратегию для игры, в которую Сирена никогда не играла, и она никогда так не использовала магию.

— Ладно, — Сирена повернулась к товарищам по команде, — нужно решить, что делать с этим. Предметов три, по одному на каждого из нас. Так мы сможем набрать достаточно баллов, чтобы наша команда победила в испытании.

Максон посмотрел на Силаса, окинул Сирену взглядом.

— Кто сделал тебя лидером?

— Я только начала разговор. Нам нужен план. Нам нужно быть первыми.

Максон почти ткнул ее пальцем в грудь, Сирена отпрянула.

— Вот план. Ты — не одна из нас. Тебе тут не место. Нам не нужна твоя помощь для победы.

— С ума сошел? Мы — команда. Все трое нужны для победы.

— Три игрока нужны на поле. Но это не значит, что нам нужно, чтобы ты играла или открывала глупый рот, — Максон хмуро смотрел на нее. — Мы с Силасом атакуем. Ты защищаешь предметы. Не давай никому пройти мимо тебя и не мешайся нам.

— Ты не хочешь сразу победить? Нет смысла отодвигать меня и говорить ничего не делать, — она кипела от гнева.

— Я могу победить и без тебя, — сказал он, скрестив крупные руки.

— Силас? — Сирена надеялась, что он поможет, но зря. Он лишь пожал плечами. — Подумай хотя бы.

— Ты — ошибка, — сказал Максон. — Тебя не должно быть на турнире.

— Но я тут, привыкай, — рявкнула Сирена.

Максон хмыкнул и пошел прочь, размахивая руками, чтобы размяться. Она хотела уговорить Силаса, но он уже шел за Максоном, их идиотом — лидером. Она не знала, что делать. Вряд ли они могли победить, но теперь он лишил их всех шансов.

Ей придется найти способ обойти его глупость.

* * *

Хелли выстроила команду Сирены за закрытой дверью, ведущей на арену. Нервы дрожали, пока она ждала, когда откроется дверь. Она знала правила игры. Знала цель. Знала, как победить. Но не знала, что ожидать на арене.

Судя по тому, что она узнала за час ожидания, никто еще не играл в такое. Это было новым испытанием для турнира. Все были на равных. Особенно если учесть, что фейри жили намного дольше людей, так что могли помнить турниры, что проходили века назад.

Сирена прыгала с ноги на ногу, разогреваясь, радуясь, что выбрала черное кожаное облачение для боя. Хоть Авока добавила красный пояс, чтобы Сирена выделялась среди участников. Ее друзья будут среди зрителей, даже Алви, который в их последнюю встречу выглядел изможденно и вел себя раздраженно. Он не отвечал на вопросы о том, что происходило у Сонали, и Авока сказала ей не переживать. Ей хватало забот. Но ей было легче от мысли, что они будут там, будут смотреть.

Она слышала, как ведущий объяснял зрителям игру. Толпа громко завопила.

— Готовьтесь, — сказала Хелли.

Дверь открылась, и они вышли на арену.

Сирена заморгала от яркого солнца, ждала, пока ее глаза привыкнут. Она увидела полные трибуны вдали, а потом сосредоточилась на том, что было перед ней — три предмета, которые ее команда должна была уничтожить, и ее противников — Уолстона, Линессу и Сватаву.

У каждой команды был одинаковый набор предметов: большой камень, бревно в пруде воды и металлическое кольцо на пылающем шесте. Она не видела сразу же способа уничтожить каждый, но уже думала, с чего начать.

Белая линия тянулась по песку посреди арены. Жеронд ждал их там.

— Приветствую, участники. Эта белая линия — ваша граница. Когда участник выбит или предмет разрушен, вы должны вернуться на свою сторону, а потом продолжить игру. Понятно?

Все буркнули:

— Да.

— Игра начнется по моему свистку.

Сирена смотрела на участников, пока ждала, когда Жеронд дунет в свисток. Ее мутило. Ее руки дрожали. Она была готова. Она приняла магию, ощущала, как она гудела на кончиках ее пальцев. Она сможет. Сирена потянула к себе больше силы, наполнила себя до краев.

«Сейчас или никогда».

Прозвучал свисток.

Сирена подняла щит, отскакивая. Огонь Сватавы безвредно отлетел от ее щита, которому она была благодарна. Этот огонь не просто выбил бы ее.

— Максон, — закричала она, — следи за левой стороной. Нам нужно защищать предметы.

— Займись своим делом, — рявкнул он и послал в нее струю воды.

Она отбилась щитом и уставилась на него. Он намеренно послал удар в ее сторону. Он хотел проиграть, лишь бы насолить ей?

— Вернись к предметам и защищай их, — процедил Максон и бросился в бой с Уолстоном.

— Я нужна вам! — она уклонилась от меткого броска камнем от Сватавы.

Линесса держалась возле предметов, о чем просили и Сирену.

— Сирена, иди, — крикнул Силас. — Я займусь Сватавой. Мы не хотим, чтобы они прошли границу.

Она скрипнула зубами и с неохотой кивнула. Силас хотя бы объяснил, зачем ей нужно защищать предметы. Ей не нравилось защищаться, когда победа была в очках и нападении. Было понятно, почему Максон хотел быть впереди, сбивать противников и предметы.

Но она была частью команды. Она получит свой шанс. Но этого не будет, если Уолстон или Сватава пробьют их защиту и уничтожат все их предметы.

Она встала перед прудом с бревном по центру. Оно было между кольцом с огнем и камнем. Она представляла сотни вариантов, как уничтожить каждый, если у нее появится шанс, но оставалась сзади, следила и ждала.

Уолстон, Сватава и Линесса за час продумали стратегию, а Максон поступил глупо. Они вели себя слажено. Максон был неплох, но Уолстон превосходил его. Силас был ужасным, и Сватава обыгрывала его, словно ребенка.

Сирена напряглась. Она поняла, что будет, раньше Силаса. Сватава бросилась мимо него и метнула сосульки в его открытую спину. Силасу не хватило скорости, и сосульки пронзили его кожу, отбрасывая его, лишенного защиты. Сирена скривилась. Но она разрывалась между Уолстоном, бегущим к Силасу, и Сватавой, направившимся к кольцу огня.

Она приняла решение. Сирена побежала, ударила Сватаву в спину залпом огня. Спина противника вспыхнула. Сватава завизжала и упала на землю. Сирена была осторожной, пламя не было раскаленным, но не дало бы Сватаве в ближайшее время добраться до кольца.

— Сволочь, — заорала Сватава, вскакивая на ноги.

Сирена была готова напасть на Сватаву, чтобы получить еще очко, но услышала свисток. Они удивленно расступились, обнаружив, что Уолстон поджег бревно.

Сирена выругалась под нос, вернулась к границе. Максон хмуро смотрел на нее, считая, что это ее вина. И тут она поняла, что Силас уходил с арены.

— Силас выбит?

— Твоими стараниями! Когда Сватава ударила Силаса, Уолстон ударил его еще два раза и выбил. А потом ударил меня по спине и сжег бревно, которое не было защищено.

— Оно было без защиты, потому что Сватава бежала к кольцу!

— Делай свою работу. Я справлюсь с Уолстоном и Сватавой.

— Не справишься! — прорычала она. — Вместе мы бы могли их одолеть.

Максон оскалился и пошел прочь к Уолстону. Сирена решила игнорировать его. Защита не помогала. Их стало на одного меньше, и это было большим недостатком. Им нужно было нападать, выбить Линессу. Отсюда они могли бы попасть по предмету.

Но Максон подумал о том же, потому что, как только прозвучал свисток, он побежал к Линессе. Сирена прикрывала его, но поздно призвала щит. Уолстон подло сбил ее с ног ветром. Она упала в песок. Кожаное одеяние не дало ей оцарапать кожу, но синяки точно будут.

Хуже было то, что Уолстон со смехом несся мимо нее. Сирена перевернулась, поднялась и последовала за ним. Она не могла пусть его к камню. Он уже уничтожил один предмет. Этого не повторится при ней.

Бег. Бег нужно было тренировать сильнее всего. Ее легкие болели от бега по арене.

Она бросила в него воду из пруда. Не идеально, но не так и плохо. Он как — то отскочил и перекатился, уклонившись от воды. Она поразилась его ловкости.

«Чем их кормят в Брионике?».

Если бы она бросила в него весь пруд, могло получиться лучше. В следующий раз она не будет мелочиться, ведь ей никогда не удавалось такое. Она все делала с размахом.

Сирена стала бросать все, чем могла — ветер, огонь, песок. Ударила его воздухом. Но он был волшебником. Он уклонялся, парировал, обходил атаки. А потом повернулся к ней. Она была раздражена, увидев, что он даже не запыхался и не вспотел.

— Пытайся, — он тепло улыбнулся. — Это впечатляет… но ты недостаточно хороша.

— Я тебе покажу, что такое хороша.

Она послала в него язык синего огня. Он отбил атаку щитом и перешел в атаку. И тут она поняла, что ошиблась. Его учили сражаться стихиями. Его действия были точными и умелыми.

— Как… долго… тебя учили этому? — прохрипела она, отразив еще порыв ветра. Она с трудом поспевала.

— Двести сорок семь лет, — сказал он. — И я начал понимать суть.

Сирена закатила глаза. Ох уж эта наглость фейри.

Она не знала, что было на другой части поля. Ее мир сузился до боя с этим фейри двухсот пятидесяти лет. А он повернулся, хлопнул в ладоши и выпустил атаку.

Ее щит прогнулся от силы порыва ветра. Ее подняло над песком и отбросило на двадцать футов от места, где она стояла. Воздух вылетел из ее легких, она откатилась, кашляя. У нее явно треснула пара ребер. Все болело, перед глазами мир покраснел.

— Вставай, Сирена! Ты сможешь. Сосредоточься! — вдруг четко услышала она среди рева толпы то, что игнорировала до этого.

Она подняла голову, связь привела ее к Авоке в зрителях. Ее сестра по связи приободрила ее, и Сирена встала на четвереньки. Она пыталась отогнать боль, понять, где раны. Но тут услышала свисток и чуть не упала на землю.

Она окинула арену взглядом. Сватава выбила Максона, и тот топал, покидая арену. Пока Уолстон отвлекал ее, Сватава сбила кольцо огня.

Остались камень… и Сирена.

Сирена держалась за смелость Авоки, поднялась на ноги. Уолстон и Сватава бежали на их сторону арены. Линесса отошла от предметов к ним. Сирена видела, что они воодушевились. Они верили, что победили. И она понимала, ощущая боль в ребрах, откуда была эта уверенность.

Трое на одного, шансов не было. Она слабо вдохнула, чтобы не болело в боку. А потом смахнула пот со лба. Солнце жгло сверху.

Она повернулась к противникам. Она не могла так одолеть всю команду. Они победят, что бы она ни сделала. Но, если ее товарищи не думали об этом, как о деле команды, то и она не должна. Если она минует Линессу и уничтожит предмет, у нее хотя бы будут очки после матча.

Когда прозвучал свисток, она уже приняла решение. Она бросила камень без защиты и побежала к кольцу огня. Но Линесса была там. У нее не было опыта Уолстона, но она бросила воду в Сирену, заставляя отскочить в сторону. Ее ребра пылали.

Сирена из последних сил бросила песок в глаза Линессы. Она закричала, и Сирена побежала мимо нее. Она призвала к себе магию воды, бросила ее в огненное кольцо.

Ее сердце подпрыгнуло.

И сжалось.

Свисток прозвучал раньше, чем вода коснулась кольца.

Игра окончена.

Она проиграла.

35

Матч

Сирена пропустила обед в столовой.

Она сидела в лазарете, лекарь подлатал ее ребра, и она ела то, что ей оставили. Ее бок еще ныл, но лекарь обещал, что это пройдет через пару часов.

Ее ярость была неизмеримой. Она посмотрела на доску рядом с трибунами, где были очки команд и участников, и выругалась. У нее было ноль очков. Максон и Силас получили по минус три, и у их команды было минус шесть очков. Команда Уолстона набрала двадцать шесть. Когда днем сразятся еще две команды, Сирена окажется почти на дне.

Она ненавидела проигрывать.

Проигрывать и Максона из Гераси.

Наглого идиота.

Ей нужно было, чтобы он опомнился, иначе придется брать дело в свои руки. А это ему не понравится.

Она покинула лазарет, когда за ней пришли представители Общества. Участникам выделили места на первом уровне, не лучшие, но зато все было видно вблизи.

Сирена смотрела, как Алура терзала команду Дина. Дин смог продержаться сам, но Фэллон и Кэлин были безнадежны в игре. Кэлин хотя бы казалась спортивной, но Фэллон и этим не обладал, и он, судя по его лицу, знал об этом. Алура будто годами тренировалась для этого момента. Она превосходила всех, в одиночку выбила три предмета.

Хотя Сирена отметила, как легко Дин использовал магию. Он овладел своими силами, словно они были у него годами. Но она знала, что его не было всего пару месяцев. Она ничего не понимала. Но не могла отрицать, что у него была магия, и он отлично управлял ею. Даже если это путало ее.

К концу матча Алура была во главе таблицы, Уолстон и Дин — сразу за ней. Команда Алуры была первой, немного обогнав команду Уолстона.

Команда Сирены была последней, и она оказалась… пятой снизу.

Это расстраивало.

Ее ждал долгий путь.

* * *

— Максон, — позвала Сирена, побежав туда, где он шагал с Силасом. — Нужно поговорить о следующем матче.

Он остановился спиной к ней, а потом медленно развернулся с убийственным выражением лица. Он направил на нее палец.

— Я почти на дне из — за тебя.

— Мы все почти на дне, потому что не работали вместе.

— Нет, потому что ты решила сыграть в героиню. Думаешь, что знаешь, как быть игроком в команде? Нужно поступать так, как лучше для команды. А ты бросилась к кольцу огня, не став защищать камень.

Сирена нахмурилась.

— Да, я хотела, чтобы мы получили три очка, а не минусы. Они ударили бы меня еще два раза, а потом уничтожили камень. Как это помогло бы команде? Мы получили бы еще на два очка ниже.

— Ты делала это для себя, а не для нас, — рявкнул он.

Он был прав, но она не собиралась сообщать ему об этом.

— Так ты ничего не будешь менять? И стратегии не будет? Они растерзали нас, потому что у Уолстона и Сватавы был план атаки.

— Она права, Максон, — тихо сказал Силас.

— Ты теперь на ее стороне? — возмутился Максон.

— Нет, но…

— Ладно. Стройте планы, но меня не трогайте. С кем бы мы ни играли завтра, я одолею всех и без вас, — и он пошел прочь, не оглянувшись.

Сирена процедила:

— Как же он бесит!

Силас прищурился.

— Он — великий воин. Стоит послушать его стратегию.

— Какую стратегию? Он ничего не сказал. Только чтобы не лезли к нему.

— Может, он прав, — буркнул Силас и ушел за Максоном.

Сирена хотела биться головой о стену. Она не понимала.

«Это из — за того, что я — человек? Потому что это портит их турнир? Или потому что они считают себя лучше меня?».

Она расправила плечи. Они не были лучше нее. Она покажет им это.

* * *

Команда Алуры билась с командой Уолстона следующим утром. Победители прошлых матчей играли первыми, а днем будет бой проигравших. Чудесно.

Фэллон стоял возле Сирены, пока они смотрели, как стратегия Уолстона и Сватавы разваливается под ногами Алуры.

— Она… хороша, — недовольно согласилась Сирена.

— Невероятна. Она быстро двигается на поле — не уследишь. Сражаться с ней было ужасно.

— Фэллон, — рявкнул Дин.

Фэллон нахмурился и притих.

— Нельзя говорить о матче с врагом? — поняла она.

Он кивнул.

— Прости.

— Эй, не переживай. Я отплачу, побив тебя днем на поле.

Фэллон улыбнулся.

— Еще посмотрим.

Алура так легко расправилась с командой Уолстона, что поражение Сирены выглядело даже хуже.

Только Уолстон пришел на обед с быстро заживающим синяком под глазом. Он ни с кем не говорил. Сирена прошла мимо его стола и коснулась его плеча. Он растерянно посмотрел на нее.

— Ты хорошо сыграл, — сказала она ему.

— Лесть работает у тебя на родине? — осведомился он.

— Это не ложь. Ты разбил предмет и дважды ударил Алуру, — она кивнула на него. — Молодец.

Он склонил голову, словно не мог ее понять. А потом кивнул.

— Спасибо.

Она прошла в урне и выбросила остатки обеда. Она не хотела наедаться перед ареной. Ей нужно было, чтобы магия разогрела ее мышцы. Она не хотела повторения вчерашнего.

Она бежала на месте на пустом тренировочном поле, когда ощутила присутствие за собой. Она повернулась и поймала взгляд Дина.

— Пришел уколоть напоследок?

— Какой в этом смысл?

— Ты собираешься побить меня и без этого? — угадала она.

Он молчал минуту. Просто смотрел на нее.

— Зачем ты говорила с Уолстоном?

Она перестала бежать, ее дыхание выровнялось.

— О чем ты?

— Он был побежден. Ты могла его там бросить.

— Он постарался, — она оттянула ногу назад, разминая бедра, балансируя на одной ноге.

— Не в том дело.

— Какая разница? — осведомилась она, поменяв ногу.

— Не знаю, — признался он. — Интересно.

— Это не ответ.

— Я бы так не сделал.

— Ты сам сказал, мы не похожи.

— Это так, — он скрестил руки.

Она опустила ногу и повторила его позу.

— Как ты попал на турнир? Почему Элисанд спонсирует тебя?

Он настороженно посмотрел на нее.

— Я спас мужчине жизнь. Оказалось, что это был сын члена Общества.

Она уловила в том, как он это говорил, ложь. Она… хорошо знала Дина и поняла это.

— Ты заранее знал, — решила она. — Ты знал, кто это был, потому спас его. Чтобы заполучить их благосклонность.

— Откуда ты знаешь? — пролепетал он.

Она шагнула к нему, он с опаской посмотрел на нее.

— Я говорила с Уолстоном, потому что была так же одинока, как он в тот миг, и еще больше раздавлена, но меня поддержали те, кто меня любит. Это была мелочь.

Дин покачал головой, на его лице появилась тень улыбки.

— Тебе повезло, что у тебя есть те, кто тебя любит. Но осторожно. Некоторых могут использовать против тебя.

— Мне везло раньше, — прошептала она, а он ушел из зала.

Она подавила слезы, подступившие к глазам, глубоко вдохнула и взяла себя в руки. Ей нужно было понять, как одолеть Дина и Фэллона. И она не могла позволить сердцу мешать ей.

* * *

Максон и Силас не говорили с ней, пока они стояли у границы на арене и тяжело дышали. Команда Дина была крепкой. Они выстояли против Алуры. Они одолевали команду Сирены — два предмета уже были уничтожены.

Ее бок снова болел. Фэллон попал по ее боку простым ударом, а Дин напал обломками камня, который разбил, снова повредив ее ребра. Максон и Силас тоже получили по два удара. Любое попадание по ним выбьет их. Они выбили Кэлин, у Фэллона было два удара, но Дин уцелел. Не лучшие шансы.

Им стоило собраться вместе, обсудить следующий ход. Продумать план против Дина. Он был опасным врагом. Сирена этого не делала, и остальные в команде не собирались. Они действовали сами по себе.

Так не будет всегда.

Жеронд дунул в свисток.

Сирена подняла щит, бросая при этом шар огня в Фэллона. Он быстро отреагировал на первый, но второй задел огнем его рукав. Он потянул воду из пруда, плеснул ею на рукав, а потом вздохнул и поспешил покинуть поле.

Трое на одного было бы шансом, но, пока она разбиралась с Фэллоном, Дин успел ударить Максона и Силаса. Он бежал к кольцу огня, и все словно замедлилось.

Нет.

Она так не сдастся.

Ей нужно было перестать думать об этом так, как о турнире. Ей нужно было не попасть в последнюю двойку. Их команда не могла победить в общем зачете, где доминировала Алура. Она была близко к последним местам личной таблицы, но если она постарается… может, ей удастся немного подняться.

Ей нужно было набирать очки всеми силами, а не останавливать противника.

А потом в голову пришла мысль. То, что она не учла до этого.

Ее сердце замерло. О… это было возможно. Но так получится лишь раз. Она знала, стоит ей сделать это… и лидеры не допустят повторения. Но это не имело сейчас значения.

Важно было использовать правила себе на пользу. Ей не нужно было следовать им. Их нужно было создать. Значит… нужно было не слушать сердце. Убрать Сирену из Бьерна и погрузиться в происходящее.

Тут она была сильной. Она была участницей. Она была из племени Дома. Ей нужно было, чтобы все знали, что это были не пустые слова.

Сирена потянула магию, сосредоточилась на всем, не слушая толпу. Она попала в тихое место, ощущала магию и связь с Авокой. Остальное пропало.

Ее глаза открылись.

Она видела все идеально четко.

Три предмета на стороне Дина. Кольцо огня слева от нее было без защиты. Дин стоял перед ней, готовый выбить ее и победить.

Она широко раскинула руки, выпуская силы дугой.

Огонь взорвал на куски бревно.

Земля разгромила камень.

Вода попала по кольцам огня с ее стороны и со стороны противника.

Она уничтожила четыре предмета одним ударом магии.

Она опустилась на колено, приходя в себя. Толпа притихла. Свист звучал пронзительно. Смятение охватило зрителей. Никто не знал, что означало, если она уничтожила четыре оставшихся предмета. Она знала, что Общество искало в правилах, как отнять у нее очки. Но она знала, стоя на колене, что они не найдут эти правила. Их правила были достаточно размытыми, чтобы она смогла обойти их. Она получит очки за все разбитые предметы, а не только предметы противников. Она знала, что это сработает лишь раз, потому что они точно изменят правила после ее хитрости. Но ей хватит и раза.

— И победа за первой командой, — сказал Жеронд.

Сирена посмотрела на таблицу и увидела свое имя.

Пятнадцать.

Четвертое место.

Сразу за Алурой, Дином и Уолстоном.

Толпа вопила.

Недовольный гул смешался с радостным криком.

Сирена поднялась на ноги и улыбнулась.

Она одолела систему.

36

Правила

— Тебе это с рук не сойдет, — вопил Лориан.

— Уже сошло, Лориан, — сказал Хелли.

— И как ты себя оправдаешь?

Сирена улыбнулась.

— Я не виновата, что правила неточные. Там не говорится, что я не могу получить очки, разбив свой предмет.

Жеронд рассмеялся, но быстро скрыл это кашлем.

— Она тебя подловила, Лориан.

— Вообще — то, — Хелли помешала Лориану заговорить, — правила намеренно не уточняют этого. Тот, кто поймет лазейку — умеет продумывать стратегии, может увидеть распускающуюся нить и потянуть за нее. Это качество мы ищем для Общества, Лориан.

— Она жульничала. Это мы ищем?

— Она не жульничала, — сказал Жеронд.

— Мы изменим правила, чтобы свои предметы нельзя было ломать, останавливая при этом игру. Первый раз допустимый. Если она сделает так еще раз, у нее будут проблемы, — сказала Хелли.

Лориан смотрел на них.

— Ладно. Если хотите позволить это неуважение, так тому и быть.

Он покинул комнату, Жеронд вздохнул.

— Я поговорю с ним.

Когда Жеронд ушел, Хелли осталась наедине с Сиреной.

— Я рада, что это поняла именно ты.

— Вы специально их такими написали?

— Я не писала правила, но и не исправляла, когда с ними соглашались.

Сирена рассмеялась.

— Умно. Так вы ожидали такое?

— Я бы так сделала, — она пожала плечами. — Пара лазеек только на пользу турниру. Это дает шанс проявить изобретательность.

— Я просто не хотела унижения.

Хелли кивнула.

— Мы на многое способны, чтобы оградить себя от боли. От этого проявляется лучшее и худшее, — она приподняла брови и открыла дверь. — Я рада, что ты показала мне, что проявилось в тебе.

— Спасибо, госпожа Хелли.

— Готовься к третьему матчу.

— Да, госпожа Хелли.

Ее голос стал едва слышным:

— Постараешься побить Алуру за меня? — Хелли подмигнула.

Сирена усмехнулась и кивнула.

— Постараюсь.

* * *

Сирена поняла посреди ночи, почему никого не выпустили из горы. Иначе она пошла бы к Авоке. Она была бы всю ночь наружи вместо сна и восстановления сил. Но она все равно не могла уснуть. Она размышляла о последнем матче.

Ей придется сделать нечто поразительное, чтобы одолеть Алуру, очков у которой было вдвое больше, чем у Сирены. И она не знала, как сделает это без уловки, использованной с командой Дина. Выражение лица Дина было бесценным, когда он понял, что она перехитрила его. Он злился весь вечер, вымещал гнев в тренировочном зале перед сном.

Вздохнув, Сирена надела кожаный костюм и вышла из спальни. Она почти беззвучно шагал по коридору. Она миновала столовую и прошла в тускло освещенный тренировочный зал. Ее удивило, что Фэллон был внутри.

Он поднял взгляд и выронил миску воды. Она разлилась вокруг него.

— Сирена, что ты тут делаешь?

— Могу задать тот же вопрос.

— Ты видела таблицу, — сказал он беспечно, словно не переживал, что был на дне.

— Да.

— И я подумал… стоит потренироваться.

— Не поздновато?

— А что еще я могу? — спросил он. — Я не подхожу для всего этого, но не хочу вылететь в первом раунде.

— Тогда нужно бороться. Нужно что — то делать. Ты смог дважды попасть по моей команде в прошлом матче. Нужно повторить это и работать над твоим щитом. Это спасет тебя от вылета

— Я это знаю, — он кашлянул и опустил взгляд. — В теории.

Она прошла по комнате и подошла к нему.

— С теорией у тебя все отлично. Ты умный. Но тебе нужны не только мозги для победы, — она сняла куртку и бросила на скамью. — Призывай щит. Начнем.

Он вскинул брови.

— Ты будешь со мной тренироваться?

— А почему нет?

— Мы… в разных командах.

— И? — она потянула к себе воду из разбитой миски. — Я завтра буду биться не с тобой, и я тоже не хочу, чтобы тебя отправили домой. Я хочу, чтобы ты показал всем в Галантэе, что ум тоже важен. Ты — мой единственный союзник. Если помощь в тренировке поможет тебе тут остаться, тогда начнем.

Он покачал головой.

— Знаешь… вряд ли кто — то еще стал бы так помогать.

— Что ж, я не такая, как все.

— И я.

Она усмехнулась.

— Потому мы в паре. Теперь вперед. Я хочу, чтобы ты одолел завтра Уолстона.

Он поднял щит, и Сирена улыбнулась. Фэллон не был Авокой, но тренировка была лучше бессонной ночи наедине с мыслями. Утро наступит быстро.

Она надеялась, что им хватит времени, чтобы что — то изменить.

Она бросила воду в его хлипкий щит. Она залила его лицо.

Сирена вскинула голову.

— Еще раз.

* * *

Тренировка всю ночь и все утро, наверное, была не лучшей идеей перед столкновением с Алурой. Но она это сделала. Она не была близка к вылету с турнира. И хоть она помогла себе, разбив все предметы, она считала это все командным делом. Просто не той команды, в которой состояла. Фэллон был ее командой, и она не бросит его, как не оставила Авоку в тех горах.

Матч Сирены против Алуры был утром, и она нетерпеливо ждала в тренировочном зале, когда их отведут на арену. К ее удивлению, к ней подошел Дин.

— Могу чем — то помочь? — настороженно спросила она.

— С левой стороны она слабее, — тихо сказал он. — То плечо успели ранить, и она старается скрывать это, но бережет его.

Ее глаза расширились.

— Зачем ты рассказываешь мне это?

— Потому что хочу, чтобы она проиграла.

— Чтобы ты опередил ее в таблице?

— Ты хочешь, чтобы она победила? — осведомился он.

— Нет, — призналась она. — Но я думала, что ты не хотел союзничать со мной.

— Я и не говорил, что мы — союзники.

— Ты посоветовал мне, как одолеть противника.

Он пожал плечами.

— Я знаю, что ты сделала для Фэллона.

— И?

— Он в моей команде.

Он посмотрел ей в глаза, и она затаила дыхание. Там… что — то было. Не совсем то, что раньше, но и не одна лишь твердость. Что — то другое и новое… как она.

— Знаю, — прошептала она.

— Я возвращаю долги.

— Я делала это не для тебя.

Он усмехнулся.

— Знаю.

— Ты невыносим. Ты знаешь об этом, да?

Он пожал плечами.

— Ты не первая так говоришь, — он сжал ее плечо. Его длинные пальцы чуть надавили на ее кожу. Его теплое прикосновение напомнило ей о его давних прикосновениях. От этого ее кожа запылала. — Левая сторона. Удачи.

Она кивнула без слов.

— Сирена, — прорычал Максон, топая к ней и Дину. — Пора.

Дин отпустил ее и с угрозой посмотрел в сторону Максона.

— Тебе стоит сегодня использовать ее на поле.

— Не указывай мне, что делать, — выпалил он, выпячивая грудь и стараясь казаться выше Дина.

— Если не используешь ее, то ты идиот. Она лучше дюжины таких, как ты, и ты это знаешь. Просто ты слишком жалок и мелочен, чтобы не скрывать это. Так что забудь о гордости и поступи умно.

Максон, казалось, хотел ударить его, но Сирена встала между ними.

— Я готова. Идем.

Сирена толкнула Максона к двери. Он сопротивлялся какое — то время, но его гордость была задета достаточно, чтобы он поддался.

Сирена оглянулась на Дина и слабо улыбнулась. Она произнесла губами: «Спасибо», — и вышла за Максоном из зала.

* * *

Лориан стоял на стороне Сирены. Он не мог представлять команду Алуры. Они не допускали фаворитизм.

Но он выглядел так, словно хотел зарезать ее только за то, что она присутствовала тут. Это пугало бы, если бы она не была так сосредоточена на открытии двери.

— Приготовьтесь, — едко сказал Лориан.

Сирена отвернулась от его пронзительного взгляда и прошла на арену с Максоном и Силасом.

— Нужно остановить ее, — сказал Максон. Она и Силас кивнули. — Без нее Берик и Крос не справятся. Они проиграют.

— Я могу ее выбить, — сказала Сирена.

Максон фыркнул.

— Нет уж, — Силас тоже не согласился.

— Если я отвлеку ее, вы сможете вдвоем напасть на Берика и Кроса.

К ее удивлению, Максон кивнул.

— Хорошо. Не пускай ее к предметам, и мы уберем все остальное.

Она слабо улыбнулась. Сирена все — таки заставила их работать с ней. Даже если схватка с Алурой один на один была самоубийством.

Жеронд ждал их у границы.

— Из — за случившегося в прошлом матче, мы изменил правила. Если участник разобьет предмет своей команды, очки засчитаются противнику, а у участника отнимут три очка. Понятно?

Сирена усмехнулась. Это сделали из — за нее. Она даже ощутила себя особенной.

— Да.

Алура оскалилась, стоя с другой стороны от границы.

— Спасибо за это.

— Не за что.

— По свистку, — сказал Жеронд и попятился на пару шагов.

— Я ждала этого дня, — сказал Алура.

— Какого? Дня унижения? Я думала, мы через это уже проходили, — дразнила Сирена.

— Расплата за тот день на пристани.

— И что подумает Арелина?

Алура прищурилась.

— Не втягивай ее в это.

— О, точно. Ей же не нравилось, что ты всех унижаешь, она даже пряталась от тебя в своей гостинице.

— Заткнись.

Разозлить ее было слишком просто. Видимо, никто с ней раньше так не говорил. Кроме, возможно, ее отца.

Прозвучал свисток. Сирена за секунды создала щит. Она всю ночь работала над щитом с Фэллоном. Ее был быстрым и сильным. И это было хорошо, потому что Алура сразу бросилась к ней. Она не могла удивить, как в прошлый раз. Алура точно была лучшей спортсменкой на этом турнире. Но Сирена была готова к такому.

Она отразила атаку камнями. Сирена видела, как Алура делала это на прошлых матчах. Она любила использовать землю, и Сирена могла отталкиваться от этого.

Алура послала к ней бурю песка, но Сирена притянула к себе воду, поглотила ею песок и толкнула к Алуре. Она даже не заботилась о щите, просто пригнулась и откатилась в сторону. А потом направила атаку огнем по ногам Сирены.

Сирена сделала не то, что ожидалось. Она нырнула в поток огня, отбивая его щитом, заставляя его рассеяться. Так она смогла приблизиться к Алуре, зло глядящей на нее. Сирена нарисовала перед собой круг и вызвала вихрь. Глаза Алуры расширились в тревоге. Она бросилась прочь от порыва воздуха, который Сирена направила к ней. Она пыталась замедлить его или остановить землей, а потом водой, но смерч засасывал в себя стихии и рос. А потом схватил Алуру за лодыжку и бросил в круг.

Сирена отпустила магию и поспешила к открывшемуся кольцу огня. Она потушила кольцо водой из пруда. Раздался свисток, и все остановились.

Алура лежала на земле в стороне. Она стряхнула песок с кожаной брони, игнорируя смех с трибун.

Сирена вернулась к границе. Силас хлопнул ее по плечу с искренней улыбкой. Даже Максон кивнул ей. Она сбила Алуру раз, уничтожила предмет. Может, она все — таки проявит свою мощь на этой арене.

Отвлечь Алуру оказалось не сложно. После поступка Сирены Алура желала отомстить. Сирена видела ее дикий взгляд.

— Тебе конец, — сказала Алура, направляя на нее палец.

Сирена отошла на пару шагов, подняла щит. Алура стала метать в Сирену всем, чем могла. Она пятилась, рука болела от давления. Алура послала в нее волну, но Сирена сосредоточилась на энергии. Если она лишится щита, не сможет защититься.

Она не могла думать о другом. Она не знала, получалось ли у Максона и Силаса биться с Кросом и Бериком. Она едва слышала рев толпы. Она замечала только жар своей кожи, впившуюся в тело броню и пот на лбу, видела только гнев на лице Алуры.

Сирена вспомнила часы физических тренировок с Авокой. Она знала, как прервать это наступление. Она вдохнула, отскочила в сторону и послала воду в сторону Алуры. Она целилась не в одну точку. Сирена все еще привыкала так использовать магию, и Алура была из очень быстрых противников.

С ловкостью и скоростью фейри Алура повернулась, обошла щит Сирены и отправила большой камень в ее лицо. Ее нос треснул, кровь полилась по губам и подбородку. Сирена закричала, отлетая назад, остановила падение руками.

Она растерялась и чуть не пропустила следующий удар Алуры, который был быстрым и жестоким. Кусочки металла соединились и полетели к запястьям Сирены. Она успела откатиться, и ее не пригвоздило к земле. Она еще не видела, чтобы магию земли использовали вот так.

— В следующий раз не промажу, — прорычала Алура. Ее металлическая броня вспыхнула на солнце, на миг ослепив Сирену.

Толпа недовольно гудела и радостно вопила. Алура сражалась грязно, и только половине зрителей это нравилось.

Сирена вытерла нос и поднялась на корточки.

— Осторожнее. Потеряешь зрителей.

— Они не важны.

— Разве?

Алура зарычала и ударила Сирену воздухом по лицу раньше, чем та успела бы создать щит. Она пыталась отвлечь Алуру, чтобы прийти в себя, но не получилось.

Сирена отлетела дальше, чем она бросила Алуру. И она рухнула на свой булыжник. Ее пострадавшие ребра протестовали. И она была благодарна Создательнице, когда прозвучал свисток.

Она лежала секунду на земле, смотрела на звезды перед глазами. Нужно взять себя в руки, если она хотела закончить этот матч.

— Эй, — Силас оказался рядом с ней. — Ты в порядке?

— Ага, — выдавила она.

Он протянул руку. Сирена улыбнулась, кривясь от боли, и сжала его ладонь, чтобы он помог ей подняться на ноги.

Максон стоял рядом с ним.

— Как ты? — спросил он.

Она быстро заморгала.

— В порядке.

— Последний удар был жестоким, — он нахмурился и повернулся к Алуре. — Я могу ей заняться, если хочешь.

— Нет, — сразу сказала она. — Выбей последний предмет. У нас с Алурой незаконченные дела.

— Она хотела пробить металлом твои запястья, — с отвращением сказал Силас. — Это дикость.

Сирена кивнула.

— Точно.

Они встали у границы, и Алура ухмылялась.

— Как ощущения?

Сирена молчала. Ей было плохо, но она не собиралась говорить Алуре об этом.

— Просто покончим с этим.

Раздался свисток, и они бросились в бой. Алура хотела выбить Сирену, а та — Алуру. Они синхронно использовали магию стихий. Они забыли об игре. У команды Сирены был еще один предмет, а команды Алуры — два, но они играли только в эту игру. Только это было важно.

Они ушли в угол арены. Забыли о предметах. Сирена была спиной к стене, у Алуры были все преимущества. Но Сирена наступала. Они обе устали. Использовали больше энергии, чем в предыдущих матчах. Она просто хотела, чтобы парни добрались до еще одного предмета, чтобы у них был перерыв.

Сирена повернулась и нацелилась на левое плечо Алуры. Дин говорил, что это было слабое место. Она охнула, попав, Алура яростно взревела. Ее левая сторона все — таки была слабее, и, если напасть с той стороны снова, она сможет победить. Они двигались одновременно друг к другу.

Струя воды ударила Сирену по животу в тот миг, когда она своей магией послала сосульки к раненому плечу Алуры. Сирена рухнула на спину. Алура. К ее радости, тоже упала.

Они были выбиты.

Обе.

37

Устранение

Сирена и Алура уходили с поля, им пришлось смотреть, как остаток матча проходит без них.

— Не верится, что ты это сделала! — проворчала Алура.

— Я? Ты пыталась пронзить меня кинжалами.

— Я хотела. Чтобы ты отступила.

— Это не произошло бы.

— Ты упрямая и дура, — рявкнула Алура.

— А ты — тщеславная и избалованная.

Алура фыркнула.

— Ты ничего обо мне не знаешь.

— Дамы, — сказал Жеронд в стороне, — биться вне арены запрещено.

Сирена прошла в дальнюю часть зоны, откуда они смотрели. Она хотела задушить Авоку. А ей приходилось смотреть, как ее команда проигрывала. Берику вдруг улыбнулась удача. И Крос метко попал водой по кольцу огня. Конец. Она отвлекала Алуру, но ее команда все равно победила.

— Ненавижу тебя, — бросила ей Алура, проходя мимо.

— Ну и ладно, — парировала Сирена.

Они вернулись в гору на тихий обед. Но, к удивлению Сирены, другие участники уже не сторонились ее, не пронзали убийственными взглядами. На стороне Алуры были ее прихвостни, но победа над ней точно пошла Сирене на пользу.

Быстро побывав у лекаря из — за ребер, Сирена пошла за остальными на последний матч. Было без того понятно, что команда Алуры победила. Ни у кого не хватило бы баллов, чтобы опередить их. Но первые и последние места в личном зачете еще были под вопросом.

— Вперед, Фэллон, — прошептала Сирена, глядя на его средние по силе щиты против Уолстона и Сватавы.

Дин уничтожал их. Выглядело так, словно это было самым простым в его жизни. Она знала, что ее победа во втором матче была удачей. Потому что он был лучше нее в этом. Редкие обладали силой ее уровня, но это не означало, что они не умели использовать то, что имели, эффективнее, чем она. В этом случае так и было. Она не уничтожала здания или морского монстра. Она не билась с Каэлом Дремилоном, бражем или ноккином. Это были… фейри. И это была только игра.

Она болела за Фэллона, и он избегал ударов раз за разом. Что — то из ее уроков помогло ему. В этот раз он серьезно пытался. Его атаки не были только теорией.

И, когда матч подошел к концу, завершилось первое испытание. Появились таблицы, и Сирена охнула.

Фэллон стал третий с конца. Он прошел в следующий раунд, но Силас и Линесса выбыли. Они ушли без слов.

А потом Сирена услышала вопль ярости.

Все повернулись и посмотрели на Алуру, которая умчалась с арены.

Сирена не знала, что с ней. Ее команда победила. Она была на первом месте. Что еще она могла хотеть?

— Она проиграла, — охнул Максон.

Сирена повернулась к таблице. Она сосредоточилась на Фэллоне и не посмотрела на лидеров. Алура была на втором месте… а Дин — на первом.

— У тебя получилось, — Максон похлопал Сирену по плечу. — Может, ты не такая плохая.

Она сделала это. Она сбила Алуру.

Вот только от ее вопля Сирена поежилась.

Она не хотела жалеть Алуру, но в ее гневе… звучал страх.

* * *

— Поздравляю с завершением первого испытания, — сказала Хелли позже в тренировочном зале. — Ваше следующее испытание пройдет через две недели. Алура, Берик и Крос получат на день тренировок больше. Дин заслужил некоторые привилегии, а еще личное обучение от одного из нас. Отдыхайте, оттачивайте разум и тело и наслаждайтесь свободным временем.

Они были уставшими, вернулись в свои комнаты.

Фэллон подошел, пока она собиралась.

— Не знаю, как тебя отблагодарить.

— За что? — спросила она.

— За тренировку в последний момент и веру в меня.

— Тебе просто нужно верить в себя.

— Ты помогла и с этим.

— Я просто рада, что ты еще тут.

— Как думаешь, что они устроят нам дальше? — спросил он.

Она покачала головой.

— Ты — эксперт по теории. Но приятно точно не будет.

— Да. Мои родители будут рады, — он скривился. — Совсем не хочется идти в гостиницу и продумывать стратегию с ними.

— Так не ходи.

— Я не могу оставаться тут со всей этой энергией.

Сирена взяла свои вещи и улыбнулась ему.

— Так пойдем со мной.

— Правда?

— Конечно.

Фэллон кивнул и ушел переодеться и взять плащ. Сирена поспешила к входу, желая покинуть гору. Она провела тут три дня и нуждалась в свободе.

В голове был так много мыслей. Она почти парила в небе. Что — то в словах Дина вызвало в ней реакцию. Она не знала, что с этим делать. Но понимала, что нужно было поговорить с кем — то. Точно с Авокой. Может, с Матильдой и Верой.

И она не знала, что они делали. Она давно не отлучалась от них так надолго. А они только вернули драконов. И Алви пытался исцелиться, а Авока набиралась сил. Времена были тяжелыми. Ей нужно быть там.

Она так затерялась в мыслях, что поняла, что застала личный разговор, когда до нее донеслись кричащий голос. Она замерла и попыталась понять, что происходит. А потом она поняла, что стоял перед ней.

— Ты — позор, Алура, — сказал Лориан.

Сирена скривилась.

— Ты можешь звать себя воином. Ты хочешь однажды править. Стать главой Венатрикс. Но я вижу лишь девочку, пытающуюся играть солдата. Ты позволила эмоциям завладеть тобой. Ты уж точно намного лучше той нахальной и глупой человеческой девчонки. Ты старше ее на сто лет. Твоя сила почти безгранична. Чем ты думала? — его голос становился все громче, пока он перечислял ее неудачи.

— Ты не можешь оправдать себя? — осведомился он. — Будешь просто стоять тут, как делала на арене? Позволишь, чтобы тебя унижали? Будешь выглядеть слабо в глазах у всех? Ты слабая, — он сжал ее руку до синяков. — Может, не стоило и вовсе тебя пускать на турнир. Мы могли взять Геррита вместо тебя. Что скажешь насчет этого?

Алура все еще молчала. Просто стояла. Все внутри Сирены сжималось от слов Лориана. Это ее отец, Сирене не стоило в это лезть. Ей даже не нравилась Алура. Но… Алура не заслуживала такого обращения.

Сирена не успела обдумать это, бросилась вперед.

— Оставьте ее в покое!

Лориан и Алура повернулись к приближающейся Сирене.

— Не лезь в это, — сказала Алура.

Лориан отпустил Алуру.

— Да, Сирена, не лезь в это. Вернись к своему фан — клубу. У нас разговор отца с дочерью.

— Алура сегодня восхитительно сражалась. Она не победила, но побеждать всегда и не получится. Порой поражение преподает более важные уроки.

— Значит, я не учил эти уроки, — ухмыльнулся Лориан.

— Видимо, так, — процедила Сирена. — Не нужно ее так ругать. Ее команда все равно стала первой. Она отстала от первого места всего на одно очко. Дин чудом опередил ее. И все. Вы должны сейчас поздравлять ее. Она одолела почти всех участников, и ее сила по праву может считаться ее преимуществом.

— Сирена, хватит, — сказал Алура, ее глаза пылали. Защищая ее от отца, Сирена как — то только сильнее разозлила ее. Она не понимала, как так вышло. — Мне не нужно твое вмешательство. Можешь уйти.

— Точно, — сказал Лориан. — Алуре не нужна твоя защита. Мы видели на поле, что у нее нет защиты.

Алура даже не посмотрела на отца после его жестоких слов. Она глядела только на Сирену. И Алура смотрела так, словно собиралась убить ее. За то, что она терпела это при Сирене. За то, что кто — то еще слышал, как отец оскорбляет ее. За то, что ее враг…

Сирена покачала головой.

— Вы должны ею гордиться.

— Уйди! — взревела Алура.

— Ладно, — она подняла руки, сдаваясь, и пошла прочь от пары.

Ей было любопытно, что сделало Алуру такой, какой она была. Это явно был ее отец. Интересно, что ее мама, Аня, думала о таком обхождении с ней. Была бы Алура другой без насилия со стороны Лориана?

Сирена вздохнула, пока ждала Фэллона. Она думала, что поможет, но снова лишь сделала все хуже.

* * *

Сирена не рассказала Фэллону о произошедшем, пока они шли к гостинице Сувинны. Она хотела забыть об этом, если честно. И она спешила увидеть друзей. Но, пройдя в гостиницу, она потрясенно охнула.

Ее друзья были там, горели свечи, и в центре стола был торт. Все завопили, когда она вошла. Сирена закрыла рот рукой.

— Что это? — прошептала она.

— Сюрприз! — сказала Авока. — Мы хотели отпраздновать завершение первого испытания.

Сирена оглядела комнату. Матильда и Микел обнимали друг друга. Вера стояла рядом с ними, выглядя радостно. Ордэн стоял в углу, скрестив руки, отклонив голову, чтобы было видно его улыбку. Алви сидел на скамье, осунувшийся, но обрадовавшийся ей, Авока была с ним. Сувинна и Маркотт наливали всем эль.

— Спасибо, — сказала она, голос дрогнул. — Это чудесно, — Сирена рассмеялась и потянула Фэллона внутрь за собой. — Вы же помните Фэллона?

Все кивнули, и его приняли в их круг. Фэллон поспешил помочь Сувинне разрезать и передать всем торт.

Сирена подошла к Вере.

— У меня есть идея.

— О, нет, — пробормотала она.

Глаза Матильды расширились.

— Еще катастрофа? Это не может подождать до утра?

— Серафина послала меня сюда отыскать потерянных. Она сказала, что мне нужен дракон, что мне нужно управлять своей магией духа. Когда меня проверяли для турнира, я работала с драконом. И он использовал дух. Мне нужен дракон, чтобы с их магией управлять своей силой. Так я смогу дотянуться до нее.

— Потому тебе нужно победить, — сказала ей Матильда.

— Ясное дело. Но до этого еще недели. А если я могу начать тренироваться духу сейчас?

— Я понимаю, к чему ты клонишь, — сказала Вера.

— Думаете, они сделают это? — спросила Сирена.

Матильда посмотрела на них.

— Скажи, что ты не думаешь об этом.

— Нет ничего такого в том, чтобы работать с драконом, с которым она не связана, — сказала Вера.

— Именно.

— Они не станут этого делать, — сказала Матильда.

— Поговорите с ними. Мне нужно тренироваться с драконом. А у вас они есть, — напомнила им Сирена. — Мне не нужно просто победить. Мне нужно и овладеть магией духа. Пора начинать.

Матильда и Вера переглянулись. Вера кивнула.

— Мы спросим.

— Я уже рада.

— Может, теперь уже будем праздновать? — спросила Матильда, смеясь.

Микел поцеловал ее в щеку.

— Да, — Сирена улыбнулась. — Давайте.

Они ели. Они пили. Они веселились.

И лишь в этот раз они забыли об ответственности. Забыли о судьбе мира на их плечах. Или о сгустившемся зле. Или о том, что ей нужно было победить в турнире. Они просто были юными, живыми и счастливыми.

38

Решение

Калиана

— Принеси Алессию немедленно, — приказала Калиана няне Давиле.

— Сейчас? — спросила Давила.

— Я неясно выразилась?

Давила опустилась в низком реверансе и пропала. Она наглела с каждой минутой. Это было возмутительно. Калиана уже не была королевой, но оставалась в королевской семье. Она заслужила уважение.

Калиана кусала губу и ждала возвращения Давилы.

Наступил этот день.

Она не могла теперь сбиваться.

Она знала, что делала Каэл. Она видела весь его план. Все его безумие.

Он напал на Аурум. Вторгся в страну, где правила его сестра. Это было немыслимо. Они избегали войны сотни лет. Она думала, что отправилась в безопасное место, когда отец пообещал ее руку Эдрику. Теперь она была в мире, разрываемом войной.

И она не могла прогнать одну мысль из головы.

Она была в опасности.

Нет.

Алессия была в опасности.

Каэл убил своего брата ради власти. Что он сделает со своей дочерью? Она не могла подпустить его к Алессии. Ни за что.

Ей было плевать на его слова, что он даст ей иммунитет. Что он даст ей жить в замке, что он хотел показать объединенный фронт. Это длилось, пока его сила была стабильна. Но ничто в Каэле не было стабильным.

Появилась Давила с подпрыгивающей малышкой на руках. Она передала Алессию Калиане, и малышка заворковала при виде мамы. Она уже была такой большой. Она ползала и почти ходила. Калиане не верилось, как быстро все происходило… и как много она пропустила. Но больше так не будет.

— Спасибо. Можешь идти, — сказала Калиана Давиле.

Та сделала реверанс, с тоской взглянула на ребенка и пропала.

Тревога Калианы росла.

Вот и все.

Она принесла Алессию в свою примерочную и закрыла дверь. Леди Которн уже ждала. Она была со своим свертком в руках.

— Готовы? — спросила леди Которн.

Калиана прикусила губу. Она была готова? У нее не было выбора, но это не делало ее готовой. Она не знала, что ее ждет. Она не знала другой жизни, кроме королевской. Но если она останется тут, то ее точно убьют. Она точно знала это. Она не могла избежать этого.

— Да, — наконец, сказала она.

— Хорошо. Давайте переоденем вас в эту одежду. Передайте мне ребенка.

Калиана с неохотой отдала Алессию и поспешила надень простое бежевое платье поверх своего наряда. Она сняла украшения и убрала их в мешочек, который дала леди Которн. Она накрыла свои светлые волосы черным плащом.

— Я выгляжу нормально? — спросила она.

Леди Которн фыркнула.

— Нет. Вы не можете выглядеть нормально.

Калиана нахмурилась. Обычно это вызвало бы гордость. Она всю жизнь старалась быть необычной. Но теперь ей нужно было сливаться.

— Опустите голову и, если нас остановят, позвольте мне говорить с ними.

— Конечно, — сказала Калиана.

Она протянула руки за Алессией, и леди Которн отдала ее.

— Укройте ее.

Калиана скрыла одеялом каштановые волосы на голове Алессии и кивнула. Леди Которн открыла люк в конце комнаты. Они пригнулись и пробрались туда. Леди Которн схватила со стены факел и повела Калиану по холодным каменным коридорам. Калиана никогда не видела такой проход в замке, который звала домом. Она знала только о пути в покои Эдрика, которым часто пользовалась, когда они только поженились… и стало ясно, что их брак не станет полным любви.

Она ощутила пустоту от мыслей о смерти Эдрика, которая была зияющей дырой недели после его смерти. Когда она вспомнила, что Каэл участвовал в этом, умерла и ее частичка. В живых ее держала только Алессия. Замок, двор и попытки вернуть Компаньонов на верный путь не были для нее важными.

И она решила уйти, пока могла. Пока его не было.

— Мы выйдем тут. Ни слова, — предупредила леди Которн.

Калиана кивнула, прижимая Алессию к себе. Хорошо, что ее ребенок был спокойным.

Они вышли из теней и попали в пустой коридор первого этажа. Леди Которн быстро повела их оттуда в коридор слуг, где было куда люднее, чем в широких коридорах. Никто не отрывался от дел, не обращал на них внимания.

Она видела свет выхода, тускло сияющий светом раннего вечера. Свобода ждала там.

А потом женщина возникла перед ними.

— Леди Которн, мы можем поговорить?

Калиана хотела ругаться, но опустила голову, пока леди Которн говорила с женщиной. Ей на миг показалось, что все видят ее насквозь. Что все знали, что рядом была королева — вдова. И скоро они укажут на нее. Начнут шептаться. Кто — то поймет. Один из шпионов Каэла догадается, и ее вернут. И она потеряет Алессию.

Но все молчали, и люди проходили по сторонам от нее, словно ее там не было. Она была невидимой.

— Он мучает дам, — сказала женщина леди Которн.

— Понимаю. Я сделаю, что смогу, — леди Которн коснулась руки женщины.

— Меррик опасный. Он… — женщина поежилась.

— Знаю.

— Как он вообще стал капитаном стражи?

Калиана тоже хотела это знать. Как Эдрик вообще взял это ужасное существо? Она была готова избавиться от него.

— Не знаю, — сказала леди Которн. — Старайтесь избегать его. Я отправлю кого — нибудь разобраться.

— Спасибо.

Леди Которн тепло улыбнулась и пошла по коридору. Они прошли в двери и миновали пару стражей. Калиана мысленно молилась, пока шла с леди Которн. Но никто не стал на них смотреть. Никто не смотрел на дверь слуг. Если честно, это было серьезным изъяном.

Они поспешили по городу, пока не остановились перед зданием. Леди Которн вошла, Калиана — следом, убирая капюшон. Пустыня уже давила на них, хоть было еще рано.

— Это прошло неплохо, — сказала Калиана.

Но на пороге дома стоял один из шпионов Каэла.

Калиана охнула:

— Ты!

Он улыбнулся, уголки губ приподнялись, словно в насмешке. Она помнила его, потому что он был очень красивым — высокий, мускулистый и флиртующий со всеми Компаньонами.

— Величество, — он, дразня, поклонился ей.

— Так даже проще, — сказала леди Которн. — Калиана, это Феникс. Феникс, ты, видимо, уже знаешь Калиану.

— Он работает на Каэла, — прошипела Калиана. Алессия завозилась на ее руках, и она опустила ее поползать вокруг ее ног. Она мало знала, как с ней нянчиться, ведь у нее была няня, но Калиана собиралась быстро научиться.

— О, это, — леди Которн отмахнулась. — У меня припасена бутылка. Я схожу за ней. Феникс, расскажи ей, что будет дальше.

Феникс прислонился к раме открытой двери.

— Мы встретимся с тремя связными в горах, и они заберут вас из столицы в убежище. Вы останетесь там, пока ситуация тут не наладится.

— Когда это будет? Алессия — принцесса. Она заслуживает должное воспитание.

Феникса это не волновало.

— Если она останется тут, она умрет. Так что пригните головы и живите.

У подножия лестницы появилась низкая рыжеволосая девушка.

— Я услышала голоса.

И Калиана узнала ее.

— Ты… подруга Сирены.

Ее глаза расширились от ужаса.

— Ваше величество, прошу прощения, — она низко склонилась в реверансе, как настоящая леди. Это было правильное обращение.

— Хватит, Рэя, — сказал Феникс. — Она в изгнании. Ей не нужны фанфары.

Рэя выпрямилась, но все еще была потрясена видом Калианы перед ней.

— Вы… в изгнании? Что случилось? — она яростно посмотрела на Феникса. — Ты мне не сказал.

Его улыбка изменилась. Уже не была насмешливой. Стала полной огня. Калиана знала, что это значило.

— Ты не спрашивала.

Рэя молчала минуту, но Калиана видела жар между ними. Они были готовы вспыхнуть. Было даже неудобно стоять между ними.

— Ладно, — сказала Рэя. — Чем могу помочь?

— Бери сумку, — сказал Феникс.

Рэя кивнула без возражений и пропала в здании. Когда леди Которн вернулась, у не была бутылка для Алессии и мешок припасов для малышки. Она рассказала Калиане, как все использовать. Это потрясало, но леди Которн уверила ее, что она научится.

Калиана покинула дом с Фениксом и Рэей. Их тихое влечение было осязаемым по пути из города и по горам. Когда они добрались до пещеры, скрытой в горах, Калиана задыхалась. Алессия расшумелась, и Рэя забрала ее у Калианы и гладила, пока малышка не успокоилась. Калиана нахмурилась, не понимая, как она сама не догадалась так сделать. Будучи королевой, она не смогла стать матерью. Может, это будет их новое начало, образ жизни, о котором она только мечтала.

А потом из пещеры вышли люди. Одно лицо она узнала.

А Рэя завизжала и поспешила вперед.

— Рив!

Брат Сирены стоял там с невысоким юношей, которого Калиана видела в Высшем ордене, но он потом пропал. А девушку она не знала. А через секунду узнала.

— Привет! — девушка шагнула вперед. — Я — Калдрева Анамария! Можете звать меня Кэл. Так делают все мои друзья.

— Здравствуй, Кэл, — сказала Калиана.

— Вы, должно быть, королева, за которой мы пришли. Вы похожи на королеву.

— Кэл, — недовольно сказал Рив. — Перед Ее величеством делают реверанс.

— О, нет, — Калиана подняла руку. — Все хорошо.

Кэл поморщилась.

— Я не умею делать реверанс. Может, поклониться?

— Нет, — сказал другой юноша. — Лучше вообще ничего не делай, Кэл.

— С тобой скучно, Оброн, — сказала Кэл и отошла к нему.

— Это все? — спросил Рив, забирая одну сумку у Феникса, другую бросая Оброну.

— Да. Передай привет старой Мане, — сказал Феникс.

Кэл вздохнула.

— Откуда все знают мою бабушку?

— Готовы, Ваше величество? — спросил Рив, не слушая Кэл.

Она смотрела на пеструю компанию, в которой оказалась. Сегодня она была королевой — вдовой, живущей в роскоши. Завтра она будет в бегах, идти куда — то на север. Но она лучше будет жива и в изгнании, чем мертва.

— Да, — сказала она. — Я готова.

39

Просьба

— Сирена, — позвал кто — то, пробуждая ее.

Она перевернулась и вскочила. Она тут же впилась в магию внутри себя, готовая отбросить врага через всю комнату. Но она быстро вспомнила, что осталась на ночь в гостинице. Они закончили ночью. Устав, она рухнула на старую кровать. Даже Фэллон остался.

— Вера, — прошептала она, — что такое?

— Я услышала ответ Амират, — сказала она.

Сирена тут же насторожилась. Она видела, как Авока просыпается и вытаскивает бело — ледяные клинки. Готовая ко всему.

— И?

— Они с Акирой хотят с тобой встретиться.

Сирена выдохнула с облегчением.

— Отлично. Идемте.

— Нет. Им выбирать время. Они сообщат, когда будут готовы тебя выслушать.

— Почему они ждут?

— Таковы драконы. Ты поймешь, когда проведешь с ними больше времени. Им выбирать время. Это в их природе.

Сирена опустила руки.

— Отлично. И… что мне делать?

— Пока что… отведи Фэллона на гору. Утром у вас тренировка. Ее нельзя пропускать.

— Ладно, — Сирена встала. — Если услышишь что — то еще, отыщи меня.

Она надела кожаную броню, и Авока вышла за ней из комнаты. Ей не нужно было говорить, что она проводить Сирену до горы, она уже это поняла.

Она разбудила Фэллона, и втроем они пошли в тишине из гостиницы. Фэллон был сонным и уставшим. Он зевнул три раза до того, как они вышли за дверь. Но внимательнее всех была Авока. Без нее… Сирена не знала, что произошло бы.

Сирена ощутила давление связи и тут же связалась с магией. А потом шестеро мужчин в черных масках окружили их. Сирена недовольно вздохнула. Только этого не хватало рано утром.

Когда они напали, она тут же поняла, что они не были новичками. Это были обученные убийцы, которых наняли убрать ее и Фэллона. Она не знала их мотив. Или они просто хотели помешать турниру, или причина была мрачнее, но это не имело значения, когда они напали.

Но даже Авока, еще не восстановившая все силы, была лучше всех этих мужчин на их максимуме. А с Сиреной и Фэллоном… их трио было живым кошмаром.

Она была единой с магией, это было просто, как дышать. Когда — то это было невозможно, но не теперь. Она управляла собой. Авока уже не была костылем. Она была бонусом. Дополнительной силой, если нужно. Они могли предсказать действия друг друга и двигаться синхронно.

Сирена ощущала, что Авока уставала, и быстро сказала:

— Вниз!

Авока пригнулась, даже Фэллон удивленно упал на колени.

Она широко раскинула руки, и энергия вылетела вспышкой из ее груди. Таким приемом она сожгла бража в первую их встречу. Тут она не вкладывала в удар столько сил — она их отключила, а не убивала — и последние три врага упали.

— Что это было? — выдохнул Фэллон.

— На нас только что напали.

— Нет! Эта штука с энергией, — его глаза были огромными от паники, адреналина и интереса.

— Не знаю. Просто… магия, да?

— Нет, — сразу сказал он. — Я такого еще ни у кого не видел.

— Но… видел. Магия воздуха отбросила людей.

— Это не была магия воздуха. Это не была стихия. Это было нечто другое.

Сирена пожала плечами и посмотрела на Авоку, прося помочь.

— Я тоже ни у кого такого не видела, Сирена, — сказала Авока.

— А я не могу это объяснить. Я всегда так могла.

Авока поджала губы.

— Есть у меня мысль, но ее лучше еще рассмотреть, а потом обсуждать.

Фэллон взволнованно подпрыгивал всю дорогу, забыв об атаке. Он хотел понять, что заставляло ее магию становиться такой. Но она не хотела показывать странный прием перед другими участниками. Это подождет. Она позже подумает, что это значило. Она была рада, что он не хотел обсуждать атаку, потому что так она могла не докладывать об этом и снова иметь дело с Обществом.

* * *

Через два дня Авока появилась в горе и отыскала ее. Гостей не приветствовали, но Сирена обрадовалась, услышав, что Амират и Акира хотят с ней поговорить. Матильда и Вера были в пути.

— Ты встретишься с драконами? — спросил Дин, выгнув бровь.

Сирена даже не видела, что он стоял неподалеку.

Авока посмотрела на него.

— Интересно.

— Да, — сказал Дин.

— Нет, — исправилась она. — Ты интересный.

— Дин, это Авока.

— Она смотрит на меня так, словно мы уже встречались.

Авока смотрела на него свысока.

— Я пару раз угрожала твоей жизни.

— Ах, так мы хорошие друзья, — сказал Дин без эмоций на лице.

Ее удовлетворило увиденное.

— Не разбивай ее сердце снова.

— Авока, — рявкнула Сирена, ее щеки пылали.

Но Дин только рассмеялся. И смех не был искренним и музыкальным. Этот смех говорил, что он не сможет разбить сердце Сирены… не из — за своих чувство, а потому что он не сможет ее любить. И она не сможет любить его. Это была насмешка.

— Идем, — тут же сказала Авока.

Сирена не знала, почему, ведь Дин уже был для нее ничем, но ее сердце болело от этого звука.

Авока взяла ее за руку и потащила от Дина.

— Думаю, он еще там, Сирена.

Она покачала головой.

— Нет. Это… другой Дин.

— Другой и тот же.

— Не думаю.

— Он все еще тебя видит, — сказала Авока. — Это уже что — то.

— Не много.

Авока кивнула и больше не поднимала тему. От этого Сирене стало только хуже. Она, может, и не хотела больше заводить с ним отношения, но не хотела, чтобы он забывал, что они пережили вместе.

Авока повела их вдоль горы, Матильда и Вера ждали их.

— Идемте? — улыбнулась Матильда.

— Думаю, пора, сестра, — сказала Вера.

Они прошли к лестнице, ведущей наверх. После пятисотой ступеньки Сирена стала сомневаться, нужна ли ей встреча. Ее ноги горели, она задыхалась. В боку кололо. Пот стекал по шее.

Но, когда они добрались до площадки, вид из открытой пещеры поражал. Драконы всяких размеров, формы и цвета растянулись в огромном зале, и вся Кинкадия раскинулась за ними.

Матильда и Вера кивнули паре стражей на вершине лестницы. Сирена не представляла, для чего тут стражи. Это же были драконы!

Вера прочла это на ее лице.

— Они для детей.

Сирена огляделась с вопросом и поняла, что в комнате были дети. Она не заметила их рядом с роскошными драконами, но дети лет шести ходили среди драконов, ухаживали за ними и говорили с ними.

— Зачем они тут?

— Они — благословленные драконами, — сказала Матильда. — Избранные из двенадцати племен в раннем возрасте, чтобы работать на горе и помогать растить драконов.

— Они зовут это Домом драконов, — сказала Вера.

Сирена скептически огляделась.

— Они живут тут все время?

— Пока не решают пройти в мир снаружи. Многие из них возвращаются домой с деньгами или титулом. Это престижная программа, — сказала Матильда. — Нас приглашали.

Сирена не могла представить такую жизнь. Но для кого — то это был хороший шанс подняться выше в обществе.

Матильда повернула голову к утесу. Сирена повернулась и увидела, как летят Амират и Акира. Они опустились идеально. Их группа прошла к двум гордым драконам, тяжело дышащим от полета.

Они склонили голову, когда Матильда и Вера подошли к ним.

«Моя связанная, Матильда».

«Моя связанная, Вера».

— Здравствуй, сестра души, — сказали женщины хором.

Дальше заговорила Акира:

«Мы нашли отличную поляну. Лететь недалеко».

— Мы благодарны, — Вера повернулась к девушкам. — Авока, иди с Матильдой. Сирена, ты со мной и Амират.

Вера забралась на спину. Сирена была рада, что не впервые залезала на дракона. Она нашла, куда поставить руки и ноги, и в этот раз было проще. Она забралась на спину Амират не грациозно, но хотя бы не растянулась, как в прошлый раз.

А потом с тревогой она поняла, что они будут взлетать не с земли, а с утеса. Она сжала Амират крепче.

«Тише, дитя. Мы жили дольше, чем ты можешь представить. Наш полет безупречен».

Сирена не сомневалась в способностях дракона, но боялась, что упадет с тысячи футов и разобьется. Но она пыталась сдержать страх, пока Амират взлетала.

К ее ужасе, она падала, как камень в море, к земле. Сирена завизжала от ужаса, не сдержалась. Она закрыла глаза и сжала Амират сильнее. Они опускались все ниже. Все быстрее.

А потом ее крылья широко раскрылись, и они выровнялись, а потом взмыли ввысь.

— Красуешься, — упрекнула ее Вера.

«Она так боялась, что я не могла не пошутить».

— Я… тебя слышу, — буркнула Сирена.

Амират только рассмеялась, все ее тело загудело.

Остальной полет был без событий, как и с Таври. Красивый вид, но холод, хотя погода теплела с весной. Они опустились на ярко — зеленую поляну, где уже была весна. Полевые цветы покрывали все вокруг. Ручей журчал неподалеку. Было уютно, и это место казалось далеким от давящей горы, в которой Сирена жила.

Они слезли с дракона и прошли по кругу, наслаждаясь природой пару мгновений перед началом.

«Ты просила о встрече, Сирена Дома. Зачем ты просила нашей помощи?»

Сирена посмотрела по очереди в глаза обоим драконам. Она глубоко вдохнула и взяла себя в руки.

— Мне нужен учитель для магии духа.

Акира посмотрела на нее свысока.

«Кто — нибудь твоего вида может тебя обучить».

— Не осталось Дома, обладающих магией духа.

«Ты просишь нас научить тебя?» — спросила Амират.

— Да. Мне нужен учитель, и я знаю, что у драконов есть магия духа. Я надеялась, что вы научите меня использовать мои способности.

«Зачем тебе эти способности?»

— Домина Серафина говорила со мной с помощью моей магии духа. Когда я была слаба, она могла дотянуться до меня и поговорить со мной. Но теперь я овладела магией стихий, и слабость уже не проблема. И я не могу дотянуться до нее сама.

«Транс сработал бы», — предложила Акира.

— Мы пытались, — сразу сказала Вера.

— Работало, — добавила Матильда. — Но Серафина сказала больше так не делать.

— Она сказал, что в царстве духов темная сила пытается схватить меня. Что, если я не буду управлять магией духа, зло может захватить меня. Его боялась даже она, уже давно умершая.

Амират и Акира говорили друг с другом, а потом Акира посмотрела на Сирену.

«Нет».

— Нет? — удивилась она. — Почему?

«Мы не связаны, — сказала Акира. — Только связанный с драконом может получить доступ к его магии и использовать магию духа. Тебе нужен свой дракон для того, что ты просишь».

— Я работаю над получением дракона, — возразила Сирена. — Но на это могут уйти недели, а мне нужно уже учиться.

«Нет».

Сирена скрипнула зубами.

— Я знаю, что вы можете работать магией духа, когда вы не связаны. Я работала с Герлином, и он вытащил дух из моего тела.

Амират и Акира не удивились. Они или уже это знали, или это их не удивляло.

— Если он так может, то вы должны суметь показать мне, как использовать дух, чтобы дотянуться до Серафины. Судьба нашего мира зависит от нас.

«Мы не гарантируем, что это сработает, — сказала Амират после паузы, — но мы попробуем».

Сирена чуть не закричала от радости. Но вместо этого она опустилась в низком реверансе, как ее учили, и улыбнулась.

— Спасибо.

«Мы позовем, когда будем готовы к первому уроку».

Сирена хотела возразить. Она хотела начать сейчас. У нее не было столько времени. Она не хотела ждать, когда драконы решатся!

Но Матильда и Вера вмешались, словно видели, что Сирена вот — вот взорвется.

— Спасибо за понимание. Мы ценим это, — сказала Матильда.

Амират и Акира удовлетворенно кивнули.

Сирена не была удовлетворена. Но это был шаг в нужном направлении. Она могла отвлечься, пока ждала следующего испытания.

* * *

Они провели день на поляне, найденной драконами. Тут было красиво и мирно. Они поплавали в реке, пока драконы охотились. Сирена ощущала себя ребенком. До того, как плавание в реке стали запрещать.

Когда они вернулись в гостиницу, был вечер. Сирена хотела проверить, вернулся ли Алви. Он и Авока наладили отношения, но он все еще был выжатым. Сирена хотела убедиться, что он выдержит эти эксперименты.

— Вовремя, — сказал Алви, когда они вошли в гостиницу. — Если бы я знал, что вы все так поздно придете, нашел бы игорный зал.

— Все жульничаешь? — пошутила Сирена.

— Не все такие везучие, как ты, Сирена.

— Ясное дело, — подмигнула она.

Он прошел мимо Авоки и обнял ее. Она услышала приглушенное:

— Я скучал, — и поцелуй.

Она закатила бы глаза, но была счастлива за друзей. Они заслужили счастье. Бесконечное счастье.

— Привет, Сувинна. Я могу заказать эль на всех нас? — спросила она, сев на стул.

— Конечно, — сказала Сувинна, наполняя кружки. — О! Я забыла. Тебе письмо.

Она передала толстый белый конверт. Сирена растерянно посмотрела на него, а потом притянула конверт к себе. Он был плотным, из хорошей бумаги, ее имя было написано красивым почерком. Печать была бирюзовой с А на ней. Синий цвет был у Брионики, но от кого именно из Брионики? Хелли? Сонали? Уолстон? Они казались маловероятными.

Она сломала печать и вытащила дорогую открытку изнутри. Буквы были золотыми, сияли в свете лампы.

— Что это? — Сувинна посмотрела поверх ее плеча.

— Приглашение.

— На вечеринку? — Сувинна покраснела.

— Да. Вечеринка Киврина Аргона из Брионики.

Сувинна покраснела.

— Ох… Киврин.

— Что? — спросила Сирена. — Почему имя звучит знакомо?

— Он королевич. Первый в одном из их домов. Мечтательный негодяй, если слухи правдивы.

— О! Помню. Я встретила его на банкете турнира. Он спас меня от настырных спонсоров.

— Киврин спас тебя, — глаза Сувинны расширились от восторга. — Это начало одного из романов, которые мне приносит Маркотт. Ты не знала, что он — принц, а теперь он приглашает тебя к себе на праздник.

— Прости, но романтики нет. И он фейри. Ему лет пятьсот?

Сувинна пожала плечами.

— Будто это важно.

Сирена рассмеялась.

— Я не пойду.

— С ума сошла? Ты пойдешь, и я вызову Дину, чтобы она создала для тебя что — нибудь невероятное. Нельзя отказываться от королевского приглашения. Просто нельзя.

— Он, наверное, пригласил всех участников, — возразила она.

— Тогда будет очень странно, если ты не придешь, — отметила Сувинна.

— Ладно, я пойду. Но, если это скучно, то я скажу: «А я тебе говорила».

— О, милая, скучно не будет.

40

Вечеринка

Сувинна была права.

Скучно не было.

Дом Киврина был полон гостей. Казалось, все важные фейри были в одном месте. И в этом месте стояла Сирена.

Она ощущала себя открыто, оставив плащ, когда она вошла в здание. Платье, которое создала Дина, было непристойным. Она услышала, что это для вечеринки Киврина, и тут же взяла почти прозрачную ткань. Черная ткань обнимала каждый дюйм кожи Сирены, золотые завитки скрывали части, которые стоило оставлять для себя. Ее макияж был темным и мечтательным, длинные волосы ниспадали волнами. Она едва узнала себя, кроме кроваво — красных губ. Но эффект был интригующим. Просто это не была она.

Она хотя бы не выглядела странно. Она сочеталась.

В комнате почти голые фейри танцевали, пили и сплетничали. Но Сирена никого не знала. Она бродила из комнаты в комнату, пытаясь найти других участников. Но никого тут не было. Только она.

К счастью, никто не узнавал ее. Без кожаной брони и с ушами, скрытыми волосами, она была как пьяная благородная фейри.

Она вышла на воздух и увидела пруды в огромном пространстве. Каждый бассейн был квадратным и с платформой вокруг. Голые женщины танцевали на платформах. Сирена моргнула. В пруду ни на ком не было одежды. И то, что происходило в бассейнах, никто не должен был наблюдать.

Может, внутри было лучше.

— Простите, — сказала она фигуре у двери. — Вы не видели Киврина?

Девушка рассмеялась.

— Видела Киврина? Никто не видится с ним.

— Но разве это не его праздник?

— Конечно. Мы все пришли сюда поесть, попить и раздеться.

— Так… его тут даже нет?

— Никто его еще не видел.

Сирена кивнула.

— Ясно. Он… просто пригласил меня.

— Всех пригласили. Просто хватай красивого фейри и веселись. Пунш с магией, — она подмигнула. — Ты окажешься в бассейне сразу же, если выпьешь его.

— Поняла.

Пунш не пить.

— Спасибо, — пробормотала Сирена, девушка продолжила лизать чье — то горло.

Тут она оставаться не собиралась.

Она думала, Киврин хотел поговорить с ней. Он просто устраивал вечеринки. Может, Сувинна знала. Но это Сирену не веселило. Даже если она не была ханжой.

Она пошла к двери, но ощутила ладонь на своем локте. Она повернулась, готовая ударить обидчика, но увидела улыбку и ямочки.

— Ты пришла, — сказал Киврин. Он был в схожем костюме, что и в их первую встречу, но этот был синим с черным галстуком. Он хорошо в нем выглядел. Изысканный. Его голубые глаза хитро блестели, и эта улыбка разбила много сердец.

— Я слышала, ты не ходишь на свои вечеринки.

Он притянул ее ближе, чтобы слышать поверх музыки.

— Не хожу.

— Понятно.

— Я пришел для тебя, дорогая.

— Ты всем так говоришь?

Он улыбнулся.

— Конечно, нет.

Это было да.

Он протянул ей руку.

— Идем со мной.

Она обвила рукой его локоть, и он повел ее из комнаты.

— Я не знал, появишься ли ты.

— Я думала не прийти, — сказала она.

Они вышли в заднюю дверь, и Сирена отвела взгляд от бассейнов.

— Без тебя было бы не весело.

Сирена не слушала эти слова, старалась не видеть его улыбку.

— Ты позвал всех участников? Я никого не нашла.

— Только тебя.

Она хотела спросить, почему, но она ощущала, словно они играли. Вопрос вызывал у него желание ответить. Так что она молчала.

— Ты хорошо справилась с первым испытанием.

Они миновали бассейны, и она смогла дышать, когда они вышли в большую арку и попали в сад.

— Неплохо.

— Ты справилась с Алурой в последнем матче. Думаю, многие хотели бы поставить на тебя.

— Уверена, ты рад, что сделал это сразу.

Киврин хитро улыбнулся.

— Я знал, как только увидел тебя, что ты сильная.

Она рассмеялась.

— Ясное дело.

— Честно говоря, я был в ложе в день, когда ты сообщила, что будешь участвовать. Я говорил со знакомым, а ты была там, ловила взгляды красным цветом. Решительно ворвалась в турнир из ложи председателя.

— Совпадение, уверяю.

— Я не верю в совпадения. Все случается не зря.

Сирена остановилась.

— Например, то, что ты пригласил меня к себе, а других участников — нет. И увел меня в эту уединенную часть сада.

— Внешность важна.

— И что же мы делаем для тех, кто смотрит со стороны?

Киврин рассмеялся, придвигаясь ближе.

— Нам не нужно просто изображать, что мы что — то делаем, любимая.

Она вздохнула.

— Я должна вернуться.

— Погоди, — он потянул ее за руку ближе. — Внешность важна, потому что я хочу сказать тебе кое — что важное. Но если нас увидят вместе, они увидят только это, — его пальцы скользнули по ее руке, и по коже побежали мурашки.

Пара прошла мимо них, хихикая в угасающем свете, глядя на них. Его рука коснулась ее подбородка, чтобы она посмотрела на него, и Сирена застыла. Он не поцелует ее. Нет. Да, он был красивым, с убийственными глазами и улыбкой, но он был фейри, ему было около пятисот лет… даже если выглядел он на двадцать пять. Он был проблемой. А ей хватало проблем.

— Лучше для них верить лжи, — сказал он, когда они прошли.

— Какой лжи?

— Что ты меня очаровала, конечно, — он отпустил ее подбородок, и она сглотнула. — Идем.

Он огляделся и повел ее в коттедж. Круглая кровать занимала почти всю комнату. Он прошел к бару, оставив ее решать, что она тут делала наедине с ним. Но он сказал, что информация была важной, и она поверила.

— О какой ты информации говорил? — спросила она, робко устроившись в домике.

Он встал перед ней и протянул напиток.

— Это же не пунш фейри?

Он улыбнулся.

— Нет. Хотя… тебе бы это понравилось.

Она решила на всякий случай не пить, опустила бокал рядом с собой.

— Информация.

— Должен сказать, Сирена, это платье… чувственное в этом свете.

Она вскочила на ноги.

— Ты будешь воспринимать это всерьез?

— Обычно я так не делаю, — он протянул руку, чтобы не дать ей уйти. — Ничего не поделать, ты — привлекательная женщина почти без одежды рядом со мной. Многих женщин влечет ко мне. Ты привлекаешь меня. Мы могли бы повеселиться. Нам не обязательно заниматься только делом. Можно и порадовать друг друга.

— Обычно я не смешиваю дела и наслаждение.

Его смех был распущенным.

— О, я сомневаюсь.

— Ты закончил?

Он выпрямился и отпустил ее.

— Хорошо, хорошо.

Сирена отпрянула, взяла себя в руки. Она не ожидала этого. Она не знала, к чему готовилась.

— Я пригласил тебя, потому что узнал о втором испытании.

Сирена застыла.

— Ты… что?

— Это полет.

Ее рот раскрылся.

— Что? Зачем ты мне это говоришь?

— Потому что хочу тебе победы. Если ты будешь знать, что тебя ждет, то придумаешь план победы. Я знаю многих, кто позволил бы тебе потренироваться с драконом эти две недели. Ты могла бы подготовиться за это время. Многие участники летали с детства. Не одни, конечно, но все же они бывали с драконами. Я полагаю, что ты никогда не была на драконе.

— Хватит, — приказала она. — Я не буду жульничать.

— Это не обман. Другие уже знают больше тебя. Многие уже бывали с драконами. Ты просто станешь наравне с ними.

— Нет.

— Думаешь, Алура не тренировалась для этого последние пять лет? Думаешь, Лориан не давал ей пообщаться с его драконом каждый раз, когда выпадал шанс?

— Я не буду опускаться до их уровня, чтобы победить.

— Ты хочешь победить? Если да, тебе нужны все преимущество.

— Не так, — заявила она.

— Лориан будет жульничать. Он сделает все, чтобы победить. Он так уже делал.

— Ты только что так сделал, — сказала она. — Чем ты отличаешься?

Тепло пропало с его лица.

— Я не такой, как Лориан.

— Ты не лучше него, если думаешь, что знания об испытании заранее помогут мне победить.

Он сжал ее плечи и посмотрел в ее глаза.

— Побеждает не тот, чье сердце лучше.

Сирена увидела на миг горе на его лице. Он потерял что — то ужасное. Она видела это. Весь этот разгульный облик был ложью. Может, он играл, но боль была истинной, принадлежала Киврину из Брионики.

— Спасибо, что пытаешься помочь. Но я хочу победить справедливо.

Он резко выдохнул и опустил руки.

— Почему я нашел именно ту, которая считает, что все в этом мире должно быть справедливо?

— Справедливости в мире нет. Я — доказательство этого. Но это не значит, что я должна играть по правилам остальных. Я благородная, и я хочу биться за то, что правильно. Поверь, я была на другой стороне, и мне не нравится, кем я стала тогда. Если я выиграю, это будет потому, что я заслужила это. Ты поставил на меня деньги. Я такая.

— Хоть подумай над предложением.

Она кивнула.

— Я подумаю, но… не надейся.

41

Дух

Следующим утром Сирена не могла отогнать ощущение, что жульничает, зная, каким будет задание. Она не знала, были ли в курсе другие, и не могла затрагивать с ними эту тему. Она даже не сказала друзьям, что вернулась. Она переживала, что они не одобрят… или уговорят ее тренироваться.

Если честно, она не верила, что ей хватит сил отказать им, если они станут просить ее сделать это. Она не сможет снова сказать нет.

Потому что она хотела попробовать полеты на драконах.

До испытания оставалась неделя. Не так много времени, чтобы научиться летать на драконе. Для тех, кто до этого не летал, времени не хватит, но, если все они летали, она проиграет.

Она хотела кричать от возмущения. Кричать на Киврина за то, что заставил ее думать об этом.

Киврин.

Она не знала, что думать о нем. Он явно что — то не поделил с Лорианом и Алурой. Он проиграл турнир в прошлом… по — видимому. Но она не знала, какой была его выгода сейчас. Он мог играть ею.

Энергия Сирены была неуправляемой, пока она стояла в тренировочном зале. Ее магия кипела в ней. Вылетала из нее мелкими вспышками, хоть она этого не хотела. Она была переполнена магией и не могла ее потратить. Тренировки с водой не помогали, когда она привыкла обрушивать воду потоками.

Она просто хотела знать точно.

Хотела успокоиться. Ощутить себя снова целой, а не разрываться между тем, что правильно, и тем, что дало бы ей преимущество.

Она взглянула на кинжал на поясе. Он все еще пел ей, но она привыкла к его ощущению на ноге. Она так и не разгадала трюк с сотой. И вся теория Фэллона не помогла. Но сейчас она нуждалась в нем. Или она погубит себя.

Она притянула бушующую энергию к пальцам. Было приятно и больно. Столько энергии ждало, чтобы совершить что — то поразительное. Но ее не ждал сейчас бой с врагом. Ничего такого, чтобы выпустить столько магии, чтобы отключиться и попасть в царство духов и поговорить с Серафиной. Ее контроля хватало, но она была опасной.

С магией на кончиках пальцев она коснулась рубина в кинжале. Она просила соту наполниться до краев. Забрать избыток и сделать ее уверенной в себе.

Металл тендрилл вдруг нагрелся у ее ноги. Сирена охнула, ощущая его реакцию на ее силы. И магия потекла от нее в соту в рубине. Было райским наслаждением ощущать, как вес ее магии убывает. И когда уровень магии стал нормальным, она убрала руку и вздохнула.

Сирена вытащила кинжал из ножен, посмотрела на рубин и обрадовалась тому, что сота была заполнена не полностью. Она могла убрать туда еще магию, если понадобится. Казалось, желание избавиться от лишней магии открыло тайник в рубине.

Ей нужно было рассказать Авоке. Она выбежала из тренировочного зала и поспешила по коридору к своей комнате. Она схватила плащ и собиралась уйти, но на пороге комнаты появилась девушка. У нее были непослушные рыжие волосы и большие зеленые глаза. Она держалась с величием принцессы, но была с диким сердцем выжившего.

— Чем могу помочь? — спросила Сирена.

— Ты — Сирена из Дома? — спросила девушка.

— Да. А кто ты?

— Керриган из Дома драконов.

Сирена склонила голову на бок.

— Ты из благословленных драконами.

— Да.

— Ты пришла по какому — то поводу?

Ее зеленые глаза заблестели от интереса.

— Ты на самом деле человек?

— Да, — Сирена убрала волосы назад, открывая уши. — Кончики не острые.

— Моя мама была человеком, — сказала Керриган. Она убрала рыжие волосы и показала лишь немного заостренные уши. — В горах Драко редко видно людей.

— Понятное дело.

Керриган смотрела на нее миг, словно хотела еще многое сказать, о многом спросить. Ее пыл Сирена видела без слов. Уверенность, говорящая, что она многое пережила, чтобы попасть сюда. Сирена хорошо это знала. Видела это в себе. В Кэл, Гвиноре и многих других, которых она встречала на своем пути. Цена боли… и надежды.

— Амират и Акира запросили твое присутствие. Сказали, что согласились на твое предложение. И послали меня за тобой. Ты готова?

Сирена улыбнулась.

— Да.

* * *

Они забрали Авоку по пути и полетели снова к той поляне. Тело Сирены затекло от полета, но она ощущала долю вины. Хоть она не могла отказаться только из — за того, что знала о следующем испытании. Она никому не рассказала об этом, так что не смогла бы и придумать оправдание.

«Идемте, юные. Мы не хотим навредить полевым цветам. Они мне нравятся в это время года».

Сирена кивнула Амират и пошла с Авокой за ними к травянистому холму, который вел к ручью. Они сели бок о бок лицами к драконам. Через пару минут драконы устроились на поляне. Они занимали довольно много места, но, как только они сложили крылья, стали казаться значительно меньше.

Амират начала:

«Ты просила у нас показать магию духа. Редкие обладают достаточным количеством магии духа, чтобы управлять ею, еще меньшее количество может управлять магией духа без помощи дракона. Мы посмотрим, способна ли ты на такое. Тренироваться без связи между драконом и всадником необычно, ведь связь позволяет нам помогать напрямую и увеличивать силы».

Но мы попробуем, — сказала Акира.

— Спасибо. Я очень рада вашей помощи, — сказала им Сирена.

— Мы благодарны, — добавила Авока.

«Сначала мы хотели бы узнать, как ты уже использовала магию духа».

Сирена уже рассказывала им о Серафине, и как она смогла пересечь разлом, но повторила историю еще раз.

— И у меня бывают вспышки энергии. Они для меня естественны. Впервые это произошло, когда я убила бража, и я смогла использовать вспышки чаше, когда лучше овладела магией.

«Ясно. Это искажение работы магии духа, но это частый побочный эффект большого потенциала, — сказала Акира. — С драконом ты могла бы гораздо больше».

«Но у нее нет дракона, сестра души. Ее искажения стоит запомнить и обдумать. Важно то, что она может вызывать их по своей воле. Мы посмотрим, продолжится ли это с более сложным использованием твоих сил».

Сирена не считала вспышки энергии искажением. Они помогали ей в беде.

Акира продолжала:

«Магия духа — редкость для всех, кроме драконов. Способность использовать магию духа идет из другого измерения. Мир, откуда прибыли драконы, обладал такой сильной духовной связью, что можно было пересечь разлом и поговорить с предками. Но тут, в этом физическом мире переход и использовании духа намного сложнее».

«Магия — связь с душой и ее использование как источника энергии, — объяснила Амират. — Если ты не уставала и не ослабевала после этих вспышек, то это из — за того, что отдохнуть нужно твоей душе».

Сирена чуть не охнула от открытия. Она знала, что была чувствительна к вспышкам, но думала, что это из — за отсутствия контроля над магией. Когда ее контроль стал лучше, усталость и потеря сознания прошли.

— Я ощущала эти побочные эффекты. Теперь стало понятнее.

«Но использовать душу как источник энергии не так просто, как это звучит. Ты должна быть на одной волне со своей стихией духа. Быть единой с собой. И с этим единством нужно пересечь разлом. Это истощает физически и эмоционально», — сказала Амират.

«Вряд ли сегодня это получится. Как и вообще до того, как у тебя появится свой дракон. Но мы начнем с основ».

Они описали основы, которые оказались ужасно знакомыми. Она сидела, скрестив ноги, на поляне, держалась за свою магию и связь с Авокой и медитировала. Пыталась отыскать единство.

Сирена еще никогда не ощущала себя так плохо соединенной с собой, как было на этом поле. Она ненавидела медитации. Это напоминало о ее первой попытке научиться магии, о ее неудаче. Она так и не научилась медитации. Так она начинала думать обо всем. Сидела и думала о том, что она могла в это время сделать.

«Она ужасна», — сказала Акира.

Амират фыркнула, выпустив в сторону ее сестры облако дыма.

«Ей просто нужна практика. Сирена, позволь Авоке помочь тебе через связь. Это усилит твои способности и тебя. Тебе нужно думать о том, кто ты, какая ты, во что ты веришь, что делает тебя тобой. Найди все существенные части себя и отыщи суть своей сущности. Отыщи пульс под пульсом твоего сердца. Позволь ему поглотить тебя. Выпусти его».

Суть Сирены точно была скрыта. Она знала, кем была, какой была, и во что верила. Она знала, что делало ее собой. Она была сильной и целеустремленной. Немного вспыльчивой, но верной. Доброй, саркастичной, смелой, хитрой и решительной. Она хотела все в мире исправить. Она хотела быть Наследницей Света, в которой нуждался их мир. Она хотела выступить в финальном сражении с правильным оружием и победить. Но при этом она не была такой уж хорошей. Она была амбициозной, бывала эгоисткой. Часть ее отчаянно хотела уйти от всего этого. Часть ее отчаянно хотела напиться темной магией крови из всех вокруг нее. Она была хорошей и злой. Новое сочетание. Нечто еще.

И это нечто… не было ее сутью.

Это была другая сторона.

И, как она ни медитировала, она не могла сделать эту другую часть себя единой с собой. И они провели часы бессмысленно, хоть она получила отличные указания и обладала идеальной связью, хоть она старалась изо всех сил.

* * *

— Мы будем пробовать, — убеждала ее Авока, когда они поздно вечером вернулись в гору Драко. — Они и говорили, что в первый раз не получится.

У нее никогда не получится. Хоть она и не сказала этого Авоке.

— Ты права, — буркнула Сирена. — Со временем получится.

— Ты вернешься со мной в гостиницу? Думаю, Алви по тебе скучает. Хоть и не говорит об этом.

Сирена рассмеялась.

— Неплохая идея. И я тоже по нему скучаю. Только ему не говори.

— Не скажу, — улыбнулась Авока. — Вы оба смешные.

— Не порть нам веселье.

— Ни за что.

Сирена услышала шаги, быстро движущиеся к ним по коридору. Они завернули за угол и чуть не врезались в Кэлин.

— Сирена! — вскрикнула она. — Вот ты где. Я тебя везде искала.

— Я уходила. Что такое? — Сирена вдруг встревожилась.

— Фэллон. Его ранили.

42

Нападение

— Что? — ошеломленно выпалила Сирена.

Кэлин кивнула, кусая нижнюю губу.

— Я нашла его у земель Общества с раной в боку. Он не смог забраться внутрь и позвать на помощь, — ее ладони дрожали, пока она говорила. — Я пыталась исцелить его. Я учусь на лекаря, но… думаю, я сделала только хуже. Рана не отвечала мне.

— Создательница, — выдохнула Сирена.

— Я оттащила его внутрь, и они позвали другого лекаря. Но я знаю, что вы близки. Он хотел бы, чтобы ты пришла.

— Да, конечно, — сказала Сирена. — Идем.

Авока кивнула.

— Удачи. Ты знаешь, как со мной, если что, связаться, — Сирена с вопросом потянула за их связь, и Авока печально улыбнулась ей. — Иди!

И Сирена побежала вместе с Кэлин. Сирена почти ничего не знала о Кэлин, кроме того, что она была из Ибарры — из тех племен, что хотели использовать магию во благо — и что она была в команде Дина и Фэллона на первом испытании. Сирена надеялась, что ей можно было доверять.

Они завернули за угол и остановились перед лазаретом. Фэллон лежал на кровати, раздетый по пояс. Он извивался от боли и стонал. Незнакомый мужчина пытался удержать его, пока Хелли занималась раной. Сирена выдохнула с облегчением. Его пришла исцелять лучшая.

Кэлин ворвалась в комнату.

— Как я могу помочь, госпожа Хелли?

Хелли стала отдавать приказы как генерал, и Кэлин тут же принялась их выполнять. Сирена беспомощно стояла рядом с Фэллоном.

— Передавай ему магию, — приказала Хелли Сирене. — Держи его за руку и попытайся передать, что сможешь. Яд лишает его сил.

Сирена кусала губу. Она взяла Фэллона за руку. Между ними не было связи, чтобы устроить такое. Но она ощущала с ним родство. Фэллон был ее командой, ее союзником, ее другом. Она сделает, что сможет.

Хоть она не смогла за день отыскать свою суть, ей удалось направить магию в Фэллона остановить распространение яда. Хелли досталась тяжелая часть работы. Кэлин помогала ей. Сирена старалась не плакать, ощущая, как его пульс замедляется, а тело перестает двигаться.

— Что происходит? — выдохнула она.

— Он слабеет, — сказала Хелли. — Я почти закончила, а там… поглядим.

Сирена зажмурилась и молилась Создательнице, чтобы он не умер. Она не могла потерять Фэллона. Не Фэллона с его теплой улыбкой, знаниями обо всем и любовью к моде. Он еще так много должен был доказать своей семье. Она восхищалась им, он принес свет в ее жизнь.

— Есть, — сказала Хелли.

Она бросила немного зеленой жидкости в чашу и отошла. Кэлин отодвинула чашу и смотрела на нее с отвращением. Хелли с трудом дышала.

— Он будет жить. Я не могу закрыть рану, пока не проверю, что весь яд вышел. Я могу облегчить его боль, но рана останется на ночь.

Мужчина отпустил его и покинул комнату.

Фэллон расслабился. Его глаза медленно открылись.

— Сирена?

— Я здесь. Что случилось?

— На меня… напали. Те же парни…

— Те же? — брови Хелли поползли наверх.

— На нас нападали до этого, — Сирена скривилась. — Мы их остановили, но я думала, что это был одиночный случай. Я и забыла об этом.

— Ты не рассказала, что на вас напали? Это серьезно, Сирена. Посмотри, что произошло из — за этого, Я думала, ты сделала выводы из происходящего с розыгрышами.

— Простите. Я была неправа. Стоило доложить.

— Да, стоило, но лежащий здесь Фэллон — достаточное наказание для вас обоих.

Сирена кивнула, пытаясь не плакать, глядя на зияющую рану в его боку.

— Все будет хорошо, — сказала она. Он кивнул и отключился. — Кто так делает?

— Кто угодно. Многие хотят сорвать турнир, еще больше тех, кто сделал ставку на определенный результат и делает все, чтобы победить. Нам нужно проверить все и усилить защиту участников.

Сирена кивнула. Ей это не нравилось, но, если это помешает повторению нападения, так тому и быть.

— Кэлин, принеси горячей воды, — попросила Хелли, и девушка убежала.

Хелли повернулась к Сирене.

— Не стоит предупреждать тебя, Сирена, но мне кажется, что я обязана. Говорят, тебя видели с лордом Киврином Аргоном из Брионики.

— И? — удивилась Сирена.

— Слухи могут навредить, особенно, связанные с Киврином. Он опасен, и я бы ему не доверяла.

— Я могу о себе позаботиться, — заявила Сирена. Она не знала, почему обиделась. Она мало знала о Киврине. Но она надеялась, что Хелли не поведется на их игру.

— Я знаю многих женщин, обманутых его очарованием. Я не могла не предупредить тебя.

— То, что вы слышали, госпожа Хелли, не стоит воспринимать всерьез. Внешность обманчива.

— Рада слышать. Ты кажешься умной, — сказала она. — Хотя… сердце всегда мешает слушаться ума.

Сирена нахмурилась сильнее. В этом была доля правды.

— Забудьте о Киврине, — сказала Сирена. — Фэллон сможет участвовать?

— Да. Он поправится через день или два. Я буду его проверять.

— Спасибо за то, что вы сделали.

— Поблагодаришь меня после турнира, — сказала Хелли и ушла.

Кэлин появилась на пороге через минуту с горячей водой.

— Куда она ушла?

Сирена только рассмеялась.

* * *

— Ты точно в порядке? — спросила Сирена.

Фэллон восстанавливался дольше двух дней. За два дня до второго испытания он стал напоминать себя. Он все еще осторожно обходился с раненым боком, но его язык был острым, как всегда.

— Спросишь еще раз, и я раню тебя отравленным ножом.

— Было такое. Не хочется повторять.

Фэллон закатил глаза.

— Не веди себя так, словно ты все сделала первой, Сирена.

Она улыбнулась.

— Что поделать, если ты жил замкнуто, и тебя не ранили отравленным клинком раньше.

— О, да… замкнуто.

Он хотя бы был в хорошем настроении.

Сирена — нет.

Она неделю работала с драконами, пыталась отыскать свою суть и активировать магию духа. Она просто хотела поговорить с Серафиной, не теряя сознание. Но, похоже, было проще найти того, кто отключит ее, чем пытаться дотянуться до сил. Они говорили, что со своим драконом будет проще, но проблем было слишком много. Во — первых, она не знала, получит ли вообще дракона. Во — вторых, ей нужно было поговорить с Серафиной сейчас, а не позже. И куча проблем между этими. Она добралась сюда, чтобы дракон помог ей с магией духа, а теперь у нее были учителя, но она снова была безнадежным учеником.

Она хотя бы пыталась. Это было лучше, чем тренироваться быть солдатом весь день. Она знала, что не будет такой. С магией духа у нее хотя бы была надежда.

— Спасибо, что пришли, — сказал Жеронд в тренировочном зале. — Мы сообщим вам о следующем испытании. Победившие участники — в командном и личном зачетах — получат привилегии в турнире.

Сирена не могла поверить в то, как быстро пролетели две недели. В прямом и переносном смысле.

Хоть она старалась не жульничать, она летала с Амират или Акирой каждый день на прошедшей неделе. Она это не задумывала. Это не произошло намеренно. Но… она привыкла к этому.

И ощущала стыд.

Неприятное ощущение грызло ее изнутри.

Но она никому не поведала о том, что рассказал ей Киврин.

И другого пути к поляне, где они тренировались, не было.

Она отогнала стыд. Редкие знали, что она летала каждый день, и она хотела, чтобы так все и осталось.

— Вторым испытанием турнира этого года станет гонка на драконах, — сообщил Лориан. — Завтра вы узнаете все подробности, но суть в том, что нужно пролететь на драконе к назначенному месту и вернуться в ограниченное время.

Некоторых новости удивили. А остальные знали?

— Теперь вы знаете о втором испытании, покидать гору нельзя, — сказал Хелли. — Только Дин, Алура, Берик и Крос могут выбрать дракона и потренировать полеты. Прошу, пройдите вперед, и мы отведем вас к драконам.

— Остальных мы отпускаем до завтра, — сказал Лориан. Он хмуро посмотрел на них, словно ожидал, что они побегут искать драконов, хоть они запретили полеты.

— Что ж, — буркнул Фэллон, — мне конец.

Сирена рассмеялась.

— Нет. Все будет хорошо.

— Я никогда не летал на драконе, — признался он.

— Дракон же умеет летать. Тебе просто нужно быть на нем. Ты сможешь. Ты умная. Я уверена, ты много читал о полетах и о том, как это работает. О динамике, воздушных потоках и температуре.

Он кивал.

— В теории, я много знаю о дракона и о том, как они летают.

— Это пригодится. Ты будешь завтра готов. И ты справишься.

— Кстати, у меня в комнате может быть книга об этом. Нужно освежить… — он замолчал, затерявшись в мире книг, и поспешил в свою комнату.

Сирена улыбнулась. Она была рада, что он был занят. Хотела бы и она себе занятие. Она хотела бы рассказать Амират и Акире о полетах. Может, они дали бы ей советы. Ей нравились их советы, как и советы сестер. Но с ней были только ее мысли.

Но, когда она прошла в свою комнату, это оказалось не правдой.

— Привет, Керриган, — Сирена посмотрела на девушку с огненно — рыжими волосами, ждущую ее.

— Сирена, — кивнула она. — Амират и Акира снова позвали тебя.

— К сожалению, я не смогу сегодня или завтра присоединиться к ним из — за турнира.

— Ах, — сказала Керриган. — Они сообщили, что вы полетите?

— Ты знала?

Керриган кивнула.

— Конечно. Драконы говорят, что завтра нужны десять из них.

— Да. Логично. Хотя мне немного стыдно, что я летала с Амират и Акирой.

— Они тебя звали. Это не твоя вина. Ты не знала, что тебя попросят летать на турнире.

Сирена опустилась на кровать и вздохнула.

Керриган вскинула брови.

— О, так ты знала.

— Случайно, но да.

— Ты просила Амират и Акиру полетать с тобой?

— Нет.

— Ты путешествовала с ними кроме той просьбы, ради которой тебя звали?

— Нет.

— Тогда не переживай. Драконы не станут укорять. Если ты не делала это по своей воле, то это случайно.

Сирене стало немного лучше от слов Керриган, но это не помогло. Она кусала губу и невольно призналась девушке.

— Я нервничаю из — за завтра.

— Лететь будет просто, — сказала ей Керриган. — Полет в большей степени зависит от связи с драконом. Выбирай дракона мудро. Используй сердце, а не голову, и все будет хорошо. Дракон поймет, кто ты.

— Спасибо, Керриган.

— Удачи завтра, — сказала Керриган и выскользнула за дверь.

Сирена проводила ее взглядом и вздохнула.

Ее ждал день в одиночестве. День переживаний о турнире, пока Алура и Дин тренировались летать и знакомились со своими драконами.

Она обдумывала совет Керриган. Слушать сердце, а не разум. Если кто и знал что — то о драконах, так это благословленная драконом. Но она все равно нервничала, зная, что почти не влияла на то, что произойдет дальше.

У нее был выбор.

Один шанс.

На каком драконе она полетит?

Керриган говорила так, словно от этого все зависело.

Сирена надеялась, что она была права.

43

Второй

Кровь гудела в венах Сирены.

Она стояла в комнате, полной ярких драконов. Второе испытание начиналось с минуты на минуту. Ее нервы шалили, адреналин бурлил в теле. Фэллон не спал всю ночь, читал о полетах, а она расхаживала по комнате, пока не уснула, вот только силы она этим не восстановила.

Она была готова пройти это.

Напряжение в комнате было осязаемым. Осталось десять участников. А драконов в конце ждало три. Шансы росли, но не успокаивали.

И вот Хелли, Лориан и Жеронд прошли в комнату. Они выглядели мрачно. Под глазами Хелли были темные круги, которых не было в начале турнира.

— Добро пожаловать на второй этап турнира, — сразу перешла к делу Хелли. — Как мы и сказали вчера, это гонка на драконах. Мы будем вызывать вас в убывающем порядке по очкам прошлого испытания, чтобы вы выбрали своего дракона. Вы попросите стать временным всадником, и дракон согласится или откажется. Если дракон отказывается, выбираете другого. Выбирает всегда дракон. Понятно?

— Да, — отозвались все хором.

— Как только все получат по дракону, вы пройдете на арену, — объяснил Лориан. — Ваш дракон знает, куда вы отправляетесь. Но во главе — вы. Вам нужно понять, куда вам нужно попасть, отдать указания и принять все решения. Ваша цель остается прежней: как только попадете в нужное место, выберете предмет и вернете его на арену.

Жеронд шагнул вперед:

— На задание вам дается два часа. Любой участник, который не вернется за два часа, сразу выбывает из турнира. Учитываться будет, вернетесь вы или нет, как быстро вернетесь, и какой предмет выберете. Тот, кто прилетит первым, получит больше всех очков и преимущество на последнем испытании.

— Есть вопросы? — спросила Хелли.

Никто не задавал. Хоть у Сирены крутилось на языке не меньше десятка. Но она поймет по пути. Она надеялась, что все сделает правильно. Два часа — не так и много.

— Отлично. Начнем с драконами. Эти драконы вызвались для этого задания, они связаны с другими всадниками, но вы ощутите полет, — объяснила Хелли. — Начнем с Дина.

Дин пошел к зеленому дракону у дальней стены. Дракон принял его, и они ушли на арену. Алура была следующей. Она прошла к ярко — оранжевому существу, и дракон кивнул Алуре раньше, чем та оказалась близко. Уолстон, Крос и Берик выбирали следующими. У Берика было больше всех проблем. Первый дракон, серый, отказался от него. И он поспешил к следующему с алыми от смущения щеками.

И наступила очередь Сирены. Она разглядывала драконов. Некоторые были большими, некоторые — маленькими, одни были яркими, другие — металлическими. Они были разными. Каждый мог ей помочь. Ей нужно было решить, какой. Она подумала о словах Керриган. Выбирать сердцем, а не умом. Она закрыла часть себя, которая хотела судить по тому, что они могли сделать для нее. Она позволила сердце вести ее, пока шла вдоль оставшихся драконов.

Она подошла к длинному худому дракону, которого помнила сердцем. Ей нравилась лиловая чешуя с металлическим отливом, сильные мышцы быстрого дракона. Но больше всего Сирена любила воспоминание об исцелении Авоки и их связи в тот миг.

— Здравствуй, Таври, — Сирена опустилась в низком реверансе.

«Сирена из Дома, я — твой выбор?»

— Да. Ты меня примешь?

«Да».

— Благодарю.

Сирена взглянула на Хелли, и та улыбалась ей. Она знала. Она знала, когда они летели на Таври. Она рассказывала, как залезть на дракона и легко слезть. Она говорила о плаще, и Сирена взяла его с собой. Она говорила, что не будет проявлять фаворитизм, но она помогала… задолго до того, как Сирена знала, что ей нужна помощь.

Она быстро отвернулась на случай, если кто — то заметил их взгляды. Лориан уже с подозрением поглядывал на них. Она не должна была показывать, что знает, что Таври — дракон Хелли. Лучше не привлекать его внимания.

Она повела Таври по коридору к арене. Церемониймейстер назвал ее имя и Таври, и они попали внутрь. Арена была полна зрителей, которых радовалась гонка, даже если они увидят только начало и конец испытания.

Один за другим участники прибывали на арену, пока все десять драконов и их всадники не оказались на ней.

Церемониймейстер обратился к ним:

— Всадники, забирайтесь на драконов.

Сирена взглянула на Таври и точки, которые не увидела в первый раз, когда забиралась на дракона. Она много раз летала в последнее время, так что легко залезла на спину Таври.

«Ты тренировалась».

Сирена рассмеялась.

— Это было не нарочно, поверь.

«Лучше так, чем если бы ты упала с меня».

— Понятное дело.

Сирена напряглась, ждала, пока все заберутся на драконов. Когда она поднялась, Кэлин, Уолстон и Алура уже были на драконах. Остальные пытались. Хотя Дин все — таки смог забраться, что удивляло, ведь у него был день тренировок в запасе.

— Ты знаешь, куда мы летим?

«Да».

— Хочешь мне рассказать?

«Да, мы начнем в небе. Преимущество не у тебя, юная. У тебя нет опыта, и ты не знаешь местность».

— Я надеялась, что ты с этим поможешь.

«Я помогу, где смогу».

Это устраивало Сирену. Она уже ощущала себя увереннее на знакомом драконе. Это было преимуществом. Хоть у нее не должно было этого быть.

— По свистку, — крикнул Эфриам Плимптон. — Приготовились.

Прозвучал свисток.

Таври взмыла в небо на головокружительной скорости.

Сирена схватилась за ее спину.

Ее глаза слезились. Руки дрожали. Желудок мутило.

Это отличалось от всех ее полетов. Здесь была огромная скорость и быстрые крылья. Это была гонка, а не полет с любованием холмами.

Таври полетела по прямой над всеми участниками. Сирена видела других драконов. Всадники пытались сесть прямо и понять, как управлять драконами.

— Хорошо, Таври, куда нам нужно лететь?

«В место, где расходится река. Только драконы могут туда добраться. Там наши яйца».

Сирена опешила. Она видела, как участники летят в разные стороны. Не все знали, где было это место.

— Загадка? Серьезно? — проворчала Сирена. — Ладно. Это явно в горах и недалеко отсюда. Но я знаю только, где Южная река разделяется на территории Моран. На севере. Нам на север.

«Хорошо. Очень хорошо».

Таври повернула на север и полетела за некоторыми участниками. Они летели пару минут, поле выровнялось, и перед ними осталось только открытое небо.

Сирена искала внизу реку. Хоть ей казалось, что река не была традиционной. На карте, которую она видела, не было больших рек. То, что было меньше Южной реки, не отмечали. А потом она поняла.

— Река под землей?

«Именно».

— Отлично. И… мы не сможем увидеть это отсюда.

Боюсь, что нет.

— Тогда опустимся. Это должно быть в горах. Ты сказала про яйца. Но не сказала, что там их откладывают, — отметила Сирена. — Зачем же яйца не там, где их откладывают?

«Неплохое замечание».

— Хотела бы я, чтобы тут был Фэллон. Он много читал о драконах. Он понял бы.

«Этого нет в книгах. Это ты обнаружишь со мной. Для этого нужно использовать разум».

— Разум? — пробормотала она.

Она притянула магию к себе. Она пришла с легкостью, и она послала ее вниз, искала движущуюся воду. Они летели еще минуту, и она охнула.

— Влево. Лети левее.

Таври послушалась.

Ощущаешь?

— Река под нами. Мы следуем на север.

Сирена увидела другого дракона впереди, поняла, что она угадала. Она вдруг ощутила пульс в груди, они были близко к месту. Она надеялась, что так и было.

— Чувствуешь это? — спросила Сирена.

«О, да. Что ты ощущаешь?»

— Будто все тело гудит. Я еще такое не ощущала, — призналась она, а потом задумалась. — Нет, ощущала. Так было, когда я держала свой кинжал из тендрилла. Он просил наполнить его магией.

«Я думала, только драконы ощущают этот зов. Многие фейри не могут ощутить нашу связь с горой. Они могут почувствовать единство, которое мы ощущаем там. Это, но не сам гул».

— Что это? — прошептала Сирена, ее сердце тянулось к горе.

«Когда мы появляемся на этой земле, мы проходим через дыру из другого мира. Нас оставляют на вершине этой горы. Она на больших залежах тендрилла, которые никогда не закончатся. Мы приносим яйца туда, чтобы они ощущали дрожь их дома».

— Быстрее, — попросила она у Таври, зная, что они выбрали верный курс.

Она направила ее среди гор, ориентируясь на гул. Она приближалась, увидела Уолстона и Кэлин, летящих в другую сторону с предметами под руками. Они уже побывали на вершине горы. Они опередят ее. Она гнала Таври вперед, пока вершину не стало видно.

Сирена заметила Алуру и Максона там. Они схватили по предмету и пропали. Сирена скривилась. Так она будет пятой. Не худший вариант, но и не лучший. Им нужно лететь как ветер, если они хотели вернуться вовремя.

Таври полетела к вершине горы. Она была огромной, круглой и плоской, с металлическим дном, что напоминало серебряный пень. Круги на нем появлялись год за годом. Десять коробок стояли в центре в круг, на каждой был предмет. Четыре были уже пустыми. Сирена смотрела на оставшиеся предметы — зеленый амулет, потрепанная книга, сияющий подсвечник, бурлящее зелье, тиара с бриллиантами и почерневший круглый диск.

— Отнеси меня к амулету, — сказала Сирена.

Таври приблизилась, но не давала дотянуться. Она отодвигала Сирену оттуда.

— Таври, амулет.

«Используй сердце, Сирена. Думай перед тем, как сделаешь выбор».

Это повторяло слова Керриган, и Сирена закрыла глаза. Она потянулась сердцем и магией, проверила пять оставшихся предметов. Она не давала себе думать об этом. Ей нужно было догнать остальных. Они могли успеть, если поспешат.

— Это, — указала она и открыла глаза.

Она могла поклясться, что Таври улыбнулась, опускаясь туда, куда указала Сирена. Она схватила предмет с коробки и посмотрела на него. Она взяла почерневший диск. Зачем она выбрала это? Он даже ничего не делал. Но тогда казалось логично.

— Догоним их, — крикнула Сирена, увидев в поле зрения Дина.

Он летел не так хорошо, как делал все остальное.

Таври спикировала, оставила Дина далеко позади. Она еще могла прилететь пятой. Может, выше, если догонит Алуру или Максона. Кэлин и Уолстон давно улетели, но и третье место было неплохим.

Ветер трепал ее косу, сорвав с нее ленту, и ее волосы развевались за ней как знамя. Таври была быстрой. Сложностью испытания было понять, куда им нужно было прилететь. Теперь они знали, как вернуться, и были едиными с ветром.

Таври огибала горы, словно летала по этому пути каждый день своей долгой жизни. Они повернули, и Сирена охнула от вида перед собой.

Максон летел перед Алурой. Нет, не перед. Он врезался своим драконом в дракона Алуры. Они были шея к шее, а теперь Максон вырвался вперед. Он хорошо управлялся с драконом. Может, в Гераси его учили летать. Но потом она увидела, что он делал. Он не просто отталкивал Алуру, он пытался остановить ее.

Сирена закричала:

— Максон, нет!

Но было слишком поздно.

Алура не успела уклониться.

Она съезжала со спины дракона.

Летела к земле.

Кувыркалась в воздухе.

Ее крик вызвал дрожь на спине Сирены.

Дракон Максона еще бился с драконом Алуры, не давал забрать ее. Почему его дракон не мешал этому? Его дракон был согласен с этим?

Они были в десяти тысячах футов над землей…

И Алура летела к верной смерти.

44

Падение

— Тарви, лети! — завизжала Сирена.

Она даже не думала об этом. О том, что потеряет место в турнире. Что придет последней. Или что не успеет долететь до арены за два часа.

Это не было важно.

Алура не была ей подругой.

Она была почти врагом.

Но Сирена не могла позволить ей умереть.

Не могла.

Таври пикировала, а Сирена изо всех сил прижималась к дракону. Будут синяки, но это не имело значения. Важно было, что она летела все ниже. Пыталась поймать Алуру, пока та не долетела до земли.

Они догоняли ее.

Но этого было мало.

Как бы они ни старались, они не успевали поймать Алуру. Им нужно было что — то еще. Что — то большее. Сирена не могла допустить это. Она не собиралась обгонять ее, жульничая. Она не могла допустить гибель участника.

«Тянись, Сирена».

Сирена глубоко вдохнула и потянулась. Она схватила магию воздуха и бросила ее одеялом над землей, а потом потянула его наверх. Ее магия врезалась в Алуру с жутким хрустом. Она закричала снова. Что — то было сломано.

К ужасу Сирены, ее магия замедлила падение Алуры, но не остановила его. Она все еще быстро двигалась. Слишком быстро.

«Скользи по моей лапе. Я поймаю тебя, а ты — ее».

Сирене было плохо от одной мысли. Таври была ее шансом выжить. Но что еще она могла сделать?

Она взяла себя в руки, сползла в полете по лапе Таври. Таври поймала ее ногтями, не дав ей полететь вниз подобно Алуре. Она поправила Сирену, взяла ее за ноги, и ее тело свисало вверх ногами с лапы.

Сирена тянулась изо всех сил.

Двадцать футов.

Пятнадцать.

Десять.

Пять.

Сирена все тянулась.

Ее ладонь сжала запястье Алуры.

Таври полетела ровно.

Что — то хрустнуло в плече Алуры от резкой перемены движения. Она завизжала, беспомощно свисая, плечо было вывихнуто.

— Я тебя держу, — сказала Сирена. — Поймала. Дай другую руку.

Алура протянула другую руку, и Сирена схватила ее за запястье, чтобы меньше давить на пострадавшую руку. Темные глаза Алуры были полны непролитых слез. Но она выглядела так, словно была готова убить первого, кто ей попадется… а рядом была Сирена.

«Я опущу вас на свою спину», — сказала им Таври.

Она подняла лапу и опустила Сирену на свое плечо. Сирена потянула Алуру за запястье на спину Таври. Алура лежала там, тяжело дыша, все еще в ужасе.

Сердце Сирены все еще колотилось. Она все еще была в ужасе, что Алура чуть не разбилась на ее глазах. Она не могла отогнать страх.

— Давай вернемся, Таври.

«Как скажешь».

Таври полетела, и Сирена помогла Алуре сесть на спине. Она прижимала вывихнутую руку к груди. Она сжимала зубы, напряженно хмурясь.

— Мой дракон? — спросила Алура.

«Мы встретим Кавану впереди».

И на этом разговор закончился.

Алура молчала, пока они летели к арене. Ни слова. Ни «спасибо», ни «иди к черту». Просто напряженная тишина.

Сирена не винила ее. Не после поступка Максона и его дракона. Она злилась. Она была в ярости, и это даже не она падала на землю.

Их поприветствовали вопли радости, когда они прилетели на арену. Таври описала круг на высоте, показывая, кто уже прибыл. Уолстон, Кэлин и Дин. Он пролетел, видимо, мимо них, пока она спасала Алуру. Но Максона не было. Она не знала, что случилось, что не дало ему опередить их. Но ей было плевать.

Таври величаво опустилась на арену. Сирена тут же спрыгнула с ее спины.

— Лекарь! — закричала она. — Нам нужен лекарь.

Пара лекарей подбежала к ним, и Хелли пришла следом.

— Лекарь? — удивилась она. — Ты выглядишь целой.

— Не мне.

Они посмотрели на Алуру, которая пыталась понять, как слезть с Таври с вывихом, и кто знал, что еще у нее было сломано.

— Помогите ей спуститься! — приказала Хелли нескольким помощникам. Она повернулась к Сирене. — Что случилось?

Сирена быстро описала ей, как Максон сбил Алуру с ее дракона. Когда она закончилась, прилетел Максон. Он летел низко, чуть не сорвался с дракона. Он выглядел… избито. Сирена усмехнулась. Тот, кто сделал это, был прав.

— Я этим займусь, — сказала Хелли и пошла к Максону.

Алура стояла с целителями и пыталась отогнать их.

— Я в порядке.

— Нет. Нам нужно вправить плечо, — сказал один из лекарей.

— Ладно. Делайте.

Она смотрели на них с пылом, и они решили сделать это при всех. Алура даже не дрогнула, когда они вправили кости. Никто не знал, как она кричала в горах. И не видел слезы в ее глазах.

Когда они закончили, она поковыляла прочь без слов.

— Не за что, — буркнула Сирена под нос.

«Боюсь, она сломала не только руку. Гордость страдает куда больнее».

Сирена кивнула. Это было правдой.

* * *

Два часа подходили к концу. Сирена нервничала. Фэллон все еще не вернулся. Они не видели Сватаву, Берика и Кроса. Она смотрела на таймер над зрителями и переживала. Осталось десять минут. Если они не успеют, всех уберут.

— Давай, Фэллон.

Сирена расхаживала перед Таври. Почему такой, как Максон, прилетел вовремя, а Фэллона тут еще не было? Максон даже остался на поле после упреков Хелли. Сирена думала, что Максона дисквалифицируют за такое поведение, но правила не запрещали биться во время испытаний. Его дракон и его хозяин пострадали из — за Максона, ведь дракон слушался Максона в его ужасном поступке. Хоть он не признался, почему появился избитым и в крови.

Но она не могла сейчас думать об этом.

Толпа охнула, и Сирена подняла голову. Она увидела маленького синего дракона, быстро летящего к арене. Ей стало легче.

— Фэллон!

Дракон изящно опустился, но Фэллон свалился с его спины. Он прижимал книгу к груди и тяжело дышал.

Сирена подбежала к нему и обняла его.

— У тебя получилось!

— Я смог, — прохрипел он. — Я последний?

— Нет, мы еще ждем Сватаву, Берика и Кроса, — она посмотрела на таймер. — Осталось семь минут.

— Вовремя, — он коснулся сердца.

Через минуту прилетела Сватава. Она крепко сжимала амулет, выглядела потрясенно. Казалось, для многих это была не просто гонка.

Все смотрели, как время заканчивалось. Горизонт оставался пустым. Толпа отсчитала последние секунды.

— Конец! — заявил Эфриам.

Зрители радовались и гудели. Берик и Крос не вернулись. А были в фаворитах. Они начали на день раньше, как Алура. Должны были уже вернуться.

Эфриам вышел вперед.

— Берик из Конхи и Крос из Геноа не вернулись и выбыли из турнира.

Жеронд указал на некоторых, и драконы взлетели в небо, отправились на поиски участников. Хелли была потрясена. Лориан был невозмутим. Она не знала, как он мог так выглядеть после падения Алуры. После того, как ее дракон вернулся с пустой спиной. Ему повезло, что Алура вернулась с Сиреной. Иначе ее бы дисквалифицировали.

— Приступим к разделению очков. Все, кто выполнил задание, получают пять очков. Десять получает тот, кто вернулся первым, — Уолстон из Брионики. Девять для второго — Кэлин из Ибарры. И так далее.

Очки прибавлялись в таблице.

— Каждый предмет обладает своей ценностью. Меч и сундук — один балл. Зелье и тиара стоят два очка. Амулет и роза — три балла, — Сирена вздохнула с облегчением, радуясь, что Таври убедила ее не брать амулет. — Книга и подсвечник — пять очков. А кубок и диск из тендрилла стоят семь очков.

Сирена удивленно посмотрела на диск в руке. Диск из тендрилла, как ее кинжал. Как гора. Конечно, ее тянуло к нему, хоть он выглядел бесполезно.

Последние очки были добавлены, и Сирена оказалась второй. Хоть спасла Алуру и потеряла время. Диск помог ей.

Но Уолстон получил привилегии. И, когда очки сложили с результатом прошлого раунда, Дин тоже получил преимущество.

— Третий раунд пройдет через три недели, — сообщил Эфриам. — До встречи.

Мне понравилось работать с тобой, Сирена из Дома.

— Благодарю за отличный полет, Таври, — она с уважением опустилась в низком реверансе, и Таври улетела.

На ее месте оказалась Алура. Ее лицо было каменным.

— Не думай, что я перед тобой в долгу.

Сирена вскинула брови.

— Что?

— Я не в долгу перед тобой. Я бы справилась.

— Ты чуть не умерла. И, если бы я оставила тебя там без дракона, а ты как — нибудь выжила, тебя исключили бы за то, что ты не успела вовремя. Ты не должна мне, Алура, но я спасла тебе жизнь и сохранила тебя в турнире.

Алура посмотрела за плечо Сирены. Сирена почти ощущала, как взгляд Лориана пронзал ее спину.

— Но… если так тебе нужно сказать твоему отцу, сделай это.

— Не нужно мне твое снисхождение, — прорычала Алура.

— Я и не пыталась.

— Хорошо, — сказала Алура и прошла мимо нее.

Сирена тяжко вздохнула, Алура ушла, быстро поговорив с отцом. Дин появился у ее плеча, и она взглянула на него.

— Поздравляю, — сказала она.

— Я видел, что ты сделала для нее.

— Пустяки.

Он впился в нее своими ясными глазами.

— Ты чуть не пожертвовала собой из — за врага.

— Максон поступил неправильно. Это было нечестно.

Дин сжал кулаки, и она видела, что костяшки на правой руке были в крови.

— Знаю.

— Ты… — прошептала она.

Он приподнял бровь.

— Я ничего не делал.

Сирена подняла голову, чтобы посмотреть ему в глаза. Он избил Максона за то, что он сделал с Алурой. Он не признавался, и Максон молчал, но она читала правду по Дину.

— Спасибо.

— За что? — он ухмыльнулся. — Он получил по заслугам.

Сирена улыбнулась ему, и он ушел. Может, ее Дин все еще был где — то внутри него. Может быть.

45

Металл

Наутро Сирена тренировалась в зале со своим кинжалом, ждала, чтобы уйти. Вчера Берика и Кроса нашли через пару часов после испытания на другой стороне горы. Они полетели на юг, не поняли загадку драконов. Проиграли со стыдом.

— Внимание, — Лориан появился в зале. — Есть официальное сообщение перед тем, как вы отправитесь по делам, — он выждал, пока все повернутся к нему. — Предмет, который вы вчера взяли, важен для третьего испытания. Только его можно взять с собой на это испытание.

Сирена нахмурилась. Что же ей делать с диском из металла? А некоторые предметы были глупыми. Роза? Чем поможет роза?

Кто — то так и сказал, и Лориан ухмыльнулся.

— Узнаете на испытании, верно?

— Моя роза хоть продержится три недели? — спросила Кэлин.

— Да.

Она пожала плечами. Магия, видимо, была замешана и тут. Но это было странно.

Сирена не понимала, что им делать с предметами. Может, стоило поговорить с Авокой.

Лориан ушел, и Фэллон появился рядом с ней.

— Убегаешь?

— Да. Тренировка с Авокой.

— Я слышал, что многие участники буду праздновать в доме спонсора этим вечером. Хочешь пойти?

Она покачала головой.

— Нет. Я не хочу брататься с участниками. А ты пойдешь?

Он пожал плечами.

— Может быть.

— Будь осторожен. На тебя нападали, да и участники не безвредны. Я не хочу, чтобы ты выбыл из турнира до последнего раунда.

— И я. Удивлен, что я так далеко зашел. Без тебя я не смог бы.

— В теории, — пошутила она.

Он рассмеялся. Как только Лориан пропал, Сирена покинула гору и отправилась в гостиницу. Но она не нашла там Авоку. Ордэн играл в карты за столом, у него была неопрятная борода и налитые кровью глаза.

— Давно не виделись, — сказала она.

Он хмыкнул.

— Ты хоть побеждаешь? — она посмотрела на его карты.

— А ты? — парировал он.

— Перешла в третье испытание.

— Хорошо. А потом мы уберемся отсюда.

— Тебе не нравится в Кинкадии? — удивилась Сирена.

— Мне нравятся проблемы, которые я ожидал. Не то, что тут закипает. Хорошо бы попасть домой.

Дом.

Она не давала себе думать об этом с начала турнира. Но через три недели она закончит турнир, узнает, получила ли дракона, и они отправятся домой. Было страшно думать об этом. С турниром было понятно. А дальше все было запутано.

— А что тут закипает?

Он покачал головой.

— Недовольство.

Опасно, конечно.

— Еще три недели.

Ордэн схватил ее за запястье, не дав уйти.

— Когда победишь, будь готова к возмущениям. Это близится.

— Если, — исправила она. — И что близится?

Он покачал головой.

— Не знаю. Что — то большое.

Она нахмурилась. Ей не нравилось, как это звучало.

— Слушай внимательно и дай знать, если что — то уловишь.

— Конечно.

Она поспешила наверх, надеясь найти Авоку там, но нашла только Алви, спящего в своей кровати. Ее нога скользнула по половице, послышался скрип.

Этот тихий звук разбудил Алви. Он мирно спал, но через миг оказался огромным индресом и скалил зубы.

Она смогла подавить крик, пятясь от него.

— Это я! Алви, это я!

Клыки были так близко к ее горлу, что она была уверена, что он ее раздавит. Она дрожала под его звериным обликом, не призывала магию. Это был Алви. Она доверяла ему.

Их взгляды пересеклись, и он быстро вернулся в облик человека. Не было мерцания или трещин, когда его облик пытался уместиться в тело человека. Было легко и без усилий. Он изменился с такой простотой, с которой Сирена вызывала магию.

Он натянул штаны, и Сирена заметила, что они болтались на его узких бедрах.

— Прости. Не знал, кто тут был.

— Ты… так быстро изменился, — сказала она, робко проходя в комнату.

— Да. Это… становится проще.

— Это хорошо?

Он пожал плечами и плюхнулся на кровать. Его волосы были растрепанными, длиннее, чем обычно, падали на его глаза с темными кругами. Он выглядел утомленно и раздавлено.

— Это из — за исцеления?

Он рассмеялся, но звук был пустым.

— Исцеление. Да. Называй это, как хочешь.

— Сонали не пытается тебя исцелить.

— Может, и пытается, но это ужасная работа.

— Я могу чем — нибудь помочь? — спросила она.

— Знаю, это тебя удивит, Сирена, но ты не можешь все исправить, — рявкнул он резче, чем когда — либо.

Она скривилась. Да, ей нравилось исправлять, но она не считала, что это плохо. Это было частью ее сущности.

— Ладно. Я просто спросила.

— Знаю, — он тяжко выдохнул. — Я на всех огрызаюсь. Ордэн все чаще уходит. Даже Авока ушла на рынок.

— Еще три недели, и мы отправимся домой.

Алви фыркнул.

— Если Сонали меня отпустит.

— Я бы посмотрела, как она попытается тебя удержать, — сказала Сирена.

Его глаза открылись, золотые глаза посмотрели на Сирену.

— Порой я забываю.

— Что?

— Какая ты целеустремленная. На что готова ради людей. Когда я в той комнате… и исцеляюсь, — он запнулся на этом слове, — я забываю, что кто — то может решить, что ее нужно остановить.

— Мне нужно ее остановить? — спросила Сирена, магия наполнила ее.

— Нет. Я справляюсь.

— Я пойду туда, Алви. Если она вредит тебе, это не стоит результата.

— Это того стоит, — сказал он твердо и без объяснений.

— Если перестанет стоить, скажи мне.

Алви кивнул.

— Я хочу еще немного поспать.

— Конечно, — она попятилась из комнаты.

— Сирена… — он приоткрыл глаз и посмотрел на нее. — Спасибо.

Она улыбнулась ему.

— Поспи.

Она закрыла дверь, и улыбка пропала. Ей не нравилось, что Алви терпел, и как он выглядел. Может, ей нужно было поговорить Сонали о том, что исцеление должно помогать. Хелли точно заинтересует эта история, если Сонали не воспримет угрозу.

Она вздохнула. Нет, она позволит Алви биться самому.

Она вышла из гостиницы и пошла на поиски Авоки на рынке. Там было людно, толпы были вокруг торговцев и в магазинах, все искали спасения от уже ухудшающейся весенней жары. Сирена следовала за связью к магазину с длинными платьями. Она вошла, над головой звякнул колокольчик. Она нашла Авоку перед тройным зеркалом в длинном белом платье из шелка.

Глаза Сирены округлились.

— Что это?

Авока развернулась. Ее щеки порозовели.

— Я… Сирена.

— Это свадебное платье? — рот Сирены раскрылся. — Вы с Алви решили сыграть свадьбу?

— Я… да, то есть нет. Да, это свадебное платье. А мы — нет, — поспешила сказать она.

— Что ты в нем делаешь?

— Я… хотела его примерить, — тихо сказала она.

Торговка сделала вид, что занята, а Сирена пошла вперед.

— Я нашла до этого в вещах Алви кольцо.

— И решила примерить платье?

— Не смотри на меня так. Знаю, звучит глупо, но я захотела хоть на день стать принцессой.

— Ты и есть принцесса.

Авока пожала плечами и ушла в примерочную. Она оставила платье торговке и вернулась в кожаном костюме.

— Сделаем вид, что этого не было.

— Думаешь, Алви сделает предложение?

— Надеюсь, это кольцо не для кого — то другого.

— Ты скажешь да?

Авока отвела взгляд и кивнула.

— Конечно.

Сирена обняла Авоку.

— Я так рада за вас.

— Это глупо. Нет времени на свадьбу, Сирена. Нужно спасти мир.

— Для свадьбы всегда есть время.

Авока фыркнула.

— Давай не будем обсуждать это унижение. Мы пойдем к Амират и Акире? Думаю, ты уже близко.

— Вряд ли я близко, но стоит попробовать магию духа.

— Ты не будешь больше об этом говорить?

— Только когда ты будешь давить на меня.

Авока закатила глаза.

— Я не давлю на тебя, Сирена. Но я старше.

— Помнишь, ты примеряла свадебное платье без предложения?

— Ах, ты, — Авока ткнула ее локтем в бок. — Пойдем отсюда.

Они шли к горе долгим путем. День был красивым, несмотря на жару, и Сирена редко могла просто посидеть и полюбоваться. Она рассказала Авоке все, что произошло на втором испытании, и как она взяла диск из тендрилла.

— Интересный металл. Стоило взять его с собой, — сказала Авока.

Сирена открыла сумку на боку.

— Это уже сделано.

— И эта неблагодарная корова!

Сирена рассмеялась.

— Алура?

— Ты спасла ей жизнь, а она накричала на тебя за это.

— Из — за ее отца.

— Не оправдание.

— Нет, — согласилась Сирена. — Но это причина.

Авока кивнула и не спорила. Сирена знала, что Авоке не нравилась Алура. Как Сирена могла ее винить? Сирена презирала Алуру и ее отца. Она не понимала, как мать Алуры, Аня, была такой нормальной.

В горе Сирена позвала Керриган. Она появилась с недовольным видом, и Сирена была потрясена от вида того, кто шел за ней.

— Киврин? — спросила Сирена.

Он очаровательно улыбнулся ей.

— Здравствуй, Сирена.

— Что ты тут делаешь?

— Могу спросить это и у тебя.

— Я встречаюсь с друзьями, — уклончиво сказала она.

— О, конечно, — он издал смешок. — Ничего. Не говори мне. Но приходи на мою вечеринку на выходных.

— Я пропущу это.

Он поцеловал ее ладонь.

— Передумай.

— Ни за что.

Он посмотрел на Авоку.

— Можешь взять свою… подругу.

— Она сказала «нет», — сказала Авока без тепла в голосе.

— Она передумает, — он посмотрел на Керриган, которая не двигалась с начала их разговора. Он прищурился и отвел взгляд. — До встречи.

Керриган ждала, пока Киврин не покинул их, а потом прошла вперед.

— Амират и Акира?

— Прошу, Керриган. Спасибо.

Она кивнула и почти убежала.

— Она особенная, — сказала Авока. — Но что это за мужчина? Ты скрывала его от меня?

Сирена раздраженно фыркнула.

— Лорд Киврин Аргон из Брионики. От него одни проблемы.

— В твоем стиле.

Сирена шлепнула ее.

— Между нами ничего нет. Он — спонсор турнира.

— Ясное дело, — сказала Авока.

— Помнишь свадебное платье?

— Ладно, — буркнула Авока. — Поняла.

И они рассмеялись.

* * *

«Твоя энергия рассеяна», — возмутилась Акира.

— Простите. Многое произошло за последние дни.

«Сосредоточься. Думай о своей душе и связи с Авокой, пытайся потянуться к нам. Мы хотим, чтобы твоя магия духа появилась вне твоего тела, чтобы она могла пересечь брешь».

— Ладно. Вы не можете просто вытащить меня из меня? Гелрин так сделал.

«Мы можем. Но тебе нужно уметь самой пересекать брешь».

— Верно.

Она закрыла глаза и пыталась слушать сердце, а не разум. Этому она научилась от Керриган и Таври. Она была сильно погружена в мысли. Ей нужно было отпустить их и думать душой.

Она отпустила надоедливые мысли и потянулась к сути, к сердцу. Она думала о том, чего хотела, и почему ей нужно было пересечь разлом. Она коснулась связи с Авокой. Она привязывала Сирену к этому миру, пока та тянулась дальше.

Она потянулась не телом, а сердцем, направилась к драконам. Она сначала ничего не ощутила. А потом ощущение правильности. Казалось, она была и не была тут.

Она открыла глаза, обнаружила свой духовный облик рядом с физическим. Но, как только она огляделась, она рухнула в свое тело.

Ее глаза открылись, и она охнула. Она схватилась за грудь и закашлялась. Она думала, что ее стошнит.

— Что… это… было? — спросила она.

«Ты это сделала, — радостно сказала Амират. — Ты дотянулась до духовного уровня».

— Создательница, получилось!

Сирена вскочила с места и стала кружиться. Это не было всем, но это было хоть чем — то. И это было сложно достичь. Ей нужно было отпраздновать это.

«Ты закончила?» — спросила Акира.

— Теперь — да, — Сирена опустилась. — Сделаем еще?

«Нет, — Амарант повернулась к горе. — Мы вернемся к этому в другой день».

— Но у меня только получилось.

«Тогда ты сможешь сделать это и завтра», — сказала Акира.

Сирена сжалась. Она только разобралась в этом, и они хотели остановиться. Драконы.

— Пока мы не ушли, я могу задать вопрос?

«Ты уже это сделала».

Сирена вытащила диск из тендрилла.

— Что вы знаете о тендрилле? Я видела металл на горе, где появились драконы. Я знаю, что он из гор оттуда, и он делает клинки легче. Но он реагирует на мою магию. Я ощущаю от него дрожь.

Амират и Акира переглянулись. Они долго молчали, и Сирена боялась, что они не ответят ей. А потом они опустились на землю.

«Тендрилл — не просто металл. Он, как мы, из другого измерения, — объяснила Амират. — Он был перенесен сюда миллионы лет назад. Смертные не помнят. Это металл богов».

Сирена замерла от потрясения.

— Богов… настоящих богов?

Акира продолжила:

«Боги — не такие, как драконы, фейри и люди — живут бесконечно, и об их магии можно только мечтать. Они могут дать и забрать. Но этому миру они дали нас и тендрилл. Металл не получить из изначального его места, но много осталось в горах, и из него делали поразительное оружие. Легкое, как воздух, и способное хранить магию».

— У меня есть такой клинок, — она достала его из ножен и показала им кинжал из тендрилла с рубином в рукояти. — Он позвал меня, когда я прибыла. Я думала, что торговец преувеличивал, когда сказал, что предметы из тендрилла на прилавке не задерживаются. Теперь я понимаю, что оружие еще более редкое, чем я думала.

Акира кивнула.

«Не исключительно редкое, но довольно — таки. То, что у тебя этот клинок, не совпадение».

«Это поступок богов, — сказала ей Амират. — Они хотели, чтобы у тебя был этот клинок».

Сирена покачала головой.

— Нет. Так не может быть. Боги не вмешиваются в повседневную жизнь. Это не было судьбой… — она с вопросом посмотрела на Авоку. — Да?

— Я не знаю, — медленно сказала Авока. — Но я не стала бы списывать со счетов судьбу, когда это тебя касается, Сирена.

«У тебя клинок из тендрилла. Артефакт для твоей магии. А теперь ты получила диск из чистого тендрилла. Многие клинки не из чистого тендрилла, а из сплава, чтобы его хватило на большее количество оружия. Чистый тендрилл может вместить почти бесконечное количество магии».

Акира посмотрела на диск в руке Сирены.

«Он почти неразрушимый. Оружие из чистого тендрилла подошло бы богу».

— Я — не бог, — прошептала Сирена. Она вдруг захотела выбросить этот диск.

«Ты — не бог, — согласилась Амират. — Но ты получила предмет бога. Используй его».

Сирена смотрела на диск в дрожащей руке. Предмет бога. Что с ним делать? Ей нужно было что — то придумать до третьего испытания.

46

Расследование

— Чем могу помочь? — сказал мужчина, одетый с головы до пят в черное. Его борода была длинной и спутанной. Он был высоким, мускулистым. Он знал труд, оттуда и возникло его роскошное тело.

Сирена заставила себя не пялиться. Его мышцы… о, Создательница.

— Здравствуйте, — пробормотала она. — Я искала Кендреда.

— Вы на него смотрите. Можете звать меня Кен, — он посмотрел на нее и моргнул. — Вы из участников. Я видел вас на арене.

— Верно.

— Что вы тут делаете?

— У меня вопрос, и я надеялась, что вы мне поможете.

— Я? — удивился он.

— Я поспрашивала, и все сказали, что вы — лучший кузнец в городе.

Он прищурился.

— Очень сомневаюсь, но это льстит.

Сирена глубоко вдохнула.

— Ладно. Никто так не говорит. Но я написала другу, и он ответил, что вы можете быстро сделать работу, не задавая лишних вопросов. Он был прав?

— Зависит от того, кто ваш друг. Сирена, да? — он опустился на стул. — Из Дома.

— Да, это я. Вам нужно знать, кто мой друг?

— Если хочешь, чтобы я молчал, да. Мне нужно знать, кто отправляет ко мне людей.

Она вздохнула и ответила:

— Лорд Киврин Аргон из Брионики.

— О, Кив! Почему сразу не сказала? — Кендред хитро улыбнулся. — Мы с Кивом знаем друг друга.

— Кив, — тихо сказала она. Было сложно представить Киврина с кличкой. — Да, он сказал, что вы можете мне помочь.

— Конечно. Расскажи, что ты хочешь. Я слушаю.

Сирена выдохнула с облегчением и вытащила кинжал из тендрилла из сумки. Она опустила его на рабочий стол, металл сверкал в свете раннего утра.

Кендред присвистнул.

— Вот это да. Красивый клинок.

— Спасибо. Он мне нравится, — она вытащила диск из тендрилла.

Его брови поползли вверх.

— Этот предмет ты забрала на последнем испытании.

— Да. И я хочу, чтобы вы сделали из моего кинжала меч, — сказала она. — Я хочу, чтобы он был легким, как воздух, чтобы остался рубин, и чтобы вы использовали только чистый тендрилл.

Его брови поднялись еще выше.

— Чистый тендрилл? Его не хватит на меч, и даже если бы хватало… это никто не может позволить.

Она опустила ладонь на почерневший диск.

— Тут достаточно тендрилла, чтобы создать меч.

— Тот кусок камня — чистый тендрилл? Без примесей?

— Без примесей, — сказала Сирена. — Он идеален, и я хочу из него меч. Он нужен мне до следующего испытания.

— Это будет дорого.

— Плевать, — сухо сказала она.

— Кив умеет отыскать мне работенку, — буркнул он под нос. — Да. Конечно, я это сделаю. Работать с чистым тендриллом, — он покачал головой. — Я сниму мерки.

Сирена пару минут провела в мастерской Кендреда, и он получил достаточно информации для ее заказа. До испытания оставалось две недели, и в прошлую ночь в ее голову пришла идея. Она не могла понести на испытание диск. Он был бы бесполезным. Она решила, что меч, противостоящий магии, будет идеален. Они не говорили в правилах, что она не могла менять вид предмета. И Хелли говорила, что изобретательность хвалили.

* * *

Сирена прошла на гору Драко за двадцать минут до начала тренировки. Она сняла платье, в котором ходила к Кендреду, и облачилась в кожаные доспехи. Она застегивала последний ремешок на сапоге, когда услышала крик.

Сирена выбежала из комнаты и устремилась на всей скорости к источнику звука. Магия тут же пришла к ней. Она завернула за угол к тренировочному залу, была готова взорваться магией в любой миг.

Но увидела только Кэлин.

— Ты в порядке? — Сирена коснулась ее плеча.

Кэлин вздрогнула и упала на колени, рыдая. Она указывала дрожащим пальцем выше.

Сирена проследила за ее жестом. Горло сжалось. Крик подступал, но она не выпустила его.

Максон.

Максон был прибит к дальней стене зала ножами. Его разрезали от носа до пупка, и внутренности вывалились из него на пол.

Сирена отвернулась. Она не хотела видеть это. Она была уверена, что из нее вылезет ужин. Она была рада, что не поела утром перед походом к кузнецу.

— Хелли, — хрипло прошептала она. — Нам нужно увидеть Хелли.

Но остальные уже сходились, их привлекли крики Кэлин. И члены Общества шли навести порядок. Хелли была потрясена, но ее не тошнило от вида, ведь она была лекарем. Жеронд позеленел, быстро стал уводить других участников. Но Лориан… был потрясен. Он склонил голову, его тело было напряжено, он сжал кулаки по бокам. А глаза были полны сожаления и боли. Он выглядел печально и испытывал отвращение. Она еще не видела на его лице что — то, кроме гнева и безразличия. Было поразительно увидеть печаль на их месте.

— Идем, — Жеронд пытался увести ее. — Мы этим займемся.

Она отошла от него к Хелли.

— Что тут произошло? Кто это сделал?

Хелли покачала головой.

— Мы еще не знаем. Мы разберёмся с этим.

— Они убили участника, — прошептала Сирена. — Посреди ночи. На горе! Вы знаете, что это значит: это сделал кто — то изнутри. Нападение на меня и Фэллона, рана Фэллона, Максон…

— Мы еще этого не знаем, — сказала Хелли.

— Кто — то впустил внутрь убийцу.

— Сирена, хватит, — Хелли отвернулась. — Вернись к себе. Уходите, все вы.

— Мы в этом разберемся, — заверил ее Лориан.

Но она сомневалась.

Она скрипнула зубами и ушла. Она не хотела вызывать истерику. Но им нужны были ответы. Это зашло слишком далеко.

* * *

Пару часов спустя Хелли стояла перед участниками, которые сидели в столовой.

— Спасибо, что собрались тут в быстрые сроки.

Семь мест было занято вместо восьми. Стул Максона был пустым. Они были в комнатах все утро, пока шло расследование. Сирена ощущала себя диким зверем, готовым вырваться из клетки.

— Как вы знаете, мы с сожалением сообщаем, что Максона убили прошлой ночью. Мы допросили всех стражей, пытаясь понять причину этого жестокого поступка. Никто из стражей не видел, чтобы кто — то входил или выходил из горы во время смерти Максона. Мы начинаем обыск горы, но на это уйдет время, — утомленно сказала Хелли.

— Это значит, что никто не покинет и не войдет сюда, пока мы не закончим, — сказал Лориан.

— Что?

— Простите?

— Шутите?

Все заговорили одновременно, и Сирена не могла понять, кто и что сказал. Она не была рада тому, что их запрут тут.

Но Алура сказала лучшую фразу:

— Если это сделал кто — то внутри, то держать нас тут не безопасно.

Лориан выглядел так, словно она ударила его по лицу.

— Мы пытаемся совладать с ситуацией, — сказал Жеронд.

— Если это кто — то в горе, — вмешалась Хелли, — то мы поймаем его. Это временно. Мы продолжим сегодня и ночью. Если вы приходите и уходите, нужно записываться. Все должны быть с сопровождающим. Если не можете найти компанию, мы назначим вам стража.

Все разозлились еще сильнее. Хелли подняла руку.

— Мы надеемся, что после турнира атаки пропадут. Это все. Можете идти.

Сирена вышла из столовой, и Фэллон появился рядом с ней.

— Что думаешь обо всем это?

Она вздохнула.

— Тот, кто это сделал, или давно ушел, или это тот, кого никто не подозревает.

— Но зачем убивать Максона?

— Я знаю, зачем, — проворчала за ними Сватава. — Потому что Максон пытался убить кое — чью дочь.

Фэллон кивнул.

— Это правда.

— Думаешь, это сделал Лориан? — спросила она у Сватавы.

Рядом появился Уолстон.

— Это логично. У него есть прежние достижения в этом.

Сирена не понимала, о чем он.

— Но Алура выжила. Она все еще впереди.

Уолстон пожал плечами.

— Это не означает, что он не делал этого.

— В этом есть смысл, Сирена, — отметил Фэллон.

— Да. Наверное, — сказала она.

Она посмотрела на Лориана, говорящего с Хелли. Она не знала, что думать. Она видела его взгляд на Максона. Он был потрясен, как все. Может, отлично играл, но… она не знала.

Но она собиралась выяснить.

* * *

Никого не выпускали следующие пару дней.

Когда они обыскали всю гору, все сходили с ума от сдерживаемой энергии. Им разрешили уйти, и Сирена вырвалась из комнаты. Она уже не могла там оставаться. Она постучала в дверь Фэллона, и он выглянул.

— Помнишь, ты хотел пойти на вечеринку?

— Да.

— Сегодня еще одна. Идем.

— Ты… хочешь, чтобы я пошел с тобой?

— Одну меня отсюда не выпустят, — отметила она.

— Да. Думаешь, это хорошая идея?

— Фэллон, мы уходим.

— Ладно. Дай только одеться.

Сирена была уверена, что он наряжался дольше, чем она переодевалась в новое платье, которое она попросила у Дины на всякий случай. Ее платье было цвета бургунди, вырез был почти до пупка. Она ощущала себя плохо после того, как увидела Максона, но другого наряда не было.

Они записались у стража у входа, который не был рад тому, что они уходят. Но, если она не могла получить ответы тут, может, могла отыскать их где — то еще.

Дом Киврина сиял изнутри. У нее не было приглашения, но ее имя явно было в списке.

Фэллон шел за ней.

— Что это за вечеринка? Прошлая была… не такой.

— Редкие тут такие, как Киврин Аргон.

— Лорд Киврин? — прошипел он. — Из Брионики?

— Точно.

— Он — наследник дома Круз.

— Прекрасно. Что еще ты о нем знаешь?

— Он — один из самых богатых, но не был женат. Дом Круз был королевским, но почти все их наследники были убиты около трехсот лет назад. Остался только он с богатством, но он потерял трон.

Сирена нахмурилась. Конечно, у Киврина была печальная история. Он не мог быть просто негодяем, которого она знала.

— Я слышал, что он даже не приходит на свои вечеринки, — сказал Фэллон.

— Приходит. Я знаю.

Она шла среди толпы, стараясь избегать бассейнов. Она не хотела вести Фэллона туда. Она миновала еще комнату и удивленно вдохнула.

На пороге был Дин.

Но… он не был записан, когда они с Фэллоном уходили. Они первыми вышли. Больше никого на бумаге не было. Она даже не видела, как он ушел. И что он делал у Киврина?

Она сделала шаг к нему, но на ее запястье легла ладонь. Она удивленно повернулась, Киврин обвил рукой ее талию.

— Я знал, что ты передумаешь, — проурчал он.

— Не совсем, — она отодвинулась от его руки. — Я пришла просто поговорить.

— Конечно.

Сирена увидела, что Фэллон ошеломленно пялится на Киврина.

— Киврин, это Фэллон из Галантэи. Он — тоже участник.

Киврин протянул руку, и Фэллон пожал ее.

— Отличный костюм. Модный.

Рот Фэллона раскрылся.

— Спасибо, сэр. Лорд. Сэр.

— Просто Киврин, — сказал он с понимающим блеском в глазах. Он посмотрел на женщину почти без одежды и щелкнул пальцами. — Амандала, развлечешь Фэллона? Думаю, пунш фейри поможет ему.

— Стой, нет, — сказала Сирена. — Не пей пунш.

Но Фэллона уже увела красивая женщина, которая могла научить его тому, что он не нашел бы в своих книгах.

— Не нужно было прогонять его, — возмутилась Сирена.

— Нужно, если мы хотим поговорить, — он подмигнул.

— Я пришла только за разговором.

— Да — да, — он обвил рукой ее талию и повел из комнаты.

Она посмотрела на Дина на пороге, но он их не видел. И ей придется подождать, чтобы спросить у него, что он тут делал.

— Жаль, что ты не привела свою подругу, — сказал Киврин.

Сирена закатила глаза.

Они миновали комнату за комнатой, пока шум не стих, и они не остались одни. Но в этот раз они были в кабинете с книжными шкафами из красного дерева и огромным деревянным столом.

— Перейдем к делу, — сказала Сирена. — На горе произошло убийство. Ты знаешь.

— Что? Нет, — охнул он и рассмеялся от ее удивленного вида. — Да, я слышал. Все слышали.

— Это не смешно.

— Ты хочешь знать, кто это сделал.

— Да, — медленно сказала она. — Ты знаешь?

— Удивительно, что ты — нет.

— Они не нашли ответ своими поисками. Я захотела проверить другой источник.

— И пришла ко мне, — он улыбнулся. — Я польщен. Что ты дашь мне за эту информацию? Я бесплатно рассказал о втором испытании. И о кузнеце. Информация — это валюта, дорогая моя.

— Тебе не нужны деньги.

— Не нужны.

Сирена скрипнула зубами.

— И ты не получишь то, чего хочешь.

— Да?

Сирена потянулась к магии, не думая об этом. Она отбросила его порывом ветра, он врезался в стол. Она забралась на стол и услышала, как рвется ткань, нависая над ним. Ее новое платье порвалось на бедре. Отлично. Ее волосы выбились из прически, которую она старательно делала, и упали на лицо.

Смех Киврина стал хрипом.

— Если ты хотела быть сверху, нужно было только попросить.

— Мне надоели эти игры, Киврин. Просто скажи то, что я хочу знать, — она ждала с магией наготове. Она не хотела вредить ему, но сделала бы это, если нужно.

Без предупреждения она полетела по воздуху. Киврин сбросил их со стола магией воздуха. Они рухнули на пол, но он прижал ее под собой.

— Я предпочитаю это, — сказал он.

— Отпусти. Меня.

— Ты тут не командуешь. Я впускаю тебя на свои вечеринки. Мы оба хотим одного. То, что ты это не понимаешь, абсурд.

Она пыталась вырваться, но он сжал ее запястья одной рукой и убрал за ее голову.

— Лориан стоит за этим. Он стоит за атаками. Он убил Максона. Они не посмотрят на своих, но все очевидно.

— Зачем Лориану это? Слишком очевидно. Слишком удобно.

— Зачем? Потому что ему нужно, чтобы Алура была в Обществе. Это для него важно. Он будет бороться и убивать ради этого. Как и сам проник в Общество.

— Я понимаю, что у вас свои проблемы, но то, что это похоже на Лориана, не означает, что это он.

— Других объяснений нет. Только на него не посмотрят. Общество не станет подозревать своих.

— Ты этого не знаешь, — сказала она ему.

— Докажи, что я неправ, любимая.

— Докажу.

Он улыбнулся.

— Было впечатляюще смотреть, как ты пытаешься одолеть чистокровного фейри на века старшего, чем ты. Хорошая попытка.

— Катись в ад.

И дверь распахнулась.

Киврин посмотрел туда и гордо вскинул голову, как кот, поймавший мышку.

— Комната занята, как видишь.

Сирена повернула голову. Она увидела темные глаза, песочного цвета волосы и потрясение на лице.

— Дин, — прошептала она.

47

Последствия

— Что тут происходит? — спросил Дин. Он шагнул в комнату, а не вышел.

— А ты как думаешь? — ответил Киврин.

— Выглядит так, словно она хочет уйти, а ты ее не пускаешь.

— Поверь, мне не нужно никого заставлять в моем присутствии.

Звон стало слышно, клинок покинул ножны.

— Отпусти ее.

Киврин рассмеялся.

— Ты угрожаешь мне в моем доме? На моей вечеринке?

— Просто прекратите это. Оба, — сказала Сирена. — Отпусти меня, Киврин.

Он улыбнулся и отпустил ее. Он плавно встал на ноги и даже помог ей подняться. Она не могла скрыть состояние платья и прически. Она знала, как выглядела. И как смотрелось то, что они делали, когда ворвался Дин.

— Идем, Сирена, — сказал Дин. — Уйдем отсюда

— Я была в порядке. Мы просто говорили.

Дин с недоверием приподнял бровь.

Она вздохнула и повернулась к Киврину.

— Ты рассмотришь этот вопрос? Хоть в этот раз отставь в сторону жалкие предрассудки. Поищи что — нибудь. В городе недовольство, насколько я знаю, и что — то грядет. Думаю, это только начало.

— Жалкие, — прорычал Киврин. Она видела, как гнев закипает в нем, но он быстро взял себя в руки. — Для тебя, дорогая, я сделаю все, — он поцеловал ее ладонь. — Спасибо, что не дала заскучать. Было весело.

— Только тебе произошедшее кажется веселым, — она покачала головой.

Он подмигнул ей.

— Я не один.

— Ты меня погубишь, — пробормотала она.

И прошла по комнате к Дину. Он все еще не убрал меч, смотрел то на нее, то на Киврина, словно пытался решить головоломку.

— Сирена…

Она подняла руку и пошла дальше. Она оставила Киврина одного, Дин пошел за ней. Все пошло не по плану. Киврин видел только Лориана и не станет искать дальше. Может, это и был Лориан. Но его выражение лица все меняло. Она так думала.

— Куда ты? — спросил Дин.

— Мне нужно найти Фэллона.

— Ты пришла сюда с Фэллоном?

— Нам нужно выходить парами, помнишь? — рявкнула она.

Он молчал. Он явно был без пары.

Когда Сирена нашла Фэллона, он был пьян от пунша фейри. Он не мог даже связно говорить. Дин помог донести его до входной двери, приняв на себя почти весь вес.

— Нам нужна карета, — сказала Сирена стражам. — Киврин сказал, записать на него.

— Да, мисс, — мужчина тут же позвал карету. — Куда?

— Гора Драко.

— Отлично.

Карета прибыла, они опустили Фэллона внутрь. Сирена хотела пройти, но Дин поймал ее за руку.

— Стой.

— Для чего?

— Отправь его вперед. Нам нужно поговорить.

Она нахмурилась.

— О чем?

— Просто останься со мной.

Она взглянула со страхом на Фэллона.

— А если на него нападут?

— Он будет в порядке. Стражи о нем позаботятся.

— Мне это не нравится.

— Останься, — приказал Дин.

— Хорошо, — прошептала она. — Я останусь.

Она быстро поговорила с кучером, который убедил ее, что поедет сразу к горе и доставит его домой. Никаких остановок.

Сирена осталась возле Дина, пока карета уезжала. Она посмотрела на него, не понимая, что он собирался сказать. Что он видел. Что думал о ней. Это не было важно. Это не был ее Дин. Лишь проблески. Но… она осталась.

— О чем нам нужно поговорить? — нетерпеливо спросила она.

— Идем со мной.

Он зашагал по мощеной дорожке, и она шла рядом. Она даже не знала, зачем делала это. Она не хотела быть на вечеринке Киврина. Она недовольно отмечала, что ей нравился Киврин. Но не так, как он хотел… даже если для него это была игра. Но, несмотря на его поведение, внутри него было скрыто нечто искреннее.

Как у Дина.

— Зачем ты пришла сюда сегодня? — спросил он.

— Это важно?

— Важно.

— Я пришла поговорить с Киврином.

— Как вы познакомились?

— На банкете перед первым испытанием, — сказала она. — Почему ты был тут?

— Он меня пригласил. Хотя мы не говорили и не встречались, — он нахмурился. — Пока я не увидел его в том кабинете… с тобой.

— Ясно.

Дин молчал. Она не могла решить, пытается ли он совладать с гневом, или хочет придумать, что сказать дальше.

А потом он вдруг застыл посреди улицы и повернул ее лицом к себе.

— Вы вместе?

— Что? — охнула она. — Я и Киврин?

— Вы выглядели… будто вместе.

— Нет! Все не так. Он так хочет, наверное. Но я не поэтому была там.

— Ты тут и так одета, — он указал на ее платье, которое было открытым и до того, как порвалось. — И ты была под ним, и…

— И что? — осведомилась она.

— Не знаю, почему, но мне не нравится видеть тебя с ним.

Сирена застыла от этих слов.

Они вырвались из него. Он словно не смог дальше сдерживаться. Словно… часть его еще знала.

— Это… ревность? — прошептала она.

— Нет, — сразу ответил он. — С чего мне ревновать?

Она приподняла бровь.

— Тебе виднее.

— Просто… когда я увидел его там, я захотел вонзить в него меч. Я хотел выместить на нем весь гнев. Я хотел, чтобы он ощутил, что чувствовал я, увидев тебя, лежащую там.

— Ничего не происходило.

— Но это и не важно. Этот необъяснимый гнев охватил меня, и все тело кричало защитить тебя.

— Мне не нужна была защита.

Он покачал головой и отвел взгляд.

— Я не знаю, почему ощущаю это. Я не знаю, почему так себя чувствую рядом с тобой.

— Как чувствуешь?

Он посмотрел в ее глаза еще раз в тусклом свете пустой улицы.

— Я чувствую, когда я с тобой. Только когда я с тобой.

Сирена резко вдохнула.

Она открыла рот, чтобы заговорить, но мир охватил хаос.

* * *

Сеть упала на голову Сирены. Она завизжала и упала на колени. Она потянулась к магии, но ее пронзил разряд. Казалось, десять тысяч вольт пронзили ее разом. Она словно держала в руках молнию. Она не могла дотянуться до своих сил. Она даже думать не могла.

Была только боль. Она слышала отдаленно крики, поняла, что крики были ее. Она терпела это. Ощущала это. Умирала.

Она не знала, как долго это длилось, но сеть вдруг сорвали с ее головы. Она содрогнулась и замерла, задыхаясь на тротуаре. Перед ней был Дин, на котором искрилось синее электричество. Он управлял потоком в сети, использовал его как оружие.

Она попыталась сесть, ухватиться за магию и вернуться в бой. Но не удавалось. У нее не было сил. Разряд лишил ее энергии для использования сил. Но она должна была. Должна была помочь Дину.

Она нырнула глубже, прогоняла боль из головы. Она была жива. Ее разуму нужно было перестать реагировать на боль. Нужно было использовать сердце. Вернуть контроль.

Толчок, и она вырвалась из тела.

Сирена охнула от шока. Она сделала это. Сделала сама. Без драконов или Авоки. Она была тут. Именно сейчас ей это удалось.

Она осмотрелась. Дин справлялся, но убийц было слишком много. Ей нужно было помочь. Но как помочь отсюда?

Вздохнув, она потянулась к магии духа своего духовного облика. Она легко ответила. Может, ее вспышки и были искажением силы, но они работали. Она обрушила магию на врагов в масках. Вспышка энергии ударила их в грудь, и они упали, как домино. Она ощущала усталость от использования сил ы этом облике, но не опустела. Остались только двое. С ними Дин справится.

Она закрыла глаза, готовая вернуться в свое тело и ощутить боль. Она шагнула вперед. Ее ладонь коснулась барьера. Магического барьера. Он был вязким, стал затягивать ее, стоило ее руке задеть стену.

Она взглянула на Дина и пошла сквозь барьер и брешь. Как только она миновала его, она поняла, что оказалась там. Наконец — то… она была там, где могла поговорить с Серафиной. Она могла получить ответы.

Сирена закрыла глаза, вспоминая слова Серафины. Ей нужно было представить место, и оно появится. Она глубоко вдохнула и открыла глаза.

Перед ней был Нит Декус в Бьерне. Она злилась на то, что произошло тут, на Каэла и Дремилонов, но Бьерн оставался ее домом. Она чуть не заплакала от восторга, увидев его снова.

Она была тут, ощущала себя плотной, не такой, как ее духовный облик в Аландрии. Может, потому что все вокруг создал для нее дух.

Сирена позвала Серафину. Она могла притянуть Сэру к себе, пока место было устойчивым. И Бьерн был для Сирены устойчивым. Она ни одно место не знала так хорошо, как дом.

Серафина вдруг появилась. Не целиком, как было обычно, а просвечивала, словно из — за вуали.

— Сирена, ты это сделала! — закричала Серафина, слезы лились по ее щекам. — Я всегда знала, что ты сможешь.

— Да, я тут. Я еще привыкаю к этому. Это мой первый переход через брешь. Я уже ощущаю усталость, так что нужно поспешить. Я нашла драконов. Я должна получить своего через неделю, надеюсь. И потом я вернусь в Бьерн и покончу со всем этим, Сэра.

— У тебя еще нет дракона? — спросила Сэра чуть громче шепота.

— Еще нет.

Сэра нервно огляделась.

— Тьма растет, Сирена. Она набирает силы с каждым днем. Тебе нужно вернуться как можно скорее. Она очень сильна в духовном царстве, и я ощущаю ее присутствие, даже когда мы говорим.

— К — кто она?

— Долгая история, — сказала Серафина. — Но тебе нужно знать, что мне жаль. Очень жаль.

— Из — за чего? — спросила Сирена.

— Я врала тебе.

Глаза Сирены расширились.

— Что? О чем ты? О чем ты врала?

— Я не думала, что ты была готова ко всей истории, я скрывала ее так долго… вечно. Я даже не знаю, как это рассказать.

Казалось, мир ускользает от Сирены. Замок пропадал. Земля под ногами становилась облаками. Ее связь с Серафиной слабела.

— Говори, — приказала Сирена.

— Виктор не убивал меня, — прошептала Серафина. — Я была первым консортом. Я сделала это, чтобы спасти свою Анну. Я думала, моей любви к нему хватит. Но ее не хватило.

— Ты… работала на него? — охнула Сирена.

— Я не знала, что он зайдет так далеко. Я не знала, что у него была помощь, — она давилась словами. — Когда он обнаружил Анну, решил убить ее. Убить невинное дитя, потому что она не была его. Она была доказательством, что я не всегда любила только его. Но моя близкая подруга была с Анной. Она отдала своего ребенка, чтобы уберечь моего.

— Создательница, — прошептала Сирена.

— В тот день я не выдержала. Эти бессмысленные смерти. Из последних сил я воздвигла барьер вокруг Бьерна, чтобы не пускать тех, у кого была магия, — она всхлипнула со слезами. — Я думала, это будет защитой. А не способом для Виктора найти последних из нас и убить. Убить, чтобы избавить от будущих поколений.

— Ты подняла барьер, — потрясенно сказала Сирена. — Ты помогла ему убить наш народ, но повернулась против него, только когда в опасности была твоя дочь. И там ты тоже не справилась.

— Знаю. Я знаю, что ты думаешь обо мне.

— Нет. Ты не представляешь, — сказала Сирена.

И связь прервалась.

48

Убийца

Сирена охнула, проснувшись в своем теле. Она еще лежала на холодном тротуаре. Ее тело ощущалось пустым. Лишенным чувств. Опустошенным физически, духовно и эмоционально.

Она села и увидела, что Дин связывал руки и ноги мужчины. Некоторые лежали замертво. Остальные, видимо, убежали. Но один у них был. Он мог рассказать, кто послал за ними убийц. Может, они разгадают эту тайну.

Если бы это ее волновало так же, как до того, как она пересекла брешь. До того, как Серафина во второй раз разбила все ее стены.

Серафина была консортом.

Она была стратегом Виктора. Его величайшим союзником. Она помогала ему во всем. Но она была наивной. Не подумала, что он зайдет так далеко. Она не предугадала геноцид. Она была дурой. Самой настоящей.

И что это говорило о судьбе Сирены? Как Наследник Света мог одолеть Наследника Тьмы? Как Сирена могла думать, что она была светом, когда все были виноваты в том, что произошло? Она верила, что Дремилоны были плохими. Что она была потомком уважаемой Домины.

Но никто не был полностью хорошим. Никто не был полностью злым. Все было серым. Она должна быть чем — то новым. Чем — то хорошим, чтобы очистить землю. Но она не была такой. Она тоже была серой. В ней была магия крови, она училась быть воином, билась со всем, чтобы сделать мир лучше, чем то, каким его оставила Серафина. Мир получил ее. А она этого не хотела.

— Как ты? — Дин подошел к ней и склонился, чтобы осмотреть.

— Кошмарно.

Он рассмеялся.

— Не удивительно. Идти сможешь?

— Наверное.

— Идем, — он помог ей встать. Она дрожала. Казалось, ноги вот — вот откажут. — Мне тебя понести?

— Я не выдержу унижения, — сказала она. — Я пойду.

Дин взвалил убийцу на плечо, нес его как мешок картошки. Он обвил рукой ее талию и поддерживал, пока они шли по улице. Она ощущала тепло от его прикосновения. Она радовалась этой поддержке… с ней кто — то был после того, что она увидела.

— Миру конец, — пробормотала она.

— Мир уже в аду.

— Да, — согласилась она. — Я должна это исправить.

— Ничто это не исправит.

Сирена сглотнула. Она не хотела признавать правдивость этого заявления.

— Если кто и может, — сказал Дин, — то это ты.

* * *

— Где вы двое были? — осведомилась Хелли. — Фэллон прибыл поздно и один. И он в неадекватном состоянии.

— Это не важно, — Дин бросил убийцу на пол у ее ног.

— Что это?

— Убийца, напавший на нас, — сказала Сирена.

— Надеюсь, у него есть ответы, — сказал Дин.

Хелли вздохнула.

— Я должна выгнать вас из турнира за это. Ты даже не записался, — она указала на Дина и повернулась к Сирене. — А ты позволила Фэллону вернуться одному.

— Но вы не собираетесь, — сказал Дин.

Она фыркнула.

— Не собираюсь. Помогите с телом. Сирена, приведи Лориана.

Сирена замерла.

— Лориана?

— Да, и скорее.

— Уверены, что это лучший вариант в этой ситуации?

— Ты сомневаешься во мне? — спросила Хелли.

— Я не слепо исполняю приказы. Многие подозревают Лориана. А если он отправил убийц? Мы позволим ему говорить с его наемником?

— Это обвинение.

— Это вопрос. Все думают так, но я это озвучиваю. Я не знаю, он ли это. Я видела его удивление, когда он нашел Максона. Разве вы не должны это знать?

— Я уверена в Лориане. Он не связан с этим бредом.

Сирена выгнула бровь.

— Откуда вы знаете?

— Я не должна это тебе объяснять, но, если бы я его подозревала, стала бы я молчать? Я бы сама его остановила.

Они переглянулись. Хелли словно говорила: «Доверься мне», Сирена была потрясена.

— Лориан. Прошу, Сирена.

Сирена кивнула и пошла за ним. Она нашла его в покоях.

— Чего ты хочешь? — сухо спросил он.

— Госпожа Хелли позвала вас. Была еще одна атака. Мы с Дином смогли поймать одного из убийц.

Он молчал. Просто прошел мимо нее в коридор. Она следовала за ним, они спешили к комнате Хелли. Хелли усадила мужчину на стул, и Дин привязал его.

— Это он? — спросил Лориан.

— О, Лориан, хорошо. Я рада, что ты тут. Нам нужен твой опыт, — сказала Хелли. Она повернулась к Дину и Сирене. — Можете идти. Мы выведаем у него все, что сможем.

— Мы должны остаться, — сказала Сирена.

Лориан мрачно на нее посмотрел.

— Свободна.

Хелли взяла ее за руку и увела за дверь.

— Ты не хочешь это увидеть.

— Но…

— Идем, Сирена, — сказал Дин. — Мне нужно выпить.

Она вздохнула.

— Ладно. Вы нам расскажете?

— Когда что — нибудь узнаем, расскажем всем, — сказала Хелли.

Сирена кивнула ей и позволила Дину увести ее. Она все еще не могла прийти в себя, лишь потом поняла, куда он ее привел.

— Что это?

— Моя комната.

— Ты впускаешь меня в свою комнату? — спросила она.

— Тут напитки.

Она сглотнула.

— Ладно.

Он усмехнулся.

— Ты нервничаешь. Этого не было, когда ты лежала под Киврином Аргоном.

Она закатила глаза и прошла в комнату.

— Я не нервничаю, и между мной и Киврином ничего нет. Мы ссорились.

— Если это так выглядит.

— Знаешь, что? Не хочу об этом говорить.

Дин закрыл дверь.

— Ладно.

Она смотрела, как он идет к шкафу. Он открыл его, стало видно алкоголь, содержимое в бутылках было на разном уровне.

— Ого. Ты пристрастился к этому? Что — то новое.

Он открыл бутылку темной жидкости, налил в два стакана и передал один ей.

— Осторожно. Крепкое.

— С каких пор ты пьешь? — спросила она. Сирена робко попробовала напиток и тут же закашлялась. Она пила вино, но это было… нечто иное.

— Я же сказал, что крепкое.

— Да, — она хлопала по груди, пытаясь сморгнуть слезы.

— Я всегда его любил, — сказал он, — Мне нравится, как он обжигает.

Он выпил стакан, не кашлянув. Рисовался.

Огонь от жидкости появился в ее груди, наполнил теплом ее тело. Сирена не понимала до этого, что ей было холодно. Внутри и снаружи. Холодно от слов Серафины. Ото лжи. Ее отправили в этот путь. Она думала, что это было приказано свыше. Что это было давно предсказано. Но ее обманули. Серафина просто пыталась так загладить вину.

Сирена допила напиток и скривилась от жжения. Дин просто налил ей еще.

— Я скучаю по дому, — прошептала она. — Но и не хочу возвращаться.

— Почему ты не хочешь возвращаться? Ты с любовью говоришь о доме.

Она смотрела на ноги, покачиваясь.

— Дом запятнан ложью. За что я вообще борюсь? — он не ответил, и она посмотрела на него. — За что ты борешься?

— Дракон.

— Но зачем? Что ты будешь делать с драконом? Вступишь в Общество? Будешь жить тут как человек с магией, но без племени? Будешь пытаться подстроиться?

— Нет, — он сделал еще глоток. — Я отправлюсь домой.

— Домой? — прошептала она с надеждой.

— Я не помню родину, — признался он. — Есть смутное ощущение… Я знаю, куда меня тянет. Как только я исполню миссию, я смогу туда вернуться. Но, пока я не встретил тебя, я не задавался вопросом. Я не спрашивал себя, почему не могу вспомнить дом.

Сирена вздохнула. Очередное смутное ощущение.

— Как ты сюда попал? Ты не прибыл со своей родины?

— Нет, я прошел в Аландрию через портал.

— Портал? — удивилась она. Сирена не ожидала этого.

— Я был в другом мире — Домаре — годами… Много лет, — признался он. Время в Домаре текло, видимо, по — другому. — Со временем я получил благосклонность богов, и они даровали мне это, — он поднял ладони и показал ей электричество на его пальцах.

— Ты был в мире богов? — прошептала она.

— Так я его звал. Никто не старел. Они просто замирали во времени в какое — то время. Фейри все равно увядают. А это было поразительно и жутко. Но, как только я получил магию, они отправили меня в этот мир через портал.

Во рту Сирены пересохло. Он… побывал в другом мире и заслужил магию. Она слышала, что такое было возможно, от Матильды и Веры, но это была история. Просто история. Она не думала, что это было возможно.

Они всегда говорили, что было три способа получить магию — родиться, украсть или заслужить. Она родилась с магией. Каэл украл свою магией крови. А Дин… заслужил ее от богов.

— Поразительная история.

Он пожал плечами и выпрямился.

— Я должен был сделать это.

— Заслужить магию?

— Мне показали путь. Способ стать больше, чем я был.

— И ты ощущаешь себя больше? Магия сделала тебя целым? — с горечью спросила она. — Я хоть и люблю свои силы, они не дополняют меня. Они приносят проблемы, а не ответы. Они заставляют людей охотиться на меня. Они перевернули мир.

Дин опустошил стакан и поставил его. Глаза его были медовыми, мерцали в свете свеч.

— Я не стал целым с магией. Я не ощущаю себя целым, — он сделал паузу, словно не знал, продолжать ли.

Он шагнул вперед. Он двигался, пока они не стали почти соприкасаться. Сирена ощущала жар его тела, видела изгиб его губ, то, как волосы падали на его лоб. Она знала его форму. И тут, с янтарной жидкостью, горящей в ней, она хотела забыть, что это был не ее Дин.

— Когда я смотрю на тебя, я ощущаю себя целым.

Она с трудом вдохнула.

— В этом нет смысла, — он убрал темные волосы с ее лица, осторожно заправил прядь за ухо. — Я тебя не знаю. Я не могу тебе доверять. Я даже не уверен, нравишься ли ты мне. Но это ощущается правильно. Ты ощущаешься правильно.

Его губы зависли в дюйме от ее.

Она хотела этого. Хотела прильнуть к нему. Броситься в этот омут и забыть обо всем. Забыть о судьбе и турнире, о том, что Дин ее не помнил… и уже не любил.

Ее сердце колотилось от алкоголя и адреналина. Он крепче сжал ее талию, медленно притягивал, пока их тела не столкнулись.

Все притягивалось.

Время замерло.

— Почему я хочу тебя? — выдохнул он в ее губы.

— Потому что в другой жизни ты любил меня.

Слеза покатилась по ее щеке, и вдруг всего стало слишком много.

Это не был ее Дин.

Это была имитация того, что она имела и потеряла.

Еще одно напоминание о ее опасном пути избранной. Ее Дин не спрашивал бы это. Он не задался бы вопросом, почему хотел ее. Он всегда хотел. Даже когда подозревал ее в убийстве и отдал врагу… он любил ее. Он знал, что никого другого не найдет.

Но тут… было неправильно.

— Стой, — прошептала она.

Сердце билось в ее горле. Она подавила всхлип. Сирена хотела утешения, но не ценой ее разума.

— Просто не надо, — она оттолкнула его и выбежала из комнаты, не оглядываясь. Она не знала, что он думал или чувствовал.

Она знала лишь, что ее жизнь была ложью.

Она не желала Дину такого.

49

Империя

Элея

— Куда мы идем? — спросила еще раз Элея, следуя за Каэлом по темным коридорам замка Нит Декус.

— Через минуту увидишь.

Каэл держал перед ними шар огня вместо свечи или факела, и Элея нервничала. Она видела до этого, как он использует магию, но каждый раз ей от этого было все тревожнее. От того, что он делал. Какой властью обладал над замком. От войны, которую он начал.

Ее тело дрожало от ужасов, которые он выпустил. Он стал чудовищем. Она отчаянно хотела увидеть хоть проблески мужчины, каким он был в то судьбоносное утро в саду. Прошел год с их встречи. Высокий, красивый, с темными волосами и потрясающими серо — голубыми глазами. Она пропала тогда. Ее сердце все еще принадлежало ему, но… разумом она не могла отдаться.

Она переживала, что, когда опустит защиту, он узнает, что она делает. Что она работает с Рэей и Фениксом. Передает шпионам информацию, которой Каэл делился только с ней.

Она успокоила его, когда он обнаружил, что Калиана ушла с Алессией. Его ярость была бурей. Он сжег половину королевских покоев, пока она не смогла его остановить. Она еще ощущала жар. Видела в кошмарных снах. Может, потому и шар огня пугал ее.

Каэл открыл тяжелую деревянную дверь перед собой.

— Пришли.

Он бросил шар огня по коридору, зажигая факелы на стене. Элея заглянула внутрь и увидела, что он заканчивался аркой с мерцающей субстанцией в центре.

— Ч — что это? — спросила она, ругая себя за лепет.

— Сюда мы шли, — он вытащил золотую монету и подбросил в воздух. — Готова для первого перехода через портал?

— Портал?

Он хищно улыбнулся.

— Я тебе покажу.

Он взял ее за руку и повел по коридору. Ей не нравилось все это. Элея стиснула зубы, пока они приближались к арке. Она была огромной, могла уместить дом. Элея хотела упереться ногами и сказать Каэлу, что не пойдет. Но она не могла так сделать.

А потом они оказались у арки. Она засияла перед ними. Он прижал ладонь к субстанции, и Элея охнула, когда его рука пропала. Он рассмеялся от ее шока и пошел вперед.

Ее ладонь первой попала в портал. Она ощутила, как ее засасывает. Тело прошло следом, и она с хлопком оказалась на другой стороне.

Она чуть не подавилась, увидев, что они оказались в темной комнате, которую она еще не видела.

— Г — где мы?

— Аурум, — ответил Каэл, озаряя комнату.

— Мы не можем быть в Ауруме. Туда недели пути.

— Обычно — да, Питомец, но не с порталом. Мы оказались тут за секунды. Я покажу.

Элея неуверенно кивнула. Магия. Она прошла сквозь магию и как — то перенеслась в Аурум. Она еще не покидала страну, а теперь оказалась совсем в другой стране за секунды.

Она пошла за Каэлом по замку, который еще не видела. Он был из светло — серого камня, замысловато извивался. Мужчины и женщины, которых они проходили, были наряжены в стиле, который она никогда не видела. Женщины были с тугими корсетами и пышными юбками, расходящимися на полфута по сторонам от их бедер. Волосы были высоко собраны на их головах, как у мужчин, так и у женщин. Коридоры были не такими прохладными, как у нее дома, но весной тут было красиво, как она увидела по садам за окнами.

А потом они вошли в зал, который она узнала бы всюду. Даже в другом замке тронный зал узнавался сразу.

Король Крейгтон сидел на огромном троне, смеясь с группой мужчин, пока его окружали девушки.

— Что это? — осведомился Крейгтон, увидев Каэла и Элею на пороге. — Что за беспокойство? Стража, уведите их.

Каэл поднял руку, и стражи застыли, как столбы. Он шагнул вперед, тьма двигалась за ним плащом. Элея ощущала себя червем, ползущим за ним, готовым быть съеденным птицей.

— Я пришел забрать трон Аурума, — заявил Каэл. — Сдавайся, и я пощажу твою жизнь и жизни твоего народа.

Крейгтон залепетал:

— Принц Каэл…

— Король, — исправил Каэл.

— Вы были в нашем замке из — за гостеприимства вашей сестры, но у вас нет права на трон. Вы немедленно уйдете, или мои стражи вас заставят.

— Наоборот, ты уйдешь, или я убью всех подданных на твоих глазах. Я — король Каэл Дремилон, и сегодня, завоевав твой трон… я стану императором.

Крейгтон рассмеялся, и Элея скривилась. Это был его худший поступок. Крейгтон не успел даже открыть еще раз рот, Каэл взмахнул рукой. Шея Крейгтона сломалась, повернувшись под неестественным углом, и он замолк навеки. Его тело обмякло и упало с трона.

Придворные охнули и затихли.

Каэл усмехнулся.

— Так — то лучше.

Он шагнул вперед сквозь толпу испуганных людей, отбросил ногой тело Крейгтона от трона и сел. Он смотрел на ужас толпы и спокойно сказал:

— Кланяйтесь своему императору.

Толпа испуганно переглядывалась, но глупых не было. Они видели, что он сделал с Крейгтоном, не коснувшись его. Двор опустился в поклонах и реверансах.

— На колени, — прорычал он.

Элея в ужасе смотрела, как они падают, как марионетки. Простирают перед собой руки. Только Элея стояла в тронном зале. Он спокойно улыбался ей. А потом поманил ее. Она прошла к нему и встала рядом с мужчиной, которого любила и ненавидела. Которому сожалела, которого боялась. Который убивал во имя власти. И которого ничто не останавливало.

Во что она ввязалась?

50

Союзники

— Завтра утром последнее испытание турнира драконов, — сказала Хелли. — Знаю, многие из вас переживают из — за нападений, и я это понимаю. Мы поймали напавшего, но он успел убить себя раньше, чем вы могли выяснить информацию. Мы надеемся, что после турнира это прекратится. До этого мы будем следить за всем отсюда.

Сирена нахмурилась, взглянула на Дина и отвела взгляд. Они зря притащили убийцу? И как он смог убить себя, когда он был связан и без сознания? Похоже, они ошиблись.

Она шагнула вперед, словно хотела спросить все это, но Жеронд продолжил говорить, не давая возразить:

— А теперь насчет испытания. Последнее испытание проверит ваш разум. Вы можете взять предмет, который забрали на втором испытании. Вас выпустят в разных местах вокруг гор Верт, и вам нужно пройти испытания, чтобы добраться до конца.

— Ваша цель — делать лучший выбор при каждом препятствии и добраться до вершины горы, — объяснил Лориан. — Очки будут начисляться за ваши решения при каждом препятствии, будут зависеть от вашей скорости. Если вы сможете закончить.

— Это испытание оценивает все, что важно для Общества, — объяснила Хелли. — Мы хотим увидеть, как вы ведете себя в опасности и в беде. Мы хотим увидеть, держите ли вы себя в руках. Чисты ли вы сердцем. Быть членом Общества — не просто быть всадником дракона. Это современный житель, судящий справедливо и сочувствующий другим. Порой слова могут помочь там, где не может меч.

Стало тихо. Первые два испытания были про силу, хитрость, работу в команде и веру в себя. Это было чем — то большим.

— После второго испытания Дин и Уолстон впереди, они начнут на час раньше. Все должны собраться тут завтра на рассвете. До встречи, — Жеронд закончил.

Сирена избегала остальных участников, уходя из столовой. Она не хотела думать об испытании или о том, как убийца смог убить себя, не позволив Хелли и Лориану добыть у него информацию. Она ощущала на себе взгляд Дина. Она держалась подальше от него.

Она держалась в стороне ото всех с нападения. Она знала, что должна была рассказать Матильде и Вере о словах Серафины, но что — то останавливало ее. Она не могла озвучить те слова. И попытки работы с магией духа не обсуждались. Она сказала всем, что не могла работать над силами из — за нападений. Но на самом деле она злилась, была уязвлена и не хотела знать, о чем еще Серафина соврала ей.

Она пропадала в глубине горы, нашла утешение в пещерах возле уровня драконов. Она села в одной из открытых пещер, достала клинок, который получила утром у Кендреда.

Он дрожал от ее прикосновения, приветствуя ее. Идеально. Она еще ничего такого не видела. Металл был серебряным с почти золотым отливом. Красный рубин ярко сиял от магии, которую она влила в него утром. Это было произведение искусства с замысловатой рукоятью, которая подходила мечу. Кендред даже дал ей ножны, чтобы носить на спине. Он думал, что для нее это больше подходило, и он был прав даже в этом. Она хорошо заплатила ему за это.

— Ого, — прошептал кто — то за ней.

Сирена развернулась, клинок засвистел в воздухе, остановился на волосок от рыжей гривы.

— Керриган, — она опустила меч. — Ты застала меня врасплох.

— Я это заметила. Я могу сесть?

— Конечно.

Керриган устроилась рядом с ней и посмотрела на клинок.

— Можно?

Сирена сомневалась лишь миг и отдала его. Керриган покрутила его в воздухе. Она владела мечом лучше Сирены. Даже часы тренировок с оружием, которые она проводила с начала турнира, не помогли ей стать выше среднего. Но тендрилл сопротивлялся магии, и меч идеально ей подходил.

— Чудесный клинок, — сказала Керриган. — Я такого еще не видела.

— Вряд ли другие такие существуют.

— Он поет.

Сирена вскинула брови.

— Ты это ощущаешь?

— Да, — она перевернула его и передала Сирене. — Наверное, из — за того, что я наполовину фейри.

— Как мне его назвать?

Керриган приподняла бровь.

— Клинки сами себя называют. Ты поймешь со временем.

Сирена убрала безымянный клинок в ножны и смотрела на долину внизу.

— Ты думала оставить все это?

— Каждый день.

— А почему не уходишь?

Керриган посмотрела на нее.

— А ты?

— Судьба, — буркнула Сирена.

— У меня нет судьбы, — сказала ей Керриган. — Мне некуда идти. И, даже если бы было, я бы не пошла туда.

— Я порой тоже так себя чувствую.

Керриган повернулась к ней.

— Я не хочу говорить тебе это, но тебе нужно держаться подальше от Киврина.

— Все так говорят.

— О. Хорошо. Избегай его.

— Почему ты была с ним? — спросила Сирена.

Керриган стиснула зубы и отвела взгляд.

— Он — мой отец.

Сирена была потрясена.

— Киврин Аргон из Брионики — твой отец?

— Да, — Керриган поднялась на ноги. — Мне некуда идти. Но доверять ему опасно. Он знает только, как врать и обманывать. Не верь его словам.

Сирена встала и посмотрела в ее глаза. Она кивнула.

— Я тебе верю.

— И еще одно…

— Да?

— Побей их всех завтра. Я ставлю на тебя.

— В прямом или переносном смысле? — спросила Сирена, смеясь.

Керриган подмигнула, вдруг напомнив отца.

— В обоих.

* * *

Сирена лежала на кровати и смотрела в потолок. Она не знала, который был час, но рассвет близился. Она надеялась.

В дверь постучали. Она открылась, не скрипнув петлями. Сирена сжала магию, потянулась к мечу. А потом увидела силуэт Дина в свете из коридора. Он осторожно закрыл дверь и пересек комнату.

Слова застряли в ее горле. Она не знала, что сказать. Как сказать ей уйти.

Он сел на краю ее кровати, и она ощущала себя открыто, хоть лежала в броне из кожи и держала при себе магию. Но он молчал. Он просто прижал ладонь к ее щеке. Прижался лбом к ее лбу.

— Я тебя знаю, — выдохнул он. — Хоть я тебя не помню, я тебя знаю.

Она вдохнула с облегчением. Эти слова убрали напряжение, о котором она и не подозревала.

— Не знаю, что нас ждет утром, но мы сделаем это вместе.

— Я думала, мы не были союзниками, — прошептала она.

— Я могу один, — сказал он. — Но не хочу.

Его губы задели ее губы. С вопросом.

Она тоже так сделала. Это был ее ответ.

* * *

Они прошли по арене.

Последние овации перед испытанием.

Сирена не слушала рев толпы. Она сосредоточилась на ощущении клинка за спиной, ее губы потрескались, в животе трепетало, и она представляла Дина в ее комнате.

Она услышала резкий свисток и свое имя. Сирена посмотрела на ложу, проходя мимо, и увидела улыбающегося Киврина. Он выглядел нахально и роскошно. Она помнила слова Керриган о нем. Сложно было совместить то, каким Керриган описала отца, с тем, каким она его видела за эти недели. Но было ли это так? Был ли Киврин опасным? Он стоял за теми атаками? Он просто сбрасывал вину на Лориана, которого презирал?

Он помахал ей и склонил голову в ее сторону. Она отвернулась, не хотела думать о Киврине. Испытание начиналось.

Она посмотрела туда, где должны быть ее друзья. Матильда и Вера сидели с Микелом и Авокой. Ордэна и Алви там не было. Она не знала, попали ли они в беду. Авока нервничала. Матильда и Вера тревожились. Вера выглядела так, словно совсем не спала. Она покачивалась на месте, и Сирена не знала, будет ли она в порядке.

Она покачала головой и повернулась. Ей нужно было сосредоточиться.

— Поздравляю, чемпионы, с тем, что вы дошли до финального испытания, — сказал из своего ложа Эфриам Плимптон. — Сегодня будет проверен ваш ум. И, чтобы было честно, вам дадут зелье, которое временно лишит вас доступа к магии.

Сирена резко вдохнула. Нет. Она не могла это выдержать. Ей пришлось терпеть это в Элейзии, когда это устроил Дин. Он считал ее тогда угрозой. Но не сейчас. От одной мысли ее тошнило.

И она не была одной. Почти все зрители возмущались.

— Тихо! — крикнул Эфриам. — Последнее испытание не будет простым. Участники, прошу, пройдите на гору для начала. Удачи.

Сирена пошла за Уолстоном, который плохо выглядел. Он относился к этому так же плохо, как и она. Но их с Дином вызвали первыми. Они показали свои предметы, доказали, что больше ничего не взяли. Им дали зелье, и они ушли.

Сирена сглотнула, когда наступила ее очередь.

— Предмет, — сказал Лориан.

Сирена вытащила из — за спины меч. Она протянула его, и лидеры уставились на клинок.

— Мой диск из тендрилла.

Лориан пролепетал:

— Тебе не позволено менять вид предмета.

— В правилах ничего не было.

— Нельзя брать рубин! Он не был частью диска, — заявил Лориан.

Но Хелли просто засмеялась.

— Ты полна сюрпризов.

— Хелли, это нельзя позволять, — сказал Лориан.

— Как она и сказала, это не запрещено. Это все еще чистый тендрилл, просто формат стал удобнее.

— Я не согласен, — сказал Жеронд. — Рубин — не часть диска.

— Нет, но это часть клинка. Если его убрать, тендрилл станет бесполезным.

— Пусть тогда идет с ним, — сказал Жеронд.

— Вы с ума сошли? — спросил Лориан.

— Все решено, Лориан, — сказала Хелли.

Лориан, казалось, хотел схватить меч и вонзить его в грудь Сирены, но отошел. Он злился. Но она не винила его. Она снова обхитрила его.

Она убрала клинок в ножны, приняла у Жеронда зелье. Она скривилась. Она не хотела этого. Глубоко вдохнув, она проглотила меловую субстанцию.

Сначала ничего не было.

А потом она ощутила это.

Словно высушили ее кости. Ее сущность покидала тело. Она ощутила тяжесть, пустоту и оковы. Она подавилась.

— Все хорошо. Дыши. Это пройдет, — сказала Хелли.

Так она ощущала себя до того, как получила магию? Она не помнила себя такой… тяжелой. Такой… пустой.

Но худшее прошло, и она выпрямилась. К ее ужасу, она не ощущала гул клинка за спиной. Это был просто кусок металла.

— Можешь идти, — сообщил Жеронд.

Он открыл дверь, за которой была сияющая арка. Сирена прошла в нее и начала.

51

Третий

Сирена стояла на вершине холма.

Она повернулась, искала то, что укажет, где она была, и куда ей идти. Но там ничего не было. Только холмы и горы вдали. Она даже не знала, была ли там гора, куда ей нужно было. Но у нее было только это.

Выбрав направление, Сирена пошла к горе. Она судила по расположению солнца, что шла на северо — запад. Она думала, что попала на территорию Брионики, но не была уверена. Без карты она была потеряна на чужой земле.

Вряд ли это задание длилось час или два, как предыдущее. Дин и Уолстон отправились на час раньше. Горы были далеко. И без магии ей придется искать еду и воду в старом стиле. Хорошо, что Ордэн учил ее выживанию. Она надеялась, что там не придется спать.

Путь не был тяжелым, но солнце жгло ее открытую кожу. Ее кожаная броня нагрелась, лицо пылало. Ей нужна была вода, и скоро. Она не могла идти так весь день.

Она поднялась на самый высокий холм, прижала ладонь ко лбу, чтобы закрыться от солнца, пытаясь оглядеться. Она видела холмы, но на западе пейзаж немного изменился. Трава была гуще и зеленее. Она надеялась, что вода была близко.

Она оценила расстояние и побежала. Их судили по времени. Стоило ускориться.

Сирена, казалось, бежала часами. Ее ноги коснулись зеленой травы, холмы сменились равниной. Дальше была большая река.

Она чуть не завопила от радости. Побежала туда. Она приближалась, увидела, какой широкой была река, и нахмурилась.

Перехода не было.

Поток был сильным. Река — глубокой. И такую широкую реку она еще не видела.

Она попила воды, наслаждаясь чистотой. Она не могла взять ее с собой, хотела смаковать, пока могла.

Когда она напилась, нужно было принять решение, что делать. Должен быть способ пересечь реку, она должна хотя бы сужаться где — то дальше. Север приблизит ее к горам, она туда и пошла.

Река поднималась по склону, и вскоре Сирена карабкалась, чтобы найти место, где река сужалась. Она задыхалась, когда прибыла. Она уперлась руками в колени и огляделась.

Но река не сужалась, как она думала.

Там была воронка.

Идеальный круг посреди реки, и там была большая статуя. Она подошла к краю берега, чтобы лучше разглядеть статую, и поняла, что там были три нимфы с расправленными плавниками, вода лилась из них ртов.

Она сделала шаг вперед, почти ступила в реку, но услышала плеск. Сирена отпрянула на шаг. В воде что — то было.

— Здравствуй, — сказал голос.

Сирена охнула и отпрянула на шаг. Перед ней была прекрасная морская нимфа. Ее тело было золотым от головы до хвоста, глаза сияли, волосы мерцали. Она выглядела как богиня, красивее статуи.

Сирена взяла себя в руки и опустилась в реверансе.

— Для меня честь видеть вас.

— О, эта мне нравится, — проурчала она, тряхнув хвостом.

— Вы встречали других?

— О, да. Они приходили, желали и уходили. Так всегда.

— Простите мое неведение. Что это за место? — Сирена отметила слово «желала».

— Фонтан, дитя, — сказала нимфа. — Брось монетку в мои глубины и пожелай того, что хочет сердце. И оно твое.

Сирена посмотрела вниз, увидела три монеты у ее ног. Она нахмурилась и посмотрела на нимфу.

— Что угодно?

— Что угодно, — проурчала она.

— Это тот момент, когда нужно быть осторожнее с желаниями, ведь они могут сбыться?

— Брось монетку, и узнаем. Что хочет твое сердце? Что ты хочешь больше всего? Пожелай, и оно сбудется.

Сирена склонилась и взяла монетку. Она была золотой, с телом нимфы. Слова по краям были на языке, который она никогда не видела.

Она хотела уйти, но знала, что это была часть испытания. Нимфа и фонтан желаний точно оказались тут не зря. Они были тут, чтобы проверить ее.

Что ей пожелать? Чего она хотела?

Победить. Слишком просто. Она могла сделать это сама.

Победить в войне дома. Принести мир людям. Остановить рост тьмы. Ради всех людей с магией, чтобы они жили свободно. Мир во всем мире.

Она хотела миллион вещей. Но это было не существенно. Это не удалось бы исправить, бросив в фонтан монету. Она знала, потому что трудилась, чтобы попасть сюда. Она хотела только флягу воды с собой. Но казалось, что просьба станет ловушкой. Она могла найти еще воды. Она прошла прошлые испытания без желаний, которые могли навредить.

— Нет, спасибо, — сказала Сирена.

— Прости, что? — проворковала нимфа.

— Я ничего не желаю.

— Ничего? У тебя есть все, что тебе нужно?

— Нет. Но ни у кого нет всего. Меня устраивает то, что у меня есть.

Морская нимфа моргала большими зелеными глазами.

— Это так?

— Вот, — Сирена протянула монету. — Почему бы тебе не взять мое желание?

— Взять… желание, — с любопытством сказала нимфа. Она звучала удивленно.

— Ты тоже чего — то хочешь.

Нимфа нырнула под воду и всплыла ближе к Сирене. Она опасно улыбнулась.

— Я предпочитаю желания.

— Как хочешь, — сказала Сирена. — Я найду другой переход через реку, но монету оставлю себе.

— Постой, — сказала нимфа. — Я могу перевести тебя через реку, если ты этого хочешь.

— Я не хочу этого. Я могу найти свой путь. Все, чего я хочу, нужно заслужить, — Сирена протянула монету. — Монету за проход?

— Ты другая, — нимфа махнула рукой, прозрачный мост появился над водой. — Я приму твое предложение.

Желудок Сирены мутило, пока она шла по невидимому мосту. Он был прочным под ней, но ей казалось, что он вот — вот провалится. Она подошла к нимфе, кружащей под ней, и бросила ей монету. Та поймала ее и рассмеялась.

— Я бы поспешила, — проурчала она. — Ты не просила безопасный проход.

Сирена оглянулась, увидела, что мост пропадал. Она побежала, ощущая, как воздух под ногами теряет прочность. Она была в паре футов от другой стороны, когда мост растаял. Она успела оттолкнуться и покатилась по траве, чуть не упав в бушующие воды.

Нимфа фыркнула за Сиреной, спешно пятящейся от нее. Она хотела только один трюк от нее. Этого уже было много. Нимфа пропала под водой, звала новых жертв. Заманивала их к своим самым сокровенным желаниям.

Сирена поднялась и отряхнулась. Она знала, что ей повезло. Она не ждала, что все пройдет хорошо. Она думала, что упадет в воду, и ей придется плыть. Она не была уверена в этом фальшивом ощущении безопасности.

Она потянулась к магии, вздохнула и вспомнила, что у нее нет к ней доступа. Ни капли. Безопасности не было. Она была беззащитна.

Но не остановилась.

Не могла.

Она зашла слишком далеко.

С новыми силами Сирена пошла к горам вдали. Она прошла не больше дюжины футов, когда врезалась в барьер и упала на попу.

— Что за… — буркнула она.

Она даже не ощущала магию. Фу. Она ненавидела это.

Она прижала ладонь к барьеру. Он был плотным. Обойти не удавалось. Она не могла так пройти к горам. Ее сердце сжалось. Она знала, что должна была попасть на вершину горы. Но это не помогало.

Она держала себя в руках, вела пальцами по барьеру, пока двигалась на север. Еще десять шагов, и барьер резко оборвался.

— Победа, — закричала она и прошла мимо барьера.

Но он не пропал. Он просто окружил ее. Он стал волшебным коридором, ведущим к одному месту — темному туннелю, спускающемуся в землю.

Сирена сглотнула.

Этого не могло быть.

Должен быть другой путь к горе. Поход под землей не имел смысла. Как она могла из подземелья попасть на вершину горы? Она стала пятиться из коридора, но врезалась в плотный воздух. Выхода не было.

Или стоять в волшебном коридоре, или идти вниз.

Она взяла себя в руки и приняла решение. С тяжелым сердцем Сирена шагнула к туннелю. Она прошла во тьму и пропала.

52

Тьма

Сирена едва успела закричать, появилась в другом месте.

Попав в туннель, она словно пропала… и возникла снова. Словно она попала не в эту часть мира. Это было царство внутри мира. И она не знала, успокаивало ли ее это.

Еще шаг, и ее тошнило минуту. Ей пришлось схватиться за стену, чтобы не упасть. Она не знала, что это было, но было неприятно.

Она смотрела на стену, которой касалась. Темная и плоская. Но не из земли. То, что ее ждало в этом темном аду, было разумным.

Хоть она хотела стоять на месте, она шагнула вперед. Мир снова стал устойчивым. Хоть у Сирены осталось непонятное ощущение. Она бы все поняла, скорее всего, будь с ней магия. Но она не могла желать того, что у нее не было. Она сказала, что должна была заслужить это. Может, это был ее шанс заслужить магию, как Дин заслужил свою.

Коридор был пустым и тусклым, и она не видела, что дальше нескольких шагов от нее. Но слышала шум веселья. Ей было не по себе, но идти было больше некуда.

Коридор привел ее в большой бальный зал со стеклянным куполом. Лиловый свет падал сверху, окутывая все зловещим сиянием. Комната была полна фейри, но таких она не видела. Обычные фейри были красивыми, изящными. Они хоть и старели, сохраняли дух юности и грацию. Но эти фейри были не просто красивыми, они так потрясали красотой, что было тяжело смотреть, словно их красота была острым оружием.

Они ходили по комнате в нарядах черных, темно — лиловых и зеленых, темных, как мрачные грани изумруда, красных, как кровь, и полуночно — синих цветов. Камни украшали шеи, кольца и корсеты. Они жадно блестели на всех предметах. Комнату наполняли жестокость и смерть.

Это место было неправильным.

Совсем не правильным.

— Приветствую, Сирена. Мы тебя ждали, — сказала женщина рядом с ней.

Сирена вздрогнула. Она не заметила женщину с черной тиарой с бриллиантами на голове. Сирена с удивлением поняла, что уже не была в коже. Она была в кроваво — красном платье, как на последней вечеринке Киврина.

— Да? — растерянно спросила она.

— Без тебя невесело, — она щелкнула пальцами, слуга в черном костюме принес десяток стаканов с шипящей жидкостью.

— Хотите выпить? — спросил слуга.

— Эм… нет, спасибо.

Она не помнила, как сюда попала, и что тут делала. Почему она была в этом платье? Кем была эта женщина?

Женщина не задавалась этими вопросами. Она передала Сирене бокал с жидкостью и потянула ее за локоть в комнату.

— Идем. Кое — кто просто не может дождаться, чтобы встретиться с тобой.

Сирена послушно пошла за женщиной. Она пересекала зал, скользнула взглядом по левой стороне и чуть не споткнулась. Она не заметила до этого, но тут были люди. Такие, как она. Пили, танцевали, не могли сдержаться. Их ноги кровоточили. Их тела были истощены. Их улыбки были будто нарисованы на лицах, но дикие глаза все говорили.

— Создательница! — охнула она.

— Что такое, милая? — спросила женщина.

— Те люди! — но она оглянулась… и там никого не было. Ни души. Только праздные фейри в нарядах.

— Ты кого — то узнала?

Сирена растерялась.

— Нет, наверное.

Они шли, пока не добрались до мужчины, стоящего спиной к ним. От его вида по ее спине пробежал холодок. Что — то в нем было. Даже со спины она знала, что должна его бояться.

— Мы тут, дорогой, — сказала женщина.

И он обернулся. Сирена думала, что ее стошнит, что она закричит, или что ее глаза сгорят. Может, что она зарыдает при виде него. Никто или ничто из живых… или в этом мире не могло сравниться с ним. С черными волосами и чарующими фиолетовыми глазами. С впадинами щек и острыми, как бритва, скулами. Идеальные губы явно умели произносить гадости и соблазнять. Она не могла описать словами всю силу красоты, которую видела. Все его величие.

— Ты смогла, — его голос был песней. — А я думал, ты к нам не присоединишься.

— Я опоздала? — тихо спросила Сирена.

— Ты вовремя, — он протянул руку. — Идем?

Сирена смотрела на его протянутую руку. Она повернула голову, чтобы прогнать гул в ушах. И увидела ряд клеток у стен. Там были люди в разной одежде. Некоторые плакали, некоторые просили еды и воды, другие жутко занимались сексом. Она резко вдохнула и отвернулась.

Мужчина перед ней прищурил свои красивые глаза.

— Что — то не так?

— Просто… — она посмотрела еще раз и ничего не увидела. Но… это было там. — Я не знаю ваше имя.

— Сирена, конечно, знаешь, — он улыбнулся. — Принц Фордхэм, наследник Дома Теней.

— Фордхэм, — прошептала она, пытаясь узнать имя. Но она явно его никогда раньше не слышала. И не знала о Доме Теней. — Я… вас не знаю.

— Думаю, знаешь. Ты будто всегда меня знала.

— Разве? — она пыталась отогнать паутину. Он был поразительным, и в нем было темное притяжение, которое она не могла стереть. Он кого — то напоминал ей.

Фордхэм нахмурился.

— Выпей еще. И все будет в порядке.

«Выпей. Выпей еще».

Что — то звенело в ушах от этого. Напиток был в ее руке. Тут. Прямо. Здесь.

Но нет. Она не могла его выпить.

Пунш фейри.

Она знала, что он сделал с Фэллоном в ту ночь. Фэллон из турнира. Турнир. Она же была участницей. Как долго она тут? Ей нужно было выйти. Нужно было отыскать гору.

Ее голова прояснилась, и она посмотрела на красивого принца Фордхэма.

— Я не буду это пить.

Она шагнула вперед и опустила бокал. Он следовал за ней с пугающим напряжением.

— Идем со мной, Сирена, — он снова протянул руку.

— Зачем я здесь?

— Чтобы быть со мной, — он шагнул вперед, обвил ее тело руками. Он словно пытался утешить ее. — Ты хочешь остаться со мной, Сирена.

Она покачала головой, отгоняя паутину.

— Я хочу победить в турнире дракона.

Он рассмеялся.

— Он давно закончился. Ты решила остаться со мной.

— Закончился? — растерялась она. — Как он мог закончиться?

— Годы назад.

— Нет, — сказала она. — Это не так.

— Сирена, все хорошо? — его тревога задела ее тело. Его палец скользнул по ее плечу. — Останься. Останься со мной.

Она закрыла глаза и пыталась вспомнить, что случилось. Турнир не мог пройти годы назад. Это было невозможно. Она потянулась к магии и вспомнила, что ее не было. Она ощущала пустоту. Словно одно прикосновение Фордхэма притягивало ее к нему. Словно ее разум был палитрой, и он орудовал там кистью. Словно, если она сдастся ему, ее больше не будет.

— Останься, — промурлыкал он ей на ухо. Так близко.

Когда он подобрался так близко?

— Не могу…

Его ладонь коснулась ее талии, и она ощущала, как его пальцы впиваются в ее кожу. Нет. Это было неправильно. Неправильные руки. Не те пальцы. Не этого она хотела.

Она посмотрела наверху и снова ясно увидела. Клетки, люди, смерть, безумие, Дин…

— Дин, — охнула она.

Он поднял голову, и она увидела, как его взгляд стал сосредоточенным. Это было правильно. Это она хотела. Не это странное место, холодные руки и чужого принца.

Она со скоростью, о которой забывала возле принца Фордхэма, потянулась за спину и вытащила меч из тендрилла. Она взмахнула им, клинок замер у шеи Фордхэма. Он улыбнулся даже шире.

— Так — так, у нее есть свой разум. Я впечатлен.

— Ты освободишь меня и покажешь, как отсюда уйти.

— Ты уже знаешь выход. Просто не стала его выбирать, — сказал он.

Она хмуро посмотрела на него. Она не хотела больше обманов или иллюзий. Она хотела убраться отсюда, пока не попалась снова.

Вздохнув, она потянулась к соте в рубине. Она не знала, сможет ли использовать магию без доступа к своей силе. Но она надеялась, что никто из Общества не ожидал, что она пронесет магию на испытание.

Магия легко пришла к ней. Небольшая доза, но этого хватило, чтобы разбить видение темного двора. Показать ей садистское веселье и жестокость фейри, живущих в туннелях. В мире, который не был ее миром.

Она толкнула через клинок магию к телу принца.

Его глаза расширились от потрясения.

— Как?

— У меня тоже есть пара козырей, принцик.

Он зарычал от прозвища.

— Дом Теней это запомнит.

— Хорошо, — рявкнула она. — Теперь скажи, как выйти.

Он кивнул на дверь в другом конце комнаты. Теперь она ясно видела и понимала, что дверь всегда была там. Просто ждала, чтобы она открыла ее и ушла.

— Держись от меня подальше, — прошипела она.

— С удовольствием.

Она отпрянула на пару шагов и повернулась к Дину, еще стоящему там в плену женщины — фейри. Она уничтожила иллюзию магией. Он моргнул дважды и опомнился.

— Нужно идти. Бежим! — закричала она на него.

Ему не нужно было повторять. Он сбил фейри, с которой говорил, и побежал к двери. Сирена следовала за ним. Она взглянула на клетки, ударила клинком по замкам, разбивая их.

Оставшиеся фейри тут же повернулись к ней.

— Бегите! — закричала Сирена людям в клетках.

Те, кто еще мог ее понимать, побежали за Дином, который держал дверь открытой. Сирена послала волну магии к оставшимся людям. Некоторые выбрались из клеток, тощие и голодные. Но не все пошли за ними. Не все хотели оставлять этих темных и извращенных фейри. Некоторых она забрала, и это уже ее радовало. Некоторые — лучше, чем ничего.

Она прошла за последним человеком к двери, отгоняя толпу фейри, которые не были рады тому, что их игрушки уходили. Она посмотрела на Фордхэма. Он мрачно смотрел на нее. А потом уголки его губ приподнялись, он хлопнул дважды, словно поздравлял ее. Она тряхнула головой, не понимая его. Не понимая их.

Она миновала дверь.

Оставила Дом Теней позади.

И обнаружила на пути другой ужас.

53

Гора

— Дин, осторожно! — завизжала Сирена.

Великан с полтора роста Сирены с огромными руками и ногами шел к ним. Он взмахнул дубинкой. Сирена упала на живот на твердую землю.

Твердая земля. Не холмы и не двор темных фейри. Твердая земля горы. И за чудовищем было нужное ей место.

— Сирена, меч, — закричал Дин.

— И как он поможет? — осведомилась она, откатываясь от дубинки.

Существо было будто вырезано из камней горы.

— Это каменный великан. Я думал, их уже нет, — крикнул он, великан приближался к ним.

— Как их остановить?

— Они не такие и умные. Может, если его перехитрить…

Великан ударил Дина краем дубинки, и он отлетел. Когда он рухнул в паре футов в стороне, воздух вылетел из его легких, и он закашлялся. И стал ругаться сильнее.

Сирена вытащила меч, и это привлекло внимание великана.

— Блес — тит, — буркнул великан и потянулся к ее мечу.

— Да. Блестит. Иди и возьми красивый меч, — она пятилась от великана. — Дин, нужна идея.

— Да. Я думаю. Дай минуту.

— Мы просто хотим пройти, — Сирена пыталась развить мысль. — Нам не нужны твои камни, и мы не хотели тебя беспокоить. Прости, что столкнулись с тобой.

Дубинка пролетела над ее головой.

— Это было грубо, — проворчала она.

— С ними не договориться, — заявил Дин.

— Тогда помогай. Мне не нравится играть в наживку.

— Эй, каменный великан! — закричал Дин. Он замахал руками над головой, медленно переманивая чудище на свою сторону.

Сирена потянулась к соте в мече. Магия заканчивалась после того, что она потратила в Доме Теней. Но немного еще оставалось. Она надеялась, что больше ей сила не понадобится.

Она использовала меч как продолжение своих сил и бросилась на великана. Она ударила его по лодыжке, тендрилл пробил камень до чернильной крови. Великан взревел, но ее магия заморозила его на месте.

— Дин, беги!

— Удерживай его, — сказал он вместо этого.

Он бросил бутылку. Она взорвалась перед лицом великана, покрыла его бурлящей лиловой жидкостью. Великан пошатнулся, пытался убрать зелье с лица. Он отклонился и упал, как дерево, сотрясая горы.

— Ого, — прошептала она. — Что это было?

— Мой предмет, — сказал он. — И они дали ему всего два очка.

Она рассмеялась, невольно бросилась в его объятия. Он крепко обнял ее и поцеловал в макушку.

— Нужно идти, — сказал он.

— Да.

Но они не двигались еще пару секунд.

— Где все люди, которых я спасла? — спросила Сирена, когда отошла.

Он огляделся, словно только понял, что их там не было.

— Без понятия. Будто пропали.

Сирена вздохнула и надеялась, что они выбрались и не попадут больше в Дом Теней. Она повернулась к горе и удивилась, увидев ступени.

— Это знак, — сказала она.

Он вскинул брови.

— Слишком просто.

— Неужели?

— Дамы вперед? — пошутил он.

Она оттолкнула его в сторону и сделала первый шаг. Она радовалась, что уже не была одна. С ней еще не случалось такого, как в Доме Теней. Она словно увидела, каким станет мир, если она перестанет бороться и позволит тьме победить. Она не могла принять такую реакцию.

Путь был узким, они шли друг за другом зигзагом по горе. Она поняла, что была в Доме Теней какое — то время. Хоть казалось, что прошли минуты. Солнце опускалось к горизонту.

Они прошли треть длинной лестницы, когда Сирена заговорила:

— Что ты там видел?

— Сначала… просто бал.

— Я тоже.

— А потом ты назвала мое имя, — сказал он. — И я словно вынырнул из воды. Ты была там, и я видел мир, каким он был. Хоть женщина передо мной пыталась меня переубедить, я знал, что что — то не так.

— Мне казалось все время, что я должна делать что — то другое. Иллюзия не имела смысла. Я не знаю, дело ли это в магии во мне, но я не хотела существовать в этой реальности.

— Я понимаю, — согласился он.

Стало тихо. Молчание было простым после того, что они пережили вместе.

Они были почти на вершине, когда она ощутила перемену ветра. На высоте это не было важно. Но она остановилась.

— Чувствуешь? — спросила она, оглянувшись на Дина.

— Что?

Она покачала головой. Она не знала. Может, ничего и не было.

Она повернулась, решив, что ошиблась.

А потом дубинка ударила ее по виску. С криком она рухнула на ступеньки. Если бы не Дин за ней, она пролетела бы по лестнице насмерть. Но он смог поймать ее и остановить падение.

Ее голова гудела. Она прижала к ней руку, обнаружила кровь. Она застонала.

— Что это было?

— Останься здесь, — прошептал он.

Он взял ее клинок из ножен на спине и пошел вперед. Его стойка была идеальной. Капитан в нем проступал, даже если он не помнил этого. У него не было тех сил, но он был крепким, как и раньше.

Все расплывалось перед глазами Сирены. Ей нужно было как — то остановить потерю крови. Ей нужно было встать и помочь Дину. Но она не могла. Она едва могла сесть.

Ей нужно было ее исцеление, но эти силы оставили ее. У Дина был ее меч… и пустая сота, которая исцелила бы ее, если бы Сирена не использовала весь запас энергии. Она снова была просто человеком. Просто Сиреной.

— Ты! — закричал Дин.

Сирена встала на ноги, скрипнув зубами от боли, и поднялась на пару ступеней.

— Сватава? — охнула она.

Мечом из тендрилла Дин разрезал дубинку из камня, летящую к нему. Она охнула от удивления, потянулась к камню, чтобы защититься.

— Зачем ты это делаешь? Не понимаю. Там три дракона. Мы можем пройти дальше и забрать их, — сказала ей Сирена.

— Думаешь, дело в драконе? — осведомилась Сватава. — Дело не было в драконе.

— Я не…

— Дело в справедливости для моего народа. Нужно исправить ошибки Общества. Избавить Аландрию от этого кошмара раз и навсегда.

— Не понимаю, — сказал Дин. — Как это связано с попыткой убить нас?

— Вы — необходимое зло. Если я убью вас и Фэллона, откроются настоящие преступники. Но вы всегда вместе или убегаете. А потом тот идиот сбил Алуру с дракона, и я знала, что смогу подобраться к Максону.

Сирена охнула.

— Ты… убила Максона?

— Того борова? Он сам все упростил.

— Но… зачем?

— Общество — зло, — рявкнула она, дико озираясь. — Они устарели. Они не приносят мир. Не помогают правосудию. Они только усиливают существование двенадцати племен и считают остальных ниже. Они ненавидят мой народ, потому что мы решили покинуть Эреву ради чего — то большего. А потом они решили своими драконами подчинить нас. Мы не собираемся слушаться. Мы хотим революцию. Мы хотим покончить с Обществом.

Сирена потрясенно смотрела на нее. Сватава была фанатиком. Безумной убийцей, которой было плевать, что делать, только бы получить результат. Она рисовала себя как героиню, спасителя. Но она не была такой. Она была террористкой.

— И ты думала, что наше убийство заставит Общество подозревать Лориана, — Сирена вспомнила, что Сватава первой указала на Лориана после смерти Максона.

— Конечно. Он гадкий, как и все они. И он играет в фаворитов со своей дочерью, — Сватава пожала плечами. — Он должен был осужден, как они судят нас. Они не трогают своих.

— Так ты хотела пробраться внутрь, — сказал Дин.

— Удивлена, что никто не понял раньше, — сказала Сватава. — Но вы мне нравились… хоть вы и люди. Мне жаль.

Она схватила цепочку на шее и потянула за амулет. Дин бросился к Сватаве, ударяя ей по лодыжкам. Сила амулета отлетела в сторону. Чары, которые она использовала, пробили гору, разгромили лестницу. Сирена услышала грохот, подняла голову. К ним катились камни.

— Оползень! — закричала она.

Сватава и Дин бились, чтобы остаться на земле. Она кричала и проклинала его. Он нашел клинок и сжал его пальцами. Но она ударила его коленом в пах, и он откатился с болью. Сватава поднялась на ноги. Ее глаза расширились от ужаса, камни летели к ним.

Сирена видела, когда Сватава поняла, что проиграла. Она пятилась.

— Вы все провалитесь, — закричала Сватава.

Ее ноги заскользили на камне. Утес обвалился под ее ногами. Сватава закричала, пропала из виду. Сирена бросилась вперед, потянулась к Сватаве, чтобы схватить ее за руку и вытащить.

Но было поздно.

Сватава пропала.

54

Предпоследний

— Ты в порядке? — Дин протянул руку, помогая Сирене встать.

— Бывало и лучше.

Ее голова кружилась, казалось, она вот — вот упадет. Их ждала еще дюжина ступенек. Нужно было закончить испытание.

— Мы пойдем вместе.

— Мы не можем. По ширине пройдет только кто — то один.

Дин нахмурился.

— Ладно. Иди первой, а я прослежу, чтобы ты не упала. Мы можем идти медленно.

— Уверен? Не хочешь взбежать на вершину горы?

— Я сказал, что мы сделаем это вместе. Так что сделаем вместе.

Она кивнула и сделала шаг. То, что Дин шел сзади, подбадривало ее. И подъем был тяжелым. Чем дальше она поднималась, тем опаснее становился путь. Ей оставалось еще несколько ступенек, и они были сложнее всего.

Она поднялась на последнюю ступеньку, прошла по платформе к вершине горы. Она дышала с хрипом, звезды плясали перед глазами. Ей нужно было взять в руки.

Дин добрался до площадки, и его лицо появилось перед ней, и их было шесть.

— Привет, — пробормотала она.

— Нам нужно пройти в пещеру. Мы пройдем внутрь и победим, — сказал он. — Ты сможешь.

— Я… не могу идти, — она прижала руки к голове. — Сватава…

— Знаю. Она тебя ударила. Ладно. Я тебя понесу.

— Нет, — она застонала, в глаза словно впивались кинжалы.

Дин ее не слушал. Он схватил ее за руку, закинул себе на спину и поднял ее на свое плечо. Она закричала, когда кровь прилила к уже пострадавшей голове.

— Я быстро.

Слезы выступили на ее глазах, все расплылось перед глазами. Виски пульсировали. Ее могло стошнить. Но она должна была вытерпеть. Она не могла сдаться, иначе все было напрасно.

Дин сделал три шага, и они миновали еще один барьер. Сирена охнула. Ее сердце колотилось. Она сжала кулаки. Моргнула.

Все пропало.

Она моргнула снова. Она стояла одна.

Ее ладонь коснулась головы, но раны не было. Она была в порядке. Казалось, барьер убрал всю боль. Лишил ее всего. Она уже не была в кожаной броне, на ней было платье с ее Представления. В красном и длинном. Она думала, что платье было рискованным. Смелым. Она хотела произвести впечатление.

Какой юной и наивной она была.

Она проверила клинок за собой. Она была уверена, что это иллюзия, как в Доме Теней. Но ее ладонь задела воздух и ничего не ощутила. Меча не было. У нее не было защиты.

Вздохнув, она шагнула вперед, большие двойные двери появились перед ней. Она знала эту дверь. Это был вход в замок Нит Декус. Она стояла внутри. Куда бы сон ее не привел, он хотел, чтобы она вышла.

Она открыла тяжелую дверь и вышла к своей родине. От увиденного ее тошнило. Она хотела уйти из этого кошмара и не вернуться.

Бьерн горел.

Ее родина пылала. Была в огне, дыме и пепле.

Лестница в сад была в крови. Она ощущала запах ржавчины на ветру, ей хотелось потянуть оттуда магию. Ощутить ее своими костями.

Внизу лестницы был Каэл Дремилон.

Он был в роскошном зелено — золотом наряде Дремилона. С тенью улыбки на губах. Его серо — голубые глаза восторженно смотрели на нее. Он протянул руку, чтобы помочь ей спуститься.

— Любимая, — сказал он.

Она сглотнула.

— Что происходит?

— Наша работа подошла к завершению. Я твой, а ты — моя, и мир на коленях у наших ног.

— Это… я этого не хотела.

Он нахмурился и сжал ее запястье.

— Идем, Сирена. Пить кровь врагов. Ощущать силу в наших венах. Купаться в ней.

Она покачала головой. Но она не могла остановиться. Этого было слишком много.

Это окружало ее.

Повелевало ею.

Использовало ее волю против нее.

Это наполняло ее все больше. Слишком много. Сила была роскошной, несомненной. Она не могла насытиться. Внутри нее был голод, и она наконец — то ела, не могла остановиться.

Она знала, что это значило.

Она проиграла.

Она сдалась магии крови.

Сдалась этому сладкому соблазнительному зову.

Она не могла больше сопротивляться. Она сделала так раз, и это было чудом. Только чтобы помощь друзей и Древних из Фэна увела ее от края. Только она смогла это сделать. И снова сдавалась. Становилась тем, чем никогда не хотела, и не могла остановиться.

Каэл поцеловал ее ладонь.

— Ты чудесна.

Слезы катились красным по ее щекам.

Она горела от энергии так ярко, что думала, что взорвется изнутри. Ничто больше не будет правильным.

Он притянул ее к себе, целовал следы крови. Их энергия сливалась, усиливалась. Она ощущала это как — то раз. Вкус того, что их объединенная сила могла сделать с миром. Теперь она видела это своими глазами. Смерть и разрушения. Огромная сила.

— Посмотрим, какой мир мы создадим на пепле наших врагов.

Они двигались вместе. Сирена едва управляла телом, пока спускалась по лестнице и шла по саду. Она миновала трупы. Узнавала некоторые лица, другие — нет. Она видела леди Которн, так и не отплатила ей за услугу, а теперь ее труп лежал на земле.

Рыжие волосы Рэи разметались за ней. Она задыхалась. Ее пальцы впивались в землю. Каэл пронзил ее грудь огненным мечом, и она затихла. Умерла. Ее давняя подруга умерла.

Они продолжали путь.

Вход был открытым. Копья торчали из земли наконечниками вверх, предупреждая о том, что ждало предателей. Обещая, что конец ждет всех, кто против них.

Алви, Ордэн и Микел были там. Их глаза были открыты от шока. Лица обвисли и гнили от того, как долго они там пробыли.

Сирена сглотнула от ужаса. Она хотела кричать. Кричать, рыдать и бороться. Она хотела что — то сделать. Но была связана с Каэлом. Вместе они были сильнее, чем порознь… и она ощущала, словно… все в ней принадлежало ему.

Они миновали копья, оставив ее друзей там, не оглянувшись. Они прошли на воздвигнутый эшафот. Она помнила, как Дофина упала там. Как ее ноги раскачивались. Как сломалась ее шея. Как она умерла на глазах у Сирены. Гнев, который она ощутила, из — за безумного поступка Эдрика. Боль от потери того, кого она считала примером, хоть Дофина и хотела обвинить ее из — за ее магии.

Но на месте Дофины стояли Авока, Матильда и Вера.

— Нет, — выдавила она с трудом.

— Предатели, — крикнул Каэл. — Что скажете в свое оправдание?

Сирена потянулась к связи с Авокой. Ничего. Связи не было. Она была связана только с Каэлом.

— Ты заплатишь за свои грехи, — рявкнула Авока. Ее глаза пылали.

— Ты возомнил себя высшей силой в этой вселенной, — сказала Вера.

— Ты поймешь, что ошибался, — добавила Матильда.

Он улыбнулся Сирене, солнце озаряло его лицо. Он погладил ее по волосам.

— Что скажешь, любимая? Сделаем это быстро?

Она хотела ответить, но Каэл опустил большой палец, и все трое упали.

Она закричала. Но звука не было. Ее беззвучные крики слышно было только в голове. Каэл смеялся. Он словно ощущал ее боль, и его это очаровывало.

Он обхватил ее голову руками.

— Ты знаешь, зачем мы это делаем. Мы создаем новый мир. Уничтожаем то, что было, чтобы из пепла появилось то, что лучше. Мы не можем сделать это, пока перед нами прошлое.

— Прошу, не делай этого.

— Это делаю не я, — он повел ее вперед. — А ты.

Дин стоял на эшафоте. Он посмотрел в ее глаза. Он открыл рот, и Каэл щелкнул пальцами. Его губы оказались зашитыми.

Каэл потянул ее вперед. Нет, она не могла смотреть. Не могла этого допустить. Не Дин. Не ее друзья. Не все они. Этого она не хотела. Не так должно было сработать пророчество. Она должна была одолеть зло, а не стать злом.

Ее ноги были на досках перед Дином. В руке был клинок. Каэл потянул Дина за волосы, открывая его горло.

— Сделай это, — рявкнул он. — Покончи с этим.

Она смотрела на Дина. Ее рука двигалась к нему. Она собиралась убить его. Она делала это. Она не могла управлять собой.

Она проиграла.

Зло победило.

Ее друзья были мертвы.

Ее сердце было разбито.

Она не смогла никого спасти.

Она сделала выпад.

Меч вонзился в грудь Каэла.

Тендрилл сиял в ее ладони, мерцал магией, которая кипела в ней. Он пронзил Каэла. Кровь потекла из его рта.

— Почему? — выдавил он.

— Мне жаль, — слезы лились по ее лицу. — Я и не этого хотела.

Он упал замертво, и Сирена упала на колени. Она раскачивалась. Туда — сюда. Так не могло закончиться. Нет. Она этого не допустит. Она всех спасет. Она могла.

— Сирена.

Она посмотрела на Дина, стоящего на коленях перед ней.

— Прости. Я не смогла всех спасти.

— Ты спасла меня.

Она заплакала сильнее, представляя жизнь без друзей. Жизнь в таком мире. Это разбивало ее сердце. Это было хуже кошмара.

Она вытащила меч из груди Каэла и с дрожью поднялась на ноги. Она знала, что должна была сделать.

— Я — угроза. У меня магия крови, — она перевернула меч и протянула Дину. — Тебе придется убить меня, чтобы защитить мир.

— Сирена… я не могу.

— Делай это! — закричала она. — Я убью всех. Я все разрушу.

— Прошу, — слезы наполнили его глаза.

— Только так получится, — она коснулась его лица. — Все хорошо. Я здесь, — она закрыла глаза и раскинула руки. — Сейчас.

Она ощущала клинок. Как он пронзил ее сердце. Как она выдохнула в последний раз, закончив жертвой. Она улыбнулась. Она хотя бы больше не будет убивать.

55

Выбор

Сирена охнула, ее легкие наполнил воздух.

Она сразу поняла, что ощущала гул своего меча. Она потянулась к магии и обрадовалась, когда та ответила. Но это не объясняло то, где она была, или то, что произошло.

Она лежала на спине в ярко озаренной комнате. Она перевернулась и медленно встала на ноги. Комната была украшенной узорами, там были алтарь и пруд. Сюда уместились три дракона, глядящие на нее.

— Что… происходит? — спросила Сирена.

Она склонила голову и поняла, что с каждым драконом был благословленный драконами. И Керриган там была. Она кивнула Сирене.

— Ты прошла испытание, — сказала Алура.

Сирена медленно повернулась и увидела, что тут было только двое.

— Ты тоже.

— Ясное дело, — сказала Алура.

— Чего мы ждем?

— Еще участника, — сказала Алура. — Я была тут часами. Они могли хотя бы принести еды.

— Они не говорили, что мы получим дракона, когда победим, — сказала Сирена. — Я думала, они подсчитают очки.

— Очки уже не важны.

Сирена не знала, почему, он ощутила облегчение. Она не могла представить, как добралась бы сюда, но ждала бы оценки. Она так много пережила. Ее ладони все еще дрожали от последнего, чем бы это ни было.

— Ты знаешь, чем была последняя проверка? — спросила Сирена.

— Спроси у благословленных. Ты мне надоела, — Алура повернулась и отошла от Сирены.

Она вздохнула и повернулась к Керриган.

— Ты знаешь о препятствиях?

— Да. Морская нимфа проверяла чистоту твоего сердца. Темный двор — или, как они себя зовут, Дом Теней, — Керриган сморщила нос, — проверяли сдержанность и контроль. Иллюзия фейри — проверка страхом.

— То была иллюзия? Ощущалось как настоящее.

— Магия фейри умеет искажать реальность и влиять на разум. Она вытянула из тебя самый темный страх и заставила пережить его. Мы хотели увидеть, смогут ли участники преодолеть страхи. Вознестись выше.

Она чуть не задохнулась. Это была пустая победа. Ее величайшие страхи — смерть всех ее друзей, победа магии крови и проигрыш в бою с тьмой. Это было ужасно, как она и представляла.

Не важно, что она пережила их, она не могла забыть вкус магии крови, поющей в ее венах. Или лица мертвых друзей. Или боль от клинка в груди.

— Ты прошла, — быстро добавила Керриган. — Ты будешь жить.

— Отлично.

— Это не утешение, но… ты справилась лучше всех, кого я видела, — прошептала Керриган. — Тебе пришлось столкнуться с Фордхэмом. Он… ужасный. Я еще не видела, чтобы Дом Теней на ком — то использовал темного принца.

— Ты права. Это не кажется утешением.

Сирена отошла от Керриган, и тело Дина появилось в двух футах от места, где проснулась Сирена. Он был на колене. Перед ним были его ладони, словно он молился или делал предложение. На его лице отражался страх.

— Да вы издеваетесь, — проворчала Алура.

Дин открыл глаза и огляделся с тем же смятением, которое ощущала Сирена.

— Что это?

— Поздравляю, — сказала Керриган. — Ты — третий участник, завершивший испытание. У нас есть три победителя, и мы закроем портал, — она кивнула красивому светловолосому ребенку, и он побежал к стене. — Пройдите, пожалуйста, вперед, и мы начнем.

Дин все еще был растерян, но шагнул к Сирене и Алуре.

— Я позже все расскажу, — убедила его Сирена.

Он кивнул, словно этого хватало. Он смотрел на нее и словно видел призрака. Он едва мог оторвать от нее взгляд.

— Последний этап турнира не для участников, а для драконов, — сказала блондинка.

— Выбор дракона, — закончила Керриган.

Последним из благословленных был синеволосый юноша, который был на вид старше остальных.

— Дракон не полноценен без идеальной пары — всадника. Мы пытались состязанием отобрать лучших. Подготовить вас к жизни в Обществе и работе с драконом. Но выбирать им, достойны ли вы.

Сирена посмотрела по сторонам. Они сделали все это, а дракон мог не выбрать их.

— Мы начнем с Джемины, — сказала девочка.

Дракон шагнула вперед. Ее металлическая чешуя сияла от движений. Она была восхитительной. Величавой и умной. Ее золотые глаза прищурились, пока она смотрела на троих участников.

«Я — Джемина из Ардены и Маргона. Родилась в горах Верт. Гордая, благородная и опасная. Мой выбор — тот, кто будет держаться до моего или твоего последнего вдоха. Я связана долгом, и ты связан долгом. Ничто в этом или другом мире не сможет нас разделить. Если ты согласна, я предлагаю эту честь Алуре из Венатрикс, душе камня и огня».

Алура шагнула вперед. Хоть она старалась скрывать эмоции, было ясно, что она польщена и взволнована.

Она опустилась на колено.

— Я, Алура из Венатрикс, покорно принимаю твой выбор.

Девочка со светлыми волосами кивнула.

— Идем со мной, ваша магия будет связана.

Они прошли к алтарю, Сирена и Дин остались одни с двумя драконами.

Дальше заговорил синеволосый юноша:

— Теперь Галцион. Сделай выбор.

«Я — Галцион из Джестры и Маргона. Родился в Пещере сердца. Моя душа поет с волнами, ветром и солью. Мой выбор — не долг. Я мечтаю о всаднике со схожей душой. Ведь я никогда не буду без всадника, а всадник не будет без меня».

Он замолчал и посмотрел холодными голубыми глазами на Сирену и Дина. Его чешуя переливалась синим, зеленым и бирюзовым от света, когти стучали по земле.

«Мой выбор — Дин из Элисанда, но я вижу по его душе, что он… не целый».

Сирена посмотрела резко на Дина, а тот был растерян.

«Его душа там, где ее место. Разум связный, но разбит на фрагменты. А сердце… сердца нет».

— Нет? — спросил Дин.

«Я вижу, что у тебя есть миссия. Мы завершим ее вместе. Это будет наше первое задание, — Галцион решил так, но Дин и Сирена растерянно смотрели на него. — Если согласишься, я выберу Дина из Элейзии, душу принца, разум капитана, лишенного сердца».

— Элейзия? — пробормотал он. — Что за Элейзия? И… что значит без сердца? Как я могу быть без сердца? — спросил он.

— Нужно сделать выбор. На вопросы у тебя будет вся жизнь, — сказал тихо юноша с синими волосами.

— Я принимаю, — сказал Дин.

— Пройдем к алтарю и завершим церемонию.

Голова Сирены кружилась. Галцион увидел что — то в Дине, то, чего он не мог получить. Он знал, что Дин был принцем Элейзии. Что он был капитаном в прошлой жизни. Он был ее Дином. Но как — то все это забыл.

Керриган улыбнулась, выглядела так юно с распущенными рыжими волосами.

— А вот и Сариэль и ее выбор.

Золотые глаза Сариэль пронзили Сирену. Она была потрясающей. Красная чешуя сияла золотом, она мерцала, пока придвигалась. Она была умной, хитрой и идеальной.

«Я — Сариэль из Лациары и Маззона. Родилась в Драйохте. Моя душа поет приключениям и дикости. Хочет большего в этой жизни. Она тянется к тому, кто несет перемены. И я знала со своего первого дня, что у нас будет этот миг. Ты со мной, Сирена?»

— Ты все это время знала? — выдохнула Сирена.

А ты нет?

Она вспомнила, как Сариэль низко опустилась, выпустила огонь над толпой и ухмыльнулась, улетая. Сирена знала. Она знала, что хотела Сариэль.

— Да. Я знала.

«Я так и думала».

— Я принимаю.

Керриган широко улыбнулась ей.

— Я рада принять этот союз. Прошу, пройдемте к алтарю, и мы закончим связь, а ты на всю жизнь вступишь в Общество.

Сирена прошла вперед и прижала ладонь к боку Сариэль. Она была теплой, живой и ее. И Сирена принадлежала Сариэль. Это было неминуемо. Как с Авокой. Мир повернулся, и все встало на места.

«Ты это уже ощущаешь?»

— Да. Мы были созданы друг для друга.

«И мы будем чудесны как дракон и всадник».

— Не сомневаюсь.

Сирена прошла за Керриган к алтарю. Перед ней была книга и мерцающее золотом зелье. Все выглядело знакомо. Знакомо и нет. Это ощущалось… сложнее. Она знала, что будет привязана к жизни дракона. Она могла прожить две тысячи лет, если сможет ее дракон. Она еще не оправилась от связи с Авокой. Это была священная церемония, в отличие от другого, и она нервничала.

Керриган читала с книги. Сирена не понимала древний язык фейри. Но слова окружали ее. Она обвивали магическими веревками ее тело, сжимали, притягивали ее к Сариэль. Связь не разрывалась.

— Выпей это, — Керриган передала Сирене зелье. — Ты попадешь в другое царство, где встретишь Сариэль. Когда ты вернешься, вы будете всадником и драконом отныне и навек. Удачи.

Сирена посмотрела на Сариэль и кивнула. Сирена вылила зелье в рот, Сариэль пила из пруда. Все расплылось перед глазами и почернело.

* * *

Тьма.

Тяжелая тьма.

И больше ничего.

И в ушах раздался свист.

Она моргала, пытаясь прогнать тьму, но без толку. Она ощущала Сариэль рядом. Ощущала ее приятное присутствие, но не видела красивую драконшу.

Это отличалось от других ее церемоний связи. Она думала, что им придется преодолеть вместе какое — то испытание. Поставить других выше себя. Быть бескорыстными. Жертвовать.

Но эта тьма не имела смысла.

Вдруг она услышала шаги. Тихие, но становящиеся все громче.

Сирена напряглась, не зная, какое зло их ждет. Что могла бросить в нее эта иллюзия после того, как она видела, как из — за нее гибнут ее друзья?

Шаги остановились.

Света хватило, чтобы Сирена увидела фигуру в темном плаще.

Ее кровь похолодела.

Она знала, кем была эта фигура.

Она уже приходила к Сирене во сне.

Ее боялась Серафина. Это была… богиня. Серафина боялась, что темная богиня проникнет во сны Сирены и захватит ее. Что Разрушительница поведет Сирену во тьму.

И она пришла.

Даже сильнейшие боялись. У нее была сила, какой ни у кого больше не было. Которую никто не видел при жизни. Она влияла на события, которые разворачивались между Виктором и Серафиной две тысячи лет назад. Она могла быть той, кто помог Виктору победить.

Она была злом.

Чистым и простым.

Она протянула руку, как всегда делала во снах Сирены.

Ее плащ развевался, словно из дыма. Ее кожа трепетала, словно ее тело было духом, а не из кожи и кости. Она грозно рассмеялась.

— Иди ко мне, Сирена, — сказала она. — Используй монету и приди ко мне.

— Никогда, — сказала Сирена.

— Мы могли бы объединиться. Работать как одно целое.

— Я не смогу с тобой работать. Ты разрушила мир. Уничтожила мой народ. Ты не заставишь меня снова так делать.

— Посмотрим, — она снова рассмеялась. — Посмотрим.

56

Посвящение

— Поздравляю, — сказала Керриган. — Теперь ты — часть Общества.

Сирена поднялась. Страх сдавливал ее. Богиня набрала больше сил. Она пробралась на церемонию связи Сирены в миг, когда защита Сирены была слабее всего. Богиня пришла за ней.

— Создательница, нет, — простонала Сирена. — О, нет. Нет, нет, нет.

— Что такое? — спросила Керриган.

«Ее мир в опасности, — сказала Сариэль Керриган. — Тьма растет в Эмпории. Она смогла дотянуться до нас. Нам нужно уходить».

— Уходить? — прошептала Керриган. — Вас ждет обучение Общества через неделю. И придется пробыть тут не меньше года.

— Я не могу остаться на год. Даже на неделю, — прошипела Сирена. — Ты не понимаешь. Если я не вернусь домой, его не останется.

Керриган побелела.

— Тогда тебе нужно уходить.

Сирена кивнула.

— Немедленно.

«Мы полетим на арену и покажемся».

— Да, вся семья на арене. Они должны тебя ждать, — сказала ей Керриган.

— Точно, — Сирена еще была потрясена от увиденного. Она сжала руки Керриган. — Спасибо. За все.

— Конечно.

— Я знаю, что ты думаешь, что тут у тебя нет дома, — сказала ей Сирена. — Пусть они тебя увидят. Заставь их. Сделай себе дом. Лети к луне и звездам. Я в тебя верю.

Керриган чуть выпрямилась и кивнула.

— Спасибо. Иди спасать свой народ.

Сирена мрачно улыбнулась ей. Она забралась на спину Сариэль и крепко ее сжала, дракон взлетела с утеса.

Это было лучше, чем она представляла. Она была связана с Сариэль, словно сама летела. Парила высоко над горами. Дышала чистым воздухом и расправляла крылья. Это было идеально. Синхронизация была ни с чем несравнимой.

Сирена не ощущала этого с Таври, Амират или Акирой. И она поняла, почему всадники и драконы умирали, теряя друг друга. Это нельзя было ничем заменить.

«Нужно спешить. Путь будет быстрым».

— Мы четыре месяца добирались сюда, — сказала Сирена.

«Я быстрее дерева на воде».

Сирена рассмеялась и провела ладонью по шее Сариэль.

— Я знаю.

Сариэль повернула направо, и Сирена ощутила страх в животе. Черный дым поднимался со стороны арены.

— Что это?

«Мы скоро узнаем».

Она ускорилась. Сирена прислонилась к ней, чтобы они двигались быстрее. Они были над ареной, и Сирена поняла, что на них напали. Одна сторона была взорвана. Смерть заполнила арену. Но это явно только что произошло, ведь люди двигались потрясенно. Общество еще не мобилизовалось.

В небе были только Сариэль, Галцион и Джемина. Она кружили, а потом стали двигаться едино. Словно они тренировались неделями для этого момента.

Алура магией убирала воздух от огня. Сирена и Дин тянули воду и фонтанов, чтобы потушить пламя. Сирена заметила убийц в черных масках, с которыми она много раз боролась. Они убегали из арены на улицы. Если дать им уйти, они потеряют их навеки. Сариэль засвистела, и два других дракона полетели за ней, чтобы помешать убийцам.

Алура спрыгнула со спины Джемины и побежала к убийцам.

— Они нужны нам живыми, — закричала Сирена, когда Алура стала резать первого убийцу.

Алура не спорила. Она стала бить по менее важным частям, повалила пятерых раньше, чем Сирена и Дин присоединились. Сирена вытащила меч из тендрилла и наполнила его магией. Он был легким, недели тренировок ощущались в движении мышц. Она использовала и магию, и меч, кружилась и атаковала.

Бой закончился разбитыми убийцами у их ног. Алура даже не запыхалась. Она сорвала маску с одного из них.

— На кого ты работаешь? — осведомилась она.

Сирена тяжело дышала, пот стекал по ее лбу. Она указала мечом на его уши.

— Он — фейри.

— Из какого ты племени?

Дин бросил что — то на грудь мужчины.

— Он — раскольник.

— Что это? — спросила Сирена.

— Группа против Общества, — сказала Алура. — Отбросы. Думают, что Общество обидело их, пока несло справедливость в мир.

— Как Сватава.

— А что она?

— Она — раскольник, — сказала Сирена. — Она напала на последнем испытании на меня и Дина. Она убила Максона.

— Сука, — прорычала Алура. Она посмотрела на мужчину. — Мы покажем тебе справедливость.

— Алура, — прошептала Сирена.

— Мы отдадим тебя властям и будем смотреть, как ты сгниваешь за свои поступки, — Алура улыбнулась Сирене. — А ты что от меня ждала?

Больше драконов собралось сверху, они приближались к ним.

Алура помахала рукой.

— Задержите преступников, которые в ответе за атаку на арену.

— Мы дальше справимся, — сказал член Общества в черной мантии, спешащий арестовать врагов. — Идите на арену.

Они кивнули и отошли, не споря.

Сариэль отнесла Сирену на арену. Она радовалась.

— Что такое?

«Я знала, что ты принесешь приключения, но не думала, что так скоро».

Сирена рассмеялась.

— Добро пожаловать в мою жизнь.

Они опустились втроем посреди арены. Разрушения были ужасными. Никто не играл музыку в честь конца турнира. Никто не встречал трех участников, которых посвятили в Общество. Члены Общества безумно спешили, чтобы убрать обломки и исцелить раненых.

Хелли, Лориан и Жеронд подошли к ним, пока они спрыгивали с драконов.

— Поздравляем. Жаль, что вы вернулись и увидели такое, — сказала Хелли.

Жеронд передал им мантии общества. Сирена надела свою и ощутила, как идеально все было в этот миг… несмотря на то, что ей нужно было улетать.

— Мы запланировали церемонию, но, учитывая обстоятельства, праздновать придется отдельно. У вас есть две недели на свои дела, а потом вы должны прибыть на гору для обучения.

— Спасибо, госпожа Хелли, — сказала Сирена.

— Прошу, Сирена, просто Хелли. Мы теперь обе в Обществе.

Сирена улыбнулась и кивнула.

— Конечно, Хелли.

Хелли прижала ладонь к ее спине.

— Я хотела поблагодарить тебя за спасение многих запертых в Доме Теней. Мы забрали их, как только они прошли на нашу территорию, ведь Общество не влияет на их двор. Мы надеялись спасти души, которые прошли в соседние регионы.

— Хотела бы я спасти больше.

— Ты сделала, что могла. Некоторые сами уходят. Другие хотят остаться. Редкие люди могут выбраться из хватки темных фейри, — Хелли посмотрела на нее многозначительно. — Особенно — уйти от темного принца.

— Спасибо.

Одобрение Хелли для нее много значило. Она и не понимала, как сильно будет скучать по Хелли. Ей не нравилось, что придется сказать, что она улетает.

Лориан улыбнулся Алуре и обнял ее. Первый знак теплых эмоций, который Сирена видела от него.

— Ты постаралась.

— Спасибо, — прошептала Алура.

— Лучше, чем эти отбросы.

Алура посмотрела на Сирену и Дина. Лориан снова провел черту. Они против нас. Она видела, как дух, который объединял их после совместной борьбы с убийцами, угасает. Она снова была врагом Алуры.

А потом Алура моргнула и повернулась к отцу.

— Они — не отбросы. Они — члены Общества.

— Они — люди, — фыркнул он.

— Мне нравятся люди, — парировала она.

Его лицо исказил ужас.

— Старый образ умирает, — сказала Алура. — Живи в ногу со временем.

Она отошла от него как можно быстрее и побежала к маме. Рот Сирены был раскрыт. Она не думала, что Алуре хватит сил, чтобы выступить против отца. Но она не ошибалась. Лориану пора было понять, что все менялось. Если он не подстроится, останется позади.

— У тебя получилось, — сказал голос за ней.

Сирена повернулась и увидела потрепанного Фэллона со сломанной рукой.

— Фэллон, что с тобой произошло?

Он скривился.

— Я не прошел второе препятствие. Я… застрял между.

Сирена поежилась. Она знала, о чем он. Темный двор взял его в плен.

— Долго ты там пробыл?

— Хелли сказала, что день, — признался Фэллон. — А казалось, что годы.

— Мне очень жаль, — скривилась она.

— Это показало мне, что мне нужно вернуться домой. Ты была права, Сирена. Галантэе нужен такой лидер, как я. И я заставлю их видеть не только одну сторону.

— Я горжусь тобой, — Сирена обвила его руками.

— Эй. Ай. Ой. Рука.

— Прости. Прости! — Сирена отодвинулась.

— Все хорошо. Бывало и хуже.

Тени в его глазах говорили, что так и было.

Она шагнула к нему, не могла так его бросить.

— Чтобы ты знал… я улетаю. Я не буду учиться. Я нужна своему народу дома.

— Знаю, — сказал Фэллон.

— Да?

Он рассмеялся.

— Мы провели вместе несколько месяцев, Сирена. Я успел тебя понять. Я знал, что это не навсегда. Часть меня хотела бы отправиться с тобой. Но я нужен своему народу, и я знаю, что ты сильная.

Она осторожно обняла его.

— Ты всегда будешь семьей. Если я буду тебе нужна, я прилечу на драконе.

— Если я буду нужен, у меня есть библиотека.

Она рассмеялась и поцеловала его в щеку.

— Повезет тому, кто украдет твое сердце.

Он сжал ее руку.

— Думаю, ты уже нашла того, кто украл твое.

— Береги себя.

— Я не могу так сказать. Ты не будешь себя беречь.

— Точно. Это не прощание. Это до следующей встречи.

Он сжал ее за локоть здоровой рукой. Он понизил голос.

— Когда я был в Доме Теней, я слышал, как они говорили о тебе. Что ты сбежала от принца и выпустила пленников. Они звали твой меч Тенеломом.

— Тенелом, — с благоговением сказала она и вытащила меч из ножен. — Хорошее имя.

— Им не нравилось.

— Нет, — она опасно улыбнулась. — И не должно.

Она коснулась его руки. Тихое прощание с тем, кого она не хотела оставлять позади. Но она развернулась, и ее ждали друзья.

Авока с пониманием на лице. Матильда и Вера с гордостью в глазах. Микел, скрестивший руки на груди. Он кивнул, словно знал, что так и будет. Алви был истощен, но ухмыльнулся.

— Тут нужно говорить: «Я же говорил»? — спросил Ордэн, поправляя шляпу.

Сирена рассмеялась.

— Ты о чем?

— Обо всем. Но… я говорил, что станет хуже, — он указал на пострадавшую арену. — Поздно узнал подробности. Было сложнее проникнуть в группу против Общества и добиться доверия их лидера, чем я думал.

— Почему я даже не удивлена? — спросила она.

— Я передал информацию лидерам. Надеюсь, они справятся с этим.

— Ты не перестаешь меня поражать.

— А ты не перестаешь поражать нас, — Вера шагнула вперед. — Ты победила.

— Я победила.

— Что теперь? — спросила Авока.

— Теперь, — Сирена посмотрела им в глаза, — мы отправимся домой.

* * *

Сирена отправила друзей заканчивать их дела. Нужно было многое успеть за короткий промежуток времени. Она хотела покинуть Аландрию как можно скорее. От этого зависела судьба Эмпории. Сариэль полетела готовиться.

А Сирене нужно было поговорить с Хелли и объяснить, почему она уходит. Это разбивало ее сердце. Хелли рисковала всем, помогая Сирене одолеть участников. Даже Уолстона, который был из ее племени. Но выбора не было.

— Ты победила в турнире дракона, весь мир у твоих ног, — сказал Дин. — Что будешь делать дальше?

Она открыла рот, чтобы ответить, но закрыла его. Ее миссия отличалась от его. Он должен был отыскать с Галционом, почему пропали его воспоминания, и что означало, что у него не было сердца. Она не могла быть эгоисткой. Она не могла надеяться, что он пойдет за ней. Что бы между ними ни происходило.

Он взял ее за руку и поцеловал.

— Ты летишь домой, да?

— Это так очевидно?

— Я тебя знаю.

— Я не могу просить тебя отправиться со мной.

— И не нужно. Я приглашаю себя.

— Дин…

— Сирена.

— У тебя своя миссия, — сказала она.

— Пройдешься со мной?

— Сейчас?

Он кивнул.

— Это важно.

— Ладно.

Он не отпустил ее руки, переплел пальцы с ее и повел ее с арены. Они шли в тишине пару минут, а потом забрели на гору в комнаты, которые покинут навеки. Он привел ее к своей комнате и усадил на кровать.

— Что мы тут делаем? — спросила Сирена.

— Я хотел поговорить с тобой наедине, — он убрал прядь ее волос и улыбнулся, взглянув на их схожие черные мантии. — Я не помню свое прошлое. И до встречи с тобой мне было все равно. Я всегда спешил закончить миссию. Но потом ты показала, чего мне не хватало. И я все еще ощущаю… пустоту внутри. Будто части меня не хватает. Галцион верит, что мое сердце уже не в моей груди, и моя миссия — забрать его. Я не знаю, где или как. Так что у меня есть еще одна миссия.

— Потому ты не можешь отправиться со мной.

— Я иду туда же, куда и ты.

— Дин, ты не можешь оставить миссию по поиску сердца и ответов из — за меня.

— А если моя миссия пересекается с твоей? — спросил он. — Если ты права, и мы из одного мира, мне нужно отправиться с тобой.

— Это так, но…

Он склонился и поцеловал ее.

— Никаких «но». Я уже принял решение.

— Уверен?

— В последнем испытании мы столкнулись с величайшим страхом. Не знаю, что было у тебя, и ты не должна мне рассказывать, — он прижался лбом к ее лбу, — но мой самый большой страх — забыть тебя.

Сирена тихо охнула.

— Правда?

— Это чуть не уничтожило меня. Я уже раз так сделал. Я не вынесу этого еще раз, Сирена.

— Так… ты пойдешь со мной?

— Да. Я пойду с тобой на край света и дальше.

Она прижалась губами к его губам, зная, что они могут оказаться и на краю света, и дальше, пока все это не закончится.

57

Кольцо

Авока

Авока висела на кирпичной стене поместья Сонали. Стал моросить дождь, когда она добралась до этого дома. Это было отличным прикрытием, но мешало карабкаться.

Она никому не призналась, что ее навыки почти стали прежними. Она работала над собой. Она почти все время была одна и тренировалась.

Тихо охнув, она поднялась на уровень подоконника. Она осторожно опустила ногу на выступ и заглянула за край. Тут были Сонали и Алви в прошлый раз, когда она пришла. Когда призналась ему в любви. Хоть она это и сделала это, он ощущался еще дальше.

И он был там, силуэт виднелся в окне. Свечи горели по комнате, и она могла разглядеть пару в странной комнате. Сонали была в наряде императрицы, как всегда. Ее синий корсет был чуть туже, чем обычно. Ее волосы были собраны в пучок на голове.

Алви выглядел… как Алви. Роскошный, помятый и самоуверенный. Загадка. Его юмор скрывал его хищность. Но в эти дни все чаще проступал зверь. Не смотря на их исцеление, он был больше индресом, чем раньше.

Дождь скрывал ее, он мешал ей услышать их слова. Она могла лишь читать язык тел.

Сонали шагнула вперед. Ее ладони были сцеплены перед ней. Величавая и властная. Альфа встретилась с другим альфой. Алви подошел на шаг, его лицо было напряженным. Его стойка была защитной.

Она улыбнулась и осторожно провела пальцем по челюсти Алви. Он зарычал, но Сонали не дрогнула. Она рассмеялась. Как с любимым или питомцем. Авока не могла разобрать разницу.

Сонали говорила с ним. Алви покачал головой. Он взглянул на окно, и Авока опустилась. Она не хотела, чтобы ее увидели. Хватило первого раза.

Она вернулась на место, и ее рот раскрылся. Алви держал кольцо.

Ее кольцо.

Бриллиант с голубыми бриллиантами по краям на золотой плетеной полоске. Авока нашла его, когда искала кое — что другое, и застыла. Она не думала, что Алви мог купить кольцо. Но оно было там. Обручальное кольцо. Она часто думала о нем, но не стоило.

Потому что кольцо было вовсе не для нее.

Оно было для Сонали.

Авока отвлеклась на миг, и этого хватило. Ее нога поскользнулась. Она беззвучно выругалась, пока искала другой выступ. Она нашла его и спустилась со стены. Кто — то мог ее услышать. Может, она еще не была так близка к норме, как думала. Может, она еще набиралась сил.

Она опустилась на брусчатку и двигалась как ветер. Ее ноги едва касались земли, пока она бежала от дома Сонали. Подглядывать было плохо. Попасться было неприемлемо. Особенно во второй раз.

Она двигалась по темным переулкам, давила на себя. А потом холод пробежал по спине. Инстинкт сжал ее желудок. Зов древнего врага. Того, которого ее народ истреблял поколениями.

Авока завернула за угол, отскочила и заняла защитную стойку, выхватила белые клинки из ножен под ее рукавами. Инстинкт охватил ее. Она была тихой и опасной, широко открыла глаза, прислушивалась. Наготове.

Она вдохнула и выдохнула.

Появился индрес. Зверь вдвое больше обычного волка. Его клыки сверкнули белым в свете луны. Золотые глаза были как у хищника, а не у человека.

Первый удар прилетел без предупреждения, но она была готова. Она отбила удар клинком. Она почти сто лет билась с этими зверями. Она знала их слабости. Знала, как они думали.

Ее клинок подвинулся, и она бросила оружие на землю.

С этим врагом она не могла сразиться.

Это не был ее враг.

Это был Алви.

Ее любовь.

— Стой, — прохрипела она, упала на колени перед ним и опустила голову. — Алви, стой.

Он тут же стал человеком. Он стоял перед ней, обнаженный. Его грудь вздымалась. В его глазах была боль. Он сжимал и разжимал кулаки.

— Что это? — спросил он.

Светлые волосы промокли от дождя и прилипли к ее лицу. Ее боль была сигналом тревоги.

— Я — дура.

— Я думал, это была моя роль.

— Не сейчас, Алви, — выдохнула она. — Я не могу… когда ты выбрал ее.

— Выбрал… кого?

Она подняла голову, чтобы увидеть его золотые глаза.

— Ты ходил к ней сегодня. Дал ей кольцо. Ты не хочешь меня, ведь теперь я тень той, кем была. Я — никто. Я никого не знаю. Я даже не могу нормально шпионить.

Алви крепко сжал ее плечи и поднял ее на ноги.

— Хватит. Может, ты и растеряна тут, Авока, но не потеряна для меня.

— Но кольцо…

— Я отдал его ей. Я хотел сказать ей, что мы уходим. Она общалась со мной через кольцо, — объяснил он. — А ты что подумала?

Ужас охватил ее. Она не могла произнести слова.

— Ты подумала, что я люблю ее?

— Нет! — охнула она. — Я думала, что кольцо было… для меня, — слова жестоко вырвались из ее горла. Она призналась, что представила это для них.

— Для тебя? — он поймал ее мысль. — Ты думала, что я решил сделать предложение?

Она кивнула.

— А потом я увидела, как ты дал Сонали кольцо.

Его лицо застыло, словно он не мог пережить ее слова. Ее признание. Мир, который она выдумала.

— Ты хочешь свадьбу? — спросил он.

— Я хочу быть с тобой, Алви.

— Тогда… сделаем это.

Она рассмеялась.

— Ты шутишь.

— Я еще никогда не был таким серьезным, — он был серьезным. Она видела это по его лицу. — Сделаем это сегодня.

Теперь она была потрясена.

— Этой ночью?

— Я отыщу тебе платье, идеальное кольцо и устрою церемонию, если хочешь, позже, но, Авока, я хочу, чтобы ты была моей женой.

— Этой ночью, — она прижалась к его губам своими. — Есть проблема.

— Да, любимая?

Она сняла свой плащ и накинула на его плечи, чтобы скрыть его наготу.

— Тебе нужно найти одежду.

58

Путь домой

— Так ты просто уходишь? — спросила Хелли.

Сирена кивнула.

— Я хочу учиться с вами, узнать все об Обществе, но мой народ умирает дома. И станет хуже, если я задержусь.

— Они все это время были правы насчет тебя? — отметила Хелли. — Ты появилась, попала на турнир, смогла украсть четырех драконов — Сариэль, Амират, Акиру и Галциона — одним махом, а теперь просто бросаешь нас?

— Вы знаете, что я не такая. Вы знаете мое сердце. Если бы был другой вариант, я бы осталась. Но, если бы ваш народ был в опасности, вы бы тоже не остались. Вы бы сделали все, чтобы исцелить их.

Хелли тяжко вздохнула.

— Не переворачивай все на меня.

— Матильда, Вера и Микел согласились учить меня образу жизни Общества, пока мы будем в пути.

— И как вы с друзьями попадете домой?

— Полетим?

— Скажу так, лететь неделями на драконе — не лучший план. Спать, есть и справлять нужду… будет почти невозможно.

Сирена кивнула.

— Знаю, но у нас нет ни минуты. Другого выхода нет.

— А если бы был?

— Быстрый вариант? — спросила Сирена.

Хелли вздохнула, словно ранила себя ножом.

— У меня могут быть проблемы за то, что я скажу.

— Это разве впервые?

— В горе Драко есть портал.

Глаза Сирены расширились.

— Портал, который… пересекает моря?

Хелли кивнула.

— Дверь в твой мир закрыта после Великой миграции. Мы могли использовать портал только в наших границах, и никто вне наших рядов о нем не знает.

— Вы можете… открыть дверь?

Она просила многого. Она не считала, что такой вариант возможен.

— Это будет на один раз. Мы не позволим тебе вернуться. Если захочешь прибыть сюда, придется лететь или плыть на корабле.

— Понимаю, — Сирена протянула руку. — Может, однажды… наши миры будут в лучших отношениях, и мы сможем открыть врата.

Хелли пожала руку Сирены.

— Я буду ждать тот день.

* * *

Через два дня Хелли отвела их незаметно на гору. Сирена была уверена, что они выглядели подозрительно, но драконы помогали. Они разделились так, чтобы каждый дракон принес внутрь двух наездников.

Сариэль легко опустилась в комнате.

— Бесшумная, — похвалила ее Сирена.

«Я приземляюсь лучше всех».

Сирена фыркнула.

— И скромная.

«Не жди скромности от дракона. Я не жду скромности от людей».

Ох, она нравилась Сирене.

Авока спрыгнула со спины Сариэль и похлопала ее по боку. Она радовалась, была легче, чем за месяцы. Может, она вообще еще ни разу такой не была.

— У тебя лучшее приземление, — сказала Авока Сариэль.

«Спасибо, духовная сестра по связи».

Авока улыбнулась ей. Ей нравилось прозвище.

Они стали трио, которому все было по зубам. Дома, лиф и дракон. Они были непобедимы. Если бы только Сирена не увидела ту тьму. Если бы не услышала признание Серафины.

Она отогнала эти мысли. Она могла двигаться только вперед. Она обдумает все в другое время.

Они встретили Хелли у входа и тихо пошли глубже в пещеры горы. Они прибыли в пустую комнату. Хелли кивнула и зажгла факелы внутри.

Сирена осталась сзади, смотрела, как все заходят. Двенадцать, включая нее. Четыре дракона, три Дома, два лифа, индрес, человек и Дин, которого она еще не знала, как назвать, с его магией. Интересный набор, но, если испытания ей что — то доказали, так это то, что она была готова отдать за них жизнь.

— Хотела уйти, не попрощавшись?

Сирена улыбнулась от голоса.

— Кто сказал, что я ухожу, Киврин?

— У меня есть источник.

Она приподняла бровь. Он рассмеялся.

— Хорошо. Керриган рассказала мне и впустила меня.

— Зачем? — поразилась она. Ей казалось, что Керриган ненавидела отца.

— Она постоянно хочет, чтобы я поступил правильно, — он звучал скучающе.

— А тут быть правильно?

— Я бы хотел поблагодарить тебя за хорошую прибыль, — рассмеялся он.

Она закатила глаза.

— Зачем ты вообще на меня ставил?

Он, казалось, хотел ответить ей в своем стиле, но вдруг посерьезнел.

— Ты напоминаешь мне Керриган. Она боец… как ее мама.

— Не как ты?

— Я выживаю.

— Не хочу тебя расстраивать, но жизнь — это не только выживание.

— Конечно. Там есть еще выпивка, секс и развлечения, дорогая.

— Странно, но я буду скучать по тебе, — сказала она, качая головой.

— Ясное дело, — он притянул ее к себе и поцеловал в макушку. — Между нами все равно не сработало бы.

Она фыркнула.

— О, Киврин.

Он отодвинулся и подмигнул.

— Разбей их. Я ставлю на тебя.

— Ты ставишь только на победителей.

Он кивнул.

— Всегда.

Сирена отошла. Она была рада, что попрощалась. Киврин был необходимым злом, но стал частью ее пребывания в Кинкадии, как и Хелли. Было бы неправильно уйти, не попрощавшись. Керриган как — то это поняла, и Сирена надеялась, что девушка освободится.

— Готовы? — спросила Хелли.

Сирена кивнула.

— Пора.

Хелли прошла к порталу, через минуту большая арка замерцала лиловым.

— Вы знаете, где мы выйдем? — спросила Авока. — Мы можем оказаться где угодно.

— Не уверена, — сказала Хелли. — Его не открывали в ваш мир две тысячи лет.

— Вот и узнаем, — буркнул Ордэн и шагнул в портал.

Сирена смотрела, как ее друзья исчезали один за другим. Они шли в Эмпорию без усилий, словно ушли на миг, а не отсутствовали месяцами. Дин посмотрел на нее с вопросом, и она кивнула ему идти. Она будет последней. Он поцеловал ее в щеку и пошел за Галционом в портал.

— Есть еще просьба, — сказала Сирена.

Хелли приподняла бровь.

— Этого мало?

— Это чудесно, но это для вашего народа.

— О чем ты?

— Город Эджвуд на западе Аландрии оказался на территории Венатрикс. Он принадлежал Галантэе, но Венатрикс отобрали его и запугивают жителей, заставляют платить огромные налоги. Если Общество такое, каким я хочу быть, они вмешались бы.

— Члены Общества из Венатрикса знают, что происходит? — с ужасом спросила Хелли.

— Если вы спрашиваете про Лориана, то да.

Хелли скрипнула зубами.

— Считай, что это сделано. Многие в наших рядах еще верят, что мир возможен. Спасибо, что напомнила о моем долге.

— Спасибо за все, Хелли.

Сирена быстро обняла ее и прошла сквозь барьер, пока не передумала. Ее сжало в портале, она пролетела тысячи лиг над океаном. Ее тошнило.

Ее ноги вдруг оказались на неустойчивой земле. Песок покрывал все вокруг.

Она взглянула на портал, надеясь, что Хелли блефовала. Но, как только она прошла, портал погас, не давая вернуться в Аландрию.

— Сирена, сюда! — позвала Авока издалека.

Сирена прошла из комнаты в руины. Небо было ослепительным. Ни намека на дождь, который лил в Кинкадии пару дней. Тут было намного теплее. Сухо и ясно. В горле першило, глаза сохли.

— Где мы? — спросила она.

Ответил Ордэн:

— Песчаные долины.

— То есть… почти непроходимый центр Эмпории?

«Не проблема для дракона», — отметила Сариэль.

— Это древний город Тенхала, — сказал Ордэн. — Он был красивой империей, пока их не уничтожили. Их богатство стало песком.

— Ты много об этом знаешь, — сказала Сирена.

Ордэн усмехнулся.

— Это дом Сети. Тут меня учил Дристан. Укрытие для магов. Я знал, что тут портал. Я не знал, куда он ведет из Эмпории. Он был закрыт, когда я жила тут.

Сирена прошла вперед группы и посмотрела на заброшенное место. Они не просто бились с пустошью. Они бились с континентом. За свободу магов жить там, где они хотели. Тут родилось движение, которое она закончит.

Шаги зазвучали в развалинах перед ними. Сирена потянулась к магии, готовая разбить врага. Магия пришла легко. Меч вылетел из ножен. После тренировок это получалось инстинктивно. Все еще не воин с оружием, но воин с ее силами и воин в сердце.

Но ее встретила аура другого мага, удержавшая ее меч. Ее коричневая кожа выделялась на фоне ее наряда пустыни. Ее черные волосы растрепались. Ее энергия была такой же наглой, как и помнила Сирена.

— Смотрите, кто решил показаться.

— Гвинора? — потрясенно пробормотала Сирена.

Гвинора посмотрела на Сирену, приподняв брови.

— Вот это да. Ты это сделала. Ты нашла драконов и вернула их.

— Я это сделала, — сказала Сирена. — Но что ты тут делаешь?

— Управляю Сетью, конечно, — Гвинора улыбнулась им и поманила за собой. — Идемте. Нужно многое наверстать.

59

Песчаная пустошь

Через пару часов все разместились в комнатах в штабе Сети. Они заняли город Тенхалы. У них были палатки у разрушенных стен. Повезло, что никто не ходил в Песчаную пустошь. Они могли скрываться на виду.

Сирена доела и пошла в большую комнату переговоров. Несколько представителей Сети были там, но большую часть места занимали друзья Сирены. Сариэль дулась снаружи, ведь не могла уместиться в этот зал. Эта комната была одной из немногих с уцелевшей крышей.

Разговоры утихли, когда она вошла. Незнакомцы открыто пялились. Они словно уже знали, кем она была.

Она посмотрела на стол, проходя в комнату глубже. Когда ее взгляд упал на рыжеволосую красавицу, Сирена застыла. А красавица вскочила и побежала. Сирена столкнулась с ней.

— Рэя!

— Сирена!

— Не могу поверить, что ты здесь. Что ты тут делаешь?

— Знаю, это долгая история.

— У меня тоже пара таких есть.

Рэя рассмеялась.

— Посмотри на меч на твоей спине. Ясное дело.

— Это Тенелом. У него своя история.

— Конечно, его так зовут.

— Я думала, ты не захочешь во всем этом участвовать, — сказала Сирена, сжав руки Рэи. Она хотела обнять ее и не отпускать.

Сирена всегда переживала за нее. Переживала, что оставила ее, хоть это был ее выбор. И Рэя все же была тут.

— Когда ты раскрыла магию, для меня было немного поздно. Я была в плену, но сбежала и стала работать на Сеть. Это вкратце.

Сирена посмотрела на красивого высокого джентльмена, на которого поглядывая Рэя.

— Думаю, долгая история связана с твоим новым парнем?

Рэя шлепнула ее по руке.

— Тихо. Это Феникс. Он — шпион Бьерна.

— Конечно, — рассмеялась Сирена. — О, как я скучала.

Они крепко обнялись. Сирена могла расплакаться от радости.

— Я боялась быть частью этого. Но теперь я тут. И я не могу представить другого. Сирена, все сильно изменилось, пока тебя не было. И не в лучшую сторону. Ты вовремя.

Сирена нахмурилась.

— О чем ты?

— Почему не обсудить это за столом? — спросила Гвинора.

Рэя сжала ее руку.

— Мы поговорим позже.

Сирена кивнула и встала возле Гвиноры. Она не села. Она не знала, где сесть. Она хотела бы остаться в стороне, чтобы проблемы решались другими. Она хотела, чтобы этот мятеж вела Гвинора. Но она знала, что места за столом имели значение. Она знала, что была во главе, хотела того или нет. Не во главе Сети, это она оставила Гвиноре. Сирена знала, что нуждалась в Гвиноре, но все остальное было на плечах Сирены. Этот вес она не могла пожелать и врагу.

Гвинора тоже это ощутила, потому что подвинулась, оставляя ей место во главе без слов. Они обе стояли. Обе были сильными.

Сирена была благодарна перемирию, заключенному в Эджвуде. Гвин сказала ей, что, пока ее корабль чинили, она думала, как провести пару месяцев. Ответ был — не на воде. Она лучше бы стала исправлять то, что начал ее отец — Сеть. Своей сильной магией воздуха она толкала их по океану, они доплыли за недели. С тех пор она была в Тенхале.

Она выглядела как лидер, когда стояла во главе стола.

— Многие из вас отсутствовали и не знают, что происходило, пока вас не было. Сеть внедрена во все дворы Эмпории. Шпионы докладывают нам, и мы влияем или хотя бы видим, что грядет. К сожалению, последняя пара месяцев была катастрофой, — Гвинора вздохнула. — Я буду честной. Король Эдрик из Бьерна мертв.

Сирена охнула.

— Что?

— Сведения разнятся, но проверенный источник говорит, его убил брат, захватил его трон и сошел с ума. Король Каэл убил короля Крейгтона из Аурума и захватил тот трон, заявив, что это часть империи Бьерн.

Ордэн выругался и вскочил на ноги. Сирена знала, что между Ордэном и Крейгтоном не было особой любви, но это был его дом.

Сирена была близка к обмороку. Каэл был королем, как она видела в испытании страхом. Как она видела на первой церемонии связи, когда стала Компаньоном. Ей было плохо от мысли, что он зашел так далеко. Она могла оказаться с ним на этом пути, если бы не убралась оттуда.

— А его сестра? — спросила Сирена. — Джесалин еще жива?

Гвинора посмотрела на парня Рэи, тот кивнул.

— Насколько я знаю, Джесалин жива.

— Спасибо, Феникс.

Сирена вздохнула.

— Хорошо. Нужно как — то забрать ее. Если Каэл убьет ее, получит еще больше сил. Чем ближе по родству кровь, тем сильнее магия крови.

— Феникс? — спросила Гвинора.

Он пожал плечами.

— Мы можем попробовать. Она хорошо защищена, но у меня есть человек внутри. Она может помочь. Я свяжусь.

— Хорошо, — Гвинора повернулась к остальным. — Бьерн хочет использовать Аурум как переходную точку, чтобы вторгнуться в Элейзию, которая все еще без официальной королевы.

Сирена посмотрела на Дина, но он выражал лишь умеренный интерес. Словно совсем не помнил Элейзию. Хоть он знал от Галциона, что был оттуда.

— Как они без королевы? Бриджит жива, — сказала Сирена. Она получила от нее письмо.

Гвинора приподняла бровь.

— Да. Но они заявили о голосовании. Ей нужно участвовать в Войне королев, чтобы получить трон.

— Какая трата времени перед вторжением Каэла.

— Согласна, но попробуй сама им это сказать.

Сирена покачала головой. Политики.

— Нам нужно послать кого — то предупредить Бриджит? — спросила Гвинора.

— Например ее брата, принца Элейзии? — спросил мужчина слева от Гвиноры.

Все посмотрели на Дина. Он отклонился и молчал. Дин не помнил Элейзию, как и Бриджит. Он взялся бы за это, но она не могла отправить его в таком состоянии.

— Бриджит уже знает, что Бьерн хочет заполучить Элейзию. Это давно затевалось, — сказала Сирена. — Думаю, нужно сосредоточить силы тут.

Гвинора кивнула и продолжила:

— В Келле, Мастире и Хартроу растет движение гильдий. Мы слышали о странной активности в горах Хэвен. Деревня загадочно пропала на границе. И пираты массово покидают Ика Роа. Мы не знаем, почему они покидают остров.

— Все сбилось, — сказала Вера, — и мы посреди войны.

— С психопатом — убийцей, — добавила Матильда.

— Как — то так, — сказала Гвинора.

— Что делать дальше? — спросил мужчина возле Гвиноры.

— Мы соберем больше информации…

— Нет, — сказала Сирена. — Нужно остановить Каэла. Нужно помешать ему собрать еще больше сил.

— О чем ты?

— Время сбора информации прошло. Пора действовать, — смело заявила Сирена. — Мы отправимся остановить войну, пока не стало хуже.

* * *

Сирена оставалась до позднего вечера, они обсуждали, как попасть в Аурум и одолеть Каэла. Они не могли договориться, знали лишь, что пора выдвигаться. Но Сеть долго была под землей, они не были готовы раскрыть себя. Сирена была готова полететь одна и остановить Каэла лично. Но Авока видела это по ее лицу. Завтра их ждала еще встреча, и им нужно было найти припасы для пути.

После встречи Сирена вырвалась из комнаты. Ей нужно было привести мысли в порядок. Она направилась к пустыне, где быстро холодало.

Она ощущала, что кто — то идет за ней, и чуть не закричала. Она не хотела сейчас еще говорить. Это должно сработать. Было важно, что они появятся внезапно. А теперь ей нужно было отдохнуть.

Она развернулась, готовая обрушить гнев на того, кто пошел за ней, но увидела лицо Дина. Настороженные глаза. Это пустое лицо.

— Эй, — выдавила она.

— Знаю, ты не хочешь сейчас говорить, но мне нужно сказать, что я ухожу.

— Уходишь? — ее глаза расширились. — Что это значит? Ты же говорил, что останешься со мной до конца.

— Так и есть. Я вернусь раньше, чем ты отправишься за Каэлом. Но во мне пульс, и он ведет меня. Это со мной все время. Он манит меня, и Галцион согласился, что нам нужно идти.

— Это твоя миссия.

— Я должен сделать это, — он поступал по своему сердцу. — А потом я вернусь.

— Да. Конечно, ты должен идти, — она отвернулась, глядя на дюны. — Иди.

Дин сжал рукой ее ладони.

— Я вернусь к тебе.

— Знаю.

— Я всегда тебя найду, — прошептал он в ее ухо.

Она поежилась, но не от прикосновения. От слов. Это были слова Дина. Он не помнил, как говорил их ей, но ее это все равно задело.

Он приподнял ее подбородок и прижался губами к ее губам. Она запустила пальцы в его светлые волосы, притягивая его ближе. Она хотела, чтобы этот миг длился вечно. Чтобы он не уходил. Чтобы ей не нужно было воевать. Чтобы это все было сном, и она проснулась в Элейзии в его объятиях.

Но это не могло сбыться. Его дворца уже не было. Каэл сжег остров. И она должна была помешать ему навредить миру еще сильнее.

— Я люблю тебя, — прошептал Дин в ее губы.

Слова застряли в ее горле. Она пыталась открыть рот и произнести их, но их там не было. Она так долго верила, что это был не ее Дин. Она не простила другого его. Она не знала, мог ли он простить себя. Ее сердце почти взрывалось от давления ситуации.

Он отодвинулся и провел ладонью по ее щеке.

— Все хорошо. Спаси мир. И с остальным мы разберемся.

— Береги себя.

— Я бы сказал тебе это, но ты не послушаешься.

— Безопасности нет в описании моей работы.

Он поцеловал ее еще раз, долгий поцелуй лишил ее дыхания. А потом пошел за Галционом, чтобы выполнить свою миссию. Сирена коснулась рукой губ, не зная, останутся ли они теми же, когда дойдут до конца. Переживет ли его любовь правду о том, кем она была… и что ее ждало.

* * *

— Еще дуешься? — спросила Сирена, отыскав Сариэль, лежащую на дюне.

«Драконы не дуются. Я дымлюсь», — она выпустила облако дыма.

— Ты забавная, — с сарказмом сказала Сирена.

«У меня отличное чувство юмора».

Сирена опустилась возле Сариэль и прислонилась головой к теплому боку дракона. Она смотрела на звезды и почти полную луну сверху. Она встретилась с нимфой, которая предлагала ей любое желание. А теперь сидела и просила у звезд, надеясь, что они послушают. Или хотя бы Создательница, если она еще была там. Ее сестра устраивала беспорядки. Нужно было разобраться с этим. И эта работа ждала Сирену.

«Твои мысли беспокойные. Ты боишься грядущей войны? Я хотела ее, сколько себя помню».

— Я никогда не была на войне. Все ждут, что я поведу их в бой, но я хочу просто улететь с тобой и остановить это до того, как все начнется.

«Так давай полетим».

— Я годами трудилась, чтобы дойти до этого. Я могла остановить это давно, но не хотела убивать, — сказала ей Сирена. — Я должна встретиться с врагом, которого не хочу убивать.

«Хотеть убивать нельзя. Если искать смерть, она быстро найдется, — Сариэль мудро моргнула золотым глазом. — Но одна смерть ради тысяч жизней? Одна жизнь, чтобы мир не поглотил хаос? Одна смерть, которая вернет равновесие? Эта смерть оправдана».

— Да, когда ты так говоришь, — но Сирена не могла согласиться. Она сомневалась. — Я привязана к Каэлу. Я ощущаю его даже сейчас. Ощущаю, в какой он стороне. Может, я даже смогла бы до него дотянуться, если бы захотела.

«Это проблематично. И он так с тобой может. Как так вышло?»

— Это проклятие передается поколениями. И, когда я думаю, каким он мог быть, и какую жизнь мог выбрать, я жалею его. Я не хочу убивать его, Сариэль.

«Если это ты или он, моя всадница, то ты это сделаешь».

Сирена кивнула, ее мутило.

— Сделаю. Сделаю то, чего не смогла Серафина.

«Кто такая Серафина?»

Сирена тяжко вздохнула. Она должна была многое рассказать Сариэль. Она надеялась, что ее жизнь будет долгой, и она успеет все рассказать. Но пока она расскажет ей то, что необходимо. Как только Сирена заговорила, ее охватило облегчение. Она и не понимала, как ее душило то, что Серафина предала ее. И она могла рассказать все внимательному слушателю.

— Судьба вела меня к этому моменту. Я — предсказанная Наследница Света, которую ждет бой с Наследником Тьмы. Я иду к этому моменту, и я давно к этому готовилась. Но это ощущается… фальшиво. Словно Серафина просто пытается исправить свои ошибки. Может, судьба — это ложь, как и все остальное.

Сариэль молчала пару минут. Только свист ветра среди дюн и стрекот насекомых с их вечерней песней нарушали тишину.

«А если это не твоя судьба?»

— О чем ты?

«Если это не твоя судьба, и тебя не ждет бой, то ты — очень хорошо одаренная Дома. Ты связана с лифом, человеком и драконом. Ты добралась до этого момента и собираешься в бой, судьба это или нет, потому что твое сердце знает, что так правильно. Это поведение героя. Ты сделала себя героиней».

Сирена раньше не думала о таком. Может, ее выбрала судьба. Может, она сама создала свой путь. Так или иначе, она пойдет в Аурум. Она была на правильной стороне.

«Не стоит давать вине Серафины мешать твоим суждениям. Многие драконы, с которым я дружила, были схожего возраста с твоим предком. Их воспоминания бесконечны. И они хранят много вины. Ее поражение не влияет на тебя».

— Спасибо, — сказала Сирена. — Я все еще ощущаю… тяжесть из — за решения, из — за того, что я узнала. Она могла думать об этом дольше меня. Использовала она меня или нет… это уже не важно. Я не отступлю.

«Думаю, она уже может упокоиться, ведь ты знаешь, что делаешь. Может, нам стоит проверить твои силы».

— Ты хочешь?

«Ты не напрасно тренировалась с Амират и Акирой».

— Они рассказали тебе?

Сариэль фыркнула, и огонек появился над ее головой, на миг озарив ночное небо.

«Задолго до того, как ты была готова работать со мной. Они начали тебя учить только после моего согласия».

Сирена покачала головой. Конечно.

— Давай попробуем.

«Вместе».

— Вместе.

60

Разделение

Связь с Сариэль была простой.

Их магия переплелась, волна обрушилась по спине Сирены. Она управляла силами и уже не ощущала удар по животу, как было при первом соединении сил с Авокой. Но это было совсем другим. Древняя, потусторонняя, но при этом знакомая сила. Сущность Сариэль была энергией, и они вместе управляли ею.

Сирена только закрыла глаза, а дух уже вырвал ее из реальности. Она делала это лишь раз до этого, но ощущалось естественно. Сариэль направляла ее. Они двигались как одно целое.

Она стояла между — наполовину в этом мире, наполовину в мире духов. Она должна была шагнуть через брешь, попасть в царство духов, и она могла позвать Серафину. Узнать больше о том, что она сказала Сирене в прошлый раз.

Но она мешкала.

«Иди. Я буду тут, когда ты вернешься, духовная сестра».

— А если все, что она сказала, было ложью? — спросила Сирена.

«Ты поймешь, что делать».

Сирена вздохнула, не зная, что делать, и перешагнула брешь.

* * *

Она открыла глаза в замке Нит Декус. Сирена поежилась. Когда она была тут в прошлый раз, все любимые и друзья умерли. Нет. Она не хотела встретить Серафину тут. Ей нужно было другое место. Безопасное.

Пейзаж изменился, и она оказалась на землях дворца в Элейзии. Землях, которых уже не было в ее мире. Но она помнила чудесный остров. Это было яркое воспоминание теперь разрушенного мира.

— Серафина? — тихо сказала она.

Та появилась внезапно. Она не была призраком. Она была плотной и четкой. Копией Сирены с темными волосами, голубыми глазами и в простом красном платье. Пропали слезы, истерика и стыд. Она снова выглядела как Домина, какой ее всегда представляла Сирена.

— Здравствуй, Сирена, — сказала Серафина с тенью улыбки. — Я не была уверена, что ты вернешься.

— Как и я.

— Это справедливо, — Серафина огляделась. Она прошла по тропе почти с благоговением. — Замок Элейзии всегда был любимым и у меня. Хоть Бьерн был домом. Но тут была свобода.

Сирена ненавидела и обожала то, как это отражало ее мысли.

— Ты злишься на меня, — сказала Серафина.

— Имею право.

— Да. И мне жаль, что так вышло. Я не хотела навредить тебе.

— Не важно, — сухо сказала Сирена.

Серафина кивнула и отвела взгляд.

— Думаю, ты тут не за извинениями, так что не буду пытаться. Ты получила дракона?

— Да. Мы соединены и говорим с тобой. Мы защищены от тьмы, но она идет.

— Ты ощущаешь ее? — спросила Серафина.

— Она нашла меня.

Серафина замерла и побледнела.

— Как?

— Когда меня и Сариэль связывали. Я была уязвимой, и она проникла в мой сон. Манила меня к себе.

— Нельзя к ней! — сказала Серафина. — Ни за что не ходи к ней!

— И не собиралась, — Сирена вздохнула. — Я слышала от тебя и Веры, что она — зло. Но она — мой враг, как и Каэл, а я знаю о ней только одну историю. Что она — сестра Создательница, богиня разрушения, Разрушительница. Она создала злых существ этого мира. И влияла на события две тысячи лет назад, которые привели к падению магии. Что ты знаешь о ней? Как мне ее остановить?

Серафина вздохнула и посмотрела на свои ладони.

— Это все правда. Но… никто не может ее остановить. Она — богиня.

— Но ты знаешь о ней больше.

Серафина кивнула.

— Да… эта часть моей истории тебе тоже не понравится. Но я покажу тебе, если позволишь. Мы тут в безопасности, можно говорить о ней.

— Покажи.

* * *

Мир возник снова.

Там были горы, полные снега, и девушка, решительно идущая по узкой тропе. Она была в головы до пят в мехах. Ее шаги были ровными, а взгляд — уверенным.

С Серафиной Сирена шагала за девушкой. Она ничего не ощущала, но Серафина изменила их облик, защитив от холода в стиле той девушки.

— Что это за место? — спросила Сирена.

— Горы Хэвен.

Сирена нахмурилась.

— Кто туда ходит? Там опасно.

— Я, — Сэра кивнула на девушку. — Это я. Намного младше, готовая на все, чтобы спасти свою любовь. Я показывала тебе чары, которыми мы с Виктором связали себя. Это ужасное действие забрало магию крови его первого ребенка и наделило Виктора магией. Мы не знали, что она будет вызывать зависимость. Но… я не сказала, откуда взяла это.

Сирена стала понимать.

— У богини?

— Тогда я не знала, что она была богиней, но да. Мы с Виктором хотели навсегда быть вместе. Мы были наивными, и магия разделяла нас. То, что она была у меня, а у него — нет, не остановило меня. И к людям без магии были предрассудки. Дремилоны были одними из самых богатых и влиятельных в Бьерне, но не могли сравниться с Дома.

Сирена кивнула. Так было в Аландрии.

— Я понимаю это.

— Я знала о церемонии связи. Я знала, что это может произойти только между магами. И я искала для него способ получить магию. И нить привела меня туда.

Серафина указала на видение младшей себя. Она прошла в трещину, едва заметную с их высоты. Они последовали за ней, попали в темную пещеру. Младшая Серафина держала в руке Огонь Дома. Ее уверенность дрогнула лишь раз, когда она прошла глубже в пещеру и остановилась перед каменной стеной. Сирена подобралась ближе, поняла, что там была запертая дверь.

— Здравствуйте? — позвала у двери юная Сэра. — Мне говорили… я ищу того, кто может мне помочь. Я хочу связать себя с тем, у кого нет магии. Мне сказали, что вы можете это сделать.

Ответа не было. Сэра озиралась, не понимая, ошиблась ли она с местом, или кто — то пошутил.

Из тьмы донесся голос, который Сирена слышала в мрачных снах.

— Я могу тебе помочь, дитя.

Сирена поежилась, и Серафина опустила ладонь на ее плечо.

— Чудесно! Как это сделать?

— Это непросто, — сказал голос.

— Я сильная. Я смогу.

Серафина хмуро смотрела на юную себя. Сирена не знала, что она думала о нахальном поведении, которое дорого ей обошлось.

— Я вижу, какая ты. Что ты ищешь. Это будет дорого стоить.

Младшая Серафина шагнула вперед.

— Я заплачу за это.

— Я была в этом уверена.

— Так… вы мне поможете?

Тьма не ответила. Но черная книга появилась перед Серафиной вместе с двумя золотыми монетами. Серафина склонилась и подняла их. Она спросила, что это было, но Сирена уже знала. Эту темную книгу Каэл показывал ей в Бьерне. И монеты… их она использовала для портала. Одну ей дала во сне Разрушительница и звала ее к себе.

Серафина взмахнула рукой, и видение пропало. Они снова стояли в Элейзии без мехов.

— Она дала мне нечистую книгу, чтобы у Виктора была магия крови, и монеты, чтобы мы были с ним на связи. Она сказала, что будет цена, но я не заплатила ее и решила, что была в безопасности. Но ценой оказалась смерть, и я платила ее кровью. Ценой было проклятье, передававшееся моим потомкам поколениями. И я видела, как они гибнут снова и снова из — за меня.

Сирена нахмурилась. Это должно быть невозможно. Любить кого — то так сильно, чтобы отдать все ради спасения. Но спасение означало наблюдать вечность их страдания.

— Она попросила, что… если все пройдет по плану, я отпущу ее.

Сирена уставилась на нее.

— Ты же этого не сделала?

— Нет. Даже юная и наивная, я знала, что ее заперли неспроста. Я сказала, что попробую… а когда не сделала этого, она взялась за Виктора. Отравила его уже зависимый разум словами о власти. Посеяла в его мыслях жажду убрать Дома и забрать Бьерн себе.

— Зачем ты ему помогала в этом?

Она покачала головой.

— Я не знала, что он этого хотел. Я думала, что он хотел равенство, и я верила, что он это заслужил.

Сирена зашипела сквозь зубы. Разве не за это она боролась? Равенство между людьми и магами. Свободная жизнь.

— История повторяется, — пробормотала она.

— Я тебе покажу.

* * *

Сирена вдруг оказалась в замке Нит Декус, в комнате, где уже была с Серафиной как — то раз. Круглая комната двора Дома. Но до этого она видела ее глазами Серафины во время ее Представления и принятия в их ряды. Теперь Серафина была старше, служила как Домина — самая сильная и лучшая среди них. Она была в белом, бриллиант сиял между ее грудей. Комната была переполнена. Все Дома всех цветов были здесь.

— Тихо, — сказала комнате Домина Серафина.

Все замолкли. Она даже не повысила голос.

Сирена взглянула на нынешнюю Серафину, та кивнула на другую себя.

— Смотри.

— Братья и сестры, я созвала вас обсудить деликатное дело. Многие из вас знают, что я долгое время выступала за лучшие условия для людей. Присутствие стражей Дома на рынках мешает краже, но и не дает развиваться торговле. Ненужные преследования тех, кем мы правим. Предрассудки против тех, у кого нет магии. Они — не граждане второго класса. У нас нет системы классов. Мы едины. Мы должны действовать как целое.

Все молчали. Никто не спорил. Говорила Домина.

— Я привела посла от людей, который предложит план действий.

Она взмахнула рукой, и в комнату прошел Виктор Дремилон. Это вызвало недовольный гул в толпе. Серафина не сводила взгляда с Виктора. Напряжение между ними было осязаемым. Это точно видели все.

Виктор отбросил зеленый плащ за спину и повернулся ко двору. У него были те же темные волосы и серо — голубые глаза Дремилонов, которые Сирена знала, любила и ненавидела. Та же уверенность с обаянием.

— Спасибо, что впустили меня сегодня к вам. Я не хочу вас задерживать. Я хочу место за вашим столом, — он посмотрел в глаза каждому придворному. — Я не ниже вас. Маги и не — маги могут жить в гармонии. Мы можем сделать людей стражами, люди могут быть при дворе и править вместе с вами. Так должно быть. Тут есть место для нас. Это справедливо.

Виктор явно надеялся получить поддержку, а услышал… смех. Его щеки густо покраснели, он нахмурился. Он сжал кулаки, тьма лизала его запястья так, как Сирена привыкла.

Но Серафина вздохнула и стерла воспоминание.

— Это было начало конца. Я должна была тогда понять. Он злился, но я верила, что это еще возможно. Я не знала, что он решил иначе.

— Он уже решил пойти к богине?

Серафина покачала головой.

— Она пришла ко мне во сне и потребовала, чтобы я отпустила ее, как я обещала. Но я так не говорила. Она была в ярости, когда я отказалась. Она бросила мои сны. Виктор стал отдаляться, но я думала, что он все еще заодно со мной. А потом все пошло не по плану… ее злые существа проникли в мой замок, и он зарезал мой двор. Тогда я поняла, почему она оставила меня.

— Она перешла к нему, потому что им было проще управлять.

— Да. А потом было слишком поздно. Меня назвали консортом и заперли. Он приходил ко мне за советом и утешением. Наверное, только я его понимала. Пока он не нашел Анну, я жалела его. У него было все и ничего. Но я ощущала, что он это заслужил.

— И ты его не остановила?

Серафина покачала головой.

— Я не могла, — она смотрела на свои ноги. — Богиня снова становится сильной. Магия крови — ее любимый трюк. Нам нужно убрать ее влияние — то есть, покончить с Каэлом Дремилоном, пока она не продолжила работать через него, как делала с Виктором.

— Думаешь, она уже дотянулась до него? — спросила Сирена.

Серафина кивнула.

— Да.

Сирена нахмурилась. Она ненавидела мысль об этом, но верила, что Сэра была права.

— Она пришла ко мне. Она ушла к нему. Может, она не знала, кто из нас податливее. Я ведь тоже использовала магию крови.

Серафина кивнула с неохотой.

— Наверное. Я не хочу просить тебя быть сильнее меня. Но… прошу, сделай то, чего я не могла.

— Ты любила Виктора? — спросила Сирена. — Даже в конце?

Слеза покатилась по ее щеке.

— Даже в конце.

Сирена представила Каэла, который во сне дал ей оружие, чтобы убить Дина. И как она пронзила его мечом. Как покончила с ним. Она не могла этого сделать. Даже во сне. Она понимала в этом Серафину. Но не была с ней согласна. Она могла спасти мир от страданий, поступив правильно. Но она пыталась теперь это сделать. Это уже было чем — то.

— Мне жаль, Сирена, — сказала Серафина.

— Знаю, — сказала она.

Сирена обняла ее. Это не было прощением. Пока что. Но к этому шло. А пока что… она поступит правильно.

61

Власть

Элея

Элея прочла и перечитала письмо.

Она было простым. Она не знала, как Феникс доставил его ей. Но это не было важно. Она быстро сожгла его, чтобы улик не было, но слова обжигали ее глаза.

Как ей вывести королеву Джесалин из замка?

Ох, нужно было помнить, что Джесалин больше не была королевой. Это не очень помогало проблеме, но это она могла исправить в своей голове. Каэл завоевал Аурум. Город, который за пару веком сменил десятки королей. Люди были слабыми. Они слушались нового порядка Каэла и уже собирали отряды для вторжения в Элейзию.

Каэл сидел на троне. Он правил обеими странами железным кулаком. Она не могла увести его сестру из — под его носа.

И все же…

Элея поспешила уйти из комнат, которые ей дали. Они были роскошными, даже слишком. Каэл дал их как подарок. Она все еще не знала, зачем была тут. Она ощущала себя пешкой в его игре, но еще не двигалась по доске. И ей это не нравилось.

За пару минут она добралась до покоев Джесалин. Каэл не убрал ее из королевских покоев, но она была пленницей в них. Стражи стояли внутри и снаружи. Они впустили Элею. Все знали, что она была питомцем Каэла.

Злые глаза посмотрели на нее, когда она вошла. Ее фрейлины ненавидели Элею. Она не была удивлена. Они верили, что она — враг. Но не смели оскорблять ее, страх был сильным мотиватором.

Она пошла к Джесалин. Ее темные волосы и серо — голубые глаза были как у ее братьев. Но она была в смешном розовом платье из шифона. Ее волосы были высоко собраны на голове. Ее нос был поднят высоко, как всегда. Элея достаточно слышала о Джесалин, чтобы знать, какой женщиной и королевой она была.

— Джесалин, вам нужно пойти со мной, — сказала Элея.

Джесалин подняла нос еще выше. Она видела, что та хотела отругать ее за отсутствие ее титула. Но не стала.

— Думаю, я останусь здесь.

Элея прикусила губу.

— Сейчас.

— Каэл попросил меня прийти в тронный зал?

— Да, — соврала она.

Ей нужно было увести Джесалин от ее фрейлин, и там они поговорят наедине.

— Вовремя, — Джесалин встала и отряхнула платье. Она выглядела так, словно сама придумала, что ей нужно идти. — Не сплетничайте много без меня.

Фрейлины захихикали, но Элея видела напряжение и стресс на их лицах.

Джесалин пошла из комнаты. Два стража пытались пойти с ними, но Элея подняла руку.

— Я справлюсь.

— У нас приказ.

— И я перечу вашим приказам, — сказала Элея стражу.

— Нам сказали все время защищать королеву Джесалин.

— Ах, но она не королева. Хотите, чтобы император услышал об этом? — холодно спросила Элея.

Страж побледнел, Элея ненавидела себя за это. Она становилась хороша в этом, как Каэл. Как? Было все проще и проще. Словно тьма заражала ее.

Элея взмахнула зеленой юбкой и пошла впереди Джесалин, направляя ее. Джесалин поспешила, чтобы они были бок о бок. Стражи не следовали за ними. Элея обвила руку Джесалин и притянула ее ближе. Джесалин, казалось, хотела возразить.

— Как мне увести вас отсюда? — прошептала Элея.

Джесалин прищурилась.

— О чем ты?

— Вы слышали.

— Увести? Ты хочешь… помочь мне? — Джесалин огляделась, словно это была шутка, и она попалась.

— Есть ли способ? Через сады? Прачечную? Кухню?

Джесалин покачала головой.

— Нет… мы на большом холме. Сады открыты. Прачечная не сработает. Кухни слишком далеко, — ее глаза наполнила паника. — Я… толком не знаю замок.

— Вы жили тут годами.

— Я — королева. Я не искала способы сбежать.

— Тише, — зашипела Элея.

Джесалин замолчала.

— Мы можем вас одеть как служанку? Отправить через крыло слуг?

Джесалин медленно кивнула.

— Да. Моя леди Кимберин так встречалась с любовником.

Элея склонилась к ее голове и захихикала:

— Конечно, конечно.

Джесалин быстро поняла и шлепнула Элею по запястью.

— Миледи, мы так быстро подружились. Как хорошо, что ты тут.

Лорд прошел мимо, он был верен Каэлу. Он даже не взглянул на двух дам, идущих без стражи. Повезло. Они шагали бодро. Если не спешить, Элея ощущала, что у них был шанс. Попасть в крыло слуг, переодеть ее и выпустить, будто простую служанку.

Но они не успели.

Они даже не дошли до крыла слуг, их остановил страж.

— Компаньон Элея?

— Да, — сказала она, подняв нос выше.

— Император попросил немедленно прибыть к нему.

Элея подавила ужасные мысли. Ее не поймали. Каэл не знал, что она работала на другую сторону. Она будет в порядке.

— Спасибо, что сообщили. Я верну спутницу в ее комнаты и приду.

— Он сказал: немедленно. Мы знаем, что он не любит ждать.

Элея кивнула. Каэл был нетерпеливым и в хорошие дни. Она подозревала, что сегодня был не хороший день.

— Идем, — она повернула Джесалину, и они направились к тронному залу.

— Что мне делать? — прошептала Джесалин.

— Молчать. Не отвечать на его слова, если это не прямой вопрос. Лучше, когда тебя игнорируют и не убивают, чем кричать о своей точке зрения.

— Так ты выживала так долго? — оскалилась Джесалин.

— Можешь меня осуждать, но это я решила помочь тебе сбежать. Так что молчи и слушайся.

Джесалин подавила гордость и закрыла рот. Они вошли в тронный зал. Каэл сидел на большом троне. Его зеленый плащ висел на краю трона. Он посмотрел на нее, когда она вошла. Щеки Элеи покраснели. Каэл пугал ее, но ее сердце все еще вздрагивало, когда она была с ним. Она знала, что ее страх должен был отгонять ее от него, но она не испытывала отвращение. Никогда. Даже когда работала против него.

— Стой здесь, — шепнула она Джесалин.

Элея прошла дальше одна и опустилась в реверансе.

— Ваше императорское величество.

Каэл махнул рукой и поманил ее ближе.

— Ты знаешь, что тебе не нужно так ко мне обращаться.

— Я думала, это хорошо выглядит для лордов.

— Плевать на них. Они просто служат цели.

Элея кивнула.

— Конечно. Вы вызвали меня по какой — то причине?

— Вижу, ты привела причину с собой, — он посмотрел на свою сестру. — Ты всегда предсказываешь, что мне нужно.

Элея напряглась. Нет, она не хотела, чтобы Каэл вспомнил о Джесалин. Элее стоило оставить ее в покоях королевы. Ее приказ был ясным — убрать Джесалин подальше. Почему она поступила наоборот?

— Сестра, пройди вперед, — приказал Каэл.

Джесалин шагала властно, как королева, хоть и лишилась трона. Она не стала опускаться в реверансе, что было опасно, но хотя бы промолчала.

— Вижу, ты все еще пытаешься играть королеву, — ухмыльнулся Каэл.

Джесалин явно хотела ответить, но не стала.

— Ты хотя бы отыскала молчание. Я не думал, что ты так умеешь, с детства.

Джесалин поджала губы.

— Ты тут счастлива?

Она приподняла бровь.

— А ты был бы?

— Тебе тут удобно.

— Как пленнице в своем замке? — рявкнула она.

Элея резко вдохнула. Джесалин нужно было держать себя в руках. Если она сорвется, Каэл вспылит. Это добром не кончится.

— Как любимый гость императора Бьерна, — сказал ровно Каэл.

— Мы были твоими союзниками, — сказала Джесалин. — Ты бездумно завоевал нас. Ты мог лишь попросить о помощи, и мы бы легко дали тебе отряды для войны.

— Мне не нужны союзники.

— Они нужны всем.

Каэл оскалился от ее тона.

— Я сохраняю тебе жизнь, Джеси. Ты должна быть благодарна.

Джесалин фыркнула.

— Благодарна? Тебе? Ты с ума сошел?

Элея вздохнула и посмотрела на потолок. Она просила ее об одном. А она уже назвала его безумным. Он был близок к этому, но был и опасным. Не стоило бить по улью.

Каэл встал с трона, прошел к Джесалин, гордой и наглой. Она не показывала страха, который явно ощущала. Она была благородной.

— Ты смеешь так со мной говорить?

— Я — твоя сестра. Только я и могу, — сказала Джесалин.

— Эдрик пытался, и вот как это закончилось.

— Я тебя не боюсь.

Каэл рассмеялся.

— А стоит.

Он выхватил меч из тьмы и дыма. Джесалин не успела даже закричать, он провел мечом по ее горлу. Ее серо — голубые глаза, похожие на его, широко открылись. И она рухнула на спину, кровь брызгала из открытой раны.

Каэл вдыхал смерть, набирался сил. Элея почти видела, как смерть его сестры напитывает его. Смотреть на это было ужасно. То, как он расширялся и будто горел. Огонь бежал по нем. Он становился еще опаснее.

Он открыл глаза, и они были полны тьмы. Он посмотрел на застывшую у его трона Элею. Все смотрели. Смерть вызывала слезы. Страх пропитал воздух. Каэл протянул к ней руку. Элея подошла на дрожащих ногах, зная, что не смогла увести Джесалин… спасти ее.

Она опустила ладонь на его ладонь. Ее руки дрожали.

— Ты меня боишься.

— Да, — прошептала она, — и…

— И?

— И нет.

Он улыбнулся ей.

— Ты будешь моей императрицей.

Элея споткнулась от шока.

— Я… что?

— Скажи «да», мой питомец.

Элею мутило. Это не могло происходить. Она не ожидала такого. Она не представляла предложение. И она никогда не мечтала о таком. Она думала, что ее уберут. Что ей не придется быть здесь, когда между ними было убийство. Намек на то, что с ней будет, если она откажется. Ответ был только один.

Она подняла взгляд к его глазам.

— Да.

62

Приготовления

Сирена смотрела на пустой горизонт.

Сариэль, Амират и Акира вернулись на рассвете. Они ночью охотились, готовясь к отбытию. Остальное было готово. Караваны припасов ушли несколько дней назад. Они двигались медленно на ровной земле. В пустыне они догонят их с легкостью. Они отправили отряды вперед на всякий случай, ведь могли с кем — нибудь столкнуться. Но все были готовы отправляться этим утром.

А Дин все еще не вернулся.

Он обещал.

Его не было днями, вестей не было, Галциона не видели.

Авока появилась рядом с ней. Она коснулась ее плеча.

— Он будет здесь.

— Не знаю.

— Просто его миссия затянулась.

— Он сказал, что любил меня.

— Тогда не сомневайся в нем, — Авока проверила клинки и броню. — Если он так говорил, он имел это в виду.

— И ты веришь в такое об Алви? — спросила Сирена. — Я помню ваши споры.

Авока медленно улыбнулась.

— Я ему верю.

— Что ты скрываешь?

Авока посмотрела ей в глаза.

— Я хотела сказать после боя.

Авока вытащила колечко из кармана и передала его Сирене. Она посмотрела на бело — ледяной камень в центре.

— Что это? — спросила Сирена.

— Мое обручальное кольцо.

Сирена вскинула голову.

— Что, прости?

— Мы поженились в Кинкадии.

Сирена открыла рот.

— Что вы сделали? И не сказали или не пригласили меня?

— Мы решили внезапно. Хотели… сделать это официально, пока есть время. Но он обещал мне церемонию с друзьями, когда все закончится, — сказала Авока, вернув кольцо в карман. — Он сказал, что можно провести это в Элдоре.

Сирена радостно вздохнула. То, что Алви предлагал Авоке провести свадьбу у нее дома, было магией. Она обняла Авоку.

— Я так за вас рада. И лучше бы мне быть свидетельницей.

— Будто я могла выбрать кого — то еще.

— Вы с Сариэль похожи.

Авока рассмеялась.

— Словно моя мама пустит дракона с огненным дыханием в лес Элдоры.

— Я переживаю не из — за твоей мамы.

— Конечно, — сказала Авока. — Ты же моя связанная сестра.

— Ловлю на слове.

Авока покачала головой.

— Я отыщу своего мужа.

— Мужа, — прошептала потрясенно Сирена, Авока отправилась к Алви.

Авока явно рассказала ему, что сообщила Сирене, потому что он посмотрел на нее. Его глаза были большими. Она подмигнула ему, и он рассмеялся. Потом она его отругает за то, что он не сообщил сразу.

Все были на местах, а Дин так и не пришел. Ей придется лететь на Сариэль без него. Ей это не нравилось, но выбора не было. Они не могли задерживаться еще больше.

— Я хотела пожелать тебе удачи, — сказала Рэя за ней.

— Со мной будешь ты. Мне не нужна удача.

Рэя улыбнулась, а потом нахмурилась. Она посмотрела на бомбы, которые помогала им загрузить для атаки. Сирена видела тревогу в ее глазах от использования ее творений для разрушения.

— Все будет хорошо, Рэя.

— Знаешь, мастер Барка сказал, что я не могу быть в ответе за то, как другие используют мои изобретения. Но я не знаю, что он сказал бы насчет меня, использующей их.

— Он бы тобой гордился.

Рэя кивнула.

— Думаю, ты права. Я еще не видела боя. Я нервничаю.

— Нервничать нормально. Мы закроем тебя от худшего.

— Я… должна еще кое — что сказать, Сирена. Я не хотела тебе говорить, но Феникс решил, что тебе нужно знать, и я согласилась. Я не хочу, чтобы ты шла вслепую.

Сирена вскинула брови. Это не могло кончиться добром.

— Элея с Каэлом.

Сирена ощутила, как дыра открылась под ногами, и она туда падала.

— Как это могло произойти? Я думала… не знаю, что я думала. Я знала, что она осталась, но подумала, если ты выбралась, то забрала ее с собой.

Рэя покачала головой.

— Она теперь… питомец короля.

— Каэла?

Рэя кивнула.

— Создательница!

— Весь двор презирает ее, но она все еще Стром, Сирена. Она не сдалась ему полностью, хотя явно его любит.

— Конечно, любит, — Сирена помнила одержимость Элеи, когда она была в прошлый раз в замке. Это было раздражающе. Теперь это могло погубить все.

— Она была двойным агентом Феникса, рассказывала о Каэле то, что мы не могли нигде добыть. Мы попросили ее спасти Джесалин.

— И ты рассказываешь это только сейчас?

Рэя вздохнула, ее рыжие волосы упали на бледное веснушчатое лицо.

— Элея — лучший шанс добраться до Каэла. Прости, что она была нашей шпионкой. Прости, что она вообще там осталась.

Сирена покачала головой и повернулась к горизонту.

— Это не изменить. Я рада, что ты мне сказала. Я постараюсь забрать ее оттуда.

— Надеюсь, ты сможешь, — Рэя провела ладонью по руке Сирены. — Знаю, это твоя судьба. Мы знали, что это было предречено, со дня твоего представления. Ты на верном пути. Ты нашла магию там, где ее не было. Ты борешься за истинную любовь, равенство и свободу для всех. Ты нашла драконов, хотя в них уже не верили. Мы почти там, — Рэя крепко обняла ее. — Теперь нужно заставить их подчиниться тебе. Как говорили в твоем письме Представления. Как бы там ни было, ты — моя Наследница Света.

Сирена сглотнула ком в горле. Рэя знала, как все объединить. Ее письмо так давно предсказало это, когда еще Сирена не могла всего представить. Она шла в последний бой. И она победит.

— Я тебя люблю.

Рэя отпустила ее и отошла на шаг.

— И я тебя люблю. Покажи миру, кто ты.

Сирена кивнула и прошла к Сариэль.

— Готова?

«Я родилась для этого момента, всадница».

— Я так и думала, — Сирена забралась на Сариэль. — Полетим.

* * *

До столицы Аурума верхом на лошади добирались неделю, а Сариэль могла донести их туда за день. Она не была рада, что приходилось ждать их разномастную армию. Она была готова броситься вперед, все сжечь огнем дракона и вернуться к вечеру. Но это был бой не только для Сирены. Были и другие с магией, другие, кто заслужил шанс выступить.

И Сирена не была уверена, что полет туда и атака огнем ответили бы на ее проблему с Каэлом. Ей нужно с ним столкнуться. Она это знала. Но у него была ее сестра. Она не сможет ранить ее. Она защитит все, что ей дорого, если сможет.

Сирена прогнала эти мысли. Они почти добрались. Она была впереди с Верой и Амират, они кружили высоко над миром. Ей нужно было оставаться настороже.

«Видишь?»

Сирена прищурилась.

— Что ты видишь?

«Отряды».

— Дружеские?

«Дай мне приблизиться».

Сариэль приблизилась к долине внизу, и Сирена увидела то, что заметила своими зоркими глазами Сариэль. Отряды. Тысячи солдат. Сирене стало плохо от этого вида.

«Зеленый и золотой. Цвета Дремилона. Бьерна».

Сирена выругалась.

— Поднимайся. Летим отсюда. Нужно предупредить остальных. Они уже отправились в атаку на Элейзию.

Сариэль резко повернула и полетела к их отрядам. Амират приближалась к ним.

«Видела армию?» — спросила Амират.

«У меня идеальное зрение. Конечно, видела», — ответила Сариэль.

Сирена чуть не расхохоталась. Но ситуация не была смешной. Они ожидали, что до столицы им двигаться еще день. Стоило подготовиться раньше. И Дина еще не было.

Вера смотрела вдаль. Она была тише обычного во время их долгих полетов впереди. Вера казалась далекой.

— Все хорошо?

— Думаю, да, — сказала Вера.

Но она казалась встревоженно. Сирене это ни капли не нравилось.

Они добрались до армии через полчаса и опустились возле Гвиноры, ведущей их.

— Армии Бьерна уже покинули Аурум. Нам нужно встретить их на пути в Элейзию, — сказала ей Сирена.

— Это надолго?

— День. Может, два.

Гвинора скрипнула зубами.

— Я разошлю весть. Мы устроимся на ночлег и отправимся к той армии. Мои люди готовы к атаке.

Они сжали руки и кивнули. Их разногласия сейчас не имели значения. Они боролись на одной стороне.

Наступила ночь, они разбили лагерь, выбрали лучшее место для встречи с армией Бьерна. Они заканчивали приготовления к тому, что ждало их утром. Сирена вызвалась провести смену в дозоре и пропала как можно скорее. Она не могла выдержать их взгляды. Порой даже взгляды друзей.

Вся армия магов была на разных уровнях обучения и опыта сражений. Их было не так много, но они были сильными и полными энтузиазма. И они смотрели на нее как на спасителя. Словно она могла спасти их разбитый мир. А она могла думать лишь о том, что у нее были инструменты для этого, но она не знала, победит ли.

Она смогла одолеть Каэла в прошлый раз, но только из — за того, что застала его врасплох. Он не думал, что у нее будут преимущества, о которых он не знал. Она стала сильнее, более развитой с тех пор. И у нее была Сариэль.

Но и он развивался. Он убил Эдрика. То была огромная сила. И у него была сестра, если нужно было добавить еще сил.

И он знал о ее слабостях. Он знал, как использовать их против нее. Он знал ее.

Серафина не смогла убить Виктора. Как она могла считать, что Сирена другая? Она была невольно привязана к Каэлу. Ее тянуло к нему, когда они были близко. Она была уверена, что он знал, что она была неподалеку, где — то в ночи. Могла ли она сделать то, что от нее ждали?

Она покачала головой, прогоняя мысли. Но они не уходили. Просто кружились.

Она вытащила Тенелом из — за спины и направила энергию в рубин. Не лишила себя сил, но оставила себе запас в мече на всякий случай. А потом она напомнила себе стойки, взмахи, утомляла себя, чтобы заглушить мысли.

— Сирена, — сказал голос во тьме.

Сирена вздрогнула и направила Тенелом на голос.

— Ой, это я, — Алви вышел из — за деревьев.

— Что ты тут делаешь?

Он пожал плечами.

— Ищу. Менять облик теперь намного проще, и я, похоже, научился сохранять с собой вещи.

— Слава Создательнице.

Он усмехнулся и подошел к ней.

— Там тихо.

— Они не знают, что мы тут?

Он покачал головой.

— Нет. Врага нельзя недооценивать. Но это не все. Ночь стала тихой. Обычно, когда я меняю облик в Эмпории, я ощущаю других индресов неподалеку. Но тут ничего.

— Это хорошо или плохо?

Его глаза сияли золотом в ночи.

— Не ясно.

— Узнаем завтра.

— И есть кое — что насчет твоего меча.

Она крутила меч.

— Это тендрилл.

— Нет. Я про… имя.

— Имя?

— Имена могут быть сильными. Это вещь, но с именем она становится чем — то новым. Как ты, когда вырвалась из магии крови.

Сирена задумалась.

— Думаешь, Тенелом стал сильнее, получив имя?

— Для того его и назвали.

— Хорошо. Я буду использовать любые преимущества.

Алви был рядом с ней допоздна. А потом ее сменили в дозоре. Его тихая поддержка сохраняла ее разум. Она была рада, что он был там. Рада, что он знал, когда она нуждалась в этом. Кто знал, что могло принести завтра?

63

Переговоры

Поле боя было тихим, пока они ждали приближающуюся армию. Она была в три раза больше них. А то и еще больше, судя по рядам аурумских солдат. Сирене придется биться с солдатами с ее родины. Она хотела бы избежать этого, но не нашла способа.

Почти в полдень стало видно армию Каэла. Он ехал во главе армии в полночно — черной тунике и штанах с длинным черным плащом. У него не было оружия. Не было брони. Он был поразителен в своей простоте. Он знал, что это ему не нужно это. Он был самодостаточен. Его темная магия лизала его, словно была готова поглотить свет, которого касалась. Тьма, в которую Сирена чуть не погрузилась. Она ощущала ее издалека. Ощущала его взгляд на ней, несказанные слова в пространстве между их армиями.

— Нужно послать гонца, — сказала Гвинора. — Того, кто попробует обсудить это с ним.

— Думаешь, есть шанс? — спросила Сирена.

— Попробовать стоит. Если он откажется, наш план не изменится. Если согласится, у нас получится остановить это.

— Делай это.

Она не думала, что это поможет. Вряд ли Каэл вообще решит с кем — то говорить. Он был слишком наглым. Слишком далеко ушел. Она ощущала это через связь, не говоря с ним.

Гвинора выбрала добровольца, чтобы он пересек расстояние и попросил о встрече. Юноша пятнадцати лет был в ужасе, но слушался приказа.

Они ждали.

Это было мучительно.

А потом юноша пересек пространство и протянул Сирене письмо.

— Д — для вас.

Она взяла его и поблагодарила его, а потом прочла слова. Она чуть не закатила глаза. Все было в стиле Каэла.

— Что он сказал? — спросила Гвин.

— Он встретится.

— Да? — охнула она.

— Только со мной. Убьет тех, кто еще ступит на поле боя.

— Это ловушка.

— Наверное, — согласилась она.

Но она была не против. Было бы даже хорошо провести бой между ними в стороне ото всех. Они могли даже все мирно закончить. И их армии ушли бы по домам.

— Я иду.

— Подумай об этом, — сказала Гвинора.

Авока подняла руку.

— Сирена справится. Она знает, что делает. И она — наш командир.

Сирена кусала щеку изнутри, чтобы не скривиться от этих слов. Она не была командиром. А потом она посмотрела на свою армию, на людей, которые были тут из — за нее. Может, она и была командиром.

Гвинора отошла.

— Я была бы рада, если бы с тобой кто — то был.

— Тогда тот человек погибнет, когда мы пойдем к Каэлу, — она посмотрела на небо. — И… Сариэль занята делами на юге.

Гвинора кивнула.

— Тогда иди, но скорее, чтобы мы смогли убить гада.

— Поддерживаю слова Гвин, — сказала Авока, скрестив руки.

— Я постараюсь.

Сирена вышла на поле боя. Она ощущала странное спокойствие, пока шла к середине поля, к армии Каэла. Ее страх превратился во что — то яростное и живое в ней. Она владела им, как хлыстом, готовая вот — вот его обрушить. Ее магия была с ней, была бездонной. Ее рубин был полным. Тенелом — наготове. Она еще никогда не была так готова к этой встрече.

Но… это был Каэл.

Она не знала, что он устроит.

Он шел к ней уверенно, как вел себя всегда. Но он уже не был юношей, который отчаянно хотел быть на месте брата. Получить все игрушки, которых не было у Каэла — любовь отца, королевству, Сирену.

— Сирена, — Каэл остановился в футе от нее.

— Каэл.

— Как удивительно увидеть тебя здесь сегодня.

— Не думаю, что это было для тебя удивительным.

Он усмехнулся.

— Ты выглядишь иначе.

— Ты не изменился.

— Ты подготовилась к этому моменту? Хочешь, чтобы твоя мелкая группа пошла против самой опасной армии Эмпории?

— Ты убил Эдрика. Твоя армия слушается убийцы?

— Не веди себя так, словно у тебя еще есть чувства к нему.

— Я не играла. И, несмотря на мои чувства к Эдрику, я не желала ему смерти. Но ты украл его силы, чтобы насытиться, да? Магия крови.

— Ты понимаешь, — сказал он. — Нужно убивать, чтобы жить.

— Нет. Я бы не стала так осквернять жертву своих родителей.

— Тебя это гложет? — Каэл склонился ближе. — Желание?

— Нет.

— Врешь.

Да, она ужасно врала. Он всегда видел ее насквозь.

— Мы не поэтому здесь, — сказала она.

— Поговорим о твоих драконах? Как ты смогла подчинить их?

Сирена фыркнула.

— Никто не может подчинить дракона.

— Но они летают для тебя.

— Представь, мне даже не пришлось никого убивать для их верности.

Глаза Каэла потемнели от оскорбления.

— Мои драконы — причина, по которой мы тут.

— Почему это?

— Обсудить условия, с которыми ты сдашься.

Он рассмеялся.

— О, Сирена. Я так скучал по тебе.

— Я слышала, ты развлекался, пока меня не было.

— О, ты о моем Питомце.

Сирена скрипнула зубами от этого жуткого прозвища.

— Ты должен отдать Элею мне.

Каэл приподнял бровь.

— Я не думаю, что моя будущая императрица согласится на это.

Сирену словно ударили по животу.

— Твоя… что?

— Ах, ты не слышала, — серо — голубые глаза Каэла мрачно вспыхнули. — Мы помолвлены.

Сирена покачала головой и отпрянула на шаг. Нет. Не может быть. В этом не было смысла. Элея не была такой глупой. Она не могла этого хотеть. Она точно видела знаки.

Он говорил ей это, чтобы сбить. Он тянул время. Зачем? Какой была его цель?

— Желаю всего лучшего, — соврала она.

— Ревнуешь?

— Вряд ли. У нас был шанс, ты все испортил. А теперь… ты — чудовище. Как тебя можно любить? — жестоко сказала она, чтобы отомстить ему. Чтобы скрыть эмоции, бушующие в ней.

— Следи за языком, — прорычал он.

— Почему нам не покончить с этим, Каэл? Только ты и я, — она вытащила Тенелом и направила на его грудь. — Это ведь наша судьба?

— Нет, — сказал он. — Наша судьба — быть вместе. И, если я не могу тебя получить, никто не может. Я разорву мир, но не позволю жить тем, кого ты знаешь и любишь.

— Так тому и быть, — она убрала Тенелом в ножны. — Когда — то я считала тебя союзником, но теперь вижу, как ты обходишься с союзниками. Я буду с теми, кто меня знает и любит.

Она решительно отвернулась от него и пошла прочь. Она не могла показать своей армии эмоции, терзающие ее, дрожь ее рук или то, как связь вызывала в ней боль. И как она хотела повернуться и все исправить. И как она понимала, что это не исправить. Уже нет.

— Что он сказал? — спросила Гвинора.

— Он хочет воевать.

Гвин кивнула.

— Он получит войну.

Она стала готовить армию, начинать то, что, как подозревала Сирена, будет ужасным и долгим опытом. Ее желудок сжался от этой мысли.

А потом она услышала крылья вдали. Она нахмурилась, позвала Сариэль через связь.

— Что там?

«Погоди и увидишь».

Сирена не знала, что это значило. А потом увидела синюю чешую дракона на горизонте. Галцион. Ее сердце вздрогнуло, а дракон Дина летел к ним, и за ним была… армия.

* * *

Что — то в ней треснуло при виде Дина.

Он обвил ее руками, уткнулся лицом в ее волосы. Касался ее рук, талии, лица. Будто снова знакомился с ней. И, посмотрев в его глаза, она увидела его, настоящего.

— Дин, — прошептала она.

Все пропало. Армия. Грядущий бой. Судьба, к которой она приближалась.

— Прости, я опоздал, — сказал он.

— Я думала, ты не вернешься.

— Пришлось кое — куда слетать. Я не думал, что буду так долго ждать сестру и вести еще одну армию.

Сердце Сирены трепетало.

— Твою… сестру?

Он усмехнулся.

— Бриджит тут. Они отложили Войну королев, чтобы разобраться с угрозой.

— Ты помнишь, — сказал Сирена. Она думала только о том, что наполняло ее сердце.

— Я все помню.

— Как?

— Оказалось, я отдал сердце трем морским нимфам, и, когда я встретился с ними, они с неохотой вернули его.

— Что ты сделал? Зачем?

— Мне нужно было пересечь мост, отправивший меня в другой мир. Я забыл об этом, когда перешел, но у меня был маяк, чтобы вернуться к ним.

— Но почему сердце?

Он улыбнулся.

— Я сказал им, что оно уже принадлежало другой, и что она давно забрала его. Я прошел через тот портал, чтобы заслужить место рядом с тобой, Сирена.

— Ты… уже был достойным, — прошептала она.

— Нет. И все еще нет, — признался он. — Но это не значит, что я не люблю тебя. Даже без сердца… я любил тебя.

— Знаю.

— Я любил тебя в двух жизнях.

Она притянула его для поцелуя. Слова были бальзамом. Радовали, отвлекая от того, что ее ждала. И она была благодарна за отвлечение перед тем, как она поведет людей к их смертям.

— Прошу, прости меня за мое поведение в Кинкадии, — сказал он. — Я помню те слова, и мне плохо от того, как я обходился с тобой.

Она прижала палец к его губам.

— Не за что прощать. У тебя не было сердца. Это был не совсем ты.

— Уверена?

— Да. А теперь… покончим с этим вместе.

Он поцеловал ее еще раз.

— Увидимся на той стороне.

Она кивнула и смотрела, как он бежит к Галциону. Он полетел к армии Элейзии. Может, с ними появлялся шанс. Может быть.

* * *

Сирена прошла к армии, чтобы быть во главе, игнорируя понимающий взгляд Авоки и слова:

— Я же говорила.

Она была к этому готова. Все были здесь. Их силы удвоились. Они были готовы. Сирена запрыгнула на одолженную лошадь и вытащила Тенелом из ножен. Гвинора кивнула ей, передавая ей власть над армией.

Она сжала коня и поехала вдоль линии воинов.

— Сегодня мы боремся за справедливость. За тех, кого унижали, за тех, кто страдал. Мы принесли бой к порогу врага. Они забрали слишком много жизней. Пора им понять, кто мы, — она выпустила немного магии, и ее естественное золотое сияние окружило ее тело. Аура, которую всегда видела Гвинора. — Мы уже не разные люди из разных стран или городов. Мы — не Сеть. Мы — Дома.

Армия стала скандировать, и это было как первый снег зимой или прохладный весенний день.

— Дома! Дома! Дома!

— Мы едины! — закричала она поверх них. — Мы — Дома!

Крики продолжались, а потом она указала Тенеломом на армию Каэла и помчалась на коне в бой. Повела свою армию Дома.

Каэл наступал со своей армией. Лидер на поле боя. Они оба были полны магии. Тьма против света. Битва века.

Сирена первой пересекла черту, готовилась к столкновению с клинком в одной руке и магическим щитом в другой. Она ровно дышала. Ее сердце гремело. Руки не дрожали.

А потом со звоном перед ней открылась черная дыра.

Сирена охнула и быстро отпрянула. Ее лошадь встала на дыбы, стараясь избежать препятствия.

Что задумал Каэл?

А потом она увидела, что и сторона Каэла прекратила наступление. Обе армии стояли по сторонам от огромного барьера, пересекшего поле. Никто не двигался.

И фигура вышла из тьмы на поле боя. Фигура в черном широком плаще, тени липли к ней, словно принадлежали ей.

Страх пронзил сердце Сирены. Она знала, кто это был. Она видела ее в кошмарах.

Богиню разрушения.

64

Генералы

Разрушительница сбежала из темницы в горах Хэвен.

Сирена слышала смятение среди своей армии. Ощущала перемену в бою. В уравнении появилось неизвестное слагаемое, и никто не знал теперь, как его решить.

Особенно Сирена, которая готовилась к бою с Каэлом. Чтобы покончить с тем, что они давно начали, раз и навсегда. А теперь тут стояла богиня. Как ей биться с богиней?

— Здравствуйте, — сказала богиня, сделав еще шаг через портал.

За ней последовала другая фигура. Высокая, в черном с головы до пят. Но его лицо было видно… и она уже его видела.

Меррик.

Ее мутило. Глава стражи Эдрика. И у Каэла, скорее всего. Что он делал с Разрушительницей? Он всегда работал на нее? Часть ее думала, что так и было. И от этого все становилось хуже. Он был у нее под носом, а она и не подозревала.

Как только Меррик прошел, портал закрылся за ним. И воцарилась поглощающая тишина.

Богиня подняла руки и глубоко вдохнула.

— Запах войны. Он придает мне сил лучше всего. Я ждала этого момента.

Вера шагнула к Сирене.

— Будь осторожна.

— Я думала, она была скована, — прошипела Сирена.

В воздухе сгущалось напряжение.

— Видимо, она набралась сил и скрывалась, пока нас не было, — прошептала Вера, стиснув зубы. — Я должна была понять.

Богиня посмотрела на Сирену. Сирена не видела ее под плащом, но ощущала ее взгляд. Ощущала ее внимание.

— Я пришла забрать свое, — сообщила Разрушительница.

— Кто ты? — смело крикнул кто — то.

Богиня шагнула вперед.

— Я — богиня разрушения. Разрушительница, как меня звали тут. Я жила дольше, чем может представить твой крохотный мозг. И вам не понять всю мощь моей силы. А теперь я сотру мерзость, которую моя сестра, ваша Создательница, создала годы назад, — она взмахнула рукой, указывая на толпу. — Человечество.

— Ты не сможешь, — сказала Сирена. Слова вырвались из ее горла, она заставила лошадь сделать шаг вперед.

— Сирена, нет, — сказала Вера.

Но Сирена не слушала.

— Людей защищаю я. Ты тут уже не правишь. И, если не уйдешь, будешь отвечать передо мной.

— Сирена, — сказала богиня. — Великий спаситель. Я тебя звала. Ты могла прийти ко мне. Спасти их. Но ты не использовала мою монету, и они пострадают за это.

— Твоя монета была проклятием. Ты — дым и тень. Я тебя не боюсь.

— А должна, — пропел голос. Она подняла руки к небу. — Придите, мои генералы. Покажите свои лица миру. Меррик Ноккин, мое первое творение.

Меррик встал справа от нее. Сирене стало не по себе. Меррик был… ноккином. Он был в стенах замка все это время, забирал магию у всех, мимо кого проходил. Она не знала, как его не заметили. Ноккины, которых встречала Сирена, были смертельно опасными. Они забирали всю силу, оставили Авоку в коме.

— Каэл Дремилон Проклятой крови.

Сирена посмотрела на Каэла вдали. Он работал с Разрушительницей, как Виктор две тысячи лет назад.

Каэл шагнул вперед. Он двигался напряженно, пока подходил к левой стороне богини. Он застыл рядом с ней. Сирене казалось, что он не хотел там быть. Но, если не хотел… почему работал с ней?

— Вара Браж.

Женщина вышла из армии Аурума, одетая с головы до пят в серебряные доспехи. Она сняла шлем, и стало видно пестрое лицо. Лицо, срезанное с другой женщины, которую она убила, и ставшее ее лицом. Она вытащила опасно изогнутый клинок, и Сирена по своему опыту знала, что он пропитан смертельным ядом. Она уверенно встала возле Меррика. Убийца, получившая внимание.

— И мой альфа, — сообщила Разрушительница. — Алви Индрес.

— Нет! — услышала Сирена вопль Авоки за ней.

Сирена повернула лошадь, готовая остановить происходящее. Сбить его, не дать подчиниться тому, что с ним сделает богиня, тому, что она заставит его делать.

Она посмотрела на золотые глаза Алви, полные боли.

— Простите, — выдавил он.

А потом изменил облик. Так легко. Без проблем. Словно тренировки с обликом индреса в Кинкадии лишили его сопротивления при обращении. Индрес и человек стали едины. Зверь захватил его. И он был под властью богини.

Алви пошел к Разрушительнице. Авока побежала за ним.

— Стой! Алви, стой! Ты не хочешь этого. Ты не хочешь работать на нее. Так нельзя. Измени облик. Ты — мой. Ты принадлежишь мне.

Но Алви ее не слышал.

Дин поспешил за ней, схватил Авоку посередине.

— Она тебя убьет.

— Я ее убью! — визжала она. Авока бушевала, пока он шел к богине. Вдруг один из ее белых клинков оказался в ее руке, и она послала его лететь к сердцу богини. Бросок был идеальным. Клинок несся по воздуху, готовый попасть в цель. Богиня махнула рукой, и меч растаял, как дым, не долетев до мишени.

Авока обмякла в руках Дина.

Алви встал рядом с Каэлом.

Ее генералы были на местах.

65

Богиня

— Верни его, — прорычала Сирена. — Отпусти его.

— Он мой, — сказала богиня. — Я создала индресов. Он поддался моему зову. Он мой.

— Он не твой. Он — один из моих.

Сирена выпустила в богиню порыв энергии. Полную мощь своей силы. Появился щит и отразил энергию от богини.

— Ты бессильна против меня, дитя. Если бы ты пришла ко мне, я показала бы тебе всю мощь твоей силы. Но ты словно не можешь стоять на ногах. Ты не можешь мне навредить.

Сирена была готова пробовать все, чтобы остановить ее. Она же не могла быть защищена от всего? Она переживет молнию? Ураган?

Но богиня закончила с ней.

Она отвернулась от Сирены, словно та уже не была важна.

— Пора, Бенетта.

— Бенетта? — спросила Сирена. — С кем ты говоришь? Тут нет никого с таким именем.

Вера прошла вперед. Она смотрела на Сирену с огнем, которого та раньше не видела. Что — то сияло в ней.

— Защити Матильду, — сказала Вера.

Сирена открыла рот в смятении, но Вера покачала головой.

— Иди к Матильде. Сейчас, — Вера выглядела изможденно. — Я не жду, что ты простишь меня за это, — ее голос пылал яростью, не принимал возражений.

Она позволила Вере пройти, повела свою лошадь к Микелу и Матильде.

— Защищайте Матильду любой ценой, — приказала Сирена.

— Что такое, Сирена? — Матильда пыталась пройти вперед, но Сирена мешала ей. — Что делает моя сестра?

— Она сказала защитить тебя, — Сирена не сказала, что Вера, скорее всего, решила пожертвовать собой. Она знала, что не могла позволить Вере сделать это.

Она потянула за связь с Сариэль, кружащей сверху.

— Скоро.

«Я готова».

Сирена кивнула, Микел встал между Матильдой и богиней. Сирена поспешила к Вере. Она слышала слова Веры, пока приближалась.

— Только ты и я, Малиса, — сказала Вера. — Ты этого хотела все эти годы.

Сирена нахмурилась в смятении. Малиса?

— Бенни, ты не знаешь, чего я хочу. Ты не видела это, когда заперла меня годы назад. Ты не видишь и сейчас. Ты думаешь, что я хочу биться с тобой. Что я дам тебе шанс снова подавить меня, — сказала богиня. — Твое время вышло. Ты хорошо управляла своими людьми? Они остались теми же безмозглыми букашками. Они не достойны. А теперь править буду я.

— Тут ты ошибаешься, — сказала Вера. — Тут ты всегда ошибалась. Они добрые и способные учиться. Да, у них есть изъяны, но они есть и у нас. И их ошибки и то, как они учатся на них, делает их великими. Хотела бы я, чтобы ты могла увидеть это.

— Мы уже это прошли, сестра.

Сирена уставилась на них.

— Сестра? — прошептала она.

Малиса повернула голову к Сирене.

— О, Бенни, ты им не сказала, — Малиса указала на Веру. — Позволь представить тебе мою сестру. Бенетту. Ты зовешь ее Верой, но она — ваша богиня созидания. Сама Создательница.

— Это… невозможно.

Как Вера могла быть Создательницей? Как Малиса… Разрушительница могла быть ее сестрой?

Матильда была сестрой Веры. Сирена видела, как Вера колдовала. Магия была не такой сильной, как у нее. Ей было две тысячи лет, она была привязана к жизни дракона, Амират, но… она не была богиней.

— Нет, — выдохнула Сирена.

Но вперед шагнула потрясенная Матильда.

— Ложь. Не слушайте это. Она — самозванка, не знает, о чем говорит. Вера — моя сестра, мой близнец. У нас нет других сестер.

— Ах, — Малиса выпрямилась, ощущая власть. — Я вижу, что ты сделала, Бенни. Я вижу, что ты сделала годы назад.

Вера смотрела на Малису и Сирену. Туда и обратно. Ее взгляд был умоляющим, но она не отрицала. Даже когда Малиса звала ее Бенни. Ее сестрой. Она не отрицала это, и Сирена увидела… что это каким — то образом… было правдой.

— Ты — Создательница.

Вера выпрямилась.

— Так меня звали раньше.

— Потому ты так много знаешь.

— Я говорила, что ты не простишь меня.

Малиса рассмеялась и сорвала плащ, чтобы стало видно тело из дыма и теней.

— Расскажи им правду, Бенни. Признайся в своих грехах тут, на этом алтаре, — Малиса обходила ее по кругу. — Создательница — ничто. Никто. И это она сделала. Она вырвала свою сестру из ее тела. Разорвала ее дух и заперла его, приковала к пещере на тысячу лет. Она — не спасительница, как в ваших историях. Она — предательница. Она предаст вас, как поступила со мной. Так что я богиня, которая спасет вас от страданий по ее вине.

— Я тебе не позволю, Лиса, — Вера встала между ней и Сиреной. — Твой бой закончится на мне. Не на них.

— Наш бой всегда был с ними. Я избавлю их от твоего влияния, а потом дам тебе то, что ты дала мне, но в тысячу раз больше. Это я тебе обещаю, дорогая сестра, — заявила Малиса. — Я устала от этих игр.

В один миг она стояла перед Верой, а в другой полетела к армии Сирены, то возникая, то пропадая. Сирена погнала лощадь вперед, но Авока вырвалась из рук Дина и напала первой. Она вонзила клинок в сердце Малисы.

— За Алви! — закричала она.

Но Малиса переменилась. Она вдруг прошла сквозь Авоку. Переместилась из одного места в другое. Тень окутала Авоку, и та завизжала от неспособности убить того, кто забрал ее мужа. Дин поднял меч, окутанный электричеством, хотел встать между богиней и Матильдой, но она легко обогнула его. Малиса снова переместилась и оказалась перед Матильдой и Микелом.

— Как долго это было, — сказала Малиса.

Она потянулась рукой, но Микел помешал ей. Его инстинкты лифа позволили ему остановить ее ладонь. Но все быстро закончилось. Малиса схватила Микела за горло. Она подняла его, словно он ничего не весил. Он задыхался, брыкался ногами, а она поднимала его все выше в воздух.

— Нет! — завопила Малиса.

Она бросилась вперед, пыталась магией сбить Малису. Но ничто ее не сдвинуло.

А потом Малиса бросила мертвого Микела к своим ногам.

Матильда закричала в ужасе от смерти своего мужа. Слезы лились по ее щекам. Огонь ярости пылал в глазах.

— Микел, прошу, — сказала Матильда, пытаясь привести его в чувство.

Но ничто не помогало. Он умер.

— Ты в последний раз осквернила мое тело с этой букашкой, — сказала Малиса Матильде. — А теперь я заберу тебя.

Вера уже бежала к ним, и Сирена ускорилась при виде еще одного трупа, еще одного мертвого друга. Они работали в унисон, зная, что нужно остановить Малису любым способом. Они не могли пустить ее к Матильде. Так сказала Вера. Это было теперь куда важнее.

Сирена почти добралась до них, целилась Тенеломом в тело Малисы, звала Сариэль в бой. Она слышала вопль ее дракона. Этот миг отвлечения был тем, в чем нуждалась Сирена. Она направила Тенелом в Малису.

Малиса сжала рукой горло Матильды.

Смерть плясала в ее глазах.

Мир накренился.

Сирена промазала. Землетрясение сбросило ее с лошади. Она проехала по земле, магией воздуха пыталась смягчить удар. Но она все равно была потрепана и в синяках. Она поднялась с трудом на ноги, пытаясь понять, что произошло.

Стояла только Матильда.

Там, где были двое, осталась одна.

Ее руки были широко раскинуты, она широко улыбалась.

Магия текла по ней, ярко сияя.

Она победила! Матильда победила Малису.

А потом Сирена пригляделась, и ее кровь похолодела.

Матильда была Малисой.

Малиса была Матильдой.

Дух и тело соединились.

Они стали едины… стали богиней разрушения.

Малиса смотрела на своих подданных на земле.

— Твое время вышло. Тебя не должно было существовать. Теперь я снова целая. Я это исправлю.

Она потянула в себя силу. Вера кричала на нее, умоляла ее, но Малиса не слушала Веру… Бенни. И Сирена могла лишь смотреть, как она направляет магию к армиям на поле боя.

Сирена закрыла щитом себя и всех, до кого успела дотянуться. Но напрасно.

Ничего не произошло.

Малиса огляделась со смятением на лице.

— Твоих сил недостаточно, — рассмеялась Вера. — Ты не можешь стереть все человечество. Тебе придется быть такой, как мы, Лиса. Прошу, просто поговори со мной. Мы можем разобраться в этом.

Сирена шла вперед. Если Малиса не могла их убить, пора попытаться остановить ее. Она побежала к богине, которую считала до этого своей подругой, Матильдой. Ей было больно, но или она, или все жители. Женщина сошла с ума, пока была в темнице.

Малиса повернулась и успела заметить Сирену. Сирена разрезала плечо Малисы. Та закричала от боли, Тенелом сработал на ней. Малиса подняла руку и отбросила Сирену на тридцать футов. Сирена закричала, пытаясь остановить быстрый полет к земле. А потом под ней оказалось твердое тело Сариэль, она рухнула на свою драконшу.

«Мы должны убить ее».

— Да. Давай.

Они спикировали к Малисе. Сариэль готовила огонь, но Сирена покачала головой.

— Ты убьешь много других людей. Я займусь ею. Просто донеси меня.

Малиса снова указывала рукой, но не переживала из — за Сирены или Сариэль, что было идеально для нее.

Она услышала только слова Малисы:

— До встречи, Бенни.

Сирена спрыгнула со спины Сариэль, готовая вонзить Тенелом в спину Малисы.

Она была там, грозила жестом Вере. А потом щелкнула пальцами и пропала.

Сирена проехала по воздуху, где стояла Малиса. Она перекатилась и вскочила на ноги в смятении.

— Что? Куда она делась?

Вера покачала головой со страхом на лице.

— Она ушла.

— Ушла? Как она может просто уйти?

— Она… может переноситься на небольшие расстояния. Я надеялась, что эта сила пропала с ее способностью стирать большие группы людей.

Переносить себя. Сирена и не думала, что такое возможно.

Сирена посмотрела на поле боя.

— Где Алви?

Авока рыдала на земле.

— Она забрала его. Всех своих генералов — Алви, Каэла и остальных. Они все ушли. Она… забрала моего мужа.

— Тогда мы пойдем за ней.

Все посмотрели на Сирену. На их лицах было поражение.

— Мы проиграли, — вяло сказал Ордэн, нависая над телом Микела. — Проиграли.

Дин шагнул к Сирене с печалью в глазах.

Она повернулась к Вере.

— Вера?

— Н — не знаю.

— Ты — Создательница, — Сирена произнесла это как обвинение. — Как ты можешь не знать?

— Я не такая, как ты думаешь, Сирена.

Сирена прошла мимо нее, эмоции бушевали. Ей нужно было взять себя в руки. Да, они проиграли. Она не ожидала такого удара. Но это был не конец. Она должна была… оставаться сильной. Быть лидером, в котором они нуждались, которого они заслужили.

— Сегодня мы верили, что бьемся с одним врагом, — сказала Сирена своей армии. — Мы шли сюда, ожидая честного боя. Мы этого не получили. Но сегодня был первый бой. Это не конец войны. И мы не сдадимся. Возвращайтесь в лагерь. Мы продолжим на рассвете.

Отряды еще дрожали от вида сражающейся богини, но все же разошлись. Она обрадовалась, заметив, что армии Бьерна и Аурума тоже отступали. Вокруг нее остались только ее друзья. Те, кто уцелел — Авока, Ордэн, Дин.

Сирена повернулась к Вере. Или Бенетте, или Бенни, как ее звала Малиса.

Создательница.

Богиня, первая из Дома. Ее подруга.

А еще она лгала, обманывала и предавала.

Она должна была ответить на многие вопросы.

— Нам нужно поговорить, — сказала Сирена.

— И мы поговорим, — сказала Бенетта.

Продолжение следует…