Аннетт Мари

Правила охоты на злодеев для неподготовленных

Переведено специально для группы

˜"*°†Мир фэнтези†•°*"˜

http://vk.com/club43447162

Оригинальное название: Hunting Fiends for the Ill-Equipped

Автор: Аннетт Мари / Annette Marie

Серии: Кодекс Гильдии: Демонический #3 / The Guild Codex: Demonized #3

Перевод: Kiss Gun

Редактор: Kiss Gun

Предупреждение о спойлерах!

Примечание автора!

Кодекс Гильдии включает в себя 2 серии: Демоника и Очарованные. Каждую из этих серий можно читать отдельно. Однако учтите, что в этой книге содержатся спойлеры к книге «Демоническая магия и мартини» (Кодекс Гильдии: Очарованные — 4).

Если вы задумывались о том, чтобы прочитать серию Кодекс Гильдии: Очарованные, то я настоятельно рекомендую прочитать её прежде, чем приступать к книге «Правила охоты на злодеев для неподготовленных».

Примечание переводчика!

В данной книге содержатся большие спойлеры к серии Кодекс Гильдии: Очарованные. Если вы читаете эту серию, но ещё не прочитали 4-ю книгу и дальше, то я советую сначала закончить их, а уже после приступать к прочтению этой книги.

Важно: для понимания событий, происходящих в этой книге, совсем необязательно читать серию Очарованные!

Глава 1

По венам побежал адреналин, а в ушах застучал пульс, заглушая все звуки при каждом вдохе. Мышцы тела напряглись, когда я уставилась на своего соперника. Напротив меня на диванчике развалился демон, не сводящий с меня красных, как магма, глаз. Лампа в гостиной подсвечивала его красновато-коричневую кожу, его хвост расслабленно скользил по полу, периодически подёргиваясь в разные стороны.

На журнальном столике, стоящем между нами, лежало две колоды игральных карт и приз — четыре вкусные булочки с корицей, щедро посыпанные сахарной пудрой.

Я переключила внимание на свои карты: двойка червей и пиковая дама. Чтобы выиграть, мне нужно избавиться от обеих этих карт до того, как мой оппонент избавится от своих.

Зуилас слегка взмахнул своими картами, не отрывая от меня своих глаз.

Развлекать демона — задача не из лёгких. Он ненавидел все гаджеты с экранами, а убедить его сыграть в карты или любую другую настольную игру было сущим адом, пока я не додумалась, как его завлечь. Он не хотел играть в игры, он хотел их выигрывать. А чтобы выигрыш был приятным, ему нужен приз.

— Твой ход, — сказала я.

Сверкнув клыком, он играючи щёлкнул по своим картам, затем выбрал одну из них и положил на стол. Валет червей. Он выиграл.

— Vh'renith, — огласил он довольным тоном, — Я выиграл.

Заскрипев зубами от злости, я принялась тасовать колоду:

— Я выиграла два раза, и ты выиграл два раза. Тот, кто сейчас выиграет, будет победителем.

— И получит булочки, — согласился он.

Я рьяно тасовала колоду, раздумывая о том, а вдруг он жульничает. Он же демон, так что я не могу исключить этой возможности.

— Я не жульничал, drādah.

— Хватит читать мои мысли.

— Прекрати закидывать меня своими мыслями.

Я застыла.

— Стоп. Так ты… Ты действительно жульничал! Ты можешь прочитать мои мысли и узнать мои карты, и предвидеть мои ходы.

— Я не знаю твоих карт.

— Но ты можешь читать мои мысли, а, значит…

— Я не знаю твоих карт.

Услышав в его голосе рычание, я закрыла рот. Демоны не лгут — а также могут услышать ложь в словах любого говорящего — и его раздражало, когда я сомневалась в его словах.

— Если ты можешь слышать мои мысли, то почему ты не знаешь моих карт? — спросила я, раздавая нам карты.

— Если бы я слышал каждую ka'an мысль в твоей голове, я бы сошёл с ума.

— Что такое ka'an?

— Снимай верхнюю карту.

Я открыла верхнюю карту, и мы начали игру.

— Ты знаешь о чём я думаю 24/7. Ты всегда замечаешь, когда я…

Зардевшись румянцем, я прочистила горло и схватила свои карты.

— Когда ты мысленно оскорбляешь меня? — спросил он сухо.

— Видишь? Ты знаешь, о чём я думаю!

Он сбросил двойку бубен.

— Я слышу только те мысли, которые ты позволяешь мне услышать.

Блин, у него уже есть преимущество. Я начала раздражаться!

— В смысле? Что это значит, ты можешь услышать только те мысли, которые я позволяю слышать?

— Твой ход.

Я сбросила бубнового валета, что дало мне право ещё двух ходов. Затем сбросила бубнового туза и червового туза. Ура, у нас у обоих одинаковое количество карт! Это гораздо лучше.

— С чего ты взяла, что я знаю все твои мысли? — спросил он, уставившись в свои карты.

Я почти пропустила его ход, задумавшись над его вопросом. Хоть я и старалась особо не задумываться над тем, что он способен слышать мои мысли, я всё же заметила, что он не всегда на них реагирует. Я думала, что он просто «отключает меня», чтобы не слушать все мои внутренние диалоги.

— Мне кажется, ты всегда знаешь о чём я думаю.

— Как ты думаешь, это потому что я слышу твои мысли или же угадываю их?

Угадывает? Не может он угадывать мои мысли!

— Ты отвечаешь на мои мысли так, будто я говорю с тобой.

— Я так делаю только тогда, когда ты открываешь мне свои мысли. Иногда я слышу и другие вещи, но я не могу слышать то, что ты хочешь скрыть.

Моя челюсть отвисла до пола.

— Бери две карты, drādah.

Я перевела взгляд на свои карты — червовый валет и двойка червей. У него на руках осталось всего три карты. Достав из колоды ещё две карты, я бросила на стол восьмёрку пик.

— Я выбираю пики, — он выбросил девятку пик. У него осталось всего две карты.

— То есть ты говоришь, что не можешь услышать мои мысли тогда, когда я не хочу, чтобы ты их услышал? А как ты понимаешь, что ты не слышишь мои мысли?

Он не ответил, ожидая моего хода. Я бросила двойку пик и двойку треф. Он раздражённо взял четыре карты. Теперь у него было шесть карт, а у меня четыре.

Спустя мгновение он выложил восьмёрку бубен. Я выбросила восьмёрку пик. Он нахмурился, глядя на свои карты, и вытащил ещё одну из колоды. Я выбросила ещё одну карту пиковой масти. У меня на руках остались валет и шестёрка пик. Если он не сменит масть, я избавлюсь от этих двух карт в следующем раунде и выиграю.

— Ты так и не ответил, — напомнила я ему.

— Есть ещё много вещей, о которых я не знаю, — его глаза уставились в мои. — Например, drādah, твоё лицо, которое часто меняет цвет.

Я вздрогнула.

— Твоя кожа часто краснеет, — принялся он лениво рассказывать, выбрасывая карту. — Твоё дыхание ускоряется, сердце бьётся быстрее, меняется твой запах…

Он слегка наклонил голову, внимательно наблюдая за моей реакцией.

— Ты смотришь на меня, и я вижу твой задумчивый взгляд, но услышать твои мысли я не могу.

Я открыла и закрыла рот: как назло, сердце начало биться быстрее, и я почувствовала, как начали краснеть щёки.

— О чём ты сейчас думаешь, drādah, — прошептал он.

— Ни…ни о чём.

— Не лги мне, — сказал он, слегка прикрыв глаза.

— Ч-чей сейчас ход? — заикаясь спросила я, в надежде сменить тему.

— Твой.

Я схватила первую попавшуюся карту и бросила её на стол. Это оказалась шестёрка пик. Блин, я же должна была избавиться от валета! Я бы выиграла!

Он развернул свои семь карт, и, уставившись на меня расчётливым взглядом, бросил на стол шестёрку бубновую, тем самым меняя масть. Я достала карту из колоды — ей оказалась пиковая пятёрка.

— Что ты скрываешь?

Мой взгляд снова устремился к нему.

— Ч-ч-что?

— Когда ты краснеешь и твоё дыхание ускоряется, это из-за меня? — спросил он, избавляясь от карт бубновой масти.

— Нет!

— Ты снова врёшь, drādah.

Чёрт! Отчаянно борясь с румянцем, я вытянула карту из колоды — последняя восьмёрка. Вот теперь ты у меня попляшешь!

— Почему ты так отчаянно скрываешь от меня эти мысли? Другие мысли ты от меня не прячешь.

— Не твоё дело! — вскрикнула я, выкладывая восьмёрку на стол. — Пики!

А это значит, что я выиграла! В колоде больше не было восьмёрок, а потому он не сможет сменить масть. В свой следующий ход я выложу валета и пятёрку пик и, наконец-то, избавлюсь от всех карт! Крепко сжимая карты в руках, я просчитывала в голове ходы. Так, два валета уже ушли, третий у меня в руках, так что я выиграю, если только он…

Он выложил на стол семёрку пик, а вслед за ней семёрку бубен. Затем семёрку треф. Мои глаза в ужасе расширились, когда у него в руках осталась всего одна карта…

— Нет, — буквально зарычала я.

Он выложил семёрку червей, и у него в руках больше не осталось карт.

— Не может быть! — расстроенная, я выбросила свои карты.

Он победно ухмыльнулся и потянулся к булочкам:

— Vh'renithnās!

Я только сегодня обучила его этой игре, и он уже обыграл меня три раза. Оставив карты на столе, я медленно поднялась, закипая, как чайник. Я просто ходячая неудачница! Он и так крупнее, сильнее, быстрее и хитрее меня, и у него удивительная память. Он не должен вдобавок ко всему этому ещё и играть в карты лучше меня! Это просто нечестно!

Когда я проходила мимо него, он резко схватил меня за запястье и потянул. Взмахнув одной рукой, я потеряла равновесие и упала… прямо ему на колени.

На щеках с новой силой вспыхнул румянец, и я попыталась оттолкнуться от него. В ответ он обнял меня за талию — его тёплое дыхание всколыхнуло мои волосы.

— Ты упустила его, drādah, — прошептал он. — Твой момент dh'ērrenith.

Dh'ērrenith — демоническое слово, означающее уверенную победу.

— Если ты не можешь читать мои мысли, — прошептала я, пытаясь вырваться из его рук, — то откуда ты знаешь, что я должна была выиграть?

— Не позволяй сопернику отвлекать тебя.

Так он заговорил о румянце и дыхании, только чтобы отвлечь меня? Я чуть было не расхохоталась.

— Отпусти меня, — сказал я, потянув его за руку.

Вместо того, чтобы подчиниться, он потянулся за коробкой с булочками и поставил мне её на колени:

— Мы разделим приз.

— Ты хочешь поделиться?

Он? Мистер Эгоист?

— Я поделюсь с тобой…если ты мне скажешь, почему твоё лицо меняет цвет.

— Что? — я снова попыталась вырваться из его объятий. — Что это за сделка такая?

— Ты проиграла. Я готов поделиться, но я хочу кое-что взамен.

— Тогда можешь не делиться!

Он отпустил меня, и я вскочила, нервно поправляя свитер, и направилась в комнату. Уже стоя в дверях, я не смогла удержаться и бросила на него взгляд через плечо.

Зуилас уже впился клыками в булочку. Он наклонил голову и поймал мой взгляд. Снова зардевшись, как аленький цветочек, я буквально вбежала в спальню, захлопнув за собой двери.

Ну почему я такая застенчивая? Я не должна покрываться румянцем. Зуилас — демон. Демон, не имеющий ни малейшего понятий о персональных границах. Чем больше он влезал в моё личное пространство, тем счастливее становился.

Однако на этот раз он сам себя перехитрил. Улыбнувшись, я улеглась на кровать, радуясь тому, что смогла выяснить важную информацию. Он не может слышать все мои мысли!

Сколько нервных клеток я потратила на размышления о том, что он слышал мои мысли и как он их интерпретировал? Если он не мог слышать все мои мысли, значит, он не знает, почему я краснею каждый раз, когда он прикасается ко мне, или, когда я пристально смотрю на него, или когда он нас раздел в той ливнёвке.

О, Боже. Особенно тот случай. До сих пор сгораю от стыда при одной только мысли об этом. Я искренне надеюсь, что он и понятия не имеет, почему я тогда краснела.

Немного успокоившись, я нырнула под кровать и достала металлический ящик. Пришло время поработать.

Egeirai, angizontos tou Athanou, lytheti

Коробка засветилась белыми рунами, и я открыла крышку. Внутри лежал гримуар Атанас. Его кожаная обложка была потёртой, и в этом была и моя вина тоже. Осторожно вынув гримуар, я достала лежащий под ним блокнот с моим переводом, и, собрав всё это в кучу, вышла в гостиную.

Зуилас лежал на боку на диване, засунув в рот половину душистой булочки с корицей.

— Ты так подавишься, — предупредила я его.

Он проглотил булочку, полностью проигнорировав мои слова. Я собрала колоду карт, положила гримуар на столик и уселась перед ним, готовая к работе. Рядом со мной свисал хвост Зуиласа.

В моём блокноте лежали страницы, переведенные мамой, но я пока так и не смогла выяснить, к какой части гримуара они относятся. Я отложила их в сторону и открыла самую первую страницу гримуара. Как обычно меня охватило благоговение, когда я посмотрела на список имён. Их было четырнадцать, возраст некоторых из них был более четырёх тысяч лет, и все они были моими предками. Каждая чародейка брала на себя тяжёлое задание — сохранить, защитить и приумножить знания, накопленные из поколения в поколение. В этом списке имён моё будет пятнадцатым. В последний раз гримуар был переписан чуть больше трёхсот лет назад.

Когда я просматривала имена, моё внимание привлекло имя одной чародейки — Мирин Атанас. Она была пятой в списке и переписывала гримуар пару тысяч лет назад.

Закусив губу, я переключила внимание на перевод моей мамы и уже в который раз перечитала верхнюю страницу.

Выдержки от Мирин Атанас — прямого потомка Антеи?

Она добавила 5 отрывков в гримуар — все они не являлись частью гримуара.

Что же это? Записи из личного дневника? Их может быть больше, нужно проверить конец.

Мирим упоминает Λευκάς — Leukás?

Леукадия, остров в Ионическом море на западном побережье Греции.

1000 — 700 лет до н. э.?

Была ли она первым призывателем, нарушившим 12-е предупреждение?

Последнее предложение я перечитала несколько раз. Когда я читала её записи в первый раз, я подумала, что 12-е предупреждение означает 12 предупреждений, просто мама перепутала букву. Полагая, что я найду все 12 предупреждений в конце книги, я не особо обратила на это внимание. Но что, если это не было ошибкой? Если она действительно имела в виду 12-е предупреждение?

Двенадцатое предупреждение. Предупреждение о Двенадцатом Доме?

Подтянув гримуар поближе к себе, я принялась аккуратно перелистывать страницы. Бумага была хрупкой, а потому легко ломалась от одного прикосновения, так что процесс перелистывания занял много времени. Наконец я нашла нужный раздел — Дома демонов.

Мне не нужен был перевод, чтобы узнать Первый Дом. Всё без слов сказала иллюстрация крылатого демона с длинными рогами, мускулистым телосложением и толстым хвостом с булавой на конце. Демон один в один напоминал Тахеша — сбежавшего демона, которого мы с Зуиласом с трудом убили около трёх месяцев назад.

Я пролистала первые одиннадцать описаний и добралась до последнего. Часть страницы занимала иллюстрация двойника Зуиласа. А под названием Дома было всего два предложения, которые я давно перевела.

Никогда не призывайте демонов из Двенадцатого Дома. За нарушение этого священного завета сыновья Vh'alyir уничтожат вас.

Было ли это тем самым предупреждением, о котором писала мама? Неужели Мирин Атанас ослушалась и призвала демона из Двенадцатого Дома?

— Зуилас! Ты говорил, что демоны твоего Дома никогда не призывались. Это правда?

— Var, — слегка приоткрыв глаза, ответил он.

— Ты уверен? Могло ли быть такое, что демоны Дома Vh'alyir призывались, но много лет назад?

— Не знаю, — я не отводила взгляд, так что он сердито выдохнул, — Возможно. Большинство историй нашего Дома кануло в Лету. Другие демоны утверждают, что демоны из Двенадцатого Дома никогда не призывались, но, если это было очень давно, то они могли и позабыть.

Только Короли демонов могли быть призваны на Землю — факт, который, я уверена, неизвестен призывателям. Возможно, я — единственный человек, который знает, что мы призываем королей демонов и превращаем их в наших марионеток.

— А почему все ваши истории позабыты?

— Все старые Короли исчезли. Мертвы. Мертва и наша история. Мы тем, кто мы есть.

— И кто же вы?

Он закрыл глаза:

— Неучи, которые ничего не знают. Я тоже ничего не знаю о нашей истории. Мой учитель умер прежде, чем успел мне хоть что-то рассказать.

В моей голове вдруг мелькнул какой-то проблеск воспоминания, что-то, что он мне сказал совсем недавно, но, прежде чем я успела ухватиться за него, Зуилас холодно добавил:

— Все демоны моего Дома молоды и zh'ūltis. Они тоже не знают историю.

Если Двенадцатый Дом сам не знает своей истории, то, вполне возможно, что Короли призывались, но давным-давно, и все уже успели об этом позабыть. В конце концов, Мирин жила очень давно — даже по демоническим стандартам, какими бы они ни были.

Я пролистала записи мамы на другую страницу, где упоминалось имя Мирин Атанас и переключила внимание на гримуар, пытаясь отыскать имя чародейки. Возможно, это бесполезно, учитывая размер книги и частичную неразборчивость, но всё-таки…

В задней части книги после бесконечного раздела, посвящённого сложным чарам, инструкциям и иллюстрациям — которые будет очень интересно перевести — я отыскала длинный список заклинаний.

Это только мне эта страница кажется немного другой?

Я присмотрелась к странице. Это что? Две странички склеились вместе? Осторожно потерев уголок, я разъединила страницы. На одной стороне было нарисовано заклинание с подробной инструкцией. А на другой была иллюстрация медальона, который отдалённо напоминал инферно.

Художник изобразил обе стороны медальона, на лицевой стороне которого было изображено крошечное заклинание. На другой стороне медальона были видны остроконечные отметки, размещённые на кольце, соединяющем одиннадцать печатей. В центре кольца была двенадцатая печать — печать Дома Зуиласа.

Сердце забилось быстрее, когда я наклонилась поближе, чтобы лучше рассмотреть рисунок. Подписью к иллюстрации служила строка из четырёх длинных слов, но я не могла их прочесть. Это не был древнегреческий язык, или латинский, или любой другой известный мне язык. Что же здесь сказано?

Imailatē Vīsh et Vh'alyir

Я подпрыгнула от страха. Я даже не слышала, как он пошевелился. Зуилас наклонился надо мной — его рука слегка скользнула по моей — и провёл пальцем по строке.

— Imailatē Vīsh et Vh'alyir, — повторил он. — Магический амулет Дома Валиир.

Так это демонический язык?

— Магический амулет Дома Валиир? — я повернулась к нему, — Что это значит?

— Не знаю.

— Но он принадлежит твоему Дому.

Кроме этой строки на странице была и другая надпись. К счастью, она была на древнегреческом. В волнении я открыла чистую страницу и принялась переводить — это не заняло много времени.

ὁ ὅρμος ὁ ἀπολωλώς ἁπάντων ἐστιν ἡ κλείς Μυρρίνη Ἀθάνας

«Ключ ко всему — потерянный амулет». Мирин Атанас.

— Ключ ко всему — потерянный амулет? — прошептала я. — Что значит «ко всему»?

— В смысле «потерянный»? — нахмурившись, спросил Зуилас.

— Если это написала Мирин, значит амулет был потерян до неё или же при её жизни, — расстроенная, я захлопнула книгу. — Неважно, ключ он ко всему или нет. Какой нам прок от амулета, потерянного более тысячи лет назад?

— Но он не потерян, — прошептал Зуилас. — Этот imailatē был на шее Тахеша прямо перед тем, как я его убил.

Глава 2

Амалия шагами мерила гостиную.

— Так, то есть ты говоришь, что существует древний амулет, который был потерян тысячу лет назад, и именно он является «ключом ко всему». И всё это согласно словам какой-то средневековой чародейки, которая, возможно, призвала демона из Двенадцатого Дома, несмотря на то, что это было строжайше запрещено.

— Не средневековой, — поправила я её, — а древнегреческой. Она жила во времена Гомера. Ну был такой древнегреческий поэт, — пояснила я, заметив её непонимающее лицо.

— Да, я знаю. Так вот, этот амулет, на котором по какой-то причине изображена эмблема его, — она указала пальцем на сидящего за столом Зуиласа, — Дома, был потерян чёрт знает, когда. Но он, — она снова ткнула пальцем в Зуиласа, — совсем недавно видел этот амулет на шее демона из Первого Дома.

— Да.

— А сейчас Зуилас понятия не имеет, куда подевался этот амулет?

— Ни малейшего.

— Ничего не понимаю, — на лице Амалии было написано недоумение.

— Мы тоже ничего не понимаем, — я открыла гримуар, лежащий возле Зуиласа, и показала ей страницу с рисунком амулета. — Я перевела предыдущую и последующую страницы, но не нашла никакой информации об этом амулете.

— Зачем писать в гримуар об амулете и не давать никакой информации о нём?

— Мирин что-то знала о нём. Моя мама предполагала, что где-то в гримуаре есть вставки от Мирин. Возможно, на них она описывает, откуда взялся амулет и как он работает.

— Я умираю от желания узнать, почему этот амулет принадлежит Дому Валиир. И почему что-то, принадлежащее Двенадцатому Дому, считается настолько важным?

— И как этот амулет оказался у Тахеша? — я перевела взгляд на Зуиласа. — Есть догадки?

Он слегка наклонился вперёд, облокотившись локтями в колени, и задумался.

— Он был у него, когда он ещё находился в kaīrtis — в круге. Он прибыл с ним на Землю.

— Он был призван с ним? Но… но если этот амулет упоминается в гримуаре, то изначально он был создан на Земле. Как же он попал из нашего мира в ваш?

— А у тебя не возникло вопроса, почему на его шее висит амулет с эмблемой твоего Дома? — подозрительно уставилась на него Амалия.

— Я видел только переднюю часть, я не видел эмблему, — зарычал он.

— Осторожно! — я отодвинула гримуар подальше от него.

— А ты точно уверен, что этот тот же самый амулет? — спросила Амалия Зуиласа. — Это заклинание довольно сложное. Может Тахеш носил похожий амулет?

— Я не видел обратную сторону. Может там и другой imailatē, но то, что я видел, в точности совпадает с этим рисунком, — он бережно ткнул пальцем на картинку.

— Допустим у Тахеша и вправду был именно этот амулет. Как он у него оказался? — спросила я.

— Он был Королём Первого Дома, — тихо ответил Зуилас. — Он был самым старым Королём, ну кроме Ivaknen. Тахеш обладал многими секретными знаниями.

Я вспомнила, что именно знания Тахеша и стали причиной того, что Зуилас освободил его из круга. Зуилас надеялся, что Тахеш найдёт дорогу домой.

— А кроме того, Первый Дом — самый сильный, — продолжил Зуилас. — У них накоплено много сокровищ. Сокровищ, которые они отбирали у других Домов.

— Ты думаешь, что первый Дом украл амулет у твоего Дома?

— Var. Мы слишком слабы, чтобы защитить себя и наши сокровища.

— Ты не слабый, — твёрдо сказала я. — Ты заставил их бояться, ты помнишь?

— Помню, но теперь уже слишком поздно.

— Слишком поздно?

— Я — самый старый демон в моём Доме. Остальные демоны слишком молоды и nailēris. Теперь я ничем не могу помочь моему Дому — больше его никто не боится.

Амалия в удивлении уставилась на Зуиласа — она ещё не сталкивалась с его царственным поведением.

— Ты сможешь им помочь, — заявила я. — Мы найдём способ вернуть тебя домой. Я обещала тебе это, и я выполню своё обещание.

— Но я вернусь не Королём, — он расправил плечи. — Этот imailatē, он очень важен, na? Давайте найдём его.

— Точно, — сухо произнесла Амалия. — Это же так просто!

— Ну сейчас это стало немного проще, чем, если бы он и правда был утерян более тысячи лет назад, — отметила я. — Вопрос в том, стоил ли он того, чтобы его искать?

— Ну знаешь ли, «ключ ко всему» — это довольно веский аргумент в его пользу, — Амалия придвинула гримуар поближе. — В этом заклинании есть элементы магии Арканы. Возможно, этот амулет был самым первым инферно — Антея создала его для самого первого призыва демона. Тогда этот амулет можно считать если не ключом, то чем-то первым, с чего всё началось.

— А что насчёт этих штук? — указала я на непонятные руны и линии, изображённые на обратной стороне амулета. — Я раньше не видела таких элементов в Аркане.

— Я тоже. Но эта часть, по-моему, к Аркане и не относится.

— Это демонический imailatē, - Зуилас так низко склонился над книгой, что его голова практически касалась моей, — Я не знаю его назначения, но это точно демоническая vīsh.

— В процессе призывания демонов используются некоторые демонические руны, — пробурчала Амалия, — но не такие, как эти. А это вообще возможно, смешивать магию Арканы и демоническую магию?

Да, это абсолютно нормально. Вот только я так и не решилась рассказать Амалии о нашей с Зуиласом комбинированной магии. Это было слишком странным и слишком личным опытом, чтобы делиться им с кем-нибудь.

- Итак, в этом заклинании соединились воедино магия Арканы, демоническая магия и что-то ещё, — тихо выдала я. — Другими словами, мы и понятия не имеем, что это за амулет, для чего он предназначен, откуда он взялся и где он сейчас.

— Но мы знаем, что он был у Тахеша, — сказала Амалия. — Тело демона забрал ОМП, да?

— Если амулет попал в руки МагиПола…

— Я оторвал его голову.

От одного только воспоминания у меня по рукам побежали мурашки, но я поняла, зачем Зуилас уточнил этот момент.

— Ты думаешь, что амулет мог упасть? Возможно, он всё ещё в том парке, где умер Тахеш.

— Если только кто-то другой не нашёл его и не унёс, — встряла Амалия. — Шансы того, что этот амулет попали в чьи-то магические руки не так уж и малы. Надо разузнать, может кто-то спрашивал о непонятном амулете, похожем на инферно?

— Наша первостепенная задача — перевод гримуара. Мы должны найти способ вернуть Зуиласа домой, — подытожила я. — Кроме того, нам нужно вернуть страницы, украденные Клодом. Также мы не должны игнорировать и этот амулет. Если он и правда «ключ ко всему»….

Я перевела взгляд с Амалия на Зуиласа:

— Нам нужно найти этот амулет до того, как он снова пропадёт на тысячу лет.

Я поплотнее запахнула куртку, спасаясь от ледяного бриза. Середина января — не самое лучшее время, чтобы вечером стоять на открытой местности, продуваемой всеми ветрами. Позади меня рыскал Зуилас, на котором висел мешковатый свитер, скрывающий его рожки и хвост. Благодаря этой простой маскировке над понадобилось всего лишь дождаться вечера, чтобы отправиться на вылазку в парк. В противном случае обыск пришлось бы перенести на ночь.

Вокруг не было ни души, но я всё равно нервно посматривала по сторонам, пока Зуилас обыскивал каждый кустик и травинку. Я впервые была в парке после той памятной битвы, когда моему демону удалось победить Тахеша. Куски вырванного газона отмечали то место, с которого в ту ночь отъехал чёрный фургон. Тогда я ещё не знала, что в нём были охотники на демона, желающие урвать свой кусок пирога.

— Здесь ничего нет, — Зуилас подошёл ко мне поближе, — Амулет не здесь.

— Ты уверен?

— Да. Его здесь нет.

Что ж, неудивительно. Этого и стоило ожидать — всё-таки прошло много времени.

— Мы…

Резкий звонок телефона прервал меня на полуслове:

— Алло?

— Нашли? — без всяких преамбул спросила Амалия.

— Нет.

— Проклятье. И мне не удалось ничего узнать. Никто не продаёт амулет похожий на тот, что мы ищем. Но зато я тут кое-что вспомнила.

— Что?

— Был один призыватель, с которым работал мой отец. Папа всегда называл его «передовым чуваком», я так поняла это значит, что он слишком любил экспериментировать. ОМП дышал ему в шею, так что этому призывателю пришлось уйти на пенсию, чтобы не сесть в тюрьму. Отец всегда приводил его в пример, когда рассказывал о том, как ОМП способен разрушить карьеру призывателя.

— И?

— Так вот, этот призыватель делал инферно. Он что-то типа эксперта по инферно. Если кто-то нашёл амулет, то он обязательно обратиться к этому призывателю за советом.

— А где сейчас этот призыватель?

— Где-то в Ванкувере. Я узнаю у отца.

— Отлично!

— Найти амулет — это лишь пол дела, — Амалия перешла на шёпот. — Я считаю, что тебе нельзя вручать «ключ ко всему» в руки демона. По крайне мере, пока мы не узнаем, что такого особенного в этом амулете.

— Он тебя слышит, — сказала я, взглянув на Зуиласа.

— Блин. В общем, тебе следует вернуться домой и продолжить переводить гримуар. Это наш лучший источник информации.

— Я скоро буду дома. Нам нужно зайти ещё в одно место.

— Хорошо. Кстати, захватишь мне по дороге тайской еды?

— Конечно.

Я не успела даже спрятать телефон в карман, как Зуилас уже подвинулся ко мне поближе:

— Imailatē принадлежит моему Дому.

— Я знаю. Я отдам его тебе, когда мы его найдём. Я не хочу отвлекаться от поисков способа вернуть тебя домой, но что-то мне подсказывает, что этот амулет играет важную роль, — я потерла руки, пытаясь согреться. — Что, если Мирин имела в виду, что он — ключ к Демонике?

Руки Зуиласа поймали мои:

— Ты слишком замёрзла, drādah.

— Я в порядке, — я попыталась вырвать свои руки, — На этот раз мне не грозит переохлаждение.

Он крепко сжал мои пальцы:

— И ты вернёшь мне амулет? Когда найдёшь его.

— Мне не нужно возвращать его тебе. Он и так твой.

— А если он обладает силой?

— Он всё равно твой. Я не заберу его у тебя.

— Амалия бы забрала.

Я нахмурилась. Почему он с лёгкостью произносит её имя, но моё — никогда? Мне достаются лишь оскорбительные прозвища.

— Амалия тебе не доверяет, и это целиком и полностью твоя вина.

— Na, моя вина?

— Если бы ты был к ней хоть немного добрее, она бы была о тебе более хорошего мнения.

— Добрее? — фыркнул он, — Доверие не строится на доброте.

Я снова попыталась вырвать руки из его хватки:

— Ну знаешь ли, попробовать не помешало бы.

— А ты веришь мне, drādah?

В его голосе было что-то такое, что заставило меня уставиться ему прямо в глаза. Этот вопрос застиг меня врасплох. Я открыла рот, чтобы ответить, но не смогла выдавить ни слова. Доверяла ли я ему? Конечно. За исключением…

— А ты доверяешь мне? — спросила я его вместо ответа.

Он молча смотрел на меня, а затем резко притянул поближе к себе. Его руки нежно обняли мою голову, он наклонился и уткнулся мне носом в шею. Его тёплое дыхание щекотало мои нервы.

— Твоё сердце забилось быстрее, — сказал он, подняв голову. — Но тебе не холодно.

Моё сердце, которому было совершенно не холодно, билось галопом в грудной клетке:

— Я знаю. Я тебе так и сказала.

— Но тебе всё равно нужно согреться.

— Это не как в прошлый раз. Я не промокла до нитки в ледяной воде.

— Иди в тёплое место и согрейся, drādah.

— Хорошо, хорошо, я иду, — закатив глаза, ответила я.

На его губах заиграла волчья улыбка, а затем он превратился в красный луч и исчез в инферно. Рядом со мной остался лежать его чёрный свитер.

Закутавшись поплотнее в шарф, я поспешила покинуть парк. Поток машин проскочил мимо меня, когда я проходила по улице Пауэлл. Через пару кварталов я завернула налево — там, вдалеке меня встречала моя гильдия.

Подойдя к зданию и потянувшись к двери, я услышала приглушённый шум, доносившийся изнутри. Прежде чем я успела схватиться за ручку, дверь распахнулась, и на улицу выскочил огромный мужчина, едва не сбив меня с ног.

— Простите, — пробурчал он и побежал дальше.

Вслед за ним выскочили ещё трое мужчин и две женщины — все они выглядели так, будто готовились выйти на боксёрский ринг. Это определённо были боевые маги.

Последней вышла ещё одна девушка, чёрные волосы которой разметались по ветру. Она одарила меня дружественной улыбкой и последовала за своими товарищами. Я же застыла в недоумении: я её знаю? Нет, все они не были мне знакомы.

Мысленно пожав плечами, я проскользнула в открытые двери. Сегодня была среда, так что паб был переполнен. Я нашла свободный столик в углу и уселась за него, положив на свободное место свитер Зуиласа. Какофония голосов начала оказывать на меня успокаивающее воздействие, так что я принялась расслабленно рассматривать посетителей паба, то и дело натыкаясь на знакомые лица.

Мой взгляд проскользил к бару и застыл…

За барной стойкой стояла Тори — рыжеволосая барменша, которая разговаривала с парочкой парней, сидящих перед ней, в которых я без труда узнала пиромага Аарона и электромага Кая.

В последний раз я видела этих двоих в Атриуме Арканы. Они стояли по обе стороны от Зоры, которая сообщила мне, что будет следить за каждым моим шагом. И если я нарушу ещё один закон ОМП…, что ж, об этом лучше не думать. Аарон и Кай не знали про мой нелегальный контракт, но они знали, что Зора наблюдает за мной.

Моя рука машинально потянулась к телефону, но застыла на пол пути. С того памятного разговора прошли уже две недели, которые я провела дома за переводом гримуара, так что докладывать мне было не о чем. Должна ли я ей сообщить о моей сегодняшней вылазке?

Пока все эти мысли роились в моей голове, в памяти вдруг резко всплыла картинка: Зуил убивает Тахеша, чьё тело падает к женским ногам.

Ногам Тори!

Она была там. А ещё там были Кай, Аарон и Эзра. Они сбежали до приезда ОМП, но тело Тахеша упало практически на Тори. Видела ли она амулет? Знала ли она, что с ним произошло?

Я встала из-за стола и, прежде чем успела передумать, направилась к барной стойке. Тори как раз поворачивалась в этот момент и, заметив меня, застыла на месте, как будто увидела призрака. Может мне нужно почаще показываться в гильдии?

— Тори, привет! — блин, как же мне заговорить о той ночи, чтобы не возбудить подозрения?

По коже вдруг побежали мурашки, и я скосила глаза в сторону. Справа от меня всё также сидели Аарон и Кай, вот только выражение их глаз сильно изменилось. Радость вытеснил холод — от парней буквально исходили вибрации «отвали».

— Как, — начала я, заикаясь, то и дело поглядывая на двух магов, — т-т-твои д-дела?

Тори непонимающе уставилась на парней. Они же не мигая смотрели на меня. В их взглядах ясно читалось, чтобы я убралась отсюда. Немедленно.

— Рада, рада… тебя…видеть, — пробормотала я, отступа от барной стойки. Забыв про свитер, так и оставшийся лежать на столике в углу, я взбежала по лестнице и заскочила в Атриум Арканы, громко захлопнув за собой дверь. Сердце громко стучало от страха — и от унижения.

Конечно у Аарона и Кая были причины не доверять мне, но неужели обязательно так вести себя? С таким же успехом они могли бы прилепить мне на лоб записку со словом «отверженная». Видя, как ко мне относятся два самых могущественных члена гильдии, вряд ли остальные примут меня с распростёртыми объятиями. Я навсегда останусь изгоем.

Вытерев слёзы, я плюхнулась на ближайший стул и тихо прошептала:

— Зуилас.

Красные лучи осветили мой свитер, моментально превращаясь в моего демона.

— Ты прочёл все мои мысли? — спросила я, открывая телефон и начиная печатать сообщение.

— Ты считаешь, что женщина-hh’ainun знает об imailatē?

— Возможно, она заметила, куда он упал. Хотя я сомневаюсь в этом. Я, например, не заметила, — я была слишком занята, уставившись на крылья, рога, хвост, мускулатуру и магию Тахеша. — Я попробую спросить её, но только когда она будет одна.

Я замолчала на мгновение, заканчивая печатать сообщение Зоре о моём местоположении.

— А может мне вообще её ни о чём не спрашивать? Она вместе с магами сбежала с парка сразу после смерти Тахеша. Они не хотели, чтобы ОМП узнал о них.

— Потому что от них пахло демоном.

— Может один из них заключил с демоном нелегальный контракт? Как Клод, — мои мысли переключились на третьего мага, которого сегодня не было в пабе. — У Клода была информация на Эзру, но может это всего лишь совпадение.

— Если я подберусь к ним поближе, я смогу понять от какого hh’ainun исходит запах vīsh.

— Что? Ты хочешь пробраться туда — в эту толпу людей? Ни за что!

— Ну тогда ты спустись туда, а я притворюсь, что нахожусь в полном подчинении.

— Забудь об этом. Как ты будешь нюхать людей, если находишься в полном моём подчинении? Как я это объясню? Как я вообще объясню, почему ты не в инферно? — покачав головой, я наконец закончила писать сообщение и отправила его Зоре. — Нет, мы дождёмся подходящего времени. Рано или поздно тебе удастся понюхать всех троих магов.

Голова Зуиласа дёрнулась в сторону двери, затем он быстро выпрямился, вытянул руки по швам и застыл на месте с пустым выражением лица.

Дверь резко распахнулась.

В панике я поднесла телефон к уху и повернулась на стуле, уставившись на входную дверь.

В проходе стояла Тори — на её лице было читалось подозрение.

Глава 3

Я в ужасе уставилась на девушку. Она же не чародейка, значит, она не должна была суметь открыть дверь Атриума — если только… если только я не забыла запереть её.

Чёрт! А я забыла! Расстроенная поведением Аарона и Кая, я совершенно забыла запереть за собой дверь! И как много она услышала?

— Тори, эм. Подожди минуточку.

Её взгляд переключился на телефон, который я держала у уха.

— Прости, — сказала я несуществующему абоненту, стараясь звучать естественно и искренне надеясь, что Тори не раскроет мой блеф. — Я перезвоню тебе позже, ок? Хорошо. Давай, пока.

Я быстро убрала телефон в карман, пока она не заметила чёрный экран. Она перевела взгляд на Зуиласа, и я расслабленно выдохнула: раз она не засмеялась мне в лицо, значит, ничего не заподозрила.

— Ты напугала меня, — едва слышно сказала я.

— Прости, — ответила она, не отрывая глаз от Зуиласа. — С кем ты разговаривала?

— С Амалией, — на ходу придумала я.

Не обращая на меня никакого внимания, Тори подошла к Зуиласу поближе. Вместо страха и пренебрежения — а именно эти две эмоции чаще всего отражались на лицах у магов, увидевших Зуиласа — на её лице читалось восхищение. Она с интересом осмотрела моего демона с ног до головы. Зуилас стоял по стойке смирно, на его лице не дёргался ни единый мускул, как и положено демону, находящемуся в рабстве. Да, он был гораздо лучшим актёром, чем я.

— Это ты его так одела? — неожиданно спросила она. — Или же он уже был таким, когда ты его призвала?

Я в непонимании уставилась на неё — она что, считает демона какой-то куклой?

— Нет, он таким и появился в круге. Эм, Тори, я могу тебе чем-то помочь?

— Да, — она слегка наклонила голову, так и не отрывая взгляд от моего демона. — Чёрт, девочка.

— А? — спросила я, сбитая с толку её восхищённым тоном.

Она указала на голый торс Зуиласа.

— Ты же заметила? Не могла не заметить. Нет, я конечно понимаю, что он демон, но, блин, этот пресс!

Я закашлялась, а она продолжила как ни в чём ни бывало.

— Наверное, это самая демоническая черта из всего его тела. Ни у одного мужчины нет такого пресса!

Я чувствовала, как начали полыхать мои щёки. Она что, серьёзно восхищается фигурой Зуиласа? Прямо здесь? Сейчас? Или же она просто проверяет меня — пытается заставить меня признаться, что мне нравится тело моего демона? Конечно, он был красив, а в его теле вообще не было изъянов, но он не… и я не…. и мы не… И вообще, зачем она об этом заговорила?

— Я не могу его одеть поприличней. Когда он исчезает в инферно, вся дополнительная одежда остаётся здесь — это непрактично. Но это и неважно. Он же демон, а не…

Не человек. Не мужчина человеческого рода. Меня не должно волновать, что половину времени он ходит полуголый, а вторую половину — почти голый.

— …не мужчина, — заикаясь, закончила я предложение.

Тори заулыбалась, и я захлопнула рот, опасаясь, что только что усугубила ситуацию.

— А почему он сейчас не в инферно? — спросила она.

Щёки пылали так, что кожа, наверное, была краснее, чем у Зуиласа. Что же ей ответить?

— Я..я изучала, — какую ложь ей выдать, чтобы она была хоть немного похожа на правду? — магические особенности демонической крови.

Молодец, Робин! Нашла, что сказать. А что, если она подумает, что я тут провожу неэтические, запрещенные законом эксперименты?

— А, понятно, — она подошла ко мне поближе, — Так вот, я вообще-то хотела тебя кое о чём спросить.

— Кое о чём другом, — раздражённо прошептала я.

— Ага.

Ой, я не думала, что она это услышит.

— Ты знаешь что-нибудь о демонических артефактах?

— Ты имеешь в виду, об объектах, которые используются при вызове демона и заключении контракта? Типа инферно? — удивлённо спросила я.

— Нет, я имею в виду артефакты, созданные с помощью демонической магии. Созданные демонами. Есть такие вообще?

Тори была ведьмой, что означает, что она вообще не должна интересоваться такими вещами. Вот только она ещё и дружила с тремя магами, от которых несло демоном.

— А почему ты этим интересуешься? — осторожно спросила я.

— Провожу исследования для работы.

— Ах.

Мне очень хотелось взглянуть на Зуиласа, чтобы он подтвердил то, в чём я и так уверена — она лжёт.

Демонические артефакты. Об их существовании я знала только потому, что Зуилас мне об этом рассказал. Что заставило Тори спросить меня об этом? Насколько я знаю, она не принадлежит к классу Демоники — разве что…разве что тот запах демона исходил от неё.

Повернувшись к Зуиласу, я постучала пальцем по его броне.

— Это и есть демонический артефакт. Он наделён магическими свойствами, но какими и для чего — я не знаю. У призванных демонов могут быть демонические артефакты, но как только они вступают в контракт с человеком, то теряют способность использовать их или создавать новые.

Я уставилась на неё, пытаясь прочитать её реакцию на мои слова, но на её лице не отразилось ни единой эмоции.

— А ты случайно не знаешь, кто может знать о демонических артефактах? — спросила она.

— Ну, если не считать самих демонов, — с которым я как раз и обсуждала эту тему, — я больше никого не знаю.

— А призыватели так делают? Обсуждают с демонами разные темы?

— Ну, призыватели разговаривают с демонами — точнее, обсуждают условия контракта. Но… Даже если кто-то и изучал демонические артефакты, то найти такого эксперта по Демонике будет очень сложно. Отыскать опытного призывателя и так сложно, а если он ещё и образованный — это и вовсе один шанс из тысячи.

После этих слов Тори изменилась в лице — на нём явно читалась беспомощность и разочарование. И хоть она быстро спрятала их под маской равнодушия, я всё же успела заметить то глухое отчаяние, которое проскользнуло на её лице. Ей не просто было интересно узнать о демонических артефактах. Нет, она нуждалась в ответах. Но вот почему — я и понятия не имела.

— Я как раз изучаю некоторые аспекты Демоники, — сказал я, поправив очки, — Не конкретно демонические артефакты, но кое-что из этой области.

Сомнения заполонили мои мысли: а не глупо ли я сейчас поступаю? Не будет ли опрометчивым поступком — предложить ей помощь?

— Есть один маг. Призыватель в отставке. Сейчас он изготавливает инферно. Я слышала, что он считается экспертом в области Демоники. Я собиралась сходить к нему, но… мне как-то страшно идти одной.

Блин, это было глупой идеей. Надо было промолчать!

— А могу я пойти с тобой? — спросила Тори. — Мы вдвоём можем порасспрашивать его о темах, которые нам важны.

Все мои сомнения исчезли, как только я увидела её, озарённое надеждой, лицо. Какие бы причины её не толкали, для неё это было важно. Действительно важно. Не думаю, что, помогая ей, наврежу себе. К тому же, во время этих расспросов я смогу узнать, не заметила ли она чего необычного на шее у Тахеша.

— Звучит отлично. Ты же, в основном, работаешь по вечерам? Когда у тебя следующий выходной?

— В субботу.

— Хорошо. Тогда встретимся в 7.

— Значит, в 7, - она внимательно осмотрела меня, а затем вздохнула. — Робин, могу я дать тебе один совет?

— Д-да? — тревога вспыхнула с новой силой.

— Когда кто-то задаёт тебе вопросы, на которые ты не хочешь отвечать, самым лучшим ответом будет «пошёл на хрен».

Я лишь молча смотрела на неё.

— Тебе следует попробовать так ответить.

— А? Ага.

— Что ж, увидимся в субботу, — и на этом исчезла так же быстро, как и появилась.

Посмотрев на пустое место ещё пару секунд, я медленно подошла к двери и заперла её, после чего проверила, что точно заперла.

Пока я была занята дверью, Зуилас уже расслабился и уселся за стол:

— Это не от неё пахнет vīsh. Запах есть на ней, но он едва различим.

— Значит, это один из магов, — промямлила я.

— Она солгала."Провожу исследования для работы», — сымитировал он её. — Это ложь.

— Я так и поняла. Ты заметил что-нибудь ещё?

— От неё исходит запах страха и боли.

Я медленно осела на стул. Тори отчаянно искала ответы. Если эта ведьма искала что-то по Демонике, то есть большая вероятность, что это связано с её друзьями и их секретом — секретом, который привёл их в парк к Тахешу и который заставил сбежать при одном только упоминании о МагиПоле.

— Нам нужно узнать, от какого мага несло демоном, — констатировала я. — И почему.

— Это imadnul. Это неважно, drādah. Этот демон очень могущественный. Нам лучше держаться от него подальше.

— Разве это не ты недавно говорил, что хочешь спуститься вниз и обнюхать этих магов?

— Мне хватило запаха vīsh на этой женщине, чтобы удостовериться в своих подозрениях. Раньше я подозревал, что это Третий Дом. Но теперь я уверен, что он из Второго Дома.

— А что, Второй Дом хуже Третьего?

— Первый и Второй Дома всегда были союзниками. Их Dīnen старые, сильные и умные. — Его хвост медленно полз по полу. — И именно эти два Дома чаще других убивают демонов из моего Дома.

— Но почему?

— Потому что мы слабые. Они ненавидят нас. Они называют нас karkis.

— Что это значит?

— На твоём языке это означает… предатели. Наш Дом до этого никогда не призывался, и они считают, что это наша вина.

— Ваша вина в том, что призываются другие демоны? Но это же глупо!

— Они решили это давным-давно. Все остальные Дома согласились с ними. Поэтому нас все стремятся убить. В моём Доме демонов меньше, чем в остальных — даже в тех, из которых демоны призываются сотнями и тысячами.

Всё моё нутро застыло в ужасе. Остальные демоны уничтожают его Дом? И всё это в наказание за деяния людей? Общество демонов решило обвинить в своих страданиях самых слабых?

— В моём Доме осталось очень мало демонов. Некому больше учить молодых демонов, так что они никогда не научатся быть сильными.

— Ты поэтому хочешь вернуться домой? — прошептала я. — Чтобы научить их?

— Na, я? Они не хотят, чтобы я их учил. Меня они тоже ненавидят, — он встал из-за стола, явно намереваясь сменить тему. — Drādah, я хочу знать.

— Что? — с осторожностью спросила я.

— А что такое пресс?

Блин, а я так надеялась, что он забудет о словах Тори. Вот только этот демон никогда ничего не забывает!

— Пресс — это мышцы…эм, мышцы твоего живота.

— Что она имела в виду, когда сказала, что мои мышцы идеальны?

— Просто забудь её слова!

— Но, когда она это сказала, твоё лицо снова изменило цвет.

Я поспешила отойти подальше от его настырного взгляда и идеального пресса — и направилась к книжному шкафу.

— Зуилас, не обращай внимания на её слова.

Конечно же, он пошёл следом за мной.

— Что она имела в виду?

— Ничего.

— Мой пресс лучше, чем у hh'ainun?

— Я не знаю.

— Ты хочешь надеть на меня одежду?

— Нет.

— Почему твоё лицо снова поменяло цвет?

— Мне нужно сосредоточиться! — сказала я, схватив первую попавшуюся книгу.

Напряжение в комнате нарастало.

Он придвинулся поближе — тёплое дыхание опалило моё ухо:

— Я идеален, drādah?

Закашлявшись, я отбежала к столу и уселась за него, внимательно вчитываясь в книгу. Точнее, пыталась вчитаться в книгу — я никак не могла вспомнить, что я вообще хотела здесь найти.

По комнате пробежал низкий, гортанный смех Зуиласа. С горящими щеками, сцепив зубы, я мысленно проклинала Тори и её язык без костей.

Глава 4

Меня разбудил яркий солнечный свет, пробивающийся сквозь шторы. На секунду я разозлись на Зуиласа, который не закрыл их после своих ночных прогулок, но тут же забыла о всяком раздражении, когда до меня наконец-то дошло. Солнечный свет! В январе!

Отбросив одеяло, я выскочила из кровати. Холодный воздух тут же укутал моё тело — коротенькая хлопковая пижама не спасала от холода — но я не обращал на это никакого внимания. Распахнув шторы, я уставилась на голубое небо, на котором кое-где виднелись пушистые облака. Благодаря солнцу, унылый пейзаж за моим окном заиграл яркими красками.

Зимы в Ванкувере были мягкими, но платой за отсутствие морозов была постоянная облачность. Увидеть солнце в январе тоже самое, что и увидеть падающую звезду — редкая удача. Ухмыляясь, я выскочила в гостиную и распахнула тяжёлые шторы, впуская в комнату солнечный свет.

Я подставила солнечным лучикам своё лицо, наслаждаясь их теплом. Вот оно — счастье! Поскорей бы пришло лето! Можно будет читать на улице, прислушиваться к ветру, вдыхать ароматы цветов и запах свежескошенной травы…

Счастливая улыбка всё ещё блуждала на моих губах, когда я отвернулась от окна. Забегая в комнату, я даже не заметила, что она уже занята. На диване, удобно положив голову на подушку, развалился Зуилас. Между ним и спинкой диванчика лежала Носочек, навострив ушки при моём приближении.

Оказалось, что пока я наблюдала за солнцем, за мной наблюдал. Он был расслаблен, как будто бы только проснулся, вот только в его глазах не было ни малейших признаков сонливости. Его пристальный, ищущий взгляд заскользил по моему лицу.

Что же он хочет найти?

По телу побежали мурашки, а в животе начало подозрительно покалывать. Я поспешила отойти от окна и поскользнулась на чём-то маленьком и круглом. По полу заскользила игрушка Носочка, и я с грохотом приземлилась на пол, больно ударившись локтем о стол. Носочек соскочила с дивана и устремилась вслед за мячиком. Я же, морщась от боли, принялась тереть локоть.

— На этот раз ты даже не ступала назад, vayanin, — сказал Зуилас, закинув руки за голову.

Новое оскорбление? Чудесно.

— Ты должен убирать за своей кошкой.

— Моей кошкой?

— Ну, из нас троих ты ей нравишься больше всех, — ответила я, со злостью глядя на проклятый мячик, из-за которого я свалилась.

— И поэтому она стала моей? — его хвост слегка дёрнулся. — Как сильно я нравлюсь тебе, vayanin?

— Ха. Хорошая попытка. Кстати, что это значит — vayanin?

Он ухмыльнулся.

— Я надеюсь, что это не значит — неуклюжая! — я уставилась на него, скрестив руки.

Его улыбка стала ещё шире, и я прикусила щеку, чтобы не зарычать. Он точно назвал меня неуклюжей — на демоническом языке. Я надеюсь, это прозвище не приклеится ко мне.

— Как давно ты дома?

— Пару часов. Я пришёл с рассветом, — ответил он, зевнув. — Hh'ainun так долго спят.

— Демонам тоже не помешало бы спать подольше, — хоть он и часто спит, но не крепко. Он всё время на страже. — В следующий раз не забудь закрыть шторы!

— Hnn.

Вернувшись в спальню, я поспешила переодеться в тёплый свитер и штаны для занятий йогой. Сегодня я никуда не планировала выходить, так что лучше одеться покомфортней. Закончив с утренним туалетом, я отправилась на кухню.

Носочек загнала шарик в расщелину между холодильником и полом и теперь смотрела на меня обвинительным взглядом.

— Это не я загнала туда твою игрушку, — сказала я ей, вынимая мячик.

Я швырнула его через стол, и кошечка поспешила следом за ним. Квартиру заливал тёплый солнечный свет, и ко мне постепенно начало возвращаться хорошее настроение. Напевая под нос песенку, я достала из холодильника йогурт, арахисовое масло, яблоко и клубнично-банановый сок.

Я только уселась за стол и принялась разрезать яблоко на четыре части, как Зуилас соскользнул с дивана. Выпрямившись, он принялся потягиваться, обнажая идеальный пресс, и демонстрируя гибкость, до которой далеко самому искусному гимнасту. Когда он наконец закончил с потягиванием, я быстренько переключила внимание на завтрак. И вовремя. Потому что в этот момент распахнулась дверь спальни Амалии, и она вышла на кухню, плюхнувшись на стул рядом со мной.

— Чего ты вскочила в такую рань? — пробубнела она. — Ты это себе налила?

Не дожидаясь ответа, Амалия схватила мой стакан и выпила весь сок.

— Сегодня солнечно, — радостно ответила я ей. Обойдя стол, я достала из холодильника сок налила ей и себе по стакану, и положила перед ней яблоко.

— К тому же, у меня много работы, так что лучше начать пораньше.

— Ты имеешь в виду перевод гримуара? Вот с этим можно и не спешить.

— Да, но я хочу найти вставки от Мирин. Я перевожу гримуар вот уже как две недели, но так и не наткнулась на информацию о вызове демонов. Наверное, нужно углубиться в книгу и поискать нужную информацию.

— В принципе да, — согласилась со мной Амалия.

Пока я намазывала яблоко арахисовым маслом, ко мне подошёл Зуилас. В одной руке он держал Носочка, которая от удовольствия мурчала уж слишком громко, как для такого маленького создания.

— Ты узнала что-нибудь о том призывателе? — спросила я Амалию.

— Отец сказал, что его зовут Наим Ашраф. Сейчас он состоит в гильдии Глаз Одина. Ты уверена, что хочешь взять с собой Тори? Возможно, тебе придётся применить силу, чтобы заставить этого чувака говорить.

Я рассказал ей о моём вчерашнем разговоре с Тори.

— Мы с тобой можем встретиться с ним ещё раз. А сейчас я хочу узнать, что скрывает Тори. Почему ей так важно узнать о демонических артефактах?

Зуилас неотрывно следил за тем, как я разрезаю яблоко и мажу кусочки арахисовым маслом.

— Может она видела амулет на Тахеше, — предположила Амалия. — А может амулет у неё. В конце концов, она была там, когда он умер. Она могла… агх…А тебе обязательно нужно это делать?

Я протянула кусочек яблока Зуиласу. Он пересадил Носочка на плечо, а сам принялся с любопытством обнюхивать яблоко. Кошечка облизала его щёку и заурчала ещё громче.

— Ему не нужна еда, — принялась жаловаться Амалия. — Зачем ты…

— Тори была такой расстроенной, — прервала я её, — Не думаю, что она была такой из-за какого-то амулета, замеченного на теле демона. Даже если он у неё, откуда ей знать, что это такое и насколько он важен? Даже мы этого не знаем, а ведь у нас есть гримуар.

— И то правда, — ответила она, с ужасом наблюдая за тем, как Зуилас не жуя проглотил целый кусок яблока. — Вообще-то это не совсем демонический артефакт. Большая часть заклинания — это Аркана.

Я принялась намазывать масло на следующий кусочек яблока.

— Лучше бы это было не для него, — нахмурилась Амалия.

Нахмурившись в ответ, я упрямо протянула моему демону кусочек яблока.

— Почему нет? Тебя что, это как-то оскорбляет?

— Нет. Просто это странно, — она уставилась на Зуиласа, который как раз засунул в рот кусочек яблока. — А ты? Разве это не оскорбляет твою гордость, что она кормит тебя, как малыша?

— Я не знаю такого слова.

— Это значит ребёнок. Она кормит тебя, как ребёнка.

— Я не ребёнок.

— Это очевидно. Но она относится к тебе, как к ребёнку.

— Разве hh'ainun кормят только детей? — переключил он на меня свой взгляд.

— Нет, — гневно уставилась я на Амалию, — Я кормлю тебя, потому что тебе это нравится, а не потому что я отношусь к тебе, как к ребёнку.

Носочек спрыгнула с его плеча прямо на стол. Я прогнала её, злая на Амалию за то, что она испоганила то немногое, что я могла сделать для Зуиласа.

— Hnn. А мне нравится, когда ты меня кормишь.

— Хорошо. Это…

— В моём мире детей не кормят.

— В смысле?

В его глазах появилось странное мерцание, когда он уставился в мои глаза:

— В моём мире мужчины дают еду женщинам. Они это делают, когда хотят сделать женщине ребёнка.

У меня отвисла челюсть. Сделать…ребёнка?

Он медленно слизал с пальца остатки арахисового масла.

— Нам не нужна еда — мы подзаряжаемся от солнца. Еда — это просто что-то, чем мы можем наслаждаться.

Я не могла никак отреагировать. Не могла отвести от него взгляд. Мозг просто не работал.

— Мужчины отдают женщинам редкую или особо вкусную еду. Если она её съест, значит, она считает мужчину подходящим для зачатия ребёнка, — он на мгновение задумался. — Ну или она хочет заманить его, чтобы потом убить. Но, если она тоже хочет сделать ребёнка, то она…

— Стоп, — закричала я. — Нет, нет, нет. Нет! Я не поэтому кормила тебя! Я не… Это было не…

— Я знаю, — раздражённо сморщился он. — Я не zh'ūltis. Я знаю, что у hh'ainu всё по-другому.

Слабое облегчение скрасило моё смущение, и в этот момент он наклонился ко мне близко близко — так близко, что я могла услышать его запах с привкусом арахисового масла.

— Но это же весело, na? — усмехнулся он, обнажая кончики клыков. — Продолжай кормить меня, vayanin.

Я так и стояла с открытым ртом, когда он отошёл от меня и направился в мою спальню. Щёки пылали.

Снова.

Я медленно листала гримуар, чувствуя приближение головной боли. Я и понятия не имела, как именно выглядят вставки от Мирин, поэтому всё, что я могла сделать — это искать её имя в целом рое иностранных слов.

Антея начинала свой магический путь, как чародейка. Правда, я не знала её специальности. Также мне не была знакома и та ветвь Арканы, на которой она сосредоточилась. Усложнял поиск и древнегреческий язык, на котором был написан гримуар.

Вдобавок ко всему Антея очень рано начала экспериментировать с магией. Почти четверть книги была посвящена определённому типу заклинания и его тестированию. И тестированию. И снова тестированию. Мне было интересно, сколько времени она потратила на его усовершенствование? Месяцы? Годы? Десятилетия?

В конце концов она переключилась на новое заклинание — то, которое предшествовало изображению утерянного амулета. Я лениво пролистнула страницу, а затем ещё две дюжины страниц с экспериментами, исправлениями, дополнениями и тестированиями заклинания. Только на то, чтобы скопировать эти страницы, уйдут месяцы.

Перевернув следующую страницу, я увидела эскиз иллюстрации демона Первого Дома. Неужели я дошла до того момента, когда Антея начала призывать демонов? Были ли все эти заклинания её попытками вызвать демонов? Я решила показать их Амалии, когда она вернётся домой. Возможно, она сможет понять, есть ли в этих заклинаниях что-то схожее с современными заклинаниями, используемыми для призыва.

Я пролистала описание Двенадцатого Дома, после которого шло очередное заклинание. Длинный абзац, написанный мелким шрифтом, занимал нижнюю часть страницы. И там — в самом конце — было два крошечных слова:

Μυρρίνη Ἀθάνας

Мирин Атанас.

Ну наконец-то. Я схватила блокнот с карандашом, открыла ноутбук, на экране которого уже горел древнегреческий словарь, и начала переводить.

Спустя долгое время, забыв про головную боль, я перечитывала перевод.

Так ли это неправильно с моей стороны добавить свои мысли в этот гримуар? Я покорно переписала каждое слово, но больше не могу сдерживать свои мысли.

Интересно, почему Антея запретила призывать Двенадцатый Дом? Зачем предупреждать своих потомков о возмездии со стороны Двенадцатого Дома, но при этом не бояться гнева других Домов? Чем так отличается Двенадцатый Дом?

Я не могу не задаться вопросом: что если это лживое предупреждение, единственная цель которого — обмануть нас?

Возможно, завтра, когда я призову демона из Двенадцатого Дома, я узнаю, что пыталась скрыть наша великолепная и загадочная праматерь. Если её предупреждение окажется правдой, то я больше ничего не допишу в этот гримуар. Сестра, я надеюсь ты сможешь простить мою глупую надежду.

— Мирин Атанас.

Я снова и снова перечитывала эти строки. Так Мирин всё-таки пыталась призвать демона из Двенадцатого Дома! Должно быть она выжила, ведь мама писала, что в книге имеется, как минимум, пять вставок от Мирин. Удалось ли ей призвать демона?

— Зуилас!

Скрестив ноги, он сидел на полу в гостиной и собирал пазл из 5000 элементов, который я ему вчера купила. Я сразу же спрятала коробку, чтобы он не увидел рисунка. Не зная конечного результат, у него уйдёт полдня, чтобы собрать пазл. Его медленному прогрессу «способствовала» Носочек, которая то и дело прогуливалась по деталям и смешивала их.

Услышав, что я его зову, он тут же оторвался от своего занятия. Я постаралась (безуспешно) не покраснеть, когда он вплотную приблизился ко мне.

— Я нашла первую запись от Мирин, в которой она говорит, что планирует призвать демона из Дома Vh’alyir.

— Нас никогда не призывали.

— Возможно она пыталась призвать демона, но ничего не вышло. Мирин думала, что предупреждение о Двенадцатом Доме было ложью. Но зачем Антея солгала? И в чём именно состоит ложь?

— Найди её следующую запись, и тогда мы узнаем наверняка, — ответил Зуилас, ударив хвостом по полу.

— Я сейчас не могу. Через пару часов мне нужно быть в гильдии, чтобы встретиться с Тори и….

Его голова резко дёрнулась в сторону двери, а затем он превратился в красный луч, который исчез в инферно. Через мгновение раздался стук в дверь. Осторожно подойдя к двери, я посмотрела в глазок.

За дверью стояла миниатюрная блондинка, одетая в кожаную куртку. За плечом у неё висел мешок, в котором — и я в это уверенна — висел меч.

— Привет, Зора, — прошептала я, открыв двери.

Окинув меня недоверчивым взглядом, она вошла в квартиру. Крепко сжав челюсти, я внимательно следила за тем, как она оценивает мой дом — книги, несобранный пазл, остатки завтрака на столе и Носочка, которая забилась под диван.

— Зачем вы с Тори собрались в гильдию Глаз Одина? — спросила она, повернувшись ко мне.

Она была не очень довольна, когда я написала ей сообщение о моём приходе в гильдию. Мне также пришлось сообщить ей о наших с Тори планах. Правда, сделала я это всего пару часов назад. Похоже, что ей мало того, что я сообщаю о своих передвижениях — она пришла лично убедиться в моих словах.

— Зачем вам туда идти? — спросила она, с подозрением уставившись на меня, — И как во всё этого вписывается Тори?

— Мы хотим поговорить с одним из членов гильдии — он бывший призыватель. У Тори есть вопросы по Демонике, а я изучаю кое-что связанное с фамильным гримуаром.

Зора открыла рот и тут же закрыла его. Подойдя к столу, она внимательно осмотрела гримуар.

— Он принадлежит твоей семье?

— Да. Я занимаюсь его переводом.

— Где твой демон?

— В инферно.

— А Амалия?

— Ушла за покупками. В её любимом магазине тканей проходит распродажа.

— Так ты со среды не покидала квартиру? Что ты делала в гильдии?

— Я брала книги по Аркане в Атриуме. И там же наткнулась на Тори, и мы решили сходить к этому бывшему призывателю.

Зора помолчала, видимо пытаясь найти, к чему бы придраться, но так и не нашла ничего подозрительного.

— Я хочу знать всё о вашем походе. И не вздумай что-то утаить, потому что я обязательно обо всём спрошу у Тори.

Внутри начал нарастать гнев, но я тут же потушила его. Гнев не поможет мне вернуть её доверие.

— Мне нужно идти…, - пробурчала она. — Внизу меня ждёт команда.

— Вы идёте на задание?

Я была вместе с ней всего лишь на одной операции. Не то, чтобы мне так уж понравился этот опыт. Нет. Просто тогда она мне доверяла.

— Мы помогаем гильдии Морских Дьяволов с расследованием, — она поморщилась, заметив мой непонимающий взгляд. — Ты разве не слышала?

— О чём?

— Об атаке на гильдию.

Мои глаза расширились в ужасе.

— Да, похоже не слышала. Две ночи назад группа изгоев атаковала гильдию Рыцари Пандоры. О ней то ты хоть слышала?

— Гильдия магов?

— Да. Атака изгоев — дело само по себе неслыханное, а повторная атака и подавно. Дело в том, что прошлой ночью изгои напали на гильдию Морских Дьяволов.

— Почти все члены гильдии Рыцари Пандоры — охотники за головами, да? Но вот Морские Дьяволы…

— Да, они лишь изредка берутся за такую работу. Их гильдия не была готова к атаке. Погибли два человека.

Я охнула.

Взгляд Зоры стал жёстким:

— Остальные гильдии объединяют усилия, чтобы помочь с расследованием. Рано или поздно мы поймаем этих изгоев. Но до тех пор будь осторожна — особенно в гильдии Глаз Одина.

Я кивнула.

Окинув меня взглядом, она добавила:

— Кстати, а ты что, собралась вот так идти на встречу?

На мне был надет объёмный свитер с Гарфилдом. Вообще-то Амалия подарила этот свитер Зуиласу на Рождество, но он отказался его носить.

— Нет, я переоденусь.

— Правильно. Никто в гильдии Глаз Одина не воспримет тебя серьёзно. Надень кожаное обмундирование.

— Кожаное обмундирование? Но у меня его нет.

— У тебя до сих пор нет боевого снаряжения?

— Я не знаю, что покупать, — промямлия я.

— Кожу. Кожаная одежда лучше всего остального, — она прошла к двери. — Мне нужно идти. Обязательно отпишись после встречи.

— Хорошо. Удачи в расследовании.

— Спасибо…, - оборвав себя на полуслове, она с удивлением взглянула на меня и вылетела из квартиры, захлопнув за собой двери.

Ещё раз осмотрев себя с ног до головы, я отправила Амалии сообщение. Похоже мне придётся отправиться вместе с ней на шоппинг.

Глава 5

— Итак… Ты расскажешь мне об этом чуваке? — спросила Тори.

Мы только-только вышли на улицу Мэйн, а я уже запыхалась. Блин, Тори была немного выше среднестатистической девушки, однако шагала она так быстро, что я едва поспевала за ней.

— Если честно, я практически ничего о нём не знаю, — ответила я, натягивая рукава моей новой куртки. Кожаной. Да, кожа — это явно не моё. Эту куртку мне выбрала Амалия, потому что мне не понравилась ни одна из тех, что я видела. Не знаю, зачем я её купила. Она была чёрной, плотно обтягивала моё худенькое тело и ни капельки мне не шла.

— Пока он не ушёл на пенсию, он был опытным призывателем. Это было 15 лет назад. Теперь он занят изготовлением инферно. Считается, что он должен хорошо разбираться в Демонике. Согласно слухам, — а источником этих слухов был дядя Джэк, — он всегда выбирал хитрые пути, когда был призывателем. Он и сейчас интересуется новыми способами призыва и старается изучать всё необычное, что касается Демоники.

Мы подошли к перекрёстку.

— Если мы не преуспеем с этим чуваком, как думаешь, кто ещё может ответить на вопросы по Демонике? — спросила Тори.

— Ну, вообще-то Демоника — не самый распространённый класс в магическом обществе. А призыватели встречаются и того реже. Для этого дела требуется много и тщательно учиться, а само призывание демона — это утомительное и опасное занятие.

— Утомительное и опасное? Обычно эти два слова не сочетаются.

— Если что-то пойдёт не так, то это опасно. Если же всё получится, то это утомительно, — пояснила я, со страхом вспоминания, каким опасным был мой опыт заключения контракта. — Только на то, чтобы нарисовать круг призыва, уходят недели. Кроме того, часто приходится ждать по несколько месяцев, пока демон согласится на контракт.

— А как ты стала подрядчиком? — заинтересованно спросила Тори.

Ну почему я не предвидела этот вопрос? И как на него ответить? Я же не могу ей сказать «совершенно случайно» или"это была судьба». Хотя и тот, и тот ответ — абсолютная правда.

— Ну… так получилось, — глупо ответила я. — Просто все мои предки относятся к классу Демоника.

Она молча приняла мой ответ, и я начал паниковать. Может этот совместный поход и правда был плохой идеей? Вот только мы уже прошли Чайнатаун, так что отступать было поздно.

— Мы на пол пути к моему дому, — отметила Тори. — Надо было спросить у тебя адрес, прежде чем мы договорились встретиться в гильдии.

— Ой, прости. Да, это было бы проще.

Мы как раз были недалеко от того места, откуда мы с Зуиласом сбегали от Тахеша на поезде.

— Кстати, — я краем глаза взглянула на барменшу. — Как давно ты дружишь с Каем, Эзрой и Аароном?

— С моего первого дня работы в гильдии, — на её губах вдруг заиграла лёгкая улыбка. — Аарон одинок.

— А? — с чего бы это вдруг она это сказала?

— Я знаю, что он холодно к тебе относится, но вообще-то он хороший парень.

— Мне он неинтересен, — рявкнула я, едва она закончила говорить.

Её брови поползли вверх. Похоже, она не ожидала такого тона.

— И почему едва ли не каждый член гильдии решил, что я хочу встречаться с одним из них? Только потому что они красавчики? Это глупо!

Я устремилась вперёд, игнорируя её довольный вид. Какой отчаянной, по её мнению, я должна быть, чтобы хотеть встречаться с тем, кто откровенно меня недолюбливает? А ведь Тори даже не знает, почему он так холоден со мной. По крайней мере, я надеюсь, что она не знает.

Пока гнев не набрал новых оборотов, я поспешила напомнить себе, что меня интересовал не Аарон.

— Вообще-то я хотела спросить за Эзру, — выпалила я.

— А что с ним?

Как же вежливо заговорить об этом нелегальном секрете?

— Похоже, он милый, — неуверенно начала я.

— Он милый, — коротко ответила она.

— Он же аэромаг?

— Да.

— А насколько он сильный?

— Не такой сильный, как Аарон или Кай, но довольно сильный.

— Хм…

Был ли он таким слабым, что захотел компенсировать недостаток силы контрактом с демоном?

— А что случилось с его глазом?

— Неудачная лыжная гонка. Он неожиданно наехал на очень агрессивную сосну.

Поморщившись, я внимательно взглянула на неё. Хоть её ответ и был вежливым, но вот из глаз улетучилась вся дружелюбность.

Наш путь лежал вглубь торговой зоны, где сегодня были закрыты все склады и предприятия. Наш разговор сошёл на нет, за исключением коротких, гневных вопросов со стороны Тори о том, правильно ли мы идём. Я заверила её, что мы идём верной дорогой. Просто мы сократили путь, а потому идём по тёмным улочкам. Но боятся нечего: в конце концов, я же подрядчик. Так что, если вдруг что-то пойдёт не так, Зуилас нам всегда поможет.

Конечной целью нашего пути было небольшое двухэтажное здание с синей крышей и большими окнами, спрятанное за складом вторсырья. Сверившись с телефоном, я свернула на парковку — Тори следовала за мной. Пройдя мимо нескольких припаркованных автомобилей, мы подошли к двери из матового стекла, на которой был нарисован логотип гильдии Глаз Одина и висела табличка «Частное Охранное Предприятие.» Охранное предприятие было лучшим прикрытием для магической гильдии, чем пыльный магазин игрушек, который был прикрытием для гильдии Великий Гримуар.

— Вау, вау, вау, — Тори вылупилась на дверь, как будто никогда в жизни ничего подобного не видела. — Это и есть Глаз Одина? То есть это гильдия?

— А разве я тебе не говорила?

— Нет.

— Я думала, что я сказала о том, что этот призыватель является членом гильдии Глаз Одина. Он консультирует членов гильдии по вопросам Демоники.

— Ты вообще об этом ничего не говорила.

Потому что я узнала всё это только после того, как пригласила её… Упс.

— Ой, прости.

— Ну мы уже здесь, — выдохнула она. — Так что давай сделаем это.

В ярко освещённом вестибюле стояли четыре кожаных кресла и стойка ресепшна, за которой никого не было. Я нерешительно нажала кнопочку звонка, и где-то за стенкой раздалась музыка.

Прошло 10 секунд. 20. 30.

— Кто-нибудь выйдет? — промямлила я.

— А нас тут вообще ждут? — спросила Тори.

— Эм…Нет. Я побоялась, что предупреждение о нашем приходе может взволновать его, и он начнёт избегать встречи.

— И то правда, — ухмыльнувшись, она подошла ко мне поближе. — Что ж, давай узнаем, есть кто дома.

Она нажимала, и нажимала, и нажимала на звонок, пока я наконец не схватила её за руку. Дверь с грохотом распахнулась, и в комнату ворвался мускулистый мужчина со смуглой кожей, чёрными волосами и сердитыми глазами.

Всё повторяется точь-в-точь, как в гильдии Великий Гримуар. Мне надо было отправить сюда Амалию вместе с Тори — они, как два сапога пара.

— Какого хрена… — , начал было мужчина, но тут же запнулся. — Тори?

— Привет, Марио. Как дела?

Мужчина заулыбался во все 32 зуба:

— Что привело тебя сюда? Я так сразу и не вспомню, когда в последний раз в нашу гильдию приходил хоть кто-то из гильдии Ворон и Молот.

— Это всё потому что в нашей гильдии есть классный паб и самая лучшая в мире барменша. А что есть у вас?

— Ну, у нас есть собственные преимущества.

Я шокировано уставилась на разыгравшуюся предо мной сцену. Ладно, это всё не как в Великом Гримуаре. Но откуда Тори знает этого парня? И как ей удается быть одновременно такой расслабленной, очаровательной и убедительной?

И нет, я не завидую.

— Ты пришла повидаться с Иссаей? Встреча только началась, но я могу позвать его, если очень нужно.

— Нет, я здесь, чтобы встретиться с…, - она уставилась на меня.

— Наим Ашфар на месте? — как можно уверенней спросила я.

— Наим? Да, на месте. Пойдёмте, — спокойно сказал Марио.

— Ты знаешь членов этой гильдии? — шёпотом спросила я Тори, пока мы шли по длинному коридору.

— Да, за прошедшую неделю они часто посещали нашу гильдию.

Я вспомнила тех опасно выглядевших людей, которые вышли из паба, когда я заходила в него. Так они были членами гильдии Глаз Одина?

— Если будешь чаще тусоваться с нами, то тоже познакомишься со многими людьми, — заверила меня Тори.

Ага, как будто это так просто. Кто захочется тусоваться с тем, к кому так холодно относится главная боевая группа гильдии?

Марио проводил нас на второй этаж, который был немного похож на Великий Гримуар, вот только гораздо лучше. Здесь стояла удобная мебель, и камин, и мини-бар, и уютная кухонька, и даже книжные шкафы.

— Вау, миленько тут у вас, — отвесила Тори комплимент.

Ухмыльнувшись, Марио прошёл мимо пятерых парней и подошёл к пожилому мужчине, сидевшему в углу комнаты. Тот едва оторвал глаза от толстенного фолианта в кожаном переплёте, когда Марио представил нас, как «посетителей», после чего присоединился к своим друзьям.

Когда мы остались одни, Наим одарил нас более глубоким, вдумчивым, суровым взглядом.

— Вы кто?

От его неприятного голоса веяло арктическим холодом.

— Мы здесь, чтобы задать парочку вопросов по Демонике, — спокойно ответила Тори. — Это не займёт много времени.

— Не знаю, что вам там сказал Марио, но я консультирую только членов своей гильдии.

— Мы быстро.

— А это неважно. Идите в Великий Гримуар, и там задавайте свои вопросы.

Да уж, Амалия предполагала, что Наим не захочет с нами разговаривать. Придётся уговаривать.

— В Великом Гримуаре есть подрядчики, — сказала я, — вот только ОМП арестовал их лидера, и у них не осталось призывателей. Особенно, с таким опытом и репутацией, как у вас.

— Я не собираюсь тратить своё время на объяснение маленьким девочкам элементарных вещей по Демонике. Мой скотч старше вас двоих вместе взятых, так что дайте мне спокойно насладиться им.

Так, вежливость не помогла. Я проскользнула мимо Тори, на ходу расстёгивая куртку.

— Мне не нужны основы, — сказала я, показывая ему инферно. — И если вы хотя бы наполовину так хороши, как о вас говорят, то вы сразу всё поймёте при виде моего инферно.

Наим буквально отшвырнул книгу, освобождая руки. Его взгляд ни на секунду не отрывался от инферно, а жадные пальцы непроизвольно потянулись ко мне. Я отступила назад.

— Это ложь. Не может быть, чтобы такая девчушка, как ты….

Я лёгонько постучала по инферно, мысленно прося Зуиласа показать нам световое шоу. По кулону побежали красные лучи, слегка согревая мои пальцы.

— Так это правда? — воскликнул призыватель. — Так значит ты — Робин Пейдж?

Я слегка поморщилась: когда я успела стать такой популярной? И почему бы всем не забыть о моём существовании?

— Я слышал слухи, что спустя столько лет объявился новый Дом, но я в них не верил. Твой демон должен принадлежать к утерянному Первому Дому. Или… или он принадлежит к легендарному Двенадцатому Дому?

Пока он жадно облизывался, я поудобнее уселась в кресло напротив него:

— Если хотите, мы можем обсудить моего демона после того, как Вы ответите на парочку наших вопросов.

— Что вы хотите знать?

Я взглянула на Тори, и она кивнула, разрешая мне первой задать вопрос.

— Я ищу один артефакт, — начала я говорить, доставая из кармана рисунок потерянного амулета, — Я думаю, что это старинный инферно. А раз уж вы известный специалист по инферно…

Я развернула перед ним собственноручно скопированный рисунок амулета. Мне пришлось перерисовать его, потому что это слишком опасно — показывать непонятно кому страницу из гримуара. Если честно, мне было страшно показывать и этот, скопированный мною, рисунок. Мало ли что этот призыватель выкинет?

Пока Наим рассматривал изображение, я покосилась направо.

Тори с интересом уставилась на картинку. На её лице не отразилось ни одной эмоции — только губы слегка раскрылись в удивлении. Именно это и выдало её. Теперь я точно уверена — Тори уже видела этот амулет.

— Эти символы являются эмблемами домов, — сказал Наим после недолгого молчания. — Я узнал почти все из них. Одиннадцать эмблем, двенадцатая — посередине. Этот амулет представляет все Двенадцать Домов.

Он только собрался было перевернуть рисунок, как я выхватила его из рук. Да, я знаю, что он не сможет призвать демонов, зная лишь эмблему Дома, но всё равно ни за что не позволю ему прикоснуться к этому рисунку.

— Вы когда-нибудь слышали о таком инферно? Или может видели его?

— А это точно инферно? И как ты узнала о нём? Как ты заполучила своего демона? Твой демон должен принадлежать Первому Дому, — его взгляд заскользил по моему инферно. — Эта же эмблема изображена в центре рисунка.

Его жадный взгляд начинал меня раздражать.

— Вы не ответили на мой вопрос.

— Я никогда не видел подобный артефакт. Но, если ты оставишь мне рисунок, то я могу поискать…

Я спрятала рисунок в карман. Если он никогда не видел — или же притворяется, что никогда не видел — этот амулет, то я не позволю ему узнать о нём никакой информации.

— Тори! Что ты хотела спросить?

— А? Спросить. Точно. Да. Я тут расследую серию нераскрытых преступлений, связанных с магами из Демоники.

Я попыталась скрыть досаду. Зуилас предупредил меня, что, когда он находится в инферно, он не может слышать ложь в словах других людей.

— Так вот, несколько свидетелей и другие источники утверждают, что призыватель может как-то создать демона-мага с помощью артефакта, заряженного демонической магией.

Подождите, что она сказала? Демон-маг?

— Что Вы знаете о демонических артефактах? — спросила она у Наима, не обращая внимания на моё всполошенное состояние.

— Я никогда не создавал демона-мага. Не знаю даже, как это делается и нужны ли для этого демонические артефакты.

— Да, да, конечно. Я просто ищу информацию.

Тори раскрыла папку и принялась листать файлы. В одном из них лежала старая фотография, на которой были запечатлены двое мужчин. Увидев их, я охнула.

Тори с удивлением уставилась на меня.

— Эм, прости. Продолжай.

Я перестала слушать их разговор — всё моё внимание поглотила фотография.

Молодой человек лет двадцати пяти, смотрящий прямо в камеру, был мне незнаком. Его кожа и волосы были очень бледными, из-за чего он приобретал размытый вид. Рядом с ним стоял другой молодой парень, чьё лицо было повёрнуто в профиль. Единственным ярким пятном на этой фотографии были его тёмные волосы.

Я бы не узнала этого парня, если бы не глубокий шрам, искажающий его нижнюю губу.

Клод.

Это был он, только лет на 20 моложе. Кто же ещё это мог быть? Какова вероятность, что где-то ходит ещё один мужчина с точно таким же шрамом? Мужчина, связанный с Демоникой?

Усилием воли я заставила себя вслушаться в разговор. Тори только что задала вопрос — который я бесславно пропустила — и теперь с нетерпением ждала ответа Наима.

— Обычно, — начал тот отвечать, — демон призывается в круг. Он не может вырваться или разорвать границы этого круга. Но когда создают демона-мага, то демон призывается в человеческое тело.

На этих словах все мысли о Клоде тут же покинули мою голову.

— Человеческое тело — а точнее, душа — является клеткой, в которую запирается демон. В итоге демон либо срастётся со своим хозяином, либо в попытках бегства убьёт того дурака, который решился предложить своё тело демону. Однако, как только человек умрёт, умрёт и демон.

— Это ужасно, — вскрикнула я.

— Подождите, — спросила Тори, — а если демон призывается прямо в тело, то что тогда с контрактом? Или же демон просто оказывается в ловушке, и у него нет другого выхода, кроме как следовать распоряжениям хозяина?

— Мне кажется, должен быть контракт. Ну или связывающее силу води демона магическое заклинание. Но как я уже сказал, если тебе нужны детали, лучше обратиться к более опытному призывателю. Нет двух одинаковых демонов-магов. Хотя у всех у них одинаковый конец.

Я с трудом сглотнула. Демоны-маги. Конечно я слышала о них, но всегда считала, что это лишь миф. Кошмар, которым пугают непослушных детей. Согласно ОМП, это была самая незаконная магическая практика из всех существующих, и что самое интересное — с этим никто не спорил. Обычно хоть кто-то, да высказывается против решений ОМП, но в данном случае все единодушны: демоны-маги — зло, от которого нужно избавляться на месте.

Из раздумий меня вырвал громкий стук закрывающейся папки.

- Что ж, — рявкнула Тори, — спасибо за неоказанную помощь.

— А теперь скажи мне, где ты взяла своего демона? — спросил меня Наим.

Вот тут-то я и потеряла остатки терпения:

— Дайте нам знать, если обнаружите что-нибудь по моему или Тори вопросу. Вы найдёте нас в гильдии Ворон и Молот.

— Подожди, — закричал он, вскакивая с кресла. — Ты сказала, что, если я отвечу на ваши вопросы, то расскажешь мне о своём демоне.

— Но у Вас не было нужных нам ответов! Я ожидала большего от так называемого великого призывателя.

Опередив Тори, я выскочила за двери.

— Я была слишком грубой? — спросила я Тори, когда она вышла вслед за мной. — Мне нужно было быть помягче. Всё-таки он хоть что-то, да рассказал нам. Мне не нужно было…

— Это было идеально, — ухмыляясь, заверила меня Тори. — Он вёл себя, как козёл. Робин, а ты можешь быть крутой, когда захочешь!

— Я? — Не может быть, чтоб она считала меня крутой. Я и крутость несовместимы.

— Да, ты. Ты не позволила ему насмехаться над собой.

— А он насмехался?

— Пытался, но у него ничего не вышло.

А я даже не заметила. По сравнению с Зуиласом, насмешки Наима были детским лепетом.

— Могу я спросить? А что это за артефакт, который ты показывала Наиму? Выглядел интересным, — как бы между прочим спросила Тори.

— Мне в руки попал один старый гримуар, — решила я более-менее придерживаться правды. — А что это за дело ты расследуешь? Касательно демонов-магов. И почему ты вообще расследуешь это дело?

— Ах, это. Я просто помогаю Аарону и Каю. Вообще-то это их дело. Я же просто вызвалась разузнать информацию.

Вот только это было не для расследования. Зуилас уже подтвердил, что её слова о работе были ложью.

— Понятно, — пробурчала я, когда мы спустились со второго этажа.

Она слегка заколебалась, а затем уставилась мне в глаза. Я ответила ей тем же. В этот момент мне отчаянно хотелось знать, о чём же она думает. Она видела этот амулет — наверное, на шее Тахеша. Возможно она даже знает, что с ним случилось. Вдобавок ко всему она вынюхивает информацию, связанную с Демоникой. И всё это как-то связано с «демоническим» секретом.

Молча мы вышли в коридор.

— Ох, — воскликнула Тори. — Изза, привет!

В коридоре стояла группа людей во главе со смутно знакомой женщиной. Я уже видела её в среду вечером — я тогда столкнулась с ней в дверях гильдии Ворон и Молот. Она мне ещё улыбнулась.

— Тори? — поморщилась женщина. — А что ты здесь делаешь?

Я стояла за спиной Тори, пытаясь рассмотреть женщину, у которой оказался очень интересный акцент. Но Тори закрывала всё обозрение.

— Рада вас видеть. Мы уже уходим.

— Зачем ты приходила? Тори…

Не обращая внимания на вопросы женщины, Тори проскользнула к выходу — я семенила за ней.

Мы почти дошли до входной двери.

— Что случилось? — спросила я у Тори.

— Да нет, ничего. Просто этот парень — ну тот лысый коротышка — он известный охотник за головами. Он совсем недавно приходил к нам в гильдии и вёл себя со мной, как последний придурок.

А я и не заметила никакого лысого коротышки.

— Известный охотник за головами? А как его зовут?

— Шейн Давила, — ответила Тори, взявшись за ручку двери. — Ты когда-нибудь слышала….

Не было никакого предупреждения. Не было никакого внутреннего голоса, кричащего, что сейчас произойдёт что-то плохое. Просто здание вдруг резко зашаталось, как будто в него кто-то бросил пушечное ядро.

Глава 6

Тори завалилась на меня. Пол задрожал, и я вцепилась в неё, пытаясь удержать равновесие. По всей гильдии то и дело раздавались крики испуганных магов. Тори повернулась лицом к входной двери и в ужасе ахнула, а её лицо побелело от страха.

За дверью полыхали оранжевые костры. Я в ужасе отпрянула назад: нет, это не могло быть тем, чем казалось! Не может быть, чтобы на улице в прямом смысле этого слова разверзся ад…

Раздался взрыв, и разбилась стеклянная дверь, впуская в вестибюль потоки огня. Тори вскинула руку:

— Ori repercutio!

Воздух замерцал, отражая потоки огня от нас с Тори. Я заметила в руке барменши разорванную игральную карту — магический артефакт.

— Я думала, что ты ведьма!

— Как бы да, но…

Что-то вдруг зазвенело где-то вдалеке. Затем ближе, и ближе, и ближе. Весь коридор был укутан дымом, но даже в такой плохой видимости было невозможно не заметить огромную тень, стоящую в дверном проёме.

Этот стальной зверь со звоном переступил порог и вошёл в здание. У существа было четыре ноги, огромная металлическая пасть, в которой то и дело мелькали устрашающего вида треугольные зубы, а все конечности были соединены тяжёлыми шестернями. Всё тело этого создания покрывали светящиеся руны.

Голем? Здесь?

Металлический зверь бросился на нас в атаку. Тори оттолкнула меня в сторону. Пока голем с оглушающим звуком пролетел мимо нас, Тори быстро начала толкать меня вперёд:

— На выход! Быстрее на улицу!

Пока я пыталась прийти в себя, Тори уже подбежала к двери.

- А что насчёт оставшихся людей? — спросила я её, когда наконец пришла в себя. Оглянувшись назад, я заметила, как голем начал поджигать всё вокруг. — Они…

— Все они — боевые маги! Они в состоянии позаботиться о себе.

Тори схватила меня за руку и потащила за собой в открытые, а точнее — в вырванные из петель, двери. Когда я споткнулась о стекло, она вытолкнула меня вперёд, и я с грохотом приземлилась на тротуар. Бедро тут же пронзила боль, и в этот же момент я почувствовала, как в локте что-то хлопнуло. Мгновение спустя я уже была в агонии — сустав буквально горел от боли. Задыхаясь от крика, я перевернулась на спину, и увидела, почему Тори так торопилась выскочить на улицу.

В стену гильдии врезалась рука второго голема. Он был огромным — до 3-х метров в высоту, с ужасной металлической головой, а его тело также покрывали светящиеся руны.

Меня пронзила паника. Над шарообразной головой голема возвышался кулак размером с баскетбольный мяч. Шестерёнки в его плечах начали вращаться, выбирая цель — кулак метнулся в нашу с Тори сторону.

Я закричала, и перед нами материализовался Зуилас. Он поднял руки, закрывая нас с Тори от удара голема.

Мой крик застрял в горле. От страха я даже не могла толком дышать. Кулак голема со свистом врезался в руки Зуиласа. Мой демон выгнулся назад, но голем продолжал напирать, заставляя Зуиласа упасть на одно колено. Он не выдержит этого напора!

Я подавила панику и слегка отодвинулась от Зуиласа:

— Тори, двигайся!

Она тут же откатилась в сторону.

Зуилас, отпусти!

Он отпустил стальной кулак, который тут же врезался в асфальт. Мы с Тори принялись бежать, Зуилас был за нами.

— Голем! — выдохнула я. Рука повисла, как плеть, а локоть нещадно болел. — Он огромный. Почему он такой огромный?

— Отличный вопрос, — ответила Тори, направляясь в сторону парковки. По-видимому, она решила сбежать как можно дальше от этих ужасных существ, и я полностью поддерживала эту идею. — Но давай отложим его на потом. Сейчас нам нужно…

Она резко замолчала, что вызвало у меня новую волну паники. Оказалось, что те два голема были не единственными «гостями» гильдии. По ту сторону парковки стояла группа мужчин в одинаковой боевой одежде, а рядом с ними находилось ещё три голема.

Один из мужчин тыкнул в меня пальцем и прокричал:

— Сначала уничтожь подрядчика!

Ну просто чудесно!

Големы бросились в нашу сторону, вслед за ними к атаке начали готовиться три мага. Тори потянулась к поясу, спрятанному под курткой, но вместо магического артефакта она достала…пистолет? Да, в воздухе мелькнул чёрный пистолет, а затем раздался звук выстрела. От двух магов полетели жёлтые брызги, и они тут же повалились на землю, но вот третий успел блокировать выстрел водяным щитом.

К нам одновременно приближались и големы, и гидромаг.

Зуилас, сначала уничтожь мага!

Он проскользнул мимо нас с Тори на бешеной скорости, перепрыгнул через големов и на полном ходу врезался в гидромага. Он ударил его ногой в грудь, тем самым вырубая на месте, но големы как наступали, так и продолжали наступать.

Как же Зуиласу остановить их, не используя при этом магию?

Отскочив от гидромага, мой демон ударил голема в бок. Я вздрогнула от громкого удара его кулака о твёрдую поверхность. На боку голема появилась глубокая вмятина, но он её даже не заметил. Повернувшись, он щёлкнула зубами на Зуиласа — тот увернулся.

Это не сработает! — мысленно сказала ему я. Это — не живые существа! Ты не сможешь им навредить!

Ответом мне была тишина. Я не слышала его мыслей с тех пор, как мы победили Василия. Я перепробовала всё, но так и не смогла снова почувствовать ту связь, которая у нас тогда была.

Три голема пытались окружить моего демона. Они были слишком медленными, чтобы представлять для него хоть какую-то угрозу, но как ему…

— Опрокинь их! — закричала Тори. — Робин, прикажи своему демону опрокинуть их на бок! Они не смогут встать!

Что? Она знает, как остановить этих созданий?

Мне не нужно было передавать Зуиласу никаких команд. Он прыгнул в сторону первого голема, и, изящно повернувшись, проскользнул прямо под ним, демонстрируя потрясающие акробатические элементы — элементы, которые он бы ни за что не смог продемонстрировать, если бы я действительно отдавала ему команду. Зуилас ударил своими мощными ногами в низ живота голема, и тот завалился на бок.

— Вау! — воскликнула Тори. — Как ты…блин!

Она снова схватила меня за руку, сомкнув свои пальцы вокруг моего больного локтя. Моё тело пронзила такая сильная боль, что я едва устояла на ногах. Тори тащила меня в сторону, а я только и могла, что с трудом переставлять ноги. Глаза застилали слёзы, и я уже практически ничего не соображала от боли. Тори что-то закричала, после чего вспыхнул серебристый свет, и нас окутало порывом ветра.

Раздались крики. Громкие шаги. Мимо нас пронеслись мужчина и женщина — члены гильдии Глаз Одина. Вооружённые и разъярённые, они врезались в группу боевых магов-изгоев. Снова крики, скрежет оружия, выкрики заклинаний, но самым громким из всех звуков был повторяющийся хлопок.

Земля задрожала, а звук становился всё громче и громче.

Отпустив руку Тори, я вытерла глаза от слёз и с ужасом уставилась на 3-х метрового голема, размахивающего кулаками прямо над нашими головами.

Чья-то рука ударила меня в спину, а затем Зуилас схватил меня и Тори и подпрыгнул. Под нами промелькнул кулак голема, а Зуилас тем времен легко приземлился на землю и снова подпрыгнул, унося нас подальше от рук голема.

Этого так просто не завалишь, — мысленно сказала я Зуиласу.

Он резко остановился и отпустил Тори. Она попятилась прочь, а он схватил меня за куртку и помог мне восстановить равновесие. Меня всю трясло от страха и боли. Каким-то непостижимым образом на моём лице остались очки, и я их едва не сбила, пытаясь поправить.

Огромный голем развернулся — его пустые глазницы уставились в нашем направлении. Он начал шагать к нам, не обращая внимания на других магов. Ну конечно же. Сначала нужно убить подрядчика. Это же стандартная практика.

Ну почему я была именно подрядчиком?

Тори приподняла подол куртки и расстегнула ремень — прочный, боевой ремень, на котором висели какие-то мешочки, кобура и баночки с зельями.

— Робин, твой демон может как-то закинуть меня на голову голему?

Эм, что? Что она несёт?

— На голову? Зачем…

— Так может или нет?

— Да, но…

Голем был уже рядом с нами, так что у нас не было времени ни на какие «но».

Зуилас, давай сделаем это!

Я выскочила вперёд, крепко сжимая в руках артефакт, висевший на моей цепочке рядом с инферно. Тёплая рука Зуиласа крепко сжала мою руку, провоцируя новый виток острой боли.

— Ori eruptum impello! — закричала я.

К нам уже приближался кулак голема, но в этот момент из моего артефакта вырвался бледный свет. Он начал расширяться, отбрасывая от меня всё и всех, кроме Тори и Зуиласа. Стальной кулак врезался в этот купол и замер. Его рука аж заскрипела от соприкосновения с магическим куполом, но сила его удара была так велика, что даже заклинание не смогло его отбросить.

Крепко сжимая Тори, Зуилас запрыгнул на кулак голема и побежал по нему вверх. Голем выпрямился, почти сбрасывая их с себя, и попытался схватить «вредителей» на своём плече.

Отпустив Тори, Зуилас обеими руками вцепился в стальные пальцы и спрыгнул с плеча, сильно потянув за руку голема. В результате этих действий металлический монстр завалился на бок. Зуилас пружинисто приземлился на землю и, схватив меня за талию, принялся бежать куда подальше от битвы и от голема.

Я лишь смутно осознала, что он остановился. Я не могла думать ни о чём другом, кроме агонии, в которой пребывал мой локоть. Зуилас опустил меня на землю, но мои ноги тут же подкосились. Его руки вцепились в мою талию, не давая мне упасть.

Раздался оглушающий грохот.

Всхлипнув, я уставилась за спину Зуиласа. Массивный голем валялся лицом в земле, а светящиеся руны, питавшие его магией, потускнели и прекратили свою работу. На спине существа стояла Тори, в руках которой была полоска красной ткани, которая танцевала на ветру, источая магические лучи синего и фиолетового цветов.

Что-то я всё больше и больше сомневаюсь в том, что Тори всего лишь барменша.

Зуилас прикоснулся к моему локтю. Я тут же ахнула от боли, а глаза начали застилать слёзы. На парковке воцарилась тишина, изредка прерываемая скрежещущими звуками — это пытались подняться големы. Затем я услышала, как кто-то начал перекличку. Похоже, членам гильдии Глаз Одина удалось подавить атаку.

— Vayanin.

— Не называй меня неуклюжей! Я не сама по себе упала. Это Тори толкнула меня. Зуилас, не будь таким злым.

— Ты ран…, - запыхтел он.

— Не сейчас, — предупредила я его, попутно вытирая лицо, — За нами могут наблюдать. Ты должен вести себя, как порабощённый демон.

Он крепко сцепил зубы. Его руки повисли, как плети, а в глазах была пустота. Как же мне хотелось, что мы здесь были одни! Как же мне хотелось, чтобы он сейчас взял меня за руку и утешил! Я устала притворяться сильным, крутым подрядчиком!

Всхлипнув, я потянулась к его руке. Кожа на костяшках была разорвана, капли крови медленно стекали на землю.

— Прости! — прошептала я. — Я должна была сразу предупредить тебя, что нет смысла бить голема.

Откуда он мог это знать? Он ничего не знал о колдовских штучках, на которые способны люди. Хоть он и был воином, но я была источником информации — его проводником в нашем мире. И сегодня я подвела его.

Я осторожно прикоснулась к каждой костяшке, проверяя, не сломаны ли они.

— Не думаю, что кости сломаны, — прошептала я. — Похоже, что всё в порядке.

Его пальцы предупреждающе сжались, и я услышала позади себя тяжёлые шаги.

— Он может чувствовать боль? — спросила Тори. — Демоны обычно выглядят такими пустыми, как марионетки…

Её тон удивил меня. Редко кто озабочивался здоровьем демона.

— Да, — ответила я, осторожно стирая кровь с пальцев Зуиласа. — Все демоны чувствуют боль. Неважно, связаны они контрактом или нет.

Тори уставилась на раненную руку Зуиласа, а затем покачала головой:

— Нам нужно идти. Нам нужно вернуться в нашу гильдию.

— Нам нужно? — спросила я, отпуская руку Зуиласа.

— Ты должна пойти со мной. Нам может понадобиться твоя помощь.

— Почему?

Она перевела взгляд на лежащего голема:

— За три прошедших дня было совершено три атаки на три разные гильдии. Это значит, что следующей целью, возможно, станет Ворон и Молот.

Она решительно зашагала прочь, а я поплелась следом за ней, мучительно вскрикивая на каждом шагу. Зуилас шёл за мной, стараясь не шевелить хвостом. Мой взгляд скользнул по последствиям битвы с големами: разрушенное здание гильдии, разбитый асфальт и побитые автомобили, раненные, а, возможно, и умершие члены гильдии, упавший голем. Посреди всего этого хаоса стояли члены гильдии Глаз Одина. Их лица были перепачканы сажей, а в глазах читалась ярость.

Когда Зора рассказывала о двух предыдущих атаках, я и представить не могла, что они были такими. Теперь же, увидев всё собственными глазами, я вполне могла поверить, что такая же судьба может ожидать и мою гильдию.

Глава 7

Здоровой рукой я закрыла дверь Атриума Арканы и защелкнула щеколду. По двери пробежали мерцающие магические волны, заглушая шум паба с первого этажа.

Внизу собрались члены гильдии. Они слышали о том, что произошло с гильдиями Рыцари Пандоры, Морские Дьяволы, а теперь ещё и с Глазом Одина. После последней атаки они все поспешили сюда, правда, не знаю с какой целью: то ли просто для моральной поддержки, то ли собрались защищать нашу гильдию от возможной атаки.

Ещё раз проверив двери, я наконец выдохнула: Зуилас, выходи.

Вспышка красного света, и вот он уже стоит возле меня. Я кивнула на круг в центре комнаты:

— Можешь исцелить свою руку. Никто не поймёт, что ты использовал магию.

— Vayanin…

— Не называй меня так! И вовсе я не неуклюжая. Я падаю только тогда, когда…

Его рука неожиданно обвилась вокруг моей шеи, и он притянул меня к себе.

— Отпусти…, - пропищала я.

Его вторая рука сомкнулась немного выше моего локтя, и агония тут же накрыла меня с головой. Я начала всхлипывать, и в этот момент по руке потекла холодная магия.

— Ты повредила руку. Кости расположены неправильно, и другие части… не знаю, как перевести…в общем, другие части руки тоже расположены неправильно.

Я повернула голову в сторону и сделала глубокий вдох:

— Со мной всё будет нормально. Ты должен исцелить свою р…

Он слегка оттолкнул меня, и прежде, чем до меня дошло, что именно он хочет сделать, он уже расстегнул молнию на моей куртке. Придерживая меня за плечо, он аккуратно снял с меня куртку и отбросил её в сторону.

— Не делай так, — едва сдерживая слёзы боли, произнесла я. Он был очень нежен, но всё равно волны боли то и дело пробегали по моей руке. — Я её только купила.

— Помолчи, vayanin, — ответил он, уставившись на мой свитер. Обхватив мою руку чуть выше моего локтя, он оттянул ворот свитера и вцепился в него зубами, разрывая ткань.

— Зуилас, — дёрнулась я. — Не…

От резкого движения, которое спровоцировал новый виток боли, у меня закружилась голова, и я впечаталась лицом в его грудь. К счастью, он успел схватить меня за руку, а иначе я бы уже валялась на полу.

Разорвав свитер, он аккуратно снял его с меня. К счастью, я додумалась надеть топ под него, а иначе опять бы стояла перед ним в одном лифчике. Но эти мысли тут же покинули меня, когда я увидела свой локоть. На этот раз Зуилас не успел меня удержать, и я шумно осела на пол. Я, конечно, не врач, но кости не должны выпирать вот так. Совсем не должны!

Пока я боролась с тошнотой, Зуилас внимательно изучал мой локоть:

— Сначала я выпрямлю его. Я уже так делал, помнишь, с твоими пальцами? Это будет быстро.

Ох, зря мне он сейчас напомнил о том дне, когда члены гильдии Красный Ром сломали мне пальцы. От одного этого воспоминания мне стало в разы хуже.

— Хорошо, — заикаясь, пролепетала я.

— Тебе сильно больно? — неожиданно спросил он.

— Я справлюсь.

— Я знаю одно vīsh… Оно уменьшает боль. Но я никогда не использовал его на hh’ainun.

Я уже хотела сказать ему, что потерплю и так, вот только боль была невыносимой, а процесс исцеления будет ещё больнее.

— Пожалуйста, испробуй его на мне.

Его тёплые пальцы легонько коснулись моей щеки:

— Я начну с малой дозы vīsh.

Я лишь молча кивнула. Лицо окутала магия, и мне стало так тепло. Этот жар распространялся по всему телу, смывая всю боль, которую я чувствовала.

— Ох. Это так хорошо, мне так хорошо! — я улыбнулась, наклонив голову.

Почему-то при виде моей улыбки в его глазах мелькнула тревога.

— Vayanin?

— Ты такой злой. Зачем ты называешь меня так? Разве ты не можешь сказать что-то милое? Или хотя бы называть меня по имени? Мне нравится моё имя. Оно классное. Мама часто называла меня маленькой птичкой, потому что малиновки — это птички и… (Прим. пер.: с англ. яз. Робин — Robin — переводится, как малиновка.)

— Ты можешь стоять?

Оттолкнув его, я встала, слегка пошатываясь.

— Ну конечно же я могу стоять. Мне так хорошо! Просто отлично! У меня вообще ничего не болит. О, точно. Я вспомнила! Твоя рука! Тебе же больно!

Пока я бормотала непонятно что, он одной рукой взял меня за предплечье, а второй — за запястье.

— Так что ты должен сначала исцелить себя. А у меня всё супер. И…

Он резко дёрнул руку, и по комнате разнёсся противный звук.

— О! — сконфуженно моргнула я, уставившись на локоть. — Ты всё исправил. Я теперь в порядке?

— Ты не в порядке, — пробурчал он.

— А что не так?

— Даже немного vīsh сделало тебя zh’ūltis.

— А зачем ты использовал магию, чтобы сделать меня глупой?

Он потянул меня в центр комнаты:

— Сядь.

— Ты специально сделал меня глупой!

— Не специально! — прорычал он. — Я же сказал тебе, что никогда не использовал это vīsh на людях, а потому не знал, как оно сработает. Ложись.

Я молча легла на пол.

— А это vīsh делает тебя глупым?

— Нет.

— Тогда почему оно сделало меня глупой?

— Потому что ты nailis перед этим vīsh.

— Я не слабая. Ты же сам так сказал, помнишь? Когда мы были в ванной. Ты тогда сказал, что думал, что я желаю тебе смерти. А я сказала, что это глупо — так думать…

Он расправил мою руку и начал ощупывать сустав.

— Знаешь, я всегда думала, что это было совсем уж глупо с твоей стороны — так думать. Ведь ты же можешь читать мои мысли, так что ты должен был знать, что я… Хотя, ты же не можешь читать все мои мысли. Ты сказал, что не можешь слышать то, что я думаю о тебе.

— Кроме оскорблений, — прорычал он.

Вокруг моей руки появился красный магический круг с рунами.

— Так получается, что ты вообще не знаешь, что именно я о тебе думаю?

— Да.

— Правда?

— Да.

— Почему?

— Помолчи. Я занят.

Я замолчала. По моей руке поползла магия, становясь всё ярче и ярче. Я уже приготовилась к боли, которая всегда появляется, когда он меня исцеляет, но она так и не пришла. Всё, что я чувствовала, — это лёгкость и затуманенность мыслей. Какое бы он не наложил на меня заклинание, оно было классным.

— Готово, — заявил он.

Усевшись, я покрутила рукой туда-сюда. Всё вроде бы отлично. Но так ли это? Из-за заклинания я была навеселе, а потому не могла точно понять, болит ли у меня что-то или нет.

— Зуилас, — я перевела на него свой взгляд. — Если бы ты мог узнать от меня одну единственную вещь. Ну касательно тебя. То, что бы ты хотел узнать?

Он слегка прищурился.

— Если я отвечу на один твой вопрос, ответишь ли ты на один мой?

— Какой именно вопрос?

Блин, а я даже и не придумала вопрос.

— Я хочу знать, что для тебя значит «защищать». Наш контракт обязывает тебя защищать меня, но я так и не поняла, как ты трактуешь слово «защищать».

Его хвост дёрнулся.

— Ты всё ещё этого не поняла, vayanin?

— Нет. Ты мне так и не объяснил.

— Я сделаю всё, чтобы ты была в безопасности. Вот что это означает.

— Но что значит «в безопасности»?

— В безопасности значит, что ты не умрёшь. Это самое главное. Вот что для меня значит «в безопасности». — Он ненадолго замолчал. — Но в твоём мире эта фраза означает много чего другого. Я всё ещё учусь.

— Ох, — я придвинулась к нему немного ближе, как будто это могло мне помочь понять его. — И что ты уже понял?

— Ты не чувствуешь себя в безопасности, когда ты ранена или напугана, или одинока.

Звучит так, будто я какая-то слабачка. Я придвинулась к нему ещё ближе:

— А что ты хочешь знать?

— Я потом у тебя это спрошу.

— Спроси сейчас!

— Сейчас ты zh’ūltis.

Надувшись, я подвинулась к нему ещё ближе — теперь мы сидели нос к носу:

— Зуилас, почему ты так плохо ко мне относишься?

— Я не плохо к тебе отношусь.

— Ты называешь меня разными словечками.

- Все они правдивы.

— Ну тогда скажи что-то правдивое, но милое!

— Ты — vayanin, — ухмыльнувшись ответил он. (Прим. пер.: Не могу смолчать, меня прямо распирает:) vayanin — это не оскорбление, а действительно очень милое прозвище. Но Робин об этом ещё не знает. А что же значит это слово мы узнаем чуть позже:))

— Аххх, — я вскинула руки вверх, как это частенько делает Амалия, и задела Зуиласа. От удара я потеряла равновесие и откинулась назад.

Он поймал меня за руки и резко дёрнул, из-за чего я оказалась у него на коленях, зарывшись лицом в плечо.

— Ты так раздражаешь, — прошептала я.

— Ты такая mailēshta.

Отодвинувшись, я улеглась на спину, положив голову ему на ноги. Я прищурилась, глядя на его лицо, а затем прикоснулась к его щеке — кожа была такой тёплой.

— Как бы мне сейчас хотелось прочитать твои мысли! — прошептала я.

— Что будет, если ты увидишь, что я не такой, каким ты меня представляешь?

— Я не знаю, — сердце начало стучать, как бешеное.

— Hnn, — его рука сомкнулась вокруг моей. Он прижался носом к тыльной стороне запястья и сделал глубокий вдох. — Ты пахнешь как моё vīsh.

В животе порхали уже не бабочки, а целые динозавры:

— Что… То есть… я хочу сказать, а это плохо?

Он нежно заскользил носом по моей руке, но вдруг резко остановился и посмотрел на тыльную сторону своей руки:

— Снова идёт кровь.

— Я и забыла! — резко вскочила я. — Ты же должен вылечить руку! Давай скорее!

Я быстренько втолкнула его в центр круга, а сама отошла в самый дальний угол комнаты. Пока вокруг его руки полыхала алая магия, я поймала себя на мысли, что держу своё запястье там, где он вдыхал мой запах. В животе снова начали порхать бабочки.

Пока Зуилас настраивал исцеляющее заклинание, я любовалась сложностью его магии. Я смутно понимала, что исцеляющая магия значительно сложнее, чем боевая. Он не просто создавал исцеляющее заклинание и применял его. Нет. Ему приходилось создавать отдельное заклинание для каждой отдельной раны, иногда он даже создавал несколько вариаций заклинаний для лечения более сложных травм.

Красный свет его магии блестел всё ярче, отражаясь от глянцевого пола. Я прислонилась к книжной полке, молча наблюдая за тем, как смыкаются края рваной раны на его руке. Заклинание, которое он наложил на меня, потихоньку рассеивалось, заставляя меня осознавать, как глупо я себя вела каких-то пару минут назад.

— Если бы ты мог использовать свою магию, то у тебя не возникло бы никаких проблем с теми големами, — прошептала я. — Если они нападут на гильдию, то тут будет полно боевых магов. Ты всё равно не сможешь использовать свою магию.

- Что такое голем? — спросил он, когда закончил исцелять себя.

— Я знаю о них из книг. Это металлические создания, которые могут двигаться благодаря наложенным на них заклинаниям. Они не живые и не могут мыслить. Они как роботы, в которых заложены простейшие программы…, - замолчав, я попыталась найти понятную для него аналогию. — Эм, они как машины, но без водителя. И они очень глупые.

— Их создаёт магия hh’ainun? — спросил он, поднимаясь на ноги.

— Да, их создают чародеи.

— А у них есть кровь?

— Нет. Они сделаны из металла.

— А тогда почему я чувствовал в них демоническую кровь?

— Этого не может быть. В чародействе кровь практически не применяется.

— Я чувствовал в големах демоническую кровь, — его хвост дёрнулся из стороны в сторону. — Из самого большого даже вытекла кровь, когда он упал.

- Вытекла кровь демона? Ты уверен?

— Прекрати задавать мне этот вопрос!

Осознав сказанное, я подбежала к книжной полке. Големы были частью чёрной магии, так что сомневаюсь, что в моей гильдии найдутся инструкции, как сделать голема, но вдруг у них есть…

- Ага, — воскликнула я, найдя нужную книга. — Страница 342.

Пока я открывала нужную страницу, Зуилас подошёл ко мне поближе. Ага. Вот оно: «Магия оживления предметов — Големы». Пропустив описание и историю големов, я наконец нашла то, что искала.

— Големы создаются из металла с помощью астрального колдовства. Кровь не применяется. Не думаю, что кровь вообще должна быть частью голема. Тем более кровь демона.

В мыслях вдруг всплыла одна книга: гримуар Дэвида Уитмора — покойного колдуна, который экспериментировал с кровью демонов и заклинаниями Арканы.

— Кровь демона, смешанная с магией Арканы, — я взглянула на Зуиласа. — Клод использовал кровь демонов, чтобы сделать вампиров сильнее. Может ли он стоять и за созданием големов? Кто ещё решится экспериментировать с кровью демонов?

— Я не слышал его запах, но там было много разных запахов.

— Если за этими атаками стоит Клод…. Но зачем ему атаковать гильдии? Его же вроде бы интересовала Демоника, а не гильдии.

— Он использует других для достижения своих целей.

Я поставила книгу обратно на полку, выбросила рваный свитер и надела куртку.

— Нужно сообщить Дариусу, что за этими атаками может стоять Клод. Меньше всего нам нужно, чтобы члены гильдии боролись с Нашивером.

- Они умрут, — спокойно констатировал Зуилас. Похоже, его такой исход вообще не расстраивал.

— Вернись в инферно, — сказала я, закатив глаза.

Состроив недовольную мину, он всё-таки исчез в инферно. Убедившись, что всё в порядке, я открыла дверь Атриума. Ну хоть на этот раз нас никто не побеспокоил!

Глава 8

Я сидела в офисе Дариуса. На моих ногах лежала толстенная книга, ещё две лежали на краю его стола. Последние несколько часов я провела за чтением книг о големах — в основном, это всё оказалось ерундой, — а также искала хоть какую-то информацию о заклинании, изображённом на обратной стороне амулета Валиир.

На втором этаже Дариус проводил собрание, посвящённое последним атакам на гильдии, а также возможной угрозе на Ворон и Молот. Я хотела было прервать его, чтобы поговорить о причинах этих атак, но в комнате с ним было около 12 человек, в том числе тот мужчина, который доставил Тори неприятности. Уж что что, а с охотниками за головами мне сейчас общаться не хочется.

Я листала книгу о магии Арканы, отчаянно надеясь найти хоть какую-то полезную информацию. Двумя этажами ниже, из паба доносился грохот. Я могла бы спуститься туда и попытаться разузнать, почему это к нам пришёл Шейн Давила, но у меня не было никакого настроения это делать. Трудно думать о чём-то другом, когда все мысли заняты убийцей твоих родителей.

Я не видела Клода с того дня, когда меня похитили члены гильдии Красный Ром. Тогда он с ядовитой улыбкой предложил мне стать его напарницей и помочь ему перевести гримуар моей матери. Как он вообще посмел сделать такое предложение, зная, что он убил мою маму? Как он может быть таким холодным и бесчувственным?

Это из-за него я перевожу гримуар сама. А ведь это должен был быть наш совместный с мамой проект. Я мечтала об этом с детства! Но теперь из-за него я больше никогда не увижу маму, никогда не спрошу её мнения о гримуаре.

Мы с Амалией продолжали поиски Клода. К нам даже подключился дядя Джэк. За последние 2 недели мы ещё раз наведались и в таунхаус Клода, и в его квартиру, но так и не обнаружили ни одной подсказки о его нынешнем местонахождении. И вот, наконец-то, я обнаружила сразу две подсказки: фото в папке Тори, и кровь демона в големе.

Прошло ещё 40 минут. Я закончила пролистывать книгу по магии Арканы и перешла к яркой книжечке под названием «Итак, вы хотите изучать магию», которая оказалась удобным пособием для новичков. Часы как раз пробили полночь, когда открылась дверь, и в офис зашёл Дариус. Увидев меня, он остановился на пороге, приподняв в удивлении бровь.

— Робин! Что ты делаешь в моём офисе в такой поздний час?

— У меня есть информация по поводу атаки на гильдию Глаз Одина.

— Мы только закончили это обсуждать. Ты не могла поделиться своей информацией на нашей встрече?

— Нет. Это…Эм… Мне было бы сложно объяснить, откуда я всё это узнала.

Закрыв дверь, он тихо проскользнул за стол и удобно уселся в кресле.

— И что ты узнала?

— Зуилас выяснил, что в големах была кровь демонов.

— Кровь демонов? Понятно. Что ж, это многое объясняет.

— Правда?

— Мы как раз обсуждали, почему это големы были такими сильными. Мы думали о том, что в них может быть кровь. Но мы даже и не догадывались, что это демоническая кровь.

— Я думаю, что за этими атаками стоит Клод.

— Призыватель Клод Мерсье?

— Он использовал кровь демонов, чтобы сделать вампиров сильнее. Мне кажется он экспериментировал с комбинированием демонической крови и Арканы.

— Да, я помню отчёты об увеличении числа гнёзд вампиров. Правда, твоё имя не упоминалось в этих отчётах.

— Эм… Ну, мне немного проблематично подавать отчёты из-за…

В этот момент из инферно вырвался красный свет, окутавший стол Дариуса. Через секунду на его столе оказался мой демон.

— Ах, — произнёс Дариус, — Зуилас.

— …из-за моего демона, — закончила я фразу. — Зуилас, зачем ты вышел из инферно?

— Вы говорите о каких-то неважных вещах, — он слегка наклонился, оказавшись нос к носу с Дариусом. — Расскажи нам всё, что ты знаешь о големах.

Я схватила демона за руку и отдёрнула его назад. Он отодвинулся на каких-то 2 сантиметра, но, по крайне мере, больше не дышал Дариусу прямо в лицо.

— Этих големов создал не Клод, — смущённо ответил Дариус. — Они принадлежат чернокнижнице Варваре Николаевой, которая оказалась вовлечена в делёжку власти. Это она стоит за всеми атаками на гильдии.

— Варвара Николаева? — услышав, что это не Клод, я сильно расстроилась. — То есть это не Клод?

Зуилас снова нагло уселся на столе.

— Призыватели не дерутся сами. Они — ūdrash, которые ставят ловушку, и ждут пока zh'ūltis добыча попадёт в неё.

— Од-раш? Что это значит?

— Это животное…В общем, неважно.

— А ты прав, — повернувшись к Дариусу, я добавила. — Клод годами втирался в доверие к моему дяде, и всё это, чтобы заполучить новые имена демонов. Он также манипулировал вампирами, желая, чтобы они стали его армией. Его план провалился только потому, что он не понял, что один из вампиров на самом деле был тёмным фейри.

Дариус в изумлении уставился на меня.

— За всё отвечает демон Клода, а сам он отсиживается в сторонке, — продолжила я. — Как думаете, возможно ли, что Клод использует Варвару в своих целях?

— Варвара очень хитрая и изворотливая — ею не так-то просто манипулировать. Я думаю, если тут и правда замешан Клод, то он, скорее всего, заключил с Варварой соглашение. Он помогает её создавать более сильных големов, а она… она что-то делает для него в ответ.

— Но что Клод может хотеть от неё?

— Это — очень важный вопрос. Завтра вечером боевые магии нашей гильдии и гильдии Глаз Одина планируют атаковать Варвару. У нас есть план, как разоружить её големов, но ради защиты своих интересов Клод может ей помочь, — Дариус перевёл взгляд на Зуиласа. — Меня больше интересует его демон.

Дариус, Жирар и Алистэр уже боролись с демоном Клода, но даже их комбинированные усилия не смогли его победить.

— Нашивер способен уничтожить любого hh'ainun, — усмехнувшись, ответил Зуилас.

Прежде, чем я успела возмутиться, Дариус согласно кивнул.

— Вот поэтому вы вдвоём присоединитесь к нашей завтрашней операции. Пока команда будет занята Варварой и её приспешниками, вы будете отвечать за то, чтобы ей не помог ни Клод, ни его демон.

— Не уверена, что нам это по плечу, — пробормотала я. — Даже Зуилас не сможет победить Нашивера.

— Сможете ли вы отвлечь демона и дать нам время завершить операцию?

— Думаю, да…

— Нет, — в этот же момент встрял Зуилас.

Мы с Дариусом в унисон уставились на моего демона.

— Охота на призывателя — я согласен. Бороться с Нашивером, чтобы защитить всех hh'ainun? Нет. Я обещал защищать Робин. Только Робин.

При звуке моего имени, произнесённого его хриплым голосом, у меня по телу побежали мурашки. А вот остальная часть фразы вызвала возмущение.

— Зуилас…

Дверь в офис Дариуса с грохотом распахнулась.

В проходе стояла Зора, одетая в боевой комбинезон. Её меч, как обычно, висел в ножнах на спине. Её встревоженный взгляд метнулся от меня к Дариусу, а затем к демону, сидящему на его столе. Её лицо тут же побледнело.

— Зора, добрый вечер, — спокойно поприветствовал её Дариус.

— Тори сказала, что Робин была где-то здесь. И, Дариус, ты…что, это…, - её гневный взгляд переключился на меня. — Почему твой демон не в инферно? Он что, угрожает нашему главе?

— Нет, конечно, — от абсурдности её предположения я на секунду забыла, что это вообще-то может закончиться очень и очень плохо.

Не было никаких причин, чтобы мой демон был сейчас здесь. Но что хуже всего — мне вообще в голову не приходило ни одно мало-мальски приличное объяснение. Зора знала только то, что наш контракт нелегален. Она и понятия не имела о том, что Зуилас мог свободно появляться и исчезать, когда ему вздумается.

В комнате воцарилась тишина. Все ждали моего ответа: Зора с подозрением, Дариус — с предупреждением. Он предупреждал, что, если кто-то из членов гильдии узнает о моём нелегальном контракте, то он будет вынужден сдать меня в ОМП. Мне нужно сказать хоть что-то. Мне нужно найти правдоподобное объяснение тому, почему мой демон вальяжно сидит на столе главы нашей гильдии.

Я открыла рот, но из него не вырвалось ни звука.

— Ch, — облокотившись на колено, вдруг произнёс Зуилас. — Hh'ainun такие глупые. Это будет так просто — взять и убить вас всех.

После его слов воцарилась гробовая тишина. На мгновение мне показалось, что мне просто померещился его голос, но нет. Он действительно это сказал.

Ну вот и всё. Он только что подписал мой смертный приговор.

На лице Зоры отразилось неверие. На лицо Дариуса и вовсе было страшно смотреть. Зуилас элегантно спрыгнул со стола, и, прошествовав мимо Зоры, которая со страхом от него отпрянула, подошёл ко входной двери и закрыл её на ключ. Затем он повернулся к трём людям, оказавшимся запертыми вместе с ним в одной комнате.

— Я объясню вам, как маленьким, — продолжил он, нервно дёргая хвостом. — Вы все хотите одного и того же. Вы хотите, чтобы это место и люди были в безопасности.

Мы молча уставились на него.

— Я убью каждого, кто будет угрожать безопасности Робин. Я защищу всё, что помогает Робин чувствовать себя в безопасности. — Его взгляд устремился к Дариусу. — Это место безопасно для Робин?

— Если я сделаю гильдию безопасной для Робин, ты защитишь гильдию? — спросил Дариус. — Ты это пытаешься сказать?

Зуилас улыбнулся хищной улыбкой.

— И, — продолжил Дариус, — ты защитишь гильдию от Клода и его демона?

— Баш на баш, hh'ainun.

— Понятно, — на губах Дариуса заиграла лёгкая улыбка. — Похоже, меня перехитрили. Сегодня не мой день. Робин, не могла бы ты подождать снаружи? Мне нужно кое-что обсудить с Зорой.

— Конечно, — прошептала я.

Схватив Зуиласа за руку, я выволокла его в пустой коридор. Закрыв дверь, я опёрлась о стену, борясь с приступом тошноты.

— Поверить не могу, что ты утворил такое!

— Это к лучшему, vayanin, — ответил он, напряжённо уставившись на дверь. — Эта женщина hh'ainun была опасной. А теперь она сделает так, как ей скажет глава.

— Ты ждал подходящего момента, не так ли? — не уверена, что мне нравится насколько мой демон умеет манипулировать людьми. — И сколько планов ты напридумывал, чтобы защитить нас от Зоры?

— Слишком много для твоего hh'ainun ума.

— Ха ха. Ты заботишься о моей безопасности больше, чем я сама.

— Знаю. Тебе придётся готовить мне больше вкусняшек, vayanin, а иначе я могу подумать, что ты не хочешь соблюдать наш контракт.

На щеках заиграл румянец. С тех пор, как он рассказал мне, что в его мире значит делиться едой, я не спекла ему ни одной вкусняшки. Одна только мысль о том, что моя часть контракта в мире демонов означала горячий флирт, приводила меня в ужасное смущение. Мне хотелось заползти под кровать и умереть.

Дверь в офис открылась. Когда мы зашли в комнату, на моих щеках всё ещё играл румянец. Зора стояла возле стола главы гильдии, с тревогой всматриваясь в моего демона.

— Что ж, — сказал Дариус. Я не могла понять, был ли он весел, рассержен или же смирился со всей этой ситуацией. — Мы договорились. Зора сохранит ваш секрет, а взамен вы с Зуиласом защитите нашу боевую команду от Клода, его демона и любых других препятствий, которые могут возникнуть завтра вечером во время операции.

Я молча кивнула.

— И я пойду с вами.

Мой взгляд перескочил на Зору. Она поморщилась:

— Неважно, законный ты подрядчик или нет, ты не можешь отправиться туда незащищённой. Тебе нужен чемпион.

— Ты…ты хочешь быть моим…

Она медленно перевела взгляд на Зуиласа. На её лице читалась смесь эмоций: настороженность, решительность и любопытство.

— По крайне мере, это должно быть весело.

Глава 9

— Скрытность играет решающее значение в этой миссии, — прошептала Зора, присев рядом со мной в кустах. — Прямо сейчас пять боевых групп выдвинулись в разных направлениях. Они одновременно должны разоружить големов Варвары, напасть на её солдат, и захватить саму чернокнижницу. Если хоть одна из групп провалится, то вся эта миссия и члены гильдии окажутся в смертельной опасности.

Я согласно закивала, пытаясь согреть замёрзшие руки.

— Так почему это, — продолжила она, говоря о моём демоне — сейчас само по себе? И ты это разрешаешь!

— Сам по себе, — поправила я её. — Он это он, не это.

— Почему он бегает сам по себе? Он же может делать всё, что ему вздумается. Если его хоть кто-то увидит… Если он хоть на кого-то нападёт…

— Он этого не сделает. Он отправился на слежку — пытается выйти на след Клода и его демона. Его никто не увидит. Он очень скрытный.

Сжав губы, она поправила ножны с мечом. Мы спрятались в полосе деревьев и кустарников, стоящих у дороги. Если говорить в общем, то сейчас мы находились в промышленном районе, граничащим с портом. Здесь вращалось огромное количество грузов, постоянно перемещаемое то грузовыми судами, то автомобилями, то поездами.

— Как ты можешь так спокойно доверять этому демону? — продолжила напирать Зора. — Ты же даже не дала ему никакой команды! Просто отпустила, и всё.

— Он знает весь наш план.

Позади нас раздался смешок — это была Амалия, которая присоединилась к нам с Зорой в нашей засаде.

— Ты привыкла к тому, что все демоны — безмозглые контрактники. Зуилас, конечно, козёл, но он очень умный козёл. Ты сильно ошибёшься, если будешь думать, что он не знает, что делает.

Зора молча сверила время на часах.

— У нас ещё есть пара минут в запасе. Почему бы тебе не рассказать мне всю историю?

— Ты хочешь знать всю историю? — спросила я, потянувшись к очкам. Затем вспомнила. что сегодня я вставила контактные линзы. — Я же предлагала тысячу раз рассказать тебе всю историю…

— Однажды я уже доверилась не тому человеку, — ответила она, спрятав от меня лицо. — Я боялась, что, если я выслушаю твою историю…Ты мне понравилась, поэтому я испугалась, что поверю твоей невинной сказочке, а ты меня обманешь.

— Ах.

— Дариус доверяет тебе, а я доверяю ему. Я хочу знать всю историю, но только если ты всё ещё хочешь мне её рассказать.

— Что ж, думаю всё это началось с Клода.

Зора внимательно слушала сокращённый вариант всех событий: как я случайно заключила контракт с Зуиласом, как я присоединилась к гильдии Ворон и Молот, какую роль сыграл Клод в убийстве моих родителей и в вспышке вампиров. Единственное, о чём я умолчала, это о ценности гримуара.

Когда я наконец закончила, Зора сидела с задумчивым выражением лица.

— Вампиры, накачанные кровью демона. Что ж, это многое объясняет. Что же он хочет от Варвары взамен на сильных големов?

— Он хочет все имена Домов демонов. Вот только Варвара ему с этим не поможет.

— Клод Мерсье это же фальшивка? А ты узнала его настоящее имя?

— Ну мы обыскали его таунхаус и квартиру, но так и ничего не нашли. Точнее вру, нашли. В его доме была распечатка данных на Эзру Роув.

— Эзра? А он какое отношение имеет к Клоду?

Я промолчала.

Бывший призыватель Наим Ашфар хоть и не ответил на мои вопросы, но всё-таки дал мне кое-какую подсказку. Демоны-маги.

После моей первой встречи с Тори и её друзьями (когда мы убили Тахеша) мы с Амалией обсудили более десятка вариантов, почему от них пахнет демоном. Вот только нам и в голову не пришло такое объяснение: демоны-маги. Да и как мы могли об этом подумать? ОМП так искоренил эту практику, что она стала считаться городской легендой.

Более того, я и подумать не могла, что демон-маг станет членом гильдии и будет выдавать себя за обычного мага. Главным признаком демона-мага было безумие. Человек, заточивший в своё тело демона, который этого не желает, а потому борется с ним, не сможет долго сохранять ясность ума. Вот только ни один из друзей Тори не был похож на сумасшедшего, одержимого демоном. Хотя такую возможность исключать нельзя. Особенно, если речь идёт о тихоне Эзре Роу. В конце концов не зря же люди говорят, что в тихом омуте черти водятся.

— А ты спрашивала об этом Эзру? — спросила меня Зора.

— Ещё нет.

— Хм…, она вытащила телефон и принялась что-то печатать. — Прямо сейчас он занят разоружением големов, но… Всё, отправила.

— Отправила? Что ты отправила?

— Письмо на почту. Не переживай, я не собираюсь его отвлекать от важной миссии.

В моём животе начало распространяться что-то очень похожее на леденящий ужас. Плохо. Это очень и очень плохо. Последнее, что мне сейчас нужно, это чтобы Эзра начал меня подозревать. Особенно, когда я так и не выяснила, что же творится с этими тремя магами.

В этот момент между деревьями скользнули два светящихся красным глаза. Тихой походкой к нам приблизился Зуилас. Зора автоматически потянулась к мечу, но тут же отвела руку назад.

Зуилас присел рядом с нами и уставился на чародейку.

— Ваша боевая стратегия — это сначала расправиться с големами?

Ей понадобилось несколько секунд, чтобы прийти в себя. Да, говорящий демон — это не то, что вы увидите каждый день. К этому нужно привыкнуть.

— Да, — с опозданием среагировала она.

— Ты сказала, что все големы собраны в одном месте.

— Да.

— Они не в одном месте.

Секундная пауза.

— Что? Что ты имеешь в виду?

— Я всё здесь обошёл, — махнул он в сторону доков. — Я чувствую запах крови демона в големах. Я нашёл их в lis …разных местах. Пяти местах. Большинство из них собрались возле здания, в котором много hh'ainun.

— Ты уверен? — Зора побледнела от страха. — Точно уверен?

— Ну конечно, talū, - раздражённо прорычал он.

— Как ты её назвал?

— Это плохое слово. Тебе оно не понравится, — ударил он хвостом о землю.

Я начало было извиняться пред Зорой за отсутствие манер у моего демона, но она уже набирала чей-то номер на телефоне. На том конце провода раздался мужской голос.

— Эндрю, срочно сообщи всем лидерам боевых групп, что не все големы находятся в хранилище. Ты слышишь меня? По крайней мере часть големов была куда-то перевезена.

— Да, скажи им, что это может быть засада. Они должны приготовиться к худшему. Ты можешь сообщить об этом Дариусу? — услышав его ответ, она чертыхнулась. — Если плохо ловит сигнал, то сообщи Брюсу, а он уже найдёт Дариуса. У тебя есть шесть, нет уже пять минут. Начни с Кая, Аарона и Табиты.

Закончив отдавать распоряжения, Зора повернулась к Зуиласу:

— Где больше всего големов?

— Вон там, — тыкнул он куда-то позади себя. — Возле того здания.

— Ты можешь пробраться туда незамеченным?

— Var.

Она уставилась на меня в непонимании.

— Это значит «да». - перевела я ей. — Но, Зора, мы должны высматривать Клода.

— Мы должны обеспечить безопасность нашим товарищам, — отпаяла она, вскакивая на ноги. — Если големов переместили, значит, враг знает, что мы идём за ним. Это ловушка. Мы должны им помочь.

— Амалия, становись. на позицию, — звучало это глупо, но это же правильная терминология?

Она вцепилась в бинокль, висящий на её шее:

— Поняла. Не забудь наушники, чтобы ты могла меня слышать.

Махнув мне рукой, она побежала к высокому забору с колючей проволокой. За ним стояли цилиндрические резервуары, возле каждого из которых стола металлическая лестница. Амалия попыталась взобраться на забор, но её нога заскользила по поверхности. Видя эти безуспешные попытки, Зуилас ухмыльнулся.

Я ударила его локтем и кивнула головой в сторону Амалии. Он нахмурился. Я ещё пристальней уставилась ему в глаза. Прорычав что-то под нос, он быстро сорвался с места и подлетел к забору. Обхватив её за талию, он перепрыгнул через забор и уронил её на землю по другую сторону металлической сетки. Пока до нас с Зорой доносились проклятия Амалии, Зуилас уже перемахнул через забор и вернулся к нам.

— Идём за ним, — прошептала я Зоре. — Он приведёт нас к големам.

— Теперь я понимаю, как ты выжила в ливнёвке, — прошептала она, поправляя меч.

Впереди нас мчался Зуилас. Я осторожно вынула наушник и вставила его в ухо, попутно открывая приложение на телефоне. Ранее Зора показала мне, как им пользоваться, чтобы поддерживать связь с Амалией. Включив микрофон, я зашептала:

— Амалия? Ты меня слышишь?

— Почти забралась на вершину, — еле выдохнула она. — Блин, мне надо больше заниматься зарядкой.

— Если увидишь что-то подозрительное, сразу же об этом сообщай.

— Поняла.

Мы прошли череду деревьев и, перебегая улицу, Зуилас быстро влетел в какой-то грязный переулок, окружённый забором и высокими зданиями. Мы с Зорой устремились за ним. Он резко остановился, к чему-то прислушиваясь. Его хвост то и дело дёргался.

— Вон то здание, — указала Зора на трёхэтажное серое здание, в котором светилась пара окон. — Вон там находятся изгои. В любой момент наша боевая группа…

В окнах моргнул свет, а затем разразился хаос. Где-то внутри здания вспыхнул пожар.

— Началось, — пробормотала Зора. — Надеюсь, Кай успел получить сообщение. Поспешим.

Зуилас свернул на грунтовую дорожку, мы с Зорой следом за ним. Из здания начал раздаваться грохот и треск, сопровождаемый новыми волнами вспышек и пожаров. Нервы были на пределе. Големов переместили в другое место. Враг мог знать, что мы здесь. А это, в свою очередь, значит, что в любой момент здесь может появиться Клод и, что хуже всего, Нашивер.

— Ты видишь летящего демона? — зашипела я в микрофон.

— Нет. Но из здания начали выбегать люди и… о чёрт. Там големы. Они уже затоптали кого-то.

Из здания врывался оранжевый шар.

— Быстрее, — закричала Зора.

Зуилас перешёл на бег трусцой, вынуждая нас с Зорой бежать за ним во всю прыть. Он мчался в сторону тупика, где складировалась коллекция ржавых тракторных прицепов. Я подбежала к нему, и он обхватил меня за талию, закидываю на ближайший трейлер. Затем он точно также поступил с Зорой.

Пока она приходила в себя от удивления, Зуилас уже прыгнул рядом с нами и опустился на землю, перепрыгнув через забор. Оказавшись на стоянке, он тут же бросился бежать к проходу между складами и зданием, в котором расположились изгои. Мы с Зорой повисли у него на спине.

Раздалась целая какофония звуков: крики, вопли, удары, шум от магических ударов. Зуилас приближался к зданию, в котором снова вспыхнул свет. Где-то впереди раздался металлический грохот, а затем из ближайшей двери хранилища вышел голем и направился в сторону невидимой нам битвы.

— Чёрт, — закричала в моём ухе Амалия. — Робин, наших ребят со всех сторон окружают големы! Они попадут в ловушку!

— Мы почти у цели! Зуилас…

Прежде чем я успела договорить, демон уже свернул к складскому отсеку, где стояли шесть големов, покрытые розовыми светящимися рунами. Замедленный шаг был моим единственным предупреждением — я потянула за собой Зору, и мы приземлились на землю.

Освободившись от лишнего груза в нашем лице, Зуилас тут же метнулся в сторону самого большого голема и ударил его ногами в живот. Тот с грохотом повалился на бок. Зуилас отпрыгнул и бросился в сторону второго голема, но тот извергнул на него струю жидкости. Она брызнула на тротуар, который тут же зашипел и начал плавиться.

— Зора, ты можешь отвлечь одного из големов?

Кивнув, она обнажила меч. Засунув панический настрой куда подальше, я вынула из-за пазухи цепочку с артефактом и бросилась к последнему голему. Он медленно развернулся и грозно пошёл на меня.

Перед ним выскочила Зора. Его рот раскрылся, изрыгая огонь, и он покачнулся в её сторону. Я же в этот момент устремилась к его открытой стороне. Вцепившись пальцами в артефакт, я закричала: «Ori eruptum impello!»

Из артефакта вырвался серебристый свет, поднимая голема в воздух, а затем опрокидывая его на бок. Зора выскочила впереди меня, вцепилась рукой в лезвие меча и прокричала: «Ori gladio reflectetur!»

Перед нами появился полупрозрачный барьер, защищающий от кислоты, вытекающей изо рта голема. Он исчез также быстро, как и появился, но нам с Зорой хватило этого времени, чтобы сбежать прочь. Раздался грохот — это Зуилас повалил своего противника на бок.

С тремя справились, осталось ещё трое. Один из них бежал за нами, а два других безуспешно пытались окружить демона.

— Отличная работа! — прокричала мне Зора. — Но думаю, у тебя больше нет артефактов?

— К сожалению, нет.

— Тогда нам сюда. Быстрее!

Она мчалась к заброшенному трейлеру — голем не отставал от нас ни на шаг. Схватив ржавую цепь, Зора бросила один её конец мне:

— Приготовься!

В панике я с трудом поймала цепь. К чему приготовиться? Голем бросился на нас, и Зора расправила цепь. Осознав, что именно она хочет сделать, я как можно крепче вцепилась в свой конец цепи. Когда голем приблизился к нам, она отскочила в сторону, в результате чего монстр врезался в цепь, едва не вырвав её из моих рук.

Я бросила второй конце цепи Зоре, и она принялась наматывать её вокруг его шеи. Закончив обматывать цепь, она бросила её мне. Я засунула конец цепи в щель в плечевом суставе голема, и мы принялись бежать. Голем принялся было преследовать нас, но натяжение цепи на его шее не дало ему сдвинуться с места. Он скрёб по шее, пытаясь сорвать цепь, но не мог дотянуться до своего плеча. Пока что цепь выдерживала его атаки.

— Ура! — закричала Зора. — Теперь осталось разобраться с…

Она резко замолчала, на её губах заиграла улыбка. Последний голем уже лежал на земле, а над ним стоял Зуилас. Он крепко вцепился в голову монстру и вырвал её с корнем.

За углом здания раздался взрыв, и в воздух поднялся оранжевый дым.

— Нет! — закричала Зора, принимаясь бежать в сторону взрыва. — Робин, быстрее!

Я только было собралась последовать за ней, как в моём ухе снова раздался голос Амалии.

— Робин. Только что с другой стороны этого страшного здания вышел чувак с огромным големом. Он хочет сбежать.

— Клод?

— Ну а кто ещё это может быть? Он бежит! Поспеши за ним!

Зуилас, — мысленно позвала я демона. А сама спросила Амалию:

— Ты видишь Нашивера?

— Пока нет, но я слежу. Поспеши, иначе Клод уйдёт!

Зуилас подхватил меня с земли, забросил на спину и принялся бежать в указанном Амалией направлении. Он пробежался по складскому отсеку, запрыгнул на крышу стоящей рядом со зданием машины, а затем перепрыгнул на само здание.

— Ты его видишь? — спросила Амалия. — Он прямо перед вами. Он двигается на запад.

— Вижу — прорычал Зуилас. То ли он услышал Амалию, то ли мои мысли.

Глаза слезились от холодного ветра. Я прищурилась, пытаясь разглядеть хоть что-то среди этого лабиринта промышленных трубопроводов, заполняющих огромную бетонную площадку. В ста метрах от нас я заметила слабое свечение — это были руны, покрывающие огромного двуногого голема.

Зуилас спрыгнул с крыши здания, мячиком ударился о землю и устремился в этот «трубный» лабиринт. Там, впереди, шагал голем, похожий на того, которого уничтожила Тори.

Это и правда Клод? Он явился сюда, чтобы помочь Варваре? Неужели я наконец-то встречусь с убийцей родителей?

И если это он, то что я сделаю?

Гнев, паника, горе, решимость: все эти эмоции вихрем закружились в моём сердце. Когда мы приблизились к голему, Зуилас тихо перепрыгнул стальные трубы и начал медленно пробираться вперёд.

Мужчина, идущий впереди своего монстра, резко остановился. Остановился и стальной зверь, который принялся поворачиваться в нашу сторону. Позади нас снова раздался взрыв. Вспыхнул огненный шар, освещая оранжевым светом лицо мужчины.

— Ты? — воскликнула я.

Это оказался не Клод, но я уже видела этого мужчину раньше. Бледная кожа; белые, как снег, волосы; впалые щёки с острыми скулами; бледные глаза и такие же незаметные, бледные ресницы, обрамляющие их.

Это был мужчина с фото, которое Тори показывала бывшему призывателю. На том фото он стоял рядом с молодым Клодом. Это был тот же самый мужчина: та же фигура, тот же цвет лица и волос, и тот же…возраст.

Но той фотографии было лет двадцать, если не больше. А мужчина, в удивлении уставившийся нас с демоном, был всего на пару лет старше меня.

Что, чёрт возьми, здесь происходит?

Глава 10

— Я тебя знаю? — спросил парень.

— Кто ты? — спросила я. — И откуда ты знаешь Клода?

— Клод? Не знаю никакого Клода, — парень подошёл поближе к Зуиласу. — Кто ты, и что это за необычный демон?

Зуилас слегка сжал моё бедро, и я аккуратно сползла с его спины. Вспышка зеленой магии осветила территорию.

Зуилас, сможешь взять его живым? Нам нужно узнать кто он.

Парень подошёл к нам ещё ближе:

— Никогда не видел такого демона.

Зуилас резко прыгнул в сторону парня. Его голем повернулся и взмахнул рукой — движение было таким медленным по сравнению со скоростью демона. Маг неожиданно вскинул руку вверх:

— Ori unum.

Воздух замерцал голубым, и рука Зуиласа врезалась в невидимый барьер. Он отскочил назад.

— Вау, — спокойно произнёс парень, как будто это не на него только что прыгал демон. — А ты быстрый.

Голем сделал шаг вперёд, и парень положил руку на его ногу. Мерцающие руны, покрывающие голема, потускнели до едва заметного свечения.

— Не хочу, чтобы эта штука помешала нам, — сказал парень, расстёгивая кожаную куртку и позволяя упасть ей на землю.

Он остался стоять в рубашке без рукавов, обнажающей его мускулистые руки. На его руках — от запястий до плеч — было около десятка широких стальных колец, подчёркивающих мускулы.

Ухмыльнувшись, он присел на землю, пристально уставившись на Зуиласа.

У меня вдруг появилось плохое предчувствие. Ни один маг — каким бы сильным он не был — не сможет сравниться с демоном. Этот человек либо был очень глупым, либо очень опасным.

Зуилас, будь осторожен.

Мой демон начал выпускать когти — правда, вокруг них пока не было магического свечения. Он внимательно оценивал соперника, прежде чем напасть на него.

— Ori…

Зуилас резко сменил направление и прыгнул на мужчину с левого бока.

— Ori duo! — воздух снова замерцал, отбрасывая Зуиласа назад.

Мой демон даже не успел прикоснуться к колдуну. Он тут же снова бросился в атаку.

— Ori unum! — Зуилас ударил кулаком о невидимый барьер.

— Ori unum! Ori duo!

Его когти пронзили поясницу колдуна, однако мерцание воздуха снова отбросило Зуиласа назад.

Мои пальцы непроизвольно сжались в кулаки. Быстро. Колдун произносил короткие заклинания так быстро, что Зуилас просто не успевал нанести по нему удар. Зарычав, Зуилас отступил подальше от колдуна и вытянул вперёд руку, расправляя пальцы.

Зуилас! Мысленно запротестовала я.

По запястью демона поползли багровые вены. Когда сияние расползлось по руке, на ладони сформировалось заклинание, колючие руны которого образовывали пентаграмму. В сторону колдуна полетела яркая вспышка.

— Ori tres! — колдун вскинул руку вверх.

Из его руки вырвалась искрящаяся волна ярко-зелёного цвета и врезалась в красный шар. Две магии столкнулись в нескольких сантиметрах от пальцев колдуна. Красная магия Зуиласа — демоническая магия, которую так сильно боялись все маги — исчезла, как дым, как только коснулась зелёной магии.

А колдун поднял вторую руку и направил её в сторону моего шокированного демона:

— Ori quattuor!

Один из стальных кругов на руке колдуна загорелся синим.

Берегись! Мысленно закричала я Зуиласу.

Демон как раз успел отскочить в сторону, когда из стального круга вылетели десятисантиметровые острые шипы. Они летели в разные стороны, так что Зуиласу не удалось скрыться от них. Он пригнулся, прикрыв голову рукой. Некоторые шипы отскочили от его доспехов, но вот три из них вонзились в его правое плечо, левое бедро и живот. Светящиеся шипы застряли в его плоти, при этом странно пульсируя.

Колдун снова вскинул руки вверх:

— Ori…

По рукам Зуиласа побежала красная магия. Он зарычал, сделал шаг вперёд и принялся формировать заклинание.

— Ori tres! Ori unum! Ori duo!

Как только колдун произнёс заклинания, стальные круги на его руках тут же вспыхнули разным цветом. Зуилас отшатнулся, но быстро оправился от удара и успел ударить парня по горлу.

— Ori unum!

В этот же момент кулак демона ударился о синий щит, а колдун отшатнулся назад, но хвост Зуиласа успел обмотаться вокруг его лодыжки. Парень ещё падал, когда демон схватил его за горло, перекрывая доступ кислорода, и, тем самым, не давая ему возможности произнести заклинание.

Колдун упал на землю, Зуилас тут же опёрся коленом о его грудь, а его пальцы продолжали сжимать горло. Я начала двигаться в сторону Зуиласа. Из него всё также торчали эти три шипа, и от одного этого вида мне становилось нехорошо.

Я была в нескольких шагах от демона, когда в ухе что-то зашипело.

— Ро…Слышишь меня?….видишь…

— Амалия? — я прижала наушник. Неужели пропал сигнал?

— …там. Пожалуйста!…

— Что? Я тебя не слышу!

В наушнике снова что-то зашипела, а затем прорезался голос Амалии:

— Посмотри вверх, чёрт бы тебя побрал! Он над тобой!

Моя голова дёрнулась вверх — и в этот момент с неба упал демон.

Зуилас врезался в меня, и мир вокруг резко закружился. Мы приземлились где-то в стороне, и я наконец разглядела чёрные крылья и ярко-красные магические круги. В нашу сторону полетело магическое заклинание. Зуилас резко упал на землю — вспышка пролетела как раз над нашими головами — затем резко вскочил и развернулся лицом к новоприбывшему врагу. Меня начало тошнить от резких поворотов.

Чёрные губы обнажили острые клыки. На землю, сложив крылья, приземлился Нашивер. Его одежда и доспехи были гораздо прочнее, чем у Зуиласа, но при этом довольно лёгкими. Длинные чёрные волосы демона были завязаны в хвост, что придавало его лицу особую жестокость. Позади демона на ноги поднялся колдун, потирая горло руками.

— Dīnen et Vh'alyir, — прорычал Нашивер.

— Dīnen et Dh'irath, — прорычал в ответ Зуилас. — Kir aditavh'anthē hh'ainun?

— Kir anthē?

— Нашивер, — произнёс колдун, подходя к демону поближе. — Мы же возьмём этого демона живым, правильно? А что с девчонкой?

— Мы ничего не делаем, kanish. - прорычал Нашивер, — Я всё сделаю сам. Забирай голема и уходи.

— Но…, - начал было колдун, но увидев выражение лица демона передумал. — Хорошо.

По коже побежали мурашки. Нашивер был здесь главным, и это очень и очень плохо.

— Rēdirathē payilasith, — прорычал демон. От его голоса земля покрылась льдом. — Thē īt nā, Vh'alyir.

Зуилас отпустил мою руку и оттолкнул меня от себя, тихонечко пробубнев:

— Drādah ahktallis.

«Умная добыча». Он говорил мне бежать. Но, Зуилас…

Он снова оттолкнул меня. Когда я упала, в него врезался Нашивер. Зуилас вырвался из его хватки. На его пальцах вытянулись светящиеся когти, и два демона врезались друг в друга. Я принялась отползать назад — хвост Нашивера едва не задел меня по лицу.

Он врезался в Зуиласа, заставляя меньшего демона отступить назад. Зуилас молниеносно прыгал из стороны в сторону, вот только Нашивер не отставал от него по скорости. Он был Королём второго Дома. Как и у Тахеша, у Нашивера было одно хобби — убивать демонов из Двенадцатого Дома.

Демоны снова столкнулись и отпрыгнули друг от друга — на землю полилась кровь. Зуилас отскочил на несколько шагов, затем прыгнул в сторону. Когда я приняла сидячее положение, мой демон уже отбежал на другую сторону улицы — за ним по пятам Нашивер.

Зуилас уводил демона подальше, давая мне шанс спастись. Но что мне делать: найти Зору или же остаться и помочь моему демону? Сможет ли он победить Нашивера? Это всё так неправильно! Зуиласу нужно нанести удар тогда, когда его противник будет ослаблен или же не будет ожидать нападения.

Зуилас, что мне делать?

Тишина. Неужели наша телепатическая связь не подлежит восстановлению? Даже в такой сложной ситуации я никак не смогу услышать его? Я сидела на земле, не зная, на что мне решиться.

На меня упала тень. Рядом со мной присел колдун, растягивая губы в устрашающей улыбке. Вблизи я наконец-то рассмотрела, что он не бледный — на самом деле он альбинос. Его кожа была почти прозрачной, а бледно-голубые глаза обрамляли бледного цвета ресницы.

— Я слышал слухи о девочке-подростке, появившейся из ниоткуда. Что она подрядчик демона из нового Дома. Должно быть это ты.

Мне 21. Я уже давно не подросток. Они что, даже мой возраст не знают?

— А ты похожа, не так ли? — окинул он меня заинтересованным взглядом.

— Ч…что? — прошептала я.

— Ты и правда похожа, — не слыша меня, продолжил он, облизывая губы. — Почти идеально.

Небо окрасила ярко-красная вспышка, и сражающиеся демоны скрылись из виду. Я отползла назад. Зуилас! Ты в порядке? Пожалуйста, ответь мне!

Раздался магический взрыв, и в этот момент колдун набросился на меня:

— Ori eruptum impello!

Из моего артефакта вырвался серебристый купол, вот только заклинание не успело подзарядиться. Вместо того, чтобы отбросить колдуна подальше, оно просто сбило его с ног.

Я вскочила на ноги и бросилась бежать. Парень погнался за мной. Он был выше меня, а потому быстрее. Через пару минут его рука вцепилась в мою куртку. Я развернулась и ударила его в грудь, затем, сорвав перчатку, вцепилась ногтями в лицо.

Он закричал и отпустил меня. Спотыкаясь, я упала на землю и откатилась в сторону. Его нога упёрлась мне в живот, прижимая меня к бетону. Он возвышался надо мной — из порезов на его щеках текла кровь.

— Свирепая, — довольно заявил он, из-за чего мне стало очень страшно, — Как раз так, как и должно быть. Ты будешь самой лучшей из всех. Почти настоящей.

Он протянул ко мне свою руку, и его стальные кольца заискрились ярким светом.

— Ori defendatur! — раздался женский голос.

Розовый взрыв ударил колдуна в грудь, отбрасывая подальше от меня. Ко мне подлетела Зора, направив на колдуна остриё своего меча.

— Робин, ты как?

— Я…Я в порядке. А ты?

— Кто он?

Колдун грациозно встал и принялся отряхивать рубашку.

— Я думаю он…, - начала я.

— Робин! — в ухе раздался встревоженный голос Амалии. — Что… тебе нужно…Зуилас.

Не знаю, что именно она кричала, но я чётко слышала в её голосе панику. Мне вдруг стало страшно за моего демона.

Daimon, hesychaze!

Инферно вспыхнул, подчиняясь моей молчаливой команде. Быстрый красный луч влетел в инферно, но уже через секунду вырвался снова. Рядом со мной материализовался Зуилас и тут же ударил колдуна кулаком в живот, сбивая того с ног. Тот упал на землю и потерял сознание.

Зуилас пошатнулся, но тут же попытался выпрямиться. По его подбородку и правой руке текла кровь. По всему телу виднелись порезы от когтей Нашивера. Из-за них мой демон не мог даже выпрямиться!

— Зуилас! — в ужасе прошептала я.

— Он идёт.

Взмахнув крыльями, Нашивер переместился на вершину трубы. Сверкнув белыми зубами, демон вытянул вперёд две руки. Над ними тут же сформировались два пересекающихся шестиугольника.

— Kasht, — сплюнул Зуилас, упираясь ладонью о землю.

Под ним образовался круг, заполненный остроконечными рунами. Этот круг расширялся, пока мы не оказались внутри светящихся линий.

Температура воздуха резко упала, а лунный свет как будто потускнел — это оба демона принялись вытягивать силу из ближайших источников.

Три секунды до создания заклинания. Две. Одна.

Из ладоней Нашивера вырвалась спиралевидная магия, и он что-то прокричал. Вспыхнул багровый барьер, выстроенный Зуиласом перед нами. Однако атака Нашивера прорвала барьер и взорвалась, разрушив заклинание Зуиласа, а меня отбросив назад. Зуилас успел поймать меня в воздухе, и мы оба рухнули на землю. Его руки закрыли мою голову, спасая от удара. Его кровь заливала мне лицо.

Нашивер спрыгнул с трубы и зашагал к нам, ударяя хвостом в разные стороны. Медленно Зуилас оттолкнул меня, вытирая кровь, вытекающую из уголка его рта. Он с трудом поднялся на ноги, качаясь из стороны в сторону.

Нашивер ухмыльнулся. Он почувствовал это: dh'ērrenith. Мы побеждены. Зуилас долго не протянет.

— Ori sol videatur! — прокричала Зора.

Вспыхнул яркий, как солнце, свет. Боль пронзила мои глаза, закричал Зуилас, а следом Нашивер.

Я видела лишь яркие пятна. Я ослепла. А что насчёт демонов? У них инфракрасное зрение, но как оно будет работать, если они будут лишены обычного зрения?

Раздался шум шагов, а затем Зора произнесла ещё одно заклинание. Среди пятен, которые я видела, появилось одно большое зелёное пятно. Она что, боролась с Нашивером? Один на один?

Я вслепую протянула руку и наткнулась на ногу Зуиласа. Я схватила его за запястье и поднялась, цепляясь за него, как за опору.

Зуилас, мы тоже можем бороться! Мы можем использовать мои заклинания!

Его рука сомкнулась вокруг моего запястья. Скользкие от крови пальцы впились в мою руку. Моё зрение постепенно восстанавливалось, и я наконец смогла его разглядеть.

Зора выкрикнула ещё одно заклинание. Раздался лязг металла — её меч ударился о броню Нашивера.

Мы же победили Василия! Мы сможем это повторить!

Я сомкнула наши руки и вытянула их вперёд. Моё зрение полностью восстановилось. К сожалению, восстановилось и зрение Нашивера.

Он расправил свою мощную руку. Зора размахивала мечом, то и дело задевая плечо демона острым клинком. Нашивер ударил её своим бронированным плечом, и она упала на спину, откатившись к нашим ногам.

По рукам Нашивера побежала красная магия, а его взгляд остановился на Зуиласе. Он создаёт заклинание. Смертельное заклинание!

Я вцепилась в руку Зуиласа, ожидая, что вот-вот по нашим сомкнутым рукам побежит его красная магия. Я приготовилась к обжигающему жару его силы.

Зуилас!

Нашивер взмахнул крыльями и полетел на нас с огромной скоростью. Пальцы Зуиласа судорожно дёрнулись, и по руке побежала магия — по его руке, но не по моей.

Он начал строить заклинание, но его магия стала слишком медленной. У нас не было этих 3-х секунд! Только одна магия была такой же быстрой, как и магия Нашивера. Моя магия! Вот только магия Зуиласа не коснулась меня, не достигла меня!

Из кулака Нашивера вылезли копья, и он сделал последние шаги, разделяющие нас.

— Impello!

Стоя на коленях, Зора протянула к нам руку, в которой был зажат медальон. Простое заклинание отбросило нас с Зуиласом назад — копья Нашивера пролетели буквально над нашими головами.

Мы упали на землю. Нашивер приземлился рядом с нами, но его смертоносные лезвия не поразили ни меня, ни Зуиласа. Вместо этого он повернулся в другом направлении.

Смена направления. Смена цели.

Зора как раз пыталась встать, когда смертоносный демон переключил своё внимание на неё. Три быстрых шага. Светящиеся копья из его кулаков — оружие, предназначенное для Зуиласа — вспыхнули с новой силой.

Мой крик разрезал ночную тишину, когда эти копья впились в тело Зоры. Они припечатали её к земле, пробивая бетон с такой же лёгкостью, с какой пробили её тело.

Она даже не успела вскрикнуть — просто упала на землю и застыла.

Нашивер поднял кулак, и заклинание рассеялось. Расправившись с человечишкой, которая посмела отвлечь его, он повернулся к нам, готовый продолжить начатое.

Зора! Зора! Мысленно кричала я, однако наружу не вырвалось ни звука.

Зуилас оттолкнулся от земли и попытался подняться. Вокруг его рук вспыхнула магия — слабая, едва заметная. Земля покрылась льдом — это Зуилас впитывал слабое тепло воздуха, пытаясь получить хоть немного силы.

Сияющие глаза Нашивера уставились куда-то позади нас. Он бросил на Зуиласа беглый взгляд, а затем резко развернулся. Проскочив мимо Зоры, демон поднял с земли всё ещё лежащего без сознания колдуна, и взлетел в небо — его тёмный силуэт скрылся в ночи.

В моём ухе раздался треск.

— К вам спешит помощь, — предупредила Амалия. — Они видели вспышку от заклинания, выпущенного Зорой.

Позади нас послышался шум, шаги, голос магов.

— Зуилас, пропищала я, — Исцели…Исцели Зору. Пожалуйста.

Он повернулся. Его тёмные глаза, в которых едва-едва был заметен красный уголёк, без каких-либо эмоций уставились на меня. Он истощен. У него не хватит сил, чтобы излечить такую страшную рану — не сейчас, когда он и сам сильно ранен.

Шаги приближались всё ближе.

Зуиласа окутал красный свет, и он исчез в инферно. Я со слезами на глазах уставилась на Зору — на ту лужу крови, в которой она лежала.

Прибыла боевая группа, и вокруг меня раздалась какофония звуков. Кто-то выкрикнул имя Зоры. Её окружили маги.

— Она жива! — кто-то прокричал.

Моя голова метнулась вверх.

— Син, дай ей эликсир. Брюс, притащи сюда ближайшего целителя.

Я моргнула, пытаясь сфокусироваться. Женщина с набором зелий принялась поливать раны Зоры каким-то эликсиром. Один из магов считал пульс, другой приподнял Зору за ноги. Вокруг носились маги. Все они были для меня тёмным размытым пятном.

— Робин? Робин?

Чей-то голос пытался пробить моё оцепенение. Я повернула голову и увидела, что рядом со мной сидит какая-то женщина, аккуратно сжимающая моё плечо. Она казалось такой знакомой. Все они были знакомыми, вот только я не могла вспомнить ни одного имени.

— Робин, — повторилась женщина, — ты ранена?

Ранена? Нет, я в порядке. Пара ссадин и синяков, но я в порядке. Это не я лежу в луже крови, борясь за свою жизнь, пока мои друзья пытаются меня спасти. По моим щекам потекли слёзы, и подползла к Зоре поближе, пытаясь сдержать рыдания.

Глава 11

Сидя на кровати, подтянув колени к груди, я внимательно наблюдала за Зуиласом. Он лежал на полу, а под ним кружились спирали магии. Вот он напрягся от боли, когда красная волна устремилась к глубокой ране на плече. Процесс лечения длился уже 10 минут, и тёмные порезы начали исчезать один за другим.

Перед тем как приступить к исцелению он больше часа провалялся в ванной, подпитываясь теплом. За это время я скормила ему три тарелки горяченного супа. Конечно, это ничто по сравнению с горячей ванной, но я не знала, что ещё могу для него сделать.

Спирали магии исчезли, и Зуилас принял сидячее положение. На его обнажённом торсе (доспехи он снял перед походом в ванную) не осталось ни следа от порезов и царапин. Встав, он шатаясь дошёл до кровати и плюхнулся на живот рядом со мной. Пока он укладывался поудобнее, я быстренько вытерла слёзы, собравшиеся в уголках глаз.

Как же нам победить Клода, вернуть украденные страницы гримуара и отомстить за убийство моих родителей, если мы даже не можем справиться с Нашивером?

— Ты не можешь убить всех своих врагов, — хриплым голосом прошептал Зуилас. — Твоя ненависть не сделает тебя сильнее, а их — слабее.

— Ты думаешь мы не сможем победить Нашивера?

— Если только не представится dh'ērrenith.

Между нами повисло неловкое молчание. Зуилас расправил ноги, пытаясь улечься поудобнее. Я же с отсутствующим взглядом уставилась на его спину, а затем наконец вырвалась из забвения. Придвинувшись к нему поближе, я положила ему руки на спину.

Он слегка дёрнулся от неожиданного прикосновения, но тут же расслабился. Я принялась массажировать его напряжённые плечи.

— А что насчёт того колдуна? Он знал Нашивера, значит, знает и Клода. — В голове вдруг всплыло старое фото, на котором был изображён этот колдун и Клод. — Он вообще человек?

— Он пах, как hh'ainun.

— Тогда почему он не постарел? И его колдовство, оно такое… Я никогда такого не видела. Он был таким быстрым. Я попытаюсь разузнать информацию об этом человеке. Кто-то сделал его фото, значит, в базе данных МагиПола есть на него информация. Должны же там быть хоть какие данные о том, почему двадцать лет назад МагиПол его расследовал.

— Хм.

Я слегка наклонился, чтобы видеть его лицо. Его дыхание замедлилось, а глаза были закрыты. На моих губах заиграла улыбка. В последний и единственный раз, когда я массажировала ему спину, он рычал и жаловался, и пытался скинуть меня с кровати. Мы прошли долгий путь. Вот только одно так и осталось неизменным — он получает ужасные раны, защищая меня.

— Зуилас, — дрожащим голосом спросила я. — Ты опять чуть не умер, да?

— Нашивер не пытался убить меня, — ответил он, не открывая глаз.

— Нет?

— Если бы он хотел убить меня, я бы уже был мёртв.

Не помню, когда я успела положить её туда, но моя рука оказалась на его шее. Услышав эти слова, я непроизвольно вцепилась в его волосы.

— Я не могла слышать твои мысли! Мы бы могли соединить обе наши магии и победить Нашивера! Зуилас, пожалуйста, скажи мне, как мне слышать твои мысли?

Он повернул голову и слегка приоткрыл один глаз:

— Ты хочешь получить всё, ничего при этом не отдавая.

Я в непонимании уставилась на него, но в этот момент хлопнула входная дверь — это вернулась Амалия.

— Я сейчас вернусь. И мы обсудим этот вопрос, хорошо?

Когда я вышла в гостиную, Амалия как раз снимала пальто и расстёгивала сапоги. Разделавшись с верхней одеждой, она устало прислонилась к стене:

— Зора жива.

Я облегчённо выдохнула: хоть одна более-менее приятная новость за сегодня.

— С ней же всё будет в порядке?

— Ещё рано об этом говорить, — Амалия прошла мимо меня и плюхнулась на диван. — Целителям удалось её стабилизировать, но она всё ещё в критическом состоянии.

— Зуилас не сможет её исцелить, — в груди снова начала нарастать тревога. — Даже если нам как-то и удастся пробраться к Зоре незамеченными, как я объясню исчезновение её ран?

— Не уверена, что даже Зуиласу под силу исцелить её раны. У неё внутренние разрывы органов, а некоторые из них сместились туда, куда вообще не должны были смещаться. Не думаю, что есть такая магия, которая сможет предотвратить сепсис.

У меня подкосились ноги, и я плюхнулась на диван рядом с Амалией.

— Все целители гильдии стоят на ушах. Досталось не только вам, но и многим другим магам, — продолжила Амалия. — Но всё было бы гораздо хуже, если бы вы не расправились с големами.

— А что насчёт всей той демонической магии, которая озарила всю округу? Кто-нибудь это заметил?

— Не думаю. Вокруг летало слишком много магических заклинаний. Да к тому же все были заняты своими проблемами. Есть и хорошая новость — наша гильдия вышла на первое место среди всех гильдий.

— Но мы так и не узнали, чего же Клод хотел от Варвары и получил ли он это. И мы так до сих пор и не знаем, где его искать. А ещё мы не знаем…

— Не будь такой угрюмой! — она легонько ударила меня по голове. — Мы во всём разберёмся.

— Амалия, спасибо тебе за всё!

— Не за что. Зуилас не в душе?

— Нет. Можешь идти.

Амалия заперлась в ванной комнате, а я направилась в спальню. Зуилас всё также лежал на животе, положив голову на руки. Когда я заползла на кровать, он слегка приоткрыл глаза:

— Vayanin? — прошептал он сонным голосом.

— Почему ты не называешь меня по имени?

Он что-то пробурчал.

— Так о чём мы там говорили? Зуилас?

Но он уже заснул. Я осторожно достала запасное одеяло, чтобы не разбудить моего демона, и накрыла его. Он слегка дёрнулся, но не проснулся. Я хотела было взять ноутбук и порыскать в архивах ОМП, но у меня не было сил пошевелиться. Рука произвольно потянулась к тёплому Зуиласу: я погладила его по волосам, а затем легонько провела по одному из рожков. Так я и заснула — запутавшись пальцами в его волосах.

Мне снился сон.

Я сидела на скалистом выступе. Вдалеке рассвет окрашивал розовым тёмно-синий горизонт, и моя длинная тень простиралась к краю скалы.

Подо мной было что-то, напоминающее накрытый купол, — единственная своего рода постройка среди бесконечных скал, песка и редких тёмно-зелёных растений. Куполообразная постройка была похожа на иглы и высечена в скале. Вокруг неё горело полдюжины больших костров.

В этом сне я слышала настойчивый, урчащий шум. Позади меня всходило солнце, освещая золотистым светом обгоревшие красные скалы и песок. Во сне я встала и подошла к краю выступа. Шум становился всё громче. Это так странно — я знала, что я сплю и что этот шум пытается вырвать меня из сна.

Я долго смотрела на куполообразное поселение, затем спрыгнула со скалы в рыхлый песок. Я направилась в сторону этого поселения. Время как будто ускорилось. Прошла пара секунд, и вот я уже шагаю между каменными куполами, арочными проходами и прочными занавесками, закрывающими дверные проёмы.

Вокруг были слышны тихие голоса, шуршащие звуки и какой-то грохот, но я не стала искать источник шума. Я остановилась перед самым большим куполом и уставилась на занавеску. Она слегка задрожала, а затем из-за неё вынырнула деликатная рука с красноватой кожей и чёрными когтями. Рука сжала занавеску, а затем распахнула её, приглашая меня войти.

Я зашла в какое-то мрачное помещение, и всё погрузилось во тьму.

Нахмурившись, я слегка приоткрыла глаза. Сквозь шторы просачивался серый утренний свет, а над ухом раздавалось громкое мурчанье.

Рядом со мной на кровати растянулся Зуилас, а на его груди возлежала Носочек. Он лениво чесал её за ушком, из-за чего она мурлыкала, как перегретый мотор авто.

Я не дыша смотрела на него. По какой-то необъяснимой причине я не могла оторвать взгляд от его рук, которые с нежностью ласкали хрупкого котёнка. Его глаза были полуприкрыты — видимо, он всё еще был в полудрёме. Он позволил себе показать уязвимость, наверное, потому что был сонным.

Носочек счастливо мурлыкала, не подозревая, что источником её удовольствия был жестокий и беспощадный демон, убивающий своих врагов без сожаления и лишних раздумий. Она приподняла голову, подставляя для ласк шею, и демон услужливо подчинился.

Мой взгляд прошёлся по жёстким линиям предплечья, по мышцам, по запястью.

— Ты проснулась, — повернул он голову в мою сторону.

Его голос вырвал меня из оцепенения. Щёки тут же начали покрываться румянцем, и я так быстро соскочила с кровати, что чуть не упала на пол.

— Эм… доброе утро.

— Почему твоё лицо поменяло цвет, vayanin?

Я выскочила из спальни, оставляя в своей кровати полуголого демона. Почистив зубы, я попыталась вспомнить странный сон. Пустынный пейзаж, каменная постройка, рука с красной кожей — маленькая и женственная — и распахивающаяся занавеска, приглашающая меня войти. Но чем больше я пыталась сфокусироваться, тем сильнее всё перемешивалось в голове. В итоге я решила отбросить эти мысли — есть задачи поважнее какого-то сна.

Полтора часа спустя из своей комнаты зевая вышла Амалия. Заметив меня, она резко остановилась:

— Я хочу знать, что ты делаешь?

Я слегка пожала плечами, хотя внутренне гордилась своими трудами. На столе лежала куча карточек и разноцветных стикеров.

— Итак, — указала я на карточку, лежащую в центре стола. — Клод. Он стоит во главе всех событий, поэтому я положила его в центр. Это вампиры. Это Варвара с големами. Это колдун-альбинос. Я также добавила Эзру, т. к. мы не знаем, связан ли он с Клодом или нет.

— Ты добавила даже мою и свою семьи. И гримуар.

— Мы не знаем наверняка, что связывает Клода со всеми этими людьми. Поэтому ничего нельзя упускать из виду. Единственная явная связь между всем этим — это Демоника, хоть она и представлена в виде крови демонов.

— Мы знаем, что Клод хочет заполучить имена всех Двенадцати Домов, — сказала Амалия, усевшись напротив меня. — Он же сказал тебе, что хочет стать первым призывателем со времён семьи Атанас, которому удастся призвать демонов из всех Двенадцати Домов. Вот только он не знает, как призвать Двенадцатый Дом.

— Если он хочет только этого, то зачем ему красть страницы из гримуара? На тех страницах были заклинания, а не имена. Это уже две вещи, которые мы не понимаем — зачем ему связываться с Варварой, и зачем ему те заклинания.

— Если нам удастся узнать одну из них, то узнаем и другую. Но у нас недостаточно информации. Думаю, этот странный колдун — наша лучшая зацепка. Он знает Нашивера, а ещё у него был голем. Готова поспорить, что уж он то знает, что за сделку заключил Клод с Варварой.

— Я собираюсь нарыть о нём информацию.

— Да, займись этим. А мне нужно решить парочку вопросов, да к тому же у нас закончились продукты. Мне зайти в магазин?

— Да, сходи, пожалуйста. И может купишь что-нибудь Зоре? Цветы или открытку, или что-то такое.

— Как она?

— Я утром звонила целителям. Пока без изменений.

После ухода Амалии я проверила Зуиласа — он спал на кровати с Носочком на груди — и включила ноутбук. Поскольку Тори спрашивала Наима Ашфара о демонах-магах, то я решила начать с этого. Но поискав информацию в открытой базе ОМП, так ничего и не обнаружила. Утро медленно сменилось обедом, а я всё также сидела перед экраном, просматривая одно дело по Демонике за другим.

Незаметно наступил вечер, а я так ничего и не нашла. Расстроенная, я отставила ноутбук в сторону. У меня разболелась голова от напряжённого вглядывания в экран, так что нужно срочно заняться чем-то другим.

Потянувшись под кровать, я достала гримуар. Мои движения разбудили Зуиласа, но он лишь одарил меня ленивым, полусонным взглядом. Я пообещала ему, что попозже накормлю чем-нибудь вкусненьким и ушла в гостиную.

Я открыла гримуар на первой вставке от Мирин. Пролистав всего шесть страниц, я нашла вторую вставку. Её имя было выбито в нижнем углу страницы, на которой было приведено подробное описание одного из экспериментальных заклинаний Антеи. Эта запись была длиннее прошлой, поэтому у меня ушло гораздо больше времени на её перевод. Когда я наконец закончила, голова болела невыносимо.

Дорогая сестра, я не могу отвести своих глаз от чуда, которого ещё не видел мир.

Я пишу эти строки под пристальным взглядом одного из сыновей Дома Vh'alyir. Он оказался не таким, каким я его себе представляла. Я была удивлена тем, что и его тело, и лицо очень красивы.

Ты смеёшься над моей глупостью? Я и сама часто сомневаюсь в своём решении довериться этому зверю. Мелитта, конечно же ты сомневаешься! Хотя должна признать, пока что он держит своё обещание — обеспечить нашу с тобой безопасность.

Я так и не сказала тебе, что пообещала ему взамен его защиты. Ты всё ещё слишком молода, чтобы понять меня. Иногда старшая сестра вынуждена идти на крайние меры, чтобы защитить свою семью.

У меня есть ещё два года, чтобы рассказать тебе об этом. Два года… а потом я отдам ему свою душу. Сердце трепещет от мысли о том, что я сама себе назначила дату смерти. Но если удивительный, смелый, царственный лорд Валиир поможет тебе спастись от этого кошмара, свалившегося на нас, то я с радостью приму смерть от его руки.

— Мирин Атанас.

У меня по спине бежали мурашки. Мирин удалось призвать демона из Двенадцатого Дома. И не просто призвать — она пообещала ему свою душу. Она отказалась от жизни ради защиты младшей сестры и наследия семьи Атанас.

Мне никогда не стать такой храброй, как она.

Хоть Мирин и удалось успешно призвать демона из Двенадцатого Дома и даже заключить с ним контракт, пока что она так и не написала, что же значит то предупреждение о Двенадцатом Доме. Получила ли она от этого Dīnen хоть какую-то информацию? Было ли предупреждение ложным или же она пока что не раскрыла тайну, почему наши предки так сильно боялись демонов дома Vh'alyir?

Отвернувшись от перевода, я уставилась на фото Клода, лежащее в центре стола. Ну почему каждая частичка информации, которую я узнавала, вела к появлению всё большего числа вопросов?

Глава 12

— Я сдаюсь, — пробурчала я, упав головой на клавиатуру, — этого здесь нет. Его кто-то удалил.

— Не устраивай драмы! — Амалия засунула в рот ложку йогурта, — Если Тори смогла найти это дело в архивах ОМП, то и ты сможешь.

— Я просмотрела каждое дело о демонах, призывателях и демонах-магах за последние тридцать лет. Мне они уже снятся.

— Или же ты можешь последовать моему совету и просто спросить у Тори.

— Спросить Тори, значит, сообщить её друзьям. Аарон и Кай и так меня считают предателем. Ты не видела, как они на меня смотрят — как будто я могу в любую секунду натравить на всех Зуиласа.

— Что ты хочешь, чтобы я сказала, — раздражённо вскинула она руки вверх, — Ты либо спросишь Тори, либо следующие три месяца проведёшь за ноутом, просматривая каждое дело в архивах ОМП, либо мы переедем на Багамы и забудем о Клоде и всех этих делах! У нас есть только эти три варианта.

— Клод убил моих родителей, — прошептала я. — Не могу я забыть о нём.

— Ну тогда тебе придётся рискнуть и поговорить с Тори. Как я выгляжу?

Я окинула взглядом её чёрную юбку и лиловую блузку.

— По-деловому. А куда это ты идёшь?

— Эм…по делам. Я потом тебе расскажу. Увидимся через пару часов.

— Угу, — промямлила я, закрывая за ней двери.

В последнее время она часто уходила «по делам». Я подозреваю, что это как-то связано с шитьём, которым она занимается каждую свободную минуту. Ладно, она расскажет обо всём, когда будет готова.

Широко зевнув, я уставилась на экран ноутбука. Там было открыто поисковое окно архива ОМП. Оно как будто смеялось надо мной.

— Ладно, — прорычала я, хватая телефон и набирая номер Тори.

Вызов всё шёл и шёл, и когда я уже собралась отключиться, в трубке раздался какой-то писк.

— Твигги, выключи телевизор, а не то я выкину твою задницу за дверь! — гневно прокричала Тори.

Писк исчез, и спустя пару секунд в трубке раздался голос Тори:

— Привет.

— Тори?

— Кто это?

— Робин.

— Ааа, как ты… Даже не вздумай снова его включать! Подожди, пока я закончу разговаривать. Господи! Ой, Робин, прости. Эти соседи.

Она живёт с кем-то по имени Твигги? Так, не время думать об этом:

— Я хотела спросить тебя кое о чём. Ты можешь говорить?

— Да. Что случилось?

— Когда мы были на встрече с Наимом в гильдии Глаз Одина, у тебя была папка с делом из архива ОМП… Эм, я заметила там одно фото и хочу спросить, можешь сказать мне номер дела?

— Ох. Конечно могу.

Вау. Это было проще, чем я…

— С одним условием.

— Каким? — снова напряглась я.

— Скажи мне, что такого особенного в этом фото.

Что же ей сказать, чтобы не выдать себя?

— Один из мужчин на фото выглядел, как маг, который призвал моего демона.

— И это никак не связано с тем древним амулетом, о котором ты спрашивала?

— Нет.

— Ладно, подожди минутку.

Раздался удар и тихие проклятья:

— Прости, я собираю вещи, так что у меня тут хаос. Думаю, что куда-то закинула ту папку.

— Ты переезжаешь? — мне стало интересно.

— Что? А, нет. Я собираюсь в небольшое путешествие.

— Куда?

— На юг.

Очень подробно.

— Мы нужно скоро выезжать, так что…, - раздался грохот, как будто что-то тяжёлое упало на пол, — Блин. Так что я… А, да, папка.

— А ты уезжаешь с друзьями? С теми магами? — спросила я.

— Да. Ага, вот, нашла. Посмотрим. Да, тут фото двух чуваков, правильно? Ага, номер дела — 97-5923.

— Спасибо!

— Не за что. Так что, ты думаешь призыватель твоего демона — мутный тип?

— Я знаю, что он мутный тип. Вот хочу выяснить насколько он мутный.

— Надеюсь, ты найдёшь то, что ищешь. Дай мне знать, если понадобится что-то ещё. Я должна тебе за то, что ты взяла меня с собой к Наиму.

— Он ничем не помог.

— Да, но ты же взяла меня с собой, — она ненадолго замолчала. — Робин, могу я кое-что спросить?

Я непроизвольно выпрямилась, напуганная серьёзностью её голоса.

— Да. Что ты хочешь знать?

— Тот амулет. Ты знаешь, что он делает?

— Нет… Я пытаюсь выяснить о нём хоть что-то.

— Если узнаешь, скажешь мне?

— Тори, ты его видела? Ты знаешь где он сейчас?

— Эм… Мне нужно идти. Мы поговорим, когда я вернусь. Хорошо?

Она отключилась. Подняв глаза, я увидела Зуиласа, стоящего в проходе.

— Ты её слышал?

Он кивнул.

— Она врала?

— Я не могу услышать ложь через…телефон.

Этого я и боялась. Отложив телефон, я вбила в строку поиска номер дела, который мне дала Тори. Открылся файл, и я принялась за чтение — Зуилас уселся рядом со мной. Он взял толстенную книгу, лежавшую на кофейном столике, и принялся листать её.

Завершив чтение файла, я пролистала вниз до фотографий. Первая из них — та, на которой Клод стоял рядом с мужчиной-альбиносом. На втором снимке альбинос выходил из Блокбастера. На третьей фотографии было размытое изображение чёрного пикапа Форд с американскими номерами.

— Это оказалось полезным? — спросил Зуилас.

— Пока не знаю, но по крайней мере теперь я поняла, почему я не могла найти это дело. Я искала информацию по нашему городу, а это дело оказалось расследование убийства, произошедшего в Орегоне. Это… это город далеко отсюда.

— Здесь? — он тыкнул куда-то в книгу.

Вчера, после того как мы с Амалией навестили Зору — она так и не пришла в себя — я отправилась в книжный магазин. Я не особо запомнила детали своего сна, только то, что мне снилась другая планета. В тот момент меня вдруг озарило — наш мир для Зуиласа тоже другая планета. А он так мало о нём знает. Ему было всё интересно, но я не могла вот так взять и сорваться в отпуск, чтобы показать ему новые места.

Вместо этого я купила ему книгу «Большая энциклопедия красивых мест Земли». Она оказалась тем, что мне было нужно — толстенная книга с фотографиями самых красивых мест Земли.

— Возможно, — пододвинувшись, я открыла книгу на оглавлении. — Так, посмотри. США, Орегон, страница 77.

Я открыла указанную страницу, и мы оба склонились над изображением скалистой горы, окружённой извилистой рекой. Скала и хвойные деревья были залиты бледно-оранжевым светом восходящего солнца.

— Это — Орегон, — сообщила я ему.

Он приподнял книгу вверх, усаживаясь поглубже. Его бедро слегка задело моё.

— Хорошее место, — наконец решил он.

Я отвлеклась, решая, стоит ли мне отодвинутся или нет.

— С чего ты так решил?

— Тут нет hh'ainun. Мне нравится земля. Красивый цвет, — улыбнувшись, он тыкнул пальцем в гору. — Я мог бы взобраться сюда.

— Можешь, — выпалила я, не задумываясь. — То есть, может не на эту конкретную гору, но, может пока я ищу способ вернуть тебя домой, у нас найдётся время. Тогда я возьму тебя с собой в горы.

Он внимательно посмотрел на меня, как будто пытаясь определить, говорю ли я правду или нет, а затем перевернул страницу.

— А сюда? Мы может отправиться сюда?

Мои глаза слегка расширились при виде экзотического водопада, погрузившегося в роскошную зелень.

— Тропический лес Амазонки? Это очень, очень далеко. Но почему бы и нет. Можем отправиться и туда, — рассмеялась я.

На его губах заиграла лёгкая улыбка. Я нервно сглотнула, осознав, насколько близки наши лица. Хоть бы не краснеть! Опустив глаза вниз, я быстро перевернула страницу — здесь был изображён белый песчаный пляж, пальмы и бирюзовый океан.

— Фиджи.

Это вода, vayanin? — придвинулся он ещё ближе. — Вот это голубое?

— Да, — я не задумываясь придвинулась к нему ещё ближе, из-за чего его тёплая рука слегка коснулась моей. — Это океан, такой же, как и здесь.

— У него другой цвет. Я бы тоже хотел его увидеть, — он немного повернулся, — Мы можем увидеть все эти места?

Моя рука прижималась к его твёрдой, мускулистой груди.

— Это…я…на это уйдёт вся жизнь, — заикаясь, произнесла я. — Я думала, ты хочешь вернуться домой.

Он уставился на тропический пляж — его улыбка исчезла. Резко захлопнув книгу, он спросил:

— И что ты узнала об этом деле в Орегоне?

— Эх, — я выпрямилась и отодвинулась от него. — Это случилось 22 года назад. Тогда пропала 19-летняя девушка — ученица чародея. Это она.

Я показала ему фотографию молодой девушки, лицо которой было усыпано веснушками. В её тёмных волосах виднелись мелированные пряди.

— На записи видеокамер был замечен мужчина-альбинос. Он две недели перед её исчезновением кружил возле её дома. Его считали подозреваемым, но он исчез до того, как полиция смогла узнать его имя. ОМП выяснил, что последний, с кем общался этот мужчина, был Клод. Вот только он тогда тоже исчез, и никто не мог его найти. Есть ещё кое-что. За 3 дня до исчезновения девушка сообщила главе своей гильдии, что за ней следит крылатый демон.

— Крылатый демон?

— Учитывая фото Клода, можно смело предположить, что это был Нашивер. Гильдия только начала расследовать факт появления демона, как девушка исчезла. Ни у одного из местных демонов, связанных контрактом, крыльев не было. Единственный подозреваемый исчез через пару дней после того, как было сделано фото. У ОМП больше не было никаких зацепок.

Они не смогли связать демона с подозреваемым, а потому это дело было отмечено, как «Демоника-Подрядчик» и «Демоника-Призыватель». Наверное, из-за этих меток Тори и обратила на него внимание.

Я пролистала страницу вниз и увидела ещё одну запись:«Возможно, связано с делами 97-5881 и 97-5770».

Я открыла эти дела.

— Через пару месяцев пропали ещё две девушки. Теперь уже в Портленде. На этот раз не было ни крылатых демонов, ни подозреваемых. Но обстоятельства двух дел очень похожи. Девушки пропали по пути с работы домой. Они были магами Арканы.

Я уставилась на фото девушек. Им было 20 и 22 года. Брюнетка была подстрижена под каре. Вторая девушка была шатенкой с кудряшками. Больше их никто никогда не видел.

— Нет информации и по альбиносу. Кто знает, связаны ли эти дела с пропажей в Орегоне?

— Может да, а может и нет, — Зуилас вытянул ноги, — Если этот бледный hh'ainun является īnkavis, то он будет убивать снова и снова.

— Является кем?

— Убийцей, который любит убивать.

А, серийный убийца. Если этот альбинос убил трёх женщин 22 года назад, то какова вероятность того, что он продолжил убийства?

Я открыла страницу поиска и принялась искать нераскрытые дела о пропаже женщин в Ванкувере за последние 6 месяцев. Всплыло только несколько дел, но ни одно из них не было похоже на Орегон и Портленд. Пропавшие женщины также не были молодыми, и не принадлежали к классу Аркана.

— Придётся поискать ещё. Одно можно сказать точно, 22 года назад Клод и этот альбинос были замешаны в очень плохих делах. Похоже, они и сейчас замышляют что-то недоброе.

Встав с дивана, я потянулась и отправилась на кухню перекусить. К сожалению, вчера Зуилас съел все пироженки, что я спекла для него. Эх, а они были такие вкусные. В холодильнике не нашлось ничего интересного, зато в углу стола я заметила коробку шоколадных конфет, которую Амалия купила для Зоры. Позже мы сошлись на цветах и открытке, решив, что даже если Зора и придёт в себя, ей первое время нельзя будет есть твёрдую пищу. Так что конфеты мы решили оставить себе.

Поборов лёгкое чувство вины, я открыла коробку.

— Что это?

Я подпрыгнула на месте. Позади меня стоял Зуилас.

— Шоколад. Я хочу что-то съесть.

— Пахнет вкусно.

— Я же даже ещё не до конца открыла коробку.

Проскользнув мимо него — и подальше от угла, в котором меня достиг его запах — я поставила коробку на стол и открыла крышку. Зуилас придвинулся поближе и голодными глазами уставился на маленькие деликатесы.

— Хм, так много.

— У них у всех разный вкус, — я кивнула на карточку, на которой была расписана начинка конфет, и выбрала овальную конфетку с завитушками. — Вот эта с клубничным кремом.

Он уставился на конфетку — его глаза заблестели в предвкушении новой вкусняшки.

— Её нужно жевать, — предупредила я его. — Начинка спрятана в середине конфеты.

Он положил конфету в рот и раскусил. Стоит отдать ему должное, на этот раз он действительно её разжевал.

— Ну как? Вкусно?

— Сладкая. Вкусно. И они все разные?

Рассмеявшись в ответ на его изумлённый тон, я уставилась на карточку. Осмелюсь ли я?

Я всё-таки осмелилась. Выбрав конфету, я дала её ему.

— Это лакричная карамель. Попробуй. (Прим. пер.: никогда не пробовала лакричную карамель, но мне почему-то кажется, что это не очень вкусно.)

Он взял конфету, подозрительно взглянув на меня, затем закинул её в рот. Жевнул один раз, другой…

— Guh! Зачем ты мне это дала?

— Некоторым нравится лакрица, — ответила я, с трудом сдерживая смех.

— Это отвратительно. Оно застряло в зубах. Что это за zh'ūltis еда?

Он проглотил конфету, и я расхохоталась. Он обиженно ждал, пока я перестану смеяться.

— Дай мне вкусную, vayanin. Похожую на первую конфету.

— Ладно, ладно. Как насчёт апельсиновой начинки? Похоже на первую конфетку.

Я передала ему конфету. Он подозрительно обнюхал её, затем разломал на две части и закинул в рот одну часть. Прожевав, он понял, что она вкусная, и проглотил вторую часть конфеты.

— Уже лучше.

— Теперь моя очередь, — я выбрала овальную конфетку. — Ух ты, ванильная карамель. Должно быть вкусно.

Я поднесла конфету ко рту, и в этот момент Зуилас приблизился ко мне.

— Но, vayanin, ты же сказала, что у каждой конфеты разный вкус.

— Да.

— Я хочу попробовать и эту.

— Но она одна.

Он нахмурился:

— Ты часто можешь это есть, na? В моём мире такого нет.

— Ты пытаешься сыграть на моём чувстве вины?

— Я не знаю, что это значит.

Я хотела было нахмуриться, но снова рассмеялась. Большой, опасный демон жалуется, что он не может попробовать вкус каждой конфетки. Ну кто бы мог подумать?

— Хорошо. Я съем половину, и ты съешь половину, — он недовольно кивнул, и я откусила конфету.

По пальцам потекла карамель.

— Ух ты! Вот, попробуй.

Не задумываясь, что я делаю, я положила конфету ему в рот. Мои залитые карамелью пальцы прижались к его губам, и в этот момент до меня дошло, что именно я сделала. Щёки мгновенно вспыхнули, и я тут же отдёрнула руку.

Зуилас уставился на меня широко распахнутыми глазами, как будто не мог поверить, что я утворила такое. Он нервно сглотнул, проглотив конфету в один присест.

Затем медленно облизал верхнюю губу, слизывая остатки карамели.

— Vayanin?

Его голос стал хриплее, чем обычно? Нет, нет, нет. Мне это просто кажется.

— А…я…это, — я не знала куда мне смотреть. — Это не то… Я имею в виду…

Не зная, что ещё тут сказать, я отвернулась к раковине.

Он поймал моё запястье. Его другая рука сомкнулась на локте, и он поднёс мою руку к губам. Моей кожи коснулось тёплое дыхание, и сердце забилось так быстро, что мне вдруг стало не хватать воздуха.

Мои пальцы коснулись его губ. Он не отводил от меня глаз. Наблюдал. Взвешивал. Решался. Так прошло несколько минут — он не двигался, я почти не дышала. А затем он резко вобрал мои пальцы в рот.

Сердце забилось ещё быстрее, хотя куда быстрее то?

Он слизывал карамель с моих пальцев, и все мои мысли куда-то исчезли. Остались только ощущения. Его горячий язык на моей коже. Лёгкое прикосновение острых, опасных клыков. У меня начала кружиться голова.

Его глаза заблестели, зрачки расширились, подчёркивая ярко-малиновую радужку. Он вытянул мои пальцы изо рта, повернул запястье вверх и провёл языком по большому пальцу, слизывая остатки карамели. Его заострённые клыки прижались к подушечке моего большого пальца, и нежно надавили на неё. Меня пронзил его взгляд. Ищущий, пытающийся найти ответ на только ему известный вопрос.

Я не могла отвести от него взгляд. Сердце билось уже где-то в районе горла.

Он слегка сжал руку на локте и притянул меня ближе — ближе к теплу его тела. Ближе к глазам, державшим меня в заложниках. Я заскользила по линолеуму, и это внезапное движение привело меня в чувство.

Я дёрнулась и вырвала руку из его хватки. Из меня вырвался хриплый вздох, а мой ошеломлённый взгляд заскользил по его лицу. Комната закружилась.

Боже мой, я сейчас потеряю сознание. Нет, нет, нет. Я не могу потерять сознание! Мне нужен воздух!

Нет, есть идея получше — мне нужно сбежать отсюда.

Я выскочила из кухни, влетела в спальню и с грохотом захлопнула двери. Я плюхнулась на кровать, пытаясь прийти в чувство. Немного успокоившись, я уставилась на свою руку.

Его язык, слизывающий карамель с моих пальцев.

Резко выдохнув, я перевела взгляд на дверь, частично ожидая, что сейчас он ворвётся в комнату и начнёт жаловаться, что я — глупая hh'ainun. Прошла минута, другая, но он так и не зашёл.

Поднявшись с кровати, я тихонько подошла к двери и слегка приоткрыла её. Он стоял возле кухонного стола, уставившись на коробку конфет. Свет люстры отбрасывал тень на его лицо. Спустя продолжительное время он поднял руку и прикоснулся к коробке.

Его хвост резко дёрнулся в сторону — и он гневно сбросил коробку со стола. Конфеты гулко разлетелись по полу.

Глава 13

На двери задорно зазвенел колокольчик, когда я вошла в паб. За столами сидели более дюжины членов гильдии — значительно больше, чем я ожидала. Атмосфера хоть и была расслабленной, но в ней чувствовались тревожные нотки. Угроза для гильдии миновала, но не все её члены были вне опасности. Мы сможем расслабиться только тогда, когда выздоровеет Зора и другие раненные маги.

Я бросила взгляд на бар. За стойкой стоял паренёк лет двадцати с жирными до плеч волосами. Он без особого энтузиазма натирал стаканы. Обычно по будням в баре работала Тори, и поскольку сейчас её не было, я предположила, что она всё-таки умчалась в своё «путешествие».

Я поднялась на второй этаж — в офисы. Большую часть пространства занимали длинные рабочие столы со стоящими на них компьютерами, шкафы и книжные полки. Пока я шла в самый конец комнаты на большом плазменном экране мелькал список уведомлений от ОМП. Сегодня в офисе было совсем немного людей. В молодой девушке, зарывшейся в учебники, я узнала ученицу целителя — Санджану.

Закинув куртку на спинку стула, я достала из сумки ноутбук. Мне потребовалось 10 минут, чтобы подключиться к принтеру, и наконец-то машина ожила. Одна за другой печатались страницы — дела пропавших женщин из Портленда и Ванкувера за последние 20 лет.

Возможно, это было глупой идеей, но я надеялась, что просмотр настоящих страниц, а не экрана ноутбука, натолкнёт меня на какие-то мысли. Не помешает и смена обстановки — здесь Зуиласу приходится оставаться в инферно.

Не то чтобы попытка избежать встречи с моим демоном хоть как-то влияла на моё желание сменить обстановку.

Я отправила на печать ещё два файла — тот, что мне дала Тори, и связанные с ним дела. Я подошла к принтеру, собрала в кучу уже распечатанные бумаги и принялась ожидать последние файлы.

Раздался скрип, и принтер заело.

— Блин, — застонала я, легонько стуча по технике. Затем принялась озираться по комнате в надежде, что кто-то поможет мне с ним разобраться.

— Нужна помощь?

Услышав мягкий, неизвестный мне мужской голос, я расплылась в улыбке:

— О, да. Понятия не имею, как…

При виде мужчины, стоящего передо мной, из головы улетучились все мысли, а улыбка застыла на лице. Высокий, с бронзовой кожей, каштановыми кудряшками, и ярким белым шрамом, тянущимся от виска до впадины на левой щеке. Его правый глаз был шоколадно-коричневого оттенка, а вот левый, покрытый шрамами, был бледно-белым с бесцветной радужкой. Такая асимметрия приводила в замешательство.

— Эзра, — еле слышно выдавила я.

— Привет, — улыбнулся он.

Я отшатнулась назад, пытаясь придумать достойный повод, чтобы сбежать. Он заступил на освободившееся место и открыл крышку принтера. Затем засунул руку внутрь машины, что-то там покрутил, дёрнул и вытащил замявшуюся страницу.

— Тебе придётся заново её распечатать.

Я нервно выхватила помятую страницу из его рук — на ней был изображен Клод и альбинос. Ничего, сойдёт и так.

— Всё нормально. Спасибо, — промямлила я и ушла к своему столу. Я только-только разложила на столе бумаги, как на стол упала чья-то тень. Эзра уселся рядом со мной.

Не зная, как себя вести, я спросила:

— Эм… А Тори тут?

Обычно барменша не отходит далеко от друзей, так что, если я переведу разговор на Тори, а потом отправлю к ней Эзру, то мне удастся тихонько отсюда слинять. И о чём я только думала, когда решила прийти сюда поработать?

— Тори уехала из города. В субботу вечером Зора прислала мне сообщение.

Точно. Сообщение. А я и забыла о нём!

— Эм… и что в нём?

— Что у тебя есть для меня какая-то информация. Что-то об изгое-призывателе?

Кровь забурлила, а сердце начало стучать быстро-быстро. Хоть у меня и не было доказательств, но тот факт, что Клод распечатал информацию про Эзру, говорил о том, что это от аэромага исходил запах демона. Как-то мне не хотелось с ним связываться.

Но вот он — сидит рядом со мной и спрашивает о Клоде.

— Я веду расследование по делу призывателя, который призвал того несвязанного контрактом демона, — принялась я объяснять, — Когда я обыскивала его дом, то нашла на его столе твой профайл.

— Мой профайл? — на его лице не отобразилось ни одной эмоции, — Хм.

— Тебе о чём-то говорит имя Клод Мерсье?

— Нет. А у тебя есть его фото?

— Вот оно, — расправила я смятую страницу. — Это фото 1997 года.

Он внимательно уставился на фото:

— Не думаю, что я его знаю, — он махнул рукой на мои бумаги, — А это что?

Ох, как бы было хорошо, если бы Зуилас сейчас стоял рядом со мной! Он же ходячий детектор лжи!

— Я думаю Клод заключил сделку с Варварой. В субботу вечером я столкнулась с этим мужчиной, — тыкнула я на фото альбиноса, — которого охранял один из големов Варвары. Мне кажется, он работает на Клода.

Эзра внимательно слушал мой рассказа об убитой девушке, которую преследовал крылатый демон, и о пропавших девушках, которых мог похитить и убить всё тот же преступник.

— Поэтому я и ищу другие дела о пропавших женщинах в Ванкувере или Портленде. Возможно, они смогут меня привести к этому чародею, а он, в свою очередь, приведёт меня к Клоду.

— В Портленде, — пробормотал он, возвращая мне фото, — Варвара Николаева, изгой-призыватель и серийный убийца — это слишком опасная комбинация. Думаю, ты права. Сперва нужно сосредоточиться на альбиносе.

Я кивнула.

— Тебе нужна помощь?

— П-помощь?

— Аарон, Кай и я — охотники за головами. Это наша работа. Мы провели огромное количество таких расследований. Я даже подсчитать не могу, сколько.

Я моргнула. Этот парень скрывает какой-то секрет, связанный с Демоникой, правильно? Так почему это он вдруг хочет помочь мне? Какова его цель?

А Эзра тем временем достал фотографии пропавших девушек и разложил их на столе:

— Ничего не замечаешь?

— Все они из класса Аркана. Все они молоды и красивы.

— Чёрные волосы, — отметил он. — И все они низенькие, не выше 160 см.

— И правда.

— А знаешь кто ещё молодая, красивая брюнетка низкого роста?

— Кто?

— Ты.

Внутри меня всё заледенело.

— Он сказал… Тот чародей сказал, что я подхожу.

— Ты и правда подходишь, — сказал Эзра и потянулся к другим файлам. — Давай посмотрим, кто из этих женщин ещё подходит.

Это заняло у нас два часа. Мы просмотрели все файлы с пропавшими девушками, но среди них было лишь несколько, кто походил описанием на меня. Все они оказались бесполезны.

— Ничего, — вздохнула я.

Эзра устало откинулся на спинку стула:

— Подозреваемый исчез 20 лет назад, когда ОМП начал расследование. Возможно, он научился на своей ошибке и сменил типаж.

— Учитывая те слова, что он сказал мне, вряд ли он сменил свои…предпочтения.

— Нет, но может ему не нужен особый класс магии или же вообще не нужны маги, — он встал из-за стола. — Пойдём.

Я последовала за ним. Мы подошли к двери офиса офицеров гильдии. Эзра легонько постучал, и мы вошли.

Феликс — третий офицер гильдии — оторвал взгляд от монитора. У него под глазами были тёмные круги, борода не расчесана, а волосы спутаны, как будто он несколько дней вообще их не расчесывал. Феликс — муж Зоры. Наверное, он и не спал толком все эти дни.

— Феликс, ты сегодня работаешь? — спросил его Эзра.

— Дариус предложил поменяться сменами, но я отказался. Мне нужно…нужно отвлечься. Чем я могу помочь?

— Как Зора? — спросила я.

Лёгкая улыбка озарила его лица:

— Лучше. Она то просыпается, то засыпает. Она спрашивала о тебе. Переживала.

— Боже, я так рада! Могу я её увидеть? Могу я что-то принести? Что…

— Сейчас ей нужен отдых, — прервал он меня. — Я сообщу тебе, когда ей разрешат видеть посетителей. Так что вам нужно?

— Можешь просмотреть базу данных полиции Ванкувера? — сказал Эзра. — Ищем пропавших женщин до 30, брюнеток, рост не выше 160 см.

— За какой период?

— За последние 6 месяцев.

— Да, сейчас поищу. Дай мне 5 минут.

Феликс принялся что-то печатать, а я придвинулась поближе к Эзре:

— Ты думаешь, что чародей переключился на обычных женщин?

— Общество магов не такое большое по сравнению с обычными людьми. Так что, если кто-то из наших пропадёт, гильдии не будут сидеть сложа руки. Мы бы уже давно начали искать убийцу, так что ему было бы сложно скрыться от нас. Скорее всего, он переключился на более лёгкую добычу.

Пока мы ждали, я украдкой разглядывала Эзру и Феликса. Я этого даже не заметила, но и Эзра тоже выглядит уставшим. Хоть на его коже и не так сильно были заметны круги под глазами, но ему всё равно нужно отдохнуть.

Феликс печатал ещё пару минут, а затем ожил его принтер, выдавая около 12 страниц.

— Вот. Дайте знать, если вам понадобится что-то ещё.

— Хорошо, — ответил Эзра. — Феликс, тебе нужно отдохнуть.

Мы вернулись за свой стол. Под описание попало шесть женщин. Три из них пропали в прошлом году, и полиция уже нашла преступников — бывший парень, свекровь и какой-то наркоман. А вот оставшиеся три…

— Объявлена в розыск 3-го января, — прочитала я дела. — Объявлена в розыск 11-го января. Объявлена в розыск 18 января.

— Это прошлая пятница, — прошептал Эзра.

— Тела не найдены. Нет подозреваемых. Пропали по пути домой, — я взглянула на Эзру. — Это должен быть чародей. Он только за прошедший месяц убил троих!

— Подозреваю, что это значит, что в город он приехал только в этом месяце. Если проверим полицейскую базу данных в Портленде, то уверен, что найдём гораздо больше таких дел.

— Его нужно остановить!

— Это дело — наша лучшая зацепка, — сказал Эзра, подвигая ко мне дело девушки, пропавшей самой последней.

— Самая лучшая зацепка?

— Да, мы сможем найти этого чародея. Ты завтра занята?

— Нет.

— Тогда встретимся здесь в 9 утра и начнём поиски. Сначала проверим её место работы. Мы знаем, как этот чародей выглядит, что значительно облегчает дело. Кто-то должен был заметить, как он похищал девушку.

— Да. Хорошо. А что насчёт Клода и его данных на тебя?

— Найдём одного, найдём и другого, — Эзра встал из-за стола. — До встречи!

— Да. Пока.

Подойдя к лестнице, он оглянулся, и наши взгляды на мгновение пересеклись. У меня по коже побежали мурашки. Его глаза были невыразительными, скрывая его мысли, но вот интенсивность взгляда… мне он напомнил гадюку, смотрящую на жертву прямо перед прыжком.

Он исчез из виду, и я наконец-то смогла выдохнуть. Эзра Роу — маг гильдии Ворон и Молот. Этого человека я старалась избегать, как огня. И надо ж такому случится, что именно он помогает мне найти альбиноса-колдуна.

Что ж, подведём итог. Из плюсов — Эзра гораздо лучше меня знает, как вести расследование убийств.

Из минусов — вероятно он, как и я, скрывает опасный секрет.

Глава 14

Разговоры с незнакомцами — это не мой конёк. Идея поселиться в глубоком лесу подальше от людей ещё никогда не казалась мне такой заманчивой, как сейчас.

Я шла следом за Эзрой, поплотнее закутавшись в ярко-жёлтый шарф. Всё это утро мы провели в кафе, где работала Яна Денева — девушка, пропавшая чуть больше недели назад. Мы опросили её коллег, а также каждого посетителя, зашедшего в кафе. Мы спрашивали не видели ли они вокруг мужчину-альбиноса.

Наш результат: ничего. Никто не видел альбиноса, что означает 2 варианта: либо он очень хорошо скрывается, либо он не ошивался возле её места работы.

Я уже запыхалась, пытаясь выдержать быстрый темп Эзры, пока мы поднимались по ступеням старого 4-этажного здания. Желто-зелёный знак над входом гласил «Общественный колледж Ванкувера».

— Тори тоже здесь учится, — отметил Эзра. — Может это и к лучшему, что она сейчас в отпуске.

— С ней всё будет в порядке, — заверила я его. — Она не подходит под типаж преступника.

— Да, но как только она узнает, что здесь ошивается преступник, который убивает молодых девушек, то не сможет спокойно спать, пока собственноручно не пришибёт его.

Да, я могла в это поверить.

— Ты разговаривал с ней?

— Нет, — он отвернулся и тихо прошептал, — Я не хочу с ней разговаривать.

Мимо нас прошла группа студентов. Эзра достал из кармана распечатку и перечитал данные.

— Яна ходила на театральные курсы. Так, я думаю нам сюда.

Через несколько минут мы оказались в театре на задних рядах. Спереди сидела кучка студентов, а перед сценой стояла пожилая женщина с растрёпанными волосами — как я поняла это была куратор театра. По сцене туда-сюда расхаживал молодой человек, что-то рьяно декларируя своей напарнице.

— Это Ромео и Джульетта, — дошло до меня.

— Они не в костюмах, но нам, наверное, следует дождаться перерыва, — предложил Эзра.

Мы тихонько, чтоб не помешать репетиции, пробрались на второй ряд и уселись, вытянув ноги. Эзра смотрел на сцену с нечитаемым выражением лица. Хоть я и провела с ним полдня, но так и не поняла, что же скрывается за этой маской безразличия. Понятия не имею, что он за человек, но за это время я уже несколько раз заметила его «взгляд кобры», и с каждым разом меня это нервировало всё больше и больше.

Я переключила внимание на сцену. Там должна была стоять и Яна. Интересно, какая бы роль ей подошла? Леди Капулетти? Кормилица? Или бы ей досталась трагическая роль Джульетты?

— Ты думаешь Яна мертва? — тихо спросила я Эзру.

— Мы не знаем, что именно чародей делает со своими жертвами, но прошла уже неделя. Шансы на выживание не так уж и высоки.

Я нервно дёрнулась.

— Мы найдём его, — пообещал Эзра. — Даже если мы с тобой не справимся, то, как только вернутся остальные, мы привлечём и их.

— А когда они вернутся?

— Не знаю.

— Вы же лучшие друзья, разве нет? — выдала я, не подумав.

Он лишь молча холодно уставился на меня. Щёки вспыхнули, и я тут же поспешила отвести взгляд на сцену, что было ошибкой, ведь в этот момент Ромео как раз собирался поцеловать Джульетту.

Ромео слегка наклонил голову и губы двух влюблённых встретились. Запретный поцелуй двух несчастных любящих сердец. Греховная страсть, разделённая на двоих.

Я уставилась в пол. Сердце почему-то начало быстро биться, и мне стало жарко. Да что со мной такое?

Куратор объявила перерыв, и когда я наконец подняла глаза с пола, она уже направлялась в нашу сторону. Эзра поднялся с места, и я последовала его примеру.

— Чем я могу помочь? — спросила женщина, подойдя к нам поближе.

— Эзра Роу. А это мой напарник Робин Пейдж. Мы — частные детективы и расследуем дело о пропаже Яны Деневер. Не могли бы Вы…

— Пропажа? А разве не убийство? — в глазах женщины появились слёзы.

— Что?

— Убийство! Её тело обнаружили этим утром. Что же вы за детективы, если не знали об этом?

Тело? У меня всё внутри заледенело.

— Мы знаем, — спокойно ответил Эзра. — Однако мы не хотели ошарашить Вас новостями на случай, если Вы об этом ещё не знали.

— Ах, — всхлипнула женщина. — Нет, весь факультет в курсе. Нам сообщил декан. Яна была такой артистичной! Она идеально подходила для сцены. Так что вам нужно?

— Вы когда-нибудь видели этого мужчину? — спросила я, показав ей фото альбиноса.

— У него альбинизм? — женщина внимательно уставилась на фото. — На нашем последнем представлении был один какой-то уж слишком бледный мужчина. Это было в прошлую среду. Он сидел в первом ряду.

— Это был он? Вы уверены?

— Возможно, — она ещё раз взглянула на фотографию, — но, по-моему, тот мужчина был немного старше. Простите, я не уверена.

Мы задали ей ещё пару вопросов, но так и не узнали ничего нового. Поблагодарив её за помощь, мы вышли из колледжа. Как только мы вышли на улицу меня начало трясти.

— Яна мертва.

— Я попрошу Феликса узнать, где нашли её тело. Вот только сегодня мы вряд ли туда попадём. Нужно дождаться пока полиция закончит с осмотром места преступления.

— Ты же пришлёшь мне адрес?

Он быстро окинул меня взглядом. На мгновение в его глазах появилась нерешительность, но она так быстро исчезла. что я решила, что мне это показалось.

— Конечно. А пока…

А пока мы ничего не сможем сделать. У нас нет никаких зацепок, кроме одной — возможно, но это только возможно, чародей приходил на спектакль.

— Держи меня в курсе, — попросила я его

— Конечно!

Он помахал мне рукой и ушёл. Я смотрела ему вслед, а внутри меня разрастался необъяснимый страх.

— Три, два, один. Luce!

— Luce, — одновременно со мной произнёс Зуилас.

Заклинание, созданное его ярко-красной магией, никак не отреагировало. Наши ладони были прижаты друг к другу, пальцы переплетены, но заклинание не сработало. Я разочарованно убрала руку. Ярко-красное свечение исчезло.

— Ну почему не срабатывает? — устало спросила я. — Мы же уже до этого дважды сплетали нашу магию!

— Во время битвы всё по-другому, — пожал он плечами.

— Но пару дней назад мы не смогли объединить нашу магию и во время битвы. Давай попробуем ещё раз.

— Зачем? Мы и так уже пробовали много раз. Или ты считаешь, что моей магии недостаточно?

— Твоя магия очень сильная — ты и так это прекрасно знаешь. Но, если мы соединим обе наши магии, то станет ещё сильнее, ещё могущественнее. Благодаря этому мы смогли победить Василия. Мы сможем победить и Нашивера.

Он что-то буркнул.

Я внимательно уставилась на демона, сидящего напротив меня — по другую сторону журнального столика. Рядом с ним сидела Носочек, с интересом наблюдая за дёргающимся хвостом Зуиласа.

На задворках моих мыслей всё ещё мелькал вчерашний инцидент с конфетами — как я ни старалась, никак не могла это забыть. То, что я дала ему конфету — это значила что-то большее. Больше, чем просто поделиться конфетой. Но что именно это для него значило — этого я понять не могла. Его реакция…

Я нервно сглотнула. Его реакция была мгновенной. То, как он потянулся ко мне, как прикоснулся губами к моим пальцам — от одного этого воспоминания у меня вспыхнули щёки — в его движениях чувствовалась неуверенность. Как будто он ждал от меня чего-то. Его мысли, сам способ его мышления — всё это манило меня. Мне нужно узнать о чём он думает. Вот только…

Вот только я никогда в жизни не решусь спросить его об этом. Как я вообще смогу заговорить об этом инциденте? А вдруг я подниму этот вопрос, и он решит… он может подумать….

Нет, нет, нельзя. Покачав головой, я сфокусировалась на более насущных проблемах:

— Мы не можем объединить нашу магию, потому что я не слышу твои мысли. Нам нужно как-то наладить эту связь. Я уверена в этом.

Он нахмурился.

— Неужели тебе настолько сложно впустить меня в свою голову? Ты же можешь слышать мои мысли.

— Не все. Ты скрываешь больше, чем разрешаешь услышать.

— Разве ты не хочешь раскрыть эту силу? Моя магия совместно с твоей способна победить Нашивера.

Он нахмурился ещё больше.

— Зуилас, ну хотя бы попытайся. Ну пожалуйста!

— Ну хорошо, я попытаюсь, — буркнул он.

По венам побежал адреналин. Я в предвкушении ждала слияния наших магий. И если быть предельно откровенной, то мне не столько хотелось соединить магии, сколько услышать его мысли. Заглянуть в скрытые глубины его мозга и души. Прошлого беглого опыта мне было недостаточно. Я хотела забраться в его голову и узнать, что он скрывает.

В его взгляде читалась осторожность, но он всё равно протянул мне руку. Я в предвкушении переплела наши пальцы.

— Что мне делать? — спросила я.

— Слушать, — его хвост нервно ударил по полу.

— А чем я по-твоему занималась последние две недели?

— Попробуй снова.

Я поудобнее уселась на полу и уставилась в его глаза, отчаянно пытаясь услышать хоть что-то. Секунды сменялись минутами. Ни-че-го.

— Я ничего не слышу!

— Ты плохо слушаешь.

— Ты не говоришь мне, что делать! Мне нужны инструкции. Как у тебя получается слышать мои мысли?

— Легко. Твои мысли все на поверхности, как будто ты шепчешь их мне в ухо.

— А ты сейчас думаешь хоть что-то?

Он лишь молча смотрел на меня.

— Что я делаю не так? Раньше ты говорил, что я всегда могла слышать твои мысли!

— Я так думал, потому что ты не пыталась меня услышать.

— Сейчас я слушаю, но ничего не работает.

Он крепче вцепился мне в руку, придвинулся чуть ближе и уставился в глаза. Я буквально видела, что он кричит мне свои мысли, но вот услышать их не могла!

— Ну почему это не работает? Что со мной не так?

Он отпустил мою руку и встал с пола:

— Забудь об этом, vayanin. Моя магия достаточно хороша. Я дождусь dh'ērrenith.

Я чётко слышала в его голосе раздражение — он злился на меня.

— Прости.

Он принялся мерить комнату шагами — его хвост то и дело бил по полу — а я мысленно кляла себя на чём свет стоит. Нам нужно, чтобы это сработало. Нам жизненно необходимо это преимущество. Но из-за меня мы в заднице.

— Я буду стараться. Есть ещё что-то, что я могу…

Он едва слышно приблизился ко мне и уставился на меня сверху вниз так, будто я его чем-то обидела. Затем присел на корточки и обхватил мою голову руками. Затем резко дёрнулся и уткнулся мне в шею лицом.

Я застыла на месте. Пульс начал выстукивать стаккато. Какая-то часть меня запаниковала, крича мне, чтобы я вырвалась из его рук. Остальная я наслаждалась его руками на моей голове, его тёплым дыханием на моей шее, его запахом, перекрывающим все остальные ароматы. Эта часть меня не хотела вырываться из его рук — не хотела, чтобы он меня отпускал.

«Vayanin.»

Едва уловимый шёпот. Я почувствовала движение его губ на моей шее, и тело бросило в жар.

— Почему, — тихо-тихо прошептал он, — твоя кожа меняет цвет?

Какую-то долю секунды его вопрос вообще ничего не значил.

— Что? — я гневно попыталась оттолкнуть его. — Опять этот вопрос? Ну почему ты всё время спрашиваешь…

Он крепче сжал мою голову и глубже зарылся в шею:

— Скажи мне.

— Почему это так тебя волнует? Зуилас, то, что мы пытаемся сделать, очень важно. В вопросе поимки Нашивера мы беспомощны, как слепые котята и…

— Мне нужно знать ответ, vayanin.

— Нет, не нужно. Это никак не связано ни с Нашивером, ни с Клодом, ни с магией, вообще ни с чем.

Молчание. Лишь его тёплое дыхание, согревающее мою кожу.

— Но это связано со мной, — прошептал он.

— Зуилас, это неважно, — нервы были уже на пределе.

И снова он ненадолго замолчал.

— Это не ложь, но это и не правда.

Он отпустил меня и отвернулся, сев ко мне спиной.

Я попыталась собраться с мыслями:

— Зуилас, чтение твоих мыслей…это как-то связано со мной?

— Я слышу только то, что ты хочешь, чтобы я услышал. Я не слышу то, что ты боишься мне открыть.

По коже побежали мурашки. Вдруг раздался треск — это его когти разрывали коврик.

— Поэтому ты не можешь услышать мои мысли.

— Я не понимаю, — нахмурилась я.

— Я пытался. Но я не могу.

— Не можешь что?

— Позволить тебе услышать меня.

Мне потребовалось время, чтобы понять о чём он говорит:

— То есть… я не могу услышать тебя, потому что ты мне это не позволяешь?

Он кивнул.

Что ж, по крайней мере, это не моя вина, но…

— Зуилас, нам нужно, чтобы это сработало!

— Я знаю, — прорычал он. — Я старался!

— Значит старайся усерднее!

— Я старался, — он резко повернулся ко мне, обнажив клыки, — Но от одного «нужно» дела не делаются.

— Но почему, если ты старался, ничего не вышло?

— Ты решила прятать от меня свои мысли?

— Нет. Я ничего не решала! Я даже не понимала, что скрываю их, пока ты мне об этом не сказал! — я перешла на крик, не понимая, почему он такой злой. — Ты знаешь, почему ты не можешь мне позволить услышать свои мысли?

— Почему твоё лицо меняет цвет? — прорычал он.

— Зуилас, — уже орала я на всю, — Это серьёзно!

— Я серьёзен.

— Я уже сказала тебе, что это неважно.

— Ты слишком многое скрываешь, — он резко вскочил и навис надо мной, уставившись на моё лицо своими ярко-красными глазами. — Твой мозг молчит, когда ты думаешь обо мне. А когда я тебя спрашиваю об этом, ты отказываешься отвечать! Ты говоришь, что это неважно, но я слышу ложь в твоих словах. Все твои важные, потаённые мысли обо мне скрыты в недрах твоей головы. И ты не разрешаешь мне это услышать.

Я открыла рот, но не знала, что ему сказать.

— Я доверяю тебе во многих вопросах, — его голос стал ниже и опаснее, — Но я не доверяю тебе во всём! Я не доверю тебе мои мысли и знания, и чувства и желания! Не тебе, которая так много скрывает от меня!

— Но… но это не…

Неважно. Вот только благодаря его способности слышать ложь он знает, что я не до конца честна с ним.

— Но раньше же это сработало, — прошептала я. — Значит, ты тогда мне доверял.

Он ещё некоторое время молча смотрел на меня, а затем отвернулся:

— Я найду другой способ победить Нашивера.

Я даже не знала, что ему на это возразить. В голову не приходило ни одной умной мысли, ни одного решения этой проблемы. Он ушёл в спальню, а я всё сидела и ждала, что, может быть, он вернётся.

Он не доверяет мне. Он не может открыть мне свои мысли.

Его настоятельный вопрос о том, почему моё лицо меняет цвет, казался таким глупым — как будто он просто пытался поддразнить или разозлить меня. Я и подумать не могла, что для него это может быть важным. Что ему нужно понять меня. Что он отчаянно хочет узнать, что я думаю о нём.

Но я спрятала от него все эти мысли. А он, будучи демоном, всю жизнь прожившим в жестокости и недоверии к другим, не мог принять тот факт, что мне есть, что скрывать. Он откроется мне только после того, как я первой откроюсь ему — открою ему все мои мысли и тайны, все чувства и переживания.

А этого…этого не случится никогда.

Глава 15

Я внимательно изучала только что законченный перевод. На щеках играл румянец, а сердце сильно билось в груди.

Я просмотрела более 50 страниц гримуара, чтобы найти очередную вставку от Мирин. Учитывая количество страниц, которые она переписала в гримуар прежде чем написала своё отступление, должно быть, прошли недели, а может даже месяцы, с момента её вставки об успешном призыве демона.

Но не из-за длительного периода между вставками мои щёки зарделись, как маки.

Сестра, я теряю себя.

В некоторые дни мне кажется, что я ещё никогда не чувствовала себя такой цельной, такой живой. Никогда до этого не чувствовала себя в безопасности. Никогда до этого никто так обо мне не заботился. Никогда до этого я не была свободна от страха.

Мой Валиир безжалостен. Он сильный, хитрый и могущественный, но он ведёт себя так ради нашей с тобой безопасности. И он гораздо больше, чем просто сила.

Сестра, он задаёт мне вопросы! Он любопытен, как дитя. Ему всё интересно. Мы ведём с ним беседы о моём и о его мирах, и это подпитывает мою любознательность. Захватывает воображение. Но в то же время вызывает сочувствие.

Прошлой ночью он рассказал мне о жестоких битвах между демонами-мужчинами. Соперники ведут битвы на смерть, и всё это ради того, чтобы передать своё семя — выносить и вырастить сыновей-воинов, которые затем также будут сражаться друг с другом.

Я спросила его: «Разве это не бессмысленно?»

Он с грустью посмотрел на меня и спросил: «А что ещё нам остаётся?»

Сестра, в такие моменты я задаюсь вопросом, не сошла ли с ума, если хочу утешить его? Я знаю, что он силён, но он не зверь. Его внешность несильно отличается от человеческого мужчины. Его лицо прекрасно, а тело…эх, здесь я вздыхаю, потому что его тело великолепно.

Сошла ли я с ума, если хочу прикоснуться к нему?

Сошла ли я с ума, если вижу красоту в моём демоне?

Сошла ли я с ума, если хочу большего?

Возможно, моё истинное безумие лежит в стремлении написать все эти непристойные желания в гримуаре. Сестра, не суди меня за это строго, ведь я даже не осмеливаюсь поделиться этими желаниями с тобой. Я могу только молиться о том, чтобы разум вернулся ко мне до того, как я паду в эту пучину ещё глубже.

— Мирин Атанас.

Мой взгляд скользнул по странице. Да, эти строки были переписаны кем-то другим, но я не могла не представить себе молодую девушку с пером в руках. Она задаёт вопросы, на которые не найдёт ответа — не за период своей жизни. Может быть даже никогда.

μαίνομαι ποθοῦσα αὐτοῦ θιγγάνειν — Сошла ли я с ума, если хочу прикоснуться к нему?

μαίνομαι ὁρῶσα ἐν τούτῳ τῷ δαίμονι τὸ καλόν — Сошла ли я с ума, если вижу красоту в моём демоне?

μαίνομαι πλείω θέλουσα — Сошла ли я с ума, если хочу большего?

Я перечитала первое предложение. Мирин ни за что в жизни не могла бы представить, что через тысячи лет я смогу понять её. Я теряю себя. Всего три слова, но они так мне близки!

Мой взгляд невольно скользнул к нескольким листам, заполненным маминым почерком — её перевод гримуара. Сложись всё иначе, мы бы сейчас вдвоём переводили этот гримуар. Мы бы охали и хихикали от того, что наша предок думала, что может быть влюблена в демона.

Мы бы обсудили мысли и чувства Мирин. Было ли её желание быть ближе к демону настоящим или же она просто чувствовала благодарность к тому, кто её защищал? Возможно ли, что она посчитала любовью эту благодарность? Тянуло ли её к самому демону или же её привлекала его сила? Действительно ли она теряла разум или же просто была одинокой девушкой, на плечах которой лежала слишком непосильная ноша?

Мы бы обсудили каждое предложение, пытаясь найти подсказки. Я бы обязательно отметила, что Мирин осознавала нездоровость ситуации, неправильность её мыслей. Она задавалась вопросом, а не сошла ли она с ума. Она ставила под сомнение правильность своих желаний. Она молилась, чтобы к ней вернулся здравый смысл.

Я буквально слышала ответ мамы. Почти видела, как на её губах играет лёгкая улыбка.

Но, мой птенчик, посмотри сюда. Вот, она пишет, что ещё никогда не чувствовала себя такой живой. А вот она пишет о разговорах, которые они вели с демоном. Может Мирин и сомневалась в правильности своих чувств, но она никогда не сомневалась в том, что они — настоящие.

А я бы ответила: Мама, но это же демон! Да, возможно она немного им увлеклась, но эти чувства ничего не значат! Никто по-настоящему не сможет полюбить демона!

А мама бы рассмеялась.

А может она не смогла устоять перед ним? Похоже, он был очень «горячим» демоном.

Я представила её улыбку и залилась слезами. Хватит фантазировать! Разозлившись на себя за то, что позволила своим мыслям зайти так далеко, я закрыла гримуар и отодвинула подальше от себя. Его, конечно, надо бы спрятать в футляр, но он остался в спальне.

А в спальне сейчас сидит мой демон.

Он весь вечер избегал меня. Не видела я его и с утра, когда забрала гримуар. Доверие между нами рассыпалось на части так быстро, что я не могла остановить этот процесс. Почему он не может мне довериться? Он думает, что я могу скрывать что-то, что может причинить ему вред?

Или же он опасается, что я могу что-то услышать в его голове?

Когда я отдала ему гримуар, я думала, что доказала ему чистоту и искренность моих намерений. Я не знаю, что ещё могу ему отдать. Позволить ему заглянуть в мои мысли…Позволить ему увидеть каждую глупую мысль и бездумную прихоть…Позволить ему увидеть непристойные желания, которые то и дело приходят мне в голову….

Нет! Нет, ни за что. Доверие не может — не должно — строиться на полном отказе от личной жизни. Я найду способ — гораздо лучший способ — вернуть утраченное доверие.

Зазвенел телефон, отрывая меня от этих мыслей. На экране высветился значок сообщения и имя отправителя: Эзра Роу.

Текст был коротким: ул. Вернон. Первый проход под Эстакадой Е1.

Это адрес? Или что? Порывшись в памяти, я вспомнила о чём мы говорили перед тем, как разошлись. Это место преступления! Здесь было найдено тело Яны Деневы. Я быстро схватила гримуар и свои записи и повернулась в сторону спальни. Эзра сказал, что нужно дождаться пока полиция исследует место преступления, но я ждать не собиралась. Зачем? Ведь у меня есть быстрый способ узнать, был ли там колдун-альбинос.

Всё, что мне нужно сделать — подойти поближе, чтобы Зуилас смог поймать след.

______________________________________

Ул. Вернон — не самое лучшее место для ночных прогулок. Особенно, для одинокой девушки.

Я крепко сжимала инферно, то и дело оглядываясь по сторонам. Большинство фонарей были сломаны, и я ориентировалась почти на ощупь. Справа от меня была старенькая автомастерская, слева — стальной забор с кучей граффити и бандитских надписей.

Да, это точно не самое лучшее место для прогулок.

Несмотря на поздний час эстакада была заполнена автомобилями. Дойдя до бетонного моста, я прищурилась. Под эстакадой было ещё темнее, чем на улице, и ещё страшнее.

Радовало только то, что проход под эстакадой был достаточно широким, а обзор закрывали лишь бетонные опоры. На противоположной стороне стояло трёхэтажное здание без окон, окружённое рощицей деревьев.

По волосам пробежал холодный ветер, всколыхнув что-то жёлтое впереди. Полицейская лента. Я нашла место преступления.

Путь преграждал металлический забор, но я обнаружила широкие ворота, позволяющие проехать к соседнему зданию. Замка нет, так что слегка толкнув ворота, я смогла протиснуться в узенькую щель. Подойдя к ленте, я нервно оглянулась. Живот скрутило от страха. Над головой грохотал транспорт, заглушая все звуки. Если бы Яна закричала, её бы никто не услышал.

Это место было чёрной, потайной дырой. Легко добраться, легко сбежать, трудно заметить.

Я пролезла под полицейской лентой и встала на место преступления. Тела Яны здесь уже не было, но остались пятна крови. Я поспешила отвести от них испуганный взгляд и ещё раз огляделась.

Убийца выбрал удачное место. Его не было видно ни с улицы, ни с соседних зданий. Поэтому никто ничего не заметил. К счастью, это значит, что и меня никто не увидит.

— Зуилас.

Вокруг инферно вспыхнул ярко-красный свет, и мой демон материализовался рядом со мной. Его прищуренный взгляд скользнул по нашему окружению, анализируя каждую мелочь — от самой земли до путей отхода в случае возникновения опасности.

— Здесь громко. И воняет, — пожаловался он.

— Ты можешь унюхать колдуна?

Он слегка наклонил голову и раздул ноздри. Затем присел и без особого энтузиазма принялся нюхать землю. Что-то бормоча себе под нос, он придвинулся к пятнам крови и снова сделал глубокий вдох.

— Я чувствую…

Он резко вскинул голову и уставился на стальные перекладины, поддерживающие путепровод. Его губы скривились в безмолвном рычании. Он выпустил когти, и по его рукам побежала магия.

Двинулась тень — с трубы срыгнул мужчина. Он почти беззвучно приземлился, затем выпрямился и уставился на Зуиласа.

— Эзра.

Чёрный и белый глаза переместились на меня. Он был в боевом обмундировании.

— Робин.

— Ты… А что ты здесь делаешь?

— Тебя жду.

Этого я и боялась.

— Это и правда место преступления?

— Да.

Он начал двигаться — медленно, изящно, крадучись. Он снова перевёл взгляд на Зуиласа и не отводил от него глаз, несмотря на магию, бегущую по рукам демона.

— Ну так что, это запах чародея или нет?

— Сам понюхай, — прорычал Зуилас. Земля под его ногами покрылась льдом.

Широко шагая, Эзра кружил вокруг меня и Зуиласа, вынуждая нас поворачиваться за ним:

— Человеческий нюх не настолько хорош.

— Eshathē nul hh'ainun.»

На губах у Эзры заиграла холодная улыбка:

— Ты прав, и в то же время ошибаешься. Я не совсем человек, а он — не совсем демон.

Внутри меня расползался страх.

В бледных глазах Эзры не отражалась магия Зуиласа. Нет, это зажглась его собственная магия. Температура воздуха упала, и Эзра выдохнул белое облачко. Под его ногами образовался лёд, расползаясь по земле морозными кольцами.

На кончиках его пальцев засветилась красная магия и принялась подниматься вверх по рукам. Затем по плечам, шее, щекам. Когда его белый левый глаз вспыхнул красным, в районе висков появились две пары фантомных рогов.

— Kin adairilnus, Zylas et Vh'alyir? — прорычал Эзра.

Хвост Зуиласа ударил по земле, и он ринулся в атаку. Эзра схватил его за запястье до того, как светящиеся когти ворвались в его плоть. Этого не может быть. Человеческое тело Эзры не должно быть способно остановить атаку демона!

Вот только Эзра сам признал, что он не совсем человек.

Зуилас вырвался из хватки Эзры, и они принялись кружить, как в танце. Бледный глаз Эзры горел, как магма. Фантомные рога возвышались над его головой.

С тех пор как мы с Тори посетили гильдию Глаз Одина такая возможность затаилась на задворках моего разума, но мы с Амалией пришли к выводу, что ни один из троих друзей Тори не был похож на демона-мага.

Как же мы ошибались!

Я со страхом отступила назад. В теле Эзры был заточен демон. Демон из Второго Дома, как и Нашивер. Он был гораздо сильнее Зуиласа.

— Silisērathē? — рявкнул Зуилас.

— Я тебя знаю, — демон снова переключился на английский язык, вот только в его голосе послышался акцент, которого не было у Эзры. — Я очень хорошо это помню. Naventis десять лет назад — мой последний, прежде чем меня призвали в круг. Твой первый. Помнишь ли ты, Зуилас?

Зуилас продолжал кружить вокруг него. Демон занимался тем же.

— Когда Kahh'rūa Dīnen был поражён заклинанием, которого я ещё никогда в жизни не видел, я подумал, что яростная демоница бросила нам вызов. Но это оказался ты. Демон из третьего ранга появился на Naventis — впервые за сотни лет. И притом это оказался Дом Vh'alyir — впервые за тысячи лет.

И как будто эта фраза послужила сигналом, потому что они оба остановились. Левый глаз Эзры засверкал ещё ярче.

— Ты прошагал к останкам своего врага и забрал его рог в качестве трофея. После этого ты сказал нам — Dīnen, которые могущественнее тебя, 'Raistilthē nā nulla, ait ah shālin, raistilnā thē.'».

Демон-маг переключил на меня своё внимание:

— Вам меня никогда не найти, но буду прятаться в тени и найду вас всех, — перевёл он мне. — В тот же год он убил ещё четырёх Dīnen из второго ранга.

Я научил их бояться Дом Vh'alyir. Я вспомнила слова Зуиласа, когда он мне рассказывал о том, как его Дом подвергался бесконечным гонениям.

- Ты — Этерран из дома Dh'irath, — резко выдохнул Зуилас.

Демон внутри Эзры дико улыбнулся:

— Рад встрече, Dīnen.

— Мы больше не Dīnen.

— Но мы всё ещё можем стать Ivaknen.

Ivaknen — это слово как-то упоминал Зуилас. Оно означает «Призванный».

Я внимательно уставилась на лицо Эзры. Сейчас мы говорим с демоном, но что случилось с Эзрой? Он всё ещё там? В сознании?

Зуилас обнажил зубы:

— Скажи мне, чего ты хочешь или я проверю сколько дыр я успею сделать в этом мягком hh'ainun теле прежде, чем ты умрёшь.

— Мы хотим сделать обмен, — демон снова перевёл свой взгляд на меня.

Эти слова… в них не было слышно акцента.

— Мы? — прошептала я.

— Этерран и я хотим совершить обмен с тобой и Зуиласом.

Эзра. Сейчас говорил Эзра.

— Ты и твой демон… Вы можете… эм

— Скооперироваться? — рот Эзры изогнулся в отвращении. — Конечно же мы можем скооперироваться! Мы оба хотим жить, но, если мы продолжим делить это тело на двоих, то ни один из нас долго не проживёт.

В его глазу вспыхнул яркий красный свет:

— И поэтому мы здесь, — заговорил Этерран.

Голова кружилась от обилия информации. Насколько я знала, обычно демон и маг, делящие одно тело, не «кооперировались».

— Ни один демон не потребует приз, не предложив взамен достойной оплаты, — добавил Этерран, — но я прожил на этой Земле долгое время. Иногда приз не соответствует оплате.

— Ближе к делу, — рявкнул Зуилас.

— Я хочу от тебя кое-что, и я хочу это прямо сейчас.

— Тебе нечего предложить мне взамен.

— Не сейчас, — холодно улыбнулся Этерран, — Но что, если тебе что-то от меня понадобится?

Зуилас прищурился, а взгляд демона лениво заскользил по моему лицу.

— Или же Робин может что-то понадобиться, — прорвался Эзра, — что-то, с чем мы сможем помочь.

— А может тебе понадобится помощь, чтобы защитить её, — шёлковым голосом пропел Этерран, — от врага, который гораздо сильнее тебя.

— А может вы получите, что хотите, и ничем нам не отплатите, — прошипел Зуилас.

— Рискни, Зуилас, — пожал плечами демон/Эзра.

— Чего вы хотите?

Этерран замолчал, обдумывая, что же сказать (а может, что именно утаить?), а затем его внимание переключилось куда-то вдаль. Заметив это, Зуилас придвинулся ко мне поближе.

Вся красная магия исчезла из тела Эзры так быстро, будто кто-то задул свечу. Он шагнул назад — в темноту — и предупреждающе кинул в сторону улицы.

За спиной раздались шаги — к нам кто-то приближался.

Нашу розыскную миссию уже и так прервал Эзра, а теперь сюда идёт кто-то ещё. Я сжала руки в кулаки, решая, стоит ли мне упрятать Зуиласа в инферно или нет.

Из-за угла показался мужчина. Свет фонаря скользнул по его бледному лицу и белым волосам, и я вдруг забыла, как дышать. Больше можно не волноваться о том, сумеет ли Зуилас почувствовать здесь запах убийцы Яны или нет.

Колдун-альбинос вернулся на место преступления.

Глава 16

На его губах заиграла довольная улыбка:

— Робин, я был уверен, что встречу здесь тебя.

Сначала Эзра, теперь этот альбинос.

— И с чего ты был уверен? — спросила я, радуясь, что голос не дрожал.

— Так, интуиция, — его улыбка стала ещё шире. — Рад, что моя наводка в полицию оправдала себя.

Мои глаза в страхе расширились.

Он расстегнул куртку и отбросил её подальше. Его руки — от запястий до плеч — были обхвачены металлическими кольцами.

— А ты знала, что это незаконно — указывать фальшивый адрес в документах ОМП. И кстати, тебе стоит чаще бывать в гильдии. Это значительно бы упростило твою поимку.

По моим рукам побежали мурашки.

Альбинос покрутил шеей, как будто разминался перед боем, и добавил:

— Я мечтал о тебе, payashē.

Зуилас зашипел, услышав эти слова, а Эзра резко дёрнул плечами. Это движение привлекло внимание колдуна:

— А ты кто такой?

— Я скажу тебе своё имя, если скажешь мне своё.

— И зачем мне это делать? Ori quinque.

От него отлетела серебристая рябь. Всё произошло так быстро, что даже Зуилас не успел увернуться. Мерцающая магия отбросила их с Эзрой назад, и они с болезненным хрустом рухнули на землю.

Я не могла пошевелиться. Заклинание побежало по моей коже, но я едва ощущала его.

Зуилас перевернулся на спину, затем вскочил с земли и повернулся к колдуну — по его рукам побежала красная магия. Эзра был почти таким же быстрым, как мой демон, хотя он ещё не использовал свою демоническую магию. В его бледном глазу слегка замерцал малиновый свет. Колдун усмехнулся.

— Ori septem.

Вспыхнул бледно-голубой свет, но не от колдуна. Заклинание появилось где-то позади Зуиласа. Светящееся синее кольцо сжалось вокруг запястья Зуиласа и поглотило его магию. Откуда-то из-за деревьев показался ещё один заклинатель. Его руки также были покрыты металлическими кольцами, а светлые волосы развивались на ветру.

Двое мужчин были одинаковы. Абсолютны одинаковы. Близнецы.

Ошеломлённо взглянув на новоприбывшего, Зуилас попытался сорвать синее кольцо с запястье. Но как только он обхватил его рукой, то его магия тут же исчезла. Он отпустил кольцо — и магия снова появилась.

— Ori septem, — произнёс первый колдун.

Синее кольцо полетело в нашу сторону, как пуля, и Эзра едва-едва успел увернуться от него.

— Ori quattuor, — прокричал второй колдун, и на нас обрушился шквал синих шипов.

Зуилас схватил меня за руку, отбрасывая нас в одну сторону, в то время, как Эзра отпрыгнул в другую, но осколки магии всё равно вонзились в моё тело.

— Ori septem!

Из противоположной стороны вылетел синий круг и обхватил правое запястье Эзры. Он слегка дёрнулся вперёд — из его плеча, бедра и бока торчали шипы.

— Vayanin, — зашипел мне в ухо Зуилас.

Тяжело дыша, я быстро окинула себя взглядом. Из меня не торчало ни одного шипа. Они прошли сквозь меня, как будто я была призраком.

— А кто этот второй? — спросил второй колдун, подходя поближе к первому.

— Похоже, что демон-маг.

— Энрит?

— Не знаю, — первый колдун повернулся к Эзре. — Скажи нам, кто ты, и может быть мы тебя отпустим.

Эзра оскалился. В его левом глазу вспыхнул красный свет, а по руке побежала магия. Правая же рука, которую сковало синее кольцо, не зажглась магией. Зуилас также не мог призвать магию в ту руку, вокруг которой было кольцо, но это не мешало ему использовать вторую руку.

На его запястье вспыхнуло заклинание. Эзра также сформировал заклинание и повернулся ко второму колдуну. Температура резко упала, а земля покрылась льдом. Даже из моего тела ушло тепло.

Колдуны одновременно подняли руки.

Из демона и демона-мага вырвались заклинания: спиралевидное у Этеррана и похожее на копьё — у Зуиласа.

— Ori tres! — в унисон закричали колдуны.

Перед ними образовался сверкающий зелёный щит. Демоническая магия ударилась о него и растворилась, как будто её и не было вовсе.

Зуилас и Этерран взглянули друг на друга, а затем бросились в разные стороны, атакуя обоих колдунов.

— Ori quattuor!

В сторону Зуиласа полетел очередной залп синих шипов. Почти все они пролетели мимо него. Лишь одному шипу удалось задеть его лодыжку. Он споткнулся, и первый колдун махнул рукой в сторону брата-близнеца.

— Ori unum! — закричал второй.

Багровый кулак Эзры со свистом врезался в синий барьер. Второй колдун отступил назад, но вот первый уже кричал очередное заклинание.

— Ori septem!

Мелькнуло синее кольцо и обвило левое запястье Эзры. Его магия тут же исчезла.

— Ori duo!

Зуиласа отбросило назад прежде, чем он успел вонзить когти в колдуна.

— Ori unum! Ori duo! Ori tres!

Демон и демон-маг тяжело дыша попятились от своих оппонентов, не в силах пробить защиту колдунов. Я стояла между ними, нервно сжимая пальцы. Меня трясло, а в голове творилась несуразица.

Unum. Это значит «один». Это заклинание вызывает щит, сквозь который не смог пробиться Зуилас.

Duo. «Два». Отражающее заклинание. Оно отбросило Зуиласа с такой же силой, с какой он напал.

Tres. «Три». Голубая магия, лишившая Зуиласа и Эзру магии. Заклинание отрицания.

Редкое колдовство. Мощное. Сложное. И я наконец поняла, что же это за магия: отречение.

Щиты и оборона. Отмена магии. Стирание магии. Но отречение — это не только создание блокирующего щита. Я читала об отречении, о том, что это очень сложно. Это самая сложная ветвь Арканы, даже сложнее целительства.

Зуилас! мысленно прокричала я. Открой мне свои мысли! Вместе мы сможем их победить!

Он перевёл на меня свой взгляд, но так и не открыл мне своих мыслей. Не мог. Его недоверии было сильнее желания победить.

Я сняла цепочку с инферно. Тогда отвлеки его!

Я принялась бежать, а Зуилас бросился в ноги первому колдуну.

- Ori unum! — закричал тот.

Зуиласа отбросило от щита, и в этот момент я прыгнула прямо на колдуна. Он повернулся в мою сторону, на ходу бросая заклинание:

— Ori duo!

— Ori eruptum impello!

Из моего артефакта вырвался серебряный купол, и одновременно с этим сработало отражающее заклинание колдуна. Наши заклинания столкнулись и врезались в него на полной мощности. Его отбросило назад, и он упал в сложенную кучу шин.

Зуилас прыгнул на него и закрыл ему рот рукой, предотвращая всякие попытки произнести заклинание. Я принялась искать глазами Эзру и второго колдуна.

Из темноты вылетел мужчина и с грохотом осел на землю. Вслед за ним появился Эзра. Его левый глаз светился багровым светом, но больше не было никаких других признаков демонической магии. Синие кольца подавляли его. Эзра вытянул руку и сжал её в кулак. На земле корчился второй колдун. Выпучив глаза, он схватился за горло. Я в непонимании уставилась на разыгравшуюся передо мной сцену, а лицо колдуна тем временем уже начало багроветь.

— Его заклинания не действуют на аэромага, — пояснил мне Эзра.

— Ты можешь…выкачать воздух из лёгких человека?

Эзра расправил кулак, и колдун отчаянно вздохнул. Эзра позволил ему отдышаться, а затем опять сжал пальцы. Колдун принялся хвататься за горло.

— Ещё пара минут, — тихо прошептал Эзра, — и он всё нам расскажет.

— Должны ли мы…

На мосту послышался рёв транспорта, и по моей спине побежала холодная дрожь.

— Ori novem.

Вспыхнул фиолетовый свет. Одновременно раздался глухой стук, отвратительный хруст и звук удара тел о землю.

Похоже, что моё сердце переехало в черепную коробку, потому что я ничего не могла услышать, кроме его биения. Я принялась озираться по сторонам.

В нескольких шагах от задыхающегося колдуна лежал Эзра, то и дело подёргивая ногами. Из нижней части его груди торчал гарпун, светящийся фиолетовым. Он плотно припечатал аэромага к земле.

В другой стороне Зуилас больше не склонялся над колдуном. Он лежал в нескольких метрах от него — лицом вниз, вцепившись когтями в землю. Из его поясницы торчал такой же гарпун, как и у Эзры. От вздрогнул, затем попытался приподняться, упираясь ладонями в землю.

— Зуилас!

Я даже не осознала, что кричу. Я бросилась к нему и упала на колени, пытаясь вынуть гарпун. Но мои пальцы прошли сквозь него. Я не могу прикоснуться к гарпуну! Отречение. Магия, призванная вредить только демонам. Для меня это не более, чем свет.

Зуилас повернул ко мне голову. Его широко раскрытые глаза нашли мои.

— Vayanin!

Я скорее почувствовала, чем услышала его слова — кто-то приближался ко мне со спины. Я начала поворачиваться, затем последовал сильный удар в голову, и в глазах засверкали звёзды. А затем меня накрыла темнота.

— Просто потерпи. Она приходит в себя!

До меня донёсся чей-то мягкий голос, вырывая меня из забытья. Я попыталась вспомнить, как отрыть глаза. Вся голова нестерпимо болела.

— Робин!

Этот хриплый голос был более знаком, чем тот мягкий, но я не привыкла слышать своё имя в его устах.

Я приоткрыла глаза. Надо мной склонился Зуилас — его глаза светились красным. Моя голова покоилась на его коленях. Его руки сжимали мои плечи. Над нами всё также гудел транспорт, значит, мы всё ещё под эстакадой. Ну хоть воздух стал теплее.

Рядом с Зуиласом сидел Эзра, с тревогой уставившись на меня. В его бледном левом глазу едва уловимо мерцал малиновый свет.

- Что произошло? — с трудом произнесла я.

— Я думаю там был и третий колдун, — произнёс Эзра. — Он ударил меня и Зуиласа тем же заклинанием, которым вырубил тебя. Затем он забрал двух других. Я слышал, как отъехала машина.

— Он уехал? — я не могла в это поверить. — Но они же победили нас. Почему они…ничего не сделали с нами?

— Я почти освободился, — прорычал Зуилас. — Я уже был готов выпустить vīsh, но он успел сбежать.

— Я не мог вытянуть гарпун, — добавил Эзра, — но после их побега он сам исчез из моего тела. Исчезли и синие кольца. Мне кажется, он знал, что они теряют преимущество.

Я села и потрогала голову.

— Я тебя исцелил, — отметил Зуилас. — Ты больше не ранена.

— А что насчёт тебя? Тот гарпун…

— Не ранил меня.

Я внимательно осмотрела его, но не нашла никаких ран.

— Их шипы также не ранили нас, — сказал Эзра. — Не это было их целью.

— А что же они тогда с вами сделали?

— Это было похоже на яд, — объяснил Зуилас. — Моё тело онемело, замёрзло и ослабло.

— Магия отречения, — прошептала я.

— Отречение? — нахмурился Эзра. — Понятно.

— Я не знаю этого слова, — пожаловался Зуилас.

— Это одна из разновидностей чародейства, — принялась я пояснять. — Я не могла понять, что это такое. И лишь после того, как осознала, что их магия не действует на меня, я поняла, что это отречение. Главная цель отречения — блокировать, отражать или стирать чужую магию. Я не особо много знаю об отречении, но я читала, что это очень специфичная магия. Заклинания призваны блокировать или отражать только что-то одно.

— Видимо поэтому они не смогли бороться с моей аэромагией, — предположил Эзра. — Их заклинания были нацелены только на демоническую магию.

— Да, похоже на то. Они создали целую целый инструментарий для борьбы с демонами. Их заклинания — это числа. Тот гарпун был под номером девять. Подозреваю, что чем выше число, тем более мощное заклинание.

- Почему они быстры? — спросил Зуилас. — Ты сказала, что артефакту нужно перезаряжаться.

— Мне это тоже интересно, — отметил Эзра. — Ни одно заклинание и ни один артефакт не способны перезарядиться за считанные секунды.

— Не думаю, что их заклинания перезаряжаются. Мне кажется, они создали по дюжине каждого заклинания.

— Те стальные кольца на их руках, — понял Эзра.

— Кольца, — промурчал Зуилас. Затем он потянулся позади себя и протянул нам руку. — Это?

— Где ты его взял?

— Сорвал с того hh'ainun, когда он лежал подо мной.

Я взяла в руки браслет и принялась крутить его в разные стороны. На металле были выгравированы крохотные массивы заклинаний. Я принялась считать.

— Пять. Если на каждом кольце по пять заклинаний, а у них приблизительно по 15 колец на каждой руке, то это…

— 150, - подсчитал Эзра. — А я-то планировал заставить их истратить все заклинания, а потом напасть.

— Прежде чем думать, как их победить, их надо сначала найти, — поникла я. — Мы не приблизились к цели ни на шаг.

— Напротив, — улыбнулся Эзра. — Теперь мы напали на след.

— Я не могу ничего унюхать с транспортных средств, — пробурчал Зуилас.

— Тебе и не придётся, — поднялся Эзра. — Встретимся здесь завтра вечером. Давайте в 8. К этому времени разъедутся автомобили, да и свидетелей быть не должно.

— Но…, - мой голос дрогнул.

— И прихвати с собой артефакт, — сказал он мне.

Он уже отошёл от нас, когда я окликнула его:

— Эзра!

Он обернулся.

— Ты так и не сказал нам. Что вы с Этерраном хотите взамен на нашу помощь.

В его глазу вспыхнул малиновый свет:

— Сначала мы покажем Dīnen et Vh'alyir, что в этом мире долг и оплата могут принимать разные формы. Пусть учтёт, что он не сможет победить этого врага в одиночку, — усмехнулся Этерран.

Зуилас прорычал, а демон-маг зашёл за поворот и скрылся из виду.

Я притулилась к Зуиласу, пытаясь удержаться на ногах:

— Мы всего лишь должны были прийти на место преступления и порыскать тут немного.

— Ты не сказала мне, что место преступления — это место для засады, — прорычал Зуилас.

— Я и сама этого не знала.

Глава 17

Я внимательно уставилась на свои записи, разложенные на кофейном столике. Клод и Нашивер. Варвара Николаева и големы, наполненные кровью демонов. Дядя Джэк и Амалия. Я, родители и гримуар Атанас. Зуилас и таинственный Двенадцатый Дом. Амулет Валиир, являющийся «ключом ко всему».

Вздохнув, я взяла в руки фотографию юного Клода и колдуна-альбиноса. Я хотела найти различия между колдуном и близнецами. Кто-то клонировал этих супер-пупер-волшебников-охотников на демонов? Они изобрели зелье против старения? Они бессмертны? Меня бы это не удивило. В таком случае можно потратить и 20 лет на усовершенствование техник для борьбы с демонами.

Я прочитала несколько книг об Отречении, пытаясь понять, почему я раньше практически ничего не слышала об этой магии. Мой краткий экскурс в историю Отречения выявил знаменитого колдуна, жившего в 50-хх годах 20 века. Он создал лучшие отражающие заклинания в современной истории, но кроме него никто больше не создавал заклинаний для борьбы с демонической магией. И этому есть простое объяснение: чтобы создать контрзаклинание, сначала нужно изучить оригинальную магию, против которой и будет бороться это самое контрзаклинание. А какой демон позволит человеку досконально изучить его магию?

Но колдуны-близнецы изучили демоническую магию, и мне кажется я знаю, как им это удалось: Нашивер. 22 года назад одна из жертв альбиноса видела крылатого демона, что доказывает, что Клод уже тогда заключил контракт с демоном. Так что он вполне мог одолжить колдуну своего демона для изучения магии.

И какой результат? Прекрасный арсенал заклинаний, способных остановить любого демона.

Я принялась массировать виски, предчувствуя головную боль, и направилась в спальню. Открыв дверь, я резко замерла в проходе. На моей кровати сидел Зуилас с полотенцем на голове, тщательно вытирая свои волосы. Из одежды на нём были только тёмные шорты, в которых даже не было ремня. Мне открылся вид на идеально-гладкую, красноватого оттенка кожу, покрытую капельками воды после душа.

Я кашлянула, отчаянно желая, чтобы лицо не краснело, но уже чувствуя, что щёки зарделись.

Он убрал полотенце — его мокрые волосы хаотично торчали во все стороны — и лениво моргнул:

— Na?

— Нам нужно поговорить.

— Хм, — он отбросил полотенце на пол, — Сейчас?

— Да, сейчас, — я подняла полотенце с пола, усилием воли удерживая себя, чтобы не смотреть на его пресс. — Одевайся, и мы поговорим.

— Я одет.

— Ты почти что голый.

Он лишь пожал плечами. Ах, чего я бы только не отдала, чтобы быть такой же раскованной, как он!

Ранее я спросила его, нужно ли ему что-то, чтобы постирать вещи и почистить доспехи, но он лишь отмахнулся, сказав, что у него для таких целей припасено vīsh. Я не поверила ему пока своими глазами не увидела, как по одежде прошлась красная магия, и вся пыль и грязь исчезли, как не бывало. Второе заклинание — и от дырок и разрезов не осталось и следа. Третье — и его доспехи блестят, как новенькие!

— Я тут подумала, — нервно начала я, — те колдуны использовали магию Арканы с одной целью — остановить твою магию. Но если мы с тобой соединим наши магии, то это будет что-то новенькое. Что-то, на чём их Отречение не сработает.

— Я пытался, vayanin.

— Я знаю. Я понимаю, что ты не хочешь, чтобы я услышала каждую потаённую мысль в твоей голове. Но может мы может попробовать и достичь компромисса? Может ты сможешь поделиться со мной хоть какими-то мыслями? Как я делюсь с тобой.

Он молчал.

— Я тут подумала, — снова попыталась я. — Мы столько времени проводим вместе, но я так мало знаю о тебе. Да и ты не так уж и много знаешь обо мне. Может, если мы поговорим…раскроемся друг другу чуть больше, то сможем и чуть больше доверять друг другу.

Он молча уставился на меня, сморщив брови. Моя рука произвольно потянулась к его лицу, и я легонько смахнула с его глаз прядь волос. Я была почти уверена, что он грубо оттолкнёт мою руку, но он этого не сделал.

— Ну так как?

— Hnn.

Фыркнув на это его невнятное «хмм», я поправила следующую прядь. Похоже, он не против, а я уже месяц лелею эту мысль — взять расчёску и сделать из этого хаоса на его голове что-то приличное. Пока я убирала следующий локон, случайно зацепила его рог.

Любопытство взяло верх, так что я аккуратно потрогала пальцем самый кончик рога — он оказался не острым.

— Наши рога показывают наш возраст.

Я застыла на месте. Он поднял на меня свои глаза.

— У детей нет рожков. У взрослых демонов рога значительно длиннее моих.

Я вспомнила Тахеша и его огромные рога. Ага, значит он был старик по нашим меркам. Я снова провела по рогу Зуиласа, замеряя длину, а точнее — отсутствие этой самой длины.

— Ты молод, — прошептала я. Конечно, я подозревала, что он молод, но теперь я в этом окончательно уверилась. Наверное, он вступил во взрослую жизнь совсем недавно, также, как и я.

— Этерран прожил много много лет, — прорычал Зуилас.

— А как долго живут демоны.

— Мы живём пока не умрём.

Да, всё сразу стало ясно. Хотя… в таком жестоком обществе, как их, наверное, редко кому удаётся дожить до старости.

Тени в его глазах завораживали меня — скрытые знания, хитрость, жестокость, опыт и инстинкты выживания, отточенные годами в постоянной борьбе и опасности. Мои пальцы скользнули вниз, слегка касаясь его виска, скулы.

— Что это за Naventis, о котором говорил Этерран?

Его взгляд скользнул по моему лицу и спустился чуть ниже. Он слегка потянул за декоративную пуговичку, пришитую в самом низу моего свитера.

— Это собрание Dīnen. Наши истории говорят, что раньше все Dīnen приходили на собрание. Часто туда приходили и payapis.

— Payapis?

— Старые демоницы. Женщины, которые больше не могут вынашивать потомство. Они очень могущественные.

— Они — королевы?

— Они могут наказывать молодых демониц, если те создают слишком много проблем. Но payapis не раздают команд, они лишь делятся мудростью, — он слегка наклонил голову, прижимаясь своей щекой к моей ладони. — Существует легенда, что однажды демоница убила глупого Dīnen, который правил слишком долго. Но это было ещё до того, как…

До того, как жадные люди начали призывать Dīnen, тем самым лишая демонов правителей и внося хаос в их мир.

- А как сейчас проходит Naventis? — я боялась услышать ответ, но не могла не задать этот вопрос. Я придвинулась к нему поближе, становясь между его колен.

— Dīnen первого ранга собираются вместе, едят и пьют, и хвалят друг друга. Иногда приходят Dīnen второго ранга, но это будет удачей, если им удастся продержаться хотя бы один сезон и не быть призванными в мир hh’ainun.

— А третий ранг?

— В Девятом, Десятом и Одиннадцатом Домах больше нет Dīnen. Их призывают каждый день и каждую ночь. Они исчезают, исчезают, исчезают. Никто не знает, кто у них там Dīnen. Уж слишком быстро они сменяются.

— А Двенадцатый Дом?

— Мы не ходим на Naventis. Лушвер и Дхират убьют нас, если мы придём.

— Но ты пришёл.

Он ухмыльнулся, обнажая кончики клыков:

— Мой план был хорош. Я предупредил их и исчез, и они не смогли меня найти. Они искали и искали, а я смеялся над ними.

Его веселье было заразительным, и я улыбнулась в ответ. Не осознавая, что я делаю, я наклонилась к нему поближе — буквально впечаталась в его грудь. Мои пальцы обвились вокруг его шеи. Его рука сжала подол моего свитера, и он притянул мои бёдра к своему животу.

Я вздрогнула, вырываясь из транса. Дыхание было прерывистым, сердце колотилось, как бешеное. Оцепенев от внезапного внутреннего смятения, я заставила себя вдохнуть — мои лёгкие тут же заполнил его запах. Его тепло проникало в моё тело. Его тело было таким сильным, мужественным. Мне не хотелось отпускать его, но я должна это сделать.

Собравшись с силами, я убрала руки с его шеи и отступила на пару шагов назад. Мои свитер легко выскользнул из его пальцев, и он не попытался притянуть меня обратно. Его мрачные, немного грустные, глаза неотрывно следили за мной.

Удивлённая тем, что он не попытался притянуть меня — а это его любимое занятие — я уселась рядом с ним на кровать, оставляя между нами приличное расстояние.

— Я хочу рассказать тебе о себе, вот только не знаю, что именно. Что ты хочешь знать?

— Почему твоё…

— Не это, — резко оборвала я его.

Он раздраженно фыркнул и уставился в потолок, обдумывая, что бы такое спросить.

— Расскажи о своей матери.

— О маме? Ты не хочешь узнать обо мне?

— Нас «лепят» наши мамы. Узнаю её — узнаю и тебя.

Меня прошибла странная дрожь. Такая простая концепция, но в устах демона эта мысль была слишком глубокой. Интересно, понравилась бы ему философия?

— Мама, — только при одной мысли о ней меня накрыла грусть. — В отличие от меня она была оптимисткой. Всегда весёлая и улыбающаяся. Она занималась реставрацией старых книг и гримуаров. Она обожала это дело. Она часто повторяла, что люди вкладывают свою душу в создание книги, а потому реставрировать книги — это как реставрировать души.

Он непонимающе уставился на меня.

— Это просто слова, которые она любила повторять, — пояснила я ему. А то ещё примется разрывать книги, желая найти в них души людей. — Она имела в виду, что книга может иметь огромное значение для человека.

— Но в книгах нет никакой пользы. Как она может быть чем-то ценным?

— Некоторые книги полезны. Например, гримуары. На твоё возражение она бы сказала, что даже неодушевлённый предмет может стать частью тебя. Потерять этот предмет — это, как потерять часть тела.

Он недоверчиво нахмурился, и я расхохоталась.

— Зуилас, ты бы ей понравился. Я в этом уверена. Она бы хотела узнать твои мысли о нашем мире. Начиная от книг и заканчивая даже самым незначительным поступком человека.

— А ты хочешь узнать?

— Хочу узнать что?

— Что я думаю?

Я открыла рот, затем закрыла и тихонько выдохнула:

— Хочу. Я бы забрасывала тебя вопросами круглые сутки, но ты всё время жалуешься, что я слишком шумная. Вот моя мама бы допрашивала тебя, пока бы ты ей всё не рассказал. И она бы не обращала внимания на твою грубость и плохое настроение. Она была смелее меня.

Лёгкое прикосновения к моей щеке — он вытер слезу, а я даже не поняла, что плачу.

— Тебе больно, vayanin? — спросил он мягко. Неуверенно.

— Я скучаю по ней. Не проходит и дня, чтобы я не молила о том, чтобы она оказалась жива. Я скучаю и по папе, но мама… она всегда поддерживала меня. Столько всего произошло, и я хочу…я хочу поговорить с ней всего лишь раз. Всего ещё один лишь раз, чтобы она подсказала мне, что делать. С тех пор как её не стало я чувствую себя такой потерянной.

Я всхлипнула и отвернулась от Зуиласа, пытаясь собраться с силами. Успокоившись, я повернулась к нему. Он настороженно следил за мной. Его мысли, как и всегда, были загадкой для меня. Между его бровей залегла маленькая морщинка.

— А что насчёт тебя? Твоя мама. Ты её знал?

— Да.

Это меня удивило. У меня сложилось впечатление, что демоницы не могут похвастаться материнской привязанностью.

— И какой она была?

— Молодой и zh’ūltis.

Я в недоумении уставилась на него.

— Ни одна демоница не выберет в качестве отца ребёнка демона из Дома Валиир. Особенно, если она может заполучить Дхирата, Асмадея или Гелиса. Женщины хотят сильных детей. Им не нужны слабые и маленькие, — фыркнул он. — Моя мама была молодой и знала совсем мало о жизни. Но она умела быть умной добычей. Этому искусству она обучила меня лучше, чем обучали других демонов. Я жив благодаря ей.

Я мысленно поблагодарила его мать за все уроки, что она ему преподала.

— А что насчёт твоего отца?

— Отцы приходят за своими сыновьями только тогда, когда их призовёт магия. Они забирают их на территорию мужчин и учат их драться.

— Мужская территория? — прервала я его. — Ты имеешь в виду, что женщины и мужчины живут на разных территориях? Отдельно?

— Да. Женщины живут группами. Мужчины не решаются заходить на их территорию, иначе их могут убить.

— А, тогда как…, - щёки снова зарделись. — Как происходит спаривание?

— Мужчина приходит на женскую территорию с подарками. Обычно это еда. Но это опасное занятие. Мужчины приносят еду пока женщина либо не выберет одного из них, либо не попытается убить их.

Это звучит ужасно.

— Значит, твой отец пришёл за тобой, когда его позвала магия?

— Да. Мы ушли туда, где много много песка — подальше от других демонов. Там он мог научить меня всему, что знает — как бороться, как побеждать. Это бы заняло много лет. На тот момент я знал только самые слабые vīsh, как выпускать когти и как прятаться в Ahlēvīsh.

Я не успела вставить и слова, а он уже продолжал:

— Он успел научить меня только одному — dh’ērrenith, а затем допустил zh’ūltis ошибку и умер.

— Умер? Как?

— Его убил зверь из моего мира…животное. Это даже не было смертью в бою! — гневно фыркнул он. — Imadnul.

— Но если ты был так молод и даже не знал, как драться…то что ты сделал? Вернулся к матери?

— Я не мог вернуться. Женщины не разрешают заходить на их территорию мужчинам, которые вышли из детского возраста.

— Тогда что ты сделал?

Он молча оглядел комнату, затем выпрямился и принялся потягиваться. Мышцы его живота напряглись, и я с трудом заставила себя отвести взгляд.

— Зуилас, что ты сделал?

Он опустил руки и посмотрел на меня глазами, которые не просто видели, но и пережили слишком много кошмаров.

— Я выжил.

Глава 18

Тихонько напевая себе под нос, я взяла кондитерский мешок и выдавила сладкий сливочно-ванильный крем на последнюю золотистую печеньку.

Отложив мешок в сторону, я с удовлетворением осматривала результаты своих трудов: один лоток печенья со слоем сливочного крема и один лоток печенья с малиновым джемом. Улыбнувшись, я соединила печеньки двух видов. «Масляный вихрь» готов! Осталось только присыпать сахарной пудрой.

Нанеся последние штрихи, я отнесла готовое печенье в гостиную. Услышав запах, Зуилас опустил книгу с пейзажами, и из-под неё показалась ещё одна голова. Носочек зажмурилась и понюхала воздух.

— Это называется «Масляный вихрь». Попробуй.

Он схватил одну печенюшку, принюхался и запихнул её целиком в рот. Челюсть шевельнулась несколько раз, а затем он проглотил.

— Ну как?

Вместо ответа он подвинул тарелку поближе к себе. Носочек потянулась к печенью, и он тут же легонько оттолкнул её, забрасывая в рот следующую печенюшку.

Фыркнув — но в душе я была довольна — я ушла убирать кухню. После уборки я устроилась на диванчике рядом с Зуиласом, уложив на колени гримуар и блокнот с записями. Я нашла очередную вставку от Мирин. До встречи с Эзрой осталось ещё несколько часов, так что я вполне успею перевести коротенькую запись.

Меня пугала мысль о встрече с Эзрой. Перспектива встретиться с опасным, сильным демоном-магом была такой же ужасающей, как и перспектива встречи с колдунами-альбиносами. Тяжело вздохнув, я попыталась загнать страх куда подальше.

Пока Зуилас поглощал печеньки, я сконцентрировалась на словах Мирин. С каждой переведённой фразой в моей груди зарождалось новое беспокойство. Наконец, когда солнце скрылось за горизонтом, я отложила в сторону гримуар и уставилась на перевод.

Печаль заполонила моё сердце.

Сестра, сегодня был самый страшный день в моей жизни. Сегодня небо было серым, а ветер был жестоким и пронизывающим до костей. Сегодня наши враги пришли за нами.

Сегодня они нашли нас, и мой Валиир дрался с ними не на жизнь, а на смерть. Мы выжили — они погибли.

Сестра, мне бы радоваться, но у меня на сердце печаль. Я видела, как он упал. Я видела его кровь. Они умерли, но мой Валиир….я боялась, что он тоже умрёт. Я боялась, что он погибнет в этом чужом для него мире. Силы оставили его. Его глаза почернели, а тело стало холодным. Я боялась, что он умрёт.

Я боялась, что он оставит меня.

Те чувства не покинули меня, нет. Они стали ещё сильнее. Я больше не задаюсь вопросом почему я хочу прикоснуться к нему. Теперь меня волнует другой вопрос: позволит ли он мне прикоснуться к нему?

Он практически не выказывает эмоций. Он не смотрит на меня, как одурманенный мальчишка, не дышит тяжело, не краснеет, не старается приласкать или пощупать, как это делают наши мужчины. Способен ли он вообще почувствовать огонь желания? Желает ли он меня или же я слишком человек, и не способна пробудить в нём страсть?

Эти вопрос! Может мне стоит вырвать эту страницу из гримуара?

Внутри меня нарастает желание прикоснуться к нему. Смогу ли я справиться с этим? Что же мне делать: защитить своё сердце или же поддаться искушению Судьбы?

Гордость или страсть, сестра, и я знаю, что я должна выбрать!

— Мирин Атанас.

Я резко выдохнула. Неужели Мирин пишет о том, о чём я думаю? Неужели она и правда собралась открыть свои чувства? Демону?

Нет. Этого не может быть. Она же даже не знала, чувствует ли демон хоть что-нибудь — к ней и ко всем человеческим женщинам в целом. Она же написала, что он не проявлял никаких признаков влечения к ней. Насколько она знала, он считал женщин уродливыми и не идущими ни в какое сравнение с демоницами.

Я, наверное, неправильно всё поняла. Или же неправильно перевела. Не могла Мирин быть такой безрассудной, чтобы взять и выложить демону все свои чувства. Не могла она поставить на кон своё сердце, я уже молчу о чести и достоинстве. Не могла она сказать демону, что любит его!

Я до конца не была уверена, понимал ли Зуилас, что такое сочувствие. Знаю точно, ни один демон никогда не сможет понять, что такое любовь.

Допустим, демон Мирин смог постичь концепцию любви и влечения, но с чего она взяла, что он захочет разделить эти чувства с ней? На что она надеялась? Что её демон сможет каким-то образом ответить на её чувства или же на что-то большее?

Она хотела, чтобы он ответил ей взаимностью? Она хотела…это…с демоном?

— Vayanin?

Я вскочила с дивана, как ужаленная. Зуилас с тревогой уставился на меня.

— Я в порядке, — приглушённым голосом ответила я, принявшись собирать гримуар и блокнот. — Нужно это убрать. Нам скоро выходить.

Он выглянул в окно, где только-только начали опускаться сумерки. До встречи с Эзрой осталось ещё 2 часа, но я не стала говорить ему об этом. Собрав книги, я поспешила в спальню.

Да что со мной такое? Почему моё сердце стучит так громко? Может я просто беспокоюсь о Мирин? О том, что она стоит на грани горя и унижения?

Господи, я думаю об этом так, словно это происходит сейчас, а не несколько столетий назад. Что бы там с ней ни произошло, это всё уже в далёком прошлом. Что бы она ни решила, это уже сделано. Я провела пальцем по старинному гримуару. Где-то среди этих страниц спрятана следующая часть её рассказа, и мне отчаянно хотелось найти её. Вот только у меня не было никаких причин для этого, кроме собственного любопытства. Я искала в её записях информацию об амулете, но Мирин так и не упомянула о нём.

Я уже подумывала о том, чтобы найти эту следующую вставку, но у меня не хватит времени, чтобы её перевести. Кроме того, напомнила я себе, сейчас это неважно. Совершенно неважно, что она там решила.

Отбросив посторонние мысли куда подальше, я спрятала гримуар под кровать. Сейчас у меня были дела поважнее, чем любовная жизнь Мирин. Например, мне предстояло свидание с демоном-магом, и, если нам «повезёт», то к нам присоединятся колдуны-альбиносы, охотящиеся на демонов.

_______________________

Когда я приехала, Эзра уже ждал под эстакадой. Казалось, что сегодня здесь было темнее, а шум транспорта — громче. Он сильно бил по мозгам.

Я с трудом смогла выдавить из себя улыбку.

— Я принесла, — сказала я, показывая ему стальное кольцо, которое Зуилас сорвал с альбиноса.

— Хорошо. Начнём, как только приедет Блэр.

— Блэр?

— Она один из телекинетиков в нашей гильдии, — пояснил он. — Не думала же ты, что я буду отслеживать колдуна?

Мне не хотелось признаваться, что вообще-то именно так я и подумала. Правда, телекинетик был гораздо лучшим вариантом. И почему я сама до этого не додумалась? Я же уже встречала одного телекинетика — Тэя.

— Пока ждём, давай обсудим план, — продолжил Эзра. — Давай отойдём.

Он провёл меня мимо забора из металлической сетки. Мы отошли подальше, чтобы нас не было видно с улицы, но, когда подошли поближе к бетонной стене, возле которой было найдено тело Яны, я остановилась.

— Мы уже достаточно далеко, — я отвернулась от стены. — Мне для разговора не нужно смотреть на потоки крови Яны.

— Это не потоки крови.

— А?

— Это краска.

— Откуда ты знаешь?

— У меня есть копия предварительного заключения из полицейского управления Ванкувера, а также отчёт о вскрытии, — он немного помолчал, а затем добавил. — Эти колдуны — больные ублюдки.

Мой инферно вспыхнул красным, и через мгновение рядом со мной оказался Зуилас.

— У Īnkavis всегда что-то не так с головой, разве нет? — отметил Зуилас как бы между прочим.

Я вспомнила, что Īnkavis на его языке означает «серийный убийца».

Левый глаз Эзры засветился красным:

— Эти ещё более отвратительны.

— Почему? — спросила я.

— Лучше тебе не знать.

Я бы и хотела не знать, но не могла стереть из памяти улыбающееся лицо Яны. Не могла забыть пьесу «Ромео и Джульетта», в которой она никогда не сыграет.

— Я справлюсь с этим, чем бы оно ни было.

Он явно был со мной не согласен, но всё-таки ответил:

— Эти потоки — красная краска, которой можно рисовать на теле. Яна была покрыта ею с ног до головы.

— Ты хочешь сказать, что они её покрасили? Но зачем?

— Чтобы она стала похожей на payashē. На демоницу.

Зуилас зашипел.

Волоски на моём теле стали дыбом. Мне вдруг стало трудно дышать. А Эзра продолжал:

— Они раздели её, связали и выкрасили в красный. Затем изнасиловали её.

Меня начало трясти. «Ты похожа», в памяти всплыли слова колдуна.

— Я не знаю такого слова, — рявкнул Зуилас.

— Это означает, — глаз Эзры вспыхнул красным, а его голос стал низким, как голос Этеррана. — Dh'keteh hh'ainunith amavren cun payilasith.

— Dh'keteh? — расширились глаза Зуиласа.

Этерран скривил губу от отвращения:

— Некоторым мужчинам это нравится. Поэтому женщины боятся мужчин.

— Но, — Зуилас сделал шаг назад, как будто пытался дистанцироваться от этого разговора, — но заставлять…

Я обхватила себя руками и нахмурилась, шокированная его реакцией. Он вёл себя так, будто сама идея изнасилования была ему непонятна.

— В нашем мире мы не насилуем демониц, — пояснил Этерран. — Это честь для нас — быть избранным payashē. Заставить её — это…

— Gh'akis! - прервал его Зуилас. — Лучше умереть, не имея сыновей, чем так поступить! Eshaīs hh'ainun dahganul.

— Согласен.

Эти два демона готовы на куски порвать любого, кто попадётся им под руку, но идея сексуального насилия вызывает в них отвращение? Я не могла это осознать. Как в жестоком мире демонов не могло быть изнасилований?

Я вдруг поняла, что они замолчали. Подняв голову вверх, я заметила, что Зуилас пристально разглядывал меня.

— Эм, Зуилас?

— Nailēranis et nā. Eshaillākir? — спросил он демона-мага.

— Возможно.

Сжав челюсти, Зуилас снова внимательно уставился на меня. Я отвернулась, не желая знать, какие выводы он сейчас сделал — не только обо мне, но и моём мире, в котором женщины находились внизу «силовой цепочки», а не в самом её верху.

— Время вышло, — магия Этеррана померкла. — Кто-то идёт.

— Зуилас, быстрее, — сжала я инферно в руках.

Он недовольно прорычал, но уже через секунду его тело исчезло в инферно.

— Сюда, — крикнул кому-то Эзра.

Раздались шаги, и в поле моего зрения попала высокая худощавая девушка. Длинные прямые волосы цвета замороженного льда идеально лежали на её спине — оттенок, получаемый только с помощью алхимии. Её бледную кожу эффектно подчёркивали очерченные чёрным глаза и ярко-красная помада. Вся её одежда была изготовлена из кожи. Однако это был не боевой наряд — уж слишком много на ней было заклёпок, цепей и декоративных украшений.

— Блэр, привет, — поприветствовал её Эзра. — Спасибо, что согласилась нам помочь. Ты помнишь Робин?

Фиолетовые глаза Блэр — контактные линзы, что же ещё? — скользнули по мне, и она кивнула. Я выдавила что-то наподобие улыбки, отчаянно пытаясь вспомнить, видела ли я её когда-нибудь. Я с трудом вспомнила какую-то высокую девушка с идеально прямыми чёрными волосами. Была ли это Блэр?

Эзра протянул девушке стальное кольцо, принадлежавшее альбиносу.

— Это принадлежит колдуну. У него ещё есть брат-близнец, так что ты, возможно, сможешь нащупать два следа. Прошлой ночью они были здесь и ушли с ещё одним колдуном. Мы хотим знать куда они направились.

Она кивнула, взяла кольцо и закрыла глаза, пытаясь сосредоточиться. Я ещё никогда не видела телекинетика за работой. Тем временем Блэр развернулась и направилась в ту сторону, откуда пришла. Мы с Эзрой тихонько шли за ней. Так мы вышли на середину дороги, а затем Блэр остановилась, поворачиваясь то вправо, то влево.

— Похоже она…она, — промямлила я.

— Запуталась? Нет, это не так. Блэр очень талантливый телекинетик, но она редко берётся за работу, потому что очень чувствительна. Блэр чувствует слишком много.

— А она лучше Тэя?

— Мы зовём Блэр, если Тэй не может напасть на след. Она всегда находит свою цель, даже если на это уходят недели.

— Вау.

— Тэй думает, что Блэр немного провидец, но она никогда этого не…

Эзра замолчал, когда Блэр наконец определилась с направлением. Мы зашагали за ней, отставая шагов на десять.

— Не будем её отвлекать, — пробормотал Эзра.

— Разве колдуны не сбежали на автомобиле? Это не будет проблемой?

— Нет. Единственный способ сбить со следа телекинетика — это либо пересечь бегущую воду, либо же сбежать по воздуху. Возможно, нам предстоит долгая прогулка. Всё зависит от того, как далеко они уехали.

Мы прошли целый квартал, минуя бетонные заборы и стены.

— Зачем колдуны похищают девушек и делают их похожими на демониц прежде чем убить?

— Потому что они чокнутые. Поклонение демонам — это давно не новость. Даже среди магов есть такие «любители» демонов. Везде можно найти чокнутых фетишистов.

— Всё это мерзко.

— Согласен.

— Нам нужен план, как победить этих колдунов.

— Думаю, будем действовать по ситуации. Но, Робин, — его взгляд снова стал острым, как у змеи, но в этот раз в нём читалась тревога, — будь осторожна. Один из них уже назвал тебя payashē.

Я внутренне содрогнулась.

Блэр вывела нас в центр улицы Кларк Драйв. Шесть полос движения разделяли коммерческий район Страткон и жилые кварталы, тянущиеся на восток до пригорода Ванкувера. Несмотря на поздний час, поток машине не иссякал.

Эзра схватил Блэр за руку и оттащил её на тротуар. Мы дождались, пока загорится зелёный свет, а затем вышли на середину дороги. Блэр сделала пару кругов, и мы снова оттащили её на тротуар.

Так продолжалось трижды, пока девушка наконец не определилась с направлением. Мы прошли тёмные офисные здания, продуктовый магазин с паршивой репутацией и зашли в переулок. Дорога вела на склон холма, и я жутко запыхалась, пока мы поднялись вверх. Блэр прошагала по треснувшему тротуару и затормозила. Сжимая в руках стальное кольцо, она повернулась лицом к зданию.

Когда-то это небольшое строение, с крыши которого отваливалась черепица, было гаражом на одну машину. Кто-то переделал его, заменив хлипкую дверь на бетонную стену со стальной дверью. Задняя часть продуктового магазина и густые деревья затеняли этот гараж со всех сторон.

Блэр подошла к двери и коснулась её пальцами. Затем вздрогнула, отошла назад и кивнула Эзре. Он подошёл поближе, прислушался, а после взялся за ручку двери — она не поддалась. Тогда он отступил и врезал по ней ногой. Раскололся косяк, и дверь распахнулась внутрь, открывая нашему взору тёмный коридор.

Я с опаской достала телефон, зажгла фонарик, и мы вошли. Внутри стояла хрупкая кровать, на которой валялись скомканные одеяла. У противоположной стены стоял шаткий стол, окружённый тремя таким же хрупкими стульями. Чуть в стороне был чёрный мусорный бак, заполненный пакетами от фаст-фуда. Оставшийся угол был закрыт жёлтенькой пластиковой шторкой.

Эзра отодвинул занавеску, и я увидела унитаз и душ. Здесь даже не было раковины.

Пока мы с Эзрой обыскивали импровизированную квартиру, Блэр стояла в дверях. Возможно, колдуны и спали здесь, вот только единственной личной вещью, обнаруженной нами, оказалась спортивная сумка, набитая футболками, джинсами и боксерами. Эзра бросил сумку на кровать, и мы принялись перебирать одежду.

— Ничего, — пробормотала я. — Здесь нет ничего!

— Они годами похищали и убивали девушек, — ответил Эзра. — Они знают, как заметать следы.

Я бросила взгляд на мусорку, «предвкушая», как буду в ней рыться, и прошептала Эзре:

— Может кое-кто сможет что-нибудь унюхать.

— Мы с тобой вернёмся сюда позже, — тут же ответил Эзра, бросив быстрый взгляд на Блэр.

— Или ты можешь увести отсюда Блэр. Прогуляйтесь по району — вдруг у колдунов тут есть второе укрытие. Я вас позже догоню.

— Я не хочу оставлять тебя тут одну.

— Здесь никого нет. Да к тому же я не хочу попусту тратить время. Вдруг они прямо сейчас похищают следующую жертву.

— Сомневаюсь, — уставился он на меня. — Они уже выбрали свою следующую жертву.

От его слов по рукам побежали мурашки.

— Блэр, — повернулся он к девушке, — колдуны были здесь прошлой ночью?

Она кивнула и показала три пальца.

— Трое? И все они ушли?

Она снова кивнула.

— Ты можешь найти самый недавний след?

Она указала в сторону аллеи.

— Мы с Блэр пойдём на аллею. Осмотрись здесь ещё раз, а затем возвращайся в гильдию. Встретимся там. Не задерживайся здесь! Поняла?

— Да. А ты не пытайся победить их в одиночку!

— Даже и не думал об этом, — улыбнулся он. — Будь осторожна.

— Ты тоже.

Они вышли из гаража. Я дождалась, пока голос Эзры не затихнет, и только тогда поняла, что за всё это время Блэр не проронила ни слова.

Подождав ещё 2 минуты, я уверена позвала Зуиласа. Вспыхнул красный свет, и он оказался рядом со мной, сморщив в отвращении нос.

— Здесь всё провоняло hh’ainun.

— Мы ничего не нашли, кроме их одежды.

Он окинул комнату взглядом, затем подошёл поближе к кровати и осмотрел одежду. Он сделал пару шагов в сторону импровизированного душа, но тут же скривился в отвращении и отошёл назад. Он снова обошёл комнату по кругу и остановился возле мусорного ведра.

— Только не говори, что нам придётся перебрать их мусор? — спросила я.

Он присел на корточки и ударил по мусорной корзине. Оттуда вывалились пластиковые стаканчики и смятые салфетки. Зуилас провёл пальцами по потрескавшемуся бетону, после чего впился когтями в толстую трещину.

Оторванный кусок бетона обнажил металлическую ручку, встроенную в пол. Зуилас потянул за неё, и мы обнаружили люк, замаскированный под пол. Мы заглянули в тёмную дыру. Свет моего телефона осветил хрупкую лестницу, прислонённую к стене.

Схватившись за край люка, Зуилас заглянул внутрь. Затем он плавно скользнул в люк, и я услышала хлопок от его приземления.

— Vayanin.

Держа телефон в зубах, я присела на край люка и оттолкнулась. Его руки обвились вокруг моих бёдер, и он тут же опустил меня на пол.

Мы оказались в грубо вырытом подвале. Стены и пол были все покрыты грязью. В центре комнаты было толстое кольцо, покрытое рунами и линими.

Круг призыва демонов.

Внутри никого не было, но сам вид этого круга пугал меня до смерти. Я принялась освещать фонариком окружающую обстановку. С одной стороны стояла куча ящиков, сложенных друг на друга; с другой — старенький деревянный стол, на котором валялись различные бумаги, блокноты, книги в переплётах, ручки, линейки и калькулятор.

Мы с Зуиласом приблизились к столу. На обложках книг виднелись латинские и греческие названия. Рядом с каким-то гримуаром лежала стопка стальных браслетов. Я открыла гримуар и обнаружила сложный массив заклинаний и необходимый список ингредиентов.

Вдобавок ко всему я заметила, что главным ингредиентом каждого заклинания была кровь демона. Закрыв книгу, я отдала её Зуиласу и принялась осматривать остальное содержимое стола. Большую часть составляли большие коричневые листы с диаграммами, на которых были нанесены пометки. Все эти наброски и поспешные пометки напомнили мне эксперименты Антеи с заклинаниями.

Я внимательно уставилась на быстрый набросок какого-то заклинания. В центре него колдун поставил большой вопросительный знак. Не разобрав суть заклинания, я переключила внимание на чёрную папку, лежавшую посреди этого беспорядка.

Нервничая, я открыла её.

— Зуилас! — воскликнула я.

Он придвинулся ко мне поближе, и мы вместе уставились на страницу гримуара, аккуратно сложенную в файл.

Страницу из моего гримуара.

Глава 19

Не веря своим глазам, я перевернула следующую страницу в папке. Это снова оказалась страница из гримуара Атанас. Все 12 вырванных страниц из моего гримуара были здесь — в этой папке.

— Мы нашли их! — схватила я за руку Зуиласа. — Мы нашли все вырванные страницы!

— Забирай их и пошли отсюда.

— Точно, — я схватила папку, — давай убираться отсюда.

Он схватился за край люка и вылез из него. Я поспешно поднималась по лестнице, прижимая к груди заветную папку. Мы нашли их — украденные страницы. Я думала, что мы их уже никогда не найдём. Как они оказались у колдунов? Их им отдал Клод? Или же Клод вообще не получал эти страницы?

Неважно. Теперь главное — сбежать отсюда. Спрятав телефон в карман, я аккуратно открыла дверь гаража и уставилась на тёмную аллею. Стоявший за моей спиной Зуилас также внимательно вглядывался в темноту.

— Беги к многолюдному месту. Быстро! — прошептал он.

Я кивнула, и он растворился в инферно. Я тут же выскочила из гаража и нырнула в переулок. Напряжение чуть спало, когда я убедилась, что вокруг нет ни души. Я ускорила шаг, желая побыстрее добраться до шумной улицы, начинающейся у подножья холма.

На тротуар выскочил мужчина и завернул в переулок. Страх сковал всё нутро, но это был не альбинос. Нижнюю часть его лица закрывала белая борода, в волосах кое-где виднелась седина. Это был мужчина средних лет, сохранивший довольно неплохую физическую форму.

Сделав неуверенный вдох, я продолжила путь. Мы шли навстречу друг другу, и я с трудом подавила желание развернуться и побежать. Мы поравнялись друг с другом. Ещё пара шагов, и мы разойдёмся в разные стороны.

Он неожиданно вскинул руку и вцепился в папку, которую я прижимала к груди. Всё это произошло так быстро, что я даже споткнулась на месте. Его бородатое лицо уставилось на меня:

— Эта папка, — произнёс он хриплым голосом, — тебе не принадлежит.

Я уставилась в его светло-голубые глаза — почти водянистые — в обрамлении белых ресниц. Сердце бешено стучало в груди.

— Вообще-то, — еле слышно прошептала я, — принадлежит.

Вывернувшись из его хватки, я бросилась бежать. Если он был колдуном Отречения, как и те близнецы, то у него также был наготове целый арсенал артефактов для борьбы с демонами. Но вот было ли у него что-то, чтобы остановить человека? Проверять как-то не хотелось. Всё, что мне нужно, это добежать до оживлённой улицы, а там уже…

Я не заметила, откуда взялся этот новый мужчина. Я его не видела, пока его рука не ударила меня в грудь. Я упала на землю, пытаясь сделать глубокий вдох. Мой противник склонился надо мной — знакомое бледное лицо без каких-либо эмоций. Пока я пыталась вспомнить, как дышать, со стороны раздались шаги. В поле зрения возникло второе лицо — идентичное первому. Вот только на этом лице расплылась довольная улыбка.

Когда к ним присоединился мужчина в возрасте, кусочки пазла в моём мозгу наконец-то сложились. Это были не бессмертные колдуны. Нет. Это были дети колдуна, стоявшего на фото двадцатилетней давности рядом с Клодом.

Отец и сыновья жадно смотрели на меня, как охотник смотрит на желанную добычу. Рука ухмыляющегося альбиноса потянулась к моему горлу, и в этот миг на моей груди вспыхнул инферно. Передо мной возник Зуилас, резко замахнувшийся своими когтями.

— Ori unum! — в унисон прокричали все трое мужчин. Когти Зуиласа врезались в три синих щита. Он резко упал и врезал ногами по голени одного из близнецов. Перевернувшись, он ударил второго близнеца по щиколоткам, и двое братьев завалились на землю. Когти Зуиласа вцепились в ближайшего колдуна.

— Ori quinque, — заклинание папаши отбросило Зуиласа назад, предоставив ему возможность для ударов.

— Ori eruptum impello, — закричала я.

Из моего артефакта вырвался серебристый купол и отбросил всех трёх колдунов назад. Они рухнули на тротуар, и Зуилас подлетел к ближайшему из них.

— Ori unum! — прокричал тот.

Зуилас увернулся от заклинания, пригнулся и ударил колдуна по незащищённому колену.

— Ori quattuor! — шипы цвета индиго вылетели из рук второго колдуна. Зуилас отскочил назад, и град шипов пролетел сквозь меня, не причиняя мне ни малейшего вреда.

— Ori quinque! — серебристый взрыв сбил Зуиласа с ног. Он приземлился на ноги, но тут же вскочил и обнажил зубы в немом рыке. Я резко вскочила. Волны паники накрывали меня с головой.

— Ori duo!

— Ori quattuor!

— Ori quinque!

Заклинания, произносимые в унисон, действовали слишком быстро, не давая Зуиласу прийти в себя. Он попытался увернуться, но светящиеся шипы пронзили его конечности.

Оглядевшись вокруг, я бросилась прочь от битвы, пытаясь домчаться до оживлённой улицы. Если я доберусь до безопасного места, то смогу позвать Зуиласа в инферно. Колдуны не решатся напасть на меня в многолюдной толпе. Крепко сжав папку, я бежала так быстро, как только могла.

— Ori impello potissime!

В спину ударила невидимая сила. Во второй раз за несколько минут я упала на землю, больно ударившись локтями. В глазах замерцали звездочки. Раздался топот шагов, затем чьи-то руки подняли меня. Ещё одна рука схватила меня за горло, вдавливая спиной в грудь одного из похитителей. Рука на моём горле сжалась, перекрывая мне доступ кислорода.

— Мы всегда носим с собой парочку дополнительных заклинаний, — издевательски прошептал мой похититель.

Я попыталась вцепиться в его руку, но была слишком слаба — в глазах начало темнеть. Где же Зуилас?

Daimon, hesychaze!

Перед моим затуманенным взором вспыхнул красный свет. Я слишком поздно заметила, что в руках колдуна был мой инферно. За мгновение до того, как Зуилас смог снова принять физическую форму, мужчина выплюнул своё заклинание:

— Ori octo!

Вокруг инферно сформировался зелёный куб. Он запечатал инферно — ни одна искорка красной магии не могла пробиться сквозь этот куб.

Зуилас оказался взаперти, и это только моя вина.

_______________

Мне завязали глаза и вставили в рот кляп. Руки связали за спиной — локти больно упирались в твёрдую спинку стула. Сердце неистово колотилось в груди. Ужас, которого я ещё не знала, укутал меня с ног до головы. Я не могла перестать видеть красные потоки под мостом. Не могла перестать вспоминать, как Эзра описывал смерть Яны. Не могла перестать представлять лица других девушек, так похожих на меня: молодых, маленьких и худеньких, с чёрными волосами.

— Боишься, payashē? — прошептал мне в ухо мужской голос.

Я резко дёрнулась, и, если бы не была привязана, то уже слетела бы со стула. Чья-то рука схватила меня за плечо. Его дыхание опалило мне щёку:

— Постарайся быть храброй. Мне нравится, когда сопротивляются.

От его слов меня начало мутить. Его пальцы прошлись по моему лбу, зачёсывая волосы назад.

— Робин, ты идеальна. Ты так похожа, — он рассмеялся. — Ты думаешь, что я чокнутый, не так ли? Ты думаешь, откуда он может знать, как выглядит payashē? Признаюсь, я никогда не видел демониц, а кто видел? Но я очень близко знаком с их описанием.

Он провёл пальцем по моему подбородку:

— Они крошечные по сравнению с мужчинами демонами. Не выше 160 см., худенькие, с большими, красивыми красными глазами. У них почти такие же рога, как и у демонов, только более закрученные.

Я попыталась отодвинуться от его прикосновений. Из-за кляпа во рту я не могла нормально дышать. Голова уже кружилась от недостатка кислорода.

— У них нет крыльев, но у них есть, — его пальцы спустились к моей пояснице и легонько погладили низ спины, — хвост.

Он резко схватил меня за волосы и зашептал в ухо:

— Ты станешь такой прекрасной, payash, когда я выкрашу тебя в красный.

Я испуганно всхлипнула, и он разочарованно цыкнул.

Наверху что-то застучало, а затем я услышала, как кто-то спускался по лестнице. Похоже, мы были в подвале.

— Джайден, отойди от неё. Веселью пришёл конец.

— Что? Но я только начал веселиться!

— Она слишком важна.

— Я не собирался её убивать.

— Всякое случается, когда ты входишь в раж, — фыркнул новоприбывший. — Да к тому же это не я говорю тебе остановиться.

— Если отец думает, что он может забрать у меня самую идеальную…

— Это не твой отец так решил, — раздался голос. — А я.

Я вся сжалась от страха при звуках этого голоса. Нет. Нет. Нет. Этого не может быть. Не сейчас. Не здесь.

Шаги раздались ещё ближе, и с меня сняли повязку. Резкий свет ослепил меня. Когда я наконец смогла сфокусироваться, перед глазами стояла мужская фигура в тёмном пиджаке. Лицо мужчины было гладко выбрито — его портил лишь ужасный шрам.

— Ну вот мы и снова встретились, Робин, — ехидно произнёс Клод.

Из моего заткнутого кляпом рта вырвался звук. Даже я не могла понять, был ли это крик страха или гнева.

В стороне стояли два близнеца: один — спокойный, как удав; второй — дулся, как ребёнок. Наверное, это и был Джайден. Слева от Клода стоял отец близнецов. В одной руке он держал папку со страницами из моего гримуара, а в другой — мой инферно. Внутри зелёного куба то вспыхивала, то тут же гасла красная магия.

— Сул, ты и понятия не имеешь, какой тебе достался приз, — повернулся к нему Клод.

— А всё потому, что ты скрывал её от нас, — гневно ответил Сул. — А ты думал, что нам бы хотелось узнать о призыве на Землю демона из Двенадцатого Дома?

— Не отвлекайся от нашей цели, мой друг, — Клод перевёл взгляд на близнецов. — Хотя, как я смотрю, вы уже отвлеклись. Что, не могли потерпеть парочку недель?

— Ты попросил меня о помощи. Я пришёл. Всё остальное тебя не касается, — ответил Клоду Сул.

— Именно из-за твоей одержимости наши пути и разошлись 20 лет назад. Я снова и снова тебя предупреждал, что убийство женщин…

— Разошлись пути? — вскричал Сул. — Он такой тактичный, не так ли? А, Брайден?

— Ты отказался от нас, — ответил безэмоциональный близнец. — Ты и твой чёртов…

— Сул, мы уже сто раз это всё обсудили, — прервал близнеца Клод. — Я тебя предупреждал, но ты меня не послушал. У меня не было другого выхода, кроме как прекратить общение с тобой.

— Знаю. Поэтому, как только тебе понадобилась помощь с заклинанием, я тут же примчался, — взгляд Сула скользнул по столу, на котором валялись какие-то бумаги. — Мы нашли способ заполнить пробелы. Завтра вечером всё будет готово. Конечно, при условии, что небо будет чистым.

— Отлично! А теперь давайте разберёмся с нашей юной гостьей.

Все четверо мужчин уставились на меня.

— И какой план? — облизнулся Джайден.

— Сначала мы заберём её демона, а затем — гримуар.

— И кто получит демона? — спросил Сул.

Братья близнецы с жадностью уставились на инферно.

— Демон мой, — засмеялся Клод.

На лицах остальных было написано разочарование.

— Сколько демонов тебе нужно? — холодно спросил Сул.

— Все, мой друг. Все.

Он выхватил из рук Сула мой инферно и бросил его в круг призыва. Как только инферно оказался внутри, зелёный куб исчез. Вспышка красного света, и в круге, ограждённом невидимым барьером, появился Зуилас.

Обнажив зубы в угрожающем рыке, он склонился над инферно. Пол тут же покрылся льдом. Мой демон выпустил свою магию, но ничего не случилось. Невидимый барьер защищал всех остальных от любых его действий. Во второй раз за всю его жизнь Зуилас оказался заперт в круге вызова.

Его взгляд замкнулся на мне, а когти впились в пол.

— Зуилас, если не ошибаюсь? — Клод подошёл поближе к барьеру. — Наконец-то мы встретились.

Взгляд Зуиласа сместился на Клода — в его глазах читалось рьяное желание убить. Он молчал, не желая сотрясать воздух проклятьями, но в его глазах явно читался смертный приговор.

— Зуилас из Двенадцатого Дома, — спокойно произнёс Клод, — ты заключишь со мной контракт.

Я ахнула. Когда Зуилас не удостоил его ответом, Клод приблизился ко мне и резко дёрнул за волосы.

— Не знаю, что для тебя значит «защищать», — сказал Клод моему демону, — но скоро узнаю. Начать с боли? Пустить ей кровь? Или же отдать её мальчишкам на пару часиков? Я уверен ты понимаешь, что они хотят с ней сделать.

Я дёрнулась. Зуилас, не слушай его!

Мой демон крепко сжал челюсть — его взгляд скользнул по мне и снова вернулся к Клоду. Внутри круга начал таять лёд.

Зуилас, нет…

— Я согласен.

Кляп не давал мне закричать. Нет!

— А это было проще, чем я думал, — хохотнул Клод. — Робин, ты заключила отличный контракт с этим демоном.

Я крепко сцепила зубы, отлично зная, что последует дальше. Мы это всё уже проходили — с гильдией Красный Ром.

— А теперь, моя дорогуша, дай своему демону разрешение заключить со мной контракт.

Я ещё крепче сцепила зубы, отчаянно пытаясь сделать вдох. Зуилас не мог отказаться, потому что его сдерживал наш контракт, но я могу! Клод может сломать мне все пальцы, может пустить мне кровь, может отдать меня этим чокнутым братьям, но я никогда…

— Делай, что он сказал.

Я застыла на месте. Не может быть! Нет, это невозможно. Мой демон не мог сказать это вслух! Мне показалось!

Клод с удивлением уставился на Зуиласа. С не меньшим удивлением на нас всех смотрели и братья-близнецы.

Зуилас!

— Скажи «да».

Я не могу…

— Сделай это! — прорычал он. — Робин, соглашайся!

Сердце разрывалось на части. Я не могу. Не могу! Не могу предать его. Не могу отдать его Клоду. Только не Клоду — не моему врагу. Не этому человеку, убившему моих родителей. Я не могу позволить ему забрать Зуиласа — моего напарника, моего союзника, моего…

Доверься мне.

В моей голове раздался едва уловимый шёпот. Настолько тихий, что я подумала, что он мне показался. Напротив меня — в круге, окружённом невидимым барьером — Зуилас настойчиво смотрел мне в глаза. Не просто в глаза, нет, он смотрел мне прямо в душу. В глубине его глаз плескалось обещание.

Довериться ему.

Из глаз побежали слёзы. В запястья больно врезались верёвки. Я пыталась найти внутри себя силы, но единственное, что я смогла, это лишь слабо кивнуть.

Я сдалась. Вокруг меня всё стало расплывчатым из-за слёз. Я рыдала и никак не могла остановиться. Я слышала мужские голоса, но никак не могла сконцентрироваться на разговоре. Вместо этого я отчаянно надеялась ещё хоть раз услышать мысли Зуиласа у себя в голове. Мне нужно их услышать! Мне нужно его понять!

Он должен мне объяснить, зачем он это делает! Но ответом мне была тишина — гулкая тишина, в которой я никак не могла принять, что это происходит со мной. Я не могу потерять его. Он мне нужен. Мне нужно, чтобы он был рядом! Да я скорее умру, чем позволю Клоду забрать его!

Зуилас, ну почему ты мне не даёшь спасти тебя?

Стоя перед кругом и держа в руках гримуар, Клод принялся читать условия контракта. Трое колдунов застыли в ожидании.

Зуилас сидел в круге — вокруг него вилась темнота. Его глаза настойчиво смотрели в мои. Я дёрнулась, пытаясь разорвать верёвки, сковывающие запястья.

Зуилас из дома Валиир. Ты связываешь себя с моей волей. Ты без вопросов и возражений будешь подчиняться моим командам, не пытаясь меня обмануть. Ты не будешь действовать без моего разрешения. Ты не причинишь мне никакого вреда, будь то физического или психического, а также не позволишь никому другому навредить мне. Ты будешь…

Клод продолжал и продолжал зачитывать условия контракта, но я его уже не слышала. Я так сильно рычала в кляп, как будто это могло хоть как-то мне помочь.

Зуилас, пожалуйста, не надо. Ну пожалуйста!

— Я согласен.

После этих слов я застыла — силы покинули меня. Зазвенела цепочка — Клод достал новый инферно, на котором вот-вот появится эмблема Двенадцатого Дома. Передав гримуар Сулу, Клод подошёл ещё ближе к барьеру.

Этого не может произойти. Не может! Кто-нибудь, пожалуйста, остановите это!

Зуилас придвинулся поближе и положил руку на невидимый барьер. Клод прижал инферно к пальцу демона и вновь заговорил.

Я вспомнила, как холодный металл прижимался к моей руке. Как Зуилас сжал мою руку. Как он поддерживал меня. Как он шептал мне слова, скрепляющие наш контракт.

— Enpedēra vīsh nā, - произнёс Клод.

— Enpedēra vīsh nā, - прошептал Зуилас.

Инферно обволокла магия, и Клод застыл на месте. Невыносимая боль прожгла его запястье, руку, грудь, всё тело. Эта боль связала их с Зуиласом.

Магия исчезла. Крепко сжимая инферно в руках, Клод сделал шаг назад. Зуилас медленно опустил руку. Его взгляд погас, и он застыл на месте. Даже его хвост не дёргался.

Это всё-таки случилось. Сделано. Зуилас связан с Клодом. Он теперь не мой демон.

Теперь он принадлежит Клоду.

Глава 20

— Поздравляю, мой друг, — промурчал Сул. — Наконец-то сбылась твоя мечта!

— На это ушло много времени и сил, — улыбнулся Клод.

Зуилас не пошевелился, уставившись на пол невидящим взглядом. Мужчины продолжали говорить, но я их не слушала. Это всё уже неважно.

— Робин!

Я дёрнулась от испуга, обнаружив, что Клод стоит прямо передо мной. А я даже не заметила, как он приблизился.

— Робин, где гримуар?

Апатию как рукой сняло. Я завизжала и резко дёрнулась вперёд. Стул качнулся, ножки заскребли по грязному полу. Ненависть опалила мою душу. Как же мне хотелось вцепиться ему в горло! Если бы у меня были демонические когти, я бы уже выцарапала ему глаза.

Он лишил меня родителей, а теперь ещё и Зуиласа. Если я его убью, то Зуилас будет свободен.

Клод схватил меня за горло и отбросил на спинку стула. Я визжала, не обращая внимания на кляп.

— Дорогуша, я объясню всё по-простому. Невозможно передать контракт от одного подрядчика другому. Несмотря на слухи, контракт передать нельзя, но вот демона… демона можно. Два человека могут разделить между собой одного демона. Чтобы создать ритуал, который ты только что лицезрела, ушли годы.

Клод придвинулся ближе — его дыхание опалило мне лицо:

— Плохая новость для тебя — я не люблю делиться. Так что твой контракт с демоном закончится с минуты на минуту. Вот моё предложение: скажи мне, где ты спрятала гримуар, и я убью тебя быстро и безболезненно. Будешь молчать, и я отдам тебя своим друзьям. А они, как ты уже поняла, жаждут провести с тобой много времени, прежде чем убьют.

На этих словах Джайден голодно облизнулся.

Меня начало трясти, но я упрямо молчала. Клод вздохнул:

— Что ж, ребятки, похоже у меня для вас хорошие новости.

— Зато это плохие новости для тебя, — тихо встрял Сул. — Разве ты не спешишь?

— Да, я не могу больше тянуть. Кто-то вмешивается в наши дела, и, если этот кто-то решится ворваться в наш Двор (прим. пер.: Клод имеет в виду Королевский Двор. Вот только о каком именно королевстве он говорит, мы узнаем позднее), я буду его ждать.

— Может ли это быть дело рук чародейки? Связаться с такой женщиной…

— Варвара хорошо сыграла свою роль. Она даже очень вовремя умерла, и тем самым освободила меня от лишних хлопот, — Клод задумчиво уставился на меня. — Возможно мне не придётся ждать, пока Робин передумает. Её бывший демон должен знать, где она хранит гримуар.

Он направился к кругу, слегка махнув рукой в сторону близнецов:

— Она вся ваша. Только пока не убивайте её.

На лице Джайдена заиграла улыбка, и он устремился ко мне. Его брат — Брайден — шёл за ним по пятам. В их глазах плескалось безумие, а в душах — чёрная мгла.

— Надеюсь ты оценил снисходительный контракт, которым я связал тебя, — сказал Клод, подойдя к кругу, где был заточён Зуилас. — Я не лишил тебя голоса и магии. Если будешь меня слушаться, то поймёшь, что служить мне не так уж и плохо.

Зуилас медленно поднял голову. Клод помахал перед его носом новым инферно и уверенно произнёс:

— Daimon, hesychaze.

Зуилас растворился в красном луче и влетел в инферно. Пока Клод натягивал цепь с инферно себе на шею, братья-близнецы присели перед моим стулом. Я моргнула, но ничего не могла поделать с их жадными руками, ползущими по моему телу. Они прикасались к моим рукам, гладили бёдра, шептали свои извращённые фантазии мне в уши.

Снова вспыхнул красный свет — это Зуилас принял форму и встал перед Клодом.

— Итак, Зуилас. Скажи мне, где Робин спрятала грим…

Взмах когтей, и вот уже Клод заваливается на пол. Кровь заливает его грудь, а он в шоке смотрит на демона. Зуилас обнажил клыки и грациозно, как пантера, прыгнул вперёд. Джайден и Брайден врезались в стену по обе стороны от меня. Затем стул, на котором я сидела, разлетелся вдребезги, а Зуилас крепко прижал меня к себе.

Вокруг его рук вспыхнула багровая магия. Он поднял вверх одну руку ладонью вверх — над ней начало формироваться заклинание.

— Ori quinque!

Заклинание Сула отбросила Зуиласа в стену, однако демон ни на секунду не отвлёкся от формирования своего заклинания. Его магия сдетонировала, как бомба. Потолок разлетелся на куски. Пока обломки летели вниз, Зуилас успел отскочить в сторону.

Сул попеременно выкрикивал то имя Клода, то имена своих сыновей. Зуилас вцепился в края открывшейся дыры и выпрыгнул из гаража. Он приземлился на землю и так быстро устремился в переулок, что я не успевала моргнуть и глазом.

Вспыхнул малиновый свет. Зуилас попытался отпрыгнуть, но не успел. Нас поразил мощный удар. Всё закружилось, и мы рухнули на землю. Мои руки, всё ещё связанные за спиной, больно ударились о землю. Зуилас перевернулся и склонился надо мной, пытаясь защитить от новой атаки.

Расправив крылья, на нас с небес рухнул Нашивер. Он оскалил губы в злобной улыбке и протянул когти, готовясь к очередному удару. По его руке побежала магия. Где-то позади нас взревел двигатель авто.

Зуилас протянул вперёд руки, по которым также бежала магия. Вот только он ещё ни разу не смог победить Нашивера. Вряд ли сможет в этот. Рёв раздался ещё ближе, и Нашивер ринулся в атаку. Луч чистой разрушительной силы ринулся в нашу сторону, а контрзаклинание Зуиласа ещё не было готово.

На земле подо мной вспыхнули багровые линии — магия, исходившая не от Зуиласа. В нескольких сантиметрах от моего лица вспыхнула красная стена. Взрыв магии Нашивера врезался в неё и откатился назад, сметая всё со своего пути. От напора щит раскололся, и в меня влетела ударная волна. Зуилас пошатнулся, на его руках появились порезы.

Красные клинки хлестали Нашивера. Не ожидавший такого демон прикрыл голову руками. Атака поразила его броню и рассекала плоть. Вскоре асфальт залило его кровью. Рёв раздался ещё громче, сопровождаемый визгом шин. В нос ударил запах горящей резины, и кто-то схватил меня за куртку.

— Быстрее! — меня грубо кинула на мотоцикл.

— Зуилас.

Чья-то рука грубо схватила меня, и моя ладонь сжалась вокруг холодного медальона. Пальца рефлексивно сжались. Вспыхнул яркий красный свет, и Зуилас растворился в инферно.

Мотоцикл взревел и устремился вперёд. Я прищурилась, пытаясь разглядеть своего спасителя. Позади нас осталось облако пыли, в котором Нашивер был не более, чем тень с чёрными крыльями и светящимися когтями.

__________________

— Робин! Робин, ты меня слышишь?

Я пару раз моргнула, и перед глазами появилось знакомое лицо — бронзовая кожа, белый шрам, бледные глаза, в одном из которых мерцал красный огонёк.

— Эзра?

— Ты ранена?

Я мысленно обследовала себя. Вроде бы всё нормально. Самая сильная боль была в пальцах, которые так крепко сжимали инферно, что кожа горела огнём. Запястья больше не были связаны, но я не помнила кто и когда меня развязал.

Я сидела на мотоцикле в незнакомом переулке где-то в центре города. Как я сюда попала? Рядом со мной стоял хмурившийся от беспокойства Эзра.

— Я отвезу тебя к целителю и…

— Домой, — прошептала я.

— Мы должны хотя бы заехать в гильдию и…

— Пожалуйста, отвези меня домой.

— Где ты живёшь? Адрес, указанный в базе данных гильдии, неверен.

Позже. Позже я разозлюсь на него за то, что он пытался вынюхать информацию обо мне. А сейчас я сказала ему адрес. Я слишком устала, чтобы волноваться о том, правильно ли это или нет. Он запрыгнул на мотоцикл и сказал мне держаться покрепче.

Я надела цепочку на шею:

— Я и не знала, что ты можешь водить мотоцикл.

— Он не мой. Я его одолжил. И кстати, мотоцикл — не самый мой любимый вид транспорта, так что держись крепче.

Да, это успокаивает! Я крепко вцепилась в его куртку.

Путь к дому был холодным и пугающим, отчасти потому что ни у меня, ни у Эзры не было шлемов, отчасти потому что он ехал какими-то закоулками. Я понимала, зачем он выбрал такой маршрут, но мне это не нравилось.

Наконец он остановился возле моего дома и заглушил двигатель. Порывшись в карманах, я нашла ключи и открыла дверь подъезда. Он поднялся за мной на третий этаж, подождал пока я открою дверь и вошёл внутрь.

— Оставайся здесь, — сказал он мне. — Я проверю, что за нами никто не следил, а затем вернусь.

Я кивнула. Он обеспокоенно осмотрел меня и слегка сжал плечо:

— Робин, всё в порядке.

— Угу.

Закрыв за ним дверь, я вошла в гостиную. На диванчике разложилась Носочек. Двери в комнату Амалии были закрыты, света не было. Значит, её нет дома. Разбувшись, я на полусогнутых ногах зашла в спальню и сбросила куртку. Остановившись у кровати, я отсутствующим взглядом уставилась на стену, осознавая, что снова и снова тереблю инферно.

Зуилас?

Цепочка завибрировала, и он появился передо мной. Мой взгляд остановился на его лице, а его — на моём. Мгновение никто из нас не двигался, а затем он потянулся ко мне. Его руки прошлись по моим щекам, плечам — холодная магия пощипывала кожу, пока он обследовал моё хрупкое человеческое тело.

В свою очередь я также ощупывал его руки, пытаясь понять, ранен ли он или нет. Если не считать потёртостей на доспехах из-за частых падений на асфальт, он был в порядке. Вот только это не так. Он не в порядке. Не может он быть в порядке. Он же связан с нашим врагом. Даже если магия контракта каким-то образом не сработала, всё равно сегодня он пережил худший из своих кошмаров.

Меня трясло, и я вцепилась в его руки. Желание упасть в его объятья было почти нестерпимым, но я сдержалась и отступила. Усевшись на край матраса, я снова вцепилась в инферно. Я не знала, когда и как Зуиласу удалось забрать его из круга призыва.

Клод сказал, что контракт нельзя передать. Но что, если…

Daimon, hesychaze.

Вспыхнул красный свет, а следом завибрировал инферно. Через секунду Зуилас снова принял форму, и гневно уставился на меня.

— Vayanin!

— Мне нужно было убедиться, — прошептала я. — Что, если наш контракт был разорван? Что, если…

Что, если единственное, что нас связывало, было уничтожено?

Его гнев улетучился, но он так и не расслабился полностью. Он смотрел на меня, и на его щеке то и дело дёргался мускул. Затем он упал на колени, усаживаясь между моими ногами. Его руки обвились вокруг моей талии, и он притянул меня к себе, зарываясь лицом в мой бок.

Я застыла на месте, пока мой демон обнимал меня. Обнимал! Его руки крепко прижимали меня, его лицо прижималось к моему телу чуть выше бедра. Зуилас никогда раньше не обнимал меня! Ловил, когда я падала, нёс на себе, подымал с пола, тащил, но никогда не обнимал. Да, он мог прикасаться ко мне с нежностью, яростью, гневом, сердито и с любопытством, но он никогда ещё не касался ко мне вот так… Так, будто ему жизненно необходимо быть рядом со мной.

Мои руки обняли его голову и плечи, и я склонилась над ним, зарываясь носом в волосы, а коленями сжимая его бока. Я обнимала его всем телом. Меня переполняли эмоции — облегчение, отчаяние, непрекращающийся ужас, и ещё одно чувство. Чувство, которое я никак не могла назвать, и о котором не хотела думать.

Его сильные руки крепко сжимали меня, но в тоже время я чувствовала в нём уязвимость. И это заставило мои руки сжаться ещё крепче — я притянула его ближе.

Я не знаю сколько времени прошло, пока мы держались друг за друга. Затем он ослабил хватку, а я отпустила его волосы и расправилась.

— Я думал они убьют тебя.

Я замерла от его хриплого шёпота, а он продолжал:

— Я думал, что они причинят тебе боль, и убьют тебя, а я так и буду заперт в круге и не смогу тебя защитить. Я думал мне придётся смотреть, как ты умираешь.

Он поднял голову. В его глазах плескались эмоции, которые я никак не могла разгадать.

— Ты спас меня. Ты… ты вскрыл грудь Клода! Как ты думаешь, он умер?

— Это была не смертельная рана. Я порезал его глубоко, но так, чтобы он не умер. Я сделал так, чтобы другие остались и помогли ему.

— Но как ты это сделал? Как ты смог его атаковать после того, как заключил контракт с ним?

Его пальцы на секунду впились мне в бёдра, но тут же расслабились.

— Контракт не сработал, — резко произнёс он. — vīsh не связала меня.

— Но Клод смог засунуть тебя в инферно. Разве это не означает, что контракт сработал?

Он молчал, и по моей спине побежал холодок:

— Зуилас? Почему контракт не сработал?

Он внимательно уставился на меня. Я уже научилась распознавать этот его взгляд: он пытается услышать мои мысли. Те, которыми я не хочу делиться.

— Я связал себя с тобой. Только с тобой, vayanin.

Я забыла, как дышать. От отвёл от меня свой взгляд. Он всё ещё стоял передо мной на коленях, но его руки соскользнули с моих бёдер и впились в колени. Преодолевая стеснение, я медленно встала на колени перед ним. Мои руки робко легли на его плечи, а затем я прижалась к его груди и уткнулась носом ему в шею.

Я падала на него. Опиралась на него. Цеплялась за него. Ни ещё никогда не обнимала его.

Сначала он не двигался, а затем его руки плотно сомкнулись вокруг меня, прижимая так сильно, что я не смогла бы вырваться, даже если бы захотела. Но я не хотела. Наоборот, я прижалась к нему ещё сильнее, потому что впервые за всё это время крошечный голосок в моей голове не пищал от страха, что грозный демон поймал меня в ловушку.

Ни одна часть меня, подчиняющаяся трусливым инстинктам, сейчас не боялась его силы. Потому что я знала, даже в самых темных, вечно сомневающихся уголках моей души, что он никогда не причинит мне вреда.

Из гостиной раздался громкий стук.

Я подпрыгнула, и Зуилас тут же вскочил на ноги, прикрывая меня собой.

— Да, точно, — раздался саркастический смех. — Просто так вышло, что ты подвёз Робин домой. Ага.

В ответ раздался тихий мужской голос, который я не могла услышать из-за шума закрывающейся двери.

— Что ж, спасибо. А теперь можешь валить отсюда, — агрессивный тон Амалии заполнил всю гостиную. — Или ты хочешь, чтобы я позвонила в ОМП и рассказала о том, что какой-то сомнительный тип ошивается вокруг нашей квартиры? А может мне рассказать им парочку других интересных фактов?

Я выскочила в гостиную:

— Амалия!

Она отошла от Эзры, стоящего в дверном проходе.

— Он говорит, что ты сказала ему…

— Да, да, — тихо произнесла я. Из-за моей спины показался Зуилас. — Он спас нас с Зуиласом.

Фыркнув, она бросила сумки на пол. Из одной из них показалась чёрная материя:

— Ладно, только не думай, что тебе удалось нас обдурить. Робин всё рассказала мне о твоём маленьком секрете, — она слегка прищурилась. — Хорошие, законопослушные люди обычно не становятся демонами-магами.

— Я в курсе, — ответил ей Эзра, заходя в квартиру. — Робин, как ты?

— Нормально.

— А Зуилас?

— Он тоже в порядке, — ответила я, взглянув на демона.

— Что произошло? — спросила нас Амалия.

Усевшись на диван, я принялась рассказывать ей, как нас с Зуиласом похитили, как Клод заставил меня передать ему моего демона, как меня чуть не изнасиловали и не убили. Эзра с Амалией внимательно слушали меня — на лбу Амалии от гнева даже вздулась вена.

— Чёрт, — сказала он, повернувшись к Эзре. — Ты прям вовремя туда заявился.

— Мне просто повезло. Когда Робин не явилась в гильдию и не ответила на звонки, я начал переживать, что что-то случилось.

— Я рада, что ты переживал, — промямлила я.

— Так что, теперь Клод заключил с Зуиласом контракт? — спросила Амалия. — Или же у него не получилось?

Я мельком взглянула на Зуиласа, стоящего возле балконной двери. Между его ног устроилась Носочек, которую Эзра одарил встревоженным взглядом.

— Зуилас, ну так что? — не уступала Амалия. — Ты связан новым контрактом или нет?

Он лишь пожал плечами.

— У нас есть более насущные проблемы, — встряла я, не желая думать о том, что у Клода могла быть власть над Зуиласом. — Клод всё ещё жив, и ему помогают колдуны Отречения. Они готовят какое-то заклинание, которое было на страницах гримуара.

— Наверное, поэтому он и вызвал их в Ванкувер, — размышляла Амалия. — Должно быть, они находятся здесь уже 3 или 4 недели. Примерно тогда и начали пропадать женщины, да?

— Время совпадает. Примерно тогда Клод и украл у меня эти страницы.

— Но что он хочет? Какие заклинания могут быть в гримуаре? Ну кроме заклинаний призыва демонов. Ты что-нибудь обнаружила? — спросила Амалия.

— В гримуаре полно разных экспериментальных массивов заклинаний, но я их ещё не перевела.

Блин, я была так занята личной жизнью Мирин, что у меня не было времени переводить различные заклинания. Сердце кольнуло чувство вины.

— О каком гримуаре идёт речь? — внезапно спросил Эзра.

Чёрт, я и забыла, что он здесь.

— Это… Это наш фамильный гримуар. Клод хочет им завладеть, потому что в нём есть имена всех Двенадцати Домов демонов, а ещё старинные заклинания.

Сомневаюсь, что Эзра был ходячим детектором лжи, но вот Этерран — совсем другое дело. Сфокусировавшись на маге, я произнесла:

— Эзра, я тебе очень благодарна за наше спасение, но я не забыла о том, что ты что-то хочешь от нас. И ты так и не сказал, что же это.

Оперевшись о дверь, он внимательно осмотрел меня с ног до головы, затем такой же оценке подвергся и Зуилас. В левом глазу Эзры замерцал красный огонёк:

— Мы хотим Амулет Валиир.

В комнате повисла тишина, которую спустя минуту нарушила гневная Амалия:

— Что за хер…

— Этот imailatē принадлежит моему Дому, — прорычал Зуилас. — А не Дому Дират!

— Мы не собираемся забирать его, — в голосе Эзры послышался неземной акцент. — Мы хотим использовать его.

— Точнее, нам нужна информация о том, как он работает, — прояснил Эзра, — и как использовать его силу. А потом мы просто ненадолго позаимствуем его.

— Ты обладаешь знаниями, — снова прорезался Этерран, — Ты можешь рассказать нам, что мы хотим знать.

Я крепко вцепилась пальцами в диван. Нельзя сказать, что я была сильно удивлена такому повороту, особенно учитывая вопросы Тори, но всё же это было не совсем тем, что я ожидала.

— У нас нет этого амулета, — призналась я. — Мы надеемся найти его, но…

— Ты потеряла его после смерти Тахеша.

— Откуда ты знаешь? — подозрительно уставилась на него Амалия.

— Тахеш пытался отдать его мне, — в глазу Эзры снова вспыхнул красный свет. — Наши Дома всегда были союзниками. Он пытался освободить меня. Вместе мы бы стали непобедимы. Мы бы нашли способ вернуться домой или же провели все оставшиеся нам годы в этом мире, наказывая hh'ainun за их призывы демонов.

— Но я не позволил ему завладеть амулетом, — прервал его Эзра, — Правда, тогда я ещё не знал о его силе.

— Погодите, — встряла Амалия. — О какой силе идёт речь?

Эзра замолчал. Если бы они с Этерраном не были единым целым, уверена, сейчас бы они обменялись долгим, недовольным взглядом.

— Разве вы не знаете? imailatē Валиир гарантирует его владельцу иммунитет к навязываемому контракту. Поэтому hh'ainun и не призывают Двенадцатый Дом. Они уверены, что Dīnen et Vh'alyir всё ещё владеют этим амулетом, а потому разорвут на куски любого, кто решится призвать демона.

У меня отвисла челюсть. Зуилас также стоял шокированный.

— Откуда ты это знаешь? — спросила я.

— Короли Первого и Второго Домов всегда об этом говорили. Я думал, что это всего лишь россказни, но потом Тахеш предложил мне этот амулет. — Этерран взглянул на Зуиласа. — Ты что, ничего об этом не знаешь?

— И кто бы мне об этом рассказал? — Зуилас буквально зарычал. — Ваши Дома убили всех, кто хоть немного знал нашу историю.

— Тогда ты не знаешь, как работает этот амулет.

На этих словах внутри меня вспыхнул гнев. Этерран даже не поморщился, когда Зуилас обвинил его в уничтожении его Дома. Сколько представителей Дома Валиир убил Этерран прежде, чем его призвали на Землю?

— Похоже, ты и так уже знаешь всё, что нужно, — холодно ответила я. — Если ты завладеешь амулетом, то станешь свободным от контракта и сможешь выйти из Эзры. Всё, что тебе нужно сделать — это найти его.

— Удачи вам с этим, — пробубнела Амалия.

— Нам нужно знать больше, — прорычал Этерран. — Амулет…

Он резко замолчал, затем закрыл левый глаз рукой. В комнате упала температура, а тело демона-мага сковало оцепенение. Спустя пару минут Эзра опустил руку, обнажая бледный глаз, в котором не осталось и следа от красной магии.

— Этерран умолчал о том, что я не позволю ему — точнее нам — оказаться рядом с амулетом. По крайне мере, пока я точно не узнаю, что именно делает этот амулет. В лучшем случае амулет действительно уничтожит наш контракт. Тогда Этерран выйдет из моего тела, и я наконец-то стану свободным.

— А у него осталось тело? — спросила Амалия. — Как долго демон может оставаться в теле человека прежде, чем его собственное тело… исчезнет.

— Он не изменится, — хвост Зуиласа резко ударил по полу. — Демоны годами пропадали в Ahlēvīsh, а потом возвращались, ни капли не меняясь.

— Что такое А…

— А в худшем случае? — прервал меня Зуилас.

— Амулет уничтожит контракт, но не освободит Этеррана. Тогда он сможет взять полный контроль над моим телом. А может мы оба просто сойдём с ума.

— Но это и так случится, — отметила Амалия, — Все демоны-маги рано или поздно сходят с ума.

Эзра грустно кивнул.

— Я пообещал себе, что как только замечу, что начинаю сходить с ума, тут же всё это закончу. Но сейчас, когда это действительно начало происходить, убить себя не так-то просто, как мне казалось.

Мне стало его жалко. Не знаю, какие обстоятельства заставили его стать демоном-магом, но мне он не казался плохим человеком. Да и Тори явно не считала его злодеем.

— Ещё пару месяцев назад я бы не задумывался, но теперь… — тихо вздохнул Эзра.

— Ты и правда думаешь, что амулет сможет тебя спасти? — спросила я.

— Не знаю. Но я хочу попытаться. Это глупо… Я уже сдался, так почему я пытаюсь бороться?

Я вспомнила другую пару глаз, в которых также плескалось отчаяние и настойчивость. Не он один боролся. Возможно, поэтому он и не мог спокойно принять свой конец.

— Так, значит ты хочешь знать, что конкретно делает амулет, — подытожила я. — Ты хочешь знать все детали его заклинания, и как он влияет на контракт.

Эзра кивнул.

— Я пока это не выяснила, — я слегка замялась, не зная, что ещё сказать. Эзра может мне и не враг, но вот Этерран… — Думаю, я смогу найти ответы, которые тебе нужны, но сначала ты должен помочь мне разобраться с Клодом и колдунами.

— Конечно! Я очень хочу поболтать с этим Клодом о том, почему у него был мой профайл. Я так понимаю, тот крылатый демон принадлежит ему.

— Да. У них нелегальный контракт. Что бы они там не планировали, это не может быть ничем хорошим.

— Сегодня мы уже ничего не решим, — сказал Эзра, поднимаясь с дивана. — Отдохни, а завтра поговорим. Я также… — он запнулся. — Я позвоню Тори и узнаю, где она.

— Ты не знаешь куда она уехала?

— Я знаю куда она уехала. Я не знаю, где она сейчас. Ладно, мне пора.

Он направился к двери, и я поспешила за ним:

— Подожди. Я провожу тебя.

Он хотел было запротестовать, но передумал. Обувшись, мы вышли из квартиры. Мы молча спускались по ступеням, вдыхая противный запах сигарет и дезинфицирующих средств. Когда мы вышли на улицу, оказалось, что там идёт дождь. Мотоцикл весь промок, и Эзра грустно вздохнул.

— Не хочу лезть не в своё дело, — мягко начала я, — но, хоть она этого и не говорит, Тори переживает за тебя.

Выражение его лица ни капли не изменилось — было всё таким же закрытым и безэмоциональным, но Зуилас тоже так делал, так что я научилась понимать чувства тех, кто хотел их скрыть. Дрогнул мускул. Слегка сузились зрачки. Напряглась челюсть. Я заметила все эти изменения на лице Эзры, но не хотела больше ничего говорить. Если он захочет, он продолжит этот разговор. А если нет, то просто уйдёт.

— Тебе когда-нибудь врал человек, которого ты восхваляешь всей душой? — спросил он.

— О какой лжи мы говорим?

— О той, в которой открывшаяся правда изменит всё на свете.

— Да, — тихо ответила я. — Мои родители. Мама. Они скрыли от меня кое-что… они скрыли прошлое нашей семьи, и всё моё будущее. Представить не могу, сколько лжи они нагородили, что скрыть от меня все секреты.

Я чувствовала на себе его взгляд. Мне стало интересно, ожидал ли он такой ответ?

— И что ты сделала, когда узнала об этом?

— Ничего. К тому моменту родители уже умерли. Клод убил их.

Раздался резкий вдох — почти неслышный в шуме дождя.

В уголках глаз начали собираться слёзы. Как и всегда, когда я вспоминала родителей, меня накрывала грусть.

— Если бы я могла её увидеть ещё хоть раз, я бы сказала ей, что понимаю, почему она так сделала. Я бы поблагодарила её.

— Поблагодарила?

— Она защищала меня. Возможно она была неправа — она сама это поняла, но было уже поздно, — но она хотела, чтобы я была счастлива. Ей, наверное, было очень сложно лгать мне каждый день. Думаю, её это ранило сильнее, чем меня.

Эзра молчал, пока я вытирала слёзы. Так и не смогла их сдержать.

— Спасибо, — прошептал он. — Что поделилась со мной.

Я кивнула, замечая, как рушится его стойкий фасад. Если бы Зуилас сейчас стоял рядом, он бы сказал мне то, о чём я уже и так догадалась: Эзре больно. Эзре очень-очень сильно больно.

— Я напишу тебе завтра, где и во сколько встречаемся, — сказал он.

— Хорошо, — ответила я, понимая, что больше ничем не могу помочь.

Он открыл двери, и в подъезд ворвался холодный, пронизывающий до костей ветер. Пока он бежал под проливным дождём к мотоциклу, я поймала себя на мысли, что надеюсь на то, что он всё-таки позвонит Тори.

А ещё я надеялась, что Тори, где бы она ни была, готова к этому звонку.

Глава 21

— И что всё это значит?

Проигнорировав вопрос Амалии, я проскользнула в квартиру, мельком взглянув в сторону гостиной.

— Он пошёл в душ. В любую секунду…

И в этот же момент послышался шум воды. Облегчённо вздохнув, я отправилась на кухню. Какое-то странное чувство: я вроде бы хочу есть, но не смогу засунуть в себя ни кусочка.

— Эзра и Этерран хотят знать всё об амулете, — пробубнела я. — Как будто нам своих проблем мало. Но есть и хорошая новость: возможно они помогут нам его отыскать.

— И, если нам повезёт, они его у нас не сопрут, — мрачно добавила Амалия.

— Надеюсь, что нет. Мирин не стала бы называть амулет «ключом ко всему», если бы он всего лишь разрывал контракт. Нет. Этот амулет создавался с более глобальной целью, но я не стала говорить им об этом. И о том, что мы понятия не имеем о магии амулета.

— Ну, может ты и не имеешь понятия.

Моя рука застыла на ручке холодильника:

— Что ты имеешь в виду?

Она продержалась всего пару секунд, а затем на её лице заиграла победная улыбка:

— А то, что пока ты там играла в детектива и искала убийц, я искала ответы!

— Что? — я наконец определилась с едой и достала из морозилки ванильное мороженое. — Я думала ты занята своим секретным швейным проектом.

— И это тоже, но в свободное от всех наших проблем время, — она потянулась к сумке и достала из неё какую-то книгу. — Ты и так переводишь гримуар, охотишься на психопатов и пытаешься разобраться в демонической магии. Я подумала, что уж с одним делом я смогу разобраться.

— Но… почему ты раньше ничего не сказала?

— Чтобы ты не предложила свою помощь и не взвалила всё на свои плечи, как ты обычно это делаешь, — Она открыла книгу, в которой лежал мой рисунок амулета и заклинания. — Вот смотри.

Она показала на массив заклинания, в котором причудливо сплелись руны и завитки, и пентаграммы, а затем показала на диаграмму, нарисованную в книге. Оба заклинания были практически идентичны.

— Не может быть! — воскликнула я. — И что это за Аркана?

Она молча закрыла книгу и показала мне обложку: Теория магии Отречения в астральной сфере.

— Отречение! Ну конечно же это Отречение, — ударила я себя по лбу.

— Меня навели на эту мысль колдуны-альбиносы. Но даже так мне пришлось потратить вечность на то, чтобы найти похожее заклинание. Но, если амулет является супер-пупер разрывателем контракта, тогда всё сходится! В конце концов, суть Отречения — это препятствование другой магии.

— Это точно имеет смысл. И как много познаний в магии Отречения нам потребуется, чтобы понять смысл этого заклинания?

— Очень много. Этому учатся годы! К счастью, я уже решила эту проблему, — она постучала по ведёрку с мороженым. — Так ты поделишься или как?

Я достала две чашки для мороженого. Нет смысла предлагать его Зуиласу. По его мнению, которое он не постеснялся озвучить, мороженое — это сладкий яд. А всё из-за его предрассудков касательно холодной еды. Немного холода его не убьёт, ну, если он не будет на пол пути в ад, но он всё равно не решался есть мороженое.

- Ну, — не выдержала я. — Так как ты решила эту проблему?

— Я сходила в библиотеку Арканы и попросила порекомендовать мне специалиста в области магии Отречения. Библиотекарша тут же принялась ворковать про этого молодого гения, который часто приходит к ним. По ходу, она его фанатка. Короче, завтра в 7 утра у нас встреча с этим гением. Так что нам с тобой не придётся влезать в дебри магии Отречения!

— Отлично! Заодно спросим, не слышал ли этот гений про наших колдунов.

— Угу, — она подняла чашку с мороженым, как будто это был бокал вина, и потянулась к моей. — Робин, за нас!

— За нас! — рассмеялась я. — Значит у нас есть наводка с этим амулетом. Уже хоть что-то.

— Ну, у нас ещё нет самого амулета. Да к тому же на стороне Клода эти психи колдуны.

— Не забудь о том, что он что-то получил от Варвары. И мы снова вернулись к тому, с чего начали.

Она горько вздохнула.

— Но… — махнула я ей, — теперь на нашей стороне страшный демон-маг.

— Как думаешь, Зуилас рад тому, что на нашей стороне появился сильный демон-маг или он бы хотел остаться главной звездой?

Я фыркнула:

— Похоже, он не знает, как ему вести себя с Этерраном. Они — враги, но, возможно, в нашем мире это ничего не значит.

— Кстати, — воскликнула Амалия, — А ты скажешь Эзре и Этеррану, что пытаешься найти способ вернуть Зуиласа домой?

— Не знаю.

— Если амулет и правда сработает, и они разделятся… ты же понимаешь, что это значит?

Это значит, что на волю вырвется не связанный контрактом демон из Второго Дома.

— Давай пока об этом не будем думать. Сначала я поговорю с Тори.

Амалия согласилась. Мы молча ели мороженое — тишину разбавлял звук льющейся воды из душа. Доев, я пошла мыть чашечки. Пока я мыла посуду, в голове вдруг всплыла одна фраза.

— Завтра вечером, — пробубнела я.

— А?

— Старый колдун сказал Клоду, что заклинание будет готово завтра вечером. Как нам всего за один день найти и остановить их?

______________________

Голова разрывалась на части.

Кофейный столик был завален страницами из моего блокнота, все они исписанные каракулями. Быстрые заметки, недоделанные переводы, гневные зачёркивания ошибок. Вокруг меня валялась куча различных справочников, вот только толку от них не было никакого.

Слов, которыми Антея описывала свои труды, больше не существовало. По крайней мере, я не могла их найти в тех древнегреческих словарях, которые были у меня.

Сул сказал, что они смогут провести ритуал, если небо будет чистым. А это значит, что им нужно либо звёздное небо, либо лунный свет. Я провела весь день за гримуаром, перелистывая страницу за страницей, в поисках заклинания с подходящими астральными условиями. Антея была очень старательным экспериментатором, а, значит, где-то в гримуаре должны быть более ранние версии того заклинания, которое украл Клод.

Но я не знала, какие именно заклинания были украдены, да плюс ещё не могла перевести больше половины слов, так что дело зашло в тупик. Гневно фыркнув, я уселась поудобнее на диванчик. Бесполезно. Если бы я могла вернуть украденные страницы, дело бы сдвинулось с мёртвой точки. Даже если бы у Клода и остались копии, по крайне мере, я бы знала, что искать!

На столике стояла миска с клубникой. Горько вздохнув, я взяла ягодку, щедро посыпала сахаром и отправила в рот, уставившись на дверь спальни.

Зуилас провёл всю ночь, патрулируя окрестности. Он хотел убедиться, что ни Клод, ни колдуны, ни Нашивер не нашли нас. Он вернулся на рассвете, весь уставший и вымотанный. Я уступила ему свою кровать, хотя могла бы позволить ему спать вместе со мной. Это был бы не первый раз, так что у меня не было причин уходить. И всё же…

Отправив в рот вторую ягодку, я перевела взгляд на гримуар. Будучи не в силах сопротивляться, я принялась листать страницы, выискивая очередную вставку от Мирин. Мне нужно знать, что же она решила! Не то, не то… Ах, вот оно. Вырвав лист из записной книжки, я взялась за перевод. Сердце нервно трепыхалось. Слова быстро формировали предложения, как будто сама Мирин шептала мне их в ухо.

Сестра, ты и представить себе не можешь, как я измучилась за эти несколько месяцев. Я постоянно сомневалась в своём сердце, своих мыслях, своей душе. Я то и дело задавалась вопросом, что за безумие охватило меня?

Я стояла перед демоном, и задавалась вопросами, которыми не должна задаваться ни одна земная женщина. Я желала того, чего не должна желать ни одна земная женщина. Я прикасалась к тому, чего не должна касаться ни одна земная женщина.

Я предложила демону свою душу, а затем отдала и сердце.

Безумие? Возможно. Но, если это безумие, то я не хочу от него излечиваться. Любовь в этом жестоком мире сама по себе является жестокостью. Любовь — это боль, и это надежда. Любовь — это красота, и это опасность.

Мелитта, моя дорогая сестра, если я что и поняла, то это: не позволяй своему страху держать тебя в заточении! В этом холодном жестоком мире нам говорят, что нельзя мечтать о многом, а ты не слушай! Осмелься желать большего!

Рискни, как рискнула я!

А иначе эта жизнь всего лишь тень от того яркого солнца, которым она могла бы быть.

— Мирин Атанас.

Я так сильно вцепилась в гримуар, что побелели костяшки на руках. Слова Мирин, словно волны прибоя, грохотали у меня в ушах. Но этого недостаточно! Она так и не сказала, что произошло, когда она предложила демону своё сердце. Не похоже, что она жалела о своём поступке, но что конкретно случилось?

Как отреагировал её демон? Разделял ли он её чувства? Он ответил взаимностью? А может отверг? Забрал этот драгоценный дар, который она ему отдала, а затем посмеялся над ней?

Я снова и снова перечитывала слова, отчаянно пытаясь найти хоть какие-то подсказки. Любовь — это боль, и это надежда? Любовь — это красота, и это опасность? Что это вообще значит?

Пальцы снова потянулись к гримуару. Мирин должна была объяснить это всё.! Она должна была написать, любил ли её демон или же нет! Она должна была написать, поступила ли она правильно или совершила ужасную ошибку! Должна была написать хоть что-то, кроме пафосной речи о храбрости и вере в своё сердце.

Рискни, как рискнула я.

Помотав головой, я так рьяно принялась листать страницы, что едва не рвала их. Я перелистывала, и перелистывала, и перелистывала, но вставки от Мирин больше не было. Приближался конец гримуара, и паника начала накрывать меня с головой. Не может быть! Не может быть, чтобы то была последняя вставка от Мирин!

Осталось 10 страниц. Пять. Три. Я дошла до последней страницы (если не считать вырванных Нашивером), но вставки от Мирин не было.

Не может быть. Она должна была написать ещё хоть что-то. Наверное, я пропустила их. Я принялась листать страницы в обратно порядке. Теперь уже медленно, выискивая знакомое имя. Я искала, искала, и искала, переворачивая страницу за страницей. Я пропускала мимо блоки текстов, заклинания, списки. Парочка страниц были подписаны именами, но ни одно из них не было Мирин.

Я едва не пропустила его… это имя. Это была не Мирин, но имя звучало знакомо.

Μέλιττα Ἀθάνας

Мелитта Атанас.

Младшая сестра Мирин. Она тоже что-то добавила в гримуар? Какое-то странное ощущения возникло у меня в груди, когда я принялась переводить её слова. С каждым предложением мне становилось всё грустнее. Закончив, я едва смогла заставить себя перечитать весь текст.

Достопочтенный последователь!

Сегодня я закончила то, что начала моя сестра. Я слово в слово переписала гримуар. На последних страницах я скопировала мастерскую работу Антеи — так же, как это делали до меня. Я не добавила от себя в гримуар ни одной строчки, кроме этой вставки.

Достопочтенный последователь, пожалуйста, не удаляй записи моей сестры! Я понимаю, что её дополнения к гримуару слишком высокомерны и неуместны, но я прошу тебя сохранить их. Они — всё, что от неё осталось.

Она умерла ради наследия Антеи, и ради меня.

Наши враги убили её через год после того, как она начала переписывать гримуар. За этот год я тысячу раз сомневалась в её непонятной привязанности к демону, но я навсегда запомню ту ночь. Я никогда не забуду, как я нашла их двоих.

Он крепко прижимал её, как будто всё ещё мог защитить, хотя она давно уже покинула этот мир.

— Не забирай её душу, — взмолилась я.

А он ответил мне:

— Её душа никогда мне не принадлежала. Её команды никогда не связывали меня, так что её душа не может меня спасти. Я должен был сказать ей об этом.

Это были его последние слова. Он был сильно ранена, а ночь была ужасно холодна. Он умер, сжимая мою сестру в своих объятьях.

Я не знаю, любил ли он её, и любила ли она его. Но я похоронила их вместе, надеясь, что где бы ни оказались их души, они были там вдвоём.

Мирин умерла ради этой книги, так что её наследие также важно, как и наследие Антеи. Если мы должны защищать это проклятое наследие ценой своей жизни, то пускай наши жизни будут записаны на страницах гримуара.

Если Антея вооружила наших врагов той же ужасной силой, которую мы охраняем, давайте вооружим друг друга убеждением продолжать наше дело.

Я, и те, кто будут после меня, отчаянно нуждаемся в этом убеждении.

Без утерянного амулета, без правды, которую Антея посчитала слишком опасной, чтобы открыть нам, мы никогда не узнаем, почему она возложила на нас такое бремя. Так что я спрашиваю тебя, дочь моей дочери, достопочтенный последователь, выживший, чародей:

— Когда это закончится?

Мелитта Атанас.

По щеке скатилась слеза. Горе и отчаяние Мелитты пронзили меня насквозь. Сколько времени прошло между смертью Мирин и отчаянной мольбой Мелитты к будущим переписчикам гримуара?

Мирин… Я никогда не узнаю, что же произошло между ней и демоном. Никогда не узнаю, как она призналась ему в любви. И призналась ли вообще. Никогда не узнаю, как он отреагировал. Разделял ли он её чувства? Способно ли вообще сердце демона любить?

Но он обнимал её, когда она умерла. Он прижимал её к себе даже после того, как она покинула наш мир. Он прижимал её, даже когда сам умирал.

Мой взгляд скользнул по одной строчке: Её команды никогда не связывали меня, так что её душа не может меня спасти.

По рукам побежали мурашки, а волоски начали вставать дыбом.

Её команды никогда не связывали меня.

В голове раздался голос Клода, диктующий условия контракта Зуиласу. Я снова слышала, как Зуилас принял эти условия. Ритуал связал его с инферно. Команда Клода отправила его в инферно.

Его vīsh не связала меня.

Зуилас смог ранить Клода, несмотря на то, что обещал никогда не причинять ему вред. Их контракт не сработал.

Никогда не призывайте Демонов из Двенадцатого Дома.

Если контракт Мирин с демоном Валиир не сработал… Если контракт Клода с демоном Валиир не сработал…

То… что это говорит о моём контракте?

Глава 22

Я резко вскочила на ноги, выпустив из рук блокнот. Больно ударилась коленом о стол, да так, что чуть не снесла миску с клубникой. Комната закружилась.

Дверь в мою спальню с грохотом распахнулась, из-за чего Зуилас, спящий на кровати, подскочил на месте. Носочек с испуганным визгом спрыгнула с подушки и забралась под кровать. Зуилас проснулся в долю секунды и был готов атаковать невидимого врага по первому моему зову.

Подлетев к кровати, я резко остановилась в нескольких сантиметрах от неё.

— Зуилас, мы заключили контракт? — тяжело дыша, спросила я.

— Na? Vayanin—

— Мы заключили контракт? — заорала я.

Его глаза расширились. Он слегка отодвинулся назад, нервно дёргая хвостом из стороны в сторону.

— Vayanin…

— Ответь мне!

— Я прикован к инферно.

Демоны не лгут, значит, он пытается избежать ответа.

— И это всё, к чему ты прикован, верно? — я пытливо уставилась на него, как будто впервые увидела. А может я и правда впервые увидела его. До этого момента я была слепа! Я доверилась магии, который не было! — Ты не подчинился приказам Клода.

— Контракт не сработал.

— Ты знал, что он не сработает! Знал, что у Клода не будет над тобой силы, поэтому ты сказал мне согласиться с его условиями!

— Это был единственный способ сбежать из круга, — он всё ещё не ответил на мой вопрос. — Единственный способ спасти тебя!

Мои руки тряслись, так что я сжала их в кулаки.

— Но тебе не нужно меня защищать! Ты вообще не обязан был меня защищать! Никогда! Вот поэтому я и не могла понять условия нашего контракта — потому что его не существует!

— Он есть! Я пообещал защищать тебя! А ты пообещала печь мне вкусняшки! Я пообещал вести себя, как связанный контрактом демон! А ты пообещала найти способ вернуть меня домой!

— И как давно ты понял, что контракта нет? — меня уже всю трясло.

Его красные глаза настойчиво пытались что-то найти в моих глаза. Вот только что?

— Я это понял на второй день. Я понял, что мою волю ничего не связывает. Но я не знаю почему так.

— Потому что ты из Двенадцатого Дома. Этерран ошибся. Это не из-за амулета нельзя вызывать Демонов из Двенадцатого Дома! Нет! Их нельзя призывать, потому что они не подчиняются контракту! Они остаются свободны!

— Но почему?

— Не знаю! Почему ты мне не сказал?

— Потому что ты мне не доверяла, а я не доверял тебе.

Я подошла к нему поближе.

— А потом? Почему ты вчера ничего не сказал? Я же спрашивала тебя!

— Я не мог тебе признаться. — Его голос стал ещё глуше. — Если бы я тебе сказал, что меня не связывает магия контракта, ты бы начала бояться. А я не хочу, чтобы ты меня боялась.

Я сделала шаг назад. Ещё один. И ещё. В голове роилась куча мыслей.

— Почему? — Прошептала я. — Всё это время ты мог делать, что хотел. Ты мог оставить меня. Убить меня. Позволить другим убить меня. Мог заставить меня делать всё, что тебе захочется! Почему ты защищал меня всё это время?

В его глазах появилась лёгкая грусть.

— Потому что я обещал.

Я выскочила из спальни. Всё это так странно, думала я, оседая на пол в гостиной. Я сидела на том же месте, что и 5 минут назад, но я не знала, что ещё мне сделать. Не знала, что думать. Не знала, что чувствовать.

Зуилас не связан со мной контрактом. И никогда не был.

Шок постепенно начал уступать место гневу. Да как он посмел скрыть это от меня! Как он посмел обмануть меня! Как он посмел позволить мне думать, что я защищена контрактом, когда единственное, что защищало меня, это было…

Это был он.

Он защищал меня, а не контракт. Он защищал меня даже когда я раздражала его. Когда была слабой. Когда была глупой. Когда он чуть не умер из-за меня от рук Тахеша. Когда я оставила его в инферно и дала себя похитить. Когда кричала на него, что он не так защищает меня, как мне бы хотелось. Когда я так сильно доводила его, что он ломал мебель со злости. Когда он был уверен, что я тайно желаю ему смерти. Когда я глубоко спрятала свои мысли и чувства, и поэтому он не мог мне доверять.

Он защищал меня, потому что в тот момент, когда я в том ледяном круге сжала в пальцах инферно, а Зуилас сжал меня, мы связали наши судьбы. Связали их чем-то более значимым, чем контракт. Мы оба смотрели в глаза смерти. Мы оба нашли спасение друг в друге.

Я связан с тобой. Только с тобой, vayanin.

На меня упала тень. Раздался едва уловимый топот ног по мягкому ковру, сопровождаемый лёгким шорохом хвоста. Я не сводила глаз с гримуара, лежащего на журнальном столике, и пыталась привести дыхание в норму. Зуилас присел возле самого края дивана.

— Vayanin?

Я упрямо делала вдох и выдох. Вдох и выдох.

— Робин!

Голова дёрнулась, и мой взгляд устремился к нему, но я тут же отвела глаза. На столике передо мной лежал перевод вставки Мирин.

Я предложила демону свою душу, а затем отдала и сердце.

Часть меня надеялась, что она ошиблась. Что её чувства были всего лишь неуместным влечением. Что её влюблённость была воображаемой, а не реальной. Что её демон не ответил ей взаимностью.

Было бы лучше, если бы она не хотела его, а он — её. Всё было бы гораздо проще. В таком случае не нужно было опасаться отказа. Не нужно было бояться того, что он разобьёт ей сердце и ранит её чувства. Не нужно было бояться того, правильно ли это или нет, что эти чувства противоречат всем законам природы.

Любовь — это боль, и это надежда.

Другая же часть меня отчаянно желала, чтобы Мирин оказалась права. Я хотела, чтобы её не волновало то, что о ней думают другие. Чтобы она шла своим путём — тем, который ещё не выбирала ни одна земная женщина. Я фанатично хотела, чтобы она рискнула.

Рискни, как рискнула я.

Я перевела взгляд на демона, сидящего от меня на расстоянии вытянутой руки.

— Это называется румянец, — мне хотелось звучать уверенно, но получилось какое-то бормотание. — Когда моё лицо становится красным.

— Румянец? — его хвост медленно пополз по полу.

— Я краснею, потому что смущаюсь. А смущаюсь я обычно из-за тебя.

— Почему?

— Потому что… Когда ты находишься рядом со мной. И когда ты прикасаешься ко мне. И в эти моменты я…

Я украдкой взглянула на него, от его сконфуженного взгляда щёки тут же зарделись красным.

— А ты… ты… А потом ты делаешь эти вещи, и я думаю о тебе… думаю о том, о чём не должна думать.

Он молчал. Наверное, запутался вконец. Моё объяснение было хаотичным и непонятным. Я бы и сама ничего из него не поняла.

— Я не знаю, что именно ты думаешь обо мне, — произнёс он наконец тихим голосом.

Я не смогла удержаться и снова украдкой взглянула на него. Он беспокойно хмурился, как будто переживал, что сделал что-то не то. У меня возникло дикое желание сбежать отсюда, но всё что я делала до этого времени — это сбегала. И вот к чему это нас привело! Я разрушила доверие между нами, а всё потому что не могла сказать ему всего одну вещь.

— Vayanin? — он слегка поёрзал. — Твои мысли обо мне — они что, настолько плохие?

— Не плохие. Просто я… — взгляд зацепился за так и не съеденную ягодку клубники, щедро присыпанную сахаром. — Думаю о том…

О твоём удивительном теле с твёрдыми мышцами и гладкой кожей, к которой так и тянет прикоснуться. О твоих сильных руках вокруг меня и о том, как они одновременно вызывают страх и восторг. О твоём хриплом голосе, который ласкает меня. И о том, как я тут же теряю ход мыслей, когда ты шепчешь мне в ухо.

Но я не могу произнести это вслух! Не могу сказать ему всё это!

Рискни, как рискнула я.

Я взяла в руки клубнику. Подняв глаза, я медленно прошлась по его лицу, а затем придвинулась ближе и поднесла ягоду к его рту.

— Что это означает? — прошептала я.

Приоткрыв рот, он аккуратно взял зубами клубничку из моих пальцев и проглотил её. Затем уставился на меня полуприкрытыми глазами.

— Если бы ты была payashē, это бы означало, что ты хочешь разделить со мной постель. — Он внимательно следил за моей реакцией. — Но ты не payashē.

Меня начала бить дрожь, по телу бежали мурашки. Рука слегка тряслась, когда я взяла ещё одну клубнику и откусила её. Капля сладкого сока застыла в уголках губ. Его пристальный взгляд не отпускал меня. Он вопросительно смотрел на меня — в его глазах затаился хищник.

— Я не payashē, - согласилась я.

Дрожь в моих руках стала ещё более отчётливой, когда я неловко протянула ему ягодку. Это было приглашение. Я не приказывала ему — я приглашала. Он двинулся вперёд. Пальцы коснулись моего запястья, затем обвились вокруг него, удерживая руку на месте. Губы сомкнулись над клубникой — и моими пальцами. Ягодка исчезла. Всё, что я теперь чувствовала — это жар его рта и скольжение языка.

Сердце выполнило кульбит, а в лёгких не осталось воздуха.

— Я думала, — прошептала я, — тебе не нравится вкус человека.

— Мне не нравится вкус твой крови, vayanin. А вот твоя кожа…

Он прижался губами к запястью и осторожно провёл языком по венам. Пальцы заскользили вверх — по внутренней стороне руки — по мягкой коже, которой он когда-то восхищался, и по шрамам, оставшимся с того дня, когда мы заключили наш контракт.

Он притянул меня к себе, слегка сжав локоть. Приглашение. Не требование.

Я придвинулась ближе. Совсем немного. Его рука скользнула по рукаву моей футболки. Он провёл большим пальцем по ткани, а затем принялся нежно вести пальцами от плеча к шее. Когда-то он так же аккуратно исследовал мою руку. Теперь же его прикосновения обжигали шею, ключицы, горло, подбородок.

— Ты снова покраснела, — прошептал он. — О чём ты думаешь?

Щёки полыхали, в груди тоже разгорался пожар. Я закрыла глаза.

— Я думаю… — правду. Я должна сказать правду. Не могу лгать. Не хочу. — Мне нравится, когда ты прикасаешься ко мне.

— Hnn.

Его тёплые руки обвили мою шею, его большие пальцы прижимались к челюсти, а затем его тёплое дыхание опалило моё горло. Я слегка дёрнулась назад, не ожидая такого поворота.

Он прикоснулся губами к ямочке между ключицами.

Я задрожала, но не попыталась вырваться. Я не паниковала. Не оттолкнула его. Но и не открыла глаза.

Его горячие губы скользили по горлу. Он внезапного прикосновения его острых зубов у меня по спине побежали мурашки, и я забыла, как дышать.

— А так тебе нравится? — его губы были прижаты к бьющейся вене. Голос вибрировал по телу.

— Мне… мне, — боже я уже задыхаюсь от переполняющих меня эмоций! — Нравится.

Он провёл языком по венке, и я вздрогнула. Его губы начали прокладывать дорожку вверх. Посасывать, покусывать. Ещё одно прикосновение острых клыков, и я ещё больше откинула голову назад, предоставляя ему пространство для маневра. Он уткнулся носом в подбородок, глубоко вдохнул, а затем я почувствовала дразнящее прикосновение его зубов. Он осторожно провёл губами по линии челюсти. Я не могла дышать.

— О чём ты сейчас думаешь, vayanin?

— Я… хочу…

Не могу. Не могу я это сказать. Меня охватила застенчивость, заставившая губы плотно сомкнуться. На щеках вновь вспыхнул румянец, и я слегка откинулась назад, упираясь спиной в диван.

Он навис надо мной, внимательно изучая моё красное лицо:

— А ты помнишь, vayanin, что ты пообещала мне рассказать один секрет?

Дело было в Атриуме Арканы. Он тогда рассказал мне, что для него значит понятие «защищать», а я в ответ пообещала ему раскрыть один свой секрет.

— Помню.

Он прильнул ко мне, жар его дыхания опалил моё ухо, когда он зашептал приглушённым голосом:

— Скажи мне, чего ты хочешь. Открой мне свой секрет, который так тщательно скрываешь.

Сердце стучало так громко, что, казалось, сейчас выпрыгнет из груди. В животе порхали бабочки, нет, не бабочки — динозавры. Мне было стыдно сказать, чего я хочу. Но… Но, я обещала.

— Я хочу, — голова кружилась от целой кучи эмоций: страх, желание, неуверенность, стыд. — Я хочу, чтобы ты…

— Угу…

У меня перехватило дыхание, а глаза расширились. Его нос скользнул по моей щеке, и мои ногти буквально впились в ковёр. Я напомнила себе о необходимости дышать, вот только лёгкие меня не слушались.

Его губы легко заскользили по моим, едва притрагиваясь. Я отдёрнулась — чисто инстинктивное движение. Часть меня где-то в глубине души всё ещё немного боялась его.

Его руки прошлись по моим бокам, затем скользнули вверх по спине и зарылись мне в волосы. Он крепко держал меня, как будто пытался приободрить. Мои руки оторвались от пола, и я вцепилась ему в плечи, в его накачанные мышцы, от которых исходила сила и уверенность. Пульс участился, хотя куда сильнее то?

Его губы уткнулись в уголок моего рта. Горячий язык прошёлся по уголку моих губ, слизывая сок клубники, который я так и не удосужилась вытереть. Затем его губы взяли в плен мою нижнюю губу, заставив меня задержать дыхание в предвкушении дальнейших действий.

Очередное лёгкое прикосновение к моим губам — очередное испытание для моего сердца. Голова кружилась, пульс бился в ушах. Я перестала сопротивляться и прильнула к нему, соприкасаясь носами.

Его губы коснулись моих — нежно и осторожно — а затем его рот накрыл мой. Горячий, требовательный, но в то же время мягкий и нежный. Его губы жадно двигались, исследуя форму моих губ. Он провёл языком по моей верхней губе, а затем зажал нижнюю губу своей. Лёгкое прикосновение его клыков заставило меня ахнуть от удивления. В его руках я становилась податливым воском, дыхание участилось, а тело охватил жар.

Из его груди вырвался рык, и он снова прикусил мою нижнюю губу. Я приоткрыла рот, и наши языки сплелись в причудливый танец. Я впервые пробовала его на вкус! Сладкий, но в то же время немного терпкий.

Мои руки заскользили по его плечам, и наконец-то расслабилась, полностью отдаваясь этим ощущениям. Я буквально растворилась в его руках, откинув голову назад и распахнув губы от удовольствия. Мои страхи улетучились. Осталось лишь желание, разгорающееся внутри меня. Оно усиливалось с каждым прикосновением его губ.

В том местечке моей головы, где всегда жил страх, сейчас вспыхнул пожар.

Я почувствовала в своей голове присутствие малиновой магии. Свирепость, хитрость и обжигающая страсть сплелись в один причудливый танец. Я распахнула глаза, но тут же закрыла их, ещё крепче прижимаясь к Зуиласу, обвивая его за шею, впиваясь руками в его волосы.

Его сущность переплелась с моей — эмоции, чувства, мысли, реакции. Я почувствовала дикость, которая была неотъемлемой частью его сущности. В моей голове вились тысячи мыслей, но я не могла ухватить ни одну из них.

Но вдруг я услышала его мысль — кто-то приближается.

— Сюда идёт Амалия? — я резко отстранилась от него.

Он взглянул в сторону двери. Раздались шаги. Даже моё громкое дыхание не помешало ему услышать их. Щёлкнул дверной замок — это Амалия вставила ключ.

Паника загасила все остальные эмоции. Я всё ещё сижу прижатая к Зуиласу! Его руки обвились вокруг меня! Моя рука в его волосах! Может я и была готова посмотреть в глаза своим страхам, но вот взглянуть в лицо своей кузине в таком виде — нет уж, увольте!

Daimon, hesychaze!

Тело Зуиласа тут же растворилось в инферно, а я осталась сидеть возле столика, на котором покачивалась миска с клубникой.

Распахнулась дверь, и в гостиную влетела Амалия:

— Прости! Я должна была вернуться пораньше! Ну что, ты готова к нашей встрече с…

— Привет, — слабо пропищала я. Надеюсь, она не заметила мой трепещущий голос, румянец на щеках, скомканную одежду, хаос на голове.

Она слегка прищурилась, но тут же покачала головой:

— Даже знать не хочу! Так ты готова или нет?

— Готова к чему? — спросила я, умирая со стыда.

— К встрече! С экспертом по магии Отречения!

Точно! Я же совсем про это забыла! И почему в нашей квартире нет настенных часов?

— Точно. Прости. Дай мне минутку, я спрячу гримуар.

— Конечно. Не торопись, — саркастически отметила Амалия.

Я сгребла в руки гримуар, свои записи и инферно, и отнесла всё это в комнату. Спрятав гримуар, я уселась на кровать и внимательно уставилась на цепочку. Руки непроизвольно потянулись к всё ещё припухшим от поцелуев губам.

Менее трёх месяцев назад в тёмной аллее Зуилас слизал кровь с моего запястья. Я точно помню, как отшатнулась от него в отвращении и заявила, что я никогда и ни за что не захочу узнать, каков он на вкус!

Вот уж воистину никогда не говори никогда.

Глава 23

Библиотека была отличным средством, чтобы унять дрожь в коленях — и в сердце. Здесь было тихо, умиротворённо, а воздух пропитан запахом бумаги и кожи. Книги, (в отличие от демона и моих к нему чувств) я понимала отлично.

Амалия окинула взглядом комнату и пустую стойку регистрации, за которой должна была сидеть библиотекарша:

— Они опаздывают или же они ушли, потому что мы опоздали?

Я виновато потупилась.

— Пойду поищу библиотекаршу. Жди здесь. А то вдруг они придут, а никого не будет, — и на этих словах она ушла.

Мне удалось выдержать около 30 секунд, а затем я направилась к ближайшей книжной полке. Я почти что взяла в руки «Магию музыки», но затем переключила внимание на «Визуальное искусство световых эффектов». Открыв её, прочитала введение в сложную магию света.

Я принялась бродить по библиотеке, периодически поглядывая на стойку регистрации. Ну почему я не могу устоять перед книгами? Я хочу прочитать их все! Сделав в уме парочку заметок, я решила, что обязательно приду сюда, как только закончится вся эта эпопея с Клодом. Я проходила по тусклому проходу, когда увидела её — молодую девушку приблизительно моего возраста. В руках у неё был какой-то учебник.

Её густые чёрные волосы были собраны в конский хвост, а на галстуке висел причудливый зажим. С плеча свисала коричневая сумка, на которой болталась парочка амулетов. Взглянув на меня, она слегка повернулась, что позволило мне прочитать название книги в её руках: «Продвинутое Отречение для боя и защиты».

Не может быть! Ну не может эта девчушка быть тем самым гением магии Отречения, о котором говорила Амалия! Или всё-таки может?

— Вы — Лиенна Шен? — спросила я.

— Да.

Я снова взглянула на неё. Может она просто выглядит молодо?

— А ты должно быть Амалия Харпер? — спросила она.

— А? Нет. Я — Робин. Амалия — моя кузина. Это она договаривалась о встрече, — я принялась оглядываться, надеясь, что Амалия успела вернутся. — Она… она должна быть где-то здесь.

Лиенна закрыла книгу и поставила её на полку. Я внимательно наблюдала за ней, сгорая от любопытства. Чтобы понять Отречение, нужны годы. Так как же Лиенне удалось так быстро освоить эту магию?

— Что ж, пока мы ждём Амалию… — я достала из кармана рисунок амулета и показала девушке. — Мы надеемся, что ты сможешь нам помочь разобраться с этим заклинанием.

Взяв в руки рисунок, Лиенна принялась внимательно изучать его.

— Это же Отречение, верно? — нервничая спросила я.

— Хм. Да и нет, — она указала на верхнюю часть заклинания. — Эти элементы обычно используются в магии Отречения, но вот эти… это же демонические руны? Что здесь изображено? Какой-то артефакт?

— Это исследовательский проект, над которым я сейчас работаю. Я пытаюсь понять для чего был нужен этот артефакт. Может ли это быть прототипом современного инферно?

— Я не разбираюсь в заклинаниях призыва демонов. В первом заклинании есть магия Отречения, но я даже представить не могу, для чего она там. Особенно, учитывая, что она переплетается с демоническими рунами.

— Первое заклинание?

— А второе заклинание ещё более загадочное — это точно не Отречение. Я думаю тут тебе нужно обратиться к эксперту по Демонике. — Она слегка наклонила рисунок. — А вот третье заклинание…

Я молча уставилась на неё. В амулете сплетены три заклинания?

— Я понимаю, почему вы решили, что это магия Отречения. На самом же деле это какая-то неясная ветвь Арканы. Это очень необычная композиция. Я ещё такого не видела.

— А что это такое?

— Аркана Фенестрам. Более известна, как магия порталов.

Я вдруг почувствовала себя между небом и землёй. Лиенна продолжала говорить, но я её уже не слышала. В голове пульсировало всего одно слово: портал.

— Робин?

— Прости, — я аж подскочила.

— Я спросила, могу ли я сделать копию рисунка?

— Эм… прости, но нет.

— Ты в порядке?

Понятия не имею. Раздался шум шагов, и Лиенна переключила своё внимание на них. Я попыталась взять себя в руки. Должно быть, это Амалия. Слава Богу, она может перехватить разговор, а я пока выдохну…

Новоприбывший стал позади меня. Твёрдый топот шагов был слишком сильным, чтобы принадлежать Амалии.

— ОМП, — раздался мужской голос. — Руки вверх!

Меня пронзил ужас. О Боже. Ну вот и всё! Я обречена. Кто-то выяснил, что я — нелегальный подрядчик, и натравил на меня ОМП. Они пришли по мою душу! Со слезами на глазах я принялась поднимать руки.

— Ой, — в голосе звучало удивление. — Она и правда это сделала.

— Кит, прекрати издеваться над гражданскими, — Лиенна закатила глаза.

Шаг, и передо мной предстал высокий, подтянутый парень чуть старше меня. У него были каштановые волосы и голубые глаза, в которых плясали чёртики.

— Ты же в курсе, что агенты ОМП не носят оружие? — он слегка наклонился, чтобы посмотреть мне в глаза. — Серьёзно, я же просто пошутил! Ты не арестована.

Он легонько ткнул меня в локоть, и до меня дошло, что я так и стою с поднятыми вверх руками. Я быстро опустила их и ударилась о полку. Стыдно то как!

— Итак, — он внимательно всмотрелся в моё лицо. — Ты же Робин Пейдж?

— Робин Пейдж? — Лиенна вдруг резко перевела свой взгляд на меня.

— Серьёзно, Лиенна? Мы носим с собой её фото вот уже как 2 недели!

— Моё фото? — спросила я, заикаясь.

— Ну знаешь ли, — пожал Кит плечами, — ты появилась из ниоткуда и сразу же стала членом гильдии Великий Гримуар. Спустя пару дней помогла победить несвязанного контрактом демона, затем сменила гильдию и пропала. И ты не думала, что МагиПол заметит эти, мягко скажем, странности?

Паника, которая только начала отступать, вернулась с удвоенной силой:

— Стоп… Так вы и правда агенты ОМП?

Он достал из кармана удостоверение ОМП и показал его мне.

— Кит Моррис. Рад наконец встретить тебя.

— Агент Моррис, — поправила его Лиенна. — А я агент Шен.

— И ты агент?

— А ты не знала?

Я покачала головой. Похоже, библиотекарша забыла предупредить, что этот гений, которого она так восхваляла, ещё и агент ОМП!

— А ты ниже, чем я думал, — отметил Кит.

— Что ты вообще здесь делаешь? — спросила его Лиенна. — Ты должен был ждать в машине.

— Ты хочешь, чтобы у меня онемели ноги пока я тебя жду?

— Кит…

— Капитан позвонил. Нас вызывают.

— Ох, — Лиенна вернула мне рисунок. — Робин, прости. Нам нужно идти.

— Конечно.

Она гордо промаршировала мимо меня — её напарник за ней. У самого выхода он повернулся и улыбнулся мне:

— Не волнуйся! Я арестую тебя в следующий раз!

— Кит!

Закрылась дверь, обрывая его смех. Я не знала, что и думать. Он сейчас пошутил или нет? Я что, и правда в списке подозрительных лиц ОМП?

Дверь снова распахнулась. На этот раз это оказалась Амалия:

— Нет, ну ты представляешь, эта чародейка так и не появилась! Можешь поверить…

— Они были здесь. Только что ушли.

— Она ушла? Стоп… ты имеешь в виду ту парочку, мимо которой я только что проскочила?

— Агенты МагиПол.

— А?

Я вскинула руки, имитируя её любимый жест:

— Лиенна и её напарник — агенты МагиПол. Ты устроила встречу с ОМП!

Её лицо побледнело:

— Что? Не может быть. Библиотекарша не упомянула…

— Ой, поверь мне — это агенты. А ещё они меня узнали! Оказывается, они носят с собой моё фото!

— Бля…

— Это ещё не «бля». Лиенна сказала, что это заклинание не Отречение.

— А что это тогда?

Ключ ко всему. Я начинаю верить, что Мирин была права.

— Я думаю амулет может открыть двери в ад.

_____________

— Это безумие, — прошептала Амалия, когда такси везло нас по улочкам города. — Ты думаешь, что амулет может открыть портал? В демоническое измерение? Зачем Антея нанесла такое заклинание на амулет, которой так легко украсть?

— Может она думала, что это опасно — написать заклинание в гримуар?

— Ага. Амулет так же легко украсть, как и гримуар.

— Не знаю, Амалия, — я вздохнула. — Письмо Мелитты…

Я опустила большую часть письма, упомянув только то, что касалось магии.

— Так вот, в письме сказано, что без амулета нам никогда не узнать секрет, который скрывала Антея.

— Особенно, если учесть, что этот амулет каким-то образом на тысячи лет пропал в мире демонов.

— А может это и было задумано, — пробубнела я. — Может Антея разделила эти знания? Часть записала в гримуар, а амулет отдала…

— Демону из Дома Валиир, — закончила за меня Амалия. — Поэтому он и называется Амулет Валиир. Но зачем? Это не имеет смысла.

— Понятия не имею.

Такси привезло нас к дому. Амалия ушла вперёд, пока я расплачивалась. Я поспешила за ней, но на пол пути мои шаги замерли. Облокотившись на перила, стоял Эзра.

— Что ты здесь делаешь? — требовательно спросила Амалия.

— Робин меня позвала. Утром? — он заметил мой непонимающий взгляд. — Ты забыла сообщить мне о смене планов?

Ох чёрт, не совсем. Я просто забыла сообщить о наших планах Амалии.

— Нет, всё в силе. Заходи.

Зайдя в квартиру, мы прошли в гостиную. На диванчике разлеглась Носочек, встрепенувшая ушки при виде нас.

— Итак, — начала я нервно. — Этим вечером Клод и чародеи планируют провести какой-то секретный ритуал.

— А мы ни хрена не можем с этим сделать, — встряла Амалия, — потому что понятия не имеем где сейчас Клод и альбиносы.

— И что это за ритуал, и что за заклинание, — добавила я.

Эзра подошёл к моей диаграмме, на которой были отображены все главные «игроки». Носочек подозрительно уставилась на него.

— Я так понимаю заклинание, которое он украл у тебя, это Отречение?

— И с чего ты так решил?

— Потому что колдуны — эксперты Отречения. Какие шансы, что они эксперты в двух ветвях магии?

— А это имеет смысл, — согласилась с ним Амалия. — Отречение — слишком сложная магия. Скорее всего, они потратили годы на то, чтобы изучить её. Хотя, возможно, что они изучили ещё и близкую к Отречению ветвь магии.

Близкую ветвь.

— Возможно мы сумеем найти в гримуаре похожие заклинания, — добавила Амалия. — Робин ещё не весь гримуар перевела.

Похожие заклинания.

— Клод похож на человека, у которого есть планы на все случаи жизни, — сказал Эзра. — Это-то и пугает. Если он пошёл на такие решительные меры, чтобы украсть заклинания, то они должны быть очень важны. Или сильны. Что же это за Отречение, ради…

— Не Отречение, — прошептала я.

Они в унисон с Амалией уставились на меня.

— Аркана Фенестрам. Отречение и магия порталов — две «родственные» ветви. Амалия, что, если одно из украденных заклинаний связано с порталами?

— Но я думала, что это заклинание нанесено на амулет…

— Антея создала это заклинание. Оно должно было быть и в гримуаре. Но не целиком. Должно быть, она утаила важную часть заклинания. Вот о чём говорили колдуны! Она специально так сделала на случай, если кто-то украдёт гримуар!

— Но тогда Клод…

— Он хочет заполучить заклинание, открывающее портал. Вот за чем он охотился всё это время. Амалия, — я вскочила на ноги. — Вот что такого важного было записано в гримуаре! Не имена демонов. А заклинания! Магия порталов!

Эзра молча переводил взгляд с меня на Амалию и обратно.

— Так вот почему твоя мама не дала моему отцу ни одного имени демона! — произнесла Амалия.

— И поэтому за нашими предками на протяжении многих тысяч лет ведётся охота! Поэтому женщины из рода Атанас и погибали! Они ценой жизни защищали заклинание, открывающее портал!

— Но теперь это заклинание попало Клоду в руки…

— … и он собирается провести ритуал! — Сердце начало часто-часто биться в груди. — Ночью. Он проведёт ритуал этой ночью.

Мы молча стояли, уставившись друг на друга. В глазах Амалии отражался тот же страх, что и в моих. Только я вдобавок ко всему испытывала чувство вины. Мы провалились. Тысячи лет, сотни поколений, и именно мы провалились, позволив врагу завладеть бесценным заклинанием.

Грудь окатило теплом, а затем вспыхнул красный свет, и рядом со мной материализовался Зуилас. Его хвост нервно дёргался из стороны в сторону.

— Мы найдём его, — уверенно сказал он.

— Но как? Он может быть где угодно.

— Нет, если он и правда собирается открыть портал, — отметила Амалия. — Не будет же он открывать портал в подвале своего дома? Да к тому же такое заклинание не нарисуешь где попало. Они говорили о том, что им нужно чистое небо, правильно? Это значит, что в заклинании есть астральные элементы, а потому нужно проводить ритуал на открытом пространстве.

— К тому же они должны быть где-то в тихом районе, — отметил Эзра. — Ему не нужно, чтобы хоть кто-то его заметил.

— И все равно это не сужает круг поисков, — устало отметила я. — Он…

— Что ты знаешь о враге? — спросил Зуилас.

— Он… Я не… — сделав глубокий вдох, я попыталась сконцентрироваться. — Он использует других для достижения своих целей. Но, даже когда он с кем-то работает в паре, не думаю, что он доверяет им. Они для него пешки — не соратники.

— Даже когда не он был за главного, — присоединилась Амалия, — всё равно именно он принимал все решения. Так было с моим отцом.

— Всё, что Клод делает, он делает с определённой целью, — продолжила я. — Даже когда эта цель не всегда ясна. А ещё он терпелив. И планирует всё на сто шагов вперёд.

Мы потихоньку собирали кусочки пазла под названием «Клод» в единую картину.

— Големы, — резко произнёс Зуилас. А я и забыла, что он стоит позади меня. — У них же не было особой цели, na?

— Клод помог с ними Варваре в обмен на что-то, — начала я размышлять. — И он получил это что-то. Он сам это сказал.

— Если он всё это время работал над ритуалом, — встрял Эзра. — Значит то, что он получил от Варвары, должно быть связано с ним.

— Он говорил ещё что-нибудь, когда похитил тебя? — спросила Амалия. — Может упомянул что-то, связанное с локацией?

— Он сказал, что кто-то вмешивается в его дела и упомянул Двор, но…

— Что? Двор?

Я резко подскочила, сбитая с толку резкой сменой тона Эзры.

— Что он сказал? — от его слов температура в комнате резко упала. — Повтори слово в слово.

Прежде чем я открыла рот, Зуилас уже отвечал:

— Он сказал: «Не могу тянуть дольше. Кто-то вмешивается в наши дела, и, если он решит перейти дорогу Двору, я буду ждать его».

Точно. Зуилас же тоже там была, а его память в разы лучше моей.

Эзра замолчал. На его лице ничего нельзя было прочитать, но вот его кожа побледнела. Долгое время он ничего не говорил, а затем тихо прошептал:

— Невозможно.

Зуилас ткнул его пальцем в руку. Эзра от неожиданности дёрнулся, затем обвёл диким взглядом комнату, достал телефон и принялся что-то печатать.

— Простите. Дайте мне минутку.

Я пожала плечами, а Амалия одарила его взглядом «Что за чёрт?» и повернулась к Зуиласу:

— Ладно, Мистер Супер Память, что ещё интересного сказал Клод?

— Не знаю. Что значит интересное?

— Ты не помогаешь, — обиженно сказала она. — Если колдуны доработали утерянную часть заклинания, то что ещё может понадобиться Клоду? Ингредиенты, чистое небо, локация…

Я подняла руку, останавливая её. Мой взгляд зацепился за сделанную мной карточку Варвары, на которой были написаны все места, которые она атаковала.

— Локация, — пробубнела я. — Эзра, из всех гильдий, на которые нападала Варвара, атака на какую выглядит самой бессмысленной?

— Наверное, Морские Дьяволы. Наша гильдия берёт больше заказов на поимку преступников, так что имело смысл сначала напасть на нас.

— Район, в котором базировались Морские Дьяволы — он уничтожен, правильно? Их же там теперь нет?

— Да. Они временно переехали в другое место. Чтобы убрать последствия атаки, потребуются месяцы. И то, возможно окажется, что проще найти новое место для гильдии, чем отстраивать старое.

— А где они базировались? На что похоже это место?

— На южной стороне гавани Ванкувера. Возле Канада Плэйс. Они занимаются морскими перевозками, так что кроме офиса там только большая парковка. А через дорогу ж/д пути.

Моя надежда рухнула. Ничего из того, что он описал, не подходит под нужное место.

— А, точно. Ещё там есть плавающая вертолётная площадка, на которую можно одновременно посадить три вертолета. В гавани Ванкувера больше нигде нет ничего подобного.

— Это оно. Должно быть, это здесь! — по моим рукам побежали мурашки.

Эзра и Амалия вопросительно уставились на меня.

— Вода очищает от загрязнений. Построение сложного, чувствительного массива заклинаний в окружении текущей воды — это самый древний способ защитить заклинание. Я читала об этом в одной из книг по мифологии Арканы.

— Но, если это всего лишь миф… — начала было Амалия.

— Нет, миф был про зарытые на островах сокровища. На самом же деле чародеи использовали маленькие острова, чтобы рисовать на них массивы заклинаний.

— Вертолётная площадка, — произнёс Эзра. — Ты считаешь, что Клод обеспечил Варвару големами, чтобы она в ответ выгнала гильдию Морские дьяволы? И тем самым обеспечила ему место для проведения ритуала? Это…

— Всё так запутано, — продолжила за него Амалия. — Не сильнее, чем годами дружить с моим отцом, только чтобы убить родителей Робин и завладеть гримуаром.

— Нам нужно идти, — сказала я, глядя на Амалию, Зуиласа и Эзру. — Прямо сейчас. Если мы придём туда вовремя, можем успеть испортить заклинание или даже предотвратить ритуал. Эзра…

— Я не могу пойти.

— Что?

Он спрятал телефон в карман.

— Они не отвечают. Возможно я ошибаюсь. Надеюсь, что ошибаюсь. Но, если не ошибаюсь… Мне нужно идти!

— Что ты несёшь? — вскипела Амалия. — Ты нам нужен!

— Я знаю, и мне жаль, но сначала я должен разобраться с этим, — ответил он, надевая пальто.

— Эзра…

— Будьте осторожны с этими чародеями, — сказал он, готовясь выйти из квартиры. — Если я прав, то вам не нужно переживать о Клоде. Я сам с ним разберусь, — в его глазу вспыхнул красный свет. — И с его демоном.

— Kah vh’renirathē izh? — дёрнул хвостом Зуилас.

— Vh’renith vē thāit, — красное свечение в глазу Эзры на мгновение усилилось.

Зуилас кивнул, и демон-маг вышел из квартиры, тихонько закрыв за собой двери. Комната погрузилась в тишину.

— Чёрт, — прошептала Амалия. — Я надеялась, что стрёмный двуликий демон-маг поможет нам в этом.

— Он будет биться с Нашивером. Я возьму на себя трёх людишек, — ответил ей Зуилас. — Так что, идём?

Отбросив все мысли о том, с какой этой радости Эзра будет биться с Нашивером и где он вообще собирается найти Клода, я мысленно проверила себя: инферно — на месте, артефакт — на месте. Можно идти.

— Да, можем выдвигаться…

— Подождите, — крикнула Амалия, в глазах которой вдруг вспыхнули огоньки. — Если придётся туда идти, то нам следует подготовиться.

Глава 24

Такси высадило нас на самом дальнем участке стоянки, занимавшей большую часть участка, принадлежавшего Морским Дьяволам. Мы стояли на обочине, и, когда фары авто погасли, мы остались в кромешной тьме. Сквозь слой облаков поблёскивали звёзды, а убывающая луна отбрасывала свой свет на воды гавани. Солёный запах океана с примесью гнили заполнил мой нос.

— Никого не видно, — пробубнела Амалия, поправляя на плече рюкзак.

— Мы слишком далеко от вертолётной площадки, — ответила я, пытаясь проморгаться. Сегодня я вставила контактные линзы, и глаза сушило неимоверно.

— Я не это имела в виду, — Амалия оглянулась. — Зуилас, выходи.

Инферно загорелся. Когда Зуилас появился рядом со мной, Амалия сняла с плеча рюкзак, раскрыла его и достала кусок чёрной ткани, расшитой рунами. Это была мужская рубашка, покрытая защитной магией.

Зуилас поморщился, но не двинулся с места, когда она принялась натягивать на него рубаху. Верх рубахи напоминал широкую жилетку, доходившую до середины бедра. Амалия специально сделала её широкой, чтобы дать ему возможность двигаться.

Амалия приподняла капюшон и натянула его пониже. Воротник немного напоминал маску и закрывал нижнюю часть лица. Зуилас повернул голову влево-вправо, проверяя, что капюшон не мешает ему, а затем повернулся ко мне.

Я нервно сглотнула. Было что-то ужасающее в том, что мы одели демона в чёрное. Из него получилось создание ночи со светящимися красным глазами.

— Одежда заряжена магией Арканы, — пояснила ему Амалия. — Она должна помешать магии Отречения, но полностью остановить её не сможет. Если ты окажешься в большой беде, скажи «indura», и тогда ничто не сможет проткнуть ткань. Правда, такой эффект продлится всего 30 секунд.

— Мне всего лишь нужно сказать это слово, и всё сработает?

— Ну… Надеюсь. Каждый может активизировать заклинание. Не вижу причин, почему для демона это должно быть иначе.

Его брови поползли вверх, и я поняла, что он нахмурился.

— Пойдёмте, — нервно произнесла я.

Наш план был прост: испортить массив заклинаний и побыстрее убраться отсюда. Зуилас согласился, что сейчас не время для dh'ērrenith. Нам нужно подождать, когда Эзра сможет присоединиться к нам.

Первым шёл демон. Он крался к бугристой тени, расположенной прямо у береговой линии — остатки штаб-квартиры Морских Дьяволов. Полицейская лента преграждала доступ к сгоревшим обломкам — видно было, что уборка и реконструкция ещё и не начинались.

Вода шумно билась о камни. Огни Северного Ванкувера ярко светились на другой стороне гавани. Мы обошли развалины здания, и в поле зрения попала вертолётная площадка. Эзра говорил, что она большая, но всё равно увиденное не совпадало с картинкой в моей голове. Площадка была размером немного больше 2/3 футбольного поля. В центре стояли 4 факела, отбрасывая свет на бетон. Но не это заставило меня поёжиться. Там же в центре стояли три человеческие фигуры.

— Факелы? — прошептала Амалия, прячась за кустом. — Они что, какие-то пуритане?

— Они не хотят, чтобы хоть что-то или кто-то помешал открыть портал, — ответила я. — Зуилас, ты чувствуешь Клода или Нашивера?

— Нет. Но я слышу колдунов. Они что-то говорят на твоём языке.

Произносят заклинание? Это плохо!

— Нам нужно спешить.

— Тогда пойдём.

Он сгрёб нас с Амалией в охапку и бросился вперёд. Бетонный участок закончился, переходя в скалистый берег. Зуилас перепрыгнул через чёрную воду и приземлился на толстую стальную опору — не на дорожку на другом конце площадки, а на точку соединения между платформой и бетонным якорем на берегу.

Он пробежался по всей длине этой точки и снова подпрыгнул. Его ноги коснулись бетонной площадки — и вспыхнул свет индиго. Мой демон снова подпрыгнул, и землю пронзил залп светящихся шипов. Приземлившись, демон отбросил нас с Амалией в сторону.

Пытаясь удержать равновесие, я встала на ноги. Амалия с проклятием упала на колени, а затем снова вскочила. Выпустив когти, Зуилас бросился в сторону колдунов, шагавших ему навстречу. Стальные кольца на их руках блестели в свете факелов. В центре площадки, подняв руки вверх, их отец продолжал читать заклинание.

— Быстрее! — крикнула я Амалии.

Мы бросились к Сулу. Как только мы пересекли массив, магическая сила ударила меня в ноги. На бетоне были выгравированы линии и руны. И не просто выгравированы, а вбиты на полдюйма в глубину.

Я заметила большую керамическую чашу, стоящую на нарисованном шестиугольнике, и бросилась к ней. Подлетев, я ударила чашу, но она оказалась пуста — что бы там в ней ни было, оно уже наполнило собой заклинание. Значит, нам нужно либо прервать заклинание, либо разрушить массив.

Одно из этих решение было гораздо проще другого, поскольку мы не захватили с собой отбойный молоток, а Зуилас был слишком занят, чтобы взорвать кусок платформы своей магией.

Вспыхнул яркий свет — это два колдуна защищались от атаки демона. Когда я взглянула на них, один из близнецов упал, и тут же сверкнули когти Зуиласа. Второй близнец выкрикнул заклинание, и вспыхнул серебряный свет, отбросив Зуиласа назад Он тут же вскочил на ноги — защитная магия Амалии уменьшила силу атаки.

Голос пожилого колдуна зазвучал ещё громче, и мы с Амалией бросились к нему. В воздухе стоял гул. Я вцепилась Амалии в руку, попутно вытаскивая из-за пазухи свой артефакт.

— Ori eruptum impel!

Под моими ногами вспыхнул свет.

Я споткнулась и чуть не упала. Каждая линия портала была освещена белой магией. Из заклинания буквально билась магическая сила.

Уставившись на нас своими бледными глазами, Сул протянул левую руку. В другой его руке был зажат серебряный кинжал. Он разрезал ладонь, и кровь залила центр заклинания. Широченный круг загорелся тёмно-розовым светом. Он принялся заполнять линии и руны массива.

— Ori astra feriant! — Сул направил свой кинжал в нашу с Амалией сторону.

Лезвие вспыхнуло жёлтым светом, после чего из него вырвались брызги полумесяцев. Я едва успела закрыть лицо руками, как резкая боль пронзила предплечье. Рядом вскрикнула Амалия. Я отшатнулась, почувствовав, как рукав стал влажным. Куртка хоть и смягчила удары, но один из них всё равно сильно порезал меня.

— Ori ignes sid — ori duo! — Сул повернул кинжал. Теперь лезвие было направлено вверх.

Он прокричал новое заклинание, и буквально за секунду до того, как в него врезался поток красной магии, перед ним вырос мерцающий барьер. Атака отразилась от барьера и полетела в сторону Зуиласа, который отвлёкся в разгар своей битвы, чтобы помочь нам.

— Ori sex! — прокричал один из близнецов.

Заклинание номер шесть — я такого ещё не видела. Зуилас покачнулся, еле-еле устояв на ногах. Полосы зелёной магии обвились вокруг его голеней, после чего прилипли к земле. Заклинание приклеило его к одному месту, лишив тем самым главного преимущества — скорости.

— Ori novem! — близнецы стали по обе стороны от него и подняли вверх руки. В них материализовались огромные гарпуны фиолетового цвета. Близнецы в унисон метнули оружие в моего демона.

Зуилас!

— Indura, — прорычал он.

Гарпуны врезались в его тело, но разбились о защитную магию. Близнецы обменялись потрясёнными взглядами, а затем снова воздели руки к небу:

— Ori decem!

Десятое заклинание.

В их руках вспыхнул синий цвет, превратившийся в длинное лезвие. Они бросились на пойманного в ловушку демона, и на этот раз никакая магия его уже не спасёт!

Daimon, hesychaze!

Зуилас как раз исчезал в красном луче, когда взмахнули лезвия. Оружие колдунов зацепилось за его рубаху, отбросив лезвия назад, и демон растворился. Он устремился в инферно, ударился о него и снова принял форму.

Он появился передо мной, тяжело дыша. На землю капала кровь. Лезвие задело его грудь, при этом, разрезало одежду и защитную пластину — невозможный подвиг для клинков, созданных только с помощью магии Отречения. Такой же порез на его пояснице сочился кровью.

Я в панике схватила его руку.

— Ori quinque!

Серебряный взрыв ударил нам в спины. Зуилас рванулся вперёд, таща меня за собой. Он приземлился на землю, перевернулся и накрыл меня собой.

Бетонная площадка начала дрожать, когда розовое свечение, заливавшее массив, стало ярче. В воздухе расплылся тяжёлый гул магической силы, заполняя собой даже мои лёгкие. Сул перестал произносить заклинание — он выполнил своё задание. Ритуал был завершён. Портал начал открываться.

Отчаяние душило меня больше, чем стоящая в воздухе магия. Мы не смогли остановить его! Мы провалились!

Ещё нет, vayanin.

Яркие глаза Зуиласа уставились в мои. В моём сознание мелькнула тёмно-красная тень — острая, свирепая, наполненная решимостью. Он дожил до сегодняшних дней, не потому что сдавался при каждой неудаче! Он не отдавал победу своим врагам! Пока он дышит, он будет бороться! Он всё ещё может победить!

Vh’renith vē thāit, прошептал он в моей голове. Победа или смерть!

Внеземное тепло наполнило моё тело одновременно с потоком силы. Его решимость заразила меня, и я отбросила прочь все сомнения.

Он перекатился, увлекая меня за собой, а затем вскочил на ноги. Я стояла рядом с ним, сжав пальцы. По рукам Зуиласа бежала багровая магия, преобразовывая его фантомные когти.

Нас окружили три колдуна, готовые в любой момент применить свои заклинания. Никакая демоническая магия не сможет пробить их защиту.

Я протянула руку и расправила пальцы. Глаза близнецов округлились от шока, когда они увидели, как по моим венам и запястьям бежала красная магия.

Его мысли сплетались с моими. Пока я создавала заклинание он подпитывал его, помогая мне ускориться. Передо мной вырисовалась простая руна — такая же высокая, как и я. Малиновые линии устрашающе светились.

— Ventos! — закричала я.

— Ori tres! — прокричали близнецы.

Из моей демонической руны вырвался поток ветра. Перед колдунами мелькнули зелёные искры — заклинание, которое должно защитить их от демонической атаки. Порыв ветра смёл с ног колдуна. Он пролетел несколько десятков метров и упал на спину.

— Нет! — закричал его брат.

Я сдержанно ухмыльнулась. Отречение имело свои ограничения. Оно должно адаптироваться к той магии, от которой будет защищать. А моя магия не была ни демонической, ни Арканой. Она была и тем, и тем.

Зуилас ринулся вперёд. Я развернулась, зная, куда он идёт и что задумал. Связь между нами мерцала яркой линией. Я слышала все его мысли, как он анализировал наше окружение: землю, небо, движение врагов, язык их тел. Он подмечал всё: раздутые ноздри, панику в глазах, малейшее движение мышцы.

Он оценивал свою цель, предсказывал её движение и ни минуты не колебался, полагаясь на годы практики, опыт и мышечную память.

Когда он приблизился ко второму колдуну, я снова протянула руку вперёд. Ещё одно огромное заклинание появилось прямо под ногами близнеца. Зуилас замахнулся, и колдун произнёс заклинание. Когти демона врезались в защитный щит.

— Rumpas! — прокричала я.

Под ногами близнеца треснул бетон. Он споткнулся, раскинув руки. Мелькнули багровые когти Зуиласа, и колдун упал.

— Брайден! — закричал второй близнец, видя, как падает его брат. Его кровь уже заливала бетон.

Он бросился на Зуиласа, а его отец принялся произносить заклинание.

— Ori quinque!

— Ori novem!

— Daimon, hesychaze!

Когда раздались заклинания Джайдена и Сула, Зуилас превратился в красный луч. Он ударился о мою грудь и снова приобрёл форму, но колдуны ещё не закончили.

— Ori septem! — в унисон прокричали они.

Перед Зуиласом сверкнули синие кольца, но он уклонился от них. Пока они пролетали мимо и ударялись о землю, от Зуиласа ко мне перетекла мысль — слишком быстрая для слов, но я поняла его намерение.

Он отскочил от меня и бросился к Джайдену. Я же повернулась в сторону Сула. Амалия как раз подкралась к нему сзади, держа в руках длинный красный шарф. Она накинула его на голову Сулу и резко дёрнула.

— Igniaris! — прокричала Амалия.

Вышитый колдовством шарф загорелся. Амалия отдёрнула руки, а Сул взвыл от боли, пытаясь избавиться от ткани.

Я начала формировать новое заклинание и направила его на Сула, а Амалия упала на землю.

— Impello!!

Если бы пару недель назад кто-то сказал мне, что самое простое заклинание Арканы — её основа — может быть таким устрашающим, я бы рассмеялась ему в лицо. Оно могло сбить с ног, не больше. Кто бы мог подумать, что я смогу создавать огромное заклинание в одно мгновение?

Взрыв руны подбросил Сула в воздух. Его пронесло над платформой и выбросило в тёмные воды океана.

— Ori unum! Ori duo! Ori unum!

На другом конце платформы Джайден безостановочно выплёвывал заклинания. Зуилас кружил вокруг него, то и дело ударяя когтями. В голосе колдуна слышалось отчаяние. Он вскинул руки вверх.

— Ori decem!

В обеих руках колдуна появились синие мечи, и он напал на демона. Роковая ошибка. Магия Отречения была его лучшей защитой от демонической силы. Ни один человек не мог победить Зуиласа в бою.

С плавной грацией демон уклонился от бешено вращающихся лезвий. Они вспыхнули синим и исчезли. Колдун отошёл назад и с ужасом уставился на свои руки, на которых остались только большие пальцы. Багровые когти Зуиласа исчезли, и он схватил человека за горло. Другая его рука приготовилась нанести смертельный удар.

Что-то тёмное и жестокое разорвало связь между нами — демон вытолкнул меня из своей головы. Он вонзил когти в грудь Джайдена, и я услышала, как хрустнули его кости.

Мучительный крик Джайдена разрезал воздух, а затем Зуилас открутил ему башку. Тело близнеца повалилось на землю. Зуилас с отвращением бросил его окровавленную голову рядом с телом.

Живот скрутило, но я тут же заставила себя вспомнить Яну Деневу и других молодых девушек, которых уничтожили Джайден и его семья. Они похищали их. Мучили. Насиловали. Убивали.

Сул, Брайден и Джайден больше никого не убьют.

После шума битвы плеск волн казался таким тихим. Свет от четырёх факелов заливал платформу и отражался от брони Зуиласа.

— Робин…

Я едва расслышала шёпот Амалия. Обернувшись, я увидела, как она смотрит на что-то рядом с моей ногой. Я перевела взгляд туда же.

Вокруг меня светился розовый свет. Спирали и остроконечные геометрические фигуры переплетались с широкими рунами. А вот центр заклинания не светился. Нет, он стал чёрным, как смоль. Как будто втягивал в себя свет.

Или же он вовсе был без света?

Я медленно подошла ближе, вглядываясь в чёрный круг. Ледяной ветер дул мне в лицо, но это был не холодный морской бриз. Вместо солёной воды мой нос щекотал запах грязи, песка и чего-то незнакомого.

Я смотрела на едва заметное мерцание, и до меня наконец дошло, на что именно я смотрю — это же ночное небо! Вот только на нашем ночном небе пробегали облачка, а это небо было ясным, безлунным, безоблачным.

Раздался шорох шагов. Рука Зуиласа коснулась моей, когда он встал рядом со мной.

— Этот запах, — прошептал он. — Пахнет…

По моим венам разлился холод, более ледяной, чем самый холодный океан в самую холодную зимнюю ночь. Ужас наполнил моё нутро.

— Пахнет домом, — тихо прошептал Зуилас.

Мои пальцы инстинктивно сомкнулись на запястье Зуиласа, а взгляд не мог оторваться от чёрного круга передо мной.

Портал был открыт.

Глава 25

Массив заклинания мягко мерцал розовым свечением. Внутри портала сверкали звёзды из другого измерения. От чёрного неба веяло холодом. Порывистый ветер был гораздо холоднее, чем здесь — в Ванкувере.

Стоящий рядом со мной Зуилас слегка наклонился вперёд, вдыхая запах дома.

Меня начала бить дрожь. Нутро свело от страха, а в голове не было ни единой мысли. Не было там и его теневого присутствия. Я заковала своё сердце в клеть, и на всякий случай обмотала её цепями, чтобы пережить предстоящее расставание.

Один Бог знает, каких усилий мне стоило отпустить его руку. Он оторвал взгляд от портала и уставился на меня.

— Иди!

Однажды я признаюсь себе, как больно было произнести это слово.

Он не шевельнулся.

— Иди! — закричала я, с трудом сдерживая слёзы. — А иначе будет поздно!

Его взгляд на мгновение устремился к чёрному кругу, а затем вернулся ко мне.

— Чего ты ждёшь? — я начала злиться.

Чего он ждёт? Зачем он делает это прощание сложнее, чем оно уже есть?

— Разве не этого ты хотел? Вернуться домой?

Он снова уставился на портал. Его хвост медленно пополз по бетону.

— Иди. Портал скоро закроется.

Он сделал маленький шаг в сторону портала. Мои руки инстинктивно сжались в кулаки. Я напомнила себе, что он не принадлежит моему миру. Для него нет места на Земле. Здесь само его существование является преступлением. Не этого он хотел. Ему нужно не это.

Сейчас совершенно неважно, что нужно мне — даже если мне нужен лишь он!

Мой демон, мой защитник сделал ещё один шаг в сторону портала. Его хвост дёрнулся — на этот раз более нервно, и он снова шагнул вперёд.

Он стоял на самом краю портала. Вот он присел на корточки и начал всматриваться в родное небо. Кровь из его ран капала на бетон и тут же застывала от дикого холода, исходящего из портала.

Он протянул руку, как будто хотел прикоснуться к порталу. Мне сдавило горло, как будто кто-то начал меня душить. Я не могла говорить, не могла вымолвить ни слова. Не могла попрощаться.

Зуилас.

Его красные глаза уставились на меня.

Спасибо… за всё.

Он пристально смотрел на меня — его лицо было в тени, а в глазах невозможно было ничего прочитать. Затем он снова повернулся к порталу. Его рука опустилась ниже. Он вдохнул запах дома и на мгновение заколебался.

Его хвост замер, а затем он отпрыгнул назад.

— Vayanin, останови это vīsh!

— Ч-что? — я инстинктивно отступила назад.

— Закрывай портал! Быстрее!

— Но… но разве ты не хочешь…

Он застыл на месте, а из его пальцев начали появляться когти:

— Оно приближается!

Кое-что в его голосе смутило меня, а потом до меня дошло — что именно: я слышала страх.

Розовое свечение массива заклинания содрогнулось, и звёзды из другого мира закрыла неясная тень. До моих ушей донёсся странный звук, как будто сюда на всех парах нёсся тайфун.

Массив пылал и трещал. Края портала задрожали, и из него показалась фигура. Тёмная, ребристая, мерцающая. Я не могла понять, что я вижу, а это что-то поднялось, начало вращаться, затем начало раскрываться. Нет, это челюсть… это раскрывается челюсть!

Фигурой оказалась массивная голова на такой же массивной шее. Она отдалённо напоминала саламандру, но изо рта торчал бесконечный ряд острых клыков, повёрнутых под углом 45 градусов.

Существо протолкнулось через портал, и заклинание содрогнулось. Из светящихся линий вырвались малиновые искры, и существо покачнулось, разинув пасть.

А затем оно завизжало. Звук был схож с рёвом реактивного двигателями, только усилен во сто крат. Из моего горла вырвался крик, и я бухнулась на колени, пытаясь заткнуть уши руками. Рядом со мной на коленях стоял Зуилас, который тоже закрывал уши руками.

Вспыхнул свет, и платформа содрогнулась от громкого треска. Очередной треск, и в воздух взлетели куски бетона. Треск, треск, треск. Ещё больше летящих обломков, и я поняла, что это были части вертолётной площадки. Массив заклинания разваливался на части, разрушаясь под тяжестью протекающих сквозь него магических сил.

Существо снова взвизгнуло и попыталось вернуться обратно в портал. Края портала дрожали, а сквозь них пробивалось розовое свечение, в то время, как другие части массива погасли. Монстр извивался, а затем резко рванул вверх.

Огромные когтистые лапы ударили о платформу и врезались в бетон. Массивное тело существа проскользнуло через портал — из его тела брызнула чёрная жидкость, разъедающая слизистую шкуру. Пока монстр проходил через портал, тот рвал его на части.

Существо выскочило из потусторонних ворот с громким криком. Его задние лапы рванули края портала. Когда его длинный, массивный хвост поднялся вверх, заклинание задрожало и погасло. Ворота исчезли, сменившись бетоном, в котором остался кончик хвоста существа.

Раскрыв пасть, монстр рванулся вперёд, оставляя кусок хвоста в бетоне. Существо приземлилось на заднюю часть платформы, которая вся осела под его весом. Я по инерции двинулась вперёд, но Зуилас схватил меня за руку и оттащил назад. Из его ушей текла кровь, и я инстинктивно прикоснулась к своим. Мои пальцы тут же стали влажными.

Существо подняло голову. Выпуклые жёлтые глаза, как яичные желтки, были без зрачков. Они смотрели в разные стороны, а тёмные ямки под его глазами придавали его морде ещё более ужасный вид. Оно тяжело дышало, широко распахнув пасть и вывалив свой огромный белый язык. Его похожее на ящерицу тело поддерживали мощные ноги, располагавшиеся по бокам живота. На ногах были длинные пальцы, покрытые изогнутыми когтями, размером с мою руку.

Он последний раз фыркнул и захлопнул пасть, которая тут же стала похожа на венерину мухоловку. Его пасть превратилась в ощетинившийся кошмар с перекрещивающимися клыками. А затем это чудище повернулось к нам.

Пальцы Зуиласа впились мне в руку, оставляя синяки:

— Vayanin, нам нужно бежать.

— Что это? — еле слышно прошептала я.

— Это Īnkav.

Слово звучало знакомо, оно было похоже на īnkavis — демонический термин, обозначающий убийцу, наслаждающегося убийствами.

— Это — убийца демонов, — продолжил Зуилас. — Он сожрёт меня.

Там, где портал разорвал кожу монстра, сочилась чёрная кровь. Он открыл пасть и сделал вдох.

- Он чувствует запах моей крови, — сказал Зуилас, оттаскивая меня назад. — Он слеп и не мог увидеть портал. Он пришёл сюда на запах моей крови.

— Зуилас…

— Нам нужно бежать!

Как только он забросил меня на плечо, īnkav вскочил на ноги, отчего вся платформа дико затряслась.

— Подожди, — закричала я, вцепившись демону в руку.

Когти вонзились в бетон, и монстр на огромной скорости устремился к нам. Он бежал слишком быстро. Зуилас бросился к краю платформы и сиганул через тёмную воду. Я думала, что мы плюхнемся в ледяной океан, но он зацепился за плетёный стальной шнур, который шёл он вертолётной площадки к металлической опоре, стоящей на берегу.

Inkav затормозил — одна его нога нырнула в воду.

— Зуилас! — закричала я. — Амалия осталась на платформе!

Его глаза расширились, когда он понял, что я говорю. Монстр замешкался, повернув голову в сторону воды.

— Он пойдёт за тобой? — прошептала я. — Если он не видит…

— Как и у всех демонов, у него есть второе зрение. Он видит формы в холодном и горячем свете.

Вдохнув воздух — и запах крови Зуиласа — īnkav отошёл от края платформы. Он не хотел нырять в ледяную воду. Вместо этого он повернул голову, и его устрашающая пасть раскрылась. Он нашёл себе новую жертву!

— Он нападёт на Амалию! Зуилас, мы должны…

Он принялся взбираться вверх по стальному шнуру, после чего запрыгнул на стальную балку. Он слегка развернул меня, и я обхватила ногами его талию, крепко цепляясь за спину.

Зуилас!

Его мышцы дрожали, дыхание было прерывистым. Его страх передался мне. Сотни мыслей в одно мгновение наполнили мою голову. Īnkav. Создание из его мира, которого боялись все демоны! Он достаточно силён, чтобы стереть кости демона в порошок. Его кожа устоит перед любой демонической магией. И он всегда голоден — всегда готов сожрать плоть демона.

Остерегайся тёплых болот, где из-под земли бьёт кислая вода. Никогда не подходи к воде, никогда! Ни один демон, даже из Первого Дома, не решится пройтись вблизи тех болот.

Ты не настолько силён. Ты не сможешь победить. Не будет dh’ērrenith. Тебя ждёт смерть!

Беги. Беги, как можно быстрее!

Я уткнулась лицом в изгиб его шеи:

— Зуилас.

Он тяжело дышал, отчаянно борясь со своим страхом перед этим созданием. Очередной поток мыслей перешёл от него ко мне.

До безумия похожий на Зуиласа демон подошёл к топи болот, покрытой зелёной грязью. Заходящее за горизонт солнце осветили ландшафт, грязную воду болота, неровную тропу из скалистых островков и гниющих растений.

Опасно! Опасно! Здесь небезопасно переходить! Не иди туда!

Демон заколебался, сделав шаг назад. Он почувствовал напряжение воды. Оглянулся — красные глаза поблёскивали в свете заходящего солнца — и снова сделал шаг к болоту. Поверхность болота как будто взорвалась. Из-под воды показалась пасть острых зубов — голодная, зияющая.

Воспоминания Зуиласа вихрем кружились в моей голове, не давая мне уловить их смысл. Но одну мысль, одно чувство я смогла понять — чувство, появившееся после внезапной смерти демона.

Один. Теперь я один.

Я впилась когтями в его плечо и тихонько зашептала ему в ухо:

— Ты не один.

Он резко вдохнул воздух.

— Я здесь, с тобой. Вместе мы справимся.

Он повернулся ко мне — глаза расширились, ноздри раздулись, когда он сделал глубокий вдох. Вихрь его мыслей успокоился. Моё спокойствие передалось ему и вернулось обратно ко мне. Наши решимости сплелись в одно целое.

Вместе мы уставились на вертолётную площадку.

Глава 26

Волны нещадно хлестали по платформе, которая раскачивалась от мощных движений монстра. Повернувшись к нам спиной, существо сделало всего пару шагов, когда Зуилас весь свернулся, готовясь к прыжку. Я крепко вцепилась ему в спину.

Он побежал. Всего за пару секунд мы пересекли платформу, и я вытянула руку вперёд. В голове разлился жар, перетекая от демона ко мне. На кончиках моих пальцев зажёгся малиновый свет и принялся подниматься вверх по руке.

Позади хвоста монстра сформировалась руна. Зуилас прыгнул на её изображение.

— Surrige! — закричала я.

Заклинание левитации подбросило нас вверх. Мы летели над существом, которое как раз повернуло голову в нашу сторону.

В нескольких шагах от него — на земле — лежала Амалия, застывшая от ужаса. Её стеклянный взгляд замер на чудище, а рот раскрылся в немом крике. Мы опустились вниз, Зуилас ударился о платформу, схватил Амалию и быстро побежал.

Массивные челюсти захлопнулись с грохотом, подобным грому, едва не схватив хвост демона. Приземлившись, Зуилас поскользнулся на скользком бетоне, пытаясь удержать равновесие и не упустить двух людей, которых он тащил на себе.

Inkav рванулся вперёд, раскрыв пасть и вытянув шею. Отбросив руку назад, я зажмурилась и представила перед собой заклинание. Под моими веками мерцал малиновый свет.

— Impello!

От сильного потока ветра платформа резко покачнулась. Зуилас побежал, нацелившись на дорожку, соединявшую вертолётную площадку с берегом.

Ночь разорвал пронзительный крик.

Толи его ноги подкосились, толи земля была скользкой, но Зуилас упал. Мы рухнули на бетон, и нас закружило. Амалия покатилась в сторону и с громким криком упала в воду. Я отчаянно цеплялась за спину Зуиласа, пока он скользил, пытаясь хоть как-то затормозить движение. В моих ушах взорвался рёв.

Inkav бросился в атаку.

Огромная стопа — больше, чем всё тело Зуиласа — повернулась в нашу сторону. Удар. Поворот. Зуилас упал на платформу, больно ударившись коленями и локтями, но, при этом, защитив меня от обеспеченных переломов.

Он отскочил, обнажив зубы. Наши спины обжигало горячее зловонное дыхание твари. Слишком близко. Inkav был слишком близко, и я поняла, что мы упустили наш шанс. Монстр был прямо за нами, и теперь он нам не позволит сбежать.

Единственный способ выжить — это убить его.

Невозможно. Я не могу.

Я сцепила зубы. Вдвоём у нас есть шанс! Зуилас, соберись!

Зуилас метнулся вперёд, опережая существо, но платформа была слишком маленькой. Взлётно-посадочная полоса исчезла из виду, а прыгнуть в океан — это не вариант. Что если Inkav сможет побороть холод? А в воде он ещё более сильный охотник, чем на суше.

У Зуиласа не было времени представить заклинание — каждая секунда была на счету — но я могла помочь ему! Это не мне нужно было бежать и уклоняться от ударов. Я сконцентрировалась. Жар снова опалил меня, когда я потянулась к силе демона. Кожа горела. Внутренности горели. Но, если Эзра в состоянии выдержать магическую силу демона, то и я смогу!

Робин!

Я быстро сменила руну, которую хотела представить, на другую. На нашем пути появилось левитационное колдовство, но монстр наступил Зуиласу на ногу, отрезая нам путь.

Зуилас резко дёрнулся и прыгнул на пылающую руну.

— Surrige! — прокричала я.

Заклинание подбросило нас в небо. Челюсти существа щёлкнули, разминувшись с нами буквально на секунду. С высоты я увидела всю платформу, увидела истинный масштаб существа, увидела маленькую фигурку, подплывающую к берегу — Амалии удалось сбежать с вертолётной площадки.

Пока мы взлетали вверх, мы с Зуиласом вытянули вперёд руки, светящиеся идентичной магией. По его рукам побежали руны, наполняясь мощью.

Мои пальцы также засветились малиновым светом, и на платформе появилось огромное заклинание — самое большое, которое мы когда-либо создавали. Оно заняло весь центр вертолётной площадки, а внутри него был монстр.

Из Зуиласа вырвалась сила.

— Evashvā vīsh!

— Igniaris!

Перед ладонью Зуиласа образовались изогнутые лезвия в форме креста, а затем они устремились вниз. Под монстром вспыхнуло огненное заклинание. Раздался взрыв, и зверь исчез в пламени — его яростные крики оглушили всю округу.

Мы упали — с неба и прямо в огонь. На нас обрушился жар, а затем меня окатил жуткий холод — это Зуилас впитал в себя тепло, чтобы восстановить запас сил. Мы завалились на бетон.

Из потрескивающего огня вырвались широко раскрытые челюсти. Зуилас изогнулся в воздухе, едва-едва избежав острых зубов, и ударил существо ногами в пасть, отталкивая нас от него. Inkav повернулся в нашу сторону.

— Impello! — прокричала я, отводя руки назад.

Но я поспешила. Паника затуманила мою голову, и руна дрогнула. Монстр пролетел сквозь моё заклинание — его кожа слегка задымилась, но даже не покрылась волдырями. Крестообразные лезвия изрезали его спину, но так и не смогли пробить прочную шкуру.

Невероятно, но закрывающийся портал нанёс существу больший ущерб, чем мы с Зуиласом.

Зуилас бросился бежать, но мы были слишком близко к краю платформы, так что ему пришлось повернуть в сторону. И в этот момент монстр отрезал ему путь.

Демон прыгнул. Снова щёлкнули челюсти. Взмах огромных ног и когтей. Мир вдруг резко начал вращаться.

Я не могла понять, что происходит, не могла создать руну, не могла понять, где её вообще нужно создавать…

Когти Зуиласа впились мне в ногу, разрывая кожу. Он сорвал меня со спины и отшвырнул в сторону. Я успела обхватить голову руками за мгновение до того, как врезалась в бетонные ступени. В лодыжке что-то щёлкнуло, и меня охватила агония. Я громко закричала. В глазах потемнело — явный предвестник потери сознания.

А затем я услышала крик Зуиласа.

Я с трудом повернула голову, со страхом готовясь к тому, что увижу. Монстр поймал Зуиласа в свою пасть. Единственное, что спасло Зуиласа от мгновенной смерти — это наплечный доспех. Металлическая пластина застряла между зубами существа, не давая его мощной челюсти сомкнуться.

Зуилас отчаянно дёргался, пытаясь вырваться из хватки чудища. Мышцы огромной головы существа напряглись.

Ужас укутал меня с ног до головы. Daimon, hes—

Доспех треснул, и Зуилас закричал. Он кричал! Его враги рвали его на части, ломали кости, разгрызали — и всё это он сносил без единого звука. Но сейчас, когда зубы монстра впивались в его плечо, он кричал!

Я тоже кричала. Я не могла сейчас призвать его в инферно. Не могла так рисковать, зная, что это может его убить. Забыв о боли в лодыжке, я ринулась вперёд, и мои руки заскользили по воде.

Нет. Это была не вода. Это была кровь. Тело Брайдена каким-то образом пережило пожар, и сейчас мои руки были в прямом смысле вымыты в его крови.

Монстр отпустил Зуиласа, и он упал на землю — неподвижный, безмолвный. Я схватила его холодную, как лёд, руку.

Зуилас.

Тишина. Я схватила артефакт мёртвого колдуна:

— Ori decem!

Сверкнуло кольцо. По моей руке побежала магия, а пальцы сомкнулись вокруг рукояти синего клинка. Вцепившись рукой в клинок, я побежала к зверю, игнорируя страх и боль. Монстр оторвал свой взгляд от неподвижного демона. Его голова начала поворачиваться в мою сторону. Я была слишком медленной, слишком слабой! Он раскусит меня пополам прежде, чем я успею взмахнуть мечом!

Зуилас слегка пошевелился. Он поднял руку, и на его пальцах вспыхнул тусклый красный свет. Он швырнул сияющий шар в нижнюю часть челюсти существа. Inkav дёрнулся, повернувшись к демону и выпучив свой огромный глаз.

Я прицелилась, слегка наклонив лезвие. Поддавшись импульсу, я со всей силы вонзила светящийся синий клинок в ямочку под глазом монстра. Не знаю, какую роль играет эта ямка — может это ухо, а может орган для обнаружения тепловых волн, но я знала, что это единственное слабое место монстра.

Чародейский клинок — оружие, подходящее для того, чтобы пробить броню демона, вонзился в череп существа. Я пыталась протолкнуть клинок так глубоко, как только могла.

Inkav вскинул голову, отрывая меня от земли. Я отпустила клинок, и упала на землю, с грохотом приземлившись на задницу.

Пошатываясь, зверь начал качать головой вперёд-назад. Его нижняя челюсть отвисла. Из раны полилась чёрная кровь, заливая его жёлтый глаз. Существо на мгновение замерло, а затем рухнуло на бетон. Голова откинулась назад, бледный язык вывалился из челюсти, от его блестящей кожи отражался свет единственного уцелевшего факела.

Тяжело дыша, я попыталась встать. Лодыжка подвернулась, и я захлебнулась собственным криком. Слёзы текли по лицу, пока я подползала к Зуиласу, следя за его хриплым, прерывистым дыханием. Мои руки заскользили по тёплой крови. Кровь повсюду. Так много крови!

На меня уставились чёрные, как смоль, глаза, затуманенные от боли. Жизнь утекала из его глаз.

— Нет! — прошептала я, легонько касаясь его щеки. — Зуилас, исцели себя! Быстрее!

Его дыхание было прерывистым. Тихий голосок в моей голове напомнил мне о том, что чернота его глаз означает, что он слишком слаб. У него нет времени, чтобы подпитать себя теплом. Он умрёт прежде, чем успеет накопить достаточно магии и силы, чтобы создать такое сложное заклинание.

Это если он вообще в состоянии излечить такие ужасные раны.

Меня била дрожь. Я готова была отпустить его домой — в его мир. Я бы смогла выдержать эту пытку — смотреть, как он уходит в тот мир, из которого его выдернул мой дядя. Возможно там его ждала одинокая, мрачная жизнь, наполненная жестокостью. Но это была его жизнь. Его выбор.

Я не могу потерять его. Не таким образом.

— Зуилас, — зарыдала я.

Его губы дёрнулись, но он не издал ни звука. Вместо этого в моей голове раздался тихий шёпот. Vayanin …Робин.

Сердце разбивалось на тысячи осколков. Этого не может быть. Мне нужно спасти его. Не знаю, как, но я обязана это сделать. Выпрямившись, я окинула взглядом платформу, отчаянно пытаясь найти хоть что-то, что сможет помочь. Вокруг моего запястья сжались холодные пальцы.

Останься со мной.

— Я здесь, — прошептала я. — Я останусь с тобой. Я никогда и ни за что тебя не оставлю.

Его глаза затуманились, а рука безжизненно упала в лужу крови.

— Робин!

Громкий окрик Амалии вырвал меня из оков тоски и ужаса. Раздались шаги. Из темноты ко мне бросилась Амалия, а позади неё…

— Прочь!

Я отползла назад, и рядом с изувеченным плечом Зуиласа приземлился Эзра. Одетый в боевое снаряжение, потрепанный и уставший, он склонился над умирающим демоном.

В его левом глазу засветился алый свет, вслед за ним замерцал и правый. В обоих его глазах светилась огромная сила. Демон-маг протянул одну рука над грудью Зуиласа, вторую положил ему на плечо. Под его светящимися пальцами начали появляться круги и руны.

Рядом со мной присела Амалия. Её одежда была мокрой, волосы липли к лицу. Мы молчали пока Эзра — а точнее Этерран — занимался Зуиласом. Из-под его пальцев вырывались яркие, мерцающие, исцеляющие заклинания. Магия заполняла раны Зуиласа, проникала в его тело. Этерран сотворил очередное заклинание, которое тут же устремилось в тело моего демона.

Замолчав, Этерран вправил плечо Зуиласа, а затем продолжил творить заклинания. Постепенно раздробленные части плеча демона начали принимать свои естественные очертания. Раны медленно, но верно затягивались. Наконец на теле моего демона не осталось ран, выпирающих костей и деформированных конечностей.

Сияние в глазах Эзры погасло — осталась лишь маленькая искорка. Черты его лица расслабились. Эзра моргнул пару раз, и его глаза вновь стали человеческими. Устало вздохнув, он уселся поудобнее.

— С ним всё нормально? — спросила я Эзру, не отрывая глаз от Зуиласа. За всё время исцеления он ни разу не пошевелился. Я не могла понять, было ли ему больно или нет.

— Его нужно согреть, и как можно быстрее, — Эзра поднялся на ноги. — Отправь его в инферно.

— А это не опасно? Ведь он так слаб.

— Нет. Иногда демоны сами прячутся в инферно, когда они ранены и им нужно исцелить себя в безопасности.

Я решила не спрашивать, а есть ли в мире демонов что-то похожее на инферно, и, если есть, то зачем демону добровольно туда прятаться.

Daimon, hesychaze. Зуилас тут же растворился в красном луче.

— На парковке стоит серый внедорожник, — сказал Эзра. — Ключи в замке зажигания. Поезжайте домой.

С помощью Амалии я с трудом поднялась на ноги, стараясь не нагружать сломанную лодыжку. Она онемела, что скорее всего было плохим знаком, и долго это онемение не продлится.

— А как же ты? — спросила я его.

— У Этеррана ещё осталось немного магии, — он повернулся в сторону тела монстра. — Её хватит, чтобы спрятать это в воде прежде, чем кто-то его увидит.

На этих словах вдали зазвучала полицейская сирена.

— Отправляйтесь домой, — ещё раз повторил Эзра. — Согрей своего демона. Накорми его

Я кивнула.

— Я скоро с тобой свяжусь.

— Эзра, а ты нашёл…

— Идите!

Звук сирен начал приближаться, звуча всё громче и громче. Эзра повернулся к телу монстра и поправил перчатку на руке. По его пальцам побежала красная магия.

— Пора сваливать, — потянула меня Амалия.

Опираясь на неё, я отвернулась от демона-мага, и мы зашагали по мостику, переброшенному через воду. Было больно, но я упорно переставляла ноги. Меня вела одна мысль — мне нужно вернуться домой. Мне нужно согреть и накормить Зуиласа.

Я не могу его потерять!

Глава 27

Я сидела на краю ванны, прислонившись плечом к стене. Я вытянула ногу — лодыжка была перевязана тугой повязкой и зафиксирована двумя линейками. Рука больно пульсировала в том месте, где меня зацепило заклинание Сула.

Я не хотела обращаться за более квалифицированной медицинской помощью. Зачем? Зуилас сможет меня вылечить быстрее любого врача. Конечно, когда сам исцелится.

Он лежал в ванне, весь покрытый горячей водой. Ванная комната вся была в пару, так что мне пришлось слегка приоткрыть двери. В комнату заглянула Амалия:

— Хей.

— Как ты себя чувствуешь? — устало улыбнулась я.

— Побитой, уставшей, всё болит, — она протянула мне стакан воды и болеутоляющее. — Выпей таблетки и ляг отдохни. Я поставила в микроволновку три тарелки супа. Когда Зуиласу станет чуть легче, разогрей их ему.

— Спасибо.

— Не за что. Ты в порядке?

— Буду. Когда он очнётся.

Её взгляд скользнул к Зуиласу:

— Он вернулся за мной, — прошептала она. Её голос слегка смягчился. — Поспи, хорошо?

Окинув меня напоследок тревожным взглядом, она вышла из ванной. Я выпила 2 таблетки болеутоляющего и отставила стакан. Из крана хлестала вода, но даже она не могла заглушить воспоминания об этой ужасной ночи. Крики колдунов. Рык Сула, когда его голова была охвачена пламенем. Крик Джайдена, когда Зуилас вырывал ему сердце. Визг монстра. Треск доспеха Зуиласа. Его агония, когда существо держало его в своих челюстях.

Приподняв руку, я уставилась на свои бледные пальцы. Я вспомнила малиновую магию, бегущую по ним. Вспомнила синий клинок Джайдена в своих руках. Неужели я и правда воткнула его в череп īnkav?

Содрогаясь мелкой дрожью, я повернулась к Зуиласу. Его голова была повернута к стене, лицо расслаблено.

Я вспомнила, как он сидел у самого края портала, как его рука тянулась к дому. Моё сердце сжалось от боли и горя, и я не задумываясь потянулась к его руке, которую положила к себе на колени и крепко сжала. Долгое время мы так и сидела — я крепко сжимала его руку, боясь отпустить.

Его пальцы слегка дёрнулись, вырывая меня из полузабытья. Он слегка приоткрыл глаза, уставившись на меня чёрными зрачками.

— Sahvē, - прошептала я то самое демоническое слово, которым он приветствовал меня несколько недель назад. Тогда он тоже приходил в себя в горячей ванне.

— Sahvē, - моргнул он несколько раз. — Я не умер.

— Эзра пришёл как раз…, - я не могла произнести это вслух. Не могла сказать, что он почти что умер. — Этерран спас тебя.

Он поморщился:

— Меня спас демон из Дома Дират? Мне это не нравится.

Он снова закрыл глаза, делая медленные вдохи. Я испуганно сжала его руку. Она была холодной, несмотря на горяченную воду, в которой он лежал. И меня это пугало.

— Зуилас. Расскажи мне про Ivaknen.

— Ivaknen? Зачем?

Он стоял на краю портала, готовый уйти домой. Готовый оставить меня.

— Потому что я хочу знать о нём.

— Сейчас?

— А почему бы и нет.

Прорычав, он слегка выпрямил ноги — насколько ему позволяли размеры ванной.

— Когда Dīnen призван в мир людей, его vīsh… его сила, как Dīnen, она считает, что он умер. Она переходит к следующему Dīnen. Даже если демон вернётся, эта vīsh к нему уже не возвращается. Ему уже не стать Dīnen, но в то же время он не может присягнуть на верность новому Dīnen.

Видимо я пискнула, потому что он слегка приоткрыл глаза.

— Ivaknen старше Dīnen. Их все уважают, потому что они сумели выжить. Они сумели победить hh'ainun. Быть Ivaknen значит иметь гордость и власть.

— Это… звучит не так уж и плохо, — нерешительно произнесла я.

Он повернул голову к бегущей воде, позволяя каплям стекать по его лицу.

— Некоторые Ivaknen находят новую цель в жизни. Они воспитывают сыновей или же становятся советниками Dīnen. Но многие Ivaknen уходят скитаться. Они скитаются, и скитаются, и скитаются. Им некуда пойти, нечем заняться.

— Но ты всё равно хочешь вернуться домой? — я крепко сжала его руку. — Даже зная, что ты уже не Король Дома?

— Var.

— Почему?

— А что ещё мне остаётся? — взглянул он на меня.

Я заставила себя сделать глубокий вдох. Крепко сжав его руку между своими двумя, я заговорила:

— Если ты хочешь вернуться, я обязательно отправлю тебя домой. Уже если этим колдунам это удалось, то и мне тоже удастся.

— Их vīsh сработала неправильно. Она разорвала īnkav, а затем портал закрылся.

— Да, что-то пошло не так. Но мы выясним правильный способ.

Он некоторое время просто смотрел на меня, а затем закрыл глаза. Его пальцы обвились вокруг моих, и я крепко сжала его руку, задаваясь вопросом: как долго продлится эта близость прежде чем он навсегда покинет меня?

Я стояла над таблицей. Носочек разбросала карточки, но я и так всё помнила. Посреди было имя Клода и те несколько фактов, которые мы знали о нём. Взяв карточку, я принялась записывать новые данные.

Он украл страницы из гримуара, чтобы открыть портал.

Заставил Зуиласа заключить с ним контракт.

Связан с каким-то Двором.

Что у него за цель?

Последнее предложение я подчеркнула несколько раз.

Цель Клода. Его заветное желание. Какой бы она ни была, именно эта цель завладела моими мыслями с момента смерти моих родителей. Меня охватывал страх: что, если Клод приблизился к достижению своей цели — сильно приблизился — а я до сих пор понятия не имела, чего же он хочет?

Его цель… возможно она не была полностью связана со мной. Возможно наши пути пересеклись из-за гримуара, но гримуар был моей ответственностью! Не говоря уже о том, что он убил моих родителей. Я не собиралась прощать и забывать об этом.

Я прикрепила новую карточку под именем Клода, а затем принялась вычёркивать имена трёх колдунов. Больше они не были угрозой, но, боюсь, что устранили мы их слишком поздно.

Они нашли «недостающую часть» заклинания Антеи. Возможно, это была не та часть, но сработала она достаточно хорошо. И если Клод узнал, что именно они использовали вместо «недостающей части», то он сможет снова открыть портал.

Встав, я потянулась, с трудом подавив зевок. Почти всю ночь я просидела у изголовья Зуиласа. Уже светало, когда он наконец восстановил силы и смог исцелить мою лодыжку. После этого я отключилась на несколько часов, но этого было недостаточно, чтобы побороть мою усталость.

Тяжело вздохнув, я направилась в спальню, где на кровати развалился Зуилас. Он слегка приоткрыл глаза, когда я вытащила металлическую коробку с гримуаром и прошептала заклинание, чтобы её открыть.

— Vayanin?

— Хочу посмотреть, есть ли в гримуаре то заклинание, которое использовали колдуны, чтобы открыть портал.

— Хм, — он перевернулся на спину. — Если нужна моя помощь, скажи.

— Помощь?

— Ну я же всё запоминаю. Гораздо лучше, чем hh'ainun.

— Точно, — кивнула я. Не знаю почему, но его предложение о помощи порадовало меня. — Я поищу похожие заклинания, а потом ты скажешь, есть ли совпадения. Отдыхай. Я разбужу тебя позже.

Его глаза медленно закрылись. Он снял доспехи и кожаные ремни, оставшись в одних шортах. Мой взгляд задержался на его груди, а затем непроизвольно скользнул вниз на пресс.

Он приоткрыл один глаз.

Покраснев, я выскочила из комнаты. В этом побеге не было смысла. Если я вернусь в спальню, я смогу сделать больше, чем просто поглазеть на его тело. Я смогу прикоснуться к нему.

В конце концов мы же уже… я… и он… Щёки запылали ещё ярче, когда я уселась за журнальный столик и раскрыла гримуар. Усилием воли я заставила себя сформировать предложение: я поцеловала демона.

Неужели это было только вчера? От одной этой мысли кружилась голова. Я поцеловала демона! Демона, который не планировал здесь задерживаться. Который при первой же возможности уйдёт из нашего мира — и от меня. Это безумие! И теперь я точно знаю, что именно чувствовала Мирин, когда задавалась вопросом, а не сошла ли она с ума.

Жар моих щёк мог бы растопить льды Антарктиды, когда я начала вспоминать все события вчерашнего дня: вот я узнаю, что наш контракт никогда его не связывал; вот я предлагаю ему клубнику; вот он принимает её. Я вспоминала всё в малейших деталях, как будто бы проводила анализ, пытаясь что-то понять. Да, точно. Это и был чисто научный анализ! Всё ради науки!

Краем глаза я заметила какое-то движение, и все мои мечты тут же испарились. В дверях спальни стоял полуголый Зуилас. Его волосы спутались после сна, что придавало ему какой-то первобытный вид. Оттолкнувшись от двери, он направился ко мне. Его шаги были тихими. Хищными.

Остановившись у дивана, он принялся рассматривать мои пылающие щёки.

— Почему ты встал? Ты должен отдыхать.

— Ты слишком громко думаешь.

— Думаю? — у меня в панике забилось сердце. — Ты же говорил, что не можешь слышать эти мои мысли.

— Раньше не мог, — он слегка наклонил голову. В его глазах поблёскивало что-то дикое. — А теперь могу. Возможно ты хочешь, чтобы я их услышал.

— Н-нет… я имею в виду… я не думала… — ну всё, я сейчас умру от стыда! — О Боже!

Он услышал все мои мысли? Увидел, как я прокручивала в голове воспоминание о поцелуе?

Макушку опалило тёплое дыхание, а затем он легонько прикоснулся к моей щеке:

— Zh’ūltis.

Я слегка повернула голову в его сторону, решившись взглянуть ему в глаза:

— Ты такая zh’ūltis, vayanin.

Я отодвинулась, оставляя между нами побольше свободного пространства:

— Я думала ты закончил с оскорблениями.

Он придвинулся поближе:

— Не будь zh’ūltis, и я не буду называть тебя zh’ūltis.

Я снова отодвинулась подальше:

— И почему же я глупая?

— Ты и правда хочешь, чтобы я объяснил?

Он присел на диван и начал приближаться ко мне, а я отодвигалась всё дальше и дальше, взволнованная хищным блеском в его глазах. Спина упёрлась в подлокотник — дальше отползать некуда. Из лёгких вырвался вздох.

Он стоял надо мной на коленях, его руки были по обе стороны от моей головы. Он буквально нависал надо мной. Я уставилась на него широко распахнутыми глазами. Сердце билось часто-часто. Я в ловушке!

Он медленно улыбнулся и опустил голову. Я вжалась в подушку. Его нос задел мою щеку, а затем он резко отпрянул и раздражённо уставился на дверь.

Раздались громкие шаги, а затем в замке повернулся ключ. Я посмотрела на Зуиласа. Он смотрел в ответ, как будто бросал мне вызов. Он и правда думает, что я не решусь?

Daimon, hesychaze.

Он растворился в красном луче и исчез в инферно. Свечение как раз потухло, когда в комнату ввалилась Амалия. В её глазах полыхал восторг. Она радостно помахала мне пачкой бумаг — у неё подмышкой был зажат разорванный коричневый конверт.

— Я получила! — закричала она.

— Получила что?

— Это, — протянула она мне бумаги, как трофей. — патент на пошив линии заколдованной одежды!

— Что? Серьёзно?

Вскочив с дивана, я подбежала к ней и принялась рассматривать бумаги, на которых стоял логотип ОМП.

— Вау, это звучит официально, — сказала я. — «Заколдованная одежда, далее — повседневная одежда, в которую вшиты оборонительные заклинания». Амалия, это же потрясающе!

— Скажи! Мне пришлось подготовить предложение и представить его патентному представителю в офисе ОМП. На прошлой неделе они позвонили мне и попросили дать разъяснение, чем моя заколдованная одежда отличается от других заколдованных предметов, например, медальонов или браслетов. Похоже мне удалось их убедить, что мои разработки заслуживают отдельного патента!

— И что этот патент даёт?

— Ну, патент не запрещает другим магам копировать мою одежду и заклинания. Но, если они будут продавать одежду, которая зарегистрирована мои патентом, то они должны будут выплачивать мне определённый процент с продажи. Теперь, когда мои труды будут защищены патентом, я начну обходить гильдии и буду предлагать им купить у меня одежду.

— Поверить не могу, что ты всё это сделала, при этом параллельно разбираясь с Клодом и украденными страницами из гримуара. Ты даже сходила в ОМП!

— Да, — поморщилась она. — Я так нервничала. Отец с детства вбивал нам в голову ни за что не привлекать внимания ОМП. Но что поделать? Я подумала, что мы-то с тобой ни в каких тёмных делишках не замешаны и не привлекали к себе внимания. Да к тому же отдел патентов — он хоть и находится в том же здании, что и полиция, но на другом этаже. Так что нет никаких причин, чтобы…

Бах-бах.

Мы в унисон уставились на дверь. Снова раздался громкий стук, и меня окатило ужасное предчувствие. Это не может быть…

— Кто там? — крикнула Амалия, крепко вцепившись в патент.

— ОМП, — ответил мужской голос. — Откройте дверь!

Глава 28

На лице Амалии отразилась гримаса ужаса, впрочем, как и на моём. Собравшись с силами, она подошла к двери и распахнула её. На пороге квартиры стояли двое: темноволосая специалист по магии Отречения Лиенна Шэн и её красивый напарник Кит Моррис.

— Агент Шэн, — официозно заявила Лиенна, сверкнув бейджэм, — А это агент Моррис. Мы можем войти?

Хоть она и спросила разрешения войти, было ясно, что оно ей не нужно. Амалия посторонилась, пропуская их внутрь. Один за одним они вошли в квартиру. Кит принялся осматривать наше жилище, что-то тихонько напевая под нос. Это что, мелодия из «Друзей»?

— Амалия Харпер? — спросила Лиенна. Амалия кивнула, и агент повернулась ко мне. — Ну и конечно же Робин Пейдж.

— Какие-то проблемы? — осторожно спросила я.

— Мы проверяем все детали вчерашнего отчёта.

Отчёт? Какой отчёт?

— Согласно правилам ОМП, мы должны допросить всех участников дела «охотников за головами». Особенно, если в результате оно повлекло за собой одну или несколько смертей. — Она раскрыла папку. — Вчера в 23:23 Эзра Роу подал отчёт. В нём он написал, что гильдия Ворон и Молот вела расследование смертей Джорджины Брэндис, Мэй Картер и Яны Деневы. Расследованием занималась группа из трёх лиц: Эзра, Робин и Амалия. Эта группа вышла на след троих подозреваемых, которые были обнаружены на бывшей территории гильдии Морские Дьяволы. Там вы помешали подозреваемым закончить неизвестное заклинание из магии Арканы. Они оказали сопротивление и были убиты на месте.

Она резко вскинула на меня взгляд:

— Всё правильно?

— Да, — быстро ответила я. Амалия кивнула.

— Обычно мы более подробно допрашиваем свидетелей, но ни ты, ни Амалия ещё не сдали свои отчёты. Они должны быть у меня на столе в течение 48 часов.

Я тут же закивала.

— Мы всё ещё собираем улики…

— А это довольно сложно, — прервал её Кит. — учитывая, что вертолётная площадка оказалась на глубине 50 метров под водой.

У меня отвисла челюсть, но я быстренько её закрыла.

— Да, да, конечно. Конечно мы сдадим отчёты.

— Мы пока не выяснили, как площадка оказалась под водой, — Лиенна уставилась на меня ледяным взглядом. — Эзра предположил, что это было вызвано неизвестным заклинанием.

— Я тоже так думаю, — тут же солгала я.

Лиенна кивнула и что-то записала в папку. Затем продолжила:

— Что касается неизвестных останков, обнаруженных нами…

— Я знаю только имена колдунов, — прервала я её. — Мы не…

— Не их останки, — многозначительно произнёс Кит. — Другие останки.

— Мы так и не смогли восстановить заклинание, которое пытались создать колдуны, — продолжила Лиенна. — Предварительные результаты исследований показывают, что это рептилоидное существо может быть фейри.

— Фейри? — пискнула я.

— Это точно фейри, — Кит пригвоздил меня своим взглядом к полу.

— Вы согласны с нашими выводами, мисс Пейдж? — уточнила Лиенна.

— Да. Конечно. Это был фейри.

— Отлично, — довольно ответила девушка. — Не забудьте указать это в вашем отчёте. Не нужно порождать новые вопросы о заклинании, которое пытались создать преступники. Ведь его невозможно воссоздать.

— Эти преступники… кто знает, что они там хотели сделать, — подвёл итог Кит, многозначительно переводя взгляд с меня на Амалию. — Давайте не будем пугать наших бедных начальников из МагиПола упоминаниями о порталах и демонических монстрах? Окей?

Услышав его слова, Лиенна закатила глаза:

— Кит, а фраза «тонко намекнуть» тебе ни о чём не говорит?

— Конечно говорит. Но похоже, что Робин не понимала наших тонких намёков. Без обид, — сказал он мне.

Я уже вообще ничего не понимала:

— Ага. Я всё поняла.

— Отлично. Так что забудем об Аркане Фламиногосте…

— Фенестрам! — поправила его Лиенна.

— Да, да. Давайте не будем превращать Ванкувер в место из сериала «Баффи- истребительница вампиров».

— Не понимаю о чём вы говорите, — встряла в разговор Амалия. — Мы всего лишь убили парочку чокнутых маньяков и их зверушку фейри. Вот и всё. Больше мы ничего не знаем.

— А вот она всё поняла, — сказал Кит Лиенне.

— Пойдём уже, — снова закатила глаза Лиенна. — А то ты сейчас все секреты ОМП выболтаешь.

Он прошёл за ней к двери:

— Тебя бы это не беспокоило, если бы в ОМП был стиратель памяти, как в фильме «Люди в чёрном». Нажал кнопочку и…

— Или ты бы мог думать, прежде чем говорить! — ответила она Киту, и они вышли из квартиры, закрыв за собой двери.

После их ухода прошла, казалось, вечность, прежде чем я смогла облегчённо выдохнуть.

— Что ж, — нарушила тишину Амалия, — это было интересно.

— Они не хотят, чтобы мы упоминали о порталах в наших отчётах. Они пришли только чтобы убедиться, что наши отчёты совпадут с отчётом Эзры.

— Вопрос лишь в том, зачем им это нужно? — спросила Амалия. — Почему они хотят всё списать на несуществующего фейри вместо того, чтобы докопаться до правды? Не то чтобы я жалуюсь. Нам совсем не нужно, чтобы они начали расследовать нас!

— А что если они именно это и делали? Расследовали нас, только неофициально.

Мы обменялись встревоженными взглядами.

— Ты говорила с Эзрой после того, как мы ушли с платформы? — спросила меня Амалия.

— Я отправила ему 4 смс. Просила перезвонить, но он так и не позвонил. Похоже, он был занят. Кажется, всё-таки это было правильным ходом с его стороны — написать отчёт в ОМП. Всё равно кто-то бы заметил, что целая вертолётная площадка ушла под воду, и начал бы расследовать это дело.

— Да, но было бы лучше, если бы он хотя бы предупредил нас, — Амалия взглянула на часы. — Я начну собираться.

— Собираться? Но у нас ещё час в запасе.

— Да, но это же вечеринка в честь выздоровления Зоры. Она впервые с того дня, как её ранили, появится в гильдии. Мы не можем опоздать, — она одарила меня таким взглядом, как будто это я всё время опаздываю, и ушла в свою комнату.

Улыбнувшись ей вслед, я уселась на диванчик в гостиной. Мне, в отличии от Амалии, хватит 10 минут, чтобы приготовиться: всего-то и нужно выпрямить волосы и нанести блеск для губ.

На журнальном столике лежал гримуар, а рядом с ним лежала книга с самыми красивыми пейзажами Земли, которую я купила Зуиласу. Заметив кучу загнутых страниц, я принялась рассматривать фотографии — мне было интересно, что же ему понравилось. Стадо антилоп в африканской саванне, горы в провинции Хунань (Китай), водопад в Исландии, покрытые горкой снега горы Антарктики, леса в Калифорнии, скалистое побережье Шотландии.

Я не смогла удержаться. При виде этого побережья я мысленно представила там нас с Зуиласом. Вот мы стоим у холодного моря. Ледяной ветер бьёт нам в лицо. Я буквально ощутила восторг моего демона — и свой. Ни один из нас не видел таких достопримечательностей. Одна я на такое приключение не решусь, но с ним…

Я покачала головой, возвращаясь в реальность. О чём я думаю? Он хочет вернуться домой, а не отправиться в кругосветку по земному шару.

Он почти покинул меня. Сердце сжалось от этого воспоминания. Инферно завибрировал, и через мгновение на диване оказался Зуилас. Его малиновые глаза напряжённо уставились на меня. Мне вдруг стало интересно, как много он услышал?

Боль в груди разрасталась всё сильнее, и я закрыла книгу. Нам никогда не увидеть всех этих мест. Он хотел домой — и я тоже этого хотела. Я хотела вернуть себе свою жизнь — ту, в которой я не буду нелегальным подрядчиком. Не хочу делить свой дом, жизнь и мысли с демоном. Не хочу быть связана с ним всю жизнь.

Не хочу… вот только боль в груди почему-то не унималась.

— Что у тебя болит, vayanin?

Я опустила голову, избегая его взгляда. Значит, он не слышал мои мысли, но он смог прочитать моё поведение. Не желая погружаться в водоворот чувств, которые я испытывала при одной мысли о его уходе, я нашла на что мне отвлечься.

— Зуилас, а тебе обязательно нужно меня оскорблять?

— Я тебя не оскорбляю.

— Может для тебя «неуклюжая» это не оскорбление, но для меня…

— Я не называл тебя неуклюжей.

— Называл. Ты так и продолжаешь звать меня vayanin.

— Я уже говорил тебе, что это не оскорбление.

— Тогда что означает это слово?

Он улыбнулся, и в уголках его глаз зажёгся восторг. Я же нахмурилась.

— Может это и не оскорбление, но ты всё равно подшучиваешь надо мной.

— Я не подшучиваю над тобой.

Несмотря на его заверения, я видела его довольную улыбку, и мне стало обидно. Может он и не со зла, но, если для него это смешно, то значит в этом нет ничего приятного. Почему он всех, кроме меня, называет по имени?

Пыхтя от раздражения, я встала с дивана. Резкий рывок за свитер, и вот я падаю назад, приземляясь на колени своему демону. Он обнял меня своими сильными руками и крепко прижал к груди, не давая вырваться.

— Vayanin — это не оскорбление, — прошептал он, опаляя своим дыханием моё ухо. — В твоём языке нет такого слова.

— Тогда почему ты продолжаешь меня так называть?

— Оно тебе подходит.

— Ну так объясни мне, что оно значит!

— Хм… так неинтересно, — он вздохнул. — Vayanin означает…

На мгновение он замолчал. Собирался с мыслями или решал, стоит ли рассказывать?

— Ночь в моём мире — это опасное время суток, — его голос стал серьёзен. — Ночью мы охотимся, и на нас охотятся. Ночью холодно и темно. Ночью мы не можем использовать vīsh. Поэтому мы с надеждой смотрим на горизонт. Когда первые лучи солнца падают на землю, укутывая всё теплом, мы понимаем, что пережили ночь и будем в безопасности целый день. Тот момент, когда первый луч солнца касается твоей кожи после холодной ночи — это и есть vayanin.

Пульс начал стучать в ушах. Сердце сжалось, но не от печали и грусти. Нет, это была боль другого рода. Я слегка отстранилась, чтобы лучше рассмотреть его лицо:

— Я думала… Всё это время я думала, что ты оскорбляешь меня!

На его губах заиграла ехидная улыбка:

— Я знаю.

Поэтому он был таким довольным, когда я требовала, чтобы он перестал называть меня vayanin? Вместо того, чтобы рассказать мне, что значит это слово, он позволил мне считать это оскорблением. Это была его маленькая шутка — секрет, который он не собирался раскрывать.

Я всё ещё обдумывала его слова, безуспешно пытаясь привести чувства и мысли в порядок, когда из спальни вылетела Амалия, неся в руках два платья. (Прим. пер.: И снова Амалия как всегда не вовремя.)

— Робин, как ты думаешь, какое мне над…, - она оборвала себя на полуслове, увидев, что я сижу в объятиях демона. — Серьёзно?

Вспыхнули щёки. Амалия отбросила платья в сторону, промаршировала к дивану и, оттолкнув Зуиласа назад, стащила меня с его колен. Я глупо моргала, шатаясь туда-сюда.

— У тебя есть инферно, ты вообще помнишь об этом? — спросила она меня. — Хоть иногда используй его! А ты! — повернулась она к Зуиласу. — Ты — противная свинья! И не делай такое лицо. Если бы ты знал, что такое свинья, ты бы не считал это смешным!

С трудом подавив смешок, я схватила гримуар и убежала в спальню. Амалия же продолжала читать Зуиласу нотации.

— Это противно, что ты вот так удерживал Робин. Запиши себе в свою рогатую башку, что цивилизованные мужчины так…, - она замолчала. — Я и не говорю, что ты человек, но, по крайней мере, постарайся себя вести не как животное!

Я захлопнула двери, чтобы она не услышала моё хихиканье. Раз уж так сложилось, то может и мне принарядиться? Я с нетерпением ждала встречи с Зорой. Ах, у неё будет масса вопросов о Клоде и тех колдунах.

— Ах так! — кричала Амалия. — Только попробуй! Я украду несколько элементов пазла, что ты так любишь собирать, и сожгу их!

Я фыркнула так, что чуть не уронила гримуар. Достав из-под кровати футляр, я аккуратно положила его, благоговейно проведя пальцами по кожаному переплёту.

Мама всегда говорила, что люди вкладываю свою душу в книги. Оставила ли она в гримуаре частичку своей души? А что насчёт Мирин и Мелитты? Сколько моих предков вложили в этот гримуара частичку себя?

Я осторожно закрыла футляр. Каждый раз, когда я брала фолиант в руки, я вспоминала о маме. Как она переворачивала страницы, как переводила их. Знаю, это всего лишь глупая прихоть, но мне казалось, что она направляет меня каждый раз, когда я берусь переводить страницы гримуара.

Мне кажется, что и Мирин тоже помогала мне. Она была, как старшая сестра, которая наставляла меня, помогала выбрать верный путь. Она помогла мне стать храброй, взглянуть в лицо своим желаниям. Без неё я бы не смогла ступить по этому пути.

Улыбнувшись, я закрыла футляр и спрятала его под кровать. Я едва успела выпрямиться, как в кармане завибрировал телефон. Нажав на экран, я открыла сообщение. При виде отправителя в груди быстро забилось сердце. Эзра Роу.

Нам нужно встретиться как можно быстрее. Наедине.

Я закусила губу. Почему мы не можем переговорить по телефону? Что такого срочного? Я отправила быстрый ответ: Зачем?

Я ждала его сообщения, неподвижно застыв у кровати. Секунды медленно ползли, и с каждой прошедшей мне становилось всё тревожнее и тревожнее. В гостиной стихли споры Амалии и Зуиласа, и тишина давила на меня.

Завибрировал телефон, и на экране отобразился его ответ. Всего шесть слов, но от них меня пронзило страхом.

Пришло время выполнить свою часть сделки.