Рамона Грей "ПАРАМЕДИК" Серия: «Настоящие мужчины», Книга 9

Перевод:  MonaBurumba

Редактура: Nikolle

Дизайн обложки: Xeksany

Переведено специально для группы: https://vk.com/best_hot_romance

Текст книги выложен исключительно для ознакомления.

Не для коммерческого использования!

При размещении на других ресурсах обязательно указывайте группу, для которых был осуществлен перевод. Запрещается выдавать перевод за сделанный вами или иным образом использовать опубликованные в данной группе тексты с целью получения материальной выгоды.

Глава 1

Мэтт

— Я знаю, почему ты всегда выбираешь эту кабинку, Мэтт.

Проигнорировав своего лучшего друга Джона, оглядел закусочную. Если я не видел ее, это еще не значит, что она сегодня не работает. Она может быть в подсобном помещении.

Я хрустнул костяшками пальцев и нетерпеливо постучал ногой по потертому линолеуму. Закусочная существовал всегда, сколько себя помню. Еще когда мне было семь, я сидел за длинной изогнутой стойкой, болтая ногами, и прихлебывал молочные коктейли, пока мой отец флиртовал с официантками.

Тогда стены были скорее кремового цвета вместо их нынешнего испорченного молочного оттенка, прилавок казался безупречно чистым и без сколов, а кабинки еще не износились, как сейчас.

Еда была неплоха, но достаточно ли она хороша, чтобы приходить сюда каждый чертов день на обед? Черт возьми, нет. Мне пришлось увеличить свое время в спортзале почти на полчаса, чтобы смягчить вред, который причиняла мне жирная пища. Я не такой фанатичный любитель тренировок, как мой друг Элайджа, но мне нравилось иметь идеальный пресс для дам.

Дамы? Какие дамы? Ты не трахался полгода.

— Мэтти!

Я повернулся к Джону.

— Что?

— Я сказал, что если ты собираешься заставлять меня встречаться с тобой здесь каждый раз, когда мы вместе обедаем, то тебе придется начать платить мне деньги за бензин. Закусочная совсем не близко от моего офиса, придурок.

— О, ну хватит, — фыркнул я. — Чтобы добраться сюда, нужно десять минут. Это одно из преимуществ жизни в маленьком городке.

Снова оглядел закусочную. Черт, неужели ее нет? Она всегда работала по вторникам днем.

— Может быть, она сегодня не работает, — Джон повторил мои мысли.

— Она всегда работает по вторникам, — сказал я. — С понедельника по среду она работает в дневную смену, в четверг у нее выходной, затем в пятницу и субботу она работает в вечернюю смену и снова в воскресенье.

Воцарилась тишина, и я перестал разглядывать закусочную, чтобы взглянуть на Джона. Выражение его лица заставило мои щеки гореть.

— Что?

— Ты говоришь почти как сталкер, чувак, — заметил Джон.

— Нет, это не так. — Мой голос звучал, будто я оправдываюсь. — Если бы ее преследовал, я бы знал, где она живет, сколько ей лет, какое у нее второе имя... ну дерьмо вроде этого.

— Ну, да, конечно, как скажешь приятель. — Джон изучил меню. — Хмм... что же мне выбрать: жирный бургер или странно жирный сэндвич с курицей. Так много вариантов.

— Здесь хорошо кормят, — не поддержал я его шутку. — Не будь придурком.

Джон улыбнулся мне:

— Не забудь про день рождения Клэр в пятницу.

— Черт, — выругался я.

— Ты забыл.

— Извини, парень. Я пообещал Мии и Элайдже, что буду тусоваться с ними, но объясню, что забыл о дне рождения Клэр и встречусь с ними в другой вечер.

Джон наклонился вперед.

— Неужели между вами троими действительно нет неловкости?

— Я же говорил, что нет, — сказал я. — Мы друзья.

— Ага, конечно. Но давай не будем забывать, что Мия появилась у тебя несколько месяцев назад почти без одежды, пытаясь соблазнить. А потом, когда ты ей отказал, она начала встречаться с твоим хорошим другом Элайджей. И ты говоришь мне, что вы трое тусуетесь, как одна большая счастливая семья, без всякой неловкости вообще.

Я пожал плечами.

— Может, немного и было в самом начале, но не сейчас. Я искренне рад за Мию, понимаешь? После тебя она моя лучшая подруга. Элайджа — отличный парень, и совершенно очевидно, что они любят друг друга.

— Ты не думаешь, что Элайджа стал для нее спасением после того, как ты сказал ей, что вы будете только друзьями?

— Нет, — ответил я. — Я работаю с Мией уже больше трех лет, и она может показаться тихой и немного застенчивой, но она знает, чего хочет. Может, она думала, что влюблена в меня, но то, как она смотрит на Элайджу? Боже, она никогда на меня так не смотрела.

— Ясно. — Джон закрыл меню. — Так ты когда-нибудь пригласишь Наталью на свидание или как?

— Я приглашал, — напомнил я ему. — Она мне категорически отказала.

— И все же, — Джон оглядел закусочную, — мы здесь.

Я проигнорировал его, ритм моего сердца утроился, когда дверь, ведущая в кухню, распахнулась и Наталья вышла. Ее светлые волосы собраны в конский хвост, она не накрашена, и на фоне формы цвета лосося ее светлая кожа выглядела до такой степени бледной, что если бы был на дежурстве, я бы попросил проверить ее жизненные показатели, просто чтобы убедиться, что она не упадет в обморок при виде меня.

Наталья казалась немного уставшей и не в духе, и, несмотря на прочные, практичные и совсем не сексуальные кроссовки, которые носила, она немного хромала.

— Она сегодня выглядит усталой, — заметил Джон.

Я сердито посмотрел на него.

— Завязывай. Она много работает. Тяжело быть матерью-одиночкой.

Джон задумчиво посмотрел на меня.

— Господи, ты и вправду запал на нее.

Я ничего не ответил. Одернул футболку, разгладил ее и провел рукой по подбородку. Черт, стоило сегодня побриться. Наталья из тех женщин, которым нравятся чисто выбритые мужчины.

Ее пристальный взгляд остановился на нас, и мой желудок сжался от выражения, которое появилось на ее лице. Одна часть раздражения, одна часть смирения, и одна часть «не доставай меня сегодня». Она натянуто улыбнулась и направилась к нашей кабинке.

— Черт, она выглядит взбешенной, — проговорил Джон.

Мне хотелось возразить, но не было смысла. Она действительна пребывала в бешенстве.

Наталья Диксон, официантка, мать-одиночка и женщина, в которую я безумно влюбился, ненавидела меня до глубины души.

— Привет, что я могу принести для вас сегодня? — Улыбка Натальи «давай просто покончим с этим» была твердо на месте.

— Привет, Наталья, как дела? — поздоровался Джон.

Ее улыбка из ледяной стала теплой.

— Хорошо, Джон. — А у тебя?

— Хорошо, спасибо. Я возьму воду и салат от шеф-повара, пожалуйста.

— Конечно. — Ее улыбка снова превратилась в арктический взрыв, когда она посмотрела на меня. — Что я могу тебе предложить?

Она никогда не произносила моего имени. Ни разу. До нее никогда не думал, что буду мечтать о женщине, произносящей мое имя. Я хотел, чтобы она сказала его, и не только тогда, когда я оказался бы между ее несомненно гладких, как шелк, бедер. Конечно, услышать, как она стонет, чертовски неправдоподобно, но в этот момент я просто хотел, чтобы она произнесла мое имя своим обычным голосом.

— Привет, Наталья. Ты сегодня прекрасно выглядишь.

Ее улыбка стала еще шире, и я чуть не ударил себя ногой. Я хотел, чтобы это был честный комплимент, но она знала мою репутацию так же, как и все остальные в этом городе. Она не воспринимала меня всерьез, и я не мог винить ее за это.

Я знал, кто такая Наталья, мы оба выросли в этом городе, и невозможно не иметь представления о том, что она за человек. Но в старших классах мы вращались в разных кругах. Я был немного ботаником в старшей школе, президентом проклятого шахматного клуба и тому подобного дерьма, а Наталья была болельщицей, которая встречалась с квотербеком Эваном Филаном.

После окончания школы Наталья переехала с Эваном в Веллинг. Почти четыре года спустя она вернулась домой с ребенком на руках и без малейших признаков Эвана.

Я сильно изменился, пока она отсутствовала. Мое прежне высокое и неуклюжее тело возмужало, и старое семейное очарование Эндрюсов, передающееся из поколения в поколение, досталось и мне. С детства я наблюдал, как мой отец очаровывал почти каждую женщину, которую он встречал, и как оказалось, я могу делать это не хуже.

До меня дошли слухи, что однажды Наталья пришла домой с работы и застала Эвана в постели с другой женщиной, после чего она немедленно собрала свои вещи и ребенка и вернулась домой. Я знал, что она нашла работу в закусочной, но никогда там не ел. Но однажды почти шесть месяцев назад, после долгой смены и слишком голодный, чтобы ехать дальше, я заехал в закусочную, чтобы перекусить.

Один взгляд на Наталью, на ее темно-карие глаза, обрамленные невероятно длинными ресницами, на ее стройное, но крепкое тело — и всё. Я пропал.

Я возвращался в закусочную почти каждый день следующие две недели, флиртуя и постоянно приставая к ней, несмотря на ее очевидное отсутствие интереса ко мне. Никак не мог смириться с мыслью, что мое обычное обаяние не приведет меня в ее постель.

Мое высокомерие заставило меня поверить, что она находит меня таким же привлекательным, как и любая другая женщина, – просто лучше это скрывает. Так что, когда я пригласил ее на свидание, после двух недель в лучшем случае вялого ответа на мой флирт, а она отказала мне наотрез... ну, я был ошеломлен.

— Спасибо. Что бы ты хотел? — Наталья бросила на меня нетерпеливый взгляд.

Тебя. Подо мной. Стонущей мое имя. Кончающей на мой член.

Пот выступил у меня на лбу, а член уперся в джинсы. Я закрыл меню и сказал:

— Воду, пожалуйста, и я возьму мясной рулет и салат. Спасибо.

— Сейчас принесу. — Она забрала наши меню, и я смотрел, как ее упругая задница покачивается в этой ужасной униформе, когда Наталья идет к стойке.

— Ну, если она не плюнет в еду, считай, что тебе повезло, — сказал Джон.

— Хватит уже, — ответил я, все еще наблюдая за задницей Натальи. — Она не станет плевать мне в еду. Я был мил с ней и даже не флиртовал.

— Ты просто не можешь не флиртовать, — подначил Джон.

Я снова повернулся к нему.

— Не могу выбросить ее из головы, Джон.

Он бросил на меня сочувственный взгляд.

— Ты должен перестать ходить в закусочную, Мэтти. Она никогда не влюбится в тебя, а ты только мучаешь себя.

— Не могу, — возразил я. — Мысль о том, что я не увижу ее...

Джон слегка нахмурился.

— Черт, Мэтт, ты действительно влюблен в нее. Слушай, не пойми меня неправильно, но, может быть, тебе нужно пойти в клуб и найти кого-нибудь, кто отвлечет тебя от мыслей о Наталье.

Под «клубом» Джон подразумевал «Сапфир». «Сапфир» был секс-клубом в городе Веллинг, примерно в часе езды от нашего маленького городка. В прошлом мы с Джоном много раз ходили в «Сапфир», я — потому что хотел потрахаться без обязательств, а Джон — потому что у него были определенные вкусы в постели. К счастью для моего лучшего друга, его подруга, Клэр, разделяла те же самые пристрастия.

— Я не заходил в клуб больше года, — сказал я. — Черт возьми, у меня не было секса уже семь месяцев.

Челюсть Джона чуть не упала на стол.

— Ты, черт возьми, шутишь надо мной.

— Нет, — сказал я, когда мой взгляд вернулся к Наталье. — Не шучу.

— Мэтти, посмотри на меня.

Я оторвал взгляд от Натальи и посмотрел на Джона.

— Что?

— Ты влюблен в Наталью?

Я не ответил, и Джон издал низкий стон.

— Мэтт, какого черта, чувак?

— Что? — Я бросил на него предостерегающий взгляд. — Мне кроме нее никто не нужен.

— Да, но... ты ей не нравишься. Вообще. На самом деле, она вроде как ненавидит тебя.

Я вздрогнул, и Джон сжал мое плечо.

— Черт, извини, глупо с моей стороны так говорить, но я ненавижу саму мысль о том, что ты мечтаешь о женщине, которая никогда не даст тебе даже шанса.

— Может быть, — я не терял надежду. — Если я смогу показать ей, что изменился.

— Как ты собираешься это сделать, если она даже не хочет с тобой разговаривать? — удивился Джон.

— Что-нибудь придумаю, — пообещал я. — Я должен это сделать.

***

— Мэтти, ты в порядке? — Мия бросила на меня обеспокоенный взгляд, когда я ехал по улице.

— Я в порядке, — успокоил я. — Перестань волноваться, Мия.

— Ты весь день молчишь.

Пожал плечами. Пообедав с Джоном, я отправился в спортзал, чтобы немного потренироваться. Когда Мия написала мне, чтобы узнать, не хочу ли я выпить кофе, быстро согласился и встретился с ней в кофейне «Чашки» на главной улице.

— Ты ведь знаешь, что можешь рассказать мне все, что угодно? — сказала Мия.

— Знаю. Я в порядке, Мия. Может быть, немного устал.

— Ладно. — Она мне не поверила, но я был благодарен, когда она не стала настаивать. — Знаешь, я могла бы позвонить Элайдже и попросить подвезти меня домой. Когда высадил меня, он сказал, что сможет забрать, когда мы закончим.

— Я не против.

— Дом Элайджи на другом конце города, — заметила она.

Я взглянул на нее, прежде чем свернуть налево в переулок.

— Ты счастлива, живя с ним?

На ее лице появилась мягкая улыбка.

— Да. Действительно счастлива. Он хороший человек. Знаю, что мой переезд к нему кажется быстрым, но с нашим рабочим графиком, это самый простой способ для нас, чтобы видеться чаще. Ну, ты понимаешь?

— Прошло почти восемь месяцев, — проговорил я. — Мне это не кажется быстрым.

Мия рассмеялась.

— Странно слышать это от тебя.

— Что ты хочешь этим сказать?

— То, что ты самый боящийся обязательств парень в городе, Мэтти. Я знаю, что в последнее время ты без ума от Натальи, но все же... в тот день, когда ты переедешь к женщине, в аду начнут раздавать коньки.

Я ничего не ответил. Обычно нежное поддразнивание Мии меня нисколько не беспокоило, черт возьми, я бы кивал и смеялся вместе с ней по этому поводу. Но что-то внутри меня — что-то сейсмическое по размерам — изменилось за последние шесть месяцев, и теперь ее поддразнивание жгло, как раскалённая лава.

Как всегда, Мия почувствовала его настроение.

— Мэтти? Я задела твои чувства? Извини.

— Нет, все в порядке, — сказал я, глядя в лобовое стекло. — Тебе не за что извиняться. Я просто... какого черта?

Ударил по тормозам, заставляя оба наших ремня безопасности натянуться.

— Что случилось?

— Ты это видела?

— Что видела? — Мия оглядела пустую улицу.

— По тротуару бежал ребенок.

— Я ничего не вижу, — проговорила Мия, когда я остановился и припарковался. — Мэтт, улица пуста.

— Она побежала по той аллее, я думаю... — не дожидаясь ответа Мии, я заглушил двигатель и выскользнул из своего грузовика. Захлопнул дверь и застегнул куртку, прежде чем побежать в переулок. Мои ботинки хрустели на твердом снегу, и я мог видеть свое дыхание.

Хотя за последний день погода немного потеплела, была еще середина зимы, и похоже, что малышка не надела куртку. Я повернул направо по переулку, осматриваясь по сторонам, пока медленно шел мимо мусорных баков.

— Эй? — позвал я. — Эй, малышка? Ты здесь?

Мне бросилось в глаза что—то розовое, и я побежал вперед. Маленькая девочка, ей было не больше двух-трех лет, пряталась за последним мусорным баком в переулке. Она была одета в розовую футболку и джинсы, а ее светлые волосы заплетены в две аккуратные косы. Щеки и нос были ярко-красными от холода, и я мог видеть, как ее крошечное тело дрожало.

— Привет, милая. — Я присел на корточки и улыбнулся ей, когда она сделала шаг назад. — Как тебя зовут, детка?

Она молча смотрела на меня, и я подошел ближе.

— Меня зовут Мэтт. А тебя?

— Холодно. — Она обхватила себя тонкими ручками, а по щекам потекли слезы. — Холодно, Мэтт.

— Я знаю, детка. — Встал и медленно двинулся вперед. Когда она не отодвинулась, я опустился перед ней на колени и быстро снял куртку. Я обернул ее вокруг крошечного тела, прежде чем поднять девочку.

— Не плачь, милая, — сказал я. — Все в порядке. А где твоя мама?

— Мама лаботает, — сказала она.

— Она здесь работает? — спросил я, когда нес ее обратно по аллее.

Она пожала плечами и уткнулась холодным лицом мне в шею. Я погладил ее по спине через куртку. Мне нужно отнести ее в грузовик и отогреть.

— Не засыпай, малышка.

— Я не малышка! — Она подняла голову и бросила на меня возмущенный взгляд. — Я уже большая девочка.

Я улыбнулся ей. Она была далеко не большой, на самом деле, она могла бы быть самым крошечным чертовым ребенком, которого я когда-либо видел.

— Ладно, милая. Не засыпай ради меня, ладно?

— Холошо, — ответила она.

Я вытер слезы с ее щек, прежде чем они успели замерзнуть на коже. Насколько мог судить, ее нахальное поведение и дрожь были хорошим знаком. Если бы переохладилась, она стала бы сонной и совсем не дрожала.

— Как тебя зовут, милая? — повторил я. — Не могла бы ты сказать мне свое имя?..

— Мэтт? Нашел там... святое дерьмо.

— Мия! — Воскликнула маленькая девочка у меня на руках.

Я моргнул, уставившись на Мию, когда она присоединилась к нам.

— Ты ее знаешь?

— О боже, — проговорила Мия. — Фиби? Малышка, что ты здесь делаешь?

— Я не малышка! — возмутилась Фиби.

— Знаю, — сказала Мия. Она протянула руки, и Фиби покачала головой.

— Нет, я останусь с Мэттом. — Она поцеловала меня в щеку и положила голову мне на плечо. — Холодно, Мэтт.

— Так и есть. Мы тебя согреем. Мия, откуда ты ее знаешь?

Мия уставилась на меня широко раскрытыми глазами.

— Она дочь Натальи Диксон.

Глава 2

Наталья

— Это было вкусно. Спасибо тебе, дорогуша.

Я улыбнулась Марте.

— Рада, что вам понравилось. Не говорите об этом повару Стэнли, но ваш пирог гораздо вкуснее.

— О, я знаю, — проговорила Марта со смехом. — Он никогда в этом не признается, но уже много лет пытается заполучить мой рецепт яблочного пирога.

Я улыбнулась, прежде чем взять ее карточку и пропустить через терминал. Она оставила мне приличные чаевые за чашку кофе и кусок пирога, и я благодарно улыбнулась бабушке Мии.

— Спасибо, Марта.

— Ты придешь в наш клуб по вязанию в эти выходные?

Пару месяцев назад Мия организовала клуб вязания. Она уговорила свою бабушку стать нашей учительницей, и теперь почти каждую неделю мы собирались в доме Марты, чтобы — как любила говорить лучшая подруга Мии Изабель – повязать и поболтать.

— Думаю, что да. Если вы не возражаете, я возьму с собой Фиби.

— Конечно, нет. Я люблю, когда в доме снова появляется малыш. Напоминает мне о том времени, когда Мия и Вайят были детьми. Я действительно люблю малышей. — В улыбке Марты промелькнула ностальгия. — О, ты слышала, что Мэгги открыла собственную юридическую фирму?

Я кивнула.

— Да, на днях мы пили кофе в ее новом офисе.

Новым офисом Мэгги стала свободная комната в доме Вайята, но я была до смешного взволнована за свою подругу. Пытаясь спастись от сумасшедшей преследовательницы, Мэгги переехала в наш маленький городок около двух месяцев назад. Мы подружились, когда она начала работать в закусочной, скрывая свое прошлое и тот факт, что она адвокат.

После того, как внук Марты, заместитель местного шерифа Вайят Рейнольдс, помог посадить преследовательницу Мэгги в тюрьму, они начали официально встречаться, и она переехала к нему. Я не удивилась, когда месяц спустя она уволилась из закусочной и открыла собственную юридическую фирму.

— Я так горжусь Мэгги, — проговорила Марта. — Она сказала мне, что у нее уже есть два клиента. Знала, что это не займет много времени. Борис совершенно бесполезен и был таким все последние десять лет.

Под Борисом она подразумевала Бориса Галтуэйта. В свои семьдесят пять он был единственным адвокатом в нашем маленьком городке за последние двадцать пять лет. Полгода назад я, наконец—то, наскребла достаточно денег, чтобы записаться к нему на прием.

Я еле сводила концы с концами и отчаянно нуждалась в помощи от отца Фиби, хотела, чтобы он снова начал платить алименты. Я сильно расстроилась, когда, узнав, что Эван переехал из штата, Борис сообщил мне, что взыскание алиментов — это проигрышная битва и не стоит даже начинать.

Но потом Мэгги переехала в город, и теперь я стала одним из двух ее клиентов, и она преследовала отца-бездельника моего ребенка, чтобы получить алименты со всей праведной яростью ангела-мстителя.

— Нат! — Ронда, хозяйка закусочной, стояла за стойкой. — Твоя смена закончилась, милая. Отмечай время ухода и иди домой.

Я улыбнулась и кивнула. Ронда — хороший начальник, но она не из тех, кто платит сверхурочные, даже за пару минут.

— Увидимся в воскресенье, — сказал я Марте, прежде чем направиться к задней двери. Наша комната для персонала на самом деле не была комнатой вообще, просто узкий коридор с маленькими шкафчиками, привинченными к стене рядом с полкой, на которой хранились наши карточки для записи времени работы. Я отметила время, затем открыла свой шкафчик и переложила чаевые из кармана фартука в бумажник, прежде чем повесить фартук в шкафчик. У меня висело маленькое магнитное зеркало на внутренней стороне моего шкафчика, и я поморщилась, когда увидела свое отражение.

Я плохо спала прошлой ночью, и мое лицо было бледным с темными кругами под глазами. Опаздывая сегодня утром, я даже не успела нанести свой обычный легкий слой макияжа. Не то чтобы это имело значение, нет никого, для кого я старалась бы выглядеть хорошо.

«Как насчет Мэтта».

Я усмехнулась вслух. Мэтт Эндрюс — бабник и последний парень, на которого я обратила бы внимание.

«Лгунья. Ты думаешь, что он горячий. Признай это, девочка».

Ладно, может быть, я действительно думала, что он сексуальный, и, возможно, провела больше ночей, чем хотела признать, мастурбируя и фантазируя о худом обнаженном теле Мэтта в своей постели, но это не более чем фантазия.

Если и когда я решу, что пришло время найти парня, то это будет кто-то милый, искренний и надежный. Кто-то, кто любит детей и может стать отцом для Фиби.

Мэтт Эндрюс не подходил под это определение.

«Ты не знаешь этого наверняка».

Черт возьми, не знаю. Но я в курсе репутации Мэтта, как и все остальные дамы в нашем маленьком городке. Признаюсь, я пребывала в шоке, когда он впервые вошел в закусочную и я поняла, кто он такой. В последний раз, когда его видела, он был худым, его темные волосы были подстрижены короче, чем сейчас, и он был... ну… ботаник, который проводил больше времени, уставившись на шахматную доску, чем на женщин.

Сейчас? Теперь он настоящий красавчик, его худое тело наполнено невероятным количеством мышц, а эти темные волосы постоянно нуждались в стрижке, и игривая улыбка на губах оставалась неизменной.

Он стал парамедиком, и, возможно, есть что-то изначально привлекательное в мужчине, который мог буквально спасти твою жизнь, если понадобится, но я не могла избавиться от своего влечения к нему.

Глупо, бессмысленно и чертовски неприятно. Мэтт не из тех, кто остепеняется, а постоянство — именно то, что я искала в мужчинах. Если я вообще думала обо отношениях.

«Девочка, нет ничего плохого в том, чтобы немного повеселиться. Ты заведена сильнее, чем пружина часов. Тебе нужно выпустить немного пара, и Мэтт Эндрюс — именно тот парень, который поможет тебе это сделать».

Натянула куртку и захлопнула шкафчик. Я не хотела быть еще одной зарубкой на столбике кровати Мэтта.

«Уверена?»

Нет. Но я не могу так. Моя главная забота — это Фиби, чтобы ей было тепло, имелась крыша над головой и еда в животе. Пребывание в постели Мэтта Эндрюса могло дать мне кратковременную передышку от моих проблем, но, в конце концов, это не помогло бы мне заработать достаточно денег, чтобы сохранить отопление в моей квартире.

Я поковыляла через закусочную. Марта все еще сидела за своим столом, набирая сообщение на сотовом телефоне, и я коротко помахала ей рукой, направляясь к входной двери. Я забирала Фиби из детского сада, покупала что-нибудь дешевое в супермаркете на ужин и шла домой. Если мне действительно повезет, они еще не отключили отопление, хотя я снова просрочила ежемесячные платежи. У меня были деньги, чтобы заплатить в пятницу, но...

— Нат?

Мия открыла входную дверь закусочной, впустив в нее поток холодного воздуха, и я застегнула куртку.

— Привет, Мия. Как дела?

— Эм, хорошо. — Лицо Мии выглядело бледным, и она нервно кусала нижнюю губу.

— Что случилось? — спросила я.

— Ты закончила работу на сегодня?

— Да. Я как раз собиралась забрать Фиби из детского сада. Что случилось? С Элайджей все в порядке?

— Он в порядке, — заверила Мия. — Это, гм, насчет Фиби.

Страх выплеснулся в мой желудок, как горькая кислота.

— Она ранена?

Мия не была одета в униформу парамедика, но моя немедленная паника мешала мне ясно мыслить.

— В детском саду произошел несчастный случай?

— Нет. Нет, милая, с ней все в порядке. Она не пострадала. Мы... мы нашли ее бегущей по улице без куртки.

— Что? — Дыхание вырвалось из меня с резким выдохом, когда я схватила за руку Мии. — Где она? Где моя дочь, Мия?

— Она у нас. Она снаружи с нами...

Я протиснулась мимо Мии, не обращая внимания на удивленные взгляды посетителей, рывком открыла дверь и выбежала на улицу.

Во рту у меня пересохло, сердце трепетало в груди, как пойманная птица, и я смотрела широко раскрытыми глазами на мужчину, держащего мою дочь на руках.

Мэтт Эндрюс.

Фиби, закутанная в его куртку, из которой торчала только ее крошечная головка, поцеловала его в щеку, прежде чем улыбнуться мне.

— Пливет, мама!

— Фиби! — Я подбежала к ним, затормозив на скользком снегу, и попыталась забрать Фиби из рук Мэтта.

— Мама, нет! — Маленькие ручки Фиби высунулись из-под его куртки, и она обвила ими толстую шею Мэтта, цепляясь за него изо всех сил. — Я остаюсь с Мэтти.

— Фиби, Фиби, иди к маме, сейчас же, — строго проговорила я.

— Нет! — Она сердито посмотрела на меня. — Мэтти делжит меня.

— Малышка, не надо...

— Я не малышка! — возмутилась Фиби.

Я уставилась на нее в молчаливом шоке. Фиби обычно была спокойным ребенком, не склонным к вспышкам гнева, и до этого момента я всегда оставалась для нее номером один. Хотя она не застенчива, но предпочитала быть со мной, а не с кем-то еще, и с отсутствием отца в ее жизни, она часто немного настороженно относилась к мужчинам.

Ее привязанность к Мэтту совершенно для нее не характерна, и это заставило новый страх затопить мою нервную систему. Может, она ударилась головой? Может, она упала на лед и получила сотрясение мозга?

— Фиби, пожалуйста, иди ко мне, — мой голос дрогнул.

— Фиби, милая, твоя мама хочет обнять тебя, — сказал Мэтт. Он попытался передать мне Фиби, но та завыла, как баньши, и еще крепче прижалась к нему, сжав маленькими белыми ручками его загорелую шею.

— Нет, мама! Я останусь с Мэттом!

Отчаянно желая быть с дочерью, я сделала единственное, что пришло мне в голову. Шагнула вперед, прижимаясь всем телом к Мэтту, и обхватила ладонями нежную голову Фиби.

— Ладно, милая. Хорошо.

Мэтт свободной рукой обхватил мою талию, и я не возражала, когда он крепко прижал меня к себе. Наклонилась лбом к Фиби и вдохнула ее сладкий аромат.

— О, милая. С тобой все в порядке?

— Да. — Фиби поцеловала меня в нос и хихикнула. — Я пошла плогуляться, мама. Было так холодно.

Просунула руку под куртку Мэтта и нащупала крошечное тельце Фиби. Она казалась очень теплой, и моя паника немного улеглась. Я уставилась на Мэтта.

— Она...

— С ней все в порядке, — успокоил Мэтт. — Она не успела переохладиться и согрелась в моей машине.

— Как вы ее нашли?

— Мэтт вез меня домой к Элайдже и увидел, как она бежит по улице. — К нам присоединилась Мия.

Я сморгнула навернувшиеся на глаза слезы.

— Спасибо.

Мэтт кивнул, и мне потребовалось все мое мужество, чтобы не прислониться к нему и не уткнуться лицом в его грудь. Мое тело тряслось, и хотя знала, что с Фиби все в порядке, я не могла перестать прикасаться к ней.

Она поморщилась и оттолкнула мою руку.

— Мама, у тебя холодная рука.

— Прости, горошинка. Милая, почему ты ушла из детского сада?

Фиби нахмурилась.

— Дженна злая. Она сказала, что мне надо поспать. Я не сплю, мама. Я уже большая девочка.

Я не знала, смеяться мне или плакать. Но прежде чем успела сделать хоть что-то, зазвонил мой сотовый. Все еще держа Мэтта за руку, я вытащила телефон из сумочки и уставилась на номер.

— Это из детского сада, — объяснила я. Хотела разозлиться, черт возьми, мне нужно разозлиться, но чувствовала лишь глубокую усталость. Коротко ответила на звонок: — Что-то потеряла, Дженна?

Когда хозяйка детского сада начала шипеть и фыркать, я сказала:

— К счастью для вас, ее нашли прежде, чем она успела замерзнуть до смерти. Меня не интересуют ни ваши оправдания, ни ваши объяснения. На самом деле, в данный момент я вообще не заинтересована в разговоре с вами. Я позвоню завтра, когда не буду близка к тому, чтобы позвонить в полицию и заявить о том, что вы подвергаете опасности ребенка.

Я закончила разговор и сунула телефон обратно в сумочку. Мэтт почти успокаивающе поглаживал мое бедро, и я уставилась на него, когда он сказал:

— Ты должна позвонить в полицию, Наталья.

— Да, конечно, — согласилась я. – Просто... мне нужно немного успокоиться.

— Нат, ты удивительно спокойна, учитывая все, что произошло, — проговорила Мия.

— Привет, все в порядке? — Бойфренд Мии, Элайджа, присоединился к нам, и глаза Фиби расширились, когда она уставилась на его большое тело.

— Мама, большой человек.

— Да, — сказала я, когда Мия обняла Элайджу за талию.

— Теперь все хорошо. Спасибо, что приехал за мной. — Мия погладила Фиби по мягкой щеке. — Не расстраивай свою маму, Фиби. Хорошо?

— Холошо, — сказала Фиби. — Пока, Мия.

— Пока, Фиби, — сказала Мия, сжимая мою руку. — Хочешь, я останусь с тобой на ночь?

— Нет, все в порядке. Большое спасибо, Мия, — сказала я.

— Я ничего не сделала, — проговорила Мия, взглянув на Мэтта. — Это все Мэтти.

— Привет, у нас тут вечеринка? — Марта вышла из закусочной, и Фиби тихонько взвизгнула от счастья.

— Пливет, Нана!

— Привет, сладкая моя. Это очень большая куртка для такой крошки как ты.

— Это пальто Мэтти, — сообщила ей Фиби. — Я пошла погулять, и было холодно.

— Погулять? — переспросила Марта.

Она вопросительно посмотрела на нас, и внезапно я почувствовала себя слишком уставшей и взволнованной, чтобы объяснять, и была благодарна, когда Миа сказала:

— Фиби ушла из детского сада, и они ничего не заметили. Мы с Мэттом ехали, и Мэтт увидел ее на тротуаре.

— О боже мой! — Обычно веселое лицо Марты помрачнело. — Ох, милая, ты, должно быть, так испугалась.

— Не испугалась, — сказала Фиби. — Плосто холодно.

Марта погладила меня по спине.

— Ты в порядке, дорогая?

Я кивнула, мое горло горело, а ресницы были мокрыми от непролитых слез.

— Ты завтра работаешь? — спросила Марта.

Я снова кивнула, и она сказала:

— Почему бы тебе не привести Фиби ко мне завтра? Я побуду с ней весь день.

Теперь слезы все-таки потекли, и я громко шмыгнула носом, когда Марта решительно вытерла их с моего лица.

— Оставь это на потом, когда малышка не будет смотреть. Во сколько ты начинаешь работу в закусочной?

— В девять, — ответила я.

— Идеально. Значит, увидимся с тобой и Фиби в восемь тридцать?

— Я... вы уверены? — прошептала я. Мне нужно заткнуться. Я не могла отвести Фиби в детский сад, но и не могла пропустить ни одного рабочего дня. То, что предлагала Марта, было спасательным кругом, и я буду идиоткой, если брошу его обратно.

— Уверена. Фиби, моя сладкая крошка, завтра ты проведешь день с Наной. Что ты об этом думаешь?

— Можно мне печенье? — спросила Фиби.

Марта рассмеялась.

— Ты можешь съесть два печенья после обеда. Договорились?

— Холошо, — согласилась Фиби. Она положила голову на плечи Мэтта. — У меня есть два печенья, Мэтти.

— Я слышал, — сказал он.

— Увидимся завтра, — сказала Марта. — Мия и Элайджа, проводите меня до машины.

Мия кивнула, и Марта положила руку на сгиб локтя Элайджи.

Все трое ушли, и я заставила себя улыбнуться Фиби.

— Ладно, горошинка. Пора попрощаться с мистером Эндрюсом. Он должен вернуться домой.

Она надулась на меня.

— Я хочу остаться с Мэтти, мама.

— Ты сможешь увидеться с ним позже, — заверила я.

Я поняла, что все еще прижимаюсь к Мэтту, и густой жар залил мои щеки. Оттолкнулась от него, он на мгновение сжал руку на моем бедре, прежде чем отпустить меня, и я протянула руки к Фиби.

— Ну же, Фиби. Мама устала, и нам пора домой.

Ее надутые губы стали еще больше, но она кивнула.

— Холошо.

Мэтт подвинул ее к себе.

— Я провожу вас до машины. Мы должны держать ее завернутой, пока ваша машина не прогреется.

— Ладно, — согласилась я. — В этом есть смысл.

Он последовал за мной к моей машине, держа Фиби, пока я усаживалась за руль, оставив дверь приоткрытой. Повернула ключ, внутренне застонав, когда машина издала несколько хриплых чихов, пытаясь завестись. В последнее время он вела себя странно, и я выжала газ, надеясь вопреки всему, что это не тот момент, когда она решила умереть полностью.

Двигатель проигнорировал мою молчаливую мольбу и отказался заводиться.

Отлично.

Идеальная вишенка к моему дерьмовому мороженому.

— Ты что-нибудь понимаешь в машинах? — спросила я Мэтта.

Он покачал головой.

— Я могу запустить аккумулятор, поменять колесо и масло. Вот и все.

— Да, и я тоже, — тяжело вздохнула я. Мне хотелось плакать, о боже, как же мне хотелось плакать, но я сдержала слезы. Плач только расстроил бы Фиби. Я вылезла из машины и захлопнула дверцу чуть сильнее, чем это необходимо.

— Ладно, позвоню Мэгги и спрошу, не подвезет ли она нас с Фиби домой. Я отведу ее в закусочную, так что тебе не придется ждать.

— Я отвезу вас домой, — сказал он.

Я отрицательно покачала головой.

— Ты и так уже достаточно сделал для нас сегодня. Я не могу просить тебя об этом...

— Я не против. Фиби, ты хочешь снова прокатиться на моем грузовике?

— Да! — обрадовалась Фиби.

— Отлично. Но, — Мэтт улыбнулся ей, — ты должна пойти к своей маме, чтобы я мог взять твое автокресло. Ладно?

Фиби кивнула, и Мэтт передал ее мне. Я обняла крошечное тельце, все еще завернутое в его куртку, и несколько раз поцеловала в щеки, пока она хихикала.

— У тебя холодные губы, мама.

Я снова поцеловала ее и последовала за Мэттом, который нес автокресло к своему пикапу.

Глава 3

Мэтт

Наталья жила в одном из худших трейлерных парков города. Я старался не показывать отвращения на своем лице, когда припарковался перед ее трейлером. Сайдинг начал отслаиваться, большая часть черепицы на крыше скручивалась, и я мог видеть длинную трещину, идущую вдоль большого окна.

— Спасибо, что подвезли, мистер Эндрюс, — сказала Наталья. Ее лицо было тускло-красного цвета, и она старалась не встречаться со мной взглядом.

— Отнесу автокресло в дом, — сказал я.

— Нет, нет, ты не должен этого делать...

Я уже вылез из машины и отстегивал Фиби от сиденья. Снова укутал ее в свою куртку. До трейлера совсем недалеко, но я не хотел, чтобы она снова замерзла. Фиби одарила меня широкой улыбкой, прежде чем обнять меня за шею и поцеловать в подбородок.

— Пливет, Мэтти.

— Привет, Фиби.

– Фиби, милая, иди к маме. — Наталья стояла рядом со мной, и я вдыхал ее запах — смесь жира и несвежей еды из закусочной, который совсем не казался сексуальным, но все же заставлял меня хотеть схватить ее и отнести на ближайшую кровать.

— Я хочу, чтобы меня нес Мэтти.

— Я понесу твое автокресло, милая, — сказал я, прежде чем передать ее Наталье. — Оно слишком тяжелое для твоей мамы.

— Эмм, — сказала Фиби. — Мама сильная. Да, мам?

— Конечно, милая, — не стала спорить Наталья.

Сейчас она не выглядела сильной. Наталья выглядела усталой, измученной и на грани слез. Моя неуместная похоть умерла и сменилась желанием ее утешить. Крепко обнять и заверить, что все будет хорошо и что с Фиби все в порядке.

Вместо этого я последовал за ней к трейлеру, держа в одной руке автокресло, а другую вытянув перед собой, чтобы предотвратить падение Натальи, если она поскользнется на покрытом льдом тротуаре.

— Он твой или снимаешь? — спросил я, когда она отперла входную дверь.

— Снимаю, — сказала она.

Я последовал за ней в трейлер. Он выглядела потрепанным, но безупречно чистым, и Наталья нервно улыбнулась мне, когда я опустил автомобильное сиденье.

— Ладно, еще раз спасибо. Не могу выразить, как я тебе благодарна...

— Почему я вижу твое дыхание?

Она покраснела и еще крепче прижала к себе Фиби.

— О, я, э-э, поддерживаю низкую температуру днем, когда нас нет дома, чтобы сэкономить деньги.

— Вниз, мама, — попросила Фиби.

Наталья поставила ее на пол, и Фиби сбросила с мою куртку, прежде чем побежать по коридору и исчезнуть в комнате.

Минуту я изучал Наталью, прежде чем подойти к термостату, который заметил на стене. Наталья немедленно встала перед ним, закрывая его от моего взгляда, и я выгнул бровь, глядя на нее.

— Дай мне посмотреть, Наталья.

— Тебе, наверное, лучше уйти. Уже поздно, и мне нужно приготовить Фиби ужин и искупать...

Она тихонько пискнула, когда я обнял ее за тонкую талию и оттащил в сторону. Наглый ход с моей стороны, но я не чувствовал никакой вины за это.

Я уставился на термостат.

— Отопление не включено.

— Разве нет? — нервно спросила она. — Странно. Ладно, еще раз спасибо. Ну, пока.

— У тебя что, отключили отопление? — спросил я.

Она не ответила, но ее щеки стали ярко-красными, как пожарная машина.

— Мама? — Фиби вернулась, держа в руке куклу. — В моей комнате опять холодно. Мне это не нлавится.

— Фиби? — Я присел перед ней на корточки и улыбнулся. — Что ты думаешь о том, что ты и твоя мама переночуете сегодня у меня дома? Там хорошо и тепло, и ты можешь взять свои игрушки. Я приготовлю спагетти на ужин. Ты любишь спагетти?

— Я люблю псжетти! — закричала Фиби.

Я взглянул на Наталью, ожидая увидеть огонь и гнев в ее темно-карих глазах. Вместо этого они оказались полны слез, и она выглядела невероятно грустной. Я встал и, подавив желание заключить ее в объятия, неловко похлопал по плечу.

— Собери кое-какую одежду и что еще нужно. У меня есть свободная спальня, в которой вы с Фиби можете оставаться так долго, как захотите, и я не работаю завтра, поэтому смогу отвезти тебя на работу, а Фиби к Нане. Хорошо?

Ее плечи поникли, и она, выглядя совершенно разбитой, кивнула.

— Да, хорошо. Спасибо.

— Пожалуйста, — я сжал ее плечо. — Все будет хорошо, Наталья.

***

— Мэтти! — В кухню вбежала Фиби, одетая в пижаму с нарисованными на ней маленькими желтыми утками, с куклой, зажатой под мышкой, и с мокрыми светлыми волосами, прилипшими к голове. — Знаешь что?

Я закрыл посудомоечную машину и улыбнулся ей.

— Что?

— Я покакала! — Она радостно посмотрела на меня, прежде чем обнять за ногу.

— Хорошая работа, Фиби, — похвалил я.

— Спасибо. — Она встала на мою ногу и схватила меня за руку, откинувшись назад и раскачиваясь взад-вперед. — Я покакала, а потом приняла ванну. У тебя очень большая ванна. Мама принимала ванну вместе со мной.

Пот выступил у меня на лбу при мысли об обнаженной Наталье в моей ванне. В гостевой ванной комнате имелся только душ, поэтому я предложил Наталье купать Фиби в хозяйской ванной, пока я убираюсь после ужина.

— Фиби? Горошинка, где ты? — Наталья вошла в кухню, и я залюбовался ее видом.

Одетая в синие леггинсы и длинную серую футболку, раскрасневшаяся после ванны, она собрала свои влажные волосы, точно такого же оттенка, как у Фиби, в пучок на макушке. Мой взгляд упал на ее грудь, и я быстро отвернулся, когда Наталья скрестила руки на груди.

Мне хотелось врезать себе по башке за то, что я подпитываю ее веру в то, что я всего лишь извращенный плейбой, но, черт возьми, когда находился рядом с ней, едва мог ясно мыслить.

— Фиби, перестань беспокоить мистера Эндрюса, пожалуйста, — сказала Наталья.

Фиби хихикнула.

— Его зовут Мэтти, мама.

— Его зовут мистер Эндрюс, — ответила Наталья.

— Она может называть меня Мэтти, я не возражаю, — сказал я. — Она слышала, как Мия называла меня Мэтти, а это ведь проще, чем мистер Эндрюс?

— Ты в самом деле не против такого обращения? — удивилась Наталья.

Как ни странно, я почувствовал, что краснею.

— Да, иногда.

Все еще держа мою руку в своих, Фиби уперлась ступнями мне в голень и взобралась по моей ноге.

— Фиби, — предупредила Наталья. — Он не лиана в джунглях. Перестань лазить по нему, милая.

— Я не против, — повторил я, когда Фиби захихикала и снова спустилась на пол.

— Ты лиана, — сказала она. Отпустила мою руку и стала танцевать по кругу, напевая себе под нос «джангл-джим, джангл-джим».

— Пора спать, дорогая. — Наталья протянула к ней руку, и, к моему удивлению, Фиби снова схватила меня.

— Я хочу, чтобы Мэтти плочитал мне сказку на ночь, мама.

Наталья покачала головой.

— Нет, милая. Он очень занят и...

— Мэтти? — Фиби посмотрела на меня так, что и масло растаяло бы. — Ты почитаешь мне мою сказку?

— Конечно, милая, — ответил, прежде чем Наталья успела снова запротестовать.

— Ула! — Фиби подпрыгнула и встала на обе мои ноги. — Идем, Мэтти.

Я взял ее за руки и направился в гостевую комнату, Фиби хихикала всю дорогу. У меня нет большого опыта общения с детьми, но Фиби так очаровательна, и я бы солгал, если бы сказал, что не нахожу ее восхитительной. Ее счастье и восторг по поводу самых незначительных вещей заставляли меня желать сделать все возможное, чтобы она была счастлива.

— Извини, — тихо сказала Наталья позади меня. — Обычно она не ведет себя так с незнакомцами.

— Все в порядке, — успокоил я, входя в спальню. — Я не против почитать ей сказку.

— Ты должен лечь со мной на кровать, Мэтти. — Фиби спрыгнула с моих ног и подбежала к кровати. — Помоги мне!

Я подтолкнул ее на кровать, и она забралась под одеяло.

— Мама, сегодня вечелом я хочу Алиэль.

Наталья протянула мне детскую книжку из чемодана на полу, и хотя у меня не было детей, я узнал диснеевскую версию «Русалочки».

— Ложись, Мэтти. — Фиби похлопала по кровати, и я лег на спину рядом с ней, крякнув от удивления, когда Фиби придвинулась ближе и положила голову на подушку рядом с моей.

— Не надо сосать палец, милая, — мягко сказала Наталья.

Фиби опустила руку как раз в тот момент, когда ее большой палец медленно скользнул по губам.

— Плости, мама.

— Все в порядке, милая. Ты действительно молодец.

Фиби серьезно посмотрела на меня.

— Только младенцы сосут большие пальцы. Я не малышка, Мэтти.

— Нет, ты уже большая девочка, — подтвердил я, и Фиби одарила меня счастливой улыбкой.

— Почитай Алиэль, — потребовала она, когда Наталья села на край кровати рядом с Фиби. Открывая книгу на первой странице, не мог не думать о том, что столько раз, сколько представлял себе Наталью в постели со мной, я никогда не рисовал себе этот конкретный сценарий.

***

Когда Наталья вошла в гостиную, я сидел на диване и невидящим взглядом смотрел по телевизору хоккейный матч. Она застенчиво одернула рубашку, прежде чем опуститься в кресло рядом с диваном.

— Она уснула? — спросил я.

Наталья кивнула.

— Да. Спасибо, что прочитал ей эту историю. Знаю, ты обычно не так проводишь вечера.

— Мне было весело, — заверил я.

— Верно.

— Нет, правда. — Я улыбнулся ей, невзначай заметив, как чертовски хорошо она пахнет. — Фиби — замечательный ребенок.

На лице Натальи появилась мягкая улыбка.

— Так и есть.

Наступило неловкое молчание, и Наталья посмотрела на экран телевизора.

— Любишь хоккей?

— Да. Мой старик был большим поклонником. Он и меня втянул.

— Вы играли в хоккей? — спросила она.

— Нет, я любил смотреть хоккей, но никогда не был силен в спорте. Мой отец записал меня в несколько спортивных команд в школы, но я больше увлекался чтением и шахматами.

Уголки ее рта поползли вверх.

— Ты же был президентом шахматного клуба в старших классах? Вы, ребята, выиграли что-то вроде регионального чемпионата в выпускном классе, верно?

Я в притворном смятении хлопнул себя ладонью по груди.

— О боже, не напоминай мне о моих прежних славных днях. Ты не присутствовала на турнире, потому что в старших классах была слишком крута для этого, но когда мы выиграли, другие парни в клубе подняли меня и наш трофей в воздух, как будто мы выиграли Кубок Стэнли.

Я почувствовал себя безумно счастливым, когда она засмеялась.

— Твой отец, должно быть, очень гордился тобой.

— Он был слишком занят, пытаясь залезть в трусики миссис Грэнсон, чтобы гордиться этим.

— Миссис... Грэнсон, наша учительница химии? — Наталья посмотрела на меня в шоке.

— Ага.

— Но она и библиотекарь в школе... мистер Грэнсон. Они ведь были женаты?

— Это никогда не останавливало моего отца. — Даже я слышал горечь в своем голосе. — У них был трехмесячный роман в нашем выпускном классе.

— Я понятия не имела, — сказала Наталья.

— Никто не знал. Мой отец положил этому конец, когда она заговорила о том, чтобы уйти от мужа.

— Вау… Это… Я не могу в это поверить.

Я пожал плечами.

— Мой отец спал с половиной матерей наших одноклассников. Дамы любили его.

— Как будто они тебя не любят? — усмехнулась Наталья.

— Может быть, я и кобель, как мой старик, но никогда не спал с замужней женщиной. — Мои слова прозвучали резко, и я сразу почувствовал себя виноватым, когда Наталья поморщилась. — Извини, — пробормотал я.

— Нет, это ты извини, — сказала она. — С моей стороны отвратительно такое говорить парню, который фактически спас жизнь моего ребенка, а затем дал приют на ночь. Я искренне сожалею.

Она неуверенно улыбнулась мне.

— Кстати, еще раз спасибо. Не только за то, что спас Фиби от обморожения, но и за то, что предложил свою свободную комнату на ночь, и за вкусную еду. Имею в виду, что сейчас у меня немного не хватает наличных, но я снова включу отопление, когда получу деньги в пятницу.

— Вы можете оставаться у меня столько, сколько захотите.

Она покраснела.

— Нет, я не собираюсь... то есть я не пыталась просить тебя позволить нам остаться до пятницы. Просто хотела... Я не плохая мать, клянусь.

Нахмурился и выключил телевизор, прежде чем наклониться вперед.

— Я знаю, что это не так, Наталья. Ты потрясающая мама, и совершенно очевидно, как сильно ты любишь своего ребенка. То, что тебе отключили тепло, не делает тебя плохой матерью.

— Разве нет? — Она потерла виски. — Знаю, что еще рано, но это был очень длинный день, и я устала. Если ты не возражаешь, я пойду спать.

— Конечно, — согласился я. — Если тебе что-нибудь понадобится ночью, просто...

Я умолк, погрузившись в молчание. Просто что? Мое желание затащить ее к себе в постель и помочь забыть обо всех бедах, трахая до тех пор, пока она не перестанет соображать, не делало меня джентльменом. На самом деле, это говорило обо мне как о таком же большом бабнике, каким был мой старик.

— Ладно, тогда спокойной ночи. — Наталья встала и неловко улыбнулась мне, прежде чем поспешно выйти из гостиной.

Я мысленно застонал и откинулся на подушки. Господи, я гребаный идиот.

***

Я ворочался с боку на бок больше часа, прежде чем признать свое поражение и встать с постели. Я устал, но как спать, зная, что Наталья в комнате рядом со мной? Сон не придет в ближайшее время.

Выскользнул из спальни и бесшумно прошел мимо комнаты для гостей, прежде чем спуститься по лестнице. Едва успел сойти с лестницы, как услышал ее голос. Раздававшиеся рыдания заставили мою грудь сжаться, и я немедленно пошел в гостиную вместо кухни.

Лунный свет, проникавший в окно, позволял легко разглядеть Наталью. Она сидела на диване, раскачиваясь взад-вперед и закрывая рот руками, чтобы заглушить рыдания. Отчаяние и безысходность на ее лице заставили меня броситься вперед и присоединиться к ней на диване.

Она испуганно ахнула, когда я плюхнулся на диван рядом с ней. Она вытерла слезы с лица.

— Пп-р-рости. Я тебя разбудила?

— Нет, — ответил я. — Ты в порядке?

Я поморщился. Боже, неужели я мог сказать еще что-то глупее?

— Да, я... — Она снова разрыдалась, и я больше не мог этого выносить. Притянул ее в свои объятия и прижал к своей груди, потирая спину, пока она рыдала, как будто ее сердце разрывалось.

— Она... она... она чуть не умерла. Мой ребенок чуть не умер, и это все моя вина, — плакала она, обнимая меня за талию.

— Это не так, — немедленно возразил я. — Милая, это не твоя вина.

— Да, — не согласилась она. — Я з-знаю, что детский сад был не х-хорош, и я все равно отдала ее туда, потому что я-я-я ужасная мать.

— Это не так. — Я обнял ее чуть крепче. — Ты неплохая мама, Нат. — Не говори так.

Она уткнулась разгоряченным лицом мне в грудь и зарыдала еще громче. Не зная, что еще делать, я позволил ей плакать, крепко обнимая и утешая, что, вероятно, ни черта не помогало.

Спустя почти десять минут ее плач начал стихать, и я схватила коробку с салфетками с бокового столика. Она набрала полную горсть и вытерла лицо, прежде чем высморкаться.

— Прости, — прошептала она.

— Все в порядке. Ты не плохая мать, Наталья.

Она смотрела на меня, ее уязвимость и печаль сияли в ней, как маяк.

— Плохая. Я отдала Фиби в плохой детский сад, я едва могу позволить себе кормить ее, я живу в дерьмовом трейлере, и я даже не могу оплатить чертово отопление. В ближайшие дни должно стать еще холоднее, а я не могу позволить себе включить отопление до пятницы. И это только в том случае, если ремонт моей машины не влетит мне в копеечку что, вероятно, так будет, потому что это не машина, а кусок дерьма.

Она сжала руку в кулак и дважды ударила себя по бедру. Когда она замахнулась в третий раз, я схватил ее за руку и нежно сжал.

— Не делай этого, милая.

— Я это заслужила, — сказала она. — Я дерьмовая мать, которая чуть не убила своего ребенка. Если бы не ты, она бы...

Наталья снова была близка к слезам, и я взял ее лицо в ладони, приподнял его, пока она не посмотрела на меня, и наклонился, пока не почувствовал ее теплое дыхание на своих губах.

— Это, — я легко, но намеренно сжал ее подбородок, — не твоя вина, Наталья. Ты меня слышишь? Это полностью вина детского сада, и ты не должна винить себя за это. Это они сделали ошибку, а не ты. Они позволили ей выйти из детского сада на мороз без куртки, а не ты. Они почти час не замечали, что она пропала, а не ты.

Я снова сжал ее подбородок.

— Это не твоя вина, милая.

— Тогда почему мне так кажется? — прошептала она.

— Потому что ты удивительная мать, которая любит свою дочь и легко винит себя. Но я не позволю тебе этого делать. А что касается отопления, то вы с Фиби останетесь со мной, пока не включите его. Произойдет ли это в эту пятницу или через месяц, не имеет значения. Вы останетесь у меня.

– Я... мы не можем остаться, — сказала она. — Не хочу причинять тебе неудобства...

— Это не так, — возразил я. — Дом достаточно велик для всех нас, и поскольку мы оба работаем, вероятно, почти совсем не будем видеться. Тебе нужно починить машину. Сначала почини ее, а потом можешь беспокоиться о том, чтобы снова включить отопление. Ладно?

Она с трудом сглотнула, в ее прекрасных глазах стояли слезы.

— Почему ты ведешь себя так мило?

Я проглотил обиду, которую почувствовал от ее слов. Моя вина, что она считала меня плохим парнем. Тем не менее я не мог не попытаться немного защитить себя.

— Я неплохой парень.

Смущение промелькнуло на ее лице, и мой пульс застучал в висках, когда она обхватила мое предплечье и легонько сжала его.

— Я знаю, что это так. Извини. Я устала, расстроена и плохо соображаю, но знаю, что ты хороший парень, Мэтт.

Так оно и было.

Мое имя слетело с ее идеальных губ, и это прозвучало как гребаная музыка для моих ушей.

Я сжал ее подбородок, когда понял, что она смотрит на мой рот.

— Наталия. — Я хотел сказать это как обычно, но прозвучало как стон. Я мог точно определить момент, когда воздух между нами изменился, стал заряженным чем-то, о чем я никогда не мечтал... желание. Ее губы приоткрылись, и кончики пальцев прошлись по моей руке.

— Мэтт, — прошептала она.

— Я должен идти, — мой голос был хриплым, в нем явно слышалось желание.

Прежде чем успел отстраниться, Наталья наклонилась немного вперед и прижалась своими губами к моим, и я оказался в раю.

Ее мягкие губы дважды коснулись моих, а затем я застонал и обнял ее за талию. Рывком усадил к себе на колени, заставив оседлать меня, а сам запустил руки в ее светлые волосы и держал неподвижно. Наклонился к ее рту, прижимаясь языком к складке губ, пока они не раздвинулись, и она не впустила меня.

Пробовал и дразнил ее своим языком. Ее губы были солеными от высохших слез, и я чувствовал вкус мяты от зубной пасты. Поцеловал ее сильнее, глубже, желая показать, что она моя и всегда будет моей.

Ее язык нежно коснулся моего, и я застонал, прежде чем опустить руки на ее бедра и потереться своим твердым, как камень, членом о ее лоно.

Она ахнула мне в рот, слегка выгнув спину, когда я обхватил ее грудь через футболку. На ней не было лифчика, и я жадно потянул ее сосок через мягкую ткань. Боже, я так сильно хотел ее. Наши поцелуи стали неистовыми и страстными, наши резкие вздохи смешивались, пока мы жадно целовались, не желая останавливаться.

— Ты мне нужен, Мэтт, — простонала она мне в рот и потянулась к поясу моих пижамных штанов.

Это случилось. Наталья хотела трахнуть меня, и я совершенно не против позволить ей взять то, в чем она так страстно нуждалась.

«Мэтти, нет, не делай этого».

Я старался не обращать внимания на свой внутренний голос, когда мял идеальную грудь Натальи и целовал ее идеальный рот, но голос не затыкался, черт возьми.

«Не надо, Мэтти. Она уязвима и расстроена, а утром будет полна сожалений. Она выйдет через эту дверь, и ты никогда больше ее не увидишь. Это то, чего ты хочешь?»

«Она делает это, потому что хочет меня», — возразил я. Она хочет меня.

«Если ты переспишь с ней сегодня, ты будешь именно тем, кем она тебя считает. Похотливый плейбой, который ищет только секса».

Эта мысль лишь немного охладила мою похоть, но этого хватило, чтобы понять, что я не могу спать с Натальей. Только не сегодня.

Я схватил ее за руку, когда она попыталась засунуть ее мне в штаны, и прекратил поцелуй. Она снова попыталась поцеловать меня, но я запустил другую руку ей в волосы и крепко прижал к себе.

— Наталья, подожди. Мы не можем этого сделать, — сказал я.

— Конечно, можем, — выдохнула она. Она потерлась лоном о мой все еще твердый член. — Мы должны это сделать.

— Нет, не сегодня, — сказал я.

Наталья откинулась назад и хмуро посмотрела на меня.

– Ты... ты отказываешь мне? Ты спишь со всеми подряд, Мэтт. Но вдруг я недостаточно хороша для тебя?

Я поморщился и покачал головой.

— Нет, дело не в этом. Это... ты расстроена и уязвима, и если пересплю с тобой прямо сейчас, я воспользуюсь тобой.

— Нет, это не так. Я взрослая и знаю, чего хочу. Мне нужен секс, мне нужно не думать ни о чем. Ты серьезно отказываешься от секса без обязательств? Потому что обещаю, что не буду странно вести себя с тобой утром. Я знаю, чего ты хочешь от женщин, ясно? Я не против этого.

Моя эрекция полностью исчезла от ее слов. Я заслужил свою репутацию, но слушая, как Наталья говорит об этом, чувствовал себя дешевым и никчемным. Поднял ее с колен, взял за руку и поцеловал костяшки пальцев.

— Знаю, ты думаешь, что хочешь этого сегодня, но это не так, Наталья. Утром ты пожалеешь об этом.

— Ты этого не знаешь. Ты совсем меня не знаешь. — Разочарование было написано на ее лице.

— Я знаю тебя достаточно, чтобы понять, что ночь ни к чему не обязывающего секса — это не то, чего ты хочешь. Послушай, если через день или два ты почувствуешь себя лучше и захочешь... может быть, вернуться к тому, что происходит, я абсолютно открыт для этого.

Она вздохнула и оттолкнула меня, прежде чем встать.

— Господи, меня отвергает Мэтт Эндрюс. Может ли этот день стать еще хуже?

— Наталья, это не...

Она подняла руку.

— Нет, не надо... все в порядке, правда. Пойду спать. Уже поздно. Спокойной ночи, Мэтт.

Я откинулся на спинку дивана, наблюдая, как она пересекла комнату и исчезла в коридоре.

Просто чертовски идеально. Я разрушил все шансы когда-либо быть с женщиной, которую любил.

Глава 4

Наталья

— Нана! — Фиби пошевелилась в руках Мэтта, и он опустил ее на землю. Она пробежала через кухню и обхватила руками ноги Марты. — Пливет, Нана!

— Привет, милая девочка. — Марта погладила прекрасные светлые волосы Фиби, прежде чем улыбнуться мне. — Тебе сегодня лучше, дорогая?

Я кивнула и быстро передала ей рюкзак Фиби.

— Здесь есть запасная смена одежды на всякий случай и несколько ее любимых игрушек. Большое спасибо, что присмотрите сегодня за Фиби, Марта. Я действительно ценю это.

— Конечно, Нат. Ты же знаешь, я люблю, когда она здесь. На самом деле, я могу взять ее на следующие пару недель, пока ты не найдешь новый детский сад.

Я сморгнула внезапные слезы, когда волна облегчения захлестнула меня. Сделала глубокий вдох.

— Вы уверены? Фиби иногда может быть сущим наказанием.

— Конечно, может, — ответила Марта. — Чтобы вырастить ребенка, нужен глаз да глаз? Но думаю, маленькая Фиби будет вести себя как идеальный ангел. Верно?

— Ангел, — пропела Фиби, прежде чем подбежать к Мэтту и обнять его ноги. — Ты останешься со мной, Мэтти?

Прежде чем Мэтт успел ответить, я покачала головой.

— У Мэтта сегодня много дел, горошинка. Ты останешься с Наной. Ты должна быть хорошей девочкой, договорились?

— Холошо, мама. — Фиби все еще цеплялась за ноги Мэтта. — Подними, Мэтти.

Он взял ее на руки, и она нежно погладила его по щеке.

— Хочу, чтобы ты остался со мной.

— Я не могу остаться, но увидимся вечером, — сказал он.

— Холошо. Поцелуй меня. — Она поджала губы, и Мэтт слегка улыбнулся, прежде чем быстро ее поцеловать.

Что, черт возьми, происходит с Фиби? Она всегда настороженно вела себя с мужчинами. До Мэтта единственным парнем, к которому она подходила, был Вайят, бойфренд Мэгги, и даже тогда она позволяла ему обнимать себя всего несколько минут. Эта странная и внезапная привязанность к Мэтту последнее, чего я ожидала от нее.

— Слушайся Нану, Фиби. — Мэтт опустил ее на землю, и она, пританцовывая, отошла.

— Подойди и поцелуй меня на прощание, горошинка, — попросила я.

Она подскочила ко мне, и я опустилась на колени и крепко обнял свою девочку, прежде чем поцеловать.

— Я так сильно люблю тебя, дорогая. Будь паинькой, и мама заберет тебя после работы.

— Пока, мама. — Фиби высвободилась и вернулась к Марте. — Нана, я хочу печенье.

Марта рассмеялась и подхватила ее на руки.

— Ты можешь съесть печенье после обеда, дорогая. А теперь, как насчет того, чтобы немного порисовать?

***

— Мы можем поговорить о прошлой ночи?

Внутренне съежилась, отстегивая ремень безопасности.

— Я бы предпочла этого не делать.

Мэтт вздохнул и выключил двигатель.

— Пожалуйста!

Взглянула на часы.

— Моя смена начинается через пять минут.

— Я быстро.

Я заколебалась, а затем кивнула. Фиби стала эффективным препятствием для разговора с Мэттом этим утром, и всю поездку от Марты до закусочной я проболтала по телефону с мастерской Джека. Если Лили, администратор и одна из моих подруг по вязальному клубу, и подумала, что это странно, что я так долго затягивала разговор о ремонте своей машины, она не подала вида. Но я действительно задолжала Мэтту объяснение и еще одно извинение. То, что я сделала прошлой ночью, невероятно глупо, и я ощущала стыд и сожаление.

Скорее стыд, чем сожаления.

Я хотела проигнорировать свой внутренний голос, но, черт возьми, он прав. Быть отвергнутой Мэттом Эндрюсом, парнем, который спал с каждой женщиной, которая проявляла к нему хоть малейший интерес, стало сокрушительным ударом по моему самолюбию.

Мэтт молча смотрел на меня, и я слабо улыбнулась ему.

— Я действительно сожалею о прошлой ночи. То, что сделала, непростительно, и я обещаю, что это больше не повторится.

— Ты не должна извиняться, — сказал Мэтт. — Я не возражал и...

Я поморщилась.

— Не возражал?.. ух, это ты так оценил мое умение целоваться, что ли?

— Нет, я не об этом говорю. Прошлой ночью ты была расстроена, уязвима и...

— Пожалуйста, не надо оправдываться за то, что ты меня отверг, ладно? От этого мне только хуже. — Я дернула за юбку своей ужасной униформы. – Я забыла, что ты флиртуешь с каждой женщиной, и я... я ошиблась, думая, что ты интересуешься мной.

— Ты меня интересуешь, — сказал Мэтт.

Я рассмеялась, смех прозвучал резко и грубо в ограниченном пространстве его машины.

— Да, конечно, ты прав. В том смысле, кто не хотел бы трахнуть мать-одиночку, которая на мели, работает в закусочной за минимальную зарплату и даже не может поместить своего ребенка в приличный детский сад? —

Потянула себя за воротник платья. — Скажи, я заинтересовала тебя из-за самой сексуальной униформы в мире, делающей мою грудь плоской, как доска, или из-за того, что я в ней выгляжу словно оживший мертвец, и именно это вызывает у тебя желание трахаться...

Я приглушено пискнула, когда Мэтт наклонился, обнял меня сзади за шею и потянул вперед, чтобы поцеловать. Его губы были теплыми и твердыми, и все мое тело загорелось от возбуждения, когда он несколько раз нежно коснулся ими моих губ.

Мэтт Эндрюс, без сомнения, целовался лучше всех на свете. Можно ли винить меня за то, что я ответила? За то, что открыла рот и пригласила его? За то, что придвинулась ближе и вцепилась руками в воротник его куртки?

Пока его язык скользил по моей нижней губе, Мэтт провел рукой по моей талии, спускаясь к бедру. Он нежно мял его, когда я просунула свой язык ему в рот. Он пососал его, и я громко застонала, выгнув спину.

Не заботясь о том, что мы находились посреди парковки возле закусочной, не думая о том, что кто-то мог нас увидеть, я попыталась придвинуться ближе, застонав от разочарования, когда подлокотник помешал моим усилиям.

Мэтт прервал поцелуй и прижался своим лбом к моему, наши дыхания смешались, когда мы оба тяжело дышали.

— Я хочу тебя, — признался он, понизив голос. — Ты даже не представляешь, как сильно я хочу тебя, Нат. Я пинал себя всю чертову ночь и утро за то, что отверг тебя вчера вечером.

Он коснулся нежным поцелуем моих губ.

— Но после того, как провел большую часть своей жизни, делая неправильные вещи, я просто захотел поступить правильно.

Я немного откинулась назад и уставилась на него. Мой рот покалывало, и я коснулась своих распухших губ, прежде чем с трудом сглотнуть. Что, черт возьми, я делаю? Целоваться с Мэттом, спать с ним — это последнее, что мне нужно. У меня сломана машина, и я, вероятно, не могу позволить себе ее починить, дом без отопления и никакого доступного варианта детского сада. Последнее, что мне нужно, это секс с местным плейбоем. Я использовала Мэтта, чтобы отвлечься от своих проблем, и это дерьмово. Отпустила его куртку и откинулась подальше на спинке сиденья, пока не уперлась плечом в дверь.

— Прости.

Он бросил на меня недовольный взгляд.

— Пожалуйста, перестань извиняться.

Я вздохнула и посмотрела на часы.

— Мне действительно нужно идти. Я опаздываю на работу.

— Да, хорошо. — Он провел рукой по волосам. — Я заеду за тобой после работы.

— О, вообще-то у меня назначена встреча после работы, так что если ты все еще не против, чтобы мы с Фиби остались еще на одну ночь, увидимся у тебя дома позже.

— Это прекрасно. Но как ты доберёшься до своей встречи и как насчет Фиби?

— Я поеду на автобусе, чтобы забрать Фиби и на встречу.

— Нет, — отрезал он. — Я заеду за тобой, когда закончится твоя смена, и отвезу.

— Я не могу просить тебя быть моим водителем, — запротестовал я. — Ты и так уже так много мне помогаешь, и...

— Ты не просишь, я - предлагаю, — сказал Мэтт. — Увидимся в четыре тридцать.

— Мэтт, я...

— Ты опаздываешь на работу, — мягко сказал он. — Иди, Наталья.

***

Мэтт припарковался перед небольшим домиком и озадаченно посмотрел на меня.

— У тебя назначена встреча с Вайятом?

— О, э-э, нет. У меня назначена встреча с Мэгги. Она юрист и открыла собственную практику. У нее офис в этом самом доме.

— Ясно.

К моему удивлению, он не стал допытываться, зачем мне понадобился адвокат. Я была благодарна, что он этого не сделал. Сегодня был долгий и утомительный день. В закусочной набилось полно народу, и новая девушка, которую Ронда наняла на место Мэгги, не сразу сообразила, что к чему. Я старалась не терять терпения, но прошлой ночью почти не сомкнула глаз и чувствовала себя совершенно измотанной.

В довершение всего, после того как мою машину отбуксировали в мастерскую Джека, он позвонил и озвучил смету на ремонт. При почти шестистах долларах она съест каждый лишний пенни из моей зарплаты, а это означало, что у меня не будет денег, чтобы снова включить отопление к этой пятнице. У меня едва ли останется достаточно денег, чтобы купить продукты для Фиби.

От одной мысли о еде у меня заурчало в животе. Денег всегда так мало, что я обычно обходилась день-два без еды, чтобы Фиби хватило.

«Ты не можешь продолжать это делать, Нат».

Нет, не могу, но у меня имелся только один вариант — не ремонтировать машину, чтобы оплатить счет за отопление и иметь достаточно денег на еду для нас обеих. Но тогда мне придется полагаться на печально известную непостоянную систему общественного транспорта нашего маленького городка. Я содрогнулась при мысли о том, что мне придется поднимать Фиби – которая определенно не жаворонок – еще раньше, чтобы вовремя отвезти ее в детский сад.

«У тебя же нет детского сада, помнишь?»

Новое напряжение поселилось в моих плечах и шее, и я потерла основание черепа, прежде чем нацепить улыбку на лицо и повернуться к Фиби, сидевшей в своем автомобильном кресле позади меня.

— Готова повидаться с Мэгги, лапочка?

Фиби покачала головой.

— Я хочу поужинать, мама. Я голодна.

— Я знаю, милая. Мы ненадолго, а потом я приготовлю тебе ужин.

Она надулась на меня.

— Я останусь с Мэтти.

— Нет, Фиби, ты не можешь.

Большая слеза скатилась по ее щеке, и она повернулась к Мэтту.

— Пожалуйста, Мэтти. Я останусь с тобой, холошо?

Я вздохнула.

— Фиби, ты не можешь...

— Да, детка, — перебил Мэтт. — Ты можешь остаться со мной, пока твоя мама будет говорить с Мэгги.

— Ула! — Фиби захлопала в ладоши, позабыв про крокодиловы слезы. — Я останусь с Мэтти, мама!

— Мэтт, я не могу просить тебя присматривать за Фиби, пока...

— Как я уже говорил сегодня утром, не ты просишь, а я предлагаю, — сказал он. — Я отвезу Фиби домой и накормлю ее остатками спагетти на ужин. Напиши мне, когда закончишь, и мы вернемся и заберем тебя.

— Я могу доехать на автобусе.

— Нет, — сказал он. — Холодно, а ты даже не надела зимнюю куртку. Ради бога, ты замерзнешь до смерти, ожидая автобус.

Он повернулся и улыбнулся Фиби.

— Хочешь еще спагетти на ужин, детка?

— Ага, — сказала Фиби. Она прижала к себе куклу. — Пока, мама.

Я моргнула, глядя на нее.

— Фиби, ты уверена, что хочешь остаться с Мэттом? Мамы не будет какое-то время и...

— Пока, мама, — повторила Фиби и улыбнулась Мэтту. — Поехали домой, Мэтти.

Легкая усмешка заиграла на глупо идеальных губах Мэтта, и я хотела закатить глаза, но, честно говоря, это невероятно, как Фиби привязалась к нему.

Я повернулась на сиденье и наклонилась, чтобы поцеловать Фиби в гладкую щеку.

— Пока, горошинка. Мама скоро вернется.

Фиби все еще улыбалась Мэтту, но он смотрел на мою задницу, когда я наклонилась над сиденьем. Я покраснела и открыла дверь, прежде чем выскользнуть из пикапа.

— Ты уверен? —спросила я в последний раз.

Мэтт кивнул.

— Да. Напиши мне, когда будешь готова вернуться домой.

— Хорошо. — Я закрыла дверь и, прихрамывая, пошла по тротуару к дому Мэгги и Вайята, а Мэтт уехал.

***

— Подожди, так ты оставила Фибс с Мэттом? — Мэгги отрезала еще немного сыра и положила его на тарелку. Мой желудок заурчал, и Мэгги усмехнулась, прежде чем добавить еще одну горсть крекеров на тарелку, уже заваленную сыром и ломтиками пепперони. — Захвати, пожалуйста, вино и бокалы.

— Думаешь, мне не следовало этого делать? — Я взяла бутылку вина и бокалы и последовала за ней в ее кабинет в задней части дома.

— Нет-нет, ничего подобного. То есть я не очень хорошо знаю Мэтта, но Вайят считает его хорошим парнем. Они вместе играют в покер раз в месяц, и я знаю, что он несколько раз тренировался с ним и Элайджей в спортзале.

Она села за свой стол, наблюдая, как я похромала к креслу напротив нее и со вздохом опустилась в него.

— Ты сегодня очень сильно хромаешь, — заметила она, нахмурившись.

— Меня опять пяточная шпора беспокоит. Почему ты удивляешься, что я оставила Фиби с Мэттом?

— Гм, может, потому что порой ты ведешь себя как мама—медведица? Не то чтобы я думала, что это плохо, просто я не видела, чтобы ты оставляла Фиби с кем-то, кого ненавидишь.

— Я не ненавижу его, — запротестовала я.

— Давно? — Мэгги пододвинула ко мне тарелку с сыром и мясом. — Ты ненавидишь Мэтта Эндрюса с тех пор, как я тебя знаю.

Я жевала сыр и крекеры, пока Мэгги наливала нам обеим по бокалу вина.

— Думаю, что, возможно, ошибалась насчет Мэтта.

— О, так он не спит с каждой юбкой подряд? — Она отхлебнула вина, прежде чем взяться за еду.

— Нет, спит. Но… Я думаю, что он на самом деле довольно хороший парень.

— То, что он кобель, не делает его плохим парнем, — ответила Мэгги.

Вздрогнула, от еще большего стыда мой живот скрутило.

— Я думала, что делает. Боже, Мэгги, какая же я сука, как я могу судить. Я смотрела на Мэтта и видела только парня, который трахал столько женщин, сколько мог, и все. А за последние двадцать четыре часа он спас жизнь моему ребенку, позволил мне жить с ним бесплатно и теперь работает шофером и няней. Серьезно, мне, наверно, стоит пересмотреть свое отношение к нему?

Я рассказала Мэгги все, что произошло, как только переступила порог ее дома. Ну, почти все. Я забыла упомянуть о том, как практически запрыгнула на Мэтта прошлой ночью.

Мэгги пожала плечами и внимательно посмотрела на меня.

— Может быть, но — и да, я здесь тоже осуждаю — может, Мэтт делает это по своим эгоистичным причинам.

— Что ты имеешь в виду? — Я съела еще один кусок сыра.

— Я имею в виду, что Мэтт явно влюблен в тебя. Он флиртовал с тобой несколько месяцев и ничего не добился. Может быть, он видит в помощи тебе свой шанс наконец-то забраться в твою постель.

— Я пыталась заняться с ним сексом прошлой ночью, но он отверг меня.

Я вскочила, морщась от боли в пятке, когда Мэгги подавилась крекером и начала кашлять. Подбежала к ней сзади и дважды ударила по спине тыльной стороной ладони. Она судорожно втянула в себя воздух.

— Уже лучше, спасибо. — Она снова закашлялась и сделала глоток вина.

Я захромала обратно на свое место и сделала свой собственный глоток вина, а Мэгги, со слезящимися глазами, уставилась на меня.

— Ты пыталась трахнуть Мэтта?

— Да. Он отказался.

— Ты издеваешься надо мной.

Я отвернулась и одернула переднюю часть своей формы.

— Расскажи мне в точности, что произошло, — потребовала Мэгги.

— Рассказывать особо нечего. Фиби спала, а я сидела на диване и рыдала во все горло. Мэтт спустился вниз и позволил мне поплакать у него на плече. Потом я засунула свой язык ему в глотку, пока он не сказал «нет», а затем вернулась в свою комнату более униженной, чем когда-либо в своей жизни.

— Подожди, ты плакала и была расстроена, а потом начала целоваться с ним?

Я кивнула.

— Сначала он откликнулся, но потом сказал, что не может этого сделать, что он воспользуется мной, если сделает это.

— О боже, — простонала Мэгги.

— Что?

— Это, пожалуй, самая милая вещь, которую я когда-либо слышала.

— Да, но это звучало не так. Это было унизительно.

Мэгги взяла сыр на своей тарелке, затем откусила маленький кусочек и осторожно проглотила.

— Нат, он вел себя очень мило. Ты же понимаешь?

— Нет, все, что я вижу, — это то, что меня отвергает парень, который обычно спит с кем угодно.

Она швырнула в меня крекером, и он отскочил от моего лба. Я пристально посмотрел на нее, и она пожала плечами.

— Ты ведешь себя глупо.

— Нет. Я...

— Так и есть, — сказала она. — Понимаю. У тебя выдались поистине ужасные и тяжелые двадцать четыре часа, но если ты посмотришь глубже, увидишь, что то, что Мэтт сделал прошлой ночью, было милым и добрым, и это именно так, как ему стоило поступить.

Я стерла крошки крекера со лба.

— Да, я веду себя глупо. Имею в виду, что меня влекло к нему еще до того, как все это случилось. Я ненавидела себя за это, но хотела его. Только теперь он стал очень милым и добрым, и хотя ты права, он делает это только для того, чтобы залезть мне под юбку… Я действительно хочу позволить ему это.

— Ну так позволь, — сказала Мэгги.

Я изумленно уставилась на нее.

— Не могу так. Мэгги, он не ищет отношений, и, кроме того, я тоже не ищу их. Мой приоритет сейчас — Фиби и попытка понять, как мне обеспечить ей безопасность, тепло и питание. Я и так ужасно справляюсь на всех трех фронтах.

— Первое – ты справляешься. Ты замечательная мать и делаешь все, что в твоих силах, и Фиби знает, как сильно ты ее любишь. Второе – может быть, пара ночей потрясающего секса с Мэттом — это именно то, что тебе нужно.

— Это не так, — сказала я.

— Не торопись с выводами, — сказала Мэгги. — Когда ты в последний раз трахалась?

Я прикусила нижнюю губу.

— Когда я была с Эваном, ну, не знаю... больше двух лет.

— Ясно, да, тебе определенно нужно потрахаться.

— Я не из тех девушек, которые просто спят с парнем, — сказала я.

— Да и я тоже. Потом появился Вайят, — сказала Мэгги.

— Да, но Вайят любит и хочет тебя, и это очевидно. Мэтт просто хочет хорошо провести время.

— И ты тоже, — сказала она. — Ты только что сказала мне, что не хочешь сейчас никаких отношений. Но тебя влечет к Мэтту, а его — к тебе?

Я прочистила горло.

— Мы снова целовались сегодня утром в его машине. И он ясно дал понять, что хочет меня, несмотря на то, что случилось прошлой ночью.

Мэгги бросила на меня возмущенный взгляд.

— Ты серьезно что-то скрываешь от меня, девочка. Есть ли еще какие-нибудь сеансы поцелуев, о которых мне нужно знать?

— Нет, — сказала я.

Она подозрительно посмотрела на меня, и, несмотря на беспокойство и усталость, я рассмеялась.

— Честно. Я целовалась с Мэттом всего два раза.

— Хорошо, я тебе поверю. Как бы то ни было, хочу сказать, что сейчас у тебя нет ничего, кроме стресса и беспокойства, и тебе не помешало бы классное отвлечение по имени Мэтт Эндрюс.

— Это не очень правильно, делать так, — я сказала. — Когда я использую его таким образом, мне становится не по себе.… мерзко.

— Потому что ты хорошая девочка. Но ведь даже хорошие девочки заслуживают веселья с плохим парнем? Из того, что я слышала, Мэтт Эндрюс — довольно непослушный парень. Ты же не скажешь мне, что не хочешь узнать, насколько он непослушен.

— Может быть, мне немного любопытно, — призналась я. — Но я же просто использую его.

— Также как он использует тебя, — сказала Мэгги.

Я откинулась на спинку стула и отхлебнула вина. Мэгги права. Я знала, чего хочет от меня Мэтт, и почему бы мне не взять то же самое от него? Никто не пострадает, и секс с ним станет хорошим средством для снятия стресса.

— Фиби — вот что важно, — сказала я. — Не я.

— Нет, ты тоже имеешь значение, — заспорила Мэгги. — Послушай, я не мама, но знаю, что ты должна заботиться о себе, чтобы заботиться о своем ребенке. Может быть, забота о себе означает стирание пыли со старой вагины на одну ночь или две и получение витамина «Мэтт».

Она сделала круг указательным и большим пальцами, а другой палец ткнула туда и обратно.

— Если ты понимаешь, о чем я.

— Знаю, о чем ты говоришь, — сухо сказала я. — Мне не нужны эти жесты.

Мэгги рассмеялась.

— Милая, я думаю, тебе это нужно. Ты сказала, что пробудешь в доме Мэтта до пятницы, пока не оплатишь счет за отопление? Так что сегодня вечером и завтра ты можешь немного повеселиться. Как только Фибс окажется в постели, забудь о своих заботах на несколько часов и трахайся с Мэттом, пока у вас обоих не полезут глаза на лоб.

Моя растущая страсть к Мэтту улетучилась в канализацию при напоминании о моем счете за тепло и о том, в какую беду я попала.

— Мне не нужно трахаться с Мэттом, я уже в жопе, — угрюмо сказала я.

— Это еще почему?

— Мне позвонил Джек. Ремонт моей машины обойдется в шестьсот баксов. Я не могу себе этого позволить и снова включить отопление. Если я оплачу счет за машину, то не смогу включить отопление еще недели две.

— Вообще-то, — Мэгги улыбнулась мне и полезла в нижний ящик стола. Она вытащила папку, на которой было аккуратно написано мое имя, и положила ее перед собой. — Думаю, я смогу снять с тебя часть стресса.

— Что ты имеешь в виду?

Она открыла мою папку и протянула мне чек.

— Я получила это по почте сегодня утром.

Тупо уставилась на чек и подпись Эвана.

– Я... он платил алименты?

— Ага, — торжествующе сказала Мэгги. — Он все еще должен тебе деньги за последние два года, но он их заплатит. Его адвокат тянет время, пытаясь сделать вид, что у Эвана нет таких денег, но рано или поздно ему придется заплатить. Он, вероятно, будет делать это ежемесячно, а не единовременно, но если он не начнет делать ежемесячные платежи по платежам, которые он должен к следующему месяцу, я получу его зарплату. Но, по крайней мере, в этом месяце ты получаешь то, что он должен платить ежемесячно, и будешь получать эту сумму каждый месяц наверняка.

— О боже, — прошептала я. – Мэгги, я... я не могу в это поверить. Ты потрясающая.

Она улыбнулась мне.

— Нет, просто очень хорошо гоняюсь за отцами-бездельниками. Так вот, технически этот платеж за следующий месяц, поэтому чек датирован понедельником, но я уверена, что Мэтт не будет возражать, если ты останешься с ним до тех пор. В понедельник ты получишь деньги этого засранца, оплатишь счет за машину и снова включишь отопление.

Слезы текли по моим щекам, и я уставилась на Мэгги.

— Не знаю, как и благодарить тебя, Мэгги.

— Я просто делаю свою работу, дорогая. — Мэгги потянулась через стол и сжала мою руку.

— Если он будет продолжать платить алименты, я смогу устроить Фиби в лучший детский сад, — сказала я. — Может быть, я даже смогу снять квартиру вместо этого ужасного трейлера. Ты изменила мою жизнь, Мэгги. Ты это знаешь?

Мэгги с трудом сглотнула, и я увидел блеск слез в ее глазах.

— Рада, что смогла помочь. А теперь допивай вино, доедай сыр и крекеры, и я отвезу тебя к Мэтту.

Глава 5

Мэтт

Для такого маленького ребенка Фиби сопела громче трактора. Я прищурился на будильник, точно зная, что или, скорее, кто был крошечным теплым шариком, прилипшим к моей спине. Сейчас чуть больше часа ночи, и я лежал совершенно неподвижно, раздумывая, что же мне делать.

Написав мне, что Мэгги отвезет ее, Наталья вернулась домой около семи. Она сразу же повела Фиби наверх, чтобы принять ванну, и я немного удивился тому, как счастлив, когда Фиби потребовала, чтобы я поднялся наверх и прочитал ей сказку на ночь.

Я прочитал сказку, а затем оставил их заканчивать свой ритуал перед сном в одиночестве. Когда через полчаса Наталья все еще не вернулась, заглянул в их комнату и обнаружил, что она крепко спит на кровати рядом с Фиби. Я выключил свет и спустился вниз, сильно расстроенный тем, что не могу провести время с Натальей.

Фиби громко фыркнула у меня за спиной, и я вздрогнул, когда она ткнула меня локтем в почки, а затем пнула в верхнюю часть бедра. Господи, как же Наталья спала с Фиби в одной постели?

Скорее всего, плохо. Она выглядела измученной, когда вернулась домой.

Да, она это сделала, и хотя я знал, что больше всего ей нужен сон, все еще был разочарован тем, что провел вечер, смотря спортивный канал в одиночестве.

«Нет, ты разочарован, что тебе не удалось ее трахнуть. Признай это, чувак. Если бы она сделала хоть какое-то движение к тебе прошлой ночью, ты бы перестал отталкивать ее и трахнул».

Я хотел отрицать это, но не мог. Я весь день думал о Наталье и о том поцелуе в грузовике. Ее вкус, ее реакция на мои поцелуи... если я не затащу ее в свою чертову постель, то сойду с ума.

— Фиби? — Мягкий голос Натальи заставил меня напрячься от удивления. — Горошинка, где ты?

Прежде чем успел окликнуть ее, она вошла в мою спальню. Ночь была ясная, и я забыл задернуть шторы, до того как лечь спать. В окно лился лунный свет, и я услышал, как Наталья тихонько застонала.

— Черт. О, горошинка, что ты здесь делаешь?

Она подкралась к кровати, и матрас прогнулся, когда она села. Черт меня дери, Наталья оказалась в моей постели.

«Держи его в штанах, чувак. Непохоже, что тебе что-нибудь обломится».

Прохладный воздух обдувал мою обнаженную грудь, когда Наталья осторожно опустила одеяло и простыню.

Ее рука скользнула между моей спиной и Фиби, и я постарался не вздрогнуть от прикосновения. Тишину внезапно нарушило громкое «бра-а-ап», прорезавшее воздух.

— Гм... это не я, — сказал я.

Наталья тихонько пискнула от удивления, и я перевернулся.

— Знаешь, твоя малышка выглядит милой и невинной, но она пукает, как чертов моряк. Это... О, боже мой.

Я закрыл нос, когда запах ударил в меня, и помахал перед собой рукой.

— Господи, какая вонь!

Сел, надеясь, что наверху воздух будет немного свежее. Фиби перекатилась на спину и, приоткрыв веки, тупо уставилась на меня, потом подняла ногу и снова пукнула.

Мои глаза наполнились слезами от вони, и я заткнул нос.

— О боже, Фиби, что ты ела?

— Шпагетти, — пробормотала она, прежде чем похлопать по кровати рядом с собой. — Ложись, Мэтти.

— Горошинка, поднимайся, — сказала Наталья.

Фиби покачала головой.

— Нет. Я пукнула, мама.

— Да, я знаю, — сказала Наталья. — Тебе нужно в туалет?

— Нет. Я просто пукаю. — Фиби подняла ногу во второй раз и не стала сдерживаться, прежде чем хихикнуть. — Вонюче.

— Прости, — проговорила Наталья, когда Фиби перекатилась на бок и положила голову мне на бедро. Зевнув, Фиби погладила своей маленькой ручкой ткань моих пижамных штанов. — Ложись, Мэтти.

— Пора возвращаться в нашу постель, — сказала Наталья.

Потянулась к Фиби, и мы вздрогнули от неожиданности, когда Фиби издала душераздирающий крик и заплакала.

— Нет, мама! Нет! Нет! Нет!

— Фиби, перестань, — попросила Наталья.

— Я остаюсь с Мэтти! — закричала Фиби. Она сжала маленькие ручки вокруг моих штанов, когда Наталья попыталась поднять ее, и забила ногами и снова закричала.

— Фиби, хватит, — повторила Наталья.

— Хочу спать с Мэтти! — взвизгнула Феба.

Я похлопал ее по спине, когда она повернула свое заплаканное лицо ко мне.

— Пожалуйста, Мэтти. Я останусь с тобой, холошо?

— Ладно, — согласился я. — Все в порядке, милая. Ты можешь остаться здесь.

Она продолжала плакать, и я беспомощно посмотрел на Наталью.

— Почему она так расстроена?

Наталья выглядела так, словно тоже собиралась заплакать.

— Я не знаю, она... она никогда не делала этого раньше и не вела себя подобным образом. Ты не возражаешь, если я?..

Она указала на мою кровать, и я покачал головой. Наталья легла рядом с Фиби и потерла ее крошечную спинку, вздрагивающую от рыданий.

— Все в порядке, Фиби. Скажи маме, что случилось.

— Я хочу остаться в постели Мэтти, — всхлипнула Фиби. — Пожалуйста, мама.

Я лег рядом с ней и погладил ее по волосам.

— Тише, Фиби, не плачь.

Она извивалась, пока уложила голову мне на грудь.

— Останусь с тобой, холошо?

— Твоей маме будет одиноко, — сказал я. — Ты же не хочешь, чтобы ей было одиноко в постели?

Фиби села и покачала головой.

— Нет. Мама тоже может остаться.

Черт возьми, да.

Наталья потерла спину.

— Нет, горошинка. Мы обе вернемся в свою кровать. Уже поздно и...

— Мы не вернемся, — сказала Фиби, прежде чем схватить одеяло и натянуть его. Она легла на бок и вцепилась в мою руку. — Иди спать, мама. Спокойной ночи, Мэтти.

— Э-э... Спокойной ночи, Фиби.

Я изучал Нат в лунном свете. Несмотря на то, что она рано легла спать, Наталья выглядела усталой и измученной.

— Все в порядке, — сказал я. — Это большая кровать. Просто ложись и немного поспи, хорошо?

— Позволять ей поступать по-своему — не очень правильно, — ответила Наталья.

— Только сегодня. Мы все устали, верно? Так что давай немного поспим, а утром выясним, почему она так себя ведет...

— Цепляется за тебя? — уточнила Наталья.

Я кивнул, и Наталья прикрыла рот рукой, зевая.

— Ладно, хорошо. Если ты уверен, что не против?

— Я — нет. — Наклонился и похлопал Фиби по спине. — Хватит пукать, детка.

Фиби хихикнула.

— Я вонючка.

— Ага, — сказал я.

— Ты уверена, что тебе не нужно в туалет, дорогая? — спросила Наталья.

— Увелена. Спокойной ночи, мама.

— Спокойной ночи, горошинка. — Наталья легла и робко улыбнулась мне, прежде чем закрыть глаза.

Я уставился в потолок, прислушиваясь к медленному и глубокому дыханию Натальи и Фиби. Пятнадцать минут спустя, когда Фиби пукнула во сне, прежде чем сильно пнуть меня под ребра, я закрыл нос от запаха и понял, что никогда еще не чувствовал себя таким счастливым.

***

— Плосыпайся, Мэтти.

Открыл глаза и, прищурившись, посмотрел на Фиби. Она стояла рядом с кроватью и улыбалась мне.

— Я пошла пописать в туалет.

— Хорошая работа, — сказал я, прежде чем взглянуть на часы. Было уже больше восьми, и я на мгновение запаниковал, прежде чем вспомнил, что у Натальи сегодня выходной.

— Есть хочешь? — спросил я.

Она кивнула и заглянула мне за спину. Наталья лежала на дальнем краю кровати, укрытая одеялом, а я сидел, свесив ноги с кровати.

— Пойдем, милая, твоя мама может поспать, пока я приготовлю тебе завтрак. Хорошо?

— Холошо, — согласилась она.

Она взяла меня за руку, мы вышли из спальни и спустились по лестнице. Я усадил ее на кухонный стул и дал стакан сока.

— Подожди здесь секунду, пока я почищу зубы, ладно?

Она кивнула и указала на мой айпад.

— Включи Свинку Пеппу.

— Хм, держи, — Я понятия не имел, кто такая свинка Пеппа, но довольно быстро нашел видео на Ютюбе. Я оставил Фиби сидеть за столом, смотреть видео и пить сок и направился обратно в свою комнату.

Проигнорировал свое желание забраться обратно к все еще спящей Наталье – черт, как же приятно было видеть ее в своей постели – и воспользовался туалетом и почистил зубы, прежде чем спуститься вниз.

— Что ты хочешь съесть на завтрак, Фиби? — спросил я.

— Вафли.

— Эм, как насчет блинов?

— Холошо. — Она не отрывала взгляда от мультика, пока я доставал из буфета блинную смесь. Час спустя блины были съедены с энтузиазмом, а Фиби вся испачкалась в сиропе.

— Откуда у тебя сироп в волосах? — спросил я, вытирая ей лицо и руки мочалкой. Я привел Фиби в ванную комнату для гостей и усадил на туалетный столик, а она хихикала и дрыгала ногами.

— Я не знаю. Эй, Мэтти?

— Да? — Я промокнул ее волосы, безуспешно пытаясь отмыть сироп.

— Я тебя люблю. Ты меня любишь?

Я застыл, прижимая полотенце к ее волосам.

— Хм...

— Я люблю Мэтти, — пропела она себе под нос, прежде чем обнять меня.

Я похлопал ее по спине, прежде чем положить полотенце рядом с раковиной.

— Думаю, тебе нужно принять ванну, чтобы смыть сироп с волос, так что мы подождем, пока твоя мама проснется.

— Давай поиграем в куклы! — Фиби попыталась слезть с туалетного столика, но я успел подхватить ее, прежде чем она упала.

— Ты не можешь спрыгнуть оттуда, милая, — сказал я, опуская ее на пол. — Ты слишком маленькая.

Она схватила меня за руку.

— Ну же, Мэтти.

Я последовал за ней в гостевую комнату, сел на кровать рядом с ней, когда она схватила три Барби из своего рюкзака и забралась на кровать.

— Вот, — сказала она. — Ты будешь папочкой.

Я взял куклу Кена, а Фиби взяла Барби.

— Это кукла — мама. Ее зовут Нат.

— Как зовут кукольного папу? — спросил я.

Она пожала плечами.

— Не знаю.

Я указал на третью куклу, лежащую у нее на коленях.

— Это Фиби?

Она ухмыльнулась и схватила куклу за волосы, сделав ими большой круг над головой.

— Ага! Фибс Бо Бибс!

Я рассмеялся.

— Кто тебя зовет Фибс Бо Бибс?

— Нана.

— Звучит мило, — сказал я.

— Я знаю, я милая, — ответила она.

Я рассмеялся, и она улыбнулась мне.

— Фиби самая милая и умная, так говорит мама.

— Она права, — сказал я. — Ты очень умная.

— Знаю. — Она держала куклу Фиби и куклу Нат вместе и заставляла их целоваться. — Мама любит Фиби.

— Конечно, любит.

Она повела куклу Фиби через кровать к кукле Кена.

— Папа любит Фиби?

— Да, — тут же ответил я, хотя понятия не имел, имеет ли Эван хоть какие-то чувства к Фиби. Она вела себя не так, как если бы он действительно любил ее, но ей всего три года. Я оглянулся через плечо на открытую дверь, прежде чем сказать: — Фиби, ты иногда видишь своего папу?

Она покачала головой.

— Нет. Мама говорит, что он живет далеко.

— Фиби? — Наталья, прихрамывая, вошла в спальню, одетая в футболку и пижамные шорты, с торчащими вверх волосами и морщинами от подушки на лице. Боже, она выглядела такой горячей, даже только проснувшись.

Мой взгляд упал на ее грудь. В доме было прохладно, и я мог видеть очертания ее сосков на фоне мягкого хлопка. Поспешно отвернулся, когда Наталья опустилась на кровать рядом с Фиби.

— Милая, тебе стоило разбудить маму, когда ты проснулась. Помнишь? — Наталья бросила на меня извиняющийся взгляд. — Она тебя разбудила?

— Все в порядке, — заверил я. — Мы ели блины, смотрели какой-то странный мультфильм про свинью, а потом играли. Верно, Фибс?

— Ага, — Фиби указала на куклу Кена, которую я все еще держал в руках. — Это мой кукольный папочка. Его зовут Мэтти.

— О боже, — тихо выдохнула Наталья.

Странно, но я почувствовал, как мои щеки покраснели, когда Наталья выхватила у меня куклу.

— Прости, — сказала она. — Э-э, Фиби, пора мыться, хорошо?

— Я хочу, чтобы Мэтт принял ванну вместе со мной, — сказала Фиби.

— Нет, — Наталья подхватила ее на руки и поцеловала в щеку. — Ты такая липкая, что купаешься одна. Вода вся пропитается твоим сиропом.

Фиби хихикнула, и я прочистил горло.

— Прости. Я не понимал, что она не очень хорошо умеет обращаться с посудой.

Нат улыбнулась мне, и тепло разлилось по моему телу.

— Нет, нет, все в порядке. Я не хотела, чтобы все так вышло. Я так ценю твою помощь с ней. Действительно. Я уже сто лет так не спала, и это настоящее удовольствие. Так что, спасибо.

— Пожалуйста.

— Не возражаешь, если мы снова воспользуемся твоей ванной в хозяйской спальне? — спросила она, вставая и обнимая Фиби за бедро.

— Нет, вперед.

— Ты сегодня, э-э, работаешь? — спросила она.

Я отрицательно покачал головой.

— Моя смена только в субботу.

— Отлично. Ну, если у тебя нет планов на сегодняшний вечер, я с удовольствием приготовлю тебе ужин, чтобы отблагодарить за все, что ты сделал.

— С удовольствием, — сказал я.

— Хорошо. Есть пищевая аллергия?

Я отрицательно покачал головой.

— Нет, я могу есть все, что угодно, и я не привередлив.

Она улыбнулась и медленно направилась к двери.

— Прекрасно.

Я нахмурился, увидев, как она хромает.

— Может, тебе стоит обратиться к врачу? Ты сильно хромаешь.

Она покачала головой.

— Нет, у меня немного болят ноги, потому что я целый день на них стою.

Она поцеловала Фиби в щеку и вышла из спальни.

— Давай, сиропный монстр, приведем тебя в порядок.

***

— Еще, еще, еще! — взвизгнула Фиби.

Я подбросил ее в воздух, ухмыляясь ее восторженному крику, прежде чем поймать.

После ванны Фиби потребовала, чтобы я снова поиграл с ней, и никакие уговоры Натальи не могли ее удержать. Какое-то время мы играли в куклы, потом порисовали, и после того, как Фиби забралась на меня, как обезьяна, я снова и снова подбрасывал ее в воздух, к ее большому удовольствию.

Знал, что Наталья думает, что мне скучно до чертиков, но на самом деле я отлично проводил время. Фиби была милым ребенком, и она уже обвела меня вокруг своего маленького пальчика, и она это знала.

Когда снова подбросил Фиби в воздух, раздался звонок в дверь. Наталья пошла на кухню, чтобы принести нам воды, и я поймал Фиби и усадил ее на сгиб руки, прежде чем направиться к двери.

— Кто это, Мэтти? — спросила она, обняв меня за шею.

— Не знаю, Фиби. — Я открыл дверь и удивленно уставился на Мэгги. — Мэгги? Э, привет.

Я не очень хорошо знал Мэгги и видел ее всего пару раз, но Фиби снова взвизгнула от восторга и протянула руки к стройной брюнетке.

— Мэгги!

Мэгги взяла ее из моих рук и поцеловала в нежную щеку, прежде чем прижать к себе.

— Привет, Фиби. Как поживает моя девочка?

— Чудесно, — сказала Фиби. — Где Ва-ат?

Мэгги рассмеялась.

— Вайят дома.

— Мэгги? — Наталья просунула голову в коридор из кухни. — Что ты здесь делаешь?

— Я пришла узнать, не хочет ли мисс Фиби-пай сегодня переночевать у своей тети Мэгги и дяди Вайята.

— Да! — крикнула Фиби. — Я хочу спать в доме Мэгги, мама!

Я оглянулся на Наталью. Ее лицо раскраснелось, и она, избегая моего взгляда, натянуто улыбнулась Мэгги.

— Мы можем поговорить на кухне минутку, Магнолия?

Улыбка Мэгги стала еще шире.

— Конечно, Наталья.

Она передала Фиби мне, прежде чем радостно улыбнуться.

— Мы всего на секунду.

Я стоял в коридоре, держа Фиби и не понимая, что происходит, когда Мэгги нырнула в кухню.

— Эй, Мэтти?

— Да? — Я взглянул на Фиби.

— Мне надо в туалет.

— Хорошо. Тебе нужна помощь?

— Нет, я уже большая девочка. Я сама.

— Замечательно. Но позови меня, если тебе понадобится помощь, хорошо? — Я поставил ее на пол, и она побежала по коридору и исчезла в ванной комнате сразу за кухней. Подождал примерно полсекунды, прежде чем подкрасться поближе к кухонной двери и бесстыдно подслушать.

— Мэгги, какого черта ты делаешь? — Голос Натальи звучал приглушено.

— Ну, я думала о нашем вчерашнем разговоре и поняла, что ты не сделаешь того, что я предложила, поэтому решила помочь тебе.

— Мне не нужна помощь, — сказала Наталья.

— Нет? Итак, ты сделала то, что я предложила, и отымела Мэтта после того, как Фибс легла спать прошлой ночью?

— Говори тише, — сказала Наталья, — и нет, я этого не делала. Я боялась, что Фиби проснется и услышит нас. Черт, она действительно проснулась. Я нашла ее в постели Мэтта в час ночи, а потом она взбесилась и устроила грандиозную сцену, не желая возвращаться в свою собственную постель. Я так устала, что сдалась, и мы втроем уснули в его постели.

— Ладно, это не совсем то, что я имела в виду, когда советовала присоединиться к Мэтту в его постели, но это только начало, — заявила Мэгги. — Девочка, послушай, тебе нужно потрахаться, но я прекрасно понимаю, что ты в первую очередь мама, так что собираюсь облегчить тебе задачу. Я заберу Фиби домой и буду держать ее до тех пор, пока ты не закончишь работу завтра вечером. На самом деле, я оставлю ее у себя, пока ты не закончишь работу в субботу вечером. Тогда тебе не придется платить тому парню из колледжа, чтобы он присматривал за ней, как ты обычно делаешь по выходным. Я экономлю твои деньги и помогаю тебе переспать. Я прямо как самый лучший друг на свете?

— Я не могу просить тебя взять Фиби на эти выходные. Ты должна работать.

— О, пожалуйста, у меня два клиента, и ни один из вас не будет нуждаться во мне сегодня или завтра. Позволь мне сделать это для тебя, Нат. Ты заслуживаешь передышки. И я не могу придумать лучшего способа для тебя, чем устроить этот перерыв в постели Мэтта и под его дымящимся горячим телом. Забудь о своих неприятностях на полтора дня и подари себе маленькое удовольствие в виде – скрещиваю пальцы, чтобы это оказалось правдой – гигантского члена Мэтта. Договорились?

Скажи «да». Пожалуйста, скажи «да». Мои руки были сжаты в кулаки, а сердце билось так громко, что я едва слышал Нат и Мэгги.

— Я никогда так надолго не расставалась с Фиби, — сказала Нат.

— Ну, если она слишком сильно по тебе заскучает, верну ее тебе. Проще простого. Кроме того, мы с Вайятом можем пригласить ее на ужин в пятницу вечером и в субботу вечером, чтобы вы могли побыть друг с другом. Ну же, Нат. Тебе это нужно. Это не значит, что ты плохая мама, если проведешь два дня вдали от своего ребенка.

На несколько мгновений воцарилась тишина. В туалете спустили воду, и я услышал, как Фиби напевает себе под нос, включая воду в раковине.

— А что, если он снова отвергнет меня? — Голос Натальи был едва громче шепота.

Нет, не буду. Черт, я обещаю, что не буду.

Мне захотелось вбежать на кухню, как нетерпеливому подростку, и прокричать ей эти слова.

— Он этого не сделает, — твердо сказала Мэгги. — Я работала в закусочной, помнишь? Я видела, как он смотрит, когда входит в закусочную. Мэтт хочет тебя, милая.

Я произнес тихое «Аллилуйя» и тут же поклялся как-нибудь обязательно отплатить Мэгги за то, что она выступила в качестве сводницы.

— Мэтти? Что ты делаешь? — Фиби вышла из ванной, и я с пылающим от стыда лицом отступил на пару шагов от двери.

Прочистил горло и подошел к ней, громко говоря:

— Просто пришел проверить, как ты. Вымыла руки?

— Да. — Фиби показала мне свои мокрые руки. — Но я не смогла дотянуться до полотенца.

— Фиби? — Наталья вышла из кухни и, не глядя на меня, сказала: — Вот, давай вытрем руки, а потом мы соберем тебе одежду и игрушки, чтобы ты отнесла их в дом Мэгги, хорошо?

Облегчение захлестнуло меня, и я прислонился к стене, когда Фиби взволнованно закричала:

— Ула, я поеду в полицейской машине!

Мэгги присоединилась к нам в коридоре и рассмеялась.

— Конечно, Фиби. Я попрошу Вайята прокатить нас на полицейской машине.

— С силеной, — потребовала Фиби, когда Мэгги последовала за ней и Натальей по коридору.

— Огни и сирена, — пообещала Мэгги с еще одним тихим смешком.

Глава 6

Наталья

— Хорошо, Нат, ты можешь это сделать. — Я пригладила волосы и в последний раз проверила макияж в зеркале ванной.

После того как Мэгги ушла с Фиби, я извинилась и поднялась наверх, чтобы принять долгий горячий душ. Должна признать, мыться без спешки или без того, чтобы Фиби заглядывала в ванную каждые две минуты, очень приятно.

Побрила ноги и подмышки и нанесла лосьон на все тело, прежде чем начать рыться в той одежде, которую принесла с собой. Я не взяла с собой ничего сексуального, но, по крайней мере, захватила косметику. Надела свои совершенно несексуальные джинсы и футболку, сделала прическу и макияж.

Бросила на себя последний взгляд в зеркало, слегка втянув живот, прежде чем разгладить футболку. Я думала, что выгляжу хорошо, достаточно хорошо, чтобы, по крайней мере, Мэтт не отверг меня сразу же, когда попрошу его о паре дней секса без обязательств.

«Он хочет тебя, Нат. Ты же знаешь, что он не откажет. Но ты уверена, что хочешь именно этого? Ты не спала ни с кем, кроме Эвана, и разве плейбой нашего городка — это подходящий парень, чтобы покончить с твоим сексуальным воздержанием?»

«Да», — решила я, так оно и есть. Мэтт идеально подходил для того, что я хотела прямо сейчас: веселого времяпрепровождения без каких-либо обязательств. У меня были серьезные отношения с Эваном, и это не помешало ему изменить мне. По крайней мере, с Мэттом я точно знала, что к чему. Мы стали бы просто двумя людьми, берущими друг у друга то, что нам нужно, без каких-либо эмоций.

И это прекрасно.

Я спустилась вниз и заглянула на кухню. Мэтта на кухне не было, и я направилась в гостиную. Мой план состоял в том, чтобы одолжить его машину и купить продукты на ужин, а затем, за ужином, я бы предложила, что, возможно, мы могли бы унять сексуальный зуд друг друга без всяких обязательств, просто два человека, которые хорошо проведут время в следующие два вечера.

Гостиная оказалась пуста, и я заколебалась, прежде чем подняться по лестнице в спальню Мэтта. Дверь была приоткрыта, и я легонько постучала, прежде чем войти в комнату.

— Мэтт, ты...

Мой голос перешел в тихий шепот, когда дверь ванной распахнулась и в спальню вошел Мэтт. Он вытирал волосы полотенцем и был совершенно голый.

Нет, не голый. Ну довольно близко к этому.

Второе полотенце так низко обернуто вокруг бедер, что я могла видеть его восхитительную v-образную линию, темную дорожку волос, которая стрелкой спускалась вниз от его пупка, и маленькие капельки воды, которые стекали по его коже на полотенце.

Я изучала его живот и грудь с бесстыдным рвением. Упивалась гранитными мускулами его живота, легким слоем волос, покрывавших верхнюю часть груди, и выпуклостью его бицепсов, как будто никогда в жизни не видела мужчину.

Я не... по крайней мере, не такого, как Мэтт. Его тело казалось совершенным.

— Наталья?

Я подняла взгляд на лицо Мэтта.

— Твое тело совершенно. Я собиралась спросить тебя, хочешь ли ты заняться со мной случайным сексом, никаких обязательств не требуется, но твое тело идеально, а мое... нет, и я ни за что не разденусь рядом с тобой, так что, эм, пока.

Мои щеки покраснели, я повернулась к двери, внутренне крича от слов, которые сорвались с моих губ. Я идиотка.

— Нат, подожди

Мэтт никогда раньше не называл меня сокращенным именем, и чужеродность этого звучания заставила меня остановиться. Мою кожу покалывало от осознания, когда Мэтт двинулся прямо за мной.

— Не уходи, — попросил он.

— Я должна. Твое тело слишком прекрасно. У тебя нет ни грамма жира на всем теле, а у меня есть растяжки, дряблые части тела и целлюлит.

Черт, ну почему я не могу замолчать?

Мэтт издал низкий смешок, от которого у меня по спине побежали мурашки.

— Оно не идеально.

— Так и есть, — настаивала я.

— Повернись, Нат, — попросил он.

Я не хотела этого делать. Если обернусь, то окажусь лицом к лицу с его идеальным твердым телом, которое никогда не смогу потрогать или попробовать на вкус, и это чертовски угнетало меня.

— Нат, — произнес он глубоким, чертовски сексуальным голосом.

Я вздохнула и повернулась, не сводя глаз с его лица. Он улыбался мне, а я с полной уверенностью могла сказать, что в этот момент выгляжу как чертов помидор.

— Оно не идеально. Смотри, у меня тут шрам. — Он поднял руку, и я уставилась на тонкую линию, идущую вдоль нижней стороны его бицепса. — Еще один прямо здесь.

Он указал на свои ребра, и, несмотря на мою клятву не смотреть ниже его проклятой ключицы, я опустила взгляд.

— Я не вижу шрама, — мой голос звучал высоко и хрипло от смущения.

— Он прямо здесь. — Мэтт теплой рукой взял мою и прижал мои пальцы к своим ребрам.

Я резко втянула воздух, когда он провел пальцами взад и вперед по маленькой выпуклой шишке.

— Чувствуешь его? — Его голос понизился на несколько октав.

Я облизнула губы, горло пересохло.

— Д-да.

— Видишь, не идеально, — сказал он.

— Мэтт, я... о боже.

Я совершила роковую ошибку, посмотрев вниз, и то, как полотенце Мэтта натягивалось, заставило меня немедленно увлажниться.

Мэтт наклонился чуть ближе. Он пах так хорошо: сочетание свежего чистого запаха геля для душа и его собственного уникального запаха. Я смотрела, как еще одна струйка воды стекает по его плоскому животу, мое сильнейшее желание упасть на колени и слизать ее с теплой кожи почти не оставило мне сил на сопротивление.

— Ты делаешь это со мной, Нат, — убеждал он. — Одним прикосновением ты делаешь меня твердым, как гребаный камень.

— Я рожала, — проговорила я. — Мое тело...

— Твое тело совершенно. — Мэтт скользнул рукой вокруг моей талии, и когда притянул меня к себе, я не смогла удержаться, чтобы не потереться об его эрекцию. Он застонал и обхватил мою задницу, сжимая ее одной рукой, в то время как другой скользил по моей ключице. — Ты красивая и сексуальная, и я очень хочу тебя, Наталья.

— Я тоже хочу тебя, — прошептала я.

— Хорошо. — Он навис надо мной, и с тихим стоном я прижалась губами к его губам. Мэтт еще крепче прижал меня к себе, когда мы исследовали рты друг друга с возрастающей настойчивостью.

Я встала на цыпочки и прижалась грудью к его груди, пока он сжимал и мял мою задницу.

Он спустился пылкими поцелуями по моему горлу, и я вздрогнула всем телом и прижалась к нему. Когда Мэтт потянул за край моей футболки, я подняла руки, чтобы он мог снять ее. Он бросил мою футболку на пол и оценивающе посмотрел на мою грудь, прежде чем провести большим пальцем по краю лифчика.

— Прекрасно, — сказал он.

— Бюстгальтер пуш-ап творит чудеса, — ответила я.

Мэтт хмуро посмотрел на меня, и я удивленно пискнула, когда он протянул руку и расстегнул мой лифчик одним движением запястья. Прежде чем успела остановить его, он снял с меня лифчик и бросил на пол вместе с футболкой.

Обхватил мою грудь и потер большими пальцами соски. Они затвердели, и я ахнула, когда он легонько потянул их указательным и большим пальцами.

— Все еще прекрасная, — сказал он с легкой усмешкой.

— Спасибо, я... о боже!

Мэтт поднял меня, и я вцепилась в его плечи, когда он отнес меня к кровати и бросил на нее. Он встал у кровати и бесцеремонно стянул с себя полотенце.

— Сладкая Матерь Божья!.. — Я облизала губы, глядя на его толстый член. В щели виднелась капелька предэякулята, и мне ужасно захотелось сесть и слизать ее. Прежде чем успела это сделать, Мэтт склонился надо мной и начал расстегивать мои джинсы.

— Бедра вверх.

Я приподняла бедра, и он стянул мои джинсы вместе с трусиками. Через несколько секунд я оказалась полностью обнажена, и он изучал меня горячим взглядом. Сложив руки на животе, я жалела, что у меня не хватило предусмотрительности спланировать свое соблазнение позже, когда смогу скрыть свои недостатки с помощью темноты и правильного освещения.

— Не делай этого, Нат. — Мэтт вытянулся рядом со мной, его великолепный член терся о мое бедро, и убрал мои руки от живота. — В тебе все прекрасно.

Он снова поцеловал меня, его язык искал мой с нежной настойчивостью. Я уже пристрастилась к поцелуям Мэтта. То, как он уговаривал и дразнил, было совсем не то, что я ожидала от него.

Он снова обхватил мою грудь, и я выгнулась от его прикосновения. Когда Мэтт пососал мой сосок, вскрикнула и схватилась за его голову. Сколько времени прошло с тех пор, как я в последний раз прижималась к чьему-то обнаженному телу? Чувствовала теплое прикосновение грубой руки? Слишком долго, черт возьми.

Мэтт осыпал поцелуями верхнюю часть моего тела. Он медленно облизал каждый сосок, поцеловал и прикусил мягкий изгиб груди, а потом уткнулся носом в ложбинку между ними.

Я напряглась, когда он двинулся вниз к моему животу, автоматически захотела прикрыться руками, чтобы спрятать и не показывать. Он взял меня за запястья и прижал руки к бокам, прежде чем поцеловать одну из моих растяжек.

— Ты великолепна. Каждая отметина, каждая родинка, — его губы прижались к родинке справа от моего пупка, — я не могу насытиться тобой, милая.

Я громко застонала, когда он провел дорожку от моего пупка к светлым волосам прямо над моим лоном. Мэтт поцеловал там, прежде чем отпустить мое запястье и скользнуть рукой между моих бедер. Надавил на внутреннюю сторону моего бедра, пока я не раздвинула ноги, и улыбнулся мне.

— Я уже несколько месяцев мечтаю попробовать тебя на вкус, Нат.

— Месяцев? — удивленно посмотрела на него. — Что ты делаешь… о... о черт.

Он провел языком от моей влажной дырочки до моего внезапно запульсировавшего клитора, и я схватила его голову и прижалась своей плотью к его рту с бесстыдной потребностью.

Мэтт поднял голову, легко разжимая мою хватку, и улыбнулся мне.

— Тебе нравится, милая?

— Да, — простонала я. — Пожалуйста, Мэтт, не останавливайся.

— Как давно в последний раз ты позволяла пробовать эту сладкую киску?

— Очень давно, — выдохнула я. — Перестань болтать и продолжай.

Его теплое дыхание ласкало меня, когда он смеялся, и вызывало мурашки на коже. Он погладил меня по внутренней стороне бедра рукой, когда я сильно потянула его за волосы, пытаясь вернуть его рот к ноющему клитору.

— Ты кончишь мне в рот, а потом на член, — пообещал он.

— Да, — ответила я. — Да, это отличная идея. Пожалуйста, Мэтт, это было так давно.

Он засмеялся, и я вскрикнула от чистого желания, когда он зарылся лицом в мое влагалище и принялся за работу. Мэтт использовал свой рот и язык, чтобы довести меня до исступления, и моя способность мыслить полностью исчезла под сокрушительной волной похоти.

Когда Мэтт скользнул пальцем глубоко в мое лоно и пососал мой клитор, я оказалась готова. Хрипло закричала, мое тело дернулось вверх, когда оргазм пронесся сквозь меня. Огни взорвались за моими плотно закрытыми веками, и я брыкалась и извивалась у рта Мэтта, пока он продолжал лизать и сосать.

Я рухнула на кровать, кровь ревела в моих барабанных перепонках, и мое сердцебиение поднялось до уровня, которого я не испытывала с тех пор… ну, никогда.

— Кажется, у меня чертов сердечный приступ, — выдохнула я, когда Мэтт скользнул на кровать.

Он усмехнулся и поцеловал меня в плечо, обхватив мою грудь.

— Сделай глубокий вдох, милая.

— Черт, это было... О боже. — Я тупо уставилась на него, вдыхая и выдыхая воздух из легких. — Где ты этому научился?

Он усмехнулся и снова поцеловал меня в плечо.

— Ты готова кончить на мой член?

— Я... честно говоря, не знаю, смогу ли, — засомневалась я. — Это было...

Сделала слабое движение руками, когда он сел и схватил презерватив с тумбочки.

— Думаю, ты сможешь, — уверенно произнес он.

Когда он открыл презерватив, я протянула руку и провела пальцами по его толстому члену. Он застонал, его тело содрогнулось, что заставило меня усмехнуться.

— Черт, — пробормотал он.

— Что? — Я крепко обхватила пальцами его член и погладила.

— Порвал презерватив. — Он небрежно бросил его на пол и потянулся за другим, с шумом выдыхая воздух между зубов, когда я потерла большим пальцем головку его члена. — Черт, Нат, перестань меня отвлекать.

— Тебя это отвлекает? — невинно спросила я, сжимая и потирая эту восхитительную сталь, обернутую бархатной мягкой кожей.

Мэтт застонал, его бедра выгнулись, прежде чем он разорвал упаковку презерватива зубами. Убрал мою руку, и я надулась на него.

— Это нечестно.

— Если ты не хочешь, чтобы я кончил тебе на руку, дай мне минутку, — попросил он.

Я ухмыльнулась, втайне радуясь его бессилию.

— Хорошо, я буду паинькой.

Расслабилась, лежа на спине, наблюдая, как он накатывает презерватив на член, прежде чем повернуться ко мне.

— Не против, если я буду сверху в наш первый раз?

Кивнула и лениво улыбнулась ему, прежде чем раздвинуть ноги.

— Забирайтесь, док.

Он засмеялся и встал на колени между моих ног.

— Я не доктор.

— Почти тоже самое. Уверена, ты сможешь сделать мне искусственное дыхание, если понадобится.

Он прижал член к моему клитору и слегка потер его. Я застонала и заерзала под ним.

— Слишком приятно.

Он скользнул головкой вниз к моему входу и завис там.

— Прости, милая.

Когда он не пошевелился, я протянула руку и провела по его плоскому животу.

— Чего ты ждешь?

Его лицо стало серьезным, и я пристально посмотрела на него, когда он сказал:

— Ты уверена, Нат? Уверена, что это то, чего ты хочешь?

— Да, — ответила я без колебаний. — Именно этого я и хочу, Мэтти. Пожалуйста.

Он изучал мое лицо, а затем с лаской и нежностью, которых я не ожидала, медленно скользнул в меня. Мэтт не торопился, его взгляд не отрывался от моего лица, когда он легко двигался вперед и назад. Он был большим, а у меня долгое время не было секса, и я удивилась и оценила его терпение и самообладание.

— Все хорошо? — заботливо спросил он, когда полностью погрузил член в меня.

Я прикоснулась к его лицу, чувствуя странное волнение от того, как он мил, и кивнула:

— Да, мне так хорошо, Мэтти.

Он застонал и наклонился, чтобы поцеловать меня.

— Мне нравится слышать свое имя из твоих уст, Нат.

Я ответила на его поцелуй, проведя кончиком языка по его нижней губе, прежде чем обнять за талию.

— Мэтти, я хочу тебя.

Он снова застонал и оперся на руки надо мной.

— Я тоже хочу тебя, Нат.

Он двигался медленными, глубокими движениями. Я покачивала бедрами, прижимаясь к нему, и мы нашли наш ритм удивительно быстро. Наши тела двигались слаженно, как будто это наш сотый раз вместе, а не первый.

Мэтти слегка проворачивал бедрами при каждом движении, что посылало удовольствие спиралью через мой живот. Когда протянула руку между нами и нежно потерла клитор, Мэтт задвигался немного быстрее.

— Ты не возражаешь? — Я тяжело дышала. — Не всегда могу кончить от одного секса.

— Милая, делай, что хочешь. Потри свой сладкий клитор, поиграй со своими сосками, сделай все возможное, чтобы кончить на мой член, — сказал Мэтт.

Скрыла от него свое удивление. Я предполагала, что Мэтт из тех парней, которые настаивают на том, что их женщина кончает только от его прикосновений или от самого акта. Узнав, что это не так, я только сильнее возбудилась.

— Ты такой милый, — простонала я.

Он двигался быстрее, кровать начала скрипеть в такт нашим телам.

— Потри свой клитор, милая. Покажи мне, как ты выглядишь, когда кончаешь на мой член.

Я снова застонала и потерла клитор сильнее, щипая и дергая его, пока Мэтт входил и выходил из меня в жестком и быстром ритме, который заставил пальцы моих ног поджаться. Одной рукой я крепко держалась за его узкую талию, а другой сильно терла клитор.

Когда мой оргазм пронзил меня, Мэтт издал хриплый крик и вошел глубоко, вены на его шее вздулись, когда лоно сжалось вокруг него. Он входил и выходил, его большое тело содрогалось, когда он присоединился ко мне, достигнув блаженной разрядки.

Мэтт скатился с меня, лег на спину и тупо уставился в потолок. Я села и сняла с него презерватив, завязала конец и бросила его в мусорное ведро с другой стороны тумбочки, прежде чем свернуться калачиком рядом с ним.

Он обнял меня и поцеловал в лоб, когда я улыбнулась ему.

— Ты в порядке?

— Еще в каком, — уверил он. — Это было потрясающе, Нат.

— Для меня тоже, — проговорила я. — Спасибо, Мэтти.

Он притянул меня к себе и поцеловал в лоб.

— Милая, это я должен благодарить тебя. Это самый лучший чертов оргазм в моей жизни.

***

Мэтт

— Ты голодна? — Я поцеловал Наталию в лоб, лениво описывая круги на ее бедре, пока мы лежали в постели.

— Немного, может быть. — Она попыталась отодвинуться, и я прижал ее ближе, не желая или не готовый отпустить ее. — Мне нужно одеться.

— Зачем?

— Я собиралась сходить в магазин за продуктами, чтобы приготовить тебе ужин сегодня вечером, — ответила она.

Я обхватил ее упругую попку и слегка сжал.

— У меня есть идея получше. Почему бы нам не остаться прямо здесь, и я закажу ужин на сегодняшний вечер?

— Я же обещала приготовить тебе ужин.

— Верно. Ты можешь пойти за продуктами или остаться в моей постели, и я снова закушу твоей киской.

Она рассмеялась и поцеловала меня в грудь.

— Это даже не выбор. К черту поход за продуктами.

Я драматично вздохнул.

— Слава Богу. Если бы ты предпочла поход за продуктами, а не куннилингус, мне бы от стыда пришлось стать монахом.

Она ткнула меня в бок.

— О, пожалуйста, у тебя имелось достаточно практики, так что крайне сомнительно, что ты бы был плох в сексе.

Чувство стыда заставило меня напрячься. До Нат я никогда не жалел о том, со сколькими женщинами переспал, но, зная, как она относится к тому, что я сплю со всеми подряд, пожалел, что не жил жизнью монаха.

— Мэтт? — Наталья села и внимательно посмотрела на меня. — Прости, мои слова прозвучали очень обидно.

— Нет, все в порядке. Моя репутация появилась не на ровном месте. — Я улыбнулся ей, но она покачала головой.

— Нет, не в порядке. Мне не следовало так говорить, и я чувствую себя ужасно из-за этого. Я осуждаю тебя за то, чем сама сейчас занимаюсь, и это делает меня настоящей жабой.

— Эй, я это заслужил. Я действительно часто сплю, с кем попало. — Я хотел сказать ей, что не спал ни с кем уже больше полугода, хотел как-то попытаться убедить ее, что изменился, но что толку? Наталья не хотела нового и улучшенного Мэтта. Она хотела прежнего Мэтта, парня, который не ходил на свидания и не влюблялся, парня, который искал только одного.

Как будто прочитав мои мысли, Наталья сказала:

— Итак, то, что мы делаем сейчас, краткосрочно?

— Верно.

— Имею в виду, я знаю, что ты не заводишь серьезные отношения, и абсолютно на сто процентов согласна с этим. Я действительно, хм, ищу...

— Кого-нибудь, кто уймёт твой сексуальный зуд?

Она покраснела, но кивнула.

— Да. Я подумала, что мы могли бы, э-э, повеселиться вместе, пока Фиби не вернется. Ничего серьезного, просто двое взрослых развлекаются вместе. У тебя ведь это хорошо получается?

— Конечно. Это то, что я делаю лучше всего. — Даже я мог расслышать горечь в своем голосе, но приклеил улыбку на свое лицо, когда Наталья изучала меня.

— Уверен? — Она прикусила нижнюю губу. — Я имею в виду, ничего страшного, если тебе этого достаточно. Я все прекрасно понимаю и не хочу заставлять тебя делать то, чего ты не хочешь.

— Поверь мне, — ответил я, преувеличенно подмигнув. — Я хочу заняться тобой.

Она хихикнула, и неловкость прошла.

— Замечательно. Потому что я действительно хочу сделать это несколько раз.

— Кстати, — я перевернулся и прижал ее к кровати своим телом, — я назначаю своей личной миссией доставить тебе множественные оргазмы. Как тебе это нравится?

— Хм, дай подумать, — она прижала палец к своим идеальным губам и застенчиво уставилась в потолок, — думаю, я не буду возражать.

Глава 7

Наталья

Вытерлась полотенцем и посмотрела на свое отражение в запотевшем зеркале. Я решила, что выгляжу по-другому. Уже не так нервничала, и темные круги под глазами исчезли. Конечно, прошлая ночь стала лучшей ночью сна за последние месяцы.

Хотела притвориться, что это из-за алиментов – деньги были огромным стрессом для меня — но знала, что это не так. Нет, я чувствовала себя такой расслабленной и спала так хорошо, потому что провела ночь в постели Мэтта Эндрюса.

Я провела расческой по мокрым волосам и нанесла немного лосьона. Секс с Мэттом оказался потрясающим, и я уже пыталась спланировать, сколько еще раз смогу заняться сексом с ним, прежде чем заберу Фиби после моей смены в субботу.

Я слегка улыбнулась и затянула полотенце вокруг себя, прежде чем, хромая, выйти из ванной и вернуться в спальню Мэтта. Мои ноги просто убивали меня, и одна только мысль о том, чтобы простоять на ногах шесть часов сегодня, заставляла их пульсировать еще сильнее.

Это не единственное, что причиняет боль.

Я осторожно потерла внутреннюю сторону бедер и притормозила, когда поняла, что кровать пуста. Прежде чем успела поискать Мэтта взглядом, услышала, как в гостевой ванной спустили воду. Он вернулся в спальню, совершенно голый, с торчащими вверх волосами.

Он одарил меня сонной улыбкой, прежде чем забраться обратно в кровать и натянуть одеяло.

— Доброе утро.

— Доброе. Извини, мне стоило принять душ в гостевой ванной.

Он покачал головой.

— Все нормально. Пользуйся моим душем в любое время, когда захочешь. Во всяком случае, там давление воды лучше, чем в гостевой.

Я улыбнулась и захромала к кровати.

— По сравнению с паршивым душем в трейлере, оба твоих душа просто восхитительны. У меня дома попытка помыться больше похожа на хождение в легком тумане.

Он сел, слегка нахмурившись.

— Ты опять хромаешь. Тебе нужно сходить к врачу.

Я села на другую сторону кровати, прислонившись спиной к изголовью и вытянув ноги перед собой. Потянула за край своего полотенца, испытывая искушение взобраться на Мэтта и довести его до очередного содрогающегося оргазма. Я обуздала свое либидо и проговорила:

— Это оттого, что я целый день стою на них в дешевой обуви.

Я тихонько пискнула от удивления, когда он сполз с кровати и схватил меня за правую ногу.

— Мэтт, что ты... о... о боже, о... боже мой.

Я прикусила нижнюю губу, моя спина выгнулась, когда Мэтт потер мою пятку.

— М-м-м, о боже, Мэтт, это так приятно. Ты даже не представляешь…

Он ухмыльнулся и продолжал растирать мне ногу.

— Скажи мне, если будет больно.

— Это больно, но в хорошем смысле, — сказала я, прежде чем снова застонала. Прислонилась головой к спинке кровати и закрыла глаза. Тихое мычание и стоны удовольствия срывались с моих губ, и я помахала ему левой ногой.

— Сделай так и с ней.

Он засмеялся и перешел к моей левой ноге, разминая и массируя ее нежными, но твердыми прикосновениями.

— О боже, — снова простонала я, выгибая спину, когда он потер особенно чувствительное место. — Да, прямо здесь. Прямо здесь.

Он растирал и массировал обе мои ступни следующие десять минут, пока я стонала и счастливо мычала от удовольствия. Я приоткрыла один глаз, когда Мэтт прочистил горло и мягко сжал одну ногу.

— Если тебе интересно, — сказал он. — Я начинаю понимать, что мне нужно улучшить свою игру, когда дело касается тебя. Ты стонешь громче и чаще во время массажа ног, чем во время секса.

— Не принимай это… о боже, да, это место… именно оно. Я имею в виду, секс с тобой невероятен, но это... это... просто взрыв мозга, — сказала я.

Он засмеялся и поцеловал мою ступню.

— Так лучше?

— В тысячу раз лучше. Спасибо, Мэтт.

— Не за что, милая. В любое время, когда тебе понадобится массаж ног, просто попроси.

Я улыбнулась ему, когда он растянулся на кровати рядом со мной.

— Ты еще пожалеешь об этих словах.…

Во рту у меня пересохло, а в голове стало пусто. Член Мэтта был полностью возбужден, и я жадно уставилась на любовника, когда он медленно начал его поглаживать.

— Никогда бы не подумал, что массировать женщине ноги так возбуждает.

Я лениво улыбнулась ему, не протестуя, когда он потянул меня за полотенце. Оно скользнуло к моей талии, и Мэтт уставился на мою грудь, продолжая поглаживать член быстрее. Я обхватила свою грудь, дразня соски пальцами, когда он издал низкий стон.

— Ты такая красивая, Нат, — тихо проговорил он.

— Спасибо. — Я облизнула губы, улыбаясь, когда он изучал мой рот, его глаза потемнели от желания.

Вытащила полотенце из-под себя и бросила его на край кровати, прежде чем повернуться и лечь на бок, положив голову рядом с его промежностью.

— Повернись на бок, Мэтт.

Он повернулся ко мне лицом, тихо застонав, когда я положила голову на руку и обхватила другой рукой основание его члена. Наклонилась вперед и лизнула головку его члена.

Все его тело содрогнулось, и он схватил рукой меня за бедро.

— Соси, милая.

Я скользнула ртом вниз по члену, наслаждаясь вкусом его соленого предэякулята, когда сосала и лизала его член. Бедра Мэтта дернулись вперед, заставляя меня еще больше заглотить его члена. Я урчала, посасывая, мои губы вибрировали на его твердой, горячей плоти, и Мэтт издал очередной резкий стон.

Он поцеловал мой лобок, прежде чем поднять мою ногу вверх. Я громко застонала, не выпуская его толстый член изо рта, его мягкий язык лизнул мою щель и исследовал влажную дырочку.

Затем Мэтт сжал мою грудь, а после сосок между указательным и большим пальцами. Я выгнула спину, и его теплое дыхание обдало легкой щекоткой мои половые губы, когда он сказал:

— Продолжай сосать, Нат.

Я издала приглушенный звук согласия и сосала его член, пока он лизал и целовал мою нежную плоть. Когда его язык коснулся моего клитора, снова застонала и натянула кожу у основания его члена, усердно работая ртом.

Его ответный стон прозвучал приглушено, когда он зарылся лицом между моих бедер и несколько раз лизнул клитор. Еще больше предэякулята заполнило мой рот, и я жадно проглотила его, прежде чем провести кончиком языка по головке члена.

Мэтт жадно обхватил клитор губами, и я вскрикнула и начала сосать сильно и быстро. Я находилась на грани, близкая к тому, чтобы кончить, и заглотила член Мэтта еще глубже, пока его головка не ударилась о заднюю стенку моего горла.

Он громко зарычал от удовольствия, и его сперма хлынула мне в горло как раз в тот момент, когда меня захлестнул мой собственный оргазм. Я прижалась своей плотью к его лицу, когда наслаждение окутало меня облаком чистого экстаза. Я глотала и глотала снова, наслаждаясь вкусом спермы Мэтта. Отпустила его, падая на спину и слизывая случайные капли спермы с моих губ, когда Мэтт тоже рухнул рядом.

— О боже, — проговорил он. — Это было...

— Быстро, яростно и чертовски фантастично, — пробормотала я.

Он засмеялся и потянул меня за лодыжку.

— Иди сюда.

— Не могу. Сил нет...

Мэтт снова потянул за лодыжку, и я недовольно заворчала, но стала ерзать на кровати, пока не оказалась рядом с ним, положив голову ему на грудь. Он натянул на нас одеяло и поцеловал меня в лоб.

— Обычно я извиняюсь за то, что кончаю так быстро, но...

— Это было прекрасно, — заверила я.

— Так оно и есть. Спасибо.

Я хихикнула и обняла его за талию.

— Нет, нет, спасибо тебе… за массаж ног и оргазм. Это лучший день в моей жизни.

Низкий смешок вырвался из его груди, и я поцеловала его теплую кожу.

— Не суди о моих навыках минета по этому, ладно? Меня чрезвычайно отвлекал твой язык. Обещаю, что в следующий раз, когда отсосу твой член, буду более... внимательна.

Он ухмыльнулся и быстро обнял меня.

— Хотя я очень рад слышать слова «в следующий раз, когда отсосу твой член», тебе действительно не о чем беспокоиться. Это было невероятно.

— Невероятно, потому что я проглотила? — Я одарила его дразнящей улыбкой. — Слышала, хорошие девушки всегда глотают.

— Это могло бы превратить тебя из удивительной в невероятную, — ответил он с милой улыбкой. Улыбка немного померкла, и он откашлялся. — Я чист. Не хочу, чтобы ты волновалась или думала об этом.… Я могу показать тебе результаты своих анализов.

Я отрицательно покачала головой.

— Я тебе верю. Я тоже чиста, но не на таблетках, так что презервативы — это необходимость. Одной случайной беременности мне вполне достаточно, спасибо.

Я снова положила голову ему на грудь, пока Мэтт медленно поглаживал мою спину.

— Значит, Фиби вы не планировали?

— Нет. Эван не хотел, чтобы я принимала таблетки, он сказал, что они сделают меня толстой и угрюмой, поэтому мы использовали презервативы.

— Серьезно?

— Странно, правда? — Я села и завернулась в простыню, Мэтт тоже сел. Он схватил бутылку воды с ночного столика и открыл ее, прежде чем передать мне. — Спасибо. — Я выпила и вернула бутылку.

— Действительно странно. — Он сделал несколько глотков воды. — Ни один парень из тех, кого я знаю, не стал бы пользоваться презервативами только потому, что его подружка может стать капризной от таблеток.

— Думаю, он больше переживал за увеличение моего веса, — сказала я. — У Эвана настоящий пунктик насчет людей с избыточным весом. Они вызывают у него отвращение.

Я уставилась на бутылку с водой в руке Мэтта.

— Хотя судьба пошутила над ним. Презерватив порвался, я забеременела и набрала вес.

— Это нормально набирать вес, когда беременна, — сказал Мэтт, нахмурившись.

— О, знаю. Я набрала нормальный вес за время беременности, но Эван не подходил ко мне, как только я начала толстеть. Потом, после рождения Фиби, он настоял, чтобы я сбросила вес как можно быстрее. Мне повезло, что у меня довольно хороший обмен веществ, и я всегда питалась здоровой пищей. Довольно легко сбросила лишний вес, но, — я посмотрела вниз на свой покрытый простыней животик, — растяжки никуда не делись, и мой плоский живот не возвращался.

— Ты прекрасна, — сказал Мэтт, — именно такая, какая есть.

— Спасибо. — я протянула руку и сжала его ладонь. — Это очень мило с твоей стороны.

— Я серьезно, — сказал он. — Могу я спросить, что произошло между тобой и Эваном?

Я искоса взглянула на него:

— Уверена, что ты слышал.

— До меня дошли слухи.

— Что ж, слухи верны. Когда Фиби исполнилось три месяца, я вернулась домой от мамы и застала Эвана в постели с одной из бухгалтерш его фирмы.

— Мудак, — не сдержался Мэтт.

— Полный придурок. И такое ходячее клише. Веришь, он на самом деле перечислил кучу причин, почему измена — это моя вина? Я слишком занята Фиби, я больше не заботилась о себе, не заботилась о его потребностях, делала все только ради Фиби… —

Я горько рассмеялась. — Как будто он распечатал в интернете список причин, по которым мужчины изменяют, и просто их перечислил.

— Мне очень жаль, но ты этого не заслужила.

— Нет, но, по крайней мере, я поняла, каким подонком он был до того, как вышла за него замуж.

Мэтт кивнул, и я взяла у него воду и сделала еще один большой глоток.

— В общем, я собрала Фиби, всю нашу одежду и личные вещи и вернулась домой, поджав хвост. Мои родители настаивали, чтобы я переехала в Айову, они уехали туда вскоре после моего отъезда с Эваном, но я хотела жить здесь. Я выросла здесь и скучала по этому месту, понимаешь? Хотя знала, что без поддержки родителей мне будет гораздо труднее.

— Понимаю. Вот почему я никогда не уезжал. Я люблю этот городок, — сказал Мэтт.

— Я тоже, — согласилась я. — Лучше бы я никогда не уезжала. А еще жалею, что позволила Эвану уговорить меня не идти в колледж сразу.

— Что ты хотела изучать?

— Дошкольное образование. Я всегда любила детей и думала стать воспитателем. Но Эван хотел, чтобы я работала, чтобы помочь ему, пока он получает диплом бухгалтера, а затем я бы пошла в колледж, как только он начнет работать полный рабочий день. Но потом я забеременела Фиби. В нашем местном колледже есть такой курс, но он слишком дорогой. Когда Фиби пойдет в школу, и я смогу сэкономить на детском садике, тогда и поступлю.

Я улыбнулась ему, и Мэтт поколебался, прежде чем сказать:

— Могу я спросить кое-что еще?

— Конечно.

— Эван хоть иногда видится с Фиби?

— Нет, но не потому что я прячу ее от него. Честно говоря, он никогда не интересовался Фиби по-настоящему. Когда вернулась домой, я сказала ему, что совершенно не против, если он будет навещать ее по выходным. Эван ответил, что это очень далеко и он слишком занят работой, чтобы ехать сюда, поэтому первые несколько месяцев после моего отъезда я ездил в Веллинг каждое второе воскресенье, чтобы он мог ее увидеть. Но он начал игнорировать меня, не появляясь в ресторане, или появлялся, держал Фиби минут пять, а затем уходил. Я действительно не могла позволить себе тратить деньги на бензин, поэтому перестала ездить.

— Он платит алименты на ребенка?

— Платил, пока Фиби не исполнился год, а потом уехал из Веллинга и перестал.

— Ты, черт возьми, шутишь. — Взгляд Мэтта, полный немедленного возмущения, был на самом деле очаровательным.

— Нет. Я несколько раз пыталась заставить его заплатить, но он все время отмахивался от меня и менял номер телефона. В конце концов я сдалась. Но потом Мэгги переехала сюда, и она сказала мне, что это незаконно и что она может заставить его заплатить. — Вернула ему бутылку с водой. – Я наняла Мэгги — ну, вообще-то, она делает это бесплатно для меня, потому что не позволяет мне платить ей даже в рассрочку, — и она взялась за Эвана всерьез, собираясь получить алименты.

— И? — Мэтт выжидающе уставился на меня.

Я усмехнулась и подтянула колени к груди.

— В среду я получила свой первый чек на алименты. Он все еще должен мне заплатить за все то время что уклонялся, и Мэгги обещала что добьётся этого от него, но, по крайней мере, это начало?

— Это потрясающе, — сказал Мэтт.

— Так и есть. Но чек выписан на следующий месяц, а это значит, что я не смогу обналичить его до понедельника. Ты не против, если мы с Фиби поживем у тебя до тех пор? Я оплачу счет за отопление, как только получу чек, и к вечеру понедельника мы от тебя съедем.

— Я не против, — сказал Мэтт. — Вы с Фиби можете оставаться здесь столько, сколько захотите.

Я улыбнулась ему.

— Это очень мило с твоей стороны, знаю, что Фиби иногда бывает слишком много. Особенно с тех пор, как ты ей так понравился.

— Она мне нравится. Она хорошая малышка.

Я кивнула.

— Она действительно такая. Но это не значит, что ты хочешь играть с ней в куклы или позволять лазить по себе, как маленькой обезьянке, каждый раз, когда она тебя видит.

— Я не возражаю, — заверил он. — Честно.

Я изучала его несколько секунд, прежде чем покачать головой.

— Ты совсем не такой, как я думала, Мэтт Эндрюс.

Он не ответил, и, смутно почувствовав, что обидела его, я произнесла:

— Еще раз спасибо за все, что ты сделал.

— Всегда пожалуйста.

Я потерла его твердое бедро, прежде чем пошевелить бровями.

— Может быть, я смогу отплатить тебе вторым, не отвлекающимся минетом...

Вместо восторженного «Да», которого я ожидала, тело Мэтта напряглось, и он убрал мою руку от своего бедра.

— Ты спишь со мной в качестве платы за помощь?

— Что? Нет, это не так...

— Знаю, у меня не самая лучшая репутация в городе, но мне бы не хотелось узнать, что женщина трахается со мной только потому, что я пытался ей помочь, — проговорил он.

— Я не поэтому, — сказала я быстро. — Честно не из-за этого. Я не… имею в виду, что спала с тобой, потому что хочу тебя.

— Хочешь? — удивился он.

В его голосе прозвучала странная тревога, и я крепко сжала его руку.

— Да. Очень сильно. Меня влекло к тебе с того самого дня, как ты вошел в закусочную и начал флиртовать со мной.

Он недоверчиво посмотрел на меня, и я пожала плечами.

— Правда. Знаю, что отказала тебе, когда ты пригласил меня на свидание и игнорировала твой флирт, но поверь мне, было очень трудно притворяться невосприимчивой к твоим чарам.

Он не ответил, и я снова сжала его руку.

— Я серьезно, Мэтт.

— Ладно, хорошо, — сказал он.

Наступило неловкое молчание, которое я поспешила нарушить.

— Итак, я закончу работу к девяти вечера, а Фиби все еще будет с Мэгги. Не хочешь сходить на вечерний фильм в кинотеатр «Лэндмарк»? Я угощаю.

— О, у меня есть планы на вечер, — ответил Мэтт.

Мой желудок сжался в кулак, и я отпустила его руку.

— Да, конечно.

— Я действительно не могу их изменить. Ты знаешь моего лучшего друга Джона? Он часто приходит в закусочную вместе со мной.

— Да, — ответила я.

— Сегодня день рождения его подруги Клэр, и мы планировали отпраздновать ее день рождения еще две недели назад… Извини.

— Нет, все в порядке, — поспешно проговорила я. — Тебе не за что извиняться.

Наступило еще более неловкое молчание.

— Если ты захочешь разбудить меня, когда вернешься домой, чтобы заняться сексом, я не буду злиться.

— Наверное, будет уже довольно поздно, — сказал он.

Возможно, прошло уже много времени с тех пор, как я пыталась строить планы с парнем, но понимала, когда меня отшивают. Побежденная, я приклеила еще одну улыбку на свое лицо.

— Ладно. Ну, передай Клэр, что я поздравляю ее с днем рождения.

Схватила полотенце с пола и соскользнула с кровати. Поспешно обернула его вокруг себя.

— Я собираюсь одеться и сделать бутерброд на обед, прежде чем идти на работу. Могу сделать и тебе?

— Нет, спасибо. Мне нужно принять душ, а потом еще кое-что поделать. — Мэтт уставился на одеяло, а я направилась к двери.

— Ладно. Хм, повеселись сегодня вечером. Пока.

— Пока, Наталья.

Я выбежала из его комнаты в комнату для гостей, закрыла за собой дверь и прислонилась к ней. Глупо, но я была близка к тому, чтобы заплакать после того, как Мэтт отверг меня, и ударила себя по ноге, прежде чем прошептать:

— Прекрати, идиотка. Сама виновата. Ты пригласила его на чертово свидание! О чем ты только думала? Сама сказала ему, что это только секс, так что ты не можешь сердиться на него за то, что он не хочет от тебя ничего, кроме секса.

«Он даже этого больше не хочет».

Я мрачно проигнорировала свой внутренний голос. Мэтт просто разозлился, потому что я наговорила ему кучу глупостей. Завтра снова извинюсь, и если мне повезет, он будет готов к еще одному или двум сеансам секса, прежде чем я пойду на работу.

Глава 8

Наталья

— Счастливо, Нат.

— Пока, Стэнли. Всего хорошего, увидимся завтра.

— Ага. — Стэнли натянул на свою лысеющую голову ярко-красную вязаную шапочку и спустился по лестнице к своей машине.

Я в последний раз проверила дверь закусочной, прежде чем спуститься по ступенькам вслед за ним. На мгновение мне захотелось попросить нашего повара подвезти меня до дома Мэтта. Было темно и холодно, и я опоздала на девятичасовой автобус, что означало, что мне придется ждать еще сорок пять минут до десятичасового.

Поплотнее запахнула свою тонкую куртку, когда Стэнли сел в машину и выехал со стоянки, даже не взглянув на меня.

Моя правая пятка пульсировала, пока я хромала через парковку. По крайней мере, автобусная остановка всего в паре кварталов отсюда, и мне не нужно сначала идти к Мэгги и забирать Фиби. Было холодно, и мне совсем не хотелось тащить бедняжку к Мэтту на автобусе. Я позвонила и поговорила с Фиби по телефону во время моего перерыва на ужин, и, судя по звукам, она совсем не скучала по мне.

Я слегка улыбнулась, вспомнив, как она была взволнована, когда рассказала мне, что Вайят и Мэгги взяли ее сегодня вечером в наш местный «Чаки-Чиз». Я вечно еле сводила концы с концами и не могла почти никуда сводить Фиби развлечься. Если это и случалось, то крайне редко, и я ненавидела себя за то, что она пропускала то, что другие дети могли делать регулярно.

«Уже нет. Теперь, с помощью денежной поддержки от Эвана, ты сможешь развлекать Фиби чаще».

Я наклонила голову, защищаясь от холодного ветра, и пошла по тротуару, радуясь, что сменила форму на джинсы. Они, по крайней мере, давали немного больше тепла, чем тонкая униформа. Фары осветили дорогу, и я нервно отступила назад, перекладывая рюкзак на плечо, когда машина остановилась рядом со мной.

Окно опустилось, и Мия высунула голову наружу.

— Наталья! Мне очень жаль, что мы опоздали.

— Э-э, опоздали? — Я посмотрела мимо нее и увидела Элайджу, сидящего за рулем.

— Разве Мэтт тебе не сказал? Он попросил меня и Элайджу забрать тебя после работы.

— Что? — Я непонимающе посмотрел на нее. — Он попросил?

— Да. Прыгай на заднее сиденье, на улице холодно.

Я открыла заднюю дверцу и забралась внутрь, усевшись за Мией. Она повернулась на сиденье и улыбнулась мне.

— Эй, ты знакома с Элайджей?

— Формально, нет. Привет, Элайджа, я Наталья.

— Приятно познакомиться, — проговорил он, ведя машину.

— И мне тоже. Ну и почему Мэтт попросил вас забрать меня?

— Потому что у тебя сломана машина и на улице мороз, а автобусная система в этом городе отстой, — рассказала Мия. — Но мы немного опоздали, потому что сначала мне нужно было заехать к Нане. Кстати, как у тебя дела?

— Хорошо, — сказала я. — Я очень ценю, что вы подвозите меня домой. Спасибо.

— О, это не проблема. В любом случае, это по пути к Рену. — Мия на секунду замолчала, прежде чем бросить на Элайджу взгляд, которого я не поняла. — Ты должна пойти с нами. Мэтт сказал, что сегодня вечером Фиби останется с Мэгги. Как часто ты выбираешься куда-нибудь вечером?

— Не так уж часто, — ответила я. — Но я не хочу мешать вашему свиданию.

Мия хихикнула, прежде чем сжать накачанную руку Элайджи.

— Мы будем рады, если ты присоединишься к нам. Правда, малыш?

Элайджа кивнул:

— Чем больше, тем веселее.

Я колебалась. Я устала, у меня болели ноги, и я все еще расстраивалась из-за того, что Мэтт отверг меня, но мысль о том, чтобы пойти к нему домой и сидеть в одиночестве, заставляла меня чувствовать себя еще более жалкой, чем быть третьей лишней на свидании Мии и Элайджи.

— Вы уверены?

— Определенно, — ответила Мия.

— Тогда ладно.

— Потрясающе! — Мия бросила на меня восхищенный взгляд, прежде чем повернуться лицом к дороге. — Мы отлично повеселимся.

***

Мэтт

— Эй, если ты не хочешь быть здесь, все в порядке. — Джон толкнул меня в плечо, прежде чем сделать глоток пива. — Ты пришел, поздравил с днем рождения и выпил пару стаканчиков. Ты оправдал мои ожидания.

Я сердито посмотрел на него:

— Не будь придурком.

— Я не придурок, — сказал Джон. — Просто пытаюсь выгнать тебя отсюда, чтобы ты мог потрахаться.

— Говори потише. — Я взглянул на остальных. Девушка Джона, Клэр, оживленно разговаривала со своей лучшей подругой, крошечной рыжей девушкой по имени Луна, которая работала в кофейне «Чашки» на главной улице. По другую сторону от Луны сидел ее бойфренд, самый крупный и тихий мужчина в городе, Ашер Стоукс.

— Слушай, я знаю, что твое время с Натальей ограничено, так что убирайся отсюда, — сказал Джон. — Я рассказал Клэр все о тебе и твоей влюбленности в Наталью, так что она поймет, если ты уйдешь.

— Ты рассказал Клэр?

— Я все рассказываю Клэр. Не думал, что ты будешь возражать. А ты против?

— Нет, совсем, нет — сказал я. — Просто чувствую себя глупо из-за того, что хочу кого-то, кого никогда не смогу иметь.

Джон сделал большой глоток пива.

— Ты точно знаешь, что не можешь ее заполучить? Ты пробовал усадить ее и сказать, что хочешь большего?

— Она этого не хочет, — объяснил я. — Вчера вечером она совершенно ясно дала понять, что хочет только секса, и это только до тех пор, пока не вернется Фиби.

— Этот отстой. Мне жаль, приятель.

— Ага. — Я в сотый раз посмотрел на часы. — Я облажался с ней сегодня днем.

— Как? — Джон наклонился чуть ближе.

— Предположил, что она спит со мной в качестве платы за то, что я дал ей место для проживания, и... это было чертовски неловко. Она сказала, что ее всегда тянуло ко мне, но я по-прежнему вел себя как разозленный ребенок, который впадает в истерику. Она спросила, не хочу ли я пойти в кино, и я отмахнулся от нее, и... видел, как она смутилась. Боже, я веду себя с ней как настоящий осел.

— Уверен, что ты был не так уж плох, — сказал Джон.

— Она сказала мне, что я могу разбудить ее, когда вернусь домой, чтобы заняться сексом, и я ответил, что будет слишком поздно.

Джон поморщился:

— Беру свои слова обратно, ты просто осел.

Я пробормотал проклятие, прежде чем снова взглянуть на часы.

— Я попросил Мию забрать Наталью с работы после смены. Ее машина будет готова только в понедельник, и у нее нет денег на такси. Не хотел, чтобы она ждала автобус, когда на улице так темно и холодно.

— Тебе стоило самому ее встретить, — заявил Джон.

— Знаю.

— Но ты этого не сделал.

— Знаю.

— Потому что ты осел.

— Знаю, — я посмотрел на Джона, который только рассмеялся, и оглядел бар. —Послушай, я пойду. Мне нужно поговорить с Нат, извиниться перед ней.

— Тебе в самом деле стоит извиниться, — согласился Джон, — но тебе не обязательно уходить.

— В смысле?

Джон указал на Мию, Элайджу и — мое сердце бешено забилось — Наталью, идущих к нам.

— Эй, ребята! — Мия улыбнулась мне, когда все трое остановились у нашего столика. — Забавно, что мы встретились здесь.

Я одарил ее взглядом «какого черта ты вытворяешь», но она его проигнорировала. Мия знала, что сегодня вечером я буду у Рена праздновать день рождения Клэр. Она также знала о моем увлечении Натальей. Около месяца назад, после слишком большого количества пива в этом самом баре, я признался в своей любви к Наталье и Мии, и Элайдже.

Теперь я искренне сожалел об этом, когда Мия широко улыбнулась мне.

— Как вы?

— Хорошо, — сказал Джон. — Празднуем день рождения Клэр.

— Какая прелесть. — Мия повернулась к Клэр. — С днем рождения, Клэр.

— Спасибо, — ответила та.

Мия посмотрела на Элайджу и Наталью.

— Мы втроем решили, что нам тоже не помешает выпить. Это так неожиданно, наткнуться на вас, ребята.

Она посмотрела на Джона взглядом, который ясно говорил: «Пригласи нас остаться, идиот».

— Почему бы вам не присоединиться к нам, — произнес Джон с легкой усмешкой. — Здесь полно места.

— Вы уверены? — Взгляд Мии бы растопленным сливочным маслом. — Мы не хотели бы вам мешать.

— Вы не помешаете. — Клэр указала на два пустых стула между мной и Ашером. — Садитесь.

— Большое спасибо, — ответила Мия.

Наталья откашлялась:

— Гм, здесь всего два стула, и я очень устала, так что, пожалуй, пойду-ка я спать...

— Не говори глупостей. — Луна вскочила и потянула Ашера за руку. — Садись на мое место, милая.

Он подвинулся, и она плюхнулась к нему на колени, обвила рукой его толстую шею и поцеловала в щеку.

— Не возражаешь, если я посижу у тебя на коленях?

— Ты же знаешь, что нет, — ответил он.

— Вот, три свободных места, — сказала Луна. — Садись, Наталья.

Прежде чем Наталья смогла сесть рядом с ними, Мия практически толкнула Элайджу к пустому стулу.

— Элайджа, сядь рядом с Ашером.

Он сел, и Миа подвинула стул рядом с ним, прежде чем похлопать по свободному месту между нами.

— Давай сюда, Наталья.

— Спасибо, — она села и слабо улыбнулась мне. — Привет, Мэтт.

— Привет, — сказал я. — Как работа?

— Прекрасно, — ответила она.

Наступила тишина, а потом Джон наклонился ко мне и улыбнулся ей:

— Привет, Наталья. Как твои дела?

— Хорошо, спасибо. Как ты?

— Я великолепно. — Джон толкнул меня локтем в бок. — Представь ее всем, осел.

Я пробормотал извинения Нат, прежде чем сказать громким голосом:

— Ребята, это Наталья. Наталья, это ребята.

Джон фыркнул от отвращения, когда Луна помахала Наталье.

— Привет, я Луна, а это Ашер. Ты ведь работаешь в закусочной?

Нат кивнула, когда Клэр подняла свой бокал с вином и улыбнулась ей.

— Я Клэр, сегодня мой день рождения, и я уже слишком много выпила.

Наталья засмеялась:

— Приятно познакомиться, Клэр. С днем рождения.

— Спасибо, Наталья. — Клэр наклонила свой бокал к ней, прежде чем сделать глоток.

Когда остальные начали болтать, я с беспокойством заметил, как тихо ведет себя Нат и как она избегает моего взгляда.

— Хочешь выпить? — спросил я.

Она покачала головой.

— Нет, я не могу оставаться слишком долго.

— Почему нет? Когда ты в последний раз выходила из дома?

Она пожала плечами, и я наклонился чуть ближе, ненавидя то, как это заставило ее напрячься.

— Ты заслуживаешь немного веселья в своей жизни, Нат.

— Мне правда весело, — проговорила она. — То, что мое представление о веселье не совпадает с твоим, не означает, что я живу скучной жизнью. Может быть, я не очень люблю выпивать и веселиться, но мне нравится проводить время со своим ребенком, ясно?

— Я знаю это. — Я был более уязвлен ее словами, чем хотел это признать. — Мне тоже нравится тусоваться с Фиби, она замечательная девочка.

Она не ответила, и я оглядела стол, прежде чем встать.

— Пойдем потанцуем.

— Что?

Я протянул ей руку, и после небольшого колебания она встала и взяла меня за руку. Медленно подошел к танцполу, зная, что у нее болят ноги, и взял ее в свои объятия. Боже, я чувствовал себя так хорошо, когда ее тело прижималось к моему. Мы покачивались в такт музыке, и я наклонил голову и вдохнул аромат ее волос.

— Почему ты меня нюхаешь?

— Ты хорошо пахнешь.

— От меня пахнет несвежей картошкой фри и жиром.

Усмехнулся на ее слова.

— Да, это так.

Она вздохнула, и я прижал ее немного ближе, прежде чем поцеловать в висок.

— Мне очень жаль, Нат. Я вел себя как придурок.

— Нет, — возразила она. — Это я идиотка. Мне кажется, что я всегда говорю что-то не то и делаю самые худшие предположения о тебе, и ненавижу себя за это. Но, кажется, продолжаю это делать.

— Все в порядке, — успокоил я. — Я заслужил свою репутацию.

Она пристально посмотрела на меня:

— Зачем ты это делаешь?

— Что делаю?

— Постоянно оправдываешься за мое дерьмовое поведение по отношению к тебе. Я взрослая и должна признавать свои ошибки. Я плохо думала и говорила про тебя, и искренне сожалею об этом. Нет ничего плохого в том, как ты живешь, Мэтт.

Я не ответил, и она обхватила мое лицо.

— Серьезно. Ты хороший парень. На самом деле ты, возможно, один из лучших парней, которых я когда-либо встречала.

Мне хотелось поцеловать ее. Я хотел сказать, что люблю ее и что она заставляет меня хотеть быть хорошим парнем, но это звучало слащаво и глупо в моей голове. И хотя знал, что она никогда не полюбит меня так, как я любил ее, не мог не почувствовать прилив гордости от ее слов.

— Я серьезно, — повторила она. — Ты потрясающий, Мэтт Эндрюс.

— Ты и сама удивительная.

Она покачала головой.

— В последнее время нет, но обещаю, что буду лучше.

Мы танцевали в тишине несколько минут, прежде чем она сказала:

— Спасибо, что попросила Мию подвезти меня домой после работы. Очень мило с твоей стороны.

— Мне стоило встретить тебя самому.

— Нет, тебе нужно было быть здесь, на вечеринке у твоего друга. — Она бросила на меня быстрый взгляд. — Между прочим, я не сумасшедший сталкер.

— В смысле?

— Я не знала, что ты будешь здесь. Мия спросила, не желаю ли я пойти с ними в бар, а мне не хотелось сидеть дома одной, поэтому я согласилась. Но если бы знала, что ты будешь здесь, сказала бы «Нет».

— Рад, что ты не знала тогда, — произнес я.

Она слегка улыбнулась.

— Просто хочу, чтобы ты знал, я получила твое сообщение громко и ясно ранее и обещаю, что не буду...

Я нахмурился, глядя на нее:

— Не будешь что?

Ее лицо вспыхнуло, и она отвела взгляд.

— Снова попросить тебя о сексе.

Дерьмо. Я действительно облажался.

Я пытался придумать правильные слова, пытался решить, как убедить ее, что мой отказ не имеет ничего общего с ней и все связано с тем, что я вел себя как обиженный маленький ребенок.

О, черт возьми. Лучший способ сказать — это показать.

Я прекратил наше нежное покачивание и обхватил ладонями ее лицо, прежде чем крепко поцеловать в губы. Она от удивления приглушенно пискнула, когда я скользнул языком в ее рот и прижал ее плотнее к себе. Мой член уже затвердел, лишь один вкус рта Нат заставил меня чертовски возбудиться.

Я отстранился и, не обращая внимания на удивленные взгляды танцующих вокруг нас, сжал задницу Нат свободной рукой и сказал:

— Хочу, чтобы ты услышала это послание, Нат. —

Затем прижался губами к ее уху. — Раньше я вел себя как идиот. Но хочу, чтобы ты лежала голая в моей постели и стонала мое имя. Ты чувствуешь, как сильно я хочу тебя?

Прижался к ней своим членом, и она издала тихий нежный стон, который мог слышать только я.

— Чувствуешь, Нат?

— Да, — прошептала она.

— Хорошо, тогда давай уберемся отсюда к чертовой матери и пойдем домой, чтобы я мог раздеть тебя и уложить под себя.

Она облизнула губы, прежде чем одарить меня сексуальной улыбкой.

— На самом деле, я думала, что на этот раз, может быть, я буду сверху. Если ты не против?

— Милая, я на сто гребаных процентов за.

Глава 9

Наталья

— Привет, красавица.

Я обернулась, и на моем лице появилась улыбка, когда увидела Мэтта, стоящего позади меня.

— Привет!

Говорила как легкомысленная школьница, но ничего не могла с собой поделать. В ту же минуту, как увидела его, меня просто переполнило от пляшущих гормонов и похоти.

«Жаль, что ты больше не можешь с ним трахаться».

Я проигнорировала свой внутренний голос, хотя он прав. Мэгги привезла Фиби ко мне после работы, и мой двухдневный секс-марафон с Мэттом закончился.

«Почему? Ты можешь спать с Мэттом после того, как Фиби заснет. Почему ты отказываешь себе в том, чего хочешь?»

— Как прошла твоя смена? — спросила я.

— Нормально. Не так уж много народу для субботы. Решил зайти и принести тебе кое-что на ужин. — Мэтт поднял пластиковый контейнер. — Я приготовил на ужин жаркое из креветок. Ты любишь креветки?

— Люблю, — ответила я. — Спасибо, это так мило с твоей стороны. Я вообще-то собираюсь сделать перерыв на ужин, если хочешь можешь составить мне компанию?

— Конечно. — Мэтт последовал за мной к кабинке для персонала. Он сел, и я захватила для нас бутылки с водой, прежде чем сесть в кабинку напротив него.

Он нахмурился, когда я слегка поморщилась.

— Ты в порядке?

— Да. Бедра болят и...

Он одарил меня восхитительно порочной улыбкой.

— Болит лоно?

Я покраснела, но кивнула:

— Да.

— Я уделю ему больше внимания сегодня вечером, — пообещал он.

— О, Мэгги и Вайят приведут Фиби в закусочную, как только закончится моя смена, — проговорила я.

Его улыбка исчезла всего на несколько секунд.

— Да, конечно. Итак, как продвигается работа?

— Хорошо. Ну, чаевые сегодня не очень, но... — Я пожала плечами и открыла контейнер с едой. — Пахнет восхитительно.

— Кулинария — это только один из моих многочисленных талантов, — похвалился Мэтт.

Я улыбнулась ему.

— Ты очень талантлив. Кто научил тебя готовить?

— Мой старик, — ответил Мэтт.

— Твоя мама умерла, когда ты был ребенком?

— Да. Рак.

— Мне жаль.

— Спасибо. Честно говоря, я не очень хорошо ее помню. Мне исполнилось всего пять, когда она умерла. Как бы то ни было, остались только я и мой отец, и он сам научился готовить, а потом научил меня.

— Должно быть, вам обоим тяжело пришлось, — сказала я.

Мэтт беспокойно теребил завязки толстовки.

— По-моему, отец переживал тяжелее. Он очень любил ее. Хотя это не мешало ему спать с половиной дам в городе, замужних или нет. —

Он горько рассмеялся. — Когда был ребенком, я поклялся, что не стану таким, как он. Поклялся, что если у меня когда-нибудь появится свой ребенок, я не буду показывать ему каждую неделю новую женщину, как будто это какая-то игра, в которой я выигрывал. Вот почему я не ходил на свидания в старшей школе, почему увлекался такими вещами, как шахматы и дискуссионный клуб, потому что знал, что старшеклассницы не интересуются ботаниками. Но потом мои гормоны взяли верх надо мной. — Его улыбка была усталой. — И не успел оглянуться, как я стал точно таким же, как мой старик.

— Нет, — я потянулась через стол и сжала его руку, — это не так, Мэтт. Ты не спишь с замужними женщинами, и ты не представляешь своему ребенку новою женщину каждые выходные.

Он уставился на наши переплетенные пальцы.

— Я провел большую часть своего детства, наблюдая, как мой отец приводит домой разных женщин каждые чертовы выходные. Некоторые из них по-доброму относились ко мне, некоторые игнорировали, но никто из них не задерживался рядом. Я хотел маму, а все, что я получил, — это отца, который относился ко мне так, будто я всегда на втором месте в его жизни. Женщины всегда оказывались на первом. Всегда. Большую часть выходных я проводил перед телевизором, включив его на полную громкость, чтобы не слышать женщину в спальне отца.

Я снова сжала его руку и сморгнула слезы. Боль и потеря в голосе Мэтта разрывали мне сердце.

— Мне так жаль, милый.

Он резко откашлялся и отказался встретиться со мной взглядом.

— Я не родитель, но понимаю, почему ты не хочешь, чтобы Фиби узнала, что мы вместе.

Он, наконец, встретился со мной взглядом.

— Честно говоря, я ненавижу, что никогда больше не смогу быть с тобой, но мне нравится, что ты ставишь своего ребенка на первое место.

Теперь слезы текли по моему лицу, и я сжала губы, прежде чем прошептать:

— Мэтт, я...

— Мама!

Счастливый крик Фиби заставил меня поспешно вытереть слезы, когда она бросилась к нам. Мэгги шла позади нее, и я счастливо улыбнулась, когда Фиби забралась в кабинку рядом со мной и крепко обняла меня.

Я зарылась лицом в ее шею и глубоко вдохнула, прежде чем снова поцеловать ее лицо.

— Привет, Фиби. Я скучала по тебе.

— Пливет, мама. — Фиби улыбнулась мне, прежде чем поцеловать в губы. — Я люблю тебя.

— Я тоже тебя люблю, — заверила я, прежде чем снова обнять ее.

Мэгги скользнула в кабинку рядом с нами и улыбнулась Мэтту.

— Привет, Мэтт.

— Привет, Мэгги.

Глаза Фиби расширились, и она повернула голову, чтобы посмотреть на Мэтта широко раскрытыми от восторга глазами.

— Мэтти! Мама, это Мэтти!

Она вывернулась из моей хватки и скользнула под стол в кабинке, прежде чем снова выскочить на сторону Мэтта. Забралась на сиденье рядом с ним и обвила его шею своими пухлыми руками, прежде чем поцеловать в щеку.

— Пливет, Мэтти.

— Привет, Фибс Бо Бибс, — сказал он.

Она взвизгнула от смеха и погладила его по лицу маленькой ручкой.

— Ты скучал по мне, Мэтти?

— Скучал. Очень сильно.

— Холошо. — Она забралась к нему на колени, положила голову на грудь и улыбнулась мне. — Я сижу с Мэтти, мама.

— Вижу, — я отправила вилку с жареным картофелем в рот, когда Мэгги улыбнулась Фиби.

— Я знаю, что ты заберешь ее домой сегодня вечером, но Фиби начала скучать по маме, поэтому предложила ей, зайти к тебе, пока ты будешь ужинать. Ведь так, Фиби—пирожок?

— Да, — сказала она, прежде чем посмотреть на Мэтта. — Сегодня я съела весь свой обед.

— Хорошая работа, милая. — Он улыбнулся ей, и у меня сжалось сердце. Сидя в кабинке с Мэттом и наблюдая, как он смотрит на моего ребенка с такой любовью, я почти могла притвориться, что мы просто счастливая семья, обедающая вместе.

— Мама, сегодня вечелом я поеду домой с тобой и Мэтти, — сказала Фиби.

— Ну, да, но не в ближайшее время. Сначала ты поедешь к тете Мэгги, а потом мы заберем тебя оттуда и отправимся домой, — уточнила я.

— Нет, — Фиби покачала головой, прежде чем улыбнуться Мэтту, — я поеду домой с Мэтти.

— Только позднее, — сказала я. — Тебе нужно еще немного побыть с тетей Мэгги.

— Я не хочу, — отказалась Фиби.

— О, Фиби, нам было так весело вместе, — Мэгги пощекотала ей живот. Фиби хихикнула и оттолкнула ее руку.

— Я знаю. Но сейчас я пойду домой с Мэтти и мамой.

— Мама еще не идет домой, — сказала я. — Мне все еще нужно работать.

— Ох. — Фиби с надеждой улыбнулась Мэтту. — Я поеду с тобой домой, Мэтти?

— Конечно, — согласился Мэтт. — Мы с тобой побудем вместе, пока твоя мама не закончит работу.

— Мэтт, ты не должен этого делать, — заметила я. — Мэгги оставит ее у себя, пока я не закончу работу. Верно, Мэгс?

Мэгги кивнула.

— Конечно. Фиби, мы можем посмотреть Свинку Пеппу, а дядя Вайят сделает нам попкорн. Что думаешь?

— Нет, — упрямо сказала Фиби. — Я остаюсь с Мэтти.

— Я действительно не возражаю. — Мэтт улыбнулся мне, прежде чем поцеловать Фиби в макушку. — Я уже давно мечтаю о своей порции Свинки Пеппы.

— Ты уверен? — спросила я. — Я работаю до девяти.

— Уверен. Всего два часа, — успокоил Мэтт.

— Знаю, но...

— Я позабочусь о ней, Нат. Обещаю.

Улыбнулась ему и, не обращая внимания на то, что Мэгги наблюдает за нами, взяла его за руку.

— Я это знаю. И не волнуюсь. Но я не хочу, чтобы ты чувствовал себя обязанным проводить время с моим ребенком.

— Я и не чувствую. — Мэтт сжал мою руку, прежде чем улыбнуться Фиби. — Ты поедешь со мной домой, крошка.

— Ула! — Фиби побарабанила ногами по его бедрам, прежде чем улыбнуться Мэгги. — Я люблю Мэтти.

Я чуть не подавилась жареным картофелем. Мэгги хлопнула меня по спине и протянула стакан воды, прежде чем улыбнуться Фиби.

— Это хорошо, малышка.

Мэгги улыбнулась Мэтту.

— Итак, автокресло Фиби в моей машине, но ее рюкзак все еще у меня дома. Есть шанс, что ты сможешь заехать и забрать его?

— Конечно. Мы заедем после перерыва Нат и заберем его.

— Отлично. Ну, я оставлю вас, ребята, на ваш семейный ужин. Скоро увидимся, Мэтт. — Мэгги выскользнула из кабинки и пошла на выход.

— Спасибо, Мэтт. Правда, — сказала я.

Он взъерошил волосы Фиби и улыбнулся ей.

— Я не против. Мне нравится проводить с ней время.

— Это потому что я великолепна, — весело сказала Фиби.

Мэтт расхохотался, а потом поцеловал ее в макушку.

— Это точно, детка.

***

— Привет, спасибо, что забрали меня снова, — я забралась в грузовик Мэтта. Повернулась, чтобы улыбнуться Фиби, которая была пристегнута ремнями безопасности к своему автомобильному сиденью на заднем сиденье.

— Пливет, мама.

— Привет, горошинка. Весело провела время с Мэттом?

— Ага. — Она зевнула и посмотрела в окно. — Я поздно лягу спать.

Когда уличные фонари окутали Мэтта тусклым светом, я прищурилась глядя на его шею.

— Что это такое?

— Татуировка.

— Татуировка? — Я наклонилась ближе, ремень безопасности врезался мне в шею. — У тебя на шее татуировка Русалочки?

Фиби хихикнула.

— У меня тоже есть, мама.

Я повернулась и уставилась на ее руку, где такая же татуировка была наклеена на предплечье. Рассмеялась и повернулась к Мэтту.

— Ты позволил ей сделать себе временную татуировку?

— Татуировки, — уточнил Мэтт. — Не завидуй моим новым дамам, но теперь у меня на груди есть татуировки Белль, принцессы Тианы и Эльзы.

Снова хихикнула.

— Знаешь, если раньше это не было так очевидно, то теперь совершенно ясно.

— Что? — спросил он.

— Фиби обвела тебя вокруг пальца.

Он одарил меня очаровательной улыбкой, которая послала тепло в мое сердце.

— Обвела.

— Спасибо, — тихо повторила я. — Ты действительно нравишься Фиби, и очень мило, что ты так добр к ней.

— Мне она тоже очень нравится, — сказал он. — Я все время говорю тебе, что она замечательный ребенок.

Улыбнулась и не стала возражать, когда он взял мою руку и быстро сжал ее. Я молча смотрела в окно, пока Фиби тихо напевала себе под нос позади нас. Мэтт стал бы отличным отцом. Его терпение по отношению к Фиби, то, как он нежно с ней обращался... у меня защемило в груди. Фиби заслуживала, чтобы в ее жизни был кто-то вроде Мэтта, и я сомневалась в своем решении отложить свидания, пока Фиби не станет старше. Если бы я нашла подходящего парня, такого как Мэтт, который искренне наслаждался бы ее обществом, это оказалось бы хорошо для Фиби и для меня.

«Кто-то вроде Мэтта? Девочка, Мэтт идеально подходит для тебя и Фиби. Вытащи свою чертову голову из задницы».

Он? Мэтт, конечно, сильно отличался от того, кем я его представляла, но из того, что слышала, у него никогда не было серьезных отношений. Парню почти двадцать пять, и у него никогда не имелось постоянной подружки — на всем этом просто горят предупреждающие знаки.

Люди могут меняться.

Да, могут. Не всегда к лучшему – Эван тому доказательство.

— Ты в порядке? — Голос Мэтта звучал тихо.

— Да, — заставила себя улыбнуться ему, — я в порядке.

***

Тупо уставилась в потолок, прежде чем схватить свой мобильный телефон и проверить время. Четверть двенадцатого, и я не спала. Я изучала спящую рядом Фиби, слегка улыбаясь, когда она громко похрапывала.

Опасаясь, что попытаюсь наброситься на Мэтта, как только Фиби заснет, я отправилась в кровать вместе с ней. После того как она уснула, я приняла горячий душ и забрался в постель. Мэтт ушел в свою комнату только через двадцать минут, и слабый скрип его кровати, когда он забрался в нее, заставил меня страстно желать оказаться рядом с ним.

Что плохого в том, если я присоединюсь к нему для секса по-быстрому? Фиби крепко спала, и я уверена, что она не проснется. Почему бы мне не забраться на часок в постель к Мэтту? Я провела последние два года, заботясь о Фиби, беспокоясь о деньгах и счетах и наличии достаточного количества еды… почему бы не уделить немного времени себе? Почему бы не заняться сексом с Мэттом в последний раз? Я это заслужила, верно?

Черт возьми, да, ты заслужила. Но ты же знаешь, что сейчас это больше, чем просто сексуальный зуд? Ты его любишь. Можешь отрицать это сколько угодно, но ты по уши влюблена в Мэтта Эндрюса.

Мой желудок сделал забавное маленькое сальто, и я прижала к нему руку. Признание что я, возможно, влюблена в Мэтта, особенно спустя всего несколько дней, сделало бы меня настоящей чудачкой. Конечно, он заставлял меня смеяться, и ему действительно нравилось общество Фиби, и он был добрым и щедрым, и то, как он слегка фыркал, когда смеялся очень сильно, выглядело очень мило, но это не про любовь.

И ладно, может быть, мысль о том, чтобы оставить его и вернуться в мой дурацкий одинокий трейлер в понедельник, где я не смогу видеть его каждый день, вызывала у меня тошноту и безнадежную депрессию, но это не означало, что я любила его.

Он мне просто нравился… сильно. А «даже представить себе не могу, каково мне теперь без тебя» — это нормально и совсем не странно. Так ведь?

Я откинула одеяло и выскользнула из кровати, бесшумно прокралась из нашей спальни по коридору к Мэтту. Его дверь была приоткрыта, и, прежде чем смогла отговорить себя, я проскользнула в его комнату и полностью закрыла дверь. Я научила Фиби стучать в любую закрытую дверь и ждать ответа, прежде чем открыть ее. Если она все-таки проснется, у меня будет хотя бы несколько минут, чтобы прийти в себя...

Хватит выносить Мэтту мозги?

Грубо, но да.

Я так погрузилась в свои мысли, что сначала не услышала тихих стонов, доносящихся из постели Мэтта. Не заметила ни того, как натянуто покрывало на кровати, ни резкого движения его руки под одеялом.

Остановилась всего в паре футов от кровати, мой рот пересох, а лоно стало влажным, когда я смотрела, как Мэтт мастурбировал. Другой рукой он прикрывал глаза, и я наблюдала, как быстро поднимается и опускается его широкая грудь, когда еще один низкий стон слетел с его прекрасных губ.

Черт, смотреть, как Мэтт трогает себя, было намного горячее, чем я могла себе представить. Часть меня хотела остаться там, где я стояла, и смотреть, как он доводит себя до оргазма. Другая хотела откинуть эти одеяла и заменить его руку своим ртом.

Похоть победила вуайеризм, и я присоединилась к нему у кровати, откинув одеяло, когда он издал резкий звук удивления и наполовину сел. Тупо уставился на меня, одной рукой все еще обхватывая свой член.

— Нат, что ты здесь делаешь?

— Не могла уснуть. — Я поцеловала его ниже пупка, улыбаясь тому, как он застонал и дернулся. — Похоже, ты тоже не можешь.

— Нат, — простонал он, когда я лизнула его v-образную линию, — пожалуйста.

— Знаю, я говорила, что мы должны остановиться, но, — я улыбнулась ему и провела пальцами по внутренней стороне его бедер, — ты не будешь возражать, если я немного пососу твой член?

Он уже зарывался рукой в мои волосы, уже тянул меня к этому восхитительно возбужденному члену.

— Я не возражаю.

— Уверен? — поддразнила я, прежде чем слизать предэякулят с головки его члена. — Похоже, ты знаешь, как обращаться со своей рукой.

Он наполовину застонал, наполовину рассмеялся.

— Твой рот, Нат. Пожалуйста.

Я самодовольно улыбнулась на его мольбу, прежде чем взять головку его члена в рот. Слегка пососала и провела языком по гребню. Его руки сжались в кулаки в моих волосах, бедра дернулись вверх, когда он издал еще один низкий умоляющий звук.

Откинулась назад, игнорируя легкую боль, когда мои волосы дернулись, и улыбнулась ему.

— О чем ты думал, когда трогал себя, Мэтти?

— О тебе, — сказал он. — Твоей груди, твоей киске, твоих губах... ох черт, так хорошо.

Я лизала его член, пока он отвечал мне, и лизнула его снова, прежде чем сесть и снять футболку и шорты для сна. Я раздвинула ноги и лениво потерлась о его член, пока Мэтт наблюдал.

— Я уже вся мокрая, Мэтти.

— Трахни меня, — хрипло сказал он. — Трахни меня прямо сейчас, Нат.

— Скоро, — пообещала я, все еще потираясь о член. Затем наклонилась над ним и снова взяла его в рот. Двигала головой вверх и вниз, пока Мэтт собирал мои волосы в свободный хвост и смотрел, как я сосала его член.

— О черт, да, именно так, милая. — Его низкие стоны удовольствия возбуждали меня больше, чем мои пальцы, потирающие клитор.

Когда его большое тело напряглось, а член набух у меня во рту, я отстранилась, хватая ртом воздух и облизывая распухшие губы.

— Нет, пожалуйста, Нат, — прошептал он.

Я улыбнулась ему и показала свои мокрые пальцы.

— Мое тело нуждается в твоем члене.

Он снова застонал и не стал возражать, когда я потянулась к тумбочке и схватила презерватив. Развернула его, и он помог мне натянуть его на свой член, убрав мои руки, потому что я двигалась слишком медленно.

Я хихикнула и похлопала его по плоскому животу.

— Кто-то очень спешит.

— Оседлай меня. Сейчас, — его голос был жестким, и перемена от его обычной сладкой нежности послала неожиданную волну похоти по моему телу.

Отбросив в сторону свой план дразнить и мучить, я немедленно оседлала его бедра, немного приподнявшись, чтобы он мог направить свой член к моей ожидающей плоти. Он толкнулся внутрь, от чего я счастливо застонала.

Мэтт схватил меня за бедра и крепко держал, пока я опускалась на его член. Когда он насадил меня до самого основания, Мэтт протянул руку и обхватил мою грудь, сжимая и разминая ее, пока я двигалась вверх и вниз.

— Быстрее, — потребовал он.

Я уперлась руками ему в грудь и стала толкаться быстрее. Скольжение по его толстому члену словно чистое наслаждение, и я наклонилась над Мэттом, касаясь губами его рта, когда он обхватил меня руками. Мэтт крепко держал меня и трахал длинными, глубокими ударами. Я терлась своим клитором о его лобок, стонала и задыхалась, умоляя его двигаться быстрее, когда он прижимался поцелуями к моему горлу и верхней части груди.

— Да, — прошептала я, — о боже, да, так, давай...

Откинула голову назад, когда оргазм захлестнул меня, зажимая рот рукой и лишь смутно осознавая, как Мэтт зарылся лицом в мою шею, чтобы заглушить свой собственный крик экстаза. Его тело дрожало под моим, бедра двигались вперед и назад, когда мы оба тяжело дышали.

Он прижался горячими поцелуями к моему горлу, удерживая меня неподвижно, когда я попыталась соскользнуть с него.

— Еще нет, — прошептал он мне на ухо.

Я расслабилась, положив голову на его широкую грудь, пока он гладил мою спину теплыми руками. Было так хорошо находиться в его объятиях. Мне уже хотелось спать, и я подавила зевок, когда Мэтт поцеловал меня в висок.

— Так хорошо, — пробормотала я.

— Хмм, — ответил он.

— Извини, что прервала твое личное время.

Он рассмеялся.

— Милая, не стесняйся забираться ко мне в кровать, когда захочешь.

Я поцеловала его в грудь и соскользнула с него. Мэтт бросил презерватив в мусорную корзину, и я мило улыбнулась ему, когда он повернулся ко мне лицом и снова обнял меня.

— Мне действительно нравится быть сверху.

— Мне тоже нравится, — сказал он, прежде чем поцеловать меня.

Я изучала его лицо в тусклом свете.

— Прости, что я пробралась к тебе посреди ночи.

— Я совершенно не против, Наталья.

Слегка улыбнулся.

— Я должна вернуться к себе. Если Фиби проснется, не хочу, чтобы она видела меня в твоей постели.

Маска упала на его лицо, и он кивнул.

— Ладно, хорошо.

– Это... это сбило бы ее с толку, Мэтт.

— Понимаю, — сказал он. — Все нормально.

Несмотря на свои слова, я не хотела уходить. Пригляделась к татуировкам принцесс, которые были беспорядочно наклеены на его верхнюю часть груди.

— Мне нравятся твои новые татуировки.

Он коротко улыбнулся мне.

— Спасибо. Тебе лучше идти, Нат. Уже поздно, а утром мне нужно на работу.

— Да, хорошо. — Я поколебалась, прежде чем коротко поцеловать его в губы. — Спасибо, Мэтт. Спокойной ночи.

— Спокойной ночи.

Я вылезла из постели и поспешно оделась. Взглянула на Мэтта. Он уже повернулся на бок лицом к стене, и я проигнорировала свое желание забраться обратно в его постель. Я уже давала ему противоречивые послания, прокрадываясь в его постель сегодня вечером, и мне не стоило усугублять ситуацию.

Глава 10

Мэтт

Я снял ботинки и повесил куртку в прихожей. В доме вкусно пахло куриным рагу и домашним печеньем, и я последовал за запахом на кухню. Наталья сидела за столом с бокалом вина в одной руке и книгой в другой. Я смотрел на нее, ощущая любовь, которая была ошеломляющей по своей силе.

Завтра она уедет, и все изменится. Мы оба живем в одном городе, но больше не любовники и даже, я тяжело сглотнул, не друзья.

Она подняла глаза и тепло и приветливо улыбнулась мне.

— Привет, наконец-то, ты дома.

— Да. Чем так вкусно пахнет?

— Я приготовила тушеное мясо и печенье на ужин. Мы с Фиби уже поели, но твоя порция ждет тебя на плите.

— Спасибо. Извини, что опоздал.

— Ничего страшного. Неужели в воскресенье всегда так много народу?

Я отрицательно покачал головой.

— Нет. Но в конце нашей смены на окраине города произошла ужасная авария.

Она изучала меня, и на гладкой коже между ее глазами появилась морщинка.

— Ты в порядке?

Я кивнул.

— Фиби еще не спит?

Наталья покачала головой, и меня захлестнула тоска. Хотя уже больше восьми, а Фиби обычно ложилась спать самое позднее в половине восьмого, я всю дорогу до дома надеялся, что она еще не спит.

Заставил себя улыбнуться Нат.

— Ладно, я быстренько приму душ.

Вышел из кухни, прежде чем она успела задать мне еще один вопрос. Снял форму и смыл с себя запах крови, антисептика и ужаса. Десять минут спустя, одетый в футболку и спортивные штаны, я все еще не мог избавиться от затянувшегося беспокойства. Я остановился перед гостевой спальней, прежде чем проскользнуть внутрь.

Фиби спала на середине кровати, засунув большой палец в рот, ее волосы упали на глаза. Я осторожно присел на край кровати, прежде чем протянуть руку и убрать волосы с ее лица. Рука дрожала, и я сжал ее в кулак. Я вел себя глупо, но мне необходимо увидеть Фиби, нужно убедиться, что она в безопасности и счастлива...

— Мэтти? — Мягкий голос Нат успокаивал мои расшатанные нервы, а ее нежная рука ласкала мой затылок. — Милый, что случилось?

— Ничего, — тихо ответил я. – Мне нужно было... то есть... я хотел увидеть Фиби.

Нат сжала мое плечо.

— Если хочешь, я могу ее разбудить.

Я покачал головой и встал.

— Нет, все в порядке. Я... — мой голос дрогнул, и я прочистил горло. — Пойду поем.

Выскользнул из комнаты и поспешил вниз по лестнице. У меня не было аппетита, но мне нужно на несколько минут уйти от Нат. Если бы она поняла, как я забочусь не только о ней, но и о Фиби, она бы убежала, как испуганный олень. Нат не хотела отношений со мной, и я знал и понимал, почему она этого не хочет. Но, черт возьми, из-за ее нежелания на том месте, где раньше находилось мое сердце, теперь дымящаяся воронка.

Схватил пиво из холодильника, открутил крышку и бросил ее в мусорное ведро, прежде чем выпить почти половину. Нат вошла в кухню и, не говоря ни слова, наполнила миску тушеным мясом и поставила ее на стол.

— Ешь, милый, — сказала она.

Я сел, держа ложку в руке и глядя на тушеное мясо. Пахло вкусно, но аппетита у меня так и не появилось. Нат поставил тарелку с печеньем рядом с миской.

— Спасибо, — пробормотал я.

Когда я не сделал ни малейшего движения, чтобы поесть, она похлопала меня по плечу.

— Подвинься.

Я отодвинул стул и был безмерно благодарен, когда Нат села ко мне на колени и обхватила меня за плечи. Она крепко обняла меня, и я уткнулся лицом в ее шею, пока она разминала напряженные мышцы.

Обнял ее за талию, вдыхая ее запах и пытаясь забыть образы, запечатлевшиеся в моей голове. Спустя почти десять минут я поднял голову и уставился на нее. Наталья обхватила мое лицо ладонями, поглаживая большим пальцем скулу.

— Лучше?

— Да. Прости.

— Не стоит. Хочешь поговорить о том, что случилось?

— Сегодняшняя авария, это... — мой голос звучал хрипло, — это было ужасно. Лобовое столкновение. Водитель, который его спровоцировал, оказался пьян. Твою мать, в четыре часа дня, в воскресенье! Он... он был мертв, когда мы добрались туда, выброшенный из своей машины, но мы чувствовали запах алкоголя от него, и повсюду валялись открытые банки из-под пива, по всей его чертовой машине и дороге.

Нат поцеловала меня в висок и крепче прижала к себе, пока я смотрел на нее.

— В другой машине ехали мужчина и... маленькая девочка, ровесница Фиби.

Наталья напряглась, и теперь настала моя очередь успокаивающе погладить ее по спине.

— Они оба в порядке. Они оба, — я недоверчиво рассмеялся, — отделались лишь несколькими царапинами и синяками. Это просто чертово чудо, Нат. Их машина была... спасателям пришлось разрезать металл, чтобы вытащить их обоих. Маленькая девочка сидела в своем автомобильном кресле, не плача и не паникуя, просто держа своего плюшевого мишку и глядя на нас с таким выражением лица, как будто...

Мой голос снова сорвался, и я во второй раз уткнулся лицом в шею Нат. Она качала меня взад и вперед, целуя в макушку и утешая.

— Я все время видел Фиби вместо нее, — мой голос звучал так же неровно, как разбитое стекло на месте аварии. — Все думал, что если бы это Фиби оказалась в машине, что если бы это была она, окруженная хаосом и кровью? Это напугало меня, Нат.

— Все в порядке, милый. — Ее голос был успокаивающим бальзамом.

— Они обе в порядке. Маленькая девочка в машине – ее зовут Эмили – в порядке, и Фиби тоже, но я не могу перестать видеть все по-другому. Вот почему мне нужно было увидеть Фиби сегодня вечером. Всю дорогу домой я видел ее в этой искореженной машине и…

— Все в порядке, милый. — Нат снова поцеловала меня в макушку. Я прижался щекой к ее груди и прислушался к ровному биению ее сердца. Понятия не имел, сколько прошло времени, но когда Фиби бесшумно вошла в кухню, автоматически убрал руки с талии Нат.

Вместо того чтобы спрыгнуть с моих колен, Нат улыбнулся Фиби.

— Иди сюда, горошинка.

— Почему ты сидишь у Мэтти на коленях, мама? — спросила Фиби.

— Мэтт грустит, горошинка. — Нат посадила Фиби к себе на колени.

Фиби зевнула и погладила меня по щеке.

— Не глусти, Мэтти.

Обнял их обеих и поцеловал Наталью под шеей, а затем поцеловал Фиби в щеку. Она улыбнулась и снова зевнула, прежде чем прижаться лбом к моей груди.

— Я люблю Мэтти, мама.

Я напрягся, но Нат погладил Фиби по спине.

— Это хорошо, горошинка.

Фиби подняла голову и сонно посмотрела на меня.

— Мэтти любит Фиби?

— Да, — ответил я. — Я люблю тебя, Фиби.

Она бросила на мать довольный взгляд.

— Мэтти любит меня.

Нат улыбнулся Фиби.

— Я слышала.

Фиби снова прижалась лбом к моей груди. Поцеловал ее в макушку и крепче прижал к себе. Я решил, что Фиби снова засыпает, но Наталья не сделала ни малейшего движения, чтобы вернуть ее в постель.

— Мэтти любит маму? — Тишину нарушил голос Фиби.

— Да, — мой голос звучал твердо. — Мэтти любит твою маму.

Тихий вздох Натальи заглушило хихиканье Фиби.

— Мэтти любит маму, Мэтти любит маму, — пропела она, прежде чем поднять голову. — Мне надо пописать, мама.

Нат потянула меня за руку, и я отпустил ее, чтобы она могла соскользнуть с моих колен. Держа Фиби на бедре, она молча вышла из кухни. Я несколько минут смотрел на свое рагу, потом встал и пошел наверх в спальню.

Я облажался, но не жалел о том, что сказал. Я любил Наталью, и тяжесть того, что я держал это в себе, давала о себе знать. Она не любила меня. Утром она заберет Фиби и уедет, а я останусь один, но не возьму назад своих слов, даже если смогу.

Снял футболку и бросил ее в корзину для белья. Прежде чем успел снять спортивные штаны, Наталья уже стояла в моей комнате. Она закрыла дверь и молча уставилась на меня.

— Фиби...

— Снова уснула.

Я остался стоять рядом с бельевой корзиной, не зная, что сказать или сделать.

— Ты действительно имел в виду то, что сказал? — спросила Наталья.

— Да. Я люблю тебя, Нат. Я был влюблен в тебя последние полгода. Я не спал ни с одной женщиной с того самого дня, как вошел в закусочную и увидел тебя. Каждый день я хожу туда и ем жирную пищу, потому что провести двадцать четыре часа, не видя тебя, — это кошмар.

Ее щеки пылали, и казалось, что она вот-вот расплачется. Чувствуя себя ужасно из-за того, что расстроил ее, но не в силах остановить поток слов, я продолжил:

— У меня никогда не было серьезных отношений, я никогда не понимал, почему люди связывают себя с одним человеком, но все изменилось, когда я встретил тебя. Не знаю почему, и мне все равно. Все, что знаю, это то, что не могу жить без тебя. Я хочу знать о тебе все. Хочу, чтобы ты была здесь, в моем доме и в моей постели, до конца наших дней. Я люблю тебя, и я люблю Фиби, и не хочу быть без вас обеих. Если ты дашь мне шанс доказать это, я сделаю все, что в моих силах, чтобы быть лучшим мужем для тебя и лучшим отцом для Фиби. Обещаю.

Она не ответила, и я мысленно выругался.

— Ты не чувствуешь того же, знаю, но надеюсь, что ты хотя бы попытаешься встречаться со мной. Дай мне шанс...

— Я чувствую то же самое.

Прищурился, уверенный, что неправильно ее понял.

— Что ты сказала?

Она подошла ко мне и обняла за талию.

— Я тоже тебя люблю.

— Чушь собачья, — сказал я и поморщился.

Она засмеялась и ткнула меня в грудь.

— Самый неромантичный ответ, Мэтт Эндрюс.

– Ты... ты не можешь любить меня, — проговорил я. — Прошла неделя, люди не влюбляются за одну неделю.

Она пожала плечами.

— Знаю.

— Почему ты меня любишь?

Господи, чувак, какого хрена? Закрой свой рот!

— О, я не знаю, может быть, это из-за того, что ты целиком и полностью помешан на моем ребенке, может быть, из-за того, что ты позволил нам остаться с тобой, когда нам больше некуда было пойти, или из-за того, что ты заставляешь меня чувствовать себя особенной и красивой, или из-за того, как ты заботишься обо мне. Или, может быть, — она поглаживала мою грудь, — из-за то, как легко ты заставляешь меня кончать на твой толстый член.

Шок, охвативший меня, начал ослабевать, и я изучал ее, прежде чем одарить самодовольной улыбкой.

— Я действительно хорош в постели.

Она рассмеялась и обхватила мое лицо ладонями.

— А вот и Мэтти, которого я люблю.

— Ты действительно любишь меня, — поверил я.

— Я серьезно так думаю. Знаю, это быстро, но, в свою защиту, я и правда глупо увлеклась тобой за все то время, когда притворялась, что ты самый надоедливый мужчина в городе. Таким образом, это не такой уж странный переход от "хочу неоднократно трахаться с этим горячим парнем" к "я влюблена в этого парня, который не только горячий, но и добрый, забавный и сладкий, и массирует мои ноги, и который любит и меня, и моего ребенка".

Она провела пальцем по остаткам татуировки принцессы, которая все еще красовалась на моей груди.

— Кроме того, в сказках принцесса всегда влюбляется в своего принца всего через несколько дней. Так ведь?

— Я люблю тебя, Нат.

— Я тоже тебя люблю. — Она одарила меня мягкой улыбкой. — А теперь, что ты скажешь, если мы заберемся в твою красивую удобную кровать и будем трахаться, как кролики, прекрасный принц?

Я взял ее на руки и крепко поцеловал в губы.

— Ваше желание для меня закон, принцесса.

***

Наталья

— Подожди… вы с Фиби переехали к Мэтту насовсем? — Мэгги удивленно посмотрела на меня.

Я отхлебнула чаю, слегка повысив голос, чтобы быть услышанной сквозь шум посетителей кофейни "Чашки". Для полудня вторника здесь до странности оживленно.

— Да. Я, конечно, еще не все перевезла из трейлера, но уже предупредила своего домовладельца. У меня есть квартира до конца месяца, но мы остаемся с Мэттом. После того, как мы закончим здесь, я отведу Фибс в трейлер, чтобы начать собирать вещи.

— Мама? — Фиби сидела за столом рядом со мной, перед ней лежали цветные карандаши и книжка—раскраска. — Я хочу еще голячего шоколада.

Я отрицательно покачала головой.

— Нет, горошинка. Так ты навряд ли вообще будешь спать. Слишком много сахара делает Фибс гиперактивной.

— Гипел актив! — крикнула Фиби и улыбнулась Мэгги. — У меня гипел энелгия, Мэгги.

Мэгги пригладила волосы Фиби.

— Жить вместе — это большой шаг.

Я кивнула.

— Знаю, но я люблю его, Мэгс. Это быстро, но... мы любим друг друга, и я хочу быть с ним. Он милый и добрый, и он любит Фиби и...

— Эй, — Мэгги слегка улыбнулась мне, — я поняла. Я рада за тебя, Нат. Правда.

— Спасибо. — Зазвонил мой сотовый, и я достала его из сумочки, нахмурившись при виде незнакомого номера. — Алло?

— Наталья, это Эван.

У меня отвисла челюсть, и я посмотрела на Фиби.

— Эван? Зачем ты мне звонишь?

— Я ненадолго в городе. Нам нужно поговорить.

— Ты в городе? Сейчас?

Мэгги смотрела на меня широко раскрытыми глазами, и я тоже смотрела на нее в шоке.

— Да. Ты можешь встретиться со мной или нет? — В голосе Эвана слышалось нетерпение.

— Может быть, — растерянно проговорила я. — Когда?

— Прямо сейчас было бы идеально, — ответил он. — Я зашел в закусочную, и мне сказали, что у тебя сегодня выходной, так что я знаю, что у тебя есть время. Встретимся в "Нефритовой кухне" через десять минут.

Чувствуя себя разбитой и опустошенной, я выключила телефон и уставилась на Мэгги.

— Эван в городе. Он хочет встретиться прямо сейчас.

— Я пойду с тобой, — тут же сказала Мэгги.

— Вообще-то, — я взглянула на дочку, — ты не могла бы присмотреть за Фиби, пока я с ним встречаюсь? Не хочу, чтобы она его видела, по крайней мере, сейчас. Ну, ты понимаешь?

— Да. Я останусь здесь с Фибс, но как твой адвокат, предупреждаю, не соглашайся ни на что, что он попросит, и не подписывай ничего, что он тебе даст. Ладно?

— Не буду, — пообещала я. Включила телефон и снова приложила его к уху. — Увидимся через десять минут, Эван.

— Хорошо. — Он отключил связь.

Я бросила телефон в сумочку и дотронулась до лица Фиби.

— Горошинка, мама должна быстро выполнить одно поручение. Ты останешься здесь с тетей Мэгги, хорошо?

— Холошо, — сказала она и протянула Мэгги карандаш. — Ты полисуешь вместе со мной?

— Конечно. — Мэгги взяла карандаш и ободряюще улыбнулась мне. — Все будет хорошо, Нат. Ты не одна, у тебя есть Мэтт и у тебя есть я. Ясно?

— Да, — сказала я. Поцеловала Фиби и поспешила прочь из кофейни.

***

— Наталия. Ты выглядишь... усталой. — Эван встал, когда я подошла к нему, и поцеловал меня в щеку.

Запах его дорогого одеколона окутал меня, и мой желудок скрутило от знакомого аромата. Он молча изучал меня, и я смущенно потянулась к куртке. Я купила ее в "Гудвилле" в прошлом году и знала, что она выглядит выцветшей и дешевой. Эван был одет безукоризненно, в широкие брюки и кожаную куртку, которая, вероятно, стоила больше, чем месячная аренда моего трейлера.

Я откашлялась и села за стол, не потрудившись снять куртку. Появился официант и налил мне стакан воды.

— Вы готовы сделать заказ?

— Я закажу бизнес-ланч. — Эван резко закрыл меню. — Наталья?

— Только вода, — сказала я. Мой желудок все еще бурлил, и у меня не было аппетита.

Официант ушел, а я сделала глоток, чтобы смочить пересохшее горло.

— Когда ты приехал в город?

— Прошлой ночью. — Эван снял куртку и положил ее на пустой стул между нами. — Сразу перейду к делу. Я хочу изменить наше существующее соглашение об опеке. Я хочу частичную опеку над Фиби.

Все мое тело напряглось, и я крепко сжала стакан с водой.

— Что?

— Я хочу частичную опеку над Фиби. — Он откинулся на спинку стула и натянуто улыбнулся мне. — Она и моя дочь тоже, Наталья.

— Ты никогда не хотел иметь с ней ничего общего, — напомнила я. — Никогда. А теперь вдруг ты думаешь, что я позволю тебе взять частичную опеку над ней?

— Мне не нужно твое позволение. Я ее отец и имею право видеть свою дочь.

— Да, это так, — согласилась я. — Я буду счастлива устроить тебе встречу с ней. Все, что тебе нужно, это предупредить меня за неделю, и я позабочусь о том, чтобы она была доступна для тебя, когда ты будешь в городе.

Он покачал головой.

— У меня плотный график, и я не могу возвращаться в этот дерьмовый городишко раз в месяц. Фиби будет приезжать ко мне.

Я рассмеялась ему в лицо.

— Ты же несерьезно.

— Серьезно, — ответил он.

— Она тебя не знает, — ответила я. — Если ты думаешь, что я буду каждый месяц посылать свою трехлетнюю дочь в другой штат, чтобы она побыла наедине с незнакомым мужчиной, то ты сошел с ума, Эван.

— Это мое право, — прорычал Эван. — Я плачу алименты каждый чертов месяц и хочу видеть ребенка.

— Так вот оно что, — меня осенило. — Ты злишься, что тебе приходится платить алименты. Ты вовсе не хочешь видеть Фиби и заботиться о ней. Ты просто хочешь наказать меня за то, что я заставляю тебя платить алименты.

То, как напряглось его тело, то, как он нарочито постукивал пальцами по подбородку – он всегда так делал, когда лгал, — говорило мне, что я права.

— Не смеши меня, — сказал он. — Я ее отец и имею право видеться с ней. Мне больше нечего сказать. А теперь, — он наклонился, схватил кожаный портфель, стоявший у его ног, и положил его на стол, — мне нужно, чтобы ты подписала эти бумаги. Мой адвокат составил новое соглашение об опеке. Там отмечено, где нужно расписаться.

Он вытащил пачку бумаг и положил их передо мной, прежде чем бросить ручку поверх бумаги.

— Давай вперед.

Я отмахнулась от ручки и взяла документы.

— Попрошу своего адвоката просмотреть их.

Он громко вздохнул.

— Послушай, может быть, твой маленький провинциальный адвокат и смог получить тебе алименты, но это совсем другое дело. Мой адвокат разжует ее и выплюнет, если потребуется. Ты это понимаешь? Сделай нам обоим одолжение и подпиши бумаги. Фиби может начать жить со мной в следующем месяце. Как только она начнет ходить в школу, мы придумаем другой вариант, но пока две недели в месяц со мной вполне разумно.

Я встала, сжав колени, чтобы он не видел, как дрожат мои ноги, и покачала головой.

— Нет. Этого не будет, Эван.

— Да, — ответил Эван. — Тебе не выиграть.

— Мой адвокат свяжется с тобой. — Я повернулась и вышла из ресторана, расправив плечи и выпрямив спину. Мое мужество продлилось до тех пор, пока я не оказалась в безопасности в своей машине. Мое тело дико дрожало, я закрыла лицо руками и зарыдала.

***

— Милая, все будет хорошо. Он не получит частичную опеку, ведь он никогда с Фиби не жил. — Мэтт бросил на меня обеспокоенный взгляд, когда я ходила взад и вперед по его кухне.

Было уже поздно, начало двенадцатого, но я не могла заснуть. Я провела почти два часа с Фиби после того, как она заснула, просто держа ее и глядя на ее милое лицо. Мысль о том, чтобы не быть с ней, не видеть ее две недели, вызывала у меня физическую боль.

Я прижала руку к животу.

— Но что, если он это сделает? Я не смогу прожить двух недель, не видя ее, Мэтт.

— Тебе не придется. — Мэтт встал и притянул меня к себе. Он нежно поцеловал меня и погладил по спине. — Он не победит, милая. Мэгги говорила тебе, что он не выиграет.

— Она так сказала, но я видела, что она волнуется, — ответила я. — Судьи все время присуждают частичную опеку отцам.

— Мы этого не допустим.

— Нам придется судиться, — обреченно проговорила я. — Я знаю Эвана, и он не отступится, пока не получит то, что хочет. И он хочет, чтобы я страдала. Мэгги уже говорит, что сделает это бесплатно, но я не могу так поступить с ней, Мэтти. Не могу. Она моя подруга, но я не могу так ею пользоваться. Вот только я не знаю, как ей заплатить.

Я потерла виски.

— Фиби начнет ходить в новый детский сад на следующей неделе, но, может быть, я попрошу Нану присматривать за Фиби по вечерам в обмен на то, что буду еженедельно убирать у нее в доме. "Волмарт" нанимает на неполный рабочий день прямо сейчас. Если бы я могла устроиться на вечерние смены, то это помогло бы мне, по крайней мере, оплачивать работу Мэгги в рассрочку или...

— Милая, перестань. — Мэтт обхватил мое лицо.

Я тупо уставилась на него, когда он прижался еще одним поцелуем к моим губам, прежде чем прислониться своим лбом к моему.

— Ты больше не одна. Ты и я, — он снова поцеловал меня, — мы команда, Наталья. Так ведь? Мы вместе выдержим эту бурю. А это значит, что я помогу покрыть расходы на гонорары Мэгги.

— Что? Нет, я не могу просить тебя об этом...

— Ты не просишь, я предлагаю. — Он криво усмехнулся мне. — Детка, я без ума от тебя и твоего ребенка, и я сделаю все возможное, чтобы вы обе были счастливы. Теперь мы одна семья. Все ясно?

Горячие слезы катились по моим щекам, а нижняя губа дрожала. Мэтт вытер слезы большими пальцами.

— Не плачь, милая.

— Я люблю тебя, — прошептала я. — Я чертовски сильно люблю тебя, Мэтти.

— Я тоже люблю тебя, милая.

Глава 11

Наталья

— Мама!

— Привет, горошинка. — Я застегнула куртку поверх униформы и, обогнув столики, направилась к входной двери. Мэтт стоял там с Фиби на руках, и мое сердцебиение ускорилось. Боже, он такой красивый.

И очень милый. И добрый. И, кроме того, потрясающий в постели.

Да, он определенно такой и есть. Вчера был один из худших дней в моей жизни, и Мэтт стал моей опорой. Когда мы легли спать, я отчаянно нуждалась в нем, и он не заставил меня чувствовать себя глупой или ужасной из-за желания капать ему на мозги, когда я так переживала из-за того, что у меня пытаются забрать дочь.

Он дал мне именно то, в чем я нуждалась и чего хотела, и к моему удивлению, мне удалось крепко проспать несколько часов прошлой ночью. Учитывая, как много народу пришло сегодня в закусочную, мне нужно было выспаться.

— Мэтт заблал меня от Наны, мама! — пропела Фиби. — Я люблю Мэтти, а он любит меня!

Я слегка пискнула от удивления, когда Мэтт притянул меня в свои объятия. Он поцеловал меня в губы, а Фиби хихикнула, прежде чем ткнуть его в щеку.

— Ты целуешь маму, Мэтти.

— Да, Фибс Бо Бибс, — сказал он с усмешкой.

Я оглядела закусочную. Та все еще была полна людей после ужина, и все смотрели на нас.

— Нат? — Мэтт нежно сжал меня, и я снова обратила свое внимание на него. — Ты в порядке?

— Все смотрят на нас, — заметила я.

— Ну и что? — Он одарил меня небрежной улыбкой, которая вызвала ответную улыбку на моих губах. — Хочу, чтобы все знали, как я без ума от тебя.

— Без ума, без ума, без ума, — Фиби пела себе под нос.

— Ты готова? — Мэтт взял меня за руку.

— Да, пойдем домой.

Все еще держа Фиби, Мэтт толкнул дверь закусочной и вывел меня наружу. Его машина была припаркована в дальнем конце стоянки, и он накрыл голову Фиби капюшоном, прежде чем поцеловать ее в щеку.

— Мне нужно держать Фиби в тепле? — проговорил он.

— Ага, — согласилась она. — Мама, а можно нам на ужин хот-доги?

— Не сегодня, горошинка, — сказала я. — Сегодня у нас будет курица с салатом.

— Я хочу хот-доги. — Фиби надула губы и скривилась. — Я хочу хот-доги, чипсы и банан.

— Да — банану, нет — хот-догу и чипсам, — объявила я, прежде чем повернуться к Мэтту. — Как прошел твой рабочий день, милый?

— Медленно. Мы с Мией провели большую часть дня, убирая и переставляя наше оборудование.

— Спасибо, что забрали Фиби из дома Марты. Я ценю это.

— Не проблема.

Отпустила его руку и потянулась назад, чтобы сжать его задницу.

— Я планирую показать тебе, как сильно ценю это, после того, как наша крошка заснет.

— Славно. — Он одарил меня похотливой улыбкой, которая заставила меня рассмеяться. — Я очень...

— Наталья?

Я споткнулась и остановилась, убрав руку с задницы Мэтта, и медленно повернулась. Эван стоял позади нас, и я нервно посмотрела на Мэтта, когда он тоже обернулся.

Он схватил меня за руку и крепко сжал, когда Эван подошел к нам.

— Что ты здесь делаешь, Эван? — спросила я.

— Хотел поговорить.

— Сейчас не самое подходящее время, — заметила я.

Эван проигнорировал меня, вместо этого протянув руку Мэтту.

— Эван Фиалан.

Мэтт уставился на его протянутую руку.

— Мэтью Эндрюс.

Эван, прищурившись, поглядел на него с изумлением.

— Мэтт Эндрюс? Ты... — он оглядел его с ног до головы, — изменился со школьных времен. Ты уже не тот зануда—шахматист?

— Не совсем, — ответил Мэтт. Он подвинул Фиби к себе. — Извините, но уже поздно, холодно, и нам нужно отвезти Фиби домой.

— Домой? — Эван повернулся ко мне, приподняв бровь. — Ты живешь с Мэттом Эндрюсом?

— Он делает мне псжетти, и я плаваю в его ванне, и взбилаюсь на него, как на лиану в джунглях, — сказала Фиби.

Эван взглянул на нее, и Фиби широко улыбнулась ему.

— Пливет. Я Фиби. А ты кто?

— Фиби, — торопливо сказала я, — это мамин друг Эван.

— Пливет, Эван, — воскликнула Фиби. — Мне нлавится твоя сумочка.

Она уставилась на кожаную сумку, которую держал Эван. Тот нахмурился, прежде чем повернуться к Фиби.

— Фиби, не называй меня Эваном. Я твой отец. Ты должна называть меня папой.

Я так сильно сжала руку Мэтта, что побелели костяшки пальцев. Не то чтобы не хотела, чтобы Фиби узнала, что Эван ее отец, просто не ожидала, что она узнает об этом таким образом.

—Н-да, — произнесла Фиби. — Ты не мой папа. Мэтти — мой папа. — Она поцеловала Мэтта в щеку. — Правда, папочка Мэтти?

Эван покраснел.

— Серьезно, Наталья? Ты сказала нашему ребенку, что он ее отец?

Я не ответила, и когда Эван, покраснев еще больше, шагнул ко мне, Мэтт отпустил мою руку и положил ладонь на грудь Эвана.

— Не надо.

Эван пристально посмотрел на него.

— Убери от меня свою руку.

Мэтт не спускал с него глаз, и через мгновение Эван, чье лицо уже почти побагровело, сделал шаг назад. Мэтт снова взял меня за руку, а Фиби обняла его за шею.

— Я очень хочу есть, мама.

— Знаю, горошинка, — сказала я. — Мы сейчас поедем домой. — Сделала глубокий вдох. — Я позвоню тебе завтра, Эван.

Он молча стоял и смотрел, как мы идем к машине Мэтта. Мэтт пристегнул Фиби и сел за руль. К тому времени, как мы выехали со стоянки, Эван уже сидел в своей машине и разговаривал по мобильному телефону. Я старалась не смотреть на него, когда мы проезжали мимо его автомобиля на улицу.

— Ты в порядке? — спросил Мэтт.

Я кивнула.

— Думаю, да, — взглянула на Фиби, прежде чем понизить голос. — Мне очень жаль. Не знаю, почему Фиби сказала, что ты ее папа, но я поговорю с ней об этом.

— Если ты не хочешь, чтобы она называла меня папой, я понимаю, но просто чтобы ты знала, я совершенно не против, — ответил Мэтт.

Я моргнула, глядя на него.

— Не против?

— Да, — кивнул он.

— Мэтт, я...

Потянулась к его руке и крепко сжала ее, когда он улыбнулся мне.

— Мы семья, Нат. — Он взглянул в зеркало заднего вида и улыбнулся Фиби. — Ты, я и Фиби — мы трое.

— Ты, я и Фиби — три, — пропела Феба. — Фиби делает три. Фиби трижды какает в унитаз.

Она засмеялась, когда Мэтт сказал:

— Блин, никто никогда не говорил мне, что дети так любят говорить о какашках.

— Думаю, что это может быть особенностью Фиби, — сказала я, прежде чем снова сжать его руку. — Все еще хочешь быть частью этой семьи?

Он снова улыбнулся.

— Милая, это единственное, чего я хочу.

***

— Твой парень заедет за тобой сегодня вечером? — Стэнли выключил свет в закусочной, прежде чем присоединиться ко мне у входной двери.

— Нет, он дома с Фиби, — ответила я.

Стэнли фыркнул.

— Никогда не думал, что доживу до того дня, когда Мэтт Эндрюс будет проводить субботний вечер дома, нянчась с ребенком.

— Люди меняются, — проговорила я, словно защищая Мэтта, и Стэнли молча посмотрел на меня.

— Да, — наконец сказал он. — Так бывает. Тебя подвезти?

Я удивленно посмотрела на грубоватого повара.

— Гм, нет, моя машина уже починена. Но спасибо.

— Не за что. Поставь на сигнализацию.

Включила сигнализацию, и мы вышли из закусочной. Стэнли запер ее и обернулся, крякнув от удивления. Повернулась, и мой желудок скрутило, когда я увидела Эвана, прислонившегося к своей арендованной машине. Я не видела его с вечера среды, и от него тоже ничего не было слышно. Пыталась дозвониться до него на следующий день, но он игнорировал мои звонки и сообщения. Его адвокат тоже не отвечал на звонки Мэгги.

Я почти поверила, что он сдался, но мне следовало бы знать его лучше. Эван упрям. Хуже того, он был взбешен. Он мог казаться милым на людях, но я знала его настоящего. Знала, каким мстительным и подлым он мог быть на самом деле.

— Чего ты хочешь, Эван?

— Нам нужно поговорить.

— Уже поздно, и я устала. С утра четверга у тебя имелось много возможностей поговорить.

Он пристально посмотрел на меня.

— Я был очень занят. Моя жизнь не вращается вокруг тебя.

— Моя тоже не вращается вокруг тебя, — произнесла я. — Ты не можешь просто приходить ко мне на работу, когда захочешь поговорить.

— Что? Ты злишься, потому что твой парень-придурок не здесь, чтобы защитить тебя?

— Следи за своим языком, сопляк, — прорычал Стэнли. — Ты можешь думать, что теперь ты большая шишка со своей дорогой одеждой и стрижкой за триста долларов, но я помню, когда ты был сопливым маленьким ребенком. Продолжай так с ней разговаривать, и я выбью из тебя все дерьмо.

Стэнли хрустнул костяшками пальцев, и я подавила нервный смех, когда Эван отступил на пару шагов. Эван был на четыре дюйма выше и весил не меньше тридцати фунтов, но он, как и я, знал о прошлом Стэнли в качестве боксера-чемпиона.

— Мне нужно поговорить с тобой несколько минут, — обратился ко мне Эван.

— Отлично, — сказала я. — Говори.

— Уверена? — Эван уставился на Стэнли. — Это личный разговор.

— Хочешь, чтобы я остался, Нат? — Стэнли снова хрустнул костяшками пальцев.

Порывисто встала на цыпочки и поцеловала седую щеку Стэнли.

— Нет, я в порядке. Но все равно спасибо.

Стэнли снова посмотрел на Эвана.

— Я подожду в своей машине и не уйду, пока не увижу, как ты садишься в свою и уезжаешь.

— Как хотите, — сказал Эван.

Стэнли кивнул мне и пошел к своей машине. Когда он захлопнул дверь, Эван проговорил:

— Ты что, весь город обманула, выставляя себя беззащитной хрупкой куколкой?

— Чего ты хочешь, Эван? — устало спросила я. — У тебя есть пять минут, а потом я сяду в машину и поеду домой.

— Я хочу, чтобы ты порвала с Мэттом Эндрюсом. Немедленно.

Я фыркнула от смеха.

— Ты серьезно думаешь, что имеешь право указывать мне, с кем я могу встречаться, а с кем нет? Возьми себя в руки, Эван.

— Да, когда это касается моей дочери.

— Мэтт прекрасно ладит с Фиби, — возразила я. — Тут нет никакой проблемы.

— Ерунда. Я здесь уже четыре дня, Наталья, и весь чертов город говорит о тебе и Мэтте Эндрюсе. И знаешь почему? Потому что он самый большой кобель этого городишки. По моим сведениям, он переспал с тремя четвертями женщин в этом городе. А теперь ты живешь с ним и подвергаешь нашего ребенка черт знает чему.

— Прошлое Мэтта именно таково, — сказала я. — Его прошлое. Люди меняются, Эван.

— Нет, не меняются, — ответил Эван. — Ты думаешь, раз ты сейчас раздвигаешь ноги для Мэтта, он не устанет от тебя и не пойдет искать что-то другое? Так и будет. Если только ты не сделаешь то же самое, что сделала со мной, и не попытаешься заманить его в ловушку с чертовым ребенком.

У меня отвисла челюсть, и я недоверчиво посмотрела на Эвана.

— Презерватив порвался, идиот. Ты был там, когда это случилось, и если бы ты позволил мне принять чертову таблетку, как я хотела, я бы не забеременела. Но знаешь что? Я рада, что это не так, потому что Фиби — лучшее, что когда-либо случалось со мной. Ты даже не представляешь, какая она удивительная, забавная, милая и умная, потому что тебе на нее наплевать. Всегда так было.

— Чушь собачья. Я всегда...

— Нет, — отрезала я, — не смей пытаться исказить эту реальность. Правда в том, что ты никогда не интересовался Фиби, и это не изменилось. Ты можешь, не переставая, говорить о том, как хочешь проводить время со своей дочерью, но мы оба знаем, что это не более чем мелочная и мстительная выходка. Ты используешь Фиби, чтобы наказать меня.

— Ты понятия не имеешь, о чем говоришь, — проговорил Эван. — Если ты не порвешь с Мэттом, я получу полную опеку, Наталья. Не подталкивай меня к этому. Я не потерплю этого человека рядом с моей дочерью. Он плохо влияет.

Я горько рассмеялась, прежде чем вытащить ключи от машины из сумочки.

— Ты просто злишься, потому что я посмела заменить Великого Эвана Фиалана кем-то получше.

— Лучше? Он гребаный шахматный ботаник! — рявкнул Эван.

— А ты конченый школьный квотербек, — выплюнула я. — Ты — ничто. Твоя работа не имеет значения, твои деньги не имеют значения, твои прежние славные дни в качестве глупого квотербека средней школы не имеют значения. Ты не имеешь значения. Мэтт спасает жизни, Эван. Он вносит изменения в этот мир и делает его лучше. А ты? — Я бросила на него презрительный взгляд. — Ты просто воняешь, как кучка мусора.

— Ты сука, — выдохнул Эван.

— Пусть так. Ты предупреждаешь меня, чтобы я не давила на тебя, но, Эван? — Сделала несколько шагов вперед, посмотрела в его сердитое лицо и сказала тихим, но уверенным голосом: — Фиби и Мэтт — единственные, кто имеет для меня значение, и если ты попытаешься отнять их у меня, я уничтожу тебя.

— Теперь ты мне угрожаешь? — недоверчиво переспросил Эван. — Это не поможет тебе, когда я потащу тебя в суд, чтобы получить полную опеку.

Отступив назад, мягко улыбнулась ему.

— Я? Угрожаю тебе? Да кто бы поверил, что эта милая маленькая я когда-нибудь кому-то угрожала? До свидания, Эван.

— Я имею право видеть Фиби, — прорычал Эван. — Ты не можешь прятать ее от меня.

Я не ответила, вместо этого подошла к своей машине и села за руль. Помахала Стэнли, который кивнул мне, и завела машину, пристегнув ремень безопасности. Я была странно спокойна, мои руки даже не дрожали, и хотя чувствовала, что в моем животе лежит камень, могла жить с этим.

Эван уже сел в свою машину и уехал, и я глубоко вздохнула, прежде чем снова помахать Стэнли и поехать домой к Мэтту и Фиби.

Глава 12

Мэтт

— Эй, — я обнял Нат за талию и уткнулся носом в ее шею, — наша крошка спит.

Она прислонилась ко мне, прижавшись спиной к моей груди, а ее задница потерлась о мой член.

— Спасибо, что прочитал ей сказку.

— Всегда пожалуйста. Может, ты скажешь мне, что случилось?

Наталья слегка напряглась.

— Все в порядке.

Я поцеловал ее в висок.

— Мы должны быть честны друг с другом, дорогая. Имею в виду, я плохо себе представляю, что значит быть в отношениях, но знаю, что честность важна.

Она уставилась в темноту за кухонным окном.

— Эван ждал меня в закусочной, когда я закончила работу.

— Сукин сын, — я крепче обнял ее за талию. — Он что-нибудь сделал? Он сделал тебе больно?

— Нет, конечно, нет, — сказала она. — Эван — говнюк, но не распускает руки. Кроме того, повар Стэнли пригрозил надрать ему задницу, если он что-нибудь сделает со мной. — Она повернулась и улыбнулась мне. — Ты знаешь, что Стэнли был боксером?

— Чего он хотел? — не дал сбить себя с толку.

Она отвернулась от меня.

— Обычная чушь. Не беспокойся об этом, Мэтти. Я справилась с этим.

Я взял ее за подбородок и повернул к себе лицом.

— Честность, милая, помнишь?

— Черт. Хорошо, но не волнуйся, ладно? Обещай мне, что ты не будешь беспокоиться, потому что мне все равно, что он сказал, и я не переживаю.

— И что он сказал? — Желчь поднималась в моем животе.

— Какую-то чушь насчет того, что он считает тебя недостаточно хорошим для нас из-за твоего прошлого. Он просто ведет себя как придурок.

— Скажи мне точно, что он сказал.

— Мэтти...

— Скажи мне, Нат.

— Он сказал, что если я не порву с тобой, то он получит полную опеку над Фиби. Он думает, что из-за твоего прошлого ты плохо влияешь на ребенка.

Ошеломленный, я отпустил ее и сделал пару шагов назад. Нат последовала за мной, обняв меня за талию и бросив на меня настойчивый взгляд.

— Мэтт, ничего страшного, ясно? Я фактически сказала ему, чтобы он убирался и что я не собираюсь расставаться с тобой.

— Ничего особенного? — Поток горькой желчи застрял у меня в горле, и я проглотил его. — Ты можешь потерять Фиби из-за меня, и это не страшно?

— Этого не случится, милый, — проговорила Нат. — Я разговаривала с Мэгги по дороге домой, и она сказала, чтобы я не волновалась. Что даже если Эван обратится в суд, у нее будет куча людей, которых она сможет попросить дать показания о твоем характере.

— О моем характере, — произнес я онемевшими губами. — Ты не хуже меня знаешь, что думают обо мне люди в этом городе. Мэгги здесь всего пару месяцев, и она понятия не имеет, что люди говорят или думают обо мне. Но ты знаешь. — Я отошёл от нее и принялся нервно расхаживать взад-вперед по кухне, беспокойно проводя руками по волосам. — Если дело дойдет до суда, у адвоката Эвана будет дюжина свидетелей, которые расскажут судье все подробности моего блуда за последние десять лет.

— Тогда мы найдем пятьдесят человек, которые расскажут о том, какой ты удивительный. Мэтти, ты не должен об этом беспокоиться. Ты не просто прошел мимо, ясно? Ты невероятный и милый, и я люблю тебя, и Фиби тоже. Черт, если дело дойдет до худшего, мы попросим Фиби поговорить с судьей. Ясно, как сильно она тебя любит и как ты ей подходишь. Ради бога, она зовет тебя папой, зная тебя меньше месяца.

Я почти не слышал ее. В тот момент, когда она упомянула о разговоре Фиби с судьей, меня охватило оцепенение.

— Она всего лишь ребенок, — сказал я. – Я не могу... не позволю тебе использовать ее, чтобы убедить какого-то судью, что я хороший парень. Это не ее вина, что я не такой.

— Мэтти, прекрати! — Нат подбежала ко мне и обхватила руками мое лицо. — Послушай меня. Ты хороший человек, и мы тебя любим. Я не боюсь того, что Эван может или не может сделать. Для меня важно только то, что ты, я и Фиби вместе.

— Если ты останешься со мной, то потеряешь Фиби, — сказал я. — Ты не можешь так рисковать.

— Могу, — спокойно ответила она. — Потому что я люблю тебя так же сильно, как и Фиби, и знаю, — она слегка встряхнула меня, — что этого не случится.

Я отстранился от нее.

— Ты этого не знаешь. Я думаю... думаю, что мы должны прекратить встречаться.

— Что? — Лицо Нат побледнело. — Нет, ни в коем случае.

— Нат, пожалуйста, — попросил я. — Нам нужно подумать о том, что будет лучше для Фиби.

— Для Фиби будет лучше, если ты войдешь в нашу жизнь, — ответила она. — Я не позволю Эвану указывать мне, как жить, милый. Я люблю тебя и хочу быть с тобой.

— Я тоже тебя люблю, но Фиби — это все, что имеет значение. Я не буду тем, кто несет ответственность за то, что ты потеряла свою дочь. Если это случится, ты... ты возненавидишь меня навсегда.

— Этого не случится, — упрямо повторила она.

— Все возможно. — Мой голос звучал мрачно. — Мне пора идти.

— Идти? Куда идти? Это твой дом, Мэтти, — воскликнула Нат.

— Я найду, где переночевать. Вы с Фиби останетесь здесь. Не возвращайся в тот дерьмовый трейлер, Наталья.

— Мэтт, — она последовала за мной по коридору в спальню, — ты ведешь себя как сумасшедший. Остановись и сделай несколько глубоких вдохов, хорошо? Мы не расстанемся из-за этого. Меня это не волнует...

— Меня волнует, — ответил я. — Я не буду тем парнем, из-за которого ты потеряешь свою дочь. Не буду, Наталья. Я не могу рисковать. Отказываюсь заставлять тебя выбирать между мной и Фиби.

— Боже мой. — Она бросила на меня разочарованный взгляд. — Мое решение не позволять Эвану заставлять меня делать то, что он хочет, не имеет к тебе никакого отношения, Мэтт.

— Это все имеет отношение ко мне, — отрезал я, запихивая одежду и туалетные принадлежности в свою спортивную сумку. — Пожалуйста, Нат... Я так не могу. Я собираюсь уйти. Ты можешь сказать Эвану, что между нами все кончено.

— Нет, — ответила она. — Не буду.

— Да, — я пристально посмотрел на нее, и она упрямо покачала головой.

— Нет, уходи, если хочешь, Мэтт. Ты уже взрослый, и я не могу тебя остановить, но мы с Фиби никуда не пойдем. — Она схватила меня за руку, когда я попытался пройти мимо нее из спальни. — Ты, я и Фиби, мы — семья.

— Уже нет, — сказал я. — Мне очень жаль, Нат.

Высвободил руку и пошел прочь.

***

— Ты просто осел, чувак. Я люблю тебя, но с таким же успехом ты мог бы сделать татуировку осла прямо на своем лбу.

— Джон! — Клэр вошла в гостиную и бросила на него укоризненный взгляд. — Какого черта? Так лучшие друзья себя не ведут.

Она сжала мое плечо, и я слабо улыбнулась ей.

— Спасибо, Клэр. И спасибо, что позволили мне переночевать здесь прошлой ночью.

— Не за что, Мэтти. Ты знаешь, что можешь оставаться с нами столько, сколько тебе нужно.

— Нет, это не так, — сказал Джон. — Ты можешь остаться здесь еще на одну ночь, а потом вернешься к Наталье, придурок.

— Джон, — Клэр бросила на него угрожающий взгляд, — прекрати это.

— Это называется жесткая любовь, Клэр, — сказал Джон. Он наклонился вперед и пристально посмотрел на меня. — Я достаточно долго нянчился с ним, теперь пришло время выбить из него все дерьмо.

— Он здесь всего часов двенадцать, — заметила Клэр. — Думаю, ты можешь побаловать его еще немного. Его сердце разбито.

— Ага, потому что он ведет себя как идиот. Слушай, когда я все испортил с тобой, Мэтт пришел в этот самый дом и сказал мне взять себя в руки. Разве не так?

— Да, — сказал я.

— Так что возьми себя в руки. Ты любишь Наталью, и она любит тебя. Это все, что имеет значение.

— Это не так, — сказал я. — Господи, Джон, ты хоть слушал, что я тебе говорил? Она может потерять Фиби из-за меня. Я не позволю этому случиться.

— Наталья любит тебя и готова пойти на такой риск.

— Я не готов.

Мрачно уставился в пол, когда Клэр снова сжала мое плечо, прежде чем сказать:

— Ужин будет готов примерно через двадцать минут.

— Спасибо, но я не голоден.

— Ты весь день ничего не ел, Мэтти, — мягко упрекнула она. — Тебе нужно поесть.

В дверь позвонили, и она поцеловала меня в макушку.

— Если ты будешь морить себя голодом, это не поможет.

Она вышла из комнаты, и Джон серьезно посмотрел на меня.

— Ты должен быть с Натальей, Мэтти.

— Я не могу, — хрипло сказал я.

— Можешь, — Джон встал. — И еще, не надо меня ненавидеть.

— Ненавидеть тебя? С чего бы мне…

Мой голос замер, когда Наталья вошла в гостиную. Она улыбнулась Джону и поцеловала его в щеку.

— Спасибо, Джон.

— Да, конечно. Будь ласкова с моим мальчиком, Нат.

— Я так и сделаю. — Она подождала, пока Джон уйдет, и улыбнулась мне. — Привет.

— Как ты узнала, что я здесь?

Она заколебалась.

— Написала Мии, которая сказала мне, где ты, и дала мне номер Джона. Я написала ему и спросила, могу ли я зайти, и он сказал «Да».

— Настоящие друзья, — сердито хмыкнул я.

Телефон Нат зазвонил, и она бросила на меня извиняющийся взгляд, прежде чем прочитать сообщение на экране. Широкая улыбка пересекла ее лицо, и она написала ответ, прежде чем сесть на диван рядом со мной.

— Не сердись на них. Они любят и беспокоятся о тебе.

Я не ответил, и она испытующе посмотрела на меня.

— Ты выглядишь усталым, милый.

— Я почти не спал прошлой ночью.

— Я тоже. Я скучала по тебе. Фиби тоже скучает. Она спросила о тебе, как только проснулась.

— Прекрати, — попросил я. — Пожалуйста, Нат, ты только усложняешь этот разрыв.

— Ты называешь это разрывом отношений, а я — ночевкой у друга.

Несмотря на мои страдания, мои губы изогнулись в улыбке. Нат одарила меня своей милой улыбкой.

— Тебе пора возвращаться домой, милый.

— Не могу.

— Можешь, — ее голос был спокоен, а взгляд полон любви. — Ты нам нужен, Мэтти.

— Эван не собирается сдаваться, — сказал я. — Если он узнает, что мы все еще вместе, он будет давить и давить, пока...

— Вообще-то, — еще одна улыбка появилась на лице Нат, когда ее телефон зазвонил во второй раз, — я почти уверена, что Эван передумал насчет опеки над Фиби. Пойдем со мной.

— Куда? — Я взял ее руку, когда она протянула ее, наслаждаясь даже этим маленьким прикосновением.

— Выйдем на минутку. — Она сняла мое пальто с крючка в прихожей и протянула мне, а я сунул ноги в ботинки. Последовал за ней на крыльцо, когда к дому Джона подъехала машина.

— Это арендованная машина Эвана?

— Ага, — сказала она. — Он написал мне, чтобы узнать, где я нахожусь. Я послала ему адрес Джона.

— Что? Почему? Он не… — Я покосился на заднее сиденье. — О боже, неужели Фиби с ним?

Я не мог понять, почему на лице Натальи появилась торжествующая улыбка.

— Сегодня утром я позвонила Эвану и сказала, что, по-моему, им с Фиби неплохо провести время наедине. Он забрал ее пару часов назад.

Я недоверчиво смотрел, как Эван вылезает из машины. На нем не было куртки, а на дизайнерской футболке спереди красовалось огромное оранжевое пятно. Джинсы в промежности промокли насквозь, и он потянул их, прежде чем открыть заднюю дверь. Он отстегнул Фиби, вытащил ее из машины и поставил на ноги.

— Мама! — закричала Фиби. Она помчалась к нам, и волна любви, такая сильная, что у меня перехватило дыхание, прошла сквозь меня, когда она улыбнулась мне.

— Пливет, папочка Мэтти!

Она поднялась по лестнице, споткнувшись на верхней ступеньке, и я подхватил ее, прежде чем она успела упасть лицом вниз. Взял ее на руки и крепко прижал к себе. Прошло меньше суток с тех пор, как я видел ее в последний раз, но ужасно скучал по ней.

— Пливет, пливет, пливет! — прокричала мне Фиби. У нее было оранжевое кольцо вокруг рта, и ее маленькое тело вибрировало, как провод под напряжением. — Знаешь что, папочка Мэтти? Знаешь что?

— Что такое? — спросил я.

— Я пошла с Эваном в «Чаки чиз», поиглала, а потом пошла в бейсбольную яму, а потом выпила апельсиновой шипучки и псжетти, а потом улонила стакан на колени Эвану, а потом выблевала на него все свои псжетти! —

Она откинула голову назад и истерично рассмеялась, прежде чем засучить ногами. — Отпусти меня, отпусти, отпусти!

Я поставил ее на ноги, недоверчиво наблюдая, как она носится взад и вперед по крыльцу дома Джона. У Фиби было много энергии, но я никогда не видела ее такой гиперактивной и неуправляемой. Взглянул на Наталию, которая одарила меня самодовольной улыбкой, когда Фиби схватила ее за руки.

— Качай меня, мама! — закричала она.

Наталья подхватила ее и, прежде чем поставить на ноги, слегка покачала. Фиби сбежала вниз по лестнице мимо Эвана, который с трудом вытащил ее автомобильное сиденье с заднего сиденья и мрачно шагал к нам.

— Эван! Давай сделаем снежных ангелов! — закричала ему Фиби. Она упала на спину в снег перед домом Джона, отчаянно размахивая руками и ногами. — Эван, Эван, Эван! Давай делать снежных ангелов вместе со мной!

— Нет, — рявкнул он, прежде чем бросить автомобильное сиденье у подножия лестницы.

— Привет, Эван, — ласково сказала Наталья. — Как все прошло?

– Этот... этот ребенок неуправляем, — сказал Эван. — Она не переставала болтать, настаивала, чтобы я отвел ее в этот отвратительный ресторан, и даже после того, как я велел ей не торопиться с ужином, она отказалась слушать.

Он указал на свою мокрую промежность и испачканную рубашку.

— Она нарочно бросила мне на колени свой стакан.

— Сомневаюсь, — сказала Наталья. — Ей всего три года, Эван. Иногда она становится немного неуклюжей.

— Снежный ангел, снежный ангел, снежный ангел! — Фиби наполовину пела, наполовину кричала позади нас. — Я снежный ангел, папочка Мэтти!

— Ее вырвало прямо на меня, Наталья! — Лицо Эвана вытянулось в гримасе отвращения. — Ее вырвало прямо на меня, а потом она рассмеялась. И она продолжала пускать газы в машине, мне пришлось опустить окна, запах был такой отвратительный. Ты должна показать ее врачу.

— Я приму это к сведению, — пообещала Наталья. — Эй, ты ведь здесь до пятницы, верно? Теперь, когда Фиби так комфортно с тобой, ты можешь взять ее в понедельник? Ее детский сад неожиданно закрыли на весь день, а мне нужно работать, так что... было бы здорово, если бы ты смог присмотреть за ней. Это даст тебе шанс по-настоящему узнать свою дочь.

Эван покраснел и покачал головой.

— Нет. Я... я занят.

Он оглянулся на Фиби, которая помахала ему рукой.

— Эван! Снежный ангел!!

— Тебе придется найти кого-нибудь другого, чтобы присматривать за ней, — сказал Эван.

— О, конечно, я все прекрасно понимаю. Мэтти, ты ведь можешь присмотреть за ней, правда? — спросила Нат.

— Да, — ответил я.

— Чудесно. Эван, я оставлю свою неделю свободной, ты дашь мне знать, в какие дни ты можешь взять Фиби, и я ее привезу, хорошо? — Нат взял меня за руку и крепко сжала. — О, но мне определенно нужно, чтобы ты побыл с ней в четверг вечером. У нас с Мэттом двойное свидание с Джоном и Клэр.

— Я имею в виду, что не могу...

— Фиби, солнышко? Ты не против провести время с Эваном в четверг вечером? — позвала Нат.

— Ага! — крикнула Фиби. — Я повеселюсь с Эваном, мама!

Лицо Эвана из красного стало зеленым, и он попятился к своей машине.

— Я, хм, свяжусь с тобой в четверг.

— Отлично! Поговорим позже, — сказала Нат. — Фиби, подойди сюда, пожалуйста.

Фиби встала и стряхнула снег с тела, прежде чем взбежать по ступенькам к нам.

— Мэтти, папочка, поймай меня! — крикнула она, прежде чем броситься на меня.

Я поймал ее, и она громко захихикала, прежде чем вырваться и схватить меня за руки. Забралась на мои ноги, откинувшись назад и напевая какую-то детскую песенку, которую я не знал, пока Эван садился в свою машину. Нат помахал ему рукой, когда он отъезжал, а потом расхохоталась.

— Нат? Что происходит? — спросил я, когда Фиби повисла у меня на руках и принялась дрыгать ногами взад-вперед. — Почему Фиби такая... активная?

Она улыбнулась мне.

— Перед тем, как отправить ее с Эваном, я, возможно, дала ей немного печенья, а потом немного мороженого, а потом немного шоколада, о, и полдюжины зефирок, а затем позволила ей смотреть Свинку Пеппу вместо того, чтобы вздремнуть после обеда.

— Я ела печенье и моложеное, а потом Эван угостил меня конфетами, — сказала Фиби. — Это было так здолово, Мэтти, папочка.

Я изумленно уставился на Наталью.

— Ты накачала ее сахаром и оставила без сна, а потом отправила к Эвану?

— Конечно, — сказала Наталья. — Он должен уметь обращаться с Фиби, когда она гиперактивна и не выспалась. Я сделала ему одолжение.

На моем лице появилась улыбка, и Наталья обхватила мое лицо, прежде чем встать на цыпочки и поцеловать меня в губы.

— Давай, красавчик, пойдем домой.

***

Мы выскользнули из комнаты Фиби, и я последовала за Натальей по коридору в нашу спальню. Потребовалось четыре рассказа и три песни, прежде чем Фиби наконец заснула. Я рухнул на кровать, когда Наталья схватила свой мобильный телефон с тумбочки.

— Черт возьми, — сказал я. — Твоя идея оказалась блестящей, не пойми меня неправильно, но я никогда больше не хочу пытаться уложить переутомленную, нагруженную сахаром Фиби в постель.

Она рассмеялась и села рядом со мной, положив руку мне на бедро.

— Да, это была эпическая сахарная лихорадка для ребенка. Но оно того стоило.

Она поцеловала меня в лоб, когда я сказал:

— Ты действительно думаешь, что это отпугнет Эвана от просьбы об опеке? Я имею в виду, да, Фиби была немного энергична, но...

— Это уже случилось, — проговорила она.

— Что?

Она радостно посмотрела на меня.

— Я только что проверила свои сообщения. Мэгги написала мне, что адвокат Эвана связался с ней, и он отзывает свое прошение о частичной опеке. Очевидно, Эван передумал забирать Фиби от матери на такой длительный период каждый месяц. Я сохраняю единоличную опеку над Фиби, а Эван по-прежнему будет ежемесячно выплачивать алименты. Он может навещать дочь, если заранее предупредит, что хочет ее видеть, и приедет сюда.

— Твою мать, — изумился я. — Это сработало. Твой план сработал.

— Ну конечно, — проговорила она. — Знаешь, я не только хорошенькая.

Она наклонилась надо мной, ее светлые волосы упали, как занавес, закрывая наши лица.

— Что скажешь, если мы немного отпразднуем это событие?

Она провела пальцами по моему животу, а я обхватил ее лицо и прижался губами к ее губам.

— По-моему, это отличная идея.

— Хорошо. Раздевайтесь, мистер Эндрюс.

Я поцеловал ее в губы.

— Я люблю тебя, Наталья.

Она улыбнулась и провела пальцами по моему подбородку.

— Ты, я и Фиби, мы — семья.

Конец.