Оргия в офисе 2. Горячая лилипутка!

«Чёрт, мой мозг просто кипит! – в который раз ругнулся про себя Василий Иванович Кондратюк, бессильно перебирая ворохи бесконечных отчетов. – Приходы-расходы, баланс, сальдо - всё это у меня уже в печенках! Эх, были бы здесь мои девочки, они быстро бы навели тут порядок! Но, обоюдный «залет» и… прощай работа – декретный отпуск! Э-эх!»

Невольно вспомнив своих любимых секретарш (коих успешно оплодотворил прямо рабочем столе чуть более года назад) – он, наконец, отбросив бумаги, закрыл глаза, и вольно откинувшись в кресле, издал тяжкий вздох.

Перед его мысленным взором тут же предстала пухлая Валентина Григорьевна, которая разбухла ещё больше, родив ему милую девочку Василису – но, буквально уже в следующий миг её «смела» и рослая Светка Ветлицкая, в свою очередь, подарившая ему очаровательного сына Василия.

Обе сотрудницы, назвали детей в его честь, однако, оставив его наедине с «Юлией» ушли в вынужденный отпуск.

Он же, словно в поддержку располнев до пивного пуза, всё тонул в накапливающихся проблемах фирмы, невольно прозябая и на фронтах личной жизни.

«Надо было предохраняться… - с грустью подумал Кондратюк, непринужденно нежась в снисходящих шелках пунцового вечера. – Хотя бы с Валентиной Григорьевной. Ибо, кто теперь спасет мою «Юлию»? Кто?»

Как обычно одетый в белую рубашку, темные брюки да черные ботинки, он, устало проведя рукою по русому «ежику» короткостриженых волос, всё же абстрагировался от тревожных дум и, вскоре даже впал в невесомое забытье полудремы! Впал, словно боров развалившись в своем начальническом кресле!

Однако, так и толком не успев погрузиться в глубокие волны Гипноса, овеянный мягким вечером Кондратюк, будто издалека невольно услышал емкое «тук-тук-тук» да, в тот час, вернулся в реальность, став сонно озираться по сторонам.

«Тук-тук-тук» снова раздалось уже «вблизи» за темной дверью его кабинета, и, он, окончательно встряхнувшись от сна, не без некой рассеяности учтиво пролепетал:

- Да-да, войдите!

В то же мгновенье, дверь распахнулась и, звонко цокая каблуками темных туфелек, к нему вошла… лилипутка! Девица, всего «метр сорок», с длинными потоками ровных темно-русых волос (из-под которых искрили кольца больших сережек-сердечек), темной кожаной куртке, черном платьице и темными туфельками на шпильке!

- Здравствуйте, Василий Иванович! – вспыхнув приятной улыбкой (да стрельнув по нему лучистым взором больших карих глаз!), сразу разлилась она серебристым звоном тонкого голоска. – Меня зовут Оксана Грицко! И, я бы была рада стать в вашей «Юлии» новой сотрудницей!

- Здравствуйте… - поздоровался Кондратюк, изумленно уставившись на необычную дивчину, словно возникшую из самих нежных красок заката. – Мне очень приятно, что вы слышали о появившейся у нас вакансии, но, извините, а сколько вам лет?

- Мне двадцать восемь, - вновь озарилась белозубой улыбкой карлица, смело упершись холмиками невеликой груди прямо в бок его стола. – Я понимаю, что выгляжу нестандартно, но, поверьте, если вы возьмете на работу меня, то не пожалеете! Как пить дать – не пожалеете!

«Хммм… - глубоко призадумался он, немного смущаясь её столь пытливого взгляда. – Мне конечно нужна секретарша, но… она же карлица! Впрочем, на личико, довольно симпотная. Этот взор больших глаз, что словно лучится из-под изящности тонких бровей… Прямой выдающийся нос… Полные цветки-губки… Хммм, да, она лакомка. Причем, даже очень…»

- Ну не знаю, Оксан… - всё же выразил Кондратюк вслух свои сомнения. – Должен сказать, что, впервые ко мне приходит такая «мелочь» как вы и… мне впервые, трудно принять какое-либо решение…

- А вы попробуйте меня… - вновь стрельнула карлица в него карими глазками. – Попробуйте, а потом уж и примете свое решение…

- В каком смысле? – не понял её он, всё больше смущаясь.

- В прямом смысле, - проговорила мелкая дивчина, откровенно сверкнув лучистым лукавством. – Как девушку…

- Но это же… но я…

- Нет-нет… Больше не надо никаких слов, Василий Иванович… Давайте же уже примемся за дело…

С этими словами, не обращая на его обалдевший взгляд никакого внимания, лилипутка в кожанке быстро обогнула рабочий стол и, встав меж его ног, тут же, своими ручонками стала расстегивать его рубашку!

- Хи-хи, какой животик! - сразу рассмеялась она, звонко похлопав ладошкой по его обнажившемуся пузу. – А вы, Василий Иванович, оказывается полненький как поросенок! Посмотрим, также ли внушительно у вас между ног, как это торчащее сало…

«Боже, какая нахалка! – просто застыл Кондратюк в своем кресле. – Безумная нахалка!»

Несмотря на свои двадцать шесть лет, он, привыкший всегда властвовать над представительницами прекрасного пола, сейчас был просто обескуражен наглой смелостью этой носатой лилипутки, коя, практически сразу же взяла его как быка за рога!

- Хи-хи, так и знала… - в сей момент, расстегнув ему уже брюки, снова залилась звонким смехом карлица, увидев в раскрывшихся кущах русо-паховых волос весьма скромные «причиндалы». – Почему-то всегда у пузанов невеликие письки… Но, ничего, мой поросенок, для такой как я, думаю он вполне подойдет…

И, схватив ручонками кривоватую «колбаску» начальника, нагло погрузила её головку в свой рот, да принялась… смачно лизать-посасывать будто сладенькую конфетку!

- Ух! - тут же потрясенно вздохнул над ней Кондратюк, в момент вздыбив член кровью воспрянувшей страсти. – У-ууух!

- Мммх… - лишь сладко протянула она, заглатывая его уже по самую мелочь яичек. – Ммм-мх…

Мгновенно войдя в азарт, карлица, вкусно почмокивая, свободно проглотила его до гланд, с сим, словно циркачка, ловко заиграв ручонками с куцей мошонкой!

Он же, впервые за долгое время почувствовав кривым концом райскую теплынь женской полости (искусно шлифующей его губами да сладко обжигающей язычком!), мгновенно засочился в неё приторным соком «поллюций» и, вскоре, раскалился по… «самое некуда»!

- Ууух, остановись, детка… - в тот час решительно отстранил он её от дико раздавшейся «колбаски». – Не так быстро, милая…

- Понимаю… - хищно облизнулась лилипутка, ещё ярче воспылав на него карим взглядом. – Мой поросенок тоже хочет попробовать меня? Что-ж, пробуй…

Смело отступив от начальника на один шаг, она, избавившись от своей куртки, залезла на его стол и, широко расставив нагие толстые ножки в черных туфлях, вызывающе обнажила пред ним темно-коричневые «лепестки»… начисто бритой «киски»!

- Что это?! – не понял её Кондратюк, с возбужденно-сочащимся стояком удивленно вылупившись на сии женские «створки».

- Вылежи мою «киску»! – в ответ властно потребовала она со стола. – Ну же, мой поросенок, смелее!

Сам не веря себе, Кондратюк в то же мгновенье упал на колени и, уткнувшись лицом меж её ножек, мягко повел языком по её нижним губкам!

- М-ааах! – в тот же момент красочно ахнула лилипутка, с вспыхнувшей «краской» затрепетав всем своим слегка загорелым тельцем.

- Уммм… - отозвался сладким мычаньем он, будто кот облизывая её «сокровище».

Чувствуя, как обсосанный член приятно уперся вниз его живота, он, пребывая на кураже возбуждения, изящно рассек языком её «створки» и, не без трепета, проник им в само лоно! Горячее эластичное лоно, кое, сразу же окатило его… сладким нектаром девичье-сучьей течки!

«Боже мой, она тоже возбуждена! – чуть ли не с пульсацией крови в ушах сразу же вспыхнуло во взволнованном Кондратюке. – Она вся течёт!»

И, с новым впрыском горячей страсти, стал ещё импульсивней буравить лоно карлицы своим органом вкуса, с жадностью впитывая им в себя все-все её пикантные соки!

- Ммм-ах, да-а-аах! – вновь звонко задрожала со стола лилипутка, вольно растекшись на нем в буйных русоволосых потоках. – Да-о-дааа!

- Умммх… - глухо промычал в ответ он, лишь глубже входя в её горячо-сладкую сущность.

Ощущая на мощных плечах возбужденно подрагивающие ножки карлицы, Кондратюк, лакомясь щедро брызжущими росинками её желания, издав тяжкий стон, опустил левую руку меж ног, да тут же загонял венозный ствол «лысого», сим… сразу невольно размазав влагой «поллюций» низ своего дородного животика!

Так, интенсивно «подгоняя» себя, он, вдосталь налакомившись сочными «недрами» мелкой дивчины, вскоре вытащил из неё свой язык, однако, уже в следующую секунду, плавно наплыл пухлостью уст на розовую горошину её влажного клитора, жадно всосавшись в него всей своей… распаленной страстью!

- Айа-яаах! – в тот же момент ярко «вспыхнула» на весь офис карлица.

И, непроизвольно забилась в сладостных молниях экстаза, вконец орошая его губы и подбородок новым всплеском разоравшегося удовольствия!

- Ну ты и горячая штучка! – восхитился Кондратюк, слизывая с губ патоку сих брызнувших соков. – Да и к тому же весьма сладкая!

- Да, мой поросенок, я сладкая… - только и прошептала со стола охмеленная истомой Оксана, бросив на него отуманенный взор из-под приспущенных век. – И всегда буду такой для тебя…

- Уммм-мяу, малышка! – лишь игриво мяукнул он, в свою очередь став быстро скидывать с себя расстёганную одежду. – Ловлю на слове!

Больше не в силах терпеть напряжение в «дымящемся» стояке, он, раздевшись догола, вновь юркнул меж ножек дивной любовницы и, уже устремив сочащий «конец» в её мокрую «киску»… смело вошел в неё! Вошел, в ту же секунду почувствовав всей своей вздыбленной плотью приятно-тугое объятье влажно-горячей вагины!

- Ай-аах! - тут же «вспорхнула» карлица, не без трепета принимая «его» уже своей женской сутью.

- Умммх! – в свой ответ, лишь протяжно выдохнул он, с пят до головы задрожав в «мурашках» невероятного удовольствия.

И, крепко схватив её разведенные пышки-бедра, мощно забил половым «кабачком» по её туговатому лону, сразу всаживаясь в него по самую… шейку матки!

- Ай-а-а-а-ах! – вновь звонко ахнула мини-дивчина, бессильно заходив ходуном в наскоках разбушевавшейся страсти.

- Ум-мум-мух! – в такт «откликнулся» ей Кондратюк, резво влетая по самые яички.

«Невероятно! – засим вдруг изумился он сам себе. – Я имею карлицу! Я ебу лилипутку!»

Она же, смачно растерзываемая его «колом», вовсе забродив вместе с рабочим столом от искр сережек до вкусненьких ножек… невольно смела всю листву несчастных отчетов!

В свою очередь, Кондратюк, быстро наполнив офис влажным запахом плоти под сладко-чмокающую «симфонию» горячего соития, неожиданно почувствовав себя могучим гигантом («терзающим» беззащитную гномиху!), вовсе подмял её под себя и, больше не сдерживая рвущегося «напалма» страсти, издав тяжкий стон… разверзся в неё тугими потоками спермы! Разверзся, в головокружительном кураже разом наполняя ей лоно и матку!

- Айяяяааах! – в то же мгновенье оглушительно взвизгнула «припечатанная» им карлица, взорвавшись новой патокой умопомрачительного оргазма.

Он же, импульсивно расстреляв всё до последней капли, наконец, «отлип» от неё и, тут же, устало повалившись на спину рядом, принялся унимать в себе невероятно занявшееся дыхание!

- Уххх, вот это улёт, детка! – всё обливаясь потоками пота (да ещё исходя «капелью» со слегка осунувшегося «конца»!), восторженно ухнул Кондратюк, не без довольной улыбки взглянув на словно распаренную Оксану. – Признаюсь, не ожидал, что лилипутки могут быть такими приятными в сексе!

- Ммм, Василий Иванович… - лишь с улыбкой вздохнула Оксана, волшебно зияя текущим спермой «дуплом» в нежных потоках вечернего света. – Тогда я тоже признаюсь в том, что не ожидала такого бурного секса от такого «поросенка» как вы… Вы, оказались, невероятно страстным мужчиной… И, теперь, я ещё больше желаю работать у вас…

- Хорошо, детка, считай, что ты уже принята на работу! – игриво подмигнул ей он. – Да, отныне, ты новая сотрудница моей «Юлии»!

И, с сими словами, вдруг обняв «пробуравленную» им карлицу как куклу, слился с её пухлостью уст в долгом опьяняющем поцелуе…