ДжиДжи Торн Его королевское высочество

Внимание!

Текст книги переведен исключительно с целью ознакомления, не для получения материальной выгоды. Любое коммерческое или иное использование кроме ознакомительного чтения запрещено.

Любое копирование без ссылки на переводчика и группу запрещено.

Создатели перевода не несут ответственности за распространение его в сети.

♔Переводчик: Анна Б.

✎Редакторы: Evgeniya A.

✎Обложка: Wolf A.

✎Вычитка: Катя Д.

♛Специально для группы: Золочевская Ирина || Б. Б. Рейд

1

Амир

– Как ваш советник, я должен быть честным с вами, и сейчас… я, правда, думаю, что это наихудшая идея, которая пришла вам в голову.

Я смеюсь, глядя на Хассана через зеркало, и застегиваю синюю рубашку, которую он принес. Всякий раз, как он задает вопрос, я удивляюсь, что вообще взял его с собой.

– Конечно. Вот поэтому я это и делаю.

– Но Ваше Высочество…

– Хассан, просто Амир, – говорю я, как и много раз до этого, но всё без изменения. Хоть он и был моим советником в течение какого-то времени, но от прежних привычек так и не избавился.

– Амир, – говорит он. – Нам правда это нужно?

Я заправляю рубашку в белые штаны, прежде чем застегнуть молнию.

– Да. Нужно. Конец истории.

Другого способа вырваться отсюда нет. К тому же я и так заперт в этом отеле далеко от своего шумного дворца. Мне нужна эта ночь. Всего одна ночь.

– Но что если пресса узнает? – говорит Хассан.

– Не узнает, – отвечаю я, поворачиваясь к нему. – Вечер. Будет темно. Я изменю себе внешность, и всё будет в порядке. Ты принес шарф, о котором я просил?

– Конечно, Ваше Высочество. – Он быстро выкладывает десяток шарфов из гигантской сумки-оверсайз. – Какой цвет предпочитаете? Размер? – Он приподнимает их, пока я размышляю.

– Красный, – говорю я, указывая на нужный и тут же опуская палец. – Или ты думаешь, синий подойдет лучше? – Осматриваю себя в зеркале с головы до ног, надеясь, что это сработает.

– Зависит от того, какого эффекта вы хотите достигнуть, – отвечает он.

– Хочу выглядеть обычно, насколько это возможно, – нахмурившись, говорю я, критично проверяя свой внешний вид. Кто-нибудь поймет, что это я? Надеюсь, нет. Мне нужно придумать отговорку на случай вопросов; в противном случае, я от них сбегу. Все просто.

– Обычно… – Хассан прочищает горло. – Что ж, Ваше Королевское Высочество, вы выглядите очень впечатляюще.

– Я похож на тебя? – спрашиваю я.

– На меня? – Его губы от возмущения чуть приоткрылись. – Хм… что ж, полагаю, что да.

– Так ты одеваешься в свободное время, верно? – поворачиваясь к нему, спрашиваю.

Я всего лишь копирую те вещи, что видел на нем несколько раз.

– Да, но… они не идут принцу.

– Нет, Хассан. Запомни, что я сказал. – Мои брови приподнимаются.

Он сжимает губы и повторяет то, что я, как попугай, талдычу ему несколько часов.

– Верно… Вы сегодня не принц.

Я подмигиваю.

– Верно.

– Пусть так будут думать и все остальные, или у нас будут огромные неприятности.

Я хлопаю его по плечу, смеясь.

– Все будет в порядке. Не беспокойся ты так.

Даже если на меня обрушатся проблемы, его в них я втягивать не буду. Это обещание я сдержу в любом случае.

Вырвав шарф из его руки, я повязываю его на шею.

– Вы всегда так говорите, и всегда всё заканчивается плохо.

– Когда? Где?

– Когда ваш отец вас поймал, – саркастично отвечает он.

– На этот раз он не узнает, поверь мне, – говорю я. – И если, по какой-то причине, кто-то нас поймает, обещаю, что даже не упомяну твоё имя. Твоя работа в безопасности. Обещаю.

– Спасибо, мой принц. Но если кто-нибудь узнает вас…

– А маскировка? – прерываю его я, повернувшись к нему лицом, скрытое за тонированными очками. – Не, не думаю.

– Вы выглядите…

– Стильно?

– Ну, я бы так не сказал. – Он складывает руки на груди. – Это так эксцентрично для королевской семьи.

– Именно к этому я стремился. – Усмехаюсь я.

– Но вы шарф вокруг шеи обернули, – говорит он. – Почему не вокруг головы?

– Потому что я его всегда так ношу. Люди даже не знают, как выглядит моя голова. – Пожимаю плечами. – Если таким образом я покажусь всем, то смогу оставаться самим собой на глазах у всех.

– Сомневаюсь в этом, – от слов Хассана я вздыхаю.

– Я просто хочу немного повеселиться, ясно? – говорю я. – Просто не говори об этом отцу.

– Да, да, конечно, не буду. Даю слово.

– Спасибо, – отвечаю я, подмигивая и вкладывая купюру ему в ладонь. – Повеселись сегодня вечером.

– Это…? Вы покупаете мою преданность, Ваше Высочество? – Он пытается вернуть мне купюру, но я не позволяю сделать этого.

– Нет, Хассан. Я всего лишь пожелал тебе расслабиться. Отдохнуть. Выпустить пар. Повеселиться. Найти девушку. Закадрить её. Сделать что-нибудь сумасшедшее.

– Сумасшедшее? Вы же знаете, что я не…

– Этой ночью разрешено всё, – говорю я, разворачиваясь и хватая ключи. – Никаких правил. Никакого осуждения. Конец истории.

Он замер посередине комнаты, выглядя немного растерянным.

– Подождите. Вы уходите? Уверены?

– Да. Сейчас. И даже не думай следовать за мной, – отвечаю я, прежде чем закрыть за собою дверь.

****

Адреналин струится по моему телу, пока я пробираюсь по многолюдным улицам, прижимая шарф к губам, в надежде, что меня никто не узнает. Время от времени я чувствую на себе взгляды, но к тому моменту как они оборачиваются, я уже теряюсь в толпе.

Мне нравится находиться в толпе, не зная, когда меня узнают и прокричат моё имя полными легкими. Опасность возбуждает меня, заставляя совершать такие вещи, какие, я знаю, не должен.

И даже правила моего отца не остановят меня претворять свои желания в жизнь. Напротив, они толкают меня всё дальше и дальше от него и всех обязанностей, связанных с тем, что я – сын короля.

Я пытаюсь слиться с толпой, когда, наконец, нахожу то место, которое ищу. Ночной клуб «Река». Одно из немногих мест, где мужчины и женщины без стеснения могут быть вместе. Обычно здесь полно туристов; я пробираюсь внутрь, притворяясь одним из них.

Музыка гремит, и мне уже нравится то, что я вижу. Танцующие люди, пьющие, ласкающие друг друга или целующиеся на глазах у всех. Если бы отец увидел это, он бы с ума сошел. Не то чтобы он когда-либо посещал такие места.

Ему лучше это запретить. Без дискуссий. Толерантен он лишь в бизнесе, потому что тот приносит ему много денег – лицемерно, по моему мнению, но меня это не касается. Он позволяет мне веселиться, будучи непривязанным какими-либо королевскими обязательствами.

И чёрт меня подери, если я полностью не оторвусь… наблюдая, как в дальнем углу клуба танцует одна девушка. Её светлые волосы покачиваются взад и вперёд, пока она томно двигает бедрами. Её плотно облегающее чёрное платье резко контрастирует с белой жемчужной кожей, завораживая. А эти чистые голубые глаза, которые безотрывно смотрят на меня, пока я подхожу к ней, сулят блаженство.

Улыбка растягивает мои губы. Интересно, она тоже здесь преследует какую-то цель. Если она смотрит на меня, значит, ей трудно отвести взгляд. Возможно, ей нравится то, что она видит.

Потому что я испытываю похожие чувства.

Я пришел сюда не просто потанцевать или выпить и пообщаться.

Я здесь, чтобы найти, с кем провести ночь.

И думаю, я только что нашел идеальную девушку для любовных игр.

Боже, спаси мою душу, ибо я согрешу сегодня ночью.

2

Майя

Встав на цыпочки, слушаю музыку, пытаясь понять, что я здесь делаю, но чем больше я этим занимаюсь, тем больше начинаю сомневаться в правильности происходящего. Боже, это так не похоже на меня. Задавая себе вопросы, я будто бы застряла посреди какого-то грёбаного кризиса.

Только не я. Я приехала в эту страну по собственной воле.

Приехала, потому что хотела что-то изменить в себе.

Потому что осмелилась выйти из зоны комфорта и отправить резюме на работу на другом конце мира, думая, что меня не возьмут. Но я это сделала.

А после была ослеплена магией всего этого.

Не стоит тратить время на грусть, оттого что я одна и буквально никого здесь не знаю. Нужно веселиться вместо того, чтобы громко кричать. Поэтому я пришла сюда сегодня вечером. Я, конечно, могу выпить пару коктейлей в отеле, но в этом месте звучит прекрасная музыка.

Поэтому к чёрту всю эту эмоциональную хрень. К чёрту неуверенность. Я сделаю это.

Волна энергичного энтузиазма заставила выйти из бара в поисках небольшого места для себя в углу клуба, где я смогу потанцевать, как велит моё сердце. Закрываю глаза, моё тело двигается, как никогда прежде. Я выключила разум и сфокусировалась на том, что происходит здесь и сейчас. Звуки басов такие низкие, что я их чувствую кончиками пальцев ног. Мне это так нравится, что не могу просто так упустить момент, поэтому игнорирую всех и всё вокруг меня. Мне плевать на то, как я танцую, или что я одна в чужой стране, танцую в каком-то незнакомом клубе с людьми, которые даже не говорят на моём родном языке.

Я сделала шаг ко всему этому, теперь это мой путь.

С напитком в руке, я качаюсь под музыку, игнорируя голос в голове, кричавший об опасности. Потому что, кто знает, что могло произойти, когда ты одна за границей. Но я отказываюсь подчиниться страху. Кроме того, я буду наслаждаться каждой секундой того времени, что мне предназначено здесь.

А когда я открываю глаза… то сталкиваюсь лицом к лицу с небесами.

Вот как это бывает – когда голубые глаза-омуты смотрят прямо на меня и перехватывает дыхание. Парень в белом одеянии в дальнем углу клуба привлек моё внимание, и я не могу отвести от него взгляда. Часть его лица скрыта за шарфом, но это не делает его менее привлекательным. Я чуть не примерзаю к полу, пока он идёт ко мне.

Он, правда, идёт ко мне? Или это сон?

Я сжимаю свой напиток, но мои ноги дрожат, когда мужчина подходит ко мне. Стоит ли мне остаться и посмотреть, что будет дальше? Или сбежать и никогда не возвращаться? Что если он здесь, чтобы похитить меня?

Не будь смешной. Никто не собирается тебя похищать посреди клуба, когда вокруг сотни людей.

Но тогда почему он так смотрит на меня? Как будто он только что… нашел то, что долго ищет?

Я застыла от нерешительности, пока возможность отступить совсем не рассеялась.

Он прямо передо мной. Его глаза так пристально смотрят на меня, словно ястреб высматривает свою добычу. Медленно он осматривает моё тело, впитывая каждую деталь и заставляя меня чувствовать себя обнаженной.

Двумя пальцами он оттягивает шарф ото рта. Улыбка, появившаяся из-под него, заставляет моё сердце биться чаще.

Он великолепен. Охренительно великолепен.

Я сглатываю комок, застрявший в горле, когда он берёт мой напиток из руки и ставит его на столик позади меня, а потом хватает меня за руку. Прикосновение к его коже посылает восхитительный ток по всему моему телу, и мозг превращается в кашу, когда он тащит меня на танцпол.

Музыка грохочет и заглушает шум в моей голове, пока этот незнакомец кружит со мной. Его движения сексуальны и чертовски грязные, но не пошлые. Притягательные, что сводят с ума. Не знаю, что я делаю и почему; просто не хочу, чтобы это останавливалось.

Я никогда не относилась к девушкам, танцующими со случайными парнями, но этот… особенный. Между нами пролегает невидимая страсть, с которой никто из нас не хочет бороться, в особенности я.

Я просто хочу, чтобы он схватил меня и унес отсюда подальше.

Глупо, совершенно безответственно и опасно, но я всё равно об этом думаю.

Может, пребывание в чужой стране что-то делает с мозгом, заставляя его хотеть совершать сумасшедшие поступки.

Или может, это из-за парня, по которому я схожу с ума.

Потому что, чёрт возьми, я глаз не могу отвести от него, он такой горячий. Светло-голубые глаза зажигают огонь во мне, когда я тону в них. Короткие, чёрные, взъерошенные волосы чуть вьются на концах. Едва заметная щетина на крепкой челюсти. Мышцы натягивают рубашку. Полные губы растягиваются в улыбку, тая в себе немного надменности.

Как будто он только что материализовался из моих снов.

Мы были всё ближе и ближе. Я потерялась в музыке, в его глазах. Его руки на моём теле, держат меня за талию и притягивают меня ближе, пока ритм танца захватывает нас. А мои глаза медленно закрываются, и начинают происходить совершенно безумные вещи.

Я позволяю этому незнакомцу меня поцеловать.

Прижаться ко мне губами.

А, чёрт возьми … если это не приносит мне удовольствие.

Его поцелуй заглушает голоса в моей голове, кричащие мне остановиться. Это так хорошо, что я не могу не целовать его в ответ.

Губы его приоткрылись, и язык начинает поглаживать мои губы, только чтобы почувствовать их вкус, не более. Он лишь намекает на что-то большее… о боже, хочу ли я большего.

Мои руки обвивают его шею, пока его стискивают мою талию. Мы окружены чувственной похотью, которую ни один из нас не хочет развеять. И я даже не знаю почему.

Я никогда так не делаю. Никогда не выбираюсь куда-то без друзей, и, разумеется, никогда не целуюсь с незнакомцами. А я даже не знаю его имени.

Опомнившись на несколько секунд, я прерываю наш поцелуй. Но я всё ещё чувствую его вкус на языке… и дерьмо, он такой вкусный.

Я пытаюсь сосредоточиться на мысли, чтобы не зайти слишком далеко. По крайней мере, это то, что я твержу себе, потому что боже, от этого человека трудно оторваться. Так трудно.

Кажется, он также поражен нашим внезапным желанием, вспыхнувшим от поцелуя, потому что он пару раз моргает и будто вмерз в пол.

Затем его губы сминают мои, ломая все мои предрассудки. Мой мозг как будто превращается в кашу, когда он дарит мне один поцелуй за другим. Беспомощна в своей борьбе, и чем больше его руки скользят по моему телу, тем сильнее я завожусь. Жар танцпола и ритм музыки лишь накаляют наши тела, мне трудно думать о чём-либо, в том числе, как сбежать от этого человека.

Это неправильно, так неправильно, но чем дольше наши рты борются в поцелуе, тем быстрее я начинаю сходить с ума. Он уводит меня подальше от танцпола к туалету, всё время целуя меня. И пока он меня целует, я совершенно не протестую.

К счастью, рядом никого не было, потому что в тот момент как за нами захлопнулась дверь, его руки начинают путешествовать по моему телу, исследуя меня в таких местах, от которых бросает в жар. Он стонет мне в рот, отрывает меня от пола и усаживает на стойку. Затем встает между моих бедер, прижимаясь и целуя крепко и быстро. Всё происходит так быстро, словно я попала в вихрь наслаждения, и я не хотела это останавливать. Хоть это и чертовски неправильно, но я схожу с ума, позволяя незнакомцу касаться меня так. Но иди все к чёрту, он знает, где коснуться, чтобы вырвать из меня «да» на любые вопросы. Я даже готова согласиться трахнуться прямо здесь, в общественном туалете какого-то иностранного клуба.

Его губы повсюду – на шее, на щеках, на ключице. Даже его язык пробует мою кожу на вкус. Рисуя линии повсюду, он играет с моим языком, облизывая мне нёбо. Он кусает мою нижнюю губу, и я стону; и пока наши глаза закрыты, я теряю каждую унцию своего контроля.

– Тебя когда-нибудь трахал незнакомец? – бормочет он в мою кожу, пока его пальцы скользят между бёдер. Он ласкает меня прямо под чёрным платьем. Он ласкает меня в общественном месте, пальцы кружат по киске и хуже всего то… что я не хочу останавливать это.

Я качаю головой и понимаю, что собираюсь принять самое глупое решение. Но не могу ничего поделать с этим. Не прогоню его. Я никогда не совершала ничего такого опасного и глупого со случайным парнем, которого только что встретила, но он – не просто парень. Этот мужчина… что-то большее.

Он знает, как прикоснуться ко мне, чтобы заставить умолять о большем. Особенно когда он начинает играть с моей киской сквозь ткань трусиков.

Горячий воздух вырывается из моего рта, я откидываю голову, пока его рот покусывает мою кожу. Становится трудно дышать – он подталкивает меня всё ближе и ближе к краю.

Неожиданно он стискивает мои бёдра и стаскивает со стойки, разворачивает спиной и наклоняет меня к жёсткой поверхности. Тяжело дыша, он просовывает пальцы за ткань и разрывает мои трусики. Через секунды я слышу разрывающий звук пакетика. Молния взвизгнула. Я смотрю на него через зеркало, он хватает меня за задницу и облокачивается на меня.

В тот момент, когда кончик его члена начинает проникать в меня, дыхание перехватывает. Он огромен, и чем дальше он проталкивается, тем больше ощущения взрыва. Твою мать.

Меня трахает незнакомец, и мне это нравится. В этом нет ничего правильного, границы размываются, но я не в силах остановить себя. Мне так хорошо, что глаза чуть не закатываются к затылку. Он так глубоко входит, что я касаюсь стойки от скорости его толчков.

Чувствую, что от этой силы я отрываюсь от пола и громко стону. Его член пульсирует во мне, усиливая удовольствие, когда мы одновременно кончаем, рыча как животные.

Когда мой оргазм стихает, он выходит из меня и снимает презерватив, завязывая и выбрасывая его в мусорное ведро. Едва я успеваю перевести дыхание, как он уже застегнулся, как будто ничего этого и не было.

Когда я встаю, он снова обхватывает моё тело и тянет меня наверх для поцелуя. Тот, который я больше никогда не забуду.

– Как тебя зовут? – спрашивает он, его голос такой глубокий и одурманивающий.

– Майя, – отвечаю я, прочистив горло.

– Майя. – Он облизывает верхнюю губу, как хищник, претендующий на меня и моё имя. – Амир.

Он стискивает мою ладонь и целует тыльную сторону. Как джентльмен.

Мой мозг всё ещё пытается переварить произошедшее, когда кто-то неожиданно входит в туалет, и мое лицо вспыхивает от смущения.

– Эээ… – бормочет женщина, глядя на нас обоих.

Я прочищаю горло и быстро опускаю платье.

– Извините, мне всего лишь… нужно отчистить свою одежду, – лгу я, пытаясь спрятать трусики под раковиной.

Она смотрит то на меня, то на Амира, и на её губах появляется злорадная улыбка. Конечно, она поймала нас целующимися. Остается только молиться, что она не увидела больше.

– Извините, – говорит она, пытаясь обойти нас обоих. Однако на полпути она останавливается и её глаза сосредотачиваются на Амире. – Эй… ты похож на… не так ли…

– Нет, не так, – прерывает строгим тоном её Амир и быстро натягивает шарф на губы.

Женщина вздрагивает, её лицо кривится. Затем она заходит в кабинку, но не раньше чем в последний раз бросает на нас внимательный взгляд. Кто она? Или что ещё важнее… откуда она знает его?

Но прежде чем я успеваю его спросить, он уже исчез.

Растворился за дверью, как будто его даже не существовало.

3

Амир

Я падаю на кровать и смотрю в потолок, выдыхая. Чёрт меня подери. Это было безумие. Но без сомнения стоило того.

Боже, эта девушка… эти губы… и эта страсть.

Хоть и прошел час с тех пор, как я её видел, на губах еще хранится её сладкий вкус, а член помнит пульсацию её киски. Хотел бы я целовать её как можно дольше. И может даже ласкал. Я бы закатил второй раунд в этом гостиничном номере, если бы та женщина нам не помешала.

Почему она меня узнала?

Я закрываю глаза и стараюсь не думать об этом, но образ той девушки продолжает появляться в моей голове. Она такая красивая. Чертовски красивая. Не такая как девушки моей страны. Я редко вижу у них такие перламутровые волосы и почти прозрачную кожу. Завораживает. А как она танцевала? Твою мать, это пробудило во мне желание сорвать с неё одежду и вылизать её тело. Что я и сделал.

Обычно я никогда не трахаюсь непонятно с кем, особенно в туалете, ради всего святого. Но я не смог остановить себя. В тот момент, когда мои губы впились в её, потребность войти в неё возросла, потребность заявить на неё права здесь и сейчас.

Я закрываю лицо руками, от размышлений о том, как я трахал её напротив стойки в туалете, мой член снова становится твердым и упирает в ширинку.

Почему я до сих пор думаю об этом? Возможно, я её больше никогда снова не увижу. И почему это меня чертовски бесит? Твою мать.

4

Майя

Несмотря на то, что уже наступило утро, я не могу перестать думать о прошлой ночи.

Не могу поверить, что у меня был секс с мужчиной, и узнала его имя лишь в самом конце. Боже, это так непохоже на меня. Обычно я не целуюсь на первом свидании, не говоря уже о том, чтобы позволить мужчине зайти так далеко.

Но он… вне сомнения, был особенным.

Попивая кофе и наслаждаясь завтраком в отеле, я вспоминала наш поцелуй, и чёртова улыбка не желала сползать с моего лица. Я никогда не была такой легкомысленной, но эта встреча раскрепостила меня. Может, мне следует чаще выпускать пар.

Эта поездка стала для меня самой удивительной. Я видела громадные небоскребы посередине пустыни и ездила на верблюдах в каком-то неизвестном оазисе. А люди здесь так отличаются от тех, кого я уже видела – очень спокойные и собранные, в отличие от слишком шумных ньюйоркцев. Я так привыкла к суете Нью-Йорка, что забыла, как звучат приятные и тихие звуки… и здесь, в Дакай, я заново открываю для себя покой.

Хоть это место и не консервативное. Технически нам запрещено на публике творить сумасшедшие вещи, носить короткую одежду или прикасаться к кому-нибудь, не говоря уже про поцелуи. Или секс.

Боже, наверное, я и правда нарушила пару законов. Надеюсь, меня не посадят в тюрьму. Надеюсь, что та женщина не узнает меня.

Не то чтобы я уже видела, чтобы кого-то арестовали, поэтому предполагаю, что власти не кружат повсюду как ястребы, высматривая добычу. Может, они снисходительные. Кроме того, поцелуи и прикосновения в клубе разрешены, хотя то, что мы сделали определенно выходит за рамки дозволенного.

Чёрт возьми, я снова улыбаюсь, думая об этом незнакомце… Амир. От одного только упоминания его имени по коже снова бегут мурашки. Он был слишком сексуальным, чтобы оказаться правдой, и иногда я задаюсь вопросом, действительно ли всё это произошло со мной.

Не думаю, что это когда-либо снова повторится. Я не знаю, где он живет или его фамилию, поэтому, возможно, я никогда его не увижу. Но ведь мечтать не вредно, не так ли?

Но мне нужно помнить, я здесь не для флирта. У меня есть работа, которая требует моего внимания сегодня. Меня пригласили в эту страну спроектировать дизайн одежды для королевской семьи, и когда я осознала, что они выбрали меня для этой работы, то была совершенно напугана. Я не ожидала, что получу её, не говоря уже о том, что буду создавать вещи для королевской семьи.

Но я здесь, и я сделаю всё, чтобы мои родители мной гордились.

Закончив завтракать, я спешу на встречу, выходя из отеля. Разумеется, я общаюсь не напрямую с королевской семьёй; с одним из многочисленных помощников. Чёрт, не думаю, что когда-либо увижу кого-нибудь королевской крови. Придется смириться с мыслью, что они хотя бы будут носить то, что я создаю. Не каждый день получаешься работу с королевскими семьями, поэтому нужно сделать всё как можно лучше.

Такси привозит меня на площадь прямо перед дворцом. Не могу оторвать глаз от окошка из-за красивой архитектуры. Особенно прекрасен дворец. Белоснежного цвета с ароматными растениями разных видов, растущих по всем его сторонам, горшечные цветы напоминают гигантские одноэтажные здания, большие черные двери и древние статуи.

Таксист высаживает меня прямо перед площадью, так как ему не разрешают проехать дальше. К счастью, я знаю, куда идти.

Заплатив ему, я пешком иду через площадь, обходя туристов. Несколько больших автомобилей припаркованы прямо в конце улицы – вероятно, выставлены напоказ богатыми людьми. Я убеждаюсь в этом, когда вижу парня в длинном белом одеянии и черной повязке на голове, который, упершись локтями на капот своей машины, флиртует с двумя девушками рядом. Моя челюсть падает в тот момент, когда я понимаю, кто стоит прямо передо мной.

Амир.

Я застываю и на несколько секунд не могу оторвать глаз, гадая, не сон ли это.

Но потом он смеется, и я слышу его голос. Это определенно он.

Он на самом деле здесь. Каковы мои шансы остаться незамеченной?

И в этот момент он внезапно поворачивает голову и смотрит прямо на меня.

Секунда кажется вечностью, я не могу отвести взгляда.

Знаю, он увидел меня, но узнал ли? Вспомнил ли ту девушку, которую трахал в туалете клуба?

Я сглатываю, когда вижу, как одна из девушек касается губами его щёк, моё настроение резко ухудшается. Конечно, он из разряда плохих парней. Целовать случайно встреченных девушек, трахать их, когда ему вздумается. Почему я ожидала меньшего? Возможно, он даже не помнит моего лица, не говоря уже о моём имени. Я должна была сто раз подумать, прежде чем позволить увлечь себя первому встречному, проявившему ко мне интерес.

Я качаю головой, отворачиваюсь, решив спрятать мысли в дальний угол, чтоб не отвлекали от цели. Я здесь не ради парня или случайного секса. Меня ждет работа. Офигенно смоделировать одежду и сделать себе имя. Чтобы потом имя моего бренда было у всех на слуху и стать самым известным дизайнером. Вот что сейчас для меня важно.

Поэтому я держу голову высоко и иду прямо во дворец. Мне нужно пройти через боковые ворота, чтобы попасть внутрь. Помощник сказал, что кто-нибудь откроет для меня их, поэтому я предполагаю, что все знают о моём визите.

Когда я дохожу до ворот, звоню в звонок и жду.

– Только деловые запросы, – отвечает строгий голос.

– Меня пригласили для встречи с миссис Адэллой. Она сказала, что вам сообщат о моем приходе.

Проходит несколько минут, прежде чем кто-то распахивает вручную ворота передо мной. Думаю, они и правда не любят пускать людей на свою территорию. Или может они хотят подтвердить таким образом мою личность.

– Паспорт, пожалуйста, – говорит мужчина, прежде чем пропустить меня внутрь.

Неохотно я вытаскиваю его и показываю. Его глаза пробегаются по страницам, прежде чем он возвращает его мне. – Всё в порядке. Проходите.

К тому времени, как я убрала паспорт обратно в сумку, мужчина уже исчез. Возникла проблема не отставать от него и, торопясь, не выставить себя дурой, потому что я только что встретила человека, который работает в непосредственной близости с королевской семьей.

Когда мы подходим к входу, мужчина неожиданно хватает мою сумку и с помощью рентгеновского аппарата проверяет, не проношу ли я чего-нибудь опасного. Думаю, это чрезмерная осторожность по отношению к королевской семье и персоналу. К счастью, я прохожу проверку.

Моё сердце вырывается из груди, когда он открывает дверь и приглашает меня войти. Мои глаза блестят, когда меня сражает красота внутри. Полы и стены облицованы белыми мраморными плитами, экстравагантность декору придает золотое покрытие почти всего убранства. Золотые фонтаны, золотая кайма вдоль колонн посередине, золотые статуи и даже напольные горшки с растениями и цветами позолочены.

– Последняя дверь слева. Больше никуда не заходите. Запрещено, – грозно говорит мужчина.

Прежде чем я успеваю ответить, дверь уже закрывается, и я чувствую, что заперта в самой прекрасной тюрьме в мире. Я даже не уверена, испытываю ли я злость за то, что они заставили меня здесь остаться.

Я иду на цыпочках и пытаюсь рассмотреть огромные залы, но каждый раз как кто-то проходит мимо, я чувствую себя подглядывающим Томом, нарушающим личные границы, которые должны быть не прикосновенны. Поэтому я выбираю безопасный маршрут и сразу поворачиваю налево.

Когда я встаю у последней двери, то прочищаю горло и стучу.

Женщина в многослойном красочном одеянии открывает дверь, я приоткрываю губы, неуверенная, что должна сказать.

– Привет. Я новый дизайнер. У меня назначена встреча с миссис Адэллой сегодня.

– Вы Майя? – спрашивает женщина, в её глазах загораются огоньки. – Очень приятно с вами познакомиться. – Она трясет мою руку и открывает дверь шире, затягивая меня внутрь и приговаривая. – Проходите, проходите.

Мы усаживаемся в её офисе, где она предлагает мне чашку чая и объясняет мои обязанности. Стандартная процедура, я и раньше это слышала. Наш разговор от силы занимает час. Когда всё сказано и обговорено, договор подписан, и у меня уже есть представления, что от меня ждут, включая тот факт, что я должна избегать общения с прессой до тех пор, пока не будет готова линейка моей одежды. Любые другие частные дела, свидетелем которых я окажусь, также не подлежат обсуждению, что тоже понятно изначально. В конце концов, это дворец, и я абсолютно уверена, что здешние СМИ также голодны до сплетен и новостей, как в и Штатах.

Но я не против. Зарплата отличная, а я делаю то, что люблю больше всего. Они дают мне полную свободу в выборе ткани и всего остального, что может мне понадобится. Ничего не имеет цены, мечта любого дизайнера.

К тому времени как мы всё обсудили, меня уже переполнило нетерпением приступить к работе. Когда мы встаем, она говорит:

– Замечательно. Позвольте представить вам вашего клиента.

Миссис Адэлла ведет меня по коридорам и поднимается по лестнице. Затем через бесконечные залы рядом с красивыми садами, пока мы не останавливаемся у огромной двери с охранниками по обеим её сторонам.

Я прижимаю сумку ближе к своему телу и прикусываю щеку изнутри, гадая, кто же будет носить одежду, сделанную моими руками. Будет ли это мужчина или женщина, каков их статус, размер… всё это влияет на дизайн одежды.

– Он готов? – спрашивает у охранников миссис Адэлла.

Один из них стучит в дверь и кричит:

– Ваши посетители здесь.

Голос эхом прокатывается за ним.

– Входите.

Охранники отступают в сторону, миссис Адэлла открывает дверь, нерешительно заходя внутрь. Я следую за ней, но, кроме её спины, ничего больше не вижу, пока она не заговаривает.

– Ваше Высочество? Вы готовы?

Ваше Высочество? Что?

Я ошеломлена, и хотя мой рот открылся, с языка ничего не срывается, кроме невнятного бормотания. Я действительно буду создавать одежду для короля?

– Время вашей встречи с дизайнером, – говорит миссис Адэлла. – Она здесь, чтобы снять с вас мерки и обсудить пару идей.

Она хватает меня за руку и тянет вперед в комнату.

Мои глаза сразу находят мужчину, сидящего в гигантской квадратной ванне, обнаженного.

Женщины вокруг него поливают его водой, обмывая.

А когда он поворачивает голову, вся кровь отступает от моего лица.

Амир.

5

Амир

Мгновение наши глаза не отрываются друг от друга, всё моё тело холодеет, несмотря на то, что я нежусь в горячей ванне. Это она. Девушка из бара. И судя по всему, она меня тоже вспомнила.

Чёрт.

Что она здесь делает?

Одна из женщин пытается потереть мне кожу губкой, но я её отталкиваю:

– Не сейчас.

– Извините, Ваше Высочество, – говорит она, отступая.

– Банное время закончилось, – отвечаю я женщинам, одетым в бикини, и они немедленно уходят. Как всегда, они оденутся в другом месте.

Я не ожидал, что миссис Адэлла придет с ней за компанию. И что это будет… Майя.

– Майя? – бормочу я, всё еще потрясенный тем, что вижу её здесь, из плоти и крови.

Её глаза расширяются, а лицо становится цвета спелой клубники, что подтверждает мои подозрения. Ничего себе. Какое совпадение. И тут я подумал, что больше никогда её не увижу.

– Ваше Высочество? – говорит миссис Адэлла, её брови приподнимаются. – Время для встречи с Вашим дизайнером, помните?

– Она – дизайнер? – спрашиваю я, нахмурившись. Когда никто не отвечает мне, я разражаюсь смехом. – Разве это не совпадение.

– Вы двое… знаете друг друга? – спрашивает миссис Адэлла, переводя взгляд то на меня, то на Майю.

– О да, – отвечаю я, закусывая губу при мысли обо всех поцелуях, что мы разделили… и о том, как я трахал её на стойке в туалете.

Боже, я планировал сделать с этой красивой девушкой гораздо больше. Я хотел забрать её в свой гостиничный номер и вылизать всё её тело, прежде чем снова и снова требовать на него права. Жаль, что кто-то узнал меня, заставив уйти прежде, чем тайное стало бы явным.

Когда тишина становится неловкой, миссис Адэлла кладет несколько документов на стол и улыбается.

– Что ж… тогда я оставляю вас двоих, – говорит миссис Адэлла, затем она оборачивается и уходит.

Майя стоит прямо перед дверью, её тело как будто вмерзло в пол.

Я не виню её за это. Обнаружить не парня, который трахал её в местном клубе, а настоящего принца – эту информацию трудно быстро переварить. Но я смог бы предложить ей намного интереснее занятие… если бы у меня был шанс.

Я потираю подбородок. В конце концов, я мог бы его заслужить.

Я переступаю через бортик ванны, и её глаза тут же устремляются вниз по моему прессу, возможно, чуть ниже.

– Полотенце, – бормочет она, закрывая глаза.

Я смотрю вниз и смеюсь. Дерьмо. Я совершенно забыл про свою наготу.

Быстро хватаю полотенце и произношу. – Прости.

– Боже… – добавляет она, заставляя меня ещё больше смеяться.

Может, мой член и ласкал её внутри раньше. Но она ещё не видела его воочию, потому что я так быстро взял её и молниеносно застегнул ширинку после этого. Я ухмыляюсь. Что ж, она видит его сейчас.

Полотенце плотно облегает талию, пока я вытираюсь другим и иду к платяному шкафу.

– Смотреть безопасно, – говорю я, задаваясь вопросом, думает ли она о моём члене.

– Верно, – саркастично отвечает она. – И почему мне так сложно в это поверить?

А в ней есть нахальство.

– Обещаю, что не буду набрасываться на тебя.

– Но ты не мог дождаться момента, когда мне его покажешь, – потешается она. Как будто она действительно злится.

– Эй, – отвечаю я, надевая нижнее бельё и штаны. – Это была ошибка.

– Правда? Ты забыл про свою наготу? И про… прекрасных девушек?

Я снова смеюсь.

– Для справки, это высококвалифицированные банные помощницы.

Она презрительно смотрит на меня.

– Слишком много информации, Амир. СМИ.

– Что? Завидуешь? – Одна из бровей приподнимается. Может, она думала обо мне.

Ее лицо сморщивается.

– В твоих мечтах.

Ах, как дерзко. Мне это нравится. Тем не менее, я понимаю, что увиденное её оскорбило. Обнаружить случайного парня, который тебя трахал, принцем, да ещё и в ванне, окруженной банными помощницами – не самое хорошее воспоминание, чтобы добавить его в свою коллекцию обо мне.

– Я извиняюсь за то, как прошло наше знакомство, – говорю я. – Позволь мне всё исправить.

Я надеваю фиолетовую рубашку, закрываю шкаф и подхожу прямо к ней.

– Я готов сделать всё, чего бы ты ни захотела.

Она медленно открывает глаза, являя миру свои прекрасные глаза цвета ириса, которые до сих пор полностью завладевают моим вниманием.

– Только после того как ты оденешься.

– Ой, да ладно, уверен, тебе понравилось то, что ты увидела. Кроме того, то, что между нами произошло, тебе, наверняка, понравилось ещё больше, – шучу я, схватив из её руки длинный блокнот для рисования – скэтчбук. – Что это?

Она пытается отобрать его у меня, но я разворачиваюсь и прохожу к своему столу.

– Это мои наброски, – говорит она, подходя ближе. – Верни его, пожалуйста.

Я открываю его и пролистываю страницу за страницей, наполненными прекрасными скэтчами и набросками восхитительных платьев, юбок, топов и почти всего, что можно надеть на себя.

Неожиданно её быстрые пальцы хватают блокнот, и она прижимает его к себе.

– Это личное.

– Они потрясающие, – говорю я. – Мне нравится.

Она снова краснеет. Ей это идет. Так идет, что хочется смущать её всё больше и больше, чтобы чаще видеть её красные щечки.

– Спасибо. – Она сглатывает, когда я ловлю её взгляд, и отводит глаза в сторону. – В любом случае, стоит начать.

– Верно… потому что ради этого ты здесь. Создать одежду. – Я прочищаю горло, садясь на стол. – Я не знал, что именно тебя возьмут на работу.

– Как будто я знала.

– Что ты хочешь этим сказать? – спрашиваю я, нахмурившись.

– Никто не сказал мне, что я буду работать непосредственно с королевскими особами, – отвечает она.

– Правда? Удивлён, что об этом не упомянули, – отвечаю я.

– Они просто сказали, что я буду работать во дворце.

Интересно. Мне определенно следует поговорить с миссис Адэллой об этом.

Я указываю на стул перед столом:

– Присаживайся.

Она хватает стул, медленно разворачивает его и осторожно садится, будто боясь сломать что-нибудь. Или может её задница сделана из фарфора. Честно говоря, от всего этого мне хочется рассмеяться.

– Что? Что смешного? – спрашивает она.

– Ничего, – отвечаю я. – Это так необычно… – Я смотрю на неё из-под ресниц, – снова увидеть тебя.

Она облизывает губы, и по какой-то необъяснимой причине я представляю, что их облизываю я.

– И для меня это тоже стало неожиданностью. – Её лицо кривится. – Особенно после… банной сцены.

– Ах, да, извини. Если бы я знал, что миссис Адэлла войдет вместе с тобой, то уже был бы одет.

– Хмм… да. – Она смотрит на свой скэтчбук, как будто думая над чем-то другим в данную минуту. Интересно, что у неё на уме.

– Те… женщины… – Её губы по-прежнему приоткрыты, но она не заканчивает предложение. – Не важно.

Я улыбаюсь и отвечаю:

– Имеешь в виду, тех женщин, помогающих мне принимать ванну? Это в порядке вещей.

Она кивает, явно испытывая замешательство.

– Да… Потому что ты королевских кровей и всё такое.

– Вот именно. – Почему у меня такое чувство, что там, откуда она родом, это не принято?

И почему, когда я смотрю в её глаза, вижу легкий намек на ревность?

– Если тебе интересно, я ничего с ними не делаю. Физически. Они просто моют меня. Вот и всё.

– Я не спрашивала. – Её голос тихий, будто она смущается.

– Но ты хотела знать, поэтому я ответил тебе, – усмехаясь, отвечаю я.

Теперь она, похоже, злится, и мне нравится, как красиво меняется её лицо от этого чувства.

– Нет, я просто растерялась, вот и всё, – говорит она, прочистив горло. – В любом случае, нужно приступить к работе.

6

Майя

Никогда бы не подумала, что что-то настолько выходящее за рамки правильности способно произойти в моей жизни.

Увидеть его обнаженным. Наблюдать, как стайка девушек купает его.

Не говоря уже о том, что это тот самый парень, с которым я занималась сексом в клубе несколько часов назад.

Я начинаю задумываться, а в здравом ли уме я нахожусь. То есть, если это не случайность, то тогда я не знаю что.

И когда я вспоминаю, как те женщины касались его за пределами дворца и в ванной… по моему телу пробегает зуд. Появляется желание спрятаться и вырвать на себе все волосы. Но почему? Почему я так расстраиваюсь, если даже не знаю этого мужчину? За исключением быстрого поцелуя и секса, что мы разделили вместе.

Часть меня чувствует себя немного обманутой, потому что он мог сказать, что является принцем, прежде чем трахнуть меня. Хотя, я не до конца уверена, что это смогло бы меня остановить. Потому что, чёрт возьми,… прошлой ночью я была возбуждена.

К сожалению, перемотать событие назад я не в силах, и из-за того, что я обнаружила, чувствую себя немного измотанной. И, чёрт возьми, как этот парень оказался обнаженным в ванне с кучей женщин, если недавно он красовался своей дорогущей машиной возле дворца? Видимо, мой разговор с миссис Адэллой занял много времени. Другого объяснения нет.

Или я схожу с ума.

Я стараюсь не показывать, как мне неловко, когда измеряю сантиметром его грудь и талию, определяя нужные для работы размеры. Даже несмотря на то, что от близости к нему я сильно потею, всё равно отказываюсь признаваться в силе его влияния на меня.

Когда я встаю перед ним и ловлю его взгляд, смотрящий прямо на меня, моё лицо начинает краснеть. На его губах расплывается греховная улыбка, напоминающая мне о прошлой ночи. И о том, что я увидела, когда он выходил из глубокой ванны – длинный, толстый, покачивающийся член.

Боже. В клубе я не видела его члена. Всё произошло слишком быстро. Сейчас мы целовались, а потом меня прижали к стойке и трахнули. Мне понравилось это ощущение, и я знала, что он большой.

Я просто не знала, что он такой большой.

Чёрт.

Я отворачиваюсь и вздыхаю. И почему я не могу выбросить эти образы из головы?

Он принц, ради бога. Он недоступен. И осел, судя по тому, как он меняет девушек, словно они одноразовые перчатки. К тому же он бросил меня в клубе без каких-либо объяснений. Хотя мог бы сказать, что его ждет безотлагательное важное дело. Или солгать. Что-нибудь. Всё было бы лучше, но только не его исчезновение.

– Итак… ты эмигрантка? – неожиданно спрашивает он, вероятно, пытаясь растопить лёд между нами.

Я сворачиваю сантиметр и кладу его на стол.

– Я здесь временно, по работе.

– Верно… – Он облизывает губы, пока я держу в руках несколько кусочков ткани, пытаясь определить, какой больше ему подойдет.

– Итак ты часто шьешь одежду королевским особам?

– Нет. Это мой-первый-раз-за-всю-жизнь, – отвечаю я.

Его лицо омрачается.

– Ужасно.

– Почему? – спрашиваю я, затем сую ткань ему в руку, которая, как мне кажется, лучше ему подходит. – Подержи это, пожалуйста.

– Потому что своими вещами ты смогла бы осчастливить многих членов королевской семьи.

Я застываю, когда его слова снова и снова прокручиваются в моей голове. Он что, только что сделал мне комплимент?

– Твои наброски прекрасны, – добавляет он.

– Спасибо, – говорю я, хватая тканей побольше и пытаясь их соотнести друг с другом.

– Я правду говорю, – поддакивает он.

Я снова застываю и глубоко вдыхаю.

– Хорошо, как насчет этого?

Он пожимает плечами.

– Нормально. То, что я сказал – правда.

Моя бровь приподнимается.

– Хорошо. Почему у меня такое чувство, будто ты пытаешься подбодрить меня?

Он передергивает плечами.

– Останется ли это между нами?

Сделав шаг назад, я кладу оба образца ткани на стол. Губы раскрываются, но нужные слова трудно подобрать. Что во имя святого он хочет услышать? Поэтому не ответив, я беру скэтчбук и начинаю рисовать его фигуру, чтобы я смогла спроектировать несколько моделей после. По крайней мере, в его словах нет двусмысленности.

– В твоей стране так принято? – спрашивает он.

– Что? – спрашиваю я, быстро дорисовывая его.

– Не отвечать на вопрос, заданный тебе принцем.

Я прикусываю щеку с внутренней стороны, стараясь не злиться, но чёрт, этот парень выводит меня из себя.

– Там, откуда я родом, нет принцев. Или королей, если быть ещё точнее.

– США, правильно? – спрашивает он. – Тогда Президент.

– Он такой же человек, как и я. Мне не нужно отвечать ему, если я этого не хочу.

– Интересно… – Он обдумывает мои слова ещё несколько секунд, пока я продолжаю делать наброски. – Значит, ты действительно не боишься говорить здесь то, что у тебя на уме?

Я поднимаю голову.

– Нет. Но если моё молчание грозит мне тюрьмой, то да. – Я скрещиваю ноги, когда его глаза скользят вниз по телу, лаская его от нетерпения поскорее трахнуть меня. – Это то, к чему ты стремишься? Пожалуйста, дай мне знать об этом сейчас, чтобы успеть вовремя покинуть это место.

Он улыбается.

– Конечно же, нет. Никогда бы не позволил этого, – отвечает он. – Кроме того, ты слишком милая для темницы.

Я закатываю глаза.

– Не пытайся убедить меня; это не сработает.

– Что я такого сказал? – Его брови взлетают наверх, но потом он подмигивает мне, еще больше смущая.

– Я здесь по делу, – говорю я, указывая ему на работу.

– Да, да, конечно…

Почему у меня такое чувство, что прямо сейчас он насмехается надо мной?

Я вздыхаю.

– Слушай, если хочешь, мы можем встретиться в другой раз и…

– Нет, нет. Лучше сейчас. Идеальный момент. Мне всё нравится. – Неловко посматривает он на меня. – Должен ли я замереть на месте?

– Да, пожалуйста. Я пытаюсь закончить рисунок.

– Что будет после этого?

– Я куплю ткань. Создам вещи. Отдам их миссис Адэлле.

Он выглядит озадаченным.

– Подожди. Ты хочешь мне сказать, что это последний раз, когда я тебя вижу.

– Согласно условиям, сказанным в этом контракте – да. – Я указываю на документ на столе.

– Я с этим не согласен, – говорит он, наклоняясь, чтобы лучше рассмотреть мелкий шрифт. – Мне нужно поговорить с миссис Адэллой об этом.

Отклонившись назад, я в замешательстве смотрю на него.

– Но почему?

– Потому что я снова хочу тебя увидеть. – Улыбается он. – Почему же ещё?

Я понятия не имею, что ответить на данное предложение. Моё тело решает за меня, потому что из жара его бросает в холод, а затем мгновенно вспыхивает в нем огонь.

Не знаю почему, но у меня появляется внезапное желание сбежать, что я и делаю. В тот момент, когда, схватив все свои вещи и пытаясь сложить их, тянусь к договору, он хватает меня за запястье.

– Подожди. Не уходи. – Он смотрит на мое запястье, затем сразу же опускает его, когда понимает, что пытается удержать меня силой. – Извини, я просто…

Он пробегает пальцами по волосам.

– Я хотел извиниться за то, что оставил тебя в клубе. Так произошло, потому что кто-то узнал меня, а я не хотел рисковать. Пресса меня всюду преследует.

Я киваю.

– Всё в порядке. Я ничего с собой не сделаю, после того как поняла, что ты королевских кровей. – Может, это и ложь, но истинное признание может привести меня к беде, которую я совершенно сейчас не хочу.

Его лицо меняется.

– Правда? Могу поклясться, что ты наслаждалась тем, что произошло в туалете… и до сих пор злишься на меня за то, что я оставил тебя. – Он подошел ближе. Так близко, что я могу почувствовать запах его одурманивающего одеколона. Тот самый, что он использовал ночью в клубе. Воспоминания о губах и телах, сливающихся воедино, снова обрушились. И боже, я бы отдала всё, что угодно, за ещё один поцелуй… и чтобы его член снова заполнил меня. Но это всё казалось неправильным… слишком неправильным.

Он принц, а я его дизайнер. Запрещено. Однозначно. Так сказано в договоре. Я не должна вступать в какие-либо отношения с членами королевской семьи. Только разговоры о работе, всё.

Я с трудом проглатываю ком, застрявший в горле.

– Я не сержусь.

– Конечно же, сердишься, – говорит он с самодовольной улыбкой. – Но мне также хотелось бы добавить, что я очень сожалею, что так внезапно ушел, и за то, что собираюсь сделать сейчас. – Он хватает мою руку и целует её. – Мисс Майя.

Я быстро тяну руку назад, потому что мне становится так хорошо, что трудно сказать нет. Но я должна. Определенно должна, учитывая, что из-за этого могу попасть в тюрьму. Кроме того, он слишком самоуверен. Снаружи выстроились дюжины девушек, ждущих, когда он выберет одну из них.

И почему он заинтересовался мной?

Я, наверное, ещё одна строчка в его послужном списке. Девушка, которую он трахнул, еще одна добавленная в его коллекцию. Одного раза было предостаточно. Я не хочу принять участие в этом приключении, раздувая его эго.

– Почему? – спрашиваю я, прижимая к себе все вещи, как будто они обеспечат какую-то защиту от его чересчур явной привлекательности. Он словно ходячая секс-машина, которая заставляет мои ноги дрожать. Но я не могу поддаться. Не снова. Не сейчас, когда я знаю, кто он на самом деле.

– Потому что ты мне нравишься, – отвечает он, в то время как я пячусь к двери. – И думаю, что я тебе тоже нравлюсь.

Каким-то непостижимым образом, из ниоткуда, образ его огромного члена взрывается в моей голове, и на секунду я задаюсь вопросом, сколько бы удовольствия я могла бы получить.

Я не могу об этом думать. Не сейчас. Не снова.

Я качаю головой.

– То, что мне понравилось в клубе, не значит, что мне хочется этого сейчас.

– Правда? – размышляет он, соблазнительная улыбка растягивает губы. – Позволю себе не согласиться. Я видел, как ты смотрела на меня, когда я выходил из ванны.

– Трудно было в тот момент найти свободное место, – парирую я. – Ведь ты встал прямо перед входом.

– Или тебе, может, просто трудно не думать обо мне…

Я врезаюсь в дверь, а он кладет ладони по обеим сторонам от меня на дерево, поймав меня в кольце.

Заикаясь, я произношу:

– Если бы я знала в клубе, что встречусь с тобой сегодня, я бы никогда не…

Он прикладывает палец к моим губам.

– Я в это не верю.

– Это правда, – говорю я сквозь сжатые зубы, как будто бы это больше убедит его.

Он ухмыляется.

– Хм… – Затем он отодвигается от двери.

Я снова могу дышать. Но не уверена, что чувствую, потому что внезапно меня охватывает странная пустота.

– Ты первая, кто так говорит, – произносит он.

Я фыркаю.

– Звучит лживо. Девушки выстраиваются в линию, ожидая своей очереди. Я видела, как они целовали тебя на улице рядом с твоей машиной.

– Нет, они ждут принца, – исправляет он меня, пристально глядя. – Но не ты. Ты даже не знала о моём происхождении.

Я тяжело дышу, не зная, что сказать.

Не уверенная в значении его слов. В том моменте. Нашей встрече. И пусть всё останется в прошлом. Боже мой… нельзя дать ни одного шанса, что это снова произойдет.

Поэтому я говорю единственное, что имеет сейчас хоть какой-то смысл. Мое чувство собственной безопасности кричит, что я в чужой стране, где я ничего не знаю ни о людях, ни об обычаях, ни об опасности, которая связана с тем, что я трахнулась с принцем.

– Это был первый и последний раз, – отвечаю я, открыв дверь.

Уже собираясь уйти, я слышу:

– Жаль. Мне бы понравился второй.

Но дверь уже закрывается за мной, и я спешу быстрее покинуть эту комнату.

Почему? Потому что я всё ещё думаю о том, как сильно было желание снова поцеловать его и заняться с ним сексом.

Чёрт.

7

Майя

Члены королевской семьи выделили мне настоящую мастерскую для создания всех проектов. Я поражена их щедростью, а с другой стороны – нет ничего необычного, когда речь заходит о королевской семье. Я поняла это в тот момент, когда Амир рассказывал о нанятых девушках для помощи при купании.

Не то чтобы я жалуюсь. Эта мастерская – всё, что я когда-либо хотела. Моё уютное гнёздышко дома не такое большое. К тому же шкафы ломятся от необходимых инструментов, а в комнате стоят гигантских размеров столы, несколько манекенов и разных фирм швейные машинки. И самое прекрасное в том, что теперь для меня есть место. Моя мечта становится реальностью.

Я потратила всё утро, прорисовывая несколько эскизов, и теперь пришло время сходить за тканями по магазинам. Хоть они и окружают меня со всех сторон, я хочу больше, и миссис Адэлла сказала, что я могу тратить столько, сколько захочу. Она даже дала мне кредитную карту, от которой моя творческая душа чуть не завизжала от восторга.

Закончив, я убираю в сумку рисунки и карандаши и выхожу на улицу, закрывая за собой дверь. От этой чертовой жары моё тело будто плавится, но через некоторое время оно привыкает. Город загружен людьми и машинами, сложно пробраться через толпу, от этого полученный опыт становится ценнее. Напоминает мне о Нью-Йорке; столько движения в одном месте заставляют чувствовать себя муравьем.

Я иду на рынок, где нахожу прилавки с товарами. Едой, украшениями, одеждой, сумками, посудой, чем угодно. Спрашиваешь любой предмет и получаешь его. Но я не ищу выгоды; я здесь за качественным материалом, и миссис Адэлла рассказала мне об одном магазине, где я смогу купить лучшие ткани, из которых потом создам красивые вещи, поэтому я сразу же иду туда.

Спросив у нескольких местных жителей верное направление, я нахожу его позади прилавков. Это открытый магазин без дверей и окон, но с крышей. Леди за прилавком складывает красочную ткань, пробуждая во мне сороку.

Она следит за каждым моим движением, пока я перебираю товар, подбирая понравившиеся ткани друг к другу. Мои руки не могут перестать касаться тканей, такие они мягкие и приятные. И когда я прохожу через магазин, мои глаза замечают мужчин, спорящих за прилавком.

Я замираю, едва замечая знакомую одежду… которую видела в тот вечер в клубе, где я познакомилась с Амиром.

Мои глаза расширяются от осознания, что он действительно стоит передо мной.

Снова.

На этот раз на нём нет белого одеяния, лишь черные штаны и темно-синего цвета рубашка с шарфом, обмотанным вокруг шеи. Как будто он снова пытается смешаться с толпой.

Он что-то берёт у леди и передает это в руки мужчины. Он ругает женщину, которая, кажется, плачет, а потом снова разговаривает с менеджером. Они о чём-то соглашаются, и затем мужчина возвращается к своим делам. После чего Амир поворачивает голову в сторону женщины, кладет руку ей на плечо и шепчет на ухо.

На её лице появляется улыбка, и она кивает. Затем она убегает, а Амир закрывает лицо шарфом, который я уже видела раньше.

Неожиданно он смотрит в моём направлении, и наши взгляды встречаются.

От шока я хватаю первую попавшуюся вещь, какую смогла найти – несколько драпированных тканей красного цвета – и прячусь за ними.

Ничто не скроет мой явный румянец, как только он вырывает материи из рук.

Дерьмо.

Почему сейчас? Почему здесь? И почему мы вечно сталкиваемся друг с другом?

– Так, так, так, что же мы здесь делаем? – бормочет он, кривя рот.

– О боже… – Я закатываю глаза, разворачиваюсь и хватаю ещё один кусок ткани, чтобы отвести лицо от его глаз и скрыть смущение.

– Ты имеешь в виду – принц? – исправляет он и кладет руку на ткань, к которой я прикасаюсь. – Но если ты предпочитаешь «боже», я готов к этому привыкнуть.

– Да…? – говорю я, пытаясь принять отстраненный вид, прежде чем схватить что-то ещё и повернуться к нему.

Но он продолжает следить за каждым моим движением, копируя всё, что я делаю, как будто издеваясь надо мной.

– Почему ты снова здесь? – спрашиваю я, прищурившись.

– О, мне просто нравится гулять по рынку.

– Притворяясь, что ты не принц?

Он пожимает плечами.

– Возможно, – его лицо озаряется улыбкой, которой сложно не улыбнуться в ответ.

Чёрт бы его побрал.

– Не люблю, когда за мной следят.

– Согласна, – отвечаю я, пытаясь выдернуть из его рук вещи, но он не сдается.

– К тому же во дворце скучно.

– И не говори, – с сарказмом вторю я. Надеюсь, он не бросит меня в тюрьму. Может, и нет, но лучше не испытывать судьбу.

– Эй, это не так легко. Быть принцем.

Конечно. Так ему и поверю.

– Правда? Потому что девушки не выстраиваются в очередь перед тобой? Потому что у тебя слишком много денег и так мало возможностей, куда их можно потратить?

– Нет, не поэтому, – отвечает он, нахмурившись. – И девушки не выстраиваются в линию из-за меня.

– Ну да, конечно? Я только что видела, как одной из них ты что-то шептал на ухо, – говорю я, глядя на прилавок, где увидела его раньше.

– Та леди подверглась преследованию со стороны владельца прилавка, потому что украла несколько украшений, – отвечает он с серьёзным лицом. – Всё, что я сделал, это вернул мужчине ожерелье и дал ей немного денег, чтобы она смогла купить себе еду.

– Еду? – Я прикусываю губы. – Но…

– Не все здесь имеют, что хотят, – говорит он. – Я всего лишь хотел помочь. Поэтому сказал ей, что она может прийти во дворец и попросить у миссис Адэллы, а не красть ради пропитания. Вот и всё.

Ух ты.

Это… моментально остудило мой пыл.

Я неожиданно забеспокоилась. Не знаю, что сделать или что сказать, поэтому просто смотрю на него. Чувствую себя идиоткой. Я осудила его, и теперь мне тошно. Чёрт подери.

– Оу… очень мило с твоей стороны, – отвечаю я, облизав губы и желая сказать, что-нибудь получше.

Он пожимает плечами и чешет затылок.

– Это то, что я должен был сделать.

Я киваю и продолжаю перебирать ткани, стараясь не усугубить ещё более сложившуюся ситуацию. Может он, и правда, в глубине души добряк.

– Так что ты здесь делаешь? – подождав, спрашивает он.

– Покупаю ткань для одежды.

– О, здорово! Что-нибудь хорошее уже приглянулось? – Он обходит меня со спины, не выпуская из виду.

– Я в поиске, – отвечаю, намекая, что мне следует приступить к работе.

– Как насчет этого? – Он приподнимает голубую с белыми линиями; на мой взгляд она отвратительна.

Я смеюсь.

– Боже, нет.

– Или эта? – Он поднимает другую, на этот раз насыщенного красного цвета с крошечными звёздочками.

Ему явно нравится изводить меня самыми худшими расцветками. Или он и правда не разбирается в моде. В любом случае, не уверена, зачем он это делает или даже почему он здесь.

Я останавливаюсь и говорю:

– Слушай, ценю твою попытку помощь, но…

Неожиданно он оказывается прямо передо мной, размахивая перед глазами тонкой белой тканью с крупными черными полосами.

– Тогда эта.

Пришлось отпустить ткань, чтобы посмотреть ему в глаза. Но я не была готова к тому, что в них увижу — они напомнили мне о нашем поцелуе… и как потом мы трахались. Жар опалил кожу.

– О чём ты думаешь? – спрашивает он, приподнимая бровь и выказывая такое высокомерие, что я даже взгляд не могла отвести.

Я ухмыляюсь, касаясь ткани. На самом деле она не так плоха, как кажется.

– Хочешь узнать?

Он облизывает губы.

– О, да…

Дрожь бежит по позвоночнику вверх и вниз.

Почему у меня такое ощущение, что он говорит не про ткань?

Он опускает ткань ещё ниже и говорит:

– Я хочу большего, но не буду принуждать тебя.

Я ошеломлена. Ошарашена. Моё лицо краснеет.

Я немедленно отворачиваюсь и хватаю первое, что попадется, что совсем не нужно, – ленту, но сейчас она – мой единственный круг спасения.

– С ней будет отлично смотреться, – бормочу я, вырывая у него ткань и подходя к другой полке.

Не знаю, что такого в нём, что приводит в такую панику. Может его внешность, его взгляды или, возможно, то, что он принц, а я просто случайная девушка из Америки, пытающаяся начать своё дело.

А этот парень… он рискует всем, и ради чего?

– Куда ты идешь? – спрашивает он.

– Ищу нужные вещи, потом вернусь во дворец.

– Но мы только начали веселиться.

Я замираю и, поворачиваясь, замечаю, что он следует за мной по пятам.

– Я здесь не для игр.

– Кто говорит про игры? Я чрезвычайно серьёзен, – отвечает он, подходя ко мне.

Он загоняет меня в угол между двумя полками. Дерьмо.

– Я просто хочу поговорить.

– О чём? Что так важно? – спрашиваю я.

Его голос такой спокойный, губы почти не шевелятся.

– Что ж, для начала, я хотел бы узнать, почему ты так упорно стараешься меня избегать.

Я стискиваю губы, судорожно пытаясь придумать ответ, но понятия не имею, что сказать. Не хочу признавать, что чувствую что-то, когда рядом с ним – что бы это ни было – потому что будущего между нами нет.

– Это не так, – вру я.

– Врунья, – отвечает он, подходя ещё ближе. Он поднимает голову и опускает руки на полки, зажимая меня между ними. – Ты меня боишься?

– Я? Боюсь? – Я фыркаю. – Почему это я должна бояться? – Звучит ли в моём голосе фальшь? Не сомневаюсь в этом.

– Из-за того, что я могу сделать с тобой… – отвечает он, в его голосе звучит страсть. Появляется зависимость слушать его. Особенно когда он наклоняется и шепчет, – или с твоим телом.

Моё дыхание прерывается, когда я чувствую его губы возле уха.

– Я знаю, что ты меня хочешь. Вижу, как ты смотришь, – его губы почти касаются моей шеи. Я не могу дышать. – Ты хотела бы быть в ванне вместе со мной.

Я отталкиваю его и говорю:

– Перестань быть таким засранцем.

– Засранцем? – Хмурится он в замешательстве.

– Я не попадусь на твои уловки снова, чувак, – отвечаю я, тыкая пальцем ему в грудь. – Я не такая простушка, – по крайней мере, не во второй раз.

– Я не говорил, что ты такая, – отвечает он. – Но я не сдамся.

– Почему? У тебя есть возможность соблазнить любую. Они умрут за возможность встретиться с принцем. Тебе стоит только попросить их, – отвечаю я со вздохом, скрестив руки на груди. – Уверена, они будут смертельно счастливы быть с тобой.

– Ты продолжаешь говорить об этом, но это не правда. – Он качает головой. – Они хотят меня, потому что я принц. Но они мне не нужны. Мой отец заставляет меня проводить с ними время, в основном с богатыми, но они скучные. Ни одну из них я не хочу. – Он хватает меня за руку. – Я предпочту провести время с тобой.

Не знаю, что сказать или сделать на это заявление. Я просто застываю на месте. А когда он снова наклоняется ко мне, я не отступаю, хоть его губы так близко к моим, что я почти чувствую их вкус.

Неожиданно передо мной гаснет вспышка ослепительного света.

Я моргаю пару раз и закрываю лицо руками.

Кто-то стоит позади Амира.

Ещё одна вспышка гаснет.

– Дерьмо, – шипит Амир.

К тому времени как я понимаю, что происходит, Амир уже тащит меня из магазина.

– Бежим!

8

Амир

Твою мать. Не думал, что они найдут меня. Однако факты говорят сами за себя. Чертовы папарацци. Всюду следуют за мной. Полагаю, нужно подумать об изменение внешности, очевидно, они уже прознали про нынешний облик.

Я тащу её по переулкам, стараясь как можно быстрее убежать от фотографа. Не уверен, что он один, но убеждаться в этом сейчас уж точно не буду. Особенно когда она рядом. И я уверен в том, что они успели подловить то, что я хотел бы спрятать.

Дерьмо.

Тяну её, пока она осыпает меня бесконечными вопросами «Кто это был? Что произошло? Куда мы идем? А мои ткани?»

– Ты сможешь забрать их позже, – рычу я. – Мы должны спрятаться.

Мы проходим через переулок и по крошечным улицам, пока я, наконец, не добираюсь до единственного безопасного от журналистов места. Небольшой домик в центре города между двумя гигантскими жилыми домами. Я стучу в дверь и тут же захожу внутрь, не дожидаясь, когда кто-нибудь откроет её.

Я уже знаю, что там нам будут рады.

– Извините за неожиданный визит, – говорю я, когда Саида удивленно смотрит на меня. – Мы можем спрятаться здесь ненадолго?

– Амир! Прошло так много времени с тех пор, как я видела тебя в последний раз, – говорит она, улыбаясь. – Конечно, можете. Проходите.

Она зовёт меня во двор, где я всегда играл в детстве. Ох, воспоминания, как мы с Фаизом бросали друг в друга грязью, играли в догонялки и плавали в пруду. Это были самые лучшие времена.

Саида кладет руки мне на спину и выводит наружу.

– Хотите чего-нибудь выпить?

– Конечно, – отвечаю я. – Но не пытайся придумать что-нибудь причудливое. Мы не задержимся. – Не хочу беспокоить ее больше, чем уже успел.

– Чепуха, – восклицает она, отмахиваясь, как будто это ничего не значит. – Оставайтесь на сколько нужно.

От её тепла по лицу расползается улыбка. Время летит так быстро.

Она возвращается внутрь, на кухню, в то время как мисс Майя продолжает тянуть меня за руку.

– Где мы?

Я улыбаюсь.

– В доме моего старого друга. Его… больше нет, но я очень хорошо знаком с его матерью. Я поддерживал её, когда была необходимость.

– Эээ… он…? – бормочет она, боясь закончить свой вопрос.

– Он умер, – отвечаю я, схватив два складных стула и поставив их рядом с пластиковым столом.

– Соболезную, – отвечает она, покусывая нижнюю губу. – Вы двое, должно быть, были близки.

– Да. Когда был маленьким, я часто приходил сюда. Фаиз и я были лучшими друзьями. Я зависал здесь всегда, когда хотел спрятаться от папарацци.

– Мало что изменилось с тех времен, – размышляет она.

Мне нравится улыбка, которая появляется на её лице. От неё она вся сияет.

– Извини за то, что случилось там, в магазине, – говорю я, прочистив горло. – Я не хотел вытаскивать тебя оттуда, но если бы мы не…

– Они бы сделали как можно больше фотографий, и твоё лицо будет на всех таблоидах, – добавляет она. – Понятно.

– И твоё, – добавляет он. – Я не хотел, чтобы ты появилась в газетах.

– Э… – Она кивает, садясь на стуле. – Часто такое случается?

– Полагаю, из-за моего титула, – отвечаю я, присаживаясь рядом. – Ненавижу это.

– Могу представить. Они когда-нибудь оставят тебя в покое?

– Нет. Почему же, по-твоему, я надеваю всё это, когда выхожу из дворца? – Я похлопываю по своей одежде, улыбаясь ей и заставляя смеяться.

– Может, в следующий раз нам следует подобрать маскировку получше. Здесь подойдет ткань со звездочками. – Фыркает она. – Прямо сейчас я навряд ли смогу что-нибудь смоделировать.

– Верно. Ткани, – говорю я, прикусывая губу и смотрю ей прямо в глаза. – С этим я справлюсь.

– С чем?

– С тканями. Не беспокойся об этом. – Я поднимаю руку, останавливая её попытку заговорить. – Не отказывай. Просто позволь мне всё исправить. Обещаю, что всё исправлю.

Она откидывается на спинку стула и говорит:

– Хорошо. Если ты обещаешь. – Похоже она не чувствует себя здесь спокойно.

– Что не так?

– Меня наняла миссис Адэлла. Если она узнает, что произошло сегодня…

– Она не узнает, – перебиваю я. – Обещаю, твоя работа вне опасности. Я не позволю ей уволить тебя из-за этого. Это моя вина, поэтому за всё буду отвечать я.

Она кивает несколько раз.

– Значит, Саида не против того, что мы здесь? – спрашивает она.

Я смеюсь.

– Да, она привыкла. Я до сих пор прячусь здесь от прессы. Они так и не нашли это место.

– Умно, – подмигивает она мне и улыбается в ответ, её глаза смотрят на пруд перед нами. – И что теперь?

Когда мой взгляд скользит по её телу и смотрит в сторону воды, то на лице расплывается коварная улыбка.

– Не хочешь поплавать?

– Поплавать? – Фыркает она. – Ты, наверное, шутишь?

– Нет, пошли. – Отвечаю я, хватая её за руку и поднимая с кресла.

– Но у меня нет купальника, – бормочет она.

– Кому он нужен? У Саиды есть полотенца. После купания обсохнем здесь, – отвечаю я.

Она пытается сопротивляться, но я тащу её всё ближе и ближе к краю.

– Но я не…

– Перестань искать отговорки, давай просто повеселимся, – говорю я, посмеиваясь, когда она пятками зарывается в песок.

Ей это не помогло, и я толкаю её в воду. За громким визгом следует всплеск, и я прыгаю вслед за ней.

Холодная вода немедленно пробуждает меня. Боже, как же я это люблю. Когда я был еще молод, мы часто прыгали с Фаизом отсюда. Прошли годы, и, честно говоря, мне ужасно этого не хватало. Но должен сказать, что её присутствие скрашивает потерянное время и друга.

– Моя одежда! – кричит она, заставляя меня смеяться. – Вся промокла!

– Вся? – Шучу я, приподнимая бровь.

Взгляд, которым она меня одаривает, бесценен. Не знаю, почему, но мне безумно нравится распалять её. Пылающий огонь в её глазах не гаснет и зажигает во мне такой голод, о котором я никогда не подозревал.

– Я в прямом смысле, – отвечает она, скрещивая руки на груди. – Тебе весело?

– О, да. – Ухмыляясь от своих непристойных мыслей, говорю я.

– Хорошо, что хоть одному из нас – весело, – добавляет она. Брови хмурятся, но улыбка, которую она так отчаянно пытается скрыть, не остановить.

Неожиданно она брызгает в меня водой. Я шумно выдыхаю, вытирая лицо, пока она заливисто смеётся. Мне так нравится этот звук.

Тем не менее, не могу отказать себе в удовольствие плеснуть в неё водой тоже. Брызги облепили её со всех сторон.

Теперь, когда мы на равных, борьба становится только интенсивнее, и мы оба прикладываем все усилия намочить друг друга. Она входит в раж и мне приходится, задыхаясь, попросить о пощаде.

– Сдаюсь! – молю я. – Сдаюсь!

Она смеётся и брызгает мне в лицо водой в последний раз.

– Это за то, что толкнул меня.

– Признаю, заслужил.

Однако только сейчас я замечаю, как близко мы друг к другу в пруде. И как сексуально она выглядит в мокрой, облепившей всё её тело одежде, которая подчеркивает все её изгибы.

Инстинкт берет надо мной верх. Я делаю шаг к ней, не в силах остановиться. Я хочу приласкать её. Хочу, чтобы она взорвалась от блаженства. Хочу прикоснуться к её телу… в каждом месте, которое она от меня прячет.

Я хочу всю её.

9

Майя

Раз – и мы погружаемся в воду, а в следующую минуту он становится так близко, что я могу видеть, как капли стекают по его коже. Они катятся по его лицу и груди, под тонкой мокрой рубашкой проступают мышцы. При взгляде на него во мне растёт такая потребность.

Я даже не знаю, что сейчас чувствую, кроме того, что мне трудно сопротивляться его прикосновениям.

Очевидно, я не единственная погрязла в желаниях.

Не успев понять, я ощущаю его руки, скользящие вокруг моей талии к пояснице, притягивающие меня ближе. Я втягиваю воздух, когда в его глазах, пристально смотревших на меня и способных растопить мои трусики в мгновение ока, вижу страсть.

Не могу отвести глаз, как бы ни старалась. Не могу удержать тело, оно так и льнёт к нему, несмотря на то, что мой мозг отрицает это.

Он принц. Он не моего поля ягода. Мы из двух разных миров. У нас никогда не…

И вдруг его губы обрушиваются на мои.

Все мысли, все тревоги мгновенно исчезают.

Искры пробегают по всему моему телу, наполняя таким желанием, которого я раньше не испытывала. И я целую его в ответ.

Его губы сладкие на вкус и грешные, но дарящие небывалое наслаждение. Всё, чего бы мне хотелось, и всё, в чем я нуждалась одновременно.

Он посасывает мою нижнюю губу, и мой рот под напором его языка приоткрывается, позволяя ему скользнуть внутрь. Он целует так, словно имеет какие-то права на меня. Но я бессильна остановить его. Беззащитна перед натиском эмоций и жаждой, бугрящейся по моим венам.

Только когда я слышу чьё-то хихикание за нами, я возвращаюсь к реальности.

Мои глаза распахиваются, и я вижу женщину – владелицу дома – прячущую улыбку за ладонью. Она подловила нас.

– Вижу, вы нашли прекрасный способ взбодриться, – говорит она, хихикая.

Мои щеки заалели, но Амир, кажется, даже не замечает, что нас прервали. Всё, о чем он сейчас думает – это я.

Неожиданно острая резкая боль заставляет меня вскрикнуть. Я осматриваюсь вокруг.

Леди чуть не роняет принесённые нам напитки, быстро поставив их на столик.

– Что случилось? – спрашивает Амир, сжимая мои руки.

– Моё бедро! – поскуливаю я, пытаясь пройти мимо него, одновременно барахтая воду. – Думаю, кто-то укусил меня!

Вот тогда я вижу, как это скользит мимо нас в пруду.

Змея.

10

Амир

Извинившись перед миссис Саидой, я немедленно везу Майю в больницу. Бедной женщине удалось кое-как укутать её в несколько одеял, прежде чем я поднял девушку. Время на исходе. Всё могло быть серьёзнее. Опаснее. Смертельнее.

Мы не знаем, что за змея её укусила. Могла какая угодно. И если она была ядовитой… я даже думать не хочу о том, что может произойти. В этой стране риски очень высоки, поэтому я как можно быстрее ловлю такси.

Хоть моя одежда до сих пор мокрая, я залезаю внутрь и даю таксисту деньги. Мне всё равно, что он узнает меня и бормочет:

– Ваше Вы…высочество.

– Просто езжай, – прерываю я.

– Конечно, Ваше Высочество, сэр! – бубнит он, явно ошеломленный принцем в его машине. – Куда? – спрашивает он.

– В больницу. Как можно быстрее.

– Да, мой принц, – отвечает он, немедленно нажимая на газ.

– Я дам тебе больше денег, если ты доставишь нас туда в целости и сохранности, не рассказывая ничего прессе.

– Понял.

В то время как мы мчимся в больницу, я спрашиваю Майю:

– Где рана?

Она приподнимает ногу и показывает на две отметины от зубов.

Я отрываю кусок от моей одежды и оборачиваю его вокруг бедра.

– Держи крепче.

Она кивает, капли пота стекают по её лбу, в то время как кровь просачивается сквозь материю.

Мной овладевает беспокойство. Сердце колотится в груди, и я всё время смотрю в окно, гадая, сколько времени ещё займет поездка. Каждая секунда на счету.

– Мы подъезжаем? – рычу я.

– Почти, Ваше Высочество, – отвечает таксист.

– Ускорься, – огрызаюсь я. Знаю, я тот еще мудак, но быть милым сейчас, после того что произошло, последнее в списке приоритетов. Она, должно быть, испытывает сильную боль… или ещё хуже.

Укусы змей смертельны, но я не позволю ей умереть. Не в мою смену.

Я прошел через это однажды. Больше этого не повторится.

Когда мы, наконец, добираемся до больницы, я сразу бросаюсь за помощью в отделение неотложки. Достаточно показать им паспорт, чтобы ускорить процесс. Знаю, что не должен злоупотреблять своим положением принца, но не могу позволить девушке ждать своей очереди. Не тогда, когда мы не знаем, что её укусило.

Поэтому они завезли её в частную палату и положили на кровать, немедленно осматривая.

Я сижу на стуле рядом с кроватью и жду, пока врачи возьмут кровь для анализов. Тем временем, она, кажется, успокоилась. А вот я нет.

– Врачи говорят, что она может быть не ядовита, – говорит она, улыбаясь. – Иначе я бы уже давно что-нибудь почувствовала бы.

– Мы не будем знать наверняка, пока не будут готовы результаты тестов, – говорю я, кусая ногти.

Она улыбается и тянется к моей руке.

– Всё хорошо.

– Как ты можешь быть такой спокойной? – спрашиваю я. – Ты должна быть…

Она пожимает плечами.

– Я в хороших руках. – Наши взгляды устремлены к сплетению наших рук. Я нежно ласкаю её пальцами, желая сделать нечто большее.

– Ты беспокоишься, – отзывается она.

Я киваю.

– Укусы змеи… ужасают меня. Из-за этого умер Фаиз.

– Оу, мне очень жаль. Если бы я знала, я бы не…

– Всё в порядке, – прерываю её я, улыбаясь. Не хочу, чтобы она жалела меня. Хочу, чтобы сосредоточилась на своём здоровье. Это гораздо важнее для меня сейчас.

– Я не могу исправить того, что с ним случилось. Не могу вернуть его, но могу позаботиться о тебе, – говорю я.

Её лицо становится красным, как клубника, и это самое прекрасное, что я когда-либо видел за всю свою жизнь. Всё остальное блекнет, когда она рядом. Эта больница. Тот факт, что я принц. Или даже что она не из Дакай. Ничего их этого больше не имеет значения.

Всё, что я знаю – это то, что хочу быть рядом с ней. Сейчас. Завтра. Каждый день будет прекрасен. Пока она будет рядом.

Знаю, наше время ограничено, когда-нибудь она вернется в свою страну, но это не значит, что мы не сможем насладиться тем временем, которое у нас есть сейчас. И я намерен насладиться им сполна.

11

Майя

Вернувшись, доктор приносит нам хорошие новости: змея была не ядовитой и что это всего лишь укус – я с облегчением вздыхаю. Они перевязывают мне ногу, и я благодарю их за работу.

Амир не оставляет меня и даже помог встать с кровати и пересесть в инвалидную коляску. Никогда не ожидала бы, что он будет так беспокоиться обо мне. Он, правда, очень внимателен к человеческим потребностям. Он всегда нежно касается рук, приветствуя, и делает комплимент, к сожалению, с медсестрами он общается чересчур сладко. Это не просто его способ очаровать человеческие сердца. У меня такое чувство, что он искренне заботиться об окружающих. Своём народе.

В конце концов, он принц, и однажды Дакай, вероятно, станет его.

А что я? Простая девушка из Америки. Совершенно не уместна здесь… и совершенно не имею права целовать его.

Что если папарацци снова нас найдут? Или еще хуже… его отец?

Долго ждать не нужно, персонал больницы уже находится в состоянии повышенной готовности, бегая вокруг да около, как будто кому-то требуется срочная неотложная помощь.

Конечно же, это не так.

Король только что прибыл.

Челюсть чуть не падает, как только я замечаю его и свиту, когда они врываются через дверь. Все прекращают работать, кланяются и приветствуют с чрезмерным энтузиазмом. Люди, кажется, почитают его, как некого Бога, или, может быть, они в ужасе, но я доподлинно никогда не узнаю об этом. Вероятно, незнакомцу они никогда не расскажут о том, что на самом деле думает. Вероятно, это опасно.

Но что ещё более опасно, так это то, что они заходят прямо в мою палату.

Мои глаза расширяются, и я крепко сжимаю подлокотники инвалидного кресла, как будто это поможет мне быстрее скрыться. Не то, что бы я смогла выбраться отсюда без лишней нервотрепки или чего хуже. Они могут даже в темницу меня бросить за то, что я сделала с принцем.

Боже мой, надеюсь, что нет.

Пот катится по моей спине, когда ко мне подходит бородатый мужчина, из-за его роста и ходьбы я чувствую себя маленькой и незначительной. Особенно когда его взгляд задерживается на мне после того, как он мельком посмотрел на Амира.

Амир неожиданно встает передо мной и отцом, скрывая от его тяжелого взгляда.

– Амир, – рявкает его отец. – Что ты здесь делаешь?

– Проявляю заботу, – говорит Амир, скрестив руки на груди.

– О ком? Об этой девушке? – Его отец небрежно наклоняется в сторону, чтобы взглянуть на меня, но Амир следует его движениям, снова скрывая меня от его глаз.

– Она получила травму.

– Это не входит в твои обязанности, – отвечает отец. – Ты хоть представляешь, какой из-за этого поднимется шум?

Амир, похоже, растерялся.

– Прошу прощения, Отец, но папарацци преследовали нас, поэтому мне пришлось действовать быстро.

– Чтобы выйти из дворца, ты надел вот это… это, – шипит он, впиваясь в меня, словно ястреб, глазами. – Это тряпьё.

– Это всего лишь одежда, – отвечает Амир.

– И из-за чего ты так опустился? – сетует отец. – Ты принц. Пора, наконец, вести себя подобающе.

– Но я и человек тоже, и хочу веселиться, – возражает Амир, пытаясь протестовать.

Не думая о последствиях, я хватаю его за руку. Хочу, чтобы он знал – я здесь. Нельзя, чтобы он оставался один на один с отцом. И судя по тому, как он кратко оглядывается на меня через плечо, я знаю, он понял – мои намерения искренни.

Его отец не выглядит слишком довольным.

– Это будет во всех газетах… ты и эта девушка. Почему она вообще рядом с тобой? Придется бросить её в тюрьму за то, как она на тебя влияет.

– Её зовут Майя, и она никак на меня не влияет. Это был полностью мой выбор. Оставь её в покое, – рычит Амир. – И к твоему сведению, её наняли создавать мне одежду.

– Простолюдинка? Ты общаешься с всякими простолюдинами?

– Она не простолюдинка. А американка, – отвечает Амир.

Стража, сопровождающая короля, подвигается чуть ближе.

– Итак? У меня появляется все больше и больше причин посадить её в самолет и отправить её туда, откуда она прилетела.

Ой-ёй. Реальность быстро обрушивается на меня. Должна ли я что-то сделать? Но что?

– Ты не можешь делать всё, что захочется. Ты принц, королевских кровей. Твоя репутация превыше всего. Есть обязанности. Правила, которым требуется следовать.

– Я прошу прощения, Ваше Высочество, – неожиданно произношу я, пытаясь отодвинуть Амира от кресла. – У меня вовсе не было намерений уводить принца далеко от дворца.

– Молчи, Майя, – прерывает меня Амир.

– Действительно, – фыркая, отвечает отец. – Я не спрашивал Вашего мнения, девочка.

– Я здесь, чтобы выполнить свою работу, вот и всё. Я больше не буду тратить время Вашего сына, обещаю, – продолжаю я.

Амир оборачивается и хватает меня за руки.

– Остановись. Ради нас обоих. Прошу.

От того, как он произносит слово «прошу», чуть не подогнулись колени.

И если бы я ни сидела в этой чертовой коляске, то так бы и получилось.

Вместо этого я киваю.

Хотела бы сделать больше. Он не заслуживает порицаний.

Амир снова разворачивается к отцу.

– Это не её вина. Я беру на себя всю ответственность.

– Кстати, о времени, – говорит отец, разворачиваясь и щелкая пальцами. – Идем. Нам пора во дворец, там твоё место.

Амир следует за ним, глядя на меня через плечо с улыбкой. Но когда он уходит за своим отцом, я осознаю, что больше никогда его не увижу. Никогда.

12

Майя

Рана на ноге зажила на следующий день, поэтому я снова приступаю к работе. Но лекция, прочитанная мне миссис Адэллой, была не приятной. Очевидно, король переговорил с ней, выразив своё недоверие ко мне. Он почти уволил меня, но миссис Адэлла замолвила за меня пару хороших словечек, поэтому, к счастью, я смогла сохранить работу.

Правда, не без предупреждений. Я больше не могу разговаривать с принцем. По крайней мере, на темы, не связанные с делом. Так что я могу смоделировать и показать ему одежду, на этом всё. В противном случае, у меня будут большие неприятности.

Полагаю, стоит быть благодарной за то, что они не отправили меня домой. Это большая возможность, и я не хочу её упустить. Так что теперь я буду тише воды, ниже травы и сосредоточусь исключительно на работе. Не имеет значение, насколько он горяч, или как превосходны его поцелуи – я должна перестать о нём думать.

Обидно, что когда я захожу в мастерскую, то вижу гигантский букет.

И огромную кучу тканей.

Что за…?

Смутившись, я ставлю на стол сумочку и вдыхаю аромат восхитительных цветов. В них воткнута карточка с выгравированными золотыми буквами.

Пожалуйста, прости меня за то, что вчера украл у тебя свободное время. Надеюсь, ткани и цветы смягчат твоё сердце.

Амир

Смягчат сердце. Не могу перестать читать эти два слова. И не могу остановить поток грязных воспоминаний, появляющихся при этом в моём сознании.

Чёрт.

Я трясу головой. Мне, правда, нужно остановиться. А ему требуется перестать быть таким очаровательным.

Я ставлю цветы в воду, а затем поочерёдно трогаю ткани, купленные им. Они из того магазина посреди города, где мы увидели друг друга.

Он действительно выполнил своё обещание.

Улыбаясь, я беру те, что нравятся мне больше всего и рассматриваю. Ярко-пурпурный оттенок, другие красные, много бурых и чёрных тканей. Мягкие и бархатистые. О, да… я определённо могу сотворить что-нибудь потрясающее.

****

Несколько дней спустя

Когда я прибываю во дворец, то прохожу очередную процедуру проверки и прямиком направляюсь в комнату Амира. Охранники уже предупреждены и сразу же пропускают меня внутрь. Не без строго взгляда, конечно, но я его игнорирую.

Комната пуста. Что ж, за исключением роскошной мебели, огромных шкафов, ковров, портьеров и других вещей, принадлежащих принцу.

Но его здесь нет. Он придет позже или же забыл?

Это не важно. Если его здесь нет, я могу всегда показать миссис Адэлле смоделированные вещи. Хотя я бы предпочла, чтобы он сначала их примерил. Мне нужно знать, в пору они ему или нет. Но может он придет попозже.

Я ставлю большую сумку на стол и начинаю её распаковывать, аккуратно вытаскивая сложенную одежду, чтобы её не помять. Я комбинирую вещи, положив их рядом друг с другом, гадая, о чём он подумает.

– Прекрасно.

От неожиданности я вскрикиваю и подпрыгиваю. Когда я разворачиваюсь, то тут же жалею об этом. Он стоит прямо передо мной… одетый лишь в туго обтягивающие его формы плавки.

Я закрываю глаза, моё лицо краснеет.

– Амир! – вырывается из меня.

– Что? – смеётся он. – Как будто ты меня никогда не видела в таком виде.

– Боже, – выдыхаю я. – Надень что-нибудь.

– Договорились, – отвечает он, хихикая и хватая одежду со стола. – Вот это мне подойдет.

Я подглядываю, когда он встает спиной ко мне и натягивают созданную мной одежду. Не могу перестать смотреть на перекатывание мускулов при каждом его движении. Он прав. Одежда выглядит потрясающе на нём. С другой стороны… всё красило бы его идеальное тело.

Когда он снова поворачивается ко мне, трудно не пускать слюни.

– И? Что думаешь? Хорошо?

Я киваю. Даже не знаю, что сказать. Он великолепен. И всё же он – принц, о котором я даже думать не должна.

Он ухмыляется.

– Мне нравится. То, что нужно.

Я улыбаюсь.

– Рада, что нравится. И спасибо за ткани.

– Нет необходимости благодарить меня, – отвечает он. – Я же сказал тебе, что куплю. Я всегда держу обещания.

Он кладет руку мне на талию, притягивая к себе ближе.

– Тебе понравились цветы?

Соблазнительные чёртики в его глазах кружат мне голову.

– Они прекрасны. Спасибо.

Я разворачиваюсь на каблуках и сосредотачиваюсь на одежде, разложенной на столе, стараясь не думать о его ищущих руках под моей рубашкой. Я растекаюсь от ласки, но понимаю, что не могу разрешить ему продолжать. Не тогда, когда многое поставлено на карту.

– Амир, мы…

– Шшш, – прерывает он, его руки обвивают мой живот.

Его губы нежно целуют мою шею.

– Тебе не нужно что-либо говорить.

И это всё. Даже не знаю, что ответить. Всё, что я знаю, так это то, что происходящее опасно для нас обоих. Я могу потерять работу, а он… ну, его отец может наказать его, а я даже думать не хочу о том, что он с нами сделает, если узнает.

– Давай продолжим на том месте, где нас прервали… – шепчет он мне в ухо.

Он мягко подталкивает меня уйти всё дальше от стола. Его губы на моей коже заставляют позабыть чувство реальности. Пока я снова не открываю глаза и не понимаю, что на нём надето одно из моих творений. Он даже не прикоснулся к остальным. А ведь я сюда пришла именно для этого. И была нанята именно для этого. Что, если миссис Адэлла войдет и увидит нас? Это положило бы конец моему нахождению здесь. Или хуже… стоило бы мне карьере.

– Подожди, – говорю я, пытаясь отстраниться.

Но он удерживает меня, отказываясь отпустить. От этого я спотыкаюсь и падаю на него, и он тоже теряет равновесие. Я вижу, когда мы оба, запутавшись друг в друге, падаем.

Не на пол… а прямиком в его ванну.

Я барахтаюсь, брызги разлетаются во все стороны, когда я выныриваю, тёплая вода пробуждает во мне забытые чувства.

– Амир! – кричу я, злясь, что он увлёк меня за собой.

Он громко смеётся, качая головой, от чего капельки воды разлетаются повсюду.

– Всего лишь вода. Расслабься.

– Одежда! – говорю я, указывая на его наряд.

– Немного воды не испортят его, не так ли? – размышляет он, снова приближаясь ко мне.

Я вздыхаю и погружаюсь в воду. Полагаю, что волноваться слишком поздно. Мы насквозь промокли.

– Извини, что потащил тебя за собой, – отвечает он, прижимая меня к краю ванны. – Но ты меня первая толкнула.

– Я пыталась отстраниться, – говорю я, облизывая губы, увидев как капли воды стекают по его рубашке. Боже, я бы хотела, чтобы вода не сделала одежду такой липкой. Из-за этого я могу видеть каждый дюйм его мускулов, выпирающих сквозь ткань.

– Почему? Боишься, что я снова тебя поцелую? – бормочет он, склоняя голову.

Он так близко, что я почти могу почувствовать его вкус. Почти. Я тяжело сглатываю.

– Потому что то, что я хочу, – шепчет он, всё ближе и ближе придвигаясь ко мне, пока наше дыхание не переплелось. – Очень… очень плохо.

Прежде чем я понимаю, его губы уже касаются моих.

Как и тогда в пруду, только в этот раз я ещё более беспомощна и не могу его остановить. Разумные мысли улетучиваются в тот момент, когда его язык разделяет мои губы и он углубляет поцелуй. Он кружит языком во рту, заявляя на меня права, будто я всегда принадлежала ему.

Поцелуй становится страстным. Голодным. Я никогда и не мечтала, чтобы меня так целовали.

И между каждым моим вздохом он шепчет сладкие слова, которые впитывает моё сердце.

– Ты чертовски красивая, – шепчет он. – Как солнце. Не могу остыть в твоём присутствии.

Он обхватывает моё лицо обеими руками, углубляя поцелуй. Такое чувство, что я сплю. Будто я не могу дышать.

Я целую принца. Настоящего принца. Невозможно ещё больше осудить или возмутиться этим скандальным поступком, но удержаться и не поцеловать его в ответ не могу – нет сил сопротивляться.

Мне дана одна секунда, чтобы вдохнуть, и я произношу несколько слов.

– Но нам надо заняться примеркой…

– Позже, – бормочет он мне в губы.

Его поцелуи становятся всё более безумными с каждой секундой, а его руки скользят вниз по моему телу, забираясь под рубашку. Жажда, которую я раньше не испытывала, захватывает меня, я хочу чувствовать его руки на всём моём теле. Соски превращаются в твёрдые горошины, когда он срывает с меня рубашку и лифчик, оставляя их плавать в воде, как будто они ничего не значат.

– Чёрт… знаешь, как долго я этого ждал? – стонет он, оставляя сладостные поцелуи по всему моему телу.

Я качаю головой.

– С того самого чёртового первого дня, – рычит он. – В клубе. С тех самых пор я снова и снова хотел наслаждаться тобой. Взять тебя, поцеловать, вылизать всё твоё тело… Боже, я хочу проделать это всё с тобой.

Сильными руками он обхватывает мою талию, вытаскивает из воды и, прислонив к краю ванны, зарывается лицом в мою грудь. Он хватает её и начинает сильно посасывать, даря обоим невыносимое наслаждение. Если бы я не промокла насквозь, то сейчас от его ласк мои трусики стали бы совершенно мокрыми.

Но чувство вины всё ещё живёт во мне и скручивается в животе, как только на меня обрушивается понимание последствий.

– Но что если кто-нибудь войдет? – спрашиваю я, пока он крадёт поцелуй за поцелуем.

– Никто не посмеет войти без моего разрешения, а я никому не разрешу войти… или выйти.

Из-за тона его слов кожа покрывается мурашками.

Его стоны так заводят меня, что я раздвигаю под его натиском ноги. Двумя пальцами он тянет мне сосок, от чего тот становится ещё твёрже, и одновременно лижет второй. От удовольствия я корчусь в ожидании следующего его движения, пока его руки путешествуют по моему телу и не стягивают с меня штаны.

Трусики следуют за ними… а он всё ещё одетый.

Не то чтобы у меня есть время подумать об этом, потому что он ласкает меня повсюду, где хочет. Его рука прижата к моему животу, он тянет меня вниз, пока голова чуть не касается пола, а ноги так и остаются в воде.

Его лицо опускается между моих ног.

Я задерживаю дыхание. Он, правда, собирается сделать то, о чём я сейчас думаю?

– Ммм… ты так долго избегала меня, – бормочет он, – теперь я хочу попробовать вкус этой сладкой киски.

Его рот между моими бёдрами прижимается страстными поцелуями прямо к моей коже. Когда я чувствую его язык на клиторе, то чуть не взрываюсь, опалённая языками огня.

Кончиком он дразнит меня снова и снова. Покачиваясь назад и вперёд, он не упускает ни одного уголка. Превосходство написано на его лице, и из-за этого мне хочется одновременно и ударить, и поцеловать его.

Но было ли это правильно… чёрт возьми, он же принц Дакай.

Мой клитор ласкает принц. И мать твою, он знает, как доставить удовольствие женщине.

Я громко стону, когда его язык кружит вокруг клитора, надавливая так, чтобы возрождалось желание хотеть большего, но не преодолеть край экстаза. Его пальцы впиваются мне в кожу, поддерживая меня, а я отчаянно цепляюсь за волосы, желая притянуть его как можно ближе.

Дьявольский взгляд в его глазах вспыхивает от осознания моей близости взрыва. Чёрт возьми, так близко…

– Фантазировала, как я облизываю тебя, Майя? – бормочет он, слизывая с меня сок возбуждения.

– Может быть, – отвечаю я, на моём лице мелькает ухмылка. – Или нет.

– Не лги. Я знаю, что мечтала с того момента, как увидела, оказаться вместе со мной в этой ванне. И я знаю, что желала, чтобы мой член снова глубоко вошёл в тебя.

Почему он так сильно давит на меня? Да, он возбуждает меня. Да, я влюбляюсь в него, но, чёрт возьми, он всё усложняет. Он хочет, чтобы я его ненавидела? Похоже, ему срывает крышу от происходящего.

– Чёрт. Ты, – фыркаю я, стараясь сдержать злость, чтобы лицо не раскраснелось.

Он посмеивается и прикусывает губу.

– Мне нравится, когда ты злишься.

Я поняла. Ему просто нравится смотреть на то, как мне становиться неловко.

Но у меня нет сил бороться с ним, дать отпор его языку, ласкающим киску. Моё тело беспомощно против его грязных уловок, которые он пускает, играя с моими чувствами.

– И мне нравится, когда ты становишься мокрой для меня, – стонет он, посасывая мой клитор. – Кончи для меня, Майя.

Прежде чем я осознаю происходящее, его палец проникает внутрь киски, и я начинаю задыхаться, пока он кружит вокруг. Добавляется ещё один, и я чуть не умираю от переизбытка ощущений. Поток страсти обрушивается на меня. Взгляд в его глаза, голод, взмах языка, толчок пальца. Слишком много.

С громким стоном я взрываюсь на миллионы частиц. Волна за волной накрывает всё моё тело, заставляя взмыть на седьмое небо от счастья.

Долгое время я не получала такого удовольствия от мужчины.

Но я даже не успеваю насладиться моментом, Амир поднимает меня на руки и выходит из воды. Я вскрикиваю, когда он вылезает из ванны.

– Куда мы идем? – спрашиваю я, вода всё ещё капает с моего тела.

– В мою кровать, – отвечает он хриплым от страсти голосом.

– Но мы насквозь мокрые! – возмущаюсь я, пока он несёт меня в другую комнату.

На его губах расплывается порочная улыбка, от чего во мне снова просыпается голод и желание.

– Я вылижу тебя… досуха.

13

Амир

Мне плевать на её оправдания; она должна быть в моей постели, и я возьму её во всех позах. Я ждал достаточно долго, и больше мне не интересны игры. Наплевать, если кровать промокнет; перестелить бельё можно будет позже. Ничего, ничего не помешает мне взять её сегодня, сейчас.

– Но что насчет…

Я кладу её на кровать и поцелуем заставляю замолчать. Я не передумаю. Мне всё равно, что кто-то может узнать или что произойдет дальше. Всё, что я знаю, так это безграничное желание к ней – единственное, что имеет сейчас значение.

– Ты принимаешь таблетки? – спрашиваю я её, мой голос груб, почти неузнаваем.

Она кивает, прикусывая нижнюю губу.

– Заболеваний тоже нет.

– Хорошо. – Не хочу, чтобы что-то мешало нам в этот раз. Хочу быть к ней кожа к коже.

Рукой я прижимаю её к постели. Её руки касаются шёлковых простыней, поглаживая ткань, будто представляя меня вместо неё. Я облизываю губы, её тело такое манящее.

Затем я медленно снимаю с себя сшитую ею рубашку и бросаю её на пол. Штаны и нижнее белье летят вслед, она во всех глаза смотрит на мой член, подрагивающий вверх и вниз. Мне нравятся похотливые искорки, вспыхивающие в её глазах. Знаю, она думает о том, как это приятно, когда я заполняю её тело… определённо, я исполню её мечту.

Когда она откидывается на подушки, я сползаю по ней, пряча лицо в её шее и оставляя следы поцелуев. Её вздохи заводят меня ещё сильнее, от чего член твердеет, касаясь её между бёдер. Не могу удержать руки от ласк, скольжу ими вниз по её попке, сильно сжимая.

Её стоны музыкой отдаются в моих ушах, и в момент чистого наслаждения я переворачиваю её на живот. Я успокаиваю её несколькими поцелуями в затылок, и её спина выгибается, прижимаясь к моему члену, крепко зажатому между нашими ногами. Я сжимаю её, раздвигая ноги, и направляю кончик внутрь. Её рот широко открывается, когда я начинаю глубоко погружаться в неё, дав ей почувствовать всю силу своего желания.

– Чувствуешь ли ты, как отчаянно я хочу тебя? – стону я в её ушко, трахая её.

Она едва мог держать открытыми глаза, пока толкался в неё, схватив за волосы и сильно дёрнув, чтобы наклонить её голову назад и оголить шею для поцелуя.

– Моя, – рычу я ей на ушко.

Кажется, она не против. На самом деле, от этого её киска увлажняется ещё больше. От чего я теряю последние остатки своего самоконтроля и начинаю ещё яростнее вбиваться в неё. Наши тела переплетаются страстью; капли пота смешиваются с водой, пока мы пытаемся обуздать наши животные инстинкты. Её жар сплетается с моим, её тело дрожит под моим, пока я трахаю её. Мои пальцы скользят между её ногами, я хочу приласкать её, желаю почувствовать каждый всплеск её надвигающегося оргазма, прежде чем его настигну я.

– Ты кончишь для меня снова? – шепчу я ей на ушко.

Она тяжело дышит, пока я глубоко погружаюсь в неё, ожидая ответа.

– Да, чёрт возьми, да, – стонет она.

Мой палец сильнее прижимается к клитору, пока я глубоко проникаю в неё, её глаза начинают закатываться, и я понимаю – она близко. Её киска туго обхватывает мой член, и я перестаю ласкать её клитор и двигать бедрами. От обрушившейся на меня волны удовольствия я кончаю и громко стону. Сперма наполняет её до краев.

Но мне этого мало.

Я выхожу и переворачиваю её, снова и снова продолжая натирать член, желаю, чтобы каждая капля покрыла её тело. Не знаю почему, но я чувствую невероятное желание пометить её, сделать своей во всех отношениях.

Одной рукой я держу её ноги раскрытыми, впиваясь ногтями в её кожу, а другой яростно дрочу. Она тяжело дышит, её руки крепко сжимают простыни, пока оргазм стихает.

Достаточно было взглянуть в её глаза, наполненные наслаждением, чтобы отправить меня за грань.

– Чёрт, – стону я, одолеваемый собственной похотью.

Еще одна струя вылетает из члена, забрызгивая её киску, живот и грудь. Для неё ничего не жаль, хочу покрыть всё её тело спермой.

Насытившись, я скольжу членом по её киске, чуть входя внутрь её тела. Хочу, чтобы она знала, что моя. Теперь она принадлежит мне. Каждый… её… дюйм.

Задыхаясь, я опускаюсь на неё, прижимаясь губами к её губам. От поцелуя она приоткрывает губы, а потом на них расцветает улыбка. Боже, я мог бы смотреть на это днями и никогда не уставать.

Мне так нравится, как она выглядит сейчас – обнажённая, свернувшаяся калачиком под моим боком, там, где она и должна быть. Со мной. Рядом.

Не хочу куда-либо её отпускать. Хочу, чтобы она осталась. Насколько это возможно. Может, только на миг. Или же навсегда. Останется ли она? Я никогда не хотел отношений с женщиной. Обычно я одеваю их как можно быстрее и выпроваживаю, пока мой отец не узнал, что я снова приводил девушек во дворец. Особенно особ, не подходящих для королевских кровей, по его словам.

Но с Майей… всё по-другому. Она не такая, как другие девушки. Она не знала, что я принц, а даже когда узнала – не захотела иметь со мной ничего общего. Она любит меня не потому, что я принц; а потому что я такой, какой есть. Мы подходим друг другу, несмотря на то, что слишком разные. Мы не можем насытиться.

Я думаю, она тоже это чувствует. Я вижу это в её глазах, когда ложусь на неё сверху, покрывая её тело нежными поцелуями. Знаю, что она чувствует, как бьются наши сердца… в унисон.

– Останься со мной, – шепчу я.

– Что? – бормочет она.

– Ты меня услышала, – говорю я, улыбаясь, и трусь носом о её.

– Подожди, что? Нет. Мы не можем. То есть, я твой дизайнер. А ты… принц. – Она чуть не проглатывает последнее слово, как будто ей сложно его произнести.

– И что? – отвечаю я, лаская её лицо. – Мне всё равно. Я хочу тебя.

Её щеки становятся цвета спелой клубники.

– Ты так не думаешь.

– Почему я должен тебе лгать? – хмурясь, спрашиваю я.

Она толкает меня и садится, хватаясь за простынь, прикрывая свои формы.

– Я не игрушка, Амир. Не играй с моим сердцем.

– Это не так, – отвечаю я, тянусь к ней, но она отодвигается.

– Боже. – Она закрывает лицо руками. – Что мы натворили?

– Мы занимались сексом, – шепчу я, посмеиваясь. – И это было чертовски здорово, как и в прошлый раз.

– Прекрасно, – говорит она, встав с кровати. – Поддалась. Снова. – Она кажется такой потерянной от своих мыслей. – Глупая, глупая Майя.

– Эй, – вслед ей говорю я, – не говори так.

Когда я пытаюсь схватить её, то она уворачивается.

– Нет, ты не понимаешь. Я не хочу стать очередным твоим завоеванием.

– Ты не станешь.

– Сколько их было до меня?

– Почему ты интересуешься?

– Нет, – отвечает она, покачивая головой. – Это не важно. Дело в том, что я никогда не хотела быть одной из них.

– Но ты не из них, – я хватаю её за руку. – Ты особенная.

Она закатывает глаза.

– Ты, наверное, всем это говоришь.

– Нет, их бы уже здесь не было. – Дерьмо. Совершенно не то хотел сказать.

Она вздыхает.

– Правда?

– Извини. Я совершенно не то имел в виду. Я хотел сказать, что… – Я обеими руками тяну её на кровать, – ты мне нравишься. Больше чем любая из тех девушек.

Я усаживаю её на кровать, и простыни медленно ложатся вокруг нее. То, как она посасывает нижнюю губу, побуждает меня захотеть снова поцеловать её. Но я понимаю, что она увернется, если я попытаюсь. Она не потакает моим желаниям. Её даже не волнует, что я принц. Может быть, поэтому она мне так сильно нравится. Её ум, мечты, желания, даже то, что у неё есть своё дело.

Она не требует что-то от меня. Вот почему она так привлекает меня.

Вот почему она такая совершенная для меня… Мы сидим на мокрой насквозь кровати, обнаженные, а искры между нами так и вспыхивают. Поэтому большим и указательным пальцами я тянусь к её лицу и снова целую.

И в этот момент кто-то распахивает дверь в мои покои.

Её глаза распахиваются, а я освобождаю её подбородок от своей хватки.

Она вскрикивает и прикрывает себя простынями, пока мои глаза в ярости смотрят на того, кто стоит в дверях.

Моего отца.

14

Амир

– Что всё это значит? – Голос моего отца эхом разнесся по комнате. Я не запер дверь спальни. И вот он стоит возле двери и смотрит на нас. Абсолютно обнажённых.

Чёрт.

Поднявшись, я закрываю её от его глаз.

– Не надо, – говорю я, поднимая руку, когда он начинает подходить к нам.

– Я сказал тебе, больше не приводить девушек во дворец! – бушует он. – Как ты смеешь!

– Я взрослый человек, и я могу делать то, что хочу, – отвечаю я, сердясь, что охранники впустили его вопреки моим словам – никто не должен меня беспокоить, кроме Майи, конечно. Но, видимо, мои приказы аннулируются автоматически при виде отца. Твою мать.

– Это мой дворец. Может, ты и принц, но я всё ещё твой отец, – говорит он, наставив палец мне на грудь. – Ты должен запомнить, что нельзя играть со случайными девушками, подобранными на улице.

– Она не такая, – рычу я в ответ. – Не оскорбляй её.

Он слегка наклоняет голову, заглядывая мне за плечо. Он прищуривается.

– Её…

– Не вмешивай её сюда, – строгим голосом приказываю я. – Она не имеет к этому никакого отношения.

– Тогда почему она сидит в твоей насквозь мокрой кровати обнажённой?

– Она промокла по моей вине. Я упал в ванну и не до конца высох. Не сердись на неё, пожалуйста. – Я встаю между ней и моим отцом, чтобы он не смог как-либо коснуться её.

– Это мой выбор. Она здесь по моей просьбе.

– Разве она не твой дизайнер? – рычит он.

Я кусаю себя за щёку с внутренней стороны, сдерживая порыв.

– Да. И она имеет полное право быть здесь.

– Значит, теперь ты спишь с работниками? – смеётся он. – Амир, тебе нужно задуматься. Сейчас не время флиртовать с иностранками.

– Она не просто иностранка. Отец, она особенная для меня девушка, – отвечаю я. – Она мне нравится – вот, что я пытаюсь сказать тебе. И сильно.

– Она из другой страны. Не королевской крови, – шипит он, снова поглядывая на неё. – Ты… да я посажу тебя за решётку.

– НЕТ! – рычу я, отталкивая его, едва он пытается приблизиться.

Она неожиданно вскакивает, всё ещё поддерживая простыни вокруг тела.

– Извините. Мне действительно очень жаль, – бормочет она, хватая свою одежду. – Это была ошибка.

– Майя, не уходи, – говорю я, подходя к ней, полностью игнорируя отца, кричащего на меня за спиной. – Останься, пожалуйста.

– Я не могу, – отвечает она, качая головой, на её глазах наворачиваются слёзы.

Знаю, что причиняю ей боль. Нет, я причинил. Это из-за меня она оказалась в таком положении. Я соблазнил её. Завлёк в свою постель. Раздел её. А потом отец поймал нас… Это я виноват. И я расплачусь за свою ошибку.

– Извини, – вздыхаю я, хватая её за руку. – Пожалуйста, позволь мне всё исправить…

– Я… я… – Её глаза бегают от меня к отцу, а потом она тянет руку из моей. – Извини, Амир.

А потом она бросается к двери, схватив все вещи, кроме той, что создала специально для меня.

15

Майя

Мокрая от слёз и воды, я умываюсь в ванной и надеваю одежду, прежде чем сбегаю через чёрный вход. Мне становится плохо от того, что люди могут увидеть меня в таком состоянии – мертвецки бледную, как призрак – и засмеяться. Знаю, что выгляжу нелепо, но в данный момент я просто хочу быстрее покинуть это место. Персонал приветлив. Прощается со мной. Я ухожу, больше никогда не хочу вернуться в этот дворец снова.

Едва я возвращаюсь в отель, как слёзы начинают стекать по моим щекам. Не в силах сдержать непрерывный поток, сама не знаю почему. Думаю, часть меня до сих пор испытывает шок. Вот, что происходит, когда король видит тебя обнаженной в кровати собственного сына.

Боже, даже от мысли об этом моё лицо снова начинает гореть.

Не могу поверить, что снова позволила ему соблазнить меня. Я действительно так наивна? Или мое сердце испытывает слабость к нему?

Я сглатываю застрявший в горле ком, вспоминая его красивое лицо, говорю себе, что должна спрятать это воспоминание далеко и никогда больше не думать об этом. Быстрый одиночный трах. Ладно, двойной, но больше этого никогда не произойдет. Я больше никогда его не увижу.

Я улетаю, это всё.

Что сделано, то сделано. Я не могу изменить прошлое, но, по крайней мере, могу помешать и дальше причинять себе боль.

Поэтому вернувшись, наконец, в свою комнату, я быстро пакую вещи и бронирую билет на обратный рейс. Знаю, это к лучшему. К тому же, если я не уеду по собственному желанию, кто знает, что могло бы произойти. Его отец мог бы оставить меня гнить в темнице. А я даже думать не хотела об этом, поэтому лучше действовать быстро и улететь, пока могу.

Дорога до аэропорта не занимает много времени. Я оставила мастерскую и всё, что в ней было. Я ничего с собой не взяла, только личные вещи. Даже не позаботилась об оплате; единственное, что я хотела – улететь, как можно быстрее отсюда.

Поэтому сидя в самолёте, я решила больше не позволять моему сердцу управлять моей жизнью. Знаю, что поцелуй был ошибкой. Мне следовало его остановить, пока всё не зашло слишком далеко. Теперь же устроившись на сиденье, я чувствую себя полностью опустошенной.

Боже, почему мне кажется, что моё сердце осталось там, с ним?

16

Амир

Целый час я трачу, чтобы выбраться из комнаты.

Не хочу ни с кем говорить. Не хочу никого видеть. Хочу, чтобы все оставили меня в покое.

Но не могу перестать суетиться и наматывать круги по комнате, думая о том, что мог всё предотвратить, мог остановить её, мог сделать это… всё!

Всё так быстро произошло, что я не успел осознать, что потерял. Не хочу, чтобы она уходила. Не хочу прощаться.

Но когда мне удалось справиться с гневом отца, она уже была далеко. Даже в мастерской всё осталось на своих местах. Как будто её изначально никогда здесь не было.

И это в конец меня выводит из себя. Мой отец настолько одержим мыслью сделать из меня идеального сына, что в процессе превращения теряет надо мной контроль. Меня не интересует титул. Мне плевать на дворец или все эти богатства.

Всё, чего я хочу – её, но она ушла. Исчезла. Скорее всего, навсегда.

И это всё из-за него.

Оставив в моём сердце дыру и огромное желание закричать. Что я и делаю. Без сожаления, отбросив сомнения, я выплескиваю ярость на отца, как только он снова появляется в моей комнате.

– Это, чёрт возьми, твоя вина! – кричу я ему, когда он без стука заходит внутрь.

– Как ты смеешь повышать на меня голос…

– Нет, это как ты смеешь разрушать мой мир? Майя была той единственной девушкой, которую я полюбил.

– Брось, она иностранка, приехавшая сюда ради работы. Это всё, – говорит он, отмахиваясь от моих слов, как будто они ничего не значат. Это слишком для меня. Пора ему наконец-то понять. – Когда ты спустишься с небес на землю? Пора заняться делом.

– Ты не понимаешь. – Я давлю пальцем ему в грудь. – Ты хочешь, чтобы я стал принцем. Кто-то может жаждать этого. Кто-то годится для трона. Тем не менее, ты не позволяешь мне даже решения принимать самостоятельно. Думаешь, что должен меня контролировать, но ты только всё больше и больше давишь на меня.

– Принц должен заботиться о своей стране больше, чем о самом себе, – отвечает он.

– Может, я не хочу быть принцем, – вторю я, расхаживая по комнате. – Ты когда-нибудь думал об этом?

– У тебя нет выбора, – говорит он.

– Ошибаешься. Я могу хоть завтра уйти отсюда и никогда больше не вернуться.

Его лицо мрачнеет.

– Не можешь.

– Не искушай меня, – перебиваю я, сжимая кулак. – Потому что я, правда, думаю об этом.

– Но почему? – спрашивает он, но я не смотрю на отца. – Из-за какой-то девушки? Ты потерял рассудок.

– Нет… – Я хватаю одежду, сшитую ею, сжимаю её, вдыхая аромат, зная, что она касалась их своими руками. Они всё ещё хранят её запах. Хотел бы я вдохнуть её аромат ещё раз.

– Я потерял своё сердце.

Сила этих слов камнем обрушивается на меня, и я чувствую, что начинаю задыхаться, когда смотрю на оставшийся беспорядок.

– Ты влюбился? – спрашивает он. – В простолюдинку? Это не возможно, ты…

– Принц. Я знаю.

– Верно.

– Тогда я не хочу быть принцем, – отвечаю я, глядя на него через плечо.

– Что ты сказал? – хмурится он.

– Ты слышал меня, – отвечаю я, останавливаясь. – Если она не может быть со мной, моё положение не имеет значение.

– Чепуха. На свете есть много девушек королевских кровей.

– Мне они не нужны. Я хочу её. И больше не будем об этом.

– А если я не соглашусь? – Он упирает руки в бока.

– Тогда я выхожу из игры.

– Выходишь из игры? – усмехается он. – Складываешь полномочия?

Я киваю.

– Мне плевать.

– Ты потеряешь своё право на престолонаследие, – говорит он. – На дворец. На деньги. На всё.

Я пожимаю плечами.

– Всё это не имеет значения, если я не могу быть с тем, кого люблю.

Его рот раскрылся, но он не издает ни звука. Я знаю, что он не может видеть моего лица. Имею в виду лицо настоящего меня. Никаких шуток. С этим покончено.

– Ты готов рискнуть всем ради этой девушки? – спрашивает он.

Я киваю.

– Я же сказал тебе, она не просто девушка. По крайней мере… не для меня. – Я вздыхаю. – Я хочу её. Только её.

– То есть ты аннулировал приглашения всех потенциальных королевских невест? – спрашивает он.

– Они хотят быть со мной из-за желания стать королевой. – Смеюсь я.

Он хмурится.

– Ты не знаешь этого наверняка.

– Те, кого я встречал, хотели именно этого. А эта девушка, Майя… она хочет быть со мной, не потому что я принц. Я нравлюсь ей такой, какой я есть. – Я подхожу к отцу. – И её присутствие в моей жизни самое лучшее, что случалось со мной за последние годы.

Отец громко вздыхает, явно разочарованный. И я его понимаю. Его сын совсем не тот, кого он себе представлял. Может, это и правильно, что я всё бросаю. Я точно не доказал, что смогу стать великим будущим королем.

Поэтому я разворачиваюсь и иду к двери.

– Куда ты идешь, Амир? – спрашивает он.

Я сыт по горло его решениями. На этот раз я беру всё в свои руки.

– Искать её.

– А дальше?

– Верну её. – Я полон решимости. И не позволю ему переубедить меня остаться или проигнорировать свои чувства к ней. Слишком поздно отрицать их.       Пришло время сделать правильный выбор.

– Вероятно, она уже улетела, – говорит он.

– Мне всё равно. Если придётся, я последую за ней.

– За пределы страны? – отец с трудом дышит.

Я пожимаю плечами, открывая дверь.

– Да. Так или иначе, я верну её.

Зная её, она уже упаковала вещи, вернулась в отель и забронировала билет домой. Может, я и опоздал, но это не помешает мне полететь за ней.

Ничто не помешает мне быть рядом с ней.

Ничто.

17

Майя

Пока я жду взлёта самолёта, стюардессы суетятся вперёд-назад между сиденьями, раскладывая багаж на полках. Тем не менее, вся эта сутолока начинает действовать мне на нервы. Я выглядываю через сиденья передо мной, пытаясь понять происходящее.

Люди впереди вскочили со своих мест, большинство из них разговаривают друг с другом и улыбаются.

Интересно, в чём причина.

Волнение заставляет стюардесс суетиться, поскольку они пытаются успокоить пассажиров и просят их оставаться на своих местах.

Я вглядываюсь в иллюминатор, пытаясь мельком увидеть происходящее, но обнаруживаю, что даже люди в терминале полностью поглощены непонятным явлением.

Вот тогда-то я его и заметила. Маленькая тележка под сирены катится через терминал, окруженная большим количеством людей. Они направляются прямо к воротам, люди вокруг начинают их фотографировать. Только когда тележка исчезает, я понимаю, что направлялись они в самолет, в котором сижу я.

И кто-то только что назвал моё имя.

– На борту есть человек, которого зовут Майя? – кричит один из членов экипажа впереди.

Я встаю и неловко машу рукой.

– Это я.

– Не могли бы вы пройти в носовую часть самолёта, пожалуйста?

Все смотрят на меня, и я чувствую смущение из-за такого повышенного внимания к моей персоне. Но я упрямо продолжаю идти вперёд, сжимая сумки и гадая, что, чёрт возьми, происходит.

Ожидание остаётся не долгим.

У входа самолёта меня ждет Амир с гигантским букетом в руке и улыбкой на лице, которая может заставить любую девушку растечься в лужицу.

Сумки мгновенно падают из моих рук.

– Амир? – бормочу я.

Он улыбается.

– Во плоти.

Я совершенно ошеломлена.

– Но как?

– Поговорил с миссис Адэллой. Потянул за ниточки в аэропорту и службе безопасности. Мало людей могут запретить принцу что-то делать, – отвечает он, самодовольно улыбаясь.

Моя челюсть всё ещё валяется где-то на полу.

– Но почему?

Он подходит и останавливается прямо передо мной и говорит:

– Потому что я хочу тебя.

– Но я… я… – я даже не знаю, что сказать. Тот факт, что он пришёл сюда ради того, чтобы попросить меня остаться – совершенно сбивает с толку.

– Для меня больше не важны обязанности. Если ты хочешь улететь, я улечу с тобой. Я откажусь от права престолонаследия.

Люди вокруг прикрывают от шока рты.

– Амир, нет, не говори так. Это важно для тебя, – говорю я.

– Не так важно, как это, – отвечает он и берёт меня за руку. – Я наконец-то нашёл то, что так долго искал. Что я хочу. И я не могу потерять тебя.

– Но мы знаем друг друга всего несколько дней…

– Находится всё больше причин, узнать друг друга лучше, – перебивает он. – С тех пор, как я тебя впервые встретил, знаю одно: между нами есть что-то особенное, то, что я не могу игнорировать. Мне нужно понять, что это. Нужно понять с тобой.

– Но…

– Скажи, что ты останешься, прошу, – от его голоса я начинаю сомневаться в том, что я делаю. Я думала, что принимаю верное решение, когда садилась в самолёт и решила никогда сюда не возвращаться, а теперь, когда смотрю ему в глаза, сделать это становится сложнее. Ничто в моей жизни не давалось мне с таким трудом.

– Если нет, могу я полететь с тобой, – не отстаёт он, улыбаясь и поглядывая через своё плечо на груду чемоданов. – На всякий случай, я захватил пару вещей.

Я смеюсь.

– Я потрясена. Есть ли что-нибудь, о чём ты ещё не подумал?

– Я… – говорит он, облизав губы и передав букет своему помощнику. – Единственную вещь, про которую я забыл – мой отец. Он обидел тебя, и мне жаль, что так произошло. Пожалуйста, прости меня.

Покусывая губы, я борюсь со слезами, когда он встает на колени прямо передо мной.

– Амир, поднимайся, – шиплю я, когда все вокруг нас начинают громко переговариваться. – Мы привлекаем внимание.

Его чарующие глаза смотрят в мои.

– Мне всё равно. Пусть говорят.

– Но как же твой отец? – спрашиваю я.

– Я сказал ему то же самое. Мне не важно – буду я частью королевской семьи или нет, если я не могу иметь то, что приносит мне счастье – тебя.

– Но ты потеряешь право престолонаследия, – отвечаю я, опасаясь, что он действительно так сделает. Из-за… меня. Нельзя отказаться от всего своего будущего из-за меня. Особенно будущего принца.

– Я бы предпочёл потерять его, чем упустить свой шанс на счастливую жизнь с тобой.

От сияющей улыбки на его лице слёзы начинают катиться по моим щекам. Больше не в силах бороться. Не хочу. Никто никогда не делал что-то подобное для меня. Как будто бы сказочная мечта стала явью.

– Думаешь, твой отец примет меня? – спрашиваю я. – Примет нас?

– Однажды он поймет, что это – единственный выход, и что я не позволю ему решать за меня. Уверен, он поймет. Он никогда не злился на тебя; он зол из-за моего выбора. Но я знаю, он примет тебя. Так же как и я понял свои чувства, когда узнал, что ты уехала. Я осознал, что больше никогда не смогу потерять тебя снова.

Нахмурившись, я всё ещё испытывала сомнения по поводу того, что может случиться, если я останусь. А что насчет моей жизни дома? Моей семьи и друзей? Моей работы?

Я смотрю через плечо на салон самолёта, всё это останется позади, если я соглашусь.

– Если переживаешь за свою семью, то можно будет перевезти их сюда. Кого угодно, на любой срок.

– Ты сделаешь это ради меня? – спрашиваю я, вытирая слёзы. Удивляюсь его способности читать мои мысли.

– Да, потому что я люблю тебя.

Мои глаза расширяются, а сердце перестаёт биться.

Любит. Он, правда, сказал это?

– Что? – бормочу я.

Улыбка на его лице не исчезает. Он не боится признаться в своих чувствах ко мне и хочет, чтобы об этом знал весь мир.

– Ты слышала меня. Я знаю, чего хочу – это ты. Я не собираюсь отрицать свои чувства. Даже если всё идёт слишком быстро. Даже если это раздражает и бесит всех, включая тебя.

Я смеюсь над его словами, потому что это правда, но это так очаровательно.

– Мне не важно, что будет дальше; я лишь хочу сделать тебя счастливой, – говорит он, и я слышу по его голосу, как важны для него слова.

Тем не менее, голоса в голове никак не могут успокоиться.

– Но как же моя работа, и…

– Тебя ждёт огромная очередь клиентов. Я убежден в твоей популярности, не только американцы хотят носить твою одежду. Ты известна, Майя. И не пытайся скрыть это от меня.

Фыркнув, я качаю головой, но из-за его комплиментов мне трудно подобрать слова для ответа, а лицо становится цвета спелой клубники.

– У тебя будет самая современная мастерская, я куплю тебе любые необходимые материалы. Мы будем поставлять их из заграницы, если потребуется, и всё, что угодно, только чтобы твоё дело процветало.

– Но ты – принц, а я…

– Идеальна для меня. Во всех смыслах, – перебивает он, обхватывая мои руки. – Скажи, ты останешься. На сегодняшний день. Так долго, как ты захочешь.

Я приподнимаю бровь.

– Ты, правда, думаешь, что мы преодолеем всё это, да?

– Чёрт возьми, да, преодолеем, – от самодовольного выражения на его лице моё сердце пропускает удар, хотя окружающие нас люди выглядят немного шокированными происходящим, он прошёл через всё это ради меня.

Но это только… для него я больше чем американка. Больше чем дизайнер. Между нами было большее, чем просто веселье. Между нами возникла связь, силу которой я не могу объяснить, но меня тянет к нему так же сильно, как и его ко мне.

Проведя столько времени в аэропорту, я надеялась и молилась, чтобы он пришёл за мной.

И вот он борется за меня. Как я могу отказать?

Поэтому я делаю единственно правильную вещь. Я говорю:

– Да. Я остаюсь.

Я решаю здесь и сейчас дать нам ещё один шанс. Я задолжала своему сердцу любовь потрясающего парня. Этого парня… он – единственный, кого я хочу, и мне плевать, если я пожертвую своим домом, если останусь с ним. Потому что жизнь – это риск и шанс что-то изменить. И я выбираю этот путь, потому что мы не случайно встретились. Мы – не случайность.

И я не могу перестать кивать, пока все происходящее, наконец, не доходит до меня. Он встаёт с пола и обхватывает меня руками, кружа и крепко обнимая. Люди вокруг нас восторженно кричат: «Ура!»

А через минуту я даже забываю про эти взгляды, окружающие нас, потому что Амир прижимается к моим губам и скрепляет наш союз поцелуем.

Эпилог

Майя

Прошло несколько недель моего пребывания во дворце. Я боролась изо всех сил, чтобы добиться расположения короля, но отец Амира оказался не таким уж твердолобым. Хотя поначалу он и относился ко мне с настороженностью, в конце концов, за эти недели я ему понравилась. Видимо, потому что оказывала на его сына умиротворяющий эффект, который превратил его из плейбоя в готового руководить страной принца. Одежда, вероятно, тоже помогла мне добиться его расположения, хотя я в этом и не уверена до конца. Амир стал на удивление таким учтивым. Не только со мной, но и с персоналом, а также со своим народом. Он посещает благотворительные мероприятия и помогает по мере сил и возможности нуждающимся людям.

Сначала его отец не был в восторге от этого, но когда он увидел реакцию народа, то стал принимать в них участие наравне с сыном, что приятно меня удивило. Мужчина полностью изменил своё отношение не только ко мне, но и к своим подданным. И я не могла бы быть ещё счастливее, потому что моя жизнь в Дакай с каждым днём становилась всё прекраснее, ведь я смогла добиться признания своего потенциального тестя.

От подобных размышлений, сердце начинало бешено стучать. Как будто бы я стала за один день женой Амира. Настоящей принцессой. Нужно обуздать подобные мысли. Не нужно спешить. Хочу притормозить и посмотреть, куда меня приведёт эта тропинка. Моё дело и желание узнать Амира как можно больше – первостепенные задачи.

Это, и моя семья, которая прилетит ко мне в следующие выходные вместе с парочкой моих друзей, чтобы повидаться со мной. Они оказали мне необходимую поддержку, когда я захотела остаться здесь, чтобы осуществить свои мечты. Я даже рассказала им об Амире и то, что он – принц. Сначала они были в шоке, как и я, но после нескольких разговоров по телефону они, похоже, приняли тот факт, что я хочу остаться с ним. Имею в виду, что для меня он – просто мужчина, как и все остальные… только из королевской семьи.

Тем не менее, я так рада, что они прилетят, что, кажется, будто улыбка навсегда приклеилась к моему лицу, пока я сшивала элементы платья, которое я собираюсь носить здесь.

– Почему ты улыбаешься? – спрашивает Амир, заглядывая мне через плечо.

– О, я немного взволнована прибытием моих родителей, – отвечаю я, приподнимая платье. – Что ты думаешь? Хорошее?

Он широко улыбается.

– Оно прекрасно. Так же как и ты. – Он мягко и нежно целует меня в шею и шепчет: – Не могу дождаться момента, когда ты его наденешь.

Не понимаю почему, но всё, что он говорит, звучит чертовски эротично. Или может это из-за искр, которые постоянно проскакивают, когда мы рядом.

Должна признать, мне трудно быть вдалеке от дворца или даже его комнаты. Не могу перестать тянуться к нему каждый раз. Моё тело и сердце уже решили, что хотят быть рядом с ним, и только мой разум пытается расставить всё по своим местам.

– Ммм… – стонет Амир мне в ухо, соблазняя меня ещё одним поцелуем чуть ниже шеи. – Ты так хорошо пахнешь.

– Новый аромат, – говорю я, хихикая, когда к поцелую прибавляется язык. – Что ты делаешь?

– Разве не видишь? – бормочет он, целуя мою шею, от чего по коже бегают мурашки. – Я всегда хочу сотворить с тобой столько грязных вещей, Майя.

– Что? Прямо сейчас? – спрашиваю я, откладывая платье.

– Да, прямо сейчас, – отвечает он, посасывая мочку уха. – И каждую чёртову минуту в течение дня.

Мне трудно сконцентрироваться.

– Но у нас так много работы. Нам нужно подготовиться.

– Не могу больше ждать… не могу.

Руки Амира скользят к моей груди, ласкают её и сжимают соски, от чего я тихонько взвизгиваю.

– Скажи мне, что ты этого не любишь.

– Если я скажу, это не значит, что мы должны остановиться…

Я чувствую его улыбку кожей.

– Когда это нас останавливало? В последний раз это произошло, когда мы обрели друг друга.

– Ты имеешь в виду, когда вокруг нас завертелся весь этот ванный беспорядок? – шучу я.

– Тогда мы устроим ещё больше пошлого мыльного беспорядка, – шепчет он, поднимая меня с сиденья. – Вперёд.

Он несёт меня обратно в комнату, где стоит огромная ванна, не отрываясь от моих губ в жадном поцелуе. У меня всего лишь пара секунд вдохнуть, пока его ищущий рот целует меня повсюду. В шею, в щёки и даже в ключицы.

Он без труда срывает мою рубашку, быстро отбрасывает бюстгальтер. Я тоже снимаю с него рубашку, бросая на пол. Я пытаюсь не споткнуться об одежду, потому что он с такой страстью и быстротой целует моё тело, что превращает мой мозг в кашу.

– Чёрт, я так сильно хочу тебя, – шепчет он в мои распухшие от поцелуев губы, его пальцы пробираются под юбку в трусики. – Я с таким нетерпением ждал этого момента, чтобы, наконец, отдохнуть от работы.

– От работы? Ты? – фыркаю я. – Что-то новенькое.

– Эй, не притворяйся, что не видела, как я надрывал задницу, готовя суп в местной столовой, – говорит он, поворачиваясь спиной ко мне, чтобы включить воду.

– Я была занята кое-чем другим, – отвечаю я и быстро хлопаю его по заднице, пока он не смотрит.

Он вздыхает и бросает через плечо озорной взгляд.

– У кого-то сейчас будут большие неприятности.

Когда он поднимает меня, я пытаюсь закричать, но прежде чем успеваю это сделать, оказываюсь под водой. Он прыгает вслед за мной, так и не сняв штаны. Но ему совершенно всё равно. Он всегда такой. Вот почему он мне так сильно нравится. Он умеет веселиться и удивлять. С ним как на огромной американской горке, на которой я бы хотела остаться вечно.

Амир

Я прижимаю её к стенке ванны и целую так неистово, как могу. Не знаю почему, но у меня невероятно сильное желание показать, как я её люблю. Как сильно я хочу сделать её своей. Ртом и языком я касаюсь всех её изгибов и выпуклостей, от чего она громко стронет. От этих звуков член напрягается, и я не могу удержаться, не поцеловав её тело, куда только дотянусь.

А ещё я не хочу, чтобы она злилась на меня за то, что оторвал её от работы. Знаю, как она печётся об этом; насколько это важно для неё. Не хочу, чтобы Майя чувствовала, будто меня интересует только лишь её тело, поэтому я останавливаюсь. Прикусываю губы и говорю:

– Чёрт, я никогда не привыкну к твоему вкусу.

Она хихикает и сжимает губы, пытаясь скрыть от меня улыбку, правда, у неё ничего не получается.

– Ты так говоришь и о кое-чём другом, – бормочет она.

– И я имею в виду каждое слово, – отвечаю я, хватаясь за края ванны и пытаясь выйти.

– Эй, куда это ты? – спрашивает она, хватая меня за ногу.

– Хочу просто посидеть здесь, на углу, – объясняю я, когда она озадаченно смотрит на меня. – Знаю, ты не хотела принимать ванну со мной, поэтому я подожду. Не хочу, чтобы ты считала меня плохим парнем, удерживающим тебя от работы.

– Ты? Плохой парень? – фыркает она. – И кто говорит, что я хочу работать? – размышляет она, встав между моих ног. Её руки скользят по моим бедрам, и мне становится всё труднее сдерживать своё желание. – Может, я хочу заняться чем-то другим…

– Ммм… Ты говоришь слова, которые я хочу услышать, – прерываю её я, наклоняясь, чтобы поцеловать в лоб. Потому что, чёрт возьми, я безумно хочу её любить прямо здесь и сейчас.

– Может да… а может и нет, – усмехается она, глядя на мой член в штанах.

Прежде чем я осознаю её замыслы, она уже подёргивает вниз мои штаны, и вместе с нижним бельём стягивает их. Отбросив всё в сторону, она обхватывает обеими руками мой член, проводя по нему вверх и вниз.

– Ничего себе, какая ты требовательная, – говорю я, откидываясь назад, опираясь на дно ванны.

– Вот, что тебя ждет, когда ты набрасываешься на меня, – Майя начинает ласкать меня, сначала медленно, заставляя изнывать от нетерпения и осознания, как сильно я хочу её. И как плохо я сопротивляюсь своим желаниям.

– Ммм… я запомню это, – бормочу я с самодовольной улыбкой, закрывая глаза.

– Как будто ты делал это не для того, чтобы уложить меня, – шепчет она, и её рот обхватывает мой член.

Дыхание перехватывает, глаза закрываются. Она знает, как сосать, полизывая всю длину члена и одновременно сжимая и потягивая его. Мне хочется погрузиться в её гостеприимный рот до конца, но я сдерживаюсь. Должен, если не хочу напугать её.

– Чёрт, так хорошо, – стону я, когда она облизывает член и сильнее начинает сосать.

– Думаю, пришло время расплаты, – шепчет Майя, когда её язык вырисовывает круги на кончике члена.

Я громко стону, когда она снова обхватывает член губами, глотая его глубже.

Твою мать, девушка знает, как доставить удовольствие. Может ли стать идеальное ещё идеальнее.

Мои пальцы инстинктивно тянутся к волосам Майи, желание глубоко погрузиться в её горло настолько велико, что трудно себя сдержать. Звуки, которые она издаёт, возбуждают, яйца напрягаются, вены на члене от возбуждения ещё больше вздуваются.

С каждым движением она заглатывает член глубже так, что кончиком я упираюсь в её горло. Всё моё тело напрягается, пока она ласкает член сверху донизу. Будто подталкивает меня к оргазму. И, чёрт возьми, я близко.

– Чёрт, я кончаю, – говорю я.

– Чёрт, да, – стонет она.

Её грязные слова возбуждают ещё сильнее, и я кончаю в её горло, покрывая спермой и язык. Поток такой сильный и, кажется, никогда не закончится, но она продолжает глотать.

Когда я, наконец, пресыщен, а мой член обмяк, она отпускает меня, а её лицо освещает торжествующая улыбка. Она проглотила всё.

Трахнула меня. Что за девушка.

Я наклоняюсь и обхватываю её лицо руками.

– Боже, я чертовски люблю тебя, – я целую Майю в губы, не боясь показать ей, как мне понравилось то, что она сделала.

– Ты говоришь слова, которые я хочу услышать, – отвечает она, моргая. Конечно же, она обратила мои слова против меня. Озорница.

Поэтому я отвечаю:

– Если пожелаешь. Ты застряла со мной, Майя. Что бы ты ни сделала, этот принц никогда не отпустит свою принцессу.

Она облизывает губы и отвечает:

– Хорошо, потому что сейчас моя очередь, и твой грязный рот навсегда принадлежит только мне.

КОНЕЦ