Руби Форрест

ПОД СТАТЬ МЕДВЕДЮ

Агентство знакомств для оборотней

Книга 1

Глава 1

Бронте Уэлч не могла отвести свой взгляд от разворачивающейся перед ее глазами картиной. Ее парень (теперь уже бывший) разложил какую-то латиноамериканку, если судить по ее стройным и загорелым ногам, которые выглядывали из-под его волосатых ног.

Он осторожно повернул свою крашеную голову в ее сторону, все еще лежа на латиночке. В этот момент он был похож на зловещую куклу.

— Бронти?

— Не называй меня так, — машинально произнесла она.

Она ненавидела, когда он так сокращал ее имя. В прочем никто кроме Адэра ее так не называл. «Боже, А-д-э-р», — подумала она, — «вот у кого вычурное имя». У его родителей определенно нет чувства стиля.

Он начал подниматься со своей темноволосой подружки, Бронте же вытянула руку, останавливая его.

— Нет-нет. Можешь не вставать, детка. Я просто заехала за своими образцами. Не останавливайся. — Она натянула на лицо фальшивую улыбку (мама была бы горда ей) и взяла образцы, которые были прикреплены к доске в углу комнаты. — Продолжайте.

Они оба недоверчиво на нее смотрели, повернувшись в ее сторону, она же улыбнулась еще шире.

— И еще, так как это твой дом, то я просто заберу свои вещи и можешь обо мне забыть. Хорошего дня, Адэр.

Она прошла в гостевую спальню, скинула свою одежду в сумку, которую хранила здесь уже год, и пошла на выход. Адэр все еще одевался в своей спальне, когда она прошла мимо него танцующей походкой, посылая ему убийственную улыбку. Пусть он видит, что теряет.

Она тихо закрыла за собой дверь, подавляя желание захлопнуть ее со всей силы, чтобы все его идеально повешенные картины упали со стены. Козел.

По пути домой она купила журнал «Космо», ведерко мороженного и три бутылки вина. Она думала позвонить еще своим подружкам, но решила, что им не стоит выслушивать ее заботы и тревоги, особенно связанные с Адэром. Казалось он всем понравился. Черт побери, даже она попала под очарование бизнесмена из Портленда. Он был красив, обходителен и успешен. Обращался с ней, как с принцессой. Ну, до того момента, пока не изменил ей с женщиной в их постели спустя полчаса, как она ушла на работу. Это определенно разрушило весь прогресс в их отношениях.

Как только она приехала в свою квартиру (к счастью, она продолжала за нее платить, хоть Адэр и говорил, что это глупо), включила фильм «Бестолковые» и стала ждать, пока ее увлечет юная любовь героев. Если Алисия Сильверстоун в своей желтой клетчатой юбке и длинных гольфах сможет найти свою любовь, то и Бронте сможет. По крайней мере, она так считала.

Когда духовка пиликнула о том, что разогрелась до нужной температуры, Бронте положила в нее замороженную пиццу, остановила фильм и бездумно стала пролистывать «Космополитен». Ее взгляд наткнулся на рекламу службы знакомств. Она фыркнула. Кто сейчас пользуется услугами службы знакомств?

Но чем дальше она читала, тем лучше понимала в чем фишка. Эта служба, например, специализировалась на элитной клиентуре.

«Устали от эгоистов, насильников и неудачников? Свяжитесь с нами. Мы рассматриваем всех желающих.»

Пока готовилась пицца, ее мысли крутились вокруг этого агентства. Она же на самом деле не рассматривает такую возможность?

Она перевернула страницу и увидела оборот рекламы, взяла телефон и назначила встречу с тем, кто квалифицировал ее как кандидата.

Журнал остался открыт на кварцевом столике, пока она забирала свою приготовившуюся пиццу и возвращалась на белый диван. Красивый мужчина в дорогом костюме-тройке смотрел в потолок со страниц журнала, рядом с которым было написано: «Кто хочет найти любовь, которая будет длиться вечно?»

***

Брэт Харди вздохнул и поерзал на неудобном вычурном стуле, который абсолютно не сочетался ни с его ростом, ни с его массивной фигурой.

— Так чем ты зарабатываешь на жизнь, Бэтси?

Аппетитная азиаточка, чье настоящее имя определенно не имело ничего общего с именем Бэтси, захихикала и стрельнула в него глазками.

— Я танцовщица.

Можно поспорить, что экзотических танцев, если судить по длине и стилю ее «платья», но Брэту не хотелось лучше узнать ее. Спросил лишь из вежливости. Он с первого взгляда понял, что Бэтси не та, кого он ищет. Она постоянно хихикала, вела себя как шлюха, и была не способна на содержательную беседу. Он был готов застрелиться после целого дня, проведенного рядом с ней, хотя на работе мог выдержать двенадцатичасовые переговоры.

Он вздохнул уже сотый раз, хоть Бэтси к счастью (или несчастью) не заметила отсутствие интереса с его стороны и продолжала хлопать своими большими накладными ресницами.

— Интересно.

— Значит, ты владеешь… компанией? — Она хихикнула, хотя причин для смеха абсолютно не было. Он решил, что она хотела продемонстрировать свои белоснежные зубы. Супер!

— На самом деле несколькими компаниями. Это моя работа — владеть и управлять компаниями. — Он махнул официанту, одетому в черно-белый костюм, чтобы тот налил ему еще одну порцию дорогостоящего скотча. Он в этом нуждался.

— Как Ричард Гир?

— Прости? — Растеряно спросил он. Она сошла с ума? Как он может быть связан с актером?

— В «Красотке». Ну, знаешь, где Ричард Гир и Джулия Робертс.

Она взболтала свой фруктовый напиток и облизала вишенку, что по идее должно было его возбудить. Но нет.

— Да, конечно, — согласился он, пытаясь быть добродушным. Брэт понятия не имел, о чем она говорит, и просто хотел, чтобы она перестала говорить своим визгливым голосом. Посмотрел на темный экран своего телефона, который лежал на столе. — О, черт. Мой секретарь только что написал, что произошло что-то срочное. Мне придется уйти. Мне очень жаль.

Он встал, схватил свой пиджак и протянул ей свою руку, но заметил, что она не встала со своего места. Когда она не вложила свою руку в его, он поднял бровь.

— Не идешь?

Она улыбнулась, ее жемчужно-белые зубы мелькнули между красными губами. — Скоро придет мой следующий кавалер, так что если ты не против… Я просто останусь здесь. И не забудь в следующий раз назначить нашу встречу.

Его рука безвольно опустилась вниз. Как отвратительно. Серьезно? Вот как все должно было быть? Свидание с исполнительницей экзотических танцев, которая назначила несколько встреч на вечер? Он покачал головой, отошел от столика и прошел сквозь обеденную зону. Ему нужна другая тактика.

Первое место, где он остановился, было служба знакомств. Он потребовал встречи с владельцем, Лилой, хотя уже было семь часов вечера. Но он предположил, что как хороший предприниматель, она в той стадии, когда ты и днем, и ночью находишься на работе. И оказался прав, она еще была там.

Он сел напротив нее за черный лакированный стол.

— Нам нужно обсудить мои…варианты.

Она сделала глоток минеральной воды, устраиваясь по удобнее в своем кресле.

— Значит, Бэтси Вам не подошла?

— Или Тиа, ДиДи, Айвори или Мариса. Удивительно, но никто из них мне не подходит, Лила.

— Хммм, — произнесла она и взяла папку. Она просмотрела ее пару секунд и продолжила, — Могу ли я спросить, что конкретно Вы ищете в женщинах?

— Мне нужен кто-то, кого я могу взять с собой на деловые встречи. Кто-то, кто не выглядит как проститутка. — Он пытался вспомнить все, что его так взбесило на прошлых четырех свиданиях, но этого было так много. Выбрать было из чего.

— Что ж, я могу сделать дополнительный поиск кандидаток и предложить кого-то достойного. Более достойного, добавлю. У вас есть какие-то требования к их профессии? — Она начала делать записи золотой ручкой в своем золотом блокноте.

— Дело не только в ее профессии, но да, кого-то более достойного. Определенно. Работа играет большую роль в моей жизни, и так же должно быть и для женщины. Но она должна понимать, что мои мероприятия в приоритете, поэтому не смогу уйти по первому звонку со своей работы. — Он глубоко вздохнул. — Мне нужен кто-то, кто понимает, что я не ищу романа и не мечтаю о паре кресел-качалок на крыльце. Это будут деловые отношения, которые могут переходить во что-то личное.

Она остановилась писать.

— Так по сути, Вам нужна женщина из эскорта, но та, что не похожа на такую? Ей нужно с Вами спать?

— Нет-нет. Мне не нужен эскорт. Просто деловая женщина, которая согласна на брак, но не задает много вопросов. — Он пытался подумать и о других требованиях, но не хотел ограничивать ее поиск. Он знал, что и так поставил перед ней трудную задачу, поэтому не стал добавлять «блондинка, красивая и умная», но это именно то, что он хотел. Было бы здорово, если бы она была обладательницей хороших форм, но список его требований должен где-то заканчиваться, иначе он останется одиноким до конца своих дней.

Лила какое-то время просто молчала.

— Мне придется вновь открыть Вашу анкеты для других кандидатур. Прежде мы нацеливались на несколько других…девушек.

Он кивнул, вспоминая Бэтси. Определенно, на других.

— Понимаю. Занимайтесь сколько Вам потребуется, день или два.

Лила рассмеялась, но ее смех застрял, когда она увидела его серьезное выражение лица.

— Конечно. И, как всегда, мы ценим Ваш вклад в наше агентство, Вы у нас приоритете.

Он поднялся, расправил невидимые складки на своем дорогом костюме, пожал руку Лиле, пожелав ей всего хорошего, и отправился к своему Кадиллаку, дожидавшемуся его перед зданием.

***

Бронте уже который раз перекрестила свои ноги, раздумывая тот ли наряд она выбрала. Она хотела выглядеть сексуально, но не как стриптизерша. В итоге на ней была одета серая юбка с пуговицами, высокой талией и разрезом сзади. Ее блузка была приличного насыщенного красного цвета, если закрыть глаза на то, что сквозь нее просвечивал ее телесного цвета топ, как оптическая иллюзия. У нее была сумка от Кейт Спейд в сером, розоватом и бледно-желтом оттенках, а также ее самая любимая деталь образа… Розовые с серыми ремешками туфли на танкетке от Джимми Чу. Она чувствовала себя сильной сексуальной и очень желанной, но после того, как просидела уже десять минут, стала сомневаться в выборе одежды. Может, ей стоило одеться попроще? Или наоборот? Если честно, она понятия не имела, что следует одевать на встречу с представителем службы знакомств. Об это ничего не говорилось в «Космо».

Наконец, к ней вышла красивая брюнетка на пятнадцатисантиметровых каблуках.

— Бронте?

Бронте встала, возвышаясь над женщиной, хоть та и была на высоких каблуках. — Да.

Брюнетка протянула ей руку с длинными ногтями цвета бургунд.

— Я Лила, хозяйка агентства. Прошу прощения за ожидание, мы немного перегружены сегодня, но Миранда, мой помощник, убедила меня, что Вы стоите моего внимания.

Бронте улыбнулась ее прямолинейности.

— Рада слышать. Если честно, мне все еще неловко обращаться в Ваше агентство, но я уже устала от парней, с которыми встречалась. Или пыталась встречаться.

Лила рассмеялась.

— Детка, кому ты это рассказываешь? На мою долю выпало множество ужасных решений, и теперь пытаюсь помочь таким же женщинам, как я сама, встретить хороших мужчин, которые чего-то стоят в этом городе.

— Это как раз про меня. Хотя буду честна, для меня очень важна моя работа. Хочется быть уверенной, что тот, с кем буду встречаться, будет понимать, что я не откажусь от нее, не стану инкубатором и сидеть дома с детьми. Я работающая девушка, и возможно, всегда такой буду. — Бронте хотелось быть честной с Лилой, так чтобы, подобранные парни были теми, с которыми она могла представить свою дальнейшую жизнь.

Лила с любопытством на нее посмотрела.

— Давай, перейдем в мой кабинет. У меня к тебе несколько вопросов. А также есть один кандидат, который может оказаться хорошим выбором, но у него… Несколько определенных требований.

Бронте кивнула и предложила Лиле показать дорогу.

— Я вся Ваша на следующие двадцать минут.

Когда они оказались в кабинете, Лила задала ей кучу вопросов, большей частью касающихся профессии, готовности путешествовать и наличии свободного времени, если она найдет кого-то, в ком Бронте заинтересуется.

В конце собеседования Лила встала, пожала ей руку и обещала связаться с ней в течение нескольких дней, после того, как поговорит с потенциальным кандидатом.

Бронте покинула кабинет в хорошем настроении, в предвкушении встречи с этим таинственным кандидатом, о котором говорила Лила.

***

Бронте не пришлось долго ждать. Ей позвонили всего через пару часов. Она не узнала номер, но увидела, что он местный, поэтому решила, что это служба знакомств.

Женский голос подтвердил, что звонок по просьбе Лилы, и сообщил о том, что ей нашли пару.

— Мисс Уэлч, Ваша пара согласилась встретиться с за ужином в пятницу. Вам подходит дата?

Бронте улыбнулась, ее предвкушение только возросло. Она подавила свое воодушевление прежде, чем ответить Миранде.

— Да, пятница подходит. Где будет ужин?

— В ресторане «Чарт Хауз». Вам знакомо его месторасположение? Если хотите, я могу объяснить, как доехать.

Улыбка Бронте стала еще больше. Она всегда хотела там поесть, но даже с ее доходом дизайнера интерьеров, она не могла позволить себе морепродукты или стейк в этом ресторане.

— Нет, спасибо. Мне знакомо, где это. Меня все устраивает.

Повесив трубку, Бронте сразу отправилась в город. Одно красивое платье так и просится к ней, а сейчас есть и повод.

Глава 2

— Прошу сюда, мистер Харди.

Официант провел его к VIP-столику, который находился в задней части ресторана. Он ненавидел такую предусмотрительность, но богатство влечет за собой определенные ожидания, особенно у его пар, как он узнал. Ему понравилась некая приватность, особенно после того, как Лила была слишком легкомысленна по отношению к его парам. Он не ожидал слишком многого особенно после его ужасного свидания с Бэтси.

Как только он устроился за столиком, официант тихо произнес:

— Сэр, похоже, Ваша гостья прибыла.

Брэт повернулся ко входу и потерял дар речи, что было для него нехарактерно.

Она была самим совершенством. На ней было красное платье, которое подчеркивало ее фигуру, не выглядя при этом вызывающим. У платья был вырез сердечком. Сняв с себя белое пальто, девушка продемонстрировала свои округлые плечи и загорелые руки. Все в ней кричало о высоком классе и деньгах, хотя он не мог узнать дизайнера ее платья, и на ней также не было драгоценностей. Ей они были не нужны. Его взгляд спустился по ее телу к туфлям, и он подавил смешок. Ей не нужны были драгоценности, потому что их работу взяли на себя туфли. Это были золотые шипованные туфли на каблуках, которые сочетали в себе что-то байкерское и очень сексуальное.

Пока она шла по направлению к нему, он поймал ее взгляд на себе, который также его оценивал: прошелся по его серой рубашке, черной жилетке и классическим брюкам. Неожиданно он почувствовал, как ему стало слишком жарко, и в этом виновата только она. Он еще не мог увидеть цвет ее глаз, но они были яркими, с густыми ресницами. Ее губы — сияющими и красными, и каким-то образом это не делало ее безвкусной. У нее были потрясающие, пшеничного цвета волосы, завитые в старомодном стиле, что завершало ее образ. Она выглядела и шла на своих высоких каблуках так, словно владела этим местом.

Когда она остановилась перед столиком, он смог оценить ее рост. Она определенно была высокой, возможно, метр семьдесят, а с ее каблуками еще выше, а значит, ему не придется сильно нагибаться вниз. Вместо того чтобы почувствовать себя напуганным, он был доволен. Обычно ему приходилось сильно нагибаться для беседы с женщинами. Или… Для других вещей…

— Вы моя пара на сегодня? — спросила она, ее голос был бархатистым с хрипотцой.

Он уже был твердым, но после ее слов, ему безнадежно хотелось прикоснуться к ней. Ее голос был под стать ей — опасным, дерзким и женственным одновременно.

— Брэт Харди.

Она склонила голову на бок, словно слышала его имя раньше, но не могла вспомнить.

— Почему оно кажется мне знакомым?

«Пожалуйста, ради всех святых, не говори, что мы встречались», — мысленно взмолился он. Она не выглядела знакомо, поэтому он надеялся, что она просто читала о нем в деловом журнале или таблоиде. Ну, лучше бы не в таблоиде.

— Если Вы крутитесь в деловых кругах, мы могли пересекаться.

Она покачала головой, при этом у нее подпрыгнули светлые кудряшки.

— Нет, я не вращаюсь в этих кругах, и нет, мы определенно раньше не встречались. Вы знамениты, мистер Харди?

Он усмехнулся.

— В зависимости от того, что Вы подразумеваете под этим словом.

— В голову приходит что-то, связанное со званием «завидный холостяк» — застенчиво посмотрела на него из-под своих черных ресниц, пока он помогал ей устроиться на стуле.

— Значит, Вы читаете таблоиды? — дразня, спросил он.

— Не ежедневно, но, конечно, я уделяю внимание тому, что происходит вокруг. И со знаменитостями в том числе, — призналась она, выглядя при этом пристыжено.

— Признаюсь, иногда я становлюсь героем их статей, — успокоил ее он, занимая свое место. — Я не услышал Вашего имени…

— Ой, — покраснев, воскликнула она. — Извините. Было бы неловко, если оказалось бы, что встречаетесь Вы не со мной. Я Бронте Уэлч.

— Мне не знакомо Ваше имя, но я уверен, что мы вращаемся в одних кругах. Вы живете в Линнтоне? (Окрестность в Портленде, Орегон) — он взял льняную салфетку и положил ее на колени, отмечая, что она последовала его примеру.

Она рассмеялась.

— Нет, сомневаюсь, что в одном. Я скорее отношусь к… Рабочему классу… А не к Вашему

Он промолчал, пока отпивал воду из своего бокала.

— Даже я могу сказать, что Вы не из рабочего класса, мисс Уэлч.

Она улыбнулась, ее красные губы притянули его взгляд.

— Может быть, но и не из Вашего. Гарантирую.

Он кивнул.

— Меня это устраивает. На самом деле, так даже проще. Меньше драмы, раз мы общаемся с разными людьми. Так, а чем Вы занимаетесь?

Пока они ждали официанта, чтобы тот принял их заказ, ответила:

— Я дизайнер интерьеров.

Он не этого ожидал, но это все объясняло. У нее потрясающее чувство стиля с его точки зрения, и он ей в этом признался. Она покраснела еще больше, и он хотел сделать еще больше комплементов.

«Угомонись, Харди», — сказал он себе. Он не должен отклоняться от плана. Только деловые отношения. Он не может ни в кого влюбиться. Иначе ему будет сложно сохранить свои секреты.

После этого они продолжили беседовать на ничего не значащие темы. Она рассказала несколько историй о работе, о своих проблемах в предыдущих отношениях. По крайне мере это у них совпадало — неудачи в длительных отношениях, которые разрушались из-за работы или мешали.

Под конец их ужина Брэт был разочарован, что он заканчивается. Не стал ждать десерта, чтобы спросить — согласна ли она на второе свидание.

***

Бронте удивилась, что Брэт так быстро решил спросить ее о втором свидании. Дело не в том, что между ними не возникло химии, наоборот, между ними так искрило, что она боялась сгореть. Но они же из разных миров. Только его костюм может стоить как ее аренда. Вероятнее всего, три таких арендных платы. Все: то, как он сидел, ел и стоял, — говорило о наличии денег. И не просто их наличии, а огромном количестве. Он был так сдержан, что ей казалось, она несколько сумбурна, хотя считалась одной из самых собранных людей среди ее знакомых. Он был вежливым, очаровательным и безумно привлекательным. Ее удивляло, что у него есть какие-то проблемы в поиске пары.

В нем было что-то от плохого парня, хотя он был очарователен по отношению к ней. Но она видела кончик татуировки, выглядывающей из-за закатанного рукава. Его волосы были уложены в виде ирокеза, от чего ей хотелось пропустить темные пряди сквозь пальцы. У него была небольшая щетина, что придавало ему нужную долю опасности, и костюм на нем сидел великолепно. Он либо каждый день занимался в спортзале, либо у него какое-то хобби, от которого появляются такие бицепсы на мощных плечах.

— Мисс Уэлч? — он озабоченно на нее посмотрел. Может, из-за того, что она, как идиотка, вместо того, чтобы ответить на его вопрос, размышляла о том, насколько он горяч.

— Можно Бронте, — ответила она. Это было честно, раз она уже обращалась к нему по имени в своих мыслях.

— Бронте, — согласно произнес он, а ее сердце растаяло от звука его глубокого голоса, прекрасно озвучивающего ее имя.

— Я с удовольствием пойду с тобой на свидание, — как будто она могла отказать такому потрясающему парню? Она не нашла ничего неправильного в нем. У нее было достаточно времени рассмотреть его.

Он улыбнулся, показывая, как ярко контрастируют его прямые белые зубы с цветом его загорелой кожи.

— Отлично. Тогда мой секретарь свяжется с твоим?

Она рассмеялась.

— Или мы просто можем написать друг другу, как обычные люди в двадцать первом веке.

Его улыбка слегка померкла.

— Думаю, можем и так поступить. Но тогда мне потребуется твой номер. Агентство не делится личными данными, чтобы защитить нас обоих.

Она вытащила ручку из своего клатча, написала номер на салфетке и подвинула к нему.

— Вот. Проблема решена. Теперь осталось не потерять.

Он взял салфетку, посмотрел на нее и положил в карман жилета.

— Я ничего не теряю, Бронте.

Интонация, с которой он произнес эту фразу, показала ей, что он говорит не только о салфетках. У нее было такое чувство, что он ни в чем не проигрывает. Брэт был альфа-самцом, так ей показалось. И если это было не очевидно сразу, то стало, когда появился счет. Или, когда он должен был появиться.

Когда он помогал ей надеть пальто, она заметила, что официант не возвращался со счетом, на что она указала Брэту.

— Они знают, кто я и что все будет оплачено. Они свяжутся насчет оплаты с моим секретарем в понедельник.

Она посмотрела на него в новом свете. Вот значит, как живут сильные мира сего.

Когда мы вышли наружу, он огляделся, словно искал кого-то.

— Ты на машине?

Она была так увлечена свиданием, что даже забыла заказать такси домой.

— Нет, но я просто…

Ее застало врасплох то, что он открыл дверцу гладкого черного «кадиллака», который был припаркован в конце дорожки, ведущей к ресторану. Она посмотрела на Брэта, но тот просто указал ей, чтобы она села внутрь. Что ж, они могут разделить поездку на такси до дома.

— Хорошо.

Она скользнула в машину, пытаясь сохранить приличия, придерживая край платья, садясь на черном кожаном сидении. К его чести, надо заметить, что он никак это не прокомментировал, а просто последовал за ней. Водитель закрыл дверцу, и неожиданно машина показалось очень маленькой. Брэт оказался крупным мужчиной. От него пахло грехом, одеколоном и немного риском. Он был совершенно не похож на кого-то типа Адэра или любого из ее бывших. Но вместо того, чтобы отказаться с ним встречаться, она хотела увидеть, куда это приведет.

— Где ты живешь, Бронте?

Она поежилась от звука собственного имени. У этого мужчины красивый голос, этого у него не отнять, и она посмотрела на его рот. У него были чувственные губы, и ей хотелось их попробовать. Но мысленно встряхнулась. Что она собралась делать? Запрыгнуть на него в такси, чтобы их увидел водитель? Броситься на него, просить его взять ее на кожаном сидении?

Она продиктовала свой адрес и посмотрела в затонированное окно. Она чувствовала его присутствие рядом, чувствовала его запах, слышала его дыхание. Она чувствовала, что он заполняет все пространство вокруг, но ей это нравилось: все ее чувства обострились от его близости.

Когда они подъехали к ее квартире, она полезла в сумочку за деньгами, но он остановил ее, схватив за руку.

— Он работает на меня.

Она растеряно на него посмотрела:

— Кто?

— Водитель, Роберт, — Брэт кивнул в сторону водительского сидения, на котором сидел более взрослый мужчина, глядя строго вперед.

Она, наконец-то, поняла, что он имеет в виду.

— Так это твоя машина. Она принадлежит тебе. И он принадлежит тебе.

Он кивал после каждого утверждения, ухмыльнувшись последнему.

— Ну, я, конечно, очень требовательный босс, но он мне не принадлежит. И, да, он на меня работает.

Она пораженно покачала головой. Ей придется к этому привыкнуть. Его мир совершенно отличался от того, в котором она родилась и выросла.

— Брэт Харди, ты нечто.

***

Услышав эти слова, он боролся с желанием наброситься на ее рот. Боже, она была восхитительна. Но это была именно его идея сохранить некую дистанцию, и он не хотел поддаваться соблазну. Он выдавил сквозь сжатые зубы:

— Бронте, иди внутрь.

Она с любопытством посмотрела на него.

— Почему, что не так?

— Если через десять секунд ты не зайдешь в свой дом, то я не отвечаю за свои действия.

Он услышал громкий вдох, увидел, как расширились ее зрачки. У нее оставалось всего шесть секунд до того, как он пошлет все к чертям и сделает то, что так хотел весь вечер — поцелует ее вишневого цвета губы, пока ее помада не размажется, а она не станет под ним извиваться.

Но она была умной девочкой. Схватила свой клатч, попрощалась с ним и вышла на улицу. Он смог увидеть ее тень сквозь матовое стекло двери и то, как она задержалась за ней на полминуты. Он громко рассмеялся в темноте машины. Определенно, и ей понадобится пара минут, чтобы прийти в себя. Это немного утешало.

— Куда дальше, сэр? — спросил Роберт.

— Мне нужно побегать, Роберт. — вот, что ему нравилось в Роберте, ему не надо было ничего объяснять. Роберт подписал строгий договор о неразглашении информации, когда его наняли, который он никогда за все десять лет службы не нарушил. Брэту был необходим хотя бы один человек, которому можно доверять, и это был его водитель.

Роберт отвез его в уединенный природный заповедник. Перед тем, как Брэт отправился на пробежку, Роберт остановил его словами:

— Мне она понравилась, сэр.

Брэт издал пораженный смешок.

— Мне она тоже нравится. Возможно, даже слишком. Она не такая, как я.

— Не такая. Но люди могут Вас удивить. Порой они могут принять правду, — посоветовал Роберт.

Брэт задумался на мгновение, но это было слишком соблазнительно. У него есть секреты. Секреты, которыми он не мог поделиться ни с кем, кроме братьев и Роберта. Он не может поставить под угрозу свою личную жизнь, ведь поставит под угрозу и их тоже, ради чего? Ради того, чтобы рассказать женщине, которую он знает всего несколько часов, свою историю жизни? Нет, лучше оставить ее в неведении. Подальше от опасности.

— Увидимся через несколько часов, Роберт.

Роберт кивнул и вернулся в машину. Брэт услышал голоса и понял, что Роберт, как и всегда, будет слушать аудиокниги. Как только Брэт убедился, что Роберт увлечен своим занятием, он отбежал под защиту деревьев, прежде чем снять свой костюм и сложить его на пне, как привык делать в подобные дни.

Когда он остался обнаженным среди деревьев, позволил своему телу меняться. Почувствовал, как мышцы рук увеличились, плечи стали шире. Стал расти подшерсток, а следом и слой жесткого меха, который служил защитой от окружающей атмосферы. Его ребра расширились, тело увеличилось в размере, пока его рост не преодолел отметку в два метра. Он с глухим ударом опустился на четвереньки, трансформация завершилась.

Роберт посмотрел в зеркало заднего вида, наблюдая за тем, как его босс вместо человека стал величественным черным медведем. Он каждый раз смотрел на его изменение, его глаза были свидетелями анатомического изменения, которые казались невозможными. Роберт никогда не верил в сверхъестественное, но каждую ночь он становился свидетелем того, что оборотни существуют.

Роберт вернулся к аудиокниге и позволил ее героям увлечь его. Откинувшись назад, он поставил таймер на два часа и стал ждать, пока Брэт набегается в лесу и вернется в машину.

Глава 3

На их второе свидание Брэт отвез ее в парк «Силвер Фолс» (Самый большой и один из самых популярных парков штата Орегон, парк в дословном переводе — «Парк Серебряных водопадов»). Она была в нем однажды с семьей, но не так как в этот раз. Брэт арендовал весь парк, говоря, что мэр задолжал ему услугу, когда одна из компаний Брэта поддержала его кампанию.

Их третье свидание было в Пещерах Морского Льва (Пещеры Морского Льва — это соединенная система морских пещер и пещер, открытых к Тихому океану в американском штате Орегон.) Она никогда так не удивлялась этим глупым созданиям. У нее болели ребра от смеха из-за их выходок и из-за Брэта, который вел себя как клоун, перед ней и детьми, что находились там. С каждым свиданием, которое они проводили, Брэт открывался как отличный человек. Она знала, что Адэр никогда бы не стал так себя вести, чтобы развеселить ее, что уж говорить об окружающих детях.

За ужином она поддразнила Брэта из-за его танца морского котика, который он придумал и обучил детей.

Он выглядел оскорбленным.

— Продолжайте смеяться надо мной, мисс Уэлч, и я не поведу Вас на четвертое свидание.

Она дерзко улыбнулась.

— Поспорим?

Его глаза сузились.

— Поспорим. Спорим, что когда я тебя поцелую, ты забудешь обо всех тех неудачниках, которые были до меня.

Она рассмеялась.

— Серьезно? Так уверен в своих способностях?

— Мхм, — подтвердил он, прежде чем сделать глоток скотча. Она попробовала скотч на предыдущем свидании и ей не понравилось, но Брэт признался, что ему нравится дымный вкус скотча. — Что получу, если я выиграю?

— Еще одно свидание.

— А если проиграю? — он спросил, вращая напиток в стакане.

Она задумалась.

— Отвезешь меня туда, где вырос.

Он со стуком опустил стакан вниз.

— Что? Почему ты хочешь туда отправиться?

— Хочу увидеть, где ты вырос. Кем ты был до… Всего этого, — она указала на его синий костюм, полосатую рубашку и коричневую дизайнерскую обувь.

Он размышлял о ее желании, а потом кивнул.

— Хорошо.

Ее кожу пощипывало от предвкушения, нетерпение мучило ее на протяжении всего этого прекрасного дорогого ужина. Все, о чем она мечтала, это его кожа, скользящая по ее телу, его рот, наконец, накрывающий ее губы. Она хотела этого последние три недели, в течение их трех свиданий. Ей казалось, что она достаточно терпелива, а сейчас она хочет его. Нуждается в нем.

Он же, казалось, движется со скоростью таяния ледника, поэтому она спросила:

— Ты закончил? Не думаю, что нам понадобится десерт… Я сыта.

Он рассмеялся, вот засранец.

— Мы спешим, Бронте?

Она пристально на него посмотрела.

— Вообще-то, да. У нас… есть дело… Которое ждет нас у тебя дома.

— О-о-о, напрашиваешься в гости? Как прямолинейно, мисс Уэлч, — но он все-таки встал, подхватывая пиджак, висящий на спинке стула. — Хорошо. Поехали домой.

Она попыталась проигнорировать зародившееся в ее животе теплое ощущение после упоминания слова «дом». Понимала, что это лишь фраза, оговорка, но звучало, словно дом их общий.

Определенно это еще один ресторан, где ему не надо сразу платить, потому что никто не остановил их уход. Они покинули прекрасное место и забрались в машину, ожидающую их у входа.

В этот раз, забираясь в машину, Бронте чувствовала его взгляд на себе, когда «случайно» показала ему небольшое превью того, что его ждет. Она убедилась в том, что подняла платье по затянутым в чулки бедрам достаточно высоко, чтобы был заметен пояс с подвязками. Его взгляд не отрывался от нее, и она знала, что затеяла опасную игру. Но это было неважно.

— Бронте, — прорычал он, кладя руки на свои колени.

Она ослепительно улыбнулась.

— Да, Брэт?

— Не играй со мной, — предупредил он.

— Я не играю, — мягко произнесла она. И это было правдой. Она не была заинтересована в том, чтобы он захотел ее, а потом бросил. Она надеялась, что он хочет ее так же, как и она его. Все, о чем она могла думать, это быть с ним. Она так отчаянно хотела его, что уже забыла всех своих бывших, и была уверена, что Брэт выиграет их спор, не напрягаясь. Но это было бы слишком грустно, потому что она действительно хотела бы увидеть, где он вырос. Она бы хотела узнать о нем все, что возможно, чтобы стать к нему ближе.

Машина остановилась у элегантного стеклянного небоскреба, и Роберт открыл дверцу. Брэт вышел первым, а потом помог выйти ей. Он притянул ее к себе ближе, чем допустимо по правилам этикета, и она еле подавила вздох от неожиданного ощущения близости его мощного тела.

Брэт поблагодарил Роберта, а потом подтолкнул ее внутрь через холл к лифтам. Бронте заметила, что в лифте были кнопки от одного до десяти, а дальше только кнопка «ПХ», которую он нажал.

— «ПХ»? — с любопытством спросила Бронте.

— Пентхаус, — ответил он, следя за ее реакцией.

Конечно же, у него пентхаус, потому что это лучшее, а он способен себе это позволить. Она вспомнила свою квартиру в почти 160 квадратных метров (1700 кв. футы/10,764=157,94 кв. м), которую так любит, представляя, как Брэт стал бы придираться к недорогой отделке. Хотя, чего у него не отнять так это того, что, несмотря на свое безграничное богатство, он никогда не вел себя так, словно для чего-то слишком хорош или для кого-то. Это одно из ее любимых качеств в нем. Он был настоящим, а не как знаменитость, которая лишь играет на публику.

Они стояли у противоположных стенок лифта, пока поднимались. Но вот эта стальная коробка радостно звякнула, и ее дверцы раздвинулись, открыв вид на красивую квартиру. Она стала осматриваться.

— Кто придумал дизайн?

— Я купил пентхаус уже с мебелью, поэтому точно не знаю. Ты можешь изменить, если что-то не нравится.

После его слов у нее внутри словно образовался мыльный пузырь радости, который был готов взорваться. Он вел себя так, словно она будет здесь еще раз, если предлагает ей возможность передекорировать пространство.

Внутри было красиво, но холодно: серые, белые и черные цвета без каких-либо красок. Если бы она решала, то разбавила бы монотонность яркими, дерзкими цветными мазками, может быть, добавила мех, чтобы было уютнее. Она уже мысленно составляла список, вдруг, сказка о Золушке сбудется и станет ее реальностью.

— Хочешь что-нибудь выпить? — мягко спросил он, стоя у нее за спиной.

Она поежилась.

— Да, спасибо.

Брэт вошел на серо-белую кухню, взял два стакана с полки и бутылку вина из напольного холодильника для вина.

— Белое подойдет?

— Идеально, — и действительно, все, что связано с ним и с этим местом, было идеальным. Ей казалось, что она попала в сказку, и не хотелось, чтобы она заканчивалась.

Он налил немного вина и передал ей бокал. Она сделала глоток, позволяя фруктовой сладости растечься по языку. Когда она облизала губы, он зарычал. Бросил бокал с вином в стальную раковину, где тот ударился и расплескал вино, но Брэт не обратил на это внимание.

Он направился к ней как животное, не отрывая от нее взгляд. Она с трудом смогла проглотить вино. Он подошел к ней, медленно и грациозно, и остановился напротив.

— Последний шанс.

— Для чего? — ахнула она.

Он таинственно улыбнулся.

— Когда я начну тебя целовать, то уже не остановлюсь.

Она застонала, каждая клеточка тела вибрировала, ее трусики уже были мокрые, а соски напряглись.

— Я и не хочу, чтобы ты останавливался.

— Скажи, что ты хочешь меня, Бронте.

Он был всего на расстоянии вздоха, пристально смотря на ее губы. Она едва могла дышать, что уж говорить о разговоре, но она выполнила его просьбу.

— Я хочу тебя, Брэт. Так сильно, что это сводит меня с ума.

В этот раз он застонал и пересек невидимую границу. Его губы обрушились на ее. Она вздрогнула от интенсивности поцелуя, но возвращала все, что получала от него. Его язык ласкал ее губы, пытаясь попасть внутрь. И она позволила ему, открыв губы навстречу, так что их языки интимно коснулись друг друга. Его руки погладили ее талию и поднялись выше к ребрам.

Он приподнял ее, усаживая на красивой столешнице. Мрамор холодил даже сквозь платье, и она была этому рада: она горела от жара его прикосновений.

— Раздвинь ноги.

Она услышала его приказ и, не открывая глаз, сделала, как он просит, чувствуя, как легкий ветерок прошелся по ее разгоряченной плоти и кружевным трусикам. Она улыбнулась, когда услышала ругательство, что он прошептал.

— Скажи, что надела их только для меня, — проворчал он.

Все-таки ее импульсивное решение надеть пояс с подтяжками и черные кружевные трусики окупилось. В этот момент она чувствовала себя самой красивой женщиной в мире, и знание того, что он хочет ее так сильно, что был на грани потери своего знаменитого контроля, заводило ее больше всего.

— Так и есть.

Она открыла глаза и увидела, что его взгляд остановился у нее между ног. Он поддел край пояса с подвязками, и она протянула руки, чтобы помочь, но Брэт отстранил их. Она покраснела, поняв, что он хочет оставить их на ней. Боже, как он горяч. Она не думала, что может быть так возбуждена. Она поняла, что пропала в то мгновение, когда его руки прикоснулись к ней.

Он схватил ее за бедра и раскрыл их еще шире, задирая платье вверх. Бронте даже не сопротивлялась. Она была полностью раскрыта для него, в ярком свете кухни, ничего не утаилось от его взгляда. И она не хотела этого, не хотела прятаться от него. Впервые за всю свою жизнь она чувствовала себя в безопасности, и не было стремления приглушить свет и спрятаться под простынями. Бронте чувствовала себя сексуальной, уверенной в себе и более того… ей хотелось того же и от Брэта. Узнать все о нем самом и его теле, не закрывать глаза, чтобы ничего не пропустить.

Она ахнула, когда его пальцы скользнули выше, лаская изгиб бедер и накрывая поверх кружевных трусиков средоточие ее женственности. Она не могла перестать стонать, когда его теплая рука стала поглаживать ее клитор. Брэт опустился на колени и придвинул ее к краю стола. Бронте возбужденно откинула голову назад, когда его пальцы совершили эротический танец по ее лепесткам сквозь кружева. Она задыхалась и была чертовски влажной.

Когда Бронте почувствовала, как его рот накрыл ее через трусики, она чуть не закричала: «О, Боже! Он, действительно, это делает». Она почувствовала его язык сквозь кружева, и это было раздражающим сочетанием влажности и тепла, а ткань увеличивала трение, но мешала Брэту полностью приникнуть к ней ртом. Она была близка, ей не хватало чуть-чуть, чтобы кончить… Но она не хотела этого. Ей нужно почувствовать всю силу его натиска.

И вот когда она уже была готова его умолять, он отодвинул край трусиков и втянул в рот ее клитор. Ее тело замерло от неожиданности, она почувствовала, что в любую секунду может кончить, но ей хотелось оттянуть этот момент. Хотелось сохранить эту сладостную пытку.

Его язык лизал и ласкал ее, кружа вокруг клитора. Она не могла думать ни о чем другом. Знала, что долго не продержится, если будет дальше думать о том, что он делает и как они выглядят — она, распластанная на кухонном столе, он, стоящий на коленях в дорогущем костюме, не заботясь о складках или пятнах. В этот момент для них ничего не имело значения кроме ее оргазма. Бронте открыла глаза, чтобы посмотреть в его лицо: сверкающий взгляд, зрачки расширены.

Вид его рта на «киске» заставил ее скользнуть за грань. Она в экстазе откинула голову назад и громко застонала, пока ее лоно дрожало и сжималось. Его язык продолжал танцевать вокруг клитора, продлевая сотрясающий ее оргазм, пока она не обмякла, продолжая дрожать.

Когда Бронте немного пришла в себя, не могла поверить. Она никогда так долго не кончала, никогда не отпускала контроль так, что у нее бы не получилось остановить свой оргазм, если бы попыталась. Не то, чтобы ей этого хотелось. Она скорее бы ударила его, если бы он остановился. Ее тело было удовлетворено и расслабленно, но когда он в последний раз лизнул ее, она задрожала.

— Это было самое эротичное, что я когда-либо видел, — признался Брэт, возвращая трусики на ее влажную киску.

— Это нужно чувствовать, — рассмеялась она, тяжело дыша. Они сплели свои пальцы на столе, и она наслаждалась этим моментом. Когда она посмотрела на него, то удивилась — он был сам на себя не похож. Именно она получила самый потрясающий оргазм в своей жизни, но почему-то он выглядел так, словно пробежал марафон. Он раскраснелся, волосы растрепаны (хотя это скорее дело ее рук), и если то, как были натянуты его брюки, показатель — все еще чертовски тверд.

Неожиданно она захотела большего. После того, как она кончила, у нее были силы сфокусироваться на продолжении ночи. С его помощью Бронте сползла со стола, не поправляя юбку, которая собралась на талии, так что он мог любоваться ее поясом с подтяжками, чулками и туфлями. И он наслаждался, а она дала ему эту возможность. В конце концов, она оделась так для него.

— Что ты делаешь? — хрипло спросил он, когда она к нему приблизилась и опустилась на колени.

— Возвращаю должок, — ответила она, расстегивая пуговицу на брюках и спуская молнию.

Его рука остановила ее. Она удивлено подняла голову:

— Бронте, я не могу.

— Ты не можешь… что? — впервые за этот вечер, сомневаясь в себе, спросила она. Он пытается сказать ей, что не может с ней переспать? О, Боже, он женат или что-то подобное? Она знала, что это слишком хорошо, чтобы быть правдой.

Он усмехнулся.

— Бронте, перестань думать. Я вижу, как твою милую головку заполняют мысли, но нет.

— Тогда что? — тихо спросила она.

Он выглядел немного смущенным, но не отвел взгляда, позволяя ей увидеть его чувства.

— Я долго не протяну, и я хочу оказаться внутри тебя, когда буду впервые кончать.

Между ее ног все заполыхало от жара.

— О. Мой. Бог.

Это были самые сексуальные слова, что она когда-либо слышала, и она опять была влажной. Она сходила с ума от желания почувствовать его внутри себя. Он потянул ее по коридору в сторону своей спальни. Она не успела рассмотреть черно-серую спальню, но одобрила огромную королевскую кровать, что стояла в центре комнаты.

Пока Брэт снимал с себя рубашку и брюки, Бронте сбросила пальто прямо на пол и повернулась к нему спиной, перекинув волосы вперед. Он понял намек и подошел к ней, так близко, что она могла почувствовать, его стояк возле своей задницы. Он стал расстегивать молнию платья, проводя костяшками пальцев по разгоряченной коже, которая открывалась. Бронте вздрогнула, когда он коснулся ее задницы, она так сильно его хотела, что было страшно. Она перешагнула через платье и услышала его рык. Самодовольно улыбнулась, благодарная занятиям йоги четыре раза в неделю за свою крепкую попу и подтянутое тело.

Наслаждаясь его взглядом, продефилировала к кровати, оставаясь лишь в лифчике, поясе с подвязками, трусиках, чулках и на каблуках. Когда она наклонилась, чтобы их снять, почувствовала, как он подошел сзади. Она замерла, безумно возбужденная от ощущения того, как он вжался в затянутую кружевами задницу, от того, что она наклонилась, вся открытая его рукам, которые держали ее за талию.

— Оставь туфли, — приказал он своим низким твердым голосом. Она задрожала. Похоже, у Брэта особая любовь к туфлям. Что ж, она согласна перемерить все свои туфли, которые так и кричат «трахни меня!», если у них будут такие ночи каждый раз. Она выпрямилась, откидываясь на него спиной, наслаждаясь прикосновениями его губ к шее и мочке уха, тяжелым дыханием, выдающим его возбуждение. Может даже большим чем ее, она-то уже один раз кончила.

— На кровать, — скомандовал он.

Она даже не думала отказываться, наслаждаясь его доминантной стороной. Она опустила одно колено на кровать, потом другое.

— На четвереньки, — прозвучал позади его напряженный голос.

Она задрожала, позволяя его голосу растечься внутри, согревая. Опустилась на четвереньки, расставив ноги и выгибая спину, чтобы он насладился видом. Он чертыхнулся, и она, дразня, повиляла попой.

— Бронте… — голос звучал низко, предупреждающе, так, что она еле расслышала.

— Да? — спросила она, выгибая губы в улыбке, хоть он и не увидит. Она слышала его шаги за спиной, чувствовала, как его ноги касаются края матраса. Она начала задыхаться от желания, чтобы он начал действовать и коснулся ее.

Он немного подождал, достаточно для того, чтобы она задрожала от нетерпения. А потом прикоснулся к ее заднице, скользнув к клитору и приласкав его через кружева. Она уже была возбуждена, и ахнула от ощущения трения шершавой ткани о клитор. Он сдвинул трусики и толкнулся в нее одним пальцем. Она застонала, не переставая выгибаться, и толкаться назад, пока он не погрузил свой палец глубже.

Брэт добавил еще один палец, и она захотела разрыдаться от чистого наслаждения. Бронте была такой мокрой, такой возбужденной, ей не хватало какой-то малости, чтобы кончить.

— Брэт, пожалуйста…

Почувствовала, как вторая рука скользнула по телу выше и сжала сосок сквозь лифчик. Словно молния пронзила ее насквозь. Сосок уже был твердым, но его теплое прикосновение свело ее с ума.

— Пожалуйста…

Он встал на кровать позади нее, все ее тело вытянулось, ожидая его. Вместо того чтобы сразу войти в нее, его пальцы стали совершать поступающие движения. Его левая рука дернула ее лифчик вниз, освобождая грудь, оставляя ее такой же приподнятой. Это было необычно и дерзко, чем просто оказаться обнаженной. Бронте опустила голову и увидела, как ее грудь покачивается, словно напрашиваясь на ласку. Его палец скрутил и оттянул один сосок, а потом, то же самое проделал с другим.

У нее всегда были чувствительные соски, и это сочетание шершавой руки, щипающей соски, и пальцев, погружающихся в нее, так сильно возбуждали, что она начала умолять дать ей кончить.

Она слышала его тяжелое дыхание, чувствовала, как сильно он возбужден, так же, как и она. Но когда она приближалась к грани, он отступал или останавливался. Она вся дрожала и хотела лишь одного — взорваться от удовольствия, но также, чтобы он был внутри нее, когда она будет кончать.

— Хочу тебя, — простонала она. Он зарычал, показывая, что услышал ее, но продолжал свой карающий ритм.

Она попробовала снова:

— Хочу тебя. Внутри. Пожалуйста!

Его тело все сотряслось от осознания ее слов. Он вытащил пальцы из ее влажной киски, встал на колени. Брэт спустил ее трусики, пока они не застряли у пояса с подвязками. Она нетерпеливо ждала, пока он войдет в нее.

Бронте не была расстроена, что он не сразу нашел вход в нее. Когда он погрузился в нее одним толчком, она застонала, чувствуя себя заполненной. Он зарычал от удовольствия, и Бронте понимала его чувства. Она никогда такого не испытывала, этого потрясающего чувства единения. Словно они стали одним телом, одним сознанием. Он начал двигаться, она выгибалась, толкаясь ему навстречу, создавая больше трения. Он наклонился, накрывая ее тело, протянул руки и ущипнул за соски, причинив сладкую муку.

Ее киска была столь чувствительна и влажна, что уже через несколько минут, она не могла остановить оргазм, который сотряс все ее тело. Она всхлипнула от освобождения, но Брэт продолжал толкаться в нее, пока ее мышцы сокращались. Она слышала, как он стонал позади, пытаясь отдалить свой конец, хотя она сдалась. И она ценила то, что он хотел продлить этот момент как можно дольше. Она же напротив не обладала такой выдержкой, а ее оргазм продолжался, похоже, несколько часов, пока он продолжал погружаться в нее.

Когда оргазм все же закончился, ее целью стало дать ему почувствовать такое же сумасшедшее количество удовольствия. Она начала вращать бедрами, побуждая его яростно вонзаться в нее, показывая, насколько он близок к концу. Она сжималась вокруг него, заставляя чертыхнуться и нежно укусить ее в основании плеча. Она задрожала от ощущения прохладного дуновения на влажный засос, который он оставил. Она теперь стала его, его собственностью. Она знала это, уважала и хотела этого. Жаждала.

— Брэт, кончи в меня. Я хочу, чтобы ты кончил в меня, — уговаривала она, умоляя его кончить. Она хотела знать, что она заставила его кончить, заставила потерять контроль. Она почувствовала, как его тело напряглось, услышала его рычание. Еще одно движение ее бедер, и он, наконец, кончил, застонав от чистого удовольствия, дрожа и сотрясаясь от своего освобождения.

После того, как он достиг финала, они упали на кровать. Он скатился с нее, притягивая к себе на грудь. Оба тяжело дышали, их тела были потными и дрожали от полученного удовольствия.

— Это было… — начал он, не способный закончить. Она кивнула, прижимаясь к его плечу.

— Отличная работа, — ответила она, хватая ртом воздух. Она, смеясь, подняла руку, чтобы он дал ей «пять», он мягко хлопнул по ее ладони.

— Ты потрясающая, Бронте, — тихо произнес он. Она даже не могла рассмеяться, настолько мило и честно прозвучало его признание.

— Как и ты, Брэт, — ответила она, действительно, так считая. Он был потрясающим. Она не могла вспомнить, когда в последний раз так сильно кончала, особенно дважды. Ее глаза закрылись, но она ощущала, как его пальцы ласкали ее сверхчувствительную кожу. Даже это было восхитительным. Она чувствовала его под собой, чувствовала касание волосатой груди к своей коже. Она давно не ощущала себя такой счастливой, такой удовлетворенной.

Ее дыхание замедлилось, успокаивающий ритм его сердцебиения убаюкал ее.

Глава 4

Брэт проснулся первым, он растянулся почти на всей кровати, чувствуя себя расслабленно. Открыл один глаз, потом другой. Было еще рано и темно. Тихо зевнув, посмотрел вниз, Бронте лежала на его груди. Во время сна она, похоже, перевернулась так, что оказалась частично на нем, а частично на животе. Ее рука охватывала всю его грудь, и он чувствовал, как она касается его сердца. Ему было даже больно видеть ее такой красивой.

Их ноги были переплетены, и он ощущал ее гладкость и мягкость против его грубой кожи.

У нее еще были закрыты глаза, поэтому Брэт мог любоваться ее красотой, не смущая. Она была потрясающе привлекательной женщиной; он никогда не видел кого-то похожего на нее. Ее светлые вьющиеся волосы были рассыпаны по его черным шелковым простыням. Она не может выглядеть еще лучше, чем сейчас. Учитывая их ночную активность, она была такой свежей, мягкой и женственной.

Он увидел след от ссадины на ее плече, смутно припоминая, что в какой-то момент укусил ее. Он хотел бы чувствовать себя виновато, но часть его животной собственнической натуры была удовлетворена тем, что пометила ее, и это увидят. Она была его. Он пытался держать ее на расстоянии, но она проникла в его душу. Самое главное теперь скрыть, что он оборотень, тем самым защитив. Он не может подвергнуть ее опасности.

Он подвигал ногами, чтобы их вытянуть, но девушка хныкнула во сне и ухватилась за него. Брэт взял ее руку, лаская и сжимая. Удовлетворившись этим, Бронте перестала двигаться, глубоко вздохнула и потерлась об его грудь своим милым вздернутым носиком словно кошка.

Он подумал о своем расписании на день, размышляя, может ли он что-нибудь передвинуть, чтобы провести время с ней. Неожиданно, но это все, чего он сейчас хотел. Он хотел сделать что-нибудь безумное с ней, испытать что-то новое, поделиться с ней тем, что она раньше не видела. Хотел избаловать ее. Один из плюсов того, что он неприлично богат. Он мог предложить ей то, что она раньше не видела и не пробовала. Отвезти ее в места, о которых она могла только мечтать. Ей же в обмен нужно только быть рядом.

Он знал, что не имеет права просить о таком, но он хотел ее верность, доверие и, возможно, однажды… Ее любовь. Он подозревал, что сам уже чувствовал то, чему еще рано давать название и говорить ей. Он не хотел ее испугать.

Подумав о том, что он может испугать ее, ему стало интересно, испугалась бы она, узнав, что он оборотень.

«Конечно да, идиот», — отчитал его внутренний голос. Это не сказка, где чудовище превращается в прекрасного принца. Наоборот. Что бы она сказала, если бы узнала, что порой он не чувствует себя настоящим, находясь в человеческой форме? Но, когда он медведь, то ощущает себя абсолютно свободным… Самим собой.

Как и его братья: Стэтсан и Дэриан, Брэт научился контролировать способность изменяться. Только в случаях крайней необходимости или сильной страсти может неосознанно начаться изменение. Когда он был младше, изменение происходило каждый раз, когда он злился или испытывал сильные эмоции. Его брат Стэтсан объяснил ему, что если Брэт не будет контролировать свое перевоплощение, то его закроют в каком-нибудь научном центре, где будут колоть и протыкать ради всяких тестов. Брэт не знал подробностей, но однажды Стэтсана предали, и с тех пор он был самым осторожным из них троих по отношению к людям, не показывая им свою истинную форму.

Брэт вспомнил, как спрашивал Стэтсана, когда они были маленькими, почему они оборотни. Это из-за родителей? Мутационный ген? Они упали в бочку с радиоактивными отходами? Стэтсан лишь, смеясь, отвечал: «Наша жизнь не сказка, а мы, определенно, не герои. Мы злодеи».

Брэт долгое время не верил его словам, пока однажды Дэриан не потерял контроль над собой и не ранил свою любимую девушку. Только тогда Брэт понял, что имел в виду Стэтсан. Они были рождены не для того, чтобы защищать и быть супергероями. Они должны скрываться в тени, прятать свое истинное лицо. Он не ждал, что кто-нибудь, даже такой понимающий и потрясающий человек как Бронте, сможет действительно принять, что он не совсем относится к «гомо сапиенсам».

Когда Бронте пошевелилась, Брэт решил вернуться в настоящее, а не вспоминать прошлое или думать о будущем. Он не знал, сколько они будут вместе, но хотел попробовать. Если он будет терять контроль, или Бронте будет в опасности из-за него, он уйдет. Он не хочет оказаться в такой же ситуации, что Стэтсан или Дэриан. Он никогда не позволит поймать себя и, определенно, намеренно не подвергнет Бронте опасности, он лучше умрет, чем допустит подобное.

Бронте оказалась для него светом. Она хорошая, забавная и красивая, у него все сжималось в груди от осознания, что существует такой человек. Невозможно придумать ничего хуже, чем причинить ей боль или сделать несчастной.

— Брэт? — пробормотала она, приоткрыв глаза. Он посмотрел вниз на ее кристально голубые глаза и длинные темные ресницы.

— Привет, милая, — ответил он, поглаживая ее нежную щеку и касаясь красных губ. — Еще слишком рано, поспи.

Она вздохнула, закрывая глаза. На ее лице расцвела улыбка.

— Ты делаешь меня счастливой.

У него в груди растеклось тепло от ее тихого признания. Он задумался, понимает ли она, в чем призналась, и будет ли помнить свои слова, когда они полностью проснутся.

— Ты тоже делаешь меня счастливым.

Она улыбнулась в ответ, переплела свои пальцы с его и крепко сжала. Брэт притянул ее ближе, чувствуя, как она расслабляется в его объятиях. Он пытался игнорировать свое «утреннее настроение», которое так и стремилось воссоединиться с Бронте. Пусть поспит еще пару часов, перед тем как продолжить ночной марафон.

Он всмотрелся в ее сонное лицо, осознавая, что, возможно, не сможет сохранить между ними некую дистанцию. Он очень старался разделить свою деловую и публичную жизнь с личной, интимной, но она прорвалась сквозь его оборону за какие-то пару свиданий.

Он погладил ее кожу и закрыл глаза, пытаясь опять заснуть. На его губах играла улыбка.

Только Бог сможет помочь тому, кто решит их разделить или причинить ей вред.

Один час спустя

Брэт засыпал, наслаждаясь, тем как мягкое теплое тело Бронте прижимается к нему. Он не мог не улыбаться милым тихим вздохам, срывающимся с ее губ, и тому, как ее щека скользила по его волосатой груди. Она щекотала своими губами его голую кожу каждый раз, когда вздыхала. Он ощущал внутри полную гармонию от тишины в комнате и от ее теплого присутствия рядом.

Он мечтал, что это мгновение будет длиться вечно, но не судьба. Послышался раздражающий звонок телефона, лежащего в кармане его брюк. Было ясно, что этот звук разбудил его любимую, которая заворчала в раздражении. Брэт увлеченно следил за тем, как она с недовольством сморщила носик от звука.

— Это мой? — подняла прищуренные глаза. Она выглядела так мило, что он не сдержал улыбку. Провел рукой по ее золотистым волосам и поцеловал в кончик носа, пытаясь разгладить морщинки.

— Нет, красавица, — он нежно поцеловал ее в лоб. — Ни о чем не переживай. Я обо всем позабочусь.

После этих слов он попытался вылезти из-под нее, ощутив, как она обняла его всеми своими конечностями. Он не мог не улыбнуться, думая, что она намного сильнее, чем выглядит.

— Не уходи, — прошептала она, пока ее глаза опять закрывались. Ее молящий тон попал в самое сердце. — Останься со мной в кровати еще чуть-чуть.

Не было ничего более желанного для Брэта, чем остаться рядом с ней, сжимая в своих объятиях, но взглянув на часы, он понял, что придется встать и отдать несколько распоряжений.

— Я обещаю, что скоро вернусь, — нежно сказал он, снова пытаясь подвинуться. Но Бронте не ослабила хватку, заставляя его улыбаться.

Открыв один глаз, она спросила страстным голосом, вызывая у него определенное желание:

— Обещаешь?

— Обещаю, — настойчиво произнес он. Убедившись, что он не врет, девушка, наконец, дала ему возможность высвободиться из своих объятий. Он встал и насладился тем, что хоть кровать могла вместить четыре человека, Бронте всю ночь провела на его половине.

«На моей половине, — подумал он, — значит, другая сторона ее».

Эта мысль заставила его подавить смешок: Брэт не хотел мешать ее сну. Он понаблюдал за тем, как Бронте грациозно вытягивается под черными шелковыми простынями. Брэт не мог выкинуть из головы, что хотел бы всегда наслаждаться этим видом по утрам. Держать ее рядом с собой.

Его любование закончилось в тот момент, когда телефон снова зазвонил. Он обернулся и, вытащив его из кармана, ответил на звонок, чтобы звук не мешал Бронте.

Брэт тихо зашел ванную и через пару секунд, как только он собрался, поднес телефон к уху.

— Анна, — коротко сказал он, не пытаясь скрыть недовольство от того, что его побеспокоили. — В чем дело?

— Прошу прощения, что беспокою, сэр, но мы ждали вас в офисе час назад, и сейчас немного волнуемся. Все в порядке? Вы не больны?

Услышав обеспокоенность в голосе своего секретаря, Брэт не мог продолжать злиться на нее из-за звонка. Он еще несколько часов назад должен был предупредить, что не собирается появляться в офисе.

— Прости, Анна, я хотел позвонить, но немного потерял счет времени, — объяснил он, пока его взгляд был прикован к своей восставшей плоти. Он не мог не думать о том, где его член был этой ночью, и где снова хотел оказаться, в женщине, которая все еще находилась в соседней комнате. Ему пришлось закрыть глаза и крепко зажать переносицу, чтобы остановить себя от того, чтобы не схватить свой член. — Я не смогу сегодня приехать в офис.

Громкий вздох Анны сказал ему, что он сильно шокировал своего секретаря, как никогда раньше. Она была самым профессиональным помощником, с которым он имел удовольствие работать, и она ни разу не показывала своих чувств. Он знал, что по-настоящему удивил ее, раз вызвал такую реакцию.

— Сэр, у вас назначено несколько встреч, первая из которых начнется через сорок пять минут, — произнесла она, ее голос был полон паники.

— Вам придется постараться, чтобы отложить их, — объяснил Брэт, чувствуя вину из-за того, что поставил перед ней такую сложную задачу. Он знал, насколько агрессивными могут быть его клиенты, когда пытаются добиться его внимания. Он часто относился к ним как к капризным детям, но ничего не мог сделать, как оставить их на нее. Все его мысли были обращены на красивую блондинку в соседней комнате.

— Возникли кое-какие семейные дела, и мне срочно надо ими заняться. Мне жаль, но мне этого не избежать.

— Но, сэр… — начала Анна.

Он прервал ее.

— Я считаю, что как владелец компании, имею право принимать решения о своем расписании на день. Если необходимо, то я сам могу отменить встречи, но сегодня у меня отгул. У меня давно не было выходных, и я сильно запоздал с этим. Напиши мне, если случиться что-то срочное, но с остальным, я уверен, Вы справитесь, Анна. Я знаю, какой Вы профессионал. Покажите, что можете проявить инициативу, и не будете разочарованы.

Какое-то мгновение она молчала, но он слышал ее глубокое дыхание.

— Я справлюсь, сэр. Я достаточно компетентна, чтобы подвинуть несколько встреч, а некоторые совещания могут провести ваши менеджеры.

Он одобрительно хмыкнул в трубку, принимая ее слова.

— Спасибо.

— И могу ли я сказать, сэр, — начала она. Ее голос звучал так тихо, что с трудом был слышен. — Здорово, что Вы взяли отгул ради того, что действительно важно. Мы все считаем, что Вы работает слишком много. Это не правильно для мужчины Вашего возраста — работать так тяжело. Возьмите этот день и ни о чем не переживайте. Я обо всем позабочусь.

— Спасибо, Анна, — произнес он, действительно, имея это в виду.

«Иногда быть боссом даже весело», — решил он.

Глава 5

— Я семейное дело? То, о котором надо немедленно позаботиться? — спросила Бронте. В ее глазах плясали смешинки, а вопрос значил, что она слышала телефонный разговор, хоть он и пытался тихо говорить, уйдя в ванную. Думая о его словах «немедленно позаботиться», Бронте задрожала. Ей бы это понравилось. Очень сильно понравилось бы.

Она внимательно вслушивалась в соблазнительный голос Брэта из спальни, пока потребность быть ближе к нему не вытянула ее из кровати. Она оставалась в тени дверного проема, пока не закончился телефонный разговор с женщиной, которая, скорее всего, была его секретарем. По крайней мере, она на это надеялась. Когда он повесил трубку, она больше не могла сдерживаться. Бронте проскользнула в ванную и подошла к нему. Брэт стоял спиной, показывая потрясающий вид на идеальную мускулистую спину и то, что ниже.

Когда она прижалась к широкой спине и обняла, его мышцы напряглись.

— Мисс Уэлч? Вы подслушивали? — произнес Брэт своим низким хриплым голосом. Он восхитительно медленно развернулся к ней, чтобы обнять своими мускулистыми руками.

— Прости, — Бронте посмотрела на него сквозь темные ресницы. — Очень тяжело не слушать обладателя такого сексуального голоса.

— Не извиняйся, — притягивая к себе ближе, произнес Брэт. Он вдохнул ее запах, пока тот не окутал его. — Мне нечего от тебя скрывать.

Хорошее настроение Бронте после этих слов слегка померкло. Слишком часто их слышала, и они больше не внушали ей доверия, несмотря на то, что большая ее часть жаждала поверить этому потрясающему мужчине. Она хотела верить каждому слову, которое он произносил. Хотела доверять ему, как никому ранее. Она не была уверена, что ее сердце сможет выдержать еще одно разочарование. Все еще отходила от неудачных отношений с Адэром. Она сомневалась, что такой типаж мужчины был хорошей идеей. Хотя, смотря на него сейчас, у него не было ничего общего с Адэром, кроме хорошего чувства стиля.

— Надеюсь, что это правда, — вздохнула она, опуская взгляд вниз, но не достаточно быстро — успела заметить тревожное выражение, которое промелькнуло на лице Брэта.

Ее чутье говорило, что что-то не так в поведении Брэта, но она отмахнулась от этой мысли. Бронте не была готова отказаться от своих чувств к нему. Ему хотя бы стоит дать шанс. Она так часто давала их неправильным парням, что не могла не дать его Брэту. Что если он тот самый?

И хотя она чувствовала, что он что-то скрывает, так же поняла, что пожалеет, если не даст ему ни единого шанса признаться в этом. Она не ждала, что он во всем ей признается сразу после их первой совместной ночи. В конце концов, и она не все о себе рассказала. Все по справедливости.

— Так я угадала? — спросила она, в надежде, что он не заметит, что она увидела его взгляд.

— Что угадала? — его тон был игривым, и она поняла, что готова поддержать игру. А она хотела ее продолжить.

— Я — семейное дело, о котором надо немедленно позаботиться? — Бронте подняла голову, еще сильнее сжимая объятия. Она ничего не могла с собой поделать, кроме как прикусить губу, демонстрируя, как сильно его хочет. Она не просто его хотела, а жаждала. Он был ей нужен. Нужен внутри нее.

Когда проснулась утром и пришла в себя, она еще ощущала приятную чувствительность между ног, что напоминало ей о близости.

— Бронте, кем ты меня считаешь? — притворно оскорбился он, но его глаза выдавали желание. Его твердый, как камень, член, прижимающийся к ее животу, выдавал силу его желания. — Я бы никогда не воспользовался тобой таким образом. Особенно когда я должен быть в офисе.

На какое-то мгновение она задумалась, вдруг бы он предпочел работу ей, а она — короткая спичка, но он развеял ее сомнения, крепко прижав к себе и страстно поцеловав, как прошлой ночью. Похоже, она все-таки, предпочтительнее: длинная спичка. Очень длинная, если верить очертаниям его эрекции.

Когда он наконец-то позволил ей ненадолго отдышаться от его страсти, Бронте выдохнула в его губы:

— Что если я хочу, чтобы ты воспользовался мной?

Брэт задрожал, заставляя ее сердце пропустить удар и посмотреть на него. Когда она открыла глаза, увидела, что он крепко зажмурился. У него было болезненное выражение лица, что ее сильно обеспокоило, намного сильнее для женщины, которая знает его всего три недели.

— Будь осторожнее со своими желаниями, — не открывая глаз, ответил он. Ей не понравилось то, что он не мог заставить себя посмотреть на нее. Что не так? Она сделала что-то, что ему не понравилось? Она не должна была быть такой откровенной? Но она ничего не могла с собой поделать, словно переключатель повернулся, и Бронте стало его мало. И это была его вина: он такой обаятельный и горячий. Черт его побери. Она попыталась избавиться от неуверенности.

— Я всегда осторожна, — призналась, обхватывая его красивое лицо ладонями. Она упивалась им, тем, как его щетина колола ее кожу. Ей нравилось это чувствовать. Ее прикосновение заставило его открыть глаза. — И больше не хочу быть такой. Я чувствую себя в безопасности рядом с тобой. Брэт, я не могу объяснить почему, просто так чувствую.

Брэт склонил голову, и Бронте задумалась, вдруг она сказала, что-то не то. Она с нетерпением ждала его реакцию, чувствуя, как у нее ускорилось сердцебиение с каждой прошедшей секундой его молчания.

— Я сделаю все, что в моих силах, чтобы ты продолжала так чувствовать, — поклялся он, и в его словах было намного больше, чем он собирался показать. Он подхватил ее под ягодицы и приподнял.

Бронте не сопротивлялась и не задавала вопросов, ей не хотелось его расспрашивать. Она просто хотела чувствовать, наслаждаться моментом. Она обвила руками его шею и инстинктивно обхватила ногами крепкую талию. Их губы слились в поцелуе, он покрепче обнял ее и направился в спальню.

Когда он бросил ее на шелковые простыни, она непроизвольно ахнула. Она почувствовала разочарование, когда его тело перестало ее накрывать, а Брэт выпрямился, чтобы насладиться ее видом.

— Как мне могло так повезти, встретить такую потрясающую женщину как ты? — хотя он произнес этот вопрос вслух, казалось, что он спрашивает сам себя. Его глаза ощупали каждый миллиметр ее тела от головы до ног, и они сияли, словно восхищались тем, что видели. Он опять позволил Бронте чувствовать себя самой желанной женщиной на свете. Его глаза были полны удовлетворения увиденным. Он смотрел на нее, словно касался, и ее тело наполнилось жаром от желания почувствовать прикосновение его рук.

И хотя он выглядел так, будто сейчас набросится на нее как дикое животное, громкий звук звонка заставил их двоих подпрыгнуть от неожиданности.

— Черт побери! — низко, с раздражением, зарычал он, делая шаг от кровати.

— Что это? — спросила Бронте. Она уже почти задыхалась от необходимости почувствовать прикосновение его кожи. Она откинулась на локти, привлекая его внимание своей обнаженной грудью, прежде чем он отвернулся.

— Похоже, это дверной звонок, — прошипел он, явно взбешенный. Он злился не на нее, а на того, кто сейчас стоял у двери, прерывая их. — Ты позволишь мне отойти и убить того, кто мешает мне опять оказаться внутри тебя?

По его тону Бронте поняла, что в его словах лишь доля шутки. Последняя часть его вопроса разожгла в ней желание почувствовать его внутри себя. Было что-то привлекательное в примитивном поведении, которое он демонстрировал. Что-то горячее, опасное и сексуальное.

— Не обращай внимания, — предложила она, неожиданно почувствовав острую потребность в нем. Раньше она старалась не показывать свою потребность в ком-либо, но от него не удавалось ничего утаить. Она так сильно хотела, чтобы он коснулся ее, и так устала этого ждать. Она встала на колени, потянулась к нему, сомкнула пальцы на его затылке и прижалась к нему грудью, заставляя его застонать. Когда их губы соприкоснулись, он опять застонал, обхватывая ее лицо ладонями. Погладил нежную кожу, осыпая лицо и губы короткими поцелуями. Она стала еще более влажной от таких интимных прикосновений, противоречащих его жадному, животному взгляду, которым он ее окидывал.

Когда опять раздался звонок, Брэт болезненно прикусил нижнюю губу Бронте. Этот жалящий укус словно запустил фейерверк: по ее телу прокатилась волна жара, ее киска пылала. Она удивлялась, что возможно так сильно возбудиться от простого действия.

— Я должен посмотреть, кто это, — прошептал он, снимая ее руки со своей шеи и удерживая их в ладонях. — Вдруг что-то важное. Мне не часто звонят в дверь просто так. Это может быть один из моих братьев. Навряд ли это с работы.

Бронте не могла не нахмуриться, чтобы показать ему свое разочарование.

— Не смотри на меня так, — рассмеялся он.

— Кто-нибудь сказал бы, что ты пытаешься от меня избавиться, — вздохнула она, позволяя себе легкую улыбку, чтобы он понял — она его дразнит.

— Это тебе стоит от меня бежать, — серьезно заявил он, оставляя поцелуй на ее костяшках. Ей было интересно, что он имел в виду, но не хотела испортить настроение таким вопросом. Он продолжил. — Почему бы тебе не залезть в душ, а я присоединюсь к тебе после того, как разберусь с тем, кто стоит у меня на пороге.

Бронте кивнула и начала собирать свою разбросанную одежду. Брэт пытался придумать, что предложить в качестве одежды.

— Я знаю, это не самая роскошная одежда, но ты можешь взять мою рубашку, шорты или спортивные штаны, чтобы надеть что-то чистое. Они будут тебе, конечно, велики, но это лучше, чем ничего.

Она на какое-то мгновение задумалась, но согласилась, что это неплохая идея. К счастью, у нее есть пару важных вещей в сумочке на такой случай, включая и трусики.

— Отлично. Спасибо за предложение.

Он поднял свой телефон и начал что-то печатать. Она с любопытством посмотрела, но не смогла прочитать, что он набирал.

— Кому ты пишешь?

— Анне, моему секретарю. Мне нужно, чтобы она кое-что привезла. Она оставит перед дверью.

— Кое-что, это что? — было интересно, что может быть такого важного, что его секретарю необходимо приехать к нему домой. Возможно, это связано с работой, но чутье подсказывало, что это что-то личное. Может, это как-то связано с его секретом, который он хранит?

Он улыбнулся.

— Кое-что, что она должна забрать. Не беспокойся.

С третьим дверным звонком Брэт схватил Бронте там, где она стояла и собирала свои вещи, и слегка подтолкнул по направлению к ванной, шлепнув ее по заднице.

— Я не передумал, подожди меня в душе. Это приказ.

— Только если ты обещаешь потереть мне спинку, — ухмыльнулась она, соблазнительно прислоняясь к двери так, чтобы Брэту открывался хороший вид на ее задницу. — Мне так трудно дотянуться самой.

— Я обещаю, что не только потру тебе спинку, но и сделаю много всего другого. Очень много, — этот незваный гость был так не вовремя. Он чувствовал себя не комфортно, особенно когда Бронте была рядом. Он хотел посвятить ей весь день и задавался вопросом, кто мог стоять у его двери. Сразу же подумал о своем секрете и секрете своих братьев. У него все внутри оборвалось, он надеялся, что это никак с этим не связано.

— Не задерживайся, — предупредила она. — Или мне придется… позаботиться о себе самой.

— Даже не думай, — Брэт бросил на нее взгляд, который будто говорил «делай, как я сказал», потом он продолжил, — теперь это моя обязанность.

— Мне нравится, как это звучит, — призналась Бронте, даря ему кокетливую улыбку, вильнув попой.

И самому Брэту понравилось, как звучало его утверждение. Забавно, как она впорхнула в его жизнь, и то, что его это, неожиданно, не беспокоило. Он накинул на себя футболку и домашние штаны и отправился к двери, кто бы за ней не ждал. Он хотел побыстрее вернуться к своей прекрасной гостье и подарить ей все свое внимание, которого она заслуживает. И даже больше.

Глава 6

Брэт зарычал, посмотрев на монитор видеокамеры у лифта, там стоял старший брат. Стэтсан сам установил эту камеру, поэтому сейчас смотрел прямо в нее со скрещенными на широкой груди руками. Брат выглядел недовольным. Брэт продолжал смотреть на него через монитор, не беспокоясь, что испытывает терпение брата.

Он чертыхнулся, неожиданно вспомнив, что должен был встретиться с братом за завтраком, перед тем как отправиться сегодня утром в офис. Неудивительно, что его брат взбешен. Взглянув на свои дорогие часы, Брэт осознал, что сильно опоздал. Его увлекла Бронте самым великолепным и приятным для них обоих способом. Так сильно, что он не раскаивался из-за пропущенной встречи со Стэтсаном. Брэт очень хорошо знал лицо брата и заметил, что у беспокойства брата была вторая причина. Стэтсан знал, что Брэт не забывает и не отменяет планы, поэтому нет ничего странного, что брат пришел к нему домой, ожидая, что Брэт ранен или болен.

Брэт нажал на кнопку, вызывая лифт, и как только тот пришел, зашел внутрь. Нетерпение заставило его стиснуть зубы, пока он спускался на первый этаж, увеличивая расстояние между сногсшибательной Бронте и всеми вещами, которые он хотел сделать с ее телом. Закрывая глаза, он легко мог представить, каково это быть внутри нее. Он вспомнил, какая она на вкус, когда он слизывал божественные соки с ее киски, и желание повторить это было ошеломляющим.

Стэтсан сильно удивился, когда дверцы лифта раскрылись, и Брэт помешал ему войти, сделав шаг вперед.

— Брэт, что, черт возьми, на тебе надето? — Стэтсан осмотрел его белую футболку и домашние штаны, которые он быстро натянул, чтобы разобраться с «незваным» гостем и вернуться к Бронте. Брэт тоже осмотрел себя. Похоже, Стэтсан и правда не видел его в обычной одежде с тех пор, как они выросли, а может и дольше. Брэт привык красиво одеваться с того момента, как стал работать, объясняя это тем, что от этого зависит отношение людей.

— Ладно тебе, ты видел меня пару раз без костюма, — Брэт нахмурился. Ну, возможно, один раз. Когда он переодевался.

— Даже если так, то не в последние пару лет, — ответил Стэтсан, продолжая пялиться на него. — Что, черт возьми, происходит, брат? Ты заболел? Я даже не уверен, что мы можем заболеть…

Стэтсан был прав. В том, что у них есть способность к обороту, есть и хорошая сторона — они не болеют так, как простые люди. То, что они не мерзнут, так же было бонусом. Брэт посмотрел на Стэтсана.

— Со мной все в порядке. Я просто решил взять отгул и совершенно забыл о нашей встрече за завтраком. Мне очень жаль, брат.

Стэтсан приподнял одну бровь. Он не поверил ни единому его слову.

— Ты? Отгул? Что за чушь ты несешь, Брэт? Не могу поверить своим ушам, — усмехнулся Стэтсан. — Ты работаешь семь дней в неделю, триста шестьдесят пять дней в году. Я не уверен, что ты вообще знаешь значение слова «отгул».

— Не правда, — возразил Брэт, хоть в словах брата и была истина. — Я не работаю в Рождество. На протяжении многих лет. Большую их часть. Ладно, я точно хоть один раз не работал в Рождество.

— Только потому, что никто не работает в Рождество, и тебе не с кем вести переговоры на праздниках. Я говорил тебе об этом уже очень давно, — Стэтсан с вызовом посмотрел на Брэта. — Кто она?

— Она — кто? — невинно поинтересовался Брэт, зная, что обычно он ничего не может скрыть от брата. Неизвестно связано ли это со способностью к обороту, но по какой-то причине Стэтсан и Дэриан всегда угадывали, когда он лгал. Брэт тоже мог видеть их ложь. Именно поэтому они привыкли быть друг с другом кристально честными, даже когда были детьми.

— Женщина, которая вытащила тебя из костюма и сделала забывчивым. Я чувствую на тебе ее запах, — сказал Стэтсан, вдыхая воздух рядом с братом. Стэтсан оборачивался волком, и его острое обоняние всегда раздражало Брэта, но было неизбежно. Стэтсан мог учуять, когда Брэт закуривал редкую сигарету или, когда ходил в казино, и даже когда был с женщиной. Брэт не мог не раздражаться этой особенности брата. Запах Бронте был замечательным, но Брэт не хотел, чтобы Стэтсан учуял его и определил, чем они занимались всю прошлую ночь. И ему не нравилось, что теперь брат знаком с запахом Бронте, которая пахла лучше, чем Брэт мог себе представить. Брэт был медведем, но и у него нюх был лучше, чем у людей, и ему нравился ее фруктовый аромат. Брови Стэтсана все еще были приподняты: он ждал ответ Брэта, но тот не горел желанием его давать. По крайней мере, сейчас.

— Тебе не о чем беспокоиться, — уверил его Брэт, но не похоже, что Стэтсан готов успокоиться без объяснений.

— Ты в этом уверен, Брэт? Потому что если ты привлечешь внимание к себе, ты привлечешь его ко всем нам. Если ты собираешься быть с кем-то, по крайней мере, убедись, что она никогда не узнает о нас ничего особенного. Ты прекрасно знаешь, что иначе это подвергнет нас опасности.

Плечи Стэтсана напряглись, он знал, о чем переживает его брат. Он переживает о том, что Брэт их всех выдаст. Он мог видеть, как крутятся колесики в голове Стэтсана, осознавая, что Брэт практически никогда не приводил к себе домой женщину, и уж точно, никогда не говорил об этом с братьями.

— Как я и сказал, тебе не о чем беспокоиться, — настаивал Брэт, хотя правда была в том, что он и сам начал беспокоиться. Он не знал, может ли контролировать себя рядом с Бронте. Каждая частичка его души требовала быть честным с ней, рассказать ей все. Он хотел бы, чтобы она была неотделимой частичкой его самого, а чтобы это произошло, он должен позволить увидеть себя и все объяснить. А это может повлечь за собой опасность для его братьев. Брэт ни в коем случае не может этого допустить. Он не может намеренно поставить жизнь своих братьев под угрозу только из-за своего эгоизма. Он никогда не сможет быть нормальным, а значит, должен запечатать свой секрет как можно крепче. Бронте никогда не должна узнать правду о нем, но также знал, что не сможет от нее отказаться.

— Я надеюсь, ты знаешь, что делаешь, — вздохнул Стэтсан. Брэт кивнул, пытаясь хоть один раз не выдать правду выражением лица. А правда заключалась в том, что Брэт понятия не имел, что он делает. Бронте перевернула его жизнь, и он пытался соединить все фрагменты головоломки, что она создала своим появлением.

Брэт хотел брак лишь на бумаге. Ту, кто будет с ним на официальных мероприятиях и, возможно, иногда и в личное время. Не ожидал, что захочет, чтобы Бронте была во всех сферах его жизни, да еще и так сразу. Брэт также понимал, что такая женщина как Бронте, не захочет фиктивного брака. Она захочет, и будет ждать честности, верности и настоящего брака. Брэт не был пока уверен, что может ей это дать, но она его слишком привлекала, пленяла, чтобы позволить ей уйти из его жизни. Называйте это эгоизмом и слабостью, но он мог думать лишь о том, что хочет ее. Нуждается в ней. Хочет увидеть, куда эти отношения его заведут.

***

Бронте заставила себя не оборачиваться, когда услышала, как он зашел в ванную. Хотя все ее мышцы вопили о том, чтобы броситься к нему в объятия. Хотела, чтобы он насладился ее видом со спины, пока горячая вода сбегает по телу. Стеклянная дверь душевой открылась, и она почувствовала, как он скользнул позади нее. Глаза закрылись от удовольствия, когда большие руки накрыли ее грудь.

— Привет, красотка, — прошептал он ей на ухо и скользнул языком по ушной мочке, зажав ее между зубами, а потом вобрал в рот. — Рад видеть, что ты еще ждешь меня.

— Я уже думала, что ты не вернешься, — вздохнула Бронте, откидываясь на него и ощущая его твердые мускулы. Его стояк упирался ей в задницу, изгибаясь между ягодиц, так что она еще сильнее возбудилась.

— Разве я мог не прийти? — сказал он хриплым голосом, поворачивая ее к себе лицом. В его грудь уперлись затвердевшие соски. Он овладел губами Бронте, обхватывая ее руками и прижимая к себе ближе, чтобы она никуда не могла от него деться. Она и не пыталась: ее захлестывала страсть, от ощущения его каменной эрекции, упирающейся ей в живот. Инстинктивно она опустила руку вниз, прикасаясь к твердому члену, лаская его нежную кожу. Провела рукой вверх-вниз, поражаясь размеру и жесткости, особенно учитывая их активность прошлой ночью. Невероятно, что он уже в полной боевой готовности. Хотя и сама уже была влажной, и вода, стекающая по ее коже, не была тому причиной. Было страшно осознавать, что этот мужчина может завести ее одним прикосновением. Может, даже и не прикасаясь. Сама мысль о том, что он касается ее, заставляет тело жаждать его.

Ее переполняло желание, но Брэт перехватил ее запястье и покачал головой. Он прислонился своим лбом к ее и прошептал:

— Я хочу позаботиться о тебе.

Он с нежностью произнес эти слова, но Бронте понимала и не в первый раз, что он хочет все держать под контролем. Он был из тех людей, для кого это не просто прихоть, а потребность. И из-за этого ей хотелось перехватить контроль хоть один раз. Заставить его потерять голову от желания, сгорать от похоти, чтобы он почувствовал то, что чувствует она.

— А что если я хочу позаботиться о тебе? — запротестовала она, пытаясь высвободить руку из его захвата. Брэт ничего не ответил, но перехватил оба ее запястья и поднял над головой. Она удивленно охнула, когда ее спина соприкоснулась с прохладной гладкой кафельной стеной. Удерживая ее руки одной рукой, другой он спустился до развилки ее бедер. Он толкнулся тыльной стороной ладони между ее бедер, побуждая ее раздвинуть ноги. После чего скользнул пальцами по уже набухшему клитору. Она вздохнула от ощущения его касания по средоточию своей женственности.

— Я рад, что ты еще не смыла меня с себя, — произнес он, глубже погружая в нее пальцы и ощущая между ее бедер соки, что остались с предыдущей ночи.

— Я не была к этому готова, — призналась Бронте. Ей нравилось осознавать, что частичка его еще остается внутри нее, особенно когда она хотела опять ощутить его внутри. Брэт улыбнулся, словно мог прочитать ее мысли, и был этим доволен. Часть ее хотела, чтобы доказательство их близости оставалось как можно дольше, хоть и знала, что он быстро наполнит ее собой снова.

— Может мне помочь тебе помыться? — с блеском в глазах предложил он. Взял мочалку, которая висела рядом с душем, вылил на нее немного мыла и начал намыливать ее гибкое тело. Сначала грудь. Провел шершавым материалом по ее набухшим соскам, вызывая вздох удовольствия. Брэт провел мочалкой по ее ключицам, потом вниз, между грудями, по плоскому животу. Бронте приподнялась на носочках, наслаждаясь тем, как Брэт играет с ее обнаженным телом. Он погрузил мочалку в развилку ее бедер, и Бронте откинула голову назад. Он по кругу массировал возбужденный клитор, погружая в нее один палец.

Он одновременно намыливал ее и возбуждал, и она не была уверена, чего хочет: чтобы он остановился или продолжал. Бронте просто знала, что хочет его. Все ее тело было горячим и возбужденным, и его руки продолжали поглаживать даже без мочалки.

— Брэт… — простонала она. Все, что от него требовалось, это взять ее. Он накрыл ее губы своим ртом, заставляя гортанно застонать, когда пальцы еще глубже вошли в нее. Он медленно погружал в нее и вынимал пальцы, так медленно, что ее голова готова была взорваться, если он не даст ей кончить. Как только она оказалась на грани, он перестал двигаться и оторвался от ее губ. Она почувствовала себя опустошенной, ее раздражало то, каким довольным он сейчас выглядел. Он прекрасно знал, чего ее лишил.

— Я еще не готов позволить тебе кончить, пока нет, — произнес он, а потом поцеловал ее в лоб. Прежде чем она успела сказать, какой он жестокий, схватил ее за бедра и развернул лицом к кафельной стене. Твердые соски почти болезненно уперлись в прохладный кафель, когда он к ней прижался. На какое-то мгновение она почувствовала его эрекцию, упирающуюся в ягодицы, а потом он резко вонзился в нее.

Она шокировано застонала, настолько полно ощутила его внутри себя, ее внутренние мышцы сильно сжались. Рык, который сорвался с его губ, был таким животным, что она почти поверила, что это был зверь, но не успела об этом задуматься, как он стал двигаться. Его член глубоко погружался в нее, сильно вжимая ее в стену.

Ухватившись за скользкую плитку, она принимала все, что он давал, отвечая его толчкам, чтобы его член погружался в нее как можно глубже.

— Кончи для меня, — прорычал он ей на ухо. Это было последней точкой. Ее киска так сильно сжалась вокруг его члена, что он с трудом мог продолжать погружаться в нее, пока она с громким стоном не кончила. Звук ее голоса заставил и его достигнуть оргазма, выплескивая семя в нее. Потом он наклонился и поцеловал шелковистую кожу у основания лопаток. Он глубоко дышал, согревая дыханием ее спину.

— Я такого не ожидал, — признался он, шепча в ее ухо, продолжая вжимать в стену. Он оставался внутри нее, все еще твердый, даже после того как кончил. — Это было потрясающе.

— Это было… удивительно. Не уверена, что мне когда-нибудь будет тебя достаточно, — выдохнула она, наслаждаясь его объятиями.

— А сейчас нужно принять душ. Действительно, принять душ, — рассмеялся Брэт, отстраняясь от нее и вытаскивая душевую лейку.

— Ты не должен этого делать, — пыталась она ему помешать.

— Расставь ноги немного шире, — ответил Брэт, игнорируя ее. Он положил свою руку между ее бедер и нежно раздвинул ноги, чтобы смыть соки после секса. Бронте закрыла глаза, наслаждаясь тем, как теплая струя воды касалась самой чувствительной части тела. Она была удивлена тем, как этим наслаждается, так же, как и прикосновениями Брэта между ее ног, когда он смывал доказательства их любви.

«Я только что сказала любви?» — подумала она.

Она никогда не думала, что назовет это так, но другие слова не подходили. Это определенно не было просто сексом. И то, что было ночью тоже. Для нее это было новым опытом. Близость, что возникла между ними, была не только на физическом уровне, хоть она и готова признать, что жаждет его тело, но также и его разум. Бронте ни с кем не чувствовала такой близости, как с Брэтом, ни с Адэром, ни с кем-либо еще.

Они закончили принимать душ после того, как насладились ласками. Но были осторожны, чтобы не возбудить друг друга опять. По крайней мере, пока.

— Мы должны собраться, чтобы выйти, — сказал Брэт, смывая шампунь со своих волос. Бронте была сбита с толку. Она оглянулась на него через плечо, на ее красивом лице читался вопрос.

— Зачем? — спросила она. — Мы куда-то идем?

— Мы пойдем завтракать, — послал он ей улыбку через плечо, пока она выходила из душа.

Глава 7

К одиннадцати часам утра черный «кадиллак» остановился там, где Бронте меньше всего ожидала оказаться. Роберт припарковался у тротуара и вышел, чтобы открыть дверцу, а потом направился к багажнику и взял что-то из него.

Брэт вылез из машины и, развернувшись к Бронте, протянул руку, помогая выйти. Ей понравилось короткое объятие, когда он притянул ее к себе и обнял.

Бронте уже почти открыла рот, чтобы спросить Брэта, что они делают в парке, когда к ним подошел Роберт с плетеной корзиной.

— Ваш пикник, сэр, — обратился к своему боссу Роберт, вручая корзину. Брэт забрал ее, благодарно кивнув.

— Пойдем? — Брэт повернулся к ней, протягивая руку. Бронте тепло улыбнулась и кивнула.

— Конечно, — ответила она, вложив свою маленькую руку в его, позволяя ему вести ее в парк. Было красиво, воздух был потрясающе свежим, чувствовался запах леса и травы.

— Почему мы здесь? — с любопытством спросила Брэта. Она заметила, что Роберт продолжал их сопровождать, оставаясь всего на пару метров позади, на случай если он им понадобится. — Я и не предполагала, что ты любитель природы. Ты больше похож на того, кто арендует весь Мэдисон-сквер-гарден (спортивный комплекс в Нью-Йорке, США. Место проведения международных соревнований по нескольким видам спорта, и домашняя арена для команд НХЛ и НБА.) или Гранд Каньон, чтобы впечатлить девушку.

Брэт усмехнулся ее доброй подколке и прищурился.

— Может быть, я сейчас и богат, но не всегда таким был. — Он пожал своими широкими плечами. — Ты как-то просила отвезти тебя туда, где я вырос. Собственно, это и есть то место.

Он остановился перед старым дубом, окруженным зарослями кустарника. В самом центре зарослей был маленький зазор, который вел во что-то на подобие пещеры. Не считая опавшей листвы на полу, пещера была пуста.

— Что ты подразумеваешь, говоря, что это место где ты вырос? — Бронте нахмурилась, не понимая, что он имеет в виду. — Ты хочешь сказать, что ты был бездомным?

Она бы никогда об этом не догадалась, глядя на него. Она не может представить его бездомным или бродягой. Брэт, казалось, всегда знает, что делает. Он из тех, кто никогда никуда не идет без плана и расписания.

Брэт сразу же рассмеялся, смотря на нее так, словно она рассказала самую смешную шутку, что он слышал. Он медленно покачал головой.

— Нет, Бронте, я не был бездомным, но можно и так сказать, — вздохнул он, отпуская ее руку, чтобы вытащить из корзины большой плед. Расстелил плед внутри «пещеры» и предложил ей присесть. — У меня было достаточно тяжелое детство. Можно сказать, что я был, не просто воспитан, а натренирован.

Она увидела, как он дернулся, когда произносил последние слова. То, как он это произнес, подсказало Бронте, что он не часто говорил подобное. Ее сердце забилось чаще от того, что Брэт доверил ей то, что не каждому рассказывал. Что-то, что поможет ей понять, кто он, где вырос, и что повлияло на его становление.

После того, как они сели на плед, Бронте ободряюще сжала его плечо. По нему было видно, что он борется с чем-то глубоко внутри, что грызет его и заставляет чувствовать себя неудобно.

— Тебе не нужно говорить то, чего не хочешь, — мягко произнесла она, чувствуя, что у него тяжелые мысли. Это было видно по тому, как было напряжено его тело, как тверды были мышцы.

— Мы с братьями воспитывались в приюте, — продолжил Брэт, смотря на красивый зеленый парк. Деревья только начали сбрасывать листья, создавая безмятежную картину того, как на фоне зелени падают оранжевые листья. Воздух казался прохладным, хотя на ней и был надет кардиган и шарф. А Брэт, одетый, в отличие от нее, в одну футболку, похоже, этого не замечал. За последние недели Бронте заметила, что Брэт никак не реагировал на температуру воздуха: его кожа всегда теплая, и он никогда не ежился от холода. Она же всегда была мерзлячкой, ей без конца приходится кутаться во множество слоев одежды, чтобы согреться. Поэтому одной из причин, почему она так хорошо спала прошлой ночью, это то, что он держал ее в своих теплых и уютных объятиях.

Он глубоко вздохнул всем своим крепким телом.

— Мы не знали своих родителей, и не всегда были вместе, переезжая из одного места в другое. Но это — то место, куда мы всегда приезжали вместе. Мы все чувствовали… связь… с природой.

Бронте не могла отвести от него взгляд. За три недели, что они были знакомы, он ни разу не пускал ее к себе в душу и не рассказывал о своей семье. Хоть она и спрашивала. В ответ он всегда говорил, что это долгая история. Сейчас же, похоже, он изменил свое решение. Она была рада, что доверие между ними возросло, и уважала его, ведь было видно, что этот рассказ дается ему нелегко.

— Бедняга, — слово слетело с ее губ быстрее, чем она смогла его обдумать. Она точно знала, как снисходительно это могло прозвучать. Хоть совсем не имела это в виду. Ей стоило думать, прежде чем говорить.

— Только не жалей меня, — произнес Брэт, качая головой и опуская взгляд, словно не мог вынести сочувствие в ее глазах. — Если бы не мое прошлое, я бы не был там, где я сейчас. Я бы никогда тебя не встретил.

Когда он снова посмотрел в ее глаза, в них было столько чувств, что она готова была заплакать. Ее сердце пропустило удар, ожидая его следующих слов.

— Я очень рад, что встретил тебя, Бронте Уэлч, — мягко произнес он. Его слова так странно звучали, словно он прощался.

— Я тоже рада, что познакомилась с тобой, Брэт Харди.

Она ждала слова прощания, но, к счастью, их не последовало, и она подвинулась к нему ближе. Она ощутила облегчение, когда он обхватил ее своими сильными руками. Положив ему на плечо голову, Бронте стала наблюдать за несколькими мальчишками, играющими с собакой в летающую тарелку в этот теплый солнечный день. Она не смогла сдержать улыбку, смотря на детей и пытаясь представить, каково было бы иметь собственных. Эта мысль испугала ее и в то же время взволновала, особенно когда она поняла, что впервые подумала об этом. Она не из тех, кто думает о том, чтобы осесть.

Как только эта мысль пришла ей в голову, она еще больше испугалась, особенно, вспомнив досье на Брэта, которое дали в агентстве. Бронте вспомнила, о чем ее предупредила Лила в ее первое посещение агентства. Она ясно сказала, что ее клиент, которым оказался Брэт, не собирается остепениться. В тот момент она не считала это проблемой, так как искала того же самого. Теперь же, спустя несколько недель с Брэтом, то, что он не готов к серьезным отношениям казалось его недостатком. Или, по крайней мере, не хотел. Она неожиданно захотела узнать причину, хотела услышать ответ из его уст.

— Почему ты не стремился к серьезным отношениям? — Бронте задала вопрос, прежде чем растеряла всю свою смелость. Она затаила дыхание, ожидая его ответ, ведь он мог изменить ее чувства к нему.

— Мой последний приемный отец, с которым я оставался дольше всего, как-то сказала мне одну пословицу: «Хорошее приходит к тому, кто умеет ждать», — начал объяснять Брэт, — поэтому, я, вроде как, привык ждать, а не искать пару.

— Ты все еще ждешь? — спросила Бронте, пропуская свои пальцы сквозь его.

— Может быть, а может, и нет, — таинственно произнес он. Его слова создали еще больше вопросов, чем было у Бронте первоначально, она и так была переполнена любопытством. Но продолжала молчать, чувствуя, как он притягивает ее ближе. Он тихо продолжил, шепча ей на ухо. — Бронте, никто никогда не заставлял чувствовать меня, так как ты. Ты мне действительно нравишься, и если быть честным, я не могу понять, почему это происходит так быстро. Я думаю, что начал влюбляться в тебя в первый же день, как ты вошла в ресторан на тех устрашающих каблуках.

— И ты мне правда нравишься, — ответила Бронте, смеясь и поворачивая к нему голову, чтобы поцеловать его в щеку. — И мне очень нравятся те туфли.

***

Последующие полторы недели Бронте заставляла себя не ждать так отчаянно их следующей встречи. Брэт очень нравился ей, но она старалась не загадывать на будущее. Она загрузила себя работой и отвечала на его сообщения лишь через пару часов, хотя читала их сразу, как они приходили. Она каждый раз улыбалась, когда он пытался узнать, когда они увидятся. Но даже если она очень хотела с ним встретиться, пыталась оставаться спокойной, и похоже, это было ей на пользу.

Она как раз вытаскивала ключи от дома из своей сумочки, когда услышала, как кто-то прочищает горло позади нее. Она развернулась и увидела его, стоящего у первой ступени ее дома.

На пару мгновений она была поражена тем, что он помнит, где она живет. Он пару раз подвозил ее домой после свиданий, но у нее тогда не хватило смелости пригласить его к себе. Его квартира была такой красивой, и она волновалась, что на ее зарплату дизайнера интерьеров ей не удалось обставить свою так же хорошо. В конце концов, она не миллиардерша. Она сомневалась, что могла бы себе позволить хоть один предмет из его квартиры.

Ее сердце трепетало от того, что он стоял перед ней. Она стала осторожно спускаться на своих шпильках по скользким ступеням, стараясь не упасть.

— Что ты тут делаешь? — спросила она, стараясь не выдать своего счастья от его присутствия. Его знакомая фигура была для нее, как глоток свежего воздуха. Она глубоко вдохнула, втягивая его запах и запах его одеколона. Бронте хотелось прикоснуться к нему, но она ждала его реакции. И дождалась — он обхватил ее щеки и страстно поцеловал, украв этим ее дыхание.

Когда он отстранился, ответил в своей спокойной манере:

— Через сорок пять минут у меня недалеко встреча, но мне необходимо было тебя увидеть. Необходимо поцеловать.

— Что ж, за такой поцелуй ты заслужил чашку кофе, — улыбнулась Бронте. — Не хочешь зайти?

— С удовольствием, но только ненадолго, — ответил Брэт, но все же пошел за ней. На мгновение она почувствовала тревогу, осознавая, что он вот-вот увидит ее маленькую старомодную квартиру во всей красе. Она не ждала гостей, поэтому мысленно пыталась вспомнить, что успеет убрать, пока он будет осматриваться. Хотя, на самом деле, была очень аккуратным человеком, и это было одной из причин, почему она стала дизайнером интерьеров в городе, где каждый является экспертом в дизайне. Бронте организованная, креативная и любит собирать все воедино, касается это моды или мебели.

Она знала, что ее квартира не идет ни в какое сравнение с его величественным пентхаусом, но когда открыла дверь, немного гордилась своим жильем. Она сама придумала дизайн: сочетание серого, белого и золотого, которые были разбавлены смелыми мазками другого цвета, и ей нравилось поиграть разными текстурами. В ее квартире использовались мех, дерево, кожа… и другие материалы, которые больше всего нравились ее клиентам. Она лишь надеялась, что и ему они тоже понравятся.

Она наблюдала за ним, пока он заходил, подмечая своими поразительными глазами все цвета и узоры, а потом в уголках его губ заиграла улыбка. Она с облегчением выдохнула, когда он произнес:

— Хорошее место.

Бронте знала, что Брэт никогда не стал бы притворяться, поэтому ей было приятно услышать похвалу.

— Здесь не так много места, но это дом, — Бронте беспечно пожала плечами, направляясь на кухню включить кофейник. — Боюсь, у меня нет большой, крутой кофе-машины, как у тебя. Простой кофе сойдет?

— Подойдет, — согласился Брэт. — Я предпочитаю черный.

Она уже налила ему кружку кофе и подошла к нему, когда он только закончил свое предложение, поэтому он выглядел удивленным. Она застенчиво улыбнулась:

— Ты выглядишь именно тем, кто пьет только черный кофе. Я ошиблась?

Он покачал головой, делая большой глоток.

— Нет, ты права. Я просто удивился. Тебе всегда это удается.

— Удается что? — спросила она, занимая место.

— Удивлять меня, — признался он, делая еще один глоток горячего напитка.

Она не успела выпить свой ореховый кофе, когда зазвонил его телефон. Он раздраженно вытащил его из кармана.

— Извини меня, — произнес он, поднося к уху телефон. — Да, Томас. Боюсь, я не много занят, я тебе перезвоню.

После этих слов он прервал звонок и положил телефон перед собой.

— Ты мог бы спокойно поговорить, — сказала Бронте, делая глоток своего кофе.

— Я предпочитаю говорить с тобой.

Она не могла помешать той теплоте, что разлилась в ее груди после этих слов. Она достаточно хорошо его знала, чтобы понимать, эти милые слова не были отрепетированы заранее. Брэт не старался быть романтичным и не любил, когда она называла его очаровательным. Он просто говорил ей то, что чувствовал, именно поэтому на него обижались его предыдущие девушки. Он не церемонился и не говорил того, что не чувствовал. И ей это нравилось, знать, что он честен.

Они сидели и разговаривали минут десять, прежде чем телефон Брэта опять зазвонил.

В этот раз он взял телефон, вставая со стула, увидев номер телефона на экране.

— Извини, но мне нужно на него ответить.

— Без проблем, — ответила Бронте, с любопытством наблюдая, как он быстро выходит из комнаты на своих длинных ногах. Спустя пару секунд она услышала его тихий, но злой голос.

Слова, которые она лишь смогла услышать, — это «Не беспокойся. Я с ней справлюсь», перед тем, как он вернулся.

— Все в порядке? — с беспокойством спросила Бронте. Она не знала, что Брэт может так быстро разозлиться.

— Все в порядке, — ответил он. Хотя, судя по напряженной линии скул, могла сказать, что он лжет, и не могла понять почему. Прежде чем у нее появился шанс спросить его, он шагнул к ней, заключая в объятия и начал целовать так страстно, как никогда ранее. — Извини, красавица, но мне пора идти. Я могу тебе позвонить позже?

Она согласно промычала, и он поцеловал ее на прощание, остаток дня ощущая этот поцелуй на своих губах.

***

Последующие месяцы Бронте чувствовала, словно живет в сказке. Брэт продолжал засыпать ее подарками, ужинами, свиданиями и прочим. Они проводили каждую свободную минуту вместе, если не были заняты работой или другими повседневными делами. Бронте наслаждалась его компанией с каждым разом все больше, хоть и не понимала, как такое возможно, если он ей понравился с самой первой встречи. Неделя шла за неделей, казалось, ничего не осталось из того, что Брэт не мог ей рассказать. Он был прямолинейным, откровенным и, казалось, говорил обо всем, но что-то в ней скреблось, заставляя думать, что осталось еще что-то, о чем он молчит.

Брэт был самым милым, интеллигентным и восхитительным мужчиной, которого она когда-либо встречала, но было что-то, о чем предупреждала ее интуиция, что-то, что не вписывалось в его образ. Возможно, об этом говорило его поведение во время звонков его братьев: чтобы ответить на них, он выходил в другую комнату и закрывал за собой дверь. Когда ему звонил кто-то другой, он никуда не уходил. Он делал множество звонков по работе и позволял их слушать, словно ему было нечего скрывать. Но каждый раз, когда на экране появлялось имя одного из его братьев, он сразу вскакивал и уходил в свой кабинет, плотно закрыв дверь. Она пару раз спрашивала, что его братья хотели, но он уходил от ответа, говоря, что-то типа: «О, у Стэтсана был вопрос по поводу этого или того», или «Дэриан хотел узнать, где он может купить это или то». Но была какая-то натянутость в его ответах, от чего Бронте становилось не по себе. Он определенно что-то скрывал, но она не могла понять, что.

Она думала о том, что он поменял имена в своей телефонной книге, чтобы тайно общаться с женщинами, но он никогда не пытался спрятать от нее телефон. Он даже сказал ей пин-код, чтобы она, в случае чего, могла с него позвонить, например, если ее телефон разрядится, пока она у него. Несколько раз у нее появлялся соблазн проверить его сообщения, но это плохая идея, и неправильно так поступать по отношению к нему.

«Он все расскажет, когда будет готов», — твердо говорила сама себе. Она не хотела выяснять это путем «расследования». Она хотела, чтобы он был открытым и честным с ней по собственному желанию. Не хотела выпытывать или узнавать что-то без его ведома и одобрения.

Но однажды, в пятницу вечером, когда она думала, что Брэт в командировке, в ее дверь кто-то позвонил. Бронте сразу поняла, что все же что-то происходило за ее спиной. Она с любопытством открыла дверь. Она никого не ждала, но вдруг это сосед, чтобы попросить чашку сахара или что-то подобное.

Но к ее удивлению она увидела у порога Роберта с его обычной улыбкой.

— Мисс Уэлч, — поприветствовал он ее, прежде чем она успела открыть рот, не веря своим глазам. — Мистер Харди попросил забрать Вас. Он посоветовал одеть это.

С этими словами он протянул чехол с длинным шелковым платьем цвета бургунд. Это было самое шикарное платье, которое она видела в своей жизни. Она протянула руку и прикоснулась к красивой ткани.

— О, оно такое красивое, но я не могу.

Роберт понимающе улыбнулся.

— Красивое платье для прелестной девушки. У мистера Харди прекрасный вкус. Во всем.

Бронте рассмеялась его дразнящему тону.

— Так и есть.

Роберт просто кивнул. Бронте осторожно взяла платье. Прежде чем уйти в ванную, она остановилась.

— А какие туфли надеть?

Роберт разумно промолчал.

Глава 8

Бронте не представляла, куда везет ее Роберт, но на самом деле ей было все равно. Все, о чем она думала, это о скорой встрече с Брэтом. Прошел лишь день с их последней встречи, но по ощущениям — несколько недель. Она скучала по нему так, что болело сердце, ее кожа пылала от желания ощутить его прикосновения. Она сидела на заднем сидении «кадиллака», чувствуя себя на миллион долларов, пока Роберт быстро ехал, минуя улицу за улицей. Бронте выглянула в тонированное окно на мелькающие за ним здания, пытаясь понять, куда они направляются. Но она сразу же поняла, что ответа на свой вопрос не найдет. Она никогда не дружила с направлениями или местностью. Откинувшись на мягкое кожаное сидение, она позволила себе помечтать о том, что это может быть. Ей нравилось, что Брэт всегда удивлял ее. Еще никто никогда не пытался сделать ее счастливой, так что она чувствовала себя принцессой.

Когда они остановились перед «Гранд-отелем», Бронте пришлось вытянуть шею, чтобы увидеть вершину здания. Оно напоминало сияющий черный бриллиант в центре города, который сиял так ярко, что она охнула в изумлении.

Роберт покинул водительское сидение и обошел машину, чтобы открыть для нее дверь.

— Мисс Уэлч, — вежливо пробормотал он, предлагая ей руку. Ослепленная, она немного заколебалась, перед тем как принять руку Роберта и позволить ему помочь выйти из машины.

— Спасибо, Роберт, — тепло произнесла она, пока он закрывал за ней дверь. После он повернулся к ней и подставил согнутую в локте руку. Улыбнувшись, Бронте взялась за его руку, и они последовали по ступеням к золотому парадному входу отеля.

Как только они подошли к дверям, портье толкнул перед ними тяжелую золотую дверь и поприветствовал их улыбкой и кивком, придерживая дверь, позволяя пройти в холл отеля. Бронте предполагала, что Роберт провожает ее к ресторану в противоположной стороне холла, но к ее удивлению он направился к лифтам.

— Роберт, куда Вы меня ведете? — она задорно приподняла бровь, заметив намек на улыбку в уголках губ Роберта.

— Мисс Уэлч, я не осмелюсь испортить сюрприз мистера Харди, который он так старался приготовить. Особенно, если хочу остаться в живых, — пошутил Роберт, улыбаясь, подводя ее к лифту. — Позвольте нажать кнопку лифта. Мистер Харди ждет Вас.

С этими словами Роберт отошел от лифта и улыбнулся, между ними стали закрываться дверцы лифта. Было что-то в блеске его глаз, говорившее, что он знает что-то ей неведомое. Ее сердце билось чаще в ожидании того, что ее ждет, когда дверцы лифта откроются.

Стоя в центре лифта, Бронте дрожала от предвкушения. Каково это будет снова встретиться с Брэтом лицом к лицу. После того как они расстались, минуты превратились в часы, и с каждой секундой их разлуки ее сердце сильнее сжималось. Бронте никогда раньше подобного не чувствовала, никогда не чувствовала потребности быть с кем-то двадцать четыре часа семь дней в неделю. До этих пор.

Она ждала, что лифт остановится в холле или в комнате, может даже в пентхаусе, но сильно удивилась, почувствовав легкое касание ветерка, когда открылись створки лифта. Ее взгляду предстали яркие огни города, как только она вышла на крыше отеля.

Она была готова нажать кнопку первого этажа, подумав, что Роберт, наверное, нажал не тот этаж, но перед ней появился Брэт. Он выглядел еще величественнее по сравнению с их прошлой встречей. Он был одет в темно-серый костюм с бордовым галстуком, который сочетался с цветом ее платья. В руке он держал одну бордовую розу, которую протянул ей, нежно произнося:

— Бронте, ты потрясающе выглядишь.

Бронте не могла не улыбнуться и не засмеяться, как школьница. Выйдя из лифта на крышу и оказавшись перед ним, она осторожно взяла розу, чтобы не повредить. Она выглядела такой изящной, а ее стебель был очищен от колючек.

— Благодарю Вас, любезный господин, — произнесла она, касаясь шелковистых лепестков и вдыхая сладчайший аромат розы. — Она прелестна. Здесь все очень красиво.

— Она почти также прекрасна, как и женщина, для которой она предназначена, — сказал Брэт, предлагая ей проследовать за ним. Она увидела не то, что ожидала: вместо стола стояла площадка, покрытая большим серым матом и украшенная красными и серебристыми подушками. Позади этой площадки стоял длинный низкий столик, на котором стояли чаша с фруктами, тарелки с сырной и мясной нарезкой, а также бутылка портвейна, стоившая, наверное, больше, чем машина Бронте. В центре стола находилась хрустальная ваза, предназначенная, как предположила Бронте, для розы, что она держала в руке. Она наклонилась и поставила цветок в вазу, а потом повернулась к Брэту.

— Разве ты не должен был уехать из города на эти выходные? — с любопытством спросила она. Она не могла не сомневаться: неужели он ей солгал и, если да, то зачем. А вдруг он ей солгал и о чем-то другом?

— Должен был, — Брэт пожал плечами. — Клиент, с которым я должен был встретиться, из-за своей болезни попросил перенести встречу, поэтому я решил сделать для тебя сюрприз.

— Что ж, сюрприз удался, — с улыбкой призналась Бронте, принимая протянутую руку Брэта. Он помог ей сесть на подушки, она крепко держалась за его руку, не желая ее отпускать. Он расположился на подушках рядом с ней и взял бутылку портвейна, чтобы открыть.

— Это последнее место, где я ожидала оказаться, — сказала она, все еще под впечатлением от спланированного им сюрприза. Бронте посмотрела на гирлянду, которая висела у них над головой, ее белые огоньки излучали достаточно света. — Как тебе это удалось?

— Это не так уж сложно, когда ты владелец отеля, — произнес Брэт, говоря так, словно в этом не было ничего особенного. И Бронте не в первый раз была ошеломлена тем, насколько он богат. Она часто забывала, что он миллиардер вплоть до тех пор, пока он не делал что-то, что она не могла бы себе позволить. Никто в ее окружении не мог подобного, и поступки Брэта заставляли чувствовать себя особенной, но и также заставали врасплох. Она даже не была уверена, что может понять или представить, какого это владеть отелем, всю ответственность, все риски, которые могут потребоваться для чего-то подобного.

— Ты не перестаешь меня удивлять, — заявила Бронте, беря из его рук бокал портвейна.

— Думаю, тебе это понравится больше, чем скотч, — усмехнулся Брэт, чокаясь своим бокалом о ее и отпивая напиток. Она никогда не скрывала, что ей не нравится тягучий вкус скотча, который он пил, поэтому они время от времени смеялись над этим.

— Ты прав, — ответила Бронте, поднося бокал к губам и делая глоток. Вкус был потрясающим. Он был богатым и насыщенным, и ей понравилось то, как напиток растекся у нее по языку.

— Бронте, — мягко произнес Брэт. Он так произнес ее имя, что у нее по всему телу забегали мурашки. Она с любопытством перевела на него взгляд.

— Да, Брэт? — соблазнительно произнесла она, и была почти уверена, что по его телу пробежала дрожь. Но, похоже, он абстрагировался от нее и сфокусировался на том, что собирался ей сказать, чтобы это ни было. Она неожиданно занервничала.

— Мне нужно тебе кое-что рассказать, — начал Брэт, и Бронте затаила дыхание. Она уже была готова открыть рот и спросить, что он имеет в виду, но неожиданно из его переднего кармана раздалось громкое жужжание.

— Черт, — сорвалось с его языка, пока он вытаскивал из своего кармана телефон. Бронте видела, как он расстроился, но когда он посмотрел на нее, на его лице уже не было ни одной эмоции. Он вздохнул.

— Извини меня, я на минутку отлучусь. Мне нужно ответить.

Бронте накрыло разочарование, когда он поднялся и направился к краю крыши. Она попыталась услышать, что он яростно шептал в телефон, но у нее ничего не получилось.

«Кто же это может звонить, что он не хочет быть услышанным?» — подумала она.

Ему потребовалось несколько минут, чтобы закончить звонок резким нажатием по экрану и вернуться к ней.

— Извини меня за этот звонок, — сказал он, откидываясь своим шикарным телом на подушки рядом с ней и убирая телефон обратно в карман. — Я забыл поставить на бесшумный режим.

— Ничего страшного, — ответила Бронте, пытаясь подавить чувство беспокойства, которое поселилось в душе.

— Бронте, мне нужно тебе кое-что сказать, — повторил Брэт, и на какое-то мгновение она поверила, что, наконец, узнает, что он скрывает от нее. Часть ее хотела поднять руку и заставить его замолчать, сказать, что ей не нужно знать, что это, что его желания рассказать ей правду достаточно. Но все же она этого не сделала. Она должна знать правду. Ей нужно узнать, что он скрывает от нее все эти месяцы.

— Что? — спросила Бронте, пытаясь игнорировать страх, поселившийся в глубине живота.

— Бронте, я никогда не чувствовал ничего подобного, что чувствую по отношению к тебе. Мне тяжело быть вдалеке от тебя. Мое сердце болит, если тебя нет рядом. Целыми днями я могут думать лишь о тебе, — он говорил все, что она мечтала от него услышать, но не то, что она ожидала. Она хотела от него услышать, почему он такой скрытный. Но, похоже, не судьба. И она пыталась понять, его секрет достаточная ли причина, чтобы отбросить все его красивые слова и ее чувства. Она беспокоилась о нем, сильно. Но также знала, что ей нужна абсолютная честность. Если ее не будет, то у них ничего не получится.

— Я… прости меня, — запиналась она, пока вставала на ноги. Она посмотрела на его привычно привлекательное лицо, подавила потребность откинуть с его лба волосы, привычка, которую недавно приобрела. — Ничего не выйдет.

Прежде чем Брэт смог ее остановить, она направилась к лифту на дрожащих ногах.

— Бронте, подожди! — крикнул он, но она не остановилась, пока не вошла в лифт, и дверцы не стали закрываться за ее спиной.

Последнее, что ожидал Брэт, так это то, что Бронте сбежит от него. Ее поведение заставило думать, что она испытывает то же что и он. Но, похоже, он ошибся, но не мог позволить ей так быстро покинуть его жизнь. А поэтому обнаружил себя спускающимся по пожарной лестнице, молясь, чтобы его нечеловеческая скорость помогла ему оказаться на первом этаже раньше нее.

Но этому не дано было случиться. Бронте выходила из парадного входа в тот момент, когда Брэт выбежал из пожарного выхода, чтобы увидеть, как она быстро шла. Он практически остановился, когда понял, что опоздал. Он позволил ей ускользнуть. Ему стало дурно от мысли о том, что потерял ее. Но когда он увидел, как белый фургон остановился у тротуара, тогда он почувствовал настоящее отчаяние.

Брэт побежал, увидев двух мужчин, выскакивающих из фургона. Он расталкивал шокированных посетителей отеля, отчаянно пытаясь вовремя оказаться рядом с ней. Глубоко в душе он знал, что недостаточно быстр в своей человеческой форме, но что он мог сделать? Он не мог перевоплотиться посреди улицы. Он осознал, что хотел бы высвободить своего медведя, чтобы догнать ее.

В его сознание ворвался крик Бронте, когда ее забрасывали в фургон. Его сердце практически остановилось, стало тяжело дышать из-за страха за Бронте.

— Не-е-ет! — закричал Брэт, но его слова никто не услышал, в то время как двери фургона захлопнулись, и он, взвизгнув тормозами, сорвался с места.

Фургон уже скрывался за углом, а Брэту только и оставалось, что стоять и беспомощно смотреть ему вслед. На какое-то мгновение его поглотил страх. Любовь всей его жизни только что похитили. Она была в смертельной опасности, и это единственная мысль, которая засела в его голове. Он мог ее спасти, но его руки были связаны секретом, которым он не смог с ней поделиться. Он сжал кулаки, не в первый раз желая быть с ней абсолютно честным. Он хотел выкрикнуть правду, признаться ей во всем. Но сейчас это ее не вернет.

Его мысли неслись галопом, пытаясь понять, почему ее похитили. У него были враги в деловом мире, но он никого не мог представить, кто мог бы зайти так далеко, и точно не по отношению к кому-то другому, кроме него самого. В его голове мелькнули сомнения, может ее похитили из-за выкупа. Его статус знаменитости принес ему определенную долю внимания прессы и таблоидов, и он не мог им запретить писать о том, что он купил или куда поехал. Он никогда не скрывал, что он богат, но и не считал, что это станет угрозой жизни Бронте.

Брэт думал позвонить в полицию, но знал, что они будут медлить, а самостоятельно он справится быстрее. И они явно будут ему мешать в случае, если ему понадобится перевоплотиться. Он не хотел повторения того, что только что произошло — знать, что может предотвратить похищение Бронте, но оставаться в человеческой форме. Беспомощной форме.

В следующее мгновение он сделал единственное, что он мог. Он вытащил телефон и позвонил братьям.

***

Бронте была в ужасе. Никогда, даже в самых диких фантазиях, она не представляла, что ее схватят на улице, бросят в фургон и грубо завяжут глаза. Но вот она с руками, связанными за спиной, и оковы врезаются в нежную кожу ее запястий. Он стала дергать руками, проверяя, насколько сильно связана, но они лишь еще сильнее затянулись на руках.

До того, как она поняла, ее опять тряхнули, от чего она в страхе закричала, и перекинули через чье-то плечо.

— Перестань дергаться, черт побери, — рыкнул мужчина, который ее нес. Его тон стал еще грубее, когда он произнес, — или пожалеешь.

Ее тело дрожало от страха, она не хотела знать, что он может с ней сделать. Связанная и с повязкой на глазах, она мало что могла сделать, и ее тело начало сотрясаться от осознания того, насколько она беспомощна.

Она услышала голос другого мужчины, когда ее бросили на что-то, напоминающее матрас.

— Ты уверен, что это она?

Бронте почувствовала тошноту. Они же не станут ее насиловать? Ей сразу же стали вспоминаться все новости, которые она видела или слышала об одиноких женщинах, с которыми зверски обращались и применяли насилие, пока никто не знал, где они. Она надеялась, что хотя бы Брэт увидел, как ее похитили. Он ее единственная надежда на спасение.

— Мы видели ее с ним на крыше с другого здания, — объяснил первый мужчина остальным. — Она определенно та, что на фотографии. Красивая штучка.

Потом перед ней кто-то опустился на корточки и ухватил за подбородок.

— Ты красивая, а значит, он хорошо заплатит, если хочет снова тебя увидеть.

Бронте в свое время просмотрела множество программ про преступников и знала, что лучше всего ничего не отвечать. Хотя все ее инстинкты кричали, что ей стоит бороться и бежать, но она осталась неподвижной. Она ни за что не сдастся и не позволит им увидеть свой страх. Но она не могла перестать дрожать. Она только надеялась, что одежда скроет дрожь, которая продолжала сотрясать ее хрупкую фигуру.

Прошло немного времени, как она услышала голоса, только теперь кто-то говорил по телефону.

— Мистер Харди, я уверен, Вы знаете, о чем пойдет речь. Один миллион долларов наличными, или Вы больше никогда не увидите свою подружку. По крайней мере, до тех пор, пока ее не выловят из реки.

Ее замутило от озвученной угрозы, но одновременно почувствовала надежду. Если Брэт заботится о ней так, как говорил, он вытащит ее из этого дерьма. Она знала, что он ни перед чем не остановится, чтобы спасти даже того, кого он едва знал и с кем едва знаком. Поэтому Бронте была уверена, что сделает все возможное, чтобы защитить ее. Но все же она боялась, оставят ли ее в живых, даже если Брэт готов заплатить? Будет ли она по-прежнему в безопасности и невредима?

Потребовалось немного времени, чтобы обнаружить, что она была права: Брэт, действительно, заботился о ней. Звук возни и падения чьего-то тела чуть не заставил ее душу выскочить из груди. В следующую секунду она почувствовала прикосновение чьих-то рук на затылке, после чего повязка спала с ее глаз. Слезы сразу же полились из них, как только она его увидела.

— Брэт! — благодарно выдохнула она, частично в шоке, частично с тревогой, зная, что он рискует своей безопасностью, спасая ее. После чего он накрыл ее рот рукой.

— Ш — ш—ш, ты еще не в безопасности, — предупредил он, позволяя ей опереться на его руки. Даже на одно мгновение для нее было большим облегчением почувствовать его такие знакомые прикосновения вместо грубого обращения двух мужчин, которые держали ее в заложниках.

— Поторапливайтесь, нам нужно валить отсюда, — произнес мужской голос, который определенно не принадлежал Брэту. Этот голос был греховно глубоким, почти на целую октаву ниже голоса Брэта. Мужчина, который был заметно похож на Брэта, но старше и даже больше, прошипел позади них. Мужчина с более светлыми волосами и более резкими чертами стоял рядом с ними. Несомненно, они все были родственниками. Похоже, она, наконец, встретилась с таинственными Стэтсаном и Дэрианом Харди. Потребовалось много времени, чтобы познакомиться с ними, но в данный момент все, о чем она могла думать, как бы поскорее выбраться, прежде чем вернутся те двое мужчин. Она не перенесет, если кто-либо из них пострадает из-за нее.

— Давай вытащим тебя отсюда, — сказал Брэт, поднимая ее на ноги. Она вся тряслась, ее ноги не были готовы к такому неожиданному изменению положения. Ее желудку также стало неуютно, и она была готова расстаться с той небольшой пищей, которая была у нее в тот день.

— Брэт! Берегись! — неожиданно закричал один из мужчин. Бронте сразу же отбросили назад, и она услышала оглушительный звук выстрела. Ее бросило в холодный пот.

«О, Боже, нет!» — подумала она. Она не хотела, чтобы кто-то из них был ранен или даже убит, это было бы слишком.

— Брэт! — закричала она, но почувствовала облегчение, когда почувствовала, что его тело накрыло ее. Облегчение сменилось паникой, когда она ощутила, как ее одежду на груди стало пропитывать что-то теплое — в него попали. Он не двигался, а из ее глаз потекли слезы, ее горло сжималось, она не могла нормально вздохнуть, пытаясь взять под контроль свой страх и всхлипы чистой паники. Двое братьев сразу вступили в бой с мужчинами, которые ворвались на склад. Она видела все краем глаза, зная, что Стэтсан и Дэриан все держат под контролем. Они были крупными — Дэриан был такого же размера, что и Брэт, а Стэтсан вдвое больше и мускулистее.

— Брэт… — прошептала, надеясь, что он ответит, подтвердив, что с ним все в порядке. Она не знала, что будет делать, если потеряет его. Ее пронзило сожаление, заставляя застыть под давлением сокрушительной реальности ранения Брэта.

Она с облегчением вздохнула, когда Брэт застонал, перекатываясь на спину. По крайней мере, он жив. Бронте опустилась на колени, пытаясь посмотреть, что с ним не так. Она вздрогнула, увидев зияющую рану на его плече, которая обильно истекала кровью. Она знала, что потеряв много крови, человек не сможет оправиться. Она пыталась вспомнить все, что изучала в колледже на курсе биологии, но, к сожалению, не было ничего, что могло бы помочь в этой ситуации. У нее перехватило горло от паники, но она постаралась ее подавить. Паниковать она будет позже. Сейчас она должна его обезопасить и понять, как остановить кровотечение.

— О, Боже, Брэт, что мне делать? — заплакала она, понимая, что у нее до сих пор связаны руки за спиной, и она может лишь смотреть на его мучения.

Но ответил ей не Брэт. А самый старший из братьев, который появился сбоку от нее.

— В первую очередь успокойтесь. Брэт знает, что делать.

Дэриан уложил последнего нападающего, его тело блестело от пота, синяков и кровавых ушибов. На какой-то момент она отвлеклась на то, как он дрался. Это напоминало жуткий танец. Можно сказать, даже красивый. Но потом она вернулась к первоочередной задаче. Стэтсан посмотрел на Брэта, потом перевел взгляд на нее и снова на Брэта.

— Брат, ты знаешь, что ты должен сделать. Давай сейчас.

— Не могу, — простонал Брэт, пока в агонии зажимал рану на своем плече. — Не перед ней.

У него были закрыты глаза, но она знала, что он говорил о ней. Ее разум вяло пытался понять, что происходит, о чем он говорит, но у нее ничего не выходило. Что он не может сделать перед ней? То, что может спасти его жизнь? Если так, она должна заставить его сделать это, потому что она больше не представляет свою жизнь без Брэта Харди.

— Брэт, нет времени. Ты истечешь кровью. Ты должен перекинуться, — голос Стэтсана свидетельствовал о том, что это не просьба, а приказ. Что бы он ни говорил сделать своему брату, он не просил.

— Я не могу! — ответил Стэтсану Брэт, избегая взгляда Бронте.

Она услышала достаточно.

— Брэт, что бы это ни было… если это спасет твою жизнь, ты должен это сейчас сделать. Я отказываюсь смотреть на твою смерть. Отказываюсь! Ты меня слышишь?

Проверив пульс последнего нападающего, к ним подошел Дэриан. Он усмехнулся, услышав последние слова Бронте.

— Ты слышал милую леди. Тебе придется. Она справится, иначе ты умрешь.

Все трое ждали ответ Брэта, но единственным признаком того, что он услышал их просьбы, было лишь его медленное качание головой.

— Не могу. Это того не стоит. Это касается не только меня, а нас всех.

Стэтсан с нетерпением переступил с ноги на ногу. Он повернулся к Бронте и заговорил тихим спокойным голосом.

— Мне жаль, что вам придется увидеть, но другого выхода нет.

Прежде чем Бронте могла спросить, что он имеет в виду, старший брат протянул руку и нажал на рану от пули на плече Брэта. Он застонал, а у Бронте потекли слезы из глаз, когда она воскликнула:

— Что, черт возьми, Вы делаете?

— Ты должен перекинуться, — сказал Стэтсан, так словно он не слышал ее восклицание.

Бронте потеряла все слова, когда перед ее глазами стало происходить то, во что она не могла поверить. Брэт стал меняться на глазах. Его тело стало увеличиваться, растягивая материал его костюма, пока от него не остались одни клочья. Его кожа стала покрываться волосами, превратившись в черную шерсть, а его тело стало изгибаться и деформироваться.

Ее глаза стали огромными, пока она пыталась осознать, что перед ней происходит.

Глава 9

Бронте не могла поверить своим глазам. Ее разум не мог осознать то, что происходило. Тело Брэта менялось таким образом, которое невозможно ни в одной реальности. Но, тем не менее, он был так близок, что она могла его коснуться.

Инстинктивно она стала отодвигаться от него, но уперлась в широкую гору мускулов. Ее предплечья обхватили руки, и она не могла сдвинуться с места. А из-за ее спины прозвучал голос Дэриана:

— Простите, Бронте, но мы не можем позволить Вам сбежать.

У нее было чувство, что любой из них троих пойдет на все, чтобы остановить ее. Что бы сейчас не происходило, они боялись, что об этом узнают за пределами этого склада. Она могла лишь наблюдать за тем, что происходило с Брэтом, пытаясь это осознать.

Брэт издал низкое животное рычание, свернувшись на матрасе, над ними возвышался огромный черный медведь. Хоть Бронте понятия не имеет, что значит это его рычание, она знала, что это предупреждение. Хватка его брата на ее руке немного ослабла.

Дэриан подвинул ее вперед, прямо к ужасному зверю, которым стал Брэт.

— Да, Брэт, — сказал Стэтсан. — Мы не собираемся причинять ей вред, пока она не решит выкинуть ничего странного.

Брэту, похоже, не понравилась угроза его брата, так как он зарычал громче и мотнул огромной головой в его сторону.

— Мисс, я знаю, что это тяжело осознать, но что-то в Вас заставило моего брата доверять Вам. Он доверился, иначе его не было бы рядом, — попытался объяснить Дэриан тихим успокаивающим голосом. Она оценила то, что он пытался остановить ее панику.

Она говорила медленно, и это были ее первые слова с момента трансформации Брэта. Ее слова предназначались Стэтсану и Дэриану, но она продолжала смотреть на большого черного медведя, стоящего перед ней.

— Меня зовут Бронте Уэлч. Я сказала бы, что рада с вами познакомиться, но вы практически держите меня в заложниках, а мой парень только что… только что…

Она не могла заставить себя произнести эти слова. Ее разум не позволял ей говорить то, что она не могла считать правдой.

— Мы используем термин «перекидываться», — спокойно произнес Стэтсан. — Мои братья и я называем себя оборотнями.

— Все… Все трое? — Бронте посмотрела на него еще более сбитая с толку, чем раньше. — Как? Как такое вообще возможно?

Стэтсан пожал плечами и покачал головой. Подняв руку, он побарабанил по своим губам.

— Мы такими родились. Мы не знаем, как или почему. Все, что мы знаем это то, что мы можем перекидываться, и наши животные ипостаси сильнее человеческих.

— Вы… У вас всех разные животные? — она все еще не могла в это поверить.

— Да, волк, пантера и медведь. И, Бронте, ты первый человек, который об этом знает, за долгое время, — объяснил Стэтсан, пытаясь поразить ее величиной правды, которую они ей открыли.

Бронте почувствовала, как у нее перехватило дыхание, когда у нее созрел вопрос:

— А что произошло с предыдущим человеком, который об этом узнал?

— Они погибли, — просто ответил Стэтсан и махнул рукой. — Но дело не в этом, а в том, что у тебя теперь секретная информация, и прежде чем мой брат тебя освободит, я должен быть уверен, что ты с ней не сделаешь ничего глупого.

— А что, по-вашему, я могу сделать? — Бронте взглянула на него. — Я не могу на каждом углу кричать, что видела оборотней. Все подумают, что я сумасшедшая. Боже, а может, я сошла с ума?

— Нет, не сошла, Бронте. Возможно, ты и не побежишь объявлять всем об оборотнях, но есть люди, которые не прочь о них узнать, — признался Стэтсан. Потом вздохнул, словно он достаточно хорошо знаком с таким типом людей.

— Люди, которые придут за нами. Те, кто попытаются нас убить, убить Брэта, — тихо произнес Дэриан.

Бронте вся напряглась от упоминания, что кто-то может причинить вред Брэту. А потом резко вспомнила о пулевом ранении в его плече.

— Брэт! Он в порядке?

Она спросила братьев, пытаясь освободиться от того, кто ее держал, чтобы подойти к Брэту. Она посмотрела на медведя, размышляя, понимает ли он то, о чем они говорят.

Видя ее переживания, Дэриан отпустил ее. Медведь частично лежал на старых испачканных матрасах. Его темные глаза были затуманены болью, и он смотрел на нее таким взглядом, который она расшифровала, как любовь.

— Раз он перекинулся, значит, с ним все будет в порядке, — сказал Стэтсан. — Но мы какое-то время не сможем отсюда уйти. Его медведю нужно время, чтобы вылечить человеческую часть, прежде чем перекидывать обратно, иначе оборот его убьет.

Бронте поежилась от этих слов. Брэт издал болезненный стон, и она упала на колени. Никто из братьев не попытался ее остановить. На самом деле, Дэриан сделал шаг назад, давая ей немного пространства.

— Пожалуйста, может кто-нибудь из вас развязать мне руки? — спросила она, повернувшись к Стэтсану. — Я нужна ему.

На какое-то мгновение Стэтсан скептически на нее смотрел, словно сомневался, что она не убежит в тот же момент, как ее избавят от пут.

— Хорошо, но просто помни, если попробуешь сбежать или скажешь кому-нибудь о нас, мы тебя найдем, — предупредил он. — Мои братья и я много и тяжело работали, чтобы максимально обезопасить нашу жизнь, и я не позволю обычной женщине отнять это у нас.

— Я не представляю для вас угрозы, — пообещала Бронте, кивнув головой. Удовлетворившись ее ответом, Стэтсан кивнул брату, и тот опустился на колени позади нее, достал армейский нож из кармана и перерезал пластиковую стяжку, связывающую ее запястья.

Как только ее руки были свободны, Бронте не стала тратить время на то, чтобы размять запястья, унимая боль и восстанавливая циркуляцию крови. Вместо этого она приблизилась к Брэту, на мгновение замерла, осторожно посмотрев на него, а потом потянулась к нему и положила руку на его покрытое мехом плечо. Как только она так сделала, она почувствовала, как его тело задрожало под ее ладонью. Беспомощное раненное животное, лежащее перед ней, ни тот парень, которого она знала. Но взглянув в его глаза, она поняла, что это все еще Брэт. Ее Брэт никуда не ушел.

— Мы осмотрим местность, чтобы убедиться, что не осталось никого из нападающих, — сказал Стэтсан. — Пожалуйста, оставайся с ним. Я не хотел бы поссориться с братом из-за того, что любовь всей его жизни пострадала.

Бронте поежилась от прозвучавшей угрозы, но не могла не почувствовать тепло от того, что ее назвали «любовью всей его жизни». Бронте просто кивнула, пока два брата исчезли в разных направлениях.

Пока она прижималась к Брэту, его могучая лапа опустилась на ее колени, и он придвинул ее ближе к себе. Он зарычал, словно это движение причинило ему страшную боль, и Бронте положила свою руку на его величественную лапу.

— Не двигайся, милый, — прошептала она ему. — Я никуда не ухожу.

Эти слова, похоже, немного его успокоили, и она увидела, как его глаза закрылись, и он уснул. Она не могла не улыбнуться, протягивая руку и гладя его лицо, покрытое шерстью.

— Вот так. А теперь отдыхай. Я буду рядом, когда ты проснешься.

Хотя в ее голове крутилась куча мыслей, и все ее существо пыталось прийти в себя от увиденного, она стала засыпать. Словно она не спала лет сто. Все ее конечности казались такими тяжелыми, а ресницы словно свинцовые. Все, что она могла сделать, это позволить сну окутать себя, пока она прижималась ближе к Брэту, уютно устроившись в его теплых мягких меховых объятиях. Она позволила расслабиться телу после нескольких часов напряжения и страха.

***

— Бронте, Бронте, — прозвучал нежный голос Брэта у ее уха. Она почувствовала, как ее нежно трясли за плечо, заставляя открыть глаза. — Пора просыпаться, милая.

Как только Бронте пришла в себя, она неожиданно поняла, что медведь, рядом с которым она засыпала, исчез. Вместо него был Брэт. Он обнимал ее, прижимая к себе и осторожно убирая ее волосы со своего лица.

— Привет, спящая красавица, — улыбаясь, произнес он.

— Брэт! — выдохнула она, быстро отодвигаясь, чтобы посмотреть на него. Бронте осмотрела его обнаженное тело, шокированная тем, что на нем не осталось ни одной царапины.

— Пожалуйста, Бронте, не пугайся, — произнес Брэт, принимая сидячее положение и беря ее за руку. — Я бы никогда не причинил тебе вреда.

Она осторожно пожала его руку.

— Я не боюсь.

Похоже, ее ответ также шокировал его, как и его перевоплощение — ее. И она не могла сдержать улыбку, наблюдая за его растерянным видом.

— Не будь таким испуганным, — рассмеялась она. Часть ее была удивлена тем фактом, что она так спокойно приняла, что он оборотень. Но она неожиданно осознала, почему она такая понимающая. Он не скрывал от нее секрет, по крайней мере, не тот, который она ожидала. Например, что у него другая женщина на стороне или часть его бизнеса нелегальна. Она никогда не могла предположить, что его секрет в том, что он может перекидываться в черного медведя. И она честно призналась, — Я рада.

— Рада? Такого я точно не ожидал услышать, — сказал Брэт, притягивая ее в свои объятия, будто не мог быть от нее вдали.

— Я рада, что, наконец, знаю, почему ты так странно себя вел, — сказала она, прижимаясь щекой к его груди. — Тебе больше ничего не нужно от меня скрывать.

— Я…я не думал, что ты такая понимающая, — голос Брэта звучал так, словно он до конца не верил ей.

— Хэй, — Бронте пожала плечами. — У всех есть тайны. По крайней мере, ты мне не изменяешь.

После этих слов она отстранилась от него, чтобы посмотреть ему в глаза.

— Ты же мне не изменяешь?

— Боже мой, Бронте! — Брэт притянул ее и поцеловал в губы, прежде чем поклясться. — Я никогда бы не изменил такой потрясающей женщине как ты. Ты все, о чем можно только мечтать.

— Тебе с ней повезло, брат, — голос Дэриана испугал их обоих. Бронте увидела, как он проскользнул в комнату из-за стеллажа, где прятался, чтобы дать им время побыть наедине. — Не позволяй ей ускользнуть.

— У меня нет намерений позволить этому произойти, — покачал головой Брэт. — Одного раза было достаточно.

Бронте неожиданно вспомнила то, как она сбежала от него в отеле и почувствовала дурноту от того, как с ним поступила.

— Брэт, прости меня. Я… я думала, ты что-то скрываешь от меня. Я не могла позволить тебе признаться мне в любви, оставляя меня в неведение о том, что происходит.

Брэт вздохнул и кивнул, словно прекрасно ее понимал.

— Я не должен был допустить подобного. Я должен был понять, что ты достаточно умна, чтобы осознать, что что-то происходит.

— Ладно, хватит болтать, — сказал Стэтсан, нетерпеливо войдя в комнату. — Ты уже восстановился, Брэт? Мы уже можем отсюда свалить?

— Откуда такое нетерпение, брат? — ухмыльнулся Брэт, дразня Стэтсана.

— Не испытывай мое терпение, идиот, — огрызнулся Стэтсан. — Давай уже вернемся домой. Похоже, что Бронте не отказалась бы от душа и свежей одежды. Что и тебя касается.

Бронте неожиданно стало неловко за Брэта, хотя не похоже, что он беспокоился о том, что голый перед своими братьями. Наверняка у них такое было не впервые. Когда же она осмотрела себя, поняла, что Стэтсан был прав. Ей определенно душ не помешает. Кровь Брэта пропитала ее платье спереди, как напоминание того, как близка она была к его потере. Ее окутал пережитый страх.

***

Сердце Брэта грохотало в груди от мысли о том, что он готов сделать. Он отпустил Бронте принять душ в одиночестве, считая, что ей нужно личное пространство после всего того, что она успела о нем узнать. Но он больше не мог ждать. Он знал, если не сделает этого сейчас, то другого шанса просто не будет. Он не может позволить ей уйти из его жизни, не выложив все карты.

Стоя около двери в спальню, он прислушивался к тому, как захлопывается дверь в ванную, после чего постучал так, чтобы она услышала. Он не хотел ее испугать. Она уже достаточно натерпелась за сегодня.

— Заходи, — почти мгновенно позвала она, и сердце Брэта забилось чаще от звука ее голоса. Он какое-то мгновение колебался, но нажал на ручку двери и зашел. Бронте была завернута в полотенце, а ее длинные роскошные волосы были перекинуты через плечо. Она улыбнулась, когда он вошел, и весь его мир засиял.

— Прости, — вздохнул он. — Я не хотел тебе мешать приводить себя в порядок, но я просто больше не могу ждать.

— Ждать чего? — спросила она, приподнимая бровь, словно могло быть что-то еще более рискованное, чем то, что он задумал.

— Бронте, есть то, что я должен у тебя спросить, прежде чем я растеряю всю решимость и не признаюсь в своих настоящих чувствах, — объяснил Брэт, своим глубоким голосом, подходя к ней и беря за руку, которой она не держала полотенце. Он сделал вдох и продолжил, — ты самая потрясающая женщина, которую я когда-либо встречал, и я не могу позволить тебе уйти из моей жизни…

— А кто сказал, что я уйду из твоей жизни? — прервала его Бронте, выглядя при этом растерянной и милой. Брэт почувствовал большое облегчение после ее вопроса. Значит ли это, что она готова остаться с ним?

— Пожалуйста, Бронте, позволь мне закончить, — нежно произнес он, протягивая руку и убирая с ее лица волосы. — Ты самая потрясающая женщина, которую я когда-либо встречал, и я не могу позволить тебе уйти из моей жизни, не сказав, что я хочу провести остаток своей жизни с тобой.

Он увидел, как она задержала дыхание, а ее глаза округлились, но она не выглядела обеспокоенной, просто удивленной.

— Бронте Уэлч… — он сделал еще один вдох, опускаясь на одно колено и доставая из кармана брюк коробочку для колец. Еще один вдох, он открыл ее и спросил, — Ты выйдешь за меня?

Он увидел, как заблестели слезы в уголке ее глаз, и на мгновение подумал, что только расстроил ее. Он уже хотел захлопнуть коробочку, убрать ее в карман и забыть, что он только что сделал. Но на ее лице появилась улыбка, хоть по лицу у нее потекли слезы. Он услышал ее счастливый возглас, который словно воскресил его.

— Да! Да! Я выйду за тебя замуж! — воскликнула она, опускаясь перед ним на колени и обнимая его за шею. Она со всей силы прижалась своими губами к его, но ему было все равно. Он ответил на поцелуй с такой же страстью, потом слегка отстранился и, взяв ее за руку, надел кольцо на палец.

И вот дело сделано. Теперь их жизни связаны, и он, наконец, задал ей тот вопрос, который жаждал задать с их самого первого свидания несколько месяцев назад. Счастье накрыло его с головой, и он притянул ее в свои объятия.

Совсем об этом забыв, Бронте позволила полотенцу соскользнуть с нее, и осталась перед ним обнаженной. Его животные инстинкты начали одерживать верх над ним, и ему стало невероятно трудно себя сдерживать.

Целуя его с еще большей страстью, она заставляла его быстрее терять контроль. И вот он уже сжимал ее бедра, подхватывая на руки и унося к кровати. То, как она охнула в тот момент, когда он бросил ее на постель, еще больше его завело. Необходимость оказаться внутри нее, по-настоящему заявить на нее свои права, была столь ошеломительной, что он расстегнул ремень и спустил боксеры.

— Я хочу, чтобы ты был внутри меня, — прошептала она ему на ухо, все еще обхватывая его шею. Его член завис у нее между ног. — Глубоко внутри.

Это все, что ему нужно было услышать. Он опустил руку и погладил ее киску, чувствуя насколько она мокрая, насколько готова для него. Словно ее тело предвкушало то, что случится. Он несколько раз погрузил свой палец глубоко в ее киску, чтобы убедиться в этом до конца. Потом наклонился и ворвался глубоко в нее своим членом.

Она охнула, продолжая обхватывать его голову, крепко прижимаясь к губам, даже тогда, когда стала гортанно стонать. Их занятие любовью было жарким и быстрым, их тела словно вплавлялись друг в друга.

После этого, Брэт притянул ее в свои крепкие объятия.

— Я люблю тебя, Бронте, — эти слова заставили ее задрожать.

— Я тоже тебя люблю, Брэт, — ее слова и у него вызвали мурашки, а то, как она устроилась на его груди, вызвало улыбку.

Эпилог

— Ты знаешь, тебе не обязательно каждый раз сопровождать меня, — сказал Бронте Брэт, пока Роберт вел машину в сторону леса. Бронте сильнее прижалась к своему мужу, наслаждаясь его объятиями. Они ехали на заднем сидении нового серебристого «БМВ», который купили год назад, заменив предыдущий, так как Брэт решил, что тот устарел.

— Ты и медведь две половины единого целого, — стала объяснять ему Бронте, — и я хочу быть частью этой стороны твоей жизни. Кроме того, я езжу с тобой каждую наделю на протяжении двух лет. Что заставило тебя думать, что я передумаю сейчас?

Брэт не мог не улыбнуться. До сих пор сложно поверить, что ему повезло встретить женщину, которая приняла его таким, какой он есть, приняла его медведя. Он также вспомнил все предупреждения, которые высказывали ему братья о том, чтобы он держался подальше от нее, и улыбнулся еще шире. Она им понравилась так же сильно, как и Брэту, и они приняли ее в семью, как настоящую сестру. Они даже относились к ней так, словно и она сама могла оборачиваться в животное, учитывая их подколки и шутки. Было удивительно наблюдать за этим, и это согревало сердце Брэта так сильно, что он боялся, будто оно не выдержит.

— Я просто имею в виду, что если сегодня тебе нужно куда-то поехать, то я пойму, — объяснил Брэт, нежно сжав ее руку, поцеловал костяшки.

— Нет такого места на земле, где я бы хотела находиться больше, — сказала ему она с сияющей улыбкой, и его тело наполнилось теплом любви к ней. Даже после двух лет брака, их любовь была такой же сильной, как и в первое мгновение, когда он понял, что, действительно, ее любит. Он не был уверен, когда произошел этот момент, но знал, что это могло произойти на первом свидании, когда она рассмеялась, а его сердце чаще забилось от желания снова увидеть ее улыбку.

— Бронте, ты знаешь, что ты самая потрясающая женщина на свете? — дразня, спросил он.

— Не думаю, что ты хоть на минуту позволил мне об этом забыть, — с улыбкой ответила она. Он поклялся, уже не в первый раз, что сделает все, чтобы сохранить ее улыбку до конца ее жизни, так долго, как это возможно.

Машина остановилась, а значит, они достигли места назначения. Роберт покинул место водителя и, обойдя машину, открыл для них дверцу.

— Спасибо, Роберт, — произнес Брэт. Он до сих пор был благодарен своему верному водителю, с которым он смог поделиться правдой о себе. И Брэт также был благодарен, что Роберт не единственный человек, с которым он может разделить свою тайну. Он опять подумал о том дне, когда позволил Бронте увидеть свою истинную форму, и то, как спокойно она восприняла это. Как только Брэт помог ей выйти из машины, он притянул ее в свои объятия и прижался губами к ее лбу.

— За что это? — спросила она, поднимая лицо, чтобы взглянуть в его глаза.

— Это была благодарность, — ответил он, целуя в кончик носа, и наслаждаясь ее дыханием на своем подбородке.

— А это?

— За то, что ты приняла меня таким, какой я есть, — ответил он. — Приняла меня, человека и медведя.

— Я люблю тебя и твоего медведя, сейчас и навсегда, — сказала она, вставая на цыпочки, чтобы поцеловать его в губы. — А теперь давай подойдем к тем деревьям и позволим твоему медведю побегать, прежде чем он сойдет с ума.

Брэт улыбнулся этому предложению. Она знала его очень хорошо, достаточно хорошо, чтобы понять, что спустя целую неделю без оборота, ему больше всего нужно скинуть пар в его более сильной форме. В той форме, которая поглотит его, если он не выпустит пар.

— Хорошо, — ответил он, делая шаг назад, чтобы взять покрывало с заднего сидения машины и протянуть ей руку.

— Я подожду вас здесь, сэр, мадам, — сказал им Роберт, как и всегда, и они оба поблагодарили его.

Пока они шли в лес, Брэт осознал, как спокойна и счастлива его душа. Он никогда не чувствовал такой гармонии между своих двух форм. Бронте подарила ему то, о чем он никогда не мечтал, и это не только любовь, но и мир.

Они остановились рядом с их обычным пнем, где Брэт расстелил покрывало для своей любимой и повернулся к ней.

— Миледи, — пошутил он, держа одной рукой ее за руку, а другой, указывая на покрывало.

— О, благодарю, милостивый господин, — улыбнулась она, располагаясь на покрывале.

— Ты уверена, что все будет в порядке?

— Брэт, я уже кучу раз сидела здесь и ждала тебя, пока ты набегаешься, — проворчала она, устраиваясь поудобнее. Она знала, что медведю потребуется некоторое время размяться, ведь он был взаперти слишком долго. — Иди, повеселись. Не волнуйся обо мне. Просто пообещай, что не убьешь слишком много милых маленьких созданий.

Она хорошо знала, что у его медведя есть кровожадные потребности, которые нужно утолять. Познакомившись с его братьями, она узнала, что Дэриан случайно чуть не убил свою любимую, когда та узнала их секрет, а Стэтсан убил несколько человек, защищая себя и своих братьев.

Брэту не нужно было говорить дважды. Все его тело чесалось от желания перекинуться, и он начал снимать одежду, все время ощущая на себе взгляд Бронте. Она как обычно стала сворачивать его одежду и складывать стопочкой, за чем он любил наблюдать, как и она, краем глаза за его оборотом.

Он еще больше восхищался ею, зная, что ей нравится смотреть на его перевоплощение. Это заставляло чувствовать его беззаботным, пока он шел глубже в лес, чтобы выпустить напряжение, которое скопилось у него с прошлой пробежки.

Бронте терпеливо ждала, любуясь звездами, сияющими сквозь верхушки деревьев и играя кончиком покрывала.

Брэт не пытался тихо вернуться. Он шел сквозь деревья так, чтобы она его услышала. Он поступал так каждый раз, выходя из-за кустов, чтобы она не пугалась. Как только Бронте услышала его возвращение, она поднялась на ноги и стала делать то, что и всегда делала в этот момент. Она стала снимать с себя одежду, которая казалась слишком тесной. У Брэта были свои потребности, у Бронте — свои. И раз он удовлетворил свои, он может уделить внимание ей и ее обнаженному телу, которое требовало его теплоты и нежных прикосновений.

Бронте следила за тем, как он вышел из кустов и встал перед ней. Его огромная животная ипостась возвышалась на два метра, и ей приходилось вытянуть шею, чтобы увидеть его. Она видела, как его взгляд путешествовал по всему ее телу. И хотя она привыкла к его медведю, она не привыкла к тому чувству, что рождалось в ней под его взглядом. Она не боялась и не нервничала. Она не хотела немедленно убежать подальше от него. На самом деле, она любила его медведя, он был настоящим отражением его инстинктов верного защитника. Его настоящее «я» раскрывалось в чертах медведя. Брэт мягкой поступью приблизился к ней и коснулся своим большим медвежьим носом ее ладони. Он осторожно обнюхал ее руку, прежде чем начать перекидываться.

Через какое-то время перед ней стоял мужчина, в которого она влюбилась, раньше, чем узнала его секреты, раньше, чем узнала его настоящего. И полюбила его еще сильнее из-за его секрета. У нее было то, чего не было ни у кого другого. У нее было сердце Брэта-медведя, и она знала, что больше оно никому не принадлежит. Это было самым дорогим подарком, который мог быть у нее, и взамен она отдала ему все свое сердце. Осознание этого факта заставило ее улыбнуться, а в это же время Брэт заключил ее в объятия и накрыл ее рот своим.

Он осторожно положил ее на покрывало, а потом накрыл ее собой. Опираясь на локти по обе стороны ее плеч, он обхватил руками ее лицо и посмотрел прямо в глаза.

— Что так сильно тебя возбуждает? — спросил он с дьявольской улыбкой на лице. Узнавая его на протяжении двух лет брака, она поняла, что этот мужчина может учуять запах ее возбуждения, так же как она чувствовала его между ног.

— Ты прекрасно знаешь, что заставляет чувствовать меня твой медведь, — прошептала она ему в ответ, обхватывая его лицо и, потянувшись к нему, чтобы поцеловать. — Ты и твой красавец-медведь должны заняться со мной любовью или я сойду с ума.

— Как пожелаешь, — ответил Брэт. Он улыбался, довольный тем, что она так сильно его хочет, погружаясь глубоко в нее. Бронте охнула, как и всегда: ее тело никогда по-настоящему не могло привыкнуть к его огромному размеру. Поэтому он не торопился двигаться, пока она не стала готовой. Она поцеловала его, пока он начинал двигаться внутри нее.

— Тебе принадлежит все мое сердце, Бронте, — прошептал Брэт ей на ухо, занимаясь с ней любовью, словно в первый и в последний раз, чтобы показать насколько сильно он ее любит.

— А тебе — мое, Брэт, любимый, — выдохнула она. Это был один из тех моментов, когда Бронте осознавала, что будет всегда любить этого мужчину. И то, как он целовал ее, обнимал, занимался любовью, говорило, что он чувствовал то же самое. На ее глазах навернулись слезы счастья, смывая всю боль, что она испытала в предыдущих отношениях. Брэт обещал, что ее старая жизнь закончена, и в тот момент, когда она вышла за него замуж, ее жизнь навсегда изменилась. Она больше никогда не будет жить без любви, без него.

— КОНЕЦ~

Дорогой читатель!

Первая книга серии «Агентство знакомств для оборотней» завершена. Последующие книги будут переводиться в нашей группе https://vk.com/boice_tr

Надеемся, что книга оставила у Вас приятные впечатления, и Вы поделитесь ими в обсуждениях.

УБЕДИТЕЛЬНАЯ ПРОСЬБА:

После прочтения файл удалить, либо оставить в своей личной библиотеке.

Не выкладывайте на сторонние ресурсы!!!

Уважайте чужой труд!

Над книгой для Вас трудились:

Переводчик: Камилла Артеменко

Редактор: Ани Акопян

Обложка: Александра Мандруева, гр. FreeArtistS

Оформление готовых файлов: Икки Хиери

31. 05. 2020