Внимание!

Текст предназначен только для предварительного ознакомительного чтения. Любая публикация данного материала без ссылки на группу и указания переводчика строго запрещена. Любое коммерческое и иное использование материала, кроме предварительного ознакомления, запрещено. Публикация данных материалов не преследует за собой никакой коммерческой выгоды.

Мелани Хансен

Выбирая любовь

Автор: Мелани Хансен

Книга: Выбирая любовь

Серия: Спектр #2

Количество глав: 15 + эпилог

Автор перевода: Cloud Berry

Перевод группы: LOVEINBOOKS

Аннотация

Скотту Эшворту повезло — нападение неизвестного не причинило его красоте большого вреда. Его профессиональные цели по-прежнему достижимы, и что самое главное, в его жизнь снова вернулся Райлан Махоуни, его сводный брат. Их подростковой влюбленности наконец-то предоставился шанс перерасти в нечто большее.

После того, как обстоятельства нападения сводят их вместе, чувства Райлана вновь оживают, пусть его и преследуют воспоминания об исчезновении Скотта в ту далекую ночь, когда ему исполнилось восемнадцать. Веря в то, что поделившись тайнами с другом, можно сбросить с сердца их груз, Райлан настаивает, чтобы Скотт рассказал ему, что с ним случилось за эти шесть лет. Правда, за воскрешение старых демонов всегда надо платить свою цену.

Не успевает Скотт оглянуться, как его жизнь стремительно выходит из-под контроля, а токсичные комплексы угрожают разрушить хрупкие отношения с Райланом. Ему предстоит сложное дело: отпустить прошлое и научиться верить в себя. Иначе он рискует потерять Райлана снова — и на этот раз навсегда.

Глава 1

— Как бы там ни было, Рай, я правда рад, что ты здесь.

Скотт коротко поцеловал его, потом отпустил и, не сказав больше ни слова, легко сбежал по лестнице вниз.

— Я тоже, — прошептал Райлан пустоте комнаты и вздохнул. Его глаза горели от усталости и эмоций, тело дрожало от поцелуев Скотта, от его ласк. Сев на диван, где они только что обнимались, он провел рукой по еще теплой коже и печально сжал губы.

За шесть лет мало что изменилось.

Дело было не только в абсолютной физической красоте Скотта — настолько пустышкой Райлан никогда не был. Но когда их взрывное взаимное притяжение наложилось на ту уязвимость у Скотта в глазах, на то одиночество, которое он вряд ли показывал всем… Райлан пропал.

Да… Хорошо же он старался держаться от Скотта подальше.

Тряхнув головой, Райлан поклялся себе стараться получше, запихнул в рюкзак камеру и медленно спустился в основной зал, где Шир Блисс уже закончила комедийную сценку, и теперь ее уносили на широких плечах два мускулистых, блестящих от масла гоу-гоу танцора.

Толпа заметно поредела. Однако Лэнс и его компания еще сидели за столиком в дальнем углу. Судя по количеству бутылок, бокалов и стопок утром их ожидало похмелье. Кори нигде не было видно. Как и Тины.

Не сильно расстроенный тем, что он пропустил последнее шоу, Райлан прошел по краю танцпола к дверям и вышел на улицу. Ну и ночь… Странная, возбуждающая, кружащая голову ночь. Было тепло, в воздухе пахло цветущими апельсинами. Он сделал глубокий очищающий вдох. Пусть то непонятное, что произошло между ними, разовьется само, в своем собственном темпе. Так будет лучше всего. Он мысленно фыркнул. Как доказал сегодняшний день, сказать было проще, чем сделать.

Он выпрямил спину и, поправив рюкзак, зашагал по тротуару мимо парковки. До остановки трамвая было относительно недалеко, пусть сейчас, в своем состоянии, он и предпочел бы кабриолет Скотта. Зря он не согласился, когда Скотт предложил…

Воздух прорезал пронзительный крик, и Райлан от неожиданности чуть не споткнулся. Он закрутил головой, пытаясь понять, откуда шел звук.

— Помогите! — раздался еще один крик. — О господи, здесь нужна помощь!

Райлан, не раздумывая, побежал вглубь парковки. Крики становились все громче, он обогнул еще пару машин и, увидев женщину, которая присела на корточки перед лежащей на асфальте фигурой, резко остановился.

— Мэм, что случилось? — Подходить ближе, не имея представления о ситуации, не хотелось. На улицу выбежало еще несколько человек, в одном из которых Райлан узнал вышибалу Джерри. С облегчением выдохнув, он стал уходить. Пусть этим занимаются профи.

— Он ранен, ранен! — все лепетала женщина, и Джерри быстрым шагом направился к ней, прижимая пальцем наушник беспроводной гарнитуры.

— Это Джерри. У нас происшествие на парковке… Господи! Скотти!

— Что?

Райлана словно пырнули раскаленным ножом, и он, развернувшись, протиснулся сквозь собравшуюся толпу и в шоке уставился на асфальт. Там и правда был Скотт — он неуклюже лежал на боку, а из-под его головы пугающе быстро растекалась лужица крови.

— О боже мой. — Райлан упал на колени. — Что с ним?

Джерри кричал, чтобы кто-нибудь вызвал скорую помощь.

— Он дышит? — всхлипнула женщина, прижимая к себе дрожащего черного пуделя. — По-моему, нет.

Только не это. Райлан почувствовал, как внутри зарождается дрожь, и через секунду его затрясло с такой силой, что заклацали зубы. Джерри неумело приложил к шее Скотта пальцы.

— Пульс есть. Он дышит.

Увидев сквозь слезы, что грудь Скотта и правда вздымалась и опадала, Райлан смог только шепотом поблагодарить небеса. Слава богу… Ему на плечо опустилась чья-то большая рука, и он чуть не потерял равновесие от испуга.

— Райлан, что случилось? — Крис, сжав его плечо, тоже присел и окинул взглядом распростертое тело Скотта.

— Я не знаю…

— Его кто-то ударил! — встрял пронзительный голос все той же свидетельницы. — Я гуляла с собакой и увидела, как этот парень подходит к машине, а потом какой-то другой человек подбежал и чем-то ударил его по лицу! Он упал и так сильно стукнулся головой об асфальт. — Женщина зарылась лицом в шерсть собаки. — О господи. Он отлетел назад и…

— Хреново, — сжато вымолвил Крис. — Ранения головы дьявольски кровоточат. Разрыв, если мы сможем найти его, надо зажать. — Он сдернул с себя футболку и, скомкав ее, нерешительно остановился. — У меня нет перчаток.

Райлан локтем отодвинул Джерри в сторону.

— Я поищу.

— Райлан, у него кровь. Не надо подвергать себя риску. С минуты на минуту здесь будет скорая. — Крис положил на его руку ладонь, но Райлан отбросил ее.

— Я сказал, что поищу эту чертову рану. — Он стал раздвигать пропитанные кровью волосы Скотта и ощупывать его череп, пока не нашел над ухом рваный разрыв. — Дай мне футболку.

Крис подал ему смятую ткань, и Райлан крепко прижал ее к ране.

— Где чертова скорая? — заорал он, поднял лицо и пришел в бешенство, увидев, что многие просто стоят и снимают происходящее на телефон. — Скажите, что кто-нибудь вызвал ебучую скорую!

— Так, успокойся, — пробормотал за его плечом Джерри. — Трэвис только что передал мне по рации, что копы и скорая уже едут.

Склонившись над Скоттом, Райлан гладил его по щеке. Его джинсы были насквозь пропитаны кровью, и он молился так истово, как никогда до сих пор. Наконец через пару минут — хотя ему показалось, что прошло больше часа — завопила сирена, а потом он услышал топот быстрых шагов.

Он отполз в сторону и, рухнув на задницу, стал сквозь слезы смотреть, как Скоттом занимаются работники скорой.

— Возможный перелом нижней челюсти, — сообщила женщина-парамедик коллеге, который передавал информацию в телефон. Ее голос был громким и четким. — Пострадавший без сознания, не реагирует. Присутствует крепитация. — Пальцем в перчатке она осторожно ощупала его рот. — А также кровотечение в полости рта и отек.

Со щелчком закрепился шейный бандаж, а затем Скотта с осторожностью перекатили на жесткие носилки.

Райлан ахнул, увидев, как женщина-парамедик быстро и ловко вставила между зубов Скотта что-то напоминающее клинок, после чего ввела ему в горло трубку. К трубке прикрепили мешок, и второй парамедик начал ритмично сжимать его.

— Он не может дышать? — выдавил Райлан и почувствовал, как сильная рука обняла его плечи.

— Судя по всему, у него сломана челюсть, — сказал Крис. — Если это действительно так, то его язык может перекрыть дыхательные пути. Плюс у него во рту много крови. Когда они убедятся, что он может дышать самостоятельно, то вытащат трубку.

— Ты что, врач? — спросил Джерри. Голос у него звучал потрясенно.

Крис пожал плечами.

— Нет, просто фотожурналист, который провел несколько месяцев при боевой части в Афганистане. Я видел, как пули рикошетят в лицо. Убить такая пуля не может — скорости мало, а вот разворотить челюсть… — Райлан и Джерри одновременно вздрогнули, и Крис, обняв Райлана крепче, с раскаянием проговорил: — Черт, извините, ребята. Такие подробности ни к чему. Я знаю, что это ваш друг.

Замолчав, они наблюдали за парамедиками, пока через минуту Джерри не выпалил:

— А сейчас какого хера с ним делают?

Крис оглянулся.

— Фиксируют челюсть — перевязывают голову и подбородок эластичным бинтом.

Скотту поставили капельницу, а затем подняли на каталку и повезли к стоящей рядом машине.

Райлан отвернулся и зарылся в голую грудь Криса лицом.

— Можешь подбросить меня до больницы?

— Конечно. — Он помог Райлану встать. — Моя машина вон там.

Стараясь не отставать, они последовали за скорой, и у входа в отделение экстренной помощи Крис его высадил.

— Мне надо съездить домой за футболкой. Я скоро вернусь, хорошо? И привезу тебе какие-нибудь штаны.

Райлан хотел было сказать, что возвращаться необязательно, что он справится сам, но разве сейчас он мог обойтись без поддержки? Скотт всегда был таким сильным… и после того, как Райлан увидел его беспомощным и избитым, ему стало казаться, что он в любую секунду может разлететься на сотни осколков. Если новости будут плохими, то он, пусть это и делало его эгоистом, не хотел встречать их один.

— Спасибо, — выдавил он. — Большое спасибо.

Крис кивнул и уехал, а Райлан побежал к дверям отделения. Когда он зашел, несколько человек из сидящих в очереди испуганно ахнули.

— Сэр, вы в порядке? — Какой-то мужчина воззрился большими глазами на его джинсы.

— Кровь не моя, — ответил он кратко, уходя к окошку регистратуры. Через пару минут его отправили сидеть вместе со всеми на жестких пластмассовых стульях. Он уперся локтями в колени и обхватил голову. Ждите… Конечно, ему оставалось лишь ждать.

— Райлан!

Узнав голос Тины, Райлан поднял глаза… но нет, на человеке, спешившем к нему, не было ни блестящего платья, ни вызывающего макияжа. Сейчас это был просто друг в футболке и джинсах и с испуганным выражением на лице.

— Привет. — Райлан с благодарностью принял горячие сочувственные объятья Мина и, предвосхищая десятки вопросов, добавил: — Еще ничего не известно. Я пробовал спрашивать, но женщина в регистратуре отказывается что-либо сообщать.

— Ну, сейчас я развяжу этой сучке язык, — рявкнул Мин и прежде, чем Райлан успел остановить его, отправился к окошку регистратуры. После непродолжительной перебранки он с пристыженным видом вернулся назад.

— Ей насрать, — пробормотал он, и Райлан невесело фыркнул.

— Да уж, она явно привыкла затыкать людям в истерике рты, — заметил он сухо. — Вот почему я сижу и уже полчаса смотрю в никуда! — Его голос сам собой взвился до крика, и Мин его обнял.

— Ш-ш. Скотти — парень крепкий. Он видел в жизни вещи похуже, чем какой-то там жалкий тычок, — с решительной бодростью произнес он, и у Райлана вырвался прерывистый вздох.

Мин, опустив руку, прищурился.

— А вы с ним не просто «приятели, которые вместе учились». Причем, далеко.

Райлан поднялся на ноги и, морщась, потянулся, разминая затекшую поясницу.

— Ты поверишь в то, что мы сводные братья? Его мать вышла за моего отца, когда мы были подростками.

— Да иди ты, — в полном шоке выпалил Мин. — Серьезно?

Райлан пересказал ему краткую версию их отношений и, опустив финальные откровения Хизер, добавил, что мать, по сути, выставила его.

— Мы встретились снова только через шесть лет, когда случайно столкнулись на прайде… господи, неужели это было всего три дня назад? — Казалось, что с тех пор прошла целая жизнь.

— Вы любили друг друга? — со своей обычной прямолинейностью спросил Мин. — А то между вами чувствуется кое-что посерьезнее, чем семейные узы.

Райлан взглянул на него.

— Я — да, любил, — признался он тихо. — Ну, насколько это возможно в шестнадцать. Мы начали спать уже в самом конце, так что узнать, чем это было, я не успел. Ну, а что чувствовал он…

Мин, показывая, что понимает, кивнул, и Райлан осторожно продолжил:

— А сколько его знаешь ты?

— Пять лет.

— Может, расскажешь…

— Нет. Не могу, — Голос Мина звучал мягко, но непреклонно. — Если он захочет, чтобы ты знал, то расскажет все сам. Хорошо?

Райлан откинулся на спинку стула.

— Да, конечно. Я рад, что он нашел такого друга, как ты…

— Эй. — Мин опять взял его под руку. — Я за Скотти готов отдать жизнь, а он — за меня. Но мы никогда не были влюблены. Это нам даже в голову не приходило. — Пару секунд он смотрел в потолок, словно раздумывая, продолжать или нет. — Однажды ночью, давно, он рассказал, что был один парень… Хороший и добрый, и благодаря этому парню он верил в людей даже в моменты, когда его окружала одна чернота.

Кое-как сдержав всхлип, Райлан потер костяшками пальцев глаза.

— Когда я впервые увидел вас вместе, то сразу подумал, что этим парнем был ты.

Прежде чем Райлан успел что-то ответить, двери бесшумно раздвинулись, и в приемную вошел Крис. При виде Райлана его глаза вспыхнули.

— Есть новости?

Райлан покачал головой.

— Вот, — Крис подал ему прозрачный пакет, — здесь чистые треники. Надеюсь, они подойдут. — Он с любопытством оглядел Мина.

Райлан познакомил их, после чего повернул к туалету.

— Пойду переоденусь. Спасибо, Крис.

Выйдя, Райлан увидел, что Крис и Мин погружены в разговор. Он засунул окровавленные джинсы в рюкзак и вернулся на свое место.

— Я знаю, кто это сделал. Чертов Лэнс, — говорил Мин. — Он болтал про Скотта такую херню, как будто ненавидел его.

— Лэнс? Такой высокий блондин с кучей татуировок? — спросил Крис.

Мин скривился.

— Да, это он.

— Его опрашивала полиция, когда я только что заезжал в клуб. В суматохе я забыл в баре свой телефон, — объяснил он.

Райлан был озадачен.

— Полиция говорила с Лэнсом? Когда я проходил мимо него за пару минут до того, как услышал крики с парковки, он болтал и смеялся с друзьями. Что-то не верится, что у него было время выбежать, ранить Скотта, а потом как ни в чем ни бывало вернуться назад.

Мин пожал плечами.

— Психопаты часто ведут себя нелогично. Я все равно думаю, что это был он.

— А у кого еще был мотив причинить Скотту вред?

Мин поднялся на ноги и заходил перед ними.

— Смотря, у кого спрашивать. И в какой день. На него много кто точил зуб.

Мне не особенно хочется ломать о его смазливую физиономию свою единственную здоровую руку, но если он обидит тебя, я это сделаю. Райлан вздрогнул, вспомнив пылкую клятву, три дня назад принесенную Вэл — которая от природы была миролюбивой и доброй.

— Похоже, он вызывает в людях довольно сильные чувства, — заметил Крис.

— И это еще мягко сказано, дорогой. — Мин снова сел и, с неприязнью вздохнув, раскинулся на сиденье.

— Я все же не думаю, что это был Лэнс — у него просто не было времени, — но пусть это выясняет полиция, — устало проговорил Райлан.

— Да. Мы можем гадать, сколько угодно. Будем надеяться, что когда Скотти очнется, он что-нибудь прояснит.

Если очнется. Райлан поник. Крис взял его за руку и большим пальцем закружил по запястью.

— Тебе что-нибудь принести? — спросил он. Райлан поднял лицо, но тут двери в процедурное помещение со скрипом открылись.

— Есть кто-нибудь к мистеру Эшворту? — громко спросила женщина в униформе. — К Скотту Эшворту?

Райлан вскочил и вместе с Мином ринулся к ней.

— Да, я. То есть, мы.

Медсестра оглядела их.

— Сейчас может зайти только один.

Райлан тронул Мина за руку.

— Иди. Ты знаешь его лучше меня.

— Может быть. — Мин отступил назад к стульям. — Но сейчас ему нужен ты. — Он помахал пальцами. — Ну же, вперед.

Медсестра повернулась, и Райлан, благодарно оглянувшись на Мина, поспешил за ней следом. За дверьми было шумно — отовсюду доносились приглушенные разговоры, кто-то стонал, громко пищали медицинские аппараты.

Наконец медсестра остановилась возле уродливой шторки в самом конце и отдернула ее в сторону.

— Мистер Эшворт находится здесь. Он под воздействием анальгетиков, но время от времени приходит в себя. Скоро к вам подойдет доктор Парнелл. — И она бесшумно ушла.

— Скотт!

Райлан подбежал к краю кровати и чуть не ахнул при виде того, что у Скотта было с лицом. Вокруг его ноздрей и в уголках рта запеклась кровь, под глазами уже наливались фиолетовым синяки, а челюсть, несмотря на повязку, была как-то… странно, пугающе сдвинута набок. Но трубки во рту, слава богам, уже не было — он дышал сам.

— Привет, — невнятно вымолвил Скотт, и бинт на его подбородке смочила тонкая ниточка кровавой слюны. — Рай…

— Ш-ш. Постарайся не говорить. — Райлан подцепил ногой стул, подтащил его ближе к кровати и, сев, взял Скотта за руку. Их пальцы переплелись. — Я здесь. Мин тоже в приемной. Если захочешь, то потом он зайдет.

Скотт, словно говоря «хорошо», смежил веки, и в следующие двадцать минут Райлан держал его за руку и смотрел, как он то просыпается, то снова забывается сном. Когда шторку резко отдернули, Райлан вздрогнул и, обернувшись, увидел лысого, немного замученного мужчину в белом халате.

— Здравствуйте. Я доктор Парнелл, — представился он и, пожав Райлану руку, склонился над спящим Скоттом, чтобы по очереди приподнять его веки и проверить реакцию зрачков на свет.

— Как он? — Райлан откашлялся, услышав в своем голосе хрипотцу.

— Скорее всего, у него сотрясение мозга, — сказал врач, — но на рентгеновских снимках трещин в черепе нет.

Райлан с облегчением выдохнул.

— Слава богу. А рана на голове?

— Двадцать швов, — последовал лаконичный ответ, и Райлан поморщился. — Но у него сломана челюсть. Возможно, потребуется операция.

— Что… — Заметив, что Скотт снова очнулся и слушает их, Райлан сжал его руку. — Какая именно операция?

— Это будет решать челюстно-лицевой хирург. Но если говорить в двух словах, то как и в случаях с прочими переломами, челюсть мистера Эшворта потребуется зафиксировать, чтобы кости срослись.

Скотт что-то неразборчиво промычал, и Райлан спросил:

— На лицо, понятно, гипс не наложишь, но тогда что вы будете делать? Как-то перевяжете ему челюсть?

Доктор Парнелл кивнул.

— Да. Посмотрим, что скажет хирург. Возможно, придется поставить пластины с болтами.

Скотт застонал, и Райлан успокаивающе погладил его по груди.

— Понимаете, он… он модель и…

— О, ясно. — Врач собрал свои записи. — Ну, сейчас отек и синяки могут казаться пугающими, но никаких критических повреждений на лице нет. А шрам на голове скроется под волосами, когда они отрастут. Нам пришлось выбрить то место, чтобы добраться до раны.

Скотт, словно ему стало больно, прикрыл глаза, и врач с сочувствием добавил:

— Более подробно на все вопросы касательно сроков выздоровления и лечения сможет ответить хирург. А сейчас отдыхайте. Мы постараемся как можно скорее перевести вас в палату.

С этими словами он вышел.

Когда Скотт снова открыл глаза, в них стояли слезы. Райлан большими пальцами вытер их, шепотом повторяя:

— Все будет хорошо, вот увидишь. Все хорошо. — Он наклонился и нежно поцеловал его в кончик носа. — Я никуда не уйду. Как и Мин. Твои друзья наверняка тоже пришли и ждут, когда тебя можно будет увидеть.

Скотт не ответил — не смог, и Райлан сидел с ним, пока он не провалился в сон. Когда медсестра заглянула за шторку и сообщила, что в течение часа для Скотта будет готова палата, Райлан поднялся и, потянувшись, решил вернуться в приемную, чтобы рассказать новости Мину и остальным.

Он ожидал увидеть в приемной кучу переживающих за Скотта людей, но там был только Мин, который дремал, привалившись к стене, несколько ожидающих своей очереди пациентов и… все. Даже Криса не было видно.

Райлан подошел к Мину и потряс его за плечо.

— Слушай, — прошипел он. — А где все?

Мин резко выпрямился.

— Кто? Твоему знакомому надо было уехать, но он просил передать, чтобы ты, если тебе что-то понадобится, в любое время звонил.

Райлан обвел жестом полупустую приемную.

— Кто? Друзья Скотта! Кори? Саймон? Кто-то еще?

Мин моргнул.

— Кто-нибудь хоть позвонил?

Мин достал телефон и взглянул на экран.

— Нет.

Райлан вцепился в волосы.

— Просто невероятно! Никто из клуба даже не удосужился справиться, как он?

Не успели эти слова вылететь у него изо рта, как у Мина зазвонил телефон, и он поднял палец, призывая Райлана замолчать.

— Да, босс.

Поняв, что это Кори, Райлан немного остыл, но когда Мин начал хмуриться, снова напрягся.

— Нет, пока что не видел. Он до сих пор в реанимации, и к нему не пускают. — Пауза. — Кори, я же сказал, что не видел его. Я не знаю. — Тишина. — Конечно, как только что-то станет известно, я сразу перезвоню.

Он отключился.

— Это Кори. Услышал, что Скотт получил удар по лицу, и хотел выяснить, видел ли я его и насколько все плохо.

Райлан выругался и пнул стул.

— Сукин сын! Единственное, что его волнует, — это контракт с MC₂! Я угадал? Можешь сказать ему, что у Скотта сотрясение мозга, сломана челюсть и все лицо в синяках. — Он снова пнул стул. — Но он жив и полностью восстановится. Разве не это самое главное, а? Гребаные MC₂! И гребаный Кори!

— Зайчик. — Мин поднялся и обнял его за плечо. — Давай-ка выйдем на улицу и успокоимся. Тут все-таки дети.

На него и правда сердито смотрели несколько матерей, которые держали на коленях завернутых в одеяла детей. Виновато на них оглянувшись, Райлан позволил Мину себя увести. Они вышли на улицу. Небо уже начинало светлеть, заливаться розовым светом, и он автоматически пожалел, что у него нет с собой камеры. Стоп! Он лихорадочно захлопал себя по плечам и, не почувствовав за спиной вес рюкзака, развернулся, собираясь побежать внутрь. Все его будущее лежало в том…

— Райлан, спокойно. Твой рюкзак забрал домой Крис, — сказал Мин, угадав, в чем проблема. — Он сказал, что он тоже фотограф, и пообещал сохранить твои вещи в целости и сохранности, хорошо? Чтобы ты не волновался о них, пока находишься здесь. — На его лице появилась тревога. — Или мне не надо было их отдавать?

Райлан на выдохе привалился к стене. Его колени дрожали.

— Нет, все нормально. О господи. Охренеть. После того, как меня позвала медсестра, я даже ни разу не вспомнил, что у меня был рюкзак. Ну что я за идиот.

Мин с облегчением улыбнулся.

— Еще он сказал, что это даст тебе повод позвонить ему. — Мин поднял бровь. — Он очень мил, и ты ему нравишься.

Райлана еще немного мутило после того, как он чуть не потерял свои самые ценные вещи.

— Он тоже мне нравится, — рассеянно пробормотал он. — И его заинтересовала моя работа.

Мин фыркнул.

— Да уж не сомневаюсь, что твоя попка… в смысле работа вызвала у него бо-ольшой интерес.

— Мин…

— Извини. — Мин поднял ладони. — Просто хотел разрядить обстановку. Когда я волнуюсь, то чересчур много шучу. — Он плечом оперся о стену. — Ладно, расскажи, что там со Скотти.

Райлан пересказал ему услышанное от врача, и Мин поморщился.

— Ну и попал же он, бедолага. Ему ни за что не успеть поправиться до Майами.

— Кто-то знал точно, как нанести ему наибольший ущерб. — От злости Райлану захотелось исколошматить стену.

— Да. И я думаю, что ты прав насчет Лэнса. Он не при чем. Если только не нанял кого-то, чтобы это сделали вместо него.

— А может это был просто случайный грабитель или угонщик? А женщина, которая выгуливала собаку, спугнула его.

Мин задумчиво посмотрел в предрассветное небо.

— Все может быть. — Он вздохнул. — Просто… Скотт заслужил, чтобы с ним в кои-то веки случилось что-то хорошее. Понимаешь? Контракт с MC₂ был важен не только для Кори.

Райлан опять прислонился затылком к кирпичной стене.

— Да, — проговорил он. — Я знаю, что он и для Скотта был важен. Это несправедливо.

Замолчав, они какое-то время стояли бок о бок и смотрели, как восходит солнце. Наконец Мин оттолкнулся от стены.

— Ничего, если я схожу к нему?

— Конечно иди. А я пока попробую найти для нас кофе.

Неподалеку как раз открылся киоск, где продавались напитки, и, достав кошелек, Райлан с огорчением понял, что у него осталась только двадцатка. Черт. Впрочем, кофе он все же купил и пошел ждать возвращения Мина.

Его стаканчик почти опустел к тому времени, как в приемную с убитым лицом вышел Мин. Райлан подал ему кофе, и Мин тяжело опустился на стул.

— Черт, — прошептал он. Его губы немного дрожали. — Все очень херово.

Ответа на это не требовалось. Они молча сидели, пока Мин снова не встал.

— Поеду домой. Немного посплю. Прямо сейчас ничего больше сделать для Скотти нельзя, и я валюсь с ног.

— Я подумал о том же, — признался Райлан. — Не сможешь меня подвезти? Я живу совсем рядом.

— Конечно, смогу.

Когда минут через пять малолитражка Мина остановилась около его дома, Райлан сказал:

— Через пару часов я позвоню в больницу и спрошу, как он, а утром вернусь.

— Хорошо, малыш. Держи меня в курсе.

Райлан поцеловал его в щеку, слабо махнул, прощаясь, рукой и поплелся к себе. Дома он сбросил одежду и, зайдя в душ, включил максимально горячую воду. Пока он смотрел, как вода, смывая с его рук и коленей засохшую кровь, становится ржавого цвета, к его горлу поднялся комок.

Господи боже.

Как же страшно, наверное, было очнуться за той занавеской в окружении незнакомых людей — страдающим, одурманенным обезболивающим, не понимающим, что происходит. Узнал ли он нападавшего? И если да, то кто это был? Друг? Бывший любовник? Человек, которому Скотт доверял?

Райлан вспомнил пустую приемную, и его снова встряхнуло от гнева. За внимание Скотта дралось столько людей, но при первой же неприятности они как испарились.

В клуб приходили только ради веселья.

Но теперь веселье закончилось.

***

— Итак, Скотт, сейчас я расскажу, что нам предстоит делать дальше.

Хирург подкатил к кровати маленький столик и, установив на него свой айпад, открыл рентгеновский снимок.

— У вас сломана нижняя челюсть. Вот здесь. — Его палец переместился на четкую линию перелома на светящейся белой кости.

К горлу Скотта, пока он рассматривал снимок — снимок его гребаного сломанного лица! — поднялась тошнота. Он сглотнул.

— Судя по характеру перелома, удар был нанесен тупым твердым предметом. Хорошая новость в том, что это простой перелом — то есть трещина без смещения, которую не увеличит давление лицевых мышц.

Райлан сжал его руку. Он выглядел помятым, уставшим, его волосы были всклокочены, а стекла очков захватаны пальцами, но для Скотта он был самым прекрасным существом на земле. Потому что был здесь. И переживал за него.

— Значит, операция ему не нужна? — спросил Райлан, и хирург постучал по столику стилусом.

— В принципе, нам ничего не мешает выбрать более консервативный способ лечения — то есть зафиксировать челюсть с помощью дугообразных пластин вдоль линии десен и проволочной конструкции, которая иммобилизует ее на время, пока кость не срастется.

— Сколько ему придется это носить?

— Минимум три-четыре недели, — ответил хирург, и Скотт при мысли об этом мучительно сморщил лицо.

— А есть другой вариант? — спросил Райлан, успокаивающе потирая его запястье.

— Внутрикостный остеосинтез — то есть рассечение десен с установкой фиксаторов…

— Нет! — с усилием выпалил Скотт, и от боли, причиненной движением, у него чуть не вырвался стон. Он сделал глубокий вдох через нос.

— Я собирался сказать, что такого лечения ваш перелом и не требует. — Хирург забрал айпад. — Я знаю, что вы модель.

— М-м, — утвердительно промычал Скотт.

— Шина может причинять неудобства, но это наименее инвазивный метод лечения.

Хирург пустился в подробное описание процедуры. Скотт слушал вполуха. Его одурманенный, перегруженный воспоминаниями разум бурлил.

Райлан в его объятьях… Теплая, напоенная цитрусовыми ароматами ночь. А затем… провал. Пустота. И… вспышка боли, пробуждение на больничной кровати, раскалывающаяся голова. Паника, когда он почувствовал, что у него не сходятся зубы. Что у него что-то с лицом.

— Как только эта конструкция будет закреплена, вы отметите значительное снижение боли, — подытожил хирург и поднялся. — Ладно. Завтра днем вас должны выписать, так что увидимся утром у меня в кабинете. Это будет амбулаторная процедура.

Райлан проводил его в коридор и, вернувшись, снова взял Скотта за руку.

— Там полиция, — тихо сказал он. — Они хотят задать тебе пару вопросов. Я понимаю, тебе тяжело говорить, но они хотят как можно раньше выяснить все, что ты знаешь. Когда они уйдут, ты сможешь поспать.

Скотт, показывая, что согласен, моргнул, и Райлан впустил в палату мужчину и женщину — детективов из отдела насильственных преступлений.

— У Тимоти Джонстона, известного под псевдонимом Лэнс Стоун, алиби на всю ночь, — сразу же сообщила женщина-детектив. — На него, как на имеющего мотив, указало несколько человек, но независимые свидетели подтвердили, что до нападения он не покидал клуб. Мы исключили его из числа подозреваемых.

— Да, — прохрипел Скотт. — Это… не в его стиле. Он… — Скотт прервался и, превозмогая боль, сделал вдох, — он скорее размажет меня в соцсетях.

— Кто-нибудь еще мог желать вам вреда? — спросила женщина, глядя в блокнот на пружине, который держала в руке.

Скотт еле заметно покачал головой.

— Не знаю, — пробормотал он. — Это мог быть… кто-то случайный.

Детектив кивнула.

— Вы находились на парковке один, в темноте, и садились в дорогую машину. Возможно, это была попытка угона автомобиля.

— Вы нашли орудие преступления? — спросил Райлан.

— Да. — Женщина пролистала блокнот до нужной страницы. — В переулке неподалеку нашли короткую алюминиевую биту. Сотрудники клуба узнали в ней биту, которую… драг-куин — правильно, да? — держат в билетном киоске на случай появления буйных клиентов.

— Того, кто ее взял, никто не заметил, — добавил мужчина. — Как и ее пропажи вообще.

— Билеты перестают продавать в… в половине второго. — Скотт поморщился. Он мог поклясться, что перед ним стоит лошадь и копытом снова и снова бьет его в лоб. — Клуб закрывается в три.

— Значит, в час тридцать из киоска уходят? — спросил детектив, и Скотт заставил себя еще раз кивнуть.

— И иногда… забывают запереть дверь.

— Спасибо за полезную информацию. Ну, если вспомните что-то еще, то звоните. — Женщина достала из кармана визитку и, написав что-то на обороте, передала ее Райлану. — Вот номер вашего дела. Когда позвоните, просто продиктуйте его.

После формального пожелания скорого выздоровления детективы ушли, и они с Райланом остались наедине.

— Хочешь поспать? — спросил Райлан.

— Нет… не очень.

Райлан щелкнул пальцами, словно вспомнив о чем-то.

— Хочешь посмотреть фотографии, которые я сделал вчера до того, как мы… ну, ты понимаешь? Я так рад, что сразу отправил их на свою почту, потому что, когда я захотел отредактировать их первым делом с утра, у меня не было рюкзака.

Скотт вспомнил того взрослого типа — Криса или как его там. Вспомнил, как он с час назад заехал в больницу, чтобы отдать Райлану камеру, и как они стояли в коридоре возле палаты, а Крис улыбался, не сводя с Райлана глаз. В нем заново вспыхнула ревность. Вот, какой мужчина нужен был Райлану. Добрый. Заботливый. Чуткий…

Он оттолкнул эту мысль и пробурчал:

— Да, давай.

Райлан, держа телефон, присел рядом с его бедром на кровать.

— Как по мне, они получились просто отличными. — Он подмигнул ему. — У меня была замечательная модель.

Тронув экран, Райлан передал телефон Скотту.

— Вот пять самых удачных.

Скотт взглянул на первое фото, где он лежал на диване и с интимной улыбкой, играющей на губах, сонно смотрел в объектив. Райлан тогда прошептал его имя и мягко коснулся его, пробуждая от неглубокого сна.

Фон Райлан сделал темным, глубоким, размытым. Он кадрировал фотографию так, что она заканчивалась чуть выше белья, отчего создавалось впечатление, что Скотт был полностью обнажен, когда заметил, что его любовник возвращается обратно в постель…

На следующей фотографии он сладко потягивался, приподняв бедра и запрокинув лицо — словно находясь во власти экстаза. Остальные снимки были сделаны сверху, когда Райлан стоял на коленях между его раздвинутых ног. Пальцы Скотта играли с резинкой белья, а в потемневших зеленых глазах мерцало обещание наслаждения.

— О Рай, — прохрипел он, — они такие…

На фотографиях было запечатлено нечто большее, чем просто красивое тело или лицо. Они были интимными, теплыми, эротичными… словно камера занималась с объектом съемки любовью.

— Когда я думал о наших ночах, — прошептал Райлан, — то вспоминал тебя вот таким. И то, как ты смотрел на меня…

Пока не просрал все, что у нас было. По его щекам потекли слезы, и он решительно заморгал, но Райлан успел их заметить.

— Ты же слышал, что сказал врач? Как только спадет отек и пройдут синяки, ты будешь как новенький. Непоправимый ущерб не нанесен.

Не нанесен? Ох, малыш, как же ты ошибаешься…

— Ты обязательно восстановишься, Скотт, — хрипло договорил Райлан. — Даже не сомневайся. — Он невесомо коснулся губами его потрескавшихся губ и, соскользнув с кровати, пересел обратно на стул.

Обезболивающее не успело развязать Скотту язык — его унес сон.

Глава 2

— Так, я вас держу.

Санитар подхватил Скотта под локоть, довел, крепко поддерживая, до кресла-каталки и усадил. Потом подал Скотту конверт с документом о выписке, который медсестра принесла час назад.

— Подгоните машину ко входу, — обратился он к Райлану, — а я пока отвезу его вниз.

Райлан кивнул и, позвякивая ключами от кабриолета Скотта, ушел. Санитар в последний раз огляделся, проверяя, забрал ли Скотт все свои личные вещи, потом закатил его в лифт, и они спустились на первый этаж, где присоединились к очереди молодых мамочек, которые баюкали новорожденных в ожидании гордых отцов.

Когда Райлан наконец-то подъехал, санитар вывез Скотта на улицу, где его переместили на пассажирское место и пристегнули ремень. Весело помахав им рукой, санитар убежал забирать очередного счастливого пассажира.

— Ты сможешь ей управлять? — пробурчал Скотт, как можно дальше отодвинув сиденье назад. Боль в челюсти по-прежнему убивала, но он уже приноровился справляться с ней — подавляя и игнорируя, как справлялся с любой болью всегда.

Райлан бросил на него испепеляющий взгляд.

— У меня была машина в Майами, но я продал ее перед переездом сюда. Так что да, водить я умею.

— Я просто спросил.

Скотт впал в угрюмое, задумчивое молчание, вспоминая, как утром Крис примчался в больницу, чтобы отвезти Райлана забрать с клубной парковки кабриолет.

— У него что, нет работы? — спросил Скотт, очень стараясь не пустить в голос ревность.

— Он только что вернулся из командировки в Ливию. — Скотту не понравилось то, что глаза Райлана засверкали отчетливым восхищением. — Взял небольшой отпуск, чтобы повидаться с родными, с друзьями и все в таком духе. Он сказал, что это его нисколько не затруднит.

Затем Райлан опять ушел с Крисом — Скотта уже тошнило от этого имени — и вернулся только спустя два часа.

— Он угостил меня ланчем, и мы немного поговорили, — объяснил Райлан, когда Скотт резко спросил, куда он пропал. — У него столько опыта… Вот бы проникнуть внутрь его головы.

На это можно было придумать так много ядовитых ответов, что Скотту пришлось прикусить язык и притвориться спящим.

Райлан оказался более чем компетентным водителем, и поездка до дома прошла быстро и без проблем. Пока они шли через лобби, Скотт старался не замечать испуганный шепот людей, которые оглядывали его покрытое синяками лицо и окровавленные бинты.

— Я не привык, чтобы на меня так смотрели, — признал он, когда они наконец-таки скрылись от посторонних глаз в лифте. — С таким… отвращением.

— Я заметил только сочувствие и любопытство, — мягко возразил Райлан. — Люди гадали, что же случилось, и сожалели, что ты пострадал.

Скотт пожал плечами, но слова Райлана не убедили его. Он-то знал, что он видел. Перестать быть объектом всеобщего восхищения было унизительно и обидно, и осознав это, он ощутил себя незащищенным и уязвимым, словно актер, который потерял маску и обнажил свое истинное лицо. Ему очень хотелось куда-нибудь спрятаться, так что когда двери лифта открылись, он, мягко говоря, не обрадовался, увидев свою соседку Элизабет, которая стояла с хозяйственной сумкой в руках.

— Боже мой! — воскликнула она и прижала пальцы к губам. — Что с тобой?

— Оступился и упал, — солгал, не желая вдаваться в подробности, Скотт. — Сломал челюсть.

Райлан печально ей улыбнулся и пошел открывать дверь.

— Бедняжка! Мой сын тоже ломал себе челюсть, когда ему было пятнадцать. Потом месяца два ходил с шиной. — Она жалостливо потрепала его по руке. — Как хорошо, что я собралась в магазин, потому что я в точности знаю, чем тебе надо питаться!

Скотт хотел было попросить ее не напрягаться, но потом заметил, что в ее глазах вместо тени обычного одиночества появился целеустремленный, решительный блеск, и остановил себя.

— Спасибо, — пробормотал он. — Но не утруждайтесь слишком уж сильно.

— Я составлю список! И спрошу Робби, какие у него были любимые блюда. Столько всего надо сделать! Ладно, милый, пока. — И она с обновленной энергией убежала.

— Это было очень мило с ее стороны, — сказал Райлан, пока Скотт, прихрамывая, заходил в квартиру. — Думаю, мы оба выиграем от ее предложения, поскольку я ужасно готовлю, а теперь мне не придется этого делать, — мягко пошутил он.

Скотт почувствовал, что сейчас рухнет на месте. На нетвердых ногах он поковылял в спальню и кое-как успел добрести до кровати и сесть.

— Господи, какой же я слабый. Мне надо помыться. Не могу ложиться в постель в таком виде. — Он оглядел себя — такого потного, липкого, окровавленного.

— Давай я наберу тебе ванну? — предложил Райлан.

Не дожидаясь ответа, он вышел, и через секунду Скотт услышал, как скрипнули краны. Мысль о том, что сейчас он погрузится в горячую воду впрыснула в него немного энергии, и он хоть и с трудом, но поднялся на ноги и сбросил тонкую больничную распашонку, в которой его отпустили домой, после чего, бесцеремонно голый, побрел в ванную и воспользовался туалетом. Когда он закончил, огромная ванна была наполнена до краев.

Райлан ничего не сказал, только обнял Скотта за талию и помог ему зайти внутрь, поддерживая его, пока он со стоном блаженства погружался в горячую воду.

— Поотмокай немного, — сказал Райлан, — а я принесу тебе чай. Пора выпить еще таблетку от боли.

Скотт расслабился, ощущая, как в мышцы проникает успокаивающее тепло. Стараясь не замочить повязку, он скользнул в воду до плеч и в следующую секунду почувствовал, как ему под голову бережно подложили свернутое полотенце. Подняв взгляд на Райлана, он заморгал. На него опять навалились усталость и боль.

— Черт. Бесит эта беспомощность.

— Понимаю.

Скотт проглотил лекарство, а Райлан тем временем намылил мочалку и встал на колени.

— Приподними руку.

Скотт подчинился, и Райлан забросил его левую руку себе на плечо, провел по всей ее длине мыльной мочалкой, тщательно выскреб подмышку, а затем ополоснул теплой водой. Скотт смежил веки. Жесткая ткань мочалки прошлась по его шее, потом по груди, после чего Райлан повторил всю процедуру с правой рукой.

Обернув палец салфеткой, он осторожно протер Скотту лоб, вымыл кожу вокруг носа и рта. Вода стала мутно-коричневой, и плавая в ней, одурманенный таблетками Скотт был не в силах припомнить, чтобы его когда бы то ни было окружали такой нежной заботой, такой… добротой.

— Вот так, — прошептал Райлан.

Сильной рукой он помог Скотту сесть, разрешил привалиться к себе и стал намыливать его спину. Это было настолько приятно, что Скотт не смог сдержать стон. Он ощутил, как сквозь тело Райлана пронеслась легкая дрожь.

— Волосы можно будет помыть только завтра, когда снимут бинты. — От хрипотцы в голосе Райлана у него закололо в паху. — Но в остальном ты теперь чистый и, надеюсь, сможешь заснуть.

Скотт снова лег в воду. Вот бы хватило сил встать и попросить Райлана помыть его всюду… чтобы он мог ощутить его мыльные руки на члене, на яйцах, между ягодиц. Он сдержанно застонал, чувствуя, как по животу распространяется жар.

Ему хотелось приласкать свой набухающий член, хотелось притянуть Райлана в воду, почувствовать его голое, скользкое, влажное тело, поцеловать…Заставить кричать от экстаза, подарить бурный оргазм. Скотт поднял дрожащую руку, потянулся к нему…

Внезапно виски прорезала боль. К горлу поднялась, вытеснив возбуждение, тошнота, и его рука тяжело плюхнулась в воду, забрызгав Райлану грудь.

— Мне… что-то нехорошо, — выдохнул Скотт. — Я хочу лечь.

Отбросив мочалку, Райлан взял полотенце и помог ему встать, а потом довел до кровати, где его уже ждали свежие простыни и заботливо отвернутое одеяло.

Голый и мокрый, Скотт рухнул на мягкий матрас, опустил свою грязную голову на белоснежную наволочку и отрубился.

***

— Я съезжу домой за вещами и сразу вернусь. Побуду с тобой несколько дней. — На лице Скотта появилось упрямое выражение, и Райлан добавил: — Возражения не принимаются.

— Я не хочу, чтобы ради меня ты ставил на паузу свою жизнь. — Голос Скотта был сиплым от боли. Его глаза налились кровью, а синяки и почерневшая кожа вокруг делала взгляд еще более устрашающим.

— Это же не навсегда, — отпарировал Райлан, уперев руки в боки. — Только до тех пор, пока ты не поправишься.

— Но это необязательно должен быть ты. Ты и так достаточно сделал. — Скотт скрестил руки, откинулся на подушку и отвернулся.

— Тогда кого мне позвать? — Райлан взял его телефон. — Ну давай, назови пару имен.

Скотт сердито сжал губы, и Райлан с болью в сердце заметил, как в его взгляде на миг промелькнуло глубокое одиночество.

— Все слишком заняты, — наконец процедил с напускным равнодушием Скотт. — Ладно, делай, что хочешь. — Он раздраженно махнул рукой, но Райлан заметил в ней легкую дрожь и решил отложить спор на потом.

— У тебя болит голова? Врач сказал, что риска сотрясения нет, но…

— Челюсть дико болит, а из-за нее голова, — пробормотал Скотт. — После сегодня должно стать полегче, да? Так сказал тот хирург.

Райлан кивнул.

— Наверняка. Тебе же зафиксируют перелом. — Он отложил телефон и хотел было уйти, но Скотт неожиданно поймал его за руку и, потянув, заставил сесть на кровать.

— Райлан, прости. Мне тяжело… разрешать кому бы то ни было видеть себя вот таким. — Он глубоко вдохнул и выдохнул. — Но если уж кто-то должен быть здесь, то я правда рад, что со мной будешь ты.

— Я тоже. — Райлан поиграл с их переплетенными пальцами, потом взглянул сквозь ресницы на Скотта. — Только подумай: за то, что мы сидим сейчас рядом, надо благодарить леденцы в виде пенисов. Членососы навеки займут в моем сердце особое место. — Он поморщился. — В жизни не думал, что скажу подобную вещь.

Скотт хохотнул.

— Черт. Не смеши меня, Рай. Мне больно смеяться. — Он поднес руку Райлана к губам и, поцеловав ее тыльную сторону, отпустил. — Ладно, езжай за своими вещами, — продолжил он грубовато. — Но я могу тебя выгнать, когда захочу.

— Договорились. — Райлан улыбнулся ему, потом поднялся с кровати. — Тебе что-нибудь принести, пока я не ушел?

— Нет. — Его взгляд обострился. — Как у тебя с деньгами? Нормально?

На этот раз глаза отвел Райлан.

— Не совсем. Но я справлюсь.

Скотт фыркнул.

— Ага, только нянчась тут с моей задницей, ты не сможешь работать ни над проектом, ни в клубе. Подай мне бумажник.

Райлан поднял ладони, словно отражая удар.

— Нет! — воскликнул он, отступая к двери. — Я… — Он ахнул, когда Скотт перекинул ноги за край кровати и встал. — Скотт, какого хера ты делаешь? А ну ляг обратно!

— Раз ты не даешь, то я возьму его сам. — Скотт доковылял до комода, взял свой бумажник и открыл его. — Вот. — Он протянул Райлану, который неистово тряс головой, несколько крупных купюр.

— Я не возьму твоих денег!

— Райлан, послушай. — Голос Скотта звучал непримиримо. — Если уж мне пришлось проглотить свою гордость, то по справедливости тоже самое должен сделать и ты. Ты помогаешь мне, а я помогаю тебе. — Его лицо смягчилось, затем затуманилось болью. — Плюс я тебе должен. За… за то, что украл.

Райлан секунду смотрел на него, потом сделал два шага вперед, взял за запястье и прижал его руку к груди. Банкноты в кулаке Скотта хрустнули.

— Ты правда считаешь, что если бы ты просто попросил тогда деньги, то я бы тебе отказал?

Скотт не смог выдержать его взгляд.

— Если б я попросил, ты бы отдал мне последнее, Рай. — Его голос был таким слабым, что Райлану пришлось напрячь слух.

— Вот именно. — Он помолчал. — Я никогда не обижался на тебя за те деньги. Меня мучил только тот факт, что ты не попросил их напрямую и не поговорил о том, что с тобой творилось в ту ночь. Наверное, не до конца доверял.

Райлан мягко забрал из руки Скотта купюры и, не сводя с него глаз, убрал их в карман.

— Но я кое-что понял. Доверие должно быть обоюдным. Поэтому я говорю тебе «да». У меня правда туго с деньгами, и я не знал, смогу ли дотянуть до тех пор, пока Кори мне не заплатит. Спасибо тебе.

Скотт дрожащими пальцами накрыл его щеку.

— Не за что.

Райлан потерся о его руку щекой, потом обнял за талию и помог вернуться в постель.

— Через час я вернусь, и мы съездим к хирургу. Окей?

У Скотта уже закрылись глаза, но он все-таки помахал ему на прощание, и Райлан, подхватив телефон и ключи, тихо вышел за дверь. Когда он спустился в лобби, то заметил там высокого, накаченного блондина, который спорил с консьержем. Райлан поморщился. Лэнс или как его там не терял времени даром — пришел оправдать себя.

— Прошу прощения, сэр, но ваши привилегии посетителя были отозваны. Я не могу пропустить вас наверх, не предупредив мистера Эшворта.

Лэнс навалился на стойку.

— Ну так позвони и предупреди его, старый пердун.

Джордж был непреклонен.

— Пожалуйста, выбирайте выражения, сэр. Когда ваши привилегии были отозваны, мистер Эшворт дал особое указание не сообщать, если вы нанесете визит. — Мрачный как туча Лэнс явно не испугал его. — А сейчас я вынужден попросить вас уйти.

Они с полминуты буравили друг друга взглядом. В конце концов Лэнс оттолкнулся от стойки и, ругнувшись, быстро ушел. Райлан чуть отступил, надеясь, что Лэнс его не заметит, и когда тот к его облегчению промаршировал мимо, спустился в гараж. Но там Лэнс вдруг вышел из-за колонны и преградил ему путь.

— Я видел тебя в лобби, — произнес он, сжав губы, хотя его тон был спокойным. — Ты был у него?

— Да. — Райлан попробовал обойти его, но Лэнс тоже сделал шаг вбок.

— Что он сказал? Он считает, что я это сделал?

— Нет.

— Я не верю тебе. — Лэнс подошел на шаг ближе и навис над ним. — Он точно что-то сказал, потому что вчера меня допросила гребаная полиция!

Райлан постарался сохранить голос ровным.

— Наверное, они допросили тебя, потому что полбара видело, как за час до нападения вы с ним ругались. Естественно, у полиции возникли вопросы.

— Я не нападал на него. Да, я считаю его мерзким ублюдком, но я бы никогда не причинил ему вред! — Лэнс раскинул в стороны руки, и Райлан протиснулся мимо него.

— Скотт на тебя и не думает. Он так и сказал полиции, что это не в твоем стиле, окей? — Райлан разблокировал дверцы кабриолета и забросил на пассажирское место рюкзак. — Ты вне подозрений.

Лэнс подождал, когда он сядет в машину. Потом подошел и со слабой улыбкой взглянул на него.

— Знаешь, у тебя не получится его удержать.

Лэнс сделал паузу, ожидая ответа, но Райлан молчал, и тогда он продолжил:

— Скотт умеет внушить, что ты какой-то особенный, что ты важен. Он возносит тебя на вершину, ты всегда и везде рядом с ним, а остальные завидуют и мечтают занять твое чертово место.

С тоской на лице он провел рукой по боку машины, словно лаская ее.

— Внимание Скотта… как героин. Привыкание моментально. Ты начинаешь думать только о нем. И убеждаешь себя, что, быть может, станешь тем самым. Единственным.

Он стиснул верх дверцы так сильно, что побелели костяшки.

— Меня, впрочем, многие предупреждали. Говорили, что Скотт — просто ебарь, игрок. Но паря на такой высоте, ты никого не слушаешь. Ты думаешь, что люди просто не понимают. Ведь у вас все хорошо. Пока в один прекрасный день не замечаешь, что он стал закрываться. Ты начинаешь гадать, что ты сделал не так. Изо всех сил пытаться ему угодить, вернуть тот прежний кайф, но чем сильней ты цепляешься за него, тем дальше он отстраняется. А потом бум… и он окончательно остывает, и ты понимаешь, что ему насрать на тебя. И так было всегда.

Он легонько стукнул кулаком по машине, потом отошел.

— Короче, цветочек, радуйся, пока можешь. А когда он разобьет тебе сердце, найди меня, и мы обсудим, стоил ли тот гребаный кайф, который ты испытываешь сейчас, всей этой боли.

Он насмешливо козырнул, приложив два пальца ко лбу, поднялся на тротуар и исчез в ярком солнечном свете. Вздохнув, Райлан вырулил из гаража на оживленную улицу и поехал домой.

По дороге он все прокручивал в голове их разговор. Лэнс явно страдал. Правда, жалеть человека, даже не спросившего, как у Скотта дела, было сложно. Лэнса интересовало только, не сказал ли Скотт что-то о нем.

Вещи он собрал быстро и на обратном пути постучал к Кэти и Вэл. Вэл, открыв, выгнула бровь и уставилась на его маленький чемодан и сумку с ноутбуком.

— Дорогой, ты куда-то собрался?

Райлан кивнул.

— Слышала, что случилось со Скоттом?

— Да, просто ужас. Как он?

Коротко объяснив, что происходит, Райлан сказал:

— Я решил пожить у него несколько дней, помочь, пока ему не станет получше.

Вэл прислонилась к двери и сплела на груди руки.

— Рай, это очень благородно с твоей стороны. Сейчас ему точно не помешает помощь друзей. Присмотреть за квартирой, пока тебя нет?

— Как раз хотел попросить. — Он поцеловал ее в щеку. — Спасибо. Вы лучше всех.

— Значит, договорились. — Вэл помолчала. — Слушай, ты знаешь, что я не в восторге от Скотта, но…

— Но что?

Она еще секунду поколебалась.

— В соцсетях сейчас пишут много дерьма. Просто… помни об этом и, наверное, постарайся не давать ему телефон. По крайней мере, какое-то время. — Вэл провела ладонью по своей поврежденной руке. — Уж я-то знаю, как сильно могут ранить слова, когда тебе и так плохо. Люди бывают жестокими, омерзительными ублюдками, и я не желаю этого никому. Даже Скотту.

Они попрощались, и Райлан вернулся к кабриолету. Забросив внутрь сумку, он достал телефон, открыл инстаграм и зашел в клубный аккаунт. На первой же фотографии Скотт лежал на земле в окружении медперсонала, а ниже было написано: «Сегодня серьезно пострадал жизненно важный член нашей семьи. Мы будем признательны за ваши молитвы о выздоровлении Скотта!».

Райлан просмотрел комментарии. В большинстве их них люди желали Скотту здоровья, посылали объятья и поцелуи. Было и несколько предложений помочь Скотту «развеяться» в любое удобное время.

Но потом его взгляд зацепился за совсем другой комментарий.

Эй, @ MCSquared , Скотти разбили рожу. Говорят, он теперь полный урод!

Стиснув зубы, Райлан прочитал ликующие ответы.

А я бы все равно его трахнул! Пакет на голову и вперед.

@ MCSquared , изуродованная модель никому не нужна! Скажите @ ScottyA , пусть сидит дома!

Скажите, кто его отметелил? Я дам ему золотую медаль!  

С нормальным чуваком такого бы не случилось!

Выругавшись, Райлан швырнул телефон на сиденье. Господи. Он развернулся, а когда приехал обратно и зашел в дом, то к своему удивлению обнаружил, что Скотт сидит в гостиной в компании Кори. Ну, сидел только Кори, а Скотт полусидел-полулежал. Его лицо было мертвенно-бледным, отчего на нем еще сильней выделялись багровые синяки.

— Кори, что вы здесь делаете? — спросил Райлан.

Кори тоже был бледен.

— Да так… зашел проведать своего парня. А то ходят самые разные слухи. Хотел посмотреть своими глазами, чтобы мне было, что сказать MC₂. — Он помолчал, потом через силу продолжил: — Поездка в Майами определенно исключена.

— Кори, — пробормотал Скотт. — Прости…

Кори встал.

— Пока не пройдут отеки и синяки, в клубе не появляйся. Люди платят приличные деньги не за то, чтобы смотреть на… на фрик-шоу. Пока ты не вернешься, твои обязанности по пятницам будет выполнять Пит. — Он натянуто кивнул Райлану, потом развернулся и вышел за дверь.

Райлан с горящим от гнева лицом присел на диван рядом со Скоттом и положил ему на колено ладонь.

— Вау… Ну и козел. Ты в порядке?

Скотт закрыл глаза.

— Нет. Я подвел его.

— Что? С какой стати? Господи, на тебя же напали! Ты здесь при чем?

— Райлан, мне кажется, ты не совсем понимаешь, какое количество денег тратится на мой бренд. — Скотт невесело фыркнул. — Меня дорого содержать. Очень дорого. Фитнес-клуб, диетолог, солярий, программа питания, салон красоты… — Он жестом обвел себя. — Рай, все это появилось не само по себе. Кори рассчитывал на контракт с MC₂ и на меня, надеялся, что его инвестиции отобьются, что «Спектр» ждет взлет. Если я не смог поехать в Майами, значит подвел его.

Райлан сжал его колено.

— Я понимаю, Кори расстроен, но «Спектру» еще выпадет шанс заявить о себе.

— Рай, это очень переменчивый бизнес. Сегодня ты у всех на слуху, а завтра о тебе и не вспомнят. MC₂ известны во всем мире, поэтому их предложение «Спектру» было бесценным, и если мы упустили наш шанс…

— Окей, все это случилось очень невовремя. Но как я уже говорил, ты здесь не виноват. Как он вообще может винить тебя?

— Рай, ну как ты не понимаешь? Кто-то мне отомстил — из-за того, что я сделал или сказал. То есть вина все же на мне.

— Но почему это не мог быть случайный грабитель?

— Который ударил меня клубной битой? Тина иногда опирается на нее, как на трость, когда оскорбляет клиентов, поэтому, где ее держат, могли догадаться только они. Случайный чувак, который решил грабануть чью-то машину, принес бы свое орудие нападения, нет?

Против такой логики возразить было нечего, но Райлан все равно пылко сказал:

— Ты не виноват в этом, Скотт. Не виноват. Неважно, обидел ты нападавшего или нет. Он сам сделал свой выбор, сам нашел биту и ударил тебя по лицу. Когда ты с кем-то общаешься, ты же не можешь читать его мысли. Винить себя — просто бред.

— Послушай. — Из-за таблеток и боли голос Скотта звучал смазано и невнятно. — Вся эта ситуация — следствие того, что я налажал. В сотый раз. Я подвел Кори, фанатов, подвел MC₂. Господи, Рай…

Райлан придвинулся ближе и обнял Скотта за плечи.

— С моей точки зрения это всего лишь временная неудача. Самое главное, что у тебя все наладится, слышишь меня? Это единственное, что меня беспокоит и должно беспокоить других. А те, кто так не считает, пусть идут к черту.

Губы Скотта дрогнули.

— Милый Рай… Спасибо за то, что ты здесь.

— Я всегда буду рядом. — Райлан наморщил нос — волосы Скотта пахли ржавчиной и кислым потом. — Идем. Починим твое лицо, чтобы ты мог нормально помыться. От тебя пахнет.

Скотт подтолкнул его легонько плечом.

— Что? Не нравится мой аромат жертвы насилия? А я-то хотел выпускать его в виде парфюма.

— Не смешно.

Райлан помог Скотту встать и поддержал его, когда тот покачнулся.

— Воу.

— Скорее бы перестать принимать эти гребаные таблетки, — пробормотал Скотт. — Чувствую себя из-за них просто погано.

Райлан заглянул в спальню, чтобы принести ему бумажник и телефон, потом повел Скотта к лифту. Проход через лобби снова оказался мучительным, но Скотт больше не реагировал на людей и, пока они шли, глядел прямо перед собой.

Офис хирурга был рядом. Сидя за рулем, Райлан оглянулся на Скотта — тот смотрел в телефон. Черт. Наверное, стоило «забыть» телефон на комоде, чтобы он подольше не видел тех отвратительных комментариев. Райлан был готов пристукнуть себя, потому что в итоге Скотт издал подавленный стон и уронил телефон на колени.

— Эй. — Райлан подождал, когда Скотт поднимет глаза. — Не обращай внимания на этих ублюдков.

Скотт дернул плечом.

— Ничего неожиданного я не прочел. Рай, у меня была только одна обязанность на этой работе: выглядеть хорошо. Понятно, что сейчас меня будут гнобить. — Несчастная нотка в его голосе крепко обвилась вокруг сердца Райлана, и у него заныло в груди.

Остаток дороги они промолчали и вскоре уже сидели, листая брошюры о постпроцедурном уходе, в кабинете хирурга. Скотт бросил свой экземпляр на стол.

— У меня все размывается перед глазами. Можешь прочесть?

Райлан провел пальцем по строчкам.

— Со скобами нельзя поднимать тяжести, — прочитал он, внутренне сжавшись, когда Скотт помрачнел. — И поскольку тебе предписана только жидкая пища, ты можешь потерять от пяти до десяти килограммов.

Скотт тихо, но яростно выругался.

— Твою мать. От пяти до десяти килограммов?

— Тут рекомендуют использовать шприц со специальной насадкой, чтобы вводить пищу в рот. — Райлан поморщился. — Но еще написано, что у некоторых получается есть через соломинку. Через две-три недели скобы снимут, но потом ты еще какое-то время не сможешь жевать.

— Ну охереть. Я могу хоть сейчас попрощаться с карьерой, — процедил Скотт. — Если мне нельзя заниматься с весами и правильно есть, я потеряю весь рельеф тела. Кому будет охота смотреть на пугало в джоках?

Перед глазами Райлана возникла эта картинка, и у него вырвался тихий смешок.

Скотт бросил на него затравленный взгляд.

— Не смешно.

— Станет, когда ты поймешь, что это несложно исправить. Мне всего-то и нужно, что встать рядом с тобой — тоже в джоках, и пугало будет выглядеть как полубог.

Вместо того, чтобы рассмеяться в ответ, Скотт откинулся на спинку сиденья и окинул его медленным взглядом.

— Это было бы чертовски горячее зрелище. Я был бы не против однажды взглянуть.

Райлан поперхнулся.

— Не, — с деланной легкостью выдавил он. — Моя тощая белая задница…

Раздался резкий стук дверь, и вошел хирург. По-деловому коротко поздоровавшись с ними, он уселся за стол.

— Итак. Вот, что мы сейчас будем делать. — Врач достал блокнот на пружинке и пролистал несколько заламинированных страниц. — Если говорить коротко, то я размещу вот эти железные скобы вдоль линии десен вверху и внизу, а затем скреплю их проволочными лигатурами. Так ваша челюсть будет удерживаться в правильном положении, пока трещина не зарастет.

Скотт уставился на схему в блокноте.

— Мои зубы будут словно заперты в клетку. Я хоть дышать-то смогу?

— Разумеется, сможете. Воздух, жидкости, рвота — все это будет проходить без проблем. Главное, дышать через нос и не паниковать, если возникнет ощущение клаустрофобии.

— А если я буду есть и… и подавлюсь? — Скотт побледнел, и его можно было понять. Вся эта конструкция напоминала нечто из арсенала маньяка.

— Вот затем, чтобы этого не случилось, вам и нельзя первые пару недель есть твердую пищу. Никаких кусочков или комков, которыми вы можете подавиться или которые могут застрять между зубов. Поищите в интернете — там много блогов с рецептами жидкой еды.

Захлопнув блокнот, хирург продолжил:

— Процедура проводится под местной анестезией. Нижняя часть вашего лица полностью онемеет, чтобы я мог установить скобы, выровнять их, а потом закрепить. Это не займет много времени, а потом я вас отпущу.

Он встал.

— Когда процедурная будет готова, моя помощница вас позовет.

Когда хирург вышел, Скотт обмяк на стуле.

— Черт. Это какой-то пиздец.

Райлан соскользнул на пол и, положив руки ему на колени, поднял глаза.

— Да, но я рядом, — проговорил он. — И помогу тебе всем, чем смогу.

Скотт провел костяшками пальцев по его щеке и приласкал большим пальцем губу.

— Знаю и повторю еще раз: я страшно рад, что ты здесь. Спасибо вам, Членососы.

Райлан приподнял бровь.

— Как же приятно узнать, что ты стал разделять мою благодарность этим приторным сахарным пенисам, — проговорил он и обрадовался, когда мрак в глазах Скотта сменился весельем.

— О да.

Они минуту смотрели друг другу в глаза, а потом Скотт опустил взгляд на его рот.

— Мне очень-очень надо поцеловать тебя прямо сейчас.

Райлан не колебался, а сразу привстал и мягко накрыл его щеку. Скотт тоже потянулся к нему, их губы на миг крепко слились, а потом разомкнулись.

Дверь снова открылась, и к ним подошла улыбающаяся женщина-ассистент в розовой униформе. Райлан поднялся и, остро осознавая, что у него горят щеки, встал за спиной Скотта.

— Мистер Эшворт? — прощебетала женщина. — Меня зовут Лили, и сегодня я ассистирую доктору Рохасу. Вы готовы идти?

Подождав, когда Скотт встанет на ноги, она обратилась к Райлану:

— Посидите в приемной, а когда мистер Эшворт закончит, я его приведу. Процедура займет приблизительно час.

Продолжая бодро болтать, она увела Скотта, а Райлан сел в мягкое кресло возле регистратуры, прижал ладони к глазам, которые щипало от слез, и принялся ждать.

Скотт возвратился только спустя два часа. Бинты с его головы уже сняли, но его лицо было белым, как полотно.

Райлан вскочил и подбежал к нему.

— Как ты себя чувствуешь?

Лили, которая шла позади, передала Скотту бумаги и пластиковый пакет.

— Здесь инструкция по уходу и рецепт на жидкое обезболивающее, а также шприцы и насадки на первые несколько дней. Дальше будете покупать их в аптеке. — Она повернулась к Райлану. — Доктор Рохас сказал, что перелом хорошо зафиксирован и что через неделю мистеру Эшворту нужно прийти на рентген. Талон на прием прикреплен к прочим бумагам.

Она жизнерадостно помахала им и ушла.

Пока они шли к машине, Скотт молчал. Райлан подождал, когда он сядет и пристегнется, и только потом осторожно спросил:

— Можно я посмотрю?

Скотт перекатил голову набок, обнажил зубы, и Райлан еле сдержал испуганный вскрик. Скотту надели нечто похожее на странные брекеты: вдоль челюстей шли железные скобы, скрепленные проволокой в каком-то с виду случайном, хаотичном порядке. Райлан испытал слабую клаустрофобию, и его пробрала дрожь. Губы Скотта опухли, в уголках рта скопилась слюна.

— Ты можешь говорить? — прошептал Райлан. Скотт издал нечленораздельный звук, и с его подбородка свисла дрожащая нитка слюны. С болью в сердце Райлан стер ее пальцем. — Все онемело, да? Ну ничего, скоро анестезия пройдет, и тебе станет лучше. Я прочитал, что если попрактиковаться, то у тебя получится разговаривать практически без проблем.

Скотт закрыл глаза и откинулся на сиденье, и после короткой остановки в аптеке они наконец-то вернулись домой. Скотт сразу отправился в душ, а Райлан унес купленные лекарства на кухню и бродил по квартире, пока Скотт не появился из ванной в футболке и пижамных штанах.

Его кожа была влажной, а волосы выглядели чистыми и блестящими. Только сбоку часть была выбрита — там, где пришлось наложить швы.

— Ты голоден? — спросил Райлан.

Скотт покачал головой.

— Хочу спать.

Райлан хоть и не сразу, но все-таки разобрал, что он сказал.

— Дать тебе на ночь таблетку от боли?

Скотт замотал головой еще энергичней.

— Нет. Не надо таблеток.

— Хорошо.

Он ожидал, что Скотт пойдет в спальню, но тот вдруг протянул ему руку. Райлан принял ее, и Скотт увел его к большому кожаному дивану в гостиной, где Райлан сел с краю, а Скотт растянулся во весь рост, положил голову ему на колени и закрыл глаза.

Райлан перебирал его волосы, поглаживая лоб и виски, пока Скотт не заснул.

Глава 3

— Вот морковное пюре с имбирем и молочный коктейль с персиками и медом. — Элизабет передала Скотту два пластиковых кувшина с жидкой едой. — Они комнатной температуры, так что, если захочешь, можешь выпить их прямо сейчас. Либо поставь их в холодильник, и они простоят там до завтра. — Она густо покраснела, когда Скотт поймал ее за руку и поднес ее пальцы к губам.

— Вы даже слишком добры ко мне, Лиз. Большое спасибо.

Она улыбнулась.

— Мне приятно снова о ком-то заботиться. Я скучаю по сыну.

— Что ж, ему повезло с такой мамой. Если б не вы, я бы питался той жуткой меловой смесью.

Они в унисон содрогнулись.

— О, эти смеси ужасны. — Элизабет осмотрела его критическим взглядом. — Прошло почти три недели. Сколько ты потерял? Килограмм пять?

Скотт поморщился.

— Я не взвешивался — не хочется знать, насколько все плохо, но по ощущению да, как минимум пять. — Он подцепил пояс спортивных штанов, показывая, что они стали ему велики. — Уже видны ребра.

Она сочувственно похлопала его по руке.

— Держись, дорогой.

Скотт проводил ее до двери. Потом, заглянув на кухню за стаканом пюре, вернулся в гостиную и сел на диван — рядом с Райланом, который раскинулся там с ноутбуком.

— Привет. Хорошо походил на дорожке?

Скотт сунул трубочку в рот и всосал немного пюре, пропуская его сквозь плотно скрепленные зубы и дальше по горлу.

— Угу. Даже немного побегал.

— А тебе это можно? — В голосе Райлана появилась нотка тревоги, и Скотт пожал плечами.

— Долго не получилось, потому что трудно дышать, но попробовать было приятно.

— Будь осторожен. — Райлан смотрел на него, пока Скотт делал новый глоток. — Как это на вкус?

— На самом деле, довольно неплохо. Как и все, что готовит Элизабет. — Скотт отставил стакан и откинулся на спинку дивана. — Проблема в том, что жидкой едой не наешься, и мне постоянно адски хочется жрать.

На лице Райлана промелькнуло виноватое выражение.

— Ты даже не представляешь, насколько мне стыдно есть у тебя на глазах. — Он отложил ноутбук, взял стакан Скотта, осторожно отпил, и когда его глаза распахнулись, Скотт усмехнулся. — И правда вкусно!

— Я бы предпочел те булочки с соусом, которые сделала Элизабет для тебя, но да, могло быть и хуже. Без нее я бы еще сильней похудел.

Райлан повернулся к Скотту лицом и, задев его ногу, подтянул колено к груди.

— Знаешь, кого она мне напоминает? Донну, ту владелицу бара. И то, как она присматривала за тобой. Она и Элизабет словно твои суррогатные мамы.

— И не говори. Две совершенно чужие мне женщины из двух разных штатов относятся ко мне лучше, чем родная мать. — Скотт уловил в своем голосе горечь, но из-за голода и усталости ему было плевать.

Райлан сжал губы, склонил голову набок и, словно споря с собой, замолчал.

— Знаешь, Донна забрала к себе твоих братьев, — произнес он наконец. — Они живут у нее больше четырех лет.

Скотт резко сел.

— Что? Ты серьезно?

Райлан улыбнулся.

— Угу. Хочешь на них посмотреть? — Не дожидаясь ответа, он придвинул к себе ноутбук, что-то нажал и развернул экран к Скотту. — Ты их, наверное, даже и не узнаешь.

Скотт взглянул на фотографию. Трое его сводных братьев сидели, сияя улыбками и тесно прижавшись друг к другу, на высоком барном столе, а сзади их обнимала Донна.

— Ого. Как они выросли. И кажется, по-настоящему счастливы.

— Да, так и есть.

— Когда ты это снял?

— Перед самым отъездом сюда. Собственно, я заскочил по пути в Пейс только затем, чтобы их повидать.

Скотт оторвал взгляд от фото.

— То есть, вы до сих пор поддерживаете контакт?

Райлан кивнул.

— Да. Мы друг у друга в друзьях на фейсбуке и иногда переписываемся. Они отличные пацаны.

Скотт помолчал.

— А Кара? Малышка? Она…

— По-прежнему с Хизер? Угу, —тихо проговорил Райлан. — Помнишь ту фотографию, которую ты увидел у меня дома? Я снял ее, когда перед экзаменами приезжал навестить Кару.

— Значит… значит, ты с ней общаешься? С Хизер, я имею в виду.

— Иногда. Не особенно часто. — Райлан непроизвольно коснулся шрамика на скуле, и его взгляд затуманился воспоминаниями. — Они с отцом очень некрасиво расстались.

Скотта замутило. Только что выпитое пюре поднялось назад к горлу, и он схватил Райлана за запястье, чем испугал его.

— Это она подарила тебе этот шрам? Чертова сука…

Райлан ахнул.

— Что? Нет! Она ни разу не поднимала на меня руку.

Скотт отпустил его и большим пальцем легонько обвел его шрам. Он был маленьким, но неровным и белым.

— Только не говори, что он был там всегда. Я бы заметил. — Заметил бы в те времена, когда он покрывал каждый дюйм лица Райлана поцелуями, пока они обнимались на его узкой кровати. — Кто это сделал?

Пауза.

— Мой отец.

Ответ был столь неожиданным, что Скотт невольно отпрянул.

— Ты не шутишь? — прохрипел он. — Тебя ударил… Боб? Боб? — Это не укладывалось в голове. Добрый Боб, который бесконечно обожал сына, ударил Райлана так, что остался гребаный шрам? — Как это случилось?

Райлан подался вперед и обхватил плечи руками.

— Когда отец был в отъезде, Хизер пошла в гости к друзьям, напилась и привела домой какого-то мужика. Только в тот раз он не сбежал, трахнув ее, а остался на выходные.

— Черт. И твой отец их застукал, — пробормотал Скотт.

Райлан кивнул.

— Он застал их в постели. Я слышал их через стену. Никогда не забуду страдание в его голосе, пока он выпытывал у нее, что именно все это значит. Хизер скулила, тот мужик пытался на него наезжать, стояли плач, крики…

Райлан толчком поднялся на ноги и зашагал из угла в угол.

— Тот тип в итоге ушел, а отец с Хизер снова стали ругаться. Я слышал, как они орут друг на друга в гостиной. Собирался не вмешиваться в это дерьмо, но потом заплакала Кара. И я пошел к ним.

У Райлана задрожал подбородок. Он снова сел, крепко сжал губы и, справляясь с эмоциями, задышал через нос.

— Хизер плакала на диване, а Кара сидела и обнимала ее за ногу на полу. Отец был на грани. Увидев меня, он подскочил ко мне и спросил, случалось ли подобное раньше. Я не знал, что ответить, и это мое молчание, видимо, оказалось достаточно красноречивым, потому что в следующий миг я уже был на полу, а моя щека горела огнем.

Он притронулся к шраму, его глаза заблестели от слез. Скотту до боли хотелось обнять его, но он заставил себя сунуть руки в карманы свободных штанов и сжал кулаки.

— Отец стоял надо мной и кричал: «Сколько времени это длится? Почему ты ничего не сказал?». Он все повторял это и повторял, — глухо продолжил Райлан. — Его кольцо разорвало мне щеку. Я весь был в крови — она капала с подбородка, затекала мне в рот… — он облизнул губы, словно вспоминая ее металлический вкус, — и я мог отвечать только одно: «Папа, прости».

— Господи. — Скотт смачно ругнулся.

— Скотт, он страдал, искал, кого обвинить, и я попался под горячую руку.

— Какого хрена он не обвинил ту, кто это заслуживал? — прорычал Скотт и, вытащив кулаки из карманов, ударил по диванным подушкам.

— Позже он рассказал, что обвинить ее значило бы обвинить себя самого, а он не хотел думать о том, что виноват во всем сам. Он хотел, чтобы вина лежала на ком-то другом — хотя бы на мне. Ударив меня, он сел в пикап и уехал. Хизер помогла мне подняться, умыла и дала пластырь. Она больше не плакала и казалась очень спокойной. И это помогло успокоиться мне.

Он так съежился, так напряг плечи, что Скотт, не сдержавшись, погладил его по спине, испытав облегчение, когда Райлан прильнул к его ласке.

— Что было потом? — прошептал он, поглаживая шею Райлана большим пальцем.

Райлана сотрясла дрожь.

— Она уложила Кару в кроватку, мы ушли на крыльцо и просидели там до утра. Молчали, иногда разговаривали. — Он тяжело вздохнул. — Знаешь, мне кажется, она любила отца, но по какой-то причине не могла удержать себя и продолжала все портить. Она была совершенно раздавлена, но в то же время словно испытывала облегчение из-за того, что все кончилось.

Когда ты уверен, что ничего хорошего не достоин, тебе становится до смерти страшно, когда это хорошее все же приходит. Это чувство было ему отлично знакомо. Он поморщился, ощутив невольное сочувствие к Хизер. Скотт не хотел жалеть ее, не хотел… понимать.

Он отпихнул от себя эту мысль и сосредоточился на том, что говорил Райлан.

— Мы не видели отца где-то неделю. Внешне Хизер казалась обычной, но я понимал, что внутри ее медленно раздирает на части. — Его лицо заволокла тень, и он сжал кулаки. — Как было с мамой. Я не хотел заново проходить через тот ад. Я ощущал себя настолько беспомощным, что пошел к Донне.

Скотт тихо фыркнул.

— Эта женщина — истинный ураган.

Райлан краешком рта улыбнулся.

— Не то слово. Она примчалась, собрала детские вещи и увезла всех четверых к себе в дом. Сказала, что присмотрит за ними, пока Хизер не наведет в своей жизни порядок. Хизер даже не спорила, не возражала. Когда еще через несколько дней вернулся отец, я ушел вместе с ним. И оставил ее там одну.

— Ты сделал все, что было в твоих силах, Рай. Ты же знаешь об этом?

— Я ушел, даже не оглянувшись, — ответил Райлан упрямо. — Я был полностью опустошен. Ею, тобой…

Скотт вздрогнул, но Райлан продолжил:

— Я был нужен отцу. И ушел ради него, чтобы сберечь последние силы. — Его лицо было таким безучастным. — И ради себя. Я учился на полной стипендии в Университете Майами, но впереди оставался еще целый год. Мне надо было сосредоточиться на оценках и своем будущем. Ты уехал, детей взяла на себя Донна, а для Хизер я ничего больше сделать не мог.

Блики солнца в окнах небоскребов вокруг слепили Скотту глаза, вызывали легкую тошноту.

Тупой идиот. Ты не должен был уезжать.

Словно прочитав его мысли, Райлан пробормотал:

— Если бы ты не уехал, это вряд ли что-нибудь изменило бы, Скотт. Сам знаешь, Хизер все равно сделала бы то, что сделала. Это был лишь вопрос времени.

— Но будь я там, я мог бы принять тот удар на себя. Мог бы избавить тебя хотя бы от части ужасных воспоминаний.

Которых так много.

Лицо Райлана смягчилось.

— Такова жизнь. Помнишь ту свою мантру?

— Нахер мантры. Я не должен был уезжать. — Он обнял Райлана за плечо. — После того, что случилось, у вас с отцом все было нормально?

— Да. Он снял для нас крошечную квартиру неподалеку от школы. И мало-помалу жизнь пришла в норму. Перед тем, как он… умер, у нас все было неплохо.

Скотт немного расслабился.

— Хорошо, — хрипло прошептал он. — Хорошо.

Райлан еще раз похлопал его по руке, потом отпустил.

— Думаю, мне пора в душ. Готовиться к выходу в клуб. Сегодня закатывают девичник, и Кори хочет, чтобы я отснял тонну фото.

— Да, конечно. — Резким движением Скотт вытер случайно выскользнувшую слезу. — Если тебе надо ехать…

— Можно взять твою машину? Или она нужна тебе? Я могу добраться и на автобусе.

Скотт хотел было разрешить ему взять машину, но при мысли о простирающейся впереди долгой и одинокой ночи импульсивно сказал:

— Если подождешь пару минут, я тебя отвезу. И может останусь что-нибудь выпить.

Райлан приподнял бровь.

— Правда? Было бы круто. Все очень обрадуются. Меня постоянно расспрашивают о тебе.

Скотт не знал, сколько в том было правды, ведь его телефон три недели молчал, но ничего не сказал и пошел в душ. Вернувшись, он натянул джинсы и зеленую с голубым отливом футболку. Встал перед зеркалом и, оглядев себя, помрачнел.

— Ты как всегда прекрасен, Скотт, — донесся до него тихий голос.

— Нет. Я совсем перестал быть похож на себя. — Скотт потянул за свободную ткань футболки — которая раньше облегала его мускулистый торс словно вторая кожа. — Знаешь, наверное, это дурная идея. Людям не стоит видеть…

Райлан встал у него за спиной и коснулся плеча.

— Поверь, ты будешь там самым красивым мужчиной.

Их глаза встретились в зеркале, и Скотт скованно улыбнулся.

— Думаю, ты необъективен.

Райлан хмыкнул.

— Я фотограф. А фотограф не может быть необъективным, — мягко пошутил он. — Не веришь мне?

Скотт дернул плечом, и Райлан взял его за руку, сплел вместе их пальцы.

— Камера не умеет лгать, Скотт. Давай я тебе покажу. — Он потянул Скотта к двери и, остановившись на миг у дивана, чтобы взять камеру, увел его на балкон.

Солнце уже клонилось к закату, и все вокруг было залито мягким золотым светом.

Камера зажужжала. Райлан взглянул на экран, быстро поправил настройки и начал снимать. Растворившись в его тихих уверенных указаниях, Скотт сперва прислонился к перилам спиной, а потом облокотился на них и устремил взгляд в горизонт.

— Вот, посмотри.

Райлан жестом позвал его, и Скотт, подойдя к нему, в восхищении опустил взгляд на экран. Его высокие скулы резко обозначились в вечернем сиянии солнца. Легкая щетина на подбородке подчеркивала его чувственный рот, а глаза сияли как два изумруда, оттененные мягким зеленым футболки, впитавшим угасающий солнечный свет.

— Здесь ни одного фильтра, Скотт. Только ты. И ты бесподобен.

Губы Скотта дрогнули в печальной улыбке.

— Ты, наверное, думаешь, что я самый тщеславный мудак на земле.

— Никогда. Нет ничего плохого в том, чтобы восстановить немного уверенности в себе. Особенно после травмы. — Райлан приподнял камеру. — Я повторяю, что ты прекрасен, но иногда тебе нужно просто увидеть эти слова. Увидеть то, что вижу я.

Скотт чуть не задохнулся от вставшего в горле комка.

— Милый Рай, — прошептал он. — Спасибо.

Они улыбнулись друг другу. Скотт наклонился. Райлан поднял лицо, его рот приоткрылся для поцелуя, но Скотт повернул голову и губами коснулся не его губ, а виска.

— Поехали в клуб.

Глава 4

Это решение оказалось огромной ошибкой.

Скотт бродил по краю танцпола, разглядывая молодую, вибрирующую толпу, которая состояла в основном из студентов, приехавших на лето домой. Никто не обращал на него никакого внимания. Это была непривычная ситуация для человека, привыкшего быть в его центре.

Завершив второй круг, он пошел к бару и взобрался на табурет. Его синяки прошли, отек давно спал, но он все же жалел, что пришел сюда — из-за необходимости улыбаться, не разжимая губ, из-за невнятной речи, из-за обвисшей одежды. Скотт ощущал себя непримечательным… практически невидимкой.

И ему это нисколько не нравилось.

— О, здоро́во. — Бармен Бобби, не спрашивая, пододвинул к нему запотевшую кружку пива. — С возвращением. Рад, что ты снова в строю.

Скотт благодарно кивнул и взял кружку в ладони.

— Я тоже рад, что вернулся, — солгал он.

Бобби с добродушной улыбкой облокотился о стойку.

— Нам тебя не хватало, — сообщил он, — хотя из Пита вышел фантастический хост. Никто и не думал, что у него это получится, но он каждые выходные собирал полный клуб.

Скотт не вполне понимал, что на это ответить. Классно, что меня так легко заменить?

— Упс, мне пора. — Бобби уже махали клиенты, и он, отдав Скотту короткий прощальный салют, поспешил к ним.

Скотт поднял кружку и сразу поставил обратно. Если пить без соломинки, он точно зальет пивом футболку. А прихлебывать пиво, точно малыш из поилки, он тоже не собирался.

Он повернулся на табурете и мрачно уставился на танцпол. Внезапно по его спине пополз холодок. Вдруг где-то здесь был тот ублюдок? Вдруг он сейчас наблюдал за ним, с упоением вспоминая, как сбил его с ног? Вдруг перед этим он что-то сказал, что Скотт не запомнил?

Эти угрюмые мысли согнали Скотта с насеста, и он стал беспокойно бродить и всматриваться в лица людей, проверяя, не смотрит ли кто-нибудь на него подозрительным взглядом. Он с отвращением фыркнул. Паранойя? Нет, это было еще одним горьким последствием нападения. Он больше не чувствовал себя в клубе как дома.

Кто-то налетел на него со спины, и Скотт стремительно развернулся, занес кулак…

— Воу, чувак! Извини. — Парень, который толкнул его, отступил и поднял ладони. — Я нечаянно. Здесь такая толпа.

Скотт опустил руку. К тревожности, от которой его сердце гулко стучало, добавился унизительный стыд. Он как мог задышал через нос, жалея, что нельзя открыть рот и сделать глубокий глоток столь необходимого ему кислорода.

Я задыхаюсь.

Его начала кусать паника. Если сейчас на него кто-нибудь нападет, он не сможет отбиться, не сможет вдохнуть достаточно воздуха, он слишком ослаб после недель жидкой еды, он стал таким уязвимым…

По краям его зрения замелькали огни, и он отчаянно огляделся, ища путь к отступлению… или оружие… или…

— Малыш? Ты в порядке?

В поле зрения вплыло лицо Тины, и Скотт с отчаянием утопающего сконцентрировался на нем.

— Нет, — прохрипел он. — Нет.

Она взяла его за руку и, умело лавируя сквозь толпу, увела в коридор, к служебному входу. Скотт привалился к стене и спрятал в дрожащих ладонях лицо.

— Милый, дыши вместе со мной, — заговорила Тина негромко. — Вдох, выдох, вот так. Ты в безопасности, дорогой. Все хорошо.

Ласковые слова и кислород помогли успокоить стук его сердца. Паника начала оседать. Обессиленный, он повернулся, и Тина крепко его обняла и прижала к себе.

— Давно у тебя не было этих атак, — прошептала она ему в волосы. — Я достаточно их повидала, чтобы распознать признаки, но…

— Блядь, — выдавил Скотт. — Блядь.

Он цеплялся за Тину, пока не восстановил крупицу самоконтроля, а отпустив, заметил, что ее усыпанный блестками боди помят, макияж смазан, а парик съехал набок.

— Извини. — Досадуя на себя, он стал было поправлять ей парик, но Тина взяла его за руки.

— Ты же знаешь, что мне наплевать. Тебе лучше? Это единственное, что меня сейчас беспокоит.

Он кивнул и, вновь прислонившись к стене, прохрипел:

— Спасибо. Наверное, зря я сегодня пришел. Когда не на все сто процентов уверен в себе.

— Да. Когда на тебе нет брони. Малыш, я понимаю.

Скотт тяжело выдохнул.

— Наверное, я просто найду сейчас Райлана и скажу, что уезжаю домой. Не знаешь, где он?

— В вип-зоне, снимает девичник. Ну, ты же знаешь, это сейчас модно — устраивать женские вечеринки в гей-клубах.

Представив эту картину, Скотт усмехнулся, благодарный за то, что она его отвлекла.

— Ну, вы, драг-куин, это любите, — поддразнил ее он. — Называете их сучками, а они только рады.

— Аминь, сестричка. Аминь.

Они еще раз обнялись, и Тина уплыла поправлять макияж, а Скотт поднялся в вип-зону. Вечеринка была в полном разгаре: двадцать с лишним девиц находились в разных стадиях опьянения — от «немного навеселе» до «совсем в хлам». Забавно, что в числе последних оказалась будущая невеста, и Скотт сделал мысленную пометку попросить бармена передать им потом свое фирменное снадобье от похмелья.

Райлана нигде не было видно. Но собраться с духом и снова спуститься вниз Скотт не успел, потому что его взяла под руку девушка с пышными формами и милой улыбкой.

— Эй, ты чего такой хмурый?

Она взглянула на него из-под ресниц, и Скотт дернул уголком рта.

— Да так, размышлял кое о чем, — протянул он, стараясь не сильно разжимать губы.

Девушка, вроде бы ничего не заметив, придвинулась ближе.

— О-о… — Она захихикала. — Я тоже сейчас кое о чем размышляла. О том, чтобы заполучить кое-что… себе между ног. — Она закусила губу и прошлась по его телу медленным взглядом. — Ты слишком сексуален для моих трусиков. Думаю, они могут слететь.

Скотт моргнул, и она развязно ему улыбнулась.

— Что, слишком в лоб? Ну и плевать. У меня отпуск! — Она отбросила свои длинные черные волосы за плечо. — Я отказываюсь возвращаться в свой скучный Огайо без горячих воспоминаний. Ни-за-что!

По его телу пробежали, прогоняя остатки тревожности, приятные искорки возбуждения.

— И ты полагаешь, что я смогу их тебе предоставить? — прошептал он, обнимая талию девушки. Ее пьяная лесть была упоительна, бесконечно приятна.

— О, даже не сомневаюсь. Ты же ходячий секс. Секс. — Она икнула. — У нас есть лимузин. С широким задним сиденьем, идеальным… для размышлений. — Ее груди у его ребер были мягкими, теплыми, а губы пухлыми, розовыми. Скотт представил, как они сексуально смыкаются вокруг его…

Искушение было велико. Очень велико. У него три недели не было секса — срок, который шел на рекорд. Мастурбация в душе особого удовлетворения не приносила, а Райлана он не касался с того самого дня, как эгоистично выпросил у него поцелуй в кабинете хирурга.

Райлан. Его взгляд сам собой перешел на диван, где он чуть не занялся с ним любовью. Нападение, слава богу, не уничтожило это сладкое воспоминание, и внезапно Скотт понял, что не хочет заменять его новым, трахнув непонятно кого в арендованном лимузине. Его рука соскользнула с талии девушки. Как бы мягко отшить ее?

— Джоанна, ты же осознаешь, что ты… ну, в гей-клубе? — Это сухое замечание сделала еще одна девушка, которая стояла неподалеку и, посмеиваясь, наблюдала за ними.

Джоанна прихлопнула рот рукой.

— Ой, — пискнула она, снова икнув. — Я забыла. — По ее лицу разлилось разочарование, и она, надувшись, спросила: — То есть, тебе серьезно не нравятся женщины? Как жаль!

Скотту хотелось сказать, что ему очень нравятся женщины и нравится делать им хорошо, что в гей-клубы часто приходят бисексуалы, но он решил воспользоваться возможностью выкрутиться из ситуации и пальцем легонько похлопал девушку по подбородку.

— Но я думаю, что ты бесподобна. — Он поцеловал ее в щеку. — Удачи, красотка.

Расплывшись в довольной улыбке, девушка пьяно повисла на локте подруги, а Скотт спустился вниз на танцпол.

Пора было найти Райлана и уехать домой.

Бродя по краю толпы, Скотт изо всех сил старался не вздрагивать от испуга, когда улавливал боковым зрением чье-нибудь резкое движение или — еще хуже — когда кто-то случайно толкал его. Господи, ему стоило поскорее взять себя в руки.

Куда, черт побери, пропал Райлан? Паника вновь начала нашептывать ему в уши, но вот толпа расступилась, и Скотт наконец-то увидел его. Он танцевал — без камеры — с компанией каких-то людей. Немного расслабившись, Скотт привалился плечом к ближайшей стене и стал наблюдать за ним, впитывая его плавную грацию, сексуальные движения бедер. Он был здесь в своей стихии… был счастлив.

К Райлану кто-то приблизился, и Скотт мгновенно напрягся, потому что этим кем-то оказался гребаный Крис. Какого дьявола он постоянно ошивался с ним рядом? Райлан с ленивой улыбкой поднял лицо, и Крис взялся за его бедра — уверенно и непринужденно, словно делал так не впервые, словно знал, что ему это будет приятно…

Твою мать, они что, уже переспали? Скотт прокрутил в памяти последние пару недель, и до пульсирующей боли сжал зубы.

Чаще всего Райлан ночью отсутствовал — фотографировал в клубе или работал над своим таинственным личным проектом, но они провели немало приятных вечеров на диване, вместе просматривая клубные фото и выбирая лучшие, чтобы отослать Кори.

— Ты как никто понимаешь клубную атмосферу, — говорил Райлан. — Ты знаешь, что понравится Кори и произведет наибольшее впечатление в соцсетях.

Скотту было приятно приносить пользу. Райлан прислушивался к его мнению, ценил его вклад, и Скотт понимал, что таким образом он старается подарить ему ощущение сопричастности, показать, что он, несмотря на отсутствие в клубе, по-прежнему его часть.

Но, судя по всему, по ночам Райлан не только работал. Скотт не знал, как справиться с ревностью, которая пронзала его и закручивалась в узлы. Сузив глаза, он смотрел, как Райлан с томной улыбкой кладет ладони Крису на грудь, а Крис, зацепившись пальцами за ремень, притягивает его ближе, и они смотрелись в танце так хорошо, так сексуально, так гармонично, что Скотт невольно представил их вместе в постели…

Он развернулся, боясь, что еще миг — и он бросится на танцпол и утащит Райлана за волосы. В челюсти больно пульсировала кровь, и чтобы не заработать очередную мигрень, Скотт опять глубоко задышал через нос. Черт. Он не имел никаких прав ревновать.

Просто езжай домой.

Скотт поплелся к гримерной, чтобы перед уходом сказать «пока» Тине. А Райлан пусть едет домой на автобусе — он так и напишет ему.

Или же Крис просто привезет его утром.

Он опять стиснул зубы, и в голове вспыхнула острая боль. И в тот же момент услышал веселое «эй», поднял глаза и увидел раскрасневшегося, взъерошенного Райлана.

— Ты уходишь?

Скотт напряженно кивнул.

— Да. Голова болит. Ладно, пока.

Он протолкнулся мимо него, но Райлан поймал его за руку.

— Постой. Отвезти тебя? Сейчас, только возьму свои вещи…

Скотт выдернул руку.

— О, я не осмелюсь опять обломать тебе секс, — ответил он с каплей сарказма, и Райлан моргнул.

— Что это значит? Если я тебе нужен…

— Не нужен, — прервал его Скотт. — Ты явно занят, так что пока.

Райлан нахмурился.

— Скотт, девичник закончился, я все отснял и могу уйти хоть сейчас. Я не хочу, чтобы ты в таком состоянии садился за руль.

— Серьезно? Мне кажется, ты будешь сильней волноваться о том, что оставил Криса со стояком, чем о моей голове. — Скотт не хотел этого говорить, слова просто сами собой соскользнули с его языка, и Райлан вытаращил глаза.

— Что?

— Что значит «что»? Ты чуть не трахнулся с ним на танцполе!

— Нет. Я танцевал с ним. И все. — Райлан говорил медленно — словно объясняя ребенку, и это привело Скотта в еще большее бешенство.

— Ты выставил себя на посмешище. — Начав, Скотт уже был не в силах остановиться. — Терся о него, как… это было нелепо.

Теперь разозлился и Райлан.

— И что же нелепого в том, что я танцевал с красивым мужчиной?

— А то, что он на сто лет старше тебя и явно в экстазе от перспективы трахнуть молодое мясцо, — съязвил Скотт. — Кризис среднего возраста, да?

Райлан негодующе ахнул, и Скотт продолжил атаку.

— Я и не знал, что у тебя фетиш на папочек, Рай. Или все дело только в деньгах? — Он дернул плечом. — Так или иначе, на тебя было стыдно смотреть.

Не обращая внимания на оскорбленные восклицания Райлана, он двинулся к служебному входу и, толкнув дверь, вышел в теплую ночь.

Райлан забежал вперед и преградил ему путь.

— Вот это наезд, — прошипел он. — Как приятно узнать, что ты обо мне такого низкого мнения, Скотт.

— Я лишь описал то, что увидел.

Райлан сузил глаза и пальцем больно ткнул его в грудь.

— Сказать тебе правду?

Его лицо пылало от возмущения, глаза сердито сверкали, и он выглядел, черт побери, настолько красивым, что у Скотта ослабли колени, и ему пришлось сжать кулаки, чтобы сдержаться и не схватить его.

— Вперед. — Скотт сделал широкий насмешливый жест.

— Окей. Хорошо. Я думал, что если сегодня Крис предложит поехать к нему, то я соглашусь, — прямо произнес Райлан. — Он мне нравится.

Скотт раскрыл рот.

— Хочешь сказать, ты с ним… еще не трахался? Я думал, что вы… — Облегчение было так велико, что его замутило.

Райлан ткнул его еще раз.

— Нет. Ну, мы пару раз целовались, — поправился он. — Этого было достаточно, чтобы понять, что секс с ним будет отличным.

Скотт снова напрягся. Его глаза заволокло красным туманом.

— Нет, не будет, — прорычал он.

— Будет, поверь, — отпарировал Райлан. — Я более чем готов. Как и он.

Они стояли так близко, что Скотт мог пересчитать веснушки у него на носу. Желание пересчитать их языком обрушилось как штормовая волна, и у него закололо соски, стало жарко в паху.

— Может, ты еще и встречаться с ним хочешь? — Он чуть не задохнулся от гнева.

— Может быть. Мы сейчас слишком заняты для отношений, но потом… Он симпатичный, умный, веселый. Мне с ним легко. Почему бы и нет?

— Действительно, почему бы и нет, — выдавил Скотт. — Ну, тогда мне, наверное, лучше тебя не задерживать. — Он представил, как Райлан возвращается к Крису, танцует с ним, занимается сексом… и чуть не ударил по стене кулаком.

— Да, наверное, лучше не стоит. — Райлан помолчал, потом подошел на шаг ближе. — Ну, если только ты не предоставишь мне по-настоящему убедительный повод остаться. — Еще один шаг. — Более интересное предложение, например. — Он остановился, поднял лицо. Его голубые глаза сияли недвусмысленным приглашением.

— Более интересное предложение? Я?

Райлан расслышал в его тоне сомнение, и огонь в его взгляде сразу погас.

— Даже не начинай принижать себя, Скотт, — сказал он устало. — Я просто подумал… Ладно, неважно. — Он развернулся и пошел к клубу. — Пока.

Скотт в два шага догнал его и поймал за руку.

— Рай, что за дурацкие игры? — выпалил он. — Ты четко дал мне понять, что я должен держаться на расстоянии, чтобы не обломать твою гребаную карьеру. Ты не один раз отшивал меня. — Скотт отпустил его и нацепил маску безразличия. — Но оно и понятно. Ведь с идеальным Крисом у тебя куда больше общего. — Он с горечью фыркнул. — А я только умею разгуливать в нижнем белье.

Глаза Райлана округлились.

— Ты серьезно? Сколько парней могут превратить «разгуливание в нижнем белье» в нечто подобное? Ты создал свой собственный бизнес, сделал из себя бренд. Для этого нужно упорство, талант и много дней тяжелой работы. — Его голос смягчился. — Знаешь, что я еще не говорил тебе? Что я чертовски горжусь тобой, Скотт.

Скотт, онемев от внезапного всплеска эмоций, моргнул.

— Ты достиг нереального результата. И у тебя нет ни одной — ни единой причины — испытывать стыд.

— Да? Вот тут ты ошибаешься, Рай, — хрипло произнес Скотт. — Иди назад к Крису. Прости, что испортил твой вечер.

— Ты ничего не испортил. — Голос Райлана прозвучал твердо. — Давай я заберу свои вещи, и мы поедем домой.

— А как же Крис? — Скотт замер, сердясь на ту ревность, которая заново хлынула в его кровь и заставила сжать кулаки.

— А что он? Я не давал ему никаких обещаний.

Всю короткую дорогу до дома они промолчали. Пока Скотт вел машину по пустым ночным улицам, Райлан смотрел в окно, на его лице ритмично мелькали всполохи фонарей. Когда Скотт наконец припарковался и заглушил мотор, ни один из них не вышел наружу.

— Что ты имел в виду под более интересным предложением? — в конце концов спросил Скотт. — Ты же сказал тогда, что не хочешь…

— Я знаю, что я сказал. — Райлан отстегнул ремень безопасности и повернулся к нему. — И я был неправ.

— В чем?

Их глаза встретились.

— В том, что надо переживать на тему того, кто что подумает. Они не знают меня. Не знают нас.

Скотт накрыл рукой его щеку и приласкал большим пальцем неровный маленький шрам.

— Да, — прошептал он. — Они нас не знают.

— Мы не обязаны кому-либо что-либо объяснять. Нахер тех, кто нас осуждает.

Вид у него стал настолько свирепым, что Скотт улыбнулся.

— Верно. Пусть идут нахер.

— Я не хотел играть с тобой. Давай просто будем открытыми для возможностей, хорошо?

Скотт умирал от желания обнять его и до беспамятства зацеловать, раствориться в нем, как когда-то.

— Чертовы скобы, — проворчал он.

— Ну, скоро их снимут. — Кончиком пальца Райлан обвел его щеку и улыбнулся. — Знаешь, что я сейчас вспомнил? Как мне нравились те наши ночи, когда мы лежали без сна и болтали…

— И целовались…

Райлан провел ладонью по его груди, по животу и накрыл его через штаны.

— И…

— Не говори этого. — Скотт со стоном откинулся на подголовник и, когда Райлан начал мягкий массаж, со свистом втянул в себя воздух.

— Ты не хочешь, чтобы я вспоминал, как брал тебя в рот? Но почему? — Порочные пальцы расстегнули пуговицу на его джинсах и стали играть с язычком молнии.

— Потому что сейчас я ничего не могу, — процедил Скотт. Он резко вдохнул, когда Райлан расстегнул молнию до конца и коснулся открывшейся кожи. — Скобы, забыл?

— Тебе и не надо ничего делать. — Райлан, сдвинув футболку, оголил его торс. — И у меня скоб нет. — Чтобы подчеркнуть эти слова, он наклонился и, постанывая от предвкушения, провел языком по дорожке волос на его животе. — Боже, я обожаю ласкать тебя здесь.

— Рай… — простонал Скотт, запустив в его волосы пальцы. — Остановись. Ты не обязан…

— Но я хочу. — Райлан проложил цепочку крошечных обжигающих поцелуев от одной его бедренной косточки до другой. — Я хочу вспомнить твой вкус.

Скотт был болезненно твердым. Его бедра нетерпеливо задвигались, и, когда Райлан высвободил из плена белья его член, он сдался, закрыл глаза и ухватился за подголовник.

Первое упругое касание языка заставило его вскрикнуть, и Райлан причмокнул.

— М-м… Вкуснее, чем я запомнил. — Он начал сосать чувствительную головку, пуская слюну, чтобы она смочила весь ствол, и медленно двигая кулаком.

Скотт вцепился пальцами в подголовник.

— Райлан… презерватив в бардачке… — На него вдруг нахлынуло дежавю, и он оттолкнул воспоминания о том парне из зала, о немом обожании у него на лице, о жадной неуклюжести рук…

С влажным звуком выпустив его изо рта, Райлан поднял лицо. В стеклах его очков отражалось тусклое освещение гаража. Скотт снял их и, положив на приборную доску, провел большим пальцем по его припухшим губам.

— Надень на меня презерватив, — мягко приказал он.

— Зачем? — Не сводя с него глаз, Райлан сжал его в пальцах и слизнул проступившую на головке прозрачную капельку смазки.

— Зачем? — изумился Скотт. Он потянул Райана за волосы. — А сам-то как думаешь?

Райлан обвел его кончиком языка.

— Если ты проверяешься…

— Раз в полгода, как по часам. — Перед глазами замельтешили лица — Джоэла, незнакомцев, бесчисленных женщин и мужчин, — и он вздрогнул.

Райлан расправил пальцы у него на груди и нежно поцеловал в живот.

— Тогда презерватив нам не нужен, — прошептал он. — Для этого — нет.

Жестко работая кулаком, Райлан снова и снова вбирал его до самого горла. Это было горячо, влажно, умело, но несмотря на крышесносное наслаждение, Скотт не мог не сравнивать это с их первым разом. Он вспомнил неопытность Райлана, его отчаянное стремление сделать ему хорошо, его врожденную нежность, любовь в каждом взгляде, в каждом движении, в каждом жесте…

И ты все это предал.

Ты толкнул его в объятья других мужчин, которые научили его доставлять столь острое удовольствие, которые превратили его невинный энтузиазм в сокрушающий скилл.

Это я должен был научить его. Мы должны были научиться этому вместе…

Его пронзило раскаяние — вместе с острой ревностью к этим безымянным безликим мужчинам. В глазах защипало, но он безжалостно утрамбовал свою боль, вцепившись в волосы Райлана, чтобы удерживать его неподвижно, и толкаясь бедрами вверх.

Райлан с легкостью принимал его до конца, разрешая жестко трахать свой рот. Его проворный язык при каждом толчке щекотал чувствительную головку, а когда он взял в ладонь его яйца и потянул за них, ощущения, бомбардировавшие Скотта со всех сторон, выплеснулись через край. Он выгнул спину и с громким стоном взорвался.

— Райлан! — выдохнул он, глядя, как тот жадно глотает, выдаивая его ртом и рукой.

В последний раз поцеловав его в кончик обмякшего члена, Райлан сел и пригладил вспотевшие волосы. Его лицо раскраснелось, влажные губы блестели, и он выглядел настолько порочным и сексуальным, что Скотт притянул его за шею к себе. Их губы соприкоснулись. Скотту до боли хотелось вторгнуться языком в его рот, вылизать его дочиста, почувствовать вкус…

— М-м… — Райлан прихватил зубами его губу, потянул за нее и отпустил. — Так хорошо. — Он выпрямился, и в его взгляде вспыхнуло озорство. — Здесь есть камеры наблюдения? Если да, то Джордж увидел бесплатное шоу.

Это было так неожиданно, что Скотт фыркнул.

— Наверняка ему платят за то, чтобы держал язык за зубами.

Райлан смотрел, как он заправляет себя и приводит одежду в порядок.

— Пошли наверх. Примем душ и повторим.

Когда Скотт представил его — влажного, в мыльной пене, — его яйца приятно поджались. А потом у него в животе заурчало. И не просто коротко булькнуло. Нет. Звук получился громким и долгим, как будто кто-то медленно открывал скрипучую дверь. Он поспешно прижал ладонь к животу и поморщился, когда Райлан шокированно приоткрыл рот.

— Боже. Похоже, морковное пюре тебе нужно больше, чем секс.

Лицо Скотта пылало от унижения. Но потом Райлан ему подмигнул, и он расслабился.

— В данный момент, наверное, да.

— Тогда давай накормим тебя.

Райлан выбрался из машины, пошатнулся и, чуть не упав, рассмеялся.

— Я становлюсь слишком старым для секса в машине. — У него перехватило дыхание, когда Скотт за талию развернул его и притиснул к себе.

— Что, много трахался на задних сиденьях? — Его снова кольнула иррациональная ревность.

Райлан ущипнул его.

— Позволь напомнить, что я ходил в колледж в Майами. Я делал вещи, которые заставили бы тебя покраснеть.

— Например? — не удержался Скотт, и Райлан усмехнулся.

— Скажем так, я знаю, чего хочу и что мне нравится, и когда придет время, обязательно это озвучу. — Он шлепнул Скотта по заднице. — Чтобы угнаться за мной, тебе понадобятся все твои силы, так что пошли за пюре.

Глава 5

Через три дня Скотту сняли скобы, и хирург объявил, что кость благополучно срослась.

— Можете вернуть в свой рацион мягкую пищу — желе, пудинги, макароны и все, что не требуется пережевывать, — сообщил он. — Но пока ничего твердого. Мышцам надо окрепнуть.

Скотт прищемил переносицу и, пока Райлан встревоженно наблюдал за ним, несколько раз открыл и закрыл рот.

— Да, мышцы челюсти тоже могут атрофироваться, — сказал врач, — но скоро подвижность восстановится в полном объеме. Главное, не перегружайте себя, а если боли возобновятся, то сразу звоните. Через месяц жду вас к себе на осмотр.

На обратном пути Райлан с тревогой покосился на Скотта, затем снова вернул взгляд на дорогу.

— Как ты?

— Нормально. — Скотт потер челюсть. — Просто перепугался, когда после скоб не сразу смог открыть рот. Подумал, что останусь таким навсегда.

Он усмехнулся, но смешок получился безрадостным и чуть-чуть обреченным. У Райлана заболело в груди.

— Не торопи события, хорошо? — мягко попросил он. — Твое лицо зажило, скобы сняты. Скоро ты будешь как новенький.

Скотт пожал плечами. Потом вдруг оживился.

— Врач ведь разрешил макароны? — Когда Райлан кивнул, он радостно потер руки. — Знаешь, где «Спагетти Фэктори»?

После неспешного ужина из разваренных макарон и пары бокалов вина они вернулись домой и, устроившись на диване, включили кино. На середине телефон Райлана звякнул. Он подобрал его с журнального столика и, щурясь, прочел сообщение.

— Кто это? — Скотт остановил фильм и, потянувшись, хрустнул позвонками.

— Джексон. — Райлан повернул к нему телефон. — Написал счет вчерашнего баскетбольного матча. Он форвард в школьной команде.

Приподняв голову, Скотт прочитал сообщение от старшего из своих сводных братьев.

Привет, Рай! Твой братик герой! 108:107! Я забил треху за две секунды до конца четверти, и мы победили!

Он снова лег на подушки.

— Вау, здорово. Молодец.

Когда он ничего больше не произнес, Райлан мягко спросил:

— О чем ты сейчас думаешь?

Скотт повернул к нему голову.

— А… у тебя есть еще их фотографии? — В его голосе была робость.

— Полно. Хочешь посмотреть?

— Да, давай.

Райлан поднялся с дивана и сходил за ноутбуком, который заряжался на кухне. Когда он вернулся, телевизор был уже выключен, а Скотт сидел прямо — с предвкушением на лице и еще какой-то эмоцией, определить которую Райлан не смог. Придвинувшись друг к другу поближе, они откинулись на диван, и их лица озарил свет экрана.

— Сейчас я подключусь к облаку и поставлю слайдшоу, — сказал Райлан. — Отфильтровать фотографии с Хизер?

— Нет. Я хочу посмотреть все.

Райлан коснулся тачпада.

— Они будут идти в хронологическом порядке, окей?

— Хорошо.

Пока Скотт смотрел фотографии, Райлан внимательно наблюдал за ним. Сперва он сидел, плотно сжав губы, а на его щеке дергался мускул, но мало-помалу немного расслабился.

— Так здорово видеть, что они росли в любви и заботе. У меня даже чуть-чуть отлегло на душе. — Скотт поставил слайдшоу на паузу и обратил на Райлана вопросительный взгляд. — Ты сказал, что не станешь убирать фотографии с Хизер, но я ни одной пока что не видел.

— Будут позже. В тот первый год… короче, у меня не было особого настроения что-то снимать. Дела шли… не очень.

Лицо Скотта на миг исказилось.

— Прости. — Его голос был еле слышен, и Райлан положил ладонь ему на бедро.

— Ну, дело было не только в тебе. Хизер во всех отношениях была ходячей катастрофой, а отец, получив на руки большую семью с кучей проблем, оказался неприспособлен к тому, чтобы их разгребать. Я же… — Он сморгнул внезапные слезы.

— … остался со всем этим дерьмом один на один. — Скотт сплел вместе их пальцы. — Потому что я тебя бросил. — Свободной рукой он указал на экран. — Но взгляни на них. Ты проделал потрясающую работу. Ты потрясающий, Рай.

Райлан запястьем вытер глаза.

— Не приписывай эту заслугу мне одному. У меня были Донна и Габриэль. И отец. — Он коснулся шрамика на щеке. — Да, поначалу нам пришлось нелегко, но мы выстояли.

— Потому что ты не из тех, кто сбегает, как трус.

Прежде чем Райлан успел возразить, Скотт продолжил:

— Как думаешь, мальчики будут не против, чтобы я с ними связался? — Он говорил слегка вызывающе, словно боялся ответа.

Райлан сжал его ногу.

— Думаю, они будут счастливы, — ответил он честно. — Они по тебе жутко скучают.

Скотт обмяк, агрессия ушла из него так же быстро, как появилась.

— Я часто гадал, заметил ли кто-нибудь, что меня нет, а если заметил, то не стало ли это для всех большим облегчением.

— Не стало. Ни для кого. Дети каждый день засыпали в слезах, а я был одержим целью найти тебя.

Скотт взглянул на него.

— Ты… ты искал меня?

— Много недель. Вместе с отцом. Но поскольку полиция вмешиваться отказалась, мы далеко не продвинулись. — Он рассказал о столкновении с Таннером и походе на автовокзал.

Скотт с отвращением фыркнул.

— Ни на какой автовокзал я не ездил. Это Джоел, — он словно выплюнул его имя, — наплел тебе эту чушь?

— Да.

Скотт резко встал и, сцепив руки за шеей, заходил по гостиной.

— Лживая тварь.

— Расскажешь, что с ним случилось?

Скотт остановился. Черты его лица были словно высечены из гранита.

— Через неделю после того, как я с ним уехал, он бросил меня на стоянке дальнобойщиков где-то в Техасе.

— Что? — ахнул Райлан, прикрыв рукой рот. — Он бросил тебя? Почему? Ты же сказал, что поедешь с ним в Калифорнию!

Рот Скотта дернулся.

— Он обещал отвезти меня в Калифорнию, чтобы я смог стать моделью и сниматься в кино. Сказал, что поселит меня у сестры, что я буду ей помогать в обмен на кров и еду.

Райлан мог только сидеть и смотреть на него широко распахнутыми глазами.

— Я сразу предупредил, что у меня нет ни цента, но он сказал, что мы как-нибудь это решим. — Его акцент стал сильнее, слова зазвучали глухо. — Я так гордился, что украл твои деньги, ведь это значило, как мне казалось, что я смогу платить за себя. Парню, у которого никогда не лежало в кармане больше десятки, те двести баксов казались гребаным состоянием.

Он снова начал расхаживать из угла в угол.

— В общем, пару баков бензина, несколько обедов и ужинов, и от денег, понятное дело, ничего не осталось. Я заволновался, но он мягко напомнил, что есть и другие варианты оплаты. — Его голос стал отстраненным. — Так что… да. При каждом удобном случае он меня трахал.

— Господи.

Скотт хрипло хохотнул.

— Все было не так уж и плохо. Мне даже нравилось — я был подростком, а в таком возрасте все хотят секса. Это не было изнасилованием. Он никогда не принуждал меня, Рай.

— Может и нет, — сказал Райлан, сражаясь с бурлящей внутри него яростью, — но он воспользовался твоим уязвимым, безвыходным положением. Это насилие. Пусть не физическое, но все равно.

Скотт пожал плечами, но в глазах у него была какая-то душераздирающая пустота.

— Перед тем, как мы добрались до стоянки, ему позвонила какая-то женщина. Он явно расстроился, все говорил о похоронах где-то в Айдахо. И он думал, наверное, что я сплю, потому что шептал, что любит ее, что сейчас он в Техасе, но приедет как можно скорей.

Скотт сжал кулаки.

— На стоянке он остановился у автозаправки и дал мне двадцатку, чтобы я купил нам поесть. Он сказал, что нам надо поторопиться и побыстрее добраться до Калифорнии, потому что возникли кое-какие дела. Я не хотел выходить из машины, но… но все-таки вышел. Гребаный идиот. Я даже в магазин зайти не успел, а он уже дал по газам.

Скотт не сопротивлялся, когда Райлан взял его за руку и усадил рядом с собой на диван, где он невидящим взглядом уставился в пол.

— Я стоял и смотрел, как его машина исчезает вдали. Райлан, он бросил меня. Просто… оставил меня на обочине, словно я был ненужным щенком.

Райлан положил ладонь ему на спину.

— И что ты сделал потом?

Скотт тяжело выдохнул.

— Рай… я… я не могу…

— Ш-ш. — Передвинув руку повыше, Райлан стал поглаживать его шею. — Ты не обязан рассказывать, если не хочешь. — Он помолчал. — Скажи только, почему не позвонил нам. Мы могли бы помочь.

В его голосе была боль, и лицо Скотта на мгновение смялось, а потом он сжал губы.

— Потому что я не хотел, чтобы кто-то узнал, как грандиозно я облажался. Я полагал, что если я сам влип в это дерьмо, то сам должен и разгребать его.

— Но…

— Слабак. Наивный тупоголовый пацан. — Он весь был напряжен. — Хизер ведь наверняка заявила, что скоро я приползу обратно с поджатым хвостом.

Молчание Райлана ответило за него.

— Как ты не понимаешь, Рай? Вернуться домой после того, как она назвала меня… назвала никчемным ублюдком, значило бы, что она оказалась права. Для меня это было хуже всего… — Он поперхнулся. Райлан попробовал было обнять его, но Скотт оттолкнул его руки, и тогда Райлан соскользнул на пол и сел у его ног.

— Не отгораживайся от меня. — Понимая, что Скотту нужно пространство, но все-таки не желая терять с ним контакт, он прижался к его колену щекой. — Помни, что я на твоей стороне. Позволь мне быть твоим другом.

Долгие пару минут, пока Скотт пытался побороть своих демонов, Райлан слышал только его тяжелое, прерывистое дыхание. Наконец последовал вздох, и Скотт мягко пропустил сквозь его волосы пальцы.

— Лучше друга, чем ты, у меня никогда не было.

Райлан гладил его ступню большим пальцем.

— Скажи, что тебе нужно. Поговори со мной.

Скотт поцеловал его в макушку и поднял с пола.

— Иди сюда. Хочу немного пообнимать тебя. — Он обнял Райлана, чуть ли не вцепился в него, а Райлан положил голову ему на плечо.

Кончики пальцев Скотта начали выводить круги у него на бедре, отчего Райлана бросило в дрожь.

— Покажешь мне еще фотографии? — спросил Скотт — уже спокойно и ровно. — Очень хочется посмотреть, каким безбашенным и сексуальным ты был в Майами. — Он дотянулся до задницы Райлана и ущипнул ее.

Райлан хмыкнул и, выпрямившись, снова взял ноутбук.

— Не знаю, как насчет сексуального, но безбашенным я точно был.

Когда запустилось слайдшоу, Райлана позабавило изумление, с которым Скотт отозвался на то, что увидел.

— Ты пробовал себя в травести?

Райлан усмехнулся.

— Ты же знаешь, мне всегда нравилось выглядеть сногсшибательно.

— Черт. Ты просто невероятен.

В полном макияже он и правда выглядел довольно эффектно.

— Это обеспечивало мне много внимания, и в тот период мне хотелось в основном одного: трахаться и побольше.

— Полагаю, что своего ты добился.

Его тон был сухим, но с ноткой ревности, и по спине Райлана пробежала приятная дрожь.

— Мне это быстро приелось. Просыпаться во всяких странных местах — часто не только вдвоем, но и втроем, — и не знать даже имен… Я, можно сказать, перерос эту фазу.

Он покопался в папках на ноутбуке, и когда нашел нужную фотографию, его омыла легкая грусть.

— Мой первый серьезный бойфренд.

Фелипе лежал на постели. Его пах был прикрыт простыней, но было понятно, что он полностью голый. Взгляд его карих глаз, направленный в объектив, был сонным, влюбленным, а на губах играла улыбка.

Скотт с непроницаемым лицом изучил фото.

— Это он бросил тебя перед отъездом?

Райлан кивнул, и Скотт презрительно фыркнул.

— Гребаный идиот.

Он убрал ноутбук, уложил Райлана на спину и лег сверху. Обвив его шею руками, Райлан вопросительно поднял глаза.

— Ты как-то сказал, что приехал сюда только на время.

Райлан поднял колено, потер его бок, и Скотт к его удовольствию закусил губу.

— Я не собирался оставаться в Финиксе навсегда. — Он раздвинул ноги пошире, чтобы Скотт мог вклиниться глубже. — Думал, закончу проект и уеду.

— Обратно к нему?

Райлан потерся носом о его щеку.

— Нет. С ним покончено. Туда, где буду дальше строить карьеру. — Он проложил вдоль челюсти Скотта дорожку из поцелуев, и тот запрокинул лицо, открыв доступ к горлу.

— И где ты планировал ее строить? — Голос Скотта был хриплым. Он уже возбуждался — Райлан чувствовал его между ног.

— Хм… Я не знаю, — признался он. Его руки прошлись по спине Скотта и легли на его зад. — Я был амбициозным заносчивым дурачком и становиться стрингером не захотел. — Вид у Скотта стал озадаченным, и он пояснил: — Стрингер — это фотограф, которому новостники платят за разовую работу. Стабильности в этом занятии нет, поэтому стрингер обязан хвататься за все.

— Звучит довольно херово.

— Но эта работа позволяет заводить полезные связи в информационных агентствах, которые используют стрингеров, когда их штатные репортеры не успевают добраться до места. Или когда все остальные уже отказались. — Он печально дернул плечом. — Я решил не идти этим путем и теперь сижу тут с застопорившимся проектом и нулем рабочих контактов.

— Ну и еще ты размениваешь свой талант в «Спектре», фотографируя пьяных болванов и вечеринки.

— Мне нравится эта работа, и она помогает платить по счетам, но ты прав. Довольствоваться ею вечно я не смогу.

— Если б ты мог выбирать, то чем хотел бы заняться? О чем ты мечтаешь?

Расправив на груди Скотта ладонь, Райлан начал описывать ею круги. Задел мизинцем прикрытый футболкой сосок, и кожа Скотта покрылась мурашками. Не удержавшись, Райлан приподнял голову и лизнул маленький бугорок.

— М-м… Кроме того, чтобы проводить максимальное количество времени в постели с тобой?

Скотт щелкнул его по носу.

— Я серьезно.

Райлан, отбросив игривость, задумался над вопросом.

— Мне всегда было очень комфортно за камерой, — наконец произнес он. — Есть ситуации, когда это позволяет мне отгородиться от внешнего мира, помогает забыть о проблемах, взглянуть на вещи под новым углом.

— Ты помог мне тогда. — Скотт отвел с его лба прядку волос. — Зарядил уверенностью в себе, чтобы я смог выйти наружу, смог пойти в клуб.

— Мне нравится, когда люди посвящают меня в свои сокровенные мысли, когда они раскрываются передо мной. — Райлан вздохнул. — Но как превратить это в карьеру, я даже не знаю.

— А твой проект?

Райлан поморщился. Его последние попытки найти и разговорить Майю каждый раз заканчивались неудачей.

— С ним я пока в тупике. Наверное, все же придется стать стрингером. Хотя…

— Что? — Не получив немедленного ответа, Скотт пощекотал его и, когда Райлан завертелся под ним, рассмеялся. — Ну расскажи.

— Я много обсуждал это с Крисом.

Скотт моментально напрягся, и его пальцы на миг впились в бока Райлана так, что тот даже пискнул.

— Прости, — неискренне пробормотал Скотт. — И что сказал… Крис?

Райлан прижался к нему потеснее. Почему Крис вызывал у него столь сильную неприязнь?

— Кажется, я говорил тебе, что он недавно вернулся из Ливии. Еще он был в Иране, в Афганистане, на Кубе… Скотт, его репортажи оттуда невероятны. — Райлан вспомнил то восхищение, которое охватило его, когда он рассматривал портфолио Криса. — Я хочу заниматься чем-то похожим. Делать что-то по-настоящему важное, быть свидетелем исторических поворотов.

Скотт толчком поднялся и сел.

— И ездить за этим на гребаную войну? — В его тоне была смесь гнева и шока. — Ты ни разу не выезжал даже за пределы страны, не говоря уже о зонах военных конфликтов.

Райлан успокаивающе погладил его по руке.

— Да. И поэтому Крис пригласил меня в свою следующую командировку в Африку. — Он приготовился к взрыву, и тот не заставил себя долго ждать.

— Какого… хера? — Скотт спрыгнул с дивана. — И ты согласился?

— Еще нет, но скорее всего соглашусь, — сказал Райлан честно. — Это возможность поработать с опытным человеком, который откроет мне секреты профессии и станет учителем.

— Учителем, который не прочь тебе засадить, — процедил Скотт, и Райлан поднял ладони.

— Дело вовсе не в этом, — возразил он. — Скотт, он видел мои фотографии и правда считает, что у меня есть потенциал. Ты хоть представляешь, что значит для меня похвала такого человека, как он? Его фотографии печатались в Vanity Fair и New York Times. Если он возьмет меня под крыло…

Скотт молча провел ладонями по лицу.

— Ну а то, что мы с ним флиртовали… — Райлан помолчал. — Мы симпатичны друг другу, но в поездке будем общаться только по делу. Ничего иного я просто не допущу.

Он встал, подошел к Скотту и обнял его за талию.

— Почему ты разозлился? Из-за Криса или из-за того, что я, возможно, уеду?

Пару секунд Скотт был неподвижен, но потом тоже обнял его и зарылся лицом в его волосы.

— Мне, конечно, не хочется, чтобы ты подвергал себя риску, но черт побери, как я могу запрещать тебе следовать за мечтой? — Он фыркнул. — Я раздражаюсь лишь потому, что в Крисе есть все, чего нет во мне.

— Что ты имеешь в виду?

Скотт отпустил его и сел на диван.

— Сам знаешь, что. Образованность, ум. У вас так много общего.

— Это правда. — Райлан тоже присел. — Он замечательный человек. — Скотт состроил кислую мину, и Райлан продолжил: — Но у нас нет общего прошлого, и я не думаю о нем ночью и днем.

— Да? — пробормотал Скотт.

— Да. — Райлан улыбнулся. — И не хочу ни часами разговаривать с ним, ни целовать. — Он подчеркнул последнее слово, звучно поцеловав Скотта в губы, и к его удовольствию тот рассмеялся.

Они посмотрели друг другу в глаза, а потом Райлан накрыл щеку Скотта ладонью.

— Я не горю желанием разузнать о нем все до последней детали и не хочу рассказывать о себе. — Он взял Скотта за плечи и, когда тот откинулся на спинку дивана, одним плавным движением оседлал его бедра. У Скотта перехватило дыхание. Его ладони легли на талию Райлана.

— Сейчас мне хочется быть только здесь. — Райлан обвел большим пальцем его приоткрытые губы. — И больше нигде.

Рванувшись вверх, Скотт погрузился пальцами в его волосы и завладел его ртом. Их языки сплелись, будто в дуэли, пока Скотт целовал его — лишая дыхания, жадно, бездумно… Когда они оторвались друг от друга, Скотт откинулся на подушки, его руки проникли к Райлану под футболку и ущипнули его за соски. Райлан застонал, выгнул от наслаждения спину, и Скотт шумно вдохнул.

— Да… Мой прекрасный, удивительный Рай.

Райлана вдруг захлестнула волна неуверенности. Прекрасный? Кто — он? С его узкой грудью, тонкими руками и ногами и прыщиком на лбу? Он с трудом подавил желание спрятаться, попросить выключить свет…

Скотт смотрел на него из-под полуопущенных век, его глаза сияли огнем, губы припухли. Райлан поерзал на его твердом члене, и когда Скотт резко вдохнул, на него нахлынуло ликование. Это все для меня. Он прошелся ладонями по его широким плечам, по рукам. И в его глазах я прекрасен.

Расслабившись, Райлан сверкнул жаркой улыбкой и снова задвигался.

— Господи, да. — Скотт заложил руки за голову. — Скачи на мне. Покажи себя.

Райлан скинул футболку и расстегнул джинсы. Лизнул ладонь и, проведя ею по животу, взялся за член. Он начал неспешно ласкать себя, от основания к кончику, тереть большим пальцем головку, чувственным кругами покрывая ее скользкой смазкой, прикусывая от острого наслаждения губу.

— Да, вот так… — выдохнул Скотт. — Продолжай.

Дразня себя, Райлан толкнулся членом в кулак. Потом, приподнявшись, взял в ладонь свои яйца, надавил на пространство прямо за ними и застонал. Скотт, напряженно следящий за всем, что он делал, ругнулся. Райлан еще никогда не ощущал себя таким сексуальным, раскрепощенным. Шепотом он позвал Скотта по имени и подождал, когда тот поднимет глаза.

— Что ты хочешь? Хочешь, чтобы я кончил тебе на лицо? Чтобы оттрахал тебя? — Его пальцы сжали головку, и на живот Скотту упала прозрачная капелька смазки.

Скотт облизнулся.

— Иди сюда и оттрахай мой рот. Хочу попробовать тебя на вкус.

Райлан застонал. Встал, сорвал с себя джинсы с бельем, после чего снова забрался на Скотта и опустился на его запрокинутое лицо. Проведя яйцами по его раскрытым губам, он ощутив жаркую влагу, когда Скотт лизнул их языком.

— Соси, — приказал Райлан. Он прижал член к животу и шумно вдохнул, когда Скотт носом потерся о чувствительную кожу мошонки и одно за другим втянул его яйца в свой рот. — Боже, да.

Скотт с влажным звуком выпустил его изо рта и выгнул шею.

— Накорми меня, — прошептал он призывно.

Приподнявшись повыше, Райлан взял в руку член. Потер им губы Скотта, и они заблестели от смазки.

— Боже, — вымолвил он. — Ничего сексуальнее я в жизни не видел.

Скотт жадно лизал его, толкался кончиком языка в щель на головке.

— Ты такой вкусный, Рай, такой охерительно вкусный.

Он присосался к головке и, схватив Райлана за бедро, попытался втолкнуть его глубже, но Райлан, помня о его челюсти, не разрешил.

— Бери, что даю, — прошептал он, игнорируя недовольное рычание Скотта. Держась за спинку дивана, он, стиснув зубы, смотрел, как его член скользит между порочных, чувственных губ.

Отпустив его, Скотт провел языком вдоль по стволу до тяжелых яиц, потом повернул голову и куснул его за бедро. Райлан хрипло вскрикнул от боли.

— Мой, — прорычал Скотт, зализывая укус. — Мой.

Райлан дрожал, задыхался от избытка чувственных ощущений. Руки Скотта, казалось, были повсюду — они осыпали ласками его торс, стискивали ягодицы, щипали соски, рот и язык пытали пульсирующую, налившуюся кровью головку.

Самозабвенное урчание Скотта отдавалось во все его эрогенные зоны. Он до боли в костяшках вцепился в подушки и, когда на него обрушился мощный оргазм, едва сумел ахнуть, предупреждая, что начинает кончать.

Он запрокинул лицо, обнажил в крике зубы, и наслаждение поглотило его целиком. Все его тело сотрясали резкие спазмы, стоны неслись к потолку, пока он изливался струя за струей.

Наконец оргазм достиг пика и отступил. Кое-как разлепив веки, Райлан посмотрел вниз, и слова нежности и благодарности замерли у него на губах. Он в ужасе ахнул. Все лицо Скотта было покрыто, наверное, галлонами спермы. Она была даже на волосах и забила ноздрю, а большой белый сгусток готовился соскользнуть со лба прямо в глаз.

Поперхнувшись шокированным смешком, Райлан поскорей его вытер.

Скотт заморгал.

— Когда я приглашал к себе на лицо, — промолвил он сухо, — то имел в виду немного другое.

— О боже, прости, — прохрипел Райлан, — я не нарочно, просто увлекся.

Скотт выдохнул, прочищая ноздрю, и поморщился, когда все ее содержимое шмякнулось ему на губу. Вытерев рот, он пробурчал:

— В порно это выглядит куда сексуальнее, да?

Райлан, сотрясаясь от смеха, зарылся лицом ему в шею.

— Угу, ты весь перепачкался. — Он взглянул на него сквозь ресницы. — Но если б мы были в порно, я бы слизал все языком и скормил бы тебе.

— Фу! — сказали они в унисон и, хохоча, обнялись.

— Раз уж мы обсуждаем разницу между жизнью и порно, — выдохнул Скотт, — я должен сказать, что твоя сперма ужасна на вкус.

— Что-о?

Возмущение в голосе Райлана рассмешило его.

— Да, тебе не помешало бы есть больше фруктов. — Он притворно содрогнулся, когда Райлан стукнул его по плечу.

— Ты такой засранец.

Какое-то время они просто лежали в объятьях друг друга. Потом Райлан коснулся его засохших волос.

— Пошли помоем тебя, порнозвезда.

В душе Райлан, дурачась, соорудил Скотту пенную бороду и рожки на голове. И снова испуганно вскрикнул, когда маленькие мыльные холмики соскользнули и попали Скотту в глаза.

— Так, Райлан Махоуни, с этого момента держись от моего лица подальше, — прохрипел Скотт, отплевываясь и лихорадочными движениями промывая глаза. — Ты разве не знаешь, что это мой главный актив? Спроси кого хочешь, тебе подтвердят. — Он принял нелепую театральную позу и помахал ресницами.

Озорно поглядывая на него, Райлан в знак извинения послал ему поцелуй.

— Но с заляпанным моей спермой лицом ты выглядел так сексуально. Хочу повторить.

Скотт схватил его и, притиснув к себе, потерся о его щеку носом.

— В любое время, малыш. Только скажи.

Обняв Скотта за шею, Райлан поцеловал его. Но сразу заметил, что движения его языка стали осторожными и нерешительными. Он уже не впивался в рот Райлана, как одержимый.

— Снова больно?

Скотт замотал было головой, но потом печально кивнул.

— Немного.

— Идем.

Выключив воду, Райлан подал ему полотенце, обернул вокруг бедер свое и пошлепал на кухню за тайленолом.

К тому времени, как он принес таблетки и воду, Скотт уже лег. Райлан молча подождал, когда он примет лекарство, а потом тоже забрался под одеяло. Скотт положил голову ему на плечо, и Райлан ласково перебирал его влажные волосы, пока их обоих не унес сон.

Глава 6

Скотт просыпался медленно, постепенно. Комнату заливал утренний свет. Он моргнул, привыкая к нему, потянулся. Ему было так тепло и уютно, что не хотелось вставать. Райлан лежал на боку спиной к нему, его дыхание было глубоким и ровным.

Не устояв перед соблазном, Скотт провел по его позвоночнику пальцем и хмыкнул, увидев на коже мурашки. Райлан шевельнулся, а когда Скотт прижался к его спине и обнял за талию, пробормотал:

— Прекрати.

— Нет, — прошептал Скотт, обводя кончиком пальца его сосок. — Хочу поиграть.

— А я хочу спать. Не приставай. — Голос Райлана был недовольным и сонным, и Скотт поцеловал его в шею, глубоко вдохнув запах его теплой кожи и геля для душа.

— Ну пожалуйста. — Скотт прихватил его ухо губами. — Я хочу тебя. — И потерся эрекцией о его поясницу.

Райлан вздохнул.

— Если ты из тех, кто предпочитает утренний секс, то у нас ничего не получится.

Вопреки этим словам он, однако, скинул с себя одеяло, а когда его колено приглашающе приподнялось, Скотт, глухо рыча, вставил член меж его бедер и начал сильно, ритмично втираться в него.

Райлан ахнул, когда Скотт вжался в его яйца головкой. Весь изогнувшись, он обхватил шею Скотта рукой, приоткрыл рот, умоляя о поцелуе, и Скотт подчинился. Он покусывал его губы, дразнил их языком, наслаждаясь его тихими стонами, потом распластал на животе Райлана пальцы и, притянув его ближе, обхватил его член.

— Такой твердый. И сексуальный. И мой.

Лаская его медленными, размеренными движениями кулака, Скотт терся о него членом, влажным и скользким от смазки.

— Скотт! — вскрикнул Райлан глухо и хрипло. Твердый ствол его плоти запульсировал у Скотта в руке. — О Скотт.

Он выгнул спину, его сосок у губ Скотта был настолько манящим, что Скотт присосался к нему, зажал между зубами и стал теребить языком.

— Боже, — простонал Райлан, и через мгновение он уже кончал, заливая и его пальцы, и простыни.

Со свистом вдохнув, Скотт смазал свой член его спермой, агрессивно задвигался между его ягодицами и с громким стоном взорвался.

Возвращаясь в реальность, они невесомо касались друг друга губами, а когда их дыхание успокоилось, Райлан нежно поцеловал его в уголок рта.

— Ну хорошо, ты победил. Всегда буди меня так.

Он встал, потянулся и направился к ванной, а Скотт остался валяться в кровати, любуясь его стройной спиной, длинными ногами, круглыми ягодицами. Дверь в ванную Райлан оставил открытой, и было слышно, как он напевает себе под нос, пока бреется и чистит зубы.

— Слушай, у нас заканчивается шампунь, — крикнул он Скотту. — Я попозже пойду в магазин, так что подумай, что еще нужно купить, хорошо? — Включился душ, и Райлан взвизгнул — видимо, он зашел внутрь до того, как согрелась вода.

Все это было так по-домашнему, так по-семейному, что Скотт улыбнулся, чувствуя, как внутри разливается уютная теплота.

Всегда буди меня так.

Всегда.

Скотт мог представить, как это будет. Утренние пробуждения с Райланом, одно за другим. Дни, ночи. Месяцы, годы…

Он резко сел и обхватил руками колени. Неужели он правда посмел мечтать о будущем с Райланом?

Но как скоро ты ему надоешь? Он услышал насмешливый голос матери как наяву. Что ты можешь предложить ему, а? Глупый, унылый невежда. Он заслуживает такого мужчину, как Крис, который обеспечит ему интересную жизнь, а не лузера, трясущего задом на сцене.

Райлан — голый, раскрасневшийся, мокрый — вышел из ванной, и, подмигнув ему, пошел к себе одеваться. Даже не подозревая о том, что творилось у Скотта внутри. Не зная о неуверенности, нахлынувшей на него тяжелой волной.

Я большой мальчик. Хватит решать за меня, чего я заслуживаю, а чего нет. Голос Райлана в его голове заглушил голос Хизер, и Скотт судорожно выдохнул и, вытерев руками лицо, свесил ноги на пол.

Целиком уйдя в свои мысли, он заметил, что Райлан вернулся, лишь после того, как тот, одетый в футболку и шорты, встал прямо у него перед носом.

— Челюсть снова болит? — Его голос и взгляд были полны беспокойства, и Скотт успокаивающе улыбнулся.

— Нет.

— Хорошо. — Райлан наклонился поцеловать его в макушку, и Скотт, не сдержавшись, обнял его за талию и лицом вжался в живот. Он ведь сказал, что хочет быть здесь и больше нигде, разве нет?

Хватит себя накручивать. Доверяй ему и не спеши.

— Ты точно хорошо себя чувствуешь? — Райлан запустил в его волосы пальцы и мягко потер большими виски. — Если хочешь, возвращайся в постель.

— Нет, все нормально, — пробормотал Скотт. — Просто… не готов пока тебя отпускать.

Он напрягся, думая, что сказал глупость, что слишком открылся, но Райлан лишь мягко хмыкнул и, положив ладони на его плечи, начал нежно их разминать.

— Поверь, я бы мог провести в твоих объятьях весь день, — прошептал он, и Скотт со вздохом расслабился. Несколько долгих минут они молча покачивались, а потом Скотт услышал, как у Райлана урчит в животе, и поднял глаза.

— Сделать тебе завтрак?

— Давай. Ты по-прежнему делаешь охренительные омлеты?

Скотт ухмыльнулся.

— Ага. С овощами?

— И сыром. — Райлан чмокнул его.

— Будет сделано. — Скотт еще раз сжал его, потом оттолкнул и поднялся на ноги.

Пока Скотт готовил, Райлан сидел за столом с ноутбуком. На фоне по-домашнему булькала кофеварка.

— Слушай, — произнес Райлан. — Исходя из того, о чем мы говорили вчера, я хочу написать о тебе мальчикам. Ты не против?

Скотт аккуратно перевернул на сковородке омлет и, отложив лопаточку, прислонился к краю стола.

— Нет. — Он закусил губу. — Ты правда думаешь, что после всех этих лет они захотят общаться со мной?

— Обязательно захотят, — проговорил Райлан тихо. — Скотт, мы ведь так никогда и не оправились до конца после того, как ты уехал. — Он сделал беспомощный жест. — Конечно, гарантировать их реакцию я не могу, но рассказать им, где ты находишься, и предложить связаться с тобой точно не повредит.

— Хорошо. Я согласен.

Пальцы Райлана залетали по клавиатуре.

— Я дам им твой номер, и если они захотят, то позвонят или напишут.

Скотт кивнул, потом вернулся к плите и переложил готовый омлет на тарелку. Отдав его Райлану, он стал взбивать легкий омлет для себя.

Закончив, он увидел, что Райлан, перечитывая написанное, задумчиво трет подбородок.

— Ты рассказал им, чем я занимаюсь? В смысле, чем зарабатываю на жизнь? — спросил он натянуто, и Райлан поднял глаза.

— Нет. Но не потому, что считаю твою работу чем-то постыдным. Просто все подробности о своей жизни ты должен рассказать сам. Я написал только, что месяц назад мы случайно встретились в Финиксе, и что у тебя все хорошо. Что ты ни в коем случае не настаиваешь, чтобы они связались с тобой, но будешь этому рад.

Скотт выдохнул.

— Хорошо. — Он сел рядом с Райланом и вздрогнул, когда тот положил ему на колено ладонь.

— Не переживай. Даже если вы — ты и они — просто выясните все для себя наверняка, то это не плохо. — Улыбка у него на губах была немного дрожащей, и Скотт понял, что он думает о своей матери.

Он дотянулся до руки Райлана и сплелся с ним пальцами.

— Ты прав. Отправляй.

Райлан нажал кнопку «отправить», и письмо с тихим шелестом унеслось в эфир киберпространства.

Ни о чем больше они не говорили. Просто сидели и, по-прежнему держась за руки, ели свой завтрак.

***

— Бо-оже! Ты вернулся и шикарен как никогда.

Райлан улыбнулся, когда Шир Блисс бросилась в объятия Скотта.

Скотт рассмеялся.

— Мое лицо наконец-то выпустили из клетки, — сострил он. — Стало почти как новенькое.

Она чмокнула его в щеку.

— Тебя не хватало здесь, зайчик.

Кокетливо помахав пальцами, она упорхнула, чтобы продолжить разносить коктейли толпе, которая пришла в «Спектр» на обед. Райлан огляделся. Почти все места в ресторане и крытом уличном патио были заняты. На улице стояла жара, но подвешенные сверху разбрызгиватели воды поддерживали прохладу.

Шумная публика представляла собой эклектичную смесь из бизнесменов, хипстеров, пар и женских компаний. За барной стойкой, шутя и флиртуя с клиентами, работали гоу-гоу танцоры, одетые в тесные майки и джинсы. Атмосфера вокруг была космополитичной, веселой, раскрепощенной.

— Каждый раз, когда я сюда прихожу, это место удивляет меня чем-нибудь новым, — заметил Райлан. — В смысле, сегодня четверг, время полдень, а народу — словно ночью в субботу.

Скотт с улыбкой сплел руки.

— Кори — самый умный засранец на свете. Нанял шеф-повара из пятизвездочного отеля, чтобы у нас даже днем было битком.

— Это невероятно.

— У него столько идей, — продолжил Скотт. — Например, открыть второй клуб в Скоттсдейле. Он хочет, чтобы к нам ходили адвокаты, врачи, «золотая молодежь», короче, люди с большими деньгами. Здесь наша аудитория в основном состоит из обычных тусовщиков и студентов, которые приезжают из Темпе, но там…

Райлан улыбнулся, радуясь его энтузиазму.

— Там будет огромный открытый бассейн для летних тематических вечеринок, массажные ванны и камин, окруженный беседками для холодных месяцев года.

Райлан задел пальцами его руку.

— О, скорее бы это увидеть. Ты ведь позволишь натирать себя кремом от солнца, пока будешь загорать в микроскопических плавках?

Он сглотнул, пытаясь обуздать реакцию своего тела на мысли о том, как он сядет на Скотта верхом, пока тот будет лежать на шезлонге в ярком солнечном свете. Райлан втирал бы массажное масло в его сильные плечи, в мышцы спины, во всю эту золотистую кожу, принадлежащую ему одному…

Когда он взглянул на Скотта, то увидел в его глазах не ответный жар, а уныние и тоску.

— Я бы не особо на это рассчитывал, — тихо проговорил Скотт. — Контракт с MC₂ должен был дать нам средства на открытие нового «Спектра», но поскольку я облажался…

Райлан сжал его бицепс.

— Хватит возлагать всю ответственность за успех Кори на свои плечи. Ты…

— Райлан, я ему должен, — прервал его Скотт. — Но подвел его.

— Ты ничего никому не должен, потому что выкладываешься по максимуму, и тебе не в чем себя упрекнуть. — Райлан посмотрел ему прямо в глаза. — Если Кори не видит этого или не ценит, то это его проблема, а не твоя.

Скотт секунду это обдумал, но потом пренебрежительно дернул плечом.

— Просто отныне мне надо стараться сильнее. И все. Я должен как-то загладить вину перед ним. Нельзя, чтобы из-за меня его мечты пошли прахом.

Он стряхнул с себя руку Райлана и пошел к переговорной.

— У вас все нормально?

Услышав за плечом голос Тины, Райлан пискнул от неожиданности, но когда он развернулся и увидел ее, то все слова, которые он собирался сказать, замерли у него на губах.

На ней были крохотные джинсовые шорты в стиле разбитной соседской девчонки и черный обрезанный топ с надписью «Твой эротический сон», написанной переливающимся шрифтом. Образ завершали колготки в крупную сетку, сапоги до середины бедра и сверкающее колечко в пупке, которое притягивало взгляд как магнит.

— Боже. — Райлану стало немного стыдно за то, что он так открыто пялился на нее. — Тина, ты… ты… черт. Ты выглядишь так… — Не сумев подобрать достойный эпитет, он сдался и беспомощно произнес: — Ты очень красивая.

— М-м, обожаю смущать хорошеньких мальчиков, — помурлыкала она и покружилась, плавно и томно.

— Ну, ты сразила меня наповал.

Тина еще немного покрасовалась, затем подошла к Райлану ближе, и ее тон посерьезнел.

— Так как он?

Райлан вздохнул.

— Физически в норме. Вчера ему сняли скобы. Челюсть еще побаливает, и ему по-прежнему нельзя твердую пищу, но физически у него все нормально. А эмоционально… ну, он все повторяет, что подводит Кори, что должен ему. Винит за все неудачи себя. — Райлан расстроенно стукнул себя по бедру. — Господи, некоторые вещи никогда не меняются.

Тина качнула головой, и ее серьги-кольца, поймав лучик света, блеснули.

— Милый, все не так просто. Кори дал Скотту шанс — как и мне, — и мы действительно обязаны ему очень многим. Я не знаю, где бы мы были сегодня, если б не он.

— Тина, я все понимаю. Но вопрос в том, сколько еще на вас будет висеть этот гребаный долг? Когда он станет считаться закрытым?

Она не ответила, и Райлан продолжил:

— Скотт работает на отлично, и у него есть все причины гордиться собой, но вот это все… — он обвел жестом клуб, — продолжаться вечно не может. Черт. То, что случилось, должно было открыть Скотту глаза. И не только ему, но и Кори. Нельзя делать ответственным за любой успех или провал одного человека. Это настолько несправедливо, что не укладывается в голове.

— Райлан…

— Что если Скотт не получил тот контракт лишь потому, что они предпочли кого-то другого? Никаких железных гарантий, как ни крути, ему не давали, и меня бесит, что Кори считает его виноватым из-за обстоятельств, на которые Скотт никак не мог повлиять.

Тина зацепилась за его плечо.

— В его недовольстве нет ничего личного. Это бизнес, малыш. Знаешь, в чем, как мне кажется, дело? Скотт настолько великолепен, что люди иногда забывают о том, что он человек.

— Нахер бизнес. Он человек, но странное дело: попадать в тяжелые человеческие ситуации ему почему-то запрещено. — Райлан поморщился. Потом наклонился и поцеловал Тину в щеку. — Прости за эмоции. Все, что нас не убивает, делает нас сильнее, верно?

На ее лицо набежало какое-то необъяснимое выражение.

— Нет, здесь ты ошибаешься, Райлан. Поверь моему опыту или, если на то пошло, опыту Скотта. Что нас не убивает просто… не убивает нас. Вот и все. — Она отстранилась. — Мне пора возвращаться на сцену. Увидимся позже, малыш.

Райлан побродил в поисках Скотта и в итоге заметил его стоящим с Кори около переговорной.

— Хостом по пятницам останется Пит, — говорил Кори, когда он подошел. — Ты знаешь, что не соответствуешь нашим стандартам.

На щеке Скотта дернулся мускул.

— Да. Знаю.

— Потеря веса, недостаток рельефа. — Кори поморщился. — Бледная, нездоровая кожа. Пит, между тем, в потрясающей форме и отлично работает с публикой, так что пока я оставляю его.

У Скотта стало такое лицо, что Кори взял его за плечо.

— Малыш, ты же знаешь, Пит — просто замена, — примирительно проговорил он. — Возьми пару недель или сколько потребуется, пусть даже месяц, и походи в зал. Загори, подкачайся, побудь на диете, и ты очень скоро вернешься в игру.

— Спасибо, — пробормотал Скотт, и Кори, ласково потрепав его по щеке, скрылся у себя в кабинете.

Скотт остался стоять со стиснутыми кулаками и смотреть в потолок.

— Райлан, он прав.

Райлан ничего не сказал, и Скотт подошел к нему. Вокруг его губ залегла знакомая белизна.

— Посмотри.

Он махнул на промо-плакаты на стенах, на которых он был великолепен как бог, его кожа сияла, торс был рельефным и мощным.

— Вот, что хотят видеть люди, когда приходят сюда, — проскрежетал Скотт. — Вот это. А не бледного немощного урода. — Он замахнулся, словно собираясь врезать кулаком по стене, но в последний момент просто несильно стукнул по ней костяшками пальцев. — Господи, какой я сейчас бесполезный.

Райлан положил между его лопаток ладонь и почувствовал, как от него волнами исходит напряжение.

— Давай просто поедем домой.

Скотт еле заметно кивнул, после чего оттолкнулся от стены и размашистым шагом вышел за дверь, на парковку. Чтобы поспеть за ним, Райлану пришлось побежать, и когда он добрался до машины, Скотт уже сидел за рулем.

— Завезу тебя, — буркнул он, — и поеду в зал.

— Хорошо.

Скотт вел машину, как сумасшедший, вынуждая Райлана цепляться за ручку двери. У дома он притормозил всего на секунду и чуть ли не вытолкнул Райлана на тротуар, после чего сразу дал по газам, и свет его задних фар под сигналы машин исчез вдалеке.

Черт. Райлан тяжело выдохнул и побрел через лобби к лифтам. Поднимаясь наверх, он угрюмо смотрел в зеркальную стену.

Выйдя из лифта, он увидел Элизабет, которая закрывала на ключ свою дверь.

— Райлан, привет! — она весело помахала ему. — Как дела?

Они поболтали немного о пустяках, а потом лицо Элизабет просветлело.

— О! Скотту же вчера сняли скобы, да? У меня для него кое-что есть.

Она открыла квартиру, забежала внутрь и через мгновение вручила ему форму, завернутую в фольгу.

— Пастуший пирог, — с гордостью сказала она. — Картофельное пюре, говяжий фарш, горох и морковка. Если размять овощи ложкой и хорошенько перемешать, то он без проблем сможет их проглотить. Полезная здоровая пища поможет снова нарастить на эти его косточки мясо.

Сердечно поблагодарив ее, Райлан зашел к себе и убрал пирог в холодильник, после чего сел с ноутбуком на кухне и стал обрабатывать фотографии с недавнего девичника в «Спектре». Когда результат его наконец-то удовлетворил, он отправил их на одобрение Кори.

Забавно. В Майами гей-клубы чаще всего отказывались принимать у себя девичники. Особенно до легализации однополых союзов — посетителям было неприятно смотреть на щеголяющих правом заключать брак, когда они сами были его лишены. Кори, судя по всему, придерживался политики открытых дверей.

Он отложил работу, открыл инстаграм и усмехнулся, увидев под своими фотографиями, сделанными на горе Кеймелбек, комментарии Габриэля.

Виртуально путешествую вместе с тобой! Друг, может свозишь меня уже в Гранд-каньон? Вряд ли я когда-нибудь выберусь в Аризону.

Райлан напечатал быстрый ответ.

Джи, ты же знаешь, я всегда буду рад тебя видеть. Квартира у меня, конечно, паршивая, но мой диван в твоем полном распоряжении! И я с удовольствием покажу тебе город.

Он еще немного посидел в соцсетях, а когда урчащий желудок напомнил ему, что приближается время обеда, достал из холодильника пирог и поставил его разогреваться в духовку. К пирогу он сделал себе большую миску салата. Пока он ополаскивал разделочную доску и нож, в замке повернулся ключ — пришел Скотт.

Райлан окликнул его.

— Скотт, ты голоден? Элизабет сделала для нас кое-что потрясающе вкусное. Эта женщина просто сокровище.

Когда Скотт появился у него за спиной, Райлан достал пирог из духовки и торжественно отвернул фольгу.

— Пастуший пирог. Лучшая в мире еда для снижения стресса.

Скотт через плечо оглянулся, и Райлан вдохнул запах чистого пота, желая лишь одного — упасть на колени, сдернуть вниз его шорты и зарыться лицом в его…

Он подскочил, потому что Скотт неожиданно схватил рукавицы-прихватки, взял горячую форму и вывалил все ее содержимое в мусорное ведро.

— Какого хрена? — воскликнул Райлан, в шоке глядя на Скотта. — Это же был наш ужин!

— Не ужин, а углеводный кошмар, — проворчал Скотт. — Картошка, овощи. — Он содрогнулся. — Я не могу есть это дерьмо. — Он достал из холодильника бутылку воды и, жадно к ней присосавшись, пошел к себе в спальню.

Райлан понесся за ним по пятам.

— Ты, может быть, и не можешь, но я-то могу! Ты хоть подумал об этом, когда выбрасывал в мусор мой ужин? Скотт, серьезно, что ты творишь?

Скотт скинул шорты и голым зашел в душ.

— Извини, — пробурчал он, но не особенно искренне. Резким движением он отвернул краны и, когда на него обрушились горячие струи воды, застонал. — Боже, как хорошо.

С негодованием покачав головой, Райлан ушел обратно на кухню и, встав за стойкой, принялся за салат. Скотт появился спустя десять минут. Его волосы были влажными, из-под пояса мягких поношенных джинсов с расстегнутой пуговицей виднелась резинка белья и кусочек лобковых волос, от вида которых у Райлана моментально увлажнилось во рту.

— Но что тогда ты будешь есть? — спросил он, отводя взгляд. — Не один же салат. Господи, пастуший пирог, пока ты окончательно не пришел в норму, — это вполне нормальная пища.

Скотт распахнул дверцу кухонного шкафа и достал блендер.

— Райлан, диета сейчас — мой первый приоритет. Я должен следить за своими гребаными углеводами. Просто смешаю коктейль из йогурта с протеином и ореховой пастой.

Райлан закатил глаза.

— Знаешь… — Скотт достал из холодильника миндальное молоко. — Я тут подумал, что тебе, наверное, лучше вернуться к себе.

Райлан перестал представлять, как ласкает его живот языком. Он отставил миску с салатом, аппетит сразу пропал.

— Ты… выгоняешь меня? — спросил он, с трудом сдерживая обиду.

— Ну, я выздоровел, так что тебе больше незачем здесь оставаться. — Скотт вытряхнул в блендер содержимое бутылочки с йогуртом. — Ты платишь за квартиру, в которой не живешь. Рай, это глупо.

— Это не глупо, — возразил Райлан. — Я был тебе нужен. И был счастлив помочь.

Скотт повернулся к нему спиной и закрыл блендер.

— В том-то и дело. Ты мне больше не нужен. — Его тон был бесцеремонным, небрежным.

Райлан моргнул.

— Точно, — выдавил он. — Конечно, не нужен.

— Я занят, ты тоже. Все равно мы теперь будем видеться не особенно часто, разве не так?

Скотт включил блендер, сделав продолжение разговора невозможным. Райлан развернулся и ушел к себе в комнату, намереваясь побросать вещи в рюкзак и хлопнуть дверью, но вместо этого тяжело сел на кровать и уставился в пол. Проклятье.

После громкого дребезжания блендера наступила гнетущая тишина. Райлан тяжело вздохнул. Было только шесть вечера, но он не хотел возиться со сборами и переездом прямо сейчас. Скотту придется потерпеть его еще одну ночь, а утром Райлан избавит его от своего гребаного присутствия.

Когда он встал, собираясь убраться на кухне, его телефон тихо звякнул, и на экране выскочило уведомление о новом письме. Открыв его, Райлан радостно ахнул — это было письмо от Гаррета, его четырнадцатилетнего сводного брата.

Привет, Рай!  

Как дела? У нас все нормально. Джексон просил передать, что на прошлой неделе получил ученические права. Донна разрешает ему садиться за руль, когда мы куда-нибудь едем, что немного пугает, но он справляется достаточно хорошо. Гэвин влюбился в девчонку из класса. Он взял с меня слово никому не рассказывать, но я знаю, ты классный и не станешь смеяться над ним. У меня самого ничего нового. Летом хочу пойти на курсы спасателей на воде. Скорее бы! Когда мне будет шестнадцать, то, может, они наймут меня на работу.

Райлан улыбнулся, радуясь их новостям. Потом стал читать дальше.

Джексон получил твое письмо насчет Скотта. Обалдеть! Вот так встретиться черт знает где. Знаешь, это, наверное, плохо, и пожалуйста не рассказывай Скотту, что я это сказал, но я почти забыл про него. Ну, просто теперь я о нем и не думаю, и это странно, ведь я столько плакал, когда он уехал.

Райлан вздрогнул, вспомнив, как мальчики в ту ужасную ночь жались к нему, пока они вчетвером лежали в кровати и пытались свыкнуться с мыслью, что Скотт исчез навсегда.

Джексон не хочет ничего о нем знать. Он говорит, что это было сто лет назад, и что если Скотт нас вот так запросто бросил, то его судьба тоже не должна нас волновать. Но мы с Гэвином будем не против, если он захочет списаться, так что можешь дать ему наши контакты. Только мы не хотим, чтобы нас снова отвергли, поэтому первый шаг должен сделать сам Скотт.

Ну, я побежал. Ответь, когда сможешь.

Счастливо, Гаррет.

Морщась, Райлан перечитал письмо еще дважды. Каким же идиотом он был, когда наивно предположил, что мальчики без промедления раскроют Скотту объятья. Хизер тогда отказалась разговаривать с ними об исчезновении старшего сына, поэтому объяснять троим сбитым с толку, испуганным малышам, почему их брат собрал вещи и, не попрощавшись, уехал, пришлось Райлану. Хоть он и постарался сделать это, не очерняя его, они явно сделали вывод, что Скотту на них было плевать.

Райлан поплелся на кухню, взял миску и вытряхнул остатки салата в мусорное ведро — на уже засохший пастуший пирог. Он снова поморщился. Что ж, тебя это все не касается. Это личное дело Скотта и мальчиков. А ты просто чертов посредник. Опять.

Резкими, злыми движениями он завязал тесемки мусорного мешка, вынес его в коридор и выбросил в мусоропровод, с удовлетворением услышав, как лязгнула железная крышка. Ему надоело всегда быть посредником. Хватит. У Скотта была своя, отдельная жизнь, и он недвусмысленно продемонстрировал это, когда оттолкнул Райлана, как…

Как отталкивал всех остальных.

Злость внезапно рассеялась, и Райлан поник. Он, как никто другой, знал о способности Скотта воздвигать вокруг себя стены — особенно, если он чувствовал, что его могут отвергнуть. Это было защитной реакцией, перенятой от Хизер и отшлифованной тем искусственным миром, в котором он жил.

Райлан вздохнул, вернулся в квартиру и, зайдя в душ, снова обдумал заявления Скотта.

Тебе лучше вернуться к себе. Больше незачем здесь оставаться. Ты мне не нужен.

Если забыть о разочаровании и обиде и посмотреть на эти слова через призму их прошлого, то они приобретали совсем иной смысл.

Я уверен, что ты не хочешь здесь быть. Я не представляю ни единой причины, по которой ты захотел бы остаться.

Райлан закрыл глаза.

Позволь мне отвергнуть тебя до того, как ты отвергнешь меня.

Он с чувством твердой решимости выключил воду. Может, с Лэнсом — и бесчисленными женщинами и мужчинами, которые не смогли разглядеть за красотой Скотта ранимость — этот гребаный трюк и сработал, но с ним не сработает никогда.

Райлан вытерся, почистил зубы и, надев черные боксеры, пошел в спальню Скотта. Свет был выключен, но телевизор без звука еще мерцал в темноте. Скотт не спал. Он лежал на кровати, скрестив руки за головой и согнув одну ногу в колене.

Когда Райлан вошел, Скотт продолжил с бесстрастным лицом смотреть в потолок. Райлан помедлил, потом осторожно протянул руку и отогнул свой край одеяла. Скотт коротко взглянул на него, и Райлану, который скользнул в постель рядом с ним, почудилось, что в его взгляде на миг вспыхнуло облегчение.

Они долго лежали, не разговаривая и не касаясь друг друга, под изредка долетавшие с улицы звуки полицейской сирены. Наконец Скотт выключил телевизор и, отвернувшись, лег на бок.

Решимость Райлана на мгновение дрогнула, и он закусил губу. Тело Скотта было как каменное, он практически ощутимо излучал напряжение. Райлан сделал глубокий вдох. Потом прижался к нему, обнял за талию и, положив ладонь на его гулко стучащее сердце, поцеловал в плечо.

— Я не хочу уезжать домой, ладно?

Скотт не ответил, но мало-помалу его тело расслабилось, а дыхание успокоилось. Райлан зарылся лицом ему в шею и прижимал к себе до тех пор, пока к ним обоим не пришел сон.

***

Скотт выгнул спину и, постанывая, потянулся.

— Который час? — пробормотал он, проводя ладонями по лицу.

— Почти семь утра. — Райлан полулежал рядом с ним с ноутбуком и что-то деловито печатал. Скотт перекатился на бок и полминуты наблюдал за ним.

— Что делаешь?

— Обрабатываю фотографии, отвечаю на письма. Я встал час назад. — Его волосы были взъерошены, стекла очков испачканы отпечатками пальцев, а подбородок затеняла щетина.

Он выглядел бесконечно прекрасным.

Скотт откашлялся.

— Кофе еще остался? — Его, собственно, и разбудил божественный аромат, исходящий от стоявшей на тумбочке кружки. Райлан взял ее, сделал глоток и вернулся к работе.

— Угу. Целый кофейник. Только что заварил.

Еще раз потянувшись, Скотт поднялся с постели и пошлепал на кухню. Когда он, налив себе кофе, вернулся, Райлан оторвал от экрана глаза и с приоткрытым ртом замер.

Скотт остановился.

— Ты что?

— Это твое… белье, — выдавил Райлан, и по его груди и лицу разлилась краска. — Иисусе.

Скотт посмотрел вниз. Вчера после душа он взял первое, что попалось под руку, и оказалось, что на нем надеты крохотные яркие плавки, атласная ткань которых, не оставляя простора воображению, подчеркивала решительно все.

— О. — Он дернул плечом, потом зачем-то поправил себя, тайно порадовавшись, когда Райлан покраснел еще больше.

— Такой сексуальный. И целиком мой. — Голос Райлана был хрипловатым, взгляд неотрывно следил за движениями его руки.

— Ну, пока да. — Скотт не знал, зачем он это сказал, и когда Райлан перестал улыбаться, пожалел об этих словах, всем сердцем желая забрать их обратно.

Райлан вернулся к компьютеру.

— Точно.

Поколебавшись, Скотт лег на кровать и положил под спину подушки. Потом отпил кофе и поставил чашку на тумбочку. Райлан печатал, движения его рук были резкими, раздраженными.

— Райлан, я…

— Знаешь, ты можешь прекратить это в любую секунду, — прервал его Райлан. — Я тебя раскусил.

Скотт уставился на него.

— Что ты имеешь в виду?

— Этот твой безусловный рефлекс, когда ты отталкиваешь меня, проверяешь, сколько я смогу вынести, прежде чем послать тебя нахер и уйти навсегда.

Скотт нахмурился и, словно мятежный ребенок, скрестил на груди руки.

— Я ничего такого не делаю. — Он бросил на Райлана вызывающий взгляд. — Может, я просто мудак.

Райлан фыркнул.

— Не может, а точно.

— Я не гожусь для отношений.

— Как и все мудаки.

— Меня сложно любить.

— Почти невозможно. — Райлан внезапно отбросил ноутбук в сторону. — Ладно, ты убедил меня. Я ухожу.

Он попробовал встать, но Скотт перехватил его и подмял под себя.

— Ты никуда не пойдешь, — прорычал он.

Райлан обнял Скотта за шею, поднял глаза, и его взгляд посерьезнел.

— Ну, пока да.

Поморщившись, Скотт опустил лоб ему на плечо.

— Жестко, — проговорил он. — Но заслуженно. Прости. Я идиот.

Райлан потер его спину.

— Это твое перманентное состояние. — Он помолчал, потом мягко продолжил: — Скотт, я здесь потому, что хочу быть с тобой. Вот и все. Не из жалости, не из желания потешить свое самолюбие, трахаясь с привлекательным парнем, и не по любой другой дурацкой причине, которую ты можешь придумать.

Скотт покраснел.

— Видимо, для тебя уже не секрет, что я совсем в себе не уверен.

Взгляд Райлана был ласковым, теплым.

— Не секрет. Как и то, что отталкивать людей первым стало, похоже, твоей постоянной привычкой. Что ты говорил о Лэнсе? Что он был хорошим, и ты был ему дорог?

— Он был слишком навязчивым, — пробормотал Скотт. — Я не люблю постоянно уверять человека, что все хорошо. Это меня раздражает.

— Давай сделаем вот что. Я постараюсь не просить больше того, чем ты хочешь или можешь мне дать, а ты постараешься смотреть на наши отношения по-другому, нежели тебя заставляет укоренившаяся привычка. Мы просто попробуем, хорошо?

— Хорошо.

Скотт был в полном моральном раздрае, но улыбка Райлана согрела его изнутри, и он не сопротивлялся, когда Райлан уложил его на спину.

— Хочу проверить кое-какую теорию, — прошептал он, и Скотт мог только лежать и покачиваться на волнах блаженства, пока Райлан напористо целовал его, кусал губы, шею, мучил соски.

Когда бедра Скотта задвигались на постели, Райлан выпрямился. Его губы припухли, дыхание участилось.

— Что ж, моя теория подтвердилась. — Райлан смотрел на его пах, и когда Скотт скосил глаза вниз, то увидел, что его возбужденная плоть выглядывает из-за резинки белья.

Наклонившись, Райлан провел языком по мышцам его живота и завис над влажным, багровым кончиком члена.

— Ты такой сексуальный, — выдохнул он, не двигаясь с места.

Его медлительность сводила с ума.

— Пожалуйста, — бесстыдно взмолился он, запуская в волосы Райлана пальцы, и тот, усмехнувшись, лизнул его.

— М-м… — промурлыкал он. — Как охерительно вкусно. — Он взял его член между губ, давая почувствовать влажную изнанку своего порочного рта, его язык дразнил, исследовал, щекотал, пробовал его вкус.

— О господи, Рай, соси меня, — всхлипнул Скотт. — Это все для тебя, малыш. Для тебя одного.

Подмигнув ему, Райлан оттянул его белье вниз и заправил под яйца, непристойно выставив член напоказ, потом полюбовался немного этой картиной и заглотил его плоть до конца, отчего Скотт выгнул спину и вскрикнул.

Райлан снова и снова доводил его до грани оргазма, потом отступал. Стоны Скотта отражались от потолка, а когда Райлан лег на бок и стал лениво ласкать его скользкий от слюны член, Скотт завертелся, комкая простыню.

— Ты меня убиваешь, — выдохнул он. — Мне надо кончить. Сейчас.

Райлан отпустил его и, забравшись сверху, поцеловал. Скотт жадно приник к его солоноватым губам, потянулся вниз, но Райлан отогнал его пальцы и, не обращая внимания на его протестующий вскрик, не разрешил взять член в кулак.

— Не трогай, — приказал он. — Это мое.

Скотт нетерпеливо стянул белье до конца и широко раздвинул колени.

— Пожалуйста.

Кончиками пальцев Райлан провел по его груди и животу, но вместо того, чтобы взяться за член, начал поглаживать его ноющие, болезненно напряженные яйца. И только после того, как Скотт задергался на кровати, он наконец-таки сжалился, сжал его член в кулаке и, покусывая его чувствительные соски, стал жестко и быстро ласкать. Из груди Скотта вырвался вскрик, и он, содрогаясь всем телом, излился.

Райлан сразу же оседлал его бедра.

— Я обкончаю тебя всего, — хрипло предупредил он, и Скотт зашептал жаркие пошлости, помогая ему довести себя до разрядки. Видеть его искаженное страстью лицо, чувствовать, как он извергается на его влажную кожу, слышать, как он беспомощно стонет… все это было само по себе сродни оргазму.

Когда последние спазмы затихли, Райлан, тяжело дыша, рухнул с ним рядом. Они обнялись, и Скотт покрывал его лицо невесомыми поцелуями, пока их дыхание не пришло в норму.

Еще раз нежно поцеловав его, Скотт прошептал:

— Я в душ.

Райлан кивнул, и Скотт неохотно поднялся. Как же хотелось проваляться с ним рядом весь день…

Стоя под горячим потоком воды, Скотт купался в послеоргазменной неге. Его тело еще приятно звенело, и лениво намыливаясь, он наслаждался теплым чувством покоя, причиной которому был только Райлан, а не недавний оргазм. Было что-то странно приятное в том, когда тебя выводил на чистую воду не враг с желанием унизить или раскритиковать, а тот, кто попросту… знал тебя. Видел тебя. Заботился о тебе.

Он вышел из душа, обернул вокруг талии полотенце и почистил зубы. Когда он вернулся в спальню, Райлан лежал, растянувшись на животе, и, кажется, спал. Сев на кровать, Скотт немного понаблюдал за ним, потом нежными пальцами отвел с его лба пряди волос.

— Не уходи никуда, хорошо? Я вернусь, как только смогу.

Ответом ему был тихий храп, и Скотт пошел собирать сумку в спортзал. Впереди его ждали несколько часов упражнений с весами, затем встреча с врачом-диетологом, кардио, покупка продуктов…

Он бросил на Райлана последний тоскующий взгляд и бесшумно вышел за дверь. В лифте у него зазвонил телефон.

— Привет, Мин, — поздоровался он, улыбаясь.

— Привет, как дела? — последовал бодрый ответ. — Едешь в зал?

— Да.

— Отлично, я просто проверил. Тогда до встречи.

Когда через двадцать минут Скотт зашел в зал фитнес-клуба, его сразу окликнули. Он обернулся и увидел, что с одного из матов, лежащих в углу огромного помещения с зеркалами от пола до потолка, ему машет Мин.

— Иди сюда, разомнись с нами перед весами!

Скотт подошел к нему, разлегся на мате и, оперевшись на локти, стал смотреть, как Мин делает растяжку на поперечном шпагате. Ему помогала женщина в ярко-розовом спортивном лифчике и коротких шортах из лайкры, которая давила на его плечи, чтобы его торс лег на мат.

— Боже, Алиса, как хорошо, — выдавил Мин и, сделав глубокий вдох, подался вперед еще больше.

Его гибкость и упорство, с которым он выполнял одно сложное упражнение за другим, как всегда, завораживали.

Наконец Мин, тяжело дыша, выпрямился. Его волосы были влажными, лицо блестело от пота. Взяв полотенце, он вытерся и стукнулся с Алисой кулаками.

— Черт, вы, танцовщицы, умеете вымотать человека.

Алиса подмигнула ему, после чего подошла к одному из установленных рядом пилонов и начала тренировку, с ходу выполнив сложный, но грациозный переворот.

— Скотти! — Мин звучно чмокнул его в губы. — Рад тебя видеть. Давай разогреваться.

Скотт позволил проделать с собой упрощенную версию комплекса упражнений, которые он только что выполнил сам.

— Господи, сколько ты пропустил? — смеясь, спросил Мин, когда Скотт застонал. — Весь такой твердый.

Скотт сквозь боль хохотнул. Одна его нога упиралась Мину в плечо, пока тот толкал его колено к груди.

— О-о, я обожаю твои постельные пошлости, детка.

Мин изобразил рвотный позыв.

— Фу. — Он шлепнул Скотта по колену, потом отпустил его и грациозно, без малейших усилий сел на продольный шпагат.

— Выпендрежник, — пробурчал Скотт, и Мин рассмеялся.

— Приходится поддерживать гибкость, чтобы раздвигать эти ножки перед своим шуга-дэдди. — Он тряхнул головой. — Если я его когда-нибудь встречу.

— Тебе незнакомо чувство стыда. — Скотт опустил ноги и, расслабившись, растянулся на мате. Мин тоже лег, и они какое-то время смотрели, как девушки занимаются на пилоне. Наконец Мин приподнялся на локте и взглянул на него.

— Сразу не оборачивайся, но сюда пришла Мэдисон, и ты не поверишь, как злобно она на тебя смотрит. — Он, словно ворчливая престарелая тетушка, выпятил губы. — Вы не вместе больше двух месяцев. Что ты ей сделал?

Скотт, оглянувшись, поморщился.

— О. Ну, я проявил себя не с лучшей стороны. — Он нерешительно замолчал, и Мин закатил глаза.

— Об этом я и сам догадался. Она же обматерила тебя в соцсетях. — В его голосе звучала нотка любопытства. — Скотти, серьезно, если бы взгляд мог убивать, ты бы уже отбросил коньки.

Он сделал паузу, а когда Скотт ничего не сказал, театрально вздохнул.

— Ладно, ну и молчи.

— Да нечего тут рассказывать, Мин. Я испоганил нечто хорошее. Какая неожиданность, да?

Мин сел и, скрестив ноги, наклонился к нему.

— Так почему бы не довериться своей старой тетушке? Сними с души груз. — Он бросил на Скотта порицающий взгляд. — Ты же знаешь, дальше меня оно не уйдет.

— Знаю, конечно. — Скотт тоже сел. — Просто… я повел себя как мудак. Думаешь, мне хочется об этом распространяться?

— Малыш, это же я. Человек, который знает тебя лучше всех — за исключением, разве что, нашего маленького секси-фотографа. — Он озорно покосился на Скотта. — Который сейчас, надо полагать, нежится, удовлетворенный и теплый, у тебя дома, благодаря чему одному восхитительному джентльмену понадобятся мои широко раздвинутые ноги. В смысле, утешающее плечо.

— Боже, — поморщился Скотт. — Если ты выведешь этого Криса из игры навсегда, то я буду любить тебя вечно.

— Хм. — Мин бросил на него задумчивый взгляд. — Я попробую. Так а что, все-таки, произошло с нашей красавицей Мэдисон? — Он, поощряя Скотта, помахал пальцами. — В последний раз, когда я о ней слышал, она все выходные проводила у тебя дома, а потом вдруг начала называть тебя в твиттере «последней скотиной».

Скотт скованно дернул плечом.

— Когда ее родители приехали в гости, она захотела нас познакомить, — пробормотал он, чувствуя, как накатывает забытая грусть.

— Ну и что? У вас все было серьезно. Знакомство с родителями — это как бы следующий шаг.

Скотт долго смотрел на него. Потом медленно и отчетливо произнес:

— Мин, они адвокаты. Из Вашингтона. Утонченные люди, гордящиеся своей умницей-дочкой, которая сама создала свой маленький бизнес с нуля.

— У нее танцевальная фитнес-студия, да? — Когда Скотт кивнул, Мин нетерпеливо продолжил: — По-прежнему не вижу проблемы.

— Как ты не понимаешь? — прошипел Скотт. — Что у меня было общего с ними? О чем мы могли бы поговорить? Я бы только опозорил ее, ее необразованный лузер-бойфренд. — Он сглотнул. — Вот почему, когда она предложила нас познакомить, я рассмеялся и сказал: «Это что, новый тренд — представлять своего последнего ебаря маме и папе? Тогда я, пожалуй, куплю новый костюм, а то ходить по родителям придется немало».

Взгляд, который бросил на него Мин, был невыразимо печальным.

— О, дорогой.

— Я солгал. У меня была только она.

— Но твоя ложь сработала, и она тебя бросила. — Мин положил на его руку ладонь. — Тебе никогда не приходило в голову, что они могли увидеть перед собой вовсе не лузера, а мужчину, который сделал их дочку счастливой, и что этого им бы хватило?

— Может хватило бы, Мин, а может и нет.

— И теперь ты этого никогда не узнаешь. — Мин встал и помог Скотту подняться на ноги. — Потом появился Лэнс, и все повторилось. Если бы я так сильно не обожал тебя, то прямо сейчас поехал бы к Райлану и предостерег его, но у меня есть смутное ощущение, что наш милый мальчик может позаботиться о себе сам.

На губах Скотта, когда он вспомнил их с Райланом утренний разговор, заиграла улыбка.

— Мин, он видит меня насквозь. Уж поверь, ни на какие мои закидоны он точно не поведется.

— Что ж, он молодец. Я знал, что он не зря мне понравился.

— Да. — Внезапно Скотт понял, что хочет увидеть его как можно скорей. Что сил ждать больше нет. — К черту зал. Лучше свожу куда-нибудь Райлана на выходные.

Мин вытаращил глаза.

— «К черту зал»? Такого я от тебя точно не ожидал. — Он театрально схватился за сердце и как подкошенный рухнул на мат. — Кажется, наступил конец света.

Скотт рассмеялся.

— Заткнись. Куда мне его отвезти? В Сан-Диего? Посмотреть Гранд-каньон? Ему, наверное, захочется поснимать.

Мин задумчиво выпятил губы.

— Ну, если бы речь шла обо мне, то я всегда мечтал съездить в Седону. Знаешь, туда, где община художников и красные скалы.

— Идеально. — Скотт помолчал, потом спонтанно спросил: — Хочешь поехать с нами?

Мин в очевидном шоке несколько раз открыл и закрыл рот.

— Господи, с удовольствием. — Он прищурился. — Если только это не попытка воспользоваться мной, чтобы он не дай бог не подумал, что это романтическая поездка. Нахер это дерьмо. — Его тон был воинственным, и Скотт, рассмеявшись, поднял его на ноги и крепко обнял.

— Нет, — сказал он. — Просто решил, что было бы здорово провести время с двумя своими любимейшими людьми. Вот и все.

Губы Мина задрожали.

— Маленького кузнечика все-таки можно кое-чему научить, — выдохнул он, а потом ойкнул, когда Скотт пихнул его локтем. — Дай я возьму свои вещи, и поедем отсюда. Я позвоню Кори и на пару дней отпрошусь.

Он убежал, а Скотт пошел за своей сумкой, которую бросил в углу. По пути он увидел, как Мэдисон терпеливо учит пожилого мужчину делать терапевтическую растяжку. Скотт знал, что она, хоть и была владелицей своей собственной студии, пару раз в месяц бесплатно работала здесь и помогала тем, кто страдал от хронических болей, но позволить себе ее услуги не мог. Она была по-настоящему хорошим человеком. Скотт вздохнул, вспомнив убитое выражение у нее на лице, когда он несколькими тщательно подобранными словами уничтожил их еще даже не расцветшие отношения на корню.

На него накатила ненависть к самому себе. Он не заслуживал Мэдисон и уж точно не заслуживал Райлана. Ему следовало не путешествия с ним планировать, а поехать домой и бросить его. Лучше причинить ему небольшую боль сейчас, чем сильную позже.

— Перестань забивать голову лишними мыслями. — Мягкий голос Мина, раздавшийся позади, заставил Скотта подпрыгнуть, и он развернулся. — Ты хорошо сказал: Райлан видит тебя насквозь. Так что расслабься, будь собой и попытайся хорошо провести время. Ты ничего не испортишь. — Мин фыркнул. — Да он тебе и не позволит.

— Но что, если я…

— Скотт Эшворт, прекрати это прямо сейчас, — решительно оборвал его Мин. — Давай заберем твоего парня, поедем на север и отдохнем как никогда в жизни. Все. Точка. Конец.

Он потянул Скотта за руку, но тот не поддался.

— Мне надо поговорить с Мэдисон. Хочу перед ней извиниться. — Он, словно ожидая издевки, бросил на Мина вызывающий взгляд, но тот только потрепал его по руке.

— Хорошо. Встретимся у тебя дома.

— Только не говори ему про поездку! — крикнул Скотт, когда он стал уходить. — Иначе я надеру тебе зад.

Мин показал ему средний палец.

— Даже не думал, любовь моя. Даже не думал.

***

Услышав, как в замке повернулся ключ, Райлан поднял глаза от ноутбука. Почему Скотт вернулся так рано? Но потом в гостиную зашел Мин, и замешательство превратилось в приятное удивление.

— О, привет. — Райлан подставил щеку и, когда Мин чмокнул его, отложил ноутбук. — Что ты тут делаешь?

Мин подмигнул ему.

— Внезапная смена планов. Скоро узнаешь, — сказал он загадочно. — Пошли со мной, поболтаем, пока я принимаю душ. — Он поднял руку и, морща нос, понюхал свою подмышку. — Боже, от меня прямо разит.

Стянув через голову майку, Мин небрежно уронил ее на пол и направился к ванной, скидывая по пути остальную одежду. Райлан пошел за ним следом, стараясь не смотреть на него, когда он, уже полностью голый, выудил из-под раковины небольшой туалетный набор и достал бритву.

— Над чем ты так напряженно работал? — спросил Мин. Его следующие слова потонули в шуме включенной воды, и Райлан, секунду поколебавшись, прислонился к косяку двери.

Позволив себе оглядеть Мина, Райлан сглотнул. Он был стройным и жилистым — не мускулистым, но с подтянутым, гибким телом танцора, с сильными икрами, натренированными хождением на каблуках. Его смуглая кожа была гладкой и почти безволосой, а ягодицы круглыми и высокими. Райлан откашлялся и скрестил руки.

— Я не расслышал. Что ты сказал?

— Я спросил, над чем ты работал, — повторил Мин, скривив щеку, чтобы пройтись по ней бритвой. — У тебя был такой сосредоточенный вид.

Райлан пожал плечом.

— Обновлял портфолио. Чтобы в случае, если что подвернется, оно было готово.

Мин повернулся и наставил на него бритву.

— Зачем, если ты навсегда останешься в «Спектре»? Ты бесподобно снимаешь Тину, малыш, а она обожает быть бесподобной.

Райлан рассмеялся.

— Тебе надо увидеть вчерашние фото. Они просто огонь. — Он театрально помахал на себя пальцами, и Мин, разбрызгивая вокруг воду и мыльную пену, подскочил к нему.

— Принеси ноутбук и покажи мне прямо сейчас!

— После того, о тщеславный, как ты примешь душ. Плюс прямо сейчас меня кое-что отвлекает.

Мин усмехнулся, бросил бритву в раковину и включил душ.

— Ладно. До чего же ты, вредина, любишь дразнить мужчин.

— Кто бы говорил.

Когда Мин ступил под струи воды и начал намыливаться, он больше не стал отводить взгляд. Внезапно его талию обняли со спины сильные руки.

— Наслаждаешься видом? — шепнул Скотт, прихватывая мочку его уха губами.

Райлан прислонился к нему.

— Безмерно, — признался он. Потом повернулся и, озорно улыбаясь, заглянул в его сверкающие глаза. — Но этот вид нравится мне намного больше.

— М-м… Хороший ответ.

Скотт куснул его за губу, зализал легкое жжение языком, и Райлан, со стоном обвив его шею руками, призывно поднял лицо. Скотт целовал его нежно, еле касаясь. Когда Райлан недовольно вцепился в него, он рассмеялся и выдохнул:

— Не начинай то, что не сможешь закончить. Если только тебе не нужны зрители. Мин любит смотреть.

— Ну и пусть. — Райлан лизнул его шею, потом прошелся ладонями по его ягодицам, впиваясь пальцами в упругие мышцы. У Скотта перехватило дыхание, его глаза потемнели, и он наклонился, собираясь завладеть его ртом, но в этот момент у него в кармане завибрировал телефон.

— Черт. — Скотт отстранился. — Мне надо ответить.

Райлан привалился к стене. Его била дрожь, и он громко ойкнул, когда Мин вдруг брызнул в него водой.

— Любовничек, если надо, могу предоставить холодный душ, — порочно протянул он, оглядев бугор в его джинсах. — Или горячий рот. Выбирай.

Райлан со стоном поправил себя.

— Ты опасен. — Он бросил на Мина еще один взгляд и под его хриплый смех пошел вслед за Скоттом.

На кухне Скотт записывал что-то в блокнот.

— Звучит идеально, — говорил он в телефон. — Да, обязательно. Спасибо. Я вам сообщу. — Он отключился, бросил трубку на стол, а когда Райлан подошел ближе и попытался прочесть, что он записывал, перевернул блокнот. — Эй, не подглядывай.

Райлан притворно надулся, и Скотт рывком притиснул его к себе.

— Выпятишь эти свои сексуальные губы еще раз, — прорычал он, — и окажешься на коленях с членом во рту так быстро, что у тебя закружится голова.

Прежде чем Райлан успел как-то отреагировать или проверить серьезность угрозы, Скотт звучно поцеловал его.

— Что было бы охеренно, но это разрушит сюрприз. — Он разжал руки. — Иди собирайся. Возьми вещей на три дня — джинсы, худи, кроссовки. Если надо, мы можем заехать к тебе.

Райлан моргнул.

— И Кори не против…

— С ним все улажено, — прервал его Скотт. — И кстати, Мин едет с нами.

— Вау. Ладно. Тогда… пойду собираться.

Приятно заинтригованный, он пошел к себе в спальню и, достав из-под кровати рюкзак, побросал туда одежду и дорожный набор. Когда он вышел в гостиную, Мин уже стоял там, одетый в футболку и шорты, и, чуть ли не подпрыгивая от возбуждения, жадно пил воду.

— Тебе разве не надо поехать за вещами домой? — спросил Райлан, и Мин, проглотив остатки воды, отставил бутылку и вытер рот.

— Нет, милый. У меня на заднем сиденье всегда лежит чемоданчик со всем самым необходимым. Девушка, знаешь ли, должна быть готова к любым поворотам судьбы.

— Несомненно. — Райлан с самым серьезным видом кивнул.

— Ты взял камеру и все прочее, Рай? — В гостиную с сумкой через плечо вышел Скотт, и Райлан, подняв свой рюкзак и проверив его содержимое, показал ему два больших пальца.

Скотт выключил верхний свет.

— Тогда едем.

Когда через пару минут они промаршировали мимо стойки консьержа, с ними кивком поздоровался Джордж.

— Мистер Эшворт, мистер Махоуни, мистер Нгуен.

— Привет, Джорджи, как жизнь? — откликнулся Мин, подмигнув ему и слегка покрутив задом. — Моя машина до вечера понедельника постоит на гостевой парковке, окей?

— Конечно, мистер Нгуен. — Джордж поднял руку и коротко им помахал. Его лицо было, как обычно, бесстрастным.

— Он хочет меня, — объявил Мин, а когда Райлан фыркнул, бросил на него обиженный взгляд. — Что? Говорю тебе! Джордж — номер один в списке кандидатов на звание моего шуга-дэдди. Всегда улыбается мне и все в таком духе.

— А еще он прогнал того типа, который тебя оскорблял, — напомнил Скотт.

Мин восторженно пискнул.

— О-о, да! Мой герой. — Пока они шли через парковку к кабриолету, он объяснил Райлану: — Я ждал Скотти в образе Тины, выглядел феерично, и какой-то урод стал обзывать меня… ну, скажем так, это были отборные азиатские оскорбления.

Райлан поморщился, и Мин продолжил:

— Я был даже не в здании, а стоял на тротуаре снаружи. Джордж вышел и, когда тот тип не перестал, вызвал громилу-охранника и прогнал его. — Мин драматично вздохнул. — Потом он повернулся ко мне и спросил: «Вы в порядке, мисс Тиз?», я ответил, что да, и он сказал: «Хорошо», а потом проводил меня до самого лифта.

Райлан, смеясь, помахал ресницами и сделал вид, что падает в обморок.

— Что ж, неудивительно, что он возглавляет твой список. Прости, что не поверил.

Скотт открыл багажник, чтобы они сложили туда свои сумки, и когда Райлан начал садиться на переднее место, Мин поймал его за руку.

— Нет, зайчик, ты сядешь со мной, чтобы я не чувствовал себя третьим лишним. Хватит уже и того, что пока вы будете нежиться вместе в постели, я буду спать совершенно один.

Скотт закатил глаза, а Райлан забросил рюкзак на место с ним рядом, после чего втиснулся на заднее сиденье машины. Скотт опустил верх, и вскоре они уже ехали по ведущему на север шоссе.

Когда пробки немного рассосались, Райлан наклонился вперед, к уху Скотта.

— Так куда же мы едем?

— М-м… — Скотт улыбнулся. — Скоро узнаешь. Это недалеко.

Райлан поставил подбородок ему на плечо. Полюбовался немного его сильными, загорелыми руками, уверенно лежащими на руле, вдохнул возбуждающий цитрусовый аромат его туалетной воды, потом, не удержавшись, потерся носом о мягкую кожу за его ухом.

Скотт содрогнулся, его губы раздвинулись, и он, потянувшись назад, тронул Райлана за щеку.

— Сядь на место, Рай. Я за рулем, а ты слишком сильно меня отвлекаешь.

Райлан хмыкнул и, еще раз чмокнув его, откинулся на сиденье. Он заметил кислый взгляд Мина.

— Что?

— Меня тошнит от вас, вот что. — Мин изобразил рвотный позыв, но в его глазах была нежность. — Вот уж не думал, что однажды увижу моего Скотти влюбленным. Это невероятно.

Райлан вытаращил глаза.

— Влюбленным?

Мин с мудрым видом кивнул.

— Он до такой степени без ума от тебя, что это даже уже не смешно. Но вряд ли он сам это осознает.

Райлан посмотрел на затылок Скотта, на его черные волосы, развевающиеся на ветру, на волевую челюсть, и почувствовал, как в его горле встал ком.

— Ты… ты ведь очень хорошо знаешь его, да?

— Да. — Мин мгновение смотрел на него, а потом словно принял решение. — Мы познакомились в ночлежке для бездомных пять лет назад. Почти шесть.

У Райлана перехватило дыхание.

— В ночлежке?

— Да. — Мин взял Райлана за руку и стал перебирать его пальцы. — Никогда не забуду то лето. Стояла сорокапятиградусная жара, и какие-то сердобольные христиане обходили точки, где собирались бездомные, и предлагали провести ночь в приюте. Раздавали бутылки с водой и маленькие наборы с зубными щетками, салфетками и прочим дерьмом. — Он фыркнул.

— Значит, ты тогда жил на улице?

— Да, на тот момент месяца три. Я оказался совершенно не подготовлен к тому, как тяжело переносится лето, когда ты все время снаружи. Казалось бы, от жары можно укрыться под деревом или отдохнуть от нее ночью. Но нет, нихрена. Тень при той духоте никакого облегчения не приносила, а ночью температура оставалась под сорок. В парке, где я болтался, каждый день кто-нибудь умирал — от обезвоживания, от теплового удара. Поэтому да, если ради того, чтобы переночевать в помещении, надо было выслушать болтовню про Христа, то я был только за.

— Скотт… там работал? — спросил Райлан, и Мин грустно взглянул на него.

— Нет, малыш. Он был бездомным и спал в подворотнях. Как я.

На глаза Райлана набежали слезы, и он нетерпеливо смахнул их рукой.

— Черт.

— Когда он зашел, я сразу понял, что на улице он оказался недавно. В его глазах еще не было той… знаешь, суровости, той пустоты. — Мин сжал его пальцы. — В ночлежках тоже бывает опасно. Но поскольку он был молодым, высоким и сильным, к нему никто особо не лез. Я же, с другой стороны…

Райлан обнял его за плечи.

— Ты не обязан вспоминать это, Мин.

— Нет, все нормально. Думаю, если ты будешь со Скоттом, то тебе важно это узнать. Он не любит рассказывать о тех временах и, если его не спросить, вряд ли заговорит о них сам.

Взглянув на водительское сиденье, Райлан увидел, что Скотт надел свои зеркальные солнечные очки и теперь кивал головой в такт какой-то альтернативной рок-песне, которую из-за ветра едва можно было расслышать.

— В общем, той ночью я лежал, свернувшись на койке, и слушал, как какие-то типы обсуждают, не отыметь ли им «вон того узкоглазого педика». — Мин закусил губу. — Я был измотан, обессилен от голода. Мне нечем было себя защитить.

— А как же работники… ну, те люди, которые содержали ночлежку?

Мин пожал плечами.

— Они хорошо ко всем относились, но точно не собирались охранять по ночам огромное помещение, битком набитое койками, на которых спали бродяги. Я боялся, что если пожалуюсь, то меня выгонят, и боже, мне дико хотелось помыться и утром поесть. Поэтому я лежал и думал, что если не сопротивляться, а расслабиться и просто дышать, то, возможно, я смогу вынести боль.

— Мин… — Райлан прижал его к себе поплотнее и поцеловал в макушку. Каким же голодным он был, если обещание завтрака вытеснило страх перед насилием на второй план.

— Но когда они наконец подошли ко мне, Скотт появился словно из ниоткуда и сказал, что если они меня тронут, то он их убьет. Они были наркоманами, опустившимися людьми, и вряд ли могли его одолеть. Я не стоил возможных проблем, и потому они отвалили.

Райлан выдохнул, только в эту секунду поняв, что пока Мин говорил, он не дышал.

— Слава богу.

— Да. Он пообещал проследить за тем, чтобы они не вернулись, и в ту ночь я спал как младенец. Впервые за долгое время. Утром за завтраком я спросил, с чего вдруг он бросился защищать какого-то незнакомого тощего гея. А он улыбнулся этой своей печальной улыбкой и сказал, что я напомнил ему одного человека.

На этот раз пара слезинок все-таки ускользнула, почти сразу же высохнув на горячем ветру.

— Мин, мы не знали, куда он исчез, — выдавил Райлан. — Ни я, ни его семья, ни друзья. Однажды ночью он просто уехал и…

Мин снова сжал его руку.

— Я знаю. Он никогда не рассказывал об этом подробно, просто сказал, что сделал выбор и что теперь вынужден с этим выбором жить.

— А как на улицу попал ты? — спросил Райлан, водя по его руке большим пальцем.

Мин махнул свободной рукой.

— О, это избитый сюжет. Ну, из таких, где парень встречает мужчину мечты, тот обещает ему целый мир, парень все бросает ради него, но когда их связь выплывает наружу, мужчина ведет себя, словно парня не существует.

Несмотря на небрежный тон, с которым он говорил, его лицо напряглось словно от боли, и Райлан вместо ответа снова обнял его. Мин сделал глубокий вдох.

— Но хватит о моем эпическом идиотизме. В общем, на следующий день после того, как Скотт в буквальном смысле спас мою задницу, я типа как вернул ему долг. Когда он забыл главное правило клиента ночлежки — никогда не упускать из виду свое барахло.

— О нет. Что случилось?

Мин поморщился.

— Перед тем, как лечь спать, он разулся и убрал свои кроссовки под койку. Вскоре после того, как он задремал, какой-то чувак попытался стащить их, я это увидел и поднял тревогу. Скотт проснулся и чуть не оторвал ему голову.

— Кроссовки? — Сердце Райлана гулко забилось. — Ярко-синие «найки»?

Мин с любопытством взглянул на него.

— Кажется, да. Он чуть с ума не сошел, когда их едва не украли. Сказал, что они напоминают ему о самом счастливом времени его жизни.

Райлан сжал его руку так сильно, что Мин даже ойкнул.

— Те кроссовки ему подарил мой отец. В честь того, что мы стали семьей.

— Ну вот. Неудивительно, что он так всполошился. С тех пор я не видел, чтобы он их снимал.

Райлан подумал о потрепанных старых кроссовках в комнате Скотта и почувствовал, как его губы дрожат. Мин, глядя на него мягким, понимающим взглядом, дал ему время на то, чтобы взять себя в руки. Потом продолжил рассказ.

— Мы пробыли в ночлежке еще три дня, и когда Скотт ушел, я ушел вместе с ним.

— Обратно на улицу?

— Да. У нас развилось нечто вроде партнерства. Когда я кого-нибудь подцеплял, он следил за тем, чтобы меня не ограбили и не избили. Скоро к нам присоединились и другие ребята, и мы образовали такую… не знаю, как это назвать… группу поддержки? — Он невесело хмыкнул. — Мы делились друг с другом всем, чем могли, а Скотт использовал свои преимущества, чтобы нам помогать.

— Какие преимущества?

— Он белый, — ответил Мин просто. — Так что при виде него люди не вздрагивали и не запирали дверь на замок. Если он попрошайничал, то обычно ему подавали, а не обзывали лентяем и не орали, чтобы он устроился на работу. У него, как и у всех остальных, не было никаких документов, но иногда он находил подработку — неофициальную, у тех, кто не хотел нанимать латиносов или черных. — Он презрительно усмехнулся.

— Господи.

— Он уговорил нескольких владельцев кафе не выбрасывать остатки еды, а отдавать нам, — продолжил Мин. — А одна женщина разрешила нам мыться за ее рестораном, при условии, что мы не будем мочиться на стены и приводить в переулок клиентов.

— Похоже, вы справлялись, как только могли.

— Некоторые в нашей компании недолюбливали его — им был не нужен «белый спаситель». Но в реальности… он правда белый и выглядит как натурал. Его привилегии упрощали многие вещи, и если ты жил на улице, где тебя мог обидеть буквально любой, то к такому парню стоило держаться поближе — нравилось это тебе или нет.

После этого он замолчал, и Райлан притянул его ближе и поцеловал в висок.

— Спасибо за то, что рассказал все это, Мин. Я так сильно хочу понять его. — Он поднял глаза ровно в момент, когда Скотт посмотрел на них в зеркало заднего вида.

Райлан улыбнулся ему дрожащей улыбкой и вскоре почувствовал, как машина сбросила скорость. Скотт свернул к стоянке для отдыха и припарковался перед низким кирпичным зданием, где были устроены туалеты.

Они выбрались из машины, размялись, и Мин, по пути закуривая, пошел к туалету, а Скотт засунул руки в карманы и побрел к столикам для пикника, расставленным среди деревьев недалеко от парковки. Секунду поколебавшись, Райлан догнал его и взял под руку.

— Вы так уютно смотрелись там сзади, — заметил Скотт. Его голос был деланно безразличным, но Райлан чувствовал напряжение в его мышцах и видел белизну вокруг губ.

— Мы просто болтали.

— О чем? О былых временах?

— Да. О всяких призраках прошлого.

— Они вернутся за мной?

Райлан потерся щекой о его плечо, потом прошептал:

— Нет. Они мертвы и похоронены глубоко под землей.

Они дошли до деревьев, и Райлан присел на край одного из столиков для пикника, обрадовавшись, когда Скотт вместо того, чтобы сесть рядом, встал между его раздвинутыми ногами. Урча от удовольствия, Райлан взялся за его талию. Скотт поднял солнечные очки на макушку и всмотрелся в его лицо, словно выискивая отвращение, осуждение или жалость.

— Такова жизнь, Рай, — промолвил он наконец.

Райлан улыбнулся.

— Я знаю. Ты сделал то, что должен был сделать, и я могу сказать только одно: я рад, что вы с Мином нашли друг друга.

Скотт заметно расслабился, и на его губах тоже заиграла маленькая улыбка. Зацепившись за петли его ремня, Райлан подтянул его ближе.

— Так ты скажешь, куда мы едем? — спросил он заискивающе, расправив ладони у него на груди, а когда Скотт покачал головой, обиженно выпятил губы.

— Скоро узнаешь. Можешь надувать эти свои сексуальные губы сколько угодно, но я все равно тебе не скажу.

Томно вздохнув, Райлан обвил его шею руками и призывно поднял лицо.

— Тогда, может, тебя разговорит поцелуй? — Он закусил губу, потом провел по ней языком, отчего она заблестела.

Скотт издал глухой, мучительный стон.

— Ты пытаешься убить меня, да? — Он коснулся уголка его рта. — Я никак не могу насытиться тобой до конца.

— И это плохо?

Скотт нежно, ласково поцеловал его.

— Нет. Никогда. — Слова были легкими вздохами, касавшимися его губ. — Только немного расстраивает, потому что я хочу оказаться в тебе прямо здесь и сейчас.

Пришел черед Райлана застонать, и он прихватил Скотта через штаны, обвел пальцами напряженный ствол плоти, распирающий ткань.

— М-м… да. — Он просунул руку подальше и взял в ладонь его тяжелые яйца. — Может, пусть дальше поведет Мин? А ты сядешь сзади вместе со мной.

Скотт прикрыл веки, его голос стал низким и хриплым.

— И что же ты со мной сделаешь там?

Райлан сжал его.

— Ну, например расстегну твои джинсы… — он обвел его выпирающую молнию кончиком пальца, — затем наклонюсь… — с силой потер его член, отчего Скотт сглотнул, — и отсосу тебе так, что ты кончишь мне в глотку. — Последние слова ушли Скотту в рот, когда он поцеловал его жарко, почти жестоко, глубоко вталкиваясь языком.

Райлан выгнулся и, открываясь этому страстному натиску, обхватил его бедра ногами. Легкая боль от поцелуев Скотта сексуально контрастировала с горячим и влажным бархатом его языка.

— Вау. Очень надеюсь, что у нас будут не смежные номера, иначе мне вообще не удастся поспать.

Они отпрянули друг от друга, и Скотт хрипло рявкнул:

— Мин, уйди. Быстро.

Мин уперся бедром в край соседнего столика и, посмеиваясь, сложил на груди руки.

— Я бы ушел, будь я вашим единственным зрителем. Но увы. — Он кивнул на парковку. — Вы, друзья мои, чрезвычайно скандализировали вон тех бабуль.

Райлан заглянул Скотту за плечо и увидел двух пожилых женщин, которые показывали на их пальцем. Отвращение на их лицах было заметно даже на расстоянии.

— Черт. — Скотт отодвинулся, и Райлан опустил ноги. — Любопытные старые перечницы.

— Знаешь, я и сам большой поклонник вуайеризма, — заметил Мин, — но не в тех случаях, когда это заканчивается арестом за непристойное поведение в общественном месте.

Райлан поморщился, увидев, что одна из женщин вытащила телефон и теперь угрожающе им потрясала.

— Пошли.

Скотт помог ему слезть со стола и, обняв за талию, прижал к своему боку. Райлан сунул руку в его задний карман, и они медленно стали возвращаться к машине. Мин, продолжая посмеиваться, следовал сзади.

Когда они дошли до кабриолета, Скотт неохотно отпустил Райлана.

— Мне надо зайти в туалет. Скоро вернусь. — Он мазнул по его губам поцелуем, и Райлан шлепнул его по заднице.

— Поторопись! — крикнул он Скотту вслед и вместе с Мином прислонился к боку машины. Две пожилые женщины по-прежнему перешептывались, бросая на них злобные взгляды.

Глаза Мина озорно вспыхнули.

— Может, дадим им настоящий повод для пересудов? — Прежде чем Райлан успел спросить, что он задумал, Мин притянул его за шею к себе и крепко поцеловал.

После секундного замешательства в Райлане с новой силой вспыхнул огонь. Он обнял Мина за талию и, жарко целуя, театрально нагнул его к самой земле, а Мин уцепился за его плечи и страстно ответил на поцелуй.

— Черт, ты такой сладкий, — пробормотал Райлан. Поставив Мина на ноги и отпустив его, он тыльной стороной руки провел по губам.

Женщины были возмущены.

— Больные извращенцы! Маньяки! — долетали громкие крики с их стороны.

— Да, мы такие! — крикнул им Мин, открыто смеясь. — И могу гарантировать, что нам куда веселее, чем вам!

Райлан уже не следил за их перепалкой, потому что к ним быстрым шагом шел Скотт. От его взгляда Райлана пробрала приятная дрожь. Мин со спины взялся за его бедра и поставил подбородок ему на плечо.

— Скажу тебе, что за все годы, что я знаю Скотта, я еще ни разу не видел, чтобы он ревновал. Не стану врать, это зрелище впечатляет. — Покрутив задом, он отпустил Райлана, потом перемахнул через дверцу машины и плюхнулся на сиденье ровно в момент, когда подошел Скотт.

— Ты, — Скотт указал на Райлана, — перемести свою сладкую попку на переднее место. А ты, — он указал на Мина, — немедленно прекрати.

— Прекратить что? — таким был притворно невинный ответ, и Скотт, фыркнув, уселся за руль, а потом взял Райлана за затылок и жестко, порывисто поцеловал.

— Ты меня убиваешь, — прошептал он, и Райлан потер большим пальцем его губу.

— Ты. Во мне. Сегодня же вечером, — прошептал он в ответ.

В глазах Скотта вспыхнул огонь, и он, заведя машину, стремительно развернулся. В зеркало Райлану было видно, как Мин посылает тем женщинам — к их бесконечному отвращению — воздушные поцелуи.

Под возмущенные крики они, хохоча, выехали с парковки и, высоко подняв средние пальцы, умчались к шоссе.

***

Громкий вопль, донесшийся издалека, сбил концентрацию Райлана, и он опустил камеру, гадая, как далеко он зашел. Виды вокруг были, конечно, феноменальными, полосатые красно-белые скалы создавали яркий контраст с зеленью обрамлявших их подножья лесов.

Пейзажная фотография, впрочем, никогда не входила в круг его основных интересов, и он, решив, что сделал достаточно снимков, пошел обратно по скользким камням, обрамляющим бурное русло ручья Оак-Крик.

Скотт и Мин оказались сразу за поворотом. Он улыбнулся, увидев, что они, дурачась как дети, бредут по воде, брызгаясь и обходя камни. Они выглядели беспечными и счастливыми, их лица сияли, и Райлан сделал несколько снимков, радуясь, что хорошая камера позволяет запечатлеть дрожащую радугу из капель воды.

— Черт! — Мин, наконец, потерял равновесие и тяжело бухнулся в воду, по пояс оказавшись в ручье. Скотт склонился над ним, опершись о колени. Его хохот эхом отражался от скал.

— Скотти, помоги мне подняться, — потребовал Мин, вытянув руку, но Скотт отскочил.

— Ну уж нет. Чтобы ты затащил меня в воду? — Он опять издал громкий вопль и, как мельница, замолотил воздух руками, чтобы устоять на ногах.

— Я ушиб задницу, — сердито объявил Мин, — о чертов камень. Помоги мне встать.

Скотт подчинился и, рывком подняв его на ноги, приласкал его ягодицу, а потом отвесил ей смачный шлепок.

— Стало лучше?

Вместо ответа Мин плеснул ему прямо в лицо холодной водой, после чего издал торжествующий крик и принялся убегать. Скотт погнался за ним. Они шумно неслись по воде, а Райлан, стараясь сдерживать смех, снимал каждый момент.

Добравшись до больших плоских камней на берегу, они стянули футболки и повесили их на ветках растущих рядом деревьев, потом нашли освещенный солнцем участок и с громкими стонами наслаждения там разлеглись.

Когда Райлан дошел до них, они уже совершенно расслабились и дремали. Он встал над Скоттом — растрепанным, мокрым, с капельками воды, сверкающими на груди — и, не удержавшись, сделал несколько фотографий. Услышав жужжание камеры, Скотт приоткрыл глаза, сияющие, ярко-зеленые на контрасте с красным цветом камней.

— Привет. — Он не спеша потянулся, потом заложил руки за голову. — Нравится наша прогулка?

Райлан через силу сглотнул. Бицепсы на руках Скотта вздулись, сексуальный пушок подмышками притягивал взгляд. Его коричневые соски сморщились от прохлады, мокрые шорты облепляли сильные бедра, любовно подчеркивая выпирающий между ними бугор.

— Да. — Райлан откашлялся. — Очень. Приехать сюда было отличной идеей. Здесь так красиво.

Скотт поднял колено.

— Оак-Крик — мое самое любимое место во всем штате.

— Немного напоминает мне Гранд-каньон, — расслабленно пробормотал Мин.

— Оно второе по популярности среди туристов, — ответил Скотт. — Доказывает, что Аризона — штат, полный контрастов. Здесь есть пустыни, песчаные бури и удушающая жара, но стоит уехать на север, и ты попадаешь в край гор, где можно даже кататься на лыжах. И мне это нравится.

Райлан сел между Мином и Скоттом и скрестил ноги, касаясь коленями и того, и другого. Скотт переложил руку ему на бедро и большим пальцем стал выводить ленивые, вызывающие трепет круги.

— Я приезжаю сюда достаточно часто, но все равно помню день, когда увидел Оак-Крик в первый раз. Гранд-каньон — потрясающий, но это место… в нем есть нечто такое, что расслабляет меня, дарит мне ощущение… не знаю, покоя и мира.

— Это, наверное, из-за эффекта вихря, — произнес Мин и пошевелил пальцами, издав, словно призрак, долгое «у-у-у». Скотт показал ему средний палец, потом снова стал поглаживать ногу Райлана.

— Что за «эффект вихря»? — спросил Райлан хрипло, не отрывая взгляда от сонных глаз Скотта.

— Какая-то эзотерическая фигня, — зевая, ответил Мин. — Магические шары, дзен, просветление и все такое.

Скотт повернул к нему голову.

— Скорее духовная и метафизическая энергия. Вся эта местность — словно ее проводник. — По его телу пронеслась легкая дрожь. — В некоторых местах она почти физически ощутима.

Заинтригованный Райлан осторожно отложил камеру в сторону и лег на бок — к Скотту лицом, к Мину спиной. Потом подпер голову локтем.

— Серьезно? Ты правда чувствовал здесь просветление?

— Да, много раз, — кивнул Скотт, сузив глаза, когда Мин, чтобы видеть его, тоже улегся на бок и положил руку на талию Райлана.

— Ты никогда не рассказывал. — Мин поставил подбородок Райлану на предплечье. — На что это похоже?

Скотт поднял лицо к небу и на минуту умолк.

— Больше всего на… на покалывание у основания шеи и между лопаток.

— О-о, звучит немного пугающе. — Мин, словно желая спрятаться, зарылся лицом Райлану в шею, и его ладонь как бы случайно проникла ему под футболку и легла на голый живот. Райлан закусил губу, по его коже побежали мурашки.

— Ничего страшного в этом нет, — возразил Скотт. Его голос звучал мечтательно, тихо, колено лениво покачивалось. — Это умиротворяющее, спокойное чувство. Ты словно входишь в гармонию с высшими силами или еще чем-то таким. Я даже не знаю, как описать этот опыт. Чтобы понять, его надо пережить самому.

— М-м-м-м… — Интерес Мина был явно притворным. Он уже не слушал, что говорил Скотт, а увлеченно тер носом у Райлана за ухом и водил по его шее губами. Когда он всосал в рот его мочку, у Райлана вырвался вздох, и он закусил губу, потому что Скотт моментально перевел взгляд на них и понял, что происходит.

Райлан застыл. Но Скотт ничего не сказал, только лег к ним лицом и, накрыв щеку Райлана, пальцем обвел его губы. Райлан беспомощно их приоткрыл, и Скотт протолкнул палец внутрь, провел жесткой подушечкой вдоль его языка и резко вдохнул, когда Райлан куснул его, а потом стал нежно сосать.

— Боже. — Скотт смял его рот в поцелуе — жестком и влажном. Мин оттянул горловину его футболки и, уткнувшись в изгиб его шеи, легонько вонзился в мышцу зубами.

Райлан застонал. Зажатый между двух разгоряченных тел, он оказался беспомощен перед натиском ощущений. Просунув между ног Скотта колено, он, торжествуя, ощутил его твердую плоть, потом покружил бедром, массируя его яйца, и поймал его хриплый вскрик ртом.

Расстегнув шорты Райлана, Мин потянул молнию вниз, чтобы скользнуть рукой внутрь, но тут в их сладкий морок вторгся собачий лай…

— Черт! — Мин откатился от Райлана, сел и обхватил руками колени. — Кто-то идет.

— Твою мать, — тоже садясь, просипел Скотт. Райлан перекатился на спину и остался лежать в тумане прерванного возбуждения. Его шорты стояли колом, грудь бурно вздымалась. Скотт дотянулся до мокрой футболки, висевшей на ветке, и бросил холодную, мятую ткань ему на колени ровно в момент, когда стали видны фигуры туристов. Две их собаки, играя, пронеслись по ручью и стали отряхиваться, обдавая всех троих брызгами.

— Наш вариант холодного душа, — пробормотал Мин. Выдохнув, он свесил голову между коленями, и Скотт рассмеялся. Хриплый звук его смеха ничуть не помог успокоить эрекцию Райлана.

На тропу вышли две седовласые пары. Спортивные, с загорелой обветренной кожей, они умело работали походными палками.

— Привет! — крикнула им одна из пожилых женщин. — Отличный день для похода!

Скотт, Райлан и Мин помахали им, и вскоре четверо новоприбывших туристов уже сидели с ними рядом, жуя батончики мюсли и передавая друг другу бутылки с водой. Они разговорились, смеясь над выходками собак. Мин даже встал, чтобы найти палку, и стал с ними играть.

В какой-то момент разговора Скотт пересел ближе к Райлану и обнял его. Когда Мин оступился и опять плюхнулся в воду, он с притворным стыдом за него зарылся лицом Райлану в волосы, а отпустив, чмокнул в щеку.

Наслаждаясь возможностью открыто проявлять свои чувства, Райлан положил руку Скотту на ногу и прислонился к нему. В отличие от пожилых дам на парковке, эти две пары и бровью не повели и продолжили совершенно нормально с ними общаться, советуя, что посмотреть и чем заняться в Седоне.

— О, в Тлакепаке есть такое романтичное заведение, — сказала одна из женщин. — Если пойдете туда, сядьте снаружи. Мерцающие огни, вид на горы… ужинать там просто невероятно.

— А если вы празднуете какую-нибудь годовщину, — прибавила вторая женщина, — или у вас медовый месяц, то мариачи даже сыграют вам серенаду.

— Вы празднуете что-то особенное? — спросила первая женщина. Ее взгляд был открытым и дружелюбным.

Скотт покачал головой.

— Нет. Просто отдыхаем после нескольких напряженных недель. Решил вывезти его проветриться на уикенд. — Он снова поцеловал Райлана.

Оказалось, что и те, и другие супруги женаты более сорока лет, почти столько же дружат семьями и каждый год отправляются вместе в долгое путешествие.

— Скоро мы улетаем в Новую Зеландию, — сказала вторая женщина. — Две недели походов, рафтинга и вкусной еды. — Она усмехнулась. — Жду не дождусь!

Обе пары встали, подозвали свистом собак и помахали на прощание Мину, после чего пожелали Скотту и Райлану хорошо провести выходные и ушли дальше в лес.

— Какие приятные люди.

Повернув голову, Райлан прижался к плечу Скотта губами.

— Да. — Он тоскливо вздохнул. — Ты не хочешь когда-нибудь стать, как они? Путешествия в дальние страны, друзья на всю жизнь… как это было бы здорово.

Нежными пальцами Скотт приподнял его подбородок. Его поцелуй был мучительно ласков.

— Ты заслуживаешь всего этого и еще большего.

Он встал и поднял Райлана на ноги, потом наклонился за его камерой. Мин, вприпрыжку вернувшись к ним, коротко шлепнул Райлана по ягодице, сообщил, что ему страшно хочется есть, и убежал к стоянке для отдыха, где их ждал обед.

Райлан пошел было следом, но Скотт задержал его.

— Насчет того, что сделал Мин… Клянусь, я пригласил его не за этим. Он, если ты еще не заметил, довольно раскрепощенный, и если дать ему палец, отхватит руку по локоть. Я не хочу, чтобы ты чувствовал себя некомфортно или думал, будто я жду…

Райлан сверкнул своей самой порочной улыбкой.

— М-м… Ну, после своего последнего тройничка я вычищал кончу из ушей где-то неделю. — Его рассмешил шок на лице Скотта, и он, приподнявшись на цыпочки, чмокнул его. — Я больше не шестнадцатилетний девственник, Скотт, — напомнил он. — Я взрослый, и я люблю секс. Во всех его проявлениях. Если нечто подобное случится в этот уикенд… — он пожал плечами, — то я, например, готов получить от этого максимальное удовольствие.

Внезапно Скотт сморщился словно от боли.

— Я должен был стать твоим первым, — вырвалось у него, и он сжал кулаки. — Я хотел. И собирался. Господи, Рай…

Райлан взял его за плечо.

— Я знаю. Я тоже хотел, чтобы моим первым был ты. Больше всего.

Скотт закусил губу, и Райлан накрыл его щеку ладонью.

— Но этого не случилось, а то, что случилось, привело нас в этот момент. Мы можем или жить сожалениями о прошлом, или получать удовольствие от настоящего. Лично я выбираю второе.

— Будем следовать выбранному пути прямо с начала, — вытирая глаза, прошептал Скотт.

— Такова жизнь, — отозвался Райлан, и они грустно улыбнулись друг другу.

— Сучки, вы где?! — донесся из-за деревьев вопль Мина. — Я хочу есть!

Скотт со смешком взял Райлана за руку, переплелся с ним пальцами, и они, покачивая сцепленными руками, пошли к Мину.

Глава 7

— Твою ж в задницу мать! — долетело до Скотта восхищенное восклицание Мина, и он усмехнулся, чуть не споткнувшись на ступеньках крыльца.

— Насколько я понимаю, тебе здесь понравилось, — отозвался он, рассмеявшись, когда Мин, словно перевозбужденный щенок, выскочил на порог.

— Здесь нереально! Как ты нашел это место?

— Это дом одного моего друга. Он разрешает мне приезжать сюда, когда его нет.

— О-о. — Мин подтолкнул его локтем. — Завел себе в горах любовное гнездышко, да? — Он многозначительно подмигнул.

— Вообще-то, — Скотт прошел мимо него к двери, — я еще никого сюда не привозил.

— То есть хозяин не из такого рода друзей? — Мин явно не верил ему.

— Нет, не из такого.

В глазах Мина горело жгучее любопытство, и Скотт знал, что он не отстанет, пока не получит ответы.

— Год назад он купил мои вип-услуги, — неохотно признался он. — Но только затем, чтобы просто сходить со мной выпить. Просто… поговорить.

Мин обвел жестом окружающих их интерьер с его сводчатыми потолками, травертиновой плиткой и камином из камня.

— И теперь он пускает тебя в этот дом. Видимо, разговор получился насыщенным.

— Да. — Ничего больше Скотт рассказывать не собирался, но Мин, к счастью, уже успокоился. Его внимание переключилось на фотографии в серебряных рамках, которые были расставлены над камином.

— О боже, это что, он? — Мин схватил фотографию, на которой был снят красивый мужчина с черными волосами, подернутыми сединой. Он обнимал за плечи подростка, который выглядел точно, как он.

Ответом Скотта была тишина, и Мин пискнул.

— О-о, папочка, иди к своему мальчику… — Он прижал фото к груди, потом поставил на полку, отвлекшись на Райлана, который позвал его в патио посмотреть на джакузи.

Двинувшись следом, Скотт подхватил их вещи и поднялся на второй этаж. Сумку Мина он забросил в комнату для гостей, а вещи Райлана и свои унес в главную спальню. Сквозь французские окна, ведущие на балкон, проникал свет вечернего солнца, и Скотт, открыв их, вышел наружу и локтями оперся на перила.

Вздохнув, он оглядел идеальный пейзаж, который всегда умиротворял его. Всего в нескольких ярдах от них тек ручей, дубы перешептывались под порывами прохладного бриза. Солнце уже начинало садиться, и аризонское небо окрасилось в яркий розовый цвет.

Он улыбнулся, когда Райлан вышел к нему и издал тихий восторженный звук.

— Какой потрясающий дом.

Он встал у Райлана за спиной, обнял за талию, и они, приникнув друг к другу, стали смотреть на закат. Все это ощущалось таким естественным, правильным.

— Я время от времени приезжаю сюда. Просто чтобы побыть на природе, выспаться, перезарядить батарейки.

— Здесь волшебно. Спасибо, что привез сюда и меня.

— А где тут гребаный бар? — крикнул из коридора Мин, и Скотт печально вздохнул.

— Я уже начинаю жалеть, что позвал его с нами.

Райлан хмыкнул.

— Да, он небольшой любитель природы и дзена, угу? — Он приласкал его руки. — Но ради тебя он сделает все, так что я рад, что ты пригласил его. Вы сейчас не особенно много времени проводите вместе.

От его проницательности Скотта затопило тепло.

— Да, — согласился он. — А было ведь время, когда я старался не спускать с него глаз. Если я долго с ним не общаюсь, мне начинает становиться… тревожно. — Он сделал глубокий вдох, вспоминая пережитую недавно паническую атаку, но Райлан развернулся и не дал ему договорить.

— Я понимаю, и ты не обязан что-либо объяснять. Он для тебя важен, и это единственное, что мне нужно знать.

— Но Райлан, «общение» не значит секс, — настойчиво подчеркнул Скотт. — Когда мы… когда мы жили на улице, то да, нам случалось дарить друг другу комфорт. Это был способ почувствовать связь с другим человеческим существом. И, наверное, сохранить в себе человечность.

Райлан кивнул.

— Он упоминал о «клиентах», так что я знаю, на что вы с ним шли, чтобы выжить. — Его голос был ровным, нейтральным, а в глазах не было жалости и осуждения, которые так ненавидел Скотт. — Возможность не совершать торговую сделку, а заняться любовью…

— Мы могли продавать только наши тела. Ничего больше у нас не было.

— У вас была ваша дружба. — Райлан положил ладони ему на грудь и провел пальцами по ключицам. — Я никогда не стану ее обесценивать или вставать между вами.

— То же самое, Рай, он чувствует и насчет нас. Он шумный, раздражающий и навязчивый, но если мы попросим его, сразу отступит.

Райлан успокаивающе улыбнулся ему.

— Да, знаю. И я не настолько не уверен в себе, чтобы ревновать тебя к тем, с кем ты дружишь. Даже так близко.

Скотт вспомнил свою реакцию на чертова Криса и, внутренне морщась, поклялся преодолеть свою ревность. Он тронул Райлана за подбородок, шероховатый от вечерней щетины. Райлан поднял глаза, в них отражалось сияние закатного солнца, и Скотт склонился к его приоткрытым губам…

— Эй, вы будете пить или как? — донесся крик снизу. — У вас наверху ужасающе тихо, поэтому вы не можете заниматься разнузданным сексом — если только Скотти не растерял весь свой талант.

Райлан залился краской, и Скотт, рассмеявшись, коснулся его скулы.

— Твоя застенчивость восхитительно контрастирует с раскрепощенностью. Это так возбуждает.

Не устояв, он наклонился и прильнул к его рту — всего на мгновение, но прежде, чем они неохотно разжали объятья, его все равно успел опалить возбуждающий жар.

Они спустились вниз и, увидев Мина, который стоял в одних джинсах и кружевном белом фартуке перед духовкой, расхохотались. Мин подставил Райлану щеку для поцелуя, а на Скотта бросил проказливый взгляд.

— Я сделал кувшин «маргариты» и сейчас жарю овощи. Горячий папочка забил для нас холодильник.

Райлан приподнял бровь.

— Горячий папочка?

— Мой друг Джастин, хозяин этого дома, — объяснил Скотт. — Он всегда просит свою экономку оставлять основные продукты, когда я приезжаю сюда на уикенд.

— Ну, у нас был плотный обед, так что я решил сделать нам что-нибудь легкое, просто чтобы закусывать алкоголь. — Мин вручил им по бокалу «маргариты», после чего заглянул в сковородку, где жарились овощи, посыпанные пармезаном и спрыснутые оливковым маслом.

Ужиная, они разговаривали и смеялись, уровень алкоголя в кувшине становился все ниже и ниже, и спустя какое-то время Скотт обнаружил себя на большом диване в гостиной. Свет был приглушен. Вокруг вибрировала тихая эротичная музыка, а Мин учил Райлана танцевать реггетон.

— Котенок, делай вот так, и все парни будут твоими, — мурлыкал он. Его стройное, гибкое тело двигались непрерывной и плавной волной.

Райлан был хорошим танцором, но это движение у него получалось не очень. Мин нетерпеливо сдернул с него футболку и отшвырнул ее в сторону.

— Дай-ка я посмотрю, как у тебя работает корпус. — Он перешел Райлану за спину, встал вплотную к нему и расправил ладони на его животе. — Вот так.

Вскоре их тела стали покачиваться в идеальном тандеме, и от этого зрелища у Скотта в паху растекся жидкий огонь. Он пожирал их глазами, наблюдая за тем, как Райлан самозабвенно откидывал на плечо Мина голову, и любуясь контрастом их кожи — смуглой и светлой.

Когда они приноровились друг к другу, танец стал еще более эротичным, и в воздухе заискрилось чувственное напряжение. Мин прошелся по груди Райлана, которая уже блестела от пота, расправленными ладонями.

— Вот так, — ворковал он, вновь опуская кончики пальцев на его бедра, ритмично вращающиеся под глухие удары басов. — Ты такой сексуальный.

Паря на волнах возбуждения, Скотт прижал к члену запястье, но успокоить эрекцию не удалось. Райлан потянулся за голову и обнял Мина за шею, потом выгнулся, когда тот дразняще просунул пальцы за край его джинсов с низкой посадкой.

Их тела в полумраке казались нечеткими силуэтами. Мин развернул Райлана и прижал к ближайшей стене, запустил в его волосы пальцы и, вынудив запрокинуть лицо, провел по его горлу полуоткрытым ртом. Его язык выглянул на мгновение, чтобы слизнуть капельку пота из ямки между ключиц.

От протяжного стона Райлана яйца Скотта поджались, и он, чтобы облегчить свое состояние, расстегнул джинсы. Мин уже опускался перед Райланом на колени, осыпая легкими поцелуями его грудь и живот, играя проворными пальцами с молнией его джинсов.

Скотт выбрался из глубин дивана и подошел к ним. Его член, полностью вставший, торчал из раскрытой ширинки штанов. Он положил ладонь Мину на голову, и Мин оглянулся. Взгляд его черных глаз был затуманен желанием.

Скотт поднял его на ноги, страстно поцеловал и прошептал ему в губы:

— Осторожней, окей?

Мин пробежался ладонями по его спине и за футболку притянул его ближе.

— Я знаю, что он твой малыш, Скотти, — промолвил он ласково. — Просто вы оба настолько прекрасны, что мне захотелось помочь тебе сделать ему хорошо, вот и все. Ты доверяешь мне?

Райлан неотрывно смотрел на них. Его взгляд горел вожделением, поэтому Скотт обхватил затылок Мина ладонью и грубо, взасос поцеловал его, упиваясь его ответной реакцией — такой родной и знакомой — и теплом, которое он всегда чувствовал с ним.

Прервав поцелуй, Мин снова встал перед Райланом на колени и, лаская губами каждый дюйм открывавшейся кожи, расстегнул его джинсы.

— Ох, — выдохнул он, когда член Райлана выпрыгнул на свободу. Сев на пятки, Мин взял его в руку и несколько раз провел вверх и вниз, отчего на головке проступила жемчужно-белая капля. Он облизнулся.

— На вкус он так же роскошен, как и на вид? — Мин поднял глаза на Скотта, затем, словно ища финального одобрения, перевел взгляд на Райлана. Дрожащей рукой Райлан приласкал его волосы, и у него вырвался тихий умоляющий всхлип.

Скотт, хрипло хмыкнув, плечом прислонился к стене.

— Может, выяснишь сам?

Мин улыбнулся им чувственной, порочной улыбкой, а потом взял Райлана в рот.

— Боже, — простонал Райлан, извиваясь под напором его языка.

Когда Мин отстранился, от головки до его полной нижней губы растянулась дрожащая нитка слюны. Скотт зарычал. Подцепил скользкую влагу, сжал член Райлана в кулаке и принялся медленно, плавно ласкать.

— Это так горячо, — шептал Мин, вновь и вновь наклоняясь и, когда из сомкнутых пальцев Скотта показывалась налитая головка, касаясь ее языком.

Вскоре Райлан нетерпеливо заерзал, требуя большего, и оттолкнул руку Скотта.

— Ты готов к тому, чтобы я оттрахал этот твой сладкий рот? — взяв Мина за волосы, процедил он. — А то я хочу, чтобы ты принял меня целиком.

Постанывая от удовольствия, Мин без труда заглотил его до конца. Скотт неотрывно смотрел на них. Его ладонь покоилась у Райлана на животе, и он чувствовал, как сокращаются с каждым сильным толчком его мышцы.

— Вот так. — Скотт обвел языком раковину его уха. — Ты сейчас так охерительно сексуален.

Мин, выкладываясь наполную, умело обрабатывал его член, а Скотт целовал его, ласкал его яйца, трогал соски. Вскоре Райлан чуть ли не всхлипывал от желания кончить. Скотт снял футболку и передал ее Мину.

— Кончи для нас, — прошептал он Райлану в щеку. — Дай нам услышать, насколько тебе приятно, малыш.

Райлан застонал в полный голос. Его затрясло, голова откинулась к стенке, а когда он застыл, Мин вытащил его изо рта, и он бурно кончил под его воркование в подставленную футболку.

Скотт обнял его. Задыхаясь, Райлан обмяк, привалился к нему.

— Боже, вы двое чуть меня не убили, — пробормотал он, зарывшись в грудь Скотта лицом. Мин встал, бросил футболку на пол, потом поцеловал Райлана в шею, отчего он затрепетал.

— Просто ты самая сексуальная штучка на свете. — Пальцы Мина прошлись по его руке, потом по груди Скотта и, словно танцуя, добрались до ширинки его обвисших штанов, откуда торчал его напряженный, подрагивающий от возбуждения член. Мин дразняще стиснул его, и у Скотта перехватило дыхание. — А теперь давайте переместимся в какое-нибудь более удобное место и позаботимся вот об этом, угу?

Райлан посмотрел вниз, потом вверх, Скотту в глаза, и в его взгляде вспыхнули порочные огоньки.

— О, ну вот ты и попался, малыш.

***

Приподнявшись на локте, Райлан провел по вздымающейся груди Скотта ладонью и запустил пальцы в шелковистые черные волосы Мина.

Мин поднял голову и подмигнул ему.

— Думаешь, с него хватит?

Скотт, комкая в кулаках простыни, застонал, и Райлан сжал между зубов его напряженный сосок, защелкал по нему языком, а Мин вновь принялся обрабатывать его член.

— Пожалуйста, — высоко выгнувшись, выдохнул Скотт. — Райлан, прошу тебя.

Райлан проложил дорожку из поцелуев до его уха, прикусил на миг мочку.

— Скажи, что ты хочешь?

Скотт просяще повернул голову, и Райлан поцеловал его, кусая губы, засасывая язык. Скотт вырвался, в его зеленых глазах горел дикий огонь.

— Я хочу взять тебя, — проскрежетал он. — Оказаться внутри тебя. Прямо сейчас.

Райлан нащупал презервативы, которые Скотт достал из своей сумки, когда они все перебрались в спальню, и один бросил Мину.

— Подготовь его для меня. — Под его жадным взглядом Мин не спеша надел на Скотта презерватив, смазал его и, напоследок еще раз зарывшись в его яйца лицом, откатился на другую половину кровати.

Райлан уселся на Скотта верхом. Потянулся за спину, чтобы взяться за его плоть, но Скотт неожиданно выпрямился и бесцеремонно перевернул его на живот, а потом дернул за бедра.

— Плечи вниз, задницу вверх, — приказал он и, когда Райлан со стоном расставил колени, пару раз жестко шлепнул его.

— О-о, мы довели его до предела. Это будет феноменально. Наслаждайся, котенок. — Мин слез с постели и скрылся за дверью ровно в момент, когда Скотт широко раздвинул ягодицы Райлана и провел языком от его яиц до спины.

— Боже! — Райлан вцепился в матрас, пытаясь за что-нибудь удержаться под натиском острого наслаждения, захлестнувшего его тело, когда Скотт вонзился в него языком.

— Откройся мне, Рай, — прошептал Скотт, порочно вылизывая его. — Покажи, что ты меня хочешь.

Райлан сделал глубокий вдох и постарался максимально расслабиться, а когда его плоть поддалась, услышал довольное рычание Скотта. Левую ягодицу обжег последний шлепок, Скотт отстранился, и Райлан, почувствовав давление скользкой головки, вновь застонал.

— Хочешь, чтобы я тебя трахнул? Чтобы засадил в тебя это? — Скотт с напором толкнулся в него.

— О боже, пожалуйста, да. — Райлан шире раздвинул колени и выпятил задницу, упиваясь глухим долгим стоном, которым отреагировал на это зрелище Скотт. — Возьми меня.

Его талию стиснули твердые пальцы, и Райлан сосредоточился на дыхании. Скотт медленно вдавливался в него — растягивая, обжигая.

— Господи, какой ты большой, — выдохнул Райлан. Стремясь облегчить проникновение, он выгнул спину, покрепче уперся в матрас, и Скотт, издав чувственный хриплый смешок, резким толчком проскользнул еще глубже внутрь, а потом, шумно дыша, завращал бедрами.

Райлан застонал. Вывернул шею, требуя поцелуя, и контраст сладкой боли внутри с горячими, влажными прикосновениями губ вырвал из его груди всхлип. Скотт продолжал медленно вторгаться в него, пока не вошел до конца, пока косточки его бедер не вжались в его ягодицы.

Прервав поцелуй, Райлан приник плечами к кровати. Скотт понял намек. Подался назад и вновь вонзился в него, одновременно дернув за бедра к себе.

Их покрытые потом тела влажно шлепались друг о друга, кровать порочно скрипела. Скотт быстро и жестко трахал его, от усердия глухо рыча, и в конце концов Райлан, издав беспомощный вскрик, закусил простыню, зашептал бесконечное «да-да-да-да». Неожиданно Скотт резко остановился. Райлан разлепил тяжелые веки, вопросительно поднял лицо, и Скотт всем телом лег на него, вжимая в матрас.

Медленно-медленно Скотт провел по его предплечьям руками. Добравшись до стиснутых кулаков, заставил разжать их, а потом сплел вместе их пальцы. Его губы мазнули Райлана по щеке и поднялись к уху.

— Ты так бесконечно прекрасен.

Его шепот, звук на грани дыхания, был еле слышен. Райлан закрыл глаза, и Скотт снова задвигался, подчеркивая долгие, размеренные толчки медленным вращением бедер. Райлан расслабился на мягкой постели, чуть повернувшись, чтобы их губы соприкасались. Они зашептали друг другу нежные неразборчивые слова, наслаждение все нарастало, и наконец он с тихим вскриком излился на простыни.

Из горла Скотта вырвался низкий стон. Он застыл, опаляя неровным дыханием его щеку, и Райлан почувствовал, как глубоко внутри его тела запульсировал его член. Скотт обнял его, подсунув руки под плечи, зарылся в шею лицом и держал его так, пока они оба не перестали дрожать. Потом, перекатившись на спину, снял презерватив, завернул его в пачку салфеток из коробки на тумбочке и бросил все это на пол, а Райлан отодвинулся от мокрого пятна на простыне и со вздохом устроился у него на груди.

— Это было здорово.

— Да. — Голос Скотта был удовлетворенным, невнятным. — Что самое лучшее, Мин возбудил нас, а после ушел.

Райлан усмехнулся.

— Ну-у, я был бы не прочь чуть-чуть с ним потискаться.

— Говори за себя. Лично я хочу спать, а эта трещотка не понимает, когда надо заткнуться, — пошутил Скотт. Они тихо рассмеялись, а потом впали в молчание.

Через минуту Райлан приподнял лицо и легонько коснулся его колючей от щетины щеки.

— Мин рассказал, как вы познакомились.

Скотт на секунду напрягся, потом снова расслабился и заложил руку за голову.

— А он рассказал, что я таскался за ним, как потерявшаяся собачонка? Мне было до ужаса страшно, а он знал об улицах все: куда не ходить, с какими клиентами лучше не связываться.

Райлан лениво погладил его покрытую испариной грудь. Дразняще задел пальцем сосок и, когда у Скотта перехватило дыхание, закусил, скрывая улыбку, губу.

— Если не перестанешь, я снова тебя захочу, — прорычал Скотт, дотянулся до его задницы и коротко сжал ее.

— М-м… — Райлан зарылся носом ему в подмышку и глубоко вдохнул возбуждающий мускусный аромат. — Ну, по его словам, ты тоже делал немало. — Он проложил по бицепсу Скотта серию крохотных поцелуев.

Скотт содрогнулся и в то же время самоуничижительно фыркнул.

— Да ни черта я не делал. Только использовал свою внешность — как и всегда. Неважно, что это, как бонус, чуть упрощало жизнь тем, кому ничего не доставалось легко.

— И почему же это не заслуживает уважения? — спросил Райлан. — Ты использовал свои преимущества, чтобы помогать не только себе, но и другим.

Лицо Скотта окаменело. Он оттолкнул Райлана, сел и обхватил руками колени.

— А еще я каждый день продавал себя.

— И?

Скотт уставился на него.

— В смысле «и»? Я был шлюхой! С момента, как сбежал с Джоэлом, и до дня, когда Кори выдал мне мой первый чек.

Райлан выдержал его взгляд.

— Так расскажи мне об этом.

Губы Скотта беззвучно зашевелились, а потом он в отвращении вскинул руки.

— Нечего тут рассказывать, Рай. — Его голос сочился горьким сарказмом. — Я занимался сексом за деньги.

— Это я понял. Что случилось после того, как Джоэл оставил тебя на заправке?

Скотт встал с постели и, сцепив пальцы за головой, заходил перед ним.

— Блядь, я не понимаю, зачем вообще говорить об этом сейчас! — Его голос был злым, а движения резкими и раздраженными. — Я хотел просто лечь спать!

Райлан не шевельнулся, не стал возражать, только зажал дрожащие руки между коленок. Он действовал чисто интуитивно. В нем вдруг возникла уверенность, что настал тот момент, когда можно еще раз попробовать выпустить из души Скотта разъедающий ее яд.

Он безмолвно сидел, не мешая ему бороться со старыми призраками. Наконец Скотт резко выдохнул, подошел к окну и, опершись о подоконник, уставился на свое отражение.

— После того, как Джоэл уехал, я простоял там как минимум полчаса. Ждал, мать его, когда он вернется. — Последнее слово было сказано шепотом. Он стукнул кулаком по стеклу и прислонил к нему лоб.

— Но он не вернулся. — Голос Райлана был столь же тих. — Так что же ты сделал?

— Пошел в кафе, сел за стойку и заказал самое дешевое, что было в меню. Никогда не забуду, что это было. Дешевый томатный суп. — Его спина напряглась, мышцы на руках вздулись.

Райлан поднялся с кровати, чтобы встать у него за спиной, но Скотт глухо предупредил:

— Не смей сейчас ко мне прикасаться.

Райлан замер. Потом отступил, но только на шаг.

— Не буду, — пообещал он. — Просто расскажи, что было дальше. Пожалуйста.

— Я ел свой суп, пытаясь перестать дрожать. Не получалось. — Его голос был раненым, хриплым, и сердце Райлана сжалось. Как же, наверное, ему было страшно. — Слушал, как дальнобои болтают о своих маршрутах, о грузах. Потом кое-что вспомнил.

Он отошел от окна и вновь зашагал из угла в угол.

— Я начал обходить всех вокруг и спрашивать, не знает ли кто-нибудь дальнобойщика Боба Махоуни. — Он скривил рот. — Как будто кто-то из тысяч… из миллионов людей, проезжающих через то чертово место, мог знать человека из нашего долбанного городка.

Райлан осторожно опустился на край кровати и стал просто слушать.

— Сюрприз: никто не вспомнил его. Я вышел на улицу и уставился на телефонную будку в дальнем конце. Снова и снова я прокручивал в голове цифры нашего номера, но даже не смог заставить себя взяться за трубку. Я не мог этого сделать. Я не мог позвонить… ей и признать, кто я такой. Тупое ничтожество. Лузер.

— Ты не был лузером, Скотт, ты был ребенком!

Скотт презрительно усмехнулся.

— Только не для нее. Для Хизер я всегда был, есть и останусь лузером, Рай. — Он резко сел. — Хотя нет, даже не так. Для нее я никто. Просто никто.

Райлан хотел было тронуть его за плечо, но Скотт отодвинулся и тряхнул головой, словно прочищая ее.

— Короче, — сказал он отрывисто, — что было дальше. Пока я бродил по парковке, к водителям подходили девчонки и предлагали «коммерческое общение». Чаще всего их отшивали, но иногда приглашали забраться в кабину, и девушки вылезали оттуда с деньгами.

Райлан кивнул, но продолжил молчать.

— Я знал, что если предложу нечто подобное напрямую, то мне вышибут зубы. Заходить надо было издалека. На этих станциях отдыха есть раздевалки и душевые, поэтому я взял свои последние деньги и купил несколько билетов на вход.

Скотт вернулся к окну и лбом прижался к стеклу. Его взгляд устремился вдаль.

— Я проторчал там не один час. То заходил в душ, то, показывая товар, разгуливал голый по раздевалке. И в итоге заметил, что на меня тайком пялится один жирный тип. — Он фыркнул. — Господи, он не мог оторвать от моей задницы взгляд. Поэтому я вышел за ним на парковку, залез к нему в фуру и в обмен на двадцатку разрешил себя трахнуть.

Райлан предчувствовал такую концовку, но когда Скотт сказал это вслух, его все равно прорезала острая боль. Он сморгнул слезы. Если б только ты позвонил…

Скотт даже не посмотрел на него.

— Я проделывал этот трюк несколько дней. Сидел в душевой, цеплял тех, кто выказывал интерес. Я был осторожен и трахался только в машинах, но в конечном итоге менеджер все же просек, чем я там промышлял, и пригрозил вызвать копов.

Райлан выпрямился и тыльной стороной руки вытер слезы.

— Как ты попал в Финикс? — К его гордости он сумел сохранить голос ровным.

— Если коротко, то с помощью следующего мужика. Я дождался, пока отсосу ему, и он станет расслабленным и довольным, а потом попросил довезти меня до того места, куда он ехал сам. — Сжав губы, Скотт дернул плечом. — Этим местом был Финикс.

— А как ты познакомился с Кори?

Скотт издал бесцветный смешок.

— О, совершенно случайно. — Язык его тела запрещал приближаться, но он, к радости Райлана, снова присел на кровать. — Мы с Мином любили ходить в одно место, где помогали бездомным. Там раздавали бесплатные презервативы, не задавали вопросов и не грузили рассказами про Христа. И иногда вывешивали объявления о подработке. Однажды туда пришел один тип и сказал, что ему нужен живой указатель для нового маникюрного спа, который должен был скоро открыться.

— Живой указатель?

Скотт взглянул на него.

— Ну, ты же, наверное, видел людей, которые стоят с рекламным плакатом и зазывают народ в новое место?

Райлан помотал головой, и Скотт нетерпеливо выдохнул.

— Ладно, неважно. Он предлагал оплату наличными, и я согласился. Работа заключалась в том, чтобы стоять на углу с большим указателем, рекламирующим салон. По утрам тот чувак покупал мне огромную бутылку воды и выдавал дешевый МР3-плеер, чтобы я мог слушать музыку. Он говорил, что людям нравится, когда живой указатель слегка пританцовывает — типа, это привлекает больше внимания к бизнесу.

— Сколько ты этим прозанимался?

— Пару недель. Работа была довольно паршивой. Меня посылали, швырялись всякой фигней из машин. Но каждый вечер хозяин платил мне наличными — тридцать баксов за шесть часов. Мне не приходилось сосать ничьи члены, поэтому я особо не жаловался. — Он усмехнулся. — Однажды утром я нечаянно облился водой, сказал «к черту» и снял футболку, чтобы она высохла, пока я работал.

— Представляю, каким впечатляющим было это зрелище.

— О да. Я не придал этому никакого значения, но потом ко мне подошел владелец салона, чтобы узнать, почему женщины заходят к нему и спрашивают, будут ли им обрабатывать ногти такие же горячие полуголые парни. Ну, как в парикмахерских для мужчин, где их стригут девчонки в бикини. Он сказал, что это крутая идея и что он воплотит ее в жизнь.

— Ого.

— Сейчас это самый популярный маникюрный салон в том районе, и хозяин, насколько я слышал, планирует открыть и второй. — Он нетерпеливо тряхнул головой. — Но суть не в этом. А в том, что однажды по той улице ехал Кори. Он увидел, как я, полуголый, отплясываю, как идиот, притормозил и нанял меня, чтобы я занимался всем тем же самым перед его новым гей-баром. Я танцевал в одних гребаных плавках, к нему повалили клиенты, и в итоге он взял меня на зарплату — вместо того, чтобы платить по часам. По моему предложению он нанял Мина официантом, тот подружился с одной из драг-куин, которая взяла его под крыло, и вскоре родилась Тина Тиз. — Он пожал плечами. — Ну а что было дальше, ты знаешь.

— О Скотт, я так впечатлен тем, как ты… — Райлан положил руку ему на плечо и сразу отдернул ее, потому что наткнулся на его презрительный взгляд.

— Райлан, не надо. Нахер этот твой снисходительный тон. — Он встал, выдернул из сумки футболку и пару спортивных штанов и оделся. — Я просто шлюха, и все. Такой же, как моя мать.

Он сунул ноги в кроссовки и пошел к двери.

— Скотт.

Скотт остановился, но не обернулся, и Райлан тихо сказал:

— Когда я смотрю на тебя, то вижу борца, а не шлюху.

Скотт был спиной к нему, но Райлан увидел, как он напряг плечи, а руки сжал в кулаки, после чего, не сказав больше ни слова, ушел.

Райлан спрятал в ладонях лицо и перестал сдерживать слезы.

Глава 8

Кровать мягко прогнулась, и Райлан, сразу проснувшись, перевернулся на спину.

— Скотт… — начал он, но затем увидел, что перед ним Мин, и его голос разочарованно оборвался.

Губы Мина дрогнули.

— Ох, зайчик. Видел бы ты свое лицо, — сказал он с притворной печалью. — Я еще никогда не чувствовал себя таким нежеланным.

Райлан, прося прощения, коснулся его щеки.

— Извини, — пробормотал он. — Вчера Скотт ушел и не вернулся.

Мин лег с ним рядом.

— Он внизу, малыш. Спит на диване. — Он озабоченно сдвинул брови. — Мне вчера было слышно, как вы ругались. Вы поссорились… из-за того, что случилось?

— В смысле, из-за нас троих? Нет! — воскликнул Райлан. — Это было волшебно. Мы говорили совсем о другом.

Мин с облегчением выдохнул.

— Слава богу. Я не хочу вставать между вами.

Райлан сел и откинулся на подушки.

— Вчера мы все были на одной волне, Мин. Не беспокойся. — Он вздохнул. — Если коротко, то я вынудил его рассказать о кое-каких болезненных вещах и в итоге переборщил.

Мин улыбнулся — грустно и понимающе.

— Разговорил его, когда он был расслаблен и уязвим? Молодец.

— Не молодец, а дурак. — Райлан потер лицо. — Мин, я хочу, чтобы он доверял мне, а не…

— Котенок, я видел не раз, что когда дело касается Скотта, то чутье тебя не подводит. Доверяй себе, а с ним будь терпелив. И не волнуйся.

Райлан пожал его пальцы.

— Я стараюсь. Но сказать проще, чем сделать.

— Аминь.

Подмигнув ему, Мин поднялся с постели и ушел к себе в спальню. Райлан еще какое-то время лежал, пока с первого этажа не донесся слабый аромат кофе. Тогда он встал, натянул штаны и пошлепал на кухню.

Там у кофейника стоял Скотт — лохматый, в помятой одежде. Он явно не раздевался перед тем, как лечь спать.

— Привет, — сказал он. Его тон был вежливым и нейтральным. — Хочешь кофе?

Райлан кивнул, и Скотт передал ему полную кружку, а себе достал новую.

— Что у тебя запланировано на сегодня? — Райлан уселся за стойку и с наслаждением сделал глоток горячего кофе.

— Думал сходить прогуляться. — Скотт очистил банан, осторожно откусил от него и, слегка морщась, начал жевать.

— Болит челюсть?

— Я в норме, — отрезал он, и Райлан приказал себе не реагировать.

Ему хотелось спросить, можно ли и ему сходить с ним на прогулку, но он боялся услышать «нет». Терпение. Ты разбередил его старые раны и теперь должен дождаться, когда они заживут.

— Кстати, тебя ждет сюрприз, — сказал Скотт, и Райлан воспрял. — Думаю, он тебе очень понравится.

— Конечно, понравится, — мягко ответил Райлан.

Он начал вставать, собираясь подойти к нему и обнять — хотел он того или нет, — но тут зашел Мин. И Райлан, не веря своим глазам, увидел, как Скотт обхватил его талию и страстно поцеловал.

— Ч-что… — пролепетал Мин — отвечая на поцелуй, но все же пытаясь вывернуться.

— Доброе утро, — пробормотал Скотт, отпустив его.

Мин, покосившись на Райлана, сделал большие глаза. Похоже, сегодня Скотт был в настроении поиграть в какие-то странные игры.

Выдохнув, Райлан приказал себе не обижаться и отхлебнул кофе.

— Скотт, если ты собрался гулять, то я тоже был бы…

Ему не дал договорить хруст гравия под чьими-то шинами на дорожке снаружи. Посмотрев за окно, Райлан увидел небольшой джип, и в следующую секунду у него отвалилась челюсть, потому что из джипа выбрался… Крис.

Соскочив с табурета, Райлан подлетел к Скотту и схватил его за руку.

— Что это значит? — прошипел он.

Скотт стряхнул его руку.

— Вчера я позвонил в клуб, — без выражения произнес он. — Спросил Бобби, там ли он, и попросил позвать к телефону. И пригласил сюда.

— Но бога ради, зачем?

Глаза Скотта были непроницаемы, но вокруг его рта залегла знакомая белизна.

— Чувствовал себя виноватым за то, что в ту ночь отпугнул его. Ты говорил, что он был готов перевести вашу дружбу на следующий уровень, и тут я эгоистично увожу тебя в эту неинтересную, бессмысленную поездку… — Он сделал попытку улыбнуться. — Ну и вот. — Не преуспел и пробурчал: — Схожу в душ.

Скотт вышел, и Мин, весь красный от ярости, хотел было догнать его, но Райлан поймал его за руку.

— Не надо.

Мин вывернулся.

— Чертов дурак. Я сейчас вправлю этому психу мозги…

— Нет. Оставь все, как есть, — сказал Райлан устало, глядя, как Крис достает из багажника дорожную сумку и камеру. — Просто меня дико бесит, что он втянул в это Криса. Он этого не заслуживает.

— Но серьезно, что за херню он творит?

— Оставь все, как есть, — тихо повторил Райлан. — Ему больно, и он пытается показать, будто знает, что для меня лучше всего. А это в его представлении — что угодно, но только не он.

— Но что ты будешь делать? В смысле, с Крисом. Если этому идиоту придется смотреть на вас целый уикенд, то это пойдет ему только на пользу!

— Хоть я и страшно злюсь на него, но я не стану использовать Криса, чтобы заставить его ревновать. — Райлан взялся за волосы. — Черт бы его побрал. — Он глубоко вдохнул через нос. — Побудешь с Крисом вместо меня? Мне надо чуть-чуть успокоиться.

Мин поцеловал его в щеку.

— Конечно, малыш. Иди передохни. Возле террасы есть маленький кабинет. А я развлеку Криса здесь.

Крис уже шел к входной двери, поэтому Райлан бросился в коридор и проскользнул в кабинет, а там закрыл за собой раздвижные двери и опустился в кожаное кресло, стоявшее за широким рабочим столом.

Господи, Скотт! Райлан чуть не стукнул по блестящей столешнице кулаком. Ну когда ты начнешь мне доверять? И, что важнее, когда ты поверишь в себя?

Он откинулся на спинку кресла, сделал несколько вдохов, и его ярость медленно рассосалась.

Если б Скотт только мог увидеть себя его глазами… сильным, находчивым, смелым. Окажись Райлан брошенным черт знает где, он расплакался бы, как малыш. Позвонил бы на «горячую линию», вызвал бы копов… вызвал отца.

Он судорожно вздохнул. В том-то и суть. Отец бы примчался на помощь или прислал кого-то еще, он бы обнял его, поцеловал, пролил несколько слез и, наверное, до ужаса рассердился, но все равно, Райлан бы знал, что отец любит его и бесконечно рад, что он жив и здоров. Но что, если бы на том конце провода его ждали только оскорбления и насмешки — в момент, когда ему и без того было страшно и тяжело?

О, Скотт.

Райлан уткнулся лбом в руки. С какой стати Скотт должен был доверять ему или Бобу, если до их появления он за всю свою жизнь не мог доверять никому? Обнаружив себя в кошмарной, немыслимой ситуации, он сделал то, что делал всегда — справился с ней. Неприятным, опасным, пугающим способом. Но справился. И благодаря этому выжил.

Из коридора донеслись голоса — Мин показывал Крису дом. Райлан знал, что затеял Скотт: он решил свести их отношения до ничего не значащего секса по дружбе, столкнуть его с Крисом и подождать, когда Райлан в отместку прыгнет к Крису в постель.

И вот тогда Скотт сможет уйти — пострадавшим, но с незатронутым самолюбием. В конце концов, злость жалит слабее, чем грусть, разве нет? Злость была знакомой и безопасной эмоцией. А вот ситуаций, когда тебя могут бросить или отвергнуть, следовало любой ценой избегать.

Нахер. Райлан не собирался играть в эту игру. Он встал, раздвинул двери и, сделав глубокий вдох, вышел на кухню, где Крис и Мин о чем-то болтали.

— Привет, Рай.

Когда Райлан увидел, какой радостью вспыхнул взгляд Криса при виде него, его решимость слегка пошатнулась. С Крисом было легко. Ненапряжно. У них были общие интересы и множество тем для разговоров. Крис умел его рассмешить, и между ними пульсировала приятная химия, от которой его кожа начинала звенеть. Как здорово было бы просто…

Райлан шагнул в его распахнутые объятья, и Крис крепко сжал его.

— Я так обрадовался, когда Скотт сказал, что ты хочешь, чтобы я приехал сюда на уикенд. Я думал, вы с ним… ладно, неважно. — Он наклонился, чтобы поцеловать Райлана в щеку, и в этот самый момент на кухню зашел Скотт.

— Крис, как хорошо, что ты смог приехать! — уж слишком сердечно произнес он, выступая вперед, чтобы пожать ему руку.

— Спасибо за приглашение, Скотт. Мне было очень приятно.

— Ерунда. Я подумал, что с нами Райлану будет до смерти скучно. — Скотт притянул Мина к своему боку, не обращая внимания на его гневный взгляд в ответ на эту вопиющую ложь. — Этот вот не особенно любит бродить по горам, ну а я равнодушен к фото.

Крис был явно доволен.

— Рай, ты об этом не знаешь, но я большой поклонник истории. Я столько читал о здешних индейских руинах и буду рад осмотреть их с тобой. — Он повернулся к Скотту. — Еще раз спасибо, что пригласил сюда и меня.

— Да не за что. Ладно, я собирался сходить на пробежку. Попроси Райлана показать тебе дом… и выбрать спальню. — Он многозначительно подмигнул им и сразу поморщился, потому что Мин больно ткнул его в бок. Скотт с напускной веселостью повернулся к нему. — Не хочешь со мной? Чтобы ребята побыли наедине.

Мин закатил глаза.

— Ну уж нет. Эта девчонка поедет в город на шоппинг! — Он принял эффектную позу и подставил ладонь. — Ключи.

Скотт сердито указал подбородком на корзинку на столике у двери.

— Вон там. — Он хлопнул Криса по плечу и помахал Райлану. — Счастливо.

За ним захлопнулась дверь. На полминуты повисло молчание, потом Мин сказал:

— Что ж. Я пошел одеваться, потому что правда хотел съездить в Седону. Хотите со мной?

Райлан покачал головой.

— В другой раз, ладно? — промолвил он тихо. — Крис только с дороги, так что мы лучше съездим прогуляться к руинам. Может, немного поговорим.

Глаза Мина были полны понимания.

— Конечно. А я на обратном пути куплю стейки и овощи, чтобы устроить нам вечером гриль-вечеринку.

— Звучит здорово, — сказал Райлан искренне. — Крис? Стейки, вино и джакузи после прогулки — ты за?

— Безусловно. — Крис еще раз тепло поцеловал его в щеку. — М-м, жду не дождусь. — Он отпустил его и пошел к двери. — Только переобуюсь в другие ботинки. Сейчас вернусь.

Как только он вышел, Мин схватил Райлана за руку.

— Боже, какой мужчина, — прошипел он. — Симпатичный и без ума от тебя. Присмотрись к нему, дорогой. Тебя никто не осудит, если ты бросишь ради него одного высокого смурного ублюдка. — Он фыркнул. — Будет знать, как играть в свои идиотские игры.

Райлан тоскливо улыбнулся.

— Думаешь, я сам об этом не думал? Но есть одна маленькая проблема: так уж вышло, что я люблю этого смурного ублюдка.

Взгляд Мина смягчился.

— А он до безумия любит тебя, даже не сомневайся. Нам надо только заставить его это понять.

Райлан моргнул, потом выдавил:

— Если у тебя есть предложения, как это сделать, то я весь внимание.

Мин потрепал его по плечу.

— Мы что-нибудь придумаем. А пока иди и проведи время с Крисом. И бога ради, не спеши возвращаться. Скотти не помешает посидеть и подумать о том, что он сделал. Пусть немного помучается. По-моему, он это заслужил.

— Соглашусь. — Райлан шмыгнул носом. — Ладно, пойду одеваться. Скоро вернусь. — Он взбежал по лестнице на второй этаж, но зайдя в спальню, немедленно обнаружил, что Скотт перенес его вещи в одну из гостевых комнат дальше по коридору. Засранец.

Он натянул футболку и походные шорты, обулся в кроссовки, потом взял рюкзак с камерой и подобрал с кровати телефон. На экране всплыло несколько уведомлений — в том числе два из инстаграм-аккаунта «Спектра». Он открыл приложение и улыбнулся при виде Ди Лайт во всей ее яркой красе. Далее шла фотография Пита в узких леопардовых боксерах. Его мышцы блестели, натертые маслом.

Пит, конечно, шикарен, и все такое, но где @ScottyA? — интересовались в одном из комментариев ниже. Далее шли плачущие эмодзи и крик души: @ScottyA, мы соскучились! Когда ты вернешься?

Покачав головой, Райлан просмотрел предыдущие фотографии, загруженные в клубный аккаунт, и его внимание привлек красочный тизер и логотип MC₂.

Конкурс « MC ₂ ищет моделей», второй тур! Выкладывайте свои сексуальные снимки в нашем белье и получите шанс стать нашим новым Горячим Парнем! Не забудьте поставить тег # HBMS 2!

На тизере красовался победитель первого тура — широко улыбающийся качок. Движимый любопытством, Райлан нажал на хэштег и увидел множество фотографий — в основном банальнейших селфи у зеркала в нижнем белье MC₂.

Презрительно фыркнув, он хотел отшвырнуть телефон, но внезапно его осенила идея. Он зашел к себе в облако — в папку со вчерашними фотографиями, снятыми на ручье — и нашел ту, где Скотт лежал на скале. На его рельефной загорелой груди блестели капли воды, за ремнем мокрых шорт, низко сидевших на бедрах, виднелся легчайший намек на волосы на лобке… и пояс боксеров MC₂.

Глядя в камеру, Скотт озорно улыбался. На его скуле было пятнышко размазанной красной земли, влажные волосы растрепались, а в глазах сверкал смех. Он выглядел беззаботным, счастливым и настолько прекрасным, что у Райлана ускорился пульс.

Решив, что фотография идеальна, как есть, без всяких фильтров, Райлан загрузил ее в клубный аккаунт и написал: @ScottyA наслаждается выходными в белье @MCSquared! Поставив несколько тегов, включая необходимый #HBMS2, он нажал кнопку «отправить». Потом наконец бросил телефон на кровать, закинул рюкзак на плечо и пошел к Крису.

***

— У тебя потрясающее чувство композиции.

Крис стоял у него за плечом и рассматривал на экранчике камеры фотографии, которые он только что сделал.

— Спасибо, — польщенно произнес Райлан.

— Само построение кадра — окружающий девочку свет из трещин в скале, — и то, что ты дождался идеального выражения у нее на лице… это впечатляет.

— В смысле, для новичка? — усмехнулся Райлан, и Крис встал чуть ближе, так что его грудь задела его плечо.

— Нет. Для фотографа. Точка. — Его тон был серьезным. — В твоих работах есть нетипичная для твоего возраста зрелость, и исходя из того, что я видел, у тебя безукоризненное чутье.

Райлан зарделся от удовольствия, купаясь в нежном восхищении и тепле его глаз.

— Мне бы очень хотелось поработать с тобой, — продолжил Крис. — Ты больше не думал об Африке?

Они снова побрели по тропе, спускаясь к руинам жилищ индейцев синагуа, вырубленных на отвесах скалы. Шагая, Райлан вел пальцами по низкому каменному парапету, впитавшему в себя солнечный жар.

— Думал, — ответил он. — Но Крис, мои сбережения…

— Не беспокойся о деньгах. Или хотя бы не беспокойся так сильно. — Он улыбнулся. — Я подал заявку, чтобы ты стал официальным стажером журнала.

Райлан разинул рот.

— Сама позиция не оплачивается, но тебе покроют путевые расходы, а также затраты на проживание и перелет. Все непредвиденные расходы придется оплачивать самому, но…

Он умолк, когда Райлан взволнованно схватил его за руку.

— О боже! Серьезно?

Крис накрыл его пальцы и сжал.

— Серьезно. У тебя необыкновенный талант, и тебе не хватает лишь одной малости: опыта. Поверь, тебя ждет выдающаяся карьера.

У Райлана словно выросли за спиной крылья.

— Это… невероятно. Твое предложение, оно просто…

Всю прогулку по лесу он забрасывал Криса вопросами о его проектах, о его технике, о нюансах работы за рубежом, в странах, где иногда шел военный конфликт. В итоге они дошли почти до того самого места, где Райлан был с Мином и Скоттом вчера. Вспомнив, что именно они делали, он покраснел.

Как только они оказались возле ручья, Крис издал радостный возглас, снял носки и ботинки и побрел по воде.

— Боже, как хорошо. У руин было дьявольски жарко.

Оставив камеру на берегу, Райлан последовал его примеру. Когда он чуть не подскользнулся на камне, Крис протянул ему руку. Райлан принял ее, и они поддерживали друг друга, пока прохладные воды ручья остужали их уставшие, вспотевшие ноги. В конце концов они вернулись на берег и сели.

— Хочешь? — Крис протянул ему пластиковую бутылку, и Райлан сделал жадный глоток, закашлявшись, когда вода попала ему не в то горло.

Со смехом в глазах Крис смотрел, как он чертыхается и вытирает облитый водой подбородок. Потом, секунду поколебавшись, склонился к нему и прошептал:

— Упс, еще вот тут немного осталось. — И медленно провел большим пальцем по его нижней губе до уголка рта.

Райлан взглянул на него — на красивое, покрытое загаром лицо, на темные волосы, тронутые сединой, на морщинки в уголках серых глаз. Теплые шершавые пальцы скользнули по его шее и обхватили затылок.

— Я еще даже не поцеловал тебя, — прошептал Крис, овевая дыханием его губы, — а у меня уже трещит молния на штанах. О, Рай, что же ты со мной делаешь…

Райлан закрыл глаза. Поцелуй был нежным, просящим. Но потом Крис со стоном уложил его на спину, и его губы стали более жесткими, более требовательными, а язык глубоко вошел в его рот.

Крис прижался к его бедру, давая почувствовать, насколько он твердый.

— Я постоянно думаю о тебе, — хрипло проговорил он, — вспоминаю, как мы тогда танцевали, как я обнимал тебя…

Все внутри Райлана сжалось. Сожаление, нерешительность, чувство вины боролись в нем с возбуждением, бурлящим в крови. Да, о таком возлюбленном можно было только мечтать, и Райлан мог получить его прямо сейчас, но… но он не был Скоттом. Крис взял его за подбородок и жадно поцеловал, одновременно раздвигая его бедра коленом. Но когда он начал вклиниваться между них, Райлан остановил его.

— Нет, Крис. Не надо. Я не могу.

Крис замер. Затем сел и, сцепив пальцы за головой, глубоко втянул в себя воздух.

— Господи, Райлан, прости. Приставать к тебе на людной тропе, словно какой-то похотливый подросток… Я подожду, когда мы вернемся назад.

— Нет. — Он тоже сел и обнял колени. Его тело дрожало, губы припухли, щеки раскраснелись после щетины Криса. — Я не могу. В смысле вообще.

Крис пытливо всмотрелся в его лицо.

— Из-за Скотта, да?

Райлан не ответил, и он откашлялся.

— Я чувствовал напряжение между вами на кухне. И знал, что в его приглашении есть какой-то подвох. Но все же надеялся… — Он вздохнул.

— Извини, — пробормотал Райлан, и его заполонил стыд. — Я не хотел вводить тебя в заблуждение. С тобой весело и легко, и мне очень понравилась наша прогулка, но…

— Эй. — Крис повернулся к нему и обнял за плечи. — Я иногда забываю, насколько ты молод. Ты кажешься таким зрелым, но тебе всего… сколько? Двадцать три, двадцать четыре?

— Двадцать три.

— А мне сорок один, — сказал Крис с печальной улыбкой. — Мои привычки уже устоялись. Я знаю, что напираю чересчур сильно, но со своими вечными переездами с места на место я привык действовать быстро и сразу показывать, чего я хочу. — Он самоуничижительно хмыкнул. — Секс со стажером… я выставил себя мерзким похотливым старикашкой.

Райлан фыркнул.

— Ну уж не строй из себя старика. Ты до безумия сексуальный, и не будь я… не будь я влюблен в… в одного упрямого идиота, то с радостью переспал бы с тобой. С радостью. Со стажировкой или без нее — все равно.

Крис, подавив тихий стон, закусил губу и обнял его за плечи. Его глаза были темными от сдерживаемой страсти.

— О искушение, прочь от меня…

Они молча обулись, потом подняли свои камеры и спустились к машине. Когда они доехали до дома, напряжение между ними, к облегчению Райлана, почти полностью испарилось.

— Крис, пожалуйста, останься хотя бы на ужин. Зная Мина, можно не сомневаться, что он накупил в Седоне гору еды и собирается устроить нам пир.

Словно в подтверждение его слов до них долетел аромат стейков на гриле, и Крис улыбнулся.

— Хорошо. — Когда они пошли к дому, он небрежно сказал: — А расскажи мне про этого Мина. У него кто-нибудь есть?

Райлан рассмеялся.

— Никого, и он сейчас в поиске. Горячего папочки, — шутливо уточнил он.

Крис усмехнулся.

— Вот как? Что ж, этот вечер в итоге может сложиться… весьма интересно.

Райлан улыбнулся ему. Они начали подниматься по ступенькам крыльца, и он поднял руку, чтобы вытереть со щеки Криса грязь.

— Как погуляли?

Они отпрянули друг от друга — в глубине затененной веранды сидел в ротанговом кресле Скотт.

— Нормально, — ответил Райлан и, больше ничего не сказав, зашел с Крисом в дом.

На кухне играла громкая музыка, которой во все горло подпевал занимавшийся ужином Мин. Райлан мысленно усмехнулся, когда Крис оставил камеру в коридоре и пошел туда.

Устало поднявшись по лестнице, он взял из гостевой комнаты сумку и пошел в спальню Скотта, где была ванная, а там сбросил свою пыльную, пропитанную потом одежду на пол.

— Что ты здесь делаешь? — Скотт, появившись в дверях, оглядел его голое тело. Его руки были стиснуты в кулаки, губы сжались в жесткую линию.

— Хочу принять душ. — Райлан порадовался, что у него получилось сказать это спокойно. Изображая полное безразличие, он направился к ванной, хотя его сердце колотилось так сильно, что темнело в глазах.

— Чтобы смыть с себя его сперму? — Голос Скотта проскрежетал как нож по стеклу, и Райлан взглянул на него с мягким упреком.

— Не надо так, Скотт. Мы не трахались, а просто гуляли и разговаривали.

Скотт на миг привалился к двери, потом выпрямился.

— Как скажешь. — Он вышел в спальню, и Райлан, вздохнув, встал под душ.

Более-менее освежившись, он с разочарованием обнаружил, что Скотта в комнате нет. Райлан оделся и хотел было уйти, но потом заметил за полупрозрачными занавесками силуэт — Скотт ушел на балкон. Присоединившись к нему, он облокотился на перила и тоже опустил взгляд на патио.

Мин стоял у огромного гриля с серебряными щипцами в одной руке и бокалом вина во второй и заливисто хохотал над чем-то, что рассказывал Крис. Крис тоже смеялся, и когда он наклонился, чтобы подлить Мину вина, то между делом провел свободной рукой по его пояснице.

— Ха, — фыркнул Скотт. — Ну и тип. Ты отшил его, и он сразу же переключился на свободную задницу?

Райлан постарался ответить как можно ровнее.

— Вроде того. Но Крис не такой. Он никого не использует, а просто хочет хорошо провести время прежде, чем снова уедет.

Мин обвел кромку бокала кончиком языка и сделал глоток, расхохотавшись, когда Крис схватился за грудь, делая вид, что сражен.

— Думаю, Мин знает расклад и способен позаботиться о себе сам.

— Не сомневаюсь. — Голос Скотта был сухим, но чуть более ровным, словно он разрешил себе немного расслабиться. — Так почему ты отверг его, Рай?

— Я не хочу его.

Скотт снова напрягся.

— Почему?

Райлан, вздохнув, перешел ему за спину, обнял за талию и зарылся лицом между лопаток.

— Потому что хочу только тебя. — Он потерся носом о теплую ткань и поцеловал Скотта в шею. — Я люблю тебя.

Тело Скотта еще больше застыло.

— Я не хочу, чтобы ты любил меня.

Райлан провел губами от его шеи к плечу, вдохнул его запах.

— Знаю, — промолвил он тихо. — Но все равно люблю.

Скотт стиснул перила, и Райлан обнял его крепче. Они больше не разговаривали, а стояли и просто смотрели, как Мин выкладывает стейки на блюдо и уносит их в дом, а Крис идет за ним следом, нагруженный кукурузой в фольге и овощами на шпажках.

Отступив, Райлан взял Скотта за руку и потянул за собой, а когда тот отпустил перила, крепко переплел вместе их пальцы и увел вниз — в столовую, где был накрыт стол. При виде обилия разнообразной еды у него заурчало в желудке, и он вдруг осознал, что дико проголодался после этого сложного дня.

Наблюдать за тем, как Мин и Крис флиртуют друг с другом во время ужина, было забавно. Они даже не замечали, что Скотт и Райлан молчат. Скотт почти не ел, ограничившись одной запеченной картофелиной, которую он размял в пюре и смешал с маслом. Райлан же перепробовал решительно все.

— Черт, Мин, — наконец простонал он, — ты настоящий шеф-повар. Кажется, я поправился на миллион килограмм.

— Все очень вкусно, — поддержал его Крис, откинувшись на спинку стула и потирая свой плоский живот. — Спасибо, Мин. В Африке мне так готовить не будут.

Райлан еле заметно покачал головой, безмолвно прося не упоминать пока что о стажировке. Крис, показывая, что понял, кивнул.

— А какую еду ты будешь там есть? И куда именно собираешься? — Мин отставил бокал. В его взгляде сиял интерес.

— В Уганду, на северную границу с Суданом. — Крис промокнул губы салфеткой. — Я уже был там около десяти лет назад, когда ГАС устраивала беспорядки. Господня Армия Сопротивления, — пояснил он. — Мятеж опустошил регион и загнал больше миллиона ачоли в лагеря беженцев. Тысячи детей были похищены из своих деревень и использованы как солдаты.

— Господи. — Мин прижал пальцы к губам. — А как там сейчас? Все так же опасно?

Крис улыбнулся.

— Сейчас обстановка более-менее стабилизировалась, хотя между повстанцами и правительственными войсками еще случаются стычки. Большинство беженцев репатриировали обратно, и я хочу задокументировать разницу между тем, что было тогда и стало сейчас.

Раздался громкий скрип стула. Скотт отодвинулся от стола, взял свою пустую тарелку и, со звоном швырнув ее в раковину, отвернул кран. Губы Криса скривились в печальной гримасе.

— Он знает?

Райлан поморщился, слушая доносящийся с кухни шум, с которым Скотт мыл посуду.

— О стажировке — нет, но я говорил, что возможно поеду с тобой, и разговор прошел, скажем так, не особенно гладко.

Крис поднялся и, подойдя к нему, сочувственно сжал плечо.

— Вот потому-то я и один. Так уезжать сильно проще.

Он повернулся к Мину, который смотрел на него с горящими любопытством глазами, и, протянув ему руку, шепнул:

— Идем, красавец. Ты готовил, они убирают, а мы поиграем.

Мин пискнул от удовольствия, когда его рывком подняли на ноги, и Крис увел его в патио, где играла тихая музыка.

Райлан порадовался тому, что Крис полностью переключил его внимание на себя. Не то чтобы это было особенно сложно. Он мысленно фыркнул, глядя, как Мин, включив игривую кошечку, чувственно трется своим гибким телом о Криса, а у того разгоряченно вспыхивает лицо.

Райлан и Скотт молча убрались на кухне, а когда Райлан вышел проверить, что гриль в патио выключен, то оказалось, что Крис с Мином успели раздеться и теперь сидят в объятьях друг друга в джакузи.

— Мда, — пробормотал у него за спиной Скотт. — А они не теряют времени даром.

— Угу. — Райлан, усмехнувшись, закрыл крышку гриля и вернулся на цыпочках в дом. — Разве не здорово, что они сегодня повеселятся? Им обоим это точно не повредит. — Он вышел в гостиную, проверил, закрыта ли дверь, и выключил свет. Когда он вернулся, Скотта нигде не было видно.

Он взял со стола свой бокал с вином и сделал глоток. Пришло время начать разрушать те толстые стены, которыми окружил себя Скотт. Еще раз выглянув в патио — парочка там успела переместиться на широкий шезлонг, — Райлан поставил пустой бокал в раковину и поднялся наверх.

— М-м… — пробормотал он, выходя на балкон, где стоял Скотт. — Как не стыдно подглядывать. — Внизу Мин сидел на Крисе верхом, между его широко раздвинутых ног, и втирался в него, размеренно двигая бедрами. Крис, поощряя его, сжимал его ягодицы.

Скотт пожал плечами, и уголок его губ приподнялся в полуулыбке.

— Если бы там были мы, Мин сидел бы в джакузи с бокалом вина, раздавал бы советы по поводу секса и наслаждался своим местом в первом ряду. А у них, пока мы здесь, наверху, есть хоть подобие уединения.

Мин, целуя грудь Криса, спускался все ниже и ниже, пока его голова не оказалась у него между ног. Крис запустил в его шелковистые черные волосы пальцы и, когда Мин взял его в рот, запрокинул лицо.

— Черт, это так горячо.

Райлан подтолкнул Скотта плечом, и тот фыркнул.

— Ты понимаешь, что за двадцать четыре часа у него в глотке побывало три разных члена? Ну и шлюха он, да?

Райлан вздохнул.

— Опять это слово. — Скотт вопросительно взглянул на него, и он пояснил: — Ты сказал «шлюха».

— Ну, если что-то похоже на утку…

Райлан встал боком, лицом к нему.

— Знаешь, я ненавижу эти слова — шваль, шлюха. Еще со времен, когда слышал их в адрес Хизер.

Скотт напрягся, на его челюсти задергался мускул, но прежде, чем он успел что-то сказать, Райлан продолжил:

— Она не была шлюхой. Она была наивной, неопытной девушкой, поэтому неудивительно, что она не смогла устоять перед…

— Перед чудовищем? — Голос Скотта был сиплым, и Райлан попросил небеса дать ему мудрость на то, чтобы пройти через дверь, которую он только что импульсивно открыл. За нею была опасная территория, и он это знал.

— Перед незрелым, эгоистичным и легкомысленным парнем. Его нельзя назвать хоть сколько-нибудь хорошим. Но и чудовищем тоже нет.

Райлан погладил его по руке.

— Когда я вспоминаю эту историю, то каждый раз думаю, что виновата во всем ее мать. Это она совершила предательство, это она отказала своему ребенку в любви, когда Хизер, доверившись не тому человеку, совершила свою самую большую в жизни ошибку.

Скотт яростно оттолкнулся от перил, развернулся и ушел в спальню. Райлан тоже вернулся туда и мягко притворил за собой дверь на балкон. Его сердце болело. Он это начал, и теперь ему предстояло довести начатое до конца.

Когда дело касается Скотта, то чутье тебя не подводит, отозвались у него в голове слова Мина. Доверяй себе, а с ним будь терпелив.

— Но эта ошибка не должна была сломать ее жизнь, — сказал он Скотту в спину. — Если бы ее мать не поставила преданность чертовой вере выше любви к своему уязвимому, испуганному ребенку…

Скотт бросился на кровать и уставился в потолок. Его лицо было белым, губы сжались в тонкую линию, но он хотя бы — пока что — не выгнал его и не приказал замолчать.

Райлан не стал рисковать и подходить к нему.

— Ей было семнадцать, когда ее вышвырнули из дома. Девушку с новорожденным младенцем — без образования, без поддержки, без каких-либо перспектив… я не могу даже начать представлять, насколько ей было страшно. Те ублюдки, братья ее подруги, воспользовались ее положением, и она, чтобы сохранить вам обоим крышу надо головой, сделала то, что должна была сделать. Она не хотела с тобой расставаться. Может быть — просто может быть — она пыталась быть… матерью.

— Матерью? — Скотт презрительно хохотнул. — Наши с тобой определения этого слова кардинально расходятся, Рай. Она сделала это, чтобы спасти свою задницу. Все.

— Как посмотреть. Она же не бросила тебя у дороги или где-то еще, а ее тело было ее единственным средством оплаты. Хизер не шлюха.

— Ты сумасшедший. — Скотт сел и зло посмотрел на него. — Ты же знаешь ее. Ты ее видел.

На Райлана нахлынули воспоминания о той ночи, когда он лежал, свернувшись в объятиях Скотта в клубок, и слушал, как Хизер трахается с кем-то за стенкой. Скотт заметил, как он невольно поморщился, и ухмыльнулся.

— Все еще думаешь, что она никакая не шлюха?

Райлан присел на край кровати.

— Как это называется? Самосбывающееся пророчество? Ее столько раз осуждали и обзывали, что в итоге она перестала понимать, кто она есть. — Он помолчал. — Представь, как все могло обернуться, если б ей встретился человек, который смог бы понять ее, выслушать и помочь. Если бы вместо того, чтобы оскорблять и судить, ей сказали бы: «Хизер, все совершают ошибки. Да, ты попала в ужасную ситуацию, но ради себя и ребенка ты сделала то, что должна была сделать. Ты не плохой человек».

Скотт отвернулся.

— Рай, она сука. А ты живешь в выдуманном идеальном мирке.

Райлан осторожно положил ладонь ему на ногу.

— Я не пытаюсь придумать ей оправдание. — Скотт насмешливо фыркнул и сбросил его ладонь, но он все же продолжил: — Я пытаюсь понять ее. — Потому что я убежден, что, поняв ее, смогу понять и тебя. — Я же не говорю, что она была замечательной матерью. Она изо дня в день обижала тебя — несправедливо, жестоко, — и вот за это я ее ненавижу, но смотреть на нее, как на шлюху… этого я не сделаю никогда.

— Скажи это своему отцу.

— Он простил ее, Скотт. — У Скотта округлились глаза, и Райлан рискнул придвинуться ближе. — Ей он этого не сказал — вряд ли у него могло возникнуть такое желание. Но сказал мне. — Он проглотил ком в горле. — Он сказал, что навязал ей серьезные отношения, хотя знал, что она к ним пока не готова и неизвестно, будет ли готова вообще. Ну а то, что ему приходилось надолго уезжать по работе… Он сказал, что ему следовало перевестись на местный маршрут и чаще быть рядом. А так… их брак с самого начала был обречен на провал. Ты ведь знал это, да?

Райлан снова положил руку ему на бедро.

— Отец тоже делал ошибки, но он любил ее. По-настоящему. И вас всех.

Скотт яростно заморгал, но не позволил слезам пролиться. Он закусил губу.

— Он мне нравился, Рай. Временами я даже думал, что если у Хизер получится не облажаться, то он станет для нас настоящим отцом. — Он быстрым жестом вытер глаза. — Но она облажалась. Еще один повод ненавидеть ее.

— Знаю. Она столько всего отняла у тебя. Твои надежды, мечты. — Райлан подождал, когда Скотт поднимет глаза. — Вот смотри. Ты подросток. Юный, страдающий, уязвимый. Ты встречаешь мужчину — и вот его я считаю чудовищем, — который обманывает тебя. В итоге ты, доверившись не тому человеку, совершаешь свою самую большую в жизни ошибку.

У Скотта задрожали губы, и он крепко сжал их и отвернулся.

— Он, это чудовище, бросил тебя на парковке. А когда ты осознал, что остался один, то принял решение никому не звонить. Оно далось тебе нелегко, и ты принял его, потому что подумал, что так для тебя будет лучше. Поэтому оно было хорошим решением, Скотт.

Скотт снова взглянул на него. В его зеленых глазах были слезы, которые он отчаянно старался сдержать.

— Это решение сделало из меня шлюху. Такую же, как она.

— Тебе было восемнадцать, и у тебя не было денег. Скажи, что еще ты мог сделать? Уговорить владельца кафе, чтобы он взял тебя на работу? Без документов, без свидетельства о рождении, без аттестата об окончании школы? — Он вскинул руки. — О, знаю. Ты мог найти какую-нибудь добренькую старушку, которая приютила бы тебя у себя, а потом умерла и оставила все свои деньги. Почему же ты это не сделал? Да потому, что мы не в диснеевском мультике, Скотт. Это реальная жизнь, и ты делал все, чтобы выжить!

— Райлан, я сосал члены. За деньги. — Голос Скотта был едва слышен. — Я разрешал незнакомцами нагибать и трахать себя на заднем сиденье их фур.

— Ты был секс-работником. — Райлан удержал голос ровным. — Ты работал, и тебе за это платили. Это тоже работа. Единственная, которую у тебя получилось найти, и благодаря ей ты попал в Финикс.

Скотт покачал головой, и по его щеке скатилась слеза.

— Потом тебя нашел Мин, потом ты встретил Кори… — Он умолк, потому что у него тоже встал в горле ком слез. — А теперь ты нашел меня. — Он взял Скотта за подбородок и ласково провел по его губам большим пальцем. — Я люблю тебя.

Скотт нетерпеливым жестом смахнул слезу. Выражение его глаз было невозможно прочесть.

— Господи, ты даже не представляешь, сколько людей за все эти годы говорили, что любят меня. Десятки.

Райлан попробовал улыбнуться.

— Да? — Он опустил руку. — Что ж, я их всех понимаю. Ты умеешь внушать людям любовь.

— Стараюсь. — Скотт провел ладонями по лицу. — Черт. Я слишком завелся, чтобы заснуть. Пойду прогуляюсь. — Он спрыгнул с постели, взял телефон и открыл дверь. — Не жди, когда я вернусь.

И ушел.

Глава 9

— Выглядишь таким же заезженным, каким себя чувствую я.

Скотт оглянулся и увидел такого же помятого Мина.

— Я почти не спал. — Он зевнул и привалился к кухонной стойке, на которой булькала кофеварка. — А ты?

Мин встал с ним рядом.

— Меня не трахали так жестко, долго и хорошо, наверное, с… никогда. Я удивлен, что могу ходить. — Он озорно ухмыльнулся. — Уж не знаю, почему наш котенок отверг этого восхитительного мужчину, но я был бесконечно счастлив перехватить его.

Скотт повел плечом.

— О да, быть запасным планом — это всегда так приятно.

Мин оскорбленно выдохнул и пихнул его в бок.

— Ну надо же, какие мы сегодня злобные сучки.

Кофеварка затихла, и Скотт, не обращая внимания на его недовольную физиономию, достал себе чашку.

— Слава тебе господи, это кофе здесь пахнет?

В дверях появился взъерошенный, заспанный Крис. На нем были только штаны от пижамы, а подбородок покрывала седая щетина. Мин засиял, как новогодняя елка, и подбежав к нему, подставил губы для поцелуя.

Пока Скотт, стараясь не слушать их перешептывания, наливал себе кофе, Крис прижал Мина к стойке и пробрался руками под его короткий халат.

— М-м, — прорычал он, — малыш, тебя я хочу больше, чем кофе.

Порочно улыбнувшись ему, Мин потянулся вниз и прихватил его через штаны.

— Просто проверяю, не надо ли сбегать за твоей виагрой, папочка. И… нет, не надо.

Скотт закатил глаза, а Крис от возмущения поперхнулся.

— Я покажу тебе виагру, ты маленький…

Он усадил Мина на стойку, затем раздвинул его колени, встал между ними и, рывком запрокинув назад его голову, стал целовать.

К тому времени, как Скотт поспешил уйти, штаны Криса были спущены до лодыжек, а халат Мина лежал на полу. Боже, им вообще незнакомо чувство стыда. Он фыркнул. Возможно, Мин наконец-то встретил кого-то себе под стать.

Стараясь не шуметь, он поднялся наверх. Райлан еще спал. Непотревоженный, он раскинулся на животе посреди смятой постели. Скотт немного постоял у кровати и, не сдержавшись, мягко смахнул с его лба прядку волос. Райлан не шевельнулся, даже не вздрогнул, и Скотт выскользнул на балкон и сел в широкое плетеное кресло. Небо, на котором едва взошло солнце, сияло чистой голубизной, вдали журчали воды ручья и чирикали птицы. Он глубоко вдохнул прохладный утренний воздух и отпил кофе.

Несмотря на умиротворенность природы, Скотт чувствовал себя беспокойно, почти на грани… словно его кожа была тоньше бумаги, и легчайшее прикосновение могло оставить на ней черный синяк. Райлан вытянул из него много болезненных воспоминаний, и он знал, что должен быть ему благодарен. Как он там говорил? Если рассказать, что тебя тяготит, на душе станет легче? Говоря по правде, он и впрямь почувствовал облегчение, а понимающая реакция Райлана немного приблизила день, когда он, возможно, простит себя сам.

— Привет.

Его волос коснулись нежные пальцы, и хотя внутри Скотта еще бушевали эмоции, он притянул Райлана к себе на колени и уткнулся лицом в его теплую шею.

— Все хорошо? — Райлан ласкал его волосы, его лоб, поглаживал напряженные плечи. — Я не слышал, во сколько ты вчера лег.

— В половине третьего или около того. — Скотт провел губами по выемке у его горла. — Я рад, что не разбудил тебя.

— Я был бы не против. — Райлан маняще склонил голову набок и застонал, когда язык Скотта добрался до его маленького соска.

Внезапно внизу раздался оглушительный грохот, а затем приглушенная ругань и смех.

Глаза Райлана распахнулись.

— Что это было?

В своем замешательстве он выглядел настолько очаровательным, что Скотт со смехом вновь обнял его.

— Думаю, Мин и Крис трахаются на кухонной стойке, — объяснил он. Смотреть на Райлана, который никак не мог стряхнуть с себя возбуждение, чтобы осмыслить эти слова, было забавно. — Очевидно, они что-то столкнули.

— Видишь, что получается, когда старик решает сыграть в порнозвезду? — долетело до них полное горечи восклицание Криса, и Райлан, чтобы не расхохотаться, зажал рот рукой.

— Боже, это ужасно смешно.

Райлан слез с него, отчего Скотта кольнула легкая грусть, и устроившись в кресле с ним рядом, вытянул ноги. Потом взял его кофе и сделал большой глоток.

Какое-то время они молча смотрели на утреннее небо, потом Райлан сказал:

— Я рад, что они поладили. Думаю, Мин хорошо на него повлияет.

Скотт тепло улыбнулся.

— Мин на всех так воздействует. Несмотря на непростую судьбу, он по-настоящему жизнерадостный человек. Любящий и благодарный жизни за все.

— Мы все должны быть такими, как Мин. — Райлан приподнял кружку, словно это был тост. — Крис потерял в Ливии близкого человека.

Скотт удивленно поднял глаза.

— Да?

— Угу. Я не знаю, кем они были друг другу — может, просто друзьями. Вместе с группой других журналистов он работал в деревне, которая была под контролем повстанцев. Когда стало известно, что приближаются правительственные войска, друг Криса призвал всех уехать. Но Крис захотел остаться, чтобы сделать хорошие снимки. — Райлан поморщился. — Когда он понял, что сделал ошибку, было уже слишком поздно — того парня убили, а Криса и его коллег взяли в заложники.

— Крис был в плену?

— Да, около месяца. Вот почему он задержался здесь, в Аризоне — не только ради того, чтобы провести время с родителями, но и чтобы набраться сил вернуться назад. Он не любит вспоминать плен.

— Мда, — выдохнул Скотт. — Ну, будем надеяться, что они с Мином продолжат общаться на пользу друг другу. С сексом у них точно все хорошо.

— Секс-терапия — отличная штука, — сказал, подмигнув ему, Райлан. — Поверь.

Внезапно он встал, уселся верхом к нему на колени и, запустив в его волосы пальцы, поцеловал. От прикосновений его горячего, сладкого рта и юркого языка, Скотт застонал и, понуждая его начать двигаться, взялся за его упругие ягодицы.

— Я еще не отошел после вчера, чтобы принять тебя внутрь, — прошептал Райлан, скользнув к его члену рукой. У Скотта перехватило дыхание, и он подался бедрами вверх. — Но я хочу увидеть, как ты кончаешь.

Зарычав, Скотт приспустил его боксеры, потом приподнялся, чтобы сдернуть штаны, и Райлан начал втираться в него. Два их ствола заскользили, прижавшись друг к другу, вдоль мышц их животов.

Они ритмично покачивались, постанывая в унисон скрипу кресла. Взяв оба их члена в кулак, Скотт закружил большим пальцем по его возбужденной головке, и Райлан, выгнувшись, вскрикнул.

— Кончи, малыш, — шептал ему Скотт, — давай, на меня, прямо сейчас.

Быстро дыша, Райлан зарылся в его вспотевшую шею лицом. Еще несколько раз толкнулся Скотту в кулак, и через секунду выстрелил горячими белыми струями сквозь его пальцы.

— Вот так… — Скотт ласкал его до конца, нежно массируя яйца. — Отдай мне все без остатка. Ты так прекрасен.

Райлан отчаянно всхлипывал ему в рот, все его тело дрожало, и от ощущения его пульсирующего члена в руке, от звуков его удовольствия, Скотта тоже омыл оргазм.

Дрожащими руками Райлан взял его лицо в ладони, очертил пальцами скулы.

— Я люблю тебя, — прошептал он, прижавшись лбом к его лбу. — Очень сильно.

Крепко обняв его, Скотт поднялся и унес его в ванную, где поставил на пол только после того, как на них хлынул поток горячей воды. Потом, взяв за талию, нежно поцеловал.

— Ты единственный человек в моей жизни, который подтвердил эти слова действиями. Для меня это важно.

После душа они оделись и на цыпочках спустились на кухню. Голых любовников там, к счастью, не оказалось, беспорядок тоже был устранен, и Скотт заварил свежий кофе.

Через пару минут вниз пришел Крис, одетый в потертые джинсы и облегающую черную футболку. Его шаг пружинил, глаза ярко сияли.

— Доброе утро, — бодро произнес он. — Соня, привет.

Он взъерошил Райлану волосы и коротко поцеловал его. Скотт почувствовал, как у него поджимаются губы, но он заставил себя улыбнуться, а когда Крис протянул ему руку, пожал ее.

— Доброе, — пробормотал он. — Свежий кофе вон там.

— Всем приве-ет! — На кухню впорхнул и Мин. На нем была просторная, наполовину расстегнутая рубашка цвета морской волны, тесные черные джинсы и ботинки на толстой подошве. Еще он подвел глаза и нанес на губы сияющий блеск, а его черные волосы были уложены и стояли торчком.

Он выглядел невероятно.

— Мы едем в Седону на бранч, — объявил он. — Хотите с нами? Там изумительный шоппинг. Арт-галереи, ювелирные лавки, маленькие бутики… я уже заранее трепещу.

— Я думал, ты трепещешь из-за меня, — прорычал Крис.

Он прихватил Мина за задницу, тот с готовностью обвил его шею руками, и когда они потерлись носами, Скотт закатил глаза.

— О господи… Серьезно, может сделаете перерыв?

Райлан, который широко улыбался, взглянул на него.

— Я бы с удовольствием съездил.

— Тогда мы с вами. Но поведет Крис.

Они сбегали за кошельками и телефонами, после чего погрузились во внедорожник Криса и выехали в сторону города.

— Вчера я нашел деревню искусств и ремесел, — сказал Мин, — и о боже, мне сразу захотелось побывать там еще.

Он объяснил Крису, как ехать, и довольно скоро они уже стояли перед арочным входом, за которым виднелся большой, окруженный пышной растительностью внутренний двор с журчащим фонтаном.

— Как произносится это название? — спросил Райлан, указав на изгиб арки, где были прикреплены буквы из кованого железа.

— Тлакепаке. — Мин в предвкушении хлопнул в ладоши. — Это значит «все самое лучшее». Что? Я спросил, — прибавил он вызывающе, метнув взгляд в сторону Скотта. — Это местечко построили лет сорок назад в стиле настоящей мексиканской деревни. Разве здесь не волшебно?

С ним было сложно не согласиться. Скотт огляделся, рассматривая вымощенные булыжником дорожки и увитые виноградными лозами беленые стены. Повсюду были цветы, а когда они прошли дальше, их окружили соблазнительные ароматы еды. По обеим сторонам улицы располагались сувенирные лавки и художественные галереи, в одну из которых и завернули вскоре Райлан и Крис.

Скотт присел на бортик небольшого фонтана, в центре которого стояла скульптура длинноволосой женщины, завернутой в традиционное мексиканское пончо.

— Здесь так красиво, — проговорил он, когда рядом плюхнулся Мин. — Вон там… это часовня?

Мин посмотрел, куда он показывал.

— Да. Совершенно потрясающая внутри — с витражами, фресками, скамьями, обитыми кожей. Они проводят свадебные обряды, и это словно жениться в сердце старого Мехико. — Он вздохнул, потом лукаво спросил: — Что, присматриваешь подходящее место?

Когда до Скотта дошло, что имелось в виду, он фыркнул.

— Нет.

Мин подсел ближе.

— А почему нет? — Он улыбнулся. — Будь у меня такой сладкий малыш, я сделал бы все, чтобы привязать его к себе навсегда.

— Он сказал, что любит меня.

Отбросив игривость, Мин взял его за руку.

— И это тебя до смерти испугало. — Его голос был ласковым, но серьезным. — Я вижу, у тебя все написано на лице. Но куколка, почему?

Художница неподалеку от них установила мольберт, села и принялась деловито смешивать краски.

— Потому что он говорил искренне. Не как все остальные, которые признавались, что любят меня, потому что им нравилась моя внешность, — пробурчал Скотт. — Или потому что я подарил им оргазм.

— Вот именно, он не такой, как все остальные. Он будет рядом всегда — и в горе, и в радости. Когда ты пострадал, он так хорошо заботился о тебе. Почему ты не доверяешь ему?

— Доверяю. Просто… ему лучше не доверять ответственность за свое счастье мне.

Мин вытаращил глаза, а потом шлепнул его по руке.

— Что за бред!

— Нет, не бред! — огрызнулся Скотт. — С чего ты это решил?

— С того, что за счастье Райлана несет ответственность лишь один человек — это сам Райлан. Он не рассчитывает, что счастливым его «сделаешь» ты. — Мин изобразил кавычки. — Его счастье зависит от многих вещей в его жизни, и он просто хочет, чтобы ты был ее частью.

— Ага. А потом я облажаюсь, и он… он уйдет.

Мин потер то место на его руке, которое только что стукнул.

— Знаешь, что самое важное? Райлан любит тебя, зная, кто ты такой и откуда. От тебя требуется только одно: быть собой. Тем человеком, которого Райлан и любит. — Он тряхнул головой. — Можно ли при этом менять себя к лучшему? Конечно! Можно и нужно. Всегда. Но занимайся этим с поддержкой его любви. Лично мне это подарило бы чувство свободы, а не стало пугать.

— Мин, я боюсь, потому что никогда не буду нужен ему так же сильно, как он нужен мне.

Взгляд Мина смягчился.

— Понимаю. Говорят, что в паре всегда один любит, а второй позволяет любить себя.

— Если что-то нас разлучит, то он без меня вполне обойдется. А вот я без него…

— Поэтому лучше не сходиться вообще?

Скотт пожал плечами, и Мин поцеловал его в щеку.

— Мы оба знаем, какой плохой может быть жизнь. Но она может быть и хорошей. Даже отличной. Не бойся в это поверить. Ты не меньше других имеешь право на счастье.

Он начал вставать, но Скотт потянул его за руку и усадил обратно.

— Ну а что у тебя? Как все идет с Крисом?

Пришла очередь Мина пожимать плечами.

— Он знает, как завести меня своим членом и красивыми разговорами, но это всего лишь секс. Завтра он мне надоест. Самое позднее — в среду.

В этот момент Крис вышел из галереи, заметил их и зашагал к фонтану. На его губах играла чувственная улыбка, а зеркальные солнцезащитные очки придавали ему вид опасного, сексуального хищника, что очень шло его высокой худощавой фигуре и обветренному лицу.

— О боже, — выдохнул Мин, впиваясь в руку Скотта ногтями. — Или не в среду, а в пятницу. Да. До пятницы я его потерплю, а потом брошу.

Крис остановился перед ними и приласкал гладкую щеку Мина костяшками пальцев.

— Так какие у тебя на сегодня планы, красавец? Я целиком твой.

Скотт с веселой оторопью увидел, как лицо Мина смягчилось, стало мечтательным. Встав, его друг взял Криса под руку и прилепился к его боку.

— План только один: провести все время с тобой.

Его взгляд светился таким обожанием, что Скотту стоило большого труда не закатить глаза. Когда они на пару шагов отошли, он все-таки фыркнул — и сразу расхохотался, потому что Мин, не оглядываясь, показал ему за спиной средний палец.

Райлана нигде не было видно, поэтому Скотт поднялся и побрел вдоль по улице, разглядывая магазины и лавки. Его внимание привлекла скульптура в одной из витрин, и остановившись, он заметил в углу другую, размером поменьше.

Завороженный ее причудливой формой, Скотт наклонился, чтобы получше ее рассмотреть. Скульптура была похожа на дерево, ветви которого переплетались в хаотичном порядке, нигде не заканчиваясь, но сливаясь друг с другом и создавая сложный узор. Она выглядела нарочито неаккуратной, однако в ней все же была какая-то странная, гипнотическая красота.

— Вам нравится?

От неожиданности Скотт подскочил, и задавший вопрос человек рассмеялся и придержал его за плечо.

— Извините, я не хотел вас испугать.

Скотт сконфуженно хмыкнул.

— Я слегка отключился, пытаясь понять, что это такое. — Он указал на скульптуру. — Это какое-то… дерево?

— Вроде того. — Мужчина протянул ему руку. — Педро Хименес.

— Скотт Эшворт. — Они обменялись рукопожатием, и Скотт спросил: — Это вы ее сделали?

— Да. — На вид Педро было немного за шестьдесят. Его смуглое лицо покрывала сетка морщин, а длинные черные волосы были собраны в тонкую косу, свисавшую до середины спины. — Очень люблю эту работу.

— Она необычная и красивая, — искренне произнес Скотт. — Мне нравится.

— Она символизирует все наши решения, принятые на протяжении жизни, то, как они переплетаются и порой заводят нас в совершенно неожиданные места. Взять, например, мою жизнь. В прошлом году у меня обнаружили рак, и это вынудило меня сесть и подвести итоги.

Скотт не знал, что сказать, и потому просто промолвил:

— Сочувствую.

Педро улыбнулся.

— От сожалений, конечно, никуда не уйти, но все принятые нами решения складываются в неповторимый узор нашей жизни. Мой узор интересен, и следовательно я интересная личность. — Он рассмеялся. — По крайней мере, так видится мне. Вам мой узор может показаться уродливым, но для кого-то еще он прекрасен. Как эта скульптура.

— Я не могу оторвать от нее взгляд. Она завораживает.

Педро вновь рассмеялся.

— А вот одна дама сказала на днях, что это бездарная мерзость, которой не место в одной витрине с настоящим искусством. — Он улыбался и не выглядел ни расстроенным, ни задетым. — Что в точности передает ее суть. Я бы сам не смог сказать лучше.

— Ого.

Педро потрепал его по плечу.

— Всегда рад познакомиться с понимающим человеком. Ну, удачи, сынок. — Он ушел назад в лавку, а Скотт, услышав, как его окликнули, обернулся.

К нему подошел Райлан.

— О чем вы так увлеченно беседовали? — спросил он с улыбкой.

Скотт рассказал, и Райлан поразмыслил немного.

— Да, интересный у него взгляд на вещи. Если бы я не решил делать проект в Аризоне, мы бы с тобой сейчас здесь не стояли. — Его тон был шутливым и легким, и он подтолкнул Скотта плечом.

— А если бы я не принял решения уехать с Таннером? — Слова вырвались сами собой и повисли в воздухе между ними. Скотт вздохнул. — Прости, — пробормотал он. — Обычно я не позволяю себе гадать, что было бы, если.

Райлан помолчал.

— Давай представим, что ты никуда не уехал. Разве жизнь в Пейсе была бы автоматической гарантией счастья? Вдруг тебе не понравилось бы летное дело? Или я не захотел бы расставаться с тобой, не уехал бы в колледж и не стал бы фотографом. Или уехал бы, но за время разлуки мы бы рассорились или влюбились в других. — Его пробрала дрожь. — Может, в итоге мы стали бы ненавидеть друг друга.

— А может, — отрывисто вымолвил Скотт, — я бы имел возможность следить, чтобы Хизер не делала глупостей, и они с твоим отцом остались бы вместе. Может, если б я не уехал, мы с тобой стали бы еще ближе и сейчас жили бы в полном блаженстве и счастье где-нибудь на берегу океана.

Райлан потерся о его плечо щекой.

— Не спорю, могло случиться и это. Но знать точно нам не дано, ведь все уже сложилось иначе. Наши решения закалили нас и привели в текущий момент. Да, дорога сюда была долгой и трудной, но теперь она позади.

— Такова жизнь, — пробормотал Скотт, и Райлан улыбнулся.

— Верно. И мы следуем выбранному пути прямо сначала. — Он фыркнул. — Офигенные у нас мантры, да?

Скотт обнял его за плечи, прижал к себе, и они пошли искать Мина и Криса.

— Вон они. — Райлан указал на дворик перед часовней, где Мин крайне взволнованно разговаривал с незнакомой им молодой парой. Когда они подошли ближе, Скотт с тревогой заметил, что девушка плачет.

— Милая, это ужасно! — говорил Мин. — С ними можно как-то связаться? Дай мне их номер, и я их отматерю.

— У меня есть их номер, но там говорят, что он отключен и больше не обслуживается, — причитала девушка. — Я перепробовала все!

— Что здесь происходит? — спросил Скотт. Мин с рукой на бедре повернулся к нему и указал на пару.

— Этих приятных молодых людей обманули со свадебным пакетом услуг!

Все разом заговорили, и в какофонии звуков Скотт с трудом разобрал суть проблемы: пара получила письмо с предложением соблазнительной скидки на свадьбу в часовне Тлакепаке, но оно оказалось мошенничеством.

— Если предложение слишком заманчивое, то скорее всего существует какой-то подвох, — заметил Райлан. — Сочувствую. Потерять шестьсот долларов очень обидно. Это приличная сумма.

— Что ж, удачи вам с… — начал Крис, но Мин ткнул его локтем.

— Что?

— Наверняка мы можем как-то помочь, — сказал Мин, и Крис округлил глаза.

— Мы? Чем?

— Ну, для начала, у нас есть человек с лицензией заключать браки и два фотографа!

Вид у Криса стал вконец озадаченным.

— А у кого из нас есть такая лицензия?

— У меня! — Мин ткнул себя в грудь. — Дорогой, Тина Тиз поженила в «Спектре» минимум двадцать пар — и гомо, и гетеро — и все эти браки абсолютно законны. — Он обратился к девушке: — Джулия, умоляю, скажи, что в этот «пакет» не входило еще и брачное разрешение.

— Нет, нет, разрешение я взяла сама, — торопливо заверила его Джулия, подняв в доказательство папку.

— Слава богу. Тогда пошли под вон то симпатичное цветущее деревце, и я поженю вас прямо сейчас! Мой друг сделает фотографии, а завтра вы соберете родню и друзей и закатите где-нибудь грандиозную вечеринку.

— Но… но… — Губы Джулии вновь задрожали. — Мои родители прилетят только вечером! Папочка должен вести меня к алтарю. Я их единственная дочь! Я не могу выйти замуж без них!

Мин вскинул руки.

— Ну тогда, моя сахарная, я ничем помочь не могу.

Скотт ощутил приятный прилив адреналина.

— И давно ты стал пасовать перед трудностями? Все вместе мы наверняка сможем что-то придумать.

Мин приподнял бровь, потом кивнул на ресторан неподалеку.

— Что ж, в таком случае, давайте сядем и разработаем план. — Он запоздало представил их Джулии и ее жениху Брайану, затем вполголоса сообщил Райлану: — Я их совершенно не знаю, но я любопытная сучка, и когда наткнулся на них, растерянных и несчастных, то, естественно, сразу вмешался.

Райлан рассмеялся.

— С тобой не соскучишься, Мин.

Подмигнув ему, Мин взял Джулию под руку и повел за собой, а абсолютно растерянный Брайан и заинтригованный Крис двинулись следом.

Скотт покачал головой и на ходу шепнул Райлану:

— Боже. Ну кто попадается на такие разводы?

— Молодые студенты, которые только вступили во взрослую жизнь. Дорогостоящий им преподали урок… К слишком заманчивым предложениям нужно относиться скептически и обязательно проверять.

Скотт поморщился. Ему снова вспомнился Таннер и то, как он подвесил у него перед носом приманку в виде обещания радужных перспектив в Калифорнии, а Скотт ее по глупости заглотил. Урок получился и впрямь дорогостоящим, ведь Скотту пришлось заплатить за него и физически, и эмоционально.

Словно прочитав его мысли, Райлан взял его за руку и нежно сжал пальцы. Скотт ответил тем же. И когда Райлан снова стал так ему дорог?

Я люблю тебя.

Слова застряли у него в горле, но он крепко сжал губы, настроившись навсегда оставить прошлое в прошлом — там, где ему следовало оставаться.

Такова жизнь.

И самый важный для него человек был сейчас здесь и держал его за руку.

Глава 10

Прихлебывая «мимозу», Райлан смотрел, как Скотт жестикулирует одолженной у официантки ручкой.

— Площадка для пикников, которую мы нашли, когда гуляли недавно, находится недалеко от парковки, и поскольку туда ведет асфальтированная дорожка, до нее без проблем можно добраться даже на каблуках.

— Там так красиво, — мечтательно пробормотал Мин. — Красные скалы, деревья, ручей…

— Райлан, сколько там было столиков? Минимум шесть?

Райлан задумался, но вспомнить не смог.

— Кажется, да, — ответил он неуверенно. — Я не запомнил. Меня… э-э… отвлекли.

Скотт, порочно ухмыльнувшись ему, опустил руку под стол, и кончики его пальцев прошлись по внутренней стороне Райланова бедра.

— О да, отвлекли, — промурлыкал он. Райлан остановил его руку ровно в момент, когда Скотт собрался прихватить его пах.

— Там правда очень прикольно. — Глаза Мина поблескивали, и Райлан, сидя под любопытными взглядами троих человек, почувствовал, как к его лицу приливает кровь.

Крис выгнул бровь.

— Мы тогда… — Райлан запнулся. — Мы гуляли и остановились отдохнуть у ручья. И… отдохнули.

Мин прыснул, и Скотт, сжалившись над Райланом, пояснил:

— Мы пришли туда с другой точки, но я уверен, что мы сможем найти это место. Думаю, оно подойдет идеально.

— Дорогая, какое на тебе будет платье? — спросил Джулию Мин. — Со шлейфом, который волочится по земле?

Джулия взяла телефон и, найдя фотографии, показала их Мину.

— Нет, это простое платье-труба.

— О, оно бесподобно. Расшито вручную?

Джулия, просияв, кивнула, и они принялись обсуждать ее будущую прическу, мейкап и аксессуары.

Скотт с Брайном увлеченно переговаривались о деньгах и логистике, делая на салфетке заметки, поэтому Крис закинул на спинку стула, где сидел Райлан, руку и наклонился к нему.

— И что это было?

Райлан вновь покраснел.

— Скажу только, — сухо произнес он, — что если б туристы, которые нам помешали, пришли на пять минут позже, то они бы узнали, как у геев выглядит секс. — Он содрогнулся. — Я понятия не имел, что мы настолько близко к парковке.

Глаза Криса заискрились весельем.

— Ты не представляешь, насколько я этому рад.

Райлан уставился на него.

— Тому, что я не могу себя контролировать в присутствии горячих парней?

Крис, улыбаясь, похлопал его по плечу.

— Нет, тому, что в тебе есть смелость, авантюризм. Ты плывешь по течению и не помешан на правилах. При работе в поле это тебе пригодится.

Райлан моргнул.

— Вау. Ну, если у тебя возник такой вывод… то хорошо.

Крис усмехнулся.

— Еще я видел, как ты действовал в ночь, когда ранили Скотта. Быстро, решительно, хладнокровно. Райлан, с этими качествами — плюс твой талант — ты обречен на успех. — Он помолчал, и его голос опустился до шепота. — Ты обязан полететь со мной в Африку.

Райлан невольно перевел взгляд на Скотта, который, активно жестикулируя, беседовал с Брайаном.

— Крис, но как я его брошу после того, как все выходные бередил его раны? Со стороны этого, может быть, и не видно, но он сейчас истекает кровью. Если я ему нужен, то выбора нет. Я должен остаться.

Крис открыл рот, словно собираясь что-то добавить, но продолжать, к счастью, не стал и, потрепав Райлана по плечу, сел на свое место. Их внимание привлек Мин — он рассмеялся над чем-то, что сказала Джулия, и Райлан, склонившись к Крису, сменил тему.

— Что у тебя с нашим солнышком? Я могу подобрать лишь одно слово: жара.

Крис сдержанно улыбнулся.

— Это всего лишь секс.

Райлан смотрел на него, пока Крис не отвел взгляд.

— Уверен?

Крис пожал плечом.

— А что еще я могу ему предложить? В одном ты, впрочем, прав: Мин и правда настоящее солнышко. Воплощенный свет… и тепло. Не думаю, что такой старый циник, как я, сможет долго вызывать у него интерес.

— Не стоит недооценивать его, Крис. Он не какой-то ветреный клубный тусовщик. Он умный, и у него множество замечательных черт.

— Я знаю. Ночью мы проговорили почти до рассвета. Он задавал много вопросов об Африке, и некоторые его суждения показались мне действительно интересными…

— Всего лишь секс, значит, да? — Райлан приподнял бровь, и Крис слегка покраснел. — Ну-ну, продолжай себя убеждать.

— Он так молод, так полон жизни. Он заслуживает…

— О боже, и ты туда же с этим своим «он заслуживает кого-то получше». Вам со Скоттом надо организовать клуб.

Крис моргнул, и Райлан положил руку ему на плечо.

— Может, у вас и впрямь просто секс, и ничего больше не будет. Это нормально. Только не решай за него, какие чувства он должен испытывать.

Крис задумался.

— Виноват, — произнес он наконец с печальной улыбкой. — Но ты обещаешь хотя бы подумать про Африку? С твоим уникальным талантом ты преуспеешь и без моей стажировки, но я бы хотел дать твоей карьере толчок.

— Мне страшно лестно, что профессионал такого калибра, как ты, проявил ко мне интерес. — Райлан сжал его руку. — Пожалуйста, верь, когда я говорю, что бесконечно тебе благодарен. Но просто… Скотт должен знать, что его в кои-то веки поставили выше всего. Для меня он всегда будет на первом месте.

— Ему повезло с тобой, Райлан. — Крис потрепал его по руке, и тут появилась официантка, которая принесла яичницу по-мексикански, чилакилес со сметаной и яйцами и большую корзинку выпечки чуррос.

Расставив тарелки, она заглянула Скотту через плечо и с ноткой кокетства спросила:

— Над чем вы так напряженно работаете?

Скотт одарил ее своей обычной ослепительной улыбкой.

— Составляем план свадьбы… — он взглянул на ее бейджик, — Заря.

— На салфетке?

Райлан поперхнулся яичницей. Скотт похлопал его по спине, а когда кашель утих, ответил ей:

— Так получилось. Долго рассказывать. Думаю, мы уладили все, кроме музыки.

Заря уперлась бедром в край стола, слушая, как Скотт описывает план простой церемонии у ручья.

— Очевидно, придется одолжить пару колонок, найти в интернете свадебный марш и проиграть его через блютус.

— Или хором напеть. — Мин начал громко мычать, и Джулия поморщилась.

Заря тоже содрогнулась. Потом просияла и выпрямилась.

— Знаете, что было бы здорово? Мой дядя играет на флейте, и ничего красивее я в жизни не слышала. Мы принадлежим к индейскому народу папаго. Музыка — важная часть нашей национальной культуры.

— Это было бы потрясающе. — Джулия распахнула глаза. — Он уже выступал на свадьбах?

Заря кивнула.

— Много раз. Сюда приезжают жениться со всего света. — Она сделала паузу. — Хотите, я позову его?

— Да, — закивала Джулия с энтузиазмом. — Пожалуйста, позовите.

Прошло несколько минут, и к ним подошел невысокий полный мужчина с черными волосами и добрым сияющим взглядом. Заря поздоровалась с ним, чмокнув в щеку, налила ему кофе, и он, сев за стол, погрузился в беседу с женихом и невестой.

Заря поставила перед Райланом вторую «мимозу».

— О чем они разговаривают? — полюбопытствовал он, и она хмыкнула.

— Он дает им небольшую духовную консультацию. Спрашивает о цели их отношений и предрекает им хорошее будущее. Дядя делает это для всех пар, для которых играет на флейте.

— Судя по всему, флейта весьма символична, — произнес Крис. Рука Мина, как заметил Райлан с улыбкой, лежала у него на колене, и они сплелись пальцами.

— О да, — подтвердила Заря. — Флейта — это инструмент ухаживания и любви, равно как обрядов и праздников. — Она подмигнула Скотту. — Говорят, если парень сыграет на флейте для девушки, то станет для нее неотразимым.

Он тоже ей подмигнул.

— Ну, тогда мне стоит научиться играть на ней, причем срочно.

Она зарделась и, наклонившись, чтобы собрать пустые тарелки, пробормотала Райлану на ухо:

— Черт, если он станет еще хоть на капельку неотразимей, меня хватит удар.

Райлан улыбнулся.

— Да, Скотт всегда производит столь мощное впечатление.

— У него кто-нибудь есть? — Заря принялась вытирать стол, повернувшись к Скотту спиной, чтобы тот ее не услышал.

Райлан напрягся. Ему захотелось крикнуть: «Да, есть! Он мой!», но он заставил себя улыбнуться.

— Насколько я знаю, обязательств перед кем бы то ни было у него нет. — Никаких.

— Отлично, — выдохнула она. — Уж не знаю, есть ли у меня шанс, но попытка не пытка. Прошу прощения, кажется, моя смена заканчивается прямо сейчас. Мой босс мне должна.

Собрав оставшиеся тарелки, она упорхнула и через минуту вернулась — без фартука и с поправленным макияжем. Чтобы она смогла втиснуть стул рядом со Скоттом, Райлану пришлось подвинуться к Крису, и вскоре его окружил ее знойный смех и аромат ее легких, сладких духов.

Райлан сжал кулаки. На него нахлынули воспоминания о Лизе — девушке, с которой Скотт гулял в школе. Заря — с ее длинными черными блестящими волосами, перехваченными сзади простой заколкой, гладкой кожей, живыми карими глазами и тонкими чертами лица, в которых явно угадывались ее индейские корни, — была столь же прекрасна. В ней, правда, чувствовалась внутренняя доброта, которой недоставало Лизе, но она тоже могла бы составить со Скоттом великолепную пару.

В довершение всего Скотт, кажется, отвечал на ее авансы. Его смех стал хрипловатым, а голос интимным и низким. Он даже забросил руку на спинку ее стула. На Райлана обрушилась непрошенная, непривычная ревность, и он понял, что если не выберется оттуда прямо сейчас, то не выдержит и закричит.

Он резко отодвинулся от стола, пробормотал «извините» и вышел из ресторана. На улице было жарко, поэтому Райлан нашел в углу здания тень и привалился к стене. Он закрыл глаза. Черт. Он выставил себя дураком, но было уже слишком поздно. Теперь все гадают, что за херня взбрела ему в голову, но за ним никто не придет. Так было всегда. Его всегда все бросали. И мать, и Фелипе, и Скотт…

Он почувствовал прикосновение теплой руки и, распахнув глаза, увидел встревоженного Скотта. От прилива эмоций веки защипало от слез, и Райлан поспешил отвернуться.

— Прости, — пробормотал он. — Я просто…

Он умолк, когда Скотт обнял его за шею.

— Что с тобой? Ты заболел? — Райлан немо помотал головой. — Тогда что случилось?

— Ничего. — Райлан с отвращением фыркнул. Он никогда не врал и не лукавил, и не собирался начинать заниматься этим сейчас. — Просто ревную, окей? Я знаю, что веду себя, как дурак, но…

Скотт вытаращил глаза.

— Ревнуешь к кому? К Заре? — Когда Райлан несчастно кивнул, Скотт продолжил, и в его тоне были нежность и смех: — Не надо. Она меня совершенно не интересует.

— Правда? Почему нет? — Хоть Райлан и ненавидел себя за этот вопрос, он все равно ждал ответа с замиранием сердца.

Палец Скотта продолжал выписывать на его шее успокаивающие круги.

— Потому что меня интересует только один человек — это ты.

Райлана пробрала приятная дрожь — и от его слов, и от ласки.

— Ты флиртовал с ней, — выдавил он, закручивая в кулаках перед его футболки. — Очень активно.

Скотт рассмеялся.

— Рай, я флиртую со всеми. — Он взял Райлана за плечи и, чуть-чуть отодвинув, заглянул ему в глаза. — Флирт так долго был частью моей работы, что стал автоматической реакцией на любой интерес. — Внезапно он сдвинул брови. — Все дело в том, что она женщина, да? Тебе не нравится то, что я…

— Что ты би?

Скотт, не сводя с него взгляда, кивнул.

Райлан несколько раз открыл и закрыл рот.

— Нет, — наконец сказал он. — Это здесь не при чем. Просто… просто Заря очень похожа на Лизу, твою подружку из школы, и боже, вы так хорошо смотритесь вместе. — Он отстранился и снова привалился к стене. — Увидев, как она заигрывает с тобой, я словно перенесся на шесть лет назад. Не знаю. Может, дело и правда в том, что она женщина. — Он огорченно провел ладонью по волосам. — А может я просто придурок.

— Ты ведь осознаешь, — осторожно заговорил Скотт, — что моя работа в «Спектре» и состоит в основном из такого вот флирта? Когда я вернусь в клуб…

— Да, я все понимаю. Клянусь, обычно я не ревнивая сучка, но сегодня меня почему-то вдруг проняло.

— Поскольку ты был со мной честен, я тоже признаюсь честно: еще месяц назад я сделал бы все, чтобы залезть к ней под юбку. Заря полностью в моем вкусе, и видимо, я показал это больше, чем нужно. Прости. — Скотт коротко поцеловал его. — Идем. Вернемся назад.

Он повернулся к дверям в ресторан, но остановился, когда Райлан тихо сказал:

— Спасибо, что вышел за мной. Ты даже не представляешь, как много это для меня значит.

— Теперь я хочу принимать только правильные решения, Рай.

Волна любви, которая накатила на Райлана, была такой сильной, что у него ослабли колени.

— Для меня ты идеален, как есть. Ты же знаешь об этом?

Скотт подошел на шаг ближе и провел по его щеке костяшками пальцев.

— С тобой я почти этому верю. Я… — Он замолчал, его рот дрогнул. — Ладно, идем.

Когда Райлан вернулся за стол, его забросали встревоженными вопросами, и он ответил, что почувствовал легкую клаустрофобию и вышел подышать свежим воздухом, но теперь все нормально.

Заря игриво наморщила нос.

— Я с радостью подвинусь к Скотту поближе, чтобы дать тебе больше места.

Райлан улыбнулся.

— Я знаю, что он будет не против.

Она подвинулась к Скотту, и тот опять положил на спинку ее стула руку, но перед этим легким прикосновением приласкал плечо Райлана пальцами. Райлан расслабился и, взяв «мимозу», стал слушать, как Скотт очаровывает и завоевывает всех, кто залетал к нему на орбиту.

Это было виртуозное представление. Каждого, кто к нему обращался, Скотт слушал, отдавая все свое внимание целиком, словно это было самым важным на свете. В итоге даже владелица ресторана, которая просто подошла поздороваться, взяла стул и подсела к ним выпить кофе. Райлана изумило и восхитило то, как мастерски Скотт обворожил ее — так, что она предложила жениху и невесте огромную скидку на бар и закуски для трех десятков гостей.

— О, это будет идеальная свадьба! — воскликнула Джулия. В ее глазах блестели счастливые слезы. — Как же хорошо, что мы встретились с вами.

Брайан взглянул на часы.

— Нам надо идти, — с сожалением произнес он. — Пора забирать из аэропорта гостей и объяснять, почему мы поженимся не в часовне, а у ручья.

Скотт незаметно от всех оплатил счет, и когда они вышли наружу, Джулия подошла к нему и обняла.

— Спасибо огромное. Вы наш спаситель. У меня просто нет слов…

Он тоже обнял ее.

— Не за что. Я рад, что получилось помочь.

Затем она перешла в объятия Мина, и они простояли так не меньше минуты.

— Ты лучше всех, — говорила она ему. — На всем белом свете. — Райлан фыркнул, когда Мин, зардевшись от удовольствия, стал ковырять носком землю.

Они проводили невесту и жениха до машины. Уезжая, Джулия высунулась в окно.

— Мин, пока! Увидимся завтра в девять в отеле!

— Дорогая, буду как штык! — откликнулся Мин, посылая ей поцелуй.

Заря взяла Скотта под руку.

— Итак, — бодро заговорила она, — какие у вас дальнейшие планы? Если хотите, езжайте, а я прослежу, чтобы Скотт вернулся домой.

Скотт улыбнулся ей.

— Вообще, мы наткнулись на Джулию с Брайаном в самом начале, поэтому я еще не успел увидеть деревню. Я надеялся, что до отъезда смогу хоть немного ее осмотреть.

Заря дружелюбно кивнула, и они всей компанией побрели по мощеной улочке. Райлану было сложно не чувствовать себя третьим лишним — хоть он и старался, — ведь Мин и Крис шли, взявшись за руки, а Заря, точно приклеенная, висела у Скотта на локте.

Стоило, впрочем, признать, что Скотт справлялся с этим блестяще. Он разговаривал с ней и смеялся, но никакого особенного внимания не уделял, а ее попытки остаться наедине пресекал мягко, но непреклонно.

— Откуда ты, Скотт? — в какой-то момент спросила она. — Я хочу знать о тебе все. Может, мы…

Скотт рассмеялся.

— О нет, — тепло сказал он. — Мы с Райланом знаем друг друга целую вечность, поэтому если хочешь пикантных деталей, спроси у него. А мой рот на замке.

Райлан был благодарен Скотту за то, что он умудрялся вплести его в любой разговор, чтобы он не чувствовал себя лишним.

— Вау, — шепнул ему Мин, когда остальные заглянули в кофейню. — Какая напористая девица.

— Ага, — хмыкнул Райлан. — Всегда восхищался людьми, которые вот так напролом идут к цели.

— Ты так спокойно это воспринимаешь. — В голосе Мина был намек на вопрос, и Райлан пожал плечами.

— У меня был момент ревности, — проговорил он. — Потому я и выскочил из ресторана. Я точно не идеален.

Они сели на лавку в тени, и Мин потрепал его по коленке.

— Ты умница. Если бы кто-то позарился на моего мужика, я бы… — Он зарычал.

— Осторожнее, — поддразнил его Райлан, потом вздохнул. — Я знаю, что если собираюсь быть с ним, то мне придется мириться с подобными ситуациями. Просто… — Он закусил губу. — Мин, они так хорошо смотрятся вместе и оба такие красивые. Десять из десяти. А я в лучшем случае шесть.

Мин вытаращил глаза.

— Что? Какие глупости! Ты сама прелесть!

Райлан поцеловал его в щеку.

— Спасибо. Но ты так говоришь, потому что любишь меня.

— Именно, — заявил Мин. — И ты сумасшедший, если думаешь, что Скотт не боготворит землю, по которой ты ходишь.

Зардевшись от удовольствия, Райлан сказал:

— Но ведь всегда будут люди, которые спросят, почему он со мной, а не с кем-то более накаченным, более сексуальным. — Он кивнул на кофейню. — Или с кем-то более красивым, чем я.

— Котенок, неужели ты правда собираешься сидеть тут и переживать из-за чьего-то паршивого мнения? Брось, это совсем на тебя не похоже. — Мин сел лицом к нему. — Послушай. Когда ты — как Скотт — у всех на виду, у тебя всегда будут хейтеры, которые думают, будто имеют право обсуждать твою жизнь лишь потому, что подписаны на тебя в соцсетях.

Когда Райлан фыркнул, он горячо добавил:

— Это правда. Скотт может встречаться хоть с мисс Америкой, кто-нибудь и тогда будет питать к нему ненависть — за то, что он встречается с женщиной, за то, что он би, за то, что отлизывает он так же мастерски, как и сосет.

Райлан поперхнулся, и Мин рассмеялся.

— По сути, с кем именно он встречается или спит — абсолютно неважно. Людям не угодить. Ему они скажут, что он мог найти кого-то получше, а тебе — что он сукин сын и безмозглый блядун.

Райлан поморщился.

— Он совсем не такой.

— Главное, что мы с тобой это знаем. Какая разница, что болтают другие? — Мин бросил взгляд на кофейню. — Скотт умеет управляться с подобными ситуациями. Он подарит этой девице немного внимания — в знак благодарности за то, что она нам помогла, — но ясно и недвусмысленно даст ей понять, что смысла ждать большего нет.

Мин обнял его за плечи.

— Дорогой, я уверен, он ценит, что ты не устроил скандал. Уж я-то умею определять, когда человек ему интересен, и к ней у него интереса нет.

— То же самое сказал мне и он, — признался Райлан. — Когда нашел меня на улице у ресторана.

— Ее комплименты для него — пустой звук. Он слышит их каждый день. Действия для него намного важней, чем слова.

— Это он мне тоже сказал.

Мин, открыв рот, уставился на него.

— О боже, — выдохнул он, — неужели он правда говорит с тобой о своих чувствах? Где мои нюхательные соли? — Он начал обмахиваться пальцами, притворяясь, что может лишиться чувств. — Где моя обморочная кушетка?

Райлан, прыснув, ткнул его локтем.

— Прекрати.

Мин усмехнулся, потом подскочил — его со спины тронул Крис, который вынес ему кофе со льдом и взбитыми сливками.

— Держи, дорогой.

В глазах Мина вспыхнула какая-то нераспознаваемая эмоция, а затем он нацепил свою привычную игривую маску.

— Спасибо, красавец.

Крис сделал глоток своего кофе.

— Скотт сказал, что если мы за, то можно ехать домой. Он проводит Зарю до ее машины и встретится с нами у нашей.

Они медленным шагом дошли до парковки, остановились у внедорожника Криса, и Райлан увидел, что к ним бежит Скотт. Он плюхнулся вслед за Райланом на заднее сиденье машины и ухмыльнулся ему.

— Привет.

Прежде чем Райлан успел что-то ответить, Скотт забросил руку ему на шею и громко и смачно поцеловал. Глядя в его сверкающие глаза, Райлан смахнул с его лба непокорную прядку черных волос.

— Привет.

Скотт опустил взгляд на его рот и склонился к нему, овевая дыханием губы. Поцелуй получился мучительно нежным.

— Скорей бы остаться с тобой наедине, — прошептал Скотт.

— М-м… — Большим пальцем Райлан пригладил его бровь. — И что же ты со мной сделаешь, когда мы окажемся… наедине?

— Покажу, каким сексуальным считаю Ревнивого Райлана, — пробормотал Скотт, потеревшись носом о его нос. — Мне захотелось встать перед тобой на колени прямо на улице у ресторана.

Райлан, представив Скотта у своих ног, закусил губу.

— Я был бы не против. А знаешь, что завело сегодня меня? Завело и наполнило гордостью? То, как ты взял на себя руководство и разрешил все проблемы.

— Да? Продолжай… — Скотт медленно прошелся рукой по его бедру и, накрыв пах, слегка сжал его. — Расскажи, как это тебя возбудило.

Райлан приподнялся навстречу ласке.

— О да, — не дыша, вымолвил он. — Это было так сексуально — то, как ты очаровывал всех вокруг и с помощью этой своей прекрасной улыбки заставлял делать то, что тебе надо. — Скотт жестко потер через ткань его член, и он застонал. — Ты меня убиваешь.

Скотт усмехнулся.

— Должен сказать, что на мой взгляд Ревнивый Райлан куда сексуальнее Эффективного Скотта, — пошутил он, и они оба фыркнули.

Райлан поцеловал его в кончик носа.

— Ну, с тобой я точно ощущаю себя сексуальным.

— А я с тобой — что меня любят.

От этих слов Райлана пробрала дрожь. Он качнулся ко Скотту, тот проложил дорожку из поцелуев к его губам, потом обвел их языком, и Райлан, сдаваясь, обвил его шею руками.

За окнами, пока Крис вез их домой, пролетали пейзажи, но Райлан ничего не замечал. Все органы его чувств были заполнены гортанным рычанием Скотта, пока тот поглощал его рот. Открываясь этому страстному натиску, Райлан запустил в его волосы пальцы.

— Боже, я бы отсосал тебе прямо здесь, — выдохнул Скотт ему в шею. — Но мы почти дома.

Машина свернула на подъездную дорожку и плавно остановилась. Скотт распахнул дверцу и выдернул Райлана из машины, рассмеявшись, когда тот запнулся и чуть не упал. Восстановив равновесие, Райлан схватил его за руку и потащил к ступенькам крыльца. Пока Скотт искал ключ от двери, он обнимал его со спины, нетерпеливо дыша и покрывая поцелуями его шею.

— Веселитесь, ребятки! — крикнул Мин, когда Скотт наконец открыл дверь, обвил рукой талию Райлана и, практически оторвав его от земли, понес к лестнице.

До Райлана долетело «господи боже», произнесенное Крисом, но ему было уже наплевать, ведь его руки были заняты задницей Скотта. Спотыкаясь и обнимаясь, они добрались до спальни, а там Скотт властно прижал Райлана к двери и снял с него футболку.

Потом упал на колени, и не успел Райлан опомниться, как его член оказался у Скотта во рту.

— Черт, — простонал он. — О боже.

Глядя ему прямо в глаза, Скотт провел языком по головке. Потом присосался к ней с такой восхитительной силой, что Райлана прошила волна удовольствия, и у него закололо соски.

— Что ты хочешь, малыш? — прошептал Скотт. — Мой рот или мою задницу? Я весь твой.

Райлан едва мог говорить.

— Давай так. Так хорошо, — выдохнул он и всхлипнул, когда Скотт начал мучить его, осыпая легкими поцелуями член и лаская поджатые яйца. — Пожалуйста.

Скотт всосал его до упора, и ощутив влажный жар его горла, Райлан со свистом втянул в себя воздух. Он начал двигаться, придерживая Скотта за голову, пока у того не заслезились глаза. Когда Скотт закашлялся, он вытащил член и большим пальцем стер дрожащую нитку слюны, свисшую с подбородка Скотта.

— Да, да, вот так. Боже, еще.

Он привалился к двери, кончики его пальцев легли на голову Скотта, и тот снова позволил ему скользнуть себе в горло. Взявшись за его задницу, Скотт показал, что готов, и Райлан начал вгонять член ему в рот в быстром, почти безжалостном ритме.

Скотт упоенно мычал, одной рукой лаская Райлану яйца, а второй впиваясь в его ягодицу. Райлан закрыл глаза. Весь его мир сузился до ощущения палящего жара, который омывал его член у Скотта во рту.

У него задрожали ноги — приближалась разрядка. Скотт с влажным звуком вытащил его изо рта и, глядя Райлану прямо в глаза, неумолимо ласкал его член, пока он с криком не взорвался в оргазме. Горячее семя выстреливало из него агонизирующими толчками, попадая Скотту на губы и заливая его умелые пальцы.

В следующую секунду Скотт встал и, жестко поцеловав его, сдернул с него штаны и белье. Потом резким движением расстегнул молнию джинсов, и Райлан смог только ахнуть, когда он смазал его спермой свой член.

— Держись за меня, — хрипло приказал Скотт.

Райлан обвил его талию ногами, ухватился за плечи и застонал, когда Скотт уткнулся ему в шею лицом и стал вращать бедрами, втираясь эрекцией в его плоский живот. Зажатый между твердой дверью и не менее твердым Скоттом, Райлан мог только держаться за него и смотреть на их отражение в окне на противоположной стене. То было завораживающее зрелище. Его колени были широко расставлены в стороны, ноги скрещивались за талией Скотта, а пальцы впивались в бугрящиеся, перекатывающиеся мышцы его спины. Джинсы Скотта сползли до колен, ягодицы его бесподобного зада сжимались в такт резким толчкам.

— Боже, как же с тобой хорошо… — простонал Скотт, расправляя ладонь на стене у Райлана над головой и скользя членом по его покрытой испариной коже. Дотянувшись до его уха, Райлан зашептал ему жаркие пошлости, и через пару минут Скотт застыл, его тело прошили конвульсии, и в пространство между их животами выплеснулась горячая влага.

Скотт выдохнул и, содрогнувшись, со стоном повторил его имя. Райлан снова и снова с нежностью целовал его, перебирал его волосы, пока Скотт, наконец, не улыбнулся ему дрожащей улыбкой. Он помог ему опустить ноги на пол и поддержал, когда Райлан слегка покачнулся.

— Ого, как мы перепачкались, — хрипло заметил Райлан. Он коснулся подсыхающих белых потеков на подбородке у Скотта, потом оглядел свой залитый спермой живот. — В душ?

Скотт подобрал его футболку и наскоро обтер их тела, потом сбросил себя оставшуюся одежду.

— Может, лучше отмокнем в джакузи? — предложил он и вздохнул. — Мы здесь последнюю ночь. Завтра — возвращение обратно в реальность.

Заглянув в ванную, чтобы взять полотенца, они обернули их вокруг бедер и вышли в патио. Мин и Крис уже были там, сидя по плечи в бурлящей воде.

— Эй, голубки! — крикнул Мин. — Идите к нам!

Райлан на долю секунды заколебался. Он не был стеснительным, но вдруг осознал, как жалко будет смотреться по сравнению с великолепием Скотта. Тощему, бледному, без намека на пресс, ему предстояло встать полностью обнаженным рядом с самим Мистером МС₂. Черт. Иногда иметь бойфренда-модель было просто ужасно.

Райлан сделал глубокий вдох и с горящим лицом развязал полотенце. Когда Скотт сделал то же, Мин негромко присвистнул, и у него возникло желание снова прикрыться. Но потом он заметил, что Крис смотрит лишь на него. Не на Скотта, а на него. Восхищенный взгляд его прикрытых тяжелыми веками глаз медленно окинул все его тело и ни на секунду не переместился на Скотта.

Сглотнув, Райлан на дрожащих ногах зашел в воду и, оступившись, потерял равновесие. Скотт был слишком далеко, чтобы помочь, но Крис оказался рядом в мгновение ока и сильной рукой подхватил его.

— Осторожно.

— Спасибо, — пробормотал Райлан, садясь.

— Всегда счастлив помочь. — Крис подмигнул ему и вернулся к Мину, оставив Райлана трепетать в приятном тепле.

Мин шлепнул любовника по руке.

— Да уж не сомневаюсь, — сказал он с наигранным гневом.

Крис невозмутимо усмехнулся ему.

— Чтобы я упустил шанс прижаться к горячему голому парню? Ну как я могу?

Мин притянул его лицо вниз и с основательной страстью поцеловал.

— Ты только не забывай о горячем голом парне, к которому прижмешься попозже, — промурлыкал он и, когда Крис застонал и закусил губу, с самодовольной усмешкой уселся на место.

Скотт, закатив глаза, погрузился по шею в горячую воду.

— Думаю, утром мы с Райланом вернемся в Финикс, — сказал он, и Райлан удивленно на него оглянулся.

— Мы не пойдем на свадьбу?

Скотт покачал головой.

— Зачем? Мы же не родственники и, в общем-то, не друзья и будем только мешать…

— Брайан и Джулия вряд ли с тобой согласятся, — заметил Мин. — Но я проведу церемонию, а Крис сделает фото. Если вы хотите уехать — окей, без проблем.

— Райлан, им повезет, если их поснимаешь и ты, — сказал Крис. — У тебя уникальный талант. — Он помолчал и, глядя прямо на Райлана, произнес: — Я правда очень хочу, чтобы ты согласился на стажировку и полетел со мной в Африку.

— На стажировку? Какую? — сразу же встрепенулся Мин, и Райлан сжал губы.

Крис коротко объяснил ситуацию.

— Я буду своего рода наставником, — заключил он, — а у Райлана появится шанс проиллюстрировать своими работами статью знаменитого журналиста, которая появится в национальном журнале.

— Ого. — Взгляд Мина перешел с Криса на Райлана и остановился на Скотте. — Кажется, нам всем надо выпить. — Он встал, ничуть не стесняясь своей наготы, дотянулся до полотенца и пошлепал на кухню за бутылкой вина.

Краешком глаза Райлан покосился на Скотта. Со стороны он казался спокойным, но Райлан заметил, что его плечи и шея напряжены.

— На сколько? — спросил Скотт. Его тон был нейтральным. — В смысле, надолго ты уезжаешь?

— На пару месяцев, — ответил Крис, и Скотт, еще больше закрывшись, дернул плечом.

— Я еще не решил, что поеду. — Райлан привстал, чтобы взять из рук Мина стаканчик с вином. — У меня же проект… я не уверен, что готов его бросить.

— Какой проект, дорогой? — Мин — весь покрытый мурашками после короткой вылазки на остывающий воздух — снова сел рядом с Крисом.

Объяснив, что он пытается делать, Райлан добавил:

— Полгода назад национальные СМИ написали об убийствах секс-работников в Финиксе — в основном цветных трансгендерных женщин — и о том, что мэр принял решение не выделять на раскрытие этого дела дополнительные ресурсы.

— Что? — Мин выглядел потрясенным. — Об убийствах я слышал, но о чертовом мэре не знал.

— Это все та же старая стигма. Власти считают, что секс-работники —сами преступники, которые торгуют собой, чтобы покупать наркоту, а значит не стоят того, чтобы город тратил на них время и деньги.

— Наверняка у многих женщин там нет документов, — проговорил Крис. — Нет документов — значит, нет нормальной работы. Вариантов у них не так уж и много.

— Именно. Представьте цветную транс-женщину без документов. Проституция для нее — единственный способ заработать на хлеб. Моя задумка — сделать о таких женщинах фоторепортаж. Об их сложной жизни и в том числе о работе.

— Чтобы дестигматизировать их, — заключил Скотт.

— Да. Один журналист согласился написать сопроводительный текст, так что я обналичил остатки своих сбережений и махнул в Финикс с мыслью о том, что сделаю важное дело. — Райлан поморщился. — Я даже самонадеянно мнил, что мой проект заставит мэра одуматься, и те убийства будут в итоге раскрыты.

Крис улыбнулся ему.

— Ты думал правильно, Рай. СМИ — это сила, с которой нужно считаться.

— Ну, уж что я точно переоценил — будучи белым цисгендерным чуваком, — так это свою способность вызывать у людей доверие. Недавно у меня произошел некоторый прорыв… — Он рассказал им о Майе. — Но с тех пор мне больше не удавалось вывести ее на разговор.

Мин покосился на Скотта.

— Может, свести его с Бидж?

Скотт сел на край джакузи. Его ноги плескались в воде, лицо от тепла раскраснелось.

— Вообще, это суперидея. Когда-нибудь на неделе приведу его к ней.

Райлан оторвал взгляд от дорожки волос на его животе и поблескивающих на ней капель воды.

— Бидж? Что еще за Бидж?

Скотт хрипло хохотнул.

— Сильно удивишься, если я скажу, что Бидж — это монахиня?

— Монахиня? — Райлан моргнул.

— Ага, — ответил Скотт. — Она работает в том приюте, о котором я тебе говорил. Помнишь? Где я познакомился с типом, которому был нужен живой указатель.

Райлан кивнул, и Скотт продолжил:

— В основном она занимается тем, что раздает секс-работникам презервативы — как я уже говорил, не задавая лишних вопросов. Плюс ищет клиники, где недорого или бесплатно проверяют на ЗППП и делают аборты.

— А еще ведет список клиентов, с которыми лучше не связываться, — вставил Мин. — Собирает контакты порядочных копов и детективов — на случай нападения. И общественных адвокатов на случай ареста. Она делает хорошее дело.

Райлан свел брови вместе.

— Но чтобы этим занималась монахиня? — Он недоверчиво покачал головой. — Да еще с именем Бидж?

Мин хихикнул.

— Ее зовут сестра Белинда Джалиско. Сокращенно BJ. — Он подмигнул. (намек на blowjob или BJ, то есть минет — прим. пер.)

— А, понял. — Райлан рассмеялся. — Судя по всему, она плотно внедрилась в комьюнити.

— Да.

— И она поддерживает транс-женщин?

— Просто женщин. Безо всяких приставок.

Довольный Райлан потянулся к Скотту для поцелуя.

— Спасибо.

Они выпили еще по бокалу вина, а когда Мин и Крис начали целоваться, Скотт бросил Райлану полотенце.

— Мы можем остаться и посмотреть, но я бы предпочел так не делать.

Райлан притворно содрогнулся.

— Бр-р. Нет.

Они ушли к себе в комнату, и уже в ванной, когда они встали под душ смыть с тела хлорку, Скотт вдруг спросил:

— Крис еще привлекает тебя?

Райлан долго промывал волосы и в итоге решил, что лучшая политика — это честность.

— Да. Почему нет? Он красивый мужчина.

— Он тебя хочет.

— Думаю, сейчас он просто дразнит меня. Без подтекста. — Райлан выключил воду и подал Скотту полотенце, потом вытерся сам и перешел к раковине, чтобы почистить зубы. — Вчера на прогулке мы немного поговорили об этом.

Скотт тоже взял щетку.

— О том, что он тебя хочет? — Его голос был напряженным.

— Ну да, — медленно произнес Райлан. — Ты же практически пихнул его мне под нос. Что, по-твоему, должно было случиться? Естественно, эта тема… всплыла.

Скотт тяжело оперся о раковину.

— Да. Представляю.

Повесив мокрые полотенца сушиться, Райлан взял его за руку и увел в спальню. Они забрались под легкое покрывало, и Скотт, просунув между его бедрами ногу, опустил голову на его грудь.

— Как ты относишься к эксклюзивным отношениям? — спросил Райлан, перебирая его влажные волосы. — Наверное, нам стоит это обговорить.

— Раньше я о них никогда даже не думал. Мне было плевать, верен мне человек или нет. А что насчет тебя?

Райлан, сонный и абсолютно расслабленный, поглаживал его шею.

— Я всегда полагал, что у меня достаточно либеральные взгляды на секс. Ну например, у нас с Фелипе были серьезные отношения, но время от времени мы их… так сказать, разбавляли, приводили кого-то домой.

— Значит, тебя не задело бы, если б сегодня я привел в эту спальню Зарю?

Райлан непроизвольно напрягся.

— Так далеко я бы не заходил. С Филипе мы просто играли, но если бы он захотел переспать с кем-то один… Даже не знаю. Пока мы были вместе, этот вопрос не всплывал.

Пальцы Скотта лениво кружили по его животу.

— То есть, бывало, что вы приглашали третьего?

— Да, иногда. — Райлан поглаживал его спину, обводя мышцы. — Со мной Фелипе предпочитал пассивную роль, и должен признаться, мне нравилось время от времени наблюдать, как он трахает парня в роли актива. Тогда я даже ни в чем не участвовал, а просто сидел и смотрел.

Скотт это обдумал.

— Ты любил его?

— Да, — тихо ответил Райлан. — С другими был просто секс, и наше отношение к этому совпадало. — Он помолчал. — Эй. Взгляни на меня.

Скотт поднял голову. В его взгляде была настороженность. Райлан приласкал его щеку.

— Я знаю, как ты относишься к Крису. Я не стану с ним спать. Тебе он не нравится, поэтому ничего и не будет.

— Ты сказал это ему?

— Сказал. А еще сказал, что люблю тебя.

Этим он заслужил мягкий поцелуй, а затем Скотт тихо вздохнул и опустил голову на подушку. Райлану хотелось спросить, что Скотт сказал Заре, но он решил не давить и промолчал.

Вскоре их унес сон, а когда Райлан снова открыл глаза, сквозь занавески проглядывало рассветное солнце. Скотт еще спал. Райлан прижался к его спине и обхватил его грудь.

Ему вспомнилось одно давнее утро, когда он проснулся в том грязном трейлере, лежа точно так же за Скоттом — болезненно возбужденным, но неспособным дать волю влечению к своему сводному брату. Однако теперь Райлан мог трогать все, что захочет. Он провел пальцами по соблазнительной дорожке волос у Скотта на животе, как хотел сделать тогда, потом скользнул ниже и взял в ладонь его тяжелые яйца.

Скотт с хриплым стоном приподнял ногу, открывая Райлану доступ.

— Что же ты со мной делаешь? — Он потянулся назад и, беспомощно толкаясь в кольце пальцев Райлана, обхватил его шею.

Райлан приблизился к его уху и обвел чувствительную раковину языком.

— Занимаюсь с тобой любовью, — прошептал он.

Скотт перекатился на живот и раздвинул ноги. Его щеки горели, в глазах, когда он оглянулся назад, еще стоял сон. Он лежал словно порочный, божественный деликатес, и Райлан стал пировать — пальцами, губами и языком, пока Скотт не стал под ним извиваться. Комнату наполнил его хриплый умоляющий шепот. Щелчок латекса, капля смазки, и Райлан вошел в него сзади — сильно и глубоко.

Он не спешил. Его бедра двигались медленно и размеренно, и наконец Скотт всхлипнул от наслаждения, уткнувшись в подушку и комкая простыни. Вскоре и Райлан взлетел вслед за ним ввысь, шепча ему в щеку слова любви. Сдерживать их он больше не мог.

Я не хочу уезжать в Африку. Не хочу пропускать больше ни единого утра, как это.

Глава 11

Скотт выскользнул из постели и, снова оставив Райлана досыпать, спустился на кухню. Мин, к его удивлению, уже встал. Он сидел, сгорбившись над чашкой кофе, и вид у него был немного печальным.

— Что стряслось? — Скотт, идя к кофеварке, потрепал его по голове.

Мин вяло дернул плечом.

— Ничего.

— Перестань. Это же я.

Налив себе кофе, Скотт взял банан и тоже сел. Когда его задница соприкоснулась со стулом, он невольно поморщился, и глаза Мина на миг порочно блеснули.

— Что, больно?

Скотт фыркнул, очищая банан.

— Да, если тебе все надо знать. Райлан проснулся… в соответствующем настроении.

Губы Мина дрогнули в улыбке.

— Крис тоже. Клянусь, этот мужик ненасытен.

— Он без ума от тебя.

Мин покрутил в ладонях пустую чашку.

— Его член — определенно да.

Жуя банан, Скотт внимательно посмотрел на него.

— Не только. Я правда так думаю.

— Может быть.

— Эй. — Скотт подождал, когда Мин поднимет глаза, потом мягко спросил: — Из-за чего ты грустишь? Потому что не чувствуешь то же?

Мин встал и, налив себе еще кофе, привалился к кухонной стойке.

— Черт его знает, Скотти. Все должно было быть весело и легко, но сегодня утром он… — Мин сглотнул. — Когда мы трахались, он обнимал меня. Другие просто хватают за плечи и начинают долбить, а Крис… он обнимал меня, понимаешь?

Скотт тоже сглотнул.

— Да. Понимаю.

Я люблю тебя, Скотт. Боже, я люблю тебя.

Мин вернулся к столу и снова опустился на стул.

— И долго не отпускал даже после того, как все кончилось. Ну и что я теперь должен чувствовать?

Скотт встал и выбросил кожуру от банана в мусорное ведро, потом со спины взял Мина за плечи и сжал.

— Вчера в ресторане он сказал Райлану, что ты настоящее солнышко.

Мин фыркнул.

— Похоже на строчку из плохой песни.

Скотт потер его плечи.

— Возможно. Но когда я познакомился с Райланом, то подумал о нем то же самое. Я не могу этого объяснить, но когда он рядом, мир словно становится ярче. — Он с иронией хмыкнул. — Боже, какая сентиментальная хрень. И правда похоже на глупую песню.

Мин кивнул, и Скотт с шутливым упреком щелкнул его по макушке.

— Суть в том, что тогда все в моей жизни казалось безнадежным и мрачным. Райлан озарил ее светом, и многое стало выглядеть иначе — и лучше. — Скотт наклонился и поцеловал его в щеку. — У вас с Крисом та же история. Ты делаешь его мир ярче, и это прекрасно. Поверь.

Мин ненадолго задумался.

— Может быть. Но все равно, в субботу я с ним попрощаюсь.

Скотт мысленно улыбнулся тому, что Мин вновь сдвинул дату.

В этот момент из коридора донеслось чертыхание, и в кухню ввалился Крис. Скотт и Мин, не сговариваясь, указали на кофеварку и с усмешкой переглянулись, когда Крис с отчаянием на лице пошел прямо к ней.

— Он прямо как мы, — пробормотал Скотт, и Мин, соглашаясь, фыркнул.

Крис сел рядом с ними и, довольно урча, припал к чашке с кофе.

— Не привык так рано вставать, — просипел он. —Я сова.

Мин рассмеялся.

— Если ты сова, то кто тогда мы? Мы живем по клубному расписанию. В пять утра ложимся в кровать, спим до двух-трех…

— Ах, молодежь. — Крис дотянулся до его губ, и Мин с энтузиазмом ответил на поцелуй.

Скотт скорчил гримасу и, встав, переместился к плите.

— Кто хочет омлет?

К тому времени, как на кухне появился заспанный Райлан, на столе стояли тарелки с омлетом, а в кофеварке дымился свежезаваренный кофе. При виде его взъерошенной шевелюры Скотт усмехнулся, потом взял его щеки в ладони, поцеловал и стер с его глаз оставшийся сон.

— Доброе утро, засоня.

— Чего это вы такие бодрые? — проворчал Райлан, переходя к кофеварке.

— Третья порция. — Мин приподнял свою чашку.

Крис сделал то же.

— Вторая.

Хмурясь, Райлан унес чашку с кофе на стол и склонился над ней, словно боясь, что ее украдут. Когда Скотт подвинул к нему тарелку с омлетом, Крис пробормотал:

— Осторожнее. Ты же не хочешь, чтобы он откусил тебе палец.

Райлан притворно зарычал, но на его губах играла полуулыбка. Вскоре он повеселел, и вся компания, шутя и болтая, принялась поедать завтрак.

— Тогда я сказал этой сучке: «Просто заткнись и иди крась лицо», — взмахнув вилкой, завершил Мин историю о злобной драг-куин, с которой у него был конфликт.

— И она заткнулась? — Крис еле сдерживал смех.

— Естественно, черт побери. А потом вышла на сцену и отожгла. Шоу должно продолжаться — как бы я ее ни бесил.

Крис потерся о его щеку носом.

— Моя свирепая детка.

Мин тряхнул головой.

— Свирепая и роскошная. — Он подарил Крису звучный поцелуй. — Кстати. Нам пора собираться на свадьбу.

Они поднялись. Скотт тоже встал, и Крис протянул ему руку.

— На случай, если до отъезда мы не увидимся… Скотт, спасибо, что пригласил.

Скотт пожал ему руку, а потом они вдруг обнялись — крепко и искренне, словно это было самым естественным делом. Похлопав его по спине, Крис отстранился.

— Надо будет как-нибудь повторить. В смысле съездить куда-нибудь вчетвером.

Скотт поджал губы и покосился на Мина.

— Что ж, идея отличная. Правда, организовать что-нибудь до субботы будет проблематично, но я… — Мин, сверкая глазами, пнул его по лодыжке, и Скотт издал вопль.

— Что? — Крис недоуменно нахмурился, и Мин подхватил его под руку и поспешил увести.

— Не обращай внимания. Он часто несет непонятную чушь, — долетела до Скотта его трескотня, и он расхохотался. Отсмеявшись, он увидел, что Райлан с любопытством глядит на него.

— И что это было?

Скотт, еще усмехаясь, покачал головой.

— Кажется, из меня может выйти отличная сваха. А ты что думаешь?

Фыркнув, Райлан собрал пустые тарелки и начал их мыть.

— Что тебе повезло. Все ведь могло сложиться совсем по-другому. — Он говорил без упрека, со смехом, но эти слова все равно словно ударили Скотта под дых. Он пригласил Криса, чтобы оттолкнуть Райлана. Слава богу, что этот план не сработал.

Скотт со спины обнял его за талию и поцеловал в шею.

— Я рад, что ты умнее меня. Очень рад.

Райлан брызнул в него мыльной пеной.

— Я не умнее. Просто влюблен.

Нежно покусывая сухожилие его шеи, Скотт улыбнулся.

— М-м… Этому факту я тоже рад. Иначе ты бы не смог меня выносить.

— Вот-вот.

Райлан изо всех сил старался навести на кухне порядок, но ему мешал Скотт, его руки были повсюду, и вытащив их из своих штанов в третий раз, Райлан не выдержал:

— Господи, Скотт! Лучше иди собери наши вещи. Кыш! Я запрещаю тебе находиться на кухне!

Райлан замахнулся на него мокрой лопаткой, и Скотт, смеясь, отступил, но перед уходом успел смачно шлепнуть его по заднице. Легко взбежав по лестнице вверх, он усмехнулся: в комнате Мина и Криса происходила похожая перепалка.

— Крис, ну и как мне накладывать макияж? Из-за тебя у меня дрожат руки!

— Да не трогаю я твои руки, — донеслось приглушенное ворчание Криса. — Ну же, малыш, ты же умеешь работать в многозадачном режиме.

Повисла короткая тишина, затем Скотт услышал хриплый стон Мина и поспешил уйти к себе в спальню. Закрыв дверь, он бросился на кровать и ладонью прижал член к бедру, призывая его успокоиться. Но то, что простыни пропахли сексом и Райланом, лишь подстегнуло его возбуждение, и вскоре Скотт сдался. Он сбросил штаны и, взяв с тумбочки смазку, выдавил щедрую порцию себе на ладонь.

Пока он лениво ласкал себя, дверь открылась, и в спальню зашел Райлан. Увидев, чем занимается Скотт, он резко остановился. С горящим лицом закусил губу, и Скотт в ответ согнул ноги в коленях и широко их раздвинул, открывая обзор.

Глаза Райлана засверкали.

— Вау. Словно одна из моих фантазий воплотилась вдруг в жизнь. — Он лег рядом со Скоттом — не касаясь его, но Скотт все равно ощутил жар его тела.

— Да? — Скотт оттянул член до предела, потом отпустил, и он тяжело шлепнулся ему на живот.

Райлан облизнул губы.

— Да, — глухо подтвердил он, обводя языком его ухо. — Когда мы были подростками, я как-то подсматривал за тобой. Ты тогда тоже дрочил, а я наблюдал за тобой и толкался в матрас, пока не кончил в штаны.

Скотт застонал, его член набух еще больше.

— Боже мой, Райлан.

— О чем ты думал, когда я зашел?

Скотт снова начал ласкать себя.

— О тебе. Вспоминал, как ты танцевал с Мином, как трахал его рот. Ощущение твоего члена внутри. Твой голос, повторяющий, что ты меня любишь.

На его головке проступила капелька смазки, и Скотт, постанывая, большим пальцем размазал ее.

— Да… — прошептал Райлан. — Я люблю тебя. Твое тело. Твое лицо. Твой разум. Твою силу. Твою верность.

Скотт ощутил, как эмоции и удовольствие обрушились на него пьянящей волной, и его яйца поджались.

Покрывая поцелуями его торс, Райлан добрался до соска и втянул его в свой горячий и влажный рот.

— Я люблю тебя. — Его язык закружил вокруг чувствительного бугорка. — Ты моя душа, мое сердце. Ты мое все.

Когда рука Скотта ускорилась, комната наполнилась скользкими звуками, с которыми его член вторгался в кулак. В его горле набух сдавленный стон, и Райлан, поднявшись, зашептал ему в ухо:

— Ты так прекрасен, Скотт. — Он ущипнул его влажный сосок, стал перекатывать его в пальцах. — Кончи. Прямо сейчас.

Скотт вскрикнул, запрокинув лицо к потолку, его спина выгнулась, ягодицы оторвались от постели, и он почти бесконечными струями излился себе на грудь.

Убрав его руку от члена, Райлан сжал головку и, выдавив последние белые капли, слизнул их мягкими прикосновениями языка.

Скотт в ошеломлении всхлипнул, и Райлан, еще раз поцеловав его, положил голову ему на живот. Они долго лежали, наслаждаясь покоем, и спустя какое-то время Райлан неохотно спросил:

— Наверное, нам пора собираться в дорогу?

Этого Скотту хотелось меньше всего, но он взглянул на часы и хмуро кивнул. Они по очереди приняли душ, затем Скотт вынес весь мусор, а Райлан обошел дом, проверяя, везде ли выключен свет. Наконец Скотт запер дверь на замок и спрятал ключ под коврик у входа, чтобы позже его забрала экономка.

— Готов?

Крис с Мином давно уехали, поэтому проводить их было некому. Они забросили сумки в кабриолет и задним ходом выехали на дорогу. Когда они понеслись по шоссе, у Скотта зазвонил телефон, и он нажал на руле кнопку.

— Да?

— Скотти! Ты где? — Голос Кори вибрировал от волнения.

— Возвращаюсь с Райланом из Седоны. А что?

Кори шумно вдохнул и взорвался:

— MC₂ вернулись в игру! Сделка так близко, что я ее чую!

— Что…

— Та твоя фотка, где ты лежишь на скале… Малыш, она победила! Мне только что позвонил сам Мэллори Кресвел! Завтра в ночь он вылетает к нам, а в среду утром мы проведем совещание. Это фантастика, Скотти! У нас получилось!

Скотт еще даже не начал переваривать эту новость, а Кори уже тараторил, словно из пулемета:

— Я уже везде тебя записал. Днем сходишь на стрижку, потом маникюр-педикюр и отбеливание зубов. Завтра утром автозагар, бровист и, возможно, эпиляция волос на груди. Походи в зал, хотя знаешь, сплошной, ровный загар поможет сейчас лучше всего. Как ты питался?

Из-за челюсти Скотт еще соблюдал кое-какие ограничения в пище, но он все выходные пил алкоголь, ел жиры, углеводы… Не ходил в зал и, если не считать пару прогулок и несколько раундов секса, не делал никаких упражнений. Скотт виновато поморщился.

— Э-э…

— И весь достигнутый душевный покой улетает в трубу, — пробормотал с отвращением Райлан. — Господи… Ну спасибо огромное, Кори.

Скотт шлепнул его по ноге, прося замолчать, чем заслужил убийственный взгляд.

— Знаю, ты сейчас худоват, — продолжал Кори, — но ничего, поиграем со светом и позой. Если ты не превратился за одну ночь в жирного свина, то все будет тип-топ.

Скотт ощупал свой плоский живот. Что это? У него появился жирок? Гребаный «спасательный круг»? Он сглотнул, еще не вполне понимая, что происходит. Все выходные он потакал себе, забив на режим. Вдруг из-за этого он опять облажался?

Райлан положил руку ему на бедро, и ее теплая тяжесть прорезала панику и неуверенность, которые накатили на Скотта тошнотворной волной. Он откашлялся.

— Кори, я буду в Финиксе через пару часов.

— Отлично. Приезжай сразу в клуб, и мы обсудим нашу стратегию. А потом сходишь к стилисту. Нас ждут великие дела, малыш. Великие дела!

Кори отключился. В воцарившейся тишине был слышен лишь свист горячего ветра.

— Это я отправил на конкурс твою фотографию, — медленно произнес Райлан. — Я снял ее в тот первый день, когда мы гуляли с Мином. Ты выглядел таким счастливым… таким бесконечно красивым, что мне захотелось, чтобы ее увидели все. — Он сжал его колено. — Я поставил тег конкурса, потому что все остальные фотки были скучными и дурацкими.

Скотт сплелся с ним пальцами.

— Спасибо. За все выходные я ни разу не вспомнил ни о соцсетях, ни об MC₂, ни о клубе…

— Ну и что? Разве тебе нельзя отдохнуть?

— Рай, мне нельзя расслабляться. Когда ты исчезаешь с радаров — даже на пару дней, — твое место может занять кто-то другой. Но теперь, когда у нас есть MC₂… — Он выдохнул. — Может, мне наконец повезет.

Заметив, что Райлан, словно желая что-то сказать, терзает зубами губу, Скотт снова сжал его руку.

— Выкладывай, — произнес он. — В последние дни ты, вроде, не скупился на слова, так что у тебя на уме?

Робкий взгляд, который бросил на него Райлан, был настолько очаровательным, что Скотту захотелось зацеловать его.

— Просто… десять минут назад ты был спокоен и счастлив, а сейчас снова напрягся. И меня это бесит.

Скотт пожал плечами.

— Разве так не у всех? Каникулы кончились, мы вернулись в реальность. Большинство людей не любят свою работу.

— Ты тоже?

Скотт нетерпеливо выдохнул.

— Я не говорил этого, Рай. Мне щедро платят за то, чтобы я ходил полуголым и принимал комплименты. Что здесь может не нравиться?

Райлан взмахнул свободной рукой.

— Даже не знаю. Может то, что тебя ценят только за внешность? Или что тебе абсолютно всегда нужно быть идеальным?

— Райлан, за это я и получаю зарплату. Мне платят большие деньги за то, чтобы я был ожившей фантазией об идеальном мужчине.

— Я знаю. И если на этой работе ты счастлив, то это единственное, что имеет значение. Но…

— Но что? Договори.

Райлан закусил губу.

— Но ты точно счастлив? Помнишь, когда мы были детьми, ты думал… что у тебя просто нет других вариантов.

Скотт не ответил. Помолчав, Райлан продолжил:

— В тебе столько талантов. Обаяние, дипломатичность, умение договариваться с людьми и решать их проблемы. Если б не ты, свадьба Джулии не получилась бы столь прекрасной и уникальной.

Скотт фыркнул.

— Глупости. Просто я оказался в нужном месте в нужное время и был не против помочь…

— Нет, это правда! Ты взял проблему и нашел способ решить ее. Ты превратил их свадьбу в нечто особенное, потому что люди не могут тебе отказать. Плюс у тебя замечательный вкус. — Райлан помолчал. — Я к тому, то это нормально, если ты хочешь найти себя в чем-то новом. Это нормально, если ты хочешь взять паузу и выбрать занятие себе по душе — такое, где тебе, блин, будет позволено хотя бы просто дышать.

Скотт сморгнул внезапные слезы. Гребаный ветер. Дует прямо в глаза. Потом подцепил с приборной панели солнцезащитные очки и надел их.

— Сказать легче, чем сделать, — прохрипел он.

Райлан положил руку ему на плечо и стал поглаживать его большим пальцем.

— Я знаю. И что бы ты ни решил, я в тебя верю. Безоговорочно. На все сто процентов. Я лишь не хочу, чтобы ты говорил себе, что у тебя нет других вариантов, окей?

Скотт, не доверяя своему голосу, лишь кивнул, и весь остаток дороги до Финикса они проехали молча.

***

Ощущая себя немного потерянным, Райлан стоял у Скотта в гостиной.

Что теперь?

Он пошел в спальню и сел на кровать. Она была смятой и незаправленной, поэтому Райлан сменил простыни на свежий комплект и разгладил поверх одеяло.

Он побродил немного по комнате, убирая разбросанную одежду и ставя вещи на место. На душе было неспокойно. Уикенд получился во всех смыслах волшебным, но он почему-то чувствовал себя вымотанным, эмоционально опустошенным. Райлан поморщился. Если вот так себя чувствовал он, то каково было Скотту? Высадив Райлана, он ничего не сказал. Только «увидимся позже».

Его внимание привлек книжный стеллаж — тот, на нижней полке которого стояли старые синие «найки». Райлан присел и кончиком пальца провел по узелкам на рваных шнурках, по истертому материалу. Цвет кроссовок поблек, один иконический логотип в виде галочки отвалился.

В глазах встали жгучие слезы. Он вспомнил день, когда увидел эти потрепанные кроссовки впервые и задался вопросом, какие истории они могли рассказать. Что ж, теперь он их знал. Как там он сказал Крису? Что все выходные бередил его раны? В его горле встал ком, и он сдавленно всхлипнул. Нет, не бередил — это и близко не было похоже на правду, — а вскрыл и безжалостно разодрал.

Тяжело вздохнув, он еще раз погладил кроссовки и встал. Господи. Вдобавок ко всему прочему, на Скотта обрушился еще и контракт с MC₂. Что же творилось сейчас в его голове, где прошлое переплелось с настоящим…

Когда через несколько часов щелкнул замок, Райлан внутренне сжался. Он не представлял, в каком настроении может быть Скотт после того, как Кори взвалил на его плечи огромный груз ожиданий.

К его безмерному облегчению Скотт не оттолкнул его, как бывало раньше, а вцепился в него, как в спасательный круг. Райлан запустил пальцы в его свежеподстриженную шевелюру.

— Как все прошло? Хорошо?

Скотт взял его щеки в ладони и нежно поцеловал.

— Более чем. Мэллори Кресвел прислал предварительный контракт, и Райлан, он изумительный. Мы о таком не смели даже мечтать.

Скотт подробно рассказал ему про контракт, и Райлан внутренне сжался. Расписание Скотта было забито вечеринками, фотосессиями и миллионом прочих мероприятий, включая неделю в Лас-Вегасе, где ему предстояло вести открытие нового клуба.

— Там будут инвесторы, — с сожалением произнес Скотт, отпустив его и тяжело сев за стол. — Придется очаровывать их, флиртовать. Это будет похоже на мои вип-выступления в «Спектре», только они продлятся не три часа, а три дня. — Он вздохнул. — Будут еще вечеринки до и вечеринки после, плюс само открытие клуба…

Райлан пискнул — Скотт неожиданно взял его за руку и усадил себе на колени.

— Пожалуйста, Рай, скажи, что у тебя нет проблем со всем этим дерьмом. Я ничего еще не подписал… — Его голос был полон тревоги.

Бесконечно тронутый тем, что Скотт подумал о его чувствах, Райлан обвил его шею руками.

— Я точно знал, во что ввязываюсь, когда решил быть с тобой, — хрипло произнес он. — И еще я знаю, как много это для тебя значит. Нет, у меня ни с чем нет проблем. Лишь бы только ты был счастлив.

— Я счастлив. Но Рай… — Скотт нерешительно замолчал. — Ты для меня намного важнее любого контракта. Просто хочу, чтобы ты это знал.

Райлан почувствовал, как его губы складываются в широкую улыбку, и порывисто поцеловал его. Одним поцелуем он, впрочем, не ограничился, и вскоре они уже задыхались. Срывая друг с друга одежду, они перешли в спальню, их близость была яростной, страстной, но нежной.

Когда все закончилось, Скотт проспал в его объятьях всю ночь. Его голова покоилась у Райлана на плече, дыхание было глубоким и ровным. Сам Райлан не спал — чтобы сполна насладиться этим спокойствием перед бурей.

Потому что завтра все должно было измениться.

Глава 12

Райлана испугал резкий стук в дверь. Он взглянул на часы — время приближалось к обеду. Отодвинувшись от стола, он пошел открывать и улыбнулся, увидев за дверью Скотта. В руках он держал два бумажных пакета.

— Привет. — Райлан пропустил его внутрь. — Принес мне еду?

— Якисобу с говядиной. Будешь?

— О да.

Поставив пакеты на стойку, Скотт обнял его.

— Привет, малыш.

Райлан поднял лицо.

— Привет, — прошептал он Скотту в губы. — Я соскучился. Как там Вегас?

— Неплохо.

Еще раз потеревшись носом о его щеку, Скотт отпустил его и принялся доставать из пакетов еду, а Райлан тем временем расставил тарелки и принес из холодильника пиво.

— Ты провел там неделю, но можешь описать Вегас одним-единственным словом «неплохо»? — пошутил Райлан. — Мне понравились те горячие фотографии в инстаграме. Твои алые плавки… Уф! — Он помахал на себя пальцами.

Скотт усмехнулся.

— Да, у бассейна была бомбическая вечеринка.

— Вечеринки, открытие нового клуба… вау. Каково это — стать наконец-то официальной моделью MC₂?

— Я хорошо провел время, Рай. — Скотт вонзил зубы в лосося на гриле. — А что нового здесь?

— Да ничего. Все по-старому. Работаю в клубе, редактирую фотографии, тусуюсь с Мином и Крисом.

— Как они?

— Неразлучны. Мы были в Седоне… когда? Месяц назад? С тех пор я не видел их друг без друга.

— Рад за них.

Повисла короткая тишина, затем Скотт спросил — небрежно, но его тон был осторожным:

— Значит, ты видел те фотографии, да?

Райлан запил якисобу пивом.

— Да. Не знаю, кто вас снимал, но он постарался на славу.

Даже больше, чем надо, с грустью подумал он, вспоминая крупные планы, любовно запечатлевшие бугор в плавках Скотта и его пресс.

— Скотт, фотографии были ровно такими, как я ожидал. Суть вечеринок, которые ты посещаешь, и заключается в том, чтобы ты вел себя, как ожившая влажная мечта любого мужчины. — Он хмыкнул. — Чтобы людям казалось, будто белье MC₂ — это билет в красивую жизнь, полную секса и развлечений.

Облегчение в глазах Скотта было почти ощутимым.

— Именно. Я знал, что ты поймешь. Спасибо, что сказал это вслух.

Они молча доели обед, и Райлан ушел мыть тарелки. Он тихо пискнул от неожиданности, когда со спины его обняли сильные руки.

— Мы все обговорили, когда я подписал контракт с MC₂, — сказал Скотт ему на ухо, — но уезжая на эти мероприятия, я каждый раз беспокоюсь, что ты…

Райлан выключил воду и прислонился к нему, улыбнувшись, когда Скотт привлек его ближе.

— Я знаю расклад. Все нормально.

— Я самый везучий парень на свете. Я тебя не…

Райлан ущипнул его за мускулистую задницу.

— Даже не смей говорить слово на «з», — строго произнес он, и Скотт поцеловал его в щеку.

— Я тебя не заслуживаю, — все равно сказал он, не обращая внимания на стон раздражения Райлана.

— Эй. — Райлан запрокинул лицо, чтобы взглянуть на его, и заметил у его губ знакомые белые черточки стресса. Видеть их после столь долгого перерыва было тревожно. — Не переживай на мой счет. Мы все обсудили, и ты знаешь, что условие у меня только одно…

— …никакого гей-порно, — закончили они в унисон.

Райлан повернулся и большими пальцами разгладил уголки его рта, на котором, к счастью, снова заиграла улыбка.

— Смотреть, как ты трахаешь перед камерой какого-нибудь подражателя Лэнса, меня совершенно не тянет, но знаешь, если бы на его месте был Крис…

Он издал вопль — Скотт схватил его и начал безжалостно щекотать. Очень быстро щекотка сменилась на ласки и поцелуи, и когда они, тяжело дыша, оторвались друг от друга, Райлан просунул меж ног Скотта руку и сжал его напрягшийся член.

— Это для меня или для Криса? — озорно спросил он и ойкнул, когда Скотт отвесил его ягодице смачный шлепок.

— Что, хочешь узнать? — Лицо Скотта было расслабленным, во взгляде горел игривый огонь. — Если б не встреча с Бидж, я бы нагнул тебя прямо сейчас и дал намек.

Райлан фыркнул.

— Надеюсь, я получу нечто большее, чем просто намек, раз уж обычно я требую все двадцать сантиметров…

Скотт, усмехаясь, толкнулся в его ладонь.

— Они все твои, малыш. Только твои. — Он наклонился и подарил ему мучительно-нежный поцелуй. — Боже, я так соскучился по тебе.

— М-м-м… — Райлан приласкал его губу языком. — Я по тебе тоже.

Они постояли, приникнув друг к другу, еще с полминуты. Потом Скотт отстранился.

— Райлан, я хочу, чтобы ты переехал обратно ко мне.

Райлан потрепал его по щеке и вернулся к мытью тарелок.

— А как же запрет на публичные отношения?

Скотт бедром прислонился к стойке.

— Это не запрет, а… вежливое пожелание.

— И оно вполне выполнимо. — Райлан положил губку на раковину и вытер руки. — Они не хотят, чтобы ты открыто с кем-то встречался, потому что это разрушит твой образ. Я понимаю. Мне не надо заявлять на весь мир, что ты мой, или быть рядом в режиме двадцать четыре на семь, чтобы чувствовать, что мы вместе. Поэтому… все нормально.

Райлан не знал, сколько раз за последнее время он успел повторить эту фразу.

— Ты же знаешь, что у меня еще не было отношений. Таких — точно нет. Просто… господи, Рай, я не хочу все испортить.

Улыбнувшись, Райлан шагнул к нему и коснулся щеки.

— Продолжай быть открытым со мной и говорить о своих чувствах, и я гарантирую, что ты ничего не испортишь.

Скотт глубоко вдохнул.

— Будем следовать выбранному пути прямо с начала.

— Именно так.

Они вышли из квартиры и по бетонной лестнице спустились к парковке.

— Как у тебя с оплатой аренды? — спросил Скотт. — Та старая домовладелица больше не донимает тебя?

— Миссис Попович? О, не беспокойся. Кори нагружает меня задачами в клубе, а на прошлых выходных я нашел подработку.

— Серьезно?

— Я тебе не рассказывал? Одна пара устраивала во время выступления Мина помолвку. Я это заснял, выложил в инстаграм клуба, и им так понравились фотографии, что они меня наняли и на свадьбу.

— Это замечательно, Рай! — воскликнул Скотт. — И они заплатят?

Он снял машину с сигнализации, и когда они открыли дверцы, их окатила удушающая волна горячего воздуха. Скотт поспешил включить кондиционер.

— Да, заплатят. — Райлан вытянул ремень безопасности и пискнул, обжегшись о горячую пряжку. — Они сказали, что счастливы поручить съемку фотографу-гею вместо того, чтобы искать человека, который будет «терпеть» однополую свадьбу. По-моему, в городе еще нет никого, кто бы специализировался на ЛГБТ-свадьбах, поэтому…

— У тебя есть все шансы занять эту нишу на рынке, — с энтузиазмом договорил Скотт, сдавая назад и выруливая с парковки. — Свадебный фотограф Махоуни.

— Мне нравится, как это звучит. Может, позвать в бизнес и Мина?

Он шутил, но Скотт сразу ответил:

— Так и сделай. Отличная мысль!

— Ладно, посмотрим. — Райлан подвигал решетки кондиционера. Лучше не стало: как следует охладиться воздух еще не успел. — Черт, ну и жара.

Скотт хмыкнул.

— Июль в Аризоне, Рай. Добро пожаловать в ад.

— Ад — не то слово.

Солнце уже садилось, но над раскаленным асфальтом еще вибрировал воздух. Глядя в окно, Райлан смотрел, как они проезжают его убогий район и поворачивают на юг, в сердце города. Теперь вокруг возвышались сверкающие небоскребы, покрытые тонированным стеклом, в котором слепящими дугами отражался солнечный свет. Под скудной тенью навесов трамвайных и автобусных остановок прятались от жары люди — здесь, как нигде, чувствовалась гнетущая близость пустыни.

Скоро они оставили деловой квартал позади, и за окном замелькали покосившиеся дома с грязными, неухоженными дворами. Около некоторых стояли щиты с рекламой адвокатских контор или гадания на картах таро — это был странный район, в котором жилое причудливо переплеталось с коммерческим. То тут, то там его пересекали железнодорожные рельсы. В конце концов Скотт притормозил у невысокого здания из выцветшего кирпича.

Райлан вышел из машины. Сверкающие спортивные стадионы и модные бары находились всего в десяти минутах езды, а здесь тротуары были неровными и покрытыми трещинами, сквозь которые пробивалась трава. Дома разделяли пыльные, заросшие сорняком пустыри, а у кирпичной стены сидело, ссутулившись, несколько человек. Рядом с ними стояли помятые тележки, забитые выуженными из мусорок обрывками чужих жизней.

Скотт направился прямо к зданию — на его двери висела аккуратная распечатка с названием миссии — и зашел внутрь. Тоже переступив порог, Райлан увидел, что он разговаривает с женщиной, сидящей за импровизированной стойкой. В окошке шумел старый кондиционер, но воздух здесь все равно пах чем-то затхлым.

— Сегодня сестра работает между Джефферсон-стрит и Вашингтон-стрит, — сообщила женщина прокуренным голосом. — Кстати, раз уж ты туда собираешься, отвезешь им еще воды? —Заметив маячившего у двери Райлана, она улыбнулась. — Я могу вам чем-то помочь?

— Бетти, он со мной, — ответил Скотт.

Она дружелюбно помахала Райлану. Скотт, наклонившись, поцеловал ее в щеку, отчего она покраснела, затем пошел в угол комнаты, где стояла небольшая тележка, и погрузил на нее несколько упаковок воды.

Помахав на прощание Бетти, Райлан вслед за Скоттом вышел на улицу, и на них снова обрушилась удушающая жара. Скотт без колебаний двинулся по тротуару. Под скрип тележки они, не разговаривая, миновали пару кварталов и вышли к унылому парку со сломанными скамейками и чахлыми деревцами. В тени сидели люди, мужчины и женщины — кто-то с рюкзаком или магазинной тележкой, кто-то вообще без всего.

— Эй, Скотти, привет!

Внезапно их обступила толпа, и пару минут Скотт пожимал руки, хлопал по спинам, а некоторых коротко обнимал. Начав раздавать воду, он между делом сказал:

— Это мой друг Райлан. Он хочет пофотографировать здесь, если вы разрешите. А если нет — то не будет. Да, Рай?

Все головы дернулись к Райлану. Враждебности на их лицах не было, лишь настороженность — то была привычная реакция людей, отвергнутых обществом, которые знали, что они никому не нужны.

В толпе забормотали: «Да, хорошо, ради бога», и большинство повернулось обратно ко Скотту. Какая-то женщина со спутанными темными волосами и лицом, покрытым потеками грязи и пота, почти игриво проговорила:

— Только сними меня покрасивше, усек? Хочу, чтобы Vogue предложил мне модельный контракт.

Когда она приняла эффектную позу, Райлан поднял свой «никон» и сделал несколько снимков, кружа вокруг женщины, словно фешн-фотограф — как вокруг Тины в ту первую ночь. Затем он вывел фотографии на экран, и женщина, кажется, осталась довольна — особенно потому, что Райлан разрешил ей пролистать снимки самой. Наконец она отдала ему камеру, держа ее осторожно, словно младенца.

— Как же охота помыться, — пробурчала она и, морщась, принялась расчесывать пальцами свои колтуны.

— Могу отвезти тебя в женский приют, — вмешался Скотт. — Поешь, примешь душ, поспишь в помещении, где есть вентилятор.

Она сплюнула на землю.

— Ага, только сначала придется выслушать чертову проповедь.

Скотт понимающе кивнул.

— Знаю. Но выслушать пару библейских стишков в обмен на душ и ночлег? Разок можно и потерпеть.

Женщина бросила на него хитрый взгляд.

— Если я подпишусь на эту херню, то пускай он придет и сделает фотки получше. — Она указала на Райлана, и тот немедленно согласился.

— Разумеется. Обещаю. — Он приложил руку к сердцу. Женщина прищурилась, затем медленно кивнула.

— Отлично! — сказал Скотт. — Я пригоню фургон, как только смогу, хорошо?

— Я никуда не денусь, дружок. Буду тут.

Пока Скотт раздавал бутылки с водой и пачки дешевых влажных салфеток, Райлан шел следом и непрестанно снимал. Вскоре он слился с фоном, и люди перестали обращать внимание на направленный в их сторону объектив. Фотографии, к его радости, получились откровенными, открытыми, искренними.

К тому времени, когда Скотт раздал все, что было в тележке, на парк опустилась полная темнота. Из-за жары Райлан едва стоял на ногах и мог думать только о том, чтобы поскорее приехать домой, принять душ, выпить холодного пива и голым улечься под вентилятор. Внезапно ему стало стыдно. Он пробыл на улице сколько — приблизительно час?

— Как ты это выдержал? — выпалил он. — Как у тебя получалось так жить?

Скотт взглянул на него.

— Научился всяким маленьким трюкам. Выпрашивал деньги, потом покупал проездной на трамвай. Четыре доллара — и я мог весь день сидеть в прохладном вагоне и кататься по городу. Если сравнивать с ними, я пережил то время довольно легко.

Тележка дребезжала по неровному тротуару, от пыли и выхлопных газов было трудно дышать, а бетон излучал угнетающий жар. Райлану стало дурно.

— Легко? — выдавил он.

— Угу. Мне не приходилось ни драться, ни убегать, а если я подходил к какому-нибудь пассажиру со слезливой историей о потерянном кошельке — «У вас не найдется нескольких баксов, чтобы я мог доехать до общежития?», — то мне чаще всего подавали. — Его губы дернулись. — Ну какая опасность может исходить от симпатичного белого парня? Меня не обзывали гребаным лодырем и не требовали, чтобы я устроился на работу. Поэтому да, мне повезло. Я впервые за всю свою жизнь радовался тому, что у меня красивая внешность, так что спасибо, пап, за твои доминантные гены.

Они завернули за угол, и Райлан услышал отдаленный шум генератора, а затем увидел старый фургон — довольно дряхлый и ржавый. Под его провисшим навесом стоял складной стол, вокруг которого толпилось с десяток женщин.

Скотт направился прямо к фургону и уронил ручку тележки, когда в его объятия бросилась миниатюрная седовласая женщина в камуфляжных штанах и белой футболке.

— Скотти! — воскликнула она низким голосом с хрипотцой.

— Привет, Бидж. — Скотт крепко сжал ее, потом осторожно поставил на землю.

— Сто лет тебя здесь не видела. Чем ты был занят?

Скотт подмигнул ей.

— Да так, всяким разным. Бидж, это Райлан.

Она протянула Райлану руку, и он, пожав ее, пробормотал:

— Приятно познакомиться, сестра.

Единственным указанием на ее принадлежность к Церкви был крошечный крест на тонкой цепочке, и хотя Райлан и не рассчитывал, что она будет в полном монашеском облачении, ее одежда немного его удивила.

Бидж тоже оглядела его, задержав взгляд на камере, и когда первоначальное дружелюбие на ее лице сменилось на какую-то усталую обреченность, его сердце упало.

— Дай угадаю. Студент? — спросила она у Скотта.

Он улыбнулся.

— Мимо. Мой бойфренд.

Бидж выгнула бровь.

— Что ж. Интересно. Дай мне минуту закончить, и мы поговорим. — Она развернулась и пошла обратно к складному столу и окружающим его женщинам.

— Сестра Бидж, где гребаные резинки? — крикнула одна из них. — Меня уже ждут.

Бидж, привлекая внимание, подняла руки.

— Все, кто работает между улицей Рузвельта и Седьмой авеню, у нас пополнение в черном списке клиентов. Худой белый парень, короткие темные волосы, бородка, видимых татуировок нет. Водит большой серебристый пикап с детским креслом на заднем сиденье.

— Что он делает?

— Кажется, я его видела.

Бидж подождала, когда разговоры утихнут.

— Он отказывается надевать презерватив, а когда Сильвия попробовала все-таки его натянуть, ударил ее.

— Черт, я помню этого типа. — Одна из женщин с отвращением сплюнула. — Он ни за что не наденет резинку. Осторожнее с ним.

Бидж достала из фургона коробку с презервативами и водрузила ее на столик.

— Будьте начеку, хорошо? Если соглашаетесь с ним идти, старайтесь по максимуму снизить риски, а лучше избегайте этого человека вообще.

Женщины сгрудились вокруг коробки и, набив презервативами свои карманы и сумочки, разошлись.

— Если кто-то сегодня собирается употребить, у меня есть шприцы — новые, в запечатанных упаковках, — крикнула Бидж им вслед. — Вы же знаете, здесь вас никто не осудит. Я лишь переживаю о вашем здоровье.

Широко распахнутыми глазами Райлан смотрел, как сестра Бидж и Скотт ставят на стол корзинки с презервативами, смазкой и вышеупомянутыми шприцами. Также там были пачки влажных салфеток, тюбики крема от геморроя, маленькие флаконы с жидкостью для полоскания рта и другие предметы гигиены. В пластиковых корзинах побольше лежали стопки чистой одежды и простое хлопковое белье.

— Откуда все это, сестра? — спросил Райлан. — Из пожертвований?

— Да. В церкви мы собираем поношенную одежду и обувь, а денежные пожертвования идут на предметы индивидуального пользования. — Она махнула рукой на фургон. — Раз в неделю мы привозим мобильный душ, а по выходным я собираю своих друзей — парикмахеров, дантистов, врачей, — и они выделяют немного личного времени на осмотры и стрижки.

— Это потрясающе, — искренне произнес Райлан. — Похоже, вы делаете фантастическую работу.

К ним приблизился мальчик-подросток и взял пригоршню шприцов и пачку презервативов. Скотт поздоровался с ним, после чего они отошли в сторону и начали переговариваться тихими, напряженными голосами.

— Быть союзником секс-работников не значит пытаться спасти их, — глядя на них, заметила Бидж. — Главное здесь — уважение и поддержка.

— Согласен. Именно поэтому я и хочу внести вклад в уничтожение стигмы…

— Делая их фотографии? — прервала его Бидж. Она кивнула на его камеру. — Полагаю, ты здесь за этим.

Райлан слегка оробел. Потом решил, что терять ему нечего, и начал рассказывать ей про проект. Когда он договорил, то Бидж вместо того, чтобы выказать энтузиазм, почему-то нахмурилась.

— Но этот проект поможет не секс-работникам или транс-женщинам, а только тебе.

Райлан моргнул.

— Что? Вовсе нет…

— Естественно, да. — Бидж положила руки на бедра. — Он увеличит продажи газеты или журнала, сделает имя тебе самому. А вот секс-работникам очередная статья о них ничем не поможет.

— Я выступаю за декриминализацию проституции, — горячо заговорил Райлан. — Статья о ежедневной жизни маргинализированных женщин привлечет внимание к их проблемам, покажет, что это тоже работа.

Лицо Бидж смягчилось.

— Я вижу, что ты искренне увлечен этим проектом… Райлан, да? — Он кивнул. — Райлан, каждый месяц ко мне обращается по пять-шесть человек. Журналисты, студенты просят об интервью, хотят снять репортаж или поездить со мной, и каждый уверен, что его материал изменит секс-индустрию. Но суть в том, что если без этих исследований, фотографий или статей не обойтись, то всегда есть секс-работник, который сделает это — или уже сделал — намного лучше.

Райлан не знал, что сказать. Его щеки горели.

— Я…

— У издания, которое опубликует твои фотографии, платный доступ или бесплатный? Статью смогут прочесть организации работников секс-индустрии или те, кто занимается самообразованием? Или она будет доступна только платным подписчикам, для которых читать о страданиях бедноты — своего рода извращенное развлечение, и которые забудут ее, едва их внимание привлечет что-то еще?

Скотт закончил разговор с подростком и встал у Райлана за плечом.

— Вот, какие вопросы следует задавать себе, когда ты решаешь, принесет ли твой материал пользу тем людям, которых ты изучаешь. Или после туристического визита в их жизнь вся выгода достанется только тебе?

Бидж повернулась к Скотту.

— Как Хавьер? У него все в порядке?

— Нет. Неделю назад его изнасиловали в обезьяннике.

Бидж на секунду прикрыла глаза.

— Он может чуть-чуть задержаться, чтобы я нашла соцработника, который мог бы поговорить с ним?

— Не знаю. Он сказал, что хочет поскорей найти дозу, чтобы забыться, но я уговорил его принять душ и хоть что-нибудь съесть. Он в фургоне.

Бидж потрепала Райлана по плечу.

— Есть над чем поразмыслить, да? — Ее тон, впрочем, не был недобрым. — Я вовсе не против того, что ты делаешь, а просто хочу, чтобы твой взгляд на проблему не был таким однобоким.

Райлан откашлялся.

— Спасибо, сестра.

Она ушла, и Скотт сузил глаза.

— Рай, все в порядке?

Райлан зажал переносицу. Выдохнул.

— Просто она… Я не знаю. — Он указал на пустую тележку. — Тебе надо ее возвращать?

Скотт покачал головой.

— Ее заберет Бидж. Хочешь, поедем ко мне? На вечер я забронирован, но к часу ночи должен освободиться. Будет здорово, если я приеду домой, а там будешь ты. — Он обнял его за талию.

В данный момент Райлану хотелось лишь одного: побыть одному. И в одиночестве осознать, что проект, на который он возлагал столько надежд, только что лопнул, как мыльный пузырь. Он оттолкнул руку Скотта, сунул камеру обратно в рюкзак и забросил его за плечо.

— Не, я хочу немного пройтись. Мне надо подумать.

— Пройтись одному? Подумать о чем? — забеспокоился Скотт, но Райлан лишь отмахнулся.

— О всяком, — сказал он нетерпеливо. — Увидимся позже.

— Райлан…

— Я буду в порядке, Скотт. У меня с собой телефон. — И он, пока Скотт не сказал что-то еще, торопливо ушел.

Он бесцельно бродил по темным улицам, пока жара не загнала его в кофейню неподалеку. Купив себе что-то со льдом, он сел у окна и погрузился в угрюмые размышления. В какой-то момент ему написал Скотт:

Я за тебя беспокоюсь.

Райлан вздохнул.

Прости. Я не хотел волновать тебя.

Хочешь, поговорим?

Райлан решил быть честным.

Не сейчас. Позже, окей?

Ответа не последовало. Райлан убрал телефон, и тот почти сразу завибрировал снова. Он раздраженно выдохнул, но оказалось, что это не Скотт, а другой его сводный брат — Гаррет.

Кстати, Скотт так и не написал нам. Ты дал ему наши контакты?

Черт. Райлан прижал пальцы к вискам. Спонтанная поездка в Седону и загруженный месяц, последовавший за ней, так отвлекли его, что он забыл сказать Скотту о Гаррете.

Его пальцы залетали по кнопкам.

Гаррет, привет. Прости, я еще не сказал ему :( Не сердись на него, ладно? Я скажу ему, как только увижу, честное слово.

Ответ пришел через минуту.

Без проблем. Думал, он снова нас кинул. Сообщи, когда скажешь ему.

Конечно. Еще раз прости.

Райлан убрал телефон и, скрестив руки, положил на них голову. Все это время его братья во Флориде терпеливо ждали от Скотта вестей и, наверное, думали, что Скотт не нашел на них время или что ему вообще наплевать. Его прострелило чувство вины. Вот ведь забывчивый идиот.

— Так и думала, что это ты, — раздался у него за плечом хриплый голос.

Вздрогнув, он развернулся на табурете и увидел женщину, которая усмехалась ему. На ней была узкая черная юбка и кремовая шелковая блузка, а на плече висела сумочка на золотистой цепочке.

— Майя! — Райлан встал и протянул ей ладонь. — Вау, выглядишь замечательно!

— М-м… Ну уж не изумляйся так сильно. А то это слегка оскорбляет. — Отпустив его руку, она уселась с ним рядом, а сумочку положила на столик.

Райлан решил не зарывать себя еще глубже и, улыбнувшись, просто спросил:

— Угостить тебя кофе?

— Давай.

Он встал и вскоре вернулся с чашкой черного кофе, которую она, подмигнув, приняла.

— Так что у тебя нового, пирожочек?

Райлан отвел взгляд.

— Да ничего. Все как обычно.

Майя прищурилась.

— И поэтому ты сидишь тут с убитым лицом. — Она пожала плечами. —Ладно. Как скажешь.

У Райлана снова зажужжал телефон, но доставать его он не стал.

— Давай ты лучше расскажешь мне о себе? Сто лет тебя тут не видел.

Майя положила ногу на ногу и разгладила юбку.

— Так это потому, что меня тут и не было. Нашла еще клиента на постоянку, и всего их теперь, дорогой, уже три. Этот хочет оплатить половину моего обучения в колледже и учебники на осенний семестр. — Она весело откинула волосы за плечо.

Райлан, поздравляя ее, приподнял чашку.

— Что изучаешь?

— Сейчас веб-дизайн. Хочу к весне запустить собственный сайт, чтобы следующим летом не шляться по улицам, а принимать только дома. От этой жары, знаешь ли, можно свихнуться.

Райлан фыркнул.

— Поверь мне, я знаю. Только что с улицы, плюс меня поджарила на открытом огне одна чрезвычайно самоуверенная монашка.

— Ты, видимо, о нашей старушке Бидж. — Голос Майи был полон доброго смеха. — Я видела ее фургон в паре кварталов отсюда.

— Угу.

— За что она поджарила тебя, дорогой? Прости, забыла, как тебя звать.

— Райлан. — Он пересказал свой разговор с сестрой и подытожил: — Мне было тяжело это услышать, но Бидж права. Главный герой моего проекта — я сам.

— Хм. — Майя достала из сумочки пудру и, открыв ее, стала рассматривать свое отражение. — Ко мне как-то подошла одна девушка. Сказала, что пишет доклад, и спросила, нельзя ли задать пару вопросов о проституции. — Ее губы дернулись. — Я согласилась и, понятное дело, стала рассказывать, каково быть транс-женщиной проституткой. Ты бы видел, как она выпучила глаза.

Майя убрала пудру, и ее тон стал отчужденным.

— Она спрашивала, каким образом я занимаюсь сексом. Сделала ли я «смену пола». И если нет, то куда деваю свои «причиндалы», когда «наряжаюсь в женщину». Смотрела на мои бедра, словно ждала, что я задеру юбку и покажу.

— Боже.

— Она пялилась на меня, как на зверька в зоопарке. — Майя накрыла его запястье ладонью. — А вот ты говорил со мной вежливо и уважительно — как с человеческим существом. — Она ухмыльнулась. — Для белого парня ты ничего. Поэтому я и согласилась помочь тебе. И помогу еще, если хочешь.

Райлан невесело улыбнулся.

— Думаю, этот поезд уже уехал. Но знаешь, что? Если для сайта тебе нужны фотографии, то я буду счастлив их сделать. Профессионально отредактированные, за счет заведения. — Он достал кошелек и дал ей визитку. — Вот мой телефон. Когда будешь готова, позвони мне, окей?

— Вау. —Она с полминуты рассматривала визитку, затем бережно спрятала ее в сумочку. — Это было бы… потрясающе. Я тут смотрела расценки на фотосессии ню и посчитала, что хороший фотограф обойдется мне в штуку баксов. Спасибо, Райлан.

— Не за что.

Она сделала глоток кофе.

— Пирожочек, а расскажи-ка мне о себе. Мне правда хочется знать.

Райлан фыркнул.

— У меня не особенно интересная жизнь.

Она бросила на него испепеляющий взгляд.

— Да-да, конечно. Может, я сама решу, интересная она или нет? Начинай.

Не успел Райлан опомниться, как он уже рассказывал ей обо всем: о матери, о женитьбе отца на Хизер… о Скотте. Что-то в Майе, в ее искреннем интересе, заставляло его открываться, чего он не делал уже очень давно.

— А ты умеешь слушать, — сказал он наконец, немного стыдясь того, что полчаса кряду говорил о себе. Они уже вышли из прохлады кофейни и теперь медленно брели сквозь темноту. На улице до сих пор было душно. Майя разулась и шла босиком, ее плетеные сандалии покачивались на пальце, ярко-малиновый педикюр поблескивал в свете редких огней.

— Это моя специализация, дорогой. Терапия и секс. По крайней мере, так говорит один из моих постоянных, — добавила она с юмором. — Он натурал и женат. Мы заказываем в номер еду и едим, валяясь в постели. Он кладет голову мне на колени, а я поглаживаю его по волосам и слушаю, как он рассказывает мне про политику, о том, что произошло на неделе — да обо всем. Потом я отсасываю ему, и он уходит.

— Просто, но эффективно, — усмехнулся Райлан. Ему стало жаль этого неизвестного одинокого человека. — Иногда мы так нагружаем себя делами, что забываем о близких. — Он подтолкнул ее плечом. — А ты хороша в своем деле.

— О да, малыш. Скоро я создам свой личный бренд, и первый шаг — это профессиональный веб-сайт.

Ее энтузиазм заставил Райлана улыбнуться, но затем она посерьезнела.

— По сравнению с остальными мне еще повезло. Знаешь, почему? Я американка. Я здесь родилась, и у меня есть гражданство. А у моих соседок номера соцстрахования нет, поэтому им не поступить в колледж и не устроиться на работу. — Она помрачнела. — Двоих моих транс-сестер мексиканок уже сцапала миграционная служба. И конечно их посадили к мужчинам и не дают ни гормонов, ни даже гребаный лифчик.

Райлан уставился на нее.

— Это ужасно!

— Когда я сделаю себе имя, то стану такой активисткой, какой вы не видывали, буду бороться за права секс-работников и послабления для иностранцев. В Мексике ЛГБТ-людей убивают, Райлан. Потому-то они и приезжают сюда, а вы хотите депортировать их обратно?

Ее голос был тихим и яростным. Райлан не знал, что сказать. Остановившись, он достал из кошелька свои последние двадцать баксов и протянул их Майе.

— Вот. Кроме камеры, у меня ничего больше нет, но это моя инвестиция в твой будущий сайт.

Майя посмотрела на деньги. Потом медленно их приняла.

— Ты… — Она откашлялась. — Ты нормальный парень. Серьезно.

Она спрятала деньги в лифчик, и Райлан дотронулся до ее руки.

— Когда твой сайт будет готов, я отрекламирую его в клубе. Плюс у моего бойфренда куча подписчиков в соцсетях. Расскажем о тебе на весь мир.

Майя сжала его руку.

— Ты подумай над тем, чтобы возродить свой проект, а то я правда готова помочь всем, чем смогу.

Райлан улыбнулся.

— О, как журналист, я всегда буду стараться привлекать внимание к проблемам трансгендеров и работников секс-индустрии. — Он сжал ее пальцы. — Но знаешь, что я сегодня узнал? Сначала от Бидж, а потом от тебя. Что ваши собственные голоса могут привлечь это внимание куда эффективнее, чем когда-либо получится у меня.

Майя коротко обняла его, потом прикрыв рот, зевнула.

— Ладно, пойду, пожалуй, домой. Долгий был день, а в полдень у меня встреча. Надо как следует выспаться перед клиентом.

Райлан взглянул на часы и с удивлением обнаружил, что уже почти час ночи. Достав телефон, он увидел с полдюжины пропущенных сообщений от Скотта. В них чувствовалось нарастающее раздражение — особенно в самом последнем.

Где тебя носит? Если между нами все кончено, то не игнорь меня, а так и скажи.

Что? Райлан нахмурился и начал было печатать ответ, но потом вспомнил, что у Скотта сейчас вип-клиент. Нахер. Лучше поехать домой и лечь спать. Он очень устал, а поговорить можно и утром.

Он попрощался с Майей, добрел до остановки и, чувствуя себя грязным, липким, разбитым, сел на трамвай. На него накатила жалость к себе. Он попробовал воспротивиться ей, но через мгновение сдался и позволил унынию захватить себя целиком.

Блядь, ну и что ему теперь делать? Проект накрылся, а значит впереди его ждали только бесконечные ночи в «Спектре» и съемки очередных вечеринок — или Скотта в очередной паре белья MC₂.

Ты можешь поехать в Африку.

Райлан мотнул головой. Нет. Он не мог бросить Скотта. Их отношения были еще слишком новыми, слишком хрупкими, и расставание в несколько месяцев могло их убить. Особенно с учетом того, что Скотт решил приравнять «я хочу побыть немного один» к «между нами все кончено». Уехать в другую страну с человеком, которого Скотт ненавидел… Исключено. Райлан не мог так с ним поступить.

За этими невеселыми рассуждениями он чуть не пропустил свою остановку и выскочил из трамвая в последний момент. По дороге домой его мысли переключились на мечту о прохладном, освежающем душе. К тому времени, как он воплотил ее в жизнь и, помывшись, забрался в кровать, то от усталости у него слипались глаза.

Я дома. Завтра поговорим, хорошо?

Райлан отбросил телефон на кровать и заснул еще до того, как погас экран.

***

Проснулся он поздно. Ответ Скотт не прислал, и Райлан решил, что он еще спит. Налив себе кофе, он сел с ноутбуком за кухонный стол и погрузился в работу. Пару часов он отбирал и обрабатывал свои самые удачные фотографии. Затем запаковал их в архив и, приложив свое обновленное резюме, отправил фоторедакторам местной газеты и агентства Associated Press — с вопросом, нет ли у них вакансии стрингера.

Далее он собрал две корзины грязных вещей и запустил в подвальной прачечной стирку, а на обратном пути остановился поздороваться с Кэти и Вэл, которые лежали под большим зонтиком возле бассейна.

Закончив с делами, он принял душ и заглянул в телефон. От Скотта по-прежнему ничего не было, но ему пришло голосовое от фоторедактора местного отделения Associated Press — она спрашивала, сможет ли он заснять реакцию на вердикт одного судебного дела. Райлан немедленно перезвонил, подтвердил, что свободен, и быстро оделся. Все необходимое оборудование — карты памяти, батареи и объективы — лежало, готовое, в рюкзаке, и вскоре он уже ехал в центр.

На подъезде к суду ему пришло сообщение, и на сей раз это был Скотт.

Ты дома ?

Райлан быстро набрал ответ.

Прости, сейчас не лучшее время. Я перезвоню .

Выйдя из трамвая, он направился к зданию суда. Повсюду стояли камеры и фургоны информационных агентств, так что он присоединился к прочим новостникам и вскоре узнал все подробности о мрачном судебном процессе — судили женщину, которая долго преследовала своего бывшего парня, а потом застрелила его.

К середине дня, когда вынесли обвинительный приговор, Райлан еле стоял на ногах. Жара измотала его, он обливался потом. Фотографии получились несколько скучными, но фоторедактор AP, получив с десяток превью, осталась довольна. Теперь ему предстояло отредактировать их и отправить обратно, после чего на его счет должны были перевести стандартную сумму. Возвращаясь на трамвае домой, он твердил себе: я смогу, я смогу.

Мечтая о холодной овсянке, которая была у него на обед, он доплелся до дома. И неожиданно обнаружил там Скотта — он сидел на ступеньках и ждал его. Райлан кисло отметил, что несмотря на жару, Скотт выглядел собранным и опрятным, и увидев в его зеркальных очках свою красную, потную физиономию, невольно скривился.

— Привет, — без особого энтузиазма пробормотал он.

Скотт поджал губы.

— Я снова невовремя? — Он встал, словно собираясь уйти.

Райлан подавил вздох.

— Ну что ты. Просто я выгляжу, как собачье дерьмо, а тут сидишь ты — весь из себя мистер Джи-Кью. — Не успел он договорить, как ему стало стыдно за свой сарказм. Он смягчил голос. — Я правда рад тебя видеть. Просто я весь вспотел и устал.

— Где ты был?

— Работал. — С ключами в руке он начал подниматься по лестнице.

— Где? С Бидж?

— Нет. Она не захотела мне помогать.

— Серьезно? — недоверчиво переспросил Скотт. — Хочешь, поговорю с ней? Я знаю, она бывает…

— Нет! — Райлан пришел в ужас. — Не надо с ней говорить! Она доходчиво объяснила причину отказа, и мне, блин, не надо, чтобы ты своим обаянием заставлял ее передумать. Только не это.

Скотт смотрел на него с нижней площадки.

— Прости, что захотел помочь тебе, Райлан, — процедил он. — Вчера ты просто взял и без единого слова ушел, а потом игнорировал мои сообщения. Откуда мне было знать, что происходит?

— Я вовсе не игнорировал твои сообщения. Я был занят! — Райлан нетерпеливо взмахнул рукой. — Слушай, у меня выдались паршивые несколько дней.

Скотт хотел было ответить, но Райлан сразу прервал его:

— Заходи уже. Давай не будем орать друг на друга на лестнице, словно белая рвань.

Он открыл дверь и с облегчением выдохнул, когда его окружила прохладная темнота. Затем включил свет и вытащил из камеры карту памяти. Скотт тоже зашел и, закрыв дверь, со скрещенными руками прислонился к стене.

— Извини, что позорю тебя, — тихо произнес он. — Белая рвань — мое второе имя.

Райлан закрыл глаза. Господи, ниспошли мне терпения.

— Ты же знаешь, я не имел в виду, что ты белая рвань. Я сказал, что мы оба ведем себя… ладно, неважно. Я не хотел, чтобы мои слова прозвучали обидно. — Он вставил карту памяти в ноутбук и начал скачивать фотографии.

Скотт встал у него за плечом.

— Снимал оглашение приговора Джоди Ариас?

Райлан кивнул.

— Я теперь стрингер в Associated Press, и это был мой первый заказ. Ты знаешь об этом деле?

— Конечно. Его обсуждали во всех новостях. С чего ты решил, что я не знаю? — В его голосе прозвучало легкое раздражение, и Райлан пожал плечами.

— Ни с чего. Просто подумал, что ты не интересуешься такими вещами, и все.

— Какими «такими»? Текущими событиями в городе, где я живу? Может, еще посоветуешь не забивать этим свою хорошенькую головку? Что, я годен только на то, чтобы трясти задом на сцене? — В его тоне была холодная ярость.

Райлан развернулся лицом к нему.

— Ты перестанешь приписывать мне всякую чушь, которую я не говорил? Это, блин, бесит. — Он поднял руку и стал загибать пальцы. — Нет, ничего между нами не кончено. Нет, я не считаю, что ты белая рвань. Нет, я не думаю, что ты безмозглый болван. Слушай, меня сейчас так забита башка, что еще и тебя успокаивать я не могу. Сюрприз: ты не центр вселенной!

Скотт вспыхнул. И, развернувшись, без единого слова ушел. Когда за ним с треском захлопнулась дверь, Райлан спрятал лицо в ладонях. Потом рванулся за ним, но пока обувался и искал ключи, Скотта и след простыл.

Вернувшись в квартиру, Райлан взял телефон и написал ему.

Извини.

Ответ не пришел. Приближался дедлайн, а значит Райлан обязан был сесть и отредактировать снимки, но отправив их фоторедактору, он сразу же позвонил Скотту. Его перебросило на автоответчик.

— Привет. Я дурак. Прости, что сорвался. Я не хотел. Пожалуйста, перезвони.

Райлан хотел было сходить к нему в клуб, но ему опять пришло сообщение из AP. На этот раз его отправляли в аэропорт, куда должен был прилететь известный спортсмен — его обвиняли в нетрезвом вождении, и он должен был предстать перед судом. Райлан мог добраться до аэропорта лишь на общественном транспорте, а это значило, что он должен был выйти прямо сейчас.

Он ударил кулаком по столу.

— Черт! Мне надо купить гребаную машину.

Отправив Скотту еще одно сообщение с просьбой перезвонить, Райлан подхватил рюкзак и вышел за дверь.

Следующие два дня получились чертовски загруженными. Агентство гоняло его по всему городу — он снимал чьи-то громкие похороны, демонстрацию, обрушение строительных лесов… Часы, проведенные в автобусах и трамваях, выматывали, но отсылая в AP фотографии, он испытывал тихий восторг.

Скотт так и не перезвонил ему, но Райлан сказал себе, что немного времени врозь пойдет им на пользу. Но еще он решил отказаться от следующего задания, которое встанет на пути его встречи со Скоттом.

Когда он снова зашел в трамвай и устало плюхнулся на сиденье, у него зазвонил телефон. Он взглянул на экран — это был Мин.

— Что там у вас со Скоттом? — рявкнул Мин сходу, и Райлан фыркнул.

— И тебе привет.

— Дорогой, он словно раненый тигр. Вчера даже обматерил фаната, чего я за все эти годы не видел ни разу. Никогда. Потом я вспомнил, что ты давненько не появлялся, и сложил два и два.

Райлан рассказал ему обо всем: о своем мучительном разочаровании из-за проекта, о желании пройтись одному и о том, что произошло дальше.

Когда он закончил, Мин раздраженно выдохнул.

— Похоже, вам с ним пора научиться ругаться.

— Что-что?

— Ты меня слышал. Когда у вас отношения, вы должны научиться ругаться друг с другом. Узнай, какие у человека триггеры. Какими бы они ни были, при ссоре их следует избегать.

Щеки Райлана запылали, и на него накатило внезапное чувство вины. Триггеры Скотта были родом из детства и всегда были связаны с тем, что он ощущал себя отвергнутым или ненужным. Не отвечать на его сообщения было не только невежливо, но и опасно.

— Расскажи ему и о своих триггерах тоже. Тогда во время ссоры вы не скажете необратимых вещей.

— Ты знаешь, где он сегодня?

— У себя. Кори запретил ему приходить в клуб — сказал, что пока он не научится обращаться с поклонниками с уважением, пусть сидит дома. Некрасивая была сцена.

— Поеду к нему прямо сейчас. — Райлан помолчал. — Спасибо, Мин.

— Котенок, ты ему нужен. — И Мин отключился.

Райлан сошел на следующей остановке и, пересев на другой маршрут, написал Скотту, что скоро приедет. Тот, разумеется, не ответил, и когда Райлан зашел в его дом, его охватило ужасное чувство. Что, если Скотт… Но Джордж поздоровался с ним, и от облегчения у Райлана ослабли колени. Скотт не запретил пускать его в дом.

Лифт бесшумно поднял его на этаж, и через минуту Райлан негромко постучал в его дверь. Когда она отворилась, он увидел усталого, угрюмого Скотта. Они уставились друг на друга, и Райлан с болью в сердце заметил вокруг его губ ненавистную белизну.

Зайдя внутрь и уронив рюкзак на пол, Райлан нежными пальцами накрыл его щеку.

— Прости меня.

Скотт на секунду закрыл глаза, а потом крепко обнял его. Несколько долгих минут они покачивались, обнявшись. Затем Скотт взял его за руку и увел в гостиную на диван. Тишина была оглушающей.

— Ты должен знать обо мне одну вещь, — наконец сказал Райлан. — Я плохо умею справляться с личными неудачами. Когда выясняется, что по-моему сделать нельзя, мне бывает трудно с этим смириться.

Скотт молчал. Сжав губы, он смотрел на их сцепленные руки.

— Ты понятия не имел, что происходит. Если бы я потратил десять секунд на то, чтобы объяснить ситуацию, а не ждал, что ты прочтешь мои мысли, то всего этого можно было бы избежать. Это я виноват, что мы поругались.

Скотт покачал головой.

— Нет, Райлан. Ты должен иметь возможность справляться с проблемами так, как нужно тебе, а не думать в первую очередь о моих чувствах.

Райлан потер его запястье.

— Конечно, я должен думать о твоих чувствах. С моей стороны было эгоистично по уши погрузиться в жалость к себе и не отвечать на твои сообщения. Это был реально мудацкий поступок.

— Когда ты перестал отвечать, — признался Скотт, — я почему-то сразу подумал, что тебе отвратительна мысль, что когда-то и я был таким, как те люди в парке. Это нелогично, я знаю, но если ты не будешь проговаривать, что происходит, то я всегда — всегда — буду предполагать самое худшее.

Райлан отпустил его и присел у его ног, положив руки ему на колени.

— Я знаю. И за это корю себя больше всего. Я знал, что так будет, и все равно мучил тебя. Боже, прости.

Скотт приласкал его щеку.

— И ты меня тоже прости. За то, что принял все на свой счет. Я не хочу быть для тебя очередной эмоциональной обузой — как твоя мать или отец. — Он вздохнул. — Ты не обязан абсолютно всегда быть самым сильным.

Райлан потерся о его ладонь носом.

— Я никогда не стану таким сильным, как ты, — яростно прошептал он. — Скотт, ты в это не веришь, но ты очень сильный. Что бы там ни случилось в будущем, я никогда не начну тебя игнорировать ради того, чтобы порвать. Это не в моем стиле.

Скотт наклонился и ласково поцеловал его.

— Малыш, если мне что и следовало узнать о тебе, то только вот это. — Его губы дрогнули в печальной улыбке. — Даже не знаю, когда я превратился в такую занудную сучку. Аж бесит.

Райлан поднялся на ноги и ойкнул от неожиданности, когда Скотт поймал его за руку и усадил к себе на колени. Он обвил шею Скотта руками и прижался лбом к его лбу.

— Это не занудство, а работа над отношениями. Мы делимся нашими комплексами и бзиками, чтобы создать нечто такое, что подойдет нам обоим.

Скотт фыркнул.

— У тебя есть комплексы? Бред. Назови хоть один, который касается нас.

Райлан покраснел и, не сумев выдержать его взгляд, отвернулся.

— Не, это глупо, — пробормотал он. — Ужасно по-детски.

Нежными пальцами Скотт приподнял его подбородок.

— Скажи мне. Пожалуйста.

Райлан пожал плечами и, стараясь говорить как можно небрежней, ответил:

— Ладно. В общем, иногда… иногда я боюсь, что недостаточно хорош для тебя. Тебя каждый день окружает столько красивых, по-настоящему интересных людей, а я…

Скотт издал сдавленный звук. Взял его за плечи и сильно встряхнул.

— О боже мой. Ты что, шутишь?

— Я же сказал, что это глупо, — пробормотал Райлан. — Просто ты… это ты. А я совершенно обычный.

Скотт взял его за затылок и поцеловал.

— Совершенно обычный? Рай, ты даже не представляешь, как сильно мне нужен. Ты…

Он вдруг издал громкий стон и откинул голову на спинку дивана.

— Господи боже, неужели я правда чуть не сказал «ты моя половинка»? Прости, Махоуни, но тебе надо идти. Это уже чересчур.

Райлан расхохотался, радуясь, что напряжение между ними совершенно рассеялось. Скотт усмехнулся, и его зеленые глаза потеплели.

— Не говори никому, хорошо? Иначе моему имиджу будет нанесен непоправимый урон.

Запустив в его волосы пальцы, Райлан мазнул его губы губами.

— Что ж, а теперь отведи меня в койку или потеряй навсегда.

У Скотта отвалилась челюсть.

— Цитируешь мне «Лучшего стрелка»?

— Да, мой жеребец.

Райлан спрыгнул с его коленей и побежал, вскрикнув от удовольствия, когда Скотт сорвался с дивана и погнался за ним. Он укрылся за кухонным островком, потом уклонялся то вправо, то влево, но Скотт все же поймал его и издал торжествующий вопль.

Они стали бороться, и не успел Райлан опомниться, как его раздели и уложили в постель. Он ожидал, что секс будет бурным и страстным, но Скотт целовал его медленно, нежно, словно боготворя. Он долго дразнил его соски, потом провел разомкнутыми губами по животу и наконец взял его в свой горячий и влажный рот.

После того, как Райлан с тихим стоном излился, Скотт, не прекращая осыпать его поцелуями, поднялся по его телу вверх и натянул на них простыню. Его член был возбужден, но когда Райлан попытался коснуться его, Скотт отвел его руку и прошептал:

— Я хочу лишь обнимать тебя, Рай.

Райлан положил голову Скотту под подбородок и носом уткнулся в выемку у его горла.

— Я люблю тебя. Так сильно люблю.

И хотя Скотт не сказал ему те же слова, его любовь ощущалась в прикосновениях губ к его лбу, в нежных касаниях перебирающих его волосы пальцев, в хриплом шепоте у его виска.

— Спи, малыш. Просто спи.

Глава 13

— Что произошло вчера в клубе?

Скотт непроизвольно напрягся. Чтобы не отвечать сразу, он потянулся, потом просунул колено между бедрами Райлана и привлек его ближе. Все расслабление после их короткого сна в момент улетучилось, хотя, отвечая, он старался говорить равнодушно.

— Просто столкнулся с доставучим фанатом.

Райлан приподнялся на локте, и Скотт улыбнулся, увидев у него на щеке красные полосы от подушки. Он приласкал их пальцами.

Райлан взял его за руку. Поцеловал ладонь и твердо сказал:

— Расскажи. Я хочу знать, что случилось.

Вздохнув, Скотт лег на спину.

— Черт, Рай, мне стыдно. Этот парень… — Он закрыл глаза локтем. — В общем, несколько месяцев назад он… он отсосал мне в машине. На парковке возле спортзала.

Повисла короткая пауза. Затем Райлан медленно произнес:

— Ясно. Значит, вчера… он захотел повторить?

— Да дело даже не в этом. — Он шумно выдохнул и, чтобы не смотреть на Райлана, снова спрятал глаза за локтем. — Вообще, это случилось в тот день, когда я увидел тебя на дороге. Я отвез тебя, а потом отправился в зал, и… и там был этот парень, который смотрел на меня, как на бога, и все в таком духе. Это польстило мне, Рай.

Он опустил руку. И под внимательным взглядом Райлана признался:

— Я использовал его. После того, как я увидел тебя, а потом фотографию Хизер… на меня обрушились все те плохие воспоминания, а он… просто подвернулся мне под руку, и я использовал его, чтобы почувствовать себя лучше.

— Но он подумал, что за этим есть нечто большее.

Скотт несчастно кивнул.

— Судя по всему, он решил, что понравился мне. Когда он вчера подошел, то сначала я его даже не вспомнил, и он дико взбесился. Назвал меня мудаком. Сказал, что вместо того, чтобы тратить время на дерьмо вроде Лэнса, я должен быть с тем, кто будет ценить меня.

Райлан поморщился.

— Господи. Это уже перебор.

— Я купил ему выпить, сводил потанцевать. Надеялся, что он успокоится и отстанет, но он стал таскаться за мной по всему клубу, критиковать, все что я делаю, и говорить, как именно, по его мнению, мне следует поступать. — Скотт помолчал. — Если честно, я даже слегка испугался.

— И тебя можно понять, — твердо ответил Райлан. — Надеюсь, Кори вышвырнул его вон.

— Нет. Я послал его нахер, а Кори шел мимо и случайно это услышал. Он отвел меня в сторону и, даже не выслушав, наорал. Сказал, что нельзя быть грубым с фанатами. Как бы те себя ни вели.

Райлан сердито сжал губы. Он лег Скотту на грудь и обнял его.

— По-моему, он вел себя не как фанат, а как сталкер.

Скотт фыркнул.

— Рай, то же самое — слово в слово — я сказал Кори. Но он побагровел и приказал, чтобы я ехал домой — и не возвращался, пока не начну ценить то, что у меня есть. Ну я и уехал.

Он привлек Райлана ближе, наслаждаясь его надежным теплом.

— Твоя популярность растет, а значит ты будешь сталкиваться с такими вещами все чаще и чаще, — сонно проговорил Райлан. — Кори должен защищать тебя от сумасшедших. И для начала — прислушиваться, когда ты говоришь, что человек причиняет тебе дискомфорт. — Он содрогнулся. — Особенно после того, что случилось.

Скотта тоже прошила дрожь беспокойства.

— Я попросил Джерри проводить меня до машины, — пробормотал он. — Чувствовал себя из-за этого мнительным идиотом, но если ты говоришь…

Райлан снова приподнялся на локте. В его глазах была ярость.

— Если Кори так надо, чтобы ты был доступным для всех посетителей клуба, да еще не смел им грубить, то, господи боже, пусть обеспечит тебе охрану.

Скотт схватил его и подмял под себя.

— Мой защитник, — прорычал он Райлану в губы. — Будешь моим сексуальным телохранителем?

Райлан выгнулся, обнимая его за шею и раздвигая ноги.

— Раз уж, где бы мы ни были, я не могу оторвать от тебя взгляд, то я определенно подхожу для этой работы.

— М-м-м… милый Рай, — прошептал Скотт, склоняясь, чтобы подарить ему ласковый поцелуй. Они втирались друг в друга, стараясь достичь апогея, и наконец Райлан впился в его спину ногтями и кончил. Слушая его хриплые стоны, чувствуя, как пульсирует его плоть, Скотт тоже взорвался в оргазме, омывшем его горячей волной.

Сонно улыбнувшись ему, Райлан устроился у него на плече и забросил на его бедра ногу. Какое-то время они лежали, то задремывая, то просыпаясь, а потом Райлан вдруг сел.

— О черт. Хоть убей, не скажу, почему я вспомнил об этом сейчас, но… нет, нет, ничего плохого, расслабься, — поспешил сказать он, когда Скотт напрягся. Потом расправил ладонь у него на груди и рассказал о письме Гаррета. — Он ответил на мое письмо еще месяц назад. — Голос Райлана был виноватым, печальным. — Я чувствую себя полным придурком из-за того, что забыл сказать тебе, но да, мальчики точно не против с тобой пообщаться. Но они хотят, чтобы первый шаг сделал ты.

Скотт закусил губу.

— Их можно понять. Вау, Рай… но что мне им сказать? — Он сам расслышал в своем голосе беспокойство, и Райлан стал перебирать его волосы.

— Я бы начал с простого. Поздоровался бы. Сказал, что у меня все нормально. Спросил, как поживают они. — Его взгляд был понимающим, мягким.

— Что ж, это я сделать могу.

— Конечно, можешь. Они чудесные дети и соскучились по тебе. Все будет хорошо. — Райлан взял с его тумбочки телефон и пару секунд что-то деловито печатал. — Вот. Я внес номер Гаррета в твой список контактов. Напиши ему, когда будешь готов, хорошо?

У Райлана зажужжал телефон. Он достал его и быстро прочитал сообщение.

— Черт. Мне надо бежать, — пробормотал он, спрыгивая с постели. Скотт хотел было возразить, удержать его, но Райлан уже включал душ.

— Куда ты? Что-то случилось?

Райлан фыркнул.

— Нет. У жены игрока «Финикс Санз» начались схватки, и она едет рожать. Агентство хочет, чтобы я попытался заснять взволнованного папашу, — рассказал он, пока наскоро мылся. Скотт подал ему полотенце, и Райлан быстро оделся. — Ну а что, надо же как-то платить по счетам.

Нацепив кожаные шлепки, он завернул в гостиную за рюкзаком и уже собрался выйти за дверь, но Скотт перехватил его, поймав за талию.

— Подожди. Хочу сказать кое-что, пока ты не ушел, — прошептал он, касаясь его щеки костяшками пальцев. — Спасибо за то, что терпишь меня и мой идиотский характер.

Райлан приподнялся на цыпочки и поцеловал его.

— Скотт, я люблю тебя. Скоро увидимся, хорошо?

— Напиши, как закончишь! — крикнул Скотт ему вслед. Райлан показал большой палец, а потом лифт закрылся и унес его вниз.

Оставшись один, Скотт от нечего делать налил себе кофе и с телефоном улегся в кровать. На соседней подушке еще сохранилась вмятина от головы Райлана, и он усмехнулся. Идеально. Прикрыв простыней пах, чтобы был виден кусочек лобковых волос, он заложил руку за голову, сделал селфи и загрузил его в инстаграм с подписью: Уф! Как же он меня вымотал!

Моментально начали появляться комментарии.

Дразнишься? Покажи нам член!

Трахни следующим меня!

Кто этот счастливчик?

При виде последнего комментария Скотт не сдержался и написал: О, счастливчик тут я. И поставил эмодзи сердечка.

Телефон взорвался десятками предположений. Скотт пару минут просматривал их, но когда какие-то идиоты начали утверждать, что когда-то с ним спали и оценивать его таланты в постели, закрыл приложение. Выдохнув, он отпил кофе. Старое доброе предсказуемое дерьмо.

Райлан прислал сообщение:

Согрей мое место. Скорей бы вернуться к тебе!

И сразу после второе:

Черт. От этой фотки у меня встал.

Скотт рассмеялся.

Работай, малыш. У нас впереди целая ночь.

Райлан ответил несколькими эмодзи с поцелуями, и от милой глупости всего этого сердце Скотта налилось приятным теплом. Он уже хотел отложить телефон, но потом кое о чем вспомнил и открыл список контактов. Его пальцы, пока он искал имя Гаррета, немного дрожали.

Он открыл поле ввода и замер, охваченный мучительной нерешительностью. Что можно сказать младшему брату, к которому ты повернулся спиной? Как объяснить ему свои действия, причины которых ты сам едва понимаешь?

В голове зазвучал голос Райлана. Начни с простого. Поздоровайся. Спроси, как они поживают.

Скотт сделал глубокий вдох. Братья заслуживали, чтобы первый шаг сделал он. Он напишет им, а дальше тон пусть задают они — каким бы он ни был.

Гаррет , привет . Это Скотт .

Чтобы не дать себе передумать, он сразу нажал на «отправить». И возликовал, потому что почти в тот же миг увидел ответ.

Скотт!!! О боже, как у тебя дела?

Нормально. Я бы даже сказал хорошо. А как ты, приятель?

После обмена еще несколькими сообщениями телефон зазвонил. Скотт в страхе выдохнул… и ответил.

— Пальцы устали писать, — сказал вместо приветствия Гаррет, и Скотт рассмеялся.

— У меня тоже. Боже, твой голос стал таким взрослым!

— Мне почти пятнадцать, — с гордостью произнес Гаррет. — И я уже метр восемьдесят.

Разговор начался легко. Это было для Скотта большим облегчением.

— Мы все помогаем Донне в ресторане, — сообщил ему Гаррет. — За барную стойку нам пока что нельзя, но Джексон на пару часов после школы садится за кассу, я обслуживаю столы, а Гэвин подметает и выносит мусор.

Скотт улыбнулся. Когда-то ресторан Донны был своего рода убежищем и для него.

— Здорово. Донна чудесная женщина.

— Ты знаешь, что мы теперь живем с ней? — тихо спросил Гаррет. — Мама время от времени присылает ей деньги. Немного, но Донна говорит, что все равно это ценит. — Он с нежностью хмыкнул. — Я ни разу не слышал, чтобы она говорила о маме что-то плохое.

— Донна была хорошим другом и мне, — сказал Скотт. — Самым лучшим. Я рад, что она вам помогает.

— Она говорит с нами про все. Даже про Кайла, своего сына. В его день рождения был единственный раз, когда мы видели, как она плачет. — Гаррет помолчал. — И еще она плакала, когда мы разговаривали о тебе. О том, как ты нас бросил.

Скотт с трудом сглотнул и откашлялся.

— Ты же знаешь, что я уехал не из-за вас? Я принял несколько ужасных решений, и вся вина лежит только на мне.

— Но нам все равно было больно! — взорвался вдруг Гаррет. — Райлан старался быть сильным и поддерживать нас, но мы слышали, как по ночам он плачет в кровати. — Он шмыгнул носом. — Было такое чувство, словно ты умер!

Скотт, тоже борясь со слезами, зажал зубами губу.

— Я знаю, — выдохнул он. — Словами ничего не исправить, но все равно, простите меня. Гаррет, мне очень жаль.

В трубке повисла тишина, прерываемая только тяжелым дыханием Гаррета.

— Если б я мог вернуться в прошлое и поступить по-другому, я бы без раздумий так сделал, — прошептал Скотт. — Я бы не причинил вам боль.

Гаррет икнул.

— Скотти, почему ты уехал? Просто назови мне причину.

Скотт сделал глубокий вдох. Боже, пошли мне мудрости.

— Я, как ты знаешь, не ладил с мамой. В ту ночь мы… сильно поссорились. И я — вместо того, чтобы сосредоточиться на хорошем — мог думать лишь о плохом. Я сделал неправильный выбор. Выбор, который ранил многих людей.

— Но почему ты не позвонил кому-нибудь и не попросил передать, что у тебя все нормально? Если тебе так надо было уехать, окей, но ты мог хотя бы сказать, что с тобой все в порядке.

Но я не был в порядке.

— Я не видел других вариантов, — беспомощно проговорил Скотт. — Решил, что раз исчез, то исчез навсегда. Я правда думал, что без меня всем будет лучше.

— Что за глупости! Мы любили тебя.

— Знаю. — В глазах опять защипало. — Гаррет, мне нет оправданий. Я… я не знаю, что еще сказать.

После долгого молчания Гаррет прошептал:

— Скотти, мне надо идти.

И бросил трубку. Скотт закрыл руками лицо. Телефон у него на коленях вновь завибрировал.

Можно перезвонить тебе завтра? Мне надо подумать.

Пальцы Скотта дрожали так сильно, что он едва мог писать.

Конечно, приятель. Звони в любое время.

Ответ не пришел.

Пытаясь успокоить бушующие эмоции, Скотт сделал глубокий вдох. Блядь, ну какой же он неудачник. Он мог сказать больше. Найти другие, правильные слова. Ну почему, почему у него никогда ничего не выходит? На грани отчаяния он стукнул себя по бедру. Зря он написал Гаррету и подверг его…

Остановись! Он не отверг тебя! Гаррет — ребенок, который пытается справиться с довольно серьезным дерьмом. Скотт всосал в себя воздух. Сколько можно повторять одни и те же ошибки? Недавно он то же самое думал о Райлане. Вместо того, чтобы подумать о том, что нужно Райлану, он сконцентрировался на себе и причинил им обоим ненужную боль.

И сейчас снова взялся за старое.

Скотт закрыл глаза. Ладно. Он написал им первым и искренне извинился. Учитывая, что повернуть время вспять, чтобы всего этого вообще не случилось, нельзя, он сделал все, на что был способен.

Он выключил свет и свернулся в клубок. Обхватил подушку и отдался всепоглощающей грусти, оплакивая потерянные годы, упущенные возможности, причиненные братьям обиду и боль.

— Привет. — Постель прогнулась, и внезапно его обнял Райлан. От него пахло пылью и горячим воздухом ночи, а нежные пальцы скользили по его волосам. — Эй. Тише, тише…

Но дав слезам волю, Скотт был не в состоянии остановиться. Он сотрясался, из его груди рвались хриплые всхлипы. Райлан молчал и лишь обнимал, его сильные руки дарили утешение и тепло. Наконец волна горечи стихла и отступила, оставив Скотта без сил. Глаза саднило, он мог дышать только ртом. Не говоря ни слова, он встал. Шатаясь, отправился в ванную и, зайдя в душ, подставил шею и плечи под горячие струи.

Вернувшись в спальню, он увидел, что Райлан уже разделся, сняв залитую слезами футболку, и лег в кровать. Скотт с прерывистым вздохом присоединился к нему. Какое-то время они молчали, потом Райлан повернулся и кончиком пальца провел по щеке.

— Мне звонил Гаррет. В точно таком же состоянии. — тихо произнес он. — Я едва разобрал, что он говорил — так сильно он плакал.

Скотт отчаянно заморгал, изо всех сил стараясь вновь не сорваться.

— Я… я… — Его голос был надломленным, хриплым, и Райлан приложил к его губам палец.

— Он сказал, что ему стыдно за то, что он бросил трубку.

Одинокая слеза ускользнула и покатилась по щеке Скотта. Райлан стер ее подушечкой пальца.

— Он не знал, как справиться со своими чувствами и не хотел расплакаться перед тобой. Услышать снова твой голос оказалось тяжелей, чем он думал.

— Мне казалось, мы нормально поговорили, — выдавил Скотт. — Я не хотел обижать его.

— Думаю, дело в другом, — сказал Райлан рассудительным тоном. — Просто он не ожидал, что при разговоре с тобой на него обрушатся все эти чувства.

— Надеюсь, однажды он сможет простить меня. И он, и остальные. — Он поднял глаза. — И даже ты.

Райлан расправил ладонь у него на груди.

— Скотт, если тебе необходимо услышать эти слова, то я прощаю тебя. А теперь я хочу, чтобы ты это принял, — продолжил он твердо. — Оставь прошлое в прошлом. Если зацикливаться на нем, мы не сможем двигаться дальше.

Скотт зажмурился и зажал переносицу.

— Господи, Рай, — выпалил он. — Как же я ненавижу… испытывать так много чувств. Иногда я жалею, что ты… — Он замолчал, но потом услышал резкий вдох Райлана и понял, что оборвал себя недостаточно быстро.

— Ты жалеешь, что я вернулся в твою жизнь? — еле слышно произнес Райлан, и его рука соскользнула с груди Скотта.

Скотт перекатился на бок, лицом к стене, и до крови закусил губу, надеясь, что выдержит и сорвется лишь после того, как Райлан уйдет…

Матрас прогнулся, и Райлан приник к его спине, а его рука стальным тросом обвила его грудь.

— Хватит отталкивать меня, Скотт. Ты меня слышишь? Больше не смей. Я устал от этой херни и в целом устал, поэтому прямо сейчас я собираюсь обнять тебя и заснуть. — Сдерживая крик облегчения, Скотт уткнулся в подушку, но Райлан еще не закончил. — А когда мы проснемся, ты займешься со мной любовью, и будешь смотреть мне в глаза, и разрешишь себе чувствовать все те чувства, о которых не можешь сказать.

Райлан обнял его крепче и поцеловал в шею.

— Мне не нужны слова. Мне нужно, чтобы ты победил все это дерьмо. Чтобы ты боролся — за меня и за нас. Не дай дерьму победить.

Скотт ничего не сказал — просто не мог, но он отпустил простыню, которую комкали его пальцы, и накрыл его руку своей. Райлан издал вздох, больше похожий на всхлип. Сжал его руку и уткнулся в шею лицом.

— Я люблю тебя, — прошептал он. — И никогда не перестану любить. Никогда.

Далее их окутала тишина, и вскоре Райлан заснул. Его тело, там, где оно прижималось ко Скотту, было тяжелым и теплым, их пальцы крепко сплелись. Скотт лежал без сна и просто слушал, как он дышит.

***

Гаррет не позвонил ни на завтрашний день, ни на следующий.

— Не забывай, что он смотрит на все это с перспективы ребенка, — через неделю сказал ему Райлан. — За своей болью он не видит ситуацию в целом, поэтому дай ему время.

Скотт очень старался сдерживаться, но токсичная смесь из стыда и чувства вины, которую он годами не выпускал, все же просачивалась наружу. С каждым днем он становился все более дерганным и раздраженным.

Райлан был таким терпеливым, таким сдержанным и понимающим, что это начинало бесить. Господи, ну почему в тот злополучный день он не мог просто довезти Райлана до дома, а потом помахать и умчаться в закат? После всего, что случилось, он кое-как выстроил свою жизнь из руин, а теперь его старые раны вновь вскрыли — и все потому, что Скотт увидел аппетитную задницу в коротеньких шортах, и ему непременно понадобилось разыграть из себя гребаного героя.

Чтобы не срываться на Райлане, Скотт пропадал в зале, изнуряя себя тренировками, пока у него не мутилось в глазах. Он мало ел, мало спал, но выглядел потрясающе… по крайней мере, по словам Кори.

— Твое тело — полные десять из десяти. — Кори провел рукой по его грудным мышцам и прессу. — Ну-ка, напрягись для меня.

Скотт подчинился, и Кори чуть ли не заурчал.

— Самый сексуальный мужчина в клубе. Ладно, иди работай.

Облегчение от того, что он вернул расположение Кори, было так велико, что Скотт выкладывался на все сто процентов. Он пил, танцевал, флиртовал. Нашел Байрона — поклонника, которому нагрубил, — и осыпал его вниманием до тех пор, пока тот не размяк.

— Что с тобой? — в какой-то момент спросил его Мин. — Ты прямо как заводная обезьянка с тарелками, ну знаешь, из тех, которые крутятся и производят дикое количество шума.

Скотт разозлился.

— Какой охерительный комплимент.

Мин небрежно дернул плечом, но в его глазах стояла тревога.

— Просто высказал свое наблюдение. Скотти, ты весь вечер как на иголках. Ни на минуту не можешь присесть. От чего ты бежишь?

— В данный момент — от одной любопытной сучки, которая не может не лезть в чужие дела, — процедил Скотт.

Он осушил стопку водки, со стуком поставил стаканчик на барную стойку и, развернувшись, ушел. К нему приблизился Байрон, и Скотт забросил руку ему на плечо.

— Как отдыхается? Хорошо? — промурлыкал он. Байрон смотрел на него с одурманенным, благоговеющим выражением на лице.

— Да. Но может, мы могли бы куда-нибудь выйти?

Скотт притворился, что не услышал, опустил руку и, помахав ему, скрылся в толпе.

— Прибереги для меня танец в полночь!

Райлан тоже был в клубе. Он, как обычно, снимал, но в какой-то момент уединился с Крисом в углу, и они с головой погрузились в беседу. Скотт стиснул зубы и, чтобы не видеть их, нырнул в туалет, собираясь отлить. Около одного из писсуаров стоял Лэнс. Скотт отступил было назад, но Лэнс оглянулся и увидел его. Черт, теперь он не мог поджать хвост и сбежать.

Приклеив на лицо кривую ухмылку, он встал рядом с Лэнсом, нарочито медленно расстегнул штаны и взял в руку член. Лэнс, косясь на него, застегнул молнию.

— Что за шоу? — Лэнс неотрывно смотрел на его плоть. — Может, тебе помочь?

Скотт взглянул на него из-под тяжелых век.

— Возможно. Если я попрошу, отсосешь мне прямо сейчас?

На горле Лэнса забилась жилка.

— Да, — выдохнул он. — Не буду врать, я сделаю все, лишь бы еще раз ощутить твой вкус.

Хмыкнув, Скотт грубо взял его за подбородок и большим пальцем провел по губам, а когда Лэнс беспомощно их разомкнул, скользнул внутрь.

— У тебя такой сладкий рот, — прошептал он, потирая его язык подушечкой пальца.

Лэнс издал хриплый стон. Взял его за запястье и присосался к пальцу, стал жадно лизать его.

— О да, — глухо произнес Скотт, не сводя с него горящего взгляда. — Ты до сих пор можешь сделать так, чтобы у меня встал. Тут не поспоришь.

В глазах Лэнса вспыхнул триумф. Он качнулся ко Скотту и, взявшись за его бедра, начал подталкивать к пустой туалетной кабинке.

Скотт прошел с ним пару шагов. Потом дернул плечом и, оттолкнув, застегнул ширинку.

— Хотя нет, — с ленцой сказал он. — Сегодня я все же не в настроении.

Развернувшись к двери, он услышал, как Лэнс издал гневный возглас, приготовился к удару и не ошибся. Когда в его спину врезались два кулака, он был даже рад пронзившей его заслуженной боли.

— Чертов подонок, — прошипел Лэнс. — Ну почему? — Его голос дрожал от обиды и ярости, был загустевшим от слез.

Не удостоив его ответом, Скотт вышел за дверь. До него долетел сдавленный всхлип, и он расправил плечи, отчасти надеясь, что Лэнс догонит его и развяжет драку. Сейчас он был бы не против, чтобы его избили до потери сознания…

Но Лэнс не вышел, и Скотт снова сел пить. Райлан и Крис о чем-то увлеченно общались, и в какой-то момент к ним подошел Мин — уже в облачении Тины. Крис обнял ее, потом прихватил за задницу и, склонив до самого пола, страстно поцеловал. Она рассмеялась, и пару минут они медленно танцевали, перешептываясь и приникнув друг к другу. Наконец Тина неохотно отодвинулась от него.

— Схожу поправить перед выступлением макияж, — услышал Скотт, и когда она прошла мимо, последовал за ней в гримерку. Там были и другие драг-куин, но занятые переодеванием и болтовней, они не обращали на них никакого внимания, и Скотт зажал Тину у туалетного столика.

— О чем они говорили? — спросил он отрывисто. — Райлан и Крис.

Тина бросила на него воинственный взгляд.

— Ну и кто теперь любопытная сучка? — огрызнулась она. — Иди спроси его сам.

— Тина…

— Скотти, я правда не знаю. Честное слово. — Она начала умело наносить тушь. — Но Крис…

Ее рука задрожала, и она отложила тушь.

— Что? Говори.

Тина повернулась к нему.

— Через три недели он улетает в Африку. — Ее голос стал едва слышен. — Уже назначена дата, и сегодня он получил документы. Он… — Она сглотнула. — Думаю, он пытается уговорить на эту поездку и Райлана. Я слышала, как он спросил, если у Райлана паспорт, и тот ответил, что да.

Скотт ударил по столику так, что все палетки и тюбики подскочили.

— Твою мать!

Все в комнате замолчали. Повисла неловкая тишина.

— Скотт… — Тина коснулась его плеча. — Для них обоих это хороший карьерный ход…

Он стряхнул ее руку.

— Да насрать, — процедил он, развернувшись к выходу из гримерной, и, услышав за спиной перешептывания, стиснул зубы.

— Скотт! — крикнула Тина, но Скотт уже разыскивал Райлана. К своей ярости он обнаружил его танцующим с Крисом. И подлетев к ним, схватил Райлана за руку и потащил его к лестнице, ведущей в вип-зону.

— Какого хрена? — в шоке воскликнул Крис. Когда он догнал их, Скотт в бешенстве развернулся, и Райлан выставил руку, сдерживая его.

— Крис, все нормально.

Крис отступил, но не ушел, а прислонился к стене и скрестил руки, давая понять, что находится недалеко. Скотт оскалился на него, потом — уже не так резко — повел Райлана к лестнице. На полпути Райлан остановился.

— Да что с тобой, Скотт? Сегодня ты сам не свой.

Скотт тряхнул головой.

— Ничего. Все прекрасно. Кори сказал, что мой пресс — десять из десяти, а Лэнс предложил отсосать. Весь мир, можно сказать, у моих ног.

Лицо Райлана не изменилось, взгляд остался спокойным.

— Так и есть. Если бы только ты мог это увидеть…

Скотт хохотнул.

— Опять начинается. Райлан, мне не нужна твоя жалость. — Он подошел вплотную. Взялся за его бедра и, наклонившись, коснулся языком его губ. — Ты как-то сказал, что уже слишком стар, чтобы трахаться у стены клуба, — выдохнул он, сжимая его ягодицы.

Губы Райлана дрогнули.

— Верно, — выгибаясь, прошептал он. — Но если тебе это нужно…

От его терпеливого, ровного тона Скотта пронзила холодная ярость. Схватив Райлана за руку, он непристойно прижал ее к своему паху.

— Что мне нужно, — прошипел он, — так это избавиться от гребаного стояка, который оставил мне Лэнс. Затем я к тебе и подошел.

Райлан еле заметно вздрогнул, и Скотт ощутил злую радость. Голос разума приказывал ему замолчать — сейчас же нахер заткнуться, — но он продолжил:

— Ничего, кроме вот этого, — он толкнулся членом в его ладонь, — мне не нужно. Ни от кого. И никогда не было нужно. Как же я, блядь, жалею, что подобрал тебя на дороге в тот день.

С лица Райлана отхлынула кровь. Отпустив его, Скотт развернулся и побежал вниз, но его ноги так сильно дрожали, что он чуть не упал и внизу лестницы врезался в стену. К его горлу поднялась желчь.

Идиот, что ты творишь? Немедленно извинись!

Он хотел было вернуться, но Крис преградил ему путь. В его глазах были все те же проклятые тревога и жалость, и не успел Скотт опомниться, как его кулак уже летел Крису в лицо.

Крис пригнулся, кулак Скотта врезался в стену, и его плечо прострелила острая боль. Со всех сторон слышались крики. На него налетел Джерри и заломил ему руки за спину.

Скотт видел, что Райлан с глазами, полными слез, стоит на середине лестницы. Внезапно за ним возник Байрон. Он положил ладонь Райлану между лопаток, а потом с силой толкнул.

— Нет! — взревел Скотт. Собрав все свои силы, он вырвался, упал над Райланом на колени, и вокруг воцарился хаос. Джерри скручивал Байрону руки, люди кричали, а Райлан неподвижно лежал на полу.

Глава 14

— Уточню еще раз: вы точно отказываетесь от транспортировки в больницу?

В глаза Райлана снова посветили фонариком.

— Да.

— Ваше право, но вы ударились головой и потеряли сознание, поэтому я настоятельно рекомендую вам показаться врачу. Возможно, он захочет сделать вам МРТ.

— Со мной все нормально. — Райлан попытался кивнуть, и не смог сдержать дрожь, когда его череп прошила острая боль.

Женщина-парамедик поджала губы.

— Что ж, зрачки одинаковые, реакция в норме, — резюмировала она. — Речь связная. Дезориентации нет. Однако я все равно советую вам поехать с нами. Вы сильно расшиблись.

Райлан до сих пор не вполне понимал, что случилось. Только что он стоял на лестнице и, застыв от ужаса, смотрел, как Скотт пытается нанести Крису удар, как его скручивает вышибала… а в следующую секунду уже лежал на полу, и над ним нависало перепуганное, мертвенно-бледное лицо Скотта, в его зеленых глазах стоял страх.

— Думаю, со мной все нормально, — повторил он.

Он ощупал ушиб над левым ухом. Ни отека, ни крови не было, и он ничего не сломал. Болела только рука — видимо, он ободрал ее о ступеньки, пока катился по лестнице вниз — и голова. Держась за перила, он поднялся на ноги. Парамедик внимательно наблюдала за ним, и Райлан приложил все усилия, чтобы не покачнуться, хотя после стресса и шока все его тело трясло.

Парамедик тоже встала.

— Кто отвезет вас домой? С вами есть кому побыть ночью?

Не зная, что на это ответить, Райлан открыл и закрыл рот, а затем тихий голос сказал:

— Я все сделаю, мэм.

Крис обнял его за талию, и Райлан, не выдержав, благодарно приник к нему.

— Думаешь, тебе правда стоит… — начал он, и Крис сжал его.

— Скотта увезет домой Мин. Как только копы закончат допрос.

Райлан кивнул. В его голове словно стучали тысячи молоточков. Он тупо слушал, как парамедик инструктирует Криса, чтобы тот на протяжении ночи следил, не появляются ли у Райлана признаки сотрясения мозга, затем ему наконец-то дали подписать отказ от дальнейшего лечения, и скорая помощь уехала.

Крис подобрал его камеру и под его встревоженным взглядом осмотрел ее.

— Вроде целая. Повезло. Хорошо, что на лестницах в клубе такой толстый ковер. — Крис крепко сжал его плечи. — И тебе повезло. Когда я увидел, как ты взлетел в воздух, а потом покатился по лестнице вниз… — Он умолк и осторожно поцеловал его в макушку. — Ладно, давай доставим тебя домой.

Крис повел его сквозь взбудораженную толпу. Люди переговаривались, показывали на него пальцем, и Райлан с трудом подавил желание съежиться. Что же случилось? Его толкнули — это он знал. Но кто? И почему?

Он увидел Скотта. Тот сидел, свесив голову, на диване — в окружении копов в штатском и детективов, которые приходили в больницу после нападения на него самого. От того, какой поверженной была его поза, у Райлана защипало в глазах. Он нерешительно остановился.

— Райлан, — тихо позвал его Крис. — Идем.

— А разве копам не нужно опросить и меня? — Он хотел, чтобы Скотт посмотрел на него, но тот так и не поднял лицо.

— Нужно, но они сказали, что это может подождать до завтра. Свидетели сообщили им, что ты, скорее всего, ничего не видел. Нападавший был сзади. Они поговорят с тобой, когда ты отдохнешь.

Бросив на Скотта еще один взгляд, Райлан сделал на дрожащих ногах пару шагов и оперся на Криса, когда тот предложил ему руку.

— У меня такая дикая слабость, — грустно проговорил он. — Все болит.

— Может, все-таки съездим в больницу? — с тревогой спросил его Крис, пока они медленно шли до машины. — Просто на всякий случай.

— Я в норме. Только болит голова и ноют мышцы, но с этим справится ибупрофен. — Райлан старался говорить как можно увереннее, хотя от боли его мутило. Она была не только физической… Его сердце болело не меньше, чем голова.

Когда они сели в машину, Райлан спросил:

— Ты видел, как тот парень толкнул меня?

Крис стиснул зубы.

— К сожалению, нет. Был занят тем, что уворачивался от Скотта.

Райлан ахнул.

— Вот черт. Он все-таки попал по тебе?

— Нет. Но лишь потому, что мои рефлексы оказались быстрее. Он был сильно пьян и явно чем-то расстроен.

Райлан съежился, вспомнив грубые действия Скотта, его жестокие, презрительные слова.

— В его жизни сейчас происходит много дерьма, — промолвил он тихо. — И сегодня он, видимо, не выдержал и сорвался.

Крис взглянул на него.

— Судя по всему, парень, который толкнул тебя, был много месяцев помешан на Скотте. — Он помолчал. — Говорят, он признался, что это он раздробил тогда Скотту челюсть. Если это правда, то он настоящий псих, и тебе повезло, что он не выкинул чего-то похуже.

Райлана пробрала дрожь, и закрыв глаза, он откинулся на сиденье. Остаток дороги прошел в тишине. Крис пошел за ним по дорожке и, пока он тяжело поднимался по бетонным ступенькам, на всякий случай держался поближе. В квартире было холодно и пахло плесенью, и включив свет, Райлан извинился за беспорядок.

Крис улыбнулся.

— Я уже с месяц, наверное, не был у себя дома, поскольку провожу все свое время у Мина. Думаю, на полу скопилось такое количество грязи, что в нее можно сажать цветы.

Райлан достал из холодильника бутылку воды и нашел в шкафчике таблетки от боли.

— У него же куча соседей, — с удивлением произнес он. — Ты не ездишь к себе, чтобы побыть одному?

Глядя, как он глотает таблетки, Крис бедром прислонился к столу.

— С ними весело и интересно, ну а когда мне нужна тишина… — Он подвигал бровями. — Для этого и придумали кляпы.

Райлан фыркнул.

— Давай без подробностей. Хотя не сомневаюсь, что у Тины есть куча шелковых шарфов.

— О, да.

Они рассмеялись. Затем Крис посерьезнел и, шагнув ближе, обнял его.

— Скажи, ты в порядке?

Райлан, держась за него, покачал головой.

— Нет, — сипло выдохнул он. — Совсем нет.

Пока он плакал, Крис баюкал его и гладил по голове. Наконец Райлан кое-как восстановил контроль и отстранился. Увидев на футболке Криса мокрое пятно, он безуспешно попытался стереть его, но Крис задержал его руку.

— Ничего страшного, Рай. Высохнет, — сказал он, мягко сжав его пальцы.

Райлан тяжело выдохнул.

— Черт, — пробормотал он и, высвободившись, с опущенной головой прислонился к кухонной стойке.

Крис положил руку ему под затылок. Его большой палец выписывал небольшие круги, отчего головная боль Райлана немного ослабла.

— Мне очень хочется уложить тебя спать, но за тобой нужно понаблюдать. — Крис сжал его плечо. — Так что, может, покажешь мне свое фантастическое портфолио?

Следующие часы они провели перед ноутбуком, рассматривая фотографии на жестком диске — включая отсканированные пленочные, которые Райлан снял годы назад.

— Знаешь, даже когда ты был подростком, у тебя было потрясающее чувство света и композиции, — в какой-то момент с восхищением сказал Крис. — Делать такие снимки на одноразовый фотоаппарат… Ты талант.

Райлан польщенно зарделся. Крис принялся рассказывать истории о своих журналистских приключениях — Райлан был благодарен, что он старается отвлечь его — и время от времени брал паузу, чтобы внимательно осмотреть его и проверить зрачки. Ближе к рассвету Райлан с радостью сообщил, что ибупрофен наконец-то подействовал, и он снова чувствует себя человеком — только очень-очень уставшим.

Крис с сочувствием улыбнулся.

— Парамедик сказала, что я могу отпустить тебя спать около девяти-десяти. Потерпи. Уже скоро.

Райлан пошел было на кухню, чтобы сварить себе еще кофе, но тут раздался тихий стук в дверь. Он сразу напрягся, и Крис взял его за плечо.

— Ты хочешь видеть его? — мягко спросил он. — Если нет, то я без проблем отошлю его задницу прочь.

Крепко зажмурившись, Райлан кивнул.

— Ты… ты впустишь его? Я выйду через минуту.

Чтобы чуть-чуть успокоиться, он убежал в спальню, а там посмотрел на себя в зеркало. Господи. Ну и видок… Он выглядел так, словно его переехало грузовиком, да еще разорвало в процессе. Его волосы были примятыми, сальными, на необычайно бледном лице выделялся синяк — видимо, заработанный во время падения с лестницы, — а на нижней губе запеклась кровь.

Он втянул губу в рот, но добился только того, что трещина снова открылась, и проступила свежая кровь. Райлан поднял лицо к потолку. Сделал несколько вдохов и с чувством, словно его ведут на расстрел, вышел из спальни.

Скотт и Крис ждали его в тесной прихожей. Крис стоял, привалившись к стене и засунув руки в карманы, а Скотт выглядел так же ужасно, как ощущал себя Райлан. Его челюсть затеняла щетина, взгляд зеленых глаз потускнел.

— Райлан… как ты себя чувствуешь?

— Сейчас дерьмово, но посплю и приду в норму.

Они долго смотрели друг другу в глаза. Райлан ждал, что Скотт что-то скажет, и не дождавшись, ушел на кухню за кофе. Когда он хотел спросить, не налить ли кому-то еще, Скотт подошел к нему со спины и взял за плечи.

— О, Рай, — прошептал он. — Прости меня. Я столько наговорил тебе и столько сделал… Прости, я не хотел. Я даже не знаю, почему я… — Он замолчал, его грудь бурно вздымалась.

На Райлана навалилось физическое и эмоциональное истощение, в ушах стоял шум, словно его погрузили под воду. Ему хотелось прислониться ко Скотту, но он заставил себя стоять прямо.

Скотт сжал его плечи.

— Ты заслуживаешь большего, Рай. Намного большего. — Он умолк, потом снова заговорил — так тихо, что Райлан еле расслышал. — Я понятия не имею, как построить с тобой здоровые отношения.

Райлан отвернулся, и руки Скотта упали, оставив на его плечах быстро гаснущее тепло.

— Здоровые отношения не появляются сами собой из под земли. Мы вместе совершаем ошибки, учимся и растем. За счастье надо бороться.

Скотт покачал головой.

— Но за нас борешься только ты, а я просто использую тебя как боксерскую грушу для эмоциональной разрядки. Снова и снова.

Райлан хотел было ответить, но внезапно заметил у двери два больших чемодана. Два его чемодана. Скотт тоже взглянул на них, а когда вновь повернулся к нему, то смирение в его взгляде разбило Райлану сердце.

— То есть ты решил просто… сдаться? — через силу вымолвил он. — Сейчас скажешь, что я больше не стою усилий?

Скотт сдавленно вскрикнул и снова обнял его.

— Нет! Господи, нет. Райлан, послушай…

— Что еще тут можно сказать? — Райлан вывернулся. Он не собирался смотреть на Скотта, но не удержался и посмотрел. Губы Скотта дрожали, и его сердце непроизвольно дрогнуло. Он резко обмяк. — Что ты от меня хочешь, Скотт?

— Чтобы ты попытался понять…

— Понять что? Что когда возникают проблемы, ты сваливаешь? Будь спокоен, это я уловил. — Он ударил кулаком по кухонной стойке, и кофейная чашка, дребезжа, перепрыгнула в раковину. — Господи, Скотт! Хоть раз не решай за меня, что мне делать и чего я заслуживаю! Я люблю тебя таким, какой ты есть.

— Но я себя нет. — Голос Скотта был хриплым, пронизанным мукой. — Ты разве не видишь? Я в точности как… она. Тоже все порчу и разрушаю. Если я не возьму перерыв, чтобы разобраться в себе, то буду снова и снова причинять тебе боль, и дело кончится тем, что ты начнешь меня ненавидеть. — Дрожащими пальцами он коснулся его щеки. — И это убьет меня.

Райлан с трудом удержал голос ровным.

— Повторю еще раз. Чего ты от меня хочешь?

Скотт приласкал синяк на его скуле.

— Чтобы ты полетел с Крисом в Африку. — Такого ответа Райлан ожидал меньше всего. У него перехватило дыхание, и Скотт поспешил договорить: — Поезжай с ним. Тебе выпала потрясающая возможность, поэтому хотя бы раз в жизни поставь на первое место себя. Не мать, не отца, не Габриэля и… не меня.

Он опустил руку.

— И если потом ты по-прежнему будешь хотеть быть со мной, то… Я не знаю, что будет дальше. Райлан, пожалуйста, просто езжай. Мне нужно, чтобы ты это сделал.

Он развернулся, и Райлан крепко зажмурился. Смотреть, как Скотт снова уходит из его жизни, было невыносимо. Когда дверь тихо закрылась, Крис сразу оказался с ним рядом.

— О, Крис, он…

— Все будет хорошо. — Крис обнял его за плечи. — Знаю, сейчас тебе трудно в это поверить, но он признался, как сильно любит тебя.

— Ты спятил? Он сказал, чтобы я уезжал! — Райлан попробовал высвободиться, но Крис удержал его.

— Он попросил дать ему время разобраться в себе. И сказал, что больше не хочет использовать тебя, как эмоциональный костыль.

— Но я могу с этим справиться! Я могу справиться с ним. — Он стряхнул руку Криса с плеча, ушел к двери и попытался поднять один чемодан, но для его ноющих мышц он оказался слишком тяжелым. Тогда Райлан в отчаянии пнул чемодан и сел на него. — Я никуда от него не уеду.

Крис опустился перед ним на корточки.

— Ты знаешь его лучше, чем я, и естественно можешь поступать по своему усмотрению. Только сперва убедись, что услышал, что он хотел сказать тебе, Рай.

— Все я услышал! Он решил сделать широкий жест и «отпустить меня на свободу», надеясь, что потом я вернусь. Какое тупое клише!

Хотя его взгляд метал молнии, Крис тихо хмыкнул.

— Клише называют клише не без причины. Зачастую в них отражается правда.

— Не поучай меня, — рявкнул Райлан.

— Я и не поучаю. — Крис положил руки ему на колени и с мягким упреком их сжал. — И по-моему, это был не «широкий жест», а по-настоящему бескорыстный поступок. Он думает, что действует в твоих интересах. На твоем месте я был бы рад этому, Рай.

— Но что, если я не хочу, чтобы меня отпускали? Что, если я думаю, что мне лучше остаться и проработать наши проблемы? У меня тоже должен быть выбор!

— Отнестись с уважением к просьбе дать время — тоже выбор, Рай. — Крис не сводил с него взгляд. — По-моему, он обозначил свое желание достаточно четко.

— Он не в себе. Он страдает и не понимает, чего ему надо. — Тяжело вздохнув, Райлан подался вперед, уткнулся лбом Крису в плечо, и его окружили крепкие, успокаивающие объятья. — Господи, — пробормотал он. — Как я устал.

Крис поцеловал его в щеку, потом помог подняться на ноги и, поддерживая за талию, отвел в спальню. Подождав, когда Райлан разденется и ляжет в постель, Крис, как ребенку, подоткнул ему одеяло и прошептал:

— Спи, мой хороший. Я проведаю тебя через час.

И он на цыпочках вышел.

Несмотря на полное отсутствие сил, заснуть Райлан не смог. Он долго ворочался и крутился, потом, наконец, сел и сердито уставился на невинно лежащий на тумбочке телефон. Желание позвонить Скотту и спросить, как они до этого докатились, было почти непреодолимым. В конце концов, кризисы в отношениях бывают у всех. С ними нужно бороться, а не сбегать — в очередной раз. К черту! Он схватил телефон, собираясь написать Скотту и потребовать, чтобы они немедленно встретились, поговорили и разобрались со всем этим дерьмом.

Не дави на него, дай ему время — эхом отозвалось в голове мягкое увещевание Криса, но он заглушил его и все же открыл переписку со Скоттом. Его взгляд зацепился за одно старое сообщение.

Если между нами все кончено, то не игнорь меня, а так и скажи.

Райлан поморщился, вспомнив, с каким раздражением воспринял поспешные выводы Скотта. И как рассердился на то, что Скотт со своей жаждой внимания не дал ему погрустить хотя бы на пару часов.

Скотт, мне надо побыть одному!

Он еще раз перечитал сообщения, глядя на них в свете всего, что случилось. В них отчетливо проступала тревожность — Скотт убедил себя, что его снова отвергли. История с Гарретом тоже внесла свой вклад. Он был всего лишь ребенком и нуждался во времени, чтобы осмыслить происходящие перемены, но Скотт, верный себе, отреагировал как всегда негативно.

Скотт, дай Гаррету время!

Требовать было легко. А вот выполнять самому…

Райлан свесил ноги с кровати. Черт. Еще минуту он смотрел на экран, потом закрыл мессенджер и отложил телефон. Взяв штаны, он оделся и пошел на кухню за кофе.

Проходя мимо гостиной, он услышал негромкий голос Криса.

— Мне, наверное, стоит побыть с ним хотя бы до середины дня. — Пауза, а потом: — М-м, звучит потрясающе. Согреешь мою половину кровати? — Крис издал хриплый смешок. — Я тоже люблю тебя. Приеду, как только смогу.

Мечтательно улыбаясь, он бросил телефон на диван. Потом заметил Райлана и вскочил на ноги.

— Рай, все нормально?

Райлан улыбнулся дрожащей улыбкой.

— Да. Просто не мог заснуть. — Он нерешительно замолчал, затем сделал вдох. — Крис, я хочу поехать с тобой.

Крис втянул в себя воздух. Затем усадил его и всмотрелся в лицо.

— Ты уверен?

— Нет. — Райлан закрыл глаза. — Я просто… я…

— Эй, — мягко прервал его Крис. — Давай я сначала налью тебе кофе. А после поговорим.

Райлан откинулся на продавленные подушки своего старого, потрепанного дивана. На кухне забулькала кофеварка, потом звякнула в чашке ложка, и наконец Крис принес ему дымящийся кофе.

— Спасибо, — прошептал он.

Крис сел рядом, и какое-то время они в тишине пили кофе. Потом Райлан вздохнул.

— Все инстинкты, которые во мне только есть, требуют, чтобы я прямо сейчас позвонил ему и заставил поговорить. — Он рассказал Крису про ту ужасную ночь, когда Скотт исчез с Таннером. — В первый момент я подумал, что все повторяется… что он снова сбегает… но ведь это не так.

Прежде чем Крис успел вставить слово, Райлан продолжил:

— Я знаю, что это не так. Он не сбегает. Он пришел и поговорил со мной, сказал мне в лицо, что именно ему сейчас нужно. Его решение мне не нравится, но…

— Но это не значит, что оно неправильное или плохое, — тихо договорил Крис.

Райлан несчастно кивнул.

— Именно. В отношениях с ним я вел себя так, словно они были одним длинным фильмом под названием «Только Райлан знает, как лучше».

От неожиданности Крис поперхнулся, и Райлан похлопал его по спине.

— Это правда. А теперь он говорит, что хочет по-своему разобраться в себе. Черт, Крис, я не хочу уезжать от него, но если я не уеду, то буду мешать ему. Уж я себя знаю. — Он сглотнул. — Я как-то сказал ему, что мне никогда не стать таким сильным, как он, но я не дал ему шанса доказать этот факт себе самому, ведь я ворвался в его жизнь, как таран.

Райлан выпрямился и заставил себя улыбнуться.

— Так что я лечу с тобой в Африку, Крис. Это пойдет на пользу карьере, плюс Скотту не нужно, чтобы я без конца его опекал. Он знает, что я люблю его, и теперь мне пора показать, что еще я ему доверяю.

Крис обнял его за плечи и крепко, ободряюще сжал.

— Все будет хорошо. Вы оба сильные парни. Как бы там ни было, я считаю, что ты принял правильное решение. — Он смущенно покосился на Райлана. — Прозвучало жутко эгоистично, поскольку оно мне на руку, но клянусь, я говорю искренне.

Райлан положил руку ему на колено.

— Я знаю. Это действительно правильное решение. По куче причин.

В ответ Крис издал тихий радостный вопль.

— Тогда давай строить планы, потому что нас ждет фантастическая поездка!

Как ни странно, следующие два часа пролетели как один миг, и усталость в итоге уступила место осторожному предвкушению. Его ждало приключение!

Крис помог ему заполнить анкету для получения визы в Уганду.

— Если придется немного подвинуть дату отъезда — не страшно, — заверил он Райлана. — Но когда на визу подавал я, ее сделали через две с половиной недели, так что тебе может и повезти.

К облегчению Райлана оказалось, что для въезда в Уганду не требуется большого количества необходимых прививок. Крис позвонил в редакцию журнала и попросил, чтобы ему начали оформлять документы, и не успел Райлан опомниться, как наступил полдень. Заметив, что Крис начал поглядывать на часы, Райлан наконец-таки настоял, чтобы он поехал домой.

— Насколько я помню, твою половину кровати согревает сейчас один прекрасный мужчина, — сказал он, мысленно рассмеявшись, когда Крис покраснел. — Лучше не заставлять его ждать, а то в его стиле заявиться сюда. — Он поморщился. — Боюсь, мне сейчас будет тяжеловато смотреть на вашу любвеобильность.

Крис обнял его и мягко промолвил:

— Понимаю. Просто помни, что у тебя есть друзья. Хорошо? Если захочешь поговорить или почувствуешь себя одиноко…

Райлан фыркнул.

— Проблему одиночества Мин может решить лишь одним способом — соблазнив меня, — сухо произнес он. — Группа — это прикольно, однако с тобой в роли третьего… Не обижайся, но в данных обстоятельствах это плохая идея.

Крис расхохотался.

— Согласен. — Он взял свои вещи. — Но если вдруг передумаешь… — Подвигав бровями, он попробовал шутливо хлопнуть его по заднице, но Райлан увернулся.

— Не передумаю. А теперь отвези эту игривость своему бойфренду. — Райлан помолчал, потом потянул голову Криса вниз и поцеловал его в щеку. — Спасибо за все. Ты хороший друг.

Крис крепко сжал его.

— Ты тоже, — мягко ответил он и, помахав, скрылся за дверью.

Когда он ушел, повисла гнетущая тишина. Зная, что заснуть не получится, Райлан надел наушники, включил свой любимый плейлист и, стараясь не думать, принялся разбирать чемоданы.

Сквозь музыку прорвался громкий стук в дверь, и сердце Райлана подскочило к самому горлу. Он побежал открывать, но за дверью, увы, оказался не Скотт, а два детектива — мужчина и женщина, — которые вели его дело. Он пригласил их войти, и они встали посреди его убогой гостиной.

— Байрон Шиллинг, двадцать семь лет, признался в нападении на вас вчера вечером, — без предисловий сообщила ему женщина-детектив. — Еще он признался в том, что в апреле ударил мистера Эшворта битой.

— Боже, — выдохнул Райлан. — А у него был мотив?

— Он утверждает, что у него с мистером Эшвортом были интимные отношения. Говорит, что они то сходились, то расходились. И что оба случая нападения были связаны с тем, что мистер Эшворт якобы изменял ему с вами.

Райлан вспомнил ночь, когда на Скотта напали. Судя по всему, вышибала Джерри был не единственным, кто увидел, как они целовались в вип-зоне.

Мужчина-детектив пролистал свой блокнот.

— Согласно показаниям Шиллинга, он не собирался наносить мистеру Эшворту такой сильный удар. Он планировал лишь оглушить его, а затем оказать ему помощь и таким образом расположить к себе.

Райлан разинул рот.

— Серьезно? Да он чуть не убил его!

— Поняв, что мистер Эшворт сильно травмирован, он запаниковал и сбежал. — Детектив снова сверился со своими записями. — Вчера вечером Шиллинг увидел вас с мистером Эшвортом в интимной обстановке, и когда предоставилась возможность напасть на вас, не упустил ее. Он утверждает, что находился в состоянии алкогольного опьянения и не отдавал отчет своим действиям. Вы его видели? Слышали, что он говорил?

Райлан покачал головой.

— К сожалению, нет. Я ничего не видел. Что же касается остального, то недавно Скотт рассказал мне о своем… взаимодействии с Шиллингом, и насколько я понял, это случилось всего один раз, причем довольно давно. Называть единичный контакт «отношениями» может только больной.

Задав еще несколько вопросов, детективы, наконец, поднялись.

— Спасибо, мистер Махоуни, — сказала женщина. — Мы будем сообщать о состоянии дела, но скорее всего Шиллингу будет предъявлено обвинение в двух случаях нападения при отягчающих обстоятельствах.

Райлан рассказал, что собирается на несколько месяцев выехать из страны, и она кивнула.

— Главное, чтобы у нас была возможность с вами связаться, если окружному прокурору или общественному защитнику понадобится с вами поговорить.

— Я окажу любое содействие, чтобы помочь засадить Шиллинга за решетку. Скотт должен быть отомщен.

Женщина-детектив улыбнулась.

— Мистер Эшворт сказал то же самое насчет вас. Только он выразился немного… покрепче.

Райлан рассмеялся, и в его израненном сердце распространилось тепло.

— О, представляю.

Проводив детективов, он принял горячий душ и голым рухнул в кровать, чтобы наконец-то — наконец-то — заснуть.

***

Следующие две недели пролетели словно на ускоренной перемотке. Райлана часто нанимали новостные агентства, и помимо работы стрингером он снимал в клубе. Большую часть свободного времени он проводил с Крисом, составляя списки необходимого багажа и уточняя маршрут. Когда ему одобрили визу в Уганду, финализировалась и дата отъезда.

— Мы полетим с пересадкой в Дубаи, — с трудом скрывая волнение, сообщил Крис. — А в Кампале нас встретят представители Института по освящению проблем войны и мира. Они же дадут нам водителя, который отвезет нас на север, в сторону Гулу, где еще действуют лагеря беженцев.

На макбуке Криса была открыта карта мира, и он показывал Мину, который тоже сидел на диване, остановки их будущего перелета.

— По большей части мы будем вот здесь. — Он навел палец на область севернее Кампалы, столицы Уганды. — Будем ездить по лагерям и деревням в радиусе приблизительно пятидесяти миль.

Мин сидел, плотно сжав губы — почему-то не на коленях у Криса и даже не рядом. Что было странно: они оба прославились тем, что не стыдились открытого проявления чувств, и не скрывали, что безумно увлечены друг другом.

Ответ он узнал через пару минут, когда наткнулся на них на кухне. Мин сидел на столе, а Крис стоял между его раздвинутых ног. Они целовались. Не обращая на них внимания, Райлан открыл холодильник, чтобы взять себе пиво, но внезапно Мин с ужасом пискнул и, оттолкнув Криса, соскочил со стола.

— Райлан, прости, — забормотал он, спрыгнув на пол. На его скулах горело два красных пятна. Не понимая, что происходит, Райлан замер в полусогнутом положении, а потом его озарило. Он взял бутылку и, выпрямившись, закрыл холодильник.

— Короче, дело такое. — Он открутил крышку и сделал долгий глоток, наслаждаясь холодным напитком. — Я не завою, оплакивая свое сердечное горе, если внезапно увижу, как вы шуруете языками в глотках друг друга. — Он пожал плечами. — Если хотите, можете перейти на диван. Напротив него стоит удобное кресло, с которого мне будет очень приятно на вас посмотреть.

Когда он договорил, Мин и Крис были красными, как помидоры. Подмигнув им, Райлан ушел в гостиную. Через минуту они тоже вернулись, и когда Крис плюхнулся на диван и усадил Мина к себе на колени, Райлан с удовлетворением усмехнулся.

— Так-то лучше. — Он в ироническом тосте приподнял бутылку. — Не люблю видеть вас врозь, потому что мне становится грустно, когда папочка с мамочкой ссорятся. — Он пригнулся, чтобы в него не попала брошенная Крисом подушка.

— Мы не ссорились. Мы лишь…

— Не хотели расстраивать бедного Райлана. Понимаю. — Райлан посерьезнел. — Я не упаду в обморок, если увижу, как вы проявляете чувства друг к другу. Наоборот, я за вас рад. Честное слово.

Когда любвеобильная парочка не преминула воспользоваться его разрешением и набросилась друг на друга, он закатил глаза и швырнул в них подушкой. Мин пискнул, когда она отскочила от его головы.

— Ладно, я передумал. Смотреть я не хочу, но если вам настолько не терпится, можете перейти ко мне в спальню. Только потом смените постель.

Крис поднял Мина с коленей и со смущенной усмешкой усадил рядом с собой.

— Прости, Рай.

Райлан махнул рукой, и Крис включил CNN и начал что-то печатать на ноутбуке, который стоял на столике перед ним. Когда через пару минут Мин вышел на кухню, Райлан отправился за ним следом.

Он взял себе еще пиво и прислонился к стойке, глядя, как Мин ставит в микроволновку попкорн. Мин взглянул на него.

— Мы злоупотребляем твоим гостеприимством? — спросил он печально. — Если хочешь, мы можем уйти.

Райлан взял его за плечо.

— Господи, нет, — воскликнул он. — Я просто шутил. Я рад, что вы здесь. — Мин облегченно вздохнул, и Райлан продолжил: — Мне сейчас нужно, чтобы меня кто-нибудь отвлекал.

Когда Мин с сочувственным видом кивнул, Райлан нерешительно произнес:

— Как он? Я не спрашивал, потому что не хотел ставить тебя в неудобное положение.

Пришел черед Мина успокоить его объятьями.

— Ну что ты, малыш. Если говорить откровенно, Скотт… в общем, он сейчас сам не свой. Слишком много всего навалилось.

Райлан поморщился.

— Знаю. О боже.

Звякнула микроволновка. Мин вытащил пакет с горячим попкорном, пересыпал его содержимое в пластмассовую миску и снова встал рядом с Райланом.

— Он потеряет контракт с MC₂, — сказал он негромко. — То видео…

Райлан покачал головой.

— Просто ужасно.

Он вспомнил, в какой шок его привела новость о том, что в инстаграм попало короткое видео — запись Скотта и Лэнса в уборной в ту злополучную ночь. Они не знали, что в соседней кабинке все это время был какой-то чувак. Подслушав начало их разговора, он, надеясь заснять непристойный минет, направил на них телефон, но вместо этого записал, как Скотт сознательно, злонамеренно унижает Лэнса. Репутации Скотта был нанесен серьезный удар, а окончательно прикончило ее второе видео, на котором он орал с багровым лицом, пока его удерживал вышибала, а у стены стоял, защищаясь, Крис.

После того, как оба видео разлетелись по интернету, Мэллори Кресвел опубликовал официальное заявление, где говорилось, что в свете последних событий контракт со Скоттом вряд ли будет продлен. Кори, впрочем, умел минимизировать ущерб, но зная его, можно было не сомневаться, что Скотта ожидают большие проблемы. Его, очевидно, уже заклеймили Придурком с большой буквы П.

Переживая за Скотта, Райлан не выдержал и написал ему, предложил как-то помочь. Но в ответ получил всего одно слово:

Спасибо.

Отказ причинил ему боль. Но видимо, это и значило не мешать человеку разобраться в себе. Он все больше и больше радовался тому, что скоро уедет. Стоять в стороне и смотреть, как жизнь Скотта рушится, было невыносимо. Райлан вздохнул.

— Я так беспокоюсь за него, Мин.

Мин привлек его в сочувственные объятья.

— Я тоже. Но не волнуйся. Я за ним присмотрю. И кроме того… — он сглотнул, — когда вы уедете, мы с ним будем ой как нужны друг другу.

Райлан почувствовал, что он дрожит.

— А я присмотрю за Крисом. Верну его тебе живым и здоровым.

Мин положил голову ему на плечо.

— Да дело даже не в этом, — пробормотал он. — Просто… я боюсь, что как только он вновь ощутит вкус той своей жизни, роман с глупой драг-куин перестанет казаться ему хоть сколько-нибудь интересным.

Райлан очень хотел заверить его, что Крис непременно вернется, но из общения с Крисом он знал, что тот был адреналиновым наркоманом, готовым ради идеального снимка на любой риск. Произошедшее в Ливии потрясло Криса до глубины души, но когда он преодолеет последние страхи и почувствует прежний азарт… Райлан не мог пообещать Мину вообще ничего.

Поэтому он просто обнял его.

— Любовь — та еще сука, — прошептал он. — Настоящая тварь.

Мин фыркнул, затем отстранился и с самым решительным видом тряхнул головой.

— Что ж, я для этого слишком роскошен. Что бы там ни случилось, я буду сражать наповал. — Он взял миску с попкорном и принял театральную позу.

— Правильно. Продолжай в том же духе, красавец. — Райлан поцеловал его в щеку. — И знай, что мое сердце — навеки твое.

Мин подмигнул ему, и они вернулись в гостиную. Когда Райлан устроился в противоположном от парочки углу дивана, Крис включил на ноутбуке кино.

Фильм оказался хорошим, но вскоре темнота оказала определенный эффект, и диалоги начали заглушать звуки медленных, затяжных поцелуев и вздохи. Райлан полулежал в томной неге, сквозь его тело струился тихий огонь.

В какой-то момент Мин оторвался от Криса и одним чувственным, плавным движением оседлал бедра Райлана. На его щеки легли нежные пальцы. Райлан поднял лицо и увидел в его глазах, полуприкрытых тяжелыми веками, страсть и вопрос. Мин закружил бедрами, давая почувствовать, что возбужден.

Улыбнувшись, Райлан еле заметно покачал головой. Мин мимолетно поцеловал его, после чего вернулся в объятия Криса. Чтобы им не мешать, Райлан встал, ушел в спальню и тихо притворил за собой дверь.

Глава 15

Если Скотт в чем-то и разбирался, так это в том, каково достигнуть самого дна. В конце концов, жизнь наказывала его не раз и не два, однако он давно не ощущал себя настолько ничтожным, как в данный момент, когда он смотрел в лицо Кори.

— МС₂ отказываются от тебя, Скотт.

Скотт смотрел в пол, даже не пытаясь извиняться или оправдываться.

— Потому-то они и заключают предварительные контракты на девяносто дней, — хрипло продолжил Кори. — Чтобы не оказаться привязанными к новой модели, которая не может отвечать их стандартам и портит им имидж. — Он ударил по столу кулаком, и Скотт вздрогнул. — Красивому парню, который не выходит за рамки, они всегда рады. А дебошир, который выставляет себя полным придурком, может отправляться к чертям.

— Кори, мне очень жаль…

— Не надо. — Кори отвернулся, словно больше не мог выносить его вид. — А теперь уходи. Поговорим позже.

Скотт вышел из кабинета. Ему, наверное, стоило радоваться, что его не уволили прямо сейчас, однако он знал, что его дни в «Спектре» сочтены. Он был перед Кори в долгу и был бесконечно благодарен за все, что он сделал. То, чем все закончилось, причиняло ему немалую боль.

Мин ждал его в коридоре. Он бросил на Скотта всего один взгляд и сразу же обнял.

— Значит, все кончено?

— Да.

— Скотти, я…

Скотт, не желая ни о чем говорить, отстранился.

— Мин, все нормально. Я справлюсь. — Он сменил тему. — Ты видел Райлана? Как он?

Мин озабоченно хмурился, но настаивать на ответах не стал.

— Нормально. В воскресенье они улетают. Райлан сказал, что сообщил тебе.

Скотт вспомнил их короткий, неестественно скованный разговор по телефону, и печально сжал губы.

— Да, он звонил. И мне стоило огромных усилий не умолять его не уезжать.

Мин, явно удивившись его откровенности, сдавленно хмыкнул.

— Как я тебя понимаю, малыш.

— Только было неясно, хотел ли он, чтобы я умолял, или испытывал облегчение, что я все же сдержался.

Мин сочувственно поцеловал его в плечо.

— Ты же знаешь, он стоик. Мне кажется, он рад предстоящей поездке, но улетать от тебя ему будет все-таки тяжело.

Скотт прислонился затылком к стене и тяжело выдохнул.

— Я знаю, что делаю правильно, отпуская его. Но, блядь, это так больно.

— Особенно с учетом последних событий. Он тебе нужен.

— Да, и как раз по этой причине он должен уехать. — На лице Мина промелькнул скептицизм, который он уловил краем глаза. — Мин, он не обязан вечно быть моим рыцарем и спасать меня от себя самого. Я должен научиться разгребать проблемы самостоятельно. — Он крепко сжал губы. — Я хочу быть ему равным… а не эмоциональной обузой.

Пока Мин не успел вставить что-то еще, Скотт обнял его за плечи.

— А как держишься ты?

Мин пожал плечами.

— Ну… я подарил этому мужчине чуть больше суббот, чем собирался. Уж не знаю, что за дурь на меня нашла.

Не купившись на эти слова, Скотт поцеловал его в макушку. Помолчав, Мин тихо сказал:

— Ему нужно что-то доказать себе, Скотт, и пытаться его удержать — не вариант.

— Да. — Скотт прижался к его макушке щекой. — Значит, мы их отпустим и будем надеяться, что они вернутся назад.

— Именно так. Слава богу, мне не придется проходить через этот кошмар одному.

— Никогда. — Скотт помолчал. — Мин, я увольняюсь из «Спектра». После того, как они… как они улетят. Так надо. Пора.

Мин кивнул.

— Соглашусь. Ты давно перерос это место. Чем хочешь заняться?

— Вопрос на миллион долларов… Если честно, даже не представляю.

— Ты непременно придумаешь. — Мин потрепал его по щеке и отвернулся. — Да, кстати. Я… — Он немного поколебался. — В субботу вечером мы устраиваем Крису и Райлану прощальную вечеринку. Девочки готовят шоу, и мне кажется… что тебе стоит прийти.

— Обязательно.

— Хорошо.

Помахав ему, Мин ушел переодевать в гримерную, а Скотт побрел к служебному выходу, намереваясь отправится в зал за долгой терапевтической тренировкой. У самой двери его вдруг окликнули. Он обернулся — к нему бежал Кори. Скотт приготовился, что сейчас его все же уволят, но вместо этого запыхавшийся Кори сказал:

— Скотти, тебя забронировали на вечер пятницы. Вип-клиент. — Голос Кори звучал удивленно. Ему словно не верилось, что Скотт еще вызывает у кого бы то ни было интерес. И Скотт — увы — разделял это чувство.

— Конечно, — медленно проговорил он. — Кто?

Когда Кори назвал ему имя, Скотт испытал шок, а затем осторожную радость. В его голове забурлили идеи.

У вопроса на миллион долларов мог появиться ответ.

***

— Скотти, сегодня мне придется выставить тебе счет за напитки. Кори сказал…

Скотт ободряюще улыбнулся бармену.

— Конечно, друг. Без проблем.

На лице Дэнни отобразилось явное облегчение.

— Тогда что тебе принести?

Скотт заказал содовую с лаймом. Придвинув ему высокий стакан, Дэнни шепнул:

— Черт, мне стыдно брать с тебя деньги за гребаный лимонад. Может, плеснуть туда что покрепче?

Скотт положил в банку для чаевых пятидолларовую купюру.

— Не надо. Спасибо, приятель.

Они стукнулись кулаками, и Дэнни ушел заниматься клиентами, а Скотт развернулся к сцене. Потягивая свою содовую, он смотрел, как стайка сексуальных драг-куин устраивает Крису и Райлана тщательную прожарку, забрасывая их шутками в духе «у кого длинней объектив». Затем их обоих усадили на стулья и одарили разнузданным приватным танцем. Во всем этом, впрочем, сквозила искренняя любовь, и Скотт не мог перестать улыбаться.

Он оглядел переполненный клуб. Люди смеялись, болтали, но в его сторону никто не смотрел. Вместо того, чтобы, как раньше, почувствовать себя невидимкой и напрячься, он испытал облегчение. Судя по всему, сенсационная новость о том, что утром Скотт уволился, еще не успела распространиться по клубу, поэтому можно было не волноваться, что фокус внимания сместится с Криса и Райлана на него.

Шоу на сцене подходило к концу. Драг-куин по очереди подходили к Крису и Райлану и на прощание целовали их в щеки, так что вскоре их лица оказались покрыты помадой разнообразных цветов. Когда диджей объявил, что следующий сет будет составлен из любимых песен почетных гостей, загрохотала музыка, заработали стробоскопы, и великолепная Тина — в черном сверкающем мини-платье, розовом парике и туфлях на шпильках — утащила Криса на танцпол, а Райлан скрылся в направлении туалетов. Через пару минут он вернулся и, скрестив руки, встал у одной из колонн.

Скотт обвел его взглядом… высокого, стройного, одетого в потертые джинсы и облегающий черный пуловер с рукавами, закатанными до локтей. На одном его запястье были часы, на другом — кожаные браслеты, в ушах поблескивали крохотные сережки. Его густые волосы были взъерошены, а чувственные губы подрагивали в легкой улыбке.

Боже, ты так прекрасен, малыш.

Ноги сами понесли его к Райлану — ему было необходимо быть рядом. Приблизившись, Скотт с нежностью улыбнулся, заметив, что хотя Райлан уходил в туалет, чтобы стереть помаду от поцелуев драг-куин, на его скуле около уха остался яркий фиолетовый след.

— Ты один пропустил, — прошептал Скотт, подойдя к нему со спины. Райлан оглянулся.

— Правда? Я, вроде, стер все.

— Нет. Осталось еще вот тут.

Скотт поднял руку и ласково стер остатки помады. Потом, не в силах сдержаться, наклонился и коснулся этого места губами.

— Боже мой, Рай, — хрипло прошептал он. — Я буду безумно скучать.

Райлан вздохнул. С легкой дрожью приник к нему, и Скотт, обняв его талию, зарылся в его волосы носом.

— Я думал, ты не придешь попрощаться, — тихо произнес Райлан, кладя на его руки ладони. — Я не хотел уезжать без…

Не договорив, он умолк, и Скотт поцеловал его в висок и прижал к себе его сильное, теплое тело. Они долго стояли, молча покачиваясь под музыку и глядя на танцующую толпу. В конце концов Райлан повернулся к нему, поднял лицо, и щеку Скотта овеяло его прерывистое дыхание.

— Скоро за нами приедет такси. Скотт, я…

— Послушай меня. — Скотт склонился к его уху. — Ты полетишь в Африку, Рай, и все будет круто, и твой талант взорвет людям мозг. — Он заморгал, пытаясь остановить слезы. Нет, он не заплачет и не навяжет Райлану чувство вины.

И тем не менее следующие слова дались ему нелегко. Его горло словно было забито острым стеклом.

— Райлан Махоуни, ты самый замечательный человек на земле, и я хочу лишь одного: чтобы ты был счастлив. Окей?

— Скотт…

— Что бы ни случилось, ищи свое счастье, малыш. — Он легонько встряхнул его. — Слышишь меня? Пообещай, что где бы ты ни обрел его — в Финиксе или где-то еще, — ты в него вцепишься и не отпустишь.

Райлан поднял глаза — они лучились эмоциями. Взяв его лицо в ладони, Скотт нежно поцеловал его.

— Это было моим лучшим в жизни решением — остановиться, когда я увидел тебя на дороге.

Скотт в последний раз провел по его щеке костяшками пальцев, затем развернулся и зашагал через танцпол. Лавируя в толпе, он заметил вспышку искристо-черного и ярко-розового, метнувшуюся в сторону служебного коридора.

Он сменил направление и побежал за ней. Джерри мешать ему, к счастью, не стал.

— Тина! — крикнул он. Она остановилась и с опущенной головой прислонилась к стене. Скотт мягко потер ее шею. — Ты не проводишь его до такси?

Она покачала головой — резко и коротко.

— Нет. Мы попрощались вчера. — Она сделала судорожный вдох. — Я… я просто не могу стоять и смотреть, как он садится в такси и уезжает из моей жизни.

Скотт невесело хмыкнул, его веки горели.

— Та же хрень. Я только что попрощался с Райланом и чуть язык себе не прокусил, стараясь не разрыдаться.

Тина криво улыбнулась.

— Жалкая мы с тобой парочка. — Она взглянула на него из-под густо накрашенных ресниц. — Пойдешь есть картошку с чили и сыром?

— Угу. Сейчас это было бы кстати. — Он галантно протянул Тине руку, и приняв ее, она прислонилась к нему. Когда они двинулись к выходу, она вдруг остановилась.

— Скотти, ты хотя бы сказал, что любишь его?

Скотт поднял глаза, и внезапно его омыло чувство покоя.

— Да, — улыбнулся он. — Конечно, сказал.

Эпилог

Спустя шесть месяцев

— Черт. Мне бы не помешало подзарядиться от той эзотерической хрени.

Скотт расхохотался, и звук его смеха эхом отразился от скал. Держа телефон около уха, он покачивался на пятках, чтобы сохранять в теле тепло.

— Ты же знаешь, что можешь приезжать сюда в любое время?

— Знаю, Скотти, — сварливо ответил Мин. — Но мне некогда! Он прилетает уже через три дня, и поверь, когда у тебя полгода не было секса, требуется масштабная подготовка. Мой мужчина любит, чтобы везде было гладенько, и…

— О боже мой, замолчи, — прервал его Скотт и притворно содрогнулся — пусть Мин и не мог его видеть. — Детали мне не нужны.

— Таковы проблемы пассивов, — отказываясь пощадить его, заявил Мин. — И у меня они есть. Что ты за друг, если не хочешь послушать?

— Такой, которому не нужны все эти подробности, — проинформировал его Скотт, и Мин порочно хмыкнул.

— Он уже написал, что изголодался по моей…

Фыркнув, Скотт поспешил отключиться, но прежде, чем он успел убрать телефон, на экране вспыхнуло сообщение с длинным рядом эмодзи персиков и баклажанов. Скотт ответил:

Повторяю: я не такой друг!!!

Он усмехнулся и, убрав телефон в карман флисовой куртки, побежал по тропе. Под его кроссовками хрустел снег, размеренное дыхание превращалось на холоде в облачка пара. Вокруг не было ни души. Только в вышине пролетал время от времени ястреб, а шум воды в ручье был идеальным звуковым сопровождением — лучше любой музыки.

Когда он набрал темп, у него вновь зазвонил телефон. Узнав рингтон, Скотт сразу же остановился.

— Гаррет, привет! — выдохнул он.

— Блин, я снова позвонил тебе во время пробежки? — сокрушенно пробормотал Гаррет, и Скотт, тяжело дыша, хохотнул.

— Да, но ничего страшного. Я всегда тебе рад. Что такое, приятель? — Он начал ходить кругами, чтобы мышцы не остывали.

— В общем, я сделал, как ты сказал, и вчера спросил Аманду, можно ли проводить ее после школы до дома.

— Супер! — воскликнул Скотт. — Ну вот, начало положено. Если ее родители говорят, что для свиданий она еще слишком юна, их мнение следует уважать, но теперь вы сможете больше общаться.

— Знаю, но я жутко нервничал и наговорил кучу фигни, — простонал Гаррет. — Теперь она, наверное, думает, что я идиот.

Скотт рассмеялся.

— Рядом с красивыми девушками и я становлюсь косноязычным. Что случилось?

Пока Гаррет делился историей своих подростковых мучений, Скотт повернул в сторону дома. Наслаждаясь ярким лазурным небом и зимней прохладой, он пошел длинной дорогой, чтобы полюбоваться одним из своих любимых пейзажей.

— Могу посоветовать только одно — будь собой, — сказал Скотт. — Девчонки умнее нас. Поверь, они с легкостью распознают, когда мы им врем. Так что будь вежливым и слушай ее — только по-настоящему, а не пялясь на ее грудь.

— Скотт! — Смех в голосе Гаррета граничил с ужасом. Потом он вздохнул. — Выполнить последнее будет сложно, потому что она ужасно красивая.

— Не сомневаюсь.

Они еще немного поговорили, после чего Гаррет небрежно сказал:

— Джексон хотел, чтобы я еще раз расспросил тебя о той протеиновой смеси, но я сказал, чтобы он спросил тебя сам. Так что он может написать тебе или позвонить. Просто предупреждаю.

Скотт сглотнул ком в горле и, каким-то образом умудрившись сделать тон бодрым, ответил:

— Здорово. Спасибо, что сообщил.

Когда они попрощались, Скотт сел на небольшой выступ скалы и уставился на деревья внизу и покрытые снегом красные камни. Красота этого места, где в воздухе почти ощутимо мерцала метафизическая энергия — или «эзотерическая хрень», как называл ее Мин, — всегда успокаивала его. Однако сейчас она не смогла перебить его угрызения совести и тоску. Джексон… Раны его старшего сводного брата были глубокими, и хотя Скотт снова и снова писал ему, принося искренние извинения, Джексон до сих пор предпочитал использовать в качестве посредника Гаррета.

Не желая находиться наедине со своими мыслями, он вскочил на ноги и пошел к дому, а там принял по-быстрому душ и отправился в Тлакепаке. Заглянув в мастерскую Педро, он увидел, что тот сидит у гончарного круга. Его ноздри защекотал густой, земной запах глины, и он громко чихнул. Оглянувшись, Педро широко улыбнулся ему.

— Привет, сынок. Что такое?

Скотт, стоя в дверях, тоже улыбнулся, глядя, как Педро кладет на круг ком несформированной глины и смачивает руки водой. Внезапно взгляд Педро заострился. Взяв старое полотенце, он вытер руки и подошел к Скотту.

— Что тебя беспокоит?

— Ничего. Просто зашел поздороваться перед работой.

Педро с укоризной взглянул на него.

— Я знаю, когда тебя что-то гложет. Так что выкладывай.

Скотт привалился к дверному косяку.

— Просто мой брат… — Он рассказал Педро о том, что Джексон снова не стал звонить ему напрямую, а передал вопрос через Гаррета. — Я не знаю, что еще сделать, чтобы мы помирились. Если б я только мог поговорить с ним…

— То что бы ты сделал? — Педро не сводил с него взгляд. — Убедил бы его, что помириться нужно по-твоему?

— Нет! Я…

— Сынок, не попадайся снова в эту ловушку. Если в аккуратные эмоциональные рамки укладывается не все, это не значит, что ты неудачник. — Педро подошел на шаг ближе. — Мы ведь уже обсуждали, что возможно Джексону достаточно знать, что с тобой все хорошо — что ты жив и счастлив. Может быть, ничего больше ему и не нужно.

— Значит, я должен бросить попытки наладить с ним отношения?

— Конечно, нет. Но ты не можешь изменить его представление о вещах или то, что он чувствует. — Голос Педро был мягким. — Может быть, он уже обрел необходимый покой, поэтому не заставляй его дать тебе то, что ищешь ты.

Скотт зажал переносицу.

— Я пытаюсь. Но Педро, мне так тяжело.

— Знаю, сынок. Но это тоже нормально. — Он ласково взял Скотта за плечи. — Помни, жизнь подобна дыханию. Радость поднимает нас вверх, — он сделал глубокий вдох, — а боль опускает на землю. — Педро выдохнул, и Скотт ощутил запах его сигарет с ароматом гвоздики. — Таков баланс вещей. Если не разрешать себе двигаться и в том, и в другом направлении, если запрещать себе чувствовать боль, то как ты узнаешь настоящее счастье?

— Я не хочу чувствовать боль, — пробормотал Скотт, и Педро сжал его плечи.

— Но если не закрываться, если не прятаться от нее, то пессимизм и ненависть к себе не смогут пустить в тебе свои ядовитые корни.

Немного подумав, Скотт печально кивнул.

— Как я уже сказал, я пытаюсь. Работа еще в процессе.

Педро хмыкнул.

— Сынок, я старик, но у меня эта работа тоже еще в процессе. Мы с тобой далеки от совершенства, но зато интересны. Верно?

Скотт рассмеялся.

— Смотря с какой стороны посмотреть.

— Есть только одна сторона.

Педро поманил его за собой и, подойдя к витрине, достал скульптуру, которая заворожила Скотта в его первый приезд в Тлакепаке.

— Помни о том, что наши решения формируют узор наших жизней, — промолвил он мягко.

Вновь попав под гипнотическое воздействие скульптуры, Скотт провел пальцем по ее переплетенным ветвям.

— Мой узор не идеален, Скотт, и возможно, кому-то покажется страшным. Я предпочитаю считать его красивым и интересным, ведь если я не буду так делать, то сожаления без остатка сожрут мою душу.

Скотт кивнул, и Педро осторожно поставил скульптуру обратно в витрину.

— Я хочу, чтобы она была у тебя. Забери ее после работы.

Пораженный Скотт хотел было возразить, но Педро твердо сказал:

— Не спорь со мной, парень. Забери ее домой и поставь куда-нибудь на видное место. Пусть будет визуальным напоминанием. — Он коснулся его плеча. — Изменить узор прошлого невозможно, но из него можно извлечь полезный урок.

Скотт поблагодарил его, крепко обняв, и, выйдя из мастерской, через служебную дверь вошел в ресторан. Заря оказалась на кухне — с озабоченным выражением на лице она листала блокнот с заказами. Незаметно подкравшись к ней сзади, Скотт легонько дернул ее за косу.

— Эй! — Она развернулась и, увидев, кто у нее за спиной, сразу смягчилась. — Почему ты приехал так рано? Твоя смена начинается в пять. — Не дав ему шанса ответить, она поспешила продолжить: — Но раз уж ты здесь, то может поможешь с рассадкой гостей? Нам на голову свалился целый автобус туристов, и мы не справляемся. Люди ворчат, и Джой уже готова расплакаться. Или уволиться.

— Конечно.

На ходу завязывая на талии фартук, Скотт вышел на улицу, где царил хаос. Хостесс, увидев его, чуть не обмякла от облегчения, и Скотт немедленно бросился в бой, принося извинения за долгое ожидание, предлагая бесплатные бокалы вина и завоевывая всех своим шармом.

— У тебя так легко это выходит, — в какой-то момент пробормотала Джой, обмахивая вспотевшее лицо картонкой меню. — Меня они готовы в клочья порвать, а у тебя едят с руки. В чем твой секрет?

Скотт подмигнул ей.

— Спасибо годам тренировки.

Его ворчливо окликнула пожилая пара. Скотт, терпеливо кивая, выслушал все их претензии и постарался умерить их недовольство — принес им по чашечке кофе и проследил, чтобы они получили столик возле камина.

— Это лучший столик во всем ресторане, — заговорщицки прошептал он, помогая пожилой даме устроиться в кресле. Унося их заказ на напитки, он с удовлетворением заметил на их морщинистых лицах улыбки — угрозы рассказать друзьям о плохом сервисе были, похоже, забыты.

— Ты поистине незаменим, — сказала ему после закрытия Барб, владелица ресторана. — Обычно туристические компании заранее предупреждают нас о приезде экскурсий, чтобы мы могли пригласить дополнительных официантов и поваров, но эти, очевидно, забыли. Спасибо, что выручил, Скотт.

Подошла Заря и взяла его за руку.

— Ты лучший, и сегодня мы тебя угощаем. Даже не спорь.

Скотт усмехнулся.

— Я и не думал.

Спустя некоторое время они всей компанией переместились в маленький бар неподалеку. Когда Скотт растянулся на мягком диванчике возле костра на заднем дворе, рядом с ним примостилась Джой.

— Спасибо за «маргариту», — сказал он, приподнимая бокал.

Она покраснела.

— Спасибо за то, что спас мою задницу… и мою работу.

Когда к ним вышли все остальные, завязался легкий, живой разговор. Скотт смеялся, слушая, как его коллеги рассказывают смешные истории о клиентах и своих оплошностях в ресторане, и, наслаждаясь общением, медленно пил свой коктейль.

Этот бар разительно отличался от «Спектра» с его нервной, неистовой атмосферой. Здешняя обстановка с уютной мебелью и приглушенным светом была предназначена для расслабленного отдыха и неспешных бесед. Внутри играла живая музыка, а костер на заднем дворе и лампы для обогрева создавали уютную атмосферу, которая располагала к тому, чтобы люди задерживались подольше и узнавали друг друга.

Вечер получился чрезвычайно приятным, но в итоге усталость взяла над ним верх, и он попрощался с коллегами. Увидев, что Заря тоже засобиралась, он подождал ее, чтобы проводить до машины.

— Судя по лицу Джой, конец вашего разговора получился неловким? — спросила она, пока они шли, ежась от холода и засунув руки в карманы.

Скотт вспомнил об импульсивном предложении Джой продолжить вечеринку у нее дома и о своем мягком отказе.

— Немного. Но она милая девушка.

— Да. — Заря помолчала. — У тебя все хорошо? Ты весь вечер грустишь. Просто устал или что-то случилось? — спросила она, открывая дверцу машины и забрасывая внутрь свою сумочку.

— Небольшие проблемы в семье, — ответил Скотт. — И я очень скучаю по Райлану.

Она бросила на него сочувственный взгляд.

— Еще неизвестно, когда он вернется?

— Мне сказали, что через три дня, но он сам мне не звонил. Так что не знаю.

— Не вешай нос. — Она потрепала его по руке. — Он обязательно позвонит. А если тебе понадобится плечо, на котором можно поплакать, ты знаешь, где я живу.

— Знаю. Спасибо.

Они разъехались в разные стороны, и дома Скотт принял долгий горячий душ. Постель была ледяной, поэтому он, дотянувшись до пульта на тумбочке, включил газовый камин и закутался в одеяло. По стенам и потолку уютно плясали тени, отбрасываемые огнем, за окном медленно падал пушистый снег.

Согревшись, Скотт от души потянулся. Как же хотелось, чтобы в его объятьях был сейчас Райлан… Он перекатился на бок, и у него вырвался прерывистый вздох. Следующие три дня будут самыми долгими в его жизни.

***

— Итак, утром у вас два клиента, но если потом у вас получится помочь нам с обеденной суматохой, я буду вам благодарна.

— Не вопрос.

Скотт взял у Барб папки с бумагами и, быстро их просмотрев, отправился в часовню на встречу с первой парой. Времени у него было с запасом, поэтому он сбавил шаг. Работники магазинчиков и галерей махали ему, некоторые даже выглядывали, чтобы поздороваться или спросить, как продвигается его новый бизнес.

Он отвечал:

— Спасибо, отлично. Отзывы пока замечательные. — И каждый раз ощущал в душе трепет.

Уже у часовни он услышал стук каблуков по мощеной дорожке и, обернувшись, увидел Зарю. На ней было закрытое черное платье и плащ цвета хаки, а ее волосы были красиво собраны в узел.

— Выглядишь изумительно, — сказал он, и она, улыбнувшись, перевесила сумку на другое плечо.

— Спасибо. Ты тоже. Хотя ты будешь выглядеть изумительно даже в мешке из-под картошки, — с ласковой завистью сказала она.

Скотт оглядел свои черные брюки, рубашку цвета индиго и кожаную куртку.

— Мне до сих пор так непривычно работать одетым, — признался он, и она рассмеялась.

— О, представляю.

Пропустив ее вперед, он понял, что в общем-то не шутил. Его ждали люди, которым было плевать на его пресс, и знать, что его профессиональный успех уже не зависит от того, насколько сексуально выглядит его задница, было поистине странно. Вдруг эти клиенты юристы или врачи? Или какие-нибудь биохимики? Как только он откроет рот, они поймут, что он просто тупоголовая деревенщина, и…

В нем забурлила неуверенность в собственных силах, и Заря внезапно остановилась и взяла его за руку.

— Слушай, ты не нервничаешь из-за того, что у тебя мало опыта? — шепотом спросила она. — Я — жутко. У меня нет диплома в области моды, и я ни разу не выезжала из Аризоны. Вдруг они подумают, что я просто глупая выскочка?

Скотт изумился тому, как совпали их мысли, и задумался. Что же сказать? Он посмотрел на нее, на ее красивое лицо и искренние глаза, и вдруг осознал, какой хорошей подругой она для него стала. И слова нашлись сами собой.

— Не подумают. В тебе есть талант, страсть и энтузиазм. Плюс ты замечательный, небезразличный человек. Если этого им будет мало, то такие клиенты нам не нужны, — твердо закончил он.

Заря зарделась от удовольствия и стукнулась с ним кулаком.

— Спасибо. И да, черт побери, мы крутые! — Она выпрямилась и вздернула подбородок. — И нам все по плечу. — С этими словами она развернулась и зашагала к конференц-залу часовни.

Скотт еще медлил, чувствуя, как остатки былой неуверенности тлеют внутри и ждут шанса вспыхнуть прежним огнем. Он вздохнул. Выйти из зоны комфорта было непросто, но он превозмог себя, и теперь вместо негатива и людей, которые ценили его только за внешность — за случайное сочетание гребаных генов, — его окружали друзья, для которых его мысли и чувства, мечты и надежды были правда важны. Их мучили похожие вещи — прошлое, как в случае Педро, и низкая самооценка, которой страдала Заря, — и они не стеснялись открыто о них говорить. Они были людьми, они разрешали быть человеком Скотту и любили его, несмотря ни на что. Черт, его любил Райлан, и это было лучше всего.

Воспользуйся своим же советом, болван. Иди на встречу и будь собой. Этовсе,чтотыможешьсделать.

А если кому-то этого окажется мало, то пошли они нахер. Для него отныне этого было достаточно.

***

— Ты заполучил их обоих? — воскликнула Барб, и от восторга ее голос подскочил на октаву. — Серьезно?

Скотт усмехнулся.

— Угу. И Заря тоже. Два заказа на свадебные платья! — Он вручил Барб набитую бумагами папку.

— О боже. Вы оба — чудо!

Барб обняла Зарю, потом его, и чуть ли не в танце убежала к себе в кабинет.

— Отличная работа, партнер. — Заря подтолкнула его плечом и ушла назначать встречу с потенциальным поставщиком тканей.

Скотт повесил куртку на крючок у служебного входа, закатал до локтей рукава и повязал фартук. Затем взял блокнот для заказов и заступил на смену.

Время текло незаметно. Он принимал заказы, болтал с постоянными посетителями и знакомился с новыми. Когда обеденная толпа вконец его загоняла, он взял столь необходимый ему перерыв и, заглянув в телефон, увидел сообщение от Мина.

Они дома! — было написано там, а затем шли сердечки. Прилетели вчера поздно ночью! Загляни в инстаграм клуба!

Скотт зашел в инстаграм «Спектра» и открыл короткое видео, на котором Крис врывался на сцену посреди выступления Тины. Он улыбнулся, глядя, как Крис сгребает ее в объятья и целует под крики и аплодисменты толпы.

Круто! — ответил он. Позвони, когда тебе дадут отдышаться ;)

Ответа не пришло, да Скотт и не ждал его. Допивая бутылку воды, он старался не думать о том, что сам Райлан ничего ему не написал. На самом деле, все эти месяцы Райлан не обновлял ни свой инстаграм, ни фейсбук. Он словно решил дистанцироваться от своей жизни в Штатах.

Ты же сам отослал его, нет? Ты хотел, чтобы Райлан уехал и получил шанс раскрыть свой талант. И этот талант раскрылся в полную силу. Сострадание и проницательность, свойственные Райлану в жизни, были заметны и в его фотографиях, а один из его снимков даже стал вирусным и разлетелся по всем новостям. Думая об этом, Скотт до сих пор испытывал трепет и бесконечную гордость, распиравшую грудь.

Ищи свое счастье, Рай.

Отпустить его было непросто, и Скотт невыносимо скучал, однако он знал, что об этом решении точно не пожалеет.

Бросив пустую бутылку в мусорное ведро, он причесался, сполоснул руки и вернулся в зал. Обеденная толпа, к его облегчению, уже рассосалась, и новых гостей у стойки хостесс он не увидел.

Чтобы не стоять без дела, Скотт принялся помогать другим официантам — принимая заказы, разнося еду, даже провожая гостей до автобуса. Подойдя к бару, чтобы забрать чьи-то напитки, он вдруг услышал сзади шаги.

— Можно столик на одного?

Голос был до боли знакомым. Скотт замер, поднос с напитками оказался забыт. Неужели… Его сердце бешено заколотилось, к лицу прилила кровь. Он сжал кулаки, боясь, что это всего лишь яркая слуховая галлюцинация, вызванная мыслями о…

— Скотт?

Если мне это кажется, значит я правда схожу с ума.

Скотт сделал глубокий, судорожный вдох. Потом медленно обернулся и увидел Райлана — на его губах играла неуверенная улыбка, а уши и нос покраснели от холода. Скотт моргнул. Его горло сжалось, и он мог только смотреть.

Когда он не ответил, улыбка Райлана дрогнула.

— Прости, ты работаешь. Я могу вернуться попозже…

Эти слова вывели Скотта из ступора.

— Нет! — выпалил он. В два широких шага оказался рядом и притиснул его к груди. — Не уходи.

Райлан изо всех сил обнял его, впившись пальцами в мышцы спины, и Скотт поприветствовал боль. В конце концов Скотт отодвинулся, взял его щеки в ладони и, не обращая внимания на перешептывания вокруг, нежно поцеловал. Они завороженно смотрели друг другу в глаза, пока его не окликнул бармен.

— Это очень умилительно, Скотти, — в его голосе слышался смех, — но в напитках уже тает лед.

— Черт. — Скотт отпустил Райлана и поправил рубашку и фартук. — Подожди меня здесь. Я сейчас. — Он подхватил поднос с бокалами, водрузил его на плечо и поспешил доставить целому столику пожилых дам, которые пришли на обед. Одна из них заметила, что он похож на ее внука, и его втянули в разговор.

Скотт очень старался быть обходительным и отвечать, но то и дело поглядывал через плечо, боясь, что Райлану надоест его ждать, и он в итоге уйдет. Когда Джой отвела Райлана к дальнему столику и вручила меню, то от облегчения у Скотта ослабли колени.

Спустя еще пять минут щебета и улыбок его, наконец, отпустили, и Скотт вернул поднос в бар. Воспользовавшись передышкой, он прислонился к стойке и сделал несколько вдохов, пытаясь взять себя в руки.

— Вроде думаешь, что знаешь человека, а он… — ухмыляясь, протянул бармен.

Скотт бросил на него косой взгляд.

— А что… это будет проблемой? — спросил он небрежно. На этой работе он не объявлял во всеуслышанье, что он би — знала только Заря, — и кое-кто, вероятно, мог быть шокирован. Так и вышло — он с грустью заметил, как Джой побледнела и напряглась.

На лице бармена промелькнуло слегка оскорбленное выражение.

— Не. Живи и давай жить другим.

Улыбнувшись уголком рта, Скотт стукнулся с ним кулаком и ушел к Райлану, который сидел, изучая меню.

— Что вкусного можно взять на обед?

— Ты правда хочешь поесть? — удивленно спросил его Скотт, и Райлан улыбнулся неспешной улыбкой, от которой Скотту захотелось схватить его и до бесчувствия зацеловать.

— Ну… мне говорили, что в ресторанах занимаются именно этим. Особенно, если ты голоден. — Его голос был теплым, дразнящим.

Скотт почувствовал, что краснеет.

— Верно.

Медленно-медленно Райлан окинул взглядом все его тело. И закусил губу.

— Вау, — прошептал он, ерзая на сиденье.

Скотт оглядел себя, думая, что запачкал рубашку.

— Что?

— Кажется, я еще ни разу не видел, чтобы на тебе было так много одежды, — хрипло произнес Райлан. — И это так сексуально.

Скотт моргнул.

— Что, серьезно? — Его член начал откликаться на возбужденный взгляд Райлана, и он молча порадовался, что на нем надет фартук. — Это что-то новенькое.

— Да, много одежды — это до безумия сексуально. — Райлан взглянул на него сквозь ресницы. — Ведь я знаю, что скрыто под ней. — Он провел по нижней губе языком.

Эрекция Скотта достигла пика. Чтобы спрятать ее, он присел и, стремясь уменьшить давление, широко раздвинул колени. Райлан под столом сделал то же, и Скотт, глядя, как его рука скользит по бедру и сжимает напрягшуюся плоть, с трудом подавил стон.

— Остановись, — прорычал он, не отрывая глаз от пальцев Райлана и того, что они прикрывали. — Иначе я прямо сейчас кончу в штаны.

Райлан прикрыл колени салфеткой и, запрокинув лицо к потолку, всосал в себя воздух.

— Как я тебя понимаю. — Он посмотрел на Скотта. — Так когда ты кончаешь?

Скотт поперхнулся, и Райлан с хрипотцой рассмеялся.

— Прости, неправильно выразился. Когда ты кончаешь работать?

— Через час.

Райлан издал тихий протестующий звук, его глаза потемнели от страсти.

— Что ж, я ждал полгода, значит смогу подождать еще час. — Он дотянулся до его лица и потер пальцем губу. — Скоро. Но сначала еда.

Услышав шум у двери, Скотт толчком поднялся на ноги. В ресторан вошла компания из десяти человек — семья, которую уже обслуживал раньше. Они всегда садились в секции, которую обслуживал он, и сейчас Джой тоже отвела их к большому столу недалеко от места, где сидел Райлан. Скотт пожал плечом, безмолвно извиняясь перед ним за то, что так получилось.

— Теперь это займет больше часа, — одними губами произнес он, и Райлан кивнул, показывая, что понял.

Пока семья усаживалась за стол, Скотт поспешил сходить для него за чипсами и сальсой, и на обратном пути столкнулся с Джой, которая выходила из-за угла. Видеть, как она немедленно напряглась и отвернулась, было больно.

— Привет. — Он помолчал. — Прости, если я…

Она прервала его взмахом руки.

— Почему ты просишь прощения? Это же я повела себя в тот вечер, как дура. — Ее лицо было свекольно-красного цвета. — Когда я к тебе подкатила, ты, должно быть, решил, что я полная идиотка.

— Джой, вовсе нет. Я был польщен.

— Но ты… — Она закусила губу.

— Я в отношениях, да, — ответил он мягко. — Вот почему я сказал «нет», а не потому, что ты мне не нравишься или не кажешься привлекательной. Если честно, я считаю тебя очень красивой.

Было неясно, смягчилась она или нет — Джой коротко кивнула ему и, стуча каблуками, вернулась на свой пост у двери. Скотт вздохнул. Да, открываться и получать отказ было больно, и он надеялся, что дело лишь в этом, а тот факт, что у него отношения с парнем, здесь не при чем. Не то чтобы он мог что-то с этим поделать, но все равно…

Он пощупал карман, проверяя, при нем ли карандаш и блокнот, затем отнес Райлану чипсы и поздоровался с рассевшимися гостями, которые, как всегда, были шумными и говорливыми. Следующие полтора часа он только и делал, что носился между залом и кухней, радуясь, что Джой не сажает за его столики новых клиентов.

Райлан ел свой фахитос с говядиной — с дополнительной порцией зеленого перца, без лука, — и закончив, достал из сумки айпад и начал деловито печатать. Убирая посуду, оставшуюся после ухода семьи, Скотт наблюдал за ним и пытался понять, что же в нем изменилось.

Его каштановые волосы посветлели — видимо, выгорели на солнце, — и отросли настолько, что стали завиваться над ушами и шеей. Еще он похудел, его скулы стали острее… но вот он оторвал взгляд от экрана, устремил его вдаль, и Скотт неожиданно понял.

Он стал выглядеть старше.

Не внешне, но внутренне — да. Выражение его глаз и лица стало серьезным и каким-то… усталым, словно все, что он повидал, тяжелым грузом легло на его сердце.

Скотт подумал об одной из его завирусившихся фотографий. На ней был заснят грузовик, изрешеченный пулями и забрызганный кровью, а на земле лежал застреленный мальчик лет десяти — угандийский ребенок-солдат. Его маленькая, безжизненная рука еще сжимала винтовку.

Унося на кухню поднос с грязной посудой, он вспомнил, в какой ужас пришел, увидев под этим снимком фамилию Райлана. С сердцем, застрявшем в горле, он нашел сопутствующую статью и прочитал о том, как отряд повстанцев налетел на правительственные войска. Началась перестрелка, а после боя и те, и другие уехали, бросив убитых. Спустя несколько часов туда вместе с группой, которая спонсировала их работу, прибыли Райлан и Крис. Скотт даже представить не мог, что они испытали.

Он вернулся в зал, чтобы еще раз протереть стол, и увидел, что Райлан уже собирается и встает. Когда он достал деньги, Скотт просто сказал:

— Не надо. — И к его облегчению настаивать Райлан не стал. — Слушай, мне осталось только сдать смену, а потом можно ехать. Подождешь еще пятнадцать минут?

— Ты живешь в том же доме? — Когда Скотт кивнул, Райлан достал из кармана ключи. — Мин дал мне свою машину. Может, я подожду тебя там?

— Конечно. Запасной ключ лежит под большим цветочным горшком.

Райлан уехал, и Скотт поспешил закончить дела в ресторане. Сев в машину, он перестал сдерживать предвкушение, и оно развернулось в нем в полную мощь. Его сердце быстро стучало, руки дрожали. Райлан вернулся к нему! Навсегда? А если нет, то надолго ли? Ему о стольком нужно было спросить и столько всего рассказать.

Свернув на подъездную дорожку, он припарковался рядом с малолитражкой Мина и, взбежав на крыльцо, распахнул дверь.

— Рай? — позвал он, бросив куртку куда-то в сторону вешалки.

— Привет.

Скотт развернулся. Райлан стоял в дверях кухни, держа чашку кофе. Он помолчал.

— Все хорошо?

Райлан поставил кружку на стол.

— Да. Немного устал из-за джетлага. — Он сделал навстречу ему пару шагов. Его глаза ярко сияли. — Хотел принять душ и немного поспать. Но теперь…

Встав перед ним, Райлан расправил ладони у него на груди. Скотт сглотнул.

— Но теперь что? — весь дрожа, выдавил он, когда Райлан начал неспешно расстегивать его рубашку.

— М-м-м… — Рубашка распахнулась, и руки Райлана прошлись по его ребрам и опустились на бедра. — Но теперь… с меня почему-то слетел весь сон.

Скотт беспомощно запрокинул лицо — прижавшись к нему, Райлан поцеловал его горло, обвел губами ключицу и, продолжая водить по его коже разомкнутым ртом, стянул с плеч рубашку. Застонав, Скотт запустил в его волосы пальцы, а второй рукой принялся неуклюже расстегивать его джинсы.

С порочным смешком Райлан провел языком по его груди до соска. Лизнул напрягшийся бугорок и всосал в рот.

— Боже, Рай, — прохрипел, выгнувшись, Скотт. — Ты меня убиваешь. Мне нужно… — Он сунул руку ему в штаны и высвободил его член из тисков ткани.

Он был твердым, как камень, и Скотт большим пальцем жестко потер его кончик, вскрикнув, когда Райлан в ответ куснул его за сосок. Потянув его за волосы, Скотт отвел назад его голову и обрушился на его рот. Поцелуй был влажным, всепоглощающим, жарким.

Райлан покусывал его губы, сразу зализывая боль широкими движениями языка. Скотт притиснул его к стене.

— До спальни я точно не дотерплю, — прорычал он, отпустив Райлана, чтобы расстегнуть свои джинсы. — Прикоснись ко мне.

Он застонал — Райлан взял в ладонь его яйца и, потянув за них, откинул лицо, предлагая свой рот. Скотт поцеловал его, глубоко, с языком.

Райлан жестко провел рукой по всей длине его члена.

— М-м-м… такой большой и твердый. И мой, — выдохнул он. — Как же приятно…

Уперев ладонь в стену над его головой, Скотт тоже взялся за его член и стиснул кулак, поощряя Райлана вторгаться в него.

— Да, малыш, — двигая бедрами, шептал Скотт, — именно так.

Он представлял их воссоединение совсем по-другому. В его фантазиях их первый секс после разлуки был медленным, романтичным, интимным, в мягкой постели. Он и помыслить не мог, что они будут дрочить друг другу, стоя со спущенными штанами даже не в спальне, а в коридоре, и издавая первобытные вскрики.

— Кончи для меня, Рай, — потребовал Скотт, впиваясь зубами в упругую мышцу у его шеи и с низким рыком оставляя на ней темный засос. — Сейчас.

Райлан зарылся в его горло лицом, овевая короткими вздохами вспотевшую кожу, и спустя секунду застыл, его тело задергалось, и он бурно кончил Скотту в кулак.

— Да, — выдохнул Скотт, чувствуя, как сквозь его пальцы сочится горячая влага.

Запах Райлана, его всхлипы сводили с ума. Скотт обвил его талию, второй рукой сжал запястья над его головой, и затолкался в его плоский пресс. Он опустил голову и при виде того, как его член движется по скользкому животу, не сумев сдержать крик, внезапно взорвался.

— Мой, — рычал он, ликуя, пока Райлана помечали бесконечные белые струи. — Мой.

Когда все закончилось, Скотт тяжело привалился к нему. Райлан ласкал его волосы, его тело еще сотрясалось.

— Вау, — пробормотал он. — Я представлял все немного иначе, но все равно… вау.

Скотт издал смешок ему в щеку.

— Минуту назад я думал ровно о том же.

— Ты думал минуту назад? — недоверчиво переспросил Райлан. — Значит, я делал что-то не так.

Скотт прижался лбом к его лбу.

— Нет. Ты свел меня с ума. — Он поцеловал его в кончик носа. — Мне всего и потребовалось, что почувствовать прикосновение твоих рук. Я соскучился по тебе.

Обвив его шею руками, Райлан склонил голову ему на плечо.

— Я по тебе тоже, — проговорил он тихо. — Ты даже не представляешь, как сильно.

Они на секунду застыли, слившись друг с другом, пока Райлана не пробрала дрожь.

— Можешь предложить мне горячий душ и мягкую постель — желательно с красивым мужчиной? И желательно, чтобы этим мужчиной был ты.

Фыркнув, Скотт шлепнул его по заднице.

— Спасибо, что уточнил. Мой ответ на оба вопроса — конечно. Но при одном условии… — Он склонился к его уху. — Мне будет можно отсасывать тебе в любой момент, когда я захочу.

— Само собой. — Райлан взял его за руку и потащил наверх. Оказавшись в спальне, они, не размыкая объятий и непрестанно целуясь, стащили друг с друга испачканную одежду, затем Скотт включил душ, а Райлан тем временем достал из дорожного набора зубную щетку.

Пока он чистил зубы, Скотт обнимал его со спины, покусывал его шею.

— Что это?

Скотт, который был занят тем, что ставил ему с другой стороны шеи парный засос, застыл и настороженно поднял лицо.

— Где?

Райлан махнул на кусочки бумаги, прилепленные на скотч по периметру зеркала, и Скотт покраснел. Он напрочь забыл, что они там висят.

— Ну…

Райлан привстал на цыпочки и начал читать.

— Я признаю, что неизменны в жизни лишь перемены, и я к ним готов. — Он склонил голову набок. — Я не сомневаюсь, что смогу разрешить любую жизненную проблему.

Там было еще как минимум восемь цитат, и пока Райлан зачитывал их, Скотт тоже произносил их, только безмолвно. Наконец Райлан повернулся к нему.

— Позитивные утверждения. Какая замечательная идея. — Его тон был искренним, мягким. — Чего ты вдруг застеснялся?

Скотт, не встречаясь с ним взглядом, дернул плечом.

— Не знаю. Это же так банально и пошло.

— Вовсе нет. На самом деле ты так не считаешь, иначе ты бы их не повесил.

Скотт, не ответив, затянул Райлана в душ и закрыл створку двери. Они молча намылились, а потом Скотт сказал:

— Помнишь дядю Зари, который играет на флейте? — Когда Райлан кивнул, он продолжил: — Он вроде как местный шаман. Хотя он сам предпочитает называть себя церемониальным личностным тренером.

— Значит, вы с Зарей сблизились? — Голос Райлана был нейтральным, расслабленным, но Скотт все равно притянул его за шею к себе и страстно поцеловал.

— Да. Мы подружились. Но она просто друг, — коротко подчеркнул Скотт, решив, что рассказывать о неловкости, которая существовала между ними в начале, особой необходимости нет. — Мы вместе работаем.

На лице Райлана промелькнуло еле заметное облегчение, и Скотт еще раз поцеловал его, а потом встал под струи воды. Помыв голову, он взял гель для душа, повернул Райлана спиной к себе и начал водить по его торсу намыленными руками.

— Короче, — хрипло произнес он, лаская скользкими пальцами живот Райлана и то, что было ниже, — я много времени проводил с дядей Зари. Мы ходили в походы, общались, и однажды он произвел надо мной нечто вроде индейской церемонии очищения.

— Серьезно? — Райлан развернулся к нему, и его глаза засверкали. — Вот бы это заснять!

Скотт усмехнулся.

— Это закрытая, сакральная церемония, Рай. Он и Педро — еще один человек, с которым я подружился — верят, что эта область является проводником метафизической энергии и ментального исцеления. — Он вспомнил часы, проведенные с дядей Зари, их ночи под зведами. — Я не знаю, как объяснить…

— Скотт, — проговорил Райлан, — раз это сакральное, то ты не обязан ничего объяснять. Я знаю лишь, что еще никогда не видел тебя в таком умиротворенном состоянии духа, и как ты достиг этого — не имеет значения.

Однако это имело значение.

Скотт взял Райлана за плечи.

— Знаю, ты очень устал, но можно я кое-куда тебя приглашу?

— Конечно. Куда угодно.

Когда они вышли из душа, вытерлись и оделись, Скотт подал Райлану флисовую толстовку.

— В кладовке внизу есть перчатки.

— Насколько я понимаю, мы пойдем пешком, а не поедем? — спросил Райлан печально.

— Именно так, малыш. Разгоним кровь.

Райлан бросил тоскливый взгляд на кровать.

— Есть и другие способы разогнать кровь. Но пошли.

Перед лестницей Скотт остановился.

— Ты не обидишься, если я попрошу не брать с собой камеру? — Он смущенно повел плечом. — Просто сегодня я не хочу делить тебя ни с кем и ни с чем — даже с пейзажами.

Райлан улыбнулся.

— Я все оставил у Мина, — ответил он мягко. — Чтобы этот уикенд был только наш.

В ответ на это Скотт мог только поцеловать его.

Пару минут спустя, когда они шли по подъездной дорожке, Райлан удивленно повернулся к нему.

— Ты продал кабриолет?

Скотт покосился на парковку, где стоял побитый красный пикап, который продал ему Пит.

— Кабриолет мне выдали в клубе. Когда я ушел, то…

— А. Ясно.

— Квартиру тоже забрали. Это все было частью моего образа.

— То есть, твой друг разрешил тебе жить в его доме, сколько захочешь, или… — Райлан поморщился. — Черт, нам о стольком надо поговорить. Такое ощущение, что меня не было тысячу лет, и я вообще ничего не знаю.

— Мин не просветил тебя?

Райлан бросил на него скептический взгляд.

— Если ты по наивности думаешь, что он не забыл про меня, как только увидел Криса, то давай я продам тебе домик у аризонского моря.

Скотт рассмеялся, и Райлан продолжил:

— Он наспех обнял меня и, кроме «привет», ничего не сказал. Да он и не мог, ведь его рот сразу прилип ко рту Криса. — Он помолчал. — Ты знаешь, что Крис повез его в Вегас?

— Да? Здорово. — Скотта озарила догадка, и он резко остановился. — О боже, — выдохнул он. — Они собираются…

— … пожениться, — закончили они хором, и Райлан, как бы говоря «бинго», наставил на него указательный палец.

— Когда мы летели обратно, Крис сказал, что собирается сделать ему предложение.

Качая головой, Скотт зажал переносицу.

— Вау. Я просто… Вау.

Они продолжили путь, и Райлан взял Скотта за руку.

— Тебя это… не напрягает? — Его тон был осторожным. — Я знаю, ты не фанат Криса, а Мин твой лучший друг…

Прося прощения, Скотт сжал его пальцы.

— О, Рай, я давно покончил со всей этой ревностью и прочим дерьмом. Честное слово, сейчас я за них только счастлив. — Он рассмеялся. — Хотя, должен признаться, я удивлен. Вот уж не думал, что Крис когда-нибудь женится.

— Он тоже не думал, — сухо ответил Райлан, — но сказал, что почувствовал, что так будет правильно. Видимо, люди меняются.

— Да.

— Он думал, что просто приедет сюда на уикенд, развлечется, потрахается — даже неважно, с кем — и будет жить себе дальше. Того, во что это вылилось, он точно не ожидал. — Райлан нерешительно помолчал. — Со мной было так же. Отец просто сказал: «Рай, поехали. Мы перебираемся в Пейс». Я жутко расстроился. И даже помыслить не мог, что в тот день встречу любовь всей своей жизни.

Скотт снова остановился. Приподняв его подбородок, склонился и подарил ему до боли ласковый поцелуй. Райлан взглянул на него, и в его глазах было столько надежды, что Скотт ощутил, как у него сжимается сердце.

— Рай… тогда я был не способен любить кого бы то ни было. Даже тебя.

Райлан накрыл его щеку ладонью.

— Знаю, — прошептал он. — Но как…

Повернув лицо, Скотт поцеловал его ладонь.

— Идем. Мы почти пришли. — Он услышал судорожный разочарованный вздох, но тем не менее продолжил вести Райлана за собой. Под их подошвами поскрипывал снег, пока они поднимались к его любимому месту.

Наконец Скотт встал на уступе скалы, подставил лицо холодному ветру и всей грудью вдохнул.

— Чувствуешь, Рай?

Райлан, повторяя за ним, тоже вдохнул.

— Что именно?

Большим пальцем Скотт потер его шею — сзади, под самым затылком.

— Гул энергии прямо вот здесь. Ощущение сосредоточенности и покоя. — Он тихо фыркнул. — Короче, эзотерическую фигню.

Райлан затрясся от беззвучного смеха.

— Если честно, не чувствую, — признался он. — Но главное, что ее чувствуешь ты. Откуда оно берется?

Скотт пожал плечами.

— Есть много теорий. Это священные земли, колыбель аризонских индейцев. Это могут быть духи природы или сама Мать-Земля.

— Хотелось бы и мне это почувствовать.

Скотт опустился на камень. Через мгновение Райлан присоединился к нему, и они сели на самом краю, скрестив ноги и соприкасаясь плечами. Было холодно, но воздух был бодрящим, чистым и свежим.

— Это место взывает ко мне. Когда я решил уйти из «Спектра», то понял, что хочу быть именно здесь.

Райлан подтянул колени к груди.

— Этот твой друг, хозяин дома… Я слышал, ты говорил Мину, что он был твоим вип-клиентом?

— Джастин? Да. Типа того.

— Как можно быть «типа» клиентом?

— Он хотел от меня лишь одного: раз примерно в три месяца сходить поужинать и поговорить. Я много раз повторял, что ему достаточно лишь позвонить, и я приеду, что ему необязательно покупать мое время у клуба. Но ему нравилось делать по-своему, так что в итоге я перестал возражать. — Скотт надолго умолк. — Я знал его сына Майкла еще со времен улиц.

Райлан остро взглянул на него.

— Когда ты был бездомным?

— Да, еще до знакомства с Мином. Он сбежал из дома и был наркоманом, Рай. Мы не дружили, я просто был с ним знаком. Однажды ночью я нашел его в переулке. Он был без сознания и истекал кровью. Его пырнули в живот.

— Господи, Скотт…

— Он был еще жив, так что я взял его на руки и бегом отнес в отделение неотложки местной больницы. Потом я сразу ушел и не выяснял, что с ним случилось. Врачи спасли его, а спустя какое-то время Майкл увидел меня на флаере клуба и рассказал отцу, что это я пытался остановить ему кровь и умолял держаться за жизнь.

— Значит, в первый раз Джастин нанял тебя, чтобы поговорить о той ночи, — тихо произнес Райлан. — И чтобы поблагодарить.

— Да.

— А как Майкл сейчас?

Скотт обнял его за плечи. Вздохнул.

— Побороть зависимость нелегко… так что, у него были свои подъемы и спады. Иногда его отцу просто нужно поговорить. Он чувствует связь со мной, знает, что я не буду его осуждать — ни его, ни его сына.

— Что ж, хорошо, что у него есть ты.

— Он все-таки настоял на том, чтобы отблагодарить меня, не вовлекая клуб, и предложил время от времени отдыхать в его доме. А потом все равно нанимал меня, чтобы мы разговаривали в вип-зоне. Упрямец. — Скотт положил щеку Райлану на макушку. — В последний раз, когда мы общались, Майкл не прикасался к наркотикам уже девять месяцев — дольше, чем когда бы то ни было, и Джастину хотелось надеяться, что больше он к ним не вернется.

— Это отличные новости.

— Когда я сказал ему, что ухожу из клуба и собираюсь перебраться в Седону, он немедленно предложил мне свой дом. Естественно, безвозмездно, но прошло уже полгода, и сейчас я занимаюсь поисками жилья.

— Почему ты не хочешь остаться? — Райлан поднял голову с его плеча. — Дом замечательный, и Джастину явно приятно, что ты там живешь.

Скотт отпустил его и, откинувшись на руки, устремил взгляд на заснеженный пейзаж.

— Я же не совсем нищий, Рай. Я неплохо зарабатывал в «Спектре» и часть этих денег откладывал. Дом и правда чудесный, но я…

— Но ты хочешь быть полностью самостоятельным.

— Да, — сказал Скотт, радуясь, что Райлан понял. — Я всегда от кого-то зависел. Сначала жил с матерью, потом в квартире от клуба, теперь в чужом доме. Улицы не считаются. Просто… у меня никогда не было своего дома, своей машины, своей собственной жизни. В общем, я привел тебя в это место, потому что сюда мы — я и дядя Зари — приходили в поход. Целый день мы постились, а перед рассветом он провел надо мной Церемонию Смерти и Возрождения. — Он покосился на Райлана — тот ободряюще смотрел на него. — Ее смысл — осязаемое прощание с прошлым. Она…

Когда Скотт замялся, Райлан коснулся его ноги.

— Тебе необязательно вдаваться в детали. Суть я уловил. Такие сокровенные вещи должны оставаться между тобой и твоим личностным тренером.

— Рай, я знаю лишь то, что это мне помогло. Сам ритуал, визуализация…

Скотт вспомнил, с каким ощущением он смотрел, как подкрашенный дым, символизирующий его прошлое, поднимается в небо и растворяется на ветру…

— Это мне помогло, — закончил он просто. — Особенно примириться с… с Хизер и осознать, что она отказывала мне в материнской любви не потому, что я был плохим, а потому что дарить ее она была неспособна. Я наконец-то сумел понять ее и простить.

В глазах Райлана светилось мягкое понимание.

— А цитаты на зеркале?

Скотт улыбнулся.

— Это фразы моего друга Педро, скульптора. Он утверждает, что ежедневное повторение этих фраз помогает научиться любить себя и быть к себе добрым. Сначала я чувствовал себя дико глупо, но теперь проговариваю их всякий раз, когда смотрю в зеркало.

— Что ж, очевидно, свой вклад внесло все, — с искренним восхищением произнес Райлан.

— Работа еще в процессе. Хотя… — Он замолчал — надолго, и Райлан сжал его ногу.

— Что?

— Думаю, на меня повлияло еще и то, что я бросил клуб… со всем его негативом и нарциссизмом.

— Да?

— Все в том мире, включая чувства, — ненастоящее, поэтому он отлично подходит для того, чтобы прятаться. И не выходить из зоны комфорта.

— Ты поэтому отослал меня? — проницательно спросил Райлан. — Потому что не верил, что мои чувства к тебе — настоящие?

— Как я мог в это поверить? — Скотт уставился вдаль. — В восемнадцать я был беспомощным, запутавшимся ублюдком, а ты утверждал, что любишь меня.

— Я любил. Насколько на такое серьезное чувство способен подросток. Моя любовь была настоящей.

— Но я отверг ее.

Райлан вздрогнул, но не двинулся с места, и Скотт неумолимо продолжил:

— Шесть лет спустя я оставался все тем же запутавшимся ублюдком — только научился лучше это скрывать. А ты все равно сказал, что любишь меня.

— Потому что правда люблю.

— И я снова и снова задавался вопросом… Почему? Что ты нашел в необразованном идиоте, который обращался с людьми, как с дерьмом, и без конца принимал неправильные решения, которые ранили не только его самого, но и тебя?

— Скотт, хватит…

— Я не верил в твою любовь. И если я не верил в твои чувства, то в свои — уж тем более. — Скотт судорожно выдохнул. — И я все думал, вдруг все это ненастоящее?

Райлан прижался к его щеке лбом.

— Скотт, ты любишь меня?

— Вдруг наши чувства друг к другу ненастоящие. Вдруг то, что ты считаешь любовью, не любовь, а… а всего лишь смесь жалости и ответственности. Вдруг я сам испытываю к тебе не любовь, а какую-то извращенную благодарность.

— Ты любишь меня? — Голос Райлана был тише шепота.

— Мне было необходимо узнать, что все это настоящее, Райлан.

— Ты любишь…

— Да! — выпалил Скотт. — Боже, да, я люблю тебя. Я бы давно сказал эти слова, но просто сначала хотел разобраться в себе.

Вокруг них закружил ветер, и Райлан ойкнул, когда ему за шиворот упал мокрый снег, сорвавшийся с ветки. Скотт отряхнул его, после чего усадил к себе на колени и обнимал, пока он не перестал дрожать.

— Бр-р, я же из Флориды, — простонал Райлан. Его зубы стучали. — Я люблю пляжи и влажность, не снег!

Скотт хрипло расхохотался, и Райлан взглянул на него сияющими от эмоций глазами. Они на мгновение замерли, не дыша, а потом Скотт наклонился и поцеловал его.

— Я люблю тебя, Райлан Махоуни, — прошептал он ему в губы. — Я люблю тебя.

Райлан обвил его шею руками, уткнулся в плечо. Его тело дрожало.

— Я… Я так…

Скотт еще раз нежно поцеловал его, а потом поднял на ноги.

— Идем, Рай. Доставим тебя домой.

Рука об руку они пошли по тропе.

— Спасибо, что показал мне все это, — наконец произнес Райлан. — Знаешь, я не могу избавиться от мысли о том, что мы могли бы добраться до этой точки, не расставаясь. Если бы ты рассказал…

Скотт покачал головой.

— Все не так просто, Рай. — Его голос был ласков, но тверд. — Только не говори, что не замечал, какой у наших отношений был паттерн. Даже в самом начале, во Флориде.

Райлан упрямо сжал губы, и Скотт поспешил продолжить, пока он не забросал его новыми возражениями.

— Вспомни. Я лажал и закрывался, а всю работу с эмоциями проделывал ты — за нас обоих, снова и снова.

— Когда человек любит, такая работа не в тягость, — горячо возразил Райлан. — Я ведь с тобой не ради твоего идеального тела или лица. Я люблю в тебе все.

— Но согласись, ты уже начал уставать от моих закидонов, а я — все чаще на тебя обижаться. Это были нездоровые отношения, и что-то должно было измениться. Та последняя ночь в клубе… то, что я наговорил тебе, и что сделал Байрон…

Он поперхнулся, и Райлан покрепче обнял его за талию.

— Мы бы прошли через это. Обязательно, Скотт.

— Райлан. — Скотт остановился и взял его за плечи. — Мы были эмоционально незрелыми — я больше, ты меньше, — и ты это знаешь.

Райлан закрыл глаза, потом стиснул его запястья.

— Господи, зачем я вообще с тобой спорю? Может, я просто устал и перегружен эмоциями, но все эти месяцы я ужасно боялся вернуться и выяснить, что ты перестал нуждаться во мне.

— Так и случилось.

Глаза Райлана распахнулись, и он издал раненый звук. Потом попытался высвободиться, но Скотт держал его крепко.

— Выслушай меня до конца. Мне больше не нужно, чтобы ты постоянно приободрял меня. Мне больше не нужно, чтобы ты заверял меня, что крепкая задница — не единственное, что я могу предложить миру. Мне больше не нужно твое присутствие рядом, чтобы построить себе хорошую — или даже счастливую — жизнь.

Райлан стоял, словно окаменев, но Скотт все равно вновь его обнял.

— Но мне нужен ты сам. Я хочу быть тебе равным партнером. Я люблю тебя, Райлан. Бесконечно люблю. Тот паттерн был нездоровым, и в итоге он мог нас уничтожить. Чтобы этого не допустить, я готов на все, что угодно.

— Даже отослать меня прочь. — Райлан выдохнул. — Все это время я повторял себе, что понимаю причины этого твоего поступка, и я хотел доверять тебе, но видимо глубоко в душе не доверял. Прости.

— Потому что ты не идеален. И я тоже, верно? — Скотт по очереди поцеловал его веки, а затем чмокнул в нос. — Но может быть вместе у нас получится со всем разобраться. Если ты еще хочешь.

Райлан улыбнулся дрожащей улыбкой.

— Хочу, — ответил он просто. — Но сейчас мне нужно поспать. — Его немного качнуло, Скотт крепко обнял его и, поддерживая, повел его к дому.

***

— Который час?

Голос Райлана, который появился в гостиной, был хриплым со сна. Скотт оторвался от ноутбука и усмехнулся. Райлан лег в одних боксерах, а сейчас на нем были треники Скотта — несколько раз подвернутые на талии — и его же футболка, которая доходила ему до середины бедра.

— Около полуночи. — Скотт протянул ему руку, и Райлан со стоном плюхнулся рядом и уютно устроился под его боком.

— Черт, у меня сбились все ритмы. Ненавижу джетлаг.

— М-м… а мне нравится, когда ты такой теплый и сонный. — Приподняв его подбородок, Скотт провел языком вдоль его губ и скользнул внутрь. — Если тебе нужно придумать какое-нибудь занятие, чтобы не спать, то могу предложить…

Застонав, Райлан пробрался под его свитер и расправил пальцы на его животе, но когда они двинулись вниз, его внимание привлек ноутбук.

— Что это? — Он отпустил Скотта и, вытянув шею, всмотрелся в экран.

Скотт стиснул зубы и, приказав своему телу вести себя хорошо, поправил свой напрягшийся член.

— Ну… я подумываю больше не брать квартиры в аренду, а купить дом.

— Правда? Как круто! — Райлан дотянулся до мышки и проскролил каталог недвижимости, который просматривал Скотт.

— Угу. Мне нужен коттедж с помещением для домашнего офиса, где я смогу принимать клиентов. — Он сделал паузу и, когда Райлан большими глазами взглянул на него, вновь усмехнулся.

— Клиентов? — Райлан снова откинулся на диван и, уложив ноги в носках на колени Скотту, наставил на него палец. — А ну говори.

Скотт начал поглаживать его скрещенные лодыжки.

— Помнишь Брайана и Джулию — пару, для которой мы устроили свадьбу? Судя по всему, церемония прошла идеально, и какое-то время назад ко мне в ресторан пришли их друзья. Джулия еще общается с Мином, он рассказал, где я работаю, так что эти друзья приехали и нашли меня.

— Серьезно? — В глазах Райлана засверкал интерес. — Они захотели, чтобы ты и им спланировал свадьбу?

— Да. Я, конечно, начал отнекиваться, сказал, что не разбираюсь в организации свадеб, а их друзьям помог чисто случайно. Но потом оказалось, что у невесты недавно умер отец. Она тяжело переживала, и я вспомнил о дяде Зари, о его флейте и духовном исцелении. Я позвонил ему, он пришел, и мы придумали некое сочетание свадьбы и общения с душой ее отца, чтобы она чувствовала, что он тоже рядом.

— Скотт, это невероятно, — с восхищением произнес Райлан.

— После того, как они повесили фотографии у себя на фейсбуке, мой сотовый стал разрываться. Идея создать нечто с участием местных ремесленников мне очень понравилась, поэтому мы с Зарей сели и придумали «Однозначно Седону». — Вдруг почувствовав робость, он ненадолго умолк. — Это название нашего бизнеса, Рай. Мы устраиваем свадьбы, празднования важных событий, уикенды духовного исцеления, туры по местам силы в горах, где можно почувствовать сердце и душу Седоны. Мы уже провели несколько мероприятий, и наше расписание заполнено до самого лета.

— Ничего себе. — Райлан сел и опять пробрался руками под его свитер. — Я влюблен в настоящего бизнесмена. Да еще в сексуального. — Его шаловливые пальцы проникли под резинку его домашних штанов и погрузились в островок волос на лобке.

— Заря запустила свою линию одежды, — хрипло продолжил Скотт, ерзая на диване, потому что его член снова начал вставать. — Для вдохновения она использует орнаменты предков и вышивку бисером своей прапрабабушки. Часть вещей она продает в качестве свадебных платьев, так что у нашего бизнеса есть еще одна ветвь. О боже…

Он откинулся на спинку дивана, и Райлан, задрав его свитер, прошелся губами по его животу.

— М-м-м… — прошептал он, кружа вокруг его пупка языком. — Расскажи мне еще.

Пытаясь собраться с мыслями — которые стремительно разлетались, — Скотт запустил пальцы в его взъерошенную со сна шевелюру.

— Ну… люди звонят, — пробормотал он с запинкой, — а мы все устраиваем.

Порочно хмыкнув, Райлан проложил дорожку из поцелуев до его боксеров, из-за резинки которых выглядывала его возбужденная плоть.

— Что, и все? — Он завис над ее влажным кончиком и дразняще провел языком по губам. — Должно быть что-то еще.

Райлан взял в ладонь его яйца, и Скотт выгнул спину.

— Я… я п-подумываю… — он задыхался, — записаться на… бизнес-курсы.

Райлан помог ему сбросить штаны, а затем грациозно соскользнул на пол и сел между его широко раздвинутыми ногами. Целуя полуоткрытым ртом его кожу, он поднялся по его бедру вверх и носом потерся о его член.

— Сексуальный бизнесмен и вдобавок студент? — Он поднял лицо. — Я чертовски горжусь тобой, Скотт. Я так горд тем, что я твой.

Покраснев, Скотт приласкал его скулы.

— Я люблю тебя.

Райлан улыбнулся и, глядя ему прямо в глаза, провел языком по всей длине его члена, а потом лизал и дразнил его, пока Скотт, извиваясь, не ухватился за спинку дивана.

— Пожалуйста, Рай, — выдохнул он. — Пожалуйста.

Райлан вобрал его глубоко, до самого горла и, помогая себе кулаком, начал сосать. Отпустив диван, Скотт погрузился пальцами в его волосы. Удерживая его, он с силой входил в его рот, и Райлан принимал его до конца. Почувствовав между ягодицы влажный от слюны палец, Скотт со стоном раздвинул колени, и Райлан закружил по чувствительному входу, а потом проник внутрь.

Ощутив легкое жжение, Скотт издал стон, и Райлан с влажным звуком вытащил его изо рта.

— Боже, у тебя там так тесно, — хрипло вымолвил он. — Так тесно и горячо.

Он вновь присосался к головке, потом ввел в него второй палец, и Скотт с протяжным стоном взорвался. Задыхаясь, он жадно смотрел, как белые струи выстреливают Райлану в рот. Райлан проглотил все, потом сжал головку и, слизнув последнюю каплю, уронил лоб ему на бедро.

Тяжело дыша, Скотт рывком притянул его на диван и уложил на спину, потом сдернул с него штаны, поднял его колени к груди и широко развел в стороны.

— Боже, как ты прекрасен, — прорычал он. — Пир из Райлана, и весь для меня.

Он обрушил на него руки, губы, язык, и вскоре Райлан отчаянно извивался, умоляя довести его до оргазма. И Скотт не мог ему отказать. Упиваясь его хриплыми стонами, он проглотил все, что Райлан смог ему дать, потом, не прекращая осыпать его поцелуями, поднялся по его телу вверх и улегся меж его бедер, их влажная плоть прижалась друг другу. Они долго, медленно целовались, а когда их дыхание успокоилось, Скотт стянул со спинки дивана плед и укрыл их обоих.

— Как хорошо, — вздохнув, прошептал он. — Я соскучился по тебе.

Райлан поглаживал его спину.

— А я по тебе еще больше, — пробормотал он сонно. — Люблю тебя.

Скотт зарылся лицом ему в шею, и Райлан задремал. Сам Скотт не спал, а слушал, как Райлан дышит, чувствуя под щекой ровный, размеренный стук его сердца.

Приподняв голову, он легонько коснулся губами его губ.

— Рай?

Райлан разлепил веки.

— М-м? — Он потянулся, и Скотт нежно поцеловал его.

— Что ты собираешься делать дальше? Я имею в виду, в плане работы. — Он сделал глубокий вдох и задал вопрос, который тревожил его больше всего. — Ты снова уедешь?

Райлан закрыл глаза и минуту молчал.

— Я не знаю, Скотт. Я… я просто не знаю.

Скотт поднялся и помог ему сесть.

— Поговори со мной, Рай.

Через силу сглотнув, Райлан сплелся с ним пальцами. Скотт молча ждал, держа его за плечо и большим пальцем рисуя на его коже успокаивающие круги.

— Эти полгода были… неописуемыми. Неописуемо интересными и столь же ужасными. То, что я видел и слышал… — Он замолчал, взгляд его голубых глаз устремился вдаль. — Я не уверен, что подхожу для этой профессии. Слишком многое пропускаю через себя.

Скотт мягко сжал его плечо.

— Это был совершенно ошеломляющий опыт. — Он обмяк, привалившись к спинке дивана, и Скотт накрыл его пальцы своими. Райлан крепко взялся за них, перевернув руку. — Крис все, завязал. Он сказал, что азарта к военной журналистике в нем больше нет, и сейчас ему хочется одного: построить жизнь с Мином. — Он слабо улыбнулся. — Он собирается открыть свою фотостудию.

Скотт хмыкнул.

— С одной небезызвестной драг-куин в качестве первой модели?

Щеки Райлана порозовели.

— О боже. Временами, когда мы ждали водителя или разрешения на посещение какого-нибудь района и нам было нечего делать, он показывал мне фотографии Мина, которые снял перед отъездом. И они были… вау. Думаю, он сделает себе имя и в эротической фотографии.

— То еще было зрелище, да? — пошутил Скотт, и Райлан усмехнулся.

— О, они были очень стильными. Но в то же время до безумия эротичными. Я словно смотрел, как они занимаются сексом.

— М-м… Так может станешь его партнером по бизнесу? — осторожно предложил Скотт.

Райлан беспомощно пожал плечами.

— Посмотрим. Хотя меня не особенно интересует студийная съемка. Просто… просто сейчас я словно на перепутье. Я правда не знаю, чем хочу заниматься.

Скотт сжал его руку.

— Малыш, ты найдешь свой путь. Непременно. А я поддержу любое твое начинание. Надеюсь, ты это знаешь.

— Да, знаю. — Райлан положил голову ему на плечо. — Одно хорошо: у меня есть немного времени на передышку. Пара моих снимков стали довольно успешными, поэтому на моем банковском счете впервые за долгое время не ноль. — Он помолчал. — У меня, в общем, есть кое-какие идеи насчет того, чем можно заняться.

Скотт выслушал его рассказ о Майе — транс-женщине, с которой он подружился в Финиксе.

— Скоро она запускает свой сайт, и я обещал ей помочь. Транс-женщины в тюрьмах, в иммиграционных приемниках… может, у меня получится поработать с ней вместе и привлечь внимание к этим проблемам.

— Тогда ты не на перепутье, Рай, а просто подводишь итоги. Это нормально. — Он поцеловал его в висок. — Мне, конечно, не хочется, чтобы ты опять уезжал, но если ты…

— Если я и уеду, то очень-очень нескоро, — заверил его Райлан. — Сейчас у меня и в мыслях этого нет.

Не желая показывать затопившее его облегчение, Скотт ограничился тем, что пробормотал:

— Хорошо.

Потом кивнул на ноутбук.

— Ну а пока будет здорово, если ты поможешь мне с поиском дома. Раз уж я надеюсь, что возможно, ты захочешь жить в нем вместе со мной. — На последних словах его интонация чуть-чуть поднялась, превратив предложение в робкий вопрос.

От улыбки, которая расцвела у Райлана на лице, сердце Скотта пропустило удар.

— Разумеется, — хрипло ответил Райлан. — Даже не сомневайся, я хочу быть с тобой.

Скотт поцеловал его, потом усмехнулся.

— Что?

Скотт сокрушенно покачал головой.

— Да так, просто подумал, как нам объяснить наши отношения братьям.

Глаза Райлана на миг округлились, а затем он улыбнулся.

— Давай преодолевать препятствия по одному? Думаю, этот разговор можно отложить на потом. Может… может, на время, когда мы… решим пожениться. — Он говорил нарочито небрежно. — Кто знает?

— Да. Время покажет. — Скотт прижал Райлана к груди и с чувством абсолютного покоя и счастья откинулся на подушки дивана. — Мы со всем разберемся. Будем следовать выбранному пути прямо с начала, согласен?

Райлан расправил ладонь над его бешено бьющимся сердцем.

— Я бы и сам не смог сказать лучше.