Автор: Ли Савино

Книга: «Эгир»

Серия: «Берсерки» — 1

Год написания: 2020

Жанр: Эротика, фэнтези, оборотни, магия, ведьмы

Возрастное ограничение: 18+

Над переводом работали:

Переводчик: Luizas12, Фрея

Редактор: Nikolle

Русификация обложки: Xeksany

В книге всего: 5 глав

Перевод осуществлен для группы: https://vk.com/paranormal_love_stories

И для сайта: http://ness-oksana.ucoz.ru/

Внимание!

Текст предназначен исключительно для ознакомительного чтения. После ознакомления с содержанием данной книги Вам следует незамедлительно ее удалить. Сохраняя данный текст, Вы несете ответственность в соответствии с законодательством. Любое коммерческое и иное использование кроме предварительного ознакомления запрещено. Публикация данных материалов не преследует за собой никакой материальной выгоды. Группа не несет ответственности за распространение данного материала в сети.

При размещении на других ресурсах, обязательно указывайте группу, для которой был осуществлен перевод. Запрещается выдавать перевод за сделанный вами, или иным образом использовать текст перевода, в том числе с целью материальной выгоды.

Все права на исходные материалы принадлежат соответствующим организациям и частным лицам.

Глава 1

Ветер хлестал меж скал, завывая волком. Я стояла на краю обрыва, глядя на пенящуюся воду далеко внизу. Яростный порыв ветра мог бы сбить меня с ног, или земля подо мной рухнет, и я разобьюсь.

Или могу прыгнуть, распахнув руки, чтобы обнять воздух.

Это так просто. Всего лишь шаг…

— Майриэнн! — голос няни прорвался сквозь туман до того, как я увидела ее сутулую фигуру и крючковатый нос. Она ковыляла вверх по старой, опасной тропинке, ее круглое тело угрожало упасть в воду. Я отступила назад от выступа, готовая удержать ее от падения.

— Я так и думала, что найду тебя здесь, — прокричала она сквозь шум ветра. Моя коса давно расплелась и дикие завитки хлестали меня по лицу.

— Ох, — проворчала нянюшка. — Твои волосы.

Я так долго стояла на ветру, что у меня онемели губы.

— Все это не важно.

— Это важно для твоего жениха. — Нянюшка цыкнула. — Локоны феи, как и у твоей мамы. Мне придется прочесать их перед переправой. Если только ты не собираешься уходить прямо сейчас? — голос нянюшки звучал мягко, но ее темные глаза оставались зоркими, как у вороны, и она уже знала, зачем я взобралась на утес этим утром.

Если бы няня не пришла, я бы нашла в себе силы сделать этот последний шаг. Люди скажут, что я разбилась насмерть, а море обмануло сына вождя И' Нейла, который выбрал себе невесту.

Дыхание нянюшки вырывалось резкими клубами, туманя воздух. Но она проглотила все, что собиралась сказать, и вместо этого подняла бровь.

— Значит, ты хочешь пойти именно этим путем? — нянюшка небрежно вытянула шею, чтобы посмотреть вниз на скалы. — Я расскажу им всем, как ты умерла.

— Это не остановит Домналла. — Мой жених обещал, что так или иначе захватит этот остров. Брак — это наш лучший вариант, объяснил он, но он не против пролить кровь.

Женитьба являлась единственным способом предотвратить войну. Итак, я должна отдать свою жизнь за моих близких.

— Еще не поздно, — мягко сказала нянюшка. Она не станет винить меня, если я так или иначе попытаюсь избежать этого брака.

— Нет, няня. Я выполню свой долг. — Но я бросила тоскливый взгляд на море, а затем последовала за своей старой кормилицей вниз по склону утеса к дому.

— Сегодня утром такой сильный туман, — болтала нянюшка, пока я помогала ей перебираться через скользкие камни. — Из-за этого твоему жениху будет нелегко тебя забрать.

— К полудню все разойдется, — пробормотала я. Хотелось бы, чтобы туман окутал весь остров и спрятал его навсегда.

— Только не этот туман. Густой, как ведьмино варево.

Я приподняла бровь, глядя на нее. Я не единственная женщина, которую жители деревни называли ведьмой.

— О, не я его вызвала, — нянюшка махнула рукой, как будто речь шла о приготовлении тушеного мяса, а не о управлении погодой. — Твоя мама знала, как вызвать бурю, но она никогда не обучала меня.

— И меня тоже.

— Жаль.

— Мы не можем прятаться вечно, — пробормотала я.

— Мы можем, но твоему отцу это не понравится. У твоей матери было место, которое она скрывала от всех. Хижина на крошечном острове. Она все еще спрятана ее заклинаниями, но женщина в беде сможет ее найти. — Глаза нянюшки стали черными, как у ворона, и смотрели прямо на меня.

Я отрицательно помотала головой.

— Я обещала. Даже если убегу и спрячусь, Домналл все равно придет. И у отца будут неприятности.

— Твой отец не должен был обещать тебя ему.

— У него не было выбора, — прошептала я. Мы подошли к краю деревни, и нас кто угодно мог подслушать. Я ускорила шаг, взяв няню под руку, чтобы заставить ее идти рядом.

— К чему катится мир, когда женщины становятся пешками в мужских руках? Если бы твоя мать была жива…

Поднявшийся ветер подхватил ее слова к морю. Мы пригнулись перед ревущей силой, щурясь и отворачивая лица в сторону.

Далеко на воде туман клубился странными очертаниями. Клубящийся серый туман на мгновение застыл, превратившись в изогнутый нос корабля. Я вздрогнула. Неужели это корабль на волнах?

— Что это? — крикнула нянюшка, глядя туда же, куда и я.

— Ничего. — Из тумана ничто не появилось. Ни корабля, ни духов. Возможно, я видела какое-то видение, но, скорее всего, это вообще ничего не значило.

Мы бежали до самого дома моего отца, а ветер пел, как одинокий волк, пронзительно плача от горя.

* * * * *

Оказавшись внутри, нянюшка отвела меня в свою любимую комнату рядом с кухней. Сюда просачивались свет и тепло от очага большого зала, но пучки трав, свисавшие с низкого потолка, давали нам некоторое уединение. Вокруг суетились слуги, но никто не осмеливался вторгаться во владения няни. Я сидела и потягивала травяной напиток, пока няня возилась с моими волосами.

— Хочешь, я расскажу тебе эту историю?

— Почему бы и нет, — вздохнула я. Я уже слышала все рассказы няни, но это поможет скоротать время.

— Когда-то жил великий и грозный воин по имени Волк. Он был самым сильным и лучшим из людей короля, но желал удержать свою силу навсегда. Он пошел к колдунье за заклятием, которое сохранит его величайшим воином всех времен. Колдунья предупредила его, что ее магия имеет свою цену. Она сделала бы его величайшим воином из всех, но он…

Я закрыла глаза, и голос няни унес меня прочь, пока ее ловкие пальцы распутывали завитки моих волос. К концу рассказа моя темная копна была заплетена в солидную косу, подобающую леди. И я успокоилась.

— Ну вот, — сказала наконец нянюшка, отступая назад. — Теперь ты можешь переодеться и приготовиться к переправе.

— Я не собираюсь переодеваться, — платье, в котором я поднималась на холм, не самое лучшее, но зато чистое, и его цвет напоминал мне глаза моей матери. В паре с моими крепкими сапогами оно послужит для моей цели.

— Ты наденешь это на свадьбу? — нянюшка казалась шокированной. — Что подумают о нас И' Нейлы?

— То же самое, что и всегда. — Я поднялась с стула. У меня не большой рост, но я возвышалась над нянюшкой. — Что мы язычники, дикари.

— Не дай отцу Патрику услышать твои слова, — нянюшка перекрестилась, но ее закатившиеся глаза опровергали ее благочестие.

Я ухмыльнулась:

— Он знает, что у него еще много работы, чтобы заставить наш народ забыть старые обычаи. Он думает, что ему станет легче, когда я уеду.

— Домналл не позволит тебе сохранить старые обычаи, — нянюшка суетилась вокруг, собирая травы в льняную ткань. — И' Нейлы поддерживают христианскую веру.

— Я никогда не откажусь от учения моей матери.

Я подошла к очагу и заглянула в чашу с водой. На мгновение показалось, что над его поверхностью повис дым. Я замерла, страстно желая, чтобы видение пришло ко мне. Моя мать предвидела будущее, когда хотела, но мои видения приходили спонтанно.

До того, как я успела что-то разглядеть, нянюшка бросилась к очагу, задев чашу. Пока она цокала языком и вытирала пролитую воду, дымок уже рассеялся.

— Твой муж может настоять на этом. Как говорит отец Патрик, христиане предпочитают тихих и послушных жен.

— Возможно, молчаливых. Сомневаюсь, что мне есть что сказать И' Нейлам. Но мой муж получит хороший урок, если решит, что я стану послушной.

— Хорошая девочка, — няня протянула мне льняной сверток. — Держи это в секрете и сохрани. Ты узнаешь, как им воспользоваться, если придет время, — она подмигнула мне, но я осторожно спрятала ее подношение. Моя мама научила меня обращаться с травами, чтобы предотвращать болезни и предупреждать распространение, когда я стала достаточно взрослой, чтобы заботиться о костре. В моих упакованных вещах находились собственные пакетики с травами. Я бы не родила Домналлу ребенка, если бы не захотела.

Шепот за дверью кладовой заставил наш разговор прерваться. Молодой слуга оповестил о прибытии отца Патрика.

— Лодка уже здесь. Тебя ждет жених, — сказал священник, его торжественный вид испарился, когда он посмотрел на висящий пучок трав. Няня прочистила горло, и он перевел свой близорукий взгляд на меня. — Господь дарует тебе безопасный переход через Ла-Манш, — он переминался с ноги на ногу, чувствуя себя неловко во владениях няни.

Я кивнула в знак благодарности и быстро прошла мимо него. Из всех людей отца, мой уход сделал бы священника самым счастливым. С помощью няни я заняла место своей матери как целительницы и мудрой женщины. Я старалась не перечить его проповедям, но казалось, что само мое присутствие угрожает ему. В его недалеком мире женщина не должна высказывать свое мнение или обладать большой властью.

Вместе с няней мы спустились к берегу.

— Туман все еще стоит. Как думаешь, может быть, Домналл подождет и пришлет за тобой лодку завтра?

— Он не желал ждать, помнишь? Он заметил меня на ярмарке и не захотел жениться на другой, — мои губы скривились.

— И твой отец не посмел ему перечить.

— Только потому, что он сын великого вождя, к которому прислушивается Верховный король. Дочь крошечного туата должна быть благодарна за такой брак.

Нянюшка фыркнула.

— Ты дочь вождя, равная Домналлу. А твоя мать обладала великой силой. — Она огляделась вокруг, но никто из слуг отца не стоял достаточно близко, чтобы услышать ее приглушенный голос.

— Сила, которая не смогла спасти ее. — Моя мама умерла, когда в деревню пришла болезнь. — Сила, которая не спасет меня.

— Спасет… — осторожно начала нянюшка.

— Нет. Я же говорила тебе, что не сделаю этого. Не говори больше об этом, — отрезала я. Бегство привело бы к гибели моего отца, хотя оно и искушало меня.

Нянюшка замолчала, чтобы убрать нитку на моем плаще. Она не стала меня отчитывать. Ей и не позволялось этого делать.

Я потерла лоб.

— Прости меня за несдержанность. Мне уже надоел этот день.

— Не унывай, дитя мое, — ее попытки рассеять мою печаль оставались неумолимыми. — Помнишь рассказы твоей матери о великом воине, который перевезет тебя через море? Твоя мать знала, что этот день настанет. Вот почему она назвала тебя Майриэнн.

— Драчливый сын И' Нейла вряд ли может считаться великим воином. И пролив едва ли можно назвать бескрайним морем. Кроме того, это всего лишь сказка, которую она рассказала мне на сон грядущий.

— В каждой сказке есть доля правды. Твоя мать рассказывала много историй, и во всех них есть частицы истины.

— Ты говоришь о том заклинании, которое она наложила на меня.

— «Как ворон летит в свое гнездо, так и ты всегда найдешь дорогу домой», — процитировала нянюшка.

Обернувшись, я посмотрела ей в лицо.

— Это было до того, как проявились мои способности, — прошептала я. — Она не могла знать наверняка.

— Она знала. Как ты думаешь, откуда взялись твои способности?

Я выпрямилась, не желая больше говорить о том, что следует держать в секрете. О силе моей матери шептались в деревне, но я старалась ограничивать свой дар травами и искусством врачевания. Даже мой отец не знал, что я могу сделать.

— А вот и лодка, — отец Патрик догнал нас с нянюшкой.

Рядом с веслами на берегу лежал небольшой баркас. Один из людей отца, Дэнни, стоял рядом, готовый переправить меня через реку. Кроме него, только двое из собравшихся на берегу мужчин оставались мне незнакомы. Они оказались большими головорезами, полностью вооруженными, как будто ожидали неприятностей. Это, наверное, люди Домналла, пришли убедиться, что его невольная невеста села в лодку.

— Домналл не явился, — нахмурилась нянюшка.

— Он знает, что мы не посмеем ослушаться его. — Домналл ясно дал понять во время брачных переговоров с моим отцом. Если я не выйду за него замуж и не дам ему права наследования через мое приданое, он придет с отрядом людей и захватит остров силой. По крови или по браку он завладеет нашим островом. Моя жертва означает, что ни один человек моего народа не падет от мечей его воинов.

— Вот тебе и великий воин, переносящий меня через море, — пробормотала я нянюшке, перед тем как поприветствовать Дэнни и кивнуть своему сопровождающему. Двое головорезов не обратили на меня внимания. Если повезет, то после формальной церемонии их лорд тоже не будет замечать меня.

— Подождите минуту прежде, чем подниматься на борт, — не удержался отец Патрик. — Твой отец придет проводить тебя.

— Лучше поторопиться, — пробормотала нянюшка. — Если погода ухудшится, тебе придется ждать. Но, по крайней мере, ветер стих.

Я подошла к кромке воды, наступив сапогами на несколько камней. Туман стелился по воде серым плащом. Я не видела дороги на ту сторону. Но пока смотрела, темные глубины закружились, открывая странные формы и призрачные образы. Неужели это корабль в тумане? Гордый изгиб носа с головой дракона?

У меня перехватило дыхание. Подобных кораблей на этих берегах не видели уже много лет.

— Миледи? — нянюшка потянула меня за руку, и я позволила ей оттащить себя от берега.

Мне все это мерещилось. Возможно, мне следовало провести все утро, пытаясь что-нибудь разглядеть. Конечно, я не хотела видеть будущее, но если боги мне что-то говорили, то видения приходили независимо от того, хочу я этого или нет.

На пляже собралась целая толпа, чтобы проводить меня. Крестьяне подходили один за другим, чтобы поблагодарить и пожелать счастливого пути. Я бормотала слова благодарности, а отец Патрик мрачно смотрел на меня. Я уже попрощалась с последним, когда ряды расступились и вперед вышел отец со своей молодой женой.

— Надвигается шторм. Уверена, что ты не хочешь уехать завтра?

— Все в порядке, отец. Лучше не медлить.

Он подал сигнал, и служанка принесла ему подарок. Толстый плащ, отороченный мехом. Няня помогла мне завернуться в него.

— Жаль, что здесь нет твоей матери. Она бы очень гордилась, увидев тебя.

— Спасибо, отец, — я постаралась, чтобы мой голос не дрожал. От слез перехватило горло, когда я увидела брошку, которой няня закрепляла мой новый плащ. Ворон, изготовленный из чистого серебра. «Как ворон летит в свое гнездо, так и ты всегда найдешь дорогу домой». Брошь станет напоминанием.

— Миледи? — спросила нянюшка, когда я прикоснулась к фигурке птицы в полете.

— Я в порядке, — прошептала ей. — Я не улечу. Еще нет.

Со слезами на глазах она погладила меня по щеке.

— Веди себя хорошо, дочка, — неловко поцеловал меня отец.

— До свидания, отец, — сказала я и отступила назад, позволяя нянюшке опустить мою вуаль. Моя мать носила такую же, когда переправлялась через море, чтобы выйти замуж за моего отца. Темный головной убор стал моей единственной уступкой церемонии. — Я пошлю весточку, когда выйду замуж.

Дэнни помог мне забраться в лодку. Люди Домналла уже заняли нос корабля. Я сидела прямо и гордо, глядя в море, пока Дэнни отчаливал.

Проход через Ла-Манш не был коварным до тех пор, пока мы не сбились с пути и не направились к скалистым частям берега. Туман создавал чудовищ из огромных скал, превращая их в закутанные головы, поднимающиеся из моря. Я ждала, что придет еще одно видение, но оно не приходило. Мои мысли вернулись к моему жениху.

Домналл был сыном могущественного вождя. И он, и его отец считались грубыми людьми, любившими битвы и жаждущими земли. Почему они решили, что ради нашего острова стоит вести переговоры, я никогда не узнаю. Возможно, сказка о том, что Домналл считал меня самой красивой женщиной, которую он когда-либо видел, является правдой. Скорее всего, я каким-то образом оскорбила его своим сдержанным отношением к чужим притязаниям, и он хотел доказать свою власть, управляя мной.

Домналл был задирой, но когда женихи уходили, случалось и похуже. Со мной все будет в порядке. Я обязательно выживу.

— Будь проклята эта мерзкая погода, — через некоторое время пробормотал Дэнни.

— Заткнись и греби, — приказал воин.

— Делай, как они сказали, — пробормотала я, устраиваясь поудобнее на сиденье, чтобы мое платье не попало в воду на дне лодки.

— А ты тихоня, — сказал тот, что помоложе из людей Домналла.

Я проигнорировала его, глядя на море.

— Наш господин предпочитает, чтобы его женщины вели себя тихо. У него есть и другие способы использовать женский рот, — их грубый смех эхом разнесся над водой.

Они продолжали отпускать множество грубых шуток, пока Дэнни не побелел, сжав губы и готовясь разразиться ответными оскорблениями.

Я сжала губы и махнула рукой, чтобы убедиться, что Дэнни сдержится. Он знал, что я могу постоять за себя.

Моя мама часто рассказывала историю о великом воине, проклятом ведьмой и превратившемся в чудовище, вечно скитающимся по морям. Ту же самую историю, которую няня рассказывала мне раньше. История заканчивалась обещанием: «Как ворон летит в свое гнездо, так и ты всегда найдешь дорогу домой».

Мои губы скривились. Нянюшка говорила, что в рассказах моей матери есть доля правды, но Домналл не великий воин, хотя и мог бы похвастаться другим. И он не чудовище, если не считать чудовищами людей, которые правят потому, что у них самые большие армии и самые громкие голоса, речи столь же пустые и бессмысленные, как у их лающих псов. Это единственные монстры, которых я знала.

Люди Домналла замолчали, и теперь единственным звуком был скрип весел и биение моего сердца. Туман стоял серой стеной на воде, закрывая от нас все, кроме призрачных очертаний вдалеке.

Когда из тумана впервые показался нос корабля с головой дракона, мне показалось, что я сплю.

— Что за… — один из воинов выпустил изо рта полоску вяленого мяса, которую жевал.

— Что это? — его спутник уставился в туман.

— Мне показалось, что я видел… — первый положил руку на свое оружие, ерзая на скамье. — Там! Впереди, ты видишь его?

— Проклятый туман. Это всего лишь камни, — и обратился к Дэнни: — греби, парень.

Уставившись на клубящееся облако, низко висящее над водой, я не была уверена, но мой слух уловил вой волка далеко за водой. Мои руки покалывало. В тумане времени морской волк выслеживает свою добычу.

— Я что-то видел, — настаивал воин. — Это нечто большее, чем просто камень.

— Ты должен подождать до вечера, чтобы напиться. Подожди, пока я не расскажу его светлости, что ты был в стельку пьян…

— Там! Смотри, — схватил своего друга первый воин и повернул лицом на север. Во всяком случае, я предполагала, что это был север. Нас окружали плотные серые стены.

— Я ничего не вижу, — сказал второй воин, но его лоб наморщился. Даже Дэнни вытянул шею, а я перегнулась через борт лодки. Была ли это тень на воде?

— Пустяки. Это всего лишь игра света…

Поднялся ветер, рассекая туман, как клинок, стригущий шерсть. Из темноты появился огромный корабль, черный парус натягивался за деревянным носом. Резная драконья голова, острозубая и рычащая, уставилась на нас.

На мгновение все мы замерли.

Меня пробрал озноб. Нос с головой дракона, вздымающийся парус — я уже слышала о таких кораблях. Они приходили грабить наши берега, нападали и поджигали наши фермы, крали золото и другие товары, убивали мужчин и уводили женщин в рабство. Но Верховные короли древности сражались и прогнали северян прочь. Корабли северян не появлялись на нашей земле уже более ста лет.

Судно с драконьей головой скользнуло вперед, бесшумно для такого огромного корабля. Это была не легенда. Все было по-настоящему.

И оно направлялось прямо к нам.

— Клянусь штанишками Морриган, — выдохнул Дэнни.

— Гребите, черт бы вас побрал! — крикнул воин, но было уже поздно. Длинное судно скользило рядом с нами, волны заставляли нашу лодку подпрыгивать вверх и вниз, как крошечную пробку в хлюпающей бочке эля.

Меня охватила тревога. Лодка накренилась набок, скользя вниз по волне, угрожая опрокинуться. Под ногами у меня плескалась вода. Побелевшие костяшки пальцев, ухватившиеся за сиденье, удержали меня от падения. Мы на секунду зависли боком, аж сердце остановилось, прежде чем поймали равновесие.

Когда мы выпрямились, корабль викингов уже приблизился к нам.

Люди Домналла, возможно, и не являлись моим выбором в качестве эскорта, но они хорошо обучены. Как один, они встали и обнажили свои мечи, один мрачно оседлал скамью, а другой повернулся спиной к своему товарищу, но их храбрая позиция была затмена огромным кораблем.

Дэнни изо всех сил пытался грести, но волна захлестнула нас, и его руки соскользнули с весел. Я не винила его за это. Сама словно оцепенела. Я радовалась, что вуаль скрывает мое полное страха выражение лица.

Несмотря на всю свою скорость, судно, казалось, никем не управлялось. Если бы ветер не хлопал по парусу, не хлестал по ободранным краям, я бы сказала, что это корабль-призрак, видение, кошмарный сон, возникший из моих страхов перед угрозами Домналла и моей свадьбой. Вот бы мне проснуться…

На носу корабля появилась фигура. Да хранит нас Дану. Огромный воин стоял, опираясь сапогом о борт судна. Он был полуобнажен, его широкая грудь наполовину скрывала белая меховая шкура. Его золотистая голова оставалась непокрытой, длинные волосы развевались на ветру, как знамя. И он смотрел прямо на меня.

Волк завыл снова. Это не было шуткой ветра. Я сжала пальцы в сапогах и стиснула зубы, слезы защипали мне глаза от этой длинной, печальной ноты.

Туман поглотил нос корабля, на какое-то милостивое мгновение скрыв воина. Когда туман вновь разорвался, появилась еще одна страшная фигура. Это был не человек. Это была голова медведя с оскаленными зубами, как будто зверь находился в двух шагах от того, чтобы напасть.

Затем туман рассеялся, открывая истину. Голова медведя оказалась всего лишь шкурой, надетой на голову высокого человека.

Появился еще один человек, потом еще. Все воины выстроились вдоль борта корабля, большие и мускулистые, с обнаженной грудью или в грубой одежде. Некоторые одеты в звериные шкуры. У некоторых имелись грубые шлемы из тусклого металла. Кроме медведя, там находилась еще одна голова, волка, с открытой и рычащей пастью.

— Дану, спаси нас, — захныкал Дэнни. Воины молча смотрели на нас сверху вниз. Выжидали.

Спокойствие овладело мной. Они здесь не для того, чтобы сражаться. Возможно, пощадят нас.

Раздался голос моего конвоира.

— Кто вы такие? Этот пролив теперь принадлежит Домналлу, переданный по браку. Какое право вы имеете плавать в этих водах? — вспылил мужчина, но голос его надломился.

Никто из воинов не ответил. Я начала верить, что это призраки, они отошли в сторону и первый воин, которого я увидела, положил руки на борт корабля. Он являлся самым крупным воином из них всех. Рыжеватые волосы рассыпались по его широким плечам. В своих огромных руках он держал двуручный топор.

Он молча передал оружие одному из призрачных людей, перед тем как запрыгнуть на выступ.

«Ой, мамочка», — подумала я, несмотря на свой страх. Это великий воин. И он смотрел прямо на меня, как будто хотел сорвать с меня одежду своим пронзительным взглядом.

Я съежилась, потом вспомнила, что ношу вуаль.

— Скажи нам, чего ты хочешь — прогремел старший из моего эскорта. Я бы посмеялась над его нелепой бравадой, если бы мы не смотрели смерти в лицо.

Золотоволосый воин поднял руку и указал на меня.

Мое сердце стукнуло раз, другой.

Из тумана появилась птица, хлопая темными крыльями. Ворон. Черная птица на мгновение приземлилась рядом с сапогом воина, а затем улетела.

Это знак для меня.

Серебряные крылья броши впились мне в ладонь. Мне так хотелось улететь и последовать за вороном, что у меня аж заболели кости.

— Ты, — казалось, сказал золотоволосый воин. Он удерживал равновесие на краю корабля, даже когда поднявшийся ветер рванул край белой шкуры, которую он носил вместо плаща.

— Ты не можешь… — начал мой потенциальный защитник, но львиноголовый воин прыгнул.

— Нет… — я охнула и схватилась за скамейку как раз вовремя.

Воин приземлился точно посередине нашей лодки. Прыгнув дальше, чем могли бы сделать большинство людей, он поднялся, сильный и уверенный, как будто родился с бурлящим морем под ногами.

Я держалась изо всех сил, пока лодка раскачивалась и угрожала перевернуться. Дэнни сделал то же самое, едва не свалившись на дно лодки. Так или иначе, его одежда промокла насквозь, когда он с трудом поднялся на свое место.

Из-за огромного тела нашего противника я не могла понять, то ли сила содрогания лодки сбила воинов Домналла в воду, то ли сам воин нанес удар и отправил их в воду. Всплеск воды — и двое моих спутников исчезли.

Дэнни пришел в бешенство.

— Нет, — крикнула я и встала, качающаяся лодка делала мои движения более осторожными, во мне вспыхнул гнев. Схватив Дэнни за руку и заставив его поддержать меня, я встала между ним и воином.

Не хочу, чтобы человек моего отца был сражен каким-нибудь воином, будь то корабль-призрак или нет.

Когда приблизилась к захватчику, поднялся медовый аромат, как будто я открыла бочонок с элем или одним из травянистых отваров няни. Голова воина откинулась назад, ноздри раздулись, словно он тоже учуял этот запах.

Вблизи он был таким же большим, как и на первый взгляд. Я казалась маленькой по сравнению с ним. Моя голова доходила только до его груди, но моя кровь слишком бурлила, чтобы заметить это.

Я сорвала с себя вуаль и отбросила ее в сторону, свирепо глядя на него.

— Чего ты хочешь?

Воин пристально на меня смотрел.

— Кто ты?

Завыл волк, и этот звук прозвучал так громко, словно находился где-то поблизости. На корабле. Но почему? Кто мог привести волка на корабль?

Морской волк. Донесся до меня мамин голос. Проклятый воин, обреченный плавать до тех пор, пока не найдет ту, кто вернет его домой.

Но то всего лишь сказка. А это реальность.

Воин протянул мне руку.

— Чего ты хочешь? — мое дыхание сбивалось. — Я не понимаю.

Он снова поманил к себе.

— Нет, леди! — Дэнни с трудом поднялся на ноги. Наше суденышко задрожало, и я упала навстречу воину. Сильные руки обхватили меня за плечи. Я моргнула и увидела золотистые глаза, сияющие каким-то сверхъестественным светом. Это был необычный человек.

— Дэнни, не подходи, — я даже не отвела взгляда. Только Дану знал, как я обрела свой голос. — Возвращайся к моему отцу и расскажи ему все…

Я замолчала, когда над нами навис длинный корабль воина. Еще мгновение — и мы врежемся в борт корабля.

Воин перебросил меня через плечо. Мир накренился, и мои волосы скрыли мое лицо. Я вскрикнула и набрала полный рот меха из шкуры, которую носил воин.

Мышцы его плеча напряглись под моим животом — нет! — и ветер хлестнул меня по лицу. Испуганный крик Дэнни эхом отдавался за мной, звук становился все дальше и дальше.

— На север! — закричал кто-то.

— На север, — проревели голоса вокруг меня. Громкие вопли и вой, как будто это была волчья стая, а не группа людей.

Палубу окутал густой туман, слишком густой, чтобы им можно было дышать. Воин бросил что-то тяжелое на мое тело, а затем направился к носу лодки.

Он двигался мощным шагом по покачивающейся палубе. «Этот человек слишком много времени провел в мореk, — подумала я, прежде чем кровь хлынула к моей голове, и рухнула на палубу.

* * * * *

Когда я проснулась на палубе, мне было жарко и тяжело. Кто-то укрыл меня меховой шкурой. Толстая белая шкура, похожая на ту, что носил золотоволосый воин.

Моя голова раскалывалась от боли.

— Что… — пробормотала я, мои слова искажались, руки отяжелели, а грудь казалась наполненной камнями. В голове стучало так, словно я выпила полбочки лучшей нянюшкиной медовухи.

Где-то вдалеке послышались громкие голоса, а затем раздался глухой стук сапог.

— Спокойно, — пробормотал кто-то. Что-то гладкое коснулось моих губ, и когда я дернулась, вода брызнула мне в лицо.

— Успокойся. Это всего лишь вода.

Мой язык еле ворочался во рту, а мысли все еще туманны. Иногда, после видения, я чувствовала себя так же. Может быть, поэтому я и упала в обморок?

Когда открыла глаза, мир вокруг казался серым. Мое лицо было мокрым, как и шкура. Видимо, шел дождь. Но мне все равно нужна была вода.

Темнокожий воин с узорчатым пером, свисающим из уха, снова поднес чашу к моим губам. Я выпила, но когда потянулась за чашкой, воин отстранился.

— Осторожно.

Это предупреждение удивило меня. Перо колыхнулось, когда темный воин попятился назад. Он снова наполнил чашку и поставил ее у моей ноги. И отступил до того, как я потянулась за ней.

— Ему не понравится, если я к тебе прикоснусь.

— Кому?

Молчание. А потом неохотно добавил:

— Морскому волку.

Под тяжелым белым мехом мое тело задрожало. Я повернула голову к носу лодки, где гигантская фигура смотрела прямо в туман.

— Это он, — подтвердил воин.

— Кто он?

Он пожал плечами.

— Морской волк — это легенда.

Еще одно пожатие плечами.

— А ты кто такой?

— Они называют меня Хоуком, — ухмыльнулся он, сверкнув ровными белыми зубами. — А теперь успокойся, девочка.

Я прислонилась к крепкой мачте. Белая шкура довольно большая, чтобы скрыть почти все мое тело, поэтому съежилась под ней. Я не стыдилась прятаться.

Казалось, мы плывем прямо в шторм. Дождь хлестал по парусу. Ветер трепал рваные веревки. Я прислушалась, не раздастся ли волчий вой, но вокруг только обычные звуки.

Как долго я спала? Как далеко мы находились от земли? Успел ли Дэнни вернуться к моему отцу до того, как погода испортилась?

Бедный Дэнни.

Бедная я, если не сбегу. Я бы могла использовать магию, но лучше не геройствовать в такую погоду.

Сейчас лучше отдохнуть.

Воины, которых я видела раньше, расхаживали взад и вперед, заставляя корабль следовать в любом направлении, куда бы мы ни направлялись. Кроме Хоука, никто не обращал на меня никакого внимания. Когда они пришли возиться с опорой, то сразу же обошли меня стороной.

Морской волк, или кто бы он там ни был, не возвращался, чтобы проверить свою пленницу. Зачем он взял меня с собой?

Я теребила серебряную брошь, пытаясь вспомнить старую сказку. Воин, проклятый ведьмой. Вынужденный плавать по открытому морю. Я не обратила особого внимания ни на условия проклятия, ни на конец истории. Что-то о вороне и женщине.

Очевидно, он думал, что я и есть та самая женщина. Что казалось просто нелепым. Сначала Домналл, теперь он. Этот морской волк.

Чем дольше я стояла, прислонившись к мачте, тем больше злилась. Когда мимо протопала троица воинов, их татуированные лица отвернулись, словно на меня было опасно смотреть, с меня достаточно.

Я вскочила на ноги, жмурясь от боли в голове, и направилась к носу корабля.

Вот тогда-то я и обнаружила, что привязана к мачте веревкой, обвязанной вокруг моей шеи. Я боролась с узлами, пока не появился Хоук.

И опустила руки, когда он навис надо мной. У меня имелся нож в корсете, но не хотелось использовать его слишком рано.

— Мера предосторожности, — сказал Хоук, кивнув на веревку. — Он не хочет, чтобы ты бросалась за борт.

Я сжала руки в кулаки.

— Я Майриэнн, дочь владыки Северного острова. Я хочу поговорить с вашим главарем. Мой отец может заплатить выкуп. Или мой муж, если ты вернешь меня к нему.

Воин склонил голову набок:

— Муж?

— Мой суженый, — призналась я. — Я должна была встретиться с ним, когда он, ваш предводитель, захватил меня.

Воин хмыкнул. Он открыл кожаный мешочек и протянул мне сушеную рыбку. Я поморщилась. Хватит с меня этого моря.

— Я должна поговорить с ним, — настаивала я, пытаясь обойти воина, но меня остановила веревка. Когда схватилась за нее, воин сделал предупреждающий жест.

— На твоем месте я бы этого не делал. Если ты не хочешь оказаться полностью связанной.

— Я дочь повелителя Северного острова, и я требую, чтобы меня отпустили…

— Ты больше не дочь. И не суженая, — он выплюнул это слово. — Теперь ты принадлежишь Морскому Волку.

Глава 2

Всю оставшуюся часть пути я держала голову опущенной. Да поможет мне богиня. У меня имелись собственные средства, приемы, которым научила меня мать, но нас по-прежнему окружал туман. Этот корабль, эти воины, этот туман казались чем-то потусторонним. Я слышала о людях, которым не посчастливилось быть похищенными сидами или случайно угодить в страну прекрасного народа. Они попадали в ловушку в потустороннем мире, вне времени. Через пару месяцев они возвращались домой и обнаруживали, что прошло уже сто лет.

Так вот что означал этот туман? Разве я пересекла границу другого мира? А если так, то как я вернусь домой?

Наверное, я задремала, потому что меня разбудили крики. Когда поднялась, у меня перехватило дыхание. Впереди маячили две гигантские скалы, и корабль направлялся прямо к ним.

— Остановитесь, — прошептала я, но мы уже мчались по волнам, скользя между скалами. Проход был настолько узким, что если бы наклонилась над бортом корабля, то смогла бы дотронуться до гранитной колонны.

За сводчатым проходом виднелась небольшая гавань, немного защищенная от непогоды. Я отскочила в сторону с пути воинов, опустивших парус, и приготовилась, когда мне показалось, что корабль плывет прямо на берег.

И я оказалась права. Мелководное судно плыло по волнам прямо к берегу. Воины повалили за борт, крича друг на друга.

Хоук развязал веревку с мачты, которая удерживала меня.

— Ну пойдем, — приказал он. Я взглянула на нос корабля, но он уже опустел.

Хоук ухмыльнулся, увидев, что я ищу его главаря.

— Он уже ушел. Мы встретимся с ним позже. Пошли, — невзирая на то, что резко потянул за веревку, он осторожно помог мне спуститься, правда, стараясь касаться лишь покрытых волчьей шкурой частей моего тела.

Только я ступила на песок, мое тело покалывало, как будто магия парила в воздухе.

— Пошли, — Хоук направился к темно-серой скале в дальнем конце пляжа. Я поспешила за ним. Легкий дождь омыл мне лицо, превратив белый мех в мокрые шипы. Ну хоть моя коса выдержала.

Утес оказался каменной крепостью. Старая крепость викингов, высеченная в морских скалах.

Морской волк был проклят. Он не мог ступить ни на сушу, ни куда-либо еще… Слова нянюшки не давали мне покоя, пока Хоук вел меня в огромный замок. Крыша частично разрушилась, оставив зал открытым для стихий. Старые камни были изношены от океана, который хлестал по ним снаружи. Еще несколько десятилетий и стены рухнут в море.

Отряд воинов разошелся, их действия выглядели уверенными. Некоторые пошли на берег собирать обломки коряг. Другие стояли на коленях в большом зале, разжигая огонь. Остальные, похоже, занимались разгрузкой или погрузкой припасов, отправляясь ловить рыбу или раскладывая шкуры для просушки.

Хоук провел меня мимо всего этого к древней лестнице, изгибающейся вдоль одной из стен, каменные ступени были узкими и опасными, осыпающимися под ногами. Я едва сдержала всхлип. Мой конвоир твердо держал руку на поводке, подтягивая меня ближе, но он не был злым. Когда подошла к нему, он велел мне идти впереди, позволив медленно двигаться вдоль стены, в то время как сам держался поодаль. Несмотря на то, что старался не прикасаться ко мне, безмолвно он дал понять, что поймает меня, если я упаду.

Я медленно поднималась все выше и выше, не сводя глаз с узкого дверного проема наверху, стараясь не смотреть на головокружительное расстояние до каменного пола. Работающие люди внизу если следили за нашим передвижением, то я этого не знала.

Когда мы добрались до верхней ступеньки, я замешкалась.

— Вперед, — приказал Хоук, и я, спотыкаясь, вошла в темную, пропахшую дымом комнату. Крыша здесь сохранилась лучше, ее поддерживал большой столб в центре комнаты. Единственным источником света служила разбитая стена.

Хоук пронесся мимо меня, дергая за поводок, чтобы вывести на середину комнаты. Он сунул конец веревки под ботинок и встал на колени, чтобы развести огонь.

Я воспользовалась случаем, чтобы изучить комнату. Маленький столик, на котором не было ничего, кроме огромного рога. С одной стороны комнаты, самой дальней от двери, стояла огромная кровать, заваленная звериными шкурами. Достаточно большая, чтобы вместить гигантского воина и целую толпу женщин. Я попятилась, насколько позволял поводок, и повернулась, чтобы осмотреть разбитую стену. Она по форме грубо напоминала окно, но кто-то выломал камни, чтобы расширить его настолько, чтобы в него мог пролезть человек.

Я медленно приблизилась к отверстию. Если бы встала на цыпочки, то увидела бы бушующее море снаружи, и волны, разбивающиеся об основание каменного замка далеко внизу. Но эта башня была отделена от замка, подвешенная лишь на нескольких каменных опорах и воздухе.

— Ты не найдешь там путь к спасению, — ворвался Хоук в мои мысли. — Всего лишь долгий, долгий спуск к твоей смерти на скалах, — он бросил на меня насмешливый взгляд, потом снова повернулся, чтобы разжечь огонь.

Я прикусила губу. Он не знал моих способностей.

Но он был прав. Пока не буду уверена, что смогу найти дорогу обратно сквозь бурю, не осмелюсь вылезти в окно и прыгнуть.

Я ощупала мокрые рукава и посмотрела в окно. В комнате больше не на что было смотреть, кроме Хоука и кровати.

Я не боялась его. Он слишком много заботился обо мне. У морского волка был верный слуга. Внушит ли он такую же преданность своей рабыне?

Поленья трещали и хрустели в скудном пламени, когда Хоук поднялся, держа мой поводок в руке. Удерживая мой взгляд, он закрепил веревку вокруг огромной колонны в центре комнаты.

— На всякий случай, если ты решишься выпрыгнуть.

Я отрицательно покачала головой. Если выпрыгну из окна, то не умру. Но он этого не знал.

Как только Хоук закрепил поводок, то направился к двери. Я последовала за ним, но веревка не позволила мне добраться до выхода.

— Подожди! — свет очага придал мне уверенности. — Почему я здесь?

Он ухмыльнулся через плечо:

— Скоро ты все узнаешь.

Я сделала глубокий вдох, чтобы успокоиться.

— Ты сказал, что я принадлежу морскому волку. Где же он?

— Не волнуйся. Он уже в пути, — кивнул в сторону окна и вышел.

Я не удержалась и натянула веревку как можно ближе к окну. Разразилась буря, дождь хлестал по омытому морем камню. Гигантские препятствия на пути к этой скрытой бухте казались такими большими, что я с трудом верила, что корабль поместился между ними, проскальзывая, как нитка через иглу.

Какое же это странное место! Штормило и было много тумана, но чем дольше я здесь пребывала, тем больше понимала, что это место не потусторонний мир. Все было по-настоящему.

Неуклюжими пальцами я пыталась развязать узел на веревке вокруг шеи, но ничего не выходило.

У меня в корсете спрятан нож, но доставать его еще было рано. Даже если освобожусь и выпрыгну в окно, я настолько ослабела, что вряд ли хватит сил долететь до дома.

Нет, лучше остаться и отдохнуть, а потом выяснить всю историю до конца.

«Вот именно, дочка. Это правильно».

Пока я смотрела в окно, от одной из гигантских скал отделилась фигура и прыгнула сквозь туман, приземлившись на другой выступ, который приблизил ее к замку. Темная фигура снова поднялась и прыгнула с камня на камень. Но нет, так невозможно. Расстояние было больше, чем мог бы перепрыгнуть человек.

Ветер завывал и сотрясал скалы. Звук был похож на жуткую панихиду, которую я слышала раньше, неужели это было только сегодня утром?

Шторм заставлял море вздыматься, волны, покрытые пеной, словно пальцы потянулись, схватили, но не смогли утащить фигуру с ее пути. Фигура продолжала приближаться.

Тучи рассеялись настолько, что осветили светлую голову серебристым светом. Морской волк был совсем рядом с окном, пробираясь к башне, прыгая и карабкаясь, как существо из мифа, наделенное сверхъестественными способностями.

Мужчина добрался до основания башни. Обычный человек никак не может взобраться на мокрые скользкие камни. Но это не обычный человек.

«Доченька, обрати внимание. Вспомни историю».

Я отступала, пока спиной не уперлась в столб, не отрывая глаз от окна. Мое сердце едва не выскакивало из груди, поэтому я удивилась, но почти не вздрогнула, когда появилась огромная золотая голова. Огрубевшими от битвы руками он ухватился за разбитые камни, один камень откололся и полетел вниз. Итак, морской волк вступил в свою крепость и башню, где меня заточил его слуга.

Когда он выпрямился, его голова чуть не задевала потолок. Он вошел, заполнив комнату своим мускулистым телом. Казалось, словно комната уменьшилась в размерах, и я съежился вместе с ней. Легкими, уверенными шагами он приблизился. Я прикоснулась к шершавому дереву позади меня. Тут нет спасения. Я сжала кулаки и зубы, подняв подбородок, чтобы выдержать его пристальный взгляд.

Он остановился в миллиметре от меня. Одурманивая насыщенным медовым ароматом. Я покачнулась.

Его ширококостное худощавое лицо напоминало скальник песчаного цвета, отполированный с годами солнцем и ветром. Его брови и волосы были такими же рыжевато-золотистыми, как у белокурых завоевателей с севера. Он был северянином, а это старый замок викингов.

Я уставилась на него, не в силах ни говорить, ни двигаться. Мое сердце громко стучало. По тому движению, как он наклонил голову, могла поклясться, что он слышал каждый удар.

Большими, покрытыми шрамами руками он нежно наклонил мою голову, чтобы рассмотреть веревочный ошейник. Когда он направился к очагу, я облокотилась на деревянный столб, уставшая после того, как прямо и мужественно держалась в плену этих ярких глаз.

Присев на корточки, он подбросил в огонь еще несколько поленьев. Я держала голову опущенной, когда раздались его шаги, рывок и щелчок подсказали мне, что он перерезал веревку, которая связывала меня. Он медленно поднял меня на ноги, иначе веревка бы задушила меня. Не оглядываясь, он повел меня за собой и поставил перед кроватью. Дерево заскрипело, когда он устроился поудобнее.

Я держалась на расстоянии, насколько позволяла веревка.

Он похлопал себя по колену и выжидающе посмотрел на меня.

— Нет, — пробормотала я и откашлялась. Он не заставлял меня лечь на постель, хотя легко мог это сделать. Он также не повалил меня наземь, не разорвал мое платье и не заявил на меня права захватчика. Его неторопливость придала мне смелости. — Нет, — сказала я громче и уперлась ногами, взывая к надменному главарю. — Ты объяснишь мне, почему я здесь.

Он снова наклонил голову, и я узнала в этом движении и горящих глазах одновременно настороженность и уверенность волка.

— Где мы находимся? Почему ты взял меня с собой? — спросила я с вызовом.

Грубый скрежет на ступеньке заставил меня резко обернуться. Хоук остановился в дверях со своей обычной ухмылкой. Он замешкался, глядя сквозь меня на своего предводителя и поднимая глиняный кувшин, который держал в руке.

Морской волк кивнул. Не успела я понять, что происходит, как он уже притянул меня к себе, и я оказалась у него между ног. Бедра у него были толстые, как стволы деревьев, и шире моих. Я сжала кулаки, пытаясь успокоиться.

Хоук поставил кувшин на стол:

— Парни уже развели костер. Скоро принесу мясо.

Мой златоглавый похититель хмыкнул. Хоук дотронулся до своего лба и ушел.

Морской волк посмотрел на меня и затем многозначительно на кувшин. Похоже, мне предстояло выступить в роли служанки.

Но я была рада хоть что-то сделать. А рог бы занимал его руки и держал подальше от меня.

Чувствуя на себе его пристальный взгляд, я подошла к маленькому столику и наполнила рог. Мне потребовалась вся моя сила воли, чтоб пройти небольшое расстояние до кровати. Я протянула ему выпивку, но у Морского Волка появилась другая идея. Вместо того чтобы взять рог, он притянул меня к себе с язвительной усмешкой в изгибе рта. Чем ближе я подходила, тем сильнее меня окутывал медовый аромат. Мед, смягченный резким привкусом соли.

Воспользовавшись поводком, он ловко притянул меня к себе между колен. Все ближе и ближе, пока я практически не уперлась в его огромную грудь. Я неохотно поднесла рог к его губам. Он сделал большой глоток, не сводя с меня глаз, и снова поднес рог к моим губам.

Я отрицательно покачала головой. Не хотела пить и опьянеть. Он пристально посмотрел на меня, и я не на шутку испугалась. Опустив глаза, сделала большой глоток.

— Принесу еще, — пробормотала я. Больше не смогла выпить. Покачнувшись, я чуть не споткнулась на обратном пути к столу. Да чтоб его прокляла Дану! Ни один мужчина никогда не действовал на меня так. Само его присутствие опьяняло меня.

Время настало. Пока еще трезво мыслила, я сунула левую руку за корсет, чтобы достать нож. Один удар и мой плен закончится.

В следующее мгновение, когда морской волк потянул меня вперед, я отпустила голову, и волосы упали плотной завесой между нами. Я поднесла рог к его губам, а другая рука схватила рукоять ножа.

— Пей, — прошептала я. Он глотнул и подтолкнул рог к моим губам. Я пила, не отрывая от него взгляда. Отпустив рог, вогнала нож ему в горло, острием прямо в ямку под челюстью.

На мгновение его глаза блеснули… неужели он догадался?.. и моя рука ослабла. Затем я нажала на лезвие и провела им поперек. Резко. Усердно. Как будто он был козлом или оленем, отмеченным для жертвоприношения. Быстрое, чистое убийство.

Я и забыла, как много бывает крови. Красные брызги ударили мне в лицо. Я поперхнулась и упала назад, отплевываясь.

Нож со звоном упал на каменный пол. После этого не осталось ничего, кроме ужасного булькающего звука. Жизнь Морского Волка угасала.

Боль пронзила живот. Я стояла, склонив голову, со спутанными волосами на лице и считая удары своего сердца. Один. Два. Три. Достаточно долго, чтобы человек умер.

Но когда осмелилась взглянуть на него, золотистое сияние мгновенно охватило меня.

Нет. Невозможно.

Воин поднес руку к своему раненому горлу. Он убрал ее и с легким любопытством осмотрел свои мокрые пальцы. Он откинул за плечи окрашенные красным цветом волосы. Кровь бежала ручейками между мышцами. Еще один удар сердца и еще один, и рубиновый поток уменьшился до тонкой струйки.

Морской Волк не умер. Я потерпела неудачу.

Ужасное бульканье прекратилось, и послышался тихий смешок. Человек, который должен быть мертв, смеялся надо мной.

У меня подкосились колени, и я рухнула на каменные плиты, чувствуя такую слабость, словно из меня вытекла моя собственная кровь.

Вот такими Хоук и нашел нас. Он с грохотом взбежал по ступенькам, держа в руке блюдо с жареным мясом, и резко остановился, уставившись на нас. Когда он уходил, мы не были облиты кровью.

Я съежилась у столба, а Морской Волк все смеялся и смеялся.

Хоук быстро пришел в себя. Закатившись хохотом, он поставил блюдо на стол и отряхнул руки.

— Я вышел на минутку, и она попыталась тебя убить?

Морской Волк перестал хихикать и пожал плечами.

— Ну ладно, я принесу воды, чтобы умыться, — поворачиваясь, он бросил на меня быстрый взгляд, я сидела, испуганно сжавшись. — Пыталась одолеть его, не так ли? — усмехнулся Хоук. — Чтобы убить его, нужно нечто большее, чем просто клинок.

Я вытерла кровь с губ.

— Ч-что случилось? Кто он такой?

— Спроси его сама.

— Я не могу, — я посмотрела на морского волка, который протрезвел. — Ты ведь не можешь говорить, правда?

— Раньше говорил, — Хоук откашлялся. — Может, мне рассказать ей? — спросил он своего главаря и в ответ на кивок Морского Волка пояснил: — Давным-давно одна ведьма наложила на него заклятие. Это заклинание должно было дать ему огромную силу.

— Силу и скорость волка, — прошептала я.

— Ты в этом уверена? — спросил Хоук, и его предводитель зарычал. — Заклинание сработало. Но потом оно превратилось в проклятие. Никто не может убить его, но если он ступит на землю, то становится безрассудным зверем.

— До тех пор, пока ворон не отведет тебя домой, — я повторила строки из сказки, и сердце сжалось. В глазах Морского Волка была такая дикая печаль.

— Надо отдать должное, она очень хитрая, — проворчал Хоук своему вожаку. — Но мне все равно это не нравится.

— Подожди… — окликнула я Хоука. Но воин с пером в ухе растворился в темноте лестнице. Оставив меня лицом к лицу с человеком, которого я пыталась убить.

Я вздрогнула, когда услышала его шаги в сапогах, приближающиеся ко мне, хоть и ожидала, что так и будет.

Мой воин-пленитель поднял меня, и я задрожала. Он воспользовался веревкой вокруг моей шеи, наматывая ее на свою ладонь, пока я не оказалась нос к носу с ним. Неужели он превратит ошейник в петлю и задушит? Меня легко убить.

В отличие от него.

Веревка была скользкой от его собственной крови. Так же как и нож, который он держал — мой нож, подобранный с пола. Он достаточно узкий, чтобы проскользнуть между веревкой и шеей.

— Сделай это быстро, — сказала я и закрыла глаза. Клинок на мгновение коснулся моего пульсирующего горла. Два. Три…

Резкий рывок и веревка упала на пол, а за ней последовал и нож.

Он разрезал ошейник.

Звук шагов отдалился. Я открыла глаза, ничего не мешало мне броситься к окну и выпрыгнуть на свободу.

Ничего, кроме любопытства.

Я выглянула из-за столба и посмотрела на гигантского воина. Он взял рог, наполнил его, чтобы напиться у огня. Красноватый свет обрамлял его профиль.

— Что ты собираешься со мной делать? — он не мог говорить. Неужели он забыл, как это делается? — Ты убьешь меня?

Он поднял рог вверх, на мгновение скрыв половину своего лица. Усталым движением он повернулся ко мне. Сжав губы, он покачал головой.

— Тогда зачем я здесь? Тебе нужна ведьма, чтобы разрушить чары?

Он вздрогнул.

Я сделала шаг в его сторону.

— Ты наверняка знаешь, что я не та ведьма. Я не обладаю силой. Не то что моя мать. Она мне все рассказывала…

Но скрип на камнях заставил меня замолчать. Хоук вернулся с миской воды и тряпкой.

— Для вас, миледи, — сказал он с насмешливым поклоном. Когда я не двинулась с места, он поднял бровь. — Разве мама не учила тебя убирать за собой?

Он хотел, чтобы я вымыла всю кровь. Мой бардак. Мою попытка убийства.

Убрав волосы с лица, я кивнула.

Хоук закатил глаза и направился к двери.

— Подожди, — крикнула я. — Скажи мне его имя.

Хоук остановился, поставив ногу на ступеньку, но не обернулся.

— Я же тебе говорил, — пробормотал он. — Он Морской Волк.

— Так вы его прозвали, — раздраженно сказала я. — Как его имя?

Хоук пожал плечами:

— Не знаю.

— Ты не знаешь его имени?

— Он сам не знает. Он не помнит. И говорить тоже разучился, — Хоук потянул себя за ухо и пригладил свисавшее с него перо. — Если ты хочешь, чтобы он заговорил, тебе придется его научить. Можешь дать ему имя, — и ушел.

Я закрыла лицо руками. Огонь в очаге потрескивал теплым, приветливым звуком. Я чувствую себя комфортно, несмотря на то что нахожусь в плену.

По крайней мере, сейчас.

Не обращая внимания на комок в животе, взяла тряпку и намочила ее.

— Значит, я должна дать тебе имя? — пробормотала я, вытирая рот и лицо начисто. — Мак Тир. Так жители деревни называют волка. Хотя ты ведь не из деревни, не так ли? Не можешь ступить ногой на землю.

Закончив умываться, я отнесла чашу с водой к очагу. Морской Волк спокойно наблюдал за мной. Он не испытывал гнева за то, что я сделала. Нет, это его позабавило. Мне должно было быть страшно сидеть взаперти с сумасшедшим, но я чувствовала себя спокойно.

Я подошла к нему.

— Я не могу придумать тебе хорошего имени, но мое Майриэнн. Может быть, теперь мы объявим перемирие?

Он склонил голову набок, и я поняла, что он тихо смеется надо мной. Это было лучше, чем слышать его громкий смех.

— Пожалуй, приведу тебя в порядок. — Поджав губы, я принялась за дело, вытирая кровь, которую пролила, с его плеч и груди. Он хорошо сложен, широкоплеч, на его мускулах имелось множество шрамов.

— Я полагаю, ты можешь пострадать? — спросила я, робко касаясь ребристой плоти. Он взял мою руку и потянул вверх по груди к горлу. Вытерла его, пока не исчезло красное пятно. Он откинул голову, показывая мне новый белый шрам, идущий под подбородком. Порез, который я только что сделала, полностью зажил. В действительности, выглядел так, словно получен давно.

Даже магия моей матери не могла так сделать. Я сглотнула и начала отворачиваться.

Он схватил меня за запястье и что-то проворчал. Это прозвучало как «Нет».

— Я только принесу еще воды.

— Нет, — он взял тряпку из моих рук и поставил меня перед огнем. Я стояла лицом к нему, моя голова доходила до середины его груди.

Большими руками он схватил меня за горловину платья и разорвал его пополам. Оно тут же упало. Пауза, а потом сорвал и мою нижнюю рубашку. Чуть приподняв меня, он снял с меня сапожки и чулки. Теперь я стояла голой, и мне нечего надеть.

Наверное, это справедливо. Я спрятала нож и пыталась его убить.

Несмотря на тепло огня, я вздрогнула. И что дальше?

Воин отступил, его блуждающий по мне взгляд оставлял за собой теплый след. Свет в его глазах горел еще жарче, чем в очаге. Мое сердце забилось быстрее, но я не хотела бежать. Мне хотелось остаться и прикоснуться к нему. Исследовать выпуклости его мышц и шрамы. Насладиться его медовым ароматом, который меня опьянял.

Он был диким и более жестоким, чем мой предполагаемый жених. Почему я так себя чувствую?

Нежные пальцы откинули волосы с моего лица.

Мои соски напряглись. Считает ли он меня уродливой или красивой?

Мне было не все равно?

Оттолкнув меня от очага, он обошел вокруг меня. Я перешагнула через платье, чтобы оно не запуталось под ногами. Теперь мне нечего надеть, кроме шкур. Эта мысль беспокоила меня не так сильно, как следовало бы.

— Я не ведьма, — начала я. — Я имею в виду, не такая, как моя мать. Она единственная, у кого была сила. — Воин снова обошел меня, и я напряглась. По спине у меня пробежали мурашки, за мной охотился волк.

Не просто охотился. Он поймал меня.

— Я ничего не знаю о проклятиях и о том, как их снять. Я бы помогла тебе, если бы могла…

Схватив меня за руку, морской волк потянул меня к кровати. Она стояла поодаль.

— Я уже не девственница, — выпалила я.

Он приподнял белокурую бровь.

Мои руки поднялись, чтобы прикрыть обнаженную грудь, но я их опустила.

— Я уже достаточно взрослая, чтобы делать все, что мне заблагорассудится. — Я никогда не чувствовала сильной любви, но наслаждалась плотскими удовольствиями. Моя мать научила меня разбираться в травах, чтобы избежать беременности, и даже если бы она этого не сделала, няня стояла на своем: я пью ее отвратительное варево каждый день.

Морской Волк шагнул ближе, оттесняя меня, пока бедрами не коснулась кровати.

— Вот почему у меня был нож, — сказала ему, когда он взял мои руки и положил их себе на грудь. — На случай, если мой жених будет плохо со мной обращаться.

Его смех грохотал под моими ладонями. Он прикоснулся губами моих. Волна его запаха накатила на меня, увлекая за собой.

Когда он прервал поцелуй, мои ноги задрожали. Я наклонилась к нему, готовая к большему. Он усадил меня на край кровати и забрался сзади.

— Что… — мой голос прервался, когда он коснулся меня. Моих волос. Он распутывал их пальцами. Наткнувшись на сучок, он остановился, чтобы вытащить, и продолжил дальше уже нежнее.

Я сидела неподвижно, пока Морской Волк расчесывал мне волосы так же тщательно, как моя няня.

— Ты не можешь говорить, — я устроилась поудобнее. — Ты знаешь, как разрушить чары?

— Ты, — проворчал он.

Волосы у меня на руках встали дыбом.

— Я?

— Ты.

Он уткнулся носом мне в шею. Прикусил зубами горло — мой пульс подскочил, но продолжил биться. Огонь смущения тянулся за его губами. Везде, где губы прикасались, горело золотое пламя.

Время, проведенное с деревенскими ребятами, совсем не походило на происходящее.

К тому времени, как он уткнулся носом в мой живот, я уже была влажной и с тянущей болью между ног. Живот — лакомый кусочек для волка. Но Морской Волк сегодня ночью скорее человек, чем зверь, потому что он не рвал мое тело, а обнюхивал дальше к низу, тыкаясь носом прямо между ног.

Он лизнул, а затем подул на половые губки, и я задрожала. Руками он крепко прижал мои ноги к кровати и коснулся языком моего клитора.

— Нет, — выдохнула я. — Ты не можешь.

Но этот воин делал все, что хотел. Медленно упивался складочками, выискивая и подстегивая мое наслаждение. Волк, преследующий жертву. Золотые лучики охватили все мое тело, сливаясь в ослепительное сияние, пока я вся не превратилась в яркий поток. И от вспыхнувших перед глазами звезд стиснула бедра, сжимая его голову с рыжеватыми волосами.

Он скользнул вверх по моему телу, приник ртом к губам. И я попробовала свой вкус, смесь света и соли, упивалась его медовым мускусом, втягивая словно безумная, едва не захлебываясь.

Глава 3

Я проснулась в незнакомых руках, в словно высеченных из камня объятиях воина. Морской Волк спал, уткнувшись широким лицом в мои волосы. Я повернулась, и он открыл глаза.

Я поцеловала его в губы и ощутила легкий привкус своего сокровенного запаха. Я покраснела, и в его груди зарокотало.

— Ты надо мной смеешься, — нахмурилась я. Он смеялся, когда я перерезала ему горло. Странный человек. — И давно ты такой? Год? Десять лет?

Он пристально посмотрел на меня.

Я судорожно сглотнула:

— Сто лет?

С рычанием он встал с кровати, оставив меня замерзать. После него осталось гигантское пустое место. Он вернулся с рогом и куском мяса, которым накормил меня со своих рук.

— Почему именно я? — спросила после того, как прожевала.

Он снова пристально посмотрел на меня.

Я соскользнула с кровати и принялась расхаживать по комнате.

— Я видела… не знаю, что я видела. Я слышала вой волка еще до того, как ты пришел. Но зачем тебе понадобилось заявлять на меня права?

Он сидел на кровати, терпеливо наблюдая за мной.

— Я не очень могущественна. У меня есть всего несколько способностей. Видение.

Он фыркнул.

— Я говорю чистую правду, — я резко повернулась к нему. — У меня нет силы! Я даже не могла уберечься от того, чтобы не выйти замуж против своей воли.

Он зарычал.

— Этого не случилось. Ты украл меня вовремя. Но Домналл будет в гневе. Он угрожал моему отцу. Ты должен позволить мне вернуться.

Морской Волк не сводил с меня взгляда.

— Я говорю серьезно. Если мне удастся разрушить чары, ты позволишь мне вернуться? — В долгом молчании я переминалась с ноги на ногу. Когда воин потянулся ко мне, я позволила ему притянуть меня в объятия. Он уткнулся носом мне в шею, рыча над следами, оставленными веревкой. Затем он взял пучок волос, принюхиваясь, как будто держал букет. Он, казалось, был так же очарован моим запахом, как и я его.

— Как же ты можешь находиться здесь, в башне? — спросила я. Проклятие гласило, что он не может ступить ногой на землю. Но вот он здесь. Конечно, эта часть замка находилась над водой. Длинная лестница. — Это ведь не на суше? Он построен над морем. Вот почему ты не мог подняться обычным путем, с пляжа, через замок. Тебе пришлось перепрыгивать через камни и карабкаться вверх по склону… — я прижала руку ко лбу. Морской Волк прикоснулся к веснушке на моем плече. Я все еще была голой, а он надел шкуру вокруг бедер. Густой мех не мешал мне чувствовать его твердость под моим бедром.

— Это безумие, — пробормотала я. — Не могу в это поверить. — И все же моя мама рассказывала мне о великом воине, за которого я выйду замуж. Я думала, что это глупая сказка.

Мне пришла в голову одна мысль, и я повернулась к нему лицом.

— Разве я ворон, который приведет тебя к дому?

Он поцеловал меня, его щетина царапала мой подбородок. Я ахнула от жаркой волны, поднявшейся внутри меня.

— Замечательно. Я помогу. Я найду способ снять проклятие, но ты должен отпустить меня. Обещаешь? — Я обхватила его лицо маленькими ладонями. — Ты должен отпустить меня домой.

С рычанием Морской Волк притянул меня к себе на колени, накинув мне на плечи шкуру. Он сердито посмотрел на дверь за несколько мгновений до того, как на пороге появился Хоук.

— Рад видеть вас обоих живыми и не испачканными кровью, — Хоук, казалось, не заметил свирепого взгляда Морского Волка. Когда он приблизился, сердитое рычание Морского Волка усилилось.

— Прекрати, — прошипела я воину, державшему меня. — Он не собирается меня похищать.

— Волки защищают свою пару, — сказал Хоук и бросил рядом со мной самое прекрасное платье, которое я когда-либо видела. — Я так и думал, что тебе это пригодится.

— Оно прекрасно. — Я потянула за сильные руки, которые держали меня. Морской Волк достаточно долго и неохотно отпускал меня, давая возможность поднять наряд.

— Я могу показать тебе пляж, если хочешь, — сказал Хоук, собирая наши пустые тарелки. Он не смотрел на меня, но я знала, что он говорит не со своим главарем. — Просто спускайся, когда будешь готова.

Громкое рычание заглушило мой ответ.

— Да ладно тебе, девчонка права. Я не собираюсь ее похищать. Но ей нужен свежий воздух, солнечный свет и возможность размять ноги.

И передышка от воина, который не может держать свои руки подальше от меня.

— Я обещаю вернуться, — сказала я Волку, полностью игнорируя Хоука. Большой воин немного расслабился и отпустил меня. Я восприняла это как разрешение.

Платье сидело идеально. То, что я была одета, успокаивало меня.

— Я вернусь, — снова пообещала я и побежала по ступенькам. Хоук ждал меня внизу. Он провел меня мимо экипажа, который в основном спал, хотя солнце стояло высоко.

Пока мы с Хоуком шли по пляжу, кто-то вдалеке следил за нашим продвижением. Морской Волк прыгал с камня на камень, держась достаточно далеко от берега, и только его светлая голова и белая шкура его выдавали.

Я подняла красивую ракушку и внимательно ее осмотрела.

— И как долго он такой?

Хоук присел на корточки рядом с прибоем.

— Я познакомился с ним, когда был еще мальчишкой. Он выглядел почти так же, как и сейчас. Только меньше шрамов.

— Проклятие не позволяет ему выйти на берег?

— Нет, если он хочет сохранить свою человечность. Хотя сейчас это уже не имеет значения. С каждым годом он теряет все больше себя.

Я откинула назад волосы, когда ветер растрепал их. Там, в море, наблюдающая фигура стояла высоко и неподвижно, так что я подумала, будто это вырезанный страж.

— Расскажи мне о его прошлом. Что ты знаешь?

— Он был великим воином. Северянином. Когда мы познакомились, у него был этот корабль. Другой экипаж. Мы плаваем вместе с ним, потому что нам хорошо платят. Он никогда не проигрывает битву. — Хоук встал и протянул мне руку, хотя я знала, что он не хочет, чтобы я ее взяла. — Пошли. Будет лучше вернуться.

— Почему именно я? — спросила я, шагая рядом с ним. Фигура в море уже исчезла. — Как он меня нашел?

— Даже не знаю. Он приказывает нам, куда идти. Велел нам плыть на тот остров, где ты жила. Мы видели тебя на утесе еще до того, как поднялся туман и помог нам похитить тебя, — Хоук ухмыльнулся, как будто гордился моим похищением. Я закатила глаза.

К тому времени, как мы добрались до подножия лестницы, он серьезно произнес:

— Ты сама позвала его, девочка. Он никогда раньше так никого не преследовал. Я не знаю, сможешь ли ты снять проклятие, но…

Я подняла руку, и он замолчал.

— Я должна попытаться.

* * * * *

Моего похитителя не было в нашей башне, когда я вернулась, но это даже к лучшему. Хоук дал мне побольше воды, чтобы умыться, и еще снабдил несколькими травами. Когда он ушел, я вымыла себя и комнату. Выбросила старое платье и окровавленные шкуры. Развела огонь, распустила волосы.

Хоук крикнул, прежде чем войти в комнату. Увидев меня, он присвистнул.

— Ну и ну!

Я покраснела, ведь подготовилась, как невеста. Я сделала для своего похитителя больше, чем для Домналла.

— Надеюсь, это сработает.

Хоук поставил полный кувшин медовухи и тарелку с мясом туда, куда я указала.

— Хоть бы это помогло, а то я уже давно не слышал, как он смеется. Не так как он смеялся над тобой.

Я фыркнула.

— Он рассмеялся, когда я попробовала перерезать ему горло. Не уверена, что это признак того, что он мужчина, а не дурак.

— Ты единственная женщина, которая осмелилась поднять на него нож. Да и вообще драться с ним.

Я прикусила губу.

— Ты боишься, что он тебя не простит? Он уже простил. Я никогда не видел, чтобы он смотрел на кого-то так, как на тебя. И как ты на него. Ты не так боишься его, как притворяешься, — он погрозил мне пальцем.

— Его присутствие очень сильно действует на меня, — призналась я. — Похоже на огонь или крепкий мед.

— Наверное, это и есть любовь.

Я бросила на Хоука острый взгляд. Он рассмеялся и постучал по столу, прежде чем уйти.

— Не волнуйся, девочка. Если кто и достаточно силен, чтобы любить такого человека, то это ты.

* * * * *

Восход луны застал меня у очага, где я заплетала и снова расплетала свои длинные темные волосы. Морской Волк еще не вернулся, а когда вернется, кем будет? Человеком или зверем?

Одинокий вой прозвучал в ночи, и я вздрогнула. Какова природа этого проклятия, и как я могу его разрушить? Я попыталась вспомнить, чем же закончилась та история. Моя мама рассказывала несколько версий случившегося. Иногда воин блуждал вечно, пока не становился призраком, преследователем. Иногда он находил свою возлюбленную, и они жили счастливо вместе. Нянюшка предпочитала именно такой конец, и именно так она ее рассказывала.

На этот раз окончание истории зависело от меня.

Как добиться любви чудовища? И был ли Хоук прав? Если я добьюсь благосклонности Морского Волка, хватит ли у меня сил полюбить в ответ чудовище?

Любовь не имела значения. Сегодня вечером я отдамся ему. Снова. Я вспомнила, как хорошо он лежал у меня между ног прошлой ночью, и покраснела. Он определенно обладал мастерством. Возможно, сегодня вечером не будет никаких трудностей.

За окном послышалось рычание и какой-то скребущий звук. Я выпрямилась. Морской Волк приближался.

Первыми появились белокурая голова и лохматая белая шкура. Он протиснулся в окно, а когда поднялся, комната как будто уменьшилась. Он уже стоял абсолютно голый. И я тоже, под шкурой, в которую завернулась, чтобы согреться. Это сэкономит время, и я обойдусь без очередного порванного платья.

Я заговорила.

— Медовуху? — спросила я.

Здоровяк оставался неподвижным в тени. Только горящие глаза выдавали его присутствие.

— Еще есть мясо. Я могу спуститься вниз и попросить Хоука принести еще…

Оглушительное рычание раздалось надо мной.

Так, не говорить о Хоуке. И о том, чтобы покинуть башню.

Но было уже слишком поздно. Здоровяк подходил ко мне, пригнувшись и уверенно ступая, как охотник. Он двигался, как животное. Я сдержалась, чтобы не сбежать. Медленно отойдя от камина к кровати, я позволила ему отодвинуть себя подальше от двери или окна. Бежать некуда. Я могла бы сказать ему, что не собираюсь бежать, но если бы произнесла слово «бежать», он бы набросился на меня. Сегодня ночью со мной был не человек, а дикий зверь.

Я попятилась к кровати, положив руку ему на грудь, когда он прижал меня к себе.

— Полегче. Я здесь. Я твоя.

Еще одно рычание. Я ахнула, но не от страха, а от удовольствия, пронзившего моё нутро.

Волк схватил меня за бедра и прижал к себе. Мне было приятно ощущать его член. И впрямь громадина.

Я откинула голову, обнажив горло. Позволила ему поцеловать меня или оборвать мою жизнь. Абсолютная покорность.

Он опустил огромную голову, принюхиваясь по линии моей шеи до самого уха. Он мог убить меня прямо сейчас. По крайней мере, это было бы быстро.

— Тогда возьми меня, — прошептала я, не зная, о чем прошу: о смерти или об удовольствии. — Сдаюсь добровольно.

Он укусил меня, не так сильно, чтобы прорезать кожу, но достаточно сильно, чтобы у меня перехватило дыхание. Всплеск адреналина, как от холодной воды. Метка пульсировала в такт моему сердцебиению.

Прижав меня к себе, пальцами впиваясь в мои ягодицы и верхнюю часть бедер, он стал тереться об меня вверх и вниз. Маленькие искорки сверкали между нами. Я схватила его за плечи, глядя в его золотистые глаза. Его длинный, толстый член, зажатый между нами, терся между моими влажными складками. Я обхватила его ногами за талию, раскачивая бедрами, пока он держал меня на весу. Его мускулы словно железо у меня под руками.

Он улыбнулся, когда я задрожала. Я села на раскаленный добела член, мои икры притягивали Волка ближе. Прежде чем мой оргазм завершился, он уложил меня, раздвинул ноги и прильнул сильнее. Его член ворвался в мое лоно, растягивая меня, было чувство, что он слишком большой, чтобы поместиться. Волк зарычал и с силой вошел, завершая мой первый оргазм и продолжая дарить мне удовольствие. Я извивалась, то ли пытаясь пронзить себя, то ли пытаясь вырваться.

Он держал меня за бедра и подождал. Когда я успокоилась, он медленно начал раскачиваться взад-вперед, с каждым толчком погружаясь все глубже. Я посмотрела вниз с широко открытыми глазами, на член толще моего запястья, исчезающий внутри меня.

Большие руки приподняли мою попку, наклоняя мои бедра, гарантируя, что его член войдет во все сокровенные места. Я вцепилась в его предплечья, отчаянно желая, чтобы он остановился, нет, чтобы никогда не останавливался, чтобы разорвал меня на части. Он не замедлил темпа и не дрогнул. Он не ускорял своих движений, даже когда я выкрикивала проклятия в его адрес. Волк смеялся мне в лицо.

Оргазм за оргазмом овладевали мной. Только когда я откинулась назад, обмякшая и удовлетворенная, Волк наклонился надо мной, оперся на одну руку, вдавливая меня в кровать. Его последние движения заставили меня подпрыгнуть. Я ожидала, что он глубоко войдет и закричит в экстазе, но кончая, он вынул член. Густая белая сперма покрывала мою грудь и живот.

По крайней мере, я не забеременею.

Глядя вниз на беспорядок, который устроил, он казался довольным. Я закрыла глаза.

Заворчав, он взял меня за запястье и велел втереть жемчужную сущность в кожу. Я вздохнула и подчинилась.

Он с важным видом подошел к очагу, чтобы взять мед. Его член все еще стоял, прямой и гордый. Он позволил мне выпить меда и вымыть руки начисто, но не разрешил мне помыться.

Я сидела у него на коленях и играла с его длинными золотистыми локонами.

— От тебя пахнет морем, — прошептала я.

Он хмыкнул и погладил меня по груди.

Я сморщила нос от того, что была вся липкая.

— А я пахну так же, как ты.

Еще одно ворчание. Оно прозвучало почти как «хорошо».

Затем он мягко, но крепко направил мое лицо между своих ног.

Он брал меня еще три раза, один раз стоя у очага, держа мою ногу в своей руке. Другой раз склонил над кроватью. Затем стоя на четвереньках — его длинный член пронзал меня сзади. К тому времени, когда он позволил нам просто полежать и отдыхать, спина была покрыта его семенем точно так же, как и передняя часть тела.

Я обрадовалась, что не была девственницей. Кроме досадной проблемы с кровью, я бы не знала, как справиться с таким воином. Я все еще заплывала за свои пределы. Теряясь во владениях Морского Волка.

Морской Волк устроился позади меня. Теперь была его очередь играть с моими волосами, щекотать ими мое ухо. Я слишком устала, чтобы сделать что-то большее, чем просто слегка улыбнуться.

Огонь уже почти погас, когда он наклонился ближе, чтобы прошептать:

— Эгир.

Мне потребовалось некоторое время, чтобы понять, что он говорит.

— Эгир? — я повторила незнакомое слово.

Он хмыкнул в знак согласия.

— Твое имя?

— Угу.

— Эгир, — пробормотала я. — Очень хорошо. — Я перекатилась на бок, широко улыбаясь, когда он обнял меня. Я приняла его метку и его запах, и он дал мне свое имя.

Это было начало.

* * * * *

Лучи утреннего солнца падали на распростертое тело Эгира, превращая его волосы в сияющую корону. Я выбралась из его объятий и на цыпочках подошла к ведру с водой. Мне очень хотелось помыться. Возможно, Эгир и не оценивал мою чистоплотность, когда покрывал меня семенем, но я предпочитала быть менее липкой. И если бы он захотел провести это утро, ублажая меня и снова проливая на меня свое семя… ну, я бы не стала возражать. Сильно. У меня все онемело, но болело не так, как я ожидала.

Улыбаясь, наклонилась, чтобы умыться, но улыбка исчезла, когда я увидела густой туман, нависший над неподвижной жидкостью.

Дрожа, я провела рукой над водой. Туман рассеялся, и показался остров, на котором я прожила всю жизнь. В видении танцевал огонь. Деревня горела. Самый большой дом — усадьба моего отца — был разрушен. Крыша почернела и провалилась внутрь, окна дымились. По всему двору валялись трупы, оставленные гнить. За пределами тихой комнаты в обломках лежало тело. Глаза нянюшки слепо уставились в небо. Единственное, что двигалось, — это ворон, кружащий высоко по небу в безмолвном бдении за умершими.

— Нет, — выдохнула я и опустила руку в воду. Рябь разбежалась по воде, но изображение осталось. — Нет!

Эгир мгновенно оказался рядом со мной. Я бросилась прочь от него, сопротивляясь, когда он схватил меня.

— Отпусти меня, — закричала я. — Мне нужно уйти и спасти их! Этого не должно случиться, пожалуйста…

Мои крики смешались с его рычанием. Он поволок меня к кровати, где я свернулась калачиком, всхлипывая. Большими руками он пробежался по мне в поисках раны.

— Я не ранена. Я не ранена! — Я заставила его опустить руки, сглотнув от боли в горле. — Это было видение. Они мертвы, все мертвы. Или умрут.

Домналл обвинит моего отца в том, что потерял невесту. Мистическая история о тумане и древнем воине не остановит его. Он отомстит и разорит остров в своем безумном стремлении им завладеть.

— Он завладеет островом через брак или через кровь. Он убьет их всех, потому что упустил меня, — прошептала я.

Эгир широко раскрыл глаза.

— Ты понимаешь, — я встала и схватила его за руки. — Я должна вернуться. Тебе придется отпустить меня.

Он зарычал.

Я удержалась и не шарахнулась в сторону.

— Если ты любишь меня, то отпустишь. — Я обхватила его лицо ладонями. — Пожалуйста, Эгир.

С ревом он повалил меня на кровать. Я закрыла лицо руками, желая перестать плакать. В моей груди была тяжесть от горя. Я должна убедить его отпустить меня. Это единственный выход.

Эгир схватил меня за правую ногу и потянул к краю кровати. Воспользовавшись веревкой, он связал мои запястья и лодыжки. Я лежала, распластанная и надежно связанная, как невольная жертва. Он вытянулся надо мной.

— Моя, — фыркнул Эгир.

Я сердито посмотрела на него.

— Моя, — прорычал он. Коленом он еще сильнее раздвинул мои ноги. Я была мокрой и готовой, но кричала и боролась, когда он втолкнул член в мое нежное лоно. Он жестко ударил по моим сокровенным местам, в глазах потемнело от удовольствия. Я ругалась и боролась со своим удовольствием. Он хотел поцеловать меня, я стиснула зубы и отвернулась.

Его рука сомкнулась на моем горле. Ошейник из плоти и костей. Он сдавил пальцы, нажимая на две точки по обе стороны моей шеи. Я зарычала на него, втягивая воздух в легкие. Он сжал еще крепче, и комната исчезла. Мне казалось, что я парю над кроватью. Огромное тело Эгира трудилось надо мной, он двигал бедрами, его член наполнял меня, пока я не поняла, где кончается он и начинаюсь я.

Он чуть ослабил хватку, и я снова вернулась в свое тело. Пойманная на пике наслаждения, я извивалась под ним. Перед моими глазами вспыхнули огни. Я задыхалась, мотая головой, когда белый жар наполнил меня.

Эгир отпустил мою шею, но не меня. Я была связана, но он еще больше сковал мои запястья железными твердыми руками и поймал мои ноги под свои, используя свое тело как живую клетку. Все это время трахал меня самым лучшим, самым восхитительным образом. Все внутри меня трепетало, мышцы сжались вокруг большого члена.

— Эгир, — простонала я. И больше не боролась со своим удовольствием. Поднимала и опускала бедра.

Он разорвал веревки, которые удерживали меня на кровати. Я вскочила, схватив его за волосы, притягивая его лицо к своему. Но я его не поцеловала. Потом ухватилась зубами за его шею и укусила. Эгир взревел и вошел еще глубже в мое тело, кончая глубоко внутри меня.

— Мой, — прошептала я. Вкус крови покалывал язык. Я пометила его так же, как и он меня.

Воздух между нами накалился, магия была такой сильной, что я не могла дышать. Еще один удар сердца и все исчезло. Слизнула кровь Морского Волка с губ и жаждала продолжения. В некотором смысле я была такой же дикой, как и он.

Он отстранился и провел рукой по лицу. Я всхлипнула от потери, и когда потянулась к нему, он отодвинулся еще дальше. Он стащил веревки с моих запястий и лодыжек, освобождая меня. Его голова была опущена.

Поднявшись, я обхватила его лицо руками и приблизилась к губам. Затем поцеловала его так страстно, как могла.

Когда наши губы оторвались друг от друга, его грудь прижалась к моей.

Я посмотрела в его блестящие глаза.

— Я твоя. Я не хочу уходить. Но должна остановить Домналла. Он послушает меня.

— Нет, — проревел зверь так, что у меня зазвенело в ушах. Он снова целовал меня безумным и диким поцелуем. Звериная часть его души знала, что теряет добычу.

По моей щеке скатилась слеза. Его глаза были такими печальными.

— Я должна это сделать. Я единственная, кто может их спасти.

Он отстранился от меня, оставив меня голой замерзать на кровати. Я прижала шкуру к груди и вздрогнула, когда он пнул ведро с водой вниз по лестнице. Он прислонился к камину, каждый мускул на его теле напрягся, словно готовый к битве.

— Ты не можешь держать меня здесь вечно, — сказала я ему.

Эгир снова и снова ударял кулаком по камню. Я съежилась, когда башня затряслась. В стене образовалась трещина. Сверху осыпалось несколько камышей. Крики внизу известили о том, что другие воины почувствовали, как сдвинулся фундамент.

— Что такое? — крикнул Хоук с лестницы. — Что случилось?

Я соскользнула с кровати, осторожно опустив ноги на пол. Эта башня долго не выдержит.

— Иди, — пробормотал Эгир, глядя на потухший костер.

Я судорожно втянула воздух. Просто не ожидала, что его разрешение будет ощущаться как кинжал, вонзившийся в самое сердце.

Прости. Я проглотила горькие слова. Мне нужно уйти.

Я бросилась к окну и вскарабкалась на карниз. Теперь должна использовать свою магию. Если не потороплюсь, то будет слишком поздно.

Грохот заставил меня схватиться за край окна, чтобы не соскользнуть. Хоук стоял в дверном проеме, кувшин, который он уронил, разбился вдребезги у его ног.

— Девочка, что ты делаешь? Спускайся оттуда. — Он медленно поднял руки, как будто резкое движение спугнет меня упасть.

— Уходи! — взревел Эгир.

Какие-то секунды я балансировала на подоконнике, цепляясь за острые, скользкие от дождя камни. Ветер трепал мои волосы и гнал мурашки по голой коже. Всего шаг…

— Нет, — закричал Хоук.

Я раскинула руки и прыгнула.

Ветер ударил в лицо, отбрасывая волосы назад. Во время следующего удара сердца произошла перемена. Магия пощипывала тело, захватывая и растягивая меня, словно я была тестом, которое няня замешивала для хлеба. Часть меня вырвалась, но никакой боли не было, только восхитительный всплеск, тело стало легким и маленьким, как у птицы, мои руки вытянулись, пальцы стали длинными и превратились в черные перья. Волна поднялась, угрожая накрыть меня, но мои крылья поймали ветер.

С резким криком я перевернулась в воздухе и оказалась в воздушном потоке. Я бросила быстрый взгляд назад.

Хоук стоял у окна с недоумевающим лицом. Я каркнула и улетела прочь.

Впереди возвышались две каменные колонны. А за ними — туман. Мне придется довериться своему чутью, чтобы оно вывело меня из этой магической гавани.

«У тебя получится, дочка», — прошептала мама.

Позади меня раздался дикий, пронзительный крик. Этот звук подтолкнул меня вперед, через проход и дальше. Не обращая внимания на печальную песнь Морского Волка, я полетела к дому.

Глава 4

Туман над водой стоял густой, но шторм не бушевал. Мамин голос окликал меня, когда путь становился неясным. Я не знала, как долго летела, но к тому времени, когда туман рассеялся, едва не потеряла сознание от голода. Моими птичьими крыльями я изо всех сил старалась поймать воздух. Мягкий порыв ветра, теплое течение с юга сопровождали меня всю оставшуюся часть пути. Я с облегчением каркнула, когда показался остров.

На берегу стояли люди: мой отец и несколько деревенских жителей, тех самых, которых я видела мертвыми в своем видении. Воины в лодках гребли к ним, но все же оставались на некотором отдалении. Домналл пришел, чтобы уничтожить моего отца. Наказание за позор потери невесты.

Я вернулась не слишком поздно и еще успею предотвратить битву.

Ветер принес меня к утесу. Маленькая фигурка жестом подзывала к себе.

Когда мои когтистые лапы коснулись земли, я перевоплотилась и покатилась по земле, мое неуклюжее человеческое тело было неловким и неуравновешенным.

— Майриэнн! — поспешила нянюшка, снимая плащ, и завернула меня в него.

— Няня, — прохрипела я. Мое горло все еще считало, что это клюв.

— Я молилась, чтобы ты не приближалась.

— Нет. Я должна остановить их. — Я направилась вниз по тропинке.

Она схватила меня за руку.

— Подожди! Твой отец идет им навстречу.

— Он и его люди умрут. Я видела это. — Я потащила ее за собой. — Я должна пойти и все объяснить Домналлу. — Возможно, он выслушает и поймет.

Возможно, он отпустит меня.

— Подожди, Майриэнн, что случилось? Где ты была?

Я остановилась.

— Дэнни вернулся?

— Вернулся, бредил, как сумасшедший, рассказывая сказки о каком-то чудовище в тумане и корабле северянина…

— Это правда, няня. Все это правда. Северянин захватил меня в плен. Но я в полном порядке. — Я схватила няню за плечи, улыбаясь, чтобы успокоить ее страхи. — Он был добр ко мне. Он и есть тот самый Морской Волк из рассказа. Тот, кто был проклят. — Воспоминание о его золотых, нежных и печальных глазах наполнило меня тоской, и я вздохнула.

Нянюшка видела то, о чем я не могла сказать.

— О Майриэнн.

— Я не хотела уходить от него. Я провела там всего две ночи, но, — вытерла слезы. — Я бы осталась с ним навсегда.

— Так рассказ твоей матери оказался правдой. — Нянюшка погладила меня по волосам. — Как ты думаешь…

С берега донеслись крики. Должно быть, лодка Домналла причалила к берегу. Мое время настало.

— Мне нужно идти. — Схватившись за плащ, я босиком бросилась по тропинке.

Я сбежала вниз, но лодки опередили меня на берегу.

— Лорд Домналл, — поприветствовал мой отец сына вождя И'Нейлов. Мой отец не носил ни оружия, ни шлема, хотя его люди были вооружены. Дэнни стоял рядом, теребя край своей туники и глядя на множество лодок. Слишком много лодок, чтобы торговаться за мир. Это была демонстрация силы.

Домналл с важным видом прошагал по песку, держа руку на рукояти меча.

— Что это такое? Ты гордо стоишь, чтобы поприветствовать меня? Ты, кто послал сообщение, что мои люди погибли, а моя невеста улетела? — Он протянул руки вперед, ухмыляясь, хотя у его людей были жесткий взгляд и топорные лица. — Какую историю ты расскажешь мне сейчас? Неужели моих людей проглотило морское чудовище? Неужели моя невеста — селки*?

------------------------------------------------------

Примечание переводчика.

*В шотландской мифологии Селки (также пишется silkies, sylkies, selchies) или Селки фолк (шотландцы: selkie fowk), что означает «тюлени фолк»[a], являются мифологическими существами, способными к териантропии, превращаясь из тюленя в человека, сбрасывая свою кожу. Они встречаются в народных сказках и мифологии, происходящих с северных островов Шотландии.

------------------------------------------------------

— Ни то, ни другое, милорд. — Мой отец опирался на посох. — У нас есть человек, который все это видел. Он может рассказать правду…

— Не рассказывай мне лживых историй, старик, — гнев стер улыбку Домналла. Его люди переминались с ноги на ногу, держа оружие наготове. — Вам велели прислать мою невесту. То ли намеренно, то ли по глупости ты упустил ее, — он выхватил клинок и направил его в голову отца. — Я заберу твою жизнь в качестве штрафа. Этот остров мой.

— Остановись! — закричала я. Люди моего отца застыли в изумлении. Я пробежала последние несколько футов, остановившись между протянутым мечом и отцом.

— Майриэнн? Как такое возможно? — отец вцепился в меня.

— Это не его вина, — сказала я раскрасневшемуся жениху. — Все, что было сказано, правда. Пришел воин и забрал меня… — Глаза Домналла скользнули вверх и вниз по моей фигуре, и я крепче сжала накидку, прикрывавшую меня. — Но я сбежала. — Повернулась спиной к Домналлу. — Теперь я здесь, отец. Все будет хорошо.

Мужчины вокруг нас зашептались. Лицо отца оставалось непроницаемым, но он снял плащ и завернул меня в него.

— Итак, твоя дочь здесь, — голос Домналла заглушил бормотание. — Голая, полубезумная. Ты позволяешь ей убегать, когда ей вздумается?

— Майриэнн всегда поступала так, как пожелает. — Отец знал немного о моей магии. Он больше ничего бы не сказал при посторонних. И он потащил меня за собой.

— Я вовсе не сумасшедшая. Я была пленницей Морского Волка. Великого воина из легенды. Он похитил меня, но потом отпустил.

Домналл усмехнулся.

— Почему я должен тебе верить?

— Дэнни может подтвердить, — я махнула рукой ошеломленному лодочнику.

— И вправду, могу, — Дэнни шагнул вперед. — Это был великий воин. Его корабль вышел из тумана. Ваши люди сражались, но он сбросил их в воду. А потом забрал ее.

Я ободряюще улыбнулась Дэнни. Бедный. Он был уравновешенным, мужественным человеком. Ему было нелегко рассказать эту мистическую историю.

Люди моего отца знали Дэнни и верили ему. И мне, они знали, что моя мать обладала сверхъестественными способностями. Они наделили меня волшебным приключением.

Но свита Домналла качала головами, сердито глядя на Дэнни.

— Это та же куча лжи, которую рассказал твой посланник — усмехнулся Домналл, глядя на моего отца.

— Это не ложь, — ответила я.

Домналл обратил свою усмешку ко мне.

— Мне сообщили, что тебя похитили, однако я нахожу тебя целой и невредимой. Неужели ты сама стала ему шлюхой?

Я выпрямилась.

— Ты оскорбляешь меня, Домналл. Я тебе ничего не должна. Уходи.

— Я не знаю, что здесь произошло, но вижу последствия. Моя избранная невеста — шлюха. А ты придумываешь фантастические сказки, чтобы защитить ее несуществующую добродетель.

— Поосторожней, Домналл, — наконец заговорил мой отец.

— Ты позволяешь ей ложиться с любым мужчиной… скажи мне, почему я не должен предать всех вас мечу и не захватить этот остров силой?

Он двинулся вперед, высоко подняв клинок.

— Стой! — Я бросилась между ними, чтобы спасти отца. Большинство мужчин не решились бы ударить женщину. Но Домналл схватил меня за руку и отшвырнул на песок.

— Майриэнн! — воскликнул отец. Люди Домналла преградили ему путь ко мне.

— Шлюха, — выпалил Домналл, стоя надо мной. — Подумать только, когда-то я хотел тебя. В доме моего отца мы помечаем таких женщин как ты, чтобы мужчины знали, что нужно остерегаться их ловушек. — Лезвие сверкнуло вниз, и я вскрикнула, отползая назад.

Над водой пронесся рев.

Меч Домналла остановился.

— Что это было? — Его широко раскрытые глаза изучали море. Но там ничего не было. Сопровождающие Домналла повернулись как один, высоко подняв оружие. Туман быстро надвигался на горизонт, закрывая его. Рев раздался вновь.

— Нет, — выдохнула я. Туман клубился на берегу, скрывая меня там, где я лежала, и ноги мужчин.

— Только не снова, — простонал Дэнни, пятясь от прибоя.

— Что это за звук? — требовательно спросил Домналл. — Что за странная погода? — Он и его люди поворачивались то туда, то сюда, высоко подняв оружие, словно металл мог отбить туман. Теперь они стояли по пояс в нем.

— Морской Волк — ответила я, и в моем сердце смешались радость и ужас. — Он пришел за мной. — Снова.

Еще один рев и волчий вой.

Люди Домналла громко кричали, стоя в своих лодках и размахивая оружием перед угрозой, которую они не видели.

Появился огромный корабль викингов, рассекая серую дымку. Вокруг эхом отдавались судорожные вздохи. Судя по страху, написанному на лицах стариков, голова дракона все еще вселяла ужас в сердца людей.

— Это невозможно, — выдохнул отец. — Он не настоящий.

С душераздирающим стуком корабль врезался в лодки Домналла, и люди полетели в воду.

— Довольно реальный, — пробормотала я.

Воины Домналла на берегу вошли в воду, чтобы помочь своим собратьям выбраться оттуда. Но для людей и лодок было уже слишком поздно. Один за другим они кричали, когда на них нападала темная фигура. Один за другим они исчезали на глазах у своих товарищей. Туман поглощал тела.

Оставшиеся отступили на землю, их взгляды метались из стороны в сторону.

— Чего вы ждете? — закричал Домналл. — Стреляйте в него!

Несколько человек опустили мечи и натянули луки. Раздался звон, и стрелы полетели в серую стену. Я затаила дыхание. Один удар сердца. Еще один…

Маленькие лодки выплыли из тумана. На них были люди Домналла, мертвые, утыканные стрелами.

Оставшиеся в живых закричали.

— Это сделал Морской Волк! — закричала я. — Он настоящий. Сложи свое оружие и поклянись, что будет перемирие, и ты сохранишь свою жизнь. — Я бы умоляла Эгира об этом. На сегодня смертей достаточно.

Но Домналл плюнул на песок.

— Если он настоящий, то может умереть, — прорычал Домналл. — Выходи, Морской Волк — позвал он. — Предстань передо мной как мужчина.

— Нет! — воскликнула я в клубящемся тумане, желая, чтобы Эгир не услышал вызова Домналла.

Домналл притянул меня к себе, грубо схватив за шею.

— Твоя шлюха? — крикнул Домналл в сторону корабля. — Она тебе нужна?

Я билась, царапалась и пыталась укусить его, жалея, что у меня нет ножа.

— Отпусти ее, — раздался слабый крик отца.

Домналл потащил меня к воде.

— Она уже голая, — насмешливо сказал он. Откинув мои руки, он сжал мою правую грудь достаточно сильно, чтобы оставить синяк. Я закричала от возмущения.

Туман рассеялся, и солнце осветило огромную светлую голову. Золотые глаза вспыхнули, и Домналл отпрянул назад. Я выскользнула из его хватки и подбежала к самой кромке воды.

— Стой! Не подходи! — я подняла руки, вытянув вперед ладони. — Помни о проклятии!

Но Эгир продолжал приближаться.

— Нет, — воскликнула я. — Ты не можешь!

— Она боится за тебя, — усмехнулся Домналл. — Она знает, что я великий воин.

— Не делай этого, — взмолилась я, желая, чтобы золотые глаза остановились на мне. — Не подходи. Не обращай на него внимание. — Если Эгир ступит на землю, проклятие победит.

Эгир указал на меня пальцем.

— Моя. — Обещание.

— Тогда иди и забери ее, — взмахнул мечом Домналл.

— Нет! — Я бы бросилась между ними, но Дэнни схватил меня и оттащил назад.

— Отведи ее в дом, — крикнул отец Дэнни.

— Пойдемте, миледи. Пожалуйста, — боролся со мной Дэнни.

— Ему нельзя выходить на сушу! Проклятие заберет его навсегда! — Я боролась с человеком отца.

Домналл бросился навстречу Эгиру. Их оружие встретилось с лязгом.

Но было уже слишком поздно. Эгир вышел на сушу. Магия начала срабатывать, проклятие действовало. Гордое и красивое лицо Эгира исказилось. Его челюсть и уши удлинились, а зубы превратились в клыки. Белая шкура, которую он носил на плечах, казалось, ползла вниз по его груди. Его ноги стали длиннее и покрылись белым мехом.

Домналл упал на спину, сбитый с ног яростными ударами Эгира. Но когда проклятие прокатилось по телу великого воина, его руки превратились в лапы, и оружие упало на песок.

Подняв волчью голову к небу, Эгир завыл. Я обмякла на руках Дэнни.

— Уведите ее, — приказал отец, когда люди заставили и его бежать. Дэнни вытащил меня на берег. Няня бросилась вперед, и я упала в ее объятия.

— Пойдем отсюда, Майриэнн. — На ее лице был неописуемый страх.

— Я не могу его бросить!

— Он уже ушел. — Без сомнения, Морской Волк уже не человек, а зверь с бело-золотистым мехом.

Люди Домналла сомкнулись вокруг Эгира, их клинки кололи и терзали его. Атакованный сзади, Эгир взревел и взмахнул огромной лапой.

Еще больше человек устремилось вверх по течению, их бриджи потемнели от воды. Люди Эгира во главе с Хоуком. Это была уже не честная битва. Люди Домналла оборачивались и гибли. Я видела, как блеснули белые зубы Хоука, когда он смеялся, отрубая человеку голову.

Без помощников у Домналла не было никаких шансов. Он поднял свое оружие, и Морской Волк вонзил ему в грудь когти длиной в фут, приподняв тело и швырнув его прочь в густой красной струе. В поисках следующей добычи чудовище взревело.

Люди моего отца отступили. С испуганными криками они забаррикадировались в сторожке, когда Морской Волк бросился к ним.

— Нет, — закричала я, спотыкаясь и чуть не падая. Только крепкая хватка нянюшки, тянувшая меня вперед, удержала от падения.

Я поняла, что она тянет меня вверх по утесу.

— Ты не можешь помочь ему сейчас.

— Он чудовище. Проклятие не отпустит его. — Ветер трепал мои волосы и холодом обжигал лицо.

— И он опустошит земли отца. Сторожка его не удержит, что бы там ни думал отец.

Мое дыхание застряло камнем в горле. Видение, которое у меня было, сбывалось. Крыша сторожки в огне. Повсюду валялись тела мужчин и женщин. Мертвый Домналл, но не он опустошил остров. А Эгир, обезумевший от проклятия, поступит именно так.

— Времени нет, — закричала нянюшка, заглушая шум ветра. Ее руки сняли плащ с меня. Я дрожала, обнаженная на холодном ветру.

— Он любит тебя?

Я молча кивнула.

Нянюшка повернула меня к краю обрыва и слегка подтолкнула.

— Тогда лети.

Я пошатнулась на травянистом уступе.

— Но…

— Ты можешь это сделать, дитя. Ты же ворона, а не я. Веди его домой.

И я поняла, что должна сделать.

Внизу, на побережье, воины Эгира прикончили последнего из людей Домналла и смотрели, как их предводитель ищет новую добычу.

Морской Волк вскарабкался на крышу сторожки и рванул камыши. Еще несколько мгновений и он проломит ее и уничтожит перепуганных людей, столпившихся внизу. Моих людей. Мою семью.

Нельзя было терять время.

Я подошла к самому краю обрыва. У меня поджались пальцы. Далеко внизу море разбивалось о скалы.

— Давай, Майриэнн. Лети! — просила няня. — Лети, девочка, используй магию, которую дала тебе мать.

Я раскинула руки и прыгнула вниз. Мир наклонился. Изменения произошли во мне между двумя вздохами. Ветер подхватил мои крылья прежде, чем я коснулась воды, и я взмыла вверх в теплом потоке воздуха. Я была легка и свободна, больше не голодна, не больна и не уставшая. Действительно, магия.

Я пролетела над пляжем. Зубы Хоука сверкнули, и он помахал рукой. Я каркнула в знак приветствия и взмахнула крыльями, чтобы набрать высоту.

Чудовище на крыше сторожки остановилось, разрывая соломенные связки на части. Я испустила несколько криков. Ветер трепал мои хвостовые перья, я развернулась и полетела обратно над пляжем. Прямо над водой.

«Вот так, доченька, — прошептал мамин голос. — Ты все правильно делаешь».

Позади меня монстр спрыгнул на землю. Его люди бросились врассыпную, но чудовище не обращало внимание ни на них, ни на груды мертвых тел. Он вошел прямо в воду, рыча так, словно хотел, чтобы я подождала. Я парила по восходящему потоку. Неужели он утонет? Или поплывет?

Морской Волк достиг глубины и погрузился в волны на один ужасающий миг. Затем его голова вынырнула на поверхность, мохнатые лапы вспенили воду.

Я каркнула, указывая клювом в туман. Маленькая тень птицы скользнула по воде, уводя покрытое белым мехом существо в открытое море. Я могла только надеяться, что магия даст ему достаточно сил и выносливости, чтобы следовать за мной туда, куда полечу. Я не знала, как долго мы будем двигаться. И даже не знала пути.

«Мама, помоги мне», — взмолилась я. Затем храбро и глупо погрузилась в серые облака.

Несколько мгновений была в замешательстве. Верх был низом, а низ — верхом. Я забыла взмахнуть крыльями и подлетела близко к воде. Звериные инстинкты взяли верх, и я снова поднялась, каркая и ругая себя. Я должна доверять себе и вороне. Внизу упрямо плыл покрытый белым мехом зверь. Он последует за мной на край света и даже дальше. Я должна выяснить, куда направляться.

Впереди, сотканная из тумана и света, фигура в виде ворона отделилась от облака и полетела передо мной. Я натянула и напрягла свои крылья, чтобы последовать за ним. Мы двигались сквозь туман, а дух ворона оставлял за собой светящийся след.

Мне потребовалось больше времени, чем следовало, чтобы понять, куда ведет меня светлый ворон. Няня намекала на тайную гавань по ту сторону воды, дом, который построила моя мать. Няня хотела, чтобы я полетела туда и спряталась от Домналла. Няня знала, что моя мама хранила его не для собственного заточения. Она сохранила его для меня. И история, которую они обе рассказали, была именно той, которую мне нужно было услышать.

Как ворон летит в свое гнездо, так и ты всегда найдешь дорогу домой.

Это была судьба. Его и моя.

Глава 5

Не знаю, как долго я летела, ведя Морского Волка. Он плыл энергично, и я обрела новые силы, зная, что проклятие не убьет его прежде, чем смогу вернуть его домой.

Наконец туман рассеялся. Ворон, сотворенный из света, каркнул и взмыл ввысь, слившись с солнцем, сверкающим на спокойной глади воды. Передо мной простиралась зеленая земля, которую я никогда прежде не видела. Ни домов, ни людей, только несколько белых точек, которые могли быть овцами, пасущимися на одиноких пастбищах. А на самой кромке воды, в конце длинного ряда скал, стояла маленькая хижина. Та самая, которую построила моя мать. Та самая, о которой говорила няня.

Дом.

Морской Волк был более крупной белой точкой в огромном море. Я подождала, пока не убедилась, что он видит, куда направляюсь, затем воспользовалась попутным ветром, чтобы его опередить. Мне нужно было поторопиться, так как хотела добраться первой и подготовиться.

Как только мои когти коснулись земли, я преобразилась, растянувшись на пороге маленькой хижины, голая, с растрепанными волосами. Стуча зубами из-за трансформации, я толкнула крепкую дверь. Она легко распахнулась передо мной в знак приветствия. Я вознесла благодарственную молитву матери и поспешила в дом.

Хижина была не слишком большой, но просторной. Эгир протиснулся бы в дверь. Из-за низкого потолка он сможет стоять, только под сводом крыши, либо сидеть у очага. Или лежать на кровати…

Я прижала холодные руки к пылающим щекам. Воздух был не по сезону теплым, но я продрогла после перелета. Рядом с очагом лежала аккуратная кучка дров. Я заглянула в каменную трубу, чтобы убедиться, что в ней нет гнезд, и увидела простую решетку наверху, хитроумно удерживающую всю живность снаружи.

Трут тоже был сухим. На каменных стенах не видно плесени. В доме не сильно пыльно. Полки на стенах в основном пустовали, если не считать паутину, они выглядели чистыми. Перед кроватью стоял кедровый сундук, в котором я нашла несколько маминых рабочих платьев. Шерстяные одеяла лежали на кровати, не тронутые молью.

Мама знала, как вести домашнее хозяйство. Крепкая дверь не пропускала любопытных овец, а мешочки с мятой, лежащие повсюду, отпугивали мышей.

Я видела, как няня бросала в огонь пучки травы, и сделав то же самое, поблагодарила ее. На мгновение мою кожу пронзил прилив магии, но затем все прошло. Хижина была опрятной, хотя это и удивительно для места, которым так долго не пользовались.

Дом.

Закутавшись в покрывало, я схватила с полки рыболовную леску и отправилась словить что-нибудь на обед.

Ветер с моря пощипывал кожу, но я не видела смысла надевать платье. Во всяком случае, до тех пор пока не буду уверена, что воин не разорвет его своими неуклюжими когтями. К тому же он тоже будет голым, если только магия не даст ему что-нибудь из одежды.

С порога хижины к морю тянулась длинная полоса камней. Я шла по темной, мокрой тропинке, пока не добралась до конца отмели. Там забросила леску, стараясь не слишком часто смотреть на горизонт. Не выдержав, я забралась на самый высокий камень и, прикрыв глаза от солнца, стала ждать появления фигуры с белым мехом.

Часы ожидания были долгими и одинокими. Я наловила три рыбки и подвесила их, к тому времени как фигура нарушила спокойную линию горизонта, где море встречалось с небом. Это был Морской Волк. Он почти добрался до дома.

Я прошептала имя, которое билось в моем сердце. Эгир. Видимо, звук донесся до него, потому что воин, казалось, поплыл быстрее. Он приближался, и я увидела, что это уже не чудовище с белым мехом, а человек с золотистыми волосами и загорелыми руками. Белая шкура, прилипшая к его плечам, была именно шкурой, а не частью тела.

Я уже ждала его, когда он добрался до конца каменистой отмели.

— Пойдем, любовь моя, — позвала я и протянула руку. Он не сразу решился взобраться по скалам туда, где стояла я, чуть дальше от воды. Я потянула его за пальцы, и он сделал первые шаги по земле как человек, дрожащими ногами, словно младенец.

Оказавшись на твердой земле, он опустился на колени и положил мокрую голову мне на живот.

— Все в хорошо, — засмеялась я и натянула на нас обоих покрывало. — Я научу тебя ходить. Я научу тебя снова жить как человек.

— М-м-м…

Я прижала два пальца к его губам.

— Майриэнн. Довольно странное имя для речи северянина. Я научу тебя произносить его.

Я начала поворачиваться, желая отвести его в дом. Но он снова притянул меня к себе и поцеловал. Его губы обжигали мои, передавая вкус соленной, воды, желания. По моей коже побежали мурашки, и ноги оторвались от земли. Морской Волк подхватил меня на руки, все еще прижимаясь губами к моим губам. Он пил из меня, а я из него, мы поглощали друг друга. Я отстранилась, смеясь, его щетина щекотала мне шею, когда он целовал меня туда. Запустив пальцы в мокрые волосы, притянула его к себе. Его глаза вспыхнули каким-то неземным светом, а затем свечение погасло, сделав их более обычными, если только темно-карие с оттенками золота считались обычными.

— Майриэнн, — прошептал он, словно мой поцелуй напомнил ему, как надо говорить. И если это действительно так, то нам придется проводить больше времени в поцелуях.

— Добро пожаловать, Эгир. Море уже не твой дом.

Он продолжил путь, не обращая внимания на мою просьбу опустить меня на землю. Он нес меня до самой хижины. Естественно, ему пришлось пригнуться, чтобы пройти в дверь. Оказавшись внутри, у него на лице мелькнуло удивление.

— Он принадлежал моей матери, — объяснила я, отстраняясь от него. Он опустил меня, и я отступила, обернув себя одеялом, неожиданно застеснявшись. — Она построила его и сберегла для меня. Для нас. — Я повернулась, чтобы одарить его улыбкой, но он выглядел таким серьезным, что мое веселье угасло.

Откашлявшись, я торопливо занялась огнем.

— Здесь хватит дров на ночь, но завтра придется найти еще. Из еды нет ничего, кроме рыбы, потом зарежем овцу.

Эгир опустился на колени у очага, я резко отвернулась, мои руки дрожали.

— Лучше я схожу за рыбой…

Ворча, он вышел на улицу. Дверь за ним захлопнулась. Я села на кровать, недоумевая, почему так тяжело. Неужели он не хочет меня? Разве он не выбрал бы именно меня? Проклятие соединило нас, размышляла я, выходя из хижины в поисках воды. Моя мама была практичной женщиной, она не построила бы хижину вдалеке от воды.

И действительно, я нашла ручей с пресной водой и ведро. Дверь скрипнула, когда я открыла ее, и Эгир резко обернулся, словно собираясь ударить незваного гостя. Я ахнула и выронила ведро.

— Ты меня напугал. — Мы еще не привыкли друг к другу. Он неловко стоял в стороне, пока я прошла вперед, чтобы поставить ведро у огня. Сейчас он был полностью обнажен, а шкура лежала у огня, чтобы просохнуть.

— Вернулся, а тебя нет, — прогрохотал он, и это была самая длинная фраза, которую я когда-либо слышала от него. С каждым ударом сердца он становился все больше человеком и все меньше зверем. Значит, не нужны поцелуи, уныло подумала я, сердце мое бешено билось, когда Эгир навис надо мной. — А я все думал, не сон ли это.

Я облизнула губы. Лицо выглядело похудевшим, борода — длиннее, словно долгое плавание и снятие проклятия его состарили.

— Нет, не сон.

Он все еще оставался таким большим, что заслонял собой всю комнату. Он немного наклонился, чтобы оказаться поближе ко мне. Ему было не очень удобно. Надо было маме сделать потолок чуть повыше. Или, наверно, мне следовало немедленно уложить своего великого воина в постель.

Я вся покраснела.

Эгир склонил голову набок, изучая меня, как часто делал в башне. Он положил руку мне на шею, и я начала бормотать.

— Позади дома есть ручей. Там пасутся овцы. Я не знаю, как далеко простирается эта земля, остров это или часть материка. Думаю, что она отрезана от цивилизации. Моя мама… — Он приподнял локон моих волос, и поток моих слов прекратился.

— Такие прекрасные, — пробормотал он. — Перышки.

— Да.

— Майриэнн, — спросил он, остановившись, — ты хочешь меня?

— Я привела тебя сюда, не так ли? Иначе зачем мне пытаться разрушить проклятие?

Он провел рукой по моим волосам. После полета они стали совершенно неукротимыми.

— Жалость.

Я выпрямилась во весь рост.

— Я не испытываю к тебе жалости, воин. Ты спас меня от Домналла. Дважды.

Он пожал плечами.

— Улетела.

— Если бы я не улетела, Домналл захватил бы остров силой. Я должна была вернуться. Когда ты приплыл, то спас всех. Как ты меня нашел?

— Сладость. — Он прижал к лицу пригоршню моих волос, вдыхая их так, словно от этого зависела его жизнь. Возможно, так оно и было.

— Ты тоже сладко пахнешь, — прошептала я, прижимаясь ближе. — Ты все еще Морской Волк. Воин, который берет то, что пожелает. Или я не та, кого ты хочешь?

После этих слов он бросился вперед, в его глазах сверкнуло золото.

— Моя, — прорычал он, уткнувшись в мою шею.

Я рассмеялась. Так гораздо лучше.

— Тогда ты должен заявить свои права на меня, — прошептала я, обвивая руками его шею, пока он нес меня к кровати. Мы оба по-прежнему оставались голыми, дни, проведенные в башне, заставили меня привыкнуть к этому, и сейчас не было причин носить одежду, но теперь все было по-другому. Воздух между нашими телами нагрелся, наполнившись энергией. Мы приблизились друг к другу, наши тела трепетали, как будто нам необходимо находиться рядом. Словно без его твердой, рельефной плоти, прижатой ко мне, я умру.

Он лег на меня, подняв мои руки над головой, и зарычал, когда я пошевелила ими. Я извивалась, когда он поглаживал меня свободной рукой, начиная от моих щек и носа, продолжая по шее и лаская каждую часть груди, осторожно обводя сосочки. Я выгнулась дугой, выставляя ее. Он усмехнулся.

— Эгир, потрогай меня. Так нечестно.

— Моя, — ответил он.

Я захныкала и вывернулась из его хватки. Он аккуратно начал опускать свои бедра на меня, пока его член не коснулся моих нежных складок. Он ласкал меня с легкой ухмылкой и горячим взглядом. Прижатая и накрытая его огромным телом, я не надеялась убежать. Пыталась изо всех сил уйти от неумолимых движений его члена, поглаживающего меня, иногда прикасающегося к тому самому жадному месту, к которому мне было нужно, иногда отстраняющегося. Это сводило меня с ума.

— Трахни меня, — огрызнулась я, оскалив зубы. Он усмехнулся мне в лицо. Ему всегда нравилось, когда я становилась дикой. Я извивалась в разные стороны, и только тогда мне удавалось потереться об него ноющим клитором как раз в нужном месте. Вспыхнула искра, ударила молния, и я содрогнулась в объятиях наслаждения.

— Эгир, — простонала я. — Пожалуйста. Ты мне нужен.

Он закинул мои ноги себе на плечи. Наклонившись вперед, он сложил меня почти пополам. Головка его члена коснулась лона, и я напряглась. Ведь он был такой большой. Как же он вообще поместился? Волк медленно вошел, и еще одна волна удовольствия накатила на меня от пальчиков ног, ослепляя. Я расслабилась, и он скользнул дальше. Моя вагина горела, когда растягивалась вокруг гигантского завоевателя. Теперь мои стоны стали бессловесными, усиливаясь по мере того, как член Эгира входил все глубже в меня. Его хватка стала жестче, член полностью завладел моим телом и чувствами, а взгляд оставался нежным.

— Моя, — пробормотал он. — Моя.

Потом он сильнее вдавил меня в кровать, глубоко погружаясь в меня. Ноги онемели, спина выгнулась дугой, когда настигло обжигающие удовольствие. Наши любовные ласки ощущались как перевоплощение, будто гигантская рука придавала мне форму и растягивала, создавая меня новой. Только это была не магия. Это был Эгир.

Я выдержала его звериные толчки, удовольствие испепеляло и пело в каждой клеточке моего тела. Я не знала, когда наступил мой оргазм или когда он закончится.

Он вытащил член и опустился на колени рядом с кроватью, уткнувшись лицом мне между ног.

Ошеломленная, я вытянула шею, но увидела лишь его макушку.

— Что ты…

Он накрыл мое лоно ртом, и я вскрикнула. Языком он ласкал мое сокровенное местечко долгими, плавными движениями, от которых мое блаженство поднималось еще выше.

А потом Волк прижал пальцы к моей попке. Проход между ягодицами был скользким от моей промокшей вагины.

— Нет, — предупредила я.

Он улыбнулся, сверкнув зубами, два длинных резца блеснули, как клыки. Его толстый палец ощупал мой проход.

— Моя, — сказал он. Я извивалась, пытаясь вырваться. Он дернул меня назад, пальцами впиваясь в мое бедро. Оперся плечом в мою ногу, прижимая меня к кровати.

— Нет, — тщетно сопротивлялась я. Мой оргазм снова нарастал, невзирая на палец, вторгшийся в мою попку. Или, возможно, из-за него.

Он снова прошелся языком по моим складочкам, и вскоре я вскрикнула от удовольствия так, что у меня перехватило дыхание. Эгир покусывал внутреннюю сторону моих бедер, потирая заросшим щетиной лицом чувствительную кожу. Один палец вонзился мне в попку. Второй он сунул в мое влагалище, потирая между пальцами тонкую стеночку. Мой оргазм все продолжался и продолжался. Держа меня зажатой между большим и указательным пальцами, он посасывал мой клитор, и я поднималась все выше, кончая и стуча пятками по его широким плечам.

Затем он смазал моими выделениями растянутую дырочку.

— Нет, — пробормотала я, слишком изможденная, чтобы оттолкнуть его. Он приставил член к моему анусу и зарычал, заставив меня вздрогнуть. Я могла только лежать, обмякнув от многочисленных оргазмов, когда он проник в мою крошечный задний бутончик. Каким-то непостижимым образом мои складочки растянулись вокруг его члена. Один дюйм. Другой.

— Майриэнн, — шептал он. — Майриэнн.

Я вздохнула и расслабилась, позволяя ему проникнуть глубже. Никто раньше не заявлял на меня свои права, и никто другой никогда этого не сделает. Мое тело, мое сердце, все мое существо не принадлежало никому, кроме него.

Он замер на мгновение, когда вошел глубоко до самых яиц. Его пальцы нащупали мой скользкий клитор, я застонала. Я не хотела снова кончать. Тем более, когда он находится внутри меня вот так, заявляя на меня свои права самым низменным способом. Он полностью овладел мной.

Но не могла ничего от него утаить. Как настоящий волк, он терпеливо охотился, касаясь моих складочек, дразня нежную плоть, пока я невольно не прижалась к нему, выдаивая его член вопреки себе. Когда наконец наступил мой оргазм, это были нежные, но долгие, накатывающие волны, от которых мой живот сотрясался. Эгир зачарованно наблюдал за мной, застонав, когда я невероятно плотно его сжала. Если бы могла, то вытолкнула бы его вон. Мои руки толкали его в грудь, пока он не навис надо мной и не прижал мои запястья к кровати. Затем начал аккуратные движения. Пот выступил бисеринками на наших лбах. Эгир сдерживался.

— Возьми меня, — бросила я вызов. — Сделай меня своей.

Он застонал, и его стон пронесся сквозь меня. Он резко дернул бедрами и вонзился в меня, полностью заполняя собой. Резкие толчки продолжались до тех пор, пока я не испугалась, что сломаюсь. Мой организм выдержал еще один стук сердца, а следующий оргазм разбил его вдребезги. Я так сильно кончила, что перед глазами все заискрилось, а язык лепетал на незнакомом языке.

Эгир отпустил мои руки и схватил за бедра, входя в меня с такой силой, что я подпрыгнула. Он оскалился и снова превратился в дикое существо.

Сделав несколько грубых ударов, он кончил мне в задний проход. Я оказалась полностью заполнена его семенем. Абсолютно мокрая. И наверно, должна была быть рада, что он не испачкал меня в этот раз.

Возможно, в следующий раз.

Эгир встал и подошел к ведру, в котором умылся. Он вернулся и вымыл меня. Его член все еще стоял твердый и готовый к действию.

Но он наклонился, поцеловал мой лоб, губы, нежное местечко между грудями. Затем улегся на бок, его огромное тело заслонило мое, и притянул меня вплотную, спиной к своей груди.

— Ты не против остаться здесь? — спросила я сонно. Мне хотелось спать, и я уже засыпала. Однако сначала желала насладиться этими минутами, лежа в объятиях своего мужчины.

— А ты?

— Здесь нечего есть, кроме рыбы и овец, — я зевнула. — Твои люди… они справятся без тебя?

— Нет. — Эгир потеребил прядь моих волос, рассыпав их веером по плечу. — Велел им остаться. Охрана.

Я резко открыла глаза.

— Я как-то об этом не подумала. Но будет лучше, если Хоук и остальные останутся там на некоторое время. Как ты думаешь, они не будут против?

— Нет.

— Нам надо как-нибудь навестить няню. Только не сейчас. Я думаю, она занята хлопотами с новым отрядом воинов.

— Отец… злой?

Я улыбнулась и покачала головой.

— Мой отец не выбрал бы тебя в женихи. — Облик чудовища на крыше нахлынул на меня, и я вздрогнула. Я спасла Морского Волка так же, как он спас мой народ. — Но думаю, что он изменит свое мнение. Ты спас нас от людей Домналла. И теперь, если И'Нейлы придут отомстить за своего павшего сына, что ж, твои люди смогут насладиться еще одной битвой. — Теперь остров не так легко будет завоевать. Пока воины Морского Волка охраняют остров, моему отцу ничто не угрожает.

Я поудобнее устроилась в объятиях Эгира, совершенно удовлетворенная.

— Я не помню, когда поняла, что не хочу жить без тебя. Вероятно, когда ты впервые заявил на меня свои права. Правда тогда этого не осознала, только сейчас. Но с той самой поры я твоя, Эгир, и ничья больше.

Он положил руку мне на живот.

— Хорошо.

— Мама рассказывала мне о тебе разные истории. Она подготовила этот домик. Думаю, она знала, что однажды тебе он понадобится. И я стану тем вороном, который проводит тебя домой.

— Нет, — буркнул Эгир. Я перекатилась на спину, и он положил руку мне между грудей. В его глазах горел золотистый огонек. — Ты.

— Я? — Я наморщила лоб. — Что ты имеешь в виду?

— Ты. Дом.

Тепло от счастья распустилось в моем сердце и распространилось по телу.

— И ты тоже, любовь моя. Ты — мой дом.

Конец первой книги.

Продолжение следует…

В группе https://vk.com/paranormal_love_stories