ЛЮБИТ — НЕ ЛЮБИТ Джо Уотсон

Переводчик: Камилла Артеменко

Редактор: Марина Мохова  

 Обложка: Елена Забавникова

 Вычитка и оформление: Елена Забавникова

ГЛАВА ПЕРВАЯ

Поппи

Игра!

Она всегда находит отклик во мне. Неважно куда я иду или что делаю. В некоторые дни я ощущаю, как «Она» наблюдает за мной, готова завладеть мной, стремится вручить мне баллончик с аэрозолем, который взорвется так громко, что соседи вызовут полицию, и та выломает мне дверь. Или даст мне один из дефектных тюбиков с кремом для депиляции (с большим количеством перекиси водорода), благодаря которому я получу ожог своей киски и попаду к горячему врачу скорой помощи. Или случайно застанет меня запертой в кабинке туалета торгового центра ночью, или вызовет безумную волну, которая сорвет с меня трусики от бикини на многолюдном пляже.

Игра. Посмотрите в словаре. Если мое лицо не размещено рядом с определением, оно обязательно должно там быть. На самом деле, я часто думаю о том, чтобы написать людям из издательства Оксфордского университета и предложить как-нибудь включить меня в определение.

Моя мама любила говорить, что быть актрисой моя судьба, и что игра тесно переплетена с моей ДНК. Она говорила, что, в конце концов, именно так я появилась на свет. Не могла подождать несколько минут до своего триумфального появления и родилась на парковке у больницы. Возможно, это одна из причин, почему я выбрала карьеру актрисы. Возможно, это одна из причин, которая готова заставить меня принять одно из самых драматичных и чудовищных решений в моей жизни...

Я посмотрела на большое сверкающее здание, что возвышалось надо мной, как пугающий великан, созданный из металла и стекла. Если сейчас войду и сделаю, что планировала, я нарушу закон. Ладно, возможно, солгать в своем резюме, чтобы получить работу, не совсем нарушение закона. Может быть, это лишь небольшое преувеличение. Не так уж и плохо, верно?

«Если ты соврешь, ты превратишься в лжеца». Снова и снова продолжали крутиться в голове мамины слова. Я опустила голову и стала перебирать свои варианты.

Первое, могу не идти, и тогда в течение месяца стану неплатежеспособной и буду жить на улице. Или, второе, пойду и, возможно, спасу себя от жизни на улице.

Я сделала глубокий вдох и посмотрела на себя в зеркало заднего вида.

Боже! Как чудовищно выгляжу в этом коричневом парике с короткой стрижкой и в фиолетовых очках кошачьей формы. И парик, и очки – реквизиты телевизионного шоу, в котором я недавно играла. Именно играла, пока моя героиня не встретила свою драматичную и безвременную кончину.

Я играла личного помощника генерального директора. И поэтому, когда два дня назад увидела такую же вакансию в газете, в разделе соискателей работы, подумала, что это знак. Свет в конце туннеля моих долгов, через который я пробираюсь.

Мои долги возникли из-за того, что я актриса без работы. И я даже не могу пополнить свой доход, работая официанткой, как делали большинство актрис, потому что мои навыки в обслуживании ужасны... Откуда я могла знать, что секретный соус мистера Вонга легко воспламеняется, а на клиенте был шиньон?

Дело не в том, что я совсем не получаю ролей. На самом деле в прошлом году я сыграла несколько ролей. Я сыграла страшную ведьму номер пять в детском спектакле, девятого работника пригородной электрички в экшн-фильме, а также участвовала в рекламе колготок. Ладно, в рекламе была видна лишь моя нога, но как отметила мой менеджер, нога же прилагается к моему телу. А свою самую большую роль я получила несколько месяцев назад. Роль РамоныГонсалез, личного помощника генерального директора экспериментальной секретной государственной лаборатории. Телесериал назывался «Месть Игнасио», который из-за маленького бюджета снимался в Южной Африке (потому что там дешевле), дублировался на испанском и транслировался только в Парагвае.

Единственная причина, по которой я получила роль, потому что актриса, играющая РамонуГонсалез, отравилась в первый день съемок, а режиссер решил, что нет необходимости в четырех ассистентах. Вот так я и получила свою первую роль с репликами.

Я снималась ровно два месяца до того момента, как мою героиню жестоко убил злой брат-близнец генерального директора, которого считали погибшим после того, как его личный самолет разбился в лесах Амазонки, но он оказался жив. Вышло так, что его обнаружило племя каннибалов, которые обратили его во зло и обучили древнему искусству убивать людей отравленными дротиками, яд для которых делают из слизи со спины ядовитых лягушек. Именно от этого и умерла моя героиня.

Вот же дерьмо! Ну, в конце концов, я получила этот парик и очки, а также другие реквизиты сериала, которые сейчас на мне. Собеседование должно начаться через десять минут. Из-за предстоящей лжи подобный грим заставляет меня чувствовать себя чуть-чуть лучше. Он создает атмосферу не собеседования на работу, а прослушивания на роль.

Я выбралась из машины и направилась к зданию, держа мое поддельное резюме в сильно дрожащих руках.

Насколько трудным это может быть? Все, что я делала в сериале, это отвечала на звонки, скрепляла и подавала документы, выкрикивала фразы, например, как, «Позвонить главнокомандующему?», или «Перекрыть территорию на карантин», или «Обнаружена брешь в радиоактивном отсеке, что привело к мутации крыс». Не говоря о занятии сексом с моим волосатым боссом на его столе. Дело не в том, что я собираюсь заниматься сексом с генеральным директором. Наоборот, в любом случае надеюсь, что секс не будет частью должностных обязанностей.

Я продолжала идти, подняв голову повыше в надежде, что если притворюсь уверенной в себе, то это поможет мне успокоить свои страхи. Я хороша в притворстве, в конце концов, я актриса. Не самая замечательная, но и не самая ужасная. Я все же и не МэрилСтрип, но люблю играть. Я громко чертыхнулась пока шла. Почему я не полюбила бухгалтерию, право, медицину или что-нибудь такое же важное? Что-нибудь, что гарантирует наличие в моем холодильнике не только старой банки с арахисовым маслом, что поможет мне снимать жилье не в самом неспокойном районе города. Вы должны понимать, что «неспокойный» это большое преуменьшение названия самой дерьмовой дыры Южного полушария.

Изнутри огромное блестящее здание было еще более подавляющим. Вестибюль выглядел как один из интерьеров музея современного искусства, заполненный стальными стульями, которые выглядели как арт-объекты, а не предметы мебели, на которые можно присесть.

— Привет, — я подошла к секретарю, которая выглядела ужасно занятой. — Я на собеседование. Дорис Грэнджер.

Я улыбнулась, пытаясь скрыть смущение из-за фальшивого имени, которое выбрала. О чем только думала? Дорис, черт побери, Грэнджер! Но по каким-то причинам выбор фальшивого имени помог создать иллюзию, что я играю роль. На какой-то момент я задумалась, не дать ли Дорис акцент. Что-нибудь экзотическое, например, румынский или чешский. Слава Богу, я пришла в чувство. Кроме того, имя Дорис больше подходит для секретарши, чем Поппи ДэйзиПетерсон (моя мама была флористом и назвала меня в честь своих любимых цветов).

— Присаживайтесь, — сказала секретарь, указывая на так называемый стул. Я улыбнулась и неуверенно присела на авангардное металлическое сидение, и да, оно было самым неудобным в моей жизни. Оглянулась в поисках чего-нибудь, что могло меня занять, и взяла один из журналов на столе.

«TravelandJoynow»

«Управление отдыхом»

«Отдых в фокусе!» (Интересно, почему здесь восклицательный знак?)

Кажется, небольшой перебор в отдыхе. Хотя я нахожусь в туристической компании «Старк Групп». Я попыталась устроиться поудобнее и пролистала пару страниц журнала: живописные прибрежные виллы, бунгало и горные шато, – вот что заполнило глянцевые страницы. Я начала читать статью о туристическом буме в Руанде, когда...

— Ар-г-х!

Громкий звук заставил меня поднять свой взгляд на женщину, пробегающую мимо секретаря так быстро, как будто ее преследовала невидимая стая волков. Взволнованная женщина остановилась у секретаря и указала на нее пальцем. Я выпрямилась в ожидании спектакля.

— Со мной еще никто так не обращался за всю мою жизнь! — она была на грани истерики. — Я не понимаю, как вы на него работаете! — выкрикнула она. — Он самый грубый, самый...

Она заикалась, словно слова застревали в ее горле. А потом повернулась ко мне.

— Вы здесь на собеседование? — спросила женщина, что прозвучало безумно. Я кивнула. — Ну, так не стоит! Просто не идите, — выпалила она и направилась на выход.

Я наблюдала за ней в ужасе, пока та распахивала двери и выбегала из здания.

— Что за...? — пробормотала я себе под нос.

— Очевидно, он опять не в духе, — сказала секретарь, покачивая головой. — Удачи, — пожелала она и вернулась к своей работе.

— Извините... м-м-м, что вы имеете в виду? — я поднялась и подошла к ее столу.

Секретарь нервно оглянулась, наклонилась и потом прошептала.

— Мистер Старк, ну, как бы сказать, он не тот человек, с кем легко поладить.

— Правда? — я тяжело сглотнула и еще крепче схватилась за свое резюме.

Женщина кивнула.

— Он довел до слез практически каждого своего сотрудника. И вам лучше быть компетентной в своей работе, он не любит неэффективных людей и неблагожелательно относится...

Телефонный звонок прервал ее, и девушка ответила на него со скоростью света.

— Да, мистер Старк, — ответила она по телефону. Секретарь замолчала и посмотрела на меня. — Да, есть еще один человек. — Еще одна пауза, пока она слушала, что ей говорили. — Нет, боюсь, я не могу сказать является ли она «безмозглой курицей без реальной квалификации», но явно самая неуклюжая женщина, которую вам доводилось встретить. — Секретарь уставилась на меня. — Я отправлю ее к вам. — Она положила трубку телефона.

— Ум... — страх захватил меня. — Возможно... — Я попятилась назад. — Возможно, это моя ошибка. Возможно, эта работа все-таки не для меня.

Я, не дожидаясь ответа, выбежала за двери так быстро, как только могли позволить мои ноги. Этот мистер Старк по описанию похож на монстра, и даже несмотря на мою потребность в деньгах, я не готова, чтобы слезы стали частью моей работы. Я достаточно плакала. Я была одним из тех людей, которых называют плаксами. И если быть честной с самой собой, то была рада появлению причины, по которой могу уйти. Имею в виду, о чем я только думала... грим, фальшивое имя, фальшивое резюме, черт побери! Звучит как один из сценариев к телесериалу. Возможно, это одна из самых ужасных вещей, что я делала в своей жизни.

Но потом увидела ЭТО и резко остановилась...

— Эй! — крикнула я, когда мою машину подняли на эвакуатор. — Что вы делаете? — Я подбежала к сотруднику дорожной полиции.

— Вы владелица машины? — спросил мужчина профессиональным полицейским тоном, который вызывает страх в груди.

— А что? — осторожно спросила я.

— Разве вы не знаете, что здесь запрещена парковка?

Офицер указал на знак, который можно было с трудом различить из-за слоя ржавчины.

— Этот знак? — возразила я. — Но его с трудом можно понять. Это незаконно, использовать знаки, которые никто не видит. Как люди должны... м-м-м...

Офицер приподнял бровь и указал на дорогу, с которой убрали мою машину.

— О! Этот, — я сглотнула.

— Да, этот, — саркастично ответил он. — Этот гигантский красный крест, зачеркивающий большое желтое слово «парковка», вполне очевиден, не так ли? — Он снисходительно мне улыбнулся.

Черт возьми, как я его не заметила?

— Я его не заметила. Сейчас сразу же переставлю машину, если вы перестанете ее эвакуировать, — и стала рыться в сумке в поисках ключей от машины.

— Слишком поздно, — самодовольно ответил офицер. Он оторвал квитанцию и сунул мне в руки. — С вас одна тысяча ранд (примечание: денежная единица Южно-Африканской Республики), но вам придется прийти на стоянку для эвакуированных машин, чтобы забрать ее. Хорошего дня... мэм. — Последнее он проговорил пренебрежительно. А потом он и моя машина скрылись из виду.

Я посмотрела на квитанцию, что была в моих руках. Требовать с меня одну тысячу ранд то же самое, что и один миллион. У меня просто нет таких денег. Любых денег на такой случай. У меня осталось всего сотня, и если только я не могу использовать свое уведомление о выселении, чтобы напечатать на нем деньги, то я на мели.

Я посмотрела на другую руку, в которой было мое резюме, а потом мой взгляд устремился на холодное стальное здание, что возвышалось передо мной...

ГЛАВА ВТОРАЯ

Райан

Он смял резюме и бросил, оно пролетело через всю комнату и приземлилось прямо в мусорную корзину. Отличный прицел! Правда, мужчина проделал это действие уже несколько раз. Он был разочарован. Все, что его окружало, вся его жизнь разваливается, и его это совсем не устраивает.

Ему казалось, что на работе он ходит по лезвию ножа, особенно из-за текущего спада в экономике, что все усложняло. Количество людей, берущих отпуск, снизилось на тридцать пять процентов, что отрицательно влияет на прибыль, так как организация отдыха – это их работа. Акционеры и совет директоров оказывали такое сильное давление, что порой он ощущал себя тонущим. Он также старался уравновесить свою деловую жизнь и личную, но казалось, что его ждет провал на всех фронтах.

— Черт! — он громко ругнулся.

Ему нужен помощник! И нужен он ему прямо сейчас. Такой помощник, который не будет так рыдать, что потребуется десять упаковок салфеток потому, что она переживает тяжелое расставание. Б*я. Ему пришлось ее уволить.

И, конечно, это послужило поводом укрепить его репутацию бессердечного ублюдка, неспособного на эмоции и, в целом, ужасного босса (вот, что он услышал от сотрудников, стоявших у общего кулера с водой).

Чего они не знали, да и не могли знать, так это то, что он очень даже способен на настоящие эмоции. На настоящую боль и страдание, на любую другую отрицательную эмоцию, о которой вы можете подумать. Его мозг фиксирует в основном отрицательные эмоции. На самом деле, мужчина не мог вспомнить последний раз, когда чувствовал себя счастливым, или хотя бы, когда смеялся. Все, что он чувствовал последние дни, так это боль. Просто он научился скрывать ее за гневом. Потому, что с гневом куда проще справляться.

Он обязан скрывать эту боль, потому что в некоторые дни чувства были такими ошеломляющими, что грозили выбить его из седла. А если это случится, триста человек вскоре останутся без работы, но они никогда об этом не задумывались, не так ли? Они никогда не думали, что их рабочие места зависят от него, от хладнокровного ублюдка, у которого все чувства под жестким контролем. «Никогда не отвлекайся. Всегда оставайся сконцентрированным. Никогда не показывай слабость», — вот, что говорил ему отец. А мужчина подвел его, но больше не хотел допустить этого снова.

У него оставался еще один кандидат для собеседования до окончания рабочего дня. После чего, как и обещал своей племяннице Эмми, вернется домой пораньше. Он нарушил уже столько обещаний, данных ей в последнее время, что уже не мог справиться с виной из-за расстроенной племянницы, единственного человека о котором по-настоящему заботился.

Мужчина просмотрел резюме следующего кандидата. Дорис Грэнджер. Ее имя звучало так, будто ей сотня лет, но согласно резюме ей всего двадцать девять. Он прочитал о ее предыдущих местах работы...

Личный помощник генерального директора компании в Парагвае, о которой он ничего не слышал. Официантка и продавец духов. Он вздохнул. Ее резюме не было выдающимся, и не внушало доверия, но это была его самая последняя надежда.

Он сменил уже пятерых помощников за последние два месяца. Двое из них уволились в слезах после первого рабочего дня. А остальных троих, верно, вы угадали, бессердечный ублюдок их уволил, но никто из них не был достаточно компетентным. Компания по найму работников объявила, что больше никого к нему не отправит. А все из-за того, что он бесчувственный и бессердечный. Это работа, а не чертово свидание. Что они ожидали? Ужин при свечах, розы и прогулки по чертовому пляжу под луной? И все это заставило поместить объявление о найме сотрудников в газету, что привело к тому, что на работу устраиваются странные люди, будто бы спустившиеся с гор.

Может ему стоит снизить планку? О чем он думает... Уменьшить требования? Его требования должны быть ниже некуда, чтобы нанять кого-то, кто готовил бургеры, распылял духи и, Господь знает, что делал в какой-то компании, находящейся где? В Парагвае, в Папуа Новая Гвинея... Не важно! Но что еще ему оставалось делать?

Он набрал главному секретарю.

— Пришлите ко мне Дорис Грэнджер, — он замолчал и стал слушать, что ему отвечали. — Что вы имеете в виду, говоря – она ушла?

— Извините, — голос Аянды дрожал так, будто бы она боялась его. Хотя, возможно, так и есть.

Они все боялись. Так в любом случае лучше: «Никогда не смешивай личную жизнь и работу», — это он выучил на своем опыте.

— Да, похоже, что... О, постойте, она вернулась.

— Что вы имеете в виду, она вернулась? — спросил он.

Дорис похоже очень нерешительная. Он ненавидел нерешительность.

— Да, она вернулась. Я направлю ее к вам, мистер Старк.

— Хорошо.

Он повесил трубку и откинулся в своем кресле.

ГЛАВА ТРЕТЬЯ

Поппи

Райан Старк определенно был очень привлекательным. Настолько, что перехватывает дыхание и заставляет сердце биться чаще. Черные как смоль волосы, небесно-голубые глаза, а подбородок такой мужественный и точеный, что можно резать стекло. И одновременно был таким невероятно пугающим, сидя в своем кресле, упорно смотрящим на меня. Я не проронила ни слова, с тех пор как вошла и положила свое резюме на его массивный стол. Почему его стол такой огромный? Казалось, что его основная цель это запугивание. Что ж, Дорис Грэнджер не из тех, кого легко запугать... Да, ладно, кого я обманываю? И Дорис, и Поппи дрожали в ужасе каждой своей клеточкой тела. Я быстро осмотрела его кабинет. Помещение было холодным, безликим и мертвым, как морг. Единственным пятном, в котором теплилось подобие жизни, был бедный «хлорофитумкомозум», или «хлорофитум хохлатый», стоящий в углу, и который выглядел так, будто его не поливали годами. А также его не стоит ставить под прямые солнечные лучи. «Ты можешь многое рассказать о человеке, смотря на то, как он ухаживает за цветами», — так говорила моя мать. Интересно, что может сказать о Райане Старке его умирающее комнатное растение?

— Итак?

Мужчина, наконец, заговорил. Его голос был хриплым и требовательным. Что заставило меня чувствовать себя так, будто бы я вернулась в кабинет директора школы, чтобы получить наказание.

— Кто Вы? — спросил он.

— А... Да, простите, — я подпрыгнула на месте и протянула свою руку через его огромный стол. — Дорис Грэнджер, приятно познакомиться с... — я сбилась, видя, что Старк не собирается пожать мою руку.

— Я знаю Ваше имя, мисс Грэнджер. А сейчас, пожалуйста, присядьте, — он указал на место, и я подчинилась.

Опять образовалась неловкая пауза, и я неожиданно указала на мое резюме, лежавшее на его столе.

— Мое резюме, — пробормотала я.

— Я вижу, — ответил мужчина. — Вы его также отправили по электронной почте, поэтому не было необходимости приносить его с собой.

Мой желудок завязался в узел. Я пробыла в его кабинете всего минуту, и уже попала в неприятности. Старк взглянул на резюме и, издав неодобрительный звук, посмотрел на меня.

— И? — спросил он.

— И... — глупо повторила я, мой голос слегка дрожал.

Мужчина покачал головой. Казалось, он разочарован.

— В резюме сказано, что вы работали личным помощником в Уругвае?

— В Парагвае. Парагвай, Уругвай – звучит почти одинаково, можно перепутать, — я улыбнулась так широко, как смогла. Надеюсь, улыбка сможет скрыть мою наглую ложь. Хотя, в данный момент, это не так важно, наверняка, я не получу эту работу.

— Как Вы там очутились? — спросил Старк. — Это не вполне обычное место работы.

— М-м-м... — я пыталась найти ответ. Я еще не думала о легенде своего персонажа. — Мой дядя, — сказала первое, что пришло в голову. — Он из Южной Америки, и... — я остановилась, не способная вымолвить слова, что рвались с моего языка. — Из-за дяди,— повторила я.

— Разве там не говорят на испанском? — спросил мужчина.

— Sí! Muchasgracias! (примечание: Да! Большое спасибо!) — я быстро ответила, и тут же об этом пожалела.

— Так вы говорите по-испански? — переспросил он, выглядя сбитым с толку. Собственно, я чувствовала себя также.

«Не говори это, Поппи, черт возьми, только молчи».Но я сделала то, за что захотела себе врезать в ту же секунду, как только эти слова сорвались с моего языка:

— Свободно!

Черт! Да, что со мной не так? Почему я соврала об этом?

— Интересно. Конечно, испанский в Южной Африке без надобности. Было бы куда лучше, если бы вы свободно говорили на зулусском.

«Пожалуйста, только не говори, что свободно владеешь зулусским»... Мысленно умоляла себя, потому что казалось, неожиданно я потеряла контроль над словами, что вылетают из моего рта. Обычно я начинала мямлить, когда нервничала, но сейчас столкнулась с чем-то новым. Мой рот открывался раньше, чем успевала остановить себя.

— NkosiSikelel’ iAfrika (примечание: с языка коса – «Боже, благослови Африку» песня с 94 года является частью гимна ЮАР), — быстро ответила я.

Он посмотрел на меня странно.

— Мисс Грэнджер, я прекрасно знаю, как называется наш национальный гимн.

— Конечно, Вы знает. Конечно. Я не пыталась сказать, что Вы не в курсе, — я опустила свою голову, чувствуя себя разбитой. Опять воцарилась тишина.

— Мисс Грэнджер, это собеседование. Вы должны продать себя.

— Продать? — я подняла на него свой взгляд.

— Почему я должен нанять Вас? — его тон казался раздраженным.

— Ум-м... Хм...

Я не могла вымолвить ни слова. Мой мозг, кажется, тоже перестал функционировать. Он был бесподобным и пугающим. Убийственная комбинация. Я попыталась поправить свои большие очки, которые постоянно сползали на кончик моего маленького носа, но опоздала. Они упали на пол с громким стуком.

— Извините! — я опустилась на пол. Черт! Мои очки отскочили под стол. Я растянулась на полу, вытянув руку, попыталась их нащупать. Схватив наконец-то, я надела их обратно и села на стул так быстро, как получилось. — Прошу прощения! Маленькие скользкие вещи.— Я опять улыбнулась, но не увидела никакого отклика. Он указал на меня с кислой миной на лице.

— Они сломались, — бесцветным голосом сказал Райан Старк.

— О-у? — я взглянула на очки на кончике своего носа: большая трещина пересекла одно из стекол.

— Итак? — спросил мужчина.

— Итак, что? — я пребывала в каком-то нервном замешательстве, и будто бы тонула. Ничего не шло, как надо. Мои очки треснули, а сама была на грани срыва... Все это слишком. Господи, хоть бы не заплакать!

— Работа! Ваш найм! Зачем? — он произносил слова, будто забивал гвозди.

— О. Это. Зачем Вам меня нанимать? — я опять поправила очки, в этот раз затем, чтобы занять руки.

— Тик-так, Мисс Грэнджер. У меня куча более важных дел, поэтому если Вы не собираетесь говорить, то на этом все, — Старк наградил меня своим холодным тяжелым взглядом.

— Хорошо-хорошо,— быстро ответила я. — Вы должны меня нанять, потому что я... потому что... — и опять замолчала. Он не должен меня нанимать! Абсолютно! У меня нет квалификации, у меня нет ни одной идеи, что мне делать, если бы я работала здесь, и на мне эта дурацкая маскировка. А уж если честно, я последний человек на земле, которого Райан Старк должен взять на работу.

— Вы себе совсем не помогаете, мисс Грэнджер. Потому, что с каждой пройденной секундой, мне все меньше и меньше хочется вас нанять, — мужчина дернул своей ногой так, что закачался его стол. — Мисс Грэнджер? — спросил он опять.

К этому моменту, я была далека от формирования каких-либо мыслей, что уж говорить о целых предложениях. Я боялась, что если проведу здесь еще хоть одну секунду, то скажу намного более грандиозную ложь.

— Простите меня, пожалуйста, — и вскочила с кресла. — Думаю, что это какое-то чудовищное недоразумение. — Я отошла от его массивного стола. Они что срубили весь лес, чтобы его сделать?

— Что за недоразумение?

Мужчина встал из-за стола. Боже, Райан Старк такой высокий. Высокий и крупный во всех стратегически важных местах. Я упоминала, что Старк устрашающий как дьявол? Он возвышался надо мной, как и его стальное здание.

— Мне кажется, я не в том месте, — я безумно оглядела комнату. — Даже не на том собеседовании. Думаю, возможно, я должна быть где-нибудь в другом месте... — И направилась к выходу.

— В другом месте, это где? — мужчина начал выходить из-за стола, а мне хотелось развернуться и бежать.

— М-м-м, действительно, где же? Трудный вопрос, не так ли? А где мы вообще все должны быть, верно? — ответила я.

Райан Старк остановился, и могу поспорить, что заметила, как он слегка улыбнулся.

— Помимо того, что помощник, так еще и философ?

Сейчас мужчина надо мной насмехался.

— Что могу сказать?!Я женщина со многими талантами.

— Правда?

Мужчина продолжал приближаться, а мне по-прежнему хотелось сбежать. Я спиной чувствовала дверь позади себя, дверь, за которой безумно хотела скрыться. Неожиданно мне в голову пришла одна сцена из телесериала.

О, Боже, я должна это сделать. Как мне еще выбраться? Я посмотрела на окно за его спиной и изобразила шок. Затем поднесла руку ко рту и в ужасе вздохнула. Потом медленно дрожащим пальцем указала туда.

— Он вернулся. Он пришел за нами. Беги! — сказала тем тоном, что так часто использовала Рамона. Низким, медленным голосом, растягивая слова для большего драматического эффекта.

— Что? — Старк резко обернулся, на что я и рассчитывала. А когда он обернулся, выбежала и помчалась прямо к лифту. Не горжусь своим поступком, но это то, что я сделала.

Как только забежала в лифт, услышала смех. Он был настолько громким, что было слышно и в вестибюле. Я схватилась за голову. Это самое стыдное, что со мной произошло за всю мою жизнь, хотя со мной происходили достаточно смущающие вещи, многие из которых показывают в фильмах, но это был новый уровень.

ГЛАВА ЧЕТВЕРТАЯ

Райан

Он не мог вспомнить, когда в последний раз так смеялся. Это самая абсурдная ситуация, что могла произойти в его офисе. Но лучше уж такой абсурд, чем чья-нибудь истерика.

Дорис Грэнджер... У нее даже имя забавное. А эти чудаковатые очки с трещиной и розовое платье, которое абсолютно не соответствует дресс-коду компании? Что вообще заставило ее прийти к нам на собеседование?

Он еще раз усмехнулся и позвонил секретарю. Аянда сразу же ответила.

— Мисс Грэнджер уже ушла? — спросил мужчина.

— Да. Она только что пробежала мимо меня.

— Хорошо, если она вернется, пожалуйста, убедитесь, что служба безопасности позаботится о ней. Кажется, мисс Грэнджер не дружит с головой, — он положил трубку и опять усмехнулся. Обычно, он не так благодушен, когда на собеседовании появляются такие неквалифицированные люди, но сейчас он не злился.

— Дорис Грэнджер из Парагвая, — задумчиво пробормотал он.

Кто вообще работает в Парагвае? Кто в наше время называет девочек Дорис? Звучит фальшиво. Может так оно и есть.

Он посмотрел на часы и подумал, что если уйдет с работы прямо сейчас, то вполне успеет к ужину с Эмми. Взял свой ноутбук, ключи от машины со стола и тут его взгляд зацепился за фотографию. На ней он был изображен в свои лучшие времена. Фотография была единственной личной вещью, что хранилась в офисе. Мужчина какое-то время смотрел на нее, а потом положил лицом вниз. В некоторые дни было тяжело смотреть на себя прошлого. Сегодня был именно такой день.

Мужчина прошел по опустевшим коридорам. Сотрудники ушли, так как рабочий день уже закончился. Зашел в лифт и нажал кнопку первого этажа. Как только стеклянные двери лифта закрылись, оглянулся на здание.

Он занял должность отца после его выхода на пенсию. В тот момент компания «Старк Групп» была самым процветающим застройщиком курортов в стране. Его отец был одним из первых в индустрии туризма, кто построил самый большой курорт в Южной Африке, в котором могли отдыхать все желающие. Он верил в то, что отдых должен быть доступным для всех, а не только для элиты, но в сложившейся экономической ситуации страдали именно курорты «Старк Групп». Что не скажешь об элитных отелях, которые могли позволить себе сливки общества, так как кризис их не затронул. Прибыль же их компании падала с каждым месяцем, в результате чего Райана пытались склонить к решению, которое он считал не верным. Он был уверен, что отец бы не поддержал инициативу своего старого партнера мистера Раутенбаха и перевернулся бы в гробу. Мужчина видел своего отца будто живого с его вечным недовольным разочарованным лицом. Райану казалось, что разочаровывает своего отца до сих пор, хоть тот и умер четыре года назад.

Створки лифта открылись, и он вышел в вестибюль. Снаружи бушевала гроза, поэтому Райан прихватил зонтик по пути на улицу. Мужчина вышел под дождь и направился к своей машине, которая оставалась, как и всегда, последней на парковке, но пока он шел, выловил кого-то взглядом.

Здесь, на тротуаре, промокшая с ног до головы, сидела никто иная как Дорис Грэнджер, опустив голову на руки и... О, Боже, она что плачет? Ее плечи вздрагивали, как и все ее тело. Райан так и знал, что она плакса. Он вздохнул и продолжил идти.

Мужчина сел за руль своего «порше» и был готов выехать с парковки, но не смог отвести свой взгляд от одинокой фигуры, женщины, плачущей под дождем.

Боже, как раздражает! Если заметят, как перед компанией кто-то плачет, это может испортить репутацию «Старк Групп». А еще...

Еще?

Его всего скрутило и стало не комфортно. Райан вцепился в руль, так что побелели костяшки. Ему необходимо успеть домой, к Эмми, но черт побери эту Дорис Грэнджер, которая сидит под дождем и плачет. Он понятия не имеет, почему его это волнует.

Может все из-за того, что она его рассмешила? Мужчина опять вздохнул и выбрался из машины, раскрыв зонт.

ГЛАВА ПЯТАЯ

Поппи

Перед моими глазами сначала появились ботинки, а потом уже увидела его целиком. Я сразу же узнала их, ведь полтора часа назад смогла их рассмотреть, пока искала свои очки под его столом.

Дождь лил так сильно, что я еле услышала, как он прочистил горло, чтобы привлечь мое внимание, но я не хотела выставлять себя идиоткой в его небесно-голубых глазах. Хотя куда уж хуже... Я сидела на тротуаре под дождем и рыдала как малое дитя!

— Мисс Грэнджер?

Я съежилась, услышав это имя. Боже, ну почему я не выбрала какое-нибудь другое имя?

— Мисс Грэнджер? — спросил мужчина намного громче.

Я заставила себя посмотреть на него. Он возвышался надо мной, закрывая меня зонтом от дождя.

— Добрый вечер, мистер Старк, — проговорила я сквозь ручьи воды, что стекали с моего лица.

— Что Вы делаете под дождем? — его голос был тверд.

— Сижу, — единственное, что я могла сказать.

— Я вижу, но... Почему?

— Потому, что меня некому подвезти домой, — слабо прошептала я и подумала, что не могу позволить себе такси.

— Я не слышу! — прокричал он.

— Не могу добраться домой, — повторила я, правда, по-прежнему тихо.

— Боже, Вы не можете говорить громче? Забудьте, — он резко опустился передо мной, настолько неожиданно, что застал меня врасплох.

— Повторите! — скомандовал он.

— Не могу попасть домой! — крикнула я от испуга.

— У Вас нет машины? — спросил он, оглядывая парковку.

— Ее эвакуировали из-за того, что неправильно припарковалась.

— Глупо с Вашей стороны, — отрезал он.

— Я не заметила знак, — возразила я. — Потому что сильно нервничала перед собеседованием. Боже, я вообще не должна была сюда приезжать. — С моих губ сорвался очередной всхлип, я не стала сдерживаться и опять разрыдалась. В конце концов, я его больше никогда не увижу.

Неожиданное покашливание заставило меня на него посмотреть.

— Где Вы живете? — спросил он сквозь зубы.

— В районе Западного парка.

Дождь усиливался.

Он издал очередной тяжелый вздох. Мне еще не приходилось слышать настолько громкий продолжительный и раздраженный вздох.

— Вставайте, — он поднялся и стал возвращаться к своей машине. Я была так шокирована его действиями, что не смогла поверить, правильно ли я его услышала, до тех пор, пока он не обернулся. — Вы собрались сидеть здесь до Рождества? — прикрикнул, закатив глаза.

Я подпрыгнула и побежала к его машине. Я настолько промокла, что сев на пассажирское сидение, случайно забрызгала приборную панель.

— Извините, — пробормотала я, увидев неодобрительный взгляд. Очевидно, что он так же рад необходимости везти меня домой, как и любой другой – мозоли на ноге, но у меня не было другого варианта, а я не собиралась отказываться от помощи, даже если она исходит от него.

— Постарайтесь не намочить всю мою машину, мисс Грэнджер, — он повернул ключ зажигания, и машина ожила.

— Извините, — тихо прошептала я, стараясь не двигаться, хотя все мое тело тряслось от холода.

До моего слуха донесся его вздох. Он вытянул руку и включил обогрев, направив все потоки воздуха на меня. Теплый воздух мгновенно окутал мое тело.

— Спасибо, — прошептала я.

— Не за что, — небрежно обронил он, сконцентрировавшись на дороге.

Мы ехали в напряженной тишине. Я смотрела в окно. Мое внимание привлек знак на заднем стекле. «Инвалид». Неужели он относится к числу придурков, которые используют его ради того, чтобы всегда получить свободное место на парковке?!

— Здесь налево, — сказала я, как только мы подъехали к моему району. Понятия не имею, почему этот район назвали Западный парк, ведь пока мы ехали, нам не попалось ни одного дерева. Единственной растительностью в районе были сорняки, что пробивались из разбитого тротуара, и, возможно,  черная болотная фигня, что расползлась на потолке моей ванны.

Этот район можно назвать свалкой, состоявшей из старых безобразных нищих домов. Большинство из них разваливались на глазах, и некоторые из наркодилеров обосновались среди них. Я была всегда вежлива с ними, когда отказывалась от предложения оттянуться с милой улыбкой.

— Может в следующий раз, но спасибо за предложение!

Последнее, что мне хотелось бы сделать, так это перейти им дорогу.

— Вот, мой дом, — указала я.

— Вы здесь живете? — он остановился, нервно оглядываясь вокруг.

— Да, но не волнуйтесь, навряд ли кто-то выползет под дождь, чтобы украсть Вашу машину, — пошутила я, хотя в каждой шутке есть доля правды.

— Что? — мужчина на меня так посмотрел, что стало ясно – для него дико, даже предположить такое. Он явно из другого мира.

— Ну, спасибо, что подвезли.

Я на него не смотрела, когда потянула за ручку двери. В этот момент я услышала очередной тяжелый вздох, который заставил меня замереть. Почему он постоянно вздыхает?

— Вы можете отвечать по телефону? — неохотно спросил он.

— Да! — я обернулась к нему. — Могу. Я Вас заверяю, что в этом я профессионал... Добрый день, офис мистера Старка. Чем могу помочь?.. Прошу прощения, его нет на месте, что ему передать? — Я положила трубку воображаемого телефона и посмотрела на него настолько уверенно, как только могла.

Он встряхнул головой и спросил:

— Работа с компьютером?

Я закатила глаза.

— Конечно.

— Я не приемлю опоздания, — жестко произнес он.

— Никогда, — сразу же сказала. — Я никогда не опаздываю. — Что являлось абсолютной ложью.

— И никаких слез.

— Никаких, — по крайне мере я надеюсь.

— Можете приступить к работе в понедельник. Будьте на месте в семь утра, и не опаздывать.

Я была настолько счастлива, и даже не подумав, что я делаю, обняла его. Насколько это было глупо с моей стороны, поняла сразу, как только он выбрался из моих объятий и стал отряхивать свой костюм от капель воды.

— И никаких объятий, — быстро добавил он. — Никогда.

— Извините, — подарила огромную улыбку. — Я Вас не подведу. Обещаю. — Я выпрыгнула из теплой машины под холодный дождь и побежала к своему дому по раскисшей земле.

ГЛАВА ШЕСТАЯ

Райан

Он сидел в машине и наблюдал за непонятным созданием, что выпрыгнула из его машины. Этот район был клоакой. Вся дорога была усеяна ямами, и когда она бежала по ним, то оказывалась по колено в грязной воде. В тот момент, как она добежала до дома, ее ноги полностью скрылись под слоем грязи.

Мужчина наблюдал, как она пыталась открыть дверь, а потом...

— Что за дьявол? — он был в шоке увидеть, как она сильным ударом с разворота открыла дверь. Кто эта женщина? А потом она скрылась в устрашающе ветхом здании. Райан всмотрелся: здание оказалось с узкими зарешеченными окнами. Интересно, решетки были для того, чтобы оградить тех людей, что внутри или снаружи? Он не мог представить жизнь здесь, и на миг почувствовал себя виноватым оттого, что возвращается в свой прекрасный дом. Райан завел машину и выехал на дорогу, заметив подозрительного парня, который скрывался в тени и пристально наблюдал за машиной, пока мужчина проезжал мимо. Черт! Райан увеличил скорость. Этот район точно нельзя считать безопасным, и он неожиданно для себя подумал о безопасности Дорис. Только несколько минут спустя до него дошло...

Какого черта он натворил?

Неужели он только что взял на работу самого неподходящего и странного кандидата на эту должность? О чем он думал? Очевидно, ни о чем не думал, иначе никогда бы в жизни не допустил подобного. Вдобавок ко всему, он что, на самом деле пустил ее в машину? Это было неправильным по всем фронтам. Мужчина никогда не смешивал свою личную жизнь и бизнес. А ее присутствие в машине, в его личном пространстве, было нарушением этого правила. Райан предпочел бы не повторять эту ошибку снова.

— Дерьмо! — пробормотал он себе под нос и ударил по рулю. Мужчина никогда за всю свою жизнь не поступал столь импульсивно и эмоционально. Эта мысль угнетала. Он просто заставит ее уволиться в понедельник. В любом случае она не продержится и дня, особенно после фирменного обращения Райана Старка, из-за чего уволились предыдущие помощницы, убегавшие в слезах еще до обеда. А она точно плакса.

Мужчина еще немного проехал, и окружающее пространство стало меняться. Разбитые тротуары и ямы на дороге сменились зеленеющими газонами и особняками. Он подъехал к своему дому и проехал по длинной крутой подъездной дороге к своему современному особняку. Припарковавшись, он вылез из машины и ненадолго постоял перед тем, как зайти внутрь. Райан всегда так делал с тех пор, как умерла его сестра-близняшка Рэйчел два года назад. Когда она умирала, он пообещал ей позаботиться о племяннице Эмми, как о своей родной дочери. Проблема была лишь в том, что мужчина понятия не имел, что значит быть отцом девочки-подростка. В первый год было все в порядке, но как только Эмми исполнилось тринадцать, все изменилось. Казалось, она постоянно была недовольна и раздражена, и все, что он делал, было не так. Они постоянно ругались, и Райан чувствовал, что разочаровывает ее. Он ненавидит подводить людей. Мужчина был хорош во всем, кроме воспитания подростка. И обычно, когда ему требовался совет или с кем-то поговорить, он звонил Рэйчел.

— Эмми, — позвал он, когда взяв себя в руки, зашел внутрь, готовый ко всему, что могло произойти. — Эмми? — повторил он, когда никто не откликнулся.

— Ты опоздал, — раздался обиженный голос из другой комнаты. Она обернулась, когда он зашел, и его сердце замерло на миг. Девочка была так похожа на его сестру, что иногда он замирал будто бы увидел призрака.

— Извини, — он слегка улыбнулся, но она не отреагировала.

— Ты обещал, что мы вместе пообедаем, — Эмми яростно встала.

Райан посмотрел на свои часы.

— Еще не поздно поесть вместе.

— Неважно. Мне нет никакой разницы, к тому же я уже поела, — и после этих слов она пересекла комнату и стала подниматься по лестнице наверх.

Мужчина смотрел ей вслед, пытаясь сказать что-нибудь, что помирит их. Но Эмми зашла в свою комнату до того, как он мог что-либо сказать.

Райан встряхнул головой. Воспитывать подростка было выше его сил, и он боялся, что его сестра разочаровалась бы в нем, если б увидела все происходящее. Он пытался сделать Эмми счастливой, но все оказывалось неверным. Например, когда он вернулся домой и подарил куклу Барби. Тогда она посмотрела на него и разрыдалась, спрашивая, считает ли он ее маленькой?

Мужчина опять встряхнул головой, и мысленно поставил себе заметку погуглить, во что сейчас играют тринадцатилетние подростки.

ГЛАВА СЕДЬМАЯ

Поппи

К тому моменту, как я увидела величественный небоскреб, несмотря на холодную погоду, с меня ручьем лился пот. Мои локти и колени были все в царапинах, юбка порвана. Я даже скрепила ее заколкой, которую в свою очередь вытащила из парика. А рядом с собой я вела сломанный велосипед.

Я одолжила велосипед у одного из своих соседей, так как временно перестала быть обладателем автомобиля или какого-либо другого вида транспорта. Оглядываясь назад, поняла, что это была плохая идея. Особенно учитывая, что я совсем не умею ездить на велосипеде, ведь у меня не было отца, чтобы научить. К слову сказать, я почти продержалась одну или две мили, но гудок машины выбил меня из колеи, и я въехала в обочину. Уже и так побитый велосипед еще сильнее разбила о бордюр. Собственно, и я не осталась без травм.

В целом отвратительное начало дня. Наступила «черная полоса», и сейчас я опаздывала в свой первый же рабочий день. Последние несколько кварталов я бежала. Было трудно, так как приходилось тащить за собой тяжелый велосипед. Я не могла опоздать. Я привязала велосипед к единственному, что оказалось рядом с офисом – к пинкнею (примечание переводчика: Род деревянистых растений семейства Мареновые. Включает единственный вид - Пинкнею опушённую, или пушистую, или мягкоопушённую.). Молодое деревце росло в отдельном ящике, в который было посажено. Удивительно, что великий Райан Старк позволил такую вольность, возможно, он и не такой хладнокровный. Как только я оставила велосипед, побежала к входу, но перед этим остановилась, чтобы осмотреть себя в зеркальной поверхности двери.

Я присмотрелась, пытаясь понять, что во мне выглядело хуже всего? Выше пояса – растрепанный парик, разбитые очки и окровавленные локти, или ниже – разорванная юбка и содранные в кровь колени. Слава Богу, мое лицо осталось целым!

Я попыталась выпрямиться, но это не помогло исправить мой внешний вид. Я выглядела так, словно меня протащили через болото, потом сквозь шипастые кусты, а на голову нахлобучили растрепанный парик.

— Входим в роль и вперед, — прошептала я себе и толкнула дверь.

Я пробежала по вестибюлю к лифту, быстро прокричав секретарю, которую видела в пятницу:

— Здравствуйте!

У меня не было времени для знакомства, так как через семь минут я должна быть на своем рабочем месте. И могу поспорить, мистер Старк отсчитывал секунды.

— Эй! — прокричала мне вслед секретарь. — Куда Вы направились?

— В офис, — крикнула я через плечо, ожидая лифта.

— Ни в коем случае! — неожиданно я услышала торопливые шаги за спиной. — Остановитесь!

— Что? — я обернулась к ней.

— Не двигаться, иначе я вызову охрану.

Она покачивалась из стороны в сторону, преграждая мне путь, будто я собираюсь бежать, но почему?

Я рассмеялась.

— О, мистер Старк Вам не сказал? Я работаю здесь с сегодняшнего дня.

Я дружелюбно улыбнулась и повернулась обратно к лифту. И уже была готова нажать кнопку, когда...

— Стойте! Сейчас же остановитесь! — прокричала она так громко, что я подпрыгнула.

— Что происходит? — спросила я.

Она наставила на меня свою ручку, как будто это было оружие.

— Мистер Старк сказал мне выставить Вас из здания, если появитесь здесь опять.

— Что? — внутри все перевернулось. — Он так сказал?

— О, да, — секретарь осмотрела меня с головы до ног. — Мистер Старк беспокоился о состоянии вашей психики, и глядя на Вас, я тоже. — Ее взгляд продолжал меня сканировать, и мне стало стыдно.

— О, Вы о моем внешнем виде. Мою машину эвакуировали, и я добиралась на велосипеде, но упала. Обычно я так не выгляжу, — я попыталась непринужденно рассмеяться, но определенно, это не сработало.

— Вам здесь не рады, — прошипела она.

У меня отвисла челюсть. Это такая шутка? Мистер Старк решил меня жестоко разыграть, вселив надежду? Неужели он настолько жесток? Я во что бы то ни стало должна у него спросить.

— Что ж, — я выпрямилась перед сумасшедшей леди, — я хочу, чтобы он сам сказал мне это в лицо. — Я уверенно нажала на кнопку позади себя, но как только это сделала, услышала истошный крик.

— Охрана! — это было так громко, что в просторном вестибюле раздалось эхо.

«Охрана-охрана-охрана», — слышалось мне.

Звук спешащих шагов, отражаясь от мраморного пола, раздался слева от меня. Устрашающего вида охранник направился ко мне.

— Выведите эту женщину из здания. Немедленно! — сказала секретарь.

И даже не успев возразить, объяснить, что это чудовищная ошибка, я почувствовала стальной захват за кровоточащий локоть.

— Подождите, подождите... — я попыталась освободиться, но мужчина протащил меня через весь холл и без всяких слов вытолкнул на улицу.

Мое сердце билось так часто, что готово было выпрыгнуть из груди. Стыд затопил меня, а на смену ему пришла ярость. Никто за всю мою жизнь так со мной не обращался! В жизни мне не было так стыдно... так... так...

Слезы полились из глаз, будто прорвало плотину. Это второй раз как я тут плачу. Это знак! Мне здесь не место, и мне явно не рады. Я прошла к деревцу, к которому прицепила велосипед. С трудом видела сквозь свои слезы. Достала из кармана ключи от велосипедного замка, что дал мне сосед, и попыталась открыть его.

Я громко чертыхнулась, так как не могла попасть в отверстие замка. Вытерла слезы и попыталась снова, но опять потерпела неудачу. Я стянула свои дурацкие очки, которые делали меня совсем слепой, и поднесла ключи к глазам. Это были ключи от моей квартиры, а не от замка велосипеда. Наверное, я случайно их перепутала.

— Ненавижу этот день! — закричала я, и наплевать, что обо мне подумают окружающие. Я стояла и смотрела на маленькое деревце. Я знала, что такие деревья были очень гибкими, так что никакой ветер их не сломает. Поэтому, одной рукой я начала поднимать велосипед, а другой наклонять дерево так, чтобы велосипед протянуть через верхушку. Это почти сработало, как...

— Эй! — закричали откуда-то, а потом неожиданно я стала мокрой. Сильная струя холодной воды прошлась по мне так, что я упала на землю.

— Какого черта Вы делаете?

Я проморгалась и увидела источник голоса и воды. Злой садовник приближался ко мне, держа в руках шланг с водой.

— Я только посадил это растение на прошлой неделе. Вы что, пытаетесь убить его?

— Я бы никогда не навредила растению, — возразила я, но меня не услышали.

— Немедленно убирайтесь, а то я вызову полицию и заявлю о порче имущества.

— Но мой велосипед? — я пыталась подняться.

— Вон! — заревел мужчина, направляя на меня шланг.

Я поняла, что мне пора сматываться, поэтому повернулась и побежала как можно быстрее.

Когда я отошла подальше, то остановилась и опять оглянулась на устрашающее стальное здание. Без сомнения, это самое отвратительное утро в моей жизни, или по крайней входит в пятерку худших, а их у меня хватает, но это утро – просто вишенка на торте. А если торт еще и цветами украшен, то они будут смотреться как дополнительные неприятности. Черт побери, да это утро побило все рекорды самых ужасных дней!

Я отвернулась. Впереди меня ждала долгая дорога домой, которую мне предстояло пройти промокшей, дрожащей от холода, да еще и со ссадинами.

ГЛАВА ВОСЬМАЯ

Райан

Все утро, пока Райан ехал на работу, его не отпускало странное предчувствие. Он все выходные не мог перестать думать о Дорис Грэнджер.

Вчера мужчина решил, что сделает все, чтобы она уволилась еще до обеда, но сегодня он засомневался в правильности решения. Все, о чем он мог думать, так это о Дорис.

Странная женщина с ужасной прической, разбитыми очками и неподходящей одеждой, которая его обняла, окутав своим ароматом, преследовавшим потом до конца вечера. Запах не был таким замечательным, что его хотелось вдыхать и вдыхать. Скорее всего, это духи или дезодорант, которые продаются в любом супермаркете, но избавиться от запаха Райан смог лишь после длительного горячего душа.

— Черт побери! — Райан встряхнул головой и ударил по рулю, чтобы избавиться от мыслей о Дорис. Когда он припарковался на свое обычное место, принял еще одно не характерное для себя решение. Вместо того чтобы вести себя как мерзавец, он просто вежливо объяснит ей, что нашел более компетентного специалиста на ее место. Он даже был готов выплатить недельное пособие. Ему не хотелось бы видеть, как она плачет, поэтому, возможно, более мягкий подход поможет этого избежать.

Но когда он поднялся к себе в офис, тот был пуст! Мужчина гневно уставился на пустое место своего помощника, ожидая, что она появится по волшебству, но этого не произошло. А я еще хотел быть вежливым! Он прошагал в свой кабинет, хлопнув дверью, и сразу же набрал секретаря.

— Мисс Грэнджер еще не приходила? — спросил он.

— Приходила, — ответ был получен немедленно.

— И где она? Она уже опаздывает на пять минут!

— Ум-м… Мистер Старк, Вы сказали выставить ее из здания, если она вернется.

— Я точно этого не говорил! — фыркнул он.

— Извините, но разве Вы не помните? После ее собеседования в пятницу? — Аянда нервно запиналась, и он вспомнил, что, действительно, сказал так до своего идиотского решения нанять ее на работу.

— Верно. Сказал, но все не так, я нанял ее.

— О, Боже, мне так жаль... Я не знала. Она пришла, и охрана выгнала ее... Если бы я знала... Мне так жаль, мистер Старк, я...

— Ничего, — отрезал он. Он больше не мог слушать ее извинения, его голова раскалывалась. — Где она сейчас?

— Я не знаю, — последовал ответ.

Райан повесил трубку и подошел к окну, но на улице ее не было. Может это и к лучшему, ему не пришлось избавляться от нее.

Но откуда это дикое желание отправиться на ее поиски?

Он выкинул эту мысль из головы и сел за свой ноутбук. Мужчина бездумно нажал несколько клавиш, продолжая думать, куда могла деться Дорис Грэнджер.

— Господи Боже! — он поднялся и вышел из кабинета.

Ему потребовалось немного времени, чтобы отыскать девушку. Он смог ее поймать, когда та взбиралась по крутому холму. Если со спины она выглядела будто потерпевшая крушение, то, что же было спереди? Райан включил аварийные огни и замедлился. Поравнялся с ней и опустил окно.

— Мисс Грэнджер, — позвал он ее.

Девушка обернулась. О Боже, она выглядела удручающе. Пот с нее лился ручьями, в волосах были ветки, юбка выглядела так, будто ее порвали, не говоря уже о пятнах на блузке... Это что кровь?

— Вы в порядке?

— Разве похоже, что я в порядке? — крикнула через плечо и припустила вперед. Он с легкостью догнал ее.

— Вам нужна медицинская помощь? — спросил он, чувствуя необычное беспокойство за ее физическое состояние.

Девушка тут же остановилась и посмотрела на свои содранные колени.

— Я уверена, что мои ноги не отвалятся, если Вы это имеете в виду, — ее тон был раздраженным и саркастичным, а затем продолжила идти.

— Куда Вы идете? — ему пришлось перекрикивать шум от проезжающих рядом машин.

— Домой, — крикнула она, даже не обернувшись.

— То, что произошло утром, было ошибкой. Я забыл сказать Аянде, что Вы придете.

Девушка, наконец, остановилась и обернулась. Это движение привело к тому, что ее блузка облепила грудь. Он быстро отвел свой взгляд.

— Вы в курсе, что она вызвала охрану, чтобы выкинуть меня?

— Прошу прощения. Секретарь не знала, что я взял Вас на работу. Это моя ошибка.

Ошибка? Что, черт возьми, он говорит? Он что, признался в том, что ошибся? Он никогда не ошибается.

Девушка пристально на него посмотрела сквозь свои глупые сломанные очки.

— Как же она сказала? Что-то о том, что я психически не здоровая? — она встряхнула головой и потом ускорилась, взбираясь по холму. Он тоже прибавил газу, на что та яростно на него оглянулась, а потом побежала. Райан улыбнулся про себя; он находил всю эту ситуацию забавной.

— Мисс Грэнджер, — мужчина пытался не улыбаться и остаться серьезным. — Садитесь в машину, и мы вернемся в офис.

— Ни за что! — девушка пыталась бежать быстрее, но выглядело так, что она вот-вот упадет.

— Это смешно. Просто садитесь в машину и поехали в офис.

— В Ваш офис? — она рассмеялась как сумасшедшая. — Я уверена, что Вы не собираетесь нанимать сумасшедшую, вроде меня. Откуда знаете, что мне взбредет в голову. — Девушка отвернулась и, сделав странный жест руками, опять побежала.

Легкий смешок сорвался его губ. Мисс Грэнджер не лишена драматизма!

— Вы знаете, что моя машина развивает скорость до ста семидесяти миль в час, — Райан проглотил очередной смешок, наблюдая, как она быстро переходила дорогу, чтобы отделаться от него. Ему потребовалась пара секунд, чтобы развернуться и опять поравняться с ней. Он приспустил окно с другой стороны, чтобы продолжить разговор.

— Куда Вы так торопитесь? — окликнул он ее.

— Я Вам уже сказала. Домой.

— Вы собираетесь идти всю дорогу?

— Да! — сказала девушка, задыхаясь, пока, наконец, не остановилась. — О, Боже! Как же больно! — Она громко простонала и согнулась пополам, восстанавливая дыхание.

— Вы не можете идти всю дорогу пешком. Это слишком далеко, — Райан остановился. — Кроме того, Вы не в том состоянии, что пройти весь путь.

Похоже, его последние слова привлекли ее внимание. Девушка вскинула голову и одарила убийственным взглядом.

— Не надо мне говорить, что я могу или не могу делать! — это прозвучало очень взвинчено, после чего она опять начала движение. Он последовал за ней.

— Вам не безопасно идти одной, — он попробовал зайти с другой стороны.

— У меня были ситуации и похуже, поверьте.

Она опять ускорилась.

— Мисс Грэнджер. Это какое-то безумие, Вы не сможете пройти весь путь пешком.

— Вот увидите! — крикнула та и побежала.

Это просто смешно!

— Если Вы настаиваете, то мне придется проследовать за Вами до дома.

Мужчина поднял окно и уселся, готовый проследовать за Дорис Грэнджер.

Она обернулась на него, выражение ее лица выдавало удивление. Потом встряхнула головой, закатила глаза, так далеко, что казалось они выпадут, но продолжила идти. Он же продолжил преследование.

Чем он, черт возьми, занимается? Ему нужно быть на работе, принимать звонки, встречаться с партнерами, но по какой-то непонятной причине, он просто не мог оставить ее одну. Ведь отчасти это его вина, что уж говорить. Он опять позвонил Аянде.

— Да, мистер Старк, — секретарь сразу же ответила на звонок.

— Если кто-нибудь будет мне звонить, дайте им номер моего сотового. Я сейчас занят, и, возможно, не появлюсь в офисе в ближайшие пару часов.

На другой стороне провода воцарилась удивленная тишина, и Райан ее не винил, он сам был потрясен.

ГЛАВА ДЕВЯТАЯ

Поппи

Я чувствовала его присутствие все время, пока шла. Большая черная машина следовала за мной по пятам. Я старалась не смотреть в ее сторону, но время от времени украдкой бросала взгляды. И каждый раз, когда оглядывалась, он разговаривал по телефону.

Честно говоря, я хотела бы оказаться в машине. Я устала, вспотела, мне было больно, а ноги еле держали. Я почти сдалась, и была готова согласиться сесть в такой удобный транспорт, но нет, не доставлю ему такого удовольствия! Я пройду весь путь сама, пусть хоть ад разверзнется. В конце концов, разве меня не считают сумасшедшей?

И, наконец, прошла последний поворот перед моим домом. Я шла уже больше часа, и никогда еще не была так счастлива увидеть мой грязный паршивый дом.

— Я дома! — остановилась и повернулась к черному автомобилю, который был позади. — Можете уезжать! — Но он не сдвинулся с места. Напротив, опустил окно, и я оказалась лицом к лицу с ним.

Боже, как же хорош. Притягательный и пугающий, как дьявол. Странное сочетание, можно сказать, противоестественное. Как если бы он был милой змеей, которую хочется погладить, но ты никогда бы этого не сделал, потому что она ядовита и определенно ужалит.

— Тогда увидимся завтра в офисе, — мужчина заглушил машину и облокотился на открытое окно.

— Что? О чем Вы говорите? — растерянно спросила я.

— Мы забудем этот день, потому что сегодня произошла огромная ошибка. Начнем с завтрашнего дня.

Я не могла поверить в то, что он говорит. Он ждал, что я буду работать с ним после того, как его охранники выкинули меня из здания? Серьезно? Очевидно, что ненормальный именно он.

— Нет, благодарю, — я отклонила его предложение и направилась к дому, но обернулась, услышав звук захлопнувшейся двери. Он стоял прямо за мной. От его такой внезапной близости я покачнулась, но мужчина успел схватить меня за руку и не дал упасть. — О... Спасибо.

Я посмотрела на его руку, что крепко обхватывала мою, настолько большая, что полностью скрывала ее. И, похоже, что он не собирается отпускать. Я продолжала смотреть на его руку, ожидая, когда ослабнет хватка.

— Извините, — послышалось его бормотание, когда он, наконец, отпустил меня и убрал свою руку в карман. — Значит, завтра, ровно в семь. — Он начал отходить от меня.

— Послушайте, — позвала я. — Я не должна была приходить на собеседование. Это было глупо. Мне не на чем добираться на работу: у меня нет машины, и как оказалось, я не умею ездить на велосипеде, я даже не способна его правильно приковать.

— Вы добирались на работу на велосипеде? — он выглядел шокированным, когда обернулся.

— Ну, у меня была небольшая авария по пути, что не удивительно, ведь меня никто не учил езде на велосипеде, а потом...

— Стойте! — прервал он меня. — Вы не умеете кататься на велосипеде?

— Не умею, — подтвердила я.

— Вы одолжили велосипед, зная, что не сможете ехать на нем?

Он странно на меня посмотрел. Затем наклонил свою голову влево, потом вправо. Зачем он это делает? Это движение так разозлило, что захотелось свернуть ему шею.

— Да, — в очередной раз подтвердила я. — Я одолжила велосипед, не зная, как ездить на нем.

— Что ж, это был не самый лучший план, верно?

Все, это была последняя капля моего терпения, моей вежливости и благоразумия...

Я направила на него палец.

— Слушай, ты...

— Ты? — легкая улыбка искривила его губы, что взбесило меня еще больше.

— Да, ты! У меня все болит, я устала и вспотела, а на моих колготках стрелка, которая достигла моей задницы. Сейчас я просто хочу зайти домой, принять душ и смыть с себя этот ужасный день. Суть в том... Что я не могу работать на тебя. Спасибо за предложение, но нет.

Я стала отходить, и на этот раз он меня не преследовал. Я была свободна. Навсегда. Я прошла всю дорогу до входа в дом, когда мне показалось, что услышала его голос.

— Я приеду за Вами ровно в полседьмого. Не опаздывайте. Не обольщайтесь, это лишь до того момента, покаВы не вернете себе машину.

Когда до меня дошло, что он сказал, я хотела возразить, но было поздно, так как он уже выехал на дорогу.

Я стояла и смотрела до тех пор, пока большая черная машина не скрылась из вида. Он заедете за мной завтра? Чтобы отвезти на работу?

Я была не уверена радоваться этому или ужасаться.

ГЛАВА ДЕСЯТАЯ

Райан

Почему, черт возьми, он предложил подвозить ее до работы? Он сошел с ума?

Мужчина не этого хотел. Он не хотел, чтобы она работала на него, но, наблюдая, как она идет до дома пешком, увидел ее решительность. Райан ценил это качество в людях. Она в любую минуту могла сдаться и сесть к нему в машину, но нет, этого не произошло. Ему пригодится такой человек в офисе, упрямый и решительный. Мужчина надеялся, что ее характер распространится и на работу. Кроме того, если быть с собой до конца честным, то она его удивляла, и он хотел увидеть ее еще раз, просто ради любопытства. Не более.

За те часы, что Райана не было в офисе, накопилась уйма дел, будто бы без него работа замерла. Удивительно, как все полагались на него. Порой нагрузка была слишком велика, будто бы все развалится, если его не будет на месте и это пугало. Он чувствовал себя артистом на сцене с тысячью шаров в воздухе, которыми с каждым разом все сложнее жонглировать.

Весь день у него не было и минуты, чтобы подумать о Дорис, до тех пор, пока он не сел в машину и не поехал домой, потом девушка захватила его мысли. Мысль о том, как она бежала в той глупой юбке, которую приходилось одергивать, по холмам, чтобы отвязаться от него. А к концу своего пути, она сняла туфли и несла их в руках. Он пытался вести переговоры по телефону, но был так поглощен тем, что осматривал дорогу, по которой она идет, чтобы, не дай Бог, Дорис не наступила на разбитое стекло или что-либо другое, что может ее покалечить. Однажды он чуть ли не просигналил ей, когда увидел ветку, что преграждала ей путь, но она ее перепрыгнула.

Это был долгий рабочий день, но он не очень-то хотел возвращаться домой, особенно после не самого приятного утреннего разговора с Эмми. Он всего лишь попросил ее поторопиться, чтобы не опоздать в школу. А потом предположил, что не стоило тратить так много времени в ванной, чтобы сделать прическу, после которой ее волосы выглядели по-прежнему ужасно неряшливо.

— Это такая прическа! Она и должна выглядеть небрежно! — сказала она и, проходя мимо него, обронила, — Вы ничего не понимаете.

Откуда он мог знать, что самой популярной прической является та, которая выглядит так, словно ты только что выбрался из кровати? И как такое может быть, что требуется сорок минут, чтобы сделать ее? После этого стало только хуже. Эмми попросила высадить ее за два квартала до школы, а когда он настаивал на том, чтобы проводить ее до школы ради безопасности, она бросила свою любимую фразу.

— Я больше не ребенок.

Когда он приехал домой, Эмми его не встретила, а дверь ее комнаты была закрыта. Казалось, что она почти все свое время проводит у себя в комнате. А его предложение о том, чтобы она почаще выходила оттуда или ее превращения в вампира не избежать, не закончилось ничем хорошим.

— Эмми.

Он постучал в дверь дважды, ожидая ответа, но его не последовало. Тогда он приоткрыл дверь и увидел, что она сидела на кровати, не обращая внимания на него. Эмми подпрыгнула, когда Райан подошел к ней.

— О, Боже, почему ты не постучал! — закричала она покраснев.

— Я стучал, но ты не ответила.

— Я слушала музыку! — девочка демонстративно вытащила наушники из ушей и потрясла ими перед его носом.

Он осмотрелся в ее комнате. Зачем вообще закрывать дверь, если она просто слушала музыку?

— Что тебе надо? — спросила она.

— Почему ты закрыла дверь? — ответил Райан вопросом на вопрос.

— Что? Я не имею права на личное пространство в собственной комнате? Что вообще мне можно? — в ярости она прошлась по комнате.

— Итак, мы вернулись к прежнему разговору о вечеринке?

Райан наградил ее напряженным взглядом, сложив руки на груди.

— Почему мне нельзя пойти? — она так же скрестила руки.

Эмми была упряма, чем напоминала ему человека, которого он знал слишком хорошо.

— Ты прекрасно знаешь, что твоя мама ни за что бы на свете не отпустила тебя на подобную вечеринку.

— Боже, Райан, мне тринадцать! Мама умерла, когда мне было одиннадцать. Ты же не думаешь, что я буду постоянно сидеть дома, — Эмми выглядела разозленной.

Где, черт возьми, я ошибся? Это же та девочка, которая запрыгивала к нему на колени, когда была маленькой. Та, кто называла его «самый лучший дядя Бяйан», та…

— Почему ты еще здесь? — зло спросила Эмми. — Я имею право на личное пространство, Райан. Это моя комната, и ты не можешь заходить сюда, когда тебе заблагорассудится.

—Хорошо-хорошо. Ухожу, — сказал мужчина, выходя из комнаты.

Райан вышел и закрыл за собой дверь. Что ж, все пошло наперекосяк. Он надеялся пообедать с Эмми, после поработать в кабинете, а потом пойти спать. Именно так проходили его дни, когда он был дома. Ему нравилась эта рутина, но, похоже, обед не состоится, поэтому мужчина сразу отправился к себе в кабинет.

Этим вечером Райан плодотворно поработал четыре часа, и после, наконец, залез в кровать, погрузившись в очередной беспокойный сон. Ему опять снилась сестра. Он ненавидел просыпаться после таких снов, потому что пару мгновений после пробуждения, ему казалось, что она жива, но потом, окончательно просыпаясь, он вспоминал, что это не так. Казалось, что ему вонзают кинжал в сердце, когда он терял ее раз за разом.

Когда на следующее утро он припарковался у дома Дорис, то уже опаздывал на работу на десять минут благодаря Эмми. Утром они опять поссорились. Спустившись с лестницы, она заявила ему и его домработнице, Тамлин, что больше не будет есть свой завтрак, так как собирается стать вегетарианкой. В ответ на это Райан отметил, что Тамлин уже потратила свое время и усилия, чтобы приготовить ей завтрак. А ей не надо быть вегетарианкой только потому, что так поступают знаменитости. Эмми расстроилась и спросила, неужели ему наплевать на животных, и вообще он ничего не понимает. Райан надеялся, что поймет, что бы то ни было как можно быстрее, иначе в доме будет невозможно находиться.

Дорис уже сидела на порожке. Райан огляделся. Место выглядело еще хуже в утреннем свете. Солнечный свет был беспощаден, освещая все недостатки, которых было много. На грязном газоне одиноко стояла детская площадка. Он искренне надеялся, что дети не забираются на нее. Брошенная ржавая сушилка стала гнездом для птиц. Лежащие на земле старые покрышки завершали эклектичный пейзаж. Дорис поднялась сразу, как увидела его, неуклюже обежала машину и села на пассажирское сидение. Ее лицо было слегка красным, возможно, она обгорела на солнце после вчерашней прогулки.

Она села, не проронив и слова, и он понятия не имел, что сказать. Часть его, очень большая часть, не могла поверить, что Дорис все еще на него работает, более того, мужчина за ней заехал. В его машине еще не сидел ни один сотрудник... Ну, это было не совсем так, но Райан прекрасно помнил, чем все это закончилось, и не собирался совершать подобную ошибку дважды.

— Привет, — мягко сказала она, сжав руки на коленях, будто нервничала.

— Привет, — неловко ответил Райан. Он чувствовал себя косноязычным, чего ранее за собой не наблюдал.

Тишина. Такая неловкая, что звенел воздух. Он хлопнул по рулю, и это был единственный звук в машине.

— Погода улучшилась, — наконец, она заговорила.

— Дождя нет, — ответил он.

— Да! — после ее слов опять воцарилась неловкая тишина.

Боже, она должна получить свою машину обратно. Как можно скорее. Обычно Райан наслаждался дорогой на работу, в это время он мог подготовиться и настроиться перед предстоящим рабочим днем, который был больше похож на хаос. В данный момент, ни о каком наслаждении не может быть и речи.

— Хотя немного ветрено, — снова заговорила она после настолько продолжительной паузы, что мужчина не сразу понял, о чем девушка вообще говорит.

— Вы о чем? — спросил он.

— О погоде. Нет дождя, но ветрено.

Она стала теребить руки, Райана это бесило. Он ненавидел это действие, оно его отвлекало.

Он бросил на нее взгляд, а потом посмотрел на ее руки. Она сразу же остановилась. Чтобы прервать затянувшуюся тишину, Райан включил радио. Заиграла одна из популярных песен, которую, возможно, слушает Эмми. По крайне мере они больше не сидят в тишине.

Райан вздохнул с облегчением, когда, наконец, заехал на свое место на парковке. Он услышал ужасный звук, исходящий от сидящей рядом Дорис. Она подпевала песне.

Он продолжал наблюдать за ней пару минут, после чего заглушил мотор. Музыка сразу же прекратилась, но она продолжала подпевать, пока не осознала, что музыка выключена.

— Извините. Я пою, когда нервничаю! — девушка закрыла свой рот ладонью, а потом вылезла из машины и побежала в здание.

Она пела также хорошо, как и каталась на велосипеде, но по какой-то непонятной причине Райан понял, что улыбается.

ГЛАВА ОДИННАДЦАТАЯ

Поппи

Нет дождя, но ветрено?

Боже, что я сказала? Как только с моего языка сорвалось последнее слово, я поняла, как глупо это звучит. И его реакция это подтвердила. Он промолчал, но его поведение все сказало за него: мимолетные жесткие взгляды, сухие ответы... Было очевидно, что я ему не нравлюсь. Тогда зачем нанимать меня?

Но что, действительно зацепило – его запах. Как только я села в машину, меня окружил этот теплый, пряный, мыльный, божественный, мужской – я могу продолжать бесконечно – аромат. Он проник в меня, и сейчас, когда я уже сидела за своим новым странным рабочим местом, все, о чем могла думать, так это о нем. Этот аромат прицепился ко мне и не испарялся. Пока Райан не видел, я вытащила дезодорант из сумки и пару раз прыснула, чтобы развеять его, но это не сработало. Его аромат прописался на моем рабочем месте.

Как только мы приехали, он сразу отправился в свой кабинет и закрыл дверь. Я понятия не имела, что должна делать, и была не уверена, собирается ли Райан мне рассказать. Его кабинет из стекла находился в нескольких футах от меня, а значит, мистер Старк мог наблюдать за мной весь день напролет, что он и делал. И даже сейчас мужчина поднял свой взгляд на меня и подозрительно смотрел, будто пытался меня на чем-то подловить.

Я посмотрела на свой стол. Холодный обезличенный предмет мебели без какого-либо характера. Я открыла ящик стола и вытащила все, что было внутри. Включила компьютер и подумала, есть ли на нем игры, и могу ли я войти на свою страничку в фэйсбук, хотя, скорее всего, он отслеживает историю посещений интернета своих сотрудников. На самом деле, он выглядел помешанным на контроле. Могу поспорить, что весь офис нашпигован подслушивающими устройствами и скрытыми камерами наблюдения для контроля. Я осмотрела потолок в поисках камер, но ничего не нашла. Хотя это ничего не значило. Оглядела открытое пространство, где сидели остальные сотрудники. У них всех, сидящих в маленьких кабинках, было одинаковое хмурое выражение лица. Чем вообще они там занимались? Что они делали целыми днями, эти грустные муравьишки, что приползли в это холодное стальное здание в семь часов утра. Здесь не было никакой радости, никакой жизни.

Без каких-либо указаний и инструкций я не знала, что делать, поэтому отрегулировала свое кресло и поточила несколько карандашей. И только после этого зазвонил телефон. Звук был таким неожиданным и громким, что я подпрыгнула на своем месте. Взглянула на кабинет мистера Старка – он опять пристально смотрел на меня. Я улыбнулась и уставилась на телефон. О, Боже, почему на нем так много кнопок? Одна из них моргала, обычно это говорило о том, что на нее нужно нажать, что я и сделала, неуверенно поднеся трубку к уху.

— Добрый день. Офис мистера Старка, чем я могу помочь?

Спасибо, Господи, за сериал, в котором я снималась, потому что все, что я делала, это повторяла реплики из сценария. Может, я все-таки справлюсь с этой работой?

— Соедините с мистером Старком. Это срочно.

Голос звучал агрессивно.

— Конечно, подождите минуту, я вас соединю.

Черт! Я смотрела на кнопки и не могла понять, как перенаправить звонок. И опять посмотрела на кабинет мистера Старка, мужчина продолжал взирать на меня так, что у меня стыла кровь.

Я опять перевела взгляд на телефон и бездумно стала нажимать на кнопки. Черт! Я облажалась, и он это знал. Мистер Старк так смотрел, будто лазером прожигал, а я уже была готова расплакаться. Осмотрела телефонный провод, он выглядел длинным, и без всякой мысли, затем встала и понесла телефон в кабинет. Может, дотянется? Но длины провода хватило только до двери. Я посмотрела на провод от телефонной трубки, тот, который был закручен. Не думая, я перекинула телефон через плечо и начала тянуть туго свернутый проводосторожно, чтобы не сломать. И, наконец, словно спустя несколько часов, телефон дотянулся до него на пару сантиметров.

— Вот так...

Я быстро передала ему трубку, а потом чуть не споткнулась о телефонный провод, когда выходила из кабинета. Он был натянут до предела, и любое неосторожное движение, могло отправить телефон в полет, как трос для банджи-джампинга. Я села за свой стол. Меня трясло, а мистер Старк продолжал наблюдать за мной со странным выражением лица, которое я не понимала, но оно пугало. А потом он начал разговор и отвернулся.

Я прикусила губу, чтобы остановить себя от слез. Последнее, что мне нужно, так это разрыдаться, поэтому я встала и поспешила в туалет, чтобы взять свои эмоции под контроль. Не знаю, сколько времени я провела в туалете, но как только вышла, стало ясно, что слишком долго. Мистер Старк стоял на пороге своего кабинета, и смотрела на мое пустое рабочее место.

— Извините, мне нужно было... — я подбежала к своему столу и заняла свое место, так и не закончив предложение.

— Пожалуйста, постарайтесь сократить свое отсутствие на рабочем месте к минимуму. Не хочу, чтобы вы пропустили какие-нибудь важные звонки, а они все важные.

— Конечно.

Я кивнула и старалась не теребить руки, так как все еще помнила его презрительный взгляд, что он подарил мне в машине. Боже, этот мужчина будто дракон. Для завершения образа ему нужно лишь выдохнуть чертов огонь.

— Чтобы переключить звонок, нужно нажать сюда, — он подошел к моему столу и нажал несколько кнопок. — И если вам нужно что-то спросить у меня, пожалуйста, не стучите и не заходите в мой кабинет, просто наберите «1-2-4», это мой добавочный номер.

Я кивнула.

— Конечно, так и сделаю, — и заставила себя посмотреть на него. — М-м-м... Я хотела бы спросить, если у Вас будет время. Конечно, знаю, что Вы очень-очень занятой человек с огромным количеством важных дел, м-м-м, но я, правда, хотела бы... м-м-м...

— Прекратите запинаться, мисс Грэнджер! — его жесткий тон заставил меня вздрогнуть. — Если у Вас есть вопрос, то задавайте его.

— Хорошо. Что входит в мои обязанности? — вырвалось у меня.

— Я рад, что Вы спросили. Зайдите ко мне в кабинет через десять минут и захватите блокнот, — он направился к себе в кабинет, но остановился на полпути. — И, пожалуйста, полегче с духами. Здесь нечем дышать.

Я кивнула и натянуто улыбнулась. Работа с этим человеком превратится в ад. Соберись, работа была и похуже. Когда злой брат-близнец Сантьяго, Игнасио, вернулся из джунглей Амазонки и стал генеральным директором, он убил меня.

О, Боже, надеюсь, мой новый шеф не способен на такое? Но, кто знает, на что способен Райан Старк? Некоторые из сотрудников компании посмотрели, как тот зашел к себе в кабинет, а потом быстро опустили свой взгляд, будто бы боялись его.

До меня дошло, что и я его боюсь.

ГЛАВА ДВЕНАДЦАТАЯ

Райан

Ему пришлось отвернуться, после того, как она принесла телефон, иначе бы увидела его улыбку, чего мужчина не хотел. Не говорить работнику, что делать, было обычной практикой. Ему нравилось наблюдать, как они страдают и мучаются, а также за их действиями. Ты многое можешь сказать о человеке, когда кидаешь его в омут – утонет или выплывет. Райан всегда с нетерпением ожидал первого звонка, их растерянности и паники, что следовала за этим, но сегодня был удивлен.

Никто раньше не додумывался подняться с места и лично принести телефон. Многие из них продолжали сидеть на месте и бездумно нажимали на кнопки, пока он не выходил из себя. Другие крались в его офис и спрашивали его, что надо сделать, третьи съеживались под его пристальным взглядом и начинали плакать, когда не получалось переключить звонок, но не Дорис. Она пришла к нестандартному решению. Он не хотел бы повторения, но, несмотря на это, решение было уникальным. Правда, теперь телефонный провод поврежден и растянут.

Райан следил за часами как ястреб, чтобы проверить, насколько она пунктуальна. Мужчина наблюдал за секундой стрелкой, пока Дорис отсчитывала десять минут, и как только часы отсчитали девять минут и пятьдесят пять секунд, она постучалась.

— Войдите, — крикнул он.

Райан посмотрел на ее руки, узнать, что она с собой взяла в качестве блокнота. Их не было в офисе, это был его очередной небольшой тест. Он ненавидел, когда помощники заходили с клочком бумаги, а однажды одна из помощниц писала на руке. Ее записи смылись, как только, та пошла в туалет, и поэтому совершенно ничего не запомнила из того, что он говорил. Ему пришлось ее уволить, но Дорис Грэнджер опять его удивила. Она принесла небольшую стопку бумаги, которую она скрепила вместе. На первой странице он четко увидел ее надпись «блокнот».

— Садитесь, — указал он. — Вы спросили у меня о своих обязанностях.

Мужчина наблюдал, как она положила свой самодельный блокнот на его стол и, взяв остро заточенный карандаш, занесла над первой страницей.

— Да.

Девушка посмотрела на него сквозь свои разбитые очки. Они его раздражали. Что вообще она видит через них? Может, ей стоит купить новые потому, что эти большие фиолетовые очки, что носила Дорис, выглядели так, будто куплены на гаражной распродаже. И это не говоря о том, что они были настолько большими, что было не разобрать ее лица.

— Готова, — уверенно сказала она, хотя ее руки дрожали.

По его опыту, всегда лучше, когда сотрудники боятся: таким образом, никакой дружбы и иных отношений. Так спокойней. Много лет назад он совершил большую ошибку, смешав работу и отношения, для него все закончилось плохо. Ему разбили сердце и серьезно испортили репутацию, она же ушла под ручку с его деловым партнером. Служебные романы, даже дружба – ничего из этого не работает. У него есть доказательства. Никогда не пересекай профессиональную границу.

— Хорошо, — сказал Райан, возвращая свое внимание к этой странной женщине, сидящей напротив него. — Вы должны отвечать на все входящие звонки. У меня есть расписание, Вы получите доступ к нему на своем компьютере и должны постоянно обновлять его согласно моим встречам. Вы понимаете, насколько важны мои встречи, мисс Грэнджер?

— М-м-м... Очень важны, — ответила она.

— Очень – не совсем подходящее описание. Если меня не будет на определенных встречах, эта компания может потерять миллионы. Мне бы не хотелось потом высчитывать эти деньги из Вашей зарплаты.

Ее глаза расширились после этой фразы.

— Нет. Миллионы. Конечно. Я понимаю.

Она перевела свой взгляд на блокнот и написала:

Встречи = Миллионы + НЕЛЬЗЯ ПРОПУСКАТЬ + НИКОГДА (или бедность до конца моей жизни).

Она обвела написанное трижды. Потом подняла свою голову и внимательно посмотрела на него.

— Вам придется справляться с накладками в расписании, это касается встреч и командировок. Вы будете вести записи на совещаниях, а потом напечатаете на компьютере. Копии отправите по почте мне и всем участникам совещания. Я ненавижу «недопониманий», — мужчина подчеркнул последнее слово кавычками в воздухе, — которые всегда возникают, когда дело касается денег, будьте внимательны.

Она лихорадочно писала, а он продолжал без остановки.

— Когда понадобится, Вы будете организовывать командировки, также транспорт в аэропорт и из него. Резервировать отели и транспорт для важных гостей или членов совета, если они приезжают из другого города. Вы должны убедиться, что их все устраивает. Вы будете буфером между мной и другими сотрудниками. Любые вопросы, просьбы о совещании, звонки проходят через Вас – я не хочу, чтобы кто-либо из них заходил ко мне. Это очень важно. Никто не должен беспокоить меня в течение дня. Вы должны приносить мне обед – сэндвич с черным хлебом и курицей без майонеза – из кафе с первого этажа, и черный кофе, без молока и сахара, ровно в тринадцать десять. Потом Вы можете пойти на обед с тринадцати десяти до тринадцати пятидесяти семи, но будьте на своем рабочем месте ровно в тринадцать пятьдесят семь, чтобы приступить к работе ровно в четырнадцать. Далее Вы должны забирать мои костюмы из химчистки раз в неделю. Химчистка находится в квартале от офиса, поэтому Вы можете добраться пешком, раз у Вас нет машины. И также знайте, что будете уходить с работы в то же время, что и я, в случае если что-то произойдет. Вам, возможно, придется задерживаться.

Он наблюдал, как она пишет. Дорис высовывала язык, когда концентрировалась. Райан надеялся, что девушка не будет так делать на совещаниях. Ее рука двигалась быстро, и она кивала на каждое слово, повторяя незнакомые, мужчина надеялся, что и этого она не будет делать на совещаниях. Дорис закончила писать и снова посмотрела на него.

— Безусловно, Ваши переработки будут оплачены, — быстро добавил он.

— К слову о деньгах... м-м-м... ну...

— Перестаньте запинаться, — он терпеть не мог, когда она запинается.

— Извините! — она выпрямилась. — Деньги. Я бы хотела узнать, сколько я буду получать и когда? В объявлении было сказано, что по соглашению сторон, от десяти до пятнадцати тысяч. В зависимости от опыта работы.

Он откинулся в кресле и посмотрел на нее. Ей было не комфортно говорить о деньгах.

— Во сколько Вы себя оцениваете? — спросил он.

— Простите, что? — спросила она.

— Это простой вопрос. Как Вы считаете, сколько заслуживаете получать? Десять тысяч или пятнадцать? Я имею в виду, у Вас же не очень большой опыт? Но, возможно, привнесете что-то новое в работу, какой-нибудь навык, о котором я не знаю? Возможно, если бы у меня были дела в испано-говорящей компании, Вы, например, могли бы быть переводчиком?

После этих слов она побледнела. Она не говорила на испанском, как на родном. Это было ясно так же, как и то, что она никогда бы не выиграла конкурс «лучшего костюма».

— М-м-м... э-э-э... — она закрыла рот рукой. — Извините, не хотела заикаться.

Девушка нахмурилась и поджала губы. Это движение впервые привлекло его взгляд. Ее губы были полными и розовыми, словно конфетка... Он быстро отвел глаза.

— И так, — повторил Райан, — чего Вы стóите?

— Я не знаю.

— Каждый должен знать, чего он стóит, мисс Грэнджер.

Она поменяла свое положение в кресле, выглядела при этом некомфортно.

— Чего я стóю, по Вашему мнению? — наконец спросила она, глядя ему прямо в глаза.

Его тело напряглось, что-то шевельнулось в его душе, но мужчина быстро взял себя в руки.

— Понятия не имею. Я Вас почти не знаю. И даже не уверен в том, что Вы справитесь с этой работой. Я имею в виду, что в течение десяти минут, что работаете, уже повредили телефонный провод, поэтому... — он замолчал, когда увидел ее выражение лица.

Дорис выглядела поникшей.

— У Вас есть время до конца рабочего дня, чтобы сказать, чего Вы стóите, мисс Грэнджер. Свободны, — быстро сказал он, а потом опустил голову. Он удивлялся, почему он чувствует вину за свои слова.

Она встала и направилась на выход.

— Мисс Грэнджер, — окликнул он ее. — У меня сегодня, через час, будет совещание с мистером Грэем. Вы только что говорили с ним по телефону. Он меня чертовски достал, и у меня есть куча куда более важных дел, чем слушать его бубнеж. Зайдите, пожалуйста, через десять минут после начала совещания и скажите, что меня вызывают. И я смогу завершить встречу. Иначе я застряну на два часа, как в прошлый раз.

Она выглядела растерянной.

— Ум-м-м... Конечно. Что мне сказать?

Он пожал плечами.

— Я не знаю. Я уверен, Вы что-нибудь придумаете.

Она задумалась на пару мгновений.

— Думаю, я могу сказать, что...

Он прервал ее:

— Мисс Грэнджер, мне все равно, что Вы скажете или сделаете. Главное, чтобы встреча завершилась как можно быстрее.

— Почему Вы просто не можете сказать, что она закончена?

Он посмотрел на нее и вздохнул.

— Потому что нужно показать, насколько он важен и что для него всегда есть время, хотя его и нет. Все это часть манипуляций и корпоративных игр.

Он не хотел говорить, что также мистер Грэй был другом его отца, а еще являлся вторым крупным держателем акций компании после Райана. В связи с этим мистер Грэй имел большой вес в компании, именно поэтому он повлиял на решение Райана, о котором тот уже начинает жалеть и чувствует себя загнанным в угол. На последнем собрании было ясно, что мистер Грэй общался с акционерами и членами совета директоров за его спиной. Единственный, кто остался при своем мнении, это мистер Раутенбах.

— Звучит ужасно, — сказала Дорис, выдергивая его из своих мыслей.

Девушка развернулась и вышла.

Райан наблюдал, как она выходит. Что-то в ней восхищало его, но и одновременно раздражало.

ГЛАВА ТРИНАДЦАТАЯ

Поппи

Он хочет, чтобы я прервала и остановила совещание!

И как мне это сделать? Я ждала приезда мистера Грэя, затаив дыхание, и вот, наконец, он приехал. Этот мужчина абсолютно не был похож на мистера Грэя из фильма. Он был невысоким и тучным, с ярко-красными щеками и рыжими зачесанными волосами. На самом деле он был больше похож на растянутую версию американского президента, чем на мужчину, перед которым все женщины готовы преклонить колени. Его имя – мистер Грэй – вызывало много фантазий, но было его полной противоположностью.

Сильно нервничая, я ждала, пока пройдет десять минут с начала встречи. Я должна была зайти и прервать совещание, но до сих пор пыталась придумать, как это сделать. Последнее, что я хотела, так это вернуться в его кабинет, где испытала лишь страх и ужас. И пока размышляла, кто-то прошел мимо моего стола и остановился.

— Черт, это мистер Грэй, — сказала она.

Посмотрев на женщину, что стояла рядом, поняла, что видела ее утром.

— Мне стоит рассказать об этом остальным, — быстро сказала она и положила стопку документов на мой стол. — Квартальный финансовый отчет, он захочет на него взглянуть.

Она направилась на выход, но я ее окликнула:

— Почему нужно говорить всем, что здесь мистер Грэй? — спросила я.

Женщина обернулась, ее лицо выражало обеспокоенность. Затем наклонилась и понизила голос:

— Мистер Старк ненавидит его. После встреч с ним он всегда в суперотвратительном настроении. Мы каждый раз опасаемся, когда приходит мистер Грэй.

— О, ясно, — пробормотала я, посмотрев в кабинет. Не нужно быть экспертом по языку тела, чтобы понять, как сильно раздражен мистер Старк. На самом деле мужчина даже не пытался скрыть свое раздражение, в какой-то момент даже закатил глаза и тяжело вздохнул. Боже, он совсем не знаком с правилами приличия? Большинство людей стараются скрывать подобные эмоции, но не этот мужчина. Казалось, он совершенно не собирается скрывать свое недовольство.

— Кстати, меня зовут Джунипер. Я работаю в бухгалтерии, — женщина протянула руку для рукопожатия.

— По... — запнулась я, чуть не выдав свое настоящее имя. — Дорис, — закончила я, пожимая руку. Боже, это основное правило актерства, постоянно находиться в роли.

— Если у Вас когда-либо появятся вопросы, всегда можете спросить меня. Я работаю здесь уже пять лет, что на четыре года и одиннадцать месяцев больше, чем планировала, —Юнипер закатила глаза. Понимаю, что она имеет в виду.Я здесь всего три часа и сорок минут, а уже хочу сбежать.

— Спасибо, — сказала я, пока она возвращалась на свое рабочее место.

Я опять посмотрела на часы. Через минуту должна зайти и положить конец совещанию. Это стало особенно ясно, когда мистер Старк посмотрел на меня. Я подпрыгнула на месте и подошла к кабинету. Я смогу. Я актриса. И постучалась.

— Что? — голос мистера Старка звучал недовольным от того, что их прервали. Определенно он подыгрывал. Я зашла.

— Простите, что прерываю, мистер Старк, но Вам звонят.

Мистер Грэй повернулся ко мне:

— Звонок? — сомнительно спросил он.

Я кивнула:

—М-м-м, очень важный звонок, — быстро добавила я, радуясь, что додумалась, что сказать.

Мистер Грэй смотрел на меня без всяких эмоций, и я улыбнулась. Дорис была улыбчива. Я решила, что улыбчивость будет одной из ее характеристик. Вы ведь не можете злиться на тех, кто улыбается? Мистер Грэй никак не отреагировал, а Райан же стал подмигивать. Очень быстро.

— Вам что-то попало в глаз? — наивно спросила я.

Его глаза расширились, лицо покраснело, он выглядел разозленным. Я еще больше улыбнулась и подумала, что нужно импровизировать. Затем прочистила горло и опять улыбнулась.

—Да! — мой голос был высоким и на грани отчаяния. — Более того, Вам стоит ответить прямо сейчас, мистер Старк. Немедленно. Это кажется очень срочным. Действительно срочным. Голос на другом конце провода был очень...

— Срочным? — тучный старик прервал меня. Он откинулся в кресле и с подозрением уставился на меня. — Я не слышал звонок телефона, — саркастично добавил он, неожиданно меня посетила мысль, что мистер Старк проделывал такой трюк раньше. Мистер Грэй не купился.

— Телефон на беззвучном режиме, — быстро ответила я, но видела, что он мне не верит.

Старик посмотрел на мой рабочий стол, а потом перевел взгляд на меня:

— Интересно, — сказал он. — Я не заметил, чтобы Вы ответили на какой-либо звонок.

— Ну, это потому, что Вы сидели ко мне спиной, — возразила я.

— Я видел вас в отражении стекла.

Он показал на окно, что было напротив него, и да, мой стол отражался в нем.

— Это было сообщение, — сказала я.

— Сообщение? — произнес он с сомнением, и я начала паниковать.

— Да. На мой телефон. Срочное сообщение. И позвольте сказать... В нем было очень много срочных смайликов, — я поднесла свои руки к лицу и открыла рот: — Смайлик кричащего призрака. А-а-а-а, — сказала я и сразу же пожалела, увидев выражение лица мистера Старка. Мое сердце билось в горле от паники. Без задней мысли, я продолжила:

— Соединить с Вами или Вы ответите в другом месте?

Как только я закончила говорить, поняла, какую ошибку совершила.

— Мне казалось, это было сообщение, — влез в разговор мистер Грэй, не упуская нужный момент.

— Э-э-э... м-м-м... — запнулась я, не уверенная, как мне выкарабкаться.

— Мисс Грэнджер новенькая, — наконец вмешался Райан. — Я думаю, она растерялась. Ведь так, мисс Грэнджер?

Он посмотрел на меня, а я закивала.

— Растерялась, — сказала я. — Очень сильно растерялась.

Мои руки и лицо жили собственной жизнью.

— Растерянный смайлик, — сказала я перед тем, как выбежать из кабинета. Я села за свой стол и уронила голову на руки. Я провалилась. И...

У меня просигналил телефон, и я на него посмотрела. Это Райан.

Райан:«Я сказал закончить совещание!»

Как, черт возьми, у него получилось набрать мне сообщение, чтобы мистер Грэй не заметил? Я посмотрела на него и заметила, что пока он говорил с мистером Грэем, рука мистера Старка находилась под столом, и он набирал сообщение. Боже, Райан умеет работать с телефоном. Определенно, у него есть опыт. Мой телефон опять просигналил.

Райан:«СЕЙЧАС!»

Я вскочила с места и огляделась. Я пыталась вспомнить, какую сцену из сериала я могла бы сыграть. И тут меня осенило. Эвакуация, когда крысы-мутанты, используемые в качествебиологического оружия, разбежались по зданию. Я прошла по коридору, где видела кнопку пожарной тревоги. И три, два, один... Нажала на кнопку. Прозвучал сигнал тревоги. Он был настолько громким, что я закрыла уши. И побежала к кабинету мистера Старка. В этот раз я полностью вошла в роль. Отрепетированным движением сделала кувырок вперед и вскочила на ноги.

— Какого черта, мисс Грэнджер? — сказал Райан, когда увидел меня.

Но не сказала ни слова. Вместо этого, я смотрела на них глазами полными ужаса.

— Что? — нервно спросил мистер Грэй. Он, правда, поверил? Может я не такая плохая актриса, как думала? И решила закрепить результат.

Покачала головой. Закусила губу, подняла руки к голове и стала мотать ей из стороны в сторону, как делала Рамона.

— Что? — мистер Грэй поднялся с места. И Оскар получает... Я!

— Все плохо, — мой голос дрожал.

Райан тоже встал.

— Что случилось? — спросил он. Даже он поверил в мою игру.

И вот я продолжила. Это было безупречно и потрясающе... У меня на глазах навернулись слезы.

— Это сдерживающее поле, — сказала я, оглядываясь со страхом назад. Мистер Грэй тоже посмотрел мне за спину.

— Сдерживающее что? — спросил Райан.

— Это катастрофа. Его нарушили, — я завизжала так, что они оба подпрыгнули.

— Мы должны выбираться. Немедленно! — я схватилась за сердце, как сделала бы РамонаГонсалез. Посмотрев в воображаемую камеру, я прищурилась, как Мелания. Первая леди, Мелания Трамп, являлась источником вдохновения для выражений лица РамоныГонсалез. Особенно те, которые изображали страдание и смятение.

Мистер Грэй неожиданно вылетел из кабинета. Я сразу же остановила свою игру, и показала Райану поднятые вверх большие пальцы рук и подмигнула. Я ожидала, что он улыбнется, но нет, напротив, он выглядел недовольно. Он покачал головой в полном неодобрении и выскочил следом за мистером Грэем.

ГЛАВА ЧЕТЫРНАДЦАТАЯ

Райан

Целый час. Шестьдесят гребаных минут, а они до сих пор стояли на аварийной парковке около здания. Райан надеялся, что сэкономит этот час, завершив встречу с мистером Грэем, но Дорис потерпела неудачу. И хотя это был ложный аварийный сигнал – и что, черт возьми, такое сдерживающее поле? – по правилам компании, если сработала пожарная сигнализация, все сотрудники должны покинуть помещение и не возвращаться, пока их не проверят пожарные.

Он подошел к Дорис, хотя весь последний час она его избегала. Как только Райан приближался к ней, она скрывалась за кем-то из трехсот сотрудников, что собрались вместе, но он ее, наконец-то, поймал.

— Целый час, — прошипел мужчина ей на ухо, так чтобы другие не услышали. — Именно столько мы стоим на улице, и столько я хотел сберечь, избежав встречи с мистером Грэем.

Дорис повернулась и посмотрела на него, делая маленький шажок назад. Девушка выглядела испуганной.

— Вы сказали прервать совещание. Вы использовали заглавные буквы.

— Я имел в виду вытащить меня с совещания, а не включить сигнализацию, так что всех пришлось эвакуировать.

— Я пыталась Вас спасти!

— У Вас не очень получилось, — надменно ответил он.

— Что ж, это не моя вина. Значит Вы столько раз проделывали этот трюк с мистером Грэем, что он стал подозревать меня, как только я зашла.

— Может все из-за того, что Вы были не очень убедительны? Вам стоит бросить работу, чтобы стать актрисой.

Последние слова рассмешили ее. Она смеялась так громко, что некоторые сотрудники оглянулись на них.

— Это не смешно, — прошептал он. — Боже, все это просто невероятно. Я не могу поверить, что Вы это сделали. И, ради всего святого, почему Вы сделали кувырок?

— Для драматического эффекта, — сказала девушка и гневно посмотрела на него. — Вы сказали, что все равно, что или как я сделаю. Вы просто сказали прекратить встречу.

Он промолчал, потому что действительно, так сказал, но кто в здравом уме вместо завершения совещания включит аварийную тревогу и будет бормотать что-то о сдерживающем поле, а также делать акробатические движения в офисе?

— Зато посмотрите, — снова заговорила она изменившимся голосом. — Посмотрите, как все счастливы и расслаблены.

— Что? — спросил он.

— Сотрудники. Оглянитесь.

Он так и сделал. Дорис была права. Все улыбались, общались и смеялись. Казалось, они наслаждаются своим перерывом на солнце. Его это взбесило. Работа не для развлечения и общения.

— Думаю, эвакуация помогает укреплению морального духа, — сказала она, довольная собой. — Перерыв на свежем воздухе всегда помогает справиться со стрессом.

Пожарные, наконец, покинули здание и разрешили войти. Все разочарованно вздохнули, что еще больше его взбесило.

— Еще посмотрим, — проворчал он.

Райан подошел к небольшому возвышению и взобрался на него.

— Внимание! — сказал он. — Все сегодня задерживаются на один час, чтобы компенсировать этот перерыв.

Затем спустился и направился внутрь.

ГЛАВА ПЯТНАДЦАТАЯ

Райан

Уже было около полуночи, когда Райан завершил свой последний звонок. Он положил телефон и встал, разминая спину, которая отваливалась. Голова раскалывалась, и он принял аспирин.

Мужчина взял свои вещи, вышел из кабинета, и увидел ее. Ее. Он почти забыл о ней. Он почти забыл о Дорис Грэнджер, той, что работала на него и той, что стала героиней дня, а сейчас сонно сопела за своим рабочим столом.

Он тихо подошел к ее столу. Она была необычной. Удивила его с телефоном, а через секунду добила аварийной эвакуацией. Он только собрался ее будить, как она коротко простонала и вздохнула, будто бы ей приснилось что-то приятное. Сам он не может вспомнить, когда последний раз ему снилось что-либо хорошее. Он так и завис над ней, очарованный ее сопением и тем, как она морщила свой нос. Она закинула свои громоздкие очки на голову, и ему вдруг стало интересно, как она выглядит без них.

— ЧТО?! — она неожиданно подпрыгнула, словно почувствовала, что над ней кто-то стоит. — Кто? Где... О, Боже, я заснула? Сколько времени... Сколько?

Она лихорадочно осмотрелась, на несколько мгновений забыв, где находится. Потом подняла голову и встретилась своим сонным взглядом с его... И...

Без очков он, наконец, смог рассмотреть ее лицо. Он был поражен. Ее глаза завораживали. Они были большими и необычного янтарного цвета, сейчас они казались золотистыми. Она была обладательницей высоких скул, а ее лицо было украшено маленькими веснушками. Он пытался что-то сказать, но не мог. Дорис же быстро натянула свои очки обратно, и ее прекрасные черты лица скрылись из виду.

— Извините, я не хотела заснуть.

Затем вскочила на ноги, будто под них бросили петарду, и схватила сумку.

— Я готова, — сказала Дорис, но потом смачно зевнула, быстро закрыв рот рукой, будто бы ничего и не было. В этот раз он не смог сдержать улыбки, совершенно забыв, что решил ей не улыбаться.

— Пойдемте!

Райан быстро стер улыбку с лица и направился к лифту. Они спустились на первый этаж, прошли вестибюль и вышли на парковку. Он обернулся и заметил, что Дорис с трудом за ним поспевала. Она шла на носочках, словно акробат по натянутой проволоке. Он осмотрел ее ноги.

— Что случилось? — указал он на них.

— О, колени и лодыжки болят после аварии на велосипеде, и, мне кажется, что я наступила на несколько колючек.

Она очень странно шла, балансируя на кончиках пальцев, перекатываясь, избегая вставать на пятки.

— Вы их продезинфицировали?

Она остановилась и подарила ему озадаченный взгляд.

— Использовали антибактериальный лосьон или антисептик, что-то подобное? — разъяснил Райан. Он ненавидел повторять.

— Если Вы имеете в виду, помыла ли я их с мылом, то да!

Он вздохнул.

— Тогда заражение Вам гарантировано!

Он был раздражен тем, что женщина, находящаяся рядом с ним, в любой момент может получить инфекцию. Кто так себя ведет?

— Это всего лишь ссадины, — она продолжала идти своей странной походкой. Девушка напоминала смешную помесь фламинго и кенгуру, передвигаясь скачкообразными движениями.

— Я так предполагаю, Вы еще и не все колючки вытащили? — мужчина указал на ее узкие ступни, пока они, как ни странно, но все же шли по парковке.

— Некоторые из них были так глубоко, что я не смогла их вытащить, но не волнуйтесь, уверена, они скоро сами вылезут.

— Колючки сами по себе не исчезнут! — он громко фыркнул и повернулся к машине.

Райан слышал звук ее маленьких шагов позади, и больше не мог терпеть. Он открыл заднюю дверь машины и указал на сидение.

— Забирайтесь назад! Сейчас!

— Что? — она остановилась и с паникой уставилась на заднее сидение.

— О, Господи, я не пытаюсь затащить Вас в машину, чтобы заняться сексом! — сказал он, чтобы не было недопонимания.

Девушка вскинула голову, ее рот слегка приоткрылся, а золотистые глаза стали большими, как блюдца.

— А зачем? — спросила она.

Он покачал головой. Ненавидел объяснять свои действия. Особенно своим сотрудникам. И обычно не было необходимости. Никто не задавал вопросов. Никто кроме нее.

— Садитесь уже!

Он указал на заднее сидение, а сам направился к переднему пассажирскому. В бардачке он хранил аптечку с лекарствами на все случаи жизни. Когда его сестра болела, она поцарапала ногу, а в тот момент они были за городом. Ее организм был так истощен, что инфекция очень быстро распространилась. Если бы только у него были лекарства для дезинфекции, возможно, заражение не было б таким быстрым. После этого случая он всегда брал с собой аптечку со всевозможными медикаментами, но не предполагал, что она ему потребуется на работе.

Райан взял аптечку и вернулся к ней. Дорис сидела на заднем сидении, а ее ноги болтались в воздухе. Она смотрела на него с беспокойством, и по какой-то причине, этот взгляд его раздражал и в тоже время казался милым. Шок, отразившийся на ее лице, когда он произнес слово «секс», позабавил его. Боже, Райан даже не помнил, когда последний раз у него был секс, да что говорить, он не помнил, когда думал о нем. Секс всегда такой беспорядочный, не только в физическом плане. Когда примешивались эмоции, все становилось еще более запутанным и безобразным, очень быстро. А мужчина в своей жизни предпочитал порядок и аккуратность. Год назад у него была короткая интрижка со случайной женщиной на конференции, но подобная связь не удовлетворила его потребностей, лишь слегка их приглушила, но с тех пор... Ничего. Он даже не скучал по сексу, был слишком занят, чтобы задумываться о чем-то столь незначительном.

— Подвиньтесь дальше и вытяните ноги на сидение, — махнул он ей.

— Что, простите? — девушка посмотрела на него и замерла, как олененок в свете фар.

— Ну, колени сами себя не продезинфицируют, — Райан опять махнул, чтобы она подвинулась. Медленно и неуверенно Дорис залезла внутрь, вытянув свои ноги. Он открыл медицинскую сумку, вытащил тюбик мази, снял крышку и выдавил лекарство на ватку. Он был готов нанести мазь на колени, но замер. Юбка Дорис задралась до ее бедер, что осталось для нее не замеченным, под таким углом мужчина мог увидеть ее симпатичные розовые трусики. Его дыхание сбилось, Райан быстро отвел глаза, но было поздно потому, что спустя столько времени из-за этого случая он думает о сексе...

ГЛАВА ШЕСТНАДЦАТАЯ

Поппи

Что-то в воздухе изменилось. Происходило что-то странное и необъяснимое, и я не могла понять, что. Он смотрел на мои колени таким сфокусированным и напряженным взглядом, будто ничего другого не существовало, будто бы боялся смотреть на что-то кроме ее коленей. Его голубые глаза потемнели, может это из-за света? Мужчина сжал челюсти, и его тело напряглось. У меня же все сжалось внутри, и по телу прокатилась дрожь. Что происходит?

Я тяжело сглотнула, словно что-то застряло в горле, и посмотрела на его руки, что зависли над моей коленкой, с ваткой. И неожиданно представила картину, как он роняет ее и опускает свои руки на мои колени. Сжимает их своими большими руками, а потом ведет ими вверх по ногам к бедрам, впиваясь своими пальцами мне в кожу, поднимаясь все выше и выше, и...

Боже, я почувствовала себя извращенкой. По правде говоря, я была чертовски неудовлетворенной. У меня не было секса долгое время с тех пор, как я рассталась со своим последним парнем. И он не тот, о ком стоило бы писать. Мне не особо везло ни в любви, ни в сексе. У меня была ужасная способность привлекать абсолютных идиотов и неудачников, которые не могли похвастаться успехом в постели или в чем-либо другом. Иногда я думала, что обречена к жизни с заурядным сексом с мужчинами, которые зарабатывают меньше, чем я – и это о многом говорит.

Но его рука не сделала то, о чем я нафантазировала. Вместо этого, неожиданная боль от контакта антисептика и поврежденной кожи на моем колене заставило меня вздрогнуть.

— Ой! — я напряглась от боли, которая усилилась.

— Не двигайтесь, а то будет больнее, — строгий голос спустил меня на землю и убил любую мысль о сексе, а возбуждение исчезло, будто его и не было. Я старалась не двигаться, пока он наносил мазь на мои колени и заклеивал их большим пластырем.

— Снимите свои туфли! — его командирский тон заставил меня поежиться.

— Зачем?

— Колючки. Или вы хотите оставить их и подождать, пока у вас не разовьется гангрена?

— М-м... Вы же не собираетесь... м-м... — я с ужасом смотрела, как он достает иголку и пинцет из сумки.

— Я попробую, — сказал он, еще раз указав на туфли. — Снимите свои туфли, и мы, наконец, закончим с этим. Я бы хотел вернуться домой до восхода солнца. А Вы нет?

— Все нормально, — я подтянула свои колени к себе. — Вы не должны этого делать. Все хорошо.

Он всматривался в меня пару секунд и выглядел при этом раздраженным, а потом его лицо смягчилось.

— Вот. Держите, — он убрал иголку и пинцет в сумку и протянул ее мне. — Возможно, у вас есть кто-то, кто поможет вам с колючками? — Он задал вопрос напряженным голосом. — Возможно, Вы с кем-то живете?

—Живу с кем-то? — я взяла протянутую сумку.

— Это очень простой вопрос, мисс Грэнджер. У Вас либо есть кто-то, кто поможет вытащить колючки из ноги, либо нет.

Я кивнула и, без понятия почему, солгала. (Кажется, я много вру ему).

— Да, у меня есть дома тот, кто мне поможет.

Я взглянула на него и заметила, как его плечи слегка опустились. Я почувствовала необходимость поправить себя.

— Нет. Нету. Я ни с кем не живу. Я живу одна, — сказала я.

Он приподнял бровь.

— У Вас не очень-то получается прямо отвечать на вопросы.

— Неправда, — возразила я.

— Правда. Я спрашивал, почему я должен нанять Вас, и Вам было нечего сказать. Я спросил, чего стоите, и Вы понятия не имели. Потом я спросил есть ли тот, кто поможет, сначала Вы ответили, что есть, а теперь опровергли это.

— М-м-м, — протянула я. Он был прав.

— И так? — опять спросил он.

— Нет. У меня нет никого, кто помог бы мне вытащить колючки из ног. Хотя я могла бы попросить своего сомнительного соседа, который постоянно на крэке, или метамфетамине, или героине, или... Черт возьми, я понятия не имею, какие наркотики он принимает, но поверьте мне, принимает. Есть еще один сосед, которого я сейчас избегаю потому, что никогда не верну ему велосипед, и надеюсь, что он не убьет меня и не украдет мой телевизор в качестве возмещения. А все потому, что я живу в каком-то странном гангстерском рае.

Я перестала говорить, вернув ему сумку, и сняла свои туфли.

— Так что. Сделайте это.

Я вытянула свои ноги в его сторону, надеясь, что они не пахнут.

Он пару секунд рассматривал меня, а потом посмотрел на мои стопы и начал вытаскивать колючки. Я вздохнула. Самое странное, не могла понять, что со мной происходит – позволять моему новому начальнику вынимать колючки из стоп – или, на самом деле, это самое милое, что кто-либо делал для меня.

О чем я только думаю... Странно. Чертовски странно. Хотя, чему тут, черт возьми, удивляться? Я солгала в резюме, сменила имя, придумала себе роль и сменила стиль одежды, чтобы устроиться на работу, о которой я ничего не знаю... Все это странно.

— Я закончил, — неожиданно сказал он.

Я провела по своим ступням, они казались полностью гладкими.

— Спасибо.

Я была очень благодарна за то, что он вытащил все эти маленькие колючки. Они причиняли все большую боль с течением времени.

Он обошел машину и сел на водительское сидение. Затем повернулся ко мне и нахмурился.

— Это не такси!

— Верно!

Я перелезла через подлокотники посередине и села на пассажирское сидение.

— Вы знаете, сзади были двери.

— Извините, — сказала я.

Он завел машину, и мы ехали в полном молчании вплоть до моего дома.

— Спасибо, что подвезли, — я потянулась к двери.

— Подождите. Я лучше Вас провожу. Здесь не безопасно.

Я усмехнулась.

— Я думаю, все будет в порядке. Мне осталось пройти всего пару метров.

— Что насчет всех Ваших подозрительных соседей? — спросил он.

— М-м-м... — я повернулась и с любопытством посмотрела на него. — Вы серьезно?

— Да. Когда сотрудник говорит мне, что сосед может его убить или украсть телевизор, я воспринимаю это серьезно.

Его голос был невозмутим, и я не могла понять шутит он или нет. Не могу сказать, что шутила, ведь есть такая вероятность, что «Маленький Майк» может прийти за своим велосипедом в очень плохом настроении.

— Ну, хорошо, — я открыла дверь и вылезла из машины. — Лично я больше бы беспокоилась оставить свою дорогую машину одну, но, ладно, это же всего лишь я.

И направилась к дому, ожидая, что он уедет. Бедный богач не захочет, чтобы его большой красивый «Порше» украли, но он не уехал, напротив, последовал за мной.

Я достала ключи и начала возиться с замком. Чтобы открыть дверь был один трюк, а именно нужно было ее ударить. К счастью, РамонаГонсалез учила боевые искусства. Наконец, дверь открылась, а лицо начальника вытянулось, как только он взглянул внутрь.

— Как долго Вы тут живете?

Он посмотрел в темный коридор с одинокой мигающей лампочкой. Она мигала уже пару месяцев, и никто не позаботился ее поменять.

Я усмехнулась.

— Слишком долго.

Переезд сюда должен был быть временным. Я собиралась здесь недолго пожить, чтобы скопить денег на лучшее место, но не сработало. Думаю, я должна была понять, что все в моей жизни складывается не так, как планирую. Все очень осложнилось после смерти моей матери. Когда она заболела, то не могла какое-то время работать. Ее счета накопились, включая и счета за лечение, а так как я была ее ближайшей родственницей, то официально и должна была оплатить их. Бóльшую из них я смогла покрыть, пока снималась в телесериале, но с тех пор как осталась без работы, мне не удавалось постоянно их оплачивать. И сейчас мне названивают из банка чаще, чем мне бы хотелось. Поэтому мне ужасно необходима эта работа.

Неожиданно он приблизился ко мне и всмотрелся. Выражение его лица заставило меня замереть.

— Я спросил, чего Вы стоите? — он указал на темный коридор за мной. — Думаю, чего-то больше, чем это?

— М-м-м... — у меня не было слов, я была шокирована.

Он подарил мне странный взгляд, а потом развернулся и вышел.

— Увидимся утром, — сказал он через плечо, затем залез в машину и уехал.

Я продолжала стоять, глядя ему вслед, и не могла определиться, что за чувство меня посетило.

ГЛАВА СЕМНАДЦАТАЯ

Райан

Весь дом был погружен в тишину, когда он приехал. И, если честно, он был рад, что Эмми уже спала, особенно учитывая их постоянные ссоры. Каждый раз как они оказывались в одной комнате, атмосфера портилась. Или точнее казалось он делал что-то, что злило/расстраивало/ раздражало/ бесило ее (нужное подчеркнуть). Райан не понимал, что являлось причиной: подростковые гормоны или смерть ее матери.

Прошло почти два года с тех пор, как умерла его сестра-близнец Рэйчел. Заболевание двигательных нервов. Мужчина даже не подозревал о существовании подобной болезни, пока этот диагноз не поставили его сестре. Болезнь была настолько стремительной, что прошло всего лишь восемнадцать месяцев с постановки диагноза до дня ее смерти. Он был опустошен в тот день, но преобладающим чувством было все же облегчение. Можете не верить, но есть вещи намного хуже смерти. Райан был свидетелем того, как у его сестры отказали все мышцы, и она оказалась в инвалидном кресле, не могла самостоятельно есть, глотать, даже говорить. Рэйчел с Эмми переехали к нему вскоре после диагноза, и он нанял самую лучшую сиделку, но даже все деньги мира не могли спасти его сестру. Если есть деньги, можно купить множество вещей, но не жизнь. Райан не знал, что хуже: знать, что сестра умерла, или смотреть, как она страдает. Если это была б неожиданная смерть, наверное, было бы легче. Вот она жива, а потом исчезла. К сожалению, все было по-другому потому, что она уже их покинула до того, как умерла, и это было самым сложным. Его сестра физически была рядом с ними, сидя в инвалидном кресле, но Рэйчел, которую они знали, исчезла. Жестокой правдой этой болезни было то, что в некоторых случаях, таких как у его сестры, после того, как отказывают мышцы, сознание тоже меркнет.

Райан поднялся по лестнице, приблизился к комнате Эмми, но сразу же остановился и прислушался. У нее горел свет, но мужчина понятия не имел, чем она занимается. Он поднял руку, чтобы постучать, но остановил себя. Райан очень хотел понять Эмми, но понятия не имел как, особенно, когда та так сильно от него отдалилась. Поэтому прошел мимо, в свою комнату, и закрыл за собой дверь. Затем снял с себя одежду и посмотрелся в зеркало. Он давно не посещал спортзал, и немного потерял форму. На самом деле ему не помешало бы вернуться к тренировкам. Мужчина провел по своим рукам и погладил свою татуировку. Улыбнулся. Как-то раз они с Рэйчел проводили свои каникулы в Таиланде. Они были молодыми, дикими и необузданными, много пили и оказались на одной сумасшедшей островной вечеринке, где сделали парные татуировки. Было весело. А теперь казалось, что та жизнь принадлежала совершенно другому человеку, и он совсем не знал того парня. Сразу после возвращения из Таиланда он поступил в бизнес-школу, как хотел его отец, потом стал управлять компанией, опять же, как тот хотел. Папа любил говорить, что раз компания носит их имя, то и управлять ей должны они. И, честно говоря, если бы Райан мог делать со своей жизнью, что хотел, то возможно, он не стал бы управляющим. Не то, чтобы он знал, чем хотел заниматься, но все же. Рэйчел же, напротив, ничего не делала, как хотел их отец. Райан всегда восхищался этим и завидовал ей. Сестра была намного смелее его. Она все делала по-другому, и жила в своем собственном ритме. Мужчина забрался в кровать, и его мысли вернулись к Дорис. Он сегодня был близок к тому, чтобы потерять контроль.

Слишком близок.

Рядом с ней был момент, когда все, что он хотел, это опять быть диким и спонтанным. Он хотел сорвать ее уродливую одежду и очки. Было что-то в ней, что заставляло его сердце сбиваться с ритма. Определенно она была опасна. Что было удивительно, так как она весь день выводила его из себя, вспомнить хотя бы то, что она самостоятельно нарушила рабочий день трехсот сотрудников и заставила их покинуть здание.

Он посмотрел на потолок, и неожиданно, поймал себя на мысли, что ему интересно, как выглядит потолок у Дорис. Если судить по коридору в том доме, то отличался от его. Это беспокоило, и он никак не мог себе объяснить почему.

Черт побери, ему надо спать, но гребаная Дорис Грэнджер не покидала его мысли, ковыляя на своих дурацких ногах с занозами. Каждый раз, когда он думал о чем-то другом, его мысли по-прежнему возвращались к ней. К Дорис с ее дурацкими очками. К Дорис с ее отвратительной одеждой, с раздражающим заиканием и со ссадинами на коленях. К Дорис с ужасной привычкой высовывать язык, когда пишет, ее сопением, когда она спит, ее кувырком в офисе. Она была квинтэссенцией всего, что его раздражало.

Так почему он о ней думает?

ГЛАВА ВОСЕМНАДЦАТАЯ

Поппи

Я не могла найти себе места в своей маленькой квартирке. И очень давно не чувствовала себя так чертовски странно и неспокойно. Я стянула дурацкий парик и бросила его на пол. Моя голова чесалась из-за него целый день, и я успела тысячу раз пожалеть о самой идее одеть его. Затем расплела тугую косу, которую сделала утром, и мои длинные каштановые волосы оказались на свободе. Голова так чесалась, что я не могла удержаться – думала, что сдеру с себя скальп, но отсутствие парика меня не успокоило.

«Чего вы стóите?»

Этот вопрос задел какие-то струны моей души, те самые, что заставляют меня нервничать. Внутри все сжалось от воспоминаний, фраз, которые стали всплывать в памяти...

«Черт побери, я совсем не хотел этого ребенка!» Слова, что сказал мой отец в ту ночь, когда ушел из дома. Эти слова постоянной крутились в моей голове на протяжении многих лет, и я пыталась понять, что должна была сделать, чтобы он захотел такого ребенка, как я.

«Она никогда ничего не добьется», — сказал один из учителей, когда я провалила тест. В школе я не была хорошисткой. Я пребывала в своих мечтах, а не в классе, и как результат, с трудом окончила старшую школу. Классическое обучение не мой конек.

В спорте я тоже не преуспела. В первый же раз, когда играла в теннис, мне попали ракеткой по лицу, и я помчалась в больницу со сломанным носом... Вернее я сама себе попала по лицу, когда пыталась отбить удар. Я присоединилась к шахматному клубу, но поняла, что мне не хватает ни терпения, ни способностей к стратегическому мышлению. Я пробовала играть на музыкальном инструменте, но почувствовала головокружение, когда дула во флейту. Я никогда не была достаточно красивой и уверенной в себе, чтобы быть с популярными ребятами. Повзрослев, не стала амбициозной или достаточно умной, чтобы поступить в колледж и взбираться по карьерной лестнице в дизайнерском костюме. Единственный раз, когда я в чем-то себя проявила, это когда играла в школьном спектакле. Все громко смеялись и хлопали мне. Именно тогда я могла почувствовать себя достойной чего-нибудь.

Единственный человек, который в меня верил, это моя мама, но сейчас она мертва. Рак! Я до сих пор не могу смириться с идеей, что такой хороший человек должен заболеть раком. Определенно, только злодеи должны мучиться от таких ужасных болезней, а не добрые люди, которые освещают наш мир своими улыбками. Жизнь несправедлива! По крайней мере, она была рядом со мной, пока я росла.

Моя мама сделала все, чтобы мое детство было счастливым, не смотря ни на что. Моя мама была флористом, и мы жили в квартире над ее цветочным магазином. Следует отметить, что моя мама была не просто флористом, она была художником, а цветы — ее «красками». Мне очень нравилось жить над цветочным магазином: внизу было так много цветов и растений, и они часто оказывались в нашей маленькой квартире. Когда я была маленькой, думала, что живу в джунглях, как на картинках в книгах. У меня было столько приключений под большими папоротниками и комнатными растениями, что занимали почти все поверхности в нашей квартире. А когда подросла, работала по выходным в магазине, помогая маме создавать красивые букеты для клиентов. Однажды она получила большой заказ на украшение свадьбы знаменитости, и мы вдвоем днями и ночами работали над потрясающими композициями из душистых лилий. Мы не спали всю ночь, делая букеты, слушая старые записи ДженисДжоплин и попивая сладкий горячий шоколад с маршмэллоу. А на следующий день я не пошла в школу, мама отпросила меня, и мы вместе целый день смотрели мыльные оперы, сидя на диване. Мама очень любила мыльные оперы. Как бы я хотела, чтобы мама увидела меня в сериале, даже так недолго. Думаю, она бы гордилась. Хотя, наверное, не гордилась бы мной сейчас, когда я превратилась в наглую лгунью.

Я подошла к холодильнику и открыла его. В нем ничего не было, кроме арахисовой пасты. Черствые крекеры я доела утром. Я вытащила банку и засунула в нее ложку, набрала немного пасты и засунула ее в рот. Знаю, хранить арахисовую пасту в холодильнике странно, но когданет кондиционера, а окна не открываются летом, квартира превращается в небольшую сауну. И позвольте заметить, что оттереть с ковра растаявшее арахисовое масло очень сложно.

Я подошла к крану, налила воды в лейку и начала поливать мои растения. Когда умерла мама, я стала обладательницей каждого из ее цветов. Их было очень много, так что они заполнили всю мою квартиру, даже больше, чем в моем детстве. Несмотря на это я решила оставить их все; моя мама очень их любила, и значит, память о маме будет жить вместе с этими растениями. Я дошла до горшка с ромашками и осмотрела их. Моя мама любила ромашки, также как и маки, если судить по моему имени (примечание: Poppy с англ. Мак). Она всегда любила приговаривать: «Яркая, как ромашка, и очаровательная, как мак». Одна из ромашек завяла. Я выдернула ее. Мои мысли опять вернулись к Райану Старку и к бедному растению, что погибало в его кабинете. Я должна это исправить. Я не могу сидеть сложа руки и позволить ему умереть, мама так бы не поступила. Я почти выкинула ромашку, когда меня посетила идея. Я взяла один из лепестков и ...

— Он меня ненавидит, он меня не ненавидит. Он меня ненавидит, он меня не ненавидит... — громко говорила я, отрывая очередной лепесток. Продолжала так, пока не приблизилась к последнему. И рассмеялась, когда закончила на фразе «он меня не ненавидит».

— Если бы, — пробормотала я, слыша громкий крик. Посмотрела на свой потолок. Лампочка опять раскачивалась, а значит, наверху соседи опять дрались. А это значит, что скоро здесь будет полиция, и наркоторговцы будут бегать по лестнице, чтобы спрятать свой товар, как только услышат сирены. Чудесно! Еще одна ночь в раю. Определенно нужно отсюда выбираться. Это чертово везение, что меня еще не ограбили, или того хуже. Я зашла в маленькую клетушку, что служила мне ванной, и начала чистить зубы. Я посмотрела на счета, которыми заклеила грязное окно. Вовсе не для того, чтобы о них помнить, а потому что застала своего стремного соседа за подглядыванием. У меня не было штор, поэтому использовала, что было – пачку счетов от банка и больницы, которые продолжали приходить. По крайней мере, для этого они и пригодились. Я прополоскала рот, сплюнула, а потом причесалась.

Затем подошла к своему зеркалу, разделась и посмотрела на себя. Мои розовые хлопковые трусики определенно не сочетались с лифчиком, собственно я не из тех, кто на этом помешан. Провела руками по своему животу и немного стянула трусики, оголив злополучную татуировку на бедре. Там было написано «on». Я вздохнула. Не самое лучшее воспоминание. В старшей школе я думала, что была влюблена в Леона (примечание: Leon). И мы помчались в тату салон, чтобы сделать парные татуировки в виде наших имен, а спустя три недели расстались. Я пыталась свести татуировку, но было так чертовски больно, что я вытерпела лишь удаление двух букв «L» и «e». И теперь на моем бедре будто бы инструкция к действию (примечание: «on» – завести, включить). Один из парней предложил добавить слово «turned» перед «on». Получилось бы в переводе с английского «возбуждена». В тот момент его комментарий свел все мое возбуждение на нет, и я отправила его собирать свои вещи.

Я пересекла комнату и забралась на кровать. Моя квартира была настолько маленькой, что гостиная, столовая и спальня находились в одной комнате. Была маленькая полка, на которой стояла микроволновка, под ней стоял небольшой холодильник, что и называлось кухней, а потом была маленькая ванная с душевой, в которой не было напора воды.

Я попыталась расслабиться на маленькой скрипучей кровати, но это было нелегко, особенно когда я неожиданно подумала о взгляде, что подарил мне Райан, когда намазывал мое колено...

Я знала этот взгляд, но парни, которые так на меня смотрели, были из тех, что тусили в дешевых барах или на барахолках, и до сих пор жили со своими мамами. А такой мужчина, как Райан Старк, никогда еще на меня так не смотрел.

Я хихикнула. Скорее всего, я себе все придумала. Он определенно меня ненавидит. Или нет? Я не могла понять. Он обработал мои ссадины, вытащил колючки, что было очень заботливо, но это сменилось раздражительностью, что ввело меня в ступор. Я посмотрела на часы, висящие на стене. Пора спать, а то мой начальник приедет через пару часов.

ГЛАВА ДЕВЯТНАДЦАТАЯ

Райан

Пока ехал за Дорис, он нервничал, что было для него непривычно. Возможно, это связано с тем, что он встал в полпятого утра после напряженного графика работы и подробного эротического сна о Дорис. Мужчина не мог вспомнить, когда в последний раз ему снились подобные сны, может, когда был подростком, но, вот! Он ему приснился, и это чертовски неправильно и неудобно, и...

Горячо!

Его нервозность достигла пика, когда Райан подъехал к ее дому, и увидел девушку сидящей на крыльце. Сегодня она была отличным образцом некрасивой одежды. На ней была странная фиолетовая блузка с кружевами, которая была, ему неловко говорить, но... отвратительной. Просто ужасной. Одна из самых худших вещей, что доводилось ему видеть за последнее время. Его мама носила что-то подобное в восьмидесятых, когда еще делали пышные прически. В то время такая одежда считалась очень женственной, но сейчас что-то подобное... Нет. Просто нет!

Дорис встала и подошла к машине. Ее внешний образ завершала юбка-карандаш до колена и вишенкой на торте была пара треснувших очков в форме кошачьих глаз. Он вздохнул. И как, черт возьми, он возьмет ее на совещание? А у него очень важная встреча с акционерами и директорами. Кроме того, существует дресс-код в фирме. Это же деловая среда, а не вечеринка в стиле восьмидесятых. Он не говорил, что надеется на офисное платье от Ив Сан Лоран, но не это же фиолетовое... И там что, есть подплечники?

— Привет!

Она забралась в машину, а его тело непроизвольно напряглось из-за ее присутствия.

— Привет, — пробормотал Райан, выезжая с обочины. А потом они ехали в полной неуютной тишине, что случалось достаточно часто между ними, но что еще ожидать, у них нет ничего общего. На самом деле, у него с Дорис Грэнджер столько же общего, сколько и с экзотической райской птицей. Она совершенно не вписывалась в его жизнь, но вот она сидит в его машине.

— ОСТАНОВИТЕ МАШИНУ!!! — нарушил тишину громкий окрик, когда он проезжал последний квартал до офиса.

Райан дернулся от испуга и вжал педаль тормоза до упора, но ради чего? Мужчина понятия не имел. Как только машина остановилась, Дорис выскочила и побежала к тротуару. Он смотрел на нее в полном замешательстве. Райан думал ее поведение не может быть еще страннее, а теперь она выпрыгивает из движущейся машины.

— Какого черта? — пробормотал он. Мужчина включил аварийку и вылез из машины. Он часто стал включать аварийные огни, находясь рядом с этой женщиной. Может это знак? Эта женщина – катастрофа!

Как только Райан подошел ближе, то, наконец, увидел, что она рассматривает. На обочине был раненный голубь. Его крыло было вытянуто, будто бы он не мог его сложить. Первой мыслью Райана было, что его сбила машина, следующей, что возня с раненным голубем на обочине приведет к опозданию на работу. И к его ужасу, Дорис подняла голубя.

— Э-э-э... — он сделал шаг назад. — Вы слышали о птичьем гриппе? Немедленно положите птицу обратно.

— Но он ранен, — сказала девушка.

— Ну, такова жизнь. Просто оставьте его, и пусть природа позаботится о нем.

— Природа позаботится? — повторила она, медленно и осознанно, подавляя ярость в голосе.

— Именно, — сказал Райан, указывая на обочину. — Положите обратно.

— Чтобы он умер? — Дорис пристально посмотрела на него.

— Ну, а что Вы собрались с ним делать?

— Отвезти к ветеринару, — девушка была настроена решительно. Да, она определенно не шутила.

— Никто не отвозит раненных голубей к ветеринару!

— Кто так сказал?

— М-м-м...

Кто так сказал?

— Я не знаю, но уверен, что Вы не бегаете по городу, высматривая каждую раненную птицу, чтобы отвезти ее к ветеринару.

Ее взгляд мог убить.

Райан вздохнул.

— Это жизненный цикл, или что-то подобное.

Но не похоже, чтобы его слова могли изменить ее решение. Он был уверен, что не одержит победу. Дорис выглядела такой решительной и сосредоточенной на своей идее.

— Ладно, но даже не думайте положить его на переднее сидение. Положите в багажник. Там есть коробка из-под обуви. Вытащите ботинки, — сдался он.

Она улыбнулась, и мужчина невольно почувствовал, как у него затрепетало в груди. Он пытался быстро избавиться от этого ощущения. Немедленно.

— Так как я Вам уступил, Вы должны будете кое-что сделать для меня позже.

Райан обошел машину и открыл багажник.

— Что нужно сделать? — спросила девушка.

— Я скажу позже, но Вы должны согласиться сейчас.

— Как я могу согласиться на то, о чем понятия не имею?

— Просто соглашайтесь, — боже, он не привык, что люди с ним спорят.

— Звучит подозрительно, — она странно на него посмотрела.

— Просто соглашайтесь, и мы поедем к ветеринару, чтобы вернуться на работу хотя бы до обеда.

Она пару минут смотрела на него, а потом неуверенно кивнула.

— Надеюсь, это не что-то... ну, Вы знаете, что-то... плохое.

— Плохое? — его мысли сразу же свернули не в ту сторону.

— Я смотрела программу о парне, который отмывал деньги для наркокартеля. Он тоже работал в компании и носил дорогие костюмы, прям как Вы... Поэтому, никогда не знаешь...

Райан моргнул несколько раз. Это последнее, что он ожидал услышать и рассмеялся.

— Вы думаете, я отмываю деньги для наркодилеров?

— Нет, — Дорис прикусила губу. — Я просто говорю, что не хочу делать ничего подозрительного.

— Вы считаете, я подозрительный? — удивился он.

— Вы искажаете мои слова, — расстроено сказала она.

— Не думаю. Вы выразились предельно ясно.

Девушка открыла рот, собираясь что-то сказать, а потом встряхнула головой, передумывая.

— Соглашайтесь уже. У нас не так много времени, — сказал мужчина.

— Хорошо, хорошо.

— Видите, ничего сложного!

Райан обошел машину и забрался внутрь. Он посмотрел в зеркало заднего вида и стал следить, как Дорис возится в багажнике, чтобы поудобнее устроить голубя.

Она была совершенно, абсолютно, до безумия раздражающей!

И почему, черт побери, он пытается скрыть улыбку?

ГЛАВА ДВАДЦАТАЯ

Поппи

Я вытащила дорогие блестящие ботинки из коробки, чтобы положить туда голубя. В голове на мгновение промелькнула мысль положить голубя поверх обуви, чтобы тот насрал в них, в наказание за идею о том, чтобы оставить раненную птицу на дороге. А потом что-то зацепило мой взгляд...

Я вытянула руку и дотянулась до предмета в багажнике. Теперь я держала его в руке и не могла отвести взгляд.

Заколка. Женская заколка. В его машине. В багажнике. Как она попала туда? Если только...

Я быстро положила ее обратно. Даже на секунду не допускала ни одной мысли, что у Райана Старка может быть жена или девушка. У него не было обручального кольца, и я думала, что у такого хмурого раздражительного трудоголика нет личной жизни за пределами компании.

Но теперь у меня есть доказательство, что у него есть личная жизнь. Также у меня есть доказательство, что он не такой злой, как многие считают. То, что мы едем к ветеринару, доказывает это. Сначала он выглядит так, будто вместо сердца у него кусок льда, но потом чувствую что-то другое, похожее на тепло, что опровергает первое впечатление.

Тем не менее, надо как можно быстрее узнать, на что, черт возьми, я согласилась.

— Нет. Абсолютно! Никогда! Не в мою смену.

Я посмотрела на ветеринара. Она с надеждой посмотрела на меня.

— Я стала ветеринаром не для того, чтобы держать в неволе животных, но этот голубь со сломанным крылом не выживет на улице. Будет жестоко его отпускать. Его на следующий же день съест кошка или собака, или машина переедет.

— Значит, он не вернется на улицу, — твердо сказала я.

— Что? — Райан выглядел растерянным.

— Я возьму его к себе домой и буду за ним ухаживать.

— Голубь в качестве домашнего питомца? — он скептично посмотрел на меня.

— Именно. А что, опять кто-то сказал, что нельзя держать голубей дома? — спросила я.

Ветеринар и Райан обменялись коротким взглядом, что, откровенно говоря, вывело меня из себя.

— Если Ваша жена хочет забрать голубя домой, то у меня нет возражений, — сказала ветеринар, передавая голубя мне в руки.

— Она не моя... ЖЕНА!

— Он не мой... МУЖ!

Мы оба сказали это одновременно и с таким нажимом, что ветеринар удивленно на нас посмотрела.

— Хорошо, — медленно и аккуратно сказала ветеринар, и сменила тему. — У Вас есть клетка?

— О, я не хотела бы держать его в клетке, — сказала я, добавив, — это так жестоко.

— Вы что, позволите ему бродить по квартире? — спросил Райан.

— А почему нет? Это же голубь, а не немецкий дог.

— Будет бардак, — ответил Райан.

— Я положу газету.

— Во всей квартире?

— Ну, да.

— Вы обложите всю квартиру газетой?

— Да, а в чем проблема?

— Ни в чем. Просто это нелепо.

— Это не Ваша квартира, — быстро добавила я.

Мы оба остановились и обернулись, когда услышали смешок от ветеринара.

— Хоть Вы не женаты, ругаетесь как супруги.

Она нам улыбнулась, и я почувствовала, как краснею.

— Мы опаздываем на работу! — сказал Райан, обрывая этот неловкий момент. — Нужно что-нибудь еще: корм или что-то подобное?

Мужчина посмотрел на ветеринара, и она кивнула. Он вытащил свой бумажник и протянул ей кредитку.

— Вы можете вычесть из моей зарплаты, — сказала я.

Он хмыкнул.

— Это голубь, а не немецкий дог. Уверен, я не обеднею.

После чего покинул здание, как можно быстрее. Я побежала за ним, держа в своих руках нового питомца, и залезла на переднее сидение.

Райан посмотрел на меня и издал странный стон.

— Он же не поедет с нами на работу?

Мужчина посмотрел на птицу, как будто та знала, о чем он говорит, и подняла голову, а затем наклонила ее в бок.

— Ладно, отвезите меня домой, я оставлю его там.

Райан посмотрел на часы.

— Нет. Нам надо ехать на работу. Поэтому придется взять его с собой, но, клянусь, если он будет гулять по столу и мешать работе, я лично отвезу его на обочину.

— Он будет паинькой, обещаю, — улыбнулась я Райану.

Наши глаза встретились, и на краткий миг что-то во мне зародилось, хрупкое, но яркое. А потом он неодобрительно скривил лицо, и это чувство пропало. Он завел машину, и мы выехали.

— А теперь Вы должны кое-что сделать для меня, — сказал он, когда мы подъезжали к офису.

— Да? — нервно спросила я, понятия не имея, что он запланировал.

— У нас будет совещание с директорами и акционерами, и Вы, как мой личный помощник, будете присутствовать, работая над протоколом заседания, но я не могу позволить, чтобы Вы были в этих фиолетовых кружевах. В обед сходите в магазин и купите что-нибудь из деловой одежды. Как минимум два костюма.

— Это то, что Вы от меня хотели? — это было последнее, что я ожидала от него услышать, но, честно говоря, я его не винила. Блузка была ужасна, и если бы не пыталась скрыть свою внешность, то ни за что на свете не надела бы что-то подобное. Ни за какие коврижки, но Дорис, казалось, была из тех, кому наплевать на моду. Кроме того, эта одежда была из сериала, а потому бесплатной.

— Именно это, — он звучал сухо и по-деловому, и ей было интересно, также ли он общается со своей девушкой. Говорит, что ей одевать, каких животных она может заводить, говорит ей не заикаться и не ерзать, не раскладывать газету на полу.

— Да, хорошо, — согласилась я.

Он вытащил кредитку и подал ее мне. Я не потянулась, чтобы взять ее. Это казалось неправильным.

— Это не подарок, мисс Грэнджер. Я вычту из Вашей зарплаты в конце месяца, как и за корм для голубя... — он замолчал и многозначительно посмотрел на меня. — Когда скажите мне, чего стóите.

Я взяла карту и положила ее в сумочку, и в машине опять воцарилась отвратительно неловкая тишина. Что это за тишина? Она не казалась обычной. Подобная тишина имела свой звук, что окружала нас, заполняя пространство. Жужжащий царапающий колючий звук, от которого волоски вставали дыбом. Настойчивая статическая тишина с каким-то странным тайным смыслом.

Что за смысл? Понятия не имею

ГЛАВА ДВАДЦАТЬ ПЕРВАЯ

Райан

Он нянчится с голубем. В своем кабинете.

Мужчина посмотрел на птицу. Голубь в ответ уставился на него, будто пытался донести какую-то мысль. Дорис отказалась идти по магазинам, если Райан не будет присматривать за голубем! Нянчиться с дурацким голубем! Он пытался работать, но звук клацанья коготков голубя, когда тот ходил внутри коробки, выводил его из себя до жути.

— Заткнись, — Райан посмотрел на голубя, а тот посмотрел на мужчину, словно судья. — Да, да, дружок! Я та причина, по которой ты еще жив, так что перестань так на меня смотреть!

— Вы понимаете, что говорите с голубем? — в его кабинете прозвучал удивленный голос Дорис, и Райан замер, стыдясь, что его поймали за разговором с птицей.

Мужчина прочистил горло.

— Мы всего лишь обсуждали условия присмотра за ним. Вот и все.

Он поднял взгляд на Дорис, и тогда... Черт! Он понял, что не смог скрыть свои чувства, что отразились на его лице. Понял это, так как ее щеки приобрели нежно розовый оттенок.

— Выглядите намного лучше.

Райан с трудом перевел взгляд на стол, иначе выдал бы свои чувства с головой. Он услышал, как девушка подошла, и увидел свою кредитную карту на столе. Все так же, не смотря на Дорис, мужчина взял кредитку и убрал в ящик.

— Спасибо, — мягко произнесла Дорис.

— Это не подарок, — сказал Райан, позволяя себе бросить один быстрый взгляд на нее. Она выглядела потрясающе. На ней было приталенное черное платье длиной до колена, которое подчеркивало ее изящную фигуру.

— А теперь заберите эту птицу! — сказал он.

— Конечно. Спасибо, что присмотрели.

— Не могу сказать, что мне понравилось, — проворчал Райан.

Дорис наклонилась, чтобы поднять коробку, и тогда он увидел торчащую из-под платья бирку.

— Вы не сняли бирку, — Райан указал на ее шею.

Она выпрямилась, и потянулась руками за спину, пытаясь оторвать бирку. Девушка пыталась поудобнее ухватиться за нее, согнув руки в странной позиции. Он не мог больше это терпеть. Райан открыл ящик стола и вытащил пару ножниц.

— Повернитесь, — прикрикнул он, показывая ножницы. На какое-то мгновение она замерла на месте, будто не доверяя ему, но все-таки повернулась спиной. Таким образом, он смог оценить вид сзади. Ткань мягко облегала тело, длинная молния, бегущая по спине и заканчивающаяся над ягодицами, притягивала взгляд к ее формам. Его рука дернулась, когда Райан представил, как отбросит ножницы и потянет молнию вниз. Дорис оглянулась на него через плечо, ожидая, когда он закончит. Мужчина приблизился и взялся за бирку. И опять смог почувствовать ее аромат – легкий цветочный запах, от которого прошлой ночью было так трудно избавиться. Затем аккуратно отрезал бирку, не желая повредить платье. Посмотрел на шею, у нее под линией роста волос была примечательная родинка, которая по форме напоминала материк Африки. По какой-то причине его это восхитило.

— Спасибо.

Девушка медленно повернулась, и на мгновение их взгляды встретились. «Как море расплавленного золота», — подумал он, смотря в ее глаза, цвет которых подчеркивало верхнее освещение, но быстро отвел взгляд и вернулся за стол.

— Совещание через час. Вы будете вести протокол, — через плечо сказал Райан. — И уберите, пожалуйста, этого голубя из моего кабинета.

— Сию секунду, мистер Старк, — жизнерадостно ответила Дорис.

Мужчина пытался говорить уверенно и осмысленно, но Дорис его отвлекала. Она сидела в углу и вела записи, но время от времени из-за ее губ выглядывал кончик языка, пока она писала. Ему абсолютно нельзя отвлекаться. Это совещание было очень важным, напряжение зашкаливало. И так было всегда.

— Я все же считаю, что это плохая идея, — Брайан Раутенбах опять прервал Райана.

Все вокруг закатили глаза, и комната заполнилась вздохами.

— Да, брось, Брайан. Мы это уже проходили. Мы ходим по одному и тому же кругу уже шесть месяцев. Ты в меньшинстве, и строительство продолжится. Так лучше для компании, — влез Чарльз Грэй.

— Что ж, а я против, — ответил Брайан.— Это противоречит концепции компании, и Старк-старший не хотел бы подобного.

— Старк-старший также не предсказывал спад в экономике, — возразил Чарльз. — Когда он был жив, финансовое состояние рынка было другим.

— Это ошибка, — Брайан сложил руки на груди, а Чарльз уставился на него.

— Ну, все, хватит, — вмешался Райан. — Мы не может вечно это обсуждать. Мы должны двигаться дальше.

Брайан повернулся и посмотрел на него.

— Райан, ты знаешь, что это ошибка. Должно быть другое решение.

Теперь Брайан впился взглядом в него, и у Райана все внутри скрутилось. Он начал сомневаться, что Брайан неправ. Старк посмотрел на остальных. Другие двадцать членов совета директоров и акционеры качали своими головами, и Райан заколебался.

— Хорошо, давайте просто продолжим, — сказал он, чувствуя, как его уверенность немного ослабла.

— Ладно, но пусть в протоколе будет записано, что я против, — сказал Брайан и повернулся к Дорис.

— Эй, — сказал он ей, но она не отреагировала. — В углу, как ее имя?

— Мисс Грэнджер, — позвал Райан, и она посмотрела на него.

— М-м-м? — спросила она, прямо глядя на Райана.

Брайан посмотрел на Дорис.

— Мисс Грэнджер, я хочу, чтобы Вы запротоколировали то, что я против этого проекта.

Дорис кивнула и потом черкнула в своем блокноте.

— Сделано, — сказала она.

— Отлично.

Райан посмотрел на свои часы. Если так пойдет и дальше, они застрянут здесь на весь день.

— Давайте продолжим, нам многое нужно обсудить.

После этих слов, все переключились на другие вопросы. Десять минут обсуждения проходили гладко, пока их не отвлек звук, исходящий из угла.

Дорис открыла банку «Кока-Колы» с громким шипящим звуком.

— Извините, — сказала она, смотря на всех. — Пить захотелось.

Один из акционеров, Адам Шарп, который был самым молодым в комнате, не считая самого Райана, а значит ему примерно пятьдесят, улыбнулся и встал с места.

— Давайте принесу стакан.

Затем обошел стол и взял один.

— Льда? — спросил он, смотря на Дорис.

Райан закатил глаза.

— Спасибо, — мило сказала девушка своим певучим голосом.

Стойте, она что, с ним флиртует?

Райан выпрямился в кресле и пристально посмотрел на Дорис и Адама. Адам определенно флиртовал. Обычно он вел себя как полный козел, а не рыцарь в сияющих доспехах, который приносит лед для дамы.

— Вот так. Позвольте, пожалуйста, — Адам подарил Дорис белозубую улыбку и взял банку «Кока-Колы» из ее рук, чтобы налить в стакан. Вот же сволочь! Бесстыдно флиртует с его личным помощником.

— Возможно, Вам стоит подумать об инвестировании в ресторанный бизнес, — не думая, сказал Райан.

Некоторые из сидящих выглядели удивленными, один или два усмехнулись, но не Адам. Тот резко обернулся и уставился на Райана, но его это не беспокоило. Мужчина осуждающе выгнул бровь, показывая, что прекрасно видит, что пытался провернуть Адам, а это недопустимо на совете директоров. Адам вернулся на свое место, и Райан собирался продолжить обсуждение, когда зашел, громко воркуя, чертов голубь.

Он убьет эту птицу!

ГЛАВА ДВАДЦАТЬ ВТОРАЯ

Поппи

Я почувствовала взгляд полный негодования, точно в меня попали дротики «дартс». Не было необходимости смотреть на мистера Старка, чтобы понять, о чем он думает. Мужчина молчал, но эта тишина была очень многозначительной. Я встала и стала двигаться к голубю, но тот был очень быстрым. Голубь пересек комнату и скрылся под столом.

— Извините, — сказала я, опускаясь на четвереньки и заползая следом за голубем.

— О, ради всего святого, — услышала я голос Райана, пока приближалась к птице.

— Прошу прощения за этот инцидент, — произнес он, испытывая стыд.

— Сюда, птичка, цып-цып-цып.

Я вытянула руку и попыталась его схватить, но он убежал. Как будто специально, наслаждаясь созданным переполохом. Я отдавила несколько ног, пока пробиралась под столом и вылезала с другой стороны. Затем сделала еще одну сумасшедшую попытку схватить голубя, но этот маленький пернатый негодяй запрыгнул на кресло и потом, к моему ужасу, на стол.

— О нет, ты не посмеешь!

Я бросилась на стол и, потеряв равновесие, неожиданно для себя... заскользила. Точно фигурист по кристально чистому льду, я пересекла отполированный стол переговоров. Голубь был прямо передо мной, я почти его схватила. А когда мое скольжение по поверхности стола закончилось, и я остановилась с громким противным скрипом, голубь повернулся и с негодованием на меня посмотрел. Он громко проворковал и потом...

— Дерьмо, — прошептала я, с ужасом следя за происходящим.

Будто все происходило в замедленной съемке, белое мокрое вещество выскочило из-под хвоста голубя и с громким шлепком приземлилось на стол.

Меня точно уволят.

ГЛАВА ДВАДЦАТЬ ТРЕТЬЯ

Поппи

После того, как я убрала за голубем, мы с ним вышли.

— И это благодарность за спасение твоей жизни, — сказала я, сажая его в коробку и закрывая крышку. Затем села за свое рабочее место и прикусила кончик своей ручки, размышляя, как меня уволят. Надеюсь, это будет быстро, и я не заплачу. Неудивительно, что когда совещание закончилось, и все разошлись, он вызвал меня в кабинет. Я зашла и остановилась, ожидая, что он скажет.

— Садитесь, — сказал он, не глядя на меня.

— Мне очень жаль из-за голубя, — выпалила я.

— Так и должно быть, — он, наконец, взглянул на меня. — Надеюсь, эта птица не вернется завтра в этот кабинет.

— Завтра? — я была сбита с толку.

— Да. Завтра. У Вас с этим проблемы, мисс Грэнджер?

Мистер Старк откинулся в кресле и скрестил руки, в результате чего рубашка обтянула его грудь. Он не заметил, но одна из его пуговиц расстегнулась. О, Боже, у него татуировка на груди? Неожиданно целая куча других мыслей заполнила мою голову. Этот мужчина был так горяч, что это можно расценивать как преступление. Правда, кто-нибудь арестуйте его и выкиньте ключ за то, как он выглядит. Имею в виду, я знаю, что он горяч, но куда уже больше? Но это так и есть. И каждый раз, глядя на него, я замечаю что-нибудь еще. Что-то новое. Эта маленькая ямочка на щеке, родинка под левым глазом, маленький шрам на его руке.

— И так? — спросил он.

— И так, что? — спросила я, зависшая где-то в другой реальности, где он расстегивал другие пуговицы, чтобы показать свою татуировку целиком.

— Мисс Грэнджер, — Райан повысил голос, а я подпрыгнула и вернулась в эту реальность, в ту, где он гневно смотрел на меня, а я его боялась.

— Что? — нервно переспросила я.

— У Вас какие-то проблемы с завтрашним днем? — спросил он. Его голос был неторопливым твердым и продуманным.

— Нет! Никаких проблем, и никакого голубя. Обещаю, — быстро протараторила я.

— Кстати, — мужчина показал на мое лицо, — у Вас... м-м-м... что-то там.

— Что? — я оглянулась вокруг. Куда он указывает?

— Ваш рот. Уголок рта, — он провел пальцем в воздухе. — И Ваше лицо.

Я подняла руку и коснулась своих губ.

— С другой стороны, — сказал он, еще показал он рукой.

Я провела пальцами по губам.

Мистер Старк вздохнул.

— Уголок рта, мисс Грэнджер. Уголок.

Я провела пальцами по уголку рта и отняла их, чтобы посмотреть, что же привлекло его внимание. На пальцах была синяя жидкость. Мне хватило пары секунд, чтобы понять, что это чернила от ручки.

— Я грызла свою ручку, — объяснила я.

Мужчина как обычно неодобрительно на меня посмотрел и заговорил. Его слова звучали в отрывистой манере, врезались в меня будто дробь из ружья.

— Возможно, не самая лучшая идея, — сказал Райан.

— Возможно, — мягко повторила я. Уверена, он бы не хотел, чтобы его личный помощник ходил с синими губами. Как стыдно!

— Вам следует смыть чернила. Они могли попасть в рот, а вдруг они токсичны, — посмотрел на меня он.

Подождите, что он сказал? Мне показалось, или в его глазах промелькнула что-то похожее на беспокойство?

— Ум-м... Конечно. Я пойду, умоюсь, — сказала я, ошеломленная его неожиданным и странным беспокойством обо мне.

— Хорошо, — мужчина продолжал на меня смотреть.

Я сидела, ожидая, что он еще скажет, но казалось, он будет смотреть вечно, от чего я заерзала на стуле. Райан, наконец, прервал молчание.

— Мне нужно, чтобы Вы зарезервировали столик в ресторане «Капелло» в КампсБэй на сегодня.

— На сколько человек? — спросила я.

— На двоих.

— Точно? На двоих? — я задала вопрос и тут же захотела ударить себя по губам за дурацкий вопрос. Без сомнения, это он и его девушка с заколкой.

— Да. На двоих, — повторил он.

— Хорошо. Поняла. Просто уточняю, — я улыбнулась, пытаясь скрыть факт того, что могла думать лишь о нем и его таинственной женщине, которых ожидает романтический ужин.

Он выжидательно на меня посмотрел, но я продолжала молчать, лишь шире растянула улыбку.

Райан поморщился.

— Вы слишком много улыбаетесь, мисс Грэнджер, — сказал он.

— Что? — выпалила я.

— У меня такое ощущения, что вы улыбаетесь, когда не знаете, что сказать.

Это было не совсем правдой. Дорис была очень улыбчива, но не Поппи. На самом деле, если бы на этом месте сидела Поппи, она бы захотела поставить перед Райаном на стол этот бедный погибающий хлорофитумкомозум. Я перестала улыбаться.

— На какое время? — спросила, как можно профессиональнее.

— На шесть.

Я кивнула, а потом посмотрела на часы, что висели на стене позади него.

— Но это через час.

— Да. Будьте готовы уходить к этому времени.

Он перевел взгляд на свой компьютер.

— Напечатайте, пожалуйста, протокол сегодняшнего совещания и отправьте каждому из участников.

— Конечно.

Я вышла из его кабинета.

Когда села за свое рабочее место, посмотрела на Райана. Он уходит сегодня раньше на свое особенное свидание в «Капелло», где я должна забронировать столик. Через интернет нашла контакты ресторана. Посмотрела на фотографии. Место казалось довольно романтичным: вид на побережье и высокие коктейли. Я набрала номер, мне не пришлось долго ждать, пока ответят на звонок.

— Мистер Старк, что желаете? — раздался голос с другой стороны телефона.

— М-м-м... Нет, это его ассистент, — поправила я, не ожидая, что в ресторане определят этот номер.

— Вы хотите зарезервировать свой обычный столик? — спросил голос.

— Думаю да, — ответила я.

— Тогда в шесть, как и всегда?

— Да, — ответила я и повесила трубку.

И опять посмотрела на его кабинет. Значит, привычное романтическое свидание в «Капелло». Неожиданно голубь громко заворковал, и я посмотрела в коробку, где он сидел.

— Знаю, — сказала я ему. — Я бы не догадалась.

Через пятнадцать минут, мы с голубем уже сидели в его машине. Это все начинает казаться до странности привычным: то, что мистер Старк меня везде возит, но сейчас в машине я была одна.

Я оглянулась в поисках Райана. И вдруг он появился из-за здания, а мое сердце пропустило удар.

ГЛАВА ДВАДЦАТЬ ЧЕТВЕРТАЯ

Райан

Вести велосипед со сломанным колесом было задачей не из легких. В этот момент Райан задумался, хорошая ли эта идея возвращать сломанный велосипед подозрительному соседу, вдруг это принесет большие неприятности. Он посмотрел на часы. Черт! Ужин через пятьдесят минут. Достаточно ли у него времени отвезти велосипед на замену колеса, забросить его и Дорис домой и забрать Эмми на ужин? Скорее всего, нет. Райан взглянул на Дорис, сидящую на переднем сидении его машины. Она вся сияла. Ее улыбка отличалась от тех искусственных улыбок, что она дарила ему в офисе. Эта улыбка была настоящая – широкая и теплая – именно из-за этого Райан решил, что обязан помочь ей, даже если приходиться отложить ужин на полчаса.

Тем более Эмми скорей всего не расстроится. Казалось, что ее вообще не волнуют и не приносят радости их традиционные ужины раз в месяц. Когда Рэйчел была жива, они поддерживали эту традицию до того, как она заболела. И после ее смерти Райан чувствовал необходимость сохранить этот ежемесячный ритуал, но если раньше они втроем разговаривали и смеялись, то теперь за ужином царила неловкая тишина, горестные вздохи, а взгляд Эмми был приклеен к телефону. Только Райан не собирался сдаваться; он чувствовал, что при отказе от этих ужинов потеряет еще одну частичку своей сестры, а к этому он не был готов. Райан отправил сообщение Эмми об изменении времени, на что она ответила смайликом, который он не мог расшифровать.

Велосипед был тяжелым и громоздким, засунуть его в багажник было целой операцией, но Райан справился, хоть и выбился из сил. Боже, он не в форме. Ему стоит вернуться в спортзал, хоть у него и нет на это времени. Мужчина даже не мог вспомнить, когда последний раз посвящал себе время. Спортзал был роскошью, а не необходимостью. Райан сел на водительское сидение и снял пиджак. Обычно он не выглядел так повседневно рядом с сотрудниками, но он уже и так нарушил кучу своих правил рядом с Дорис.

— Где Вы его нашли? — спросила Дорис, поворачиваясь к нему.

— Садовник запер его в гараже за зданием.

Райан завел машину и выехал с парковки.

— Огромное спасибо, — счастливо произнесла она. — Я избегала моего соседа последние пару дней.

— Надо отвезти его в ремонт, чтобы починить колесо, — быстро добавил он, пока поворачивал в сторону города. Мужчина уже погуглил ближайшую мастерскую, и, к счастью, она была по пути.

— Нет, Вы не обязаны это делать, уверена, он поймет... — не закончила она. — Ладно, он разозлится, но уверена, что не убьет меня... — она опять замолчала. — Хорошо, возможно, он попытается меня убить, но уверена, смогу постоять за себя или...

Он быстро прервал ее:

— Вы понимаете, как ужасно это звучит?

Райан разозлился. Она не должна жить в таком месте, где соседи могут причинить ей вред.

— Вы не должны жить в этом доме, — сделал вывод Райан.

— Если бы я могла съехать, — из ее голоса ушла радость, наоборот он стал звучать грустно. — Это все, что я могу себе позволить.

— Что ж, когда Вы поймете, какую зарплату заслуживаете, убедитесь, что этой суммы Вам хватит, чтобы жить в менее опасном районе.

— Что? — она выглядела удивленной, по правде говоря, Райан и сам не ожидал от себя этих слов.

Почему он это сказал?

— Это просто вопрос благополучия моих сотрудников. Я бы беспокоился о любом сотруднике, если бы тот жил в условиях, угрожающих их здоровью, — сказал мужчина в оправдание своих слов, хоть это было далеко от истины. Он понятия не имел, где живут его сотрудники. Его это совершенно не интересовало, но по какой-то причине, хоть это ему и не нравилось, жизненные условия, в которых жила Дорис, его раздражали. Он непроизвольно вздохнул, что Райан даже не заметил, но заметила Дорис, о чем и сказала.

— Вы часто вздыхаете.

— М-м-м, только с недавних времен, — пробормотал он.

— Что за причина? — невинно поинтересовалась она. Ясное дело, она не знала, что является этой самой причиной.

Он пожал плечами, и обрадовался появлению мастерской по ремонту велосипедов, потому что совершенно не хотел продолжать этот разговор.

Пока они стояли и ждали, когда мастер поменяет колесо, Райан рассматривал велосипеды. Как вдруг у него внутри все свело, он увидел милый розовый велосипед с ленточками на руле. Именно такой был у его сестры в детстве. Они вместе хотели одинаковые подарки на день рождение, поэтому в тот год у сестры появился розовый велосипед, а у него – голубой. Они думали, что это так круто кататься вдвоем на этих велосипедах до поздней ночи, пока мама не позовет их на ужин. Катание на велосипеде с его близняшкой определенно было одним из самых счастливых воспоминаний детства.

Он почувствовал, как в глазах появились слезы, и быстро отвернулся от Дорис. Черт, что с ним происходит? Скоро годовщина со смерти Рэйчел, и она чаще, чем обычно, стала посещать его мысли и сны. И он стал более эмоциональным. Мужчина сделал глубокий вздох и постарался успокоиться. Он не мог понять, почему этот велосипед вызвал столько эмоций. Райан стиснул челюсти и сжал кулаки.

— Вы в порядке? — голос Дорис застал его врасплох. Он не думал, что она что-нибудь заметит.

— Да! — мужчина резко развернулся. За пару секунд подобрался и выпрямился. Райан привык к подавлению своих эмоций. Один из его главных страхов это то, что его чувства вырвутся из-под контроля, и он не сможет их скрыть.

— Вы уверены? — с любопытством посмотрела на него Дорис.

— Думаю, я в состоянии понять, все ли со мной в порядке, мисс Грэнджер, — со злостью ответил Райан, в надежде скрыть свои настоящие чувства.

И это сработало. Она переменилась в лице.

— Извините, я просто подумала... — девушка замолчала и отвела взгляд. Райан же еще больше напрягся.

Когда колесо починили, они в полной тишине забрались в машину и поехали к ее дому. Никто из них не нарушил молчание, после того, как Райан сорвался на нее. Он припарковался у ее дома, и они вышли. Мужчина вытащил велосипед из багажника и покатил к дому. Дорис положила свои руки на руль и остановила его.

— Спасибо. Я возьму его, — сказала она, пытаясь перехватить велосипед у Райана.

— Все нормально. Он тяжелый, — мужчина потянул велосипед на себя.

— Вас ждет ужин, — ответила Дорис, прилагая больше сил, чтобы отнять велосипед.

— Я настаиваю. Ладно?! — опять сорвался он и выдернул велосипед у нее из рук.

— Ладно, — сказала девушка, — но имейте в виду, что придется долго подниматься по ступенькам.

Райан посмотрел на здание, и только сейчас осознал, на что подписался. Без сомнения, он весь промокнет от пота и к концу пути абсолютно выбьется из сил, но был намерен не сдаваться. Не сейчас, когда сам был таким непреклонным. Они еще немного прошли, пока его не остановила Дорис.

— Сегодня вам повезло, — сказала она.

— Что? — он посмотрел на нее, указывающей на кого-то.

— Это его велосипед, — сказала девушка, направляясь к тому мужчине.

Райан приоткрыл рот от удивления. Дорис одолжила велосипед у этого...

Рост мужчины был примерно сто восемьдесят сантиметров. И на вид казалось, что он состоял из трехсот килограмм сплошных мышц. Было впечатление, что на его шее висит весьзолотой запас страны. Как он вообще держит голову прямо? А когда тот улыбнулся, Райан думал, что ослепнет от сияния его золотых зубов. Дорис подошла к тому мужчине, Райан старался не отставать. Ему не понравилась идея о том, что она будет стоять одна с человеком, который, навряд ли, является добросовестным плательщиком налогов.

— Вот твой велосипед, — девушка указала на велосипед, и мужчина приблизился.

Как он вообще мог ездить на этом велосипеде? Для мужчины такого размера это невозможно. Мужчина, которого звали «Маленький Майк», наградил их золотозубой улыбкой и забрал велосипед у Райана. Райан не хотел признавать, ведь ничто не должно его пугать, но этот мужчина его вымораживал.

— Спасибо, что пригнала его обратно, — сказал Маленький Майк, возвращая свое внимание Дорис. Райну не понравилось, как тот смотрел на нее. А потом, Маленький Майк вытянул руку.

— Давай оплату за аренду вéлика.

— Что? — Дорис запаниковала. — Я не знала, что нужно будет платить... У меня нет денег, прости... Я не знала.

— Нет ничего бесплатного в этом мире, — угрожающе сказал Маленький Майк. — Но, возможно, есть другой способ? — Его голос приобрел пошлую мерзкую интонацию.

— Какой? — спросила девушка. Боже, она такая наивная?

— Ну, мне надо помыть квартиру, возможно, еще посуду завтра вечером, — мужчина опять улыбнулся, и Райан понял, что тот имел в виду определенно не «мытье посуды».

— Нет, она не будет мыть ничью посуду, — твердо сказал Райан. — Сколько стоит аренда велосипеда? — спросил он, переключая внимание на себя. У мужчины напротив него были ярко белые волосы и очень пронзительные голубые глаза, что только подчеркивает его устрашающий образ.

— Вы не должны... — возразила Дорис, но Райан проигнорировал ее.

— Сколько?— громче спросил он.

Мужчина осмотрел Райана с головы до ног.

— Две сотни, — ответил Маленький Майк.

— Хорошо, — Райан достал свой кошелек. У него было намного больше двухсот рандов. Он остановился и посмотрел на мужчину. — Двести за аренду, и еще сто сверху за то, что велосипед вернулся позже. — Он вытащил деньги и протянул Майку.

Мужчина подошел ближе, и Райан мог поклясться, земля затряслась от этого движения. Майк вытянул руку и забрал деньги. Боже, у него руки с чертовы медвежьи лапы.

— Надеюсь, это освободит ее от любых домашних обязанностей, — сказал Райан, используя самый уверенный тон. И это был не вопрос.

Майк улыбнулся ему.

— Конечно.

Райан посмотрел ему в глаза, пытаясь донести, что имел в виду, но не был уверен, что сообщение дошло до адресата. Райан развернулся и, взяв Дорис за локоть, потащил в дом.

— Вы не должны были делать это, — немедленно сказала она с яростью.

— О, нет, должен, — Райан оглянулся – это место еще и воняло.

— Вы знаете, я могу о себе позаботиться, — продолжила девушка, но мужчина пропустил это мимо ушей.

— Мне нужно идти. С Вами все будет в порядке?

— Да, — ответила она. — Со мной все будет хорошо, как и всегда.

— Хорошего вечера, — сказал он и повернулся к выходу.

Дорис окликнула его.

— Хорошего ужина Вам и... Вашей жене?

Он остановился и обернулся.

— У меня нет жены.

— Извините. Тогда хорошего ужина Вам и Вашей девушке.

— У меня нет девушки.

— Простите. Тогда хорошего ужина Вам и... — ожидая продолжения, спросила Дорис.

Райан на мгновение замешкался, задумавшись о том, сказать ей или нет, но это было бы нарушением границ.

— Вообще-то это не Ваше дело.

Он развернулся и выскочил из здания, осознавая, что оставил Дорис в смятении

ГЛАВА ДВАДЦАТЬ ПЯТАЯ

Райан

Он опять опаздывал на работу, хотя в этот раз не из-за Эмми. Мужчина не мог найти свой кошелек. Райан был уверен, что оставил его на столе в холле, как и всегда, но там его не было, и ему потребовалось десять минут на поиски. Поэтому, когда Райан подъезжал к дому Дорис, он опаздывал на десять минут, но когда увидел полицейскую машину, а Дорис нет, в нем всколыхнулась паника. Первой мыслью был Маленький Майк. Мужчина нервно оглянулся вокруг, а потом выпрыгнул из машины и помчался в дом.

Райан прошел сквозь группу подозрительных парней, слоняющихся рядом. Он был уверен, что кто-то из них предложил ему травку. Ясно, что полиция приехала не по их душу. Райан зашел в плохо освещенный коридор и посмотрел на стены, ища имена или номера квартир на почтовых ящиках, что-нибудь, что говорило, где живет Дорис, но ничего подобного не было. Мужчина подошел к лифту, тот был сломан. Один лишь оранжевый конус предупреждал не делать шаг вперед, чтобы не свалиться в шахту. Райан подошел к лестнице, и при первом же шаге ему пришлось обойти старую коробку из-под пиццы и пустую бутылку «Маунтин Дью». Великолепно!

Он поднялся на один пролет и заглянул в коридор. Тот был пуст. Единственной подсказкой, говорящей о том, что здесь живут, была урна, переполненная мусором. Она так сильно воняла, что Райану пришлось зажать нос и продолжить подниматься наверх.

Еще один пролет, верх и еще раз верх... Он понятия не имел, куда идет и как найдет Дорис, но был уверен в этой необходимости. Поднявшись на шестой этаж, мужчина услышал чей-то разговор и шум от полицейских раций. Он последовал за звуками и, подойдя ближе, увидел полицейских и услышал Дорис.

Ее голос был полон злости.

— Слушайте, я уже опаздываю на работу! — Райан услышал, как она топнула ногой. — У меня нет на это времени. Мой начальник очень-очень важный человек, и если я опоздаю, у меня будут большие проблемы. Просто огромные!

Мужчина улыбнулся и решил задержаться, чтобы услышать больше.

— Нам просто нужны Ваши показания, потом будете свободны, — сказал один из офицеров.

Он услышал глубокий вздох.

— Все было как обычно. Она, скорее всего, бросила в него стул, когда он рано вернулся домой. Возможно, он кинул в ответ другой. Потом они орали, как обычно. Топали и прыгали, так, что часть штукатурки упала с потолка, а потом раздался звук громкого падения. Именно тогда, наверное, кто-то решил вызвать вас.

— Вы слышали, что они говорили? — спросил офицер.

Очередной вздох.

— Ты, гулящий кобель что-то там, ты, сука, что-то другое, сукин сын и так далее, и...

— Хорошо. Можете не продолжать. Думаю, мы уловили картину, — сказал один из офицеров.

Райан опять улыбнулся. Он не мог представить, что подобные слова могут вылететь изо рта Дорис, но она их произнесла. Мужчина подошел к двери и остановился.

— Доброе утро, офицеры. Все в порядке? — обыденно спросил он.

Один из офицеров посмотрел на него, когда Дорис выглянула из-за двери. Она была одета, но ее голова была обернута большим полотенцем, будто девушка вышла из душа. На ней не было очков, что произвело на него тоже впечатление, что и раньше. Он не мог отвести от нее взгляд. Он пытался, но у него ничего не выходило.

— Простите, а Вы кто? — спросил офицер.

— О, прошу прощения, — мужчина перевел свой взгляд. — Райан Старк. Большой важный босс.

Он улыбнулся и краем глаза заметил, как ее щеки окрасились румянцем.

— Ладно, кажется, мы здесь закончили, — офицер повернулся к Дорис. — Если что-то подобное произойдет снова, вот Вам моя визитка. — И передал ей карточку, которую девушка взяла своими маленькими руками. — И если Вам будет еще что сказать, мисс Петерсон, не сомневайтесь, звоните.

Неожиданно она громко рассмеялась странным высоким голосом.

— Грэнджер-Петерсон. Грэнджер-Петерсон! Двойная фамилия, обычно я использую лишь Грэнджер, забывая, что еще есть Петерсон. Порой и о Грэнджер забываю.

Пару секунд она выглядела смущенной, когда хлопнула полицейского по предплечью.

— Спасибо, что быстро среагировали, — крикнула она полицейским вслед.

Когда те ушли, Райан вернул все свое внимание Дорис Грэнджер-Петерсон.

— Все в порядке? — спросил он, заглядывая в ее квартиру, но она специально закрыла ему обзор.

— Все хорошо, — девушка подарила ему одну из своих широких фальшивых улыбок. — Простите, пожалуйста, я уже выходила, когда заявились полицейские, и не смогла от них избавиться.

Дорис жалостливо посмотрела на него.

Мужчина покачал головой.

— Ничего страшного. Я рад, что с Вами ничего не произошло, ничего ведь? — Райан приблизился, заглядывая через ее плечо, всматриваясь в квартиру. — Вы что-то говорили про потолок...

Он использовал этот предлог, чтобы оказаться внутри. Ему было любопытно, как выглядит ее квартира, поэтому зашел без ее разрешения.

— Подождите! — крикнула Дорис, но было уже поздно, Райан стоял посередине ее студии.

Мужчина был шокирован. Он посмотрел на потолок: на проводах болталась лампочка. Посмотрев под ноги, увидел серые куски цемента на старом ковре. Затем оглядел всю комнату, пытаясь найти хоть что-нибудь, чтобы оправдывало жизнь здесь, но ничего подобного не было. Вся квартира была уставлена растениями: на столе, на подоконниках, на полу – везде. Райан никогда не видел такого количества растений в одном месте. А потом он увидел голубя, который смотрел на него из-за одного из горшков. Девушка положила газету на пол, и казалось, птица чувствует себя как дома.

— Ничего особенного, но это мой дом, — ее голос имел веселый тон, но Райан не чувствовал ни грамма юмора. — Мне нужно... м-м-м... собраться.

Райан перевел на нее взгляд. Дорис с ее миловидными чертами лица и с глазами, которые казались еще ярче при утреннем свете, была неуместна в этом помещении.

— Конечно, — ответил Райан.

Девушка прошла в свою крошечную ванную и закрыла за собой дверь. Мужчина опять осмотрелся.

Боже, она не должна жить здесь.

ГЛАВА ДВАДЦАТЬ ШЕСТАЯ

Поппи

Я видела, что он раздражен. Это было жирными буквами написано на его лице, да и Райан не пытался ничего скрыть. Я сидела в его кабинете и записывала, но чувствовала, как он неодобрительно на меня смотрел все это время. Это меня нервировало, я хотела посмотреть на него и закричать...

ЧТО?! На что, черт побери, он смотрит? Но Дорис так не скажет. Ну, Поппи, скорее всего, тоже, потому что этот мужчина был чертовски пугающим.

Этого мужчину бросало из крайности в крайность – то становился холодным, как лед, то обжигающим, как пламя. И все с такой скоростью, что у меня голова шла кругом. Поездка до работы прошла хорошо, мы перебросились парой слов. И не обсуждали погоду, что можно считать успехом. Я сказала, какой красивый открывается вид на город в это время дня, а мистер Старк ответил, что когда-то жил в пентхаусе самого высокого здания в городе, и это время суток было его любимым. Его ответ меня удивил, я чуть было не подумала, что он обычный человек, но это не так. Потому что я начинала чувствовать себя не в своей тарелке под таким напряженным взглядом.

— Я могу для Вас что-то сделать? — вежливо спросила я.

— Что? — невинно переспросил мужчина, как будто, черт возьми, ничего такого не сделал.

— Я сделала что-то не так? — спросила я. — Я пишу медленно? Или слишком быстро? Вам не нравится скрип от моей ручки, когда я пишу? У меня слишком сильные духи или наоборот? Что не так?

— Вас не раздражает трещина на очках?

Я потрясла головой.

— Нет.

— Вас абсолютно не выводит из себя то, что Вы смотрите на мир сквозь треснутую линзу, и возможно, все вокруг Вас искажено?

— Нет, — я опять потрясла головой. Какая ему разница?

— Что ж, — он откинулся в кресле. — Это бесит меня. Я больше не могу на это смотреть. Потому что каждый раз, как смотрю на Вас, мне интересно как Вы видите. А вдруг прочтете не так что-то важное из-за Ваших очков.

— О, — без эмоционально ответила я. А что еще должна ответить? Простите, Ваше Высочество, что трещина в моих очках портит Ваш день.

— Вы должны сходить к окулисту в обеденный перерыв, чтобы Вам исправили линзу или заменили очки.

Я рассмеялась. Возможно, слишком громко. Эта дурацкая маскировка обернулась против меня.

— Что смешного? — спросил Райан.

— Новая пара очков не является приоритетом в моем списке!

— Не могу позволить моему личному помощнику ходить на совещания с огромной трещиной в очках. Это выглядит ужасно. И это отвлекает.

— Хорошо, тогда я их сниму.

Затем стянула очки с носа и зажала в руках, чувствуя облегчение от того, что сняла их.

Определенно моя реакция была неверной.

— Уверен, что у Вас веская причина носить очки. Вы же не хотите испортить себе зрение из-за своего упрямства. — громко возразил он, качая головой.

— Упрямства? — я тряхнула головой. — Я бедна, а не упряма.

Его глаза сузились, пока взгляд гулял по моему лицу, будто пытаясь запомнить. Казалось, что мысли завертелись в голове, как шестеренки. Я будто слышала, как они крутятся. О чем он думал?

— Пойдемте! — Райан неожиданно поднялся с кресла, неизбежный, как цунами.

— Куда?

— К окулисту.

— Но... я... я... — я пыталась возразить.

— Хватит мямлить и пойдемте. У каждого сотрудника есть страховка. Уверен, она покроет посещение окулиста. Надеюсь, что и новую пару очков, — Райан вышел из кабинета, и я поспешила за ним.

Он же не серьезно, правда?

Но я ошиблась, мужчина был серьезен. Потому что через десять минут, после поездки в еще более неловком молчании (хотя, чего еще ожидать), мы приехали к окулисту. Райан потребовал, чтобы меня немедленно приняли, так как это срочно. И вот я сижу в кабинете врача и смотрю через всякие причудливые приборы, отвечая, вижу ли свет. Я пыталась отказаться от посещения окулиста, но он настоял, а сейчас сидит в зале ожидания и говорит по телефону.

— Что ж, у вас идеальное зрение, мисс Грэнджер, — вынес вердикт врач, когда я прошла все тесты. — Нет необходимости в очках.

После этих слов по спине прошел холодок. Если я выйду без чертового рецепта на очки, хотя бы на самое крохотное отклонение от нормы, то мистер Старк может понять, что все это время я была в ненастоящих очках. Я нервно усмехнулась и вышла из кабинета вслед за доктором, где нас ждал Райан. Как только он увидел меня, закончил разговор.

— Что скажете? — спросил мой босс.

— Это чудо, — ответила я, взмахнув руками. — Мне больше не нужны очки.

Я принужденно улыбнулась, а Райан перевел свой взгляд с меня на врача и обратно.

— Ее зрение абсолютно идеальное, — сказал пожилой окулист.

— Ну, — быстро прервала я, — не совсем идеальное, как говорится. А хорошее. Понимаете, не самое идеальное.

— Нет, оно идеально, — продолжил окулист, а я хотела его заткнуть.

Мой ворчливый босс странно на меня смотрел, и я пожала плечами.

— Как я и сказала, это чудо.

— Знаете, — опять заговорил врач, и желание ему врезать опять усилилось, — было бы очень странно, если бы проблема рассосалась сама собой. Что Вы говорили у вас? Близорукость или дальнозоркость?

— Именно это! — быстро ответила я.

Окулист выглядел сбитым с толку, но медленно кивнул моим словам.

— Как я уже сказал, это не прошло бы само собой.

Он не мог промолчать?! Каждый раз как врач открывал свой рот, он закапывал меня все глубже и глубже.

— Нет ничего невозможного, — я развернулась к окулисту, одаривая его взглядом, который говорил «подыграй мне»!

Мое внимание привлек плакат с женщиной, смотрящей на луну.

— Думаете, доисторический человек предполагал, что один из нас побывает на луне?

Плакат, на котором человек в очках смотрит на доску с формулой «e=mc2», тоже зацепил мой взгляд.

— А интернет? Чтобы Эйнштейн сказал об электронной почте.

Я продолжала смотреть на плакаты, приводя, как я думала, достаточно умные примеры чуда, пока не дошла до последнего постера.

— А Райан Гослинг... — сказала я и быстро остановилась.

Подождите, почему у них плакат с РайаномГослингом? Я тупо уставилась на «своего» Райана.

— И что с РайаномГослингом? — спросил мистер Старк. Определенно, не понимая, к чему я вела.

— Ну-у... — я оглянулась в поисках ответа. — Ну, он очень, эм-м-м, смешной актер, как все знают, м-м-м, Вы не актер, конечно, но у Вас... э-э-э... такое же имя.

Боже, это бессмысленно, но я не могла остановиться, потому что и врач, и Райан смотрели на меня, ожидая ответа.

— Не то, чтобы одно имя делало вас одинаковыми. То есть вы не одинаковые, определенно, нет, но что он, что Вы, оба сексуальны, это ясно как божий день... — и закрыла рот руками. Что я только что сказала? Черт!

— Итак, — я подпрыгнула, меняя тему. — Нам пора!

Затем выбежала из здания, мимо сбитого с толку окулиста и направилась к машине. По крайне мере мне не надо носить эти дурацкие очки.

Я ждала около пассажирского сидения, в ужасе от того, что назвала его сексуальным. Услышав сигнал разблокировки машины, забралась внутрь и застегнула ремень безопасности. Мне очень-очень надо вернуть себе машину, иначе эти совместные поездки станут еще страннее. Мы опять ехали в тишине, а я все гадала, понял ли Райан, что мои очки фальшивые, или меня пронесло. Скорее всего, нет, ведь он выглядел достаточно умным, чтобы его можно было обмануть. И я стала думать, когда же он меня спросит про очки.

И он неожиданно заговорил.

— Когда мы вернемся, мне надо, чтобы Вы напечатали вчерашние заметки с совещания и отправили мне и остальным участникам. У Вас есть их электронные адреса?

— Да, — кивнула я. — Я немедленно этим займусь.

— Хорошо. Отправьте их до конца дня.

— Ясно, — ответила я, смотря на проносящиеся мимо машины. Надеюсь, я достаточно быстро печатаю.

Воцарилась очередная неловкая тишина, и никто из нас не проронил и слова вплоть до того момента, как мы приехали. Я начала отстегивать ремень безопасности, но у меня ничего не получалось. Мои попытки не увенчались успехом.

— Иногда он застревает, надо будет потом посмотреть.

Услышала его голос перед тем, как мужчина опустил руку и схватил ремень, а я не успела убрать свою руку. Будто в замедленной съемке... Его пальцы скользнули по моим, моя рука задела его ладонь, то, как наши пальцы встретились и вроде задержались на пару секунд дольше. Я вздрогнула и резко отдернула руку, почувствовав удар током. Райан тоже дернулся, удар током застал нас врасплох.

— Статическое электричество, — пробормотал он, пока отстегивал ремень безопасности, и ему это удалось.

— Статическое электричество, — согласилась я, хотя мне казалось, что это что-то большее.

Я потянула ручку двери, вылезая наружу, когда меня остановил его голос. Он был мягким. Почти неслышным, но я точно услышала.

— Вам без очков лучше.

Обернулась, чтобы посмотреть на него, но мужчина уже вышел, направляясь к офису.

ГЛАВА ДВАДЦАТЬ СЕДЬМАЯ

Райан

Райан старался на нее не смотреть, но не мог с собой справиться. И смотрел он на нее не потому, что Дорис красива, что он должен был, черт побери, говорить ей, а потому, что она чудовищно печатала. Мужчина прекрасно понимал, что она не достаточно квалифицирована для занимаемой должности, но не настолько же! Девушка печатала, Боже, двумя пальцами, и было очевидно, что она не закончит до конца дня.

К тому же еще и пропустила двоих сотрудников мимо себя, и оба зашли к нему без предупреждения и без приглашения. Это его взбесило. Она также принесла ему сэндвич с майонезом, пропустила два звонка, а один неправильно переключила. И все это время Дорис чесала свою голову, будто у нее вши. Из-за чего ему тоже хотелось почесать голову.

Но, Райан не забыл, как она назвала его «сексуальным» и то, что девушка соблазнительно прикусывала кончик ручки и облизывала губы, концентрируясь на работе. Она не переставала ерзать, из-за чего дважды роняла ручку, и ей приходилось вставать на четвереньки, чтобы залезть под стол. В какой-то момент, когда она была под столом, он фантазировал о том, о чем ему не стоило. Боже! Дорис наказание и сведет его с ума. Райан отвернулся и попытался вернуться к работе, но опять отвлекся. На этот раз это был его телефон. Он не узнал номер, но сразу же ответил.

— Здравствуйте. Это мистер Старк? — спросил женский голос.

— Да, а Вы? — он не узнал голос, но надеялся, что это не телефонный маркетинг, рекламирующий страховку. Потому что это его доконает.

— Это Мадлен Браун, директор школы «Святой Троицы».

Он выпрямился.

— О... Чем я могу помочь?

— Мне жаль Вам говорить, но Эмми не пришла на урок после перемены, и один из учителей видел, как она садилась в такси и отъезжала от школы.

— Что? — выкрикнул он.

— Мне очень жаль, — повторила женщина.

Его сердце опустилось в пятки, и на лбу выступил холодный пот.

— Куда она поехала? — спросил он, когда у него пересохло горло от паники.

— Я не знаю, — мрачно ответила она.

— Не могу поверить, что Вы допустили подобное! — возразил он, пока паника сменялась злостью. — Я заплатил достаточно денег, чтобы отправить Эмми в самую лучшую школу страны, а Вы даже не можете позаботиться о том, чтобы моя племянница оставалась в школе! Как Вы вообще могли потерять свою ученицу?

У миссис Браун изменился голос, и Райан мог уловить зародившуюся панику.

— Мне очень жаль, мистер Старк, такого раньше не происходило. После этого случая мы пересмотрим нашу политику безопасности. Мы не можем понять, как на нашу территорию попало такси, ведь у нас серьезная охрана на главных воротах...

— Видимо, не настолько! — со злостью рыкнул он.

— Что мы можем сделать, чтобы помочь в поисках? — спросила женщина.

— Ничего. Вы уже достаточно сделали! — он резко повесил трубку, одновременно испытывая злость и панику. Эти два чувства боролись за лидерство, и Райан понял, что теряет контроль. Как, черт возьми, она заплатила за такси? А потом его осенило, он вспомнил, как искал свой бумажник утром. Мужчина быстро его достал и открыл. Тот был практически пуст.

— Черт побери!

Эмми украла у него деньги. Мысли закрутились... Наркотики, алкоголь.Куда она могла поехать на такси? Для чего подростку одна тысяча рандов? Его сестра была бы в бешенстве, если была бы жива. Она попросила его позаботиться о самом дорогом, а мужчина даже не знал, где находится Эмми. И он не знал, что делать. Позвонить в полицию? Организовать поисковый отряд? Но куда пойдет девочка-подросток? Она сбежала от него? Или наказывает его за то, что не отпустил ее на вечеринку? Все в нем кричало, чтобы он действовал, но что делать?

Райан подошел к окну и посмотрел на город. Кейптаун большой город, и с тысячью рандов племянница может быть где угодно, но он обязан ее найти. Мужчина взял ключи от машины и вышел из кабинета, хотя понятия не имел, куда идти. В этот раз у него не было плана.

Дорис подняла голову.

— Мисс Грэнджер? — быстро произнес он.

Она резко поднялась со своего места.

— Да?

— Вы же были подростком? — спросил он.

— Эм... да... — она нахмурилась, отвечая.

Райан, правда, не хотел спрашивать ее. Он предпочитал разделять личное и деловое, но у него не было выбора.

— Вы когда-нибудь прогуливали школу?

— Зачем Вам?

— Пожалуйста! Просто ответьте на вопрос, — его голос звучал отчаяннее, чем мужчина хотел, что застало ее врасплох.

— Да, — быстро сказала девушка. — Я ненавидела школу. Иногда прогуливала и ходила смотреть кино в торговом центре. Парень из комнаты, откуда транслировался фильм, разрешал сидеть вместе с ним, и мы ели черствый попкорн, обсуждали фильмы целыми днями. Мне так сильно досталось, когда мама об этом узнала...

— Торговый центр? — прервал он ее.

— Да. Конечно, не в таком шикарном торговом центре как сейчас, где Вы можете найти любой магазин. Это был маленький потрепанный торговый центр с кинотеатром, находящийся рядом с похоронным бюро. Мне всегда казалось странным такое соседство, но тот парень говорил, что это для тех, кто умирал от скучных фильмов...

— Торговый центр? — опять спросил Райан, вспоминая расположения все торговых центров в городе.

— Да... — повторила Дорис.

— Торговый центр! — мужчина щелкнул пальцами, когда его озарила одна мысль. Через несколько кварталов от школы был один торговый центр, в который они недавно ходили, чтобы купить Эмми одежду. Она провела там кучу времени, а когда он спросил у нее, где та была, то понял, что девочка что-то скрывает.

Райан побежал прямо по коридору, позабыв о лифте.

ГЛАВА ДВАДЦАТЬ ВОСЬМАЯ

Райан

Райан не соблюдал ограничение скорости и очень надеялся, что его не остановит патрульный. Мужчина несся по дороге так быстро, как только мог. Он вдавливал педаль газа до упора, увидев желтый свет. Он домчался до торгового центра за двенадцать минут, хотя навигатор показывал, что путь до торгового центра занимает восемнадцать. Вся парковка была занята машинами, и для поиска места нужно было время. Поэтому Райан сделал единственное, что пришло ему в голову. Он припарковался на ближайшем месте для инвалидов и перед тем, как выпрыгнуть из машины, развернул знак, обозначающий инвалидов, что до сих пор лежал у заднего стекла машины. Этот знак использовался, когда он возил сестру. И хотя прошло почти два года, он его не выкинул. Однажды даже попытался, но не смог, что-то его остановило. Этот знак был последней ниточкой, что соединяла его с сестрой в этой машине, и мужчина был еще просто не готов.

Райан выпрыгнул из машины и был готов перевернуть каждый магазин торгового центра вверх дном, если бы понадобилось, чтобы найти Эмми, но ему не пришлось. Вот она, прямо перед ним, сидела на краю фонтана перед главным входом, крепко стиснув руки и опустив голову. Он не сводил с нее взгляд, пытаясь отдышаться. И почувствовал сильнейшее облегчение, которое вскоре стало сменяться другим не менее сильным чувством.

— Эмми? — громко прокричал ее имя, так что люди стали оборачиваться.

Она резко подняла голову и с ужасом уставилась на него. Девочка выглядела такой виноватой, и он хотел знать почему.

— Какого черта ты тут делаешь? — Райан подбежал к ней. Несколько человек остановилось, следя за их действиями.

Эмми поднялась на ноги и стала отходить от него. Он догнал ее и дернул за руку, останавливая.

— Какого черта? — мужчина орал и ему было наплевать, слышат его или нет.

— Просто отстань от меня, — громко сказала Эмми.

— Нет. Какого черта ты делаешь? Прогуляла школу и заявилась в торговый центр! Не говоря о том, что ты вытащила деньги из моего бумажника. Зачем?

Еще больше людей окружили их и неодобрительно качали головами, услышав всю историю. Райан не любил выносить ссоры на общественность, но в данный момент ничего не мог с собой поделать.

Эмми посмотрела на увеличившуюся толпу, а потом закрыла руками глаза, а ее лицо покраснело.

— Это так унизительно.

— Нет, унизительно то, что я получил телефонный звонок от директора школы в разгар рабочего дня и услышал о том, что моя племянница села в такси и покинула школьную территорию.

— О, прости, я прервала твою работу? — она подняла голову, и он увидел, что Эмми пыталась выглядеть сильной, хотя по ее щекам уже бежали слезы.

— Именно, — выплюнул мужчина. — И я хочу знать причину. Зачем ты взяла деньги, прогуляла школу и приехала сюда?

Райан приблизился к ней и понизил голос:

— Ты на наркотиках? — спросил он. — Ты с кем-то встречаешься? Твоя мама бы не одобрила этого, ты же понимаешь. Так...

— Нет! — она практически закричала. — Нет!

— Тогда что? — спросил мужчина.

Эмми в ужасе оглянулась вокруг.

— О, да, Боже мой, — закричал он на людей, что нагло остановились, наслаждаясь представлением. — Это никаким боком не касается вас!

— Боже, как стыдно, — услышал Райан стон рядом с собой.

— В машину. Немедленно! — он указал ей на машину, и она была счастлива подчиниться хотя бы сейчас. Они забрались внутрь, мужчина хлопнул дверью, чувствуя коктейль из разных эмоций: облегчение, гнев, вину...

— Не могу поверить, что ты так поступила, — его голос все еще был слишком громким.

— Хватить кричать. Перестань на меня кричать, просто остановись... — слабым голосом сказала Эмми, а потом расплакалась. Громкое безудержное рыдание. Он почувствовал еще больше вины. Райан смотрел на нее, и его сердце разбивалось. Она выглядела такой печальной, ранимой и потерянной, что он не знал, как ее успокоить. Сделал глубокий вздох, пытаясь успокоиться, закрыл глаза и мысленно сосчитал до десяти, а потом медленно повернулся к Эмми.

— Эмми, пожалуйста, объясни, что происходит? — уже мягче спросил Райан. Она все еще плакала, и он терпеливо ждал, когда племянница успокоится.

— Я... я... Не могу тебе сказать, — наконец прохныкала она.

— Какого черта, ты... — он немедленно остановился. — Извини, — смягчился он. — Я не хотел опять кричать, просто... — он замолчал. Он не очень хорош в выражении своих чувств, но... — Я волновался, — в этот раз его голос был еще мягче. — Я, правда, очень волновался.

Его племянница взглянула на него своими голубыми глазами, полными слез. Это заставило сжаться его сердце.

— Пожалуйста, расскажи, — попросил он, наклоняясь ближе.

Она отвернулась и уставилась в окно, словно не могла вынести его взгляд. Словно она стеснялась. Эмми что-то тихо промямлила, что он не смог разобрать.

— Что ты говоришь? Я не расслышал, — Райан наклонился еще ближе.

— Мне нужен лифчик, — повернулась она, все еще не поднимая головы.

—Что? — она застала его врасплох. — Зачем тебе нужен... — Он остановил себя, увидев, как Эмми нервно запахнула кофту на своей груди.

— О, — произнес Райан.

Весь этот разговор смущал его. Это его маленькая племянница. Он все еще помнит день ее рождения, помнит ее пухлой кудрявой малышкой, ползающей у его ног. Как такое возможно, что ей уже нужен лифчик? Как быстро прошло время, и что теперь делать? Ему не хватало знаний, это было вне зоны его комфорта, и он так бы хотел, чтобы его сестра была рядом. Она бы знала, что делать.

— Вот, — Эмми залезла в свой карман, вытащила пачку украденных купюр и положила перед ним. — Я пыталась подобрать лифчик в тот день, когда мы были здесь, но не знала какой, и мне было стыдно сказать тебе. Я только... только...

Она опять расплакалась, но в этот раз Райан дотянулся до нее и обнял. Она не противилась, напротив, положила голову ему на плечо. Мужчина положил свою руку ей на спину и поглаживал, пока она плакала. Боже, как же сильно он ее любит! Но Райан не знал, как выразить все эти чувства. Именно его сестра была эмоционально открытой. Поэтому они вместе сработались: ему никогда не приходилось говорить о своих чувствах, она всегда их знала.

— Если б только мама была здесь, — пробормотала Эмми ему в плечо.

— Да, — ответил он, а потом некоторые время они сидели в тишине, пока Эмми не выпрямилась и не вытерла слезы.

— Так ты купила лифчик? — медленно спросил мужчина, смотря на деньги, зажатые в его руке.

Она потрясла головой.

— Было слишком неловко, а консультант в магазине захотела снять с меня мерки, а я...

Эмми опять поправила кофту.

Райан кивнул. Конечно же, не купила. Как она может выбрать лифчик с незнакомкой без помощи кого-нибудь из близких? Обычно с девочками ходили мамы или другие родственницы. Он прочистил горло.

— Хочешь, я позвоню бабушке и...

— Нет! Нет, — перебила его Эмми. — Ты шутишь? Она все еще называет их «корсетом», и ты ведь ее знаешь, она всегда раздувает из мухи слона. И наверняка устроит неловкую сцену! Как-то раз она была так шокирована, когда увидела мои стринги. Бабушка не знала, что это и распсиховалась.

— У тебя есть стринги? — неожиданно спросил он.

Она фыркнула.

— Ты когда-нибудь пробовал надеть узкие джинсы с обычными трусами?

— Нет, — Райан улыбнулся. — Не пробовал. Но если когда-нибудь придется, я буду иметь это в виду.

Они посмотрели друг на друга с улыбкой. Райан думал, что у него сердце выпрыгнет из груди от переполняющих эмоций. У них давно не было такого момента единодушия.

— М-м-м... — он осторожно начал говорить. — Ты хочешь, чтобы я...

— НЕТ! — перебила она. — Нет, я не хочу, чтобы ты... Это отвратительно. Как ты мог подумать о таком?

— Э-э-э... прости, я просто...

— Я хочу домой, — прервала она его, и ее поведение абсолютно поменялось. Эмми уселась в кресле и пристегнула ремень безопасности.

Определенно он сказал не то. Опять, но мужчина немного обрадовался в тоже время. Райан не очень-то хотел идти с Эмми покупать лифчик. В этом их мнение совпало. Он завел машину и выехал на дорогу. Они не проронили ни слова во время пути домой, а как только приехали, Эмми сразу же побежала в свою комнату и захлопнула дверь.

Он вздохнул. И что, черт побери, ему делать? Не было никакого справочника или инструкции по тому, как вырастить девочку-подростка, а мужчина так в этом нуждается. Он вытащил телефон, открыл «Гугл» и начал печатать.

«Виды лифчиков». Экран сразу же заполнился фотографиями лифчиков, и начал читать. Лифчик для тренировок, спортивный лифчик, лифчик-балконет, пуш-ап, лифчик-планж, лифчик-маечка, чертов лифчик-бралетт, лифчик с мягкими чашечками, с косточками, лифчик-минимайзер, лифчик-триангл?

— Что за...? — громко пробормотал Райан, пока прокручивал страницу. Не удивительно, что Эмми не знала, что выбрать. Он убрал телефон. Пора возвращаться в офис.

— Эмми, пока. Увидимся позже, — крикнул мужчина. Он подождал ответа, но так и не услышал.

ГЛАВА ДВАДЦАТЬ ДЕВЯТАЯ

Поппи

Мистера Старка все еще не было. Прошло сорок минут. Я посмотрела на его кабинет, потом на лифт. Нервно постучала ногой по полу. Сейчас или никогда. Вытащила из сумки пакет с подкормкой, которую носила несколько дней в надежде, что доберусь до бедного «хлорофитума хохлатого». И вот момент настал.

Я медленно поднялась, посматривая на лифт. Если он застанет меня в кабинете, прибьет, но я не знала, когда еще у меня будет такой шанс. Взяла стакан воды со своего стола и оглянулась убедиться, что никто не видит. А потом побежала, но до того, как скрылась в его кабинете, заметила Джунипер. Она распахнула глаза, а я быстро приложила палец к губам и показала, чтобы она молчала. Затем вбежала внутрь и закрыла дверь. Не то, чтобы меня никто не видит, так как весь кабинет стеклянный. Я глубоко вздохнула. Кабинет пах Райаном Старком. Древесные, цитрусовые и пряные нотки – сексуальные как сам дьявол... Как мужчина может пахнуть так вкусно, но вселять страх в сердце? Это казалось неправильным.

Так, мне нельзя отвлекаться, нужно закончить начатое. Я подошла к подоконнику и взяла бедный «хлорофитум». Его листья завяли и были покрыты пылью. Я медленно вылила полстакана воды на сухую, покрытую трещинами землю, и увидела, как она впитала всю воду, как губка. Я открыла пакет с подкормкой и высыпала немного белых шариков в горшок, а потом вылила оставшуюся воду.

Я поставила растение обратно, подвинув его туда, где больше солнечного света. Оглянулась найти что-нибудь, чтобы вытереть пыль с листьев, но ничего не нашла. И опять посмотрела на лифт, а потом открыла верхний ящик в надежде найти там платок, но его там не было. Ящик был абсолютно пуст, кроме одной вещи – серебряной фоторамки, лежащей лицом вниз. Черт! Я знала, что не должна это делать. Определенно не должна, но искушение было слишком сильным, как кексик на третий день диеты.

Не делай этого, Поппи. Не делай... Но я сделала. Медленно, трясущимися руками я повернула фотографию и охнула.

На ней был он, но совершенно не похожий на себя. Это была какая-то крутая, расслабленная, счастливая версия Райана. С растрепанной копной волос, с темной щетиной на лице, в футболке и с пивом в одной из рук, обнимающий за плечи потрясающую женщину с такими же глазами, как у него. Я не могла отвести взгляд от фотографии, пытаясь совместить счастливого мужчину с большой улыбкой на фотографии и мужчину, которого знала и на которого работала. Они так сильно отличались, что закрадывались сомнения, что это один и тот же человек. Если это мистер Старк, то, что могло с ним произойти, раз он так изменился? Я услышала, как тренькнул лифт, и положила фоторамку в ящик. Подняла голову и увидела кончики ботинок, направляющиеся от лифта. Я сразу поняла, что это он.

— Дерьмо! — я упала на колени и забралась под его стол так быстро, как смогла.

— Где, черт возьми, мисс Грэнджер? — услышала я его крик перед тем, как мужчина открыл дверь в свой кабинет.

Мое сердце билось как сумасшедшее, я мысленно себя проклинала. Я просто должна была позволить этому растению погибнуть, а не сидеть здесь под столом. Я крепко зажмурилась, пока он отодвигал кресло и садился на него. Он уселся и начал пододвигаться к столу. Я открыла глаза, его колени все ближе приближались к моему лицу и ближе... и ближе... А потом Райан раздвинул колени и, О БОЖЕ, он остановился, а его ширинка находилась в паре сантиметров от моего носа.

Я в ужасе смотрела, как мужчина опустил руку и поправил свое хозяйство, которое было обтянуто его узкими брюками... Господи Боже, ему там не тесно? Я пыталась не смотреть туда, но это было все, что можно было видеть. Буквально у моего лица.

— Куда она провалилась? — пробормотал Райан, а потом громко крикнул: — Мисс Паул?

Я услышала нервные мелкие шаги, а потом неуверенное:

— Да, мистер Старк?

Это была Джунипер.

— Вы видели мою помощницу? — спросил он тем тоном, что нагонял на всех ужас.

— Эм-м-м... м-м-м... нет! — сказала она. Слава Богу!

Образовалась пауза.

— Правда? — спросил Райан. — И почему я Вам не верю?

Я услышала нервный смешок.

— Не-е-ет, — ответила она, совершенно не убедительно.

— Вы же знаете, как я отношусь к честным работникам, на которых могу положиться, — сказал он. Это звучало как угроза.

Опять возникла пауза, а потом…

— Она в Вашем кабинете! — практически выкрикнула Джунипер и выбежала из кабинета.

Я уронила голову на свои руки. И как мне выкрутиться из этой ситуации? Я огляделась. Возможно, смогу переползти на другую сторону стола, но тогда надо как-то обогнуть деревянную планку.

— Что за черт? — услышала я его голос, а потом увидела, как он развернулся в своем кресле.

Вот мой шанс. Я развернулась в этом маленьком пространстве, а потом на четвереньках попыталась проползти с другой стороны. Пока поворачивалась, что-то задела. Пожалуйста, пусть это будет стол, а не его ноги, но мне не повезло. Я в этом убедилась.

— Какого черта Вы здесь делаете, мисс Грэнджер? — услышала я.

Я замерла, надеясь, что каким-то волшебным образом стану невидимой.

— Я спрашиваю, какого черта Вы здесь делае... кхм...те? — затих его голос.

Я медленно повернула голову и посмотрела через свое плечо. И тут до меня дошло, как все это выглядит со стороны. Вот он, стоит позади меня, а вот она я на четвереньках – чудесная поза из камасутры. Еще чуть-чуть, и мужчина дотянется и возьмет меня за бедра, а потом...

Боже Всемогущий, здесь случайно не поднялась температура?

ГЛАВА ТРИДЦАТАЯ

Райан

Мужчина онемел. Посмотрев под свой стол и увидев Дорис, все слова и какие-либо мысли покинули его голову.

Она стояла перед ним. На четвереньках. Ее задница в паре сантиметров от его... скажем так, что он уже был в такой позе с женщинами раньше, и тогда они были обнажены и покрыты потом. Дорис оглянулась через плечо так же, как и другие женщины в этой же позе. Внезапно в кабинете стало жарче или только ему?

— Эм-м-м...Я... ум-м-м... — стала запинаться она.

Дьявол, это, черт возьми, заводило. Честно говоря, все в этот момент его возбуждало, абсолютно недопустимо, но, несмотря на это, откровенная колено-локтевая поза его возбуждала. Райан пытался сглотнуть, но его горло пересохло. Он пытался открыть рот и сказать хоть что-то, но ничего не вышло. Его руки покалывало так, что он хотел дотянуться и схватить ее, притянуть к себе и посадить на колени.

— Мне... Кажется, я застряла, — с придыханием прошептала Дорис, пока ее лицо заливалось румянцем.

— Застряли? — пробормотал он.

— Застряла, — повторила она.

Мужчина совершенно не хотел, чтобы она двигалась. На самом деле, он был бы счастлив, если бы она подольше «застряла» в такой позиции, намного дольше.

— Мне надо... — сказала девушка, и к его удивлению стала пятиться назад.

Ее задница приближалась все ближе и ближе, пока не коснулась его коленей. Она не стала отодвигаться, и он тоже. На какой-то момент они замерли, глядя друг на друга. Райан переместил свою руку по ноге до колена, ближе к Дорис. Девушка наблюдала за этим движением. Наблюдали вместе. В полной тишине прослеживали за тем, как его пальцы подбирались все ближе. Райан услышал ее вздох, когда расстояние сократилось до нескольких миллиметров, но больше не двигался. Не посмел продолжить.

Тишина. Можно было бы услышать, как упадет булавка, настолько тихо было в кабинете. Все, что существовало в этот момент, были он, она и его зудящие кончики пальцев. Они замерли в такой позиции в этой неловкой звенящей тишине до тех пор, пока это не стало невыносимым. Пока не почувствовал, что взорвется. Пока не понял, что у него всего два пути. Первый, дотронуться до нее и оказаться в водовороте проблем, как если бы открыть полную банку настолько огромных червей, которую потом не удастся закрыть. Или второй, держаться от Дорис, как можно дальше. Мужчина тут же вспомнил об ужасной ошибке, которую совершил много лет назад с одной из его коллег, Сашей. Подумал о том, как это все закончилось, о том, что это чуть не стоило ему компании. Он вспомнил о тех словах, что сказал ему отец, когда узнал об этом...

Поэтому Райан сделал единственное, что имело смысл. Он оттолкнулся в кресле и встал так быстро, как получилось. Затем переключил тумблер – внутренний переключатель, который он научился хорошо переключать.

— Ради всего святого, мисс Грэнджер, Вы можете оторвать свой зад с этого пола! — его голос разрезал эту тишину, как бритва.

У нее глаза стали еще шире, и приоткрылся рот.

— Я... м-м-м... ДА! — девушка отползла подальше и, наконец, вскочила. Она встала, поправляя свою юбку, которая задралась на ее бедрах. Дорис посмотрела на него, и он понял, насколько девушка смущена.

— Я запрещаю Вам заходить в мой кабинет, когда меня нет на месте!

— Извините, я...

— Мне все равно, что Вы делали здесь, — прервал ее Райан. — Вход в мой кабинет запрещен, если меня нет.

— Конечно, — робко произнесла она. — Этого больше не повторится.

— Именно! Не повторится, — повторил Райан. — И разве Вам ничего не надо напечатать и разослать?

Дорис несколько раз моргнула, а потом оглянулась.

— Я немедленно этим займусь.

Она вышла из его кабинета и села за свой стол.

Его пальцы все еще зудели, и он потер их о ткань своих брюк.

ГЛАВА ТРИДЦАТЬ ПЕРВАЯ

Райан

Райан пытался сосредоточиться на работе в течение многих часов, но у него не выходило. Он будто был вынужден слишком часто посматривать на Дорис. И когда поднимал голову, то она либо неуклюже печатала на компьютере, либо смотрела прямо на него. Так продолжалось целый день, пока мужчина не услышал громкое «дзынь» на своем компьютере. Было уже после пяти, и большая часть сотрудников, уже ушла домой.

Высветилась иконка его почты, и он ее открыл.

Assistant@starkleisuregroup.com

Райан посмотрел через стол. Дорис потирала свои руки, словно снимая боль, вращала кистями, словно разрабатывала их. Ее лицо раскраснелось, а сама она выглядела измотанной. Райан посмотрел на письмо и начал читать. Маленькое сообщение было слишком жизнерадостным и неформальным. Он качал головой, читая письмо, и размышлял, что подумают остальные.

Привет всем.

Пожалуйста, прочитайте приложенный протокол успешного совещания, на котором Вы присутствовали вчера. Я думаю, оно было очень конструктивным. Благодарю за то, что нашли время в своих напряженных графиках для этого совещания. Надеюсь, у Вас был приятный вечер. Если есть какие-либо вопросы, пожалуйста, не раздумывая, пишите по электронной почте или звоните мне.

Берегите себя.

Со всей искренностью,

Дорис Грэнджер

Личный помощник Генерального директора Райана Старка.

Райан опять покачал головой. Любой, у кого есть хоть какой-то опыт корпоративной работы, никогда бы не написал письмо в таком повседневном разговорном стиле. Он опять посмотрел на нее: теперь Дорис массажировала каждый палец. Она, определенно, никогда так много не печатала. Мужчина открыл прикрепленный файл, взял уже холодный кофе и начал читать.

— Какого черта?! — выдохнул Райан и чуть не поперхнулся. Он посмотрел на нее, и Дорис вскинула голову.

— Мисс Грэнджер... Немедленно, подойдите!

ГЛАВА ТРИДЦАТЬ ВТОРАЯ

Поппи

— СЕКС миллионов рандов! — у него как будто шел дым из ушей, пока он это произносил. — Вы отправили это письмо членам совета директоров и акционерам.

— Э-э-э... м-м-м... я... — я чувствовала, как покраснели мои щеки, а живот скрутило.

— Да. Именно сейчас стоит заикаться.

Райан был в гневе, или в панике, или в ужасе, или все вместе.

Мужчина продолжил читать мой отчет.

— Оргазмация… Я думаю, Вы имели в виду, организация контракта будет проведена сторонними адвокатами...

Он посмотрел на меня, и мне захотелось развернуться и сбежать из кабинета.

— Давайте посмотрим, что дальше... — и продолжил читать сообщение.

Мое сердцебиение ускорилось. Черт! Я не могу поверить, что написала это, ну, на самом деле, могу, потому что весь день пыталась не думать о том, что могло произойти у стола Райана. Пыталась не проигрывать тот момент с другим продолжением, с тем, когда он руками касается меня, задирает юбку и стягивает трусики. Когда хватается за бедра и притягивает ближе. Срывает одежду, скидывает все со стола и сажает меня на стол. Да уж, большая часть дня ушла на то, чтобы не представлять, как он целуется. О, Боже, надеюсь, я больше не сделала опечаток по Фрейду...

— Дерьмо! — мужчина громко чертыхнулся, и я поняла, что все-таки сделала. — Что это за слово? — Райан медленно повернул экран, и я задержала дыхание.

— Эм-м... бюст, — споткнулась я. Как плохо. Очень-очень плохо.

— А что должно было быть написано? — пристально посмотрел он.

— Эм-м... быть.

— Именно, — Райан откинулся в кресле и хмуро уставился на меня.

Я стала ерзать под таким взглядом. Казалось, моя кожа горит, а голова адски зачесалась. Я потянулась к парику.

— И, ради Бога, прекратите чесаться! — прибавил мужчина и схватился за свою голову.

Я одернула руку и положила ее на колени так быстро, как смогла.

— Вы можете себе представить, что значит быть на моей должности в тридцать семь, мисс Грэнджер? Вы понимаете, что это значит?

Я покачала головой.

— Это значит, что мне приходилось работать в два раза усерднее, чем другим, чтобы меня признали. Уверен, Вы заметили, что средний возраст на собрании был больше пятидесяти. Мне потребовалось несколько лет, чтобы заслужить их уважение, и чтобы они перестали воспринимать меня, как мальчика. Как ребенка моего отца, который просто унаследовал компанию только потому, что у меня такое же имя.

Я кивнула.

— Поэтому, когда мой личный помощник отправляет такое сообщение, словно мы студенты на вечеринке, хорошо, по-вашему, я выгляжу в их глазах?

Я покачала головой и почувствовала, как на глазах вскипают слезы. Райан был так зол на меня, я еще не видела его таким.

— НЕТ! — практически прокричал он. — Это делает меня идиотом. Подобное подрывает мой авторитет, заставляет выглядеть некомпетентным, так как я не могу нанять квалифицированного сотрудника!

Слова вылетали из его рта будто отравленные стрелы, и я больше не могла сдержать слезы.

— Словно эту всю порнографическую чушь написал сексуально озабоченный человек.

Моя нижняя губа задрожала, и я поспешила прикусить ее.

— Это так? — спросил мужчина.

— Что?

— Вы сексуально озабоченный человек?

Первая слеза скатилась по щеке.

— О, Боже, пожалуйста, только не плачьте! — сказал Райан.

Но он так смотрел на меня, что я не могла перестать плакать. Слезы все не прекращались, несмотря на то, что я пыталась успокоиться. Я уткнулась в свои ладони и продолжала трясти головой, надеясь испариться из кабинета.

— Серьезно, мисс Грэнджер, о чем, черт возьми, Вы думали, когда писали это?

Теперь меня точно уволят. И честно, мне уже все равно. С меня хватит такой работы. С меня хватит его обращения со мной. В один момент он добр, в другой – смотрит так же, как и тогда, когда я была под его столом, а потом кричит на меня. Эти эмоциональные американские горки вызывают тошноту. Я уже понятия не имела, куда двигаюсь – вверх или вниз. Я с каждой минутой запутывалась в чувствах к нему. В один момент хочу, чтобы он коснулся меня, а в другой – хочу быть как можно дальше от него.

— Что скажете? — мужчина продолжал гневно давить.

Это предел. Меня уже ничего не заботило. Я взмахнула руками.

— Секс! — звонко крикнула я. — Неужели это не очевидно? Ясно же, что я думала о сексе. Вот! Счастливы?

Затем встала с места, где сидела и направилась на выход.

— Куда Вы идете?

— Домой, — громко сказала я. — Иду домой, чтобы продолжить думать о сексе. На самом деле, кажется, я думаю о сексе все ночи напролет с тех пор, как я чертовски озабочена.

— Стойте! — быстро поднялся Райан.

— Зачем? — посмотрела на него. — Уверена, Вы умираете от желания избавиться от меня, так вот шанс. Увольте меня поскорее, чтобы я могла вернуться домой и думать о сексе! Разве не этого Вы хотели – уволить меня – как только я начала работать на Вас?

Мужчина стоял не двигаясь. Я уставилась ему в глаза и ждала, когда он заговорит. Пока мое сердце ускорялось в груди.

Но Райан молчал.

— О, да бросьте. Чего Вы ждете? Увольте эту безумную сексуально озабоченную женщину. Увольте женщину, что эвакуировала все здание, напортачила с письмом, позволила голубю разгуливать в зале совета директоров, зашла в Ваш кабинет, пока Вас не было, — я уперла руки в бока. — Сделайте! — подначивала я его, и мне было плевать.

— Я... я... — запинался он.

— АГА! — указала на него я. — И кто теперь заикается, — самодовольно сказала я, наслаждаясь тем, что смогла его ткнуть.

— Отлично. ВЫ УВОЛЕНЫ! — его слова прозвучали так громко, что я подпрыгнула.

И неожиданно, вся моя бравада, вся уверенность, все разговоры о сексе испарились в одно мгновение. Я отвернулась и стала выходить, но... БУМ!.. врезалась прямо в стеклянную стену его кабинета. Поэтому подняла руку и коснулась лба.

— Дерьмо! — пробормотала я сквозь слезы и стала тереть шишку, которая успела уже образоваться.

— Вы в порядке? — я почувствовала, как моего плеча успокаивающе коснулась рука, и обернулась, оказавшись с ним лицом к лицу.

Райан был так близко, что я могла почувствовать его дыхание, отдающее кофе. Его рука напряглась на моем плече, и мое сердце забилось быстрее.

— Дорис, Вы в порядке? — опять спросил он.

Я кивнула. Слезы уже перестали бежать. Его губы притянули мой взгляд. Хватка мужчины расслабилась, и он стал медленно спускать руку по моей руке, остановившись у локтя. Я резко вздохнула, когда он коснулся моей голой кожи. Подняла свою голову и посмотрела ему прямо в глаза. Их синева практически полностью сменилась бушующей тьмой.

Что, черт возьми, здесь происходит?

ГЛАВА ТРИДЦАТЬ ТРЕТЬЯ

Райан

— Почему Вы весь день думали о сексе? — наконец, спросил Райан, обрывая затянувшееся молчание.

Дорис смотрела на него и продолжала хлопать своими длинными ресницами. Ее карие глаза всегда казались ему загадочными. Может именно из-за них он так вел себя рядом с ней? Было что-то в этой женщине, чего он никак не мог понять. Она его интриговала, сбивала с толку. Райан не гордился этим, но это было правдой.

Ее рот слегка приоткрылся, будто девушка хотела что-то сказать. Боже, Райан хотел услышать, что она скажет. Хотел услышать, что она думала о нем весь день, как и он о ней. Что думала о нем так много, из-за чего написала самое отвратительное деловое письмо в мире. И о том, что когда написала «бюст» вместо «быть», она представляла его руки и губы на ее груди.

— Я просто так сказала, а не имела это в виду, — сказала Дорис, хотя говорила с придыханием, а ее зрачки были расширены.

— Я Вам не верю, — Райан сделал шаг вперед.

— Я говорю правду, — прошептала девушка, отклонившись назад.

— Тогда почему я Вам не верю? — он склонился к ней. Их лица, губы были в каких-то сантиметрах друг от друга. Мужчина увидел, как она сглотнула, но не сдвинулась с места. Он мог почувствовать ее дыхание на своих губах, и хотел поцеловать Дорис, как никого еще раньше. Не целуй ее, Райан... Поцелуй ее, черт возьми! Не целуй ее, Райан... Поцелуй ее, черт возьми! В его голове разыгралась целая битва.

— Знаете, о чем я думаю... — мужчина наклонился еще ближе, и сантиметры сократились до каких-то жалких миллиметров. Не целуй ее, Райан.

— Нет... — прошептала она.

— Я думаю...

Поцелуй ее, черт возьми!

ДИНЬ, ДИНЬ.

Громкий звонок телефона заставил отпрянуть друг от друга, как будто их застали за чем-то неподобающим.

— Блять! — прошептала Дорис и в ужасе уставилась на него. Она ударила себя по губам, как будто только что осознала, что между ними произошло. Как будто была заколдована, а сейчас освободилась от заклятия. Мужчина стоял и смотрел на нее, игнорируя непрекращающийся звонок, что раздавался в пустом офисе. Райан не мог оторвать свой взгляд от Дорис.

О чем она думает?

— Дорис... — Райан сделал шаг вперед, но она отскочила от него, словно пыталась убежать. Казалось, что телефонный звонок становился все громче, хотя мужчина понимал, что это невозможно.

— Просто... подождите... — он поднял руку. — Я должен ответить, но подождите... Я хочу поговорить. — Райан подошел к своему столу и на секунду отвернулся от нее. — Дайте мне мин...

Но девушка выбежала из кабинета до того, как мужчина смог закончить.

ГЛАВА ТРИДЦАТЬ ЧЕТВЕРТАЯ

Поппи

Я не стала ждать его. А выбежала из офиса, забежала в лифт и спустилась в вестибюль.

— Черт побери! — громко ругнулась я, когда увидела, что опять идет дождь. Почему, как только мне нужно срочно сбежать, разверзаются небеса и делают мою жизнь еще сложнее? Дождь не казался слишком сильным, поэтому я решила выйти из здания. И тогда темное грозовое небо прорезала огромная молния. Я подпрыгнула на месте.

— Да, на улице не очень, — услышав это, я повернулась на голос.

— Аянда, вы еще здесь? — спросила я.

Она пожала плечами.

— Мне надо было кое-что доделать. И уже собираюсь уезжать.

Я посмотрела на нее, надеясь, что она не могла разглядеть мои покрасневшие от слез глаза, но она увидела потому, что выражение ее лица смягчилось.

— Не самый лучший день? — с сочувствием спросила женщина.

Я кивнула.

— Иногда с ним бывает та-а-а-ак трудно работать. Никогда не знаешь, какое у него настроение, — заметила она, хотя я была уверена, Аянда не знает, что на самом деле между нами происходит.

— Вас подвезти? — мягко спросила она.

— Да, пожалуйста, — с облегчением ответила я.

— Подождете пять минут? — Аянда улыбнулась, и я улыбнулась в ответ. Неожиданно почувствовала, что готова расплакаться от ее доброты.

— Спасибо большое. Правда, это очень мило с Вашей стороны, — я прошла к креслу, на котором сидела перед собеседованием.

— Это самое меньшее, что могу сделать, чтобы загладить тот переполох в прошлом, — извиняющимся тоном ответила женщина. — За что еще не попросила прощения.

Я покачала головой.

— Не надо, но я ценю это. Спасибо.

Я села на Самое Неудобное в Мире Кресло (они должны сделать это своей торговой маркой). Они должны запатентовать этот дизайн потому, что надо еще постараться сделать мебель настолько неудобной. Я должна была понять в первый же день, что это кресло знак о том, что меня ждет в будущем – полная задница. И терпеливо ждала, наблюдая за разыгравшейся за окном бурей. Это было красиво: в небе еще был виден клочок голубого цвета, который все уменьшался, пока не был полностью поглощен растущими черными облаками... Чем-то похоже на глаза Райана пару минут назад, когда он смотрел на меня, пока держал за руку. Я поежилась.

Это действительно все происходило или мне привиделось? Мистер Старк уволил меня, а в следующую минуту смотрел так, словно собирался... Я с трудом могу это представить. Хотел меня поцеловать? Мои губы защипало, и я дотронулась до них. Звук прибывшего лифта и тяжелые шаги по мраморному полу заставили меня поднять голову. Это он. Мужчина прошел весь путь от лифта до меня и остановился.

— Мисс Грэнджер? — осторожно прозвучал его голос.

— М-м-м? — промычала я, не смея взглянуть на него.

— То, что произошло в моем каби...

— Меня подвезут домой. Я жду Аянду, — быстро прервала я его, надеясь полностью прекратить этот разговор. Не хотела, чтобы Аянда что-либо услышала.

— О, Аянда, — его голос звучал расстроено, но я не понимала почему. Скорее всего, это облегчение, что не ему придется меня подвозить, и я его больше не побеспокою.

Мужчина сделал шаг вперед.

— Но я, правда, хотел бы поговорить с Вами, — прошептал Райан.

Я напряглась при его приближении.

— Нам не о чем говорить, — ответила я, оглядываясь, чтобы Аянда не была свидетелем нашего разговора.

— Напротив, нам есть о чем поговорить, — на этот раз громче сказал мужчина. — И поэтому, я отвезу Вас домой.

Я вскинула голову.

— Аянда отвез...

Но прежде чем я смогла закончить предложение, мужчина уже начал действовать.

— Мисс Ндаба... — его голос прозвучал на все помещение офиса. — Я отвезу мисс Грэнджер домой, поэтому можете не переживать.

— О... эм-м-м... — Аянда замялась. — Мне несложно, мистер Старк, и я не против отвезти...

— Я настаиваю, но спасибо, — он опять прервал ее и подошел к входной двери. Остановившись, мужчина оглянулся.

— Мисс Грэнджер?

Райан придержал для меня дверь.

Я в панике посмотрела на Аянду. Ехать с ним было последнее, чего я хотела, особенно вспоминая, что случилось пару минут назад. Аянда пожала плечами. Меня загнали в угол, и из него был один выход. Поэтому я неуверенно встала и направилась к выходу.

ГЛАВА ТРИДЦАТЬ ПЯТАЯ

Райан

Поездка к ее дому была неловкой и напряженной. Дорис постоянно ерзала на своем сидении, то скрещивала ноги и руки, то расслаблялась, но держалась от него как можно дальше. В какой-то момент, казалось, она полностью вжалась в дверь машины. Райан постоянно открывал рот, чтобы что-то сказать, но закрывал обратно, не находя нужных слов. Как ему объяснить то, что произошло в его кабинете? Как объяснить то, что в одно мгновение он увольняет ее, а в другое – почти целует. Это было недопустимо и совершенно непрофессионально, а Райан не хотел, чтобы Дорис неправильно его воспринимала. Такое поведение не было для него нормой!

На самом деле, он уже перестал злиться из-за ее письма. Его гнев возник от шока, из-за того, что члены совета директоров и акционеры после прочтения подумают, что Райан полный дурак. Мужчина уже отправил им всем сопроводительное письмо с объяснениями. Райан использовал так много технологических терминов, что их стареющие умы навряд ли поймут – что-то связанное с брешью в защите, вирусом и тому подобное.

И чем дальше он ехал, тем тяжелее ему было заговорить. Не то чтобы у них было что-то в физическом плане, но они были к этому близки. Дважды.

Они, наконец, остановились у ее дома. Это место, каждый раз как Райан его видел, выглядело хуже. Посередине дороги валялось сломанное кресло и что-то похожее на останки крысы. Очень большой крысы, а может кошки? Дорис потянула за ручку и вылезла из машины, бросив через плечо пренебрежительное «спасибо». Мужчина сидел и смотрел, как она удалялась, и в нем поднималась паника. Он не хотел, чтобы девушка уходила. Они так и не поговорили о случившемся, и Райан не хотел оставлять все как есть. Он покинул машину и побежал за ней.

Дорис остановилась и обернулась к нему.

— Что Вы делаете? — спросила она.

— Провожаю Вас до дверей.

— Зачем?

Мужчина пожал плечами. Он не знал, что сказать. Слегка моросил дождь. Дорис стояла перед ним со скрещенными руками, капли дождя текли по ее щекам и скапливались в уголках губ. Райан так хотел их поцеловать.

— Я проходила этот путь каждый день на протяжении пяти месяцев. Самостоятельно. Нет необходимости, чтобы появлялись Вы и спасали меня. Я в состоянии справиться сама, спасибо, — сказала она.

— Что ж, Вам не стоит делать это самой, — ответил мужчина. — Здесь небезопасно, как мне кажется.

— А какого черта Вы так печетесь о моей безопасности? — с вызовом спросила она.

Он опять пожал плечами.

— Честно? Без понятия.

— В этом нет смысла, — Дорис всплеснула руками.

— И не говорите.

Девушка потрясла головой и продолжила идти. А он продолжал следовать за ней. Когда дошла до входной двери, она опять обернулась.

— Ну, вот. Мы у двери. До свидания.

Дорис начала свою личную битву с дверью, пока та не открылась. Девушка вошла в дом. Райану было необходимо с ней поговорить. Сейчас или никогда.

— О том, что произошло в моем кабинете, — неожиданно произнес он.

Она замерла, не поворачиваясь к нему.

— То, что было в кабинете, не должно было произойти, я хотел бы извиниться, если поставил Вас в неловкое положение и...

— Ничего не было, — прервала она его. — Ничего кроме того, что Вы меня уволили.

— Уволил, — согласился Райан, — но потом Вы врезались в стену и...

— С моей головой все в порядке, если Вы беспокоитесь об этом, — она продолжила свой путь, Райан не отставал.

— Что Вы делаете? — Дорис развернулась и уставилась ему в глаза.

— Провожаю до Вашей двери.

— Мы уже ее прошли.

— Я имел в виду дверь Вашей квартиры, — подчеркнул он.

Дорис вздохнула.

— Делайте, что хотите, — сказала она и стала подниматься по лестнице.

Когда они, наконец, достигли ее двери, девушка открыла и встала на пороге, четко показывая, что его не приглашают.

Райан посмотрел на ее дверь. Это была старая, ветхая на вид деревянная дверь без специальных замков, защитной решетки... Ничего.

— Как Ваши замки выглядят внутри? — спросил он, заходя в квартиру, пройдя мимо нее.

— Простите! Что Вы делаете? — спросила она.

Он не ответил, вместо этого посмотрел на дверь в ужасе.

— Один маленький замок? И это все? Никакого засова, ни цепочки, ничего?

— Боже! — фыркнула девушка. — Вы даже критикуете замок на моей двери!

Дорис бросила свою сумку на небольшой кухонный столик.

— Конечно, я не одобряю! Кто угодно может сюда вломиться.

— О, да бросьте, здесь нечего красть, — Дорис нагнулась и вытащила банку арахисовой пасты из холодильника. Мужчина с удивлением следил за ее действиями, как она зачерпнула пасту ложкой, а потом засунула ее в рот.

— Поужинаете? — Дорис саркастично протянула ему ложку, — Думаю, что нет, — фыркнула она, вернув прибор обратно в свой рот.

— Это Ваш ужин? — спросил мужчина.

— Да.

— Прямо из банки?

— Угу.

— Ну, не очень-то это и питательно, — он наблюдал, как Дорис подносит ложку ко рту и слизывает коричневую кремообразную пасту.

— Что бы Вы знали, — она покрутила банку в своих руках. — Арахисовая паста содержит кальций, магний, углеводы и протеин. Это практически сбалансированная еда.

Райан внимательно на нее посмотрел, а потом подошел к ее холодильнику и открыл дверцу. Тот был пуст.

— Больше ничего нет? — спросил он, выпрямляясь.

— Нету, — просто сказала она.

Девушка встряхнула своими ногами, и ее туфли с глухим звуком упали на пол. Взгляд Райана проследил за этим действием, и сразу же остановился на пальце, выглядывающем из дырки на чулках. Дорис махнула ногой.

— Что? Никакой критики в адрес моей одежды? — с иронией спросила она. — Никаких: «Почему у Вас дырка на колготках? Это раздражает. Идите, возьмите новую пару!» — Она сказала это странно, будто подражала его голосу.

Их глаза опять встретились, и Райан удержал ее взгляд. Тот был дерзким и вызывающим, будто бы ей было все равно, что мужчина о ней подумает. Как будто ей было совершенно наплевать на него...

Его внутренности скрутило. Мужчина выпрямился и пошел к двери.

— Я буду ждать Вас ровно в полседьмого. — остановившись, сказал он.

— Что? — вопрос прозвучал невнятно из-за того, что ее рот был полон арахисовой пасты. — Но Вы уволили меня!

— Считайте, я снова Вас нанял, — Райан обернулся и посмотрел на нее.

— Что? — девушка открыла рот, уставившись на него. — Я не понимаю.

Мужчина качнул головой.

— Поверьте мне. Я и сам не понимаю, — он практически вышел, как снова остановился. — Вы действительно только это едите на ужин? Арахисовую пасту?

Она кивнула.

— Без хлеба?

Дорис покачала головой.

— Без, но я закрываю глаза и представляю пиццу с пепперони.

Райан кивнул.

— Увидимся завтра утром, мисс Грэнджер.

А потом ушел.

ГЛАВА ТРИДЦАТЬ ШЕСТАЯ

Поппи

Я следила за тем, как он выходит из квартиры. Когда опять остановился и посмотрел на дверной замок, закатила глаза. Что, черт возьми, только что произошло? Он меня уволил, а потом нанял так быстро, что у меня закружилась голова. Мой голубь, как будто по сценарию, громко проворковал.

Я повернулась и посмотрела на него.

— Именно так. Поддерживаю.

Я стояла посередине своей комнаты и смотрела на входную дверь. На какой-то момент думала, стоит ли догнать его и потребовать ответа, почему он так странно себя ведет? Почему он такой непостоянный? Почему то увольняет меня, то практически целует, по крайне мере, именно в таком свете я все это вижу. Потом провожает меня до квартиры, критикует мою еду и опять нанимает на работу?

Я подошла к окну и выглянула на улицу. Райан говорил по телефону и подходил к машине. Даже шел мистер Старк не как обычные люди. Его походка была такой стремительной, словно он опаздывал. Я продолжала наблюдать, как мужчина садится в машину и отъезжает от дома, смотрела до тех пор, пока не скрылись огни фар.

— Какого хрена происходит? — громко произнесла я.

Я даже не знала, хочу ли работать с ним. Действительно, не знала. Да, пошел он. Что этот мужчина о себе возомнил? То нанимает на работу, то увольняет, а потом опять нанимает, как будто я какая-то марионетка, с которой он делает все, что хочет?

Я уже собиралась ложиться спать, практически залезла в кровать, когда подпрыгнула от стука в дверь.

— О, Боже, — простонала я.

Единственный человек, который мог стучаться ко мне, это домовладелец из-за просроченной аренды. А ведь я ее не заплатила. Поэтому тут же решила притвориться, что меня нет, но потом услышала, как меня зовут по имени, и это был не арендодатель.

— Доставка для мисс Грэнджер, — прозвучало за дверью.

— Я ничего не заказывала, — я подошла к двери.

— Это от Райана Старка.

После этих слов я повернула ручку и выглянула из-за двери.

— Доставка пиццы для Дорис Грэнджер. Пепперони, — сказал парень и протянул мне коробку с пиццей.

Я почувствовала аромат пиццы, и мой рот наполнился слюной. Я потянулась за коробкой, но потом остановилась.

— У меня нет денег, я не могу...

— Она оплачена, — сказал прыщавый доставщик пиццы и развернулся.

Ух, ты! Я думала, что Райан Старк уже не способен меня удивить, но эта пицца побила все рекорды по моему удивлению.

ГЛАВА ТРИДЦАТЬ СЕДЬМАЯ

Райан

Откровение...

Это самое лучшее слово, которое описывает все, что происходит между ними. Райан чувствовал себя открытым. Она раскрывала его. Всегда, когда он был рядом с ней, понимал, что все чувства, которые аккуратно прятал внутри, вырываются наружу. И этому способствовала именно Дорис! Она ослабляла его контроль, и часть его хотела этот контроль отпустить, но другая, его логичная сторона, говорила ему не поддаваться. Эти противоположные мысли и чувства разрывали его на части.

Сначала Райан был просто сбит с толку от того, что находил ее привлекательной с этой ужасной прической, отвратительными очками, старомодной одеждой. Дорис была неуклюжей, упрямой и постоянно делала то, что его бесит, но, тем не менее, вызывает улыбку на лице. Не смотря на все попытки скрыть это. Поначалу он был единственным, кого она привлекает, но после совещания совета директоров, увидел, что не только его она очаровала своей неординарностью.

Райан подъехал к своему дому, и неожиданно для себя понял, что все его мысли во время поездки были посвящены Дорис. Он проехал по подъездной дороге и припарковался. Новые мысли заняли его голову. Эмми. Он понятия не имел, в каком она будет настроении и выйдет ли из своей комнаты на ужин. Мужчина вылез из машины, дошел до входной двери и повернул ключ в замке. В этот момент вспомнил дверь квартиры Дорис с отвратительным небезопасным замком. Черт побери! Почему он не может перестать думать о ней? Райан зашел в дом и оглянулся. Эмми не было видно, поэтому он бросил свою сумку на пол и прошел на кухню. Его домоправительница, Тамлин, все еще была там.

— Привет, — поздоровался он.

Она посмотрела на него и покачала головой. Тамлин работала на него уже больше десяти лет. Она хорошо ладила с Эмми, и помимо его работы, она была единственным человеком, с кем он постоянно общался.

— Что? — спросил Райан, но уже знал ответ.

— Эмми, — мягко произнесла Тамлин. — Я слышала, как девочка плачет в своей комнате, и она не спустилась на ужин, хотя я приготовила ее любимые блюда.

Райан кивнул ей.

— Спасибо. Посмотрим, что я смогу сделать.

— Она в таком возрасте, когда девочкам больше всего на свете нужна ее мама, — сказала Тамлин, выходя из кухни.

— Я знаю, — ответил он, но ничего не мог с этим сделать. Райан не мог взмахнуть волшебной палочкой, и все исправить. Если бы только мог... Если бы была малейшая возможность поменяться с Рэйчел местами, он бы поменялся. Это было так нечестно, что именно она заболела, особенно учитывая, что жизнь ее не была легкой. По мнению Райана, неудачи сестры были следствием того, что она всегда следовала за сердцем. Рэйчел больше доверяла своим чувствам, чем разуму. Именно поэтому она решила, что влюблена в этого придурка из видеомагазина. Она внезапно сбежала с ним в романтическое путешествие, а вернулась одна и беременная, когда поняла, что Ланс не готов к долгосрочным отношениям. Определенно, появление ребенка в двадцать два года никогда не входило в его планы. И родители разочаровались в ней, если судить по их поведению. В планы родителей не входило наличие дочери с внебрачным ребенком, но Рэйчел приспособилась и полностью посвятила себя Эмми. Дочь стала центром ее вселенной, но жизнь матери-одиночки не отличалась легкостью. Райан помогал по возможности, как финансово, так и эмоционально, но полностью облегчить жизнь сестры все равно не получалось. Он вздохнул. Райан чувствовал себя таким потерянным без своей сестры-близняшки, словно его лишили чего-то важного.

Мужчина поднялся по лестнице в комнату Эмми и на этот раз постучал. А когда не последовало никакого ответа, приоткрыл дверь и заглянул внутрь. Эмми уже заснула. Спящаяона выглядела, как самый настоящий ангелок с ее темными волосами, раскинутыми по подушке, с длинными черными ресничками и розовыми щечками. Он медленно, стараясь не разбудить, вошел в комнату. Подойдя поближе, увидел в ее руках фотографию Рэйчел. Райан аккуратно нагнулся над Эмми и поцеловал девочку в лоб. Ее волосы сладко пахли жасмином. Он уже повернулся, чтобы выйти из комнаты, как его взгляд зацепился за открытый журнал на столе. Это был журнал для подростков, который она купила раньше. Райан подошел к нему ближе, прочитал заголовок страницы...

— Какого дьявола? — сказал Райан так громко, что Эмми вскочила с кровати.

— Что... что... — сонно пробормотала она. — Что ты здесь делаешь?

Райан взял журнал и громко зачитал заголовок.

— Наука поцелуев: как в них преуспеть.

— О, Боже, Райан, что ты делаешь в моей комнате?

— Я зашел пожелать тебе спокойной ночи и увидел... это! — помахал он журналом.

— Это вторжение в личную жизнь! — Эмми подпрыгнула на кровати, пытаясь отнять у него журнал, но он держал его высоко над головой.

— Этим ты сейчас занимаешься? Тебе действительно нужен лифчик или ты прогуляла школу, чтобы «преуспеть в поцелуях»? — Райан изобразил воображаемые кавычки.

— Не могу поверить, что ты так считаешь? Ты мне не доверяешь? — ее губы слегка задрожали, а в глазах стояли слезы.

— Я уже стал сомневаться. Должен ли я доверять девочке, которая украла деньги из моего бумажника и прогуляла школу? — его голос прозвучал очень громко. Слишком.

Она не выдержала и расплакалась.

Его кольнуло чувство вины.

— Извини, я не собирался кричать, — мягко произнес он.

— Ты всегда не собираешься кричать! — сказала Эмми, пока слезы скатывались по ее щекам. Она повернулась к нему спиной, и прикрыла лицо руками.

Да уж, он опять не справился. Сейчас мужчина это ясно видит, но увидев эту статью, он испытал сильный шок. Неужели она уже в этом возрасте?

— Мне правда нужен лифчик, — пробормотала она сквозь всхлипы.

Райан покачал головой. Он опять все запорол.

— Прости. Я просто...

— Пожалуйста, покинь мою комнату, — перебила его Эмми.

Мужчина кивнул.

— Хорошо, — он вернул журнал на ее стол. — Прости меня, — повторил Райан, хотя было очевидно, что его извинения для нее ничего не значили.

Он вышел из комнаты и прикрыл дверь. Могут ли их отношения еще больше испортиться? И где, черт возьми, руководство для таких случаев? Ему срочно такое требуется. Отчаянно. Ему нужно знать, что предпринять, чтобы их отношения не разрушились до такой степени, что их невозможно восстановить.

Он вытащил телефон и написал своей матери. Райан помнил, что Эмми не хотела идти в магазин с бабушкой, но к кому еще обратиться?

ГЛАВА ТРИДЦАТЬ ВОСЬМАЯ

Поппи

Когда Райан приехал забрать меня домой, он уже был в отвратительном настроении. Я с улыбкой забралась в машину и приготовилась поблагодарить за пиццу, когда увидела его полное суровости лицо, и мое сердце ушло в пятки. Такое выражение его лица заставляло меня нервничать и переживать. Мы ехали в полной тишине, пока я не набралась храбрости нарушить ее.

— Спасибо за пиццу, — сказала я.

— Не за что, — отмахнулся он.

Я же продолжила.

— С Вашей стороны было очень благодушно, Вы совсем не обязаны...

— Знаю, — грубо прервал Райан, отчего в сердце поселился страх.

После этого я замолчала. Когда мы, наконец, припарковались у офиса, он впервые посмотрел на меня. Я улыбнулась.

— Мисс Грэнджер, пожалуйста, сегодня никого не пропускайте в мой кабинет. Вчера несколько сотрудников прошли мимо Вас, и это доставило мне неудобства.

— Правда? — переспросила я. Я не помнила, чтобы что-то подобное происходило. Возможно, они прошли, когда я печатала сообщение. — Простите. Этого больше не повторится, — быстро добавила я.

— Естественно, не повторится, — ответил он и покинул машину, громко хлопнув дверью.

Какого черта?

С этого момента и на протяжении дня все пошло не так. Может быть это из-за того, что я нервничала, или из-за того, что он казался еще злее, чем обычно. Может, благодаря тому, что я услышала, как он орет на кого-то из-за запоздалого отчета. А может из-за того, что я переела пиццы перед сном, и теперь мой желудок чувствовал себя неважно, но только за первые два часа я умудрилась пропустить один телефонный звонок, другой – не туда перевела, а еще случайно ошиблась в его личном расписании. К обеду я была в таком ужасном состоянии, что не могла вспомнить любит он майонез или нет. И почему-то я забыла, какой кофе он предпочитает – черный или с молоком?

Мои мысли метались туда-сюда, пока я смотрела на меню, но все же сделала заказ. Шанс один к одному – будет ли мой выбор неверными и, возможно, я опять буду уволена. Аянда и Джунипер сидели за столиком и разговаривали, я бы хотела к ним присоединиться. У меня не было подруг, так как моим самым лучшим другом была мама, и кроме нее мне в принципе никто не был нужен, но теперь ее не стало, и я чувствовала себя одинокой. Не было никого, с кем я могла бы поговорить, попить кофе, позвонить.

— Привет, — я помахала им, пока стояла в ожидании заказанного кофе и сэндвича и притопывала в нетерпении.

Они махнули мне в ответ и улыбнулись.

— Неудачный день? — спросила Аянда, прихлебывая кофе.

— Будет, если срочно не отнесу ему обед, — мы все обменялись понимающими взглядами.

— Кажется, у него сегодня настроение хуже, чем обычно, — прокомментировала Аянда. — Я слышала, он довел Марту до слез.

Я кивнула.

— Он на нее сорвался. Я слышала со своего места.

Аянда неодобрительно покачала головой.

— Ты словно работаешь на доктора Джекила: каждый раз гадаешь, в каком он настроении.

— И не говори, — сказала я, прекрасно понимая, что она имеет в виду.

— Порой трудно остаться в здравом уме. Вот почему так важно выбираться за выпивкой в день выплаты зарплаты.

— За выпивкой?

— Именно. Мы и еще несколько сотрудников обычно собираемся вместе. И этот день сегодня, но мы перенесли его на завтра – субботу, так как слишком вымотались за эту неделю. Ничего особенного, но хочешь к нам присоединиться? — спросила Джунипер. — Познакомишься еще с несколькими сотрудниками.

— Конечно, — ответила я. — С удовольствием. А во сколько?

— В семь вечера, — ответила она. — Я пришлю адрес, если ты дашь свой номер телефона.

— Здорово, — я подошла к ним, и мы обменялись телефонами. — Ну, а теперь мне пора отнести ему обед, — сказала я.

Они опять кивнули, а я поспешила в его кабинет, четко осознавая, что этот разговор стоил мне тридцати секунд, на которые я опаздываю. И когда я подходила к кабинету, чуть не дала свершиться чудовищной катастрофе. У кабинета был мужчина. Мужчина в черном костюме с большим дипломатом, который был на полпути к кабинету Райана.

— Никого не пропускай в мой кабинет, — прокричал голос Райана в моей голове.

Я оставила еду и кофе на моем столе, и, как можно быстрее,  преградила дорогу решительно настроенному мужчине.

— Прошу прощения, — я улыбнулась мужчине. — Мистер Старк никого не принимает. Или у Вас назначена встреча? — спросила я, зная, что никто не договаривался об этом.

Мужчина смотрел на меня, словно на сумасшедшую.

— У меня не назначена встреча, но мистер Старк меня ждет.

— Нет, не ждет, — я вытянула руки, загораживая дверь в кабинет Райана. Незнакомцу пришлось бы либо проползти между моих ног, либо применить силу, чтобы сдвинуть меня.

— Нет, ждет, — кажется, мужчина разозлился.

— Мистер Старк никого не принимает в течение рабочего дня, особенно тех, которых я с ним не согласовала.

— Слушайте, я не знаю, кто Вы, но я всегда прихожу в это время.

— Мне неважно, приходите ли Вы сюда каждый день или нет, но не можете просто так заходить в его кабинет без записи. А все записи веду я, — я оглянулась на кабинет Райана, он же наблюдал за нами. Наверняка, он хотел увидеть провалюсь я или нет, подведу ли я его. Что ж я не собираюсь доставить ему это удовольствие, чего бы мне это не стоило. Этот же незнакомец, кем бы он ни был, не пройдет мимо меня.

— Послушайте, дамочка...

— Дамочка?! — прервала его я. — Я Вам не дамочка. — Топнула я ногой.

Глаза незнакомца расширились.

— Миссис...

— Мисс, — отрезала я. — Мисс Грэнджер. Личный помощник генерального директора Райана Старка, и Вам не разрешено заходить в этот кабинет.

— О, ради всего святого, — мужчина решительно двинулся к двери. — Райан? Райан? — громко позвал он.

Но Райан не сдвинулся с места. Он определенно испытывал меня. Хотел увидеть справлюсь ли я в этой ситуации.

— Не зовите его, — сказала я, пытаясь загородить дверь, когда мужчина пытался прорваться мимо меня. — Не-е-е-ет! — Прокричала я, так как он оторвал меня от двери и зашел.

— Не смейте! — с громким «хи-ия-я-я» я прыгнула ему на спину.

— Какого! — мужчина крутанулся вокруг своей оси и взмахнул руками.

Но я вцепилась в него еще крепче. Это стало напоминать мне сцену из телесериала. Он пытался скинуть меня, но вцепилась в него намертво.

— Я знаю, где Выпроводите ночи, сеньор, — тихо прошептала ему на ухо.

— Что? — со страхом крикнул он.

Я его не винила. Когда РамонаГонсалез говорила подобным голосом, она была предельно серьезна.

— Райан, Райан! — отчаянно закричал он. — Сними с меня эту сумасшедшую женщину!

— Мисс Грэнджер... — Райан встал и подошел к нам. Он постучал по моему плечу, на что я повернулась и посмотрела на него.

— Да, мистер Старк?

— Пожалуйста, слезьте с мистера Мабузы.

Мистер Мабуза. Это имя казалось знакомым.

— Но Вы говорили, никого не пускать.

— Сейчас обед. Мое личное время. Я могу встречаться в моем кабинете в это время с кем захочу.

— О... — я ослабила свою хватку и медленно соскользнула со спины мистера Мабузы. — Хорошо, — прошептала я. Что ж, мне не стыдно. Совсем не стыдно.

Райан улыбнулся. Медленно еле заметно на его лице появилась кривая улыбка, что осветила его лицо. Это была первая улыбка за весь день, что напомнила мне сцену из фильма «Семейка Аддамс», когда УэнздейАддамс улыбнулась, и все ахнули.

— Это адвокат, который будет... — Райан наклонился ко мне и прошептал, — оргазмировать контракт.

Мои щеки покрылись ярким стыдливым румянцем.

— О... м-м-м... простите.

Я отступила и направилась к двери, когда меня остановил его голос.

— Мой кофе и обед, — произнес он.

— Конечно, — я повернулась к нему и робко улыбнулась адвокату.

Адвокат смотрел на меня со странным выражением лица одновременно растеряно и со страхом.

— Она очень предана своей работе, — сказал Райан мистеру Мабузе, облокотившись на стол.

Адвокат с любопытством осмотрел меня с ног до головы.

— Я вижу. Очень предана, — сухо ответил он, все еще не впечатленный.

— И можете принести мистеру Мабузе... — заговорил Райан.

— Кофе. Крепкий. Без сахара, — не отрывая свой взгляд от меня, продолжил мистер Мабуза.

Что это с ним? Никогда не сталкивался с личным помощником раньше?

— Сейчас будет, — я улыбнулась и немедленно покинула кабинет. О, Боже, что за ужасная подстава. Я сделала кофе и взяла обед для Райана, надеясь, что не перепутала его предпочтения – с майонезом или без. Я вернулась в кабинет и положила все на стол.

— Пожалуйста, — как можно нежнее сказала я.

— Без майонеза, мисс Грэнджер. Без майонеза.

— Простите, — пробормотала я, выходя из кабинета.

О, Боже, это день может стать еще хуже?

ГЛАВА ТРИДЦАТЬ ДЕВЯТАЯ

Райан

У него должно быть совещание после обеда. Это было пятничное собрание, и, несмотря на распространенное мнение, он их ненавидел. Он бы с большим удовольствием поехал домой, чтобы отдохнуть после рабочей недели. Райан позволял себе отдых лишь в этот день недели. Бабушка Эмми всегда по пятницам забирала ее из школы, и девочка оставалась у нее на ночь. Это значило, что вечер пятницы Райан мог посвятить себе. Он приезжал домой, скидывал свой костюм на пол или куда-нибудь еще, заказывал вредный фаст-фуд, смотрел «Нетфликс» и выпивал примерно три стакана односолодового виски перед тем, как лечь в постель. Он каждый раз с нетерпением ждал пятницу, единственный день, когда мог ослабить контроль.

Мужчина дотянулся до телефона и набрал номер. Телефон в приемной немедленно зазвенел, от чего Дорис подпрыгнула на месте, но подняла трубку.

— Мисс Грэнджер... — начал он и посмотрел на нее через стеклянную стену. На какое-то мгновение они встретились взглядами, после чего Дорис отвела глаза. — У нас сегодня должно быть совещание согласно моему расписанию, Вы в курсе?

— Да, — мгновенно отреагировала она.

— Оно будет через час, и мне нужно, чтобы до этого Вы сходили в химчистку и забрали мою рубашку, — сказал Райан. — Вам, возможно, не видно из-за моего стола, но на моем воротнике майонез. Именно поэтому, я не люблю есть сэндвичи с майонезом на работе.

— О. Извините, — прозвучало из уст побежденной.

— Но убедитесь, что Вы попросили Оливера принести мою одежду. Это очень важно. Скажите ему, что это для меня. Он знает, кто я такой и как стирать мои рубашки.

Девушка кивнула.

— Хорошо.

Райан повесил трубку, но Дорис продолжала сидеть на месте. Он понаблюдал за ней какое-то время, а потом опять набрал ее номер. Она снова подпрыгнула на месте и подняла трубку. Мужчина покачал головой. Почему она каждый раз пугается, когда звонит телефон? Это смешно. Это всего лишь телефон на ее столе. И он звонит.

— Сейчас, — произнес Райан в телефонную трубку. — Нам уходить уже через пятьдесят восемь минут, и время идет.

Она спрыгнула со своего стула и поспешила по коридору. Райан смотрел ей вслед. В ней не был ничего обычного. Даже то, как Дорис ходит. Ее движения всегда такие эмоциональные и экспрессивные, особенно вспоминая ее атаку на адвоката. Он улыбнулся воспоминанию. В тот момент мужчина пытался сдержаться, но, Господи, смотреть, как она вцепилась в мистера Мабузу, такое Райан навряд ли забудет. Мужчина смотрел, как девушка удаляется, но потом она остановилась. Казалось, в ней идет борьба. Она практически повернулась, но остановила себя. Девушка повторила подобное действие несколько раз, пока, наконец, не развернулась и неуверенно зашла в кабинет. Приоткрыв дверь, она заглянула внутрь, как черепаха, что вытянула голову из своего панциря, чтобы исследовать окружающую среду.

— Эм-м... А где находится прачечная? — тихо спросила Дорис.

— Прямо за зданием в торговом центре, — ответил он.

Она кивнула и отошла, но потом остановилась еще раз. В дверном проеме появилась ее голова.

— Мне понадобятся деньги?

Райан откинулся в своем кресле и скрестил руки.

— У меня там счет, — ответил он. Она оказала ему большие пальцы, а потом пошла на выход. Мужчина смотрел на нее, ожидая, что Дорис опять вернется, но она ушла. Райан испытал легкое разочарование.

ГЛАВА СОРОКОВАЯ

Поппи

Когда я вернулась из прачечной, мне срочно требовалась кружка кофе. Я была выжата как лимон: удержаться на мистере Мабузе стоило немало сил, также как и быстрая прогулка до прачечной. Я взяла кофе и пошла к лифту, когда произошла очередная катастрофа.

— О, черт! — ахнула я, когда увидела, что натворила. Я пролила несколько капель кофе на воротничок его рубашки. На его новую накрахмаленную белоснежную рубашку, которую только что забрала.

— Черт-черт-черт!

Схватив рубашку, побежала в женский туалет. Я должна избавиться от этого пятна прежде, чем он заметит.

Я ворвалась в туалет, так что за мной громко хлопнула дверь. Звук от захлопнувшейся двери мрачно отразился от стен туалета, когда я повернула кран и намочила пятно теплой водой. Затем потерла запачканное место, но проклятое пятно не исчезло. Оно словно уставилось на меня, такое темно-кофейное.

— Не-е-ет, — простонала я. — Пожалуйста, нет!

Я схватила мыло для рук и слегка намылила место пятна, которое, клянусь, выглядело как дьявольский смеющийся клоун.

— Нет-нет, не-е-е-ет, — протянула я, так громко, что не услышала, как открылась входная дверь. Я подпрыгнула на месте, когда увидела Джунипер. Спрятав рубашку за своей спиной, пыталась вести себя естественно.

— Приве-е-е-ет, — сказала я, пытаясь перевести дыхание от испуга.

Она с подозрением посмотрела на меня.

— Ты в порядке? — спросила Джунипер.

И я вспомнила, что она мне говорила.

— Нет. Нет, не в порядке. Мне нужна твоя помощь. Пожалуйста... — я вытащила рубашку из-за спины, и она ахнула.

— Это то, о чем я думаю? — спросила Джунипер.

Я кивнула, она в ужасе потрясла головой.

— Это... — Джунипер указала на рубашку трясущимся пальцем.

Я опять кивнула.

— Кофейное пятно. Я не могу его свести, а он должен ее одеть на совещание.

— О, Боже! — Джунипер выглядела шокированной. — Иисусе... О. Мой. Бог!

Ее реакция, граничащая с истерикой, заставила меня еще сильнее запаниковать.

— Ты можешь мне помочь? — взмолилась я.

Она на какое-то время задумалась, а потом посмотрела прямо на меня.

— Думаю, могу, Дорис. Попробую.

— Как? — спросила я.

— Я знаю, где мы можем достать стиральный порошок, — торжественно произнесла Джунипер, твердо кивнув.

— Правда?

— Пошли!

Она вылетела из туалета, я последовала за ней.

Спустя пять минут бережной ручной стирки пятно, наконец, сошло (почти). Я обрадовалась, когда увидела, как исчезает последнее кофейное пятнышко с белоснежного воротничка. Как оказалось, у Брэдли из бухгалтерии была настоящая боязнь микробов. Не та, при которой ты не терпишь грязные руки, а та, при которой ты проходишь – как она называется? – «экспозиционную терапию». Брэдли настолько одержим микробами, что носит перчатки на работе, а в багажнике его машины находятся различные виды чистящих, дезинфицирующих и моющих средств на всякий случай.

Что ж, спасибо Брэдли, похоже, я все еще смогу сохранить работу. Я поблагодарила Джунипер от всего сердца и пообещала купить ей коктейль на вечеринке в честь получки. А сейчас все, что мне осталось сделать, это высушить воротничок, и он будет как новенький. Райан Старк наденет рубашку и ничего не узнает. Я пристально следила за минутной стрелкой на часах, пока держала рубашку под сушилкой для рук. У меня оставалось пять минут, чтобы подняться в его кабинет и отдать рубашку. И когда оставалось всего лишь шестьдесят секунд, рубашка наконец-то высохла.

Я с облегчением вздохнула и поспешила в его кабинет. Кризис миновал! И дальше все пойдет как по маслу.

ГЛАВА СОРОК ПЕРВАЯ

Поппи

Десять минут спустя Райан надел свежевыстиранную белоснежную рубашку, и мы сели в машину. Вручая ему рубашку, я испытала несколько мгновений абсолютного ужаса, но он ничего не заметил и даже поблагодарил меня.

Мы опять ехали в тишине. Собственно, мы не разговаривали, когда Райан был за рулем, но сейчас наше молчание нарушил отвратительный звук. Я испугалась и обернулась, пытаясь обнаружить его источник.

— ГА-А-А-АРГХ!

Что, черт возьми, это было? Я посмотрела на Райана, который выглядел таким же удивленным, как и я, из-за звука, что он издал.

— Прошу прощения, — сказал он, постукивая по своему горлу. Он выглядел в какой-то степени смущенным.

Я перевела свой взгляд на дорогу, но неожиданный и громкий звук заставил меня снова посмотреть на него. Он ожесточенно чесал свой подбородок. Я закатила глаза и отвернулась. Он терпеть не мог, когда я чесалась, а сам-то хорош. Я разглядывала мелькающие за окном дома, когда очередной чудовищный звук раздался в машине.

— ГА-А-АРГХ!

В этот раз, казалось, мужчина покраснел. Он несколько раз потрогал свое горло, а потом...

— ГА-А-АРГХ! — вырвалось из его горла, что привлекло мое внимание, словно он чем-то подавился.

— Вы в порядке? — спросила я, пока он расчесывал свою шею.

— Нормально, — агрессивно прозвучало в ответ, а потом Райан повернулся ко мне.

— О, Боже. Ваше лицо... Что с ним? — указала я пальцем.

Его лицо стало полностью странного красного цвета.

— Что Вы имеете в виду? — он повернул к себе зеркало заднего вида и посмотрелся в него, после чего издал странный стон.

— Вы в порядке? — повторно спросила я, потому что была испугана его нетипичной драматической реакцией.

Райан посмотрел на меня. Его голубые глаза были широко распахнуты и полны паники. Мое сердце ушло в пятки. Он открыл рот, чтобы что-то сказать и...

— ГА-А-АРГХ!

— О, Боже! Ваш глаз опухает, — я в ужасе указала на его веко, увеличившееся  чуть ли не в десять раз.

— Черт! — шикнул он. — Вы уверены, что взяли мою одежду у Оливера, а не у кого-то другого? И уверены, что сказали, это для меня? — Его голос звучал непривычно взвинченным, что меня сильно взволновало.

— Да! — паникуя, сразу же ответила я.

— Значит, с этой рубашкой что-то произошло, — он неожиданно свернул с дороги и включил аварийные огни. Затем достал бутылку воды и прямо указал на меня. — Аптечка! Аптечка! — сказал он.

Я открыла бардачок и передала ему аптечку. Он открыл ее и достал антигистаминные. Я их сразу же узнала. Несмотря на то, что моя мама любила цветы, у нее была ужасная аллергия на пыльцу.

— У меня аллергия на некоторые стиральные порошки, — неожиданно заговорил он. — Прачечная использует органические стиральные порошки для моей одежды, но, похоже, в этот раз что-то произошло.

Он проглотил таблетку и запил ее половиной бутылки воды.

— О, черт! — я прикрыла свой рот рукой и с ужасом уставилась на его второй глаз, который также стал опухать.

— Что, мисс Грэнджер? — Райан с подозрением посмотрел на меня пока еще не заплывшим глазом.

Я покачала головой, все еще не отрывая руки от своего рта. Я не хотела, чтобы с моих губ сорвалось хоть одно слово. Мое сердце забилось, как сумасшедшее, а тело бросило в холодную дрожь.

— Что Вы натворили? — спросил он.

Мое сердце опять забилось с новой силой.

— Мне так… Так жаль. Я пролила кофе на Ваш ворот. И пыталась от него избавиться, а Джунипер знала, у кого можно взять стиральный порошок, и я его использовала...

— Вы что? ГА-А-А-АРГХ! — из его горла опять раздался этот звук. Его лицо еще больше покраснело, а на шее появились белые пятна.

О, Боже, я его убиваю?

— Вы теперь умрете? — вырвалось у меня.

— Умру? — удивленно прозвучало на мой вопрос, даже с капелькой паники. Видеть его таким было настолько непривычным, что, казалось, я теряю почву под ногами. Райан обычно был таким спокойным и отстраненным...

— Я не хочу, чтобы Вы умирали, — неожиданно произнесла я, а потом разрыдалась.

Он схватился за ремень безопасности, расстегнул его и вылез из машины.

— Что Вы делаете? — спросила я, когда он открыл дверь с моей стороны.

— Вы должны отвезти меня в больницу. Двигайтесь... — мужчина начал подталкивать меня к водительскому сидению.

— Черт! Черт! Черт! — я была полностью разбита. Только то, что часто попадаю в драматичные ситуации, не значит, что я умею их разрешать.

— Я не могу вести эту машину! — громко завопила я.

Но Райан проигнорировал меня и продолжил толкать. Я перелезла через ручной тормоз, и моя нога застряла. Недолго думая, я нажала на него и...

— А-А-А-А! — завизжала я, когда машина начала катиться назад. Райан протянул руку и вернул ручной тормоз на место, а машина остановилась с сильным толчком.

— Ради всего святого, ГА-А-АРГХ, каким еще способом вы хотите, ГА-А-А-АРГХ... меня сегодня убить?

— Я не хочу Вас убивать, — простонала я, хотя эта мысль уже трижды промелькнула у меня в голове с тех пор, как начала на него работать.

— Вперед, вперед! — скомандовал мужчина, ударяя по приборной панели. Звук от удара прошелся по моим нервам.

— Хорошо, хорошо, — я осмотрелась в этой сложившейся ситуации, и, не сдержавшись, разрыдалась опять.

— Почему Вы плачете? — недовольно произнес Райан.

— Не могу ничего с собой поделать. Когда нервничаю, я плачу, а Вы заставляете меня нервничать...

— Я заставляю нервничать? — с возмущением сказал он, заканчивая свою речь очередным «ГА-А-АРГХ». — Вы единственная кто виноват в том, что со мной происходит. Именно я должен нервничать из-за Вас.

Я стала еще сильнее рыдать, размазывая слезы по щекам, пытаясь понять, как вести эту дорогущую машину.

— Эта машина работает также, как и любая другая в этом чертовом мире... ГА-А-А-АРГХ! — теперь мистер Старк на меня кричал. А это не помогало.

— Тихая ночь, святая ночь, кругом спокойно, кругом светло, — неожиданно запела я.

— Какого черта Вы делаете? — спросил Райан, пока я пыталась медленно тронуться с места. Эта спортивная машина может быть какой угодно, но не медленной, поэтому она дернулась так сильно, что я чуть не свернула себе шею.

— Я пою, когда нервничаю, ясно? — закричала я. — Пою и плачу! Поэтому, черт возьми, позвольте мне петь и плакать! — продолжила я, пока выезжала на дорогу. Эта машина была большой, как танк, и очень быстрой. Мне казалось, что даже двигатель громко рычал на меня, не желая медленно ехать. Автомобиль Райана был под стать хозяину, такой же непреклонный. Вести машину, которая на тебя рычит, каково?

— Вы поете рождественские песни, когда нервничаете... ГА-А-АРГХ! — спросил он, по завершению вопроса ему стало еще хуже.

— ДА! — выплюнула я. — А иногда пою «С днем рождения, с днем рождения, с днем рождения тебя»... О, Боже, почему мне приходится вести такую огромную машину?

Я пыталась ехать по своей полосе, но гигантская машина хотела или протаранить, или раскидать всех людей на дороге (и опять же, так типично для него иметь такую машину!). Я снова оглянулась на Райана.

— О, БОЖЕ! Ваши уши распухли! — я опять начала плакать и петь другую песню, иначе я бы сошла с ума.

Из-за меня умрет мой начальник! Потом, скорее всего я отправлюсь в тюрьму до конца своей жизни за умышленное убийство или что-то подобное. А если он все-таки не умрет, то определенно уволит меня, и я все равно попаду в тюрьму из-за неоплаченного кредита.

— На первый день Рождества мой любимый прислал мне-е-е...

— Замолчите! Просто остановитесь. ГА-А-А-АРГХ! — мужчина так сильно чесал свое лицо, что я была уверена, он расчешет его до крови.

— Хватить чесать! — я прикрикнула на Райана, пока, как можно быстрее вела машину. К счастью, больница находилась в конце улицы, но к несчастью, я хорошо знала эту больницу.

Слишком хорошо. И не была рада тому, что придется туда вернуться. Я не посещала ее много лет, с тех пор, как умерла моя мама.

— Не могу! — крикнул он в ответ.

— Сядьте на свои руки, — возразила я.

Райан кивнул и засунул руки под ягодицы, кривя лицо, будто переживая адскую агонию.

Наконец-то на горизонте появилось здание больницы, я направила машину на парковку, как можно быстрее, и попала в длинную очередь из стоящих машин. Я нажала на гудок.

— Двигайтесь, идиоты, вперед! — закричала я, но никто не сдвинулся с места после моего сигнала, тогда я вылезла из машины и начала махать руками и кричать.

— Неотложный случай! Двигайтесь, двигайтесь, давайте, вперед!

Машины стали разъезжаться, словно Красное море перед Моисеем или словно следуя за палочкой дирижера. Я залезла в машину, мой лоб блестел от большого количества пота. Я вдавила ногу в газ. Словно дикий зверь с громким воплем, который издали шины, я проехала в ворота скорой помощи. Затем выпрыгнула из машины и побежала к дверям, размахивая своими руками.

— У него аллергия на стиральный порошок! — выкрикнула я во всю силу своих легких.

Все в помещении повернулись и посмотрели на меня, а я снова расплакалась.

Боже, слишком много драмы для одного дня. Даже для меня!

ГЛАВА СОРОК ВТОРАЯ

Поппи

— Этот антигистаминный препарат сделает его немного сонливым, но поможет справиться с отеками и зудом. Я также дам немного успокоительного, — сказал доктор, вводя иглу в руку Райана.

— Можете не объяснять, — проговорила я, пока лицо Райана, обычно такое напряженное, становится немного одурманенным и, могу сказать, милым. Он лежал на больничной койке без рубашки, врач сразу же избавился от нее, как только мы приехали. Я пыталась не смотреть на его твердую мускулистую грудь и татуировку, что змеилась по его руке. Кто бы мог подумать... Райан Старк и татуировка? Наверное, он сделал ее в прошлой жизни, в той жизни, где у него в руке была бутылка пива, на лице – легкая щетина, а сам он улыбался.

— Фсе нормально, — сказал Райан, едва приоткрывая свои губы.

Я посмотрела на доктора, и мы обменялись короткими улыбками.

— Его уже можно забрать домой. Я могу попросить кого-нибудь помочь Вам довести его до машины, миссис Старк, — сказал молодой доктор.

— Оу, мы не... мы не женаты, — поправила я. Это уже второй раз за несколько дней, когда нас принимают за женатую пару. Сама идея была ужасной.

— О-о-о-о, не-е-е-е, — неразборчиво начал Райан. — Мы не шенаты, а если бы и были, мне пришлось бы разфестись с ней ис-ша того, что она отправила меня в больницсфу.

Доктор слегка усмехнулся, пока голова Райана болталась из стороны в сторону.

— Я пришлю медсестру с инвалидным креслом, — доктор улыбнулся мне и пошел на выход.

— С ним все будет хорошо? — в своем голосе я услышала долю отчаяния.

Доктор с сочувствием посмотрел на меня.

— Он в порядке. Все, что ему нужно, это сон, и на следующее утро мистер Старк проснется новым человеком. Это не самая ужасная аллергическая реакция, несмотря на то, как это выглядит. Поэтому вы можете не переживать об анафилактическом шоке или о том, что потребуется эпинифрин. Просто убедитесь, что у вас с собой более сильное антигистаминное средство и избегайте большинство известных стиральных порошков. А в остальном, он в хорошей форме, насколько я могу судить. Просто отвезите его домой, и уложите спать. Ему требуется отдых.

Доктор еще раз улыбнулся и покинул палату, задернув за собой занавеску.

— Слышала, Дорис-с-с-с, — он прошипел «с» так долго и громко, что я не могла не заметить.

— Что? — спросила я. Райан напоминал пудинг на кровати. Никогда не видела его таким расслабленным. Может, стоит добавлять это успокоительное в его утренний кофе? Уверена, что сотрудники были бы счастливы. Боже, я была бы счастлива.

— Я ф-ф хо-о-оро-о-ош-ше-ей ф-форме, — неразборчиво пробормотал он.

Я улыбнулась. Мистер Всегда Все Под Контролем был бы в ужасе узнать, как он себя ведет. Если честно, у меня был большой соблазн снять это на видео, а потом показать ему. Медсестра привезла инвалидное кресло и потребовалось много сил, чтобы усадить туда Райана, напоминавшего болтающийся из стороны в сторону мешок картошки, но они справились с этим. А также разместили его на заднем сидении машины.

— Отлично, — сказала я, поправляя зеркала в машине.

— Ты посфонила отменить софещание? — спросил Райан.

Не могу поверить, что он все еще мог думать о работе.

— Да, — ответила я.

— Што ты скасала им? — сонно спросил он. — Ты же не скасала, што я в больнице? Они ушуют слабость.

Я рассмеялась.

— Говорите, словно они мафия.

— Так и есть. Они...

Тут я услышала храп и оглянулась назад. Он уже заснул, его рот был открыт, а рука закинута за голову. Не самая удобная поза для сна, гарантирую.

— Доставить его домой, доставить домой, — бормотала я себе под нос, осознавая, что понятия не имею, где он живет. Я даже не могла представить, что у него есть дом. Зато с легкостью могла представить, что он живет в кабинете, или может быть, в какой-то тайной комнате компании, чтобы не приходилось уходить и никогда не опаздывать.

— Эй, — я наклонилась к заднему сидению и попыталась его разбудить. — Эй! Мистер Старк! — сказала я погромче. Но мужчина никак не отреагировал. — ЭЙ! — Я хлопнула его по плечу, и он открыл свои глаза, смотря прямо на меня. Его веки уже не были такими красными, но взгляд был словно после секса. Райан посмотрел на меня, и мое сердце ускорило свой бег. Как же это не вовремя, что он выглядит именно сейчас так мило и сексуально! И именно сейчас весь его суровый образ словно испарился. — Где вы живете? — спросила я, прежде чем его глаза снова закрылись.

— Са-а-аче-е-ем? — он улыбнулся. — Хочешь поехать ко мне, Дорис? — он мягко усмехнулся, а потом откинул свою голову назад.

— ЭЙ! — я потрясла его плечо сильнее. — Мистер Старк...

— Зови меня Ра-а-а-айа-а-ан, — он мне подмигнул... ну, по крайне мере, мне так показалось, а потом улыбнулся еще шире.

Я вздохнула. Кто этот мужчина, и что с ним сделало лекарство? Я увидела так много улыбок за последние пять минут, сколько не видела за последние дни.

— Хорошо, Райан, — неловко произнесла я. Произнести вслух его имя было странно. Странно, но... приятно.

— Да, Дорис, — с придыханием произнес он. — Ты не против, что я сову тебя Дорис?

— Эм-м-м… не против, — ответила я.

— Дорис Дэй, — невнятно пробормотал он, а потом опять улыбнулся.

Боже, у него красивая улыбка. И почему он так редко улыбается?

— Моя мама лю-ю-ю-юби-и-и-ила Дорис Дэй. Я тоше ее любил, — он попытался сесть, но завалился на сидении. — У-у-упс, — засмеялся он.

— Райан, мне нужно, чтобы ты послушал меня, — медленно и мягко произнесла я.

— М-м-м-м, — протянул он. — Но ты не похоша на Дорис Дэй, ты намно-о-о-ого красифее. — Он опять улыбнулся. Это была сонная ленивая улыбка, и очень милая. — Ты не против, что я так скасал? — добавил он.

— Что сказал?

— Что ты красифая? — он вяло протянул свою руку, наверное, пытаясь дотронуться до моего лица, но промахнулся и упал на сидение.

Я улыбнулась.

— Нет, это приятно слышать.

«Приятно слышать». Черт побери, было бы точнее сказать, что от этого заявления бабочки запорхали в животе.

— Ла-а-а-адно, — протянул он. — Ты красифая. Така-а-а-аякраси-и-ифая.

— Спасибо, — ответила я. Было похоже, что он опять засыпает.

— Прошти, я порой так резок с тобой, — прошептал он.

— Что? — просила я, думая, показалось мне или нет, но он не ответил. Мне нужно отвезти его домой. — Какой у тебя адрес? — повторила я вопрос, так медленно, по слогам, словно говоря с ребенком.

— Ты хошешьснать где я ши-ифу-у? — спросил он.

— Да.

— М-м-м-м, прошло слишком много фремени с тех пор, как красифаядефушка была у меня дома, — он открыл глаза и улыбнулся. — Тринадцать шексОушен Драйв, Клифтон. Дорис. — Он неожиданно рассмеялся. — Секс, шекс, шесть. Ясно, да? — Он еще больше рассмеялся. — Ты такая смешная, Дорис-с-с-с. — Он закрыл глаза и откинулся назад.

— Клифтон. Шикарно.

Я вернулась на водительское сидение и завела машину. Что ж, похоже, мне надо отвезти моего накачанного лекарствами босса, который стал отпускать дурацкие шутки, домой. Не говоря о том, что его еще надо уложить в постель! Этот день может стать еще более странным? Особенно, если вспомнить, что я чуть не убила его стиральным порошком, но, у кого, черт побери, аллергия на стиральный порошок? Неожиданно у Райана зазвонил телефон. Я посмотрела назад и увидела, как он залез в карман за телефоном.

— Что ты делаешь? — спросила я. — Тебе не стоит сейчас говорить по телефону. — Только Господь Бог знает, что он может наговорить в своем состоянии.

Но очевидно, что он не слушал меня, так как поднес телефон к уху. Я быстро дотянулась до телефона и вытащила из его рук, посмотрев на экран.

— Это мистер Грэй, — я перевела телефон в беззвучный режим и оставила его на пассажирском сидении. — Можешь позвонить ему позже.

«Когда сможешь внятно говорить», — подумала я.

Он громко застонал.

— Он, наверное, посфонил мне, чтобы накричать. И он, правда, мне не нравится. Я его терпеть не могу, Дорис.

Я улыбнулась. Уверена, что эти чувства взаимны.

Он опять застонал еще громче.

— Я, действии-и-и-ительно, не люплюсфою работу, — и он вздохнул. Громко. Печально. Я обернулась и посмотрела на него. Его глаза были открыты, а сам он уставился в потолок. Он выглядел таким далеким, отстраненным, была ли причина в лекарствах или в чем-то другом, не знаю.

— Не так уж это здорово. Не любить свою работу, — прокомментировала я его слова.

Он попытался снова сесть, и в этот раз ему удалось. Он положил свой подбородок на пассажирское сидение и посмотрел на меня. Сонные голубые глаза обращены на меня. Его волосы были взъерошены из-за того, что он лежал. В моей голове промелькнула мысль, что так он, наверное, выглядит по утрам перед тем, как превратиться в большого босса – Райана Старка.

— Тебе нравится твоя работа, Дорис-с-с-с? — спросил он.

— Эм-м... м-м-м... — я стала запинаться. Я не знала, что ему ответить. Я бы не хотела его обидеть, хотя есть большая вероятность, что на следующее утро он и не вспомнит об этом разговоре.

Он опять вздохнул.

— Я думаю, чтософершилошипку, — неожиданно сказал он, положив свою руку на спинку моего сидения, словно пытался привлечь мое внимание.

— Мне жаль это слышать.

Что еще я могла ему сказать.

— Думаю, мистер Раутенбах прав, — траурно произнес он.

— Ну, разве вы не можете ее исправить? — спросила я. Мне было любопытно, что это за большая ошибка, которую так бурно обсуждали на совещании.

Он резко откинулся на сидении.

— Этобольша-а-аяошипка, — сказал он.

— Нет такой ошибки, которую нельзя решить, — оптимистично возразила я.

— Не те, которые обходятся в две сотни миллионов рандов, — пробормотал он.

Я резко подняла голову, и посмотрела на него через зеркало заднего вида. Он закрыл глаза и, похоже, заснул. Я изучала его лицо, и впервые за все время нашего знакомства посочувствовала ему. Меня затопило огромное чувство симпатии, и мне пришлось остановить себя от того, чтобы повернуться к нему и сжать его руку. Это было бы странно.

ГЛАВА СОРОК ТРЕТЬЯ

Райан

На следующее утро Райан проснулся на своем диване в гостиной без рубашки, но в пиджаке. На какое-то мгновение мужчина не мог понять, как он попал домой. А потом все нахлынуло.

Стиральный порошок... Дорис... Больница... Черт! Он осмотрел комнату, но никого кроме него там не было.

— Мисс Грэнджер? — позвал он, но не получил ответа. Райан подошел к входной двери и выглянул наружу. Его машина была припаркована на подъездной дороге, очень неаккуратно. И где Дорис? Она заказала такси? Он вернулся в гостиную и почувствовал запах, аромат свежесваренного кофе. Райан зашел на кухню и увидел полный кофейник. Дверь из кухни на улицу была открыта, мужчина вышел и оглянулся вокруг, но так и не заметил девушку. А ведь кто-то же был, не призрак же приготовил кофе. Райан развернулся и пошел обратно к дому, когда и заметил ее.

Девушка стояла спиной к нему на краю сада, который заканчивался отвесной скалой над морем. Небо было графитно-серым, превращая бурное море в черный цвет. Было очень ветрено, вода омывала берег, грозно разбиваясь о скалы. Брызги воды взмывали в воздух, Дорис, наверное, вся промокла.

Райан приближался к ней, а когда под его ногой хрустнул камушек, девушка повернулась. Он был поражен, тем что увидел. Ее лицо покрывал тонкий слой воды, который поблескивал в тусклом свете нового дня. На ней не было ни грамма косметики, и Райан смог увидеть, как ее лицо усеяно веснушками. Она была бледна, а щеки и нос были ярко розовыми от холода. В ее руках была кружка кофе, а на плечи накинуто покрывало. Она улыбалась ему и выглядела как...

Ангел?

— Райан, — сказала она.

Райан немного замер, услышав, как его имя сорвалось с ее губ. Он не был уверен, как ему стоит реагировать на это, но потом...

— Дорис, — произнес он.

— Как ты себя чувствуешь сегодня? Выглядишь лучше. Я вижу потвоим глазам.

Райан дотронулся до своего лица и смог почувствовать, что опухлость спала. Мужчина ненавидел признавать любое проявление страха, но вчера сильно испугался.

— Спасибо за твою помощь, — мягко произнес он.

Она энергично потрясла головой и сделала шаг вперед.

— Нет, мне стоит извиниться. Я не знала о твоей аллергии на стиральный порошок и просто пыталась избавиться от пятна. Если бы я знала, то никогда...

Мужчина улыбнулся.

— Правда? Если бы знала, ты бы не пыталась намеренно меня отравить?

— Ну, — девушка улыбнулась в ответ. — Возможно, но если бы я пыталась тебя отравить, могу гарантировать, ты был бы уже мертв.

— Серьезно? — Райан засмеялся. — И какой бы ты использовала яд?

— М-м-м-м... — она перевела свой взгляд на море, словно действительно задумываясь над вопросом. — Белладонна. Этот яд готовят из растения «ночная смерть». Его практически невозможно обнаружить в крови.

Дорис широко улыбнулась, раскрасив все вокруг, даже этот серый день.

— Похоже, ты действительно об этом размышляла.

— Возможно, пару раз, — она отвернулась от него и опять смотрела на море. — Здесь такой потрясающий вид. Ты наверняка много времени проводишь здесь.

Райан подошел к ней ближе. На самом деле, он не был здесь очень давно. Мужчина редко проводил время на улице. Чаще всего он был в своем кабинете, который не обладал красивым видом.

— Если бы я жила в этом доме, пила бы здесь свой утренний кофе, какая бы не была погода. О... — она резка обернулась. — Ты не против, что я сварила кофе? Я ночью практически не спала.

— Где ты спала? — спросил он.

— Ну, я провела ночь за просмотром телевизора и присмотром за тобой.

— Ты была рядом со мной?

— Да, на тебя так сильно подействовало лекарство, что я волновалась, вдруг перестанешь дышать или что-нибудь подобное, — ответила девушка.

Странное чувство зародилось внутри. Давно уже никто о нем не заботился.

— Спасибо, — практически беззвучно пробормотал Райан, не уверенный, хочет ли, чтобы она услышала.

В его кармане завибрировало так громко, что мужчина подпрыгнул от неожиданности. Райан вытащил свой телефон и посмотрел на него. Это было сообщение из банка. Двадцать пятое число месяца – день выплаты зарплаты, которая поступила на его счет. А потом он увидел время.

— Уже десять часов утра, — он в шоке уставился на Дорис. Райан не спал до десяти с самого детства.

Она пожала плечами.

— Я подумала, что тебе необходимо отдохнуть.

— Вчера был день выплаты зарплаты, — сказал мужчина.

— Я знаю, — кивнула Дорис. — Сегодня вечеринка по этому поводу.

— Что?

— Джунипер, Аянда и еще некоторые сотрудники собираются в день получки, чтобы выпить. Кажется, это у них ежемесячная традиция.

— Они собираются вместе? — он не мог представить, что его сотрудники встречаются еще и после работы. Такая идея ни разу не приходила ему в голову.

— Я тоже собираюсь к ним присоединиться, — произнесла она, а на ее губах появилась улыбка.

— О, это звучит... — Райан замолчал, подбирая слово. — Мило, — добавил он, хотя не был уверен правильное ли слово нашел.

— Думаю, ты можешь пойти со мной, — сказала Дорис, а потом громко рассмеялась. Ее лицо преобразилось, когда она засмеялась. Ее глаза сияли, на щеках появлялись ямочки, а нос забавно морщился.

Ее смех был заразительным, Райан тоже не удержался.

— Нет. Не думаю, что они будут рады мне.

— Возможно, — игриво подтвердила она. — Но они, правда, хорошие люди, возможно, стоит узнать их получше. Они не только твои сотрудники. Они куда больше.

— М-м-м, — протянул он. — Я не веду так бизнес. Не люблю смешивать свою личную жизнь и профессиональную.

Она улыбнулась его словам. На ее лице появилась широкая яркая улыбка.

— Ну, сейчас утро субботы, и я у тебя дома, — она раскинула руки вокруг. — Я даже пью кофе из твоей кружки. — Она приподняла кружку и посмотрела на него.

— Я заметил, — ответил он. Она была права, мужчина уже успел нарушить кучу своих правил с Дорис, несмотря на свое решение держаться от нее по дальше.

На какой-то момент они встретились глазами, и не могли отвезти их друг от друга. Казалось, что между ними должно что-то произойти. Но что? Райан не знал.

Он решил сменить тему их беседы.

— Говоря о дне выдачи зарплаты...

— Десять тысяч, — неожиданно она его прервала.

— Что?

— То, чего я стою. Я знаю, у меня не много опыта, но я трудолюбива, и очень стараюсь. Учитывая, что вчера спасла тебе жизнь...

— Сперва чуть не убив, — он перебил с улыбкой.

— Не важно! — улыбнулась она. — Суть в том, что я думаю...

— Хорошо, — сказал он, поднося свой телефон к глазам. — Ты проработала около недели, поэтому получишь пропорционально отработанному времени.

— Хорошо? — переспросила она. — И все? Ты не собираешься спорить или пытаться уменьшить сумму?

Он покачал головой.

— Нет. Так как ты официально еще не добавлена в зарплатную ведомость за этот месяц, я сам заплачу. У меня есть твои банковские реквизиты.

— О-о-о... О! Это здорово, спасибо, — говорила она, пока Райан зашел в банк онлайн на деловой счет.

— Я уже даже нажал «оплатить» и «подтвердить», так что деньги мгновенно должны тебе зачислиться. Так что ты можешь наслаждаться днем выдачи зарплаты с остальными, — он нажал несколько кнопок и отправил ей деньги.

— О... Спасибо, это... — ее голос затих, а глаза расширились. — О, Боже, тогда у меня для тебя хорошие новости, — неожиданно сказала она, выглядев очень радостно.

— Что?

— Я смогу вернуть себе машину. И не придется меня больше подвозить. Разве не здорово? — мило выкрикнула она, а Райан словно получил удар в живот. Сильный.

— Восхитительно, — сказал он. Хотя чувствовал совсем другое. Эта новость совершенно не воодушевляла.

— Но все же тебе не будет трудно подвезти меня еще раз? — спросила девушка.

Неожиданный порыв ветра, пронесшийся по саду, сдернул покрывало с ее плеч. Дорис успела дотянуться и схватить его, пока ветер не унес. Она смеялась, пока ловила, а потом с улыбкой обернула вокруг плеч. Он был увлечен ее любованием, поэтому она застала его врасплох своим вопросом.

— Так ты не против? — спросила она.

Он встрепенулся.

— Что?

— Ты сможешь еще раз меня подвезти? — повторила она вопрос.

— Да, конечно. Без проблем, — ответил он, пытаясь отвести от нее взгляд.

— Спасибо, — улыбнулась она.

— Куда тебя подвезти? — спросил он.

— На штрафную стоянку. Забрать мою машину, — Дорис выглядела такой счастливой.

— Хорошо, — ответил он, хотя эта идея его совершенно не радовала.

ГЛАВА СОРОК ЧЕТВЕРТАЯ

Поппи

Мы наконец воссоединились с моей машиной! И хотя она была ржавой развалюхой, я была счастлива снова ее увидеть. Я не любила полагаться на других людей, а на Райана полагалась слишком долго. Хотя, говоря правдиво, мне стали нравиться наши поездки. Это может показаться странным, как и люди, которые наслаждаются укусами комаров.

— Ну, вот и она, — сказала я, держа ключи от машины в руках. — Это, конечно, не лучшая машина в мире, но она позволяет мне добраться из пункта А в пункт Б. — Я вставила ключ в замок дверцы и открыла машину. Она пахла пылью и затхлостью, так как целую неделю простояла на стоянке.

— Тогда, пожалуй, стоит... Попрощаться, — неожиданно произнес Райан.

Я посмотрела на него, и по какой-то причине мне стало грустно.

— Теперь моя работа таксиста закончена? — сказал он, хотя фраза казалась вопросом, а не утверждением.

— Ну, если она не сломается.

— О? — оживился Райан. — Она часто ломается?

Я отрицательно покачала головой.

— Нет, не смотря на ее внешний вид, она очень надежная.

— А-а-а, — кивнул он, хотя выглядел разочарованным. — Не суди книгу по обложке, как говорят.

— Да, так говорится, — я села в свою машину.

Райан подошел к машине и облокотился рукой на открытую дверцу.

— Хорошо. Тогда, — неловко начал он. — Увидимся после полудня в понедельник в офисе.

— После полудня? — спросила она.

— У меня встреча у партнеров утром, я вернусь в офис позже, — странно произнес Райан.

— Хорошо, — ответила я. А потом до меня дошло, что не увижу его в следующие сорок восемь часов. — До встречи. — Я потянула дверцу на себя, но он остановил меня.

— Хорошего вечера, — наклонился он ко мне.

Наши глаза встретились, и я потерялась в этом взгляде.

— А что будет вечером? — спросила я.

— Вечеринка по поводу получения зарплаты.

— О. Да. Это. Спасибо.

— Веди осторожно, — сказал он.

— Хорошо, — кивнула я в ответ. — Буду.

— И убедись, что закрыла входную дверь своей квартиры.

Я улыбнулась, он выглядел таким обеспокоенным из-за моего единственного жалкого замка. Ему наверняка не понравилось, что система безопасности моей квартиры оставляет желать лучшего, и уж точно не соответствует его стандартам.

— Я закрою дверь, как и всегда.

— Хорошо, — кивнул он. — Тогда до понедельника. — Он осторожно закрыл дверь моей машины.

Я посмотрела на Райана через окно и слегка помахала рукой, заводя машину. Он помахал мне в ответ, засунул руку в карман и улыбнулся. Я вырулила с парковочного места, но остановилась перед тем, как уехать. Я посмотрела еще раз на Райана. Почему мне так сложно уехать от него? Почему так грустно?

Я помахала на прощание и покинула парковку.

ГЛАВА СОРОК ПЯТАЯ

Поппи

Я не могла вспомнить, когда в последний раз куда-то выбиралась с друзьями. Не то чтобы, они уже мои друзья, просто это здорово выбраться всем вместе. Мы оказались в каком-то модном баре в «КэмпсБэй», и он был слишком шикарным для нас. Тем не менее, мы заняли столик в конце бара, заказали и выпили первую партию шотов. Я познакомилась с остальными работниками компании. Они все мне сочувствовали и выразили «глубочайшие соболезнования» в связи с моей должностью личного помощника Райана – это была наименее желанная должность во всем здании. И угостили меня дополнительной выпивкой, так как «скорее всего я в ней нуждаюсь, как никто из присутствующих». Казалось, все были очень близки.

— Работа, словно война, хорошо сплачивает людей, — сказала Аянда.

Я посмотрела на всех, и вдруг мне стало неприятно, что о Райане говорят в таком ключе. Было жаль, что все ненавидят приходить из-за него на работу.

— Он всегда был таким... — я остановилась, подбирая слова.

— Грубым козлом? Злым засранцем? — спросила Джунипер.

Я пожала плечами.

— Я имею в виду, не то, чтобы хотела сказать что-то подобное, но...

— Да! Он всегда был таким, хотя стал еще хуже два года назад, — сказала Аянда.

— О, да, точно, — поддержала Джунипер. — Разве ничего плохого не произошло с ним?

— Плохого? — спросила я, выпрямляясь на стуле.

Аянда пожала плечами.

— Ты же его знаешь, он никогда бы не сказал, но я случайно слышала, как он говорил о похоронах.

— Ужас. Кто-то умер? — спросила я, чувствуя неожиданное беспокойство.

— Кто же знает? — ответила Джунипер. — Этот мужчина загадка. Скорее всего, из тех, которые не стоит разгадывать.

— Ты слышала слух о нем перед Великим Сокращением? — спросила Аянда.

— Великое Сокращение? — спросила я.

Она кивнула.

— М-м-м, это было около пяти лет назад, когда он уволил практически каждого, а оставшихся сократил. Я одна из тех, кто этим занимался.

— Почему? — спросила я.

— Говорили, что у него был роман с кем-то с работы, и все закончилось печально. То ли она ему изменила, то ли он, или она предала его, а может и он. Что-то вроде этого.

— Похоже на загадку, — сказал я, пытаясь представить, как могло быть на самом деле.

— Скорее всего, она изменила, — сказала Джунипер. — Могу поспорить, у него нет подружки. Он такой хладнокровный и строгий! Ему стоит расслабиться. Сто процентов у него давно не было секса. А если и есть, уверена, он даже не снимает костюм.

Джунипер и Аянда рассмеялась, а я пыталась выдавить из себя смех, но чувствовала себя не комфортно. Аянда перестала смеяться и задумчиво поднесла бокал к губам.

— Но, а если у него есть секс, и он весь из себя мистер Грэй – властный и извращенный в постели?! Кнуты, зажимы и все остальное.

Джунипер опять рассмеялась.

— Ну, он чертовски горяч. Этого у него не отнять.

Я быстро допила свой напиток. Все эти разговоры о Райане и его сексуальной жизни заставляли меня чувствовать себя не в своей тарелке. Я не могла разобраться, хочу ли я участвовать в этом разговоре. Было ощущение, словно я его предаю.

Мой телефон зазвонил в кармане, я его вытащила, открыла сообщение и чуть не выплюнула свой коктейль.

Райан:Как вечер?

— Что случилось? — спросила Аянда. — У тебя такой вид, словно ты увидела призрака.

— Эм-м... Все может быть, — и показала им сообщение.

— О, мой Бог! — Аянда и Джунипер вздохнули в унисон и облокотились на стол.

Аянда покачала головой.

— Не пиши, что ты отлично проводишь время, иначе он все испортит.

Джунипер кивнула, соглашаясь с Аяндой.

— Возможно, он почувствовал, что тебе весело и решил напомнить о себе и испортить настроение.

— Девчонки, он не так плох, — сказала я, делая очередной глоток розового коктейля.

— А ты знаешь, что он никогда не приходит на вечеринку, которую мы устраиваем в офисе? — сказала Аянда. — Он даже не знает, зачем мы ее устраиваем. Старый СкруджМакДак.

— И, — присоединилась Джунипер, — он запретил нам приносить торт на день рождения, потому что эта традиция привносит беспорядок и отнимает время. А также он ко всем обращается по фамилиям. Кто так себя ведет?

— Что мне написать ему? — спросила я, размахивая телефоном.

— Напиши, как тебе весело. Напиши, что ты пьешь пятый коктейль и сейчас пойдешь танцевать с Бобом из кадров, — захихикала Джунипер. Она уже успела напиться в честь получки, и я недалеко от нее отстала. — А потом напиши, что после танцев ты будешь есть торт, организуешь Рождественскую вечеринку и займешься сексом!

— Хорошо, только без последней части, — хихикнула я, набирая немного отредактированную версию сообщения, и отправила его.

Затем опустила телефон на барную стойку в ожидании ответа и стала потягивать свой вкусный розовый коктейль, когда зазвенел мой телефон. Мы все склонились.

Райан:Мне нужно, чтобы ты присутствовала на собрании у партнеров в понедельник. Я напишу тебе время и место.

— О, Боже! — Джунипер указала на телефон. — Я же говорила, что он постарается испортить все веселье. — Она негодующе посмотрела на телефон и крикнула: «Бу-у-у-у!» Несколько стильно одетых хипстеров обернулись и недовольно посмотрели на нее.

Аянда покачала головой.

— Думаю, он действительно пытается тебя извести. Он никогда не брал своих помощников на совещания вне офиса.

— Правда? — я посмотрела на них в ужасе. — Вы так думаете?

Они обе кивнули.

— Но, несмотря на это, — сказала Аянда, — я бы не отказалась от твоего места.

— Почему? — спросила я.

— Потому, что я работаю дольше всех и до сих пор не получила повышение. Быть секретаршей не предел моих мечтаний, — ответила она. — Я думаю уволиться. Мне нужно найти свое место в жизни, чтобы позволить себе шампанское в день зарплаты, а не эту хрень.

Она приподняла свой бокал сидра, и мы все засмеялись. Затем, не договариваясь, подняли бокалы и чокнулись.

— За шампанское, — сказала Джунипер. — И как можно больше.

Я посмотрела на свой телефон и гадала, правы ли они? Неужели Райан пытался испортить настроение и это совещание в понедельник еще один повод для издевательства? Джунипер наклонилась ко мне и вырвала из рук мой телефон.

— Давай его оставим и пойдем танцевать.

Она спрыгнула со стула и потянула нас на танцпол. Аянда шла следом, смеясь и спотыкаясь, и всем становилось ясно, что кто-то перебрал и стоит притормозить.

Что я и сделала, особенно, когда вызвала такси домой и залезла в постель около половины двенадцатого. Остальные продолжили пить и танцевать. Я была готова выключить свет, когда раздался сигнал моего телефона. Это был Райан. Раньше он столько мне не писал. Никогда. И не в это время.

Райан:Изменение планов в понедельник, встреча в половине девятого, а не в восемь.

Я сразу же ответила. Он что никогда не спит? Он что, только и может, что думать о работе?

Я:Записано.

Райан:Ты все еще на вечеринке?

Этот вопрос застал меня врасплох. Какая ему разница? Этот разговор начал меня раздражать. Может быть это из-за того, что я много выпила и все, о чем я могла думать, так это о том, чтобы поскорее забраться в кровать и заснуть.

Я:Нет. А что?

Прошло несколько минут, прежде чем пришел ответ.

Райан:Хотел убедиться, что ты помнишь о совещании в понедельник, и мне не придется напоминать.

— Что? — громко возмутилась я, чувствуя себя задетой его намеком. Я стала быстро печатать ему ответ.

Я:Прошу прощения! Вы намекаете, что я пьяна?

Райан:Ну, вечеринка подразумевает алкоголь, а не только закуски.

Я уставилась на сообщение. Даже не знаю, что можно на это ответить! Я не была такой остроумной, как бы мне хотелось, и не могла придумать ничего изобретательного в ответ.

Я:Я не так много выпила, хотя Вас, между прочим, это и не касается.

Набрав сообщение, отправила его, чувствуя прилив храбрости.

Райан:Я надеюсь, тем более, если ты за рулем. Иначе это было бы безответственно, не говоря уже о незаконности. Мне не хотелось бы вытаскивать своего помощника из-за решетки в середине ночи.

Я была сбита с толку. Я посмотрела на сообщение и перечитала его несколько раз. Этот мужчина меня ненавидит? Он хочет меня наказать? Или это его странный способ показать свою заботу? Тот вид «заботы», когда сумасшедший кидает черствые хлебные крошки через люк в подвал своему заложнику, но прежде чем успела ответить, от Райана пришло сообщение.

Райан:Ну, так что? Ты сама вела машину домой?

Раздражение вернулось. Это не его дело! Или у него мания контроля, и он хочет даже контролировать мои планы в выходные?

Я:Нет, вызвала такси.

Райан:Это было разумно.

Я замерла. Что? Наш диалог становится все более странным с каждой минутой. Я написала ответ.

Я:Полагаю, стоит сказать спасибо.

И вот я опять уставилась в экран, ожидая ответа от Райана. Я видела, что он набирает сообщение, а потом, то останавливался, то заново начинал. Мне казалось, прошло лет сто, но то, что он писал, не дошло до меня. Определенно, он все удалил.

Райан:Спокойной ночи.

Я:Хороших снов.

Райан:Проверь, что закрыла свою дверь. Я не могу позволить себе потерять моего помощника.

У меня в шоке приоткрылся рот, и мне хотелось придушить Райана.

Я:О, а я подумала, что стоит оставить дверь открытой.

Райан:Это не смешно.

Я:Никаких шуток.

Райан:Твои соседи опасны. Закрой свою дверь.

Я:Я приму это к рассмотрению, мистер Старк.

Очередная пауза. В это время он не набирал текст. Подумала, может я зашла слишком далеко, но на моем экране высветилось сообщение.

Райан:Спокойной ночи.

Я уставилась на сообщение, ожидая продолжения. Что-нибудь едкое, язвительное или злое, но ничего не было. Мои пальцы замерли над клавиатурой. Часть меня, та, в которой еще играл алкоголь, хотела бросить ему вызов. Я представила, как набираю ему длинное сообщение, пытаясь выяснить, почему он ведет себя как Джекилл и Хайд. Почему сначала он замораживает своим поведением, а потом можно сказать... Проявляет заботу? Становится милым парнем? Но я не написала ничего подобного. Вместо этого, пожелала ему хороших снов. И продолжала смотреть на экран своего телефона, ожидая его ответ, но ничего не пришло. Я положила телефон на прикроватный столик и повернулась.

Затем уставилась наверх и посмотрела на трещину, что пересекала потолок на две равные половины. Не надо быть инженером, чтобы понять, такой трещины не должно быть на потолке. Я улыбнулась. Надеюсь, я не буду погребена под ним. Не хочу, чтобы Райану Старку пришлось приезжать и вытаскивать своего помощника из-под обломков, ведь это причинит ему неудобства

ГЛАВА СОРОК ШЕСТАЯ

Поппи

Было десять часов утра, когда я чистила в ванной зубы и услышала какой-то шум. Я уже проклинала сам факт, что проснулась так рано в воскресенье.

— Какого черта?

Выглянув из ванной, посмотрела на входную дверь. Источник звука был за ней. Я стала красться на шум, не сводя взгляд с двери. Судя по тени, выбивающейся из-под нее, снаружи кто-то был. Она тряслась, также было слышно странное жужжание.

Черт! Определенно кто-то пытается ко мне вломиться. Я забежала на кухню и схватила первый нож, который смогла найти. Затем подошла поближе к двери, странный звук продолжался. Мое сердце чуть ли не выскакивало из груди, а я вспомнила все тренировки каратэ Рамоны. Я приблизилась к двери, схватилась за ручку и задержала дыхание.

— Через три, два, один... — я громко проговорила и, кивнув себе для смелости, повернула ручку и распахнула дверь.

— ТЫ ПОПАЛСЯ, ЧЕРТОВ УБЛЮДОК! — закричала я и, взмахнув ножом, оказалась лицом к лицу с Райаном. Райан Старк стоял за дверью с дрелью в руках.

С дрелью?

— Что, черт возьми, ты здесь делаешь? — только и могла моргать я, не веря своим глазам. — Что ты... Я имею в виду, почему..? — Я заикалась и спотыкалась на каждом слове, глядя на огромный ящик инструментов, что стоял у его ног. Указав на него, я продолжила, — Почему ты? С этим? — Я посмотрела на мою дверь, на которой уже красовался большой медный замок. — Ты это сделал? — Я указала на замок, а потом посмотрела на Райана.

Что с ним не так? Он уставился на меня. Рот открыт, глаза готовы выпасть из орбит, как обычно показывают в мультиках – глаза как на пружинке. Ради Бога, он даже не моргал.

— Иисусе! Ты меня напугал. Я думала, кто-то пытается вломиться ко мне в квартиру, — сказала я, опуская нож.

После моих слов, он, наконец, моргнул, и выражение лица мгновенно изменилось. Он стиснул зубы, нахмурился и прищурился.

— Ты думала, что кто-то к тебе ломится? — грозно спросил он.

Его вопрос застал меня врасплох.

— Да.

— Ты думала, что кто-то ломится в двери, и вместо того, чтобы сделать что-то, что имеется смысл, как, например... О, даже не знаю, «ПОЗВОНИТЬ В ПОЛИЦИЮ», — он говорил громко и уверенно, — ты открываешь дверь и решаешь напасть на вора?

Он бросил дрель в ящик и сделал большой шаг ко мне.

— Эм-м-м... Ну, да, — я сделала шаг назад, а он продолжил напирать на меня.

Он закрыл за собой дверь и пристально посмотрел на меня.

— Ты решила напасть на вора с ножом для масла? — он указал на мою руку. — С ножом для масла???

Я посмотрела на нож.

— Упс, похоже, я взяла не тот нож.

— Что? — яростно произнес он. — Ты взяла не тот нож? Ты издеваешься! Ты ищешь неприятностей? Ты хочешь, чтобы на тебя напал один из множества твоих, без сомнения, ненормальных соседей?

— А? — я была полностью ошарашена. И совсем не понимала, что происходит.

— Тебе никто не говорил, что не надо бежать навстречу опасности? — я отошла от него, а он сделал еще один шаг вперед, вскинув в раздражении руки. — Уже то, что ты живешь в таком месте отвратительно, еще хуже жить в таком месте без нормального замка на двери, но жить здесь и БЕЖАТЬ НАВСТРЕЧУ ОПАСНОСТИ С НОЖОМ ДЛЯ МАСЛА – ЭТО ЗА ГРАНЬЮ РАЗУМНОГО! — Он был вне себя от ярости, а я отошла от него так далеко, что вжалась в стену, и мне больше некуда было отойти.

— Я... Я... — я не знала, что сказать.

Теперь он критиковал мое поведение в чрезвычайной ситуации! Это же совершенно его не касалось. Мужчина остановился передо мной и пристально посмотрел в мои глаза. Его взгляд был напряженным, и я опять почувствовала себя полностью раздавленной. Потом Райан протянул руку, зажал что-то между пальцами и посмотрел на это. У меня все оборвалось.

— Твои волосы? — он посмотрел на прядь моих натуральных волос.

Черт! Я открыла дверь без этого дурацкого парика.

— Ты носила парик? — спросил Райан.

— Эм... — у меня вскипели мозги, и единственное, что пришло в голову, — это мой шейтл (примечание: парик, который носят замужние иудейские женщины).

О, Боже, я готова провалиться под землю.

— Что?

— Мой шейтл. Видишь ли, я еврейка.

— Дорис Грэнджер-Петерсон еврейка? — он подошел еще ближе и накрутил локон себе на палец.

— Грэнджерман-Петерсоннервитц, — глупо прошептала я и не могла отвести свой взгляд от того, как он наматывал и разматывал мой локон на свой палец. — Моя бабушка была... эм-м, я была... и мы... э-э-э... — Я замолчала.

Что, черт побери, я пытаюсь сказать? И почему, ради всего святого, я не могу просто заткнуться?

— Твоя бабушка что? — наклонившись ко мне, прошептал он. Его голос был низким, хриплым и чертовски сексуальным. И мне неожиданно показалось, что я опять не здесь. А переместилась в странное место, и, похоже, не одна, а с Райаном. Не смотря на все мои усилия избежать подобных чувств.

— Эм-м... из... Германии, и после войны она вышла замуж за... м-м-м… — я не смогла продолжить свои дурацкие отговорки, глядя на его губы. Боже, у него потрясающие губы. И его губы становились еще более привлекательными, когда на них появилась медленная соблазнительная улыбка.

— Вышла замуж за твоего испанского дядю из Парагвая? — спросил он.

Черт! Он сократил расстояние между нами, и я почувствовала себя в западне, но упрямо пыталась представить, что это не так.

— Да. Он был в ссылке, понимаешь, поэтому, знаешь... Я упоминала войну?

Неожиданно, он опустил мои волосы, и его следующее действие оказалось неожиданным. Такое интимное и странное, но... милое... Он положил свой палец на мои губы, чтобы я замолчала.

— Похоже, мне придется насильно заставить тебя перестать врать, — сказал Райан.

ГЛАВА СОРОК СЕДЬМАЯ

Райан

— Врать? — невинно спросила девушка, не отрывая свой взгляд от его глаз.

Райан медленно кивнул, неожиданно, осознав, что его палец касается ее губ.

— Дорис, очевидно, что ты лжешь о своей семье. И понимаю это, я тоже предпочитаю сохранять свою личную жизнь подальше от посторонних.

Она начала кивать. Медленно. И с каждым кивком, ее губы терлись о его палец. Он не мог отвести от нее свой взгляд. Длинные каштановые волосы делали ее глаза еще более янтарными. На носу маленькие веснушки, а щеки были окрашены в нежно розовый цвет. Ради всего святого, почему она это скрывала?

— Так почему ты на самом деле носила парик? — спросил мужчина, оторвав свой палец от ее губ и мягко касаясь милого подбородка.

Дорис тяжело сглотнула.

— Я же уже сказала...

Он прервал ее.

— Ты еврейка? Ты врешь также плохо, как и пишешь сообщения, мисс Грэнджер. Ты правда раньше работала в качестве личного помощника? — спросил он.

Она опять кивнула.

— В некотором роде, — ее голос был тихим, робким и наполнен чем-то, что он не мог понять. Она посмотрела за его спину, на свои ноги и почти беззвучно спросила: — Почему ты вообще здесь? Сегодня воскресенье.

Хороший вопрос. Какого черта он здесь? Он задавал себе этот вопрос уже сотый раз за это утро. И у него до сих пор не было ответа. Единственное, что он мог сказать так это то, что он несколько часов лежал в своей постели и не мог заснуть, думая о ее дурацком дверном замке, который легко взломать. Райан не мог перестать думать об этом особенно после их раздражительного обмена сообщениями. А перед этим сидел в своем кабинете и не мог работать. А все потому, что все, о чем он мог думать, так это о том, что она, Бог знает, куда поехала отметить выдачу зарплаты. Он ходил из угла в угол уже у себя дома, пытаясь придумать причину написать ей, узнать, что с ней все в порядке, и она спокойно добралась домой. И единственное, что он мог придумать, это какая-то выездная встреча, которая вызывала лишь раздражение. И вишенкой на торте была утренняя ссора между ним и Эмми. Оказалось, что попросить бабушку сходить с ней в магазин за лифчиком, было плохой идеей. Райан решил, что ему стоит уехать из дома, пока все немного не успокоится, и вот он здесь. У квартиры Дорис в воскресенье утром с дрелью в руках.

Мужчина пожал плечами и покачал головой, а потом опять пожал плечами.

— Я не знаю.

Она смотрела на него своими умопомрачительно красивыми глазами, которые больше не скрывала за огромными очками. Неужели и они были фальшивыми? Эта девушка была странной, привлекательной, упрямой, и не говорила всей правды. Но она была такой чертовски красивой... Он чувствовал, что тянется к ней через всю комнату, хотя сам стоял на месте.

— Это не имеет смысла, — прошептала она. — То, что ты делаешь, не имеет смысла. Ты это понимаешь?

— Говорит та, которая носит парик и, я уверен, что и фальшивые очки тоже, — ответил он. А потом выражение ее лица изменилось. Такой он еще ее не видел – это вина? Она потрясла головой, словно пытаясь избавиться от этого чувства, и, похоже ей это удалось. Она выпрямилась, положила свои руки на бедра и посмотрела ему прямо в глаза.

— Ты понимаешь, что твое поведение ставит в тупик, Райан? — спросила она, особенно выделяя его имя. — Или обращаться к тебе мистер Старк? В последнее время я совсем запуталась.

— Что? — с негодованием спросил он.

— Да, ладно, не притворяйся, что ты не понимаешь, о чем я говорю. То ты покупаешь мне пиццу и чинишь велосипед, то превращаешь мою жизнь в ад, кричишь на меня и увольняешь. А потом неожиданно пишешь вечером и обвиняешь меня за то, что я решила выпить с коллегами, а сейчас ты стоишь у моей двери в воскресное утро и чинишь мой замок, о чем я тебя не просила.

Дорис провела руками по своим волосам. Они блестели на свету и казались такими мягкими.

— И чтобы ты знал, я могу о себе позаботиться. Если бы хотела починить свой замок, я бы это и сделала. Я тоже знаю, как пользоваться дрелью.

На последнее утверждение он усмехнулся, так как оно звучало сомнительно.

— Не веришь? — спросила она.

Несколько мгновений Райан просто на нее смотрел, а потом без лишних слов протянул ей дрель. Девушка с вызовом сделала шаг вперед и вырвала из его рук дрель, что не могло не вызвать у него улыбку.

— Ну? — спросил он.

Она покачала головой. Ее щеки пылали, и она выглядела чертовски злой.

— О, тебе это нравится! Ты хочешь, чтобы я провалилась, чтобы доказать насколько ты прав, а я нет. Именно этим ты и занимаешься, мистер Старк, — она скрестила руки на груди, словно отгораживаясь от него. — Ты специально не сказал в мой первый рабочий день, как принимать звонки, и где лежит блокнот для записей. Правда? А поступил ты так потому, что тебе нравится наблюдать за страданиями людей. Ты наслаждаешься неудачами окружающих. Ты, наверное, испытываешь огромное удовлетворение от этого.

Дорис все больше распалялась, а он понимал, что его поведение было ошибкой.

О чем он только думал? Этому следует положить конец. Для этого он сделал то, чего никогда не допускал – он отступил.

Мужчина развернулся, вышел и без всяких слов закрыл за собой дверь.

ГЛАВА СОРОКВОСЬМАЯ

Поппи

Спустя несколько часов я все еще могла ощущать касание его пальца к моим губам. Каждый раз, когда вспоминала его, мои губы будто щипало. Чувство вины накрыло меня с головой, так тяжело было врать Райану о своем парике. Желание рассказать ему всю правду было велико, но я зашла слишком далеко. Моя ложь превратилась в одну из тех, что чем дальше, тем труднее сказать правду. Одна ложь тянет за собой другую, и приводит к тому, что ты становишься еврейским эмигрантом с двойной фамилией с прекрасным владением испанского! Кроме того, что он подумает обо мне, когда узнает правду? Все во мне бунтовало против той мысли, что он будет плохо обо мне думать, узнав все. Поэтому для меня единственным выходом казалось тогда затеять ссору, о чем я сильно пожалела после.

Я коснулась своих губ. Все становилось более запутанным. Имею в виду, что я ожидала от сложившейся ситуации? Я собиралась продолжать лгать? Я собиралась работать на Райана Старка до конца жизни? На самом деле, так далеко я не планировала. Единственной мыслью было то, что мне срочно нужны деньги, но с каждым днем продолжать лгать становилось все труднее. В те моменты, когда мы сталкивались, он видел Дорис, не меня. Мне было интересно, что бы он подумал о Поппи, когда встретился бы с ней? Хотя, о чем я думаю? Этот мужчина и о Дорис - то теперь особо не думает. Взгляд, которым Райан одарил меня, когда уходил...

Раздался звонок моего телефона так, что мое сердце чуть не остановилось, после чего я прочитала сообщение.

Райан:С моей стороны было неправильным прийти и чинить твой замок. Я не должен был так поступать. Такого больше не повторится.

Я сразу же напечатала ответ.

Я:Я не должна была произносить такие слова. Этого тоже больше не повторится.

После моего сообщения никакого ответа не было. Интересно, он больше ничего не напишет? Я решила, что сама завершу наш диалог.

Я:До завтра.

Райан:Не опаздывайте, мисс Грэнджер.

Я:Не опоздаю, мистер Старк.

Я проснулась в понедельник из-за очередного шума за моей дверью. В этот раз это был стук в дверь, и если это не доставка пиццы, тогда догадываюсь, кто это. Я подошла к двери и спросила, кто это, вдруг это подозрительный сосед.

— Кто там?

— Поппи? — услышала я свое имя. Мое настоящее имя, которое давно не слышала. Боже, как же это хорошо. Эта Дорис так мешает мне жить.

Я открыла дверь.

— Здравствуйте, мистер Рэдди, — произнесла я, мило улыбаясь. Хотя, навряд ли, улыбка смогла бы его смягчить.

Собственно, не смягчила, он сразу же перешел к делу.

— Вы знаете, почему я здесь? — спросил он.

Я кивнула, потому что знала.

— Вы не полностью заплатили за аренду за этот месяц, и за прошлый тоже, — сказал мистер Рэдди.

Я кивнула.

— Знаю. Я только что нашла работу, и могла бы полностью заплатить за этот месяц, но мне нужно было выкупить свою машину, иначе бы я потеряла работу. Обещаю, что все выплачу до конца этого месяца.

Он уставился на меня. Мистер Рэдди был не самым честным домовладельцем, другой бы не смог владеть таким зданием. Я также была в курсе его способов сбора долгов. У меня были подозрения, что это включает в себя ломание костей.

— Вы должны будете еще проценты, — ответил он. — Двадцать процентов.

— Сколько? Это больше, чем в банке.

— Ну, тогда идите, возьмите кредит в своем банке и заплатите мне, — с сарказмом ответил мистер Рэдди. Он определенно ставил на то, что люди, которые живут здесь, не способны взять кредит.

— Хорошо, — с беспокойством ответила я. — Двадцать процентов. В следующем месяце.

Я закрыла дверь.

Как же не вовремя! Именно тогда, когда, похоже, что я близка к потере работы.

Я ехала на совещание вся на нервах. И понятия не имела, каким сегодня будет Райан. Особенно после вчерашнего происшествия с замком. Мы припарковались рядом друг с другом, но я на него не смотрела. Вместо этого продолжала сидеть в своей машине, пытаясь мысленно собраться. Сегодня утром я не одела этот дурацкий парик, так как «кот уже вытащен из мешка». Рядом со мной хлопнула дверь, и Райан оказался рядом с окном. На этот раз я посмотрела на него.

Луч солнечного света осветил одну часть его лица, оставляя другую в тени. Эта двойственность поразила меня своей символичностью, потому что мой так называемый босс был именно таким. Свет и тьма. Жар и холод. Он словно специально прятался в тени. Что уж говорить, я занималась тем же самым, но теперь избавилась от парика и очков.

Он стукнул своими костяшками по моему стеклу.

— Идем? Мисс Грэнджер?

— Иду! — я дотянулась до ручки, вылезла из машины, оглянулась вокруг и удивилась. — Я думала, мы здесь строим отель, — я уставилась на огромное здание, которое возводится передо мной. И это определенно не будет гостиницей.

— Это торговый центр, — ответил Райан.

— Но я думала, что компания занимается строительством отелей? — я последовала за ним, пытаясь не отставать.

— Как и я, — неожиданно ответил он. Его голос приобрел ту мрачность, которую я слышала на пути из больницы. Райан остановился и стал все осматривать, уперев руки в бока. Я тоже замерла и посмотрела на него – он стоял прямо, как солдат, словно исследуя территорию, но что же он пытается увидеть?

— Мы действительно занимались строительством отелей, — медленно произнес он. — Мы должны заниматься именно этим, но в период спада нужно пробовать свои силы и в других сферах. Диверсифицировать свою деятельность, как всегда обожает говорить мистер Грэй. Как ни забавно, но при экономическом кризисе люди больше ходят по магазинам.

— Да? — удивившись этой информации, спросила я.

Он обернулся и посмотрел на меня.

— Единственный бизнес, который не затрагивает кризис, это винные и кондитерские магазины, парикмахерские и маникюрные салоны, казино, тату салоны. И этот строящийся торговый центр будет включать все перечисленное, — он остановился и опять оглянулся.

— Я ненавижу эти дурацкие торговые центры, — сквозь зубы пробормотал он. — И думаю, строительство этого торгового центра – огромная ошибка.

— Не все так плохо, — мягко произнесла я, пытаясь поднять его настроение, которое внезапно скатилось ниже плинтуса. Я ничем не могла ему помочь, но мне было интересно, это та самая ошибка, которая может обойтись в две сотни миллионов рандов? Он упоминал об этом раньше.

Райан продолжал смотреть на меня, тряся головой, словно пытаясь вытрясти плохие мысли. Потом он перевел свой взгляд на мои ноги.

— Ты надела каблуки? — резко спросил он.

— Да.

— Мы идем на стройку, — произнес он так, словно я должна понять, что он имеет в виду.

— И что? — я до сих пор не могла понять, к чему он ведет.

— Строительная площадка! — медленно и четко произнес он.

Я покачала головой.

— О, ради всего святого, Дорис. Ты что, никогда не была на стройке? — Райан сложил свои руки на груди.

— Не была, — подтвердила я.

Мужчина осмотрел меня с головы до ног, а потом пожал плечами, словно сдаваясь.

— Я смотрю, ты без парика, — сказала он.

— Что есть, то есть, — ответила я, шутливо перебросив свои волосы через плечо, пытаясь этим уменьшить неловкость момента.

— Значит, ты теперь не еврейка? — с издевкой спросил он.

— Эм-м... — заколебалась я.

— Или ты неожиданно поменяла веру? — спросил Райан.

— Я...я...

— Твой раввин, должно быть, очень разочарован, — степень сарказма просто зашкаливала.

Его так и хотелось взять за грудки и встряхнуть. Ясно, как день, что он со мной играет. Ждет, насколько меня хватит, когда я сдамся. Мы уставились друг на друга, как в тех спагетти-вестернах (прим. переводчика: спагетти-вестерны характеризуются наличием более активного действия и насилия, чем голливудские вестерны), ожидая, кто первым опустит взгляд. И первым, кто сдался, был Райан. С громким вздохом он отвернулся и пошел дальше, не скрывая своих чувств.

— Просто смотри себе под ноги, — кинул он через плечо. — Стройки очень опасны. Слишком много мест, где можно споткнуться или упасть.

Я посмотрела на пол и поняла, что мой босс имел в виду. На полу был гравий, кирпичи, проволока и обрезки стали. Райан ушел далеко вперед, и мне пришлось крикнуть.

— Мистер Старк, а для чего я вообще здесь нужна?

Райан обернулся, и на какое-то мгновение мне показалось, что он не знает ответа. Потом мужчина прочистил горло и начал зачитывать список обязанностей.

— Вы должны вести записи, потом напечатать их на компьютере и отправить мне. Если я внесу некоторые предложения, изменения и прочее, то могу их забыть, поэтому нужно все записать, — после сказанного он продолжил идти вперед.

Забыть? Очень сомневаюсь. Райан Старк ничего не забывает, так зачем я здесь нужна? Я оглянулась вокруг. Такое место, как стройка, очень опасно, особенно для меня. Если передо мной окажется неровная поверхность, я обязательно упаду. Стальной прут, что торчит из земли, наверняка, меня проткнет. Мокрый цемент? Будьте уверены, я упаду и утону. Это все часть драмы: именно такие вещи происходят в любой дурацкой ситуации. М-м-м... Я должна быть предельно осторожна. Очень осторожной. Кроме того, я не хотела доставлять удовольствие моему боссу быть свидетелем очередного моего провала.

Я еле поспевала за Райаном, мистером Старком, Райаном Старком... Боже, как бы я его не называла, стала догонять его только тогда, когда он остановился у группы мужчин. Они все повернулись на звук моих шагов, что было очень неловко. Они ждали, пока я подходила, и то, как они напряженно следили за моим приближением, их нетерпеливое постукивание ногами, все это сбило меня с шага – я просто забыла, как ходить. И чтобы вы понимали насколько это было ужасно, я шла по щебню на высоких каблуках. Царила звенящая тишина. Был лишь звук моих шагов...

ХРЯСЬ, ХРУСТЬ!

То, как мои каблуки скрежетали по камням, оглушало. Хуже всего то, что этот звук многократно увеличивался, отражаясь от стен стройки. Мои шаги были такими громкими. Каждый шаг... ХРУСТЬ!!! Мужчины определенно были нетерпеливы, особенно Райан. О, в их глазах я определенно выглядела, как настоящая идиотка потому что я взмахивала руками из стороны в сторону, как дурацкий голубь, чтобы сохранить равновесие и не рухнуть вниз.

Хрусть. Шурх, шурх. Хрясть. Шурх. Это зрелище было не для слабонервных. Уверена в этом, так как мне было чудовищно неловко, но, слава Богу, я до них дошла.

— С прибытием, мисс Грэнджер, — саркастично пробормотал Райан.

Некоторые из стоявших мужчин улыбнулись, а один из них издал довольно громкий смешок. Чертовы шовинисты! Чертовы мужчины, высокомерные придурки, думающие, что самые умные со своей обувью на плоской подошве и с большими защитными касками. Они все думают о том, что место женщины на кухне, а не на стройке. Что ж, я им всем еще покажу! Смотрите, как я буду скользить по щебню, проходить мимо бетонных стен, мастерски обходить стальные пруты, торчащие из земли...

— О-о-о-о, — завизжала я, взмахивая руками, когда начала падать.

Райан успел меня поймать, не дав упасть. Я выпрямилась, но отвернулась от него. Не хотела увидеть удовлетворение в его глазах или услышать ехидный комментарий, но вместо этого я услышала его шепот.

— Все хорошо?

Я повернулась к нему убедиться, что эти слова исходили именно из его рта, но мне это не удалось, так как Райан уже начал говорить с ожидающими нас мужчинами. Потом, подтверждая, что мне показалось его участие, он оглянулся на меня через плечо.

— Сейчас самое время начать вести записи, мисс Грэнджер, — он произнес это таким тоном, который абсолютно отличался от того, что мне послышался раньше. Да, скорее всего мне показалось.

А потом неожиданно, без предупреждения мужчина надел мне на голову большую желтую тяжелую каску. Она была такая большая, что сползла мне на глаза. Отлично! Теперь мне еще надо напрячься, чтобы хоть что-то увидеть. Затем Райан медленно и зловеще повернулся ко мне со странной улыбкой.

— О, прошу прощения, я вас друг другу еще не представил, — очень самодовольно сказал он.

Я покачала головой, так что чуть не слетела каска.

— Да, еще не было такой возможности, — мило улыбнувшись, подтвердила я.

— Это мистер Мэтьюз, бригадир, мистер Джэймс, руководитель проекта. А это мистер Гарсиа, архитектор. Из архитектурной фирмы «Гарсии и Фернандез», — Райан произнес последнюю фразу таким хитрым тоном, что я должна была сразу почувствовать подвох, но мне потребовалось время, чтобы понять.

— Мистер Гарсиа из... — Райан повернулся к темноволосому мужчине. — Где вы родились?

Мое сердце упало в пятки, меня бросило в пот.

— В Бразилии, — ответил мужчина.

Да, меня чуть ли не трясло.

— Какое совпадение, — Райан посмотрел на меня с таким выражением лица, что мне захотелось ему врезать. — Дорис некоторое время жила в Парагвае. Она хорошо знает испанский.

Райан проверял меня. После моих очков и парика он проверял остальную часть моего рассказа. Я его за это не винила.

— О, вау, — ответил Гарсиа. После повернулся ко мне, и у меня перехватило дыхание. — ¿Cómoestás? (Как поживаете?) — спросил он.

Я знала эту фразу! Знала! Я слышала, как режиссер и его помощник говорили на испанском, и некоторые реплики в телесериале тоже были на испанском.

— Bien, ¿y tú? (Хорошо, а Вы?), — ответила я, взглянув на Райана.

— ¿Cuántotiempollevasaquí? (Как долго Вы там прожили?) — спросил Гарсиа.

Я понятия не имела, о чем он спросил, но потом, когда я прогуглила, его вопрос был связан с моим пребыванием в Парагвае?

Какого черта? Я мысленно вернулась в телесериал. Что я могу ответить этому мужчине, чтобы Райан не поймал меня на лжи? Поэтому я сказала первое, что пришло мне в голову. Реплику, которую я запомнила после длительной записи и редакции сцены моего предсмертного хрипа.

—¡He regresado de la jungla para vengarse la reputación de mi familia! (Я вернулась из джунглей, чтобы отомстить за репутацию моей семьи!) — сказала я, а потом рассмеялась.

Мистер Гарсиа какое-то время странно меня рассматривал, а потом тоже рассмеялся. Мы вместе смеялись, пока Райан нас не прервал.

Я продолжала улыбаться. Не каждый день говоришь архитектору на стройке, что вернулась из джунглей отомстить за свою семью.

Я повернулась к Райану и подарила ему самодовольную улыбку.

А он отвернулся.

ГЛАВА СОРОК ДЕВЯТАЯ

Райан

Он должен был сказать Дорис, чтобы она не приезжала, особенно после вчерашнего. Все это было неловко, начиная с момента, как девушка вылезла из машины, и сейчас пока она с хрустом ходит по гравию. Это его очень отвлекало. И эта тяжелая каска превращала ее в большой желтый гриб. Неуравновешенный гриб, шатающийся из стороны в сторону, как новорожденный жеребенок, только вставший на ноги.

Ему не следовало вызывать Дорис на стройку. Райан пытался сосредоточиться на вопросах строящегося торгового центра, выкинуть девушку из головы, но каждую минуту оглядывался, чтобы убедится в порядке ли она. А ведь будущее всей фирмы зависит от успеха этого торгового центра. «Мы не строим торговые центры!» Снова и снова слышится любимая фраза мистера Раутенбаха. Райан и сам был против предложения мистера Грэя. Они никогда не занимались торговыми центрами, но фирме было необходимо прибыльное дело и как можно быстрее. Отец Райана не просто бы перевернулся в гробу, он влетел бы на нем в торговый центр. Мистер Раутенбах предлагал другое решение. Как он говорил, спрос на короткие поездки в выходные возрос на двадцать процентов, поэтому их фирме стоит построить несколько небольших отелей, поближе к городу. Люди все еще выезжают проветриться на выходные во время экономического спада, но большие курорты компании «Старк Групп» находятся слишком далеко, чтобы ехать только на два дня. Это предложение было высмеяно, и выбрали торговый центр, который точно принесет деньги. И вот Райан и его компания все поставили именно на торговый центр.

Мужчина осмотрелся в пустом здании, в данный момент они стояли в месте, предназначенном для фудкорта.

— Разве я не говорил, что хочу панорамные окна? — спросил Райан, указывая на оконные проемы в стенах. Это был не вопрос. — Я говорил о панорамных окнах, чтобы люди могли смотреть на город, пока едят. Именно благодаря им это место станет запоминающимся. — Райан поднял свой голос, поворачиваясь к архитектору, который стал быстро кивать.

— Мисс Грэнджер, — Райан повернулся к ней. — Пожалуйста, нужно записать, что должны быть переделаны окна. Они должны быть панорамными – от пола до потолка.

Дорис кивнула, но как-то безучастно. Она сделала маленький шажок к нему и прошептала:

— Я не знала, что нужно взять блокнот.

Райан вздохнул.

— Кто-нибудь дайте моему помощнику ручку и бумагу! — он посмотрел на стоявших мужчин, но никто даже не пошевелился. — Только не говорите, что ни у кого нет ручки и бумаги? — возмутился Райан, раздражаясь с каждой секундой сильнее.

Архитектор подпрыгнул на месте.

— У меня есть старые проекты, их можно использовать для записей.

Затем достал огромный лист бумаги из стопки подобных и передал Дорис. Этот лист был такого же размера, что и она. Он практически скрыл ее... А потом она попыталась его сложить. Все смотрели, как девушка боролась с этим гигантским куском бумаги. Она зажала одну сторону между коленями, а верхнюю пыталась согнуть. Когда Дорис поняла, что у нее ничего не выходит, она бросила лист на пол и забралась на него. Ползая по нему на коленях, она опять попыталась его сложить. К этому действу добавилось постоянно падающая тяжелая желтая каска. И все становилось только хуже...

Она развернулась, все еще пребывая на четвереньках, и теперь демонстрировала всем свою задницу. Райан тут же вспомнил, когда Дорис была у него под столом. Райан чувствовал, как настроение присутствующих изменилось. Он должен прекратить все это. Позволить им всем на нее смотреть так, так...

Райан сглотнул.

— Ради всего святого, мисс Грэнджер, — Райан подошел к ней и без всякого колебания поднял ее на ноги. Она была такой легкой. Он поднял этот лист и порвал его пополам, а потом еще раз. Сложив эти листки в какое-то подобие блокнота, передал их Дорис.

— О, эт... — пробормотала она, беря листки в руки.

— И так, на чем мы остановились? — Райан отвернулся от Дорис и вернулся к обсуждению, но теперь за его спиной раздавался скрип ручки. Эта девушка была каким-то миниатюрным бульдозером. Где бы она ни была, ее сопровождала какая-то драма, очень оглушительная. Именно из-за нее эвакуировали целое здание, именно она напала на его адвоката и именно благодаря ей он отправился в больницу. Что же будет дальше?

И, конечно, это вызывало один главный вопрос, вопрос на миллиард долларов: почему он все еще не уволил Дорис и какого черта не может выкинуть ее из головы?

Райан вздохнул. Как бы он хотел найти ответ на этот чудовищно неудобный вопрос.

ГЛАВА ПЯТИДЕСЯТАЯ

Поппи

Ах, ты ж черт!

Все идет наперекосяк. Я с трудом могла ходить, а теперь мне приходится еще и вести записи. Эти два действия кажутся простыми, но объедините их, не забывая, что все происходит на стройке, и это превратилось в невыполнимую миссию. И они все говорили так быстро. Кидаясь словами и фразами, которые я ни разу в жизни не слышала...

Бифуркация. Программная сопредельность. Оптимизация специального сопряжения. Что, черт возьми, это значит?

И, конечно, я не смела прервать их разговор и уточнить значение слов. Определенно Райан зол на меня. «Напомните-ка мне, почему я все еще не уволилась», — все время спрашивала я себя. О, верно, арендодатель и ежемесячный платеж, не говоря уже о выплатах по кредиту, а еще мне надо что-то есть... Список можно продолжать.

Казалось, это совещание не закончится никогда. Взбираться по эскалатору, который не движется, то еще испытание. Инстинкты говорят тебе, что эскалатор должен двигаться, но он стоит, и все в тебе сопротивляется сделать новый шаг. А потом мы пришли в ту часть здания, которую, я думала, не осилю. Передо мной стояла лестница, ведущая на крышу. Все уже успели подняться наверх, а теперь предстояло и мне. Я скрутила бумаги, и уже запихивала их подмышку, когда сверху опустилась рука.

— Я возьму ваши записи, так Вам будет удобнее.

Это был Райан, что повергло меня в шок. Теперь он решил мне помочь? Но я была благодарна, поэтому передала их ему.

— Осторожно, наверху торчит прут, — сказал он и скрылся.

— Какой прут? — спросила я, но его уже не было.

Я взялась за поручни, осторожно медленно сделала свой первый шаг и тут же поскользнулась.

— Черт, — прошипела я. Это просто чудовищно! Я карабкалась по лестнице, чтобы присоединиться к мужчинам, которым мое присутствие нужно также сильно, как и герпес. И была уверена, что от меня толка было бы больше, если бы я просто сидела в машине и ничего не делала. Затем сделала еще один шаг, балансируя на своих огромных каблуках, но опять поскользнулась.

— Дьявол побери! — я сняла свои туфли, в них я никогда не заберусь наверх. Одну туфлю засунула себе подмышку, а другую, чуть-чуть поколебавшись, схватила зубами. У меня должна оставаться свободной хотя бы одна рука, чтобы держаться за лестницу.

В этот раз взбираться было намного проще, и я практически поднялась наверх, когда увидела прут. Он торчал из цементного пола, делая пространство еще меньше. Я вытащила туфлю изо рта, и мой рот заполнился вкусом искусственной кожи, что заставило меня отплевываться, пытаясь от него избавиться. Потом я осторожно поднялась и бросила одну туфлю в проем, но катастрофа произошла, когда вытаскивала другую туфлю из подмышки.

Я покачнулась.

Потом стала заваливаться, шататься и падать.

— Че-е-е-е-ерт! — падая, кричала я, но каким-то волшебным образом, будто кто-то ринулся мне на помощь, мое тело дернулось назад с громким страшным тревожным рвущимся звуком. Я повисла. Зависла в воздухе как марионетка, с болтающимися из стороны в сторону руками и ногами.

Что, черт возьми, позволяет мне так висеть? Затем я почувствовала, как что-то упирается мне в спину. Прут порвал мою блузку, благодаря чему я и держусь в воздухе.

— О. Мой. Бог!

Как мне теперь спуститься? А потом...

Хр-р-р-рыт. Мое тело на сантиметр соскользнуло вниз.

— Не-е-ет, — простонала я.

Это просто не может происходить со мной. Почему, черт возьми, именно я во всем белом свете должна быть на ниточке от падения на строительной площадке?

Затем треск повторился, и я приблизилась к падению еще на сантиметр... А потом еще на один... И я поняла, что моя блузка дольше не выдержит. У меня нет выбора, кроме как позвать на помощь, хоть все во мне сопротивлялось. Я не хотела доставлять ему удовольствие от спасения меня сейчас, но разве у меня был выбор?

—А-у-у-у-у! — крикнула я.

Когда никто не откликнулся, я позвала еще раз, и еще, но никто не спешил мне на выручку. Я должна справиться самостоятельно. Поэтому приготовилась перекинуть свое тело как мешок с картошкой и схватиться за лестницу. Я сделала глубокий вдох и на счет три, два, один...

Я качнулась. Звук как рвется ткань, оглушал. Закрыв глаза, схватилась за лестницу так крепко, как только могла. Я не открывала глаза, пока не посчитала это безопасным. Я была счастлива, что осталась жива, но потом посмотрела вниз... Моя блузка. Порванная, вся в клочках, лежала внизу у лестницы. Одна из туфлей лежала рядом с отвалившимся каблуком, все это больше похоже на место преступления. Я опять посмотрела на свою грудь и вздохнула. Теперь мою грудь прикрывал лишь лифчик

ГЛАВА ПЯТЬДЕСЯТ ПЕРВАЯ

Райан

Где она, черт побери? Он уже говорил как минимум десять минут, когда заметил, что не слышит раздражающий скрип ручки. Не говоря уже о звуке ее шагов, таких громких из-за столкновения каблуков с бетонным полом.

— Дорис? — позвал он, возвращаясь к лестнице. Неужели она до сих пор только взбирается по лестнице?

— Я здесь! — ее голос был слишком высок и странен.

Он оглянулся вокруг, но не смог увидеть девушку.

— Где? — спросил он.

— Здесь, — повторила она.

Райан повернулся вокруг своей оси и посмотрел, что находится вокруг, когда заметил ее голову, выглядывающую из-за столбов. Он пригляделся внимательнее, вдруг показалось.

— Ради всего святого, что ты там забыла? — спросил он.

Дорис поморщилась.

— Ну, просто все осматриваю. Здесь так занимательно, — ответила она. — Как тут все устроено. — Она протянула руку и похлопала по столбу. — Очень прочно.

— Понятно, — пренебрежительно сказал Райан. — Старайся не отставать.

Затем развернулся и пошел обратно, но почти сразу же обернулся назад, когда услышал ее торопливые шаги.

— Дорис? — снова позвал он ее, когда не смог увидеть лично.

— Да? — теперь ее тоненький голос исходил с другой стороны.

— Ты где? — спросил Райан.

— Я здесь! — Дорис выглянула из-за другой колонны.

— Вижу. Но почему ты там? — она что, играет в какую-то странную игру? Он тяжело вздохнул и закатил глаза. — Неважно. Я даже не хочу знать, только не отставай.

Райан опять развернулся и вернулся к остальным, которые обсуждали систему ливневых стоков на крыше. Он стоял и слушал развернувшуюся дискуссию, когда услышал торопливые шаги, за которыми последовал громкий звук удара. В этот раз они все обернулись на этот звук.

— Мисс Грэнджер? — позвал Райан, когда опять не смог ее увидеть.

— Да, — ответила она.

— Где Вы прячетесь на этот раз?

— Здесь, — прозвучал голос, но Дорис по-прежнему не появилась. А потом слегка приподнялась металлическая бочка, что привлекла внимание всех мужчин.

— Мисс Грэнджер, я знаю, что Вы за бочкой, — сказал Райан.

После этого из-за бочки медленно появился лоб, следом глаза, нос, рот и наконец, подбородок. Дорис всем улыбнулась, но несколько нервно.

— Что происходит? — спросил он.

Дорис неожиданно рассмеялась... Или расплакалась? А может и то, и другое? Боже, она вела себя так непрофессионально.

— Прошу прощения за это, — Райан повернулся к стоявшим мужчинам. — Я совсем не понимаю, что она делает.

Затем посмотрел на Дорис.

— Мисс Грэнджер, пожалуйста, перестаньте прятаться за столбами и бочками и просто следуйте за нами, чтобы мы смогли продолжить обсуждение хода строительства.

Дорис покачала головой и прикусила губу.

— Нет, — сказала она. — Я не могу выйти.

— Что значит, не можете выйти?

— То и имею в виду.Я не могу выйти, — повторила она.

— Вы застряли?

Она покачала головой.

— Не совсем.

— Не совсем? — повторил он за ней, пытаясь найти хоть какой-нибудь смысл. — Тогда что?

Она продолжала смотреть на него своими большими янтарными глазами, не произнося ни единого слова.

Райан по-настоящему взбесился.

— Пожалуйста, выйдите из-за бочки, чтобы мы, наконец, смогли продолжить нашу работу! Я очень прошу!

По ее лицу проскользнуло странное выражение. Словно она сдалась. Она кивнула и начала выходить из-за бочки.

Все охнули. И Райан тоже.

ГЛАВА ПЯТЬДЕСЯТ ВТОРАЯ

Поппи

Что ж, ничего не остается, как набраться мужества и выйти. Я больше не могла прятаться за колоннами и бочками, поэтому вышла. С опаской, медленно и неуверенно. И чем больше они меня видели, тем больше у них округлялись глаза.

Я не придумала ничего другого, как улыбнуться настолько сладко, насколько могла. Воцарилась звенящая тишина, пока они все смотрели на меня, а потом будто им кто-то приказал, они все повернулись ко мне спиной, опустив глаза, некоторые даже их закрыли. По крайней мере, они были джентльменами, а не воспользовались случаем поглазеть на обнаженную женщину.

— У меня... тут... Кое-что произошло, — сказала я, смотря на Райана. Он был единственным, кто не отвернулся. Напротив, он пристально смотрел на меня. Его взгляд был настолько интенсивным, словно он не смотрел, а будто проводил своими руками по моей коже. На мне оставались юбка и лифчик, но из-за его взгляда я чувствовала себя голой.

А потом он бросился ко мне. Я никогда не видела, что можно так быстро снять с себя пиджак. Прежде чем смогла осознать, что происходит, он накинул пиджак мне на плечи и запахнул его спереди.

— Спасибо, — слабо сказала я, чувствуя себя на грани слез.

Райан посмотрел на остальных мужчин.

— Похоже, мисс Грэнджер, ушиблась, — и потом добавил со злостью. — Вы должны убедиться, что стройка безопасна для посещения. Это просто недопустимо. Совещание закончено!

Райан сорвался и потянул меня за собой. Он зашагал так быстро, что я не могла за ним поспеть, особенно учитывая, что я была в одной туфле.

Он остановился и посмотрел на мои ноги.

— Что с твоей обувью?

— Каблук у одной туфли сломался, когда я упала.

— Ты упала?

Я не могла разобраться, его голос был обеспокоенным или злым.

Я кивнула.

— Ну, моя блузка спасла меня от падения, — коротко улыбнувшись, ответила я, но, Боже, мне было так стыдно.

— Ты не можешь идти босиком, иначе потом нам придется вытаскивать из ног гвозди, — сказал Райан.

— Что ж, ты прав... — я подняла свою босую ногу и подпрыгнула.

Райан потряс головой, неодобрительно посмотрел на меня, а потом стал наклоняться вниз.

— Что? Ты предлагаешь мне забраться на твою спину? Понесешь на спине? — засмеялась я. Дурацкая идея.

Он оглянулся через плечо.

— Я открыт для твоих предложений.

— Черт, — я не могла придумать ничего другого. Не верю, что это со мной происходит.

— Залезай уже Дорис.

— Хорошо, хорошо, — согласилась я.

Затем подтянула повыше мою узкую юбку и положила свои руки на его спину. Она казалась такой широкой и надежной, а сам он таким высоким, что я была не уверена в своей способности взобраться на него. Я попыталась запрыгнуть на его спину, обвив руками его шею и забросив ноги на его талию, но соскользнула. Райан пытался остановить мое падение, схватив меня за бедра, но этого оказалось недостаточно. Я надеялась, что никогда не услышу звук того, как его руки соскальзывают по моим вспотевшим бедрам. Мы с неловкостью посмотрели друг на друга, пока звук отражался от стен огромного бетонного зала.

— Хм, — сказал он, сгибая свою руку. — Может, попробуем еще раз?

— Конечно.

Мне казалось, что мои бедра в огне. Словно его пальцы подожгли их. Райан развернулся и в этот раз опустился ниже. Я немного разбежалась и запрыгнула на его спину. Он схватил меня под коленки и подтянул повыше. Я обняла его за шею, а потом, Боже мой, я не могла удержать смех.

— Что? — спросил Райан.

Я пыталась ответить сквозь смех.

— Это, — ответила я. — Я на твоей спине.

— Похоже, что так, — в его словах слышалась улыбка, а потом мы двинулись вперед.

— Эй! — мне в голову пришла одна мысль. — А как мы спустимся по лестнице?

— Мы пойдем длинным путем, — ответил мужчина.

Это действительно был длинный путь. Райан шел... и шел... и шел. Казалось, этот путь будет бесконечным. Мой смех, наконец, затих, и сменился чем-то другим. Я теперь была так к нему близко, что могла почувствовать его аромат. И могла почувствовать, какой он большой и твердый. Какой сильный, что может так легко меня нести, словно я пушинка. Медленно, очень медленно я потянулась к его шее и тихо вдохнула его запах. В этот же момент Райан повернул ко мне голову, и мой нос, губы и подбородок коснулись его шеи. Мужчина одновременно пах и солью, и сандалом. Я не отпрянула от него в тот же момент, что коснулась его. На самом деле я задержалась немного дольше, слишком долго, позволяя вдохнуть глубже, позволяя своим губам скользнуть по его шее.

ГЛАВА ПЯТЬДЕСЯТ ТРЕТЬЯ

Райан

Райан сидел за рулем машины, которую уже завел, но все еще не тронулся. Он пристально смотрел вперед, но остро осознавал, кто сидит рядом с ним. Точнее, насколько она одета. Также теперь мужчина четко знал, как чувствуются губы Дорис на его шее, и как она пахнет, и что он чувствует, держа ее за бедра, и когда грудь девушки вжимается в его спину, и...

Райан бросил быстрый взгляд на Дорис, и оглядел ее, пока она не заметила. Его пиджак был распахнут, слегка открывая ее грудь, бледная кожа которой была на вид бархатистая. Несколько веснушек украшали ее ключицы, словно россыпь маленьких звездочек. Ее лифчик был бледно-розового цвета, и он сливался с кожей, делая ее практически обнаженной... А потом в его голову пришла одна мысль. Нежелательная мысль, которую Райан искренне надеялся, что ему хватит здравого смысла не озвучить.

— Эм-м..., — пробормотал он. Остановись, Райан! Черт возьми, перестань об этом думать. — Эм-м...

«Не произноси этого, не говори», — быстро проносилось в его голове, но прежде чем он смог закончить свой мысленный монолог, вмешалась Дорис.

— Я знаю. Знаю, как это было недопустимо, и мне жаль. Я не хотела, естественно, не специально. Это было случайно, я помню, ты говорил мне быть осторожной, и я пыталась, но, кажется, всегда попадаю в эти...

— На тебе лифчик балконет? — как только он произнес этот вопрос, то сразу же пожалел.

— Прости? — спросила она.

Ему не нужно было смотреть на нее, чтобы понять, как девушка шокирована его вопросом.

— Я спросил, — настаивал Райан, пытаясь звучать нормально, как будто он говорил о погоде или просил ее отправить e-mail, — это лифчик балконет? Так он называется?

— Эм... м-м-м... — запиналась Дорис. — Думаю, да. А что?

— Ты думаешь или знаешь? — Райан повернулся и посмотрел на нее. Повернувшись, он увидел, как ее щеки порозовели, и она выглядела... черт побери. Девушка выглядела восхитительно. Мужчина пытался смотреть только на ее лицо, не опуская свой взгляд ниже, куда так хотелось посмотреть. Боже, это так неправильно. Да, ладно, будто что-то в этот день было правильным.

— Да, — прошептала она, смотря прямо ему в глаза. — Это балконет.

— Он достаточно хорош при его использовании? Я имею в виду... Он удобен... м-м-м, справляется ли со своей задачей? — по-деловому спросил он.

— Его задачей?

— Да. Он, ну, ты знаешь... Держит ее... м-м-м... Сохраняет... хм-м-м... Она чувствует себя... — он не мог подыскать нужное слово, — она испытывает поддержку? — Найдя нужную формулировку, выпалил он.

Дорис вздохнула.

— Ты хочешь знать, чувствует ли моя грудь поддержку?

— НЕТ! — быстро ответил Райан. — Я не хочу знать ничего подобного. Я не спрашиваю о твоей груди...

— Именно это ты и спрашиваешь, — прервала его она.

Он покачал головой.

— Я спросил с чисто технической точки зрения о твоей одежде, если быть более точным, о твоем лифчике. Я пытаюсь понять, справляется ли эта модель лифчика со своей задачей? Это все, мисс Грэнджер.

Разговор пошел наперекосяк. Он это понимал, но, к сожалению, не мог просто забрать вопрос обратно. Тот уже был произнесен. Никакого спасения.

— М-м-м... — Дорис посмотрела на свою грудь.

И в этот раз Райан не мог не посмотреть на нее. Боже, она была красивой. Небольшая, но прекрасная.

— Думаю, все в порядке. В основном... Хотя я думаю, что мне нужен размер поменьше, так как я немного потеряла в весе, и выгляжу не так хорошо, как раньше, — тихо произнесла она.

Ему в голову пришла другая мысль. Которую он точно не будет озвучивать. Неожиданное желание сказать ей, что девушка выглядит потрясающе в этом лифчике. Без каких-либо сомнений. На самом деле ее грудь выглядит прекрасно. Можно даже сказать идеально.

— Значит, ты его можешь посоветовать? — спросил Райан.

— В зависимости от того, кто его будет носить.

Он опять повернулся к ней.

— Что ты имеешь в виду?

— Ну, это зависит от формы и размера груди, или от того, чего ты хочешь добиться с помощью лифчика.

— Добиться от лифчика? Разве он не для одного? — Райан был заинтригован.

— Вовсе нет. Некоторые женщины хотят, чтобы грудь была приподнята, некоторые наоборот. Или хотят больше поддержки, другой формы, кто-то хочет белье с косточками. Кто-то хочет, чтобы грудь казалась меньше, кто-то наоборот больше, — заключила она.

— Правда? — в его голове закружилась куча мыслей. До этого момента мужчина понятия не имел, что лифчик такой сложный элемент одежды. Опыт Райана сводился только к тому, как его снять. А когда он это делал, то не обращал внимания на такие детали. Когда ты снимаешь лифчик, ты не думаешь о том, как это работает. Все твои мысли направлены на то, как быстрее его снять, и коснуться груди руками, губами и...

Райан прочистил горло и посмотрел в сторону. Мужчина почувствовал, как краснеют его щеки, но надеялся, что Дорис не догадается, о чем он думает. Потому, что ему не следует об этом думать! Он в этом был уверен. Такие мысли ведут к опасным действиям. В машине воцарилась тишина, и Райан чувствовал, как Дорис ждет, что он заговорит. В голове крутились разные мысли. Мужчина сомневался. Попросить ли Дорис? Как еще он может помочь Эмми? Черт! Именно сейчас Дорис казалась его единственным шансом, но он не был в этом стопроцентно уверен. Дорис не из тех, кто точно выполняет его инструкции и все делает правильно. Но если не она, то кто?

— Мне... Мне надо, чтобы ты купила мне лифчик, — выпалил он.

— О, — она звучала сбитой с толку. — Я не знала, что ты... м-м... — она остановилась.

Он опять посмотрел на нее.

— Я кто?

— В этом нет ничего страшного, — улыбнулась она. — Я имею в виду, у меня есть друг, который любил переодеваться женщиной...

— НЕТ! — он быстро ее прервал. — Это не для меня. То есть, не лично для меня. Не совсем для меня... Для моей племянницы.

— Твоей племянницы? — ее голос звучал шокировано, словно то, что у него может быть семья или личная жизнь вне работы, сложно представить.

Райан склонил голову вниз, и его плечи опустились.

— Ей тринадцать. Она потеряла маму. А недавно прогуляла школу, украла деньги из моего кошелька и отправилась в торговый центр купить лифчик.

— О нет, мне очень жаль, — она сказала с такой искренностью и сочувствием в голосе, что он снова взглянул на нее. — Я тоже потеряла маму, — сказа она. — Это очень тяжело.

— Я не знал, — быстро ответил Райан. — Мне... Мне жаль.

— Ты учишься с этим жить, — ее голос был таким печальным, что у него сжалось горло. — Итак, расскажи подробнее о твоей племяннице и ее попытке купить лифчик, — попросила Дорис, поворачиваясь на своем сидении. Это движение заставило пиджак еще больше распахнуться, раскрывая ее тело. Райан пытался не пялиться.

— Ну, ей было слишком стыдно, чтобы я лично отвел ее в магазин за лифчиком. Поход в магазин с бабушкой закончился тоже неудачно. Мне кажется, ей стоит сходит с кем-то более молодым...

— Ни слова больше. Я буду счастлива сходить с ней в магазин за лифчиком, — девушка прервала его и мило улыбнулась.

Что-то внутри него потянулось навстречу этой улыбке. Будто невидимые нити связывали что-то внутри него с ее губами, и когда те двигались, эти нити вытягивали из него эмоции.

Он улыбнулся ей в ответ, словно и его губы связаны с ее улыбкой.

— Может быть нам стоит сначала заехать к тебе домой, чтобы ты... — он замолчал, и стал осматриваться вокруг, лишь бы не смотреть на нее.

— О. Да. Одеться, — она быстро скрестила свои руки на груди, словно забыла, что почти обнажена.

Райан выехал на дорогу, и они отправились в путь.

— Мне, правда, очень жаль из-за произошедшего ранее, — она неожиданно мягко произнесла. — Это было случайно, клянусь. Я, правда, старалась быть осторожной.

Он тряхнул головой и усмехнулся, не осознавая этого.

— Это было ужасно непрофессионально.

— Да, — согласилась она.

— С другой стороны, я не помню, чтобы видел, как мистер Джеймс терял дар речи. Произошедшее заткнуло его, за что я очень благодарен. Этот мужчина слишком разговорчив.

Дорис захихикала.

— Я знаю. Он выглядел тем, кто не видел женщину в лифчике с 1914 года. Было похоже, что он вообще забыл, как она выглядит. — Необдуманно вырвалось у Райана.

— Я могу его понять, — сказал он, и только потом понял, как это звучало. Словно ему сто лет. — Я имею в виду, — поправил он себя, — конечно, я видел... Неправильно, настоящее время, я вижу... Я имею в виду, что... — он остановился и сдался. — Для меня тоже прошло много времени с момента, когда я видел обнаженную женщину. — В конце концов это правда. Если быть откровенным, то Дорис единственная женщина, которую мужчина видел полуобнаженной на протяжении целого года.

— Если честно, то я тоже. Если тебе будет легче. Для меня тоже прошло много времени с тех пор.

Он повернулся и посмотрел на нее.

— О. О-о-о! — произнес он. — Я не знал, что ты... Но это не имеет значения.

— Что? — она выглядела растерянной.

— Ну, я о том, что ты давно не видела кого-либо в лифчике, — сказал он. Если честно, ему даже в голову не приходило, что Дорис может быть лесбиянкой. Не то, чтобы при встрече людей он задумывался об их сексуальных предпочтениях, потому что это не так важно, но...

— Я? — Дорис рассмеялась. — Нет! Нет. — Она еще громче рассмеялась. — Я имею в виду, что давно не видела мужчину в лиф... Нет, я имею в виду... — Она захихикала еще больше, и он услышал, как и сам усмехнулся. — Я имею в виду без рубашки, или... Я гетеросексуалка. Не то, чтобы девушки в красивом нижнем белье не сексуальны, но я предпочитаю мужчин. Хоть и не в лифчиках. Хотя... — Она замолчала, словно действительно размышляла о том, нравятся ли ей мужчины в лифчиках или нет. — Нет, все же я предпочитаю моих мужчин без лифчика. Определенно лучше если они с голой грудью и... — Она оборвала себя, и странное напряжение возникло в маленьком пространстве машины. — Прости, — быстро сказала она.

Он покачал головой.

— Все в порядке.

Но это не так. Потому, что все эти разговоры о лифчиках и голой груди направили все его мысли в одно русло. В то, где на них было бы меньше одежды, чем сейчас. Где, они не сиделина передних сидениях в машине. Где, ее лифчик висел на зеркале заднего вида, и Райану было наплевать, какого он фасона. Все, что его волновало, это поместится ли ее грудь в его руках.

Он протянул руку и включил кондиционер.

Боже, как жарко.

ГЛАВА ПЯТЬДЕСЯТ ЧЕТВЕРТАЯ

Поппи

Да уж, обсуждать со своим боссом нижнее белье обычное дело – ничего неловкого и странно. Слава Богу, он включил кондиционер, а то стало жарковато. Очень жарко. Я скрестила руки на груди, посмотрела в окно. К счастью, оно было тонированным. Несколько людей уже насладились моим полуобнаженным телом, не хочу, чтобы еще пешеходы и водители к ним присоединились. Возможно, теперь в своем резюме могу указать и «стриптиз», хотя это было не специально. Случайная стриптизерша. Разве такое возможно? Думаю, в моем драматичном мире – да.

После долгой и безмолвной поездки, которая по ощущениям длилась вечность, мы остановились у моего дома.

— Буду через пять минут, — сказала я, оборачиваясь к Райану.

— Не торопись, — ответил он.

Райан выглядел на удивление расслабленным без своего пиджака. На нем была голубая рубашка и серый галстук. Эта комбинация подчеркивала цвет его глаз, которые так и затягивали вглубь.

Я вылезла из машины и направилась к дому, но чувствовала его взгляд на себе. Я физически чувствовала, как он на меня смотрит, и внезапно стала сосредотачиваться на каждом своем шаге. И так на этом сконцентрировалась, что запнулась о камень и упала на колени. Почему, когда ты слишком сильно на чем-то сосредотачиваешься, то будто впервые этим занимаешься? Так бывает, когда слишком часто повторяешь одно и то же слово, и оно начинает казаться тебе иностранным. Попробуйте. Возьмите любое слово и произнесите его десять раз!

Я быстро поднялась, отряхнула свои колени, показала свои большие пальцы вверх, чтобы показать Райану, что все в порядке. Дальше все пошло как по маслу – я дошла до своей квартиры и выбрала более подходящую одежду, прежде чем вернуться к машине.

Когда я спустилась вниз, он стоял, прислонившись к машине. Райан ослабил свой галстук, расстегнул верхнюю пуговицу рубашки, и сам выглядел более повседневно, расслаблено, чем обычно (его полуобнаженность в больнице не считается). Наши взгляды встретились, я замерла на месте. Пыталась отвести свой взгляд, но не могла. Чувствовала будто меня затягивает воронка. И когда он улыбнулся, я улыбнулась в ответ. Он провел по своим волосам, и я по какой-то неведомой мне причине, повторила это движение – словно стала его отражением. Мое тело хотело повторить все его движения и жесты. Это было так... так... Что? Что происходит? Я все же смогла прервать наш зрительный контакт и отвела глаза. И он тоже.

Затем села в его машину. Райан настоял оставить мою у стройки, так как не могла же я управлять ей полуобнаженной и без обуви. Между нами опять воцарилась тишина, но в этот раз она не была пропитана неловкостью. Тишина была дружеской, когда не надо говорить тысячу слов, а можно просто молчать. Мы выехали из района западного парка, что сразу было понятно – разница была существенна. Двигались по направлению к городу, проехали его и выехали с другой стороны великой Тейбл-Маунтин (прим.: в переводе – столовая – гора, расположенная к юго-западу от центральной части Кейптауна на южном берегу бухты Столовая, одна из визитных карточек города). Ее так назвали моряки еще сто лет назад, когда впервые увидели со своих кораблей. Пик горы абсолютно плоский, словно огромный стол, выросший из земли. Знаменитая «скатерть» из низко висящих белоснежных облаков окружала гору, напоминая кружева. Облака напоминали сахарную вату, до которой так и хотелось дотянуться.

Мы ехали по дороге, что огибала горный хребет. Вид был потрясающий: слева – горы, справа – море. Небо было темно-серого цвета, что делало море еще темнее. Я редко бывала в этой части Кейптауна, где, возможно, берут деньги просто за шанс вдохнуть этот воздух, настолько здесь было дорого. Не так давно я была здесь, чтобы навестить моего так называемого агента. Это неуловимое создание перестало отвечать на мои звонки несколько месяцев назад. Проезжая, я как раз увидела офис этой сучки – «Сьюзан О’ Менеджмент». Она сильно испугалась в тот день, когда я заявилась к ней узнать, почему та не отвечает на моизвонки. Ее дурацкая отговорка о потере телефона ни на секунду не убедили. Когда я работала, она отвечала на все мои звонки, что не удивительно, ведь женщина получала пятнадцать процентов от моего гонорара.

— Что случилось? — спросил Райан.

— Что? — переспросила я.

— Твое выражение лица неожиданно стало таким кровожадным, словно ты планируешь чью-то смерть, — его голос стал заигрывающим и дружелюбным. Час назад он таким не был, но я уже привыкла к таким сменам его настроения.

— Так и есть, я как раз думала о расправе над кое-кем, — ответила я.

— Надеюсь, не надо мной, — пошутил он.

Я покачала головой.

— Не в этот раз.

Он рассмеялся, и, Боже, его смех был прекрасен. Теплый и обволакивающий, как пушистое одеяло зимой, окутывающее плечи.

— Напомни мне, никогда не стоять у тебя на пути, — сказал Райан.

— Почему ты думаешь, что не сделал это? — спросила я.

На какое-то мгновение мужчина замолчал, а потом раздался тихий вздох. И он не был похож на его обычные вздохи – долгие и отчаянные.

— Меня это не удивит. Думаю, многим моим сотрудникам я как кость в горле, — в его голосе чувствовалась печаль, и я решила не терять момент.

Развернулась к нему.

— И почему ты так считаешь?

— Почему считаю, что? — спросил он, будто не понимаю, о чем я его спрашиваю.

— Думаю, у великого Райана Старка есть секрет, — ответила я.

Он повернулся и посмотрел на меня.

— Секрет?

— Именно, и всем окружающим запрещено это узнать, — добавила я.

— И что это за секрет?

— То, что Райан Старк, возможно, может быть... Барабанная дробь... Хороший и добрый парень, — произнесла я, состроив шокированное лицо.

В этот раз он даже не повернулся, а атмосфера в автомобиле стала меняться. Черт, я перегнула палку?

— Я не очень хорош... — медленно и тихо начал он. В его голосе звучала неуверенность. — Не очень хорош в том, чтобы быть добрым или милым. Мне это дается нелегко.

— Да, ладно. Я знаю не так много людей, которые отвезут голубя в ветклинику, помогут починить велосипед и поменять замки на двери – хоть об этом его не просили, подвозить с работы и на работу незнакомца, а потом и нести этого незнакомца на спине потому, что у того нет обуви.

Тишина.

— Может, легче быть милым только по отношению к определенным людям, — ответил он.

Началось легкое покалывание пальцев, которое перешло на мои руки, плечи, а потом и на лицо, губы.

— А что насчет тебя и твоих секретов? — спросил Райан.

— Моих секретов? — пыталась произнести непринужденно.

— Ты преступница? — резко спросил он, меняя свой голос.

Я рассмеялась.

— Кто?

— Я спросил потому, что ты носила парик. И практически уверен, что те очки были ненастоящими.

Я потрясла головой.

— Нет. Я не преступница.

— Тебе кто-нибудь угрожает?

— Нет, — ответила я. — По крайней мере, я об этом не знаю.

— То есть никакой опасности ты себя не подвергаешь?

Я отрицательно покачала головой.

— Ты не в программе защиты свидетелей?

— Ничего подобного.

Возникла пауза, после чего мужчина заговорил опять.

— У тебя какие-то злоумышленные намерения? — он уже не говорил игриво, наоборот серьезно.

— Что? НЕТ! — я интенсивно потрясла головой. — Ничего злонамеренного. Нет.

Райан какое-то время меня изучал, а потом кивнул.

— Я тебе верю.

— Я не замышляю ничего дурного, — мягко сказала я.

И мужчина улыбнулся.

— Я бы спросил, не являешься ли ты корпоративным шпионом, но думаю, уже знаю ответ.

— И какой же? — спросила я.

— Ладно, давай будем честны. Если бы ты была шпионом, то не самым лучшим. Думаю, если бы кто-нибудь захотел бы шпионить за мной или компанией, то нанял бы профессионала, — его улыбка стала шире, и я улыбнулась в ответ.

— Может, это часть плана, — сказала я. — И таким образом, просто сбиваю тебя с толку, а на самом деле я шпион.

Он рассмеялся и потряс головой.

— Нет, все же ты не шпион, — потом его улыбка померкла, и он серьезно посмотрел на меня. — Есть ли что-то, что я должен о тебе знать? Например, то, что нанимая тебя на работу, ставлю свою компанию под угрозу? Может, ты нелегал, и я нарушаю закон, взяв тебя в свои помощники?

Я покачала головой.

— Нет, ничего подобного.

Он продолжал на меня смотреть с таким вниманием и интенсивностью, словно пытался заглянуть вовнутрь. Вот он. Вот этот момент, когда можно перестать лгать и все рассказать. Я открыла рот, но не проронила ни слова. Ему было понятно, что я что-то скрываю, но что он подумает, когда узнает все?

— Ты меня уволишь? — внезапно спросила я.

Райан опять улыбнулся.

— Нет. К сожалению, нет, — его взгляд вернулся на дорогу.

— К сожалению? — повторила я.

И, что, черт возьми, это значит?

ГЛАВА ПЯТЬДЕСЯТ ПЯТАЯ

Райан

Теперь Дорис выглядела такой уязвимой. Ее обычная улыбка пропала, и она сидела так, словно сидение поглотило ее хрупкое тело. Райан знал, что у нее есть секреты, было слишком очевидно, но по какой-то причине его это не волновало, но должно. Он уже был в похожей ситуации раньше, когда у сотрудника были секреты. Правда, она была больше, чем сотрудница.

Если смотреть объективно, то Райан сказал бы себе, что он совершает ту же ошибку, что и пять лет назад. Смешивая бизнес и удовольствие, доверяя людям с секретами, которые в итоге его предали, но Дорис совсем не была похожа на его бывшую, которая безжалостно и хладнокровно лгала ему и предала. Дорис такой не была. Или он слишком наивен? Может, Райан пытается себя в этом убедить потому, что она его интриговала и притягивала? Боже, он так хочет ее сейчас поцеловать...

— Можно я кое-что спрошу? — выпалил он.

— Это зависит от вопроса, — ответила она.

— Что ты имеешь в виду?

— Ну, если это очень личное, то я могу не ответить.

Райан рассмеялся.

— Дорис, я думаю, мы пересекли эту границу час назад, когда стали обсуждать твой лифчик.

— Верно, — ответила она. — Тогда задавай. — Она развернулась к нему в кресле, вытягивая ноги и устраиваясь поудобнее.

— И так, — «С чего бы начать?» — подумал он и глубоко вдохнул. — Когда тебе было тринадцать, ты, м-м-м, целовалась? — неуверенно спросил он.

— Что? — рассмеялась она.

— Серьезно. Я увидел статью в одном из журналов моей племянницы о том, как целоваться!

После этого Дорис еще сильнее рассмеялась.

— Извини, — сказала девушка. — Я не специально, просто... Не знаю. Не думала, что мы когда-нибудь будет говорить о подобном.

— Поверь, я тоже, — ответил мужчина, сам удивляясь происходящему.

— Что ж, — вдумчиво произнесла она. — В тринадцать, действительно, это все, о чем ты думаешь. Мальчики, свидания, поцелуи, что они о тебе думают, изменения твоего тела, встречи с друзьями.

Он покачал головой.

— Черт. Не могу поверить, что мы достигли уже этого возраста. Имею в виду, я знаю, что дети вырастают, но так быстро?

— Разве ты не целовался с девочками в тринадцать? — спросила Дорис.

Райан мысленно вернулся в свои тринадцать и вздохнул.

— Да, думаю да.

— Могу поспорить, ты думал об это целыми днями?

— Да,— признался он. — Сэнди Мэтьюз. Она первая с кем я, действительно, поцеловался.

— О-о-о-о, — протянула Дорис. — Звучит скандально. Поцелуй с языком?

Мужчина рассмеялся.

— С плохим языком.

— О, я знаю, что ты имеешь в виду. Мой первый поцелуй был с Артуром Голдблум. Он просто засунул его мне в рот и присосался словно рыба. С таким отвратительным звуком, который я помню по сей день.

Райан рассмеялся еще громче. Он не мог вспомнить, когда последний раз столько смеялся.

— Видишь, — весело произнесла девушка. — У нее тоже должно быть это.

— Что? — спросил он.

— Это. Такой разговор. Однажды, с кем-нибудь. О том, насколько ужасными были их первые поцелуи.

Он остановился и задумался, но первые поцелуи ведут к другим, что ведет к ... Мужчина даже не хочет думать об этом. Райан сглотнул.

— И ... Секс? — тихо произнес он. — Я просто не хочу, чтобы она... Ты знаешь. Как я с ней буду говорить об этом? Когда? Черт, я даже не знаю, что делать.

Неожиданно, Райан почувствовал прикосновение ее руки к его плечу. Дорис сжала его, и это чувствовалось… Чувствовалось... Боже, это было приятно. К нему никто так ободряюще не прикасался с тех пор, как умерла сестра. Загорелся красный, и Райан остановил машину. Небольшая передышка. Мужчина повернулся к Дорис и посмотрел на нее. Ему хотелось дотянуться и дотронуться до ее рук, но... Должен ли он?

— Думаю то, что ты волнуешься из-за этого, значит, что ты справляешься, — улыбнулась она. Ее голос был мягким и ободряющим настолько, что ему стало лучше.

— Спасибо, — ответил он.

— А для остального всегда есть Гугл, — улыбнулась она. — Могу поспорить, есть блоги одиноких отцов, за которыми ты можешь следить, онлайн-группы на фэйсбуке, к которым ты можешь присоединиться.

Райан кивнул. Он даже не думал об этом.

— Спасибо, хорошая идея, — ее улыбка росла, как и его. — Правда... — он остановился, ему было тяжело произносить подобное. — Я очень это ценю, Дорис. Ты говоришь со мной о таких вещах, и согласна помочь. Для меня это многое значит. Спасибо.

Девушка опять стиснула его плечо, Райан стал медленно поднимать свою руку, чтобы положить поверх ее, но прежде чем успел, загорелся зеленый, и позади него загудели.

ГЛАВА ПЯТЬДЕСЯТ ШЕСТАЯ

Поппи

Мы приехали к нему домой и поднялись на второй этаж. Райан так осторожно постучал в одну из дверей, словно боялся туда зайти. Ну, надеюсь, у него нет привычки вламываться в комнату своей племянницы, иначе это прямой путь к большому скандалу. Может, стоит ему об этом сказать.

— Эмми, — позвал он.

Наконец, ему тихо ответили.

— Что? — ее голос не был счастливым, я сразу могу узнать эти интонации.

— Можно зайти? — Райан нервничал.

— Думаю, да, — не похоже, что она рада этой идее.

Мужчина медленно открыл дверь и зашел внутрь. Я осторожно последовала за ним. Мне не хотелось испортить и так напряженную ситуацию.

— Кто это? — немедленно спросила она, смотря на меня. Девочка была очень похожа на Райана: те же кристальные голубые глаза, у нее были длинные черные волосы, струившиеся по плечам.

— М-м, это мой помощник – Дорис, — Райан говорил так, словно сомневался.

Это было так непривычно. Райан Старк никогда не выглядел неуверенным. Никогда не имел проблем со словами, и определенно его голос так не звучал.

— Я подумал, что... что... — он остановился и сделал еще шаг вперед. — Ну, ты знаешь, что тебе нужно кое-что купить? — спросил он.

Эмми встала с кровати. Она была высокой, видимо, это у них семейное.

— Что? — девочка выглядела сбитой с толку.

— Ну, ты знаешь, — сказал Райан. Его голос был странно высоким, а взгляд метался по комнате, будто он стеснялся.

— Что? — спросила девочка.

— Та вещь, что ты хотела купить в прошлый раз, но не получилось... — продолжил мужчина, завуалировано намекая на лифчик. Я закатила глаза. Если он продолжит в этом же духе, то мы проторчим здесь целый день.

— Думаю, слово, которое пытается подобрать твой дядя, между прочим, очень неудачно, лифчик, — произнесла я с улыбкой и подмигнула Эмми.

Сначала она на меня смотрела без всякого выражения лица, словно не знала, что со мной делать. А потом ее лицо слегка смягчилось, и девочка слегка улыбнулась.

— Именно! Это! — внезапно воскликнул он. — Спасибо, Дорис, что подсказала. — Он выглядел так напряженно и по-деловому, черт, это было так мило, что я улыбнулась. — Я подумал, что, может быть, ты и Дорис могли...

У Эмми округлились глаза, и приоткрылся рот.

— Что? Ты попросил своего помощника сходить со мной в магазин нижнего белья? — перефразировала она.

О, Боже, с этой точки зрения звучит не очень.

— Ну, я просто подумал, так как ни я, ни бабушка не могут, а Дорис женщина, как и ты, то есть Дорис, конечно же, старше, но она моложе бабушки. Конечно, прошло какое-то время с тех пор, как она покупала свой первый лифчик... эм-м... Но сейчас на ней балконет, я прогуглил про это, кроме того... Но я подумал... — Райан заикался и запинался через каждое слово, что делало все только хуже.

Эмми покраснела от стыда, и мне нужно предпринять какие-то контрмеры, иначе все закончится огромным провалом.

— Оке-е-е-ей! — я выпрыгнула перед Райаном и закрыла его рот рукой. — Достаточно, — сказала я и стала выталкивать его из комнаты. — На выход, на выход. — Как только я его вытолкнула, закрыла дверь и повернулась к Эмми.

Она в шоке уставилась на меня.

— Ты правда это сделала? — спросила Эмми.

Я пожала плечами.

— Похоже на то.

— Ты только что вытолкала моего дядю из комнаты? — она улыбнулась. — Ты закрыла ему рот рукой!

Я кивнула.

— Так и было.

— О, мой Бог, я надеюсь, ты понимаешь, что за э-э-это тебя уволят, — Эмми села на кровать, и ее улыбка померкла. — И кстати, я не пойду с тобой покупать лифчик. — Он повернулась ко мне спиной, словно отрезая от себя.

Некоторое время я просто стояла и смотрела на нее. Ее поведение было таким очевидным. Поведение обозленного подростка, как и поведение ее дяди, словно маска, за которой они прячутся. Это было очевидно.

— Я тоже потеряла маму, — сказала я.

Она развернулась и посмотрела на меня.

— Год назад, — продолжила я. — Это был самый худший день моей жизни. Я его помню, словно он был вчера. Утром, когда я проснулась, у меня была мама, а когда пошла спать – ее не было. Она просто исчезла. Я не могла это принять, понимаешь? Как в одно мгновение человек был здесь, а потом его нет. Люди не могут просто так исчезать, не должны. Это было неправильным, но я ничего не могла сделать, чтобы вернуть ее.

Наши взгляды встретились. Я видела, как ее глаза блестят от непролитых слез. Поэтому подошла к кровати и села рядом с ней, но не близко.

— Слушай, если ты не хочешь идти со мной за лифчиком, я понимаю. Поверь, для меня эта ситуация такая же неловкая и странная, как и для тебя. Мы даже не знаем друг друга. Но, если ты не против, я была бы рада пойти с тобой и попробовать помочь. Не могу гарантировать, что от меня будет толк, но уверена, что я лучше Райана, который даже не может произнести слово «лифчик».

После моих слов была длинная пауза, и я могла наблюдать, как размышляет Эмми. Через какое-то время, она медленно кивнула.

— Хорошо.

— Хорошо? — переспросила я.

А потом она повернулась и посмотрела мне прямо в глаза.

— Как так получилось, что мой дядя знает, что на тебе балконет? — спросила она.

— Это очень длинная и драматичная история, — быстро ответила я. — Я расскажу в машине.

Мы обе поднялись и направились к двери.

— Пошли? — я открыла дверь, и увидела, как Райан отходил в другую сторону от двери по коридору.

Эмми прошла мимо него и вниз по лестнице. Я последовала за ней, когда почувствовала, как меня придерживают за плечо. Повернулась и увидела, что Райан мне улыбается.

— Кстати, за это я тебя не уволю, — прошептал он.

— К сожалению, — сказала я, спускаясь по лестнице

ГЛАВА ПЯТЬДЕСЯТ СЕДЬМАЯ

Поппи

— Что ж, я подожду вас здесь, — неловко произнес Райан. — Вот, держите. — Вытащив бумажник, он протянул мне кредитку. — Пароль – ноль-восемь-девять-ноль.

Когда я протянула руку к карточке, и наши пальцы на какое-то мгновение соприкоснулись, сквозь меня будто прошла молния. Сначала она зародилась в пальцах, а потом двинулась по кистям и зазмеилась по руке, от чего кожа покрылась мурашками. Я поежилась и быстро отдернула руку. Не смотря на то, что в торговом центре было тепло, меня начало лихорадить.

— Ну, тогда мы м-м-м... пойдем, — сказала я, делая шаг назад.

Он тоже отступил, интересно, почувствовал ли Райан тоже самое.

— Я подожду вас здесь, — сказал мужчина. — Не торопитесь.

Я кивнула, и мы пошли в магазин нижнего белья.

Спустя час и шесть померенных лифчиков разного типа, мы нашли тот, что сел идеально и был удобен. Мы взяли несколько цветов подошедшей формы и отправились на кассу.

— Спасибо за помощь, — тихо сказала Эмми, пока я оплачивала покупку.

— Надеюсь, я действительно помогла.

Она кивнула.

— Я всегда думала, что пойду сюда с мамой, но...

— Понимаю, — вздохнула я. — Я всегда представляла, что когда буду выходить замуж, если такое произойдет, моя мама поможет мне выбрать свадебное платье.

Мы посмотрели друг на друга, у обеих на лице отражались одни и те же эмоции, словно ты смотришь в зеркало. Я понимала Эмми, потому что переживала похожие чувства.

— Эй, — она игриво толкнула меня в плечо, поднимая настроение. — Когда ты будешь выходить замуж, я помогу тебе выбрать платье.

— Это было бы здорово, — мы какое-то время шли молча. — Тебе удобно? — спросила я, смотря на нее.

Она потянула за лямку лифчика.

— Немного странно, но не больно, когда я иду, не то, что раньше. Грудь была, ну, не знаю, чувствительной что ли.

— О, да, это самое худшее, но не волнуйся, ты привыкнешь, — я на мгновение замолчала, обдумывая, как спросить кое о чем. — Тебе не нужны еще какие-нибудь средства личной гигиены? Или может у тебя есть какие-нибудь вопросы? — Аккуратно спросила я, пока мы шли к Райану.

Эмми посмотрела на меня, и я увидела, как она вздохнула от облегчения.

— Да, одна девочка в школе рассказала, что никто не знает, когда впервые начнутся женские дни. Что нет никаких признаков или чего-то подобного. Это просто произойдет и все, может среди ночи или даже в школе. И что в эти дни очень много крови. Ну, о-о-очень много.

Я внимательно ее выслушала, кивая. И попыталась вспомнить, каково мне было в первый раз, когда начались женские дни.

— Впервые, когда начались месячные, я очень испугалась. Тогда я пошла в туалет и думала, что умираю, но лишь потому, что у тебя много крови, не значит, что ты истечешь до смерти. Хотя может быть и похоже.

Эмми кивнула, но я не была уверена, что смогла развеять ее страхи и переживания.

— Знаешь, что? — сказала я. — Давай купим тебе несколько прокладок, и ты будешь носить одну с собой в школу, и дома будет. И так ты будешь подготовлена.

Она улыбнулась и кивнула.

— Это очень болезненно?

— М-м-м-м, иногда, но ничего такого, с чем не справится «Тайленол» (прим. переводчика: вид обезболивающего) и бутылка теплой воды. Это мы тоже купим. Также я дам тебе мой номер телефона, ты сможешь позвонить, если у тебя начнутся месячные. Я не против.

После моих слов совершенно неожиданно Эмми обняла меня. Сначала я чувствовала себя странно, но потом, не сразу, мне стало очень приятно. По какой-то причине я чувствовала некое родство к ней, хоть мы практически друг друга не знали. Я подняла руку и стала поглаживать ее по волосам.

— Со стороны дяди — это крутой поступок попросить тебя помочь мне, — сказала Эмми, отстраняясь от меня.

— Он тебя очень любит, — сказала я.

— Я знаю, — ее голос звучал печально. — Последнее время у нас испортились отношения. Раньше у нас все было отлично, даже после смерти мамы, но сейчас... Не знаю. Я постоянно раздражаюсь и все подобное.

— В этом нет ничего странного. Все дело в гормонах. Порой ты сходишь с ума, но со временем все успокоится.

— И мне кажется, он думает, что я еще ребенок, но это не так, — ответила она. — Мне тринадцать, а не три. Мне нужно личное пространство. А он постоянно находится рядом со мной. Мне порой хочется побыть одной. Ты ведь понимаешь?

— Если хочешь, я могу поговорить с ним.

Она подняла голову и закивала.

— Да. Он тебя послушает.

— М-м-м-м. Я не была бы столь уверенной, — ответила я.

— Смеешься? Ты вытолкала его из моей комнаты! Поверь мне, тебя дядя послушает, а он мало к кому прислушивается.

— Буду иметь в виду, — шутливо сказала я.

— Он крутой. Иногда, — сказала Эмми и продолжила идти. — Они с мамой были очень близки. Ты знала, что они были близнецами?

— Нет, — ответила я.

— Когда они были маленькими, их папа постоянно пропадал на работе и не часто бывал рядом, а моя бабушка много путешествовала. Поэтому они могли рассчитывать только друг на друга. По крайне мере, так говорила моя мама.

Я слушала с большим интересом, надеясь лучше понять Райана.

— Еще дедушка был очень строгим. Он часто на них кричал, если дядя с мамой плохо учились. Если они не достаточно старались, им не разрешалось играть с друзьями. Думаю, именно поэтому моя мама сбежала.

— Сбежала? — спросила я.

— Да, всего на несколько дней. По идее я не должна про это знать, но однажды подслушала, как бабушка об этом говорила. Она сказала, что моя мама «бунтовала». Это странно, не могу ее представить такой, — Эмми обернулась и улыбнулась. — Ну, когда моя мама умерла, я перебирала коробку старых фотографий и нашла фотку, где ей было семнадцать. У нее был большой фиолетовый ирокез и булавка в ухе. Она была панком. Если бы ты ее увидела, ни за что бы не догадалась.

Эмми рассмеялась.

— Знаешь, у дяди были обесцвеченные волосы и серьга в ухе. Мама показывала мне фотографию с их выпускного. Он выглядел так отстойно, — она опять рассмеялась.

— Да ладно, — заговорщически сказала я. Вот я и узнала что-то новое о Райане.

— Я могу еще кое-что рассказать тебе, но ты не должна никому рассказывать. Был большой скандал.

После ее слов я повернулась.

— Обещаю.

— Ты слышала, что он был обручен? — спросила она.

— Нет. Правда?

Эмми кивнула.

— Ее звали Саша. Она мне не особо нравилась. Она казалась странной. У нее были короткие красные волосы и пронзительные зеленые глаза. Неважно, в общем, она работала с дядей, из-за нее он сильно поссорился с дедушкой. Мой дед сказал что-то вроде того, что «нельзя гадить, где ты ешь». Я не очень поняла эту фразу, но он очень разочаровался в Райане. Дед говорил о том, что зря доверил ему свою компанию, раз он не может вести себя правильно, — пока Эмми рассказывала, она наклонилась ко мне ближе. Мне было очень интересно. — А потом, его невеста изменила ему с одним парнем, который тоже работал с Райаном – он наш кузен, но теперь с ним никто из нас не разговаривает, но это еще не все, Саша и наш кузен увели одну сделку дяди и открыли собственную компанию. Это была катастрофа, и мама говорила, что после этого Райан сильно изменился. Его невеста разбила ему сердце и предала.

— Неужели? — сказала я. Как интересно. Это действительно любопытно и позволило мне лучше узнать Райана.

ГЛАВА ПЯТЬДЕСЯТ ВОСЬМАЯ

Райан

— Ну что? — Райан поднялся со скамейки, на которой провел почти целый час. — Успешно? — спросил он, рассматривая пакеты, которые несла Эмми.

Дорис кивнула.

— Думаю, мы купили все, что хотели, — она повернулась к Эмми и улыбнулась, девочка улыбнулась в ответ.

Было так здорово видеть, что Эмми улыбается. Она давно так не делала. Возможно, именно этого ей не хватало – женской энергии, а не его постоянного присутствия. Кроме того, похоже, Дорис нашла подход к Эмми. Было в ней что-то яркое и свежее, что-то глупое, что заставляло его улыбаться. Боже, она даже заставляла его смеяться.

— Что ж, раз вы закончили, значит, нам пора? Мне еще нужно отвезти Дорис к ее машине, — он посмотрел на Эмми и заметил, как ее улыбка померкла.

— Может, мы можем еще куда-нибудь пойти? — неожиданно спросила она.

— Куда? — он посмотрел на часы. — Завтра в школу.

— Райан, мне уже не шесть лет. Мне не нужно быть в кровати в семь вечера.

Райан глянул на Дорис, которая слегка кивнула.

— Ну, ладно, если только ненадолго. Уверен, что Дорис не хочет проводить весь вечер с нами...

— Но я хочу! — Дорис прервала его речь, и так уверенно, словно она ни секунды не сомневалась. Райан даже подпрыгнул на месте от ее восклицания. В животе будто лопались мыльные пузыри, а сердце забилось немного чаще.

— Чем займемся? — спросил он Эмми.

Она пожала плечами.

— Не знаю, чем-нибудь веселым.

— И чем это? — он оглянулся вокруг.

— Что если пойдем сюда? — спросила Дорис, указывая на большую игровую зону.

— Круто! — ответила Эмми и направилась туда.

Мужчина обменялся взглядами с Дорис.

— Круто, — сказал он и направился вслед за Эмми. Райан давно не видел ее такой счастливой и расслабленной. Похоже, Дорис положительно влияет на нее, как и на него. Хотя Райан и сопротивляется.

Они прошли в шумную и сверкающую развлекательную зону, и он почувствовал, что все его чувства перегружены. С одной стороны, играли в боулинг, с другой стояли игровые автоматы, готовые поглотить все деньги детей. Рядом располагалась стена для скалолазания и крытый лыжный склон, где дети съезжали на надувных шинах, а рядом...

— Ты знаешь, что Дорис не умеет кататься на велосипеде? — спросил он племянницу, смотря на крытую велодорожку.

— Что? — Эмми обернулась и посмотрела на Дорис.

— Нет! — Дорис закрыла лицо руками. — Даже не думайте!

— Почему нет? Это потрясающая возможность, — мужчина шутливо улыбнулся.

— Райан научил меня кататься, когда я была маленькой. Он хороший учитель, — с воодушевлением сказала Эмми.

Дорис потрясла головой и отошла от них дальше.

— Нет! Не бывать этому. Я сегодня уже чуть не убилась, упав с лестницы, и не в настроении еще раз упасть.

— И не надо, — Эмми сделала к ней шаг. — Мы научим тебя.

Дорис пристально смотрела в глаза Эмми, а потом перевела свой взгляд на Райана.

— Ладно, но поклянитесь, что если я упаду, то мы прекратим.

Он улыбнулся, и недолго думая, взял под руки ее и Эмми

— Не переживай, — сказал Райан. — Я буду рядом и поймаю, если упадешь.

ГЛАВА ПЯТЬДЕСЯТ ДЕВЯТАЯ

Поппи

— Хочу этот, — сказала я, указывая на розовый велосипед маленькой девочки.

Эмми засмеялась.

— Никакого трехколесного велосипеда!

— Почему? — отчаянно спросила я. — Почему нельзя?

Я посмотрела на Райана. Он казался очень довольным, подкатывая мне велосипед. Эмми уже сидела на своем, застегивая шлем на голове и готовясь поехать.

— А можно и мне хотя бы шлем? — спросила я.

— Вот, — сказал Райан, надевая на меня шлем и заботливо затягивая ремешок под подбородком. В этот момент его пальцы коснулись моей кожи. И на мгновение я чуть дольше не открывала глаза, чтобы меня ничто не отвлекало, и смогла сконцентрироваться на тепле его пальцев, проникающим во все мое тело. Я открыла глаза, мужчина смотрел на меня.

— Вот и все, — еле слышно сказал он.

Я глупо кивнула, не способная отвести от него взгляд. Меня словно затягивало в глубину его глаз. Я была уверена, если продолжу смотреть, то могу утонуть в них. Поэтому быстро отвела взгляд.

— Так, — сказала я, пытаясь сменить настроение. — И что теперь?

— Что ж, предлагаю сначала сесть на велосипед, — задорно сказал Райан.

Эмми хихикнула.

— Ха-ха-ха. Думаете, вы такие крутые, раз умеете кататься на великах? — я перекинула ногу, опустилась на неудобное сидение. Слава Богу, на мне были джинсы, они хоть немного смягчали сидение. В тот единственный день, когда я «успешно» прокатилась на велосипеде, открыла для себя, что оно ужасно неудобное. Если грубо, то это идиотское сидение, словно наждачкой прошлось по вагине, я даже не знала, что можно натереть там! Но, как оказалось, можно, о чем я поняла, когда проснулась на следующее утро после поездки. Дискомфорт был сравним лишь с дискомфортом от ночи дикого секса, только парень при этом должен промахиваться и постоянно тыкаться в бедро.

— Ла-а-адно... — Райан подошел сзади и положил руку на мое сиденье. — Я буду держать за сиденье и руль, и все, что тебе остается это поставить ноги на педали и сохранять баланс.

— Балансирование не самая моя лучшая способность, — ответила я, пытаясь поднять ноги с пола и поставить на педали.

— Я заметил, — поддел меня Райан.

— Боже! — пискнула я, когда велосипед стал заваливаться влево. — Мне это не нравится, совсем не нравится.

На это Эмми просто рассмеялась.

— Что? — я с шутливой обидой посмотрела на нее.

— Ничего, — улыбнулась она.

— Просто попробуй снова, — сказал Райан. — И когда ты поймаешь баланс, медленно начинай крутить педали.

— Ты ведь не отпустишь? — с паникой в голосе спросила я.

— Не отпущу, — ответил он.

— Обещаешь? — я повернула голову, и оказалась лицом к лицу с Райаном.

— Обещаю, — повторил он.

— Если что, я знаю, где ты живешь и где взять белладонну, — сказала я, вцепившись в руль, будто от него зависит моя жизнь, и поехала вперед.

— Теперь медленно крути педали, — сказал Райан.

Я потрясла головой и закрыла глаза.

— Тебе нельзя закрывать глаза, — громко прокричала Эмми, перемежая каждое слово смешками.

— Крути педали... Ты справишься! — повторил Райан.

Я начала медленно крутить педали, пытаясь сохранить баланс. Рука Райана все еще была на руле, и я чувствовала, как он держится за сиденье.

— Сейчас я тебя отпущу, — сказал он.

— Нет! Не смей! — я вцепилась в руль еще крепче. — Ты же обещал.

— Ты справишься, — крикнула Эмми и громко воскликнула «Ву-у-ху-у!»

А потом он действительно меня отпустил. И так как мое тело знало, что надо делать, то я продолжала крутить педали.

— О, Боже, — возбужденно прокричала я, чувствуя, как рассекаю воздух. Я ощущала себя грациозной, ловкой, быстрой, спортивной и могла сохранить баланс. — У меня получается. Получается! — восторгалась я, пока завершала свой первый поворот как самый скоординированный человек в мире. В следующем году я приду первой в «Тур де Франс» (прим. переводчика: шоссейная многодневная велогонка, один из трёх гранд-туров, самая известная и престижная велосипедная гонка мира, проводимая уже более ста лет во Франции), потому что я грациозная, быстрая, ловкая и... и... — ЧЕРТ! — я начала заваливаться на бок. — Блин! — прокричала я, пока велосипед накренялся.

Какое-то мгновение я еще балансировала, но все же, упала. Я приземлилась на мягкое покрытие велодорожки и продолжала лежать там с велосипедом между ног, смотря в потолок. В моем поле зрения появилась знакомая пара обуви, и я перекатилась на спину и посмотрела наверх.

Райан улыбался.

— Думаю, мне не суждено ездить на велосипеде, — сказала я.

Он протянул мне руки, и я ухватилась за них. Они были такими большими, что когда мужчина схватил меня, мои ладони полностью исчезли в его. Райан потянул меня на себя, и я с легкостью оказалась на ногах.

— Я бы сказал, что езда на велосипеде не одна из твоих лучших способностей, — шутливо произнес он.

— Ты должна попробовать снова, — сказала Эмми, помогая мне отряхнуться. — Если сразу не получилось… — начала она.

— Продолжай пытаться раз за разом, — закончила за нее я. — Так всегда говорила моя мама.

— Моя тоже, — с легкой улыбкой проговорила она, пока маленький ребенок проезжал мимо нас на двухколесном велосипеде.

Мы все проводили его взглядом. Я вздохнула.

— Ладно, попробую еще раз, — и повела свой велосипед к началу дорожки.

ГЛАВА ШЕСТИДЕСЯТАЯ

Поппи

Мы вышли из торгового центра, поедая мороженое, несмотря на холодную ветреную погоду. Этот вечер просто замечательный, я и не помню, когда последний раз было так весело. Хотя стоит сказать, что поездить на велосипеде мне все же не удалось, поэтому в итоге я сидела и смотрела, как Райан и Эмми несколько раз проехали по велотреку. Я болела за них с трибуны и на этом мой вклад закончился. Мы подошли и сели в машину. Я ожидала, что услышу от Райана слова о том, что стоит быть аккуратной с мороженым и не размазать его по машине, но мужчина ничего не сказал.

— Райан, — Эмми заговорила, как только мы отъехали. — Ты можешь сначала меня подбросить домой, а потом отвезти Дорис? У меня осталась еще домашняя работа, которую я хочу сделать до ночи.

— Хорошо, — Райан посмотрел в зеркало заднего вида. — Там будет Тамлин. Я позвоню и попрошу ее выйти, когда ты вернешься домой.

— Ты же помнишь, что мне тринадцать, мне больше не нужна няня. Пусть она останется в коттедже. Если мне что-то понадобится, я знаю, где ее искать.

Я одобрительно кивнула, и он согласился.

— Ладно, хорошо, но запри все двери и никому не открывай, и...

— Я знаю, что делать, — ответила Эмми с улыбкой.

Райан улыбнулся, смотря на нее в зеркало.

— Знаю, что ты в курсе. Я тебе доверяю.

Эмми будто вся засветилась изнутри. Она откинулась назад и выглядела счастливой, полностью преобразившись. И совсем не была похожа на ту девочку, с которой мы пару часов назад отправились по магазинам.

— Спасибо, что ты помогла Эмми сегодня, — произнес Райан, пока вез меня до машины.

— Ничего не говори. Это часть моей работы.

— Нет, это не входит в твои обязанности, — возразил он. — Ни с одним из моих помощников я подобным не занимался.

— Другие помощники? — спросила я. Было как-то странно слышать от него про других ассистенток. — И как много у тебя было личных помощников?

— Много, — ответил он.

— Много, это сколько?

Он пожал плечами.

— Я не знаю точное количество.

— Больше пяти и меньше десяти? — по какой-то причине эта беседа заставила меня чувствовать себя странно. Что именно заставляло мой желудок съеживаться? Ревность?

Он посмотрел на меня и с каким-то стеснением пожал плечами.

— Больше?! — громко воскликнула я. — Больше десяти?

Он кивнул все еще несколько скованно.

— И они все... — начала я и замолчала. — Да?

— Они все что? — спросил он.

Я посмотрела вниз и поерзала на сидении.

— Они все... Лучше меня? — я не была готова посмотреть ему в глаза, не хотела, чтобы он увидел выражение моего лица.

— М-м-м... Я бы так не сказал, — ответил он. — Просто вы разные.

— Разные? — я подняла голову. — В чем?

— Ну, в последний раз две помощницы...

— Стой! — я подняла руку, чтобы прервать его. — У тебя было две одновременно?

Он непринужденно пожал плечами, будто бы в этом нет ничего такого.

— Я нанял сначала только одну, но она не справлялась с работой, поэтому я нанял ей в помощь еще помощника.

Я смотрела на него, открыв рот.

— Я был в отчаянии, — в свою защиту сказал он.

— Две сразу! — ахнула я.

— Что ж...Иидея оказалась не такой удачной, как я рассчитывал... — Райан повернулся и улыбнулся, шутливо и сексуально.

В ответ я улыбнулась и непроизвольно приблизилась к нему. Провела рукой по приборной панели и невзначай коснулась его локтя. На некоторое время все затихло. Сладкая, уютная тишина, такая согревающая и знакомая.

— Эмми очень милая девочка, — сказала я, когда мы достигли пункта назначения.

— Да. Ей пришлось через многое пройти.

— Верно. Ей будет нелегко.

— Именно этого я и боюсь. И не знаю, как ей помочь.

— С этим может справиться только она, — с сочувствием произнесла я. — Все, что ты можешь сделать, это лишь быть рядом.

— Я пытаюсь, но не думаю, что делаю все правильно.

— Она подросток, Райан. Большинство из того, что ты делаешь, правильно.

— Правда? — он посмотрел на меня.

— Правда, поверь мне. Я тоже когда-то была подростком. С нами легко не бывает.

— Я учту, — сказал он.

— Ты отлично справляешься с ролью отца, — сказала я.

Он покачал головой.

— Не уверен. Я так думал, но в этом году все изменилось, она кажется такой разозленной или...

— У нее переходный период. Так и должно быть. Ей просто нужно личное пространство и время, тогда она сможет найти себя.

Он кивнул.

— Спасибо огромное. Воспитывать девочку-подростка не было частью моего плана, и никто не даст мне инструкцию. Постоянно думаю, что я ее подведу.

— В каком-то смысле это часть воспитания. Так формируется характер.

— И как тебя подвели родители? — спросил он.

— М-м-м-м, — я задумалась. — Ну, мой отец бросил нас с мамой, когда я была маленькой. Уверена, что это каким-то образом повлияло на меня, возможно, именно поэтому я встречаюсь только с идиотами и неудачниками.

Он рассмеялся.

— Неудачники и идиоты?

— Абсолютно. Оставь меня в комнате с кучей парней, и я безошибочно выберу того, кто точно мне не подходит. Сто процентов, если мне кто-нибудь понравится, это значит, что он мне не подходит.

— Да, ладно! — его голос приобрел странный оттенок.

— Точно, — подтвердила я.

— Должно же быть исключение из правил, — произнес Райан.

— Если и есть, то я его еще не встретила. А что насчет тебя?

— Что?

— Тебе тоже попадаются идиотки и неудачницы? — легкомысленно спросила я.

На какое-то мгновение воцарилась тишина.

— Скорее я встречаюсь с теми, кто мне лжет, — ответил мужчина, и мое горло пересохло. — С теми, кто постоянно пытается мне обмануть.

— Это... это звучит... кхм... ужасно, — пробормотала я, чувствуя, как меня затопило чувство вины. Я та, кто постоянно его обманывает. Как, черт возьми, он отреагирует, когда узнает всю правду? Мы, наконец, подъехали к строительной площадке, и вышли из машины.

— Ты нормально доберешься на машине в одиночку?

— Все будет хорошо. Спасибо.

— Ну, что ж, хорошо. Тогда на этом все. Спасибо за сегодня.

— Не благодари. Мне, правда, было очень весело.

— Мне тоже, — усмехнулся он. — Я давно так не веселился.

— Ну... может, мы можем что-нибудь с этим сделать?

Не специально, но, закончив говорить, я перевела свой взгляд на его губы, что придало моим словам намек на флирт. Или все же специально? Стойте ... Я что, флиртую с ним? О, Боже, я с ним флиртую!

И он ответил. Включился в игру.

— И что ты предлагаешь? Чем нам заняться, чтобы было... Весело? — он приблизился ко мне на шаг.

У меня закололо губы, и на лице появился румянец.

— Не думаю, что знаю тебя достаточно хорошо, чтобы понять, что именно тебя заинтересует.

Воцарилось молчание. Пауза в разговоре. Я не отводила свой взгляд от его губ, ожидая, когда он заговорит. Предвкушение росло. И он ответил, не разочаровав.

— Что ж, возможно, нам стоит это исправить.

А потом он ушел. Вернулся к своей машине.

Я залезла в свою машину и выехала на дорогу. Когда посмотрела на него в зеркало заднего вида, мое сердце учащенно забилось в груди, и меня неожиданно озарило. Нет, не так. Озарение подразумевает что-то постепенное и последовательное. А это чувство было абсолютно другим, словно кирпич упал в желудок. Я запала на моего босса, Райана Старка. Я втрескалась в него по уши, потому что, сюрприз-сюрприз, он мне действительно нравится.

Вау!

Ошеломляющие новости. Заголовок на первой полосе... Мне нравится Райан Старк. Очень нравится.

ГЛАВА ШЕСТЬДЕСЯТ ПЕРВАЯ

Райан

Было странно не заезжать за Дорис по пути на работу. Еще более странно было увидеть ее, уже сидящей на своем месте. Благодаря Дорис у него было отличное настроение. Он подошел к ее столу, и девушка подняла на него свой взгляд.

— Доброе утро! Принести Вам чашку кофе? — спросила она.

— Э-э-э... нет, не нужно, — ему неожиданно показалось странным просить ее принести чашку кофе. — Я сам.

Она кивнула, от чего ее волосы подпрыгнули из стороны в сторону, он был очарован ею. Девушка выглядела так прекрасно. В ее карих глазах плескалось расплавленное золото, а губы будто сияли. Райану снились ее губы всю ночь, и он не мог понять, почему не наклонился и не поцеловал их прошлым вечером, ведь ему ничего не мешало сделать это. Мужчина так сильно хотел ее поцеловать, но сначала, хотел ей кое-что рассказать. Райан только собрался открыть рот, как раздался телефонный звонок, и Дорис подняла трубку.

Мужчина прошел в свой кабинет и сел за стол. Он наблюдал за тем, как девушка с улыбкой говорила по телефону, как она перекинула свои волосы за спину, когда повесила трубку, как затем медленно начала печатать. В нем все бурлило и рвалось, Райан не был уверен, что сможет и дальше молчать. Ему нужно кое-что ей сказать. Мужчина встал и направился к ее столу, когда кто-то проходил мимо. Он поздоровался с ним, кивнув с улыбкой. Сотрудник же от его действия чуть не врезался в стену.

— Мисс Грэнджер, — формально обратился он. Райан не хотел, чтобы кто-нибудь знал, что они перешли «на ты».

Она посмотрела на него.

— Да, мистер Старк.

— Вы не против пойти со мной? — спросил он.

— Куда?

— Я... Я подумал, может мне стоит показать Вам, как архивировать письменные копии финансовых документов.

Это звучало не так убедительно, как он надеялся.

— Вы хотите мне показать, как архивировать документы?

Она выглядела растерянной.

Мужчина кивнул.

— Вы знали, что у нас есть архив? — спросил он.

Девушка покачала головой.

— Нет.

— Что ж, Вам стоит это знать. Как моему личному помощнику. Потому, что Вам придется архивировать документы.

— Эм-м... Да, конечно. Думаю, мне не помешает знать, где находится архив.

Затем встала, разглаживая складки на своей рубашке.

Райан не мог оторвать свой взгляд от ее рук, которыми она провела по своей талии, поправляя ткань.

— Пойдемте, — произнесла Дорис.

И так он идет с ней в архив... Хотя у него не было намерения показывать, как архивировать документы. Райан хотел ей показать совершенно другое...

ГЛАВА ШЕСТЬДЕСЯТ ВТОРАЯ

Поппи

Архив представлял собой огромное помещение, где от пола до потолка стояло множество стеллажей с документами. Я оглянулась и вздохнула, потому что понятия не имею, как архивировать документы.

— И что мне нужно сделать с этими документами? — спросила я Райана после того, как он закрыл дверь.

— Ничего. Тебе ничего не нужно делать с документами.

Мужчина подошел ближе.

— Тогда что мы здесь делаем?

— Я хотел поблагодарить тебя, — сказал он.

— За что?

— Этим утром Эмми пошла в школу без всякого скандала. Если честно, я давно не видел ее в таком хорошем настроении.

— Я только рада, — улыбнулась я.

А потом без всякого предупреждения, он сделал еще шаг навстречу, и одним плавным движением, притянул меня в свои объятия. Его руки были такими большими, что я почувствовала, как утонула в его объятиях. Мужчина сжал меня крепко, моя голова уткнулась в его широкую твердую грудь. Я замерла.

— Объятия? — приглушенно спросила я.

— Да, — мягко произнес Райан.

— Разве ты не говорил, что никаких обнимашек? — поддразнила я.

— Говорил, — ответил он. — Я много чего говорил.

Я вдохнула его запах, он потрясающе пах. Просто потрясающе. Райан был теплым, мне было комфортно в его объятиях. Я повернула голову и щекой прижалась к его груди. Могла услышать биение его сердца; оно билось очень быстро. Могла чувствовать, как поднимается и опускается его грудь после каждого его вздоха, словно ты на волнах океана. Я стала дышать с ним синхронно и продолжала его обнимать.

— И сколько мы так будем обниматься? — спросила я, когда мне показалось, что мы обнимаемся уже несколько часов.

И почувствовала, как мужчина пожал плечами.

— Понятия не имею.

— Последнее время ты много чего не знаешь.

Его объятия немного ослабли, он положил свои ладони мне на плечи и немного меня отстранил, чтобы посмотреть мне в глаза.

— Это ты так на меня влияешь, — Райан убрал прядь волос с моего лица. — Я о многом забываю рядом с тобой.

— Это хорошо или плохо?

Его глаза не отрывались от моих, и я почувствовала, что между нами зарождается что-то новое.

Он пожал плечами и улыбнулся.

— Я еще не понял.

— А когда поймешь? — спросила я, наклоняясь к нему. Я надеялась, что в этот раз он меня поцелует, а не оставит разгоряченной и жаждущей его поцелуя как прошлым вечером...

Но по какому-то закону подлости, зазвонил его телефон, и Райан взял трубку.

ГЛАВА ШЕСТЬДЕСЯТ ТРЕТЬЯ

Райан

Он вернулся в свой кабинет. Эта беседа должна проходить за закрытыми дверьми, так как обычно всегда переходила на повышенные тона.

— Брайан, — произнес он, когда увидел, кто звонит.

— Привет, я хотел поговорить с тобой после совета директоров наедине. Без вмешательства Чарльза, — сказал Брайан Раутенбах.

— Конечно, — мужчина сел за свой стол, в ожидании продолжения речи.

— Райан, мы никогда не занимались строительством торговых центров.

Райан вздохнул.

— Знаю.

— Так почему мы занялись этим сейчас? — спросил Брайан.

Они уже тысячу раз обсуждали этот вопрос. Райан продолжал молчать.

— Я тебя объясню, почему мы этим занялись – потому, что так сказал Чарльз Грэй. А у него есть скрытый мотив. Твой отец основал эту компанию, чтобы дарить людям праздник. Вот ради чего. Я предложил альтернативу торговому центру. Идея о коротких выходных – ближе к городу, двух-трех дневные путевки. И эта идея сработает.

Райан потер лоб.

— Возможно, ты прав, Брайан, но уже слишком поздно. Мы уже строим торговый центр.

— Не обязательно, — ответил Брайан.

Райан вскинул голову.

— Правда? — возрастающим интересом спросил Райан.

— Я говорил с компанией «Омникор», и они заинтересованы в нашем проекте торгового центра. Если они купят у нас этот проект, то мы сможем вернуть наши деньги и даже больше. Они в любом случае рассматривали этот район для строительства торгового центра, а мы уже вырыли котлован, сделали самую тяжелую работу.

— Компания «Омникор» готова купить проект торгового центра?

— Именно.

Райан огляделся в своем кабинете, глубоко задумавшись.

— Райан, знаешь, почему я много лет назад присоединился к компании твоего отца? — спросил Брайан.

— Почему?

— Все из-за страсти твоего отца. Он делал все, чтобы дать семьям лучшие воспоминания об их отпуске. Именно это было главной целью его компании.

«Как иронично», — подумал Райан.

Ведь отец не смог оставить ни одного хорошего воспоминания своим детям, пока был жив.

— Знаю, что он был трудным человеком, но у него была миссия и страсть ее выполнить. Боже, у меня до сих пор это перед глазами, и не могу допустить, чтобы наша компания строила бездушные торговые центры, когда мы можем заняться другим.

Воцарилась тишина, пока Райан все переваривал. Его отец был увлечен своей работой, затем передал ее сыну. Райан же не обладал такой же страстью, что и его отец. Может именно поэтому он допустил строительство торгового центра.

— Боже, тебе следовало встать во главе компании, — сказал Райан.

— Просто подумай об этом, хорошо? Еще не слишком поздно, и ты это знаешь, — после Брайан повесил трубку.

Райан положил телефон на стол и задумался. Сделать верный выбор. Он запрокинул голову. Они вложили все деньги в этот торговый центр, и если «Омникор» может их возместить, то, наверное, так и стоит сделать. В тоже время Чарльз Грэй был так убедителен, у него хорошие аргументы за строительство торгового центра, а у Райана, если честно, не было сил, чтобы ему противостоять. А если все же он станет противником Чарльза Грэя, то тот не будет колебаться и выкинет Райана из компании. Вместо компании «Старк», там будет красоваться имя «Грэй». Как только Райан подумал о Чарльзе, на экране телефона высветилось входящее СМС от Грэя. Как, черт возьми, этот человек узнал?

Чарльз Грэй:Прошел слух, что один из наших общался с «Омникор».

Райан осмотрелся в своем кабинете. Раньше он принадлежал Чарльзу Грэю. Может он оставил скрытые камеры и прослушку?

Райан:До меня ничего такого не доходило.

Чарльз Грэй:Райан, не будь сентиментальным. Это бизнес. В этот раз используй свою голову.

Райан:В этот раз?

Чарльз Грэй:Уверен, ты помнишь, что произошло в прошлый раз, когда ты дал волю чувствам.

Старый индюк. Ярость захлестнула Райана. Чарльз не имеет никакого права говорить с ним подобным образом, и даже то, что он знает Райана с самого детства, его не оправдывает. Словно он является ему отцом. Райан успокоился и написал ему ответ.

Райан:Принято к сведению.

Райан положил телефон на стол и, в этот момент загорелся экран его компьютера. Все виды связи, похоже, решили ополчиться против него. Мигало оповещение из календаря Гугл.

— Черт!

Райан совершенно забыл о сегодняшнем благотворительном вечере. Он терпеть не мог места, где все бизнесмены и сливки общества собирались вместе, не забыв нацепить на себя модную одежду, и попивали шампанское. Как будто им были интересны кто-либо, кроме них самих. Кто-либо менее удачливый, тот, у кого смертельная болезнь и инвалидность, или тот, кто живет на задворках общества. Райан с удовольствием пропустил бы это событие, но он пообещал присутствовать несколько месяцев назад. Стук в дверь заставил его поднять голову – в дверях стояла она. Дорис.

— Прошу прощения, что отвлекаю, — мелодично произнесла девушка. — Я только что увидела напоминание в твоем расписании. Не уверена, видел ли ты.

— Видел.

— Есть что-нибудь, что я могу для тебя сделать? — тихо спросила она.

— Я терпеть не могу все это, — сказал Райан, откидываясь назад.

— Почему? Разве плохо делать что-то хорошее для других?

— Поверь мне, это мероприятие предназначено большей частью для показа самой модной одежды, поедания модной еды, распития дорогого шампанского и общения, а не для благотворительности.

Девушка пожала плечами.

— Не так уж и плохо, — она улыбнулась и отправилась к своему месту.

У Райана родилась идея.

— Мисс Грэнджер, — позвал он ее. — Зайдите, пожалуйста.

Она зашла и села в одно из кресел для посетителей.

— Дорис, что ты сегодня делаешь? — он решил обратиться к ней по имени, раз рядом никого не было.

— Ничего. Жду, когда ты закончишь работу.

Он прочистил горло.

— Гхм, можешь ты тогда пойти со мной? Как мой помощник, мне бы это очень помогло, — мужчина пытался скрыть улыбку, что выходило с трудом.

Она улыбнулась в ответ.

— Конечно, если это действительно то, чего ты хочешь, — ее голос звучал легко, с долей флирта, как прошлым вечером.

— Очень.

— Мне взять с собой блокнот, чтобы вести записи? — спросила Дорис.

— Возможно, он не понадобится, но можешь надеть высокие каблуки, если хочешь, — поддразнил он.

— Высокие каблуки, я запишу. Что-нибудь еще?

— Да, это официальное мероприятие, поэтому нужно вечернее платье. У тебя есть что-нибудь подобное?

— Как ни странно, но есть, — ответила девушка.

— Только без подплечников и фиолетовых рюш, — быстро добавил Райан.

Она рассмеялась. У нее изумительный смех.

— Без них, — сказала девушка.

— Хорошо, тогда мы сначала заедем к тебе, чтобы ты приготовилась, — предложил он.

Дорис кивнула.

— Это все?

— Пока, да.

— Пока? — она посмотрела на него с улыбкой. Одной из тех сексуальных и соблазнительных.

— Пока, — медленно повторил Райан. Мужчина не заботился о том, что его голос стал хриплым, а глаза, похоже, говорили ей, о чем он на самом деле думает.

Девушка покраснела.

— Хорошо, тогда я пойду. У меня еще много работы, а я не хочу, чтобы мой босс разозлился, если я не закончу ее.

— Я бы тоже этого не хотел, — ответил он.

Девушка вышла из кабинета и закрыла за собой дверь. Как только она вышла, Райан почувствовал ее отсутствие на каком-то физическом уровне. Кажется, он попал. Мужчина это знал. Он понимал, что находится в шаге от того, чтобы влюбиться в нее. Райан чувствовал, что готов откинуть все свои убеждения, за которые держался последние пять лет. Ради Дорис. Эти убеждения вбил в него отец: не смешивать бизнес и личное, но тихий голос в его голове, повторяющий не пересекать эту границу, день ото дня становился все тише, хотя еще не утих окончательно. В каком-то уголке его разума что-то еще останавливало его от сближения с Дорис. Райан размышлял, как долго он еще сможет прислушиваться к этому голосу, потому что сопротивляться притяжению Дорис становилось все тяжелее.

ГЛАВА ШЕСТЬДЕСЯТ ЧЕТВЕРТАЯ

Поппи

Было что-то особенно сексуальное находиться полуобнаженной, когда Райан Старк находится всего лишь в нескольких метрах. Правда, их разделяла дверь в ванную, но все же. Я сняла свою одежду и осталась в нижнем белье. Затем прислонилась к двери, чтобы понять слышно ли Райана, и когда услышала, как мужчина ходит в комнате, у меня было большое желание выйти к нему в одном белье. Я еле поборола его.

Я надела единственное мое приличное платье, которое также является реквизитом сериала. По крайней мере, оно нормальное, единственный нормальный образ, что был у меня в сериале. После жестокого убийства моей героини сценаристы решили вернуть ее лишь на один эпизод, в котором я появилась в роли призрака в ночном кошмаре. В этом эпизоде я чуть не задохнулась из-за огромного количества дыма от сухого льда, который выпустили для создания мистической атмосферы. На мне было длинное черное платье. Думаю, что костюмеры хотели, чтобы я выглядела также устрашающе, как МортишаАддамс, но это платье больше сексуальное, чем ужасающее. Платье было в пол, черное и облегающее, с глубоким вырезом.

Я переключилась на свой макияж. Сериал был настолько малобюджетным, что у нас не было гримера, и актеры справлялись с этим самостоятельно. Я научилась достаточно неплохо делать макияж. Взяв косметичку, нарисовала черные стрелки и накрасила губы красной помадой. Расчесала свои длинные волосы и оставила их свободно лежать. Мои волосы были густыми и волнистыми, и обычно не укладывались в прическу. Они восставали против укладки, как бунтующие подростки.

Посмотрела на себя в зеркало. Я выглядела хорошо, но достаточно ли хорошо для роскошного благотворительного вечера? Я никогда на них не была, все это для меня было совершенно новым. И хуже всего, что Райан сегодня потрясающе выглядел. Так, что перехватывает дыхание. Сегодня я забрала для него костюм – в этот раз не использовался стиральный порошок – он ему очень шел. Я открыла дверь и вышла из ванной. Райан сидел на краю моей постели, и как только я вышла, он поднял голову. Выражение его лица заставило меня затаить дыхание. Я замерла. Мужчина выглядел потрясенным, и я не была уверена хорошо это или плохо.

— Я... м-м-м... Хорошо выгляжу? — спросила я. Он начал кивать, но не произнес ни слова. — Все плохо? — переспросила я, поправляя платье.

— Нет! Нет! — он мгновенно встал и стал трясти головой. — Нет.

— Эм-м-м... Нет, я хорошо выгляжу или нет, я выгляжу не очень?

— Нет, ты хорошо выглядишь, — быстро ответил Райан. — Очень хорошо.

ГЛАВА ШЕСТЬДЕСЯТ ПЯТАЯ

Райан

Хорошо. Смеетесь?

Дорис выглядела не хорошо. Если честно, то совсем не хорошо. Она выглядела НАСТОЛЬКО не хорошо, что он не знал, как справиться с собой. Нет ничего хорошего в том, как девушка выглядела. Совсем.

Дорис выглядела... Дьявол, она выглядела потрясающе. Утонченно. Красиво. Элегантно. Слова «хорошо» совершенно не достаточно, чтобы описать ее. Кроме того, в нем зарождались приятные чувства. Чувства, которые дремали так долго, неожиданно пробудились будто от долгого, глубокого, холодного сна.

— Ты выглядишь... Прекрасно, — его голос был едва слышным.

Дорис улыбнулась и покраснела.

— Спасибо, — пробормотала она.

— Нет, ты выглядишь не просто красиво, а сногсшибательно, — продолжил мужчина, делая шаг вперед.

— Ты тоже потрясающе выглядишь, — сказала она. Ее глаза пробежались по его телу.

— Нам пора ехать, — Райан протянул руку.

— Подожди, — быстро сказала она. — Мне нужно полить цветы.

— Это не может подождать? — спросил Райан, глядя на часы, согласно которым они уже опаздывают.

— Нет! — ее голос казался отчаянным.

Райан посмотрел на Дорис. Видимо, для нее это было очень важным, и она должна была это сделать.

— Хорошо, — кивнул он.

Дорис прошла в кухонную зону и взяла маленькую лейку. Райан оглядел ее квартиру. Потребуется вся ночь, чтобы девушка полила все растения. Он начал считать про себя, но сдался, досчитав до шестидесяти.

— Может помочь? — предложил мужчина.

— Эм-м, спасибо, но это то, что я предпочитаю делать самостоятельно. Это... — она пожала плечами, и выглядела в тот момент самым печальным человеком на свете. Он чувствовал, как его сердце болит за нее. — Это растения моей мамы, — почти неслышно прошептала Дорис. — Моя мама была флористом. Это все, что осталось после нее.

Он ободряюще улыбнулся ей и сел обратно на кровать.

— Я подожду сколько потребуется.

— Спасибо.

Она двигалась от одного растению к другому, заботливо наливая каждому нужное количество воды. Проходя мимо своих растений, девушка касалась их листьев, чтобы стряхнуть пыль или просто дотронуться до них, словно здоровалась с ними. Райан увлеченно смотрел за тем, как Дорис двигалась, с какой заботой она ухаживает за растениями. Он был этим так тронут, что его уже не волновало, опаздывают они или нет. Она наклонилась, чтобы вдохнуть аромат цветка, а потом обернулась к нему и улыбнулась. Ее каштановые волосы всколыхнулись вокруг лица и упали на плечи.

— В шкафу есть еще одна лейка, — тихо произнесла Дорис.

Мужчина сразу же поднялся с кровати. Она позволила прикоснуться к ее миру, и ему понравилось стать частью его.

— Конечно, — он приблизился к шкафу и взял лейку. Затем наполнил ее водой и подошел к ней.

— Только по чуть-чуть, — сказала она. — Чтобы почва выглядела увлажненной. Иначе ты их зальешь, если будешь не осторожным.

Райан кивнул и аккуратно подхватил лейку. Он хотел все сделать правильно. Сделать все идеально, так как это очень важно для нее, а значит важно и для него. Мужчина начал поливать растения на подоконнике. Он осторожно полил одно растение, следя за тем, чтобы не залить его. Было так много растений, что ему пришлось еще раз наполнять лейку. На удивление, простое повторение этого действия оказалось таким расслабляющим и успокаивающим. Райан чувствовал себя цельным, особенно после завершения полива, он наслаждался чувством завершенности. И вот они стояли бок о бок и смотрели на все эти джунгли.

— Спасибо, — сказала Дорис, шутливо пихнув его в бок.

— Всегда пожалуйста, — мужчина шлепнул ее по плечу в ответ, но вместо того, чтобы после этого отстраниться, остался рядом. И так они стояли плечом к плечу какое-то время и любовались растениями. В этот момент Райан испытывал то, что думал утратил – счастье, но это мгновение счастья было неожиданно разрушено знакомым звуком. Мужчина развернулся на месте и посмотрел за спину.

— Откуда он появился? — Райан смотрел на голубя, который появился словно из воздуха.

— О, да. Иногда он проделывает что-то подобное. Это очень странно, — согласилась девушка. — Поэтому я назвала его Гудини.

Он рассмеялся.

— Голубь Гудини!

— На самом деле я собиралась назвать его в честь тебя, раз ты спас ему жизнь, — Дорис улыбнулась, и мужчина в который раз почувствовал себя тронутым до глубины души.

— Я рад, что ты не назвала его в мою честь, — ответил Райан, выставив локоть, чтобы девушка за него ухватилась.

И вот они, наконец, вышли.

ГЛАВА ШЕСТЬДЕСЯТ ШЕСТАЯ

Поппи

Банкетный зал, в котором проходил благотворительный вечер, находился в шикарном отеле. Он был полон круглых столов, накрытых белой вельветовой скатертью. В центре каждого красовалась хрустальная ваза с ароматной композицией из таких цветов, как плющ, розы и гортензии. Низко висящие люстры, официанты в черных фраках, держащие серебряные блюда с канапе, оркестр, играющий классическую музыку в углу и...Я, абсолютно не вписывающаяся в эту картину. Я рассматривала всех этих незнакомцев, упакованных в лучшую одежду, сияющих, счастливых, увешанных драгоценностями. Мне здесь было не место, и я начала нервничать.

— Не переживай, мне здесь тоже не комфортно, — услышала голос Райана, как только мы рука об руку вошли в зал. — Мы ненадолго.

Я повернула к нему голову и кивнула. Приглушенный свет делал цвет его глаз еще более глубоким. Голубым как цвет тропических лагун. Я не могла оторвать от него глаз и продолжала погружаться в эту синеву. Пыталась себя остановить, но не могла. Под его взглядом мне было тепло и уютно. Я остановила себя, пока совсем не забылась.

— И... — я оглянулась вокруг, — Какой план на сегодня?

— Ну, — он просканировал помещение. — Обычно мы стоим и разговариваем, попивая разные напитки. Потом должен быть аукцион, где что-нибудь приобретается, мы просто обязаны что-то купить, так тут заведено.

— А что за вещи продаются?

— М-м-м, те, которые, навряд ли, пригодятся. Например, модные клюшки для гольфа или предмет искусства. Вырученные средства от аукциона отправят в какой-нибудь благотворительный фонд, на который на самом деле всем тут наплевать. А после того, как выпьют свои коктейли и наговорятся, все разъезжаются по домам. Вот и все.

— Ясно, — ответила я, беря бокал шампанского, который проносили мимо меня. Еще захватила и для Райана. — Тогда нам стоит выпить? — спросила я, протягивая ему бокал. Мужчина взял и посмотрел на меня поверх него.

— За что будем пить?

— М-м-м, — я огляделась. — За то, чтобы не вернуться домой с ненужными клюшками для гольфа.

Я приподняла бокал, и он засмеялся. Этот смех был естественным, тот, при котором все лицо участвует в процессе. Я тоже рассмеялась. Боже, как это странно! Я работаю на этого человека всего лишь неделю, и казалось, большую часть времени он меня ненавидит, но сегодня мы обнимались и пришли на благотворительный вечер, а сейчас смотрим друг на друга как...

Так...

Его голубые глаза словно поглотили меня и перенесли в другое место. В то, где не существовало ни времени, ни пространства, ни звука, ни других людей. Где весь мир отступил, пока не остались лишь мы вдвоем. Мы одни в комнате, друг напротив друга. Стоим, но не на твердой земле, а словно парим над полом, притягиваясь друг к другу благодаря какой-то невиданной силе...

— Райан! — нежелательный голос разрезал туман, в котором мы находились.

Но мы даже не пошевелились. А все еще пыталась ухватиться за то мгновение нашего общего мира, в котором пребывали.

— Райан, — повторил чей-то голос, и на этот раз туман рассеялся.

Райан развернулся и начал разговор с подошедшим мужчиной. Меня до самого основания потрясло возникшее чувство потери, так, что чуть ли не скрутило живот. Мне было физически плохо, поэтому я попросила прощения и удалилась в ванную комнату. Мне нужно было прийти в себя. Снизить давление, как делают дайверы, когда поднимаются из глубины, но я опоздала. У меня уже появилась кессонная болезнь (прим. переводчика: болезнь водолазов – заболевание, возникающее, главным образом, из-за быстрого понижения давления вдыхаемой газовой смеси, в результате которого газы, растворенные в крови и тканях организма, начинают выделяться в виде пузырьков в кровь пострадавшего, потому что происходит вспенивание крови, разрушают стенки клеток и кровеносных сосудов, блокируют кровоток). Я слишком быстро поднялась на поверхность, и теперь у меня кружилась голова.

ГЛАВА ШЕСТЬДЕСЯТ СЕДЬМАЯ

Поппи

После нескольких минут, проведенных в дамской комнате, я почувствовала себя лучше. Вернувшись в зал, мне потребовалось всего лишь одно мгновение, чтобы отыскать Райана среди толпы. Он был самым привлекательным мужчиной на несколько миль вокруг. В этот раз он говорил с какой-то парой. Я посмотрела на них и...

Короткие красные волосы. Зеленые глаза, словно смотрящие сквозь тебя... О, мой Бог! Я знаю, кто это! Я узнала ее по описанию Эмми. Это бывшая Райана, Саша... И если судить по тому, как стоит Райан – напряженные плечи, сжатые челюсти, руки, сжатые в кулаки – он явно не горел желанием разговаривать с ней. А потом чертовски самодовольно она вытянула руку и показала ему кольцо. Затем улыбнулась и поцеловала мужчину, стоявшего рядом с ней. Видимо, это кузен, который его предал. Я немного приблизилась. Не хотела, чтобы меня заметили, но вот услышать, что они говорят...

— Свадьба планируется в следующем году... Гавайи... медовый месяц на Мальдивах... бла-бла-бла, — восторгалась она. Как же это раздражало, на месте Райана я бы ей врезала. — Опять один... без пары... — услышала я. Это было сказано с такой жестокостью в голосе. — Весь в работе и не отдыхаешь... — начала говорить она.

Именно тогда я поняла, как могу ему помочь. Я откинула волосы назад, подняла голову повыше и пошла к Райану. Импровизация номер сто один, леди и джентльмены.

— Дорогой, — сказала с британским акцентом, не знаю, почему я его выбрала, но что есть. Я прижалась сбоку к Райану, обвив его талию рукой. — О, Боже, если ты думаешь, что любой бармен знает о коньяке «ClosdeGriffierVieux» (прим. переводчика: коньяк 1788 года, стоимость напитка составляет более семидесяти семи с половиной тысяч долларов), то ты ошибаешься. Помнишь, как мы пили его на смотровой площадке в Бурдж Халифе в прошлом месяце (прим. переводчика: смотровая площадка Бурдж Халифа расположена на сто сорок восьмом этаже одноименного небоскреба в Дубае на высоте пятисот пятидесяти пяти метров), они еще подавали его с белужьей икрой в устрицах в качестве закусок. Ну, ты же знаешь этих дубайцев, им все равно, что они находятся в Красной книге исчезающих животных. Взять хотя бы то, что муж моей сестры подарил ей на день рождение белого тигра. Он просто нас шокировал! Но так мило, что тигр был с бантиком из шарфа «Гермес», — засмеялась я. Ну, то есть моя чудаковатая героиня. — Это были такие чудесные выходные, правда, не думаю, что в следующий раз я выберу авиалинии Этихад. Их развлекательная программа просто отвратительна. В следующий раз полетим авиалиниями Эмирейтс. Шопинг в аэропорту Абу-Даби тоже не очень: ты представляешь, они продавали прошлую коллекцию Ив Сен Лоран. Так что, если хочешь, чтобы были удачные покупки, то полетим в Цюрих, но в это время года там ужасная погода...

Все, что я говорила, были репликами из сериала, в котором я снималась. В основном героини по имени Эсми, жены-золотоискательницы босса РамоныГонсалез. Она произнесла эту речь после того, как вернулась из кругосветного путешествия, в котором закрутила роман с арабским шейхом. Я и половины не знала из всего, о чем сейчас говорила. Я не выезжала за пределы Южной Африки, что уж говорить о поедании икры на смотровой площадке в Бурдж Халифе. Но, однако, продолжила игру.

— Думаю, в Дохе в аэропорту Хамад есть магазин Картье. Помнишь, ты купил мне потрясающее колье от Картье. О, Боже, — я повернулась и ахнула, словно раньше не замечала стоявших рядом Сашу и ее жениха. — О, Боже, — запричитала я, — как неловко, я вас совсем не заметила, а начала тут же болтать о своем. Дорогой, — я повернулась к Райану, — ты должен нас представить.

Райан смотрел на меня с широко раскрытыми глазами. Похоже, ему потребуется больше времени, чтобы сообразить, что происходит. Поэтому я взяла все в свои руки.

— Беатрис Пембертон-Бакли, — произнесла я, протягивая руку. И чуть не рассмеялась своей способности выбирать дурацкие имена, но оно звучало аристократично. Именно в этом была вся суть.

— Гхм... Саша, — она обхватила мою руку и встряхнула. — А это мой жених Мюррей. Мы только что обручились.

— О, чудесная новость, — я перевернула ее руку. — Посмотрите на этот чудесный маленький бриллиант. Как мило.

Саша шокировано смотрела на меня, словно не могла подобрать слова для ответа. Собственно, в этом и был весь смысл. Беатрис Пембертон-Бакли словно бульдозер полный грубости высшей пробы.

— Где будет ваша свадьба? — спросила я, хотя уже знала ответ.

— Гавайи, — ответила она.

— О, — подмигнула я. — Туда еще кто-то ездит?

Она словно окаменела.

— Разве последнее время там не слишком многолюдно? Толпы шумных американцев? Разве там нет Диснейлэнда? Одна моя подруга вышла замуж на итальянском острове Амальфи. Просто райский уголок, но я предпочитаю Ривьеру, — рассмеялась я, наклонившись к ней. — Можете называть меня консерватором. — Я прижалась к Райану. — Хочу сказать, что всегда мечтала о свадьбе зимой. Например, в Вербье или в Сен-Мориц, правда, я такая неуклюжая на лыжном склоне. В прошлом году в Аспене, в первый же день сломала лодыжку! — рассмеялась я. Боже, я была такой раздражающей и самодовольной. Черт, это весело. — Поэтому пришлось весь оставшийся отпуск провести в спа с одной из сестер Кардашьян. Боже, как же ее зовут? Они такие похожие, что я их постоянно путаю.

Саша и Мюррей стояли и глупо хлопали глазами. Они ничего не могли сказать, словно кошка откусила у них языки и сбежала с ними. Что ж, давайте дадим им тему для разговоров. Я наклонилась к Райану и поцеловала его. Я думала, все закончится простым прикосновением к его губам, но как только наши губы встретились, что-то произошло.

Все вокруг отступило на задний план, растворилось. А мы остались вдвоем, и, словно снежинки на теплой ладони, мы растаяли, поглощенные жаром наших чувств. И произошло это сразу, как только наши губы слились в поцелуе. Холод, жар и туман – одновременно заполнили пространство вокруг. Все, что я могла чувствовать – это губы Райана и тепло его дыхания. Кружилась голова и земля ушла из-под ног. Сначала наш поцелуй был мягким, словно дуновение южного ветерка, но потом его губы стали напирать сильнее. Его натиск воспламенил каждую клеточку моего тела, от кончиков волос до пальцев на ногах. Это был такой поцелуй, который может вызвать землетрясение. Он заставляет трястись и рушиться сами основы мироздания. Я раскрыла свои губы навстречу теплому и влажному языку, ожидая, как Райан меня покорит. Ему это удалось. У меня перехватило дыхание. Сам воздух стал не важен. Мой пульс зашкаливал, сердце готово было взорваться. Я хотела испить этого мужчину до дна, поглотить каждый сантиметр его тела. Какой-то частью сознания я еще помнила, что мы находимся в зале полном людей, но мне было все равно. Все, о чем я могла думать, это его язык, его губы и его руки на моей талии. Его пальцы поглаживали, сминали и сжимали мое тело сквозь тонкую ткань платья, но этого было слишком мало, я хотела больше, и чувствовала, что он хочет того же.

Мы оторвались друг от друга, продолжая смотреть глаза в глаза. Я кивнула.

— Да, — прошептала я.

Райан кивнул в ответ и, схватив мою руку, направился сквозь толпу на выход в сторону ресепшена. Он достал кредитку.

— Любой номер, — сказал мужчина, нетерпеливо сжимая мою ладонь. — На одну ночь... Прямо сейчас... — продолжил он.

А потом потянул меня за собой через весь холл, нажал кнопку вызова лифта, дверцы лифта открылись, закрылись, а потом... Мы остались одни.

Наконец одни, с тех пор, как начался наш поцелуй.

ГЛАВА ШЕСТЬДЕСЯТ ВОСЬМАЯ

Райан

Его внутренний голос, наконец-то, заткнулся.

Ее губы такие горячие. Он чувствовал вкус губной помады, шампанского и соли, ему хотелось еще попробовать этот вкус. Лифт закрылся, Райан посмотрел на цифровое табло. Им на шестой этаж. Ехать всего пару секунд, и он собирался это время использовать с умом.

Мужчина обхватил лицо девушки ладонями и прижался к ее губам своими. Казалось, он не целовал Дорис целую вечность, а не пару минут. Райан провел руками по ее скулам, шее и погрузил их в мягкие волосы. Он сжал и слегка оттянул их назад, от чего девушка вздохнула прямо ему в рот, немного приоткрыв свои губы. Райан воспользовался этим моментом и провел кончиком языка по ее губам, как бы дразня. От этого действия она задрожала. Мужчина наклонил ее голову на бок, вынуждая шире открыть рот. Их языки столкнулись и сплелись в страстном танце. Нежно, влажно и тепло. Поцелуй разжег миллионы ощущений, которые раньше спали. До этого момента. Он обхватил ее за шею и привлек к себе ближе, глубже погружаясь в ее рот, а потом...

Дзинь!

Как только дверцы лифта отворились, Райан отстранился от Дорис. Мужчина посмотрел на нее. У них обоих сбилось дыхание, у девушки по всему лицу размазалась помада. Он провел по своим губам пальцами, они все были в красной помаде, словно она его заклеймила. Они не могли оторвать глаза друг от друга, их груди вздымались в унисон, словно они единое целое. Не колеблясь, Райан схватил Дорис за руку и потянул за собой по коридору. После поцелуя в банкетном зале они не обмолвились ни единым словом, да и этого и не требовалось. Во взгляде девушки и так читалось, что она хочет его, как и он ее. То, как она его целовала, как отвечала на его поцелуй, рассказало о той жажде, что сжигала и его. Ему потребовалось некоторое время, чтобы вставить карту в дверь, а все потому, что его руки сильно вспотели, но, наконец, дверь была открыта. Мужчина затянул Дорис в номер и захлопнул дверь ногой. Он не хотел отрывать свои руки от тела девушки, оно создано, чтобы он ее обнимал. Дверь закрылась с громким хлопком, но звук ее дыхания, которое участилось, когда он схватил девушку за талию и толкнул к стене, было более оглушающим.

Когда Райан ее целовал, задирая платье вверх, в его теле нарастал яростный огонь желания.

— Быстрее, — с придыханием прошептала девушка.

И мужчина подчинился ее просьбе. Еще чуть-чуть, и он коснулся голой кожи ее ног, поглаживая и сжимая их сильнее. Он мечтал об этом моменте, когда еще вынимал колючки из ее ступни. А сейчас появилась эта возможность, и он ее не упустит. Кожа Дорис была горячей, когда он провел рукой по ее бедру и сдвинул трусики в сторону. Райан оторвался от ее губ, провел языком по шее и спустился к ключицам, поцеловал углубление между ними, а потом спустился поцелуями в декольте. Мужчина схватил ткань зубами и потянул вниз, углубляя вырез платья и оголяя грудь. Соскользнул рукой с лица, а потом ниже и прямо к лямке платья, лишь за тем, чтобы потянуть ту вниз, пока платье не обнажило ее левое плечо. Этот же трюк он провернул и с лямкой от лифчика, чтобы ее грудь предстала во всей красе. На какое-то мгновение мужчина остановился, чтобы посмотреть на Дорис. Рассмотреть во всех подробностях. Она была красива. Даже лучше, чем он воображал.

Дорис прогнулась, приподнимая свою грудь выше. Намек был прозрачен. Райан склонился к ее груди и вдохнул аромат. Сладкий. Запоминающийся. Цветочный и соленый. Он поцеловал ложбинку груди, лизнул кожу, попробовав вкус испарины, что покрыла ее. Она была подобна амброзии, что вкушали боги. Райан решил немного подразнить девушку, поэтому кончиком языка провел по верху груди, спустился ниже, где начинаются ребра. Мужчина продолжал эту пытку, проводя языком по груди, но не касаясь сосков. А едва задевал их. Кружил вокруг, но не касался. Пока сбившееся дыхание Дорис не сказало, что ее выдержка подходит к концу. Он взял один из сосков в рот, и в это же время скользнул рукой ей между ног.

Девушка тихо вскрикнула. Это был скорее стон удовольствия, а не боли, так как Райан мастерски работал рукой и ртом. Мужчина открыл глаза и взглянул на ее лицо. Голова Дорис была откинута, глаза закрыты, а рот открыт. Она словно задыхалась, пытаясь вдохнуть как можно больше воздуха. Дорис подняла свои руки над головой, вцепляясь ногтями в обои, будто искала, за что можно схватиться. Девушка начала двигать бедрами в такт движениям его руки, как только он ускорил ласки у нее между ног и провел языком по соску.

Неожиданно она простонала, а ее тело все напряглось. Девушка замерла, словно закаменела, и не произносила ни звука. Райан видел, как ее сотрясала дрожь, начинаясь от развилки бедер, поднимаясь по животу и выше по ребрам. Ее грудь налилась и потяжелела, шея и скулы напряглись, а щеки окрасились розовым цветом. А потом тело девушки расслабилось. Мужчина подхватил ее, когда она стала соскальзывать по стене.

Он не хотел брать ее у стены, поэтому взял за руку и повел к постели. Райан хотел, чтобы они оба были обнажены. Мужчина стянул свой пиджак и бросил его на пол. Стал расстегивать пуговицы, а Дорис в это время увлеченно следила за его действиями, пока он не скинул рубашку. Мужчина посмотрел на ее платье, взглядом прося избавиться от него. Она ему коротко кивнула и спустила правую лямку с плеча, после чего платье упало на пол с тихим шелестом, собравшись волнами у ее ног. Девушка перешагнула через него, а потом скинула туфли. Он перевел свой взгляд на ее трусики. Они были всего лишь немного сдвинуты, едва оголяя ее естество.

Райан схватился за ремень, и одним движением вытащил его из петель. Он расстегнул брюки и позволил им упасть. И вот они оба стояли друг напротив друга в одном нижнем белье, с предвкушением ожидая, что будет дальше.

ГЛАВА ШЕСТЬДЕСЯТ ДЕВЯТАЯ

Поппи

Я таяла от жары, что разлилась вокруг. Мои щеки пылали, а в животе все скрутило от предвкушения.

Боже, как он красив. И, Боже, в одних боксерах он еще лучше. И хочет меня. Я могу увидеть это по его глазам. До сих чувствую прикосновения его языка, рук, рта на своем теле и то, как он заставил меня кончить.

Райан шагнул ко мне, не отрывая свой взгляд от моих глаз. Без слов. Они были не нужны. Я завела за спину руку и расстегнула лифчик, позволяя ему упасть на пол. Затем положила руки на его талию и скользнула к его боксерам, единственному клочку ткани, что стал между нами преградой. Я потянула их вниз, когда он подключился к процессу, стягивая мои трусики. И вот они упали на пол, а мы остались совершенно обнаженными. Теперь ничего не стояло на пути наших тел стать одним целым.

Райан наклонился ко мне. Коснувшись пальцем моих губ, погладил их, а потом заменил его своими губами. На этот раз он вобрал мою нижнюю губу в свой рот, поласкал ее, а потом нежно прикусил. Выпустив из плена мои губы, мужчина провел языком по шее вниз, а потом вверх. Сомкнул губы на мочке моего уха, а я хихикнула от щекотки. Мужчина же усмехнулся мне в ухо, от его низкого голоса и горячего дыхания по моей коже пробежались маленькие разряды тока, от головы до кончиков пальцев.

Он поднес руку к моим волосам, пропуская пряди сквозь пальцы и позволяя им спадать на мои плечи. Действие было таким интимным. Я закрыла глаза, чтобы погрузиться в эти ощущения с головой. Мужчина же без всякого предупреждения откинул мои волосы назад, обнажая шею. Райан спустился губами к моим плечам, лаская изгиб шеи, подул, и я больше не смогла сдерживаться. Обняла Райана за голову, пропустила свои пальцы через его волосы и потянула его к моей груди. Власть, которая была у него надо мной сейчас, была несравнима ни с чем из того, что я прежде испытывала.

Мужчина наступал на меня, приближая к кровати, а потом толкнул на нее. Я упала, полностью обнаженная, абсолютно открытая. И вся была перед ним как на ладони. Я смотрела на Райана, впервые увидев его голым. Мой взгляд прошелся по его телу, не хотелось пропустить ни единой детали. Тем временем Райан забрался на кровать и накрыл меня собой. До сих пор никто из нас не сказала ни слова с самого банкетного зала, но мужчина прервал молчание.

— On? — Райан смотрел на мою татуировку с выражением полной растерянности на лице.

— Черт! — я закрыла свое лицо руками. — Долгая история. И очень стыдная. Связанная с мальчиком... Я была молода... и... — я потрясла головой.

— Мило, — с улыбкой сказал он и вернулся к поцелуям.

Сейчас мы полностью потеряли контроль, поддались животным инстинктам, сгорая в нашей страсти.

— Я так тебя хочу, — прошептал он в мои губы, судорожно дыша.

Я немного отклонилась, смотря ему в глаза. Не думала, что мне необходимо что-то ему отвечать: жар на моих щеках, страсть в моих глазах – я была уверена, что мои намерения отчетливо видны. Я раздвинула ноги, и Райан скользнул между ними. Его тело было таким напряженным и тяжелым, что он практическим вдавил меня в матрас. Внутри меня зародился неистовый огонь, сметающий все на своем пути, и я знала единственный способ унять его. Я хотела почувствовать его внутри. Приподняла свои бедра, намекая, что ему следует делать, и Райан не стал больше ждать.

Я закрыла глаза, желая прочувствовать каждое мгновение. Каждое опьяняющее, отправляющее на небеса ощущение, что возникало и пульсировало во мне. Эти эмоции обладали такой же властью, что и наркотики, захватывающие каждую клеточку тела. Сначала Райан двигался медленно, даже робко, словно исследовал новое место, но когда он приноровился, почувствовал меня, то осмелел, и теперь мы быстро двигались в унисон. Его дыхание участилось, мое стало прерывистым: воздух с трудом проникал мне в легкие из-за тяжести его тела. Я чувствовала себя ограниченной, но в то же время свободной. Наше единение стало более диким, быстрым и неистовым, так что я стала терять чувство реальности. Мы были больше не на кровати, не в номере отеля, а где-то в другом месте. В нашем собственном волшебном мире, где никого не существовало, кроме нас.

Неожиданно я как будто взлетела и, прежде чем успела осознать, уже сидела у него на коленях. Я открыла глаза и посмотрела на Райана. Мы сидели нос к носу, рот ко рту, и так как я смотрела прямо ему в глаза, увидела тот момент, когда он был готов кончить. Его голубые глаза словно остекленели, а зрачки расширились. Он выглядел таким уязвимым, таким беззащитным. Именно в этот момент все его щиты были опущены. Мужчина предстал передо мной абсолютно открытым. Это был самый интимный момент моей жизни, видеть его таким и понимать, что это я проникла сквозь его оборону. Пару мгновений спустя, я тоже была на грани. Мое тело готово было взорваться.

Каждая мышца моего тела напряглась, когда я почувствовала освобождение. Такого у меня еще не было. Я закрыла глаза, и все вокруг подернулось белой дымкой. Я словно потеряла контроль, и услышала, как выкрикиваю его имя.

Он крепко меня сжал и продолжал удерживать. Громкий и долгий стон прозвучал у моего уха. И когда мы кончили, то продолжали так обниматься. Покрытые потом, мои волосы облепили его лицо, мои ноги скрещены на его талии, он внутри меня. Я не хотела, чтобы этот момент заканчивался.

ГЛАВА СЕМИДЕСЯТАЯ

Поппи

Мы лежали на кровати и смотрели на потолок. Чтобы охладить себя, мы включили вентилятор, и в тишине следили, как его лопасти крутились по кругу. Простыни были разбросаны, как часто показывают в фильмах после жаркого секса. Один конец валялся на кровати, другой – на полу. Все простыни были мокрыми от пота и испачканными красной помадой. В комнате кружил запах страсти. Я услышала, как Райан пошевелился, и посмотрела на него.

— Итак, что это было с Сашей и Мюрреем? — спросил мужчина, пока я лежала обнаженная рядом с ним.

Я перевернулась на бок и повернулась к нему.

— Думаешь, они купились?

Он приподнялся и облокотился на локоть.

— НЕТ! Думаю, они не поверили ни единому слову.

— Что? Почему? — села я.

Он рассмеялся.

— Это было абсолютным абсурдом. Если честно, думаю, они решили, что я встречаюсь с сумасшедшей.

— Да, ладно, — игриво возразила я. — Это была отличная импровизация.

Он опять рассмеялся.

— Отличная? М-м-м... Ну, да, как и шопинг в аэропорте чего?

— Цюриха, — быстро ответила я. Я улыбнулась. — Ты действительно думаешь, они не поверили?

Он покачал головой.

— Ни единому слову, но твои намерения были очень... — он остановился и посмотрел на меня.

— Очень что?

— Очень приятны. Мне понравилось, что ты захотела вмешаться и... — я наблюдала, как он подбирал слова.

— Защитить от их тупости? — предложила я.

Он кивнул.

— Их тупости... — произнес он, словно пробуя слово на вкус. — Значит, ты знаешь кто они? Раз решила вклиниться и защитить меня.

— Эм-м... Маленькая птичка нащебетала мне историю, — сказала я.

Он кивнул.

— Маленькая птичка должна была понимать, что это личное, — задумчиво пробормотал он.

— Значит, вы были обручены? — спросила я, переплетая наши пальцы. Я смотрела на его руки – они такие красивые. Сильные. Совершенные. Ровные. И мне нравится ощущать их на своем теле.

— Это было очень давно, и стопроцентной ошибкой, — ответил Райан. Он замолчал, а потом серьезно посмотрел на меня. — А ты? Ты была обручена?

Я рассмеялась.

— Не-а. Это не про меня. Я даже не была к этому близка. Самые длительные отношения закончились примерно через шесть месяцев...

Он опрокинул меня на постель, и я задрожала от прохладного ветерка, пронесшегося по моему телу. Он кончиками пальцев провел линию по моему животу, ниже и обвел мою татуировку.

— Это те отношения, что оставили после себя лишь это тату?

Я захихикала.

— Нет! Эта татуировка осталась после моего школьного парня, с которым мы встречались едва ли не пять минут. Его звали Леон. Я пыталась ее свести, но, Боже, так больно. Правда, очень больно.

Он рассмеялся.

— И поэтому у тебя осталось лишь «on» от имени «Leon» на твоем бедре?

— Как видишь, — ответила я, поднимая голову и смотря на тату.

— Ты можешь набить слово «off» здесь, — он пробежал пальцами до другой тазовой косточки и нарисовал кружок. Я ахнула. Мышцы моего живота напряглись, и я приподняла свои бедра.

— И стать ходячим выключателем? — шутливо спросила я. — Включи-выключи?

Он прижался своими губами к моей татуировке и поцеловал ее.

— В каком режиме ты сейчас «on» или «off»?

— М-м-м-м, — протянула я, — думаю «on». — Ощущение от его языка на моем животе было одновременно и щекотным, и сексуальным.

— Опять? — прошептал он мне в живот, но остановился, опустив свою голову на мое тело и вздохнув. — Как бы мне не хотелось повернуть выключатель в режим «on», но мне нужно вернуться домой. Я еще ни разу не ночевал вдали от Эмми...

— Конечно! Я полностью понимаю, — сказала я, поднимаясь с кровати.

Он медленно сел на кровати, и неожиданно стал выглядеть, словно я его бросила.

— Что? — спросила я.

— Ты ведь понимаешь, что я с багажом. И если ты не хочешь, я имею в виду, тебе кажется это слишком, то я пойму.

— Мне нравится твой багаж, — быстро ответила я.

Он повернулся.

— Думаю, ты тоже нравишься моему багажу.

— Она очень милый багаж. Правда, не думаю, что ее стоит называть багажом.

— Конечно, нет, — согласился он. — Она не багаж, она дар.

Я улыбнулась, между нами воцарилась тишина, пока мы смотрели друг другу в глаза. Казалось, вопрос повис в воздухе.

— И так? — наконец, спросила я.

— И так что?

— Это... Между нами... Лишь единократная встреча или ты думаешь, что захотел бы повторить?

Мне было неловко задавать этот вопрос, словно полностью обнажаясь, становясь полностью незащищенной.

Мужчина покачал головой, будто сомневаясь.

— Слушай, я обычно так не поступаю. То есть, один раз было и это закончилось не очень хорошо. Я имею в виду смешивать личное и работу. На самом деле, это чуть не стоило мнебизнеса. Саша и Мюррей, они предали не просто меня лично, но и в профессиональном плане. Они украли одну из бизнес-идей компании и сбежали, открыв свое дело. Я практически потерял свою должность. Если мы продолжим наши отношения, нам нужно держать все в секрете. Я не хочу, чтобы кто-нибудь в компании узнал, что между нами происходит, особенно мистер Грэй. Думаю, он только и ждет причины, чтобы выкинуть меня из собственной компании...

Мое сердце сжалось, и я быстро его перебила.

— Нет-нет, ты прав. Возможно, это не очень хорошая идея... Имею в виду, я на тебя работаю, а секс в этом деле все портит. Ты прав, пусть это будет единоразовой акцией.

— Я не это имел в виду, но может, ты хочешь именно этого? Да? — спросил мужчина.

— А ты?

— То, что между нами произошло, было очень хорошо. Больше чем просто хорошо. Это было потрясающе, — добавил он. — И было бы классно, если это повторилось, — он немного покраснел, говоря это.

Я пыталась скрыть свою глупую улыбку маленькой девочки, но не смогла.

— Я согласна, было бы классно.

— Так все в порядке? — спросил Райан.

Я наклонилась и нежно поцеловала его.

— Все классно.

А потом он серьезно посмотрел на меня.

— Ты говорила, что все парни, которые тебе нравились, оказывались негодяями.

Я улыбнулась.

— Может ты такой? Негодяй.

— А может, нет? Может я исключение из правил? — шутливо сказал он.

— Что ж, увидим, — ответила я.

ГЛАВА СЕМЬДЕСЯТ ПЕРВАЯ

Поппи

Выехав из отеля, мы направились к моему дому. Затем припарковались и какое-то время сидели в тишине, глядя друг на друга и улыбаясь.

— Что ж, спасибо за это, — поддразнивая, сказала я.

— За что именно? — наклонился он.

— М-м-м-м, ну, возможно, за ту вещь, что мы сделали в номере. Ну, не знаю, — сказала я.

— Ту вещь? — спросил он. — Всего лишь одну вещь. Не три? Или это было четыре раза?

Я улыбнулась.

— Хэй, но кто считает?

— Я, — ответил он с хриплым смешком.

Я рассмеялась. Я чувствовала легкое головокружение, словно девочка-подросток со своей первой влюбленностью... Нет, больше, чем влюбленность. А потом меня кольнуло. Я до сих пор не рассказала ему всей правды. У него только что был секс с Дорис Грэнджер, не со мной. Стало все так запутанно, но мне нужно все рассказать. Я это понимала.

— Что? — спросил он, чутко уловив изменение моего настроения.

Я покачала головой.

— Просто задумалась.

— О чем?

— О разных вещах, — ответила я. — О тех, что не говорят вслух.

— Да, я многое знаю о подобных вещах.

Но с уверенностью могу сказать, он не знал, что я имею в виду. Как бы Райан отреагировал, если бы узнал, кто я на самом деле? Мы выбрались из машины уже в который раз. Ведь все началось с машины. Мы вместе поднялись по темной лестнице и, когда дошли до моей двери, остановились, окунаясь во взгляды друг друга.

Его взгляд опустился на мои губы, мой – на его. Мужчина приблизился, наши лица разделяло всего несколько сантиметров. Возможно, мы все же вернемся в режим «on». Мои колени ослабли и затряслись, я облокотилась на дверь, когда его губы стали приближаться. Я с нетерпением приготовилась к моменту, когда они накроют мои. Внутри меня все защекотало будто от пузырьков содовой, которую хорошо встряхнули. Если кто-нибудь вздернет крышку, она перельется через край, а потом...

— Что за..? — я повернулась и уставилась на дверь, которая приоткрылась, когда я на нее еще сильнее надавила. — Я... Я ее закрывала. — И потянулась к ручке.

— Стой! — Райан схватил меня за руку и задвинул к себе за спину.

Черт! Я так и знала, что ставить большой блестящий замок на дверь было плохой идеей, теперь все думали, что у меня в квартире есть что-то ценное. Кто-то вломился ко мне в квартиру! И это, наверняка, было несложно. Могу поспорить, что девяносто процентов жителей этого дома знали, как вскрыть замки, а может и что похуже.

— Оставайся за мной, — сказал он, открывая дверь и включая свет. Затем заглянул внутрь и осмотрелся.

— Никого нет.

Я оттолкнула его с моего пути и вошла в квартиру, у меня перехватило дыхание. За одно мгновение мое сердце было разбито. Я оглянулась – вся квартира выглядела так, будто еераспотрошили. Мне было наплевать на ящики, что были вытащены из шкафа, или на матрас, который перевернули. Все, о чем я переживала, это растения. Сломанные стебли, разбитые горшки и земля, разбросана по всему полу.

— Мамины цветы!

На глаза навернулись слезы, и я вбежала в комнату. Попыталась поднять и спасти сломанные. Мне захотелось кричать, когда увидела, что один из суккулентов был раздавлен, втоптан в пол, и превратился в зеленую массу.

Я расплакалась. Неконтролируемые всхлипы сотрясали мое тело, и я не могла остановиться. Из моих рук сыпалась земля, а слезы бежали по лицу. Я даже не стала оглядываться вокруг, чтобы понять, что еще пропало, а направилась сразу к растениям, что стояли на полу, потому что они были самым дорогим для меня.

ГЛАВА СЕМЬДЕСЯТ ВТОРАЯ

Райан

— Все хорошо, — мягко сказал он. — Большинство из них выглядят в порядке.

— НЕТ НИЧЕГО ХОРОШЕГО! — девушка крикнула сквозь слезы. — Ты не понимаешь... Их нужно спасти. Я не могу позволить им умереть. Они не могут погибнуть! — Ее голос звучал так отчаянно, что Райан чуть голову не сломал в поисках решения.

— Придумал! У меня большой сад. Там полно земли, горшков и всего, что тебе может понадобиться. Мы можем отвезти самые поврежденные ко мне и спасти их.

Ее глаза мгновенно засверкали.

— Ты не против?

Мужчина присел на корточки рядом с ней.

— Не против. Давай, я тебе помогу перенести их.

Она улыбнулась. Ее улыбка была такой широкой, искренней и радостной, такой заразительной, что Райан тоже улыбнулся. Девушка наклонилась к нему и поцеловала в щеку. Это было коротко, но так много значило.

— Спасибо. Ты не представляешь, как много это для меня значит.

— Я рад, что у меня есть возможность помочь тебе, только... — он заколебался. — Я не уверен, что все растения влезут в машину, скорее всего, только поврежденные.

Девушка кивнула.

Райан видел, что ей тяжело оставлять остальные растения. Неожиданно раздался какой-то шум в углу комнаты, они оба повернулись в ту сторону. Раненный голубь прятался за цветком. Он выглянул из-за растения, и Райан вздохнул.

— Думаю, он тоже может поехать, — мужчина осмотрел место преступления. — Я вызову завтра утром грузовик, чтобы забрать остальные цветы, и еще слесаря, но тебе стоит собрать сумку с одеждой и самое ценное, что ты захочешь заб...

— Подожди, — прервала она. — О чем ты говоришь?

— Ну, ты здесь не останешься ни сегодня, ни вообще.

Девушка несколько раз моргнула.

— И где я буду жить? Мне некуда податься.

— Ты не права, — улыбнулся он. — У меня есть гостевой домик, ты можешь остановиться там.

Она покачала головой.

— Я не могу. Это... Что скажет Эмми? Я не могу приехать и жить с тобой...

— Я не предлагаю переехать ко мне, Дорис. А просто пожить, пока мы все не выясним. Пока не убедимся, что ты находишься в безопасности.

Она смотрела ему в глаза, казалось, вечность, решая, как поступить. И все же кивнула.

— Хорошо, спасибо, — тихо сказала девушка.

Ей не нужно было его благодарить потому, что прямо сейчас, в этот момент, Райан готов был сделать для нее все, что угодно: сдвинуть горы, растения… Все, чтобы не понадобилось.

Он вызвал слесаря, который приехал как раз тогда, когда они закончили собирать поврежденные горшки. Определенно, им понадобится несколько ходок, чтобы спустить их все к машине. После всей работы костюм Райана был абсолютно испорчен, но опять же, ему былонаплевать. На первом месте у него стояло отвезти эти растения к себе домой. В целости и сохранности.

Они закончили переносить цветы и начали ставить их в машину.

Дорис опять колебалась.

— Они запачкают твою машину.

— Все нормально. Это всего лишь земля.

— Серьезно? Но ты словно с ума сошел, когда я чуть не забрызгала водой твою машину при нашем первом знакомстве.

Мужчина вздохнул и посмотрел на нее.

— Это было прежде, чем я узнал тебя.

— А сейчас? — спросила она, погружая очередной цветок в машину.

— Сейчас, ты можешь сделать с моей машиной все, что хочешь.

Девушка улыбнулась и передала очередной поврежденный горшок. Ярко-красные цветки опустили свои головки, он попробовал поднять один, но тот снова повис.

— Какие красивые, — сказал Райан, аккуратно ставя их в машину.

— Это маки, — сказала Дорис странным голосом, так что мужчина посмотрел на нее.

— А это... — она передала другой горшок. — Дикие ромашки.

Райан кивнул и поставил ромашки рядом с маками.

— Меня назвали в честь них.

Мужчина взглянул на нее.

— Что? — спросил он.

— Поппи ДэйзиПетерсон. Это мое настоящее имя.

ГЛАВА СЕМЬДЕСЯТ ТРЕТЬЯ

Поппи

Наша поездка к нему домой проходила в полной тишине. Райан не произнес ни слова после того, как я сказала ему свое имя. Свое настоящее имя. Единственное, он позвонил своей домработнице и спросил, не поможет ли она нам с растениями. Я не знала, о чем мужчина думает, а он точно размышлял. Это было видно по его лицу. Он так глубоко задумался, что я практически слышала, как крутятся шестеренки у него в голове. И вот когда мы приехали и припарковались, я ждала, что Райан что-нибудь скажет, но он молчал. Мы вылезли из машины, и я не выдержала.

— Прости меня, — с отчаянием выпалила я. — Я была не права, когда обманывала, и уже не уверена, что меня что-то оправдывает. Единственное, что могу сказать в свою защиту, я полностью отчаялась, мне срочно нужна была работа, и...

— Я не идиот, Поппи, — он впервые произнес мое имя, настоящее имя. Это было так приятно. — Я понял, что ты не говоришь мне правду, когда нанял. С каждым проведенным днем это становилось очевиднее. Я подозревал, что ты мне врешь с момента нашей встречи, но... — он замолчал и задумчиво пожал плечами, — но я не стал на этом зацикливаться, потому, что мне было это не важно. Я закрыл на это глаза потому, что хотел увидеть тебя еще не один раз.

— Мне так жаль, — повторила я, в моих глазах собрались слезы. Я не хотела, чтобы он плохо обо мне думал, особенно после того, что между нами произошло. — Не хочу, чтобы ты думал, что я кто-то вроде этой Саши. Я не лгунья, у меня нет привычки лгать.

— Ты абсолютно на нее не похожа, — ответил он. — У нее был тайный умысел, жестокий план.

— У меня ничего подобного и в мыслях нет. Клянусь. Мне просто очень нужна была работа.

Он покачал головой.

— Дорис Грэнджер, — улыбнулся он. — Я с самого начала подозревал, что это не настоящее имя. Оно казалось фальшивым, и, конечно, я обнаружил, когда искал это имя на фэйсбуке, что в основном оно принадлежит восьмидесятилетним женщинам. Копнув глубже, я узнал, что имя Дорис было популярно лишь в период с 1900 по 1930 года. Так, что все было очевидным.

— А ты не сидел сложа руки, — нервно сказала я.

— Кроме того, придумывать имена ты не мастер, Беатрис как-то там.

Я улыбнулась в ответ.

— Так ты не злишься?

Он задумался.

— Зависит от того, о чем ты еще солгала.

Мой желудок сжался.

— Сейчас самое время, чтобы обо всем рассказать. Если есть, о чем рассказывать.

Я кивнула. Мне было дурно от страха. И открыла рот, чтобы все рассказать, когда...

Я услышала шумный вздох за спиной. Повернувшись, увидела женщину с шокированным выражением лица. Видимо, это домработница Райана.

— РамонаГонсалез! — с удивлением воскликнула она и возбужденно подбежала ко мне. — Я не могу поверить, что Вас убили!

Райан посмотрел на меня.

— Стойте, кто такая РамонаГонсалез? И почему ее убили?

Я только собралась ответить, но была перебита.

— Рамона одна из героинь моего любимого телесериала, «ВенганзаИгнасио».

— Что, простите?

— Месть Игнасио, — уточнила она. — Не суть, она была личным помощником Сантьяго Альвареза, генерального директора экспериментального секретного правительственного лабораторного комплекса, где проводились суперсекретные эксперименты. Рамона носила такие большие очки, а ее волосы были короткими и коричневыми. А все из-за того, что она была шпионом, но это стало ясно позднее. Так вот, у нее был роман с генеральным директором, но на самом деле это был злобный брат-близнец, Игнасио, которого все считали погибшим в авиакатастрофе над джунглями Амазонки, но он выжил и жил с каннибалами. Он убил Рамону отравленным дротиком, яд для которого делается из секрета ядовитых лягушек с Амазонки.

— Так, стоп, — сказал Райан, — так это РамонаГонсалез? — Он указал на меня, а Тамлин кивнула. — Из телесериала, который Вы смотрите?

Моя душа ушла в пятки. Я опустила голову в свои ладони, ожидая реакции Райана. О, не будет ничего хорошего, но, по крайней мере, тайн больше не осталось. Неожиданно я услышала тихий смешок.

— Личный помощник генерального директора, с очками и короткими коричневыми волосами, у которой роман с генеральным директором, Вы говорите. Как интересно...

Я подняла голову. Он пристально смотрел на меня и улыбался.

— Это, — начал он, — многое объясняет. Очень многое.

— Она была такой отличной актрисой. Вы бы видели сцену ее смерти. Я рыдала на этом месте!

— Актриса! — воскликнул Райан.

Я кивнула.

— По крайней мере, попытка быть актрисой.

— Попытка! Вы очень хорошая актриса, все Вас любят, разве не видели страницу на фэйсбуке? — спросила Тамлин.

— Какой фэйсбук? Как Вы вообще видели этот сериал? Его показывали только в Парагвайе.

Раздался еще один смешок.

— В Парагвайе. Вот это сюрприз.

— Разве Вы не знаете? — спросила Тамлин.

Я покачала головой.

— О чем?

— Этот сериал очень популярен в Нигерии. Его все смотрят, можно также смотреть его онлайн.

Я несколько раз моргнула. В этом не было никакого смысла.

— Смотрите, — женщина вытащила телефон, зашла на фэйсбук и повернула ко мне экран. Я посмотрела на страницу и чуть не поперхнулась.

— Верните РамонуГонсалез. Больше ста тысяч подписчиков! ЧТО? — вскрикнула я, дойдя до последней части.

— Кто-то начал вести эту страницу, чтобы вернуть Рамону обратно в сериал.

— Как... подождите... Как это возможно... не понимаю... э-э-э... — я не могла подобрать слов, просматривая комментарии к странице.

— Вы знамениты, — сказала Тамлин. — И сейчас стоите передо мной.

— Дайте посмотреть, — Райан протянул руку, и Тамлин передала ему телефон. Он начал читать.

— ...сериал без нее не тот... Она заставляла меня так сильно смеяться... Она была самой лучшей героиней... Лучшая сцена – там, где она эвакуировала все здание... Мы с дочерью постоянно смотрели сериал, благодаря ей дочка решила заниматься карате... Она заслуживает награду за сцену смерти ...

Райан поднял на меня взгляд и покачал головой.

— Ты актриса? — еще раз спросил он, словно ему нужно еще подтверждение, чтобы переварить эту новость.

Я медленно кивнула, и была готова опять извиниться, когда он пожал плечами и покачал головой.

— Похоже, мне стоит попросить у тебя автограф?

ГЛАВА СЕМЬДЕСЯТ ЧЕТВЕРТАЯ

Райан

— Значит, актриса? — спросил он, разравнивая землю в одном из поврежденных горшков.

После интересной и познавательной беседы с Тамлин, они вышли в сад заняться растениями, но сначала оставили голубя в прачечной – единственное место, которое пришло в голову Райану. Найдя несколько свободных горшков и взяв немного земли из клумбы, они начали пересаживать цветы. На улице было морозно и ветрено, так что щеки и руки сразу замерзли.

— Да, — сказала она, увлеченно занимаясь выпрямлением одного из стеблей.

— РамонаГонсалез?

— Да, — повторила она. Девушка даже не подняла на него глаза, продолжая заниматься растениями.

— Личный помощник... Как там дальше?

Поппи со стуком опустила горшок на землю и уставилась на него.

— Генерального директора экспериментального секретного правительственного лабораторного комплекса. ЯСНО? Доволен? Теперь ты счастлив?

Ее ярость застала мужчину врасплох. Он только собрался ответить, как Поппи продолжила свою отповедь.

— Да, я солгала. Я настоящая лгунья, — она опустила голову. — Боже, моя мама была бы разочарована, но я была в полном отчаянии, чувствовала себя неудачницей, у которой лишь банка арахисовой пасты в холодильнике самой отвратительной квартиры на всем африканском материке. А соседи словно вышли с экрана шоу Джерри Спрингера. И у меня была стопка, огромная стопка, счетов, которые я игнорировала из-за отсутствия денег, так как потеряла работу потому, что меня убили. — Девушка злилась на себя больше, чем он на нее.

Райан пытался ее остановить, но кажется, ей нужно было выговориться.

— Они решили убить мою героиню – просто удар по уверенности в себе! Я даже не достаточно хороша, чтобы быть живой в дурацком телесериале со сценарием из какого-то эпизода «Стар Трэк». И вот однажды я шла по улице, желая просто исчезнуть. Я не знала, куда мне идти, куда повернуть. Мой агент не отвечал на звонки. И внезапно, непонятно откуда прямо мне в лицо прилетела газета, в которой и обнаружилось оно. Объявление о работе. Личный помощник генерального директора какой-то компании, о которой я не слышала... — Поппи перевела дыхание и подняла на меня глаза. — Между прочим, это ты, генеральный директор... я подумала, нужно попробовать. Это ведь знак, правда? Понятия не имела, что буду делать, когда попаду. Я не загадывала так далеко. Единственным для себя допустимым способом солгать, было изменить свою внешность, потому что веришь ты или нет, но я не привыкла лгать. И если бы моя мама была жива, отругала бы меня за ложь, она меня этому не учила. Поэтому я одела эту дурацкую одежду, чтобы солгать и получить работу. А сейчас сериал, который я надеялась никто не увидит, популярен в Нигерии, и пол-Африки его видело, и... и... и...

Поппи глубоко вздохнула, но больше ничего не сказала, сев рядом с ним.

Она выглядела одновременно такой уязвимой, красивой и полной боли. Его сердце разбивалось.

— Ты хотела исчезнуть? — спросил он. Слышать подобное было особенно больно.

Девушка пожала плечами.

— В каком-то смысле. Не знаю. Я просто не хотела продолжать жить как жила. Хотела все изменить, и думала, что нашла выход, — Поппи покачала головой. — Черт побери!

Она подняла цветок и осмотрела его.

— А теперь этот цветок погибнет... Посмотри.

Поппи была такой печальной, словно что-то в ее сердце сломалось, но по-прежнему была красива. Райан хотел ей помочь. Он взял растение из ее рук.

— Уверен, что немного воды и солнечного света ему помогут, — он попробовал поправить стебель и листья.

— Почему ты такой добрый после того, как я солгала тебе? — ее золотистые глаза встретились с его. — Ты должен быть очень зол на меня. Злиться, что нанял на работу того, кто солгал в резюме. Ты должен немедленно выкинуть меня из дома и забыть обо мне.

Райан посмотрел на девушку. Даже если бы мужчина и хотел, он не мог на нее рассердиться. Мужчина переместился по траве и сел напротив нее. Ее глаза расширились, когда он склонился над ней и потерся своим носом об ее замерзший нос. Затем закрыл глаза и вдохнул ее запах.

— Потому, что, — он открыл глаза и посмотрел в ее, — никто не заставляет меня чувствовать что-то подобное. Никто не заставляет меня смеяться – поверь мне, я уже очень давно не смеялся и не чувствовал себя так хорошо. Когда я с тобой, то чувствую, что живу, Поппи. Ты помогла мне проснуться, когда я даже не подозревал, что спал.

— Правда? — спросила она.

— Помнишь, когда я спросил, чего ты стоишь, а ты не смогла ответить?

Девушка кивнула. Мило, грустно и ранимо.

— То, что ты для меня сделала, делает тебя бесценной.

ГЛАВА СЕМЬДЕСЯТ ПЯТАЯ

Поппи

Бесценная!

Пока я смотрела в его глаза, это слово словно на повторе крутилось у меня в голове. Оно казалось мне незнакомым. Я знала его значение, но было что-то в нем такое, чего не могла понять.

— Бесценная? — переспросила я.

Райан кивнул.

— Бесценная... — повторил он, но это слово все равно странно звучало. Не думала, что оно применимо ко мне.

— Я... Нет... я... — я не могла вымолвить ни слова и покачала головой. — Я имею в виду... — Затем пожала плечами. — Как такое возможно?

И крепко сжала губы, пытаясь проглотить эмоции, от которых перехватывало дыхание.

— Почему ты так считаешь? — спросил Райан. Мужчина так внимательно смотрел мне в глаза, что моя оборона слабела.

— Боже, — я покачала головой. — Ты знаешь, каким пугающим бываешь иногда?

Он улыбнулся.

— Это всего лишь притворство.

— Правда? Очень убедительное. Ты лучший актер по сравнению со мной, — я заставила себя слегка улыбнуться. Мужчина коснулся моих губ большим пальцем. По сравнению с моими холодными дрожащими губами его палец был теплым. Я прикусила губу, во мне смешивались тревога и предвкушение.

— Ты прикусываешь губу, — произнес Райан. Его голос звучал низко и хрипло, от чего у меня кружилась голова.

— Я так делаю, когда нервничаю.

— Ты нервничаешь?

Я кивнула.

— Да.

Его улыбка немного померкла.

— Я тоже нервничаю.

— ТЫ? — я рассмеялась. — Большой Райан Старк из туристической компании «Старк Групп» с огромным устрашающим офисом и неудобными сидениями нервничает?

— Знаю. Не верится, да? — мужчина игриво улыбнулся, и мне захотелось его поцеловать.

Он был таким потрясающим! Особенно, когда сидел на траве и помогал мне с растениями. Наклонилась к нему и уже готова была его поцеловать, когда...

Я услышала голос Эмми.

— Райан, — ее голос звучал со второго этажа.

Мужчина повернулся к дому.

— Райан! — громче позвала она.

— Время от времени у нее бывают кошмары, и она просыпается среди ночи.

— Это ужасно, — я понимала Эмми, иногда у меня тоже были сны про маму. В этих снах она была жива, а потом начинала исчезать, а я не могла этому помешать. И потом всегда просыпалась мокрая от пота.

— Прости, — сказал Райан, затем поднялся и отряхнулся от земли. — Иду! — крикнул он.

Я тоже поднялась и пошла за ним. И тут до меня дошло, что мне нужно рассказать Эмми правду. Что она обо мне подумает?

Мы подошли к дому, я осталась у входа, пока Райан разговаривал с Эмми.

— Что случилось? — мягко спросил он.

Она покачала головой.

— Не знаю, просто не могу уснуть. Я посмотрела в кабинете, но тебя там не было.

— Прости, я был в саду.

Девочка с удивлением на него посмотрела.

— Что ты там делал?

— Эм... Нужно было спасти несколько растений, — ответил мужчина.

— Что ты имеешь в виду?

Райан отошел в сторону, открывая вид на меня, стоящую у входа.

— Дорис, а что ты тут делаешь? — спросила Эмми. Она с удивлением переводила взгляд с Райана на меня и обратно. — Э-э-э, что здесь происходит? Почему вы оба выглядите так странно... Словно хотите мне что-то рассказать?

— Ну, я действительно хочу тебе кое-что рассказать, — ответила я, делая шаг вперед.

— Что? — спросила Эмми.

Она смотрела на меня такими же голубыми глазами, что и Райан, и я не знала с чего начать.

— Может, я просто покажу, — наконец, сказала я.

ГЛАВА СЕМЬДЕСЯТ ШЕСТАЯ

Райан

— Но... Его брат жив? Я думала,Игнасио погиб в авиакатастрофе, — глаза Эмми не отрывались от монитора компьютера, как и глаза остальных.

— Все думали, что Игнасио умер! Но они ошибались, — сказала Поппи, кладя себе горсть попкорна в рот. — О, смотрите! — она произнесла с полным ртом, указывая на экран.

— И-и-и-иу! Что он делает с этими лягушками? — Эмми поежилась.

— Он собирает яд с их спинок, чтобы помазать им дротики! — внезапно сказала Тамлин.

Райан рассмеялся.

— Кто делает отравленные дротики из яда, собранного со спины лягушек?

— Он! — повернулась к нему Поппи с улыбкой. Она сидела на полу со скрещенными ногами, сняв туфли. Ее волосы были собраны в небрежный пучок. Девушка переоделась в свободную спортивную кофту и удобные леггинсы. Она выглядела такой красивой, что мужчина каждый раз боролся с желанием смотреть только на нее, а не на экран компьютера.

— О, смотрите! — Тамлин выпрямилась и указала на экран. — Сейчас будет моя самая любимая часть!

Райан нагнулся ближе к компьютеру.

— Подождите... Кто это? — Эмми была увлечена, Райан посмотрел на нее.

Мужчина мысленно улыбнулся. Он был рад видеть ее такой.

— Это злые каннибалы, который спасли его после крушения самолета, — быстро вставила Поппи. — Они научили его злу.

— Очень злые! — подтвердила Тамлин.

Райан опять рассмеялся.

— Его спасли каннибалы в Амазонских джунглях? Почему они его просто не съели? В этой истории нет никакой логики.

— Потому, что... — Поппи повернулась к нему и выглядела так, словно была готова оправдать сюжет, — Потому, что... — Она задумчиво замолчала. — Ладно, ты прав, я понятия не имею, почему его не съели!

— Сейчас появится Рамона, смотрите! — Тамлин указала на экран. — В нашем доме знаменитость.

Райан с любопытством наклонился ближе.

И вот появилась она. И выглядела точно так же, как первый день в его офисе, заполнив своей завораживающей энергией весь экран, как и при первой их встрече.

Эмми рассмеялась.

— Эти очки... Кто вообще может поверить, что они настоящие? Они же выглядят, как подделка, — девочка еще сильнее засмеялась.

— Они подделка, на самом деле она переодетый шпион, но мы до сих пор не знаем на кого она работает. Ее убили до того, как мы это узнали, — добавила Тамлин.

Райан чувствовал, как его губы растянулись в улыбке, когда Поппи посмотрела на него понимающим взглядом.

— Мне связаться с главой армии, сэр? — неожиданно заговорила героиня Поппи, при этом она выглядела очень взволнованной и испуганной.

Проклятье, она выглядит чертовски привлекательно!

— Да, мисс Гонсалез, — ответил мужчина. Он был высоким с выточенным подбородком, словно из мультиков, с пышной прической, словно начесанной командой парикмахеров.

— Я скажу, что это экстренный случай, код красный. Прорыв радиоактивного защитного поля, а мутировавшие крысы очень-очень голодные.

— ЧТО! — Райан ударил по дивану и рассмеялся. — Радиоактивные крысы-мутанты?

— Ш-ш-ш-ш! — одновременно шикнули Эмми и Тамлин.

— Я могу еще что-нибудь для Вас сделать, сэр? — сказала героиня Поппи. Ее золотистые глаза казались большими и блестящими.

— Да! — мужчина с массивным подбородком прищурился, а потом распахнул их опять. — Можете, мисс Гонсалез. — Он стремительно пересек комнату и резко обхватил ее в объятия. Наклонил ее и посмотрел прямо в глаза.

— Хэй. Попридержи коней, — Райан выпрямился на месте, в нем зародилось неприятное чувство, когда он увидел, как Поппи обнимает другой мужчина. Дьявол, ему это совсем не понравилось.

— Я должен вам кое-что сказать, мисс Гонсалез. Я хотел это сказать с тех пор, как Вы вошли в мой кабинет, — мужчина сдернул с нее очки и бросил их на пол. Он драматично смотрел ей прямо в глаза.

— Да, Сантьяго. Что? — прошептала Поппи, смотря на мужчину.

— Я Вас люблю, — ответил мужчина, и, прищурившись, по какой-то причине посмотрел прямо в камеру, а потом быстро перевел взгляд на Поппи.

Райан сжал подлокотники дивана и скрестил ноги, пытаясь скрыть свои эмоции. Ему очень не нравилась эта сцена.

— Я... я... Я тоже Вас люблю, — заговорил персонаж Поппи. По ее щеке скатилась слеза. — Но что скажет Ваша жена? — прошептала она.

На какое-то мгновение мужчина выглядел так, словно ему было больно. Потом его лицо напряглось, челюсти сжались, а ноздри раздулись.

— У моей жены роман с Метат Измаил, арабским шейхом. Они познакомились во время ее путешествия в Дубай на смотровой площадке в Бурдж Халифе. Я нанял частного детектива, чтобы он следил за моей женой. Они пили коньяк «ClosdeGriffierVieux», это наш любимый напиток, и ели нашу любимую еду, белужью икру, — мужчина опять посмотрел на камеру, издал громкий стон. — Я чувствую себя преданным.

Героиня Поппи ахнула.

— Разве Метат Измаил не тот, кто пытается украсть секретные материалы Вашей компании?

— Это он, — подтвердил мужчина. Затем опять раздул ноздри, словно собирается чихнуть. — Я думаю, он и моя жена собираются убить меня и забрать себе компанию.

— Не может быть, — Поппи приблизилась к нему, словно собираясь его поцеловать.

Райан резко поднялся и нажал на паузу.

— О'кей, думаю, этого достаточно.

— Райан, мне тринадцать лет. Я тысячу раз видела, как люди целуются по телевизору.

Райан не хотел признаваться, но сейчас его волновало не это.

— Это всего лишь короткий поцелуй, — сказала Поппи.

— Это так мерзко. Как у тебя получается целоваться на экране? — спросила Эмми.

— Это было действительно ужасно! От него всегда пахло чесноком, мне приходилось задерживать дыхание, пока он меня целовал. Надеюсь, это не было заметно.

Эмми рассмеялась.

— Я никогда бы так не смогла.

— Конечно, нет, — сказал Райан. — Ты никогда не будешь целоваться. Ни ты их, ни они тебя.

— Как скажешь! — Эмми закатила глаза. — Давайте не будем говорить про поцелуи, давайте смотреть. Включай, — повернувшись к Райану спиной, сказала Эмми.

— Да, включай... Это сцена, когда меня убивают, — добавила Поппи.

— Ладно, — Райан включил сериал, как раз в тот момент, когда губы актера прижались к губам Поппи.

Эмми рассмеялась.

— Я вижу, как ты задержала дыхание.

Поппи тоже рассмеялась. Райану стало дурно.

— Подождите! Что это? — Эмми указала на кадр, где показывали связанного в шкафу мужчину в костюме.

— Это ее настоящий босс, — раздалось от Тамлин. — На самом деле Рамона целуется со злым братом-близнецом, претворяющимся Сантьяго Альварез.

— Не может быть! — ахнула Эмми.

— ¡He regresado de la jungla para vengarse la reputación de mi familia! — неожиданнопроизнесмужчина.

Райан нажал на паузу.

— СТОЙТЕ! Что это значит? — Райан посмотрел на Поппи, она в ответ смущенно улыбнулась.

— Я вернулся из джунглей, чтобы восстановить доброе имя своей семьи, — тихо произнесла она.

Райан рассмеялся. Теперь он понимал, почему так сильно смеялся архитектор.

— Давайте дальше, — сказала Тамлин. — Это самая лучшая часть.

Он возобновил видео, когда героиня Поппи неожиданно скривилась от боли.

— Моя спина, — произнесла она, хватаясь за спину.

Глаза Эмми расширились:

— Он воткнул отравленный дротик тебе в спину!

Поппи на экране выпрямилась и посмотрела на мужчину с крупным подбородком. Теперь его глаза выглядели мрачными, темными и злобными.

— Это ты! Игнасио! — она ахнула, указав на него пальцем. — Но ты же умер. Твой самолет разбился... Это невозможно!

— Но я жив! — мужчина закинул голову назад и дьявольски рассмеялся. — Я вернулся.

Райан рассмеялся.

— Серьезно? Разве люди до сих пор верят такому злодейскому смеху?

— Ш-ш-ш, — Эмми и Тамлин опять на него шикнули.

— Ты пропустишь шикарную сцену смерти, — повернувшись, прошептала Поппи.

— Это самая лучшая сцена смерти, — сказала Тамлин.

— Что делает ее такой замеча... — Райан замолчал и стал смотреть, как Поппи упала на ковер и стала кататься по нему, пытаясь вытащить дротик из спины. — О, ясно.

— Режиссер хотел чего-то очень драматичного, — Поппи посмотрела на Райан и закатила глаза.

Все приклеились к экрану, глядя как Поппи, вытащив дротик из спины, кувыркнулась по направлению из кабинета.

Она посмотрела на работающих людей,  указывая на кабинет генерального директора.

— Он вернулся. Он идет за нами. БЕГИТЕ! — прокричала она.

— Стойте, — Райан опять остановил видео. — Почему ты кувыркнулась? — Он вспомнил, что она тоже так делала. И разве это не та же самая реплика, что она произнесла во время собеседования?

— Рамона мастер боевых искусств. На самом деле, она шпион, которого прислал арабский шейх, чтобы собрать информацию о компании, — ответила Поппи.

— Так вот на кого ты работала! — ахнула Тамлин.

Поппи кинула.

— Но ее убили еще до того, как она смогла об этом рассказать. И о том, что у нее был роман с шейхом. Он подарил ей на день рождение тигренка.

— Ладно, давайте смотреть дальше, — попросила Эмми.

Райан включил дальше.

Рамона вскочила после кувырка и побежала дальше по коридору. Она споткнулась, оступилась и упала на пол, но вскоре опять была на ногах и спускалась по лестнице. Она промчалась через дверь и попала в другой коридор, но неожиданно остановилась.

— Не-е-е-ет! — закричала девушка, когда на нее выбежала огромная крыса с очень злобным видом!

— Это крыса-мутант! — потрясенно ахнула Эмми.

— Стойте! — Райан опять остановил просмотр. — Почему они мутировали?

— Потому, что, — начала Тамлин, — в лаборатории создают смертельное биологическое оружие для государства.

— О'кей, — кивнул он. Видимо, в этом есть какой-то смысл... По крайней мере, в этом мире.

— Райан, перестань постоянно нажимать на паузу! — щелкнула пальцами Эмми, и он снова запустил видео.

Героиня Поппи закричала и побежала в противоположную сторону. Попав в лабораторию, она опять упала и заскользила по светящейся радиоактивной слизи. Она поднялась вся в зеленой светящейся жиже и опять побежала.

— Через сколько подействует яд? — спросил Райан с долей любопытства.

— Твою героиню точно вернут к жизни! Ведь не зря же она упала в радиоактивную слизь, — внезапно сказала Тамлин.

— Точно! — присоединилась Эмми. — Ты вернешься к жизни из-за мутации или типа того.

Райан рассмеялся, пытаясь представить мутирующую РамонуГонсалез.

— Тебе, наверное, не понадобятся очки. У тебя чудесным образом восстановится зрение.

Поппи бросила на него озорной взгляд, он почувствовал, что тает. Так здорово было видеть ее, сидящей на ковре, словно так и должно быть.

— Стойте, сейчас будет здорово, — указала на экран Поппи. — Смотрите дальше.

Райан продолжил смотреть, как Рамона выбежала из лаборатории и вернулась в коридор, но неожиданно, кто-то преградил ей дорогу и толкнул ее на пол.

— Кто это? — спросила Эмми.

— Это жена Сантьяго Альвареза, Эсми. Она тоже хочет убить Рамону, так как узнала, что ее муж изменил завещание и оставил все Рамоне, включая компанию.

— Я знаю, что ты замышляешь! — заорала женщина. — Ты с моим мужем собралась в тайное романтическое путешествие на Амальфи, хотя лично я предпочла бы Ривьеру.

— Я люблю Вашего мужа, — закричала героиня Поппи.

— Тебе просто нужны его деньги! Думаешь, я не заметила все эти новые сумочки и украшение, что ты носишь? Ты никогда не могла бы позволить себе ожерелье от Картье. Я должна задушить тебя этим ожерельем! — она пыталась схватиться за ожерелье, но Поппи отпрыгнула в сторону. Поппи сделала кувырок, вскочила и неожиданно с разворота ударила Эсми ногой. Потрясающий удар с разворота такой же, какой Поппи использовала, открывая дверь у своего дома.

— У меня черный пояс, — произнесла героиня Поппи.

Райан рассмеялся.

— Я тебя убью, — сказала Эсми, лежа на полу.

Вдруг в воздухе пролетел дротик и врезался ей между глаз.

Героиня Поппи ахнула.

— Похоже, тебя убьют первой, Эсми.

И вот тут из тени вышел Игнасио, злобный брат-близнец.

— Привет, Эсми, — прошептал он.

— Это ты, — ахнула она. — Я думала, ты разбился.

— Конечно, ты так думала, ведь именно ты подстроила мою смерть, чтобы завладеть всеми деньгами и компанией. Ты жадная сучка!

Райан не смог сдержать смех.

— Какой поворот!

— Я умираю, — произнесла героиня Поппи и опять побежала.

— Снова бежишь, но ты же при смерти! — воскликнул Райан.

И тут неожиданно раздается огромный взрыв, и серия заканчивается.

— Вся лаборатория взорвалась из-за прорыва радиоактивного защитного поля, — пояснила Поппи.

— Защитного поля? Да, ладно! — Райан улыбнулся, и она улыбнулась в ответ.

— Вау! Это было потрясающе, — Эмми посмотрела на Поппи. — Это самая клевая вещь, что я видела. Круто! Я не могу поверить, что ты там снялась!

— Этот сериал очень популярен в Нигерии. Все мои друзья и родственники смотрят его, — сказала Тамлин.

Поппи рассмеялась.

— Я до сих пор не могу в это поверить. Он же ужасен.

— Я бы посмотрел, если бы тебя вернули, — сказал Райан.

— Но я отвратительно там сыграла. Ты же видел!

— Вовсе нет, — одновременно сказали Тамлин и Эмми.

— Ты так талантлива, было так смешно, — добавила Эмми.

Поппи посмотрела на Райана с таким растерянным выражения лица. Он уже видел ее такой, когда спрашивал у нее, чего она стоит.

Он улыбнулся ей.

— Я согласен. У тебя есть дар. Ты определенно родилась, чтобы радовать и удивлять людей.

После этих слов у нее загорелись глаза.

— Господь свидетель, ты радуешь и удивляешь меня с первой секунды нашего знакомства, Поппи.

Он не мог перестать улыбаться, глядя на нее. И он не мог не заметить, каким взглядом обменялись Эмми с Тамлин

ГЛАВА СЕМЬДЕСЯТ СЕДЬМАЯ

Поппи

И вот эпизод закончился, все сидели молча. Комнату заполнила драматичная музыкальная тема титров. Я слышала ее миллион раз, но слушать ее здесь, в доме Райана, было иначе. Странно, но приятно.

— Что ж, думаю, я пойду спать,— неожиданно вскочила Эмми.

— Я тоже, — резко вставая, добавила Тамлин. Они обе произнесли это каким-то странным голосом.

Я тоже быстро поднялась.

— Эмми, можно я провожу тебя до твоей комнаты? Мне нужно тебе кое-что сказать.

— Конечно.

Мы вместе пошли к ее комнате. Когда я убедилась, что нас не услышат, то остановила ее.

— Я хотела извиниться за то, что солгала тебе. Ты доверилась мне, а я не была до конца честна, — произнесла я.

Она какое-то мгновение рассматривала меня.

— Не могу поверить, что ты актриса... — начала она. Я кивнула. — И мне не верится, что ты специально замаскировалась, притворилась личным помощником... И работала на моего дядю...

Я опять кивнула. Боже, когда об этом говорит кто-то другой, это звучит безумно.

— Знаю. Звучит безумно.

— Безумно? — спросила Эмми. — Да, эта самая безумная вещь, о которой я слышала. Не пойми меня не правильно, это безумно, но еще очень смешно.

— Да, похоже, меня можно назвать сумасшедшей иногда, — сказала я.

Между нами воцарилась неловкая тишина.

— Ты лгала только про себя или про свою маму тоже? — спросила Эмми.

Я подошла к ней ближе и положила руки на ее плечи.

— Нет. Конечно, нет. Я бы так не поступила. Я была искренна, когда тебе все рассказывала.

Она кивнула.

— Я и не думала, что ты мне соврала о маме. У тебя было такое же печальное выражение лица, как и у меня, когда я говорю о своей маме.

Вздохнув, я пожала плечами.

— Когда это пройдет? — спросила девочка.

— Не знаю, — ответила я, пытаясь выдавить из себя улыбку. — Возможно, полностью эта боль не пройдет. Наверное, она останется, но будет по чуть-чуть слабеть, отступать под натиском счастливых моментов.

— Надеюсь, — улыбнувшись, сказала она. — А ты очень смелая, раз решила обмануть дядю.

— Я бы назвала это наивностью. Если бы я знала, какой он, испугалась бы провернуть что-то подобное.

Эмми опять мне улыбнулась. Ее улыбка была необычной, с каким-то таинственным блеском в глазах.

— Ну, не похоже, чтобы он сильно расстроился.

— Знаю, и это странно.

— Разве? — спросила она.

— Что ты имеешь в виду?

— Ой, да, ладно, Поппи, — Эмми наклонилась ко мне. — Может мне и тринадцать, но я знаю, как выглядят влюбленные. И я вижу, что мой дядя на тебя по-крупному запал... И ты, очевидно, тоже.

Я покраснела.

— Так я и думала, — сказала она, смотря на мои щеки. Затем подмигнула мне и пошла в свою комнату. — Кстати, это круто, что ты актриса, — кинула она через плечо, — Я никогда не встречала того, кого показывали по телевизору.

— Спасибо, но жизнь актера не такая уж роскошная, как люди думают, — заверила ее я.

— Спокойной ночи, Поппи, — Эмми остановилась на пороге и провела по мне взглядом. — Это имя намного больше тебе подходит. Дорис какое-то отстойное.

Я рассмеялась.

— Спокойной ночи, Эмми. Сладких снов, — провожая ее взглядом, ответила я. Она закрыла за собой дверь, а я, улыбаясь самой себе, спустилась вниз.

Райан ждал меня сидя на диване.

— Я хотела извиниться перед Эмми за то, что соврала, — объяснила я, садясь рядом с ним.

— Уверен, она тебя простила. Ты же видела, как она увлеклась сериалом? Думаю, Эмми в восторге от того, что знает талантливую и знаменитую актрису.

— Знаменитую и талантливую, — пробормотала я. — Вряд ли.

— Перестань себя принижать, — подвигаясь ко мне ближе, произнес Райан. — Мне это не нравится, тем более это неправда.

— Спасибо, — улыбнулась я.

— Так что, она тебя простила?

— Простила. И она сказала мне кое-что интересное, — мое сердце забилось быстрее.

— Да, и что? — Райан приблизился ближе.

— Ну... — я накрутила локон на свой палец. — Она сказала, что ты на меня запал, и... Ей очевидно, что я тоже на тебя запала.

— Правда? — мужчина протянул руку и вынул локон из моих пальцев. Он накрутил его на свой палец и заправил его мне за ухо. Затем наклонился ближе и прошептал на ухо. — Она права. Я абсолютно точно на тебя запал.

Я захихикала.

— Ты запал?

Райан поцеловал меня в шею.

— Запал, — произнес он, приближая свои губы к моим.

— Я тоже на тебя запала, — открыла я рот и позволила ему поцеловать меня.

Мы целую вечность целовались на диване. Было такое шаловливое настроение, словно мы подростки и целуемся, пока наши родители наверху.

— Думаю, мне тоже пора в постель. Не хотелось бы засыпать на работе, а то мой начальник – эксплуататор, — произнесла я, когда мы оторвались друг от друга.

— Да, ладно?

Я игриво кивнула.

— Иногда он такой вредный.

Мужчина рассмеялся.

— Вредный? Хочешь, я с ним поговорю?

Я встала с дивана.

— Попробуй, но предупреждаю, он очень упрямый, а порой и страшный.

— Он тебя пугает? — спросил Райан.

— М-м-м-м, — задумалась я. — Раньше да, а теперь я знаю, что он плюшевый мишка, маскирующийся тигром.

— Забавно, что ты упомянула маскировку. Я знаю одну актрису, которая замаскировалась личным помощником, — он тоже поднялся.

— И не говори, — подшутила я.

Мы опять замерли, улыбаясь друг другу.

— И так, где гостевая комната? — спросила я.

— Снаружи, — ответил мужчина.

Мы пересекли комнату, вышли на кухню и через заднюю дверь – на улицу. Я сразу же поежилась от холода.

— Охо! — я обхватила себя руками, пытаясь согреться.

Райан обнял меня за плечи, и мы поспешили по саду туда, где находился коттедж. Мужчина вставил ключ, открыл дверь и включил свет.

— Ух, ты! Этот место больше моей квартиры, — оглядываясь, сказала я.

— Любое другое место больше твоей квартиры, — с улыбкой сказал он. Райан включил обогреватель, и вскоре комнату начал заполнять теплый воздух.

— В шкафу есть еще одеяла.

— Спасибо.

Он подошел ко мне и обвил мою талию руками.

— Боже, я бы хотел остаться здесь с тобой, но не думаю, что мне стоит покидать дом из-за Эмми. И не уверен, что стоит приглашать тебя к себе.

— Нет! — помахала я рукой. — Конечно, ты должен спать в своей собственной комнате. Я все понимаю. Уверена, если бы Эмми нашла меня в твоей кровати, было бы несколько неловко.

— Да, определенно.

— Тогда, спокойной ночи? — спросила я.

— Да, спокойно ночи, — мужчина руками провел по моей талии вниз на бедра, а потом прижал к себе. — Я рад, что через пару часов встречусь с тобой на работе.

— На работе? Как, ради всего святого, мы будем работать вместе? После всего, что между нами было. Это будет очень отвлекать.

— Я профессионал, мисс Грэнджер. И справлюсь. Уверяю тебя, ты не будешь меня отвлекать, — он так уверенно это произнес, но я уверенной не была. — Если ты не против, давай сохраним отношения в секрете, пока я не придумаю, как все разыграть, чтобы для меня не было негативных последствий?

— Разыграть? Негативные последствия? По твоим словам все ужасно.

— Иногда так и есть, — ответил он.

— Тогда зачем ты этим занимаешься? Почему ты там работаешь, если ненавидишь свою работу?

— Я не ненавижу ее, — быстро опровергнул он. — Я просто ее не люблю.

Я подняла свою руку и положила свою ладонь на его щеку.

— Это очень печально, — мягко произнесла она.

— Так и есть, — Райан положил свою руку поверх моей и наклонился, чтобы поцеловать меня в щеку. Это был нежный долгий чувственный поцелуй.

— Есть ли что-то, что тебе нравится в своей работе?

Он на какое-то время задумался.

— Думаю, мне нравится первоначальное проектирование зданий. Может в другой жизни я был бы архитектором.

— Ты все еще можешь им стать, — предложила я.

— Уже несколько поздно, — улыбнулся он, улыбка была такой печальной. — Спокойной ночи, — прошептал он, прежде чем, развернуться и выйти из комнаты.

Я наблюдала, как Райан шел через сад. По пути мужчина вытащил свой телефон, и неожиданно раздался сигнал моего телефона. Я достала его и прочитала сообщение.

Райан:Мне будет тяжело заснуть сегодня одному, зная, что ты совсем рядом.

Я прочитала сообщение и взглянула на улицу. Райан стоял и смотрел на меня. Ветер шевелил его волосы и трепал рубашку. Я стала набирать сообщение.

Я: Знаю. Мне тоже. Целую. Спокойной ночи, Райан.

Он прочитал сообщение и улыбнулся, потом слегка помахал и скрылся в доме. Я подошла к кровати и села. Она была такой мягкой и удобной, что я не могла дождаться, чтобы лечь. Мой телефон опять зазвонил, я взяла его в руки.

Райан:Твой дурацкий голубь у меня на кровати! Как он, черт возьми, попал в мою комнату?

ГЛАВА СЕМЬДЕСЯТ ВОСЬМАЯ

Райан

Поппи была права. Она отвлекала его от работы. Это было какой-то дьявольской пыткой! К полудню он больше не мог терпеть. Мужчина чувствовал, что вот-вот взорвется. Он вышел из кабинета. Райан наблюдал за ней все утро, девушка сводила его с ума. Ему физически было некомфортно из-за того, что творилось у него в штанах. Совещание должно начаться через час, и ему срочно нужно с этим разобраться.

— Мисс Грэнджер, — остановился он у ее стола.

Она подняла голову, соблазнительно прикусывая кончик ручки. Она это специально.

— Да, мистер Старк, — его имя прозвучало как сладкая патока.

— Кхм... Мы можем поговорить в архиве? — он держал большую папку, пытаясь прикрыть то, что происходит у него ниже пояса. Поппи посмотрела на папку, и ее глаза расширились.

— О, конечно, мистер Старк, — девушка медленно встала, двигаясь намеренно сексуально. — Пойдемте в архив.

На всем пути к архиву она шла впереди него. Он был загипнотизирован тем, как с каждым шагом юбка обтягивала ее задницу. Они, наконец, дошли до архива, и как только попали внутрь, Райан сразу же запер дверь.

И тут все завертелось: они бросились друг другу в объятия и начали целоваться. Быстро, страстно, неистово и отчаянно. Мужчина все утро жаждал добраться до Поппи, как наркозависимый получает свою дозу, так и он собирался взять у нее столько, сколько может. До конца. Каждую каплю, что она готова дать, чтобы насладиться ею и поглотить.

— Боже, я мечтала об этом целое утро, — прошептала в его ухо Поппи.

— Я тоже, — ответил Райан, толкая ее к металлическому стеллажу. Он зашатался, и из него выпало несколько папок, разлетевшись по всему полу.

— Черт, — она посмотрела на них.

— Наплевать, — он потянул за ее рубашку, расстегнул пуговицы, распахнул, обнажая грудь в лифчике-балконет, если быть точным. Он не стал заморачиваться сниманием лифчика, вместо этого дернул его вниз, высвобождая ее мягкие полушария с сосками, которые мгновенно затвердели, Райан сразу же наклонился и зажал один из них между своих губ, втягивая в рот. Поппи откинула свою голову назад и громко и протяжно застонала. Она притянула его голову ближе, пока он наслаждался ее грудью. Райан свободной рукой проник под ее юбку и одним движением стянул ее трусики вниз, пока они не упали на пол. Она раздвинула свои ноги, словно приглашая, чем он с удовольствием воспользовался.

Ее тело все задрожало, когда он медленно провел своим пальцем по ее киске, пока не потерял над собой контроль. Она потянула его вверх, приближая к своим губам. Он захватил рот девушки, проникая пальцами в нее и поглаживая, так что ее внутренние мышцы начали сокращаться. Райан углубил поцелуй, когда почувствовал, что ее тело задрожало, а потом напряглось. Мужчина продолжал удерживать ее, пока она снова не расслабилась. Поппи была словно воск в его руках, и он мог сделать все, что захочет: лепить, растягивать в разные формы и позиции. А он хотел ее, хотел именно такой, прижатой лицом к стеллажу, с зажатыми его рукой запястьями, вытянутыми над головой. Ее юбка была задрана до талии, а он погружался в нее с каждым толчком, дыша ей в шею.

С каждым его толчком содрогался стеллаж. Она тряслась. Райан отпустил ее запястья, схватившись за ее бедра, потянул на себя, пытаясь оказаться глубже. Еще мужчина хотел видеть ее лицо и смотреть в янтарные глаза, которые околдовали его с первого момента их знакомства. Он вышел из нее и развернул, заставив ахнуть. Райан поднял Поппи, вынуждая обнять его талию ногами, и пошел к столу в середине комнаты. Он положил ее на стол и взобрался сверху. В этот раз мужчина не торопился. Девушка застонала, Райан оперся на локти по бокам от ее головы и заглянул в глаза. Теперь его движения были медленными и вдумчивыми, а не яростными и отчаянными.

Она выгнула свою спину, качнула бедрами навстречу, пока он погружался в нее. Райан сейчас кончит. На работе, в архиве с Поппи. И ему было плевать.

ГЛАВА СЕМЬДЕСЯТ ДЕВЯТАЯ

Поппи

— Что ж ... Это было... — я лежала на столе, восстанавливая дыхание. — Неожиданно. — Хихикала я, пока застегивала свою рубашку.

— Очень, — согласился Райан. — И очень неправильно. На работе среди бела дня.

— Зна-а-аю, — я закрыла лицо руками. — Та-а-а-ак неправильно.

Райан перевернулся на бок и посмотрел на меня.

— О, черт. У тебя нет одной пуговицы.

Я села и посмотрела на свою рубашку. Оглядела всю комнату, но нигде ее не заметила.

Райан тоже сел и осмотрелся вокруг.

— Прости, — произнес он.

— Ничего страшного. Я прикроюсь шарфом, он у меня лежит в ящике, я могу в...

Неожиданно меня прервал голос.

— Я не могу понять, почему архив заперт.Он никогда не закрывается.

Голос доносился снаружи, и мы в ужасе переглянулись, когда дверь стала сотрясаться. Я подавила свой вздох и посмотрела на Райана. У него округлились глаза. А потом мы услышали громкий звон. Металлический звук, словно ...

Я ахнула. Раздалось бряцание, словно поставили ящик с инструментами. Райан посмотрел на меня и повертел головой из стороны в сторону. Я видела, что он напуган до глубины души.

— Может, замок заклинило изнутри, — произнес мужской голос. — Я сейчас открою отсюда.

— Давайте, — ответил женский голос. — Вы ведь знаете мистера Старка, если я не принесу ему эти документы, он меня убьет.

— Кому Вы говорите, — сказал мужчина. Он, наверняка, был разнорабочим этого здания. — У него особенные требования к работе. Как-то раз он заставил задержаться меня на два часа после работы из-за того, что ему показалось, что лифт работает медленнее. Хоть это было не так.

— Было, — тихо прошипел Райан.

Я толкнула, что бы он молчал.

— Честно, порой он словно ночной кошмар, — заговорил женский голос.

— Думаю, у него давно не было секса, — произнес разнорабочий, и они рассмеялись.

Я пыталась подавить смешок, но я сразу притихла, когда мы услышали звук дрели. Мы запаниковали. Спрыгнули со стола, я стала искать свои туфли, поправлять юбку и приглаживать свои волосы. Пуговица! Где эта чертова пуговица? Райан впрыгнул в свои брюки и натянул их так быстро, как мог.

— Почти открыл, — сказал разнорабочий.

— Хорошо, — ответил женский голос.

— Че-е-ерт! — я теперь буквально бегала по кругу.

Мы зрительно просканировали комнату, но было негде прятаться. Райан посмотрел на мою рубашку, где должна была быть пуговица. Выглядело все не очень, и это слабо сказано. В это время я не могла не думать о том, что мне сказал Райан: мистер Грэй только и ищет предлог, чтобы выгнать его из компании. Происходящее может стать таким предлогом. Перевела взгляд на Райана, таким я мужчину еще не видела – паника поглотила его. И неожиданно, дверь начала открываться. Мы замерли и в ужасе стали наблюдать, как открывается дверь... А потом останавливается.

— Что-то не дает ей открыться, ее заклинило, — сказал мужчина.

Мои глаза расширились. Нет, только не моя пуговица, только не...

— О, как странно, это пуговица, — из-за двери появилась рука и подняла пуговицу из-под нее. — Что она тут делает? — спросил он.

— М-м-м, — послышалось задумчивое бормотание. — Определенно она с женской блузки. Интересно, может архив используется и для других дел, — раздался смех.

— Дьявол! — Райан посмотрел на меня. Я никогда не видела его таким испуганным. — Черт, я в полной заднице, — прошептал он, побледнев словно вся кровь отлила от лица.

И вот дверь открылась.

ГЛАВА ВОСЬМИДЕСЯТАЯ

Райан

Тот момент, когда Дженис из IT отдела и разнорабочий Джефф уставились на нас, был самым ужасным и до смерти неловким. Их взгляды без остановки метались между мной и Поппи. Их глаза были огромными, как блюдца, и когда Дженис медленно опустила свой взгляд на пуговицу в своей руке, а потом обратно на Поппи, стало понятно – мы попались.

Время словно замерло, а они все оказались в какой-то сумеречной зоне без всякого намека на людей. Будто они безмолвно сидели в приемной, ничего особенного не ожидая. Райан не видел выхода из этой ситуации, серьезно, и любая мысль о последствиях заставляла скручиваться его желудок. Эта история разлетится по всему зданию, о них будут шептаться на ланчах и в лифтах. Моя репутация, как начальника и как человека, будет полностью разрушена. Я уже не говорю о совете директоров – они меня сместят, ведь служебный роман приравнивается к преступлению. Секс на работе с Поппи имеет настолько далеко идущие последствия, что я не мог поверить, что допустил подобное...

И вдруг он повернулся к Поппи, когда она разрыдалась. Громко и с надрывом. Все посмотрели на нее.

— Не могу поверить, что из-за этого Вы меня увольняете! — громко завопила она.

Райан в шоке уставился на Поппи. Что, черт возьми, происходит?

— Ничего такого в том, что я пришла сюда сделать личные фотки своей груди...

— Что? — практически закричал Райан.

Джефф и Дженис ахнули.

— Понимаете, я застала своего... Своего любимого, переписывающимся с соседкой, отсылающим все эти милые смайлики с поцелуйчиками. Я просто знала, что он готов мне изменить с ней, — сказала Поппи, а потом еще громче заплакала.

Что, черт возьми, она делает?

А потом Поппи повернулась к Дженис.

— Я в этом уверена потому, что последнее время была не в настроении. Из-за стресса, вы понимаете? Я уставала после работы, а дома надо было еще приготовить ужин для него и детей.

Он посмотрел на Дженис, она кивала каждому ее слову.

Поппи продолжила:

— И вот я подумала, что если отправлю ему фотографию... Ну, знаете, что-то дерзкое, то может быть могла бы... — она от стыда закрыла лицо руками, продолжая всхлипывать.

Черт, а она хороша, как актриса.

— Я думала, что это сможет разжечь искру, может он перестанет флиртовать с соседкой, — она немного покачнулась, словно ее настолько переполняли эмоции, что она не может стоять. А потом девушка подняла свой взгляд на Дженис, Поппи выглядела такой расстроенной и обеспокоенной. — Я просто пытаюсь сохранить свои отношения!

Дженис кивнула.

— Все хорошо, милая, у всех бывают взлеты и падения.

Райан посмотрел на Поппи. Она его спасает единственным возможным способом. Девушка многозначительно посмотрела на него, призывая подыграть ей. Это был единственный выход.

— Знаете что, сохраняйте свои отношения не в рабочее время, мисс Грэнджер, — прочистив горло, произнес он. — Это совершенно не допустимо, — добавил он.

— Ей всего лишь двадцать... Моей соседке. Вы можете поверить? Она же еще ребенок. Раньше она нянчила наших детей, когда они были маленькими, — Поппи сказала Дженис. — Нашей дочери, Скай, она кажется такой красивой. Дочка сказала, что когда вырастет... — громко протянула девушка, — когда она вырастет, то хочет быть похожей на нее.

Дженис неодобрительно покачала головой.

— Отвратительно.

О'кей, стоп! Она немного увлеклась. Райан пытался привлечь ее внимание, но Поппи казалась такой погруженной в игру, что мужчина понял – ему ее не остановить.

Джефф тоже кивнул.

— Моя жена бросила меня ради более молодого. Я знаю, каково это. Его звали Брэкстон. Что вообще за имя такое, Брэкстон?

Дженис с Поппи покачали головой. Словно какая-то группа поддержки в комнате архива. Анонимный клуб разбитых сердец. Поппи опять громко простонала.

— Я не хочу, чтобы он меня бросил, — она прижала руку к груди, словно у нее болит сердце.

Ее игра зашла слишком далеко.

Дженис поспешила к ней и обняла за плечи.

— Я уверена, что он тебя не бросит, — успокаивающе произнесла она. — Почему бы тебе не присесть? — Она отвела ее к столу, к тому, на котором они только что занимались крышесносным сексом.

Райан прочистил горло и поправил свой галстук.

— Я прошу освободить свой стол и покинуть здание, мисс Грэнджер.

Дженис неодобрительно посмотрела на него и покачала головой.

Значит, теперь он злодей?

Поппи вскочила из-за стола и уставилась на него.

— Хорошо! — прокричала она. — Отлично! Как пожелаете! — С негодованием бросив на него взгляд, она вышла из архива.

Они все последовали за ней, и когда они вышли в общий зал, взгляды всех сотрудников были приклеены к ним. Поппи на всех посмотрела, а потом драматично развернулась и уставилась на Райана. У нее теперь появилась внимательная публика. Он начал ее бояться.

— Вы слышали? — гневно кинула она. — Меня уволили. Он уволил меня! — Она указала на него пальцем. — Хорошо. Но мы встретимся в суде, — выплюнула она и отправилась мимо столов, сжимая одной рукой свою блузку, чтобы та не распахнулась.

Все уставились, переводя свои взгляды с него и обратно на нее.

«К счастью, эта сцена закончена», — так он подумал, но ошибся. Сильно ошибся.

— Но знаете, что? — Поппи остановилась и опять развернулась к нему, словно героиня спектакля, выходящая на сцену со своим главным монологом.

Внимание всех сотрудников было устремлено на нее. Они все прильнули ближе, словно следили за ужасной автокатастрофой на дороге.

— О, Боже, — про себя пробормотал девушка и закатила глаза. Хотел бы он, чтобы она сейчас остановилась. — Я знала, что у Вас аллергия на стиральный порошок, когда стирала им Вашу рубашку, — зловещим голосом прошипела она.

— Знала? — спросил он. У него скрутило желудок.

— И я все это время знала, что Вы не едите майонез, — продолжила она.

Вокруг послышались приглушенные шокированные вздохи.

— И знаете, что? — ее голос с каждой секундой становился все громче и драматичнее. — Тогда была ложная пожарная тревога. Это я ее включила потому, что больше ни секунды не могла находиться в этом здании.

Как только Райан услышал тихие аплодисменты, он сразу попытался увидеть, кто этот смельчак.

— И голубь... — продолжила она. — Я специально впустила его в зал совета директоров. И я рада, что он нагадил на столе. Надеюсь, там остались следы.

А вот теперь вздохи никто не сдерживал.

Поппи развернулась и направилась на выход. Он с облегчением вздохнул. Но потом девушка опять остановилась.

— И еще кое-что... — произнесла она.

Райан опустил голову и покачал ею.

— Что? — равнодушно спросил он. Может если он подыграет, то это быстрее закончится.

— Вы наносите слишком много одеколона после бритья.

Раздались несколько смешков, Райан попытался принюхаться к себе. Правда много?

— Да, слишком много! — Поппи развернулась, бросив через плечо, — Adios, hombre (прим. переводчика: прощай, парень), — и скрылась за углом.

Все провожали ее шокированными взглядами

ГЛАВА ВОСЕМЬДЕСЯТ ПЕРВАЯ

Поппи

— И так? — я уже была на стоянке, держа в руках коробку с вещами с моего стола. — Что ты думаешь? — взволновано спросила я.

— Думаю... О чем? О том поступке, что ты совершила в моем офисе? — спросил Райан.

— Тот поступок? Поступок? Это игра! Потрясающая игра! Ты везунчик, раз знаменитая актриса в твоем полном распоряжении, — поддразнила я.

— Ты действительно знала, что у меня аллергия на стиральный порошок? — неожиданно спросил он.

Я рассмеялась.

— Черт, а я хорошая актриса. Нет, я не знала.

Я услышала облегченный выдох.

— Но ты иногда перебарщиваешь с одеколоном, — быстро добавила я.

— Ну, спасибо, — саркастично произнес он.

— Как думаешь, они поверили? — уже серьезно спросила я. Судя по его выражению лица ранее, понимала, какими серьезными были б последствия, если бы в компании поняли, что произошло на самом деле.

— Не знаю. Может быть, — ответил он.

— Я пыталась быть драматичной и безумной, чтобы они сфокусировали свое внимание лишь на мне. Пусть у них будет повод для разговоров, — ответила я.

— Что ж, твоя задумка сработала, теперь они говорят лишь о безумной Дорис Грэнджер, — он тихо усмехнулся и замолчал. — То, что ты сделала для меня... Спасибо. Ты спасла меня из потенциально очень неприятной ситуации, я мог даже потерять свою должность в компании.

— Ну, это частично и моя вина.

— Чертовски верно. Ты не можешь быть такой сексуальной, сидя за рабочим столом. Это должно быть вне закона.

— Тоже самое я могу сказать и о тебе.

— Теперь ты осталась без работы, — произнес Райан.

— Райан, давай будем честны: я была отвратительным помощником. Ты с самого начала не должен был брать меня на работу.

— Тем не менее, я рад, — ответил он, и моя душа согрелась, — но мне, действительно, нужен помощник.

— Знаешь, кого тебе стоит нанять? — мне в голову пришла отличная идея.

— Кого?

— Аянду из приемной. Ты знал, что она дольше всех на тебя работает?

— Серьезно?

— Эта женщина уже давно ждет повышения, Аянда готова уволиться, если вскоре ничего не изменится. Она милая, и можно быть уверенными, что хороша в работе, иначе ты бы ее уволил. И раз она так долго здесь работает, то может справиться с тобой, — сделала я вывод.

— Справиться со мной?

— Ну, на тебя не так уж просто работать, мистер Старк, — я взглянула на здание, Райан стоял у окна. — Я тебя вижу. Посмотри вниз.

Он повернулся к окну, и хотя он был далеко, я представила, что он улыбается.

— Ты все еще здесь? — он помахал мне рукой.

— Ты выгнал меня, а я без машины, — ответила я.

— А где твоя... О, она осталась у твоего дома.

— Как знакомо звучит, осталось только начаться дождю, — произнесла я, махая ему в ответ.

— Как знакомо, — усмехнулся он. — Так, что? Ты опять планируешь идти домой пешком?

— Обдумываю этот вариант, — пошутила я.

— Никуда не уходи, я сейчас спущусь.

— Не беспокойся, ты занят, я могу поймать такси. На моем банковском счете достаточно денег, чтобы позволить такие причуды.

Он рассмеялся.

— И не мечтай. Я сейчас буду, — он отключился, а я продолжала стоять, рассматривая это странное здание.

Возможно, я сюда больше не вернусь. Всего каких-то две недели назад, оно внушало мне дикий страх, а сейчас, я испытываю совершенно другие чувства. Точнее, к мужчине, находящемся в нем, потому что я определенно в него влюбляюсь.

ГЛАВА ВОСЕМЬДЕСЯТ ВТОРАЯ

Райан

Райан вернулся домой после долгого дня. Очень хорошего дня, вообще-то. Мужчина предложил должность своего помощника Аянде, от этой новости у нее загорелись глаза. Он почувствовал удовлетворение. Женщина настояла, чтобы босс называл ее по имени, и он согласился. Она и его попыталась называть просто Райаном, вместо мистер Старк, но этого он уже не позволил.

Мужчина бросил свою сумку у дверей, а потом направился в гостиную, где был окружен незнакомыми звуками и запахами. Райан пошел на звук разговора и смеха, и увидел Эмми и Поппи, что-то готовящих на кухне. Казалось, по кухне прошелся смерч, содержимое каждого ящика находилось на столах.

Райан остался не замеченным и решил воспользоваться возможностью понаблюдать за ними. Волосы у Поппи были распущены, и некоторые пряди упрямо падали на ее лицо. Девушка каждый раз их заправляла за уши, но они продолжали ей мешать. Ее локоны были непослушными красивыми и немного безумными, под стать самой Поппи. А Эмми выглядела счастливой, какой он давно ее не видел.

Мужчина их окликнул:

— Привет!

Они одновременно повернулись на его приветствие, и его сердце пропустило пару ударов. Видеть их такими, вместе, смотрящими на него, заставило его почувствовать... Почувствовать что? Сложно объяснить, но это чувство было огромным, теплым и всепоглощающим. Чувство, которое успокаивало, но также в этом было еще что-то пугающее.

— Чем вы занимаетесь? — спросил Райан.

— Мы готовим ужин, — счастливо ответила Поппи.

— Мы пытаемся приготовить блюдо, которое только что увидели на канале «Мастер шеф», — с воодушевлением добавила Эмми.

— Правда? — он подошел ближе.

— Тушеную курицу с чем-то, что называется «jus» (прим. переводчика: французский кулинарный термин для обозначения подливки – jus, произносится как жу), а также пюре из сельдерея, — Эмми посмотрела на Поппи, и они рассмеялись. — Мы даже не знаем, что это, но похоже на лук, поэтому мы делаем пюре из лука, — улыбнулась она.

— Вообще-то обычно ужин готовит Тамлин, — произнес Райан, обозревая творящийся на кухне хаос.

— Мы дали Тамлин выходной, — сказала Поппи, слизывая что-то с пальца. Боже, он хотел быть ее пальцем в этот момент.

— И мы захотели что-то приготовить, — смотря на Райана, произнесла Эмми.

— И с каких пор у тебя есть желание готовить? — подколол он.

— С тех пор, как я смотрю «Мастер Шеф», — ответила девочка.

— Ясно. А что это за музыка?

— О, это ДженисДжоплин. Я никогда ее раньше не слушала, но она классная. Поппи рассказала мне про нее.

Поппи взглянула на него.

— Моя мама все время ее слушала. Она обожала Дженис.

— Ну, она определенно лучше группы «OneDirection», — ответил Райан.

Эмми положила свою ложку вниз и уставилась на него.

— Райан, я не слушаю эту группу уже несколько лет, они вообще давно распались. Это было четыре года назад. Серьезно!

— Ну, извините, — поддразнил ее он, поднимая руки вверх, будто сдаваясь. Он облокотился на стол и посмотрел на Поппи, та улыбалась ему.

— Так что у нас на ужин? — спросил он.

— Тушеная курица с грибами и луковое пюре. Ой, но у нас не было грибов, поэтому мы использовали морковку, — ответила Эмми.

— Мы импровизируем, — добавила Поппи.

— Я смотрю, ты в этом профи, — пошутил он.

— Ну, я же актриса, — с улыбкой ответила девушка. — Ужин будет готов через десять минут, так что ты можешь принять душ, например.

— Зачем? Потому, что я переборщил с одеколоном?

— О, иногда так и есть, — вставила Эмми.

— Неправда, — возразил он.

Поппи перестала готовить и серьезно на него посмотрела.

— Нет, правда. Иногда слишком много.

— Ладно, я понял намек. И иду наверх.

Райан направился к лестнице, но остановился на первой ступени. Мужчина обернулся назад. Его дом ожил и наполнился разноцветным хаосом в каждом уголке, дом фонтанировал подобной энергией. Он к этому не привык, но ему подобное нравится. Очень нравится. Особенно то, что рядом с ним Поппи. Девушка все вокруг делает ярче, как и мак, в честь которого ее назвали. Раньше дом был мрачным, а она, как луч солнца, в котором Райан так нуждался.

ГЛАВА ВОСЕМЬДЕСЯТ ТРЕТЬЯ

Поппи

— Ум-м... — я опять подняла вилку ко рту. — Ом-м... Это очень... Ум-м-м... — я пыталась найти другое слово, кроме «дерьмо».

— Интересно, — предложил Райан.

Я кивнула.

— Да, интересно. Хорошее слово. Вкус курицы, определенно, раскрывается на языке, — процитировала я фразу из шоу «Мастер Шеф». — Я имею в виду, что героем этого блюда явно стал лук, но подливка – настоящая симфония вкусов. — Я хотела попробовать еще одни кусочек, но это было еще тем испытанием.

— Симфония вкусов, — повторил Райан, — Хорошее определение.

— Эй, — сказала Эмми. — Вы можете смело сказать, что на вкус, как дерьмо.

— Эй, следи за языком, — быстро сказал Райан, а потом сделал паузу, чтобы продолжить. — Ладно, на вкус как дерьмо.

— Настоящее дерьмо! — я положила свою вилку на стол. — Простите, — добавила я.

— Нет-нет, — откликнулся Райан. — Я считаю, очень здорово, что вы попытались приготовить ужин. Хотя и вышло слегка...

— Слегка? — саркастично спросила я.

— Это далеко не слегка, — ответила Эмми. — Это ПК далеко от правды.

— ПК? — Райан повернулся к Эмми. — И что это значит?

Эмми улыбнулась ему.

— Ты произносишь это, когда что-то очень плохо, или очень хорошо, — девочка заговорщически посмотрела на меня, на что я подняла брови.

Я абсолютно точно знала, что значит «ПК», я не была такой старой (прим. переводчика: в оригинале использовалась аббревиатура «AF», что расшифровывается как «asfuck», на русский язык можно перевести «пиздец как», отсюда «ПК»).

Райан откинулся на стуле, положив свою вилку на стол. На нем был обычный свитер, который выглядел немного старым и поношенным. Он только что принял душ, и его волосы еще были влажными. Мужчина выглядел таким расслабленным, непринужденным, домашним, что я просто хотела взобраться к нему на колени и обнять. Именно сейчас все казалось таким естественным и привычным, словно так и должно быть, я должна была быть на этом месте.

— Пицца? — спросил он.

— Да, был бы здорово, — сразу же откликнулась Эмми.

— Поддерживаю, — я встала и начала собирать тарелки.

— Кто что хочет? — Райан вытащил телефон и начал набирать номер.

— С ветчиной, сыром и грибами, — выкрикнула Эмми из-за стола.

— Я знаю. Пепперони. — Повернувшись и уже открыв рот, чтобы ответить, услышала, как Райан с улыбкой сказал+

Я улыбнулась в ответ.

После того, как доставили пиццу, мы сели на диван и стали ее есть, смотря телевизор. Было так уютно, словно все на своих местах. Словно, я принадлежала этому дому. Словно ключ идеально вошел в замок, я раскрыла что-то такое бесценное и особенное, частью чего сама бы с радостью хотела бы быть.

— Думаю, мне пора спать, — неожиданно сказала Эмми, отодвигая коробку из-под пиццы и держась за свой живот. — Я объелась! — Она еще больше выпятила свой живот.

— Эта пицца была ПК вкусной, — произнес Райан, Эмми на это рассмеялась. — Что? — Он выглядит сбитым с толка.

— Пожалуйста, больше никогда не используй эту аббревиатуру, — произнесла девочка.

— Хорошо. Спокойной ночи, милая, — Райан наклонился к ней и поцеловал в лоб.

— Спокойной ночи, — она посмотрела на меня, и я тут же вскочила на ноги.

— Мне тоже стоит пойти спать прежде, чем станет слишком поздно и холодно, а то я замерзну раньше, чем дойду до гостевого домика, — пошутила я.

Эмми переводила свой взгляд с меня на Райана и обратно.

— Я не против, если ты будешь спать здесь. Я имею в виду, если вы волнуетесь о том, что я могу подумать... — она замолчала, — Я пойму, если ты захочешь переехать к нам, — закончила она.

— Нет-нет! — я подняла руки вверх. — Все совсем не так, я не переехала или что-то подобное. Я здесь временно, пока не смогу вернуться домой.

Эмми улыбнулась, пожав плечами.

— Ясно. Ну, неважно, — она повернулась и пошла наверх.

Я нервно взъерошила свои волосы; ее слова породили неловкий вопрос, который повис в воздухе. И когда Эмми ушла, время для ответа пришло.

Райан посмотрел на меня.

— Я бы не хотел запутывать Эмми, — неожиданно произнес он. — Я бы не хотел ее обнадеживать насчет нас тем, что ты будешь жить здесь, если наши отношения не... — мужчина замолчал, склонив голову и засунув свои руки в карманы.

— Серьезны? — спросила я.

Он кивнул.

— Серьезны, — медленно подтвердил он.

— И под этим ты подразумеваешь? — спросила я.

— Если мы решим дать шанс нашим отношениям. Официально, — мягко объяснил он.

Я шагнула к нему.

— Так Вы предлагаете мне серьезные отношения, мистер Старк?

Он, улыбаясь, сконцентрировал внимание своих синих глаз на мне. Райан сейчас был так хорош, без своего образа большого начальника. Я почувствовала, как мне повезло видеть его таким. И почти уверена, что он не каждому показывает себя таким.

— Может быть, мисс Петерсон, — он еще шире улыбнулся, так мило и задорно, как мальчишка.

Я кивнула.

— Мне можно подумать?

На какое-то мгновение он выглядел растерянным.

— Ты хочешь подумать?

— Много, о чем подумать, — произнесла я.

— Например, — спросил он.

— Ну, для начала я не могу просто взять и переехать к тебе. Это не было моей целью. К тому же у меня нет работы, и если честно, я больше никогда не хочу работать чьим-нибудь помощником. Боюсь, мой опыт на всю жизнь отбил это желание.

Он усмехнулся.

— Прости.

— Итак, у меня сейчас нет места, где я могу жить, у меня нет работы, и будет очень-очень странно, если я буду спать с тобой в твоей спальне. Разве нет?

— Тогда, что ты хочешь сделать?

— Если честно, не знаю. Ну, есть, то что я хочу делать, но не уверена, как.

— И что же это?

Я улыбнулась.

— Хочу играть, но мой агент не отвечает на мои звонки, и я не знаю, какие пробы сейчас проходят.

— Найди нового агента, — сказал он. — В конце концов ты знаменита в Нигерии.

Я рассмеялась.

— Думаю, мне стоит попробовать.

— Стоит. Это твоя мечта, то, чем ты хочешь заниматься, — он шагнул ко мне и положил свои руки на мои плечи.— У меня есть идея. Оставайся здесь, в гостевом домике, пока будешь заниматься исполнением своей мечты. Кроме того, мне нравится, что ты рядом. В доме стало уютнее с тобой.

Я покачала головой.

— Боже, это безумие. Я не могу просто так переехать к тебе.

— Ты не переезжаешь ко мне. Ты временно живешь в гостевом домике. Скажем, как арендатор. А когда ты найдешь работу, я помогу найти тебе новую квартиру, если ты, правда, захочешь.

— А что о той квартире, которая у меня сейчас?

— Там не безопасно, ты не можешь туда вернуться.

— Мне нужно за месяц предупреждать, если я хочу выехать, — размышляя о том, как здорово никогда туда не возвращаться, произнесла я.

— Так отправь им уведомление.

— А что о моих вещах?

— Мы сможем их вывезти позже или, если хочешь, то поедем сейчас? — спросил мужчина.

Я сжала свое лицо ладонями и потрясла головой.

— Ты серьезно? Это не шутка? Ты просто так предлагаешь мне жить в твоем гостевом домике?

— Тебе кажется это странным? — спросил Райан.

— Странным? — переспросила я, обдумывая это, и покачала головой. — Нет, не кажется. А должно бы.

— Почему?

— Ну, мы знакомы всего две недели, и практически на сто процентов уверена, что ты ненавидел меня первую неделю.

Он приблизился ко мне еще на шаг.

— Я никогда тебя не ненавидел, — мягко произнес он, поднимая мой подбородок. — Хотя может и хотел ненавидеть.

— Тогда что с нашими отношениями?

— А что с ними?

— Ну, что значит мой переезд для наших отношений?

— Ну-у-у, — он склонился и нежно поцеловал меня в губы. — Я не могу говорить за тебя, но я хотел бы увидеть, куда нас это приведет.

— Хотел бы, правда? — я поцеловала его в ответ.

— Мне хорошо с тобой. И это не просто слова, я, действительно, так чувствую, — мужчина продолжал меня целовать.

Я кивнула, продолжая касаться его губ.

— Я тоже хотела бы узнать, что с нами будет дальше, — мягко произнесла в ответ.

Мы поцеловались. Медленно, с чувством и расстановкой. И это было правильным. Словно все предыдущие поцелуи были лишь репетицией для этого. Того, что происходит сейчас.

— Так что, мы встречаемся?

Он притянул меня к себе ближе.

— Встречаемся, — произнес он.

По моему телу пронеслась дрожь, я бы хотела раствориться в его объятьях.

— И мы не будем торопиться? — с придыханием спросила я, пока рукой мужчина пробирался под мой свитер и пробегался пальцами по изгибу моей спины.

Он сразу же отстранился и посмотрел на меня.

— Под «не торопиться» ты имеешь в виду, что я не могу сделать вот так..? — он схватил меня за задницу и качнулся своими бедрами к моим.

Я покачала головой.

— Будет трагедией, если ты не сможешь это повторить, — прошептала я.

— Полной трагедией.

Наши глаза встретились. Его глаза были темными, полные шторма и страсти.

— Будет еще более трагично, если я не могу сделать так... — мужчина другой рукой скользнул спереди под ткань моих брюк.

— Что еще будет трагедией? — чуть задыхаясь, спросила я, закрыв глаза, пока его пальцы поглаживали меня сквозь ткань.

— Как насчет этого? — спросил он, скользнув своим пальцем под мои трусики прямо внутрь.

Я открыла глаза и резко втянула воздух.

— Это будет... — я простонала. — Опре... Ах, определенно... будет... — я не могла произнести слова из-за его движений. — Да, трагедией, — прошептала я. Все, что я могла сделать, это закрыть глаза и отдаться чувствам, нахлынувшим на меня. Я вцепилась в Райана, мои ноги начали все слабеть и слабеть, пока он возносил меня все выше и выше...

А потом остановился.

Я в шоке открыла глаза. Задыхаясь. Оглушенная чувством потери.

— Но знаешь, что было бы еще большей трагедией? — спросил он, хватаясь за мои бедра и наступая на меня.

Я покачала головой, пока он направлял меня через гостиную в сторону кухни.

— Настоящей трагедией будет, если я прямо сейчас не избавлюсь от твоей одежды, и ты не окажешься подо мной обнаженной.

Я кивнула.

— Это будет, действительно, трагедией.

— Именно, — произнес он, подталкивая меня к задней двери.

— Ну, что ж, давай посмотрим, сможем ли мы это исправить, — схватив его за руку, я направилась на улицу, в холод.

ГЛАВА ВОСЕМЬДЕСЯТ ЧЕТВЕРТАЯ

Райан

Райан вылез из кровати и стал искать свою одежду на полу. Посмотрел на часы, которые показывали час ночи.

— Мне стоит немного поспать. Завтра у меня несколько напряженных совещаний, чему я не особо рад, — пробормотал он, поднимая свою одежду, а затем нашел свою рубашку у двери и натянул ее через голову.

Поппи сидела на кровати, наблюдая за каждым его движением. Одевшись, Райан сел на стул зашнуровывать свои ботинки. Он чувствовал каждый ее взгляд. Подняв на нее глаза, обнаружил, что девушка сидит, укутанная в теплый свитер и шарф, поджав под себя ноги.

— Что? — спросил мужчина.

— Я все вспоминаю то, что ты мне сказал после больницы, — ответила Поппи.

Он перестал зашнуровывать обувь.

— А что я сказал?

— Что ты не любишь свою работу, — мягко произнесла она, перемещаясь к краю кровати, чтобы стать к нему ближе.

Райан всмотрелся в нее. Свет, горящий в комнате, отбрасывал на ее лицо теплое красное сияние.

— Чаще всего так и есть, — ответил он, возвращаясь к своему занятию.

— Тогда почему ты этим занимаешься? — спросила девушка.

Она все еще смотрела на него, а он, честно говоря, даже не знал, что сказать. Мужчина пожал плечами.

Поппи поднялась и подошла к нему. Присев у его ног, она неожиданно начала шнуровать его обувь. Он с любопытством наблюдал за этим и не мог вспомнить, когда в последний раз ему зашнуровывали обувь.

— Перекрестить кроличьи ушки между собой, кролик оббегает дерево и прыгает в норку и готово, — проговорила она, крепко затягивая шнурки.

Райан посмотрел на нее и улыбнулся.

— Спасибо.

— Ты знаешь, как долго я этому училась? — девушка откинулась назад, опираясь на локти, — но моя мама была так терпелива. Она была хорошим учителем, не считая езды на велосипеде. Она пробовала меня научить, но не смогла.

Мужчина скрестил свои ноги и наклонился вперед, сложив свои локти на коленях.

— Ты говорила, что твой папа бросил вас? — спросил он.

— Мне было шесть лет, — ответила Поппи, опустив свой взгляд на ковер. — Я до сих пор помню, что на мне было одето в тот день, разве это не странно? — Она взглянула на него. — На мне было мое любимое платье. Оно было бледно-розовым, на нем были вышиты медвежата. Боже, я так его обожала. Мой папа купил его всего за пару месяцев до того дня. Он говорил, что я выглядела в нем, как самая настоящая леди. — Девушка опять опустила взгляд в пол и замолчала. — После этого дня я его больше никогда не надевала.

Райан наклонился к ней ближе и сжал ее колени.

— Этот парень не знает, что он потерял.

Ее лицо все еще было обращено вниз, но он видел, как она пытается выдавить улыбку.

— Скорее всего, сейчас он живет в Техасе со своей новой семьей, — ее голос дрожал и был еле слышен, его сердце сжалось от боли за нее.

— Отец Эмми работает ди-джеем на Ибице. После смерти моей сестры, Рэйчел, он предлагал, чтобы Эмми пожила с ним какое-то время, хотя он не видел ее целых семь лет.

Она посмотрела на него и покачала головой.

— Я догадываюсь, что ты ему ответил, — произнесла она, на ее губах заиграла улыбка.

— Его псевдоним как ди-джея – СпидБоллз(прим. переводчика: с английского можно перевести, как «скоростные яйца»).

Поппи тихо усмехнулась.

— Звучит так, словно твоя сестра находила парней там же, где и я.

— Да уж, она могла найти кого-нибудь получше него, но всегда говорила, что никогда об этом не жалела и не хотела бы это изменить. Из-за Эмми, — неожиданно его горло сжалось. Он почувствовал, словно его ударили в солнечное сплетение. Ребра стали сильно давить на сердце, такое знакомое чувство посетило его в магазине велосипедов. Его глаза защипало, и мужчина сразу же поднялся на ноги.

— Я... Мне пора, — и направился к двери. Эмоции переполняли все его существо, казалось, что они вот-вот выплеснутся из него. Он должен остаться наедине с собой. Райан не хотел, чтобы Поппи видела его таким. Чтобы никто его таким не видел.

— Подожди, стой, — Поппи догнала его и схватила за его руку, пока он открывал дверь. — Куда ты собрался? — спросила она.

— В дом, — ответил он, отводя свои глаза. Он не хотел, чтобы она была свидетелем его слез, которые скопились в уголках глаз.

Поппи взяла его лицо в свои руки и потянула к себе.

— Райан, это нормально порой ослабить контроль, — ее голос был нежен.

Мужчина покачал головой, изо всех сил стискивая челюсть.

— Райан, все в порядке, — повторила она, гладя его по щеке. — Чего ты боишься?

Он все-таки посмотрел на нее, и в этот момент с его глаз сорвалась первая слеза и скатилась вниз по его щеке к уголку губ. Мужчина ее слизнул.

— Боюсь, что если я начну, то не смогу остановиться, — с трудом произнес он своим дрожащим голосом.

Девушка улыбнулась. Ее улыбка была такой открытой и сочувствующей, что как бы он не хотел, уже не мог остановить себя. Еще одна слезинка покатилась по его щеке, которую Поппи вытерла своей рукой.

— Иногда, — прошептал он, — иногда чувств кажется слишком много, я просто должен их задавить, спрятать.

Она кивнула.

— Но ты не сможешь подавить их навсегда.

Поппи взяла его за руку и потянула к кровати. Она забралась на нее и потянула Райана следом за собой. Обняв его, она притянула его голову к своей груди. Мужчина лежал, вжимаясь своей щекой в теплое тело, и прислушивался к ее сердцебиению и дыханию. Она перебирала его волосы своими пальцами с какой-то особенной нежностью и заботой, что он не мог остановиться.

Райан плакал.

Он впервые плакал с тех пор, как умерла его сестра. Даже на ее похоронах, он сдержал свои эмоции, натянув на себя маску уверенности и храбрости, ради Эмми и его матери.

— Все хорошо, — прошептала Поппи ему на ухо, пока он держался за нее, выплескивая все накопившееся. — Я с тобой. — Она нежно поцеловала его в щеку. — Я рядом.

Мужчина никогда не позволял кому-либо видеть его таким эмоционально и душевно открытым. И хотя этот момент был таким болезненным, что у него перехватывало дыхание и сжималось сердце, он чувствовал себя в какой-то мере освобожденным. И именно рядом с Поппи. Он никогда и ни с кем не ощущал себя таким уязвимым и одновременно защищенным.

ГЛАВА ВОСЕМЬДЕСЯТ ПЯТАЯ

Райан

Был вечер пятницы, когда он подвез Эмми к дому ее друзей, где девочка останется с ночевкой. Мужчина все-таки решил позволить ей остаться на ночь у друзей. Поппи его убедила, что все будет в порядке после того, как подружилась в школе с мамой подруги Эмми и оценила ее в три звезды. А дома Поппи нашла эту маму во всех возможных социальных сетях, чтобы убедиться, что та не психопатка. Райан улыбнулся, он улыбался каждый раз, как вспоминал о Поппи, и пока ехал домой, начал кое-что осознавать.

Поппи уже две недели живет в гостевом домике. Они занимаются любовью каждую ночь, для чего он сбегает из дома после того, как Эмми ляжет спать, а потом с неохотой возвращается обратно. Они каждый день ужинают вместе, вместе смотрят телевизор, часами болтают допоздна, они даже построили вместе с Эмми маленький вольер в саду для этого проклятого голубя. Поппи забирает Эмми после школы и ходит с ней за покупками, а потом они все вместе идут в кино. Столько всего они уже сделали, но официально они ни разу не были на первом свидании. Он должен это исправить, и должно быть что-то впечатляющее, чтобы загладить свое упущение. И Райан знал, кто ему в этом поможет. Аянда. Самый, черт побери, лучший личный помощник, который у него был. Женщина сделала практически все, чтобы его работа была выносимой. Почти все. С тех пор, как Поппи подняла тему его отношения к работе, мужчина не мог перестать об этом думать. Он никогда не хотел возглавить компанию отца. Это никогда не было его мечтой, правда, Райан и сам не знал, в чем она заключается. В свое время он сделал то, что от него ожидали, но со строительством торгового центра и этими трениями между советом директоров и акционеров, мужчина стал мечтать, чтобы все бросить и уйти. А вот что делать после?

По крайней мере, Аянда облегчала его ношу. Ему пришлось рассказать правду о Поппи, – ну, она и сама догадалась – и сейчас женщина тоже является членом группы поддержки РамоныГонсалез на фэйсбуке.

Райан взял трубку и набрал номер Аянды.

— Аянда, мне нужна твоя помощь. Это может быть невозможно, но подозреваю, что ты единственный человек, который способен сделать все, что угодно.

***

— Куда ты меня везешь? — спросила Поппи.

— Я же говорил, что везу тебя на наше первое свидание, — Райан с улыбкой повернулся к ней. Ему нравилось видеть Поппи на соседнем сидении. Если честно, то машина без нее казалась пустой, неправильной, и он каждый раз представлял, что девушка сидит рядом.

— Но куда? — она устроилась на сидении, скрестив ноги. Она всегда так сидела, и Райану это казалось забавным.

— Просто подожди и увидишь, — ответил он.

— Но мы уже едем полчаса и даже выехали из города, — настаивала Поппи.

— Ты что, не любишь сюрпризы?

— Не то, чтобы...

— Что ж, тебе придется привыкнуть. Я полон сюрпризов.

Она рассмеялась.

— Ты? Ты и сюрпризы?

— Что?

— Да, ладно... Ты каждое утро на завтрак ешь одно и то же, ты выходишь на работу в одно и то же время и читаешь газету одним и тем же способом...

— Ты говоришь мне, что я скучный? — спросил мужчина.

— Не скучный. Предсказуемый.

— Воу! Так вот что ты обо мне думаешь? Что я предсказуемый?

Она рассмеялась еще сильнее.

— Это не плохо. Я считаю милым, что ты надеваешь только черный или серый костюм на работу либо с синим, либо бордовым галстуком. Милым, что каждое утро съедаешь миску хлопьев с одной кружкой миндального молока и одной ложкой сахара, и что ты обедаешь ровно в 12:10, и что съедаешь один и тот же сэндвич без майонеза, чтобы не испачкаться.

Райан какое-то время смотрел на нее, а потом свернул с дороги.

— Предсказуемый? — он заглушил мотор и отстегнул свой ремень безопасности. — Предсказуемый человек сделает это? — Он отстегнул ее ремень безопасности и дернул на себя.

Поппи рассмеялась. Боже, мужчина обожает ее смех, его звук, то, какие чувства он у него вызывает.

— Предсказуемый человек сделает это? — он отодвинул свое сидение назад и посадил ее себе на колени.

Она ахнула, а потом захихикала.

— И я думаю, предсказуемый человек не сделает так...

Мужчина расстегнул свой ремень и задрал ей юбку. Девушка широко распахнула глаза, выглянув в окно машины.

— Мы же на обочине дороги.

— Я знаю, — ответил Райан. — И знаешь, что?

— Что?

Он сдвинул ее трусики, высвободил свое «орудие».

— Я сделаю так.

Направил себя внутрь нее, и они оба застонали.

ГЛАВА ВОСЕМЬДЕСЯТ ШЕСТАЯ

Поппи

— «Мир бабочек»? — спросила я, стоя на парковке и смотря на вывеску. — Но ведь закрыто же. — Я прочитала часы работы.

Райан подошел к ней сзади и обнял. От них пахло сексом, потом и непредсказуемостью.

— Я открыл его для тебя.

— Что?

— Ну, технически это Аянда открыла. Она пообещала им пожертвовать некую сумму денег.

— Говорила же, она то, что надо, — я обернулась и поцеловала его в щеку.

— Да, — он отпустил меня и пошел к багажнику машины, откуда вытащил сумку.

— Что это? — спросила я.

— Пикник, — ответил мужчина, закрывая багажник.

— Что это вообще за место? — спросила я, потому что ни разу не была здесь.

— Я как-то тут был с Эмми и сестрой, много лет назад. И хотел привезти тебя сюда, уверен, что тебе понравится.

— Правда?

— Пойдем и узнаем, — Райан протянул мне руку, и я взяла ее.

И то, как моя рука скользнула в его, чувствовалось очень здорово, словно так и должно быть. Эти две недели были странными: я жила в гостевом домике, и началась удивительная рутина, которая, как оказалась, была мне так нужна. Теперь я не представляю свою жизнь иначе. Утром мы вместе завтракали, потом Райан уезжал на работу, а Эмми – в школу. Я все утро отправляла свои резюме или ходила на прослушивания и встречалась с агентами. После обеда я забирала Эмми из школы, и мы проводили время вместе, пока не возвращался Райан.Мы все вместе ужинали. И так каждый день, но я знала, что это не навсегда, сложившаяся ситуация не была решением моих проблем. У меня все еще была куча счетов, не было работы и места для жизни, правда, это все временно.

Мы подошли ко входу, было открыто. Вошли, и я не могла поверить глазам. Мы находились внутри огромной оранжереи, в ней было большое количество водоемов, тропических растений и жары. Влажный воздух был полон разноцветных бабочек, которые кружили вокруг них.

— Это... Это... — я была поражена. И не могла найти слов.

— Все для вас, — произнесла женщина, что нас впустила, и вышла.

— Я не могу поверить, что ты провернул такое, — я повернулась к нему и улыбнулась. Его голубые глаза потемнели в свете, который отражался от всего этого зеленого богатства.

— Поппи, разве ты еще не поняла? Я все сделаю ради тебя, — он шагнул ко мне.

— Правда? — спросила я, попадая под его обаяние.

— Пошли, — мужчина протянул свою руку, за которую я ухватилась.

Мы прошли вглубь оранжереи. Воздух был густым и тяжелым, все растения окутаны теплым и мягким сиянием. Ручьи протекали сквозь густые заросли, звук бегущей воды и сверчков делали место живым и полным природной магии. Большие папоротники, растения «слоновьи уши» и ярко-красные антуриумы. Пальмы, карамельного цвета орхидеи и маленькие каменные пруды с золотистыми карпами. Я шла по тропинке, прикасаясь ко всем растениям.

— Моей маме здесь бы понравилось, — я наклонилась и вдохнула сладкий и опьяняющий аромат плюмерий. Яркая аквамариновая бабочка села на цветок передо мной.

— Иди сюда. Видишь, — позвала я Райана.

Мужчина подошел ближе.

— Такая красота, — пояснила я.

— Ты красивая, — он обнял меня со спины и положил голову на мое плечо.

— Это так избито, — усмехнулась я.

— Избито, но эффективно? — мужчина потерся носом о мою шею.

Я протянула руку к цветку, и бабочка забралась на нее.

— Смотри-смотри, — с восторгом произнесла я.

Райан поднял голову и посмотрел на мою руку. Я медленно поднесла руку к нам поближе. Бабочка махала крылышками, но не взлетала. Ее крылышки выглядели так, словно были припорошены блестками, так что они сверкали на свету. А потом она неожиданно взмахнула крылышками и улетела. Мы оба подняли головы и смотрели, как бабочка исчезает за пальмой.

— Я влюбилась в это место, — я повернула голову и посмотрела Райану в глаза.

— А я влюбился в тебя, — быстро произнес он дрожащим голосом, после них в моем животе словно взлетела стая бабочек, щекоча все своими крылышками.

— Ты... ты...

— Люблю тебя, — повторил мужчина, — если ты не расслышала в первый раз.

— Я услышала. Я... я... — стала заикаться, пока бабочки превращались в птиц, а я не могла нормально вздохнуть.

— Эм-м, — он посмотрел на меня, приподняв бровь. — Я очень надеюсь, что ты пытаешь сказать то же самое?

Я быстро закивала.

— Да, да, я просто... э-э-эм...

— Заикаешься?

Я опять закивала, улыбаясь. Моя улыбка была такой широкой, что я боялась мой рот порвется.

— И?

— Я тоже, — выпалила я, обхватывая его руками.

Он притянул меня ближе в объятия.

— Я тоже тебя люблю, — произнесла я.

И я, правда, любила. В какой-то момент я влюбилась в этого мужчину. И сейчас чувствовала, что, наконец-то, вернулась домой. В место, которому я принадлежу. И это место рядом с ним и Эмми.

ГЛАВА ВОСЕМЬДЕСЯТ СЕДЬМАЯ

Райан

Три недели спустя

Райан был на пути домой. Эти последние несколько недель были потрясающими во всех возможных смыслах. Каждый раз, уходя с работы, мужчина был в хорошем настроении потому, что его дома ждали Поппи и Эмми. С появлением этой девушки в его жизни дом ожил. Он стал более хорошим начальником. Из-за того, что Райан стал добрее на работе, с ним начали здороваться.

Вместо того чтобы сразу же отправиться домой, Райан решил заглянуть в ремонт замков. Он уже какое-то время размышлял об этом и, наконец, решился. Сегодня подходящий день. Они уже несколько дней спят в одной постели – после той ночи в оранжерее они как-то сами собой стали жить вместе, оставив гостевой домик пустовать.

Мастер передал Райану ключи: один – от дома, другой – от ворот. До этого момента Поппи пользовалась запасными ключами, но сегодня он решил дать ей собственную связку ключей и официально предложить жить вместе. Мужчина знал, что это несколько быстро, возможно даже, импульсивно и безумно, но когда Поппи рядом, в его доме, когда они вместе едят, смотрят телевизор, чувствуется, что она уже часть семьи. Он бы не хотел, чтобы девушка куда-нибудь исчезала.

Мужчина посмотрел на ключи в его руке и, достав из кармана маленькую коробочку, положил их в нее.

Теперь Райан еще больше предвкушал возвращение домой.

ГЛАВА ВОСЕМЬДЕСЯТ ВОСЬМАЯ

Поппи

— О, Боже, у меня потрясающие новости! — я вбежала в холл и поскользнулась на кафеле. Райан, расслабленно сидевший на диване, повернулся ко мне.

— Привет, я тебя ждал, — улыбнулся он.

— Извини, я опоздала, но произошло кое-что мега потрясающее.

— Что? — спросил мужчина, глядя на меня своими небесно-синими глазами, в которые я успела влюбиться за последние несколько недель.

— Так вот, — и плюхнулась на диван рядом с ним, — сегодня говорила с моим агентом. Правда, я даже не знала, что она все еще мой агент, потому что не отвечала на мои звонки. И знаешь, что?

— Подожди, разве теперь у тебя не новый агент, тот, который получил для тебя рекламу шампуня?

— Ну, я еще официально не заключила с ним контракт, — ответила я.

Райан кивнул, а я продолжила.

— В любом случае, она мне неожиданно позвонила и сказала, что в сериал хотят вернуть РамонуГонсалез. И не просто вернуть в сериал, а сделать главной героиней. Они даже изменят название сериала в «Месть Рамоны». Они хотят подписать со мной контракт на все оставшиеся серии сериала, а это двадцать эпизодов.

— Правда? — он притянул меня в объятия. — Это потрясающе. Я знал, что это случится. — Мужчина посадил меня на колени и взял мое лицо в свои ладони. — Ты сокровище!

— Я в таком восторге, но мне нужно продумать кучу всего. Они хотят начать съемки уже на следующей неделе и решили перенести их в Йобург в нормальную большую студию, так как теперь у них вырос бюджет и...

— Стой, они будут снимать в Йобурге?

— Знаю! В большой студии и, барабанная дробь, у меня будет собственная гримерка. Настоящая гримерка, в которой я смогу переодеваться, и она вся моя. Не такая комнатушка, которая создается с помощью простыни, повешенной на бельевую веревку, и в которой толпятся все актеры, — я слезла с его колен и растянулась на спине по всему дивану. — Моя собственная гримерка. Интересно, они повесят на ее дверь табличку с моим именем? В банальной форме блестящей звезды. Р-р-р-рамона-а-а-а! — произнесла я, взмахивая руками в воздухе.

— В Йобурге? — переспросил Райан.

Но я даже не слушала его. Я была слишком увлечена, представляя свое имя на боку трейлера.

— И знаешь, что... Теперь даже есть бюджет на стилиста, и мне не придется все делать самой. Сценаристы также решили убрать из образа Рамоны парик и очки из-за того, что ее зрение и волосы улучшились из-за мутации. О, Боже, Тамлин была права в том, как меня вернули обратно в сериал! — я дотянулась до моей сумки и вытащила сценарий, начиная читать. — РамонаГонсалез вернулась из мертвых, приобретя суперсилы из-за радиоактивного взрыва. Она вернулась, чтобы возглавить семейный бизнес и отомстить за свою смерть. — Я рассмеялась. — Ты слышишь? Теперь у меня будут суперсилы. Я пока не знаю, в чем они заключаются, но надеюсь, что это что-то связанное с невидимостью, или с телекинезом, или...

— В Йобурге? — повторил он.

В этот раз я замолчала.

— Да. Знаю, мне это тоже не нравится, но там находятся лучшие телестудии в стране. В Кейптауне больше снимают, но Йобург...

— В Йобурге, — прервал меня Райан. — Другими словами в Йоханнесбурге, в городе за тысячу триста километров отсюда?

— Э-э-э, — я посмотрела на него, и меня прошиб холодный пот. — Да, — неуверенно произнесла я.

— Знаешь, я не хочу быть тем, кто разрушает мечты, но что насчет нас?

Я потрясла головой.

— Что ты имеешь в виду, спрашивая «что насчет нас»? — уточнила я.

И тут до меня дошло. Я была так взволнована этими новостями, что даже не подумала о нем и Эмми, о доме... Которые находятся в Кейптауне.

— Это не навсегда, — быстро ответила я.

— И как долго снимают двадцать эпизодов?

Я пожала плечами.

— Не знаю, может месяц или два.

— Месяц или два, — повторил он. — И в течение этого времени, ты будешь жить в Йобурге?

— Я... я... Думаю, да. Я еще не загадывала так далеко. И еще совсем не думала о том, как это все будет происходить. Пойми, я узнала об этом только двадцать минут назад, и еще не осознала, и мне не пришло в голову подумать о...

— О Эмми и обо мне? Не пришло в голову подумать о нас?

— Ну, да, наверное? Но давай сейчас это обсудим. Ведь я не переезжаю в другую страну, я всего лишь еду...

— Значит, ты решила поехать? — спросил он. — Вот так просто. Сегодня ты еще тут, а завтра – нет. — Мужчина изменился в лице, он просто пылал от гнева.

Я давно не видела его таким.

— Черт побери, это была такая плохая идея, — произнес он. — Я должен был предвидеть, чем все закончится.

— Плохая идея? О чем ты?

— Ты. То, что я привел тебя в нашу с Эмми жизнь. Я никогда не должен был позволять подобное. Я так и знал, что деловые отношения и личные никогда не должны пересекаться.

— Привел меня? — повторила я. — Привел меня, как какое-то бесправное животное?

Райан закатил глаза.

— Ты знаешь, что я имею в виду.

— Ты единственный сказал, что мне стоит остаться. Помнишь об этом? — мое сердце стало биться с удвоенной силой.

— Ну, похоже, это было ошибкой. Особенно, когда ты неожиданно решила уйти.

— Я и слова не сказала о том, чтобы уйти. Это вовсе не значит, что я вас бросаю! — я расстроилась, он совершенно меня не слышал.

— Думаю, когда человека нет рядом физически, это значит, что он тебя покинул. А ты именно так и делаешь.

Я раздраженно покачала головой.

— Да, я ненадолго уезжаю, но я не покидаю вас. Не в этом смысле.

— Какой еще тут может быть смысл, Поппи? Насколько я могу видеть, смысл лишь один. Либо ты здесь с нами, либо тебя нет. Ты покидаешь нас.

Мужчина встал и прошел в центр комнаты, оглядываясь вокруг, а потом повернулся ко мне. Он выглядел так печально и уязвимо, в этот момент мне хотелось встать и обнять его, но я не могла.

— Мы только привыкли к тому, что ты с нами. Мне это нравится, чувствуется, что так и должно быть. Ты принесла свет в наш дом, которого давно не было ни у меня, ни у Эмми. Итеперь ты просто уедешь? Неужели мы не важны для тебя? — спросил Райан. Он выглядел, словно готов был заплакать.

Я тоже поднялась.

— Ты для меня важен, ты и Эмми важны. И я люблю тебя, — сказала я.

— Я тоже тебя люблю, но почему чувствую, словно теряю тебя?

— Кто говорит о потере? — спросила я. — Я просто...

— Переезжаешь на несколько месяцев, — произнес он таким печальным и опустошенным голосом, который я слышала впервые.

И начала понимать. Как бы я чувствовала себя, если бы он и Эмми подошли ко мне и неожиданно сказали, что уезжают?

Я остановилась. Мне казалось, что мое сердце разбивается.

— Ты хочешь, чтобы я выбирала между тобой и работой? — дрожащим голосом спросила я.

Он опустил голову.

— Когда ты так говоришь, это звучит нечестно.

— Я даже не предполагала, что мне придется выбирать. Именно ты сказал мне следовать за мечтой!

— Да, но я не думал, что эта мечта отнимет тебя у нас.

— Я тоже не думала так, — сказала я. — И что ты хочешь? — Всплеснула я руками. — Я откажусь от этой работы и найду ту, которая сделает меня несчастной? Как твоя работа делает несчастным тебя? Я должна найти такую работу, которую ненавижу, которая лишь расстраивает меня, злит и раздражает? Как твоя?

— Это не честно, — ответил он.

— Но ты ненавидишь свою работу! — громко крикнула я. — Ты как минимум пять раз в день говоришь это, каждый божий день. Я не хочу стать тобой. Застрять на работе, которая тебя медленно убивает.

— Подожди, я думал, мы говорим о твоей работе, а не моей? — яростно произнес он.

— А может нам стоит поговорить о твоей? — практически прокричала я. Пока мы были вместе, мне стало кристально ясно, насколько плохо на него влияет его работа, насколько взвинченным он был и сердитым.

Он яростно покачал головой.

— Это не честно по отношению к Эмми, — наконец произнес он. — Ты была рядом с ней, а теперь ты уезжаешь. Не думаю, что она сможет пережить, если еще одна женщина, к которой она привязана, исчезнет.

— Исчезнет?

В разговоре воцарилась тишина, пауза, которая была оглушительной и болезненной для нас.

— Просто уезжай! Уезжай в Йобург, и может мы увидим тебя через несколько месяцев, а может и нет. Наплевать.

— Я... я... — заикалась я. Не думала, что моя новость приведет нас к этому. Совсем не ожидала.

— Что ж, значит, тебе все-таки это не нужно, — Райан подошел ко мне и всучил маленькую коробочку в руки. Я ее медленно открыла.

— Что это?

— Ключи. От дома. Я собирался предложить тебе переехать к нам, но, думаю, это... — он повернулся и посмотрел на меня. — Я думаю, тебе стоит уйти. До того, как Эмми вернетсядомой. Не хочу, чтобы она стала свидетелем происходящего. Не хочу, чтобы ей пришлось пережить еще одно болезненное прощание.

— Подожди, я... — в панике начала я.

— Подожди, что? Ты уезжаешь или остаешься? Ты покидаешь нас или нет?

— Мои вещи, — произнесла я. — Мои растения, голубь и моя...

— Эмми будет дома через десять минут, — все яростнее начал говорить он. — Я хочу, чтобы ты уже ушла. Иди, собери свою сумку, остальное получишь потом, я прослежу.

— Я не уеду без цветов моей мамы! — я также яростно шагнула к нему, практически крича.

— Воу, — произнес он, качая головой.

— Воу, что? — спросила я.

— Похоже, какие-то цветы намного важнее нас.

— Это так чертовски нечестно, — произнесла, чувствуя, как по щекам льются слезы.

— Нет, нечестно то, что ты бросаешь нас, и хочу заметить без всякого предупреждения. Вот, что чертовски несправедливо, Поппи, — Райан был в гневе, я не могла сдержать свои слезы. — Ради всего святого! Пожалуйста, уходи прежде, чем Эмми застанет тебя в слезах! — гневно выплюнул мужчина. Черт, мое сердце этого не выдержит.

И я ушла. Развернулась и выбежала из дома.

ГЛАВА ВОСЕМЬДЕСЯТ ДЕВЯТАЯ

Райан

— Где Поппи? — спросила Эмми, заходя в дом.

В тот день, когда он поссорился с Поппи, Эмми позвонила ему и попросила провести выходные в новом доме ее подруги. Он разрешил, не хотел, чтобы Эмми видела его в тот момент, но до сих пор не пришел в себя, хотя прошло уже два дня.

Мужчина нервно прочистил свое горло.

— Она... М-м-м, ее здесь нет.

— О, — буднично произнесла она. — Куда она пошла?

Райан пожал плечами.

— Я не знаю, — признался он.

Эмми с любопытством посмотрела на него.

— Вы поссорились? Не волнуйся, я уверена, вы помиритесь, — улыбнулась она.

Мужчина покачал головой.

— Нет. Она ушла.

— Что ты имеешь в виду?

— Поппи, скорее всего в Йобурге. Они решили вернуть ее героиню в сериал, и она поехала туда сниматься.

— Что? — у Эмми просветлело лицо. — Это отличная новость, она, наверное, в шоке. Просто здорово!

— Здорово? — спросил он. — Она будет сниматься в Йобурге.

— Не постоянно же, — быстро добавила Эмми. — Поппи никогда бы нас так не оставила, не навсегда. Разве она сказала, что уезжает навсегда?

— Нет, — он покачал головой. — Не сказала.

— Значит, она потом вернется.

— Ну, и этого она тоже не сказала.

— Но разве она сказала, что не собирается возвращаться? — Эмми сложила руки у себя на груди и посмотрела на Райана.

— Нет, она этого не сказала, — в какой уже раз повторил он.

Эмми приподняла свои брови.

— Так из-за чего вы поссорились?

Он покачал головой.

— Это взрослые проблемы. Ты не поймешь.

— Взрослые проблемы? — переспросила она. — Ну, если смотреть с моей стороны, то причина вашей ссоры не выглядит такой уж взрослой.

— Что ты имеешь в виду?

— Ну, ты сейчас стоишь и говоришь мне, что, по-твоему, подумала Поппи, хотя точно ты не знаешь. А если бы вы поговорили как взрослые, ты мне рассказал бы совершенно другое.

— И что бы я рассказал? — спросил он.

— Сказал бы, как ты за нее счастлив. Что Йобург всего в двух часах лета от нашего дома. Что она будет прилетать на выходные, или мы иногда сможем летать к ней. Что это временно, но это круто потому, что вы любите друг друга. Что она последовала за своей мечтой, а ты бы не хотел отнять у нее эту возможность, так как любишь ее.

Мужчина смотрел, не моргая. Он даже не подумал о таком. Райан просто решил, что Поппи уходит и все на этом. И повел себя как испуганный мальчишка, боясь ее потерять. Она была самым лучшим, что с ним произошло в последнее время, а он просто запаниковал.

— Пожалуйста, скажи мне, что вы обсуждали все это, — попросила Эмми.

Мужчина покачал головой.

— Нет, если честно, мы до этого даже не дошли, я просто...

— Вышел из себя?

— Да, похоже.

— То есть, ты позволил потрясающей девушке просто уйти из твоей жизни, даже не попытавшись продумать, как можно все разрулить?

Он кивнул.

— Похоже, именно так.

Эмми покачала головой.

— Райан, сейчас двадцать первый век. У нас есть скайп, звонки по ФейсТайм, у нас есть такие потрясающие вещи, как самолеты, которые волшебным образом могут перенести тебя в другое место за пару часов. Например, папа Шелли работает в Йобурге: он улетает туда утром в понедельник, а возвращается в пятницу вечером. Шелли думает, что это помогает чувствам не затухнуть. Она говорит, что это несколько мерзко, слышать, как родители в пятницу ночью...

— О'кей, этого достаточно.

— Тем более это не навсегда, фильм не мыльная опера, он не будет длиться сто лет как «Дни нашей жизни», и скоро закончится. Еще, это ее мечта. И Поппи хороша в этом, если она перестанет быть актрисой, ты лишишь этот мир ее таланта.

Некоторое время мужчина сидел, не двигаясь, а потом хлопнул в ладоши.

— Ладно, возможно, я перегнул палку.— признал он.

— Значит, по сути, вы поссорились без причины, — произнесла Эмми.

— Мы также поссорились из-за моей работы, — признался он.

— А что с ней?

— Поппи сказала, что она ни в коем случае не хочет превратиться в меня, застрявшим на работе, которую я ненавижу. Что я становлюсь злым из-за нее…

— И ворчливым, и раздраженным! — перебила его Эмми, он вскинул голову. — Она права. Твоя работа отстой. Даже бабушка так говорит.

— А что она говорит? — поинтересовался он. Он никогда особо не говорил с матерью о работе.

— Один человек приходил как-то с ней поговорить, когда я была с ней.

— Что за человек?

— Ну, тот с седыми волосами, мистер Редбах или...

— Раутенбах. Что он хотел?

— Он хотел, чтобы бабушка поговорила с тобой о торговом центре или о чем-то подобном. Он сказал, что то, чем вы занимаетесь, идет в разрез с замыслами дедушки. И так как у бабушки тоже есть акции компании, он хотел, чтобы она отговорила тебя от этой затеи.

Слушая Эмми, мысли Райана закрутились с бешеной скоростью.

— Боже, ты в курсе всего, что происходит вокруг? — спросил он, когда она закончила говорить.

— В основном, — с улыбкой подтвердила девочка.

— Черт, — мужчина повесил голову и безнадежно покачал. — Все вокруг рушится.

— Следи за языком, Райан, — пошутила она, заставив его улыбнуться.

— Похоже, я совершил две огромные ошибки, — наконец произнес он после некоторых размышлений.

— Бывает. Так исправь их. Иди и разберись со своей работой и извинись перед Поппи.

Мужчина покачал головой.

— Боюсь, что простого «извини» будет не достаточно.

— Нет ничего невозможного. Ты просто должен очень-очень-очень-очень хорошо постараться. Как в голливудских романтических комедиях. Они всегда делают какие-нибудь великие поступки после того, как парень налажает, и девушка его бросает.

Он поднял голову.

— И что мне делать?

— Ну, ты же ее знаешь. Знаешь, что для нее важно. Уверена, что-нибудь придумаешь.

Он задумался.

— Может она еще не уехала? — произнесла Эмми. — Может, она вернулась в свою квартиру? Думаю, тебе стоит поехать туда и поговорить с ней. Неплохое начало, верно?

— Ее квартира? — мужчина почти забыл, что они все еще оплачивали аренду. Хозяин квартиры был против того, чтобы девушка просто съехала, и заставил ее платить еще за два месяца. Часть мебели была еще там. Может, и девушку он найдет в квартире.

Райан посмотрел на племянницу и улыбнулся.

— Когда, черт возьми, ты стала такой мудрой?

Эмми просто пожала плечами.

— Мне тринадцать, помнишь?

— Ясно, не против, если я ненадолго отъеду?

— Нет. Езжай быстрей! — Эмми встала и подошла к нему. — Ты же знаешь, что сказала бы мама, если бы была здесь?

Он кивнул и усмехнулся.

— Следуй за своим сердцем. Перестань думать. Перестань анализировать.

— И она бы добавила перестань быть полным идиотом и не упускай такую замечательную девушку, — девочка положила свои руки ему на плечи и сжала. — Серьезно, она бы уже потащила тебя к двери.

Райан посмотрел на Эмми, он видел, какие эмоции отражаются в ее голубых глазах. Она была так похожа на его сестру. Такая же чувствительная.

— Ты же знаешь, что очень похожа на свою маму? Она бы тобой гордилась. И я так тобой горжусь.

Эмми раскинула руки и обняла его.

***

Мужчина бежал по лестнице, перепрыгивая через одну. Райан еще не знал, что скажет Поппи, но был уверен, что должен все исправить. Он постучал в дверь, как только добрался до нее, и когда не последовало никакого ответа, постучал опять.

— Поппи! — выкрикнул мужчина. — Пожалуйста, открой дверь, нам нужно поговорить. — Он немного подождал и услышал шаги. Звякнула цепочка от замка, повернулась дверная ручка. Его нетерпение увеличивалось с каждой секундой, пока ручка еще поворачивалась...

Дверь открылась, и в проеме появился мужчина.

— Что надо? — раздраженно произнес тот.

— Я ищу Поппи, она здесь живет.

— Она здесь больше не живет, я въехал вчера. Это место полный отстой и совершенно не выглядит, как на фотках. И владелец дерет целое состояние. Он определенно мошенник.

— Э-э-э... Мне жаль это сл... — начал Райан, но прервал себя. — Вы говорите, что въехали вчера?

— Именно, — мужчина облокотился на дверь. — Единственная хорошая здесь вещь – это замок. Он удержит чертову бывшую снаружи, — громко рассмеялся он.

— Ну, ясно, не буду Вас задерживать, — сказал Райан и пошел к лестнице.

— Та, что Вы ищете с длинными каштановыми волосами?

Райан повернулся.

— Да.

— Я видел ее вчера. Она собирала сумку, казалось, что девушка спешила.

— Уверен, что так и есть, — пробормотал он.

Райан опустил голову и направился на выход. Он не мог исправить свою ошибку по отношению к Поппи прямо сейчас, но мог пока разобраться с другой, поэтому вытащил телефон и начала набирать номер.

ГЛАВА ДЕВЯНОСТАЯ

Поппи

Ночь. Темная комната. Игнасио спокойно спит. Раздается гром, от чего он просыпается. Комнату заполняет дым, в котором появляется Рамона. У нее длинные каштановые волосы, на ней нет очков, и она светится. Игнасио в страхе съеживается в углу комнаты.

ИГНАСИО

Ты... (дрожит). Ты... ты же умерла. Мы нашли твои останки после взрыва.

РАМОНА

(зловеще смеется) Нет, я не умерла. Я здесь, и вернулась отомстить за себя. Вернулась занять свое место в качестве главы компании.

ИГНАСИО

(вскакивает на ноги) Ни за что! Это моя компания! Я не позволю! Только через мой труп.

РАМОНА

(еще один дьявольский смех) Через мертвое тело. Забавно, что ты так сказал. Потому, что это именно то, что с тобой сейчас произойдет.

В комнату врывается Метат Измаил, в руках у которого огромный меч.

ИГНАСИО

Что ты тут делаешь?

МЕТАТ

(тоже зловеще смеется) Я и Рамона тайно работали вместе на протяжении нескольких месяцев. И сегодня мы убьем тебя и отнимем компанию. Она станет нашей.

ИГНАСИО

Почему?

В этот момент Метат берется за свое лицо и одним движением стягивает с него маску и бросает ее на пол. Игнасио ахает.

ИГНАСИО

Кто... Кто ты?

МЕТАТ

Разве ты меня не узнаешь? (снимает контактные линзы). Я твой брат.

Игнасио вздыхает и хватается за сердце, словно у него сердечный приступ.

ИГНАСИО

Но, но...

МЕТАТ

Знаю. Вы думали, что я мертв. Что утонул в море?

ИГНАСИО

Мы... мы все так думали.

МЕТАТ

(качая головой) Я плыл несколько дней, возможно, недель. Я пил дождевую воду и ел рыбу. И наконец, меня прибило на берег в Эмиратах. Меня подобрала группа кочевников, которые относились ко мне, как к родному.

ИГНАСИО

Но почему ты с нами не связался?

МЕТАТ

Я не мог раскрыть свою личность, пока наш отец не умер. Потому, что именно он пытался меня убить. Падение с нашей семейной яхты не было случайностью, это отец столкнул меня.

ИГНАСИО

Почему?

МЕТАТ

Потому, что он узнал, что наша мать изменила ему с его заклятым врагом, АлессандромИглесиасом, а я его сын. Я любимый ребенок самого главного врага отца, и он меня возненавидел.

ИГНАСИО

(его лицо смягчилось). Брат, ты вернулся.

РАМОНА

Какой он тебе брат. Ты пытался меня убить. Ты убил другого своего брата. И за это ты должен умереть.

Рамона подняла свои руки и выпустила заряд электричества из своих пальцев. Этот заряд достиг Игнасио и поразил его. Он схватился за сердце, а Рамона дьявольски рассмеялась.

ИГНАСИО

Не убивай меня! Я должен кое-что рассказать.

Секрет... такой большой...

Что, если бы вы знали, вы бы стали...

Настолько могущественными, что вы себе представить не можете...

Игнасио падает на пол. Рамона и Метат переглядываются и подбегают к Игнасио. Тот умирал.

РАМОНА

Что? Говори! Раскрой тайну.

ИГНАСИО

Когда я... (кашель)... жил в... (сильный кашель)... джунглях...

Он стонет от боли.

РАМОНА

Говори (она его трясет).

ИГНАСИО

Я закопал кое-что под огромным камнем. Кое-что важное... (кашель)... то, что было со мной в самолете. То, что может изменить мир.

РАМОНА

Что это?

ИГНАСИО

Вы должны убедиться, что это не попадет в плохие руки.

У него усиливается кашель, пока он цеплялся за жизнь.

РАМОНА

Расскажи, что это?

ИГНАСИО

Это... (громкий стон)... это...

Он умер. Метат и Рамона переглядываются.

РАМОНА

НЕЕЕТ!

Конец первой сцены.

Я пошла в свою гримерку. День прошел лучше, чем даже предполагала. Ко мне относились, как к звезде, потому в честь моего персонажа назвали сериал. Я могла представить мамино лицо – она была бы так счастлива за меня. Как бы я хотела позвонить ей и все рассказать. Как бы хотела позвонить Эмми и поговорить. Как бы хотела позвонить Райану... Ведь исполнилось то, чего я так долго хотела, но почему же я чувствую такую пустоту? Почему чувствую, что теряю что-то важное в своей жизни? Но я знала ответ на этот вопрос, конечно, знала: потому, что мы с Райаном расстались.

Я прошла мимо съемочного павильона к своему трейлеру. Он был крошечным, определенно не такой, какой был бы у Мэрлин Монро, но я была благодарна и за это. Я заметила, что в нем горел свет, но уходя, точно его выключала. Теплое сияние окошек манило уютом после длинного съемочного дня. Я дотянулась до ручки и открыла дверь...

— Что за...? — ахнула я.

Трейлер был полон растений. Абсолютно весь. Я всмотрелась внимательнее – это оказались мои цветы, цветы, которые я оставила в доме Райана. Как, черт побери, они оказались здесь?

— Они не все поместились.

Я повернулась на голос.

— Что... То есть, как ты..?

— Извини.

Неожиданно из-за угла выскочила ассистент продюсера.

— Этот мужчина сказал, что он Ваш парень и хочет сделать что-нибудь особенное в первый день Ваших съемок. Я надеюсь, все в порядке? — обеспокоенно спросила она.

Я кинула.

— Все в порядке, — подтвердила я.

Ассистент улыбнулась и ушла.

— Значит, мой парень? — спросила я, приподняв бровь.

Райан пожал плечами.

— Ну, было лишь два варианта: сказать, что я твой парень, или они бы подумали, что я твой сумасшедший фанат или сталкер, раз ты теперь так знаменита.

Я закатила глаза.

— Я знаменита в Японии. И под этим я подразумеваю Нигерию.

— Ты знаменита, — Райан сделал шаг ко мне. — Люди любят тебя. И важнее всего, я люблю тебя. — Он со значением посмотрел на меня.

Я покачала головой.

— Знаешь, если верить моей ромашке, ты меня не любишь.

Мужчина покачал головой, явно сбитый с толку.

— Ну, ты знаешь... — и начала изображать, словно отрываю лепестки. — Любит, не любит, любит, не любит...

— Это не научный подход, — произнес он.

— Ну, в нем есть смысл. Особенно если судить по твоим словам в прошлый раз.

Он повесил голову.

— Боже, я был таким мудаком. То, что я сказал, как отреагировал... Я просто испугался.

— Чего?

— Потерять тебя. Я боялся потерять тебя. Мне казалось, что все люди, которых я люблю... Они все... уходят. И ты собралась уйти, — на его глазах навернулись слезы.

— Я не собиралась уходить. В физическом плане да, но не в отношениях. Боже, Райан, ты же знаешь, что я отдала тебе свое сердце? Оно у тебя. И не важно, где я нахожусь, оно все еще у тебя. Я его не забираю.

Он кивнул.

— Да, теперь я это осознаю.

— А это моя мечта, Райан. Ты это тоже знаешь.

— И ты заслуживаешь ее исполнения. Боже, если кто-то этого и заслуживает, то это ты. Ты заслуживаешь всего самого лучшего. Всего, — мужчина шагнул еще ближе.

— Ты, правда, сожалеешь, что я появилась в твоей жизни? — спросила я. Эта фраза прокручивалась в моей голове раз за разом.

— Боже, нет! — он покачал головой. — Нет. Вовсе нет. Это были ужасные слова, я совсем не имел их в виду. И сказал все это потому, что думал, я тебя теряю, но не мог этого допустить... — Райан замолчал. — Ты меня спасла. Разве этого не видишь? До тебя я был пуст, зол и потерян. А сейчас я совсем другой человек. Ты привнесла в мою жизнь и дурацкие цветы, и голубя, и бабочек. А теперь, когда все это есть в моей жизни, я не могу с этим расстаться. Не могу.

— Как, кстати,Гудини? — спросила я.

— Он по тебе скучает. Мы все скучаем.

— Я тоже по вам скучаю, — призналась я. Затем сама сделала шаг к нему. Мое сердце готово было выпрыгнуть из груди ему в руки. — Стой! — Неожиданно воскликнула я. — Сегодня вторник, а у тебя совет директоров после обеда по вторникам. Почему ты здесь?

Мужчина улыбнулся моим словам. Его улыбка медленно расплывалась на губах с каким-то тайным смыслом, который я не могла разгадать.

— Что ты сделал?

— Я продал свои акции в компании.

— ЧТО? Кому? Этому мистеру Козлу-Грэю?

Он покачал головой.

— Нет, я продал их мистеру Раутенбаху. Думаю, это лучшее решение, которое принял с тех пор, как возглавил компанию. Я продал их тому, для кого эта компания смысл жизни, который действительно радеет за ее светлое будущее.

Я просто смотрела на него и моргала. Это было для меня шоком, и я не знала, что сказать.

— Поэтому, я официально безработный, — произнес Райан. — Первый раз за мою сознательную жизнь у меня нет работы. И знаешь, что? Я понятия не имею, что хочу делать в своей жизни. — Он рассмеялся. — Мне тридцать семь лет, и я не знаю, чего хочу в этой жизни.

— Это радостный смех или нервный? — спросила я.

— И тот, и другой.

Мужчина посмотрел на меня с улыбкой, и я улыбнулась в ответ.

— Так что ты думаешь? — он указал на цветы. — Это мой широкий жест? Эмми сказала, что это должно быть огромным романтическим жестом, как в фильмах, но я не смог вместить все цветы, некоторые еще в машине, и... Что я пытаюсь сделать, так это извиниться. Ты ведь простишь меня?

Я кивнула.

— И ты меня прости, что я так внезапно сказала про Йобург. Честно, я тогда совсем ничего не продумала, и не поняла, что это для нас может значить.

Райан покачал головой.

— Твое расписание достаточно гибкое, ты даже не каждый день снимаешься, а на следующей неделе у тебя последний съемочный день в четверг. Я разузнал о твоем графике. Прости, это немного смахивает на преследование, но я все же разузнал. К тому же полет занимает всего два часа. Ты можешь прилетать домой на выходные, а так как я безработный, у меня куча свободного времени.

— Домой? — в горле образовался комок. Мне показалось, что и он не ожидал, что скажет подобное.

— То есть... — неуверенно начал мужчина.— Если ты, конечно, этого хочешь. Мне бы этого хотелось, и я уверен, что Тамлин и Эмми тоже. — Он казался уязвимым и неуверенным в себе. — Те ключи, они твои, если они еще тебе нужны.

— Дом, — громко повторила я. — Я...Я... я просто, не уверена. То есть, я не знаю, все это было таким...

— Я верю в нас, — прервал меня Райан. — Я давно уже не верил ни во что так сильно. Я верю, что мы созданы друг для друга. Моя сестра сказала бы, что сама Вселенная бросила ту газету тебе в лицо, чтобы ты увидела объявление и вошла в мою жизнь. Я так сильно верю в нас, что... — Затем огляделся вокруг. Его глаза округлились, когда мужчина осознал. Он подошел ко мне и взял за руку. — Идем, — и втянул меня в трейлер.

— Я докажу тебе, пусть ромашка все расскажет, — он вытащил один цветок.

— Что?

Райан оторвал первый лепесток.

— Любит... — он его отбросил. — Не любит... — следующий лепесток был оторван.

Я рассмеялась, смотря на него.

— Ты же не серьезно?

— Абсолютно серьезно.

— Ладно, — я сложила руки на груди и стала ждать.

— Любит... Не любит... — мужчина отрывал лепесток за лепестком, пока не добрался до последнего.

Мое сердце пропустило удар.

— Она меня НЕ любит...

Это «не» словно эхо повторялось со всех сторон трейлера. Он уронил желтый лепесток, и тот спланировал на пол. Мы оба следили за его падением. А потом медленно подняли взгляд друг на друга. Мы смотрели и не могли прервать этот контакт.

Райан пожал плечами. Он выглядел так, словно был повержен. Хотел что-то сказать, но так не произнес ни слова. Мое сердце учащенно забилось. И я поняла. В этот момент поняла, что хочу, чтобы Эмми и Райан стали для меня домом. Я знала, чего хочу. Хочу, чтобы мое сердце хранилось у него.

— Плевать на цветы, — сказала я. Затем обхватила его лицо ладонями, притянула к себе и поцеловала. — Я люблю тебя.

ЭПИЛОГ

Два года спустя

«Мзанси Сан»

Свадьба года

Поппи Петерсон, знаменитая южно-африканская актриса телесериалов, играющая роль злой ДелайлыВинтерс из сериала «Одержимость», в эти выходные выходит замуж. И эта свадьба обещает стать событием года. Поппи Петерсон прославилась два года назад благодаря роли РамоныГонсалез в сериале «Месть Рамоны», за которую она получила одну из главных наград в Нигерии за лучшую роль злодея. После этого она получила роль ДелайлыВинтерс, которая украсила экраны своими интригами и махинациями, получив награду за лучшую игру злодея на южно-африканском конкурсе.

В тот момент, когда она шла к алтарю – стоит отметить, что свадьба проходила на пляже Клифион – она совсем не напоминала свою злобную героиню. Она выходила замуж за мужчину, с которым встречалась уже два года, за Райана Старка. Сейчас Райан Старк, ранее владелец отелей, папа-на-дому. Поппи так говорит об их необычных отношениях:

«Это то, что нам требуется. Райан долгие годы тяжело работал, и хотел абсолютной смены деятельности. Теперь его работа заключается в том, чтобы отвезти и забрать приемную пятнадцатилетнюю дочь Эмми из школы. А также он участвует во внешкольных мероприятиях. Мой любимый примерный семьянин!»

На Поппи было шикарное, сделанное на заказ, платье скандально-известного южно-африканского дизайнера СиндисоШабалала. Темно-розовое платье с открытыми плечами завершалось двухметровым шлейфом, усыпанным белыми шелковыми цветами. В свете закатного солнца невеста казалась эфемерной. Ее дочь Эмми и лучшая подруга Аянда были подружками невесты. Они обе потрясающе выглядели в своих золотисто-розовых платьях по колено, держа в руках букетики белых ромашек. Ее жених выглядел сногсшибательно в белом костюме, который отлично подходил атмосфере пляжной свадьбы.

В интервью, которая пара дала ранее Южно-Африканскому «Вог», они поделились забавной историей из знакомства, когда Поппи пришла устраиваться на работу в компанию Райана, одетая как РамонаГонсалез. В статье Поппи рассказывала о финансовых проблемах, которые заставили ее устроиться на работу в компанию, о благотворительности и о приюте «Убежище Ангелов», основанном для женщин, оказавшихся в беде. «Это безопасное место, где любая женщина может найти помощь, через чтобы она не проходила. У нас всех бывают трудности». Слова Поппи позже не раз цитировались. «Мы все должны помогать друг другу, как можем. Жизнь бывает тяжелой, а мы просто должны протянуть руку помощи».

Пара произнесла свои клятвы перед семьей и другими известными знаменитостями Южной Африки, включающие всех коллег невесты. Самой уморительной частью свадьбы был домашний голубь Поппи, который исполнял роль хранителя колец. После свадьбы молодожены отправились в свадебное путешествие на остров Амальфи. Когда мы спросили Поппи, чего ждать от ее героини Делайлы, она убедила нас, что в сериале будет несколько драматичных поворотов сюжета.

Мы желаем им много счастливых лет. На вопрос о пополнении семьи, Поппи ответила, что возможно через несколько лет. «Сейчас Райан собирается вернуться в университет и изучать архитектуру в свои нежные тридцать девять лет. Ему всегда нравилась архитектура, но у него никогда не было возможности ее изучать. Поэтому, возможно, когда мой муж перестанет быть студентом, мы подумаем о детях. А пока мы счастливы и так. Хотя Эмми отчаянно хочет сестренку».