И внезапно он отпустил ее руки. Она моргнула и устремила взгляд на его лицо.

Он улыбнулся и провел большим пальцем по ее щеке.

- Черт, ты такая соблазнительная, - вздохнув, он перевернулся и выбрался из кровати.

Ей стало холодно без его тепла, и она почувствовала себя голой изнутри, будто он украл ее уверенность. Что она наделала? Она не знала его и позволила этому мужчине удерживать себя. Трогать ее. Заставить кончить сильнее, чем она когда-либо кончала. Бекка закрыла глаза и пару раз глубоко вздохнула. Не думать об этом. У нее была интересная ночь, и они немного повеселились. Вот и все. Наступило утро, и ночные приключения закончились.

Хмуро посмотрев на темные рубцы на своих ногах, она подтянула одеяло к груди. Слава богу, он, должно быть, не заметил ее шрамы. Она села, пытаясь игнорировать слабость в мышцах.

Логан вытащил из комода джинсы и рубашку, совершенно не переживая по поводу своей наготы. Он выглядел еще более крупным без одежды. Гора крепких мышц и весьма внушительная эрекция.

Ее охватило чувство вины. Он подарил ей оргазм, о котором она могла только мечтать, а она в ответ оставила его ни с чем. Мысль о том, что он снова прикоснется к ней, заставила ее занервничать. Возбудиться. И разволноваться. Как далеко она может зайти, если он снова коснется ее? Но справедливость есть справедливость. Она кончила, а он - нет.

- А как же ты?

Очевидно, увидев, что ее взгляд устремлен на его член, Логан вернулся к кровати. В его голубых глазах плясали смешинки.

- У тебя мягкое сердце, да? Но мы закончили, Бекка. Я и так перешел все границы. Для одного дня – достаточно.

Когда он отвернулся от нее, она потеряла дар речи. В любом случае она не знала, что ответить ему на это.

Он натянул джинсы Коммандо (вид джинсов, под которые не надевают нижнее белье, внутри, по контуру трусов, вшита мягкая подкладка) и синюю фланелевую рубашку.

- Я собираюсь выпустить Тора на улицу и быстро проверить окрестности. У тебя есть время принять душ здесь, если хочешь. Сомневаюсь, что кто-то еще встанет в ближайшее время.

Она знала, что он предложил ей это, чтобы она избежала необходимости возвращаться в свой домик и столкнуться с Мэттом и Эшли. От такой заботы у нее навернулись слезы.

- Спасибо. Это очень мило с твоей стороны.

У него была потрясающая улыбка, и она поняла, что еще не видела его улыбающимся до этого. Он подошел к ней и обхватил ладонями ее лицо.

- Меня по-всякому называли, но милым - никогда. Если я и дальше буду смотреть на то, как ты сидишь в моей постели, вся такая мягкая и розовая, я опрокину тебя на спину и возьму всеми способами, которые смогу придумать. Так что я ухожу, пока еще могу это сделать.

Его слова и образы того, как он... берет... все, что хочет, распалили ее быстрее, чем самая жаркая сауна. Он запрокинул ее голову и впился в ее губы властным поцелуем. Глубоко. Обстоятельно.

Он закрыл за собой дверь раньше, чем она смогла отдышаться.

Логан шел по тропе к домикам с семенящим рядом Тором. На морозном горном воздухе надо было двигаться активнее, но ощущения ниже пояса от дискомфорта перешли к боли. Ему стоило оставить ее до того поцелуя напоследок.

Но отвернуться от нее и проигнорировать то, что он видел перед собой, было просто невозможно. Одеяло, которым она прикрывалась, приподнимало ее грудь и обнажало мягкий изгиб плеч. На бледных плечах виднелись дразнящие веснушки. Ее губы были розовыми, влажными и припухшими от его поцелуев. Господи, каково это - ощутить ее губы вокруг члена?

Черт. Он отшвырнул сухую ветку с тропы и ускорил темп. Даже не стоит думать о том, чтобы затащить ее в постель.

У нее уже есть мужчина.

Но он прекрасно понимал, что это его не удержит. Слишком заманчиво увести ее у этого идиота. Чтобы избегать ее, нужна более весомая причина.

Первый аргумент: она - городская девушка. Стоило только взглянуть, как она одета. Приехала в деловом костюме, чтобы заселиться в горный домик. Дизайнерские джинсы. У нее даже не было туристических ботинок. Судя по выражению ее лица, она никогда раньше не была в горах и никогда не оставалась одна в лесу. Черт, она, вероятно, поддерживала спортивную форму на беговой дорожке в фитнесс-клубе с кондиционером, а не на улице.

Она жила в городе, а он должен был жить в горах. Его ночные кошмары требовали подобных условий, и он сделал так, чтобы спать и жить в одиночестве. Даже сейчас он ощущал недосып из-за последних двух ночей.

Помимо физического притяжения, между ними не было ничего общего.

Он криво усмехнулся. Довольно сомнительный аргумент, учитывая, что, когда он отправлялся в «Темные Небеса» в Сан-Франциско, он не испытывал никаких проблем, получая удовольствие с городскими девушками. И, будучи нормальным парнем, он в любом случае отдавал должное физической привлекательности. Он чертовски наслаждался ее теплым, пышным телом, прижимающегося к нему всю ночь, и не прочь повторить это, даже если придется пожертвовать сном.

К сожалению, он не ограничится тем, чтобы просто обнимать ее. Не после того, как его пальцы побывали в ее маленькой влажной киске. Он покачал головой, вспоминая, как ее глаза цвета зеленой листвы смотрели, как он одевается, а после затуманились от слез, потому что он был мил с ней. Черт, если бы она знала, какие темные вещи он хотел проделать с ней, она кричала бы от ужаса на всю долину.

Он фыркнул, вспомнив о том, что спрятал манжеты для запястий и лодыжек под матрас. Будет ли она паниковать, если найдет их? Возможно.

Несмотря на то, что многим женщинам нравилось разыгрывать фантазию изнасилования, как этим утром, реальное подчинение пугало их.

Но что, если у Ребекки воля сильнее, чем у остальных? И она обладала большей смелостью? Он представил, как сковывает руки у нее над головой, закрепляя манжеты так, чтобы ее грудь выгибалась вверх. Дразнит эти мягкие розовые соски до тех пор, пока она... Черта с два. Застенчивая и скромная Ребекка предается извращениям? Этого не произойдет.

И хотя он мог поиграть в ванильный секс раз-другой, он хотел большего. Он нуждался в большем. И мог легко получить большее. Опытный Дом редко испытывает недостаток в партнерах. Тем не менее, он не мог перестать прокручивать в голове образы того, как будет кричать Ребекка, если он свяжет ее и будет дразнить, пока она будет умолять его отпустить ее.

Он нахмурился. Лучше ей держаться от него подальше. Если она этого не сделает, он научит ее вещам, о которых свингеры слыхом не слыхивали.

*****

Ребекка приняла душ и оделась, поморщившись, когда пришлось натянуть вчерашнюю одежду. Мэтту лучше выставить за дверь эту белобрысую... особу сразу после завтрака, или она будет ломиться в дверь.

Кофе. Ей нужен кофе, чтобы мозг заработал. И ей совершенно точно необходимо заполучить кофеин до того, как она начнет раздумывать о прошлой ночи и сегодняшнем утре. Мэтью. Логан. Секс.

Нужен кофе...

Она спустилась по лестнице и огляделась. Кто-то - возможно, Логан - затопил камин, и поэтому комната была наполнена теплом. В поле зрения обнаружились только трое, лежавшие вместе на большом диване. Мужчина поднял голову при звуке тихих шагов Ребекки, потом потряс лежавшую на нем женщину.

- Предполагалось, что вы двое готовите завтрак сегодня. Помните?

- Черт с ним. Я сплю, - отозвалась одна из женщин.

- Если я начну готовить, меня вырвет, - пожаловалась другая. - Почему ты позволил мне так много выпить прошлой ночью?

- Как будто я мог тебя остановить, - голова мужчины откинулась обратно на подлокотник дивана. Вздохи, ворчание и затем тишина.

Покачав головой, Ребекка направилась на кухню. Пусто. Она запустила кофемашину и в ожидании прислонилась к стойке. Затем схватила полную чашку и обожгла рот первыми несколькими глотками. Когда кофеин начал работать, ей показалось, что серый мир заиграл яркими красками, а ее мозг ожил.

Выпив вторую чашку, она посмотрела, что можно приготовить на завтрак. В холодильнике было много бекона, картонные упаковки с яйцами и сливочное масло. В корзине лежал картофель. В шкафчике обнаружились мука и соль. Больше, чем на двоих, она готовила в последний раз, когда подрабатывала в колледже. Но невозможно забыть, как делается яичница-болтунья, и, отталкиваясь от этого, можно сообразить что-нибудь путное.

И что-нибудь, способное отвлечь ее от мыслей о прошлой ночи. Воспоминания о твердом теле Логана, казалось, отпечаталось в ее мозгу. Она почистила картошку и вспомнила, как он прижимал ее к матрасу и целовал, а его член прижимался к ее животу. Позволит ли она ему взять ее, если он попытается?

Она свела ноги вместе, а ее клитор внезапно запульсировал. Ну, почему она не может быть смелее? Или, наоборот, менее смелой? Если бы она дала ему категоричный отказ, он не стал бы давить на нее, и она не чувствовала бы себя такой... грязной и очень смущенной. И возбужденной.

Черт возьми, почему бы ей не заинтересоваться вместо него парочкой свингеров? Они были не так опасны. То, что он вытворял... зафиксировав ее руки у живота. То, как он говорил, как смотрел на нее. Она выдохнула. Очень возбуждающе и в каком-то смысле очень пугающе.

Трахать пальцами. Ну и выражение. И именно это он и сделал. Внутри нее все сжалось при воспоминании о его мозолистых пальцах, смоченных ее собственной влагой, которые проскользнули через ее складочки и толкнулись глубоко внутрь. Так интенсивно она никогда не кончала. Никогда.

«Остановись», - сказала она ему

«О, это еще не все», - ответил он и просто продолжил делать с ее телом все, что хотел.

Бесконечные вопросы Мэтта в постели, чего она хочет, бесили ее. Логан ничего не спрашивал, и ее телу это безумно нравилось. И этот факт – реакция ее тела – пугал больше всего. Она никогда не считала себя слабачкой или тряпкой, но с ним она вела себя именно так. Ну, и к чему это ее привело?