Глава 3
Двое моих телохранителей начали быстро подниматься, а затем Форж жестом отправил меня вперед.
- Здесь лучше не пользоваться страховочными веревками – они постоянно цепляются за крюки, поддерживающие лестницу. Но не беспокойся. Ты не можешь упасть, когда я иду следом.
Я вцепилась в лестницу и полезла вверх. Как всегда, первые несколько ступенек дались легко. Но на высоте потолка меня заколотило от страха. Я велела себе не глупить. Форж прав – я не могу упасть, когда он прямо за мной.
В шахте посветлело, поскольку включились лампы с датчиками движения. Это было хорошо, потому что я видела ступени, и плохо, так как я понимала, сколько еще осталось пролезть. Лукас говорил, что ступени могут подниматься на четыре или пять уровней максимум, но эти, похоже, тянулись уровней на двадцать.
- Хорошо справляешься, Эмбер, - подбодрил меня Форж.
- Хотела бы я сейчас прочитать твои мысли, Форж, - пробормотала я. – Ты не боишься высоты, и это удержит меня от страха. Но я запутаюсь, оставаясь в чужой голове и одновременно пытаясь двигать свое тело.
- Эмбер, я очень не советую тебе читать чей-то разум, пока карабкаешься по лестнице, - поспешил вставить Лукас.
Мои ладони заскользили от пота, и хвататься за ступени стало тяжелее. В следующий раз надо попробовать надеть перчатки. Надо постараться не попадать больше в такую ситуацию. Не буду вызываться, если другой отряд телепата запросит о передаче дела на пляже. Я...
Левой рукой я потянулась к следующей ступеньке, а правая едва не соскользнула с лестницы. Я захлебнулась страхом, но Форж прижался к моей спине и обхватил, взявшись ладонями за перекладину по обе стороны от моих.
- Я тебя держу, Эмбер. Я не позволю тебе упасть.
Застыв от ужаса, я цеплялась за лестницу.
- Я не позволю тебе упасть, - успокаивающе повторил Форж. – Доверься мне.
Я знала Форжа с тринадцати лет. На подростковом уровне наши комнаты находились в одном коридоре. Однажды я попробовала забраться на сложный утес и застыла от ужаса, прямо, как сейчас. Тогда Форж спас меня, и я могу верить, что он позаботится обо мне.
Я передохнула минуту и продолжила подъем. На этот раз я попробовала считать ступеньки, но быстро поняла, что это плохая идея. Постоянно растущие числа заставляли меня все лучше осознавать глубину внизу.
Я постаралась сконцентрироваться на песнях Долга перед ульем, которые учила в школе, вспоминая по строчке с каждой пройденной ступенькой. Через минуту или две я поняла, что пою вслух.
- Простите, - сказала я. – Пытаюсь отвлечься.
- Делай все, что тебе поможет, Эмбер, - отозвался Лукас.
- Я знаю, что это....
Я поднялась еще на ступеньку, и узкую шахту сменила открытая площадка. Через мгновение я стояла на чудесном крепком полу вместе со своими телохранителями.
- Эмбер добралась до верха лестницы, - доложил Форж.
- Хорошая работа, - отозвался Лукас с тем же облегчением, какое чувствовала я.
- Теперь сюда, - сказал Форж.
Он двинулся по коридору, и я услышала наверху грохот, который повторялся каждые несколько секунд.
- Этот шум идет от волнообразующих машин одного из пляжей?
- Да, - ответил Форж.
Я не просто слышала звук. Казалось, от него дрожат кости. Коридор наполняли порывы ветра, которые несли с собой запах соли, значит, мы недалеко и от ветровых машин.
- Сейчас мы идем над пляжем шестьдесят восьмого уровня, - пояснил Форж. – Наш пол – это их небо.
В его голосе слышались взволнованные ноты, а лицо отражало чистое наслаждение 1c7738. Восемь месяцев назад мы вдвоем начали лотерейные тесты вместе с миллионом с лишним других восемнадцатилеток в улье. Тогда мы ощущали беспомощность и страх, зная, что полностью лишены контроля над собственным будущим. Лотерея определит нашу работу и статус в улье. Каков бы ни был вердикт, пошлют нас на элитные уровни улья или в его глубины, это остается лишь принять.
Лукас говорил, что такой способ может показаться несправедливым, но автоматизированные процессы лотереи способны принять решения гораздо лучше нас. Они могут рассмотреть должности, о которых мы даже не знаем, выбрать ту из них, что нужна улью и одновременно придаст жизни кандидата счастье и полноту.
Так определенно произошло с Форжем. В подростковом возрасте он часто попадал в беду, пытаясь исследовать запретные места улья. Лотерея только выиграла от его бунтарских порывов и стремления к опасности, определив его в мою ударную группу.
Для Форжа такая жизнь стала идеальной. На мгновение я почувствовала чистейшую зависть. Форж, все остальные в моем отряде и практически все жители улья получили любимую работу. Я же представляла одно на миллион исключение. Мои телепатические способности были жизненно важны для улья, поэтому любые другие умения и пристрастия не имели значения. Мне пришлось включиться в эту работу, причем, без плюсов вложенной информации или помощи других телепатов
- Мы приближаемся к обзорной точке пляжа шестьдесят шестого уровня, - предупредил Форж. – Это дыра в коридоре на уровне головы. Не знаю, встревожит тебя такое или нет.
- Большая дыра? – забеспокоилась я.
- Квадрат примерно такой ширины, – развел руки Форж. – Но через нее невозможно выпасть. Обзорные точки затянуты проволочной сеткой.
- Если дыра закрыта сеткой, мне не о чем беспокоиться, - решила я.
А через мгновение и сама увидела проем в стене. Я ошиблась, предположив, что рядом есть ветроустановки. Порывы ветра и запах моря проникали через дыру. Я поколебалась, заглянула через проволочную сетку и вздрогнула от криков и хлопанья крыльев.
Я нервно хихикнула.
- Меня испугала чайка.
- Из-за них и натягивают сетку, - подтвердил Форж. – Если чайка залетит в район технического обслуживания, ее будет трудно выгнать.
Я смотрела на пляж шестьдесят седьмого уровня, будто с высокого бокового утеса. Прямо подо мной волны мягко катились к берегу, а в воде бултыхались люди. Линия пляжа уходила вдаль.
На подростковом уровне я провела много дней на пляже вместе с Форжем и своей лучшей подругой Шанной, бывшей тогда его девушкой. Долгими часами я или плавала, или сидела на песке и смотрела, как скользит на доске Форж, но никогда не замечала обзорных точек высоко на утесах. И никогда не понимала, что над небом есть ремонтные лестницы и коридоры. А самое главное, не знала, что в моем мире существует опасность.
Я столько узнала со времени лотереи. И так изменилась. На мгновение я испытала странное чувство, будто увидела себя прежнюю, сидящую на пляже внизу и болтающую с Шанной и Форжем.
Та Эмбер дрожала перед лотереей, боялась, что ее сочтут бесполезной. Но сейчас я стала избалованным оберегаемым телепатом и фактически ценилась даже выше людей с первого уровня.
Что произошло бы, окажись я не телепатом, а обычной девушкой? Какую жизнь вела бы сейчас та другая Эмбер? Какую профессию бы получила? Насколько далеко в улье оказалась бы и радовалась ли своей работе, как Форж?
В первые дни в качестве телепата я часто желала быть другой Эмбер и снова жить обычной жизнью. Сейчас понимала, что этому не бывать. Не только потому, что улей нуждался в моей телепатии. Возвращение к себе прежней походило на попытку надеть платье, из которого я выросла лет в шесть. Но я продолжала раздумывать, какие результаты получила бы, пройдя целиком стандартные тесты лотереи.
- Нам пора двигаться, Эмбер.
Голос Форжа вернул меня к реальности, и я виновато поспешила дальше по коридору, замедлив ход при виде новой лестницы.
Форж подбодрил меня улыбкой.
- Ты справишься, Эмбер. При спуске я буду прямо под тобой.
Он начал спускаться по ступеням. Я хныкнула и двинулась следом.
- Лукас, пожалуйста, скажи, что мне больше никогда не придется этого делать.
- Насколько возможно, мы будем передавать Сапфир будущие дела на пляжах, - отозвался Лукас. – Но она не сможет брать все.
- Помогать должна именно Сапфир? Я знаю, что Мортон не может лазать по лестницам, но как насчет Миры и Кита?
- Мире не хватает ловкости, - ответил Лукас. – Ее командир-тактик не станет рисковать ей на лестницах.
- А Кит?
- Командир-тактик Кита решил, что тому не следует приближаться к пляжам.
Я моргнула.
- Почему?
В передатчике наступило неловкое молчание, а затем послышался напряженный голос Меган, моего старшего администратора.
- В прошлом чрезвычайном рейде Кита на пляж погиб мой муж.
В утиль! Я крепко вцепилась в лестницу, овладела голосом и лишь затем ответила:
- Прости, Меган. Я не знала, что это случилось на пляже.
- Это произошло на пляже восемьдесят первого уровня, - пояснил Лукас. – Кит совершал один из последних чрезвычайных рейдов, в которых я работал заместителем его командира-тактика. Его телепатия оборвалась в разгар вылазки, и все закончилось катастрофой.
Лукас тихо застонал.
- У Кита есть проблема – его телепатия останавливается без предупреждения. Иногда на минуту или две, но перерыв может длиться и целый день. Тактическая группа считала, что это происходит случайно, но после пляжного рейда мы провели углубленный статистический анализ, и он показал, что фактором риска может быть близость толпы. Его командир-тактик, Гаюс, решил, что в будущем Киту надо избегать пляжей и массовых скоплений людей.
- Понятно. – Я заставила себя продолжить спуск. Не следовало спрашивать, почему командир-тактик не хотел подпускать Кита к пляжам. Наверняка для этого имелись причины. Сейчас я чувствовала себя страшно виноватой. Уверена, этот рейд стал очень тяжелым для Меган и напомнил ей о гибели мужа, а я все усугубила.
Похоже, я часто испытываю чувство вины перед Меган. Она безупречно организовала повседневную жизнь отряда, окружила меня всей возможной роскошью, а когда мне требовалась поддержка, неизменно была рядом. Я должна быть благодарна и заботиться о Меган так же, как она обо мне, но неприятная правда в том, что она часто меня ужасно раздражает.