Действующие герои, основные понятия

- Огненные – народ живущий на равнине, народ военачальника Кира

- Королевство Кси- королевство, расположенное в горах, родина главной героини.

- Ксилара – главная героиня, королева Кси

- Кир из клана Кошка – военачальник, покоривший королевство Кси, главный герой.

- Андер, Ювени, Реэф, Перст – охранники Ксилары, верные войны военачальника Кира.

- Маркус – верный друг военачальника Кира

- Эпор и Айсдира – пара, войны из армии военачальника Кира

- Гил, воин военачальника Кира, помошник Ксилары

- Ифтен военачальник из армии Кира, недруг Ксилары и Кира

- Ирс военачальник из армии Кира

- Сэл военачальник из армии Кира, занимающиеся снабжением

- Арэт военачальник из армии Кира, отвечающий за табуны

- Тзор и Юзани военачальники из армии Кира, отвечающие за воинов на марше

- Весрен военачальник из армии Кира

- Ортис военачальник из армии Кира, руководящий разведчиками

- Симус военачальник из армии Кира

- Жоден - воин из армии Кира, претендент на статус певца

- Эльн- целитель, учитель Ксилары

- Антас – старший воин в совете старейшин

- Есса – старший певец в совете старейшин

- Дикий ветер – старший воин-жрец в совете старейшин

- Кикай – воин из совета старейшин

- Ренесс- старшая тея в совете старейшин

- Собирающий бурю – воин-жрец, противник Ксилары и Кира

- Хит – воин из королевства Кси, друг Ксилары

- Атира воин из армии Кира

- Кавадж – напиток

- Гурт- шариковый сыр

- Эхат – крупное дикое животное

- Гуртл- крупное одомашненое животное-

- Уэллспринг (Вечной Весны) – деревушка, где разразилась чума.

Военачальник

Элизабет Вон

Лара из королевства Кси и ее Военачальник, Кир из клана Кошки, прошли через многое вместе. Лара оставила свои земли и людей ради любви к нему. Она приняла свой путь и узнала о его народе. Вместе они столкнулись с чумой и мятежом - и, несмотря на все трудности, они познали счастье и радость. Теперь они сталкиваются со своей самой трудной задачей: Кир должен взять Лару в Сердце Равнин и представить ее как Военный трофей для воинов-жрецов. Она должна быть подвергнута проверке, допросу, осмотру, наблюдению, и должна получить благосклонность от воинов-жрецов и старейшин кланов, прежде чем они подтвердят ее как настоящий Военный Трофей. Но в сердце Лары есть сомнения - для чего ей это нужно? Сможет ли Кир отказаться от всего, что он знает, ради своего Трофея?

Часть 1

Я была в ужасе.

Я переложила свою потную руку на ручку своего меча и наблюдала за глазами моего атакующего. -Наблюдай за его глазами», - сказали они мне. - Глаза скажут тебе следующий шаг.

Я пристально посмотрела на него, но его глаза ничего не говорили мне. Моя левая рука дрожала под весом моего щита.

- Смотри на обод,- сказали они мне. - Смотри на обод, смотри ему в глаза и отреагируй на выпад ...

Он атаковал меня в одно мгновение, бросившись на меня. Мне удалось нанести первый удар на щит и попытаться ударить его лезвием, но мой шлем переместился мне в глаза и…

Удар

Моя рука онемела, и я вскрикнула от боли. Мой меч упал на землю. Рейф стоял передо мной, в ужасе, глядя на мою руку.

- Будет синяк, - сухо прокомментировал Перст.

Рейф застонал, глядя на небо, словно прося помощи.

- Военачальник выпотрошит меня на месте - Он посмотрел на меня. -Трофей, ты должна была заблокировать удар!

- Я пробовала!- Я уронила свой деревянный щит и потерла руку. - Я смотрела в твои глаза, и я держала щит, но ...»

- Слишком медленно. У нее нет скорости, - предположил Андер.

- Щит слишком тяжелый, - добавила Ювени. - У нее нет той силы, которая необходима.

- У нее самой нет чувств, которое стихии дали даже гусыне.».

Мы все повернулись, увидев, подъезжающего к нашей группе Маркуса, глядевшего на нас из-под своего плаща.

- Что здесь у вас?

Мои охранники сразу начали говорить. Я вздохнула, сняла шлем и встряхнула своей косой, позволив легкому ветерку добраться до моей влажной головы. Попытка стать принцессой-воином неудобная и потная. Маркус и мои четверо охранников спорили на всю полноту своих легких, Маркус накрылся своим плащом, чтобы не оскорбить никого своими шрамами. Он был ранен в битве несколько лет назад, его левое ухо и глаз сгорели. Перст, с светло-коричневой кожей и длинными черными косичками, возвышался над Маркусом. Он, как обычно, молчал, скрестив руки на груди.

Рейф, его кожа даже бледнее, чем обычно, жестами пытался объяснить. Его волосы были темными, как смоль, а кожа светлой, и его карие глаза были полны разочарования.

Андер тоже объяснялся жестами и разговаривая одновременно. Солнце блестело на его лысой голове, а его густые густые белые брови словно танцевали над его карими глазами. Ювени стояла так же тихо, как Перст, высокая и худая, ее кожа была такой же черной, которую когда –либо я видела среди Огненных. Но у нее была улыбка, парящая на губах. Она и Андер заменили Эпора и Айсдору, которые умерли в Уэллспринге (Вечной Весне).

Я вздохнула и посмотрела вдаль.

Десять дней назад мы покинули маленькую деревню Уэллспринг (Вечной Весны), оставив позади наших мертвецов, ксианцев и огненных. Мы возобновили наш поход к земле Огненных, к Равнинам народа Кира. Еще несколько дней езды, и я впервые увижу это легендарное место, которое выходит за пределы Королевства Кси. Еще несколько дней езды, и великая долина Кси скроется в просторах Равнины.

Еще несколько дней езды, и я буду там, где я никогда не мечтала ходить.

Я взглянула туда, где армия Огненных прошла мимо нас, в их медленном- медленном марше на родину. Кир оставил половину своих сил под бдительным оком Симуса из клана Ястреба, чтобы защитить «Водопады» и само королевство Кси. Он привел с собой другую половину, чтобы вернуться на равнину. Это было все же впечатляющее зрелище, поскольку они проходили мимо нас, все на лошадях, армия свирепых воинов, как мужчин, так и женщин.

Или, по крайней мере, то, что осталось от армии Кира, после разрушительной болезни, которую мы испытали за пределами Уэллспринг (Вечной Весны). Мы, конечно, оставили наших мертвецов, но все еще были проблемы, все еще противоречия в центре армии. Противоречия возникшие в результате болезни, охватившей ряды людей, которые смотрят на болезнь, как на проклятие. Противоречия в результате присутствия Трофея в их среде и изменения, которые я им принесла. Противоречия, которые были отложены на время для преодоления оставшейся части пути, которые будут рассматриваться перед Советом старейшин, когда мы достигнем Сердца равнин.

Мы могли бы достичь его раньше, но Кир держал армию в черепашьем темпе, заявляя о необходимости восстановить силы в воинах, охотиться и пополнять запасы продовольствия.

По правде говоря, мы были недовольны.

Я не возражала. Мы с Киром провели последние десять дней вместе, занимались любовью по ночам и проблемами в течение дня. Как я могла возражать, проводя все время с моим любимым военачальником?

Молчание позади меня заставило меня осознать, что я стала центром внимания. Я повернулась лицом к сердитому Маркусу, который спешился и смотрел на меня своим единственным глазом. --И это была твоя идея?

Я посмотрела на своих охранников, но все они смотрели куда угодно отводя глаза. Я столкнулась взглядом с Маркусом.

- Была.

- Зачем?

- Потому что мне нужно научиться защищаться- Я посмотрела на Маркуса и подняла подбородок. -- Я должна быть в состоянии защитить Кира.

Внутри я вздрогнула, когда я это проговорила.

- Защитить самой? - Маркус пристально посмотрел на меня. - Как так?

Я вздохнула, приготовилась к презрительному взгляду Маркуса.

- Когда мы были в лагере, и когда Ифтен стоял над Киром... Это напугало меня Маркус.

Я указала на других.

- Я не могу быть мертвым грузом. Ты сам говорил, что Равнины трудны. Я думала, что смогу, по крайней мере, научиться ... - слова давались тяжело. -как сражаться.

Маркус задумался, а я покраснела и отвернулась.

- Я знаю, что это кажется глупым…

- Нет, Трофей- Маркус устремил взгляд вниз, вниз по долине, на равнину и вздохнул. - Смерть приходит мгновенно, и ты знаешь эту истину. Суровая правда, но правда, тем не менее.

Он покачал головой.

- Но ты на ошибочном пути.

- Она хочет научиться, - запротестовал Рейф. -Какой в этом вред?

Маркус повернулся к Рейфу.

- Позвольте мне показать вам

Когда его слова слетали с уст, он бросился на Андера, без предупреждения или сигнала, и так быстро, что я никогда прежде не видела от него такой прыти.

Я увидела только то, что Андер, отбил кинжал Маркуса своим клинком, который он выхватил с невероятной скоростью. Все это произошло так быстро, а затем они встали там, Андер настороженный, и Маркус не двигавшийся больше.

Маркус отступил назад и склонил голову Андеру, который в ответ склонил голову ему. Оружие было вложено, и Маркус повернулся ко мне.

- Ты видишь?

Я нахмурилась, озадаченно и честно ответила.

- Нет

- Андеру не нужно думать о «Как». Он отреагировал. Он знает лезвие, знает движения, знает в силу своего тела и крови. Знает, с тех пор как прорезались его первые (молочные) зубы, и его тиа вручила ему свой первый клинок.

Я моргнула. Первый зуб? Но это было ….

- Ты думаешь, Трофей. - продолжил свою лекцию Маркус- Ты думаешь, и после ты говоришь своему телу что делать, и именно эта задержка является фатальной. Не обращай внимания на вес щита, неважно, что ты ...

- Вы даете младенцам оружие?

Маркус пристально посмотрел на меня.

- Что ты подразумеваешь под «младенцем»?

Снова язык. Когда я думаю, что я изучила язык огненных, появляется что-то новое.

- Дети. Малыши, которые еще ползают по земле ... - Я прикусила губу. - Как Мира, младенец, которого мы нашли в деревне.

Маркус покачал головой.

- Нет. Первые зубы. - Он открыл рот и показал мне свои зубы. - Все их первые зубы.

Я призадумалась на минутку. Он имел в виду первый набор детских зубов. Это означало, что они давали оружие детям, которые были примерно два с половиной, может быть, три года.

- С деревянными лезвиями, Трофей. Первое оружие деревянное. - Маркус пристально посмотрел на меня. - Первое настоящее лезвие - это первый коренной зуб. Ты поняла?

Я медленно кивнула, что поняла. Огненные овладевали сталью примерно в шесть или семь лет.

Неудивительно, что они были такими быстрыми. Мне пришло в голову, что я очень рада, что отправила Миру обратно к Анне в Водопады.

- Итак, - позвал меня голос Маркуса. - Мы сосредоточимся на том, что ты сможешь сделать. А не на том, что ты не сможешь.

Я вздохнула, и мои плечи упали.

- Но я ничего не могу сделать!

- Тьфу-. Маркус обернулся и взял деревянный меч и маленький щит, который я использовала. -Что ты сделала, когда тот воин-жрец ворвался в твою палатку?

Я подошла и плюхнулась в траву рядом с Перстом,.

- Я закричала и побежала.

- И?- спросил Маркус, присаживаясь. Рейф упал рядом с ним и вытащил кинжал и затачивающий камень. Андер и Ювени оставались стоять на страже, но стояли достаточно близко, чтобы расслышать.

- Спряталась за Киром-Я выбрала стебель травы и начала играть с ним. – Смелейшая из воинов, такая я есть.

Маркус фыркнул.

- У тебя отвратительная память. Ты забыла.

Я подняла глаза, увидев, что Рейф и Перст оба усмехались, вспомнив что-то.

- Что?

Рейф быстро ответил.

- Ты бросила в него горшок с гадостью. Он был покрыт ею, когда вышел из палатки.

- Хотелось бы мне это увидеть-сказал Андер, его глаза следили за линией горизонта.

«Хейла этому, - добавила Ювени.

Перст усмехнулся.

- Вонь держалась несколько дней - Он потянулся и вынул свою палицу, готовясь снова обернуть ручку кожаными полосками. Конечно, это была не просто палица. Я отвернулась от оружия. Это принесло слишком много болезненных воспоминаний.

- Итак, - продолжил Маркус. - Что ты сделала? Ты предупредила других о том, что у тебя возникли проблемы. Ты использовала то, что нашлось под рукой, чтобы отвлечь врага. Ты убежала туда, где была помощь, и оказалась там, где твои защитники могли защитить тебя.

Я забыла. Я разбила тот кувшин с вареной скунсовой капустой прямо об голову воина-жреца, прежде чем убежала. Я немного приподнялась.

- Полагаю, я это сделала

Маркус кивнул.

- Учить тебя сражаться достаточно только для того, чтобы посмеяться. Но, обучить тебя защищаться, среагировать на атаку и оказаться в безопасности, это можно сделать.

Я покачала головой.

- Маркус, я застыла, когда обнаружила, что Ифтен занес над Киром кинжал. Мне не было смысла кричать.

- Страх, - сказал Перст, сосредоточившись на своей задаче.

Рейф кивнул, оттачивая край своего клинка.

- Страх удерживает нас, когда нам нужно двигаться, и перемещаться, когда нам нужно остановиться

- Страх заставляет нас молчать, когда нам нужно громко кричать и громко кричать, когда нам нужна тишина», - сказал Андер, словно читая. Я не была удивлена; Перст насмехался над Ифтеном с заученным стишком в Уэллспринг (Вечной Весны). Похоже, они использовали их для обучения. Это также меня не удивило - поскольку у них не было письменности, все хранилось в памяти, и их способность все запоминать была потрясающей.

- Страх закрывает твое горло, затрудняет дыхание. Страх ослабляет твою руку и ослепляет твои глаза.

Маркус поднял пение.

- Страх - это опасность. Знай свой страх. Будь лицом к лицу со своими страхами.

Я задержала дыхание, но когда стало ясно, что это было сделано, я нарушила молчание.

- Но как мне это сделать?

Перст повернул голову и улыбнулся мне, его белые зубы вспыхнули в контрасте с темной кожей.

Я должна была молчать. Эта рутина воинов-принцесс была неудобной, потной и изнурительной.

Мы ждали, чтобы присоединиться к армии в самом конце марша. Кир с мальчишеской улыбкой на лице, сказал мне, что я перееду в тыл его сил. Я была уверена, что он хочет убедиться, что он дал мне первое впечатление на равнины.

Так как мы все равно ждали, я и попросила своих охранников научить меня использовать меч и щит. Я думала, что это будет легко; ведь они управлялись своим оружием с изяществом и умением.

Легко сказать; труднее сделать.

Мы провели остаток дня практикуясь, когда армия проходила мимо. Каждый из моих телохранителей играл атакующего, а потом мне пришлось работать с каждым, защищая себя. Маркус отступил и смотрел. Когда показалось, что я знаю, как справиться с ситуацией, Маркус приказал Персту умереть, и Перст любезно упал «мертвым» у моих ног.

Таким образом я училась передвигаться с моими защитниками, пытаясь держаться подальше от них и постоянно осознавать угрозу, в которой я находилась. Маркус был сильным сторонником действий, а не разговоров. Как только я слишком устала мы остановились и поговорили немного, выпели воды, чтобы я могла перевести дыхание.

Остальные даже не вспотели.

Наконец, на закате солнца, Маркус «убил» всех моих охранников, и я столкнулась с моим «нападавшим» в одиночку. Перст ухмыльнулся мне, лежа у моих ног. Я посмотрела на Маркуса, который стоял с двумя кинжалами, угрожая мне.

- Что теперь?

Он наклонил голову из под плаща и посмотрел на меня.

- Что ты будешь делать?

- Я не знаю!- растроенно я посмотрела на него.

Андер «умер» лицом вниз и это выглядело так, будто он решил вздремнуть.

- Ищи слабость, - зашептал он мне.

Слабое место? Маркус уже доказал, что он смертелен с этими кинжалами, и какая у него слабость?

Маркус посмотрел на меня одним своим глазом.

Ох

Я бросилась налево, пытаясь попасть в его мертвую зону. Но Маркус просто повернулся лицом ко мне, удерживая меня в поле зрения. Я остановилась, расстроено.

- Что в этом хорошего?

- Держать его в движении, не дать ему кинуть кинжалы, - ответила Ювени. Она лежала на земле, жуя кусок травы, наблюдая за периметром. Рейф сидел на расстоянии, следя за другим направлением.

- Ты можешь попытаться бросить в него, заставить его отодвинутся от тебя. Используй наши тела, чтобы попытаться повалить его - предложил Андер.

- Бросай вещи-, добавил Перст. Я посмотрела на сумку на бедре и кивнула.

- Ты должна использовать любую слабость-. Маркус жестом указал себе на лицо.- Моя - моя слепая зона, Трофей. Если ты можешь ослепить человека одной из своих смесей, сделай это. Это может все, что стоит между тобой и смертью. Поняла?

- Я, Маркус.

- Это важно, если все твои охранники «убиты», куда еще ты сможешь обратиться за помощью? - прорычал Маркус.

Я нервничала смотря на него. Я все еще помнила более ранний «урок», когда он перевернул меня на землю и держал у горла кинжал.

- Армия?

Маркус фыркнул.

Рейф поймал мой взгляд и дернул большим пальцем в сторону лошадей.

- Лошади?- я посмотрела туда, где стояли наши лошади, терпеливо ожидая нас. Они паслись, за исключением, конечно, моего Великого Сердца. Он крепко спал, его одно бедро поднялось в сторону, его голова повисла. Все как обычно.

- Лошади-. Маркус вложил свои кинжалы под плащ, остальные встали, отряхиваясь.

- Доберёшься до лошади, прыгай на спину, и она выведет тебя из опасности.

- Если бы она могла ездить, - спокойно сказал Перст.

Я посмотрела на него, но все они улыбались. Это была старая шутка, но в их глазах это было правдой. Я не родилась в седле, как люди равнин, и для них мои навыки верховой езды были ужасными. Но я все же могла ездить. Прыгнуть в седло, однако ...

- Все, этот урок может подождать, - объявил Маркус. – Нам нужно установить лагерь в ближайшее время, и еда сама не приготовится.

Он направился к лошадям.

Благодарная за отсрочку, я последовала за моей охраной.

Поскольку мы возобновили наше шествие к равнинам, Кир внес некоторые изменения в мое размещение на ночь. Теперь моя палатка была немного просторнее, так, что я могла стоять прямо. Он устроил дополнительную набивку для постели. Это были седловые одеяла, в несколько сложений, что сделало очень удобным матрас. Они были сделаны из какой-то шерсти, которую я не узнала, но знала, как ее использовании в лагере. Но самым большим и лучшим изменением было то, что я спала в его объятиях каждую ночь.

Когда мы покинули «Водопады», Кир возобновил свою практику, двигаясь вверх и вниз по всей своей армии, видя своих воинов и имея дело с их моральным духом. Тогда он оставлял меня в центре, думая, что там меня лучше защитят. Но это означало много ночей разлуки.

Но теперь, когда события Вечной Весне остались позади, я путешествовала вместе с ним. Ни один из нас не хотел разлучаться не на минуту. ,Конечно, исчезая в течение дня, он продолжал работать с воинами, справляясь с любыми возникающими проблемами. Но каждую ночь он возвращался в нашу кровать. В мои объятия. Ко мне.

Эта ночь не изменилась бы.

Маркус суетился, следя за воинами, которые устанавливали нашу палатку, и одновременно готовили на открытом огне. Я сидела рядом с огнем, наблюдая, как он работал. Рейф и Перст отправились в свой лагерь, но Андер и Ювени остались, следя за мной. Как только Кир прибудет, они тоже уйдут. Кир окружил нашу палатку с охраной, но они держались далеко, что давало мне небольшую иллюзию конфиденциальности.

У огненных было совсем другое отношение к неприкосновенности личной жизни, в отличии от обычаев в которых я выросла. Для них купание вместе и прогулка нагишом было обычным, без скромности, даже между мужчинами и женщинами. Как указал мне Жоден, в палатках Огненного сада не было никакой тайны.

Я вздохнула. Жоден стал другим, и я не хотела задумываться об этом.

В ночных лагерях никто не тратил время на вырубку деревьев для места для сна. Вместо этого мы использовали седельные одеяла в качестве матрасов. Грязь и влажность, казалось, отпадали прямо от нечесаной шерсти. Сидя у костра, укутанной в плащ, мне было очень тепло. Зима переместилась в горы, пока мы двигались вниз по равнине, мороз уже щипал наши пятки. Небо было ясным, сегодня было холодно.

Маркус резал мясо и пивоваренный каваги готовил каважд и не терпел никакой помощи от меня. Я настолько устала, что не могла делать ничего больше, чем просто сидеть. Поэтому я достала сумку и открыла ее. Я использовала его с тех пор,

Как умер Гил.

Мои руки успокоились коже сумки. Гил был молодым огненным, который попросился стать моим учеником, нарушив традиции своего народа. Образ его веснушчатого лица и красных кудрей вспыхнул передо мной. Он был таким молодым, таким нетерпеливым, с веселыми зелеными глазами и дерзкой усмешкой.

Я закрыла глаза, борясь со слезами. Богиня, держи его близко.

И держи души Эпора и Айсдиры. Воинов, которые вошли в деревню вместе со мной и первыми столкнулись с болезнью. Сначала, Эпор. Айсдира решила присоединиться к нему в ночь на траурной церемонии. Их лица тоже промелькнули передо мной. Наряду с сотнями других, которые умерли от этой болезни, которую я не смогла предотвратить или вылечить.

Если только…

- Вот,- грубый голос Маркуса прервал мои мысли. У меня под носом оказалась чашка каваджа.-Напиток. Перестань думать о мертвых.

Я взяла чашку с темным и горьким напитком, дымящеемся в прохладном воздухе.

- Маркус

- Лара-. голос Маркуса смягчился, и я смотрела на него сквозь слезы. - Мы оплакали мертвых и попроcили их прощение в самую длинную ночь. Этого достаточно.

- Но я скучаю по ним, - ответила я, вытирая глаза свободной рукой. - И я сожалею ...

- Они катаются с нами до снега, - ответил Маркус. - Пошли им свои мысли, хорошо. Не всегда печалься. Помни и о радости. Например, когда мальчишка прочитал тебе письмо Симуса. Помнишь?

Я улыбнулась вспоминая.

- Да.

Маркус удовлетворенно хмыкнул возвращаясь к своей работе. Я дунула на поверхность каваджа и сделала глоток. Тепло распространилось по моему телу, и я сделала еще один глоток, вспоминая усердие Гила, и время, когда я поймала Эпора и Айсдиру, целующихся около колодца.

Но мое сердце все еще болело.

Сумка принадлежала Гилу. Он сделал ее из старой седельной сумки, добавив толстый ремешок и много карманов для «полезных вещей». Я использовала ее с тех пор, как он умер, но на самом деле не заглядывая туда, чтобы почистить. Просто продолжала набивать вещи и рыться, не думая о ее содержании. Я потянула ее ближе, намереваясь вытряхнуть содержимое и снова собрать.

- Хейла

Кир ехал галопом. Я улыбнулась увидев его, потому что он был довольно заметной фигурой, одетый в черную кожу, на своем большом черном боевом скакуне, обрамленный лучами заходящего солнца. Я откинула плащ и побежала к нему.

Он остановил лошадь и спешился одним быстрым движением. Его черный плащ обвился вокруг него, когда он схватил меня за руки и крепко обнял, беря мои губы в плен поцелуя. От него пахло лошадью и кожей, и мы страстно поцеловались.

Он рассмеялся и втянул меня в свои объятия, шагая к нашей палатке. Я обняла его за шею, и прижалась к уху, уверенная в своих намерениях и в нашем полном обоюдном согласии.

- А еда? - потребовал Маркус, когда Кир прошел мимо огня в нашу палатку.

Кир развернулся на каблуках и повернулся к нему.

- Маркус! Хочешь узнать, почему хорошо быть военачальником?

Брови Маркуса поднялись.

Рот Кира медленно растянулся в улыбке.

- Получать то, что хочешь.

Я засмеялась, когда Кир повернулся к палатке.

Сзади раздался рык

- Ваш ужин военачальник будет выброшен в грязь, если вы его сейчас же сами не съедите.

Кир остановился на середине шага. По его выражению, он был раздираем редкой для него нерешительностью.

- Еда готова сейчас. И сейчас же она должна быть съедена.

Кир посмотрел на меня таким печальным выражением в своих ярко-голубых глазах. В это время его желудок заурчал, и я громко рассмеялась.

Мы ели, а небо над нами превращалось с ярко темно-синего цвета в черное. В ночном небе ярко засветились звезды, луна проглядывала сквозь деревья. Маркус закончил заполнять наши кружки каваджем и очищал остатки нашей еды, когда он задал вопрос.

- Что происходит с воинами?

Я сидела рядом с Киром, прислоняясь к его плечу, под его плащом. Но я откинулась назад, посмотрев в его лицо, когда он ответил.

- Не так хорошо, как мне бы хотелось. Ифтен болтает, и воины смотрят на пустых животных и пустые мешки у седел и задаются вопросом, правильно ли они поступили пойдя за мной.

Он потянулся, чтобы взъерошить мои волосы.

- Я говорю свои истины, но слова мало весят.

Я наклонилась и коснулась его губ моими. Я ничего не сказала. Покорение Киром Кси было переломным в традициях для Огненных. Их обычная практика заключалась в том, чтобы совершить набег и ограбить то, что они могли унести, и вернуться на равнины, загруженными добычей. Но Кир хотел изменить этот путь, победить и удержать на благо обоих народов.

- Дураки, - проворчал Маркус. - Они не видят дальше головы своих лошадей.

- Но Кир, это не совсем так. У них есть лекарство от лихорадки, и этот кровоостанавливающий мох, который мы собрали.

Я зевнула.

- Они знают больше, чем раньше, о болезнях.

Богиня знала, что это правда. У нас были лекарства, в том числе и лекарство от лихорадки, оставшиеся от лечения чумы, и все это помогали лечить больных. Я разложила лишнее, убедившись, что у всех есть что-то, и наблюдал за признаками возвращения чумы. Если чума снова появится в наших рядах, я хотела бы знать. Каждый воин согласился нести некоторых и следить.

Исключая Ифтена.

Кир задумчиво посмотрел на меня.

- Это правда, о которой я не подумал, Лара.

Я улыбнулась ему, а затем снова зевнула, так что моя челюсть хруснула, и мои глаза заслезились. Мой желудок был полон, и мне было тепло и хотелось спать.

- Ты устала сегодня, любимая - Он подошел ближе и обнял меня. От его тепла стало хорошо, и я наклонилась, положив голову ему на плечо.

- Она попросила об уроках, - мягко ответил Маркус. - Она хочет защитить тебя.

"Защитить меня?"

Я кивнула, почувствовав, что засыпаю. Их голоса продолжали разговор, напоминая потрескивания огня. Потом меня перенесли, и я оказалась под одеялом с Киром под боком. Я проснулась достаточно, чтобы пробормотать вопрос ему в ухо.

Он тихо усмехнулся.

- Военачальники учатся ждать того, чего хотят. Спи, Лара.

Довольная, я отплыла в сон.

В какой-то момент я почувствовала, как Кир выскользнул из-под меха. Я подняла голову, открыв глаза, чтобы увидеть, как он стоит и разговаривает с одним из охранников. Должно быть, я издала какой-то сомнительный звук, потому что Кир повернулся ко мне, его глаза сверкнули в слабом свете. Он указал мне, чтобы я спала дальше.

Я опустила голову, радуясь, что мне не пришлось вылезать из теплой постели.. Я приняла обычай Огненных спать голой. Больше смысла, на мой взгляд.}. Например, меньше одежды для чистки Маркусу. Знак моего уважения к Огненным. Богиня знала, Кир казался ... благодарным.

Но как ни удобен был обычай, выползать голым из теплых одеял, чтобы переодеться в холодную одежду оставляло желать лучшего. Поэтому я снова опустил голову и позволила сну овладеть мной.

Чуть позднее, я снова подняла голову, когда Кир вернулся в постель. Он приложил все усилия, чтобы холодный воздух не попал ко мне, но его рука задела мою.

Его кожа была холодной.

Он прошептал извинение и отстранился. Но я не была против этого. Не открывая глаз, я пододвинулась ближе.

Ему было холодно. Дурак-военачальник, вышедший наружу голым, чтобы поговорить с охраной. Я медленно двинулась, подползая к нему, чтобы прижаться, как можно ближе.

Он глубоко вздохнул, когда я накрыла его тело своим. Дрожь пробежала по нему, когда я прижалась грудь грудью, позволив своей теплой коже войти в полный контакт с его охлажденной плотью. Я подняла одну руку, чтобы положить ему на щеку, а другую, чтобы погладить мышцы на его плече.

Я просунула ноги между его ног и попыталась поместить их там, чтобы они закрыли пальцы его ног. Мои волосы рассыпались по плечам, как одеяло над нами. Я наслаждалась, чувствуя его тело. Мягкая кожа его живота, грубые волосы его ног. Многочисленные шрамы. Все это Кир. Мой Кир.

Он расслабился подо мной, прошептав «спасибо». Я просто улыбнулась, и мой палец очертил мягкую кожу его губ. Одеяло и меха сохраняли тепло наших тел и запах его кожи.

Вокруг были звуки движения, возможно, происходила смена охранников. Ветер подбирался, заставляя палатку немного вибрировать. Мы спускались с гор, но холодный зима шла за ними по пятам. Однако в этом маленьком укрытии мы были в тепле, безопасности и сухие.

Постепенно тело Кира согрелось, и я переместилась на бок, чтобы бедному человеку не пришлось нести мой вес. Я осторожно вернулась на свою сторону кровати. Кир спал рядом со своим оружием, я не хотела спать с этой холодной сталью. Я прижалась к нему наслаждаясь своим комфортом и готовая вернуться ко сну.

Но я согрела Кира даже несколькими способами

Часть 2

Теперь было очередь Кира, его руки двигались по моей коже, воспламеняя ее. Его прикосновения были нежными, и я вздохнула от чистого удовольствия.

Воодушевленный, Кир захватил мои губы, и мы долгое время медленно изучали друг друга. Его руки остановились на мгновение, дразня мою кожу мягкими прикосновениями его пальцев. Я извивалась, когда он ласкал мои бедра, желая большего.

- Кир.

Он тихо усмехнулся.

- Никакой спешки, Лара.

- Кир, - умоляла я, но он снова меня поцеловал.

Я смело потянулась к тому, до чего я жаждала, но он схватил меня за запястья одной рукой, сорвав мои усилия. Я зарычала, он рассмеялся, и мы боролись до тех пор, пока он не прижал мои запястья к моей голове.

Покрывала упали, и холодный воздух затанцевал над моей разогретой коже, напрягая мои соски и крадя дыхание из тела.

Кир навис надо мной. Было достаточно света, чтобы увидеть его глаза, сверкающие желанием, и игривостью, которую я никогда раньше не видела.

Я приподняла голову, пытаясь его поцеловать , но он лишь позволил моим губам каснуться его. Я легла на спину и вздохнула от разочарования. Довольный, он опустился моей груди, лизнул кожу между ней и подул на эту влажную поверхность. Я глубоко вздохнула, закрыла глаза и потеряла себя в ощущениях.

Кир не останавливался, исследуя мою грудь ртом, игнорируя вершинки сосков, сосредоточившись на плоти вокруг них. Я никогда не думала, что моя грудь настолько привлекательна, будучи такой небольшой.

Кир нравилось.

Он сунул свою свободную руку мне под спину, заставляя меня впиться в его рот. Губы, язык, и даже царапины его зубов, все в сочетании вместе, заставило меня задрожать.

- Кир- умоляла я

- Лара, - бормотал он.

Холодный воздух только подчеркивало тепло между нашими телами. Его ноги двигались по моим, удерживая их прижатыми к кровати. Я стонала, пытаясь сдвинуть его, пытаясь открыть ему доступ, но он игнорировал меня и продолжал целовать мою грудь.

Наконец, он пошевелил рукой, опуская ее на низ живота, позволяя своим теплым пальцам вытянутся. Я двигала бедрами, но он не позволял своим пальцам двигаться ниже.

- Ты такая прекрасная, - прошептал он.

Мои глаза широко раскрылись, чтобы посмотреть на него.

- Я не. , , на самом деле, нет. Я-

- Совершенна- Его губы парили над моим. - Все, что в тебе есть, прекрасно, пламя моего сердца

Я всхлипнула.

Затем он двинулся ниже, пальцы искаливошли в мои глубины и стали мягко поглаживать. Он отпустил мои запястья, и я прижалась к нему, крича от радости и удовольствия одновременно. Но этого было недостаточно. Я хотела большего, хотела его, и он с быстрым движением вошел в меня, и я получила то, что хотела, и даже больше, намного больше.

Мы оба задыхались, наши перегретые тела охлаждались от ночном воздуха. Потянувшись за одеялами и мехами, я почувствовала, что это было бы слишком большим усилием для меня, но я шевелилась, зная, что нам необходимо их тепло. Я подтянула их на нас. Они все еще были теплыми, и я со вздохом закутала, убедившись, что мы оба хорошо накрыты ими.

Кир открыл глаза и улыбнулся мне , когда я пристроилась рядом с ним. Мы прижались к друг друга близко и только начинали снова засыпать, когда он проговорил.

- Тебе больно.

Его рука оказалась у меня на плече. Я кивнула.

- Просто синяк. Я не заблокировала удар.

- Маркус сказал, что ты хочешь научиться драться- Он мягко потер руку. -Чтобы защитить меня.

- Я испугалась, когда Ифтен... - Мой голос затих, когда я вспомнила, как нашла Ифтена стоящим над Киром, когда он лежал в тисках болезни.

Кир обнял меня, и я положила голову ему на грудь.

- Меня согревает то, что ты хочешь это сделать, Лара». – в темноте его голос был мягким - И в какой-то степени Маркус ошибается. С достаточной практикой ты сможешь стать бойцом, если ты захочешь. Возможно, не так быстро, как у равнинники, но с должным обучением ты смогла бы это сделать. Ты можешь сделать все, что угодно, если захочешь.

Я улыбнулась ему в грудь.

- Но твое время лучше потратить на то, что ты делаешь лучше всего, мастер-целитель, - посоветовал Кир. - Обучится, как взаимодействовать и работать со своей охраной, чтобы быть уверенной. И подумать о тех способностях, которые у тебя есть сейчас, а не о тех, которых у тебя нет.

Я подняла голову.

- Так же хорошо. Во всех этих доспехах жарко и неудобно. Это заставляет меня вспотеть.

Глаза его заблестели, и он перекатил меня на спину.

- Что-то не так с потом?

- Ничего- засмеялась я, и зацепила своей рукой его шею и прижала его рот к своему. –Позволь мне доказать это тебе снова

И опять…

- ----------

На следующее утро я проснулась, с улыбкой на лице, в пустой кровати. Кир, вероятно, оставил меня еще до рассвета, его обычно это делал.

Я потянулась под теплыми покрывалами и расслабилась. Вокруг была тишина куда исчезли обычные звуки утра, звук движущихся воинов?

Как долго я спала?

Я потянулась к кучке одежды, которую я оставила рядом с кроватью. Я потянула их в тепло и легла на мгновение, позволив им немного согреться, прежде чем быстро одеться. Я накинула на спину свою сумку и разместила ее на бедре перед тем, как выйти из палатки.

Там сидел Маркус с моей охраной. Когда я вышла, они вскочили и направились к палатке

- Наконец-то.- сказал Маркус, его голос прорезал утренний туман.

- Маркус?- Я вышла, натянув свой плащ сзади на себя. Выйдя из палатки, я услышала, как она рухнула у меня за спиной, и увидела, что Рейф, Перст и Андер разбирают ее, пока я пью.

- Он сказал, не будить тебя, так я и сделал, - объяснил Маркус, протягивая кусок хлеба с холодным мясом, завернутым в него, и чашку каваджа. - Мы должны ехать, чтобы догнать остальных.

Я засунула еду себе в рот, кивнув, прожевывая. Маркус затушил ногой огонь и вылил последний кавадж в мою чашку, прежде чем начать паковать остальное снаряжение. Я выпила горький напиток и огляделась. Небо было ярко-голубым, и нигде не было видно не облачка. Но снег уже притаился за горами. Я почувствовала его запах в ожившем воздухе.

Армия уже собралась и начала двигаться. Я видела, как последние воины и лошади уходили за деревья. Как я проспала, я бы …—

Потом я вспомнил, чем мы с Киром занимались прошлой ночью, и улыбнулась в свой кавадж.

Маркус двинулся, чтобы помочь Рейфу и Персту в упаковке. Андер и Ювени направились к одной из вьючных лошадей, что стояли рядом. Великое сердце был с другими лошадьми. Он, конечно же, спал. Я была совершенно уверена, что именно поэтому его выбрали для меня, учитывая мои так называемые навыки верховой езды. Я глотнула еще каваджа, а большая коричневой лошадь открыла глаза. Когда она заметила меня, она взвизгнула и начала идти ко мне. Другие лошади тоже встрепенулись, будто понимая, что мы вот-вот уйдем.

- Где Кир? - спросила я, когда допила кавадж до дна. Я чувствовала себя все более настороженно с каждым глотком.

- Мы едем навстречу с ним, - ответил Рейф, закрепляя тюки на лошадях. Он больше ничего не сказал, но у него была легкая ухмылка на лице, которая отражалась и на губах Перста. Что-то случилось.

От Великое сердца пахло моими волосами, и я потянулась, чтобы погладить шрам на его груди и почесать за ушами. Он был лошадкой хорошего размера, и мне лишь усмехнулась над идеей, что я могу запрыгнуть на его спину.

- Поторапливайтесь - жестом указал мне Маркус на гору. Охранники дождались, пока я не села в седло и затем только они поднялись, и мы поскакали на рысью.

Прошло немало времени, так как армия двигалась достаточно быстрыми темпами. Маркус продолжал двигаться, проходя мимо воинов, явно стремясь поймать Кира как можно быстрее. Когда мы проходили мимо некоторые из воинов приветствовали меня, а другие хмурились. Я встретилась с очевидными доказательствами того, что Ифтен все еще распространял инакомыслие среди их рядов.

Через некоторое время Маркус поднял голову и выкрикнул, обращаясь к Киру. Получив ответ, Маркус пустил лошадей в галоп. Рейф и Перст лидировали, следуя за Андером и Ювени, легко держа темп.

Затем мы вырвались из-за деревьев, чтобы увидеть, как Кир скачет к нам.

Мы собрались вместе и остановили лошадей.

- Она спала долго, - объяснил Маркус.

- У нее были на то веские причины - лицо Кира оставалось нейтральным, но его глаза заблестели. Я покраснела, что заставило уголки его глаз изогнуться вверх. Он приблизил свою лошадь близко к Великому сердцу и наклонился, чтобы погладить мою щеку.

- Я хотел спросил кое-что у тебя?

- Да?

Он прочистил горло.

- Я бы хотел дать тебе первый впечатление от равнины, если ты пойдешь. Разведчики нашли его во время зачистки. Там ты сможешь увидеть равнину, и я хочу быть тем, кто тебе ее покажет.

- Конечно

Он выглядел немного смущенным.

- Не могла бы ты . . . могу я...

Я озадаченно на него взглянула, потому что это так не было похоже на него, быть нерешительным

Кир вздохнул от разочарования.

- Я бы хотел держать тебя в своих руках , когда ты впервый посмотришь на мою землю.- Он протянул руку в умоляющем жесте.

Не сказав ни слова, я наклонилась, чтобы он обхватив меня за талию перетянул в свое седло перед собой.

- Я ничего более так не желаю, мой военачальник, - прошептала я, расположившись перед ним.

Он покраснел от удовольствия и пришпорил свою лошадь. За ним последовало Великое сердце, как и остальные.

Мы направились через деревья, пробираясь под небольшим углом к небольшой дорожке. Я расположилась ближе к Киру и почувствовала, как его руки сжались вокруг меня.

Мы ехали так во второй раз, после того как он потребовал меня или же я сама его забрала, в зависимости от того, кто говорил.. Мне казалось, что мой первый взгляд на равнины должен быть в объятиях Кира.

Дорожка прошла мимо каменной стены, заросшей лозой и разрушенной в некоторых местах. Я вытянула шею, чтобы увидеть сквозь щели, которые, как оказалось, были старой башней, внешний вид которой пришел в негодность. Я задалась вопросом, что же произошло здесь, вдоль границы, но я понятия не имела об этом.

- Я изучала целительство, а не историю.

Кир погнал своего вороного вперед, и это заняло не так много времени, как я думала, чтобы добраться до места, или, может быть, время просто пролетело быстрее, чем я предполагала.. Но Кир заговорил мне на ухо.

- Закрой глаза, Лара-.

Я улыбнулась и крепко сжала их.

Я почувствовала, как солнце коснулось моего лица, и мы вышли из-под деревьев. Он остановил свою лошадь, и я услышала, как остальные окружили нас. Он подогнал нас так, чтобы я оказался лицом к пргалине в стене, а затем с довольным видом произнес вслух:

- Вот и равнины, Трофей

Я открыла глаза, и мой желудок свело.

Мы были на горном отроге, за которым был крутой откос. Мы смотрели туда, где открывалась долина, деревья закончились, и земля казалась (катилась), как большой, широкий ковер. Земля светилась яркими, красными и желтыми огнями мелькавшими вдалеке.

- Что-то горит?- сказала я в тишине.

Кир усмехнулся.

- Нет, Лара. Это травы, они приобретают красный цвет перед сезоном снегов. Ветер переносит травы. Но признаю, что это похоже, что он в огне на огонь.

Ну, конечно же. Огненные земли. Это должно быть поэтому, так их назвали. Я запросто разглядывала, как фронт армии приближается к предгорьяю, длинная цепочка возвращающихся воинов, терялась в деревьях внизу. Я оглянулась на старую крепость. Какой должно быть вид сверху.

Мои глаза были обращены к горизонту, длинной плоской линии, которая тянулась бесконечно.

Земля, насколько я могла видеть. Небо казалось огромным, больше, чем я когда-либо думала, что небо может быть. Оно растянулось от горизонта к горизонту, и у меня не было слов, чтобы описать его, и как я себя чувствовала при этом. Я прожила всю свою жизнь в укрытии гор, глядя вниз вдоль узкой долины из замка Водопадов. В моем животе творились странные вещи, увидев мир открытым, и таким диким, таким свободным, поэтому ... безграничным.

Как же изменилась моя жизнь, когда Кир забрал меня.

Я тяжело сглотнула, приняв все это и задрожала. Мне стало комфортно с Киром, с его людьми. Последние несколько недель, я был так занята, было так много проблем, что я забыла, как бояться.

Но здесь я стоя на границе чужой земли, говоря на иностранном языке, имела дело с людьми, чей путь был незнакомым и новым. Теперь, когда я действительно задумалась об этом, волна страха и тоски по дому нахлынули на меня.

Руки Кира сжались, и взяли мои, согревая.

- Не бойся, Лара, - пробормотал он мне на ухо.

- Это просто так необычно, - прошептала я, не в силах оторвать взгляд, не желая показывать ему страх в своих глазах.

Я почувствовала, что он кивает.

- Так же пугает, как земля, где постоянно окружают огромные каменные горы, которые ограничивают твое зрение и блокируют солнце.

Я оглянулась через плечо в его голубые глаза и его нежную понимающею улыбку. Это было неловко, но я прижалась губами к нему в нежном поцелуе, который он вернул.

Я отвернулась, глубоко вздохнула и расслабилась, зная, что моя земля, должно быть, показалась странной, когда он впервые увидел ее. Я прислонилась к Киру и почувствовала, как он наклонился вперед, чтобы поддержать меня. И в то же время, как страх не уходил, он действительно исчезал с чем-то, с чем я могла столкнуться (померится). То, с чем мы могли столкнуться.

Вместе

- Если мы не начнем двигатся, армия достигнет равнин без своего военачальника, - рявкнул Маркус.

Кир рассмеялся.

- Этого не произойдет

Он приблизился к Великому сердцу, позволив мне вернуться на мою лошадь.

- Мы едем!

Дорожка продолжилась вниз по отрогу, крутому переходу, который вывела нас в предгорье, недалеко от того места, где собиралась армия.

Кир галопом помчался вперед, подгоняя нас и радостно улыбаясь. Я не думала, что это возможно, но земля, казалось, становилась все больше по мере того, как мы ехали, расширяясь перед нами.Теперь цвета изменились, узоры красного и желтого цветов стали отчетливыми}. Теперь я поняла, почему они поклоняются элементам, небу и земле, ветру и . Да и как они могли не знать, столкнувшись с этим? Каково это-видеть надвигающуюся на землю бурю или наблюдать, как вдалеке садится солнце? Я погнала свою лошадь вперед, внезапно почувствовав страстное желание узнать все, что можно, об этом новом мире.

Кир отступил, следуя за внешним краем войск, к подъему, где собирались бойцы. Он остановил лошадь, приветствуя всех с улыбкой. Они приветствовали его, в свою очередь, с разной степенью энтузиазма. Ифтен хорошо распространял недовольство, даже среди них.

Ифтен, там был, конечно, на большом сером коне, с воином-жрецом по одну сторону, а Весрен – по другую. Никто из них не был рад видеть меня. Особенно воин-жрец, так как он был тем, кого я облила вонючей капустой. Воины-жрецы не делятся своими именами, поэтому я не имела возможности обратиться к нему. Не то, чтобы он мог мне что-то сказать. Или я ему, если на то пошло.

Мне показалось, что Ифтен прилагает все усилия, чтобы держаться подальше от меня. Это было прекрасно, за исключением одного. Когда Айсдира бросила ему вызов за оскорбление ее мужа, я был уверена, что она сломала ему руку в бою. Но Ифтен отверг мои лекарские способности, позволив воину-жрецу наложить на него «заклинания». Он, казалось, использовал руку без всякой боли, но он использовал кожаный браслет на этой руке, и я не могла увидеть большего.

Там был Ирс, на его лице была теплая улыбка. Он склонил голову ко мне с уважением.

Было нечто другое, что я узнала об этих людях. То, как они кивали или склоняли головы, было важным индикатором статуса и согласия. От легкого кивка военачальника, до показывания задней части шеи одним из очень низкого статуса, он ознаменовывал ваше положение в их мире. Это также был способ показать свое мнение о ситуации. Они делали это, не задумываясь об этом, а я только училась, внимательно наблюдая.

Из-за того, что Симус остался в Кси, и Ифтен был вторым, Ирс был теперь третьим. Красивый мужчина с довольно большим кривым носом. Он поддержал Кира, за что я была благодарна.

Сэл, квартирмейстер, тоже была там, и она кивнула в приветствии, ее позиция была почти полностью нейтральной. Пока она могла торговаться за припасы для армии, она была довольна. Арет, который отвечал за стада, следил за обеими сторонами и поддержит победителя. Тзор и Юзани, в лидеры огненных отвечали за воинов на марше, также держались поодаль, хотя они, казалось, склоняются к Ифтену.

Весрен который руководил лагерем, явно был на стороне Ифтена. Но Ортис, огромный человек, который помог ухаживать за крошечной Мирой, поддержал Кира. Он также руководил разведчиками и посланниками в том, что Кир полагался на них.

Жодэн был там, сидел на коне, глядя на равнину. Я подъехала и остановилась рядом с ним. –

- Доброе утро, Жоден.

Он повернулся ко мне бронзовым, широким лицом и кивнул.

- Ксианка

Я не показало никаких признаков, но приветствие ранило. Жоден был убежденным сторонником Кира и меня до событий в Вечной весне. Но с тех пор он изменился. Жоден растерял часть своего огня. Забота о мертвых, пение для их душ, возложили на него бремя скорби, и слова тут не могли исцелить. Он был честен в своей позиции, и он сказал мне прямо, но все равно это еще жалило. Он был первым, кто назвал меня Трофеем, и он был тем, кто объяснил мне мое положение. Но теперь он использовал мое официальное имя Ксианка, и никто другой.

Маркус выстрелил в него взглядом, а Ифтен ухмыльнулся. Напряженность была там, на поверхности и все еще назревала. Все должны были говорить перед старейшинами, и они решали, истину. Я почувствовала, что узел напряжения начал формироваться прямо между лопатками.

- Готовы ли мы?- спросил Кир своих военачальников.

Я оглянулась, не уверенная, что он имеет в виду. Он смотрел на своих военачальников, наблюдая, как они кивают, все с нетерпением ему. Что в мире—

- Разведчики вернулись и не обнаружили угроз, военачальник, - сообщил Ортис.

Ирс кивнул в знак согласия.

- Мы готовы, военачальник.

Кир удовлетворенно улыбнулся

- Тогда мы отпразднуем наше возвращение домой, а затем лагерь на ночь.”

- Мы все еще можем сделать время, несколько часов путешествия,- указал Ифтен. – С той скоростью, которую вы установили, мы не достигнем сердца равнин, пока не вырастет новая трава.”

Кир долго на него смотрел.

- После того, как мы станцуем, мы отдохнем. Весрен,- Кир продолжил, не спуская глаз с Ифтена.-Планируйте лагерь сегодня вечером. Утром мы будем двигаться дальше.

Я затаила дыхание, потому что Ифтен уже однажды бросил вызов Киру. Но на этот раз Ифтен столкнулся с здоровым Киром, полностью способным встретить его в бою. Ифтен отвлекся, и я облегченно перевела дыхание. Я был уверена, что Кир может одолеть его, но я не хотела, это проверять.

Кир, похоже, дошел до того же вывода, поворачиваясь, чтобы посмотреть на воинов, которые расположились перед нами.

- Маркус, ты останешься?

- Я сделаю.

Маркус спешился и снял седельные мешки. Он также перешел, чтобы убрать седельные мешки Кира.

- Кир? - спросила я, внезапно обеспокоившись.

Он сверкнул ухмылкой на меня, его лицо стало мальчишеским и расслабленным.

- Прочь с лошади, мой Трофей.

Я спешилась, немного озадаченная. Великое сердце, казалось, знал, что-то. Он немного пританцовывал, когда Маркус снял с него седельные сумки. Как только это было сделано, мы с Маркусом заняли позиции в стороне, и я наблюдала, как Кир поднял лицо к небу и издал длинный крик

Люди, воины внизу повернулись и посмотрели в нашу сторону. Я увидела, что их лошади лишились седельных сумок, даже лошади-тяжеловесы были голыми. Стояла большая, выжидательная тишина, которая осела над нами, человек и зверь.

- ХЭЙЛА!» - Кир поднял руки вверх, ладонями наружу. -МЫ ДОМА.

- ХЭЙЛА!-ответ был громким и громовым, и вся армия вышла на равнину.

Военоначальники, даже воин-жрец, поспешили присоединиться к ним. Лошадь Маркуса и Великое сердце двинулись вперед. Кир скользнул со спины вороного, бросился вперед, крича от радости.

Кир перешел на мою сторону и взял меня за руку, и мы наблюдали, за спектаклем разворачивающимся перед нами. Это была не сумасшедшая гонка по траве, которую я ожидала. Это был танец, подобного которому я никогда не видела. В конце концов закрученные, переплетающиеся узоры стали ясны, так как лошади и всадники двигались вместе.

Крики радости, смеха и вопли лошадей доходили к нам по ветру. Кир тоже засмеялся, издав радостный смех. Я оглянулась и поняла, что вижу другого Кира, без груза забот и ответственности на его плечах. На данный момент он был так же беззаботен и счастлив, чем я когда-либо видела его.

Я оглянулась назад, и как раз вовремя, чтобы увидеть, как всадники соскальзывают со своих лошадей, словно по невидимому сигналу. Люди начали бежать, формируя свои собственные узоры.

Теперь лошади танцевали одни. Богиня, это был образцовый танец с лошадьми!

Я сжала руку Кира.

- Ты должен быть там.

Он оглянулся, его голубые глаза светились улыбкой.

- Я лучше встану здесь и увижу это твоими глазами.

Я улыбнулась в ответ, потом повернулась к Маркусу, который стоял, прижав руки к груди, под плащом.

- Маркус, ты должен—

Он прервал меня рывком головы.

- В эту суматоху со слепым глазом? С ума сошла?

Я повернулась и поняла, что он прав.

Празднование продолжалось еще несколько мгновений, затем, к моему удивлению, воины начали заново собираться. Они собирались вместе, лошадь и всадник оба на пробежке, затем воин протягивал руку и в одно мгновение садился в седло. В страхе я наблюдала, как все больше и больше воинов возвращались на свои места, без видимых усилий или неудач.

Три лошади отделились от группы и направились к нам бегом. Вороной Кира, Маркуса, и Великое сердце не отставали. Они подскочили к нам на полном скаку.

Кир отпустил мою руку и отступил на шаг. Вороной бросился вперед, Кир протянул руку—и оседлал и исчез.

Маркус тоже уже был наверху.

Я с ужасом наблюдала, как Великое сердце повернулось ко мне на полной скорости. Я сделала шаг назад и повернулась, чтобы посмотреть, как он пронесся, коснувшись края моего плаща.

Великое сердце остановился, фыркнув, когда раздался смех Кира. Большой каурый конь недоуменно посмотрел на меня, встряхнулся, затем уперся, и ударился головой о мою грудь. Я явно разочаровала его. Я потянулась и почесала уши в качестве утешения.

Кир подъехал, все еще посмеиваясь.

Кир восстановил дисциплину над своими уставшими, но счастливыми воинами. Были восстановлены тюки и седельные сумки. Разведчиков отправили обратно, и все приступили к установке лагеря на ночь.

Я спокойно наблюдала и очень быстро заметила, что лагерь на равнинах отличается от лагеря в долине Кси. Здесь не было деревьев, поэтому воины искали в высоких травах сухой навоз, чтобы использовать его для костров. Пожарные ямы были вырезаны, широкие полоски травы срезаны и отодвинуты, чтобы раскрыть под ними землю. Маркус объяснил это опасностью травяных пожаров и необходимостью дополнительной осторожности, когда равнины начают высыхать.

Честно говоря, открытость всего этого, чистого неба на моей голове, немного подавляло. Поскольку Маркус не позволял мне заниматься какой-либо конкретной работой по созданию лагеря, я отвлеклась, глядя на различные растения Равнины. Кто знает, какими целительными свойства они обладали? Я откопала один из моих драгоценных пустых журналов, села в безмятежный участок с травой и начала.

Встречались не всегда травы. Были низкие кустарники и более мелкие растения, некоторые из которых содержали ягоды. Я начала собирать, дегустировать, изучать своими чувствами, чтобы узнать, могу ли я определить, что они могут сделать. Если бы я собрала и высушила некоторые листья, я бы заварила несколько чаев и выпила их, будучи очень осторожной, продвигаясь медленнее. Это была больше область знаний Эльна, чем моя, поэтому я бы сделала несколько заметок, а затем отправил ему несколько пакетов со следующим посланником.

Я забыла о времени, пока голос не прервал мои исследования.

- Ах, мое сердце наполнено болью.

Я подняла глаза. День клонился к вечеру, и по запаху в воздухе Маркус готовил для нас ужин.. Кир вытянулся на всю длину, растения спутались под ним, и глядел на небо. Его руки были сложены, на груди.

- Кир?

- Моя любовь игнорирует меня, пренебрегает мной, для другого.

Я улыбнулась, засунув последний лист в свой журнал и крепко его закрыв, а он продолжал.

- Что должен делать военачальник, когда другой притягивает глаз его Трофея?» - спросил он у неба. - Когда она пренебрегает и игнорирует?

Я прервала его поцелуем, и когда он закончился, нам обоим не хватало воздуха. Он рассмеялся.

- Дурак военачальник- Я улыбнулась и взяла травинку, чтобы погладить его по щеке.

Он выгнул бровь, глаза заблестели.

- Я зову тебя, называю твое имя, но ты игнорируешь меня, а твой нос глубоко погружен в сушеные травы. Что военачальнику думать?

- Я покажу тебе-. Я наклонилась ближе, чтобы прошептать ему на ухо. - В нашей палатке. Сегодня ночью.

Его улыбка стала шире, и он перевернулся, обняв мою талию.

- Зачем задерживаться, Трофей? Палатка поставлена и находится всего в нескольких шагах от нас. - его голос был низким, грубым и даже через нашу одежду я ощущал жар его тела.

- Мы могли бы…."

- ВОЕННОНАЧАЛЬНИК! ЭХАТЫ!

Часть 3

- ЭХАТЫ?

Кир сразу же вскочил, и я оказалась прямо позади него. Я так много слышала об этих животных, и не могла дождаться встречи с ними. Я подходила ближе, когда воины топали вокруг живой шахматной доски, притворяясь эхатами. Я запихнула свой журнал в сумку, взяв за руку Кира и позволила ему тащить меня сквозь траву.

Маркус был перед нашей палаткой с разведчиком и Тантом. Другие собирались, привлеченные новостью. Разведчик и Тант оба усмехались, как дураки, когда Кир подошел.

- Эхаты? - снова спросил Кир.

Улыбка разведчика стала шире.

- Четыре эхата, Военачальник-.

Кир остановился, ошеломленный. Затем его лицо застыло.

- Ты врешь.

Я затаила дыхание от оскорбления, так как не было обмена символами. Но разведчик просто откинул голову назад и засмеялся.

- Я знал, что это будут твои слова, и не могу винить тебя, военачальник. Но пусть небо и земля засвидетельствуют, что я говорю правду. Четыре эхата, молодые самцы, вдали от стада, нематерые и пригодные для охоты.

Все стояли ошеломленные.

- Четыре эхата, военачальник.-разведчик терпеливо повторил ему. -Столько, сколько самих элементов, и по ветру лагеря.

Он остановился для эффекта.

- По крайней мере, на данный момент.

- Четыре, - вздохнул Кир. -Подарок от стихий.

- Или вызов.-Жоден проговорил позади нас.

- В любом случае, тот, который я возьму.- Кир оглянулся на разведчика. -Если это правда, я удостою тебя первым мясом. Если ложь, я убью тебя своими руками.”

- Ладно, - ответил разведчик, все еще ухмыляясь. -Знайте, что вы подарите первое мясо племени Барсука.

- Позвать военоначальников, но не вопите,” - приказал Кир.

Воины убегали в разных направлениях.

- Нам понадобятся мускусные команды и убойная команды, по десять членов в каждых, - выкрикнул Кир. - Маркус, собери все, что нам нужно для мускусных команд, всего четыре».

С кивком Маркус исчез, выполнять его приказы.

- Вы попробуете убить их всех – требовательно спросил Жоден.

Кир вызывающе посмотрел на него.

- Небеса помогают смелым, Жоден. - Кир повернулся ко мне лицом, затем оглянулся через плечо.-Кроме того, тебе нужно о чем-то петь, да?

Только я увидела выражение шока на лице Жодена.

Кир посмотрел на меня, его глаза загорелись.

- Эхат, Лара. Достаточно редко найти двоих, но четырех неслыханно. Мы постараемся взять их всех вместе.

- Это очень опасно, не так ли? - спросила я, подходя ближе.

Военночальники шли со всех концов лагеря; Только в этот момент я выразила свою озабоченность.

Кир обнял меня и понизил голос.

- Смерть приходит мгновенно, Лара. Мы оба это знаем. Но эхаты - лучшее мясо на равнинах, а кожа, шерсть, все до кишков ценится за ее использование. Четыре эхата наполнят руки всех моих воинов, а их сердца – сказочной славой.

Я нежно поцеловал его.

- Будь осторожным, мой военачальник, потому что ты несешь мое сердце вместе со своим.

Я отступила назад, когда Ирс побежал, с Ифтеном и Весреном. Теперь военночальники собрались, и Кир шагнул вперед. Ирс улыбнулся ему, без колебаний.

- Четыре эхата, военачальник? Симус проклянет, что его здесь нет.

- Это мудро, военачальник? - спросил Ортис, его голос был абсолютно нейтральным. -Чтобы рисковать всеми, когда мы могли бы легко взять одного?

- Возможно, нам следует отпустить их, чтобы успокоить элементы, - предложил Арет. Она взглянула в лицо Кира и поспешно добавила:-В случае, если мы обидели их.

Сэл фыркнул.

Ифтен стоял, скрестив руки на груди.

- Мы не достойны этого подарка.

Лицо Кира было напряженно от гнева, но он контролировал его.

- Наше мастерство в охоте покажет нашу ценность. Все, кто думает, что они недостойны, - он сердито посмотрел на Ифтена- Или обидели, - он посмотрел на Арет, - они могут отказаться от охоты.

Его верхняя губа скривилась.

- Они смогут спеть за нашим ужином.

- Я хочу свежого эхата, только с огня- Ирс прошлепал своими губами.

Кир засмеялся, кивнув в знак согласия.

- Как традиционно, я возьму первую команду мускуса. Ифтен, если ты будешь охотиться, твоя может быть второй. Ирс….

Ифтен прервал его.

- Я бы предпочел сначала убить.

Кир удивленно поднял бровь.

- Вы отказываетесь от чести?

Кивнул Ифтен и Кир больше не терял времени

- Ирс, у тебя может быть вторая команда мускуса

- Это, честь, военачальник.-Ирс потянулся за пряжками своей брони и начал снимать ее.

- Ортис и Арет, если вы охотитесь, у вас может быть третий и четвертый мускус. - Ортис кивнул и вручил оружие окружающим. Арет сделала паузу, затем пожала плечами и начала снимать свою броню.

- Жоден.-Кир начал освобождать свое тело. - Я предлагаю тебе вторую убойную.”

Это вызвало небольшой переполох, но Жоден отказался.

- Я должен наблюдать за охотой, военачальник, если я хочу петь об этом.

- Тогда Сэл, Юзани и Тзор, вы имеете эту честь. Выбирайте своих воинов хорошо.

Все они кивнули, отошли, разговаривая и отправляя посланников, видимо, чтобы вызвать воинов. Весрен замолчал на мгновение, без задание. Его лицо покраснело, он повернулся к Ифтену. Воин-жрец тоже был там, передав что-то Ифтену, который положил это в свой рот. Я отвела глаза, прежде чем они смогли поймать меня подглядывающей.

Кир уронил свои кожаные доспехи в траву и начал складывать оружие сверху.

- Жоден, ты последишь за Трофеем во время охоты?

- Я, позабочусь о Ксианке- ответил Жоден - Позаботься лучше о своей шкуре, Кир. Рога Эхата не знают разницы между военачальником и воином.

Кир кивнул.

- Рэйф и Перст, вы поедете со мной?

Они оба вздрогнули от удивления, глаза Перста широко распахнулись.

Рейф ответил:

- Да!

Они оба начали раздеваться.

- Маркус! Где это масло? - позвал Кир, раздевшись до трусов.

- Здесь-. Маркус принес лошадиный тюк и начал раздавать горшки с густой зеленой пастой. Я схватила один, чтобы посмотреть. Кир взял горсть из горшка, который я держала, и начал растирать его по груди.

- Что это? - спросила я, опустив палец и прижала его к носу. Слабый сладкий запах застал меня врасплох, так как это пахло почти, как сало. -Я такое раньше не видела.

- Сладкий жир, - ответил Кир, снимая трусы, стоя совершенно голым - Ты помажешь мне спину?

Кивнув, я поднял глаза, обнаружив себя в толпе обнаженных мужчин и женщин, находящихся в процессе натирания этого жира на себя и друг друга. Я покраснев, двинулась за Киром и сосредоточилась на его спине, и только на одной его спине. Это была настоящая мука, так как его бронзовая кожа выглядела хорошо с блеском от масла. Я старалась не думать о других вещах. «Сладкий жир?»

Маркус подошел ко мне с другим горшком.

Мы используем его для грубой кожи, или когда ветер дует, лица красные и сырые. Или чтобы мускус не прилипал к коже.

- Мускус?

Кир втирал масло в лицо и волосы.

- У Эхата вонючий мускус. Мы должны заставить животное опорожниться, прежде чем мы сможем его убить, или мясо будет испорчено.

Я зачерпнула горсть и размазала на спине. У жира был очень слабый зеленоватый оттенок.

- Какие травы вы используете при этом?

Кир пожал плечами.

Маркус отправился за другим лошадиным тюком и стал раздавать ткань и одежду, которые были рваные и изодранные. Воины, выбранные для мускусных команд, одевали их, или оборачивали свое тело рубахами и свободной тканью. Была предложена старая обувь, и все пытались найти что-то подходящее.

- Одежду сожжем, когда мы закончим. Вода не помогает удалить вонь. Вместо этого мы будем натирать себя грязью и травами, - пояснил Кир

- Звучит неприятно

Ирс рассмеялся.

- Вот почему «честь» относится к самым высокопоставленным воинам, Трофей.

Я не отводила свои глаза, но я задумылась над словами Ирса. Если это так, почему Ифтен отказался от мускусной команды?

Лошадей подвели, и я решила, что самое время отойти отсюда. Жоден последовал примеру Андера и Ювени. К настоящему времени большинство команд были одеты , хотя все еще они сияли от жира, который они втирали в свои тела. Решимость для охоты, волнение и напряжение начали нарастать.

- Андер, насколько опасны эхаты? - спросила я, когда команды начали обматывать тонкими тканями глаза лошадям. Лошади были лишены своего снаряжения, за исключением головного убора. Всадники ехали без седла. Кир искал ткань, достаточно тонкую для его глаз.

- Очень- сказал Андер.

- Команды будут преследовать издалека, Лара, пытаясь заставить существо забрызгать их.

успокоил Жоден- Они используют копья, чтобы убивать издали, поскольку стрелы не могут проткнуть шерсть и шкуру.

Маркус подошел к нам.

- Разведчики нашли место для нас, чтобы посмотреть на эту охоту. Нам нужно уйти сейчас, чтобы быть на позиции.

Я поднялась на Великое Сердце и оглянулась, чтобы поймать глаза Кира. Но Маркус заставил нас двигаться, и мой последний взгляд был на Кира, который взобрался на своего вороного и собирал свою команду.

Неудивительно, что они заменили замки на шахматной доске фигурами Эхатов. Животные были такими же большими, как замки.

Огромные, с толстой темной шерстью, которая свисала с их тел длинными лохмотьями. Рога были массивными, широкими и острыми и торчали с каждой стороны лба животных. Одним движением легко сбить лошадь с ног и пронзить всадника.. Я сглотнул от изображений в голове.

- Молодые , - тихо сказал Маркус. Он лежал рядом со мной на подъеме, в высокой траве. Мы ползли сюда, он, Жоден и я, чтобы посмотреть на охоту. Андер и Ювени спустились к лошадям, следя за ними.

- Как вы определили? - тихо спросила я. Животные опустили головы, поедая траву. Я не могла разглядеть их глаза, так как густые волосы свисали над их мордами. Рога, казалось, продолжались вечно, и я не могла оторвать своих глаз от кончиков.

- Если бы они были старше, один бы наблюдал, как другие пасутся, - ответил Жоден. - Они также оставались бы ближе.

- Чего опасаются? - спросила я. -Что может навредить им? Кроме людей?

- Кошки-ответил Маркус. –Кошки могут напасть.

- Кошка? - Я нахмурилась, глядя на громадных животных и открыла рот, чтобы расспросить Маркуса, как появилась группа всадников, и атаковала ближайшее животное.

уверена, что другие группы также атаковали, но, случайно или по плану, Кир был в ближайшей к нам группе. У меня был четкий обзор, и я почти пожалела об этом.

Одно дело было услышать, что Кир будет ехать без седла и без оружия, без брони, другое, увидеть это. Он выглядел маленьким и уязвимым, и я втянула дыхание, когда он и другие всадники с ним поскакали к эхату.

Они проносились вокруг животного на полном галопе, кричали и размахивали руками. Некоторые бросали камни, больше раздражали, чем ранили, так как они, как и казалось, сразу отскакивали. Я видел Рэйфа и Перста в гуще событий, пытающихся разозлить зверя.

Эхат поднял голову от травы, его ноздри раздулись, когда он учуял их запах. У него был короткий, коротенький хвост, который размахивался в раздражении от беспокойства. Даже на таком расстоянии можно было услышать глубокий рык, и тогда животное замахнулась головой в сторону, размахивая рогами у ближайшего всадника.

О, богиня, как быстро.

Гораздо быстрее, чем я предполагала. Должно быть, я сказала вслух, потому что Маркус согласился.

- Они, Трофей. Это сложно. Они должны быть достаточно близко для того, чтобы разозлить животных, но достаточно далеко, чтобы избежать рогов или быть раздавленными.

Жоден кивнула в знак согласия.

Другие команды тоже двигались, но я наблюдала за Киром, когда его команда снова окружала. Мое сердце остановилось, когда Кир атаковал прямо в лицо эхата, и черный поднялся, чтобы, бить копытом небо, ржанием бросая вызов.

Голова эхата с ужасным фырканьем опустилась, и он затоптался, как будто готовилась к атаке. Но Кир на вороном уже отошли, чтобы присоединиться к остальным, кружащимся позади, за животным, за пределами его рогов.

- Все сделано, - сказал Жоден.

- Как ты понял?-"

- Хвост-, - указал Маркус.

Я вовремя взглянула, чтобы увидеть, как сзади хвост встал прямо, и толстый поток желтого ихора выстрелил во всадников. Кир увернулся, но другим не повезло. Кажется, Перст промочил вещи.

- Осталось двое, - прокомментировал Маркус.

- Они могут сделать это еще три раза?

Жоден кивнул, указывая на одного из других групп.

- Похоже, Перст получил полный удар по голове.

Я не могла оторвать глаз от Кира. Эхат, с которым он столкнулся, теперь был полностью возбужден, топая и разбрызгивая все, что двигалось. Я наблюдала, как все измазались, включая Кира. Как только было ясно, что животное истощило свои запасы, всадники ушли из лагеря.

- Обычно они не приносят эту вонь в лагерь, - ответил Маркус на мой вопрос. -Они найдут место, чтобы состирать грязь и будут использовать для этого измельченные травы для своей кожи и для лошадей.

- Ох, бедные лошади.

- Лучше они, чем воины. Вонь, похоже, не так цепляется к лошадям.

- Как насчет воды? Мыло?

Жоден присоединился к нему.

- Вода, кажется, делает его только хуже. Через несколько часов грязь и травы впитают его, а затем они искупаются.

- Но это не обычная охота-. Маркус указал, где собрались Кир и другие мускусные команды. -Они не пропустят это.

- А кто бы смог? - согласился Жоден. -Симус будет в гневе, что он пропустил это.

- Убойная команда приближается.- Маркус указал, вставая, помахав давай знать Андеру и Ювени, что они могут присоединиться к нам.

Мы подползли к вверху, чтобы не напугать добычу, но теперь это не было проблемой. Я стояла с Жоденом и наблюдала, как наступала следующая команда, полные бронированные и несущие копья. Двое из Эхатов, казалось, осознали опасность и пытались приблизиться друг к другу, но команды отгоняли их. Их мускус исчез, но рога все еще были опасными и острыми, и Эхаты не боялись их использовать.

- Есть раненые?- спросил Андер, когда он и Ювени присоединились к нам.

- Пока нет, - ответил Жоден. - Но я думаю, что до этого недалеко.

Я увидела, как животное зашаталось, и загонщики закричали, когда он упал.

- Быстро убили, - сказал Маркус. - Хвала небесам.

Ювени подошла, встав позади меня, глядя на землю позади нас. Они с Андером по очереди наблюдали за охотой и нашими спинами. Даже здесь, даже сейчас, они не ослабили своей бдительности. Они сдвинулись, чтобы она могла видеть.

- Хорошо. Чем быстрее убьют, тем меньше риск для одного из наших.

Жоден хмыкнул, но не отрывал глаз от места действия. Он был внимательным, пытаясь увидеть все. Я знала, что он все это вспомнит, и задавалась вопросом, как он все это запишет в песню.

Воздух наполнялся криками воинов и ревом раненых Эхатов. Еще двое упали, остался последний Эхат, ближайший к нам, он все еще стоял.

- Во что играет Ифтен? - проворчал Маркус.

Он был прав, Ифтен был лидером на этом Эхате. Животное швырялось, ревело и использовало короткие заряды, чтобы отбивать загонщиков. Я наблюдала, как зашел Ифтен, копье в руке, нацеленное на голову зверя.

- Он хочет выстрелить в глаз, - рассеянно заметил Жоден.

- Он больше заботится о своей личной славе, чем над безопасностью воинов - отрезал Маркус

Я затаила дыхание, когда Ифтен поднялся в седле, поднимая копье и направляясь прямо к голове. Он поднял руку, размахивая копьем и уронил ее.

Вокруг меня вздохнули, когда Ифтен упал обратно в седло, его рука лежала перед ним. Но Эхат не колебался. Он тяжело качнул головой, и его рог поймал, как Ифтена, так и его лошадь, бросив их в спутанных в клубок далеко в траву. Эхат взревел от своего триумфа и снова развернулся, пытаясь поймать другого всадника.

- Он уйдет, - предрек Жoден, когда загонщики команды изменили тактику, удерживая Эхата от затаптывания Ифтена. Но это дало Эхату выход, и он повернулся бежать. - Если он побежит, то пройдет несколько миль, прежде чем остановится.

Сначала я услышал крик, который отозвался звоном в ушах. Это был Кир, мчащийся на вороном черном коне, направляясь прямо к Эхату. Я в ужасе затаила дыхание, у него не было оружия или доспехов. О чем он думал?

Крик разжег новый огонь в команде, и они бросились вперед к животному, чтобы попытаться отрезать его. Один воин отъехал и встретил Кира, бросив ему копье в середине галопа.

- Он будет стараться ради этого. - Маркус удовлетворенно проговорил.

Богиня, он собирался сделать это. У меня пересохло во рту, когда он подъезжал все ближе и ближе к зверю, подходя сзади, под рог. Он, казалось, поднял копье высоко, а затем он бросил. Копье пронзило грудь эхата, прямо за ногой.

- Легкий удар", - с удовлетворением объявил Андер. Маркус и Жоден хмыкнули в знак согласия.

Эхат сделал шаг, другой, зашатался, а затем упал.

Поднялся громкий крик, от возгласов всех воинов.

Воины прыгали в воздухе, кричали и танцевали. Они были головокружительны от успеха. Я тоже кричала разделяя их радость и облегчение. Но я стала еще счастливее, увидев Кира, направляющегося к нам верхом на лошади грациозно скачя.

Пока ветер не сменился.

Я целительница, привыкшая к вони и запахам разлагающихся и больных тел. Не было никакого гнилостного вещества, с которым я раньше не сталкивалась. Тем не менее, я не рискнула еще раз вздохнуть. Меня наверняка бы вырвало.

Ювени встала рядом со мной и прислонилась к моему уху.

- Это означает много, когда человек приветствует любимого, покрытого мускусом эхата, поцелуем», - сказала она.

Мысленно я закатила глаза и подумала, смогу ли я сделать эту так называемую «жертву».

Все остальные отошли назад, когда Кир подошел ближе, даже мои охранники. Не то чтобы я могла обвинить их. Зловоние было ужасным. Когда он подъехал поближе, я увидел желтые капли вокруг него и его бедного черного коня. Я нахмурилась. Казалось, что запах мускуса утолщен в воздухе. Что это было?

- Трофей! - крикнул Кир, смеясь и улыбаясь. Из его бедных глаз текли слезы, как и из моих. Он остановился передо мной и наклонился. Богиня помоги мне, как можно этому противостоять? Я стояла на цыпочках и целовала человека. Его рот был теплым, соленым и вкусным от мускуса: я в спешке прекратила, разрушая поцелуй.

Кир снова сел, тяжело дыша. Его глаза сверкали глубоким, удовлетворенным взглядом. Он рассмеялся над Маркусом и Жоденом и показал, где охотники танцевали вокруг мертвых эхатов и праздновали.

- Ты должен спеть об этом, Жоден!

- Никто не говорит певцу, как создавать песню, военачальник, - упрекнул его Жоден. - Но такое один раз в жизни.

Кир кивнул, но улыбка его слегка потускнела.

- Если бы не для меня, Жоден, то для них. Они заслуживают услышать твое пение.

- В этом есть доля правды.- Жоден согласился с его аргументом.

- Правда, которую нужно сказать, вы воняете, военачальник. - Маркус поморщился. - Отправляйся

Кир рассмеялся. Он бы отогнал лошадь, но я сначала сказала.

- Подожди - . Я пошарила в своей сумке, ища пустую посуду. - Я хочу немного мускуса-.

Со всех сторон вокруг меня раздался коллективный стон.

Мы вернулись в лагерь, и Кир отправился очищаться. Теперь у меня появился небольшой образец мускуса, запечатанный в горшок и завернутый в кожу. Если я не смогу найти ему применение, то, бьюсь об заклад, Эльн сможет. Хотела бы я присутствовать там, когда он впервые вдохнет его.

Лагерь готовился к празднику с большими ямами для костра и травой в разных местах, вытоптанной для танцев. Из тюков доставали барабаны и трещотки, в воздухе витало радость и возбуждение. Все выкапывали растяжки или шарфы, чтобы добавить их к броне.

Маркус приготовил для меня печально известное красное платье. Печально известное, по крайней мере, в Кси, так как это был цвет, который носили дамы сомнительной морали. Я носила его в Тронном зале замка Водопадов, и в результате была оскорблена. Оскорбление, за которое Кир отомстил одним быстрым ударом меча. Но здесь, на равнинах, это красное платье означало что-то другое, и я надела его с удовольствием. Это обещало быть ночью празднования и возвращения на равнины и охоты на 4 Эхатов.

Были даже планы более постоянного лагеря, удивившие меня, пока Маркус не указал, что потребуется несколько дней, чтобы разделать животных. Только то, что называется первым мясом, будет взято сегодня ночью, с охранниками, чтобы отогнать падальщиков. Даже если все будут работать, потребуется время, чтобы разрезать и сохранить мясо и спрятать.

Пока Маркус и остальные готовились, у меня тоже была работа. Несколько раненых искали меня для исцеления. Ничего серьезного, слава Богине, в основном синяки и порезы. Мне было приятно, что некоторые из них доверяли мне лечить свои болезни, принимая мои навыки.

Не все так думали. Я прекрасно знала, что есть и другие, которые не придут ко мне, и не делала никаких попыток найти их. Насколько мне было известно, переломов не было, и я не стала расспрашивать об Ифтене.

Пусть он посоветуется с воином-жрецом, который наложил «лечебные заклинания» на его руку.

Я думала об этом, сидя у огня и убирая последние припасы. Я был уверена, что он пытался использовать свою раненую руку, чтобы бросить копье, и, судя по виду, боль вспыхнула, когда он поднял копье. Это был только вопрос времени, когда опухоль повредит руку, парализуя мышцы и скручивая пальцы в бесполезную клешню. Но он сделал свой выбор, и ему придется жить с последствиями.

Стук копыт поднял меня на ноги, и я увидела, как Кир, Перст и Рейф подъехали к палатке, покрытые грязью и пятнами травы на остатках старой одежды. Я сделала несколько неуверенных вдохов, но Кир только рассмеялся и подхватил меня за бедра, держа высоко, смеясь надо мной. Я вцепилась в его волосы, задыхаясь от собственного смеха. К счастью, запах был не так уж плох, но он все еще был.

Кир поставил меня на ноги, а Маркус передал ему седельные сумки и оружие:

- Одежда и немного мыла. У вас есть достаточно времени, чтобы помыться до начала празднования.”

Мои глаза расширились, когда я увидела Рэйфа и Перста. Рейф оказался нормальным, но Перст. . . -Перст, ты побрил голову!- Его длинные черные косы исчезли. Лысая голова Перста блестела на свету.

Он пожал плечами и провел рукой по лысине.

- Легче обрить - Он одарил меня улыбкой. - Они отрастут.”

- В конце концов, - добавил Рейф. - До тех пор мне придется защищать глаза от яркого света.”

Мы рассмеялись, потом Кир взял меня за руку.

- Я хочу кое-что показать Ларе у реки. Мы вернемся.

Маркус упер руки в бока.

- Перестань, сию же минуту. Сейчас начнется празднование, и нет времени, чтобы "впечатлить" ее

Кир прервал его, а я покраснела.

- Мы вернемся вовремя.

Маркус злобно улыбнулся.

- Я приготовлю первое мясо.

Кир поморщился и схватил меня за руку.

- Пойдем, Лара.

Мы вышли из света костров, направляясь прочь от лагеря, Рэйф и Перст последовали за нами. Я знала, что поблизости есть река, так как другие говорили о том, чтобы набрать там воды, но не отважились сходить в этом направлении. Было приятно держать Кира за руку и идти, когда солнце садилось вдалеке. Он тащил меня за собой с таким видом, словно искал нужное место.

Наконец он бросил седельные сумки и взял оружие.

- Оставь сумку здесь. Иди за мной и сиди тихо. Я хочу тебе кое-что показать.

Он жестом велел охранникам оставаться позади. Затем мы медленно и осторожно спустились по тропинке к берегу реки. Кир подтолкнул меня в сторону, под прикрытие ольхи. Мы присели под ветвями, и Кир устроил нас, накинув мой плащ на нас обоих.

- Смотри на дальний берег.

Мы молча ждали, сидя близко друг к другу.

Я наклонилась ближе и прижалась губами к его уху.

- Что Маркус имел в виду? О первом мясе? - Я откинулась назад, чтобы посмотреть ему в лицо.

Кир скорчил гримасу и прижался в ответ губами к моему уху. Его дыхание защекотало, когда он заговорил.

- Военноначальнику полагается первое мясо - сердце, печень и желудок эхата, это почетно, которое он хранит и делится, как считает нужным. - Я приподняла бровь. Он вздохнул. – Всегда ненавидел вкус первого мяса.

Я усмехнулась.

- Итак, я устраиваю большой праздник, делясь мясом со всеми моими воинами. Из моего великодушия и в честь моих воинов. - Кир закатил глаза. - Мне все нужно есть, но обычно я съедаю только пару кусочков. С четырьмя Эхатами моя тарелка сегодня переполнится.”

Я прикрыла рот рукой, чтобы сдержать смех.

- Маркус знает?”

- Маркус знает. А теперь и ты. О моем самом постыдном секрете.

Я открыла рот, чтобы ответить, но Кир приложил палец к моим губам и покачал головой. Его рука сжала мою, и я оглянулась, чтобы увидеть существо, пробирающееся к воде.

Он был большой, его желтые глаза блестели в угасающем закате. Его мех был полосатым, как трава вокруг нас, черным с оранжевым. Он подошел к воде и начал пить.

- Что это?- прошептала я, едва дыша

- Кошка – выдохнул Кир

Кошка? Это была не кошка, по крайней мере не та кошка, которую я когда-либо видела в горах. Я могла бы легко представить, как это существо сокрушит эхата самостоятельно. Я втянула воздух, когда зверь поднял голову и посмотрел прямо на нас. Потом покачал массивной головой, зевнул и снова принялся пить.

Богиня небесная, сколько у него много зубов.

- Запах убийства притянул его сюда. Разведчики сказали мне, что он прячется где-то здесь. Я надеялся показать тебе символ моего племени. Еще один дар стихий.- Кир казался очень довольным собой. - Мы любим (благославенны) друг друга, ты и я.

- Вы охотитесь на них?- тихо спросила я.

- Нет, - ответил Кир. - Если только они не начнут охотиться на людей из племен. Тогда выбора нет. Но тело должно быть погребено с честью, а дух оплакан.

Кот поднял голову, проверяя ветер. Его рот изогнулся в безмолвном рычании, а затем он повернулся и ушел в темноту, растворившись в траве в мгновение ока.

- Пошли - Кир потянул меня за руку. - Этой ночью я буду купаться поближе к людям.”

Я с готовностью согласилась.

Кир быстро мылся вместе с другими мужчинами и женщинами из мускусных команд, которые ждали, чтобы дать грязи и травам время поработать. Я осталась на берегу с его одеждой и оружием и украдкой поглядывала на моего голого, мокрого Кира. Рейф и Перст держались рядом. Вокруг были и другие, резвящиеся в воде, мужчины и женщины-воины. Я все еще краснела от некоторых их выходок. Но большинство знало мои обычаи, и я приметила, что они старались не попадаться мне на глаза.

Кир, однако, убедился, что я его вижу.

Когда он высох, он оделся. Маркус дал ему мягкие коричневые кожаные штанов, жилет из черной кожи и тунику из мягкого белого хлопка. Если честно не могла дождаться, чтобы вытащить его из этого.

Но с этим придется подождать.

Мы двинулись назад, смеясь и болтая. Он рассказывал мне о празднике, о том, как будут благодарить духов Эхатов, как будут награждать почестями, раздавать первое мясо и как будет веселится до поздней ночи.

Я взял его за руку, когда мы приблизились к лагерю.

- Я еще не видела, как ты танцуешь, Кир.”

- Я буду танцевать сегодня вечером, - пообещал он. - Я буду танцевать этой ночью, чтобы все видели, а потом мы будем танцевать вместе, ты и я. – Он притянул меня к себе - В нашей палатке, под одеялом.

Я покраснела, а он засмеялся, продолжая обнимать меня за талию. Мы вошли прямо в их гущу без предупреждения, даже не подозревая, что они там были.

Именно неподвижность Маркуса сказала нам, что что-то не так. Маркус склонил голову набок, и мы, обернувшись, увидели Орду всадников-жрецов, заполнявших предполагаемую танцевальную площадку, их глаза сверкали, лица были напряжены и серьезны. Свет костровых ям заставлял их разноцветные татуировки почти двигаться по их телам.

Я ахнула, не думая, и Кир шагнул вперед, становясь передо мной.

Воин-жрец впереди направил коня вперед.

- Мы пришли за военным трофеем.

Быстрым движением он вонзил копье в землю у ног Кира.

Часть 4

- Нет.- Голос Кира был холоден и тверд, как сталь. Каждый воин вокруг нас держал руку на оружии, но кто кого поддерживал, я не могла сказать. Я с трудом сглотнула и постаралась не шевелиться.

Воин-жрец презрительно посмотрел на Кира.

- По приказу Совета старейшин, военачальник, мы отделяем тебя от военного трофея и забираем ее в сердце равнин. Ты бросишь им вызов?

- Да, - прорычал Кир, издав звук, очень похожий на тот, что издал кот на берегу реки.

Сильный женский голос прорезал ночь.

- Даже мне Старейшине? - Лошади воинов-жрецов расступились, и вперед выехала женщина, откинув капюшон. Все вокруг нас опустились на одно колено, что застало меня врасплох. Я никогда не видел их приклонившими колени ранее.

Кир остался стоять, но расслабился.

- Кикай. Вы оказываете нам честь.

Она вскинула голову и лукаво улыбнулась.

- Я знаю, не так ли? - Она огляделась. - Я в Совете или сижу на суде? Поднимитесь, поднимитесь, все вы!”

Воины встали, а Кикай спешилась и повернулась к нам лицом. Я была ошеломлена, потому что она была очень похожа на Кира, так что могла быть его матерью. Она была его роста и телосложения, и носила доспехи с привычной легкостью многих лет. Старше, конечно, как Кир мог бы выглядеть лет через двадцать. Но у нее были те же черные волосы и голубые глаза; глаза, которые внимательно изучали меня.

- Так. Это и есть военный Трофей, Кир из клана Кошка?

- Да, старейшина. Ксилара, дочь Кси, из Королевства Кси. - Кир улыбнулся и указал на нашу палатку. - Я хотел бы поприветствовать вас в моей палатке. Хочешь услышать мои истины, старейшина?

- Я принимаю гостеприимство твоей палатки и хочу услышать твои истины. - Кикай бросила поводья ближайшему воину-жрецу.

Мужчина поймал поводья, но он нахмурился и выглядел суровым.

- Кикай, мы должны как можно скорее вернуться с женщиной в Сердце равнин. - Его темные глаза скользнули по мне. - Они должны быть разделены. Как можно скорее.”

Кир нахмурился и открыл рот, но Кикай взял себя в руки.

- Тьфу. Они только что вернулись на равнину и празднуют удачную охоту на 4 Эхатов. Что решит еще одна ночь, а?”

Мрачный человек открыл рот, но Кикай опередил его.

- Мои старые кости нуждаются в пище, тепле и сне, прежде чем я отправлюсь в путь. Разбейте лагерь. Мы подождем тебя, и тогда Кир сможет начать церемонию.

Я посмотрел на Кира, чтобы увидеть, как он отреагирует на это утверждение своей власти, но он, казалось, был доволен тем, как Кикай разговаривает с воином-жрецом.

Воин-жрец был крайне недоволен. Его губы плотно сжались, когда он рассматривал нас.

- Твои кости кажутся не очень старыми, Кикай.”

- Вызов, Тихая Вода (Стил Вотерс)? - Кикай пристально посмотрела на него.

Тихая Вода? Это было его имя?

Глаза воина-жреца сузились, но он отвернулся и вместе с остальными растворился в темноте.

Кикай удовлетворенно хмыкнула и прошла мимо нас в палатку. Кир взял меня за руку, и мы пошли за ней. Теплый воздух закружился вокруг нас, когда мы вошли. Кир опустил полог позади нас, для тепла и уединения.

- Кир, глупый военачальник, о чем ты думал?”

Губы Кира сжались, но он молчал, пока Кикаи устраивалась поудобнее на одном из тюфяков и сбросив плащ с плеч. В центре горела жаровня, и мы с Киром сидели напротив нее. Маркус был занят, пока нас не было. Он расширил нашу палатку, дав нам место для встреч и заднюю часть для сна.

Кикай мрачно посмотрела на нас.

- Нам нужно многое обсудить, а времени мало.”

Вошел Маркус с подносом каваджа и гуртом. Теперь, оказавшись в палатке, он снял плащ. Поклонившись, он первым подал Кикае.

Синие глаза Кикаи обратились к Маркусу. Она испытующе посмотрела на него.

- Приветствую Тебя, Маркус.”

Это было странно. Большинство воинов полностью игнорировали маленького человека со шрамами. Но Кикай пристально смотрел на него, не обращая внимания на раны.

Маркус поколебался, затем предложил ей чашку каваджа. Помолчав, она взяла его. Затем Маркус подвинул поднос ко мне и Киру, обслуживая нас по очереди. Когда он собрался уходить, голос Кикаи остановил его.

- Ты ни о чем меня не спросишь, Маркус?”

Тишина. Марк стоял неподвижно, как статуя, спиной к нам. Кир поймал мой взгляд и жестом велел мне молчать.

Кикаи прищелкнула языком.

- Глупый мужик

Марк повернулся, его тело напряглось, лицо исказилось от боли.

Кикаи выгнула бровь и покачала головой.

- Я должна позволить тебе страдать.”

Маркус молча смотрел на нее.

- Все хорошо, кроме боли, которую ты причиняешь себе, дурак. Никаких увечий в этом сезоне.”

Марк опустил голову, повернулся и ушел.

- Это было жестоко, Кикай, - тихо сказал Кир.

- Тьфу - Кикай сделал большой глоток каваджа. - Кто жестокий, я тебя спрашиваю?»

Она выпрямила плечи.

- Я усердно скакала в компании лишенных чувства юмора воинов-жрецов, намереваясь заставить тебя страдать, Кир из клана Кошки.- Она наклонилась вперед. - У нас мало времени. Эти дураки скоро вернутся, и я не могу позволить себе разговаривать с вами наедине. Совет старейшин послал нас, чтобы мы сопроводили военный трофей в Сердце равнин.

Кир фыркнул

Кикаи подняла руку.

- Они не дураки, Кир. Они знают, что ты медлишь вопреки традиции, надеясь, что время года заставят их покинуть Сердце. Они считают, что Военный трофей был у тебя достаточно долго, и разлука должна начаться сейчас.”

- Кикай, - начал Кир, но она взмахнула рукой, и он захлопнул рот.

- У тебя нет выбора, Кир. Та, кто хочет изменить наш образ жизни, должны сначала почитать и повиноваться им, да? Мы не будем говорить об этом снова и снова?”

Я посмотрела на Кира, на гневный румянец на его щеках, и потянулась к его руке.

- Кикай, Я-Военный трофей Кира. И он мой военачальник.”

- Ксилара, дочь Кси, это не так. - Я сжала губы, пытаясь сдержать гнев, но глаза, должно быть, выдали меня. Губы Кикаи изогнулись. - В тебе есть огонь, Ксианка. Я дам тебе это. Но...

Кикай нахмурилась на Кира

- ...При всем уважении, ты не являешься его Военным трофеем по нашим традициям и обычаям, пока формальные церемонии не завершатся. Другие военачальники имеют право ухаживать за вами и—”

- Ухаживай за мной?

Ее глаза сузились, и она сосредоточилась на Кире.

- Да, Ксилара. Ухаживать за тобой. - Ее взгляд соперничал с взглядом Маркуса. - Я вижу, что Кир не все тебе рассказал. О чем ты думал?"

- Лара - это…

- Стоп- Она слегка откинулась назад, чтобы взглянуть нам в лицо. - Что сделано, то сделано, Кир. Только небо знает, как это все закончится.

Она вздохнула.

- Теперь я чувствую приближающееся несчастье, поэтому наше возвращение в Сердце будет не таким быстрым, как они могли бы пожелать. И я воспользуюсь этим путешествием, чтобы рассказать нашему Военному трофею о некоторых деталях, о которых ты , возможно, забыл ...

Без знака в ее руке это было оскорблением. Я ждала, пока Кир вытащит клинок, но он снова вспыхнул и сжал мою руку.

- Тебе нужно отдать четыре Эхата и освободить армию. - Кикай пристально посмотрел на Кира. - Если повезет, ты опоздаешь всего на день, прежде чем мы доберемся до Сердца.”

“Кикай, я всегда слушал и следовал—”

Кикай фыркнула

Кир пристально посмотрел на нее, придавая сил своим словам.

- И следовал твоим советам. Но теперь—”

- Выбора нет. Она должна выйти из-под твоей защиты и влияния. Весь совет согласен, Кир. - Кикай долго смотрела на него. - Ты действительно бросишь им вызов и уничтожишь этот шанс?”

Снаружи послышался шум, и Кикаи отпила еще немного каваджа.

- Утром я приду в твою палатку и мы проведем церемонию разлучения. Ксилара, ты ответишь на мои вопросы, и мы уйдем.

- Вопросы?

Кикаи закатила глаза.

- Ты даже не сказал ей об этом. Что вы делали все это время?”

Мы с Киром переглянулись, и я покраснела.

Кикай фыркнул.

- Что ж, воспользуйся сегодняшним вечером, потому что это все, что я могу тебе дать. Пройдут Дни, прежде чем ты увидишь его снова. - Кикаи встала и накинула плащ. - Она будет под моей защитой, пока мы не доберемся до Сердца, Кир. Она будет в безопасности. А сейчас скажи ей то, что она должна знать. Вопросов, церемонии, соревнование - достаточно, чтобы пережить завтрашний день. Я расскажу ей больше по дороге.”

- Меня не остановить, Кикай.- Голос Кира был низким и решительным, и он крепче сжал мою руку. - Я разрушу их власть над моим народом “

Кикаи остановилась и повернула голову. Она была так похожа на Кира в свете костра.

- Вот почему я боюсь за тебя, Кир из клана Кошки. Они убьют тебя, если смогут.”

Ноздри Кира раздулись.

- Пусть попробуют, - проскрежетал он.

Покачав головой и взмахнув плащом, Кикаи вышла из палатки.

В наступившей тишине огонь потрескивал и разгорался.

Небеса, - прорычал Кир. -Это работа Ветра. Я наклонилась ближе, и он поцеловал меня в висок. - Лара, Я ... —

Я протянула руку и приложила пальцы к его губам.

- Последние несколько недель, с тех пор как чума прошла, были прекрасны.”

Кир закрыл глаза и кивнул, Его губы коснулись моих пальцев.

- Мы оба избегали этого, не так ли?- тихо прошептала я со слезами на глазах. - Никто из нас не хотел столкнуться с этим. Обоюдные наши ошибки.”

Кир не открывал глаз.

- Я не хотел, чтобы это кончалось. - Он потянул глубокий вздох, и потянулся вверх, чтобы взять меня за руку и поцеловать в ладонь. - Я думал, у нас есть время, по крайней мере, пока мы не доберемся до Сердца.”

- А теперь у нас есть сегодняшний вечер. Я судорожно вздохнула. - После праздника мы поговорим. Всю ночь, если придется.

Его ярко-голубые глаза смотрели на меня из-под черных волос.

- Меня так и подмывает бросить им вызов. Я не хочу, чтобы ты уходила. Кикай-Старейшина и могущественный, но ты—”

Я повернула свою руку в его, пока наши ладони не оказались вместе. Его большие мозолистые пальцы резко контрастировали с моими. Я медленно сжала свои пальцы, пока они не переплелись.

- Два народа в одном, Кир. Ты и я, работая вместе, для себя и наших народов.”

Он притянул меня к себе.

- Сегодня вечером, после праздника. Мы поговорим.”

Я отстранилась ровно настолько, чтобы заглянуть в эти чудесные голубые глаза, и улыбнулась ему.

- Просто помни, ты обещал танцевать для меня, военачальник.”

Блеск вернулся.

- Я ведь это сделал, не так ли?”

Большая часть праздника была размыта. Как будто я был двумя разными людьми, одна наблюдала издалека, а другая была охвачена беспокойством и страхом за будущее. Была построена платформа, так что мы могли видеть над кострами и танцплощадками. Кир уступил центральное место Кикаи, и сел слева от нее, я был рядом с ним, и другие военачальники также были разбросаны по платформе.

Хотя Кикай присоединилась к нам, священники-жрецы отдельно вместе в стороне. Они в палатке старались держаться обособленно.

Маркус занялся делом, приказав своим помощникам принести воды для умывания и возблагодарить Бога. Когда он предложил налить мне воды, Кир наклонился и пробормотал вопрос.

- Ифтен?

В своей палатке. За ним ухаживают воины - жрецы. Они используют свои силы, чтобы совершить еще одно исцеление, - сказал Маркус. Его тон выразил его мнение об этой новости.

Я тихонько фыркнула, чем заслужила быстрые улыбки от Кира и Маркуса и хмурый взгляд от Кикаи. Кикаи открыла рот, но Кир поднял руку.

- Марк, проследи, чтобы Ифтен получил свою долю мяса. И достаточно для воинов-жрецов.”

Маркус нахмурился, но кивнул в знак согласия.

Кир встал и поднял руку. Воины затихли, пока не осталось слышно только потрескивание костров.

- Мы собрались этой ночью, чтобы поблагодарить стихии. Мы благодарим их за дар охоты и за наше возвращение на равнины. Хейла!”

- Хейла!- взревели воины в ответ

- Лэйл из клана Барсук, встань вперед.”

Разведчик, принесший весть об эхатах, встал перед платформой.

- Я усомнился в твоих словах, Лейл, и прежде всего забираю эти слова обратно. На завтра у тебя будет лучшая вырезка, с моей благодарностью.

Широко улыбнувшись, Лейл поклонился Киру, а затем вернулся, чтобы его поздравили воины вокруг него. Маркус предлагал кавадж и, должно быть, увидел вопрос в моих глазах.

- Самая отборная часть мяса, трофей. Истинная честь.”

Я понимающе кивнула, а Кир продолжил:

- Завтра мы разделаем тела нашей добычи и разделим. Но сегодня мы празднуем их дух.- Кир указал на очаги. - По традиции первое мясо-мое. Но я бы растолстел, как городской житель, если бы съел первое мясо четырех эхатов!”

Смех и несколько лукавых взглядов в мою сторону. Но я тоже засмеялась.

- Я разделю эту честь со своими воинами, - продолжил Кир. - Давайте поедим и разделим честь и силу эхатов. После мы будем танцевать, чтобы поблагодарить землю и небо, ветер и дождь за подарки. Ибо мы с равнин и мы дома!”

- Хейла! - Воины начали собираться вокруг ям. Разговоры и смех поднялись вокруг нас, когда начали есть. Воины - жрецы держались особняком, но я заметила, что они взяли свою долю пищи.

Маркус ел наши порции, поданные с жареным хлебом и гуртом. Другие военачальники тоже были обслужены, и мы все начали есть. Мясо было нарезано тонкими ломтиками. Я свернула кусочек и сунула его в рот. Это было вкусно, лучше, чем я ожидала. Я поспешно съела свой и слизнула сок с пальцев.

- Ты чтишь своих воинов.- Кикай проговорил с набитым ртом, явно наслаждаясь вкусом.

- Они достойны чести. - Кир взял кусок мяса и съел его.

Кикай кивнула и повернулась к Маркусу, чтобы взять каваджа. Я наклонилась и стащила кусок мяса с блюда Кира. Он удивленно посмотрел на меня, но ничего не сказал.

- Так, Жоден пережил лето?- спросила Кикай, оглядывая толпу. - Я бы послушала, как он поет.”

- Нормально.- Что-то в тоне Кира подсказало мне, что ему не нравится идея пения Жодена. - Кикай...”

Она повернулась, ее голубые глаза были полны решимости.

- Айсдира и Эпор ушли в снега.”

Кикаи посмотрела на свою еду.

- Весть об этом достигла Сердца равнин, Кир. Как и причина их смерти.” - Она глубоко вздохнула. - Старейшины не облегчат тебе задачу, Кир из клана Кошки.”

Маркус придвинулся ближе, и Кикаи протянула свою кружку за новой порцией каваджа. Я ясно разглядела ее правое запястье. Это напомнило мне старого сыровара в Водопаде. Внезапно слова Кикаи о ее "страданиях" обрели смысл.

Я наклонилась и взяла у Кира еще один кусок мяса. Я сунула его в рот и заговорила

- Я хочу посмотреть на танцы. У нас нет ничего похожего в Кси

Кикай кивнула, соглашаясь с полным ртом.

- А эта игра, что называется« шахматы ». Это из Кси, да?

- Да-Я с любовью посмотрела на Кира. - Я научила этому Кира и некоторых других.”

- Это форма битвы, которая требует сообразительности и тщательного планирования, - добавил Кир, откусывая кусок жареного хлеба.

Губы Кикаи дрогнули.

- “Ах. Должно быть, поэтому воины - жрецы еще не научились этому.”

откинул голову назад, и я присоединилась к их смеху. Тогда Тзор наклонился вперед и спросил Кикаи о новостях из Сердца равнин, и они начали говорить о людях и местах, которые я еще не знала. Дрожь страха пробежала по моей спине. Было еще так много всего, чего я не знала об этих людях, так много странного и нового. Смогу ли я оставить Кира утром?

Я уставилась на свой кавадж. Впервые я попробовала его в палатках целителей, с Рейфом, Симусом и Жоденом. Я научилась наслаждаться его горьким вкусом, особенно утром, когда день был ясным и холодным.

Я посмотрела на гурт на моем блюде. Маленькие белые камешки выглядели достаточно невинно, но по какой-то причине, я никогда не привыкну к их сухому, горькому вкусу.

Я собрала немного гурта со своего блюда и добавила его к блюду Кира, когда взяла еще один кусок мяса с его тарелки. Он разговаривал с одним из военачальников, но переместился достаточно, чтобы я могла легко дотянутся до него.

Мне было страшно. Это была правда. Примерно также я боялась, когда шла по коридорам замка, чтобы опуститься на колени у ног Кира на церемонии провозглашения.

Я схватила последний кусок мяса с блюда Кира, и он благодарно посмотрел на меня.

Я смогла сделать это.

- Кто будет танцевать? - Кир стоял высокий, в передней части платформы. Еда была съедена, и воины расселись вокруг танцевальной арены.

К моему удивлению, Рэйф вышел вперед.

- Мы танцевали для стихий, чтобы поблагодарить их за подарки. Мы прикрылись, чтобы почтить Трофей и ее истины». - Перст, Андер и Ювени подошли, чтобы встать позади него.

Я приподняла бровь при мысли об их "прикрытии". У всех были лоскутки набедренных повязок, а Ювени повязала на груди полоску кожи. Тем не менее, я улыбнулась и кивнула им.

- Танцуйте!- скомандовал Кир, и они склонили головы и встали на расстоянии вытянутой руки друг от друга, образуя квадрат и глядя друг на друга.

Рядом сел воин и поставил перед собой барабан. Толпа затихла, когда зазвучал медленный ровный барабанный бой.

- Земля!- крикнул Андер, и из толпы вышел воин с двумя мисками, наполненными грязью.

- Воздух! – воскликнула Ювени. Она также получила две чаши, наполненные чем-то, что источало постоянный поток белого дыма.

- Вода! - позвал Рэйф, и ему вручили две чаши, наполненные водой до краев.

- Огонь! – крикнул Перст последним, и его чаши содержали пламя, которое прыгало и горело. Я наклонилась вперед, желая увидеть, какую форму примет этот танец. Я предположила, что это была другая форма танца с образцом. К моей радости, так оно и было.

Вместе они начали двигаться, медленно, поднимая чаши над головами и выводя узоры, двигаясь как один. Я затаила дыхание, потому что то, что было легко с миской грязи, было нелегко сделать с миской воды.

Они опустили чаши, теперь начали двигаться, сгибаясь и изгибаясь, только чтобы вернуться в стоячее положение. Было удивительно наблюдать за Перстом, его тело блестело на свету, пот блестел повсюду, когда он двигался.

И хотя Андеру и Ювени было легче танцевать с воздухом и землей в своих чашах, они все равно должны были соответствовать движениям Рейфа и Перста. Я видела дрожь в мышцах рук Рейфа, когда он пытался удостовериться, что ни одна капля воды не пролилась из его чаши.

Через несколько минут один шагнул в центр, а остальные три образовали треугольник вокруг единственного танцора. Я понял, что они имитируют свои стихии. Движения Андера были медленными и ровными, как земля, которую он держал в руках.

Ювени, когда шла в центр, двигалась, как ветер, сначала в одну сторону, потом в другую, без какой-либо определенной закономерности. Рейф был текуч, как вода. Прест был огнем, сначала неподвижным и тихим, а затем вспыхнувшим в движении, когда пламя в его чашах стало выше.

Наконец, они стояли лицом друг к другу, их тела блестели, а грудь вздымалась от усилий. Ни одна миска не пролилась.

Андер поднял миски.

- Смерть огня, рождение Земли.- Он опрокинул одну из своих чаш в чашу Перста, погасив пламя.

Перст поднял другую миску.

- Смерть воздуха рождение огня. - Он высыпал горящие угли в миску Ювени и поставил миску сверху, заглушая дым.

Ювени повернулась с другой миской.

- Смерть воды, рождение воздуха.- Она вылила содержимое своей миски в миску Рэйса, и от его миски пошел пар.

Рейф высоко поднял вторую миску.

- Смерть Земли-рождение воды. – с этими словами он повернулся к Эндеру и вылил воду в оставшуюся миску.

Кир вскочил, и толпа поднялась вместе с ним, выкрикивая слова благодарности. Я тоже встала, пораженный тем, что мои телохранители так хорошо танцуют.

Рейф, Перст, Андер и Ювени повернулись на своих местах и поклонились каждому из четырех направлений. Затем они побежали, их улыбающиеся лица были достаточным доказательством их радости. Они исчезли в толпе.

Мы все устроились поудобнее, кроме Кикаи, который встала и крикнула:

- Где Жоден?

Раздалось много криков, и люди повернули головы, пока, наконец, Жоден не встал перед нами.

- Я здесь, Кикай из клана Кошки.”

Кикай рассмеялась.

- Это верно, но почему ты не поешь, будущая певец? Почему бы не спеть об охоте?”

Было много призывов к этому, поскольку люди переместились так, чтобы они могли ясно видеть Жодена. Он сидел рядом с воином-жрецом. Я был совершенно уверена, что это тот, который утверждал, что исцелит Ифтена.

Жоден покачал головой, его широкое лицо блестело на свету.

- Песня этой охоты потребует времени, Кикай. Но я спою, если хотите.

- Как бы мне этого хотелось! - Кикай громко рассмеялась. - Песня на твоей выбор, певец.”

Жоден отмахнулся от ее комплимента, оглядываясь на своего товарища огненного. Его взгляд упал на то место, где я сидела с Киром, и я почувствовала, как Кир напрягся рядом со мной. Я слегка повернула голову и подняла бровь.

Кир с грустью посмотрел на меня, затем наклонился вперед настолько, чтобы прошептать мне на ухо.

- Тот, кто может хвалить, может также высмеивать

Я обернулась и увидела, что Жоден смотрит на нас. Мне показалось, что он знает о беспокойстве Кира. Воин-жрец рядом с ним наклонился и что-то сказал на ухо Жодену. Я прикусила губу. Он . . .?

Жоден глубоко вздохнул и пошел вперед. Он повернулся по кругу, подняв правую руку ладонью к небу.

- Пусть небеса услышат МОЙ голос. Пусть люди помнят.”

Из толпы послышался ответ.

- Мы будем помнить.

Жоден опустил руку, глубоко вздохнул, потом рассмеялся глубоким, сильным смехом и широко развел руки.

- Солнце встает, и я хорошо выспался. День зовет меня, но в животе урчит. Что я буду есть на завтрак?”

Все радостно засмеялись и начали менять позы, сидя со скрещенными ногами и похлопывая по земле рядом с собой. Кир расслабился и тоже занял позицию, его улыбка поймала мой взгляд.

– Ты увидешь.”

С этого Жоден начал первый стих, о корне, растущем у ручьев. Стих говорил нам, что искать, и как очистить кору и выскрести мягкие белые внутренности.

Я рассмеялась, потому что это была явно обучающая песня, но мелодия была заразительной, и все присоединились к хору. Кир начал хлопать в ладоши, хлопая себя по бедрам, а затем по земле рядом с собой.

Все начали следовать этой схеме, хлопая себя по бедрам и поднимая руки, покачиваясь в такт музыке. Это было похоже на танец, только никто не вставал на ноги—вместо этого все раскачивались взад и вперед, смеясь и скандируя. Это не заняло у меня много времени.

Жоден начал следующий куплет и запел о ягодах, красных ягодах, которые были сладкими, зеленых, которые нужно было сначала сварить. И предупреждение избегать белых ягод, потому что от них дерьмо потечет по ноге!

Жоден сгорбился, обхватил руками низ живота и застонал. Он раскачивался взад и вперед, громко стонал и повторял этот стих.

Воины рассмеялись и последовали за ним. Я засмеялась и тоже захлопала, но остановилась, когда Кир поднялся со своего места в середине песни.

- Танцуешь, военачальник? - Кикай улыбнулся ему.

- Танцую, старейшина. - Кир посмотрел на меня с полузакрытыми глазами. Он протянул руку и погладил меня по щеке. – Для моего Трофея.

Я улыбнулась ему, но Кикай хмыкнула.

- Потом ты научишь меня играть в шахматы.”

Кир повернул голову так, чтобы видеть могла только я, и закатил глаза. Но потом он посмотрел на меня горящими глазами и ответил:

- “После того, как я станцую, старейшина.”

Я покраснела и отвернулась, закусив губу. Он хихикнул, низко и глубоко, и я смотрела, как он покинул платформу и исчез в толпе.

Часть 5

Воины топнули ногами и закричали, требуя еще от Жодена. Таким образом, он спел еще две песни после песни- завтрака. Одной из них была воодушевляющая песня о нарушителе спокойствия по имени Уппор и о том, как он украл что-то от каждой стихии, чтобы создать лошадей для равнин. Толпе это нравилось, особенно та часть, где они все присоединились хором.

Последняя была о путешествии ночью под полной луной и небом, полным звезд. Голос Жодена взлетел над нами, заставляя мои глаза подниматься, чтобы увидеть звезды, которые были разбросаны над нашими головами. Песня, казалось, держала нас всех зачарованными. У меня перехватило дыхание.

И не только у меня. Когда последняя нота голоса Жодена вздрогнула в воздухе, наступила глубокая тишина. Он поклонился и вернулся в толпу с благодарностью Кикаи. Ни одна песня не была о Кире, поэтому я расслабилась, благодарная моему другу за то, что он остался нейтральным. Каковы бы ни были его сомнения относительно планов Кира объединить наши народы, я не могла увидеть, что Жоден несправедлив или жесток..

- Ах! Танец битвы! - Кикай сделал жест рукой, и я проследила за ее рукой, чтобы увидеть группу воинов, выходящих на поле с деревянными мечами и щитами в руках.

Кикай слегка повернулась.

- Твои узоры, Маркус?»

Маркус ничего не сказал, но он встал позади меня, как всегда в плаще, скрестив руки на груди. Я посмотрела на него, и он слегка улыбнулся мне из глубины своего плаща. Кивнув, он снова обратил мое внимание на танцующих в поле.

Две группы воинов столкнулись друг с другом, выстроившись в ряд по обе стороны. Кир стоял перед одной группой, одетый в черную кожу, но без плаща. Ирс встретился с ним через поле. Оба держали деревянный меч и щит, как и каждый из воинов позади них.

Кир поднял руки. Ирс поднял их в ответ, и молчание накрыло толпу. Затем они опустили руки вместе.

По сигналу обе группы выскочили вперед, вскидывая, высоко мечи и вопя душераздирающим военным кличем.

Они столкнулись, и я вскочила бы на ноги, если бы Маркус не положил руку мне на плечо.

- Смотри.

Раздался дикий грохот барабанов, и только тогда я смогла разобраться в представшем перед мной беспорядке. Каждый воин противостоял другому, обмениваясь ударами мечей, защищаясь щитами. Это была борьба, которая также была и танцем. Я немного расслабилась, но не могла оторвать глаз Кира и Ирса, обменивающихся ударами.

Несмотря на то, что это был танец, было ясно, что воины отдавали ему все, что имели, от звуков их ворчания до треска деревянных мечей по щитам. Несмотря на то, что это был узор, в нем была свирепая дикость, которую я раньше не замечала.

Каждая пара двигалась вокруг другой, ударяя везде, где могла, треск дерева о дерево усиливал барабанный бой. Кир сосредоточился на своем танце, его тело двигалось со всей силой и грацией, на которые он был способен.

У меня пересохло во рту.

Оружие треснуло и раскололось, и воин упал на землю, чтобы лечь "мертвым". На мгновение я испугалась, что он ранен, пока не стало ясно, что его вывели из танца из-за потери оружия. Его противник повернулся, чтобы вступить в бой с другим, в то время, как другой воин упал.

Мое сердце стучало в барабаны, когда воины падали "мертвыми" на поле, танцоры теперь вынуждены были избегать их тел, даже когда они продолжали сражаться. Кир сбил с ног своего оппонента, а затем перешел к другому воину с едва заметной паузой.

Наблюдая, как он двигается, я поняла, что он сдерживает себя, сдерживает дикость внутри, возможно, чтобы защитить меня. Вспышка физического тепла прошла через мое тело, и мое сердце забилось быстрее. Я хотела этой дикости, хотела спровоцировать эту силу внутри него.

Наконец, с последним ударом, Кир остался стоять среди "мертвых".

Барабаны забили еще раз, затем поднялись крики, чтобы поздравить танцоров. Они рассмеялись и обнялись в честь танца.

Одна женщина-воин обняла Кира, и уродливая вспышка ревности пронзила мою душу. Эти люди ничего не знали о браке, и хотя мы поклялись друг другу в верности, эта женщина была сильной и с большой грудью, размером с ... —

Кир коротко обнял ее, а затем повернулся, чтобы посмотреть на платформу, ища меня. Его глаза нашли мои, и он усмехнулся, сверкнув зубами. Он прошел сквозь толпу танцующих, направляясь ко мне.

Кир, казалось, светился, черная кожа контрастировала с его бронзовой. Но как бы сильно он ни светился, его глаза светились еще ярче. Они были как искры, пылающие радостью и любовью.

Я не могла с собой ничего поделать. Я сошла с платформы и побежала ему навстречу. Его улыбка осветила его лицо, и он подхватил меня, высоко подняв за бедра, и закружил нас по кругу.

Я рассмеялась, все мои страхи смыло от одного его взгляда.

Он поставил меня на ноги и крепко поцеловал, его руки скользнули вниз по моей спине, прижимая мои бедра к его. Я обняла его за шею и ответила на поцелуй, жадно впиваясь в его губы. Только нехватка воздуха заставила нас оторваться друг от друга . Ну вот и Кикай взывает к нам,

- Кир, ты обещал научить меня в шахматы.”

Глаза Кира не отрывались от моих.

- При всем уважении, старейшина, попросите Маркуса, - сказал Кир через плечо, взяв меня на руки, - Я обещал эту ночь своему Трофею.

Вокруг раздался смех, и я тоже засмеялась, хотя и покраснела. Кир направился к нашей палатке. Кикаи что-то крикнула, но мы проигнорировали ее, сосредоточившись только друг на друге.

Оказавшись в уединении в палатке, Кир мягко поставил меня на ноги. Ничего я так не хотела как, снять его кожаные штаны, пытаясь сорвать их с его теплого, потного тела. Но ткань прилипла, и мне пришлось тянуть, чтобы содрать кожу с его конечностей.

Кир хмыкнул, давая мне дорогу, но не предлагая помощи. Я зарычала, и наконец отступила в отчаянии, и выдохнула.

Кир выгнул бровь, но ничего не сказал, хотя его смех был в его глазах. Он не собирался раздеваться.

В эту игру играют вдвоем.

Я придвинулась ближе, достаточно близко, чтобы мое дыхание щекотало кожу на его горле. Там бился пульс, пульсируя под кожей.

Он не двигался.

Я прижала руку к паху Кира и наклонилась, чтобы лизнуть пульсирующую точку. Не двигаясь, я считала его дыхание.

Один...

Два

Кожаные штаны полетели. Моя одежда вслед за ней.

Кир обнял меня за талию, уткнувшись носом в шею, но я потянула его к кровати. Я была готовая и мокрая, и я толкнула его вниз, садясь на него сверху на всю его длину. Я закричала, когда он наполнил меня.

Он замер.

- Лара, тебе не—

Я положила руки ему на голову и наклонилась, прикусывая его подбородок. Мои волосы упали вокруг нас, как занавес от всего мира.

- Ты не сделал мне больно, - выдохнула я. - Но если ты двинешься с места, утром они найдут твое безжизненное тело снаружи палатки.”

Он приподнялся, и я снова ахнула, и наши тела слились воедино. Но теперь я знала достаточно, чтобы претендовать на тело под мной. Кир схватил меня за бедра, пытаясь контролировать свои движения, но сейчас я хотела быть главной, и мне не отказали.

Мой военачальник выполнил все мои требования и сделал некоторые из своих. Его глаза пылали, свирепые и повелительные, когда он перевернул нас и прижал меня к кровати. Настала его очередь взять все под контроль, и я знала всю его силу и мощь, но даже тогда он сдерживался.

Ибо когда наступил этот миг, это бесконечное дыхание горячего белого света, он выкрикнул мое имя, как я выкрикнула его.

Ночной воздух охлаждал наши тела, пока мы лежали, хватая ртом воздух.

- Нам надо поговорить, - удалось прошептать мне, хотя меня клонило в сон.

Кир вздохнул.

- Поговорить? - он притянул меня к себе и уткнулся носом в шею. – Мой разум, унесенен ветром, и неизвестно, когда он вернется снова?”

Я рассмеялась и поцеловала его, но высвободилась из его объятий. Насколько я знала Маркуса, он бы оставил что-нибудь для нас ... и конечно, он оставил. Кувшин с прохладной водой и гурт. Я взяла кувшин и кружки, которые он оставил позади, и проигнорировала другое. Я вернулась в кровать, где Кир ждал, чтобы укутать меня в теплое одеяло.

Мы выпили прохладной воды и устроились поудобнее. Я забрала волосы вверх, позволяя воздуху коснутся моей шеи, все еще влажной от пота. Кир посмотрел на меня из-под капюшона, но я помахала пальцем перед его лицом.

- Ничего из этого, сейчас. Надо поговорить

Он снова вздохнул, кивнул и осушил чашу.

- Почему ты должен освободить свою армию?- спросила я. - Разве это не сделает тебя уязвимым?”

Кир улыбнулся.

- Как только военачальник прибывает на равнины после сезона набегов, он распускает свою армию, позволяя своим воинам вернуться в свои племенные группы по своему выбору. Добыча распределяется, и все, кто проявил доблесть, удостаиваются чести. Военачальник возвращается в Сердце Равнин, чтобы доложить Совету старейшин, но только с несколькими воинами.

- Но?

Кир покачал головой.

- Ты думаешь, как городская. Равнины суровы, Лара. Особенно в сезон снегов. Если армия останется вместе, она истощит землю, запасы еды и воды , понимаешь? Рассредоточенные, с постоянно движущимися племенами, вот как мы выживаем на равнинах. Весной мы снова собираемся вместе для следующего сезона набегов.

- Существует более одного военачальника?»

кивнул, поставив чашку в сторону, и лег на кровать.

- Я должен скоро освободить своих воинов. В седельных сумках у них будет эхат, но не больше. Важно, что я здесь, чтобы напомнить им о моих планах, что награда, которую мы ждем, придет со временем.”

- Даже, если Ифтен постоянно напоминает им об ее отсутствии.

- Несмотря на это. - Кир улыбнулся злорадно. - Ему не поможет то, что он уронил копье на охоте.

Его улыбка погасла.

- И все же воины будут слушать. Я не могу уйти. И ты должна пойти с Кикай.”

Я поставила пустую чашу на пол и легла рядом с ним, приподнявшись на локтях, чтобы видеть его лицо.

- Церемония?

- Обычно военачальник, как можно скорее привозит Военный трофей прямо в Сердце Равнин. Там они разделяются, потому что Трофей должен свободно прийти к военачальнику, без силы или угрозы. Они защищают тебя от меня, чтобы ты могла сказать им свою истину.”

- Я знаю свою истину, Кир.- Он улыбнулся, когда я задала следующий вопрос. - Ухаживания?”

- Другим военачальникам дается шанс ухаживать за Трофеем, показать, что они более искусны в бою и в руководстве. Кир протянул руку, чтобы накрутить один из моих локонов на палец. - Значит, каждый из них будет ухаживать за тобой, чтобы ты выбрала его.

Я тихо фыркнула, и он улыбнулся

- Итак, утром ...- начала я.

- Кикай придет за тобой. Ты лишишься моей защиты и будешь взята под ее защиту. Она спросит, обеспечил ли я тебя и благополучно ли доставил на равнину. Она спросит, хочешь ли ты вернуться в Кси или пойдешь в Сердце, чтобы предстать перед Советом. Она предложит тебе опекуна, кого-то, кому ты доверяешь, чтобы пойти с тобой. Это не обязательно, и нет, ты не можете выбрать меня.”

Я со щелчком закрыла рот.

Кир потянул за локон.

- И Рэйф, или Перст будут вознаграждены таким образом, потому что для них большая честь провести Военный Трофей в самое Сердце.

Он слегка зарычал.

- Обычно от лагеря военачальника до палатки Совета меньше дня пути.”

- Ты доверяешь Кикае.” - Это был вопрос и напоминание

- Доверяю- Кир кивнул. - У нее большой статус и авторитет, и она будет присматривать за тобой, как кошка за своими детенышем.

Он снова вздохнул.

- Но мне это все не нравится. Я пытаюсь изменить свой народ, Лара, а перемены редко бывают бескровными.”

Я вздрогнула от его слов, затем заползла в его объятия и положила голову ему на грудь.

- Я должна сказать тебе правду, Кир. Я боюсь.

Его руки сжались вокруг меня, и я задрожала в его объятиях.

- Маркус сказал, что я должна—”

- Посмотреть в лицо своему страху. - Голос Кира был мягким шепотом в моем ухе. - Легко сказать, да?”

Я кивнула и крепче обняла его. Его дыхание слегка сбилось, и я подняла голову.

- Кир? Я слишком тяжелая?”

- Нет.- Он провел пальцами по моим волосам. - Приятно чувствовать тебя рядом, кожа к коже.”

Я улыбнулась, опустила голову ему на грудь и закрыла глаза. Я сделала глубокий вдох, вдыхая ароматы нашей палатки и пряный запах его кожи. Тепло, которое мы дарили друг другу под одеялами, было одним из тех тихих удовольствий, которые я не ценила по-настоящему, пока его не забрали у меня.

- Я скажу тебе свою истину, Лара- голос Кира был мягким. - Второй раз в жизни я почувствовал страх, когда лежал больной. Мое тело было ослаблено, неспособно двигаться или помочь себе. Он вздрогнул подо мной.

- Я надеюсь никогда не столкнуться с этим снова. Теперь я знаю, о чем просил Маркус, когда он был ранен, и удивляюсь, что он не нашел оружие и не убил нас обоих.

- Во второй раз? - я подняла голову и посмотрела ему в глаза. - Когда был первый? Твоя первая битва?”

- О нет.- Его голос был едва слышен. - Я готов к бою, огонь моего сердца.

Он переместился, перемещая нас на бок под мехами.

- Я могу злится и разочаровываться в битве, но не бояться. Нет, я клянусь тебе, что сейчас сижу рядом с тобой, в ужасе от того, что каждый твой вздох будет последним, не зная, выживешь ты или умрешь, и не в силах помочь тебе.—”

Его слова прервались, боль так ясно прозвучала в его голосе и глазах. Я поцеловала его, нежно поцеловала в губы, в глаза, и снова в губы.

- Я здесь, Кир. Жива и здорова.”

- Никогда небо не было таким темным, никогда я не боялся так. - Кир прижался лбом к моему лбу. - А теперь я должен смотреть, как ты уезжаешь с Кикаей, чтобы встретиться с Советом один на один.”

Я поднял голову и погладил его по щеке.

- Это поможет, что она так похожа на тебя. Может ли она быть твоей матерью?

- Та которая выносила меня? - Кир пожал плечами, и я поняла, что он не понимает, насколько это важно. В свое время в Водопадах Атира сказала мне, что женщины равнин не воспитывают детей, которых они рожают.

Кир продолжил:

- Она из моего племени, сильный наставник и сторонник, как тиа, и как старейшина племени и член Совета. Ты можешь доверять ей, Лара, как доверяешь мне.

Сладкие слова отдающие горечью. Мы с Киром усвоили тяжелый урок в Уэллспринге (Вечной Весне) о доверии друг другу. Кир сказал, что доверие можно укрепить только временем и делами с обеих сторон. Мы навсегда поклялись друг другу с новым пониманием того, что это на самом деле это значит.

Я подняла руки и прижала их к его щеке.

- Кикай сказала, что мы будем двигаться медленно. Ты придешь так быстро, как только сможешь. Несколько дней, Кир. Вот и все.

Я улыбнулась ему сквозь слезы.

- Я скажу им правду, и они поймут, что я претендую на тебя и только на тебя, как на своего военачальника.”

- Лара. - Кир поцеловал меня тогда, с голодом, который я чувствовала всем своим телом. Я сдалась ему, позволяя ему прильнуть своим телом к моему, пока он не прижал меня к кровати. Мое дыхание сотрясало мое тело, когда наша страсть вспыхнула между нами.

Кир прервал поцелуй, нависая надо мной, его глаза блестели. Я положила руки ему на грудь и провела кончиками пальцев по соскам.

- Заставь меня поверить, что солнце не взойдет, мой военачальник.”

Кир прижался губами к моим.

И держа в своих объятиях всю ночь, он почти убедил меня.

Несмотря на все наши усилия, наступило утро. Оно выдалось ясным и холодным.

Перед нашей палаткой собралась толпа, так как слухи о моем отъезде распространились ночью. Я стояла на расчищенной площадке, окруженный своими телохранителями. Кир был в стороне с Ирсом и другими военачальниками. Ифтен стоял чуть поодаль с ухмылкой на лице, рядом с ним два воина-жреца. Я не могла отличить их, за исключением того, что они оба были мужчинами.

На расчищенную площадку вышла Кикай, одетая в доспехи и настолько похожая на Кира, что у меня перехватило дыхание.

- Ксилара, дочь Кси, из Королевства Кси, Кир из клана кошки, военачальник равнин, объявил вас своим Трофеем. - голос Кикаи донесся до толпы, собравшейся вокруг танцевальной площадки. Я могла сказать, что она сосредоточилась на своих словах, меняя их в соответствии с обстановкой. - Он привел тебя на равнины, чтобы ты могла отправиться в самое Сердце этих земель и утвердиться как Трофей. Ты взяла что-нибудь из рук другого в этом путешествии?”

- Нет.- мне пришлось сглотнуть, чтобы произнести эти слова.

- Он позаботился о тебе?

- Да.- мой голос звучал сильнее, чем я чувствовала, и это было хорошо, так как мой живот был наполнен трепещущими мотыльками

- Я-Кикай из клана Кошки, старейшина Совета. Совет послал меня сопроводить вас в Сердце равнин. - Кикаи протянула руку. - Выйди из-под защиты военачальника, Ксилара.

Я прошла между Перстом и Рейфом и остановилась перед Кикаем. Я почувствовала себя голой, я так привыкла к тому, что мои охранники были рядом.

- Теперь ты под моей защитой, Ксилара. - Кикаи положила руку на эфес меча. – Кир из клана Кошки не может приказывать тебе повиноваться или действовать. Ты понимаешь?

- Понимаю – сказала я.

- Истинный Трофей - это редкая вещь. Трофей приносит хаос и переворот. Новые мысли, новые идеи и изменения. Если тебя утвердит Совет старейшин, ты будешь иметь равный статус с военачальниками и место в самом Совете. - Кикай оглядела собравшихся вокруг нас людей. - Но быть инструментом перемен не так-то просто. Даже опасно.

Она посмотрела на меня и склонила голову набок.

- Как и сами равнины - опасное место.

Я сглотнула, но выдержала ее взгляд.

- Ты понимаешь это, Ксилара?- спросила Кикай.

Она не говорила мне ничего, чего бы я уже не знала. Тем не менее, мне потребовалось время, чтобы ответить.

- Знаю, Кикай.

- Итак - она замолкла, а потом продолжила: — Я хотела бы спросить тебя - хочешь ли ты отправиться в сердце равнин, чтобы Совет утвердил тебя в качестве Трофея? Или ты хочешь вернуться на свою землю, в объятия своего народа, в свой дом?

Кикай снова замолчала и внимательно посмотрела на меня.

- Никто не может заставить тебя принять решение. Говори, и все будет так, как ты пожелаешь.

Вот оно, предложение свободы. Если я попрошу, меня отведут обратно в Водопады, в объятия моих близких.

Глаза Кикай были мрачными.

- Пойми, что ты делаешь, Ксилара, дочь Кси. Ты вступаешь в наш мир сейчас, на наши пути. Землю, неизвестную тебе. Ты действительно хочешь оставить то, что ты всегда знала, следуя в неизвестность?

Она почувствовала мой страх. Но равнины были открыты и широки, и что-то звало меня ответить на этот вызов, и это была не просто любовь, которую я чувствовала к Киру. Это был шанс помочь моему народу и его народу. Я повернула голову и посмотрела на него, стоящего на солнце, в кольчуге, со скрещенными на груди руками, с мрачным выражением лица. Но в его глазах было обещание всех наших завтрашних дней.

Я повернулся к Кикае. Я чувствовала на себе взгляды всех воинов, но не сомневалась в своем ответе.

- Я хочу отправиться в Сердце равнин, чтобы заявить права на моего военачальника.”

Глаза Кикаи потеплели, когда толпа расступилась, открыв Маркуса, ведущего Великое Сердце и вьючное животное с припасами. Маркус подошел и встал за спиной Кикаи, закутавшись в плащ.

Заговорила Кикай.

- Военачальник позаботился о твоем путешествии, Ксилара.

- И он оставил это у нее на бедре? - думаю, это были Тихие Воды или, по крайней мере, один из воинов-жрецов, стоящих рядом с Ифтеном. Он указывал на мою сумку.

- Куплена и оплачена моей рукой в городе Водопадов.- голос Кира был низким рычанием, как раз по эту сторону вежливости.

Тихая вода, ничего больше не сказал.

Кикай повернулся ко мне.

- Ксилара, у тебя есть право на сопровождающего в этом путешествии, на одного знакомого тебе воина, который будет стоять за твоей спиной, чтобы проводить тебя в безопасное место в Сердце Равнин. У тебя есть сопровождающий (хранитель)?

- Я бы хотела этого- Это вызвало небольшой переполох. Перст и Рейф обменялись взглядами, и я могла сказать, что они были рады, что один из них будет выбран. Мне было жаль разочаровывать их.

- Кого бы ты выбрала в качестве сопровождающего (хранителя)?- спросила Кикай.

Я глубоко вздохнула.

- Я выбираю Маркуса.

Толпа вокруг нас взорвалась гневом.

Часть 6

Я, конечно, знала, что Маркус из-за травм считается не совсем здоровым. Неважно, что он все еще хранил свои знания или навыки. Но Кир принял его, и другие, которые, как я видела, общались с Маркусом, тоже. Я думала, что Маркус был принят большинством воинов.

Я ошиблась

Из сверкающих глаз толпы и злых лиц стало ясно, что его уродство осуждали. По их мнению, он даже не был человеком.

Я стиснул зубы перед лицом их гнева и повторила свои слова.

- Я выбираю Маркуса… - я остановилась, не в силах вспомнить его племя. - Маркус. Я выбираю Маркуса своим сопровождающим (хранителем).

- Она оказывает честь калеке!- Воскликнул Ифтен, и все заговорили разом.

Маркус молча стоял среди этого шума, опустив глаза. Только его пальцы, на которых он держал поводья Великого Сердца, выдавали его чувства.

Голос Кикаи прорвался сквозь гул. Лицо ее было бесстрастным, но взгляд острым и жестким.

- Ксилара. Ты из другой страны, и ваши истины не наши. - Она бросила быстрый взгляд на Маркуса, потом снова посмотрела на меня.

- Ваши слова странные, вы говорите на другом языке, и это может вызвать путаницу. Тот, о котором вы говорите, не ... — она замолчала, словно подыскивая слово. - Он не имеет права на эту должность. Эта честь.”

- Она издевается над стихиями и нашими обычаями, - прорычал Ифтен, оглядываясь на воинов. Головы согласно закивали.

- Маркус дважды спас мне жизнь своим оружием и заботой, - огрызнулась я, позволяя своему голосу повыситься от гнева. - Без него я бы здесь не стояла. Как он может быть недостоин?”

Послышались разъяренные голоса, воины выражали свою ярость. И это была ярость. Я зашла слишком далеко. Кикай призывал к молчанию не один раз, а три, но безуспешно.

Когда она попыталась взять ситуацию под контроль, Кир поймал мой взгляд. Он стоял молча, скрестив руки на груди. Выражение его лица было сочувственным, но он слегка покачал головой. Если Кир не думает, что я должна настаивать на этом. . .

Маркус двинулся, отпустив поводья Великого Сердца, и опустился на колени у моих ног.

Голоса смолкли, когда плащ опустился вокруг него. В наступившей тишине он взял меня за руку.

- Ты оказываешь мне честь, Трофей, и я благодарю тебя. Но выбери другого.”

- Маркус - мои плечи поникли, когда я прошептала ему- Я хочу, чтобы ты был со мной.”

Он поднял глаза, сверкнувшие в тени капюшона, и прошептал в ответ:

- Я хочу пойти с тобой. Чтобы ты была в безопасности. Но не отрицай истины того, что есть, для того, кем ты хочешь быть.- Он повысил голос. - Любой воин, которого ты выберешь, обязан честью доставить тебя в безопасное место в Сердце Равнин, Трофей. Не бойся.”

Богиня знала, что я не хочу никого другого, и я сжала губы, пытаясь контролировать свой гнев. Это было неправильно. Это было несправедливо.

Но взгляд Маркуса сказал мне, что я должна принять это. По крайней мере, пока. Я кивнула и отпустила его руку.

- Я отказываюсь от своего выбора.

Маркус встал и завернулся в плащ, чтобы быть уверенным, что он полностью закрывает его. Он вернулся на свое место рядом с Великим Сердцем. Воины вокруг нас успокаивались, жрецы-воины были мрачны и устрашающи.

Но Ифтен, на его лице было самодовольное выражение, как будто в его мире все шло хорошо. В этот момент я прищурилась, и очевидный выбор пришел мне на ум.

Кикай молчала, а затем она снова повернулась ко мне.

- Можешь выбрать другого, если хочешь.”

- Я хочу- Я сладко улыбнулась. Мой голос, должно быть, выдал мои намерения, потому что и Кир, и Маркус напряглись. Кикай отметил их реакцию и бросил на меня пристальный взгляд.

- Кого ты выбираешь?

Я стояла, глядя поверх их голов, позволяя напряжению нарастать. Затем я улыбнулась Кикае.

- Я выбираю Ифтена из племени Кабана.”

Это стерло ухмылку с его лица. Ифтен разинул рот, как рыба, и покраснел. Все остальные смотрели на меня с тем же выражением изумления.

Я стояла, внешне спокойная, хотя сердце бешено колотилось в груди. Боясь расхохотаться, я затаила дыхание и ждала крика.

Но единственным звуком был ветер в траве и тихий храп Великого Сердца. Все вокруг меня стояли в ошеломленном молчании, затем все взгляды переместились на лицо Ифтена. Вокруг нас послышались голоса, но я перевела взгляд на Кира.

Он был в ярости, жилка пульсировала у него на лбу, а яркие голубые глаза пронзали меня своей яростью. Я просто смотрела на него, не в силах подойти и объяснить.

- Подумай об этом, любимая.’

Затем его глаза стали задумчивыми, и я поняла, что он видит некоторые преимущества, которые увидела я. Его глаза метнулись к Ифтену, все еще борющемуся с этой идеей, а губы слегка изогнулись. Когда его взгляд вернулся ко мне, он посмотрел на меня с раздражением.

- Я доверяю тебе, но ты могла бы предупредить меня.’

Я пожала плечами, и улыбнулась ему. Я бы предупредила его, если бы подумала об этом раньше.

- Итак. Ифтен из племени Кабана. - голос Кикаи звучал очень официально и довольно удовлетворенно. - Что скажешь?”

Глаза Ифтена метнулись от меня к Кикае, к Киру, а затем к воинам-жрецам. Я никогда раньше не видела его растерянным.

Это было приятно.

- Ифтен?- В голосе Кикаи послышалось нетерпение. - Тебе была предложена честь стать сопровождающим для Трофея. Что скажешь?”

Лицо Ифтена потемнело, его взгляд остановился на мне. Ненависть была почти физическим ударом.

- Я согласен.”

- Клянешься ли ты охранять Трофей и доставить ее невредимой на Совет старейшин в Сердце Равнин?- Кикай настаивала на своем, больше для Кира, чем для меня.

Ифтен расправил плечи. Он немного пришел в себя, и в его голосе снова зазвучала привычная насмешка.”

Кикай кивнула.

- Тогда собирайте свои вещи. Мы отбываем, когда вы будете готовы—”

- Старейшина, - сказал Кир, перебив ее.

- Что еще?- рявкнула Кикай.

- Я хочу просить , чтобы Жоден из племени Ястреба пошел с тобой в Сердце. Он должен быстро вернуться, чтобы его испытали как певца. - голос Кира был мягким, как будто это ничего для него не значило, но я знала, что он хотел кого-то, кому он доверял со мной в путешествии.

Кикай внимательно посмотрела на него и повернулся, чтобы поговорить с Жоденом, но снова ее прервали.

- Нет- заговорил один из жрецов-воинов. Возможно, это были Тихие Воды, но трудно было сказать наверняка. – Он отказал в милосердии и должен ответить за него.”

Жоден сохранил нейтральное выражение лица, но в этот момент его глаза сузились. Но Кикай уже качала головой.

- Моя цель Трофей, и никакой другой. Жоден должен идти своим путем, в свое время.”

— Но ... - Кир настаивал, но Кикай не пожелала слушать.

- Нет, Военачальник. - Она прервала его простым жестом руки. Она немного повернулась, чтобы посмотреть на воинов, собравшихся вокруг нас. Она нахмурилась.

- А разве у всех вас нет четырех Эхатов? Расходимся!”

Толпа начала редеть, воины расходились по своим делам. Ифтен направился в свою палатку с воином-жрецом, оба погруженные в разговор. Кир подошел к Маркусу, и они тихо заговорили. Жоден и Ирс остались позади, вместе с моими четырьмя охранниками.

У Рейфа был слегка обиженный вид. Я поймала его взгляд и пожала плечами, извиняясь. Мгновение он смотрел на меня, потом его лицо озарилось улыбкой, и он пожал плечами в ответ. Я был прощена.

Маркус подошел ко мне, оставив Кира стоять в одиночестве. Он потянул Великое Сердце к себе, лошадь протестующе фыркнула. Не колеблясь, он встал между воинами-жрецами и мной, и передал мне поводья. Кикай повернула голову, чтобы посмотреть, но не возражала. Мои новые воины-жрецы даже не потрудились взглянуть на него.

Великое сердце тут же радостно принялось обнюхивать мои волосы. Я потянулась, чтобы почесать его грудь, прямо над шрамом.

- Он говорит, что не уверен, что это мудро. Не отходи от Кикаи, - тихо сказал Марк, поправляя сбрую Великого сердца.

- Не буду.

- Я предполагаю, что ты делаешь это, чтобы посмотреть на рану этого человека, да? - один глаз Маркуса блестел ярко.

Я сдержала смех и протянула руку к его руке.

- Хотелось бы-

Маркус покачал головой.

- Не может быть. Но ты осветила мое небо, Лара. - он взял меня за руку и закатал рукав моей туники. Он прикрывал наши движения своим телом и плащом.

- Маркус?

Быстрыми пальцами он привязал что-то к моей руке. Это заняло у меня мгновение, но я узнала его. Это был нож, который Хит получил от Ксиманда—нож, которым ему велели убить меня.

- Ты отпускаешь это так, и оно в твоей руке - Маркус быстро продемонстрировал, затем сбросил лезвие и потянул мой рукав вниз. - Никому не говори. Практикуйся, когда сможешь.

Я кивнула, не в силах вымолвить ни слова. Шум вокруг нас сказал мне, что Ифтен вернулся

- Сохрани его для меня, Маркус, - взмолилась я.

- Следи за собой, Лара, - грубо ответил Маркус и повернулся, чтобы уйти. Подошел Ифтен, ведущий лошадь с седлом и вьюками, перекинув плащ через руку. Маркус подошел ближе и намеренно прошел мимо Ифтен, задевая его в плечо.

- Позаботься о ее безопасности, калека. - прошипел Маркус.

Ифтен зарычал, нащупывая меч, но Марк уже прошел мимо.

Посреди всего этого я заглядывая через тела людей и лошадей, увидела Кира, стоящего высокого и молчаливо, смотрящего на меня.

Я посмотрело туда, где собиралась Кикай.

- Кикай?

Она повернулась и посмотрела на меня.

- Могу я попрощаться с Киром?

- Нет.- проговорил воин-жрец, сидящий рядом. - Это запрещено.”

- Фу, - усмехнулась Кикай. - Как будто ее можно переубедить простым прощанием.

Она кивнула головой в сторону Кира, что я восприняла, как разрешение. Мои воины-жрецы двинулись вместе со мной, пока я шла к нему.

Кир шагнул вперед, и я охотно бросилась в его объятия, окутанная их теплом и безопасностью. Я положила голову ему на грудь над сердцем, и глубоко вздохнула. На один долгий, чудесный миг я была в безопасности в его объятиях, и мир вокруг нас исчез.

Я почувствовала, как Кир тоже вздохнул, и знала, что он чувствует то же самое. Я крепко обняла его, стараясь запомнить этот момент, ожидая, когда его руки отпустят. Но они этого не сделали. Вместо этого они сжались, как будто он будет держать меня вечно.

Он не хотел отпускать меня.

Я подняла голову и увидела сомнение, беспокойство и страх в его ярко-голубых глазах. Я колебалась, и глаза Кира изменились, как будто он принял собственное решение. Его руки отпустили меня, и я знала, что в следующий момент он вытащит свои меч и откажется отпустить меня.

Я не могла позволить ему сделать это. Это должно быть мое решение, мой выбор.

Я слегка покачала головой, и он остановился. Он молча стоял и ждал.

Я поднялась на цыпочки и поцеловала его в губы. Затем я слегка отступила назад, поджав себя под его плечо, освободив его правой рукой.

Кир посмотрел вниз, когда я взяла его левую руку в свою, и подняла ее, чтобы переплести наши пальцы вместе, наши руки на уровне груди. Я заметила, что Жоден пристально смотрит на нас из толпы, но проигнорировала его и всех остальных.

Кир опустил голову и зарылся лицом в мои волосы.

- Ты уверена, Лара?”

- Для наших народов. Для нас - яростно прошептала я.

- Для нас,” - был его мягкий ответ.

Но он все равно не мог меня отпустить. Поэтому я мягко улыбнулся, выскользнула из-под его руки, из безопасности его силы, повернулась и взобралась на Великое Сердце. Я уселась в седло и посмотрела на горизонт.

- Кир, ты должен был сказать, что она не может ездить -. голос Кикаи раздался позади меня, и я подавила смех, который был скорее рыданием. Я не оглядываясь назад, когда подстегнула свою сонную коричневую лошадь в галоп. С фырканьем Великое Сердце бросилось вперед.

Через мгновение Кикай и жрецы-воины уже скакали рядом со мной, направляя меня в нужном направлении. И это было к лучшему.

Я ничего не видела сквозь слезы.

- -----

- Итак-, Кикай вытянула слово. Я посмотрела через жаровню и увидела, что ее ярко-голубые глаза горят от любопытства.

Мы путешествовали большую часть дня, оставив Кира и армию позади, чередуя свой шаг между прогулкой и рысью. Несмотря на то, что равнины казались мне открытыми, они не были по-настоящему ровными.

Но на расстоянии небольшие подъемы и впадины были скрыты от глаз. И все же отсутствие деревьев, между мной и горизонтом, тревожило.

Мы преодолели большое расстояние, но Кикая приказала остановиться задолго до того, как солнце приблизилось к горизонту, к большому разочарованию воинов-жрецов.

Мы сидели в ее палатке, между нами пылала жаровня. У Кикаи было два воина, которые заботились о ее палатке, снаряжении и еде—обычные воины, и я была благодарна за это. Весь день на меня пялились татуированные жрецы-воины.

- Итак. У нас есть тепло и кавадж, и колокольчики на палатке. Ты знаешь, ЧТО означают колокольчики?-спросила Кикай ”

- Что мы хотим остаться наедине.- Палатка Кикаи была меньше, чем у Кира, но удобная. Конечно, было достаточно тепло. Я вспотела под туникой. Но Кикай-нет. На коленях у нее было одеяло, на плечах - еще одно.

- Почему Ифтен? - ее лицо было напряженным и любопытным.

Я колебалась мгновение, но Кир сказал, что ей можно доверять. Поэтому я улыбнулась ей. - У нас в Кси есть поговорка. Держи друзей близко, а врагов еще ближе.

Кикай рассмеялась.

Ифтен ездил рядом со мной целый день, видимо, серьезно относясь к своим обязанностям. Он постоянно осматривал горизонт в поисках неприятностей, но ни разу не потрудился заговорить со мной.

Что меня вполне устраивало. Я использовала это время, чтобы хорошенько рассмотреть его руку и пальцы.

Конечно же, они распухли и выглядели безжизненными, свернувшимися вокруг них. Кожа была слишком бледной, натянутой на опухшей плоти. Он держал поводья, но я знала, что происходит. Он использовал эти кожаные наручи, чтобы попытаться наложить шину на руку, не говоря уже о том, что нужно было вправить кость.

Он утратил способность пользоваться рукой. По собственному выбору. Я предложила ему помощь, но он отверг мои навыки целительства, как публично, так и лично.

До сих пор...

- Ифтен ушел из армии, - продолжила я. - И это позволяет Киру разговаривать со своими воинами без намеков Ифтена против него. У Ифтена есть собственное чувство чести, которое не позволит ему сделать что-либо, кроме как безопасно доставить меня в Сердце Равнин ».

- Это также дало ему возможность распространять свои истины в Сердце, Лара». - Кикай пожала плечами. - Только небо может сказать, мудро это или нет. И этот смутьян Собирающий Бурю все еще остался с Киром.

- Кто? – спросила я

- Воин-жрец, который был с Ифтеном, когда я приехала, - ответила Кикай. - Его зовут Собирающий Бурю, и имя у него говорящее, потому что бури возникают везде, куда бы он ни пришел.

Кикай хитро ухмыльнулась.

- «Но стоит того, чтобы увидеть, как ухмылка Ифтена исчезла, а?»

Я засмеялась и кивнула в знак согласия. Но затем я наклонилась вперед, чтобы задать вопрос, который беспокоил меня весь день.

- Кикай, ты мать Кира?

- Мать? - нахмурилась Кикай. - Та, у кого есть ребенок?».

Кивнув, она пожала плечами, одеяло сползло ей на плечо. Ее взгляд упал на ткань, но не раньше, чем я увидела боль в ее глазах.

- Откуда мне знать? Моя грудь всегда была сухой во время родов, и ребенка отдали другой, чтобы он сосал, как только он появлялся на свет. Он из моего племени, это точно.

Она завернулась в одеяло.

- Это важно для вас? Для твоего народа?”

Я кивнула ей, все еще погруженный в различия между нашими мирами.

- Как мы отличаемся друг от друга, - повторила мои мысли Кикай. - И все же у нас одно небо.

Она покачала головой и поставила кружку.

- Мы будем говорить, ты и я, пока мы идем. У меня столько вопросов, что я даже не знаю, с чего начать. Но время есть.

- Мы будем спать на нем. - Ее улыбка вспыхнула. - Кроме того, Тихие Воды поднимет нас на рассвете.

Она встала и потянулась к моей кружке.

- Лучше всего, чтобы мы спали вместе, ты и я

- Ифтен имеет собственную честь, но давай не будем проверять это слишком часто, а? - Она направилась к пологу палатки. - Мне говорили, что у Ксианцев есть право на личную жизнь. Я уйду, чтобы ты могла подготовиться ко сну.”

Я поблагодарила ее и, воспользовавшись ее любезностью, разделась и забралась в постель. Я также сняла ножевую упряжь и засунула ее поглубже в сумку.

Через несколько мгновений вернулась Кикай и принялась раскладывать оружие и готовить постель ко сну. Укрывшись под одеялом и мехом, я слушала, как замедляется ее дыхание.

Только тогда я смогла по-настоящему подумать о том, что произошло сегодня; о гневе воинов на попытку оказать честь Маркусу; о выражении лица Ифтена, когда я попросила его стать моим сопровождающим; о том, как Кир обнял меня, и о его глазах, когда я выскользнула из его объятий.

Что-то хрустнуло в жаровне, я пошевелилась под одеялом и вздохнула. Кир займется своими делами и придет за мной так быстро, как только сможет.

Но как же мне его не хватало! Я скучала по нему, по его мягкому дыханию, по его теплу. Так или иначе, мягкий храп Кикаи просто не был таким же. И не только его физическое присутствие в моей постели. Была сотня вещей, которые я хотела сказать ему или поговорить с ним. Посмеяться вместе с ним над реакцией Ифтена. Обсудить мой выбор сопровождающего.

Я зевнула, благодарная за усталость, которая нахлынула на меня. Мои постельные принадлежности были упакованы Маркусом, и я прижалась, пытаясь убедить себя, что запах Кира все еще был в одеялах, и мех, который лежал на мне сверху. Я закрыла глаза и позволила себе уснуть. Богиня, присматривай за Киром и охраняй его, где бы он ни был.

Следующие несколько дней были полны той же рутины. Мы собирали лагерь как можно раньше, чтобы лошади могли путешествовать, а затем отправляемся в путь, пока Кикай не объявляла перерыв в полдень. Затем мы ехали снова, до тех пор пока она не позволяла разбить лагерь.

Я уже ездила верхом с Киром, и мне не составляло труда так долго оставаться в седле. Часто оставалась со мной, и Кикай никогда не выпускала меня из виду. Был определенный недостаток разговора, но я провел свое время удивляясь земли вокруг нас.

Казалось, она простирается перед нами бесконечно, не оставляя ничего, кроме плоских лугов и бесконечного неба. Трава все еще горела, простираясь толстым ковром красных, оранжевых и золотых цветов. От такой необъятности у меня перехватило дыхание, и я поймал себя на том, что смотрю вниз, в траву, просто чтобы сохранить равновесие.

Когда мы ехали, Кикай иногда подъезжала, и мы разговаривали. Но нас очень внимательно слушали, и поэтому наши темы были посвящены Кси и тому, как мы жили. Кикай был очарована каменными домами и городской жизнью.

Но по ночам, когда мы лежали на тюфяках, а между нами горела жаровня, Она смотрела на меня своими ярко-голубыми глазами и задавала более глубокие вопросы.

- Я знаю о тебе только то, что шепчут ветры, - сказала она, и глаза ее заблестели. - Что заставило горожанку покинуть свои земли, чтобы отправиться на равнину?”

Я рассказала ей о войне, о лечебнице, о ране Симуса и о Кире. Она внимательно слушала, время от времени задавая вопросы, но в основном слушала, ее глаза сверкали интересом. Она не критиковала и не осуждала, просто слушала.

Я говорила об Анне-кухарке, о кухнях, находящихся под ее контролем, о моем учителе Эльне и о том, как он научил меня всему, что я знаю. Я даже описала старую сыроварню и ее тележку на рынке в Водопаде.

Это напомнило мне.- я порылась в сумке. - У меня тут баночка крема для суставов. Это может помочь вашим рукам.”

- Что? – Кикая наклонилась вперед и потянулась за банкой, устраиваясь поудобнее на одеяле, внимательно осматривая нее. - Немного твоей магии?

Я покачал головой.

- У меня нет никакой магии, Кикая. Просто травы и знание их применения.”

Кикай понюхала содержимое и посмотрела на меня полузакрытыми глазами.

- Так ты утверждаешь, что никакой магии нет?”

- Нет, - твердо ответил я.

Она хмыкнула, опустила руку в банку и начала втирать мазь в ладони. Некоторое время мы сидели молча, пламя в жаровне потрескивало. Я посмотрел вверх, туда, где в палатке было отверстие для дыма, и увидел звезды над нами. Было поздно

- Спасибо - - Кикай протянула банку, но я жестом попросил ее оставить себе.

- Надеюсь, это поможет- Я на мгновение посмотрела на нее, затем прикусила губу.

Она тихо фыркнула.

- Хочешь за мой символ?

- Он может мне понадобиться, - ответил я. - Кикай, почему Кир так ненавидит воинов-жрецов?”

Кикаи вздохнула.

- Это долгая история, и рассказать ее нелегко. - Она зевнула. - Тихие Воды снова поднимет нас на рассвете. Но на этот раз я остановлю нас в полдень и скажу ему, что нужна охота.

Она хихикнула.

- Они будут охотиться, а мы с тобой поговорим.- Она встала, чтобы дать мне личное время.

Я покачал головой на нее.

- Почему у них такие имена? И как вы отличаете их?

Она сморщила нос.

- Когда они становятся воинами-жрецами, они принимают новое имя, не то, которое дали им стихии, но имя, сигнализирующее, что они воины-жрецы. - она снова фыркнула, напомнив мне Маркуса. - Они берут их у растений, животных или стихий. Тихие воды, Легкий ветерок, тьфу. Почему не убитый олень, или гадкий Эхат?”

Я громко рассмеялась, и она улыбнулась в ответ.

- Что касается того, чтобы отличить их друг от друга, то посмотри на татуировки вокруг их левых глаз. Там картина всегда отличается. - Она подняла полог палатки. - Лара, ложись в постель и закрывай глаза. Солнце взойдет раньше, чем мы этого пожелаем.”

Тихие Воды поднял нас еще до восхода солнца.

Я стояла, держа поводья Великого сердца, потягивая кавадж, пока лагерь разбивали. Кикай разговаривала с одним из воинов-жрецов, объявляя о своей жажде свежего красного мяса.

Я проигнорировала его и стала смотреть, как встает солнце. Воистину Восход, на горизонте, настолько широком, насколько хватало глаз, казалось, что он вот-вот взлетит в небо.

Неудивительно, что эти люди поклонялись стихиям и клялись небесами. Это была такая огромная часть их жизни, которая влияла на все, что они делали, на каждое мгновение их жизни. Живя в замке, в городе, я не замечала это так, как они. Я с благоговением смотрел и удивлялась. Какой будет буря? Какой будет зима?

Мой желудок сжался. Все это было так ново и страшно. Я смотрела на горизонт и мечтала о красивых, безопасных горах, которые могли бы прорезать эту открытость. Я чувствовала себя такой беззащитной....

- Так же страшно, как земля, где тебя постоянно окружают огромные каменные горы, которые мешают видеть и закрывают солнце. - слова Кира вернулись ко мне, и я улыбнулась.

Смотрит ли он на восход солнца? Или заставляет своих воинов работать быстрее, чтобы он мог следовать за нами?

Мне пришлось посмеяться, потому что и Кир, и Маркус, вероятно, заставляли всех вокруг работать как можно быстрее. Богиня знала, что Маркус их сильно увлечет

Я немного повернулась, позволяя Великому Сердцу закрыть меня от других, и попробовала достать спрятанный клинок. Я использовала палатку Kикаи, чтобы пристегнуть его. Я вздрогнула, когда он выскочил, и попытался сжать его в руке. Требуется практика, чтобы заставить его работать правильно. Я прижала его обратно, когда услышала, что кто-то подошел сзади.

- Садись на лошадь - Ифтен вел лошадь, и на его лице было обычное утреннее хмурое выражение. Я закатила глаза и повернулась, но он, должно быть, увидел мое лицо. Его губы скривились, и он плюнул мне под ноги. Маленький кусочек чего-то коричневого попал мне в ботинок.

Я открыла рот, чтобы возмутится, но он отвернулся, и мои воины-жрецы встали на свои позиции. В растерянности я потянулась вниз, схватила , что это было, и сунула его в свою сумку.

Посмотрим, в чем состоит "магия" жрецов-воинов. Мы просто посмотрим ...

Часть 7

- Слепая ненависть-это слабость.

Я ничего не сказала, просто наблюдала, как Кикая потянулась со своего тюфяка, чтобы добавить топлива в жаровню. Пламя и свет мерцали и танцевали на стенах палатки.

Перед полуднем она остановилась и организовала охоту за свежим мясом. Лагерь охранялся, и Ифтен бродил по периметру, следя за мной на расстоянии. Кикай заставила нас согреться в ее палатке, колокольчики в откидной створке и горшок каваджа между нами.

Ее воины были снаружи, с инструкциями убедиться, что никто не приближался. Мы были настолько уединенны, насколько это было возможно на равнинах.

Хорошо, что она приказала разбить лагерь пораньше. Мы ехали под мелким дождем, сырость и холод проникли в мои кости. Я могла представить, что это сделало с телом Кикай.

- Я не знаю правду обо всем, что было, и могу только говорить правду, которую я знаю. - Кикай посмотрела на меня из своего вороха одеял. -Ты понимаешь?"

Я кивнула, не желая прерывать.

- Я не певец, но ты должна знать о прошлом, прежде чем я смогу сказать больше. - Kикаи потерла колени под одеялом. - Давным-давно один военачальник получил первый Трофей. Вместе они объединили все племена равнин. Они создали Совет старейшин как мудрость равнин, певцов как знание, тий как дух. Жрецы-воины должны были стать его силой.

Кикаи глубоко вздохнула, и ее плечи поникли под одеялом.

- Какое-то время это работало хорошо. Но что-то случилось. Жрецы-воины начали заявлять, что говорят от имени стихий, владеют магией, которой владеют только они.

Кикаи остановилась, поправляя одеяла, и я налила нам обоим еще каваджа. Она вытянула руки и поставила кружку на колени, укрытые одеялом

Кир всегда обладал силой воина. Но у него также есть сердце, забота о своем народе. Ему больно видеть, как люди страдают, и его бесит, что один страдает, а другой стоит и ничего не делает.

- Это то, что делают жрецы-воины?

Кикаи кивнула.

- Они используют свою магию только на тех, кого считают достойными. - Она пристально посмотрела на меня, словно пытаясь подобрать нужные слова.

- У Кира, причиной его гнева - она колебалась, - была женщина.

Сердце замерло у меня в горле. Должно быть, на моем лице отразились мои чувства, потому что Кикай остановилась и нахмурилась.

- Нет, не связывание. Рядом с ним выросла молодая женщина, да? Из его племени. Ты понимаешь?

- Как сестра?

Кикай выглядел озадаченным.

- Я не знаю этого слова-

Я объяснила и ее лицо прояснилось.

- Да, да. Никто не ложится с членом своего племени. Мы следим за кровью всех, чтобы застраховать детей. - Кикай стянула одеяло с плеча, чтобы показать мне свои татуировки. - Мы не рожаем и не связываемся с племенами тех, кто нас создал.

- Да – я расслабилась - Я понимаю.

- Итак - Кикай снова поправила одеяла, натягивая их на плечи. - Была женщина его племени, которая родила первенца. Что-то пошло не так, и женщина умерла. Я думаю, в конце концов, к ней проявили милосердие.

Кир пришел в ярость, потому что воин-жрец отказался использовать свою магию, чтобы помочь ей. Кикаи заглянула мне через плечо, глядя в прошлое.

- Марк приказал оттащить его и связать, чтобы он не бросил вызов каждому воину-жрецу и не погиб, пытаясь убить их всех. Кир видел причину. В итоге. Но он поклялся уничтожить их. - Кикай остановилась, сделала глоток каваджа и поставила кружку. - Уничтожить их всех.

Она покачала головой.

- Ненависть ослепляет его, он не замечает опасности. И для тебя.

- А Маркус?- Спросила я. - Что делали жрецы-воины, когда он был ранен?

Она сморщилась.

- Меня там не было, но я знаю, что это только подлило масла в огонь гнева Кира. Кир приказал Маркусу жить, и тот повиновался.

- Какое племя у Маркуса, Кикай?

- У Маркуса нет племени, Лара- глаза Кикай были полны печали.

Я вздохнула

Она кивнула.

- Я не думала, что ты действительно понимаешь, что сделала, выбрав его в качестве сопровождающего. Маркус больше не из племени, не из равнин.

Я прикусила нижнюю губу, пытаясь вспомнить.

- Когда я впервые встретила Маркуса, он сказал, что он "знаменосец и помощник военачальника.

Лицо Кикаи помрачнело.

- В этом весь он. Если бы не защита Кира . . .

- Маркус умрет, - закончила я.

Кикай кивнула.

- Именно так. От своей собственной руки.

Я смотрела в свой кавадж.

- Это неправильно."

- Жизнь на равнинах тяжела.- Ее голос был так похож на голос Маркуса, что я подняла голову, почти ожидая увидеть его взгляд. Но вместо этого, на меня смотрели голубые глаза Кикаи, посылая мурашки по спине.

- Тяжелее, чем ты думаешь, - продолжала она. - Ибо услышьте теперь истину, которую знают старейшины, и не говорят о ней. Люди равнин умирают.

Я выпрямилась и расплескала кавадж по коленям.

- Почему?

- Мы не знаем, почему. Воины в бою, что и следовало ожидать. Но больше смертей во время снегов, больше женщин умирает при родах. Хуже того, наши дети умирают без причины. Половина рожденных детей не видят первых настоящих клинков.

- Кикаи, это ... — я с трудом сглотнула. - Дети умирают от лихорадки, несчастных случаев и тому подобного, но не такими темпами.

Она снова кивнула, мрачнее.

- Никто за пределами Совета не знает этого, хотя я думаю, что Кир пришел к собственному пониманию нашего положения. Этой весной, когда он был назван военачальником, жюри наградило его Кси. Он встал перед всеми, Старейшинами и Старшим, и объявил, что покорит Кси. С целью обучения и усвоения ваших путей и знаний.

На ее лице промелькнула улыбка, так похожая на улыбку Кира, что у меня екнуло сердце. Тогда представьте себе их лица, когда на ветер донес слух, что Кир из племени Кошки нашел Военный Трофей, ту, которая владеет своей магией исцеления. Новость прокатилась по равнине, как буря. Рука Кикаи вынырнула из-под одеяла, чтобы подмести воздух перед собой.

Я улыбнулась в ответ на ее усмешку, но потом вспомнила, что сказал Кир.

- Кикай, что такое «Варкинг»?

Ее глаза сузились.

- Где бы ты услышала это слово?»

Я облизнул губы, мой рот внезапно пересох. Кир сказал ей доверять, но разве я сказала слишком много? Несмотря на это, слово не воробей вылетишь не поймаешь.

- От Кира. Он был болен и бредил, когда произносил это слово. - даже сейчас я могла видеть его в моих мыслях, борющегося с ограничениями и воющего. - Бойтесь того дня, когда Кира Кошку назовут «Варкинг»!»

- Бред? - спросил Кикай.

- Как боевое безумие, - ответила я, не желая давать длинных объяснений.

- Ах - она наклонила голову и посмотрела на меня.- Это не то слово, которое можно использовать легкомысленно. И я бы не сказала это вне колокольчиков. Я не удивлена, узнав, что мысли Кира движутся в этом направлении

Я ждала, нервничая.

- Варкинг»!» - это воин, который стоит выше всех, даже Совета. Кикаи потерла пальцем глаз. - В прошлом было только двое, которые восстали, когда мы, жители равнин, столкнулись с ужасной угрозой.”

- Ты думаешь, Кир собирается им стать?- спросила я.

- Я не претендую на знание истины.- Кикаи была смертельно серьезна, ее глаза не отрывались от моих. - Но говорите об этом только с ним и с Маркусом. Понимаешь?”

- Да, - тихо ответил я.

Кикай снова покачала головой, словно в отчаянии.

- Я сказал этому глупцу полководцу, что слепая ненависть к войнам-жрецам - опасная вещь. Но он упрямый. Знает, чего хочет, и получает это ».

Я покраснела и отвернулась, прекрасно зная эту черту в Кире.

Очень хорошо.

Охотники вернулись со странного вида оленем, которого они вскоре разделали и зажарили. Мы с Кикаей вышли послушать рассказ об охоте.

Жрецы-воины, казалось, ничем не отличались от других воинов в своем возбуждении от охоты и убийства. Я внимательно наблюдала, пытаясь разглядеть различия в деталях татуировок.

Ифтен, мрачный и задумчивый, был не далеко. Он сидел с группой старших жрецов-воинов и разговаривал. Судя по взглядам, которые он бросал в мою сторону, он изливал свою ненависть им в уши.

Я стиснула зубы и постаралась не думать о том, чтобы подойти и плюнуть ему на ботинки. Я напомнила себе, что это было бы подло. Что это равносильно опустится до его уровня.

Но это было бы очень хорошо.

- Мы заметили нескольких воинов Равнин, когда возвращались с охоты-один из воинов –жрецов разговаривал с Кикаей. - Они держались на расстоянии, некоторое время следовали за нами, а затем исчезли за хребтом

- Они не обозначили себя? - спросил Кикай.

- Нет, старейшина

- Странно, - сказала Кикай.

Тихие воды был рядом с ней.

- Не так уж странно в последнее время. Старые обычаи равнин, вежливость земли и палаток исчезли

Кикай бросила на него взгляд.

- Или, возможно, они думали, что жрецы-воины не приветствуют вторжение. Тем не менее, это необычно

Единственным ответом было хмыканье Тихой Воды.

- Живот, полный мяса и каваджа-

Кикай села на поддон и похлопала по животу. - Стоит остановиться, а?

Я кивнула, выпивая последний кусочек кавадже из моей чашки.

Смотри. - Кикаи подняла руку и согнула пальцы, чтобы я могла разглядеть - Скованность ослабевает.”

- Хорошо - Я улыбнулась, довольная облегчением, которое принесла ей мазь. Негнущиеся суставы и скрюченные пальцы могут быть источником ужасной боли для стариков.

- Кикай, сколько тебе лет?

- Что?- спросила она, закутываясь в одеяло.

- Сколько тебе лет?”

- Ты считаешь годы? - Кикай посмотрела на меня так, словно у меня выросли рога.

Я стиснула зубы. Честно говоря, как эти люди справляются? Я на мгновение задумалась.

- Сколько времени тебе понадобилось, чтобы родить детей?

На ее лице было странное выражение боли, но когда она ответила, ее голос звучал легко.

- Выскочили один за другим после того, как на меня обрушились лунные времена.”

- Они поздно появились?”

- Лунное время?- Она пожала плечами. - Они пришли, когда пришли.”

- Во скольких войнах ты принимала участие?”

Лицо Кикаи засияло от удовольствия.

- Мой первый был под началом Риза из племени Ястреба. ... - Она использовала это воспоминание для подробного изложения своей военной истории. Я подсчитывала кампании, прикинув, что это займет около года, если армии распускались до наступления зимы.

- Потом я стал старейшиной и с тех пор семь раз отбирала военачальников.”

Я моргнула, перепроверила свои расчеты, а затем посмотрела на нее в шоке. Кикай была не так стара, как я думала.

Она склонила голову набок.

- Твое любопытство удовлетворено? - Она приняла мое молчание за таковое. - Тогда нам надо поспать. Тихие воды будет настаивать на завтрашнем раннем старте, и я сомневаюсь, что он согласится остановиться до захода солнца!”

Я вытянулась под одеялом, прислушиваясь к дыханию Кикаи, и думала о том, что узнала.

Жизнь на равнинах была тяжелой. Я знала это или, по крайней мере, думала, что знаю, что это значит. Но видимо не совсем . У меня были все удобства городской жизни, плюс преимущества жизни в замке. У меня не было ежедневной борьбы за еду и тепло, зато, что я воспринимала как должное.

Но на равнинах сама жизнь была тяжелее, тяжелой для тела. Что означало, что Кир был не так стар, как я думала. Возможно, мы были ближе по возрасту, чем я думала.

Я повернулась на бок и натянула одеяло на плечо. Жаровня уже не так сильно грела, и воздух стал холоднее. Легкий ветерок шевелил край палатки, и я повернув голову и посмотрела вверх, то увидела звезды через дымовое отверстие. Я поудобнее устроилась в теплой постели.

Они жили в палатках на снегу? Как они находят пищу зимой? Даже с набегами, как они могли иметь достаточно?

Что делает рождение пятерых детей с телом женщины?

Внезапно я поняла глубину желания Кира принести перемены на равнины. И насколько ценными он считал мои навыки. Но даже больше, как он был рад, что я буду лечить любого, кто придет ко мне. Позаботится о ране врага. Вылечит сломанную ногу другого.

Храп с другой стороны сказал мне, что Кикай наконец уснула. Я протянула руку и подтянула сумку поближе. Тихо, чтобы не разбудить Кикаи, я порылась в боковом кармане и вытащила мокрый кусок чего-то, что Ифтен выплюнул мне на ботинок.

Света было достаточно, чтобы рассмотреть его. Гриб, в этом я был уверена. Я осторожно понюхала его, но он не имел сильного запаха. Я потерла его о кожу и ждала, но эффекта не было. Я пожала плечами. Только один способ узнать наверняка. Я положила его в рот и прикусила.

Странный сладковатый вкус наполнил мой рот, и я проглотила слюну. Мое сердце забилось громче, и палатка начала вращаться . . .

Я выплюнул его в ладонь. Лекарство, сродни листу лотоса, но гораздо более сильное и быстрое, чем все, что я знала Если бы он имел такой эффект после того, как Ифтен пожевал его в течение некоторого времени, то каким он был свежим? Для каких целей я могут это использовать?

Я изучила влажный кусочек в моей руке, затем положила его обратно в сумку. Может быть, свет дня позволит мне определить, какой гриб.

Я снова села, погруженная в свои мысли. Была ли в этом сила воинов-жрецов? Используя травы, чтобы замаскировать боль, вместо того, чтобы лечить ее? Неудивительно, что он до сих пор мог пользоваться рукой. Неудивительно, что они отказались помочь, вероятнее всего, там, где обезболивающие не могло помочь.

Даже в тепле одеял я дрожала. Как воин-жрец отреагирует на истинное, умелое исцеление? Что они сделают с Киром?

В конце концов я уснула. Но мой сон был беспокойным и наполненным смутными, беспокойными образами.

Кикай и я допивали наш утренний кавадж, когда Тихая Вода попросился войти в палатку.

- Ты бы захотел каваджа?- предложила Кикай. - Ты не посидишь у моего камина?”

- Спасибо, но нет, - покачал головой неподвижный Тихие Воды, и его длинные спутанные косы закачались. Он остался стоять внутри, немного остановившись, чтобы его голова не касалась палатки. - Ночью охранники заметили группу всадников, наблюдавших за лагерем. Двое вышли погреться у наших костров, но незнакомцы ускакали при приближении наших.”

Кикай нахмурилась.

- Правила вежливости равнин не настолько мертвы.”

Тихие Воды хмыкнул в знак согласия. Его лицо оставалось бесстрастным, но голос звучал снисходительно.

- Если бы мы ехали быстрее “—”

- Готовь лошадей, - оборвала его Кикай. - Проследи, чтобы в этот день разведчики оставались в пределах видимости.”

Она повернулась ко мне, когда он вышел из палатки.

- Держись поближе ко мне и Ифтену.”

- Обязательно. - Я встала и потянулась за сумкой. - Думаешь, будут проблемы? Я думала, что равнинники не нападают друг на друга?”

- Если бы мы были одного мнения, одной мысли, и всегда в согласии. - Кикай пристегнула меч к поясу. - Но всегда есть те немногие, кто думает мечом. Сомневаюсь, что будут неприятности. Но

- Смерть приходит мгновенно.”

Kикaи остановилась и посмотрела на меня с сочувствием.

- Я слышу голос Маркуса. Он преподал тебе этот урок? - Я кивнула. Она поморщилась и продолжила. - Суровый урок, но это не отменяет истины слов. Поехали. В этот день мы будем ехать тяжело.”

До того, как началась эпидемия, мы с Киром боялись, что одна из деревень Кси восстала против нас. Кир беспокоился, что я была мишенью, и поэтому меня поспешно одели в плохо сидящие доспехи, шлем и дали щит, чтобы спрятаться.

Впоследствии Маркус взял за правило одевать меня во что-то защитное, что действительно подходило. Он нашел металлический шлем и жилет из закаленной кожи, который зашнуровывался спереди и облегал мою тунику. Мне было трудно управлять щитом из-за веса.

Маркус и Кир были удовлетворены тем, что доспехов и шлема было достаточно, чтобы защитить меня. Когда я сказала Маркусу, что мне все еще не очень удобно, он набросился на меня с кулаками.

По-видимому, это не было проблемой.

Поэтому Кикай велела принести эти вещи, и я надела их без возражений. Шнуровка заняла немного времени, и я заплела волосы, чтобы заправить их под шлем. Это облегчало задачу. И этот шлем шел с ремешком для подбородка, поэтому он не наклонялся в сторону или не падал на мой нос.

Это явное улучшение.

Ифтен подошел, когда я поправляла шлем, и передал мне поводья. Его лицо было серьезным.

- Забирайся

Я кивнула и залезла в седло. Ифтен хмурился, глядя на меня с земли, взял сумку и прикрепил ее к седельным сумкам. Он обошел Великое Сердце, проверяя различные ремни, из которых состояло крепление. Удовлетворившись, он тоже сел в седло.

Лагерь гудел вокруг нас, последние палатки были сняты и упакованы. Я огляделась и увидела, что неподалеку сидит на лошади Кикаи.

- Ксианка.

Я повернулась, и поднял на Ифтена брови в удивлении.

- Если на нас нападут лучники, сделай вот так. - Он лег на спину лошади, плотно прижавшись к ней всем телом, почти уткнувшись лицом в гриву.

Я попробовала, ложась на спину Великого Сердца, пытаясь подражать его действиям. Великое сердце зашевелилось подо мной, поворачивая голову, чтобы посмотреть, что я делаю.

Ифтен привстал в седле и прижал мой позвоночник.

- Еще ниже.

Я хмыкнула, пытаясь прижаться еще ниже.

- Ты должна быть ниже, меньше цели.- Ифтен убрал руку. - Лошадь обучена бегать, если на нас нападут, а ты будешь лежать вот так. Не пытайся направлять лошадь. Он умнее тебя. Твоя забота – не свалится.

Он принюхался.

- Если сможешь, конечно.”

Я села, поправляя доспехи, и бросила на него испепеляющий взгляд. Он проигнорировал меня.

- Твой сопровождающий прав.- Кикай подвинула свою лошадь ближе ко мне с другой стороны. - Это хороший ход для тебя.

- И еще одно. - Ифтен спешился и позвал одного из молодых воинов-жрецов. - Темные Тучи, у тебя все еще есть запасной щит?

Ифтен обернулся ко мне.

- Спускайся.

Я слезла с лошади, но была не в настроении терпеть его грубость.

- Щит слишком тяжел для меня. Я просто в конечном итоге сброшу его.”

Воин-жрец приблизился, но Ифтен рылся в седельных сумках и тот стал ждать, чтобы передать щит. Татуированный терпеливо ждал, пока Ифтен будет готов взять его.

- Благодарю, - сказал Ифтен - Вам потребуется…»

- Нет. Как я сказал вчера вечером, это дополнительный. Пользуйся, воин.”

Ифтен кивнул ему и повернулся ко мне.

- Обернись

- Зачем?

Он бросил на меня нетерпеливый взгляд.

- Я привяжу это к твоей спине. Вес не станет проблемой, и обеспечит большую защиту.”

“О. - Я повернулась и встала, когда Ифтен поправлял ремни. Я стояла молча, пока он работал, дергая мою броню. - Ты хорошо ладишь с воинами-жрецами, лучше, чем кто-либо другой.”

- Почему бы и нет, ведь я был почти одним из них.- Ифтен говорил рассеянно, затягивая ремень.

- Ты был? - Я обернулась, удивленная этой информацией

Ифтен нахмурился на меня, не обрадовавшись своей болтливости.

- Так подходит? Ты можешь двигаться? - Я повела плечами и обвела руками по кругу.

- Хорошо, - сказал он. -Садись

По-видимому, для Ифтена из племени Кабана это был предел вежливой беседы, и он был достигнут. Я повернулась и молча села на лошадь.

Мы ехали быстро, Кикай задавала быстрый темп. Она больше не бездельничала в обычной поездке, теперь она была смертельно серьезна. Все были начеку. Напряжения было достаточное, чтобы мое сердце забилось быстрее, а желудок сжался. Я оглядела горизонт, как и все остальные, ища любые признаки угрозы.

Тем не менее, лошади все еще имели преимущество. Мы остановились, чтобы напоить их, расставив вокруг себя охрану. Каждую лошадь быстро проверили на наличие проблем, пока она пила. В этот момент все сменили лошадей, быстро меняя седло и крепление.

Я не хотела покидать Великое Сердце, но знала, что ему нужно отдохнуть от моего веса. И все же я боялась, что потеряю его, потому что они не связывали лошадей вместе.

Мне не нужно было волноваться. То ли дрессировка, то ли стадные инстинкты, лошади без всадников остались с нами. Кикай давила на нас, не желая останавливаться даже на полдень. Все порылись в седельных сумках и вытащили еду, которая была общей.

Холодная кавадж, гурт и какой-то вид сушеного мяса. Это было очень трудно жевать, но это уняло мой голод.

Воины оставались настороже, но через некоторое время, когда ничего не произошло, я впала в какое-то оцепенение, наблюдая, как бесконечные луга пролетают мимо, не оставляя никаких следов. Кроме ручьев и прудов, которые появлялись из ниоткуда, и бесконечных красных и желтых травы.

Наконец, когда солнце приблизилось к горизонту, мы остановились у небольшого пруда и снова напоили лошадей. Великое Сердце подбежало ко мне, теребя мои волосы и бодая меня в грудь. Кикай подошла и улыбнулась его действиям.

- Я прикажу оседлать его для тебя.”

Я тяжело вздохнула.

- Мы не остановимся?”

- Еще час или два, и мы остановимся на ночь.- Она внимательно оглядела меня. - Ты сможешь это сделать?”

Я устала, но не собиралась признаваться в этом, особенно в окружении воинов-жрецов и Ифтена.

- Я в порядке еще на несколько часов. Но не жди от меня многого в разговоре сегодня вечером.”

- Да уж, - сухо согласилась она.

Наши нападавшие поднялись из травы, как призраки, и окружили нас, крича и вопя. Очнувшись от изумления, я повернулась в седле, растерянная и неуверенная.

Но не Ифтен. Он был рядом со мной, сверкая глазами.

- Поехали! Поехали!

Великое Сердце не нуждалось в дальнейших уговорах. Он рванулся вперед галопом, раздирая копытами дерн. Воины-жрецы окружили меня, приближаясь, чтобы защитить нас. Кикаи появилась рядом со мной, ее лошадь легко шла в ногу с нами.

Я мельком увидела нападавших, когда один из них проскакал мимо, целясь из лука в нашу сторону. Это был воин равнин, и у меня было мгновение, чтобы удивиться, что это не был воин-жрец, когда Ифтен зашипел:

- Прижмись

Я чуть не упала вперед, вдавливая грудь броней. Мои руки перепутались с поводьями и жесткими волосами Великого сердца. Его мышцы напряглись и задвигались подо мной. Стук его копыт вибрировал по всей длине моего тела. Задыхаясь, я сделала глубокий вдох, пытаясь втянуть воздух в свое тело и подавить свой ужас.

Я была благодарна Великому Сердцу за его длинные ноги и силу, которые толкали нас вперед с такой скоростью. Но я знала, что моя бедная лошадь устала после целого дня пути, как и все остальные.

Мы бросились вперед, окруженные со всех сторон. Копыта Великого Сердца выбивали ритм так же быстро, как биение моего сердца. Я прижалась к его спине, уткнувшись лицом в гриву. Если бы голос Ифтена зазвенел у меня в ушах. "... если на нас нападут, лежи спокойно. Не пытайтесь направлять лошадь. Твоя работа – остаться в седле.’

Я отчаянно пыталась сделать это. Я хотела посмотреть, но страх сдавил мне горло и не давал открыть глаза. Я могла слышать звуки лошадей, стрел и боевые кличи вокруг меня.

Великое Сердце побежал дальше.

Я бросила взгляд в сторону, чтобы увидеть Кикаи рядом со мной. Она казалась почти безмятежной, когда ехала, как будто она была нежной леди, выезжающей на прогулку в приятный день. Этот образ разбился вдребезги, когда она положила стрелу на тетиву и прицелилась во врага. Управляя лошадью коленями, сосредоточившись на своей цели, она являла собой идеальный портрет воина.

Она спокойно выпустила стрелу, только чтобы вытащить другую. Я не видела, попала ли она, но на ее лице появилось довольное выражение, когда она прицелилась в другого.

Может ли Ифтен использовать лук?

Когда Великое Сердце бежало, я крепче сжала руку и подняла голову настолько, чтобы я могла посмотреть на него.

Ифтен был там, тяжело скача рядом со мной, его внимание было на врагах вокруг нас. У него не было лука, но я могла видеть копье в его здоровой руке.

Его взгляд скользнул по мне, и он нахмурился, прежде чем отвернуться. Я получила предупреждение и сосредоточилась на том, чтобы остаться на Великом Сердце.

И все же мы убежали.

Движение привлекло мое внимание, и я увидела, как Ифтен бросил свое копье, ударившее воина в бок. Воин упал, и Ифтен вытащил из него копье. Такой острое, такой смертельное. Я вспомнила ущерб, который они наносили, когда Кир напал на Водопады и содрогнулась от этих воспоминаний о острых каменных осколках в глубоких ранах.

Крик, затем лязг стали. Но мы не остановились, даже когда мечи столкнулись. Лошади нападавших были свежее. Я чувствовала разницу по Великому Сердцу. Его дыхание было затруднено, и в мышцах появилась дрожь, которой раньше не было. Он устал. Как и остальные.

Но что-то изменилось. Ифтен поднялся и повернул Великое Сердце, заставив его сменить направление. Кикай больше не был рядом, и я поняла, что остальным в нашей группе каким-то образом удалось отогнать нападавших от меня.

Великое сердце замедлил бег, и я оглянулся назад, чтобы увидеть, что нападавших теперь осталось только четверо, и они окружены. Пока я смотрела, еще двое из них упали с седел. Тихая Вода убил еще одного, и последний, осознав свое положение, бросился вперед и прорвался, намереваясь бежать.

С криком Ифтен бросил свою лошадь вперед, преследуя одинокого воина. Я думала, что он попытается поймать его, но в последний момент Ифтен поднялся в седле, и с его здоровой рукой, с поднятой рукой, он бросил свое копье.

Он ударил воина в спину, и тот с криком свалился с седла, с пронзенной насквозь грудью, мертвым.

- Зачем ты это сделал?- Кикай была в ярости. Мы все осадили наших лошадей, охлаждая их перед тем, как лечь спать, наблюдая, как воин-жрец ухаживает за мертвыми. Вокруг нас стояли стражники, но на лугах, казалось, не было никакой угрозы.

“Мы могли бы узнать у него правду и выяснить, кто стоит за этим нападением!- рявкнула Кикай. - Мертвым, он будет только молчать.”

Ифтен улыбнулся болезненной фальшивой улыбкой.

- Моя ярость была так велика, что кто-то осмелился бы напасть на Трофей

Не издевайся надо мной, воин, - плюнула Кикай, ее лицо исказилось от гнева. Она сделала шаг к Ифтену. На мгновение я подумала, что он предложит ей вызов, но он отступил и наклонил голову в подчинении.

Кикай фыркнула, видимо удовлетворенная.

Тихие воды подошли к нам.

- Мертвых собирают и раздевают. У нас есть их снаряжение и лошади. Никто не узнает ни их лиц, ни оперения на копьях.

- Они хотели заполучить ее живой, - заявил Ифтен прямо

Кикаи кивнула в знак согласия.

- Откуда ты знаешь?- спросила я.

- То, как они напали, - ответил Кикай. - Мы разобьем лагерь и дадим отдых лошадям. Но еще до рассвета мы встанем и отправимся в путь.

Тихие воды и Ифтен кивнули в знак согласия, и отошли отдавать приказы.

Мое тело чувствовало себя так, будто моя душа высосана, я так устала. Я прислонился к плечу Великого Сердца и посмотрел на Кикаи.

Она покачала головой.

- Ничего не поделаешь, Лара. Я отправлю сообщение для Кира, но мы должны как можно быстрее добраться до Сердца Равнин. Твое безопасное прибытие в Сердце - это все, что имеет значение сейчас ».

Мы ехали от рассвета до заката. Я потеряла счет дням в бесконечной земле. Все, что я знала, - это бесконечные часы в седле или во сне, когда почти не было времени поесть.

Через какое-то время, когда мы поднялись еще на один пологий холм, чтобы понять, что было передо мной. Был закат, и я думала, что мы сделаем еще один короткий привал, пока Кикая не повернулась ко мне и не указала. – Вот, смотри, Сердце Равнин.”

Солнце было огненно-красным в отдалении, начиная сползать с горизонта. Дневного света было достаточно, чтобы увидеть Сердце, и мне пришлось улыбнуться самой себе. Я ожидала увидеть город с какими-то сооружениями.

Но Сердцем равнин был город из палаток.

Он был огромен, чтобы мог соперничать с Водопадами. Но вместо мрамора или камня здесь были палатки всех форм, размеров и цветов. Когда сумерки накрыли нас, начали появляться огни, как внутри, так и снаружи палаток, заставляя все светиться.

За палатками я увидела огромную палатку, намного больше, чем все, что я видела раньше. А еще дальше заблестело, и я поняла, что это вода, большое озеро, больше чем я когда-либо видела.

Я уставилась в изумлении. Было ли что-нибудь маленькое на равнинах?

Прежде чем я успела все это осознать, Кикай повела меня вниз по склону, и через несколько мгновений мы уже были в городе. Лошади были измучены, но они бежали более легкой рысью, словно, понимая, что их путешествие закончилось.

Мы оставались вместе, и со всех сторон люди оборачивались, чтобы посмотреть и указать на нас. Это было головокружительно, зрелища, запахи готовки пищи, бесконечные цвета и шум. Это было так странно, и все же не так уж сильно отличалось от звуков рынка в городе Водопадов.

Измученная, я прижалась к Великому сердцу и попыталась впитать все это. Казалось, прошла целая вечность, пока мы наконец не остановились перед огромным шатром, который я видела вдалеке. Это было больше похоже на огромный крытый павильон.

Кикай стояла у меня в коленях, уговаривая спешиться.

- Пойдем, Лара.- Она взяла меня за локоть, и я старалась не опираться на нее, шатаясь вперед, пока ноги не привыкли ходить после стольких дней в седле. Мы вместе вошли в огромную палатку, и я немного споткнулась о ступеньки. Пол в этом месте был из цельного камня.

Павильон был ярко освещен жаровнями. Я моргнула при виде мужчин и женщин, сидящих на табуретках на трехъярусной платформе, самой широкой наверху и сужающейся к низу. У основания сидели три фигуры, и та, что посередине, поднялась, когда мы подошли.

Это был пожилой человек, одетый в ярко-красные одежды поверх кожаных доспехов, с разноцветным поясом на талии, который держал меч и два кинжала. Его лицо было смуглым, как орех, и покрыто глубокими морщинами. Там не было ни приветствия, ни улыбки. Мы остановились, и мужчина жестом Kикай указал отойти от меня.

На мгновение мне показалось, что она запротестует, но вместо этого она наклонила голову и подошла к пустому табурету на втором ярусе, в стороне. Я слегка покачнулась, когда она отошла, чувствуя себя голой и одинокой.

Ифтен появлялся рядом со мной. Даже он выказывал признаки усталости, но стоял высокий и гордый.

- Я был выбран в качестве сопровождающего для Ксилары, дочери Кси. Я привел ее сюда, целую и невредимую, чтобы она предстала перед Советом старейшин в самом Сердце Равнин.”

Человек кивнул головой и заговорил.

- Вы хорошо послужили, Ифтен Совету, и дочь Кси теперь находится под нашей защитой. С нашей благодарностью вы освобождаетесь от своих обязанностей.

Ифтен зарвернулся на каблуках и посмотрел на меня глазами, полными ненависти. Он остановился, проходя мимо меня.

- Ты и твои яды добрались до Сердца. Но мы, жители равнин, тоже можем научиться использовать яд. Помни об этом, Ксианка.

Я отстранилась, осознавая угрозу, которую он представлял, но он прошел мимо и ушел.

- Чужестранка.- Старший в середине повернулся ко мне, и его голос зазвенел у всех в ушах. -Ты стоишь перед Советом старейшин равнин, чтобы ответить на обвинения, которые были выдвинуты против тебя.

Обвинения? Я хотела посмотреть на Kикаи, но не могла оторвать глаз от фигуры передо мной.

- Чужестранка. Ты солгала воину равнин. Ты принесла смерть и страдания сотням наших воинов. Ты вызвала смерть связанной пары, и заставила их умереть от чумы. Ты принесла грязь ваших городов на равнины. Ты почитаешь тех, кто пострадал от стихии.

Он сердито посмотрел на меня и ткнул морщинистым пальцем.

- Хуже того, ты утверждаешь, что можешь воскрешать мертвых.”

Ошеломленная, я стояла с открытым ртом.

- Так скажи нам, чужестранка, что ты принесла на равнины, кроме лжи, страданий и смерти?”

Часть 8

При этих словах старейшины во мне поднялась ярость. Выпалила я, презрительно вздернув подбородок. -

Это не Совет старейшин, - выплюнула я. - Мне предлагают прохладную воду, чтобы облегчить горло? Где место для моего усталого тела или пища для моего живота? Нет даже воды, чтобы омыть мои руки и поблагодарить любую силу, которую я выберу для безопасного путешествия?

Я окинула их взглядом, ясно выражая свое презрение.

- Вот я стою здесь, в самом Сердце Равнин, предположительно перед Советом старейшин, и все же где та любезность равнин, которую я знаю и уважаю? Нигде, как я погляжу.

Я дрожала от усталости и гнева и знала, что через мгновение я упаду так как слаба, как маленький жеребенок. Но не здесь. Я повернулась на каблуках и вышла из палатки.

Наши лошади исчезли, и некому было меня остановить. Ничего не видя, я погрузилась в хаос людей и палаток, шагая так быстро, как только могла, прочь от ненависти внутри этой палатки.

С новой силой, рожденной гневом, я зашагала прочь.

К счастью, между палатками были широкие проходы. Я выбрала самый широкий, потерявшись в своей ярости. Каждое слово, сказанное этим старцем, было ложью или преувеличением. Как он смеет так говорить обо мне? Из-за Кира?

Я прерывисто вздохнула, задыхаясь и смеясь одновременно. Отец всегда приходил в отчаяние от моего характера. Яростный и горячий, он поднимался на поверхность в одно мгновение, развязывая мой язык с гневным ответом, только чтобы исчезнуть почти так же быстро. Он пытался всеми возможными способами заставить меня контролировать это.

- Сделай глубокий вдох - настаивал он. - Следи за своим языком и подумай, прежде чем говорить.”

Совет, которому я никогда не могла следовать.

Мои ноги несли меня вниз по дорожке в быстром темпе, и только смех детей вернул меня в окружающий мир.

В стороне стояла большая палатка с костром для приготовления пищи. Несколько мужчин и женщин пытались заставить группу маленьких детей успокоиться перед едой, но безуспешно. Дети всех возрастов смеялись и хихикали в какой-то игре, понятной только им.

Мальчишка, не старше девушек, пытался вылить воду на маленькие грязные руки и ничего не добился своими усилиями.

Из палатки вышла пожилая женщина и огляделась. Внезапно, каждый ребенок был построен, все с милыми улыбками абсолютной невинности и руками, протянутыми для ритуала.

Мне пришлось улыбнуться, и с этим часть моего гнева исчезла. Вместо этого меня охватило любопытство. Так вот оно, Сердце равнин! Дом ужасных Огнеземельцев.

Теперь я прогуливалась, оглядываясь по сторонам, впитывая все это. Очевидно, все готовились к вечерней трапезе, и палатки светились изнутри. Там было несколько внешних ям для костра, горящих углями и окруженных людьми, говорящими, смеющимися и едящими.

Как это было похоже на дом. И все же, как по-другому. Здесь повсюду были цвета, и никто, казалось, не сознавал своего ранга или положения. Мужчины готовили так же хорошо, как и женщины, и было довольно много мужчин, которые заботились о маленьких детях.

Но дело было не только в этом. В воздухе пахло жареным мясом и специями, которых я не знала. Здесь не было ни зданий, ни гор, чтобы перекрыть сводчатое небо, усыпанное звездами. Палатки, казалось, варьировались от крошечных укрытий до больших, растянутых структур, сложенных вместе из многих палаток.

Люди смеялись и разговаривали, и повсюду были цвета, в одежде, в палатках, в знаменах, которые висели повсюду. Одежда варьировалась от полной брони до лоскутков ткани или ее полного отсутствия. Все чувствовали себя непринужденно в своей наготе, от самого маленького ребенка до крепких, тощих старых воинов.

Голые или одетые, все носили оружие. Даже у маленьких детей на поясе висели деревянные кинжалы.

Но даже оглядевшись, я почувствовала, что за мной тоже наблюдают. Я знала по опыту, что для жителей равнин отсутствие оружия выделяло меня, как больной палец от здоровых.

Я вздохнула, внезапно почувствовав сильную тоску по дому: по большой кухне Анны и моей старой спальне с маленькой кроватью и окном, выходящим на город. Мои ноги начали волочиться, когда вновь обретенная сила исчезла.

- Продолжай идти, - тихо произнесла Кикай у меня за спиной. - Я провожу тебя до моей палатки.”

Я остановилась, и она подошла ко мне с безмятежным выражением в глазах. Я слегка покраснела, внезапно осознав, что всего несколько минут назад оскорбила весь Совет старейшин. Но в глазах Кикаи не было осуждения.

Вздохнув, я протянула руку и сняла шлем. Моя коса упала на спину, и прохладный ветерок коснулся моей потной головы.

- Kикай…

Она махнула рукой вдоль дороги.

- Не очень далеко, Трофей

С этими словами мы пошли молча, пока тени росли, а небо наполнялось звездами. В конце пути дорога разветвлялась, и там стояла палатка, которая соперничала с палаткой Кира по размеру. Появились воины и открыли створки, чтобы мы могли войти.

Кикай показала мне небольшой альков в стороне от главной комнаты. Он был заполнен кроватью, которая была покрыта одеялами, мехами и подушками, все в различных узорах красных и золотых. На маленьком столике у кровати стояла крошечная толстая лампа, в глубине которой мерцало маленькое пламя

- Этой ночью будь любезна воспользоваться моей палаткой.- Кикай жестом пригласила меня внутрь.

Я села на край кровати и не сопротивлялась, когда Кикай взяла мой шлем из рук. Затем она принялась за кожаную куртку, помогая мне снять ее. Я тяжело вздохнула, снимая ботинки. Кикай хлопнула в ладоши, и появился воин с кувшином воды и миской.

Я протянула руки для ритуала и пробормотала тихую молитву богине. Как только это было сделано, принесли кружку и миску с гуртом. Я взял кружку и обнаружил, что она наполнена теплым сладким молоком. Вкус был чудесный, и я быстро осушила кружку.

- Ты хорошо справилась, Трофей.- Кикай улыбнулась мне.

Я поморщилась.

- Оскорбляя весь Совет и топая прочь, как ребенок?”

Ее глаза блеснули.

- Требуя того, что причитается тебе по нашим обычаям. У Антаса была неразьериха на лице, когда ты повернулась и ушла.”

Я моргнула, глядя на нее.

- Что же мне делать, Кикай? Они меня ненавидят.”

- Ты будешь спать. Утром ты встанешь, поешь ...- она пожала плечами, - ... посмотрим.- Она махнула рукой, и воины задернули плотные занавеси, закрывавшие альков от посторонних глаз.

Кикай сделал паузу, как раз перед тем, как уйти.

- Но помни об этом, Лара. Они лишили тебя защиты Кира, чтобы показать, что ты не находишься под его влиянием или контролем. И твои действия доказали, что ты способна постоять за себя. Так что не спеши считать это поражением, а?”

Она повернулась, чтобы уйти, но снова остановилась и посмотрела на меня через плечо.

- Я скажу тебе эту правду, дочь Кси. Я не думаю, что смогла бы сделать то, что сделала ты. Покинуть равнины, которые я знала всю свою жизнь, убило бы меня.

С этими словами она исчезла за тканью.

Странно успокоенная, я зевнула и потянулась. Поскольку мое снаряжение еще не было здесь, я сняла тунику и брюки. Я слишком устала, чтобы даже попросить помыться.

Я просто откинула чудесную постель, погрузилась в глубину кровати и натянула на себя одеяло. Что случилось, то случилось. Я слишком устала, чтобы думать дальше наперед.

В последнее, что я увидела - это маленькую лампу, стоявшую на столе, пузатая, и ее крошечное пламя танцевало очень медленный танец.

Было уже поздно, когда я проснулась, а потом, когда я встал с кровати. Единственное, что заставило меня двигаться, - это требования моего тела и сильная жажда.

Мои седельные сумки были прямо внутри "стен" моего убежища, с моей сумкой прямо на вершине. Я села, прижимая к себе одеяло, и на мгновение задумалась. Внезапно меня охватил дикий порыв, и я захлопала в ладоши.

Снаружи послышалось какое-то движение, и в комнату просунулась женщина с вопросительным взглядом. Я улыбнулась ей. Я могла бы привыкнуть к такому виду лечения очень быстро. Может быть, когда я вернусь в Водопады? Но мысль о Озаре и реакция Анны на эту идею заставили меня быстро отказаться от нее.

До сих пор. . .

В течение короткого времени я обмылась в воде и выпила горячий кавадж. Я быстро умылась и затосковала по палатке Кира с ее искусным сливом из камней и ведрами горячей воды. Я подошла к седельным сумкам и достала чистую тунику и брюки. Натягивая ткань, я заметила красный отблеск. Я поняла это в одно мгновение.

Платье ярко-красное. Ярко, ярко-красное.

Маркус улыбался мне.

-Теперь. Это сделает нас гордыми.”

Кир вошел в палатку и резко остановился. Его глаза расширились, а лицо просветлело.

- Благословение огня.- Он стоял, глядя на меня с одобрением.

Я улыбнулась, вспомнив эти моменты и жар взгляда Кира. Любопытствуя, я вытащила тяжелый сверток. Платье было таким, каким я его запомнила, с высоким вырезом, длинными рукавами и расклешенной юбкой с разрезом. Я снова удивилась, когда ткань скользнула между моими пальцами, как вода скользит по коже. На нем не было никаких признаков того, что оно лежало на дне седельной сумки в течение нескольких дней.

Маркус даже упаковал тапочки. А в центре свертка лежали два тяжелых серебряных браслета.

Я остановилась перед троном, и медленно опустилась на подушку. С обеих сторон я увидела два широко расставленных черных сапога и ноги, обтянутые черной тканью. Я была осторожна, и опустила глаза вниз

Я глубоко вздохнула, медленно подняла руки ладонями вверх и молча подчинилась тому, что должно было произойти.

Комната, казалось, перестала дышать. Я почувствовала пальцы у основания шеи, нежно распутывающие мои волосы. Сильные пальцы пробежались по нему, отпуская и позволяя ему упасть. Я вздрогнула, как от прикосновения, так и от намека на то, что непослушание будет недопустимо.

Холодный металл окутал мои запястья. Я услышала щелчок, когда они встали на место. Удивительно, но это были тяжелые серебряные браслеты без цепей. Разве там не должно быть цепей?

Низкий мужской голос прогремел над моей головой, на моем языке.

- Таким образом, я заявляю права на Трофей.

Я улыбнулась, когда передо мной промелькнули картины прошлого, как я стою на коленях на этой подушке и сдаюсь ужасному военачальнику. Смотрю в голубые глаза Кира. Я была так напугана, так напугана, но все же нашла любовь в объятиях Кира. С тех пор мы через многое прошли.

Мы бы тоже через это прошли.

- Ты хорошо спала?- спросила Кикаи, когда она жестом пригласила меня сесть за стол напротив нее. Это было в другой части ее палатки, и, насколько я могла судить, в личной зоне.

Она захлопала в ладоши, и на несколько мгновений комната заполнилась теми, кто приносил еду и питье. Но так же быстро она и очистилась, и мы остались одни.

Спасибо, я хорошо выспалась. Кровать была очень удобной.- Я успокоилась и потянулся к каваджу- Сколько сейчас времени?”

- Ну, ближе к полудню. - Кикай пожал плечами. - Я не видела причин будить тебя. Нам обоим нужно поспать.

Она сверкнула своей улыбкой.

- Я подозреваю, что Совет пришлет нам сообщение еще до конца дня.”

Я потянулась за лепешкой и странного вида мясным блюдом, которое Кикаи уже взяла себе.

- Могу себе представить, что это будет за послание, - сказала я. Соус пах сладко, и в нем были крошечные красные пятнышки. Я зачерпнула немного хлебом и сунула его в рот.

Огонь взорвался у меня во рту и в носу. Мои глаза расширились и наполнились слезами, когда я задохнулась.

- Слишком острый?- спросила Кикаи, когда я рванулась к каваджу. - Это мой любимый.

У меня перехватило дыхание.

- Кикаи!!!

Мне очень жаль, Лора.- она покачала головой. - Я забыла предупредить тебя. Я люблю такую еду острую и крепкую. Попробуй вот это.

Она подвинула миску, наполненную густой сливочной пастой.

Я осторожно обмакнула в него еще хлеба, надеясь, что это не суповая форма гурта. Но я была приятно удивлена, обнаружив, что у него был сладкий ореховый вкус.

- Это мне больше по душе.”

Кукай рассмеялась.

- Тогда ешь и слушай. Нам нужно поговорить о совете и его членах.”

Я кивнула, но продолжила жевать.

- Так вот, тот глупец, который заговорил прошлой ночью, был Антас, старший воин. Ты видела, как мы сидели?”

Я нахмурилась, пытаясь вспомнить. Кикаи вздохнула, обмакнула палец в кавадж и потянула на деревянную поверхность стола.

- Четверо ближайших к полу-Это самый старший певец, воин и воин-жрец, самый старший из них.

Я нахмурилась и проглотила кусок.

- Я думала, ты не считаешь годы, - заметила я. - Откуда ты знаешь, кто старший?”

Настала очередь Кикаи нахмуриться.

- Старший не потому, что стар. Старейшина - это потому, что один из лучших, или имеет поддержку многих других.”

- Значит, они выше по статусу?”

- Именно так.- Она водой нарисовала четыре круга подряд. - Старшие сидят здесь, ближе всего к земле и пламени.”

Она нарисовала еще несколько кругов позади всех троих.

- Здесь сидят старейшины, чей ранг сразу за ними. Я сижу среди них. Мы находимся между стихиями: земля и огонь внизу, воздух и вода вверху.”

Она снова опустила палец.

- Позади нас, на самом высоком ярусе, находятся самые молодые старейшины. Они ближе всего к воздуху и воде.

- Итак, сидячие места означают статус.- Я изучала влажные пятна на столе, пока они впитывались в древесину.

- Именно так. Старших всегда четверо. Один воин, один воин-жрец, один певец, одна Теа. Антас-воин, а Ессе-певец, Дикие крылья-это воин-жрец. Старшая Тея редко приходит.

- Я запомнила Антаса, - сухо сказала я.

- Он дурак, - ответила Кикай. - Я говорила тебе, что ветер принес нам известие о тебе, но Антас услышал только худшее.

Она постучала пальцем по столу.

- Хотя меня удивило, что он так поступил. Я ожидала этого от Дикого ветра, чем от Антаса.”

Она снова окунула палец в воду для умывания.

- Тех, кто хочет говорить с Советом, помещают между ямами для костра.- Она притянула ко мне остальную часть палатки. - Те, кто будет наблюдать или ждать своей очереди, встанут по другую сторону ямы, по краям палатки. Те, кто обеспечивает совет, они находятся за ярусами.”

Я обмакнула немного свежего хлеба в мясное блюдо с красными хлопьями, взяв только немного с большим куском хлеба. Наученная на этот раз, я осторожно откусила кусочек. Он жалил мой рот, но вкус был не плохой, просто другой. Кикаи усмехнулась, пока я ела.

- Ты станешь одной из равнин прежде, чем осознаешь это, Лара.”

Я глубоко вздохнула, когда специи заполнили мой нос.

- Есть какие-нибудь известия от Кира?

Кикай покачала головой.

- Еще слишком рано.” - Она посмотрела на меня с сочувствием. - Я уверена, что он будет здесь так быстро, как только сможет, Лара. Но даже если он приедет сегодня, они будут держать вас врозь.”

Я кивнула, глядя на еду.

- Я поняла.

- Теперь, из присутствующих Старейшин… - замолчала Кикай, оглядываясь через плечо. - Что это?"

Я повернулась на стуле и увидела воина, стоящего у входа в палатку.

- Посланник от Совета, старейшина.- женщина улыбнулась мне. - Для Трофея.”

- Ах. - Кикай приподняла бровь. - Пришлите их сюда.

Я торопливо прожевала и проглотила последний кусочек, вытирая лицо руками.

Молодая девушка вошла в палатку, очевидно осознавая важность своей миссии. Она стояла перед нами, высокая, стройная и уверенная в себе.

- Приветствию. Я - Джилла из клана Медведей. У меня послание для Ксилары, дочери Кси, от Совета старейшин равнин.”

Кикай жестом указала на меня.

Я прочистила горло.

- Я-Ксилара.”

Джилла кивнула мне.

- Дочь Кси, Совет просит меня спросить, сможешь ли ты сегодня днем присутствовать на Совете .старейшин

Я взглянула на Кикай, но она снова повернулась ко мне.

- Как пожелаешь, Трофей.”

- Пожалуйста, передайте Совету, что я буду присутствовать, - ответила я.

Джилла снова кивнула мне.

- Совет желает, чтобы вы знали, что вам будет оказана всяческая любезность. Как только совет соберется, будет послан эскорт.”

Я кивнула, и она проскользнула между пологами палатки и исчезла.

- Извинения настолько, насколько это возможно, - предположила Кикай.

Я повернулась к столу и потянулась к своему каваджу. Кикай продолжила:

- Они могут почтить тебя твоей собственной палаткой, Лара. И назначить новых охранников для тебя. Это честь, но она также служит для того, чтобы разлучить нас, и это порадует Антаса.

Тут она заколебалась.

- Мы можем задержать их, если хочешь. Скажем, что ты слишком устала, чтобы появиться.

- Нет.- Я покачала головой. - Я хочу, чтобы это закончилось. А теперь, пожалуйста, помоги мне вспомнить обвинения Антаса. И расскажи мне больше о членах Совета.

- -----------------

- Добро пожаловать в Сердце Равнин, Ксилара, дочь Кси.

Я слегка кивнула головой, давая им не больше и не меньше, чем они должны были.

На этот раз старший певец Есса поприветствовал меня, когда я вошла в палатку. Он стоял в центре, между Антасом и Диким Ветром.

Антас был в полном вооружении, впечатляющее зрелище, чтобы быть уверенным. Еще более впечатляющим было выражение его лица, темное и грозное.

У Дикого Ветра был нейтральный вид, как будто я была не более чем еще одним воином, который появился перед ними. Он сидел, скрестив руки на татуированной груди. Я обратила внимание на татуировку над его левым глазом, запоминая, чтобы узнать его в будущем.

Я стояла перед ними в огненно-красном платье и таких же туфлях. Я надела браслеты, положила немного своего драгоценного ванильного масла между грудей и заплела волосы в косу на спине. К тому же у меня на бедре висела сумка, и хотя ремень, возможно, сочетался с разрезом платья, я все равно ее взяла.

По-своему я была вооружена для боя, хотя они могли и не узнать ни платье, ни сумку как таковые. Тем не менее, когда я вошла в павильон, там было какое-то движение, и это придало мне немного больше уверенности.

Я бы взяла все, что смогла найти.

Ecce продолжил

- Мы предлагаем вам тепло нашего костра и место перед нами.”

Палатка, в которой мы находились, была огромной, и она покрывала каменный пол, который казался совершенно круглым. Я стояла между двумя кострами, где тлели угли, давая тепло. Вокруг были разбросаны и другие жаровни, а также несколько факелов для освещения.

Трое старших сидели передо мной на низкой деревянной платформе, их табуреты стояли позади них. За ним возвышались три деревянных яруса, также заполненные старейшинами на своих табуретках. В результате весь Совет мог сидеть и смотреть на меня сверху вниз.

Из нее вышел воин и поставил небольшую скамейку между двумя ямами для костра. Я села, поставила сумку у ног и поправила юбки.

- Мы предлагаем тебе еду и питье, дочь Кси.

Подошли два воина, один с маленьким столиком, другой с подносом. Мне предложили воды, чтобы вымыть руки, а затем кавадж и гурт поместили в пределах моей досягаемости.

Благодарю вас за любезность.- Я налила себе кружку каваджа и сделала глоток. Хотя запах ванили помогал, между лопатками все еще был тугой узел. Совет доказал, что готов напасть на меня в самый неподходящий момент. Говоривший, возможно, и изменился, но меня это не обмануло. Когти все еще были остры, только спрятаны в ножны до поры до времени.

Мы с Кикаей перебрали всех членов Совета, но в моей голове все перемешалось. Не будучи очевидной, я глубоко вздохнула и попыталась успокоиться.

И я думала, что с Советом Кси будет трудно иметь дело.

Ксилара, дочь Кси, из Королевства Кси, ты была объявлена Военным Трофеем Кира из клана Кошки, военачальника равнин. - слова Ессе звучали знакомо почему-то. - Тебя привезли в самое сердце равнин, чтобы ты могла утвердиться в качестве Трофея.”

Он повторял ритуал, который совершила Кикаи, когда она взяла меня под свою защиту. Я немного расслабилась, узнавая вопросы.

Эссе продолжил.

- Вы что-нибудь взяли из рук другого человека в этом путешествии?”

- Нет.- Мой голос был ясным и сильным, насколько я могла пожелать. - Мой военачальник позаботился обо мне.”

При этих словах Ессе зашевелился и подняв бровь.

- Кир из клана Кошки еще не твой военачальник, дочь Кси.”

- Возможно, на ваш взгляд, - тихо ответила я. - Но не для меня.”

Антас громко фыркнул и встал, его доспехи задребезжали, когда он вскинул руки в воздух.

- Какое ей дело до наших обычаев? Она не принесла ничего, кроме смерти—

- Довольно, - сказала Есса, и Антас мгновенно замолчал. - Мы продолжим ритуал, и тогда начнется допрос.

Антас тяжело опустился на стул и нахмурился.

Эсса подождала тишины, прежде чем он начал снова.

- Ксилария, дочь Кси, ты хочешь вернуться в свою землю, в объятия своего народа, в свой дом?- Он замолчал, пристально глядя на меня.- Узы собственного племени очень сильны. Говори, и все будет так, как ты пожелаешь.

И снова мелькнуло передо мной. Дом, место безопасности, с крепкими стенами и всем, что было знакомо и комфортно. Анна готовит, Озар тепло обнимает, Хит дразнит. Калиса на рынке, с ее сыром и крекерами. Книжный магазин Редмана.

Но цена этого утешения была слишком высока, потому что это означало повернуться спиной к человеку, которого я любила. Я вздернула подбородок.

- Я здесь, чтобы занять свое место в качестве Военного Трофея своего военачальника.”

Антас вскочил на ноги.

- Но все, что ты принесла с собой - это хаос и смерть. Армия, вверенная Киру из клана Кошки, была уничтожена твоей рукой.

- Мы этого не знаем. - Ессе уселся на свой табурет. - У нас есть только слова, принесенные ветром.”

Антас повернулся к Дикому Ветру.

- Что скажешь ты, воин-жрец?”

- Я хотел бы услышать ее правду. - мужчина ответил мягким голосом. Это был мой первый шанс по-настоящему посмотреть на него, когда мои глаза не были затуманены от усталости. Он выглядел устрашающе даже при свете дня. Высокий мужчина, он носил только брюки и длинный плащ.

У него были разноцветные татуировки по всей груди и посох с тремя человеческими черепами и перьями, свисающими с конца на кожаных полосках. Его темные волосы были спутаны толстыми веревками, свисавшими до пояса. Его темные глаза, в свою очередь, изучали меня, но я не видела в них враждебности.

Но и дружелюбия я тоже не увидела.

- Что она знает об истине?- прорычал Антас. - Грязный городской житель?

- Горожане умеют говорить истину, - возмутилась я.

- Ха!- крикнул Антас, заставив меня подпрыгнуть. -Ты солгала воину равнин, мы знаем об этом. Не отрицай этого!

- Я не лгала.- мой гнев вспыхнул, и я огрызнулась на него, не впечатленная оружием, которое он продемонстрировал. - Может быть, я и не сказала всей истины, но я не лгала.

- Ты не можешь этого отрицать. Она предстанет перед нами, и тогда все узнают, - огрызнулся Антас.

Она? Я сидела с открытым ртом. Она? Он говорил не о Кире?

- Твой так называемый навык исцеления. Ты солгала воину равнин, чтобы наложить магию на ее ногу.- Антас оскалил зубы. - Она расскажет нам свою правду, и тогда мы увидим.

Он говорил об Атире? Я вправила ей ногу, когда она сломала ее, упав с лошади. Но это случилось еще в Кси, в лагере Кира. Я озадаченно нахмурилась. Когда это я солгала Атире? Я открыла рот, чтобы возразить, но тут же закрыла его. Атира расскажет ей правду? Значит ли это то, что я думала?

- А Атира здесь?

- Совет призвал тех, чьи истины будут услышаны. Другие просили выступить перед нами.- Есса говорила спокойно. - Но твои истины на первом месте, и тогда наши вопросы могут начаться.

Он сурово посмотрел на Антаса.

- Без перерыва.

Антас с ворчанием сел обратно.

- Начинай, дочь Кси.- На этот раз заговорил Дикий Ветер. - Расскажи нам свою правду с самого начала.

Я глубоко вздохнула, и начал говорить.

Рассказ занял несколько часов. Встреча с этими старцами, с их пустыми лицами и безразличными глазами, истощили мои силы. Даже Антас молчал и не двигался, сверля меня взглядом. В холоде этой палатки, я переживала за слова, которые могли бы объяснить мои чувства к Киру.

Но всякий раз, когда я смотрела в ее сторону, глаза Кикаи светились поддержкой. И пока я говорила, я мысленно видела любовь в глазах Кира, ярость защиты Маркуса, других Огнеземельцев, которые так быстро стали мне близки.

И хотя мои истины, возможно, не имела силы слов певца, но это были мои истины. Поэтому я заговорила, рассказывая им все, включая подробности охоты на Эхата.

Когда я остановилась, Ессе встал.

- Вежливость требует, чтобы мы позаботились обо всех наших нуждах и нуждах дочери Кси.

С этими словами палатка наполнилась воинами, несущими кавадж и горячую еду. Мне предложили воду для рук, еду и горячий кавадж. Все ели и пили, а потом потягивались, заботясь о других нуждах.

Все вокруг начали успокаиваться, когда вошел воин-жрец и заговорил с Диким Ветром. Он показался мне знакомым, и я уставилась на татуировку над его глазом, пытаясь вспомнить его. Мне потребовалось некоторое время, но я узнала воина-жреца, который пришел в наш лагерь у родника и дружившим с Ифтеном.

Мое сердце забилось немного быстрее. Он был с Киром в лагере последнее, что я знала. Может ли это быть? Может ли Кир уже здесь?

Дикий Ветер наклонил голову и прислушался, а затем жестом велел молодому человеку уйти. Он сделал это, но только после того, как бросил на меня горячий взгляд.

Дикий Ветер приблизился к Ессу, и Антас присоединился к ним. В комнате стало тихо, хотя все трое горячо спорили. Я села и попыталась подготовиться к предстоящему допросу.

Но мои внутренности тряслись, даже если мои руки оставались спокойны. Я пригладила свою юбку, а затем сложила руки на коленях. Я рискнула взглянуть на Кикаи. Она поймала взгляд и слегка пожала плечами.

Наконец, они, казалось, решили эту проблему. Или, по крайней мере, Дикий ветер и Ессе, казалось, согласились. Антас постоянно хмурился.

Ессе повернулась лицом к старейшинам.

- Те, кого вызвали, уже прибыли. Мы услышим эти истины, прежде чем расспрашивать дочь Кси.

Это, казалось, удивило многих старейшин, но по количеству кивающих голов, это казалось одобренным решением.

Есса повернулась ко мне.

- Ксилара, дочь Кси. Совет подготовил для тебя палатку и воина . - Он посмотрел на Дикого Ветра. - Теперь вы находитесь под защитой Совета старейшин. У вас всегда будет охрана, чтобы обеспечить вашу безопасность.

Как и предсказывала Кикай. Я наклонила голову.

- Спасибо, старший певец.”

- Ты можешь идти, куда захочешь, дочь Кси. Но тебе не разрешат увидеть Кира из клана Кошки. Ты понимаешь?

- Я понимаю, старший певец - встала, и из ниоткуда вокруг меня появились четыре молодых воина-жреца. Мои новые охранники.

- Сенель окончен, - объявил Эсса.

Когда мы вышли с совета, звезды уже высыпали, и я зевнула, следуя за стражниками к новой палатке. Это было близко, за что я был благодарна, и, казалось, она было немного меньше, чем у Kикаи. В ней тоже была отдельная спальная зона, это было бы достаточно хорошо для меня.

Когда мы подошли, дверь открылась, и из нее вышла женщина с каштановыми волосами, заплетенными в косу. Ее карие глаза казались добрыми.

- Приветствую тебя, дочь Кси.- Она открыла полог, и я нырнула внутрь.

Я шагнула в зону встречи, очень похожую на палатку Симуса, в лагере за пределами Водопадов. Мои седельные сумки были там, лежали в стороне.

- Я Ами из племени Кабана - Она кивнула мне и жестом указала мне занять место за столом. - Я буду служить вам, пока Совет обсуждает ваш статус. Могу ли я подать кавадж? Или что-нибудь поесть?

Я вздохнула и сняла сумку.

- Ами, если я тебя не обижу, но думаю, я просто хочу умыться и поспать».

Она кивнула и отошла в сторону, чтобы открыть еще один полог.

- Ваша спальная комната внутри.

Я шагнула вперед, чтобы заглянуть внутрь. Кровать выглядела знакомой, с красными и золотыми подушками. Но что выдавало его, так это полная лампа на столе. Пламя танцевало приветственный танец.

- Это кровать из палатки Кикаи?- Спросила я.

Эми кивнула.

- Она предложила, и старейшины согласились. Все эти предметы были пожертвованы для вашего использования, дочь Кси.

- Ами, пожалуйста, зови меня Лара.-Я подняла руку, чтобы заставить ее замолчать. - По крайней мере в пределах палатки.

Я вошла и положила сумку на кровать.

- Как пожелаете. - Ами посмотрела на жаровню, которая горела в углу. - Озеро недалеко, если вы хотите искупаться.

Я вздохнула.

- Нет, я так не думаю. Может просто ведро теплой воды и немного одежды?

Она озадаченно посмотрела на меня.

- Как пожелаете.- Она поклонилась и ушла, прежде чем я успела объяснить, что меня вполне все устраивало. Я знала по опыту, что люди равнин не имели никакого представления об основах Ксианской скромности.

Я положила сумку на кровать и сняла тапочки, чтобы потереть ноги. Я все еще чувствовала последствия нашей дикой поездки и снова зевнула. Но в то время как мое тело устало, мой ум все еще думал. Кир был здесь? В лагере?

О, я на это надеялась. Я хотела покончить с этим, чтобы снова оказаться в его объятиях. Я глубоко вздохнула, но запах этой палатки отличался от запаха Кира, присутствовал только слабый аромат ванили, исходивший от моего собственного тела.

Шум снаружи вывел меня из задумчивости.

- Прочь с дороги! Мой целитель внутри, и я должен увидеть ее!

В знак протеста послышались голоса, и я подняла полог как раз вовремя, чтобы увидеть большого черного человека, входящего в главную палатку. Моя улыбка уже началась, когда его глаза встретились с моими, и его белые зубы блеснули на угольно-черной коже.

- МАЛЕНЬКИЙ ЦЕЛИТЕЛЬ!

Часть 9

- Симус!- Я подбежала, и он схватил меня в медвежьи объятия, громко смеясь. От этого звука мое сердце затанцевало, и я засмеялась вместе с ним, когда он повернул меня и осторожно поставил на ноги.

Мы были окружены моими четырьмя охранниками и Ами, и все говорили одновременно, но это никогда не затмевало блеск в глазах Симуса. Он положил руки мне на плечи и заглянул в глаза.

- Ты в порядке?

- Насколько это возможно.- Я улыбнулась ему. - Я так рада тебя видеть.

Его брови заплясали, и он повернулся лицом к моей нынешней охране

- Замолчали!

Все повиновались.

- Трофей-мой целитель, - сказал он, используя ксианское слово. - Она должна увидеть рану, за которой ухаживала. Вон, все вы! Это делается под колокольчики!

Они все посмотрели друг на друга, и один из самых молодых на вид воинов-жрецов переступил с ноги на ногу. Ами заговорила первой:

- Нам приказано, чтобы она не вступала в контакт с Киром Кошкой или его сторонниками.

- Тьфу.- Симус подошел к одному из табуретов и сел. - Вы можете слушать, если хотите. Я не буду использовать колокольчики. Но снаружи. Сейчас же!

Они разбежались.

Симус посмотрел на меня и усмехнулся. Я не могла не улыбнуться ему в ответ, даже когда покачала головой.

- Это было грубо, Симус из клана Ястреба.

- Они не должны были посылать девушек выполнять женскую работу.- Он ответил в идеальном ксиланском. - Они не знают, как со мной обращаться. Но они пошлют весточку тому, кто знает. Так давайте поговорим, а?-

Он встал и начал расстегивать ремень.

- Позволь мне показать тебе шрам, Трофей. Это просто чудо.- Он говорил на языке равнин, достаточно громко, чтобы любой мог услышать.

- Может, мне взять сумку?” - Я старалась не смеяться.

- Да, конечно, пожалуйста, принеси свои чудесные травы и зелья, - проревел Симус, рывком опустил свой штаны и сел обратно.

- Эльн просил передать тебе, что, по его мнению, все идет очень хорошо.”

Я пошла за своей сумкой и вернулась, чтобы полюбоваться шрамом на его бедре. Рана хорошо зажила.

- По дороге сюда у тебя не было никаких проблем?

- Нет, - ответил Симус, затем переключился на ксианский. - И мы скакали изо всех сил. Совет послал сообщение, что они требуют истин Атиры. Я знал, что тебе и твоему любимому понадобится моя помощь. Итак, мы здесь.”

- Мы?- Я вытащила мазь от шрамов из глубины сумки и начал открывать ее. Как странно было снова услышать родной язык. Мне почти пришлось подумать, прежде чем заговорить.

- Мы, - ответил Симус. - Атира, Кир, Маркус и Жоден. И один с твоей родины, сын повара.

- Как ее нога?- Рассеянно спросила я. Но тут я удивленно вскинула голову. - Хит? Хит здесь?

- Он - Симус ответил по ксиански. Он сделал паузу на мгновение, затем снова заговорил громко, переключая языки. - Друг твоей юности, Хит из Кси, он здесь с посланиями твоего народа. Я пошлю его поговорить с тобой, если эти дураки позволят.

Симус улыбнулся мне, переключаясь обратно на ксианский.

- Я пошлю ему сообщение.- Он вытянул ногу, чтобы дать мне доступ. - Кир бушует, как раненое сердце, разъяренный тем, что не может тебя увидеть. Но мы с Маркусом, с помощью Кикаи, вбиваем разум в его тупую голову.

Я улыбнулась.

- Я теперь знаю, как выглядит Эхат.

Симус рассмеялся и перешел на свой язык.

- Ты должен рассказать мне об охоте. Все детали, сейчас же!

Я засмеялся, но Симус стал серьезным и переключился на ксианский.

- Здесь опасно, Лара. Не сделай ошибки.

- Произошло нападение.

- Мы с Киром знаем об этом. - Симус вздохнул. - Чего мы не знаем, так это кто за этим стоит. Здесь ты в полной безопасности.

- Неужели?- Тихо спросила я на ксианском. - Ами принадлежит к клану Кабана, а все стражники-жрецы-воины.

- Честь всего Совета зависит от твоей безопасности.- Симус выглядел мрачным. - Ами еще ребенок и будет слушаться старших. Ваши охранники защитят вас. Но они сообщат, если ты попытаешься увидеться с Киром, понимаешь?

Я молча кивнула.

- Наблюдай за Ифтеном, и Приносящим Бурю. Воин-жрец, которому нельзя доверять.

- Приносящий Бурю? Это кто такой?- спросила я.

Симус усмехнулся.

- Тот, которого ты облила той вонью, помнишь? - Он слегка повернул лицо и громко заговорил для слушателей, легко переключая языки. - Ты сотворила чудо, Трофей. Моя нога как новенькая.

- Есть ли боль при ходьбе?- Спросила я, следуя его примеру. Я намазала мазь на шрам, чтобы размягчить ткань.

- Нет.- Симус искренне улыбнулся мне. -Ты спасла мою ногу и жизнь воина, маленький целитель. Пусть стихии позволят мне когда-нибудь вернуть должок.

Я ему улыбнулась, но отвела взгляд, и заговорила в ксианском.

- Если ты говорил с Жоденом, то теперь знаешь, как он ко мне относится. После чумы, он больше не поддерживает нас.

Тьфу.- Симус дал короткий ответ. - Этот человек просто сбит с толку. Я поставлю его на место.

Он наклонился ближе.

- С завтрашнего дня начинается рассказ истин. Маловероятно, что тебе будет позволено слушать. Но не бойся, Лара. Все будет ….

Дикий Ветер ворвался в палатку, мои охранники и Ами следовали за ними.

Симус небрежно оглянулся.

- Ах, Воин-жрец. Пришли посмотреть на работу военного Трофея? Мастер-Целитель.

Дикий Ветер выгнул бровь, затем сделал еще один шаг, чтобы посмотреть на ногу Симуса. Он присмотрелся внимательнее.

- Глубокая рана.

- До центра кости, - гордо ответил Симус. Он вытянул ногу, чтобы все видели. Все уставились на него, даже Ами, с особым восхищением.

- Это для чего?- Дикий ветер указал на банку в моих руках.

Я встала и протянула баночку ему.

- Мазь, которая помогает исцелению. Это поможет шраму исчезнуть.

- Чтооо?- Запротестовал Симус. - Зачем исчезнуть, это почетная рана, честно заработанная?

Дикий ветер поднял бровь.

- Несмотря на это, дочь Кси не должна иметь контакт с Киром Кошкой, или же—

- Мы говорили об исцелении. – Симус встал и с большим достоинством натянул на себя штаны.

- Они говорили на языке городских, - пропищал один из стражников.

Симус поднял брови.

- Ты не знаешь языка? Я этого не знал. - Затем он повернулся и поклонился мне, потянувшись к моей руке, чтобы поцеловать ее. - Еще раз благодарю тебя, Ксилара, дочь Кси.

Я сделала ему реверанс, он улыбнулся и повернулся лицом к Дикиму Ветру.

- После тебя, воин-жрец.

Он выгнал их всех, кроме Ами, которая странно посмотрела на меня, когда закрывала полог палатки. Я проигнорировала ее и вернулась в спальню и села на кровать. Я раскрыла ладонь и уставилась на маленький кусочек ванильного мыла, который Симус вложил мне в руку. Я слышала, как он спорил с воином-жрецом, его голос затихал вдали.

Я улыбнулась маленькому кусочку, хотя мои глаза наполнились слезами. Кир был здесь, и близко. Где Симус смог его раздобыть? Кир скупил все с ванилью, которые продавал торговец травами в Водопаде. Я поднесла его к носу и вдохнула аромат.

Это заставило меня чувствовать себя лучше, зная, что он был близок. Я просто хотела, чтобы он был здесь, со мной, и мог разделить мою палатку и мою постель этой ночью.

Атира была здесь. Они вызвали ее, чтобы услышать ее истину. Но когда же я ей солгала? Я сидела, пытаясь вспомнить, но не смогла. Конечно, в первый раз я встретила ее, я ударила ее в сознании. Я покраснела от воспоминаний.

Но что здесь делает Хит? С Анной и другими все в порядке? Я прикусила нижнюю губу и прокусила ее зубами. Хит на самом деле не был сторонником Кира. Может быть, они позволят мне увидеть его, чтобы узнать новости из дома.

Я слегка покраснела, чувствуя себя виноватой, что не думала о нем с тех пор, как покинула Кси. На карту было поставлено больше, чем просто Кир и я. Мои люди выиграют от этого не меньше, чем равнины, если меня утвердят.

Послышался легкий кашель, и я засунула банку под юбку.

- Входите.

Появилась Ами и наклонила голову.

- Горячая вода, как вы и просили.

- Спасибо тебе.- Я наблюдала, как она поставила ведро в сторону, вместе с чистой одеждой. Я должна быть осторожна, чтобы не сделатьустроить слишком большой беспорядок. Я зевнула, и меня снова охватила усталость.

- Это правда? Что ваши люди купаются под колокольчиками?- Спросила Эми, бросив на меня странный взгляд из-под ресниц, пока возилась с укладкой тряпок.

“Да.- Я приподняла бровь, глядя на нее. - Мой военачальник всегда мог устроить так, чтобы я купалась под колокольчиками, когда я был с ним. Ксианцы очень скрытны, что касается своего тела.

Она нахмурилась.

- Но Симус Ястреб был голый.

- Целители должны видеть тела своих пациентов, чтобы исцелить их. Это исключение из правил.

- Я посмотрю, что можно сделать с купанием - Я видела, что она все еще озадачена, но она снова посмотрела на меня - Говорят, что ты "исцеляешь" любого, кто попросит.

Я молча кивнула.

- Я так и делаю.

Она пристально посмотрела на меня, потом резко ушла.

Я сузила глаза и почти пошла за ней, чтобы задать вопрос. Но я не могла заставить людей принять мои способы исцеления. Я извлекла урок от Ифтена. Рано или поздно я узнаю, в чем проблема Ами.

На данный момент у меня была горячая вода и мыло. После этого сон в удобной кровати. Утро наступит, достаточно скоро.

И, возможно, мельком увижу Кира.

Я проснулась в какой-то момент ближе к рассвету . Мои глаза были тяжелыми, кровать теплой и мягкой под моим телом. Я потянулась к нему, полусонная, когда моя рука задвигалась, пальцами выискивая знакомую кожу.

Кира тут не было.

Что-то разбудило меня, и я моргнула в темноте. Я задула свою маленькую пузатую лампу раньше, и все, что оставалось, это свет от жаровен, которые нагревали палатку. К такому свету я привыкла в палатке Кира.

Одиночество застало меня врасплох. Глубокая тоска поселилась в моей груди еще до того, как я поняла, что происходит, и мне пришлось подавить рыдания. Я не хотела, чтобы Ами и охранники знали о моей слабости.

Я села на кровати, подложив под руки мягкое одеяло. Звуки, к которым я привыкла, звуки армии вокруг меня тоже исчезли. По-прежнему слышался шум, но в основном это были развевающиеся на ветру вымпелы и случайные шаги снаружи.

Я провела пальцами по волосам и вздохнула. Теперь у меня было мало шансов заснуть. Я прокручивала обвинения Антаса в моей голове, его крики громко и ясно.

Ифтен будут свидетельствовать, Жоден будет давать показания. О чем Кир думал, как я буду подтверждена, с такой оппозицией? Особенно когда Антас явно соглашался с Ифтеном? Хватит ли нашей правды, чтобы повлиять на Совет?

Весь страх и напряжение последних дней пронеслись через меня. Что я делаю здесь, одна в палатке Огненных? Кому можно доверять? Что же будет дальше?

У меня заболела голова. Я потерла виски и постаралась не заплакать. Но тяжесть моих мыслей навалилась на меня, одну, в темноте.

Ами оставила у жаровни немного каваджа. Я выскользнула из постели в прохладную темноту. Я вздрогнула и подошла выпить. Я также нашла там несколько свечей и поднесла одну к углям жаровни. Вспыхнул язычок пламени.

Я осторожно перенесла его и снова зажгла свою маленькую лампу. Пламя, казалось, прыгало и хихикало в его глубине, как будто счастливое оказаться там.

Я проскользнула обратно в теплую постель, накрывшись одеялом. Я придвинула одну из подушек поближе. Ткань была гладкой на моей щеке, когда я обняла ее, глядя на маленькое пламя. Свет танцевал на стенах палатки.

Я закрыла глаза и подумала о Кире.

То, как он выглядел на тренировочной площадке, когда я впервые поняла, что он претендует на меня не подвергая мою честь позору. Тот обед у озера, когда мы любили друг друга под ольхой. Воспоминания мягко успокоили меня.

Я открыла глаза, чтобы посмотреть на свет от лампы, которая слегка потрескивала. Мягкая улыбка изогнулась на моих губах, и мое тело расслабилось.

Это был мой выбор - позволить Кикае привести меня сюда. Я не позволю страху остановить меня. Остановить нас. Я доверяла Киру, так как он доверяет мне. Как мы научились доверять друг другу.

Я слегка пошевелилась на кровати, и моя рука задержалась на животе. По-прежнему никаких следов моего лунного цикла. В любом случае у меня не было никаких признаков, но вполне возможно, что я ношу нашего ребенка. Еще одно воспоминание промелькнуло в моих глазах: Кир играет с Мирой, заставляя ее хихикать.

Мой ребенок станет моим наследником и займет трон после моей смерти. Как я смогу заставить этих людей понять это? Поймут ли они? Или они будут настаивать, чтобы мой ребенок был воспитан в традициях равнин?

Но, судя по всему, что я видела на равнинах, их детей ценили и любили. Они могут не следовать традициям Кси, но даже самые крутые воины играли и заботились о своих детях.

Я зевнула. Как бы выглядел наш ребенок? Мои кудри? Глаза Кира?

Мои веки отяжелели, и я задремала.

Я завтракала, когда Ами объявила о прибытии Есса- старшего певца.

У меня было достаточно времени, чтобы проглотить последний глоток и встать, прежде чем он ворвался внутрь. Это был высокий человек, очень широкоплечий. Сегодня утром все его одеяния были зеленого цвета, а доспехи - из прочной коричневой кожи.

В руках он держал меч и два кинжала. Но что действительно привлекло мое внимание, так это татуировка вокруг его правого глаза -птичье крыло.

- Доброе утро, старший певец Есса.- Я указала на свой маленький столик и другой табурет. - Могу я предложить вам кавадж? Вы уже поели?

Он приподнял бровь, явно осознавая иронию ситуации, но все же сел, тщательно расправляя мантию.

- Я бы с радостью принял кавадж.

Ами обслуживала нас обоих. Есса кивнул головой, когда он взял полную кружку.

- Благодарю тебя, дитя мое. - Мы немного посидели в тишине, пока пили наш кавадж, и Ами начала убирать посуду.

- Дочь Кси, совет собирается сегодня, чтобы услышать истину войнов, которые были вызваны. Ваше присутствие не требуется.

- А если я захочу быть там?- спросила я. - Чтобы услышать, что обо мне говорят?

- Это было бы недопустимо, - твердо заявил Эсса. - Каждый воин будет услышан отдельно.”

- Кто? Кто будет говорить?

Он помолчал, размышляя.

- Симус, Атира, Ирс, Ифтен. Возможно, кто-то еще.

- Жоден?

Есса нахмурился, глядя на свой кавадж. У меня было сильное впечатление, что он был расстроен чем-то еще, кроме моего утверждения.

- Это еще не решено.

- А почему вы не хотите его выслушать?

- Дело не столько в том, услышим ли мы, сколько в том, какой вес будут иметь его слова.

Я на мгновение засуетилась с кружкой, скрывая свои мысли.

- Это потому, что он еще не певец?

Есса снова замолчал, сделав большой глоток каваджа. Он тянул время, вероятно, пытаясь решить, как много мне рассказать. Я была совершенно уверена, что он ничего мне не скажет, но он опустил кружку и начал говорить.

- Слова певца имеют большой вес. Ифтен из клана Кабана просил совет, чтобы истины Жодена рассматривали, как истины Певца.

Он утверждает, что это должно быть сделано, потому что ни один настоящий певец не присутствовал. Есса покачал головой.

- Но Жоден из клана Ястреба порвал с нашими истинами, и идут дебаты о том, следует ли это делать.

Теперь настала моя очередь медлить, и я сделала глоток каваджа, не зная, как ответить. Жоден был моим другом, но он ясно дал понять, что выступит против меня и Кира перед Советом.

- Какова ваша позиция во всем этом?

Есса тихо фыркнул

- Вы знаете, что певцы хранят слова, данные им по секрету, близко к сердцу?

Я молча кивнула.

- Они тоже держат свои мысли при себе.

- Я покраснела от такого упрека.

Есса поставил свою кружку и отмахнулся от Ами, когда она предложила еще. Я решила сменить тему.

- Если я не могу слушать истины, могу ли я выйти и прогуляться? Я никогда не видела ничего похожего на Сердце равнин.”

Хотя его лицо не изменилось, я могу сказать, что он был доволен.

- Конечно. Вы можете приходить и уходить, когда пожелаете. А ваши охранники будут сопровождать вас. У них есть инструкции относительно того, с кем вы можете общаться. Я бы попросил вас соблюдать эти ограничения.

- Я последую вашим путям, - ответила я. - Но можно мне увидеть Хита?

- Я не знаю этого имени. Из какого племени?

- Из Кси.- Я улыбнулась. – Один мой соотечественник, которая пришел сюда с Симусом из клана Ястреба.

Есса слегка улыбнулся.

- Я не вижу никакого вреда.- Он пристально посмотрел на меня. - Мы держим тебя подальше от Кира, так что?

- Чтобы я смогла сделать свой собственный выбор, - вмешалась я. - Есса, если бы я собиралась передумать, я бы сделала это, когда Антас кричал на меня в ту первую ночь.”

- Что касается этого, - ответил он, - Вы должны знать, что Совет решил, что пока вы еще не утверждены, ухаживание должно начаться сейчас. Снег приближается, дочь Кси, и нельзя терять времени.

У меня пересохло в горле. Мне это объясняли, но я умудрилась не думать об этом.

- Прямо сейчас?

- Другие военачальники получат возможность ухаживать за вами. Каждый пошлет сообщение, и Ами сопроводит вас к их палаткам. Каждый постарается убедить вас в своих силах и навыках - Есса улыбнулся мне. - Ты управляешь ухаживанием, Ксилара. Если вы хотите, чтобы это закончилось, вам нужно только сказать об этом. Если вы хотите, чтобы это продолжалось, скажите, также.

Я кивнула, но ничего не сказала.

Есса посмотрел на Ами, а потом снова на меня.

- О твоих нуждах позаботятся, Ксилара? Вам нужно только попросить что-то, и это будет исполнено.”

- Ванна- Я достаточно быстро обрела голос. - С горячей водой.

Есса озадаченно посмотрел на меня.

- Ксианцы купаются под колокольчиками, - предложила Ами.

- Правда? - Есса, похоже, не впечатлило эта идея. -Если ты этого хочешь, я посмотрю, что можно сделать.

Он встал, поправил мантию и оружие, собираясь уходить.

- Что-нибудь еще?

Я посмотрела на него, высокий и прямой, действительно посмотрел на него. Он терпеливо ждал, позволяя мне изучить его, и птичье крыло вокруг его глаза.

- Не споете ли вы что-нибудь для меня?- Выпалила я.

Брови Есса поползли до самого верха. Ами выглядела потрясенной.

Я слегка заерзала и отвернулась.

- Мне очень жаль. Я слышала, как Жоден пел несколько раз, и у него замечательный голос. Вы настоящий певец, и я хотела . . . - Мой голос затих.

- Это большая честь для меня - Есса склонил голову набок -Какие песни вы слышали?”

Я поморщилась.

- В основном грустные песни.- Я вздохнула. - Хотя Жоден пел забавную песню завтрака для нас, когда мы праздновали охоту на Эхата.”

- Возможно, что-то более подходящее твоему настроению, да? - Он глубоко вздохнул и начал петь. Его чудесный голос заполнил палатку. Он был не такой глубокой, как у Жодена, но обладал такой же силой.

Я зачарованно слушала, как он поет. В первом стихе говорилось о восходе солнца и любовниках, лежащих в прохладной траве, их тела купались в свете зари. Когда звезды исчезли с утреннего неба, они появились в глазах его возлюбленной.

Есса вздохнул, и во втором стихе говорилось о Солнце в полдень, когда влюбленные ехали бок о бок на своих лошадях. Их тени танцевали на траве, а кожа была скользкой от тепла и пота. Равнины сияли золотом в дневном свете, но звезды все еще были в глазах его возлюбленной.

Еще один вздох Есса, и солнце опустилось, чтобы сесть на равнинах. Теперь влюбленные танцевали в свете костра, их тела жаждали друг друга. Звезды все еще были скрыты в свете заката, но он повернулся к своей возлюбленной, чтобы увидеть их блеск в ее глазах.

Последние ноты песни стихли. Есса закрыл рот и посмотрел на меня.

Я с трудом сглотнула.

- Это было прекрасно, старший певец Есса. Но.. - я почувствовала, что разрываюсь, когда заговорила, - Есть еще один стих, не так ли?

- Так и есть - Есса наклонил голову, чтобы посмотреть на меня. - А ты бы хотела его услышать?

- Да. Пожалуйста.

В песне солнце исчезло. Луна стояла высоко в бесконечной темноте, и его возлюбленная ушла в снега. Его тело жаждало ее запаха и прикосновений. Эти слова объясняли, что тьма скрывает его печаль, и его клинок положит ей конец. Ведь даже звезды не могут сравниться с теплом ее глаз.

Я опустила глаза, вспоминая Айсдру и ее боль.

Когда последние ноты стихли, я подняла глаза. Есса кивнул мне головой, и вышел из палатки.

Ами не собиралась идти со мной на прогулку, утверждая, что у нее много дел. Но я убедила ее пойти со мной, так как знала, что стража воины-жрецы не будет говорить со мной или отвечать на мои вопросы.

На самом деле, я заметила, что охранники, которые появились, когда я вышла из палатки были старше и опытнее. Я подозревала, что младшие были заменены после инцидента с Симусом, но ничего не сказала.

Кроме того, я гордилась собой, что научилась различать их. Как только Кикаи рассказала мне об одной отличительной татуировке, это стало намного проще.

Я вышла из палатки, накинула плащ и остановилась как вкопанная.

- Ксилара?- Ами стояла позади меня, накинув плащ на плечи.

- Я думала, здесь есть широкий проход. Вчера вечером я почти уверена ... - Я озадаченно огляделась. Теперь перед палаткой была широкая открытая площадка, окруженная другими палатками.

- Так оно и было - Ами шагнула вперед, и мои охранники заняли свои позиции.

- Но племя змеи хочет сегодня танцевать для нового младенца, рожденного в племени.

- И они передвинули свои палатки. - Я сделал несколько шагов вперед. - Это часто случается?

- Конечно. - Ами странно посмотрела на меня. - Это всего лишь палатки.

- Конечно, - эхом отозвалась я. Мы двинулись вперед, огибая открытое пространство и направляясь к боковой дорожке. - Но если все передвинулось, откуда ты знаешь, где что находится?

- Некоторые вещи не двигаются. Пустыри, пожарные ямы. И стада всегда находятся за его пределами.- Она сверкнула на меня взглядом. - У нас есть поговорка. Сердце равнин всегда бьется.’

Я кивнула в ответ, слишком занятая осмотром, чтобы говорить.

Повсюду были люди. Разговаривали, смеялись, спорили. Перед палатками, ремонтируя палатки, разбирая палатки. Пока я смотрела, часть палаток убрали, и воины погрузили их на вьючных животных.

- Двигаются?- Спросила я.

Ами пожала плечами.

- Переезжаю или уезжаю. Приходят снега, и многие отправляются в путь.

- Кто-нибудь остается здесь на время снегов (на зиму)?

Ами пожала плечами.

- Немного. Домики здесь небольшие.

Солнце грело мне лицо, но ветер был достаточно холодным, и пока мы шли я радовалась, что одела свой плащ.

Но люди снова привлекли мое внимание. Мимо пробежала группа маленьких детей, смеясь и гоняясь друг за другом. У всех на поясе висел деревянный кинжал, а на боку или за спиной висел деревянный меч.

Дети закружились вокруг нас, а затем побежали между палатками. Я рассмеялась, наслаждаясь их невинным весельем.

Затем между палатками появился человек и загородил мне обзор.

Я посмотрела вверх, прямо на Перста.

Он стоял тут, высокий и сильный, с боевой дубиной Эпора, перекинутой за спину. Он побрил голову, когда его опрыскали мускусом, так что его волосы были все еще очень короткими. Я с удивлением втянула в себя воздух, увидев его.

Он подождал, пока я его увижу, подмигнул мне и ушел.

Я немного споткнулась, но Ами шла впереди меня, поэтому я сосредоточилась на том, чтобы следовать за ней. Никто из моих охранников ничего не заметил.

Я подавила усмешку.

- Значит, племена останавливаются вместе, когда разбивают здесь лагерь?

- Большинство воинов любят быть рядом с теями и малышами. Так что племена разбивают лагерь вместе. Но нет никаких формальных линий, которые рисуются. Все свободны разбить лагерь, где им заблагорассудится.

Слева от нас вспыхнула драка, две женщины-воительницы схватились клинками. Мои воины-жрецы двинулись, чтобы избежать столкновения, когда они показались на нашем пути. Я позволила увести себя в сторону. Вспышка красного привлекла мое внимание, и я на мгновение оглянулась.

Там стоял Андер и Ювени, только за нами. Андер ухмылялся как дурак, а Ювени улыбнулась. Они сошли с тропинки прежде, чем кто-нибудь заметил их стоящими там.

На этот раз я не потрудилась подавить улыбку.

Мы завернули за угол, и я заметила толпу, собравшуюся вокруг чего-то на земле. Там сидели два воина, изучая что-то на земле между собой. Другие стояли над ними, внимательно наблюдая.

Подойдя ближе, я поняла, что они играют в шахматы.

- Я хочу это увидеть, - сказала я Ами и подошла ближе, не дожидаясь ее одобрения. Я повернула голову, чтобы увидеть доску, которая лежала перед ними. Конечно же, это были шахматы, вырезанные из дерева. Я усмехнулась, когда увидела, что замки были заменены Эхатами.

Один из игроков поднял голову.

- Трофей!- Он вскочил на ноги. Толпа расступилась, чтобы я могла подойти поближе.

- Воин- Я кивнула ему -Как идет игра?

Он рассмеялся.

- Я показываю им все свое мастерство, Трофей.

- Где ты этому научился? Ты был с армией Кира?

Он кивнул.

- Был, Трофей. На турнире долго не продержался. Кир из клана Кошки слишком хорош в игре.

Упоминание имени Кира заставило моих охранников забеспокоиться. Я жестом велела ему вернуться к игре.

- Удачи тебе, воин.

- Благодарю вас, Трофей. - Его голос последовал за мной, когда он вернулся к своей игре, и я отошла к своим охранникам.

Ами нахмурилась.

- Я думала, они планировали танец по шаблону.

Я отрицательно покачал головой.

- Это игра из Кси, называемая "шахматы". Я научила этому Кира и некоторых других. Он очень популярен среди воинов его армии.

Мы продолжали идти, и я впитывала все это, виды и звуки людей Кира. Только когда Ами предложила пообедать, я согласилась вернуться в свою палатку.

Когда мы возвращались назад, я заметила его. Это было нелегко сделать, но движение в тени палатки бросилось в глаза.

Это был Маркус. Полностью скрытый и спрятанный между двумя палатками.

Я почти расплакалась, но продолжила двигаться, не желая подвергать его риску. Как трудно ему было передвигаться в городе людей, которые считали его ущербным?

Они были здесь, все здесь, и это означало, что Кир тоже был близко. Я глубоко вздохнула от удовольствия и пошла дальше.

Мы уже почти дошли до палатки, когда к нам подбежал воин.

- Трофей! Трофей!

- Сюда!- Крикнула я, и воин подбежал ко мне. Мои охранники среагировали, выхватывая оружие, словно отгоняя его. Воин остановился вне пределов их досягаемости.

- Трофей.- Он втянул в себя воздух, чтобы заговорить. - Трофей, есть один больной. Вы должны прийти.

- Нет – заговорил один из охранников.

Воин проигнорировал его.

- Трофей, я боюсь, что это чума.

Часть 10

На короткое мгновение мое сердце наполнилось радостью. Это была уловка. Кир будет ждать в палатке, притворяясь больным.—

Но потом я увидела страх в глазах Танта и поняла, что это не задумка Кира. Никто из тех, кто пережил ужас чумы, никогда не отнесется к этому легкомысленно.

Богиня, нет

Глубоко внутри, часть меня начала плакать от страха. Образ горящего города палаток, этих теплых и живых мертвецов вспыхнул перед моими глазами.

Но другая часть, мастер-целитель, проснулась с гневом и решимостью. Не здесь. Нет, если бы мне было что сказать по этому поводу. Я вцепилась в ремень сумки.

- Куда?

Облегчение затопило его лицо, и он повернулся, чтобы идти вперед, и мы оба наткнулись на двух моих охранников, которые преградили нам путь.

- Нет. Это не—

- Отойдите, - прорычала я. - Идите за мной, если хотите, но не мешайте мне.

Я протиснулась мимо них, потянув за собой Танта.

- Ксилара, - позвала Ами, но я проигнорировала ее. Я достаточно хорошо знала, что они не причинят мне вреда. Словно в подтверждение моих мыслей, двое охранников убежали, без сомнения, чтобы сообщить о моем проступке.

- Продолжай двигаться, - прошептала я, и Тант подчинился, двигаясь рысью. Я последовала за ним, мои мысли мчались вместе с моими ногами.

Может быть, это чума? Мы прождали положенные сорок дней после того, как умер Гил. Вспышка печали пронзила меня, когда я вспомнила этого мальчика. Его смерть была последней, вызванной болезнью. Мы ждали сорок дней и тянули время, пока ехали. Традиция гласила, что этого времени достаточно, чтобы чума исчезла.

Но чума был не похожа ни на что другое, убивая быстро и нанося быстрые удары. Может быть, мы ждали недостаточно долго. Может быть, мы принесли его с собой, невидимого врага, в самое сердце равнин.

Во рту у меня пересохло, но на глазах выступили слезы. О, Богиня, пожалуйста, нет. Все эти люди. Все эти дети. Мысленным взором я снова увидел почерневшую деревню, служившую погребальным костром для мертвых.

Мы были у палатки и вошли прежде, чем я успела сделать еще один вдох. Палатка была небольшой, на ней лежал тюфяк с ребенком, окруженный тремя женщинами, а сбоку стояла небольшая жаровня. Я сразу же сосредоточилась на ребенке, мальчике с прилипшими ко лбу волосами, влажными от пота. Он повернул ко мне широко раскрытые испуганные глаза.

- Я нашел ее, - начал он, но тут в палатку ворвались Ами и двое моих охранников.

- Наружу, - рявкнула я.

Они колебались.

- Вышли!- рявкнула одна из женщин, повторяя мой приказ с таким же свирепым взглядом, как у Маркуса.

Это было слишком для них, и они отступили через полог палатки.

Я опустилась на колени рядом с тюфяком.

- Я-Лара, из..

- Тант сказал нам.- Женщина заговорила. - Я Инда из клана Медведя, это Сако.

Она кивнула головой в сторону мальчика на ложе.

- Тант рассказала нам о "чуме" и дал вот это.- Она протянула банку с жаропонижающим. - Мы не знаем, как им пользоваться, и мы сказали, чтобы тебя привели, чтобы лечить ребенка.

Другая женщина запротестовала.

- Она не должна быть здесь. Кто она, городская, чтобы лечить ребенка равнин? Вы оскорбляете стихии и воинов-жрецов.

Взгляд Инди был успокаивающим.

- Я рискну этим, чтобы защитить жизнь этого мальчика.

Женщина нахмурилась, но плотно сжала губы.

- Как давно он болен?- Я протянула руку, чтобы потрогать лоб мальчика, улыбаясь ему. Он уставился на меня немигающим взглядом. Его деревянное оружие лежало рядом с ним на тюфяке, разложенном примерно так же, как и у Кира. Это означало, что ему было от трех до четырех лет.

- Несколько часов.- Инда взяла тряпку и вытерла ребенку лоб. - Он жаловался на усталость, и я уложила его в постель. Я должна была понять, когда он не протестовал, что он нездоров. Я проверила его и обнаружила, что он вспотел.”

Тант навис над нами.

- Я не мог рисковать, Трофей. Не после…

- Ты был прав, Тант. -Я одобрительно посмотрела на него, и он расслабился. - Мы не можем рисковать, когда речь заходит о чуме.

Я положил руку на лоб Сако.

- Но я сомневаюсь, что это чума.

Снаружи послышался шум. Прежде чем мы успели поднять глаза, в палатку ворвался Дикий Ветер. -Что случилось?”

Тант и женщины опустили головы, опустив глаза. Поэтому я заговорила.

- Больной ребенок, старший воин-жрец. Они боялись, что это может быть чума, и попросили меня посмотреть ребенка.

Глаза Дикого Ветра сузились, и он сделал шаг ближе. Тант прижался к холстине палатки, чтобы дать мужчине пройти.

- Неужели?- спросил он, и черепа, свисавшие с его посоха, загремели друг о друга.

- Нет. Это не так, - твердо ответила я.

Тант облегченно вздохнул, бормоча тихую молитву земле.

- Тогда что?- потребовал Дикий ветер ответа.

- Тебе больно, Сако?- тихо спросила я. - Ты можешь показать мне, где?

Мальчик кивнул и потер горло и уши.

- Открой рот, - попросила я, и, конечно же, у него пересохло в горле. - А глотать больно?

Он снова кивнул, его большие карие глаза метались между мной и воином-жрецом.

- Это обычное дело для детей моего народа. - Я взглянула на Инди и получила быстрый утвердительный кивок. - Это не чума.

Дикий ветер обернулся, сказав что-то мягкое одному из охранников снаружи. Я услышала топот бегущих ног, когда Дикий ветер обернулся и скрестил руки на груди.

- И ты вылечишь это, Ксианка?

Вздрогнув, я посмотрела на это татуированное лицо, но все, что я увидела, было искреннее любопытство.

- Я хочу, чтобы ребенок только отдыхал и спал. Я хотела бы, чтобы его тея дала ему жаропонижающего. - Я заметила вспышку страха на лице Танта.

- Из банки, который я им дала -- Я потянулась за ним и зачерпнула немного себе на палец. - Вот так, каждые два часа.

Я показал его Дикому Ветру, а потом снова повернулся к Сако. – Открывай ротик. Вкус плохой, но ты воин, а?

Мальчик храбро открыл рот, и я намазала жаропонижающим его язык. Он не протестовал против этого вкуса, хотя и был воином. Но это не помешало ему сморщиться от отвращения.

- Откуда ты знаешь, что это не чума?- потребовал ответа Дикий Ветер.

- Чума поражает быстро, и очень смертельно. Лихорадка горячая и жестокая. Любой, кто болеет, как правило, теряет рассудок и потеет гораздо больше, чем этот ребенок. - Я посмотрела тей - Есть еще запах чумы, очень неприятный запах. Пахнет почти так же плохо, как и мускус.”

- Значит, если бы ребенок заболел чумой, он уже был бы мертв, - заявил Дикий ветер.

Я кивнула, хотя женщина в ужасе втянула в себя воздух. Но Инди был сделана из более прочного материала. Она внимательно следила за нашим разговором и теперь заговорила.

- Трофей. Я бы попросила ваш символ.

Застигнутый врасплох, я не сразу протянула ей банку с жаропонижающим.

- У тебя есть мой символ, Инди.

Инда взяла банку свои руки.

- Трофей, я скажу тебе истину. О навыках Трофея говорят с похвалой, а ты известна, как "целитель", обладающий невероятной властью над жизнью и смертью.- Она отвела глаза, но повернула голову в сторону Дикого Ветра. - Я бы не обидела, если бы попросила воина-жреца наложить свои заклинания исцеления.

Она передвинула банку в руках.

- Здоровье ребенка-это самое главное.

Глаза Сако стали еще больше, и он с трудом сглотнул, с очевидной болью.

Магия. Возможно, я увижу магическое исцеление. Я сохраняла спокойствие на лице, но мое сердце подпрыгнуло от этого шанса. Но когда я бросила взгляд на лицо Дикого Ветра, он ответил мне равнодушным взглядом. Я отвела глаза, но тишина продолжала расти. Неужели он действительно откажется лечить ребенка?

Я потянулась за сумкой и отодвинулась от мальчика. Теи были испуганы моим движением, но я проигнорировал их. Я старалась, чтобы мой голос звучал нормально.

- Я не обижусь, Инди. Вы правы. Главное-это благополучие мальчика.”

Я встала и отошла в сторону, словно освобождая место. Когда я приблизилась к Дикому Ветру, я бросила ему вызов взглядом, но ничего не сказала.

Дикий ветер выгнул бровь в ответ, но тоже промолчал. Я думала, что он откажется, но он сбросил плащ на пол и вонзил посох в землю. Сделав один шаг, он встал рядом с мальчиком.

С широко раскрытыми глазами тея тоже двинулась, Инда переместилась к голове Сако, другая женщина к ногам. Тант вызван движением пальца Дикого ветра и помещен напротив него.

Дикий ветер достал что-то из поясного мешочка и положил в маленькую жаровню. Затем он опустился на колени рядом с мальчиком. Остальные тоже присели. Из вежливости я тоже села, но гораздо менее грациозно.

Посох был недалеко от меня, и эти человеческие черепа, казалось, двигались сами по себе, свисая с конца плетеных кожаных полосок.

Дикие ветер начал петь, призывая стихии к себе и прося их о помощи. Его голос был глубоким и сильным. Остальные тоже подхватили песню, опустив головы, их голоса звучали мягко и тихо. Сако лежал совершенно неподвижно, его дыхание было глубоким и медленным, глаза закрыты.

Дым поднимался от углей и, к моему удивлению, падал вниз по стенкам жаровни, красивый, темно-фиолетовый. Он потек вниз, покрывая пол палатки, а затем начала медленно подниматься вокруг нас. Мне стало не по себе, но остальные, похоже, не возражали. Я поняла, что их глаза были закрыты, и они слегка покачивались в такт песнопению.

Дикий ветер был внушительной фигурой, с этими спутанными косами и татуировками, которые покрывали его тело. В тусклом свете казалось, что они двигаются, переплетаясь, танцуя по его коже под звуки голоса Дикого ветра. Черепа, казалось, задрожали от этого звука, повернувшись ко мне с ухмылкой.

Я моргнула, выпрямилась и постаралась не дышать так глубоко.

- Мы состоим из стихий, - заговорил Дикий ветер, в то время как остальные продолжали петь. - Плоть, дыхание, душа, и кровь.

Он протянул правую руку и положил ее на левую руку Сако.

- Душа состоит из огня, и сидит в левой руке.

Мальчик задохнулся от его прикосновения, все его тело дернулось, глаза распахнулись. Дикие ветры потянулся и коснулись их рукой, и Сако послушно закрыл их.

- Дыхание состоит из воздуха и находится в правой руке.- Дикие ветры давили на правую руку Сако. Дыхание мальчика снова замедлилось, тело расслабилось. Я внимательно смотрела, пытаясь увидеть изменения в его состоянии.

- Кровь сделана из воды и находится в левой ноге.- Дикий ветер потянулся к ноге мальчика, и я вспомнила, где слышал эти слова раньше. Той ночью, в палатке Кира, после того, как он напал на Лорда Дерста в пылу гнева. Он использовал те же самые фразы. Я пыталась использовать их на Кире, когда он был болен, но я ошиблась.

Дикий Ветер прижал правую ногу мальчика.

- Плоть из земли и сидит в правой ноге.- Он откинулся на пятки. - Стихии исцелят тебя, воин равнин.

Жаровня перестала дымиться, и воздух начал проясняться. Дикие ветры потянулись и натянули одеяло мальчика выше, на плечи.

- А теперь спи.

Сако пошевелился, открыл глаза и улыбнулся этому страшному лицу.

- Благодарю тебя, старейший воин-жрец.” - Он зевнул и сонно моргнул. - Вы оказали мне честь.

- Спи.- Поднялся Дикий Ветер. Остальные тоже проснулись, подняв головы и озираясь по сторонам, словно в замешательстве. Он сурово посмотрел на них сверху вниз.

- Проветрите палатку, но держите его в тепле.

- Наша благодарность, сташий воин-жрец, - Инди заговорила, когда она и другая женщина двинулись, чтобы повиноваться, но Тант остановил меня.

- Мне очень жаль, Трофей. Я боялся, что здесь чума.

- Ты поступил правильно.- Я тоже встала и взяла свою сумку. - Мы не можем рисковать.

Тант кивнул и пошел помогать остальным.

- Я провожу тебя до палатки, - сказал Дикий ветер, поднимая плащ и поднимая посох с земли. Он распахнул створку, и я вышла на свежий, прохладный воздух. Поднялся ветерок, и я закуталась в свой плащ, в то время как Дикие Ветры накинули свой на плечи.

Очевидно, даже воинам-жрецам было холодно.

Ами и охранники ждали, и они отступили назад, когда Дикий ветер прошел мимо них. Я пошла рядом с ним, а Ами и остальные молча последовали за ним.

Через мгновение я рискнула задать вопрос.

- А что было в дыму?”

- А что было в банке? – Дикий ветер выстрелил в ответ.

- Жаропонижающее, - ответила я, используя ксианские слово. - Можно сделаешь самому.—

- Ты бы поделилась этим?- Он остановился и уставился на меня. - Со мной?

Я встала и посмотрела прямо на него, игнорируя татуировки и сосредоточившись на его глазах.

- Да.

Мы стояли молча. Я отказывалась отводить взгляд, пока он изучал меня. Один из моих локонов выбился в этот момент, и упал вниз, пританцевая на ветру.

Дикий ветер развернулся на каблуках и зашагал прочь.

Мне пришлось пробежать несколько шагов, чтобы догнать его, решив идти рядом, а не сзади. Путь перед нами был переполнен людьми и лошадьми, но он очистился, так как все, кто видел приближающегося Дикого Ветра, уступал дорогу.

Молчание между нами продолжалось, пока я снова не нарушила его.

- Я думала,вы в сенеле с Советом.

- Так и было, пока не пришло известие, о твоей «болезни» .- Он бросил на меня быстрый взгляд. - Мы не глупы, Ксианка. Будь тот недуг или твоя "болезнь", мы боимся вашего невидимого врага.”

- Я никогда не говорила, что вы глупы, - горячо ответила я и сказала бы больше, если бы не препятствие на нашем пути. Из соседней палатки с грохотом вылетели дети и деревянные мечи.

Поглощенные своей игрой, они атаковали друг друга шквалом ударов, заставляя их спотыкаться и падать друг на друга, растянувшись у наших ног.

- Что это такое?- требовательно спросил Дикий Ветер, глядя на них сверху вниз.

Три головы, покрытые рыжими кудрями, поднялись. Бледные лица, покрытые веснушками, стали еще бледнее, а три пары зеленых глаз расширились от ужаса при виде воина-жреца.

У меня перехватило дыхание. Гил.

Из палатки донесся женский голос, ищущий трех нарушителей спокойствия. Это заставило мальчиков пробираться сквозь палатки, исчезая так быстро, как только могли унести их ноги.

Дикий ветер фыркнул, и продолжил свой путь.

Я заколебалась, но Ами и мои охранники подтолкнули меня, и мы последовали за ним.

Дикий ветер молчал, пока мы не добрались до моей палатки. Он повернулся ко мне лицом, скрестив руки на груди. Его взгляд ни в малейшей степени не беспокоил меня. Я просто стояла и тоже скрестила руки на груди. И на всякий случай сузила глаза.

- Я не понимаю вашего лечения, - сказала я.

- Я не понимаю вашего, - ответил он.

- Ты не пользуешься травами.

- Ты не вызываешь стихии.

Я опустила руки и вздохнула.

- Я, как известно, молюсь своей богине.

Дикий ветер поколебался, затем быстро кивнул мне.

- Я знаю, как использовать некоторые растения.

Мы посмотрели друг на друга. На этот раз тишину нарушил Дикий Ветер.

- Кир из племени Кошки презирает жрецов-воинов и все наши обычаи. Он спит видит, как нас уничтожить. Это не секрет.

Он опустил брови и пристально посмотрел на меня.

- А ты?

Я на мгновение задумалась.

- Кир-мой военачальник, - сказала я. - Но было время, когда я боялась всех Огнеземельцев. Я думала, что они были дикими убийцами, которые дышали огнем и убивали все живое.

Брови Дикого ветра взметнулись вверх, но он просто кивнул.

- Я подумаю об этом.

Я тоже кивнула.

- И я тоже.

Он повернулся и зашагал прочь, не сказав больше ни слова, а я смотрела ему вслед, внезапно смутившись. Неужели у меня только что появился друг? Нет, это было слишком сильное слово. Как и "союзник". Что это значит?

- Подождите, - порывисто позвала я. Дикий Ветер остановился и оглянулся на меня через плечо. Я подошла на несколько шагов ближе.-Я хочу знать, что происходит. Что происходит на Совете?

Он нахмурился, татуировки на его лице двигались, показывая его неудовольствие, но я сделала еще один шаг вперед.

- Совет решает мою жизнь, и нехорошо держать меня в неведении.—”

Дикий ветер развернулся и пошел прочь.

Открыв рот, я смотрела, как он снова зашагал прочь.

- Жрецы-воины сами себе Совет, - снисходительно произнесла Ами у меня за спиной.

Хорошо еще, что никто поблизости не понимал ксианского. Я излила свои чувства несколькими короткими, содержательными комментариями о воинах-жрецах вообще и ретировалась прямо в свою палатку.

Какая-то фигура двигалась в полумраке, и я остановилась у входа, пораженная.

- Кто здесь?”

Низкий голос хихикнул.

- Молись Богу Солнца, чтобы моя мать никогда не услышала, как ты ругаешься.”

- Хит

Я бросилась в объятия друга детства. Хит рассмеялся и наклонился, прижав наши лбы друг к другу, в нашем ритуальном приветствие, только между нами двумя.

Потом он поднял меня и закружил, крепко прижимая к себе, и на мгновение я снова стала ребенком, в безопасности в объятиях моего старшего "брата". Я снова сжала его, когда он поставил меня на ноги.

- Хит, Я так рада тебя видеть!

- И я тебя.- Хит отступил назад и широко развел руками. - Посмотри на себя, Лара! Прям женщина с равнин.

Ами остановилась в палатке, слегка нахмурившись. Я улыбнулась ей, взяв Хита за руку, чтобы повернуть его к себе.

- Ами, это Хит. Он из Кси.

Лицо Ами прояснилось.

- Мне сказали, что он придет. Ты можешь поговорить во время обеда, дочь Кси. Но военачальник Ульт попросил ухаживать за тобой после обеда.- Она сняла плащ. - Я принесу кавадж и еду.

Хит рассмеялся.

- Ну, я понял "кавадж" и свое имя. Но не более того.

- Это Ами из племени Кабана, - сказала я. - Воин равнин.”

Хит кивнул головой.

- Приветствую Тебя, Воин.- Он произнес эти слова медленно и осторожно.

В мгновение ока вся поза Ами изменилась. С застывшим деревянным лицом она наклонила голову и вышла из палатки. Я бы последовала за ней, чтобы спросить, чем я ее обидела, но все мое внимание было приковано к Хиту. Он потянул меня к табуреткам и столу.

- Лара, у нас мало времени. Нам надо поговорить.”

Я была так полна вопросов, что не знала, с чего начать.

- Почему ты здесь? Что происходит в королевстве Водопадов? Как там Анна и Озар? И Эльн?”

Хит закачал головой, его собственные каштановые кудри заплясали.

- Успокойся, птаха! Позволь мне вставить слово!”

Я рассмеялась. В детстве мы были так похожи, что некоторые считали меня его сестрой, дочерью Анны и Озара. Но теперь его карие глаза смотрели на меня серьезно, когда он продолжил на ксианском.

- Но мы будем говорить на нашем языке. - Я вопросительно посмотрела на него, и он пожал плечами. - Военачальник считает это разумным.

Кир. Он говорил с Киром! Я выпрямилась и открыла рот, чтобы задать еще дюжину вопросов, но в этот момент вошла Ами, неся кавадж и маленькую миску с гартом.

Я взяла кружку, но Хит отмахнулся.

- Как ты можешь пить эту гадость, Лара?- Хит насмешливо вздрогнул. - Он такой горький, и от одной кружки у меня дрожат руки.

- Я уже привыкла, получая от этого удовольствие.- Я сделала глоток, когда Ами ушла. Хит проводил ее взглядом, когда она выходила из палатки.

- Все было хорошо, когда я покинул Водопады, - тихо сказал Хит. - У меня не было времени ни на прощание, ни на письма, Лара. Пришел гонец, один из тех грозных на вид воинов-жрецов, которые пришли во время заседания Совета в тронном зале.

Хит закатил глаза.

- Придворные дамы упали в обморок при виде этого зрелища.

Воин-жрец взмахнул копьем и потребовал, чтобы Атира отправилась в самое сердце равнин и предстала перед Советом, чтобы рассказать свою истину.- Лицо Хита стало мрачным. - Симус согласился, но как только посыльный ушел, Симус сказал нам, что что-то не так.

- Он поклялся, что Атира не поедет одна. У нас едва хватило времени, чтобы собрать оружие и снаряжение, прежде чем мы отправились в путь.- Он слегка поморщился. - Я никогда раньше не ездил так далеко и так быстро. Мы ехали так, как будто горные демоны были у нас на хвосте, меняя лошадей каждый час, или так казалось.

- Я подозреваю, что моя попа будет чувствовать это в течение еще многих дней. Он немного подвинулся на табурете. - Мама с папой послали бы письма, но времени не было.

Он усмехнулся.

- Мать прижала ребенка к груди и теперь воркует и кудахчет, как курица. Это была хорошая идея отправить Миру к ней, Лара.

- Младенец заполнил ее руки и сердце. - Хит закатил глаза.- Но ты бы слышала ее крик, когда она увидела татуировку у ребенка.

Я улыбнулась, вспомнив мою реакцию.

- Пятно. Они так украшают детей.

- Пятно, - поправил себя Хит.

“Good.” I was glad the babe from Wellspring was in Anna’s hands. “But, Heath, I understand Simus’s coming,” I replied, “but why did you come?”

- Хорошо.- Я была рада, что ребенок из Уэллспринг (Вечной Весны) оказался в руках Анны. - Но, Хит, Я понимаю, зачем приехал Симус, - ответила я, - но зачем ты приехал?

На его щеках появился легкий румянец.

- Я сказал Уоррену, что нам нужен представитель ксианцев с Симусом. Он не был счастлив, но у него не было времени спорить.

Я сурово посмотрела на него, но он избегал моего взгляда.

- Когда мы добрались до границы, Симус и Атира издали этот странный вопль. Вскоре мы нашли Кира и его людей.- поправился Хит. - Его воинов. Военачальник был в ярости, только что получив известие о нападении на вас.

Хит потянулся за пригоршней гурта.

- Сменили лошади, и мы снова поскакали во весь опор. Мы прибыли, измученные и усталые, только для того, чтобы Совет призвал Кира появиться прежде, чем его ноги коснутся земли.

- Ты там был?- Я наклонилась вперед.

- Да, конечно. Я последовал за всеми в палатку. Эта огромная палатка была переполнена людьми.- Хит сунул в рот немного гурта и начал жевать. - Военачальник, Симус-его заместитель.

Хит поморщился.

- Атира и Жоден. Еще позвали Ифтена. Они все были там.

Он сунул в рот еще один кусочек гурта.

- Как ты можешь это есть? Я пыталась и до сих пор не могу переварить это, - сказала я, больше чтобы отвлечься, чем потому что хотела знать. Была ли я единственной, кого не было на этом совете? Какой цели это служило?

Хит удивленно посмотрел на меня.

- Вкусно!- Я сморщила нос, а он усмехнулся. - Наверное, я привык к этому по дороге сюда.”

- Так что же произошло на сенеле?- Спросила я.

- Ну, все это было на их языке, Лара, так что я понимал только отдельные слова. Они говорили так быстро, практически выплевывая слова друг на друга. Я все ждал, что они не раз пойдут в драку.

Он восхищенно покачал головой.

- Военачальник стоял там перед всеми ними, высокий, сильный и вызывающий. Он дал столько же, сколько получил, Лара, и ни разу не вышел из себя и не вытащил меч. О Симус, о, Лара, теперь это человек для спора. Он ходил взад-вперёд, размахивая руками, улыбаясь, словно пытаясь очаровывать весь Совет.

Хит на мгновение посерьезнел.

- Казалось, прошло несколько часов, прежде чем Кир сел, и тогда Ифтен заговорил. А потом говорил еще воин-жрец. Я не повернусь к нему спиной. Он был высокомерен и горделив, как петух.

Вошла Ами, неся хлеб и мясо с растопленным гуртом. Ее лицо было каменным, и она ничего не говорила.

Я знала, что что-то не так, но все мое внимание было сосредоточено на Хите.

- И что же?- Спросила я.

Хит взял немного хлеба и подождал, пока Ами выйдет из палатки.

- Ифтен разглагольствовал, Лара. В какой-то момент я был уверен, что Симус вытащит свой меч, но он этого не сделал. Лара, никто не сказал мне подробностей, но я думаю, что Кир был наказан Советом. Их лица были мрачны, когда они говорили, и когда Кир вышел из палатки.

- Наказан?- Спросила я. - Как же так?

Хит покачал головой.

- Я не знаю, Лара. Они говорили так быстро и с таким гневом. Странно, что такие свирепые воины ни разу не вытащили свое оружие во время совета.

- Хит, Ты должен быть осторожен.- Я положила ладонь на его руку, чтобы выразить свою точку зрения, и почувствовала мышцы. - Эти люди-фантастические воины, и если они обижаются, то нападают без предупреждения.

- Я знаю о символах и их использование, - попытался успокоить меня Хит. Он повернул голову и улыбнулся, и в этот момент я поняла, что мой друг детства изменился. Он был тоньше, тверже, его мускулы более четко очерчены. Когда он посмотрел на меня, его глаза, казалось, наполнились болью и решимостью, которую я никогда раньше не видела. - Мне помогает то, что я до сих пор плохо знаю язык. Я осторожен в том, что говорю и кому говорю, Вот и все.

“Хит ..- Я прочистила горло. - Что ты мне не договариваешь?

Последовала долгая пауза, пока он медленно жевал гурт. Я молчала и ждала, прекрасно зная, что в конце концов он заговорит. После долгой паузы он поднял голову и заговорил.

- Ты не единственный ксианец, который отдал свое сердце одному из равнинников.”

Часть 11

Когда он и я были очень, маленькие, как-то Хит неудачно пиграл с дикобразом в садах замка. Эльн, который был целителем замка в то время, взял ситуацию под контроль. Он успокоил плачущего Хита, направил персонал замка и спокойно и осторожно справился с болью Хита.

Это произвело на меня большое впечатление, когда я наблюдала, как он исцеляет моего друга, и мои собственные слезы высыхли на моих щеках

Но теперь я посмотрела в лицо Хита и увидела боль, которая, как я знала, была сильнее моих способностей целителя.

Если бы боль в сердце могла быть исцелена, также как боль тела.

Я, конечно поняла, кто это.

- Атира.

- Атира - Хит закрыл глаза и вздохнул. - Мы начали тренироваться вместе, когда она встала на ноги и ей нужно было двигаться, по предложению Эльна. Она была так прекрасна, так сильна, полна решимости исцелиться, научиться читать и говорить по-ксиански. Она так быстро выучила наш язык и смеялась над моей попыткой выучить ее. Я помог ей научиться читать, она научила меня некоторым боевым приемам, и, ну. . .

Он застенчиво посмотрел на меня.

- Одно вело к другому, и...

Я одарила его нежной улыбкой.

- Ты не обязан мне ничего объяснять, Хит.

Он усмехнулся.

- Пожалуй, нет.- Он глубоко вздохнул и посмотрел через мое плечо, погруженный в свои мысли. Мальчик, которого я знала всю свою жизнь, исчез. На его месте был мужчина.

- Твои родители?- Тихо спросила я.

- Мать и отец не очень довольны. Я думаю, у них были планы на тихую жену ксианку и внуков - Он использовал свободную руку, чтобы запустить пальцы в волосы. - Но Атира в моем сердце.

Я улыбнулась.

Хит закатил глаза.

- Конечно, Атира тоже не в восторге. Она не хочет иметь ничего общего с "браком" и недовольна тем, что я последовал за ней. Но больше я ничего не мог сделать.- Он снова криво улыбнулся мне. - Я из упрямой семьи ксианцев и не приму " нет " за ответ.

- Хит!

- Хватит о моих бедах, Лара. - Хит быстро выпрямился и принялся за еду. - Военачальник хочет, чтобы ты знала, что истина почти закончена, и что Совету старейшин осталось сделать только две вещи до окончательного обсуждения и принятия решения.Во-первых, они должны определить, какой вес придать словам Жодена. Тогда они услышат твои истины на свои вопросы и обвинения. Военачальник ожидает, что все это соберутся вместе в течение следующего дня или двух.

Я кивнула, прислушиваясь к его словам.

- Тебя сейчас охраняют воины-жрецы, но за тобой следят и другие.

- Я их видела.

Хит кивнул.

- Они сделали это нарочно, Лара. Военачальник говорит, что воинам-жрецам нельзя доверять. Если ты будешь нуждаться, кричи и помощь придет.”

Я немного расслабилась от этого знания, но слова Кикаи о слепой ненависти тоже вернулись ко мне.

Хит сверкнул на меня улыбкой.

- Кир заставил меня повторять эту часть снова и снова. Он не доверяет моей ксианской памяти!

Он положил хлеб на стол и понизил голос, как бы подражая Киру.

- Все будет хорошо, огонь моего сердца.- Хит связал пальцы обеих рук вместе. - Знай, что я люблю тебя и что скоро мы снова будем вместе.

Мои глаза наполнились слезами, и я посмотрела в понимающие глаза Хита.

- Хит.

- Есть еще одна вещь.- Его глаза блеснули. - Но, пожалуйста, любимая, сохрани свой характер!

У меня отвисла челюсть.

- Ну, что за человек ...- Пробормотала я.

Хит рассмеялся.

- О, я думаю, он хорошо тебя знает, птаха!

Ами появилась в дверях, явно проверяя наши разговоры. Хит хитро улыбнулся мне.

- Ешь, Ксилара, дочь Кси.”

Я наблюдала, как он потянулся к мясному блюду с красными хлопьями в нем, и не сказала ни слова.

- -------

- Всё, ухаживание закончено!- Я резко открыл полог палатки. Вся структура содрогнулась от силы моего удара, но я просто продолжала двигаться, не заботясь ни о чем, даже если вся палатка рухнула на Ульт-полководца. Высокомерный, громкий, властный, неприятный, плохо дышащий военачальник Ульт.

Это послужило бы ему уроком.

Ами и мои воины-жрецы устроились поудобнее неподалеку. Застигнутые врасплох, они бросились к своим плащам и снаряжению. Я не остановилась, просто бросилась вниз по дорожке, прикусив язык, чтобы не высказать свои мысли вслух.

Этот эгоцентричный, грубый кретин. Как он смеет так говорить о Кси? О Кире таким образом? Мне в лицо? Я стиснула зубы, когда мой гнев рос с каждым шагом от этого.—

- Я полагаю, что это ухаживание прошло не очень хорошо?- Ами подошла и встала рядом со мной.

Я взглянула на нее и с удивлением увидела первый очень слабый намек на одобрение на ее лице. Я нахмурилась.

— Этот человек ... - я перешла на ксианский на оставшеюся часть предложения.

- Они все не Кир из клана Кошки, - последовал ее очень мягкий ответ.

Я больше ничего не сказала, постоянно ощущая подслушивающие уши моих воинов-жрецов охранников. Но я немного притормозила, когда мы направились к моей палатке. Была середина дня, и сердце его билось в такт биению сердца людей.

Жизнь на равнинах имела определенный ритм. Утро было для работы по дому, все необходимые вещи, которые нужно было сделать для поддержания жизни. Послеобеденные часы, казалось, были больше сосредоточены на Играх и сборах, или, возможно, преподавание было лучшим способом выразить это.

Вокруг нас играли дети, притворяясь, что дерутся деревянными мечами и кинжалами. Они бежали и кричали, издавая пронзительные крики, совсем как их старшие товарищи. Я улыбнулась, увидев их, но я знала, что здесь был более серьезный тон, чем просто игра детей.

Они развивали навыки, которые помогут им выжить в этом мире.

Я изо всех сил старалась отпустить свой гнев и разочарование. Я беспокоилась о происходящем. Но не было никого, кого я могла бы спросить, кто бы мне ответил. Поэтому я стиснула зубы и постаралась быть терпеливой. Но я боялась за Кира.

Две женщины играли в шахматы между палатками, их доска стояла на пне между ними. Они сгорбились, сосредоточившись на игре. Четверо детей собрались рядом, наблюдая за игрой. Я слышала, как они задают вопросы, цепляясь за взрослых женщин.

Еще несколько шагов, и я с удивлением увидела группу лошадей, стоящих на дорожке, казалось неухоженных, наблюдая, как два воина осматривают копыта одной из кобыл. Они подняли ногу и осматривали ее, и лошадь тоже вытянула шею, чтобы посмотреть.

- Они допускают лошадей в Сердце?- Спросила я.

- Конечно, - ответила Ами. - Если они пожелают. Они могут свободно приходить и уходить.

- Разве они не загрязняют местность?

- Неужели?- Ответила Ами с озадаченным выражением лица

Честно. Я мысленно закатила глаза, услышав это. Ради всего святого, это были всего лишь лошади

Я заговорила слишком рано. Там, перед моей палаткой, стояло Великое Сердце

Увидев меня, он заржал и подбежал ко мне. Я улыбнулась, когда он уткнулся головой мне в грудь. - Здравствуй, Великое Сердце.

Что заслужило несколько растерянных взглядов от моего эскорта. Я проигнорировала их, протянув руку, чтобы почесать между ушами Великого Сердца, а затем вдоль шрама, который бежал по его груди.

- Великое сердце?- Спросила Ами. - Что это?

- Его имя

- Ты даешь имена лошади?-спросил один из жрецов-воинов оскорбительным тоном.

Я слегка повернулась и посмотрела на них всех.

- Да. Ксианцы называют своих лошадей.- Я выгнула бровь. -Также в обычиях Ксианцев обмениваться именами при встрече.

Я взглянула на каждого воина-жреца по очереди, стараясь как можно яснее выразить свою точку зрения.

Они ответили мне каменным взглядом. Ами переступила с ноги на ногу и заговорила, бросив на них тревожный взгляд:

- У жрецов-воинов есть обычай не называть своих имен, дочь Кси.

- И не говорить, а только оскорблять кого-то тоже их обычаи. - Я отвернулась и зарылась лицом в гриву Великого Сердца. От него пахло лошадью, травой и свободой. - Ты оправился после нашей поездки, мой друг?

Прошептала я и увидела, как его уши дернулись в ответ на звук моего голоса.

Великое сердце фыркнул и зарылся мокрым носом в мои волосы, глубоко вдыхая мой запах.

- Военачальник Оса хочет ухаживать за тобой, Ксилара.- Голос Ами раздался у меня за спиной. - Когда будешь готова.

Я вздохнула на мгновение, не разжимая пальцев.

- И сколько же здесь военачальников?

- По четыре для каждого из четырех элементов, - ответила Ами. Увидев мое лицо, она поспешно продолжила: - Но только восемь хотят ухаживать за вами, Ксилара.

Я склонила голову, закрыла лицо волосами и закатила глаза. Все это было так неприятно и утомительно. Кир был моим военачальником, он останется моим военачальником; они могли выставлять напоказ всех глупых высокомерных кретинов, которых они хотели передо мной выставить, а он все равно останется моим военачальником.

Великое сердце топнуло ногой, и я возобновила почесывание. Я на мгновение задумалась, а потом проговорила. - Ами, есть ли шанс, что военачальник захочет прокатиться?

Так хорошо было сидеть на спине Великого Сердца и чувствовать, как он двигается подо мной. Мы скакали по траве, ветер трепал мои волосы. Солнце светило ярко, хотя воздух был прохладным, и я улыбнулась, делая глубокие вдохи. Это заставило мое настроение подняться, чтобы быть вне и верхом.

Голубое небо было великолепно, но мне казалось, что красные травы были приглушенными, более тусклыми, чем когда я впервые увидела равнины. Так же, как деревья Кси теряли свои яркие красные и желтые листья перед снегами. На равнины надвигалась зима.

Ами махнула рукой в сторону, и я увидела впереди возвышение, где мы могли бы ждать военачальника Осу. Я остановила Великое Сердце и повернулась его лицом к Сердцу.

Под нами раскинулось Сердце равнины. В первый раз, когда я увидела его, я была измучена, не в состоянии оценить то, что лежало передо мной. Но теперь я могла вдоволь насмотреться и подивиться этому.

Вдалеке лежало блестящее озеро. Огромный шатер Совета был разбит на его берегу, и город палаток образовал вокруг него полукруг. Там было так много цветов, в палатках и знаменах.

Это было похоже на одно из заплатанных одеял, которое у меня было на моей кровати в замке. Я прищурилась и некоторое время изучала его. Город тоже казался другим, от первого впечатления, когда я его увидела. Конечно, я устала, но все же...

- Он почему-то кажется меньше, - заметила я.

- Некоторые ушли, потому что идут снега - хрипло ответил один из воинов-жрецов.

- Сердце не бьется в снегах. Оно спит, чтобы снова забиться, когда проснутся равнины, - проговорила Ами, ее тон был немного более дружелюбным. Я вздохнула, Не отрывая глаз от сердца. Я очень устала от неодобрительных взглядов, то ли из-за моего мастерства всадника, то ли из-за моих «злых ксианских обычаев».

Конечно, как только мы сели в седло, мне пришло в голову, что уходить только с моими охранниками воина-жрецами не самый мудрый курс действий. Но мне хотелось воздуха и физических упражнений, и я поступила импульсивно, не задумываясь.

Я недооценила сообразительности Кира. В сердце был постоянный поток воинов, входящий и выходящий; они были почти так же заняты, как Водопадах. Я заметила Перста и Рейфа в первые минуты нашей поездки и расслабилась.

Если Ами или другие и заметили наши тени, то никак это не прокомментировали. Так что я была свободна любоваться достопримечательностями и ждать прихода военачальника Осы.

Лучше бы он не был таким, как последний. Богиня, этот человек был просто груб с того момента, как я вошла в его палатку. Заявляя, что он превосходит Кира во всех отношениях, и предлагая победить меня, чтобы показать свои навыки.

Я нахмурилась, вспомнив об этом. Если бы этот Новый военачальник будет таким же высокомерным ослом, я оставлю его здесь без единого слова.

Стук копыт привлек мое внимание к группе воинов, направлявшихся в нашу сторону. Я напряглась, думая, что это нападение, но Ами проговорила.

- ОСА.

Во главе группы стояла женщина-воин с огненными волосами. Она скакала на белом жеребце, с прекрасной длинной гривой и хвостом. Когда они подошли ближе, я увидела, что она была одета в темно-коричневую кожу от кончиков пальцев ног до макушек ... груди.

Я была немного ошеломлена, но поняла, что кожа не была предназначена для брони, так как ее более чем пышные груди были выставлены напоказ и раздвинуты в удивительном виде.

У нее была светлая кожа, а на поясе, напротив меча, висел хлыст. Потрясающая женщина. Она остановилась совсем близко, и я увидела, что глаза у нее карие, с золотыми крапинками. Она была самой красивой женщиной, которую я когда-либо видела.

- Ксилара, дочь Кси.- Она царственно склонила голову. -Я благодарю вас за эту возможность.”

Все дыхание покинуло мое тело. Богиня, это она была военачальником Оса.

Хорошо еще, что она повернулась, чтобы помахать рукой нашим сопровождающим, и потянулась, чтобы привязать колокольчики к гриве свооей прекрасной белой лошади. Это дало мне шанс захлопнуть рот и прийти в себя. Даже мои воины-жрецы-охранники беспрекословно повиновались, тая от жара ее уверенной власти.

Она не обратила внимания, как будто ждала повиновения. Ее поведение очень напоминало мне Кира. Одного этого было достаточно, чтобы сказать мне, что ее сила была равна силе Кира.

Она была воплощением совершенства, когда повернулась и улыбнулась мне.

- Я военачальник Осы из клана Лисы.

- Женщины могут быть военачальниками?- Выпалила я. - Я знаю, что они могут быть воинами, но—”

Ее идеальная бровь приподнялась, и Оса ответила:

- Конечно, Ксилара.- Она наклонила голову и посмотрела на меня теплыми карими глазами.-Я слышала, что ваши обычаи сильно отличаются от наших, но не настолько же.

Я открыла рот, но не смогла произнести ни слова. Как я могла объяснить свою культуру этой женщине? Я остановилась на самом простом объяснении.

- Женщины-воины редко встречаются в моей стране. Женщины-военачальники встречаются еще реже.

Она кивнула, беря поводья и начала стягивать коричневые перчатки. Я вдруг очень остро ощутила свои спутанные волосы и свою одежду. Маленькая коричневая птичка рядом с Фениксом.

Я должна была знать.

- Ты когда-нибудь спала с Киром?- Выпалила Я, мое лицо покраснело от смущения, даже когда слова слетели с моих губ.

Искренне удивленная, Оса изящно пожала плечами.

- Нет, Ксилара. Как только я выполнила свои обязательства перед племенем, все мои соседи по кровати были женщинами. Мужчины мне не по вкусу.- Она бросила на меня лукавый взгляд. - Именно поэтому я и попросила по ухаживать за тобой. Мне сказали, что у тебя не было опыта до Кира. Ты может быть любовь между женщинами придется тебе более по вкусу.

О богиня

Хорошо, что я сидела на лошади. Все мое тело похолодело, а затем вспыхнуло, когда мир пошатнулся вокруг меня. И я не была уверена, что это был страх, скорее смущение ... или любопытство.

Богиня

Нежный смешок Осы вернул меня к действительности, мягкий звук для такой свирепой на вид женщины.

- Я тебя шокировала. Может быть, ваши пути так сильно отличаются от наших, да?”

Я с трудом сглотнула.

— Я ... я бы не обиделась.

- Я ничего не беру. И мне не пришло в голову попросить у тебя символ, так что, надеюсь, я его не дала. - Оса покачала головой, и ее рыжие кудри заплясали на солнце. - Какая разница, кто с кем спит, лишь бы по договоренности?

Такая мысль возникла.

- Оса, здесь бывают изнасилование?

- Изнасилование?- Я использовала слово "ксианцев", не подумав. Я объяснила, и она понимающе поморщилась. - Редкость, Ксилара. У нас слишком много клинков, и все мы искусны в их использовании.”

- Даже теи?

- Теи-одни из самых смертоносных из всех нас, Ксилара. Они охраняют и направляют детей.- Она улыбнулась мне. - Полагаю, Ульт предложил показать тебе свое тело и навыки?

Я закатила глаза.

- Он обнажил свой трос, чтобы показать мне свое "оружие"!

Оса рассмеялась теплым, сочным смехом, потом сморщила нос. Золотые искорки в ее глазах, казалось, танцевали.

- И ты удивляешься, что я предпочитаю женщин мужчинам? Или ты за Ульта?

Я подавилась собственным смехом и закашлялась, чтобы прочистить горло.

- Я обещала Киру.

- Ну и что? - Оса изящно пожала плечами. - Что из этого?

- Мой народ не занимается сексом вне связи - попыталась я объяснить.

Оса придвинула свою лошадь ближе и наклонилась ко мне.

- Ну и что из этого, милая леди? Вы еще не связаны. Вы свободны вкусить удовольствия многих, прежде чем посвятить себя одному.- Я зачарованно наблюдала, как она наклонилась, ее грудь двигалась под кожей, достаточно близко, чтобы коснуться. Достаточно близко ... для поцелуя.

Я удивленно откинула голову назад. Великое Сердце шевельнулось подо мной, реагируя на мои движения, увеличивая расстояние между нами. Ее улыбка исчезла, Оса отстранилась и пристально посмотрела на меня, как феникс изучает свою добычу.

Я облизнула губы.

- Оса, я ... — мне нужно было дышать. - Я не могу.

Она снова пожала плечами, и каким-то образом я поняла, что ее элегантность была для нее такой же естественной, как дыхание. Вероятно, она убивала тем же изящным движением.

- Мне сказали, что у тебя есть честь, Лара.- Улыбка осы вернулась. - И что ваши пути странны. Я не обижаюсь.

- Спасибо, - ответила я, все еще чувствуя себя немного неуверенно.

- Итак. Поскольку я не могу ухаживать за тобой, возможно, ты придешь в мою палатку, и мы сможем разделить трапезу. Я хочу узнать больше о твоих способностях исцеления. Я могу обещаю быть лучшей компанией, чем Ульт.

Я скорчила гримасу.

- Это не будет проблемой, военачальник.

Она засмеялась и жестом пригласила нас сопровождать.

- --------

После Осы я отправилась в палатки следующих пяти военачальников со своим эскортом и очень четко объяснила каждому свое положение. Кир из клана Кошки был моим избранным военачальником, и мое решение было окончательным.

Я был любезна и добра, а они вежливо приняли мой отказ.

Измученная, я вернулась к своей палатке. Последнему из военачальников придется ждать завтра. Все, что мне было нужно-это моя кровать.

Только чтобы обнаружить, что Клан Змеи танцевал возле моей палатки с большой радостью и смехом. Я была слишком уставшая, чтобы смотреть, поэтому я вошла внутрь, пожаловась Ами на отсутствие настоящей ванны и с благодарным вздохом заползла под одеяла.

Как ни странно, барабаны действовали успокаивающе, как ничто другое. Я заснула без проблем.

Они все еще били, когда я, вздрогнув, проснулась. У моей кровати сидела закутанная в плащ фигура.

Я задохнулась, чуть не сойдя с ума. Фигура двинулась, протягивая руку.

- Целитель, ты можешь помочь?

Мне потребовалось мгновение, чтобы понять.

- Ами?”

Она придвинулась ближе, прижав пальцы к моим губам.

- Да. В этом есть необходимость. Ты поможешь?”

Я сбросила с себя постельное белье и быстро оделась в одежду, которую она сунула мне в руки. Я провела пальцами по волосам, сунула ноги в туфли и схватила сумку. Ами накинула мне на плечи плащ и взяла за руку.

В глубине палатки было темно. Я слышала бой барабанов танца, но их ритм был медленнее и более чувственным. Я зевнула, хрустнув челюстью, и попыталась стряхнуть сон с глаз.

Ами тихо направилась в заднюю комнату, где работала и спала. Я не могла разглядеть детали в тусклом свете, но она подошла к стене палатки и встала на колени, подтянув ее ровно настолько, чтобы мы могли протиснуться под нее.

- Я замолчала, внезапно почувствовав неуверенность.

Ами почувствовала мое замешательство.

- Пожалуйста. Нам нужен целитель.

Я кивнула и опустилась на колени, толкая перед собой сумку, и выскользнула наружу. Ами последовала за мной, и мы вместе поднялись на ноги.

- Твои охранники наблюдает за танцем.

Я мысленно закатила глаза. Я могла только представить себе, какие "танцы" они смотрели.

Голос Ами был едва слышен, когда она взяла меня за руку.

- Пойдем.

Не успели мы сделать и пяти шагов, как перед нами возник крупный мужчина.

- Что случилось ?- спросил он.

- Перст.- Я заговорила, облегченно вздохнув. Он сделал шаг ближе, и я смогла разглядеть палицу Эпора перекинутую через плечо.

Еще один голос раздался из тени позади нас.

- Трофей. Это небезопасно.- Ами развернулась, держа руку на кинжале, но я не удивилась, услышав голос Рейфа.

- Кому-то нужны мои навыки, - ответила я.

Ами вздрогнула.

- Вы люди Кира.- Я могу сказать, что она была удивлена, что они поймали нас.

- Мы охраняем Трофей, - сказал Прест.

- И мы не смотрим танцы, - твердо ответил Рейф. -А теперь куда ты заманиваешь Трофей?

- Она нужна, - настойчиво прошептала Ами. -Для исцеления.

Рейф окинул ее взглядом с ног до головы.

- Ей можно доверять? - Он говорил на ксианском.

- Не знаю, - ответила я на также. - Но я не позволю этому помешать мне исцелить кого-то.

Рейф посмотрел на Перста.

Перст пожал плечами:

Рейф закатил глаза и испустил тихий, преувеличенный вздох.

- От тебя никакой помощи.- Он снова повернулся к Ами. - Показывай нам дорогу.

Она быстро кивнула и молча пошла в темноту.

Мы тихо последовали за ней, пока она вела нас по тропинке между палатками, стараясь никого не потревожить. Хотя Сердце никогда не перестает биться, оно спит, и вокруг было очень мало людей, и большинство было сосредоточено на своих собственных проблемах.

Пока мы шли, я подошла ближе к Рейфу.

- Как Кир? – попросила я, стараясь сделать свой голос как можно мягче.

Рэйф улыбнулся, его глаза мерцали под капюшоном.

- Разбитый. Яростный. Но решительный, Трофей. Он никого не убил.

- Пока- добавил Перст.

Я вздохнула.

- Он не одинок в этом.

Рэйф посмотрел на меня с сочувствием.

- Я передам ему, Трофей. При условии, если он конечно не убьет меня за то, что позволил тебе это сделать.

- Смотри. - указал Перст.

Впереди нас расстилался ряд палаток, изобилующих факелами и движением. Ами подвела нас к самой большой и распахнула полог. Палатка была наполнена светом, теплом и людьми, мужчинами и женщинами. И слишком знакомый запах крови, пота и страха.

- Позови, если мы тебе понадобимся, - раздался за моей спиной голос Рейфа, и я рассеянно кивнула в ответ. Все мое внимание было приковано к фигуре на тюфяке в центре палатки.

Это была женщина, голая, очень беременная женщина, распростертая на кровати. Ее кожа блестела от пота, и она была измождена. Ее глаза были остекленевшими, невидящими. Окруженная другими, она задыхалась, задыхаясь от боли. Ее раздутый живот сиял на свету, выглядя достаточно тугим, чтобы лопнуть.

- Как долго?- Спросила я. Судя по всему, это были затяжные роды.

Все головы повернулись, когда я заговорила, и Ами толкнула меня сзади.

- Зачем ты привел ее сюда?- Женщина, которая выглядела такой же старой, как и Кикаи, стояла передо мной, словно преграждая мне путь. Она была обнажена до пояса и тоже вспотела.

- Она целительница.- Ами стояла на своем, хотя ее голос дрожал. -Если есть хоть какой-то шанс спасти Иасе.

- Это не твое дело, дитя, - отрезала женщина. На мгновение мне показалось, что меня вышвырнут из палатки, но ее черты смягчились. -Что сделано, то сделано.

Затем она повернулась к женщине, лежащей на тюфяке. Я последовал за ней, чтобы заглянуть женщине между ног. Она была открыта, и я могла видеть крошечную ногу, пытающуюся выйти.

- Я-Ренесс, старшая Тея.- заговорила та, что преградил мне путь. - Это первенец Иасы. Я пыталась перевернуть ребенка, но он не двигается.

Она протянула руку, и мужчина протянул ей нож, лезвие которого ярко сверкнуло на свету. Пламя от жаровен мерцало на его поверхности и в ее глазах, когда она смотрела на меня.

- Я слышала о твоих способностях, о тебе, которая стала военным Трофеем.

Она подняла нож и посмотрела на меня, ее лицо превратилось в маску боли.

- Я и раньше вырезала детей, но женщина всегда умирает.- Она глубоко вздохнула. - Я бы попросила тебя использовать свои навыки, чтобы вернуть ее из мертвых, как только родится ребенок.

Она отвернулась и приставила нож к животу женщины.

Часть 12

Один быстрый шаг, и я положила руку на сжатый кулак, который держал кинжал, не давая ему коснуться кожи. Я посмотрел на покрасневшее застывшее лицо, и одарил ее серьезным взглядом, даже когда мое сердце пело от счастья.

- Я и раньше вырезала младенцев, и женщины оставались в живых.

Надежда вспыхнула в глазах там, где ее уже не было. Некоторые лица вокруг нас отражали ее. Ренесс опустила свою руку.

- Ты умеешь?

- Я имею.- Я оглянулась на обнадеживающие лица, включая Ами. - Это сложно и опасно. Но позвольте мне попробовать.

На мгновение воцарилась тишина, пока остальные вокруг нас рассматривали друг друга.

- Она не из равнин.- тихо проговорил одна из них.

- Не доверяй этой женщине, старшая Тея, - настаивал другой. -Ветер может подняться в гневе.”

Женщина стонала и корчилась от боли. Я не отвела взгляда от Ренесс, которая уставилась на меня.

Затем Реднесс кивнула головой и убрала кинжал в ножны.

- Делай.

- Принесите сюда столик и посадите ее на него, - приказал я. - Мне нужна вода, одежда для крови и самое острое, самое маленькое лезвие, которое ты можешь найти. Быстро. Роды продолжались достаточно долго.”

Вокруг нас поднялась суматоха, поскольку они действовали также быстро, как я смогла спросить. Я сосредоточился на том, чтобы вытащить из сумки одну из своих драгоценных иголок и немного подсохшего кишечника, который всегда держала там, пытаясь скрыть радость на лице.

Мое сердце наполнилось чувством комфорта, чистого удовлетворения и восторга. Это была задача, которую я могла выполнить, и сделать хорошо, в ситуации, в которой я бывала раньше много раз. Меня наполнило чудесное чувство, что я нужна, что меня хотят.

Как дома

Я умыла свое лицо и заплела волосы в косу, чтобы убрать их и они не мешались, одновременно наблюдая за приготовлениями.

Ами стояла на коленях у головы моей пациентки, приглаживая влажные волосы и что-то шепча ей на ухо. Она осталась с ней, даже когда они подняли Иасу на стол. Я уловила слова "Военный Трофей" и "Помощь". Глаза Иасы теперь казались более рациональными, она подняла голову так, чтобы видеть меня поверх своего живота.

В мою руку был вложен маленький нож, вероятно, сломанное лезвие. Я узнала черный кремень, который использовался в наконечниках их метательных копий. Иронично, что такой инструмент смерти может быть использован для спасения жизни.

Все остальные снимали свои туники, мужчины и женщины, из-за жары. Один из мужчин предложил мне чашу и кувшин с водой, и я протянул руки для ритуального благословения, молясь, когда вода полилась на мои руки и нож.

Богиня, пожалуйста, направь мои руки.

Я заняла свое место и наблюдая, как очередная схватка пронзила мою пациентку.

- Кричи, Иаса, - предложила я. - Это поможет справиться с болью.

- Я не буду, - выдохнула Иаса, лежа ничком, ее лицо было белым как снег, пот лился с нее градом. -Я-воин равнин. Я не буду двигаться, я не буду вздрагивать. Я буду петь боевые кличи.

Я обменялась взглядами с несколькими пожилыми женщинами в комнате, собираясь закатить глаза на это замечание. Но их лица были мрачны, и я поняла, что они ожидали боли. Они думали, что это нормально. Я вздохнула и покачала головой.

- Я не хочу рисковать. Держите ее.

Многие протянули руки,и Иаса начала петь.

- Рождение воздуха, смерть

Хоть она и была воином, бедняжка не закричала. Она дернулась под их руками от прикосновения моего клинка, а затем вовремя упала в обморок. Я работала быстро, чтобы воспользоваться этим, тщательно делая свой первый разрез. Двое мужчин стояли в стороне и использовали тряпки, чтобы держать место как можно более чистым.

Эльн разработал новую технику с таких родов, отягивая мышцы в сторону вместо того, чтобы разрезать их, разрезая только там, где это абсолютно необходимо. Я напряглась, работая руками, стараясь, чтобы порезы были как можно меньше.

Пройдя в матку, я убрала нож и потянулась, чтобы извлечь ребенка, нащупывая пуповину, чтобы убедиться, что она не обернута вокруг него—

Я громко рассмеялась, когда мои пальцы сказали мне то, что мне нужно было знать.

Теи смотрели на меня так, словно я сошла с ума. Я просто покачала головой и вытащила ребенка, который выскочил с криком. Один из мужчин стоял рядом, держа чистую ткань открытой для ребенка. Я положила плачущего мальчика на одеяло, пуповина все еще был прикреплена.

- Хейла! - Человек засмеялся и улыбнулся мне. -Услышь крик воина!

Другие разразились улыбками, но я просто погрузила руки внутрь.

- Тогда вот двойная радость!

Я осторожно вытащила еще одного ребенка, девочку, краснолицую и разъяренно, кричащую на этот новый мир. Она была даже громче своего брата и имела на это полное право, поскольку именно ее нога перекрыла выход в родовых путях.

- Близнецы!- Остальные вокруг нас радостно кричали, что-то напевая малышам.

Ренесс придвинулась ближе, и я посмотрела на нее.

- Ты можешь завязать пуповину, Ренесс? Я должна закончить здесь.”

Ренесс снова обнажила кинжал, ее лицо было таким же блестящим, как и лезвие.

- Для меня большая честь, Трофей.”

Я переключил свое внимание на Иасу и постаралась убедиться, что я хорошо почистила ее, прежде чем начать . Я старался быть осторожной, маленькими стежками, но я боролась со временем и ее кровотечением. Амю осталась возле головы Иасы, поглаживая ее лоб, и уставившись на меня широко раскрытыми глазами.

Малыши были позади меня, их мыли и проверяли. Но теи остались со мной, помогая очистить место от крови, разбираясь с беспорядком. Неудивительно, что у нее была такая проблема, малыши были такие большие, а Иаса слишком маленькая. Я сосредоточилась на своей работе, помня, что моя пациентка была воином и хотела бы вскочить на ноги в первый момент осознания.

И это навело меня на мысль. Как только я закрыла матку, я указала на свою сумку.

- У меня там кровавый мох, завернутый в синюю ткань. Подайте кто-нибудь—”

- Я знаю.- Один из тей потянулся внутрь и протянул его мне. Я удивленно посмотрела на него. Он плечами. - Мне дал их один из воинов Кира.

Сначала я проверила, правильно ли расположена матка, расслабились ли мышцы. Затем я стянула кожу вместе и нанесла кровавый мох.

Конечно же, он начал запечатывать разрез, оставляя на его месте толстую красную линию. Я должна была быть осторожна, я не хотела, чтобы трава запечатывала слои вместе. Но кровавый мох сделал свое дело, покраснел и затем очистился от раны. Я сделала шаг назад и глубоко с облегчением вздохнула.

Иаса все еще была без сознания, но ее дыхание успокоилось. Я положила руку ей на грудь, чтобы убедиться, что ее сердце бьется ровно.

- Она... ?"- Ами посмотрела на меня.

Я улыбнулась, усталая и потная, но чувствуя себя очень хорошо.

- Пока что с ней все в порядке. Только время покажет.

Затем теи двинулись вместе с водой и тряпками, очищая потерявшую сознание девушку и снимая грязное постельное белье, делая ее более чистой. Один из них предложил мне ведро воды, мыло и тряпку. Я с благодарностью погрузила руки в воду и начала тереть.

Мне пришлось усмехнуться, когда я увидела состояние своей туники. Кухарка Анна часто утверждала, что у меня нет ни одного предмета одежды, на котором не было бы крови в тот или иной момент. Она была права.

Я посмотрела на своего пациента, гордая и удовлетворенная. Две жизни спасены, благодаря моему мастерству и воле богини. Одна все еще висела на волоске, но только время покажет, выживет ли Иаса.

Слезы радости подступили к моим глазам, и я снова сосредоточилась на своем мытье, не уверенная, что кто-нибудь вокруг поймет мои слезы. Спасибо, богине Луны и звезд. Спасибо.

Я потерла сильнее, моргая ясными глазами. Мне придется послать сообщение Эльну, что я использовала кровавый мох для родов. Хотя, зная моего старого учителя, он, вероятно, уже пробовал.

Ренесс приблизилась, неся чистую тунику. Она предложила ее мне. Я оглядела палатку, но все были сосредоточены на Иасе, поэтому я повернулась к ней спиной и быстро переоделась.

Я обернулась и увидела, что она странно смотрит на меня.

- Значит, то, что они говорят о народе Кси, правда.

Я рассмеялась.

- Да. Вот поэтому я не принимала приличную ванну с тех пор, как приехала сюда.

- Ванна- спросила Ренесс удивленно- Но есть же озеро.

В этот момент Иаса пошевелилась, оглядываясь вокруг, ошеломленная и смущенная. Ами была рядом с ней, плача и улыбаясь. Иаса моргнула, глядя на нее.

- Что случилось? Где мой ребенок?

Я огляделась, ожидая, что кто-нибудь принесет ей детей. Но я поняла, что дети исчезли.

- Где мой ребенок?- Иаса жалобно вскрикнула, слабо пытаясь сесть.

Теи, мужчина и женщина, что собрались вокруг стола, протянули к ней руки, чтобы успокоить ее. Реднесс шагнула вперед и положила руку на лоб Иасы.

- У тебя было два ребенка, Иаса. Две татуировки на руке. Ты хорошо поработала.

- Два? Два?- Иаса боролась даже тогда, когда они прижимали ее к Земле. - Где же они?

- В объятиях племени, - тихо произнес один из них.

- Н— но я хочу ... - Иаса заплакала, и мое собственное горло сжалось. Почему они не вернули ей детей?

Внезапно все мужские головы низко склонились, чтобы расслабиться, достаточно низко, чтобы показать задние части их шей, и покинули палатку. Ренесс встала рядом с ней и приложила пальцы к губам плачущей женщины.

- Мы даем жизнь. Носители жизни равнин.

- Это наше бремя. Это наша боль. Остальные столпились вокруг, произнося слова нараспев, их голоса были тихими и тихими. Я сомневалась, что их можно услышать за пределами палатки. Реднесс посмотрела на меня и жестом пригласил подойти поближе.

Я сделала шаг, и руки потянулись, чтобы затащить меня в толпу тел. Иаса был окружена со всех сторон, и каждая женщина за столом касалась и гладила его.

- Племя выросло. Племя процветает, - пропела Ренесс. Иаса все еще плакала, ее глаза были закрыты, но вскоре она перестала плакать.

- Это наше бремя, это наша боль.”

- Наших детей забрали. Наши руки пусты.- Голос Ренесс превратился в шепот. Иаса посмотрела ей в глаза.

Я прикусила губу, отчаянно желая пойти за детьми и положить их ей на руки. Но было ясно, что это часть их мира и их традиции. Печаль была глубокой, и отражалось в глазах каждой женщины вокруг нас.

- Это наше бремя, это наша боль.- Другие женщины обнимали друг друга, обнимая за плечи, образуя круг вокруг Иасы. Я был включена, завернутая в пресс их тел.

Иаса кивнула в знак согласия, хотя ее боль все еще была там, грубая и уродливая.

- Это цена нашей свободы, - прошептала она вместе с Ренесс.

В палатке было тихо, затем Ренесс наклонилась вперед и поцеловала Иасу в лоб.

- Ты хорошо послужила племени, дитя. Обнажи руку и получи свои татуировки.-Она стояла, улыбаясь. - Тогда мы будем танцевать, да?

Женщины закричали от радости. Некоторые принесли новые припасы и позвали людей обратно в палатку.

Иаса нахмурилась, потом поерзала на столе, положив руку на впалый живот.

- Я думала, вы собирались высвободить детей? Почему я жива?

Ами заговорила:

- Я привела ксианку- целителя.

Глаза Иасы расширились.

- Она вернула меня из снегов?

- Нет.- Я не собиралась пускать этот слух.- Я использовала свои навыки, чтобы достать детей, Иаса. Ты будешь здорова, хотя потребуется время, чтобы выздороветь. Сон-это самое лучшее.

Иаса только удивленно посмотрела на меня. Затем теи начали двигаться, и Ренесс потянула меня назад, в сторону от их пути, когда они готовились покрыть татуировкой руку Иасы. Она указала на Ами, которая неохотно прошла мимо нас.

- Она исцелится?- Спросила меня Ренесс и, когда я кивнула, нажала еще сильнее. - Она снова будет рожать?

Я отрицательно покачал головой.

- Я незнаю. Все в руках стихии.

- Ее молоко придет?

- Должно быть.- Я прикусила губу. - Она будет кормить своих собственных детей?

Реднесс покачала головой в ответ, собирая мою сумку, чтобы положить ее мне в руки.

- Нет. Она будет ухаживать за другими.”

- А что будет, если она больше не выдержит?- Спросила я с любопытством. - Я знаю, что вам нужно родить пятерых.

Глаза Ренесс на мгновение метнулись к Ами, и я проследила за ее взглядом, чтобы увидеть, что Ами надевает свою тунику. Она замерла под нашим пристальным взглядом, но все, что я смогла увидеть - это ее левая рука. Ее обнаженная левая рука была без татуировок.

Бездетная. У Ами не было детей. Мои глаза встретились с ее, и я увидела в их глубине другую боль.

Ренесс нахмурилась.

- Ты должна вернуться в свою палатку, пока тебя не обнаружили. Уходи сейчас.

Вздрогнув, я запротестовала:

- За Иасой следует проследить.

- Мы так и сделаем.- Ренесс накинула мне на плечи плащ. Ами натягивала тунику.

- Но...- Я не хотела оставлять своего пациента без помощи. - Вы могли бы получить разрешение воина-жреца.—

Ренесс разразилась лающим смехом.

- Какой воин-жрец стал бы беспокоиться из-за рождения ребенка?

Я ошеломленно уставилась на нее. Ренесс проигнорировала мою реакцию и вытолкала меня из палатки, Ами последовала за мной с моей сумкой.

- Мы будем внимательно следить за ней, клянусь, - сказал Ренесс. - А теперь иди, и побыстрее.

Рэйф и Перст ждали, и мы молча двинулись назад, к моему большому разочарованию. Ами избегала смотреть мне в глаза, и я не задавала ей вопросов. Я фыркнула переведя дух, и натянула свой плащ плотнее вокруг себя. Мои вопросы могут подождать, пока я не посплю.

Но когда я выходила из палатки, я знала одно наверняка. Когда придет время, если придет время, никто не заберет моего ребенка из моих рук.

Если только я не буду мертва.

Я нарушила молчание с Ами за завтраком. Она подавала кавадж и еду, а затем попыталась выйти из комнаты, но я заговорила первой.

- Ами.

Она остановилась, явно недовольная, опустив глаза.

- Ами— - теперь, когда я начала я не знала, что сказать.

- Я бесплодна.- Голос Эми был ровным, на ее лице не было никаких эмоций. - Я не понесла с тех пор, как на меня снизошла Луна.

Она не подняла глаз, не пошевелилась, но ее руки сжались в кулаки.

- Я молилась стихиям и пробовала каждое средство, предложенное бесчисленными теями и инициаторами. Мне даже удалось убедить воина-жреца лечить меня, но все равно мое тело не забеременело.

Она оставалась неподвижной, но костяшки ее пальцев побелели.

- То, что когда-то приносило удовольствие, теперь слишком болезненно, чтобы страдать.

- Ами. - Я указала на стул напротив меня, но она не двинулась с места. - Я не—”

- Я была избрана служить тебе, потому что даже если бы я была осквернена твоими путями, это не имело бы значения.

Я напряглась.

- А почему это не имеет значения?

Она подняла лицо, гордое и отстраненное.

- Не имея детей, я сама остаюсь ребенком, неспособным служить племенам как воин. Я выполню это последнее задание, а затем отправлюсь на поисках снега.

Это объясняло, почему Есса и Ренесс назвали ее ребенком. Я думала, что это форма ласки, но это не так. Это был ее статус.

- Ами- Я наклонилась вперед, отчаянно желая, чтобы она поняла. - У меня есть способы помочь женщине родить детей, но у меня их нет с собой. Есть травы в горах, например, лошадиная трава, которая может.

- Значит, я подхожу для твоих способов понести для Клана? - выплюнула Ами. - Кем это делает меня? Для Равнин? От Кси?

Она поморщилась и повернулась, чтобы уйти.

- Ты просила меня о помощи ради Иасы. Разве ты не можешь принять эту помощь для себя?

Она остановилась, выпрямилась и направилась к пологу палатки.

- Ешь, дочь Кси. Они стремятся сделать ванну для вас.

Она оставила меня сидеть с едой передо мной, и аппетит пропал. Что за напрасная трата времени. Сколько жизней, как Ами и Маркус, потеряли равнины из-за своих обычаев и традиций?

Я сделала глоток каваджа, темного и горького на языке. Может быть, у них и была веская причина отнимать детей у матерей, но я этого не видела. И я умру сто раз, прежде чем позволю отнять у меня ребенка.

Внезапно это показалось таким безнадежным. Мысль о том, что я могу что-то изменить в этих людях, даже с помощью Кира ... это казалось таким нелепым. Это невозможно. Что мы могли бы объединить наши народы и принести пользу обоим, несмотря на их различия.

Кир. У меня внезапно перехватило горло. Я так по нему скучала. Я хотела, чтобы он был рядом, говорил, спорил, прикасался. Я ненавидела эту разлуку, ненавидела не знать, что с ним происходит. Может быть, мне удастся как-нибудь передать ему сообщение. Может быть, Рейф или Перст? Я взяла лепешку и начала жевать.

Я остановилась на середине укуса. Она что-то говорила о ванне?

Это было не совсем то, что я имела в виду. Я старалась не рассмеяться над ними, потому что это была не их вина. Но у моих хозяев были очень странные представления о том, что означает "купание под колокольчиками".

Они поставили палатку над ручьем, который впадал в озеро рядом с берегом. Палатка тянулась от берега к берегу и спускалась в воду. Там не было верха. Они осторожно спросили, должна ли я быть наедине с небом, и я торжественно сказала им, что это не проблема.

- В одиночестве, - признала я. Жрецы-воины смотрели на меня довольно свирепо. По-видимому, Ренесс несла в себе немного веса, и им было сказано в недвусмысленных выражениях организовать ванну для меня.

- Однако, мой военачальник давал мне теплую воду, - сладко добавила Я.

Ами подавила легкую улыбку, когда мои оскорбленные охранники вышли.

- Мы будем охранять вверх и вниз по течению, чтобы вас не потревожили.- Ами предложила корзину, полную сухих тряпок, а сверху чистую тунику и брюки.

Я бросила сумку на берег и с большим удовольствием взяла их. Было холодно, но это была ванна, и мне не терпелось вымыть голову.

Ами кивнула мне.

- Позвони, если я вам понадоблюсь.

Я подождала, пока полог палатки закрылся, затем разделась. Солнце стояло высоко, почти в зените, так что это поможет мне согреться, когда я буду сохнуть.

Я даже постирала нижнее белье. Обнаженная, я села на травянистый берег и достала свой драгоценный кусок ванильного мыла. Осталось еще немного ванильного масла. Я приберегла это для своих волос. Я захихикала от восторга. Ванна. Наконец-то!

Я расставила все, до чего могла дотянуться, а затем скользнула в воду, задыхаясь от холода.

Дно под моими пальцами было песчаным, без палок и камней. Я наклонилась и добавила немного песка в свои руки, пока для пены. Я был полна решимости стать как можно более чистой. Добавляла немного песка, когда я намыливала мылом каждый дюйм своей кожи.

Вскоре вода стала теплой, а воздух прохладным. Я вошла в более глубокую воду, задержав дыхание, чтобы полностью погрузиться в нее, и принялась за волосы. Потребуется время, чтобы высохнуть, но это того стоит. Это было так приятно-тереть голову.

Наконец, дважды намылившись и ополоснувшись, я выпрямилась. Мои волосы отяжелели от воды, и я выжала их изо всех сил. Закрутив их в длинную косу, я перекинула ее через плечо и двинулась к берегу. Я бы высушила их и расчесала, как это было возможно сделать.

Кто-то схватил меня за лодыжку.

Я подпрыгнула, пискнула и уронила мыло.

Кир поднялся из глубины, мокрый и великолепный. Я изумленно разинула рот, упиваясь его лицом.

- Лара, - прошептал он, протягивая ко мне руку. - Нам нужно ...

Я прыгнула в его объятия, потянулась, чтобы притянуть его голову ниже, и завладела его губами своими.

Кир застонал мне в рот, и его руки поднялись, чтобы окутать меня своей силой. Я целовала его снова и снова, страстно желая его прикосновений, его вкуса, его горячего дыхания на моей холодной коже.

Кир прервал поцелуй, хватая ртом воздух.

- Нам надо поговорить.

Я снова завладела его ртом и подняла ногу, чтобы потереться о его бедро, пытаясь приблизить его. Его рука двинулась вниз, его рука под моими ягодицами, а затем обе руки, поддерживая меня, поднимая меня.

Я изо всех сил цеплялась за его плечи, отказываясь отпускать его рот. Он застонал, входя в меня, и легко двигался со мной, его руки и плечи изгибались под моими пальцами.

Я прервала поцелуй и обняла его, приникая с нежными требованиями к его уху, позволяя пальцам играть с его влажными волосами.

Это было так давно.

Мы оба вздрогнули от облегчения одновременно, крепко держась друг за друга, боясь издать звук. Воздух был холодным, но внутри не было ничего, кроме жара. Я слушала, как Кир пытается отдышаться, когда я гладила его влажные плечи.

- Небеса благоволят смелым, - тихо прошептала я.

Он откинул голову, улыбнулся мне и снова поцеловал.

- Я должен был увидеть тебя. Знать, что у тебя все хорошо. Сладкая—

Я снова поцеловала его, отчаянно желая большего. Часть меня дрожала от того риска, на который он шел, от мысли, что нас могут поймать.

Остальная часть меня дрожала по другим причинам.

Кир поднял меня немного выше и отнес на берег, где лежала моя одежда. Он положил меня на траву и встал передо мной, нежно поглаживая мою щеку.

- У нас мало времени, Лара. Мы…

Я положила руку ему на шею и откинулась назад, заставляя его накрыть мое тело своим. Он снова застонал, звук был наполнен тоской, желанием и потребностью. Моя душа запела, услышав это.

Он навалился на меня, тяжело дыша.

- Лара.

Я посмотрела в эти чудесные голубые глаза.

- Возьми меня, мой военачальник.

Этого было достаточно, чтобы освободить моего Кота. Он тихо зарычал и двинулся между моих ног, и весь мир взорвался. Я была прижата к траве и отвечала на каждый толчок ответным движением.

Я обняла его и уткнулась лицом в его шею, приглушая свои крики влажной кожей его шеи. И как только я почувствовала, что мое тело достигло высот, я укусила его за шею, играя с тонкой кожей своими зубами. Он выгнул спину и глубоко вжался в меня, содрогаясь в моих руках.

- Ксилара?- Голос Ами прорезал мое оцепенение.

Кир потянул меня вверх и вперед, и мы вместе упали в воду, холод шокировал меня осознанием опасности. Я выскочила из глубины и увидела Ами, стоящую на берегу с обнаженным кинжалом. Мои руки дернулись к груди.

- Ами.

- Мне показалось, я что-то слышала.- Она внимательно осмотрела местность.

- Я уронила мыло.- Я повернулась к ней спиной. -Теперь, если вы не возражаешь .

Я оглянулась через плечо и убедилась, что она вышла из палатки. Я наклонилась, вглядываясь в окружавшую меня воду.

Но Кира уже не было.

Часть 13

Мы должны были поговорить.

Нам действительно надо было поговорить.

После того, как я вытерлась и оделась, я, шатаясь, вернулась в свою палатку и объявила о своем намерении вздремнуть. Ами предполагала, что это было из-за связано с родами, но волнение и ... .. что ж... энергия моего приключения с Киром измотала меня до костей.

Я проснулась с чувством удовлетворения, которого не чувствовала уже долгое время. Я потянулась под одеялом, а затем улыбнулась, полностью расслабившись и чувствуя себя комфортно. До тех пор, пока я не поняла, насколько глупа была.

Я лежала в постели, глядя на палатку над головой, и проклинала себя за глупость. Нам с Киром нужно было поговорить. И что же я сделала? Я бросилась в его объятия, как изголодавшаяся по любви девчонка.

До сих пор... при этом воспоминании на моих губах появилась улыбка.

Может быть, Кир найдет другой способ поговорить со мной. Я села в постели, вполне довольная собой.

- Ксилара.

- Я проснулась, Ами.- Я провела пальцами по волосам и собрала одеяла, чтобы прижать их к груди. –Уже полдень?

Ами всунула голову, слегка нахмурившись.

- Уже полдень, Ксилара.

- О- Я широко улыбнулась ей. - Наверное, я устала больше, чем думала.

Она с сомнением посмотрела на меня.

Я продолжила, не позволяя ее неодобрению испортить мое хорошее настроение.

- Немного каваджа, пожалуйста? Я могу пообедать позже?

- Главнокомандующий Лиам из племени Оленей попросил за тобой поухаживать за ужином, - напомнила мне Ами уходя.

Я выдохнула от разочарования и потянулась за одеждой. Одеваясь, я повысила голос:

- Это еще один, такой же как Ульт? Если так, то я могу сэкономить нам время и силы и сказать " нет " сейчас.

Ами вернулась с подносом.

- У военачальника Лиама очень хорошая репутация, Ксилара.- Она поставила поднос на кровать.

Я потянулась за выпивкой.

- Мне это все не нравится, Ами. Совет слышит истины, а мне не позволено быть там или знать, что говорится. Это неправильно.

Она помолчала, а потом заговорила:

- Ты из Кси. Это вопрос равнин, чтобы решить, станете ли вы одним из нас, со статусом Военного Трофея. Эти обсуждения, которые проводит Совет, являются открытыми и свободными, и ваше присутствие там может повлиять на истины тех, кто говорит.- Она слегка пожала плечами. - Может быть, вы против говорящих имеете какие-то истины.

- Я знаю, что означает символ.”

- Даже те из равнин иногда имеют истины против говорящего, даже после того, как символ возвращен”, - упрекнула меня Ами. - Мы не все совершенны, Ксилара.

Я печально кивнула.

- Ами, как там Иаса? Могу я ее увидеть?

Лицо Ами просияло.

- Она очень хорошо справляется. Реднесс внимательно наблюдает за ней и обещала вызвать тебя, если понадобится.- Она выпрямилась и положила руку на рукоять кинжала. - Благодарю тебя, Ксилара, за жизнь моего друга. Мы с Иасой выросли вместе, и она мне дорога. Я у тебя в долгу.

Я подавила улыбку. Это был не ребенок, и она была очень серьезна.

- Нет.- Я покачал головой. – Никаких долгов. Я поклялась исцелять всех, что приходят ко мне, Ами. Спасибо, что позволила мне помочь ей.

Ами наклонила голову и оставила меня наедине с моим каваджем.

- ----------------------------------

- Добро пожаловать в мою палатку, Ксилара, дочь Кси. Я-Лиам из племени Оленей. Могу я предложить вам кавадж?

Я шагнула дальше в его палатку, на мгновение давая глазам привыкнуть, прежде чем заговорить. Палатка была согрета двумя жаровнями, их угли мягко светились в темноте.

- Мне кажется справедливым предупредить вас, что Кир из клана Кошки - мой избранный военачальник. Вы зря тратите время, ухаживая за мной.

Из тени донесся тихий смешок.

- Что ж, это вполне справедливо. Я должен сказать вам, что у меня нет никакого реального интереса в ухаживании за вами.

Из темноты вышел высокий мужчина с длинными светлыми волосами, серебряными вперемешку с золотыми. У него были карие глаза и теплая улыбка. Но еще больше меня успокоил пирсинг в его левом ухе. Лиам из клана Оленя был связан узами. Я вздохнула с облегчением, когда он продолжил говорить.

- Но меня интересует Кир, его люди и его идеи. Если мы поговорим, вы и я, и обменяемся истинами, как это может быть пустой тратой времени?- Лиам указал на платформу, полную подушек, очень похожую на ту, что я видела в палатке Симуса. - Давайте поедим и поговорим с комфортом.

Я села на одну из самых толстых подушек, а Лиам откинулся на другие. Он хлопнул в ладоши, и вошли воины с каваджем и чашами гурта.

- Нам посчастливилось поохотиться на Эхата на пути к Сердцу, - сказал Лиам. - Ах, не четыре, как я слышал у Кира, но достаточно, чтобы я мог предложить вам жаркое для нашей трапезы.

Он откинулся назад со своей кружкой.

- Не могли бы вы рассказать мне об этой охоте?

К счастью, я рассказала ему все в подробностях что увидела. Он хмыкнул, когда я сказала, что Ифтен пропустил бросок, но больше ничего не сказала. Когда я упомянула о поцелуе с Киром, хотя от него пахло мускусом, Лиам рассмеялся.

- Действительно, крепкая связь, Ксилара.

- Пожалуйста, зовите меня Лара, - попросила я. - Ксилара-мое официальное имя, но я предпочитаю "Лара".

- Вы оказываете мне честь.- Лиам опустил свой кавадж. - Это правда, Лара, что вы можешь воскрешать мертвых?

- Нет. - Я закачала головой и сердито посмотрела на него. -Это из-за того, что случилось с ребенком?

- Ветер принес, что ты вернула ребенка из снегов, - объяснил Лиам. - Что ты сделала это, потому что ребенок был ксианцем, в то время как все остальные мертвецы были с равнин.

Кавадж в моем животе мгновенно стал кислым. Я сидела в ужасе и смотрела на него.

- Я не хотел обидеть вас, Лара. Но вы должны знать, что так говорят.

— Я бы никогда ... - мой голос дрогнул, когда я задохнулась от своих слов. - Если бы у меня была сила, Лиам, я бы а ее на благо обоих наших народов. Клятвы, которые я принесла, как целитель, требуют этого. Но я этого не делаю, -

Мой голос дрогнул от самой идеи.

- Я не могу воскрешать мертвых.

Лиам пристально посмотрел на меня.

- А ребенок?

- То, что ребенок ожил, было благословением богини или стихий.- Я поставила кружку и провела пальцами по волосам. – Тогда я устала, мы все устали, Лиам. Я даже не уверена, что ребенок действительно перестал дышать.-

Я пожал плечами.

- Но я не претендую на такую власть.

- -Я верю тебе, Лара. - Лиам кивнул. - Значит, среди вашего народа исцеление дается бесплатно? Любому?

Благодарная за смену темы, я начала объяснять наши пути. Лиам внимательно слушал, задавая разнообразные вопросы, но у него явно были проблемы с пониманием некоторых концепций ксианцев. Деньги - одна из них.

- А какова будет цель?- спросил он. - Я не могу съесть твою "монету", не могу носить ее или использовать для охоты. Так зачем мне брать "монеты" в обмен на что-нибудь? Гораздо лучше торговать и обменивать, чем "платить".

Я попыталась поспорить, когда снаружи раздался кашель.

- А, мясо готово.- Лиам выпрямился на подушке.- И от всех этих разговоров у меня заурчало в животе.

Я засмеялась, когда воины приблизились с мясом и лепешками. Там тоже были зерна, но я узнала среди них маленькие красные хлопья и осторожно откусила кусочек.

Мы разговаривали за едой, и я поняла, что мне это нравится. Лиам видел, как воины играют в шахматы, и начал засыпать меня вопросами о правилах. Поскольку тарелки были убраны, ничто не удовлетворило бы его, кроме того, что мы сыграем в игру.

- Я знаю, что твоя память не похожа на нашу, - с жаром сказал он, вытаскивая из-под платформы деревянный ящик. - Вот я и выменял это.

Он с размаху вытащил первый кусочек и вложил мне в руку. Я изучала его, пока он раскладывал остальное на доске. Резьба была удивительной. Это был свирепый воин равнин на скачущем коне, готовый метнуть копье в своего противника. Но это было простое дерево, без каких-либо цветовых различий.

Затем я взглянула на доску и поняла, что это не будет проблемой, чтобы отделить фигуры друг от друга. С одной стороны были Огненные, явно худые и свирепые воины обоих полов, вооруженные до зубов. Все остальные были круглолицыми горожанами, без доспехов, без оружия, съежившимися от страха перед нападавшими. Даже замки почему-то выглядели испуганными.

Я выгнула бровь, глядя на Лиама, и у него хватило такта выглядеть смущенным.

- Набор хорошо вырезан, - сказал он как бы извиняясь.

Я усмехнулась.

- Ну что ж, посмотрим, как ты справишься со мной, военачальник.

Первая игра прошла быстро, со мной в качестве победителя. К счастью, Лиам еще не изучил все стратегии. Я поставила ему мат, а затем откинулась назад со своим новым каваджем, пока он изучал доску, пытаясь найти свою ошибку.

Воин, служивший нам, вошел с тарелкой маленьких булочек.

- Это что, хлебные пирожки?- Спросила я, потянувшись за одним из них.

- Так и есть, Трофей. - Воин быстро улыбнулся мне, ставя тарелку рядом со мной.

- Ты должен был ходить Эхатом раньше, - мягко упрекнул он Лиама. - Тогда она не смогла бы использовать своего конного воина.

- Уходи, - проворчал Лиам.

Я откусила булочку, и во рту у меня разлился знакомый взрыв специй. Пряный, но сладкий. Этот вкус вернул меня к тому моменту, когда я впервые увидела танец с узором, когда Маркус так гордился своим угощением.

- Вкусно!

Лиам поднял глаза и потянулся за одной из них.

- Это одно из моих любимых блюд.

Воин улыбнулся мне.

- Меня учил готовить их мастер.

Лицо Лиама застыло, когда воин поклонился и ушел.

- Он прав, знаешь ли.- Я кивнула в сторону доски. - Ты должен был передвинуть своего Эхата, чтобы заблокировать меня.

Странное выражение на лице Лиама осталось.

Он поднял Эхата и провел большим пальцем по детальной резьбе. Он казался каким-то рассеянным.

- Еще одну игру?- Я протянула руку, чтобы расставить фигуры по местам.

Лиам не поднял глаз. Вместо этого он продолжал смотреть на Эхата и откашлялся.

- Лара? Как поживает Маркус?

Его тон был небрежным, как будто это действительно не имело значения, но что-то заставило меня остановиться.

- Ты знаешь Маркуса?

Он поднял голову, и его карие глаза наполнились болью. Я глубоко вздохнула, когда он отвернулся, и я могла ясно видеть пирсинг связи, проволоку, идущую вдоль внешней стороны уха, бусины и маленькие безделушки, сплетенные вместе.

Я ошеломленно поставила кружку на стол.

Айсдра кивнула и глубоко вздохнула. - Лора, Маркус был связан узами.

- Неужели?- Я резко повернула голову, чтобы увидеть Маркуса позади нас. Его подбородок был опущен на грудь, и он, казалось, спал в седле, когда его лошадь шла вперед. — Но его ухо ... –

Я остановилась. Его левое ухо было сожжено в результате несчастного случая, от которого остался ему шрам.

Айсдира снова кивнула.

- Да, его ухо сгорело, как и плоть на его теле. Я не знаю подробностей, Лара.

- О, Богиня. Ее убили, Айсдра?

Айсдра покачала головой.

- Я больше ничего не скажу, Лара. Из-за недостатка знаний и из вежливости.

- Богиня, - выдохнула я. - Вы связаны узами с Маркусом.

Лиам кивнул головой, но не посмотрел на меня.

Мне пришлось напомнить себе, что нужно дышать. И снова дыши. Маркус был связан узами. Маркус был связан с …

Мой мир, казалось, изменился вокруг меня, как будто все мои предположения о мире были неправильными. Я снова вздохнула и вспомнила, что нужно говорить. Мой голос звучал так, словно доносился издалека.

- Он здоров, когда я видела его в последний раз, когда просила его быть моим сопровождающим.

- Ты это сделала?- Лиам улыбнулся. –Жалко я этого не слышал. Держу пари, что это вызвало фурор.

- Так оно и было.- Я вдруг нахмурилась. - И поэтому вы его отвергли? Из-за его—

Комната мгновенно стала ледяной, и эти карие глаза пронзили меня насквозь. Это был военачальник равнин, сидевший передо мной, и он был по-настоящему зол.

- Будь ты из равнин, я бы убил тебя за это оскорбление.

Я прикусила губу, но не отвела взгляд.

- Тогда почему?

- По выбору Маркуса, - отрезал он, швырнув Эхата на пол и поднявшись на ноги. Он начал расхаживать взад и вперед перед платформой, очень сердитый военачальник равнин. Но я не чувствовал страха.

Его гнев был направлен на себя.

- Этот никчемный труп не связан с тобой узами, - прорычал Лиам. - Именно это и сказал мне упрямый, глупый человек.-

Он размахивал руками, указывая чему-то или кому-то в воздухе.

- Я умолял его вернуться ко мне, пока он не пригрозил уйти в снега, независимо от его клятвы Киру.

Лиам остановился и потер лицо руками.

- С тех пор, как я его видел прошло две компании.

У меня перехватило дыхание. - Два года?

Лиам прерывисто вздохнул.

- Он служит Киру. И никогда не доходит до Сердца.- На моем лице отразилась моя мысль, и Лиам мгновенно уловил ее.- Он здесь, не так ли?

Я кивнула, поднимая бедную оскорбленную фигурку Эхата.

- Я видел его.

- Ты знаешь, как это тяжело для него? - Лиам покачал головой и скрестил руки на груди. - Его преданность Киру абсолютна.-

Он внимательно посмотрел на меня.

- И тебе тоже, кажется.

Внезапно слова Кикаи, сказанные Маркусу, когда она увидела его, обрели смысл.

- Он беспокоился о вас. Когда Кикаи приехала, она сказала ему, что вы не пострадали во время кампании.

Лиам обмяк.

- Но он не спрашивал, не так ли?

Я вздохнула, глядя на вырезанного Эхата.

- Нет.

- Когда Кир привел ко мне Маркуса, а Маркус достаточно оправился, чтобы говорить, первое, что он сделал, это позвал меня в свою палатку и объявил, что связь распалась в огне вместе с его ухом.- Лиам с трудом подбирал слова.

- Он оттолкнул тебя из-за своих шрамов, не так ли?- Тихо спросила я. Я положила Эхата на доску. - - Это бы повлияло на твой статус, не так ли?

- Ну и что с того?- закричал Лиам. - Ты знаешь, как пусты эти дни? Как пусты мои руки по ночам?

Он снова повернулся и зашагал по комнате, чтобы не видеть, как я покраснела. Это было то, к чему я не был готова. Мои народ не. . . такие вещи не одобрялись.

И одно дело знать, что у Огнеземельцев были такие отношения. Я знала это. Конечно, Оса ясно дала понять.

Но теперь это был кто-то, кого я знала, кто-то, о ком я заботилась. Я с трудом сглотнула. Маркус, который защищал меня своими клинками и заботился обо мне, когда я была смертельно больна.

Маркус, которого я считала своим другом, был связан с мужчиной.

Я с трудом сглотнула.

Лиам все еще ходил, и я видела, как его руки сжимались в кулаки. Я не могла отрицать тоску в его голосе. Я слышала это сама, когда говорила о Кире.

- Я не сдамся, - поклялся Лиам. - Однажды я найду путь через равнины, которые он поставил между нами. Я верну его, будет рядом со мной, клянусь…

- Военноначальник.

Мы с Лиамом оба подскочили и обернулись, чтобы увидеть, как его воин откинул полог в сторону. Лиам нахмурился.

- Да, Риш, в чем дело?

- Сообщение от Совета.

Наконец-то!

Наконец-то я увижу Совет. Я возилась со своими волосами, пытаясь подстроиться под шаг Лиама. Вытирая воображаемые крошки с туники, я на мгновение перестала нервничать.

Чего я действительно хотела, так это переодеться, надеть то красное платье, вооружиться против врага. По крайней мере, у меня была сумка. Я поправила ее на бедре, затянув ремень между грудей.

Нам сказали, что вызов был срочным, и Лиам предложил сопровождать меня вместе с Ами и моими воинами-жрецами. Я с благодарностью согласилась, хотя не могла не задаться вопросом, не хочет ли он попытаться взглянуть на Маркуса.

Появился шатер Совета, выглядевший еще больше и внушительнее. Я побежала, чтобы не отставать от Лиама. Мы вошли в палатку и обнаружили, что внутренняя площадь заполнена людьми. Лиам направился к главной площадке между ямами с огнем, и я последовала за ним. Он остановился, и я встала рядом с ним.

Слева я увидела Ифтена и Дикого Ветра, стоящими рядом с воином-жрецом, Собирающим Бурю. Их лица были неприветливы, и я отвернулась, благодарная, что Лиам и Ами шли со мной от костра.

Старший Старейшина был впереди нас, стоя на наверху, ярусы позади него были заполнены старейшинами. Я оглянулся вокруг, и внезапно знакомые лица наполнили мое зрение. Атира, с широкой улыбкой, и Хит позади нее. Жоден, его лицо все еще было наполнено болью. Я улыбнулся ему, а затем позади него…

Кир.

Радость пронзила все мое тело, и я не раздумывая побежала к нему.

- Кир!

Один из воинов-жрецов схватил меня за руку и рывком остановил. Моя сумка сдвинулась, и я потеряла равновесие, немного споткнувшись, когда один из охранников подхватил меня под руку.

- Убери от нее свои руки!- Крикнул Кир, и вокруг меня что-то зашевелилось, но я все еще пыталась встать на ноги.

- Задержать.- Прогремел голос Ессе. – Задержать.

Все вокруг нас остановились, и мне удалось поднять глаза, чтобы найти разъяренного Кира, удерживаемого Симусом и Лиамом. Я посмотрела ему в глаза и улыбнулась, пытаясь успокоить его.

- Отпустите ее, - приказал Есса, и мои охранники повиновались. - Ксилара, дочь Кси, ты ранена?

- Нет, - ответила я, поправляя сумку на бедре.

- Не должно быть никакого контактов с Киром из клана Кошки, - упрекнул меня Есса.

- Как будто объятие могут причинить боль. Или слова приветствия, - сказала Кикаи, проходя мимо, направляясь к своему месту. - Глупость, если хочешь знать мое мнение.

- Тогда хорошо, что тебя не спросили. - Появился Дикий Ветер, чтобы занять свое место рядом с Ессой. - И все же обращение с дочерью Кси было слишком грубым. Это больше не повторится.-

Он махнул рукой, и мои охранники растаяли.

- Лара, ты в порядке?- Спросил Кир, все еще кипя от злости.

- Я в порядке.

- Как будто тебе действительно не все равно! - Антас встал и подошел к Киру. - Ты, который развлекался с другим, даже когда твой так называемый Военный Трофей пытается претендовать на тебя.

Развлекался? Значит ли это то, о чем я думаю? Я покраснела, а потом похолодела при мысли, что Кир ходил к другой женщине. —

- Опусти свой капюшон и покажи всем, насколько ты верен тому, с кем связываешься.- Антас указал на Кира. - Сделай это сейчас, воин.

В палатке воцарилась абсолютная тишина, когда Кир посмотрел на Антаса. Но потом выражение его лица слегка изменилось, и глаза прищурились в безмолвном веселье. Кир поднял руки и опустил капюшон, обнажив небольшой багровый синяк на шее. Засос.

О Богиня небесная. Я покраснела, жар залил мое лицо. Мой любовный укус.

Кир выгнул бровь, когда Старейшины отреагировали на это зрелище.

Однако у Антаса изо рта чуть не пошла пена.

- Вот видишь? Видишь? Он нарушил слово ксианка еще до того, как оно—

Мне потребовалось все, чтобы произнести эти слова вслух перед всем Советом старейшин.

- Я это сделала.

- А?- Антас повернулся ко мне лицом.

Я глубоко вздохнула и повысила голос.

- Это мой след на шее.

Все отреагировали на это, мой румянец стал ярче, если это было возможно. Затем я совершила ошибку, посмотрев на Кира, и мне пришлось прикрыть рот рукой, чтобы не рассмеяться. Он выглядел таким самодовольным.

У Симуса не было такого недостатка. Он взорвался от смеха. Антас нахмурился, как и Ессе с Диким Ветром.

- Как же так?- Рявкнул Антас. - Тебя держали отдельно от него.

- Ее купание - Ами заговорила. - Это должно быть случилось во время ее купания.

Я оглянулась через плечо и увидела, что она тоже не слишком счастлива. Я снова повернулась к Старейшинам.

- Это было во время купания, - призналась я. - Ко мне пробрался Кир.

Все как один, Старейшины повернулись, чтобы впиться взглядом в Кира.

Кир пожал плечами.

Симус рассмеялся и хлопнул его по спине.

- Небеса благоволят смелым.

Антас замолчал, когда по комнате снова прокатилась волна смеха.

- Итак, вы говорили с Киром, несмотря на наши правила, несмотря на наши.

- Мы не тратили время на разговоры, - огрызнулась я в ответ, свирепо глядя на него. Потом я поняла, что объявила, и покраснела до ушей.

Хейла! - закричал Симус. - Поистине, притяжение между военачальником и военным Трофеем- это как жар лета!

Жоден резко поднял голову, и это движение привлекло мое внимание. Он удивленно посмотрел на Симуса, а затем посмотрел на меня, как будто увидел меня в первый раз.

Старейшины разговаривали между собой. Я увидела Кикаи на ярусе, и она бросила на меня яркий взгляд. Я снова посмотрела на Кира, и он одарил меня теплой улыбкой, полной уверенности. Я немного покраснела под его одобрением и улыбнулась в ответ, довольная.

Есса шагнул вперед.

- Дочь Кси. Вы говорите правду, когда говорите, что не говорили с Киром из клана Кошки?

- Да. Мы...- Я не сводила с него глаз, борясь с желанием посмотреть вниз. - Мы говорили только нашими телами, старший певец.

- Что она знает о истине?- Прорычал Антас. - Она солжет в любое время, когда посчитает нужным.

- Нет!- Горячо ответила я, шагнув вперед, чтобы встретиться лицом к лицу со старшим воином.

- Ты солгала Атире из клана Медведя - Антас сложил свои массивные руки на груди и усмехнулся мне.

- Как? - потребовала я.

— Атира из ... - проревел Антас, но Есса перебил его.

- Прежде чем ты начнешь вопить, требуя истины, мы призовем этот сенель к порядку - Есса повернулся лицом к старейшинам, которые начали успокаиваться. Он обернулся и жестом указал на кого-то позади меня. Появилась Ами со складным табуретом, который она поставила для меня между ямами костров.

Я поправила сумку и села. Ами осталась у меня за плечом, стоя прямо позади меня. Эсса стоял перед всеми, наблюдая, когда все успокоятся. Насколько я могла видеть, ярусы были полны, почти переполнены. Те, что стояли по краям, явно были воинами высокого роста.

Кир занял свое место как можно ближе ко мне, по другую сторону костра. Рядом с ним стояли Лиам и Симус, а за ними-другие знакомые лица. Я глубоко вздохнула, попыталась расслабить плечи и повернулась лицом к старейшинам.

- Я призываю этот сенель к порядку, - объявил Есса сильным голосом. Все мгновенно притихли. Есса повернулся ко мне. - Дочь Кси, добро пожаловать в нашу палатку. Можем ли мы предложить тебе кавадж?

- Нет, спасибо – ответила я

- Дочь Кси, теперь мы услышали истину от тех, кого призвали до тебя, всех, кроме Жодена из клана Ястреба. Мы задержали его Истину, потому что Ифтен из племени Кабана и старший воин Антас, также из племени Кабана, просили, чтобы его словам придали вес певца, хотя Жоден еще не может претендовать на этот статус.

Значит, Антас тоже был из племени Кабана. Меня это не удивило.

Есса сложил руки на груди.

- Мы не пускали тебя на эти собрания, потому что ты не из равнин. Но сейчас, должно быть принято решение, и мы решили, что ты должна быть услышана по этому вопросу.

- Во-первых, она должна доказать, что знает истину!- Антас вскочил на ноги. - Я говорю, что она солгала воину равнин.

- Я отрицаю это, - спокойно ответила я, чувствуя, как мое сердце бьется в груди.

- Атира из племени Медведя, - позвал Антас. Атира шагнула вперед и встала перед ними, хорошо двигаясь. Она скрестила руки на груди и посмотрела на Антаса так, словно хотела убить его самым острым оружием, какое только смогла найти.

- Расскажи нам еще раз, как ксианка солгала тебе, - потребовал Антас.

- Ты единственный, кто называет это "Ложью", старший воин.- Слова Атиры были вежливы, но в ее голосе звучало презрение. - Я говорю, что Трофей спасла мне ногу и жизнь.

- Рассказывай!- прогремел Антас.

Атира нахмурилась, затем повернулась ко мне. Она ответила мне полным кивком.

- Трофей.

- Атира- Я приветствовала ее улыбкой. - Как твоя нога?

Есса откашлялся.

Атира подмигнула мне, но повернулась к нему лицом. Мне было приятно видеть ее такой высокой и гордой, ее светлые волосы блестели в свете огня.

- Как я говорила свою истину раньше, так и теперь я говорю правду снова. Я практиковалась на седле бегущей лошади в положении стоя, когда упала и сломала ногу ...- Атира пересказала историю своего падения, и как я настояла, чтобы она позволила мне исцелить ее ногу. Я была поражена деталями, которые она могла вспомнить, вплоть до слов, которые я произнесла.

- ... она протянула мне кусок ивовой коры, чтобы я зажала его в зубах. - Хорошо, Атира. Десять глубоких вдохов, и мы начинаем.- Атира покачала головой. - Я закрыла глаза и глубоко вздохнула. Потом еще один. Затем, когда я сделала третий вдох, она схватила меня за лодыжку, и мой мир взорвался болью.

- Таким образом, я доказал, - удовлетворенно сказал Антас. - Она солгала.

По толпе прокатился ропот.

Часть 14

Со стороны Кира послышалась вспышка гнева, но я просто уставилась на Антаса, застигнутая врасплох.

- Ты не можешь быть настолько глуп.

Настала очередь Антаса таращиться на меня. Я повысила голос, говоря достаточно громко, чтобы быть услышанной всеми.

- Это не ложь. Это навык. Трюк , как в торговле. Если вы ждете до десятого вдоха, пациент напрягается, и мышцы борются против целителя. - Я скрестила руки на груди. - Разве это ложь - прятаться в засаде за животным во время охоты?

Антас нахмурился.

- Воин-это не животное, чтобы быть—

- Достаточно - Дикий Ветер встал – Снега приходят. Не тратьте время на это. Ксианка знает, что такое истина.

- Согласны? - Ессе повернулся к старейшинам. Они все сидели, и никто не двигался. Но Есса обернулся, как будто вопрос уже решен. Он посмотрел на Антаса. Антас сверкнул глазами, но снова сел. Ессе тогда обратил свое внимание на меня.

- Тогда мы продолжим. Дочь Кси, Жоден из племени Ястреба был в обучении, чтобы стать певцом равнин. Ты это знаешь?

- Да

- Все хорошо слышат слова и истины певца равнин. Они держат наши пути и наши знания. Ты понимаешь?

- Да, Старший Певец.

- Теперь есть те, кто хотел бы, чтобы Жоден из племени Ястреба стал певцом сейчас, без обычных конкурсов, церемоний и торжеств.

Конкурсы? Я посмотрела на Жодена, но он изучал пол. Есса продолжил.

- Так было сделано в прошлом, но в тяжелых обстоятельствах- Он посмотрел на Жодена.- Есть те, кто выступает против этого, потому что Жоден из племени Ястреба не придерживался наших путей.

- Из-за Симуса?- Я посмотрела туда, где Симус стоял рядом с Киром, высокий, гордый и здоровый. - Но если бы Жоден не остановил его руку…

Есса поднял бровь, услышав мое вмешательство, но кивнул в знак согласия.

- Да. Из-за того, что он не смог предоставить Симусу из племени Ястреба милосердия .

- За что я глубоко благодарен, - вставил Симус с широкой улыбкой на лице. Среди старейшин возникло оживленное веселье.

- Без сомнения, - сухо ответил Есса, но на его губах появился намек на улыбку. - Если позволите, я продолжу?

Симус усмехнулся и наклонил голову, как бы давая разрешение.

Есса бросил на него выразительный взгляд и снова повернулся ко мне.

- Но только ученики в певцы могут это допустить, а певцы-нет. Я посоветовался со своими братьями, и мы не будем торопиться, чтобы Жоден из клана Ястреба оказался в наших рядах. На этом все и заканчивается, ибо это не входит в компетенцию Совета старейшин.

- Я не понимаю, старший певец.- Я немного поерзала на стуле. - Если вы не позволите ему стать певцом, о чем же тогда говорить?

- Вес, который будет дан Его истине.- Ессе ответил прямо. - Жоден из клана Ястреба пользуется большим уважением. Он был свидетелем многих этих событий. Антас утверждает, что его слова должны иметь вес певца, даже если он еще не имеет такого статуса.

- Совет волен определять ценность и вес Его истины.- Есса вздохнул, оглядываясь на ряды старейшин позади него. - Об этом много говорили.

Он посмотрел вперед слегка поморщившись.

- Слишком много говорили.

Его слова вызвали еще один всплеск веселья, и я рискнула и посмотрела на Кира. Его лицо ничего не говорило мне, не давало никакого намека на то, что происходит. Я облизнула губы и повернулась, чтобы посмотреть на Есса, пока он говорил.

- Итак, дочь Кси, что скажешь ты? Как мы будем относиться к истинам Жодена из клана Ястреба?

Я посмотрела на свои руки, крепко сжатые на коленях, и обдумывала его вопрос. В палатке стало тихо, слышно было только потрескивание костра.

- Можно мне немного каваджа?

- Конечно.- Эссе голос был полон веселья. - И минутку, чтобы собраться с мыслями, если хотите. Но кавадж был бы желанным гостем для всех, я думаю.

Я опустила глаза и задумалась. Я слышала, как двигаются люди, и грохот наполняемых кружек.

Ами молча протянула мне кружку. Я взяла его, прошептав спасибо, но она ничего не сказала. Он был горячим и черным, как мне и нравилось.

Комната снова успокоилась. Я поставила свою кружку на пол и встала, прежде чем заговорить, подняв глаза к ярусам, пытаясь выглядеть уверенной.

- Жоден из клана Ястреба был первым, кто назвал меня "Трофей" после того, как Кир из клана Кошки забрал меня из Кси. Он был первым, кто помог мне понять, что на самом деле означает "Трофей". Я взглянула на серьезное лицо Жодена, но его темные глаза ничего не выражали. Он также был первым, кто пришел ко мне и объяснил свое несогласие с Киром и моими обычаями.

Я снова сосредоточилась на Ессе.

- Я видела, что происходит с землей, когда ее вождь окружает себя людьми, которые говорят только истину, которую он хочет услышать.

Я многозначительно посмотрела на Ифтена, стоящего напротив Кира по другую сторону костровых ям.

- Я видела, какие проблемы это создает, когда другое мнение не выражается открыто или честно.

Ифтен взвился, глядя на меня и положив руку на рукоять меча.

Я снова повернулась к старейшинам.

- Я ценю Жодена как друга и воина. Его истины заслуживают самой высокой оценки.

- Даже если его истины будет высказана против тебя?- проговорил Дикий ветер.

- Несмотря на это.

Это вызвало настоящий переполох. Я не могла устоять, и не взглянуть на Жодена. Он серьезно смотрел на меня. Я наклонила голову, и после короткого колебания он сделал то же самое по отношению ко мне.

- Кир из клана Кошки сказал почти то же самое, - прокомментировал Эсса, снова привлекая мое внимание к нему. - Спасибо, дочь Кси.

Я села.

- ИТак. - Есса повернулся, обращаясь к рядам старейшин. - Достаточно уже сказано. Мы придаем истинам Жодена из клана Ястреба вес певца.

Несколько старейшин встали, но большинство остались сидеть на своих стульях. Так они обозначили свою позицию?

- Очень хорошо. - Ессе немного потянулся, сгибая спину.- Все решение принято, оно запаздывает. Мы занимаемся этим с самого рассвета. Давайте встретимся снова утром, чтобы услышать правду Жодена из клана Ястреба.

- Нет, - потребовал Антас, вскакивая на ноги. -Давайте сделаем это здесь и сейчас. Снега идут, Ессе.

- Я это хорошо знаю, Антас, - отрезал Есса. Он пристально посмотрел на него, затем повернулся к Жодену. - Жоден из клана Ястреба. Что скажешь ты?

Жоден покачал головой.

- Старший певец, Я бы попросил ночь, чтобы подумать над моими словами. Бремя этого тяжело, и я бы хотел, чтобы—

- НЕТ.- Раздался крик Ифтена, который шагнул вперед, указывая на Кира.-Не допускайте этого! Жоден будет под влиянием Кира и Симуса—

- По какому праву ты бросаешь вызов, Ифтен из клана Медведей?- Есса вытащил кинжал, наступая на Ифтена. - Ты, который не имеет никакого статуса в этом совете?

Лицо Ифтена стало странной смесью гнева и огорчения. Он взглянул на Антаса, как бы ища поддержки, но даже Антас обиделся. Когда Есса приблизился, то Ифтен опустился на одно колено и склонил голову. - Прошу прощения, старший певец.

Есса поместил кончик своего клинка на шею Ифтена. Ифтен вздрогнул, но больше не двигался. Удовлетворенный, Есса вернулся к своему стулу, убирая кинжал в ножны.

- Воин прав, - сказал Антас, когда Есса вернулся на свое место. - Жоден должен говорить сейчас.

- Согласен, - сказал Дикий ветер.

Есса обернулся:

- Что говорят Старейшины? Должен ли Жоден говорить сейчас?

Все остались сидеть.

- Очень хорошо. - Есса вернулся на свое место. - Жоден из клана Ястреба, ты призван говорить истину. Дочь Кси, пожалуйста, покинь палатку Совета.

Последнее застало меня врасплох. Я открыла рот, чтобы возразить, но тут заговорил Жоден.

- Старейшины и старейшина, я бы попросил, чтобы Ксиларе разрешили остаться. Это правильно, что она услышит мою правду.

Есса пожал плечами и кивнул. Я снова села на табурет. Жоден шагнул вперед и встал в углу костровой ямы, перед самым старшим, но не настолько далеко, чтобы заслонить мне обзор.

Внезапно я снова оказалась в тронном зале замка Водопадов, сидя рядом с Киром и наблюдая, как Жоден выходит из толпы, чтобы спеть на траурной церемонии. Тогда в его глазах был свет, что-то вроде покоя глубоко внутри. Теперь же стоял, человек, которого будут вечно преследовать события в Уэллспринге (Вечной весне), где он пел для всех мертвых.

Так много мертвых.

- Говори, Жоден из клана Ястреба, - настаивал Есса.

- Не раньше, чем я скажу свое слово, - раздался голос позади меня.

Я оглянулась через плечо и увидела, как Ренесс входит в палатку. Она вызвала переполох и знала это. Она прошла между костровыми ямами и встала рядом со мной.

- Старшая Тея. - Есса был недоволен. - Добро пожаловать на эти дискуссии. Ваше отсутствие было замечено.

- У меня есть дела поважнее, чем сидеть и кудахтать, как гурты, - ответила Ренесс. - Ты уже несколько дней этим занимаешься, а решения все нет? Тьфу.-

Она тяжело вздохнула.

- Я скажу истину и уйду.

- О Жодене Ястребе?- спросил Дикий ветер.

Краснота фыркнула.

- Нет. О Ксиларе, дочери Кси и Военном трофее.

Антас вскочил.

- Это еще не известно.

- Дурак, - выплюнула Ренесс.

Антас поспешно закрыл рот.

- Ты хочешь, чтобы перемены перестали приходить на равнины, - сказала Ренесс. - С таким же успехом можно сказать ветрам, чтобы они прекратили дуть.-

Она откинула назад волосы.

- Последние несколько дней я слушала и училась. О кровавом мхе и жаропонижающим лекарстве. О креме для суставов и игре на доске. О сказках, рассказанных недавно вернувшимися воинами, о целительной силе молодой женщины, что перед вами.

Ренесс положила руку мне на плечо.

- Нам нужны ее пути, ее знания и ее навыки. Было бы глупо игнорировать преимущества, которые она принесет людям равнин. Теи обсудили это, и я говорю за всех. Мы говорим, что она действительно Военный Трофей.

Ее заявление было встречено молчанием.

Она удовлетворенно кивнула.

- У меня еще много работы. Позовете меня, если захотите увидеть, как я сяду на табурет в ее пользу.

Затем она повернулась, но остановилась достаточно долго, чтобы прошептать.

- С Иассой все хорошо, она поправляется - С этими словами она ушла, большими шагами выходя из палатки и уносясь прочь.

Когда она вышла из палатки, послышался ропот голосов, но Есса, казалось, воспринял все это спокойно. Он дал всем время успокоиться, а затем снова повернулся к Жодену.

- Говори истину, Жоден из клана Ястреба.

Он все еще стоял у костра, и на его лице было странное выражение, как будто он увидел что-то давно скрытое. Он слегка подпрыгнул, вздрогнув, когда Есса произнес его имя, и ему потребовалось время, чтобы ответить на вызов.

- Старейшины и старейшина, я благодарю вас за честь говорить мои истины перед вами. - Жоден глубоко вздохнул и, казалось, успокоился. Его голос был глубоким и достаточно громким, чтобы его услышали все. - Когда я покинул равнины этой весной с Киром из клана Кошки, мои ноги были легкими и нетерпеливыми. Намерение Кира изменить наш мир и наши пути были известны, и я приветствовал трудности, которые это может принести. Приветствовал возможность стать свидетелем и сочинять песни о том, как это произойдет.

Его голос наполнился болью.

- Хорошо, что мы не знаем, что принесут ветры. Если бы я знал .

Его голос затих, но палатка продолжала молчать. Жоден поднял голову и посмотрел на старейшин.

- Я не буду говорить о том, что уже было сказано. О смертях, вызванных несчастьем. О гибели Эпора из клана Барсука и Айдиры из клана Лисы. О кострах, которые горели днем и ночью. О моих песнях, когда я пел провожая мертвых в снега.

Я склонила голову и закрыла глаза, чтобы не расплакаться.

- Разве мертвые поднимали клинок?- В голосе Жодена слышалось рычание, полное гнева. - Они погибли в битве и ушли в снег как воины? Нет. Они лежали в своих постелях и дрожали, ничего не понимая в своих глазах, взывая к друзьям и любимым, их разум был рассеян по ветру.

Жоден остановился и сделал еще один глубокий вдох.

- Нет, я не буду говорить об этом. Когда-нибудь я смогу спеть эту печальную песнь. Но не сегодня.

Жоден потер лицо обеими руками, чтобы собраться с мыслями. В палатке стояла тишина. Я вытерла глаза и крепко сжала руки на коленях.

Казалось, прошла целая вечность, прежде чем Жоден продолжил:

- Я готовился стать певцом. И я узнал, что истинный певец поет правду. Певец не должен поддаваться влиянию дружбы, преданности или мнению других людей. Певец должен петь истину так, как он ее видит, своими глазами. - Жоден судорожно вздохнул. - Но как певец должен противостоять давлению со стороны других, он должен также противостоять давлению изнутри. Он не должен поддаваться собственным страхам и печалям.

Есса слегка улыбнулась Жодену и заговорил.

- Это истина, которая затрагивает обе стороны. И не самое простое для понимания. Это признать.

Так и есть.- губы Жодена сжались в тонкую линию, когда он указал на Кира. - Кир дерзок, и говорят, что небеса благоволят смелым. Но я боюсь, что он заходит слишком далеко и слишком быстро. "Чума" показала мне, что объединять равнины и Сиян-это безумие.

- Не сейчас, - Жоден пристально посмотрел на меня -Как я могу говорить против женщины, которая спасла так много людей, включая Симуса? Которая отдала себя тому, что она считала унижением и оскорблением, чтобы спасти свой народ?-

Он снова повернулся к старейшинам.

- Моя правда такова. Меня разрывает собственная боль. Никогда больше я не хочу заботиться о стольких мертвых.

- Ну и что ты теперь скажешь, Жоден из клана Ястреба?- Дикий ветер давил, его голос мягко контрастировал с голосом Жодена. – Какая твоя истина?

Жоден поднял голову, чтобы еще раз посмотреть на Антаса. Оба мужчины были напряжены, словно чего-то ждали... чего

Но Жоден отвернулся от них и сосредоточился на Диком ветре.

- Я бы сказал, что это истина. Ксилара, дочь Кси, - настоящий Военный Трофей равнин.

Я в шоке выпрямилась. Я была не единственной такой. Все внутри шатра удивленно вскинули головы. Даже Кир выглядел ошеломленным, а Симус . . . Симус только улыбнулся.

Антас вскочил на ноги, положив руку на рукоять меча.

- Это твоя истина, Жоден из клана Ястреба?

Жоден спокойно посмотрел на него.

- Мы забыли наши пути, и нашей реакции на изменения, которые они приносят. Принятие путей Ксианки не имеет ничего общего с ее подтверждением, как Военного Трофея - Он повернулся к Ессе и поднял палец. – Военный трофей должен быть обнаружен в ходе сражения, на поле боя или рядом с ним. Военный трофей должен оказать помощь военачальнику или его людям.

Есса выпятил губы, обдумывая слова Жодена.

Жоден продолжил, и его голос зазвенел в палатке.

- Военный трофей должен быть привлекательным для военачальника, должен вызывать чувство желания. Притяжение между военачальником и военным призом - это как жар солнца, которое светит в разгар лета.

Я сидела, широко раскрыв глаза, и слушала то самое объяснение, которое он дал мне несколько месяцев назад.

- После, когда военачальник признает потенциальный Трофей, он должен договориться с Трофеем, заключив лучшую сделку, какую только сможет - Жодэн повернул голову и посмотрел на Кира. - Как только он это сделает, Военный трофей должен добровольно подчиниться военачальнику, перед свидетелями обоих своих народов. Затем Военный трофей показывается армии военачальника. По их возвращении на наши земли церемония подтверждения проводится перед Советом старейшин.

Жоден посмотрел на свои ноги.

- Настоящий Военный трофей приносит перемены. До сих пор я забыл, что в нашей традиции нет требования, чтобы Совет принял эти изменения.

Он оглядел на меня с огорчением.

- Ксилара - настоящий Военный трофей, и Совет должен подтвердить ее как таковую - Он глубоко вздохнул. -Я не знаю, что из этого выйдет, но я должен говорить истину. Я видел выражение ее глаз, когда она смотрит на Кира, и я знаю, что она любит его. В то время как ксианки не любят прилюдно, все же жар их желания можно почувствовать, когда они вместе.

- Даже когда их держат порознь!- Добавила Кикаи со своего табурета.

Смех вокруг нас был нервным, но это немного ослабило напряжение. Я снова покраснела и рискнула бросить взгляд на Кира, который стоял там с довольным видом.

Но когда я обернулась, Антас смотрел на меня, и его глаза были полны ненависти.

- Жоден, ты дурак”, - сказал он. -Эта женщина убьет нас всех. Она уничтожит наши равнины своими истинами! Подумайте о том, что вы говорите!

Лицо Жодена вспыхнуло яростью.

- Я говорю правду, Антас! Приведите мне один пример, один раз из всей нашей истории, где Военный трофей подтверждается на основе того, какие изменения они приносят на равнины, и я откажусь от своих слов.- Его губы скривились от отвращения. - Ты позволил слепой ненависти и страху затуманить твою истину, старейшина. Как он почти затуманил мой.

Я подняла глаза и увидела, что Кикай согласно кивнула.

- Я действую во благо равнин и нашего народа, - прорычал Антас. - Обычаи городских - это оскорбление стихии.

Старейшины на ярусах разговаривали, некоторые кивали в знак согласия, некоторые качали головами. Я почувствовала, как Ами подошла ко мне вплотную, ее туника коснулась моей. Контакт был желанным. Было приятно осознавать, что за моей спиной кто-то есть. Я быстро взглянула на Кира, но он смотрел на Антаса. Вена на его челюсти пульсировала. Даже Симус выглядел мрачным, когда осматривал ярусы.

- Ессе, - потребовал Дикий ветер, обращая все взоры на старшего певца. - То, что говорит Жоден, правда?

В палатке воцарилась тишина. Есса смотрел куда-то вдаль, поверх наших голов, явно напряженно размышляя. Через мгновение он заговорил:

- Жоден прав.- Он медленно опустился на табурет. - Я не знаю, как мы упустили это из виду.

- Какое это имеет значение?- Потребовал Антас. -Разве мы должны позволять их традициям подвергать нас страданиям и слабостям? Твои мозги унесло ветром.—

Дикий Ветер указал на меня.

- Вы видите такую опасность от того, у кого нет оружия? И эта болезнь, эта «чума», произошла, когда они все еще находились в землях Кси. Не здесь.

- Пока,- сплюнул Антас. - Но куда ни глянь, какой-нибудь воин играет в эти "шахматы", а она уже испортила Тею.

- Мне бы хотелось, чтобы ты сказал это Ренесс в лицо, - ответил Эсса. В ответ раздался короткий смешок, но напряжение никуда не делось.

Антас жестом указал на своих сторонников.

- Мы слышали правду от Ифтена и Собирающего Бурю. Мы знаем, что эта женщина представляет опасность для нашего народа. Она извращает наши истины, соблазняя молодого воина отдать свой меч, убеждая воина не следовать за ней в снегах. Я говорю—

Мой позвоночник резко выпрямился.

- Нет, она принял решение сама, и это нас всех удивило - Я покраснела, смутившись. - Я попросила Айсдру остаться, потому что мы нуждались в ней.

- Ты извратила ее, - объявил Буря. - Она пошла в снег только потому, что я послал ее туда.

Крик был оглушительный. При этом вся палатка была на ногах. Но Собирающий Бурю столкнулся с ними всеми.

- Я воин-жрец равнин. Айсдира из клана Лиса не сделала бы того, что должна была сделать. Я сделал это для нее.

Брови Дикого Ветра поднялись.

- Тем не менее, это не имело места в рассказе твоих истин, Собирающий Бурю.

Ифтен остановился рядом с ним.

- Эта все Кси отравляет все, как и ее "брат"- Собирающий Бурю сделал то, что Кир из клана Кошки должен был поощрить, нет, потребовать сделать Айсдире из клана Лисы.

- Это убийство, - воскликнула я. - Ты убил Айсдиру.

Кое-кто из старейшин поднялся со своих табуретов. Они казались рассерженными и расстроенными.

- Молчи, - прорычал Антас, вставая. – Твоим истинам здесь нет места.

- Будь осторожен, Антас, - прорычал в ответ Кир. Он сделал шаг вперед, его руки сжимались и разжимались в гневе. - Ты оскорбляешь мой Военный Трофей.

Есса встал, пытаясь вернуть себе контроль.

- Нет, Кир из клана Кошки". Вот это должен решить этот сенель. Мы слышали правду от Жодена из клана Ястреба и его слова должны иметь вес певца.—

Антас сердито посмотрел на Ессу.

- Нет.

Есса бросил на него удивленный взгляд.

- Именно по вашему настоянию истина Жодена была раскрыта.—

Антас вытащил меч.

- Этот совет дураков не примет никакого решения. Я сделаю это легко.- Он повернулся и указал на меня мечом. - Ами! Убей Ксианку!

Часть 15

- Ами! Убей Ксианку!

Эти слова звучали у меня в голове, когда я пыталась вдохнуть в свое парализованное тело.

Мы говорили об этом, Маркус, когда он обучал меня. Мы говорили о том, как от страха перехватывает дух. Как он замораживает ваши мышцы, как ваше сердце колотится, а ваш ум мчится.

Мы говорили о том, что я должна делать, как работать с моими охранниками, как держаться от них подальше. О том, чтобы не делать глупостей.

Но мы не говорили о предательстве.

- Ами! Убей Ксианку!

- Лара! - Крик Кира стоял в моих ушах, даже когда я собралась, чтобы спрыгнуть с табурета. Но было уже слишком поздно. Ами сжала в кулаке плечо моей туники. Она дернула меня вниз и последовала за мной на пол, выхватывая кинжал свободной рукой.

- Разве мы варвары, чтобы тащить оружие на Совет?- Я услышала, как Есса вскрикнул, когда звуки ударов мечей наполнили воздух.

- Лара!- Голос Кира прозвучал ближе.

- Лежи, - прошипела Ами. Она накрыла меня своим телом.

Облегчение нахлынуло на меня, в то же время я поняла, как это должно выглядеть для других. Крик Кира превратился в бессвязный рев.

- Ами, Кир убьет тебя!- ахнула я.

- Это наименьшая из моих забот, - прошептала она. Я смотрела, как она подняла свой кинжал и сделала вид, что вонзила его в мое тело.

Я услышала, как Антас удовлетворенно зарычал. Ярость была ощутима, когда тело бросились на нас. Я мельком увидела, Собирающего бурю, но не могла понять, что происходит. Я извивалась под Ами, добираясь туда, где смогла бы увидеть—

Как раз вовремя, чтобы увидеть, как Кир перепрыгнул через кострище и приземлился рядом со мной.

Он приземлился как кошка, гладкий и смертоносный, нацелившись на свою цель. Свет отражался на двух его клинках и в глазах. Ами втянула воздух, и я не могла винить ее за этот ужас. Она встала на колени, готовая использовать кинжал, чтобы отразить один из ударов.

- Кир!- Воскликнула я, и его глаза метнулись ко мне, затем снова к Ами. Он сделал шаг, собираясь нанести удар. Но затем его взгляд вернулся к моему, и здравый смысл затопил их глубины. -Лара.- Это прозвучало как молитва, даже когда Кир вложил в ножны один из своих мечей. Он наклонился, чтобы поднять меня на ноги. Ами тоже вскарабкалась на ноги.

Я думала, что это остановит борьбу, но этого не произошло. Вокруг нас был хаос. Воин сражался с воином, старейшина сражался со старейшиной. Мне было трудно разобраться во всем этом. Кикай бежала со своего табурета вниз по ярусам к нам.

Рейф и Перст, Андер и Ювени внезапно окружили меня. Рейф мрачно посмотрел на Ами.

- Ты ведь не смогла бы этого сделать, правда?

Ами поморщилась.

- К лошадям, - прорычал Кир. - Уведите ее отсюда.

- Нет, - запротестовала я, но Кир уже повернулся, и я увидела, как Симус охраняет его спину, отбиваясь от двух воинов-жрецов. Антас напал на Есса, и—

Дикий Ветер боролся с Собирающим Бурю.

Воин-жрец против воина-жреца? Я моргнула, пытаясь понять, но времени не было. Перст схватил меня за воротник и развернул лицом к себе.

- Вспомни наши уроки.

Я молча кивнула. Он отпустил меня и пошел впереди. Рейф был рядом с ним, а Андерс и Ювени-позади нас. Ами стояла рядом со мной, держа кинжал наготове.

- Ксианка жива!- Прогремел голос Ифтена в палатке, и я сморщилась от сосредоточенного на нас внимания. Мы едва успели расчистить кострища, когда на нас напали со всех сторон.

Перст и Рейф остановились и повернулись, чтобы выстроиться в ряд с Андером и Ювени. Кир проскочил мимо них, поймал меня за локоть, и мы побежали к выходу из палатки. Ами последовала за ними.

Снаружи в замешательстве толпились воины и лошади. Крикнул Кир, и тут же примчались четыре лошади, среди которых было и его черный и Великое сердце.

Боевые кличи раздавались позади нас, и я обернулась, чтобы увидеть воинов, идущих к нам во главе с Ифтеном.

Ами бросилась к ним, рубя кинжалом. Воины остановились, готовясь зарубить ее. Но Кикаи выбежала из палатки и напала на них сзади, размахивая двумя мечами и крича от ярости. За ее спиной стояли Андер и Ювени.

Когда эта группа столкнулась, появилось больше воинов, и ни одного нашего друга не было видно. Я почувствовала две руки на своей талии и ахнула, когда Кир бросил меня на спину Великого сердца. Пытаясь сохранить равновесие, я зарылась руками в его гриву.

- Уезжай – приказал Кир, оглядываясь на драку.

- Не поеду без тебя, - огрызнулась я в ответ, разозлившись и испугавшись в одно мгновение.

Кир резко повернул голову и посмотрел на меня своими очень синими глазами. На мгновение время, казалось, остановилось, когда он одарил меня натянутой, кривой улыбкой.

- Держись, любимая.

- Кир…

Кир протянул руку и шлепнул Великое сердце по крупу.

- Пошел.

Великое сердце дернулось от удивления.

Поймать движение Великого сердца, все, что я могла сделать, да прижаться к его спине. Кир уже повернулся, выхватил мечи и побежал на помощь Кикаи и остальным.

Мышцы Великого сердца напряглись подо мной, готовясь бежать.

- Нет, Великое сердце— я потянула его за гриву. - Нет, не надо.—

Великое сердце отскочил в сторону вместе с несколькими другими лошадьми, услышавшими команду.

Лошадь заржала от ярости. В замешательстве я оглянулась через плечо, с волосами и слезами на глазах, и увидела черную лошадь Кира, без седока, вставшую на дыбы, разбивающею воздух копытами и ржужию о своем гневе. Я моргнула и тряхнула головой, пытаясь прояснить зрение. На один долгий удар сердца я оглянулась.

Воины превратились в толпу, смешанную из тел и клинков. В центре-высокая темноволосая фигура, сражающаяся двумя мечами.

Я оглянулась как раз вовремя, чтобы увидеть, как умирает Кир.

Первое лезвие вонзилось ему в шею.

Тогда я закричала, эхом отдаваясь чернотой.

В грудь ему вонзился меч, погруженный по самую рукоять. Кир упал, мечи выпали из его рук.

Я снова закричала.

Это заняло всего один удар сердца. Великое сердце сделало не больше шага. Теперь он рвал землю копытами, пробираясь сквозь палатки и людей, повинуясь последнему приказу Кира.

Плача, я смотрела вперед, пока он бежал, и дергала его за гриву, но он не обращал на меня внимания.

Я обернулась и увидела, что из палатки выбегают воины, садятся на коней и показывают на меня. Я снова вскрикнула от страха и боли и, повернувшись, зарылась лицом в гриву Великого сердца.

Рыдая, я вцепилась в его спину, прижалась к ней. Держись, держись, держись. Эти слова снова и снова повторялись в моей голове, как песнопение для мертвых.

Мы проскочили все палатки, Но Великое сердце продолжил свой бег, другие лошади окружили нас, унося нас вглубь табуна. Краем глаза я видела других лошадей, бежавших рядом, но не обращала на них внимания. И все же Великое сердце не замедлило шаг.

От боли в груди у меня перехватило дыхание. Из глаз и носа текло, волосы лезли в лицо. Мне было все равно. Я крепче сжала ногами Великого сердца и впилась пальцами в его гриву. Солнце уже зашло, показались звезды, а Великое сердце все еще бежало.

Держись, держись, держись

Вспышка привлекла мой взгляд слева. Я мельком увидела всадника, и меня охватил страх. Они поймали меня. Я повернулась, чтобы посмотреть, напрягаясь, чтобы увидеть, кто это был друг или враг. Человек, казалось, светился на свету, словно Звездная пыль или лунные лучи. Я втянула в себя воздух.

Это был Эпор.

Невозможно было не узнать его бородатое лицо, мрачное в лунном свете, когда он ехал с боевой дубинкой на спине. Его волосы, доспехи, кожа-все сияло на свету, омытое серебром.

Я дернула головой вперед. Нет, этого не может быть. Я была—

Айсдира была на второй лошади впереди меня, ее длинная коса светилась серебром. Она оглянулась через плечо, ее лицо было сосредоточенным и серьезным. Она смотрела не на меня, а через мое плечо, словно высматривая моих врагов. Она снова повернулась лицом к фронту и велела лошади ехать быстрее.

- Мы, жители равнин, верим, что наши мертвые путешествуют вместе с нами, едут рядом с нами, невидимые и неизвестные, но знающие и видящие.

Голос Маркуса звенел у меня в голове.

- До самой долгой ночи. В эту ночь мы оплакиваем наших умерших, которых отпустили путешествовать к звездам.

Я посмотрела на свои руки, дрожа, желая вырвать. Но любопытство заставило меня посмотреть направо, чтобы увидеть…

Гил был третьим.

Ах, богиня, нет. Это должно было означать именно это... Я повернулась так далеко, как только могла, не рискуя сесть.

Я мельком увидела Кира, который стоял на трех лошадях сзади охраняя тыл. Темные волосы, когда он смотрел нам за спину, две рукояти его мечей торчали за плечами.

Боль затопила мое сердце. Тогда я закричала, вопя от горя и тоски к небу. Но небо и мертвые не отвечали, и Великое сердце так и не останавливалось. Звук вырвался из моей груди, изливаясь из меня, но в звездах не было ни утешения, ни жалости.

Поэтому я зарылась лицом в гриву Великого сердца и позволила рыданиям захлестнуть меня. Конь мог отвезти меня куда пожелает. Но какое это имеет значение?

Держись, держись, держись.

Я пришла в себя, когда поняла, что Великое сердце наконец остановился. Его голова свисала вниз, когда он втягивал воздух, а бока были намылены.

Я чувствовала тяжесть, не в силах сделать больше, чем дышать. Прошло много времени, прежде чем я поняла, что произошло, и еще больше, прежде чем я подняла голову и огляделась.

Ничего. Вокруг нас не было ничего, кроме равнин и лошадей.

Я повернула голову, чтобы осмотреть окрестности. Во всем этом было то жуткое свечение серебра, исходящее от Луны высоко над головой. Я слышала, как рядом течет вода. Возможно, ручей. Но на многие мили вокруг я видела только лошадей и траву.

Рыдание вырвалось из моего горла. Это было все, на что у меня хватило сил.

Великое сердце сделал несколько шагов, и опустило голову. Я услышала, как он пьет, большими глотками. Часть меня боялась, что он может заболеть. Но он хотел пить, а я слишком устала, чтобы обращать на это внимание.

Спустится. Мне нужно было спуститься.

Я посмотрела на свои руки, туго обмотанные конским волосом. Мне пришлось подумать, чтобы заставить их ослабить хватку. Они так сильно сжались в жестких волосах, что я всхлипнула, когда они медленно отпустили меня. Я соскользнула со спины Великого сердца и упала к его ногам.

Кир был мертв. Мой возлюбленный.

Я свернулась калачиком и плакала, пока чернота отчаяния и усталости не поглотила меня.

Я проснулась в тепле и безопасности, завернувшись в одеяло, пахнущее Киром. Я вздохнула, улыбнулась и протянула руку. .

- Мувапп

Я резко вскочила и проснулась, мое сердце колотилось от ужаса.

На меня смотрело животное, сидевшее у моих ног, его длинная шерсть свисала вниз, прикрывая пальцы ног. Он бросил на меня кроткий взгляд и начал жевать свою жвачку.

- Muвaaaaпппп.

Они были повсюду вокруг меня, шестеро, мое одеяло этой ночью. Я слегка вздрогнула от холодного утреннего воздуха и поняла, что они согрели меня. Я сидела неподвижно, тяжело дыша, позволяя своему сердцу замедлиться, оправляясь от шока.

Тот, что был ближе всех, рыгнул, и меня обдало сладким дыханием травы. Я невольно рассмеялась. Они были похожи на больших косматых Козлов, только у них были длинные шеи и большие висячие уши. Я протянула руку и почесала одного между ушами, и он снова рыгнул и почти замурлыкал.

- Мувапп. Мувапп.- Тот, что у моих ног, встал и отряхнулся, как собака.

Остальные тоже поднялись, недовольные и возражающие, но все равно повинующиеся. Они подошли к ручью, чтобы напиться. Последний посмотрел на меня, как на какое-то очень странное существо, а затем последовал за остальными. Он оставил за собой клок шерсти, зацепившийся за спутанную траву. Я сорвала его и поднесла к носу. От него исходил пряный запах Кира, я покрутила его в пальцах и улыбнулась, когда поняла, что от Кира пахнет козой.

Кир умер.

Мне показалось, что меня ударили в грудь, прямо между грудей. Я закрыла свое сердце руками и наклонилась, постанывая, когда боль и воспоминания нахлынули на меня снова и снова. Как воспоминания выплеснулись и сменились перед моими глазами.

Как раз тогда, когда мы поклялись друг другу. Как раз тогда, когда мы научились доверять и верить . . .

В груди было так тесно, что я едва могла дышать. Я раскачивалась взад и вперед, всхлипывая, пока усталость не заглушила мои слезы.

Что-то толкнуло меня. Я подняла глаза и увидела Великое сердце, стоящего надо мной. Он опустил голову и обнюхал мою шею.

- О, Великое сердце.- Я протянула руку и обняла его. Он терпеливо ждал, пока я прижималась к нему, пытаясь сдержать слезы.

Когда я смогла, то отпустила его и попыталась подняться на ноги. Когда я встала, то поняла, что моя сумка все еще была у меня на бедре, ремень между грудями. Я сняла ремень через голову и просто посидела немного, пытаясь сориентироваться.

Я была в полном беспорядке. Моя туника была испачкана и помята. В голове у меня стучало что-то яростное, а в животе было пусто и урчало. Мои руки болели, и я открыла их, чтобы увидеть, что они распухли, горячие и мокрые от крови. Там, где грива Великого сердца врезалась в мои ладони, виднелись острые порезы.

Козы собрались на берегу ручья, пили, ели и болтали, как старухи в день стирки. Великое сердце сделал шаг и влез меж них, чтобы можно было пить, шумно втягивая воду. Козы ругались своими странными звуками, но плескались в воде на другой стороне ручья. Я поднялся на ноги и, пошатываясь, опустился на колени у воды, чуть выше по течению от Великого сердца.

Я первым сунула туда руки. Прикосновение воды заставило меня зашипеть, когда она охладила мою разгоряченную кожу. Я вымыла их, как могла, потом накрыла ладонями и выпила прохладную сладкую воду. Только тогда я умылась, вытирая лицо рукавом туники.

Покончив с этим, я поднялась на ноги, чтобы оглядеться при свете дня.

Трава и лошади. Ни человека. Никаких палаток. Никакой врагов.

Никаких призраков.

Я была так же благодарна за последнее.

Я не хотела задуматься, не хотела чувствовать. Мои руки все еще болели, поэтому я решила подумать об этом сейчас. Я вернулась к своей сумке, села рядом и широко раскрыла ее. Где-то в этом беспорядке была мазь, которая могла помочь.

Первое, что я вытащила, был кровавый мох. Осторожно, я использовала немного, чтобы закрыть порезы. Они все еще кровили, все еще были опухшими, но часть боли прошла.

Следующим предметом было мое ванильное мыло, высушенное и завернутое в ткань. Я задержала дыхание, не желая вдыхать этот запах. Не сейчас. Я не могла думать об этом сейчас. Я положила его в траву, как можно дальше.

Я порылся дальше, с удивлением не увидев ничего разбитого, даже баночку с тем самым мускусом. Я не был уверена, что все было в сумке. Гил сделал его из старой седельной сумки и широкого кожаного ремня. Он сказал мне, что кладет в карманы "полезные вещи". Я вспомнилось, как он сидел на полу моей комнаты, глядя на меня снизу вверх.—

Я вытерла нос о тунику и попыталась заставить себя думать о других вещах. Но образы хлынули в мою голову.

Как Гил бился в конвульсиях, конечности дергались в судорогах, голова откинулась назад, хватая ртом воздух.

Ирс пошатнулся, едва не уронив парня от ужаса. Но Айсдира шагнула ближе к Ирсу, принимая на себя больше веса Гила. Им обоим удалось удержаться на ногах, когда Гил перестал метаться так же быстро, как и начал.

Моя голова поднялась, глаза распахнулись. Я посмотрела на траву, но ничего не увидела. Вместо этого я снова и снова прокручивала в голове тот ужасный момент глазами целителя. Холодный, бесстрастный взгляд.

Гилс бился в конвульсиях, конечности дергались в судорогах, голова откинулась назад, хватая ртом воздух.

У пациента были судороги.

Тогда я пошевелилась, положив руку ему на лоб. Гил был теплым, но не особенно.

- ГИЛ? - Я позвала его по имени, но не было никакой реакции, никаких признаков того, что он был в курсе. Я положила пальцы ему на шею, чувствуя медленный, слабый пульс.

У пациента не было лихорадки.

Я быстро проверила, нет ли у него какой-нибудь раны на голове или он задыхается. Но его голова не показывала никаких признаков травмы, а горло было чистым. Не было никаких признаков других повреждений, это, должно быть, была чума, и все же на его теле не было ни запаха, ни настоящего пота. Но головные боли могли вызвать такого рода проблемы, если они были достаточно серьезными. Дыхание Гила было быстрым и затрудненным, возможно….

Раны на голове нет. Ни запаха, ни потливости. Дыхание было учащенным и затрудненным.

Гил снова дернулся в судорогах. Его дыхание замедлилось, как и его сердце. Я огляделась, наконец, сосредоточившись на лице Кира, в его глазах был вопрос. Я встретилась с ним взглядом и позволила своим слезам упасть, в ответ, покачав головой.

Его сердце замедлилось, дыхание замедлилось. Горло пересохло, как кость, сердце бешено колотилось. Теперь, глядя холодным взглядом вдаль, я понял, что—

Я с трудом сглотнула и посмотрела правде в глаза. Гил умер не от чумы.

Но единственное, что я могла придумать, что могло вызвать эти симптомы, был яд.

Оцепенев, я уставилась на сумку.

Ифтен крутился на каблуках и впивался в меня глазами, полными ненависти. Он остановился, проходя мимо меня.

- Ты и твои яды добрались до сердца. Но мы, жители равнин, тоже можем научиться пользоваться ядом. Помни об этом, ксианка.

Я вспомнила, и всё стало понятно. Я также вспомнила, что в свое время Ифтен оставался наедине с моим братом, когда Кир использовал его в качестве посыльного. В тогда при атаке на рынке на нас, использовали копье, украшенное рисунком. У Кира не было доказательств, но..

Аконит вызывал судороги. Аконит, яд, который мой брат предложил мне , чтобы "сохранить мою честь". Я оставила его в своей комнате, когда отправилась к Киру.

Оставила его в моей комнате, чтобы мой брат нашел.

Возможно ли, что он Ифтен отравил Гила?

Некоторое время я сидела, уставившись на него, пока боль в руках не вернула меня к работе. Я заставила себя сосредоточиться на ближайших задачах.

Я покопалась поглубже в недрах ранца, впервые вытащив оттуда все содержимое. Там были мои лекарства, и я разложила их у своих ног. Когда я нашла баночку с нужной мазью, я остановилась на мгновение, чтобы втереть немного в руки. Я прикусила губу, когда лекарство ужалило. Это означало, что оно работало

По крайней мере, так я говорила своим пациентам.

Я оставила банку и продолжил опустошать сумку. Чистая одежда для перевязок. Небольшой кожаный мешочек с. . . Может ли это быть?

Гурт выпал мне в руку-знакомый белый шариковый сыр Огненных. В животе у меня заурчало, но я поморщилась от этой мысли. Там было так пусто ... в животе снова заурчало, я пожала плечами, сунула одну в рот и принялась жевать.

Вкус у него был чудесный.

Я впихнула еще один кусок. Возможно, это повлиял только голод, который сделал его вкусным. Или, может быть, что мой нос был настолько забит, что я не могла чувствовать его запах. Я продолжила есть, продолжая свою охоту.

Еще одно из моих знакомых лекарств и клочок кожи, в котором был кусочек гриба, который Ифтен выплюнул. Я отложила их в сторону и продолжила копать.

Незнакомая банка оказалась со сладким жиром. Я узнала этот запах. Когда я ставила его на стол, мне было интересно, из каких трав они его делают.

Небольшой деревянный ящик с Кремнем, сталью и трутом. Благодарю тебя, Гил.

Еще один небольшой мешочек, с кожаными рабочими инструментами. Помятая жестяная кастрюля. Еще один маленький мешочек, с ... кавадж бобами!

Сушеное мясо, завернутое в несколько складок кожи. Деревянная расческа. Я начала плакать над своим богатством, когда мои пальцы сомкнулись на последнем предмете.

Пружинный нож, который дал мне Маркус.

Я думала, что мои слезы иссякли.

Я ошиблась.

Я раздавила бобы каваджа между двумя речными камнями. Они кипели в маленьком потрепанном котелке, на крошечном огне, который мне удалось разжечь с третьей попытки с помощью кремня и стали.

Я выпила первую чашку, еще до того, как она действительно остыла, и поставил измельченные бобы снова кипеть, пока я работала над сушеным мясом. Тяжело жевала, но моему животу было все равно.

У воды росли ягоды, жирно свисавшие с невысоких кустов высотой мне только по щиколотку. Я чуть не сорвала несколько, но слова песни Жодена звенели у меня в голове. О том, что белые ягоды сделали с его кишечником.

Я решила, что не настолько голодна.

После второй чашки каваджа моя головная боль прошла. Я снова упаковала сумку и положила то, что осталось от мяса и гурта, обратно в один из карманов. Я в третий раз сварила бобы каваджа, тщательно подкладывая в костер хворост и сушеную траву. Они свернулись в маленьком пламени. В третий раз получилось очень слабое и горькое варево. Я все равно выпила его вместе с толчеными бобами и пососала оставшиеся кусочки гурта.

Я сняла тунику и пристегнула нож к руке, как учил меня Маркус.

Кир был мертв. Маркус, вероятно, присоединится к нему, если не от чужой руки, то от своей.

- Смерть приходит в одно мгновение.

- Ох, Маркус

Я на мгновение закрыла глаза, потом надела тунику и откинулась на спину на спутанную траву. Солнце уже поднялось выше, и мне было достаточно тепло. Мой маленький огонек догорал, но больше мне ничего не было нужно. Я смотрела на него, пока мои руки брали деревянный гребень и работали над моими волосами. Великодушный пасся неподалеку. Козы разбрелись кто куда.

Мне не хотелось думать. Не хотел чувствовать. Я сидела в оцепенении и расчесывала волосы.

Расческа намертво застряла в волосах, и я в отчаянии дернулась. С таким же успехом можно взять этот хитрый нож и отрезать все это.

Помнится Маркус как-то говорил.

- Если пот так плох, как ты говоришь, может, нам стоит подстричь ей волосы? Их будет трудно держать в чистоте, и спутаются.

Нет, - тихо ответил Кир. Он был рядом со мной, проводя пальцами по моим волосам, убирая их с моего лица. - Нет необходимости. Я заплету ей косу. Надеюсь я не увижу, как их срежут.

Я закрыла глаза от воспоминаний, и боль снова захлестнула меня. Кир . .

Я покраснела от стыда, зная теперь, о чем просила Айсдиру. Она была готова последовать за Эпором в смерть, и я попыталась остановить ее, используя самые слабые аргументы. Какими пустыми казались мои слова Теперь, когда я хотела сделать точно то же самое. Нет ни слов, ни лекарств, чтобы залечить эту рану. Я была оскорблена тем, что даже думала, что смогу.

Мои слезы снова хлынули, боль, которую я так отчаянно не хотела чувствовать, поднималась в моей груди. Нам всем нравится думать, что мы сильны, пока мы не сталкиваемся с нашей собственной потерей. Я открыла глаза и уставилась на расческу в своих руках.

Богиня небесная, что мне оставалось делать?

Мое дыхание замедлилось. Смерть не испугает меня, если я поеду рядом с Киром к снегам.

Я выронила расческу и вывернула запястье. Лезвие выскочило, как и было задумано. Молниностно и резко. Ксиманд намеревался использовать его, чтобы покончить с моей жизнью, еще в Водападах.

Он был достаточно острым.

Я долго смотрела на него, испытывая странное чувство покоя. Я знала, как это делается. В конце концов, я была целителем.

- Нет.- Я схватила его за руку здоровой рукой и попыталась подняться. Кир помог мне, даже не задумываясь об этом. - Я хочу принять ванну прямо сейчас. От меня воняет. Мне все равно, какая там вода.”

Кир моргнул и нахмурился.

-Гил должен проверить—

- Гил сможет проверить это после того, как я искупаюсь.

- Гил сказал.

-Кто здесь целитель?- Я сделала шаг вперед.

Его губы дрогнули.

- Мастер целитель, если я правильно помню.

Я улыбнулась.

– Мастер хочет принять ванну.

Он улыбнулся.

-Тогда, мастер, ты получишь ее.

Я улыбнулась и всхлипнула, прижимая лезвие к запястью. Лучше умереть от собственной руки, чем от руки Ифтена.

Кир будет ждать.

Маркус будет ждать.

Папа будет ждать. . .

Часть 16

"Цена привилегий - это ответственность.

Я остановила свою руку. Папа, нет. Я хочу.

Но я словно слышала голос отца, когда он произносил эти слова, вспомнила уроки сидя у него на коленях. Я видела лица людей Кси, стоявших на коленях в коридорах, когда я шла через замок. Вспомнила лица младенцев и их крики, когда я извлекала их из тела матери там в палатках на равнине.

Чувство вины захлестнуло меня. Я была их королевой. Даже когда я поклялась Киру, я поклялась и им тоже. Руководить ими, защищать их, править ими всеми.

Я застонала и снова начала всхлипывать. Я хотела умереть. Это было бы так просто. Я хотела к Киру так же сильно, как Айндира хотел Эпору. Я не представляла себе жизни без него. Я зажмурилась, когда слезы хлынули и покатились по моим щекам. Лезвие холодило тонкую кожу моего запястья.

Вот только Айсдира не сделала свой выбор, не так ли? Собирающий Бурю вынудил ее к этому, не так ли?

Наглый ублюдок.

Гнев прорезал мою боль и горе. Жрецы-воины и этот ублюдок Ифтен сделали это. Убили моего военачальника, разрушили его планы и мечты для своего народа. Они пытались убить меня, чтобы убедиться, что мои навыки будут потеряны. Они изолировали бы свой народ от новых путей и новых идей, чтобы сохранить свою власть и положение, ценой жизни своего народа. Они не будут по-настоящему вести. Не так, как мой Кир.

Иметь.

Моя боль снова усилилась, когда я поправила себя.

Но мечта Кира не умерла, пока я жива. Я нахмурилась, глядя на лезвие, прижатое к моей коже. Ренесс поддержала меня, Оса проявила интерес. Даже к Лиаму можно было бы обратиться за поддержкой.

А Кси нуждалась во мне, в мечте Кира и в правителе, который заботился бы о ее народе.

Я посмотрела на лезвие. Это было бы так просто.

И так эгоистично.

Я закрыла глаза и покачнулась, когда мое горе вернулось. Было бы так тяжело без Кира. Долгие дни боли и одиночества. Я не могу этого сделать. Это было слишком ошеломляюще.

Так легко просто уйти.

Я попыталась вытереть нос рукавом. Кроме того, возможно, Кир хотел, чтобы я присоединилась к нему. Я тяжело вздохнула. Кроме того, что он помог спасти меня, не так ли? Я вздрогнула при воспоминании о моем Кире, в лунном свете, скачущим так далеко позади меня.

Нож задрожал в моей руке.

Если я сделаю это, если я присоединюсь к нему в смерти, мечта и надежда Кира для его народа умрут вместе со мной.

Я сделала долгий, глубокий вдох

Я затем еще один.

Если я убью себя, то эти жалкие, гнилые, татуированные ублюдки победят. Ифтен этот кровожадный ублюдок победит.

Если я убью себя, то и наш нерожденный ребенок тоже умрет.

О, богиня

Я убрала лезвие от запястья и снова засунула его под рукав.

Мое сердце было разбито. Мне казалось, что моя жизнь тоже разбита, разбита вдребезги его потерей. Я скорбела о смерти отца, но это было больше, чем любая печаль, которую я когда-либо испытывала. Часть моей души исчезла, сморщенная и черная, как физическая рана, которая никогда не заживет.

Я видела, как люди живут с болью, приспосабливаясь к своим травмам, восстанавливая свою жизнь. Но это не было то же самое.

Я никогда больше не смогу стать цельной.

Я позабочусь о наших людях, как только смогу. Я позабочусь о нашем ребенке, если действительно беременна. Только после я присоединюсь к Киру в снегах.

И дальше.

Я сидела и рассматривал свою сумку. Солнце висело высоко над моей головой. Эти козлоподобные существа двинулись дальше вниз по течению, посмеиваясь и порыкивая между собой.

Что же мне было делать?

Все это было очень хорошо, чтобы решить жить, но чтобы осуществить видение Кира, как я собираюсь это сделать?

Что я хочу сделать?

Я вытащила одну из длинных травинок и поиграла с ней. Чего я хочу?

Я хотела к Киру.

Мои слезы снова навернулись, но я смахнула их. Мне нужно было думать, а не плакать.

Я хотела вернуться в Кси. Оставаться на равнинах не имело смысла, особенно если мой статус Трофея не будет подтвержден. С уходом Кира я не была уверена, что это вообще возможно.

Я хотела к Киру.

Я резко вскинула голову и поняла, чего хочу. То, что мне нужно было сделать.

Мне хотелось домой. И я хотела забрать Кира с собой.

Только богиня знала, кто выжил в той битве, кто контролирует ситуацию сейчас. Но даже Ифтен имел понятие чести. Я была почти уверена, что безоружную женщину не убьют сразу.

Почти уверенна.

Я собирался вернуться в Сердце Равнин и заявить права на своего военачальника.

Я снова использовала свой рукав, чтобы осушить мои глаза. Если бы его сожгли, я бы потребовала его пепел. Я бы дала Ренесс понять, что исцелю любого, кто придет ко мне, и научу исцелению любого, кто захочет учиться. Эта крепость у границы, та, что выходила на равнину. Мы могли бы перестроить его в школу лекарей. Те из равнин, кто пришел с миром, будут желанными гостями.

Да. Вот что я сделаю. Но сначала я собиралась заявить права на своего военачальника и выяснить, что произошло в Сердце. Кто же выжил? Кто был главным? Может быть, Рейф или Перст выжили? Они не были с мертвыми, но—

Маркуса тоже не было.

Я прикусила нижнюю губу зубами. Если бы Маркус был мертв, он был бы рядом с Киром, в этом я не сомневалась. Я попыталась вспомнить, что видела, был ли кто-нибудь с Киром. Но он был так далеко, и я вновь заплакала . .

Я не была уверена.

Но был ли шанс, что Маркус выжил.

Я уставилась на несчастную травинку в своих руках. Я бы потребовала тело Кира. Я бы тоже заявила права на Маркуса, живого или мертвого. Я смогла бы просто дать то, что осталось от Совета, часть моего разума, пока я была на нем.

Я оглянулась и увидела, что Великое сердце дремлет, опустив голову и склонив бедра набок. Бедный старый зверь. Он измотал себя, неся меня в безопасное место.

Чем больше я думала об этом, тем больше понимала, что именно это я и должна сделать. Я собирался пойти, найти своего военачальника и потребовать его для погребения. Я бы забрала его обратно, чтобы он лежал на границе наших земель. В конце концов, я бы легла рядом с ним. Когда придет мое время.

Я снова заплакала, вспоминая о том, что мы потеряли. Наше время вместе, жизнь, которую мы бы разделили. Дети, которые у нас были бы, наблюдая, как они растут, и имея собственных детей.

Богиня, Леди милосердия и света, пожалуйста, позволь мне забеременеть.

В животе у меня снова заурчало, и я снова полезла в сумку за несколькими кусочками гурта. Мне следовало бы поберечь свои припасы, но мой желудок хотел этого сыра, и он хотел его сейчас. Я пожала плечами и принялась за еду, запивая ее водой из ручья. Это должно было бы задержать меня на некоторое время.

Я встала, перекинул мою сумку через плечо, и расчесалась. Солнце начинало двигаться. Если я собиралась сделать это, мне нужно было отложить эту боль на время. Мое горе может подождать. Мне нужно было двигаться.

Я снова полез в сумку и достала несколько бинтов, чтобы обернуть ими руки. Великое сердце проснулось с фырканьем, когда я потянула его за гриву. Мне потребовалось некоторое время, чтобы сесть без седла, но он терпеливо стоял, пока я подтягивалась.

Сев в седло, я огляделась и поняла, что понятия не имею, как вернуться в сердце. Не было ни ориентиров, ни дорог. Табун не двигался по какой-то определенной схеме, которую я могла бы разобрать.

- Великое сердце, отвези меня обратно, - попросила я.

Его уши дернулись, но он не двинулся с места.

- Домой, - попробовала я.

Ничего.

- Назад, - повторила я. - Вернуться?

Великое сердце покачал головой, и казалось, что он снова засыпает.

- Что же мне делать?- Спросила я.

Козьи головы высунулись из травы вокруг ручья, и все посмотрели налево. Великое сердце посмотрело в ту же сторону и заржал, словно в знак приветствия.

По спине у меня пробежала дрожь. Я медленно повернула голову.

На самом дальнем гребне было четверо всадников.

Волосы у меня на затылке встали дыбом. Даже на таком расстоянии я смогла различить улыбку Эпора и косу Айсдиры. Копны волос Гила и Кира .

О любимый.

Его доспехи блестели, рукояти двух мечей торчали из-за плеча.

Я вздрогнула, хотя мои глаза наполнились слезами. Всадники были бесцветными, как будто солнечный свет проходил сквозь них. Но Маркуса там явно не было. Это давало мне толику надежды, и пока этого было достаточно.

Эпор и Айсдира исчезли за хребтом. Кир поднял руку и жестом пригласил меня следовать за ним. Он и Гил исчезли после Эпора и Айсдиры из виду.

Я глубоко вздохнула, указала Великому сердцу в ту сторону и пустила его рысью.

- Стоп.

Великое сердце фыркнуло и резко остановилось. Некоторое время мы ехали рысцой по тропинке, проложенной для нас мертвецами. С тех пор как мы отправились в путь, я видела их лишь мельком, всегда на расстоянии, всегда, когда теряла чувство направления. Но прошел уже добрый час с тех пор, как мы видели их в последний раз.

Вздрогнув от этой команды, я посмотрела налево и удивленно моргнула. Там был конный воин, который свирепо смотрел на меня, держа оружие наготове. Ее лошадь тоже выглядела сердитой, топая ногой.

I’d have been terrified, except that the warrior wielded a wooden blade, and I had tunics that were older than the warrior. The girl was dressed in leathers, her hair pulled back in a braid. She looked fierce, and determined, but it was hard not to laugh right out loud at the child.

Я была бы в испугалась, если бы воин не владел деревянным клинком, а на мне была туника, которые была старше воина. Девчушка была одета в кожаную одежду, ее волосы были заплетены в косу. Она выглядела свирепой и решительной, но было трудно не рассмеяться вслух над ребенком.

Она сидела верхом на одной из этих мохнатых коз.

Я подавила улыбку, потому что не хотела никого обидеть.

- Приветствую тебя, воин.

Девушка надулась от гордости.

- Я Пиве из клана Змей, воин равнин и хранитель Стада Гуртлов, - провозгласила она звонким голосом, сидя на гуртле в два раза превосходящих ее ростом.

- Приветствую тебя, Пиве из клана Змей.- Я наклонила голову в ее сторону. –Я….

- Ты незваный гость! И мой пленник!- Пиве взмахнула мечом. Великое сердце слегка дрогнуло, ему стало не по себе. У меня были видения, как мои голени получают удары от этого клинка. - Ты должна пойти со мной в мой лагерь и сдаться моему военачальнику.

- Кто твой военачальник?”

- Гилл из клана Змей.- Лицо Пиве было искажено решимостью. - Сдавайся или умри.

Я пожал плечами.

- Как пожелаешь, воин.

Бедняжка Пиве чуть не свалилась с пояса от легкости своего завоевания. Ее рот широко раскрылся, потом она пришла в себя и улыбнулась мне от уха до уха.

- Идите за мной!- Она вложила меч в ножны и натянула поводья. - Хуп! Хуп!

- МУВАПП!- запротестовал гуртл, но повернулся и пустился рысью.

Теперь я смогла усмехнуться. Ноги Пиве терялись в толстом пушистом меху, но пальцы ее свисали вниз, почти царапая землю.

Я призвала Великое сердце следовать за моей похитительницей.

Это не заняло много времени. Через два подъема и спуск вдоль гребня я увидела палатку рядом с небольшим прудом, окруженную гуртлами.

Пиве была поражена своим достижением.

- Хейлаa!- крикнула она, заставляя себя перейти на галоп.

Гуртл бежал, но всю дорогу жаловался. Бульканье стада отвечало на эти жалобы своим собственным, вызывая хор, который, вероятно, был бы слышен за многие мили.

Створка палатки открылась, и из нее вышла девочка постарше, а за ней-мальчик по крайней мере ее возраста. Их оружие было металлическим, а лица мрачными.

- Пиве! Прекратите этот шум!- крикнула девушка, но тут же остановилась, увидев меня верхом на лошади. - Трофей!

- Нет, Гила! Это мой Трофей, - сказала Пиве, спешиваясь и подпрыгивая от радости. Ее лошадь затряслась всем телом, а затем плюхнулась прямо там, где стояла. Пиве не обратила на это внимания.

- Мой Трофей! Я поймала ее!

- Трофей?- спросил мальчик, положив руку на рукоять меча.

- Я видела ее в самом Сердце, - ответила Гилла, направляясь ко мне. - Наши палатки были рядом с ее.-

Она посмотрела на меня, озабоченно нахмурившись.

- Трофей, я-Гилла из клана Змей. Пожалуйста, позвольте мне предложить вам гостеприимство нашего лагеря.

Пиве в отчаянии топнула ногой.

- Нет-нет. Она не может быть Трофеем. Она не вонючка, у нее нет болячек, как у горожанки. И она не дышит огнем!

- ПИВЕ!- выругалась Гилла. - Замолчи!

- Пиве, пойдем со мной. - Мальчик протянул руку. - Нам нужно позвать остальных на ночь.

Лицо Пивы просветлело.

- Эл, ты позволишь мне спеть?

- Я так и сделаю.- Эл улыбнулся. - Приведи своего коня, чтобы мы могли напоить его.

Пиве взял вожжи, и бульканье прекратилось.

- Хочешь услышать, как я ее поймала? – спросила Пиве.

Эл бросил на нас веселый взгляд через плечо, прежде чем повернуться и слушать Пиве, после они ушли.

Гилла криво улыбнулась мне.

- Мне очень жаль, Трофей. Пиве не хотела никого обидеть.

- Я ничего не имею против.- Я соскользнула со спины Великого Сердца.

Гилла указала на огонь.

- Пожалуйста, подойди и сядь. Ты уже поела?

Великое сердце неторопливо подошла к краю пруда, чтобы напиться. Я не спускала с него глаз, не желая терять своего коня. Гилла налила кавадже и предложила мне кружку.

- Нет, спасибо,Гила.- Я подошла к краю ее костра. Детский голосок поднялся в длинном переливчитом крике позади нас.

- Они кричат остальных детей на ужин, - объяснила Гилла. - Вы можете остаться на ночь.

Она посмотрела в ту сторону, откуда я пришла.

- Вы путешествуете одна?

Я не смогла не восхититься ее тонкостью.

- Да

Она пристально посмотрела на меня.

- Что-то случилось, не так ли? В самом Сердце? У нас нет никаких новостей оттуда.

Я молча кивнула.

- Ты можешь показать мне, как туда вернуться?

- Она приподняла бровь.

- Трофей, я бы сама проводила тебя, но не могу уйти. У меня есть обязанности—

- Дети и табун.

- Именно так.- Гилле было лет двенадцать-тринадцать, но она вела себя как женщина моего возраста. - Я смогла бы проводить вас утром.

Я покачала головой.

- Нет. Я не могу ждать. И быть замеченным со мной может быть опасно.

Она вздохнула.

- Очень хорошо. Вам нужно будет постараться, чтобы добраться до Сердца до наступления темноты.

Великое сердце подошло ко мне и встало рядом. Я проверила бинты на руках и села в седло. Она внимательно посмотрела на меня, когда я устроилась на спине.

- По крайней мере, Позволь мне дать тебе перчатки, Трофей, чтобы защитить твои руки.

Я закачала головой

- Нет. Я беру только из рук своего военачальника. Просто скажи мне, как туда добраться.

- Идите вдоль этого хребта, пока не встретишься с рекой.- Она указала налево. - Тогда просто иди вниз по течению реки. Ты поднимешься на вершину и увидишь Сердце, лежащее перед тобой, Трофей.

Она посмотрела мне в глаза.

- Пусть небеса благоволят тебе.

- И тебе тоже. Спасибо за вашу гостеприимство , Гилла из клана Змей.

Она наклонила голову, и я пустила Великое сердце рысью. Я бы предъявила требования, а военачальник-притязания.

Сердце выглядело как-то иначе.

Великое сердце и я остановились на вершине холма, чтобы сориентироваться. И дать мне возможность набратьсясмелости. Оно выглядела по-другому, и на этот раз дело было не в размере или перемещении палаток. Там, за табунами, казалось, что все вокруг кипит жизнью. Люди двигались повсюду.

На берегу озера горели костры.

Мое сердце бешено заколотилось в груди. Я подтянула сумку поближе к телу. Нервничая, я проверила бинты, которыми обмотала руки. Затем я глубоко вздохнула и обхватила пальцами жесткие волосы Великого сердца.

Великое Сердце слегка приплясывал, моя нервозность подействовала на него. Я наклонилась поближе и прошептала ему в ухо:

- Спокойно, мальчик. Ничто не встанет между мной и моим военачальником.

Великое сердце фыркнул, потом покачал головой, как бы соглашаясь, и стал копать землю.

Я снова села и быстро оглянулась. Мертвые не появлялись с тех пор, как я оставила детей, но по моей коже побежали мурашки, и я почувствовала на себе их взгляды.

Я обернулась, бросив последний долгий взгляд на палаточный городок подо мной. Здесь кипела деятельность, повсюду были воины, палатки были сняты. Лучше всего сделать это до того, как нас заметят и остановят.

Или убьют.

Я глубоко вздохнула, присела на корточки и закричала, упираясь ногами в ребра Великого Сердца. - Хейла!- Я подтолкнула его вперед ногами. - Пошел, Великое сердце! Пошел!

Великое сердце прыгнуло вперед, вниз по склону. Трава полетела под нами, и через несколько вдохов мы оказались внизу, в табунах, которые были между нами и Сердцем.

Мускулы лошади напряглись и потекли подо мной, когда он бежал. Я попыталась вспомнить, как дышать, и крепче сжала его гриву.

Так быстро мы прошли через стадо и оказались в палатка. Я видела короткие проблески разинутых лиц, удивление застыло там на мгновение, прежде чем мы прошли. Никакого размахивания оружием.

Пока.

Неважно. Я не останавливалась ни перед чем и ни перед кем.

Позади нас раздавались крики, но мы двигались слишком быстро, чтобы кто-нибудь мог помешать. Великое сердце, казалось, знал, куда мы едем, так как он направился прямо к большому шатру Совета. Он подбежал прямо к входу, скользя и вставая на дыбы, чтобы остановиться. Я соскользнула с его спины и заколебалась. Я не хотела потерять его сейчас. Я положила руку на его гриву и пошла дальше. Мне не нужно было волноваться. Чудесный конь последовал за мной прямо в палатку.

Мне пришлось моргнуть, чтобы глаза привыкли к полумраку. Шатер, казалось, был полон людей: старейшины на своих ярусах, воины, толпящиеся вокруг. Я сделала еще несколько шагов, и мое присутствие прорезало шум, как нож. Когда мы с Великим сердцем шли между двумя костровых ям, стояла полная тишина.

Есса был там, сидел на табуретке. Избитый и в синяках, но он был жив. Он уставился на меня. Старший певец не находил слов. Дикий ветер был рядом с ним, и также выглядел потрепанным.

- Ксилара, дочь Кси, мы думали, что ты.

- Остановить - Мой голос был жестким, и только я знала, насколько он ломкий. Я боялась, что начну рыдать, но мой гнев был раскален добела. - Твои слова ничего для меня не значат.

Есса побледнел и опустил глаза. Дикий ветер закрыл свой рот.

Я посмотрела на них всех, позволяя своим глазам блуждать по ярусам.

- В твоих словах нет ни правды, ни смысла, и я их не услышу - Я сделала паузу, чтобы перевести дыхание. Мои колени начали дрожать. Великое сердце молча стоял рядом со мной, помахивая хвостом взад и вперед.

- Я требую, - мой голос надломился, но я продолжала говорить. - Я требую, чтобы ты отдал мне тело Кира из клана Кошки, моего военачальника.- Есса поднял голову и открыл рот, но я оборвала его. - Я заберу его тело и вернусь в Королевство Кси с любым, кто пожелает отправиться со мной.- Я судорожно вздохнула.

- Я отдам его земле, где равнины пересекаются с границами Кси, чтобы он навсегда остался в обеих землях.

Я выпрямила спину, и нашла в себе силы продолжить.

- Я разделяю мечту Кира. Я исцелю любого, кто попросит об этом, будь то жители Кси или равнин.- Мой гнев вспыхнул внутри меня. - Но я больше не предстану перед этим советом. Никогда.

Дикий ветер стоял, слегка пошатываясь на ногах.

- Ксилара.

Я сосредоточила свой гнев на нем.

- Отдай мне моего военачальника, наглый ублюдок.

За моей спиной послышалось какое-то движение, звук бегущих ног. Я напряглась, уверенная, что на меня вот-вот нападут.

- Лара!- Это был Симус. Он заключил меня в объятия. - Лара, мы думали, ты умерла!

Вот и все. Барьеры, которые я построила вокруг своей боли, начали рушиться. Я обвила руками шею Симуса и вцепилась в него изо всех сил.

- Симус, я видела, как он умер. Я видел, как умер Кир.

Симус немного отстранился, опустил голову и посмотрел мне в глаза. Он выглядел измученным, как будто не спал.

- Лара? Но…

Мне не хотелось срываться перед советом, но я не могла сдержать слез.

- Я была на Великом сердце, и он бежал, но я оглянулся и увидела, что Кир умирает. Потом он, Эпор и Айсдира были там, и они помогли мне сбежать.

- Ты видела мертвых?- Голос Есса был приглушен. В палатке было так тихо, что я слышала, как задыхается Дикий ветер.

- Они помогли тебе?- Продолжил Есса, его голос был полон удивления.

- И Гил тоже. Кир ехал с мертвыми, Симус.- Я проигнорировала все остальное, кроме добрых темных глаз Симуса. - Мой возлюбленный . . .

Мой голос дрогнул, и Симус притянул меня к себе и обнял.

- Симус, отведи меня к нему. - Я говорила в его кожаные доспехи. - Отведи меня к Киру. Пожалуйста.

Послышался еще один шум, в палатку вбежали воины. Я не потрудилась посмотреть, просто обняла Симуса и ждала, когда он заговорит.

- Маленькая Целительница.- Прогремел у меня в ухе голос Симуса. Он отстранился и положил руки мне на плечи. - Ты вернула мне жизнь в Кси, когда исцелила мою ногу.

Его усталые глаза сверкнули, и он одарил меня мягкой, понимающей улыбкой.

- Давай я верну тебе твою, а?

С этими словами он мягко развернул меня лицом к входу.

Кир стоял, запыхавшись, с открытым ртом, уставившись на меня так, словно увидел привидение.

Часть 17

Этого не может быть.

Руки Симуса были теплыми на моих плечах, когда я стояла там, глядя на своего возлюбленного.

Конечно, это был не он. Этого не может быть. Я прижалась спиной к Симусу.

- Симус, - прошептала я в отчаянии, пытаясь заставить его понять.- Кир ушел с мертвыми.

- Посмотри еще раз, маленькая целительница.- Голос Симуса был мягким и, казалось, дрожал у меня в ушах, то ли от горя, то ли от смеха, я не могла сказать. - Он жив, Лара.

- Лара?- Кир сделал шаг вперед, его глаза были широко раскрыты и полны отчаяния. - Лара?

Его голос был тихим, как будто он не мог поверить. В этих голубых глазах был цвет, а на его лице-кровь...

Тогда я вскрикнула и побежала к нему. Его руки раскрылись, принимая меня в свое тепло, крепко обнимая. Он был теплым, настоящим и дышал ...

Богиня и все звезды наверху, Кир был жив!

Мои руки обвились вокруг его шеи, когда я покрыла его лицо поцелуями. Силы Кира, казалось, покинули его, и он опустился на колени. Мое собственное тело лишилось костей, и я растаяла вместе с ним. Его плащ обернулся вокруг нас, отрезая нас от глаз старейшин. Мы были укрыты друг в друге.

- Я видела, - всхлипнула я, поглаживая его лицо. Его теплая, живая кожа двигалась под моими пальцами. -Я видела тебя . . .

- Кикаи. Ты видела Кикай, огонь моего сердца.- Голос Кира стал хриплым. - Кикай пала в бою, а не я.

Тогда я вцепилась в него, рыдая.

- Должно быть, это она поехала со мной в табуне.

Лицо Кира было суровым, глаза полны боли.

- Ты жив, - выдохнула я, пораженная. Я положила руки ему на талию, а потом позволила им обвиться вокруг его спины. Холодные звенья кольчуги не могли скрыть ощущения его твердого тела. Я начала всхлипывать, делая большие глотки воздуха.

- Я здесь, Лара. - прошептал Кир мне на ухо и потер ладонями мою спину.

В это было почти невозможно поверить. Кир, живой, здоровый, снова в моих объятиях, его дыхание щекочет мне ухо. Все наши мечты, все наше будущее, все вернулось ко мне в одно мгновение. Я не смела поверить.

И все же от его кожи исходил пряный запах. Я начала смеяться, даже когда мои слезы текли из глаз.

- О, любимый.

Кир вытер мои щеки большим пальцем, а затем поцеловал меня. Соль моих слез, теплый вкус его губ-это было правдой, это было правдой.

Кир выжил. И я тоже.

Я пришла в себя, осознав, что вокруг нас люди. Я подавила рыдания, пытаясь взять свои эмоции под контроль. Я выглянула из-под укрытия рук Кира, даже когда он поднял голову.

Перст стоял перед нами, как и Рейф, глядя вдаль. Андер и Ювени стояли спиной ко входу. Каждый был избит и окровавлен, но каждый держал оружие наготове, и по их позе было ясно, что никто не приближается к нам. Перст держал в руках меч. Где были заговорщики? Но у меня были и другие заботы.

Симус стоял еще дальше перед Перстом и Рейфом. Он стоял спиной к нам, скрестив руки на груди. Старейшины были сосредоточены на Кире и мне, весь шатер молчал.

Я спрятала голову обратно в объятия Кира, но не раньше, чем увидела Жодена, стоящего в стороне, его лицо было искажено болью.

- Кир, - тихо позвала я, не желая, чтобы меня услышали. - Кто живой?

Кир опустил голову. Он двигался ровно настолько, чтобы его дыхание согревало мое ухо.

- Те, кого ты видишь. И—

Воины вошли в палатку, очевидно, с пленником. Наши охранники напряглись, и Симус тоже вытащил меч. Я приподнял голову ровно настолько, чтобы увидеть пленника, которого затащили внутрь, обошли снаружи ямы для костра и бросили к ногам Есса. Руки мужчины были связаны за спиной, а один из охранников схватил его за волосы и поднял голову.

Это был Ифтен.

Он выглядел совсем измученным, раздетым до пояса и босиком. Он потерял наручи, и даже на таком расстоянии я видела, что его рука искалечена, пальцы были скрючены.

Еще один переполох. Все вокруг меня уже были настороже, но на этот раз это была Ренесс, шагающая мимо кострищ.

- Она жива?- Ренесс спросила Есса. -Ты нашел ее?

- Она сама нашла нас.- Есса указала на нас с Киром.

Ренесс обернулась, ее лицо осветилось улыбкой.

- Трофей. Слава небесам, что ты выжила.

Он рывком высвободил голову и повернулся, чтобы посмотреть на меня через плечо. Его лицо было полно ненависти, губы скривились в оскале. Я немного подвинулась, страх охватил меня.

Кир зарычал глубоко в горле.

- Присоединяйся к нам, старшая Тея.- Есса указала на стул, стоящий рядом с ним. - Этот сенель призван определить судьбу этого воина.

Губы Ренесс скривились.

- Какой истинный воин сдается?

Ифтен дернул головой назад

- Я хочу говорить!

- Тьфу. - Есса стоял, нетвердо держась на ногах, с побелевшим лицом. Либо он был искривленно, или из-за возмущения, или боли, или все вместе. Я прищурилась и внимательно изучила его и Дикого Ветра.

– Что ты скажешь сейчас, - продолжил Есса, - когда тебе и другим не удалось навязать нам свои истины.

- Она представляет угрозу для всех нас, опасность для нашего народа, - выплюнул Ифтен - Мы должны были попытаться заставить вас—

- Заставить нас? Заставить нас?- Дикие ветры говорили со своего стула. - Твоя истина была услышана и обдумана. Все аргументы были высказаны. Но Антас скорее воспользовался бы своим клинком, чем позволил бы Совету принять решение.

- Я не знаю, как Антас убедил стольких предать этот совет и равнины, - заговорил Есса. - Но все, кто поднял клинок в Совете сенеля, погибли за это или бежали из Сердца.

- Кроме труса, который уронил свой меч, - добавил Симус.

Все трое старших уставились на него. Дикий ветер заговорил первым.

- У тебя нет звания, чтобы…

Симус рассмеялся.

- Я не старший воин, чтобы сидеть на ярусе. Но голос воина должен быть услышан, да?- Он широко развел руками. - Моя истина принадлежит тебе, старейший из старейшин.

Кир тихо фыркнул, но ничего не сказал. Я подвинулась так, чтобы видеть его лицо, думая, что он смотрит на ярусы. Но Кир был сосредоточен на Ифтене, и только на Ифтене.

Который выбрал момент, чтобы крикнуть:

- Ты увидишь.- Он встал на колени, вздрогнув, когда путы потянули его за руку. -Она принесет несчастья и смерть своими истинами. Кир-дурак, что привел к нам городскую. Даже ее собственный народ захотел избавиться от нее. Накажи меня, если хочешь, но правда не изменится.

Есса сделала шаг, чтобы посмотреть на Ифтена.

- Я объясню тебе Ифтен из клана Кабана, потому что ты, кажется, забыл одну истину о нашем народе. Ты не будешь наказан за то, что вы воспротивились утверждению Трофея.

- Нет.- Дикий ветер стоял, используя свой посох, чтобы подтянуться. Три черепа стукнулись друг о друга. - Нет, Ифтен из клана Кабана. Твое преступление не было против Кира из клана Кошки и Ксилары. Оно за попытку заставить замолчать голоса этого совета и навязать свою волю.

Ренесс встала.

- Мы из равнин и племен, наши жизни переплетены и зависят друг от друга. И все же вы использовали насилие, чтобы заставить, а не свой голос или свою мудрость, чтобы убедить. Это и твое преступление, Ифтен из клана Кабана, воина равнин. И за это я называю тебя изгоем.

Есса кивнул, скрестив руки на груди.

- Я тоже называю тебя изгоем.

Дикий ветер был мрачен.

- Я тоже называю тебя изгоем.

Ифтен побледнел, синяки на его лице резко контрастировали с кожей.

- Нет, я… - он с трудом сглотнул - Вам, воинам-жрецам, есть что терять, если истины Ксианки будут перенесены на равнины.

- Неужели? - Спросил Дикий ветер.

Есса повернулся лицом к старейшинам на ярусах вокруг него.

- А что скажет Совет? Ифтен из клана Кабана, воин равнин, будет изгнан из своего племени и из народа?

Ренесс и Дикий ветер сели. Все старейшины остались сидеть. Все до единого.

Есса снова заговорил.

- Для этой церемонии требуется старший из воинов. Антас ответил перед этим советом за свои действия. Нет времени выбирать нового старшего. Я бы попросил, чтобы Найрес из клана Кабана, воин равнин, старейшина племени Кабана, стали старшим для этого сенеля. Есть ли какие-либо возражения этому?

Все старейшины встали.

На самом нижнем ярусе двинулась фигура, спускаясь вниз, чтобы встать рядом с Ренесс.

- Благодарю вас за оказанную честь, старейший певец.

Есса наклонил голову, затем повернулся к нему лицом.

- Ифтен из клана Кабана, воин равнин. Совет старейшин называет тебя изгоем.-Он глубоко вздохнул. - Пусть сам воздух лишит тебя дыхания.

Глаза Ифтена были дикими, когда он смотрел на осуждающие лица перед ним.

Затем заговорил Дикий ветер.

- Ифтен из Совета директоров. Совет старейшин называет тебя изгоем. Пусть сама земля рухнет под твоими ногами.

Ренесс заговорила.

- Ифтен. Совет старейшин называет тебя изгоем. Пусть сам огонь опалит твою кожу.

Найрес выпрямился.

- Совет называет тебя изгнанником, без племени, без имени, больше не принадлежащим к равнинам. Пусть сама вода земли откажется утолить твою жажду.

Есса указала на охранников.

- Выведи этого на равнину, полдня езды, и оставь его. Без оружия, без людей, без имени. Стихии будут владеть им, делать с ним все, что им заблагорассудится.

Охранники потащили его наверх и уволокли прочь. Он не издал ни звука, ничего не сказал, но смотрел на Киру и меня, когда его уводили. Я вздрогнула и прижалась к Киру.

Почему-то молчание Ифтена было гораздо более пугающим. Я никогда не узнаю правду о смерти Гила. Но в глубине души я была уверена, что Ифтен отравил его.

Есса смотрел до тех пор, пока Ифтена не убрали. Он глубоко вздохнул.

- Сделав это, мы должны обратиться к рассматриваемому вопросу. Этот совет должен решить, следует ли утвердить Ксилару, дочь Кси, в качестве Военного Трофея.

- Разве могут быть сомнения?- спросил Симус.

Дикий ветер нахмурился.

- Не тебе говорить, воин. И убери оружие в ножны. Насилие закончилось.

Симус напрягся, затем оглянулся через плечо на Кира. Последовала долгая пауза, достаточно долгая, чтобы заставить Дикого ветра открыть рот и заговорить.

Что-то было не так. Я посмотрела в лицо Киру. Он не расслабился теперь, когда я была здесь, его руки были напряжены, а глаза насторожены.

Кир кивнул, и Симус обернулся, убирая меч в ножны. Но затем Симус скрестил руки на груди таким образом, чтобы все знали, что он не сдвинется.

Есса заговорил, его лицо было напряженным и бледным.

- Правда Жодена из клана Ястреба была прервана событиями. Жоден из клана Ястреба, ты хочешь еще что-нибудь сказать?

Жоден шагнул вперед.

- Я бы ничего не добавил. Независимо от того, какие принесет Лара перемены к лучшему или к худшему, я считаю ее истинным Военным трофеем.

- Никогда раньше такого рода изменения не были проблемой в подтверждении, - согласился Есса.

- Мертвые ехали вместе с ней, - продолжил Жоден- И табун защищал ее.

Глаза Ренесс расширились. Она повернулась к Дикому ветру.

- Мертвые помогли ей, а ты все еще сомневаешься?

Дикий ветер покачал головой.

- Я не знаю, что с этим делать.- Он слегка покачнулся.

- Сядь, пока не свалился, - огрызнулась Ренесс. -Или твоя гордость так хрупка?

Есса и Дикий Ветер уставились на нее, но каждый из них искал свой стул. Я подняла голову, чтобы прошептать Киру:

- Они ранены?

Его глаза скользнули по ним, и он хмыкнул в знак согласия.

“Я могла бы—

- Только если они будут умолять, - был его мягкий ответ. Его руки сжались вокруг меня.

Я расслабилась рядом с ним, более чем желая быть защищенной его силой.

- Так пусть это будет сделано, - потребовал Ренесс. Она встала и повернулась лицом к теям. -Давайте примем это решение сейчас. Больше никаких разговоров. Больше никаких споров. Достаточно известно. Будет ли Ксилара, дочь Кси, подтверждена, как Военный трофей?

Мгновение никто не шевелился. Затем с громким шорохом сел весь Совет старейшин. Ессе и Дикий ветер остались сидеть.

- Дело сделано, - удовлетворенно сказала Ренесс. Она повернулась, чтобы посмотреть на нас, ее лицо осветилось редкой улыбкой. – Как и прежде я приду только на церемонию, и на это потребуется день, чтобы подготовиться.

- Они должны быть разделены до церемонии, - потребовал Дикий ветер. -Она еще не сделала свой выбор, и он—

Я услышала, как клинок Кира покинул ножны, когда вывернула запястье. Его меч торчал перед нами обоими, как щит. Мой клинок метнулся вперед, и я поднял руку, чтобы его было видно.

- Больше никогда, - выплюнула я. -Ты не разлучишь нас.

- Я убью любого, кто попытается, - прорычал Кир.

В палатке воцарилась тишина, которую нарушил смешок Симуса.

- Разделите их на свой страх и риск.

Есса нахмурился.

- Так не…

Дикий ветер фыркнул.

- Оставь их в покое. Зачем тратить столько времени?- Он чопорно сошел с платформы. - Церемония состоится завтра вечером, под темнеющим небом. Тогда она сделает свой выбор.

Он посмотрел на Есса.

- Покончи с этим сенелем, старейший певец, и давай искать наши палатки и наши постели.

Симус откашлялся.

- Я и воины Кира будем охранять Трофей вместе с воинами-жрецами до церемонии. Я буду защищать Трофей ценой своей жизни.

Тут заговорил Жоден, заставив всех обернуться.

- Я буду тоже ее охранять.

Кир встал, удерживая меня в своих объятиях. Я поднялась вместе с ним, ноги мои дрожали.

- Ты будешь желанным гостем, Жоден из клана Ястреба, - сказал Кир, положив руку мне на поясницу и поддерживая меня.

- Этот сенель подошел к концу, как для этой сессии, так и для сезона. Вопрос об Антасе будет решен весной, - сказал Эсса. - Вам будет послано сообщение о планах церемонии. Так и будет ...?

В палатке Военного Трофея.

Я удивленно посмотрела на Кира. Его лицо все еще было напряженным и очень напряженным.

Есса склонил его голову.

Одним быстрым движением Кир подхватил меня на руки и направился к выходу из палатки. Я вздохнула, и позволила своей голове упасть на его плечо. Голова болела, нос и глаза были мокрыми от слез.

Бинты, которыми я обмотала руки, были изодраны в клочья, моя туника была грязной прегрязной, а в волосах виднелись клочки травы и меха гуртлов.

Но под моим ухом сердце Кира билось сильно и ровно. Его руки прижали меня к себе. Его кольчуга, без сомнения, оставит узор на моей щеке. Мне было все равно.

Я никогда не был так счастлива.

Мы вышли из палатки, и я слегка вздрогнула, когда холодный воздух коснулся моей кожи. Солнце уже село, и начали появляться звезды. С каждым шагом я чувствовала, как движется тело Кира, живое и здоровое. Я закрыла глаза и выдохнула тихую молитву богине.

О, владычица Луны и звезд, спасибо тебе за жизнь и здоровье Кира. Спасибо, что вернула моего возлюбленного. О, владычица Луны и звезд, никогда не позволяй мне принимать его как должное. Каждый день будет подарком, каждая ночь-благодарственной молитвой.

- Ее палатка-хороший выбор, - тихо проговорил Симус, пока мы шли. -Территория вокруг нее расчищена, и охранять его будет несложно.

- Ювени, Андер, и пойдите приведите Маркуса и остальных, если они придут. Приведите их в ее палатку, - приказал Кир. - Идите быстрее и будьте осторожны.

Услышав его голос, я открыла глаза и увидела, что остальные окружили нас, держа оружие наготове. Ювени и Андер бежали через палатки, чтобы передать послание Кира. Я напряглась, мне стало не по себе от этой мысли.

- Ты думаешь, что на нас могут напасть?

- Те, кто поддерживал Антаса, сбежали, - ответил Жоден.

- Возможно. Мы не будем рисковать.- Голос Кира был мрачен. Он продолжал идти ровным шагом.

- Есса, казалось, думал, что нет.- Симус оглянулся на меня и сверкнул улыбкой. -Но кто может сказать?

Я прикусила нижнюю губу зубами.

- Ифтен может.

- Воина с таким именем больше нет,Трофей, - поправил меня Жоден.

Рука Кира сжалась вокруг меня.

- Сколько еще идти?

- Недалеко, - ответил Симус.

Рейф и Перст вошли первыми, чтобы проверить палатку. Они вышли и показали, что это безопасно. Симус придержал полог палатки, когда Кир наклонил голову, чтобы войти. В палатке было темно и холодно, спальная зона была открыта для основной части. Толстая маленькая лампа стояла у кровати, незажженная и несчастная.

Перст и Рейф остались у входа, на страже.

Кир усадил меня на один из табуретов в главном зале. Он с размаху снял свой плащ и обернул его вокруг меня. Ткань хранила его тепло, и я туго натянула ее. Кир на мгновение опустился на колени, с удивлением глядя мне в глаза.

- Я думал, что потерял тебя.

Я протянула руку и погладила его по щеке.

- Я в порядке, Кир.

Жоден пошевелил жаровню, словно искал угли, но та оказалась холодной как камень.

- Некому за ним ухаживать.

Это привлекло мое внимание. Выжила ли Ами?

- Что случилось?- Спросила я у Кира. - ..случилось после того, как я уехала?

- Что с тобой случилось?- спросил Симус. Он сел на стул рядом со мной. - Вот это мы и хотим узнать!

Звук бегущих ног отвлек нас. Кир встал и обнажил меч. Жоден и Симус тоже встали. Затем Рейф откинул полог, и в комнату вбежали Маркус с Атирой, Хит и Ами.

- Лара!- я была рада видеть Маркуса. Я вскочила, и мы обнялись, его жилистые руки обвились вокруг меня.

- О, Маркус, я так скучала по тебе, - всхлипнула я, немного отстраняясь, чтобы посмотреть ему в глаза. - С тобой все в порядке?”

- Теперь, когда ты вернулась туда, где должна быть. - Маркус отступил на шаг и огляделся. - Что это такое? Холодная палатка? Это надо исправить!- пробормотал он, прикрывая слезы, которые, я была уверена, он сейчас прольет. –И забрать ее к себе мы не можем!

Я посмотрела на Кира.

- А почему бы и нет?

- Он не поставил палатку, - сказал Симус. - Слишком занят был, пытаясь сначала собрать поддержку, разговаривая и видя людей, посылая нас охранять тебя на расстоянии.

- У меня были другие заботы, - прорычал Кир.

- Военачальник не позволил мне вернуться сюда, - объяснила Ами. - Только не после того, как я ослушалась старейшин моего племени.

- Ами.- Я крепко обняла ее. Она застыла на мгновение, а затем ответила тем же жестом. - Ами, спасибо, что спасла мне жизнь.

- За это я тоже благодарен, - сказал Кир.

Ами наклонила голову:

- Я не настолько ребенок, чтобы не отдать долг, военачальник.

У Рейфа на лице появилось странное выражение.

- И какой долг. Трофей действительно спасла беременную и вытащил детей наружу.- Его голос был полон восхищения, но он выглядел немного больным.

- Я хотел бы услышать эту истину, - сказал Жоден.

- Атира! Хит!- Сначала я обняла Атиру, а потом бросилась в объятия Хита. Но я быстро отстранилась. - Хит! Твой глаз! Что случилось?

Его глаз был черным, с темно-фиолетовыми синяками и опухолью вокруг. Он почти полностью распух и закрылся.

Хит поморщился.

- Ничего, Лара.- Он взглянул на Атиру, которая тоже посмотрела на него.

- В следующий раз ты не встанешь между воином равнин и ее врагом.- Огрызнулась Атира, явно не сочувствуя.

- О, эту истина, тоже нужно рассказать!- весело прокричал Симус.

- Сначала жаровни, потом кавадж и еда.- Маркус пошевелился. - Палатка маленькая, она быстро согреется.

- Но я хочу услышать ее истину! - Запротестовал Симус.

- Тьфу, - проворчал Маркус. - Когда мы согреемся, внутри и снаружи. Шевели своей ленивой тушей, и мы все услышим, вместе.

- Я принесу дрова, - предложил Жоден.

- Ренесс даст немного тушеного мяса, - предложила Ами. - Я могу пойти и спросить.

Ворча Симус, но тоже встал.

- Я разожгу огонь.

- Я не имею права командовать…. - начал Кир.

Я удивленно посмотрела на него, но Рейф оборвал его:

- Ты наш предводитель и лидер, Кир из клана Кошки. Я последую за вами, независимо от решения Совета. То, что было потеряно, может быть восстановлено.

Перст и остальные кивнули.

Симус ухмыльнулся Киру.

- Скажу тоже самое.

Лицо Кира расслабилось.

- Благодарю вас всех.- Он расправил плечи. - Перст и Рейф, оставайтесь на страже, - потребовал Кир. – Ювени и Андер бери сзади. Мы не должны ослаблять бдительность.

Увидев их удрученные лица, он изменил свой приказ.

- До того момента, пока не начнем говорить истину. Тогда мы сядем вместе. Договорились?

- Мои товарищи по палатке помогут нам, - предложил Рейф. - Как пожелаете, военачальник.

- Я больше не военачальник, Рейф, - запротестовал Кир.

- Ты, - многозначительно сказал Перст, - для нас.

Кир внимательно посмотрел на него, потом кивнул в знак согласия. Все принялись за работу.

Я бы тоже встала, но рука Кира легла мне на плечо. Я посмотрела в встревоженные голубые глаза. - Кто-нибудь серьезно пострадал?- спросила я. Я посмотрела ему в глаза и улыбнулась.

- Я в порядке, Кир.

- Только синяки, - опередил Симус. - Кровь принадлежит другим.

— Я ... - Кир привлек мое внимание, когда остановился и откашлялся. – Должно пройти какое-то время, прежде чем я смогу выпустить тебя из поля зрения.

Я прислонилась к нему и вздохнула, забыв на мгновение о своих заботах.

- Я чувствую то же самое, мой военачальник.”

Маркус был прав, как только зажгли жаровни, палатка быстро нагрелась. Ами вернулась с кастрюлей тушеного мяса и лепешками. Кавадж был на огне, и Маркус позвал моих охранников поесть. Мы все втиснулись в палатку и устроились рядом. Рейф и Перст остались у входа в палатку, их глаза постоянно следили за неприятностями. Четыре женщины из палатки Рейфа были расставлены вокруг, так что мы были в полной безопасности.

Мне удалось заставить Кира вложить меч в ножны и сесть на табурет рядом со мной. Он был так близко, что я могла чувствовать его дыхание на своей щеке, если бы повернула голову. Кир проигнорировал тушеное мясо, но взял немного каваджа.

Ами зажгла маленькую лампу, и ее пламя замерцало и заплясало в знак приветствия.

- Так расскажи нам.- Симус наклонился вперед, его лицо было полно любопытства. - Расскажи нам, что случилось.

Так я и сделала, между глотками каваджа. Когда я закончила, Симус покачал головой и повернулся к Жодену.

- Ты когда-нибудь слышал о таком?

- Нет - Жоден покачал головой. - Есть истории о том, как мертвые появляются перед живыми, но никогда-перед теми, кто не живет на равнинах.

- Я думал, что послал тебя на смерть, - тихо сказал Кир. - Лошадь должна была убежать в табун. Но, похоже, он завез тебя гораздо дальше.

- Хорошо, что так, - добавил Симус. - Ибо, те воины прошли мимо нас и оказались табуне.

Кир хмыкнул.

- Однако. Но туда, где клан Змей держит своих гуртлов? Почему так далеко?

- Это сделали мертвецы, - предположила я. - Великое сердце бежало, а они окружали нас и подгоняли. Гил, а также Айсдира и Эпор.

Я поколебалась.

- И Кикай.

Мы все замолчали. Горло перехватило.

- Она очень сильно помогла мне.- Я посмотрела на Кира, на его лице было написано горе.

- Она верила в нас, - предложил Кир. - И умерла, чтобы защитить тебя.

Я переместилась в укрытие его рук, и Кир обнял меня притягивая ближе к себе.

- Потребовалось три воина, чтобы одолеть ее, Лара. И она все-таки умудрилась прихватить с собой одного. Почетный конец.

- Одна из тех, о ком можно петь, - тихо сказал Жоден.

Я печально кивнула, но потом оглядела всех вокруг.

- Я так рада, что вы все выжили. Но, жрец, где же боевая палица Эпора?

- Разломалась. - Перст выглядел удовлетворенным. - Об Собирающего Бурю.

- Он упал, как камень, когда Перст ударил его, и он больше никогда не встанет, - добавил Рейф. – Палица раскололась прямо по центру.

Жоден сидел рядом с ним, и у него было странное выражение лица. То ли он мысленно играл в шахматы, то ли сочинял песню.

Я наклонилась вперед.

- Но что здесь произошло? Когда Кир подбросил меня на Великое сердце и. . .

Ами выглядела смущенной, но Маркус наклонился к ней.

- Она сама дает имена своим лошадям.

Глаза Ами расширились.

- Всем?

Симус поставил пустую миску и рыгнул.

- Как только ты стала далеко и вне опасности, мы смогли сосредоточиться на борьбе. До этого мы были в тяжелом положении.

Жоден нахмурился.

- Я знал, что Ифтен и Антас полагались на мои истины, чтобы поддержать их. И я бы высказался против тебя, Лара. Но меня осенило, когда ты побежала к Киру, вот тогда я и вспомнил—

- Как жар летнего солнца, - процитировала я.

Он смущенно кивнул.

- Я не знал, что они будут использовать свои мечи, чтобы форсировать события. Когда Антас потребовал твоей смерти, я был ошеломлен.

- Не настолько ошеломлен, чтобы не броситься нам на помощь, - сказал Кир.

Жоден пожал плечами:

- Возможно, я и не поддерживаю твои идеи, военачальник, но я не хочу, чтобы смерть заставила их замолчать.

- Многие старейшины чувствовали то же самое, и поэтому их мечи помогали нам, - добавил Кир. - Или результаты могли быть другими.

Маркус свирепо проговорил:

- Значит, Антас сбежал?

- Есса почти сбил его с ног, но это была борьба - Симус, казалось, был впечатлен. - Я не думал, что Антас лучший воин.

- Собирающий Бурю сошелся с Диким Ветром, который был застигнут врасплох. Если бы Кикай не бросился на помощь, он смог бы убить самого старшего воина-жреца, - прокомментировал Симус.

- Воин-жрец против воина-жреца. Что это значит?- Спросила Ювени.

- Хотел бы я знать, - ответил Жоден.

- Может быть, уловка, - предположил Кир. - Чтобы скрыть свою роль, в случае неудачи.

Симус покачал головой.

- У него был истинный вид человека, застигнутого врасплох. И Кикай прогнала Собирающего Бурю прочь—

- Чтобы встретиться со мной лицом к лицу, - самодовольно добавил Перст.

- Когда Собирающий Бурю пал, Антас призвал своих воинов бежать, - объяснил Жоден.

- Дикий ветер ранен, - предположила я. - Как и Есса. Они пытаются скрыть это, но оба еле двигаются от боли.

- Ах - Жоден вопросительно посмотрел на меня.

Я пожала плечами.

- Они знают, чего я хочу, Жоден. Они знают, где я.

Кир зарычал.

Разговор продолжался, пока я моргала, расслабляясь в тепле. В драке участвовали и другие, имен которых я не знала. Но было так чудесно находиться в окружении друзей, согретых и накормленных, рядом с Киром. Я улыбнулась, довольная, пока не поняла, что Маркус задал мне вопрос. Я растерянно моргнула.

Он криво улыбнулся мне.

- Достаточно. Она истощена, и мы изнуряем ее этими рассказами.

Кир озабоченно посмотрел мне в лицо.

- Лара?

Маркус встал.

- Вон отсюда, все вы. У меня есть Военный трофей и военачальник, которых надо уложить спать. Кир нахмурился и открыл рот, чтобы возразить, но Маркус фыркнул. - Военачальник, который не спал последние несколько дней. Или хотя бы ел, если уж на то пошло.

Симус встал и потянулся.

- Я буду спать здесь, перед входом. Вы еще в состоянии простоять ночь?

- Осталось не так уж много.- Рейф тоже встал. - Еще одна кружка каваджа, и мы продержимся до рассвета.

Перст согласно кивнул.

- Тогда мы поспим и сменим вас- Андер и Ювени встали и ушли.

- Похоже, у нас нет права голоса, - усмехнулась я, глядя в лицо Киру. Его глаза блеснули, и в них не было веселья. Я встала и потянулась, потянувшись к Киру, чтобы не упасть. Он тоже потянулся ко мне.

- Теплой воды, Трофей?- Спросил Маркус.

- Это было бы хорошо.- Я кивнула. - И еще одну миску тушеного мяса, Маркус.

Я крепче сжала руку Кира и сделала шаг в сторону спальной зоны.

Кир подхватил меня на руки и понес к кровати.

- Кир, это всего лишь несколько шагов!

Он остановился и оглянулся через плечо. Маркус понял намек и закрыл нашу часть палатки. Наконец мы остались одни. От любопытных глаз, как друзей, так и врагов.

Кир помог мне подняться на ноги. Я положила руки ему на грудь, посмотрела в его усталые преусталые глаза и улыбнулась.

- Кир . .

Он обнял меня и завладел моим ртом.

Часть 18

За прошедший день я прошла через любопытство, ужас, страх и отчаяние, только чтобы оказаться в объятиях Кира. Я вздохнула и прижалась к нему. Я была усталая и грязная, но гораздо важнее было то, что я была дома. Я наклонилась, позволяя ему взять контроль над поцелуем, отвечая на его страсть своей собственной. Его руки прижали меня к груди. Но кольца его кольчуги впились в мои ладони, и я прервала поцелуй, зашипев от боли.

Кир взял мои руки в свои и осторожно начал снимать бинты. Он выругался, увидев под ними изуродованную плоть.

- Все не так уж плохо, - прошептала я. - Они лучше, чем были.

Видимо, это его не впечатлило.

- Маркус!- Крикнул Кир, не потрудившись оторвать взгляд от моих рук.

- Военачальник?- Ответил Маркус из главного зала.

- Принеси сумку Лары.- Кир провел пальцами по моим рукам. Я вздрогнула от этого легкого прикосновения. Они действительно выглядели лучше для моих глаз, опухоль спала, и краснота значительно ослабла.

Но Кира это не впечатлило. Он помог мне сесть на край кровати.

Маркус кашлянул и вошел с моей сумкой. Он поднял бровь при виде этого зрелища.

- В следующий раз наденешь перчатки.

Я улыбнулась, но Кир не видел в этом ничего смешного.

- Как будто у нее был выбор, - рявкнул он.

Я дернула головой назад в недоумение по поводу тона в его голосе. Кир все еще не смотрел на меня, когда продолжил.

- Я сажал ее на лошадь, без седла, без поводьев, и преполагал—

- И меня отвезли в безопасное место, - мягко продолжила я. - Как ты и планировал.

- Планировал!- Кир схватил мою сумку и резко распахнул ее. Его голос был полон отвращения. - Я думал, ты в безопасности и ...

- Найди зеленую банку.- Я старалась говорить мягко, но боялась за свою сумку и ее содержимое, следя за тем , как Кир рылся в ней. Если бы он разбил банку с эхатским мускусом, мы бы все об этом пожалели. - Маркус, мне бы не помешало больше каваджа. И еще тушеного мяса, если оно осталось.

Маркус кивнул мне и повернулся, чтобы уйти.

- Да, и гурта, если у тебя есть.

Маркус обернулся и поднял бровь.

Я пожала плечами.

- Я была голодная.

- По крайней мере, ты поела, - проворчал он, бросив острый взгляд на Кира. -Я принесу все, что смогу.

С этими словами он исчез за заслонкой.

Кир уже держал банку, содержимое моей сумки было разбросано по кровати. Он потянулся к моим рукам, но я отдернула их.

- Их сначала надо помыть, Кир. Как только они очистятся, мы нанесем мазь.- Я ему улыбнулась - Почему бы тебе не снять доспехи?

- Нет. Лучше быть готовым на случай нападения.

Я подняла бровь.

- Ты не будешь спать рядом со мной в этом. Мои волосы зацепятся, и тогда где мы будем?

Его смех вырвался наружу, застав его врасплох, и я знала, что он точно помнил, когда мои волосы попали в его кольчугу. Но он все равно покачал головой.

Мой упрямый военачальник. Я наклонилась ближе. -

- Кир, я хочу, чтобы ты был в моей постели этой ночью и всеми ночами нашей жизни. Кожа к коже, любимый.

Его глаза горели ярко-синим огнем. Он наклонился, и я подняла свой рот, и мы снова поцеловались. Я протянула руку, чтобы притянуть его ближе, когда у входа возникло движение.

Полог палатки сдвинулся.

Кир зарычал, выхватил кинжал и сделал выпад, встав между мной и—

Ами, державшая в руках два ведра с парящей водой. Она посмотрела вверх, затем упала на колени, ведра с хлюпаньем упали вниз. Эми опустила голову, показывая заднюю часть шеи.

- Кир, - закричала я, боясь, что он убьет ее. Но Кир успел остановиться и встал над бедной девушкой.

Тихое фырканье, и вошел Маркус с подносом. Он приподнял бровь, проходя мимо Ами, чтобы поставить поднос на кровать.

- Глупое дитя.- Маркус осторожно пододвинул поднос поближе ко мне. - Теперь ты служишь военачальнику, а не воину. Никогда не подкрадывайся к военачальнику. Всегда предупреждай его, чтобы он знал, где ты находишься и что делаешь.”

- Прости меня, военачальник.- Осторожно произнесла Ами. Она осталась стоять на коленях, опустив голову.

Кир убрал кинжал в ножны.

- Он сам еще больше нервничает, чем обычно, учитывая события, - пожурил Маркус Ами, когда она поднялась на ноги. - Тебе следовало бы знать лучше. Принеси высушенную одежду.”

Ами ушла так быстро, как только смогла.

- Маркус.- Я посмотрела на стоящий рядом поднос с двумя мисками тушеного мяса, кучей хлеба и двумя кружками каваджа. -Здесь достаточно еды, чтобы накормить целую армию.

Маркус фыркнул.

- Ешь, что можешь. Ты чахла на помоях, которыми тебя кормили жрецы-воины, без сомнения, если ты вообще ела.”

Снаружи послышался кашель, и руки Ами просунулись в щель, заполненную одеждой. Маркус взял сверток, и руки Ами исчезли. Маркус покачал головой и положил их в ногах кровати. Затем он посмотрел на Кира, который не двигался с места. – Симус на часах. Рейф и Перст снаружи. Мои кинжалы остры, как и у Ами.

Кир глубоко выдохнул, затем дал быстрый поклон. Он начал стягивать с себя кольчугу, и Маркус двинулся ему на помощь.

- Я позабочусь об этом, - предложил Маркус, перекидывая тяжелую кольчугу через руку. - Ты сам позаботишся о своих клинках, пока они не покрылись ржавчиной?

Кир кивнул.

- Тогда я принесу то, что вам нужно. Позовете , если вам что-нибудь понадобится.

- Спасибо, Маркус.- Я улыбнулась ему.

Он помолчал, потом протянул руку и погладил меня по щеке-редкий жест для этого человека.

- Спи спокойно, Лара.

Когда Маркус ушел, я обратила свое внимание на Кира. Там стоял мой военачальник в кожаной рубахе и толстой стеганой тунике, которую он носил под кольчугой. Его лицо было мрачным, когда он посмотрел на меня.

- Кир, - начала я, но он покачал головой. Он поднял ведро и придвинул его поближе, затем схватил одну из сушильных тряпок. - Почему ты сказал, что не можешь ими командовать?

- Позвольте мне осмотреть твои руки.- Он опустился передо мной на колени и смочил один конец ткани в теплой воде. Я протянула руки ладонями вверх, и он слегка погладил их влажной тканью.

Я посмотрела на его голову, его черные волосы блестели в свете жаровни. Но он был сосредоточен на своей задаче. Казалось, прошла вечность с тех пор, как я видела его в последний раз, хотя я знала, что прошло всего несколько дней.

- Что случилось?- Тихо спросила я.

Кир вздохнул.

- Военачальник несет ответственность за жизни воинов, которые следуют за ним, Лара. Он не отрывал глаз от своей работы. - Эти жизни дороги и не должны быть потрачены впустую. Смерть в бою почетна и ожидаема. Смерть от болезни -это позор.

- Совет возложил на тебя ответственность за чуму?- Спросила я.

- За смерть, - продолжил Кир мягким голосом. - Я лишен своего титула, Лара. Больше не военачальник равнин. В моем распоряжении нет армии.

Я быстро втянула воздух.

Кир замолчал и посмотрел на меня усталыми глазами.

- Возможно, ты захочешь получить другого, Трофей.

Я уставилась на него.

- Я проделала весь этот путь, Кир из клана Кошки, не для того, чтобы требовать другого. Ты мой избранный военачальник.

- Лара, все меняется.

- Не для меня.- Ответила я. Кир был измучен и устал. Я видела это в напряжении его челюсти, в глубине его глаз. - Это ничего не меняет.

Кир покачал головой и снова сосредоточился на моей руке.

- Но это так. Антас очень старался послать гонца в Водопады, к воинам, которых я там оставил. Что они сделают, когда узнают, что я больше не военачальник? Что будут делать твой народ?

- Я королева Кси, Кир. Это не изменилось. Ты все еще повелитель Кси и Мой избранный супруг.

- Есть те, кто воспользуется этим, Лара.- Кир говорил мягко, все еще сосредоточившись на моей руке, когда он чистил ее. - Дерст, безусловно, увидит в этом возможность—

Я наклонилась ближе и прошептала ему на ухо:

- Это ничего не меняет между нами.

Руки Кира замерли, голова опустилась.

- Я думала, ты мертв, потерян для меня навсегда - выдохнула я. -И все же ты здесь, теплый и живой, рядом со мной.

Он поднял голову, его глаза блестели от собственных слез. Часть света в их глубине потускнела. Действия Совета были для него ударом, я это видела.

- Все остальное не имеет значения, Кир, - повторила я. -Ничего, кроме нашей любви.

Он судорожно вздохнул, и я наклонилась и нежно поцеловала его. Его губы были мягкими и нежными, и это прикосновение успокоило нас обоих. Это могло бы привести к большему, если бы мой желудок не заурчал в этот момент. Я прервала поцелуй, и Кир усмехнулся.

- Заканчивай свою работу, мой военачальник, чтобы я смогла поесть.- Я протянула руки, чтобы он мог закончить. - Воины в Кси, вероятно, сделают именно то, что сделали Рейф и остальные. Продолжат следовать за тобой. Кроме того, мало шансов, что гонец проберется сквозь снегопады в горах.

Кир пожал плечами.

- Только стихии могут сказать.

- Что имел в виду Рейф, когда сказал: - то, что было потеряно, можно вернуть?

- Совет согласился, что я могу снова вступить в бой весной и бороться за статус военачальника, - тихо сказал Кир. - Названный военачальник должен только победить любого, кто предлагает прямой вызов. Но мне придется пробиваться сквозь ярусы, чтобы снова завоевать статус.

Он бросил на меня быстрый взгляд.

- Не легкая вещь. Лара.

- Ты военачальник равнин, Кир из клана Кошки, - сказала я ему. - Для мне, для твоих воинов, для народа Кси. Какое мне дело до слов Совета и их глупых ограничений?

Он искоса взглянул на меня.

Я больше ничего не сказала, пока он обрабатывал мои руки, стараясь сделать их как можно более чистыми. Я чувствовала, что он должен заботиться обо мне, как и я должна заботиться о нем.

Наконец, когда это было сделано к его удовлетворению, он намазал мазью мои руки, тщательно обрабатывая их. Я улыбнулась ему, когда он поставил банку.

- Еще день или два, и все будет в порядке.

- Это ты так говоришь, - ответил Кир. Он разорвал одну из сухих тряпок на полоски и снова обернул мои ладони.

- Значит, я знаю.- Я откинулась на спинку стула и согнула пальцы. Кир собрал мои вещи и положил их обратно в сумку, не обращая внимания на приказ. Снаружи послышалось тихое покашливание, и вошел Маркус с маленькой деревянной коробочкой. Он ничего не сказал, просто передал его Киру, схватив по пути использованную сухую тряпку.

- Кир.- Я похлопала по кровати рядом с собой.

Он поколебался, потом кивнул и встал, чтобы снять мечи и кинжалы, и положил их на кровать, на расстоянии вытянутой руки. Когда это было сделано, он опустился на край кровати, рядом со мной.

Я повернулась, устроилась так, чтобы смотреть ему в лицо. Я осторожно развернула поднос, чтобы легко дотянуться до него.

- Кир, ты сделал то, что должен был сделать. В Уэллспринг (Вечной Весне). На Совете. Мои руки в порядке, и нет никаких признаков того, что они воспалятся.”

- Я никогда не думал, что они обнажат клинки на сенеле. Когда Антас потребовал твоей смерти - Кир вздрогнул. Он открыл коробку, которую держал в руках, и я уловила слабый запах гвоздичного масла. Кир взял тряпку из коробки, потянулся за одним из своих мечей и начал чистить его.

Я взяла миску с тушеным мясом, обмакнула в нее немного хлеба и начал есть.

- Они не остановятся ни перед чем, чтобы помешать твоему утверждению.- Кир хмуро посмотрел на свой клинок. - Честь и истина были оставлены в одно мгновение, когда они поняли, что проиграют.

Я ничего не сказала, только ела и слушала.

- Я должен увезти тебя отсюда. Обратно в Кси, где ты будешь в безопасности и под защитой.

Я потянулась за хлебом.

- В самом деле?- Я обмакнула хлеб в густой бульон и протянул его Киру. Он открыл рот, и я скормила ему кусочек. -Неужели так будет безопаснее, Кир?

Он жевал, глядя на меня сквозь темные ресницы.

- Мы все еще не знаем, кто напал на тебя во время путешествия к Сердцу.

- Я в безопасности здесь, под твоей защитой, мой военачальник.- Я взяла еще один кусок лепешки, зачерпнула немного мяса и предложила ему. Кир послушно открыл рот и взял его. - Ты сам говорил мне, что пытаешься изменить свой народ, а перемены редко бывают бескровными.-

Я протянул ему миску.

- Подержи это, пожалуйста.

Кир сглотнул и взял чашу из моей руки, что позволило мне дотянуться до каваджа. Говоря это, он потянулся за хлебом.

- Когда пришло известие, что на вас с Кикаем напали, я испугался самого худшего.- Он принялся за тушеное мясо. - Симус прибыл почти с посыльным Кикай , а Атира и Хит были с ним.

Я протянул ему кружку каваджа, и он сделал большой глоток.

- Что за история скрывается за глазом Хита?- Спросила я.

Кир вернул мне кружку. В уголках его глаз появились морщинки, а в глазах заплясали веселые огоньки.

- У твоего ксианского друга странные идеи. Он прыгнул между ней и ее противником, очевидно, чтобы "защитить" ее, ну так он сказал.

Кир покачал головой.

- Как будто этот Атира нуждалась в защите. Ему повезло, что она только ударила его за это оскорбление.

Я усмехнулась, взяла его кружку и сунула ему в руку еще хлеба.

- И все же ты достаточно быстро встаешь на мою защиту.

Кир криво улыбнулся мне.

- Извини конечно, но ты не воин, Лара.

- Истина.- Я улыбнулась, когда он принялся за тушеное мясо. Я взяла другую миску с тушеным мясом.

- Рейф и Перст рассказали мне, что ты сделали во время родов. - Кир странно посмотрел на меня. - Это правда, что ты разрезала ее и вытащила младенцев? И все они выжили?

- Насколько мне известно, они живы. Может быть, теперь я смогу проверить ее открыто.- Я улыбнулась с тихим удовлетворением, когда Кир вытер остатки своего рагу. - Я почувствовала себя намного лучше, когда рядом были Рейф и Перст. Я успокоилась, зная, что они наблюдают за мной, даже на расстоянии.

Кир кивнул, продолжая жевать. Но потом его голова дернулась вверх, он сглотнул и впился в меня взглядом. -

- Но надеюсь больше не придется пробираться под стеной палатки, чтобы исцелять!

- Обещаю, Кир.- Я протянула руку, взяла пустую чашу и протянула ему полную. - После того, что случилось в деревне, я обещаю, что расскажу тебе, куда я иду и почему.-

Я бросила на него лукавый взгляд.

- Не то чтобы я обещала повиноваться, заметь.

- С таким же успехом можно приказать ветру не дуть, - пробормотал Кир. Но в уголках его глаз появились морщинки, и я поняла, что он все понял. Я посмотрела на него поверх кружки с каваджем, но ничего не сказала. Он улыбнулся, и его плечи опустились под стеганой туникой. Он потянулся за хлебом и снова принялся за еду.

Я потянулся за гуртом и сунула несколько штук в рот. По какой-то причине он все еще был восхитительным на вкус, и я жевала с удовольствием.

Кир добрался до дна миски и вытер остатки бульона с остатками хлеба. Маркус был прав. Недостаточно, чтобы накормить армию, но достаточно, чтобы накормить одного голодного военачальника.

- Я буду скучать по Кикаи.- Тихо проговорила я, ставя пустую кружку каваджа на поднос и протягивая руку за еще несколькими кусочками гурта. - Она была тебе настоящим другом.

- Даже после смерти.- Кир поставил пустую миску на поднос. - Она оберегала тебя для меня.

- Она так и сделала.- У меня перехватило дыхание, когда я вспомнила о боли. - Я думала, что это ты едешь за мной, охраняешь меня.

Кир поднял поднос и поставил его у наших ног.

- - Я не мог найти тебя.- Голос Кира был таким же мягким. - Я думал, что отправил тебя на верную смерть.

Я посмотрела на него, и у меня навернулись слезы.

- Кир.

Он протянул руку, и я бросилась в его объятия и крепко обняла его, плача от того, что могло бы быть. Гурт выпал из моей руки, забытый. Кольчуга снята, поэтому я положила голову ему на плечо и прислушалась к биению его сердца.

- Прости, - прошептала я. - Я должна была бы быть так счастлива, но я так боялась. А теперь ...

- Мы потеряли равновесие.- Кир потянулся к моей руке.

Я улыбнулась.

- Нужно чаще прикасаться к друг другу, чтобы вернуть былое спокойствие, я права?

- Именно так.- Кир потер мои костяшки пальцев, а затем начал поглаживать тыльную сторону ладони. - Душа сделана из огня и сидит в левой руке.

Я смотрела, как его пальцы легко скользили по моей коже.

- Мне кажется, это удобный повод прикоснуться к другому.

- Неужели?”- Кир выгнул бровь.

- Правда, - прошептала я, беря его правую руку и кладя ее в свою. - Дыхание состоит из воздуха и находится в правой руке.-

Я массировала его руку, как могла, слегка потирая ее пальцами.

Кир издал глубокий горловой звук признательности.

- Как же мы умны, жители равнин, если у нас есть повод прикоснуться.

Его руки потянулись к нижнему краю моей туники. Он задвигал ими вверх и вниз, согревая, когда они мягкими движениями перемещались по моей спине. Я откинулась назад, и он снял мою тунику через голову. Следующей была моя нижняя рубаха, брошенная в угол. Воздух был теплым, руки Кира-еще теплее. Я задрожала от удовольствия от его прикосновений, что не смогла устоять.

- Я думала, ноги будут следующими?

Кир улыбнулся. Он осторожно опустил меня на кровать. Одна рука накрыла мою грудь. Другой провел рукой по моим волосам, расправляя их над кроватью. Он тихо засмеялся, а затем поднял клочек меха гуртла, который нашел там.

- Гуртл согрел меня.- Я улыбнулась воспоминаниям. - Они спали так близко, что их мех покрывал меня.

Кир кивнул.

- Их так обучают.- Он вытянулся рядом со мной, подперев голову рукой. Другой накрутил клочек меха гуртла, затем потянулся, чтобы погладить ею вокруг одного из моих сосков.

Я задохнулась от этого ощущения. Несмотря на то, что мех был таким мягким, но все же казался грубым на моей нежной коже.

Кир усмехнулся и продолжил свою атаку, мягко двигая мех по моей груди без особого рисунка. Мое дыхание стало глубже, и я извивалась, пока не схватила его за руку.

Кир позволил мне вырвать у него клок шерсти. Но теперь его свободная рука скользнула вниз, к моей талии, и скользнула прямо под пояс моих брюк.

Я вздрогнула, когда его рука легла на мой живот.

- О Кир, я так скучала по этому.

Кир улыбнулся той расслабленной, лукавой улыбкой, которую я так хорошо знала.

- Я хочу увидеть тебя, Лара, - прошептал он.

Я приподняла бедра, и он стянул с меня трусы, снимая нижнее белье одним быстрым движением. Я бы скромно свернулась калачиком, но он положил руки мне на колени, его глаза были голодными, а лицо-полным желания.

Поэтому я вытянулась, закинув руки за голову, и выгнула спину, чувствуя себя немного смущенной, но довольной его реакцией.

Он поднялся, чтобы переместится ко мне, но я подняла руки, чтобы остановить его.

- Разве это справедливо, мой военачальник?- Мой голос был хриплым от собственной страсти. -Я тоже хочу видеть тебя, мой Кир.

Он замолчал, потом отодвинулся и встал у кровати. Не сводя с меня глаз, он начал расстегивать ремень.

Я встала и принялась возиться со шнуровкой стеганой туники. Одежда раздвинулась, обнажив основание его шеи. Я наклонилась и лизнула ее, туда где пульсировал пульс.

Кир закрыл глаза и поднял подбородок, давая мне доступ. Я продолжила, уткнувшись носом в его шею, а затем отошла в сторону, где моя метка все еще красовалась на его коже. Я облизала ее кончиком языка.

- Моя метка, мой военачальник.

- Твоя- Голос Кира потрескивал, когда он отвечал. - Твоя, мой Трофей.

Мои пальцы возились со шнуровкой, пока не обнажилась его грудь. Я у меня не было меха гуртла, поэтому решила провести пальцами по его коже, обводя соски, слегка царапая их ногтями.

Кир застонал и схватил меня за бедра, притягивая достаточно близко, чтобы почувствовать его длину. Его губы на мгновение завладели моими, но я прервала поцелуй и выскользнула из его объятий.

- Это несправедливо! Я еще не видел свой Трофей.

Кир зарычал, но стоял неподвижно, опустив руки вдоль тела.

Я улыбнулась и протянула руку, чтобы снять одежду с его плеч. Его мышцы напряглись под моим нежным прикосновением, когда ткань упала на пол. Но мне было неприятно видеть глубокие синяки на его плече. Там он получил по меньшей мере два сильных удара. Они были темно-фиолетовым и черным, но кожа не была повреждена.

Влюбленная во мне отступила назад, целитель вышел вперед.

- Похоже, Есса и Дикий ветер не единственные, кто скрывает свои раны.- Я обошла Кира, чтобы получше рассмотреть. -Ты можешь поднять руку?

Кир вздохнул и медленно поднял руку. Казалось, он двигался в полную силу, но боли было достаточно, чтобы заставить его вздрогнуть.

Я повернулась и потянулась за сумкой.

- Раздевайся, а я займусь этим.- Я слышала шорох одежды, когда рылась в беспорядке в своей сумке.- Ты еще где-нибудь ранен?

- Нет. Это были единственные удары, которые пробили мою защиту, - проворчал Кир. - Только потому, что их было трое.

Я вытащила густую пасту, которую искала, и чистые бинты. Вода в ведрах была еще теплой, поэтому я намочила один из бинтов и выжала его.

Кир лежал на краю кровати, голый. На его лице было такое выражение терпеливого страдания, что я чуть не рассмеялась вслух.

Я подошла ближе.

- Это займет всего мгновение, и это поможет исцелению. Утром ты почувствуешь себя лучше.- Я размазала пасту по синяку.

Кир положил руки мне на бедра.

- Я знаю кое-что, что заставит меня почувствовать себя лучше задолго до утра.- Он наклонился вперед и поцеловал меня между грудей.

Я положила теплую влажную ткань поверх пасты и слегка надавила кончиками пальцев. От согревающей пасты поднимался знакомый запах горькой травы.

Кир сморщил нос.

- Просто немного дольше.- Я отступила на шаг, чтобы вымыть руки. - Тепло помогает ему проникнуть под кожу.

Кир испустил фальшивый вздох разочарования, который перешел в зевок. Он моргнул и посмотрел на свое плечо.

- Почему он так плохо пахнет?

Я закатила глаза и потянулась, чтобы поднять его с кровати.

- Я напомню тебе об этих словах, когда ты сможешь спокойно двигаться утром.- Я кивнула в сторону кровати. - Откинь одеяло.

- Теперь я могу двигаться с легкостью, - проворчал Кир, откидывая одеяло.

Я положил свою мазь обратно в сумку. Кир стоял и ждал, пока я снимала бинты. Паста впиталась в кожу, оставив зеленый оттенок и слабый запах.

- Утром я снова их обработаю.

Рука Кира скользнула мне за спину и притянула ближе. Он крепко поцеловал меня. Я позволила повязке упасть на пол и крепко вцепилась в него. Его рот был теплым, и он жадно исследовал мой. С энтузиазмом откликнулась и я.

Мы лежали на кровати, сплетя руки и ноги. Но я чувствовала дрожь в руках Кира, даже когда он двигался под одеялом. Я знала, что мне нужно сделать.

Я извивалась, пока он не лег на спину рядом со мной, прижавшись губами к моей груди. Я прижалась ближе, наслаждаясь его прикосновениями, стонала, когда его руки исследовали мое тело. Наконец, я поцеловала его, положив руки ему на грудь и трогая соски.

Он пробормотал от удовольствие, когда я медленно провела пальцами по его груди, чтобы обвести его член, а затем продолжила, пока моя рука не накрыла его. Он был горячим и твердым под моей ладонью. Его бедра слегка напряглись, пытаясь увеличить давление.

Я наклонилась и прижалась губами к его уху.

- Так же как и я требую своего военачальника.

Его глаза на мгновение расширились от удивления, как только я сомкнула свои пальцы вокруг него. Но потом он закрыл глаза, потерявшись в удовольствии от моих прикосновений. Я дразнила и дразнила его, используя свою руку, чтобы подвести его к краю, а затем отступила и смотрела, как он изнывает, бессильный против меня.

Его глаза распахнулись, затуманенные жаром.

- Лара, - прохрипел он, задыхаясь. - Лара, Я ...

- Сдавайся мне, мой военачальник, - таков был мой приказ.

Этого было достаточно. Кир закрыл глаза, его тело содрогнулось, и его удовольствие было моим. Он растаял на кровати, превратившись в лужу бескостных мышц.

Я поцеловала его в лицо, когда он расслабился во сне, вымыла нас обоих, затем натянула одеяло вокруг нас. Я осторожно положила голову ему на плечо, прижалась к его теплу и прошептала благодарственную молитву богине.

Я заснула, очень довольный своим выбором военачальника.

- -----------------

Много, много позже я проснулась от ощущения руки, поглаживающей мои волосы.

Я вздохнула от восторга и открыла глаза, чтобы увидеть лицо Кира рядом со своим. Он нежно поцеловал меня, его руки легли на мою грудь.

Шептала я ободряюще, когда его руки исследовали мою кожу. Прикосновение Кира оставило огненный след на моем теле, пока его рука не заиграла по моему низу живота. Там он остановился на мгновение и вопросительно посмотрел на меня.

- Ты проснулась?

Я улыбнулась.

- Я еще не уверена.

Он улыбнулся, в уголках его глаз появились морщинки, гордые и довольные. Он снова поцеловал меня, нежно коснувшись губами моих губ.

- Кир - выдохнула я ему в рот и повернулась, чтобы открыться ему. Он не нуждался в дальнейшем поощрении, медленно скользя в мои глубины, наполняя меня. Мы застонали вместе, когда наши тела слились. Мы остановились только для того, чтобы поцеловаться, а потом начали медленный танец под одеялом.

Руки Кира продолжали двигаться по моему телу, и я тоже исследовала его. Теплая кожа, мягкая от жары постели, скользила под моими пальцами.

Кир повернулся, двигаясь так, чтобы я оказалась сверху. Это движение толкнуло его глубже в меня, и я выгнула спину от этого ощущения.

Потом он замер.

Ошеломленная, я открыла глаза и посмотрела на него сверху вниз. Он посмотрел на меня своими блестящими голубыми глазами. Мои волосы рассыпались вокруг нас, создавая наш собственный личный мир.

- Плени меня снова, мой военный Трофей, - только и сказал он.

С вызовом я опустила бедра, и его глаза расширились во второй раз за эту ночь.

- Не думай, что я этого не сделаю, мой военачальник.

Так я и сделала.

- ------------

Я снова проснулся от звуков бьющегося вокруг нас Сердца.

Я лежала на спине, голова Кира лежала у меня на груди. Его руки обнимали меня, а нога лежала на моих ногах. Одеяло было теплым, и мне было так удобно, что я не хотела двигаться. Но в палатке пахло завтраком или обедом, и я была голодна. Я не разбужу Кира, от шума в моем животе.

Я протянула руку, чтобы погладить его волосы, густые и черные. Если бы мне удалось заставить его немного пошевелиться, я бы выскользнула из кровати, не разбудив его.

Кир поднял голову и улыбнулся.

- Я слушал, как бьется твое сердце.

Я улыбнулась ему в ответ.

- Разве прошлая ночь не была достаточным доказательством?

Он подвинулся и поцеловал меня, его губы были и твердыми и одновременно мягкими на моих губах. Я потерялась в нем, отвечая на его желание, когда поцелуй стал теплее и влажнее, предъявляя свои собственные требования.

Затаив дыхание, мы прервали наше занятие. Кир усмехнулся и с самодовольным видом откинулся на подушки.

- Никогда не бывает достаточно, мой военный Трофей.

Я выгнула бровь.

- Ты так уверен, что я выберу тебя на церемонии? Другие военачальники ухаживали за мной, ты же знаешь.

Кир мягко фыркнул.

- Ульти-крикливый, властный человек.

- Наглый, грубый, глупый дурак, - безмятежно ответил я. - Но "Оса", с другой стороны.

Кир зарычал.

Я рассмеялась.

- Не говоря уж о Лиаме!

- Лиам? - Удивленный, Кир сел, откинув одеяло. Холодный воздух окутал меня. Я вздрогнула и схватилась за одеяло. - Лиам ухаживал за тобой?

- Не совсем, - заверила я его, подоткнув одеяло под мышку. Потом я понизила голос до шепота. - Он хотел узнать о Маркусе.

Мы оба инстинктивно посмотрели на полог палатки, а потом друг на друга. Я наклонилась ближе к Киру.

- Почему ты не рассказала мне о Маркусе и Лиаме?

Кир приложил палец к моему рту и внимательно прислушался. Успокоившись, он притянул меня ближе.

- Что тут скажешь, Лара? Это его история, и из уважения к нему, как я могу ее рассказать?- Предупредил меня Кир, - ничего ему не говори, а то мы будем есть сырое мясо и не вкусный кавадж месяцами.

- Но что случилось?

- Я служил под началом Лиама вторым, - ответил Кир. - Когда мы вернулись в Сердце после ранения Маркуса—

- Военачальник, - позвал Маркус.

Мы оба виновато вздрогнули.

- Маркус? - Кир ответил.

- Посыльный для Трофея.- Судя по звуку его голоса, Маркус стоял у главного входа в палатку. Слава богине.

Кир нахмурился.

- Откуда?

Потом послышались звуки, какой-то разговор на расстоянии. Дискуссия закончилась, и я услышала, как Маркус идет к нам. Полог откинули, и он просунул голову внутрь.

- От старшего певца Ессы.- Голос Маркуса выдал его удивление, и он заговорил мягко. - Он просит у Трофея исцеления.

Часть 19

Сердце равнины бешено билось, когда мы шли к палатке Ессы. Повсюду люди разбивали палатки и укладывали грузы на лошадей. Я с удивлением оглядывалась вокруг, увидев то, что казалось хаосом. Перст и Рейф шли впереди нас, расчищая путь. Андер и Ювени замыкали шествие. Кир шел рядом со мной, впиваясь взглядом в любого, кто осмеливался приблизиться.

- Что происходит?- Спросила я.

- Подготовка к церемонии, - объяснил Кир. - Территория вокруг шатра Совета должна быть расчищена.

- Кто будет присутствовать на церемонии?- Спросила я.

- Все, - ответил Кир

Все?

Я хотела узнать больше, но мы подошли к палатке Ессы. Рейф и Прест остались снаружи, а двое воинов открыли дверь и приветствовали нас.

Я вошла и удивленно моргнула. Палатка была заполнена вещами, гораздо большим количеством вещей, чем я когда-либо видела в палатке военноначальников раньше. Это была такая же большая палатка, как и у Кира, но она была забита доверху. Оружие, доспехи, щиты, ткани, подушки, сундуки, в которых, казалось, хранились всевозможные безделушки и чаши. Это напомнило мне мою двоюродную бабушку Ксиделлу, которая никогда ничего не выбрасывала. Здесь едва хватало места, чтобы передвигаться, не говоря уже о компании.

Ессе полулежал на возвышении, окруженный подушками. На табуретке рядом сидел Дикий ветер. Они оба напряглись, когда Кир вошел следом за мной.

- Я попросил Трофей, - отрезал Есса.

- Ты получишь нас обоих, - прорычал Кир. - Или никого.

Дикий ветер ничего не сказал. Я шагнул вперед, снимая ремень сумки через голову.

- Я здесь, старший певец. Чем я могу вам помочь?

Есса и Дикий ветер обменялись быстрыми взглядами, затем Есса облизал губы.

- Я бы попросил исцеления, Трофей. Использование ваших навыков на ране.

Я молча кивнула.

- Конечно. Я более чем готова помочь вам.

Есса прочистил горло.

- Я бы попросил об этом исцелении под колокольчиками.

Я подняла бровь и обменялась взглядом с Киром. Он нахмурился, но ничего не сказал, и я кивнула.

- Это и есть истины Ксиан.

- Я бы попросил Дикого Ветра следить за твоим исцелением, - продолжил Есса.

Прежде чем я успела ответить, вмешался Кир.

- Ты умрешь первым.

- Кир, - вмешалась я, пытаясь разрядить напряженность, но Кир ничего слышал.

- Я не выпущу тебя из поля зрения или досягаемости.- Кир скрестил руки на груди.

Дикий Ветер медленно поднялся.

- Я буду защищать Трофей ценой своей жизни. - Мы оба потрясенно посмотрели на него. Он потряс посохом так, что черепа, привязанные к нему, задребезжали. - Я не могу принять ее обычаи, но она - военный трофей равнин, что подтверждено Советом старейшин.-

Он слегка наклонился, опираясь на посох обеими руками.

- Я приму присягу во время церемонии и прослежу, чтобы ей не причинили вреда.

Тут заговорила Есса.

- Это не значит, что он поддерживает тебя. Ты понимаешь? Но я сказал ему, что намерен просить о помощи, и он попросился посмотреть. Я согласился. Есса заерзал на подушках. - Ты позволишь мне это, Кир из клана Кошки?

Лицо Кира было спокойным, но я видела бурю в его глазах. После долгой паузы он повернулся ко мне.

- Лара?

- Мои клятвы требуют, чтобы я помогала всем, кто просит меня об этом, - ответил я. - Ты мой военачальник, Кир из клана Кошки. Я уважаю то, что ты беспокоишься о моей безопасности. Пожалуйста, уважай мои клятвы в ответ. Кроме того, - я улыбнулась ему, - это палатка. Если я хоть чуть-чуть задержу дыхание, ты прорежешь себе путь на мою сторону.

Тогда он бросил на меня несчастный взгляд, чтобы убедиться в этом. Но я подняла на него брови, и в уголках его глаз появились морщинки.

- Очень хорошо. Как мой Трофей просит.

Есса с трудом поднялся на ноги.

- Пожалуйста, не изруби мою палатку, военачальник.- Он направился к тому месту, где, должно быть, спал. - Сюда, Трофей.

Я подхватила свою сумку и последовала за ним, сопровождаемая Диким ветром. Мы вошли в спальню, которая была такой же большой, как у Кира, если не больше. Эта область тоже была забита другими предметами, странного вида барабанами, кожаными портьерами, сундуками с одеждой, вывалившейся наружу. Интересно, как он умудрялся иметь все эти вещи и все еще бродить по равнинам?

Есса со вздохом опустилась на кровать. Дикий ветер привязывал колокольчики к пологу. Есса посмотрел на меня и устало улыбнулся.

- Признаюсь, я думал, что ты откажешься.

- После всего случившегося?- Мягко ответила я. - Как я могла?-

Я поставила сумку на пол, почти боясь потерять ее в этом беспорядке.

- А теперь скажи, где вы ранены?

Есса, гордый певец равнин, покраснел. Раскраснелся, как девица. Удивленная, я стояла и ждала, не сводя глаз с Есса.

- Это не почетная рана, - признал Есса. Он замолчал.

Некоторое время я молча ждала, потом откашлялась.

- Целитель относится к исцелению так, как певец держит слова в своем сердце.

Есса внимательно посмотрел на меня.

- Правда?

Я молча кивнула.

- Я знаю, что конфиденциальность важна для того, кого лечат. Я не буду говорить об этом ни с кем другим.

Заговорил Дикий Ветер.

- Даже Киру?

Я посмотрела на него, потом снова на Есса.

- Вы все рассказываете своим любовницам?

- Нет” - подтвердил Есса.- Вовсе нет.

- Я тоже, - ответила я. - Если только это не что-то вроде чумы, где болезнь может затронуть других.

Некоторое время мы сидели молча, пока они обдумывали услышанное. Мне показалось, что в соседней комнате звякнуло оружие Кира. Судя по звуку, мой военачальник расхаживал взад-вперед.

Есса снова прочистил горло.

- Все эти часы, проведенные в Совете, только усугубили ситуацию. И этот зуд . . ."- Есса заерзал на кровати. - Этого достаточно, чтобы загнать человека в снега.

Я выгнула бровь, теперь понимая, в чем проблема, и начала рыться в сумке.

- А ваш кишечник? Как он ведет себя?

С облегчением кающегося грешника Есса начал рассказывать мне все подробности. Я внимательно прислушалась и вытащила одну из мазей, которые всегда ношу с собой.

- Пусть принесут , пожалуйста, теплую воду. И кое-какую одежду.

Есса не колебался, и он не остановился, когда я попросила его снять свои трусы. Я внимательно осмотрела участок.

- Все еще не так плохо. Но вы должны принять меры, чтобы избежать ухудшения ситуации.

Я дала ему мазь, и мы поговорили о его диете. Я убеждала его пить больше воды и каваджа и избегать острой пищи в течение некоторого времени. Я рекомендовала ему сидеть в теплой воде по крайней мере два раза в день.

- Если вы не примете эти меры предосторожности, они могут стать настолько плохо, что он будет болтаться.

Есса побледнел, когда я повернулась, чтобы вымыть руки.

- Этого можно избежать, если это возможно?

- Возможно. - Я согласилась.- Но у меня есть способы справиться и с этим. Но давайте сначала попробуем это. Мазь поможет при зуде.

Есса вздохнул.

- Совет будет закрыт после сегодняшнего вечера, на весь сезон.

- Это поможет.- Я встала.- Вы могли бы также рассмотреть возможность использования прокладки.

Дикий ветер ничего не говорил все это время. Он нашел табуретку среди беспорядка и сидел там, скрестив руки на груди, и смотрел, как я объясняю лечение Ессе. Теперь Есса посмотрел на него.

- Ну и что?

Лицо Дикого Ветра было бесстрастным.

- Что?- Спросила я.

- Он получил рану.

Дикий ветер жестом оборвал Ессу.

Я посмотрела на свои руки, тщательно вытирая их. Первой заговорила Есса.

- Она держит его так, как певец хранит секреты. Ты не дурак, Дикий ветер. - Есса скрестил руки на груди. - Упрямый, но не дурак.

Дикий Ветер уставился на меня.

Я скрестила руки на груди и уставилась прямо на него.

- ---------

- Итак - сказал Кир.

Мы возвращались в нашу палатку, держась за руки. Я бросила на него быстрый взгляд.

- Итак?

Он вопросительно посмотрел на меня.

- Ах.- Я посмотрела вперед и на мгновение прислонилась к нему, пока мы шли. - Ты хочешь знать, что случилось с Ессей.

- Я не думал, что он получил рану во время боя, - задумчиво произнес Кир. - Где он был ранен?

Я вздохнула.

- Кир, целители относятся к исцелению так, как певец равнин хранит слова в своем сердце.

Кир нахмурился

- Ты обещал мне рассказать.

- Куда я иду лечить и почему.- Я улыбнулась ему. - Я скажу тебе, кого лечу, но не подробности. То, что делается под колокольчиками-это личное, да?

Кир хмыкнул. Мы прошли еще несколько шагов, и он снова заговорил.

- Но Есса требовал у тебя исцеление?

- Он так и сделал.

- А старшего воин-жреца смотрел?

- Он смотрел.

- Я удовлетворен, - произнес Кир.

- Я очень рада.- Я одарила его улыбкой. - Я покажу тебе, как я буду рада, когда вернемся в палатку.

Кир ухмыльнулся.

Мы вошли в палатку вместе, Кир притворился, что тащит меня внутрь, и сказал что-то о том, что хочет забрать свой Трофей. Мы резко остановились, увидев Маркуса и Ами, стоявших лицом к нам.

- Пора, - сказал Маркус.

Кир напрягся.

- Церемония состоится только на закате.

Маркус посмотрел на нас обоих.

- Ей самой нужно поесть и помыться. Тебе тоже нужно подготовиться. - Маркус скрестил руки на груди. Ами скопировала его.

- Она будет хорошо охраняться и защищена, военачальник.

Кир нахмурился.

Маркус нахмурился в ответ.

Ами нервничала, ее глаза метались между двумя мужчинами. Я ждала неизбежного.

Кир фыркнул на Маркуса.

- Мы можем поесть вместе.

Маркус наклонил голову, и они с Ами отошли в сторону, открыв стол, заваленный едой.

- Сделайте это, - приказал Маркус. - Быстро.

- Так много еды, Маркус.- Я улыбнулась, Даже когда подошла к табуретке. – Зачем?

- МАЛЕНЬКАЯ ЦЕЛИТЕЛЬНИЦА!- Прогремел снаружи Симус.

Маркус закатил глаза, и я рассмеялась, когда Симус вошел в палатку.

- Приветствую тебя, Симус из клана Ястреба. Добро пожаловать в мою палатку.- Я указала на стол взмахом руки. - Присоединяйтесь к нам на обед.

- Спасибо, Трофей.- Симус отошел в сторону. - Есть еще один, который ищет твоего общества.

Жоден шагнул в палатку.

- Жоден, - тепло поприветствовала я его. - Пожалуйста, присоединяйтесь к нам.

- Спасибо, Трофей.- Жоден наклонил голову, и мы сели за стол. Первые несколько мгновений, возможно, были неловкими, но Симус не позволил этому продолжится. Он начал с удовольствием и рассказывать истории о своих приключениях в Кси после того, как мы уехали. Вскоре мы уже беспомощно смеялись, потому что его рассказы о спаррингах с Лордом Уорреном за столами в Высоком суде заставляли меня держаться за бока и смеяться до боли.

Маркус помедлил, давая понять, что время уходит впустую. Симус и Жоден встали, когда убрали последние тарелки.

- Пойдем, Кир, - настаивал Симус. - Маркус оставил твои вещи в моей палатке. Ты будешь готовиться там.

Кир открыл рот, но Маркус не стал этого делать.

- Иди. Я прослежу за Трофеем, а потом помогу тебе.

Кир сдался, и мы вместе поднялись. Я повернулась к нему, а Кир сделал шаг и заключил меня в объятия. Он крепко поцеловал меня, и я потянулась, чтобы обнять его за шею. Это займет всего несколько часов, но все же. Его губы были теплыми и чудесными, и я попыталась поцеловать его в ответ, пообещав, что сегодня вечером мы проведем нашу личную церемонию. Он застонал и притянул меня ближе к себе.—

- Хватит этого, - проворчал Маркус. - Более чем достаточно времени у вас будет для этого позднее.

Смех клокотал во мне, и мы прервали поцелуй. Симус воспользовался этой возможностью, чтобы схватить Кира за руку.

- Сейчас, Военачальник.

Жоден схватил его за другую руку.

- Идем, Военачальник.

Вдвоем они вытащили Кира из палатки.

Ами убирала последнюю посуду, и Маркус повел меня в спальню.

- Подойди и посмотри, Трофей.

Я шагнула внутрь и ахнула от этого зрелища. Там была ванна, огромная ванна, достаточно большая, чтобы я смогла в ней искупаться.

- Маркус! Где ты его нашел?

Маркус выглядел самодовольным.

- Обеспечение тебя-задача вполне в пределах моих способностей, Трофей.

Я бы обняла его, но он удержал меня.

- Ждать. Есть и это тоже.

На кровати лежало платье, такое синее, какого я никогда не видела. Мой рот приоткрылся от этого зрелища. Он был скроен как традиционное платье Кси, один кусок, который расширялся на бедрах. Я протянула дрожащую руку, чтобы коснуться его, и обнаружила, что это была та же шелковистая ткань, что и красное платье, которое я носила в Кси. Там были тапочки в тон, а также несколько лент того же цвета.

- Для твоих волос, - объяснил Маркус. -Цвет подходит к твоим глазам.

Я протянула руку и подняла его. Юбка была длинной, с достаточным количеством ткани, чтобы езда верхом не стала проблемой. Оно было со шнуровкой, которая шла вверх по спине от основания вдоль моего позвоночника. Оно бы подошло, но с ним нельзя было бы носить нижнее белье. И все же это было прекрасно. Я держал его перед собой и разглаживал ткань.

- Маркус, -с благодарностью прошептала я, а мои глаза наполнились слезами.

- Ничего из этого сейчас.- Отругал Маркус. - Ами принесет горячую воду и поможет тебе со всем, что нужно. У тебя есть мыло, да?

Я кивнула, не в силах вымолвить ни слова.

Он на мгновение нахмурился.

- Тебе нужен пояс для Кинжала. Или продолжай носить пружинный нож. Помни - Смерть приходит в одно мгновение.

- Нет. Маркус.- Я покачала головой, все еще держа платье в руках. - Я пришла сюда, как целитель, а не как воин.

- Как скажешь, Трофей. Ну что ж, хорошо. Я позабочусь о нем сам.- Маркус собрался уходить, но я протянула ему руку. Он замолчал и снова посмотрел на меня. Ами вошла в комнату с высохшей чистой одеждой в руках.

- Ты будешь там, Маркус?- Спросила я. – Во время церемонии?

Глаза Ами расширились.

Маркус кивнул мне.

- Я буду наблюдать за тобой, Трофей. Из тени.

Я поморщилась.

- Так неправильно.

- Но он же страдает!- Выпалила Ами.

- Ами!- Выругалась я. Она удивленно посмотрела на меня. -Это не так—”

Маркус поднял руку.

- Дитя, у нее совсем другой взгляд на наш мир. Будь осторожна, а то она откроет тебе глаза, а?- Он указал на меня. - Не думай, что все изменится в одночасье, Трофей.

Улыбнувшись, я наклонила голову и положила платье на кровать.

- Так.- Маркус улыбнулся. -Я пойду к военачальнику.

- Он должен подготовиться?- Спросила я.

Губы Маркуса дрогнули.

- О да.

- Как?

Маркус громко рассмеялся.

- Вот и увидишь.- Он повернулся, чтобы уйти.

- Маркус?

Он обернулся, вопросительно подняв бровь.

- Смерть приходит мгновенно, Маркус. - Я пристально посмотрела на него. -Но любовь длится вечно.

Он откинулся назад, его лицо побледнело, затем его взгляд упал на землю.

- Как скажешь, Трофей.

С этими словами он вышел из палатки.

Ами положила сохнущую одежду на край кровати.

- Я принесу еще горячей воды для ванны.

Она ушла, а я села на кровать, чтобы снять туфли, размышляя о том, какие приготовления могут понадобиться Киру. Голос Рейфа привлек мое внимание.

- Трофей?

Несколько шагов привели меня обратно в главную зону.

- Рейф?- Ответила я.

Его голова торчала в палатке.

- Тея Ренесс желает поговорить с тобой.

- Конечно – ответила я.

Вошла Ренесс.

- Спасибо тебе. Это займет всего лишь мгновение.

- Что я могу предложить вам—

Ренесс покачала головой.

- Я даже сидеть не буду. Нам нужно кое-что обсудить.

Ами вышла из кухни с ведрами в руках. Она побледнела при виде Ренесс. Не говоря ни слова, она поставила ведра на землю, опустилась на колени и прижалась лбом к Земле.

- Ами?- Я хотела подойти к ней, но Ренесс протянула руку, чтобы остановить меня.

- Ами.- Ренесс сурово посмотрела на нее сверху вниз. - Трофей, нам нужно обсудить этого ребенка.

- Но ... - я пристально посмотрела на нее. - Ами не ребенок.

- Она находится в нашем мире.- Ренесс нахмурилась, глядя на меня. - Ребенок, который ослушался старейшину своего племени.

Ами вздрогнула, но не двинулась с места.

- Чтобы спасти мне жизнь!- Запротестовала я.

Ренесс кивнула в знак согласия.

- Несмотря на это. Но она все равно не подчинилась. Это не то, что разрешено делать ребенку. В обычных обстоятельствах она была бы наказана. Видишь?

Я сложила руки на груди.

- Нет.

Ренесс поджала губы.

- Это путь равнин, Трофей.- Она взглянула на Ами, все еще распростертую перед нами. - Члены Совета старейшин обсудили этот вопрос со мной. Мы решили, что Ами все еще принадлежит к клану Совета. Что, учитывая обстоятельства, она не будет наказана. Однако она освобождается от контроля над путями и отдается на ваше попечение.

- Мне? - Я моргнула. – Но?

- Нет.- Ренесс покачала головой. - Ами из племени Кабана, дитя равнин, теперь твоя обязанность.

Я посмотрела на Ами.

- Ами, с ты хочешь этого?

Ренесс застыла от неодобрения.

- Дело сделано, Трофей. Ее мнение не имеет значения.- Она повернулась, чтобы уйти.

- Ренесс, а как Иасу?- Быстро спросила я.

- Болит рука и живот, но хорошо.- Ренесс оглянулась через плечо. - Приходи к ней завтра, когда захочешь. Ты можешь взять с собой ребенка.

- Есть еще кое-что - твердо сказала я.

Теперь Ренесс смотрела на меня с явным нетерпением.

- Что?

Я подняла подбородок, чтобы посмотреть ей прямо в глаза.

- Ты самая старшая из тей равнин. Поэтому я говорю тебе, что если я буду рожать детей от Кира, то эти дети будут воспитаны моей рукой и никем другим. Наш первенец будет наследником королевства Кси.- Я впилась в нее взглядом. - Никто не отнимет у меня ребенка при рождении.

Ренесс с минуту смотрела на меня, а потом низко склонила голову.

- Я сообщу остальным, Трофей. Никто не будет оспаривать твое слово или твои истины в этом.

Прежде чем я успела сказать еще хоть слово, она исчезла.

Ами неуверенно поднялась на ноги.

- Я вылью их в ванну, Трофей.

- Ами.- Я тяжело вздохнула.

Ами посмотрела на меня.

- Меня это вполне устраивает, Трофей. Лучше это, чем наказание.- Она заколебалась. - Может быть, ты откроешь мне глаза, да?

Я улыбнулась, и она вернулась к своей задаче. Может быть, я бы так и сделаю.

Я приняла ванну, используя все преимущества, чтобы вымыться с моим ванильным мылом. Ами помогла мне заплести волосы лентами, чтобы они обрамляли мое лицо. Платье сидело идеально, как и тапочки. Маркус позаботился об этом, я была уверена. Ами помогла мне со шнуровкой на спине.

Я поиграла с сумкой, но решил не делать этого. У меня не хватило духу испортить платье ремнем. Я отдала его Ами, которая обещала отдать его Маркусу. Она посмотрела на меня, явно довольная результатом. - Твои глаза голубые, как небо, Трофей.

Я поблагодарила ее.

- Маленькая Целительница!- Голос Симуса прогремел от входа. - Время пришло!

Я вышла из палатки и увидела, что солнце садится, а небо переливается красными и золотыми красками, под стать земле внизу. Симус ждал меня вместе со всеми моими охранниками, верхом на лошадях. Все выглядели так, словно провели весь день, полируя свои доспехи. Даже у лошадей были ленты в гривах и хвостах.

Улыбка Симуса была широка, как небо.

- Наконец-то! Пришло время заявить права на вашего военачальника, Трофей!

Я улыбнулась в ответ.

- Ну разве вы все не чудесно выглядите!

Рейф, Перст, Андер и Ювени улыбнулись мне в ответ, выглядя при этом на все сто.

Симус рассмеялся, его золотые серьги блеснули на свету. Он с размаху спешился.

- Мы-твое сопровождение , Ксилара, дочь Кси, Королева Кси и воительница равнин. Мы прокатимся в круг Совета.

- Прокатиться?” - Я посмотрела туда, где стояла палатка совета, и обнаружила, что она исчезла.-Симус, куда мы идем?

- Ты увидишь.- Симус протянул руку. - Позволь мне помочь тебе сесть на лошадь, Трофей.

Я шагнула вперед. Симус обхватил меня руками за талию и легко поднял на спину Великого Сердца. Конечно же, ткань юбки плавала вокруг моих ног без проблем.

Симус сел на лошадь, и мы направились к озеру. Я удивленно оглядывалась по сторонам.

Сердце равнин исчезло. Ну, палатки исчезли, все, кроме моей. Единственное, что осталось-трава, высокая и примятая, обозначившая место, где был город. Впереди нас были люди равнин, все сидели на земле, смеялись и разговаривали. Между ними был один широкий проход, по которому Симус повел нас вниз, держась медленного шага. Теперь я поняла, что костровые ямы, которые, как мне казалось, так беспорядочно разбросаны по палаткам, выстроились в узор, вокруг которого теперь сидела толпа людей.

Когда мы подошли к краю толпы, раздались радостные возгласы, и воздух наполнился радостными криками

- Хейла- Не все лица выражали радость, но по большей части мой прием был теплым. Симус и мои стражники гордо сидели, пока наши лошади спускались к тому месту, где стояла палатка Совета

Ярусы теперь исчезли, и только Есса, Дикий ветер и Ренесс стояли там, перед их табуретами. Я мельком заметила подушку за подушкой позади Есса. Там, где раньше стояла палатка, остался только странный каменный пол - большой серый круг.

Симус остановил коня и крикнул совету:

- Старейшина из старейшин равнин, я привез к тебе Ксилару, Военный трофей!

Рев поднялся, когда вся толпа встала. Земля, казалось, дрожала, когда они все топали ногами и орали во весь голос. Волосы на моих руках встали дыбом, а тело затряслось. Волнение в воздухе было по меньшей мере пьянящим. Что бы там ни думали старейшины, жители равнин встречали меня с радостью.

Симус спешился и помог мне слезть с лошади. Как только мои ноги оказались на земле, он предложил мне руку, на манер Ксианцев. Я улыбнулась и взяла ее, и мы подошли к старшему. Там Симус поклонился им, а потом мне, и вышел из круга в толпу.

Дикий ветер поднял свой посох, и толпа затихла.

Небо немного потемнело, и поднялся ветерок, дразня мои волосы. Я подняла руку, чтобы нервно погладить их, и стала ждать.

- Ксилара, дочь Кси, - произнесла Ренесс, и ее голос разнесся над толпой. Я слышала, как ее слова повторялись в толпе позади меня, создавая странный, похожий на Эхо эффект. - Тебя утвердили в качестве Военного Трофея равнин. Мы спрашиваем в последний раз, ты хочешь быть освобождены от этой должности?

- Нет, - твердо ответила я.

- Ксилара, дочь Кси.- Голос Есса был высоким и ясным. - Тебя утвердили в качестве Военного Трофея равнин. Мы спрашиваем в последний раз: хочешь ли ты вернуться на земли своего народа?

- Нет - снова ответила я, только чтобы услышать свой ответ, эхом отдающийся позади меня, когда толпа повторила его.

- Ксилара, дочь Кси.- Заговорил Дикий ветер. - Тебя утвердили в качестве Военного Трофея равнин. Вы хочешь заявить права на военачальника?

- Да - ответила я.

- Повернись к народу и потребуй своего военачальника.- Дикий ветер про жестикулировал на толпу

Я глубоко вздохнула и повернулась лицом к толпе.

Лошадей убрали, остались только люди, стоявшие там и молчавшие.

Я снова глубоко вдохнула холодный, сладкий воздух.

- Я объявляю Кира из клана Кошки своим военачальником!

Мои слова повторялись снова и снова. Я почти видела, как они двигаются над толпой, подобно водной волне.

- Трофей.- Есса заговорила, и его слова эхом отозвались в толпе. - Ты выбираешь человека, лишенного своего титула.

- Будь он голым и беспомощным, больным или раненым, я бы все равно признал Кира из клана Кошки своим военачальником.- Мой голос прозвучал вызывающе и четко.

Старшие склонили передо мной головы.

Есса первым поднял голову и поднял руки.

- Военный трофей выбрал своего воина.

Он изменил формулировку, но мне было все равно. Когда его слова повторились, все обернулись, глядя на широкую дорожку между ними. Эхо стихло, и мы ждали в тишине.

Я думала, что он выйдет из толпы в какой-то момент, но никто не двигался. Все головы были устремлены вниз по этой дорожке, так что я тоже посмотрела, только чтобы увидеть фигуру, идущую ко мне в отдалении, идущую уверенно. Я прищурилась, пытаясь разглядеть, кто это, пока мои глаза не расширились от удивления.

Это был Кир, идущий ко мне босиком и одетый только в тонкие белые брюки.

Я втянула в себя воздух. Он выглядел таким уязвимым, без доспехов и оружия. Он шел ко мне с обнаженной грудью, босиком, с напряженным лицом и голубыми, как небо, глазами.

Я с трудом сглотнула, узнав ткань. Это был тот же материал, что и сорочка, которую я носила, когда сдавалась ему в Кси. Как я сдалась ему, так и он теперь сдался мне на глазах у всех равнинных воинов.

Мое сердце мгновенно наполнилось радостью, гордостью, любовью к огню моего сердца.

Мой военачальник.

Кир приблизился и встал передо мной. Его бронзовая кожа блестела, словно смазанная маслом. Я посмотрела в эти голубые глаза и хотела дотянуться до него, но он опустился на колени и опустил голову так, чтобы я могла видеть его затылок. Снова подул ветерок, и я уловила слабый запах ванили.

- Твой избранный военачальник предстает перед тобой обнаженным и без оружия.- Ренесс заговорила у меня за спиной. Ее выбор слов сделал ее поддержку очень ясной.

Кир опустился еще ниже на корточки и склонил голову.

- Твой избранный воин подчиняется тебе, Трофей, - добавил Есса.

Кир поднял руки ладонями вверх, как и я давным-давно.

Теперь заговорил Дикий ветер, и в его голосе прозвучал легкий сарказм.

- Ты вольна отвергнуть или потребовать его Трофей. Говори, под открытым небом, и все будет так, как ты пожелаешь.

Слова, сказанные Киром в тронном зале, эхом отдавались в моей голове. Я протянула руку и накрыла его ладонь своей.

- Я назвала своего военачальника.

Снова раздались дикие аплодисменты. Я потянула Кира за руки, и он встал передо мной, его голубые глаза сверкнули, когда он посмотрел мне в глаза. Я подняла его руки так, что наши ладони соприкоснулись, и просунула свои пальцы между его пальцами.

- Поцелуй меня, Кир.

- Лара. - Кир наклонился, и звуки приветствий растаяли вдали. Его губы коснулись моих, и я наклонилась к нему, чувствуя тонкий белый материал его одежды и запах ванили на его коже. Это была страсть, и жар, и любовь, а за ней-обещание целой жизни.

- На нас надвигаются снега! – объявил Есса. - Совет старейшин закрыт, пока не настанет тепло и вырастет новая трава. Но в эту ночь, пусть будет праздник!

Позже я обнаружила, что сижу рядом с Киром на каменном круге, а перед нами танцуют узоры. Маркус был рядом, как и Ами, и все те, кто поддерживал нас. Атира и Хит только что ушли, пообещав в мою честь особый танец, который Атира придумала сама.

Я со вздохом прислонилась к плечу Кира. Симус передал оружие Кира и кожаные доспехи, и Кир снова стал свирепым, хорошо вооруженным воином равнин. Очень жаль. В этих штанах он выглядел великолепно. Может, мне удастся убедить его надеть их в постель? Я почувствовала, как мои губы изогнулись в улыбке от этой мысли. Кир, лежащий на нашей кровати, одетый только в это. . .

Словно уловив мои мысли, губы Кира коснулись моего уха.

- Какой интересный взгляд, Трофей - Он уткнулся носом мне в шею. -О чем ты думаешь?

Я искоса взглянула на него и решила быть честной.

- Ты. Эти штаны. Наша кровать.

Кир откашлялся и заерзал на стуле.

Я понизила голос.

- Это наш личный праздник.- Я положила руку ему на бедро и погладила пальцами кожу.

Он положил свою руку поверх моей, захватывая ее.

- Было бы невежливо уйти, не увидев, как танцует узор Атира.

Я вздохнула.

- Твоя правда. Но ведь ты-военачальник равнин. Дерзкий. Требовательный.- Я пошевелила пальцами в его руке. - жесткий, при случае.

- Ничего из этого сейчас. – проворчал Маркус позади меня. Он был в плаще и держался позади нас.

- Маркус, - заскулила я.

- Военный трофей- передразнил он. -Достаточно времени для этого после танцев. Узоры сотканы специально для этого торжества.

- Да.- Кир с самодовольным видом сжал мои пальцы. - Веди Себя Прилично, Трофей.

Я удивленно посмотрела на него.

Маркус фыркнул.

- Как будто ты не жеребец, готовый принять свою кобылу.

Я выпрямилась, вспыхнув, как девчонка.

- Маркус!

- Тише, вы оба, - проворчал Маркус. - Я поставил палатку у самой воды, подальше от всех остальных, где вы сможешь уединиться настолько, насколько пожелает Трофей.

- Охраняетя?- Прорычал Кир.

- Да, - твердо ответил Маркус. - Достаточно близко, чтобы охранять, но достаточно далеко для уединения. Я тоже буду рядом, со всем вашим снаряжением.- Он пристально посмотрел на меня. - Включая твою сумку.

- Ну, в таком случае, - сказала я, улыбаясь Киру. -Я подожду достаточно долго, чтобы увидеть пару танцующих фигур.

Маркус вручил нам обеим кружки каваджа и подтолкнул нас, чтобы привлечь наше внимание к области перед нами. Я посмотрела, и громко рассмеялась. Атира соткала узор танца, основанный на шахматной партии. Все фигуры были на месте, и два игрока стояли по обе стороны "доски".

Только эта игра включала фактический бой между частями. Когда каждая фигура двигалась, она сражалась с другими. Это было захватывающее сплетение игры и танца, и мы все одобрительно закричали, когда "королю" наконец поставили мат.

В конце концов Кир поднялся и подхватил меня на руки. Смех и крики раздавались со всех сторон, когда он вышел из круга, следуя за Маркусом. Я слышала, как трава тянула его штаны, когда он шел. Вдалеке, на берегу, виднелась палатка, настолько уединенная, насколько мне хотелось бы. Позади нас, Симус поднялся и позвал остальных следовать за нами. Этой ночью мы с Киром будем в безопасности.

Я обвила руками шею Кира.

- Итак, как мы будем праздновать, мой военачальник?- Игриво спросила я, пока он шел. -Может быть, вы хотите сыграть партию в шахматы? Или я могла бы почитать вам из "Эпоса о Ксиане".

Кир издал низкий горловой рык.

- У меня есть еще кое-что на уме, Лара.

- Неужели? Что бы это могло быть?- Спросила я, уткнувшись носом ему в шею.

Он повернул голову и зашептал мне на ухо: Я покраснела, мое лицо пылало.

- Идем быстрее, Кир.

- Как прикажешь, Трофей.

Кир отпустил Маркуса и понес меня в палатку. Мне было приятно видеть лампу, которую подарил нам Кикай, ее свет радостно потрескивал.

Усмехнувшись глубоко в груди, Кир одним плавным движением прижал меня к кровати и поцеловал. Я тихонько замурлыкала от удовольствия, когда он заставил мои губы раскрыться, затем исследовал мой рот, глубоко погружаясь, а затем отступая, чтобы прикусить край моей нижней губы.

Пока он продолжал свои исследования, я почувствовала, как его руки скользят по ткани моего платья, чтобы обхватить мою грудь. Я протянула руку, чтобы исследовать его спину, но ощутила только твердую кожу доспехов. Я отстранилась.

- Кир,я хочу почувствовать тебя.

Затем он встал на одно колено на кровати и начал отстегивать свое оружие и кожаные доспехи. Я вздохнула, когда он снял свою одежду, одну часть за другой. Он не сводил с меня глаз.

- Если ты и дальше будешь так смотреть на меня, - сказал он, - этот праздник закончится раньше, чем начнется.

Я улыбнулась ему.

- О, я думаю, что ты достаточно воин для этой битвы.- Я протянула руку, намереваясь вытащить ленты из волос.

Дыхание Кира стало чаще.

- Нет, Лара. Позволь мне это сделать.- Он вытянулся рядом со мной и потянул за ленты. Мои волосы волной рассыпались по его руке. Кир поднес горсть к носу и глубоко вздохнул. - Я пропустил это. Больше, чем я думал, что это возможно.

- Мои волосы?- Игриво спросила я.

- От одного твоего вида.- Он изучал меня со всей серьезностью. - Твой запах. Твое присутствие в моей палатке. В моей постели.- Он наклонился и покрыл поцелуями все мое лицо, мягкими теплыми прикосновениями к моей коже. Я закрыла глаза, когда он двинулся к моему рту, покусывая край. Кир вздохнул, когда я откинула голову назад, давая ему доступ. Его теплое дыхание ласкало мою влажную кожу. Наконец, он отодвинулся, чтобы завладеть моими губами, и нежно поцеловал меня, пока я не задохнулась, чувствуя покалывание во всем теле.

Но он прервал поцелуй со странным выражением боли в глазах.

- Кир, - мягко спросила я, протягивая руку, чтобы обхватить его лицо, - что случилось?

- Небо, я думал, что отправил тебя на верную смерть.- Его глаза были полны боли.

- Остановись.- Я перекатилась на бок и начала гладить его грудь. Я почувствовала, как он вздохнул и расслабился от моего прикосновения. - Я здесь, живая и невредимая.

Кир зарылся лицом в мои волосы, уткнувшись носом в мою шею с тихим шепотом наслаждения. Он протянул руку и притянул меня ближе, так что наши тела соприкоснулись. Его рука скользнула вниз по моей спине, чтобы положить пальцы у основания позвоночника, и поиграли со шнуровкой.

Я немного пошевелилась от слабого дразнящего прикосновения его пальцев, когда они скользнули сквозь шнуровку, чтобы погладить мою кожу.

- Кир, не дразни меня.

- Дразню - Его дыхание было теплым на моей шее. -А где твое нижнее белье, моя настоящая Ксианская женщина?

- Его могли заметить.- Я пошевелила бедрами, пытаясь избежать его поддразнивания. - Настоящая Ксианская женщина не выставляет свое нижнее белье на всеобщее обозрение.

- МММ” - задумчиво протянул Кир. - Итак, моя самая настоящая ксианска открыта и ждет меня под этим платьем?

Его руки успокаивали.

- О, да. - Я медленно улыбнулась и положила руки ему на грудь, чтобы подразнить его трогая редкие волоски. Я обвела кончиками пальцев его соски. - Развяжи меня, и ты увидишь, как я открываюсь. Как охотно.

Его пальцы потянули за узел шнуровки.

- Возможно, мне потребуется некоторое время, чтобы разобраться в этой путанице. Я должен быть осторожен.- Кир наклонился и коснулся губами моих губ. - У Маркуса будет припадок, если я испорчу это платье.

Я снова заерзала, когда он начал затягивать шнурки.

- Кир. Это займет целую вечность.

- Я могу придумать, как скоротать время.- Его голубые глаза заблестели, и он поцеловал меня.

Это были долгие, медленные поцелуи, которые заставляли меня стонать. Как я ни старалась, я не могла заставить его поторопиться. Я сдвинула ноги в пределах платья, и мягкая ткань скользнула по моей коже.

- Кир, - взмолилась я.

Его пальцы потянули за следующий шнурок, а кончики пальцев ласкали кожу внизу.

- Поэтому, когда я дойду до конца и медленно спущу с тебя платье, твои груди будут напряжены и жаждать моих прикосновений.- Кир лизнул меня чуть ниже уха, и я вздрогнула. - И когда моя рука проскользнет под твое платье, я найду тебя теплой и готовой.-

В его грубом тоне было такое удовлетворение, какое-то высокомерие. Я моргнула, ошеломленная страстью. Его глаза сверкали, ярко-синие на бронзовом лице.

- Так я заявляю о своем Трофее.

Я снова застонала и закрыла глаза, отдаваясь наслаждению его прикосновений. Но как раз перед тем, как потерять себя, я вспомнила.

Спасибо тебе, богиня . . . Леди Луны и звезд, спасибо.

- ----------

Я проснулась утром, чувствуя себя прекрасно. В тепле и безопасности, прижатая к Киру, его рука на моей талии. Снаружи доносились слабые звуки. Возможно, лошади. Отдаленный звук чьей-то работы вокруг костра. Это, должно быть, Маркус, присматривающий за нашей едой. Я подняла голову и глубоко вздохнула. Маркус готовил хлебные пироги.

В животе у меня заурчало.

Я осторожно высвободилась из объятий Кира и потянулась за его плащом. Я оделась ровно настолько, чтобы получить что-нибудь от Маркуса, и заползти обратно в постель к Киру. Завязывая его на шее, я улыбнулась, увидев, что он спит, растянувшись на кровати. Кажется, я измотала своего военачальника прошлой ночью. Я улыбнулась еще шире, увидев, как эти белые штаны прилипли к его коже. Возможно, мне удастся уговорить его снять их для меня.

После того как я получу завтрак.

Я ступила на примятую траву и огляделась. Мы расположились вдоль берега, довольно далеко от Сердца. Я не видела никакого движения в этом направлении. Справа от себя я увидела гораздо меньшую палатку, установленную на берегу. Должно быть, это был Маркус, там тоже паслись лошади. Один из них, коричневый, поднял голову и приветственно заржал. Великое Сердце.

Я двинулась в том направлении, прижимая к себе плащ и следя за тем, куда ставлю ноги. Там была тропинка из примятой травы, по которой я шла между зарослями более высоких трав. Не годится, чтобы порезать себе ноги о что-нибудь. Я никогда не услышу конца жалобам от Маркуса. Или Кира, если уж на то пошло.

Маркус вышел из своей маленькой палатки и увидел меня. Он помахал рукой в знак приветствия, и начал работать над несколькими кастрюлями у костра. Я ускорила шаг, соблазненная обещанием теплых хлебных пирогов. Воздух был свежим, а солнце еще не согрело землю. Мне действительно следовало надеть тапочки, но трава была достаточно мягкой.

Маркус выпрямился, когда я подошла, с довольным выражением на лице, когда я оказалась у его костра.

- Кавадж Трофей?- Его голос был тихим. – Хлебный пирог будет готов через минуту.

Я молча кивнула.

- И гурт, если они у тебя есть - Я подошла к тому месту, которое было расчищено между костром и высокой травой. - Кир все еще спит.

- Ничего страшного, - заметил Маркус. Он обошел вокруг костра и потянулся за котелком каваджа. -Сам мог бы использовать.

Трава позади него зашевелилась от движения.

Без всякого предупреждения, Ифтен выскачил, закованный в броню, с кинжалом в руке, мокрый и покрытый грязью и травой. Прежде чем я успела среагировать, он бросился на Маркуса из его слепой зоны.

Застыв, я с ужасом наблюдала, как Ифтен вонзил свой кинжал в бок Маркуса. В течение одного долгого ужасного момента мы стояли молча и неподвижно. Ифтен выдернул клинок, и время снова текло.

Маркус схватился за бок. Он отшатнулся от костра, издав хриплый шепот, прежде чем рухнуть.

- Беги!

Я побежала, выкрикивая имя Кира.

Ифтен бросился на меня, его рука тянулась к подолу плаща. Он поймал его и дернул. Я отшатнулась, выдергивая тряпку из его руки. Но теперь он был между мной и палаткой, где лежал Кир. Зубы Ифтена блеснули, когда он удовлетворенно зарычал, его губы были испачканы коричневой слюной.

Я бросилась прочь, прямо от берега. Плащ вспыхнул, завязки впились мне в горло. Я рискнула оглянуться назад и увидела, что пальцы Ифтена просто не достают до подола. Я использовала все свое свободное дыхание, чтобы снова закричать, предупреждая Кира. Но единственный ответ пришел сзади-ответный крик одной из лошадей.

Тогда Ифтен ударил меня, я упала на землю. Я перекатилась, подняв лицо к небу, Ифтен пытался прижать меня к Земле. Он сел мне на бедра и прижал мою правую руку к своему колену, вдавливая ее в грязь. Плащ распахнулся. Я была обнажена, и от этого его прикосновения казались еще более отвратительными.

У меня перехватило дыхание, когда он всем своим весом навалился на меня. Одна моя рука была свободна, но я хватала Ифтена за его искалеченную руку. В этой руке все еще была сила. Я изо всех сил пыталась вырваться, когда он размахивал передо мной кинжалом, по которому стекала кровь Маркуса.

- Так теперь, ксианка - прошипел он, его глаза были едва заметны. - Я спасаю равнины и свой народ.

Ифтен поднял кинжал для удара, целясь мне в грудь.

Что-то прогремело у него за спиной. Ифтен заколебался лишь мгновение, но этого было достаточно.

Достаточно долго, чтобы появилось Великое Сердце и вгрызлось в плечо Ифтена.

Ифтен закричал от ярости, его кинжал выпал из пальцев.

Моя лошадь, моя сонная старая коричневая лошадь, почти, казалось, зарычала, а затем оторвала Ифтена от меня рывком головы. Ифтен откинуло назад, достаточно далеко, чтобы я смогла освободится. Я нащупала кинжал и вскочила на ноги, чтобы увидеть, как Великое Сердце разворачивается на полкруга, так что лошадь оказалась между мной и моим нападающим.

Великое сердце отпустило его руку и отскочило назад, фыркая и мотая головой. Лицо Ифтена стало гримасой, когда он поднялся на ноги. Выругавшись, он протянул руку и вытащил меч. Он сделал несколько шагов в мою сторону, но Великое Сердце заржало на него.

Со стороны нашей палатки послышался ответный рев, когда Кир выскочил на полной скорости.

Тут внимание Ифтена переключилось. Выругавшись, он отстегнул от спины щит и воткнул в ремни искалеченную руку. Кир мчался по траве с мечами в обеих руках, одетый только в белые брюки.

В ужасе я наблюдала, сжимая свой плащ вокруг себя, когда поняла, что Ифтен был в доспехах, а у Кира их не было. Но Кир никогда не останавливался в своем деле. Он приблизился, замахиваясь на Ифтена сначала одним клинком, потом другим.

Ифтен уклонился, используя щит, чтобы отбить вторую атаку. Он усмехнулся, и в его глазах было чистое безумие.

Кир стоял с холодным взглядом, держа перед собой мечи. Его грудь тяжело вздымалась, синяк на плече все еще был заметен. Мышцы Ифтена дергались, зубы оскаливались, глядя на Кира. Бесконечное мгновение они кружили друг вокруг друга в тишине, грациозные и смертоносные.

Кир аттаковал.

Ифтен парировал удары щитом, отступая на некоторое расстояние, прежде чем броситься вперед с собственным клинком. Кир уклонился от ответа, и они снова посмотрели друг на друга, ожидая, кто сделает следующий шаг.

Я сжала кинжал в руке под плащом, но знала, что лучше не вмешиваться. Маркус научил меня держаться подальше от—

Маркус. Я оглянулась на его палатку, но его нигде не было видно. Лязг мечей вернул мои глаза к битве. Великое сердце все еще танцевало между мной и воинами, как будто он пытался увести меня прочь.

Ифтен бушевал как огонь; Кир был холоден как лед. У меня перехватило дыхание, когда я увидела глаза Кира, сосредоточенные на его противнике. Здесь не будет ни пощады, ни разговоров. Это закончится только смертью Ифтена, даже если Кир умрет вместе с ним. Я глотала любой протест, любое предупреждение. Не было никакого смысла.

Кир стиснул зубы, когда его мечи двигались перед ним, почти осмеливаясь Ифтена атаковать его. Ифтен уклонялся, наступая с высоко поднятым щитом, пытаясь подобраться достаточно близко, чтобы нанести удар. Великое Сердце предупреждающе заржал. Большая лошадь пронеслась мимо меня, позади меня.—

Я обернулась и увидела двух воинов-жрецов, мужчину и женщину, выходящих из воды озера и карабкающихся на берег.

Я застыла в ужасе. Время, казалось, замедлилось.

Они двигались быстро, их спутанные косы качались, когда они бежали ко мне. Одетые только в свои татуировки и кожаные брюки, вода лилась с них и лезвий кинжалов, которые они держали.

Великое сердце прошел мимо меня и направился к ним, издавая ржание.

Они разделились, бросаясь в сторону. Великое сердце последовало за мужчиной.

Женщина направилась ко мне.

Воздух ворвался в мои легкие, но я застыла, мой плащ был распахнут спереди. Ее зубы сверкнули, потому что я был одна и обнажена, легкая добыча для воина. Она подбежала ко мне, держа меч наготове, ее глаза блестели от татуировок, покрывавших ее лицо. Глаза наполнились уверенностью и победой.

В этот момент меня захлестнула ярость.

Я слышала, как Кир закричал позади меня, когда он понял опасность для меня, услышав влажный "тук", когда Великое Сердце встал на дыбы и ударил своего врага в голову. Но мое внимание было сосредоточено на нападавшей, и гневе, который наполнил меня.

Она собиралась убить моего ребенка.

Она сделала несколько шагов ближе ко мне, затем остановилась, как будто она принесла хорошие новости.

- Ты хорошо встретишь свою смерть, Ксианка, - смеялась она. - Я подарю ее.

Я вытащила из-под плаща кинжал Ифтена и вонзила клинок ей в горло.

Она была поражена, слишком удивлена, чтобы использовать последние моменты своей жизни, чтобы напасть на меня.

Отскочив в сторону, я потянула за собой лезвие.

Она ахнула, выронила нож и упала на колени. Я прошла еще несколько шагов назад и спокойно наблюдал, как она поднесла руки к горлу, пытаясь остановить кровь. Мои знания целителя говорили мне, что это не поможет ей.

Ничто не могло.

Когда она рухнула на траву, я обернулась и увидела, что Великое Сердце стряхнуло человека вниз и под его копыта. Мой старый сонный Боевой конь позаботился об этой угрозе, раздавив тело в пух и прах.

Я отошла подальше от умирающей воина-жрицы и сосредоточилась на Кире.

Он пытался прийти ко мне на помощь, но Ифтен заблокировал его передвижения. Они оба поняли, что я оказалась в безопасности в один и тот же момент, и Ифтен взвыл от гнева и разочарования. Кир зарычал, и битва между ними была возобновлена. Но теперь в глазах Ифтена появилось новое отчаяние, когда они столкнулись.

Даже когда я задавалась вопросом, как долго это может продолжаться, Ифтен атаковал Кира, пытаясь протаранить его щитом. Кир отскочил в сторону, но Ифтен повернулся к нему снова, Кир ударил его щит, его меч глубоко вошло. Лезвие зацепилось за дерево.

Ифтен торжествующе завопил, поднимая меч. Кир блокировал его свободным мечом, а затем повернул другой.

Скручивание руки Ифтена.

Кость сломалась, четкий щелчок. Щит упал на бок, и вой Ифтена усилился от боли, когда он отшатнулся назад. Кир отпустил захваченный меч и взмахнул свободным. Были брызги крови, когда он попал в шею Ифтену; его глаза выпучились. Он опустил меч и поднял руку к шее, как будто чтобы остановить поток.

Кир глубоко вонзил меч в грудь Ифтена и одним быстрым движением вытащил его. Несколько неуверенных шагов, и Ифтен упал к ногам Кира.

- Кир! - Я подбежала к нему на несколько шагов, но Кир покачал головой. Я остановилась, пытаясь отдышаться. Кир стоял рядом с Ифтеном, тяжело дыша, его меч был тверд. Тонкая красная струйка побежала по лезвию, падая на тело Ифтена.

Ифтен лежал лицом вверх, с открытыми глазами.

Я прижала руки к груди, чувствуя, как колотится мое сердце.

- Неужели?

Кир подождал еще немного. Медленно, осторожно он опустился на колени рядом с Ифтеном. Осторожно, держа другой меч наготове для атаки, Кир сильно прижал руку к груди.

Я затаила дыхание.

- Мертв - В голосе Кира прозвучала нотка удовлетворения, когда он поднялся. Я бросилась вперед , в его широко раскрытые объятия. Наши губы встретились, и мы поцеловались, отчаянно нуждаясь в прикосновениях друг друга.

Через несколько секунд мы расстались, и я в ужасе уставилась на него.

- Маркус!”

Я повернулась и побежала обратно к палатке, где упал Маркус. Кир бежал прямо за мной. Но там никого не было. Просто кровавое пятно в траве и кровавая дорожка—

Направились к своей палатке.

Я посмотрела на Кира, почти боясь пошевелиться. Его лицо было таким же мрачным. Он протянул руку и взял меня за руку. Мы быстро двинулись по кровавому следу. По траве. Через полог палатки.

Маркус лежал на полу, свернувшись калачиком рядом со своим тюфяком. Моя сумка была там, открытая, ее содержимое разбросано по полу.

Кир опустился на колени, подхватил Маркуса и притянул к себе. Я бросила кинжал и бросилась рядом с маленьким человеком, мои руки потянулись к ране.

- Т-Трофей.- Один глаз Маркуса открылся, когда он пробормотал мое имя. Он уставился на меня, широко раскрытыми глазами, явно в шоке. Его рука была зажата под туникой, кровь была повсюду. Его туника была грязной, покрытой грязью и травой.

- Маркус.- Я наклонилась, чтобы отдернуть его руку, в ужасе от того, что я там обнаружу.

Только чтобы тупо уставиться на кровящую массу кровавого мха, прижатого к его боку.—Я ... я вспомнил. То, что ты сказала Гилу, - задыхаясь, произнес Маркус, отодвигая растение от раны.

В ужасе, я посмотрела на кожу, тонкий красный шрам зажил крепко. Кровавый мох нельзя использовать таким образом, он только запечатывает кожу, а не органы под ней. Если Кинжал перерезал кишечник, или ....

Дрожащей рукой я размазала кровь с его кожи по кончикам пальцев и поднесла ее к носу.

Пахло чистотой. Никакого запаха фекалий или яда. Никаких ранений в живот.

С радостным криком я бросилась в объятия Маркуса и заплакала.

Эпилог

Это была самая длинная ночь; ночь, когда люди равнин собираются, чтобы оплакать мертвых. Завернувшись в меха, я потянулась к руке Кира и позволила ему вывести меня в глубокий снег.

Там, в Кси, это была ночь Великого бракосочетания бога и богини, Повелителя Солнца и Повелительницы Луны и звезд. Там будет пир, танцы и смех.

На равнинах все не так.

От холода у меня перехватило дыхание, когда мы вышли из зимнего домика в темную ночь. Снег хрустел, когда наши сапоги ломали корку. Кир протянул руку, чтобы поддержать меня, и жестом показал Рэйфу и Персту, чтобы они шли впереди.

Конечно, это большая честь, но они также протоптали нам путь сквозь снег. Я посмотрела на Кира, который тоже посмотрел на меня, и его глаза блеснули. Он одел меня в теплые меха, так что холодный воздух касался только моих щек. Кир натянул капюшон на мои волосы и убедился, что я уютно устроилась, прежде чем позволить мне выйти наружу.

Прошел месяц с тех пор, как меня подтвердили, как Трофей. Сезон сильной простуды не столь суров на равнинах, как в Кси, но достаточно суров. Сердце Равнин исчезло. Все, что осталось, - это большой каменный круг Совета. Озеро замерзло, и люди и стада равнин отправились на зимние земли.

Остались только мы с Киром и те, кто решил перезимовать вместе с нами. Там еще стояло несколько палаток, использовавшихся днем в качестве укрытий для тех, кто пас табун лошадей и гуртлов.

Но ночью почти все - отступили в зимние домики: длинные низкие укрытия, наполовину зарытые в землю, больше пещеры, чем здания.

Видимо, к западу отсюда было несколько домиков с горячими источниками, которые позволяли некоторым оставаться рядом с сердцем круглый год. Это было похоже на горячие источники Кси, ванны под замком, и мне было любопытно увидеть их.

Но Кир намеревался, чтобы мы поехали на юг, где традиционно зимовало племя кошки. Многие из его людей решили продолжать служить Ему, несмотря на Совет. Мы бы использовали зиму, чтобы оценить наши возможности.

Кир мог бороться, чтобы вернуть свой статус. Симус, безусловно, примет участие в испытаниях. Военачальник Лиам подошел к Киру, чтобы обсудить предложение его помощи. Если Лиам переживет весенние испытания, он сможет помочь Киру. Это помешало бы другому военачальнику совершить набег на Кси.

Liani’s help would allow Keir to forgo the spring challenges. That meant we could return to Xy as soon as the snows would allow. There was so much to do if we were to make this work.

Помощь Лиама позволит Киру отказаться от весенних испытаний. Это означало, что мы можем вернуться в Кси, как только позволит снег. Нужно было так много сделать, чтобы все получилось.

Конечно, Лиам ясно дал понять, что его помощь будет стоить гораздо дороже, чем для его людей. Мы с Киром обменялись взглядами, но все же понимающе кивнули. Я подозревала, что Маркус окажется в осаде весной.

Ничего нельзя было сказать наверняка. Но ведь в этой жизни нет ничего определенного. Мы с Киром знали, что путь впереди будет трудным и неровным, идет ли он через равнины или через горы Кси.

Тем не менее, мы пройдем его вместе.

Все высыпали из домика позади нас, в снег. По большей части они молчали, хотя не было нескольких вздохов от красоты. Подняв головы, они с благоговением смотрели на безлунное небо, усыпанное звездами. Мне казалось, что я могу протянуть руку и собрать горсть. Я никогда не видела столько крошечных точек света, растянувшихся над землей.

Мы шли в мрачном настроении, даже Симус был подавлен. Мы несли факелы, но ни один еще не был зажжен. Вместо этого мы все шли в темноте, когда Жоден направился к каменному кругу. Ветер смел снег, и он решил, что это идеальное место для церемонии.

Жоден все еще не был полноценным певцом, решив отложить запрос на этот статус. Он подождет, пока его сердце действительно исцелится. Но Кир попросил его возглавить церемонию этой ночью, и он согласился.

Ибо это была самая длинная ночь, и по всей равнине, в рассеянных племенах, люди выходили из своих зимних жилищ, чтобы принять участие в этой церемонии.

Кир оглянулся, чтобы убедиться, что я справляюсь. Я широко улыбнулась ему, и он улыбнулся в ответ. Маркус тоже был позади нас, как и все мужчины, женщины и дети.

Странное чувство покоя наполнило меня этой ночью. Я почти нашла в себе силы простить Ксиманда за все его безумие и желание видеть меня мертвой. Если бы не его решение принести меня в жертву, кто знает, где бы я сейчас была?

Конечно, не на стороне моего военачальника, среди его народа.

Снег хрустел у нас под ногами, и в свете факелов я видела свое дыхание. Я никогда не видела такой ясной ночи, такого сверкающего неба. Я посмотрела прямо вверх, и вокруг было больше звезд, чем я когда-либо знала. Они освещали небо и снег мягким светом.

Мы достигли каменного круга, и остальные собрались вокруг нас, все мы смотрели на Жодена. Все замолчали, когда он поднял руки к небу.

- Мы ждем мертвых, - сказал Жоден, и от его голоса у меня волосы встали дыбом.-Те, кто умер в прошлом сезоне, кто ездил с нами все это время. Мы ждем, чтобы освободить их, и наши страхи, наши сожаления, нашу боль.

Я ничего не могла с собой поделать, мои глаза наполнились слезами, которые потекли по моим холодным щекам.

Кир сжал мою руку, и я посмотрела ему в глаза. Голубые глаза, в которых отражались звезды, и даже когда я плакала, я улыбалась ему.

Маркус был рядом со мной, хорошо скрытый мехами. Ничего не было видно из его тела, потому что он никоим образом не хотел оскорбить стихии.

- Добро пожаловать,мертвые - прошептал Жоден в тишине.

Все повернулись, чтобы посмотреть на возвышение, которое выходило на равнины. Я тоже повернулась, озадаченная. Что мы искали?

Я стояла, пока глаза привыкли, и задержала дыхание. Все равнины казались замерзшими и неподвижными, как будто чего ждали.

- Они пришли-Жоден указал вдаль.

Я услышала это, грохот копыт, и я задохнулась, увидев, что на далеком хребте появляется гигантское стадо призрачных лошадей, скачущее прямо на нас. Я пошатнулась, но Кир удержал меня сзади.

Мне никогда не приходило в голову, что лошади тоже умирают.

Они шли, дикие и свободные, бежали по снегу без усилий, гривы и хвосты словно текли, оставляя слабый след серебряного света. Когда они приблизились, мои глаза расширились..

На них были всадники.

С вихрем лошади окружили нас, скача по широкому кругу вокруг нас. Теперь я могла разобрать детали. Лица всадников становились ясными, когда они проезжали мимо, бледные и белые, как облака. Но там не было печали, только радость и мир. Люди при мне начали называть вои имена, родных, друзей и близких. Кир тоже кричал, имена, которых я не знала. Так много имен.

Четырежды они кружили нас, а затем они повернулись и поскакали прямо через нас.

Я могла видеть их, верхом и улыбкой, одетыми, как они были в жизни. Айсдира с ее длинной косой, Эпор со своей бородой и доспехами, их лица расплылись в улыбке. Я назвала их имена, когда они проходили мимо меня, и Эпор рассмеялся.

- Кикай! - крикнул Кир, и она предстала перед нами, смеясь. Она потянулась, и я могла поклясться, что она проворно взъерошила волосы Кира.

Толпа в ответ закричала приветствия своим близким, когда они проскальзывали мимо, и я тоже закричала, предлагая моим друзьям до свидания. Я огляделся, ища. ,

Гил.

Его лошадь остановилась передо мной, и вот он, его лицо горит, его кудри танцуют на ветру.

- Я так горжусь тобой, Гил, - прошептала я, говоря ему то, что я ему не сказала, пока он был жив.

Его глаза загорелись, и его улыбка стала шире, когда он позвал лошадь. Когда он пронесся мимо, Гил наклонился и холодными пальцами коснулся моей щеки. Я задрожала, моргая, когда все племя промчалось мимо.

Они направились обратно к хребту, через который они прошли, но они не исчезли. Вместо этого они подъехали, и поднялись, прямо в небо, к самим звездам. Они взлетали, словно с крыльями, в бархатную ночь, пока их тени не потерялись из поле зрения.

Они пропали.

Я плакала не таясь, как и другие вокруг меня. Слезы текли свободно, когда наши близкие ушли. Я немного шмыгнула носом, а потом живот сжался. Богиня, не сейчас. Я нащупала в своей сумке на сухие листья мяты перечной и засунула их в рот, чтобы пососать. Когда мы вернемся в палатки, я выпью чаю, но сейчас это будет так.

Кремень ударил по камню Жодена, и пламя вспыхнуло от факела.

- Они ушли, за пределы снегов, в звезды. Так есть. Так оно и будет всегда.

Возможно, для мертвых. Но не для живых. Я сжала руку Кира, и он торжествующе посмотрел на меня. Он изменил свою позу и поднял руки так, чтобы они были ладонью к ладони, а пальцы переплелись.. Я посмотрела ему в глаза и кивнула. Он и я принесем изменения, как на равнины, так и на Кси. С нашей любовью мы можем бы изменить мир.

Мой живот снова сжался, и я засунула свою свободную руку глубоко под свои меха и нажала на свой живот. Не сейчас, маленький . Позже, я буду так же болеть, как и ты, но не сейчас.

Пламя проходило сквозь толпу, когда зажигались факелы. Маркус держал один для пламя другого, и свет передавался вокруг нас.

- Мы танцуем, благодаря стихии- Слова Жодена призвали нас к порядку, и все начали объединяться. Кир объяснил движения, и я с его помощью практиковала шаги в доме. Мы все объединили руки и выбрали шаблон для линии.

Все, кроме Маркуса. Он шагнул в сторону, высоко подняв факел.

Кир взял меня за руку, и Перст, взял за другую. Рейф, Андер и Ювени последовали этому примеру. Симус держал руки двух прекрасных дам и флиртовал с ними. Атира и Хит присоединились, хотя Хит поборолся, чтобы удержать ее за руку. Они были источником большого веселья, учитывая преследование Хита и сопротивление Атиры.

Начался барабанный бой, и все мы предприняли первые шаги этого медленного, медленного танца.

Мы вернемся в Кси при первых знаках весны, пока я еще смогу путешествовать. Мы приедем туда , когда в садах замка появятся первые подснежники. Ибо мой сын родится в Замке Водопадов в летнее солнцестояние, и я прижала руки к своему животу, можно было бы поверить.

Те, кто путешествовал с нами, были знакомы Киру и доверяли ему. Они поддерживали нас в наших усилиях и приветствовали мои новые знания.

Дикий Ветер попросил нас с ним зимовать. Его позиция не изменилась, но он указал, что будет рад возможности поговорить. Я приветствовала эту возможность.

Кир полностью отверг его, и никакие аргументы не повлияли на него.

Барабанный бой оттащил меня назад, и я осторожно ступала. Мы все согрелись в этом узоре, держась за руки и распевая, шагая по снегу, изливая свои печали. Когда мы закончим, когда ритуалы будут завершены, мы вернемся в теплые шатры и зажженные жаровни, и Маркус подаст нам теплый кавадж и горький гурт, которую я теперь любила. Утром мы разберем лагерь и отправлялись на юг, на зимовку в более мягкие земли.

Пища, и тепло, и мой Кир в моих руках.

Жители равнин представляют новорожденного младенца стихиям и прислушиваются к звуку имени ребенка. Но, как я и сказала Ренесс, я однозначно повторила Киру, что этот ребенок останется в моих руках и будет назван и воспитан в моей традиции, и он согласился.

Мне очень понравилось «Кирсон». Кирсон из племени Кси.

Я едва мог дождаться реакции Анны, когда родится мой ребенок и его отметят клановые татуировки.

Танец продолжался, наши шаги были медленными и ровными. Голос Жодена поднялся ночью, песня прощания, для мертвых и для нас.

Я посмотрела и сжала руку Кира. Он возвратил взгляд, его голубые глаза сверкали от гордости, любви и надежды. И обещанием этой ночи.

Будущего.

Навсегда.

Перевод сделан Гуровой Анной в сугубо личных целях. Закончен 15.05.2020 г.