Глава 1

Мигель узнает о докторе Кончил-в-штаны

Воскресенье, 1 сентября.

Несколько обшарпанная квартира с великолепными окнами.

Эванстон, Иллинойс.

Мигель обвел взглядом пустую квартиру, которая в скором времени станет его домом на ближайший год. Не очень-то хорошим, но арендная плата была приемлемой и до универа недалеко. Определенно дешевле, чем общежитие и в миллион раз лучше казармы.

Квартира находилась на третьем этаже огромного особняка в викторианском стиле, построенном человеком, у которого, очевидно, было слишком много детей. Поскольку Мигель сам вырос в окружении четырех братьев и сестер, он сочувствовал этому человеку. Парень никогда не жил в комнате один. Это его первый опыт. Конечно, все равно придется делить ванную комнату, но отдельные небольшая кухня со спальней уносили Мигеля в полную нирвану.

Он прожил первый курс в общежитии и с него этого дерьма хватило. Частично проблема состояла в том, что Мигель был на несколько лет старше чуть ли не каждого второго студента в общежитии, поскольку сразу после школы ушел служить на флот. Он и не подозревал, что разница в пару лет могла ощущаться такой огромной. Мигель более чем готов к самостоятельной жизни.

Он пересек пустое пространство и распахнул плотные шторы на окнах, впуская в квартиру яркий солнечный свет. Потолочное освещение в таком случае теряло свою актуальность, за исключением, возможно, мрачных дней.

— Тук, тук.

Мигель развернулся к симпатичной девушке с длинными, темными волосами и карамельного цвета глазами. Он рефлекторно улыбнулся ей очаровательной улыбкой, и она ответила ему тем же.

— Привет, — поздоровался он, направляясь в ее сторону. — Мигель. Переехал только сегодня. Я только что закончил снимать мерки, чтобы прикинуть, куда влезет все мое дерьмо — прости, мое барахло.

Девушка сморщила нос и улыбнулась. Она протянула руку для пожатия.

— Привет, я Луна. Не стесняй себя в выражениях. Видит Бог, меня это не останавливает. Я живу напротив. Мы с тобой и Девом делим ванную на этом этаже. Мы уже разработали график принятия душа. Надеюсь, у тебя не возникнет с этим проблем, — она снова сморщилась. — Иначе, все повергнется в хаос.

— Я жил в одном доме с тремя сестрами, братом, родителями, бабушкой и всего лишь двумя ванными. Я справлюсь, — заверил ее Мигель. — К тому же, я служил на флоте. Совместный туалет всего лишь на троих — блядство, да это просто роскошно. То есть...

Луна подняла руку.

— Блядство — это нормально, — она замолчала, похоже, осознав, что именно сказала, и улыбнулась. — Ну, ты понял, о чем я.

За спиной Луны нарисовалось красивое лицо в обрамлении светлых кудрей.

— Уже флиртуешь с новеньким, — произнес парень.

Луна ткнула его локтем.

— Отвали, Дев, — она снова обратила свое внимание на Мигеля. — Не слушай его. Дев — тупица, но чаще всего безобиден.

— Хай, — произнес Дев, приветственно махнув рукой. — Добро пожаловать в наш аквариум.

— Дев! — Луна развернулась и ткнула в грудь солидного на вид Дева. Телосложением он был похож на футболиста и на несколько сантиметров выше Мигеля и Луны. — Не начинай.

— Не начинать что? — спросил Мигель, не свойственно себе заинтересовавшись.

Дев аккуратно оттолкнул Луну, прошелся по пустому помещению и постучал по стеклу.

— Советую шторы не раскрывать. Через дорогу живет извращенец.

Любопытство Мигеля заставило его вернуться к окнам. Луна плелась следом, приговаривая:

— Мы точно не знаем. Кори вечно выдумывал, Дев. Сам знаешь.

Дев обернулся и посмотрел на них двоих.

— Я тоже видел этого урода. Как он смотрел через окно. Он тоже знал, что я его вижу. Именно поэтому он поставил мне «тройбан».

Луна гневно фыркнула.

— Николь прожила здесь два года и ни разу не заикнулась о том, что за ней подсматривали. А у Кори голова поехала от стероидов, которые он колол круглосуточно. Ради всего святого, он же считал, что микроволновка записывала его разговоры.

Дев скрестил руки.

— Но я-то ничего не принимаю, но видел его. Хочешь сказать, что я вру?

Луна застонала.

— Ладно, короче. Но я считаю, что ты заслужил ту «тройку», потому что никогда не приходил на его занятия.

— Конечно, потому что доктор Кончил-в-штаны жуткий тип.

Мигель сложил руки в универсальном жесте «тайм-аут».

— Давайте отмотаем немного назад. Доктор Кончил-в-штаны? Тебе что, двенадцать?

Дев надулся, и Мигель не сомневался, что сам бы точно так же отреагировал на эти слова.

— Почти, — ответила Луна. — Он говорит о докторе Кончиловски, в прошлом году он преподавал у меня два семестра физиологии и очень мне понравился. Он мой куратор.

— Кажется, он преподает у меня анатомию. Надо перепроверить расписание.

Мигель глянул через окно на соседний дом. Здание было таким же внушительным, как и его дом, также исполнен в викторианском стиле зеленого цвета с темно-зеленой, кремовой и желтой отделкой. Оно выглядело гораздо лучше, чем жилье Мигеля, грязно-белого цвета с облупившейся местами краской.

— Милое местечко, — сказал он вполне серьезно. Его отец работал в компании, которая занималась отделкой домов. Здание напротив было отремонтировано квалифицированной командой. — У профессора водятся деньги.

— Да, какая разница, — пожал плечами Дев. — Все равно он извращенец. Видишь ту штуку на крыше, похожую на патио? Он поднимется наверх и смотрит в свой долбанный бинокль.

— Господи Боже, — перебила Луна. — Он же рассказывал на занятиях, что следит за птицами...

— Ага, точно, так я и купился...

— Так и есть, кретин, и это называется «вдовья тропа». Могу поклясться, что говорила тебе об этом миллион раз. «Вдовья тропа». А не проклятое патио!

Эта парочка напоминала Мигелю его брата и сестру, близнецов Джулию и Жозе. Они были на три года младше и вечно ссорились.

— Кроме тебя никто больше не знает значение этой сраной «вдовей тропы», —огрызнулся в ответ Дев.

— Раньше их строили на крышах домов, стоящих на берегу, — ответил Мигель. —Женщины поднимались наверх и вглядывались в горизонт, дожидаясь возвращения своих мужей, сыновей, отцов или братьев.

Дев и Луна прервали свою битву взглядами и уставились на Мигеля. А он постарался подавить неловкость.

— Моя мама читает слишком много романов. Когда я ушел на службу, она забиралась на чердак нашего дома и звонила мне оттуда, потому что там лучше всего принимал сигнал. И она часто называла это своей «вдовей тропой».

Выражение на лице Луны сменилось сентиментальным, и самое ужасное — кажется, она хотела простонать: «Ооу». Дев просто закатил глаза и постучал по окну.

— Ты еще сам увидишь, как он шпионит. И на твоем месте, я бы не ходил голым по квартире.

Луна фыркнула.

— Приятно было с тобой познакомиться, Мигель. Моя квартира напротив, а Дев живет в конце коридора на одной стороне со мной, как раз напротив ванной. Я учусь на медицинском и особо общественной жизнью не живу. Если тебе что-то нужно, я почти всегда дома.

— Только к ней не стоит лезть, когда она вешает табличку «Не беспокоить». Поверь, — поделился Дев.

— Просто я очень серьезно отношусь к учебе. В отличие от некоторых товарищей с «трояком» по биологии.

Луна удалилась из комнаты вместе с Девом, следующим за ней по пятам.

— Я же говорил, — возмущался он. — Это не моя вина.

Мигель закрыл за ними дверь, заглушив ответ Луны.

Парень вернулся к окну и выглянул на улицу. Без плотных штор комната была залита солнечным светом. Мигель потянул за них, погружая пространство в полную темноту. Квартира от этого стала меньше и тусклее.

— Да ну, нафиг, — пробормотал он и снова раскрыл шторы. Это его дом и скрывать от тех, кто захочет за ним подсматривать, ему нечего. Мигель снова осмотрел здание напротив. Оно казалось замершим и наглухо закрытым. Каждое окно было плотно зашторено. Дев, скорее всего, напридумывал невесть чего о профессоре, который ему не нравился.

Мигель измерил все стены и окна, а затем, следуя привычке из детства и ворчливым голосам матери и старшины начал сверху донизу вылизывать квартиру.

Комната быстро нагрелась от солнечного света, и Мигель стянул с себя футболку. В голове мелькнула мысль о «любопытной варваре» в доме напротив, но потом Мигель решил, что если этому мужчине и правда так скучно, что он станет следить за полуголым парнем, натирающим пол, Мигель не возражал. Не первый раз за работой Мигеля наблюдали, и он сильно сомневался, что будет последний.