Кевин оставил меня. Снова. Меня пронзило острое ощущение дежавю. То же самое я испытала три месяца назад, когда проснулась и поняла, что Кевин уехал. Я только что спасла его, а он свалил пить. Мне это совсем не понравилось, и я нахмурилась. Вот засранец.

— Почему? — отрывисто спросил меня Маркус. — Зачем ты соврала? Я же знаю, ты ее видела.

Меня затопило чувство вины, но я промолчала. Да и что я могла сказать? Он был прав.

Кейден вздохнул.

— Отстань от нее. Он ее семья.

Он хотел было положить руку Маркусу на плечо, но тот увернулся, сверкая глазами.

— Нет, я все понимаю. Вы в одном братстве, но твой настоящий брат — я. Однажды тебе придется принять чью-либо сторону, Кейден. Нахрен отца. Нахрен его и ваше идиотское братство. — Он обжег нас обоих обвиняющим взглядом. — Мне насрать, кто прикрывает Мэтьюса. Готовьтесь к войне.

Теперь Кейден разозлился.

Я очень хорошо это почувствовала, хоть и не знала его, потому что он не производил впечатление человека, которому можно сказать нечто подобное, а затем просто уйти. Ожидая удара с его стороны, я отступила, но ничего не произошло. Братья стояли, сжав челюсти, и сверлили друг на друга напряженными взглядами.

Затем Кейден глянул в мою сторону, и до меня дошло: они молчат из-за меня.

— О. — Я сверкнула улыбкой и махнула рукой. — Я, наверное, это... пойду позвоню отцу. Потому что, ну, так сказал Кевин.

Маркус фыркнул.

— Ага.

Кейден просто смотрел на меня неумолимым, немигающим взглядом. Я сделала пару шагов назад, а он все наблюдал за мной. Мне должно было быть все равно, однако внизу моего живота расцвел легкий трепет. Я начала разворачиваться, но на полпути замерла. Я по-прежнему чувствовала на себе его взгляд. Мне не понравилось это ощущение. Оно… нервировало. Совсем как он сам. Я оглянулась в последний раз, и от облегчения мои плечи тут же расслабились. Братья ушли.

Я прижала ладонь к животу, чтобы унять непрошеный трепет.

А затем отправилась на поиски Кевина. В этот раз я очень серьезно настроилась избегать этого Мудака-тире-Кейдена. Кевин наверняка стремительно напивался либо выскользнул наружу, чтобы снова найти ту девушку, но мне правда нужно было увидеться с ним. Только теперь по другой причине. Не из-за нас, а чтобы выяснить, действительно ли мне звонил папа.

…По крайней мере, так я себе говорила.

Я проникла внутрь тем же путем, каким вышла, и, убедившись, что на горизонте все чисто, прошмыгнула в подвал. Я не рассчитывала найти там Кевина. Я планировала пробраться в его спальню, а затем написать ему, где нахожусь. Ему придется прийти сюда, чтобы поговорить со мной. Он не захочет, чтобы я болталась поблизости, ведь Мудак мог найти меня и снова устроить допрос.

Я ошиблась.

Дверь в комнату Кевина была приоткрыта, и, заглянув в щель, я увидела, что он сидит на кровати с телефоном около уха. Я замерла снаружи.

— Ты нормально добралась до дома? — спросил он. Пауза. — Хорошо… да, он распсиховался. Нет. Нет, он ничего мне не сделал. Я знаю. — Еще пауза, на этот раз долгая. — Да. Знаю. Мы что-нибудь придумаем. Обещаю. Что? — Он застонал. — Вообще-то это была моя сводная сестра. — До моего слуха долетел женский смех. Кевин тоже усмехнулся. — Знаю. Знаю. Нет, она нас не выдаст. Да. Вот такая она хорошая.

Я вцепилась в дверной косяк.

— Мэгги, серьезно, не беспокойся. Она ничего не скажет. Она любит меня. Мы семья. Она не такая. — Его голос стал низким и хриплым. — Тоже люблю тебя. Все будет в порядке. Я обо всем позабочусь. Обещаю.

Мои ногти вонзились в дерево.

— Ладно. Мне надо подняться наверх. Узнаю, что там у Саммер — так ее зовут. Напишу ей прямо сейчас. Люблю тебя. Пока.

Кевин отключился, и буквально через секунду у меня в кармане завибрировал телефон — я всегда ставила сотовый на беззвучный режим. Я попыталась привести мысли в порядок.

Он был мудаком, и на сей раз я имела в виду вовсе не Кейдена. С тех пор, как три месяца назад Кевин переспал со мной, я верила, что он никем не увлекся, и он не разубеждал меня. Я думала, что, учась в одном колледже, мы сможем быть вместе, но оказалось, что он влюблен в другую девушку — ту, у которой был готовый бороться за нее парень.

Мое горло сдавило, и я заморгала, отказываясь лить из-за Кевина слезы.

Только не из-за него.

Я получила ответ, за которым пришла.

Отодвинувшись от двери, я не стала доставать телефон, а поднялась по лестнице и свернула в коридор, который вел к боковой двери. И вдруг услышала знакомый голос.

— Твой сводный брат — сволочь.

По-прежнему с комом в горле я обернулась. Позади стоял Кейден, и он совсем не выглядел удивленным. Хотя с ним была какая-то девушка — она обнимала его за талию, будто приклеившись к его боку, — его взгляд был прикован ко мне.

Он ждал ответа. Думал, наверное, что я начну возражать, но я — не знаю, почему — просто ответила:

— Не могу не согласиться с тобой.

Его глаза распахнулись, в них вспыхнуло удивление, но с меня было достаточно.

Я выскользнула за дверь и ушла.

Я была такой дурой.

 

Глава 3

Выехав вчера от отца и Шейлы, я отправилась прямиком в Университет Норт-Ривер.

Заселяться мне предстояло только сегодня, поэтому я сказала родителям, что останусь у друга. Они не стали уточнять, у какого. Этим «другом» должен был быть Кевин, но раз ничего не вышло, я сняла номер в отеле.

И вот наутро я, счастливая и довольная (на самом деле, нет), села в холле общежития и стала ждать машину родителей. Они планировали увидеться и с Кевином, и я надеялась, что они отправятся искать его уже после того, как занесут мои чемоданы.

— Саммер.

Не повезло.

Я подняла взгляд, и при виде Кевина, который держал два стаканчика с кофе, мое сердце ухнуло вниз, а в горле заметались привычные бабочки. Каким же красивым он выглядел. С влажными волосами — видимо, он только что вышел из душа, — в облегающей футболке и джинсах и в солнцезащитных очках. Мое сердце сделало кувырок.

Я ненавидела его.

Нет. Я лишь хотела его ненавидеть.

Он сверкнул улыбкой, показав идеальные белые зубы, подошел и протянул один из стаканчиков мне.

— Взял твой любимый. Без сахара, верно?

Я взяла теплый стаканчик в ладони и тихо вздохнула, уже чувствуя, как предательская улыбка тянет уголок моего рта вверх. В его присутствии я будто теряла контроль над собой. Хотелось верить, что это не навсегда.

— Угу. — Держа стаканчик перед собой, словно щит, я, чтобы не смотреть на Кевина, огляделась. — А где наши мама и папа? Они уже звонили тебе?

Он не двигался, словно изучая меня, но из-за очков я не могла сказать точно.

— Да. Недавно. — Он медленно кивнул и оглядел холл. — Сказали, что через полчаса будут здесь.

У стойки регистрации маячили, поглядывая на него, какие-то девушки, но больше в холле никого не было. Я намеренно села в самом дальнем углу, но он все-таки подошел ко мне, хоть у него и не было нужды это делать. Он откашлялся, и я приготовилась.

— Слушай… насчет вчерашнего вечера…

Я махнула рукой.

— Не заморачивайся.

Он наморщил лоб.

— Но…

Я отвела взгляд.

— Все нормально, серьезно. Я приехала раньше времени и зашла поздороваться. Вот и все. Ты был вроде как занят, поэтому да, я ушла. — «Пожалуйста, оставь эту тему», заклинала я его про себя.

Через секунду он откашлялся и отодвинулся от меня.

— Окей. Что ж, спасибо.

Я кивнула. Моя шея до сих пор была как деревянной.

— Ага. Нет проблем.

— Точно?

— Ну да. — Я закивала, сжимая стаканчик так сильно, словно он собирался ускользнуть от меня. И тут, словно в ответ на мои мысленные мольбы, наконец-то подъехала машина родителей. — О, смотри, вот и они. — Я не смогла сдержать облегчения.

Направившись к нашим родителям, я краем глаза увидела, как Кевин посмотрел за окно, а потом его взгляд снова переметнулся ко мне. Но я уже была далеко и надеялась, что возникшая между нами неловкость останется позади.

— Мам, пап!

Я помахала им, когда они вышли из джипа, и поставила кофе на лавочку рядом, поскольку знала: в наше воссоединение после целого дня разлуки неминуемо будут входить обнимашки. Шейла их обожала, и вскоре я оказалась в ее объятиях.

— Саммер, — пробормотала Шейла мне в волосы. — Моя дорогая девочка. Я не отпущу тебя, ты же знаешь. Нет-нет. Ты накрепко застряла в моих руках. Я заобнимаю тебя до смерти.

— Мам. — Я расслышала в голосе Кевина, который встал рядом с нами, улыбку. — Отпусти ее, иначе без кислорода она задохнется.

— Не-а. — Она помотала головой, покачиваясь со мной из стороны в сторону. — Я уже потеряла тебя в этом аду под названием «колледж» и не готова потерять еще и эту милую девочку.

Я рассмеялась. Слышать такие слова было приятно. Шейла никогда не стремилась занять место моей матери, но в некоторых аспектах это получилось органично, само по себе. Когда наши семьи объединились, у нас, вопреки всем ожиданиям, не возникло ни малейших проблем. Возможно благодаря тому, что я знала: мама хотела бы, чтобы папа был счастлив — и он бесспорно был счастлив. Шейла позволила мне задавать темп в наших отношениях, и когда я начала делать уроки в столовой вместо того, чтобы прятаться у себя в спальне, то это заметно обрадовало ее. Сначала на столе начала появлялась еда. Затем напитки. А затем и Шейла стала устраиваться рядом со своей работой.

Я даже сочувствовала ей. Кевин появлялся дома так редко.

Если он возвращался один, то не раньше девяти-десяти вечера. И на моей памяти перед тем, как подняться к себе, заговаривал с отцом или Шейлой всего несколько раз. Иногда я садилась на кухню, надеясь, что, может, он захочет перекусить или попить, но этого не случалось. Как только Кевин заходил в свою комнату, то больше не покидал ее. А может, он избегал меня и спускался на кухню позже, когда я уходила.

Изредка мы устраивали семейные ужины, но теперь, оглянувшись назад, я осознала, что они проходили в уж слишком вежливой для нормальной семьи обстановке. Поэтому когда Шейла, отпустив меня, обняла сына, я задумалась, а правда ли Кевин не возражал против появления отчима. Мне всегда казалась, что нет.