— В общем… спасибо, что подвез. Это было очень мило с твоей стороны.

— Подожди.

Открыв дверцу, я выкарабкалась наружу. Захлопнула ее и, обойдя машину, двинулась к общежитию.

Кейден, опустив стекло, крикнул мне вслед:

— Он того не стоит!

Я была уже в нескольких шагах от него, но остановилась и обернулась.

Его глаза впились в мои.

— Уж не знаю, в чем причина твоей преданности ему, но он это чувство не разделяет. — В его заявлении не было ни сомнений, ни вопросов. Ничего, кроме железобетонной уверенности.

Поднялся ветер, и моя кожа покрылась мурашками.

— О чем ты?

Кейден завел «лендровер».

— Он бы не стал прикрывать тебя. Такие, как он, никогда этого не делают.

***

Когда я поднялась по лестнице, из комнаты Эйвери вышла Клаудия.

Она мельком окинула меня взглядом.

— Вернулась.

Она не улыбалась. Я приняла это к сведению. И тоже не стала ей улыбаться.

— Да.

— Слушай. — Она пошла ко мне, скользнув ладонями в задние карманы. — Эйвери должна была присматривать за тобой, но… короче, она сильно расстроилась. Они с Маркусом раньше встречались. Потом расстались, и два месяца спустя он уже был с Мэгги. — В ее голосе отчетливо зазвучало презрение: — Не понимаю, почему Эйв до сих пор называет Мэгги подругой. Она та еще сучка.

Я нахмурилась. И что мне теперь делать со всей этой информацией?

— Я сочувствую Эйвери, но вы говорили, что друзей не бросаете. А меня бросили.

Она уставилась на меня.

А я на нее.

Однако никакой реакции не дождалась. Очевидно, она не собиралась извиняться и не считала меня своим другом.

— Что ж. — Я кивнула. — Понятно.

Клаудия пожала плечами.

— Лично к тебе это отношения не имело.

Разговор зашел в тупик, и я поняла, что у меня есть два варианта. Либо забить на нее и притвориться, что все хорошо, либо… не делать этого.

Я вздохнула.

— Знаешь, вообще-то имело. — Я выбрала вариант «Б».

— Что?

— Это имело ко мне отношение. Вы же меня там оставили, — я дотронулась до груди, — а не кого-то еще.

— Слушай, завтра Эйвери перед тобой извинится. Мы позаботились о ней, и теперь она спит, но если ты из тех, кому нужны официальные извинения, то завтра ты их получишь.

Она скользнула взглядом мимо меня, потом выпрямилась, словно собираясь уйти, но я уже завелась.

Шагнув в сторону, я встала у нее на пути. Клаудия снова уставилась на меня, и ее фальшивая полуулыбка исчезла.

— Чего?

Я была на грани конфликта со старшекурсницей. Я ведь не знала ее. Не знала своего куратора, но со мной будто что-то произошло. Внезапно у меня появилось желание постоять за себя. Я приготовилась к любым последствиям своего поступка и бросилась вперед.

— Слушай, — сказала я. — Может, завтра Эйвери и извинится, однако сейчас мне попалась ты. Что-то мне не особенно верится, что вы обо мне просто забыли. Не думаю, что вы бросили меня по ошибке.

Она прищурилась.

— Так что да, — продолжила я, — возможно, я услышу от Эйвери извинения, но ты, судя по всему, ни в чем не раскаиваешься. Это наводит на мысли, что у тебя какие-то проблемы со мной.

Какая муха меня укусила? Я же была неконфликтной паинькой — по крайней мере до сих пор.

Она скрестила руки.

— Как ты вернулась?

То есть… и это все? Я склонила голову набок.

— Меня подвезли.

Она приподняла левую бровь.

— Подвезли?

Я кивнула.

— Не все про меня забыли.

Она фыркнула, закатив глаза.

— И кто это был?

— Брат Маркуса.

Ее глаза распахнулись.

— Кейден?

Может, он и вел себя со мной как мудак, — а возможно и нет, я совершенно запуталась, — но изумление Клаудии доставило мне огромное удовольствие.

— Да.

— Ты ничего не путаешь? — Она бросила на меня недоверчивый взгляд. — Не хочу показаться стервой, но Кейден здесь известная личность. Он не путается с девчонками вроде тебя.

Лучше было не уточнять, но вопрос буквально жег мне горло.

— С девчонками вроде меня?

— Ага. — Она ухмыльнулась. — С жалкими, незапоминающимися первокурсницами.

У меня онемели губы.

— А он что, уже выпускник?

— Нет, но это не важно. У него определенная слава, если ты понимаешь, о чем я. С трудом верится, что он просто подвез тебя. Что ты сделала? Отсосала ему?

— То есть, когда подвозят тебя, ты расплачиваешься именно так? — Я шагнула ближе. — На это ты намекаешь?

— Или на то, что для таких, как ты, это единственный способ добиться внимания такого парня, как Кейден.

Боже. Она и впрямь была стервой.

— А я-то считала вас милыми. — Я покачала головой. — Знаешь, что на самом деле смешно? То, что я смотрела на вас и думала, что вы клевые. Мне нравилась Эйвери.

Не только Клаудия умела быть холодной.

— Увы, я ошиблась, — ледяным тоном продолжила я, не скрывая презрения. — И в ней, и в тебе.

До сих пор она слушала меня со скучающим видом, но теперь оживилась.

— Погоди-ка. Они с Кевином в одном братстве.

О, так теперь он подвез меня из-за моего сводного брата.

Я взялась за стену, чтобы не накинуться на нее, наплевав на последствия.

— И при чем здесь Кевин?

— Кейден подвез тебя из-за него, а не потому, что ты ему интересна. — Она оглядела меня с головы до ног. — Ты же не скажешь, что правда не понимаешь, почему я пришла в замешательство? — Она рассмеялась и пошла мимо меня по коридору. — Завтра задай Эйвери жару. Она будет перед тобой пресмыкаться, потому что ты ей, в отличие от меня, почему-то нравишься. Счастливо!

И она оставила меня одну в пустом коридоре и опустошенной внутри.

Я снова стала той, у кого нет друзей. Ну отлично.

 

Глава 7

В одном Клаудия оказалась права. Утром Эйвери действительно передо мной извинилась.  Сделала она это с мешками под глазами на слегка зеленоватом лице, лохматая и одетая в мешковатый свитшот. В руках она держала бутылку с водой.

У нее было похмелье.

Я ничего не сказала ей о стычке с Клаудией — Эйвери была не виновата в том, что ее подруга была такой стервой, — но когда на следующий день она позвала меня поужинать в том же составе, я отказалась. Еще через день она пригласила меня на ланч, и мой ответ остался прежним. После этого она озадаченно нахмурилась, и я поняла, что она вряд ли пригласит меня куда-то еще. Я надеялась, что это не повлияет на мою жизнь. Ведь скоро ко мне должна была заехать соседка.

Наконец настал день официального заселения первокурсников в общежитие, но несмотря на то, что коридоры битком были забиты заносящими и распаковывавшими вещи людьми, я по-прежнему сидела в комнате одна. Вечером я узнала причину.

Эйвери постучалась ко мне и сообщила, что через несколько минут у нас собрание на этаже, и что у меня не будет соседки.

— Почему? Что случилось?

Она прижала блокнот к груди.

— Утром мне позвонили, но у меня не было времени, чтобы предупредить тебя. У них в семье кто-то умер, поэтому она приедет только в следующем семестре. Начнет обучение позже.

— О. — Я оглянулась через плечо на свою комнату. Она была уютной, но здесь находились лишь мои вещи. Вторая кровать, стол, шкаф и комод по-прежнему оставались пустыми.

— Не расслабляйся. К тебе могут подселить кого-то другого, либо тебе повезет, и комната целый семестр будет в твоем распоряжении.

— Когда я узнаю точно?

Она пожала плечом.

— К нам постоянно кто-нибудь переводится. Еще кто-нибудь может попросить сменить комнату. Если разложишь везде свои вещи, будь готова в любой момент их убрать.

Она улыбнулась, вновь надев маску ответственного куратора, какая была на ней при знакомстве с моими родителями. Эйвери, которая приглашала меня на вечеринку, исчезла.

— Ну, тогда увидимся на собрании? — Она проверила телефон. — Сегодня кафе-мороженое при кампусе открыто только для въезжающих новичков, поэтому я хочу пригласить всех туда. Это отличный способ познакомиться с новыми людьми.

На собрании Эйвери перечислила мне и всем остальным нервно переглядывающимся новичкам, живущим на этаже, правила общежития, после чего отпустила нас переодеться или освежиться, чтобы позже снова встретиться в коридоре и пойти за мороженым.

По-прежнему одна, я вернулась к себе и несколько минут бесцельно бродила по комнате. А когда пошла обратно к двери, у меня завибрировал телефон. Я опустила глаза и увидела сообщение от Кевина.

Там было всего три слова. Мы можем поговорить? Но из-за них мое сердце пустилось вскачь. Сжав телефон, я замерла, не в силах сдвинуться с места.

Я знала, что мои чувства не исчезнут по взмаху волшебной палочки, но это было просто нелепо.

Меня затопили воспоминания. О том, как он наклонился, положив руку мне на плечо, и его губы коснулись моих. Как все мое тело вспыхнуло. В этот момент я снова чувствовала его губы. Его руку, которая чуть сжала мое плечо, а после скользнула вниз и обвила мою талию. Когда я грудью прижалась к нему, его губы стали требовать большего. И я сдалась. Сомкнула руки вокруг его шеи, и мое сердце заколотилось о ребра. Я была готова отдать ему все.

И отдала. Той ночью я отдала ему всю себя.

Телефон вновь завибрировал, разрушая чары. И когда я прочла его следующие слова, меня накрыла холодная реальность. Нам нужно поговорить о Мэгги.

Да. Нужно. Я внутренне застонала. Это было последнее, что мне хотелось делать, но я написала ответ, уже зная, что пропущу вечер новых знакомств за мороженым, потому что когда дело касалось Кевина, я становилась безвольной кретинкой. Где и когда?

Мне не пришлось долго ждать. Его ответ пришел моментально. Можешь сейчас? У корпуса Браун. Около входа.

Все это было как-то неправильно. Почему он просто не пришел ко мне в общежитие? Он увидел бы мою комнату и, может, помог бы познакомиться с теми, кто не пошел за мороженым. Я могла бы задать эти вопросы ему, но не стала. И вместо того, чтобы присоединиться к толпе у комнаты Эйвери, прошла мимо них и стала спускаться по лестнице.

На улице я отправилась туда, где по моему мнению находился вышеупомянутый корпус. Я зарегистрировалась и получила учебники еще позавчера, но по кампусу ходила всего несколько раз. Я знала, что он разбит на три больших квадрата, на стыке которых находится совмещенный со столовой студенческий центр. Один из моих уроков должен был проходить в корпусе Браун, так что мне в любом случае нужно было отыскать его. Пройдя через студенческий центр — и мимо кафе — я толкнула дверь, ведущую в последний квадрат. Эту секцию я еще не обследовала, поэтому удивилась царящей там тишине. И темноте. В других частях кампуса фонарей было больше. Мне показалась, будто я зашла в закрытое святилище.