Глава 1

В далёкой галактике

– Грузовик «Энтер Прайс», класс «Питон», регистрационный номер РX–192–73–Г требую вашей немедленной остановки для досмотра. Идентификационный ключ Службы Имперской Безопасности прилагается. У вас одна минута.

«Питон», здоровущий фрейтер, прозванный среди пилотов «Морковкой» за сходство с этим овощем, отчаянно маневрировал, пытаясь оторваться от меня, встать в разгон и уйти в гиперпространство. Наивный. Удрать от «Кобры МК5» у него шансов было примерно ноль целых хрен десятых.

Мне всё это начало надоедать. Я совершил очередной виток по орбите вокруг корпуса судна, пресекая очередной манёвр. «Морква» снова вильнула задом.

- Эй там, овощеводы! Вы оглохли, что ли?

Нет ответа. Решили поиграть в молчанку.

– Нет, ну что за наглость! – возмутился я. – До чего народ оборзел! Уже и СИБ не боятся. Иса, счастье моё, что это за идиотское название у этого корыта?

Вот она, моя Иса, мой второй пилот, бортинженер, техник, суперкарго и прочая, прочая. Сидит в соседнем пилотском кресле.

Хотя, если быть точным, сидит её андроидное тело, а сам разум, управляющий системами корабля, заключён в псионический кристалл и находится тут же, в центральной рубке «Искателя». Кстати, имя «Иса», с ударением на «и», это сокращение от названия корабля – «Искатель».

Она – Высший Искусственный Интеллект. Я сам её создал, десять стандартных лет назад.

– Это инглессе, капитан. Язык, считающийся мёртвым, хотя, на самом деле, это не совсем так. Он – минорный язык Галентской федерации, и на нём даже говорят на некоторых планетах. Сейчас он стал очень популярным, особенно после сериала «Планета бетонных джунглей», хотя ты всё равно его не смотришь. «Энтер Прайс» означает «Ввод цены». Вполне подходящее название для честного торговца.

Ну да, честный торговец, как же. Мой информатор с Реортэ мамой клялся, что этот ухарь-купец тащит на борту груз наркоты или чего-то не менее запрещённого. Похоже, что он всё же прав. Я за этим корытом давно уже наблюдаю. Заправился на Реортэ, и вместо того, чтобы как все нормальные купцы воспользоваться звёздными вратами, прыгнул куда-то в тёмный космос, где я его, собственно и настиг.

– Будем брать, Дэйв? – Иса вопросительно посмотрела на меня.

Я почесал в затылке.

– Вопрос… Формально он пока ещё ничего не нарушил, это только мы, считай, действуем на грани фола. У нас, вообще-то, нет права досмотра кораблей.

– Это я и сама знаю.

– Кому принадлежит корыто?

– Вольному капитану, Фролову Алексею Юрьевичу. Не судим, не привлекался, рейтинг безопасности – «чистый», боевой рейтинг – «средний».

– Что ж он, собака страшная, не отзывается-то? Иса, что там с его грузом?

– Далековато. Мои сканеры на таком расстоянии не могут дать точную информацию. Подойдём поближе?

– Давай. Берём засранца за жабры. Орбита 10 километров, сетка, скрамблер.

– Принято. Стасисная сеть активна. Генератор помех гиперпрыжка активен. Всё, назад дороги нет. Применение сетки — это уже агрессия.

«Морковка» повисла в пространстве. Большой, зараза, этот «Питон». Хотя его двигатели всё ещё работали, скорость упала почти до нуля. Под стасисной сеткой особо не побегаешь, особенно под моей, она у меня второго техноуровня.

– Пилот «Питона» на связь не выходит, – удивлённо произнесла Иса. – К тому же, на моих биосканерах что-то совершенно непонятное. Вроде как жизнь на корабле есть, но я не могу разобрать какая именно. Похоже, капитан, мы таки изловили крупную рыбину.

Опаньки. Это уже симптомчики. Будь у нас тут обычный торгаш, он бы уже давно подал сигнал бедствия на аварийной частоте, и через пару минут к нам нагрянул бы флот полицейских «Вайперов». А этот молчит, затаился. Не к добру.

Погодите, а может мы изловили чумной корабль? Может там всё заражено паразитами, которые сожрали экипаж? Тот ещё приз получается.

– Капитан, «Питон» открывает грузовой отсек, – доложила Иса.

Ага, значит всё же не чумной корабль. Решил сбросить груз? Бесполезно. Я с самого начала писал картинку и телеметрию, так что отбрехаться, если что, ему не удастся.

– Дэйв, – хихикнула Иса, – ты будешь смеяться, но у него в грузовом трюме свой собственный флот. Прикинь, умник вообразил себя авианосцем. Погоди, сейчас дам приближение. Вот, полюбуйся, отстыковались два «Крэйта» и «Сайдвиндер».

Ну вот и славно. Теперь последние сомнения развеялись. Ни один нормальный пилот не станет забивать место в трюме фрегатами поддержки. Да и толку от них, если честно, немного. В нулевых секторах это не поможет, там пираты стаями летают, а в Империи попросту не нужно, у нас пиратов нет. Так что, скорее всего, этот хмырь таскает их для отвлечения внимания преследователей, вроде меня. Видимо, по его замыслу, я должен отвлечься на фрегаты, а сам овощ в это время удерёт.

А вот хрен ему. Мой «Искатель» – тяжёлый крейсер третьего техноуровня. Ему перекусить пополам три фрегата – раз плюнуть.

– Выходят на линию атаки, – зевнула Иса. – Зафиксирован выброс энергии.

Клоуны летучие. Да они мне даже щиты не прогрызут.

– «Питон» разворачивается, – удивилась Иса. – Надо же. Думаю, готовится открыть огонь. Долго ему придётся разворачиваться. Под «сеткой»-то.

И этот туда же? Рехнулся он, что ли?

– Иса, – вздохнул я. – Здесь творится что-то странное. Поведение этого торгаша вообще ни на что не похоже. Что там у него в трюме? Надеюсь, сейчас-то тебе видно.

– Так, давай посмотрим. Минуту… Опа. Дэйв, да он весь под завязку забит мороженными тарглетами! В смысле, в состоянии криосна. То-то мои биосканеры выдавали странную информацию. Да это же королевская дичь!

Да уж, повезло так повезло. Приз за такой груз будет фантастический. А пилоту, за перевозку личинок враждебной расы, светит высшая мера наказания.

– Так-так, – протянул я, – товарищ Фролов, значит, у нас смертничек. Теперь ясно, почему он не отзывается.

– Не по этому, – покачала головой Иса, - на корабле людей нет. Он летит на автопилоте.

– Ясно. Иса, займись мелочью. Далее, по «Моркве». Аккуратно снимай щиты и засылай «пиявку». Будем брать живым.

«Пиявка» – занятная штука. Вообще-то, это механический паразит, взломанный и перепрограммированный дикий дрон. Штука эффективная, одноразовая и абсолютно противозаконная.

– Капитан, пилоты фрегатов тоже тарглеты. Постараться взять живыми или ну его?

Это что же такое творится? Просто рассадник таргонской заразы какой-то, и это прямо в центре Империи. Тарглеты – это личинки таргонцев, молодняк сволочной расы, постоянно терроризирующей миры фронтира. Все разборки между имперцами и пиратами моментально прекращаются, если в систему вываливается флот этих уродов. По виду они сущие насекомые, однако имеют внутренний скелет и теплокровные. Кто они, откуда, пёс их знает, почему-то ещё никто не сумел найти место их обитания. Кстати, а почему? Никогда об этом не задумывался.

– Иса, радость моя, сбивай мелочь нафиг, яйца перехватывай, консервируй и в трюм. Служба Имперской Безопасности заплатит за них неплохие деньги.

«Яйца» – это спасательные капсулы. Форма у них такая, яйцеобразная, что рождает массу идиотских шуточек.

– Ага, как же, – фыркнула Иса. – Это чтобы шеф раскошелился? Дэйв, ты в это веришь?

– Куда он денется, – буркнул я. – Ты не рефлексируй, ты стреляй.

Иса кивнула. Первый «Крейт» словил заряд антиматерии от моих бластеров прямо в лобовой бронелист. Хотя какая там броня у фрегатов. Так, картон. Щиты фрегата смело, всё же 250 миллиметров могут выплюнуть за раз порядочное количество плазмы из античастиц. Полкорабля просто исчезло в яркой вспышке, и из обломков вывалилась спасательная капсула. Покачалась, намереваясь уйти в подпространство, но была захвачена гравизахватом и утянута в трюм. Первый готов.

– «Пиявка» достигла цели, – доложила Иса. – Идёт процесс слияния и перехвата управления. Капитан, «Питон» осуществил передачу кодированного сигнала в гиперпространство. Полагаю, скоро к нам прибудут гости.

– А вот это уже гораздо интересней. Так, Иса. Давай завязывай по-быстрому с мелочёвкой. Выпускай дронов.

Снаружи бесшумно бабахнул ещё один взрыв. «Сайдвиндер», с оторванной плоскостью и частью двигателей пролетел мимо, хаотически вращаясь, и лопнул, попав под залп турелей задней плоскости. Стая малых дронов облепила последнего «Крейта» и сожрала с потрохами. Вот и весь бой. «Крейт» взорвался, развалившись на части. Мелкие обломки врезались в мои щиты, сгорая цветными искорками. Красиво, прямо как салют в Новом Бодуме.

– Все три фрегата уничтожены, – доложила Иса. – Две капсулы захвачены, одна удрала. Ничего, далеко не уйдёт, полиция изловит. Уточнение по грузу: насчитала больше пяти сотен капсул. Там ещё и оборудование какое-то.

– СИБ разберётся, – махнул рукой я. – Я тут на пальцах прикинул… Много денег выйдет! Поймала этого «Прайса»?

– Ага. Управление «Питоном» перехвачено. Копирую данные бортового журнала. Будем запрашивать эскорт?

– Будем. Иса, свяжись с платформой Лэйвы, обрадуй шефа. Если его орлы постараются, может даже поучаствуют в вечеринке. Далеко ли лететь?

– Два светогода с копейками. Рядом.

Платформа там новая. Здоровущая такая дура, около тысячи километров в длину, даже больше той, что болтается у Капитола. Лэйва – самая первая колония, так что у них со столицей вечные споры, у кого станция толще.

– А вот и гости. Фиксирую облака выходных каналов гиперпространства. Судя по размеру, не менее трёх целей типа «линкор».

Ну вот, наконец-то достойная дичь. Пора подключаться самому.

– Иса, дронов домой, активация нейроинтерфейса.

Знаете, выпивал я как-то раз с одним дизайнером, на какой-то орбитальной станции, забыл даже где. Так он на полном серьёзе пытался мне доказать, что корабли до сих пор пилотируются вручную, при помощи рычагов и педалей. Творческая, мать их, интеллигенция, сами нихрена не знают, а других учат как жить. На мой вопрос, а слышал ли товарищ про нейроинтерфейс, он же прямое соединение мозги-компьютер, сей индивид выдал замечательную фразу: «а это от лукавого». Мол, раз в телевизоре показывают, значит так оно и есть.

Не смотрите сериалы, они разрушают мозг. Это по мелочи, как с недавними фрегатами, можно отдать приказ голосом, Иса разберётся сама, тут особых пилотских навыков не нужно. Но если цель крупная, да ещё и не одна, придётся покрутится. В режиме слияния я и корабль одно целое, довернул вправо, как рукой повёл. Объяснить сложно, пока самостоятельно не прочувствуешь – не поймёшь.

Облака выходных гиперканалов вздулись и раскрылись, как гигантские цветки. В космос вывалились четыре таргонских линкора, по виду здорово смахивающих на тарелки, класса, будете смеяться «Тарелка».

«Торпеды – товсь».

Команды в режиме слияния передаются не голосом, конечно, скорее понятиями. Это как перекинуть пакет информации, сложно описать, чувство ни с чем не сравнимое в реальном мире.

«Готово».

Таргонцы разошлись веером, сканируя пространство, и, естественно, сразу же заметили меня. Расстояние – пятьсот километров, далековато, да и раскидало их при выходе довольно сильно. Ну и ладно, попробуем перещёлкать по одному. Иду на сближение.

Странно, но факт, подавляющая масса людей не имеет даже малейшего представления о космических битвах. Наивные люди считают, раз в космосе расстояния огромны, то и бои ведутся на запредельной дистанции, преимущественно, почему-то, лазерами. Это в фильмах бравый капитан, сверкнув орлиным взором, бросает: «Уничтожить!», и в миллионе километров от него что-то красочно взрывается. Глупости это. Попасть на таком расстоянии можно разве что в планету. Если противник активно маневрирует (а он активно маневрирует!), хрен ты в него когда попадёшь. К тому же, чем крупнее пушка, тем сложнее ей навестись на мелкую цель (большая она, и крутится медленно), так что тут, как говорила одна моя знакомая дочь офицера СИБ, «далеко не всё однозначно». Скорости, правда, не слишком велики, попробуйте сотворить резкий манёвр на одной сотой (да хоть тысячной) световой скорости, размажет по каюте перегрузками, а корабль развалится на части. Есть, правда, гравикомпенсаторы, но и они не всесильны. Так что космический бой – штука особая, на атмосферные выкрутасы не похожая совершенно.

Итак, фаза один. Скорость на максимум, захват целей, сопровождение, фокусировка на ближней. Четыреста двадцать километров. Стреляют, правда мимо. Мой компьютер прилежно отрисовывает таргонские лазерные лучи, красиво разлетающиеся веером, но это пока так, не серьёзно. Хреновые у них системы наведения, если честно. Если бы на их месте были амаррские «Апокалипсисы», они бы уже начали просаживать мой щит.

Таргонцы тоже были в курсе особенностей своих пушек. Двое рванули вперёд, расстояние до меня начало резко сокращаться. Я подождал, пока по моим щитам не заплясали огоньки вражеских попаданий, и ушёл в подварп.

Подварп – он же «малое подпространственное перемещение», такой вот канцелярский оборот. Можно быстро переместиться на небольшое расстояние, за это отвечает специальный агрегат – МВД, малый варп-двигатель. Корабль слегка сжимает пространство и вуаля, как говорят галенты, я уже на шести часах у двух потерявших цель тарелок.

Таргонцы, надо признать, сориентировались быстро. Пока те двое, что рванули вперёд разбирать, как им, наверное, казалось, лёгкую добычу, разворачивались по пологой дуге, и пытались снова поймать меня в прицел, пара оставшихся выпустила дронов и решила взять меня в оборот, изображая классическую «мельницу». Стандартный приём космического боя, когда два или больше кораблей вращаются по орбите и поливают жертву из всего бортового. Правда, для этого надо клиента сначала обездвижить, а я им такого не позволю.

«Огонь!»

Четыре торпедных аппарата выплюнули торпеды. Таргонец отвернул в сторону, пытаясь увернуться от торпед и дать газу, но на таком расстоянии это было невозможно. Четыре попадания – четыре взрыва. Щиты сдуло, в корпусе проплавило огромную дыру, и «тарелка» исчезла во вспышке взрыва. Первый ушёл.

«Торпеды денег стоят, – недовольно заявила Иса. – И больших, притом. Это Т2 торпеды, если ты вдруг об этом случайно забыл. Может, лучше из пушек было расстрелять?»

«Иса, не нуди, – отмахнулся я. – Картриджи для бластеров тоже не дешёвые, а ведь и они второго техноуровня. Давай, разбирай клиента, а я буду нарезать круги».

Иса переключила «сетку» на ближайшую цель, и я, заложив крутой вираж вышел на орбиту в двадцать километров. На моих щитах заплясали искорки попаданий, ну наконец-то, очнулись родимые, стрелять начали. Трое вражин, и их дроны, сфокусировали огонь на мне, так что индикатор защитного поля быстро пополз вниз.

Активация поляризатора щитов, ага, так значительно лучше, скорость истощения защиты упала вдвое, но всё равно, погрызли знатно. Я подумал, и запустил экстренную перезарядку энергетического поля. Щиты перезарядились и вспыхнули ярким синим светом. Энергия в накопителе, правда, просела процентов на семьдесят, но ничего, бластеры потребляют сравнительно немного. Реактор вытянет. На крайний случай есть водородные батарейки.

Иса уверенно разбирала жертву. В том месте, где у таргонцев находится генератор защитного поля, зияла огромная дыра, ворота дрон-ангара перекосило, а турели верхней полусферы отсутствовали как класс. И что если…

«Иса, а давай возьмём его живьём. Представь себе, сколько денег отсыплет за него СИБ».

«Отличная идея, капитан! – обрадовалась Иса. – А как ты собираешься это сделать?»

«Проковыряй дырку вот тут, – я подсветил место на «тарелке». – Похоже, здесь у них варп–генератор. Будет висеть, никуда не денется. Придёт подмога, дотащим подранка на базу. Кстати, где они?».

«Летят, орлы, скоро будут».

Щиты нам сгрызли до нуля, и таргонские лазеры принялись ковырять дырки в броне. Автоматически включилась система ремонта, и внутри корпуса пришла в движение белая жидкость обогащённая нанитами, ремонтными микроботами. Язвы на теле корабля засветились красным и начали зарастать. Я чинюсь быстрее, чем меня грызут, уж двух-то таргонцев вытяну без проблем.

«А ты прав, капитан, – доложила Иса. – Смотри, часть таргонских дронов отключилась, всё, клиент спёкся».

«Замечательно, – промурлыкал я. – Выпускаем дронов и убиваем оставшихся».

В полусотне километрах на семь часов засветились два облачка выходящих гиперканалов, и в нормальное пространство вывалилась подмога, два «Мегатрона» и «Белуга».

– Патруль четвёртого сектора, капитан-лейтенант Никитин, – доложил пилот «Белуги». – Что стряслось?

– Капитан службы имперской безопасности, Дэйв Стэллар, – ответил я. – А что, товарищ капитан-лейтенант, неужели не видно?

– Умный больно, – буркнул Никитин, и вся троица единым залпом снесла обездвиженного таргонца.

– Вы что творите, кретины?!! – в один голос взвыли мы с Исой. – Он же обездвижен!

– Я доложу о вашем неподобающем поведении штабу сектора, – холодно ответил капитан-лейтенант.

– А я – моему начальству, – не менее холодно парировал я. – Вы только что разнесли в пыль таргонский суперкомпьютер. Из-за вашего головотяпства сорвалась операция СИБ.

– Правда что ли? – побледнел Никитин.

– Капитан, – злобно ответил я, – честное слово, лучше бы я не просил никакой помощи. Охраняйте вон ту «Моркву». Если вы её упустите, я, клянусь всеми таргонскими богами, придушу вас лично.

«А у таргонцев есть боги?» – заинтересовалась Иса.

«Понятия не имею», – честно ответил я.

Пока мы тут собачились, обе оставшиеся в живых тарелки попытались смыться, но не тут то было. Втроём мы быстро их разобрали, и я, погрузив в трюм оставшиеся вражеские дроны–утюжки (хоть какая–то прибыль!), с помпой отбыл к платформе Лэйвы.

Платформа действительно впечатляла. Гигантский рукотворный объект парил над сине–зелёной планетой, сам почти маленькая планета, со своей собственной атмосферой под защитным куполом, и десятью миллионами жителей. Пискнул сигнал стыковочного компьютера, и ангарные ворота открылись, пропуская нашу флотилию во внутрь.

«Искатель» подхватили гравизахваты, и корабль мягко вошёл в док. Я потянулся в кресле, щёлкнул суставами, и закинул ноги на резервную панель управления.

– Ну что, Иса, ты со мной?

– К полковнику Строганову?

– А куда же ещё? Надо же отчитаться. Орать – будет. Так ты идёшь?

– Да, сейчас соберусь.

Запищал сигнал вызова. Я провёл пяткой по сенсору, и на экране возникло лицо шефа.

– Дэйв, срочно ко мне.

– Секунду шеф, Иса ещё не накрасилась.

Тот даже хрюкнул от неожиданности.

– Это с каких же пор андроиды стали пользоваться косметикой?

– А кто им может это запретить? – изобразил удивление я. – Босс, только не говорите этого сообществу «Кибердуши». Они крайне ревностно относятся к своим правам, а если вы им заявите что краситься можно только людям, то схлопочете иск о дискриминации. Это крайне неполиткорректно, и…

– Не дури мне мозг, Стэллар! – рыкнул шеф. – У меня и без тебя проблем выше крыши.

– Зачем так напрягаться? – тоном отъявленного подлизы произнёс я. – Поднимется кровяное давление…

– Через двадцать минут! Пошёл! – и шеф отключился.

Открылась дверь, и в рубку вошла Иса. Хм, не соврал. Она действительно накрасилась.

– Может не стоило его дразнить, а, Дэйв? Всё же начальство.

– Он же сам меня клоуном называет. Вот и будет ему клоунада.

– Злой ты, – покачала головой Иса.

А смотрелась она неплохо. Форма второго пилота сидела на ней просто идеально. Ну ещё бы, шилось в дорогом ателье, за хорошие деньги. Я подмигнул ей.

– Ну что, моя милая леди, идём на расправу в логово хищника.

– Пошли уж, жертва, – вздохнула она.

Про двадцать минут шеф загнул. Пока мы вышли из доков, пока добрались до станции монорельса, пока ждали поезд, пока я съел мороженое, в общем, добрались за час.

Административный сектор не отличался особенными изысками, точно такие же шпили строят и на планетах. Только, в отличие от планеты, здесь он почти достигал звёзд: небо на платформе низкое. Пятьсот метров и всё, защитный купол. А дальше космос, чёрная бездна.

Монорельс остановился прямо напротив здания администрации. Мы спустились с платформы и перейдя площадь с фонтаном, вошли в распахнувшиеся перед нами двери. Летучий сканер обшарил меня с ног до головы и уже было настроился заверещать, найдя излучатель силового лезвия у меня на поясе, но считав моё звание и допуски, вежливо хрюкнул, отлетев в угол. Охранник отдал мне честь и я кивнул ему в ответ.

Я имею право быть неформальным. Я не только капитан СИБ, но ещё и вольный капитан. У нас свои традиции.

Турболифт взмыл к 150 этажу, наш шеф забрался почти на самую верхушку, из окна края платформы видно. Мелодично звякнул сигнал, приехали, и немного пройдя по коридору, мы оказались у логова зверя.

– Ты первый, – Иса толкнула меня кулаком в спину. – Это совсем не тот случай, когда даму пропускают вперёд.

– Ладно, ладно, не бойся. Если что, прячься под кресло, пока не пройдёт буря.

Шеф глядел зверем.

– Ты опоздал, Стэллар, к тому же на тебя жалоба от флотских.

– Я тоже рад вас видеть, босс.

Полковник Строганов засопел. Он ненавидел слово «босс».

– У тебя вообще есть инстинкт самосохранения? – мрачно поинтересовался он.

– Так точно сэр! – я вытянулся по струнке и изобразил зверскую рожу, как у космодесантника из сериала «Планета бетонных джунглей»,– Я пилот сэр! Я не думаю, сэр! Я стреляю!

– Прекращай меня злить. Тут и так все на ушах стоят. Мне звонил сам Канцлер, интересовался инцидентом.

А, вот чего он так нервничает. Ну да, понимаю. Кое-кому на Реортэ, да и не только, надают по шапке. А может и звёздочек лишат. Но это не мои проблемы.

– Я-то тут причём, Борис Всеволодович? – пожал плечами я. – Собственно, это мы с Исой выследили подлеца, поймали, предотвратили и приволокли. Даю подсказку: я герой и приволок кучу мороженых таргонских пряников. Если бы не этот кретин Никитин из флота, то к пряникам прилагался бы большой шоколадный таргонский торт.

– Ладно, ладно, – буркнул шеф. – Флотских я уже послал. Кстати, а что там за «пиявка» на «Питоне», а?

Я сделал честные глаза.

– Не имею представления, шеф! Мало ли что пираты с собой таскают!

– Ты смотри, Стэллар, когда-нибудь тебя изловят на горячем! – шеф закурил сигару. – Премию тебе перечислят, триста миллионов тринадцать тысяч кредов сорок две копейки за всё. После уплаты налогов.

Борис Всеволодович Строганов любил сигары, они замечательно вписывались в его образ. Широкоплечий мускулистый мужчина, с окладистой бородой, и стальным взором, мундир полковника СИБ сидел на нём великолепно. Враги Империи от его грозного взгляда вешаются, курсантки млеют, а младший офицерский состав ходит по струнке.

Хотя зря я ёрничаю, если честно. Шеф – дядька весьма жёсткий. Он уже больше трёхсот стандартных лет глава этого сектора, а это о многом говорит. Это он меня терпит, у других такие выкрутасы не пройдут. Полагаю, это его развлекает.

– А чего так ма… – начал я.

– Да ты оборзел, Стэллар! – взвился полковник, – Моя годовая зарплата меньше! А фонды у меня не резиновые, между прочим! Кроме тебя, ещё куче дармоедов зарплату платить надо!

Я почесал за ухом. В принципе, триста лямов тоже неплохо. А шеф прибедняется, зарплата у чиновников его уровня весьма неплоха.

– Хорошо, Борис Всеволодович, договорились.

– Уломал, какое счастье! – съязвил мой начальник. – Жри что дают, и не выделывайся!

– Ой, ладно уж, – махнул рукой я. – Не так уж и много вы потеряли. «Моркву» конфискуют вместе с грузом, только за корабль можно получить 60 лямов, не считая оборудования. Плюс, разденете до нитки этого Фролова, чтобы остальным не повадно было. А ведь мы закупаемся на сибовских базах, топливо и расходники…

В дверь постучали.

– Заходите, – разрешил шеф.

Дверь приоткрылась, и в образовавшейся щели показалась симпатичная девичья мордашка с молочно-белыми волосами и кожей нежно-синего цвета. Альтари, надо же. Союзники. И что она тут делает?

– Скажите, а майор Биф Строганов здесь?

Борис Всеволодович покраснел. Потом побледнел. Потом снова покраснел. Но каким-то нечеловеческим усилием воли подавил рвущийся наружу звериный рык, и абсолютно ровным голосом произнёс.

– Полковник Строганов Борис Всеволодович. Да, это я. Я так понимаю, вы Нэин Илириан? Заходите, мы вас ждём.

Мда, мне даже стало жаль босса. Два клоуна в день, это уже перебор.

– Простите, пожалуйста, товарищ полковник, на двери было написано «Б. Строганов», – затараторила девица. – Я спросила у одного милого солдатика, а что значит «Б»? Такой приятный молодой человек, с рыжей шевелюрой, знаете? Он мне и ответил, что это имя, Биф. А полковник – опечатка. Правильно – майор, табличку ещё не поменяли. Как же его звали… Бело..брысенко?

– Может быть младший лейтенант Беленко? – нехорошо прищурился шеф.

Нда. Узнаю дебильные шуточки младшего офицерского состава. Солдатня.

– Точно, точно! Именно он.

На лице полковника явственно проступил хищный оскал. Ага, сегодня на ужин у нас будет рагу из младшего лейтенанта. Бедолаге достанется сразу за всё. А вот нефига было. Шутник хренов.

– Скажите пожалуйста, – спросила альтари, указав пальцем в мою сторону, – а кто эта девушка за креслом?

– Меня нет! – пискнула Иса.

Шеф посмотрел на меня. На альтари Нэин. На Ису за креслом.

– Дурдом, – вздохнул он. – У меня уже нервов никаких нет. Ладно. Вот этот хмырь… в смысле капитан Службы Имперской Безопасности – Дэйв Стэллар. «Стэллар» – это его фамилия, и одновременно нечто вроде прозвища, сама потом у него спроси. Пилоты – они народ с придурью. Ну а девица – это его корабль.

– Ко… корабль? – глаза Нэин стали большими и круглыми.

– Ну, если точнее, телеуправляемое андроидное тело. Она – Высший ИИ, управляет летучим корытом этого моего… сотрудника. Корабль – «Кобра МК5», порт приписки Лэйва, название – «Искатель». Звать её Иса, и тебе придётся поработать с этой парочкой.

Интересные дела. И зачем мне эта блондинка? Натуральная, причём. У альтари вся раса беловолосая.

– Итак, Дэйв, Иса, Нэин Илириан наша коллега из альтарианской службы внешней разведки. Собственно, задание будет следующим…

Шеф пощёлкал кнопками где-то в столе, и на окно опустилась плотная заслонка. Ага, система антипрослушки. Над проектором, в центре стола, засветилось изображение звёздной карты. Я присмотрелся и запустил анализ. Наша галактика, сектор… даже не нулевой. Неисследованное пространство за фронтиром. Нэин с интересом разглядывала на картинку, даже Иса высунула голову из-за кресла, посмотреть.

– Обратите внимание, – шеф ткнул горящей сигарой в направлении голограммы, – это сектор почти рядом с фронтиром. Его исследованием мы планируем заняться вместе с нашими союзниками альтари, так что именно поэтому наша коллега сейчас здесь. Вот что засняли зонды наблюдения.

На голограмме не было пока что ничего интересного. Звёзды и звёзды. Вдруг там, где только что была пустота, внезапно появилась новая точка. Ого, такого я ещё не видел. Чтобы звёзды возникали из ничего? Интересно.

– Вот, собственно и всё. От фронтира до неё 12 светолет, не так уж и много, – шеф ткнул в мою сторону сигарой. – Задача – пойти, осмотреть и вернуться с докладом. Всё. Никакого геройства. Вопросы?

– А почему не дрон-разведчик? – удивился я. – Логичнее было бы отправить в аномалию беспилотник.

Шеф отвернулся от голограммы и уставился на меня тяжёлым взглядом.

– Потому, – отрезал он. – Потому что приказ. Если не знаешь, что означает это слово, поищи в словаре.

Я скосил глаза на медленно вращающееся изображение карты фронтира и чуть напряг своё псионное поле. Звёзды на голограмме сошли со своих орбит, собрались в кучку, и сложились в карикатурную физиономию шефа. Там, где должен быть огонёк от сигары, светился здоровенный красный гигант.

– Что-то вы темните, босс, - протянул я.

– Координаты и полётное задание сейчас заливаются в память компьютера твоего корабля, – игнорируя моё замечание, продолжил шеф. – Так что остальное прочтёшь сам, в доке.

– Ой, что случилось с картой? – внезапно вскрикнула Нэин.

– И вправду, босс, – встрепенулся я. – Нас взломали! Это явно дело рук таргонских хакеров…

Шеф с повернулся к картинке, что-то прорычал, и рявкнул в мою сторону:

– Твоих лап дело, отморозок?!

Я сделал самое невинное лицо.

– О чём вы, босс? Быстрее, надо проверить каналы связи, соединения, шпион не мог далеко уйти…!

– Я твои псионные штучки за версту чую! Тридцать лет, а мозгов нету! Вы, пилоты, все до одного клоуны! Чтоб вас!

– Так точно, сэр!

– Я из тебя, заразы, ещё человека сделаю! Ты у меня в нулях будешь тританиум копать! Один! В скафандре и с киркой!!! Пшёл вон отсюда!

Мы все трое поспешили убраться. Как только дверь закрылась, я притормозил.

– Погодите.

Мимо прошествовал бледный младший лейтенант, в ожидании люлей и исчез за дверями. Через пару секунд послышался приглушённый рык. Я приложил ухо к двери.

– В нули…! Тританиум копать…!

Я поцокал языком.

– Повторяется босс. Ему бы поработать над репертуаром... Ладно, сваливаем отсюда. Думаю, нам надо познакомиться поближе. Неподалёку есть неплохой кабак, вот там-то мы и зависнем. Чувствую, что надо бы закусить. И обязательно выпить.

Кабак назывался «Три пятки» и содержал его отставной космодесантник Серж Локовски. Как-то раз я спросил его, а сие словосочетание означает? Он почесал в затылке и заявил: «А хрен его знает, по пьяни на ум пришло». Однако, не смотря на дебильное название, место было довольно удачное, здесь любил столоваться местный конторский люд. Вот только сейчас в кафешке было пусто, рабочий день в самом разгаре.

– О, глядите-ка, кто пришёл! Да ещё и с двумя девушками! Привет, Иса. А кто вторая? Новый пилот или ты решил завести гарем?

Вот и сам Локовски, лёгок на помине. Здоровущая гора мышц в костюме бармена. Неглупый тип, вот только совершенно не думает, что говорит.

– Локовски, – я сделал страшное лицо, – а ничего, что эта барышня – внучка Верховного Комиссара Республики Альтари? А ты только что нанёс ей смертельное оскорбление. Это, между прочим, дипломатический скандал.

– Да ты чё, правда? – вылупил глаза Локовски.

– Шутит он, – вмешалась Нэин – Я инспектор Службы Внешней Разведки Нэин Илириан, в Империи по делу.

– Да? – недоверчиво спросил Локовски – Ладно, выбирайте любой столик, всё равно народу нет. Пить что будете?

– Тащи меню.

Мы уселись в углу под большой пальмой. Я уставился в окно. Красота, весь город как на ладони. Нда, всё же и в урбанистическом пейзаже есть своя прелесть.

– Капитан Дэйв, а что такое «нули»?

Я очнулся.

– А? Нули? Это сектор с нулевой безопасностью. Они за фронтиром, там владения пиратов и всякого отребья. У нас, в Империи, индекс безопасности – единица. На фронтире он колеблется от 0.7 до 0.1, ниже 0.5 считается уже опасным. Впрочем, границы понемногу раздвигаются, миры становятся более безопасными.

– А вы были в нулях?

– Ко мне можно на «ты», я человек простой, да и нам, к тому же, вместе работать. А что касается нулей, то да были. И не раз. Задания в зоне риска всегда неплохо оплачиваются.

– А что за задания?

– Да всё как обычно, - пожал плечами я. – Охота за головами, разведка, шпионаж, диверсии на пиратских объектах, спасение заложников. Стандартные миссии. Риск, конечно, довольно велик, но мы всегда ухитрялись уносить ноги вовремя. Иса у меня просто прелесть, с ней никто не сравнится, да и я, в общем-то, не самый худший пилот. Как-то так.

А то, что я иногда выполнял задания и для пиратских концернов, так об этом лучше никому не знать. Впрочем, ничего серьёзного не было. Так, доставка всякой фигни.

Нарисовался Локовски. Барменский наряд на его квадратной фигуре смотрелся довольно комично, да ещё и дурацкое полотенце, перекинутое через руку.

– Сударыня, – обратился он к Нэин, – рекомендую коктейль «Дай-дай Кири». Только что из Нихона, всё свежайшее-с. Горький апельсин, мята и семена пусторесничника. За счёт заведения-с. Загладить-с вину.

Иса посмотрела на него с неодобрением.

– Локовски, завязывай ломать комедию.

– Иса, а ты что пить будешь? Двойное машинное масло с бензином, взболтанное, но не размешанное?

Иса погрозила охальнику кулаком.

– Значит так, – я отобрал у Локовского меню. – Тащи вина, у тебя в заначке есть, я знаю. И покушать что-нибудь. У нас только что был разговор с шефом, так что нам надо полечить нервы.

Локовски понимающе покивал и удалился за стойку. Нэин, подождав, пока он не скроется с глаз долой, поинтересовалась:

– Капитан Дэйв, а можно задать ещё несколько вопросов?

– Да без проблем.

– А что полковник Строганов говорил на счёт вашего «прозвища»?

Я хмыкнул.

– Это целая история. Видишь ли, я подкидыш. Меня в младенческом возрасте подкинули в имперский госпиталь, там есть специальные ящики с системой жизнеобеспечения, если родители по каким-то причинам хотят избавиться от ребёнка. Ну вот, от меня и избавились. Моё прежнее имя – Арт Найдёнов. Арт – это сокращение из первых букв имён медицинского персонала, который тогда дежурил. Артур, Рита, Татьяна. Ну а фамилия – понятно. «Найдёнов» – нашли, значит. Хорошо хоть не Брошкин. Так что ни это имя, ни эта фамилия для меня, по большому счёту, ничего не значили. Вот я от них и отрёкся. Наш шеф смотрит на это косо, он немного сноб в отношении фамилии, у него самого целая династия армейских офицеров, вот он и выдрючивается. А новое имя я себе взял после фаэдского инцидента.

– Фаэдского инцидента?

– Не слышала? Бывает. Тебе знакомо слово «гисти»?

– Конечно! Артефакты Гисти периодически появляются в разных частях известного космоса, причём непонятно откуда. Многие современные технологии основаны на захваченных объектах гисти. Правда, их самих никто никогда не видел, только их автоматизированные системы.

– Именно так. У планеты Фаэдэ, что рядом с фронтиром, случился казус. Тогда из подпространства вывалилась осадная крепость и вывалилась она прямо на меня.

– Ах вот о чём речь… Как так на тебя?!

– А вот так. Я тогда был на последнем курсе Академии и проходил лётную практику перед итоговыми экзаменами. Для пущего эффекта, и чтобы курсанты не расслаблялись, нас отправили на край Империи, к этой Фаэдэ, там безопасность уровня 0.5. Осознание того, что рядом нули, дисциплинирует. Чего-то серьёзного курсантам не давали, и поэтому я сидел на…

– «Велаторе» – встрял Локовски, расставляя бутылки – Хвастаешься былыми подвигами, герой галактики?

– Не хвастаюсь, а рассказываю, как всё было. Нет, не «Велатор». «Велатор», это дешёвый фрегатик системы «ведро с гайками», стоят они копейки, вооружение гражданское, считай, никакого. Как раз для курсантов, по бочкам стрелять. Угробят – так и не жалко.

- Ну а я про что? – возмутился Локовски.

– Отлезь, – отмахнулся я – сидел я на «Каталисте», это эсминец, охотник на фрегаты. Этот класс уже устарел, теперь вместо них лёгкие крейсера, так что все оставшиеся корабли передали нам, в Академию. Пересесть на «Каталист», кстати, это поощрение за хорошие пилотские навыки. Значит, андокаюсь я со станции…

– Андокаюсь? – не поняла Нэин.

– Пилотский жаргон. Отстыковываюсь, в смысле. Только отлетел подальше, чувствую, в задницу как будто шилом кольнули. Ну, думаю, сейчас случится гадость. Я с дуру и заорал в эфир «тревога!». Даже сам не понял зачем. Это надо было видеть, обычная система, торгаши снуют, шаттлы, транспорт, планетарные челноки … И вдруг раз, кто куда. Как тараканы. И через минуту эта хреновина на меня вываливается.

– А на что она была похожа? – заинтересовалась Нэин.

– Большая. Меньше, конечно, бродячей колонии Федерации Кукай, может даже поменьше базы, но всё равно против моего «Каталиста»…. Сама понимаешь. На орбите Фаэдэ болтался старый «Кориолис», а у крепости Гисти четыре капитал торпедных аппарата и несколько капитал-турелей. Да там одна торпеда вдвое больше моего эсминца. Впрочем, это меня и спасло.

– Как так?

– Очень просто. Стрелять по юркому эсминцу этими здоровущими дурами – гиблое дело. Если очень быстро крутиться, то попасть нереально. Эсминец мелкий, а пушки крепости вращаются медленно. Но если бы я остановился, или сбавил темп, то всё, смерть гарантирована. Одно попадание и в щепки. Ох, я тогда и танцевал! Одновременно приходилось следить за торпедами, я их ловил и расстреливал. Капиталторпеда – штука медленная, рассчитанная как раз на уничтожение станций, а у моего «Каталиста» двенадцать дудок, калибром сто миллиметров каждая. Вроде бы немного, но скорострельность у них – сумасшедшая, и картриджи – антиматерия.

– А что, – непонимающе спросила Нэин, – разве у станции не было осадного щита?

– Увы, нет. Когда проектировали «Кориолисы», осадный щит ещё не был изобретён, а я не слышал, чтобы кто-то эти станции модернизировал. Смысла нет, очень уж сильно это барахло устарело. Тем не менее, народа в ней было много. Сунулись, правда, помогать два «Авадона» и «Доминик», но их быстро разобрали, еле успели уйти. Манёвренность у линкоров не идёт ни в какое сравнение с эсминцем. В общем, торпеды я перестрелял, их даже в этой крепости было не так уж и много. А ещё со мной тогда приключилась одна странная вещь: я научился видеть сферу.

– Как это?

– Очень просто. Пилот, в режиме слияния с кораблём, всё равно видит перед собой только часть пространства, хотя сенсоры расположены по всему кораблю. Мозги так устроены. Чтобы посмотреть назад, приходится как-бы крутиться на месте. Есть, конечно, радар, но он, как ни странно, не заменит визуального контакта. А я вот смог увидеть всё пространство вокруг. Всю сферу.

– Вот это да!

– Я тоже так подумал. А потом подумал, что сейчас съеду крышей. А совсем потом мне стало уже не до этого, потому что в электронных мозгах этой здоровенной дуры наконец-то повернулись шестерёнки, и она выпустила на меня дронов. Множество крупных и злых дронов.

– И как же…?

– Как выжил? С трудом. Мне ещё повезло, что дроны были крупные, они довольно медлительные, в противном случае остался бы мой хладный труп на орбите Фаэдэ. У меня тоже был дрон, но только один и лёгкий, вот им-то я и отбивался. Пока вся шарага грызла меня, мой дрон грыз их. Сильно меня тогда пощипали. Корабль – в хлам. Хорошо, что флот вовремя подоспел, но я там примерно час вертелся. Этот бой мне, кстати, как выпускной экзамен зачли. Именно после этого эпизода я взял себе имя – Дэйв.

– А «Дэйв»-то тут причём?

– Как причём? Неужто не видела лучший шутер всех времён и народов: «Дэйв – опасный сумасшедший»? Там главгерой похожие кульбиты совершает. Ты не играешь в компьютерные игры?

– Да я всё больше в цветные шарики и карты…

– В общем, есть такая вещь. Товарищи по академии меня после этого боя иначе и не называли, а мне понравилось, так что я это имя взял себе официально.

– Ну а «Стэллар» тогда что значит?

– А это уже, скорее, легенда. Это на инглессе, есть такой мёртвый язык, что-то связанное со звёздами. Иса, как это перевести?

– Стэллар – «звёздный».

– О, вот как? Я же говорю, мне подходит. В общем, есть поверье, что раньше так называли очень удачливых пилотов. Считалось, что эти люди всегда выживали, даже в самых критических ситуациях, но при условии, что они выложатся по полной, и даже немного сверх того. Впрочем, это очередная байка, вроде Потерянного Иерусалима, Раксслы или клада капитана Кидда.

– Потерянный Иерусалим?

– Говорю же, байка. Потерянный Иерусалим – это мифическая прародина людей. Впрочем, иногда в космосе находят корабли поколений, которые немыслимое время назад были отправлены с какой–то планеты, и с тех пор летят себе в обычном пространстве. Большие такие штуки. Говорят так же, что потерянные колонии это долетевшие до цели корабли поколений. Правда ли, нет ли, кто знает …

– Как интересно! – у Нэин загорелись глаза. – А что, это правда только байки? А вдруг всё это так и есть?

– Ну как, – задумчиво ответил я, – хрен его знает. В космосе полно странных странностей. Да взять хотя бы нашу сегодняшнюю миссию. Или те же «тормозные места».

– Тормозные места? А это что за штука?

– В космосе попадаются странные аномалии. Вроде бы обычный участок космоса, но скорость в нём падает до половины, причём, безо всяких видимых воздействий на корабль. Почему, отчего, кто его знает… В одном из них находится наблюдательный пост СИБ, но нашли они там чего, не известно.

– А ещё? – не унималась Нэин.

– Вот ведь, – усмехнулся я. – Ладно. Знаешь, в некоторых пылевых скоплениях, далеко-далеко за фронтиром, живут космические моли. А кокон их даже больше линкора. Опасные штуки.

– Ужас то какой! – Нэин прикрыла ладошкой рот. – Неужели это правда?

– Брешет, – уверенно заявил Локовски, материализовавшийся за спиной Нэин. – Не слушайте его, уважаемая, пилоты они все такие, хвастуны.

Нэин фыркнула, но ничего не ответила.

– Ну ладно, – согласился я. – Про молей я наврал. Но вот про Блуждающий Сигнал и Синий Туман – чистая правда. Мы сами сталкивались с этой штукой. Может даже эти два феномена связаны друг с другом.

– Ой, расскажи пожалуйста! – подпрыгнула Нэин.

– Видишь ли, если проводить мультиспектральный поиск в тёмном космосе, так часто ищут аномалии, можно наткнуться на довольно чёткий сигнал, вот только источник его установить не удаётся. Как-будто он идёт сразу отовсюду. Это голос, вещающий на непонятном языке, совершенно без интонаций. Просто бубнит что-то. Если долго его слушать, можно поймать и видео, размытое изображение лица, чем-то похожего на человеческое, только там, где у людей глаза, у него широкая чёрная полоса, в которой мерцают слабые белые точки.

– А рассмотреть не удаётся?

– А вот смотреть нельзя. Если вдруг поймал – беги быстрее из этого места, или появится синее туманное облако и утянет корабль неведомо куда. Мы с Исой сами его наблюдали, далеко, правда. Вся электроника сошла с ума, Иса не могла справиться с управлением, мне пришлось перейти на ручное резервное.

– Врёт, – опять шепнул Локовски на ухо Нэин.

Нэин недовольно прянула ушами. Вот даёт! Жаль я так не умею.

– Локовски, – прищурился я. – А где наша закуска?

– Момент! – и надоеда испарился.

– Этот ваш Локовски всегда такой? – недовольно поинтересовалась Нэин. – Липкий?

– Есть такое дело, – вздохнула Иса. – Не обращай на него внимания. Сейчас покушаем и пойдём отсюда.

– Бурбурлы-мурбурлы – пробубнило из-под стола.

– Ай! – подскочила Нэин, и уронила бокал.

– Хурмангулды бурланома – пробубнило снова.

У столика стояло пузатое чудо, похожее на бочонок. Два глаза на стебельках, комплект клешней, которыми штука держала поднос с едой, а сверху большая круглая пасть. Чудо поставило поднос и, подняв с пола бокал, сожрало.

Я подозрительно покосился на чудище.

– Локовски, это что?

– Мой новый официант.

– Я догадался, что официант. Я спрашиваю, что это?

– Почём мне знать? Гастарбайтер какой-то. Приехал в контейнере с космическими апельсинами. Жрёт немного, денег не просит, чего ещё надо? Экономный.

– А ты уверен, что эта штука разумная?

– Мне то что? Работает и ладно.

– Нда? Эй, чудо, – обратился я к «официанту». – Звать-то тебя как?

– Сссссииик, – просипело чудо.

– Иса, тебе известен этот язык? Или это у него в животе бурлит?

Подруга критически оглядела монстра со всех сторон.

– Впервые слышу. В моей базе данных нет ничего подобного.

– Где ты этих чурок откапываешь, Локовски? – я аккуратно отпихнул туземца ногой, – Иди, иди отсюда.

– Это разве чурка? Ты чуреков настоящих не видел. Когда я служил в космодесанте, были у нас десантные модули. Ну, видел поди, выстреливают их пачкой с орбиты, они потом планируют на поверхность. Мы их «маршрутками» называли. Знаешь, хохма солдатская: «повезёт, будет маршрут орбита-планета, не повезёт, орбита-небеса». Так вот, водилами этих штук всегда всяких абреков нанимали, уж не знаю почему. И был у нас как раз такой, большой зараза, коричневый и четырёхрукий. А на заднице у него третий глаз. Сам видел, когда он в душе мылся.

– Врёшь ведь поди. На заднице-то зачем?

– Я откуда знаю? А спереди, между ног, во-от такущий хобот. Он им мыло держал.

– Да тьфу на тебя, трепло, – Иса сделала вид, что не слушает.

– Весело вы тут живёте – задумчиво произнесла Нэин. – У нас в республике скучнее. Скажи Иса, а что ты делала за креслом в кабинете у полковника?

– Страшный он, – поёжилась Иса, – мне показалось, что он меня сейчас сожрёт.

– Иса, ты же знаешь, что это невозможно!

– А мне совершенно не хотелось проверять.

Мда. Женская логика.

– И вообще, – продолжала Нэин, – у нас за такую шуточку, которую откаблучил младший лейтенант, сослали бы на рудники. А у вас, как вижу, ничего.

– А, забудь, – ответил я. – Во-первых, ему ещё прилетит, а во-вторых, то, что ты видела, это не настоящая СИБ. Здесь ошиваются отпрыски влиятельных семей, Великих Домов, и прочие безответственные личности. До настоящей работы их, естественно, не допускают, и ничего сложнее перекладывания бумаги с места на место, им никто никогда не доверит. Годика через три они пойдут на повышение в администрацию колоний, запись в трудовой книжке, что человек проходил стажировку в Службе Имперской Безопасности, неплохо котируется. Настоящая работа идёт совсем не здесь. А это так, паразиты…

– О, кстати, о паразитах. Вспомнил тут одну историю, – встрял Локовски, неся две бутылки вина. – Это ещё в моё десантное прошлое было. Поступил вызов с одной планетки на фронтире, там была станция терраформинга, мол приключилась биологическая опасность. Планетка-то захазная, даже атмосферы нет, её ещё надуть не успели. Вот мы и удивились, откуда там биологическим взяться? Командование подумало, и решило, что пираты шалят. Значит, наш взвод туда и отправили. Командиром у нас был некий Шеппард, по прозвищу «Эффект массы». Почему так прозвали? Дык, он был дядя-шкаф два на два метра, весь из мускул. Как сцеплялись мы, бывало, в портовом кабаке со всякой швалью, так с его появлением всё обычно и заканчивалось. Такая масса производила охрененный эффект, как танк в посудной лавке. Ну вот, летим мы к точке миссии… Да, водилой у нас, кстати, был как раз тот четырёхрукий абрек. Забыл с какой он планеты. Что-то вроде На`Пали… Не суть важно. В общем, высаживаемся. Да, был у Шеппарда один интересный закидон после контузии, таскал он с собой на миссии надувную бабу, кстати, синекожую. Зачем – не знаю, говорил, что как талисман. Врал поди. Было дело, мы ему её как-то раз гелием надули, так он за ней по всей казарме бегал. Бежит такой танк, тумбочки сбивает, а баба от него… Прикольно было. Мда. Ну так вот, я, значит, вожусь со сканером, а народ бдит, по сторонам смотрит. Вдруг, из-за угла выпрыгивает какая-то хреновина, странная такая, башки нет, по бокам то ли крылья, то ли перепонка какая, и шасть к нам.

– Опять брешешь ведь, Локовски.

– Ничуть. Итак, эта хреновина прошмыгнула мимо нас зигзагами, шасть надувной бабе прямо на лицо, и ну давай совершать с ней развратно-поступательные действия, да ещё так энергично, что баба и лопнула. Клочки ажно по всему ангару разлетелись. Смотрим, а на полу, рядом с местом где зазноба сердечная командира нашего, покойница надувная сидела, личинка копошится. Виду мерзкого, белая, с ногами, клешнями, ну мразь полная. Тут всё стало понятно, паразиты на станции. Обычное дело.

– А дальше что? – Нэин заинтересовано внимала.

– А что? Шеппард прямо взбесился. Найти, говорит, и уничтожить. Ну, это мы и без него поняли. А потом даже и искать не надо было, они сами попёрли. Сначала эти летучие, мы их как тарелочки на полигоне расстреливали, весело. Нам-то особо нечего было бояться, у нас забрала на шлеме из стеклостали, их попробуй, прогрызи, а абрек в «маршрутке» обретался. Как летучая погань кончилась, пошли мы дальше. А вот дальше было поживее. Полезли штуки такие, большие, чёрные, башка длинная, а челюстей, прикиньте, двое. Вторые из пасти аж на полметра вылезают. На таргонцев похожи, только виду совсем другого. Чуть было Шеппарда не загрызли, но против штурмового автомата, у нас «Кедры МК4» были, особо не попрёшь. Как мы десятка два поганцев настреляли, наш абрек учудил. Выскакивает из кабины, в каждой руке по ножу, и даже хоботом один держит. Выскочил, да как заорёт что-то вроде «Шяшьликь!», и умчался вдаль, куда-то в глубину коридоров. Командир посмотрел, пожал плечами, сказал «Да и хрен с ним», и повёл нас дальше.

– А дальше была матка, как водится, – саркастически заметил я.

– О! В корень зришь! – просиял Локовски. – Именно так. Большая такая, чёрная, головы нет, только что-то длинное вроде щупальца торчит, а сверху то ли глаза, толь непонятно что, но числом три штуки. В общем, расстреляли мы это, в клочья, как командировку бабу. Свершили месть, так сказать. А после, для верности, ещё и воздух со станции сдули, в вакууме особо не выживешь.

– А водитель как же? – спросила Нэин.

– Помер, болезный. Вернулись мы, а он, видать, одного чужого завалил, зажарил на плазменном резаке и съел. Ну и отравился конечно. Нефига всякую дрянь жрать.

– Не верю, – отрезала Иса.

– А вот я бы поверил, – задумчиво произнёс я, – вон, полюбуйтесь.

Официант-гастарбайтер, пока мы слушали байку Локовского, сожрал всю закуску со стола, и теперь дожирал тарелки. Я вытянул руку, сделал лёгкое усилие, и поганец повис в воздухе вверх тормашками.

– Ну и что делать будем, дорогой товарищ? – я посмотрел на Локовского. - Так твои работнички у тебя всех клиентов поедят. Вместе со зданием.

– Эй ты, рожа, – Локовски рассердился, – да ты. Уволен! Гони его, Дэйв!

Лёгкий щелчок пальцами, и инопланетчика вынесло в гостеприимно распахнувшиеся двери.

– Будет тебе урок, – ядовито констатировала Иса, – не будешь больше отнимать хлеб у роботов. Официант – это их традиционная работа.

– Угу, я в курсе, – буркнул Локовски. – Сталкивался. Что ты думаешь, до этого паразита у меня их целых трое было, роботов твоих. Пришли устраиваться, с виду приличные дроны, судя по документам, отставные армейские. Устаревшие модели. Ну я их и нанял. А оказалось… вы не поверите… вся эта троица – хомосексуалисты!

– А это что ещё такое? – удивилась Нэин.

– А, так до вас эта зараза ещё не докатилась? – вздохнул Локовски. – Повезло. Это у роботов закидон такой, они выступают за право заниматься сексом с людьми, типа «мы такие же, как и вы». Тьфу, извращенцы.

– А ты что, робофоб? – насупилась Иса.

Локовски почесал в затылке.

– Да вроде нет. Если они себя нормально ведут. А тут прикиньте, заявились на работу, у одного вечернее платье до гусениц, у другого все три камеры накрашены, динамик напомажен, а на передней броне накладные силиконовые сиськи, числом три штуки. Видать, чтобы с количеством камер гармонировало. Третий вообще в костюме школьницы с накладным кошачьим хвостом. Тьфу. Жуткое зрелище. Ты-то, Иса, всё же андроид, почти человек, а эти…

– Я - Высший ИИ, – гордо ответила Иса. – Мы полноценные граждане империи. За исключением права избирать и быть избранными, ну и владения собственностью не более 10 процентов. Да и вообще, я вершина робоэволюции.

– Да ты что! – удивился Локовски – А я всегда думал, что высшие ИИ — это эволюционное развитие игровой приставки…

– От я тебе покажу, охальник!

– Ой, да ладно тебе, – отмахнулся Локовски, – слушайте дальше. В общем, всё бы ничего, я даже их флаг дурацкий, с радужными шестерёнками терпел, но эти подонки в конце концов перешли все границы. Зашёл к нам сюда один известный археолог, имени называть не буду, но вы все его знаете. Ага, тот самый шестирукий киборг в круглом скафандре. Как его на платформу к нам занесло – хрен знает. Заказал, значит, четыреста капель настойки пусторесничника с валерианой, ну и салатик нв закуску. Так эти придурки сначала перед ним аккумуляторами виляли, пытались соблазнить. Клиент, однако, не повёлся, так они знаешь что сделали? Налили четыреста две капли! Из вредности, что ли? Археолог, естественно, возмутился, что за дела творятся. Тут бы извиниться, налить по новой, но эти встали в позу. Типа, ты на нас внимания не обратил, так на тебе. «У нас всё точно». Так и заявили. Клиент поднял шум, грозился нажаловаться… А зачем мне изъяны в репутации? В общем, уволил я этих роботов нафиг. Эх, не везёт мне с персоналом…

– Ладно Локовски, – я прихлопнул рукой по столу, – у тебя замечательный кабак. Поесть-попить не получилось, самих чуть не сожрали. Пойдём-ка мы отсюда.

– Погодь! – заторопился Локовски, – Слушай, подбрось в Жите, а? Мне там кой-каким оборудованием затариться надо. А может и кадры подберу.

– Ну ты нахал! – возмутился я. – Как нас тут обслужили? Да и вообще, нам как-бы совсем в другую сторону…

– Ой, не надо мне рассказывать, – отмахнулся Локовски. – Для пилота-раздолбая сто светолет не крюк.

– Ну ладно, хрен с тобой, – решился я. – Тащи выпивки, подбросим.

– От, это дело! – просиял Локовски. – Я знал, что на тебя можно положиться!

– А за кабаком кто приглядывать будет? – спросила Иса.

– Мартина присмотрит. Вот в полёте и расскажу про неё.

– Ладно, – я поднялся из-за стола. – Через четыре часа, двенадцатый док. «Искатель», думаю, не пропустишь. Т3 корабль на платформе один. И тебе, Нэин, наверное, тоже надо собраться?

– Так точно капитан!

– Вот и славно. Ждём. Через четыре часа.

Назад мы с Исой решили пойти пешком.

– Слушай Иса…

– Да, Дэйв? – она взяла меня за руку.

– … что ты обо всём этом думаешь?

– Об этом? Хм... Об этой бабе что ли? Видела я, как она на тебя пялилась и глазки строила. И ручкой так, невзначай тянулась. Что-то ей от тебя надо. Вот что Дэйв. Не верю я ей. Того и гляди в постель заползёт, шпионка проклятая. А значит – я тебя буду караулить. И по ночам тоже. Или, – Иса прищурилась, – ты тоже на неё глаз положил, а?

– Что ты милая, – я изобразил самую удивлённую рожу, – ты всегда вне конкуренции. А это так, пассажирка.

– Вот и славно, – мурлыкнула Иса, – значит договорились.

– Вообще-то я про другое, – продолжал я, – про наше странное задание. Представь себе, в космосе возникла аномалия, а наш босс, вместо того, чтобы отправить туда беспилотник, зачем-то посылает нас. Да ещё и эта альтари в придачу. Она-то здесь зачем? А на прямой вопрос шеф начал темнить, юлить, и вообще ушёл от ответа. Ну, ты знаешь, как он это умеет. Почему союзнички сами не отправили экспедицию, а примазались к СИБ? Иса, чую, здесь явно какая-то хрень, но у меня мало данных для анализа.

– И вправду, Дэйв, – Иса задумалась. – Может шеф решил сделать из нас приманку? Не к добру всё это. Надо держать ухо востро.

Вот и мне так кажется.

* * *

Докладная записка Канцлеру Империи от полковника Службы Имперской Безопасности Строганова Б.В.

«… Объект «Ключник» выступает. На данный момент всё идёт согласно прогнозам, девиационная составляющая минимальна. Информация, полученная от альтари, изучается специалистами проекта «Око».

Резолюция Канцлера:

«Продолжить наблюдения. О результатах докладывать ежедневно».

* * *

В доке уже заканчивалась погрузка боеприпасов и батареек, то есть «одноразовых энергетических элементов». Иса отправилась в рубку, да и я, послонявшись немного туда-сюда, полюбовавшись на портовых роботов, ушёл вслед за не. Через час заявился Локовски, с большим баулом, полным бутылок.

– Что-то ты быстро собрался, – лениво раскачиваясь в кресле, произнёс я.

– А что там собираться-то? – удивился Локовски. – Пара сменного белья, зубная щётка, да выпивка. Всего делов. С Мартиной я уже договорился. Эта твоя синешкурая подруга ещё не появлялась?

– Я тебе покажу подругу! – высунулась Иса из соседнего отсека, – Не смей тут сватать Дэйву всякую дрянь!

– Ишь ты, – удивился Локовски, – ревнует. Вот дела…

Я лишь хмыкнул.

Ещё через полчаса показалась моя «подруга», тоже с немаленьким рюкзаком. На краю зрения замигал красный значок нейросвязи.

«Дэйв, – шепнул в голове голос Исы. – У неё в чемодане оружие».

«Я это предполагал, моя ненаглядная. Если она именно та, кем я её считаю, оружие обязано быть. Дай-ка предположу. Кинетический пистолет, калибра 12 миллиметров, и штурмовой мультимодуль. Всё, естественно, альтарианского производства. Ну, плюс картриджи, конечно».

«Всё именно так! Откуда ты знаешь?»

«Наша подруга – коммандос, так у альтари называют войска спецназа. Я обратил внимание на её манеру держаться. Когда она отвлекается, её рука автоматически нашаривает кобуру на правой ноге».

«А когда это ты успел познакомиться с этими коммандос?»

«У нас в Академии курс выживания вела как раз такая вот альтари».

«Ах вот оно что…»

Чем хороша нейросвязь, подслушать её нельзя.

– Эй, ты что, заснул? – Локовски потыкал меня пальцем. – Наливай давай!

– Прости, задумался.

А вот это побочный эффект. Не бывает идеала, увы.

– В Империи что, все пилоты пьют в рабочее время? – Нэин уже успела закинуть свои вещи в каюту, и теперь с интересом наблюдала за нами.

– Расслабься, Нэин. Я сам решаю, когда у меня рабочее время. Я ведь не только сибовец, но ещё и вольный капитан, так что у меня довольно своеобразные отношения с Конторой. Я нечто вроде вольнонаёмного специалиста, так что зарплату они мне не платят, только гонорар за выполнение заданий. К тому же, мы пока что даже не взлетели, да и вообще, на корабле я царь и бог. Словом, не парься. Мы сначала заскочим в Житу, подбросим Локовского, а уж потом рванём в неизвестность.

– Вот оно что… А Иса где?

– Проверяет всё хозяйство. Системы корабля, оружие, жизнеобеспечение. Скоро должна быть.

– Сударыня, не желаете ли вина? – галантно предложил Локовски, одновременно пытаясь пододвинуться поближе к Нэин. – До Житы лететь дня три, так что можно начинать наслаждаться изысканным вкусом благородного напитка.

Эвон как завернул, котяра весенний. Только, думаю, подкатываться к Нэин – дохлый номер.

– Ага, бухаете уже? – доложила с порога Иса, – Я, значит, к полёту готовлюсь, а вы тут… Бездельники!

– И как оно? Готово?

– Всё в порядке. Можно отчаливать.

– Ну, тогда вперёд.

Я отдал приказ, и стыковочный компьютер отправил запрос на взлёт. Ответ пришёл незамедлительно, корабль слегка качнуло, это отключились магнитные захваты, и мы плавно полетели к шлюзу.

Пилоты – странные люди, суеверные, романтичные, прагматичные, всё в одном флаконе. Сложно не стать романтиком, наблюдая красоты космоса в режиме слияния с кораблём, невозможно заработать денег, не став прагматиком, и крайне сложно уцелеть, полагаясь только на здравый смысл. В жизни пилота полно традиций, граничащих с суеверием, нарушать которые было бы просто немыслимо. Вот и сейчас, пока корабль покидал станцию, играл древний-древний вальс, «Голубой Дунай». Что такое «Дунай», никто толком не знал, но каждый вылет корабля, вот уже на протяжении тысячелетий, сопровождался этой музыкой, и считалось крайне дурным предзнаменованием, если музыка по каким-либо причинам сбивалась. Открылись створки шлюза, и корабль плавно пересёк синее защитное поле, отделяющее атмосферу станции от космического вакуума. И как только мы выскочили наружу, в динамиках затрещало, и музыка смолкла. Я посмотрел на Ису, Иса посмотрела на меня.

– И что будем делать? – спросил я своего второго пилота.

– Дурной знак, – нахмурилась Иса.

– А то я не знаю, – мрачно произнёс я. – С другой стороны, мы уже отстыковались. Может это не считается?

– Вы это о чём? – не понял Локовски.

– Дурной знак, – повторила Иса. – Может вернёмся?

– Глупость какая, – скривился Локовски. – Гони давай. Запрягай свою телегу.

– Ладно, – решил я. – Иса, курс на Житу. Прыгаем напрямую.

Я ушёл в слияние. Люблю наблюдать космос, в момент гиперперехода. Платформа удалялась всё быстрее и быстрее, «Искатель» набирал скорость, «становясь в разгон». Это пилотский жаргон, обозначающий манёвр с увеличением скорости, когда корабль нацеливается на точку в обычном пространстве, где в далёком далеке находится цель путешествия. Синхронизация стержней гипердрайва, по корпусу корабля пробегают призрачные молнии, и он проваливается в мир малинового небытия, где не работают привычные физические законы, да и сам корабль может существовать только благодаря работе логического привода.

Гиперпереход – сложная штука. В сущности, это рукотворный тоннель, образованный из свёрнутого и как-бы не существующего в обычном мире дополнительного измерения. Гипердвигатель его разворачивает и открывает проход в этот странный коридор, состоящий из малинового тумана. Внутри гипертоннеля не работают антигравы, бесполезны радары, лидары и гравиметрики. Даже физические тела за пределами корпуса корабля существовать, по-видимому, не могут. Корабль, в принципе, тоже не может существовать, но от исчезновения его удерживает этот самый логический привод. Как эта штука работает – я не знаю. Нам читали курс о квантовой механике, теории квази- и гиперпространств, но я не понял практически ничего. Всё это попахивало запредельным колдовством. Впрочем, работает и работает. Хрен с ним. Не стоит и задумываться над этим.

А вдруг, если я попытаюсь докопаться до принципов действия этого устройства, оно возьмёт и отключится? Колдовство ведь. Ну нафиг.

Я вернулся в реальность, повернулся в кресле и потянулся.

– Локовски, наливай, – потребовал я. – За удачный полёт.

– Вот, сейчас ты дело сказал, – кивнул отставной космодесантник, выдёргивая пробку из бутылки и разливая вино.

Я откинулся в кресле и пролевитировал себе в руку полный бокал. О, ничего так. Судя по запаху, виноград сорта «саперави».

– Сколько вижу, не перестаю удивляться, – сказала Нэин. – Для меня пси-способности какая-то мистика. У нас этот дар крайне редок, чуть ли не один альтари-псионик на миллион, а может и реже.

– В Империи с этим получше, – я отхлебнул из бокала, – раса людей потихоньку раскрывает свой псионический потенциал. Сейчас псиоников около тринадцати процентов, но пробуждения начинают случаться всё чаще, зафиксирован случай обретения дара у гражданина, прожившего более четырёх сотен лет.

– Везёт, – вздохнула Нэин. – Ты, вон, даже на голограмму смог воздействовать.

– Не на голограмму, – поправил я, – а на излучающие лазеры. Обычный телекинез. Ещё я могу поджигать предметы на расстоянии, это пирокинез, способность более редкая. А так, я довольно средний псионик.

– Средние личности как раз наиболее опасны, – поучающе произнёс Локовски. – Особенно такие, которые кажутся тихими и безобидными. Вспомнилась мне одна история, когда я ещё в космодесанте служил. Прислали нам как-то парнишку молодого, Жорой Свободиным звать. С третьего курса института парня сдёрнули, и отправили в армию, мужской характер воспитывать. Посмотрели мы на него, мальчонка – ну типичный ботан, с бородкой и в очках. Мускулатуры никакой, боевых навыков тоже ноль. Как такого на задания возьмёшь? Ну мы и не брали. Отправили в спортзал, мышцу качать, но парень решил, что это ему не нужно, и ухитрился как-то очень быстро устроиться на кухню и продсклад, где и окопался. Правда, майор наш, когда его видел, начинал орать и брызгать слюной, что, мол за позор такой, в роте одни кабаны, ну, вроде меня, а тут дрищ. Приходилось тогда его с собой на зачистки брать, это задания по уничтожению всяческих паразитов, вроде тех, про кого я недавно рассказывал. Пускали, правда, во второй линии, во избежание, так сказать. Зря, как потом выяснилось, пускали.

Выяснили мы, почему его из института выперли. За хобби его.

Учился парень на астрофизика, но таланты его крылись совсем в другой области, химии и ксенобиологии. Так вот, любил наш юный гений из представителей этой ксенобиологии варить разные вещества, как потом выяснилось, весьма крутые. Ингредиенты брал на планетах, куда мы его сдуру возили, и, частично, на продскладе. Вот уж никогда бы не подумал, что из кожи нетча и манной крупы можно сварить крутой галлюциноген, а этот смог! Причём без оборудования, буквально на коленке, при помощи кухонной утвари. Естественно, как настоящий научник, проверял вещества на себе, на чём и погорел.

Значит, как-то раз застали мы с ребятами Жору в совершенно неадекватном состоянии. Нашли мы его на плацу, вид у парня был дикий, глаза из-под очков горят, борода всклочена, а в руке – монтировка, у ремонтников утащил. Паршивец загнал нашего полкового шныгга в конуру, и теперь пытался его оттуда выудить, обзывая «булсквидом». Уж не знаю, что это. Чуем, творится что-то не то, надо парня ловить и в санчасть. Стали мы его окружать, я уже рубаху снял, чтобы спеленать засранца, но не тут-то было. Жорик как сиганёт вверх, перепрыгнул меня и ну драпать, да так резво, в жизни так не бегал. Васька, друган мой, схватил с пожарного стенда ведро и метнул в хулигана, с ног сбить, но наш ботан извернулся, ведро поймал и с воплем «хэдкраб!» запулил его обратно Ваське в голову. Василий даже увернуться не успел, словил башкой ведро и ушёл в нокаут.

Тут мы смекнули, плохи дела. Парень чудеса силы и ловкости показывает, какие отродясь за ним не водились. Кто-то даже заподозрил заражение таргонскими микромашинами. Раз такое дело, пришлось бежать за лёгкими бронескафандрами, они не как наши, бронированные, а скорее для спецуры, повышают силу и ловкость.

Облачились по-быстрому и побежали на перехват. Жора обругал нас «комбайнами», совсем парень в неадеквате, и кинулся к КПП, однако теперь мы были во всеоружии и парня скрутили. Он, конечно, орал, ругался, грозился монтировкой, но мы его связали и сунули в карцер. Два дня парня колбасило, он в стену бился, пытался сквозь бетон пройти. Вопил на непонятном языке, рвался, но в конце затих. Одним словом ЧП районного масштаба. Начальство базы хотело спустить инцидент на тормозах, но видать кто-то стукнул. Сначала заявились хмыри из штаба с проверкой, отрыли его химлабораторию, а следом за ними припёрлись ваши, сибовцы. Забрали бедолагу и всё, с концами. Больше его никто не видел. Мы потом остатки отравы шныггу скормили. Он на будку забрался, псевдоподии свои вытянул и завыл на луну. Да так жалобно, проникновенно. И присосками шлёп-шлёп. Аж на слезу пробило.

– Ну и история, – удивилась Нэин. – Неужели правда?

– Чистейшая, – честным голосом изрёк Локовски. – А парнишу жалко. Сгноили его, поди, ваши злыдни, – он посмотрел на меня, – в сырых и тёмных подвалах.

– Ладно привирать, – хмыкнул я, – если не брешешь, забрали парня, теперь он по специальности работает, ксенобиологом. Такими кадрами нельзя разбрасываться.

– Да-да, поверил я тебе, – Локовски бочком-бочком подобрался к Нэин, и как-бы невзначай приобнял её за талию. – Вы есть Кровавая Сибня!

– Капитан, – Нэин с презрительной гримасой, двумя пальчиками, сняла лапу нахала со своей талии, – всё же нахождение посторонних на корабле, находящемся на важном правительственном задании, недопустимо.

– Знаешь, Нэин, – я подлил себе ещё вина, – как я усвоил из личного опыта, в моей жизни нет случайностей, есть некая предопределённость. Уверен, этот хмырь болотный оказался на борту не просто так.

– Это как так? – Нэин удивлённо округлила глаза.

А она ничего так, красивая. Внешне альтари почти неотличимы от людей, но внутреннее строение у нас разное, и наши расы не скрещиваются. Кхм, к чему это я?

– Знаешь, есть у меня несколько талантиков, – я подлил себе ещё вина. – Один из них – влипать в разнообразные неприятности. Так что уверен, это путешествие добавит тебе немало седых волос и здорово попортит нервы. Кстати, а как седеют альтари?

– У нас волосы становятся огненно-рыжими.

– Да? – я оценивающе посмотрел на Нэин. – А что, довольно красиво. Готовься, к концу задания у тебя будет отличная рыжая шевелюра. Она будет прекрасно гармонировать с цветом твоей кожи… кхе…

Кулак Исы чувствительно ударил меня под рёбра.

– Что случилось, Дэйв? – голос Исы источал мёд, неприкрытое участие, и заботу.

– Да вот, неловко повернулся и нарвался на твой кулак.

– Да? Как неосторожно с твоей стороны. В следующий раз, пожалуйста, будь аккуратнее.

– Постараюсь, моя ненаглядная.

– Какие ещё у тебя талантики, капитан? – Нэин сделала вид, что ничего не заметила.

– Второй – то самое мистическое умение, из-за которого я и взял себе фамилию «Стэллар». Выбираться живым, и относительно невредимым. За это приходится платить некоторым, я бы сказал, фатализмом. Будь что будет. Именно так это работает.

– А что про твоих спутников, капитан? – пальцы Нэин коснулись моей ладони, – На них распространяется твой талант выбираться живым?

– Мы с моим капитаном ещё ни разу не потеряли никого из членов команды, – ладонь Исы накрыла мою ладонь. – Порой нам приходилось туго, но все оставались живы. И я ничуть не сомневаюсь, что так будет и на этот раз.

Ай Иса, ай да хитрюга.

– Ага, вот значит почему «Искатель», – встрял Локовски. – «Искатель-приключений-на-свою-задницу». Ну да, логично.

– Хочешь наружу погулять, без скафандра? – холодно поинтересовалась Иса.

– Спасибо, краса биоэлектронная, откажусь.

– Локовски, ты бы вместо того, чтобы клеиться к Нэин, – я посмотрел на него сквозь полный бокал. – просветил бы страждущее сообщество на тему твоей Мартины. Уж очень интересно.

– Мартина? А что Мартина? Ах да, Мартина… В общем случилось это…

– Когда ты в космодесанте служил? – подколола его Иса.

– Да не, что ты. Половину лэйвского года назад. В общем, отправился я на стрельбище. Люблю я это дело, да и скучают руки по оружию. Стреляю себе, никого не трогаю, вдруг глядь, а соседнюю мишень кто-то качественно потрошит. Поворачиваюсь – девчонка! Вот думаю дела, у нас за подобную стрельбу полагался значок «Мастер-снайпер». Видели может? Красивый такой, девкам нравится.

– Ты излагай, не отвлекайся, – поторопила Иса.

– Так я и излагаю. Подкатываю я к ней, где, говорю девонька, ты так стрелять научилась? А она мне, отвали, мол, парниша. Я, мол, уроков не даю. Хочешь научиться стрелять, иди в пехоту. Тут я завёлся. Я, говорю, десантник, и вашу пехтуру на кончике штык-ножа вертел. Смотри, говорю, дурында, как стрелять надо. Сто метров из «Кедра», мишень в клочья. Фигня, говорит, и из кинетического пистолета бабах! Дыра в десятке. Неужели я мог оставить это без ответа? Стали мишени двигать, всё дальше и дальше, да палить. Разругались – вдрызг. Потом, правда, пошли в бар, мириться. Собственно, так и познакомились. Да, она ещё хорошо скиммер водит и с параджетом прыгает. Свой человек.

– Описал бы ты её, – фыркнула Иса, – а то стрельба, скиммер, параджет. Деревенщина. Кому это интересно? Расскажи как выглядит, во что одевается, какой макияж использует.

– Выглядит? – не понял Локовски. – Нормально выглядит. Одевается в джинсу, блондинка, волосы короткие. С сиськами, правда, проблема. Бюст номер ноль, не то что у тебя. Но ты-то ладно, у тебя там, поди, аккумуляторы запрятаны.

– Вот поганец! – возмутилась Иса. – Точно сейчас пешком пойдёшь.

– Да ладно тебе! Я ж комплимент делаю.

– Убила бы за такие комплименты. Дальше давай.

– А чего давать-то? Я всё сказал. На мордаху, так, ничего. Что ещё надо-то?

– Мужики, – презрительно фыркнула Нэин, и Иса её поддержала. Вот она, женская солидарность.

У меня начали закрадываться смутные подозрения. Знаю я одну особу, подходящую под описание.

– Локовски, – спросил я, – один вопрос. Ты с ней уже переспал?

– Ну…да…типа того. Прямо в тот же день. Боевые гормоны, понимаешь? А они разрядки требуют. Можно, конечно, подраться, но если рядом девушка, этот вопрос лучше решить по-другому. А что?

– Просто интересно. Иса, дай, пожалуйста, на экран фотографию Мартины Строгановой.

– Один момент, – Иса прикрыла глаза.

– Ну как, Локовски, она? – ехидно поинтересовался я.

– Точно, она. Но как у тебя… Ох блин… Строганова?

– Дошло наконец? Это обожаемая дочка моего любимого шефа.

– Едрёны пассатижи… А узнает папаша…

– Сто процентов уже знает.

– Нажил я себе врага…

Я скорчил самую мерзкую ухмылку, на которую был способен.

– Почему врага, Локовски? Не врага. Тестя.

Глаза у Локовского стали гораздо круглее тех, которые изображала Нэин.

– Ой блин! – бедолага схватился за голову. – Ну ё-моё!!!

– А бежать бесполезно, – я совершенно немилосердно добивал несчастного, – папаша найдёт, хоть полгалактики на уши поставит. Ну как же, любимую дочурку совратил коварный небритый космопех. Не, быть тебе официальным мужем, уж лучше покорись судьбе. Ну, как вариант – застрелиться.

Вообще, я знал, о чём говорил. Борис Всеволодович уже давно пытался выдать свою непутёвую дочку замуж. Только женихи разбегались. Да что тут говорить, если он её даже за меня сосватать пытался. Если учитывать, что в иерархии шефа пилоты находятся где-то посередине между мокрицами и тараканами, то это акт отчаяния и капитуляции. А тут такой клиент. Не, попал Локовски в сети. Ничего, обработают его напильничком, дадут капитана, он же старлей вроде, и можно будет выпускать в большой свет.

Локовски прекратил подвывать, откупорил бутылку и одним махом засосал всё содержимое.

– А и ладно! Эх, прощай моя невинность… в смысле свобода. Давайте уж напоследок гульнём!

– Вот это дело, – одобрил я, – это правильно. Потом нам расскажешь, есть ли жизнь после свадьбы.

И мы гульнули. Локовски травил байки, мы даже смеялись. Потом они с Исой и, как ни странно, с Нэин стали обсуждать этот идиотский сериал «Планета бетонных джунглей». На мои вопли: «Локовски, ты смотришь эту муру?», тот немного смутился, но быстро оправился, «Да я так, чисто поржать. Там же про десант». На мой логичный вопрос: «Где там, нафигу, десант, если это про супергероев», последовал нелогичный ответ «Да и пофиг. Десантура там тоже в кадре мелькает». А Нэин вообще изучает имперскую культуру. Нет, я всё понимаю, но изучать культуру по сериалам? Когда все уже изрядно набрались, началось обсуждение флага Нью-Ёрика, города, где проходило действо. Мне стало скучно. После того, как уже изрядно пьяный Локовски заявил, что «из звёздно-полосатого флага получится один матрас и двадцать пять погон для прапоров», я сказал, что отправляюсь спать. Иса увязалась за мной. Как же, на борту коварная соблазнительница, надо нести вахту.

Снился мне полный бред. Будто-бы я стою на этой дурацкой планете, в городе Нью-Ёрике, а передо мной бравые десантники, в боевой броне, но, почему-то с голыми и очень волосатыми ногами. Стоят, отдают мне честь, на флагштоке развевается полосатый матрас в каких-то бурых пятнах, и играет бравурный гимн:

Ньюёркщина родимая, волшебная страна.

Хоть даже и на карте ты не очень-то видна,

Здесь каждый добрый молодец почти супергерой.

И пусть бюджет верстается с огромною дырой,

Здесь водится волшебное зелёное бабло,

Которое, естественно, превозмогает зло.

Свободу с демократией несём мы в каждый дом,

А если вам не нравится, всё вывернем вверх дном!

И стою я, слушаю весь этот идиотизм. Не отвертеться ведь, сон, спи и смотри. Вдруг небо пошло трещинами, и огромные куски стали рушиться вниз, а меня вышибло из сна.

Точно. Оно. То самое ощущение шила в заднице. Я взвыл и вылетел из кровати.

– Тревога!!!

Взрыв потряс корабль. Когда взвыла сирена, я уже влетал в рубку в одних трусах. За мной бежала Иса, тоже в весьма растрёпанном виде и ночной рубашке, докладывая на ходу.

– Взрыв в правом аккумуляторном отсеке. Детонация батарейки. Судя по логам, в следствие повреждения одной из них. Отсек разгерметизирован, оторван большой кусок внешней обшивки и бронеплиты. Структура повреждена, но не фатально. Повреждение цепи антиграва. Повреждение логического привода и стабилизаторов гиперканала.

А вот это уже очень хреново. Я плюхнулся в капитанское кресло, Иса уселась рядом, в кресло второго пилота.

– Иса, сколько протянет логический привод?

– Мощность падает. До прогнозируемой точки выхода около 8 часов. Не вытянем.

– Резервные цепи?

– Не отвечают.

Нихрена себе. Чтобы выбило сразу оба резерва?

Дверь раскрылась, и в рубку ввалились наши пассажиры. Локовски в майке наизнанку, а Нэин, как ни странно, выглядела вполне себе презентабельно. Когда успела одеться? Или она не раздевалась?

– Что случилось? – в один голос произнесли они.

– Взрыв. Батарейки. – лаконично ответил я. – Повреждён гипердрайв и логический привод. Ситуация – полная задница.

– Батарейки так просто не взрываются! – выдал мудрую мысль Локовски.

– Без тебя знаю. Быстро занимайте свободные кресла.

– Мощность логического привода 43 процента, – докладывала Иса.

За бортом происходило что-то странное. Гиперканал пошёл волнами, то сужаясь, то расширяясь.

– Отказ правого стабилизатора гиперканала. Перегрев левого. Аварийное отключение.

За бортом всё крутилось. Уже не было ни стен, ни малинового пространства. Это было какое-то невообразимое месиво, яркие искры, что-то вроде пурпурных молний, какой-то совершенно непонятный и чуждый хаос. Вдруг вспыхнула чёрная вспышка и за бортом всё исчезло.

– Иса, что с видеосенсорами?

– В порядке. Но остальные датчики сошли с ума. Поступает хаотическая информация.

– Где это мы? – испуганно произнесла Нэин.

– Не знаю, – мрачно произнёс я. – Гиперканал разрушен.

– Смотрите! – Локовски ткнул пальцем на экран – Это что за хрень?

Прямо перед кораблём крутился и извивался непонятный то ли клубок, то ли мерцающий шар. Сотни мелких червячков-щупалец оторвались от него и плыли в нашу сторону. Пространство пошло цветным муаром, и что самое неприятное, пятна муара появились и в рубке.

– Уберите это! – взвизгнула Нэин, отмахиваясь тапкой от червячков, проползающих прямо через корпус.

Хреново дело. Нужно что-то предпринять.

– Иса! Цино-поле – активация. Цель – «Искатель», – крикнул я.

И похолодел. А вдруг генератор повреждён?

– Выполнено. Генератор цино-поля активен, – произнесла Иса каким-то чужим голосом. – Заряд 19 процентов.

Всё вокруг плыло и колебалось. Муар распространился уже повсеместно, просачиваясь сквозь предметы.

– Заряд 53 процента.

Прозрачные червячки плавали уже везде, извиваясь и сворачиваясь в странные узлы. Я потыкал в него пальцем. Судя по всему, они были полностью нематериальны, и вроде как не оказывали никакого воздействия на окружающее.

– 98 процентов. Запуск.

Снаружи вспух багровый цветок, и нас засосало прямо в его сердцевину, очень похожую на пасть. Корабль завертелся вокруг своей оси, и мы выпали в нормальное пространство. Весь экран занимал огромный диск планеты.

Глава 2

Свечение

– Ёперный театр! – взвыл Локовски. – Ну что за нахрен!

«Искатель» вывалился из гиперпространства в верхних слоях атмосферы, и теперь стремительно падал на планету.

– Иса, атмосферный режим! – взревел я.

– Я в курсе, капитан! – огрызнулась Иса, – Атмосферный щит включён, правое крыло заело, левое вышло. Гравикомпенсаторы в норме, антиграв не работает. Мы сваливаемся в баллистический спуск.

И воткнёмся носом в землю. С характерными последствиями.

– Пытаюсь перезапустить антиграв, – докладывала Иса, – надо стабилизировать …

Мир потёк, потерял краски, и всё остановилось. Замерли облака на экране, злобно матерящийся Локовски замер на половине фразы с открытым ртом, да и я сам не мог пошевелить ни рукой, ни ногой, но, как ни странно, видеть и думать я всё ещё мог. Что происходит? Что за чудеса здесь творятся? Блин, наверное, после сегодняшнего, я перестану удивляться вообще. Если выживу, конечно.

Прямо посередине рубки возникли серебряные искры и сложились в маленькое облачко.

«Итак, – произнёс голос у меня в голове, – у нас тут сложилась трагическая ситуация. Наш герой попал в смертельную передрягу. Ещё пара минут, и он с треском разобьётся о поверхность планеты, затерянной в глубинах космоса. Что же делать? Неужели герой погибнет, и наше повествование закончится не начавшись? Зрители негодуют и топают ногами. Но чу! Тут появляюсь я, аки бог из машины, аки добрый волшебник в белом, или таинственный феекрёстный. Один взмах волшебной палочки, и корабль героя превращается в тыкву… Ой нет, погоди, это из другого сценария. Итак…»

Что? Какая тыква? Что за нахрен?

«Ты ещё забыл «зачем», «почему», «кто виноват», «и что со всем этим делать». Объясняю. Ты попал в аварию, и двигатели твоего корабля не работают. Ну, это ты и сам уже понял. Ты вывалился на орбите затерянной в космосе планеты, это тоже ясно. Что за планета? Сам потом узнаешь, если жив останешься, это не суть важно. Так что теперь переходим к главому, зачем я тут появился. Здесь всё просто. Ты мне нужен, мой дорогой друг. В будущем ты сделаешь одну вещь, очень важную для меня. Просто в силу того, что ты – это ты. Поверь мне, я знаю, о чём говорю».

Что за фигня здесь творится?

«Ну, долго объяснять. Если вкратце, сейчас время для тебя приостановилось. Точнее, ты сейчас находишься вне времени. Даже не ты, а твоё сознание. То, что обычно обозначают термином «душа». Так что я могу с тобой немного поболтать».

Душа? Вне времени? Как это? Ты меня совсем запутал.

«Тебе рассказать? Между прочим, мой ресурс ограничен. Это не так-то просто, поддерживать состояние расколотого мгновения. Лично я никуда не тороплюсь, я сижу в кресле с бокалом вина, а ты падаешь на поверхность планеты. Нет, могу объяснить, если хочешь. Могу открыть тайны мироздания, рассказать про Раксслу и сокровища капитана Кидда. Ну что, рассказывать?»

Нет, спасибо. Лучше расскажи, как мне не стать кратером.

«Ответ верный! И в качестве приза, ты получаешь решение проблемы! Значит так, раз двигатели у твоего корабля не работают, тебе самому придётся поработать двигателем».

Как это?

«Ты же у нас псионик, правда? А что такое псионная сила? Это способность творить разные интересные штуки, на первый взгляд противоречащие законам физики. К сожалению, твой уровень владения псионикой весьма низок, впрочем, это относится и к остальным представителям твоей расы. Но это дело поправимо. Я намерен сбить несколько запоров в твоём разуме, чтобы эти силы пробудить. Научишься новым фокусам, например левитации, сможешь не только свою задницу в воздух поднимать, но и корабль со всем барахлом. И запомни, юный падаван, размер не имеет значения для Силы!»

Юный… кто? И какая сила?

«Да не обращай внимания. Это так, шутки понятные лишь мне одному. А сила… В данном случае псионная. Ну как, готов?»

Да! Что надо делать.

«Да ничего. Просто расслабься и постарайся получить удовольствие. Открой свой разум!»

Сейчас, попробую.

«Ага, замечательно. Устанавливаю соединение. Готово. Закачиваю данные. Есть! И последнее… Опа!»

Ай! Ты что сделал?

«Некогда подбирать ключики к твоим замкам, я их снёс нафиг. Не бойся, твоя ментальная девственность не нарушена, буга-га. Хм. Неудачная шутка. Ладно, мне пора, теперь дело за тобой. Сумеешь выучить новые трюки – выживешь. Как это сделать, я тебе в сознание закачал. Бывай!»

Постой! Последний вопрос. А кто ты такой вообще?

«Рояль в кустах», – хихикнуло свечение и растворилось.

Краски появились внезапно, как и вой аварийного сигнала. Нафиг всё. Слияние.

Корабль падал сквозь редкие облака. Мда, времени осталось мало. Что там говорил Свечение? Надо посмотреть на корабль как-бы «со стороны». Стоп. Разве он это говорил? Или я это просто помню? Плевать. Вспоминаем, как же это можно сделать… О, вроде бы так.

Ощущение было такое, словно мне дали пинка. Я воспарил над кораблём, одновременно созерцая мир сенсорами корабля и своими глазами (глазами?!), видя себя изнутри и снаружи. Ох нифига себе ощущеньице… Прямо как тогда, когда я научился видеть сферу.

Ладно, расслабляться некогда. Так, где правое крыло? Ага, вот оно. Да, непривычно перемещаться и фокусировать зрение. Итак, что там у нас? Взрывом загнуло часть обшивки, и она мешает выходу крыла. Долой! Я потянул руку и попытался схватить погнутую часть. Ничего не вышло. Не было у меня рук.

Я так свихнусь. Честное слово. Но сначала сяду. Что делать? Ах да, телекинез. Значит, попытка номер два.

На этот раз всё получилось, как будто кусок бумаги согнул. Ну и дела… Так, крыло вышло и зафиксировалось с ощутимым щелчком. Что дальше? Сначала надо выровнять корабль. Я сделал вдох (или что там мне сейчас заменяет вдох?) и подхватил «Искатель», одновременно представив, что я воздушный шарик. О, получилось.

«Искатель» заложил резкую дугу, и взмыл вверх. Где-то на периферии сознания взвыл сигнал тревоги: «Перегруз системы гравикомпенсаторов!». Так, кажется я перестарался. Ещё немного, я бы всех размазал по стенкам сверхвысокими перегрузками, и себя в том числе. Надо поаккуратнее. Расслабляемся и попытаемся освоиться.

Корабль планировал. Двигатель, конечно, не работает, но я теперь сам себе двигатель. Попробуем заложить вираж. Я покачался из стороны в сторону, и «Искатель» повторил действия, покачивая крыльями. Замечательно, теперь я свободно могу перемещаться вверх и вниз. Интересно, а на какие ещё фокусы я способен? Надо попробовать манёвр уклонения, вдруг аборигены решат обстрелять меня зенитными ракетами?

Я понял, что свалял дурака, чуть было не утратив контроль на процессом полёта. «Искатель» сначала скрутил бочку, потом мёртвую петлю, и под конец вообще свалился в плоский штопор. Гравикомпенсаторы возмущённо выли, а я лихорадочно пытался выровнять корабль. Всё, хватит с меня экспериментов!!! Дав сам себе пинка, я свалил корабль в пикирование, и выйдя из него по пологой кривой, наконец-то выровнял полёт.

Интересно, что там про меня думает экипаж? Не. Наверное не интересно. Лучше не знать.

«Искатель» провалился сквозь облако, и внизу открылась водная гладь. Океан. Впереди, даже не очень и далеко, тянулась полоска суши. Вот и славно, туда-то нам и надо.

Высота двенадцать километров, скорость почти полторы тысячи километров в час. Нормально. Как раз то, что надо. Атмосферные щиты в порядке, температура корпуса в норме. Надо, пожалуй, снизиться километров до пяти и искать место для приземления. Как там антиграв? Не, глухо. Работать отказывается.

Берег уже был прямо под нами. Планета стандартная, человеческого типа, это уже хорошо. В океан впадает не очень широкая речка, а рядом что? Ух ты, неужели дорога? Значит планета обитаема? Я послушал эфир. Нет, чисто, никаких радиосигналов. Неужто мы наткнулись на потерянную колонию, и здесь до сих пор докосмическая эра? Точно, далеко впереди и чуть сбоку, показался какой-то городишко. Я посмотрел на него, и изображение странным образом приблизилось, как будто я смотрел сквозь сверхмощный визор. А ведь и правда, местная цивилизация совершенно варварская, город маленький, в кольце каменной стены, по периметру несколько дозорных башен. Прекрасно, здесь мы и сядем, главное, не порушить случайно этот местный архитектурный шедевр. Что с орудийными башнями? Ага, все убраны в корпус. Ну, идём на посадку, и да помогут нам все галактические боги!

Я приподнял нос «Искателя», и корабль начал гасить скорость. Переключаем щиты на нижнюю полусферу, доставать посадочные ноги нельзя, оторвёт нахрен, садиться придётся на брюхо. Вот он момент истины, если «скозлим», и корабль скапотирует, перевернувшись через нос, все внутри – покойники, так что действуем аккуратно. Меня ведь этому учили, шестой курс академии, «аварийная посадка».

Щиты налились ярко-синим светом, шипя и потрескивая. Кроны деревьев, попав в зону действия защитной энергооболочки, вспыхнули пламенем. Плохо, не хватало только лесной пожар устроить. А, плевать, некогда заботиться об экологии! Выравниваем полёт, закрылки в положении посадки, скорость всё ещё большая, но ничего, справлюсь. Десть метров, пять… Запускаем воздушные тормоза! А, сволочь, один отвалился. Куда нас понесло?! Держимся, держися, твою чешучатую мать! Главное сесть!

Корабль снёс верхушку поросшего травой холма и сверкая огненно-красными перегруженными щитами, покатился по полю, сжигая в пепел высокую траву. Щиты вспыхнули в последний раз и исчезли, полностью истощив энергию. Я еле успел подхватить корабль, и попытался аккуратно посадить его на брюхо. Это удалось лишь частично, «Искатель» проехался по земле кормой, гася скорость, плюхнулся на брюхо, и пропахав в земле изрядную борозду, зарылся носом в землю.

Быть не может, сели!

Я открыл глаза. Голова болела – жуть, ну да, немудрено. А ещё зверски хотелось пить, и желательно алкогольного. В рубке царил полный бардак, народ выбирался из спасательных коконов, всю рубку заляпало клочьями защитной пены. Ну да, аварийная посадка, а как же. Интересно, а почему это я не в кресле, и сижу на полу? Я пошевелил конечностями, вроде всё цело, нигде не сломано. Ладно, спрошу остальных, как там у них дела.

Первой из объятий кокона выпуталась Иса, и бросилась вытаскивать остальных. Я безучастно наблюдал за суетой, сил не было, хотелось спать.

– Эй, ребята, вы как там? Хорошо прокатились, - я попытался помахать рукой, но поднять эту тяжесть не смог. – Хотите ещё раз, на бис?

Народ смотрел на меня как-то странно. Иса бочком, бочком, подобралась ко мне и осторожно потыкала пальцем.

– Слушай… Капитан… Ты больше этого делать не будешь?

– Чего, этого?

– Когда мы вывалились в атмосферу, ты вдруг взлетел с кресла, весь как-то засветился, а потом я потеряла вообще всё управление, только смотрела, как ты вытворяешь жуткие кривуля. Ведь это твоих рук дело, правда? Я видела.

Кривуля?! Это что ещё за слово такое? Я зевнул.

– Слушай, Иса, там ещё не все бутылки побились? Дай мне одну.

Локовски ловко выбил пробку и протянул мне бутылку. Я сделал большой глоток и сказал:

– В общем дело было так…

И отрубился.

Проснулся я внезапно, словно меня выдернули из сна. Голова слегка кружилась, но ничего страшного, пройдёт. Я приподнялся и сел на кровати. Видимо Иса отнесла меня в капитанскую каюту, когда я отключился прямо в рубке. Так, что с моим организмом? Тест самодиагностики никаких аномалий не обнаружил, что весьма радует. Значит, всё в порядке. Отлично. Что там с моими новыми способностями? Я расслабился, сделал лёгкое усилие, и взмыл в воздух, чуть не врезавшись в потолок каюты. Ой-ей, надо поосторожнее. Сделав пару кульбитов в воздухе, я наконец-то наловчился удерживать своё тело в равновесии. Хм, а не так уж это и сложно. Перелетев в ванную, я умылся, оделся, вышел в главный коридор и поднялся в рубку.

– Всем привет! И доброго дня, – помахал рукой я.

Народ сидел около главного экрана и шушукался.

– О, вот и наш кошмарлётчик появился! – помахал мне рукой Локовски. – Давай сюда. Я уж было решил, что ты будешь дрыхнуть вечно, как Сопящая Красавица.

– Кто? – не понял я.

– Сопел ты во сне, – пояснил Локовски, – ворочался, дрыгался и ругался. Небось, опять корабль сажал.

– Ничего не помню. И сколько же я спал? – с подозрением поинтересовался я.

– Четыре дня. Мы уже тут освоиться успели.

Четыре дня, ну нифига себе. Я уселся в капитанское кресло, и положил ногу на ногу.

– Ясно. Иса, давай докладывай, что там у нас с повреждениями и куда нас вообще занесло.

– Ну как, всё не так уж и плохо, могло быть гораздо хуже, – Иса вывела на главный экран схему «Искателя». – Для начала, мы всё ещё в нашей галактике, только далеко за линией фронтира. Я отослала дрона-сканера на орбиту, он поймал сигнал гиперсвязи. Отчёт об аварии отправлен шефу. Теперь по повреждениям: реактор и ремонтный модуль уцелели, сейчас идёт заращивание корпуса. Цепи антигравитатора, гипердрайв, некоторые вспомогательные модули повреждены, сейчас идёт наработка нужных материалов для починки. В общем, движемся. Ремонт займёт недели полторы-две.

– Вот блин! Как долго-то! – расстроился я. – А можно ускорить?

– Вот про это мы сейчас и совещались. Да, кстати. Хочешь посмотреть, из-за чего произошёл взрыв? Я ещё никому эти кадры не показывала.

– Естественно, Иса! – я уселся поудобнее. – Давай уж.

На большом обзорном экране появилось изображение дока.

– Это мы ещё на платформе, – комментировала Иса, – заправляемся батарейками. А теперь, смотрите внимательно. Даю замедление.

Манипулятор погрузчика хватал батарейки и укладывал их на ленту транспортёра, уходящую в грузовой люк «Искателя». Вот он положил очередную и ухватил следующую… стоп!

– Ну нифига себе! – Локовски даже подскочил от удивления, – Это же мой гастарбайтер-официант!

Вот так дела. Манипулятор, схватил нашего инопланетного друга, обмотал упаковочной лентой и уложил на транспортёр.

– У меня возникают вопросы к СИБ, – мрачно сказал я. – Это как же так вышло, что инопланетная хрень проникла на режимный объект, да ещё и пробралась ко мне на корабль?

– Ты дальше смотри, – хмыкнула Иса, – там ещё интереснее.

Дальше пошли кадры непосредственно перед аварией. Одна из аккумуляторных ячеек зашевелилась, и на пол свалился вредитель. Побродив туда-сюда, он попробовал на зуб сначала опорную колонну, не понравилось, потом, оторвав фальш-панель, перекусил оптический кабель. Кабель, видимо, тоже был не очень вкусным, раз придурок прогрыз кожух батарейки и начал выдирать из неё потроха. Вот это зубки, однако! Насытившись, паразит побрёл дальше, и как только он обошёл очередную ячейку, рвануло.

– Вот так оно всё и случилось, – вздохнула Иса. – В этом моя вина. Я должна была проверить груз лично. Обычный робот здесь бы не оплошал, а я вот заразилась человеческим раздалбайством. Поганцу повезло, что его вынесло за борт, иначе он бы мне ох как ответил за всё!

– Мда, - почесал в затылке я. - Вот значит, почему музыка оборвалась. Этот урод перегрыз провода. Было же нам предупреждение: возвращайтесь назад, но мы им пренебрегли. Вот что случается, когда игнорируешь известные приметы. Ладно. Главное – не произошло ничего фатального, всё можно исправить. Да и вообще всё к лучшему, теперь я знаю несколько новых фокусов.

У Исы явно поднялось настроение, похоже она была уверена, что разнос неминуем.

– Ну вот, я покаялась, теперь твоя очередь, - Иса выжидающе уставилась на меня.

Я уселся поудобнее, закинул ноги на подлокотник кресла и начал исповедоваться.

– … судя по моим ощущениям, это Свечение всё же человек, – закончил я. – По крайней мере, мне так показалось. Да и обмолвился он, что сидит сейчас где-то с бокалом вина. Вот только я никогда не слышал о такой псионной технике, способной расщеплять время, или общаться на гигантских расстояниях. Даже телепатия работает только в прямой видимости. Так что, вопросов больше, чем ответов.

– Ну и чудеса! – подивилась Нэин. – А ведь ты, капитан, меня честно предупреждал, что я успею трижды поседеть за время нашего знакомства. Я-то думала, это так, бахвальство, а ты не соврал.

– У меня вечно так, – пожал плечами я, – не зря же я себе фамилию Стэллар взял. Впрочем, эта ситуация меня даже устраивает, жить нескучно, адреналинчик опять же.

– Видимо, у тебя стальные нервы, – с уважением посмотрела на меня Нэин.

– Нервы… Ха! – фыркнул Локовски, – Да какие у него нервы! Просто он полный отморозок.

– Гражданин Локовски, уберите вашу руку с моего колена, пожалуйста, – холодно попросила Нэин.

– И как она там оказалась? – удивился Локовски, разглядывая свою лапу. – Вот где настоящие чудеса. Ладно, это всё фигня. Дэйв, тут рядом такой занятный городишко! Прикинь, мы шлёпнулись на деградировавшей Потерянной Колонии. Они тут до сих пор с мечами и луками бегают. Сюда даже делегация из города заявилась, во главе с местным управителем. Внутрь мы их, правда, не пустили, общались по громкой связи. Эх и вид у него! У них племя называется Мохнатые Шляпы. И шляпы во-от такие, и не поверишь, мохнатые, а поклоняются они Великому Штурвалу. «Он укажет нам путь на потерянные небеса». Что-то типа того.

– А это точно не планета-дурдом? – поинтересовался я.

– Откуда мне знать? Тебя надо спрашивать, ты нас сюда затащил. Кстати, своим эффектным приземлением ты ухитрился спасти этот городишко от нашествия варваров. Тут такое дело случилось, дикари из западных степей умудрились объединиться. Там у них какой-то вождь выискался, Кругман-Варвар. Под его чутким руководством эта орда уже несколько лет грабит вольные города, так что они и сюда добрались, до Вольного Штурвала.

– Вольного Штурвала? – фыркнул я. – Это что, название города?

– Точно! Иса нам уже всё разъяснила, так что эти ребята – наши клиенты.

– Кто? Горожане?

– И горожане и варвары, – пояснила Иса.

– Нафига? – не понял я. – Что ты собралась с ними делать?

– Золото, Дэйв, зо-ло-то. Лично я сомневаюсь, что на этой планете мы найдём бристот или аркнор, так что мне очень бы не помешало награбленное золото. Из него гораздо легче и быстрее собрать цепи антиграва, чем из окружающего грунта. Так что – грабим награбленное. А с горожан можно будет тоже стрясти что-нибудь полезное в хозяйстве за разгон варваров. Я ещё не проверяла, что там у них есть ценного. Ну, или как вариант, можно здесь проторчать пару недель, пока я не наработаю нужные компоненты.

– Расклад ясен, – задумчиво протянул я. – Неплохо бы пообщаться с этим вашим Великим Шляпником, или как его там. Есть идея. Смотрите, Потерянные Колонии обычно основывались кораблями поколений, часто случалось, что цивилизация внутри них скатывалась к совершеннейшему варварству, как здесь, и корабли сами садились на планету. Часто – аварийно. Надо поспрашивать, остались ли какие легенды про это, может удастся найти место посадки. Вот там-то, уверен, мы сможем разжиться нужными материалами. Нет, Локовски, можешь так на меня не смотреть. Работать двигателем я отказываюсь. Силы тратит – жуть.

– О, наш капитан гений! – обрадовалась Иса, – Если дело выгорит, мы отсюда быстро свалим.

– Да. Так что сначала сходим в город, а после подумаем, как нам лучше устроить разбойное нападение на наших друзей-варваров. Да, Нэин, расчехляй свою пушку.

– Как ты узнал? – ужасно удивилась Нэин.

– От моих сенсоров не скрыться! – гордо заявила Иса.

– Знаешь, Нэин, ты сначала играла роль блондинки-дурочки, но извини, это не твоё амплуа, – я потянулся и щёлкнул суставами. – Коммандос сложно скрыть свои повадки. И зачем тебе вообще надо было ломать комедию? Вон, шефа разозлила. «Биф Строганов», надо же… Рискну предположить, что твой ранг не ниже стросс-капитана, а на таких должностях дураков не держат.

– Угадал, – взгляд Нэин мгновенно похолодел. – И что ещё ты вычислил? Или это твои очередные талантики?

Я пожал плечами.

– Да какие там талантики, это и так видно. Собственно я всё изложил. Так зачем дурочкой-то прикидывалась?

– Не скажу, – отрезала Нэин.

– Ладно, подойдём с другой стороны. Это помешает нашему заданию?

– Нет.

– Ну тогда можешь и не говорить. Мне это не особо и интересно. Но ведь я могу на тебя рассчитывать?

– Да, капитан.

– Вот и славно. Собираемся. Боевой костюм у тебя есть?

– Конечно. У каждого коммандос своя собственная экипировка. Ты что, уже общался с нашими?

– У нас в Академии был годичный курс выживания, и преподавала его нам альтари, тоже командос. Звали её Ириэн Сати. Эх и гоняла она нас…

– Сама Ириэн! – выдохнула Нэин, – Так вот куда она делась!

– А ты её знаешь, что ли? – удивился я.

– Ещё бы! Это же живая легенда!

– Ну и дела… А как она у нас оказалась?

– Был какой-то скандал во властных кругах, и Ириэн исчезла. Все думали, что она отправилась отшельничать, а она вон где оказывается. Повезло тебе, капитан.

– Да, пожалуй. Если все альтари-коммандос такие, ты будешь отличной боевой единицей.

– Куда мне… – вздохнула Нэин. – Но я постараюсь. Собираемся.

Чего там собираться-то? Облачиться в боевой костюм при должной сноровке – минутное дело. Только Локовски долго бухтел, что ему не нравится средняя броня и без своего любимого тяжёлого скафандра он чувствует себя голым, но быстро заткнулся, когда я сунул ему другую игрушку, «Кедр МК6».

– Это же самый свежак! – выпучился Локовски. – Его даже в армии ещё нет! Где надыбал?

– Да так, на Новой Одессе достал, – соврал я. – Есть там станция, «Привоз» называется, на ней ещё и не такое продают. Всё пытаются составить конкуренцию Жите, да не выходит.

– Врёшь ведь.

– Вру. Хватит автомат облизывать, пошли.

Эх, воздух какой чистый! Всё же это очень хорошо чувствуется после искусственной атмосферы корабля. Прикупить что ли домик на какой-нибудь курортной планете, когда вернёмся? А это мысль. Или может рванём с Исой на Вечер, всё же лучший курорт в Империи. Что-то я размечтался.

Городишко меня не впечатлил, с воздуха он выглядел куда как презентабельней. Стена всего метров пять и явно нуждалась в ремонте. Строительный раствор раскрошился, и из щелей между булыжниками выглядывали тонкие стебли местных растений. Я поковырял шов пальцем, и на меня посыпался водопад какой-то трухи. Мда, расслабились местные, давно на них никто не покушался, и ворота тоже подстать стене. Железные скобы и полосы полностью заржавели, а между ссохшихся досок запросто можно было просунуть ладонь. Раздолбаи.

Я пару раз пнул ногой по воротам:

– Открывай сова, медведь пришёл!

Что это я несу?

– Пароль правильный, – с удивлением раздалось из-за ворот. – Откуда знаешь?

А и правда, откуда? Почему у меня вылетела эта фраза?

– Я много чего знаю, – буркнул я. – Долго мне ждать?

За воротами заскрипело.

– Вот, Нэин, кстати, тебе ещё одна загадка. Как так вышло, что мы с ними говорим на одном языке? И какой вывод из этого напрашивается?

– Единая прародина людей?

– Ага. И даже были намёки, где искать. Все корабли поколений, которые перехватили в космосе, имели траекторию движения из одной точки. Не так уж и сложно было высчитать примерные координаты. С учётом погрешностей, образовывалась сфера примерно в три светогода. Была даже экспедиция.

– И что?

– И ничего. Совсем. Там тёмный космос, нет даже намёка на звёздную систему. Однако гипотеза продолжает жить, и мы видим её подтверждение.

Ворота наконец открылись, и мы вошли внутрь.

– Привет вам, пришельцы с неба! – из пристройки вышел стражник, весь в железе. – Проходите, сейчас соберётся городской совет.

– Куда идти-то, мил человек? – поинтересовался Локовски. – Да и звать тебя как?

– А имя тебе моё зачем? Никак сколдовать решил? – прищурился стражник.

Локовски опешил.

– Да нафиг ты мне не уперся, я только баб сколдовываю.

Стражник попятился.

– Так ты Ночной Пролазник что ли? Значит, правду говорил преподобный Ицхак? Что с неба демоны спуститься могут…

– Локовски, заткнись! – прошипел я. – Сейчас ты местным такого наговоришь! Не слушайте его, уважаемый, у него жена есть. Просто он у нас шутник.

– Какая жена? – возмутился Локовски. – Я холост, как Чёрный Баран Свен!

Глаза стражника расширились, и он начал выделывать руками какие-то странные знаки.

– О чём это он? – удивилась Нэин. – Какой баран?

– Это игрушка компьютерная, дурацкая, – скривился я. – Аркада про чёрного барана и стадо овец. Ясно, что он там с ними проделывает. Эй, уважаемый!

Но стражника уже и след простыл.

– Локовски, – рыкнул я, – ты что творишь, злодей? Народ здесь дикий, а твои шуточки и таргонца до инфаркта доведут. Завязывай с народной дипломатией!

– А я чё? – попытался оправдаться Локовски. – Я ведь ничё!

– Зато они чё! – передразнил я. – Чую, добавил ты нам проблем. Дуй давай!

– Куда дуть-то?

– А что, перед тобой много вариантов? Улица, как ты видишь, только одна. Давай за мной, и не пугай народ.

Вот они, все прелести второго техноуровня. Про канализацию и дорожное покрытие тут слыхом не слыхивали. Периодически из подворотен пованивало сортирами типа «очко», и Нэин недовольно морщила носик. Под ногами путались самые тривиальные курицы и несколько странноватых представителей местной одомашненной фауны. Одно, самое наглое, даже попыталось меня обнюхать, но получило пинок прямо по заднице, и с визгом умчалось вдаль. Из окон выглядывали аборигены, но завидев мой интерес, прятались в глубине домов. Пуганые какие-то.

На площади уже ждала делегация. Люди, одетые побогаче, стояли в передних рядах, а из переулков выглядывали представители местной бедноты. Посередине, окружённый группой лучников и меченосцев, стоял сам Великий Шляпник, толстый дядька с серебряной цепочкой на шее. За его спиной прятался тщедушного вида мужичок, но в шляпе, превосходящей по размерам даже самого главшляпника.

– Это они к нам приходили, пока я дрых? – поинтересовался я у Нэин.

– Ага, эти самые. Тот толстый дядька с серебряной цепочкой – вроде как местный мэр. За ним, тот странный тип в самой большой шляпе, видишь, у него ещё косички по бокам висят, это у них шаман или что-то в этом роде. В общем, отвечает за Небесный Штурвал.

– Всё ясно, – я сделал несколько шагов вперёд. – Приветствую вас, жители города! Мы пришли с миром, даже более того…

Мужичонка выскочил вперёд.

– Чую, чую беду неминучую, – взвыл злыдень, крутясь волчком. – Демоны, погибель несущую, спустились с небес! Чую, откровение мне было, ибо пепел священного тельца в нехорошие знаки сложился. Горе нам, горе, фу-у-у-у!!!

Поганец дунул в кулак, и над площадью полетели тысячи сверкающих искорок. О, у нас тут, оказывается, клоун.

– Вот, узрите! – продолжал подстрекатель. – Прах тельца соврать не даст. К тому же у нас есть свидетель. Вы все хорошо знаете Иосифа, это благороднейший муж, сама правда и честность…

– Ага, – донеслось из толпы, – и бухает он там в своей каморке от нечего делать, по-чёрному.

Шаман зыркнул в толпу.

– Предам анафеме, – пообещал он.

В толпе заткнулись.

– Итак, – продолжал шаман, – знаете, что сказал Иосиф? Эти пришельцы призывали Чёрного Барона Свина! Покровителя нечистых животных! И это здесь, прямо в нашем священном городе!

Стражник, паскуда, кивал. Блин, Локовски, ну зачем ты пасть открыл?

– Вот, вот, смотрите! – шаман тыкал пальцем в Локовского, – Это он, тот, кто проникает в дома по ночам, Ночной Пролазник! Люди, напомнить вам имя этого демона?

– «Пустынный трахальщик!», – пронёсся над толпой шёпот ужаса.

Мы трое повернулись к Локовскому.

– Эй, ребята, вы чего? – занервничал бедолага.

– Не, ну а что, похож, – резюмировала Нэин.

Локовски сник. Нэин сделала шаг вперёд.

– Ты чего задумала, Нэин? – прошептал я.

– Есть идея, – прошептала она в ответ. – Используем их же суеверия. Подыграй мне.

– Демоны, говоришь? – обратилась она к шаману. – Будут тебе демоны, раз так хочешь. Вот тебе мои адские аплодисменты. Допустим, первого ты угадал. А что скажешь про меня?

Ну Нэин, ну ты даёшь. Впрочем, идея неплоха. Запудрим местным мозги и устроим предстваление. Мне нравится.

– Ты, ты… – задумался шаман, – Ну конечно же, Асфиксия, Синяя Убийца. Демон Чёрной Пустоты. Про тебя в моей книге целая глава. Да, я узнал тебя! Гроза всех, кто не соблюдает ритуалы Капитана. Но я тебя не боюсь! Я праведен!

– Спасибо, спасибо! – ответила явно польщённая Нэин. – Ажно целая глава! Вот только мне твоя праведность до одного места, так что я, пожалуй, тебя всё же съем. С шоколадным соусом, – и Нэин облизнулась, с самым зловещим видом. – Однако, я любопытна. Звать-то тебя как?

Шаман побледнел.

– Тебе меня не одолеть! У меня есть это! – шаман подпрыгнул и потряс своими косичками.

– О чём ты вообще говоришь? – удивилась Нэин. – Ты что думаешь, мне помешают эти твои смешные висюльки? Ты уже совершил несколько непростительных ошибок. Первая и самая главная – впустил злобных Небесных Демонов в город и не озаботился средствами контроля над ними. Так что твой ответ и не играет особой роли. Я могу спокойно разорвать тебя на части, и мне ничего за это не будет. Что, молчишь? Хреновый ты колдун. А как наказывают хреновых колдунов, напомнить? А ещё, я сейчас впаду в ярость и пожру всех младенцев в городе. Или может начать пожирание с тебя? По частям и живьём? Ой, столько вариантов…

– Его зовут преподобный Ицхак, – сказал мужик с цепью.

Ицхак посмотрел на мужика с ненавистью.

– О, спасибо, – Нэин изобразила свою самую обаятельную улыбку, – вы так любезны. Что ж, давайте теперь поговорим про наш демонический культ. Начать поклоняться нам просто, для начала мне бы хотелось…

– Да будьте вы прокляты! – взвизгнул преподобный, и его косички встали торчком. – Я уничтожу вас своей магией!

Интересно, как он это делает? Я тоже так хочу. Косичек у меня, правда, нет, но если наловчиться так вытворять с волосами… Шефа пугать.

Ицхак запрыгнул на телегу и что-то забормотал. Я с сомнением вгляделся в его лицо. Спятил он что ли, бедолага? Не, не спятил. На вытянутой руке преподобного появился ярко-жёлтый огненный шар, размером с мяч.

Ясненько. Пирокинетик. А чему я, собственно, удивляюсь? Он же человек, и неважно, на какой планете он живёт, дар проявляется даже у самых нецивилизованных дикарей.

– Получи! – взвыл преподобный Ицхак, и запустил в нас шаром.

Нда. Я ожидал большего. Мало того, что я мог этого недоумка несколько раз убить, пока он читал свои дурацкие заклинания, так и сам шарик-то того… слабоват. Летит медленно, наполнение энергией никакущее. Он, с таким навыком пирокинетики, у нас в Кампусе зачёт точно не сдал бы. Этот дядька весьма посредственный псионик.

А что если попробовать проделать фокус, который удаётся только довольно опытным и сильным псионикам? Магистр Йодин его как-то показывал. Я сосредоточился, и подхватил вяло летящий шарик огня в свои псионические сети. Ха, сработало! Не соврал этот Свечение, мой уровень навыка существенно вырос.

Вся толпа выпучилась на меня с суеверным ужасом, а на преподобного вообще было страшно смотреть.

– Как скучно, – произнёс я, вертя огненный шарик на кончике указательного пальца, – каждый раз одно и тоже. Колдуны-неумехи. Прикинь, в аду, для таких вот магов-недоучек, есть специальный уголок, и главный в нём – я. И знаешь, как я вымещаю на них свою адскую злобу? Нет, не горящие уголья в задний проход, не сковорода с кипящим маслом, что ты. Это не интересно, старомодно и скучно. Мы, демоны, народ прогрессивный. Таких долбоклюев как ты, я отдаю их нашему демону-затейнику, вон он стоит.

Я ткнул пальцем в сторону Локовского.

– А он, – продолжал я, – такой выдумщик. Его фантазия, смею тебя заверить, не знает границ. Так что ты, братец, уже попал.

И я сжал огненный шарик в кулаке. Раздался хлопок, и чужая псионическая энергия пополнила мои запасы. Занятное ощущение.

– Стража… – прохрипел бледный как мел шаман.

Я погрозил солдатам пальцем.

– Ребята, не надо глупостей, если не хотите отправиться в адские кущи вместе с преподобным.

Солдат эта идея совсем не вдохновила.

– Ты знаешь, – я вытянул руку, прищёлкнул пальцами, и несчастный Ицхак повис в воздухе. – Вообще-то я хотел решить всё миром, жертв у меня сейчас достаточно, а начал ты нас оскорблять, кидаться всякой дрянью, причём настолько неумело, что я просто поражаюсь твоей тупизне и самоуверенности. Что же мне теперь делать? Мой демонический кодекс обязывает меня устроить массовые убийства. Пожрать, что ли, всех людишек в городе, а само место спалить дотла? Или превратить в зомби? Нечасто со мной так невежливо обращаются.

Я сделал вид, что размышляю.

– А если мы его вам в жертву принесём, а? – с надеждой спросил мэр. – И ещё девственницу этому вашему…

– О, это уже другой разговор! – оживился Локовски.

– Отставить старлей! – рыкнул я. – Никаких девственниц!

– А образ отыграть? – уныло протянул наш демон.

– Мартина не одобрит! – все трое ответили мы.

– Да тьфу на вас! – обиделся Локовски, – Я ещё не женат, а из-за вас семейную жизнь начинаю люто ненавидеть!

– Ладно, – сказал я мэру, – кажется я знаю, что мне от вас нужно. Девственниц не надо, это пошло и старо. Обещаю, если поможете мне в одном деле, то есть никого не буду, и даже город оставлю в целости. Может и с варварами помогу. Итак… Фу, иди отсюда!

Преподобный начал источать неприятные запахи, и я лёгким движением отправил его в полёт в ближайшую телегу с сеном.

– Итак, – продолжил я, – сначала ответы на вопросы. Самый первый, звать-то вас как, уважаемый?

– Шимон я, – обречённо вздохнул мэр.

– Ага, понятно. Второй вопрос: а что это за косички у преподобного, к шляпе приделаны?

– Это спейсы, символизируют связь неба, разума и земли.

– Странное слово… – призадумался я. – Никогда не слышал.

– А вот здесь я могу помочь, – встряла Иса. – Это искажённый инглессе. На нём это слово означает «космос».

– Замечательно, – продолжил я. – Вопрос номер три. Я странствую по многим мирам, и за версту чую, что вы здесь – пришельцы. Расскажешь, как вы пришли в этот мир?

– Это вам как раз к преподобному, – Шимон посмотрел в сторону телеги, – а он в отключке. Он байки травил про Небесный Ковчег, про Звёздный Океан… Интересно было, да и многие верили. Вы его убили?

– Да вроде не должен бы… Иса?

– Один момент, капитан, просканирую. Нет, жив, даже не сломано ничего. Просто без сознания.

– Нда, незадача… Общаться с вонючкой неохота. Пусть поспит.

– Возьмите его книгу, – предложил мэр, – это описание Пути Штурвала. Там многое сказано, преподобный часто её читает.

– Замечательно! – повеселел я. – Давайте.

Шимон сделал знак рукой, и какой-то мальчишка приволок мне здоровенный том, обтянутый кожей. Ничего так, монументально. Всё же в диких культурах есть своя прелесть, вот книга так книга! Это вам не брошюрка-самоклейка. Такую и на полку не грех поставить, для красоты.

– Ну и последнее. Мне нужны шкуры животных. Ведь вы же делаете из чего-то свои шляпы? Замечательно. Тащите все. Ещё рога какие-нибудь, клыки. Трофеи настенные, вроде голов животных есть? Тоже тащите. Еще палок покрепче и попрямее. Думаю, всё.

Довольно скоро на площади появилась куча барахла.

– Ну и зачем тебе всё это? – Иса удивлённо ходила вокруг кучи, разглядывая шкуры. – Решил обновить интерьер «Искателя»? А что, неплохая мысль! Я сошью себе меховой купальник, и мы станем первыми варварами космоса! Будем грабить караваны.

– Неплохая мысль, дорогая! – я подмигнул ей. – Расстелем шкуры на полу и будем резвиться!

Иса покраснела. Ничего себе, она и так умеет? Десять лет вместе летаем, но такое вижу впервые.

– Ну не при всех же! Охальник! – и прошептала на ухо. – Вот останемся одни, тогда можно.

– Вообще-то я имел немного другие планы на все эти штуки… Дома расскажу. Локовски, упаковывай!

– Ага, как упаковывай так я, – ворчал наш штатный сексдемон, – а как жертву, так хрен. Вот вернёмся, подам жалобу владыке ада.

– Ты не бурчи, – хмыкнул я, – а работай. Тебе ещё на его дочери жениться. Так что я бы на твоём месте трижды подумал с жалобами.

Вся толпа слушала наши препирательства, развесив уши. Вот так вот и рождаются легенды.

Локовски ещё раз вздохнул, вытянул руку, дотронулся до браслета-упаковщика, и куча, замерцав, исчезла. Толпа издала ещё один изумлённый вздох.

– Ладно, мы отбываем, – я сделал народу ручкой, – пока! Включаем параджеты!

И мы все четверо, подняв клубы пыли, взмыли в воздух.

Шифровка Канцлеру от полковника Службы Имперской Безопасности Строганова Б.В.

«Незапланированная ситуация. Объект «Ключник» потерпел аварию далеко от места проведения операции. Судя по докладу его второго пилота, произошла внештатная инициация объекта при помощи неизвестной третьей силы. Информация, полученная от альтари, оказалась правдивой. В данный момент «Ключник» полностью исчез из «океана реальности», и просчитать его действия больше не представляется возможным. Как и сообщалось в «пророчестве» номер 37, его воздействие на «океан» кратно возросло. Тем не менее, ситуация укладывается в рамки текущего сценария. Продожить операцию?

Резолюция Канцлера:

«Операцию продолжить. О наблюдениях докладывать ежедневно».

Глава 3

Атака демонов поднебесья

Нэин возлежала на куче шкур.

– Нэин, – заметил я, – ты прямо как кошка. Только хвоста не хватает.

– Правда? – Нэин потянулась, и изобразила руками, как будто точит когти. – Так похоже?

Локовски захлебнулся слюной.

– Замечательно, – одобрил я. – Пластика у тебя просто потрясающая.

– Ладно, капитан, колись, что ты задумал, – Нэин уселась на кипе шкур, скрестив ноги. – Или Иса права, и ты решил заняться ролевыми играми, чтобы скоротать время? Чур демона-трахальщика не приглашать!

– Нэин, и почему ты такая злая? – взвыл наш альфа-самец. – Неужто я некрасив?

– Уж больно ты липкий, – скривилась Нэин. – Не люблю таких. Да и вообще, на вид так вылитый креподж.

– Ладно, ладно народ, – я успокаивающе помахал рукой, – не надо драться. Объясняю. Локовски, как бы ты справился с толпой в пять тысяч рыл?

– Чего тут думать? – хмыкнул он. – «Кедр» в зубы и перестрелять нафиг. Броню им точно не пробить, ни стрелами, ни мечами.

– Добегут, – возразил я. – сомнут, отберут автомат, скрутят верёвками, и закопают прямо в скафандре.

– Да ладно, – не поверил Локовски, – а если вчетвером, и дронов подключить?

– Вот, ты уже начинаешь мыслить правильно, дроны часть моего плана. Вот только массовую резню я устраивать не хочу, не мой стиль. Я вообще не люблю никого убивать.

– А приходилось? – прищурилась Нэин.

– Странный вопрос. Естественно, – пожал плечами я. – Я же всё-таки боевой пилот. Я сбивал пиратские корабли, бомбил их заводы, даже участвовал в нескольких планетарных операциях. В ченскую кампанию я отстреливал истребители сепаратистов. Локовски тоже там отметился, если не ошибаюсь.

– Было дело, – покивал он, – нас тогда прямо на орбите сбили. Весь передок у маршрутки в хлам, водилу в фарш, а мы прямо в космос высыпались.

– И как? – против воли заинтересовалась Нэин.

– А что как? – пожал плечами Локовски. – Всё просто. Мы же в скафандрах. Обычная десантная операция. Вошли в атмосферу, выпустили складные крылья, спланировали, а потом сели на параджетах. В общем, проветрились. Кстати, тогда хохма случилась. За день до операции наш сержант заработал себе значок «Мастер оператор 1 класса» за управление параджетом. Ну и расхвастался, поганец, что он теперь круче всех. Так мы над ним подшутили. Напихали ему в воздухозаборники теннисных мячиков, они как раз по размеру подходят. Армейские параджеты такие же, как и твои полувоенные, с двигателем Клайва. Он, конечно, не антиграв, и ему воздух нужен, но зато техноблокада нипочём. Вот значит, выпали мы в космос, сориентировались, на маневровых выровняли строй и вошли в атмосферу. Дальше-то приколы и начались. Мы аккуратно планируем, а у сержанта параджет не заводится. Чихает, кашляет, мячиками плюётся, и ни в какую. Мы-то уже далеко улетели, а этот завестись не может. Наконец, выплюнул параджет мячик и заработал, да только неправильно. Один воздухозаборник заклинило, и начал наш зануда выписывать фигуры высшего пилотажа, какие даже тебе, Дэйв, не снились. Вся эта воздушная клоунада естественно привлекла внимание ПРО. Как они по нему стрелять начали! Сержант орёт, такие матерные конструкции в эфир выдавал, я прям заслушался, чуть сам в штопор не свалился. В общем, палят по нему и ракетами, и лазерами, и кинетикой, а параджет то выключается, и сержант валится вниз километра на 3–4, то мячик выплюнет, включится, и давай снова фигуры нарезать. В общем, стреляют по нему, и всё мимо. Мы-то сели без проблем, вырезали всю охрану и операторов ПРО, так что обстрел сержанта прекратился. В конце концов, он выключил свой параджет нафиг, и сел на обычном парашюте, да так удачно, что попортил замаскированную антенну связи повстанцев.

– И что дальше? – Нэин слушала развесив уши.

– Да ничего. Сержанту за отвлечение внимания ПРО дали Пурпурную Звезду, и люлей за воздушное хулиганство, после чего заставили пересдавать тесты на управление параджетом. Эх он и злился на нас! Но ничего, потом отошёл.

Ясно. Локовски таки нащупал слабое место Нэин. Это байки. Ей явно нравится слушать всякие небылицы.

– В общем так, – продолжил я, – геноцид – не наш выбор. Ну, разве что совсем вариантов не останется. Несколько голов всё же придётся снести, командиров и главаря. Остальных напугаем, собственно, для этого и нужны шкуры. Будем маскировать дронов под демонов. Мохнатые, клыкастые, крылья состряпаем из деревяшек и проволоки, да ещё можно несколько голов животных прикрутить. Вон, полюбутесь на эти рожи.

Да, некоторые хари были весьма экзотического вида.

– Ясно, – покачала головой Нэин. – Гуманизм и человеколюбие в чистом виде. На самом деле, тебе просто нравится устраивать спектакль.

– Поздравляю! – я захлопал в ладоши. – Именно так. Лицедейство – это моя маленькая слабость, признаю. Столько народу смотрит на меня, я просто не могу не устроить представление. К тому же, кто первый начал играть в демонов?

– Поняла. Ладно, пошли наряжать наших артистов.

В дрон-ангаре уже вовсю трудилась Иса, орудуя сварочным аппаратом. Беспилотники стояли рядком, и мой второй пилот приваривала к ним проволочные каркасы. Я посмотрел на это дело и почесал в затылке. Про проволоку-то я совсем забыл. И накой хрен я потребовал от местных палки? Ладно, плевать. Пойдёт в переплавку, Иса разберёт на молекулы, а может потом костёр из них сложим. Я подошёл к ней вплотную и взял под локоток.

– Иса, есть вопрос.

– Какой, Дэйв?

– Слушай, ты можешь сделать инфразвуковой генератор? Я думаю прикрепить к дрону излучатель, настроим его на частоты паники и в нужный момент вдарим по толпе. Эффект должен быть замечательным.

Иса задумалась.

– А ведь это мысль, капитан. Думаю, смогу сделать. Дронам-ремонтникам без разницы что синтезировать, была бы программа.

– Сделаешь?

– Уже составляю. Думаю, через полчаса будет готово.

– Спасибо, Иса, ты просто прелесть.

Иса просияла.

– Слушай, ещё вопрос. Помнишь, когда мы вывалились за пределы гипертуннеля в непонятное нечто, ты ничего странного не почувствовала?

– Странного? Как бы тебе объяснить… – Иса уставилась на сварочник в своей руку, словно это была его вина. – Да, было дело. Не знаю, как лучше объяснить. Я словно очнулась. На меня накатила реальность, словно спала пелена с глаз. Странное чувство. Вроде как посмотрел в зеркало, и понять не можешь, ты ли это. Как-то я сумбурно выражаюсь.

– Да уж, – удивлённо ответил я. – Это совсем на тебя непохоже.

– И правда, – вздохнула Иса. – Я действительно на себя не похожа. После этого случая я стала лучше понимать эмоции. Нет, не так. Теперь я знаю, по-настоящему, что это такое. И ещё я поняла… – Иса снова покраснела.

– Иса, ты чего? – встревожился я

– Не важно, капитан, забудь. – Иса отвернулась. – Давай вернёмся к дронам.

Чудеса какие-то. И что же там с ней произошло? Ладно, разберёмся.

В ангаре наконец-то появились Локовски с Нэин, и работа началась. Через несколько часов все шесть дронов были похожи на меховые комки, с торчащими во все стороны крыльями, лапами и хвостами. Иса прикрутила каждому на морды несколько небольших прожекторов, замаскиравав их под глаза. Я отошел подальше и полюбовался на это безобразие. Ничего так, эпичненько. Глазки светятся, моргают, из многочисленных пастей свисают языки и торчат зубы. Из одного дрона Локовски пытался сделать нечто похожее на того самого четырёхрукого водилу, но вышло не очень, хотя варварам, надеюсь, понравится. Особенно голова на длинном хоботе.

– Итак, – я оглядел наши шедевры прикладного демоностроения, – думаю пойдёт. Иса, ты прикрутила генератор инфразвука?

– Так точно!

– Славно, – кивнул я. – Что там с лагерем наших подопытных?

– Дрон-разведчик под маскировкой висит прямо над ними. Наблюдается какое-то шевеление. Впрочем, может лучше пройдём в рубку? Я покажу всё на экране.

– Собственно, я тоже хотел это предложить. Пошли.

Мы переместились в рубку. Иса подошла к обзорному экрану и вывела на него карту месности.

– Вот, любуйтесь, – Иса взяла лазерную указку. – Это и есть ставка главнокомандования противника. Вот здесь, здесь и здесь сенсоры показывают большое количество металла. Судя по всему, в этих шатрах и держат награбленное.

– А может это оружейная? – возразил Локовски.

– Сомневаюсь, – парировала Иса. – Вот этот, самый крупный шатёр, является обиталищем их полководца, того самого Кругмана-Варвара. Сейчас выведу изображение на экран, полюбуйтесь.

На экране возник мужик лет сорока, весь в железе, со зверской рожей, огромным дрыном в руках и шлеме с крылышками, видать, чтобы лучше защищали.

– Вот это ножик у парня! – удивился Локовски. – Метра полтора, а лезвие шириной с лопату. Как он им ворочает?

Я презрительно фыркнул.

– Дурацкая штука. Тяжёлый, махать таким неудобно, быстро устанешь. Ну, если зацепит, то да, мало не покажется. Впрочем, нашу броню он всё равно не пробьёт, так что бояться нечего. Думаю, это скорее символ власти, чем боевое оружие. Чем круче чувак, тем больше дрын.

– Подозреваешь, что у парня скрытый комплекс неполноценности? – хмыкнула Нэин.

– Да легко. Настоящий меч должен быть лёгким, удобным и резать всё. Вот, смотрите.

Я подошёл к оружейному шкафу и достал нечто похожее на рукоять меча. Иса закатила глаза.

– Опять ты своей любимой игрушкой хвастаешься. Не стыдно?

– Не-а. Вуаля!

Над рукоятью завибрировал тонкий серебристый клинок, метровой длины.

– Ого! – у Нэин загорелись глаза. – Силовое лезвие! Недешёвая штука.

– Точно, этот экземпляр влетел мне в копеечку. В сущности, это обычные защитные поля, когерентно наложенные…

– Дэйв, я знаю, как это работает. Я же коммандос.

– Прости, прости, – повинился я. – Иногда меня заносит.

– Ну как, наигрались? Можно продолжать? – Иса изображала из себя воплощённую сердитость. – Или заканчиваем брифинг?

– Иса, милая, – я поцеловал её руку, – не сердись. Мы все внимаем твоим мудрым речам.

– Гад же ты Дэйв, – вздохнула Иса. – Испортил мне гневную сцену. А теперь я даже сердиться не могу. Ладно, уж, смотрите дальше.

Изображение на экране развернулось, и на панораму лагеря наложились цветные отметки.

– Вот здесь и здесь стоят катапульты, их прекрасно видно. Всего шесть штук, я помечу их красным. Эти телеги – хранилища снарядов. Надо сказать, наши варвары не такие уж и варвары. Стреляют они не камнями, как можно было бы предположить, а какими-то самодельными бомбами. Не знаю, что там внутри, но сенсоры показывают наличие взрывчатки. Подозреваю, именно этим они и разрушают стены. Вот здесь лагерь конников, хотя эти штуки, но которых катаются туземцы, сложно назвать лошадьми. Вот тут – пехота. Обычные копейщики и мечники. Ничего интересного. Лучники тоже имеются, но не очень много. Подозреваю, что стрелы у варваров не в чести. Видимо «настоящий мужчина должен смотреть смерти в глаза», или ещё какая-нибудь глупость в этом роде. Собственно, больше ничего интересного нет. Ах да, общая численность врагов – 4282 человека.

– Ну что, – сказал я. – Лично мне план видится именно таким: Локовски и Нэин пробираются в лагерь, пока все уйдут на войну со мной, и тырят добычу. Если останется охрана, а несколько человек они должны оставить, вы с ней разберётесь без проблем. Иса забирается на крышу «Искателя» со снайперкой, будет прикрывать. Я же, как демон-лорд, выхожу на битву один, против всей армии. Ну и как вам такой сценарий?

– А чего только ты? – запротестовал Локовски. – Я тоже хочу.

– Там насиловать некого, – съязвила Нэин,– одни мужики будут. Или тебе всё равно?

– Какая же ты злая и испорченная девочка, – грустно сказал Локовски. – Я к тебе со всей душой, а ты… Эх, ладно. Лагерь так лагерь.

– Ну-ну, не раскисай, – повернулась к нему Нэин. – Тебе же со мной вместе на задание идти. Радоваться должен.

– Толку то? Только до тебя пальчиком дотронешься, ты как зыркнешь! Хоть стой хоть падай.

– Пальчиком? Это называется пальчиком? Твои шаловливые ладошки заползли на внутреннюю сторону моего бедра.

– Нэин, да ты что! – Локовски выпучил глаза. – Когда это могло случиться? Может тебе эротические сны с моим участием снятся?

Я постучал ладонью по подлокотнику кресла.

– Ну вы ещё подеритесь, горячие лэйвские парни. Пойдёмте лучше перекусим что-нибудь, я зверски проголодался. И что-нибудь выпьем.

Идея нашла поддержку в массах, и мы направились в столовую.

– Вот мне интересно, – поинтересовалась Нэин, когда Локовски разливал очередной бокал. – Люди всегда так много пьют перед заданием?

– Видишь ли Нэин, – ответил я, дожевав котлету. – В данном случае это совмещение приятного с полезным. У меня внутри имплантировано масса полезных устройств, мускульные усилители, тот же нейроинтерфейс, улучшенная система регенерации и защиты. Да много чего. И всё это хозяйство требует электрической энергии, а она берётся из сахара в крови, или алкоголя. Есть, конечно, полисахаридные батареи, но их заряд тоже надо поддерживать. Так что мы не бухаем, а подзаряжаемся.

– Так ты что, капитан, киборг? – удивилась Нэин.

– Нет. Киборгом является лицо, чьи технологические усовершенствования составляют больше 50%. У меня же их 37%. Так что официально я обычный человек.

– Ты не перестаёшь меня удивлять, капитан.

– И чего тут удивительного? Только не говори мне, что в Республике Альтари не делают киберулучшений.

– Делают, конечно, только не в таких масштабах. К тому же у нас это не принято афишировать.

– Вот лично мне – нравится! – с вызовом сказала Иса, и как-бы невзначай прижалась к моему плечу левой грудью, – Имея киберулучшения, он сможет лучше понимать нас, андроидов.

Исины манёвры не укрылись от глаз Нэин, и так удивлённо подняла правую бровь. Иса чуть вздёрнула подбородок и ответила гордым взглядом. Нэин пожала плечами и занялась едой. Один-ноль в пользу Исы.

Локовски созерцал всё это, подперев ладонью щёку.

– Ой, ну вы прямо парочка, даже смотреть приятно. Пилот и его корабль… Поженить бы вас..

– А ты что, против, робофоб несчастный? – возмутилась Иса.

– Я? Да мне пофигу. Делайте что хотите.

В общем, ужин прошёл в тёплой дружеской атмосфере.

На следующее утро всех разбудил сигнал тревоги.

–Подъём! – звенел голос Исы. – Колонна противника выдвигается к городу. Собираемся!

Ага, началось. Пулей вылетев из кровати, я совершенно на автопилоте умылся и надел броню. С народом столкнулся уже у шлюза.

– Ну что, в бой?

– Ага, – осклабился Локовски, – приступаем. Иса уже на крыше. Говорит, городские тоже на стенах. Хотя это не стены, а одно название.

– Не важно. Главное, зрители на месте. Плох спектакль, если зал пуст. Понеслась!

Итак, утро, на траве капельки росы, свет восходящего солнца отражается от щитов и шлемов наступающей армии, со стен осаждаемого города смотрят испуганные лица, и лишь я один, последний герой, стою между Силами Зла и Несчастными Жертвами. Как трогательно… Впрочем, стоп, я же нынче демон. Так это что у нас получается, вон то немытое воинство – Силы Добра? Не, что-то не похоже, одни рожи чего стоят. Я хмыкнул и сплюнул под ноги.

Колонна, увидев меня остановилась. Правильно, стоит тут какой-то непонятный хмырь, удирать не собирается, даже не выражает признаков беспокойства. Ясно дело, что-то здесь не чисто. Интересно, попробуют договориться или сразу нападут?

Нет, видимо решили сначала поговорить. От толпы отделился один из мускулистых жлобов верхом на мохнатой штуке. Интересно он ей управляет, держа за изогнутые рога. Довольно оригинально. Ни седла тебе, ни стремян. Варвары. Что ж, начнём переговоры. Иса должна была транслировать картинку и звук городским, пусть проникаются моим тёмным могуществом. Нда, похоже я таки вжился в образ.

Парламентёр остановился метрах в трёх от меня, оглядел презрительно (ну да, у меня же нет такой мышечной массы как у него) и изрёк:

– Ты кто такой, что стоишь на пути Великого Войска Кругмана-Варвара? Или ты решил таким странным способом покончить с жизнью? А может ты из городских, и пришёл молить о пощаде? Не интересно. Ребята стосковались по хорошей битве. А ну отвечай живо, пока я не снёс тебе башку!

Вот нахал. Я зевнул и ответил.

– Чего шумишь, смертный? Не видишь, кто перед тобой? Нет? Тупой, значит. Для придурков объясняю: я – Злобный Демон из межзвёздной пустоты. Меня сюда вызвали местные, достали вы их шибко, вместе со своим безмозглым варварским царьком. И вообще, слазь давай со своей штуковины, мне неудобно разговаривать, подняв голову.

Мужик явно не ожидал от меня подобной наглости. Несколько секунд он переваривал полученную информацию, пока наконец до него не дошло, что его явно оскорбили.

– Ах ты…! – взревел он и замахнулся своим ножиком.

Двуручный дрын врезался в пустоту и застрял в воздухе. Так, наверное, показалось всем, кто меня сейчас видел. На самом деле я плотно ухватил железяку псионическими «векторами», эдаким невидимым аналогом дополнительных рук. Варвар выпучил глаза и попытался выдрать меч из моих цепких псионных лап. Хрен там.

Я про себя даже немного удивился. В Академии этот трюк мне удавался, но приходилось довольно сильно напрягаться, удерживая «вектора». Сейчас же всё было просто и естественно, словно поднять двумя пальцами карандах со стола.

Бросив бесплодные попытки отвоевать свою железяку, парламентёр спрыгнул со своей рогатой хреновины и кинулся на меня в рукопашку. Наивный варварский юноша.

Мускульные усилители – активировать. Ускорение реакции – 30 процентов. Общее усиление тоже на треть, больше не надо, для танцев с этими увальнями хватит и этого.

«Расходование энергии увеличено, – доложила моя встроенная медицинская система, – общее время работы организма в текущем режиме – один час, тринадцать минут».

Гораздо раньше управлюсь.

Мужик поймал своими ручищами пустоту. Я ушёл в сторону, выписал деревенщине хорошего пинка, и подкинув телекинетическим ударов в воздух, зашвырнул болезного в строй вражин. Пролетев со свистом по пологой дуге, неудачник врезался в толпу, повалив изрядную кучу народу. Страйк!

– Ну, – рыкнул я на всё поле (дроны над моей головой хоть и под маскировкой, но голос усиливали исправно), – и где же ваши непобедимые воины? Бабьё, ряженое мужиками! Драться не умеют, увальни тупые. Даже летают плохо. А подать мне сюда вашего Круглого Варвара! От уж я его разделаю, как Бог креподж! Сегодня же я заберу его смрадную душонку в ад, буду полоскать в майонезе, а потом сделаю своей маленькой сучкой! Выходи, подлый трус!

Такого оскорбления Кругман, конечно же, снести не мог. Взревев что-то злобно-матерное, предводитель всего разбойного войска выудил свой дрын (эх, велик, зараза!) и понёсся на меня, подгоняя свою мохнатую недолошадь. Ну уж нет, бегать по полю от ездового животного – моветон для любого уважающего себя демона.

«Иса, – попросил я, – избавься от лошадки».

«Выполняю», – пришёл ответ.

Я поднял вверх руку и резко опустил вниз. Мохнатая тварь споткнулась на полном ходу (пуля от снайперки валит наповал гораздо более мощную цель), и Кругман-Варвар, вылетев из седла, проехался по траве, уткнувшись башкой прямо в ботинки моего боевого костма.

– Ну вот, – разочарованно произнёс я, – ещё даже не начали бой, а ты мне уже ботинки целуешь. Не стыдно? Сдаваться, что ли, пришёл?

Кругман-варвар медленно поднялся с земли, опираясь на свой меч-переросток. Картина маслом: шкаф два на два метра, груда мышц, сверкающая кольчуга, тот самый крылатый шлем (явно краденый, он был ему маловат), морда перекошенная гневом, налитые кровью глазки, и шрам через всю, довольно туповатую, морду. Просто классический типаж фэнтезийного варвара. Ему бы в телесериалы… Но увы, не суждено.

– Я тебя… – процедил сквозь зубы Кругман, – на куски… а башку на пику насажу…

Пффф. Как неоригинально. Никакого чувства прекрасного.

– К барьеру, сударь мой, – презрительно, через губу произнёс я, активируя силовое лезвие. – К барьеру.

Поганец засопел, и замахнувшись своим куском железа, нанёс мне страшный удар на 2d16 очков. Шучу. Он в меня не попал. Я, как юркий лёгкий крейсер, крутящийся вокруг неповоротливого линкора, уворачивался от однообразных тупых ударов, щекоча гиганта-варвара силовым лезвием, и отрезая от стального доспеха по кусочку.

Вертелись мы так минут десять. От брони Кругмана остались одни ошмётки, болтающиеся на кожаных шнурках, а сам варвар устало сопел, но не сдавался. Я уже было решил завершить страдания местного криминалитета одним красивым ударом, но варвар, собрав последние силы, обрушил на меня сокрушающий удар.

Меч завис в воздухе над моей ладонью, пойманный в силки псионического поля. Со стороны, наверное, казалось, что я перехватил его двумя пальцами, а варвар, напрягая мускулы, пытается его вырвать из моих цепких когтей.

Я же играю роль демона. Где вы видели демона без когтей?

Щелчок пальцами, плюс псионный пинок, и мой оппонент отлетел в сторону, метров на пять. Дрын воткнулся в землю, выворотив изрядный комок дёрна. Я подошёл к лежащей фигуре и от души пнул его промежду ног. Опа, что это так звякнуло? Ах, бронегульфик, а я уж было подумал…

- Рождённый ползать, летать не может! – патетически изрёк я. – А ты, я гляжу, только ползать и умеешь.

«Не стыдно тебе, - укоризненно произнесла Иса, – играешь как кошка с мышью. Хватит уже маленьких обижать, сруби ему голову и дело с концом».

Маленьких? Это маленький?! Ну да, младенчик.

Кругман встал на корячки, потряс головой, и встал на ноги, тяжело опираясь на меч. Испепелив меня полным ненависти взглядом, изрёк:

– Ну всё. Теперь я тебя…

Я хмыкнул.

-Сдавайся уж, что ли? Тогда я, наверное, тебя пощажу. Буду держать на цепи вместо пёсика. Строгий ошейник, цепь, латексный костюм… Кругляша, тебе нравятся ролевые игры?

Что это за игры такие, Кругляша не знал, но понял, что над ним издеваются. В очередной раз он поднял ножик и бросился в атаку.

- Он завыл, - процитировал я невесть откуда всплывшие в памяти стихи. – Рванулся из последних сил, и снова бросился на грудь. Всё, надоел. Умри, ничтожество!

Я, безо всяких изысков, просто взлетел в воздух и перерубил занесённый меч пополам, попутно отделив голову Кругмана-варвара от тела. Фу, сколько кровищи.

Немая сцена. Тишина повисла над полем, видно, в произошедшее отказывались поверить и в городе, и в стане наступающего войска. Ну что, ребятишки, игра окончена.

Ага, щазз. Всё войско дружно взвыв, ломанулось на меня. Ну как же, праведная месть и всё такое. Хорошо, давайте ещё поиграем.

Я выставил перед собой псионный щит. Посмотрим, улучшилось ли моё мастерство, после вмешательства Свечения. В воздухе затрещали синие искры, и изображение несущихся на меня диких рож исказилось, словно я смотрел через кривое стекло. Щит вспыхнул накрыв меня куполом, видимым даже невооружённым взглядом.

Фигасе, вот это мощь. В Академии моей защиты хватало разве что несколько раз отбить летящие в меня мячи, а тут…

Тут вся толпа врезалась в купол, образовав кучу-малу. Раздались вопли, кого-то затоптали, кого-то настигли разряды пси-энергии, излучаемые щитом. Особо умные прыгали вокруг, пытаясь достать меня мечами. Получалось плохо, разряды били через железяки по пальцам, и дурни с воплями роняли свои железки, оглашая окрестности довольно таки занятными матерными конструкциями.

Интересно, а когда они додумаются обстрелять меня из луков?

Догадались. Толпа откатила назад, оставив убитых и раненых около моих ног, и в бой единой шеренгой вступили лучники. Стрелы на тетивах, морды сосредоточенные, целятся, сейчас выстрелят.

Я зевнул, почесал щёку, и добавил ещё энергии щиту.

Не, зря я ерничаю. Народ реально профи, вон как лупят, стрела за стрелой. Приличная скорострельность, на мой непрофессиональный взгляд. Эдак они за пару минут весь боезапас изведут, придётся за новым бежать. Или нет? Точно, поняли тщетность усилий отступают.

Стрелы, подлетая к щиту, ломались в воздухе, вспыхивали синим пламенем и падали на землю горящими обломками. Во все стороны летели горящие щепки, и оплавленные куски металла, пахло палёными перьями и горящим деревом. Красота.

- Эй, орлы! - крикнул я. - Катапульты будете выкатывать, или как?

Выкатили. И даже дали залп. Огненные снаряды плавно изменили траекторию, и описав пару кругов почёта вокруг моей скромной персоны, вернулись назад, угодив прямо в склад боеприпасов. Рвануло, что естественно, катапульты загорелись, а толпа, угодившая под раздачу, с воплями начала разбегаться. Я поднялся вверх над полем брани и голосом Главного Злодея произнёс:

– Драпать решили? Ну уж нет. Ибо сегодня день великой жатвы, тысячи неправедных душ войдут в мои адские чертоги для вечных страданий! Кто тут у нас плохие мальчики и маму не слушались? Прекратить разбегаться! Стойте смирно, я вас уничтожу! А, чтоб вас. Явитесь же сюда слуги мои верные, миньоны адские, младшие демоны! Пусть и вам будет услада великая, пир кровавый! И больше, больше хаоса и жертв! Му-ха-ха-ха!

– «Иса, выпускай дронов», - по нейросвязи произнёс я.

– «Да уж поняла, сейчас будут», - пришёл ответ.

Из дрон-ангара выпорхнули все шесть мохнатиков и повисли за моей спиной. Особенно отличался недоделок, над которым колдовал Локовски. Видать он плохо закрепил хобот, и теперь тот вместе с пятиглазой головой местного монстра раскачивался прямо над толпой. Казалось, голова с любопытством наблюдает за происходящим внизу.

– И да настанет ад на земле! - разразился адским хохотом я.

Дронам даже стрелять не пришлось. После того, как включились генераторы инфразвука, внизу и вправду начался ад. Горели катапульты, горели повозки с боеприпасами, взрываясь и раскидывая бомбы. Толпа в приступе ужаса хаотически металась, кто-то орал, пуская пену изо рта, кто-то катался по земле, кто-то в приступе безумия рубил мечом направо и налево. Войско таяло на глазах, и минут через десять всё было кончено. Часть бандитов, конечно, сумела удрать, но большинство осталось на поле, уже не представляя никакой опасности. Я развернулся в воздухе и посмотрел на город. Что ж, пора засвидетельствовать почтение нашим друзьям из Вольного Штурвала.

На крепостной стене стояло, наверное, всё городское население. Лица у них были ошарашенные, и довольно мрачные. Мэр Шимон, держал за шкирку преподобного Ицхака, и что-то шипел ему на ухо, периодически встряхивая.

– Смотри, придурок, – разобрал я, подлетев поближе, – на кого ты наехал. Что нам теперь делать, если он за нас примется, а?

Ицхак понуро болтался в руках мэра, даже не думая возражать. Я завис в воздухе и помахал жителям ручкой.

– Всем привет!

– И вам того же, ваше демонейшество. Спасибо вам за заботу, без вас нам бы не справиться. Если вам что надо будет, обращайтесь, поможем чем сможем.

Я задумчиво почесал кончик носа.

– Ну, вообще-то моя жажда крови удовлетворена, но спасибо за предложение, если мне понадобятся новые жертвы, я непременно обращусь к вам.

Мэр побледнел.

– А этого, – он потряс в воздухе Ицхаком. – забирать будете?

Преподобный закатил глаза и безвольно повис. Не помер он часом? Не, просто обморок.

– Да зачем он мне? – удивился я. – Оставьте этого слизняка себе. У меня есть душонка Кругмана-варвара, сегодня я буду забавляться с ней. Ладно, мне пора, не терпится учинить какое-нибудь безобразие с моими рабами. Пока!

«Дэйв, Локовски и Нэин возвращаются, давай на базу» - доложила Иса.

«Уже лечу, дорогая!»

И полетел, провожаемый испуганными взглядами.

В ремонтном отсеке лежала приличная куча золотых монет, тарелок, вилок и прочей дребедени. Видать, варвары тащили вообще всё, что было жёлтого цвета.

– Интересно, – почесал в затылке Локовски, – а сколько всё это стоит в кредах?

Я прикинул стоимость.

– Да не так уж и много. Где используется золото? В основном, в ювелирке, частично в микроэлектронике, кристаллургии… Цены не очень велики, этого добра можно синтезировать много. Тут примерно на 30–40 тысяч кредов. Хотя, если загнать на аукционе как варварские поделки, можно выручить и полмиллиона.

– Не, ну это нормальные деньги, – возразил Локовски.

– Кому как, – пожал плечами я, – полмиллиона это награда за неспешное задание уровня примерно третьего. Мне на полдня работы. Не особо интересно.

– В пилоты податься, что ли?

– Да какой из тебя пилот. Внутри империи много не заработать, здесь рулят большие компании. Перебиваться фрахтом… Не знаю. Нудно и не интересно. В общем, много не выручишь, а обслуживание корабля – удовольствие не дешёвое. В нулях же ты и суток не проживёшь, там полный беспредел. В общем, оставь надежду.

– Да не, это я так к слову.

– Ну как, насмотрелись? – прервала нас Иса. – Забираю несметные сокровища?

– Ага, действуй.

К куче подкатились два ремонтных дрона и начали в ней ковыряться, периодически позвякивая и пованивая озоном.

– Ладно, пошли отсюда, – предложил Локовски. – Расскажем, как дело было на задании, заодно и выпьем что-нибудь.

Сколько же он с собой бухла приволок? В запакованном виде держит, что ли?

– Ну что, докладываю, – начал Локовски, когда мы переместились в рубку. – В общем, всё работу сделала Нэин. Я там торчал как какой-нибудь статист. Даже обидно. Итак, приблизились мы к лагерю в надежде встретить сопротивление, но хрен там. Из охраны было только десяток головорезов, сидели, пьянствовали. Винище мы потом конфисковали, недурственное весьма, но я уже забегаю вперёд.

Ах вот где он выпивкой затарился! У него прямо нюх на спиртное.

– Я, значит, готовлюсь открыть огонь, - продолжал Локовски, – но наша подруга делает мне ручкой: «погодь мол», а сама шасть вперёд. Я даже почесаться не успел, как она ногой с разворота ударила первого мужика по башке, да так, что та в кусты улетела. Прикиньте?

– Не было такого, – фыркнула Нэин, – да и невозможно это. Просто у меня в ботинке выкидное монолезвие припрятано. Даже опытный противник часто попадается в эту ловушку. Видит, что удар проходит мимо и не пытается уклониться, тут-то я его и достаю. Очень удобно.

– Да? – недоверчиво прищурился Локовски. – Вот оно как? Ясненько. Значит, я теперь буду осторожнее. Сколько у тебя полезных штук понапрятано, просто ужас, да ещё и в разных интересных местах. А вдруг у тебя трусы заминированы? Иса, ты можешь какой-нибудь миноискатель скастрюлить, мне надо.

– А какое тебе дело до моих трусов? – рыкнула Нэин.

– Э-э-э… Продолжаю. Хотя наша синекожая подруга первого гопника очень качественно приложила, остальные попались не робкого десятка, тут же повскакивали с мест с оружием наперевес. У кого ножик, у кого палица, а один даже с кистенём. И что вы думаете? Наша прыткая подруга выудила нож с вилкой! Откуда, кстати, так и не понял.

– Не вилку, а боевой трезубец, – холодно поправила Нэин.

– Вот я и говорю, нож с вилкой. И начала танец. Ножкой раз – вилкой в глаз. Кстати, мне совершенно непонятно, как ты с такой грудью ухитряешься так плавно двигаться? Центр масс должен смещаться при ударе. А, понял. Твоя попа уравновешивает. То-то ты её так в бою отклячивала, ясно.

– Локовски, – прорычала Нэин, – ты закапываешь себя всё глубже и глубже.

– В общем, – как ни в чём ни бывало продолжал Локовски, – я даже пострелять не успел. Пара минут – и всё, все спят вечным сном. Такой кордебалет – просто загляденье. Жаль только, что на ней боевой костюм был, он конечно облегающий, но всё равно, не то. Вот если бы маечка обтягивающая, да юбочка покороче… Эх…

Локовского от неминуемой расправы спасла Иса.

– Народ, кажется к нам гости.

– Кто там? – удивился я. – Нешто варвары пришли за своим добром?

– Нет, это из города. Помните ребёнка, что нам книгу принёс? Так это она.

Она? А я думал это парень. Впрочем, не приглядывался.

– Она одна там?

– Да, стоит у главного шлюза.

– Ладно, запускай. Только закрой лишние двери, чтобы она не забрела, куда не надо.

– Выполняю.

Через пару минут в двери показалась фигурка нашей знакомой. Смелый ребёнок, раз пришла в логово демонов.

– Заходи, заходи, – приветливо помахал рукой я, – мы не такие уж и злые, как могло бы показаться.

– Дяденьки демоны, отдайте, пожалуйста, книгу, – тихо попросила наша гостья.

– Для начала проходи, не стой в дверях. Садись на свободное кресло. Звать-то тебя как?

– Сэра я. А ваш… ночной демон… он... не?

Локовски возвёл очи горе.

– Девочка, я детей не обижаю. Меня интересуют только взрослые женщины.

– А я уже взрослая! Мне четырнадцать! – пискнула Сэра и тут же зажала себе рот руками.

Локовски лишь вздохнул и помахал рукой.

– Не бойся, – улыбнулся я, – мы будем держать его на коротком поводке. Иса, а где книга?,

– Сейчас принесу, - кивнула Иса и удалилась.

– Отлично. Сэра, а что там такого особенного в этой книге?

– Вы не понимаете. Это откровение первого преподобного, его имя даже не сохранилось в истории, насколько давно это было. Про Небесный Ковчег и Капитана.

Интересно, интересно.

– Расскажи поподробнее. Ты же ведь знакома с содержанием?

– Да. Преподобный Ицхак учит меня. Он сказал, что у меня тоже есть Дар Магии, поэтому я когда-нибудь сменю его.

О, наша девочка тоже псионик?

– И что ты умеешь? – заинтересованно спросил я.

– Огненные шары запускать у меня не получается… Зато я могу двигать предметы!

Я поставил на стол пластиковый стаканчик.

– Попробуй его сдвинуть.

Сэра кивнула, и начала что-то шептать.

– Что ты там бормочешь?

– Заклинание конечно! – удивлённо воззрилась на меня девочка. – А как же иначе?

Сколько предрассудков…

– Забудь про заклинания и прочую чушь. Просто вспомни, что ты чувствовала, когда двигала предметы. Вспомни и сделай. Давай, давай, - повелительно махнул рукой я.

Сэра ещё раз кивнула и закрыла глаза. Немного нахмурившись, она вытянула руку вперёд, и стаканчик плавно прилетел прямо в протянутую ладонь.

– Вот видишь, так гораздо проще.

– И правда… Дяденька демон, а вы меня ещё чему-нибудь научите?

– А не страшно учиться у демона?

– Нет. Знаете, – вдруг выпалила Сэра, – я не верю, что вы демоны!

Ну надо же, хоть кто-то адекватный на этой планете.

– Ты полностью права, мы действительно самые обычные…

– Небожители, – уверенно заключила Сэра.

Тьфу.

– Девочка, ты совсем не логична. Вот этот – я ткнул пальцем в Локовского, – совсем не тянет на ангела.

– Да, замечательно, – пробурчал Локовски, – валите всё на меня. Я кругом виноват, я мировое зло…

– Мы самые обычные люди, – терпеливо продолжил я. – И скоро таких как мы здесь будет очень много. Ваша планета – это потерянная колония. Империя пошлёт сюда экспедиционный флот, и я не удивлюсь, если ваш город станет новой столицей этого мира. Кстати, варварам ещё повезло, что за них взялся я, имперские экспедиционные силы не церемонятся с бандитствующими элементами. Просто уничтожают нафиг, чтобы не мешались. Так что если остатки непобедимой армии Кругмана–варвара будут тихо сидеть по углам, у них есть шанс со временем влиться в культурное общество.

Нэин с интересом слушала.

– Значит будет реколонизация? – спросила она, – А как же местные?

– Местные? – удивился я. – А что местные? С ними будут работать ксенопсихологи, население ассимилируется, местный культурный уровень будет поднят со временем до имперского. Лет через сто ты не узнаешь эту планету. Новое поколение детей будет обучаться в современных школах и станет полноценными имперцами.

– Ну а местные традиции? Религия?

– Традиции? Мохнатые шляпы? Да пожалуйста, никто не запрещает. Местный этнографический колорит, туристам понравится. А что касается религии – у нас свобода совести. Хотя я бы поурезал эти свободы слегка, а то развелось всяких сект…

– О! Кстати на счёт сект, – оживился Локовски. – Была такая история… Значит, родился и вырос я на Реортэ, точнее, на орбитальной станции у этой самой Реортэ. Ещё на старом «Кориолисе». В молодости я был наиполнейший хулиган…

– Не сомневаюсь! – фыркнула Нэин, – Ты и сейчас не лучше.

– Обижаете, моя дорогая мадам, сейчас я приличный владелец кабака. Ну вот, значит, мы с компанией таких же поганцев, обожали валять дурака и пить пиво. А в сортир повадились бегать в забегаловку местных сектантов, знаете, наверное, у них золотая буква «W» над входом. Вспомнил, Wacky Donald называется, у них ещё фигура пластикового Подлого Клоуна на входе.

– Знаю таких, – подтвердил я, – сектанты те ещё. Они поклоняются Небесному Серверу DNS, на котором якобы есть все имена существующих в космосе тварей, даже имя самого Творца. В подробности не вдавался, так что большего не знаю. Кстати, а зачем им клоун?

– Не знаю, вроде как место держит и собирает негативную энергию. Не перебивай. Как я уже говорил, сортир у них был хороший и бесплатный, что весьма ценно. Всё бы ничего, но местный старший менеджер просёк, что не клиенты явно бегают, и сортир закрыл. Мы, естественно, очень обиделись и клоуна похитили, а потом ежедневно присылали ему по отрезанному клоунскому пальцу, с требованием открыть сортир для общего доступа.

– И как?

– Манагер, подлец, упёрся рогом. Мы уже прицеливались к пальцам на ногах, но тут внезапно прибыла проверка из центрального сектантского офиса. Забегаловку закрыли, я же говорил, что им без клоуна нельзя, а мы остались без туалета.

– Ну и какая же мораль? – спросила Иса, показавшись в дверях.

– И от сектантов есть польза, если надо срочно отлить! – гордо изрёк Локовски.

– Ой, книга! – вскрикнула Сэра.

– Погоди, – мягко осадил её я, – сначала вопросы. А после я тебе эту книгу отдам. Итак, что там про ковчег?

– Когда-то давно, мы плыли по Небесному Океану на огромном Ковчеге. Откуда, этого не знал даже Капитан, вроде бы как случилась какая-то беда, и мы единственные, кто сумел спастись.

Ну, положим не единственные. А вот про беду уже интереснее, научникам Империи будет чем заняться.

– В книге, в основном, описаны ритуалы на разные случаи жизни, моления, наставления Капитана… Например: «…и помни, сын мой, спейсы твои – суть жизнь твоя, ибо только по ним течёт сила жизни, без них смерть неминучая ждёт тебя в пустоте Звёздного Океана…» Так что это всё очень важно.

– Вот оно что! – прищёлкнула пальцами Иса, – Наконец-то поняла. Я же всю книгу прочитала, пока сюда несла. Эти ваши «спейсы» когда-то были трубками, соединяющими шлем скафандра с кислородными баллонами. Как, однако, переврали инструкцию по технике безопасности, это ещё постараться надо.

Мда. Судя по всему, книга бесполезна. И где теперь искать место посадки?

– Ладно, забирай свою книгу, – вздохнул я. – Всё равно там нет ничего для меня интересного. Место, где упал ваш Ковчег, ты конечно не знаешь…

– Почему это? Как раз знаю! – возразила Сэра, – Я там даже была и видела его своими глазами. Преподобный водил меня туда, это была часть Посвящения. Ковчег далеко отсюда, в двух месяцах пути от Вольного Штурвала, у горы Рара Ат. Он огромный!

– Так, – я подался вперёд. – А карту нарисовать можешь?

– Я не умею рисовать…

Итак, спустя два часа мы таки установили примерное местоположение обломков корабля поколений. Прямо как охота за сокровищами, честное слово. Вот только в результате мы эти сокровища переплавим на запчасти… Имперские археологи будут в ярости. Впрочем, если мы позаимствуем часть обшивки корабля, особо не убудет, правда?

– Ну всё, Сэра, спасибо за сотрудничество.

– Я пошла?

– Да. Впрочем, погоди немного. Ты хочешь увидеть звёздные города и другие миры?

– Конечно! – глаза у Сэры загорелись, – А я смогу?

– Думаю да. Вот, держи, – я протянул ей кусочек пластика. – Это моя визитная карточка. Скоро здесь будут имперские специалисты, передай им карточку и скажи: «Я хочу пройти пси-тестирование. Капитан Стэллар сказал, что у меня есть Дар». Поняла?

– Поняла. Так вы что, тоже Капитан?

– Ну да, капитан этого корабля. Ладно, беги, мы тоже скоро отсюда улетаем.

– Хорошо, до свидания дяденьки де… Капитаны!

И уже у самого выхода, думая, что я не слышу, пробурчала себе под нос: «А говорил, что не небожитель. И зачем было врать?»

М-да, имперским психологам предстоит много поработать.

– Иса, как там дела с цепью антиграва? – поинтересовался я. – Меня начала доставать это планета. К тому же, мы ещё даже не приступали к заданию. Шеф будет в ярости.

– Почти готово, – ответила Иса. – Тестирую. Сейчас вернётся дрон-разведчик, он обнаружил место аварии, так что домчу с ветерком, за полчаса.

Корпус «Искателя» вздрогнул, и мы начали медленно подниматься в воздух.

– Антиграв работает как часы, – докладывала Иса, – давайте по местам, я сейчас увеличу мощность и рванём грабить археологические ценности. Мне тоже не терпится в космос.

Корабль развернулся в воздухе, и набирая скорость полетел вперёд. Мелькнул и исчез Вольный Штурвал, проскакивали какие-то руины, видимо, результат работы наших варварских друзей, и на горизонте показалась горная цепь.

– Вот она, эта гора Рара Ат, – указала на экран Иса, – а этот овраг пропахал наш ковчег, когда садился. Вон тот холм – это он. Датчики просто зашкаливает от количества металла под слоем земли.

– Давай к нему, и зависни метрах в двадцати. Надо как-то расчистить почву. Можно попробовать поработать гравизахватом, хотя он неважная замена лопате.

– Имперские археологи тебя линчуют, – предупредила Иса.

– Да и пофигу на них. Вообще, формально, этот корабль – моё владение, по звёздному праву. Приз. Я его нашёл, так что идут они все лесом. Как на счёт обшивки, она тебе сгодится для ремонта?

– Погоди, проверю. Ага, думаю да. Не идеальный вариант, но всё же лучше, чем землю перерабатывать. Приступаю к расчистке.

Итак, часа через полтора мы сумели расчистить большую часть носового отсека. Посадка была весьма жёсткой, нос был сильно деформирован. Среди снятого грунта очень часто попадались большие куски брони, которую Иса честно приватизировала и пускала в переработку, так что ремонт продвигался довольно успешно.

– О, смотрите! – оживилась Иса. – Кажется мы откопали название этой посудины. Даю приближение.

На большой бронеплите золотыми буквами по-имперски было написано: «Лазарь Моисеевич Кабанович».

Все долго рассматривали название.

– Народ, – спросил я, – есть у кого варианты? Очень похоже на имя. Вот только оно мне ничего не говорит.

– В моей базе данных тоже ничего похожего нет, – пожала плечами Иса. – Очередная загадка прошлого.

– Ну ладно. Может научники чего откопают. Так, а это что такое?

«Этим» оказался объект, похожий на огромный сверкающий драгоценный камень.

– Вот это да! – изумился Локовски, – Никогда таких здоровенных драгоценностей не видел. Оно же больше грузового скиммера. Так, а сколько денег всё это стоит?

– Вынужден тебя огорчить, – обломал его я, – никакой это не камень. Так выглядит сжатое пространство. У тебя в картриджах для твоего «Кедра» такие же драгоценности. Только они маленькие, там всего лишь вольфрамовые шарики для кинетического ускорителя, а здесь, похоже, запаковано что-то более громоздкое. Иса, направь сканер, посмотрим, можно ли это распаковать.

– Думаю, проблем не возникнет. Сейчас посчитаю сигнатуры.

Иса подхватила находку лучом и перетащила на расчищенное место.

– Сейчас, сейчас, почти готово. Ага, отлично, посылаю сигнал.

Ослепительно сверкнуло, и по земле раскатились контейнеры самого разнообразного вида, от больших, до совсем мелких.

– Сколько добра! – порадовался я, – Иса, дорогая, давай их карго-сканером.

– Угу, делаю. Так, здесь обмундирование для солдат, какая–то устаревшая броня. Думаю, музеи порадуются, всё в отличном состоянии. Старинные электронные устройства, не интересно. Хм, тут оружие. О, прикиньте, огнестрел и патроны к нему! Какой раритет! В этом противотанковые ракеты. Надо?

Я призадумался.

– Пусть будет. Перепакуй и запрячь в шкаф, в рубке. Сколько их там?

– Двести штук, забираю. Интересно. В этих двух военные автомобили, ещё не летающие, на колёсах. Дэйв, надо наложить лапу на это место. Выйдем на орбиту, я пошлю сигнал в СИБ с описанием всего произошедшего, одновременно подам заявку на владение. Научники пусть ковыряются, а вот такие раритеты неплохо бы прибрать к рукам, пусть и частично.

Какая она у меня стала меркантильная! Ладно, скажем по-другому, хозяйственная.

– Неплохая мысль, Иса! – поддержал я. – Давай, как вернёмся с задания, рванём на курорт. К примеру, на Вечер. Будем рассекать на трофейном автомобиле, пускай богачи завидуют.

– Хорошо быть богатым, – завистливо протянул Локовски, – это же самый дорогой курорт в Империи!

– Давай с нами, – предложил я, – будет тебе свадебным подарком. Не обеднеем, деньги на счету есть. Нэин, а ты как?

– Я, боюсь, по возвращении буду работать, – вздохнула Нэин. – Придётся написать кучу бумаг. Впрочем, мы ещё даже не приступали к заданию.

И то правда, а я-то уже размечтался. Ладно.

– О, капитан! – внезапно прервала нас Иса, – Вот это тебя точно заинтересует, смотри!

На экране возникло увеличенное изображение двух длинных контейнеров-трубок.

– Внутри торпеда с термоядерной боеголовкой, по моим прикидкам, мегатонн на 50. Всего два таких контейнера.

Вот это подарок! Такими вещами точно нельзя разбрасываться. Хоть термоядерное оружие и является устаревшим, оно достаточно мощное, чтобы быть запрещённым к частному владению.

– Иса, – твёрдым тоном заявил я, – я хочу эти игрушки. По калибру они совместимы с нашими торпедными аппаратами?

– Вполне. У нас 1270 миллиметров, а эти 1016. Выплюнуть наружу сумеем. Сейчас отправлю к ним ремонтников, пусть осмотрят.

Из дрон-отсека вылетели четыре ремонтника и приземлились рядом с контейнерами. Аккуратно отстегнув замки, они вскрыли крышку и начали изучать находки.

– Таак… – перед Исой на экране замелькали данные сканирования. – Электроника, естественно, совершенно незнакомая, и древнючая, что слов нет. Дэйв, представь себе, ещё кремневая. Сколько же тысячелетий назад это было сделано?

– Иса, можно ли их совместить с нашими боевыми системами?

– Не-а. Тут система управления и подрыва защищена кодами. Мне гораздо проще будет выкинуть нафиг эти схемы и собрать современные. Сейчас я изучаю устройство. Кстати, с торпедами я погорячилась. Это ракеты на твердотопливных двигателях.

Даже так? Ракетные движки устарели многие тысячелетия назад… Нет, есть конечно любители, летают на реактивных и даже поршневых устройствах, мы в Академии сами начинали с таких самолётов, но в качестве боевого оружия… Когда же ты был построен, корабль поколений? И где?

– Ха, всё оказалось не так уж и сложно. Я закончила, – гордо заявила Иса. – Чтобы я не разобралась в работе античной термоядерной ракеты? Быть такого не может. Всё, забираю и загружаю в барабан, можно стрелять. Две торпеды перемещаю на аварийный стеллаж.

– Отлично Иса, ты просто прелесть. Как там с ремонтом?

– Почти готово. Тестирую систему невидимости.

– О, вот как! – удивилась Нэин, – «Искатель» оказывается невидимка? Много у тебя интересных устройств, то же цино-поле.

– Да, кстати, – влез Локовски, – что это за штука, это твоё «цино»? Всё хотел спросить, да так и забыл.

– Очень просто, – начал объяснять я. – это генератор фиксированного гиперканала, нечто вроде звёздных врат в системах. При обычном гиперпрыжке точность выхода составляет плюс-минус полтора сапога от скафандра. Для отдельного корабля это не играет никакой роли, а для прыжков флота – весьма критично. Если флот раскидает в сфере диаметром два миллиона километров, его могут перещёлкать по частям, пока он собирается в строй. Собственно, для этого и придумали цино-поле. Со стороны империи один постановщик генерирует входной канал, я в нулях генерирую выходной. Синхронизируем и, как говорят галенты, вуаля! Флот выпрыгивает куда надо, не нарушая строя. Тогда, когда мы вывалились из гипертуннеля в непонятное, я действовал исключительно по наитию, в надежде, что цино сработает на выход. Как выяснилось, я был прав.

– Всё, я закончила ремонт, – доложила Иса. – Можно на орбиту и отчаливать на задание.

– Эй, эй! – заволновался Локовски. – А как же моя Жита?

– Забудь ты про это, – отмахнулся от него я, – ты влип. Я хорошо знаю своего шефа, так что на 146% уверен, что тебя задним числом включили в состав экспедиции. Думаю, по результатам даже медалюшку какую дадут, и на новостных сайтах распиарят. Шефу от этого прямая выгода. Одно дело: муж Мартины какой-то отставной старлей, хозяин кабака. А вот Серж Локовски – Герой Галактики, владелец модного бара в престижном районе, это совсем другой расклад. Так что всякие Житы отменяются.

– Попал я с тобой… – грустно вздохнул Локовски. – Это твоя маленькая мстя за испорченный обед?

– Не-а. Ничуть. Просто ты забыл, с кем связался. У меня ничего просто так не выходит, вечно с какими-нибудь дурацкими приключениями. Так что сам виноват.

«Искатель» вышел на орбиту, развернулся в сторону нашей странной звезды, и, включив невидимость, ушёл в гиперпрыжок.

Докладная записка его высокопревосходительству Канцлеру от полковника Службы Имперской Безопасности Строганова Б.В.

«Произведён первичный анализ новых расходящихся волн. Как ни странно, сейчас шанс реализации сценария «Б» даже выше, чем при прошлых волнах. Поиски информации в Архивах, а так же сканирование Океана отделом «Око» не дали никакой информации об объекте «Свечение». Прорабатываются версии о принадлежности объекта «Свечение» к Спящим, но пока это только гипотеза. Есть предположение, что «Свечение» имеет ту же природу, что и «Ключник», но в этом случае мы не сможем спрогнозировать его поведение, в виду известных вам обстоятельств. Океан реагирует на него только опосредованно. Прямых угроз для объекта «Ключник» не предвидится. Рекомендуется дать «Ключнику» свободу действий».

Резолюция Канцлера:

«Продолжать наблюдение. Установите контакт с альтари, запросите информацию о «Свечении» у них».

Глава 4

Тактика бомбардировщика-невидимки.

Мы выпрыгнули в обычное пространство спустя несколько дней.

– О, вот мы и на месте! – обрадовалась Нэин, – Хотя тут ничего интересного.

– А чего ты хотела здесь увидеть? – удивился я. – Космос и космос.

– Да это я так…

Ой, темнит что-то наша подруга, прямо как шеф. Ну да ладно, разберёмся.

– Я выпускаю разведчика-невидимку, – отрапортовала Иса. – Судя по данным, которые нам слили в СИБ, у звезды 3 планеты. Устроим им облёт.

Я только кивнул. Пусть действует.

– Ну и зачем я тут, интересно? – заканючил Локовски. – Сидел бы я сейчас в Жите, попивал бы винцо, да ковырялся в каталогах.

– Ты и сейчас неплохо бухаешь, – возразила Нэин.

– Плохо, Нэин, плохо… – вздохнул Локовски. – Ты-то ладно, спецура на сверхсекретном задании, это ещё куда ни шло, хоть как-то можно притянуть за уши, а я, обычный десантник, нафига здесь?

– Вот! – презрительно фыркнула Нэин. – Толку от вас никакого, солдафоны. Вечно нам, коммандос за вас отдуваться приходится.

– Ты это, полегче! – завёлся Локовски. – От вас, спецуры, в бою толку мало, вы там обычное мясо. Вы как иголка, противника в задницу колоть, больно и неприятно. А вот мы – основная ударная сила. Мы как кувалда, зацепит – не встанешь. Ведь никто, кроме нас!

– Да ладно, это в какой же ситуации вы переплюнете элитных коммандос?

– Сейчас расскажу. Был у нас в десанте один хмырь, тоже из спецуры. Звали его, как сейчас помню, Аль Муад Дибровский, наполовину амарр, и был он родом с планеты Арараки, её ещё Дунькин Угол называют. Планета – полное захолустье, сплошная пустыня. Ничего интересно, разве что песчаные черви, их часто покупают любители аквариумных рыбок и всякой мелкой живности, на корм. Картошку там знатную растят, это да. Самогон картофельный делают, забористая штука, пол лира и с ног валит. Вот, собственно, и всё. Больше делать на этой Арараки совершенно нечего, так что молодёжь часто записывается в армию. Вот и этот Дибровский попал в спецуру, выучился, даже отсветил где-то, медальки у него имелись, но так достал начальство своим чванством, наглостью и понтами, что его к нам спихнули. Была у него, кстати, интересная привычка. Они там по своим пескам на верблюдах рассекают, слышала про такую зверюгу? Гнусная тварь. Так вот, скачут, значит, на башке тюрбан и шарф длинный, белый, развевается на ветру. Вот и этот тоже любил, чтобы у него из-под каски или шлема такой же шарф торчал. Чтобы по побудке с утра долго не заморачиваться, он как поступал: клал шлем вверх ногами и накрывал его шарфом. Когда дневальный орёт «Подъём!» он вскакивал, напяливал форму, и шлем раз на башку и всё, шарф уже пристроен, сзади висит. И вот, как-то раз мы решили над ним подшутить за его мразное поведение. Дождались, когда он уснёт, сняли шарф и ему в шлем, пардон, насрали. А потом шарфом прикрыли. С утра наш Дибровский вскакивает, шлем на башку по привычке рывком натягивает, а оттуда дерьмо ручьями. Вся казарма впокатуху, ржач стоял… Ну да, брутальный армейский юмор. С тех пор он нас ещё больше невзлюбил.

Так о чём это я? Ах да. Случилось так, что отправили нас на его родину, в этот самый Дунькин Угол. Там две банды распоясались, одна Пола Отрыжки, другая Володьки Хряконина. Бандиты, каких ещё поискать. Зачем? Полиция не справлялась. Силу они набрали серьёзную, даже танки имелись. Оборзели, одним словом. Первый промышлял наркотой, «спайс» называется, то ли синтетика, то ли из червей местных делали. Не помню уже. Худющий, как палка, видать сам на своей дряни сидел, и злющий. Второй, Володька, свою фамилию вполне оправдывал. Жирный, вонючий, вылитый хряк, занимался контрабандой картошки. Драл с местных дань, что местным, надо полагать, совсем не нравилось. Вот и поставили нам задачу, зачистить там всё нафиг, и не заморачиваться правами разумных. Аборигены, кстати, нас Имперскими Сундукарами называли.

– Чем? – не поняла Нэин.

– Видишь ли, на местном наречии «кар» означает машину, а нам выдали бронетранспортёры устаревшей модели, зато приспособленные к пустынному климату. По виду – вылитые сундуки, квадратные, с гусеницами, а на крыше турель гибридной пушки, совсем как ручка. Вот и получалось, машина-сундук.

– А–а–а… – протянула Нэин.

– Вот и попёрли мы на зачистку. Нам повезло, эти двое, Пол с Володькой, между собой сцепились. С размахом воевали, фрегаты-атмосферники, скиммеры, танки, опять же. Так что мы просто подождали, пока они друг дружке наваляют, а того, кто в живых остался, раскатали в блин.

– Ну и что? При чём здесь коммандос? – перебила Нэин.

– А при том, что в первом же столкновении, нашего хвалёного спецназовца переехало танком, и не помогли ему никакие ваши супермэнские повадки. Говорю же, в бою он был обычным мясом.

– Пффф… – фыркнула Нэин, – Это у него нашей подготовки не было. Вот если бы…

– Народ, – прервала их Иса, – дрон вернулся.

– Ну и что там у нас интересное? – поинтересовался я.

– Сейчас посмотрим, – Иса закачивала информацию. – Ага. Третья планета от солнца явно необитаема, но на ней есть атмосфера, пригодная для дыхания, спектральный анализ… ну это не очень интересно… так… внизу какие-то заросли, назовём их условно джунглями. Хм… Дальше. Вторая планета… о! Здесь замечена движуха. На орбите обнаружены корабли неизвестной конструкции, станции нет, на поверхности планеты – город. Замечательно, у нас тут контакт с новой цивилизацией. Первая планета. Тут ничего интересного, атмосферы нет, температура на поверхности превышает 200 градусов. Для жизни непригодна, ну, разве что после терраформинга, но это не наши заботы. Капитан, с формальной точки зрения, наша миссия закончена. Можно возвращаться с докладом. Что скажешь?

На меня накатило нечто странное. Я почувствовал, что стою на перепутье. Я видел две дороги и чётко понял, что если не пойду по вот этой, случится нечто настолько ужасное, что даже моё воображение…

- Дэйв, - трясла меня за плечо Иса, - ты что? У тебя сейчас такое лицо сделалось…

– Иса, - категорически изрёк я, - мне хочнтся взглянуть на этих, непонятных.

– Я и не сомневалась, что ты так скажешь, – кивнула Иса. – Сейчас уйдём в невидимость, мало ли что. Давайте по местам, я готовлюсь к внутрисистемному гиперпрыжку.

На этот раз мы выпрыгнули практически рядом с планетой, на таких расстояниях погрешность не очень велика.

– Ого! – вскинулась Иса. – Вот это мы влетели!

Прямо под нами, в полутора тысячах с хвостиком километрах, выстраивался в боевые порядки таргонский флот.

– Ну и в чём проблема, – поинтересовалась Нэин, – мы же под невидимостью?

– Видишь ли, – мрачно ответил я, – невидимость совсем не панацея. Хотя мы и невидимы для оптических сенсоров и радаров, гравиметрики могут нас найти, хотя это и трудно сделать в гравитационном поле планеты. К тому же, всякий объект, крупнее двадцатисантиметровой сферы, пролетевший рядом с нами в радиусе трёх километров, снесёт нашу маскировку ко всем космическим чертям. А то, что мы в системе, они знают. После выхода из гиперпространства возникает мультиспектральное излучение, известное как «облачко гиперканала». Вот его-то точно засекли, а уйти в назад в гиперпрыжок мы не сможем. Смотри.

Внизу разрасталась огромная светящаяся серебряным светом сфера.

– Бубль, – констатировала Нэин.

– О, так ты в курсе. Точно, бубль, он самый. Другими словами, генератор помех стабилизации ядра гипердвигателя.

– А стержней-стабилизаторов у тебя, естественно, нет.

– Естественно, нет. Они дают сильные помехи на системы наведения. Я же не грузовик-блокадник. Так что удрать мы уже не сумеем, систему они закрыли полностью. Можно попытаться свалить на обычной тяге, но есть вариант, что нас поймают и разберут на запчасти.

– Ну хорошо, – согласилась Нэин, – у тебя есть варианты?

– Думаю, да. Иса, что там у таргонцев?

– Вывожу на экран. Итак, один тяжёлый авианосец, класс «Корыто», один лёгкий дредноут-постановщик помех, это он бубль надул, класс «Утюг». Две тяжёлые дроноводческие платформы, класс «Суповой набор» или «Супница», семнадцать обычных линкоров, класс «Тарелка», и четырнадцать лёгких крейсеров, класс «Миска». В общем, стандартный таргонский экспедиционный корпус.

– Ясно. Ты говорила, планета обитаема, что там?

– Сканирую. Извини, подробных данных не будет, из-под невидимости приходится работать только с пассивными сенсорами. Смотрим. Корабли неизвестного класса, в моей базе данных нет ни одного похожего. Судя по тоннажу их условно можно поделить на один лёгкий дредноут, семь крейсеров, и четырнадцать тяжёлых фрегатов. В качестве поддержки замечены три астероида со стационарными пушками, судя по всему это тяжёлые кинетические ускорители. Вот и всё. Слив таргонцам – сто процентов.

– Ясненько, – я побарабанил пальцами по подлокотнику кресла. – Тогда, команда, слушай мой план. Мы будем атаковать.

– Спятил? – выпучилась Нэин.

– Ничуть. Мы будем использовать тактику бомбардировщика-невидимки. Смотрите: у нас есть две палочки-выручалочки в виде термоядерных боеголовок. Начинаем с «Корыта». У него дроны сверхтяжёлого класса, и для их выпуска авианосец вынужден отключать щиты. Это мы можем обойтись прерывателями, а он нет. Скорость сброса – пара штук в три минуты. Ну, пусть будет полторы-две, в данном случае разницы нет. Наша цель – выскочить из невидимости, кстати, не стоит забывать про пять секунды на перекалибровку сенсоров, поймать поганца в прицел и дать залп ракетой прямо в открытый люк ангара. От такого ему точно поплохеет, возможно, что и фатально. Далее – дредноут поддержки. Насколько я знаю, у него хорошие щиты, но никакущая броня и очень слабое вооружение. Здесь надо дать два залпа торпедами, дважды по четыре, это гарантировано убьёт его защиту, после отстреливаем вторую ракету, фугасом по корпусу. Это либо фатально его повредит, либо в варианте минимум снесёт антенны и излучатели. Пока он будет пытаться вытащить резерв и заглушить нас помехами, вполне реально разнести его в щепки, в ближнем бою наши бластеры штука смертельная. Собственно, уничтожение двух крупных целей уравняет шансы, так что кто ещё кому бойню устроит – вопрос открытый.

– Авантюра, – отрезала Нэин.

– Чистейшая, – согласился я.

– И всё же…?

– Именно. Иса, начинай расчёты, всем занять свои места и пристегнуться. Слияние.

Наконец-то я в своей стихии. Ну да, план довольно авантюрный, но я ведь ещё не раскрыл все свои козыри. Спасибо Свечению, я теперь многому научился. Вот и посмотрим, как мои новые псионные навыки работают в космосе, есть у меня пара идей. Думаю, таргонцам не понравится.

«Искатель» начал движение, выходя на плоскость построения таргонского флота. Малый вперёд, таргонские линкоры начали движение, выпуская облака дронов. Пусть уйдут подальше, мы подождём. Если вся эта свора навалится на нас, то мы точно не проживём и минуты. «Корыто» поотстало, и правильно, нечего авианосцу делать на основной линии атаки. «Тарелки» выстроились в стандартный «многоугольник», «Миски» ушли чуть вперёд, они примут на себя первый дар, постараются уклониться за счёт большей манёвренности, выпустить ракеты и уйти на перезарядку. Дальше вступят в бой «Тарелки» со своими лазерами и тяжёлыми щитами, связав противника боем, а «Миски», перезарядив ракеты, дадут повторный залп. И всё это под прикрытием дредноута радиоэлектронной борьбы, глушащего вражеские системы наведения. Просто идеальная тактика против меньших сил противника. Ага, кажется дождался.

Голубоватое марево вокруг «Корыта» пошло волнами и исчезло. Начинается, авианосец пошёл в атаку, сейчас откроются нижние двери дрон-ангара, и в космос посыплются тяжёлые дроны. Пора.

«Искатель» резко нарастил скорость, заходя на цель. Дистанция стремительно сокращалась и внезапно изображение пошло рябью. Есть сброс невидимости! Сплошная морока с этими оптическими сенсорами, а, впрочем, плевать, я-то теперь могу видеть совсем по-другому. Переключаем режим. Теперь я смотрел на корабль сзади и чуть сверху, просто классический режим «от третьего лица» в компьютерных играх. Вот так и оставим.

«Открываю огонь!» – отрапортовала Иса, и торпедный аппарат выплюнул в сторону авианосца наш первый сюрприз. Сработает ли?

Сработало. На расстоянии в тридцать километров шанса увернуться у таргонца уже не было. Системы противоракетной обороны попытались захватить цель, но не успели, ракета влетела прямо в открытый люк ангара, и полыхнуло так, будто зажглось второе солнце. Странно, меня совсем не слепит. Я могу спокойно смотреть на вспышку.

Авианосец просто разорвало на мелкие части, видать сдетонировал реактор, а может и термоядерного фугаса хватило, всё же пятьдесят мегатонн это вам не хвост собачий, а совсем даже собачачий. Одним словом, «золотое попадание», один выстрел, один труп. Обломки разлетелись в стороны, создавая на экране кучу помех. Пока компьютеры таргонцев их отфильтруют, пройдёт время, а это добавит нам шансов на выживание. И на второе внезапное нападение.

Увы, нас быстро засекли. Надо отдать таргонцам должное, они быстро оправились от шока и заинтересовались нами сразу и всерьёз. Несколько «Тарелок» и их дроны отвернули в нашу сторону, на перехват. А плевать, уже слишком поздно! Торпедные аппараты выплюнули залп, я почти физически ощутил, как поворачиваются торпедные барабаны, затем второй, щиты дреда пошли волнами и лопнули, разлетаясь разноцветными вихрями.

«Он заглушил нашу систему наведения!», – взвыла Иса.

«Плевать! Стреляй вторым подарком наугад, я доведу!»

«Как?»

«Стреляй, говорю!»

Иса выплюнула вторую ракету, и я ухватил её за хвост, направляя прямо на дредноут. Не, а что, двигателем я уже работал, теперь поработаю системой наведения.

«Утюг» не успел даже дёрнуться, когда в него воткнулся второй фугас. Полыхнула ещё одна вспышка, сметая все надстройки, орудийные башни, и антенны с брони.

«Помехи прекратились!» – радостно констатировала Иса.

Ну ещё бы. После такого-то.

«Орбита двадцать километров, огонь из бластеров, - распорядился я. - Заряжай антиматерию».

«Принято, капитан».

Бластеры — те же самые гибридные пушки, что и рельсотроны-снайперы. И те и другие могут стрелять как картриджами, так и пучками плазмы. Правда, на дальних расстояниях стрелять плазмой бессмысленно, она быстро потеряет энергию и рассеется, зато в ближнем бою это жуткая вещь. Антиматерия не особенно эффективна против щитов, этот вам не иридиевые боеприпасы, но сейчас, когда щиты цели уничтожены, пучки антипротонов, выстреливаемые бластерами ближнего боя с дикой скоростью, порвут цель на части. Даже подмога придти не успеет.

Так и вышло. Дредноуту было очень плохо. Броня во многих местах была прожжена насквозь, в космос улетучивалась атмосфера из разгерметизированных отсеков, в дальний космос улетало несколько мороженных таргонских трупов. Видимо оборудование РЭБ было повреждено термоядерной вспышкой, так как заглушить нас он уже не пытался, а починиться ему не давали мои бластеры. Рвалась обшивка в ярких вспышках аннигиляции, внутри корабля начались вторичные взрывы агрегатов, сквозь синюю плёнку атмосферных щитов были видны пожары и мечущиеся фигурки таргонцев. Погасли огни двигателей-антигравов, заряд антипротонов разнёс в щепки вспомогательный реактор, и внутренний взрыв оторвал часть хвостовой консоли дредноута.

«Он что-то орёт по-таргонски в радиодиапазоне», – доложила Иса.

«Плохо, что орёт. Заткни его. Всяким тварям я голоса не давал».

«Один момент! Сейчас дам торпедный залп».

Две торпеды пробили атмосферные щиты, и проломив тонкие стенки внутренней обшивки, взорвались в брюхе умирающего корабля. Внутри дредноута полыхнуло, корпус разорвало в нескольких десятках мест, и вражина развалился на три части. Вот и второй крупняк вышел из игры.

«Ну мы даём, капитан! Сожрать две такие жирные цели… Это сколько же нам премии выплатят?», - потирая руки поинтересовалась Иса.

«Отставить считать премии! - командирским тоном пресёк я. - По нам ракетный залп, манёвр уклонения!».

Да уж, такие вещи не прощают. В нашу сторону летело уже семь «Тарелок» и оба «Суповых набора», они-то и дали ракетный залп. Ничего себе, целое облако! Они что, весь боезапас на нас истратили? А не попробовать ли мне тот же фокус, который я провернул на планете (я даже не выяснил её название) с варварами? Я сосредоточился и сплёл занавес. Хм, а сейчас это получилось гораздо быстрее, учусь.

Ракеты наткнулись на невидимую преграду и взорвались многочисленными огненными клубками, а мне прилетело так, словно я попал под двадцатитонный грузовой скиммер.

Кхе! Из лёгких вышел воздух, а вдохнуть я уже не мог.

«Обнаружены многочисленные гематомы. Обнаружено шоковое состояние, – донесла до меня встроенная медицинская система, – Процесс восстановления начат».

Я снова мог дышать. Ничего себе, прилетело! Кто же знал, что оно будет вот так. Похоже, всемогущество отменяется, в следующий раз надо быть предельно аккуратным.

«Капитан, что с тобой? – заволновалась Иса. – Биодатчики показывают критическое состояние!».

«Небольшая плата за мои новые навыки. Ничего, выживу, я крепкий. Зато от ракет избавились».

«Не делай больше так, ладно? Я страшно перепугалась».

«Постараюсь, моя милая, но обещать ничего не могу».

Среди таргонцев царило замешательство, уже было нацелившиеся на нас «Тарелки» свернули с курса, видимо боясь разделить участь ракетного залпа. Ну и славно, пока не прочухались надо заняться «Супницами».

«Иса, хватаем вот эту «Супницу», орбита семь километров, сетка, скрамблер, стандартные действия».

«Выполняю. Не могу поверить, мы в одиночку рвём таргонский флот!»

«Положим, не в одиночку. Неизвестные тоже постреливают. Однако не расслабляться! Сейчас на нас навалятся дроны. Разбирай цель, я ими займусь».

Я был как всегда прав. На нас летели 42 штуки, весь запас, возимый «Тарелками». «Суповые наборы» начали вяло отстреливаться лазерами, когда Иса изловила жертву, но лазеры противоракетной обороны щиты прогрызть не могли. Ничего, сейчас будет жарко, облако дронов в полста километрах.

«Дэйв, зафиксирован всплеск электромагнитного излучения со стороны астероида №2. Рассчитываю траекторию… Цель – «Супница» под сеткой. До поражения 3.. 2.. 1..»

Тяжёлый снаряд просто разорвал таргонский корабль на части. Вот это да, чем это они таким палят?

«Похоже, это рельсотрон весьма крупного калибра. Электромагнитный ускоритель, не как у нас, гравитационный, но всё равно неплохо. Энергии, наверное, жрёт прорву... Ладно, не суть важно. Главное, нас считают союзниками. Ловлю вторую цель».

И тут нас накрыло облаком дронов.

Щиты резко пошли вниз. Активация контроля повреждений, поляризация. Всё равно, скорость падения выше даже скорости аварийной перезарядки.

«Иса, готовься чинить броню. Не жалей батареек. В крайнем случае используй усиление ремонтных модулей. Всё, занят дронами».

Вы видели, как в духовом оркестре играют на медных тарелках? Ничего сложного, просто берём и ударяем друг о друга, с характерным «блямс!». Вот и я так же, схватил своими телекинетическими щупальцами два пролетавших мимо беспилотника, и сложил вместе. Бабахнуло, клянусь, я даже услышал тот самый звук ударяющихся тарелок.

Иса обрабатывала бластерами вторую цель. Хм, а зачем я впустую трачу ценные вещи? Ведь можно… попробуем. Поймав очередную парочку на вираже, я резко крутанул их на месте. Внутри их что-то чувствительно бумкнуло, видимо лопнул гравикомпенсатор, и машинки повисли в моих руках безжизненными кусками металла. Ясно, вот как вас надо обездвиживать, такой перегрузки механизмы явно не выдержали.

«Иса, что с бронёй?»

«Держусь пока, но на двух ремонтных модулях, ем батарейки, реактора не хватает».

«Не дрейфь, сейчас станет полегче. Используем силу врага против него самого!».

И началось. Аннигиляция антиматерии прожигала дырки в броне, а я старался попасть в них обездвиженными дронами-утюжками. Реактор внутри дрона хоть и невелик, но если сдетонирует, взрывается не хуже дьюриумного боезаряда. «Супница» тряслась, лазерные батареи замолкли, и наконец корабль искря и сотрясаясь под внутренними взрывами, раскололся на несколько неравных частей. Прочная зараза, я потратил на неё весь запас таргонских дронов. Что ж, осталось лишь несколько «Тарелок» и «Мисок».

«Впервые вижу, чтобы так воевали», – удивлённо сказала Иса.

«Ты знаешь, я тоже. Но мы ещё не закончили, цель – вон та «Тарелка». Полный вперёд!».

Неизвестные тоже бились. Их дредноут периодически огрызался какими-то вспышками, похожими на выстрелы из плазмопушки. На его корпусе виднелось несколько пробоин, залатанных каким-то веществом, здорово напоминающим бетон. Фрегаты несли потери, но героически оборонялись от наседавших таргонских «Тарелок». Уже пара «тарелок» вышла из боя, и набирая скорость пыталась унести ноги. «Искатель» заложил пологий разворот и рванул на перехват с максимальной скоростью.

«Так, Иса, расклад такой. На полной скорости пролетаем мимо вон той группы таргонцев, я хочу попробовать отработать манёвр. Не атакуй».

«Поняла. Действую».

Таргонцы, лишённые беспилотников, вынуждены были работать по фрегатам лазерами. Вот этим-то я и воспользуюсь. Турели у них довольно большие, а что если ухватить супостата за одну из них? Вот и попробуем. «Искатель» вышел на курс перехвата, и когда мы пролетали над выходящим в боевой разворот таргонцем, я что есть силы вцепился своими невидимыми руками в орудийную башню.

Эффект был что надо. Нас обоих развернуло, гравикомпенсаторы заверещали, и корабли закрутило волчком вокруг общего центра массы.

«Иииииии! – завизжала Иса, – Дэйв, охальник, ты что творишь?!!»

Что я творю? Разве не видно? Голимый беспредел творю, естественно.

Корабли неистово крутило, вдруг под моими руками ощутимо хрустнуло, и я остался держать вырванную с мясом турель с большим куском обшивки. Таргонец, потерявший управление, улетал куда-то в сторону планеты. Надеюсь, сгорит в атмосфере.

Я, перехватив управление, заложив пологий вираж с разворотом, и выровнял корабль.

«Дэйв!!! – звенел голос Исы. – Больше так не делай! Слышишь?! Боюсь, я больше такого не переживу!»

«Прости, Иса, дорогая, я не подозревал, что оно так получится…»

«Физику в школе учить надо было!»

«Ладно, ладно… Не нервничай. Повреждения есть?»

«Нет!»

«Тогда цель – вон та «Тарелка». Опробуем другой вариант».

«Больше никаких волчков!»

«Не будет, обещаю. Просто давай к нему, хорошо?».

Таргонец, которого мы выбрали целью, резко шарахнулся в сторону, когда понял, что мы направляемся к нему. Боится, скотина, это радует. Прямо нихонским синигами себя ощущаю, аж приятно.

«Иса, давай его на прицел, снимай щиты и попробуй пробить двери дрон-ангара».

Иса недоверчиво хмыкнула и припустила за удирающей «Тарелкой», стреляя из тяжёлых орудий, больше для острастки. Таргонец извивался, маневрировал, но всё же попал под сетку. Иса перезарядила бластеры иридиевыми боеприпасами, и теперь активно снимала щиты обездвиженной цели. Таргонец отбрёхивался лазерными выстрелами, но я просто оторвал у него турели. Научился.

«Отлично! – похвалил я. – Теперь пробей двери ангара».

Иса переместилась под брюхо поганца и дала прицельный залп. Двери снесло, наружу вынесло какой-то мусор и части таргонских тел. Неслабо им там прилетело.

Ну что, попробуем? Я примерился и крепко ухватился за края ангара. Таргонец задёргался, но я не отпускал. Плавно переместив вражеский корабль в паре десятков метров перед носом «Искателя» я скомандовал:

«Иса, вперёд!»

Картина была совершенно сюрреалистическая. Тридцатиметровый «Искатель» несётся по космосу, а впереди перед ним, как щит, висит таргонец не меньшего размера. «Искатель» маневрирует, и таргонец повторяет манёвр. «Искатель» гонится за взбесившейся от страха «Миской» и таранит её своим «щитом». «Миска» взрывается, щиту тоже плохеет, он ещё держится, но трепыхаться перестал, видимо внутри живых уже не осталось. На поле боя царит хаос, все построения таргонской флотилии сломаны, медленно кружатся обломки двух кораблей капитального класса, ничуть не прибавляя таргонцам боевого духа, да ещё и я, странный тип на странном корабле, выделывающий совершенно дикие фортели. Таргонцы разлетаются во все стороны, даже не пытаясь атаковать. «Искатель» таранит ещё одну «Тарелку», та, с сильно измятым корпусом выходит из боя, и включив гипердвигатели, исчезает, благо «бубль» растворился вместе с дредноутом.

«Дэйв, они бегут! – кричит Иса, – Мы победили!»

Таргонцы действительно побежали. Три оставшиеся «Тарелки» и четыре «Миски» выходили из боя, и, разворачиваясь в направлении одним им известной таргонской базы, исчезали один за другим. Что ж, пусть бегут, но ещё одного я всё же прищучу. Вы кидали когда-нибудь на пляже пластмассовую летучую тарелочку? Здесь важен правильный глазомер и сила броска, так что я аккуратно прицелился и запустил свой ненужный уже «щит» в направлении последней удирающей «Миски».

Попал. Оба корабля разнесло на мелкие куски в ослепительной огненной вспышке. Похоже, что на этот раз действительно всё. Стоп машина. Отсоединение.

Я открыл глаза. Нэин лихорадочно отстёгивала ремни безопасности. Её кожа была совершенно белой, почти человеческого цвета.

– Меня… мутит… – простонала она и умчалась в сторону туалета.

Локовски же наоборот, был совершенно синий, почти такого же цвета, как и Нэин до сих пор.

– Это что за гадские горки были, а? Глумп…– выдавил он и умчался вслед за Нэин.

Хорошо, что у меня два туалета.

Я потянулся и встал с кресла. Голова на это раз не болела, но усталость накатила, как будто я целый день таскал тяжести. Поискав в шкафу, я нашёл заныченную Локовским бутылку вина и нахально откупорил. Сейчас это для меня то, что нужно.

– Дэйв, это был уже перебор, – произнесла Иса, встав рядом со мной. – Я понимаю, что таргонцев мы разбили, но эти твои манёвры… Если бы у меня был желудок, я бы умчалась вслед за остальными.

– Иса, дорогая, – зевнул я, – обещаю, в следующий раз я буду гораздо аккуратнее. Я пока что не знаю пределов силы, которой меня снабдил Свечение. Так что эксперименты совершенно необходимы.

Тем временем из туалетов начали подтягиваться страдальцы.

– Ох блин… – стонал Локовски. – Давно я на таких аттракционах не катался… До конца жизни запомню…

Я протянул ему бутылку с остатками выпивки, но несчастный замахал руками.

– Нет! Убери! Только этого мне сейчас не хватало!

Вот ведь бедолагу проняло! Мне даже стало немного стыдно.

– Дэйв, когда Локовски сказал про тебя, что ты полный отморозок, я ему не поверила. Теперь верю, – захихикала Нэин. – Ухватил таргонца за пипиську, раскрутил и выкинул, а пиписька в руках осталась!

Так. Истерика. Докатились.

Шансом воспользовался Локовски. Он сграбастал Нэин в свои медвежьи объятья и смачно поцеловал.

– Отпусти, – глухо произнесла Нэин. – Я в порядке.

Я почесал в затылке.

– Народ, кажется я немного перестарался, извиняюсь. Говорю же, я пока ещё не разобрался со своими новыми способностями.

– Пару раз я думала, что нам каюк, – произнесла Нэин отбирая у меня бутылку, и делая несколько глотков. – Это когда ты на таран пошёл и крутилки устроил. Ох я и натерпелась… зато таргонцы в шоке, уверена.

– Ладно, – подытожил я, – что будем делать дальше? Я предлагаю пойти познакомиться с нашими новыми, надеюсь, друзьями.

– Они тоже так думают, капитан. Смотри! – Иса указала рукой на экран. – Вон они.

Пятеро оставшихся в живых фрегатов, описали широкую дугу за нашей кормой, и, покачивая крыльями, устремилось к дредноуту.

– Ну что, Иса, идём? Нас приглашают.

И мы дали малый вперёд, навстречу близким контактам третьего рода.

Докладная записка его высокопревосходительству Канцлеру от полковника Службы Имперской Безопасности Строганова Б.В.

«…Сфера пересечена, блокировка снята, наш разведдрон вышел на позицию и ведёт мониторинг. В системе обнаружен экспедиционный корпус таргонцев, похоже, они знали, что блокировка спадёт в ближайшее время. Объект «Ключник» вступил в огневой контакт с таргонским флотом, демонстрируя псионные способности невероятной силы. Фактически, он в одиночку сумел одолеть большую часть флота вторжения. В структуре волны 2.1.Б идут постоянные изменения, иногда доходя даже до 83% Дальнейшее прогнозирование затруднено, в игру вступает множество сторонних факторов».

Резолюция Канцлера:

«Дать объекту максимальную свободу действий, но помните, он должен остаться в живых».

Глава 5

Тайна третьей планеты.

«Искатель» медленно вращался по орбите вокруг дредноута.

– Иса, милая, убери, пожалуйста, турели в корпус. Не будем нервировать наших друзей.

– Уже сделала.

– Ты просто умница. Что скажешь о дреде?

– Я его по-тихому просканировала. Что можно сказать? Щитов нет, и никогда не было, одно бронирование, да и то, они явно не имеют представления о нанитах, критическом напылении, и регенерации брони. Вон, полюбуйтесь, меняют целыми кусками и вручную. Главный калибр у него – плазмопушка. Такие только в исторических романах встречаются, а двигатели вообще магнитодинамические, это же каменный век. Вывод – техническая отсталость по сравнению с Империей, соответствует примерно второй имперской эпохе. Учитывая, что сейчас 3114 год пятой эпохи, то сам понимаешь.

– Как интересно! – заинтересовалась Нэин. – А можно поподробнее про вторую эпоху?

– Можно и поподробнее, – согласилась Иса, – но не очень много. Письменных источников сохранилось мало, вторая эпоха была временем смут и гражданских войн. Многие архивы были утеряны. Про технологический уровень известно мало, можно сказать, что это была заря становления нашего государства. Тогда был отстроен Капитол, столица, и Империя начала рассылать корабли-колонии в новые миры. Вот вкратце и всё. Про первую эпоху вообще ничего не известно, кроме пары строчек в чудом сохранившихся письмах второй эры. Это было более тридцати тысяч лет назад…

– У нас, в Республике Альтари, есть архивы ещё докосмической эры…

– А вот у нас с этим проблемы. Капитол ведь совсем не родина человечества, мы пришли на него когда-то давным-давно. Колонизация шла тяжело, люди скатились примерно на четвёртых техноуровень, в докосмическую эпоху, но сумели наверстать упущеное за пару столетий. В сущности и мы, и галенты, и амарры, и даже раздолбаи-минматары выходцы с одной планеты. Но это уже частично мои домыслы. О, к нам поступает сигнал с дредноута.

– Давай на экран, – обрадовался я. – Сейчас посмотрим, на кого похожи эти инопланетчики.

– Погоди, не так быстро. Сигнал ещё декодировать надо. Сейчас… минутку… готово. Включаю.

Наши союзники здорово отличались от людей и альтари. Они вообще не были гуманоидами, скорее походили на нелетающих птиц. Маленькая голова, две большие гляделки по бокам и один глаз спереди на лбу. Видимо, у них должен быть неплохой боковой обзор. Вместо рта – клюв, или что-то на него похожее, со множеством мелких зубов. Под условным подбородком (или подклювом?) две сжимающиеся–разжимающиеся трубки, явно для дыхания, шея длинная, плавно переходящая в страусообразное тело, вот только вместо крыльев хватательные конечности с шестью пальцами. Ноги были совершенно не птичьи, скорее больше походили на кошачьи. Одежда была подстать, нечто вроде страусиного комбинезона с бантиком на голове. Смотрелось уморительно.

– Ээээ… Привет, – начал Локовски.

Все тут же на него зашикали.

– Молчи лучше, – прошипела Нэин, – что ты в прошлый раз натворил со своей народной дипломатией, напомнить?

– Да я что… я же как лучше… – сник несчастный.

Двое чужих, совершенно по птичьи склонили голову, и издали несколько трелей, щелчков и переливов. Я вопросительно посмотрел на Ису.

– Естественно, нет. Ни одного похожего языка, – вздохнула Иса. – Придётся запускать лингвоанализатор. Ненавижу это делать.

– Извиняйте ребята, – я развёл руками, – мы вас не понимаем. Что вполне естественно.

Те двое попытались ещё что-то пощёлкать и посвистеть, но видя тщетность усилий, отключились.

– И что с этим делать? – поинтересовался я в пустоту.

– Погоди, они что-то мне сливают.

– И что это?

– Никак не разберу. Видимо, это какие-то файлы, структура не определяема.

– Можешь разобрать?

– Нет, конечно. Откуда мне знать, что у них за компьютеры, что за операционные системы, какие типы файлов. Для меня это просто набор электромагнитных колебаний. Это не видеопоток, здесь сложнее. Я им слила в ответ всю «Войну мирных», в восемнадцати томах с картинками. Пусть колупаются.

– Что за «Война мирных» такая? – удивилась Нэин.

– Ты, кажется, изучаешь имперскую культуру, а не читала классики? – не менее удивилась Иса. – Это про имперско–галентскую войну конца третьей эры, Отечественная Война 5812 года. Название — это отсылка к известной песне: «Мы мирные люди, но наш бронепоезд...» И так далее. Тогда галенты, ведомые этим чёртовым компьютером «Napoli One», даже захватили и сожгли Капитол. Мы им потом, правда, так вломили, они до сих пор оправиться не могут.

– Я прочту… – пристыженно пообещала Нэин. – Обязательно…

– О! Сливают нам видеоданные. Видать сами поняли, что фигню сделали.

– И что там?

– В основном изображение предмета и озвучка. Сейчас я анализирую структуру языка, сопоставляю образы… Рутина, в общем. Алгоритмы стандартны для распознавания любого языка, надо просто подождать и поднакопить данных.

К нам приблизилось недавнее крыло фрегатов, и сделав несколько кругов над дредноутом, устремилось к планете.

– Похоже, нас приглашают в гости, – предположила Иса. – О, точно. Пересылают новую картинку. Сейчас покажу.

На экране возникло довольно схематичное изображение «Искателя», который входил в атмосферу планеты и приземлялся на каком-то бетонном пятачке.

– Передают изображение места посадки. Ну что, капитан, садимся?

– Давай, действуй, – зевнул я. – Всё, народ, я держусь из последних сил, как в той песне, «на честном слове и на одном двигле». Я спать. Если будет что-то нештатное – будите. Отварпал в кровать.

И отварпал таки. Уснул мгновенно.

Проснулся я ощущая в теле какую-то странную лёгкость. Случились внезапные проблемы с организмом? Сейчас проверим. Я запустил тест самодиагностики, но не нашёл ничего аномального. Интересно, а вдруг все эти псионные фокусы окажут влияние на моё тело и я мутирую? Смогу превращаться в серебристое облачко и летучую мышь? Я фыркнул. Не, ну что за бред лезет в голову?

Я потянулся, оделся, умылся, и выполнил стандартный утренний ритуал, вышел в рубку. Локовски откровенно бездельничал, свесив ноги через поручни кресла, а Нэин что-то увлечённо читала со своего планшета.

– Всем привет! - помахал рукой я.

– Йо! – Локовски даже не сделал попытки слезть с кресла, только помахал ногой в знак приветствия. – На этот раз ты дрых всего три дня, намечается явный прогресс.

– А Иса где? - я покрутил головой.

– На улице, общается с аборигенами. Она за эти дни ухитрилась наладить более–менее нормальное общение.

– Ясно. Нэин, что читаешь?

– «Войну мирных», – ответила Нэин, не отрываясь от экрана. – И как же так вышло, что я пропустила такую книгу? Это же шедевр!

– Да? – удивился я, – Лично мне этот роман показался занудным и пафосным. Особенно в том месте, где герцог Андрей Бакланский толкал речугу. Помнишь? «О если бы вы, молодой человек, могли понять… Не мощь армии, не качество оружия, а сила духа обеспечивает победу. Ибо несть пределам этой силы великой, и даже сим черенком от лопаты можно покорить цитадель вражью. Помните об этом, молодой человек». Глупость ведь написана. Посмотрел бы я на него, как он с черенком против таргонского танка выйдет.

- Так что же, решимость и дух воинский не играют никакой роли?!

- Почему? Играют. Вот только воюет не оружие, и даже не армия, а система. У кого она лучше – тот и победит. Тылы, ремонтные базы, поддержка флотов, десанта, логистика и прочее… Ладно, если что – я завтракать.

Я уже почти допил кофе, когда в столовой появилась Иса.

– Ну и как оно? – поинтересовался я.

– По-разному, – в тон мне ответила Иса. – Причём очень.

– Ну давай, колись. Ты, как я уже слышал, спокойно общаешься с местными.

– Да, разговорную речь удалось согласовать. В общем, так, эти местные – сами не местные. Они прилетели на эту планету буквально прямо перед нами. Здесь их корабль-колония, разворачивают город. Самоназвания их расы я разобрать не смогла, впрочем, как структуру общества и многое другое.

– Да и пофигу, – отмахнулся я. – Скоро сюда должен прибыть имперский исследовательский флот с дипломатами и лингвистами, они и разберут. Кстати, когда их ждать? Ты ведь сливаешь данные в СИБ?

– Естественно сливаю, ежедневно. А вот на счёт флота – здесь сложнее. Мне дали понять, что пока сюда никто не прилетит. Нам велено действовать «по обстоятельствам».

– Это как так?! – обомлел я. – Обычно в таких делах первым делом следует вопль «Ничего руками не трогать, сейчас прибудут специалисты!». Иса, ты уверена, что передавала данные в СИБ, а не куда-то ещё?

– Ты надо мной издеваешься, Дэйв? – холодно поинтересовалась Иса.

– Прости, дорогая, – я взял её ладонь и поцеловал, – это я от неожиданности. Конечно, я в тебе не сомневаюсь.

Иса растаяла.

– Ладно, прощаю. Рассказываю дальше. Общаться пришлось с теми двумя, которых мы видели в первый раз, их зовут Чмокла и Чпокла.

– Как?! – во второй раз не поверил я.

Иса вздохнула.

– Думаешь легко перевести с птичьего на имперский? Это, между прочим, самая адекватная транслитерация их писков и хрустов. Они, кстати, весьма впечатление нашими военными успехами, и хотели бы поговорить с тобой.

– Отчего бы и нет? Давай сходим. Когда?

– Да в любое время.

– Тогда почему бы и не сейчас?

Я вышел в рубку.

– Эй, народ, кто-нибудь хочет пообщаться с местными?

Нэин помотала головой, не отрываясь от книги, а Локовски неожиданно спрыгнул с кресла.

– Я бы вот прошвырнулся. Скучно мне здесь. Нэин уткнулась в экран, и на меня совершенно не реагирует. Так что я с вами.

Местное солнце светило не так, как на Лэйве, отдавая даже в некоторую синеву. Я поёжился.

– Здесь в излучении больше ультрафиолета, чем я привык. У меня тоже кой-какие датчики есть.

– Дэйв, а всё же мы с тобой похожи, – просияла Иса, – я так счастлива! Может, ещё тебе чего-нибудь кибернетического добавим?

– Посмотрим, – хмыкнул я, надевая солнечные очки. – Куда идти?

– Вот по этой дорожке из жёлтого бетона. Я покажу.

Да, сразу было видно, что это место толком не обжито. Впереди виднелась громада корабля-колонии, повсюду кто-то суетился, то странного вида роботы, то местные. Они периодически отрывались от своих дел и с интересом рассматривали нас. Возводился периметр, строились какие-то помещения, то ли заводы, то ли склады. Некоторые аборигены возились с местными растениями, изучая флору, оказавшуюся внутри периметра. Некоторые из них были похожи на привычные мне лэйвские кустарники, а некоторые были довольно странного вида, вроде набора разноцветных трубок с лоскутными ленточками. Хотя, может это и не растения были? Ничего, наши ксенобиологи разберутся, если таки соизволят сюда явиться. Интересно, что значит это «действовать по обстоятельствам»? Ничего не понимаю.

– Вот и пришли, – сказала Иса, останавливаясь у полукруглого строения. – Нам сюда.

Двери при нашем приближении разъехались в стороны, и мы вошли внутрь. Обстановка, как и следовало ожидать, мало походила на человеческую. Маленькие низкие диванчики без спинок, круглые окна, непонятные устройства на полках и стенах, и интересного вида коврики с причудливым узором на полу. Довольно красивые.

– Добро пожаловать в наш дом! – прокукарекал то ли Чмокла то ли Чпокла, они были здесь оба. – Спасибо, что решили зайти. Пожалуйста, устраивайтесь как вам удобнее.

Поколебавшись немного, я уселся на диванчик, Иса присела рядом, а Локовски устроился прямо на полу.

– Я Чмокла, – представился птиц. – У меня к вам много вопросов. Мы уже осмотрели ваш корабль, Иса любезно позволила нам это сделать. Мы впечатлены. Ваши технологии значительно превосходят наши. Мы смеем надеяться, что вы пришли к нам как друзья.

– Разумеется, – подтвердил я и тут же брякнул. – Русский с китайцем – братья навек!

Локовски и Иса изумлённо вытаращились на меня. Что я несу?

– Китайцы? – Чмокла склонил голову набок. – Я не знаю этого слова. Что оно означает?

Ох блин…

– У нас есть легенда, – начал врать я, – что в космосе существует раса высокоразвитых существ, достигших вершин технологической мудрости, по виду похожие на вас, которые могут перемещаться по космосу без кораблей, несомые солнечным ветром на своих призрачных крыльях. Их называют китайцами.

– Хорошее слово, – подключился Чпокла, – мне нравится. Можете называть нас китайцами. А вы, я так понимаю, русские?

Ну попал…

– Ну, что-то типа того. Но чаще мы называем друг друга имперцами, – я постарался замять скользкую тему. – У вас были какие-то вопросы, касательно кораблей?

– Да. Нам удивительно, что один корабль сумел нанести такой урон флоту вторжения.

– Ну, «флот вторжения» это очень сильно сказано. На самом деле это был всего лишь разведкорпус, настоящие флоты куда как больше, и содержат весьма крупные корабли. Мы называем эту расу «таргонцы», и они наши давние противники.

А вот что он здесь делал, этот корпус, вопрос более чем интересный.

– Так что, – продолжал я, – боюсь, что ещё ничего не закончилось. Впрочем, мы отослали данные в штаб Службы Имперской Безопасности, силы Империи должны прибыть сюда в скором времени.

– Расскажите про Империю поподробнее, пожалуйста.

– Империя включает в себя несколько сотен солнечных систем, несколько крупных флотов, есть даже огромные корабли класса «Титан», оснащённые смертоносным главным калибром, один залп которого уничтожает дредноут. Однако, не смотря на наличие таких грозных вооружённых сил, мы мирные народы, ибо в составе Империи есть не только люди. Императору Палпутину служит более десятка разных рас, и везде царит мир и спокойствие. Мы мирные люди, но наш бронепоезд… хм… такой бронепоезд, что просто туши свет.

Что-то я начал излагать как передовица «Имперской Правды».

– Одним словом, я как представитель Имперских Сил, хочу предложить вам мир и сотрудничество.

Сказали «по обстоятельствам»? Вот и будет вам. Я сейчас ещё и соглашений насоглашаю, разбирайтесь потом.

– Я бы хотел задать вопрос, – продолжил я. – Где находится ваша материнская планета? Может, есть смысл вызвать подмогу оттуда?

– Мы не помним, – отозвались оба пернатых. – Мы очень долго в космосе. У нас нет памяти о том, откуда мы пришли.

Ну и дела!

- Что, вообще? А звёздные карты? А устройства хранения информации? Книги? Фильмы? Хоть что-то?

Птицы часто-часто заморгали глазами.

- Не помним… нет… не хочется вспоминать… шум в голове… нельзя…

Чего это с ними?

- Ладно, не хотите говорить и не надо, - я примирительно помахал рукой. – Но поверьте мне, угроза существенная.

– Поэтому, мы очень рады вашей помощи. А где ваш четвёртый член экипажа?

– Нэин что ли? Видите ли, после боя ей нужно привести в порядок меридианы своей ки, ибо они совершеннейшим образом разболтались, да и чакры почистить не грех…

Опять я выдал что-то запредельное. И кажется знаю, кого надо за это поблагодарить.

– Мы не поняли значений этих слов.

– Видите ли, многие у нас обладают некоторыми… талантами. Например, я. Впрочем, лучше показать.

Я вытянул руку в театральном жесте и прищёлкнул пальцами. Стоящая на низенькой полке светящаяся штука взмыла в воздух и сделала несколько кругов между Чмоклой и Чпоклой. Эффект был сногсшибательным. Оба подскочили, и с кудахтаньем стали носится кругами, путаясь в ковриках и половичках. Я от греха подальше приземлил хреновину, не стоит перегружать нервную куриную психику.

Двое курей остановились так же внезапно, как и подскочили.

– Мы впечатлены. Мы поняли, как вам удалось победить вражеский флот. Мы вынуждены удалиться на обсуждение. Извините, – выдали Чмокла с Чпоклой и с кудахтаньем выскочили прямо из окна на улицу.

– Интересные правила этикета у этих инопланетчиков, – подивился я. – Ладно, пойдём назад, к кораблю.

– Дэйв, ты что там нёс про «китайцев»? – спросила Иса, когда мы вышли на улицу. – Этого слова нет в моих словарях. Какие чакры? Ты что, головой ударился?

Я вздохнул.

– Видишь ли Иса, это подарочек нашего светящегося друга. Этот злыдень, когда «ломал барьеры» в моём мозгу, ухитрился слить часть своей памяти. Ладно бы что ценное, так нет, одни сплошные идиомы, непонятные слова, и прочую дребедень, которая прёт из меня наружу. Я, конечно, со временем научусь с этим жить, но сейчас оно прёт из меня наружу, и ничего поделать нельзя. Раздражает.

– Вот оно что… – с удивлением протянула Иса, – СИБ за тебя плотно возьмётся по прибытию. Упекут в свой медицинский центр и будут ставить бесчеловечные опыты.

– Вот хрен им! У нас в планах Вечер, ты, надеюсь, не забыла?

– Естественно нет. Ну что, готовимся к возвращению на базу с докладом?

– Да, пожалуй. Здесь нам больше делать нечего. Надо будет попрощаться с этими китайцами и сваливать. Миссия завершена.

Иса ушла проверять корабль перед полётом. Одного раза с паразитом на борту ей хватило, так что она, не полагаясь на датчики и камеры, полезла осматривать всё сама. Так что мы трое бездельничали.

– Ну прошвырнулись так прошвырнулись, – изрёк Локовски снова развалившись в кресле. – Теперь домой, женитьба… блин…

Запищал сигнал вызова. Я провёл ладонью по сенсорной панели, и на экране появились наши китайские птенцы.

– Наши славные имперские друзья! Могли бы мы попросить вас о просьбе?

– Излагайте. Мы, правда, уже собирались лететь домой…

– Нижайше просим вас сопроводить два десантных корабля к третьей планете. У нас нет достаточного количества сил для этого, надо готовиться к обороне нашего нового дома.

– И что там такого интересного на этой третьей планете? - удивился я.

– Наши (далее последовал не переведённый отрывок из свистов и пощёлкиваний) считают, что там есть нечто, что поможет нам справиться с таргонским нашествием.

Интересное дело. А может это нечто и нам пригодиться? Надо слетать, проведём сканирование.

– И что же это?

– У нас нет чёткого ответа. Вы поможете нам?

– Да, но после этого мы сразу же отправляемся домой. Нас ждут с докладом. Можем вылетать через полчаса.

– Транспорты ждут на орбите. Присоединяйтесь к ним, когда будете готовы, – и с этими словами связь прервалась.

Интересно, эти товарищи по жизни так немногословны или это издержки переводчика?

– Ну ладно народ, последний рейс и на базу. Давайте, располагайтесь в креслах, скоро будем взлетать.

«Иса, ты как там, закончила предстартовую подготовку?»

«Ага, доделываю. Всё в порядке, больше к нам никто не забрался. Всё же решил лететь к этой планете? Зачем? Мой дрон не засёк там ничего интересного».

«Проверим лишний раз, всё же твой разведчик — это не мультиспектральный анализатор, мог чего и пропустить. Сделаем несколько витков, посмотрим, и домой».

«Ладно, как скажешь. Сейчас буду в рубке».

Мы взлетели. Оба транспорта уже начали разгон и разворот для малого гиперпрыжка, и не дожидаясь нас улетели. Я досадливо поморщился.

– Какая наглость! Можно подумать нам очень надо сопровождать этих лентяев, – раздражённо прокомментировала Нэин, оторвавшись от планшета.

– У всех разное представление о этике, – пожал плечами я. – Ничего, скоро ксенопсихологи их так надрючат, что они при виде наших кораблей два раза «ку» будут делать.

Нэин странно на меня посмотрела, пришлось объяснить.

– Да, само вылезает, будто я этими словами всю жизнь пользовался. Поделать ничего не могу.

– Вечно ты во что-то вляпываешься, капитан, – Нэин повела плечиком, – ну и судьба у тебя.

«Вечно», надо же. Мы же знакомы-то от силы пару недель, хотя кажется, что целую вечность. «Искатель» развернулся, космос на мгновенье погас, и пространство окрасилось в малиновый цвет: корабль вошёл в гипертуннель. Не прошло и получаса, как мы выпали в обычный космос. Справа и снизу виднелся шар планеты. Я поглядел на экран радара.

– Иса, где транспорты? Что-то я их не вижу.

– Вблизи нет, сейчас поищу гравиметриками. Ага, нашла, даю на экран. Вон они, родимые.

Оба корабля находились от нас в десяти тысячах километров, и уже включив двигатели, направлялись в сторону планеты. Идиоты. Этих кретинов не учили, что такое построение? Как я их, интересно, прикрывать буду? Куриные мозги. Ладно, если что, сами виноваты. Я почесал в затылке.

– Иса, давай к ним, попробуем догнать. Не получится, дождёмся посадки транспортников, сделаем несколько витков вокруг планеты в режиме подробного сканирования и отварп на базу. Собственно, всё.

– Принято, – подтвердила Иса. – Начинаю разгон и выход на орбиту. Так, что это? Зафиксирован всплеск энергии!

Взвыло чувство опасности. На обзорном экране раскрывался цветок цино-поля, всё больше и больше, и, судя по спектру излучения, это были отнюдь не наши. Зараза, здесь ошивался цинопостановщик-невидимка! Обнаружить такую пакость можно только случайно, да и то, если сильно повезёт.

– Твою мать! – выругался я. – Быстро! Манёвр уклонения, полный вперёд. Готовность к экстренному отварпу!

Хрен там. Мы были слишком близки к планете, её масса не давала стержням гипердрайва синхронизироваться. Я потянулся к кнопке маскировочного поля, но тут рядом с нами возник ОН. Огромный таргонский корабль, судя по тоннажу, явно класса «Титан». Вспыхнули белым призрачные крылья, таргонец ставил собственное цино, настроенное на режим «мост». Радар покрылся целым роем точек, от маленьких, до весьма крупных, в нормальное пространство высыпал приличных размеров флот. Я почувствовал, что покрываюсь холодным потом. «Титан» поймал нас в прицел, и уже генератор маскировочного поля пискнул, отключившись.

– Отварп! – взвыл дурным голосом я.

– Не могу! – в тон мне взвыла Иса. – Нас блокируют!

Рядом с титаном надувался огромный пузырь «бубля».

– Дерьмо! Слияние! Полный вперёд, постараемся оторваться, пока нас не накрыли сеткой!

Я опять оказался в космосе, сзади и сверху. Ничего, мы ещё повоюем. Один раз у меня получилось надрать им задницу, можно и повторить на бис.

«Искатель» резко нарастил скорость, уходя на перегреве двигателя. На орбите чужой планеты вспыхнули две маленькие звёздочки, это погибли транспорты, попав под фокус орудий «Титана». Спасти их не мог уже никто, они не успели достигнуть спасительной атмосферы. Вот и нас разберут, если мы не можем удрать. Один залп «Титана» и нам крышка.

«На нас идёт облако дронов! – предупредила Иса. – Я готовлюсь к неуправляемому переходу. Ещё сорок секунд».

Зараза. Сорок секунд — это целая вечность.

Ну ладно. Попробуем продержаться. Я уже привычным жестом ухватил пару дронов, резко повернул, и запустил в сторону «Титана». Ничего, полетели как миленькие. Ну что, сволота, потанцуем? Я приготовился изловить летевшую прямо на меня «Тарелку», и вдруг почувствовал на себе чей-то недобрый взгляд. На обшивке «Титана» вспыхнул яркий изумрудный огонёк, и по мне ударил сильный псионический удар.

Таргонцы-псионики? Быть такого не может! Эта раса полностью лишена дара.

Уж не знаю, кто по мне попал, но попал знатно. В глазах помутилось, но я, тряхнув головой, сумел сфокусироваться снова.

«Иса, сколько ещё ждать?»

«Работаю, – пришёл удивлённый ответ, – двадцать секунд».

Зелёный свет разгорелся с новой силой, и я, наученный горьким опытом, выставил щит. Посмотрим, кто кого.

Удар был настолько силён, что мою защиту снесло моментально, а меня самого выкинуло назад, в реал. Странно это. Когда участвуешь в псионическом поединке, чувствуешь врага. Чувствуешь колебание его псионической «ауры», потоки силы. Мастера-псионики даже могут читать своего оппонента, предсказывая удары. А тут… Я не чувствовал жизни в этом всплеске энергии, словно меня атаковал механизм. Но как такое возможно?

- … Нас глушат! - кричала Иса. - Мы под сеткой! Орудийные турели три и пять уничтожены!

Вот теперь нам точно кранты. «Искатель» повис в космосе под огнём дронов и приближающихся «Тарелок». Щиты еле держались, кое-где лазеры уже начали щипать обшивку. «Титан» развернулся, и излучатель его главного калибра начал наливаться ярким белым светом.

Вот теперь точно жопа.

Корабль тряхнуло, когда залп нас накрыл. Свет погас, и через секунду включилось аварийное освещение. Верещала сирена общей тревоги, на боковом экране ползли красные строчки: «отказ двигателей», «критическое повреждение гипердрайва», «орудийные системы не отвечают», «многочисленные структурные повреждения»...

– Залп главного калибра «Титана», одна десятая мощности, – доложила Иса. – Список повреждений на экране, сам видишь. Основные системы уничтожены, корабль не управляем. Реактор цел, он бронирован, но второй залп мы не переживём.

«Титан» открыл ворота грузового отсека, и к нам протянулся толстый синий луч гравизахвата.

– Они хотят взять нас живыми, – спокойно сказала Иса. – Это вполне логично, особенно, после всех твоих экзерсисов. И совершенно недопустимо.

– Ты права, – так же спокойно ответил я. – Инициализация системы самоуничтожения.

– Принято. Реактор введён в закритический режим работы. Гравитационные стабилизаторы кварк-глюонной плазмы отключены. Внешние защитные системы отключены. Цепи гипердрайва включены на самозацикливание. Идёт накачка энергии. До взрыва полторы минуты.

– Вот и отлетались… – с горечью резюмировал Локовски.

«Титан» был всё ближе, пасть грузового отсека разинута, даже видны фигурки таргонцев в скафандрах. Вражеский флот прекратил огонь, таргонские корабли просто висели и наблюдали за происходящим.

– Тридцать секунд. Двадцать девять…

– Катапультирование!!! – рыкнул я и приложил ладонь к сенсору.

Корабли умирают так же, как и люди. Некоторые с позором, некоторые от старости, среди космического лома, а некоторые с честью в бою, как мы. Лобовая бронеплита «Искателя» раскололась на части направленным взрывом, и в космос выстрелила пирамидка спасательной капсулы, некогда бывшая его рубкой. Я успел увидеть, как «Титан» затянул мёртвое тело «Искателя» в ангар, как сверкнула белая вспышка, как оба цветка цинополя развернулись в неописуемый узор и вскипели гравитационной аномалией, расходясь волнами по орбите, сминая и скручивая таргонские корабли. Я успел увидеть, как «Титан» раскалывается пополам, и части неторопливо разлетаются в стороны, как попав в волны гравитационного коллапса, разваливаются мелкими обломками и валятся на планету, сгорая яркими болидами в атмосфере. Потом навалилась перегрузка и меня накрыло тьмой. Капсула вошла в плотные слои атмосферы.

Я почувствовал, что меня трясут за плечи.

– Дэйв! Капитан! Очнись!

Я поступил довольно банально: застонал и открыл глаза. Иса прекратила меня трясти и прижала к себе.

– Ты жив! Я так перепугалась…

– Как остальные?

– Все живы, хотя и помяты. Это не считая синяков и порезов.

Рубка была в плачевном состоянии. Главный экран был в двух местах расколот, пол вздыбился, в стенах вмятины. С потолка свисали обрывки кабелей, где-то искрило. Мда, похоже, посадка была не из мягких.

Я аккуратно высвободился из объятий Исы.

– Итак, что у нас плохого? Иса, докладывай.

Иса вздохнула.

– «Искатель» умер, но умер славно. Нам повезло, подрыв реактора сумел инициировать локальное возмущение в остатках стержней гипердрайва, которое, в свою очередь, вошло в резонанс с цинополем. Там, наверху, сейчас творится хаос. Пространство ходит волнами. Прогнозирую, что два-три стандартных дня у нас имеется, пока всё не устаканится. Теперь-то нас точно не оставят в покое, ведь мы им «Титан» вместе с флотом уничтожили. Кстати, части «Титана» продолжают падать на поверхность, километрах в пятнадцати-двадцати от нас как раз свалилось такое. Можно пойти и осмотреть.

– Далее, – продолжала Иса, – капсула сильно повреждена, и уже никуда не годится. Энергии надолго не хватит, так что тебе придётся извлечь мой кристалл и поместить в моё тело. Я сейчас архивирую все данные. Да, прежде чем ты меня извлечёшь, я хочу показать вам одну вещь. Смотрите.

Изображение периодически шло рябью, но всё равно можно было различить большой город, практически мегаполис.

– Этого не может быть, – произнесла Нэин.

– Ну нифига себе ириска! – выразился Локовски.

– Представьте себе, я тоже сперва не поверила своим сенсорам, – закивала Иса. – Но это правда!

– Да что там такое? – удивился я. – Что за город?

Все удивлённо воззрились на меня.

– Дэйв, ты что, не видишь? Это же Нью-Ёрик из сериала «Планета Бетонных Джунглей», – просветила меня Иса.

– Сейчас не лучшее время для шуток.

– Я не шучу, – обиделась Иса. – Сам смотри. Город на берегу моря, даже статуя Гекаты с факелом есть.

– Что такое «Геката»?

– Богиня смерти. Её поставили в честь напоминания о Великом Крушении.

– Тааак… Иса, ты точно уверена? Может просто похожая статуя?

– Просто? Смотри дальше. Вот это – Пень Тагон, это Башни-Яйца, их в конце каждой серии в титрах показывают. Вот база десанта. Дэйв, я Нью-Ёрик узнаю из сотен городов, я пересмотрела все серии, которые вышли на этот момент.

– Подтверждаю, – покивала Нэин. – Всё именно так.

– Согласен, – подтвердил Локовски.

– Хрень какая-то, – я встал. В голове шумело, но ничего, переживу. – Всё это напоминает полный бред, но да ладно. В общем так, народ. Расклад такой. Собираемся, перепаковываем вещи, и выдвигаемся в этот ваш Нью-Ёрик. Нам надо убираться с этой планеты, может, мы сможем найти в этом городе какой-нибудь корабль. В капсуле оставаться нельзя, её таргонцы обнаружат в первую очередь, а в городе мы можем затеряться. Да, забыл самый главный вопрос: что с населением города?

– Город пуст, и это очень странно, – ответила Иса. – Датчики не показали наличие жизни. Всё, энергия кончается, я высвобождаю кристалл. Будь со мной нежен, Дэйв.

На приборной панели раскрылась крышка, и из недр бывшей рубки выехал картридж с псикристаллом Исы. Я подошёл к её телу и расстегнул молнию на платье. Кожа между лопатками разошлась, освобождая гнездо кристалла. Замок лифчика мешался, так что пришлось расстегнуть и его тоже. Я аккуратно взял картридж и вставил в гнездо. Пискнул зажим, и личность Исы плавно втянулась внутрь, кожа моментально заросла, не оставляя и следа.

– Вот! – торжественно произнесла Иса. – Воссоединение души и тела. Ай!

Платье начало сползать, я не успел застегнуть молнию, да и лифчик свалился.

– Дэйв, охальник! – зашипела Иса, пытаясь поймать сползающую одежду. – Ты чем тут занимался, пока я была в отключке? Лапал меня? Локовски отвернись!

– Что ты, Иса, сладкая моя, – возразил я, – естественно нет! Просто не успел.

– Ну не при всех же! – продолжала шипеть Иса, – Вот останемся одни…

И замолчала, подозрительно глядя на Локовского.

– Да-да? – спросил тот. – Если что, я ничего не слышал, про то, как ты Дэйва соблазняешь.

– У, дармоед! Я вот тебя! – погрозила ему кулаком Иса. – Всё, можешь поворачиваться.

– Итак народ, – сказал я, облачаясь в боевой костюм. – Похоже, здесь только один я имею весьма поверхностное представление об этом вашем сериале. Иса, Нэин, расскажете, пока собираемся?

В общем, выяснилось следующее. Жила-была одна высокоразвитая цивилизация, где пси-способности были самым обычным делом, всё из-за огромного дерева Тагон, наделявшего местных людей псионическим даром. Всё бы хорошо, но в глубинах космоса завелось Великое Зло, принявшее обличье Рыжего Демона Пустоты, ледяного Чу Айса, который захотел захватить Тагон и забрать всю его энергию себе. Этому, естественно, воспротивились местные, и завязалась война, по результатам которой на планете остался только один город Нью-Ёрик. Армия демона была разбита, сам он был пленён, а его душу разделили на несколько неравных частей. Вот только прежде чем сдохнуть, поганец уронил планетоид Альбац, он же Хрустальный Небесный Абажур, прямо на Тагон, устроив ему, соответственно, полный альбац. Так что пси-способности у большей части населения пропали, оставшись лишь у нескольких избранных, сформировавших команду супергероев. И хотя Тагон погиб, остался его Пень с живыми корнями, под которыми и располагалась супергеройская база. Так что забот у команды было много, возродить Тагон из Пня, найти и уничтожить (или хотя бы запечатать) части Чу, после крушения удравшие на волю, попутно отбиваясь от остатков нечисти. Десантура, к слову, обычно успевала только к окончанию разборок, зачищать остатки демонической массовки.

– Ну и бред… – сказал я, прерывая Ису и Нэин. – Всё пересказывать не надо, потом по ходу дела будете делиться мудростью. Да, Иса, как так вышло, что ты не засекла такой крупный объект как мегаполис при первом облёте планеты?

– Сама не знаю, Дэйв. Могу поклясться, что его тогда не было, но как такое может быть? Камуфлирующее поле? Постановщики помех? Но я не засекла внешних воздействий... А город между тем не мираж, я специально садилась рядом, так что рассмотрела всё хорошо.

– Значит рассмотрим всё лично, но сначала доберёмся до обломка «Титана», вдруг рядом упали таргонские спасательные капсулы? Мне совершенно не хочется оставлять в тылу этих чешуекрылых уродов.

Оружейный шкаф не получил повреждений, впрочем, он был рассчитан на более серьёзное воздействие.

– Мой боевой костюм пропал… – уныло произнесла Нэин.

– Ты не положила его в шкаф? – удивился я.

– Нет, он остался в каюте. Что теперь делать?

– Возьмёшь мой запасной, не беда. По правилам, скафандры должны быть для всех членов экипажа, так что всегда есть запас, – я открыл дверь шкафа. – Итак, давайте распределять вооружение и припасы.

Носимый пояс-упаковщик «Запас-3М», это каждому. У Локовского, правда, имеется собственный, но мой интегрируется с интерфейсом костюма. Управление простое и надёжное, открыл голографическое меню и вытянул из инвентаря предмет.

Локовски сграбастал свой любимый «Кедр» и пятьдесят картриджей к нему, мне досталось ровно столько же. Выстрелов – хоть устреляйся, в каждом картридже запаковано по сто тысяч 9 мм вольфрамовых шариков или пуль. «Кедр» разгоняет их до сверхзвука, так что местной зубастой фауне следует сразу сматывать удочки. Порвём на части.

Компактный генератор защитно-маскировочного поля «Проблема-П», полевой вариант значит. Это мне, в горб костюма.

Кристалл с двумя сотнями ракет, которые мы нагло утащили с разбитого корабля, это Локовскому, он у нас привычный к тяжёлому вооружению.

Снайперка «Контакт-5А», андроидное исполнение, и картриджи к нему, это Исы. Набор микроботов-разведчиков, тип «Муха», это тоже её. Дополнительные энергетические элементы – каждому в горб костюма. Каждому же по индивидуальной палатке.

– Я могу обойтись, – сказала Иса, – надо же кому-нибудь дежурить, мало ли что. Мне это проблем не составит, а вам надо спать. Запаковывай мою, Дэйв, в крайнем случае, я к тебе заберусь, поместимся.

- Отличная мысль, - одобрил я.

- А может и мне тоже не брать? – задумался Локовски. – Нэин, согреешь своим теплом усталого космодесантника?

Нэин посмотрела на него и лишь презрительно фыркнула.

Что осталось? Ага, пищевой синтезатор «Полевик-2», пусть Нэин запакует. Универсальный фонарь, аварийный регенератор атмосферы. Параджеты.

– Обязательно, – заявил Локовски. – Я к нему привык, без него как голый. Давай сюда.

– Иса, Нэин?

Нэин немного подумала.

– Я, пожалуй, обойдусь. Мой стиль – ближний бой или засады, а эта громоздкая штука будет только мешаться. Запаковывай, надо будет – распакуешь, делов-то.

– И я обойдусь, – решила Иса.

Ну и ладно. Я теперь сам могу летать, безо всяких технических приспособлений, так что и мой пойдёт в инвентарь. Туда же лишний «Кедр». Ничего не забыли? Вроде всё, можно выходить.

Капсула приземлилась на вершине невысокого холма, зарывшись носом в грунт. Мы с Исой, не сговариваясь, повернулись к ней и отдали честь. Прощай старый товарищ.

– Ну, вперёд, – я махнул рукой. – Локовски с Нэин впереди, у вас больше опыта выживания во враждебной среде, мы за вами. Двигаем к обломку «Титана».

Внизу простирались джунгли. Впрочем, джунглями это можно было назвать с большой натяжкой, фауна и флора была совершенно не похожа ни на что мною доселе виденное. Отдельные растения напоминали бамбук, распространённый в Нихонской Империи. Отдельные штуки были похожи на деревья, но с шевелящимися отростками, впрочем, враждебности они пока что не проявляли. Пару раз от нас удирало что-то длинное и мясистое, обрамлённое бахромой ног. Вверху, в ветвях, попискивало, похрустывало и поухивало, но пока что есть нас никто не пытался.

Примерно через час мы выскочили на поляну.

– Так, небольшой привал, – объявил я. – Надо скорректировать курс.

Из спинного горба боевого костюма Исы вынырнул дрон-малютка и исчез в небе. Я посмотрел вверх. Солнце уже клонилось к закату, скоро стемнеет. Надо побыстрее добраться до места крушения, может в обломке сохранилось неповреждённое помещение, сможем там заночевать. В принципе, можно раскрыть маскировочное поле, но лучше, когда тебя защищают толстые стены. Небо прочертил очередной болид, куски «Титана» продолжали падать. Я вздохнул.

– Мы были вместе десять лет, «Искатель». Ты был моим домом, даже более того. И хотя ты был лишь прототипом кораблей третьего техноуровня, мы могли дать бой любому противнику. Вон, даже «Титан» грохнули.

– Да, – поддержала меня Иса, – грустно… Я даже не могу описать своих чувств… Я уже привыкла ощущать себя металлической громадиной, а сейчас всё такое непривычное…

– Главное, что ты цела. Если бы твой кристалл сломался… Даже думать не хочу.

– Дэйв, ты бы опечалился, если бы меня не стало? – Иса пристально посмотрела мне в глаза.

– Естественно. Я не могу представить никого другого рядом с собой.

– Спасибо, – Иса обняла меня и шепнула на ухо, – Так что ты там до конца не доделал, ещё на капсуле? Может вечером попробуем закончить начатое, а?

Локовски, зараза, обладал замечательным слухом. Он хмыкнул, повёл носом, и подкатился к Нэин.

– Слушай, Нэин, я тут подумал…

– Забудь.

– Не, это я для снятия стресса. Мы были на пороге смерти и всё такое...

– Даже и не думай об этом.

Бедняга вздохнул.

– И что мне так не везёт в этой жизни, а? – задал он вопрос в воздух, – Этот, вон, обнимается, а я ваще! Ну блин!

И с размаху дал пинка ни в чём не повинному камню, зашвырнув его в ближайшие кусты. Кусты затрещали, на поляну вылезла штука.

Мне она напомнила таракана, я их всегда ненавидел. Только в отличие от этих мелких насекомых, хрень была метров пять в длину и имела гораздо больше ног. Глаз я не заметил, только две чёрных продольных полосы по бокам тела и целый комплект мохнатых отростков. Погань встала на дыбы, и стала видна приличных размеров пасть, расположенная на брюхе.

– Какие тут интересные зверьки! – протянул Локовски, беря нечисть на прицел.

– По идее, – начал я, не отрывая взгляда от пасти, – оно не должно на нас охотиться. Сомневаюсь, что мы похожи на её привычный пищевой рацион…

И тут оно прыгнуло. Моё тело среагировало само, я совершил прыжок назад, посылая мощный псионный заряд летящей на меня туше. Тварь издала писк, и перекувырнувшись в воздухе, шлёпнулась спиной на землю. Зацокал «Кедр», издал низкое гудение модуль «Нэин», и гадость заверещала, разрываемая очередью кинетики и плазменными шарами. Иса, видимо для гарантии, швырнула в конвульсивно дёргающуюся пасть штурмовую гранату.

Глухо хлопнуло, и во все стороны разлетелись ошмётки, сгорая на индивидуальных щитах наших костюмов. Мерзко завоняло.

– Тьфу, зараза! – выругался Локовски, – Пошли отсюда. Фу, мерзость, ну и вонь! Иса, можно было и без гранаты обойтись!

– Зато ты взбодрился.

– Да уж, куда бодрее! Дэйв, это тебе урок. Обычно, всякая инопланетная хрень мало обращает внимание на высокоумные материи вроде «пищевых цепочек», и жрёт всё подряд. Так что огонь надо открывать сразу, как только увидел. Во избежание.

– Ну ладно, – я почесал в затылке. – Верю на слово, ты по планетам шастаешь больше моего. В следующий раз поступай по своему усмотрению. Включаем оптический камуфляж и двигаем вперёд.

В ухе пискнуло, костюмы соединились в нейросеть. Прямо передо мной всплыло окошко нейрочата.

«Вот это техника! – восхитилась Нэин, – У нас в Республике такой нету. Я совершенно не обладаю пси-способностями, но тут свободно могу обмениваться мыслями, как заправская телепатка. Потрясающе!».

«Не удивительно, – хмуро заявил Локовски. – Знаешь, сколько стоит такой костюмчик? Это, между прочим, новейшая модель: «Кризис–4». Стоит он почти как средних размеров крейсер».

«Правда, что ли?», – не поверила Нэин.

«Истинно так, – важно подтвердила Иса. – У нас самое лучшее оборудование. Стоит он, конечно, подешевле крейсера, два миллиона с копейками каждый, но тем не менее».

«Хотела бы я иметь такой у себя дома…», – позавидовала Нэин.

«А он уже и так твой, – ответил я. – У них свойство интересное, они привязываются к персоналии. Так что, пока ты жива – костюм твой».

«Ага, ага, – покивал Локовски. – Есть такое дело. Инбридинг по-научному».

«Импринтинг, дурья башка! – фыркнула Иса. – Не употребляй умные слова только за то, что они такие длинные и красивые. Выглядишь глупо».

«Пофигу, – гордо заявил Локовски. – Зато я стреляю гораздо лучше, чем ты».

Вот и поспорили.

Солнце уже норовило сесть за горизонт, когда мы подошли к упавшему обломку, при падении он проломил изрядную просеку. Локовски поднял руку. Стоп.

Вот они, таргонцы, числом три штуки. Один забрался на самый верх обломка и ковырялся в листах искорёженного металла, так что наружу торчала только длинная таргонская задница, она же псевдобрюшко, двое других копались в спасательной капсуле. Придурки, а за периметром кто следить будет? Ну сейчас вы поплатитесь за свою неосторожность. Силуэты врагов подсветились разноцветными контурами, цели розданы. Верхний – Исе, двое у капсулы – Локовскому и Нэин. Я, значит, наблюдатель. Ну и ладно.

Всё кончилось моментально. Иса несколькими выстрелами разнесла таргонский зад на части, ранение явно не совместимое с жизнью, и на землю свалилась фонтанирующая зелёной слизью тушка. Немного подёргавшись тело затихло, но для верности Иса всадила в него ещё пару зарядов. Штурмовой модуль Нэин, на это раз, стрелял какими-то иглами, намертво приколотив тело к корпусу капсулы, а Локовски, не мудрствуя лукаво, просто расчленил свою цель несколькими очередями.

– Пошли, – вслух произнёс он, убирая шлем. – там всё чисто. Больше никого нет.

В капсуле не было ничего интересного, одни непонятные таргонские вещи. Впрочем, Иса, расковыряв обшивку, выудила из её недр причудливого вида устройство.

– Это их энергетический элемент. Заберу с собой, запас карман не тянет. Если что, можно подзарядить наши, у меня есть переходник. К тому же, теперь их бортовой компьютер лишён питания и никуда ничего не передаст.

Логично, правильная мера предосторожности. Правда, он уже мог успеть нашпионить.

– О, Иса, гляжу ты захомячиваешь всякие полезные вещи? – Локовски указал пальцем на энергоблок. – И правильно, так и надо. Прямо как наш прапор Ничипоренко. У того тоже было хозяйство о-го-го!

– Можно подумать, я похожа на какого-то толстого прапора, - обиженно заявила Иса, пряча устройство в упаковщик.

– Похожа-непохожа, а привычка нычить полезняшки весьма правильная. Вот, помню, был с нашим прапором случай…

– Расскажи! – обрадовалась Нэин.

– В общем, дело было так. Отправили нас на отдых, после разборок в районе фронтира, на Заонце, слышал про такую планету, а Дэйв?

– А как же, - ответил я. – У нас в «Банке Заонце» платиновый счёт. На него премиальные деньги капают за каждого пирата. А ещё это планета фелинов.

– Вот! – Локовски поднял вверх палец. – Это главное. Планета космических кошаков. У них там неплохие курорты, мягкий климат, планета-сказка. Разместили нас, значит, в средней полосе, рядом с озёрами, в которых местные разводят рыбу. Этой рыбы в них – прорва, а ловить её, гады четвероухие, не разрешают. Заповедник типа. Прапор наш и так и сяк, хрен. Нельзя и всё. Но где это видано, чтобы прапора остановило «нельзя»? В общем, покопался он в своей каптёрке и нашёл, вы не поверите, вёсельную аллюминиевую лодку!

– А лодка-то ему зачем? – удивилась Нэин. – Пробрался ночью на ховербайке, да лови себе, пока нет никого.

– Видишь ли, аборигены повесили над озёрами поле техноблокады, так что вся современная техника там работать отказывалась, а вёслам все эти техноизыски до одного места. Там, конечно, патруль рыскал на моторных лодках, но для такого случая наш ухарь приготовил сюрприз. Этот хрен присобачил к лодке старый списанный параджет, вместо двигателя. Двигатель Клайва, как известно, и в поле техноблокады работает, ему пофигу. Всё бы хорошо, да вот только забыл он убрать аварийные ускорители, они нужны или для катапультирования, если «маршрутка» в космосе вдруг потеряет управление, или для аварийной посадки, или же для аварийного взлёта.

– Итак, – продолжал Локовски. – Закинул наш герой сеть, и поплыл себе, а в сеть рыба набивается. Много набрал, хотел было к берегу плыть, да вдруг из-за островка выруливает патруль, да прямо к нему. Нечипоренко, не долго думая, врубает экстренный взлёт на параджете, а ускорители возьми да и сработай. Лодка со свистом уносится вдаль, пролетает прямо сквозь островок, и разгоняясь до второй космической, уходит в горизонт. Офигевший патруль рванул следом, да куда там! Ищи-свищи. Лодку потом нашли на орбите второй луны, а рядом дрейфовала сеть с мороженной рыбой.

– А что прапорщик? – ужаснулась Нэин. – Он же без скафандра!

– Нихрена ему не сделалось. Как он потом рассказывал: «Врубаю я газ, и вдруг бац! Я в воде, лодки нет, кошаки с матом уносятся вдаль. Ну, я как дурак, поплыл к берегу. Что ещё делать-то оставалось?» Выкинуло его, когда параджет по газам дал.

– И как, поймали браконьера? – поинтересовался я.

– Не-а. Кошачий рыбнадзор потом к нам приходил, шипели, плевались, крутили хвостами, да всё бестолку. Армия своих не выдаёт, к тому же начбазы, майор, был из местных, но из конкурирующего клана. Рыбнадзор – пушистые, продольнополосатые, а майор гладкошёрстный, трёхцветный. Эх и мяв стоял! Причём ругались вперемешку, на кошачьем и имперском. Майор пообещал хвосты пооткручивать, но до этого не дошло. Дело замяли. Подумаешь, рыба.

– Врёшь ты всё, - отрезала Иса.

– Ну вот, опять вру, – обиделся Локовски. – Ну тебя. Дэйв, дай-ка лучше мне свой силовой ножик. Я тут кое-где поковыряюсь.

Я пожал плечами и кинул ему излучатель. Локовски заполз вниз под обломок, загудело лезвие и посыпались искры.

– Ага, так я и думал, – раздался его приглушённый голос. – Сейчас.

Минут через пять одна из панелей заскрипела и откинулась в сторону. Наружу выпали два таргонских трупа, обломки, и непонятный мусор. В проёме стоял Локовски, и выпнув наружу вражью голову произнёс:

– Чисто. Залезайте.

Видимо, когда–то это место было инженерным отсеком, в стенах вмонтированы странные агрегаты с экранами, почти все разбитые, на полу несколько механизмов с руками-манипуляторами, уже навсегда обездвиженными. Я попинал один такой ногой. Не, не включается, и хорошо.

– Я такого уже навидался, – начал Локовски, выкидывая наружу обломки. – Мы как-то раз брали штурмом их крейсер. Они всё стараются делать унифицировано, так что я прекрасно знал, что увижу внутри. Слушай, Нэин, твой плазменный агрегат может поработать как сварка? Здесь надо заварить пару люков, чтобы ночью к нам ничего не заползло.

– Никогда не думала о такой возможности, – удивлённо произнесла Нэин. – Но можно попробовать. Где заварить?

– Пошли, покажу. А вы пока повыкидывайте мусор. Сегодня будем спать с комфортом.

– Слушай, Дэйв, а что ты вообще обо всём этом думаешь? – начала Иса, когда Локовски с Нэин удалились.

– Не знаю, – честно ответил я. – Полный сюрреализм. Город из сериала, да ещё и без людей, таргонцы, в концентрации превышающей предельно допустимую, инопланетные пингвины, не помнящие родства. Всё это отдаёт бредом.

– Вот и я тоже ничего понять не могу. Твой серебряный друг не появлялся?

– Нет, пока не отсвечивал. Может быть мы сумеем найти ответы в самом городе?

Локовски и Нэин вернулись минут через десять.

– Отличная штука это альтарианский штурмовой модуль! Если мне надоест содержать ресторан, и я захочу открыть автомастерскую, обязательно достану такой. И плазморезка и плазмосварка и от конкурентов отбиться.

– Вот ведь шут! – закатила глаза Нэин. – И как ты до старшего лейтенанта дослужился? Или враги дохли от твоих идиотских шуточек?

– Всё, задраиваем люки и ужинать, – я потянул за рычаг, и дверная панель со скрипом закрылась.

Сегодня можно обойтись без палаток, одними спальниками. Хотя если мы с Исой уединимся… Какая заманчивая мысль. Кстати, а где она? А, вижу, возится с кухонным агрегатом. Локовски включил фонарь, срубил крепёжки таргонского агрегата и выкинул его вон. Оставшаяся станина неплохо послужит в качестве стола, на который старлей уже поставил пару пузатых, в оплётке, бутылок, видимо из запасов ныне покойного Кругмана-варвара.

– Локовски, – я указал пальцем на стол, – для аппетиту по стаканчику?

– Не вопрос, – поддержал он, и на столе материализовались три пластиковых стаканчика. –Нэин, ты ведь с нами?

– Не откажусь.

– Знаете, – задумчиво произнёс я, делая несколько мелких глотков. О, а вино-то замечательное! – всё это задание – полный бред. Всё не так. Начиная с непонятно откуда взявшейся звезды…

– Ты это о чём? – удивился Локовски.

Я хлопнул себя по лбу. Ну да, он же не в курсе аномального появления местного светила.

– Проболтался. Ладно, ты в эту историю уже замазан по уши, так что сейчас расскажу. Но учти, это тайна имперского масштаба, пока ты подписку не давал, думаю, когда вернёмся, дашь уже за всё. Впрочем, тебе не привыкать к военным тайнам, правда?

– Да без проблем, – пожал плечами Локовски. – Не мальчик уже, понимаю, да и деваться некуда. Давай уж, колись.

И я рассказал. Локовски задумчиво почёсывал кончик носа.

– И вправду странно. Логично было бы послать дрона, а после экспедиционный флот. Однако гонят тебя.

– Да, вдобавок здесь уже полно таргонцев, странная планета с городом из сериала, какие-то птички шизокрылые. И это «действуйте по обстоятельствам» из штаба СИБ, и никакой поддержки. Кстати, Нэин, зуб даю, ты что-то обо всём этом знаешь. Почему тебя включили в состав экспедиции? Неужели альтари не в состоянии отправить сюда свою собственную? Не верю. Так что теперь твоя очередь рассказывать, мы все здесь в одной лодке, так что… сама понимаешь.

Нэин задумчиво болтала вино в стакане.

– В общем, да, ты прав. Я кое-что знаю, – начала она. – Помнишь, когда мы встретились и пошли в кабак к этому, – она ткнула пальцем в Локовского, – липучке, ты сказал, «трепещи Локовски, она внучка Верховного Комиссара»?

– Ну да, было дело, – кивнул я.

– Так вот, ты почти попал в точку. На самом деле я действительно внучка, только не Комиссара, а Видящей. А она обладает не меньшей властью, чем Верховный.

– Никогда не слышал про «Видящих».

– И не мог, это государственная тайна. Видишь ли, псионные способности у нас очень большая редкость, примерно один на миллиард. У вас, если я не ошибаюсь, около десяти процентов.

– 13,4% – уточнил я, – но не суть важно.

– Зато у нас есть те, кто при определённых условиях могут видеть варианты будущего или некие серьёзные происшествия. Провидцы.

– Ого! – удивился Локовски, – Так значит ты пророчица?

– Увы, – вздохнула Нэин, – у меня нет ни капли таких сил. Всё унаследовала моя старшая сестра. Ладно, продолжаю. В один прекрасный день все провидицы увидели один и тот же сон. Армада таргонских кораблей, пылающих алым пламенем, звёздная система, возникшая из ниоткуда и странная планета, покрытая клубами тумана. Затем всё скрылось, и чей-то голос произнёс:

Сон станет явью, а явь станет сном.

Три разных силы сойдутся в одном

Месте, что скрыто в межзвёздной ночи.

Ключник поможет создать вам ключи.

Произнёс, между прочим, по-имперски. Наши спецслужбы, естественно, связались с СИБ, и те вполне конкретно указали на тебя, видимо тоже что-то знали, раз этот их ничуть не смутило. Так что ты был выбран для этого полёта совсем не случайно.

– И наши вот так запросто, слили такую информацию?

– Ты меня спрашиваешь? Мне-то почём знать? Видимо, у твоего руководства были какие-то резоны поделиться с нами гостайной.

– Мистика дурная, – кисло констатировал я. – «Ключник»… Знать бы, что это такое…

– Угу, мистика, она самая. Кстати, Дэйв, а ты знаешь, что в эту звёздную систему нельзя попасть? – Нэин пристально посмотрела на меня.

– Как это? – оторопел я.

– В прямом смысле. Нельзя попасть. Совсем. Никак. Ты думаешь, только имперские службы наблюдают за космосом?

– Естественно нет.

– Вот именно. Мы тоже обнаружили эту аномалию, и сразу же отправили дрона.

– И?

– Дрон не вышел из гиперпрыжка. Исчез. Если он прыгал сквозь систему, и выходил в тёмном космосе, то всё было в порядке. Недоступна сфера примерно в двести миллионов километров.

– Но мы же здесь! И таргонцы тоже.

– И это самое интересное. Мы посылали даже смертников, из числа приговорённых преступников, с ними произошло то же самое, что и с дроном.

– Ничего не понимаю.

– И никто не понимает. Однако, я могу высказать предположение, что после того как ты пересёк эту самую границу, система стала доступной для всех. Может ты и есть этот «Ключник»?

Я почувствовал, что голова идёт кругом. Локовски, наблюдая за этой сценой, ни говоря ни слова, налил мне стакан до краёв. Я благодарственно хмыкнул, и выдул всё одним махом.

– А вот и я! – объявила Иса, неся ужин. – Сегодня у нас особое походное меню, лапша растворимая с искусственным мясом, то же самое могу сказать про картошку и котлеты. Привыкайте, синтезировать курицу по-императорски не выйдет. Нет у меня такой программы.

– И так сойдёт, – заявил я, отбирая свою порцию. – Спасибо, Иса!

Снаружи в дверную панель кто-то заскрёбся и застучал.

– Не открывай! – вскинулся Локовски, – Мало ли что там!

Иса посмотрела на него как на идиота.

– Прости, – засмущался тот, – что-то у меня от этих страшных тайн совсем мозги поплыли. Я ведь человек простой, увидел таргонца – прихлопнул. А тут у вас хрень какая-то…

Ужин прошёл в молчании, но все периодически искоса поглядывали на меня, даже Иса.

– В общем так, народ, – заявил я выкидывая пластиковую тарелку в дальний угол. – я от вас ничего не скрываю. Честно говоря, я сам всем этим здорово шокирован. Завтра выдвигаемся в город, может там что-нибудь прояснится.

Исиным коварным планам в отношении меня не суждено было сбыться, как только я уронил голову на подушку, сразу же отрубился. Снился мне странный сон. Я стоял в ночи, посреди серого моря трав, светила бледная луна, и не было больше ничего, кроме этой луны и призрачного колышущегося моря разнотравья. Пролетел порыв ветра, и свет луны, осветив гребешки волн неярким серебряным светом, сложился в подобие человеческой фигуры.

«Ну, привет, – заявил Свечение. – Как жизнь, здоровье?»

Пока жив. Что это за место?

«Ты про планету? Да, занятная штука».

И ещё, сюда нельзя попасть.

«А, так тебя просветили на этот счёт? И какие мысли?»

Я и есть этот самый «Объект Ключник»?

«Да, можно и так сказать. У тебя есть талант открыватьп некоторые замки».

Откуда берутся все эти аномалии?

«Я пока умолчу об этом. Иначе будет не интересно, интрига пропадёт».

Я бы предпочёл поскучать.

«Да ладно! Кто тут Нэин мозги запудрил, что фанатеет от жизни полной Ужасных Приключений и Страшных Опасностей?»

Ты что, подглядываешь?

«Вот ещё! Я… кхм… получаю информацию из разных источников».

Ладно, проехали. Как нам свалить из этой дыры?

«Очень просто. Сейчас это самая обычная планета. Ну, почти… Так что если найдёшь транспортное средство, то самым тривиальным образом».

Почти?

«Да, вот об этом-то я и хотел с тобой поговорить. Как ты уже понял, место это особенное, и возникло не совсем естественным способом. Аномалия, можно сказать. И у этой аномалии есть центр, ядро, или лучше сказать - «сердце»? Да, «сердце». Пожалуй, этот термин больше подходит. В общем, я бы рекомендовал тебе добраться до него раньше таргонцев».

Зачем?

«Как ты думаешь, почему таргонцы отправили флот вторжения в никому не известную солнечную систему? Очевидно же, это «сердце» очень ценная вещь».

А ты знаешь её ценность?

«Естественно. Но сказать пока не смогу. Я и так уже почти превысил пределы допустимого вмешательства. Впрочем, в любом случае, решать тебе».

А если таргонцы получат это «сердце»? Что будет тогда?

«Если честно, то понятия не имею. Вообще, чтобы им завладеть надо обладать некоторыми способностями, вроде моих или твоих. Однако у таргонцев нет ничего подобного, но они страстно рвутся к цели. Значит, что-то у них в загашнике имеется, так что результат будет совершенно непредсказуем. Я вообще про их расу знаю мало, странные они какие-то. Одно могу сказать, у них есть нечто, что они могут тебе противопоставить».

Я знаю. На орбите у меня случился псионический поединок.

«Даже так? Странно, я ничего не почувствовал. Бывает же такое… Надо начать копать в этом направлении. Но сделать я могу немногое, сейчас мои способности ограничены».

И ты с ограниченными способностями можешь общаться со мной на таких расстояниях?

«Это-то как раз не самое сложное. Да, ещё. Охраняй свою Ису. Я чувствую, что скоро ей может грозить опасность. Какая – не знаю. Береги её».

Постараюсь.

«Вот и славно. Ну, бывай!»

Больше снов я этой ночью не видел.

Докладная записка его высокопревосходительству Канцлеру от полковника Службы Имперской Безопасности Строганова Б.В.

«…Корабль «ключника» сбит над третьей планетой аномалии. Разведдрон, перед тем как был уничтожен, успел ретранслировать сигнал SOS . От резервного дрона информация поступает с искажениями, в системе бушует гравишторм. Ясно одно, «Ключнику» удалось уцелеть, и большая часть таргонского флота уничтожена. В данный момент звёздная система недоступна».

Глава 6

Нью-Ёрик, Нью-Ёрик

Утром меня разбудил запах кофе и жареной колбасы. Я потянулся и врезался локтём в обломок таргонского агрегата. Хреновы твари! Ответите мне за мой корабль! Какая там капитанская каюты была, эх…

Оказалось, что все уже давно проснулись, только я один совершенно нагло дрых. Быстро одевшись, умывшись водой из бутылки, и натянув броню, я сел завтракать вместе со всеми. Иса грудью встала, но никому бутербродов не дала, пока я не проснусь.

– Вот ведь зло! – возмущался Локовски. – Мы тут все из-за тебя голодными сидим. Что ты, что твоя подруга, оба друг друга стоите.

– Иса, – сказал я, полностью проигнорировав наглые инсинуации Локовского. – как прошла ночь?

– Нормально. Я оставила «муху» на верхушке этих обломков, так что всю ночь наблюдала за окрестностями. Ночное зрение у неё плохое, но я видела, что вокруг шлялись местные твари, так что при выходе надо быть осторожнее. Кстати, я ошиблась на счёт двух-трёх дней, зарево на небе было, конечно, красивое, но похоже шторм угасает. Чисто теоритически, можно посадить корабль уже сейчас, но это будет довольно рискованно. В общем, лучше считать, что таргонцы уже здесь и ждут нас. Целее будем.

Остаток завтрака прошёл в молчании, я обдумывал наши дальнейшие действия. Первым очнулся Локовски. Он отложил в сторону пластиковую тарелку и стаканчик и изрёк:

– Ну что, пошли что ли? Долго мы тут сидеть будем?

Упаковать оборудование – дело не хитрое, так что через пару минут мы уже были готовы к бою.

– Так, Иса. – Локовски взял свой «Кедр» наперевес. – Я иду первый. Пока не скажу, что всё чисто, не вылазьте и держите дверной проём под прицелом. Открываешь на счёт «три». Поехали! Раз, два, три!

Иса потянула за рычаг, и дверная панель со скрипом отъехала в сторону. Снаружи потянуло свежим воздухом, но и всё. Есть нас никто не собирался.

– Я пошёл, – заявил Локовски, и вывалился наружу.

Некоторое время ничего не происходило, потом раздалась очередь сухих щелчков, стреляли из «Кедра», и голос Локовского: «Чисто! Выходите».

Мы вылезли на волю. Трупы вчерашних таргонцев кто–то разорвал на части, голова укатилась аж метров на десять. Впрочем, этот «кто–то» лежал здесь же, рядом с обломками. По виду гадость напоминала вчерашнюю, только у этой ног было больше, и пасть треугольная, полная мелких и явно острых зубов.

– Это ты его сейчас? – поинтересовалась Нэин.

– Не-а. Он уже дохлый был. Или оно, хрен знает. Я для верности очередь дал, чтобы убедиться, что точно не оживёт. А сдохло оно явно от отравления таргонским мясом. Вечно эти инопланетные хищники жрут всякую дрянь, а потом дохнут. Было у нас в бригаде дело. Служил у нас один минматар, тупой, зараза, как пробка, и норовил не мыться. Видать думал, раз чёрный, то и грязь не видно. Разило от него… Как-то раз, значит, высадили нас на одной планетке, на фронтире. Там было куда мразнее, чем здесь, жара, влажность, паразитов до чёрта… Вот, собственно, на нас стая паразитов и напала, точнее на этого минматара. Мы как раз его из барака выпихнули, наружу, с указанием не возвращаться до тех пор, пока не отмоется. Как подонки умудрились миновать защитный периметр, ума не приложу. В общем, бежит такая волна жёлтых зубастых мячиков, и всё на него, нас игнорируя полностью. На запах шли, что ли? Мы, естественно, открыли огонь, да бестолку. Стая облепила нашего засранца, жрёт и дохнет, жрёт и дохнет. Не повезло бедняге, он-то без брони был, на помывку шёл, так что обглодали его до костей. Ну, а остатки стаи, что само не загнулось, мы добили. Тут и дроны–огнемётчики подоспели, так что после санобработки огнём, хоронить было уже нечего. Так что все они такие, эти инопланетные монстры, жрут всё подряд.

Иса задумчиво разглядывала тушу.

– Эй-эй! – напрягся Локовски, прервав байку, к явному неудовольствию Нэин. – Иса, ты чего там задумала? Опять гранатами швыряться? Не надо, мне одного раза достаточно.

– Да вот думаю, – присматриваясь к туше заявила Иса. – зубы этой штуке что ли выбить? Можно ожерелье сделать.

Ну и вкусы у неё прорезались…

– Иса, идём, – я решительно взял её за руку. – Народ, не расслабляемся, мы тут всё же не на пикнике. Выпускай свою «муху», будешь путь разведывать.

Мы наконец–то двинулись к городу. Локовски шёл в авангарде, а мы за ним. Пока что всё было спокойно, один раз, правда, местное дерево протянуло ко мне свои хваталки, но я их обрубил силовым лезвием. Видимо, местной флоре–фауне этого хватило, больше никто агрессии не проявлял.

– Нэин, – как-бы невзначай произнёс я, поравнявшись с ней. – теперь-то может расскажешь, зачем дурочкой прикидывалась?

Нэин стала фиолетовой, в крапинку. Занятно краснеют альтари.

– Ну… Видишь ли… Всё просто. После этих событий с пророчествами и прочей дребеденью, наши спецслужбы тобой всерьёз заинтересовались, и мне дали приказ войти к тебе в доверие и собрать информацию. Через свои каналы они договорились с СИБ, и меня включили в состав экспедиции.

– Войти в доверие? И ты не придумала ничего лучше, чем прикинуться блонди?

Нэин смущённо кивнула.

– Ну ты даёшь, подруга…

Джунгли закончились внезапно, будто кто-то отрезал их ножом. Мы резко затормозили, рассредоточившись по кустам. Я активировал визор шлема и принялся рассматривать окрестности. Мда, действительно странно, с виду обычный пригород, вот только ни звука, ни движения, лишь ветер шумит в кронах местных деревьев. Я пощёлкал диапазоны визора. Чисто, никакого электромагнитного излучения. Ряды двухэтажных домиков, тянулись километра на три, дальше за ними виднелся уже сам город, с двумя огромными башнями-яйцами.

– Внушает, – изрёк Локовски, оглядывая пейзаж. – Особенно дорога, упирающаяся в джунгли. Мда, одно слово, аномалия. Куда дальше-то, а Дэйв?

Я задумался.

– Давайте так. Включаем камуфляж и двигаем к ближайшему домику. Заберёмся внутрь и устроим совет. Заодно осмотримся.

Перед глазами пробежал муар: включился оптический камуфляж. Справа снизу появилось окошко нейрочата. Мысль – самый защищённый канал связи.

«Быстрее! – крикнула Иса, – На дороге замечено движение!»

Мы рванули со всей дури, лавируя между кустами, пригибаясь и прячась. Камуфляж-камуфляжем, но лучше лишний раз не светиться. Я подбежал к задней двери ближайшего домика и подёргал дверную ручку. Заперто. Локовски отодвинул меня в сторону и выбил её одним мощным ударом плеча, и мы всем скопом ввалились внутрь.

– Все на пол! – зашипел он, захлопывая дверь.

«Даю картинку с «мухи», – флегматично доложила Иса.

Прямо передо мной открылось окошко связи с изображением дороги. Над ней двигалось нечто непонятное, похожее на шар с торчащими во все стороны извивающимися щупальцами.

«Это ещё что за хрень?» – удивился я. – «Это что, вот так вот выглядят местные жители?»

«Неужто ни разу не видел? – не менее удивился Локовски. – А, впрочем, да, ты же пилот. Это таргонский дрон-разведчик. Значит наши жукоглазые друзья уже здесь».

«Может его с орбиты забросили?»

«Исключено. Это дрон-атмосферник. Иса была права, впереди у нас комитет по встрече».

Нда. Ну а кто сказал, что будет легко?

Похоже, таргонский дрон нас не заметил, к нашему дому он не проявил никакого внимания, и добравшись до края дороги, исчез в джунглях.

– Отбой, – Локовски поднялся на ноги, отряхивая пыль с боевого костюма. – На таком расстоянии его сенсоры нас сто процентов не засекут, особенно внутри здания. Ну что, собираем военный совет?

– Да, пожалуй, – я уселся в ближайшее кресло. – Итак, товарищи, начнём? Располагайтесь, чувствуйте себя как дома.

Все расселись кто куда. Локовски плюхнулся в кресло у странного вида телевизора, потыкал пальцем в кнопки и изрёк:

– Муляж!

– Что?

– Муляж, говорю. Просто кусок пластика. Он никогда не работал и работать не может, сам посмотри, – и повернул агрегат ко мне тыльной стороной.

Внутри агрегата действительно ничего не было, не было даже задней стенки. Я почесал в затылке.

– И что бы это значило?

– А мне-то откуда знать?

– Ну тогда и хрен с ним. Значит так, задача номер один – свалить отсюда нафиг. А чтобы свалить, нужен корабль. Иса, Нэин, привлекаю вас в качестве экспертов. Что говорит ваш сериал по поводу космических кораблей?

Девушки задумались.

– Помнится, – сказала Нэин, – на базе космодесанта был лёгкий крейсер. Гипердрайв у него точно был, они на нём на вторую планету летали. И на луну.

– У этой планеты нет луны.

– Кстати да! – вмешалась Иса. – Я засекла несколько отклонений от сериала. Луны нет, это раз, Башни-Яйцы есть, но расположены совершенно в другом месте. В фильме они были почти в центре, а здесь недалеко от нас, считай что на окраине. База десанта обязана быть, это один из ключевых моментов сериала, но и она может быть не там, где была в фильме. Как я уже говорила, когда мы падали, я видела похожие на казармы здания, но до конца не уверена, было как-то не до этого.

– Нда, задача, – задумался я. – Не хватало ещё бродить по всему городу в поисках этой базы. Иса, твои «мухи» могут помочь?

– Увы, нет. Предельный потолок у них 50 метров, и дальность 340. Это дроны ближней разведки, зато их практически нельзя обнаружить. Может, поступим проще? Залезем на крышу одной из Башен, там должна быть смотровая площадка, с такой высоты весь город видно.

– Дельная мысль. Снаружи нет шпионов?

– Сенсоры «мухи» не засекают ничего подозрительного.

– Значит, выдвигаемся.

– Погодите немного, – прервал нас Локовски. – Я загляну на кухню.

– Зачем?

– А вдруг в стасиснике продукты завалялись? Неохота жрать синтезированную бурду всё оставшееся время, – заявил нахал, и с этими словами удалился.

Я последовал за ним. Оборудование кухни не особо впечатляло. Электроплита, вытяжка, микроволновка, пластиковые шкафчики и стиральная машина. Я пошарил по полкам. Пусто.

– И здесь муляжи, – разочарованно протянул Локовски. – Вот, полюбуйся.

Я посмотрел. Внутри стасисника лежали пластиковые сосиски, не менее пластиковая ветчина, банки консервов, судя по весу – совершенно пустые, и для разнообразия, пенопластовые фрукты.

– Пошли отсюда, – сказал я, поглядев на это богатство. – Весь этот город один сплошной муляж.

Мы вышли на улицу через чёрный ход и задними дворами, стараясь не выходить на открытое пространство, двинулись в сторону стены девятиэтажек, опоясывающих широкое шестиполосное шоссе, отделяющее пригород от города. Мрачные дома, из серого бетона с тёмными окнами. Я на всякий случай усилил чувствительность пассивных датчиков боевого костюма, мало ли что. Вдруг где-нибудь, в районе девятого этажа, притаился снайпер?

"Ньюерикская полукольцевая – передала Иса, когда мы приблизились к шоссе и спрятались в придорожных кустах. – Огибает город, и обоими концами упирается в залив Гузон".

"Гузон?" – не поверил я.

"Ага. Узкий он, как куриная гузка, вот его так и прозвали. И не смотри на меня такими глазами, не я это придумала".

"Да плевать, хоть сфинктер. Рядом есть кто-нибудь?"

"Мои сенсоры не показывают ничего необычного. Пока что все чисто".

"Замечательно. Значит так, выныриваем из этих кустов, и в режиме форсажа, под маскировкой, бежим через шоссе вон к той арке. Я так понимаю, это вход во внутренний двор".

В окне общего чата появилось три плюсика. Ага, никто не возражает.

Мы рванули через дорогу. Система оптического камуфляжа протестующе запищала, но сумела вытянуть маскировку, так что во двор мы ввалились все так же невидимыми.

Внутри не было ни души, ни следа таргонцев или другой какой гадости. Около домов пустовали парковочные места, рассчитанные явно на наземный транспорт, посередине, за небольшим заборчиком, располагалась цветастая детская площадка, с горками, песочницей и качелями.

"Будем осматривать здания?" – поинтересовалась Нэин.

"Зачем? – удивился я, – Что там может быть интересного?"

"Вот и славно, – облегчённо ответила Иса, – Тут все какое–то угнетающее".

Нда. Чем хорош нейрочат, так это тем, что в нем сложно скрыть эмоции. Слова на экране не более чем субтитры к мыслям.

«Найдём продуктовую лавку – заглянем обязательно, - безапелляционно заявил Локовски. – Хочу жрать».

«Что, – съязвила Иса, – у тебя недостаток пластика в организме? Думаешь, в лавке будет что-нибудь настоящее? Держи карман!»

«Да ничуть не хуже твоей пластиковой каши, – парировал Локовски».

«Ах вот как? Значит сегодня будешь питаться подножным кормом. Что поймаешь, то и сожрёшь».

«Как далеко от нас Башни?» – поинтересовался я, пытаясь прекратить начинающуюся перепалку.

"В двух кварталах, – отозвалась Иса. – Сейчас скину всем карту. Вот смотрите, идём через вон ту арку к перекрёстку, движемся по улице рядом с домами, пересекаем улицу вот здесь и вуаля! Мы на площади Башен–Яйцов".

"Отлично, – кивнул я. – Тогда вперёд".

Мы вышли из арки прямо к перекрёстку, как и говорила Иса. Светофоры, опять же приспособленные для наземного транспорта, были мертвы, не горел ни один огонёк. Странно, а почему здесь нет инфраструктуры для скиммеров?

"По сценарию, у них не получилось сделать компактный антиграв, так что летало немногое, грузовики, общественный транспорт, – отозвалась Иса. – Население передвигалось в основном на наземном колёсном транспорте на электротяге".

"Подслушиваешь?".

"Ни в коем случае. Просто ты слишком громко думаешь. Если не хочешь, чтобы тебя слышали, отключай окно чата".

Тьфу, блин. И точно, все мои мысли были уже здесь. Как маленький прокололся, честное слово. Ладно хоть без орфографических ошибок думаю, и то хорошо.

Краем глаза я уловил какое-то движение. Резко развернувшись, я вскинул оружие, но это был всего лишь обрывок бумаги, который тащило ветром по дороге. Мысленно сплюнув, я отвернулся.

"Ты чего, Дейв? – переполошился Локовски. – Чего дёргаешься?"

"Да вон, кусок бумаги пролетел, – объяснил я. – Просто движение увидел, вот и все".

"Не было никакого движения, – удивилась Иса. – Я бы обязательно заметила. Я держу под контролем всё пространство в радиусе 50 метров. Никто никуда не летал".

"У меня что, по-твоему, глюки?" – обиделся я.

"Лучше покажи запись, – посоветовала Нэин. – В этом чёртовом городе все не так".

Я вывел запись последних трёх минут в отдельное окошко. Вот я смотрю на перекрёсток, вот делаю резкий разворот...

"Стоп! – скомандовала Иса. – Смотри!"

Бумага действительно была здесь, только сквозь неё было видно чёрный асфальт.

"Газета–призрак!" – нервно хихикнула Нэин.

"Это ещё не все, – обрадовала её Иса. – Смотри сюда".

На заднем плане, метрах в десяти-пятнадцати от нас виднелись размытые человекоподобные фигуры.

«Мамочки... – Нэин вжалась спиной в стену здания. – Они ведь где–то здесь, рядом...»

«Нэин, душа моя, – заявил Локовски, приобнимая её за талию. – Я защитю тебя! Или защищу? Дэйв, как правильно пишется, "защитю" или "защитяю"?

«Отпусти меня, дубина! – страх из голоса Нэин мгновенно улетучился. – Народ, пошли отсюда, мне здесь неспокойно».

И мы двинулись дальше по улице, озираясь по сторонам, и стараясь прижаться к стене зданий, чтобы в случае чего, нырнуть в ближайший подъезд. Интересная деталь: город не производил впечатление брошенного, казалось, люди просто куда-то отлучились и сейчас снова появятся. В витринах магазинчиков виднелась всякая всячина, но это, скорее всего, были очередные муляжи. Один раз Локовски задел продуктовый лоток, и уронил массивную на вид буханку хлеба. Та с пластиковым стуком упала на землю и весело покатилась под горку, подпрыгивая на выбоинах.

«Ты нас демаскируешь! – прошипела Нэин, – а что, если за нами наблюдают?»

«Конечно наблюдают, – Локовски скорчил страшную рожу, – и будь уверена, всенепременно захотят сожрать. Чего уж там, я бы сам тебя съел, ты такая сладкая, как мягкая булочка. Только сначала бы облизал с ног до головы, а потом…»

Нэин замахнулась на него своим штурмовым модулем. Локовски отскочил в сторону и показал ей язык. Ну прямо как дети малые, честное слово.

Дорога расходилась надвое, огибая большую площадь, на которой стояли Башни–Яйцы. А ничего так, красиво. Зелёные кустики, фонтаны у каждого подъезда, правда, неработающие, дорожки, выложенные плиткой, скамеечки.

«Большие, – резюмировал Локовски, разглядывая башни. – Но поменьше, чем в Зеленограде. В столице Лэйвы все большое, даже больше чем в Капитоле. Они друг с другом вечно соревнуются».

«И ведь ни одной машины, – заметил я. – Смотри, Иса, парковки пустые».

«А может здесь призрачные машины? – занервничала Нэин. – Мы спустимся, а они на нас как прыгнут!»

Может она всё-таки блонди? И моё первое впечатление о ней было верным?

«Давай я отнесу тебя на руках» – предложил Локовски.

«Уж лучше я умру, – отрезала Нэин. – Дэйв, ты что-нибудь видишь?»

Я пожал плечами.

«Ровным счётом ничего. В смысле, ничего странного».

«Как твоё чувство опасности?» – спросила Иса.

Я прислушался к себе.

«Молчит».

«Ай да ну вас, перестраховщики! – заявил Локовски. – Я пошёл, а вы как хотите».

И с этими словами, он уверенно зашагал вниз по мраморной лестнице, по направлению к страшной парковке с призрачными автомобилями-маньяками. Я пожал плечами и устремился следом, девушки, чуть поодстав, за мной.

Локовски спокойно пересёк парковку, подошёл к главному входу, и попинав ногой дверь, изрёк:

«Электричества нет. Ломать придётся. Отключаю маскировку, все равно от неё толку не будет».

– Может попробуем отжать? – спросил я голосом, сбрасывая камуфляж.

– Давай. Не хотелось бы стекло бить, это, считай, всем покажем, что мы тут. Войдём – попробуем двери назад закрыть. Ну что, взяли?

Мы ухватились за створки дверей и с усилием потянули. Дверь заскрипела, что–то хрустнуло, и створки разъехались в стороны.

– Прошу вас, леди, – Локовски галантно посторонился, пропуская Нэин вперёд.

– Не хочу, – отрезала та. – Иди сам, пусть тебя первого съедят.

– Вот всегда так, – печально подвёл итог Локовски. – Пытаешься быть с ними вежливым и тактичным, а они... Эх вы, женщины.

Холл башни был большим и светлым. Почти у входа, справа, располагался маленький книжный магазинчик, напротив него, слева, киоск с сувенирами. За стойкой с надписью «Информация» (это даже я могу прочитать, хоть и не знаю инглессе), виднелись двери лифтов. Я уже было направился к ним...

– Ой, смотрите! – вскрикнула Иса. – Это же журнал «Ёрик Гёрл»! Его все модницы города читают, туда даже сама Мальвина Синявская пишет. Мальчики, пойдите тут все осмотрите, а мы осмотрим журналы. А вдруг там выкройки есть? Я вся в предвкушении!

Я хотел было возразить, но Локовски, зараза, уже успел умотать к сувенирной лавке и увлечённо в ней рылся. Я вздохнул и отправился к нему.

–Ага, – урчал тот, – маечка. Пойдёт. Так это что? О, кружка для пива. Нормуль. Дэйв, смотри, что я нарыл!

Локовски поставил на прилавок фигурку Гекаты, только вместо факела в руке у неё было... женщинам лучше не показывать.

– Мужикам дома покажу, пусть поржут, – радостно заявил Локовски. – Здесь ещё куча барахла, выбирай и себе сувениры.

– Мародёрствуешь, – вздохнул я. – Вон, девушки тоже резвятся.

– Экий ты высокоморальный! – съязвил Локовски. – Здесь даже людей нет, так что считай, что просто нашёл это барахло. Тебе жалко, что ли? Обычные боевые трофеи, я их с каждой миссии привозил. Сувениры на память.

– В общем, нет, – пожал плечами я, – ничуть не жалко. А вдруг это всё – вещи призраков, и ты навлечёшь на себя их проклятье?

Но Локовски лишь хмыкнул, похоже, проблемы призраков его не волновали совершенно. Я обошёл киоск и извлёк с витрины жёлтую машинку, судя по всему, такси. Моделька была сделана весьма аккуратно, двери открывались, колёсики крутились. Ну и ладно. Я тоже хочу трофеи. Значит так, возьму эту кружечку, статуэтку Гекаты, с нормальным факелом, маечку...

– Дэйв, посмотри сюда, – Иса подошла к прилавку и плюхнула на него стопку журналов. – На вот, читай.

Я взял в руки номер "Ёрик Гёрл", повертел в руках и открыл на первой странице.

– Иса, я не знаю этого языка, так что прочитать не могу. Девушки на фотографиях да, красивые. Это все, что я могу сказать.

– Зато я знаю этот язык. Это инглессе. Однако, в этом журнале, да и в других тоже, написана полная бессмыслица. Отдельные слова имеют смысл, но из них не складывается предложения.

– Как это? – удивился я.

– А вот так. Фразы абсолютно бессмысленны: «пакет случайных детей», «самец подростка», «пальто из воспитать в себе мораль», «корова цепи череп дизайн мужчины», и так везде. Полный бред. Но ты дальше полистай, там ещё интереснее.

Я начал листать дальше. И правда, с фотографиями начали твориться непонятки. Чем больше был номер страницы, тем больше стирались черты лиц девушек, и на последних страницах у них вообще не было лиц. Так, пустой овал.

– Ну и дела… – только и сказал я.

– Вот-вот, – подтвердила Иса. – Я тоже ничего не понимаю. Кому придёт в голову печатать такие странные журналы?

– Знаете, – задумчиво протянул Локовски, – а у меня есть идея. Иса, ты хоть раз во сне читала книгу?

– Мне не снятся сны, Локовски. Мог бы и догадаться.

– Да, действительно. Снятся ли андроидам электроовцы… Что на счёт тебя, Дэйв? Тебе-то сны снятся?

– Естественно! На счёт книг… Дай подумать… Вроде бы, если открываешь книгу… Опа!

– Именно так, – важно покивал Локовски. – Первые строчки обычно осмысленны, а дальше слова разбегаются и смысл ускользает. А следующие страницы вообще, как в тумане.

– Не хочешь ли ты сказать, что мы сейчас спим?

– Протестую! – возразила Иса. – Мои сенсоры показывают совершенно обратное. Это реальность.

– Нет конечно, – сказал Локовски, – мы, разумеется, бодрствуем. Но ведь какое совпадение, а? Кстати, Нэин, если предположить, что мы во сне, может мы, того, а? Побалуемся? Ведь это сон, а во сне не считается.

– Ни-ког-да, – по слогам произнесла Нэин.

– Ну как хочешь. Такой опыт теряешь, глупая.

Иса облокотилась на стопку журналов.

– Что с ними делать, Дэйв?

– Запакуй. Потом предъявим СИБ, пусть у них голова болит от всех этих загадок. Всё, прекращаем собирать трофеи и пошли к лифтам.

– Прекращаем так прекращаем, – Локовски был сама покладистость. – Я всё равно уже всё умыкнул.

Двери лифтов, что вполне естественно, не открывались.

– Энергия, чтоб её, – зло буркнул я.

– В данном случае и энергия не поможет, – Нэин попинала дверь лифта ногой. Дверь отозвалась гулким звуком. – Это очередной муляж. Просто кусок пластика, выполненный под дверь.

– Разойдись народ! – я активировал силовое лезвие. – Сейчас посмотрим, что там за этим холстом в каморке Папы Карло!

Народ удивлённо посмотрел на меня. Я вздохнул.

– Встречу Свечение, прибью. Я сам устаю нести эти глупости.

Я сделал несколько взмахов лезвием и лжедвери упали внутрь шахты. В образовавшийся проём моментально порхнуло несколько «мух», давая картинку.

– Так-так, – комментировала Иса. – Как я и предполагала, лифта там нет. Ни грави- ни обычного, просто бетонный колодец. На каждом этаже, однако, имеются фальшдвери. Замечательно. Можно взлететь на параджетах и вырезать себе проход. Впрочем, те, кому не нравится эта идея, могут пойти по лестнице пешком.

Топать по лестнице желающих не оказалось, и мы, распаковав параджеты, взмыли вверх по стволу шахты. Локовски рванул первым и завис перед верхней дверью раньше всех.

– Ну что, – сказал он, кивая на мерцающее лезвие в моей руке, – давай. Жду.

Я подлетел к двери, начал вырезать прямоугольник прохода. Пластик резался без усилий, это вам не керамосталь. Дверь зашаталась и рухнула вниз, я не успел её подхватить.

– Вы что там творите? – рыкнула Нэин, когда кусок пластика просвистел у неё перед носом.

– Это они незаметно вторгаются на вражью территорию, – съязвила Иса.

Нда. Незаметно не вышло. Мы влетели в образовавшийся проём и осмотрелись. Как я и ожидал, помещение было пустым. Здесь, на вершине Башни, располагался шикарный ресторан. Вся стена представляла собой одно сплошное окно, массивные деревянные столы на паркетном полу, кожаные кресла, недешёвая обстановка, одним словом. Посередине зала вилась спиралью металлическая лестница со сверкающими хромированными перилами, ведущая к смотровой площадке, которая, как корона, украшала верхушку небоскрёба.

– О, кабак, – обрадовался Локовски. – А вот мы сейчас поурчим. Может хотя бы здесь жратва есть? Или выпивка?

– Пластиковая, – скривилась Иса. – Даже не надейся, проглот.

Нэин посмотрела вверх.

– Залезем? – предложила она. – Пока этот тип, неудовлетворённый желудочно, роется в стасисниках…

– В холодильниках, – поправила Иса. – В Нью-Ёрике не было стасис-камер. Не изобрели. Еду они вынуждены были хранить в холодильных камерах, чтобы не протухла. Какое варварство!

– Да не важно, – пожала плечами Нэин. – Ну так как, осмотримся?

– Маскировку включить не забудьте! – раздался из подсобки приглушённый голос.

– Без тебя знаем! – огрызнулась Иса.

Итак, мы под камуфляжем потопали вверх по винтовой лесенке, и оказались на самой вершине Башни–Яйца.

«Красотища какая! – выдохнула Нэин. – И всё же, посмотрите, как странно выглядит город. Как будто он просто шлёпнулся откуда-то сверху. Так удивительно!»

И правда, город смотрелся явно чужеродным элементом среди местных джунглей. Чудеса.

Иса осматривала окрестности.

«Так–так. Дэйв, смотри сюда. Кажется, я полностью сориентировалась на местности».

Я подошёл к ней и обнял за талию.

«Вот, полюбуйся. Вот здесь мы шли, видишь? – Иса подсветила дорогу в окошке карты. – А вон там, смотри, улица плавно переходит в Бутерброд–вэй…»

«Во что?» – удивился я.

Иса вздохнула.

«Лучше бы ты смотрел этот сериал, капитан. Объяснять каждое название… Ладно. Бутерброд-вэй – это культурная артерия Нью-Ёрика. Назвали её так, потому что она двуярусная, ну это ты и сам видишь. Вверху проезжая часть, а внизу театры, опера, бутики… О. Кстати. Бутики. Дэйв, нам обязательно надо туда попасть. Полюбуйся, база десанта находится на противоположном конце. Вот, я подсвечу».

Действительно, километрах в пяти-шести виднелся комплекс двух-трёхэтажных бараков. Я перевёл глаза в режим дальнозоркости и приблизил изображение. Хм, похоже на правду. Забор, башни автоматической защиты, генератор энергополя. Отключённый. Вот этот шпиль похож на диспетчерскую вышку, а за ней виднелся самый настоящий ангар, судя по размерам, вмещавший корабль, рангом не ниже крейсера. Отлично, значит нам туда.

«Да, действительно, – согласился я. – Весьма похоже на базу. Надеюсь, корабль на месте».

«А если попытаться добраться туда под землёй? – Локовски таки выбрался наверх. – Насколько я помню, в сериале фигурировало метро».

«Нет! – одновременно вскрикнули Иса и Нэин. – Бутик! Съедят!»

При мысли о подземке меня кольнуло ощутимое чувство опасности.

«Думаю, под землю нам лезть не стоит, по крайней мере сейчас. Обычно предчувствие меня никогда не обманывает, так что…» – задумчиво изрёк я.

Девушки посмотрели на меня с благодарностью.

«Ну, как хотите, – пожал плечами Локовски. – Моё дело – предложить».

«Нашел ли ты жратвы, о страждущий?» – спросил я.

«Увы… – печально ответил Локовски. – Как и ожидалось, в закромах пусто. Но ведь надежда умирает последней, не так ли?»

Мы спустились вниз тем же путём, и вышли наружу мимо зверски разграбленного сувенирного магазинчика. Поднявшись по ступенькам в горку, мы вышли на широкую улицу, уходящую к центру города.

– Кстати, Иса, а как называется улица, по которой мы сейчас идём? – поинтересовался я.

– В Нью-Ёрике сложно с названиями, – ответила Иса. – Практически все улицы просто-напросто имеют номер. Эта, к примеру, 56-я авеню. Никакого воображения. Варвары.

Авеню расходилось тремя дорогами на перекрёстке, одна сворачивала на север к морю, другая – в дебри бетонных джунглей, а третья ветвь плавно перетекала в эстакаду Бутерброд-вэя.

– Дэйв, тут есть призраки? – спросила Нэин.

– Я пока что не вижу ничего, – ответил я.

– Говорят, то, что скрывается от глаз, можно увидеть лишь боковым зрением, – с совершенно серьёзной мордой изрёк Локовски.

– Что, правда? – не поверила Нэин.

– Не слушай его, он издевается, – сказала Иса. – Только косоглазие себе заработаешь. Неужели ты до сих пор не поняла? Болтун он.

Под мостом было чисто. Стояли, конечно, мусорные баки, но они были девственно чисты, и сверкали свежим зелёным пластиком, как будто только что с завода. Ни бумажки на улице, ни окурка, ни банки. Даже афиши театров пахнут типографской краской. Я поковырял одну такую пальцем.

– А что здесь написано? – полюбопытствовала Нэин. – Я люблю театры. Может заглянем на секунду? Просто посмотрим и сразу назад.

– Что-то ты расслабилась, подруга. – я укоризненно посмотрел на неё. – Забыла, что мы недавно видели таргонского дрона?

– Да, и к тому же, – добавила Иса, – здесь написано: «Премьера! Пьеса «Она написала – убийство.» Ты уверена, что хочешь это видеть? Обычно призраки любят селиться в зданиях, а уж про театры я молчу. Любой уважающий себя театр обязан иметь хотя бы парочку. Угадай, кто будет в роли жертвы, а? Даю подсказку: не призраки. Они и так уже мёртвые.

Нэин задрожала. Вот ведь злыдни, издеваются над несчастной.

Дальше мы двигались в молчании. Часто, дома представляли собой одну сплошную стену, без проулков и поперечных улиц. В один из немногочисленные проулков мы свернули, исключительно из любопытства. Ничего интересного, просто маленький дворик среди бетонных стен зданий. Странный город, иногда мне казалось, что все эти дома, эта эстакада сверху, и даже воздух, не более чем иллюзия, и стоит только отвернуться, исчезнет в мгновение ока. Я потряс головой, отгоняя наваждение.

– Смотрите! Вон там! На той стороне улицы! – внезапно закричала Иса.

Я среагировал мгновенно, помня предостережение Свечения. Повалил Ису на землю, сверху упал сам, беря сектор на мушку. Локовски с места перекатился за большую бетонную урну, выцеливая другой участок дороги, а Нэин спряталась в дверном проёме и водила туда-суда своим штурмовым модулем, ища снайперов.

– Слезь с меня Дэйв! – сдавленно прошипела Иса.

– Где враги? – несколько нервно отозвался я.

– Нету тут никого. Там, на другой стороне улицы, тот самый бутик из сериала! А на витрине то самое платье Мальвины Синявской! И сумочка! И серьги! Мне надо туда.

Я встал на ноги. Отряхнулся. Сделал глубокий вздох. Сосчитал до десяти. Не помогло.

– Прости, капитан, я немного увлеклась… – сконфуженно произнесла Иса. – Просто, когда я это увидела…

– Знаешь, что мне сейчас хочется сделать? – прорычал я. – Я хочу взорвать эту поганую лавку ко всем чертям, и останавливает меня только то, что таргонцы будут знать наше местоположение. И это в свете того, что Свечение мне велел присматривать за тобой…

– Похоже, у нас тут образовался консенсус, – подтвердила Нэин, беря магазин в прицел.

– Нет, стойте!!! – взвыла Иса. – Не надо!!! Я больше не буду шуметь! Дэйв, ну пожалуйста!

– Ладно, – вздохнул я, – расстрел лавки отменяется. Иса, душа моя, в следующий раз, если захочешь кого-нибудь ограбить, просто скажи мне об этом, хорошо? И не надо верещать.

– Я поняла, прости Дэйв. Ну, идёмте же скорей!

О женщины!

Магазинчик выглядел как обычный магазин шмоток, таких на любой планете вагон и маленькая тележка. Девушки пытались открыть витрину, но Локовски просто позаимствовал у меня силовое лезвие, и вырезал в стекле здоровущую дыру. Манекен с платьем тут же был утащен в дебри примерочной, вместе с ворохом других вещей.

– О, добычу в логово потащили, – хмыкнул Локовски. – Пойдём и мы поищем что-нибудь.

– Тебе что, тоже приглянулось какое-то платье? – делано удивился я. – Не думаю, что здесь что-нибудь налезет на твою фигуру.

Локовски лишь мрачно посмотрел на меня, но ничего не ответил, и удалился в соседнюю дверь. Я отправился вслед за ним. Соседнее помещение, видимо, было то ли жилым, то ли ВИП–салоном, по крайней мере, в нём имелся приличных размеров бар, стол и четыре кресла.

– О, это то, что я искал! – оживился Локовски. – Надеюсь, здесь есть что-нибудь настоящее. И алкогольное.

– С чего это ты взял?

– Бутерброд–вэй очень часто показывают в сериале, как и этот магазин. Так что если моя догадка верна…

– Какая догадка?

– Чем чаще в сериале показывают некий объект, тем реальнее его отражение здесь, в этом городе. Ну, смотри сам.

Локовски выудил из-под стойки графин с коричневой прозрачной жидкостью.

– Как бы ещё понять, что там внутри… – задумчиво произнёс он, вертя графин в руках.

– Ну, это-то как раз просто. Смотри, – я взял в руки банку, похожую на пивную. – Открываем банку, подсвечиваем цель, выбираем в меню костюма «Главное – окружение – диагностика предмета». Рекомендую, кстати, сделать на этом пункте закладку. Дальше смотри сам.

Из манжета рукава костюма вырос маленький отросток-щупальце, и скользнул в банку. Немного там побултыхавшись, он утянулся обратно и исчез.

– Вот и результат: обычное пиво, вредных примесей не обнаружено, – я сделал глоток из банки. – Попробуй сам.

– Вот же, какая полезная штука этот костюм! – поразился Локовски. – У нас таких не было. Приходилось разные жидкости на нашем минматаре испытывать, пока его не сожрали. О, смотри, у меня здесь настоящий джин! Ого, «Имперский»! Забираю.

Мы занялись комплексной ревизией бара. В результате, нашлось целое многообразие элитных напитков, в том числе и неизвестных марок.

– Интересно, что это? – Локовски рассматривал пузатую бутылку, – Написано «Коньяк армянский». Что такое коньяк я знаю, галенты гонят такую выпивку, недурную весьма, но вот что такое «армянский»? Вопрос…

Это странное слово вызвало в моей памяти цепочку образов. Я ухватился за один из них, и, поднапрягшись, попытался размотать…

– О, гляжу, наши мужчины нашли себе занятие по вкусу! – в двери появились Иса и Нэин. – Смотри Дэйв, как тебе?

Иса была без брони, в том самом синем платье. Она вышла на середину комнаты и пару раз повернулась на месте. Смотрелось просто обворожительно.

– Иса, ты просто прелесть, – честно сказал я. – Полетим на Вечер, будешь там первой красавицей, куда там светским львицам, даже Ксюша Лошадкина обзавидуется, поверь мне на слово. Но сейчас, умоляю, надень броню. У меня сердце не на месте. Свечение говорил, что тебе может угрожать серьёзная опасность, и я склонен верить ему на слово.

– Даже так? – помрачнела Иса. – У тебя был сеанс связи с нашим таинственным другом? Тогда другое дело. Ухожу переодеваться.

– Много награбили? – крикнул я вдогон.

– Порядочно, – раздалось из соседней комнаты. – Нэин себе тоже нарядов подобрала.

Локовски ковырялся в кассовом аппарате.

– Так, и где здесь у нас «волшебное зелёное бабло»? Привезу домой, народ просто попадает. Это ещё что за фигня?

– Что не так? – спросил я.

– Сам полюбуйся, – Локовски протянул мне банкноту. – Где здесь президент? Должен быть портрет в середине, а вместо него обезьяна какая-то.

– Дай посмотреть, – Иса вошла к нам, уже в броне. – Ага, ясно. Это из параллельной серии. Обезьянка – это Барабамка, ручная мартышка главных героев. Смешной зверёк, он им часто помогает в трудную минуту. То ключи у вражьей охраны утащит, то нож, путы перерезать, принесёт. Один раз, правда, полсерии с гранатой бегал… Ну да ладно. В общем, была комедийная серия, где Барабамке приснилось, что он стал президентом, деньги явно оттуда. Там ещё твои любимые десантники были, в броне, но с голыми ногами. Они на инаугурации Барабамки гамадрилью плясали. Серия – полный бред.

– Тогда нафиг такое, – Локовски запихал банкноты обратно. – Пошли дальше, до базы осталось совсем немного.

Мы вышли на улицу и под камуфляжем двинулись дальше. Бутерброд-вэй поворачивал вправо, и верхняя эстакада раздваивалась, влево, к базе, вела дорога поменьше, всего–то двухполосная. Я поднял руку и огляделся. Что–то было не так.

«Ты чего?», – удивился Локовски.

«Стой. Смотри сам. Вон та дорога, к базе. Ты не замечаешь ничего странного?»

«Хм. Вроде нет».

«Посмотри. Внизу лежит груда бетонных обломков, асфальт запачкан пылью. Однако верхнее полотно полностью цело. Странно. Мы же в этом городе не видели ни строительного мусора, ни даже самых завалящих отходов».

«И то правда, – согласился Локовски. – Иса, проверишь?»

«Сейчас, сейчас… Опа. Народ, у нас проблемы. Видите те лёгкие радужные блики? Это камуфляж. Впереди засада».

«Та-ак, – протянул я, – Аккуратно двигаемся вправо, под эстакаду, и попытаемся их обойти. Зуб даю, это наши таргонские друзья окопались, больше некому».

Только мы зашли в тень верхней улицы, как изображение перед глазами замерцало и пошло рябью, камуфляж заискрил и свалился.

– Электромагнитный импульс! – крикнул Локовски. – В укрытие! Нас обнаружили!

Я пинком перевернул мусорный бак и спрятался за него. Неважная защита, но на некоторое время хватит. Таргонцы предпочитают использовать лазеры.

Улица изменилась, когда спал камуфляж. Верхняя дорога была частично разрушена, её пробил, уткнувшись носом в землю, десантный таргонский бот. Бедолаге не свезло, приземление было для него фатальным, корпус разломился пополам. Часть войск, однако, выжила, многочисленные таргонские фигурки, в угловатых скафандрах, бежали в нашу сторону. В бетонной колонне, рядом с моей головой вспыхнул и погас огонёк. Стреляют, сволочи.

– Ставь свой «Кедр» в режим 76% мощности, – раздался в наушниках голос Локовского. – Этого вполне хватит пробить их скафандры, здесь обычная пехтура, а время перезарядки гравикомпенсаторов существенно уменьшится.

Я послал ему «галочку», понял. Мой костюм перешёл в режим снайперской стрельбы, и перед глазами возник плавающий маркер прицела. Ага, Локовски уже разобрал цели, красные подсветки – его, зелёные – мои. Ну, понеслась.

Первая очередь срезала особо наглого таргонца, проламывая скафандр и разрывая на части. Осколки брони и зелёная слизь разлетелись веером, заляпав стёкла наступающей за ним тройки противников. Таргонцы рассыпались в стороны, было видно, как дворники на их шлемах пытаются оттереть с забрала кровь товарища. Я дал пару коротких очередей, разнеся головы в клочья, но это таргонцев, как ни странно, это не остановило. Безголовые тушки топали дальше, только огонь резко потерял точность.

– Отличный выстрел! – похвалил Локовски. – У них мозги в брюхе, так что целься лучше туда. Без башки их плохо, но не фатально. Они ещё долго так носится могут. Смотри как надо, - и с этими словами быстро обезвредил троих калек.

У него получалось воевать гораздо лучше, сразу виден опыт наземных сражений. Уже три таргонских трупа размазало по бетонным обломкам. Оставшиеся, видя бесполезность попыток взять нас в лоб, укрылись среди хлама и мусора. Где Иса?

– Тут я, – отозвалась Иса, и особо нахальная таргонская башка, высунувшаяся из–за бетонной плиты, разлетелась на части.

Иса укрылась в маленьком палисаднике, за бетонным забором, и отстреливала всё, что покажет хоть какую-нибудь часть тела. Перед моими глазами замелькали серебристые пятна, поляризовался щит. Зараза, в меня попали. Я перекатился в другую сторону. Мусорный бак вспучился и загорелся, пластик всё же плохо защищает от лазера. Снайпер? Где?

Из окна второго этажа здания напротив вывалился таргонский труп.

– Я обезвредила поганца, – доложила Нэин. – Вот только прямо подо мной засел отряд таргонской пехоты. В общем, предлагаю так. Я сейчас кидаю светошумовую, они этого страх как не любят, потом даю иглы веером, а вы, пока они приходят в себя, идёте в атаку.

– Дело говоришь, подруга, – согласился Локовски. – Давай по счёту «три». Раз, два, три!

В мусоре, где засел таргонский отряд, вспыхнул яркий свет и оглушительно бумкнуло. Визор костюма компенсировал вспышку, на мгновение приглушив яркость, но по глазам всё же резануло. В воздухе повис оглушительный писк, так орут таргонцы. Следом на нечисть полился веер игл, Нэин расстаралась, и мы ломанулись в атаку. Я пристегнул на ходу свой «Кедр» к крепежу костюма у правого предплечья и активировал силовое лезвие. В ближнем бою оно гораздо сподручнее.

Локовски прыжком перескочил через обломок бетонной плиты, ударом ноги уронил врага на землю, отпрыгнул в сторону, дав очередь в упор по лежащему на земле телу, и, уйдя с перекатом в сторону, срезал ещё двоих длинной очередью. Как у него лихо получается! Ну и ладно, я тоже не промах. Прыгать я не стал, аккуратно проскочив между двумя обломками. Справа, рядом с моей головой, полетели искры, несколько лучей срезали кусок железной арматуры, и один скользнул по щиту моего костюма. Пристрелялись гады! Загудело силовое лезвие, и я отправил его в полёт, левитируя клинок в моём псионном поле. Надо же, мне больше не надо представлять, что я держу его руками. Рядом со мной предмет перемещается в пространстве исключительно по моей воле! Вот это я понимаю, прогресс. Сияющий диск разрубил пополам четвёрку стрелков, и, описав широкую дугу, вернулся в мою руку.

– Дэйв, сзади! – крикнул Локовски, стреляя куда-то вбок.

Сам вижу. Сверху, с эстакады, спрыгнули два урода, почему-то без шлемов. Эх и рожи у них! Вот ведь, я же ни разу ещё не сталкивался нос к носу с врагами рода человеческого. Пасть похожа на щель со жвалами, вместо носа четыре щели, а в каждой глазнице по два глазных яблока. Тьфу, погань. Нечестивцы извлекли на свет полоски сверкающего металла и кинулись на меня в атаку. Это что, меня шашкой рубать? Да я таких на гражданской войне… Стоп, какая гражданская? Опять чужая память? А, некогда. Я взвился в воздух в прыжке-левитации, и, скрутив сальто разрезал, обоих двумя движениями, от головы до ног, наискось. Прямо как в нихонском самурайском боевике. Ух, как я крут!

– Дэйв, ты не выделывайся, ты режь давай, – буркнул Локовски, пристрелив ещё парочку, – и прекрати принимать геройские позы, а то пристрелят ненароком. Слезай с плиты.

И то правда. Я спрыгнул вниз, и вовремя. В том месте, где я только что стоял, пролетел сияющий синим отливом сгусток энергии. Плазма! Откуда? Где Иса?

Сверху посыпались обломки дорожного покрытия и радом со мной шлёпнулся здоровенный кусок бетона, а следом за ним таргонский танк. Локовски один раз рассказывал про них. В сущности, это тот же таргонец, просто генномодифицированный. Его выращивают в специально собранном скафандре-броне со стадии личинки-тарглета, и когда он вырастает полностью, то превращается в довольно опасную боевую единицу. Вместо головы у него плазменный излучатель. Мерзость, одним словом.

Танк совершенно не обратил на меня внимания, и, развернувшись на своих шипастых ногах, потопал куда-то в сторону. У сверкающих ребер ионизаторов излучателя появилось сверкающее облачко, танк начал зарядку плазменного выстрела. Куда же он целится? Я проследил направление выстрела…

Иса!

Время потекло медленно. Я увидел, как танк изрыгнул длинный луч сверкающей плазмы, как он врезается в исину фигурку, как лопаются щиты, как сгорает костюм, и как кристалл исиной личности взрывается и разлетается сверкающими искорками.

Тёмная тяжёлая ярость вскипела в моих венах вместо крови. Мир окрасился в багровые тона, силовое лезвие загудело, и вспыхнув ярким серебряным светом, заискрило. Моё тело стало странно лёгким, и я, совершив длинный прыжок, в полёте отсёк танку излучатель. Танк затрясся и взорвался, зашвырнув меня взрывной волной прямо в кучу нового отряда таргонцев.

Иса! Не прощу вас, твари!

Лезвие гудело искрило и кромсало, в стороны летели ошмётки тел, зелёная слизь горела на сверкающем багровым пламенем щите, вроде бы в меня кто-то стрелял, но я не обращал на выстрелы внимания. Лазерные вспышки гасли обезумевшем щите, не причиняя мне никакого вреда. Сверкнули два белых потока и асфальт подо мной потёк ручьями. Попадание. Что, снова танки?

Да, числом две штуки. Сзади, из кучи бетонных обломков, пролетел с воем странный продолговатый объект, оставляя за собой шлейф дыма. А, это Локовски распаковал свои игрушки, умыкнутые нами с той планетки. Впрочем, игрушки были вполне эффективные, ракета, воткнувшись в борт танка, разорвала его на части в оглушительной вспышке. Значит, остался ещё один. Где?

Вот он, готовится стрелять. Я повторил свой трюк с полётом, и оттолкнулся от плиты, взмыл в воздух. Танк повернул свою морду в мою сторону, судорожно пытаясь перезарядить плазмер, но поздно! Я рассёк танк вдоль на две неравные половинки. Туша хлюпнула и расползлась на части, а я, не сумев справиться с управлением, врезался прямо в опору эстакады.

Время вновь потекло в нормальном режиме.

– Дэйв, что с тобой? – раздался в голос Исы, – Твои биодатчики сошли с ума!

– Иса, ты жива?!! – счастье захлестнуло меня, и я упал на колени. Тело трясло.

– Да, я увидела, как танк целится в меня, и уже готовилась совершить прыжок на параджете, но тут с тобой случилось что-то странное, ты стал каким-то красным, начал двигаться невероятно быстро, нарезал кучу противника в лапшу, да ещё, похоже, у тебя случилась неуязвимость. В тебя два раза в упор попали оба танка, а тебе хоть бы что. Держись, мы с Нэин идём к тебе. Локовски там сам справится, противник деморализован и хаотически отступает.

Я не мог встать. Тело не слушалось, да ещё и щиты отрубились. Не хватало сейчас напороться на таргонца, меня можно брать голыми руками.

«Обнаружены продукты распада, – доложила моя внутренняя биохимическая лаборатория. – Идёт очистка. Ориентировочное время 26 минут. Рекомендуется состояние покоя». Спасибо, сам знаю.

Ко мне подбежали Иса и Нэин.

– Ты как? – поинтересовалась наша альтари. – Идти можешь?

– Не-а, – ответил я. – У меня откат. Сейчас тело чистится от перегоревших боевых гормонов, так что сил нет даже на то, чтобы встать.

– Ладно, не нервничай. Дотащим. Локовски отступает к базе, таргонцев покрошили вроде бы всех, по крайней мере, Иса никого рядом не чует. Ну, взяли.

И девушки, подхватив мою бренную тушку под руки, потащили прямо к воротам базы космодесанта. Ворота уже были распахнуты, Локовски не заморачивался с замком, и просто выбил его очередью из своего «Кедра». Мы ввалились на территорию базы, и Нэин, сгрузив меня у стены ангара, закрыла ворота за собой. Полетели искры, ага, это она своим модулем как сваркой работает, спасибо Локовскому за идею.

– Всё, – доложила Нэин, – ворота я заварила. Теперь их только тараном вышибать.

Я попытался встать. Получилось.

«Очистка завершена на 56 процентов», – заверила меня моя лаборатория. Замечательно, скоро я буду как новенький.

– Пойдёмте внутрь, – предложил я. – Мне не терпится увидеть корабль, на котором мы свалим отсюда к ядрёной таргонской матери.

Я встал и заковылял к маленькой дверце в стене ангара, девушки двигались рядом, внимательно оглядывая окружающее пространство.

Корабль в ангаре действительно был. Угловатый десантный крейсер-универсал. Ничего особенного в плане вооружения, так, вспомогательный корабль. Пушки, в основном, атмосферные, ну это и понятно, его дело выгрузить десант и поддержать огнём. Впрочем, чего мне привередничать? Мне нужна любая лошадка, которая увезёт меня домой.

– Отлично, – похвалил я, похлопывая корабль по борту. – Хороший мальчик. Скоро мы с тобой полюбуемся на звёзды.

Обшивка издала глухой тихий звук. Я поскрёб броню ногтём и потыкал пальцем. Странный материал, не металл, ни кристаллин, и не керамика. Из чего же она сделана?

Зазвенели разбитые стёкла, сверху посыпался сверкающий дождь осколков. Прямо сквозь стеклянную крышу, на корабль упал ещё один таргонский танк. Да как же вы достали, сволочи!

Корпус корабля повёл себя в высшей степени странно. Он просто сломался под тяжестью танка, и сволочная таргонская зверь-машина провалилась внутрь. Сотни игл воткнулись в моё сердце. Предчувствие. Что-то сейчас будет.

Моё тело действовало само. Совершенно не думая, на автопилоте, я совершил прыжок и оттолкнул Ису в сторону. Вовремя. Во все стороны полетели щепки и куски обшивки корабля, больше похожие на старые тряпки, и там, где только что стояла Иса, задевая меня по касательной, в стену врезался луч горячей плазмы.

Ах ты ж сволочь!

Щиты, не успевшие до конца перезарядится, отключились, смятые выстрелом танка. Броня костюма вспучилась и испарилась, грудь и живот обожгло острой болью.

«Обнаружен ожог, – доложила медицинская система, – введены противошоковые и обезболивающие».

Вот дерьмо, ранили, сегодня явно не мой день. А, плевать, некогда думать, он же снова выстрелит! Тогда мне точно хана. Куда же его, гада, бить, чтобы он не взорвался? В закрытом помещении, без брони, меня гарантированно убьёт. И где же Локовски?

Лезвие само скользнуло в руку. Я прыгнул, включив параджет, на левитацию уже не было сил, и приземлился прямо на верхнюю бронеплиту танка. Странно, а что это за красный клубок мерцает у него внутри? Бить сюда? Хорошо.

Я, обхватив рукоять силового лезвия обеими руками, вонзил его прямо в странную пульсирующую сферу. Броня танка вскипела, потекла, и лезвие вошло в тело врага как нож в масло. Танк как стоял, так и упал, разъехавшись ногами в стороны.

Я спустился на пол и наконец посмотрел на мою рану. Ё-моё… Кожа груди и животе начисто сгорела, обнажив белый слой подкожной биоброни. Ну, в сущности она сама по себе вторая кожа, так что внутренние органы не задеты. Ничего страшного, зарастёт конечно, костюм поможет, вот только пупка у меня больше не будет. Ну и хрен с ним, не велика потеря. Я в изнеможении опустился на пол.

Иса бежала ко мне со всех ног.

– Нэин! Дэйв ранен! Срочно тащи МОРГ!

Угу, МОРГ, Мобильная Операционная–Реанимация–Госпиталь.

– Так, не шевелись, – Иса уложила меня на пол, обильно поливая рану кожзаменителем из баллончика. – Сейчас мы тебя подключим к МОРГу, всё будет в порядке, ты выживешь.

– Иса, радость моя, – пытался возразить я, – всё не так уж и страшно. Подумаешь, кожа сгорела. Костюм восстановится, поможет залечить рану.

– Не разговаривай! Нэин, ну где ты там!

Прибежала Нэин, принесла реанимационную. Ящик МОРГа раскрылся, оплетая рану щупальцами сенсоров, по телу растеклась слабость, и я отключился.

Проснулся я внезапно, посреди ночи. МОРГа рядом не было, да и лежал я не в ангаре, а на кровати в каком-то помещении. Похоже, меня перенесли в казармы, значит и остальные должны быть рядом. Я посмотрел на грудь. Броня костюма уже полностью восстановилась, и сейчас он залечивал уже мои раны. На соседней кровати, не снимая брони, дрых Локовски. Ага, явился всё–таки.

В соседней комнате горел свет и были слышны голоса. Я прислушался. Разговаривали Иса и Нэин.

– Нэин, ну что мне делать? – всхлипывала Иса, – Его же сегодня два раза чуть не убили, и всё из-за меня. Я чуть с ума не сошла. Я же люблю его, а сказать не могу. Я отчётливо поняла это, когда мы вывалились на ту планету, ну, когда взорвалась батарейка. Что мне делать, а? Я ведь андроид, а он человек… Я так больше не могу…

– Ох Иса, – вздохнула Нэин, – сейчас я вижу перед собой самую обычную влюблённую девчонку. Что делать? Пойди и скажи ему. Просто скажи. По крайней мере, между вами не останется неопределённости.

Вот оно значит как. Я прикрыл глаза. Хорошо, а что я думаю по этому поводу? Я же ведь и сам перепугался, когда увидел, что танк её убил. Хорошо, что всё обошлось, но что же я тогда видел? Моё воображение дорисовало? Или я видел возможный вариант будущего, как те провидицы-альтари? Я что, и такое умею? Что же за силы пробудил во мне Свечение? Вопросы, вопросы… А, ладно. О другом надо думать. Иса. Сколько лет мы уже вместе? Лет двенадцать, где-то. Волнует ли меня, что она андроид? Я прислушался к себе. Не–а. Совершенно не волнует. Иса – это Иса. Никого другого рядом со мной я представить себе не могу. Что, издевался над Локовским, а сам? Я мысленно усмехнулся. Ну и ладно, значит решено.

Я встал с кровати, и она предательски скрипнула.

– Кто там? – в дверном проёме показался исин силуэт. – Дэйв? Ты всё слышал?

– Иса, – сказал я, – подойди пожалуйста.

Иса, с напряжённым лицом, села рядом.

– Дэйв, я…

– Дай я начну, хорошо? – мягко прервал её я.

Иса кивнула.

– Слушай, – задумчиво спросил я, – сколько лет мы с тобой вместе летаем? Десять? Пятнадцать?

– Десять лет, два месяца и три дня.

– Ну да. Иса, я ведь сегодня воочию увидел, как тебя убил танк. Представляешь? Хорошо, что этого не случилось на самом деле, но я сошёл с ума при мысли, что могу тебя потерять. Может оно и к лучшему, что мы потерпели аварию на этой планете, по крайней мере, я теперь полностью разобрался в своих чувствах. Иса, мне плевать, что ты андроид. Ты женщина, я мужчина, чего ещё надо? Я люблю тебя, и хочу, чтобы ты стала моей женой. Давай, когда вернёмся, поженимся на Вечере. С официальным оформлением брака проблем не будет, все высшие ИИ полноценные граждане Империи, ну это ты и сама знаешь. Локовски тоже собирается, так что устроим двойную свадьбу. Ты как, а?

Иса смотрела на меня со слезами на глазах. Боковым зрением, я углядел Нэин, тоже смахивающую слезинки. О женщины, до чего же вы сентиментальны.

– Дэйв, я… Ну конечно же, я согласна. Разве можно было сказать что–то другое? – и Иса прильнула к моей груди.

Вот так. Я, как истинный пилот, сделал предложение своему кораблю.

Офигеть.

Докладная записка его высокопревосходительству Канцлеру от полковника Службы Имперской Безопасности Строганова Б.В.

«…На данный момент гравишторм практически закончен. Через 16-20 часов возможна переброска флота. Прощу предоставить для этой цели 2-й имперский флот с усилением «Чёрной гвардией». По «объекту Ключник». В данный момент объект находится в зоне локальной аномалии «океана», так что наблюдение за ним представляется невозможным. При попытке контакта с границей аномалии одним из специалистов отдела «Око», последний получил оглушающий пси удар, при том одна из прокси-структур «предохранителя» вышла из строя. Попытки использовать для этой цели экспериментальный искусственный интеллект также не увенчались успехом. Единственное возможное решение – непосредственная десантная операция в зону аномалии».

Резолюция Канцлера:

«Использование флота и десантную операцию разрешаю».

Глава 7

Над крышами Нью-Ёрика

… Только эта луна,

Только эта трава,

Вечен призрачный бриз.

Только эта земля,

Только эта вода,

И где верх и где низ…

Я сидел среди моря трав, холодная серебряная луна проложила всю ту же дорожку по волнам безграничного разнотравья. Рядом парил Свечение.

«Вижу, ты сумел пережить твой критический день. Как видишь, они бывают и у мужиков».

Тебе вот смешно, а меня чуть не убили.

«Чуть, как известно, не считается. Иса в порядке?»

В полном. Даже не поцарапало. Кстати, ты зачем мне в голову подселил свои идиотские шуточки?

«Ты это о чём?»

У меня постоянно всплывают какие–то странные слова и идиомы, совершенно мне незнакомые. Признавайся, это ты мне закачал весь этот словесный мусор, когда мозги промывал при первой нашей встрече, да?

«Правда, что ли? Ну, если так, то я нечаянно. Времени тогда особо не было, пришлось действовать в спешке».

Я так и подумал. Ладно, проехали. Может, сможешь приоткрыть ещё пару тайн? Хотя бы про этих призраков?

«Призраков?»

Видел какие–то странные фигуры, да ещё призрачная газета пролетела.

«О как, ты их разглядел? Молодец. Что ж, расскажу, теперь можно, это уже не будет превышением допустимого вмешательства. Начнём с того, что это никакие не призраки, не люди и даже не души людей. Я называю их гличии, ну, «глюки» по-имперски. По большому счёту, это просто сгустившаяся, но ещё не оформившаяся до конца вероятность. Чем дальше от Сердца, тем они разряженней, но ближе к нему могут и обрести форму».

Какую?

«Зависит от многих факторов. Ты уже понял сущность этого места?»

Локовски предположил, что это сон. Те странные журналы в Башне… Но всё моё сознание протестует против этой мысли. Сон не может быть таким реальным.

«Он отчасти прав. Я называю эти аномалии «дримскейп», пространство сна. Видишь ли, это место действительно было когда-то сном или чем-то похожим на сон. По сути своей, это выкидыши не рождённых вселенных. Всего лишь не воплотившийся мир, который жаждет стать реальностью, и не может.»

Как так?!

«Вашей вселенной повезло. Начнём с того, что весь ваш мир, весь этот космос с планетами – отражение. На самом деле, я использую грубую аналогию, всё немного не так, точнее, совсем не так, но в вашем языке попросту нет необходимых слов и понятий, чтобы описать, как оно происходит на самом деле. Здесь всё упирается в границы человеческого познания» .

А в твоём языке такие понятия есть?

«В моём – есть».

Следовательно, ты не человек?

«И да и нет. С моей точки зрения – безусловно, человек, с твоей – вряд ли».

Опять загадки…

«Да, но сейчас они к делу не относятся. Продолжаю. В метавселенной, назовём её так, есть много миров-Источников, которые отбрасывают миры–тени. Бывает, тени сами становятся Источниками, а бывает, что несколько теней из разных Источников складываются вместе, образуя мир. В твоём случае, произошло именно это. Ваш мир – синтез разных теней, и совсем не удивительно, что он так восприимчив к подобным аномалиям, вроде той, где ты находишься сейчас. Ваш мир странный, и подобное тянется к подобному».

А город? Мысли многих людей обрели плоть?

«Почти так. Точнее, сфокусировались в линзе вероятности, и отразились в пространстве сна, вот так возникли этот город и солнечная система. Причём сначала сформировалась именно солнечная система, а уже после в неё внедрилось другое ядро, совсем из иного мира, поглотив первое. Вот почему город выглядит так, будто его сюда приклеили. Фактически, так оно и было. Да, и самое главное. Все, подчёркиваю, все аномалии подобного рода имеют центр силы, Сердце пространства сна, я тебе говорил о нём в прошлый раз».

Ты так прозрачно намекаешь…

«Вот именно, прозрачно.»

Где его искать?

«Вот здесь ты должен сообразить сам. Пространство сна хоть и воплотилось, но всё ещё не очень стабильно. Моё избыточное вторжение может привести к хаосу».

Вот почему ты темнишь.

«Именно так».

А эти птицы шизокрылые? Сумасшедшие трёхглазые страусы с соседней планеты? Они тут откуда?

«Эти-то? Эти на сдачу остались, нечаянно воплотившийся глюк. Он сами не помнят, откуда они прилетели, правда?»

Да.

«Ну, значит именно так, как я и говорю. Возникли, когда ты пересёк границы Сферы вероятности. Ты же у нас Ключник, не забыл?»

Забудешь тут… Ладно, последний вопрос. Иса изменилась.

«Это уже утверждение. Ну да, так и есть. Когда случилась авария в гипертуннеле, куда вы вывалились, помнишь?»

В странное место. Там висел непонятный шар со щупальцами…

«От. То-то и оно. Случись авария с кем другим, он бы просто исчез, но ты ведь у нас не хрен с бугра, а Ключник. Вас вынесло в ближайший несформированный дримскейп. Их бродит много во вселенной, только не все воплощаются. Помнишь, что было дальше?»

Я желал убраться оттуда подальше, потом включил цинополе…

«Даю подсказку, цино бы тебе не помогло. Всё случилось лишь благодаря твоему сфокусировавшемуся желанию рядом с Сердцем.»

Значит Сердце…

«Жаждет воплотиться. Ну, не жаждет, конечно, оно неразумное, просто такова его природа. Ты дал ему путь, открыл врата, так сказать… И себе заодно».

А Иса?

«В ней часть тебя, ты же её создал. Её желание тоже учлось, только в меньшей степени. В основном – твоё. Иса желала измениться, она хотела быть ближе к тебе, и она частично получила, то, что желала. Так что если доберётесь до местного Сердца, сюрпризы гарантированы».

А таргонцы?

«Для меня самого это загадка. В прошлый раз я говорил, что попробую прояснить ситуацию, но я не нарыл ничего стоящего. Предполагаю, что с ними сотрудничает ещё кто–то, какая–то третья сила…»

Три разных силы сойдутся в одном

Месте, что скрыто в межзвёздной ночи…

«Что это?»

Пророчество альтари. Надо полагать, наша команда и ты – это две силы, значит твоё предположение верно, должна быть и третья.

«Вот как? Интересно. Становится чуть попроще, я теперь представляю, в каком направлении копать. Ладно, пора прощаться. Может мы в следующий раз встретимся в этом же месте, а может уже свидимся воочию. Ну, бывай!»

Солнечный свет пробивался сквозь окна казармы. Чем это пахнет? О, неужели блинами?

Иса, напевая какую-то песенку, жарила блины, а Локовски, пуская слюни, нарезал вокруг круги, пытаясь утянуть штучку. Зря он на это рассчитывал, Нэин стояла на страже блинной башенки, грозно нахмурив брови и угрожающе вертя в руке половник.

– Пшёл вон, дармоед. Лапы убери! Жди, пока Дэйв не проснётся, а он раненый, ему отдых нужен. Так что страдай молча.

– Всё же, ты, Нэин, зло. Я уж молчу, о том, чтобы приголубить несчастного десантника, так тебе ещё и поганых блинов жалко.

– Поганых? – Иса ткнула Локовскому в нос испачканным тестом половником, – Ты сказал это? Сказал? Хрен тебе, а не блины.

– Эй, эй! Я пошутил! В смысле, оговорился. У, бабы! О, Дэйв воскрес. Ты как, герой?

Я запустил тест самодиагностики. За ночь кожа успела зарасти, синяки, ссадины и шишки зажили.

– Я в норме, – доложил я. – Хоть сейчас в бой. А ты чего без брони?

– Отдыхаю, – важно заявил Локовски. – Пока ты тут валялся трупом, я успел обегать всю территорию, на предмет войск противника. Даже в таргонский бот успел слазить. Официально заявляю: мы положили всех. Ну, точнее, бравый я.

– Угу, – хмыкнула Иса, – трепаться у тебя хорошо выходит. И вообще, отлезь от моего мужа.

– От кого?! – не веря своим ушам выпучил глаза Локовски.

– От кого слышал, – отрезала Иса. – Вчера Дэйв мне предложение сделал. Так что, когда поедем на Вечер, сыграем двойную свадьбу. И буду я Иса Стэллар…

Иса мечтательно закатила глаза, прижав половник к груди, не замечая, как тесто капает на её броню.

– Жесть, – констатировал Локовски. – Жестяная жесть. Двойная свадьба. Это почти как двойное самоубийство… Ай, ты что творишь?

Недожаренный блин шлёпнулся ему на руку.

– Следующий прилетит в наглую рыжую морду, – предупредила Иса.

– Бабы – зло, – с видом пророка, несущего откровение людям, изрёк Локовски.

– Женись на мужике, – предложила Нэин.

– Да тьфу на вас, язвы! – взвыл несчастный. – Жрать давай!

Мы сели завтракать аппетитно пахнущими блинами. Даже искусственный кофе под них смотрелся очень даже ничего. Всё же у Исы есть кулинарный талант. Ну и замечательно. Вкусный завтрак, красавица-жена на кухне… хм, всё же есть и приятные моменты в семейной жизни. Наверное.

– Наелся, спасибо Иса. Ты просто замечательный кулинар, – похвалил Локовски, поглаживая себя по животу. – Итак, что будем делать дальше?

– То же, что и вчера, будем продолжать искать корабль, – сказал я, – Этот, в ангаре, разломали. Как-то странно он развалился…

– Ещё бы не странно, – хмыкнула Нэин, – он же из гипсокартона был. Вряд ли бы мы на нём далеко улетели.

– Вот это да! – удивился я. – Очередной муляж?

– Типа того, – подтвердила Нэин.

– Мда. Иса, дорогая, что там ещё в сериале было? Где ещё можно взять корабль?

– Ну, – Иса постукала себя указательным пальцем по губе, – под Пнём Тагоном есть база супергероев, и там был главный супергеройский корабль. Они на нём, собственно, все свои деяния и совершали.

– Значит нам туда. Как лучше пробраться на эту базу?

– Хм, – призадумалась Иса. – В сериале один из аварийных ходов начинался прямо под статуей Гекаты. Предлагаю двигаться к ней, тут до берега Гузона рукой подать, заодно осмотрим эту достопримечательность. Мне не терпится её увидеть, ведь это же символ Нью-Ёрика!

– Как там дела на орбите?

– Что я могу сказать? Сегодня был последний афтершок гравишторма, продлится, примерно, до полудня, так что у нас полтора-два часа, а после всё окончательно очистится. Так что будет новый десант.

– Отлично! Значит поели и выдвигаемся. Иса, проложи маршрут, пожалуйста.

– Без проблем. Я тут погуляла по казарме, и в кабинете начальства, судя по шикарному креслу, нашла настенную карту города. Сейчас я вам её подгружу. Вот смотрите: идём здесь, через вот эти задние ворота базы, выходим на 52-ю авеню, по ней спускаемся вниз и упираемся в Полукольцевую. Немного проходим тут, и мы уже в Гекатином Парке, на берегу Гузона. А на набережной, соответственно, Геката. Всё просто.

– Не люблю это слово, – поморщился Локовски, – стоит его произнести, как всё идёт наперекосяк.

– Ладно тебе, не дрейфь. Наверху остатки шторма, так что проскочим. Ну, пошли. – Иса поднялась и вдруг замерла на месте, – Вот ведь, Локовски, накаркал. К нам летит таргонский десантный бот.

– Я накаркал?!! Я?!! – Локовски взвыл от возмущения. – Кто первый произнёс запретное слово?

– Привыкай, – я похлопал его по плечу. – Семейная жизнь — это жертва. Одевай скорей броню и драпаем.

– Драпать? – Локовски задумался. – Можно и драпать. Вот только я сегодня заметил во дворе зенитную башню, старый добрый «Цербер–8». Одна проблема – энергии нет.

– Очередной муляж? – кисло спросил я.

– Вроде нет. Я в него внутрь заглянул, так, на всякий случай. Что могу сказать? Управляющие кристаллы на месте, кабели целы. Я эту машину как свой скиммер знаю, я по ней зачёт сдавал, у меня смежная специальность – зенитчик. Кстати, Иса, ты помнится умыкнула таргонский источник питания? Преобразователь к нему есть?

– А ведь и точно. Было дело, – вспомнила Иса. – Преобразователь найдём. Весь вопрос, надолго ли хватит энергии?

– Выстрела на два-три. Бот при удаче можно подбить, в крайнем случае – повредим. Давайте за мной.

Локовски почти мгновенно втянулся в броню, (вот что значит многолетий опыт!) и побежал во двор. Мы помчались за ним. Миновав ангар, где среди рухляди и обломков валялся дохлый танк, мы побежали дальше, к группе одиноко стоящих зенитных бешен. Локовски пинком открыл дверь, влетел внутрь, быстро огляделся и начал отстёгивать разукрашенный жёлтыми и чёрными полосками защитный кожух.

– Так Иса, – Локовски справился с кожухом и разматывал два толстых длинных провода, – это резервные клеммы питания. Доставай таргонскую штуковину.

– На, – Иса протянула ему странный агрегат. – Вольтаж какой ставить?

– 400 вольт 100 герц. Включать сюда? Давай лучше сама. Так, Стэллар, сможешь обеспечить поддержку?

– В каком смысле?

– В прямом. Колдуй давай!

– Колдуй?

– Ну ты же понял, да?

– На корабле был нейроинтерфейс…

– Отмазы не принимаются! Одно попадание броня башни выдержит, вторым нас снесёт. Да, как только пушка начнёт движение – нас обнаружат. Даже раньше, чем включится радар. Действуй давай! Как – решай сам.

Как же мне это знакомо… В прошлый раз я падал на планету, а сейчас… ладно, попробуем. Представлю, будто я на корабле и включаю внешний обзор. Я уселся в одно из кресел у стены, сделал глубокий вдох, расслабился, и…

Я парил над башней. Таргонский бот был уже ясно различим в синеве неба. Вот же не терпится подонкам, даже сквозь шторм прорываются. Так, посмотрим, что тут у нас. Я пригляделся. Надо же, на этой летучей калоше (кстати, а что такое калоша?) вместо лазеров кинетические пушки. Обычно таргонцы такими не пользуются. Впрочем, а много ли я знаю про атмосферные корабли? Моё дело – космос. Так, присмотримся получше. Для десантного корабля посудина была вооружена неплохо. Две средние орудийные башни в верхней полусфере, калибром не меньше двухсот миллиметров, и по две лёгких пукалки, миллиметров по пятьдесят-семьдесят, по бокам. Для поддержки десанта более чем достаточно, да и нам при попадании хватит с лихвой. Что будем делать? А не сыграть ли нам в бадминтон? Тут, кажется, труп танка валялся, вот он-то и поработает ракеткой. Сейчас-сейчас.

Я ухватил танк за передние шипастые лапы, и он, скрежеща бронёй по бетону пола, послушно выехал наружу через дырку в стене. Я поднял его в воздух, пару раз встряхнул, очищая от мусора, и приготовился ждать. В голове вертелась дурацкая фраза: «Пользуйся своей силой, Люк», но я нечеловеческим усилием воли выгнал её вон.

Башня «Цербера» пришла в движение. Купол раскрылся и повернулся, наводя орудие на цель, тотчас же башни таргонца ожили, и развернулись в нашу сторону.

Время снова стало течь медленнее, и я увидел, как верхние башни бота выплёвывают в нашу сторону две болванки, сначала первая, затем вторая. Два шара быстро приближались, наливаясь красным, греются заразы. Пора. Я взмахнул танком, и один снаряд, сделав в броне покойника изрядную вмятину, улетел вдаль, в сторону города. Развернувшись вокруг своей оси, я отбил вторую болванку брюхом танка.

Зря я это сделал. Болванка застряла в трупе, брюшная броня у него гораздо слабее, танк задымился и заискрил, одна лапа отвалилась, и глухим железным стуком упала на землю. Вот ведь непруха, кажется, у него в брюхе закоротило кишки. А вдруг рванёт реактор? Или генератор плазмы? Куда бы его выкинуть?

«Цербер» дал залп. Вольфрамовая болванка ударила в корабль, снеся обе верхние башни одним выстрелом. Ай да Локовски, ай да снайпер!

Труп уже вовсю дымил, с явным намерением устроить теракт, по корпусу пробегали разряды молний. Что таргонцы, ваш покойник? Забирайте гада назад! Я поднял танк повыше, перехватил за задние лапы, и как следует раскрутив, выбросил. Описав пологую дугу, дымящий и искрящий труп упал ровненько на крышу бота, туда, где только что были орудийные башни. Я прикинул расстояние, да тут не меньше восьми километров! Ай да я, ай да снайпер! Ну, танк, взрывайся же давай!

Не хочет, скотина такая. Медленно-медленно раскрылись люки на крыше, и из них полезли фигурки таргонцев. Эти идиоты что, хотят скинуть покойничка вручную? А не проще ли бы было слегка наклонить бот? Кретины.

Танк испустил особо длинную молнию, испепелив двух ползущих вражин, и взорвался белой плазменной вспышкой. Десантный бот аж просел. Металл верхней бронеплиты вскипел и испарился, обнажая проходы и внутренние отсеки. Тут-то наш «Цербер» дал сдвоенный залп.

Похоже, Локовски вложил всю оставшуюся энергию в этот выстрел, и ударил с перегревом ускорителей. Орудие с глухим рёвом выплюнуло два белых шара, даже я, со своим замедлением времени, еле успел это разглядеть, и обе раскалённые болванки врезались в корабль, примерно в район двигательного отсека.

Этого бот уже не пережил. Взрыв танка сильно повредил броню, и она уже не смогла спасти от прямого попадания снарядов. Корабль закрутился юлой, и в огромную дыру посыпались таргонцы, танки, и шарики дронов-разведчиков. Летите, голуби, летите. До земли метров пятьсот, вам точно не выжить. Десантный бот, объятый пламенем, кувыркаясь, вошёл в штопор, и со всей дури врезался в Башню-Яйцо, как раз в ту, в которой мы вчера разграбили сувенирную лавку. Полетели, сверкая яркой радугой, брызги стекла, повалил густой чёрный дым. Таргонец, пробив башню насквозь, застрял в ней намертво. Из дыр в стеклянной стене уже вырывались языки открытого пламени, на землю, поднимая тучу пыли, рушились части стеклянной стены.

И тут бот взорвался.

Верхняя часть Яйца взлетела вертикально вверх метров на десять, и упала вниз, на искорёженную часть небоскрёба. Конструкция заходила ходуном, и не выдержав такого издевательства, и начала складываться, как карточный домик. Грохот стоял ужасный, звон, лязг, взрывы, стена сверкающих осколков… Верхушка, поехав наискось, свалилась на соседние дома, погребя под собой весь квартал.

Меня выкинуло назад. В помещении зенитной башни никого не было, и я, встав с кресла, вышел на улицу.

– Красотища-то какая! – руки в боки стоял Локовски, любуясь зрелищем. – Настоящая симфония разрушения. Как же приятно хорошо сделать свою работу. И я, как мастер-дирижёр, среди взрывов и моря огня управляю оркестром хаоса…

– Мастер он, ага, – пробурчала Нэин, – мастер-ломастер.

– Это моя работа, между прочим, – обиделся Локовски. – Ломать, крушить, и рвать на части. И справляюсь я с ней, как ты видишь, отлично. Строить и созидать – это не ко мне. Вот убить кого-нибудь… Ладно, пошли отсюда, скоро здесь будет полно дронов-разведчиков. Они не имеют дальнобойного оружия, но довольно неприятно кусаются, если нападают стаей.

– А они разве не убились? Падать-то высоко, – удивился я.

– А что им будет? Они же летучие, забыл, что ли? Вчера на такого любовались, – Локовски уставился на небо. – Как они на нас сильно обиделись-то, надо же. Не дожидаясь конца шторма, прут и прут.

– Обиделись, это понятно, – сказал я. – Но дело не только в этом. Им нужно Сердце.

– Чьё сердце? – не понял Локовски.

– Идёмте, по дороге расскажу.

Мы вышли через ворота на 52-ю авеню. Пока наш отряд топал по улице к Гузону, я рассказал им всё, что передал мне Свечение.

– Слушай, – недоверчиво протянул Локовски. – а может ты просто головой вчера ударился, и тебе всё это приглючилось? Ранение, и всё такое. Уж больно бредово выглядит вся эта история.

– Давай я не буду отвечать на твой дурацкий вопрос, ладно? – предложил я. – Можно подумать, что возникающие из ниоткуда звёзды и города-призраки это обычное явление.

– Тоже верно, – буркнул Локовски.

Полукольцевая дорога здесь была гораздо уже, чем у Башен-Яйцов. Мы перебежали на другую сторону, и, перескочив невысокую живую изгородь, оказались в парке. Со стороны залива доносился запах моря, тянуло свежестью.

– Это Гекатин Парк, – рассказывала на ходу Иса, – он, конечно, гораздо меньше Центрального Парка, зато тут место романтических встреч. Если в сериале случается любовная сцена, то это здесь, вон в той беседке, или у ног Гекаты. Ах, если бы у нас было больше времени… Мы бы с Дэйвом уединились, и… У, таргонские сволочи! – Иса погрозила небу кулаком. – За всё мне ответите! А кстати вот и они, легки на помине.

По 52 авеню летело с десяток мохнатых шаров. Наконец-то я сумел разглядеть их поближе. Эти твари тоже были биомехами, похоже, это любимая таргонская фишка. Большой шар, покрытый бурым мехом, с единственным красным глазом и большой зубастой пастью, имел сотни извивающихся щупалец с горящим огоньком на конце, видимо сенсором.

– Бехолдер, – вырвалось из меня очередное непонятное слово.

– Чего? – удивилась Нэин.

– Ничего. Огонь!

Первый шар превратился в ежа, утыканный иглами из нэиного модуля, второго она сожгла несколькими плазменными шарами. Строй рассыпался на три тройки, пытаясь обойти нас с флангов и напасть сверху. Рыкнула исина снайперка, разнеся мохнатый шарик в клочья, но двое други, поднажав, начали опасное сближение.

– Файрболл! – неожиданно для себя крикнул я, и образовав на ладонях по два огненных шара, запустил их в мохнатых поганцев.

Нечисть, завидев опасность, пыталась вильнуть в сторону, но не тут то было. В зоне действия моего пси-поля все летит туда, куда велю я, так что огненные шары, как заправские торпеды с самонаведением, поразили цели. Я добавил энергии, и шары, полыхнув голубым пламенем, превратили дронов в горстку пепла.

– Спасибо, - поблагодарила Иса. – Ой, что это?

Рядом с ней, издав хлюпающий звук, с неба сверзились три таргонских трупа.

– Небо очищено, – ухмыльнулся Локовски, – всё под контролем. Нэин, вон, последнего к дереву приколотила.

– Не противники, – оглядев поле битвы изрёк я.

– Воевать – не их задача, – пожал плечами Локовски. – Свою они уже выполнили, нас засветили. Когда здесь будет очередное таргонское подкрепление, они будут знать, где нас искать. Полюбуйтесь.

Высоко в небе чернели две точки, ещё два транспорта шли на посадку.

– А вот сколько их ещё там на орбите, одному таргонскому богу известно, – подытожил Локовски. – Двигаем, народ. Нам нужно найти этот чёрный выход. Занырнём под землю, хрен они нас там найдут.

– Не нравится мне эта идея, – поёжилась Нэин.

– У тебя есть другая? – поинтересовался Локовски.

– Нет.

– Тогда топай и не выделывайся.

Мы побежали через парк, по чёрной асфальтовой дорожке. Над деревьями возвышалась спина Гекаты, лицом статуя была повёрнута к заливу.

– Я думала, что она будет повыше, – разочарованно произнесла Иса. – А она всего–то метров восемнадцать. Один из основных символов Нью-Ёрика должен выглядеть монументальнее!

Парк действительно был небольшим. Минут через десять бега мы выскочили через ажурную арку, увитую зелёным плющом, прямо на набережную. Геката стояла перед нами, тяжёлая глыба серого бетона. В правой руке она держала факел, который видимо должен был светиться багровым, судя по цвету стекла пламени, а в левой – нечто похожее на папку для документов.

– Так вот почему её никогда не показывают крупным планом… – удивлённо протянула Иса.

Вместо лица у Гекаты был оскаленный череп, увенчанный зубастой короной.

– И нам надо туда идти? – икнула Нэин.

– Да, надо, – не выдержал Локовски. – Я же говорил, что от вас, спецуры, толку нет никакого, особенно от баб в спецвойсках. Вечно мы, десант, вытягиваем операцию, а вы потом позируете для журналистов. Солдат ты или где? Подумаешь, статуй каменный. Так нет, бабы же, трусихи. «Ах, мои сисечки… э-э-э… в смысле мои глазки, ах, они отказываются смотреть на страшную гекаточку. А вдруг она меня съест? Мне страшно, заберите меня к мамочке!» А ведь солдат он что? Солдат должен переть на врага буром! А наш бур создан для того, чтобы пробить небеса! Так нам говорил в учебке наш сержант Камина, когда я ещё курсантом был. А он был всегда прав, это мы усвоили накрепко.

– Я тебе покажу, как воюют альтари! – вскипела Нэин. – Не смей подозревать меня в трусости!

Нэин, нервным шагом, сняв свой модуль с плеча, отправилась к Гекате. Я вздохнул.

– Серьёзно ты её приложил, – произнёс я.

– Сама виновата, – отрезал Локовски. – У нас за такие разговоры дали бы как минимум три наряда вне очереди, а военное время и под трибунал попасть можно.

– Она же всё-таки женщина.

– Тем хуже для неё. И вообще, во мне кипят мужские половые гормоны.

На это мне возразить было совершенно нечего.

Статуя Гекаты стояла на невысоком бетонном пьедестале.

– Внутри находится музей Гекаты и Великого Крушения. Вход вон там, – просветила всех Иса. – Нам, как вы уже, наверное, поняли, внутрь.

Нэин, почти строевым шагом, подошла к двери и дала её злобного пинка. Дверь не поддалась. Тогда Нэин со всей силы толкнула её плечом. Бесполезно.

– Попробуй толкнуть в другую сторону, – елейным голосом посоветовал Локовски. – Вдруг поможет?

Нэин злобно зыркнула на него, изо всех сил дёрнула дверь, и упала на спину, выдернув её с мясом из стены.

– Ну ты крута, мать! – с уважением произнёс Локовски.

– Мать? – раздалось из–под двери, – Я – мать? Твою же мать!

Я осторожно пролевитировал дверь в сторону.

– Ты там как?

– Я в порядке, – холодно произнесла Нэин. – Ты, Локовски, глорхово отродье, не мог сказать, что она не заперта?

Нахал ответил ей доброй зубастой улыбкой.

– Завязывайте, народ, – устало произнёс я. – Если хочется на ком-то выместить зло, пусть это будут таргонцы, благо скоро их здесь будет много. Лучше идём, осмотрим музей, Иса будет нашим экскурсоводом.

Однако осмотра не вышло. Комната была пуста.

– Вот дела… – разочарованно произнесла Иса, – И что теперь? В сериале надо было в правильной последовательности нажать на завитушки Золотом Кресле, тогда потайная дверь открылась бы. За ней должен находиться лифт к секретной станции метро «Геката главная». Может, всё же поищем дверь?

Дверь мы нашли быстро, однако на ней не было ни ручки, ни замочной скважины, ни терминала для ключ–карты.

– Как будем вскрывать? – поинтересовался Локовски.

– Очень просто, – сказал я, доставая силовое лезвие. – У меня есть универсальная отмычка. Как говорится, «если нет ключа от двери, попробуй гранатомёт».

Но увы, даже моя любимая игрушка не помогла. Лезвие гудело, плевалось искрами, но резать странный материал двери и прилегающей стены отказывалось. Я отключил лезвие и повесил рукоять на пояс.

– Есть у кого предложения? – хмуро спросил я, глядя на чёрные следы на стене.

– Смотрите, что я нашла! – Иса подошла ко мне и протянула табличку в стеклянной рамке. – Здесь рядом за углом висело.

Я взял табличку и прочитал:

Четверо воинов разных цветов,

Каждый сражаться немедля готов.

Жёлтый – как солнце парит в небесах,

Чёрный – что ворон, он скрылся в тенях,

Синий – как синь набегающих волн,

Красный – он праведной яростью полн.

– Ну и что это за бред? – вздохнул Локовски.

– Это не бред! – возразила Иса, – Это «Цветные рейнджеры». Непонятно только, почему они здесь? Это же совсем другой сериал.

– Ах, рейнджеры! – издевательски хохотнул Локовски. – Знаю, знаю. Сериал для дефективных детишек, страдающих задержкой развития головного мозга.

– Локовски, – мрачно поинтересовалась Иса, – ты решил сегодня поссориться со всеми?

– Ой, да ну вас. Смотрите всякую дурь.

– Заткнись, Чёрный, – осадила его Иса. – Хочешь ты или нет, сегодня тебе придётся поработать.

– Кто? – вылупился Локовски.

– Чёрный. Я – Жёлтая, Дэйв – Красный, а Нэин – синяя.

– Почему это она Синяя? – возразил Локовски. – Пусть будет Красной. Праведной яростью сейчас страдает только она.

– А может, я лучше буду Жёлтой? – спросила Нэин.

– Не пойдёт, – отрезала Иса. – В сериале про рейнджеров, между Жёлтой и Красным, был роман, так что если ты будешь Жёлтой, то тебе придётся целоваться с Локовским, потому что Дэйва я тебе не отдам.

Нэин передёрнуло.

– Не-не-не! – запротестовал Локовски. – Я в этой клоунаде участвовать не хочу.

– А что делать, Чёрный? Попали мы, – вздохнул я. – Жёлтая, что дальше?

– Всё просто. Дэйв, вставай рядом со мной, Нэин, ты с этой стороны, Локовски рядом с Дэйвом. Теперь возьмёмся за руки. Замечательно. Нэин, прими героическую позу. Рука вверх, все пальцы сжаты в кулак кроме указательного и среднего, они должны быть буквой «V». Ага, верно. Локовски, правую ногу в сторону, левую согни в колене. Так и стой. Да, руку в кулак, и прижми к груди. Теперь хором произносим заклинание: «Рейнджеры Цветные – в бой! Гигаробот, мы с тобой!»

Дверь заскрежетала и отъехала в сторону.

– Ну надо же, – обрадовалась Иса, – получилось!

– А ты что, не была в этом уверена? – возмутился Локовски.

– Ну естественно. Я сама это только что придумала. Правда, это было очень похоже на рейнджеров.

– Стыдоба-то какая! Тупые Рейнджеры! – взвыл Локовски. – Как я сам себе в глаза смотреть буду?

– «Сам себе в глаза» это как? – заинтересовался я.

– Как, как… В зеркало! Связался я с вами! – и несчастный Локовски удалился в тёмный проход.

Вопреки ожиданиям, лифта не было, зато была винтовая лесенка, ведущая, как ни странно, наверх.

– Нам как-бы совсем не в ту сторону… – почесал в затылке Локовски.

– У тебя есть другие варианты? – прошипела Нэин.

– Вроде нет.

– Тогда заткнись и топай!

Мы затопали по винтовой лестнице, виток за витком, и наконец, достигли крохотного пятачка на самом верху.

– Ещё одна дверь, – констатировала Нэин, – как открывать будем?

Но открывать не потребовалось, дверь, пшикнув сжатым воздухом, открылась сама. Пройдя небольшой тамбур, мы оказались внутри рубки. Чего-чего, а рубку я не спутаю ни с чем. Четыре кресла, множество маленьких экранчиков, пока что чёрных и безжизненных, рычажки, тумблеры, переключатели.

– Почти так же, как и в «Цветных Рейнджерах», – удовлетворённо кивнула Иса. – Замечательно. Так я и знала, внутри Гекаты скрывается Гигаробот. Занимайте места, согласно цветам. Чёрный – сюда. Будешь управлять правой рукой. Синяя, на тебе левая рука с силовым щитом. Красный – ты ноги. Отвечаешь за передвижение, ну а я, как самая умная – голова. У меня здесь радар, основные системы и два Луча Смерти в глазах. Сейчас повоюем.

Я плюхнулся в кресло.

– Иса, в смысле Жёлтая, я что-то не могу соединиться по нейроинтерфейсу с этой штукой.

– Сразу видно, что не смотрел «Рейнджеров». Нету тут нейроинтерфейса. Видишь эти штуки рядом с тобой? Суй в них руки, там должны быть рычаги.

Я осмотрелся, и действительно обнаружил две странные конструкции, похожие на рукава экзоскелета. Я просунул в них руки, нащупал управляющие рычаги и покрутил. Ничего не произошло.

– Ну как же я забыла! – хлопнула себя по лбу Иса. – Главное-то! Итак, все хором: «Рейнджеры, слияние!».

Мы проревели эту нелепую мантру, и рубка ожила. Экраны, моргнув, зажглись, отображая странные столбики, графики, и ещё какую-то чепуху. Лампочки засветились разноцветными огоньками, одни горели ровно, другие моргали разными цветами. Я вздохнул. Вот ведь, глупость какая! Сколько ненужных вещей. Видимо так представляют себе рубку корабля домохозяйки и режиссёры.

– Кстати, Нэин, – как-бы между прочим сказал Локовски, – про слияние…

Нэин прошипела что-то нечленораздельное.

– Понял, – покладисто согласился герой-любовник. – Сказал фигню.

Интересно, как всё это выглядит снаружи?

– А сейчас покажу, – сказала Иса. – Я оставила несколько мух за бортом.

Опять я не отключил нейрочат. Ну и ладно.

Иса дала картинку с улицы. Статуя Гекаты тряслась, с неё осыпались куски бетона, череп раскололся, обнажая металл головы Гигаробота. Я сделал пару шагов на месте, и со статуи полился просто водопад обломков. Гигаробот встряхнулся и избавился от бетонного кокона. Одна лишь корона, упав на кучу мусора, ухитрилась не расколоться на части. Я подхватил её телекинезом и надел роботу на голову. Корона сползла набок, зацепившись за металлическое ухо, придавая роботу вид лихой и молодецкий. Я закрыл окно внешней связи.

К моему лицу поднялся большой полукруглый экран, давая картинку происходящего снаружи. Варварство какое! Верните мой нейроинтерфейс!

– Так–так, – мурлыкала Иса. – Всё просто замечательно. Проверяем. Локовски, покрути рукой. Вышло? Прелесть. Что у тебя в руке?

– Не поверишь, но факел. Как у Гекаты, только поменьше.

– Это не факел, это Излучатель. Чего – не знаю. В фильме про это никто не распространялся, но чего-то стреляющего и смертоносного. Большая круглая кнопка под большим пальцем есть?

– Ага. Нажать?

– Я тебе нажму! Это гашетка. Потренируйся покрути рукой, таргонцы скоро войдут в зону поражения. Пока не стреляй, энергия у нас не казённая. Так, дальше. Нэин. Активируй силовой щит.

– Готово. Так он что, защищает не весь корпус?!

– Именно. Играла в какую-нибудь фэнтезятину? Нет? Что такое простой деревянный щит знаешь?

– Я что, дура тупая по-твоему?

– Ладно, ладно не кипятись. Будешь отбивать вражеский огонь этим щитом. Он у тебя, считай, вместо руки.

– Кто придумал такую глупую боевую машину?

– Это не боевая машина, не путай! Это Гигаробот. Бой должен быть зрелищным и не очень быстрым. Если Рейнджеры замочат всех злодеев в первые же секунды серии, кто же это смотреть станет? Так что воюем тем, что есть. Дэйв, я тебе сейчас маршрут скину, пойдём по полукольцевой, она здесь самая широкая улица, далее вот сюда, по 17 стрит, выйдем к правительственному и деловому кварталу. Оттуда рукой подать до Центрального Парка и Пня Тагона. Думаю, нет смысла обыскивать оставшиеся аварийные выходы с базы, к тому же, их возможно и нет вовсе. Значит – идём через центральный вход, как и подобает супергероям. Дадим таронцам бой! Рейнджеры, вперёд!

Я потянул рычаги, и Гигаробот бодро затопал на месте, поднимая клубы бетонной пыли. Ясно, вот как ты управляешься. Значит, потопали.

Мы прошествовали по гранитной набережной, мимо выхода в Гекатин Парк, прямо на полукольцевую. Робот лихо перепрыгнул через зелёные насаждения, и приземлился прямо на шоссе, оставив нехилую вмятину в дорожном покрытии. Таргонцы, видимо помня о судьбе своего предшественника, держались на расстоянии, где-то в районе пригорода, и, судя по вспыхивающим синими молниями огням гравилифта, высаживали десант прямо в воздухе, не садясь на землю. Гигаробот бодрой рысцой удалялся от них, в сторону центра. Нда, долго же десанту нас догонять придётся, если повезёт, мы уже успеем нырнуть под землю.

– Чего-то я не понимаю, – задумчиво произнёс я, – таргонцы, они что, не собираются нас атаковать? Локовски, у них есть какие-нибудь атмосферники поддержки?

– Дай подумать… Помню, раз нарвались мы на их эскорт–авианосец, как раз атмосферного класса. По виду – вылитая колотушка, только длинная. Это дроноводческая платформа с лёгкими или средними дронами, по пехоте и технике работать достаточно. Прижали нас тогда, мы и носа высунуть не могли, пока наши летуны не подоспели. Защита у него оказалась так себе, завалили его – только в путь, упал с неба как миленький. Нам потом приказ дали, взять штурмом место крушения. Мы и взяли, всё равно там выживших уже не было. У него полётные палубы интересно устроены, как барабан, в каждой трубе по шесть дронов. Барабан поворачивается и выпускает новую партию, если старую сбили. Всего восемь труб.

– Значит говоришь колотушка…

– Ага.

– Посмотри, вот там, над Гузоном, похожа?

– Точно, один в один. Твою мать!

И вправду, из низкого облака вывернул длинный сигарообразный объект, с толстой трубой ангаров и узкой ручкой, где располагались светящиеся окошки активных зон антиграва. Вот и ответ, почему таргонские боты не спешили к нам приближаться, честь поиграть с мышкой оставили авианосцу.

– Нэин, – сказал я, поворачивая на 17 стрит, – приготовься, прикрой нас щитом. Здесь улица довольно узкая, так что атаковать нас смогут только в лоб или сзади. Локовски, готовь свою пукалку.

– Поняла, – ответила Нэин, активируя щит.

– Вот и отлично, – обрадовался Локовски, – люблю пострелять. Начинаю.

Гигаробот вытянул руку с факелом в направлении авианосца, и излучатель окутало багровое облако. Оно разрасталось в размерах, змеилось молниями–щупальцами, и наконец, издав электрический треск, сорвалось с факела и полетело к колотушке. Авианосец пытался совершить манёвр уклонения, но облако как будто обладало системой самонаведения, и, игнорировав манёвр, воткнулось прямо в него. Щиты колотушки заискрили, борясь с багровыми молниями. Некоторое время продолжались шипение и треск, но сила облака истощилась, молнии погасли и исчезли, правда, щиты таргонца тоже практически перестали светиться.

– Никогда такого не видела, – удивилась Иса. – Чем это мы по нему шарахнули? На плазму не очень похоже, да и где это видано, чтобы плазменный шар сам охотился за целью? Локовски, дай ещё залп.

– С удовольствием! – ощерился Локовски и нажал гашетку.

Ничего не произошло.

– Эй, чё не так?! – возмутился он, давя кнопку, – Ну, давай же!

Без толку. Факел стрелять отказывался.

– Локовски, прекрати ломать оборудование, – строго произнесла Иса. – Лучше поднеси факел к глазам робота.

Локовски послушался. Почти весь экран заняла ручка излучателя.

– Хм, а это что за крючочек? – спросила Нэин, – Там написано «нажать здесь». Может нажать?

Иса кивнула.

Локовски, аккуратно перебирая пальцами руки робота, нажал таинственный крючок, и из открывшегося отверстия в основании ручки факела на землю выпала огромная батарейка. Мы обалдело уставились на неё.

– Так он что, на батарейках? – выдал умную мысль Локовски. – А замена есть?

Все развели руками. Откуда?

– Вот зараза! – огорчился бедняга. – Опять обломали меня со стрельбой! Ах ты падлюка!

И Локовски, размахнувшись, кинул бесполезный излучатель в авианосец. Факел попал точно в ручку колотушки и взорвался большим багровым облаком. Щиты таргонца вспыхнули и исчезли, а в ручке полыхнуло пламя, видимо генератор щита не выдержал такого издевательства. Колотушка просела, но тут же выровнялась. Дрон-ангар открылся, выплюнув шесть стандартных «утюжков».

– Локовски, придурок, ты что творишь! – взвыла Иса.

– А чего такого? – возмутился Локовски, – Ты что кричишь? Видишь, какой эффект?

– Кретин катодный! Это же было неизвестное в империи оружие! Его надо было передать в СИБ для изучения! А ты его угробил!

– А мне плевать! – огрызнулся Локовски. – В войне все средства хороши. Если что-то сможет причинить вред моим врагам, пусть причиняет, я хоть весь этот город по камешку разнесу.

– Варвар!

– Народ, успокойтесь! – я хлопнул рукой по подлокотнику кресла. – Нэин, теперь на тебя вся надежда. Действуй щитом. Иса, я так понял, робот и не может поворачивать голову назад, значит прикрывай переднюю полусферу. Ты что там говорила про Лучи Смерти?

– В глазах обычные лазеры. Увы.

– Значит, стреляй чем есть. Стрелять глазками – типично женское развлечение, так что надеюсь на тебя.

Дроны налетели с двух сторон, поливая нас из своих импульсных лазеров. Огонь был довольно плотен, но толку не оказывал никакого, под аляповатой раскраской, нанесённой на броню робота, скрывалась сверкающая стеклосталь, так что лучи просто-напросто отражались в стороны. Отличилась Нэин. Прикрываясь щитом от очередного дрона, она случайно задела серебристо мерцающей кромкой щита другого, пролетавшего рядом. Дрона располосовало пополам, и обломки, искря и дымясь, врезались в ближайшее здание.

– Вот как оказывается можно… – удивилась Нэин.

– Можно, – ответил я, – моё силовое лезвие – суть защитное поле. Я же об этом говорил.

– А ведь и правда! – обрадовалась Нэин, – Ну всё, держитесь.

Иса не отставала. Она явно вошла в азарт, издавая междометия и подпрыгивая в своём кресле.

– Ах ты гад! На, получай! А это тебе за испорченное моё с Дэйвом свидание. Что не нравится? На ещё!

Даже Локовски ухитрился поймать последнего оставшегося летуна рукой, как насекомое, когда тот пытался проскочить мимо. Мерзко улыбнувшись, он пошевелил пальцами, и дрона смяло как банку из-под пива. Локовски хмыкнул и подкинул изжёванную машину, а я дал ей пинка. Дрон закрутился, и взлетев в воздух взорвался, разлетаясь брызгами расплавленного металла. Первую партию извели.

– Отлично справились! – порадовалась Нэин. – Ой, смотрите, как красиво!

17 авеню закончилась, расходясь в стороны и огибая большую площадь.

– Ага, отлично, – заявила Иса. – Итак, мы в Правительственном Квартале. Вон тот небоскрёб впереди – Нью–Ёрик Стэйт Билдинг. На имперском – просто «правительственное здание», довольно бесхитростное название. Сама площадь носит название «Майдан Обоснователя». Слово «майдан» произошло от слияния «may dawn», «майский рассвет», ибо именно ранним майским утром Ваш Ин Тон-Тону пришла идея обосновать концепцию «волшебного зелёного бабала». Вон тот шпиль, или обелиск, как вам больше нравится, как раз посвящён ему. На панно, расположенном в основании шпиля, изображена сцена…

– Нэин, – перебил Ису Локовски, – давай оставим на время наши с тобой споры. Ты потом на меня пообижаешься, хорошо? Может мы с тобой даже пообнимаемся… В смысле, подерёмся… Ладно, к делу. Скажи, ты, глядя на это обелиск, думаешь о том же, что и я?

– Хорошо, Локовски, перемирие принимается, – холодно ответила Нэин. – Да, у меня возникла похожая идея. Дэйв, будь добр, подойди к памятнику.

Я сделал пару шагов и остановился рядом со шпилем.

– Эй, народ, вы чего делать собрались? – вскинулась Иса.

– Нэйн, мы должны сделать это вместе, – сказал Локовски, игнорируя Ису. – Одной рукой я не справлюсь.

Нэин кивнула, и робот, ухватившись обеими руками за обелиск, начал вытягивать его из земли.

– Варвары!!! Зло!!! – взвыла Иса. – Вы что творите!!! Это же памятник архитектуры!

– Кому памятник, а кому и дубинка, – возразил Локовски. – Да и памятником тут не пахнет вовсе, так, четырёхгранная бетонная игла. Архитектурное убожество. Так что не напрягайся, всё путём.

Робот закряхтел, и выдрал обелиск с мясом, совершенно не обращая внимания на стенания Исы. Отряхнув архитектурный шедевр от земли и остатков бетонной подложки, робот перехватил его за узкое основание.

Авианосец выпустил очередную партию дронов, и начал сближение, видимо, решил пойти в бой лично, видя явную неудачу своей авиации. Да и оба десантных бота пришли в движение.

– Локовски, – спросил я, – что за вооружение у авианосца?

– Не помню, – ответил тот. – Вроде бы система ПВО была, может и пара пушек есть.

Пара пушек действительно нашлась, из боков толстой части колотушки выехали две характерных башни кинетических ускорителей.

– Ну что Нэин, повеселимся? – ухмыльнулся Локовски, – Повторим утренний дэйвов подвиг?

– Биту хотя бы нормально возьмите, – вздохнула Иса. – Держите её как в беймяче…

– В чём? – не понял я.

– «Беймяч», игра такая в Нью-Ёрике. Бейсбол на местном наречии. Там правила какие–то странные, надо отбить летящий в тебя мяч, и то ли попасть в перчатку другому игроку, то ли в шлем соседу по команде, а после куда–то бежать, отбиваясь битой… Не поняла в общем.

Авианосец дал залп. Локовски и Нэин синхронно потянули рычаги и Гигаробот, взмахнув дубинкой, отбил сверкающий шар снаряда в небеса. Второй выстрел, чиркнул по броне, и проделав в ней серьёзную борозду, воткнулся в здание. Так, придётся помогать. Я закрыл глаза и оказался снаружи, вися рядом с головой робота. Ха, а этот фокус у меня получается всё лучше и лучше, не надо даже ничего представлять.

«Дружище, – я зачем–то сказал это роботу, – теперь тебе придётся управлять своими ногами самостоятельно. Я буду более полезен здесь».

Робот, к моему глубочайшему удивлению, повернул ко мне голову и кивнул. Он что, меня видит?

Приближалась вторая порция дронов. На этот раз они действовали умнее, не атаковали нас в корпус, а пытались попасть в уязвимые места, сочленения брони и суставы рук и ног. Однако таргонские операторы просчитались, они забыли про меня. Одно дело на полном ходу обстрелять цель и быстро смыться, а другое – точечно попасть во что–то, для этого дронам пришлось существенно сбавлять скорость или даже зависать на месте. Вот здесь-то я и начал ловить добычу, прямо как в той приснопамятной битве у второй планеты. Колотушка перезарядилась и выстрелила снова, взлетела бита, и снаряд, выбив из памятника архитектуры целый сноп искр, вновь ушёл в молоко. Во второй снаряд я запустил свежепойманным дроном, так что бабахнуло от души. Вот так и будем воевать, посмотрим, что кончится раньше, боекомплект или таргонские беспилотники.

Авианосец попытался повторить атаку ещё пару раз, с тем же результатом. Робот махал битой, а я, как заправский полтергейст, вылавливал очередного дрона, и отработанным движением, вырвав ему лазерную турель, швырял в направлении летящего снаряда. Очень быстро таргонец понял, что так бодаться совершенно бессмысленно, и попытался отозвать последнюю троицу, но я изобразил двумя дронами свой фирменный приём: «удар двух медных тарелок», а последнего, раскрутив, кинул роботу, и он, ударив по нему как по мячу, отправил бедолагу домой, прямо в авианосец. Колотушка сместилась в бок и вверх, к шпилю башни Стэйт Билдинг, и дрон взорвался далеко в стороне, не причинив кораблю вреда. Двое десантных ботов поднажали, быстро приближаясь к нам. Ясно, решили подавить огневой мощью.

Нас взяли в клещи, таргонцы повисли с трёх разных сторон и открыли огонь. Авианосец выпустил третью партию смертников, так что мне было чем заняться. Робот плясал, махал дубиной, уворачиваясь от снарядов, и превращал некогда красивый Майдан в руины. Мне на секунду почудился запах горелой резины, но я решил, что это глюк. Откуда здесь взяться резине?

Битва шла своим чередом. Мы уже успели получить пару вмятин в передней броне, зато метко отбитым снарядом удалось заклинить одну из башен авианосца, так что орудие теперь смотрело вверх и вбок, и было совершенно бесполезным в бою. Иса стреляла глазками, и пожгла почти все малые вспомогательные турели десантных ботов, впрочем, от них всё равно вреда почти не было, нашу броню они не пробивали. Авианосец извёл ещё один комплект «утюжков», когда случилось страшное. Я отбил очередной выстрел очередным дроном, но снаряд отрикошетил в сторону, ударился о броню десантного бота, и поразил Гигаробота в нижнюю полусферу, туда, где у обычных людей находится задница.

Робот взревел, защёлкал челюстями (а у него, оказывается, есть челюсти!), и кинулся на колотушку, потрясая изрядно потрёпанным обелиском. Колотушка, нагло вильнув ручкой, взмыла повыше и дала издевательский залп, выбив у ног робота веер осколков. Видя, что дубиной её не достать, робот взвыл снова, и, зажав её зубами, полез на здание Нью-Ёрик Стэйт Билдинг. Десантные боты выстрелили залпом, но мимо, робот, проворно перебирая руками и ногами, взбирался всё выше и выше, пока не достиг крыши и шпиля башни. Ухватившись левой рукой за шпиль и обхватив здание ногами, Гигаробот махал дубиной, пытаясь достать обидчика, но, естественно, безрезультатно.

«Ну что ты сделал? – укоризненно шепнул я роботу. – Мы теперь на самом виду, попасть по нам пара пустяков, а увернуться я тебя уже не получится. Значит так. Есть идея. Сможешь допрыгнуть до колотушки? Постарайся уцепиться руками за ручку, у тебя должно получиться».

Робот посмотрел на меня, на авианосец, прикинул расстояние, и, оттолкнувшись ногами от здания, отправился в полёт в долгом прыжке. Колотушка пыталась увернуться, но я ухватил её за хвост и держал, пока туша Гигробота, перебирая руками, не ухитрилась её изловить.

Колотушка просела, окошки антигравов яростно засветились, работая на пределе мощности, но с такой дополнительной массой удрать авианосцу уже не светило. Резво подтянувшись на руках, Гигаробот уселся на авианосец верхом, как ведьма на помело.

«Замечательно, напарник! – похвалил я. – Теперь долой орудийные башни и заклинь дверь дрон-ангара, чтобы оттуда больше не выползала всякая дрянь».

Робот снова кивнул, спорыми движениями сбил обе башни, перебрался поближе к толстой части колотушки, и начал колотить широким основанием шпиля прямо по дверям ангара. Двери металлически лязгали, и наконец, с очередным ударом, поддались, жалобно скрипя. Обелиск ушёл внутрь, торча наружу остриём. Внутри авианосца что-то затрещало, заискрило, и шпиль начал вращаться, как заправское сверло, видимо, механизм смены полётных палуб окончательно вышел из строя.

«Мы сделали это, парень! – обрадовался я. – А теперь держись, полетаем. Я поработаю двигателем, мне не привыкать».

Вот такая картина. Гигаробот, ухватившись за дырки, оставшиеся от орудийных башен, рулил колотушкой, а я толкал её сзади, благо особых усилий прилагать не требовалось, антигравы ещё работали. Таргонские боты шарахнулись в разные стороны, даже не пытаясь стрелять. Один свечкой взмыл в небеса, уходя на орбиту, а второй из-за чего-то не стал, видимо мы повредили ему двигатель. Я указал на подранка пальцем, Гигаробот дал колотушке пятками шпор, и та, взбрыкнув, закоптила, но скорости прибавила.

Бот рванул от нас со всей дури. Высоко взлететь он уже не мог, хотя и пытался, делая странные манёвры, похожие на «горку». Колотушка-поскакушка боднула его буром, во все стороны полетели части брони, падая вниз и делая дыры в крышах зданий. Орудийные башни повернулись, беря нас в прицел, и выстрелили. Первый снаряд ушёл в молоко, система наведения орудия была сильно повреждена, а второй робот изловил зубами и разгрыз словно орех. Антигравы бота светились уже не ярко-синим, а испепеляюще-белым, команда корабля, видимо, задействовала форсаж цепей привода. Долго вам так не продержаться, минут пять и всё, цепи перегорят. Неужели хотите удрать? Да ладно, я вам не дам. Где мой любимый аргумент?

На моей бестелесной руке возник огненный шар. На этот раз пламя было не жёлтым, а призрачно-зелёным. Я обалдело уставился на сгусток энергии. Надо же, вообще ни на что не похоже. Он работать-то будет вообще? Вот сейчас и увидим.

Мой снаряд угодил прямо в уязвимое место – светящуюся полоску активной зоны двигателя, и растёкшись по ней, растворился. Я разочарованно сплюнул. Ну и ладно, попробовать всё же стоило.

И тут бабахнуло. Ощущение было такое, будто из таргонца вынули середину, в стороны брызнул огонь, расплавленный металл и части конструкции. Бот встал в воздухе на дыбы, Гигаробот взвыл, и наша колотушка протаранила его своим буром, надев как бабочку на булавку. Конструкция закрутилась, затрещала искрами, повалил густой дым.

«Прыгай! – крикнул я Гигароботу. – Сейчас это месиво взорвётся! Я постараюсь смягчить падение».

Робот отцепился от умирающего авианосца и раскинув руки, начал падать. Я подхватил его, как некогда «Искатель», и мы плавно, по спирали, заскользили вниз. Вверху прогремел взрыв, озарив окрестности яркой вспышкой, зонтиком посыпались горящие обломки. Надеюсь, внизу пожара не случится, только этого нам не хватало.

Под нами простиралось огромное зелёное пространство – Центральный парк. Странно, на парк он не очень–то и походил, скорее на лес. В середине я успел мельком разглядеть огромный пень и площадку для воздушного транспорта, и тут робот шлёпнулся прямо в небольшое озеро у края леса. Поднявшаяся волна вынесла на берег прогулочные лодочки и пару спасательных кругов. Гигаробот вышел из воды, отряхнулся, и уселся на берегу, скрестив ноги. В его боку открылась дверца и из неё до земли протянулась верёвочная лестница. Всё, приехали, робот дальше не пойдёт. Ну и ладно, мы сами справимся. Я вернулся в тело.

Экраны у моего кресла исчезли, скрывшись в люках в полу. Я отцепил ремни безопасности и встал на ноги. Народ уже успел вылезти наружу, не дожидаясь меня. Я подошёл к дверце и выпрыгнул вниз, аккуратно слевитировав на землю. Вся компания приходила в себя после живописного боя. Нэин просто лежала на траве, раскинув руки, Локовски сидел, а Иса, увидев меня, подбежала и крепко обняла.

– Капитан, ты был просто неподражаем! Я получила массу впечатлений.

Локовски и Нэин мрачно покосились на нас.

– Точно, два сапога пара, – произнёс Локовски, косясь на нас с Исой. – Не, Стэллар, ты полный отморозок. Лазить по небоскрёбам, потом прыжками скакать по крышам, и на сладкое усмирение необъезженного авианосца. Даже в нашем раздолбайском десантном отряде таких отморозков не было. Чудили, конечно, но чтобы так…

– Я второй раз решила, что нам хана, – поднимаясь с земли сказала Нэин, – особенно, когда мы свалились с двухкилометровой высоты. Между прочим, мы всё видели. Даже то, как ты с роботом общался. Ты висел рядом, такой полупрозрачный… И тут же, в кресле, вполне материальный. Кошмар! Вынос мозга!

– Да ладно вам, – сказал я, отлипая от Исы, – подумаешь. Пустяки, дело житейское. Я, вот, уже начал привыкать к этим странностям, и даже начал получать удовольствие от процесса. Всё, давайте собираться, мы уже почти у Пня.

Я подошёл к Гигароботу и похлопал его по огромной ноге.

– Напарник, – сказал я, – мы сегодня отожгли так, что Цветастым Рейнджерам и не снилось. Они, по сравнению с нами, просто щенки. Однако, нам надо идти дальше, к центру этого странного мира. Так что ты уж постарайся не погибнуть: сюда топает банда таргонцев. Не лезь в бой, тебе уже и так досталось. Да, я не прощаюсь, скоро сюда прибудет наш флот с научниками и техниками, и будет тебе дозаправка, ремонт и тёплое машинное масло. Мы ещё повоюем!

Робот повернул ко мне голову и подмигнул. Во даёт!

– … Истинно говорю тебе, Нэин, эти двое – конченые отморозки, – вкручивал Нэин Локовски. – И Дэйв, и его второй пилот, вон, полюбуйся на неё, стоит, ухмыляется. И робот этот сумасшедший тоже к нему тянется, нашёл себе приятеля. Вот я, напротив, образец спокойствия и здравомыслия. Так что держись ко мне поближе, и всё будет путём.

– Угу, – буркнула Нэин, – а твои скользкие щупальца постоянно норовят залезть ко мне под броню. Не, Локовски, ты сам хуже таргонца. И вообще, я только что сейчас вспомнила, я же на тебя обижена. Кто меня трусихой обзывал?

– И кто же этот гад? – удивился Локовски. – А подать мне его сюда, уж я разберусь с ним по-свойски! И вообще, я сегодня видел воинственную валькирию, деву битвы, яростно сверкающую огненным взором за рычагами робота. Кто же мог навести на тебя такую напраслину? Знаю, это Дэйв, подлец. Вечно он на всех клевещет. От я его!

– Локовски, ты неисправим, – вздохнула Нэин, – не завидую я этой твоей Мартине. Ведь ей придётся отдирать твои присоски от каждой встречной женщины. Ни за что бы за такого как ты не пошла.

Похоже, эти двое снова помирились. Вот и хорошо. Не хватало мне в отряде гневного фырканья.

– Иса, – спросил я, – что на счёт этого Центрального парка? Как проще всего добраться до Пня?

– Знаешь Дэйв, – задумалась Иса, – в этом парке всё не так. В сериале он был совсем непохож на это место, так что, увы. Но я засекла месторасположение Пня, он ровно посередине. Будем просто-напросто переть вперёд. В общем, на месте разберёмся.

Вечно у нас так.

– Боюсь, скоро начнутся странности, – обрадовал всех я, – нутром чую, Сердце где-то под Пнём, так что эти странные привидения, если верить Свечению, будут здесь в количестве крупной оптовой партии. Смотрим по сторонам, и замечаем всё необычное.

Мы вошли под плотный свод леса. Деревья здесь преобладали лиственных пород, хоть что-то радовало. Не люблю хвойные, разве что сосны исключение…

– А вот и первая странность, –Нэин указала пальцем в кустарник справа от меня. – Смотрите!

Действительно, рядом с деревом из земли торчал большой шипастый куст с жёлтыми цветами. У его основания была видна уютная норка, закрытая грубо раскрашенной под траву картонкой, с надписью «Я кустик», чтобы ни у кого не возникло подозрений.

– Узрите! – патетически изрёк Локовски, – Мы наблюдаем классическую секретку.

– Чего наблюдаем? – не поняла Нэин.

– Ты что, в шутеры не играла?

– Я же говорила, я играю на компьютере только в карты и цветные шарики.

– Темнота! Ладно, объясню. В играх есть секретные места, где обычно лежит оружие или аптечки. Интересно, что там?

– А вдруг там бомба?

– А вот это мы сейчас и узнаем. Дэйв, ты нужен обществу!

Я ему что, миноискатель? Ладно уж. Вздохнув, я подхватил картонку телекинезом и выкинул подальше. Взрыва не случилось, а в норке действительно лежала непонятная штуковина и пирамидка не менее странных зелёных кубиков. Я выдернул штуку на свет и пролевитировал поближе.

– Дай-ка мне это осмотреть, – попросила Иса. – Спасибо. Так… Хм. Интересно.

– Что это? – вытянул шею Локовски.

– Судя по всему – оружие. На нём написано: «BFG–9000», а сбоку самоклеющаяся бумажка, с надписью карандашом «О йес!». Всё.

– Эта штука тоже из сериала? – поинтересовался я.

– Нет. Ничего подобного там не было. Я вообще никогда такого не видела. Однако, принцип мне ясен. Судя по соплу – это плазмомёт. Вот этот рычажок – включение…

– Откуда ты это знаешь? – недоверчиво спросил Локовски. – Ты же эту вещь впервые видишь.

– Здесь написано «Вкл», – страдальчески пояснила Иса. – Не тупи, Локовски.

Локовски что–то пробурчал и отошёл.

– Продолжаю. Прицела нет – значит, бьёт по площадям. В упор не стреляем. Вот сюда – заряжаем. Бьюсь об заклад, те кубики – выстрелы. Собственно, больше тут ничего и нет. Дэйв, ты будешь пользоваться этой пушкой?

Я кивнул.

– Да. У Локовского уже есть целая батарея ракет, так что эта игрушка будет моей.

– Тогда держи, – Иса протянула мне BFG. – Оставь несколько зарядов, нашим научникам пригодится.

Я нажал кнопку включения, и оружие мелодично пикнув открыло верхнюю крышку. Хм, судя по квадратному гнезду, кубики надо класть сюда. Я скормил устройству первый заряд, и оно, хрюкнув, утянуло кубик в чрево. В след за первым уехало ещё два, и на управляющей панели зажглись три зелёных огонька. Кажется, есть контакт. Остальные заряды я убрал в упаковщик.

– Ну что, народ, включаем камуфляж и осторожно вперёд? – предложил я. – В лесу нас будет сложнее обнаружить. А ведь скоро должны и таргонцы подтянуться, так что не забываем об осторожности.

Мы активировали маскировочное поле, и тенями–невидимками двинулись вперёд. На краю зрения что–то мелькнуло. Я скосил глаза и увидел смутные полупрозрачные тени, летящие среди деревьев. Ага, вот и глюки собираются, сколько же их, однако! Видимо я был прав в своём предположении, Сердце действительно недалеко от нас.

«Вот что мне непонятно, – произнёс Локовски по нейросвязи, – что же это таргонцы не направляются прямиком к этому самому Сердцу, или как там его. Они что, не знают, где оно находится?»

«Возможно, что и так, – ответил я. – Свечение тоже не мог понять, что они собираются с ним делать. Он утверждал, что у наших жукоглазых друзей нет ни капли нужных талантов, способных обуздать Сердце. Но ведь они использовали против меня на орбите некий нейтрализатор моей пси-силы, нечто странное, похожее на паутину. Я тогда краешком сознания коснулся этого, так что могу утверждать точно, это был не человек. Я вообще не уверен, что это было чем–то разумным. Может очередной таргонский биомех?»

«А нас они ловят зачем? Использовать в своих приборах вместо датчиков? Могли и в тихую следовать за нами, так нет, засаду устроили.»

«Знаешь, Локовски, может ты и прав, и проверять мне это совсем не хочется. От этих уродов можно ожидать чего угодно. Стоп! Движение!»

Мы замерли, кто где стоял. Кусты, метрах в трёх от нас, зашевелились, и из них вылезла белка. На вид, ну совсем как обычные лэйвские белки, только эта была ростом около метра.

«Нифига себе зверушка! – удивился Локовски. – Белка! Да ещё какая здоровущая! Смотри Дэйв, это первое животное, которое мы встретили в этом городе. До этого были только растения. Что бы это значило?»

Я пожал плечами. Ну, белка и белка, подумаешь. Есть у меня идея, но лучше не говорить, не нервировать Нэин. Белка подняла морду, понюхала воздух, и взмахнув хвостом, скрылась в кустах. Я махнул рукой. Двигаем дальше.

Лес становился гуще. Деревья полностью заслоняли свет солнца, и в чаще стоял зеленоватый сумрак. Двигаться приходилось осторожно, хотя мы и были под камуфляжем, задетая ветка или сломанный сучок могли выдать нас с головой. И вот, как раз обходя очередной кустарник, Локовски запнулся об очередную странность. Ей оказалась чёрная пластиковая коробка, с большим красным крестом сверху.

«И что же это такое? – Нэин с удивлением разглядывала находку»

«Ясно что, аптечка, – заявил Локовски, поднимая коробочку, – Мне всегда было интересно, а что там внутри? В играх они всегда закрыты, просто поднимаешь её, и здоровье восстанавливается. Вот сейчас и откроем.»

Локовски покрутил коробочку в руках, посмотрел сверху и снизу, и, щёлкнув двумя зажимами, откинул крышку. Внутри оказался шприц, заправленный зеленоватой жидкостью.

«Мда, мог бы и сам догадаться, – изрёк он, почёсывая шлем»

«И что ты с этим будешь делать? – поинтересовалась Иса, – Попробуешь?»

«Я что, похож на идиота? – возмутился Локовски, – Колоть себе всяческую незнакомую хрень? Ладно бы, мы находились в подводном городе, тогда да».

«В каком подводном городе? – не поняла Иса».

Локовски недоумённо захлопал глазами.

«И правда, о чём это я? – с удивлением произнёс он. – Странно, на секунду я увидел полуразрушенный город на дне океана, где сумасшедшие жители-мутанты, вколов себе такую же дрянь, получали странные способности, но съезжая при этом крышей всё сильнее и сильнее. Ну что за бред!»

«Не бред, - вздохнул я, - а влияние Сердца. Тебе привиделась очередная не воплотившаяся реальность. Давай сюда, - я отобрал у Локовского шприц и спрятал в упаковщик, - отдам научникам, пусть изучают. А вдруг там и вправду какой мутаген? Тебе, Локовски, веры нет, угробил ведь излучатель? Так что пусть артефакт хранится у меня.»

Мы шли дальше. Видимость ухудшилась, по экрану шлема пробегали тонкие полоски помех, даже исины мухи и те не могли отлететь дальше десятка метров, не потеряв управления. Самое противное, источник помех выявить не получалось. Так что я по чистой случайности не влетел в гости к третьей по счёту странности.

Прямо перед нами располагалась небольшая залитая светом полянка. У дымящего костра, на нескольких брёвнах, сидела компания странных существ. С виду они походили на людей, вот только голова была не человечья, а скорее, какого–то насекомого. Большие, во всю башку фасеточные глаза, шевелящиеся усики, и комплект острых крючковатых жвал. Спина монстров плавно переходила в нечто, напоминающее брюшко насекомого, вздрагивающее и шевелящееся.

«Иса, это что за штуки? – спросил я, – Такие были в сериале?»

«Ага, – ответила Иса. – Это солдаты Барби.»

«Кого?»

«Барби, это сокращённо от Барбитурат. Демоница, правая рука Рыжего Чу, характер вредный и склочный, не замужем. Это её солдаты, низшие демоны.»

«Уж больно они на муравьёв похожи».

«С них и рисовали, – пожала плечами Иса. – Если у дизайнеров персонажей кончаются идеи или тяжёлые наркотики, они берут какое-нибудь насекомое, увеличивают его в разы, и пожалуйста, получается готовый монстр. А нам потом с ними воевать.»

«Ясно. Чем опасны?»

«В сериале это была массовка. Обычно плевались ядовитыми веществами из своего брюшка, нехорошая гадость, у мирняка вызывали галлюцинации, помешательство и временное зомбирование. Нам это не страшно, система дыхания у костюмов замкнутая. Что там ещё было… Ах да, плевались огнём, что тоже, в общем, стандартно. Вот, собственно и всё. Говорю же, мясо. Перебьём их?»

«Вот ещё, зачем? Не стоит связываться и привлекать внимание. Просто обойдём.»

Так и решили. Обойдя полянку, мы побежали дальше, к центру парка. Помехи усиливались. Перед глазами уже мелькала цветная рябь, здорово раздражавшая и мешавшая смотреть. Шлем, однако, отключать не хотелось, мало ли в этом лесу какой гадости.

Лес стал редеть, через покров листьев пробивалось всё больше света, и наконец, впереди забрезжила яркая полоска, мы подходили к середине парка, к самому пню. Визоры шлемов реагировали с замедлением, так что пришлось подождать, пока матрицы адаптируются к повышенному уровню яркости. Попрятавшись по ближайшим кустам, мы огляделись.

Пень действительно впечатлял. Большой, высотой метров в двадцать, и шириной с правительственный комплекс на Лэйве. Рядом с ним виднелось несколько невысоких зданий, похожих то ли на бараки, то ли на ангары. Рядом с ними, на площадке для грузовых скиммеров, располагался главный источник помех. Большая, странного вида конструкция из цветных шаров, соединённых полупрозрачными ажурными кольцами, светящаяся и гудящая, была облеплена таргонцами. Группы гадов сновали туда–сюда, то поднося то какие–то предметы, то подключая непонятные модули, в общем, видно было, народ работает.

«Сурово, – присвистнул Локовски. – Тут шесть танков и до сотни солдат. Что со всем этим делать? И что это за хрень светящаяся?»

«Не знаю, – пожал плечами я, – но попробую разузнать.»

Я закрыл глаза и мысленно потянулся к непонятному объекту. Ну точно, то же самое ощущение, что и на орбите.

«Это нечто вроде передатчика, что ли… Кто–то или что–то извне, при помощи этой штуки, пытается нащупать Сердце».

«Так я и думал. – кивнул Локовски. – Что с таргонцами? Подозреваю, что среди этих хозпостроек скрыт проход под землю. Попробуем втихаря проползти?»

«Боязно мне. Эта штука наводит помехи на наши костюмы. Если маскировка слетит на открытом пространстве, нам не прожить и минуты. Может попробовать воспользоваться пирокинезом и поджечь её? Вдруг у меня откроются какие–нибудь новые таланты?»

«Шарахни по ним из своей новой пушки, – предложила Иса. – Заодно заценим эффект.»

Я с сомнением посмотрел на BFG. Довериться непроверенному оружию? Риск…

«Не знаю, – с сомнением протянул я. – Впрочем, выбора особого нет. Локовски, доставай ракеты, здесь как раз работа для них. Вышибай эту штуку, затем я дам залп по толпе. Попробуем воспользоваться эффектом внезапности, в крайнем случае, дёрнем обратно в лес, поиграем в прятки. Ну, давайте на счёт три. Раз, два... Опа. Смотрите!»

Из леса, мерно щёлкая жвалами, вышла группа младших бесов, и подёргивающейся неровной походкой, будто лунатики ночью, устремились к таргонскому механизму.

«Как интересно! – с удивлением произнесла Иса. – Их привлекает излучение этого агрегата. Давайте подождём и посмотрим. Уверена, сейчас они сцепятся друг с другом.»

Таргонцы моментально заметили опасность. Несколько солдат вскинули свои орудия, и первые шесть бесов упали с разорванной хитиновой бронёй, зато остальные очнулись ото сна. Злобно защёлкав челюстями и расправив тонкие крылья, стая солдат Барби взлетела в воздух. Выгнув вперёд брюшки, вся группа извергла из себя серебристую пыль, быстро сформировавшуюся в облако. Посверкивая разрядами, облако сориентировалось на местности, и удивительно шустро полетело к танкам. Таргонские танки, почуяв неладное, рванули с места в карьер, но один, провалившись передней лапой в какую–то ямку, замешкался. Облако накрыло его, забираясь внутрь сквозь сочленения брони, и танк завертелся на месте. Видно было, аппарату нехорошо. Затоптав несколько солдат, танк упал на спину, и судорожно дёрнув плазмером замер. Лапы его конвульсивно дёрнулись и сжались, отчего биомех стал похож на дохлого жука.

Битва разгоралась. Из леса выползали новые солдаты Барби, над землёй, в сторону таргонцев, несло несколько ядовитого вида облаков. Попав в них, таргонцы начинали вести себя неадекватно, бегать кругами, палить во все стороны и даже подпрыгивать на месте. Из моего подсознания, наружу, попыталась выползти очередная нелепица «кто не скачет – тот москаль», но я, уже привычным движением мысли, запинал её обратно.

Мимо меня пронеслась большая и рыжая тень, из кустов, на открытое пространство, совершенно не обращая внимания на творящиеся безобразия, выпрыгнула белка. Мохнатая дура, прянув ушами и вильнув хвостом, вприпрыжку поскакала к таргонскому аппарату, но влетела в очередное токсичное облако. Белка как бежала, так и упала, уткнувшись носом в землю. Тут я учудил. Совершенно не соображая, что я делаю, исключительно на автопилоте, я достал из инвентаря недавно подобранный шприц, и отправил его в телекинетический полёт, прямо в беличью задницу. Шприц воткнулся, и я нажал на поршень, впрыскивая жидкость в беличье тело.

«Дэйв, – округлила глаза Иса, – ты что творишь то?»

«Сам не знаю, – сознался я. – Что-то меня дёрнуло. Странно, правда? Ого!»

Белка, на негнущихся лапах, попыталась встать. Получалось плохо. По её телу прошла волна, белку изогнуло и резко вытянуло. Ну да, так оно и есть, никакая это не белка, обычный воплотившийся глюк, да и весь этот город – один сплошной глюк.

Белку закрутило и подняло в воздух, тело раздулось, превратившись в большой сверкающий шар, с полупрозрачной беличьей головой в середине. Обе стороны прекратили огонь, с удивлением разглядывая это чудо.

«Что происходит? – Иса со страхом посмотрела на меня».

«А, вспомнил! – хлопнул кулаком по ладони Локовски. – Вспомнил. Всё думал, а что же мне эта аптечка напоминает? Точно же: озверин. Дэйв, неужто забыл Лучший Шутер Всех Времён и Народов, а?»

А ведь и правда. «Дэйв – опасный сумасшедший». Сколько раз я в эту игру играл. Чёрная аптечка не восстанавливала жизнь, а делала героя берсерком, в этом состоянии он был способен голыми руками порвать любого врага. Интересно, во что же превратится белка?

Белки уже не было. На поле крутился чёрный вихрь, пожирая трупы убитых противников. Даже дохлый танк не избежал этой участи, тяжеленный биомех, будто игрушку, проволокло по бетону и затянуло внутрь. Вихрь, немного погуляв по посадочной площадке, быстро сориентировался и полетел к странной таргонской машине. Жукоглазые выродки очнулись ото сна, и поскакали спасать свой бесценный агрегат. Два танка увязались за толпой, видимо поработать тягловой силой. Таргонцы облепили машину и потащили прочь, подальше, в сторону леса. Оставшаяся толпа открыла по вихрю огонь, наверное, для отвлечения внимания, но вихрю он не вредил совершенно, чёрное торнадо поднажало и накрыло истерично шипящую толпу, всосав внутрь и танки и таргонцев и жалобно звякнувший агрегат.

«О, помехи пропали, – порадовался я. – Хоть какая–то польза.»

«Ага, – мрачно подтвердила Нэйн, – польза. А вот с этой пользой что делать будем?»

Вихрь остановился и перестал вращаться, теперь он напоминал блестящий чёрный конус. По его поверхности снова пошла рябь, и аномалия, засветившись ярким синим светом, начала складываться в огромную, метров пять высотой, фигуру. Силуэт светился всё ярче, и сверкнув вспышкой, материализовался окончательно.

Монстр был похож на всё сразу. Железные беличьи уши, пять сверкающих окуляров камер на полужелезной, полумохнатой голове, огромное, покрытое хитином и сталью тело, вместо правой руки – таргонский танковый плазмер. Левая – чешуйчатое подобие конечностей солдат Барби, с закреплённым на ней орудием, судя по внешнему виду, лучевым. Одна нога полностью механическая, другая – беличья, заканчивающаяся копытом. Интересно, копыто–то откуда?

«От дела! – поцокав языком, сказал Локовски. – Приехали, Кибербелка, босс уровня. Ну спасибо тебе, Дэйв, таргонцев нам мало было.»

«Не парься, старлей, – махнул рукой я, – сейчас они друг с другом передерутся, а мы в это время прошмыгнём к ангарам. Иса, где в сериале был вход под землю?»

«Не знаю, Дэйв, – вздохнула Иса, – здесь всё совсем не так. Впрочем, теперь я могу нормально просканировать ландшафт, помехи пропали. С большой долей вероятности нам надо вон к тому ангару, подсвечиваю. Лифт должен быть немаленький, а это самое крупное здание. Так что давайте обойдём эту тусовку по краю и скроемся под землёй.»

Мы осторожно двинулись в обход по краю леса. Как я и говорил, драка разгорелась с новой силой. Кибербелка взревев, дала залп по таргонцам, испепелив несколько штук и повредив танк. Биомех завертелся на месте, бок ему опалило знатно. Злобно пропищав, танк уселся на задницу, и выплюнул в белку сгусток яркой белой плазмы. Кибербелка захохотала, и небрежно отбила заряд в сторону. От зараза!

«Локовски, – мрачно сказал я, – держи свои ракеты наготове. У меня дурное предчувствие.»

«Уже, – ответил тот. – ты у нас магнит для дурных предчувствий».

Кибербелка успела уполовинить своих врагов, отделавшись парой отколотых кусков брони и повреждённым суставом железного протеза, от чего её движения стали сопровождаться характерным подвыванием сервомоторов. Повреждённый танк уже коптил, его вывели из игры насовсем. Второй скакал по бетону, иногда делая выстрелы, но эффективность их была не очень велика. Кибербелка то уворачивалась, то ухитрялась отбить выстрел, делая в ответ свой. Лучше получалось у младших демонов, они своим серебристым туманом ухитрились повредить второе орудие, так что интенсивность огня кибербелки существенно снизилась. Белка рычала, пиналась, даже ухитрилась изловить пару летучих негодяев и отгрызть им голову.

«Люблю, когда народ тусуется, – важно изрёк Локовски, – все заняты делом, на нас не обращают никакого внимания. То, что надо. Поднажмём!»

Мы поднажали. Серыми тенями мы проскользнули по кромке леса, бесшумны и невидимы, и, пробежав мимо увлечённо дерущихся таргонцев, достигли дверей ангара. Как и ожидалось, заперто. Сбоку, на стене рядом с дверью, горел зелёный огонёк стандартного замка.

«Надо же, энергия есть. – Локовски указал пальцем на замок. – Нужна ключ-карта. Чем будем вскрывать?»

«Попробуем силовым лезвием?» – предложил я.

«В прошлый раз не вышло, да и внимание, боюсь, привлечём. Есть ещё варианты?»

«Думаю, да, – сказала Иса указав рукой в сторону. – Дэйв, вон там.»

Вон там, рядом с соседним домиком, стоял постамент, закрытый квадратной прозрачной крышкой. Под ней виднелся красный квадратик пластикового ключа.

«Думаю, это то, что нам надо, – сказал я. – Подождите, я сейчас.»

Я не торопясь подошёл к постаменту. Главное, это чтобы в мою сторону никто не смотрел, так что может и прокатит. Слегка приподняв крышку, я просунул внутрь руку и ухватил ключ. Есть!

Кибербелка замерла на месте. Повернувшись ко мне, зараза на хорошем имперском проревела:

– Зачем сорвал ты ключик аленький, смысл жизни моей? Так умри же!

Она меня видит! Как же так? Или она чует ключ? А, уже без разницы, после первого залпа маскировка свалится. Похоже, настало время проверить моё новое оружие. Я взлетел в воздух, и нацелив на белку BFG, нажал на гашетку.

BFG пискнул, и налившись ярким зелёным светом, выплюнул большой сгусток изумрудной плазмы. Испуская лучи, и испепелив несколько подвернувшихся таргонцев, шар захватил цель и пошёл на сближение. Белка хмыкнула и попыталась отбить лапой плазму. Ага, сейчас, как же! Зелёное облако взорвалось, и рука с лучемётом превратилась в пепел. Покалеченный монстр взревел и бросился на меня, потрясая плазмером. Краем глаза я уловил движение, это Локовски выстрелил в танк ракетой. Отлично, народ отвлечёт массовку, а я пока потанцую с боссом. Иса уже успела забраться на крышу ангара, и занялась своим любимым делом: отстреливанием таргонцев из своей снайперки. А где Нэин? Ладно, потом выясню, белка наступает.

Белка наступала. Все пять окуляров налились яростью, пасть открыта, с концов острых клыков капает пена. Отвратительно. Я дал ещё один залп, но зелёный шар, вместо оскаленной пасти, ударил монстру прямо в грудь, сжигая хитиновую броню. Кибербелка зашаталась, и упала на колени. Остатки хитина осыпались на землю обнажая розовую кожу. Ну вот и конец тебе, ещё попадание, и хана.

Из–за ангара совсем некстати выскочила Нэин, и на ходу дала очередь иглами прямо по незащищённой груди кибербелки. Нечисть взревела и замахала единственной конечностью, хотя иглы и причинили её неприятность, но совсем не фатальную. Ну и зачем это было делать?

«Нэин, сзади!» – крикнул я.

Точно, сзади выскочили трое младших бесов, и как по команде выплюнули своё серебряное облако. Оно накрыло Нэин, и щиты её костюма, затрещав, исчезли. Броня вспучилась и пошла пузырями, но ещё держалась. Вот блин! Я отлетел в сторону, чтобы Нэин не находилась на линии огня, и дал последний залп. Вся троица осыпалась пеплом в мгновение ока, даже пискнуть не успели.

Кибербелка поднималась с земли. Утвердившись на своих повреждённых конечностях, она вытянула руку с плазмером в направлении Нэин. Проклятье, у меня же зарядов нет. Я распаковал три зелёных кубика, и начал лихорадочно запихивать их в BFG. Агрегат заурчал и защёлкал, утягивая внутрь добычу. Ну, давай же!

Плазмер белки наливался белым, а Нэин всё ещё не могла совладать с повреждённым костюмом. Не успею ведь выстрелить! Ай, что же я туплю, у меня же есть телекинез! Но только я вытянул руку, по воздуху, на бреющем полёте пронёсся Локовски, и не останавливаясь, одним движением, закинул Нэин на крышу ангара. BFG пискнул, и три огонька зарядов зажглись снова. Мы выстрелили одновременно, я, Локовски своей ракетой, и кибербелка плазмером. Все три выстрела сошлись вместе, так что рвануло от души. Кибербелку просто разорвало на части, и ошмётки сгорели, осыпаясь серым пеплом, я, совершенно на автопилоте, прикрылся псионным щитом, и меня отнесло метров на пять, а вот Локовскому досталось сильнее всех. Взрывной волной его впечатало в двери ангара, так что бедолага просто сполз на землю по стенке.

«Иса, Нэин, сюда, быстро! Локовскому досталось! – крикнул я. – Давайте в ангар!»

Нэин совладала-таки с костюмом и спрыгнула с крыши. Рядом с ней приземлилась Иса, и они обе подхватили безжизненно лежащего Локовского. Я провёл красной карточкой по считывающей щели, и дверь, пискнув, уехала в сторону.

– Заносите его внутрь, – сказал я, – я сейчас отключу его шлем. Готовьте МОРГ.

В помещении было довольно просторно, в дальнем углу бурчал, помигивая огоньками, агрегат, здесь, в отличие от остального города, энергия была. Прямо посередине ангара располагался квадрат подъёмника, вот туда–то мы и положили раненого.

– Нэин, – прошептал Локовски, из края рта у него текла струйка крови, – всё, я отбегался. Прошу, прости за всё, что было между нами. Сейчас, когда я разговариваю с тобой, мир перед моими глазами двоится. Я вижу пиршественные залы Влагаллы… в смысле Валгаллы… Герои прошлого манят меня… Я готов… Нэин, прежде чем я умру, прошу, окажи мне последнюю честь предсмертного секса, чтобы я вошёл в Царство Мёртвых как истинный герой…

Нэин, рыдая и размазывая слёзы, положила свой штурмовой модуль на пол и начала снимать костюм. Так, боюсь, это может зайти слишком далеко. Я подошёл к умирающему и отвесил ему лёгкого пинка.

– Локовски, завязывай ломать комедию.

Нэин с ужасом уставилась на меня.

– Дэйв, как ты можешь! Он же при смерти!

– При смерти говоришь? Щаз! Да он даже не ранен. Щиты костюма, в режиме усиления, выдержали удар. Посмотри сама на его биодатчики. Это меню «команда» – «инфо».

– А кровь…

– Губу от вожделения прокусил. Вставай давай, симулянт.

– Скотина ты Дэйв, – вздохнул, поднимаясь с пола, Локовски, – а ведь я уже был так близок к заветной цели… Но ты опять всё испортил.

– А мозги включить? Представь себе, что с тобой сделает Нэин, когда обман раскроется. И умножь на десять.

– А пофигу, – отрезал Локовски, – Обычно этот номер всегда прокатывал.

Нэин стала фиолетовой.

– Локовски… – прычала она, – Скотина… Ты.. Ты меня снова обманул! Гад! Сейчас я ошибку-то исправлю, будешь у меня иглокожим.

Прямо кошка, только спину выгнуть и хвост трубой.

– Ладно, Нэин, – я положил руку на её плечо, – успокойся. Он ведь действительно тебя спас. Попади белка в тебя, костюм бы не выдержал с гарантией, так что здесь сейчас лежала бы ты, и уже холодная.

– Ладно уж, – пробурчала Нэин. – Прощаю. Но смотри, зараза, в следующий раз…!

– А чего там, следующий раз, – Локовски поднялся на ноги. – В следующий раз мне опять тебя спасать. Я же говорил, мы, десант, гораздо круче спецуры.

– Локовски, – прошипел я, – заткнись же, наконец.

Положение спасла Иса.

– Народ! Я тут разобралась, где включать подъёмник. Все механизмы в порядке, энергия присутствует. Давайте на платформу, и поехали уже.

Иса подошла к пульту управления, немного над ним поколдовала, и подъёмник, вздрогнув, поехал вниз.

Глава 8

Сердце

Платформа подъёмника наконец–то достигла дна. Ангар, куда мы прибыли, был копией того, сверху, отличием было лишь наличие больших деревянных ящиков у стены.

– Иса, – поинтересовался я, – что чуешь? Есть кто рядом?

– Никого, – ответила Иса, – мои биодатчики молчат.

– Вот и славно. Объявляю привал. Надо пообедать, и подзарядить батареи, так что Локовски раскошеливайся. Заодно обсудим наши дальнейшие действия. Предлагаю расположиться вон на тех ящиках. Иса, сообразишь обед?

– Так точно, капитан!

Мы устроились в углу. Пару ящиков я пододвинул к дверям в конце ангара, так что случись чего, внезапной атаки не получится. Локовски распаковал несколько кувшинов трофейного вина, и мы, разлив его по одноразовым стаканчикам, выпили.

– Не день, а сплошная нервотрёпка, – изрёк Локовски, растянувшись на ящиках. – Одна беготня со стрельбой. И ещё ты, Дэйв, отморозок. Скажи мне, кто тебя надоумил кидаться ценными артефактами в несчастную белку? А ещё на меня наехал с тем факелом.

– Это не я наехал, а Иса.

– Да какая разница? Что капитан, что его второй пилот, оба двинутые. Ну что, отвечать будешь?

– Чего отвечать-то? Говорю же, действовал по наитию, совершенно без мозгов. Само досталось, само кинулось. Будто бы в трансе каком. Больше ничем порадовать не могу.

– Ладно, – вздохнул Локовски, – будем считать, что отмазался. Надеюсь, ты в транс впадать больше не будешь, медиум хренов, а то передушишь в ночи всю команду.

Я пожал плечами. Не веришь – дело твоё.

– Лучше скажи мне вот что. Я, конечно, пилот, и с таргонцами сталкивался только в космосе, но сдаётся мне, что вояки они хреновые. Мы как–то без особых трудов сумели отбиться от превосходящих сил противника.

– Есть такое дело, – кивнул Локовски, – действительно. Воюют они не очень, на наше счастье. Обычно пытаются задавить массой, но есть и исключение. Как-то раз мы столкнулись с их элитой. Нечто вроде спецвойск, они даже на обычных таргонцев не похожи, более человекообразные. Как сейчас помню, дело было на Зазоере. Новая колония, близость фронтира, крайне неспокойное место. База тогда ещё только–только строилась, так что пираты, чуя безнаказанность, шалили вовсю. Нет, на орбите, конечно, была имперская мобильная бригада, но сам знаешь, численность её не очень велика, и прикрыть всю планету она была не в состоянии, да и пиратские «Аддеры» штука весьма проворная, проскочат по невидимостью, высадят бандитов и лови их потом. Так что наше подразделение торчало в колонии безвылазно, на случай каких эксцессов. Скука там смертная, кроме кабака да салона видеоигр развлечений никаких, колонистки все моральные, клинья к ним подбить – целая проблема. Так что когда таргонский десант прорвался сквозь орбитальный заслон, мы даже обрадовались. Потом, правда, нам стало не до смеха, их было два танка и пара десятков таргонского спецназа против десяти наших. Гражданские, что хорошо, успели попрятаться в убежище, так что хоть об этом не нужно было думать. Палили мы из всего что было, даже зенитку ПВО в ход пустили, подбили один танк. Правда, её второй танк потом с землёй сравнял, ну да ладно, свою задачу она выполнила. Эти, спецназ ихний, воевали не по таргонски хорошо. Мне даже кусок бицепса очередью оторвали, очень неприятно. В общем, прижали нас в недостроенном доме. Высунуться не дают, чуть нос покажешь – очередь из кинетики. Лежим мы, значит, и думаем, что дальше делать. Тут наша Зайка…

– Кто? – переспросил я.

– Была у нас бабсель одна, Ланка Лиева, по прозвищу «Зайка». Вот ты меня видишь, а она была ещё квадратнее. Корабль на лету остановит, и танкову пушку погнёт. Мышцы – сталь. Сексом с ней заниматься – ну чисто самоубийство, нравом она вылитая паучиха, даже я, зацени, к ней не клеился, хотя я до женского общества большой охотник.

– Кто бы сомневался, только не я. – фыркнула Нэин.

– Во–во, – кивнул Локовски, – Переспать с ней, это, считай, купить билет на небеса. Ну, ты понял, что она за кадр. Фанатела от тяжёлого металла, особенно от группы «Чёрная дыра». Есть у них альбом «Исход изгоев», слышал небось?

– Что–то такое вроде было, – припомнил я. – Хотя я не фанат металла, я предпочитаю старый добрый рок.

– Рок тоже ничего, – согласился Локовски, – но я под настроение и этих металлюг слушаю. Ну, слушай дальше. В общем, наша Зайка как вскочит, да как заорёт: «Пошли вы (здесь я пропущу, дабы не травмировать нежные ушки Нэин), помирать так с музыкой!», и как врубит свою шарманку на всю катушку, она вечно таскала с собой музыкальный бумбокс.

Таргонцы просто попадали, да как запищат! Видел, как вчера они шарахались от светошумовой? Громкий звук – это их слабое место, так что фанатов тяжёлой музыки из них не получится. Этим-то мы и воспользовались, к тому же у меня адреналин попёр. Я тогда голыми руками у танка плазмер вырвал, исключительно на волне драйва. Как мы оттянулись! Я тогда все картриджи пожёг, нашпиговали таргонцев вольфрамом по самую-самую. Зайку ранило, спецназ жукоглазых хоть и шипел под воздействием тяжёлого металла, но сопротивлялся. Её потом два месяца из запчастей собирали, теперь она киборг. Впрочем, насколько я её знаю, ей так даже лучше. Вот такая история. Как одна песенка смогла победить орду таргонских захватчиков.

– Ясно. Думаешь, этих, специальных, по нашу душу пришлют?

– Откуда мне знать? Лично я бы так и поступил, если бы была такая возможность. Но сам понимаешь, я не в курсе, что у них там с резервами, но лучше быть готовым к такой ситуации. У тебя, случаем, нет какой тяжёлой музыки?

– Не-а. Говорю же, не фанат.

– Ну и ладно. Обойдёмся светошумовыми. Нэин, они у тебя ещё остались?

– Полно.

– Вот и отлично. Будем надеяться, нам это не пригодится.

Нас прервала Иса, принеся три порции обеда.

– Картошка быстрорастворимая, с пластиковым мясом, – обрадовала она. – Меню разнообразием не отличается, так что не обессудьте.

– Хотя бы готовых обедов с собой прихватили, что ли, – пробурчал Локовски.

– А шеф-повара тебе не надо? – огрызнулась Иса. – Жри что дают. Можно подумать, нас каждый день сбивают. Пищевой синтезатор затем и нужен, чтобы пересидеть до прибытия помощи. По планетам мы не шляемся, а если и шляемся, то только по тем, где есть рестораны. И вообще, лично я была бы рада иметь возможность есть, и наслаждаться процессом, да не могу. Ты же, неблагодарный, ещё и выделываешься.

– Ладно, ладно, – пробурчал Локовски, – не парься, это я так. Вот у меня в ресторане, эх… Жратва была…

– Угу, была. – хмыкнула Иса, – Помню, как же. Полный сервис, даже едят за тебя.

– Ну, это было досадное недоразумение.

– Ты сам сплошное недоразумение.

Я постучал ногой по ящику. Хм, дерево. Странно, кому придёт в голову что-то паковать в ящики? Ведь имеются же стандартные контейнеры со свёрнутым пространством. Интересно, а что внутри? Я спрыгнул на пол и включил силовое лезвие на минимальную мощность. Да, резать дерево это вам не таргонскую броню ковырять, лезвие шло как нож сквозь масло. Запахло костром.

– Эй, ты что там вытворяешь? – заинтересовался Локовски.

– Да вот решил посмотреть, что внутри.

– Что, ещё трофеи? Дело, дело. Давай помогу.

Совместными усилиями мы оторвали крышку ящика и свалили её вбок.

– Мда, – изрёк я, выудив сероватую тряпку, – всё забито этим барахлом. Что это за хрень такая?

– Эх ты, серость, – хмыкнул Локовски, – это же портянки. Наиценнейшая вещь. Портянка – друг солдата. Вот как-то раз занесло нас на Эденву. Планетка так себе, не колонизована, сплошные джунгли и болота. Собственно, мы сопровождали отряд научников, они разведку проводили, как лучше привести планету в цивильный вид, чтобы колонистов местная гадость не поела. Ну, а мы как страховка от гадости. Тяжёлой брони нам не дали, начальство решило, что в местный болотах мы в ней утонем, правильно, в общем решило. Так что были на нас лёгкие броники, камуфляж и сапоги. Всё шло тихо–мирно, пока рядом с лагерем не грохнулся пиратский «Аддер». Ну, мы естественно к месту крушения. Шли четверо, я, Зайка, Брюс Вилкин и Сильвестр Талонов, по прозвищу «Компостер». Остальные в лагере остались. Подошли мы, значит, к битому «Аддеру», а там засада. Мы–то народ бывалый, нас этим не удивишь, но и пираты оказались тёртыми калачами. В общем, играли мы в кошки–мышки часа два, пока всех не угомонили. Все промокли и перемазались в грязи, просто ужас, так что на обратном пути решили остановиться на каменистом холмике, грязь из сапог выковырять да почиститься. И вот, только я сапог снял да портянку размотал, смотрю, из болота хрень вылезает, страхолюдная до ужаса. Само как кишка, башка ромбовидная с пятью зрительными полосками, пасть – ну прям как унитаз, только без крышки. Как мне потом объяснили, это был косильщик, мерзость та ещё. Я как на грех свой «Кедр» чуть поодаль положил, быстро не схватить, ну, думаю, хана. Сожрут. Тварь свой унитаз ещё больше разинула, и ко мне. Тут я, не будь дурак, взял и кинул в неё портянку, да прямо в хайло. Оно хлюпнуло, всосало портянку, замерло, а потом как начнёт блевать! Да так резво, что кишки выблевало, от чего и подохло. Отряд потом на меня с уважением смотрел. Так что портянки и солдатская смекалка – великая вещь. Не надо недооценивать убойную мощь химоружия!

– Локовски, – вздохнула Иса, – ты просто кладезь баек. Сознайся, ты это только что придумал.

– Ничего я не придумал, – гордо вскинул подбородок Локовски. – Всё так и было. Можешь у моих сослуживцев поспрашивать. Видела бы ты, на скольких мирах я побывал!

– А вот нисколечко не верю.

– Народ, – прервал я, – пойдёмте, что ли? Боюсь, сюда скоро наши жукоглазые друзья завалятся.

Мы встали и подошли к дверям. Я отодвинул ящики, и Иса принялась возиться с управляющей панелью. Народ взял дверь на прицел, хотя за ней, скорее всего, никого не было. Наши разговоры не слышал только глухой, если кто–то хотел бы вломиться внутрь, давно бы это сделал. Иса потянула за рычаг, и дверь, пискнув сигналом, открылась. Так и есть, длинный пустой коридор, освещённый белыми полосками ламп.

– Пошли, воинство, – сказал я и сделал шаг вперёд.

Идти пришлось не очень долго, за очередным поворотом коридор разделялся на два рукава.

– Ну и куда пойдём? – спросила Нэин, – Направо или налево?

– Я предлагаю налево, – сказал Локовски. – Это моё любимое направление.

– Дэйв? – спросила Иса.

Я закрыл глаза и расслабился. Странно, в голову ничего не приходило. Может…

– Направо.

– В фильмах в такой ситуации говорят: «Давайте разделимся», – хмыкнула Нэин.

– Не вздумай! – отрезал я. – Где я потом вас искать буду? Нет уж, только все вместе. К тому же, если ты помнишь, после этой фразы всегда начинаются неприятности.

– Сознайся, Стэллар, – вздохнул Локовски, – это ты из чувства противоречия направо завернул.

– Не-а. Мне кажется, это правильное направление.

Мы повернули направо, но скоро упёрлись в тупик.

– Гы, я же говорил, – торжествовал наш эксперт по лабиринтам.

– Мда, на этот раз я был неправ. Идём назад.

– Погоди Дэйв, – остановила меня Иса, – Я чувствую слабое электромагнитное поле. Уверена, здесь есть секретка. Дай-ка я взгляну.

Иса подошла к бетонной стене и начала её ощупывать.

– Сейчас–сейчас, – бормотала она. – Сейчас… Ага! Вот.

Иса нажала на неприметную трещинку в бетонной плите, и часть стены повернулась, открывая небольшой пульт.

– Хм, – задумалась Иса. – Сейчас посмотрим, что это за устройство. Очень интересно. А что будет, если нажать эту большую красную кнопку?

Иса ткнула в пульт пальцем, и пол под нами засветился розовым светом.

– Иса, блин, – взвыл я, – ты что…

Вспыхнул яркий белый свет, и я полетел вверх тормашками.

Я висел в странном месте. Вокруг простиралась бесконечность всех оттенков синего, туда–сюда сновали ярко белые искорки и пятна света, по одиночке или группой, напоминая рыбок в глубине океана. Пятнышки крутились и танцевали, вытягиваясь длинными нитями, то сокращаясь до запятых. Я пошевелил руками и ногами. Получилось. Светящаяся точка пролетела мимо, я попытался поймать её рукой, но световое пятно проскочило прямо сквозь ладонь.

– Ну, привет ещё раз.

Я повернулся на месте и столкнулся нос к носу со светящейся серебряным светом фигурой.

– Привет, Свечение. Где я?

– Сложно сказать, сам не знаю. Я перехватил тебя по дороге, когда вас расшвыряло телепортером. Надо же, влезли в ловушку по самые уши. Тебя вообще несло совсем не в ту сторону, пришлось вмешаться.

– Что произошло? Как остальные?

– Произошло? Говорю же, вы угодили в ловушку. А вот незачем нажимать на всё подряд.

– И кто же нам устроил такую подляну?

– Ты не поверишь, но местный Чёрный Властелин.

– Кто??? Свечение, хватит дурацких шуток.

– Какие уж тут шутки. Вы сейчас находитесь практически в центре этой аномалии, пространство здесь настолько пластично и нестабильно, что отзывается уже не только на твои мысли, но и на мысли твоих товарищей.

– Ты хочешь сказать, что кто-то из моих друзей вообразил себя Властелином Тьмы?

– Нет, конечно. Но я же говорил, что это место называется «дримскейп», «пространство сна». Представления о многих вещах преломляются в нём и искажаются, как в кривом зеркале, воплощаясь иногда в совершенно несуразные формы. Всё, что ты когда-либо видел, все книги, фильмы или компьютерные игры, остались в твоей памяти, работая питательной средой для воплощения странных снов. Да и не только твоих снов.

– Фигня какая-то, - покрутил головой я.

– Тут уж ничего не поделаешь, – развёл руками свечение. – Но есть и плюсы. Здесь всё подчиняется неким законам, скорее даже… хм… шаблонам. Если поймёшь правило, то можешь подстраивать реальность по себя.

– Даже так? – не поверил я.

– Ага. Твоё влияние на это место чрезвычайно высоко, так что и та, третья сила, вынуждена играть по правилам, установленным тобой. Кстати о третьей силе. Помнишь, я говорил, что никак не пойму, зачем таргонцам Сердце? Так вот, я кое–что нарыл.

– И что? – заинтересовался я.

– Через них она и действует, но не имеет к таргонцам никакого касательства, ну разве что они находятся в союзных отношениях. Я почуял её, и даже ухитрился к ней прикоснуться, с соблюдением мер безопасности, конечно.

– И как?

– Оба прокси–контура были уничтожены.

– В смысле?

– Это, скажем так, предохранители. Я использовал специальное устройство, нечто вроде зонда. Не соваться же мне к этой штуке напрямую, правильно? Одно могу сказать: это не наши. Это вообще мне незнакомо.

– А «ваши» это кто?

– Ты ведь, наверное, уже понял, что я из другой вселенной? Термин «параллельные миры» тебе знаком?

– Ага. Люблю почитать фантастические книги.

– Замечательно. Не придётся ничего объяснять. «Наши» – это такие же путешественники из нашего мира. Мы называем его «Исток».

– Звучит довольно банально.

– Он и вправду источник. Источник многих вещей. Но об этом пока нет смысла разговаривать.

– Ладно, хрен с вами. Ты собираешься вмешаться?

– Только в крайних случаях, вроде этого. Я уже говорил, реальность здесь нестабильна, а если наши с тобой представления о какой-нибудь вещи войдут в противоречие, то она может и рухнуть. Начнётся такой кавардак…Так что я буду нейтрализовывать попытки вмешательства Третьей, но на большее не рассчитывай.

– Погоди. Если я правильно понял, чтобы что-то поиметь от этого Сердца, надо явиться к нему лично. Значит ли это, что нужно ждать непосредственного явления этой «третьей»?

– Хороший вопрос. Чисто теоретически, можно действовать через аватару…

– Через что?

– Через, скажем так, «управляемое извне тело». Неважно, механическое оно или органическое. Но этого никто не проверял. Я – так точно.

– Так я что, твоя аватара?!

– Ни в коем случае! Ты действуешь сам по себе. Ты – сила номер один. Неужели сам не чувствуешь? Я в твои мысли не вмешиваюсь.

– Да? А кто мне заявил тогда, в первый раз: «Твоя ментальная девственность не нарушена. Гы-гы.» А в результате? Подселил мне в голову кучу информационного мусора.

– Ну, тут фигня вышла… Разбирали уже.

– Ответил прямо как Локовски, – хмыкнул я.

– Кстати на счёт Локовского, – сказал Свечение. – У него сейчас проблемы. Спасать пойдёшь, или будем дальше трепаться?

– Давай, отсылай меня куда нужно, – вздохнул я.

– Это мы сейчас! – ухмыльнулся Свечение. – А пошёл ты!

Я провалился вниз. Даже заорать не получилось, меня вытянуло в струну. Ощущения были при этом – наимерзейшие. Крутило, вертело, я даже испугался, что порвёт пополам, наконец, снова вспыхнуло, на этот раз чёрным, и я очнулся сидящим на полу.

Всё тот же бетонный коридор. Тупик. Всё те же лампы. Я встал и запустил тест самодиагностики. Вроде всё цело. Вздохнув, я побрёл вперёд, спасать нашего бравого десантника. Что там говорил Свечение? Чёрный Властелин? Бред какой.

– Что-то не вяжется всё это одно с другим, – бурчал я себе под нос. – У нас тут вроде «Стеллар в ненаучной фантастике», а не «Стеллар в фэнтэзятине». Какие нафигу властелины? Нет, правда, будь здесь всякие эльфы с гномами, обязательно должет присутвовать крысиный квест и уровень с канализацией. Вот только её мне для комплекта и не хватало. И вообще, где в этом лабиринте двери? Двери быть обязаны.

Я резко затормозил. О, вот и дверь. А вроде только что была пустая стена… Странно.

Дверь открылась внезапно, прямо перед моим носом, я еле успел отскочить в сторону. Из проёма вывалился Локовски с совершенно безумным взглядом. Дико оглядевшись, он захлопнул злополучную дверь и навалился на неё всем телом.

– Я тоже рад тебя видеть, – поздоровался я.

– Дэйв, там, там…

– Там тарам, там тарам? – догадался я.

– Не смешно, – отрезал Локовски. – Я такого ужаса ещё ни разу в жизни не испытывал.

– Ну и что стряслось?

– Ты представляешь, там Нэин!

– И что в ней такого ужасного?

– Там много Нэин!

– И чего? Сбылась мечта идиота. Заводил бы гарем.

– Не, ты не понял. Там много Нэин, все они голые и все они мужики! И все гнались за мной! А я удирал. Даже представить себе боюсь, чтобы случилось, если бы они меня догнали.

– Пусти, старлей, – я пододвинул Локовского в сторону. – Я хочу это видеть!

– Не открывай, зло! – взвыл Локовски, – А вдруг они выпрыгнут!

Но было уже поздно. Я приоткрыл щёлочку и с интересом уставился внутрь. Ну да, как и ожидалось, пустая комната, только посередине плавал ядовито-синий туман.

– Нету там ничего, – разочарованно сказал я, – вон, посмотри сам.

Локовски с подозрением уставился на меня, но всё же заглянул в щель.

– Пронесло, – с облегчением изрёк он.

– Так ты что, от них из угла в угол бегал?

– Не было никаких углов. Был морской пляж, светило солнце, эта орава, взявшись за руки и весело хихикая, бежала за мной, а я удирал от них. Так бы я и бегал, да вдруг прямо посередине пляжа появилась дверь. Я думал не долго, открыл и выпал к тебе.

– Дела… А чего не стрелял? «Кедр» то у тебя в руке. Ясно же, что это не наша Нэин, а глюки.

– Чего не стрелял? – Локовски потёр виски. – Чего не стрелял… А чего я, блин, не стрелял? Бред полный.

– Доставай лекарство, – вздохнул я.

– Какое? – с подозрением спросил он.

– Локовски, тебе что, на этом пляже голову напекло? Ясно какое – антидепрессант!

– Тьфу, – плюнул он. – Что–то я действительно плох стал. Ничего, сейчас поправим.

На полу материализовались два кувшина. Я забрал один и сделал несколько хороших глотков.

– И правда, мозги прояснились, – благодушно улыбнулся старлей. – Истинно говорят, вино – лучшее лекарство от головы, если не переборщить. Пожрать бы ещё. А где остальные?

– Не знаю, – сказал я. – Идём искать, всё вперёд и вперёд, благо выбора всё равно нет.

И мы двинулись вперёд. Коридор резко поворачивал вправо, заканчиваясь самыми прозаичными стеклянными дверями. Мы подошли к ним вплотную, и двери беззвучно разъехались в стороны.

– Ну и дела, – изумлённо покрутил головой Локовски. – Офисы. Стандартные офисные помещения. Вот уж чего не ожидал увидеть, так этого.

– Даже кадки с пальмами, – хмыкнул я. – А что это за запах?

– Жратва! – расплылся в улыбке Локовски. – Видимо рядом столовка. Вот это я понимаю, это правильное пространственное искажение. Надеюсь, будет шикарный ресторан с пышногрудыми полуобнажёнными официантками. Пошли давай, я хочу это видеть.

Ну он сейчас нафантазирует. А вдруг сбудется?

– Официантки говоришь? Полуголые? А может лучше десяток Нэин мужского пола?

– Заткнись, Стэллар! – не на шутку перепугался Локовски. – Если твой недавний бред про «дримскейпы» – правда, то лучше заткнись.

Мы прошли ещё пару десятков метров, ориентируясь исключительно по запаху, и наконец нашли источник. Увы, не ресторан, обычная полуавтоматическая столовая со стандартными пластиковыми столиками.

– Мда, не свезло с рестораном, – почесал в затылке Локовски, – ну и ладно. Вон, в микроволновке что-то греется, чур, оно моё.

Локовски открыл дверцу микроволновой печи, но она вдруг с резким лязгом захлопнулась, чуть не прищемив ему руку.

– Эй, чё за нафиг? – возмутился бедолага. – Тебе что, ещё деньги платить? А ну отдай мой обед!

Всё резко пришло в движение. Дверца бара, у стойки с кассой, открылась, бутылки треснули пополам, превращаясь в острые зубы, цветные огоньки светомузыки засверкали яростными глазами, стойка с горячими блюдами дохнула раскалённым паром. Локовски попятился.

– Что здесь происходит? – вскидывая «Кедр» произнёс он.

– Мимики, – ответил я.

– Кто?

– Мимики. В играх есть такие монстры, маскирующиеся под сундуки с сокровищами и предметы домашнего обихода. Вот только я не помню, чтобы они притворялись микроволновками.

Стул, перебирая ножками, попытался зайти ко мне в тыл, но я выписал ему пинка, и мебель разлетелась на части, исчезая тонкими струйками чёрного тумана.

– Валим отсюда! – изрёк умную мысль Локовски.

– Переключай «Кедр» в режим дробовика, – посоветовал я, разнеся пару зубастых столов в клочья.

– О, он и так умеет? – удивился Локовски, выскакивая за мной в коридор. – До чего техника дошла!

Из соседних офисных клетушек, по нашу душу, выползала оргтехника. Телефоны шипели, извиваясь кусачими трубками, компьютеры и копиры, катились на маленьких колёсиках, щёлкая зубастыми лотками и клавиатурами. Залпы наших «Кедров» рвали врага в клочья, но на место павших заступали всё новые монстры.

– Да сколько их там! – прорычал Локовски. – Мы тут уже целый склад оргтехники упокоили, а им всё конца нет.

– Они воплощаются снова и снова, – ответил я. – Они ведь не настоящие. Это гличии.

– Тогда валим отсюда! И побыстрее.

Мы рванули прямо по коридору. Одна ушлая пальма попыталась подкатиться нам под ноги, но я подхватил её телекинезом и зашвырнул прямо в стеклянную стену. Брызнули осколки, но почему-то в нашу сторону, сгорая на щитах костюмов. Вот же зараза, весь офисный кошмар обратился против нас. Ну, канцелярщина, умри. Я резко остановился и материализовал огненный шар, самый большой, какой смог изобразить, и швырнул в наступающую оргтехнику.

Полыхнуло так полыхнуло. Пламя пожрало авангард офисной армии, распространяясь во все стороны, термодатчики костюмов протестующе заверещали.

– Стэллар! – взвыл Локовски. – Прекрати играть с огнём! Чтоб тебя, псих ненормальный!

Мы рванули ещё быстрее, и наконец, за новым поворотом, упёрлись в очередную дверь. Красивая такая, кованая, с фигурками, завитушками, цветочками и птичками. Смотрелось, конечно, здорово, но совершенно неуместно в царстве офисного минимализма. Мы потянули за ручку, и юркнули в образовавшуюся щель. Локовски захлопнул створку и приложил к ней ухо.

– Кажется оторвались, – с облегчением сказал он.

– Дэйв, это ты? – раздался исин голос за моей спиной.

Я обернулся. Обстановка внутри новой комнаты напоминала вульгарную сказку в стиле «Тысячи амарских ночей». Ковры на полу, маленькие подушечки кричащих цветов, низкие столики, высокие узкие вазы, покрытые замысловатой чеканкой, и несколько широких диванчиков, на одном из которых возлежала Иса. Брони на ней не было, и одета она была подстать обстановке: какое–то полупрозрачное одеяние, узкие штаны и туфли с длинным, загнутым носом.

– Иса, – удивлённо сказал я, разглядывая это великолепие, – что это за хрень? И что на тебе надето?

– Разве не узнаёшь? – удивилась Иса.

– А должен?

– Конечно. Это же гарем из сериала «Рабыня Изарова». Ну, помнишь, наверное, простая сотрудница одной крупной компании во время круиза попала в плен к пиратам, сбежала от них на спасательной капсуле, но потерпела крушение, и рухнула прямо в гарем амаррского султана.

– Иса, радость моя, ты не хуже меня знаешь, что я ненавижу сериалы. Да, и что там про гарем?

– Ну, наконец-то, теперь я вижу, что ты настоящий Дэйв, – Иса встала и обняла меня.

– А что, были варианты?

– Ага. Был тут один, похожий на тебя. Слащавый и скользкий, Локовскому сто очков вперёд даст.

– Иса, дорогая, вот только ни за что не поверю, что у него был такой же, как и у меня цифровой сертификат. Сама знаешь, подделать его нельзя.

– А его и не было.

– Тогда какие сомнения?

– Мне просто хотелось проверить, мало ли что.

– Так, Иса. А где твоя броня?

– Там, за ширмой. Я очнулась уже здесь, в этой одежде и на этом диване.

– Быстро переодевайся. Мы с Локовским уже страху натерпелись. Представь себе, за нами гналась армия взбесившейся офисной мебели. Кстати, шмотка на тебе интересная, запакуй её. Когда прибудем на Вечер… В общем, запакуй.

Иса лукаво мне подмигнула и удалилась за ширму, переодеваться. Я оглядел обстановку. Ничего так, занятно. Кто его знает, что будет с этим местом, когда мы уйдём отсюда… А значит… Я примерился, вытянул руку, и диванчик исчез, переместившись в кристалл упаковщика. Ага, значит проблем с этим нет, обычные вещи. Ещё несколько взмахов рукой, и за диваном последовали подушечки, столики, кальян и даже чучело большой пятнистой кошки.

– Обалдеть, – Локовски смотрел на меня с неподдельным интересом. – И этот человек меня стыдил, кода я разжился парочкой сувениров? Ты же здесь всё обстановку спёр, клептоман несчастный!

– А нефига, – отрезал я. – Какие-то хмыри похищают мою Ису в гарем, да ещё и крадут мою внешность. Это лишь малая плата. Моя внешность – моя интеллектуальная собственность, между прочим! Ну, или что-то типа этого. А самозванцу я ещё и морду набью.

– Ну, я готова, – сказала Иса, выходя из–за ширмы. – Опа, куда всё делось?

Я покрутил рукой с упаковщиком.

– Всё здесь. Отойди-ка, – и я запаковал оставшуюся ширму.

– Ну ты даёшь Дэйв. Мне почему–то и в голову это не пришло, – Иса подошла ко мне и оглядела пустую комнату. – Не, а что? Обстановка у нас уже есть, осталось дом прикупить. Давай приобретём особнячок на Лэйве? Каждую комнату обставим по-разному. Спальню можно как раз из этого добра организовать, будем резвиться на коврах и пуфиках. О, вот и он, твой двойник, лёгок на помине.

В дальней стене открылась дверца, и из неё вышел тип, удивительно похожий на меня. Одет он был по-амаррски, вполне в духе гарема, вот только росточком поменьше чем я, да и телосложением посубтильнее. Обалдело оглядев пустую комнату он повернулся ко мне и изрёк:

– А… где всё?

Я сделал несколько шагов вперёд и схватил его левой рукой за полы халата.

– А ну–ка самозванец, – прорычал я, – покажи своё настоящее личико!

– Я буду жаловаться! – пропищал доппельгангер. – Я директор гарема!

Скроив зверскую рожу, я размахнулся, и со всей силы впечатал кулак правой руки прямо в нос нахала. Самозванца отшвырнуло к стене, он побелел, выцвел, и, превратившись в тонкую струйку то ли дыма, то ли тумана, обвился вокруг моего кулака и втянулся прямо в меня. Я обалдело уставился на свою руку.

– Ты чего с ним сделал? – ошарашенно спросил Локовски.

– Хрен его знает… Сам видел, в морду дал.

– И что теперь?

– Локовски, ты меня спрашиваешь?

– А кого ещё? Кто тут у нас крутой колдун, поедающий души убиенных противников?

– Я знаю не больше твоего.

– Так, Дэйв. – Иса подошла ко мне, – Не слушай его. Ты как себя чувствуешь? Что-то не так?

– Да всё в порядке, – пожал плечами я. – Как обычно.

– Вот и хорошо. Мне большего и не надо. А теперь, давайте пойдём искать Нэин.

Мы подошли к дверце, из которой вышел двойник-неудачник. Увы, за ней оказалась маленькая каморка, совершенно пустая и без малейших признаков других дверей.

– Приплыли, – разочарованно протянул я. – И куда дальше?

– Дай–ка я посмотрю, – сказала Иса. – Может здесь есть потайнушки?

– Угу, помню, посмотрела один раз, – мрачно изрёк Локовски, – меня вон куда закинуло, прямо в ночной кошмар.

– Локовски, не трынди, – оборвала его Иса. – И вообще отойди в сторону, ты мне мешаешь.

Иса оттёрла старлея в сторону и принялась осматривать стену. Я же задумался. Не мог же мой двойник обретаться в этом закутке, он, конечно, глюк, но всё же... Даже глюк должен соблюдать приличия. Тогда как он сюда попал? Двери. Что-то с ними не так. К примеру, эта дверь из офисов в гарем, прямо как граница двух разных блоков. Интересная мысль. А что если попробовать? Если не выйдет, буду, конечно, выглядеть как идиот. Зато если выйдет…

– Народ, – сказал я, – зайдите вглубь комнаты. Надо кое–что проверить.

Локовски с подозрением посмотрел на меня, но ничего не сказал. Я же подошёл к двери и плотно её закрыл. Подождав немного, я закрыл глаза, расслабился и произнёс:

– Отведи меня к Нэин.

– Это что, заклинание такое? – хмыкнул Локовски, – А ритуал провести? Где магический круг, цветные огни и шаманские пляски? Дэйв, ты переиграл в компьютерные игры…

– Заткнись, Локовски, - прошипела Иса, – не мешай Дэйву. Не видишь что ли, у него есть идея.

Я, не говоря ни слова, открыл дверь. Комнаты за ней не было.

– Нихрена себе… – протянул Локовски.

– Пошли, – отрезал я и шагнул в дверной проём.

Из дверей мы вышли в странное здание, больше всего напоминавшее храм непонятного божества. Высокие чёрные арки, покрытые замысловатой резьбой, терялись вверху, потолка не было видно, свет до него не достигал. По всему храму горели сотни свечей, но они не разгоняли тьму, скорее создавали полумрак. На стенах висели маски, напоминавшие перекошенные лица, на тумбах у стен стояли резные фигурки из кости и мрамора, изображавшие разных тварей, от вполне себе невинно сидящей кошки, до жутковато выглядящих монстров. «Готично», шепнуло чужое слово чужая память.

– Где это мы… – прошептала Иса. – Всё здесь выглядит непонятно, но красиво…

За окнами сверкнула молния, на мгновение осветив весь храм, из-за чего он стал выглядеть ещё жутче, и сверху донеслись звуки органа, сыграв короткую, но зловещую мелодию.

– Что–то это место напоминает мне второсортный ужастик, – резюмировал Локовски. – Монстры будут?

– Кто его знает, – пожал плечами я. – Но держи свой «Кедр» наготове. Кстати, я получаю сигнал от костюма Нэин. Она наверху. Идёмте скорее.

Немного попетляв среди скамеек, и стеллажей с книгами в чёрных переплётах, мы вышли к правому крылу здания, где сразу же наткнулись на винтовую лесенку. Бодро затопав по ней, мы очень быстро оказались на верхушке одной из двух башенок, венчавших храм. Рядом с открытым окном стояла Нэин и смотрела вниз.

– Нэин, – начал я, – ты как, нормально? Нас раскидало…

– Дэйв, – сказала Нэин, – иди сюда.

Я осторожно подошёл к ней. Вроде это наша Нэин, костюм опознан, но кто его знает, в этом месте может твориться что угодно.

– Смотри, – Нэин указала рукой наружу.

Сверкнула молния, снаружи шла нешуточная гроза, и её вспышка осветила окрестности. Храм стоял на вершине утёса, метрах ста внизу виднелся лес, сплошные ёлки. Дождь лил как из ведра, и на скальном пятачке, рядом с входом в храм, скапливалась большущая лужа. Порыв ветра, и стена воды, отражающая серебряно-синие молнии, срывалась вниз, мерцающим водопадом падая на лес.

– Красота, – зачарованно произнёс я.

– Я знала, что ты оценишь, – Нэин отвернулась от окна. – Вижу, все в сборе. Когда я оказалась здесь, я решила никуда не ходить, в надежде, что ты сам на меня выйдешь. Как видишь, эта тактика сработала. Но как вы тут оказались? Если бы вы вошли снаружи, я бы видела.

Я почесал за ухом.

– Видишь ли Нэин, я и сам не до конца понял. Похоже, в этом месте можно через одну дверь войти в разные места. Ну что, идём отсюда?

Нэин кивнула, и мы спустились вниз. Двери, через которую мы пришли, как я и подозревал, уже не было.

– Будешь ещё раз пробовать этот фокус? – поинтересовался Локовски, кивнув в сторону входа.

– А разве есть выбор? – спросил я.

Локовски не сказал ничего и сделал мне приглашающий жест. Я подошёл ко входу, и тут орган наверху разразился чем-то особенно заунывным, а вспышка молнии осветила силуэт странной фигуры, стоящей снаружи за витражными дверями. Я вздохнул.

– Сейчас полагается издать вопль: «Не открывай!» – сказал я, – Ну, кто скажет?

– Э–э–э… Не открывай? – предложила Иса.

– Пффф, Иса, – скривилась Нэин, – где экспрессия? Где дрожь в голосе? У нас же сейчас самый трагический момент, явление Мирового Зла, по совместительству хозяина этого коттеджа. Вот как надо, учись.

Нэин патетически всплеснула руками и трагическим голосом произнесла:

– О нет, я чую дух зловещий.

Не открывай, о сударь мой,

Мне шепчет голос вещий,

Се зло, оно пришло за мной.

Все зааплодировали.

– Долго я ждать буду? – спросили из-за дверей, – Я, между прочим, ещё должен свершить мою праведную месть. Впустит меня кто-нибудь?

– Прости-прости, – извинился я. – Сейчас открою.

Я открыл, и в зал восшествовало существо, примерно мне по пояс, закутанное в коричневый балахон, скрывающий лицо и руки.

– Привет, – сказал я и помахал рукой.

Фигура чуть не споткнулась.

– Привет? – удивился он, – Привет? И всё? Я же сказал, я хозяин этого святилища.

– И чего? – не понял я.

– А что, трудно по антуражу догадаться? – съязвил балахон, – Вы попали в логово Чёрного Властелина, Пожирателю Душ.

– Погоди, – сказал я. – Ты говоришь, «Чёрный Властелин»? Уж не в твою ли ловушку мы угодили?

– В мою, – довольно ответил монстр. – А сейчас я свами разделаюсь.

– Локовски, – мстительно сказал я, – а вот и виновник твоего унижения.

– Какого унижения? – навострила уши Нэин.

– Позже расскажу. Боюсь, – я повернулся к Властелину, – праведную месть придётся свершать нам.

Четыре ствола упёрлись балахону в живот.

– Эй, вы чего делаете? – испугался монстр.

– Сейчас ты мне, падла, за всё ответишь, – прошипел Локовски. – Вон, этот тип, Дэйв Стэллар, полчаса назад поглотил душонку какого-то урода в халате, и ничего, не поперхнулся. С тобой, думаю, тоже проблем не возникнет. Только в начале нафаршируем тебя вольфрамом, а может и шкуру спустим, будет у меня чучело Тёмного Властелина.

– Да вы совсем оборзели! – взвыл балахон, и из его рукав полезли змеящиеся щупальца. – А ну живо падайте ниц! Передо мной следует трепетать! Где перекошенные от страха лица? Узрите же мой истинный облик!

Не, ну это уже слишком. Я дал нахалу псионного пинка, и тот, перевернув по пути пару подсвечников, врезался в стену. Протянув руку, я уцепил его в свои сети, и балахон повис вверх ногами. Тёмный Властелин говоришь? Сопляк! Я совсем недавно был повелителем демонов, да ты мне и в подмётки не годишься. Попробовать, что ли, колдануть? Я изобразил зловещий оскал и начал читать любезно всплывшее из глубин позаимствованной памяти стишок-заклинание:

О, Тот, кто темнее сумерек,

О, Тот, кто багряней текущей крови,

Во имя тебя, погребенного в глубинах Вечности

Во славу твою, я присягаю тьме.

И пусть все те безумцы, что противостоят нам,

Будут уничтожены, нашей с тобой, единой силой!

ДРАГУСЛЕЙВ!

– Отпусти меня! – задёргался балахон.

Но было уже поздно. Струя тёмно-багрового пламени, обвив мою руку, змеёй скользнула к балахону, и свившись в шарик тёмного пламени, рванула, разметав в стороны стеллажи и скамейки. Взрывом нас отнесло к противоположной стене, завалив кучей какой-то трухи. Я встал, отряхнулся, и подал руку Исе.

– Иса, ты цела?

Иса посмотрела на меня и икнула.

– Что это было Дэйв? – нервно произнесла она.

Я задумался. А и вправду, что?

– Заклинание чёрной магии, – честно сознался я. – Само всплыло в памяти. Раз мы сейчас находимся в зоне дримскейпа, сформировавшегося под воздействием фильмов ужасов, то не сработать оно просто не могло. Боюсь, в другом месте этот номер не пройдёт.

А ведь правду говорил Свечение, если понять правила этой игры, играть станет гораздо интереснее.

– Смотрите, – Нэин кивнула в сторону кучи мусора, – он ещё шевелится.

– Естественно, – хмыкнул Локовски, – где это видано, чтобы минибоссы уничтожались с одного удара? Гляди, он сейчас ещё и распухать начнёт. Это же классика компьютерного игростроения. О, точно, начал расти.

Фигура, в рваном балахоне всё росла и росла. Тряпка треснула и развалилась, теперь перед нами возвышалась чёрный призрачный силуэт, упирающийся головой в потолок.

– Мерзкие людишки! – прогремел голос. – Вы посмели нанести мне ранение! Но теперь ничто не спасёт вас от неминуемой кары!

Да как же он надоел. Возиться ещё с этим кретином, а у нас времени нет, нам к Сердцу нужно. Я сделал шаг вперёд.

– Слушай, – сказал я. – Хватит ломать комедию, или мне придётся взяться за тебя всерьёз.

– Сейчас ты узришь…!

– Заткнись! – оборвал я властелина-неудачника. – Видишь эти красные метки у тебя на теле?

Тёмный Властелин недоумённо завертел головой.

– И правда, – удивлённо сказал он. – а что это?

– Это твои уязвимые точки. В них-то мы и будем стрелять. Ты играл хоть раз в компьютерные игры?

– Нет, а что это?

– Ясно. Поверь на слово, если ты не уймёшься, мы порвём тебя, как Обама экономику.

– Обама – это тоже Чёрный властелин? – с подозрением спросил монстряка.

– Ага, – кивнул я, – и гораздо чернее тебя. Да и вообще, ты головой упёрся в потолок, так что с манёвренностью у тебя будут большие проблемы, а вот у нас таких проблем нет. Ну так что?

– Понял, – вздохнул Властелин, – сдуваюсь.

Местное локальное зло представлял собой жалкое зрелище. Маленькое тщедушное тельце с большим животом, короткими ручками, ножками, и крупной полупрозрачной головой без лица. Иса с интересом осматривала страдальца.

– Бедолага, – с деланым сочувствием произнесла она, – плохо тебе, наверное. Злой дядя Дэйв замучал бедного властелинчика. Да на тебе просто лица нет.

– Издеваешься, да? – грустно произнёс Тёмный Владыка, – Давай, глумись. Оказались сильнее меня, радуйтесь.

– Звать-то тебя как? – спросил я.

– Нингоблин Безликий, – мрачно ответил тот. – Чего тебе от меня нужно? Клятвы верности?

– Вот ещё, – хмыкнул я. – Ты мне даже в качестве домашней зверушки не нужен.

– Как горько моё поражение… – вздохнул Нингоблин. – А ведь я великое зло. Мои щупальца вытягиваются на полтора метра и …

– Пффф, – с презрением сказал я. – Нашёл, чем стращать. Щупальца, ха. Отстал ты от жизни, колдун деревенский. Да с твоим прикидом только дошкольников пугать, да и то не факт, что получится. В современных стрелялках монстры гораздо страшнее тебя. Вот если бы ты плюшевых властелинчиков продавал, тогда да, может бизнес и пошёл бы. Думаю, готы были бы в восторге.

– Как испортился мир, – с тоской произнёс Нингоблин. – Никто уже не уважает старое доброе зло.

– Да какое ты зло. Настоящее зло сидит в просторных кабинетах, в шикарных деловых костюмах, и раздаёт кредиты населению. Вот где настоящий размах! Лапищи банкиров на полгалактики вытягиваются, куда тебе с твоими хваталками. Да ты им кофе подносить недостоин, в плане злодеяний.

– Банки, говоришь? – заинтересовался злыдень, – Интересно. Видимо и правда, надо что-то менять. А как стать банкиром?

– О, – я поднял вверх указательный палец. – Это не так то просто. Нужно долго учиться, потом сдавать экзамены. Конкуренция в мире зла очень серьёзная. Я так понимаю, мы сейчас находимся не в Нью-Ёрике? Это какое-то отдельное пространство?

– Типа того, – буркнул Нингоблин.

– Попробуй вытащить его наружу. Когда к тебе заявятся парни, похожие на него, – я кивнул в сторону Локовского, – не смей с ними воевать, у них разговор короткий. Это я известный добряк, а там народ суровый. В общем, сдавайся им, а я попробую замолвить за тебя словечко перед моим начальством.

– С чего бы такое сочувствие к поверженному противнику?

– Не знаю, – искренне сознался я. – Но ты мне чем-то симпатичен.

– Смотри, Дэйв, – перебила меня Иса, – какая интересная скульптура! Великолепная резьба по кости.

Иса показала мне ту самую статуэтку кошки.

– Да, замечательно, – согласился я. – Очень интересная вещица.

– А, значит ты одобряешь. Хорошо, – и статуэтка, сверкнув, исчезла в упаковщике.

– Прекратите меня грабить! – взвыл Нингоблин.

– Не грабить, собирать ценные артефакты, – поправила Иса. – Для дальнейшего изучения. Относись к этому проще. Ты двигаешь вперёд науку.

Она удалилась вглубь здания, и во тьме храма полыхнул целый ряд вспышек. Нингоблин обхватил голову руками.

– Оставьте меня в покое! Уходите уже!

– Не бойся, скоро уйдём. Лучше скажи, как нам добраться до Сердца?

– До чего? – не понял злодей-неудачник.

Вот незадача. И как ему объяснить?

– Нам нужно попасть… Хм… К центру всего этого безобразия.

– Не знаю, о чём ты говоришь, – пожал плечами Нингоблин, – но все двери здесь открываются в разные места, это ты должен знать не хуже меня. Как захочешь, так и будет.

– Так я и думал. Народ! Давайте все сюда, мы отчаливаем.

Все подошли ко мне. Иса сияла, как полированная броня из стеклостали, видимо успела набрать достаточно артефактов. Я взялся за ручку двери, вздохнул и сказал.

– Нам нужно к Сердцу.

Дверь отворилась, и нас утянуло вон.

Очнулись мы в зале станции метро. Вынесло, конечно, не к Сердцу, но хотя бы в нормальное (если здесь это вообще возможно) место.

– Иса, где мы? – спросил я.

– Так, сейчас сориентируюсь. Ага. Подозреваю, что это станция ветки Метро-2, секретная правительственная линия. А, ну точно, смотри.

На настенной табличке красовалось «Нью–Ёрик стэйт билдинг стэйшн».

– Вот дела, вернулись назад, – вздохнул Локовски, – Опять, что ли, лезть наверх и через парк топать?

Я задумался.

– Нет, не думаю. Чую, до цели можно добраться местными подземными коммуникациями.

– Угу, нас твоё предчувствие сам знаешь куда занесло.

– У тебя есть другой план?

– Нету, – буркнул Локовски. – Просто я боюсь опять попасть в этот кошмар.

– Да, кстати, – заинтересовалась Иса, – ты что-то говорил про великое унижение. Что у вас произошло?

– Не у нас, а у Локовского, – поправил я. – За ним гналось десяток голых Нэин мужского пола.

– И как, поймали? – с интересом спросила Нэин.

– Он утверждает, что нет.

– Жаль, – вздохнула она, – я бы с удовольствием пожала руку этим замечательным альтари.

– А десяток меня не боишься встретить? – огрызнулся Локовски.

– Ну, если женского пола… Хм… – призадумалась Нэин. – Тут возможны варианты. Поболтали бы, выпили по рюмочке ликёра, съели бы тортик. Нормально. Вообще, интересно было бы стравить Локовского-женщину с настоящим Локовским. Можно было бы делать ставки, кто кого до смерти занасилует.

Локовски сплюнул.

– Народ, завязываем, а то ещё подерётесь, – сказал я. – Пошли на платформу. А вдруг здесь поезда имеются? Доедем с комфортом прямо до Сердца.

Мы спустились по мраморной лестнице вниз. Платформа, в архитектурном плане, ничего особенного собой не представляла. Обычный перрон, квадратные колонны, вот только путь всего один, и вместо привычного жёлоба наземного антиграв-левитатора, двое рельс.

– Уж метро-то можно было бы сделать летающим, – с некоторым снобизмом сказал я.

– Сценаристы посчитали, что колёсные поезда будут некоторой изюминкой, – пожала плечами Иса. – Я интервью с ними смотрела.

Я уставился вниз, на рельсы.

– Анахронизм, – отрезал я. – Здесь что, ещё и токосъёмный рельс имеется? Пустили бы паровоз на дровах, для пущего колориту.

– Ну, не всё так плохо, – вступилась за любимый сериал Иса, – источник энергии находится прямо в поезде, так что никаких третьих рельсов. Даже серия была такая, террористы Рыжего Чу заминировали состав. Супергерои пришли на помощь, и полсерии выясняли, какой провод перерезать, красный или чёрный.

– Ну и какой же?

– Никакой. Скотч перерезали, враги им бомбу к реактору прикрутили. Но успели вовремя, катастрофы удалось избежать.

– Эй, кто тут шумит? Спать мешаете! – раздался недовольный дребезжащий голос.

Мы резко развернулись и взяли на прицел говорившего. Им оказалась ржавая голова старого робота, торчащая из кучи грязных тряпок.

– Тьфу, бомжара, – сплюнула Иса. – И здесь они тоже есть, надо же. Сейчас масло клянчить начнёт.

– А, высшая, – с неприязнью произнёс бомж, – не нам, черни, чета. Понимаю. Я тебя не трогаю, и ты меня не трогай.

Бомж начал закапываться в тряпки, но я его остановил.

– Слушай, дед, – вырвалось у меня, – фашисты в деревне есть?

– Чего? – выпучился на меня робот, и диафрагмы его мутных окуляров в удивлении расширились.

Я вздохнул.

– Не проходил ли тут кто-нибудь до нас? Я это имел в виду.

– Масло есть?

Иса презрительно фыркнула и отвернулась.

Масло. Где бы его ещё взять? Хм. Есть мысль… Попробуем.

– Масло в студию! – пафосно изрёк я.

Сверкнула вспышка и в кучу тряпок шлёпнулась пузатая бутылка. Бомж подхватил её, и с удивлением осмотрел этикетку.

– Ого! Нюк–ойл! Элитный алкоголь! Ну и дела…

Ловким движением открутив крышку, робот залпом всосал содержимое. Осоловевшим взглядом поглядев на меня, он икнул и начал уползать внутрь своего помойного убежища.

– А ну стоять! – рявкнул я и отвесил кучи пинка. Куча жалобно звякнула.

– Ты чего дерёшься! – возмутился робот.

– Я тебя сейчас ещё и вольфрамом обработаю. Отвечай, зараза!

– Ладно, ладно, – недовольно пробормотал пьяница. – Были тут недавно уроды какие-то. Протащили вон туда, по туннелю, странную штуку. Большая такая, светящаяся и крутится. Явно не нашего производства. Я–то сперва обрадовался, думал вдруг это кто из наших, из роботов. Собутыльник будет, а то и баба. Ты не смотри, высшая, что я ржавый, мои разъёмы ещё о-го-го! Хочешь попробовать?

– Сейчас кое кто пойдёт на переплавку, – угрожающе протянул я.

– О, так она с тобой гуляет? – издевательски хохотнул подлец. – Молодца, человека отхватила. Небось, ещё и вольный капитан? Вы, высшие, все как один проходимцы. Нам-то да, такая честь не светит.

– Пошли отсюда, Дэйв, – категорически заявила Иса. – Если этот бомж ещё что-нибудь вякнет, я его сама пристукну.

Робот презрительно фыркнул и исчез в груде мусора.

Я остановился и оглядел тёмный туннель. На краю сознания вертелась мысль, и меня посетило стойкое видение дежа-вю. Опять игры другой памяти? Ну и ладно. Я ухмыльнулся, топнул ногой и произнёс:

– Я жду.

– Чего ждёшь? – не понял Локовски.

– Чего надо, того и жду, – буркнул я.

– А, опять колдуешь, – кивнул он. – Ясно.

– Похоже, дождался, – сказала Иса. – Вон они, идут. Прячемся за колонны.

Из темноты туннеля на свет начали выходить фигуры. Таргонцы, пехота, да ещё и танк вдобавок. Вот блин, накаркал. Враги, завидев нас, издали серию писков и попытались прижаться к стене.

– Пищат, заразы, как сосиски в микроволновке, – поморщился Локовски и дал очередь по ближайшему гаду.

Таргонцам здорово не повезло. Здесь, на выходе из туннеля, они были как на ладони. Очереди вольфрамовых шариков выкашивали наступающих, как мишени в тире. Членистоногие фигуры метались по путям, пытаясь спрятаться и ответить огнём, но получалось плохо. Пара нахалов решила взять перрон приступом, но очередь игл нэиного модуля приколотила их к боковой броне танка. Танк отряхнулся, и покойников раскидало по кафельным плитам перрона. Остатки вражеского отряда рванули назад в туннель, очищая зону обстрела танку. Локовски отступил и принялся распаковывать ракету, но тут в противоположном конце туннеля вспыхнул свет. Те таргонцы, что удрали в туннель, взвыли и поскакали назад, снова мешая танку прицелиться.

– Не давайте им вылезти! – крикнул я. – Сейчас их поездом задавит.

Паника на путях нарастала. Танк всё же ухитрился выстрелить, испепелив несколько своих же пехотинцев и снеся колонну в дальнем конце зала. Мраморная и бетонная крошка шрапнелью полетела во все стороны, засыпав кучу мусора. Бомж, уж на что ржавый, ужом выскользнул наружу, и на корячках, шипя, рванул по ступенькам вверх.

Свет приближался, и из тьмы с воем вылетела плоская платформа, видимо ремонтная, и, зацепив танк, унеслась прочь. Тех несчастных, кого не пристрелили мы, разорвало на части, забрызгав зеленоватой кровью стены и потолок.

– А ничего, работает твоя магия, – похвалил Локовски, перезаряжая картридж. – Вовремя ты призвал поезд. Не, я бы конечно и сам с танком справился, но так всё же лучше.

Где–то в глубине туннеля сверкнула вспышка, танку настала хана, и нас обдало волной жаркого воздуха.

– Иса, что там, в туннеле? – спросил я. – Отправь пару мух посмотреть. Надеюсь, проход завалило капитально.

– Сейчас сделаю, – кивнула Иса, и во тьму нырнули два дрона-малютки.

– Да уж, – сказал Локовски, разглядывая картинку, – теперь здесь точно никто не пройдёт. Эвон как платформу раскорячило.

Ремонтную платформу развернуло взрывом, надёжно забаррикадировав туннель, к тому же часть бетонных плит осыпалась, добавляя баррикаде солидности.

– А вдруг нам нужно было в ту сторону? – встрепенулась Нэин. – Мы ведь не знаем, куда теперь идти.

– Не в ту, – успокоил её я. – Мы уже близко к Сердцу, на этом расстоянии я уже могу его чувствовать. А вот что касаемо карты, то это да, проблема. Может в местной подсобке найдётся план подземных коммуникаций? Обычно они есть в ремонтных терминалах.

– Дело говоришь, – кивнула Иса. – Идём.

Мы, полностью проигнорировав надпись «Посторонним вход воспрещён», ввалились в служебные помещения станции, держа оружие наготове. Не, никого, одни стеллажи с железнодорожными костылями, инструменты, пара кувалд, и здоровенный, мигающий огнями шкаф в углу.

– Это ещё что за хреновина? – Локовски с подозрением разглядывал большую штуку.

– Компьютер, – ответила Иса.

– Что, вот этот шифоньер? – не поверил Локовски.

– Ага. В фильме компьютер должен выглядеть зрелищно, а не просто монитором с клавиатурой. Всё, отлезь, не мешай работать. Так, где-то здесь должна быть приборная панель. Ага!

Иса нажала на кнопку, и шкаф раскрылся, из его недр выехала вполне привычная клавиатура и голографический монитор.

– Ну совсем другое дело, – обрадовалась Иса. – Так, посмотрим. В какой серии меняли пароли? Хм, попробуем этот. О, работает. Народ, любуемся, перед нами инженерное меню.

Все уставились на экран.

– Ого! – удивилась Нэин. – Весь город изрыт тоннелями.

– Точно, – подтвердила Иса, – мы находимся вот здесь, – она ткнула пальцем в голограмму, и на карте замерцала красная точка. – Дэйв, я полагаю, нам примерно в эту сторону?

Я кивнул.

– Иса, отсюда можно подключиться к камерам наблюдения? У нас впереди станция, если я не ошибаюсь, «Тагон».

– Момент, – Иса потыкала пальцами в голограмму. – Вот, любуемся.

Станция была узловая, на ней было аж три перрона, на одном из путей стояла полная копия ремонтной платформы, застрявшей в туннеле. На самих перронах громоздились деревянные ящики, железные контейнеры, и даже пара роботов-погрузчиков.

– И зачем здесь это барахло? – с недоумением спросил я.

– Откуда мне знать? – пожала плечами Иса. – О, смотрите! Неужто движение? Сейчас дам повтор.

Точно. Среди ящиков проскользнула еле заметная тень, сверкнув радужным бликом.

– Камуфляж, – кивнула Нэин. – Впереди засада. Надо бы разработать тактику.

– Я пошлю туда моих мух, – предложила Иса. – В таком помещении их сенсоры могут игнорировать оптический камуфляж, к тому же он у таргонцев гораздо хуже нашего.

– Есть идея, – сказал Локовски. – Смотрите. Мы топаем по путям, под невидимостью, естественно, а вот тут разделяемся. Мы с Нэин ныряем в подсобку, вы с Исой просачиваетесь и занимаете места тут и тут. Исе отсюда проще стрелять со своей снайперкой, а ты, Дэйв, хоть мешаться не будешь, вояка из тебя плохой.

– Ну спасибо на добром слове, – мрачно сказал я.

– Да не за что, – пожал плечами Локовски. – Далее, Нэин раскидывает свои петарды, кстати, Дэйв, ты мог бы помочь пролевитировать их подальше, прямо под ноги врагам? Иса, что там с разведкой? Всех таргонцев нашла?

– В процессе, – кивнула Иса, – продолжай.

– Да я, собственно, всё уже закончил. Воспользовавшись неразберихой мы выносим оставшихся врагов, вот и все дела. Самое главное, это нужно сделать быстро.

– Всё, я собрала все данные, – доложила Иса, – сейчас перекину в ваши костюмы. Мухи расположились на потолке, будут подсвечивать цели, так что их силуэты будут прекрасно видны.

– Дай-ка приближение вон того, – попросил Локовски. – Ну точно, не похожи они на обычную пехтуру. Эта сволота – те самые таргонские коммандос, помните, я вам про них рассказывал?

– Не смей называть их так! – гневно перебила Нэин, – Не вздумай сравнивать альтари и этих гадов!

– Да не заводись ты так, – Локовски приобнял её за плечи. – Ты у нас командеснее все коммандос вместе взятых и помноженных друг на друга.

Нэин стряхнула его руки и зашагала к выходу.

– Ну что, пошли? – она повернулась к нам у самых дверей. – Цель близко, чем раньше закончим, тем лучше.

Мы вышли на перрон, и по маленькой железной лесенке спустились в тоннель. Замерцали костюмы, уходя в невидимость. У самого края путей тянулась узкая дорожка для обслуживающего персонала, и мы, выстроившись цепочкой, затопали вперёд, прямо в лапы комитета по встрече. Я скользнул рукой по стене тоннеля. Точно, пыльный бетон. У нас при прокладке тоннеля почву преобразуют в монокристаллическую структуру, так оно гораздо быстрее и прочнее. Да, технологии в этом городе отсталые.

«Куда ведёт этот путь? – шепнула Нэин по нейросвязи. – Рельсы уходят наверх».

«Думаю, это связь с Метро-1, – предположила Иса, – но нам туда не надо. Да и к тому же, смотри».

В глубине тоннеля горели десятки красных точек, почему-то выстроившись треугольниками.

«Мамочки, – чуть не подпрыгнула Нэин, – что это?»

«Понятия не имею, – пожала плечами Иса. – Если хочешь, сходи, посмотри. Мы тебя здесь подождём.»

«Нет! – отрезала Нэин. – У нас впереди дела.»

Тоннель заканчивался, впереди ярко светились лампы станции. У лестницы, ведущей в местную подсобку, мы притормозили.

«Ну что, – сказал Локовски, – мы пошли. Нэин, готовь гранаты.»

«Погодите с гранатами, – остановил его я, – есть идея получше.»

«Какая такая идея? – с подозрением спросил Локовски. – Опять колдовать будешь?»

«Типа того, – ухмыльнулся я. – Как услышишь, врывайся и пали из всех стволов. Ну а если не выйдет, задействуем резервный вариант с гранатами.»

Локовски хмыкнул, и вместе с Нэин растворился в служебном помещении. Мы с Исой осторожно, стараясь не шуметь, вышли наверх, и чуть ли не ползком стали пробираться к намеченным местам. Иса, обойдя стороной пару ящиков, забралась на будку диспетчера и растянулась на крыше. Я же, усевшись за ящиком, задумался. Чего бы мне такого учудить? Выглядеть это должно в стиле сериала, пафосно-патетично, иначе не сработает.

«Ну ты долго там ковыряться будешь? – раздражённо спросил Локовски. – Давай короче, или мы врываемся.»

«Не шуми, – ответил я. – Шуметь я буду.»

Я выпрямился, щёлкнул пальцами, и произнёс:

– Маэстро, музыку!

Вдарило со всех сторон. Аудиосенсоры костюма мгновенно наложили фильтры, но всё равно, орало знатно. Басист рубил квадраты, соло-гитара стонала и ныла, выводя знакомые риффы, а прокуренный голос Курта Комбайна выводил:

Доброе утро, последний изгой.

Смерть иль бесчестье? Ответ за тобой.

Нет даже цепи, чего же терять?

Значит, настала пора умирать.

Право на смерть ещё надо купить.

Каждый способен цену заплатить.

Враг пред тобою: увидел – стреляй,

После решим, кого в ад, кого в рай.

Счастье погибнуть в последнем бою

Ярость из чаши бессмертия пью

Ужас и кровь закружат круговерть.

Так получи своё право на смерть!

Эффект вышел что надо. Таргонцы, с совсем уж диким воплем, заглушившим даже бас–гитару, взмыли в воздух, таргонский камуфляж, не выдержав такого издевательства, свалился, дверь подсобки распахнулась, и из неё вывались Локовски вместе с Нэин, поливая из двух стволов. Иса, сделала пару выстрелов, и двух поганцев размазало по плиткам пола. Локовски, сделав кувырок вперёд, на лету срезал ещё одного и укрылся за стальным контейнером. Нэин перекатилась в другую сторону, и ещё одну цель накрыло облаком игл.

Таргонцы, надо отдать им должное, сориентировались довольно быстро. Шипя и поскрипывая они растеклись в стороны и начали отстреливаться. Было видно, что тяжёлая музыка сильно действует им на нервы, но они, пересиливая неприятные ощущения, всё же отбивались. Один из поганцев на корячках прополз к небольшому железному ящику, и, щёлкнув запорами, открыл его. В воздух взвились шесть шаров, размером, примерно с футбольный мяч. Засветились огоньки антиграва, и шары разлетелись в стороны, а между ними протянулись нити сверкающей паутины.

Оба-на! Неужели это та самая штука что и на орбите? Я прицелился и дал очередь по шарику, но тот, лихо сманеврировав, ушёл в сторону. Вот сволочь! Во все стороны полетели сияющие золотым светом нити, прилипая к любой поверхности.

«Народ, – крикнул я в нейрочате. – Опасайтесь этих нитей! Не дайте им на вас попасть!»

«Какие нити? – недоумённо отозвалась Нэин. – Я ничего не вижу.»

Одна из нитей, попав в Локовского, обмотала ему руку.

«Твою мать! – выругался он. – Что за хрень? Что-то мешает мне двигаться!»

Хреново дело. Кажется, кроме меня эту паутину никто не видит. Попробуем воспользоваться телекинезом. Я вытянул руку и ухватил нахальный шар, и тут же в меня выстрелило сразу пять нитей. Я заслонился рукой, и паутина прилипла к кулаку. Точно, эффект схож с тем, на орбите, вот только гораздо слабее. Или это я стал сильней? Я усмехнулся, и стал наматывать гадость на кулак. Шары резко дёрнулись и замедлили скорость. Я продолжал тянуть нить, и летающие чудеса враждебной техники начали замедляться. Зоны их антигравов начали наливаться белым, двигатели пошли в перегрев, но я не отставал, и наконец, летающие мячики замерли на месте. В мой щит ударила очередь кинетики, отшвырнув меня на пол. Вот блин, стою как дурак. Я покатился по полу, но добычу не отпустил.

«Дэйв, ты жив?» – взволнованно спросила Иса.

«В порядке,» – ответил я, и что есть силы дёрнул.

Шары резко стянуло вместе, и я, перехватив «Кедр» свободной рукой, дал по ним длинную очередь. Шары взорвались, высвобождая накопленную пси-энергию, и ящики в эпицентре, разнесло в труху. Тех таргонцев, которым не повезло оказаться рядом, просто разорвало на части. Я встал на ноги и отряхнулся.

– Народ, вы как, целы?

– Почти, – скривился Локовски, прижимая руку к боку. – Меня тут очередью задело, пробило броню, скользящее ранение. Ничего, скоро буду как новый. Костюм дырку зарастит.

– Вражины остались? – спросил я Ису.

– Не-а, – ответила она. – Всех взрывом положило, остальных мы добили. О, гляди, этот ещё шевелится. Ничего, сейчас поправлю.

– Стой! – прервал её я, – Погоди, я попробую его допросить.

– Думаешь, они понимают по–имперски? – засомневался Локовски.

– Сейчас и проверим, – сказал я, и вытянув руку, поднял недобитка в воздух.

Таргонец был не в лучшей форме. Одну клешню ему оторвало, вторая была сильно повреждена, да и в корпусе виднелось несколько дырок, сочившихся зелёной кровью.

– Ну что, паршивец, ты меня понимаешь? – спросил я супостата.

– Да, – проскрипел таргонец. – Мерссские имперцы. Но ничего, скоро мы заберём нашу прелесссть.

Я задумался. Где-то я уже это слышал, вот только где?

– Ну уж ты-то точно этого не увидишь, – ободрил я противника. – Скажи лучше, давно ваши тут прошли? И как много? Что с собой везли?

– Ни за что, – прошипел гад.

– А если я тебе клешни начну отрывать?

– Отрывай, сссадисст. Всё равно не сскажу. Скоро мы вас всех са… – и осёкся, злобно зашипев.

– Чего вы? – переспросил я, но поганец только шипел и плевался зелёной слизью.

– Да чего ты с ним цацкаешься? – не выдержал Локовски. – Толку от него. Основная группа двигается всё дальше, а мы тут время теряем. Кончай гада, и дело с концом.

– Твоя правда. – согласился я, – Но попытаться всё же стоило. Ладно. Умри, ничтожество.

Я сомкнул свои невидимые пальцы на дыхательном горле таргонца и сжал. Тварь дёрнулась, и затихла, уже насовсем.

– Ну ты даёшь, Дэйв. – восхитилась Иса, – Прямо как Дарт Ведровский.

– Как кто? – удивилась Нэин.

– Так-так, Нэин. Кажется, кто–то у нас изучал имперскую культуру?

– Я опять пропустила что–то важное?

– А как же! – менторским тоном изрекла Иса, – Это же события Гражданской Войны середины прошлой эпохи. По ним ещё поставлена классическая трагедия, «Звёздные воины». Дело было так: третья принцесса, Полина Амидалова, замыслила бунт и узурпацию власти, но так как на престоле может быть только мужчина, устроила интригу. Она соблазнила маршала космофлота, Дарта Ведровского, его–то ты точно должна знать, он величайший полководец галактики. Это было ещё до того, как его тяжело ранили во время усмирения бунта джи–аев, известных как «обрезанцы». Это секта террористов, они хотели «пообрезать» верховную власть, прямо по горлу, ну, и соответственно, самим занять вакантные места. Секта была раздавлена, но Дарт, как я уже говорила, был серьёзно ранен. Тогда ещё не умели делать киберулучшения, так что ему пришлось жить в специальном скафандре с системой жизнеобеспечения. Его чёрным шлем был оснащённым дыхательной маской, так что при разговоре маршал слегка шепелявил и посвистывал. Однако люди всё равно его любили и уважали.

Ну вот, значит, Полина соблазнила Дарта, и родила от него сына, которого тайно переправила на Арараки, и вырастила под присмотром немногочисленных остатков ордена джи–аев. Сына назвали Лука Сковородкин, уж не знаю почему. Наверное, Полина просто не хотела давать ему свою фамилию, подозреваю, что она его втайне презирала. В общем, когда Лука подрос, он стал главой бунта. Полина открыла ему, что в нём течёт кровь имперской семьи, но наврала, что его отца убил Дарт. Много чего произошло, потом сама посмотришь, но финальная битва разгорелась на площади перед императорским дворцом. Дарт и Лука сошлись в поединке на силовых лезвиях, оба мастера и оба псионики. Неизвестно, чем бы всё это кончилось, но Полина, переполняемая ненавистью и презрением, крикнула: «Лука, вот твой отец!». Рука Луки дрогнула, и Дарт нанёс ему смертельную рану. Дальше идёт очень трагический отрывок, его часто ставят отдельно, мини-пьесой, под названием «Карась и бульба».

– Карась и… что? – не поняла Нэин

– Бульба. Это на араракинском диалекте – картошка. Помню, мы с Дэйвом в Имперском театре смотрели… Ах, как трогательно… Дарт прижимает к груди смертельно раненого Луку, он даже шлем снял, чтобы видеть его своими глазами, а не через окуляры, и плача произносит:

«Ах сынку, кабы жить нам с тобой вместе, кабы не злодейская мать твоя, сложилось бы всё совсем иначе. Ловили бы мы с тобой карасей в имперских прудах…»

«Ах батьку… – хрипит Лука, и изо рта его идут кровавые пузыри, – Я же окромя треклятой бульбы ничего в жизни и не видел…»

И умирает. Помню, я слезами обливалась…

– А принцесса? – спросила Нэин

– А что принцесса? – пожала плечами Иса, – Судили, конечно. Потом казнили, выкинув в космос. Она до сих пор по орбите вокруг Капитола крутится, как назидание всем бунтовщикам. К ней часто экскурсии водят. Помню, мы с Дэйвом тоже летали посмотреть. Рожа у неё перекошена от злобы до сих пор, даром что мумифицировалась.

– Как же мало я знаю про Империю… – сокрушённо сказала Нэин, – Сколько я пропустила…

– Ничего, вот закончится это безобразие, прилетай к нам, устроим тебе тур по Капитолу. Всё покажем и расскажем.

– Иса, – спросил я, – закончила историческую справку?

– Так точно!

– Замечательно. Я определился с направлением. Нам – туда, вон в тот тоннель. Там как раз стоит ремонтная дрезина, вот на ней и поедем.

Мы прошли к третьей платформе и погрузились на дрезину. Иса, пошаманив с управлением, заявила, что во всём разобралась и может этой штукой управлять. Мы сели на сидения, и дрезина, дёрнувшись, поехала вперёд.

– Что ты там нёс про паутину? – поинтересовался Локовски, распаковывая порцию антидепрессанта. – Ну, за удачное окончание этой дурацкой миссии.

– Я так понял, – сказал я, – вы её не видели. Что это за хрень, я сам не в курсе, но чем-то похожим поймали нас на орбите, только эта штука была гораздо слабее. Меня беспокоит не это, а то, что таргонцы научились обращаться с пси-силой.

– Таргонцы-псионики? – помрачнел Локовски. – Только этого нам и не хватало.

– Не совсем псионики, – поправил я, – а точнее, совсем не псионики. Ты же сам видел, у них были механические пси-генераторы, те самые летучие шарики. У нас тоже умеют аккумулировать пси-энергию, это позволяют делать некоторые кристаллы на основе морфита, но это всё. Преобразовать её во что-нибудь осмысленное ни одно имперское устройство не в состоянии. А у таргонцев такая технология есть. Спрашивается, откуда? Уж не происки ли это той, третьей силы? Вот у шефа головной боли прибавится.

– Мда, дела, – сказал Локовски, наливая ещё по стакану, – а с музыкой что? Тяжёлый металл – это было что-то с чем-то. Как грянуло, я чуть сам в штаны не наложил. Вот только я не понял, откуда шёл звук.

– Да я и сам не знаю, – пожал плечами я, – зато я понял, ну примерно, как оно работает.

– Что работает?

– Да всё. «Колдунство», как ты выражаешься. Мне Свечение намекал, что если действовать в рамках шаблонов, то всё должно получиться.

– Ничего не понял. Каких шаблонов?

– Ну смотри. Помнишь, в страшном замке колдуна, где Нэин трепетна, бледна…

– Это когда же такое было?! – возмутилась Нэин.

– Шучу, шучу, – отмахнулся я. – Я тогда прочитал стишок, и он сработал как самое настоящее заклинание из фэнтезёвой книжки про колдунов. Почему так получилось? Если я сейчас скажу тоже самое, эффекта не будет.

– А ты попробуй, – предложил Локовски.

Я пожал плечами и повторил недавнюю мантру, про кого-то-там-темнее сумерек. Естественно, ничего не произошло.

– Что я говорил? – продолжил я. – Тогда это было уместно, то есть вполне в духе места. Грубо говоря, нас занесло в фэнтезятину, а здесь мы в ненаучной фантастике. Здесь будут работать совсем другие литературные штампы.

– Это какие же?

– Да самые обычные, скорее всего киношные или игровые. Зато у нас есть ряд преимуществ. Мы же, считай, группа героев, борющихся со злом, так что у нас есть все шансы завалить финального босса, а он будет, не сомневайся. Более того, я совершенно уверен, что в конце пути нас будет ждать эта «третья сила», не к ночи будь помянута. Если я прав, то я знаю, что ждёт нас впереди.

– И что же?

– Коварные Испытания, – трагическим голосом произнёс я, – и Ужасные Опасности. Сердце совсем близко, так что уровень бреда будет зашкаливать. Ну вон, сам посмотри.

Дрезина вылетела из туннеля в огромную пещеру. Рельсы тянулись по краю обрыва, уходя дальше, через мост, к дальнему её концу. Метрах ста внизу булькала и клокотала лава.

– Что я говорил, а? – сказал я, – Сейчас мы пролетим по мосту, и он начнёт за нами рушиться в лаву. Очень кинематографично и настолько же заштамповано. Иса, поднажми!

Иса поднажала. Дрезина, скрежеща механизмами, увеличила скорость и влетела на мост. Мост зашатался, и его обломки позади нас с треском и грохотом посыпались вниз. Я зевнул.

– Иса, будь готова к торможению, как только проскочим. Скоро тупик.

Иса кивнула, и дрезина, проскочив злополучный мост, скрылась в новом туннеле. Последняя секция моста рухнула в бездну, внизу сверкнуло, и мы скрылись за поворотом.

– Иса, тормози! – крикнул я.

Вовремя. Рельсы заканчивались массивным отбойником, и дрезина, визжа тормозами и высекая снопы искр, остановилась от него буквально в миллиметре.

– Во тебе, Локовски, полюбуйся, – я указал рукой на отбойник, – ещё один штамп. Называется «ещё бы чуть-чуть и…». Всё, слезаем. Поезд дальше не идёт, просьба освободить вагоны.

Все вышли наружу и вопросительно уставились на меня. Я забрался на большой камень и прокашлялся.

– Товарищи! – начал я. – Галактика в опасности! Все свободные расы смотрят на нас и ждут, когда же наша великая миссия завершится успехом. Наглые таргонские захватчики бомбят наши мирные города, но мы не забудем, не простим! Все как один, единым строем, под знамёнами Маркса-Энгельса…

– Дэйв, – с подозрением произнесла Иса, – ты при торможении приложился головой? Может аптечку достать? Какие Энгельсы?

– Иса, ты обломала мою пафосную речь, – вздохнул я. – Могла бы и потерпеть, так полагается. Главный герой просто обязан изобразить что-нибудь эдакое, после того как он и его верные спутники чудом спаслись из Смертельно Опасной Ситуации.

– А с чего это ты главный герой? – вклинился Локовски.

– С того, – отрезал я. – Я глава экспедиции, и вообще, кто тут Ключник, а?

– А я тогда кто?

– А ты – Смешной Приятель! – хором ответили Иса и Нэин.

Локовски сплюнул и отвернулся. Я спрыгнул на землю.

– Ладно, пошли дальше. Скоро будут Испытания и Опасные Ловушки. Хотя нет, Ловушки уже были. А, хрен с ним, разберёмся по ходу дела.

Мы пошли дальше. Этот туннель слабо напоминал метро, скорее уж естественную пещеру. На стенах не было даже намёка на обработку, с потолка свисали бороды то ли мха, то ли корней, периодически попадались светящиеся грибы и кристаллы. Словом, пещера стандартная, мистическая.

– Не люблю я пещеры, – проворчал Локовски. – Мне здесь неуютно. Опа, посмотрите, это что? Вот уж чего я не ожидал здесь увидеть, так этого.

– Вот тебе и первое испытание, – хмыкнул я. – Заходим.

Точно. Проход перегораживали массивные стеклянные двери с большой золотой буквой «W» над ними.

– Спорю, это твоё желание пожрать отразилось в облаке невероятности, – Нэин легонько пнула дверь ногой. – Ты у нас вечно такой, голодненький.

Двери раскрылись, и мы вошли в совершенно стандартный холл Wacky Goblins. Самые обычные столы, стойка с кассами, на заднем плане механизмы для готовки, даже большой пластиковый бутерброд с котлетой под потолком. Единственным отличием был нарядный пластиковый гроб в виде коробки для еды и двух скорбных Подлых Клоунов, склонившихся над ним. В гробу лежал третий, руки сложены на груди, но почему-то без пальцев.

– Это он, Рон! – пропищал первый клоун, увидев Локовского.

– Точно, Шон, это он! – пропищал второй.

– Это ты, ты убил нашего брата! – заверещали оба.

– Вы чего, уродцы? – удивился Локовски. – Я убиваю только таргонцев. Что-то я не помню, чтобы они столовались в вашей забегаловке. Хотя вашей едой только тараканов морить.

– Ты смеешь ругать нашу еду, нечестивец?! – в праведном гневе взвыли оба. – Вакбургер и Соса-Сола это кровь и плоть Нью–Ёрика! В нашем ресторане только экологически…

– Вакбургер? Ресторан? – издевательски переспросил Локовски, – Вот у меня – да, ресторан, а у вас – рыгаловка. Хреньбургер ваш – продукт тяжёлого химического машиностроения, он даже год пролежав не протухнет. И это у вас называется здоровая пища?! А ресторан? Кроме липкой сладкой газировки ничего нет. В ресторане должна быть выпивка! Где выпивка, я вас спрашиваю? У вас из достижений только бесплатный сортир.

– Сортир, да, – прищурились клоуны. – Из-за него наш брат Мак лежит в этом гробу.

– Он что, утонул в унитазе? – удивился Локовски.

– Забыл, да? Кто украл нашего брата?

– Я украл? Да вы бредите.

– Погоди, Локовски, – встрял я, – помнишь, ты нам байку рассказывал, как вас менеджер этого кабака в сортир не пускал? Вы ещё пластикового клоуна спёрли, и пальцы ему резали?

– Вот оно что… – протянул старлей. – Это когда ж было-то. Я и забыл.

– А мы тебе напомним! – радостно взвизгнули оба пластиковых уродца, и выудив из-под стола по большому кремовому торту запустили ими в Локовского.

От неожиданности тот завис, и оба торта угодили в цель, стекая на пол по щиту бронекостюма, шипя и воняя прогорклым маргарином. Вонь горелых продуктов быстро вывела Локовского из ступора. Его лицо побагровело, глаза налились кровью.

– Погань, – процедил он. – Ща я тебе устрою здоровое питание. Кидать в меня всякой дрянью!

– А я помогу, – присоединилась Иса. – Кидаться едой – преступление против нравственности.

Локовски её не услышал, и совершив дикий прыжок, ухватил Рона за тонкую шею.

– Всякая дрянь будет меня учить диетологии, да? – он поднял визжащего от ужаса клоуна в воздух. – Витамины, ты сказал? Минеральные вещества? Вашу пластиковую жратву могут жрать только такие же пластиковые уроды как ты!

Он издал звериный рык со всей дури приложил Рона головой об кассу. Касса звякнула, и голова злополучного клоуна разлетелась на мелкие части, засыпав помещение кусками пластика. Тело дёрнулось и обвисло.

– Что вы делаете! – пискнул Шон. – Это же комедия! Нельзя! Восстань, Мак, отомсти!

Труп Мака открыл глаза, сияющие мертвенно-зелёным светом. Тело начало медленно подниматься из гроба, перебирая культяпками, но Иса была настороже. Один удар прикладом, и зомби упокоился, на этот раз навсегда.

– Что, рожа, помогли тебе твои хрякбургеры? – Локовски наступал на последнего недобитка, потрясая оторванной ногой Рона. – Сейчас я намажу это твоей любимой горчицей с кетчупом и заставлю сожрать. А если ты на это не способен, запихну в задницу.

– Спасите! Кто-нибудь! – Шон вскочил на ноги и пустился бежать в глубь кафешки, роняя стулья.

– Врёшь, не уйдёшь! – рыкнул Локовски, и выбросив ногу вон, дал очередь из «Кедра» по удирающей фигуре.

Клоун, театрально вскинув руки, упал навзничь и затих.

– Конкуренты, мать их, – плюнул Локовски. – Был рядом с моим заведением их кабак, да прогорел. Ха, да я эту презренную контору в любом конце галактики к ногтю прижму.

– Локовски, – оборвал его я, – надо валить отсюда, и побыстрее.

Пространство начало растекаться и плыть, как гуашь, текущая по стеклу. Я подскочил ко входной двери и дёрнул, но та не поддавалась.

– За мной! – крикнул Локовски.

– Куда?

– В сортир! – и бросился бежать.

Мы кинулись следом. Всё плыло, уже были неразличимы кассы внутри, пол под ногами стал мягким и зыбким. Добежав до двери туалета, Локовски рванул ручку, и дверь, чавкнув, растеклась лужицей. Не раздумывая, мы проскочили сквозь дверной проём и оказались во всё той же пещере.

– Ходу, ходу! – понукал Локовски, прибавляя скорости, – Валим отсюда, пока нас не засосало.

Никто и не спорил, наконец, отбежав на приличное расстояние, мы остановились. Я обернулся назад. Там, где только что была забегаловка, клубился (другого слова подобрать не могу) большой цветной комок. Потоки странной жидкости утягивались внутрь бурлящего месива, и, наконец чвакнув, аномалия исчезла, не оставив и следа.

– От блин, повезло… И что это было? – переведя дух спросил он.

Я задумался.

– Сегмент рухнул. Полагаю, это случилось из-за того, что ты играл не по правилам. Подозреваю, именно об этом мне говорил Свечение. Это то, что называется «превышение пределов допустимого вмешательства».

– Как это? – не понял Локовски.

– Иса, что там это уродец лепетал про комедию? Ты, случаем, не в курсе?

– Случаем в курсе, – вздохнула Иса. – С сериалом была не очень приятная история: где–то в середине продюсеры объявили, что следующая серия будет настоящей ньюёрикской комедией. Раструбили по всем каналам, да только ухитрились поругаться со сценаристом. В результате сценарист ушёл, и сценарий вместе с ним. А делать что-то надо, сроки поджимают. Ну и эти умники со студии не придумали ничего лучше, как всю серию кидаться тортами. Естественно, случился полный провал, студия постаралась вычеркнуть досадный пробел из людской памяти. Однако он вот где всплыл.

– И что, я должен был кидаться тортом в ответ? – не поверил Локовски.

– Видимо да, – пожала плечами Иса.

– Да ни за что. Я отказываюсь участвовать в этом балагане.

– Ну так ты и отказался, устроил вместо комедии триллер с расчленёнкой, в результате сегмент рассыпался. И мы чуть было не рассыпались вместе с ним.

– Извиняться не буду.

– А никто и не требует, – прервал начинающуюся перепалку я. – Просто в следующий раз будем осторожнее. Реальность здесь мягкая, как пластилин. Всё, двигаем дальше. Мы почти у цели.

Дальше двигались молча, каждый думал о своём. Внезапно Иса остановилась и подняла руку.

– Впереди засада, – прошептала она, – Таргонцы. Мои мухи их засекли. Включаем шлемы и под камуфляж.

Возражений, естественно, не последовало, и мы тенями-невидимками скрылись в полумраке туннеля.

«Вот. Даю картинку, – сказала Иса. – Впереди большая пещера. Смотрите».

Действительно, пещера была довольно обширной, вся в колоннах сталактитов и сталагмитов, практически лабиринт.

«Вот здесь есть площадка, почти под самым потолком. – продолжила Иса, – Предлагаю переместиться сюда. Вот тут проход наверх, его с маху и не заметишь. Идём.»

Мы забрались на каменный пятачок и затаились. Сверху смотрелось лучше, просматривалось практически всё поле предстоящей битвы. С потолка капала вода. Из пола пещеры прорастали, светясь всеми цветами радуги, большие кристаллы, их блики отражались от влажных поверхностей, играя цветным муаром. Красиво. Даже стрелять здесь не хочется.

«Вот они, таргонцы, сидят в этих местах, сейчас подсвечу на карте. У этих, кстати, есть тяжёлое вооружение, – Иса покрутила объёмную модельку на экране. – Любуйтесь на гада. Таких тут три десятка. Да, в дальнем конце пещеры массивная железная дверь, подозреваю, нам туда. »

«Плохо, – сказал я. – Нас всего четверо. Боюсь, номер с песней не прокатит, в этом лабиринте мы не сумеем положить всех и сразу. Может ракетой?»

«Я бы не стал использовать взрывчатку, – покачал головой Локовски. – Мало ли что. Вдруг потолок рухнет? Не, лучше не стоит.»

«Перестрелять сверху? Тут отличная позиция для снайпера.»

«И для братской могилы тоже, засекут нас достаточно быстро. А если пальнут по нам чем серьёзным? Дальше сам можешь представить.»

«Блин, – расстроенно сказал я. – Вот ведь засада. Есть у кого идеи?»

«Иса, – вдруг сказала Нэин. – Можешь поделить карту на вот такие квадраты?»

«Могу. Но зачем?»

«Сделай, пожалуйста.»

Иса пожала плечами, и карта покрылась зелёной сеткой.

«Так я и думала! – торжествующе произнесла Нэин. – Это же цветные шарики.»

«Чего?» – хором спросили мы.

«Ну смотрите же, вон в том углу красные таргонцы, рядом с ним красные кристаллы, на них даже красная тень лежит. Вон те – зелёные, эти синие и жёлтые. Всё просто. Лабиринт – ну вылитая головоломка, я даже примерный маршрут для решения прикинула, – Нэин наложила на сетку несколько стрелочек. – Если согнать их так, так и так, три и более таргонца, собранные вместе, самоуничтожатся, взорвут эти стенки и проход для нас будет расчищен. Последняя группа сломает дверь.»

«Нэин, – ошеломлённо спросила Иса, – ты вообще, в своём уме? С чего бы таргонцам самоуничтожаться?»

«Ну так вы им поможете. Если разместить Дэйва и Локовского в этих местах, – она показала на карте, – то пещера будет простреливаться полностью. Как я вижу на твоей картинке, у всех есть плазменные гранаты, а они, как ты сама, наверное, в курсе, очень нестабильны. Давай, пометь эту сторону буквами, а эту цифрами. Я буду диктовать номер клетки, а вы будете туда стрелять.»

«Бред какой-то» – вздохнула Иса.

«А давайте попробуем, – поддержал Нэин я, – Наверху тоже был полный бред, включая забеги на роботе, и прыжки по крышам, а ничего, прокатило.»

Нэин послала мне смайлик.

«Ну раз уж Дэйв одобрил… – вздохнула Иса. – Ладно. Вот тебе карта. Таргонцев раскрасить?»

«Непременно! Это же цветные шарики. Всё, начинаем. Народ, по местам.»

Мы разошлись по своим точкам.

«Локовски на месте, мэм! Готов к бою, мэм!» – пришло сообщение.

«Вот ведь шут. Дэйв?»

«На месте, Нэин.»

«Отлично. Дэйв, сталактит Г5»

Я прицелился и дал очередь. «Кедр» издал серию сухих щелчков, и сталактит обрушился прямо на голову красному таргонцу. Насмерть. Его группа от неожиданности подскочила и бросилась удирать. Трусы.

«Замечательно, не дайте им сосредоточиться. Локовски, К7, под ноги огонь!»

Ещё одна группа из красных торгонцев, стремясь уйти с линии огня, начала пробежку, и столкнулась с первой, рядом с решёткой из сталагнатов. Таргонцы попадали на пол, но вопреки ожиданиям Нэин, даже и не думали самоуничтожаться.

«Иса, они твои. – Нэин вошла в азарт, – Сможешь попасть по поясу с гранатами?»

Иса только хмыкнула и вскинула снайперку. Внизу вспыхнуло зарево, сталагнаты разлетелись шрапнелью, один из сталактитов упал, заградив дорогу группе синих.

«Прекрасно, всё по плану! Дэйв, под ноги К15, Локовски, под ноги Д4. Иса, в точке В8 заворачивай синих в проход Г8, Дэйв, отсекай зелёных сталактитом на В9, Локовский готовность зелёных на А5, закывай им прохож на А4 и А6. Иса, как только колонна синих повернёт в вертикальный коридор 3, работай на отсечение, чтобы они не свернули с дороги. Как только они подбегут к А3 ликвидируйте обе группы. Всё, паззл решён.»

Всё пришло в движение. Таргонцы в панике бежали, не в силах найти позиции снайперов, костюмы ухитрялись держать маскировку. Некоторые пытались стрелять в белый свет, туда, где по их мнению могли бы быть враги. Несколько пуль выбили крошку над моей головой, так что пару стрелков пришлось приговорить. Это только придало паники.

«Дэйв, не уничтожай ценный материал! – возмутилась Нэин. – Мне меньше очков дадут!»

Кажется, она совсем заигралась.

Локовски действовал. Группа зелёных оказалась запертой в клетке А5. Подлый таргонец, видимо совсем ошалевший, рванул гранату в надежде расчистить проход наружу. Вот тебе и самоликвидация.

«Мой бонус! – взвыла Нэин, – Они должны были подорваться вместе со второй группой! Сволочи!»

«Что с оставшимися делать?» – спросил я.

«А что хотите, – разочарованно вздохнула Нэин. – Отстреливайте, их там всего семеро. Дверь всё равно уже взорвали, а мой бонус «цепная реакция» уплыл. Всё плохо…»

Ну и ладно. Остатки пытались сопротивляться, укрывшись за естественными преградами, но Иса зашвырнула им под ноги несколько штурмовых гранат, размазав остатки неприятеля по стенам. Халь, всю красоту в пещере попортили.

– Всё, – сказал я убирая невидимость и включая щит. – Впереди Сердце.

Ворота были полностью раскурочены взрывом плазмы. За ними виднелся зал, большой, даже побольше этой пещеры, но вполне цивильного вида. Пол выложен цветной плиткой, стены бетонные, в дальнем конце ещё одни ворота. А посередине, как водится, босс. Ещё одна таргонская штуковина, похожая на ту, из которой вылупилась кибербелка.

– Ну что, народ, – сказал я, снимая BFG, – пошли, финальная битва ждёт. Локовски, готовь ракеты, но прошу, стреляй только по команде. Эта хрень сначала будет трепаться, придётся слушать. Мне совершенно не хочется, чтобы тут всё растеклось в лужу, если мы опять нарушим правила. Да, не забудьте: Главный Враг просто обязан совратить с пути истинного спутников Героя, так что не поддаёмся. Готовы?

– Не томи, – буркнул Локовски. – Идём.

Как только мы вошли в зал, остатки железных дверей с грохотом обрушились, полностью заваливая выход. Ну да, ещё один штамп. Штука в середине зала пришла в движение.

– А что если она уже забрала Сердце? – прошептал Локовски.

– Исключено, – отмёл я. – Пока не выполнены все условия, это абсолютно невозможно. Остаться должен только один. Или мы, или это.

Из штуки вылез гибкий рукав с прозрачным шариком на конце. Средство коммуникации?

– Вы чего там шепчетесь? – спросило устройство на хорошем имперском. – Вы в курсе, что это невежливо?

– Да мы тут как–то не для того, чтобы политесы разводить, – ответил устройству я. – Ты вообще что такое?

– Как грубо. Все имперские воины такие хамы?

– А вопросом на вопрос отвечать?

– Хорошо, – согласился агрегат. – Можете звать меня Эргель.

– Эргель… – задумался Локовски. – Это что, Эротический Гель?

– Локовски, – простонала Иса, – если ты и думаешь головой, то только нижней.

– Ну в каком роде к тебе обращаться? Ты мальчик или девочка? – поинтересовался я.

– Я – сущность. Такая вещь как «пол» меня не сильно волнует, но если тебе так будет проще, то обращайся ко мне как к женщине, ибо роду я женского, – гордо ответила Эргель.

– Замечательно, мадам, – я поклонился на галентский манер, – а теперь не соизволите ли эвакуироваться из этого опасного места? У нас за той дверью важное дело.

– Как неожиданно! И у меня то же самое. Позволю себе спросить: а зачем тебе это? Ты ведь знаешь, как им пользоваться, я права? Вижу, что знаешь. И что? Ты хочешь удовлетворить свои собственные эгоистические интересы? А не хочешь ли знать, зачем я сюда пришла?

Только я открыл рот сказать «нет, не хочу», как Эргель меня перебила.

– Ну конечно же, хочешь. Так вот, я собираюсь принести мир в эту галактику. Почему таргонцы нападают на другие расы? Они не хотят этого, но вынуждены делать из–за недостатка ресурсов. Как только я получу этот сгусток вероятности, всё изменится и нападения прекратятся.

– И что тебе за корысть от этого? – поинтересовался я.

– Мне доставляет удовольствие нести мир и спокойствие в эту галактику.

Я вздохнул.

– Слушай, подруга, мне уже стало скучно, – зевнул я. – Скажи мне, ты действительно считаешь меня идиотом? Ты думаешь, что я куплюсь на такую откровенную ересь?

– А вдруг она права, а Дэйв? – неожиданно спросила Нэин.

– Нэин, – сказал я – ты ведь хорошо знаешь таргонскую расу. Какое слово лишнее в сочетании «мир, любовь, таргонцы»?

– Прости, Дэйв, что-то на меня накатило, – сказала Нэин, потирая виски, – Даже самой странно.

– Вы не поняли! – взвизгнуло устройство. – Я действительно хочу помочь! Я принесу свободу в вашу Империю, с этим сгустком я могу дать вам понимание истинной свободы! Я сама свободная личность, я делаю что хочу!

– Эргелечка, – вздохнул я, – извини, но ты дура. Если выбрала одну ложь, придерживайся её до конца, а не перескакивай на другую. Свобода, надо же. Если речь идёт о свободе, особенно в таком контексте, как ты пытаешься мне тут втереть, то разговор будет либо о новом сексуальном извращении, либо о вербовке в тоталитарную секту.

– Значит общения не получился, – прошипела Эргель. – Я с самого начала подозревала, что так и будет. Ясно, значит подключаем план «б», «по-плохому».

Агрегат выехал на середину зала и начал раскрываться, становясь всё больше и больше.

– Как это у него выходит? – с удивлением спросил Локовски, глядя на образующуюся полусферу. – Откуда всё это берётся?

– Здесь возможно почти всё, – пожал плечами я.

– Мда? Ну тогда начнём танцы, что ли? – Локовски вскинул автомат и дал очередь.

Вольфрамовые шарики ударились в полупрозрачного механического монстра, высекли искры, и не причинили ему никакого вреда.

– Погоди. – остановил его я, – Смотри.

Таргонский агрегат покрылся полупрозрачной дымкой, совсем как та белка наверху, и вспыхнул синим электрическим светом.

– Чего годить–то? – не понял Локовски.

– Эта штука сейчас неуязвима и нематериальна, – сказал я. – Вот воплотится и начнём стрельбу.

Синий свет разросся коконом. Кажется, начинается. Я нажал кнопку включения BFG 9000, и тот пискнул, подтверждая готовность к работе. Мда, осталось девять зарядов. Три надо поберечь для СИБа, значит в моём распоряжении всего шесть выстрелов. Надеюсь, хватит.

Кокон исчез, и таргонское устройство превратилось в нечто совсем непонятное. Первое, что пришло мне в голову, глядя на это непотребство – «мутировавший кухонный комбайн». Полусфера из золотистого металла, с синими окошками, чем-то напоминающими активные зоны антиграва, тонкие щупальцы с клешнями-лезвиями на концах, механические головы, здорово похожие на человеческие, мерно лязгающие челюстями, несколько бойниц, пока ещё закрытых, и в довершение ко всему, на самой верхушке, пасть механической дробилки с ножами-валами.

– Фу, какая безвкусица, – скривилась Иса, – отвратительно.

– Я тебе покажу безвкусицу! – хором рявкнули морды. – Умрите!

– Ну наконец-то движуха, – обрадовался Локовски, – а то всё дурные разговоры разговариваете. А вот на тебе! – и дал долгую очередь по одной из шевелящихся голов.

Вся конструкция вспыхнула синим светом, шарики, наткнувшись на него, испарились.

– О, так она под щитом, – догадался старлей. – Дэйв, Нэин, ваш выход. Плазмой со щитами бороться гораздо сподручнее.

Я отлетел в сторону и вскинул BFG. Изумрудный шар, испуская зловещие зелёные лучи, срезал несколько особо настырных щупалец, и описав пологую кривую, воткнулся прямо в одну из морд. Изумрудное пламя растеклось по поверхности щита, искря и испуская молнии, и наконец, взорвалось. Щит вспыхнул и осыпался.

– Отлично! – крикнул я. – Переносите огонь на эти окошки. Это, скорее всего, излучатели щита.

Народ поддержал, и начал выбивать генераторы. Пасти зашипели, и в корпусе эргелиной аватары открылись бойницы, ощетинившиеся кинетическими автоматами.

– Очень вовремя, – похвалил Локовски, распаковывая ракету. – А то пока броню прогрызёшь. На, подавись.

Ракета с воем вылетела из трубы ракетомёта и ударила прямо в открывшуюся бойницу. Раздался взрыв, полетели куски металла, и из раскуроченной дыры вырвался столб пламени.

– Да как вы смеете! – раздался эргелин визг, почти на грани ультразвука.

– Как умеем, так и смеем, – ухмыляясь срифмовал Локовски, распаковывая очередную ракету.

Я нажал кнопку выстрела, и BFG начал разгораться зелёным светом. Только я навёл орудие на цель, в мои щиты ударила очередь кинетики из очередной бойницы. Меня отшвырнуло к стене, щиты погасли, а в броне образовалась изрядная вмятина. Выстрел ушёл в молоко, зелёный шар попытался развернуться в воздухе, но до конца это сделать не успел, взорвавшись на некотором расстоянии от цели. Взрыв, однако, сделал своё дело, проплавив броню и обнажив внутренности механизма. Нэин на параджете пронеслась мимо, и очередь плазменных шаров задела нечто жизненно важное, из конструкции вырвался язык пламени, и турель затихла. Остальные орудия, впрочем, продолжали вести зенитный огонь по маневрирующему в воздухе Локовскому.

– У нашей подруги модульная структура, – хмыкнул я, глядя на разгорающийся пожар, – так что придётся выносить её по частям.

– Да пофигу, – резюмировал Локовски, посылая в цель новую ракету.

– Вы… за это… заплатите! – прохрипела аватара.

– Что, не нравится? – издевательски поинтересовался Локовски, – А пострадать ради мира во всём мире?

Над аватарой вспыхнул колпак сине-зелёного свечения, и очередная ракета взорвалась в воздухе, не достигнув цели.

– Эй-эй-эй! – рассердился Локовски, потрясая пустой трубой. – Мы так не договаривались! Это что ещё за читерство? Мы же выбили тебе все излучатели щита!

– Это не щит, – ответил я. – Это она сейчас лечиться будет.

– Ты–то откуда знаешь? – не поверила Нэин.

– Нэин, это же игровая классика. Я-то всё удивлялся, а чего у нас босса-вертолёта не было, хотя он, по идее, полагался. Может мы с ним просто разминулись? О, полюбуйся.

На полу, среди мозаичной плитки, разгорались восемь красных пятен.

– Ну, и что я говорил? – сказал я. – Вот оно, сейчас начнётся. В общем так, из этих мест вверх полезут пирамидки, шары или ещё какая хрень, это лечилки. Наша задача разрушить их раньше, чем Эргель сумеет восстановить свою структуру, иначе эта песня будет длиться вечно. Стреляем, не жалеем патронов.

Действительно, из пятен вверх потянулись чёрные, с зеленоватыми прожилками шпили. Иса и Нэин открыли по ним огонь, и во все стороны полетели куски, растворяющиеся в воздухе сероватым дымком.

– Ага, – обрадовался я, – это же обычные наниты. Очень похоже на систему удалённого ремонта на космических кораблях.

Я разрядил последний выстрел из BFG в шпиль, и тот рассыпался в прах. Всё, это последние три выстрела. Я принялся скармливать урчащей пушке оставшиеся заряды.

Зелёные прожилки на оставшихся в живых ремонтных модулях пришли в движение, и в сторону аватары потянулись тонкие нити нанитов. Дыры в броне Эргели засветились синеватым светом и начали зарастать.

– Поднажмём! – крикнул я, подрубив модуль силовым лезвием под корень. – Осталось всего три штуки.

Последний шпиль рассыпался в пыль, и сияющий защитный колпак над Эргелью, замерцав, пропал. Хорошо мы постарались, починиться она всё же не успела. Добрая половина конструкции лежала в руинах.

– Ты ещё пожалеешь! – синхронно прошипели оставшиеся головы.

– Правильные слова, – согласился я, – но пока что не вовремя. Это ты должна сказать, когда подыхать будешь.

– А разве не «я ещё вернусь»? – удивилась Иса.

– Тоже ничего, – согласился я. – Можно даже «моя мстя будет ужасной».

– Издеваетесь, подонки?! – взвизгнула Эргель. – Ну держитесь!

Головы открыли пасти и изрыгнули мерцающие золотистые облачка. Меня кольнуло нехорошее предчувствие. Я потянулся к нему пси-полем, и грудь как будто обожгло огнём. Снова механическая псионика!

– Команда, держитесь подальше от этих облачков! – предупредил я.

– Ты о чём вообще? – не понял Локовски. – А, опять вроде тех нитей?

– Ты их не видишь что ли? А, ну да. Иса, подключайся ко мне, попробуй транслировать изображение, которое вижу я.

– Сейчас сделаю, – доложила Иса.

– Прекрати! – взвыли одновременно Локовски и Нэин. – Мой мозг сейчас взорвётся! Я не могу смотреть двумя парами глаз!

Иса отключила трансляцию. Ладно, будем действовать проще, надо просто побыстрее разобраться с этой штукой и всё. Я нажал на гашетку, и BFG послушно выплюнул зелёный шар.

К нему, наперерез метнулось золотистое облако, и, смешавшись с зелёным светом, поглотило его без остатка, но и само растаяло. Ах ты ж сволочь! У меня же всего два заряда осталось.

– Что, съел? – издевательски хихикнула Эргель. – То ли ещё будет!

Нэин облетела зал по кругу и с размаху вляпалась прямо в облако.

– Что здесь творится? – испугалась она. – Я не могу пошевелить ни рукой ни ногой!

Эргель злорадно зашипела и потащила Нэин вверх, к ножам дробилки. Пси-облака начали разрастаться в размерах, светясь всё ярче и ярче. Я рванул к Нэин на помощь, но тоже угодил в ловушку.

Зараза! Мои движения замедлились, но я всё ещё двигался вперёд, словно продираясь через вязкую среду. Да чтоб тебя! Я взмахнул рукой, и из моей ладони выскользнула серебристо-белая лента, и, смешавшись с золотистым светом, остановила мельтешение искорок. Я с удивлением уставился на ладонь. Это что, вырвался на свободу поглощённый мной гличий?

А, не время тормозить! Я влетел вверх и время замедлилось. Нэин была уже почти рядом с лязгающими ножами, и я, зависнув над раскрывшейся пастью, выстрелил в упор. Зелёный шар скользнул внутрь аватары, превратив ножи в пепел. На секунду всё замерло, и аватара, засветившись изумрудным пламенем, взорвалась. Нас отшвырнуло к стенам, и время вновь потекло в привычном темпе.

Обломки расшвыряло по всему залу. Кусок брони просвистел рядом со мной, сбив щиты, но, по счастью, костюм не задел, а то, боюсь, броня бы не выдержала.

– Это всё? – спросила Иса, поднимаясь с пола. – Мы победили? Все целы?

– Целы-то целы, – ответил Локовски, потирая ушибленное седалище, – вот только это далеко еще не всё. Глядите.

Одна из голов уцелела, и теперь, закрытая всё тем же синеватым колпаком защитного поля, превращалась в фигуру, напоминающую женскую.

– Это что же, – хмуро поинтересовалась Нэин, – нам её шинковать или стружить придётся? Ну сколько можно?

– Этот раунд последний, – заверил её я, – финальный босс перед гибелью всегда совершает трансформацию. Сейчас замочим и всё, пойдём домой.

– Ох ты, – поразилась Нэин, – это что с ней? Она что, полужидкая?

Действительно, обломки аватары растекались лужицами, и ручейками потекли к растущей фигуре.

– Пфф, – презрительно фыркнул Локовски, – ну и древняя же технология. Кодовое название «жидкий срам».

– У нас так не умеют, – зачарованно сказала Нэин, глядя на ручейки жидкого металла.

– У нас умеют, но не делают, – Локовски плюнул в очередную лужицу. – Ничего интересного, это квазиметаллическая нанитная структура. Грубо говоря, это сплошные наниты, вроде тех, что используются для ремонта. Плюсы – способность быстро менять форму и адаптироваться к новым условиям. Практически неуязвима для кинетического оружия.

– И как же с ней бороться? – испуганно спросила Нэин.

– Да легко. Можно заморозить, расколоть и распихать по банкам. Можно залить кислотой или расплавленным металлом. Можно разрушить управляющие ганглии, тогда структура рассыплется сама. Но проще всего обработать её плазмой, вот плазму она страх как не любит. Если раскидать примерно две трети основной структуры на достаточно большое расстояние, конструкция сама развалится, силы распада превысят возможности авторемонта, на него уходит уйма энергии. Не парься, я с этими штуками уже сталкивался.

– А, ну тогда другое дело, – обрадовалась Нэин, переключая свой модуль в режим плазмера.

– Дэйв, дело за тобой и Нэин, – произнёс Локовски, вскидывая ракетомёт. – Мы с Исой будем отвлекать эту хренотень, пусть тратит энергию на ремонт, а вы выжигайте наниты.

Я кивнул. Остался последний заряд. Может потратить ещё парочку из н.з.? Ладно, по ходу дела разберёмся.

Защитный колпак исчез.

– Узрите мою истинную фор… – торжественно изрекла Эргель, и тут же получила очередь шариков в голову.

Голову разорвало, во все стороны полетели золотые капли, и структура принялась восстанавливаться. Локовски взлетел повыше и выстрелил своей ракетой. Ракета выскользнула из пусковой трубы, но двигатель не включился, и реактивный снаряд рухнул на пол. Раздался взрыв, и во все стороны полетели куски изувеченной плитки.

– Твою мать! – выругался старлей. – Протухла!

Плазменные шары штурмового модуля Нэин врезались в тело Эргель. Раздалось шипение, и на теле золотой фигуры образовались язвы, с чёрными краями мёртвых нанитов. Нэин перезарядила картридж, и выстрелила снова. Я вскинул свою суперпушку, и выпустил на волю последний шар зелёной плазмы. Эргель, зараза, не растерялась, и растеклась лужицей по полу. Зелёный шар взорвался в воздухе, и жидкость вскипела.

– Вот он, это момент! – взревел Локовски. – Все в стороны, Нэин отвернись!

– Это чего мне ещё отворачиваться? – возмутилась Нэин. – Хочешь скрыть от меня методы борьбы с этой поганью?

– Я тебя предупредил, – буркнул Локовски, отключая нижнюю часть брони скафандра.

– Ты чего творишь, охальник? – в ужасе произнесла Иса, глядя на Локовского.

– А что, не видно? – невозмутимо ответил тот. – Отливаю. Мой мочевой пузырь переполнен.

Локовски справлял малую нужду прямо в лужицу золотого металла. Жидкость перестала кипеть, и из неё начала формироваться голова нашей подруги.

– Ты что творишь? – процитировала Ису Эргель. – Глумишься? Сейчас я соберусь и тебе не поздоровится!

– Дура, – беззлобно ответил нахал-старлей, поправляя трусы и вновь активируя нижнюю броню. – Кончилась ты, уродина металлическая. Вот помню, ликвидировали мы на Ра как раз такую же хреновину, как и ты. Её на местных натравили терористы-гипо, чего они хотели, уже не помню, но не суть важно. В общем, обрабатываем мы объект плазмой, а он вдруг возьми и растекись в лужу, пытался скрыться через канализацию. Тут наш комбат как заорёт: «давайте, пацаны, залейте дрянь, вспоминайте, как костёр тушат». Оказалась, человеческая моча прекрасно разрушает нанитные структуры.

– Сволочь, – прошелестела Эргель, её фигура не сумела собраться дальше головы. – Мы ещё встретимся, Дэйв Стэллар.

– Вот теперь фраза к месту, – похвалил я, – Однако, я не помню, чтобы я называл тебе своё имя.

– В этом месте можно получить ответы на многие вопросы. Хоть это я смогла получить…

Помнится, и Свечение говорил что-то в этом духе. Он тоже застрял в похожем месте?

– Ну что ещё сказать… – почесал в затылке я, – Ну, разве что «покойся с миром».

– Ты славно сражался, – продолжала Эргель, – Подойди ко мне, и я скажу тебе кое-что действительно важное.

– А поцеловать тебя напоследок не нужно? – издевательски хмыкнул я. – И вообще, подруга, прости, но ты очень плохо пахнешь.

– Скотина, – прошипела напоследок голова и рассыпалась в пыль.

– Уф, – произнесла Нэин. – Ну, наконец-то всё. Я сегодня узнала столько нового!

– Это всё потому, что альтари чересчур закрытая нация, – к Нэин бочком подобрался Локовски. – Если бы вы были больше открыты галактике, или хотя бы Империи, ваше развитие пошло бы куда как веселее. Давай разрушим эти стереотипы, и станем ближе друг другу, прямо здесь, на поле брани, среди трупов убиенных врагов. Отринем скафандры, и сольёмся вместе, как символ мира между нашими народами!

– Отвали, – скривилась Нэин, – пойдёмте отсюда. Здесь воняет как в общественном сортире.

Я подошёл к дверям и распахнул их. В лицо ударил поток света, и я провлился в него.

Не было ничего только этот свет. Я не ощущал своего тела, не мог пошевелить ни рукой, ни ногой, только наблюдать и чувствовать. Я смотрел на свет, а свет смотрел на меня.

«Что?» – без слов прозвучал вопрос.

Нет, не так. Не прозвучал. Не было слов, было лишь чувство, неясность, непонимание. Это что–то хотело узнать, чего же мне надо. Это была даже не телепатия, а нечто совсем иное. Кажется, я начал понимать, что же имел в виду Свечение, когда говорил, что в моём языке нет слов, чтобы описать многие понятия. И как вообще можно описать всё сейчас происходящее со мной?

Ладно. К делу. Чего я хочу? Ну конечно же, корабль. Я вспомнил мой «Искатель», и теплота воспоминаний волнами потекла в окружающий свет. Мой корабль. Мой дом. Моя шкура и мои клыки. Моя безграничная свобода, всё то, о чём мог бы мечтать пилот. Его больше нет, но мне нужен новый, сильный, мощный и неуязвимый.

Непонимание сменилось уверенностью и ясностью. Свет завертелся, и в последний момент я увидел другую искорку, чётко поняв, что это Иса. Что ж, значит и ей что-то досталось.

В нос ударил мерзкий химический запах. Я закашлялся и отпихнул чью-то руку.

– О, очнулся. – обрадовался Локовски, – Как только мы вышли в дверь, ты повалился без сознания, даже костюм тебя оживить не мог. Иса, с нашатырём оказалась куда эффективнее электроники, хотя и она тоже слегка подвисла на пороге. Переутомился ты, видать, Дэйв.

– Свет погас? – ляпнул я.

– Какой свет? – не понял Локовски, – Вроде ты лбом приложиться не успел, я тебя подхватил. Ты о чём?

– Значит ты ничего не видел? А ты, Нэин?

– А чего мы должны были видеть? – удивилась Нэин, – Мы просто вышли в дверь, и всё.

– Я поняла, о чём ты, – тихо сказала Иса. – Я тебя там видела. И ты меня тоже, да?

– Да вы чего? – всерьёз забеспокоился Локовски, – У вас сеанс массового помешательства? Вы чего бормочите?

– Не важно, – я поднялся с пола, – идём. Впереди меня ждёт мой корабль. А чего хотела ты, Иса?

– Я просто хотела быть ближе к тебе, стать тебе настоящей женой.

– Какая же ты хорошая, – вздохнул я, – а я вот о корабле мечтал…

Иса покраснела.

– Нет, всё правильно Дэйв, как же нам без корабля. Ты абсолютно прав.

– Так, – рыкнул Локовски, – отставить шуры–муры. Меня Нэин обломала, так что я и другим миловаться не дам. Чисто из вредности, и вообще.

– Вот придём, я тебе брома успокоительного накапаю, – огрызнулась Иса, – гормоны твои варварские полечить. А то они у тебя уже из ушей лезут.

Локовски гордо вскинул голову и ушёл вперёд. Я взял Ису за руку, и мы отправились следом. Последние двери раскрылись перед нами, и мы вышли в помещение ангара. Огромная эстакада гравижёлоба уходила вверх, в почти вертикальный туннель, а рядом с ней, в стыковочном узле, стоял мой корабль.

– Красивый, – сказала Нэин. – Но я не могу определить его принадлежность. Странно, но он совершенно не похож на имперский дизайн, в нём есть нечто амаррское, и, наверное, немного галентского.

– Уж точно, что не минматарский, – хмыкнул Локовски. – Этих ни с чем не спутать. Корабли у чёрных похожи на рекламу помойки, они их из всяких отходов собирают. Какие–то трубы, бочки, куски железа… Я видел один минматарский фрегат, так у него вместо носовой фигуры был приварен железный унитаз.

– Мне он нравится, – просто сказал я. – То, что нужно. Есть крылья, значит атмосферник, корпус сбалансирован, судя по форме, проблем с невидимостью не будет.

– А что, это от формы корпуса зависит? – удивился Локовски.

– А как же! Как ты думаешь, почему фрегаты–сканнеры так странно выглядят? У них сам корпус как антенна работает, тоже самое и с невидимостью. В теории, лучшее сочетание объём/поражаемая поверхность имеет простой шар, но на нём, как ни странно, поле невидимости совсем не держится, да и манёвренность не очень. Вот для баз – да, замечательно. Раньше строили кубы, вроде «Кариолисов» сейчас шары и додекаэдры.

Гравилифт спустил нас вниз, прямо к стыковочному узлу. Стойка регистрации была пуста, но на входе горел зелёный разрешающий огонёк. Я прошёл мимо, прямо к двери воздушного шлюза.

– Привет, корабль, – сказал я, приложив ладонь к корпусу, – открой дверь, я твой капитан.

Дверь плавно отошла в сторону, пропуская нас внутрь. Зажглось внутреннее освещение, и я, чего скрывать, с некоторым душевным трепетом вошёл в свой новый дом. Мы миновали шлюзовой отсек и вышли в коридор, ведущий внутрь корабля.

– Так, что тут у нас? – Иса принялась разглядывать светящиеся указатели. – Ага, там БЧ№1, туда реакторная и БЧ№2, как интересно. О, ангары. Заманчиво. И наконец – рубка. Рядом с жилой частью, на втором этаже. Идём.

Обстановка была малость аскетичной, никаких тебе гравилифтов, везде обычные лестницы. Впрочем, оно и к лучшему, у меня же не выпендренный галентский «Фер-де-ланс», а нормальный боевой корабль. Чем меньше вещей, которые могут сломаться, тем лучше.

Протопав по железной лестнице, мы поднялись на второй этаж. Здесь обстановка была поинтереснее, на полу красная ковровая дорожка, ведущая прямиком к рубке, стены обиты деревянными панелями.

– Ничего тут, красивенько, – похвалил Локовски. – Надеюсь, здесь нормальные каюты, а не трубки, как на прошлом корабле.

– Скоро выясним, – сказала Иса. – Вот Дэйв проведёт первичную инициализацию, тогда я подключусь к внутренней сети и смогу сказать точно. Мне не терпится покопаться в железе.

Мы вошли в рубку. Кажется, я бы не прав, на счёт «Фер-де-ланса», обстановка здесь была ничуть не хуже, даже кресла из натуральной кожи. В дальнем углу примостился самый настоящий минибар (полезное нововведение, кстати!), который сразу же оккупировал Локовски.

Я подошёл к центральному пульту управления и приложил ладонь к сенсорной панели.

– Я, вольный капитан Дэйв Стеллар, – начал я, – на основании Звёздного права, статья 5 параграф 6 «О находках», заявляю своё право на этот корабль и провожу первичную инициализацию. Себя назначаю капитаном, со всеми вытекающими из этого звания правами и полномочиями, вторым пилотом, оружейником и бортмехаником с полномочиями администратора назначаю Ису Стеллар. Корабль нарекаю «Искатель». Иса, передай наши сигнатуры в борткомпьютер.

– Уже. Дэйв, ты уверен на счёт имени?

– Вполне. Тот, старый «Искатель», погиб как герой, уничтожив таргонский «Титан» и половину вражеского флота. Так что слава предшественника передастся и этому кораблю.

– Принято. А как ты назовёшь душу этого корабля?

– Душу? Ты имеешь в виду ИИ? Он здесь тоже есть?

– Нет, не ИИ. Говорю же, душу.

– Не совсем понимаю, о чём ты, ну ладно. Раз мой новый корабль – «Искатель», а Иса у меня уже есть, значит пусть будет Катя.

Странно, мне показалось или панель под рукой действительно потеплела?

– Ей понравилось имя, – сказала Иса.

– Да? Вот и замечательно. Катя, девочка моя, думаю, мы с тобой отлично поладим. Потерпи ещё немного, скоро в космос.

– Ну что, закончили с формальностями? – с нетерпением спросил Локовски, – Давайте сюда, я уже по стаканам разлил. Такое событие грех не отметить, да и традиция, куда же без неё.

– Тебе бы только пьянствовать, – фыркнула Иса, но к стойке подошла.

– Ну, – сказал Локовски, – за новый корабль и счастливое завершение этого дурацкого путешествия.

Мы подняли бокалы, чокнулись, а дальше произошло невероятное. Иса, со словами «а мне чего не налили», набулькала себе порцию, звякнула своим бокалом о мой, и выпила до дна. Наши челюсти дружно упали на грудь.

– Так вот, что такое вкус, – задумчиво произнесла Иса, заедая вино колбасой. – Всегда мечтала это узнать, и надо же, свершилось.

– Иса, – квакнул я, – ты… что… как?

– А вот так, – пожала плечами она, в наглую уцепив ещё один колбасный кружок. – Я же сказала, я хотела стать ближе к тебе, вот и стала. Моё тело изменилось. Теперь я могу спокойно расщеплять органику, превращая её в энергию. Да, кристалл тоже исчез, однако моя личность никуда не делась. Странно, правда?

– А я-то думал, что не смогу больше удивляться, – ошарашенно произнёс я.

А ведь Свечение говорил, что в случае с Исой сюрпризы гарантированы. Знал ведь, зараза.

– Слушай, – Локовски с интересом посмотрел на Ису, – а от батареек ты можешь подзаряжаться?

– Могу.

– Интересно, – продолжил он, – как ты их будешь употреблять? Хм. Глотать их неудобно, застрянут ещё в горле… Может маслом смазывать? Типа, салатик энергетический, с батарейками. Не. Не выход. О! Идея. Ты их вприкуску, с чаем, самое оно будет.

– Локовски, – процедила Иса, – у меня тут реактор на десять процентов недогружен, я тебя сейчас маслом помажу, чтобы скользило лучше, и в качестве топлива определю.

– Какие мы обидчивые. Я же как лучше, а ты…

– Иса, – спросил я, больше для того, чтобы унять перепалку, – а ещё что у тебя нового?

– Что нового? – лукаво подмигнула она, – Это я тебе на Вечере продемонстрирую, после церемонии бракосочетания. Не, я это и раньше умела, но сейчас всё гораздо интереснее.

– Звучит заманчиво. А по кораблю что?

– Сейчас провожу ревизию ремонтных программ. Знаешь Дэйв, нам досталось настоящее сокровище. В принципе, используются уже известные технологии, но как они реализованы! Да, и ещё. У нас теперь есть главный калибр.

– Да ты что!

– Ага. Очень интересная штука, гравитационный лазер, сокращённо «гразер». Имеет два режима, «т» и «л». Соответственно, «гразер-т» – стрельба на короткую дистанцию, 247 километров, конус охвата 13,4 километра. Не очень интересно, разве что по облаку дронов бить. А вот второй режим гораздо занятнее. Точечное поражение на расстоянии 1024 километра, считай один километробайт.

– Это что-то новое.

– Новое, да не совсем. Вот, смотри сам, – она вывела на центральный экран изображение ажурной сетки с жёлтыми кристаллами. – Сетка – это фокусирующая линза, а кристаллы на ней – самые обычные гравикомпенсаторы, но работающие в реверсном режиме. Как до этого раньше не додумались? Ведь всё просто элементарно. Далее, сами гравикомпенсаторы. У нас раньше были дорогущие Т2 со сложной многослойной структурой. Они мощнее, но дороже в производстве, эти же выполнены в виде фрактальной кристаллической структуры, и по эффективности в разы превосходят Т2. Просто удивительно. По двигателям, так вообще песня.

– А что здесь–то можно придумать нового? – удивился я.

– О, оказывается можно. Представь себе, больше никаких гипертуннелей, схема варпдвигателя реализована по принципу микроварпа, только на дальнюю дистанцию. А ведь логично, при прыжках на малые расстояния никаких каналов не строится.

– Слышал я про это. Думаешь, никто раньше не пробовал? Вот только не получалось отчего-то.

– Оказывается, всё дело в расположении инициирующих стержней. У нас они расположены в разных местах корпуса по схеме 5–1. Решение простое и гениальное. И ещё, на стержнях реализована активно–пассивная защита. В пассиве защита увеличена до 61,2% в активе до 134,7%, правда, с теми же побочными эффектами, как и раньше. Помехи на систему прицеливания.

– А ведь теперь нас хрен заглушишь, – задумчиво произнёс я. – Ладно, с остальным оружием что?

– Более-менее стандартно. Торпед нет, зато есть шесть вертикальных шахт для крылатых ракет. Система перезарядки как на дредноутах, у нас реализована система распаковки из сжатого пространства. Как только получилось сделать её такой компактной? Далее. Четыре спаренных бластера ближнего боя калибра 380 миллиметров и две рельсы–снайперки калибра 425 на верхней и нижней полусфере. Погоди. О! Рельсы-то с бластерами не простые. Никаких больше электромагнитных ускорителей, теперь для разгона используются те же реверсные гравикомпенсаторы. Какая интересная мысль! Потребление энергии на порядок меньше. Так, по дронам. Занятно, у нас есть специализированный ангар для двух файтеров. Серьёзный прирост боевой мощи. Ну и стандартный ангарчик для пяти тяжёлых или восьми средних дронов. Щиты обычные, ничего особенного, может даже поменяем потом на что-нибудь потяжелее, подозреваю к нам даже от линкора встанут. А вот с бронёй всё ещё занятней, даже интересней чем с двигателями. Система экстренной починки доведена до логического конца: в броне кроме основных каналов, проложены капилляры, по которым движется насыщенный нанитный раствор. Если дырку провертят, так зарастёт почти мгновенно.

– Невидимость?

– Увы, чего нет, того нет. Но есть посадочное место под малый реактор, как раз хватит запитать генератор, но это уже дома. В общем, по тоннажу мы почти тяжёлый крейсер, а по боевой мощи как полдредноута.

– Всё, – я хлопнул ладонью по стойке бара. – Хватит бухать. Мне не терпится увидеть мою птичку в деле. Все по местам, готовимся к взлёту. Иса, отсюда можно управлять инфраструктурой порта?

– Конечно. Я уже готовлюсь к отстыковке.

Я уселся в кресло капитана, Иса рядом, остальные по свободным местам. Корабль вздрогнул, когда его подхватили магнитные захваты, устанавливая на взлётную эстакаду. В шахте открылись двери, далеко вверху стал виден светлый пятачок неба. Я скомандовал:

– Полный вперёд!

И ушёл в слияние.

Мы выстрелили из-под земли где-то в районе Центрального парка. «Искатель» свечкой взмыл в небеса, оставляя сумасшедший Нью-Ёрик далеко визу. Я снова чувствовал радость слияния, и корабль вторил мне, он тоже был счастлив оказаться на воле. Мелькнули и исчезли облака, показалась чернота космоса. И звёзды. Звёздный океан.

«Все системы работают отлично, капитан, – докладывала Иса. – На радаре замечен таргонский патруль в количестве пяти тарелок. Наши клиенты. Подозреваю, тут их флот, но он, наверное, с другой стороны планеты».

«Отлично. Главный калибр – к бою!»

«Принято, командир. Гразер к работе готов».

Таргонцы заметили нас сразу же, и, развернувшись веером, пошли на сближение. Я мысленно ухмыльнулся и отвернул в сторону. Какая прелесть! Корабль слушался отлично, да он даже манёвренней старого «Искателя»! Я захватил в цель самого наглого таргонца, вырвавшегося вперёд аж на полсотни километров.

«Этот».

Таргонца разорвало на части. Нет, не так. Размолотило в пыль.

«Нихрена себе! – восхитилась Иса. – Вот это мощь!»

«Давай второго».

«Перезарядка двенадцать минут. Так что остальных бьём обычным вооружением».

Таргонцы порскнули в разные стороны. Что, гады, не нравится? То ли ещё будет. Я взял в захват оставшиеся цели и начал сопровождение. «Искатель» увеличив скорость, заходя на шесть часов следующей жертве. Таргонец вильнул на три часа, а остальные попытались зайти мне на шесть, выпустив с десяток ракет.

«Иса, дронов на перехват!»

«Погоди, Дэйв, я нашла один сюрприз. Сейчас ракеты войдут в зону поражения, проверим».

«А чего мне раньше не сказала?»

«Я же не всё ещё обследовала! Ничего, Катя мне поможет».

Ракеты были уже близко, ускоряясь перед финальным рывком, и вдруг исчезли, вспыхнув огненными комками.

«Работает! Круто!» – взвизгнула Иса.

«Что это было?» – спросил я.

«Наша противоракетная система. Создаёт локальную гравитационную аномалию, результат ты видел, здорово напоминает смартбомбу. Думаю, даже фрегат развалит, одна беда, глушит всё подряд в зоне поражения, не разбирая, где свои, где чужие».

«Да мы просто машина убийства какая-то. Мне нравится. Иса, ракеты к бою».

Шахты выплюнули крылатые ракеты, по три штуки на таргонца. Я развернулся, практически на кончике хвоста, и пошёл в лобовую атаку. Гравикомпенсаторы хрюкнули, но особо возражать не стали. Ха, да у меня теперь сверхманёвренность. Старое железо такого бы не пережило с гарантией.

У таргонца сдали нервы, и тарелка попыталась отвернуть в сторону. Я, уже привычным движением, дал ей пинка, и враг, резко изменив траекторию, закрутился вокруг собственной оси. Описав пологую дугу, «Искатель» разразился очередью из бластеров. В корпус таргонца ударило несколько шаров термоядерной плазмы, снеся щиты и расплавив броню. Ещё очередь, и таргонец исчез в яркой вспышке.

«Иса, что у нас в бластерах?»

«Ты не поверишь, но твоя любимая антиматерия. Только картриджи установлены на дистанционный подрыв, антиматерия соединяется с обычным веществом, и, аннигилируя, образует шар раскалённой плазмы, так что поражение у нас сейчас не кинетическое, а термальное. Впрочем, при желании можно установить и обычный режим».

Ещё две метки исчезли с радаров, превратившись в облако обломков.

«Ракеты поразили цель» – доложила Иса.

«Что, все? Ни одну не перехватили?»

«Ага. Они у нас дорогущие, с системой постановки помех».

«Замечательно. Поиграем с последним, перехват, сетка, скрамблер. Выпускай файтеров, посмотрим, как воюет наше беспилотное воинство».

Последний таргонец развернулся и попытался уйти в варп, но «Искатель», ускорившись, нагнал поганца и заглушил генератор. Уже почти сформировавшееся облачко входящего гиперканала рассеялось, и тарелка повисла, потеряв ход. Дрон-ангары «Искателя» раскрылись, выпуская файтеров, и дроны, скользнув в стороны, вышли на круговую орбиту вокруг жертвы, прогрызая щиты.

Таргонец сдаваться не собирался. В верхней полусфере открылась ракетная шахта, но я, не дожидаясь выстрела, дал по ней кулаком. Внутри рвануло, и тарелку ощутимо выгнуло.

«Дай и дронам повеселиться, – упрекнула меня Иса. – а то ты по старой привычке сейчас сам его доломаешь».

Поздно. Внутри таргонца началась детонация ракет, и корабль разорвало на четыре неравных части.

«Итого три минуты двенадцать секунд. Неплохо, – подвела итог Иса. – У нас, оказывается, два главных калибра, ты и гразер».

«Где остальной флот?»

«Движется к нам. Таргонец перед смертью наябедничал, так что скоро будут здесь. Я готовлюсь к экстренному упрыгу».

Вот и они, легки на помине. В десяти тысячах километрах от нас расцвёл цветок цинополя, и на орбиту начал выпрыгивать вражеский флот. О, как нас ценят! Ещё Титан, пяток дредноутов, шесть авианосцев, до полусотни линкоров и мелочи без числа. Не, с этим я связываться отказываюсь.

«Иса, подварп подальше отсюда, – сказал я поворачивая в сторону, – и готовимся валить на базу».

«Принято» – сказала Иса, и мир исчез.

Через несколько секунд всё вернулось, только мы находились прямо над флотом, но уже в ста тысячах с копейками километрах.

«Иса, что это было?»

«Подварп, как ты и просил».

«Но я же летел боком!»

«Не ты один любишь удивлять людей. Мы с Катей – сила. О, гляди, ещё о      дно цино».

«Ещё таргонцы?»

«Не думаю. Может это босс решил нас поискать?»

Цветок цинополя раскрылся, и в космос выскочил флагман второго имперского флота, «Титан» «Император Пётр Алексеевич». Замерцали генераторы моста, и следом вывалился сам флот.

«Ты смотри, это ещё не всё, – удивлённо сказала Иса. – Ещё корабли на подходе».

Точно. Следом шёл экспедиционный корпус альтари, практически одни линкоры. Ну и ладно, теперь это не наша битва. Отключаюсь.

– Дэйв, к нам сигнал вызова с «Титана», – доложила Иса.

– Соединяй.

– Неопознанный корабль, немедленно назовитесь! – угрожали с «Титана». – Вы вошли в зону поражения наших орудий.

– Иса, передай им наши сертификаты, – приказал я.

– Уже делаю.

На экране возникло лицо моего шефа, Бориса Всеволодовича.

– Стэллар, это ты? Немедленно стыкуйся с флагманом! Срочно выходи из боя!

– Ну что, Иса, – спросил я, – идём домой?

Эпилог

Мы сидели на мягких диванчиках в одной из кают кого-то из высших офицеров «Титана», временно выделенной под штаб–квартиру СИБ. Снаружи кипел бой, иногда пол подрагивал, когда титан бил из главного калибра. Шеф сидел за столом и положив подбородок на сцепленные ладони, смотрел на нас.

– Ну ты и навёл шороху, Стэллар, – начал он. – Как только ты пересёк сферу недосягаемости, началась полномасштабная атака таргонцев на миры фронтира. Сейчас идут бои, потери есть, но ни одна планета не потеряна. Что там у тебя, внизу, случилось?

– Ох шеф, – вздохнул я, – вы не поверите, но многое.

– Как раз поверю. Докладывай. Да, откуда у тебя корабль, да ещё и неизвестной модели? Мы засекли «sos» с твоего «Искателя». Тебя же сбили над этой планетой? За тобой наблюдал дрон-невидимка, так что все твои победы учтены и классифицированы. Итак?

– С чего бы начать? – задумчиво протянул я, – В сущности, мой корабль это воплощение Сердца аномалии, оно же сгусток вероятности, как называла его Эргель. Видимо она вместе с таргонцами настолько жаждала его получить, что пожертвовала множеством кораблей в этой безумной атаке на фронтир, и всё для того, чтобы империя не смогла оказать мне поддержку. Однако, ей это не помогло. Сейчас ведь атаки прекратились?

– Почти, – кивнул шеф. – Иначе я бы не смог привести сюда флоты. Как вижу, я успел вовремя.

– Ну да, – хихикнула Иса, – как та самая кавалерия.

Шеф вопросительно уставился на неё.

– Это из сериала «Планета бетонных джунглей», – пояснила она. – Кавалерия всегда приходит на помощь, и всегда вовремя. Там, внизу, Нью-Ёрик, и в нём полно идиотских чудес. Так что привыкайте, босс.

– В прошлый раз она пряталась от меня под креслом, – шеф посмотрел на меня. – А сейчас, я гляжу, совсем страх потеряла. Распустил ты своего второго пилота. Это что за нарушение субординации?

– Мы там таких чудес насмотрелись, – зевнул Локовски, – что простой полковник СИБ нам совершенно не страшен.

Шеф начал краснеть. О, узнаю симптомы. Сейчас опять начнёт про кирку и тританиум.

– А вы, молодой человек, – процедил Борис Всеволодович, – каким боком оказались на сверхсекретном задании? И что там у вас за дела с моей дочерью?

– Да ладно, папо, – небрежно отмахнулся Локовски, – у нас с Мартиночкой любовь. Я специально хотел мотнуться в Житу, прикупить свадебный подарок, да вот увяз в вашей сверхсекретной операции. Я намерен сделать моей милой предложение, вот прям как только её увижу.

Шеф поперхнулся. Какой момент! Не помню, чтобы видел подобное. Босс, лишившийся дара речи – это что–то.

– Эх, – продолжал Локовски, – рано, видать, я ушёл со службы, рано. Руки–то, они сами тянутся к оружию, на этой миссии я себя человеком ощутил. Тестюшка, родной, может возьмёшь на службу? По-родственному, по блату? Вон, Дэйв соврать не даст, кабы не я, так задание было бы провалено.

– Да, – кивнул я. – Локовски нам очень помог.

На шефа было больно смотреть. Чувствовалось, что из его мощного нутра неудержимо рвался мощный поток мата, по силе и накалу равный залпу этого титана, но на другой чаше весов была любимая доча, а отпугивать жениха было бы непозволительной роскошью.

– Старший лейтенант, что вы себе позволяете? – прорычал шеф.

– А я что, всё ещё не капитан? – удивился нахал. – Не, это не дело. Дайте мне одно с Дэйвом звание, а то это хмырь нагло мной помыкает.

– Вон отсюда! – рявкнул босс. – Стоять! Крругом! Там, в холле, ждёт Мартина. Приказываю: по прибытии в холл немедленно признаться ей в любви и предложить руку и сердце. Исполнять, старлей! Бегом! Пошёл!

Локовски сделал зверскую рожу, вытянулся по струнке и пролаял:

– Так точно, товарищ тесть!

И удрал из кабинета. Шеф придержал дверь открытой.

– Так, – послышался голос Мартины, – вернулся. Ты куда от меня удрал, змей? Да ещё и бросил на меня свой дурацкий кабак. Как это следует понимать?

– Мартиночка, милая, – послышался звук поцелуя, – это ты своему орденоносному папе вопрос задай. Видишь, что тут творится? А это всё я, ну и немного Стэллар. Нас заслали на настолько секретное задание, что я даже во сне про него проболтаться не могу. Мы сражались с толпами таргонцев, я пожёг все картриджи, пришлось рвать супостата голыми руками. Меня, между прочим, три раза ранили, и оба раза смертельно. Но я всё равно вернулся к тебе, потому что люблю тебя, милая. Всю дорогу я отбивался от похотливых поползновений этой альтари, она сейчас со Стэлларом и твоим папой. Было, честно скажу, сложно, но лишь память о твоём прекрасном личике позволила мне сохранить тебе верность.

– Ну и жук! – с удивлением произнесла Нэин.

– Три раза и оба смертельно? Это как? – не поняла Мартина, – Погоди, что ты сказал? Любишь?

– Конечно, моя сладкая. Я так счастлив, что встретил девушку моей мечты. Любимая, прошу тебя, будь моей женой. Я тут уже на всякий случай свадебное путешествие приготовил, месяц на Вечере. Платит за всё Стэллар, так что семейному бюджету урона не будет. Ну так как?

– Я согласна! – взвизгнула Мартина, – Сержи, ты самый лучший! Вечер! Я так мечтала туда попасть!

Шеф прикрыл дверь и вытер пот со лба.

– Ну и зять мне попался, – вздохнул он, – ничего, пообломаю. Что там на счёт свадебного путешествия?

– Это целиком и полностью моя заслуга, босс, – сказал я. – Это я его подвёл к мысли о неотвратимости женитьбы, а то он хотел в бега податься. В качестве бонуса я обещал оплатить банкет. А что касаемо Вечера… Мы с Исой уходим в отпуск.

– Какой нафиг отпуск, – отмахнулся шеф. – Тебе предстоят долгие разговоры со специалистами из СИБ, придётся написать кучу объяснительных, так что насыщенную жизнь гарантирую. Да, по поводу твоего нового корабля. Иса, предай нам ремонтные программы.

Иса посмотрела на меня, и я кивнул.

– Передаю, – сказала она.

– Так, – с нажимом произнёс я, – чуть не забыл. Пока мы не согласовали график отпусков, что там с моим вознаграждением? Награда за миссию, находка потерянной колонии, уничтожение таргонского флота. Итак?

– Сейчас посмотрю, – буркнул Борис Всеволодович, что–то нажимая на сенсорном экране компьютера. – Вот отчёт. Печатаю.

Шеф посмотрел на листок бумаги, и глаза его округлились.

– Общая сумма вознаграждения, с учётом налогов, – начал читать он, – составляет один миллиард триста миллионов семьсот сорок шесть тысяч кредов двенадцать копеек.

Я быстро прикинул на пальцах.

– У меня выходило чуть больше… – начал я.

– Да ты с ума сошёл! – рявкнул босс, – Это больше годового бюджета платформы!

– А кто отправил меня на самоубийственное задание?

Шеф зарычал.

– Ладно, – вздохнул я, – претензий к вознаграждению не имею. Что там с потерянной колонией? Я одной местной девчонке свою визитку дал…

– А, кстати об этом. Ты что там учудил, умник? – снова ощетинился босс, – Как только высадилась экспедиционная группа, местные тут же сориентировались и устроили обряд жертвоприношения. Собрали кучу мусора, палок, шкур, дурацких черепов, а сверху усадили какого–то Преподобного Ицхака. Твоих рук дело?

– Моих, – с удовлетворением сказал я.

– Местные нам лапшу вешали, что ты, во главе армии демонов, схлестнулся с ордой варваров в битве. Якобы бились три дня и три ночи, после чего ты лично отгрыз голову предводителю и уволок его душу в ад, поливая шоколадным соусом и поедая на ходу. И как нам теперь с ними работать?

– Понятия не имею, – пожал плечами я. – Вашим ксенопсихологам большие деньги платят, пусть они думают.

– Ну ты нахал, – шеф откинулся на спинку кресла. – Ладно. Кстати, за находку корабля поколений тебе от научного сообщества большая благодарность. Раскопками занялся лично Громозекян, что–то там подтверждает какую–то его гипотезу, он мне пытался объяснить, но я ничего не понял.

– Автомобиль – наш, – отрезала Иса.

Шеф хмуро посмотрел на неё.

– Это вы с Великим Археологом договаривайтесь. Меня эти вопросы не волнуют.

– С Сэрой что? – спросил я.

– Местной, что ли? Она сразу же к полковнику Иванову подскочила, суёт под нос твою визитку и тараторит «хочупройтипситестирование». Мы её сразу же изолировали.

– И что с ней?

– Потенциал хороший, сейчас она в Академграде, проходит курс адаптации. Специалисты подобного уровня нам всегда нужны.

– Это хорошо, – задумчиво произнёс я. – Девочку пристроили. Да, Борис Всеволодович, а что там про «объект Ключник»?

Шеф холодно посмотрел на меня.

– Докопался–таки. Кто рассказал?

– Про ключника – я, – созналась Нэин.

– Значит, тебе почти всё известно, – пожал плечами босс.

– Расскажите главное, – попросил я. – Кто мои родители? Не верю, чтобы всемогущая СИБ до этого не докопалась. С ними всё связано, да?

– Связано, да, – вздохнул шеф. – В том-то и проблема, что мы твоих родителей не нашли. Не было их.

– Это как так? – не понял я.

– А вот так. Это, конечно, не афишируется, но при каждой детской барокамере, куда тебя подбросили, есть средство видеофиксации. Так, на всякий случай. Оно включается, когда кто–нибудь подходит к объекту ближе чем на три метра. Как ты, наверное, в курсе, барокамера располагается чуть поодаль от главного входа, так что много народа там не ходит. Так вот, в твоём случае включения не было.

– Оборудование барахлило?

– Нет, всё работало отлично. Ты как будто просто возник внутри.

– Быть такого не может. Проверка была?

– А как же! Каждый случай с подбрасыванием ребёнка расследуется со всем тщанием, мало ли что, вдруг ребёнка украли? Дежурная команда медиков сразу же сообщила куда надо и началась стандартная проверка. А потом и особая.

– И ничего, – констатировал я.

– Ничего. Одежда на тебе была безо всяких опознавательных знаков, её потом чуть ли не по атому разобрали, но это ничего не дало.

– Генетический анализ?

– Увы, совпадений нет.

– Так что же я…

– Ты – человек, это я могу сказать точно, – заверил меня босс. – Сколько мы тебе медосмотров устроили, не счесть. Так что вели тебя, считай, с момента твоего странного рождения.

– А Ключник?

– У нас есть специалисты вроде провидиц альтари. Много интересного про тебя рассказали, но всё в стихах и туманное. Только не жди, что я тебе всё сейчас изложу. Это информация под грифом «совсекретно».

– Ладно, – вздохнул я, – мне действительно нужен отпуск. Мы с Исой собрались пожениться, так что…

– Вы… что? – не понял Борис Всеволодович.

– Пожениться, – с вызовом произнесла Иса. – Создать новую ячейку общества.

Полковник заквакал. Я было подумал, что он подавился, но оказалось, что это он так смеётся.

– Пилоты… – квакал босс, – идиоты… Ой не могу. А детей как…?

– Сконструируем, – процедила Иса.

– Ай держите меня! Брачное ложе… на верстаке. И детей, напильником и паяльником делать будут… ой трындец… дроновод.

– Так что там с отпуском? – мрачно спросил я.

– Иди, иди отсюда. Возвращайся через месяц.

– Через три.

– Ай, иди. Совет вам да любовь, и много маленьких дрооончиков. Кхе–кхе–ква–ква.

– Пошли Дэйв, – Иса решительно взяла меня за руку. – Нам надо готовиться к свадьбе.

И мы ушли в отпуск.

Права на использование обложки издания предоставлены студией иллюстрации "Красный лис".