Элла Саммерс Духовная магия Драконорожденный: Пробуждение - 2

Перевод: Rosland

Русификация обложки: Alena_Alexa

Порядок чтения

В мире Драконорожденных происходит действие четырёх серий:

1) Драконорожденная Серафина;

2) Драконорожденная Александрия;

3) Драконорожденный: Пробуждение — про Наоми, напарницу и подругу Серы;

4) Драконорожденная: Мир теней — тоже про Серафину и Кая, но уже совсем другая история.

События в книгах взаимосвязаны, поэтому существует общий порядок чтения всех книг в серии:

1) Наёмная магия (Драконорожденная Серафина #1)

2) Грань магии (Драконорожденная Александрия #1)

3) Магические Игры (Драконорожденная Серафина #2)

4) Магические ночи (Драконорожденная Серафина #3)

5) Магия крови (Драконорожденная Александрия #2)

6) Магическое королевство (Драконорожденная Александрия #3)

7) Магия Фейри (Драконорожденный: Пробуждение #1)

8) Борьба магии (Драконорожденная Серафина #4)

9) Драконорожденные: Мир теней (вся трилогия)

— Магическое затмение;

— Полночная магия;

— Магическая буря;

10) Духовная магия (Драконорожденный: Пробуждение #2)

11) Бессмертная магия (Драконорожденный: Пробуждение #3)

Перевод названий – это пока рабочие версии, которые могут поменяться по мере перевода серии.

Вы можете читать только какую-то одну серию, но тогда будьте готовы к тому, что поймаете спойлеры к другим сериям или чего-то не поймёте (например, потому что какие-то события, произошедшие с Серой и Каем, упоминаются в серии про Алекс).

Глава 1. Охота на проблемы

Оборотень-одиночка завыл вдалеке, нарушив тяжёлую тишину ночи. Наоми помедлила у входа в Паранормальный Выставочный Комплекс и посмотрела на мутное небо. Облака накатили примерно час назад, совершенно затмив звезды. По меркам зловещих знамений сегодняшняя ночь получала твёрдую пятёрку по апокалиптической шкале. Около семи часов сверхъестественные существа начали сходить с ума направо и налево. А к девяти часам колокола ада звенели уже на полную мощь, и монстры заполонили улицы.

Наоми осмотрелась по сторонам, пригляделась к теням в поисках затаившихся зверей. Она намного сильнее беспокоилась из-за настоящих тварей, которых мог привлечь вой оборотня, нежели из-за самого оборотня. Оборотни не превращались в свирепых безумных зверей каждую полную луну. Они являлись всего лишь разновидностью магов-оборотней, которые обладали способностью творить трансформирующие заклинания, превращавшие их в зверей. Маги-оборотни не были свирепыми или жестокими по натуре — по крайней мере, не больше любых других магов. Видите ли, иногда маги пьянели от магии, и тогда-то всё очень быстро катилось под откос. Тогда вызывали Наоми и других сверхъестественных правоохранителей.

Волк снова завыл.

Подруга Наоми, Алекс, завыла в ответ. И это был довольно убедительный вой. Очень похоже на настоящего оборотня.

Оборотень взвыл в ответ.

Сера толкнула сестру локтем.

— Перестань подначивать его, Алекс.

Сегодня Алекс и Сера надели одинаковые брюки из чёрной кожи и зелёные маечки цвета леса. Сестры не были идентичными близняшками, но довольно сильно походили друг на друга. У обеих были длинные прямые тёмные волосы, хотя у Серы они отдавали каштановым отливом, а оттенок Алекс был почти черным. Обе сестры были худыми, но закалёнными — следствие постоянного сражения с монстрами и сверхъестественными угрозами.

Алекс широко улыбнулась Сере, и в её синих глазах заискрила магия.

— Скажу тебе, любительница поумничать, что данный оборотень — леди.

Холодный вечерний воздух как будто резко выдохнул, и по коже Наоми пробежали мурашки.

— Откуда ты знаешь, что это девушка? — спросила Наоми у Алекс.

— Я знаю это потому, что волчица мне сказала.

— Через кровную связь с Логаном ты приобрела много навыков. Но разговоры со зверями — не один из них, — сказала Сера.

Алекс была связана магией со своим любовником-ассасином Логаном, человеком, чьи родители накачали его магией сверхъестественных существ. Все его органы чувств обострились, он обладал супер-силой, устойчивостью к магическим атакам, и это не считая других преимуществ. Когда Алекс и Логан соединились друг с другом на церемонии магии крови, Алекс получила некоторые способности Логана.

— Откуда ты знаешь, что я не могу говорить со зверями? — потребовала Алекс.

— Ты же мне всё рассказываешь, — ответила Сера.

— Не всё, — Алекс взглянула на Наоми и поиграла бровями. — Некоторые вещи слишком скандальны для ушек моей милой сестры.

Наоми вошла в Паранормальный Выставочный Центр.

— Знаешь, тебя не просто так зовут злой близняшкой. И порочной сестрой, — сказала она Алекс.

— Я стремлюсь соответствовать их порочным ожиданиям, — сказала Алекс, усмехаясь и вместе с Серой заходя за Наоми внутрь.

Коридоры оставались тёмными, как и ожидалось в такой поздний час. Они миновали гигантскую вывеску, которая ярко рекламировала совместную конференцию целителей среди людей и сверхъестественных, которая начиналась завтра утром.

Наоми, Алекс и Сера тихо шли по широкому коридору, их шаги заглушал ковёр под ботинками. Совершенно обычный, легко забывающийся ковёр — в данном случае красный с зелёным узором из ромбиков — являлся золотым стандартом для таких отелей и конференц-центров. Тысячи людей, проходивших через это здание каждый день, уже истоптали ковёр до состояния плоского блинчика.

По мере того, как они продвигались по стеклянному коридору, Сера и Алекс вытащили мечи. Наоми уже натянула стрелу на тетиву. Они готовы к проблемам. Они ждали их, охотились на них. В конце концов, их сюда послали не для того, чтобы восхищаться интерьером.

Оборотень снова завыл, и его зов почти не заглушался стенами и окнами здания.

— Думаю, он становится ближе, — сказала Сера.

— Эй, не смотри на меня, — сказала Алекс. — Я не звала его поиграть. Я не разговариваю с волками. Я просто дурачила тебя.

Наоми посмотрела через стеклянные стены. За те короткие минуты после того, как они вошли в здание, ветер раздул большую часть облаков. За стеклянным куполом небо представляло собой всполохи красного и оранжевого, обрамляющие садящееся солнце. Его красота была почти магической и резко контрастировала с девственно-чистой белой краской выставочного центра и ковром рождественских оттенков.

Взвыл хор оборотней, ответивший первому звавшему.

— Стая собирается, — прокомментировала Наоми.

Губы Серы изогнулись в лукавой усмешке.

— Скорее всего, чтобы напиться и голышом танцевать в лунном свете.

Вероятно, она права. Маги-оборотни, которые превращались в оборотней, любили собираться стаями как студенческие братства. И они любили выкидывать безумные фокусы, а потом хохотать над ними.

— Пока оборотни там, им не грозит то, что таится здесь, — сказала Наоми.

Алекс издала вздох, который прозвучал страдальчески и совершенно фальшиво.

— Тогда как мы ныряем с головой в опасность.

— Ты всегда ныряешь в опасность с головой, — заметила Сера.

Алекс сверкнула улыбкой.

— Давайте попытаемся остановить эту угрозу до завтрашнего утра, — сказала Наоми.

Когда завтра утром двери распахнутся, человеческие доктора и магические целители заполнят здание, чтобы провести три дня за дискуссиями и презентациями последних исследований в целительских методологиях.

Они вышли из стеклянного коридора, чтобы войти в главный зал. Через каждые несколько футов им встречалась красочная вывеска, рекламирующая конференцию целителей. Один баннер изображал человеческую женщину-доктора очень учёного вида в белом халате, держащую врачебный чемоданчик. Она источала профессионализм. Следующий баннер, сплетённый из красного и золотого, чтобы символизировать Триаду Магов, изображал мага-целителя. Длинноволосый мужчина был одет в замшевый жилет и джинсы поверх ковбойских ботинок. На его руках сияла магия.

— Он выглядит, как парень, который надерёт тебе задницу, а не исцелит, — заметила Алекс.

— Если верить моему опыту, то он представляет собой довольно типичный образчик мага-целителя, — сказала Наоми.

Сера кивнула.

— Как Дал.

Дал был целителем в трио любимых боевых магов Серы. Она окрестила их бойцами. Она питала к ним очень тёплые чувства, как и Наоми. Бойцы были стойкими на поле сражения и уморительными за его пределами.

— Этот выглядит весьма мудрым, — заметила Сера, глядя на следующий баннер.

Он изображал человеческого доктора, лысеющего темноволосого мужчину. В шерстяном жилете поверх рубашки на пуговицах он выглядел как профессор медицинского института.

Следующий баннер изображал женщину-фейри со способностями целителя. Это была пожилая леди с дикой копной седых волос, обрамлявших лицо. На её шее висела дюжина бус. Из-за бус, длинной цветастой юбки, сандалий из сплошных ремешков, а также мешочков с исцеляющими порошками, которые болтались у неё на талии, она напоминала обитателя Острова Фейри, пацифистского сообщества фейри и магов за границей Сан-Франциско. Лицо фейри освещала широкая улыбка. Она выглядела доброй и приветливой, именно такой женщиной, которая позаботится о тебе, в какие бы проблемы ты ни угодил.

— Видимо, единство в моде в этом сезоне, — сказала Наоми, показывая на баннер человека и мага, которые стояли вместе и обменивались рукопожатием.

— Это явно шаг вперёд по сравнению с напряжением между людьми и сверхъестественными, которое ударило по миру за последний год, — заметила Сера.

— Напряжение ещё никуда не делось, — сказала Алекс.

— Но ситуация уже улучшается, — сказала Наоми. — Словно мир приходит в равновесие.

— Не сглазь, — поддразнила Алекс. — Ну, знаешь, зомби только и ждут, когда мы изнежимся, а потом разом выпрыгнут из-за угла.

— Это ты привлекаешь зомби, — сказала Сера.

Алекс поморщилась.

— Не напоминай мне. Я ненавижу зомби, — она подавила дрожь, затем посмотрела на коридор перед ними. — Ну, если не зомби, то адские твари.

Наоми перевела взгляд в тёмный угол. Ничего не выпрыгнуло. Зал оставался совершенно тихим.

Наоми широко улыбнулась Алекс.

— Видишь, никаких зомби. Сила позитивного мышления.

Конечно, это могло быть всего лишь затишьем перед бурей, короткой передышкой перед тем, как все рванёт.

Нет, Наоми твёрдо решила сохранять позитивный настрой. Она не хотела верить, что анархия — это естественное состояние мира. Просто мир некоторое время пребывал в дисбалансе, вот и всё. Он найдёт дорогу обратно к гармонии. Нужно лишь подтолкнуть его в нужном направлении.

Они продолжили идти по коридору, высматривая всё подозрительное. Всё, что выбивалось из привычного порядка. Алекс не шутила по поводу адских тварей. За прошлую неделю нескольких видели в этом районе. Правоохранители считали, что это здание — место демонической активности. Вот почему Наоми и сестры Деринг оказались здесь. Они охотились на проблемы. В конце концов, адские твари — всего лишь закуска перед главным блюдом: демон.

— У меня от этого места мурашки, — прошептала Сера. — Что-то кажется... неправильным.

— Ага, — согласилась Алекс. — Словно кульминация какого-то злобного плана вот-вот рванёт нам в лицо.

— Смешные истории имеют кульминацию. Злобные планы — нет, — сказала Наоми.

— Ну, те, в которые я впутывалась в последнее время, явно походили на какую-то извращённую шутку космоса.

— Просто вселенная говорит тебе уйти с нынешней работы и прийти работать с нами в Драхенбург Индастриз, — с улыбкой ответила Сера.

В отличие от Наоми и Серы Алекс не была частью отряда сверхъестественных правоохранителей. В данный момент она приехала в город, чтобы навестить Серу, но не сумела ничего с собой поделать, когда представилась возможность поохотиться на монстров.

Алекс и Логан только что устранили ячейку террористов-ненавистников сверхъестественного, которая действовала ниже по побережью, так что они находились поблизости. В данный момент они ждали новостей о следующей ячейке, чтобы нанести очередной удар. Но этих ячеек так много. Всякий раз, уничтожая одну, Алекс и Логан находили две новых. Наоми читала раздражение Алекс по её глазам. Эта миссия захватила её жизнь на долгие месяцы. Она настолько стала частью её, что Наоми задавалась вопросом, что будет делать Алекс, когда всё закончится. Придёт ли она работать на правоохранителей? Наоми надеялась на это. Отряд правоохранителей напоминал одну большую семью.

Скрипнула дверь. Алекс резко развернулась, подняв меч. Но это оказался всего лишь ветер. Алекс вздохнула. Она выглядела разочарованной.

— Поверить не могу, что мы пропускаем пиццу ради этого, — прокомментировала Сера, когда они двинулись дальше по коридору.

— Я определённо не ожидала вот так провести вечер пятницы, — сказала Наоми.

Сегодня днём Алекс предложила устроить день для девочек: пицца на троих и кино. Но потом Наоми и Сера получили вызов на проверку выставочного центра.

Над головой полыхнул свет. Наоми тут же навела стрелу в потолок. Она рассмеялась над самой собой, когда осознала, что эта вспышка света оказалась всего лишь рассеявшимися облаками, которые открыли поднимающуюся луну. Наоми опустила лук и задышала медленно и глубоко, стараясь успокоить нервы.

Алекс посмотрела на луну, сиявшую через стеклянный потолок.

— Кто-то сегодня дёрганый, да?

— Мне будет лучше, когда я съем немного брауни, — ответила Наоми.

— С мороженым сверху, — добавила Сера.

— Прекрати, — Наоми посмотрела на свой урчащий живот. — Я из-за тебя истекаю слюной.

Сера усмехнулась.

— Хорошо, что я пошла с вами на эту маленькую экскурсию, — бодро заявила Алекс. — Без меня вы бы просто ввязались в проблемы.

Наоми рассмеялась.

— Ты же не серьёзно.

Алекс выгнула тёмные брови.

— Ещё как серьёзно.

Алекс постоянно встревала в проблемы и втягивала в них всех вокруг себя.

— Если придёшь работать с нами в Драхенбург Индастриз, то сможешь уберегать нас от всех возможных проблем, — сказала Сера, подтолкнув свою сестру.

Алекс фыркнула.

— Ну, заманчиво. У твоего жениха Кая Драхенбурга очень большое и внушительное здание. Почти такое же большое и внушительное, как его дракон.

Кай был магом-оборотнем, который мог превращаться в дракона, что являлось венцом пирамиды магов-оборотней. В этого зверя магически сложнее всего превратиться.

— И у него большой арсенал оружия, — сказала Сера.

Алекс многозначительно поиграла бровями. Наоми едва не поперхнулась собственным хихиканьем.

Сера перевела взгляд между ними.

— Я говорила буквально.

Наоми похлопала её по плечу.

— Милая, мы и не сомневались.

Сера была такой же милой, как пучок сахарной ваты. Она краснела даже при малейшем неприличном намёке. Совсем как сейчас.

Сера прокашлялась.

— Мы говорили о том, чтобы ты присоединилась ко мне в новом отряде правоохранителей Кая, Алекс. Нас официально санкционировал сам Магический Совет. Нам разрешается ловить монстров и размахивать бейджами перед носом непослушной напыщенной сверхъестественной элиты, когда её представители ловят кайф от магии и сходят с ума. Все те люди, которые годами смотрели на нас свысока, теперь обязаны делать так, как мы скажем. На прошлой неделе я выписала Бетани Хэрровер штраф за то, что она не убрала какашки своего пурпурного пуделя в парке Золотые Ворота. Я заставила её подобрать какашки, пока я неодобрительно смотрела на неё, — глаза Серы заблестели. — Наконец-то она отведала собственного яда. Это было великолепно.

Бетани Хэрровер была светским магом высшего порядка, пожилой леди из магической элиты и женщиной, которая со всеми на белом свете обращалась так, будто единственная цель их существования — служить ей. У неё имелся пурпурный пудель, которого она одевала в бриллиантовые ошейники. О пёсике она заботилась больше, чем о людях вокруг неё.

— Ты определённо умеешь разрекламировать работу, сестрёнка, — рассмеялась Алекс. — Я бы всё что угодно отдала за возможность увидеть выражение лица Бетани Хэрровер, когда ты протянула ей совок для сбора какашек.

— Цена этого веселья не так уж высока, как можно подумать. Тебе всего лишь нужно присоединиться к нам, — сказала Сера. — Давай же. Будет весело. Тебе будут платить лучше, чем сейчас, и мы снова сможем вместе сеять хаос. Что может быть лучше?

— Я правда по этому скучаю. По творению магического хаоса со своими лучшими друзьями. По сражению с тварями. По тому ощущению, когда ты ложишься в постель настолько усталой, что даже не знаешь, сможешь ли встать с кровати завтра утром, — Алекс вздохнула. Это был не грустный вздох. В нем звучало столько счастья, словно она вот-вот взорвётся.

— Есть и другие преимущества, — настаивала Сера. — Я даже получила свою личную оружейную.

— Это потому что Кай к тебе неровно дышит, — сказала Наоми. — Я не получила личную оружейную. Мне приходится вламываться в твою, когда мне что-то нужно.

— Я поговорю с Каем, чтобы он выделил тебе отдельную оружейную.

— Не беспокойся. Красть у тебя куда веселее, — Наоми широко улыбнулась.

— Не сомневаюсь, — Сера снова сосредоточилась на Алекс, словно чувствовала, что её сестра близка к капитуляции. — Райли в отряде, бойцы в отряде, Наоми в отряде, я в отряде. Все клёвые люди в отряде.

— Ну, не все клёвые люди, — Алекс похлопала длинными черными ресницами. — Дай мне подумать над этим.

— Наоми было куда проще завербовать, чем тебя, — надулась Сера.

— Да меня и не нужно было долго вербовать, — сказала Наоми. — Работа на Кая спасла меня от ужасной судьбы.

Когда Магический Совет узнал, что Наоми — Духовный Воин, обладающий редкой силой фейри, которая позволяла ей путешествовать между землёй и царством духов, они попытались силой принудить её к службе. Но Наоми не желала до конца своих дней утаскивать в ад людей, которые раздражали Магический Совет. Ад — это вам не рай, и ей пришлось бы жить с тем, что именно она сделала эти вечные приговоры возможными.

Наоми взглянула на Серу.

— К счастью для меня, большинство людей боится Кая, включая его товарищей по Магическому Совету.

— Кай безобиден, — сказала Сера. — Добряк-здоровяк.

— Да, и особенно здоровая у него драконья чешуя, — прошептала Алекс, обращаясь к Наоми — но не слишком тихо.

Наоми сжала ладонь Серы.

— Иногда очень удобно иметь под рукой мага-оборотня, который может превратиться в двадцатитонного дракона.

— Вот так Наоми избежала ужасной судьбы, а Кай добавил единственного ныне известного Духовного Воина к своему отряду правоохранителей, — сказала Сера.

— К отряду правоохранителей, финансируемому Магическим Советом, — добавила Наоми. — Причём значительный кусок этого бюджета уходит компании Кая за решение административных вопросов.

Алекс издала тихий протяжный свист.

— А твой жених — сумасшедший умный дракон, — сказала она своей сестре.

Сера пожала плечами, но небрежный вид давался ей не очень хорошо. Она буквально лопалась по швам от гордости.

— У него учёная степень по бизнесу.

— Он определённо применяет её на деле, — сказала Наоми.

Сера вновь нацелилась на Алекс.

— Логану тоже стоит вступить в отряд правоохранителей.

— О да, — сказала Алекс, закатывая глаза. — Ничто не доставит ему большего удовольствия, чем подчиняться Каю.

— Для Логана подчиняться Каю равносильно тому, чтобы есть сыр из бутылки, — согласилась Наоми.

Алекс захихикала.

— Называть эту жёлтую массу «сыром» — это оскорбление для всех сыров, — произнесла она низким голосом, отдалённо напоминавшим голос Логана.

Наоми так тряслась от смеха, что едва не выронила свой лук.

Алекс хлопнула её по спине так, словно пыталась избавить её от икоты.

— Очень профессионально, Наоми.

Сера недоуменно нахмурила лоб.

— Что я пропустила?

— Логан в последнее время часто бывал у меня дома, — объяснила Наоми. — Они с Макани сроднились на почве любви к созданию оружия.

— И отпусканию презренных комментариев в адрес нашего сыра, — добавила Алекс.

— И ещё реслинг, — Наоми облизнула губы.

— Вчерашний матч был просто убийственным. Я не моргала целых десять минут. Боялась что-нибудь пропустить.

Наоми постучала пальцем по голове.

— Я всё это сохранила здесь. Каждый мускул.

— Каждый треск ткани.

Наоми принялась обмахиваться ладошкой.

— Так вот чем вы двое вчера занимались? Вот почему вы были слишком заняты, чтобы провести время со мной? — спросила Сера.

— Если бы ты это видела, ты бы поняла, — сказала ей Наоми.

— Сера хорошая девочка, — сказала Алекс, сверкнув глазами. — Она не наблюдает за борьбой полуголых мужчин.

— И это напомнило мне, — Наоми повернулась к Сере. — Ты получила моё приглашение на барбекю на следующей неделе? Кая тоже приводи.

Алекс прыснула со смеху.

Сера посмотрела на Наоми и Алекс, затем сказала:

— Я собиралась сказать «да», но теперь задаюсь вопросом, нет ли у тебя скрытых мотивов.

— О? — Наоми сотворила над своей головой нимб из искрящейся розовой Пыльцы Фейри.

Магия ветра окутала Алекс и сложилась в пару прозрачных крыльев за её спиной.

— Вы двое ни на секунду меня не одурачили, — сказала им Сера. — Надеюсь, этот вечер не перейдёт в кулачные бои.

— Не кулачные бои. А турнир, чтобы испытать их мастерство, — сказала Алекс. — Парням такое нравится. Особенно когда у них есть зрители.

— Магия полыхает. Ножи летают, — сказала Наоми, обрисовывая сцену.

— Рубашки снимаются, — добавила Алекс.

— Они снимут рубашки? — спросила Сера.

— Конечно, — сказала Алекс. — Совсем как в тех романах, которые ты любишь читать, Сера. С полуголыми мужчинами на обложке.

Сера покраснела.

Наоми весело улыбнулась.

— Тут нечего стесняться, Сера.

— Я не стесняюсь. Я просто не понимаю, по какой причине парням понадобилось бы снять рубашки.

В этот раз уже Алекс принялась обмахиваться.

— Они потеют, и им становится жарко, — объяснила Наоми. — Из-за количества нагрузок.

— И нужно же им показать тела.

— Ради нас. Более того...

Алекс прижала пальцы к её губам.

— Я что-то слышу.

Наоми замерла.

— Какое такое что-то?

— Не уверена, — сказала Алекс. — Но точно не Санта-Клаус, гарантирую.

— Жаль, ведь ты была такой хорошей девочкой в этом году, — прошептала Наоми.

Алекс широко улыбнулась.

— Следуйте за мной, девочки.

Они добрались до пересечения четырёх коридоров в широком зале. Стеклянные панели купола над головой сходились вместе в форме звезды. Алекс пошла налево. Наоми и Сера пошли следом, доверяясь её обострённым органам чувств, которые приведут их прямиком к проблемам.

Они остановились, когда увидели тела. В большой комнате в конце коридора на полу лежали маги, вампиры и фейри, все мёртвые. Их кровь пятнала ковёр более тёмным оттенком красного. Они не просто оказались убиты — их тела искромсали. Раны такие глубокие, что куски тел едва держались вместе; а травмы столь суровы, и наносились раз за разом — Наоми никогда не видела ничего столь ужасного.

А шум, который упоминала Алекс... теперь Наоми слышала его. Это было гулкое эхо капающей крови. Тело лежало на длинном столе для совещаний, его кровь стекала через край и мягким стаккато капала на пол через каждые несколько секунд.

Алекс опустилась на колени перед одним из тел.

— Эти раны нанесли, пока они всё ещё были живы.

А значит, эти люди страдали. Очень сильно.

— Что думаешь? Вызов демона пошёл ужасно не по плану? — спросила Сера у Наоми.

— Я не уверена. Адских тварей можно призвать без демона. Звери могут существовать в этом мире без носителя.

Но Наоми не видела ни единого признака адских тварей. Ни шерсти, ни рваных полос от когтей на стенах. Но сами раны выглядели так, будто их нанесли когтями, а не ножами.

— Но если это был вызов, то кто вызвал демона? — спросила Алекс.

— Может, здесь был кто-то ещё, а потом ушёл вместе с демоном внутри себя.

Наоми быстро просканировала комнату. Её взгляд не задерживался ни на одном теле и ужасах, которые с ними сотворили. Она сосредотачивалась на маленьких деталях; это помогало ей не видеть ужасную картину в целом.

— Я не вижу следов магических трав, которые используются для призыва демона. Никакого Крема Бездны. Никакой Солнечной Листвы или Мятого Бархата. Ничего.

— Я тоже не чую этих трав, — сказала Алекс.

— Здесь ничего нет, — сказала Наоми. — И всё же...

— И всё же что-то здесь есть, — закончила за неё Сера. — Здесь происходит нечто очень странное, чудная магия в воздухе, — она покачала головой. — Не могу объяснить.

— Послевкусие ада, — осознала Наоми.

Вот что за горький вкус обжигал её вкусовые рецепторы. Но он был очень слабым. Это могли быть адские твари или даже полноценный демон. Запах слишком размылся, чтобы Наоми могла сказать наверняка.

Но одно она знала точно; эта магия родилась в духовном царстве. Наоми не могла чувствовать магию так, как Сера и Алекс — по крайней мере, не земную магию. Но у неё был нюх на духовную магию.

Наоми подошла к телу, которое лежало на столе для совещаний. Должна быть причина, по которой оно лежало тут, тогда как остальные тела валялись на полу. Что такого особенного в этом теле?

Наоми проверила тело на предмет демонических меток. Каждое существо, убитое демоном, сохраняло метку. И каждый демон имел свою метку. Если они найдут на телах метку, то не только подтвердят, что этих людей убил демон; они ещё и узнают, какой именно демон это сделал.

— На этом теле нет меток, — заявила Наоми.

— На этих тоже ничего, — сказала Сера, поднимаясь с места, где она присела на корточках.

За неимением демонической метки Наоми оставалось работать лишь с методом убийства. Существовали разные демоны, и каждый убивал свою жертву немного иначе. Болезни, безумие, утопление, страх. Но какой демон убивал людей, разрывая их на части?

— Это не похоже на магическое убийство, — сказала Сера. — Похоже, будто кто-то разорвал этих людей на куски без причин или смысла.

Наоми подвинулась ближе к столу. Выстрелил фонтан красных и оранжевых искорок. Прозрачное синеватое сияние окутывало тело мёртвого мужчины. Земля задрожала, воздух затрясся, как безумная гогочущая ведьма.

— В укрытие! — закричала Наоми, кинувшись за антикварный шкаф, когда позади неё взорвалась бомба с коктейлем из стихий.

Огонь, вода, земля и молния схлестнулись и рябью прокатились по комнате серией магических взрывов. Шкафчик перед Наоми застонал, затем упал. К счастью, фейерверки уже закончились. Наоми встала и посмотрела на осколки горящего дерева и стекла, которые сыпались на неё дождём. Алекс и Сера вышли из-за массивного контейнера, который они использовали для укрытия.

Мебель превратилась в руины, тела окончательно развалились на куски, а теперь ещё и над головой образовалась огромная дыра там, где несколько секунд назад был стеклянный потолок.

Сера вздохнула.

— Пора вызывать команду Зачистки.

Глава 2. Принц Тихоокеании

— Хотелось бы мне, чтобы мы хоть раз не возвращались во главе процессии Зачистки, — пожаловалась Сера, когда она, Наоми и Алекс шли по коридору двадцать восьмого этажа офиса Драхенбург Индастриз в Сан-Франциско.

Драхенбург Индастриз являлась крупнейшей в мире компанией магических исследований с офисами более чем в тридцати странах. Интересы компании охватывали все магические вещи — от зелий до ядов, от заклинаний до существ. Но это здание также служило домом кое-чему другому: штабу правоохранителей Магического Совета, специального отряда, который устранял магические угрозы.

Наоми обернулась на команду Зачистки, которая шла позади них и несла части тел и другие фрагменты улик, пережившие взрыв.

— Готова поспорить, они хотят того же.

Вампир по имени Линк подмигнул Наоми. Он и его брат Лолек служили в качестве специальных агентов Кая в Мюнхене, но потом получили новое назначение в отделе правоохранителей Кая.

— Ну, мы хотя бы вернулись, — сказала Алекс. — А были почти на волоске от гибели. Кто вообще закладывает магическую бомбу на месте убийства?

— Тот же, кто кромсает на куски двадцать человек, — хмуро ответила Наоми.

Загадка тела, разложенного на центральном столе, решилась; его положили там так подозрительно, чтобы привлечь их к бомбе, которая должна была их взорвать.

Они миновали ряд картин, каждая из которых изображала сцену сверхъестественной красоты и умиротворения. Единорог тыкался носом в пальцы мага-заклинателя, ручеёк тихо струился на фоне, вокруг витал сладкий и приятный запах весенних цветов. Вампир играл на арфе, и её лиричные ноты задевали струны души Наоми. Трио фейри сделало паузу, перестав мыться в реке, и они принялись игриво плескаться друг на друга; их смех доносился от картины как звон колокольчиков на ветру.

Каждая картина была создана магией, охватывала полный спектр человеческих органов чувств и затаскивала тебя прямо в мир картины. Этот предмет искусства обладал узнаваемым стилем художницы и фейри-иллюзионистки Беллатрикс Рейвен.

К тому времени, когда Наоми дошла до конца коридора, её нервы, остававшиеся на взводе после инцидента в выставочном центре, успокоились; она чувствовала себя так, будто провела весь день в спа. Такова магия работы Беллатрикс Рейвен.

— Привет, — поздоровалась Наоми, когда она, Алекс и Сера вошли в большой открытый офис бойцов, сопровождаемые командой Зачистки.

— В восторге от вашего нового офиса, мальчики. Такой опрятный, — заметила Алекс.

В здании недавно проделали ремонт и реорганизацию, чтобы подстроиться под новый отряд правоохранителей.

Тони смотрел на них из-за своего стола, его лицо оставалось собранным, в глазах цвета тёмного мёда виднелся острый ум. Он возглавлял отряд, а значит, ему приходилось разбираться с последствиями их драк с монстрами и непослушными сверхъестественными существами. К счастью, он был из тех мужчин, которые всегда оставались рациональными и не утрачивали хладнокровия даже в пылу сражения — или когда правоохранители заваливались в его офис, покрытые строительным мусором.

— Не сглазь, Алекс, — сказал он. — Мы только утром въехали в это помещение. Мне бы хотелось, чтобы оно оставалось таким хотя бы до конца недели.

— Я приношу лишь наилучшие пожелания и удачу, — заверила его Алекс с усмешкой.

— Ты хотела сказать, хаос и бардак.

— И это тоже.

Команда Заичистки сложила неоновые оранжевые мешки на стол Каллума, а ярко-зелёные — на стол Дала.

Дал открыл один из мешков для содержания биологической угрозы и вытащил отрубленную руку. Команда Зачистки помечала как «биологическую угрозу» всё живое или некогда бывшее живым.

Дал перевёл взгляд на Наоми, которая стояла перед его столом.

— Части тела, — сухо сказал он. — Право же, не стоило.

Каллум выглядел более довольным содержанием своего оранжевого пакета. На месте взрыва мало что осталось, но команда Зачистки сумела собрать несколько электрических частей бомбы и кое-какие оплавившиеся и обугленные проводки. Каллум начал раскладывать эти предметы на подносе, стоявшем на его столе.

— Вы трое никогда не оставляете место преступления в целости и сохранности, — поддразнил Тони Наоми и сестёр Деринг.

— Это была защитная мера, ловушку, которую оставили после себя, — Сера показала на остатки устройства, которое Каллум пытался собрать воедино.

— И весьма гадкая бомба, — прокомментировал Каллум.

— Кто-то явно не хотел, чтобы мы рыскали там, — сказала Сера.

— Нам повезло, что мы всё ещё целы, — Алекс стояла перед столом Дала, наблюдая, как тот сортирует части тел.

— Я мало что могу сделать с несколькими костями, головой, рукой и частью ноги, — заявил Дал, но всё равно присмотрелся к ним поближе. Он записал свои наблюдения в блокнот. — Как насчёт следов магических субстанций на месте? Вы добыли мне образцы?

— Нет, — ответила Наоми.

— Их стер магический взрыв? — уточнил Дал.

— Нет, их там изначально не было. Ни Крема Бездны, ни Кровавой Розы. Ни Солнечной Листвы, ни Мятого Бархата, — сказала Наоми. — Вообще ничего. Никаких зелий или трав. Даже исцеляющего крема и то не было.

Между бровей Дала залегла складка.

— Что это за призыв демона такой?

— Надеюсь, такой, который обернулся провалом, — мрачно сказала Наоми, когда в её голове промелькнули воспоминания обо всех этих телах.

— Мы ещё нужны вам для чего-то? — спросила Сера у бойцов.

Дал посмотрел на части тела на своём столе.

— Нет, вы и так сделали достаточно.

— Мы исследуем всё, — сказал им Тони. — Будем надеяться, к утру нам будет, чем поделиться с вами.

Каллум поднял спутанную массу проводков и с сомнением хмыкнул.

— Нам стоит вызвать Райли, — сказал Дал Тони. — Нам не помешает дополнительная помощь.

Тони кивнул, поднимая телефон.

Райли, брат Серы и Алекс, гений магических наук, тоже имел свой стол в офисе бойцов, но в данный момент его здесь не было.

— Иди, — сказал Тони Сере, печатая что-то на своём телефоне. — Ты и так опаздываешь.

— Опаздываешь? Куда? — спросила у неё Наоми.

— На свидание с Каем в «Иллюзии», — она подняла руки в воздух и покружилась на месте. — Как я выгляжу, девочки?

— Как будто ты только что пережила взрыв бомбы, — сказала ей Алекс.

— Идеально, — ответила Сера с бодрой улыбкой. — Чопорная клиентура «Иллюзии» будет в восторге.

Затем она помахала им и вышла из комнаты.

— А что насчёт тебя? Какие планы на вечер? — спросила Алекс у Наоми. — Горячее свидание в городе?

Наоми посмотрела на свою одежду, которая выглядела ещё хуже, чем у Серы. Неудивительно, учитывая то, как близко она находилась к бомбе. Её джинсы порвались, на маечке виднелись черные опалины. Грязь и дым испачкали её лицо, а волосы выглядели так, будто она использовала мину вместо подушки.

— Сегодня никаких свиданий, — рассмеялась Наоми. — Я бы ни за что не вышла в свет в таком виде, — она слишком тщеславна для такого. — А ты?

— Мы с Логаном должны были проверить зацепку, ведущую к террористической ячейке Конвикционитов в Сан-Хосе.

— Вам нужно взять перерыв, — сказала ей Наоми. — Расслабиться. Повеселиться.

Алекс сверкнула дьявольской улыбочкой.

— Это и есть веселье, — она похлопала Наоми по плечу, затем направилась к выходу.

Наоми осталась наедине с бойцами. Команда Зачистки уже направилась на поиски очередной катастрофы.

— Увидимся завтра утром, мальчики, — сказала Наоми бойцам.

Тони поднял взгляд от компьютера.

— Завтра твоя очередь приносить завтрак, Гарленд.

— И никакой гранолы, приправленной наркотиками фейри, как на прошлой неделе, — добавил Каллум.

— Не было там наркотиков.

Каллум приподнял светлые брови.

— Тогда как я окосел от первого укуса?

Наоми захихикала.

— Это от Гусиной Лапки, которую Дал подмешал тебе в кофе.

Каллум резко повернулся в сторону Дала.

Дал не поднимал взгляд от стола, но его губы изогнулись в лукавой улыбке.

Наоми вышла из команды, помахав им напоследок через плечо.

Шагая по коридору, она услышала, как Каллум спрашивает у Дала:

— Итак, приятель, у тебя случайно не осталось ещё Гусиной Лапки?

Хихикая, Наоми вошла в лифт. Когда двери вновь открылись, перед ней простиралась бескрайняя мраморная пустыня фойе. Днём это было оживлённое кишащее место, но в данный момент за столами никто не работал. Стук ботинок Наоми по глянцевому белому полу эхом разносился по просторному помещению.

Шагая уже по парковке, она вытащила телефон и проверила сообщения. Первое было от её матери.

— Наоми, — произнёс голос мамы, одновременно мягкий и суровый, сталь и шёлк в одном флаконе. — Пожалуйста, сообщи, присоединишься ли ты к нам за ужином завтра вечером. Мы так давно не видели тебя.

— Не бросай нас в неведении, — крикнула сестра Наоми, Айви.

— Мы хотим встретиться с твоим мега-секси-бойфрендом, — добавила её сестра Руби.

Наоми вздохнула. Она не была на Острове Фейри и не виделась с семьёй с тех пор, как несколько месяцев назад узнала о том, что она — Духовный Воин. Она была занята — сначала сражением с армией ада, потом с Мрачным Жнецом, который хотел завладеть миром, и наконец, с безумным магом теней, который сотворил заклинание, чтобы изменить реальность — но она могла бы выкроить минутку. Правда в том, что она избегала своей семьи.

Не то чтобы она их не любила. Она любила их больше всего на свете. Но они были пацифистами, а она — бойцом. Более того, она встречалась с самым большим и грозным воином из всех, который буквально прошёл через ад. Она могла справиться с дразнением сестёр-подростков, но не уверена, что могла вытерпеть упрёки матери.

Наоми забросила сумку на переднее сиденье своей машины с откидным верхом. Затем, вздохнув, напечатала сообщение маме, пообещав, что они с Макани придут завтра на ужин. Она не могла оттягивать это вечно.

Следующее сообщение было от бабули.

— Привет, роскошная, — сказала бабушка. Её голос звучал сахарно и воздушно, как сладкая вата. Это был голос безалаберного подростка, но принадлежал он одному из самых уважаемых магических историков в мире. — Завтра утром я забегу к тебе домой, чтобы занести артефакт, который ты хотела одолжить.

Этот артефакт был магическим рубиновым амулетом, созданным больше двух тысяч лет назад — небольшая находка бабули на раскопках в Танзании.

«Увидимся завтра. И спасибо», — напечатала Наоми бабуле.

Магические рубины, как и все магические драгоценные камни, были редкими. Сами драгоценные камни не были магическими, но в отличие от обычных драгоценных камней, они обладали поразительной способностью удерживать магию. Их можно использовать для хранения заклинаний. Наоми и Макани целыми месяцами собирали магические камни для своих путешествий в царство духов.

Наоми только-только вырулила с парковки, когда телефон зазвонил. Приборная панель в машине показывала, что это звонок от Симмонса, её бывшего босса в «Хаосе». Она нажала кнопку на руле, которая позволяла ответить на звонок. Если проигнорировать его, то он просто продолжит звонить, пока она не ответит. Он само упорство.

— Привет, Симмонс. Как дела?

— Мисс Гарленд.

Ах, мисс Гарленд, вот как? Симмонс никогда не называл её так, если только не был по-настоящему сердит на неё — или если не хотел что-нибудь от неё.

— Я неделями пытался связаться с вами, — продолжил он тем же гладким, отполированным голосом, который он использовал, чтобы вымогать у магической элиты огромные суммы денег. — Вы меня избегали.

«Да».

— Нет, — сказала Наоми. — Просто была занята.

— Тогда я перейду сразу к делу. Я хочу, чтобы вы вернулись работать на нас в «Хаосе». Я предложу столько же, сколько платит вам Драхенбург.

К тому времени, когда несколько месяцев назад Наоми вернулась из Европы, Симмонс уже узнал, что она была Духовным Воином. Для него она являлась фейри с уникальной магией, которая будет стоить больших денег. Люди готовы платить огромные суммы за экзорцизм демонов. Конечно, большинство так называемых одержимостей демонами были совершенными фальшивками, но сила мысли — штука внушительная. Если Духовный Воин встанет над ними и будет бормотать бредовые слова, обдувая дымом их задницу, то это послужит мгновенным лекарством от любой хвори. Не требовалось никакой магии. Симмонсу всё равно. Он был истинным наёмником. Он готов взять деньги с любого идиота.

— То, что я предлагаю — это безопасная и лёгкая работа, — сказал он.

— А ещё это бессмысленная работа.

— Вот как? Она подразумевает помощь бедным одержимым людям, — возразил он.

Людям, которые на самом деле не одержимы. Наоми хотела изменить мир к лучшему, а не разыгрывать второсортные представления для «Хаоса».

— Спасибо за предложение, но я вынуждена его отклонить, — сказала она самым вежливым голосом.

Нет необходимости грубить. Конечно, Симмонс был настойчивым бизнесменом, но как знать, когда ей понадобится его расположение. У него имелись связи. А ей не нравилось сжигать за собой мосты.

Симмонс умолк на мгновение, затем сказал:

— Если устанете нырять в ад, позвоните мне, мисс Гарленд, — он повесил трубку.

Прямолинейный и вежливый. Видимо, ему тоже не нравилось сжигать за собой мосты.

Наоми сбросила скорость, заворачивая на подъездную дорожку. Её дом был всего лишь маленьким жилищем в ряду таких же домиков. Некогда он был красным, но солнце плавно превратило его краску в розовый оттенок. Её арендодатель был слишком скупым, чтобы перекрашивать, и заявил, что краска всё равно опять порозовеет. Наоми задавалась вопросом, был бы он настроен иначе, если бы это ему приходилось жить в розовом доме. Большинству мужчин не было дела до цвета.

Макани не возражал; по крайней мере, он не поднимал эту тему и не косился презрительно на дом снаружи. Но Наоми подозревала, что после семи сотен лет жизни в аду он заботился о более важных вещах, чем цвет стен дома. Кроме того, изнутри стены были хорошего нейтрально-белого цвета. Недостаточно необычными, чтобы вдохновлять или оскорблять.

Наоми припарковалась снаружи, на подъездной дорожке. Гараж слишком переполнен, чтобы впихнуть туда даже её маленькую машинку. Но она всё равно вошла в дом через дверь в гараже. Она не хотела оставлять следы грязи или пепла после взрыва.

В гараже на каждой стене висело оружие. Булавы и ножи, щиты и луки, мечи и копья. Макани превратил гараж в мастерскую кузнеца. Здесь он делал собственное оружие. Он не доверял чужому оружию. Семь сотен лет, проведённых в аду, наверное, вызывали проблемы с доверием. Предательство собственной сестры тоже не помогало делу.

Макани и Логан часто бок-о-бок создавали здесь оружие. У ассасина имелись схожие проблемы с доверием.

Наоми закрыла за собой дверь гаража, сбросила обувь и вошла в дом. Жилище не было огромным или грандиозным, но оно было уютным. На первом этаже находилась небольшая гостиная, а лестница на второй этаж вела к спальне, располагавшейся в открытом лофте. Наоми раскошелилась на отличную кровать с полупрозрачным балдахином. В данный момент невесомая ткань струилась как ленты на лёгком ветерке, залетавшем через открытое окно.

С кухни доносились мучительно дразнящие запахи. Сегодня Макани готовил ужин, и божечки, как же он умел готовить. Сама Наоми больше пекла, специализировалась на десертах, особенно с внушительным количеством фейри-наркотиков счастья.

Наоми пошла на аппетитные запахи ужина. Травы и специи. Морковь и кукуруза. Розмарин. Свежеиспечённый хлеб. И что-то ещё. Что-то сладкое. Она глубоко вдохнула, пытаясь идентифицировать запах.

Чизкейк, решила она. Ням-ням. Когда она добралась до кухни, у неё буквально слюнки текли.

Фейри были большими сластёнами. Ну, за исключением Зубной Феи. По мнению Наоми, она была настоящей кайфоломщицей, вечно читала лекции о гниении зубов и необходимости диеты с низким содержанием сахара. Ну серьёзно, в чем тогда веселье?

Наоми вошла на кухню. Макани стоял перед духовкой, одетый в одни лишь спортивные штаны. Наоми задержалась на пороге, наслаждаясь видом. Он сложен как суровый чемпион в боевых искусствах, как дракон в человеческом обличье, но его разум и сила воли служили куда более смертоносным оружием, чем его тело. Он пережил семь сотен лет в аду, семь сотен лет полководцев, зверей и медленного, мучительного угасания его магии по капле — и он не сломался. Один лишь этот факт должен был обращать его врагов в бегство.

Макани открыл духовку и вытащил противень с булочками. Он даже не использовал прихватку; он сделал это голыми руками. Золотистое свечение покрывало его бронзовую кожу — защитный стихийный щит, делавший его невосприимчивым к жару духовки.

— Прихватки для слабаков, — сказала Наоми, широко улыбаясь.

Макани поставил противень на плиту. Она радовалась, что он помнит о таких вещах, потому что огнеупорность его кожи ещё не делала огнеупорными её шкафчики со столешницей из искусственного камня.

Он смерил её взглядом, темно-золотые глаза подметили её потрёпанный вид.

— Ты опять пыталась взорвать себя?

— Нет, — сказала Наоми, смахивая пепел, покрывавший её маечку. Ну, или попыталась смахнуть. — Кое-кто другой попытался меня взорвать.

— Я никогда не знал кого-либо, у кого было бы столько врагов, Наоми. Кроме меня самого.

— Это были не враги, — она обвила руками его шею и провела по его длинным черным волосам. — Они меня даже не знали.

— Тебя, похоже, совсем не беспокоит, что тебя пытаются убить незнакомые люди.

Она пожала плечами.

— Ничего нового.

Макани вскинул бровь.

— Хотя должна признать, моя жизнь сделалась куда более будоражащей с тех пор, как я встретила тебя, — она подалась ближе.

Он прижал палец к её к губам прежде, чем она успела его поцеловать.

— Сначала приведи себя в порядок.

Рассмеявшись, она провела пальцами по линиям и завиткам магической татуировки дракона, которая покрывала одну сторону его груди.

— Ты веками жил в аду, где с пылающих небес сыплются снежинки серы и кислотный дождь, а теперь тебе претит поцеловать девушку с несколькими грязными пятнами на одежде и коже?

— Мне нет никакого дела до того, насколько ты грязная.

То, как он произнёс эти слова, вызвало прилив жара в совершенно неправильные места — или наоборот, правильные.

— Дело в том, что случится после поцелуя, — сказал он.

— О? — коварно протянула она. — И что же случится?

Макани подвинулся ближе.

— Используй своё воображение, — каждое слово едва задевало её губы.

По её венам полыхнул жар.

— Никогда не проси фейри использовать воображение в таких вопросах, — хрипло произнесла Наоми.

Макани поднял ладони, сдерживая её, когда она выгнулась вперёд.

— Я обеспокоен целостностью твоей кухни, моя леди.

Она бы рассмеялась, если бы не хотела его так сильно.

— Мы можем уйти с кухни.

— Почти пришло время ужина.

Наоми опустила руки на его талию и скользнула ниже, чтобы сжать его задницу.

— У нас есть время, — она поймала его нижнюю губу зубами и ласково потянула.

Что-то прозвенело.

Макани взглянул на кухонный таймер в виде кошечки, стоявший на столе.

— Ужин готов.

Она вздохнула.

— Ну конечно.

— Разве ты не голодна?

Она сделала глубокий вдох, упиваясь аппетитными запахами.

— Умираю с голода, вообще-то.

И ей понадобится вся её энергия для приключения, которое последует за ужином. Это куда опаснее и куда интереснее работы в Паранормальном Выставочном Центре.

Глава 3. Бойцы ада

После ужина Макани принялся переставлять мебель в гостиной и оттаскивать всё к стенам, чтобы организовать для них большое открытое пространство. Наоми наблюдала за его работой, уплетая чизкейк. Её такое распределение ролей устраивало.

— Так вот, у меня для тебя загадка, — сказала она. — Мы с Серой и Алекс пошли по следу адских тварей до Паранормального Выставочного Центра, но когда мы добрались до места, адских тварей там не оказалось. Мы нашли лишь комнату, полную мёртвых тел. Они выглядели так, будто кто-то разорвал их на куски.

— Нет тут никакой загадки, — сказал Макани, поднимая обеденный стол. — Адские твари обладают ненасытным аппетитом. Они убили людей, поели, затем убежали.

— Тела остались целыми. Не было ни единого признака, что ими кто-то перекусил, — Наоми покосилась на полусъеденный чизкейк, ощущая тошноту, затем отставила тарелку. Все эти разговоры о смерти испортили ей аппетит.

Вздохнув, она пошла помогать Макани с перетаскиванием мебели. Она начала с двух стульев.

— Тела, которые вы нашли, могли быть жертвоприношениями для призыва демона, — сказал Макани.

— Но зачем так много жертвоприношений?

— Если призывали много демонов, к тому же очень могущественных, то чтобы доставить их на Землю, потребовалось бы много жертв.

— Странно то, что на месте не присутствовало трав, — Наоми скатала ковёр в рулон. — И ни на одном из тел не было метки демона.

Каждый, кто убит демоном, имел на себе ту или иную метку. И метка каждого демона отличалась друг от друга.

Макани посмотрел на неё.

— И вопреки отсутствию демонических меток и магических трав, ты всё равно считаешь, что этот инцидент связан с демонами.

— Да. Там пахло адом.

Царство духов, ад, преисподняя — всё это названия одного и того же места.

— Вонь ада густо повисла в воздухе над этими телами, — продолжала Наоми. — И сообщения об адских тварях привели нас прямо к тому месту. А теперь эти твари каким-то образом исчезли. Там нигде не было ни единого заметного признака демона. Но моё нутро говорит мне, что к этому причастен демон.

— Слушай этот инстинкт, — сказал он ей. — Твоя магия — духовная магия — часть царства духов. Она настроена на поток магии между адом и землёй.

— Кто-то устроил ловушку на месте преступления, — сказала Наоми. — Они боялись, что мы что-то найдём. Бойцы теперь осматривают обломки. Они лучшие из лучших. Им не нужна моя помощь.

Последние слова она произнесла скорее для себя, нежели для Макани. Она обладала некоторыми навыками смешивания зелий благодаря урокам бабули, но она далеко не дотягивала до уровня бойцов. Они в ней не нуждались. Она только мешалась бы под ногами. И в данный момент её ждали другие задачи, которые могла выполнить только она. Наоми снова и снова повторяла это себе, но почему-то её разум всё равно возвращался мыслями к этому расследованию.

Макани раскатал коврик для тренировок.

— Ты готова?

Она кивнула, выдохнув и выбросив из головы расследование случая в выставочном центре. Макани взмахнул рукой и сотворил парящие огоньки вокруг них, когда Наоми выключила обычное освещение.

Наоми уселась на коврик. Скрестив ноги, она закрыла глаза и сосредоточилась на царстве духов, представляя слои завесы, наложенные друг на друга. Земля. Затем первый круг ада. Второй, третий... и так до девятого круга, самого центра ада.

Существовало девять кругов царства духов, девять отдельных миров. Эти круги напоминали градиент, где каждый последующий слой лишь немного отличался от предыдущего, тогда как девятый, самый центр ада, совершенно не похож на землю. Это искажённое место, где обитали лишь худшие демоны и самые безумные души.

Словно тёмная, но прекрасная колыбельная, царство духов взывало к Наоми через проём, который она проделала в завесе. Горячая и ароматная, пряная и сладкая, терпкая и вкусная, его магия скользила по её органам чувств. На вкус она напоминала шоколад с чили, лимон со сливками.

Наоми открыла глаза. В воздухе перед ней открылся проём, окно. Зеркало. Оно выглядело так, будто воздух сложился несколько раз. И через это окно Наоми видела все слои ада, наложенные друг на друга.

Отделённый от земли первый круг царства духов являлся искажением знакомого ей мира. Большинство зданий представляло собой лишь частичные постройки с дырами в стенах вместо окон и дверей. У многих даже не было потолков.

На втором кругу здания разрушились ещё сильнее, напоминая скорее руины. Деревья скривились под странными, неестественными углами. Их кора была чёрной, листва — оранжевой. Воздух становился горячим и липким, бриз — дымным.

И пока Наоми смотрела через первые несколько слоёв, всматриваясь глубже в ад, земля разлагалась, с каждым кругом становясь всё более чужеродной. Пока не осталось ничего знакомого. Смотреть в ад — всё равно что смотреть в забвение из огня и пепла, жестокости и разрушения. Разложения.

Если верить книгам Наоми, царство духов не всегда было таким тёмным и заброшенным местом. Демоны исказили его вскоре после своего прибытия, искорёжили и подстроили под свои злобные нужды.

Демон на девятом круге пронёсся прямо перед взглядом Наоми. Он посмотрел на неё глазами чёрными, как горящая нефть. В ней вспыхнула паника, и она взмахнула рукой, закрыв зеркала на глубинные круги ада. Остались лишь первый и второй круги. Она вплела свою духовную магию в магическое зеркало, превратив окно в дверной проём, который вёл на второй круг.

— Я не отойду от тебя ни на шаг, — сказал Макани, взяв её за руку. Он всегда чувствовал панику в её магии.

Наоми в нём не сомневалась. Он не оставлял её с самого начала, когда они нашли друг друга в аду. Он оставался с ней, помогал ей. Направлял её. Он ни разу не дрогнул.

Она сжала его ладонь в знак благодарности. Затем они шагнули в магический проем, чтобы войти на второй круг ада — войти в Сан-Франциско в руинах, с разрушенными зданиями, которые заросли колючими лианами и чёрным лесом.

— Магия вокруг нас изменилась, — сказал Макани, когда магический проход закрылся за ним. — Ад чувствует наше присутствие.

Наоми тоже это ощутила.

— Но он приветствует нас или готовится к сражению с нами?

— Зависит от его сегодняшнего настроения, — Макани посмотрел на город, на груды мусора и ржавые остовы машин, а также на лес за ними.

— Пошли, — сказала Наоми. — Твои бойцы ждут.

— Это у Кая Драхенбурга бойцы, — Макани выпрямился во весь рост. — У меня воины.

— И какая разница?

— Я принц, — заявил Макани. — Он — нет.

Наоми фыркнула.

— Я спрашивала не о разнице между тобой и Каем. А о разнице между воинами и бойцами.

— Полагаю, это зависит от точки зрения.

— Как по-философски, Ваше Величество.

— Как я уже много раз говорил тебе, Наоми, драконы — это воплощение магии, силы и культуры.

Рассмеявшись, Наоми зашагала по улице. Ям здесь было больше, чем асфальта. Макани подстроился под её темп, его тело держалось наготове, глаза сканировали руины.

Из теней каждого здания выглядывали светящиеся глаза. Они смотрели с верхушек деревьев, через разбитые окна машин. Монстры притаились всюду вокруг них, но держались в темноте. Они оставались в укрытии.

— Монстры прячутся, — прокомментировала Наоми. — Они прячутся от нас.

Так странно было говорить об этом. На земле монстры от неё не прятались.

— Они чувствуют твою магию. И она их пугает, — сказал Макани.

— Мне их жалко.

— Почему?

— Потому что они боятся.

— Ты слишком добра, — сказал он. — Это же монстры.

— Но это лишь ярлык, который мы на них навесили. Не все «монстры» плохие. Они просто выглядят иначе. Их магия немного иная. Знакомо звучит?

— Ты намекаешь на Драконорожденных.

Семь сотен лет назад Магический Совет, организация, которая сурово правит сверхъестественным сообществом, объявила Драконорожденных магов «выродками» и стала охотиться на них, пока не истребила почти полностью. Приговор для них один — смерть.

Недавно положение вещей изменилось благодаря переменам в лидерском составе Магического Совета. Теперь уже не преступление родиться другим, быть Драконорожденным. Но давние предубеждения умирали с трудом, особенно те, что жили столетиями. Многие члены сверхъестественного сообщества всё ещё ненавидели Драконорожденных и продолжали называть их монстрами.

— Тебе и другим Драконорожденным присвоили ярлык: выродки, — сказала Наоми. — А это всего лишь ещё один синоним слова «монстр». Люди называли вас монстрами. Совсем как мы называем монстрами их, — она взмахнула рукой в сторону монстров, которые прятались в руинах.

Макани взял её руку и поцеловал.

— У тебя доброе сердце, Наоми. И многое из того, что ты говоришь, правда.

— Но?

Он вздохнул.

— Но иногда монстр — это просто монстр. Не теряй бдительности. Демоны и их полководцы имеют в своём распоряжении немало монстров, даже здесь, на периферии ада.

— Не беспокойся. Я буду осторожна, — её губы изогнулись в лукавой улыбке. — Это не первое моё родео в аду.

За руинами, на краю чёрного леса, её манила светящаяся и мерцающая река магии. Эти парящие над землёй магические потоки разбросаны по всему царству духов. Духовные Воины могли использовать их, чтобы путешествовать на огромные расстояния, но этот способ также был доступен всем, у кого имелось достаточно демонической магии.

— Наш транспорт уже здесь, — Наоми взяла Макани за руку, и вместе они прыгнули в поток света и магия. Лишь тот, кто обладает духовной или демонической магией, мог кататься по шоссе ада. Если она его отпустит, он вывалится из потока.

Как скоростной поезд, поток промчал их по городу. Улицы и здания размывались по обе стороны от них. Деревья превратились в рябь. Мимо пролетали выходы. Поток двигался всё быстрее и быстрее. Мимо проносились равнины. Реки. Леса. Океан. Они миновали Атлантический океан.

Наоми заприметила землю. Остров. Какие-то каменные руины торчали из крутой местности. Это была часть замка, по большей части нетронутая — не хватало лишь одной башни из четырёх.

Держась за руки, Наоми и Макани выпрыгнули из потока. Они приземлились среди руин, во дворе замка, на месте, поросшем деревьями. Чёрные ветви и белая листва, красные цветы и серебристая пыльца. Перемешанное попурри растений пахло серой и розами.

— Вот и они, — сказала Наоми, когда в их сторону зашагали два мужчины и женщина. — Адские бойцы.

Взгляд Макани ожесточился.

— Мы уже решили, что они воины, а не бойцы.

— Нет, ты озвучил свой протест, а я его отклонила.

— Ты не можешь отклонить мой протест.

— Почему нет?

— Я принц.

— Ты был принцем.

— Я все ещё дракон.

— А я Духовный Воин. Царство духов — родная территория моей магии. А значит, моя магия превосходит твою по рангу, Ваше Величество, — она усмехнулась. — И если уж на то пошло, то я тоже.

Воздух между ними затрещал, и его магия была столь же суровой, как его взгляд. Макани выгнул брови, подзадоривая её бросить ему вызов.

Она приняла этот вызов.

— Ты не можешь спорить с суровыми холодными фактами магии.

Он усмехнулся, и это был низкий, драконий звук. Его рука резко метнулась и поймала её ладонь.

— Наоми, Духовная Воительница-Принцесса? — он поцеловал ей руку.

— Звучит неплохо, правда?

— Действительно.

Воины Макани остановились перед ним.

Женщина с длинным высоким конским хвостом — это Эмма, глава охраны Макани. Она провела в аду более трёх сотен лет. Больше всего она любила обращаться с катаной, и само собой, прямо сейчас вооружилась ею. Она была одета в выцветшую чёрную майку и шорты цвета хаки, совсем как при последней их встрече с Наоми. И при предпоследней. И при всех их встречах до этого. В аду мало магазинов одежды. Когда Наоми впервые встретила Эмму, магичка гордо заявила, что убила бы кого-нибудь за её одежду. Так что да, она была крутой и, возможно, немного чокнутой, но она до безумия верна Макани.

Брюс, большой крепко сложенный вампир с бритой головой, шагал справа от Эммы. Он был одет в камуфляжные штаны и тонкую зелёную футболку с оторванными рукавами. В каждой руке он нёс по изогнутому кинжалу, и серебристые клинки всё ещё были покрыты кровью его врагов. Он ещё безумнее Эммы. Может, его двести лет в аду и поспособствовали маниакальному тику в глазах, но у Наоми складывалось ощущение, что он был безумен задолго до этого.

По другую сторону от Эммы шёл эльф с торчащими серебристыми волосами и бирюзовыми глазами, ожесточившимися от времени в аду. Это Трой. Он двигался как кот, а когда пускал в ход оружие — будь то стрела, нож или копье — он никогда не промахивался. Его одежда была более современной, чем у его спутников; он провёл в аду всего пятьдесят лет.

— Мой принц, — сказала Эмма, поклонившись перед Макани. — Мы уничтожили последнего полководца, остававшегося на втором круге ада, а также его армию.

На первом круге ада полководцев не было; и никогда не бывало. После того, как Наоми и Макани закрыли прореху между Землёй и царством духов в Мюнхене, они вернулись на второй круг, чтобы проводить больше кампаний. Их целью оставалось убрать остававшиеся армии демонов со второго круга.

— Мы убили последних отбившихся от военных группировок, — продолжила Эмма.

— Так влиянию демонов на втором круге положен конец? — переспросила Наоми.

Эмма кивнула, и её глаза дрожали от нехарактерной эмоциональности.

— Да.

На протяжении последних нескольких месяцев они устраняли одного полководца за другим. И с каждой победой они получали больше союзников, больше людей, готовых восстать против армий. То, что ещё несколько месяцев назад казалось невозможным, наконец, воплотилось в жизнь.

— Я не доверяла тебе при нашей первой встрече, — сказала Эмма, обращаясь к Наоми.

— Ты пыталась меня убить, — заметила Наоми.

Брюс усмехнулся.

— Старые-добрые времена.

Наоми покосилась на вампира, затем на Макани.

— Полагаю, это зависит от точки зрения.

Брюс сверкнул своими белоснежными зубами.

— Но с помощью тебя и твоих сил мы за месяцы достигли того, что не могли сделать веками. Мы сделали второй круг духовного царства безопасным от демонов, — Эмма протянула руку Наоми. — Спасибо тебе.

Когда Наоми пожала её, её руку прострелило разрядом. Она посмотрела и увидела в ладони небольшой искрящий сорняк молнии. Растение было относительно безвредным, особенно по меркам адской флоры, но если прикоснуться к нему, оно награждало тебя разрядом электричества.

— Миленько, — сказала Наоми, отбрасывая пурпурное растение в сторону. Ей стоило ожидать этого.

С искорками в глазах Эмма повернулась к Макани.

— Мы ожидаем твоего следующего приказа, мой принц.

— Возьмите перерыв.

Эмма нахмурилась. Она явно не ожидала такого ответа.

— Но мой принц, вы несомненно хотите, чтобы мы отправились на третий круг и зачистили тамошних полководцев демонов.

— Третий круг намного опаснее второго, — сказал Макани. — Осушение магии мощнее, влияние демонов сильнее. Нам нужно аккуратно спланировать следующий шаг. А вам троим нужно отдохнуть и восстановить силы.

Эмма скрестила руки на груди.

— Мой принц, мы полностью готовы и хотим сражаться. Нам не нужен отдых.

Брюс и Трой закивали в знак согласия.

Наоми этому не поверила. Они все выглядели усталыми. У Эммы на руках и левой ноге виднелись окровавленные повязки. У Троя правая рука висела на перевязи, и он похудел ещё сильнее. Брюс был бледнее обычного. Он отчаянно нуждался в хорошем питании. Для вампира это означало кровь. Свежую кровь, а не мёртвую кровь. Не затхлую кровь людей, которые застряли в аду на годы — или хуже того, столетия. В данный момент он смотрел на Наоми так, словно ему требовалась вся сила воли, чтобы не прыгнуть на неё, не свернуть шею и не выпить досуха.

Макани, похоже, думал о том же. Он встал перед нею.

— Наоми вернёт вас на землю. Там целитель позаботится о ваших травмах.

— Мы хотим служить тебе. Мы поклялись служить тебе, — взгляд Эммы дрогнул. — Пожалуйста.

Они пробыли в аду так долго, сражались в этой войне столько долгих лет, что они не знали ничего другого. Они не знали, что делать с собой. Они знали лишь то, как служить. Как иметь цель. Направление. Без него они будут бесцельно дрейфовать. Вероятно, они ненароком пострадают. И из-за них пострадают другие люди.

Но Макани прав. Третий круг — совершенно другой мир. Полководцы там сильнее, и их намного больше. Вдобавок ко всему, Эмма, Брюс и Трой будут намного слабее. При нормальных обстоятельствах они бы не выжили на третьем кругу и несколько недель. В данный момент им повезёт, если они протянут хоть день. Они определённо не в состоянии сражаться.

Им нужно исцелиться, но в то же время нужно сражаться. Им нужно время на отдых, но в то же время нужно двигаться дальше, иметь миссию.

— Их телам нужен отдых, но их разум жаждет цели, — сказала Наоми, обращаясь к Макани.

— Что у тебя на уме?

— В данный момент бойцы Кая просматривают все улики, которые нам удалось собрать после взрыва в выставочном центре. Они пытаются найти любой след демона, чтобы подтвердить то, что говорит мне моё нутро. Эмма, Брюс и Трой много лет прожили в аду, они сражались с полководцами демонов и зверями. Их опыт окажется невероятно полезным.

— Ты хочешь, чтобы мы изучали обломки? — Трой нахмурил лоб. — Это похоже на задание для учёного, а не для воина.

— Ваши коллеги-бойцы — идеальная комбинация мозгов и мускулов, — ответила Наоми.

Брюс выглядел озадаченным — а может, заинтригованным.

— Коллеги-бойцы, — повторил он. — Звучит похоже на мой тип людей.

— Мы думаем, что на землю пытается прорваться демон, — сказала Наоми. — Разве очистка земли от демонического влияния не так важна, как очистка царства духов от него же?

— Демон, говоришь? — в этот раз Трой выглядел менее скептично настроенным. — Нам доведётся с ним сразиться?

— Такая возможность определённо существует.

— Я никогда прежде не сражался с демоном, — сказал Трой.

Брюс сверкнул улыбкой во все тридцать два.

— Должно быть весело.

Мысль о том, чтобы столкнуться с демоном в сражении, вызывала у Наоми настоящую тошноту, но она держала на лице улыбку. Она не могла показать им, что боится.

— Что скажешь, Эмма? Хочешь сразиться с демоном? — спросил у неё Трой.

— Неважно, что я думаю. Или что вы двое думаете, — Эмма неодобрительно прищурилась. — Мы поклялись подчиняться Макани. Мы сделаем так, как он прикажет.

Несколько минут назад она не выглядела такой послушной; она буквально потребовала, чтобы им разрешили отправиться на третий круг. Наоми подумала, что сражение с демоном показалось им более заманчивым, чем отдых.

— Вы сделаете так, как предложила Наоми, — сказал им Макани. — Вы отправитесь на Землю и будете работать с бойцами, чтобы остановить этого демона.

— Вы присоединитесь к нам, мой принц? — в глазах Эммы засияла надежда.

— Нет. У нас с Наоми есть дела в аду.

— Мы чем-нибудь можем помочь? — спросила Эмма.

— Мы ищем Оникса, — сказала Наоми.

Оникс, её лучший источник информации в царстве духов, как сквозь землю провалился. Он явно её избегал.

— Полудемона? — спросил Трой.

— Да. Вы видели его в последнее время? Я пробовала варить его любимое рагу, чтобы привлечь его внимание, но он не пришёл. Затем я отправилась на его поиски, но не нашла его в обычных местах.

— Я сам его не видел, но Брюс натыкался на него на прошлой неделе, — сказал ей Трой. — Он также пытался пить из полукровки.

Лицо Брюса побледнело ещё сильнее.

— Не напоминай. Не знаю, чем я думал. Должно быть, бредить начал. Демоническая кровь на вкус как уголь.

Ещё одно доказательство, что этим троим нужно отдохнуть и восстановить силы.

— Где ты видел Оникса? — спросила Наоми у Брюса.

— Он прятался в Пирамиде.

Все чувства схлынули с лица Макани. Такое чувство, будто всю его душу затянуло облаками.

— Что такое Пирамида? — спросила у него Наоми.

— Это адское казино.

— В аду есть казино? — она не читала такого в дневниках Духовных Воинов.

— Оно внутри странной складки в завесе, — сказал Макани. — Казино — недавний феномен, построено вскоре после того, как обнаружили эту большую складку в завесе. Оно существует одновременно на всех кругах царства духов, и в то же время ни на одном из них.

— Как такое возможно? — спросила Наоми.

— Это странная причуда магии, — сказал он. — Пирамида — место, куда демоны приходят, чтобы лично поговорить со своими полководцами. Они приходят туда, когда отправка послания через посредника вроде духа или призрака будет слишком долгой.

— Эта Пирамида — какие-то ворота?

— Нет. Ты можешь войти с любого круга, но выйти можешь только обратно на тот круг ада, с которого ты зашёл. Это место нельзя использовать как проход на другие круги.

Что ж, хотя бы так. Значит, демон не мог собрать огромную армию и притащить её, куда вздумается.

— Каково там осушение магии? — спросила Наоми.

— Там его нет. Магия там просто не работает. Ни земная магия, ни духовная магия. Ни демоническая магия. Ничего. Это магический вакуум.

— Что ж, хотя бы демон не сможет накинуться на нас там.

— Сражения без разрешения в Пирамиде строго запрещены, — сказал Макани.

— Сражения без разрешения? То есть, есть разрешённые сражения?

— Тебе придётся увидеть это своими глазами.

— Прямо не терпится, — сказала она. — Что ж, мы сможем хотя бы найти Оникса так, чтобы на нас никто не напал.

— С этим планом есть одна проблема, — сказал Брюс, улыбаясь.

— Лишь одна проблема? — ахнул Трой.

— В Пирамиду допускаются лишь Иномирные и люди с демонической магией, — объяснил Макани. — Призраки и духи. Демоны, полководцы с силами, дарованными им демонами, полудемоны, низшие демоны, демонические вампиры, — он показал на Брюса.

Демоны, которые давали силу демонам, были не такими, как настоящие демоны. Они представляли собой разбавленную версию, лишь бледные тени тех, кто обитал на глубинных уровнях преисподней. Демонические вампиры так долго жили на земле, что вообще не помнили преисподнюю. Но очевидно, даже шёпота этой магии достаточно для Пирамиды.

Брюс склонил голову перед Макани.

— Я войду туда и достану для вас полудемона.

Но Брюс выглядел так, будто не в состоянии сделать что-либо. Он дрожал, покачивался и в целом испытывал огромные сложности с тем, чтобы удержаться на ногах. Надо доставить его к целителю — и к донору крови.

Макани покачал головой и положил руку на плечо вампира.

— Нет. Ты вернёшься на землю. Мне нужна твоя служба там.

Он не сказал, что Брюс выглядит таким ослабленным, будто вот-вот потеряет сознание. Он сформулировал всё очень аккуратно: Макани нуждался в нём, а не Брюс нуждался в целителе. Формулировки в таких делах очень важны, особенно для воинов. Они горды до идиотизма.

— Может, я смогу найти что-нибудь, что одурачит Пирамиду, — сказала Наоми. — Способ изобразить так, будто в нас есть демоническая магия, и тогда нас пропустят.

— У тебя есть на уме конкретное зелье или заклинание?

— Пока нет. Я подумала, что мы можем попробовать несколько вариантов, пока Пирамида нас не впустит.

— Пирамида не даст нам второго шанса убедить её, что в нас есть демоническая магия, — сказал Макани с фатальностью похоронных колоколов. — Если мы не сумеем её одурачить, она убьёт нас на месте.

Глава 4. Мастер зелий

Когда они вернулись на землю, Наоми вытащила телефон и позвонила Райли. Через несколько минут он подъехал в чёрном внедорожнике, который выглядел так, будто способен протаранить здание насквозь. Неудивительно, учитывая, что правоохранители являлись частью компании Кая, а это — официальный автомобиль правоохранителей. Их эмблема была нарисована на боку машины — дракон свернулся вокруг логотипа Магического Совета и разинул пасть, словно готов был его сожрать. Должно быть, это в понимании Кая шутка такая. На теле дракона были вытатуированы слова «Отряд Сверхъестественных Правоохранителей».

Райли вышел из машины, одетый в повседневную футболку, шорты и сандалии. Его волосы медового цвета выглядели так, будто их целый день трепало ветром.

Наоми подошла к нему.

— Спасибо, что встретился с нами.

— Нет проблем. Я всё равно направлялся в офис, — его зелёные глаза сверкнули. — Я нужен Тони, чтобы изучить обломки твоего взрыва.

— Едва ли я могу назвать его моим взрывом.

— Разве не из-за тебя сработала ловушка? — заметил Райли.

— С таким же успехом это могла сделать одна из твоих сестёр, умник.

— В этом я не сомневаюсь, — он усмехнулся.

— В любом случае, я забрала из духовного царства трёх крутых экспертов по демонам, которые помогут вам в расследовании.

Райли перевёл взгляд на Эмму, Троя и Брюса, которые лежали без сознания у ног Макани.

— Они мертвы?

— Нет. Конечно, нет! — Наоми упёрла руки в бога. — Что ещё за вопросы, чёрт подери?

Он неспешно и легко пожал плечами.

— Ну, ты же вытащила их из ада.

— Они совершенно точно не мертвы. Просто они провели в духовном царстве очень много времени. Оно вытянуло всю их магию. Когда они вернулись на землю, вся магия вокруг них сотворила настоящий хаос в их телах, и они отключились.

— Ты не очень хорошо презентуешь своих крутых экспертов по демонам.

— С ними всё будет хорошо, — заверила она его. — Им просто нужно восстановиться и прийти в себя. Они только что помогли нам уничтожить всех полководцев демонов на втором кругу ада.

Райли присвистнул.

— Я начну с этого лакомого кусочка, когда познакомлю их с Тони.

— Пожалуйста, попроси Дала исцелить их раны.

— Конечно, — он посмотрел на воинов в отключке, и в его глазах сверкнула расчётливость. — Или я мог бы исцелить их сам.

— Ты не целитель.

— Но у меня есть несколько новых убойных зелий, которые могут ускорить их восстановление. Мне не терпится их попробовать.

Макани шагнул вперёд, отбросив длинную тёмную тень на мечтательное лицо Райли.

— Они мои воины. А не объекты для экспериментов

— Не парься, мужик. Мои зелья уже тщательно протестированы на крысах. У крыс наблюдалось ускорение восстановления на 22% по сравнению с традиционными целительными зельями.

— Крысы? — в голосе Макани прозвучал ужас — а это кое-что значило, когда речь шла о мужчине, которые провёл семь лет в аду. Его нелегко вогнать в ужас.

— Я использовал тех гигантских монстров, которых Сера поймала в прошлом месяце, — продолжил Райли. — Масса тела гигантской крысы вполне схожа со средней массой человека.

Макани не выглядел убеждённым. И Наоми не винила его. Райли — гений, но иногда он существовал в совершенно иной плоскости.

— Или ты мог бы просто позволить Далу исцелить их, — предложила она.

Улыбка Райли померкла, и сверкание восторга в его глазах приутихло.

— Ты портишь всё веселье, Наоми.

— Ты знаешь, что это не так. Я и есть веселье, — сказала она, усмехнувшись.

Райли крепко похлопал её по плечу. Было даже немного больно. Он действительно становился сильнее.

«Я виню в этом все те физические тренировки, которые он проделывал с бойцами», — подумала она, пока Райли и Макани грузили трёх воинов в грузовик. Ей нравилось наблюдать за работой Макани. Он заметил, как она пялится, и его глаза сверкнули золотым.

Когда они закончили, Райли обошёл машину обратно и сказал:

— Береги себя, Наоми. Духовное царство — опасное место.

— К слову об этом. Я надеялась, что ты сможешь помочь мне кое-с-чем, — она сверкнула своей самой очаровательной улыбкой. — Ну, знаешь, используя свой другой талант.

Райли всегда был одарённым магическим учёным. Недавно он также обрёл дар магии теней, способность искажать реальность. Это демоническая магия. Она происходила от Рейн, демоницы с такими же силами.

— Нам с Макани нужно попасть в Пирамиду, — сказала Наоми. — Я подумала, что ты мог бы нам помочь.

— Рейн рассказывала мне о Пирамиде, — настороженно произнёс Райли. — Это место, где готовятся тёмные планы. Что тебе там понадобилось?

— Я ищу своего отца.

— Твоего отца? — он недоуменно нахмурил брови. — Я думал, он мёртв.

— Я тоже так думала, — она взглянула на Макани. — Но оказывается, что он выжил в своём сражении с демонами, и с тех пор оказался в ловушке в аду.

— И ты думаешь, что он в Пирамиде? — уточнил Райли.

— Нет, — сказала Наоми. — В Пирамиде Оникс, который от чего-то прячется. Вероятно, от всего мира разом. Но мне нужно поговорить с ним. Он больше всех знает о духовном царстве. Он может знать, где искать моего отца. Он даже может знать, где тот находится в данный момент. Мне нужно вытащить папу оттуда, Райли, — она взяла его руки и сжала, умоляя помочь ей. — Мне нужно привести его домой.

— Наоми, мне хотелось бы помочь, но Рейн говорит, что я не готов отправиться в Пирамиду. Демоны не имеют магии там, но у нас с Рейн она будет. Пирамида сильно отреагирует на мою магию теней, поскольку я всё ещё плохо её контролирую. Моя магия исказит Пирамиду и всех в ней, — он покачал головой. — Я не могу провести вас внутрь. Даже если бы у меня было достаточно контроля над своей магией, это стало бы нарушением правил Рейн. Правил, которые я пообещал соблюдать, пока она учит меня использовать мою магию теней. Я не пойду против неё.

Райли всегда держал своё слово. Вдобавок ко всему Рейн поклялась убить его, если он не подчинится её приказам. Его магия очень опасна, очень смертоносна. Демоница права, требуя от него соблюдения чётких правил. Последний ученик Рейн и маг теней разрушил саму ткань реальности.

— Я так и думала, что Рейн не позволит тебе пойти в Пирамиду.

И не только из-за того, на что он способен. Скорее, из-за того, кто он. Он ученик Рейн, единственный маг теней в мире. Демоны хотели его похитить. Они хотели украсть секреты Рейн, секреты её магии.

— Даже если ты сам не можешь пойти с нами, я надеялась, что у тебя есть заклинание, которое ты мог бы сотворить на нас, — сказала Наоми. — Или, может быть, зелье, которое заставит Пирамиду думать, будто у нас есть демоническая магия. В конце концов, она ведь пропускает внутрь полководцев демонов, а они — не демоны. Просто демоны дали им некоторые способности.

— Одурачить Пирамиду? Какая изумительная идея. Какое интересное испытание, — восхитился Райли, и выражение его лица вновь просияло. Ему нравилось сталкиваться с вызовами.

Он открыл дверцу машины и вытащил свёрток из внутреннего кармана. Он развернул свёрнутую ткань, которая оказалась каким-то тайником. Куча сосудов с цветными жидкостями хранилась внутри.

Райли схватил из машины пустой стакан из-под кофе. Он смешал в нем несколько капель цветных зелий из сосудов. Повалили крохотные завитки дыма. Сладкий запах защипал ноздри Наоми.

Когда Райли пробормотал несколько иностранных слов над стаканчиком, его ладони засветились. Зелье потемнело с бледно-голубого до чёрного. В то же время оно загустело. Теперь содержимое стакана напоминало шоколадное печенье, которое смешали с пудингом, а затем измельчили в блендере.

Он протянул стаканчик Наоми.

— Держи. Дурачащее Пирамиду зелье.

Наоми понюхала его. Вблизи пахло ещё слаще.

— И ты уверен, что это работает?

— Практически уверен, — сказал он. — Когда ты выпьешь зелье, оно создаст в твоём теле ложный импульс магии, которую Пирамида должна определить как демоническую. Видишь ли, демоническая магия весьма разнообразна, поэтому Пирамида должна понимать широту спектра. Твоей магии достаточно быть лишь схожей с тем, чего ожидает Пирамида. Как те полководцы, которых ты упомянула. В них есть лишь намёк на демоническую магию, — он поймал её за руку, когда она поднесла стакан к губам. — Только удостоверься, что выпьешь зелье, когда будешь стоять перед Пирамидой. Оно, скорее всего, помешает другим твоим способностям.

Она опустила стаканчик.

— То есть, я не смогу перемещаться между мирами?

— Вероятно. Но зелье всё равно будет работать только минут пятнадцать, так что это не станет проблемой.

— У нас есть всего пятнадцать минут на то, чтобы проникнуть в Пирамиду, найти Оникса и выбраться обратно?

— Прости, но это лучшее, на что я способен. Это тебе не лимонад приготовить, Наоми. Это экспериментальная магия, чары, смешивающие различные отрасли магии. Возможно, в будущем я сумею довести его до совершенства.

Если честно, она удивилась, что он сумел сотворить нечто столь сложное на месте, безо всякой подготовки.

Наоми обняла его.

— Спасибо, Райли.

Он подмигнул ей.

— Не за что, — затем он сел в машину.

Когда Райли уехал, Наоми повернулась к Макани.

— Так где именно эта Пирамида?

— На Равнинах Скорби.

Наоми вздохнула. Ну конечно же.

Глава 5. Пирамида

Самый лёгкий путь на Пирамиду лежал на первом кругу ада. Здесь вход располагался в центре страны, на заброшенной западной прерии, которая носила подходящее название Равнины Скорби. Наоми хотелось, чтобы им хоть раз довелось отправиться в место под названием Прерия Благих Намерений. Или же место их назначения могло хотя бы располагаться под Счастливыми Небесами.

Равнины Скорби располагались на широкой открытой прерии, но те земли мало походили на свой земной аналог. Здесь трава не зеленела, поля пшеницы не были золотистыми и тёплыми. Иноземные растения были синими, колючими от шипов, и сочились красной жидкостью, подозрительно напоминавшей кровь. Из травы доносился зловещий щёлкающий звук, похожий на ножницы, и его дополнял медленный царапающий хор затачиваемых ножей.

Горячий и густой воздух пах разложением, гниющими деревьями. Небо над головой было розовым как жвачка. Вопреки наступлению ночи на небе сияло солнце. Более того, сегодня взошло два солнца.

Наоми показала на них.

— Они как два больших глаза на небе, которые наблюдают за нами. Это нервирует.

Макани выглядел невозмутимым. Но его редко беспокоили странные пейзажи и другие украшения.

— Ты чувствуешь какие-нибудь складки в завесе? — спросил он.

Она показала через колючую прерию.

— В ту сторону.

Трава с шипами расступилась перед ними, с визгом отпрянув. Такое чувство, будто хищные растения боялись её сильнее, чем она их. Наоми это не утешало. Когда они начали пересекать прерию, в её животе скрутился знакомый узел.

— Ты нервничаешь, — заметил Макани.

— Да.

— Ты боишься, что мы не найдём твоего отца.

Она найдёт отца. Он там. Где-то там. Макани пересекался с ним много лет назад. Оттуда-то Наоми и узнала, что папа не погиб в сражении с демонами, как все они предполагали. И она нутром чувствовала, что он всё ещё жив.

— Я стараюсь сохранять оптимизм, — сказала Наоми, натянув радостное выражение лица.

Такой она и должна быть: всегда радостной. Все равнялись на неё, именно она поддерживала бодрый настрой всей компании.

— Само собой, мы найдём его, — добавила она, заставляя себя улыбнуться ещё шире.

— Тебе не нужно притворяться передо мной, Наоми. Тебе не нужно носить эту маску.

— Какую маску?

— Маску оптимистичной, бодрой, всегда радостной и контролирующей себя фейри. Которая решает проблемы всех остальных.

— Может, я такая и есть.

— Да. И нет.

Она рассмеялась.

— Я знаю, ты беспокоишься, что мы его не найдём, — сказал Макани.

— Мы месяцами искали папу и ничуть не приблизились к результату за всё это время. И если мы его найдём, будет ли он таким же, каким я его помню? Его не было много лет. Ад меняет людей, — она посмотрела на его лишённое выражения лицо и содрогнулась. — Прости.

— Никогда не извиняйся за правду, ибо мир полон лжецов, рвущихся увести нас с пути истинного.

— Как поэтично, — прокомментировала она.

— Драконы и поэзия — это как...

— Бекон и яйца? — предложила она.

Он фыркнул.

— Если ты сейчас можешь шутить, то ты ещё не потеряла надежду. Кое-что ещё в тебе осталось.

— Столько надежды, сколько я могу наскрести, — сказала она, выдавив улыбку.

— Ты права. Ад меняет людей. Я застрял здесь на семь столетий и соврал бы, если сказал, что это меня не изменило, — сказал он. — Но это изменило меня к лучшему. Ад — это место, где мне нужно было находиться, как бы плохо всё ни было. Это место вновь дало мне цель. И оно привело меня к встрече с тобой.

— Формально это было заклинание тёмного фейри. И оно привело меня к тебе, — она взяла его ладонь и крепко сжала. — Но я поняла, что ты имел в виду. Такое чувство, будто всё должно было случиться именно так.

— Ад — это место, где твоему отцу тоже нужно было побывать. Каким-то образом, — сказал Макани. — Его судьба — оказаться здесь. А твоя судьба — привести его домой.

Её грудь сдавило от эмоций.

— Как красиво.

— Это правда, — просто ответил он.

Наоми остановилась и повернулась к нему лицом.

— Я думала, это я тут должна быть оптимистом.

Макани смахнул её слезы.

— Ад — не место для слёз, — он легонько провёл рукой по её щеке. — Ад пожирает слёзы. Он питается нашей болью, — слеза испарилась с его пальца, поглощённая горячим воздухом.

— Боюсь, это не последние слёзы за это путешествие, — сказала Наоми, сглотнув ком эмоций в горле. — Пошли.

Они продолжали шагать, и кустарники в страхе расступались перед ними. Всё это место выглядело как одинаковая нескончаемая прерия чёрных шипов под розовым небом.

— Я тут подумала, — сказала Наоми чуть позже, нарушив несколько минут молчания. — Как мой отец оказался заперт в царстве духов? Он же Духовный Воин. Он должен быть в состоянии покинуть ад, когда ему вздумается. И ничто не удержало бы его от моей матери. Ничто не удержало бы его от нас.

— Его магия, может, и сильна в этом мире, но она не безгранична. Он не неуязвим. И ты тоже.

— И ты тоже, — заметила она.

Макани опустил подбородок, признавая её слова.

— Действительно, я тоже. Во время жизни здесь ад никогда не позволял мне забыть эту неизбежную истину. Когда я повстречал твоего отца, нас обоих удерживал Валин. Ведьма полководца использовала чары, чтобы заблокировать его способности — так они могли эффективнее пытать его. Меня они тоже лишили магии. Мы с твоим отцом вместе застряли в одной клетке без магии. Лишь наши раны и желание сбежать поддерживало нас в целостности и не давало развалиться на куски. Твой отец часто говорил о своей семье, о том, как он вернёт свои силы, выберется из ада и отправится к вам, домой. Он никогда не забывал про вас.

Ещё одна слезинка скатилась по щеке Наоми.

— Мы сбежали, используя лишь свою хитрость, безо всякой магии, — продолжил Наоми. — При побеге мы разделились. Мы должны были вновь встретиться, но твой отец так и не пришёл. Он увёл армию прочь от меня, чтобы у меня был шанс сбежать. Он храбрый мужчина.

Макани рассказывал Наоми эту историю уже столько раз, но она никогда не устанет её слушать. И это всегда вызывало у неё слезы. История её отца, героя.

— В аду такой мужчина меняется только к лучшему, — сказал Макани. — Это ужасное место пробуждает лучшие качества, самую благородную натуру. Ад показывает, кто мы есть на самом деле.

Рябь прокатилась по коже Наоми. Она остановилась и протянула руки, пытаясь нащупать то невидимое нечто, что задело её тело. Знакомая магия защипала кончики пальцев. Она нашла складку в магии духовного царства. Она позволила капельке своей магии смешаться с ней, и складка сделалась видимой. Рябь магии искрила перед ними, слегка мерцая светом в воздухе. Она снова ткнула в неё.

Магия складки отреагировала на её прикосновение. Грандиозная пирамида, отделанная золотом, внезапно появилась перед ними. Её поверхность искрила в свете луны и солнца. Теперь второе солнце пропало. Его сменили солнце и луна, бок о бок стоявшие на небе. Половина неба была днём, другая половина — ночью.

Эта небесная двойственность была всего лишь очередной странностью Пирамиды, места, которое существовало одновременно на всех кругах ада, и в то же время ни на одном из них.

— Мы нашли адское казино, — Наоми подошла, чтобы поближе посмотреть на идеально гладкую поверхность. Не было ни намёка на дверь или даже окно. — Как думаешь, как нам найти путь внутрь? — спросила она у Макани.

— Брюс говорит, что надо просто постучать.

Она скептично посмотрела на постройку без дверей, окон и даже швов.

— Где угодно?

— Видимо, — Макани смотрел на Пирамиду так, словно она в любой момент могла спонтанно обрушиться.

Наоми сняла крышку со стаканчика, в котором находилось зелье Райли.

— Твоё здоровье, — она поднесла его к губам и выпила.

Зелье было густым и комковатым, но на вкус напоминало терпкий лимонад с огромным количеством сахара, идеальное утоление жажды в жаркий день. Совершенно не то, чего она ожидала по внешнему виду.

— Лимонад, — рассмеялась она, вспомнив слова Райли ранее.

«Это тебе не лимонад приготовить».

Наоми протянула стаканчик Макани. Он допил остаток зелья.

— Что ж, давай посмотрим, есть ли кто дома, — сказала она, нервно улыбаясь, и потянулась к золотой поверхности Пирамиды.

Макани нахмурился, скрестив руки на груди и постукивая пальцами по ножам, пристёгнутым к предплечьям. Он не выглядел уверенным, что это сработает. Напротив. Он выглядел так, будто с уверенностью ожидал, что Пирамида выплюнет полчище врагов.

Кулак Наоми помедлил над самой поверхностью Пирамиды.

— Райли знает, что делает, — конечно, она повторяла это в основном для себя, чтобы набраться храбрости и прикоснуться к Пирамиде.

— Он исключительный мастер зелий, — Макани всё ещё не выглядел убеждённым, что это сработает.

— Почему ты смотришь на неё так, будто она обрушится на нас? — поддразнила она.

— Потому что так она и сделает, если мы не убедим её, что в нас есть демоническая магия.

— Но если Пирамида обрушится, это убьёт всех внутри неё. И разрушит её саму. Её больше не будет существовать.

— В любом другом месте это было бы правдой.

— Но не здесь, — вздохнула Наоми, осознавая его правоту. — Здесь магия не следует законам природы

— Именно.

Наоми сделала глубокий вздох.

— Ладно. Была не была, — она стукнула по золотистой поверхности.

Золотые пластины Пирамиды тут же засветились, сверкая всё ярче с каждым импульсом. Наоми сделала шаг назад. Стены сделались жидкими, стекая по краям Пирамиды как водопад. Как вулкан жидкого золота. С каждым вдохом воздух становился горячее. Наоми закашлялась, запах горящего металла обжигал её ноздри. Шипящие пузырьки образовались в золотых водопадах, разлетаясь повсюду брызгами. Всплеск жара обжёг руку Наоми. Такое чувство, будто на неё попала капелька раскалённого масла со сковородки.

— Думаю, зелье не сработало, — тихо сказала она.

Глядеть на завесу сверкающей золотой лавы было сродни тому, чтобы стоять перед вулканом. Так прекрасно, и всё же так ужасающе. Она застыла, как загипнотизированная.

Макани потянул её назад, и они едва-едва увернулись от огромного пузыря горящего золота. Он сожрал гигантский кустарник, поглотив полностью и сделав его ветви золотыми.

Наоми и Макани побежали. Земля сильно тряслась, лишая их равновесия при бегстве. Очередная завеса золота взлетела перед ними, отсекая путь к отступлению. Они изменили направление, но ещё один золотой гейзер вырвался из-под земли, словно предугадав их движение.

Оглушительный рёв обрушивающейся воды — с аккомпанементом бурлящих пузырьков — эхом прокатывался по прерии. Наоми в ужасе смотрела, как Пирамида раскалывается надвое, как орех. Кольцо золотого пламени вырвалось из неё и метнулось вокруг Наоми и Макани, окружив со всех сторон. Золотая завеса поднялась так высоко к небу, что Наоми не видела ничего за её пределами. Даже небо едва виднелось.

Макани вскинул руки перед собой, пытаясь призвать чары и пробиться через золотую завесу.

— Без толку. Моя магия пропала. Зелье заблокировало мои способности, — сказал он. — Попробуй свою магию. Ты можешь перенести нас отсюда?

Наоми взмахнула руками. Перед ними раскрылась завеса. Её духовная магия никуда не делась!

— Пошли, — сказала она, ринувшись к проёму.

Завиток золотого пламени выстрелил из огненной завесы Пирамиды и захлопнул проём прежде, чем они до него добрались. Её заклинание засосало в золотую завесу как плащ в турбину самолёта.

Наоми попыталась ещё раз, но золотая завеса сожрала и это заклинание. Она выпустила всё, что у неё имелось, ударяя чарами духовной магии по завесе, швыряя заклинание за заклинанием и пытаясь пересилить её. Завеса на мгновение застыла, поток жидкого золота замер.

Но потом она взревела как хор злых львов. Ударив в ответ, огненная золотая завеса сомкнулась вокруг них со всех сторон, как затягивающаяся петля. Оглушительный рёв грохотал в ушах Наоми. Золотое пламя обрушилось вниз, поглощая её и Макани.

Глава 6. Адское казино

Пылающая золотая река обрушилась на Наоми и Макани. Однако прежде чем ударить по ним, она рассеялась золотым туманом. Воздух так густо переполнился этим искрящим, мерцающим туманом, что Наоми едва могла видеть что-либо дальше своего носа.

Их обдало тёплым бризом, который рассеял блёстки. Её глаза щипало от огненных частиц, всё ещё паривших в воздухе, но зрение постепенно вернулись к Наоми. Она видела, что теперь они с Макани стояли внутри огромного сводчатого помещения с таким высоким потолком, что она его вообще не видела. Стены были золотыми и усеянными драгоценными камнями. Эти четыре стены украшало больше рубинов, сапфиров, изумрудов и бриллиантов, чем существовало на всей земле.

— Мы справились. Пирамида явно оказала нам тёплый приём, — Наоми всё ещё ощущала фантомный жар кольца золотого пламени, который душил воздух и обжигал её кожу.

— А ты ожидала чего-то другого от адского казино? — спросил Макани.

— Полагаю, нет.

Она посмотрела на свои наручные часы. Она взяла в привычку носить их, путешествуя по царству духов. Часы были подарком от бабули, и это не просто какие-то старые наручные часы. Это особенные магические часы. Несколько циферблатов показывало ей ход времени на Земле и в каждом из девяти кругов ада. В каждом царстве пески времени текли по-разному. В один день по сравнению с предыдущим — или даже в одну минуту по сравнению с предыдущей — время могло течь быстрее или медленнее, колеблясь вместе с переменчивым настроением миров.

— У нас осталось двенадцать минут, — сказала Наоми. — Давай найдём Оникса и уберёмся отсюда, пока это место не попыталось сожрать нас по-настоящему.

В другом конце помещения распахнулись две двери.

— Приглашение, — прокомментировала она. — Как мило.

Они пересекли зал и вышли через двери в коридор. Здесь были полы из чёрного мрамора, обрамлённые полосой огромных кружащих символов по обе стороны.

— Демонические метки, — сказал Макани, взглянув на символы.

Наоми узнавала некоторые из них. Одна метка состояла из трёх зазубренных линий, напоминавших три удара молнии. Метка принадлежала Аркану, особенно гадкому демону, который несколько месяцев назад устроил настоящий хаос в Сан-Франциско. Она надеялась, что сегодня он не заглянул в Пирамиду.

В конце коридора они прошли через ещё одни двойные двери, ещё крупнее предыдущих. Они напоминали ворота замка. Однако они вели не в крепость короля; они привели Наоми и Макани в казино.

Как и поверхность Пирамиды, каждый игральный автомат, стол и стена в этой комнате были из золота. Игровые фишки сделаны из платины, золота, серебра и других драгоценных металлов. Игроки принадлежали к демонической магии — полнокровные демоны, слабые низшие демоны или полководцы, чьи хозяева удостоили их пробы демонической силы.

Среди золота и блеска, прямо в центре казино располагалась огромная железная клетка. Внутри две женщины-призрака сражались друг с другом — одна рыжеволосая, другая темноволосая. Брюнетка, которая была крупнее, схватила другую и шарахнула об решётки. Вся клетка задребезжала. Синяя молния заструилась по решёткам, и челюсти заклинания щёлкнули. Обычно призраки могли проходить между мирами и сквозь любые препятствия, когда им вздумается. Но демоны заточили этих двух призраков внутри клетки себе на потеху. Отвратительно.

Призрак поменьше оттолкнулась от клетки и повалила соперницу на пол. Но гигантские руки поднялись и сбросили другого призрака с неё. Тогда-то Наоми и увидела их лица.

— Я их знаю, — удивлённо сказала она.

Меньшего из призраков звали Цинния. Конвикциониты, террористическая организация ненавистников магии, которую пытались устранить Алекс и Логан, накачала Циннию магией, чтобы сделать её непобедимым сверхъестественным убийцей. Она обладала силой, скоростью и обострёнными органами чувств, свойственных вампиру, а также магическими способностями фейри и мага. По крайней мере, такие способности были у неё до смерти. Похоже, что сейчас она могла использовать лишь одну силу — собственную ярость.

В жизни Цинния выглядела как супермодель. Конечно, внешность — это далеко не всё. Вдобавок к тому, что она была стильной, сильной и красивой, она ещё была совершенно безумной. Ни один блестящий рыжий волосок не выбивался из порядка на её идеальной головке. И всё же сейчас её волосы торчали как попало, выбиваясь из косички, пока она дралась. Как же низко пали прославленные и гламурные.

Вторым призраком оказалась Маджестик, преданная последовательница Мрачного Жнеца до его падения. Она родилась некромантом, фейри с силой оживлять мёртвых, но её хозяин даровал ей гадкое заклинание зелёного огня, который мог пожирать что угодно. Если бы она всё ещё обладала той способностью, и в Пирамиде работала магия, то этот огонь сожрал бы клетку, в которой она заперта.

Ни Цинния, ни Маджестик не были хорошими людьми при жизни. На Земле они убили так много людей, причинили столько страданий и смерти во имя своих извращённых целей. Наоми сомневалась, что смерть исправила их характер. И всё же никто не заслуживал, чтобы его запирали в такой клетке, заставляли сражаться, пока демоны и их подопечные криками поощряли кровопролитие и делали ставки. Два призрака покрылись ранами и кровью. Они жестоко избивали друг друга в крошечной металлической клетке. А толпа просто обезумела.

— Когда кто-то умирает в царстве духов, они переходят на следующий, более глубокий круг. Это место находится вне нормальных кругов ада. Что случится, если кто-то умрёт здесь? — тихо прошептала Наоми, обращаясь к Макани.

— Я не знаю. И давай не будем выяснять, — ответил он, сканируя взглядом комнату. — Моя магия всё ещё заблокирована. Что насчёт твоей? Ты можешь почувствовать Оникса?

Наоми попыталась обратиться к своей магии, но она омертвела. Неудивительно. В конце концов, магия здесь работать не должна.

— Нет. Прости. Моя магия теперь пропала, — сказала она.

— Тогда мы займёмся визуальными поисками.

Наоми посмотрела на часы. У них оставалось десять минут до того, как выветрится зелье Райли. Десять минут до того, как челюсти адского казино сожрут их и не подавятся.

— Эй ты, там.

Наоми повернулась, когда её постучали по плечу. Мужчина сидел за баром. Все взгляды были прикованы к сражению, но он смотрел на неё.

В другом заведении она бы с первого взгляда посчитала его человеком. Его короткие взъерошенные тёмные волосы и двухдневная щетина буквально кричали «я спортивный, но брутальный», но искусственно порванные джинсы и дизайнерская футболка указывала скорее на рок-звезду. Однако глаза выдавали его с потрохами. Смотреть в эти глубокие бирюзовые глубины — всё равно что вглядываться в коридор зеркал с миллионом отражений. Он не был человеком. И он даже не был приспешником демона. Он был полноценным демоном.

— Что ты думаешь? — спросил он, и его взгляд на мгновение метнулся к бойцовской клетке.

Она думала, что всё это омерзительно. Но она не могла такое сказать. Не здесь.

— Что ты имеешь в виду? — спросила она у демона-рок-звезды.

Он моргнул, добавив в свои глаза очередной слой отражений. Может, демоны и не могли творить здесь магию, но это не делало этого демона менее жутким.

Он поднял бокал вина и показал на бойцовскую клетку.

— Как думаешь, кто победит?

Вопрос с подвохом. Что бы ни случилось, оба призрака уже проиграли.

— Я не знаю, — ответила она.

— Одна была слугой ненавистников магии, её разум, тело и магия были искажены, чтобы сражаться против её же вида, — сказал демон. — Другая была слабеньким некромантом, которому довелось попробовать магии из кубка Мрачного Жнеца. На Земле они обе были довольно могущественны.

— Но не здесь.

— Нет, — его губы изогнулись в улыбке, которая была то ли очаровательной, то ли тошнотворной; она не могла решить. — Здесь у них есть лишь ненависть друг к другу. И желание выжить. Я гадаю, что же в них сильнее: нужда уничтожить врага или инстинкт выжить.

— Разве таков выбор? — в ужасе спросила Наоми.

— Ад полон непростых решений, — демон-рок-звезда глотнул вина, чмокнул губами, затем поставил бокал на стойку. — Это, между прочим, совет.

— Эм, спасибо.

Демоны такие странные. Они или пытались убить тебя, или же старались поделиться какой-то адской доктриной самосовершенствования.

Демон потянулся к хрустальному блюду на стойке. Обнаружив, что оно пустует, он нахмурился.

— Вечно у них заканчивается шоколад, когда я сюда прихожу. А у меня был такой гадкий день. Мне бы не помешало немного шоколада.

Наоми никогда прежде не встречала демона, любившего шоколад. Она едва могла в это поверить. Но он выглядел искренне разочарованным, что шоколад закончился.

Она повернулась, чтобы уйти, но демон поймал её за руку. Макани потянулся к мечу.

Совершенно не смутившись, демон-рок-звезда даже не посмотрел на него.

— Что ты такое?

Его хватка не ослабевала. Если уж на то пошло, то он ещё сильнее сжал руку, впиваясь наманикюренными пальцами во внутреннюю сторону её руки почти до крови. Так, ну хватит.

Наоми схватила демона за руку свободной ладонью, затем боднула головой. Он отшатнулся назад, разжав хватку. Но он восстановил равновесие, и его глаза пылали злостью. Наоми приняла позу для атаки, готовясь дать ему отпор. Рука Макани уже готова была вытащить кинжал.

Зеркальный взгляд метнулся от Наоми к Макани и обратно. Затем он запрокинул голову и расхохотался.

— Должно быть, вы из людей Аэро. её полководцы всегда такие склочные, — он схватил бокал со стойки и опустошил его, затем снова причмокнул губами. — Что привело вас сюда?

Похоже, демону-рок-звезде нравилась эта Аэро — ну, насколько одному демону может нравиться другой демон. Может, Наоми удастся использовать это себе на руку.

— Мы ищем Оникса, — сказала она.

У демона-рок-звезды уже появился в руке новый напиток.

— Что Аэро понадобилось от полукровки?

Наоми встретилась с его расчётливым взглядом.

— А это не твоё дело.

Демон снова рассмеялся.

— А ты мне нравишься, — он предложил ей напиток.

Наоми принюхалась. Пахло разлагающимися носками.

— Я не пью на работе.

Демон фыркнул, и из его носа выпорхнуло облачко зеленоватого дыма.

— Люди Аэро всегда такие чопорные, — он посмотрел на Макани. — Что насчёт тебя? Хочешь выпить? Или ты тоже чопорная задница?

— Да, — холодно ответил Макани.

Наоми напомнила себе не смеяться. Не усмехаться. Не шутить. Это разрушит её прикрытие полководца чопорных задниц.

Демон-рок-звезда вздохнул.

— Жалко. Ну, если когда-нибудь захотите вкусить сладкой стороны ада, дайте мне знать, — он протянул Макани свою визитку. Очевидно, демон посчитал его потенциально хорошим полководцем. Неудивительно.

Наоми покосилась на визитку в руке Макани. На чёрном фоне красным текстом значилось «Лоринг». И ничего больше. Возможно, для связи с демоном больше ничего не нужно.

— Что касается вашего полукровки, вы найдёте его прячущимся в сауне, — сказал демон.

Наоми собиралась поблагодарить его, но решила, что демон это вряд ли оценит. Так что она лишь отрывисто кивнула, затем ушла вместе с Макани.

Она сверилась с наручными часами. Ещё семь минут.

Они проследовали за мерцающими вывесками до сауны. Дверь запотела, так что она не видела ничего внутри. Она надеялась, что их там не ждала группа лучших воинов демона-рок-звезды, готовая напасть.

Как только Наоми приоткрыла дверь, повалил пар. Мысль о сауне в аду, где и так было жарче, чем в земной сауне, была совершенно нелепой. Оставалось лишь надеяться, что в адской сауне не слишком жарко, и её кровь не вскипит.

Наоми открыла дверь до конца. В сауне не было никаких воинов. Она вообще пустовала за исключением одного обитателя: Оникса, полудемона. Наконец-то хоть что-то пошло по плану.

Оникс обладал телом человеческого мужчины, но экзотическим окрасом демона. Его кожа была ярко-красной, а торчащие волосы — тёмно-синего оттенка. Он лежал голой задницей на скамейке, закрыв глаза и положив ладони себе на грудь.

Макани позволил двери со стуком закрыться за ними. Веки Оникса приподнялись, а затем он выпучил глаза, увидев Наоми, направлявшуюся к нему широким шагом. Его взгляд метнулся к двери, но перед ней на страже стоял Макани.

— Удивлён встречей со мной? — спросила Наоми у полудемона.

— Как ты сюда попала?

Наоми улыбнулась.

— Оникс, ты меня избегал.

— Нет, — выпалил он и выдавил из себя улыбку. — Я бы никогда такого не сделал.

— Конечно, нет. Я знаю, как тебе нравится наша болтовня.

Взгляд Оникса то и дело нервно метался к Макани.

— Вы знакомы? — спросила Наоми.

Он ещё сильнее выпучил глаза, обнял себя за плечи и принялся раскачиваться вперёд-назад.

— Мне ранее пришлось его допросить, — сказал Макани.

Иными словами, он пытал Оникса. Неудивительно, что полудемон чувствовал себя настолько не в своей тарелке.

— Никто не причинит тебе вреда, — пообещала Наоми.

— Неправда. Они причинят.

Он имел в виду демонов. Она понимала это по тому, как он это сказал.

— Демоны угрожали тебе, — догадалась Наоми. — Они сказали тебе не помогать нам.

— Ты им не нравишься, — Оникс понизил голос, заговорив хриплым шёпотом. — Они тебя боятся.

Макани скрестил руки на груди.

— Ну и хорошо.

— Пожалуйста, помоги нам, — сказала Наоми Ониксу. — Мы ищем моего отца.

— Я своего отца никогда не знал, — ответил он тоскливо. — Моя мама сказала, что он пытался убить меня сразу после рождения.

— Твой отец — демон?

— Нет, моя мать — демоница?

— А твой отец?

Оникс задрожал.

— Кое-что намного хуже.

Что может быть хуже демона? Но Оникс не вдавался в детали, и Наоми понимала, что из него ничего не вытащишь.

— Тебе что-нибудь известно о другом Духовном Воине в аду? — спросила она у него.

— Нет.

Он говорил правду. Она могла прочесть это по его глазам, лицу, каждому подёргиванию его тела. Оникс был худшим лжецом из всех, кого она когда-либо встречала. Очевидно, что он ничего не знал о папе. Значит, её лучшая надежда найти отца только что рухнула и сгорела.

— Но Мастер Шпионов может знать.

— Кто такой Мастер Шпионов? — спросила она у него, ухватившись за надежду.

— Он также известен как Оракул Ада, легенда царства духов. Мастер Шпионов всё видит. Он знает, что происходит на всех кругах. Он знает, где находятся все пленники ада, и каковы их союзники. Он слышит о каждом прибытии и отбытии.

— Где нам найти Мастера Шпионов?

— На пятом круге, — сказал ей Оникс. — Возле Великой Пустоши.

Стены задрожали. Земля затряслась. И пронзительные вопли пронеслись по казино подобно завыванию сирены пожарной тревоги.

У них только что закончилось время.

Глава 7. Лорд Мутные Воды

— Я не понимаю, — Наоми взглянула на часы, когда они с Макани вышли из сауны. — У нас всё ещё есть две минуты.

Вернувшись на игровой этаж, они лицом к лицу столкнулись с источником толчков. Здание дрожало не потому, что магия Пирамиды изгоняла их. Рокот происходил от толпы кентавров, которые неслись через казино. Некоторые из них колотили в барабаны, зажатые под мышками; именно этот грохочущий звук она услышала. Другие кентавры трясли разноцветными бусами и бросали их в толпу. Это представление, осознала Наоми. Все собрались, чтобы посмотреть шоу.

Воспользовавшись отвлечением, Наоми и Макани побежали к выходу. Мимо игровых автоматов, мимо бара, мимо бойцовских клеток. Через большие двойные двери. По длинному коридору позолоченных стен. И в сияющее помещение.

Стены с драгоценными камнями сменились колючими кустарниками, а мрамор смягчился до травы. Блестящая золотая пирамида померкла, а солнце и луна на небе вновь сменилось двумя солнцами.

Часы Наоми издали бодрый сигнал.

— Время вышло. Мы это сделали, — она испустила глубокий вдох. — Едва-едва.

— Я и не сомневался, что у нас все получится.

— Ну конечно, — она усмехнулась.

Наоми взмахнула руками в воздухе и развела в сторону искрящиеся серебристые нити завесы. Она открыла проход на пятый круг, середину ада, и они шагнули туда.

— Великая Пустошь, — она читала об этом месте, этих равнинах, занимавших большую часть страны на пятом кругу.

Они отправились через пустошь. Трава была столь высокой, что они видели не дальше нескольких футов перед собой. Здесь сохранилось лишь несколько камней — пережитки цивилизации.

Тропа пересекала равнины. Не мощёная дорога, а протоптанная дорожка в высокой траве. Здесь ходило много людей. Вдоль тропы трава была примята, но по обе стороны она оставалась дикой и хищной. Каждую минуту или две ад икал, и трава воспламенялась. Животные ворчали и фыркали под трещащим пламенем — невидимые угрозы в море травы.

— Держись поближе, — сказал Макани, обращаясь к Наоми.

Он был таким храбрым, таким непоколебимым. Чем глубже они уходили в ад, тем быстрее осушалась его магия, а магия Наоми становилась сильнее.

На втором кругу, где Макани прожил так много веков, он научился адаптироваться, придерживать кое-какую магию, поглощать её из других магических предметов. Но на пятом кругу осушение магии намного сильнее. Должно быть, для его тела и магии это настоящая агония, но он поспевал за её темпом, а лицо не выдавало, что он испытывает хоть малейшую боль.

Они миновали пруд среди травянистых равнин. А посреди этого пруда сидел гигантский бронзовый лягушонок размером с львёнка. Его грудь надувалась при каждом гортанном кваканье, которое он издавал. Бирюзовые глаза лягушонка с медными пятнышками пристально следили за ними.

Наоми остановилась и посмотрела на него.

— Что такое? — спросил Макани.

— Кваканье лягушки кажется упорядоченным. Как послание, — сказала она ему. — Но что это такое?

Наоми выбросила эту мысль из головы. Шутки Алекс про разговоры со зверями просто разожгли её воображение, вот и все.

— Лягушки не передают секретные послания, — сказала она себе. — Они не могут говорить.

— Конечно, мы можем говорить, — рассмеялся лягушонок. — По крайней мере, мы, императорские лягушки, — он приосанился и сел прямо, гордо.

Императорские лягушки? Это как императорские пингвины, что ли? Наоми не стала спрашивать.

— Я знаю тебя, Духовный Воин, — сказал лягушонок. — Ты сеешь хаос по всему аду, — его голос звучал сурово.

Наоми не очень хорошо удавалось заводить друзей в царстве духов. Нужно над этим поработать. Обычно она так хорошо очаровывала людей на Земле, но здесь всё работало иначе. Может, она и Духовный Воин, но всё равно ощущала себя как рыба, выброшенная из воды на равнины ада.

Но может быть, дела налаживались. Она посетила Пирамиду и не разрушила её. И даже не пришлось сражаться за свою жизнь.

— Эм, да. Нам лучше поспешить. Надо ещё посеять немало хаоса и всё такое, — она слегка помахала лягушонку. — Очень приятно познакомиться, императорская лягушка.

Лягушонок засмеялся.

— О, прошу, не уходи. Я одобряю твой хаос. Всем сердцем. Ад так долго был скучным местом без тебя. Все эти бессмысленные, бесконечные войны, — лягушонок рыгнул, словно выражая свои мысли по этому поводу. — А теперь армии исчезают, а полководцы бегут к своим папочкам-демонам с разбитыми носами. Прелесть какая!

— Здорово иметь поклонника.

— Он у тебя действительно имеется. Я бы с удовольствием пожал тебе руку.

Лягушонок сделал шаг вперёд и споткнулся, неуклюже свалившись в пруд с громким плюхом. Вода полетела во все стороны. Мгновение спустя лягушонок всплыл на поверхность.

— Приношу свои глубочайшие извинения, — сказал он, лениво плывя к берегу. — Позор какой. Я совершенно забыл, что он здесь.

— Забыл про что? — спросила Наоми. — Про камень? Или про пруд?

— Да, — квакнул лягушонок.

Он выпрыгнул на берег, и его грудь надулась размером с большой пляжный мяч. Вблизи создание выглядело намного крупнее, чем казалось издалека. Оно было ростом почти с саму Наоми.

Императорский лягушонок протянул одну перепончатую лапу Наоми.

— Позволь представиться. Лорд Мутные Воды, — он икнул, квакнув. — К твоим услугам.

— Лорд Мутные Воды? Какое необычное имя для лягушки, — прокомментировала она.

— Да. У моей матери была мания величия. Когда я был всего лишь мальчишкой, она дала мне камень, чтобы я на нем сидел, и сказала, что если я буду к этому стремиться, то однажды этот камень сделает меня невероятно богатым.

— И сделал? — спросила Наоми. Она ничего не могла с собой поделать. Гигантский лягушонок казался ей совершенно очаровательным.

— К сожалению, пока что нет.

— Тогда почему ты не осмелился слезть со своего камня и повидать мир?

— Мир ада? — лягушонок усмехнулся. — Должен признать, перспектива соблазнительная. Но нет. Я останусь здесь, на своём камне. Просто на всякий случай.

— На случай, если твой камень начнёт спонтанно производить деньги?

— Случались и более безумные вещи, — он снова икнул. Из его рта вылетел зелёный пузырёк и лопнул.

— Этот лягушонок нетрезв, — сказал Макани, обращаясь к Наоми.

— Не глупи.

— О нет, — икнул лягушонок. — Драконий принц весьма прав.

— Ты действительно пьян?

— Действительность зависит от точки зрения. Мне нравится считать себя приятно подвыпившим. Это куда более изысканно, не думаешь? — размышлял лягушонок. — Но если нужно, то да, общераспространённый термин — я пьян.

— Но почему? — спросила она у него.

— Почему нет? — парировал он. — Если бы ты была гигантской лягушкой в аду, которая охраняет бесполезный камень, ты бы тоже потягивала болотную водичку.

— Ты пьянеешь от болотной воды?

— Я лягушка. Что я, по-твоему, должен пить? Виски?

— Я... честно говоря, никогда не задумывалась о том, какие у лягушек предпочтения в напитках, — призналась она.

— Хочешь глоточек? — он показал большой перепончатой лапой в сторону пруда.

Наоми посмотрела на воду, от которой шёл пар. Рыбьи кости и мёртвые жуки плавали в мутном супе. Запах, поднимавшийся от поверхности, был откровенно зловонным. Глоток оттуда, скорее, убьёт её, нежели сделает «приятно подвыпившей».

— Очень мило с твоей стороны предложить, — она не зажала нос, это было бы грубо. — Но нам правда пора идти.

— Собираетесь покромсать злых полководцев? — спросил лягушонок, и в его глазах засияло восхищение.

— Не в этот раз. Мы ищем Оракула Ада.

— Мастера Шпионов.

— Ты его знаешь?

— Все знают Мастера Шпионов. Но никто никогда его не посещает, — лягушонок захихикал. — Его пруд ещё ядовитее моего.

Что ж, это подтвердило её теорию о том, что вода её убьёт. Она не удивилась, что лягушонок, который её так обожал, предложил ей глоточек яда. В конце концов, это же ад. А в аду всё немного шиворот-навыворот.

— Но ты знаешь, где найти Мастера Шпионов? — спросила Наоми.

Лягушонок показал в сторону прерий.

— Просто следуйте по тропе через траву на запад, через пустыню и до огромного замка. Это крепость Мастера Шпионов.

В любом другом месте этот путь занял бы несколько дней. Но в аду нельзя знать наверняка.

— И как долго это займёт? — спросила она у лягушонка.

— При условии, что вы будете держать хороший темп... — усмехнувшись, он посчитал на своих перепончатых пальцах. — И если никто не попытается вас убить, — он задумчиво поднял взгляд к небу. — Примерно пятнадцать минут.

Наоми склонила голову.

— Благодарю вас, Лорд Мутные Воды.

Лягушонок из бронзового сделался чёрным.

— Прекрати, — он широко улыбнулся. — Я краснею.

Помахав лягушонку напоследок, она продолжила шагать по тропе вместе с Макани.

— Я желаю вам насыщенного пути, — крикнул лягушонок, когда пруд скрылся за высокой травой.

Наоми усмехнулась про себя. Действительно, насыщенного. Он хотел, чтобы она встретилась с полководцами и монстрами, чтобы истории об этих сражениях дошли до него, хоть это и означало опасность для Наоми. Нет, особенно потому, что это означало опасность для Наоми. Её риск был для него развлечением.

Что-то зашуршало в высокой траве. И что бы там ни было, оно приближалось. По звукам напоминало, будто что-то на них несётся — и этих «что-то» было много. Похоже, Лорду Мутные Воды не придётся долго ждать исполнения своего желания. Пожалуй, они всё ещё достаточно близко, чтобы он со своего камня слышал шум сражения.

Макани резко развернулся и вытащил меч, полоснув зверя, который выпрыгнул из травы. Он выглядел как какая-то большая собака, тело напоминало волчье. Вот только он был покрыт чешуёй, а не шерстью. Меч Макани лишь поцарапал поверхность. Он повернулся и пронзил зверя клинком насквозь, его мышцы бугрились от колоссальных усилий, которые ему пришлось приложить, чтобы пронзить броню.

Ещё шесть чешуйчатых собак выпрыгнули из-за завесы горящей травы. Наоми прицелилась из лука в первого зверя и воспламенила стрелу духовной магией. Та просвистела по воздуху, горя как синяя комета. Пропитанный магией наконечник пронзил броню цели и впился в зверя. Тот взорвался.

Наоми выпустила ещё больше стрел, устранив всех собак перед собой. Но ещё больше поджидало позади. Макани стоял там лицом к лицу с тремя псами. Он воспламенил меч заклинанием молнии, которое хранилось в рукоятке, инкрустированной рубином. Магия полыхнула по клинку, сопровождаемая звуками грома и треском молнии. Пылающий меч прорезал броню зверей. Когда последняя тварь упала, заклинание молнии на клинке погасло.

— Заклинание растрачено, — сказал Макани.

Трава вокруг них зашуршала. Хор воя разнёсся над прерией.

— Ещё больше тварей, — сказала Наоми.

Выражение лица Макани оставалось откровенно мрачным.

— Сколько заклинаний ты сохранил в мече? — спросила она у него.

— Одно. Я ещё не разобрался, как хранить больше одного заклинания в артефакте. Это сложная магия, — он убрал меч с растраченной магией в ножны и вытащил второй меч. — Предлагаю не тратить заклинания на несущественные перепалки.

— Согласна.

Они побежали по тропе. Если повезёт, они доберутся до цели прежде, чем их настигнут очередные твари. Судя по всему, их раз в пять больше, чем в предыдущей стае. Макани рванул вперёд, задавая быстрый темп. Наоми старалась поспевать, но волна пламени, бушующего над прериями, особенно мотивировала.

— Твари дышат пламенем, — пропыхтела она.

Огонь образовал вокруг них петлю. Наоми и Макани остановились. Трава со всех сторон вокруг них горела, и пламя поднималось на несколько футов. Они оказались в ловушке.

Наоми провела ладонями по лопаткам, и за её спиной появились мерцающие крылья фейри. Она обхватила Макани руками, прижав его спину к своей груди, и взметнулась в воздух.

— Черт, какой ты тяжёлый, — прокомментировала она, тяжело хлопая крыльями и пытаясь поднять их выше. — Тебе стоит отказаться от чизкейка.

Это шутка, конечно. На нем не было ни грамма жира. Всё его тело состояло из жёстких крепких мышц. К сожалению, это делало его тяжёлым как камень и сложным в переноске.

— Вот так и бывает, когда не делаешь упражнения для укрепления крыльев, — сказал Макани.

— Эй, позы йоги с крыльями сложные, — она усмехнулась. — Посмотрела бы я, как ты их выполнишь.

— Вызов принят.

Наоми рассмеялась. Он сумасшедший. У него вообще нет крыльев. Но она знала, что он каким-то образом всё равно сумеет выполнить позы с крыльями, и даже лучше, чем она.

Чешуйчатая адская псина прыгнула, щёлкнув зубами. Наоми подняла их выше в воздух. Зубы пса едва-едва промазали мимо ноги Макани. Когда следующая псина выпрыгнула из травы, Макани пинком сбросил её обратно на землю. Сила его пинка сбила и без того неровный полет Наоми. Они опустились на несколько футов, и желудок Наоми ухнул в пятки от ужаса. Но они уже вылетели за пределы горящей травы. Под ними простирался песок, а не огонь.

Они добрались до пустыни. И прямо перед ними стоял огромный пустынный червяк размером с замок.

Глава 8. Песчаные бури и песчаные черви

Высокий, золотистый, покрытый чешуёй как дракон, огромный песчаный червь возвышался над ними и заслонял собой два пылающих шара, которые представляли собой солнца ада. В некоторые дни на некоторых кругах ада было даже больше двух солнц. Как только их становилось больше пяти, сразу понятно — апокалипсис близок.

Макани посмотрел на песчаного червя, и его ладонь потянулась к ножу.

— Не беспокойся. Песчаные черви в аду — мирные создания, — сказала ему Наоми, порхая крыльями и удерживая их на одном месте. — Они не агрессивны.

Она читала дневники её семьи, дневники Духовных Воинов, которые она получила от своей бабули. Дневники описывали зверей и демонов ада. Песчаный червь с пятого круга выглядел крупным и внушительным, но на самом деле это было одно из самых кротких созданий ада.

Гигантские черви с Земли — совершенно другая история. Они были крупнее и злее своих адских родственников, а также более слизистыми. А ещё их адски сложно убить. Столкнувшись с гигантским песчаным червём на земле, нельзя прибегать к обычному подходу «замахнись и рубани». Из каждого отрезанного куска рождался новый червяк. Поэтому нужно сжигать червяка, а не рубить на куски.

Тот ещё кошмар. К счастью, адские песчаные черви были не агрессивными и не имели защиты против рассечения. Это один из тех редких случаев, когда адский аналог монстра дружелюбнее.

— Привет, — Наоми поприветствовала песчаного червя. Они только что встретили говорящего лягушонка, так почему бы не встретить говорящего червя?

Существо поднялось выше в воздух, невероятным образом балансируя на кончике хвоста. Затем оно рухнуло головой прямо на Наоми и Макани. Наоми метнулась в сторону и увернулась, едва избежав участи быть наколотой на двойные рога существа.

— Не агрессивны? Этот мне кажется вполне агрессивным, — прокомментировал Макани.

Наоми была слишком занята попытками избежать следующей лобовой атаки червя, чтобы отвечать. Червь вновь нацелился на них. Наоми ушла в сторону, пытаясь создать между ними и зверем некоторое расстояние, но это не помогало. Червь открыл рот и выплюнул на них песчаную бурю. Песок закружил вокруг Наоми так плотно, что она едва видела Макани прямо перед собой. Она едва видела собственные руки, если уж на то пошло.

— Отпусти меня, — сказал Макани. — Здесь я не могу сражаться. Мне нужно быть на земле.

— Ты с ума сошёл? — потребовала Наоми, с трудом перекрикивая завывающий ветер. — Если я тебя сброшу, червь тебя раздавит.

— Нет. Не раздавит, — заявил Макани с совершенной уверенностью.

— Как ты можешь быть так уверен?

— Я дракон. Он — червяк. Не заставляй меня рисовать тебе схему пищевой цепочки, Наоми, — он звучал оскорблённым.

Спорить с драконом — жалкое занятие.

— Ладно, — сказала она.

Все равно у неё не было плана лучше. Песчаная буря тяжело била по ней. Наоми не могла надолго удержаться в воздухе, если при этом ей нужно было держать Макани; она уже чувствовала, как его вес тянет её вниз.

— Постарайся не погибнуть, — сказала Наоми, затем отпустила его.

Он упал, исчезнув в завихряющемся песке. Она не могла перестать сомневаться в своём решении, беспокоиться, что только что выпустила его на верную смерть. Но она должна верить — он знает, что делает.

Ужасающий визг ударил по барабанным перепонкам Наоми. Она зажала уши, но это не защитило её от крика зверя. Конечно, это сдуло её. Она попыталась выровняться в воздухе прежде, чем столкнётся с землёй.

Жёсткая чешуя на теле монстра, слепящая песчаная буря, сверхзвуковой крик — всё это защитные меры. Песчаные черви ада на самом деле не были агрессивными тварями. По крайней мере, не должны быть. Так какого черта случилось с этой особью?

Наверху буря была слабее. Наоми даже видела там участок неба и полетела к нему.

Здесь, за пределами кружащего песка она обнаружила трёх новых песчаных червей. Один был красным, другие — зелёным и черным. Все трое выглядели готовыми напасть. Так значит, первый зверь позвал своих приятелей. Вот к чему был этот оглушительный крик — приглашение другим, кто находится поблизости, присоединиться к сражению. А теперь они имели дело уже не с одним разъярённым песчаным червём, а с четырьмя.

На краю кружащей бури Макани бежал к первому червю, золотистому. Он ещё не видел трёх других монстров. Он держал в ладони меч и высоко поднял его над головой. Лезвие пульсировало бирюзовым светом, вызванным заклинанием ветра. С каждым шагом буря становилась слабее, реже.

Его заклинание ветра всасывало песчаную бурю, пожирало её в себя. В то же время ураган магии, круживший вокруг него, действовал как щит, защищая его от атак золотого червя. Макани использовал магическую энергию, собранную из заклинания червя, чтобы перезарядить свой меч. Умно. Ему даже не пришлось использовать свою магию.

Макани взмахнул мечом над головой. Волна искрящейся бирюзовой магии выстрелила из конца клинка и врезалась в золотого червя. Зверь взревел и рухнул на землю.

Три других червя окружили Наоми. Красный червь поднялся во весь рост, готовясь вбить её одним ударом в землю. Она увернулась от его тела, но влетела прямиком в колючую броню зелёного червя. Она в полете ухватилась за спину червя, зацепившись за толстый шип. Используя ряд шипов вдоль его спины, Наоми вскарабкалась до головы песчаного червя. Оттуда она видела всё вокруг, включая подозрительную фигуру в плаще, которая стояла на краю песчаной пустыни.

Та магия была темной, воняла гниением и разложением. Серой. Руинами. Полным запустением. Но магия была слабой, даже хилой — как минимум, по сравнению с полнокровным демоном. Это существо в плаще было низшим демоном — демоном-озорником, прислужником более сильного демона. Низшие демоны были далеко не такими сильными, но в отличие от их хозяев, их тела могли выживать за пределами трёх внутренних кругов ада.

Ладони низшего демона шевелились под плащом. Его голова резко повернулась к Наоми. Как только она полетела в его сторону, чтобы посмотреть поближе, четыре червя тут же ринулись на неё, щелкая зубами. Низший демон, должно быть, контролировал их чарами. Это определённо объясняло нетипичное поведение червей.

Звери открыли свои пасти и исторгли песчаную бурю. По пустыне прокатилось цунами накатывающих песчаных волн, которые выбили Наоми из полёта. Она упала на землю, но сумела перекатиться при падении. Песок наполнял её обувь, её рубашку, её поры кожи. Её рот. Фу. Она выплюнула целую кучу песка.

Песчаное цунами бушевало всё сильнее, кружа вокруг неё. Земля под её ногами дрожала. Волна-стена из песка поднялась над пустыней, заслоняя дорогу к низшему демону. Она должна до него добраться. Если бы она сумела его устранить, то черви вернулись бы в прежнее миролюбивое состояние.

Она уверена в этом как минимум на шестьдесят процентов.

Макани подошёл к ней.

— Сколько магии у тебя осталось? — спросила она у него.

Он взглянул на червей.

— Далеко не достаточно. Я не ожидал, что ад поприветствует нас с таким энтузиазмом.

— Как думаешь, ты сможешь занять червей, чтобы я сумела добраться до низшего демона?

Он кивнул и побежал к червям. Он не стал спрашивать про низшего демона. Наоми сомневалась, что он его видел. Но она знала, что Макани верит в её план, что бы она ни придумала. Это хорошее партнёрство. Негласное доверие. Это особенно важно, когда ты ныряешь с головой в ад и сталкиваешься со всеми его ужасами.

Наоми взлетела в воздух, стараясь изо всех сил противостоять ветру и мощно хлопая крыльями. Вопреки поддразниванию Макани, она на самом деле делала упражнения для укрепления крыльев. И это очень хорошо. Вешать груз на крылья — настоящий отстой, но все эти страдания и боль сделали её достаточно сильной, чтобы лететь сквозь шторм. Медленно, но верно она продвигалась к центру бури, где видела низшего демона.

Раздался оглушительный грохот, затем буря внезапно прекратилась. Должно быть, этот бум — одно из заклинаний Макани. Они всегда имели внушительное звуковое сопровождение. Какое бы заклинание он ни сотворил, оно расчистило для неё путь.

Наоми нашла низшего демона и понеслась к нему на полной скорости, пока буря не началась вновь. Ветер сдул её с курса, так что ей приходилось навёрстывать потерянное время. Она поднялась выше и нырнула к созданию в плаще, с силой повалив его на землю. Оно сопротивлялось, но Наоми прижала его ноги коленями. Её руки вцепились в его запястья.

Пока оно пыталось вырваться, пурпурный капюшон плаща спал с его лица. Низшие демоны бывали всех возможных форм и размеров. Некоторые выглядели как звери. Некоторые выглядели как люди. Некоторые были комбинацией того и другого. Данный демон относился к третьей категории.

Небольшие козлиные рожки торчали из головы мужчины, которая крепилась к полностью мужскому телу, если не считать козлиных ног с копытами. Хотя некоторые части его тела были определённо звериными, на всем теле не было ни единого волоска. Под плащом он носил тёмную тунику, сливавшуюся с чернильно-чёрной кожей.

Низший демон медленно растворился на её глазах. Её ладони прошли прямо сквозь его тело. Он напоминал тень, здесь, и в то же время не совсем здесь. Его пурпурные глаза широко раскрылись от страха, и он исчез облачком дыма. Наоми закашлялась, задохнувшись от сильной вони серы.

Она обернулась через плечо, когда Макани подошёл к ней. Позади него черви мирно ползали по пустыне, довольно урча и уминая траву. Такое ощущение, будто никакого сражения и не было.

Ну, почти. Ссадины от жёсткого падения на руках и ногах Наоми были сувениром из битвы.

— Похоже, они вернулись к норме, — прокомментировала она.

— Как только низший демон испарился, они перестали сражаться со мной.

Так Наоми оказалась права. Низший демон их контролировал.

— Почему ты не последовала за ним, почему не погналась через круги ада? — спросил Макани.

— Он был ребёнком.

— Ребёнком?

— Ну, подростком. Я видела это по глазам. Он был испуган. И он так молод. Он действовал не по злобе, а из страха.

— Страха перед высшим демоном, — сказал Макани. — Один из них послал его сюда, приказав сотворить заклинание ярости на песчаных червях, заставить их атаковать нас. Этот низший демон ждал нас. Наверное, чешуйчатых собак он тоже контролировал. Мы провели на пятом кругу совсем немного времени перед тем, как они напали.

— Демоны не видят в нас равных. Они не считают нас угрозой. Мы для них скорее как насекомые. Они даже не утруждаются нападать на нас, пока мы не окажемся прямо перед ними и не помешаем им как-нибудь. С чего бы демону прикладывать столько усилий, чтобы отыскать нас и попытаться убить?

— Мы здесь отнюдь не обзаводимся друзьями, — заметил Макани.

Верно. Демоны определённо не питали нежных чувств к Наоми и Макани, особенно после их недавних кампаний по изгнанию демонического влияния со второго круга.

— Так они пытаются не дать мне найти моего отца? — задумалась она. — Или просто в целом ненавидят нас?

— Я думаю, того и другого понемножку.

— Но как ты и сказал, они напали на нас вскоре после того, как мы вошли на пятый круг. Откуда они знали, что мы будем в этом месте прямо сейчас?

— Оникс.

— Нет, — Наоми покачала головой. — Это был не Оникс.

— Ты слишком доверчива.

— Нет, неправда, — сказала она. — Ну, может, и правда. Но я чувствовала это в магии Оникса, когда мы говорили с ним: он хотел нам помочь. И он был напуган.

Макани не выглядел убеждённым, но не стал проталкивать свою гипотезу с Ониксом.

— Есть и другое возможное объяснение. Кто-то наблюдает за нами, отслеживает по всему аду. Возможно, демон. Ни у кого другого не было бы магии и прислужников, чтобы такое провернуть.

Прислужников вроде призраков. Демоны поработили многих и использовали в качестве шпионов.

— Призраки могут проходить через завесу на Землю, — заметила Наоми. — Если за нами следит демон, то он может использовать своих призраков, чтобы наблюдать за нами на Земле.

— Да.

Наоми вздохнула. Жизнь вообще когда-нибудь бывала простой? Почему ей вечно приходится оглядываться через плечо?

— Жизнь не всегда будет такой, — Макани положил ладонь на её плечо. — Мы об этом позаботимся.

Позаботимся о чем? О спасении её отца? Или о победе над новым врагом? Наверное, Макани говорил обо всем разом.

Но разве на этом всё закончится? Или мир просто швырнёт в них новое испытание? Иногда Наоми просто хотелось спрятаться на Острове Фейри с остальной своей семьёй. Она могла бы укрыться в том святилище и жить в мире — жизнью без сражений, без борьбы.

Но она никогда бы так не сделала. Она видела слишком много зла, притаившегося в их мире, чтобы повернуться к нему спиной.

Наоми накрыла ладонью руку Макани и посмотрела на прояснившееся небо. Как и черви, песок улёгся обратно на землю. Сразу за пустыней на фоне розового неба торчало огромное древнее белое дерево. Это крепость Мастера Шпионов, огромный замок за пустыней.

— Пошли, — сказала Наоми, обращаясь к Макани. — Ответы на наши вопросы лежат в нескольких шагах отсюда.

Глава 9. Страж на воротах

Пустыня заканчивалась лавандовым полем. Как и всё в аду, лаванда была немного странной. Цвет был более глубоким, более насыщенным, чем у земной лаванды. И в фиолетовом имелся отчётливый темно-красный оттенок. Сладкий запах цветов переполнял воздух, но он был почти слишком сладким, балансировал на тонкой грани между освежающим и слишком приторным, как у фрукта, который слишком долго пролежал на солнце.

Посреди этого фиолетового моря находилась крепость Мастера Шпионов. Самое странное в этом здании было то, что оно являлось огромным деревом. Его ветви уходили высоко в небо. Корни были толстыми, глубоко врезались в поле цветущей лаванды вокруг ствола. Золотая и жаркая пустыня окружала фиолетовое поле со всех сторон.

Бело-костяные ветки древесного замка мерцали и светились под адскими солнцами. Они обладали радужным переливом, как перламутровая ракушка с розовым, голубым или зелёным подтоном — в зависимости от того, как падал на них свет двух солнц.

На жемчужных ветках дерева не имелось ни единого листочка. Тут были только цветы — сотни кровавых цветов. Они шелестели и шептали на ветру, словно напевая тихую песню. Наоми не могла различить слова, но, как и со многими колыбельными ада, ей казалось, что она уже это слышала. Словно её магия узнавала древнюю мелодию

Донёсся шёпот ветра, сорвавшего цветок с дерева. Кровавый бутон порхал на ветру, медленно кружась, как балерина. Наоми протянула руку и поймала бутон ладонью. Пальцами другой руки она провела по лепесткам. Они были мягкими как бархат.

Цветок на её ладони зашевелился. Лепестки медленно сложились, и тогда она осознала, что это вовсе не цветок, а крошечное существо. Формой оно походило на летучую мышь, но размером с бабочку. Это существо соскочило с её ладони и унеслось куда-то над полем лаванды, грациозно хлопая крылышками-лепестками.

Наоми посмотрела на «цветы» на дереве, на все эти сотни летучих мышей-бабочек, свисавших с веток. Они казались мирными. Они не замахнулись и не атаковали, когда Наоми и Макани подошли к дереву. Более того, они вообще не шевелились. Такие прекрасные, очаровательные существа. Ей было бы ненавистно сражаться с ними.

Земля зарокотала и раскололась, и из расщелины хлынула вода. Мутный поток окружил дерево, сомкнувшись вокруг него тесным кругом, который оставил возле ствола лишь небольшой участок земли.

— Ров, — прокомментировала Наоми.

— Дерево реагирует на наше присутствие здесь, — сказал Макани.

— Давай будем надеяться, что потом оно не отрастит шипы.

Она посмотрела на ров. Вода, которой там не было несколько секунд назад, теперь сделалась такой глубокой, что дна вообще не было видно. Ров был слишком широким, чтобы перепрыгнуть через него, и ей не хотелось рисковать и плыть по адской воде. Оставался лишь один вариант.

— Нам придётся перелететь через него, — сказала Наоми.

Маленькие чёрные капельки с шипением падали на поверхность воды, словно моросил дождик. Наоми подняла взгляд. Эти чёрные капли падали с дерева. В каждом месте, где летучая мышка прицепилась к ветке, кора сочилась чёрной жидкостью.

Наоми сорвала с поля маленькую веточку лаванды и бросила её в ров. Фиолетовые лепестки растворились в то же мгновение, как только прикоснулись к воде, словно их уничтожило кислотой. Это определённо тревожило и подкрепило её решение не плавать в этой воде.

Она уже собиралась перелететь вместе с Макани через ров, когда из воды вырвался огромный зверь. Его тело покрывала толстая броня, каждая чешуйка которой была разного оттенка синего или зелёного. Зверь распахнул пасть, сверкнув двумя рядами длинных заострённых зубов. С его длинных клыков свешивались сосульки, мерцавшие как звёздный свет. Даже в интенсивном жаре ада они и не думали таять.

— Видимо, каждому хорошему замковому рву нужен морской дракон, — прокомментировала Наоми.

Макани, похоже, оскорбился таким сравнением.

— Это не дракон. «Мутировавший крокодил» будет более точным термином.

— Что бы там ни было, оно перекрывает нам дорогу.

Она показала на дверь в стволе дерева — зеркало с резной золотой рамой, которая выглядела как нечто, принадлежавшее принцу или принцессе. А может, богатому демону. Наоми видела рисунки таких зеркал в дневниках Духовных Воинов.

Макани шагнул вперёд. Монстр заревел на него, шире распахнув пасть и щёлкнув острыми зубами. Макани увернулся. Когда зверь снова щёлкнул зубами, он просто стоял, не двигаясь с места. Морской дракон наградил его гневным взглядом. Каждый из его больших синих глаз был размером с голову Макани.

Монстр зарычал. Макани лишь скрестил руки на груди, сохраняя совершенно невозмутимый вид. Так что монстр переключил внимание своих щелкающих челюстей на неё. Она сделала шаг назад, и зубы едва не оцарапали её кожу.

— Не борись с ним, — сказал ей Макани. — Он не нападёт на нас, если мы не атакуем его. Или если мы не попытаемся пробраться внутрь без приглашения.

Зверь взревел, обрызгав Наоми такой холодной ледяной слюной, что она обожгла её кожу. Больно не было, но очень сильно чесалось. Когда она не отреагировала, монстр зашипел.

— Стой спокойно, — сказал ей Макани.

Из ноздрей монстра повалил синий дым.

— Легче сказать, чем сделать, — отозвалась она.

Монстр сделал вдох, его длинная морда понюхала Наоми и потёрлась об её лицо.

— Сохраняй спокойствие, — сказал Макани.

Сердце Наоми бешено колотилось, адреналин так и ревел, но она заставила себя стоять совершенно неподвижно. У неё складывалось ощущение, что Макани прав. Этот монстр отличался от других монстров, с которыми они сталкивались в аду. В его глазах можно заметить ум, а не ярость.

Её решимость вновь подверглась испытанию, когда дракон топнул передней лапой. Земля затряслась, от толчков Наоми едва не потеряла равновесие. Она прокашлялась и посмотрела существу в глаза.

Его льдисто-синие глаза прищурились. Бледно-голубые радужки окружало кольцо сапфирово-синего цвета.

«Почему вы не нападаете?»

Голос эхом доносился со всех сторон. Губы зверя не шевелились, но Наоми знала, что слова принадлежали морскому дракону.

— Мы пришли с миром, — сказала она ему.

Зверь фыркнул, выдохнув ещё больше пара. Вода выстрелила из его носа, как взорвавшийся гейзер.

«Я наблюдал за вами, — прогрохотал голос. — Вы как те остальные, что не из этого мира. Вы пришли убивать. Разрушить здесь все. Вы — воины в крестовом походе, вознамерившиеся вытоптать все «зло» в аду».

— Нет, мы пришли сюда не для того, чтобы убить тебя, — заверила его Наоми. — Мы не хотим никого убивать.

«Вы убили собак на равнинах».

— Они окружили нас. Они пытались нас убить. Они не оставили нам выбора, кроме как защищаться.

«Затем вы напали на песчаных червей, — продолжил голос, игнорируя её. — На мирных существ. Но нет, полагаю, они «уродливые» и «адские». Совсем как все мы, остальные существа царства духов».

— Песчаные черви контролировались низшим демоном. Я разрушила его контроль над ними, и потом мы оставили их в покое.

Зверь наградил её суровым взглядом.

«Вы, Духовные Воины, все одинаковые. Рыцари Земли, так называемые чемпионы человечества, — он нахмурился. — Вы исказили силы царства духов. Вы используете нашу магию против нас. Чтобы уничтожить нас всех».

— Нет, это не так. Мы пришли не для того, чтобы сражаться. Мы здесь потому, что нам нужна помощь Мастера Шпионов.

Оно наклонилось и понюхало её.

Глаза зверя оказались так близко, что Наоми не видела ничего, кроме них. Его морда находилась так близко, что дракон мог бы схватить её пастью, а Наоми не успела бы его остановить. Она чувствовала себя как Красная Шапочка перед тем, как ту заглотил волк.

Она подавила панику, подступавшую к горлу. Она не станет атаковать из страха и подтверждать, что зверь говорит правду, что люди — варвары, убивавшие все, что от них отличалось.

«Ты пахнешь смертью, Духовный Воин», — сказал морской дракон.

— Ну извините, — ответила Наоми, хотя её сердце грохотало. — Кое-кто пытался взорвать меня сегодня вечером, и мне ещё не довелось принять душ.

Зверь снова её понюхал. Он пристально наблюдал за ней, следя гигантскими глазами за каждым вдохом, каждым сокращением её усталых мышц.

Наоми задержала дыхание.

Смех прокатился по пустыне и равнинам, отражаясь от огромного дерева и эхом проносясь по небу.

«Идите», — усмехнулся зверь.

Идите? В смысле, уходите из этого места? Морской дракон их прогонял?

— Пожалуйста, мы должны поговорить с Мастером Шпионов.

Пасть дракона открылась и выдохнула облако снежинок. Наоми приготовилась, но заклинание не ударило по ним с Макани. Оно направилось к дереву. Над водой образовался ледяной мостик, сформированный из заклинания ледяного дыхания дракона.

— Пошли, пока он не передумал и не попытался нас сожрать, — тихо сказала Наоми, обращаясь к Макани.

Земля задрожала от гортанного рокота — эту дрожь породило хихиканье зверя.

Его смех ужасно напоминал злобный рёв. Хотя в этом рокоте определённо присутствовало нечто более лёгкое, даже эксцентричное.

Когда Макани и Наоми поспешили через мостик, зверь щёлкнул зубами прямо за их спинами. Наоми подпрыгнула. Но обернувшись, она увидела, что зверь слишком далеко, чтобы им навредить. Он всего лишь пытался напугать её. И преуспел.

Наоми добралась до другой стороны моста. Они миновали стража у ворот, морского дракона, который служил одновременно дворецким и вышибалой. Теперь им осталось всего лишь убедить всевидящего Оракула Ада помочь Духовному Воину и Драконорожденному магу, скандально известной парочке, которая поставила иерархию силы в царстве духов с ног на голову.

Глава 10. Оракул Ада

Зеркало исчезло, когда Наоми и Макани добрались до входной двери в дереве. Осталась только золотая рама. Они прошли через этот проём. Как только они очутились внутри, дверь вновь обрела форму позади них, совершенно слившись со стеной. Даже глядя прямо на это самое место, Наоми не могла увидеть дверь. Стена сделалась совершенно гладкой. Не осталось ни малейшего намёка на шов, дверные петли или щёлку.

— Надеюсь, мы здесь не в ловушке, — сказала Наоми.

— Из любой ловушки можно выбраться, — Макани посмотрел на стену так, будто рассчитывал, сколько силы ему понадобится приложить, чтобы пробить её насквозь.

Изнутри это дерево выглядело как обычный роскошный особняк или замок. Никак нельзя догадаться, что ты стоишь внутри дерева. Стены не были изогнутыми или наклонными. Они были идеально ровными и выкрашенными в кремово-белый цвет.

Эта комната напоминала огромный вестибюль. Наоми посмотрела на высокие потолки. Под ними, высоко над головой, из ряда окон струился рассеянный свет. Если вскарабкаться туда и выглянуть в окно, то только тогда можно увидеть ветки дерева и существа-цветы, которые образовывали этот дом. Только тогда можно осознать, что ты находишься внутри дерева.

Картина, изображавшая демонов и их армии, сражающиеся на поле боя в аду, висела над диваном с тёмными деревянными ножками и рубиновой обивкой. Слева от дивана пианино играло тихую лёгкую мелодию. За ним никого не сидело; клавиши двигались совершенно произвольно.

Справа от дивана стоял столик с красивыми безделушками. Одним из этих предметов была старинная подзорная труба. Там также имелась пара очков для чтения и микроскоп очень современного вида. Позади него на треноге располагался телескоп для созерцания звёзд.

Наоми гадала, что она увидит, если наведёт телескоп на небо и посмотрит через него. Увидит ли она те же звезды, планеты и другие космические диковины, которые знакомы ей с Земли? Два солнца, прямо сейчас пылавшие над головой посреди ночи, похоже, указывали на обратное.

Наоми и Макани вышли из вестибюля. Комната, в которую они вошли, была крупнее всего её дома. Она была заставлена мебелью и другими вещами, но не казалась заваленной. Всё слишком упорядоченно. Множество книжных шкафов с идеально расставленными книгами. Деревянные шкафы с крошечными выдвижными ящичками, каждый из которых был не крупнее индексной карточки. Шкафы-витрины с вазами, драгоценностями и антикварными диковинками, где перед каждым предметом имелась аккуратная напечатанная табличка. Должно быть, на организацию всего этого ушли недели.

Мастер Шпионов сидел в маленьком уголке для чтения — своеобразной бухточке из трёх тёмно-коричневых кожаных кресел с маленьким столиком у каждого из них. Его домашние тапочки стояли на краю огромного узорчатого ковра из красных, белых и золотых нитей.

Он выглядел так, словно при жизни был молодым, но смерть высосала из него всю молодость. Его бледные волосы длиной до подбородка торчали во все стороны и выглядели скорее серебристыми, нежели блондинистыми. Его одежда состояла из белой хлопковой рубашки, пуговицы которой были расстёгнуты до середины груди. Штаны были из схожего материала, штанины оборваны так, чтобы получились бриджи. Рваные края были неровными, с них свисали нитки ткани. Наоми едва могла поверить, что этот всклокоченный и взъерошенный мужчина так методично организовал библиотеку и шкафы.

— Посетители? — Мастер Шпионов поднял взгляд от книги, которую держал в одной руке, и закрыл её с гулким хлопком. Он посмотрел в их сторону, но его маниакальный взгляд не смотрел им в глаза. — У меня не было посетителей уже... — его взгляд поднялся к зачарованному потолку из кружащихся звёзд. Казалось, он затерялся там как загипнотизированный.

Несколько минут он ничего не говорил. Молчание затянулось. Наконец, Наоми прочистила горло.

— Очень долгое время, — закончил Мастер Шпионов, словно он вовсе не просидел без движения несколько минут кряду.

— Как долго ты здесь сидишь? — спросила Наоми, своим голосом привлекая его внимание к себе. Он выглядел так, будто снова отключился.

— С тех пор, как я умер.

Так он был призраком, как она и предполагала по его магии.

— Мы много слышали о твоём даре, — сказала она.

— Моём даре? Нет, нет. Это не дар, — его голос звучал визгливо, натужно. — Это проклятие.

Он поднялся со своего места. Длинные серебряные цепи, переполненные магией, материализовались на его запястьях и лодыжках. Они соединялись с четырьмя стенами замка, каждая из цепей крепилась к одному из четырёх углов.

— Ты здесь узник? — спросила Наоми.

— О, да. Цепи достаточно длинные, чтобы я мог ходить по своей клетке, но я не могу уйти. Никогда не смогу уйти, — он дёрнул руками за цепи, сделанные из сплетённого света. Они засияли и превратились в металл. — Этот замок — фокусирующая точка для магии в царстве духов. Через мою связь, через эти цепи я могу видеть все глазами призраков ада, — он говорил так обречённо.

— Как так получилось, что ты оказался здесь в заточении? — спросила Наоми.

— После смерти меня проклял и приковал к этому месту амбициозный демон. Влияние этого демона ушло отсюда. Его воинов изгнали во время войны с демонами уже очень давно. Другим демонам не понравилось, что он делал для получения силы, как он шпионил за ними с помощью этих цепей. Так что они объединились против него. И они вытеснили его воинов из верхних и средних кругов ада.

— Если военных отрядов демона здесь уже нет, почему ты всё ещё заточен здесь? — спросил Макани.

— Почему? Действительно, почему! — рассмеялся Мастер Шпионов. — Особенно когда остальные уже мертвы.

— Остальные? — переспросила Наоми.

— Некогда было ещё восемь других, прикованных в этом замке, — объяснил Мастер Шпионов. — Когда последнего воина того демона вытеснили с пятого круга, когда его власть здесь наконец-то закончилась, приковывавшие нас цепи испытали перегрузку. Она оказалась достаточно мощной, чтобы убить даже тех призраков, которые уже мертвы.

— За исключением тебя, — сказала Наоми.

— Я не знаю, как и почему я выжил, — сказал Мастер Шпионов. — Я не знаю, почему мои цепи не испытали перегрузку. Но каким-то образом я выжил, так что я остаюсь здесь, навеки в ловушке, проклятый до конца времён смотреть через глаза призраков и медленно сходить с ума. Ад — это настоящая буря видений и звуков. Столько всего происходит! Я не могу отдыхать, не могу спать.

Она похлопала его по плечу.

— Это ужасно.

— Да, действительно, — Мастер Шпионов со вздохом сел и опёрся локтем на колено. — Но вы пришли сюда не для того, чтобы обсуждать мои проблемы.

Наоми ощутила укол вины при мысли о том, чтобы просить о помощи человека, у которого и так хватает проблем.

— Твой отец, — подтолкнул её Мастер Шпионов.

— Как...

Он постучал пальцем по лбу.

— Всевидящий, помнишь? Хотя это не совсем верно. Я могу видеть лишь через глаза призраков. Но в этих краях они всюду, не так ли? — он маниакально расхохотался.

— Ты знаешь, где мой отец?

— Я мог бы помочь тебе, но ничто не делается бесплатно. Он должен сделать кое-что для меня, — Мастер Шпионов посмотрел на Макани с безудержным отчаянием, словно тот был спасением от его бесконечных мук.

— Чего ты хочешь? — спросил Макани.

— Свободы от этой тюрьмы, — он дёрнул за цепи, и магия затрещала. — Ты Драконорожденный. Ты можешь ломать магию. Ты можешь развеивать заклинания в ничто. Я хочу, чтобы ты сломал магию, которая удерживает меня здесь.

— Ты сказал, что остальные умерли, когда их цепи разрушились. Ты тоже можешь умереть, — сказала Наоми.

— Возможно. А возможно, и нет, — собравшись, Мастер Шпионов переплёл пальцы. — Другие умерли, когда влияние демона ушло из этих краёв. А я не умер. В этом дереве что-то иначе. Или во мне что-то иначе, и это позволяет мне выживать. Я вроде как, типа, может быть, уверен, что я не умру.

— А что, если ты ошибаешься? — спросила Наоми.

— Значит, так тому и быть. После столетий заточения в этом дереве, заточения в собственном разуме, созерцания всего и невозможности отгородиться, я не могу протянуть так больше ни дня. Или заклинание избавит меня от этой тюрьмы, или же это сделает моя собственная смерть. Согласись сломать удерживающую меня магию, и я позволю своему разуму вновь нырнуть в эфир, — сказал Мастер Шпионов Макани. — Согласись помочь мне, и я поищу её отца.

Макани кивнул.

— Я сделаю, как ты просишь.

— Отличненько, — глаза Мастера Шпионов подёрнулись дымкой, похожей на туман. — Я его вижу, — заговорил он через некоторое время зловещим голосом, напоминавшим эхо. — Твоего отца. Воины ведут его по восьмому кругу ада, — дымка ушла из глаз Мастера Шпионов, и он выжидающе улыбнулся Макани.

— И всё? — запротестовала Макани. — Это всё, что ты можешь сказать нам о местонахождении моего отца? Восьмой круг ада? Ты с таким же успехом мог сказать «мир».

— Я попытался, как и обещал. Смотреть через глаза призраков — это не самая точная наука.

— Пожалуйста, — она взяла Мастера Шпионов за руки и сжала его ладони. — Уверена, ты можешь увидеть больше.

— Ну ладно, — он вздохнул, и его взгляд вновь сделался отрешённым. — Они движутся, всё ещё в пути. Не знаю, где окажется твой отец, когда это путешествие завершится. Я вижу, что в настоящий момент они проходят через Столпы Пламени.

Столпами Пламени назывались плоские равнины с гейзерами огня, которые выстреливали через неравные интервалы. Это была обширная, необитаемая зона между несколькими демоническими королевствами на восьмом круге ада.

— Кто удерживает моего отца в плену? — спросила Наоми.

— Мне не знакомы солдаты. На одежде нет опознавательных знаков. Но они определённо принадлежат демону. Они обладают магией, даром от их демонического мастера.

Ад вытягивал земную магию. Демоны и монстры могли творить магию в аду, но единственные люди, чья магия здесь была в расцвете сил — это Духовные Воины, а также воины, получившие от демона дар магии.

— Ты можешь проследить за папой, пока солдаты не приведут его к месту назначения, — сказала Наоми Мастеру Шпионов.

— Призрак, через которого я смотрел, уже перешёл в другую часть духовного царства. Сейчас возле твоего отца нет призраков. Они склонны шарахаться от армий демонов.

— Может, придёт другой.

— Прыгать между призраками в аду — это не то же самое, что целиться в мишень на стене, милая, — он посмотрел на лук, висевший за её спиной. — Это скорее похоже на попытки попасть в листочек, который летит на ветру над океаном, где бушует шторм. Это не точный, трудный, а главное, невероятно болезненный процесс. С меня хватит. И мы заключили сделку.

Поднявшись на ноги, Мастер Шпионов поманил Макани вперёд.

— Твоя очередь.

Макани шагнул в его сторону. Наоми прикоснулась к его плечу. Помедлив, он обернулся к ней. Она подумывала сказать ему остановиться, не разрушать оков, пока Мастер Шпионов не дал им что-то более конкретное, но она не могла так поступить. Она не хотела, чтобы Мастер Шпионов испытывал такую боль. Он выполнил свою часть сделки; он выяснил, где её отец. Теперь их очередь выполнить свою часть сделки, освободить его — тем или иным способом, как он и пожелал.

Так что Наоми сказала Макани лишь одно:

— Будь осторожен, — она убрала ладонь с его плеча.

Макани накрыл её щеки ладонями и прижался лбом к её лбу.

— Всё будет хорошо. Мы его найдём.

Натянув ослепительную улыбку, она кивнула.

Макани повернулся и преодолел последние шаги до Мастера Шпионов. Не сказав ни слова, он грубо схватил призрака одной рукой; а другой сломал печать на своей повязке, которая удерживала в себе заклинание Ломания Магии. Оттуда вырвалась золотая магия и с силой врезалась в Мастера Шпионов. Цепи разлетелись как бьющееся стекло, и заклинание в них умерло. Макани втянул сломанную магию в себя, восстановив запасы магии, которые иссушил ад.

Вспышка ослепительно белого света озарила комнату. Наоми прикрыла глаза рукой. Когда она вновь сумела видеть, Мастер Шпионов стоял перед ней, глядя на свои руки и ноги без оков так, словно не мог в это поверить.

— Я свободен, — прошептал он про себя.

Он походил по комнате — нет, буквально заскакал. Как бы уверенно он ни говорил, что выживет, похоже, он удивился, что это действительно сработало, и он не умер. Он пошевелил пальчиками. Затем принялся двигаться ещё быстрее, описывая руками большие круги в воздухе и улыбаясь от уха до уха.

— Мне нужно сейчас же обыскать восьмой круг, — сказала Наоми, обращаясь к Макани. — Мне нужно отправиться к Столпам Пламени, пока мой отец оттуда не ушёл.

— Я пойду с тобой.

— Это намного глубже, чем мы осмеливались заходить ранее. Это тебя осушит. И это причинит тебе боль. Я не могу просить тебя отправиться туда.

— Тебе и не нужно просить меня, — он взял её за руку. — Я говорю, что иду с тобой. Высока вероятность, что тебе придётся сразиться с демоном, чтобы отбить своего отца. Сразиться, Наоми, а не сдержать его на минутку, не спрятаться и не увернуться. Тебе придётся сразиться с ним в открытую.

Она сделала глубокий вдох.

— Я знаю. И я уже сражалась с демоном.

— Сражаться с демоном на Земле — одно, сражаться с ним в аду — другое, — сказал он. — На Земле они слабее, их ограничивает тело носителя и лимиты смертных. И они ослаблены незнакомой средой Земли. Однако в аду они в своей стихии. Ты сильна, Наоми, но и этот демон силен. У него будет подкрепление, полководцы и армии, готовые исполнить его приказы. Тебе тоже нужно подкрепление.

— Ты упрямишься.

В его глазах пылало золотое пламя.

— Всегда.

— Но боль...

Боль от осушения магии — это ни с чем не сравнимая пытка.

— Разум превыше тела, — произнёс он с мрачной решительностью. — Как ты и сказала, я упрям. И у меня за плечами годы практики акклиматизации к аду. Но наши шансы победить демона возрастут в разы, если я захвачу с собой некоторые заклинания в артефактах.

— Нам нужно найти папу сейчас, пока он не исчез.

— Нестись туда сломя голову не даст никакого результата, если нас убьют. Мёртвыми мы не спасём твоего отца. Давай вернёмся на Землю. За ночь я восполню запасы магии, затем заготовлю достаточно заклинаний, чтобы дать нам шанс на победу.

— Бабуля завтра утром принесёт мне новый артефакт, способный хранить много магии.

— Мы вернём твоего отца, — пообещал ей Макани. — Завтра ночью.

Наоми кивнула, и её горло сдавило. Теперь, когда она оказалась так близка к встрече с папой, ей невероятно сложно не кинуться его спасать. Но Макани прав. Она не могла в одиночку справиться с демоном и его армией.

— Что я буду делать до завтрашней ночи? — она вся на нервах, взвинчена. Сможет ли она вообще уснуть?

— Тебе нужно забить, расслабиться и выследить заклинателя демонов, который терзает Сан-Франциско, — сказал он.

В этом он тоже прав. Ей надо разделаться с тем, кто призвал демона. Погибло уже слишком много людей. И работа над этим заданием, пока Макани готовит свои заклинания, поможет ей занять чем-то свой разум.

— Призыв демона никогда добром не заканчивается, — прокомментировал Мастер Шпионов.

— Никто и не говорил, что люди, призывающие демонов — это разумные и адекватные существа, — ответила Наоми. — Иначе они не стали бы убивать дюжины людей, чтобы призвать демона.

— Дюжины людей?

— Да, за последние несколько недель мы нашли несколько мест массовых убийств.

— Опиши эти массовые убийства, — небрежно сказал Мастер Шпионов.

— Разорванные тела. Кровь всюду, — желудок Наоми совершил нехороший кульбит. — Но никакого намёка на метку демона, даже не пахнет любыми травами для призыва демона. Только привкус ада в воздухе.

— Это не похоже на призыв демона, — сказал ей Мастер Шпионов.

— Тогда что это такое?

Он пожевал нижнюю губу, задумавшись на мгновение.

— Похоже, кто-то пытается пообщаться с демоном. Это заклинание сложнее обычного призыва. Демоны с радостью придут на Землю, чтобы вселиться в носителя, но они не слишком-то радуются перспективе просто поболтать с людьми. Им не нравится, что они у кого-то на быстром наборе и должны с готовностью выполнять их желания. Это полная противоположность той структуре власти, которую пытаются выстроить демоны.

— Они предпочитают такие сделки, где они — главные, — сказала Наоми.

Мастер Шпионов кивнул.

— Именно.

— И как кому-то пообщаться с демоном? — спросила она.

— Ну, смотри... Чтобы привлечь внимание демона, придётся совершить жертвоприношение — желательно массовое жертвоприношение. Нефизическая часть демона придёт через завесу, чтобы поглотить энергию жертв поднесения. То время, пока тела умирают от иссушения магии — это время, когда вызывающий может поболтать с демоном. Чем больше человеческих жертв, тем больше демон пробудет на этом месте.

Именно на это они наткнулись в Выставочном Центре — жертвоприношение множества сверхъестественных существ. Кто-то пытается установить диалог с демоном. И если они убили дюжины людей просто для того, чтобы привлечь внимание демона, что же они сделают потом? Насколько хуже всё станет? Убийства не прекратятся. Ни за что. Одно Наоми знала точно: когда имеешь дело с демонами, зверства со временем лишь ухудшаются.

Глава 11. Костры дружбы

Людей убили просто для того, чтобы привлечь внимание демона — нет, не просто убили. Их пытали, пока смерть, наконец, не забрала их. Потому что страдания людей перед смертью представляло собой аппетитное лакомство для демона.

— Ты слышал что-нибудь о том, чтобы демон общался с кем-нибудь на Земле? — спросила Наоми у Мастера Шпионов, стараясь подавить тошноту. Мысли о том, как умерли эти бедные люди, не спасут будущих жертв. Ей нужно превратить свои мучения в нечто продуктивное.

— Мне ничего не известно о заклинателе демонов на Земле, — ответил Мастер Шпионов. — Но это не значит, что этого не существует. На самом деле я не всевидящий, знаешь ли. Просто столько всего можно видеть. Столько много призраков. Столько проходов в аду. Столько всего происходит разом. Я упускаю вещи. Много вещей.

— Спасибо за помощь, — сказала Наоми. Она пришла сюда за информацией о своём отце; она не ожидала получить ещё и сведения об убийствах в Сан-Франциско.

Мастер Шпионов поклонился ей и Макани.

— Нет, это вам спасибо, — затем он взлетел в воздух, распахнул окно и нырнул в него, наконец-то обретя свободу.

— Нам тоже лучше пуститься в путь, — сказал Макани.

Наоми кивнула.

Звуки лязгающих мечей, пламени и брызжущей воды поприветствовали их у выхода из замка Мастера Шпионов. Прямо за рвом, в лавандовом поле стояла армия воинов. Ледяного моста, которые соединял два берега, там уже не было.

Макани обвёл взглядом военный отряд и нахмурился.

— Ты знаешь этих воинов? — спросила Наоми.

— Они служат Баэлу. Смотри. Его символ вплетён в их татуировки

Наоми и Макани сражались со многими воинами, которые служили демону Баэлу. Любая демоническая армия — это плохие новости, но воины Баэла были особенно гнусными.

— Интересно, зачем они здесь, — сказала она.

— Да ни за чем хорошим.

Наоми взглянула на пламя, которое пылало на мечах и копьях воинов. Они даже размахивали горящими верёвками. Макани прав. Они не задумали ничего хорошего. Они использовали своё пылающее оружие против морского дракона.

Создание отбивалось, полосовало своими когтями, выдыхало облака льда. Но воинов слишком много. Копье вонзилось между двумя чешуйками дракона. Морской дракон взревел от боли. Он взмахнул лапой в воздухе, отбросив воина в сторону. Горящая верёвка обвила его тело. Затем ещё одна. Зверь забился, пытаясь высвободиться, но теперь он едва мог пошевелиться. Всё больше и больше верёвок опутывало его тело.

— Сдирайте чешую с его тела, парни, — сказал один из воинов, мужчина, у которого все лицо было покрыто татуировками. — Мы сделаем себе отличные комплекты брони из чешуи.

— Я наполню несколько сосудов, — ведьмак-врачеватель с пурпурной подводкой на глазах потёр руки. — Яд морского дракона — один из самых смертоносных в аду.

Лысый мускулистый воин изогнул губы в кривой улыбке.

— Этот яд покроет наши клинки и стрелы, обеспечивая нашим врагам самую ужасную смерть.

Их полководец появился из-за рядов армии, одетый в светлые кожаные доспехи. Большинство других воинов носило лишь штаны и, может быть, рубашку. У половины из них не было и этого. Такова армия ада: лёгкая и быстрая, созданная для жары.

— Нас ждёт рыбка покрупнее, — напомнил им полководец. — Мы гонимся за путешественниками. Мастер Шпионов и его ручной морской дракон — всего лишь бонус.

Наоми омыло чувством вины. Она и Макани привели воинов Баэла к Мастеру Шпионов. И к морскому дракону, другу Мастера Шпионов. Так значит, это Баэл был тем демоном, который выслеживал её и Макани. Нельзя сказать, что она удивлена. Баэл — не самый ярый их фанат после того, как Макани убил двух его любимых полководцев.

Наоми могла бы просто утащить Макани отсюда, сбежав от ада и воинов Баэла. Но она не могла бросить морского дракона. Воины его просто убьют.

— Мы должны помочь морскому дракону, — сказала Наоми, обращаясь к Макани.

— Да, должны, — согласился он.

Наоми и Макани кинулись вперёд, к мосту, который всё ещё не вернулся. Так что она ускорилась, и по мере того, как она набирала скорость, полыхнула магия, и за её плечами появились крылья. Она схватила Макани. Как только они миновали ров, она отпустила его в кучу воинов. Он займёт их, пока она будет помогать дракону.

Наоми полетела прямиком к воинам, которые окружили морского дракона. Она обрушила на них волну духовной магии. Ярко-розовые завитки искрящейся и кружащей магии обвили конечности воинов и пришпилили их к земле.

Вокруг дракона оставалось ещё одно кольцо воинов. Они тянули за верёвки, пытаясь вытащить существо из воды. Кружа над ними, Наоми схватила свой лук и выпустила стрелу. Светящаяся магией стрела понеслась в сторону дракона и рассекла толстую верёвку на одной из ног дракона. Она выпустила ещё больше стрел, чтобы освободить другие его конечности.

Наоми приземлилась и встала между воинами и драконом.

— Уходите из этого места. Вам здесь не рады.

Воины принялись швыряться в неё копьями и выпускать стрелы. Если честно, она и не ожидала другой реакции.

— Вам что, сложно побыть милыми? Изменить положение вещей ради разнообразия? — потребовала она, сотворив волну магии, чтобы отбросить атакующее оружие.

Один из воинов швырнул в неё два ножа. Наоми их поймала.

— Не о таком разнообразии я говорила, — сказала она, воспламенив клинки духовной магией.

Она бросила ножи в их предыдущего владельца. Он упал на землю. Его спутники не остановились даже ради него. Они бросились прямо через него, атакуя Наоми. Она выпустила череду стрел, но это их не остановило. На неё со всех сторон надвигалось слишком много воинов. Ей попали по голове, и Наоми пошатнулась, стараясь удержаться на ногах, когда весь мир вокруг неё завертелся.

Это не работало. Ей нужно попробовать другой подход.

За завесой демонических приспешников Макани сражался с шестерыми воинами разом. Седьмой подкрадывался к нему, натягивая тетиву лука. Макани резко развернулся и замахнулся мечом, пронзив грудь мужчины. Тот упал на землю замертво, и его тело рассеялось.

Вот что происходило, если кто-то умирал в аду; тебя посылало на более глубокий круг ада. Пока ты не достигал самого центра. А погибнув там, ты оставался мёртвым. Именно так люди становились призраками.

Лишившись меча, Макани стал голыми руками сражаться с остальными воинами. Он держался, но всё больше и больше воинов отделялись от группы возле Наоми и дракона, чтобы сразиться вместо этого с Макани. Его пересиливали.

Наоми должна была что-то предпринять. Но что?

Она взглянула на белое дерево. Существа! Она послала туда тихий свист магии. Когда лёгкий рокот сотряс ветки, цветочные летучие мыши-бабочки отделились и хлынули вниз, заполнив весь воздух и окрашивая небо в кроваво-красный цвет. Порхающий во все стороны рой из сотен существ напоминал бурю. Наоми рухнула на землю. Макани сделал то же самое, и они поползли к морскому дракону. Воины остались стоять, махая руками и пытаясь отделаться от созданий, похожих на летучие мыши.

Наоми подобралась к морскому дракону.

— Ты в порядке?

«Вы освободили моего друга от его оков. Вы подвергли себя опасности, чтобы помочь мне, — удивлённо произнёс дракон. — Я ошибался на ваш счёт. Вы не такие, как нормальные люди».

Наоми улыбнулась.

— Нормальность переоценивают.

Дракон фыркнул и тут же вздрогнул от боли.

Макани посмотрел на копье, торчавшее из его бока.

— Его нужно вытащить.

«Сделай это», — сказал дракон.

Макани обеими руками схватил рукоятку копья и выдернул его. Морской дракон взревел от боли и разбрызгал воду вокруг. Наоми вздрогнула, когда несколько горящих капель попало на её кожу.

Она посмотрела на кровоточащую рану дракона, затем взглянула созданию в глаза.

— Я могу исцелить тебя. Если ты мне позволишь.

Он склонил голову.

Наоми прикоснулась к ране дракона, и на её пальцах засияла бледно-розовая Пыльца Фейри. В отличие от ярко-розовой разновидности, которая погружала людей в сон, эта исцеляла раны.

— Осталось ещё несколько копий, — сказал Макани.

«Не церемонься со мной, дракон, — ворчливо рявкнул зверь. — Вытащи из меня эти проклятые штуки. И сделай это живо. Я не собираюсь тут весь день торчать».

Макани встретился с ним взглядом, и в его тёмно-золотых глазах горело уважение. Он вытащил копья одно за другим, не медля ни на секунду. Дракон дёргался и ревел. Боль от такого количества глубоких дыр в теле должна быть невыносимой. Наоми постаралась унять его боль, исцелив раны, которые оставили копья.

Всё это время перед ними бушевал кровавый шторм, удерживавший воинов внутри.

Закончив исцелять морского дракона, она похлопала его по морде.

— Вот и все. Ты здоров, — она поцеловала его в щеку.

«Она определённо умеет найти подход к монстрам», — сказал дракон Макани, и его голос звучал серьёзно, даже почтительно.

Макани кивнул в знак согласия.

— Это верно. Ко всем нам, монстрам.

Последние запаниковавшие летучие мыши-бабочки упорхнули прочь. Шторм развеялся. Воины вновь смогли видеть. И теперь они все гневно смотрели в сторону Наоми, выглядя взбешёнными как сам ад.

— Забудьте про зверя, — прорычал полководец. — Убейте Драконорожденного принца и его фейри.

Наоми покосилась на Макани, приподняв брови.

— Ты сказал, что узнал их метки тату, но мне кажется, что история этим не ограничивается. Это твои друзья?

— Они выглядят смутно знакомыми. Я вроде как уверен, что убил где-то пятьдесят их товарищей за своё время в аду, — бесстрастно сказал он.

— Где-то пятьдесят?

— Ну, не то чтобы я считал. Я проторчал здесь семь сотен лет, Наоми.

— Так это месть? Вот почему они на нас нацелились?

Полководец сверлил гневным взглядом Макани.

— Мы сдерём кожу с твоих костей, сожжём волосы на твоей голове, сварим тебя в страдании и отравим твои сны, — прорычал он. — Мы сокрушим твой дух и сломим твой разум, пока ты не превратишься в хнычущую, иссохшую тень мужчины.

Наоми закатила глаза.

— Тебе нужно поработать над своими навыками общения, — сказала она Макани. — Заводи друзей, а не врагов.

— Большинство из них попыталось убить меня при первой же встрече. Это вроде как гасит костры дружбы, — заметил он.

Морской дракон взглянул на воинов, и в его льдисто-синих глазах пылала жажда мести. «Мне сожрать их для вас?»

— Да, — сказал Макани.

— Нет, — ответила Наоми в ту же секунду.

Морской дракон моргнул, переводя взгляд между ними.

— Я о них позабочусь. И поверь мне, это будет намного хуже, чем быть съеденным тобой, — заверила его Наоми.

Она сплела между руками паутину искрящейся магии. Она походила на гигантскую паутину с капельками росы, искрящимися в лучах утреннего солнца. Воины зачарованно уставились на неё.

«Надеюсь, ты плетёшь им не браслетики дружбы», — сказал морской дракон, фыркнув магией в воздух.

— Нет, — она усмехнулась. — Такое я делаю только для моих настоящих друзей.

«Друзей, говоришь? — он фыркнул. — Думаю, я могу с этим жить, маленькая фейри».

Наоми сбросила магическую паутину со своих пальцев. Та повисла в воздухе, медленно разрастаясь и заполняя пространство между ними и военной группировкой.

— Не стойте на месте, — зарычал полководец на своих воинов. — Взять их.

Мужчина с татуированным лицом шагнул вперёд, но остановился на краю магической сетки, которая почти полностью окружила их. Он протянул руку и потыкал в неё. Из его рта вырвался вопль. Он испуганно отпрыгнул назад, баюкая свою руку.

— Я бы на вашем месте её не трогала, — предупредила Наоми.

Ни один из воинов не сдвинулся с места.

— Вы позволите искрящейся сетке маленькой фейри удержать могучих воинов Великой Пустоши? Вперёд! — взревел полководец. — Порвите её жалкое заклинание как стенобитный таран! Разнесите его в клочья!

Наоми хмуро посмотрела на него.

— Ты кого тут жалким назвал?

Полководец скривил губы в хищной улыбке.

— Ошмётки твоего заклинания станут твоим погребальным саваном. Мы завернём тебя в него и сбросим с края ада.

Наоми положила руки на бёдра.

— А вот это уже грубо.

Полководец поднял меч в воздух, показывая своим воинам выдвигаться вперёд. Военная группировка ринулась в её сторону, издав боевой клич. Когда они врезались в её магическую сеть, она зашипела и затрещала, как молния, ударившая в воду. Они все дружно шлёпнулись на задницы, их одежда задымилась. Наэлектризованные нити магии ползли по их телам как вьющиеся лианы, опутывая их и покрывая полностью. Их лица почернели от дыма, но они нетвёрдо поднялись на ноги. Потушив пламя на своих волосах, они в ужасе посмотрели на магическую сетку. Густая кислотная вонь страха и ярости исходила от них, но её заглушал запах горящих благовоний, лаванды и лепестков роз.

Морской дракон принюхался к магии Наоми и сделал глубокий вдох. «Твои заклинания приятно пахнут».

— Спасибо. Это дополнительный штрих. Я так упорно работала, чтобы довести аромат заклинания до совершенства, но это оценили очень немногие, — она лукаво покосилась на Макани.

Он ответил тёмной, обжигающей улыбкой, от которой у неё подогнулись пальчики на ногах.

Облизнув губы, дракон посмотрел на людей, которые теперь оказались пойманными внутри завершённой магической сетки. «Знаешь, настоящий друг позволил бы мне съесть этих бандитов. Особенно после того, как ты их так мило упаковала для меня».

— Если их личности служат хоть каким-то показателем, то на вкус они так себе, — сказала Наоми.

«Верно, — в глазах морского дракона искрило озорство. — Я предпочитаю сладких дев-принцесс».

Наоми посмотрела на своего нового друга, надеясь, что тот шутит. Но дракон пристально смотрел на неё с задумчивым выражением.

— Я не принцесса и не дева.

«Но готов поспорить, ты сладкая».

— Конечно, — она широко улыбнулась. — В конце концов, я же фейри.

Смех зарокотал в груди морского дракона, как монетки в стиральной машине.

— Как тебя зовут? — спросила Наоми у лидера военной группировки.

— Файлор Бастиан, полководец великого Баэла, истинного короля ада.

— Каждый демон считает себя истинным королём ада, — сказал Макани.

— Все они узурпаторы, — прорычал Файлор Бастиан. — Особенно ложный король, который ныне сидит на троне ада. Есть лишь один истинный король, и его имя — Баэл.

Наоми натянула на лицо свою самую сладкую, самую радостную, самую розовую как жвачка улыбку.

— Файлор Бастиан, ты и твоя военная группировка обвиняетесь в попытке убийства. Признаете ли вы свою вину?

— Ты не правишь этим миром, тупая сука-фейри, — рявкнул полководец.

— Вот как? — она подошла к огромному двуручному мечу, который один из воинов уронил во время сражения. — Разве ад не подчиняется простому правилу «чей меч больше, тот и победил»? — она подняла меч. Он был таким огромным, что потребовалось приложить монументальные усилия, чтобы не покачнуться под его весом. Но Наоми крепко стискивала рукоятку и держала оружие поднятым. — Мой меч больше, — заявила она, улыбаясь ещё шире.

Затем она ткнула концом меча в магическую сетку, вливая туда заклинание. Она повернула меч так, словно он был гигантским ключом. Магия зашипела и заплевалась, как грозовая буря на паутине.

— Файлор Бастиан и все его приспешники, — обратилась она к воинам, которые оставались в ловушке паутины, широко раскрыв глаза. — Я, Наоми Гарленд, Духовный Воин и носитель самого большого меча на пятом кругу ада, приговариваю вас к изгнанию.

Как захлопнувшиеся челюсти молнии, шторм заглотил воинов полностью. Заклинание издало грохот, и затем военная группировка исчезла — сотня воинов оказалась изгнана глубже на один круг ада.

Наоми отбросила меч в сторону. Она смахнула воображаемую пыль с рук и повернулась лицом к дракону и Макани.

— Это определённо было драматично.

— Ну, какая же магия без небольшого количества фейерверков? — заявила она, выгнув брови.

Морской дракон рассмеялся. «Это определённо лучше, чем сожрать их, — он подмигнул Наоми. — Увидимся в аду, Духовный Воин».

Он нырнул в воду и пропал. Морские драконы обладали способностью путешествовать между двумя водоёмами на любых кругах ада.

Наоми и Макани повернулись к её сетке из магии. Она постепенно угасала, как костёр.

Вообще-то последние искры вовсе не гасли. Струйка пламени затрепетала и вспыхнула. Её заклинание разгоралось всё жарче и выше. Воспламенившийся шторм начал вновь кружить и нарастать.

— Не к добру это, — пробормотала Наоми.

Заклинание вышло из-по контроля. Завитки магии щелкали в воздухе. Крошечные огоньки разлетались во все стороны. Заклинание Наоми взорвалось. Макани повалил её на землю и закрыл своим телом. Наоми открыла для них проход в земле, и ударная волна второго магического взрыва закинула их с Макани в открывшийся проем.

Они крепко ударились об асфальт, и Наоми содрала кожу на боку. Она тут же вскочила, закрывая завесу и запирая взрыв по ту сторону. Она посмотрела по сторонам, пытаясь понять, где находится. Они вернулись на землю, стояли на какой-то улице под ночным небом. Это всё, что она сумела определить.

— Нам нужно возвращаться домой, — сказал Макани.

Наоми просто стояла, застыв на месте.

— Что такое?

— Мое заклинание ударило обратно по мне.

— Временами такое случается со всеми, — сказал он.

— Ты не понимаешь, — она кашлянула и задрожала. Её горло пересохло, словно туда насыпали пепла, а тело похолодело как лёд. — То отразившееся заклинание создало перегрузку в моей духовной магии. Она пропала. Просто пропала.

Глава 12. Магические медитации

Пронзительный вопль будильника разбудил Наоми следующим утром. Она перекатилась и выключила его.

Прошлой ночью, вернувшись домой совершенно без магии и сил, Наоми прямиком рухнула в постель. И теперь она проснулась — она взглянула на часы — в шесть-тридцать утра. Она твёрдо верила, что всё, что до семи утра, считалось нечестивым часом. Особенно после такой ночки, которая выдалась у неё.

Даже теперь, спустя несколько часов после отразившегося заклинания, она всё ещё не имела доступа к духовной магии. Она чувствовала свою земную магию, разбавленные способности фейри и стихийные силы, доставшиеся ей от мага-родителя. Но её самый сильный дар полностью пропал. Она не могла перемещаться между мирами или кататься на духовных потоках ада. Она не могла исцелять раны или давать отпор демоническим полководцам и зверям.

А значит, она не могла спасти своего отца, пока не вернёт свою духовную магию — если она её вообще вернёт.

Она посмотрела в окно. Снаружи было темно, одеяло густых облаков укутывало небо и скрывало солнце. И шёл дождь. Капли барабанили по крыше и забрызгали все окна.

Наоми сбросила одеяло и села. Она не позволит гадкой погоде и отсутствию магии испортить ей настроение. Мастер Шпионов вчера заметил её отца. Папа всё ещё жив. Теперь она знала, что он на восьмом кругу ада, где-то в районе Столпов Пламени. Как бы ей ни хотелось выдавить из Мастера Шпионов ещё больше информации, она напомнила себе, что это намного больше, чем она знала вчера. Папа всё ещё жив, и она примерно знала, где он находится. Это огромный шаг вперёд.

Она так близка к тому, чтобы спасти папу, вновь увидеть его, воссоединить свою разбитую семью. Его возвращение исцелит дыры в их сердцах, которые оставила его мнимая смерть.

Но сначала ей нужно встать и столкнуться с холодным сырым днём. Она встала с кровати и выглянула из спальни наверху в гостиную на первом этаже. Макани уже встал и проделывал там свои утренние упражнения. Похоже, ранний час его не смущал. Отжимания, подтягивания, приседания — он просто продолжал одно упражнение за другим.

Подтягивания на одной руке. Наоми опёрлась локтями на перила, наблюдая за ним. Ей никогда не надоест за ним наблюдать. Пот струился по его телу, целуя его мышцы, пока он тренировался.

Макани задержался в стойке на руках и посмотрел на неё.

— Давай по справедливости.

Это его приглашение тащить свою задницу вниз и тоже приступить к тренировкам. Зевнув, Наоми подошла к шкафу и достала спортивную маечку и шорты. Натянув их, она отправилась на первый этаж. Спустившись, она раскатала возле Макани свой коврик для йоги и принялась делать растяжку.

Макани покосился на неё, делая растяжку боковых мышц туловища.

— Сказал же, по справедливости.

Из позы с широко расставленными ногами Наоми села на поперечный шпагат.

— Я тоже в игре, дорогой.

— И всё же я не могу не заметить, что на тебе намного больше одежды, чем на мне.

Наоми пробежалась взглядом по татуировке дракона на его голой груди, которая сворачивалась на его животе и исчезала под поясом штанов.

— О? Мне тоже заниматься топлесс?

— Это было бы приемлемо, — серьёзно сказал он.

Захихикав, Наоми сделала выпад влево. Рука поймала её за пояс шортиков. Наоми встала и обернулась на Макани через плечо.

— Я не шутил, Наоми, — сказал он, и его слова целовали её шею сзади, горячие как дыхание дракона.

Она подалась назад и прислонилась к нему. Его ладонь погладила её руку, пробежавшись по тонкой лямочке майки. Макани стянул её с плеча. Его губы принялись целовать её кожу, начиная со спины и поднимаясь вверх по шее. Поцелуи были столь же нежными, сколько его ладони — грубыми.

— Я и не думала, что ты шутишь, — ахнула Наоми.

Её спина прижалась к его жёсткому, горячему телу. Его кожа ощущалась так, будто внутри него бушевало настоящее пекло и пламя ада. Всякий раз, когда её голая кожа прикасалась к нему, она шипела и обжигалась. Тело и кровь, разум и магия. Его жар вливался в неё, опустошая и наполняя её рекой сладкого жидкого пламени.

Его ладонь скользнула вдоль её бока, слегка задев грудь. Её спина выгнулась вперёд, ноги сами собой раздвинулись, а с губ сорвался стон.

Его ладони сжали её бедра.

— Ты нужна мне, — произнёс Макани, крепко вжимаясь в неё сзади.

Наоми завладела отчаянная, мучительная нужда. Она резко развернулась к нему лицом, встала на цыпочки и прошептала ему в губы:

— Так возьми меня.

В его глазах полыхнула магия. Макани грубо схватил её и вжал в стену. Он захватил её губы своими, завладел её ротиком с неукротимым, ненасытным голодом. Хищное обжигающее желание прокатывалось по ней дрожью. Наоми обхватила его ногами и стала тереться об него всем телом.

Его руки разорвали её майку и грубо отбросили в сторону. Его прикосновения устремились ниже, ладони обхватили её попку. Затем его пальцы пробрались в её трусики и скользнули между ног.

Глубоко вдохнув, Макани издал низкий довольный звук.

— Не только твои заклинания пахнут опьяняюще.

— О?

Его губы коснулись её ушка. Этот сладкий хищный жар полыхнул по всему её телу, затопив её приливом желания.

— Запах твоей похоти сводит меня с ума, — прорычал Макани ей в губы.

Её ноги задрожали. Между бёдер пульсировал жар, горячий и требующий.

— Мне нужен ты, внутри, немедленно, — её руки отчаянно впились в его спину, ногти вонзились в жёсткие мышцы.

Макани изогнул губы в улыбке и опустил голову.

— Я живу, чтобы служить тебе, моя леди.

Одним стремительным рывком он освободил её от шортов и трусиков. Её ладони опустились к поясу его штанов.

Её телефон зазвенел. Наоми его проигнорировала. Сейчас у неё имелись дела поважнее.

— Собираешься ответить? — Макани обхватил губами её сосок и сильно пососал.

Сдавленный отчаянный вскрик сорвался с её губ.

— Нет, — ахнула Наоми. — Если это действительно важно... — она потянула за его штаны. — ... они оставят сообщение.

Телефон пиликнул сигналом, оповещающем о новом текстовом сообщении.

— Или просто напишут смс, — проворчала она.

Она схватила телефон с тумбочки. Сообщение от бабули. Но чего она хотела? Наоми едва могла различить слова на экране. Функции её мозга оказались похоронены под горой головокружительной похоти.

Макани лизнул другой её сосок, заставив её опять хрипло всхлипнуть.

— Это твоя бабушка, — небрежно заметил он, взглянув на её телефон.

Точно. Бабуля говорила, что заскочит в гости этим утром.

Но зачем? Её разум отчаянно пытался мыслить сквозь туман.

Бабуля должна что-то доставить. Что-то важное. Артефакт!

Рука Макани развела её ноги. Его пальцы прочертили обжигающую линию по её бедру и скользнули внутрь.

— Мы не можем, Макани, — отчаянно прохныкала она.

Его губы изогнулись в довольной улыбке.

— Ещё как можем.

Наоми запрокинула голову.

— У бабули есть артефакт, который нужен нам для хранения твоей магии.

Его ладонь стиснула её спину и подтянула Наоми, заставляя посмотреть в его пронизывающие золотые глаза.

— У нас всё ещё есть время.

Выражение его лица вызывало желание выбросить все приличия — ну или то, что от них осталось — в окно.

В дверь позвонили. Наоми застонала, и в этот раз не от удовольствия.

— Это бабуля, — сказала она, спешно надевая одежду обратно.

Придав своему телу (но не мыслям) приличный вид, Наоми открыла дверь. Бабуля стояла на коврике за дверью, держа в руке зонтик. Сегодня её светлые волосы были собраны в высокий конский хвост, как у чирлидерши. Тёмный макияж глаз заставлял синие радужки по-настоящему выделяться, а тёмно-красная помада казалась кровавым пятном на бледной коже.

Бабуля походила больше на подружку, чем на типичную бабушку, но в ней не было ничего типичного. Такова сила фейри-магии, внешности вечной молодости. Внутри бабуля была ещё моложе, чем казалась внешне.

Сегодня она надела кремовую шёлковую блузку с глубоким кружевным вырезом, открывавшим ложбинку, а также хорошенькую серебряную подвеску. Её мини-юбка из коричневой кожи так плотно облегала бедра, что для возможности ходить наверняка требовалось немало магии, и всё же она вышагивала на тонких чёрных шпильках так, словно танцевала на облаках.

Она обвела взглядом открытое помещение, её взгляд метнулся к Макани, затем обратно к Наоми. Её красные губы изогнулись в улыбке.

— Пахнет сексом, — заявила она, и её длинные ресницы запорхали над скулами.

— Ещё нет, — проворчала Наоми.

Бабуля усмехнулась.

— Я чему-то помешала, не так ли?

Наоми вздохнула.

Бабуля наградила Макани долгим оценивающим взглядом, затем положила ладонь на плечо Наоми.

— Я не виню тебя, дорогая. Если бы у меня был такой мужчина, я бы вообще не выходила из дома.

Бабуля протянула ей мешочек, который принесла с собой. Наоми дёрнула за кожаные шнурки и обнаружила внутри амулет. Огромный рубин, подвешенный на золотой цепочке.

— Амулет сотворён магическими руками, — объяснила бабуля. — Это первоклассный магический рубин. Может хранить много магии.

За последние несколько месяцев они собрали несколько магических камней, чтобы хранить заклинания Макани. Обладание магией в царстве духов давало ему несомненное преимущество.

— Спасибо, бабуля. Это очень пригодится, — сказала Наоми, затем протянула амулет Макани.

— Ты собираешься рассказать мне, что ты так упорно исследуешь в аду в последнее время? — спросила бабуля.

Наоми не рассказывала ей об их поисках папы, сына бабули. Она даже не сказала своей семье, что папа всё ещё жив. Она не хотела обнадёживать их. Да, теперь у неё есть зацепка, но что, если это обернётся ничем? Папа годами считался погибшим. Потребовалось немало времени, но бабуля наконец-то оправилась от потери и начала жить своей жизнью. Она его очень любила. Если Наоми обнадёжит бабулю, а потом всё обернётся ничем, она будет раздавлена.

А такую возможность Наоми не могла игнорировать. Даже если она найдёт папу, это не значит, что она сумеет его освободить. Особенно если его удерживает демон. Как правильно напомнил Макани, демоны могущественны. И чтобы освободить папу, им придётся промаршировать в место их силы и сражаться с ними на их территории.

Так что Наоми ответила бабуле просто:

— Мы ходили в царство духов, чтобы тренировать мою магию.

Ей ненавистно врать бабуле. Хотя её заявление не было совершенной ложью. Она действительно тренировала свою магию.

— Ты тренируешься слишком усердно, — сказала бабуля. — Ты выглядишь уставшей, Наоми. Ты слишком себя выматываешь.

— Со мной всё хорошо. Просто чувствую себя немного опустошённой после большого сражения прошлой ночью. Мне пришлось послать большого плохого полководца и две сотни его злобных приспешников глубже в ад. Заклинание слегка ударило по мне обратно.

— Ты не сумела послать их? — спросила бабуля.

— Сумела. Но потом заклинание вышло из-под моего контроля. Мне пришлось быстро послать нас обратно на Землю. Те два заклинания схлестнулись и вспыхнули. Сила взрыва перегрузила мою духовную магию. Я лишь надеюсь, что не сломала её навсегда.

Она пыталась казаться сильной, но бабуля видела её насквозь, видела саму суть её страхов.

— Тебе просто нужно дать себе время, Наоми. Ты лишь наполовину фейри. И ты не привыкла творить такие сильные заклинания. Чем ты думала, используя так много магии за раз?

Ну, Наоми знала, как творить такие сложные заклинания духовной магии по своим воспоминаниям из другой жизни в Мире Теней. Но если её разум знал, как творить такие заклинания, это не означало, что её магия и тело способны на такое в этом мире. Знание находилось в её голове; ей нужно всего лишь превратить его в реальность.

А тем временем ей придётся притормозить. Проблема в том, что она не хотела притормаживать. Так раздражало знать, как что-то делается, иметь воспоминания об успешном сотворении таких мощных заклинаний, и всё же быть совершенно не в состоянии творить их сейчас.

— Что ж, великолепная, теперь мне пора, — сказала бабуля. — Мне нужно прочитать лекцию в университете.

Временами бабуля читала лекции в Университете Магических Искусств и Наук Сан-Франциско в качестве приглашённого профессора. Она была одним из ведущих знатоков фейри-магии в мире и консультантом Магического Совета.

— Будь осторожна, Наоми, — бабуля поцеловала её в щеку. — Не слишком загоняй себя. И береги себя. Думаю, не надо напоминать тебе, как опасно царство духов, и особенно живущие там демоны?

— Нет, не нужно. Я знаю.

Бабуля взглянула на Макани.

— Ты за ней присмотришь?

Макани положил руки на плечи Наоми.

— Присмотрю, — его низкий голос рокотом прокатился по спине Наоми. Ощущалось это приятно и успокаивающе — иметь его рядом, как стража за спиной.

— Хорошо, — она крепко обняла Наоми. — До скорой встречи, ребёнок.

— Ты сегодня вечером придёшь на семейный ужин на Острове Фейри? — спросила Наоми.

— Нет. После сегодняшней лекции я отправляюсь прямиком на раскопки в Египте.

— В этот раз там будут мумифицированные кошачьи монстры?

— Мумифицированные кошачьи монстры не так интересны, как магические камни, размещённые в их глазах. Хотя я с уверенностью ожидаю, что мы встретим живых монстров, охраняющих гробницы. Мы всегда их встречаем, — в глазах бабули сверкнуло веселье. Она любила приключения.

Наоми крепко обняла её.

— Думаю, не надо напоминать тебе, как опасны древние гробницы, особенно охраняемые магическими сторожевыми зверями, которые там покоятся?

— Именно поэтому я беру с собой телохранителей, — усмехнулась бабуля.

Она не должна совершать беспечных поступков. Муж бабули — дедушка Наоми — был лидером пацифистского сообщества магов и фейри в Европе. Это означало, что сама бабуля не сражалась. Она просто брала с собой телохранителей, чтобы они разбирались с монстрами, бродившими по руинам, которые она изучала и пыталась опосредованно жить через них. Её аппетитные телохранители всегда были большими мускулистыми парнями.

Бабуля помахала им напоследок, затем покинула их дом. Наоми закрыла за ней дверь. Когда она повернулась обратно, Макани наблюдал за ней, и в его глазах вновь горела та опасная искра.

— Да? — настороженно уточнила она.

Он зашагал вперёд, и его улыбка становилась шире с каждым длинным шагом. Наоми чувствовала себя так, словно угодила в поле зрения хищника. Однако вместо того чтобы бежать, она двинулась навстречу драконьему магу, словно ведомая примитивными силами природы, сводившими их вместе.

Прежде чем они добрались друг до друга, телефон Наоми зазвонил. Она выругалась.

— Я испытываю искушение отказаться от любой электроники на неделю, — проворчала она.

— Достойный план, — сказал Макани, одобрительно кивая. — Электронные устройства отвлекают людей. Современные технологии превратили всех в зомби, рабов, которые принадлежат электронным хозяевам. Вы, современный народ, сидите за столом, ужиная, но на самом деле вы не вместе. Всё это время вы лицами уткнулись в свои экраны и игнорируете других живых существ вокруг себя.

— Ну, а чем развлекались в твоё время?

— Мы наслаждались обществом друг друга.

То, как он это сказал — прямолинейно, но всё же с обилием пошлых намёков — было прямо-таки аппетитно. Остальной мир померк, оставляя их лишь вдвоём.

— Это было бы божественно. Только ты и я, одни на неделю. И ничто нас не отвлекает, — Наоми обвила руками его плечи. — Ничто нас не разлучает.

— Наоми? — мягко произнёс Макани ей в губы.

Она смахнула прядку волос с его лица.

— Ммм?

— Твой телефон.

Она хмуро посмотрела на устройство. Она даже не осознавала, что он всё ещё трезвонит. Макани прав. Они все рабы своих электронных устройств.

— Что? — ответила она на звонок.

— И тебе тоже доброе утро, засоня, — бодро сказал голос Тони. — Пора выбираться из постельки.

Наоми бросила на Макани тоскливый взгляд.

— Я не в постельке.

Он взял её свободную руку и мягко поцеловал ладонь. Её кожу закололо.

— Хорошо, — сказал Тони. — Так ты планируешь сегодня вообще приходить на работу?

— Мы умираем с голода! — крикнул голос Каллума на фоне.

Она уловила пару разрозненных слов от Дала. Что-то про пончики.

— Как ты, наверное, слышишь, войска не знают покоя, — сказал ей Тони. — Мы голодны. И мы бы хотели ознакомить тебя с нашими находками со вчерашнего места.

— Скоро буду, — сказала Наоми и повесила трубку. Положив телефон, она посмотрела в задумчивые глаза Макани. — Мне пора на работу. Убить зверей, спасти мир. Заработать деньжат. И все такое.

Он склонил голову.

— Как пожелаешь.

Наоми вздохнула.

— Чего я желаю, так это запереть дверь, отключить телефон и провести день наедине с тобой. К сожалению, долг зовёт. И я так понимаю, у тебя тоже есть планы.

— Действительно. Мне понадобится целый день медитировать и накопить достаточное количество магии в тех магических камнях, — он показал на ряд артефактов, аккуратно выложенных на обеденном столе.

Запасание заклинаний было медленным процессом. Если Макани разом вольёт всю свою магию в эти магические камни, они могут сломаться от перегрузки.

— Можешь присоединиться ко мне, — предложил он. — Если хочешь.

— Взять день по болезни? Но я же не болею.

— Твоя магия болеет, — парировал Макани. — Я чувствую её... она страдает. Борется. Немного медитации пойдёт тебе на пользу. Я мог бы помочь тебе расслабиться.

— Я...

— Удовлетворение и расслабление — лучший путь к качественной магии и её быстрому восстановлению, — его ладонь прошлась по её голой руке. На поверхности её кожи появились мурашки. — Если ты будешь следовать моей рутине из тренировок и релаксации, то и глазом моргнуть не успеешь, как твоя магия вернётся.

— Эта рутина тренировок и расслабления... я так понимаю, она активная? — выдохнула она.

— Очень активная.

Наоми испытывала искушение. Боже, очень сильное искушение. Ей ничего так не хотелось, как провести с ним целый день вот так.

— Я не могу, — она вздохнула. — Мне правда нужно сегодня пойти на работу и выслушать, что парни узнали из тех частиц, которые мы вчера принесли с места взрыва. И мне нужно рассказать остальным свои подозрения о том, как какой-то безумец убил дюжины людей, чтобы организовать разговор наедине с демоном.

— Конечно, — ладонь Макани прошлась по её руке последним соблазнительным прикосновением, затем он опустился на пол в позу для медитации.

— Я скажу обеим группам бойцов, что ты передавал привет.

Он даже не открыл глаза.

— Они воины.

Усмехнувшись, Наоми пошла переодеваться для работы.

Глава 13. Флирт и разрушение

Наоми оделась в свой стандартный костюм для надирания задниц: джинсы и майка. От лица она заплела косички, чтобы волосы не лезли в лицо, но остальную массу волос оставила распущенной. Её естественные локоны опускались чуть ниже плеч и были бледно-платинового цвета. Сегодня она оставила их такими.

Поскольку чаша её магии была далеко не полной, она не стала тратить свою слабую земную магию, чтобы сделать волосы синими или удлинить. Магия могла понадобиться ей в сражении. Сил у неё немного, но это лучше, чем не иметь магии вообще. В любом случае, она неплохо вырубала людей Пыльцой Фейри. Она была довольно меткой, что компенсировало её слабые заклинания. Многие фейри просто швырялись Пыльцой Фейри во все стороны как из автомата.

Наоми рано осознала важность точности и экономии магии — концепции, которые являлись совершенно чуждыми для более могущественных фейри и магов. Слабая магия заставила её заменять силу точностью. Она натренировала себя направлять Пыльцу Фейри узким потоком, точно ударяя по цели и не тратя магию впустую.

Парковка перед офисом Драхенбург Индастриз в Сан-Франциско была почти переполнена, когда Наоми завернула туда свою машину. А ведь на часах не было ещё и восьми утра. Войдя в здание и пересекая мраморную пустошь лобби, Наоми заметила, что все столы заняты. Все уже упорно трудились. Кай Драхенбург, похоже, нанимал только трудоголиков.

Секретарь в приёмной, Кортни, кивнула Наоми в знак приветствия, и её кудряшки подпрыгнули на плечах. Наоми кивнула в ответ и направилась к лифту, держа в одной руке коробку с выпечкой, а другой проведя бейджем по панели.

Пока она дожидалась лифта, две женщины в униформе вошли в лобби, таща между собой мага. Пленник лет двадцати имел ярко-синие волосы и был одет в комбинезон из чёрной кожи. Наручники сковывали его руки. Конечно же, они были сделаны из железа. Железо блокировало магию мага, отражая её обратно с такой силой, что он оказывался погребён под мощью собственных заклинаний. Не имея доступа к своей магии, магу приходилось довольствоваться обычными средствами. Его ноги шаркали по скользкому полу, пока он пытался вырваться из руки своих захватчиц.

Кара и Офелия, две женщины в униформе, были правоохранителями, как и Наоми с Серой. Они давно работали на Кая, ещё до того, как он сформировал отряд правоохранителей. Наоми впервые повстречалась с этими магами-телекинетиками в Мюнхене, но с тех пор они перевелись в Сан-Франциско.

Пленник изо всех сил кидался в разные стороны, но Кара и Офелия, похоже, едва замечали. Они спокойно держали его за руку, ведя его мечущееся тело к столу Кортни.

— Этого очаровательного приятеля поймали, когда он пробрался в спортзал, где девушки-фейри готовились к соревнованию чирлидеров, — сказала ей Кара.

Магическое чирлидерство было напряжённым спортом. Туда включались все прыжки и акробатика обычного чирлидерства, а также демонстрация потрясающей магии.

— Он вломился в раздевалку фейри из Академии Давхарт и украл их нижнее белье, — добавила Офелия.

«Фу. Гадость».

— Затем заключённый отправился в зону тренировок и использовал свою магию телекинеза, чтобы попытаться сдёрнуть одежду с фейри, — Кара выглядела оскорблённой, что маг из её ветви магии использовал свои способности для таких коварных действий.

— Когда его нашли, завязалась драка, — сказала Офелия. — Телекинетик дал отпор, разрушив элементы спортзала своей магией. Один из тренеров серьёзно пострадал и нуждался в госпитализации. Этот тренер был также водителем автобуса команды чирлидеров.

Вместо того чтобы направить свою магию на что-то продуктивное, этот мужлан использовал её для разрушения частной собственности и сексуального домогательства в адрес команды фейри. Наоми гадала, что бы его родители подумали о том, какого чемпиона они вырастили.

— Теперь две дюжины чирлидеров и их тренер застряли в городе, пока запасной водитель не приедет в спортзал и не отвезёт команду обратно в Аризону, — сказала Кара.

— Что за безобразие, — прокомментировала Кортни.

Нападение на фейри, совершенное магом — это не просто обычное паранормальное разногласие. Это означало, что Магический Совет должен вмешаться для поддержания мира. Трения между различными группами сверхъестественных существ сейчас особенно обострились. Вот почему Магический Совет делегировал эти весёлые задачи недавно собранным правоохранителям Кая.

Это соглашение, похоже, устраивало всех. Совет получил возможность сосредоточиться на более важных вопросах и платил компании Кая большие деньги за разбирательства с логистическими кошмарами и сглаживание публичных катастроф. Драхенбург Индастриз процветала как никогда.

Прибыл лифт, так что Наоми не довелось послушать больше о последней сверхъестественной мыльной опере. Двери разошлись в стороны. Внутри стояла Алекс, одетая в спортивную майку и шорты. На её шее висело полотенце, а в руке она держала бутылку воды.

— Сегодня припозднилась? — спросила Алекс у Наоми, когда та вошла в лифт.

— Долгая ночка.

Алекс приподняла тёмные брови, а её губы изогнулись в улыбке.

— Я отправилась в ад, — объяснила Наоми.

— А, ад. Я вечно говорю людям катиться в ад, — Алекс неодобрительно покачала головой. — Они никогда не слушают.

— Когда ты перестанешь отпускать шуточки про ад в моем присутствии?

— Когда они перестанут быть смешными, — радостно ответила Алекс.

— Жаль тебя разочаровывать, дорогая, но этот день давным-давно настал.

Алекс пожала плечами.

— Кому как.

— Наслаждаешься спортзалом? — Наоми показала на спортивную одежду Алекс.

— О, да. Этот оснащён намного лучше зала в «Хаосе». Тут даже бассейн есть.

Кай недавно построил бассейн. Бойцы были в экстазе. Очевидно, они выпрашивали его много лет.

— Но моя любимица — это полоса препятствий, — продолжала Алекс. — Ничто так не бодрит и не будит с утра, как бег через полосу препятствий, которая создана, чтобы убить тебя. Там есть лабиринт, Наоми. С монстрами. Там есть даже гигантская Венерина Мухоловка. Мне удалось пнуть её в рожу, — она широко улыбнулась.

Полоса препятствий тоже была новой. Сера подкинула Каю идею. А Райли и бойцы помогли ей разработать дизайн.

— Знаешь, Кай выкладывается по полной со всеми этими лабиринтами, смертоносными полосами препятствий и монстрами, чтобы ты захотела работать на него, — сказала Наоми.

— Возможно, ты права. Но это не значит, что я не буду наслаждаться этими благами цивилизации вопреки тёмным намерениям. Завтра они подбросят что-то новенькое и особенно гадкое. Мне не терпится увидеть, что же это.

— Я предпочитаю йогу, — заявила Наоми.

Алекс фыркнула.

— Тебе правда стоит присоединиться ко мне завтра утром в зале.

— На полосе препятствий, которая создана, чтобы меня убить. С гигантскими Венериными Мухоловками, — сухо отозвалась Наоми.

— Это действительно подстёгивает адреналин. Создаёт изумительное настроение на остаток дня.

Алекс действительно радостно улыбалась. Она определённо пребывала в хорошем настроении после этих смертоносных препятствий. Конечно, Алекс сумасшедшая. И Наоми любила её за это.

Лифт издал тихий сигнал, и Алекс вышла на этаже с раздевалками.

— Подумай, Наоми, — сказала она. — Ты, я и тридцать минут хаоса с монстрами.

Двери закрылись, и Наоми поднялась на лифте на двадцать восьмой этаж. Сначала она заглянула в кабинет Серы, но он пустовал. Может, Сера сражалась с монстрами или вышла на пробежку до ближайшего киоска с Магическими Смузи. Наоми направилась к следующей двери, в кабинет бойцов.

Все бойцы сидели за своими столами, занимаясь работой. Каллум возился с гаджетом, Дал смешивал зелье, а Тони печатал на компьютере и одновременно разговаривал по телефону. Пройдя позади него, Наоми мельком заглянула в инвентаризацию, над которой он работал. Таблицы, графики, списки — всё дотошно размечено и организовано. На краю его стола стояло три пустых стаканчика из-под кофе. Должно быть, им уже несколько часов. Теперь от кофе остался лишь тёмный осадок, засохший корочкой на дне стаканчиков.

Наоми поставила большую коробку с завтраком на пустую тележку на колёсиках.

— Завтрак подан.

Бойцы разом подняли головы, когда она открыла крышку коробки и показала пончики.

— В этот раз никакой фейри-гранолы, — объявила она.

Каллум подошёл ленивой шаркающей походкой и схватил большой шоколадный пончик.

— Мы ни на секунду в тебе не сомневались.

Дал схватил плетёный пончик.

— Тони сомневался. Он уже начал нервничать.

Каллум кивнул.

— Было немало расхаживания и притопывания ногой под столом.

— И кусания ногтей, — сказал Дал.

Они рассмеялись.

Тони взял себе два глазированных пончика.

— Вы двое просто уморительны.

Дал и Каллум снова рассмеялись.

— Где Райли? — спросила Наоми.

— Он занимается нашими адскими товарищами, — сказал ей Каллум.

— Ты имеешь в виду бойцов Макани?

— Ага, — ответил Дал, откусив кусок от своего пончика. — Райли вчера их привёз. Я сумел исцелить их травмы, но не могу сказать, что это было просто. Их тела были полностью иссушены. Что за ад вы им устроили?

— Вот именно, ад, — ответила она. — Ад сделал это с ними. Они провели там много лет. Для некоторых из них прошло уже несколько веков. Как только они вернулись на землю, перегрузка возвращающейся магии тут же лишила их сознания.

Макани удавалось сохранять некоторую магию на протяжении всех столетий в аду, а остальное он крал. В отличие от своих воинов, ему не пришлось так сильно акклиматизироваться к магическому резонансу Земли. Если бы он находился глубже в аду, как Файрсторм, всё было бы иначе. Ей понадобилась кровь множества гибридов, чтобы вернуть себе силу и магию.

— Осушение магии адом феноменально, — сказал Дал.

— Легко говорить, когда ты сидишь в безопасности на Земле, — заметила она.

— Совершенно точно, — согласился Дал. — Мы провели полный физический и магический осмотр твоих друзей. А Райли дал им что-то, чтобы помочь с восстановлением магии.

— Они сумели помочь вам с нашей небольшой демонической загадкой?

— Они ещё не просыпались. Но да, они оказались полезными, — сообщил ей Дал.

— Как спящие сумели вам помочь?

— Мы обсудим это, как только все соберутся здесь, — сказал Тони.

— Где вообще Сера? — спросила Наоми. — Я заглянула в её кабинет, но её там не было. Она ещё не приходила?

— О, она ещё как пришла, — сказал Тони.

Каллум с трудом удерживал нейтральное выражение лица.

— Сера... занята.

Дал фыркнул.

— А Кай? — спросила Наоми.

— Занят Серой, — сообщил ей Каллум.

От Дала последовал ещё один смешок.

Наоми посмотрела на закрытую дверь в кабинет Кая. Её взгляд не задержался надолго.

— И часто у них такие... встречи?

— Да, — отозвался Дал.

Два других бойца серьёзно кивнули.

— Кто-нибудь видел Алекс? — спросил Тони, вновь занимая своё место.

В этот самый момент вошла Алекс. Её спортивная одежда сменилась парой брюк из красной кожи, сапогами на высоких каблуках и замысловатой маечкой из полос чёрного материала. Эта конструкция напоминала толстые плотные бинты, которые держались вместе на скотче и силе воли. Длинные тёмные волосы Алекс, прямые и лоснящиеся, блестели под потолочным освещением.

— Помяни чёрта на ночь, — буркнул Каллум.

— Я туточки, — бодро отозвалась Алекс, широко улыбнувшись ему. — Хотя, для галочки, я предпочитаю «Паранормальная Мстительница», а не «чёрт».

— Принято к сведению, — Тони усмехнулся.

Взгляд синих глаз Алекс остановился на пончиках. Улыбнувшись, она положила свой меч на стол Тони и взяла плетёный шоколадно-сливочный пончик в сахарной глазури.

— Итак, мальчики, что я пропустила?

— Сера и Кай занимаются сексом в его кабинете, — сообщил ей Каллум, когда они с Далом заняли свои места.

— Молодцы. Я давно говорила Сере, что ограничиваться кроватью — это так скучно, — Алекс откусила большой кусок пончика и облизнула губы. — А дневные шалости вне дома могут быть такими захватывающими.

Наоми кивнула. Если бы только её дневной шалости с Макани никто не помешал. Если бы она не нужна была команде, чтобы убивать монстров и выслеживать фанатов демонов, может, она пошла бы в спортзал и потренировалась хорошенько, чтобы выгнать из себя всю похоть. То есть, в нормальный спортзал, а не в лабиринт монстров.

— У Кая в кабинете выдвижная кровать, — Тони каким-то образом держал пончик и одновременно печатал.

— Так, ну это вообще уже жульничество, — хмуро сказала Алекс. — С таким же успехом могли дома остаться.

Тони поднял взгляд от компьютера.

— Кай и Сера вчера пошли поужинать, и на ужине он получил новости о чрезвычайном происшествии. Взбесившиеся гарпии.

Алекс схватила ещё один пончик.

— Ах, взбесившиеся гарпии.

— Почти так же весело, как Венерины Мухоловки? — спросила Наоми.

— Именно, — ответила Алекс с сахарной улыбкой.

— Кай и Сера большую часть ночи выслеживали гарпий, — продолжил Тони. — И как только они разобрались с этим безобразием, случилась очередная катастрофа. Они вернулись всего час назад, пришли прямиком к нам, чтобы отдать образцы, затем отправились в офис Кая.

— Очередная катастрофа? Подозрение на вызов демона? — спросила Алекс.

— Как и первый случай, — нахмурился Тони. — Только ещё больше мёртвых тел.

— Всё ещё ни следа трав для призыва? — спросила у него Наоми.

Тони покачал головой.

— Это так странно.

Странно, да, но в то же время подтверждало новую теорию Наоми.

— Я просмотрел ошмётки твоего магического взрыва, — сказал ей Каллум.

— Что тебе удалось найти?

— Немного. Это была магическая бомба, набор практически стандартных заколдованных магией частей, которые собрали воедино.

— Должно быть, её разместили там и настроили так, чтобы она сработала, если кто-то найдёт это место, — сказал Тони. — Но зачем ждать, пока кто-то придёт? Зачем не уничтожить улики сразу, если ты пытался призвать демона?

— Потому что этот вызывающий демона — идиот, — предположила Алекс и схватила ещё один пончик.

Это какой, третий пончик для неё? Или четвёртый? Наоми сбилась со счета. Когда дело касалось еды, Алекс была ходячим пылесосом. Однако когда дело касалось бардака, она не смогла бы даже произнести по буквам слово «пылесос».

— Что насчёт тел, найденных в Выставочном Центре? Что они там говорят? — спросила Наоми у Дала. Ей нужно было подтвердить её новую теорию.

— Из их тел высосали всю магию. И это было больно. Вообще-то мне это напомнило тела твоих друзей и то, как ад высосал их досуха, — сказал Дал. — Магические показатели твоих друзей и мёртвых тел были практически идентичными.

— Так вот что ты имел в виду, говоря, что они тебе помогли.

— Точно, — ответил Дал. — Это подтвердило, что мы имеем дело с адской магией.

— То есть, их убило осушение магии?

— Нет. Это было не осушение, — сказал Каллум. — Что-то напало на тех людей в Выставочном Центре. Раны им нанесли до того, как осушили их магию.

Наоми решила, что самое время рассказать им то, что она узнала от Мастера Шпионов.

— Я считаю, что кто-то пытается общаться с демоном, а эти смерти — способ привлечь его внимание.

— Почему ты так решила? — лицо Тони оставалось серьёзным, глаза сделались отрешёнными. Его разум явно пытался сообразить, как она пришла к такому необычному заключению.

— Я проконсультировалась с экспертом из царства духов, — сказала им Наоми.

Они не ставили её слова под сомнение. Доверие — вот что делало работу с этой командой такой потрясающей.

— У демонов ненасытные аппетиты. Значит, убийства, скорее всего, продолжатся, — заметила Алекс.

— Они могут даже ещё больше набрать обороты, чтобы вызывающий смог помахать перед демоном аппетитным лакомством. Сумел дольше продержать здесь демона, — сказала Наоми.

Между бровей Тони залегла складка.

— Тревожно.

— Но что нам делать с этой теорией? Как нам использовать её, чтобы выследить, кто вызывает демона? — спросил Дал.

— У нас недостаточно информации, — решил Тони. — Похоже, жертв ничто не связывает, и поэтому ничто не помогает нам понять, где будет нанесён следующий удар. Так что пока нам придётся сидеть и ждать, когда он сделает следующий ход.

Алекс хлопнула в ладоши.

— А потом мы на него накинемся.

— Нам остаётся лишь надеяться, что мы сумеем добраться до него прежде, чем погибнет ещё больше людей, — сказала Наоми.

Телефон на столе Тони зазвонил. Он поднял трубку.

— Что случилось? — спросила Наоми, когда он обеспокоенно нахмурился.

— Я немедленно вышлю команду, — сказал Тони звонившему, затем повесил трубку. — Двадцать экспериментальных магических тигров только что сбежали из наших лабораторий к северу от города.

— Экспериментальных магических тигров? — переспросила Наоми.

— Их выводили ради слюны, — объяснил Дал. — Она обладает великолепными магическими свойствами и является ценным компонентом сывороток и зелий.

— И эти тигры опасны? — спросила Алекс.

— Очень, — сказал Дал. — Очень крупны и очень опасны. Чем агрессивнее тигры, тем мощнее их слюна. Слюна — это просто бриллиант в мире зельеварения. Очень редкая и очень дорогая.

Алекс доела пончик.

— Вы можете их отследить?

— Да. В каждом тигре есть чип, — сказал Тони.

— И где тигры сейчас? — спросила Наоми.

— Они направляются к мосту Золотые Ворота, — сказал Тони. — Двигаются в сторону города.

Алекс схватила меч со стола Тони.

— Мы позвоним вам, когда доберёмся до машины. Направите нас к тиграм. Об остальном мы позаботимся.

Наоми вытащила ключи от машины, и они вместе с Алекс побежали к лифту.

Глава 14. Маг теней

Позднее тем же днём, когда солнце уже садилось, Наоми въехала на парковку перед Лабораториями Магических Исследований. ЛМИ, компания, принадлежавшая Драхенбург Индастриз, проводила магические эксперименты в заведениях к северу от Сан-Франциско. Забор из рабицы окружал их территории — барьер, который должен удерживать экспериментальных зверей ЛМИ внутри, а воров — снаружи. Магических тигров этот забор не удержал.

Наоми припарковалась между первым и вторым зданиями. Когда она была здесь в последний раз, жаждущий власти маг пытался убить её и Серу. Какие приятные воспоминания.

Они с Алекс выпрыгнули из машины — ну, из того, что от неё осталось. Магические тигры разрушили её машину. Они сюда еле как доехали. Есть и плюсы — проливной дождь, длившийся весь день, десять минут назад наконец-то прекратился. Наоми радовалась любым победам, какими бы маленькими они ни были. Ей хотя бы не пришлось сидеть на мокром сиденье. После того, как тигры потрудились над её автомобилем с откидным верхом, он уже не был автомобилем с откидным верхом. Верх ему оторвали.

Команда Зачистки припарковалась возле машины Наоми и принялась разгружать свои большие фургоны. Затем они все зашагали в сторону здания, Наоми и Алекс впереди всех. Парни из Зачистки несли за ними огромные клетки. В каждой из них находилось по тигру, сбежавшему из лаборатории этим утром. Наоми и Алекс целый день выслеживали и ловили каждого из этих злобных зверей.

Монстры не сдавались добровольно. Каждый их коготь был остёр как японский кухонный нож, а их слюна обжигала как асфальт в жаркий летний день. Майка и джинсы Наоми были разорваны в клочья и заляпаны грязью. Влажные от пота и дождевой воды волосы липли к голове.

Алекс шла рядом с ней пружинистой походкой. Она не просто оставалась невозмутимой; она источала бодрость. И Наоми не удивлялась. Алекс упивалась хорошей дракой с монстрами. А ещё у неё, похоже, полный иммунитет к дождю и грязи.

— Спасибо за хорошую тренировку, — просияв, Алекс хлопнула Наоми по плечу.

Наоми постаралась не вздрогнуть, но преуспела лишь отчасти. Во время сражения с тиграми она падала много раз. Вся её кожа сделалась сине-чёрной от синяков. И все тело болело до костей. Наверное, даже на костях были синяки.

— Нам нужно повторить это в ближайшем будущем, — бодро заявила Алекс.

— Когда мне в следующий раз понадобится выследить хищных монстров, я знаю, кому позвонить.

Алекс подмигнула ей, затем вальяжно пересекла парковку, чтобы присоединиться к своему бойфренду-ассасину. Он ждал, стоя перед обтекаемой чёрной спортивной машиной. Мазерати, конечно же. Этой автомобильной компании нужно нанять ассасина в качестве своего представителя.

Одетый во всё чёрное Логан как будто сливался с машиной. Он не шевелился. Такое чувство, будто он даже не дышал.

Когда Алекс поприветствовала его грубым энергичным поцелуем, Наоми толкнула двери и завела команду Зачистки в здание. Все в лобби подняли головы, чтобы проводить взглядом процессию клеток, а также цепочку из грязных отпечатков ног, которые оставляли за собой парни Зачистки.

Кай ждал внутри, скрестив руки на груди и наблюдая холодным взглядом своих синих пронизывающих глаз, как они входят в здание. Если грязь на его стильных полах его как-то беспокоила, он этого не показал.

Наоми направилась к Каю.

— Мы нашли твоих пропавших кисок, — сообщила она ему.

Он проследил за командой Зачистки, пока ребята грузили клетки с шипящими и рычащими тиграми в грузовой лифт.

— Есть потери?

— Мы догнали всех тигров и отрезали их прежде, чем они успели добраться в город. И прежде, чем они успели кого-нибудь убить, — сказала Наоми.

— А что касается самих тигров?

— Мы доставили в целости и сохранности всех зверей, кроме одного. Его мы нашли мёртвым, в непосредственной близости от двух других раненых тигров. Там присутствовали следы драки: следы когтей на двух других тиграх, а третий был буквально разорван.

Кай нахмурился. Судя по тому, что Тони сказал Наоми ранее, каждый из этих зверей стоил миллионы.

— Сожалею, — сказал он.

Его выражение скрылось за маской, лицо сделалось нейтральным.

— Если бы не ваши усилия, то мы потеряли бы ещё больше тигров. И человеческих жизней. Вы очень хорошо поработали.

— Нам повезло, что мы сумели так быстро их отрезать.

«Повезло». Странно говорить такое, когда она сражалась весь день и всё равно потеряла тигра. Но нужно смотреть на картину в целом. Сбежало почти две дюжины магических тигров, каждый из которых был злобным хищником. Поймать их всех и не погибнуть — настоящее чудо.

— Что случилось? — спросила Наоми. — Как тигры вырвались на свободу? Как система безопасности дала сбой?

Она видела, какие меры предпринимались в Драхенбург Индастриз, чтобы удержать пленников и зверей. Кай твёрдо верил в принцип перестраховки — будь то машины, заклинания или системы безопасности. Если уж на то пошло, то эти системы были избыточными, разработанными таким образом, что если главная система давала сбой, и резервная система давала сбой, то существовало ещё больше резервных систем на запас. Он считал, что надеяться на авось — это для любителей.

Конечно, у исследовательских лабораторий не было тех же безумных мер безопасности, что и в хранилищах. В конце концов, учёным нужно регулярно входить в помещения, чтобы изучать растения и существ, которые в них находятся. Но Наоми не представляла, как кто-то мог обойти или перехитрить даже наименее охраняемое здание здесь.

— Система не дала сбой. Кто-то её отключил, и тигры вышли, — губы Кая поджались в суровую линию.

— Кто?

— Каллум все ещё просматривает записи камер наблюдения и проверяет, чьи ключ-карты использовались в лаборатории в тот день.

— Ты подозреваешь, что кто-то работал изнутри? — она еле-еле осмелилась задать этот вопрос.

— Возможно, — Кай стиснул зубы. Они заскрежетали так, словно он только что раздавил ими алюминиевую банку. — Я не знаю, кто это сделал. Но я выясню.

Наоми представила, как полетят головы с плеч. Ей очень не хотелось оказаться рядом, когда Кай узнает, кто его предал. Он отличный парень, пока ты с ним в хороших отношениях, но к своим врагам он безжалостен. Сера лишь наполовину шутила, когда дразнила Кая за то, что он превращается в дракона и топчет плохих людей.

— Не хочу раздражать тебя ещё сильнее в дерьмовый день, Кай, но ты должен мне машину, — Наоми вложила ключи в его ладонь. — Твои тигры уничтожили моё авто, — вздохнув, она посмотрела на свою одежду. — Как и мой нынешний наряд.

Кай не колебался.

— Иди и поговори с Тони. Он проследит, чтобы вся твоя повреждённая собственность была заменена к завтрашнему утру.

— Спасибо, — она слегка улыбнулась. — Будет сделано.

Вот это ей нравилось в работе на Кая. Он всегда следил, чтобы любой урон и травмы, случавшиеся во время работы, немедленно компенсировались. В «Хаосе» ей приходилось неделями гоняться за Симмонсом, и даже тогда он компенсировал лишь небольшую часть нанесённого урона, плюясь отговорками вроде «обесценивание» и «халатность». Кай просто давал ей всё новое. Он был отличным боссом, даже если временами откровенно пугал.

Взгляд Кая скользнул по её потрёпанному и испачканному виду.

— Тебя нужно подвезти до дома?

— Вообще-то, у меня нет времени ехать домой. Большой семейный ужин на Острове Фейри, — она поморщилась.

— Семья... ну, это семья, — сказал он. — Ты их любишь и хочешь убить.

Наоми готова была поспорить, что он думал о своей младшей сестре Ларе, которая на прошлой неделе угробила в хлам одну из его «машин-танков». Сера называла их танками и утверждала, что они практически неубиваемые — но, видимо, не для двадцатилетнего оборотня-дракона и заклинателя драконов.

— Не в том дело. Мы с моей семьёй обычно отлично ладим. Но... — Наоми посмотрела на свою уничтоженную одежду. — У меня нет времени достать себе новую одежду перед ужином. И им не понравится то, как я сейчас выгляжу.

Её семья жила на острове пафицистов. Они не одобряли сражение с магически мутировавшими монстрами — да и сражения в целом. Так что она предпочитала не хвастаться, что выбранная ей профессия предполагала такие вещи на повседневной основе. Однако сложно притворяться, если она заявится на семейный ужин в таком виде.

— Сера держит одежду в моем офисе здесь, — сказал Кай. — В шкафу за моим столом. Уверена, она не станет возражать, если ты что-нибудь позаимствуешь.

— Спасибо.

— Ты сегодня хорошо поработал, — Кай хлопнул её по плечу.

Кости Наоми протестующе застонали. Чёрт, он хлопнул ещё сильнее, чем Алекс. Должно быть, Алекс ещё сдерживалась.

Наоми замаскировала боль широкой улыбкой. Охотники на монстров должны быть крутыми. Это все знали.

Кай пошёл поговорить с командой Зачистки, а Наоми вошла в лифт. Она поднялась на самый верх. Это здание не такое высокое, как офис в Сан-Франциско, но оно источало ту же роскошь превосходного мрамора и мастерского освещения. Каждая зона освещалась с умом, будь то точечные светильники, заливавшие светом картины в лобби, или же мелкие детали в виде LED-огоньков вдоль пола в коридоре.

Наоми вышла из лифта и направилась в офис Кая. Она заглянула в шкаф за его столом.

За первой дверцей шкафа скрывалась куча простых чёрных футболок и джинсов, основная одежда Кая. У него здесь имелось примерно тридцать идентичных комплектов.

Вторая дверца таила за собой одежду Серы: маечки, джинсы, кожаные брюки, кожаные куртки, эластичные леггинсы, ботинки, туфли. Наоми вытащила симпатичный кожаный топ с лямкой через шею и такие же наручные повязки, которые были скорее стильными, нежели функциональными. Чтобы дополнить образ, она выбрала сексуальную чёрную юбку, которая спереди была супер-короткой, а сзади расходилась длинным шлейфом. Должно быть, эта покупка — влияние Алекс.

Наоми достала с полок два декоративных ремня и положила на юбку. На очереди — пара кожаных сапог. Хорошо, что у них с Серой один размер обуви.

Она принялась копаться в ящике в поисках носков. Вместо этого она нашла нижнее белье. И не просто нижнее белье — развратное нижнее белье. Прозрачные панталончики. Трусики с прорезями на стратегически важном месте. Крошечные комплекты, состоявшие из стрингов и маленьких треугольников ткани, которые на самом деле ничего не прикрывали.

Наоми усмехнулась про себя. Очевидно, Сера имела куда больше «шалостей», чем знала её сестра. И не только в главном офисе в Сан-Франциско.

Сделав мысленную пометку подразнить Серу при следующей встрече, Наоми начала снимать свою уничтоженную одежду. Она разделась до нижнего белья — которое поразительным образом пережило этот день — затем выбросила разорванную одежду в мусорную корзину.

Тони вошёл, когда она надевала позаимствованную юбку. Он широко раскрыл глаза, пробежавшись взглядом по её кружевному нижнему белью.

— Хочу ли я знать, что ты полуголая делаешь в офисе моего босса?

— Я виню во всем тигров, — ответила она, натягивая юбочку.

Тони ещё сильнее выпучил глаза.

— Ну, их выводили особенно... игривыми.

Рассмеявшись, Наоми застегнула ремень на талии.

— Я не занималась сексом со зверями, чокнутый. Пока я пыталась их поймать, они уничтожили мою одежду. И мою машину, — она нахмурилась.

— А, Кай сказал отыскать тебя. Теперь я знаю, зачем.

Наоми натянула топ.

— Да, ты должен мне машину, — она превратила хмурую гримасу в улыбку. — Мне нравятся модели с откидным верхом.

— Уверена? Теперь у тебя есть шанс переключиться на что-нибудь... монстро-прочное.

— Даже самый прочный танк не обладает совершенной защитой от монстров. Твой босс это доказал. Несколько раз, — заметила она.

Очевидно, уничтожать его танки нормально до тех пор, пока это не делала его сестра.

— Я буду придерживаться автомобилей с откидным верхом, — Наоми скользнула ногами в сапожки. — Мне нравится чувствовать ветер на лице, пока я еду по шоссе.

— Сама смотри, — сказал Тони, пожав плечами. — Новая машина будет ждать тебя на подъездной дорожке у дома завтра утром.

— Спасибо. Знаешь, Каю правда стоит повысить тебе зарплату.

— Скажи это ему, когда в следующий раз увидишь его.

— Непременно, — Наоми рассмеялась.

Она поцеловала Тони в щеку, затем вышла из комнаты, по лестницам спустившись в лабораторию Райли. Хоть у него и имелся свой стол в кабинете бойцов, большую часть недели он работал там, создавая экспериментальные магические зелья, броню и другие аксессуары.

Наоми толкнула дверь с табличкой «Райли Деринг». Исследовательские интересы Райли обширны и разнообразны, и его лаборатория это отображала. Ряд горшков с различными растениями был аккуратно выставлен на высоком столике. Продвигаясь глубже в лабораторию, Наоми миновала аквариумы, террариумы и клетки с существами внутри — всё это было так же аккуратно расставлено.

Вдоль одной стены от самого пола до потолка тянулся шкаф с множеством маленьких ящичков; он напомнил Наоми шкаф в кабинете Мастера Шпионов. По обе стороны от шкафа размещалось множество полок с книгами с тонкими страничками и внушительными корешками.

Миновав мини-джунгли и сборище книг, Наоми нашла Райли за высоким стоячим столом. И Макани стоял возле него. Они оба посмотрели на неё.

— Ты пришёл на экскурсию по магии? — спросила она у Макани.

— Райли мне помогает, — он показал на амулет с магическим рубином, который лежал на столе Райли — тот самый, который бабуля принесла им утром. — Я попросил его оптимизировать способность камня вмещать магию. Используя его знания магических наук, а также его новую магию теней, он должен суметь найти способ хранить несколько заклинаний в артефакте. Это будет очень полезно во время наших вылазок в царство духов.

— И ты нашёл способ? — спросила Наоми у Райли.

— О, да. Это на самом деле просто, — его зелёные глаза засияли как фейерверки — так всегда случалось, когда он говорил о своей работе. — Нужно просто сложить магию слоями, где каждый слой содержит одно заклинание, и каждый слой отделен от другого. То есть, ты ломаешь верхний слой, и высвобождается только верхнее заклинание. Затем ты ломаешь второй слой, и высвобождается второе заклинание.

Наоми покосилась на амулет, лежавший на столе.

— Сколько заклинаний ты засунул туда?

— Пять, — сказал Райли.

Она разинула рот.

— Пять?

— Полагаю, что со временем я смогу вместить в камень ещё больше заклинаний. Мне просто нужно провести кое-какие эксперименты по складыванию магии, чтобы оптимизировать процесс, — он посмотрел на Макани. — Расскажи потом, как всё пройдёт. Ничего не утаивай. Я хочу сделать всё правильно.

В глазах Макани сияло восхищение.

— Ты истинный учёный.

Райли ответил скромным пожатием плеч.

— Конечно, приходится немного планировать наперёд, когда загружаешь заклинания, решать, в каком порядке ты будешь их использовать. Но возможно, я смогу выяснить, как сохранить их таким образом, чтобы потом ты мог получить к ним доступ в любом порядке.

— Изумительно, — Наоми протянула ладонь и прикоснулась к его руке. — Спасибо.

Райли склонился над амулетом, сплетая искрящиеся магические нити между пальцами как для игры в верёвочку. Он завязал на рубине петлю чёрной магии, затем искры померкли.

— Готово, — он протянул амулет Макани. — Я настроил магию на тебя. Только ты можешь открыть амулет и использовать заклинания, которые ты сохранил внутри.

Он идеально смешал свою магию теней и навыки зельевара, чтобы создать нечто новое, совершенно уникальное.

— Я как раз говорил Макани, что его друзья находятся в полной безопасности в главном офисе, отсыпаются в камерах магической регенерации, — сказал Райли, обращаясь к Наоми. — Они должны проснуться полностью восстановившимися через несколько дней.

— Я даже не знала, что существует такая штука, как камера магической регенерации.

— Я недавно разработал их с Каллумом, — сказал Райли. — Мы протестировали их на молодых магах, которые готовились к Магическим Играм и хотели усиленно тренироваться. Те, кто пользовался камерами, смогли удвоить количество сессий по тренировке магии в день.

— Вот это техническое изобретение одобришь даже ты: технология, которая позволяет тренироваться ещё больше, — Наоми поиграла бровями, глядя на Макани. — Может, мне тоже поспать в камере Райли?

— Я верю в твою способность справиться с любым небольшим дискомфортом без помощи камеры магической регенерации.

— Небольшим дискомфортом? — её мышцы всё ещё ныли после сражения с тиграми. И её магия тоже. Земная магия, в смысле. Её духовная магия всё ещё не вернулась. — Я едва могу вытянуть руки. И каждый раз, когда я пытаюсь сотворить заклинание, у меня возникает ощущение, будто я сунула палец в розетку.

— У меня есть кое-какие физические и магические упражнения, которые позволят тебе повысить переносимость боли.

Она застонала.

— Ну конечно.

Макани дал ей небольшие повязки с грузом, которые нужно повязывать на лодыжки и запястья. Эти повязки работали в двух направлениях, чтобы удвоить пытки. Они работали и как дополнительный груз для её тела, и как дополнительный груз для её магии; они повышали вокруг неё магическое сопротивление, чтобы ей было сложнее творить заклинания.

Эти повязки с грузом были изобретением Макани — он создал их, адаптируя анти-магический артефакт, который Логан украл от Конвикционитов. Он сказал ей, что если она сможет драться и творить заклинания в этих повязках с грузом, то сняв их, она будет ещё быстрее и сильнее. В этом он определённо оказался прав, но всё-таки она ненавидела эти повязки лютой ненавистью.

— Мы увидим тебя на выходных на игровом вечере у Серы и Кая? — спросила Наоми у Райли.

— Ни за что не пропущу, — его лицо осветилось свирепой улыбкой.

Он месяцами пытался обыграть Кая в «Магическое Королевство», стратегическую игру, но в играх Кая был ещё брутальнее, чем в жизни. Как и Райли, чего никак не скажешь по его внешности.

— Не сдавайся, — сказала ему Наоми.

— И не собирался. В этот раз я его уделаю, — в глазах Райли светилась жестокая, безжалостная расчётливость.

Когда дело касалось игр, Наоми предпочитала менее агрессивный подход. Зачем нападать, когда она могла просто убедить других игроков сосредоточить свои усилия — и растратить их энергию и ресурсы — на сражениях друг с другом? Она научилась этому трюку у бабули.

— Игра обещает быть интересной, — сказала она. — До скорой встречи, Райли.

Наоми и Макани ушли из лаборатории Райли.

— Как ты себя чувствуешь? — спросил Макани, пока они шагали по коридору. — Как твоя магия? — теперь, когда они остались одни, его тон сделался мягче, нежнее.

— Моя слабая земная магия работает нормально. Моя упрямая духовная магия всё ещё и носа не показывает, — Наоми вздохнула. Она так привыкла к своей духовной магии, так привязалась к ней. Без неё она чувствовала себя голой.

— Она вернётся, — сказал он ей.

Она натянула ослепительную улыбку.

— Конечно, вернётся.

— Ты опять это делаешь.

— Делаю что?

— Натягиваешь беспечный фасад аля все-в-полном-порядке.

— Некоторые люди назвали бы это оптимизмом, — заметила она.

— Со мной тебе не нужно притворяться, Наоми. И тебе не нужно тащить это на себе в одиночку. Сбрось маску.

— Для меня это сложно.

— Я знаю, — Макани взял её за руку и переплёл их пальцы. — Так легко завернуться в иллюзию личности, которой ты должна быть перед всеми. Если тебе больно, позволь мне быть твоей опорой.

— А когда тебе больно, ты опирайся на меня. В конце концов, давай по справедливости, — сказала она с усмешкой.

В его глазах полыхнула магия.

Она вернулась мыслями к сегодняшнему утру, когда он сказал ей те же самые слова перед тем, как бабуля им помешала. Она гадала, вспоминает ли он тот же самый момент.

Но Макани сказал лишь:

— Ты — моя опора, а я — твоя опора. В этом и есть весь смысл.

Неа, его мысли были далеко не такими грязными. Жалко.

— Хорошо, — сказала Наоми, кивнув. — Рада, что мы это прояснили.

Остаток пути по лестницам они преодолели в тишине.

— Итак, как прошёл твой день? — спросил Макани, когда они вышли с лестниц в лобби.

— Утомительно. Этим утром из лабораторий Кая сбежали тигры. Мы с Алекс весь день выслеживали зверей и ловили их обратно. Они разрушили мою машину. И мою одежду.

Его взгляд пробежался по её телу.

— Это объясняет твой наряд.

— Я позаимствовала кое-какую одежду у Серы.

— Интересный выбор — надеть такой открытый наряд на ужин с семьёй, — сказал он, сухо усмехнувшись.

— У моей семьи нет проблем с открытыми нарядами. Это кучка одурманенных озабоченных фейри и магов, помнишь? В некоторые дни они вообще одежду не носят.

— Если бы я знал, что на это мероприятие одежду надевают по желанию, то оставил бы рубашку дома.

— Леди на Острове Фейри это очень оценили бы.

— Мне есть дело только до одной леди с острова, — он посмотрел ей в глаза интенсивным взглядом, который так и пульсировал золотым светом.

Наоми усмехнулась.

— К сожалению, бабули сегодня не будет.

Макани остановился, поймал её за руки и развернул лицом к себе. Затем он наклонился поближе.

— Ты знаешь, что я имел в виду тебя, — произнёс он, касаясь её губ.

Наоми скользнула ладонями по его груди, погладив гладкую шелковистую ткань. В эту рубашку вплетены настоящие нити золота? Он одевался как принц, что совершенно логично, ведь он и был принцем.

— Выглядишь отлично, — сказала она ему.

— Ты тоже, — рука Макани выписывала медленные круги на её запястье.

И вновь её разум метнулся к утру того дня. Какая жалость, что их прервали. Им так и не удалось завершить свою шалость. Судя по пламени в его глазах, в этот раз Макани думал о том же самом.

— Наоми, — её имя соскользнуло с его губ как горячий мёд.

— Я знаю. Я тоже, — она вздохнула. — Но мы уже опаздываем на ужин. И мне очень не хочется, чтобы мы пришли поздно в тот вечер, когда ты впервые встретишься с моей семьёй.

— Тебе важно, что они подумают.

— Да, важно. Я люблю их, с безумием и всем остальным. И я хочу, чтобы ты им понравился, — с великой неохотой она отстранилась от Макани. — Если поспешим, то доберёмся до Острова Фейри к началу ужина. Если больше ничто не попытается убить меня.

Глава 15. Дом

Они полетели на Остров Фейри на золотом драконе Макани, Ээро. Макани никогда не утруждал себя вождением машины. Он предпочитал летать — собственно, Наоми тоже. Полет — это самый будоражащий способ путешествия, и нет лучшего места для полёта, чем небо над головокружительным, искрящим, магическим городом Сан-Франциско.

На небе не было ни облачка. Даже ветер этим вечером ощущался тёплым, на удивление нежным, как дыхание лета на лице, тёплый шёпот царства духов. Наоми нравилась жара. Более того, всякий раз, когда она возвращалась из ада, на Земле ей всегда было так холодно.

Внизу Алькатрас светился как горящая звезда. Некогда он был главной тюрьмой Магического Совета, но они забросили остров после того, как десять лет назад построили тюрьму Атлантис. Камеры Алькатраса годами пустовали, но его башни и дороги были как никогда оживлёнными. В любой день толпы туристов наводняли остров, чтобы посмотреть на знаменитую тюрьму для сверхъестественных существ.

Но теперь уже нет. Несколько месяцев назад Магический Совет отстроил разрушенные части Алькатраса, чтобы вновь заточать там сверхъестественных негодяев. Одновременно с этим перестали ходить паромы, и остров закрыли для туристов. За скоропостижную смерть туристического сектора Алькатраса нужно винить отряд правоохранителей Кая. Правоохранители рекордными темпами ловили преступников, и Магическому Совету нужно их куда-то девать.

— Расскажи мне про Остров Фейри, — сказал Макани, и его тёплое дыхание пощекотало шею Наоми сзади.

Он сидел позади неё на огромном золотом драконе, держа её руками за талию. Ээро был прекрасным существом и превосходил по размерам любого дракона, которого Наоми встречала в своей жизни — такой величественный, такой могущественный. Его золотая чешуя мерцала как солнечный свет, освещая ночное небо. Его золотой сияющий силуэт можно увидеть с любой части города. Нужно лишь поднять взгляд.

— Остров Фейри привлекает туристов со всего мира — людей, которые хотят погрузиться в магию острова и идеалы его жителей относительно жизни в естественной среде, — сказала Наоми, крепко вцепившись в шип на шее дракона, когда они немного нырнули вниз. — Этот стиль жизни «в естественной среде» естественно подразумевает всевозможные магические травы, причём кое-какие из них растут только здесь, и больше нигде на Земле. Фейри и маги Острова Фейри используют деньги, заработанные на наркотиках и лекарствах, чтобы купить себе уединение, отдаление от мира.

— Это убежище умиротворения в море враждебности, — тихо сказал Макани. — Магическое место.

— Да.

— Почему ты уехала?

— Я уехала ещё подростком. Тогда умиротворённость и спокойствие Острова Фейри навевали на меня скуку. Я и не понимала, насколько мой дом особенный, пока не оставила его позади.

— И всё же ты не вернулась.

— Я покинула Остров Фейри, потому что мне не сиделось на месте, но я не возвращалась, потому что нашла то, за что стоит сражаться, — сказала она. — Я встретила изумительный мир, полный противоречий и борьбы. Я хотела дать остальному миру шанс на умиротворение, безмятежность. Сделать его безопасным местом для всех. Чтобы однажды, возможно, все смогли жить в спокойствии, которое я в детстве принимала как данность.

Завывающий порыв ветра заполнил молчание Макани.

— Ты оттягивала моё знакомство с твоей семьёй, — сказал он наконец.

— Да, — призналась она.

— Я понимаю.

— Вот как?

— Да. Я воин. Боец. Я воплощаю всё, от чего отгородилась твоя семья.

— Вовсе нет, — она улыбнулась ему через плечо. — Тебе кое-что нужно знать о моей семье. Я их люблю, но они могут быть прямолинейными до неприличия. Ну, то есть, ты же знаешь бабулю, так что понимаешь, о чём я говорю.

— Я ценю откровенность.

— Это не просто откровенность. В моей семье ни у кого нет секретов. Всё лежит на поверхности. Всякий раз, посещая Остров Фейри, я чувствую себя как на допросе у дознавателя. Я здесь больше не живу, так что как только я оказываюсь здесь, они нацеливаются на меня как ракеты, которым задали цель. Они пытаются впитать всё, что пропустили со времени моего последнего визита. И как только мы туда доберёмся, они полностью сосредоточатся на мне, — она бросила на него виноватый взгляд. — И на тебе.

— И ты беспокоишься за меня или за себя?

— За нас обоих.

— Семья — это сокровище, — сказал он будничным тоном. — Это самая важная вещь на свете. Держись за них, ибо никогда не знаешь, когда потеряешь их навсегда. Мои родители умерли на войне, когда мне было двенадцать. Мне пришлось занять их место, стать принцем и правителем, в котором нуждались мои люди. Но мне хотелось лишь забиться в угол и оплакивать смерть своих родителей.

— Должно быть, это было ужасно.

— Мне пришлось повзрослеть. Мне пришлось научиться быть храбрым, перестать быть таким трусом.

— Ты не трус, — сказала Наоми. — И я не могу представить, чтобы ты когда-либо был трусом.

— Тогда я им и был. Я прятался за своими армиями. И я прятался за личной охраной, — его голос дрожал от ярости, от явного отвращения к молодому себе. — Но в итоге я осознал, что должен посмотреть в лицо своим страхам. Другого пути не было, если я не хотел потерять всё, что построили мои родители. С тех пор я скакал впереди своей армии, ведя её в бой, а не прятался позади. Я должен был показать своим воинам, что я силён, что я не стану просить их ни о чём, чего не сделал бы сам, — его губы изогнулись в весёлой улыбке. — Мои советники это не одобряли.

— Понятное дело, — сказала Наоми. — Ты был принцем, их лидером. Им нужно было, чтобы ты оставался в живых.

— Они говорили мне это много раз. От нашей семьи остались только Лейлани и я. А моя сестра была вольной натурой, не лидером... — он покачал головой, отбрасывая воспоминания о своей сестре-близнеце, которая позднее предала его. — Я должен был показать свою силу. Другого пути не было. Мое королевство разваливалось на куски, между полководцами назревали разногласия. Первые несколько месяцев моего правления я оставался в безопасной крепости, пока другие сражались за меня. В то время мы потеряли не только территории; мы потеряли веру людей. Они готовы были сдаться нападавшим. Готовы капитулировать, — он произнёс это слово как самое гадкое ругательство. — Я должен был доказать, что я сильнее нападавших. Я должен был доказать, что могу защитить остров и его людей. Поэтому я повёл воинов в сражение. Вместе мы восстановили их боевой дух. Мы сражались на земле, море и в воздухе, летели на наших драконах к победе. И мы победили. Мы прогнали наших врагов и вернули мир на наши острова.

— Это вовсе не кажется мне действиями труса, — заметила она.

— Я победил свой страх, но он всё ещё живёт во мне, Наоми, наводняя мои кошмары.

— Тебе всё ещё снится та война?

— Нет, теперь меня преследуют другие кошмары. Всё это случилось столетия назад. И с тех пор я пережил немало ужасных вещей.

Вещей вроде ада.

— И всё же...

Наоми ждала, когда он закончит. Когда он промолчал, она подтолкнула его:

— Да?

— Есть вещи куда ужаснее кошмаров ада.

Она обернулась к нему.

— Например?

— Например, беспокойство, что мой самый дорогой человек в этом мире вынужден столкнуться с кошмарами ада, — серьёзно сказал он, посмотрев ей в глаза.

— Макани, — в горле Наоми пересохло, дыхание перехватило.

— Мы на месте, — сказал он, показывая вниз.

Магия осветила Остров Фейри, разгоняя тьму. Факелы магического пламени стояли вдоль лесных троп, а в воздухе висели маленькие магические шарики, покачиваясь вверх-вниз как буйки на океане. Кристаллическая магическая роса покрывала гладкие листья и кряжистые ветки лесных деревьев.

Ээро опустился рядом с большим домом на вершине острова, затем присел, чтобы они могли соскользнуть с него. Когда они зашагали в сторону здания, дракон растворился золотыми завитками мерцающих частичек. Золотистые глаза Макани один раз сверкнули, когда дождь драконьей магии слился с его телом.

Дом перед ними имел всего один этаж, но занимал огромную площадь. Лес обнимал его со всех сторон. Лианы с магическими бутонами свисали с веток деревьев, опуская на дом и покрывая крышу решёткой света. Протяжные лирические ноты струились из дома — прекрасная и печальная песня, исполняемая арфой. Когда весь остров ел вместе, здание сотрясал грохот басов, но сегодня было уединённое семейное мероприятие.

Наоми сделала глубокий вдох и приготовилась перед тем, как войти. Макани положил руку ей на плечо. Она улыбнулась ему, затем толкнула главные двери.

Они вошли в огромный холл. Лёгкий сладкий аромат магических трав и цветов изящно танцевал в воздухе. На стенах висели цветочные венки, а с потолка лились лучи сияющего магического света.

В центре комнаты стоял один длинный деревянный стол, сервированный на девять персон. Серебряные кувшины с нектаром, хрустальные блюда со сладостями, тарелки фруктов, сыра и хлеба — всё это было искусно расставлено поверх шёлковой дорожки, застилавшей центр стола. Семья Наоми действительно выложилась по полной. Они достали самые красивые столовые принадлежности. Тарелки были красно-золотыми, а столовые приборы — из настоящего серебра. Каждый комплект дополнялся кубком тонкой работы, инкрустированным драгоценными камнями.

По обе стороны от двери стояли сестры Наоми. Семнадцатилетняя Руби обладала изумительной шевелюрой из блестящих рыжих волос, которых большинство людей могли добиться лишь магией или окрашиванием, но это был её естественный цвет. Шестнадцатилетняя Айви убрала свои длинные тёмные волосы в замысловатую каскадную причёску из косичек и локонов. Обе девушки надели яркие бикини, маскировавшиеся под платья — сине-серебристое у Айви, красно-золотое у Руби. Здесь, на Острове Фейри, люди сами изготавливали свою одежду.

Айви и Руби обе стояли позади гигантских золотых арф, их пальцы танцевали на струнах, играя душещипательную мелодию, которая казалась слишком прекрасной, чтобы быть творением пальцев смертных. На лицах девушек играли усмешки, а их головы венчали цветочные венки. Магический прожектор лил свет на них обоих, купая их в мягком эфемерном свете. Руби и Айви окинули Макани долгими оценивающими взглядами, затем подмигнули Наоми. Каждое движение, каждое трепетание ресниц девочек было идеально слаженным.

Эш, брат Наоми, и его жена Нерида, поднялись с двух шезлонгов в углу коридора. Они напоминали те шезлонги, которые можно встретить на вечеринке у бассейна.

Эш был одет в пару капри цвета загара и хлопковую тунику, украшенную декоративными узорами, которые напоминали татуировки. С загорелой кожей и длинными светлыми волосами он сегодня выглядел как квинтэссенция сёрфера. В другой день он мог напоминать хиппи или фермера — или, если же ему хотелось подурачиться, он надевал костюм и превращался в точную копию корпоративного банкира. Он унаследовал самую сильную магию гламура фейри из всех них.

Жена Эша, Нерида, стояла возле него. Всего несколько месяцев назад она была беременна, но теперь опять уже сделалась худенькой как модель-манекенщица. Её синий укороченный топ открывал идеально подтянутый животик и мерцающие петли магических татуировок. Её длинная струящаяся юбка состояла из полос красочной ткани, каждый слой которой был разного оттенка радуги.

Эш и Нерида каждый держали на руках по одному из их малышей-близнецов: мальчика Ариона и девочку Ариэль. Малышам было всего несколько месяцев, но у обоих уже появилась полноценная шевелюра волос. Ариэль была пепельной блондинкой, её волосы были почти полностью белыми, тогда как у Ариона они были черными. Костюмчик Ариэль повторял наряд её матери, а наряд Ариона вторил одежде отца.

Наоми развела руки.

— Как поживают мои милашки?

Эш широко улыбнулся.

— У меня всё прекрасно.

— Я имела в виду моих маленьких племяша и племяшку, а не тебя, дурачок, — она закатила глаза.

Нерида протянула Наоми малышку Ариэль, а Эш протянул ей малыша Ариона.

Наоми обняла обоих малышей, нежно улыбаясь им.

— Держа их вот так, я ловлю себя на том, что мне совершенно не хочется уходить.

— Они оказывают такой эффект на людей, — сказала Нерида. — Это у них от отца.

— О, они в разы хуже меня, — сказал Эш. — Весь остров Фейри уже носится с ними как с писаной торбой.

Нерида обняла Наоми.

— Мы так рады, что ты здесь, — её взгляд скользнул к Макани. — Вы оба.

— О, точно, — Наоми с царственной грацией махнула рукой в его сторону. — Позвольте представить вам Макани, принца Тихоокеании.

— Фантастика, — Эш пожал руку Макани, и его зелёные глаза сверкали.

— Всем не терпится с тобой познакомиться, — сказала Нерида.

— Так, значит, принцесса... — Эш игриво взъерошил волосы Наоми.

— Очень смешно.

Он посмотрел поверх её плеча.

Наоми тоже обернулась, но там ничего не было.

— На что ты смотришь?

— Просто убеждаюсь, что беда не заявилась за тобой следом в этот раз.

— Я никогда не приношу бед.

Дети на руках Наоми загулили, затем их волосы поменяли цвет. Волосы Ариэль сделались чёрными, а волосы Ариона — белыми.

— Похоже, у вас тут имеются свои бедокуры, — прокомментировала Наоми.

Фейри говорили, что когда ребёнок может изменять свою внешность в столь юном возрасте, он обречён на жизнь, полную бед и шалостей.

— Они явно пошли в семью Эша, — сказала Нерида.

Наоми рассмеялась.

Задняя дверь открылась, и в зал вошли мама и тётя Наоми. Тетя Кора была всего на десять лет старше Наоми, так что она была для неё скорее сестрой, нежели тётей. Для семейного ужина Кора выбрала ярко-оранжевое бандажное платье. Большинство людей выглядели бы глупо в таком цвете, но Кора — не большинство людей.

Мама Наоми, Селеста, выглядела как Кора, только постарше. Несколько декоративных нитей бусин с крошечными пульсирующими огоньками магии вплетались в её тёмные волосы спереди, обрамляя лицо. Её бледно-голубое шёлковое платье было куда длиннее и приличнее, чем у Коры. В конце концов, она возглавляла Остров Фейри.

Давным-давно две сестры охотились на монстров, совсем как Наоми сейчас — иногда только вдвоём, иногда с папой Наоми. Но папа пропал после драки с демонами, и посчитав его погибшим, мама отказалась от такого стиля жизни. Она создала Остров Фейри, место покоя, где никому не нужно было сражаться.

Когда мама зашагала вперёд, казалось, будто сами стены преклоняются перед ней. Будучи мощным стихийным магом, она представляла собой силу, с которой приходилось считаться. Сколько бы времени ни прошло, Наоми всегда будет чувствовать себя маленькой девочкой перед ней.

— Мама, — сказала Наоми, протягивая детей обратно Эшу и Нериде.

Мама сжала ладони Наоми.

— Сколько же времени прошло.

Возможно, в её тоне прозвучал укор.

Мама повернулась к Макани и теперь сжала его руки.

— Итак, это знаменитый Принц Тихоокеании, о котором мы совершенно ничего не слышали.

В этот раз в её тоне определённо прозвучал укор.

— Принц Тихоокеании? — переспросила Айви.

— Думаю, это из календаря, — сказала Руби, когда они вышли из-за арф. — Там ещё был Лорд Атлантики, Император Индии и Король Арктики. Все скудно одетые качки. Некоторые с голыми попками, — Руби облизнула губы. — У бабули есть календарь. Думаю, Принц Тихоокеании был ноябрём.

— Я никогда не снимался для календаря, — сказал Макани.

Нижняя губа Руби дрогнула.

— Жаль.

— Принц Тихоокеании — это его титул, дурёхи, — сказала Наоми своим сёстрам. — А не какой-то развратный сценический псевдоним.

Руби и Айви захихикали.

Не обращая внимания на их комментарии, мама продолжала наблюдать за Макани, взглядом препарируя каждое его движение, анализируя каждый его слог.

— Садитесь же. Нам нужно наверстать упущенное время.

Мама заняла место во главе стола. Тётя Кора села справа от неё, Эш и Нерида присоединились к ней, держа детей на коленях. Айви и Руби заняли оставшиеся места за той стороной стола.

Как всегда, место на другой стороне оставалось пустым в память о папе. Наоми взяла Макани за руку и повела его к столу. Когда они проходили мимо места папы, Наоми безмолвно помолилась о том, чтобы он скоро сидел здесь с ними.

Сегодня у её родителей годовщина — эмоциональный день для её матери. Эмоциональный день для всех них. Наоми хотелось бы, чтобы она могла их всех приободрить, но пока что она не могла ничего рассказать — точно так же, как ей пришлось сдерживаться и не говорить бабуле о своих поисках папы. Она не хотела обнадёживать их. Если они с Макани добьются успеха, то это будет самый замечательный подарок родителям на годовщину.

— Итак, ты принц, — сказала мама, обращаясь к Макани, когда они с Наоми заняли места напротив её семьи. Это немного напоминало допрос.

— Некогда я был принцем, — сказал Макани. — Но моё королевство давным-давно сгинуло в песках времени под натиском современности.

— Как давно? — спросила мама.

— Семь сотен лет назад.

В глазах тёти Коры мелькнуло удивление, а губы изогнулись в одобрительной улыбке. Словно его возраст каким-то образом разрешал пялиться на него.

— Семь сотен лет, — повторила мама. — Ты хорошо сохранился.

— Большую часть этого времени я был заточен в аду.

Мама вскинула брови. Макани ничуть не помогал делу, упомянув ад.

— В царстве духов время течёт иначе, — сказала тётя Кора, поднимая с тарелки гроздь винограда.

— Земные создания в аду вообще не стареют, — сказал Макани. — Что хорошо, потому что время там может нестись так стремительно.

— Изумительно, — тётя Кора сорвала виноградинку с грозди. — Я бы с удовольствием послушала подробнее.

— Возможно, позднее, — мама встала и стала наливать нектар в кубки, обходя стол по кругу. Но её взгляд не отрывался от Макани. Она посвятила себя миссии — миссии выведать о нем всё. — Как ты очутился в царстве духов?

— Я Драконорожденный.

По её лицу пронеслось удивление. На Драконорожденных столетиями велась охота. Те, что пережили уничтожение, скрывались от мира, потому что быть Драконорожденным — это смертный приговор. По крайней мере, так было ещё несколько месяцев назад. Недавние события, особенно связанные с Мрачным Жнецом, изменили всё. Магический Совет больше не охотился на Драконорожденных и не убивал их, но столетия истребления никуда не делись. Единственные Драконорожденные маги на Земле, о существовании которых было известно Наоми — это Сера, Алекс и Макани.

Группа Драконорожденных, переживших резню семь столетий назад, теперь жила в другом мире, счастливом и изолированном. Они не желали возвращаться на Землю, которая отринула их много лет назад — или к людям, которые столетиями истребляли их вид.

— Драконорожденный? — мама вернулась на своё место, и её взгляд метнулся к Наоми. — Что ж, вот это определённо стоило упомянуть. Если бы ты позвонила.

Грудь Наоми сдавило уколом чувства вины.

— Я была занята.

Мама смерила Макани взглядом.

— Не сомневаюсь, — фыркнула она.

— Занята тренировками моей магии, — сказала Наоми. — Попытками разобраться с ней.

— Если ты Драконорожденный, то где твой близнец? — спросила Айви у Макани. — Он был с тобой в аду?

Руби переплела пальцы и изогнула губы в улыбке.

— И что более важно, он холост?

Подбородок напрягся.

— Прости. Я говорила тебе, что они прямолинейны, — прошептала Наоми.

Макани взял её ладонь и легонько сжал. Взгляд мамы скользнул от их соединённых рук на столе к лицу Макани.

— Мой близнец — это не он, — сказал он.

Сестры Наоми разочарованно скисли.

— Моя сестра-близнец предала меня. Она помогала своему хозяину выслеживать и убивать Драконорожденных. Меня она тоже убила бы.

Айви и Руби нахмурились, их подростковое чувство несправедливости так и вспыхнуло. Даже Кора выглядела встревоженной.

Но мама ничуть не смутилась.

— То есть, ты скрывался от охотников на Драконорожденных в царстве духов?

— Я хотел сражаться, но Духовный Воин открыла портал и послала меня в царство духов.

— Кое-кто мог бы посчитать такую судьбу хуже смерти, — сказала мама.

— Долгое время я так и думал. На моих людей велась охота, а я в аду ничего не мог поделать, чтобы им помочь.

— Что случилось с Духовным Воином? — спросила мама.

— Когда она вернулась на Землю, чтобы спасти больше Драконорожденных магов, охотники на Драконорожденных убили её за помощь нашему виду, — произнёс Макани с ровным выражением.

Тётя Кора прочла его сквозь эту маску.

— Ты её любил.

— Да, — твёрдо произнёс Макани.

— То есть, ты был заточен в аду, пока моя дочь на тебя не наткнулась, — сказала мама. — Новый Духовный Воин. Удобная замена предыдущей.

— Мама! — запротестовала Наоми.

— Брось, Селеста, это несправедливо, — вмешалась тётя Кора.

Все эмоции ушли с лица мамы, но Наоми видела по её глазам, что она готова расплакаться. Годовщина всегда была для неё непростым днём, эмоциональным временем. Так что Наоми сочувствовала ей, но в то же время ей хотелось накричать на неё за то, что она играет в дознавателя.

— Моя дочь — сильная и прекрасная личность, но она часто делает глупости во имя романтизма, — сказала мама, обращаясь к Макани, и в её голосе звенели эмоции.

— Дом, милый дом, — вздохнула Наоми.

— Когда ей было шестнадцать, она сбежала из дома в поисках приключений, вскружив себе голову великими геройскими идеями, — продолжила мама, игнорируя прошёптанное заявление Наоми. — Теперь она зарабатывает на жизнь, убивая монстров и выслеживая сверхъестественных социопатов с замашками на мировое владычество. Я примирилась с этим. Но потом она встретила тебя. И теперь она ныряет в тёмные глубины ада, где властвуют демоны и существа бездны.

— Макани не сделал меня Духовным Воином, — сказала ей Наоми. — Я всегда им была. И это изумительно. Находиться там, ощущать силу... ты не знаешь, каково это жить всю жизнь со слабой магией и не дотягивать до остальных.

— Я понимаю...

— Нет, мама, не понимаешь. Потому что ты всегда была могущественной. И теперь я наконец-то тоже имею силу. Становление Духовным Воином дало мне это силу. Я чувствую себя такой сильной, такой живой.

— Ты чувствуешь себя наиболее живой в царстве мёртвых, — сухо сказала мама.

— Это не просто мир мёртвых и демонов. Там есть люди и изумительные существа. И такая красота, такая жизнь. Когда я там, стою в царстве духов, я чувствую горящую во мне магию.

— Она — Духовный Воин, — сказал Макани её матери. — Погружение в царство духов у неё в крови. Игнорировать этот зов — значит отрицать саму её природу.

— Её отец говорил то же самое. Принятие своей природы и убило его, — резко ответила она.

— Я не позволю ей умереть. Я её защищу.

Мама откинулась на спинку кресла, и её грудь приподнялась от тяжёлого вздоха.

— Когда-то я тоже так думала. Ты думаешь, что вы неуязвимая команда. Ты не видишь приближение конца, пока всё не будет кончено. И ты отдал бы что угодно, чтобы всё вернуть. Но ты не можешь, — её лицо исказилось агонией. — Ты не можешь, — она посмотрела на Наоми со слезами на глазах. — Я не хочу потерять тебя, как потеряла твоего отца.

Наоми протянула ладонь и коснулась руки своей матери.

— Не потеряешь.

— Ты не можешь этого знать. Хватит одного раза. Одной ошибки. Одного неудачного шага. Одного недооценённого врага. Одного врага, который сильнее тебя. Или везучее тебя, — голос мамы дрожал. — А у твоего могущественного мага нет магии в аду.

— Это не так, — ласково сказала Наоми.

В глазах тёти Коры мелькнуло удивление.

— У него есть магия в аду?

— Не вся моя магия, — сказал Макани. — Но кое-что.

Тётя Кора покачала головой.

— Я не думала, что такое возможно.

— Воля дракона — мощная сила, — заявил Макани.

— Изумительно, — тётя Кора смотрела на него так, словно он был самой интересной личностью из всех, кто когда-либо ступал на остров.

— С магией или нет, в аду вас катастрофически превосходят по численности, — сказала мама.

— Мы осторожны, — заверила её Наоми. — Макани столетиями выживал в аду, сражаясь с военными группировками и имея совсем немного магии. И мы не суёмся в ад, не имея плана. Он хранит свои заклинания в магических камнях, чтобы иметь к ним доступ в царстве духов. Мы хорошо подготовлены.

— Нельзя подготовиться ко всему, — сказала мама.

— Нет, но мы настолько подготовлены, насколько это возможно. И настолько в безопасности, насколько это возможно. На Земле тоже не безопасно, и ты это знаешь. Никто не может быть в полной безопасности, даже на Острове Фейри

— Это верно, — хмуро произнесла мама.

На Земле существовало мало мест, где было бы безопаснее, чем на Острове Фейри, чьи берега защищались могущественными заклинаниями. И всё же Руби и Айви однажды похитили отсюда.

— Хотелось бы мне, чтобы ты просто вернулась сюда, Наоми, — вздохнула мама. — Мне хотелось бы, чтобы ты отказалась от сражений и осталась со своей семьёй.

— В этом мире слишком много зла, чтобы я просто сидела, сложив руки и ничего не делая, пока плохие люди все разрушают.

Тётя Кора взглянула на маму.

— Звучит знакомо.

— Она так же глупа, как её отец, — сказала мама, ласково улыбаясь.

— Я говорила не про её отца. Я говорила про тебя, Селеста.

Мама фыркнула.

— Я была самой большой дурой из них всех.

— Ты так грязно дралась... — тётя Кора улыбнулась с ностальгическим блеском в глазах. — Никто бы и не подумал, что в итоге ты станешь лидером пацифистского сообщества.

— Это верно, — рассмеялась мама.

— Я часто скучаю по дням мира. И мне хотелось бы, чтобы мне не нужно было больше сражаться, — сказал Макани.

Все за столом перестали есть и уставились на него с шоком на лицах. Они не могли поверить, что этот воин, который так долго и много сражался, не желает больше бороться. Они вообще его не знали. Но узнают. Он уже завоёвывал их сердца. Наоми видела это по их глазам.

— Я занимался этим так долго. Слишком долго, — печально сказал он. — Но я продолжу сражаться, пока мир не будет безопасным местом для тех, кого я люблю, — он взглянул на Наоми.

Она выронила вилку. Они не обсуждали любовь — или какие бы то ни было серьёзные чувства, если уж на то пошло.

— Так, так, — сказала мама, широко улыбаясь. — Может, он не такой уж и плохой выбор.

Наоми открыла рот, чтобы заговорить. Она осознавала, что все смотрят на них, но она могла видеть лишь его, смотреть лишь на него. С оглушительно грохочущим сердцем она произнесла:

— Макани...

Её телефон зазвонил. Она вытащила его из сумки на поясе.

— Да? — ответила она, не отрывая взгляда от Макани. Она не могла отвернуться.

— В группе пропала группа фейри, — сказал Тони по телефону. — Остальные правоохранители заняты другими делами. Мне нужно, чтобы ты их отыскала.

Наоми резко переключилась в рабочий режим.

— Что тебе известно об этих фейри?

— Немного. Все они являлись участниками одного и того же отряда магических чирлидеров.

Звучит знакомо. Разве она не слышала в последнее время что-то про фейри-чирлидеров? Наоми покопалась в своих воспоминаниях, сообразив, что подслушала в лобби Драхенбург Индастриз сегодня утром.

— У тебя есть представления, где они? — спросила Наоми у Тони.

— Отследить кучу обычных фейри в городе магии практически невозможно, — сказал он. — Слишком много магических шумов. Поскольку магические методы отпадают, Каллум полагается на технику, пытаясь использовать городские камеры видеонаблюдения.

Беспокойство охватило Наоми. Фейри в опасности. Она это знала. Но почему? Почему это хуже обычного похищения? Разум Наоми работал быстро, пытаясь разгадать эту загадку.

— К сожалению, Каллуму предстоит охватить очень большую зону, — сказал Тони. — Никто не видел фейри и их тренера с тех пор, как их забрал водитель на замену.

Это похищение казалось спланированным, подстроенным. Огромная группа фейри пропала именно тогда, когда психопат приносит массовые жертвы, чтобы привлечь внимание демона. Совпадение? Ни за что. Это всё связано. Фейри станут последней жертвой, и если Наоми не найдёт их в ближайшее время, для них будет уже слишком поздно.

Глава 16. Вызывающий демона

— Сегодня днём одна из команд правоохранителей арестовала мага. Телекинетика. — сказала Наоми по телефону. Она старалась говорить спокойно, хоть и видела, куда всё это ведёт — к демону.

— Этот телекинетик — Реджин Мэннинг, — сказал Тони. — Его сейчас перевозят в тюрьму Атлантис.

— Вам нужно его допросить, — сказала ему Наоми. — Он может знать, где пропавшие фейри.

— Откуда?

— Что, если Реджин Мэннинг — не просто очередной сумасшедший извращенец-телекинетик, который не может держать магию при себе? Что, если он разделался с водителем фейри, чтобы им прислали нового? — спросила она. — Это не совпадение, Тони. Этого нового водителя автобуса нарочно ввели, чтобы он сумел похитить фейри.

— С какой целью?

— Ну, а чем в последнее время становились пропавшие группы сверхъестественных существ?

— Кормом для демона.

— Да. Слушай. Я знаю, это всего лишь теория, и вообще маловероятно, но мы не можем не проработать эту зацепку. Тебе надо послать кого-нибудь, чтобы телекинетика допросили, и это надо сделать немедленно.

— Пошлю Алекс. Она находится ближе всего к команде, транспортирующей Мэннинга, — сказал Тони. — В настоящее время она выслеживает беглое дерево.

— Беглое дерево?

— Долгая история, — Тони вздохнул так, словно у него выдалась рекордно долгая ночка. — Я пошлю Алекс поболтать с телекинетиком.

— Я сейчас отправлюсь в город. Как только определишь место призыва демона, дай мне знать, и я пойду туда.

— Будет сделано.

Повесив трубку, Наоми встала и посмотрела на свою семью, сидевшую вокруг стола. Они все смотрели на неё.

— Мне нужно идти.

Макани тоже поднялся на ноги.

— Нам нужно идти.

Так он слышал всё, что сказал Тони. Судя по полным ужаса лицам, все за столом это слышали.

Наоми покосилась на маму, приготовившись к лекции о сражениях, но мама лишь сказала:

— Когда кто-то похитил моих девочек, ты оказалась рядом и спасла их. Иди и спаси этих фейри. Устрой этому демону настоящий ад.

Наоми сжала руку мамы, затем они вместе с Макани выбежали из зала. Его дракон на бегу отделился от его тела, и частицы закружили вокруг них как золотая звёздная пыль. Эта пыль закружила и обрела форму могучего дракона. Ээро опустил голову, закинул их себе на спину и взмыл высоко в воздух.

Они летели над водой, направляясь в сторону города. Воздух был холодным и темным. Грозовые облака затянули небо, которое ещё недавно было ясным. Теперь ветер сделался сильнее, холоднее. Он пронизывал тонкую одежду Наоми и целовал её кожу ледяными челюстями.

— Назревает шторм, — прокомментировала Наоми.

— Да, — согласился Макани. — Твоя духовная магия вернулась?

Она мрачно покачала головой.

Макани положил обжигающе горячую ладонь на её холодную, поцелованную ветром руку.

— Она вернётся. Тебе нужна лишь небольшая искра, чтобы распалить её обратно.

— Небольшая доза царства духов? И где же мне её найти?

— Демоны сочатся духовной магией, даже те, что находятся не полностью в нашем мире.

— То есть, мне нужно схватить того демона, которого сюда вызывают, и обнять в надежде, что прилипшая к нему духовная магия перейдёт на меня?

— Обнимать демонов не рекомендуется, — сказал Макани, явно не развеселившись. — Особенно когда они пытаются тебя убить.

— И всё же это последнее, чего они ожидают, когда пытаются меня убить, верно? Если я побегу прямиком к демону и схвачу его в объятия, то любые его атаки ударят по нему самому.

— Ты безумна.

— «Обезумела» в смысле «сошла с ума»? Ещё как. Обезумела от ярости? Совершенно точно. Этот психопат похитил кучу невинных девочек и планирует подвесить их перед демоном, чтобы привлечь его внимание. Этому нужно немедленно положить конец. Никто больше не умрёт из-за этого безумия. С духовной магией или без неё, я положу этому конец, — заявила она, чувствуя, как кровь жарко пылает в её венах. — Мне не нужна моя духовная магия, чтобы надирать задницы. Я делала это задолго до того, как обнаружила в себе эти силы.

— Ты изумительная женщина.

— Ты и сам неплох, — она усмехнулась. — Особенно для старика.

Его ладонь метнулась вперёд, поймав её за руку.

Пока они летели над городом, телефон Наоми зазвонил. Она аккуратно достала его. Если уронить его с такой высоты, то потом уже не получится найти.

— Привет, Алекс.

— Я поговорила с твоим телекинетиком, — ответила Алекс. — Тот ещё проныра, между прочим. И в голове у него явно не все дома. Этот чокнутый ублюдок попытался укусить меня.

Наоми не удивилась. В конце концов, тот, кто объединился с массовым убийцей, вызывающим демона, давным-давно выбросил совесть в окно вместе со здравомыслием.

— Вызывающий демона и чирлидеры находятся в деловом квартале, внутри Бриллиантовой Башни, — сказала Алекс.

Наоми знала это здание. После официального открытия в следующем месяце оно станет новым самым высоким зданием в городе. Его создавали магические инженеры, конструкция и материалы подбирались так, чтобы привлекать магию. Остатки сверхъестественных зелий. Отголоски заклинаний. Даже магические частицы, парившие в воздухе просто от дыхания сверхъестественных существ. Собирая эту магию, здание будет просто хранить её до востребования.

Бриллиантовая Башня на данный момент являлась самым амбициозным экспериментом Магического Совета. Они хотели доказать, что могут собирать неиспользованную, отбившуюся магию и направлять в продуктивное русло. И что же тут могло пойти не так...

— Как ты сумела так быстро вытащить из телекинетика информацию о месте? — спросила Наоми у Алекс.

— Я захватила с собой Логана.

— Ах.

Ассасин умел весьма быстро развязывать людям языки.

— И Наоми, мы узнали кое-что ещё, — серьёзно произнесла Алекс. — Вызывающий демона, маг-зачинщик, на которого работает телекинетик — это ваша старая знакомая Файрсторм.

Макани крепче стиснул талию Наоми. Файрсторм некогда была его сестрой-близнецом Лейлани, его другой половиной — когда её ещё не развратили. То есть, Файрсторм связана со всем этим. Это она говорила с демоном. Но зачем? Чего она хотела от демона? Само собой, она не настолько безумна, чтобы заключить с ним сделку. Это никогда добром не заканчивалось. Файрсторм, может, и безумна, но не глупа.

— Мы отыщем её, — сказала Наоми Алекс. — Мы сейчас недалеко от Бриллиантовой Башни.

— Мы тоже направляемся туда. До встречи, — Алекс повесила трубку.

Медленно снижаясь, Ээро кружил вокруг Бриллиантовой Башни. Прекрасная колонна стекла и стали напоминала камертон, вибрирующий магической энергией города. Его гладкая поверхность меняла цвет в зависимости от того, как падал свет. В данный момент она отражала огни ночного города, мерцая как один огромный бриллиант. Она не просто собирала окружающую магию; она привлекала могущественных сверхъестественных существ.

— Ты можешь почувствовать магию фейри? — спросила Наоми у Макани.

— Вся магия, струящаяся через здание, мешает моей способности отслеживать магию, но я ощущаю концентрацию магию фейри на крыше.

Они сели на крыше, и дракон Макани рассеялся сияющей пыльцой. На мгновение эти частицы повисли в воздухе, невосприимчивые к ветру как облако безмятежности среди бушующих стихий, затем вновь влились в Макани. Они зашагали к двери, а кожа Макани всё ещё отливала едва уловимым золотистым свечением.

Как только они вошли в здание, Наоми окутало согревающее тепло. Хоть снаружи было холодно и ветрено, в здании было жарко как в Долине Смерти.

Верхний этаж Бриллиантовой Башни имел форму пончика: кольцо коридора снаружи и огромный канал посередине, который тянулся на несколько этажей. Жар и подрагивающие тени поднимались из проёма. Наоми осторожно подошла к краю, заглянув через перила.

Далеко внизу пульсировало кольцо магии. Восемь светящихся, изгибающихся завитков света тянулись из магического круга как щупальца осьминога и присасывались к стенам. Тёмная, хищная песнь эхом отдавалась от стен, голос казался чужеродным, слова — незнакомыми. Было в этом что-то отдалённо адское.

— Круг питается магической энергией башни, — сказал Макани.

А поскольку Бриллиантовая Башня питалась магией всего города, количество магии в этом кругу было просто немыслимым. Файрсторм замыслила нечто крупное.

Она стояла в самом центре, окружённая своими воинами, гордая и могущественная в парадно-гладиаторском платье. Длинное платье из красного шёлка имело высокие разрезы по бокам, которые давали свободу действий и показывали дерзкие кожаные сапоги со стальными каблуками. Файрсторм повернулась, и Наоми увидела, что заднюю часть её платья составляли всего лишь две золотые цепочки. На её спине красовалась татуировка дракона, очень похожая на татуировку Макани.

Файрсторм подняла светящийся церемониальный нож, который держала в руке, и синяя магия пульсировала на клинке в одном ритме с магическим пульсом здания. Её длинные чёрные волосы с янтарным отсветом развевались на горячем магическом ветру, как чёрное шёлковое покрывало на гробу. Её тёмные глаза обвели взглядом хнычущих перепуганных фейри, которые сбились в кучу в магическом круге, крепко держась друг за друга.

Никто из них не осмеливался посмотреть ей в глаза, и Наоми их не винила. Файрсторм, мягко говоря, прекрасна, могущественна и ужасна. И её репутация говорила сама за себя. У Файрсторм было много имён: Тёмный Ангел, Чума, Огненный Монстр. Некоторые люди считали её самой Смертью. Но все эти имена подтверждали её тёмную историю, зверства, которые она совершила.

Она уникальна — Драконорожденный маг со смешанной магией. Укус вампира добавил в её магический ассортимент немало способностей. И она обрела магию фейри, когда связалась древним ритуалом фейри с тёмным фейри по имени Дарксайр.

Макани сердито смотрел на Файрсторм, и в его глазах полыхала злость.

— Сначала нам нужно освободить фейри, — сказала Наоми. Как минимум, они ещё не опоздали спасти девочек.

Злость в глазах Макани превратилась в леденящую решительность.

— Они могут стать проблемой, — он показал на двух тварей, расхаживавших вокруг ног Файрсторм.

Они выглядели как огромные пантеры. Магия танцевала на их тёмной шерсти, воспламеняя её как гобелен чёрных бриллиантов. Это звери ада, работающие на Файрсторм, прокладывающие дорогу своему демоническому хозяину. Но что это за демон?

Файрсторм помедлила перед одной из дрожащих фейри.

— Ты, — её голос хлестнул как кнут.

Она взмахнула рукой, и два магических щупальца, крепившихся к стене, щёлкнули. Они обхватили фейри как лассо и подбросили её в воздух. Фейри не упала; она осталась замершей, подвешенной в воздухе. От двух щупальцев, удерживающих фейри, отделились новые ветви и оплели её тело. Её голова запрокинулась, показывая её лицо. Остальные фейри вокруг выглядели лет на восемнадцать-девятнадцать; эта же была в два раза старше, но всё равно очень подтянутой. Должно быть, это тренер команды. Она носила в такой же сине-золотой спортивный костюм с названием чирлидерской команды спереди: Духовная Мощь.

Магические щупальца, окружившие тренера, врезались в неё, проникая в её тело. Она закричала от боли. Файрсторм сделала выпад ножом и полоснула фейри по рукам. Дрожа, рыдая, истекая кровью, тренер тщетно сопротивлялась удерживавшей её магии. Её короткие светлые волосы быстро пропитались потом. Страх сочился из неё как гнилостный парфюм.

Затем крики внезапно прекратились. Тренер перестала бороться. Её ресницы поднялись, открывая светящиеся красные глаза.

— Снова мы, — голос фейри звучал низким тёмным, почти чувственным. Через неё говорил демон. — Файрсторм, ученица Дамариона, ты опять меня вызываешь.

— Дамариона давно нет. Теперь я сама себе хозяйка, — сказала Файрсторм демону.

— Ты действительно владычица своего разума или последовательница своего сердца?

Файрсторм открыла рот, чтобы заговорить, но демон оказался быстрее.

— Неважно, — сказал он. — Я говорил с Дарксайром. Я не сомневаюсь, что его воля сильна, но готова ли ты сделать всё, что потребуется?

— Да.

— Я ощущаю колебание, — произнёс демон, изогнув губы фейри в улыбке.

— Нет никаких колебаний. Возможно, со старостью у тебя и глаза, и мозги стали ни к чёрту, — презрительно процедила Файрсторм.

Оскорблять демона — не самое мудрое решение, но этот лишь рассмеялся.

— Очень хорошо. Твой любовник заверяет меня, что ты не дрогнешь, не остановишься ни перед чем, пока не освободишь его.

— Он прав, — в голосе Файрсторм звенела убеждённость.

Две адские пантеры выписывали восьмёрки вокруг ног демона и тёрлись боками.

— Мои питомцы говорят мне, что ты придерживаешься цели, — демон ласково потрепал пантер по головам. — Кровь тигра насытила их на какое-то время, но я чувствую, что их голод вновь нарастает.

Так это Файрсторм выпустила магических тигров этим утром. А пока Наоми и Алекс занимались их поимкой, она скормила одного из них пантерам. Мёртвого тигра убили не его же собратья; его убили демонические пантеры. Адские твари нуждались в магической крови, чтобы сохранять силы на Земле. А кровь тигров была чуть ли не самой магической в мире. Хорошо, что Наоми и Алекс поймали остальных тигров прежде, чем адские твари добрались и до них.

— Вскоре тебе нужно будет вновь покормить моих питомцев, — сказал демон, обращаясь к Файрсторм. — Я не позволю, чтобы они слабели. Так просто не пойдёт. Им понадобится вся их магия, чтобы сотворить моё заклинание.

Заклинание? Что за заклинание может сотворить пара адских тварей?

— Я уже нашла подходящий источник магии, — заверила демона Файрсторм.

— Хорошо. Может, в итоге мне всё же не придётся тебя убивать.

Файрсторм ответила на усмешку демона гневным взглядом.

— Мои воины перевели Духовного Воина через Столпы Пламени, — сказал демон.

— Его доставили к Монолиту. Вскоре у нас будет всё необходимое, чтобы вырваться из ада.

Дыхание Наоми замерло на её губах. Духовный Воин. Папа. Этот демон заполучил его. И он собирался использовать магию папы, чтобы вытащить себя и Дарксайра из ада.

Глава 17. Твой худший враг

— Это займёт большую часть дня. Духовный Воин сопротивляется на каждом шагу, — позаимствованное лицо демона исказилось раздражением. — Но он подчинится. Через несколько дней ты воссоединишься со своим любовником, а Земля воссоединится с нашим божественным величием.

Некоторые демоны любили использовать царственное «мы» Это помогало им почувствовать себя важными.

— Но не дрогни, не отклоняйся от плана, — предостерёг демон Файрсторм. — Если ты сделаешь это, я пришлю тебе твоего любовника по кускам.

Губы Файрсторм изогнулись в свирепой улыбке.

— Угрозы — это такое клише для божественного правителя, не считаешь?

— А у тебя есть дерзость, — демон усмехнулся. — Вот что Дамарион увидел в тебе. Просто не наглей. Твоё затянувшееся существование — всецело результат нашей благосклонности. Это может измениться в любой момент. А теперь... — губы демона вновь изогнулись. — Принеси нам другую фейри. Эта стара и вся трясётся, — он махнул рукой в сторону кучки фейри. — Дай нам сюда ту милую рыженькую малышку с косичками. Она выглядит хорошенькой и сочной.

Рыжая чирлидерша задрожала, крепче прижавшись к своим друзьям. Файрсторм налетела на неё, грубо схватила и потащила к демону. Девочка пиналась и кричала, слёзы катились по её лицу, пока она пыталась вырваться. Пантеры одобрительно заурчали, явно наслаждаясь шоу.

Всё тело Наоми тряслось от ярости, но она не могла просто ринуться туда, не имея стратегии. Им нужен был план.

— Есть идеи? — спросила она у Макани, стараясь сохранить спокойный и ровный тон.

— Убить пантер, — тут же ответил он. — Они нужны демону. Его план зависит от них.

Позади них раздался шорох движения. Наоми повернулась.

— Что мы пропустили? — тихо спросила Алекс, присев рядом с ней.

Сера, Кай и Логан тоже опустились на корточки.

— Файрсторм пытается освободить Дарксайра из ада, сговорившись с демоном для достижения этой цели. Она получит Дарксайра, а демон сможет править всей Землёй, — подытожила Наоми. — По крайней мере, таков их план.

— Нехороший план, — сказала Сера. — Я бы сказала, нам надо его разрушить.

Губы Алекс изогнулись в коварной усмешке.

— Люблю рушить вещи.

— Это ещё не всё, — Наоми посмотрела на Кая. — По поводу погибшего магического тигра. Адские пантеры убили тигра и выпили его кровь. Файрсторм, должно быть, причастна к выпусканию тигров.

— Мы нашли парня, который открыл ворота и выпустил тигров. Каллум видел это на записях камер. Он один из учёных, которые работали с тиграми, — сказал Кай. — Сегодня он не пришёл на работу. Команда, посланная к нему домой, нашла его мёртвым в ванной. Дал осмотрел его тело и сказал, что в его организме присутствовали мощные наркотики, изменяющие сознание.

— Файрсторм накачала его наркотиками и заставила выпустить тигров, — предположила Наоми.

— Похоже на то, — произнёс Кай смертельно серьёзным голосом. Его лицо оставалось пустым.

— Пантеры нужны демону для какого-то заклинания. Но что за заклинание? — гадала Наоми.

— Удержать контроль над телом могущественного сверхъестественного существа непросто. Возможно, демону нужна магическая подпитка, чтобы завладеть нужным носителем, — предположил Макани.

Сера нахмурилась.

— Так кем хочет завладеть демон?

— Это неважно, — сказала Алекс. — Если мы убьём пантер, мы помешаем планам демона.

Наоми посмотрела на Макани.

— Убить пантер, — повторила она его недавние слова.

Он кивнул.

— Что-то тут не сходится, — сказала Сера. — Призванный демон может завладеть носителем. Но что насчёт Дарксайра? Он заточен в аду, так что демон никак его не вытащит. Демон может сбежать из ада на Землю только в теле носителя, и он не может привести с собой узника ада.

— У демона мой отец, Духовный Воин. Он может открыть проём в завесе между адом и Землёй, — сказала ей Наоми.

Сера удивлённо моргнула.

— Твой отец жив?

— Видимо, так.

Сера сжала плечо Наоми.

— Что ж, хоть что-то хорошее во всём этом.

— Демон ожидает, что твой отец будет им помогать и откроет портал, — сказала Алекс.

— Тогда они вообще его не знают. Он никогда не стал бы им помогать.

— Он может сделать это не по доброй воле, — сказал Макани.

Страх и злость скрутили живот Наоми тугим узлом.

— Ты хочешь сказать, что они будут его пытать.

— Я хочу сказать, что они могут узурпировать его магию. Они могут вытянуть её и использовать в своих целях, — объяснил Макани.

— Демон может использовать магию отца Наоми, чтобы создать проход на Землю? — переспросила Алекс.

— Большинство людей на это не способно. Даже большинство демонов на это не способно, — сказал Макани. — Но могущественный демон, древний и знающий природу магии, возможно, сумеет сделать такое. Если демон аккуратно изменит магию, высасывая силу твоего отца, он может создать из неё заклинание таким же образом, каким я храню заклинания в артефактах, — его пальцы сжали амулет.

— Нет, — Кай выплюнул это слово. — Открой портал в ад, Наоми. Мы все пойдём туда, схватим твоего отца и выберемся оттуда прежде, чем демон сумеет высушить его магию.

Наоми ссутулилась под бремени чувства вины за свою отсутствующую магию.

— Я не могу. Моя духовная магия пропала, — она взглянула на Макани. — Но возможно, я сумею вновь разжечь свою магию.

— Что возвращает нас к убийству пантер, — Алекс сжала руку Наоми. — Что тебе от нас нужно?

— Кого, по-вашему, вы дурите? — голос Файрсторм грохотом пронёсся по помещению. — Едва ли вас можно назвать незаметными. Я ощущаю вашу магию. Я слышу, как вы все там дышите.

Логан, самый неприметный ассасин, нахмурился в ответ на намёк, что она слышит его дыхание.

Файрсторм взмахнула рукой. Из туннеля поднялся лифт. Двери разомкнулись, и в коридор рекой хлынули двадцать воинов в высокотехнологичной броне, устойчивой к магии. Они разделились надвое и окружили группу Наоми с обеих сторон.

— Просто делайте то, что вы умеете лучше всего, — сказала Наоми своим союзникам. — Возможно, я сумею вытащить кролика из шляпы.

Алекс и Логан переглянулись. Губы Алекс изогнулись в улыбке. Затем они с Логаном перепрыгнули через перила, приземлившись на нижнем уровне. Они приземлились в лёгком приседе, будто спрыгнули всего лишь с дивана. Они без промедления пробились через солдат Файрсторм, молниеносно продвигаясь к магическому кругу, который удерживал фейри в плену.

Сера и Кай повернулись к солдатам на пешей дороге вокруг туннеля и обрушили на них шторм стихийных заклинаний.

Сера бросила пылающий огненный шар, затем обернулась через плечо на Наоми.

— Сейчас отличное время вытащить кролика из шляпы.

— Пора вплотную познакомиться с демоном, — сказала Наоми Макани, заглушая грохот схлестнувшейся магии и стали.

— Безумие тебе идёт, — заметил Макани. — У тебя появляется это свечение, эта изумительно дикая искра в глазах. А волосы становятся чуточку розовыми.

Наоми похлопала ресничками.

— Ой, перестань. Мои волосы краснеют.

Макани протянул руки и поймал мимо пролетавшее заклинание ветра в ладони. Он видоизменил его своей магией и превратил в склон. Затем схватил Наоми за руку, и они скатились по этому склону до самого нижнего уровня.

Когда Макани кинулся к Файрсторм, Наоми поспешила к фейри, через которую говорил демон. Это была не одержимость — не совсем. Демон не основался внутри её тела; он тянулся сюда из ада, используя её как телефон. Но эта связь всё равно требовала от демона немного магии. Оставалось лишь надеяться, что этой магии будет достаточно, чтобы Наоми ухватилась за неё, зарядила свои батарейки и пробудила силу.

Наоми запрыгнула на фейри тренера и повалила её на землю. Сила удара отбросила немного демонической магии обратно в Наоми. Она ощутила небольшую искру магии, шепоток её духовной магии. Но этого было недостаточно.

Тренер уже поднялась на ноги. Наоми видела, как меркнет красный свет в её глазах. Демон уходил. Он покидал это место и забирал с собой всю свою магию. Сейчас или никогда.

Наоми схватила тренера и врезала ей кулаком в живот. В этот раз магический рикошет сильнее ударил по Наоми. Её духовная магия взревела, окутала её и полыхнула по всему телу так, словно её только что ударило молнией. Наоми вновь чувствовала себя живой. Она вновь ощущала себя могущественной.

Напротив неё тренер часто заморгала. Красное свечение полностью ушло из её глаз. Она вновь стала собой.

— Вы в порядке? — спросила у неё Наоми.

Тренер прикоснулась к своему животу и вздрогнула.

— Нормально.

— Сожалею, что мне пришлось так сильно вас ударить.

— Синяк — малая расплата за то, что эта штука ушла из меня. Спасибо.

Взгляд Наоми упал на порезы, оставшиеся на руках тренера. Она схватила целительное зелье из мешочка на поясе и смазала раны. С губ тренера сорвался вздох облегчения.

Что-то крепко врезалось в Наоми и повалило её на землю. Вскочив обратно на ноги, она перевела взгляд со своих разбившихся магических наручных часов на большую адскую пантеру, которая подкрадывалась к ней.

— Эти часы были подарком от моей бабули. А ты их сломала. Не круто, шерстяная морда, — зарычала Наоми на пантеру. — Вообще не круто.

Та зарычала в ответ, явно не заботясь об её личной собственности — или об её личном пространстве. Она снова кинулась на Наоми, двигаясь так быстро, что та не успела увернуться. В мгновение ока передние лапы пантеры придавили руки Наоми к земле; задние лапы надавили на её ноги, а когти впились в её кожу как шипы. Пантера щёлкнула зубами, пытаясь откусить от неё кусок.

Тело Наоми оказалось обездвиженнным, но её магия жила и бодрствовала. Она вытолкнула из себя волну духовной магии и атаковала пантеру. Зверь отпрянул и заскулил от боли. Наоми прыжком вскочила на ноги.

Пантера хромала. Она выглядела так, будто только что ступила на раскалённый асфальт.

Другая пантера тоже подошла к ней. Они обе оскалили острые белоснежные зубы, глядя на Наоми. В их горлах рокотало низкое рычание. Они обрушили на неё заклинание — могущественное, ужасное, невидимое заклинание. Наоми не могла его видеть, но определённо почувствовала. Всё её тело гудело и вибрировало, как это бывает, когда ударишься локтем. Вот только теперь всё её тело было этим ушибленным локтем. Она с трудом стояла на ногах, захваченная приливом мощного головокружения.

Когда она начала падать, её подхватила рука. Алекс.

— С тобой все хорошо, Наоми? — спросила у неё Алекс.

Вибрации стихали. Наоми кивнула.

Логан подошёл к Алекс. Позади них пол был усеян телами. Солдаты. Уже ни один из них не стоял на ногах.

— Просто держись, — сказала Алекс Наоми. — Всё ещё не закончилось.

Алекс ринулась прямиком к пантерам. Логан обошёл их по кругу, заходя сзади и тем самым окружая. Их движения были точно скоординированными, словно они уже тысячу раз так делали.

Шкуры пантер, похожие на чёрные бриллианты, запульсировали, и вокруг каждой из них сформировалось магическое поле. Когда Алекс и Логан кинулись на зверей, они просто отлетели обратно. Под лапами пантер полыхнули магические глифы.

— Дерьмо, — прорычала Алекс.

Пантеры исчезли, их тела магическим образом улетели в телепортационные глифы.

Файрсторм, всё ещё занятая схваткой с Макани, бросила на них торжествующий взгляд.

— Какая жалость, что вы не подумали сделать себе такой же, Ваше Величество, — рявкнула Алекс.

Следующее заклинание Макани швырнуло Файрсторм через всю комнату. Она врезалась в стену и соскользнула на землю.

Алекс схватила обеими руками кольцо магии вокруг фейри и разорвала его. Нити заклинания испарились в воздухе.

— Как там у вас дела?! — крикнула Алекс вверх по туннелю.

— Почти закончили! — завопила Сера в ответ. — Кай занимает душегубцев!

— Нам нужно быстро вытащить отсюда этих леди, пока демон не решил, что они слишком вкусные, чтобы их отпускать, и не вернулся на минутку! Я буду кидать тебе фейри по одной! — сказала Алекс Сере.

Её сестра свесилась через перила, кивнула и подняла руки в воздух.

— Готова!

Алекс схватила рыжеволосую фейри. Бедная девочка выглядела совершенно оцепеневшей.

— Не бойся. Я постоянно так делаю, — Алекс сверкнула лёгкой расслабленной улыбкой, но фейри задрожала лишь сильнее. — Ну и ты же привыкла взлетать в воздух и кувыркаться, верно?

Не успела фейри ничего сказать, как Алекс уже подняла её над головой. Она окутала её одеялом магии, затем швырнула в воздух. Её магия в сочетании с суперсилой подбросила фейри довольно высоко. Сера наверху поймала её в магическую сеть и затащила к себе.

Логан уже подбрасывал следующую девушку, когда Файрсторм поднялась на ноги и принялась бомбардировать фейри непрекращающейся чередой заклинаний. Макани сотворил стихийный щит, чтобы защитить чирлидеров и тренера от магического шторма.

— Мы вытащим вас отсюда, — пообещала Наоми тренеру, затем поспешила на помощь Макани.

Вместе они сдерживали Файрсторм, пока Алекс и Логан бросали фейри Сере.

Наверху что-то взорвалось. Должно быть, прибыло подкрепление Файрсторм.

— У вас там всё хорошо? — крикнула Алекс.

— Нормально, — фыркнула Сера. — Боже, эти парни не знают, когда остановиться.

Файрсторм ударила Макани по голове кулаком, заряженным магией, и сбила его с ног. Лианы-молнии выстрелили из её рук, пронзив его грудь и живот, его руки и ноги. Гортанный рёв чистой агонии сорвался с его губ.

Наоми запустила в Файрсторм заклинанием духовной магии. Её заклинание ударилось о невидимый щит и отскочило назад, окутав её тело как магический пузырь. Наоми ударила по нему кулаками.

— Ты не можешь сломать его, дорогуша, — рассмеялась Файрсторм. — Так что даже не пытайся.

Файрсторм не глупа. Должно быть, она осознала, что они могут её найти. И судя по последнему её столкновению с духовной магией Наоми, она научилась защищать себя.

Алекс побежала к Файрсторм. Защитное кольцо пламени вспыхнуло вокруг Файрсторм. Алекс и Макани попытались заморозить огонь заклинанием льда, но их снежинки просто превратились в пар. Когда Логан взглядом обвёл огненное кольцо, языки пламени хлестнули в его сторону как огненный кнут.

— Ты утверждаешь, что ты самое могущественное сверхъестественное существо на свете, но на деле ты меня боишься, — усмехнулась Наоми. — Ты знаешь, что моя магия достаточно могущественна, чтобы победить тебя.

Файрсторм шагнула вперёд, её пламя дрогнуло, но затем она сдержалась. Пламя полыхнуло жарче прежнего. Её губы изогнулись в медленной расчётливой улыбке.

— Хорошая попытка, но твои хитрости не заставят меня освободить тебя. Ты заноза в заднице, Духовная Воительница. От тебя одни проблемы.

Наоми попыталась пробиться через удерживающий её пузырь. Магия глифа выстояла — ещё и ударила по ней вдобавок. Наоми упала на колени, её всю прострелило болью, которая рябью пронеслась по её телу.

— Больно, правда? — поддразнила Файрсторм. — Это Отражающий Глиф, малышка-фейри.

— Что?

Файрсторм драматично вздохнула.

— Сверхъестественные существа в этом столетии вообще ничего не умеют?

— Мы умеем не убивать людей, — проскрежетала Наоми сквозь стиснутые зубы. Боль хоронила её под собой, сокрушала.

— Когда ты запустила в меня духовной магией, ты подкормила мои защитные глифы, воспламенила их, — объяснила Файрсторм с фальшивым терпением. — Глифы полыхнули и отразили твою магию обратно в тебя. Этот пузырь сделан из твоей собственной магии. Он осушает твою магию, чтобы подпитывать заклинание.

«Это мы ещё посмотрим». Наоми вновь ударила кулаком. По ощущениям это напоминало купание в кислоте.

Файрсторм торжествующе улыбнулась.

— Разве ты не понимаешь? Ты сейчас сражаешься сама с собой. Ты, проще говоря, сама свой худший враг. Чем больше ты сражаешься, тем сильнее становится поле, и тем сильнее ослабевает твоя магия. Пока всё не закончится.

То есть, в худшем случае Наоми просто придётся подождать, пока её магия не иссякнет. Затем, лишившись источника силы, пузырь лопнет.

— На случай, если ты подумываешь просто выждать, я бы на твоём месте не стала этого делать, — предупредила Файрсторм. — Когда у тебя закончится магия, пузырь просто начнёт питаться твоей жизненной силой, пока не вытянет из тебя всю жизнь. По-настоящему идеальное заклинание.

— Гадкое заклинание, — зарычал на неё Макани. — Которое лучше было оставить забытым.

— Зависть тебе не к лицу, брат.

Макани бросил на неё взгляд чистой ненависти. На его руках полыхнуло пламя. Пламя схлестнулось с пламенем, когда его огненные шары врезались в защитное заклинание. Барьер Файрсторм разлетелся на куски.

— Очень страшно, — сказала Файрсторм с сардонической улыбкой, совершенно не смутившись.

Она ударила по Алекс и Логану мощным заклинанием ветра, которое забросило их на верхний уровень.

Пока Макани обрушивал на Файрсторм свою магию и ярость, Наоми постаралась найти выход из пузыря. Она била по нему кулаками, тыкала в него, поддевала. Даже пинала. Всё, что она получила за свои попытки — сокрушительную мигрень вдобавок к агонии, от которой рассыпались кости. Она пробовала применять свою духовную магию, свою земную магию фейри, даже свою едва-едва живую стихийную магию от своей родословной магов. Пузырь лишь осушал её ещё быстрее. Она ощущала головокружение, слабость. Колени подкосились. Мир вокруг закружился, и она упала на пол.

Макани поймал Файрсторм в паутину пламени, но остановился, когда увидел, что Наоми упала. Его взгляд метнулся от Файрсторм к Наоми, и в его глазах бушевала настоящая война.

— Что же ты выберешь, дорогой брат? — Файрсторм усмехнулась под его пылающими путами, подстёгивая его муку.

Он должен решить, то ли нанести последний удар по ней — той, которая предала его и помогла Дамариону убить Драконорожденных — то ли спасти Наоми. Её тело дрожало, конвульсивно содрогаясь от того, как пузырь вырывал из неё магию.

Макани повернулся спиной к Файрсторм и понёсся к Наоми. Его ломающая магию сила прорвалась через барьер, удерживавший её в плену. Когда проем закрылся позади него, он поднял Наоми с пола и прижал к себе. Он ударил по пузырю ещё одной дозой Ломателя Магии, но в этот раз пузырь даже не дрогнул. Файрсторм это продумала. Она всё продумала. Пузырь был билетом в один конец. Он мог войти внутрь, но теперь они оба не могли выбраться.

— Вот это было просто глупо, — сказала Файрсторм, вырвавшись из своих огненных пут. Они осыпались пеплом к её ногам. — Я разочарована в тебе, Макани. Теперь ты тоже в ловушке.

— Держись, Наоми! — прокричала Алекс. Она вместе с остальными выглянула с верхнего уровня. — Мы сейчас спустимся.

Из тела Файрсторм выстрелил фейерверк. Мерцающие частицы закружились и сформировали огромного дракона, который очень походил на Ээро, дракона Макани. И как и Ээро, её дракон был золотым, разве что с яркими оранжевыми акцентами, как смесь огня и заката. Как её имя: Файрсторм.

Дракон открыл пасть. Его рёв пронзил неподвижный воздух, заполнив его и переполнив. Теперь, когда после столетий в центре ада магия Файрсторм наконец-то обрела полную силу, она поистине ужасала. Она была даже могущественнее Макани — а Наоми не представляла, чтобы кто-то был сильнее него.

Дракон топнул лапой, окатив комнату пламенем и пеплом. Весь дракон горел, полыхал как пылающее солнце. Весь, за исключением глаз. Они были темными и холодными как зимняя ночь, как непроницаемая тьма, которая тянулась месяцами.

Дракон не напал на них. Он просто подождал, пока Файрсторм заберётся на него, а затем они улетели прямиком через крышу как ракета. Стекло и пепел дождём посыпались на Наоми и Макани.

Макани держал её, обнимая и защищая от последствий взрывного ухода Файрсторм. Они не могли выйти за пределы пузыря, но осколки стекла могли поранить их кожу, а горячий пепел мог обжечь их кожу.

— Что не так, Наоми? — спросила Сера, когда они с Алекс приземлились на магическую подушку прямо возле пузыря. — Ты ранена?

— Глиф осушает её магию, — объяснил Макани.

— Мы с Серой можем его сломать, — заявила Алекс с совершенной уверенностью.

— Это не поможет. Мы можем проникнуть внутрь с минимальными усилиями, — сказал Макани. — Но никто не может выбраться. Глиф привязал Наоми к себе. Он медленно осушает её магию, используя её, чтобы питать заклинание. Если она останется внутри надолго, она погибнет.

— Должен же быть какой-то выход, — сказала Сера.

— И он есть, — Макани опустил губы к щеке Наоми и прошептал: — Выход есть. Тебе нужно открыть проход в ад.

— Возможно, я сумею закинуть нас в царство духов, но у меня определённо не хватит магии, чтобы потом вытащить нас обратно. Ты застрянешь со мной в аду, пока моя магия не вернётся.

— Из всех возможных кандидатов я бы выбрал застрять в аду именно с тобой, — серьёзно ответил он.

Это так романтично, что она заплакала бы, не будь ей так больно. И всё же она колебалась.

— Сделай это немедленно! — сказал он. — Пока твоя магия не пропала. И целься на восьмой круг.

Наоми собрала каждую каплю оставшейся магии, чтобы открыть проём в завесе прямо под ними. Ад открыл свои огненные челюсти, причмокнул губами и засосал их внутрь.

Глава 18. Плакучие леса

Заклинание выплюнуло Наоми и Макани, затем схлопнулось и завибрировало, как захлопнутая дверь. Руки и колени Наоми подкосились, но земля смягчила её падение. Вопреки сходству с жёстким и суровым камнем, она оказалась мягкой как пенный матрац. Наоми поднялась с проминающейся, губчатой поверхности.

Макани находился прямо возле неё, разглядывая их странное окружение. В отличие от Наоми, он никогда не бывал так глубоко в аду. Восьмой круг ада — не самое расслабляющее, легкодоступное место для спонтанного отдыха.

Место, в которое они приземлились, было странным даже по меркам ада. Каменистую почву, похожую на губку, дополнял лес чёрных деревьев с розовой как цветы вишни листвой. Он окружал их со всех сторон, насколько могла видеть Наоми. С веток капали прозрачные капли. Они шипели и испарялись паром в тот же момент, когда ударялись о землю. Потоки испаряющейся магии поднимались вверх, прозрачные и искрящиеся, как бриллиантовые спирали тумана.

Это был чёрный плакучий лес с миллионом бриллиантовых слез. Плакучие леса ада.

— Так красиво, — прокомментировала Наоми.

— Духовное царство в равной мере прекрасно и смертоносно, — ответил Макани.

Она вздохнула.

— Это так.

Он бросил на неё косой взгляд.

— То же самое можно сказать про тебя.

— Я, конечно, ценю комплимент, но в данный момент я бы и комарика не смогла убить своей магией.

Её духовная магия не работала нормально. А её слабая земная магия исчезала с каждой секундой.

— Мы — нечто большее, нежели просто сумма нашей магии, — заявил Макани.

Интересное заявление от одного из самых могущественных магов в мире. С другой стороны, он долгое время выживал в аду почти без магии. Это должно дать ему другую точку зрения на сражения без магии.

Наоми знала, что его магия быстро меркла. В конце концов, чем глубже ты нырял в ад, тем быстрее он высасывал твою магию. А это восьмой круг, второй по глубине во всём царстве духов. Вес магии ада, сокрушавшей его магию, должно быть, вызывал настоящую агонию, и всё же лицо Макани не выдавало ни малейшего намёка на боль. Он терпел это как всегда — стоически и с избытком силы воли.

Наоми старалась держать такое же безмятежное лицо. Исчезновение её земной магии действительно причиняло боль, особенно когда её духовная магия не смягчала удар. Здесь, в аду, она всегда закутывалась в духовную магию, принимая её утешение и силу.

Ладонь Макани скользнула по её руке.

— Тебе больно.

Она выдавила слабую улыбку.

— Настолько очевидно, да?

Он переплёл их пальцы.

— Ты сильна. С магией или без магии, твоя сила воли — это нешуточная мощь, и она намного могущественнее всей магии во всех мирах.

Его слова грели ей сердце и укрепили её решительность. Она могла это сделать. Она могла потерпеть, пока не вернётся её духовная магия. Она напоминала себе смотреть на Макани, на то, каким сильным он был, даже зная, что чем дольше они здесь пробудут, тем хуже для него будет.

— Нам нужно выяснить, где именно на восьмом кругу мы находимся, — сказала Наоми. — И как близко мы к Монолиту, где бы это ни находилось. Я лишь надеюсь, что мы выживем здесь достаточно долго, чтобы найти папу.

Они находились уже не на уютных верхних кругах. Здесь враги многочисленны, сильны и ни капли не боялись её. В данный момент она мало сумеет помочь в сражении. Её духовная магия отсутствовала, и поэтому она потеряла своё лучшее оружие против демонов и их армий.

— Не все в аду враждебны, даже так глубоко, — сказал Макани. — Мы найдём твоего отца. И мы остановим демона и Дарксайра.

Наоми сжала его ладонь, черпая силу из его уверенности. Ничто не выбивало его из колеи.

— Как думаешь, какого носителя Дарксайр и Файрсторм предложили демону? — спросила она.

— Сильного. Большинство тел носителей живёт недолго, особенно когда в них вселяется могущественный демон, — сказал он. — А это определённо не какой-то обычный, непримечательный демон.

— Он древний, — согласилась Наоми. Было нечто иное в резонансе энергии демона, которую она ощущала в тренере фейри. Она не могла точно это объяснить. Его мощь потрясла её до глубины нутра. — Файрсторм и Дарксайр могущественны. Они оба послужили бы идеальным носителем для древнего демона.

Они обладали тёмными, ужасными силами, которые их хозяин, Дамарион, даровал им перед поражением. Эти неестественные силы жили вне цивилизованных законов магии.

— Демон захотел бы такого носителя, — согласился Макани. — Но ни Файрсторм, ни Дарксайр не отдадут своё тело демону.

— Как и любое другое очень могущественное сверхъестественное существо. По крайней мере, добровольно.

Тут-то и вступали в дело адские пантеры. Демон, похоже, думал, что подпитка их магии поможет ему вселиться в кого-то могущественного. В Наоми нельзя вселиться, потому что она Духовный Воин, но возможно, демон планировал использовать одного из её друзей. Возможно, задача Файрсторм заключалась в том, чтобы поймать их перед тем, как её союзник-демон появится на Земле.

— Возможно, они планируют использовать тебя как носителя, — сказала Наоми Макани.

— Пусть только попробуют, — в его свирепых глазах стоял открытый вызов попробовать и увидеть, чем этот план обернётся для них.

Макани уверен, что сумеет противиться демону, но Наоми сомневалась. Да, он силён — это и делало его заманчивой мишенью — но демон будет использовать дополнительные заклинания, дополнительную магию. Это не обычное спонтанное подселение. Демон очень тщательно продумал весь этот план.

И дело уже не сводилось только к её отцу, или только к погибшим сверхъестественным существам. Дело сводилось ко всем тем, кто умрёт, если Дарксайр и демон выберутся из ада. А ещё к тем, кто будет страдать под правлением демона.

— Мы должны положить этому конец, — заявила Наоми.

— Первый шаг — добраться до Монолита.

— Это будет долгое и рискованное путешествие. Мы на восьмом кругу, в доме демонов и тёмных созданий. А без моей магии мы не можем срезать путь по потокам духовной магии.

Макани взглянул на артефакт, который носил на шее, и провёл пальцем по рубину, усовершенствованному Райли и вмещающему много заклинаний.

— Мы продержимся, пока не вернётся твоя магия. Затем мы сразимся с демоном, спасём твоего отца и уберёмся отсюда к черту, — ни в его голосе, ни на его лице не было ни капли сомнений.

— Что, если моя духовная магия никогда не вернётся?

— Вернётся, — Макани сказал это с абсолютной уверенностью.

— Как ты можешь быть так уверен?

— Твоя магия — часть тебя. Её нельзя сдержать. И её нельзя заглушить, — он накрыл её щеку ладонью.

Наоми повернула голову, чтобы поцеловать его пальцы.

— Спасибо тебе.

— За что?

— За то, что выбрал меня, а не месть.

Он мог бы уничтожить Файрсторм — он ждал этого семь сотен лет. Но вместо этого он выбрал остаться с Наоми. Этот поступок тронул её настолько, что не выразить ни словами, ни руками.

Макани издал ворчливый звук.

— Месть поддерживала меня столько сотен лет в аду, пока я не нашёл своё предназначение. Необходимость отомстить Файрсторм и Дарксайру — заставить их страдать за предательство Драконорожденных — вот что помогало мне выживать так долго. Это стало всем моим существованием, — он посмотрел на свои сжатые кулаки, покачал головой и разжал ладони. — Месть — могущественное чувство, — он посмотрел ей в глаза. — Но не такое могущественное, как любовь.

Сердце Наоми ёкнуло.

Макани сжал её руки.

— Когда я встретил тебя, что-то во мне пробудилось — что-то, что было мертво семь сотен лет. Любовь, которая горит жарче тёмного, соблазнительного шёпота мести, — он обхватил её лицо ладонями и прижался лбом к её лбу. — Я тебя не потеряю, — его слова упали на её губы.— Так что если ты падаешь в ад, я падаю с тобой. А когда ты будешь сражаться, я буду сражаться бок о бок с тобой.

Пульс Наоми бешено колотился, голова шла кругом. Они не говорили о любви после его признания на Острове Фейри. Кризис и последовавшее сражение оттеснили эти мысли на обочину. Но теперь они здесь, застряли в аду, и поблизости нет ни души. Только они двое, наедине. Никаких отвлечений, никаких сражений, никаких любопытствующих глаз.

Макани смотрел на неё, и его выражение было сильным, твёрдым, уверенным — как всегда. Он только что поклялся в вечной любви к ней, и она лишилась дара речи. Он выглядел совершенно спокойным и невозмутимым, и всё же его слова говорили о куда более глубоких и бурных чувствах внутри него.

Теперь Наоми должна посмотреть этому в лицо. Она должна справиться с его чувствами — и со своими собственными. Она никогда и ни к кому не испытывала ничего серьёзнее мимолётного интереса, никогда не любила никого, кроме своей семьи и ближайших друзей. И она никогда ни в кого не влюблялась.

Но с Макани всё с самого начала было иначе. Её тянуло к нему. Её магия связывалась с ним сквозь миры. Она нашла его в бурлящем переполненном эфире ада. Словно это была судьба. Словно нечто большее свело их воедино. И она продолжала возвращаться к нему, будучи не в состоянии бросить его в аду. Их связывало не только заклинание Дарксайра. Это нечто намного большее. Она должна была спасти его. И с того самого момента, как только она вытащила его из ада, она не могла представить свою жизнь без него. Он был частью неё, а она была частью него.

— Я люблю тебя, — вот чем являлось это новое, волнующее, головокружительное, будоражащее чувство.

Макани наклонился к ней, легонько целуя.

— Ну конечно любишь, — он поймал её нижнюю губу зубами, ласково потянул, а затем отстранился с ленивой медлительностью.

— О, так уверены в себе, Ваше Величество? — она привстала на цыпочки и закинула руки ему на плечи.

— Эмоции и магия переплетены. Я чувствую твою магию, любовь моя. А магия не врёт.

Так он знал, что она его любит, задолго до того, как она сама в этом разобралась.

— Как давно? — спросила она.

Макани пытливо вскинул одну бровь.

— Как давно ты знаешь, что я тебя люблю?

Он завёл прядку её волос за ухо. Его прикосновение было лёгким, как поцелуй крыльев бабочки.

— Вскоре после нашего знакомства.

Теперь её дыхание участилось, эмоции бурлили в её груди.

— А как давно ты знаешь, что ты любишь меня? — спросила она, дыша с трудом.

— С того же времени.

Адреналин от сражения в башне и прилив любви схлестнулись, взорвавшись фейерверками. Опаляющая и свирепая страсть захватила Наоми. Она вцепилась в Макани, глубоко целуя его и упиваясь им. Его ладони опустились на её плечи и скользнули по спине рекой огня, воспламеняя её чувства, ударяя как завиток молнии. Такое чувство, будто всю свою жизнь она брела по жизни во сне — до этого самого момента. До этого пробуждения. До этого слияния разума, души и тела.

Пальцы Макани избавили её от лука и колчана, швырнув их на землю. Её руки нашли его меч. Большой тяжёлый клинок с приглушенным стуком упал на губчатый пол. Его ножи последовали за ним. Впиваясь в его губы, водя пальцами по его горячей коже, Наоми продолжала его разоружать.

Она грубо тёрлась об него бёдрами — отчаянная мольба и лихорадочный приказ. Тихо усмехнувшись, Макани резко обхватил её за попку и поднял. Он отнёс её в небольшой просвет между деревьями, переступив через гору оружия, разбросанную вокруг них. Он нежно уложил её на мягкую, похожую на губку каменистую землю.

Наоми улыбнулась ему. Он напоминал нависавшего над ней дракона — дракона, который всегда будет рядом и прикроет её спину. Который останется с ней, что бы вселенная ни швырнула в них.

Её пульс грохотал жарким оглушительным ритмом, когда Макани провёл пальцами по запаху на вырезе её маечки. Он аккуратно потянул за завязки и развязал их с мучительной неторопливостью. Её соски затвердели от предвкушения. Опустив губы к её шее, Макани поймал её пульсирующую венку между зубов, прикусил и потянул нежную плоть. Жар полыхнул по её венам приливной волной, омыв все тело. Она выгнула спину, вжавшись в него грудью.

Макани приподнялся на руках, глядя на неё с самодовольной улыбкой.

— А ты нетерпеливая.

— Ну, ты сам оставил меня ни с чем этим утром, — Наоми пробежалась руками по его спине, пытаясь притянуть его обратно.

Он распахнул её топ, и её груди вырвались на свободу, когда кожаное полотно упало по обе стороны от её тела. Макани принялся дразнить языком вершинку её соска. Тихий стон сорвался с губ Наоми, и она развела бедра в будоражащем предвкушении.

Его ладонь прошлась по внутренней стороне её бедра и нырнула под юбку. Макани отвёл в сторону кружевную полоску её трусиков и нырнул одним пальцем внутрь. Он тут же удовлетворённо застонал.

— Очевидно, мне нужно делать это почаще.

Делать то, что он делает сейчас? Да. И ещё больше. И ещё, и ещё.

Его палец дразнил её едва уловимым прикосновением пламени.

— Макани, пожалуйста, — простонала Наоми, ёрзая под ним.

Он сдёрнул её юбку и трусики одним грубым рывком. Посмотрев на её обнажённое тело, он серьёзно заявил:

— Ты такая красивая.

Наоми протянула руки и расстегнула ремень его брюк, освободив Макани от одежды. Золотое пламя полыхнуло в его глазах. Он грубо схватил её за бедра и перевернул. Её ладони и колени ударились о мягкую почву.

Она закричала, когда он ворвался в неё, и её крики становились всё более громкими и хриплыми, потому что его умелые пальцы поглаживали её самое чувствительное местечко. Пламенное удовольствие пылало между её ног, пульсируя, ноя, нарастая. Низкий протяжный рык — тёмный и первобытный — зарокотал в груди Макани. Он стал двигаться быстрее, жёстче. Её колени ударялись о землю. Каждое мгновение, каждое движение погружало Наоми ещё глубже в головокружительное и изумительное забвение.

Макани протянул руку и крепко ущипнул её сосок. Вспышка боли и желания довела Наоми до предела и забросила её в пучины экстаза. Макани гортанно и низко застонал, и быстрый поток гортанных слов полился с его губ.

Наоми обмякла, всё её тело пульсировало тысячами крошечных отголосков. Макани ласково перевернул её. Их взгляды встретились, и она увидела в его глазах отражение собственной страсти.

Она перекатила их обоих и опустилась на Макани, ахнув, когда направила его в себя. Низко и гортанно зарычав, он сомкнул ладони на её бёдрах. Их тела столкнулись, распаляясь, потея, задыхаясь. Его глаза пылали как костры. Не осталось ничего, кроме дикого, свирепого секса. Ничего, кроме глубокой, бездонной бездны опаляющего сексуального желания, которое нуждалось в удовлетворении.

Пульсирующие уколы удовольствия и грубый натиск боли переплетались, нарастали и топили её в ослепляющем пламени. В этот раз разрядка ударила по ней сильнее, глубже, сотрясла всё её тело так, что задрожал каждый её дюйм. Волны экстаза накатывали на неё одна за другой. Наоми повалилась на Макани. Её сердце бешено колотилось, мышцы растаяли, и она едва могла дышать.

— Вау, — выдавила она хриплым и осипшим голосом. Она не могла найти слов, чтобы описать то, что пережила только что.

Низкое удовлетворённое урчание раздалось у её уха.

— Да, — хрипло сказал Макани, покрывая её кожу поцелуями. — Вау, — он и сам, похоже, задыхался.

Наоми усмехнулась. Затем они прижались друг к другу и задремали под стук своих сердец.

Наоми не знала, сколько времени прошло до тех пор, как она вновь открыла глаза. Поскольку солнце, похоже, осталось на прежнем месте, они не могли проваляться там слишком долго. Её духовная магия вернулась, обняв её, как старый друг после долгой разлуки. Магия ада работала по причудливым законам.

Наоми склонилась над Макани и прошептала:

— Моя магия вернулась.

Её губы скользнули по его коже, прокладывая дорожку поцелуев по животу. Вернувшаяся магия придала ей смелости. Его тело отвечало на её прикосновения, мышцы затвердевали под её губами.

Макани втянул глубокий вдох.

— Наоми, — он поймал её руку, когда та попыталась скользнуть ниже. — Мы не одни.

Наоми подняла голову и увидела призрака, который стоял рядом, уставившись на них.

Глава 19. Призрачная невеста

По искрящейся коже и едва уловимому мерцанию магии вокруг неё Наоми знала, что эта женщина была привидением. Так призраки выглядели здесь, в царстве духов, в их естественном состоянии. Когда они прибегали к иномирной магии, их тела освещались ещё сильнее, приобретая эфемерное свечение.

Привидение перед ними было молодой женщиной, не старше восемнадцати лет на момент смерти. Её длинные рыжие волосы струились, словно река пламени. Поверх них она как корону носила венок из засохших маргариток. А её тело было облачено в белое платье с широкими рукавами-колоколами и серебристой вышивкой на корсаже и юбке. Оно напоминало свадебное платье.

Наоми встала с земли, посмотрев призраку в глаза.

— Эм, привет.

— Почему вы совокуплялись как животные в лесу? — вежливо спросило привидение. Её голос звучал мечтательно, а большие синие глаза сверкали восторгом.

Наоми собиралась ответить какой-нибудь колкостью, но потому осознала, что привидение абсолютно право. Не сумев контролировать свою похоть, они только что занялись сексом там, где их мог увидеть кто угодно. Что на неё нашло?

— Удар пантер, — сказал Макани.

— Хмм?

— Заклинания некоторых тварей имеют неожиданные побочные эффекты, — объяснил он. — Бессонница, сонливость, голод.

— Внезапная и неконтролируемая похоть?

— Такое случалось.

Он легко пожал плечами, сохраняя безмятежное выражение лица. Неудивительно, что он был таким расслабленным после того, что они только что сделали. Наоми сама сейчас так расслабилась, что ей сложно было переживать на этот счёт.

— Заклинание пантер усилило твои базовые инстинкты, — сказал Макани. — Похоть оказалась вверху списка вместе со злостью.

— Ты и сам был довольно пылким, — сказала она, приподняв брови. — Тебя тоже зацепило краешком заклинания?

— Возможно, у меня немного подкашивались коленки.

Наоми фыркнула.

Привидение наблюдало за их перепалкой. Она выглядела совершенно очарованной и поворачивала голову туда-сюда, словно следила за теннисным матчем.

— Ты что-нибудь видела? — спросила Наоми у призрачной невесты.

— О да. Я видела всё, — она улыбнулась ещё шире. — Меня привлекли сюда крики. Я думала, кого-то убивают. Но я была очень удовлетворена, обнаружив, что вы всего лишь занимаетесь сексом. Вы и сами выглядели весьма удовлетворёнными, — она вздохнула. — Создавать новую жизнь — куда приятнее, чем обрывать её, вы так не думаете?

Наоми не стала напоминать, что люди занимаются сексом не только для размножения. Судя по платью призрака, она умерла в период, когда контрацептивы ещё не были распространены повсеместно.

— Мне было любопытно, так что я понаблюдала, — продолжало привидение. — Надеюсь, вы не против. Я умерла в ночь своей свадьбы, так что мне не доводилось испытать соитие на своём опыте. И я никогда прежде не видела, как сношаются люди.

Для милой невинной девственницы эта девушка явно знала много слов для обозначения секса.

Наоми собрала с земли свою одежду и оружие и принялась надевать всё обратно. Макани сделал то же самое. Наоми в порыве страсти разорвала его рубашку — ну, возможно, под влиянием заклинания двух адских тварей — так что он опять остался обнажённым по пояс. Не то чтобы Наоми возражала. Кроме того, он бы всё равно разделся в такую жару. Его кожа уже увлажнилась от пота.

Воздух вокруг них изменился. Прежде она этого не замечала. Она полностью сосредоточилась на Макани. Деревья уже не были плакучими. Они выпустили новые цветы. Из веток торчали прямые, похожие на рапиры стебли, каждый несколько футов длиной. И на конце каждого такого стебля расцвело по пучку крошечных серебристых цветов. Они напоминали колокольчики, вот только лепестки у них были серебристыми.

На Земле ушло бы несколько дней на то, чтобы цветы вот так распустились из ничего, но в царстве духов магия работала иначе. Наоми посмотрела на свои разбитые наручные часы. Время здесь тоже текло иначе, более стремительно.

Цветы зашевелились на ветру, лепестки зазвенели. Их прекрасная и зловещая песнь — весёлый перезвон серебряных колокольчиков — таяла на ветру, разносясь далеко над землями. Сладкий запах свежих цветов защекотал нос Наоми, их деликатный аромат почти заглушил резкую кислотную вонь ада.

— Серебристые Колокола, — прокомментировало привидение, переводя взгляд на цветущие кроны. — Редкий цветок в этих местах. По легенде они расцветают только в весеннюю пору перед великими переменами.

Наоми надеялась, что это означало, что они вот-вот «переменят» планы демона и спасут её отца. Она натянула бодрую улыбку и посмотрела на привидение, стараясь забыть, что эта девушка не только видела её голую задницу, но ещё и наблюдала, как они с Макани занимались сексом. Наоми не стеснялась собственной наготы перед людьми, но ей не нравилось находиться под чьим-то наблюдением во время секса.

— Как тебя зовут? — спросила она у привидения.

— Честити¹.

Наоми показала на себя.

— Наоми, — затем она показала на Макани. — А это Макани.

— Вы оба явно имеете при себе немало оружия, — заметило привидение, прищурившись.

— Мы на спасательной миссии, — сказала ей Наоми.

И тут ей в голову пришла идея. Призраки перемещались по царству духов. Они могли перемещаться между кругами ада и между мирами ещё быстрее, чем она сама. Так что они обычно знали территории демонов и расстановку сил. Пора провести небольшую разведку.

— Тебе знакомо место под названием Монолит? — спросила Наоми.

Честити задрожала.

— Да. Монолит — это замок демона Септимуса. Мы стоим на его территории.

— Ты можешь отвести нас к Монолиту?

— С чего бы вам идти туда? Септимус — ужасный лидер и тиранический правитель. Он охраняет свой замок и от живых, и от мёртвых. Он порабощает всех, кто осмеливается слишком близко подойти к его замку. Я слышу... — она икнула. — Я слышу их полные боли крики, эхом разносящиеся по просторам ада.

Похоже, Септимус представлял собой один большой кусок мерзости.

— Нам нужно отправиться туда, — сказала Наоми призраку.

— Его замок охраняется тысячью тёмных рыцарей, — ответила Честити. — А его магические ловушки такие могущественные, что могут поработить кого угодно: пленников ада, призраков, духов. Ходят слухи, что его ловушки могут удержать даже другого демона.

— Должен же быть какой-то способ проникнуть.

— Да, — осторожно сказала Честити. — Но даже если вы проберётесь мимо ловушек и тёмных рыцарей, вам всё равно придётся иметь дело с самим демоном.

— Ты пыталась спасти кого-то из Монолита, не так ли?

— Да, — она побледнела. — Вчера я попыталась кое-кого спасти.

Наоми узнала этот взгляд в глазах Честити. Любовь. И ужасная, полная боли беспомощность. Разбитое сердце. Магия девушки была хаотичной, перепуганной. Именно так Наоми чувствовала бы себя, если бы что-нибудь случилось с Макани.

— Тот, кого удерживает демон — ты его любишь, не так ли?

— Да. Валор — мой муж. Пять сотен лет назад мы убежали и тайно поженились. Мы оба были помолвлены с другими людьми, которых никогда не знали и не желали узнать.

Большинство призраков помнило очень немного или вообще не помнило свои прошлые жизни, но, похоже, что воспоминания Честити были кристально ясными.

— Что случилось? — спросила у неё Наоми.

— Наши семьи, могущественные династии фейри того времени, нашли нас. Они ворвались на свадьбу. Когда наши семьи увидели друг друга, полетели обвинения. Они обвиняли друг друга в том, что они украли нас, заморочили нам головы. Завязалась драка. В ход пошло оружие, — Честити тяжело сглотнула. — Мы с Валором оба умерли в сражении. Я на много лет оказалась заточенной в аду, отчаявшаяся и бесцельно бродящая. Я была слаба, — её голос дрожал. — Полководцы демонов терроризируют слабых. Я умирала. Снова и снова. Ещё девять раз.

Каждый раз, когда ты умирал в царстве духов, ты переходил на более глубокий уровень, на один шаг приближаясь к центру ада, где жили лишь самые могущественные и ужасные демоны и создания. Когда сверхъестественное существо умирало на девятом кругу, оно становилось призраком. Когда там умирал человек, он становился духом. Они оба могли проходить через девять кругов, словно завес между ними и вовсе не существовало, но только призраки обладали возможностью пересекать завесу между адом и Землёй. Духи оставались в пределах царства духов.

— Я думала, что Валор не умер на Земле, — сказала Честити. — Что я проклята вечно бродить по аду одна. Но вчера Валор пришёл за мной, освободив меня из темницы Септимуса. Как и многие другие, я попала в силки демона. Но освободив меня, Валор попался сам. У нас ушло много веков на то, чтобы найти дорогу друг к другу. И как только мы воссоединились, демон забрал его у меня. У нас было всего лишь несколько изумительных мгновений вместе, и эта судьба намного хуже, чем никогда больше не видеть его.

Бедная девушка. Её жизнь превратилась в нескончаемую трагедию. Полтысячелетия боли и страданий. Она заслуживала лучшего.

— Поэтому ты отправилась за Валором, — предположила Наоми.

— Как только наступила ночь, я развернулась и отправилась за ним. Я была обязана. Валор пришёл за мной. Я должна была сделать то же самое. Я веками искала его не для того, чтобы его вот так забрали у меня, — в глазах призрака пылала ярость. — Септимус могущественен. Я знаю, что эта попытка спасения была опасной, но я вернулась в замок, решительно настроившись освободить Валора. Я так долго пробыла там в плену, что знала ходы и выходы Монолита. Я знала маршруты патрулей охраны, так что могла проскользнуть мимо них. Я знала, где стоят магические ловушки, так что могла их обойти. Но в итоге всё это оказалось неважным, потому что Септимус нашёл меня. Я едва-едва выбралась обратно из его замка.

— Как ты сбежала? — спросил Макани.

— Я не знаю, как. Наверное, просто везение. Демон схватил меня руками за шею, но потом что-то его отвлекло. Он отпустил меня и пошёл проверить. Я ускользнула.

— Ты хочешь освободить Валора? — спросила Наоми.

— Да, — Честити покачала головой. — Но это невозможно. Я не осмелюсь попытаться ещё раз.

Наоми положила руку на плечо призрака.

— Но в этот раз у тебя будет новое оружие, которого в прошлый раз не было.

Честити нахмурилась.

— Что за оружие?

Наоми показала на себя и Макани.

— Мы.

Честити скользнула взглядом по их телам, оценивая их.

— У земных существ нет шансов против сил ада. Без вашей магии вы сжимаетесь от страха перед адскими армиями. Без вашей магии вы гибнете и разваливаетесь на части.

— Нам нравится думать, что мы — нечто большее, нежели просто сумма нашей магии, — сказала Наоми, посмотрев Макани в глаза и процитировав его недавние слова. — И мы не просто какие-то земные существа. Макани — Драконорожденный.

— Магия Драконорожденных, может быть, и является самой могущественной на Земле, но здесь они слабы как обычные люди, — сказала Честити. — Нет, даже слабее. Потому что они не знают, как сражаться без магии.

— Макани семь сотен лет выживал в аду с небольшим количеством магии. Он умеет сражаться без неё.

Честити скользнула взглядом по ассортименту оружия Макани: по ножам, пристёгнутым к его рукам, по огромному мечу за спиной, по кинжалу на бедре.

— Он сражался с бесчисленными полководцами и выжил, — сказала ей Наоми.

Честити, похоже, находилась под впечатлением, но сохраняла скептический настрой.

— И он приберёг несколько заклинаний, — Наоми взглянула на его амулет.

Привидение посмотрело на мерцающий рубин.

— Ты хранишь там магию?

Макани опустил подбородок в кивке.

— Хмм, — Честити перевела взгляд на Наоми. — А ты? Ты тоже Драконорожденная?

— Нет. Я Духовный Воин.

Большие голубые глаза Честити сделались ещё больше.

— Моя магия родом из этого мира. Из ада. Здесь я сильнее всего. Септимус удерживает моего отца в плену. Он страдает, совсем как страдает твой муж, — Наоми взяла привидение за руку. — Но вместе мы можем спасти их обоих. Ты проведёшь нас мимо патрулей и ловушек. Мы разберёмся с демоном.

Выражение лица Честити ожесточилось решительностью и храбростью. Её руки сжались в кулаки. Наоми узнавала этот взгляд. Привидение готовилось к битве.

— Я могу показать тебе дорогу в замок демона, Духовный Воин, если ты поклянёшься, что поможешь спасти моего мужа.

Наоми сжала руки привидения.

— Я клянусь. Мы поможем тебе освободить твоего мужа. А потом вы наконец-то получите счастливый финал, которого вы заслуживаете.

Хрустальные слезы покатились по лицу Честити. Она спешно смахнула их. Прокашлявшись, она посмотрела Наоми в глаза.

— Я вам помогу.

— Мы поможем друг другу, — с улыбкой ответила Наоми. — Ты видела в Монолите мужчину, другого Духовного Воина? Высокий. Светлые волосы. Татуировка солнца на правом плече.

— Я видела Духовного Воина, прикованного к стене в тронном зале демона. Он — любимая игрушка Септимуса, — Честити задрожала.

Сердце Наоми превратилось в комок смешанных эмоций. Счастье от того, что она нашла своего отца. Страх от того, что его удерживает демон. Злость от того, что демон пытается его использовать. Решительный настрой спасти его.

Да, план опасен, но это же её отец. Она не могла просто оставить его в аду, в вечном плену демона. Демона, который осушает его магию в этот самый момент, пока они разговаривают. Наоми содрогнулась при мысли о том, что ещё демон сделал с её папой. Он и без того слишком долго пробыл в аду.

Макани положил ладонь на её руку.

— Мы его вытащим.

Наоми кивнула, закупоривая свой страх, черпая силу в решительности и уверенности Макани. Чтобы освободить отца из плена демона, она должна мыслить ясно. Если она позволит эмоциям встать на её пути, она совершит что-нибудь беспечное. Это не спасёт папу. Это только приведёт к тому, что она, Макани и Честити угодят в плен, а у демона появится больше «игрушек».

План. Всё сводилось к необходимости придумать план. И чертовски хороший, к тому же.

— У тебя опять тот взгляд, — сказал Макани.

— Какой взгляд?

— Такой, который говорит, что ты вынашиваешь безумный план.

— Позвольте напомнить, Ваше Величество, что план, благодаря которому был повержен полководец Валин и его армия, а я вытащила тебя из ада, тоже был безумным.

Макани издал звук, который напоминал нечто среднее между фырканьем и рыком.

— Все хорошие планы рождаются в необыкновенно изумительный момент безумия, — объявила Наоми.

Глава 20. Духовная Песнь

Они шли уже несколько часов, следуя за Честити по дороге к замку демона, когда плакучие деревья и губчатая почва уступили место булыжникам и твёрдой, каменистой земле. Здесь, в этом краю камней, воздух пах горелыми тостами и почерневшими зефирками, сладостью с угольной корочкой.

Над пустошью слышалась прекрасная песня, её сила переполняла воздух, заполняла пустое пространство вокруг Наоми. Она не знала и не понимала слова, но они бередили её душу. Хор голосов, опера ада отражалась от булыжников, заставляя те светиться. Золото-оранжевыми тонами для высоких нот. Жёлтыми — для средних. Тёмно-зелёными для низких басов. Булыжники как будто приумножали голоса, даруя им больше силы.

— Царство духов сегодня оживлённое, — прокомментировала Честити, останавливаясь, чтобы посмотреть на шоу света и звука.

— Это не типично для здешних мест? — спросила Наоми.

— Нет, Духовный Воин. Не типично.

— Это место реагирует на твою магию, — сказал Макани, обращаясь к Наоми. — Духовная магия танцует с духовной магией. Эта песня для тебя.

— О чём поют эти голоса?

Макани покачал головой.

— Я не знаю.

— Я буду считать, что царство духов подбадривает нас, желая успеха в нашей миссии.

— Твой неизменный оптимизм никогда не перестанет меня удивлять.

— Ну, пессимизм явно переоценивают. Я сделаю тебе футболку с такой надписью, — Наоми пробежалась взглядом по его обнажённой груди. — С другой стороны, может, лучше сделать бутылку для питья с такой надписью. Ты вечно расхаживаешь полуголым.

— Футболки в аду явно переоценивают, — ответил он с дьявольской улыбкой.

Наоми фыркнула.

— Какие-то претензии? — спросил он.

— Не с моей стороны.

— Хорошо.

Они продолжали шагать по тропе. Теперь, когда они не разговаривали, когда Наоми не могла отвлечься на лёгкую болтовню, её мысли вернулись к Септимусу. Каждый шаг приближал их к Монолиту — и демону, который там правил.

Наоми никогда прежде не сражалась с полнокровным демоном в аду. Она сражалась с несколькими изолированными, ослабленными демонами, с несколькими одержимыми носителями на Земле, с несколькими низшими демонами то тут, то там. Но с демоном вроде Септимуса, достаточно могущественным, чтобы повелевать армиями — никогда.

Она постаралась не беспокоиться о том, каково будет столкнуться с демоном в его обители, на его домашней территории. Наверное, ощущения будут такие же, как у кролика, смотрящего в глаза дракона. И судя по подслушанному разговору Файрсторм с демоном, Септимус был древним, могущественным и откровенно гадким.

Опустился зелёный туман. Наоми даже землю не могла рассмотреть в этом болотистом воздухе, так что приходилось полагаться на другие органы чувств. Под ботинками что-то проминалось, как та губчатая почва в плакучих лесах.

Она видела небо. Сегодня, этой причудливой ночью в аду взошли две луны, и обе были кровавыми. Наоми старалась не думать об этом. Вовсе не зловещий знак. Не всё же служит знамением грядущих событий. Иногда ад — это просто ад. Более того, можно посчитать благим знаком, что сегодня не взошло ещё больше лун. Солнца и луны в аду сияли ярче всего, когда апокалипсис близок.

Что-то каркнуло в болотном тумане, и этот звук слился с хором сверчков. Ухнула сова, и её крик разлетелся эхом, умножившись в несколько раз. Воздух зашевелился, и тумана стало ещё больше. На вкус он напоминал гороховый суп с горячим чили и отдавался пикантным привкусом на языке.

В тумане плавали всякие штуки — странные штуки. Деревья рябили как водоросли под землёй. Парящие и плывущие акулы проплывали в туманном воздухе. Когда одна проплыла возле Наоми, она испуганно подпрыгнула, и волоски на её шее встали дыбом.

— Ты вся на нервах, — прокомментировал Макани.

Наоми сверкнула улыбочкой.

— Ничего такого, что не исправил бы хороший долгий массаж.

— Когда всё это закончится, я о тебе позабочусь, — взгляд, которым он её наградил, согрел её сердце — и другие части тела.

Волнующая дрожь пробежалась по её позвоночнику.

— Мне уже не терпится.

Честити оглянулась и посмотрела на них обоих.

— Так вы это сделаете или нет?

— Знаешь, для краснеющей невесты из шестнадцатого века ты ужасно похожа на перевозбуждённого подростка из двадцать первого века, — сообщила ей Наоми.

— Я пять сотен лет ждала возможности перепихнуться. Конечно, я перевозбуждена. И я не замерла в развитии просто потому, что умерла. По вечерам вторника я всегда отправляюсь на Землю, — Честити широко улыбнулась. — Тогда показывают «Сверхъестественный Остров». Ты его смотрела? — не дожидаясь ответа Наоми, она затараторила дальше. — Они берут всех этих вампиров, магов и фейри вместе и засовывают на заброшенный остров в Тихом Океане. А потом они все пытаются убить друг друга. Или переспать друг с другом. Всё зависит от союзов и вражды, а это каждую неделю меняется. Просто потрясающе! Реалити-шоу — лучшее изобретение современной эпохи, — торжественно заключила она.

Наоми не знала, чего она ожидала от юной убитой невесты из шестнадцатого столетия, но уж точно не этого.

— Сколько тебе было лет, когда...

— Когда я умерла? Нет нужды осторожничать. Я умерла давным-давно. И с тех пор много раз умирала в аду. Я уже привыкла к умиранию, — она пренебрежительно взмахнула рукой. — Прошлое в прошлом. Я планирую на будущее. Особенно то, что случится, когда я воссоединюсь с Валором.

Это так мило. Так трогательно.

— Мне было пятнадцать, когда я умерла в первый раз.

— Ты так молода, даже моложе моих младших сестёр, — сказала Наоми. — И твою жизнь бесцеремонно отняли у тебя в таком юном возрасте.

— Как я и сказала, прошлое остаётся в прошлом. Я уже не подросток. Мне пятьсот тридцать один год. Так что я намного старше тебя, — она усмехнулась, глядя на Наоми. — Полагаю, это значит, что ты должна меня слушаться, не так ли?

Макани с задумчиво тихим лицом посмотрел на Наоми. Он был ещё старше Честити — примерно на двести лет.

— Не раскатывайте губу, Ваше Величество.

Он тихо фыркнул.

— Если ты и правда поспевала за ходом времени, тогда ты знаешь, как «хорошо» нынешняя молодёжь слушает старших, — сообщила Наоми привидению.

Честити улыбнулась ещё шире.

— В моё время всё было не лучше, по крайней мере, для меня. В конце концов, я же убежала из дома, чтобы выйти замуж за сына заклятых врагов моей семьи.

— Думаю, я читала такую историю.

— Дорогая, люди целую вечность пересказывали мою историю. Имена и детали варьируются, но история всегда заканчивается моей смертью. Скукота. Жизнь после смерти куда интереснее. И всё станет в разы лучше, когда я найду Валора. Как только мы воссоединимся, это станет началом нашей вечности, — её лицо сменило выражение с весёлого на мечтательное и полное надежды, а потом ожесточилось решительностью.

Наоми наблюдала за сменой выражений Честити. Они были такими яркими, такими подвижными. Она могла бы быть актрисой театра.

Они покинули болото. Позади них осталось плотное одеяло тумана и все те жуткие штуки, которые Наоми не видела — и не желала видеть. Звери рычали, выли, урчали и шипели. Эти звуки дополнялись царапаньем, гулким скрежетом и непрекращающимся тихим свистом, словно из шины постоянно просачивался воздух. Снаружи болото казалось ещё более жутким. Наоми невольно гадала, что ещё жило в этих туманных глубинах. Несомненно, ничего хорошего. У неё уже был запоминающийся опыт со зловещим цветным туманом.

Тропа перед ними была ничуть не радостнее. На тёмном поле не виднелось ни единого цветочка. Деревья были голыми и мёртвыми. Трава походила на солому, высохшую и безжизненную. Она хрустела под обувью Наоми, пока она шла по ней.

Всё было таким черно-белым, таким бесцветным. Это место напоминало зловещую сцену из старого фильма ужасов. Над замком небо заполонила кружащая масса тёмных грозовых облаков, их электрические разряды шипели и ударяли в землю. Воздух был горячим, буквально обжигающим. Во рту Наоми пересохло; её язык сделался похожим на наждачную бумагу.

В отличие от оживлённых звуков на болоте, на чёрно-белом поле правила тишина. Совершенная тишина. Словно каждый вдох походил на крик, а каждый шаг по громкости равнялся лавине, сошедшей с горного склона.

Честити показала на тёмное здание. Оно было высоким и сужалось кверху конусом, напоминая гигантский плавник, торчавший из земли. Наружную поверхность плавника покрывала чешуя. Она напоминала драконью чешую. Большинство чешуек было чёрного цвета, некоторые отливали кроваво-красным оттенком, а другие — тёмно-пурпурным или тёмно-синим. Ярко-голубая магия струилась из просветов между чешуйками, и поток этого света кружил вокруг здания, словно щупальца электрической энергии, питая бесшумные грозовые облака на небе. Такое чувство, будто кто-то выключил в этом месте все звуки.

— Монолит, — прошептала Честити. — Крепость Септимуса.

Глава 21. Монолит

Воины патрулировали выгоревшее поле и стояли на постах на всех уровнях внушительного монолита, той бурлившей, бушующей колонны магии. Они носили лёгкую броню внутренних кругов ада: кожаные брюки, ботинки и голые торсы. Кожаные ремни с оружием крест-накрест пересекали их груди. На их шеях висели ожерелья из острых клыков адских тварей. Вот это что-то новенькое. Новенькое, но неудивительное. Именно такой свирепости Наоми ожидала от верных последователей Септимуса.

Широко распахнутые глаза Честити дрогнули, увидев Монолит и армию демона. Она тяжело сглотнула.

— Нам туда.

Наоми и Макани последовали за ней к кругу иссохших деревьев на краю равнин. Стволы этих деревьев были невероятно массивными, красными и коричневыми, высокими и широкими. Пустые впалые дупла были чёрными, совершенно выжженными опаляющим пламенем ада. На Земле то немногое, что осталось от деревьев, начало бы гнить. Здесь всё идеально сохранилось. Они высохли, источали аромат розы и лаванды и в целом пахли как роскошное ароматическое саше. Саше из ада.

Пространство между деревьями было таким тесным, что Наоми пришлось повернуться боком, чтобы протиснуться. Макани пришлось ещё сложнее, он оцарапал кожу груди о грубую шероховатую кору, пока продирался между стволами. Честити была такой крошечной, что она без труда прошла между деревьями. Ей даже не пришлось призывать иномирную магию, чтобы протиснуть своё тело.

Когда все они встали в кольце деревьев, Честити повернулась к ним и сказала:

— Чтобы войти через чёрный ход в крепость Септимуса, вам нужно положить ладонь на это дерево, — она показала на худенькое деревце, которое склонялось под грузом собственных мёртвых ветвей. — Прямо на сердце дерева.

Она положила ладонь на узловатое образование на стволе, формой напоминавшее сердце, и исчезла. Не было ни вспышки магии, ни гула заклинания. Никакой шумихи. В один момент она была здесь, а в следующий — уже нет.

Наоми шагнула вперёд, вторя движениям Честити. Как только она прикоснулась к сердцу дерева, она тут же ощутила резкий рывок, словно её затянуло в воронку.

Затем она внезапно очутилась в коридоре, и её голова закружилась от дезориентации. Её желудок совершил кульбит. Наоми несколько раз моргнула, пока её глаза адаптировались к тёмному подземному коридору. Каменный проход освещался зловещим факелом, синее пламя которого просто висело в воздухе, ни с чем не соединённое, неподвижное. Языки пламени даже не подрагивали. Они оставались ровными и неподвижными.

— Жуть какая, — прокомментировала Наоми.

Макани появился возле неё. Она испуганно подпрыгнула и наступила ему на ногу.

— Упс.

— Ты в порядке? — спросил он.

— Меня немного тошнит. Я предпочитаю путешествовать благодаря своей магии, — сказала она ему.

— Ты сильная. С тобой всё будет хорошо.

— Откуда ты знаешь? — спросила она.

Хоть её желудок всё ещё совершал кульбиты, он потихоньку начинал успокаиваться.

— Потому что ты всё ещё стоишь на своих двоих, — сказал он.

— Это куда лучше, чем ударить в грязь лицом.

В его золотых глазах сверкнуло озорство.

— Если собираешься блевануть, крикни, я тебе волосы придержу.

— Как романтично, — вздохнула Наоми, прислонив ладонь ко лбу и притворно обмахиваясь.

— Когда я впервые оказался в аду, мне никто волосы не придерживал.

— Тебя стошнило? — удивлённо переспросила она.

— Если ты кому-нибудь расскажешь, я, конечно, буду отрицать.

Наоми усмехнулась.

— Темница в той стороне, — прошептала Честити, показывая им вперёд.

Они последовали за ней через всё помещение и вышли в другой коридор. Он оказался шире предыдущего, но здесь имелось такое же подвешенное в воздухе синее пламя. Септимус, наверное, освещал ими всю свою обитель.

В коридоре царила мёртвая тишина. Наоми старалась ступать мягко и бесшумно, но здесь было так тихо, что она боялась, как бы весь замок не услышал шорох их шагов. Она едва осмеливалась дышать, потому что даже этот звук эхом отражался от стен. Всё это место напоминало эхо-камеру.

Патрульный вышел из боковой комнаты и вошёл в коридор. Это был приземистый парень, чьи жёсткие мышцы скрывались под твёрдым слоем жира. Волосы были длинными и чёрными. Отсветы синих факелов отражались в его бледно-серебристых глазах.

Заметив их, воин потянулся к мечу. Но Макани оказался быстрее. Он схватил патрульного и одним сильным, быстрым, беспощадным движением сломал ему шею. Охранник повалился на пол.

И всё это Макани проделал, не издав ни звука. Он двигался так, словно сотни раз совершал именно такое нападение, не дрогнув, не колеблясь даже на долю секунды. Это было отработанное движение, стремительное и автоматическое. И немного нервирующее. Наоми надеялась проделать это без убийств, хоть и понимала, что принимает желаемое за действительное.

Она напомнила себе, что именно так Макани много веков выживал в аду, в окружении полководцев и воинов, зверей и грубиянов. Патрульный убил бы их всех без колебаний. Хорошие люди не вступали в армии демонов. Ей не стоит жалеть того, кто решил служить ужасному демону-повелителю.

Наоми посмотрела на мёртвого патрульного и осознала, что его тело не рассеялось. Его не унесло на следующий, более глубокий круг ада. Странно. Она присела возле него на корточки и прижала пальцы к его шее, нащупывая пульс. Его не было. Он на самом деле мёртв.

— Он всё ещё здесь. Почему он не переместился на девятый круг ада? — удивилась она.

— Недавно Септимус обзавёлся кое-какими новыми способностями, — сказала Честити. — Он стал магическим кузнецом, способным ковать магию, изменять и сгибать сами законы магии — по крайней мере, в его обители. И с каждым днём он становится сильнее, его мощь простирается всё дальше. Однажды она пройдёт за завесы, которые разделяют круги ада. Однажды он сможет дотянуться до верхних кругов ада, мест, запретных для демонов. Он сможет идти со своими армиями, командовать ими; или он сумеет проецировать свою магию в оплот другого демона и выдернуть его оттуда.

Они точно связались не с тем демоном. Не то чтобы имелись подходящие демоны, с которыми можно связываться, но некоторые из них несомненно хуже других.

— Итак, Септимус нашёл способ заточить своих последователей здесь, — сказала Наоми. — Когда они умирают, они просто умирают, а не попадают на более глубокий круг ада.

— Септимус явно не хочет давать своим врагам шанс разузнать его секреты, — сказал Макани. — А если бы его люди попадали на следующий круг ада, его тайны точно стали бы известны. Другой демон мог бы завербовать его погибших воинов прежде, чем их найдёт сам Септимус. Но таким образом, с использованием новой тёмной силы Септимуса, всё, что знают его воины, умирает вместе с ними. Их секреты не пойдут на пользу другим демонам.

Наоми поморщилась.

— Судя по описанию, Септимус — изумительный босс.

— Если он действительно может изменять законы магии, то он может наделять своих солдат мощными силами, выходящими за пределы типичных способностей, которые обычно дают демоны, — Макани покосился на мёртвого мужчину. — Хотя этот был не очень могущественным, — он неодобрительно нахмурился, словно говоря, что жизнь, которую этот мужчина отдал, не стоила тех жалких сил, что он получил взамен.

Честити помедлила перед большой дверью из красного дерева.

— Темница прямо там.

Взгляд Наоми метнулся к погибшему воину.

— Давайте не будем оставлять его там, где его найдут другие патрульные.

Она уже собиралась поднять его, но Макани оказался быстрее. Он закинул мёртвого солдата себе на плечо.

Они миновали коридор с эхо и вошли в темницу. Она напоминала пещеру — пещеру из пещер. Каменные стены мерцали серебристым, как и решётки вокруг камер. Наоми осмотрелась по сторонам, пытаясь найти своего отца в одной из этих клеток, но она не видела его среди пленников.

В ближней к двери клетке туда-сюда расхаживал огромный лев. Каждые несколько секунд лев превращался обратно в златовласого мужчину — ровно настолько, чтобы перевести дух — а затем перевоплощался обратно в зверя. Маг-оборотень.

— Септимус закоротил его силы, ударив достаточным количеством его же собственной магии, чтобы превратить в человека, — сказал Макани. — Но заклинание немедленно отражается от решёток, превращая его обратно в зверя.

Клетка была недостаточно крупной. Всякий раз, когда маг превращался во льва, его огромное тело ударялось о решётки, сотрясая их с грохотом. Глубокие кровоточащие раны покрывали спину льва. Кровь струилась по его золотистой шерсти и корочкой засыхала на концах его густой гривы.

В следующей клетке скорчилась женщина-фейри, раскачивавшаяся туда-сюда. Её грязные руки стискивали её голову, нервно дёргая длинные чёрные волосы. Она то плакала, то кричала.

— Она переживает свои худшие кошмары, — сказала Честити.

— Как? — спросила Наоми.

— Она находится в ловушке своей же иллюзорной магии, — тихо прошептала Честити, отвернувшись от фейри. — Проклята собственной магией.

Септимус обратил магию фейри против неё самой, совсем как он сделал с магом-оборотнем. Вероятно, в понимании демона это какая-то извращённая идея поэтичной справедливости. Даже по меркам демонов Септимус был абсолютно отвратительным.

Третья клетка вмещала мужчину с растрёпанными каштановыми волосами и пульсирующими красными глазами. Вампир. Очень голодный вампир. Кровь сочилась из обоих уголков его рта, рисуя окровавленную улыбку.

Вторая клетка примыкала к клетке вампира, их разделяла лишь металлическая сетка. В этой клетке теснилась примерно дюжина людей.

Раздался гудок, и разделитель между двумя клетками поднялся. Голодный вампир ринулся в другую клетку. Его глаза налились кровью и голодом, когда он кинулся к пленникам, находящимся в ловушке.

Глава 22. Пещера клеток

К счастью, вампир был слаб как человек, его способности притупились силами ада. Ворота захлопнулись прежде, чем он успел переметнуться в другую камеру. Заточенные там пленники кричали и визжали, впав в истерику. Магия вампира, может, и исчезла, но демон не лишил его голода, жажды крови. Септимус дразнил оголодавшего вампира тёплыми телами прямо перед его носом.

Вампир плюхнулся на пол и зарычал, оскалив зубы — по крайней мере, то, что от них осталось. Ему недоставало клыков. Их вырвали, осознала Наоми с тяжёлым тошнотворным ощущением в животе.

— Валор! — воскликнула Честити.

Призрачная невеста стояла возле клетки по соседству с вампиром. Она смотрела внутрь, и её нижняя губа дрожала. Там было так много людей, и так мало места; они все буквально сбились в кучу. Одежда разорвалась в клочья, кожа покрылась коркой грязи.

Честити протянул руку в клетку. Шипящие и искрящие завитки серебристой магии вспыхнули по всей клетке и заскользили по решёткам. Магия щёлкнула на неё. Ахнув от боли, она убрала руку. Должно быть, заклинание на решётках должно удерживать любых призраков и духов, чтобы не дать им принять нематериальную форму и унестись отсюда.

Честити повернулась к Наоми и Макани.

— Мы должны освободить Валора.

Призрачная невеста широко распахнула глаза от ужаса, когда разделитель между клетками опять поднялся. Оживившись, беззубый вампир ринулся вперёд, но ворота опять опустились перед его носом прежде, чем он сумел добраться до людей в другой клетке. Вампир взревел от злости, и его вой был таким громким, что стены затряслись. Такое чувство, будто под ногами грохотало землетрясение, или же этажом выше топал великан.

Наоми потянулась к клетке пленников, которые явно находились здесь лишь для того, чтобы помучить вампира. Она хлестнула заклинанием по замку на двери. Клетка не открылась. Очевидно, её духовная магия отнюдь не работала как универсальный ключ для замков демона.

Макани подошёл поближе, чтобы присмотреться к замку.

— Ты можешь его открыть? — спросила Наоми.

Он протянул руку и коснулся амулета на шее. Покрутив магический рубин между пальцев, он прошёл вдоль клеток и нашёл перекрёсток, где соприкасались все клетки. Он сломал первую печать на драгоценном камне. Хлынула золотая и чёрная магия. Макани направил ломающее магию заклинание на пересечение клеток. Поток светящейся серебристой магии на решётках клеток замедлился, затем застыл. Он в последний раз протестующе фыркнул, затем погас. Все двери клеток в темнице разом открылись.

Разрушение замков, похоже, также разрушило проклятья на сверхъестественных существах. Фейри перестала кричать. Она осела на пол с явным облегчением. Маг-оборотень превратился обратно в человека. Испустив глубокий вдох, он привалился к стене своей клетки.

Честити вбежала в клетку с узниками, проскользнув мимо них. Она прыгнула, похоронив своего мужа под завесой рыжих волос и пышным свадебным платьем. Она крепко прижала его к своему телу, смеясь и плача одновременно. Остальные пленники моргнули, уставившись на открытую дверь и опасаясь, что это всего лишь иллюзия, призванная их помучить. Они не шевельнули и пальцем. Возможно, Септимус ранее уже мучил их ложными видениями побега, чтобы сокрушить их надежду когда-нибудь обрести свободу.

Игнорируя неподвижных пленников, Честити продолжала обнимать и целовать своего мужа. Низкое рычание заставило её умолкнуть. Вампир стоял там, где некогда находился разделитель между двумя клетками. Его взгляд пробежался по тёплым телам, которых он так давно жаждал.

Наоми вбежала в клетку и встала между вампиром и людьми, которых он хотел поглотить.

Вампир зарычал на неё.

Она широко улыбнулась в ответ.

— Какого черта ты творишь? — потребовал Макани.

Наоми не отводила взгляда от вампира.

— Слежу, чтобы этот вампир не сделал ничего, о чём он потом пожалеет.

Вампир снова зарычал, издав низкий, хищный звук.

Наоми оставалась на прежнем месте, не дрогнув.

— Это безумие, — Макани зашагал к ней, видимо, посчитав своим долгом защитить её от собственной глупости.

Рык вампира становился всё более низким и злым. Присутствие Макани его нервировало. Вампир видел в нём угрозу, битву, в которой нужно сразиться.

Наоми подняла ладонь.

— Подожди, — сказала она Макани. — Стой. Оставайся там.

Вампиру нужен друг. Она это чувствовала. Ему нужно, чтобы кто-то помог ему вернуться к своей прежней личности. Наоми надеялась, что он не был серийным убийцей.

Нет, она не могла так думать. Вампир не походил на хладнокровного убийцу. Ему больно. Он нуждался в утешении, а вовсе не ненавидел людей и не упивался чужими страданиями.

— Привет, — Наоми улыбнулась вампиру своей самой ослепительной и дружелюбной улыбкой. — Я Наоми.

— Я голоден, — грубо прохрипел он в ответ.

— Наоми, — предостерегающе протянул Макани.

— Я всё контролирую, — сказала она ему. — Доверься мне.

Выражение лица Макани посуровело настолько, что от него сейчас даже пуля отскочила бы. Ему не нравилось, что она подвергает себя опасности. Это предельно ясно. И всё же он не сделал ни шагу дальше.

Наоми добавила очарования своей улыбке.

— Я могу тебе помочь.

Вампир смерил её взглядом.

— Вызываешься добровольцем для моего ужина, сладенькая? Потому что всё остальное мне сейчас бесполезно.

— Эм, нет. Но... — взгляд Наоми метнулся к мёртвому солдату, которого Макани положил у двери. — Как насчёт него?

Вампир проследил за её взглядом.

— Он уже мёртв, — он нахмурился так, будто она только что предложила ему сбитое машиной животное, которое несколько дней пролежало на солнце. Его красный взгляд переключился на неё, глаза сосредоточились на вене, которая пульсировала на её шее. — Но ты нет. Ты полна жизни, — его язык пробежался по нижней губе. — Сладкое, калорийное лакомство.

Наоми слышала, как Макани переступил с ноги на ногу. Она не смотрела на него. Она не спускала глаз с вампира — и улыбки со своего лица. Это особенно важно.

— Он мёртв всего пару минут. Он всё ещё тёпленький. И тебе не придётся драться за пищу, — Наоми продолжала улыбаться широко, дружелюбно, хоть её пульс и грохотал по венам, привлекая вампира.

— Охота — это лучшая часть, дорогая. Мне нравится смотреть, как они убегают, — вампир взглянул на неё, затем на Макани, и наконец, на мёртвого солдата. Но полагаю, пока что сгодится и он, — вампир вздохнул.

Вампир был таким высоким, что макушка его головы задела дверную притолоку, пока он выходил из клетки. Он подошёл к мёртвому солдату. Поскольку теперь у него не было клыков, ему пришлось импровизировать. Он схватил нож патрульного и с его помощью вскрыл вену на шее мужчины, чтобы выпить его кровь. Или, скорее, всосать одним махом.

Наоми следом за ним вышла из клетки.

— Как тебя зовут? — спросила она, заглушая влажные, чавкающие звуки.

Вампир был слишком занят, чтобы отвечать.

— Это Беззубый Том, — сказала фейри, подходя к ней сзади.

— Беззубый Том? — повторила Наоми. — Полагаю, прозвище было не его идеей.

— Это была идея мага, — сказала фейри. — Ну, до того.

— До того?

Маг-оборотень присоединился к ним перед вампиром.

— До того, как демон проклял меня, и я ещё мог говорить, — он склонил голову перед Наоми. — Сэр Девон Божественный к вашим услугам.

— Сэр Девон Божественный?

Фейри фыркнула.

Наоми посмотрела на неё.

— До того, как его приговорили к вечности в адской тюрьме, Девон был рыцарем, — объяснила фейри. — Он очень серьёзно относится ко всему этому.

— Священным рыцарем, на минуточку. Чемпионом света, воином, любовником, — он взял руку Наоми и поцеловал. — Я навеки в твоём распоряжении, моя святая спасительница. Ты столь же красива, сколько храбра и праведна.

— Вообще-то, это он сломал чары на клетке, — Наоми ткнула большим пальцем через плечо, показывая на Макани, который материализовался за ней сразу же, как только рыцарь взял её руку. — Он тебя спас. Так что это ему ты должен целовать ручку и клясться в вечной верности.

Ладонь Макани опустилась на плечо Наоми.

Взгляд рыцаря метнулся к этому жесту. Затем он отпустил руку Наоми и неловко посмотрел на Макани.

— Ах, да, — наконец, сказал Девон. — Что ж, моя тебе благодарность, храбрый рыцарь.

— Ваше Величество, — поправил его Макани.

Девон недоуменно нахмурился.

— Макани — принц, — сказала ему Наоми.

Тут включился рыцарский дух Девона, и маг рухнул на одно колено.

— Приношу свои скромнейшие извинения, Ваше Величество.

Макани перевёл взгляд на Наоми, и в его глазах плясали весёлые искорки.

— А ты почему никогда не кланяешься мне?

— О, но это же неправда, — она усмехнулась. — Когда я в последний раз преклонила перед тобой колено, я делала это с таким усердием, что стёрла себе кожу на коленях.

Он скрестил руки на груди, и выражение его лица являлось воплощением самодовольства. Он выглядел как дракон, сидящий на большой жирной горе сокровищ.

Девон недоуменно переводил взгляд между ним и Наоми. Фейри, которая явно происходила из более современной эпохи, хихикала.

— Ой, найдите себе уже комнату и уединитесь, — захихикала Честити, выходя из клетки. — Мы явно так и поступим, — она влюблённо переглянулась со своим мужем.

Наоми узнала его. Валор, муж призрачной невесты, оказался Мастером Шпионов, Оракулом Ада.

— Так вот куда ты отправился после того, как мы тебя освободили? — спросила у него Наоми.

Честити сжала ладонь своего мужа.

— Вы знаете друг друга?

— Да, — ответил Валор им обеим. — Они спали меня от моих оков, от бремени, которое висело надо мной пятьсот лет. А потом я пришёл освободить свою любимую от демона, который некогда удерживал меня.

— Септимус был тем демоном, который приковал тебя в том замке? — спросила Наоми.

— Да. Я должен был немедленно спасти свою любимую из тисков этого злобного существа, так что я явился прямиком сюда, — он нахмурился. — Лишь для того, чтобы меня самого поймали. Септимус был рад заполучить меня обратно, — его тело содрогнулось дрожью. — Вы вновь спали меня от него. Спасибо.

— Хорошо выглядишь, — сказала ему Наоми. — Намного лучше, чем прежде.

— Я чувствую себя лучше, — сказал Валор. — Септимус сказал мне, почему я не умер вместе с остальными. Мы все были частью магического эксперимента, который преждевременно оборвался, когда его силы потерпели поражение. Он хотел посмотреть, не удастся ли ему перманентно передать нам магию цепей. Из девятерых только я пережил эксперимент. Я получил магию цепей. Но связывая моё тело, они удерживали меня в тюрьме из моей собственной магии.

— Совсем как Септимус поступил с нами, — сказал Девон.

— Да. Но теперь, когда я освободился от цепей, мой разум обрёл тишину. Я могу выбирать, видеть или не видеть отдельные вещи глазами призраков, — Валор поклонился Наоми и Макани. — Вы дважды спасли меня. Я должен вам нечто намного большее, чем просто благодарность.

В его глазах не было ни единого проблеска безумия, ни искры сумасшествия.

— Уход из дерева очень пошёл тебе на пользу, — сказала Наоми.

— Да, так и есть, — он с любовью посмотрел на свою невесту. — Но не так сильно, как воссоединение с моей настоящей любовью.

Восторженный пронзительный смешок сорвался с губ Честити.

Наоми сжала руки возлюбленных.

— Я желаю вам всего счастья во всех мирах, и надеюсь, что вы наконец-то обретёте жизнь, которую у вас украли. Это счастливый конец, к которому пришлось идти пять сотен лет.

Валор поцеловал руку своей невесты и посмотрел ей в глаза.

— Наша новая жизнь будет ещё дольше.

Честити снова захихикала и захлопала ресницами, глядя на мужа.

— Итак, тут наши пути расходятся, Духовный Воин.

— Уходишь так скоро?

— Я провела вам в замок Септимуса. В этот час вы найдёте его в тронном зале. Ты также найдёшь там своего отца. Я сдержала свою часть сделки, а теперь нам пора убираться отсюда, пока не появился демон, — Честити повела своего мужа к двери, но остановилась на полпути и обернулась на Наоми через плечо. — Увидимся в аду.

Затем они с Валором покинули темницу.

Остальные пленники просто стояли в клетке, хлопая глазами. Их взгляды метались по комнате, словно они ожидали, что тёмные рыцари демона в любой момент выпрыгнут и окружат их.

— Все, кто готов покинуть это место, следуйте за Честити и Валором, — сказала им Наоми. — Все, кто хочет сразиться с демоном, идёмте со мной.

Освобождённым пленникам не пришлось повторять дважды. Они отмерли и за пять секунд выбежали за дверь. Они поспешили за Честити и Валором. Маг-рыцарь Девон посмотрел на Наоми, затем на дверь, явно терзаясь сомнениями.

— Тебе лучше уйти, — сказала Наоми. — Сражение с Септимусом будет непростым. А у тебя нет магии.

В глазах рыцаря полыхнула решительность, и он схватил меч погибшего патрульного.

— Верно, у меня не осталось магии, но у меня есть меч. И мой меч поклялся служить тебе.

Фейри торжественно кивнула.

— Мы в огромном долгу перед тобой. Мы поможем любым возможным способом.

— Они могли бы занять охранников демона, отвлечь их от тронного зала, — сказала Наоми, обращаясь к Макани.

— Это бы сделало сражение...

— Более простым? — подсказала она.

— Более прямолинейным, — поправил он.

Точно. Потому что ничто здесь не будет простым. Наоми не хотела сражаться с древним всемогущим демоном на его территории, но этого никак не избежать, если она хотела спасти своего отца. Септимус в данный момент слишком занят осушением магии папы, чтобы оставить его без охраны, пусть даже на минутку. Она не сумеет освободить его тайком. Ради своего отца ей придётся сразиться с демоном. И всё же это не означало, что тысяче рыцарей Септимуса обязательно находиться рядом с ним.

— Мы с Девоном пойдём с вами. Нам нужно отплатить Септимусу и его рыцарям. Мы уведём тёмных рыцарей прочь, — фейри взглянула на вампира, который поднялся с пола. — Что скажешь, Том? Готов сразиться с демоном?

Вампир вытер окровавленное лицо тыльной стороной ладони.

— Нет, я совершенно точно не готов встретиться со своим создателем. Я ухожу. И вы тоже ушли бы, будь у вас здравый смысл.

— Ты многое упускаешь.

— Упускаю неминуемую гибель? Нет уж, спасибо.

— Нет, упускаешь шанс отомстить, — сказала ему фейри. — Разве ты не хочешь отплатить рыцарям Септимуса, которые удерживали нас здесь столько лет? Они вырывали твои клыки, Том. И они покатывались со смеху, пока делали это. Они не просто насмехались над твоими страданиями; они упивались ими.

Вампир нахмурился, собрав брови домиком.

— Так и есть, — выражение его лица сделалось ожесточённым и холодным. — Ты права. Я не могу отказаться от заслуженной мести этим грязным мешкам крови, которые вырвали мои клыки, чтобы украсить свои ожерелья.

Улыбка Наоми померкла.

— Там были сотни охранников, и у каждого из них на шее дюжины клыков. Эти клыки принадлежат тебе?

— Я пробыл в плену очень долго, а этот демон весьма изобретателен. Септимус кормил меня таким количеством моей магии, которого хватало для того, чтобы отрастить клыки заново. Затем его рыцари вновь выдирали их.

— Но зачем? — ахнула Наоми. — Чтобы заставить тебя страдать?

— Он проклял каждого из нас, заточил в кошмарах, сотворённых нашей же магией, — сказал Девон. — Я постоянно превращался между человеком и зверем. Хлоя была заточена в иллюзиях, созданных её магией, и её худшие страхи делали всё ужасно реальным.

— А меня он оставил с вампирской жаждой крови. Но у меня не было никаких моих способностей — ни силы пробиться через барьер, чтобы попасть к людям, которых он туда поместил, ни скорости, чтобы пронестись через ворота, когда те открывались, — сказал Том. — Септимус дразнил меня тем, что он кастрировал мою магию, превратил мои клыки в трофеи для своих воинов.

— Это отвратительно, — сказала Наоми.

— Это ад, — ответил вампир с усталым смирением.

— Есть и другая причина, по которой он забрал твои клыки, — сказал Макани. — Клыки вампира обладают магическими свойствами. Ношение ожерелий сделало воинов демона быстрее и сильнее.

— Точно, — сказала фейри Хлоя, кивая. — И это даёт им некоторые другие силы вампира. Например, быстрое исцеление.

Вампир сверкнул широкой, лишённой клыков улыбкой, смерив фейри взглядом с головы до пят.

— И мужскую силу.

Теперь, когда он покормился, его разум переключился на другие потребности.

Он облизнул окровавленные губы.

— Что скажешь, Хлоя?

— Ты и я? — она фыркнула. — Я так не думаю.

Он закатил глаза.

— Ну, ты тоже не подарочек.

Он же не серьёзно. Красота Хлои светилась даже сквозь всю эту грязь.

— Слишком красивая, как и все фейри. Вы все такие идеальные пластиковые люди. Такие безупречные, такие сияющие, — вампир издал рыгающий звук.

— Если я такая отвратительная, почему же ты делаешь мне непристойные предложения? — спросила Хлоя, выгнув брови.

Он пожал плечами.

— Я долгое время проторчал в этой клетке. Надо же унять зуд.

— Как романтично. И как только я могу отказаться от такого предложения? — сказала Хлоя, и каждое её слово сочилось сарказмом.

— Ты не можешь отказаться, — ответил Том, шагнув вперёд.

— Сделаешь ещё один шаг вперёд, и я тебе остальные зубы выбью, — предупредила его Хлоя.

Вампир закатил глаза, но остановился.

— Как насчёт тебя? — спросил он у Наоми. — Ты женщина.

— И как это ты угадал?

Он недоуменно моргнул.

— У тебя есть грудь. Очевидно же.

— Кто бы мог подумать.

— Так как насчёт того, чтобы мы с тобой... — он умолк и многозначительно поиграл бровями.

Вау, какой изумительный подкат. Наоми слышала варианты и получше, в крышесносном баре кантри и вестернов напротив «Хаоса», где имелся гигантский механический бык. Большинство подкатов у парней там крутилось вокруг скачки на этом быке.

Макани нависал над ней, как дракон.

— Она занята.

— Тобой? — переспросил вампир.

— Да.

— Есть надежда, что это когда-нибудь изменится?

— Нет, — холодно ответил Макани.

Беззубый Том попятился, поднимая ладони в воздух.

— Ладно, ладно. Остынь, мужик.

— Итак, если Том закончил придуриваться, давайте начинать. Тронный зал прямо над нами, — Хлоя показала на панели в потолке. Они казались подвижными. — Великий и могущественный Септимус не пачкает руки, спускаясь в вонючую темницу. Когда он заканчивает играть с нами в тронном зале, он открывает люк в полу и сбрасывает нас сюда, тонуть в собственной грязи.

Наоми присмотрелась к потолку. Над каждой клеткой находились люки.

— Ладно, — сказала она. — Кажется, нам давно пора нанести Его Злобному Высочеству визит.

Глава 23. Коридоры ада

Фейри, маг и вампир поспешили вверх по лестницам, отвлекая охранников и создавая как можно больше хаоса. Как только Наоми услышала крики про сбежавших пленников и последовавший за этим топот шагов, она повернулась к Макани.

— Пошли.

Он ударил кулаком по ужасно средневековой панели управления. Наверху один из люков в потолке открылся. Крылья Наоми появились за её лопатками. Она низко присела, затем резко вылетела через просвет в потолке.

Она приземлилась, присев посередине тронного зала лицом к трону — и к демону, который на нём сидел. Ступени вели к приподнятой платформе. В воздухе витал сильный запах свежих персиков и клубники. Стая мёртвых золотистых канареек пела на горящем чёрном дереве позади трона Септимуса.

Но, возможно, «трон» — не самое подходящее слово. Трон демона не имел формы, отчётливых очертаний. Он состоял из переменчивых трещащих языков пламени, которые трепетали вокруг демона.

Септимус восседал на своём огненном месте, закинув одну ногу на другую. Он был одет скорее как дива на концерте, нежели демон в аду. Его верх составлял кожаный жилет, наполовину расстёгнутый до пупка, открывавший плечи полностью и часть груди. Его тело находилось в хорошей форме, стройный силуэт покрывали жилы подтянутых мышц. На сине-зелёном теле не виднелось ни капли жира. Мандариново-оранжевые волосы доходили до пояса. Живот и нижнюю часть рук покрывала тяжёлая стальная броня, словно опаляющий жар его не беспокоил. Наверное, так и было. Демонам нравилось погорячее.

Тёмный макияж очерчивал глаза Септимуса, подчёркивая его бледные серебристые радужки. Всё это дополнялось слоем блестящих оранжевых теней для век, которые идеально сочетались с цветом его волос. Большое кольцо в носу придавало ему сходство с быком. В каждом ухе красовалось по шесть маленьких серебряных гвоздиков.

В дневниках Духовных Воинов имелись разделы, описывающие разных демонов. Существовали волосатые демоны и пушистые демоны. Были и такие, как Септимус, чьи тела были совершенно гладкими, почти восковыми — за исключением волос на головах и бровях. Существовали и демоны вообще без волос. Безволосые иногда имели чешую вместо кожи.

— И наконец-то она удостоила нас своим присутствием, — заговорил демон, и его низкий голос эхом прокатился по просторному тронному залу. Голос вообще не гармонировал с нарядом дивы, в который он облачился. — Духовный Воин, — последние слова он произнёс насмешливым тоном.

Судя по его глазам — глазам столь бледно-серебристого оттенка, что они казались почти белыми — он её дожидался. Это нервировало.

— О, прошу прощения за опоздание, — отозвалась Наоми беспечным голосом. — Мне пришлось добираться в обход, чтобы опустошить твою темницу, — она хлопнула в ладоши и смахнула с них воображаемые пылинки. — Ещё один день в аду, ещё одна проделанная работа.

— Не потирай так руки.

Демон отчитывает её за манеры. «Серьёзно?»

— Трение в аду — та ещё гадость, — сказал он. — Ты можешь обнаружить, что твои руки внезапно вспыхнули пламенем.

— Благодарю за совет.

— Не стоит. В конце концов, я предпочитаю своё мясо сырым, а не прожаренным до хрустящей корочки.

Фу. Не собирался же он съесть её.

Его чёрные губы разошлись в неестественно широкой улыбке. Наоми задавалась вопросом, был ли это естественный цвет его губ или снова макияж. Она ставила на второй вариант. В конце концов, на демоне столько макияжа, что и трансвестит позавидует.

Когда Септимус положил ногу на ногу, его эластичное искрящееся чёрное трико издало звук, подозрительно напоминавший трение чешуек.

— Не беспокойся за пленников. Они мне всё равно давным-давно наскучили. Обычные маги, фейри и вампиры, — он издал презрительный звук. — Таких пруд пруди, и все они скучные и легко заменяемые. Вот Духовные Воины — напротив, в них есть нечто особенное...

Он умолк, скользнув взглядом в сторону. Наоми проследила за его взглядом мимо факелов чёрного пламени вдоль стены. Комната имела форму шестигранника, и одна из шести стен была полностью покрыта драгоценными камнями. К этим камням был приклеен пленник. Папа!

Он был без сознания, голова свесилась набок. Его бледные волосы упали на лицо, прилипли к вспотевшей коже. Его раздели до пары хлопковых шорт с обугленными краями. Завитки тёмной магии вились по его коже как ленты из мерцающих звёзд и полночного гобелена ночного неба.

Наоми пришлось сдержаться, чтобы не побежать к нему. Макани позаботится об освобождении её отца. Её задача — отвлекать демона, удерживать его внимание на себе.

Септимус пытался использовать свою новую магию «кузнеца», чтобы контролировать Духовную Магию её отца, совсем как он исказил магию других пленников, чтобы мучить их. Если демон действительно обладал достаточной властью, чтобы осушить магию папы и превратить её в заклинания по своему усмотрению, то у них у всех большие проблемы. Он мог использовать украденную духовную магию, чтобы прорваться через завесу между мирами, послать свою армию через портал на Землю, поставив во главе Дарксайра, его нового полководца.

К слову о Дарксайре, где он? Если демон поджидал её, то возможно, Дарксайр готовился захлопнуть ловушку. Наоми просканировала взглядом тронный зал, но не увидела тёмного фейри. Здесь была только она, демон, и её отец, прикованный к стене.

Демон смотрел, как она обводит взглядом комнату, и его чёрная улыбка сделалась шире, обнажая чёрные зубы.

— Ты выглядишь потерянной, маленький Духовный Воин.

Он поднялся со своего места. Трон исчез, а магическое пламя превратилось в длинный плащ, который тащился за ним следом. Чёрный огонь трещал и шипел, следуя за ним по пятам, акцентируя стук острых серебристых шпилек его сапог, пока он спускался по ступеням. Он остановился в нескольких дюймах от Наоми, так близко, что она ощущала персиковый и клубничный запах его дыхания. Он возвышался над ней на несколько голов, отбрасывая длинную тень.

— Духовное царство — тёмное и опасное место, — демон протянул руку, на которой поблёскивали кольца, и предложил её Наоми так, будто ожидал, что она её поцелует. — Я могу помочь тебе найти свой путь.

— Как ты помог моему отцу найти свой путь в твою темницу? — парировала она.

Он рассмеялся.

Наоми презрительно взглянула на его ладонь.

— Я не заключаю сделок с демонами.

— Яблоко от яблони недалеко падает, — взгляд Септимуса метнулся к её отцу. — Она совсем как ты, Солярис, — он вздохнул. — Она такая же глупая, такая же узколобая. Её совершенно устраивает идти по стезе добродетели, и она с радостью последует за праведностью до самой своей кончины.

Отец Наоми ничего не сказал. Он не поднял головы. Он даже не открыл глаза. Если бы Наоми не видела поднимания и опадания его груди, она подумала бы, что он мёртв. Септимус не убил его, но чертовски приблизился к этому.

Злость вскипела в сердце Наоми, но она отбросила это чувство, заменив его дерзостью.

— Давай перейдём к концу этого очаровательного обмена любезностями и покончим с этим, Септимус. — она заставила свой голос звучать твёрдо. — Где твой новый питомец?

Демон склонил голову набок — такой человеческий жест, хоть на неё и смотрели нечеловеческие глаза.

— Дарксайр, — пояснила она.

— О, — демон переплёл пальцы домиком, и на его лице промелькнуло забавляющееся выражение. — Он.

— Ты его убил.

— С чего ты взяла? — он захихикал.

— Демоны всегда нарушают союзы. Это в вашей природе.

— Действительно, — весело отозвался он. — Демоны такие ненадёжные, — он заржал в голос. — Но довольно лести. Давай перейдём к делу, — магия вспыхнула вокруг него нимбом чёрного пламени, и он склонился в низком поклоне. — Могу я пригласить тебя на танец?

Прежде чем Наоми успела ответить, в руках демона образовалась пара светящихся магических жезлов. Наоми сплавила свою духовную магию в пару жезлов для себя.

— Давай посмотрим, умеешь ли ты танцевать так же хорошо, как острить, — сказал Септимус, рванувшись вперёд.

Они дрались, кружа, нанося удары и блокируя. Всякий раз, когда их палки ударяли друг о друга, сыпались искры, похожие на фейерверки. Демон двигался все быстрее и быстрее. Наоми с трудом поспевала за градом ударов. Одна из палок ударила её по руке сверху. Боль была такая, будто в неё ударил разряд молнии. Наоми вздрогнула, сделав шаг назад.

— Сегодня немного не в форме? — поддразнил её демон. Его палка хлопнула её по другой руке. — Или ты всегда такая медленная?

Наоми резко замахнулась палкой и крепко ударила демона по голове. Он пошатнулся назад. Одна из шпилек на его сапогах сломалась с глухим треском.

— Надо быть куда более умелым воином, чем ты, чтобы сражаться на каблуках, — усмехнулась Наоми.

Нахмурившись, демон сбросил сначала один сапог, затем другой. Всё это время он парировал её удары. Его палки забили сильнее, быстрее. Он перешёл в нападении, оттесняя её дальше по комнате с каждым ударом. Позади него Макани тихо приземлился в тронном зале и подкрался к её отцу. Наоми должна и дальше отвлекать демона; нужно, чтобы он смотрел только на неё.

Их палки столкнулись с такой силой, что они все разом превратились в дым. Они растворились в воздухе, оставив на языке Наоми послевкусие пеканового дыма.

— Интересно, — прокомментировал Септимус.

Демон взмахнул рукой, изогнув её вокруг себя. Дым вокруг него превратился в табун скачущих лошадей. Звери кинулись прямиком на Наоми. Их тела казались дымчатыми, но громкий топот копыт доказывал, что они куда плотнее, чем кажутся.

Наоми сплела искрящееся розовое лассо духовной магии и закинула его на переднюю лошадь. Она резко дёрнула. Это движение развернуло лошадь, и она столкнулась с остальными. Они врезались в неё и исчезли с громким хлопком.

Однако демон ещё не закончил. Он вытащил две метательные звёздочки и швырнул их в Наоми. Они вспыхнули пламенем и понеслись в неё как метеоры. Она сотворила вокруг себя защитный магический пузырь. Звёздочки рассеялись при столкновении с её духовным барьером.

Септимус резко развернулся и бросил ещё две звёздочки, но в этот раз её целью была не Наоми. А Макани. Макани только что добрался до её папы. Он уже собирался освободить его от пут, но отпрыгнул назад, когда две звёздочки впились в стену драгоценных камней между его рукой и связанным телом папы Наоми. Если бы Макани не отпрянул, они бы впились прямо в его руку. Макани посмотрел на горевшие звёздочки, застрявшие в стене, затем перевёл холодный гневный взгляд на демона.

— Ты и твой дракон не так умны, как вам думается, — сказал Септимус Наоми, легонько зевнув.

Чёрная магия выстрелила из его ладоней, заточив Макани в плен. Заклинание отбросило Макани от стены. Он развернул своё тело в полете, приземлившись на ноги возле Наоми.

Демон наградил его раздражённым хмурым взглядом. Аромат свежих персиков и клубники в воздухе скис, запах превратился в вонь гниющих фруктов. Чириканье мёртвых канареек сделалось более мрачным, плавным, драматичным. Теперь оно напоминало одинокий, мучительный квартет скрипок. Кладбищенская мелодия — или похоронный марш. Факелы на стенах вспыхнули ярко-красным. Маленькие капельки лавы закапали из магического пламени, прожигая крохотные дырки в стене и полу.

Нет, это не просто раздражение. Это злость. И ненависть. Септимус ненавидел Макани.

— Ты и раньше был надоедливой помехой, и последние семьсот лет ничуть не улучшили твой ущербный характер, — сказал ему демон.

— Ты раньше имел дело с Септимусом? — спросила Наоми у Макани.

— Нет.

Магия, связывающая папу, загрохотала как гром, и это заставило Наоми подпрыгнуть.

Макани посмотрел на демона, прищурившись.

— Но мы имеем дело не с Септимусом. Мы имеем дело с Дарксайром. Он вселился в тело демона.

Глава 24. Угольки и пепел

Наоми прищурилась, глядя на оранжево-бирюзового демона, пытаясь осмыслить заявление Макани: Дарксайр вселился в тело Септимуса.

— Но это невозможно, — сказала она. — Демоны вселяются в людей. Люди не могут вселяться в демонов.

— На Земле — возможно, но законы магии в духовном царстве работают иначе. Есть заклинание, которое позволяет человеку захватить контроль над телом демона в аду — как минимум, временно. Это противоположность тому, как демон вселяется в человека; это человек вселяется в демона. Одержимость наоборот.

— Я никогда не слышала о таком, даже в дневниках Духовных Воинов.

— Это не распространено, и это не общеизвестный факт, — сказал Макани. — До сих пор я видел такое всего один раз. Обычно у демонов иммунитет от подселения земного существа, но Дарксайр — весьма необыкновенный тёмный фейри. Он заполучил силы, которых нет у любого другого сверхъестественного существа.

Давным-давно, Дарксайр был полководцем Дамариона, самого могущественного сверхъестественного существа из всех, что когда-либо жили. Дамарион натворил немало проблем, пока, наконец, не потерпел поражение. Он даровал двум своим любимчикам, Дарксайру и Файрсторм, немыслимые, ужасающие силы. Они стали его наследием и творили хаос столетиями после его кончины.

— Осторожнее, Макани, — демон презрительно усмехнулся. — Сейчас ты говорил почти так, словно восторгаешься мной.

Макани наградил его гневным взглядом.

— Не недооценивать моих врагов ещё не равняется восторгу, Дарксайр. Твоя магия, может, и могущественна, но твоя душа столь же тёмная и обугленная, как демон, в которого ты вселился. В тебе нет ничего, чем стоило бы восторгаться.

Смех демона был пронизывающим, как осколки стекла.

Наоми в ужасе посмотрела на него.

— Какую бы сделку ты ни заключил с демоном, Дарксайр, это не приведёт к тому, чего ты ожидаешь. Он обернётся против тебя.

Дарксайр вновь рассмеялся. В этот раз это напоминало скрежет ногтей по школьной доске, оду человеческим страданиям и деградации.

— Мы ещё посмотрим, — сказал Дарксайр.

— Ты можешь думать, что у руля находишься ты, — предостерегла она. Сейчас всё определённо так и выглядело. — Но этому придёт конец, если ты доберёшься до Земли.

Губы Дарксайра весело дрогнули.

— Если? — он как будто даже не сомневался в этом.

— Да, если. Потому что ты туда не доберёшься, пока я могу что-то предпринять.

— Ты такая очаровательно наивная, Духовный Воин.

Наоми хмуро посмотрела на него.

— Но даже если ты доберёшься до Земли, то ты обнаружишь, что вы с демоном поменялись местами. У руля будет он, а ты превратишься в украшение на лобовом стекле.

Черные губы демона разошлись в широкой улыбке, сверкнув заострёнными золотыми зубами. Она не могла решить, было ли это хуже чёрных зубов, которыми он щеголял ранее.

— Как же ты невероятно наивен, Дарксайр, — Наоми швырнула в него его же реплику. — Демоны не делятся силой.

Магия на папе Наоми потухла. Удерживавшие его цепи исчезли, и он упал на пол.

— Всё это весело — правда, весело — но я не могу остаться. Пришло моё время. Скажите пока-пока папочке.

Дарксайр подмигнул Наоми, затем побежал к стене из драгоценных камней. Теперь все камни засветились, пульсируя духовной магией. Это был его проход, его билет в один конец из ада. Наоми и Макани кинулись ему наперерез, чтобы не дать воспользоваться заряженной магической стеной и открыть портал на Землю.

Папа лежал на полу, на пути Дарксайра, его тело перегораживало ему дорогу к выходу из ада. Дарксайр взмахнул запястьем, и его заклинание швырнуло папу через всю комнату. Когда он упал на пол, со всех сторон вокруг него образовалась клетка шипов. Это не просто какое-то заклинание; это проклятье. Чёрные ветки клетки покрывали колючие шипы, которые сочились чёрной жидкостью. Яд? Кровь демона? Да и какая вообще разница?

Клетка с шипами плотно укрепилась на гладком каменном полу, корни заклинания были сильными и глубокими. Наоми опустилась перед клеткой на колени и попыталась перерезать ветки кинжалом. Кинжал мгновенно сломался от контакта с растением и развалился на куски. Затем она опробовала свою духовную магию, но клетка осталась нетронутой. Её заклинание не оставило даже вмятинки. Это могущественное заклинание.

Перед стеной из драгоценных камней Макани сражался с Дарксайром, отрезая ему путь к отступлению. Его меч не наносил никакого урона толстой шкуре демона, но он все равно неустанно наносил удар за ударом.

Наоми поднялась с земли и, уворачиваясь от ударов и заклинаний, встала возле Макани.

— Ты можешь сломать проклятье, удерживающее папу?

— У меня осталось последнее заклинание, ломающее магию.

Когда Макани побежал к проклятой клетке, Наоми повернулась лицом к Дарксайру.

— Ты способна на лучшее, знаешь ли, — лениво сказал Дарксайр, бегло покосившись на Макани.

— А что подумает твоя возлюбленная Файрсторм, если узнает, что ты клеишься ко мне? — парировала Наоми с суровой улыбкой. — Почему-то я сомневаюсь, что она примет оправдание, что ты был в теле демона. Или что ты был заточен в аду.

— Ты? — Дарксайр рассмеялся. — Я так не думаю. Нет, ты слишком маленькая. Слишком... — он руками изобразил очень маленькую коробочку. — Слишком миленькая. Слишком деликатная, словно кусочек кружева ручной вязки. Не пойми неправильно, но сложно воспринимать всерьёз того, чьи заклинания выглядят как радуга из розовых блёсток.

— И как же я могу понять это неправильно? Твои намерения предельно ясны. Ты пытаешься принизить меня, заставить усомниться в собственных силах и в моей способности победить тебя в сражении.

Не то чтобы он ошибался. Её Пыльца Фейри, предназначенная для того, чтобы вырубать людей, действительно выглядела как радуга из розовых блёсток. Но люди без сознания были уже не в состоянии оспаривать эстетические качества её магии.

Наоми подняла руки и ударила по Дарксайру зарядом духовной магии, тёмной и куда менее искристой. Она скорее походила на песок, чем на блёстки. Он закряхтел, согнувшись пополам, когда магия врезалась в него.

— Как тебе это? — спросила Наоми, выгнув брови. — Больше в твоём стиле?

Дарксайр медленно выпрямился.

— Куда лучше, — он сверкнул кривой улыбкой. — Ударь по мне вновь.

Наоми нахмурилась.

— Веди себя прилично, иначе в следующий раз я ударю по тебе розовой духовной магией. А потом привяжу тебя и оставлю видеть на перекрёстке ада, на потеху всем мимо проходящим людям и демонам.

Дарксайр нахмурил лоб.

— Нет нужды перегибать палку. Мы же все здесь цивилизованные существа, — уголок его губ приподнялся в злобной усмешке. — Ну, если не считать дракона.

— Почему ты так сильно его презираешь?

— Он всегда стоит между мной и Файрсторм.

— Она его сестра, — сказала Наоми. — А ты не можешь отрицать, что ты слегка чокнутый.

— Не путай безумие с гениальностью. Макани совершил эту ошибку. Затем он почувствовал необходимость похвастаться своей глупостью и встать между мной и Файрсторм. И тебе лучше не повторять этой ошибки, — Дарксайр пренебрежительно взмахнул рукой. — А теперь шаг в сторону. У меня свидание с моей возлюбленной.

Наоми не двинулась с места.

Дарксайр медленно и выразительно закатил глаза.

— Ладно. Будь по-твоему.

Он махнул рукой вперёд, запустив в неё тёмное заклинание. Оно походило на грозовое облако, полное грохочущего грома и золотых молний.

Наоми выпустила стрелу в чёрное грозовое облако. Стрела зацепила нити заклинания Дарксайра, намотала их вокруг древка и отбросила комок заклинания обратно в него. Он увернулся от стрелы и перекатился в сторону. Кусок стены позади него взорвался, когда туда врезалась стрела.

Всюду вокруг Наоми вспыхнул огонь, окружив её колоннами пламени. Призванные адские твари вылетели из этого пекла, их гигантские птичьи тела состояли из пламени. Их когти напоминали ножи, они дышали огнём, а вдобавок ко всему их крылья питали пламя воздухом, заставляя их гореть всё жарче и сильнее.

Наоми уворачивалась от пламени и когтей. Заклинания Дарксайра с каждой минутой становились всё темнее и смертоноснее. Ей нужно немедленно перейти в наступление, пока он не швырнул в неё нечто гадкое.

Побежав прямиком на него, она составила серебристую цепь из духовной магии. Она замахнулась ею на горящих птиц в воздухе и сшибла их одну за другой. Всякий раз, когда её цепь врезалась в одного из зверей, птица рассеивалась угольками и пеплом.

Когда птиц не стало, она нацелилась на Дарксайра. Цепь засветилась золотистым цветом и обвила его туловище. Наоми дёрнула, крепче затягивая цепи и прижимая его руки к бокам. Магия цепи запульсировала быстрее.

— Наоми, чтобы сломать это проклятье, понадобятся наши общие усилия, — крикнул Макани.

Она пнула Дарксайра под колени. Он упал на пол, полностью завернувшись в её цепь. Она поспешила к Макани.

— Я могу сломать проклятье вокруг твоего отца своим заклинанием, ломающим магию, — сказал он. — Но проклятье хитрое, очень сложное. Оно распутается и потом снова окружит проклятого. Во второй раз оно будет немного слабее, но у меня нет достаточно магии, чтобы разломать проклятье нужное количество раз и уничтожить его полностью.

— Как я могу помочь? — спросила Наоми.

— Когда я сломаю проклятье, оно разлетится на частицы, растворится магическим туманом. Он сделан из той же магии, что и твоя. В те несколько минут, что проклятье будет находиться в рассеянном состоянии, оно будет достаточно разбитым, чтобы ты смогла захватить контроль над элементами заклинания прежде, чем они опять образуют проклятье. Затем ты превратишь заклинание в нечто другое.

Наоми кивнула.

— Хорошо. Я могу это сделать.

По правде говоря, она никогда такого не делала. Она не умела ловить проклятья. Но она захватывала другие виды магии. Проклятья были особенно гадкой разновидностью магии, рождённой из злобных намерений, так что Наоми надеялась, что ей хватит силы воли, чтобы переписать его предназначение, изменить душу заклинания, превратить его в нечто иное. Нечто более благожелательное.

Макани опустился на колени, положив ладони на гнездо шипов.

— Готова?

Наоми вытерла вспотевшие ладошки о брюки, затем кивнула.

Макани ударил ладонью по рубину в амулете. Хранившееся в камне заклинание закружило, затем вырвалось на свободу. Он поймал заклинание ладонями и сформировал крошечный светящийся шарик, похожий на пульсирующую звезду, затем швырнул его в клетку шипов.

Шипы растворились чёрными клубами дыма. Наоми сосредоточилась на частицах. Они ощущались знакомыми. Как и её магия, это заклинание было родом из царства духов. Она поймала тёмный туман в свою духовную магию, окутала его. Затем она попыталась изменить курс заклинания, превратить негативную энергию в нечто позитивное. Это была битва ментальной мощи. Проклятье хотело ненавидеть. Оно хотело ранить и разрушать. Оно не хотело любить.

Тело Макани затряслось, его мышцы задрожали от усилий, которые он прилагал, чтобы удерживать проклятье в состоянии частиц, пока она старалась заполучить над ними контроль. Он использовал всё, что осталось от сохранённого заклинания, вплоть до последней капли силы. Но его ломающее магию заклинание было не вечным. Магия ада уже поедала его, разрушала. Туман перестраивался, опять обретая форму заклинания.

Цепи лопнули. На другом конце комнаты Дарксайр высвободился из своих оков и поднялся с пола.

Наоми хотела его остановить. Она видела, что Макани этого тоже хотелось, но им нужно наблюдать за этим проклятьем. Если они не сосредоточатся, оно могло превратиться в нечто похуже. Оно даже могло убить папу.

Заклинание теперь уже кричало и выло. Оно злилось, разъярилось от того, что они его сломали, и теперь оно давало жёсткий отпор. Наоми не сомневалась, что если они сейчас не сломают его, то оно убьёт её отца, когда отскочит обратно. И, наверное, оно заберёт с собой Наоми и Макани.

Она очень остро осознавала, что часики тикают, Дарксайр стоит возле стены драгоценных камней и уже прикасается к магическим камням. Он использовал украденную духовную магию, чтобы создать проход на Землю. Магия кружила вокруг тела демона, окутывая его.

Наоми в отчаянии перевела взгляд с Дарксайра на папу. Она не могла остановить Дарксайра, если хотела спасти отца. Она не могла находиться в двух местах одновременно; она не могла творить два могущественных заклинания одновременно. Спасти папе жизнь важнее, чем устранить Дарксайра.

— Я разочарован в вас обоих, — поддразнил Дарксайр. — Столько магии, а на деле вы слабы как человек.

Магия вспыхнула один раз, затем всё пропало. Заклинание духовной магии. Демон. И тёмный фейри внутри демона.

— Ненавижу, когда они говорят такие вещи, — проскрежетала Наоми сквозь стиснутые зубы, всё ещё стараясь перестроить заклинание.

Но ненависть не была решением её проблемы, осознала она. Решение — любовь. Она сосредоточилась на своей любви к папе и любви к Макани, позволяя этим счастливым чувствам переполнить её. Переполнить всю комнату. Её магия хлынула из неё, обнимая фрагменты разрушенного проклятья. Как лёгкий ветерок, она сдула туман прочь. Частицы рассеялись по комнате. Темнота полыхнула, растворяясь, трансформируясь в гигантское розовое дерево с белыми цветами размером с арбуз.

— У него всё равно есть шипы, — прокомментировал Макани, поднимая её папу с пола.

— У меня тоже, — она взмахнула рукой перед собой, создавая новый проём в завесе. — Мне пришлось превратить проклятье в нечто, что было прежним, и всё же другим. Опасным, но прекрасным.

Неся её папу между собой, они прыгнули в проем. Они приземлились в разрушенном городе, где руины заросли дикими, неукротимыми сорняками. С разрушенных зданий сыпались камни. Хищные растения подступали к Макани, Наоми и её папе. На мгновение Наоми даже задалась вопросом, сработало ли заклинание, и покинули ли они ад.

Но горизонт Сан-Франциско, прежний и нетронутый, торчал над этим куском ада. Это не царство духов. Теперь Наоми узнала, где они приземлились. Портал Дарксайра выплюнул их прямёхонько посреди Озера Монстров, места провального магического эксперимента, питавшего зомби-магией всевозможных уродливых монстров. Эта зона на юге Сан-Франциско теперь пребывала под карантином, защищаемая магическим полем, которое удерживало зомби-магию внутрь. Хор воя сообщил Наоми, что немёртвые монстры всё ещё поживали прекрасно. И направлялись в их сторону.

Однако не это их самая большая проблема. Этот почётный титул достался Файрсторм. Она стояла перед ними, оскалив зубы в хищной улыбке, и её тёмные волосы развевались на ветру. А рядом с ней крались две адские пантеры, слуги демона Септимуса.

Глава 25. Демоны и дураки

Портал с хлопком захлопнулся позади Наоми, когда последняя магия заклинания исчерпала себя. Демон растворился на глазах Наоми, оставив после себя лишь тело Дарксайра. С длинными тёмными волосами и мерцающей бледной кожей тёмный фейри был столь же привлекательным, сколько отвратительным был его демон-носитель. Он пошатнулся, и чёрные перья его крыльев затрепетали при падении.

Файрсторм подхватила своего лишённого магии любовника прежде, чем он упал на землю. Макани направился в их сторону. Магия полыхнула вокруг тела Файрсторм, окутывая её и Дарксайра заклинанием барьера из молний во тьме.

— Даже не думай об этом, — сказала она Макани.

Он оценил взглядом барьер, а также пантер, расхаживавших перед ним. Он пытался решить, как лучше пробиться сквозь них. Наоми ясно читала это на его лице.

И Файрсторм тоже.

— Почему ты не можешь просто оставить нас в покое? — потребовала она.

— Почему вы не можете просто перестать пытаться сокрушить мир под каблуком? — парировал Макани, вытаскивая кинжал.

— Ты слаб, истощён после времени в аду. Ты не можешь со мной тягаться.

Наоми шагнула вперёд.

— Зато я могу.

Её заклинание ударило по барьеру Файрсторм. Как кислота, разъедающая металл, её магия выжгла кусок барьера.

— Миленько, — Файрсторм махнула рукой, сплетая барьер обратно.

Наоми ударила снова. И снова. Ей просто нужно продержаться дольше Файрсторм.

Легче сказать, чем сделать. Файрсторм не просто так обзавелась статусом магической электростанции и репутацией злодейки. Вот что получается, когда сила Драконорожденного мага соединяется с древней магией фейри и вампиров.

— Слишком поздно, Духовный Воин, — рассмеялась Файрсторм.

Над их головами частицы души Септимуса мерцали как звёзды в кружащей спиральной галактике. Они двигались всё быстрее и быстрее. Магия демона срасталась. Вскоре он сможет завладеть носителем. И его звери тоже здесь. Их магия подпитает его, поможет подавить волю могущественного носителя.

Наоми не знала, как убить Септимуса, пока он находился в рассеянном состоянии, но она могла послать его в ад, пока он не вселился в носителя. Ей нужно сделать это, иначе их всех ждёт целое море боли. Когда в последний раз демон выбирался на Землю, случилась настоящая кровавая баня. Черт, да даже предвестником прибытия этого демона стала кровавая баня. Наоми задрожала при мысли о том, что случится, когда Септимус найдёт себе носителя.

— Я должна изгнать демона с Земли, — сказала Наоми Макани.

— Я разберусь с Файрсторм.

— Нет, тебе нужно защитить папу, — она слышала, что зомби-монстры подбираются ближе.

— Я могу делать это одновременно.

— Ты не можешь находиться в двух местах разом, Макани. Ты не можешь одновременно сражаться в двух битвах.

— Ему и не надо.

Наоми повернулась и увидела Алекс, бегущую по заросшей тропе вместе с Логаном. Сера и Кай следовали за ними по пятам. Честити и Валор парили над их головами.

— Что вы здесь делаете? — спросила Наоми у призраков. — Я думала, вы уже давно унесли ноги.

— Покинув Монолит, мы ушли недалеко и почти сразу развернулись, — сказала Честити. — Вы с Макани так помогли нам. Мы должны были помочь вам в ответ. Так что мы покинули царство духов, чтобы привести ваших друзей на то место на Земле, которое накладывается на Монолит Септимуса в восьмом круге.

— Озеро Монстров, — сказала Наоми.

Сера посмотрела по сторонам.

— Не могу сказать, что рада вернуться сюда.

— Но мы не могли допустить, чтобы зомби вас сожрали, — Алекс скорчила гримасу отвращения.

— Спасибо, — Наоми взглянула на призраков. — Спасибо всем вам.

— Вы освободили меня от вечных мук и помогли воссоединиться с моей истинной возлюбленной, — сказал Валор. — Меньшее, что мы могли сделать — это спасти вас от съедения зомби-монстрами.

Наоми почувствовала себя сильнее в окружении своих друзей. Вместе они могли справиться с чем угодно.

— Твои новые иномирные друзья рассказали нам всё про ваше адское приключение. Как мы можем помочь? — спросила Сера.

— Ловите Файрсторм и Дарксайра. Я разберусь с демоном.

Сера кивнула, и они вчетвером занялись барьером Файрсторм. Наоми нацелилась на сущность демона, кружащее тело магических точек, которые порхали как рой светлячков. Пантеры прыгнули перед ней, вторя её движениям. Когда Наоми попыталась обежать их по кругу, один из зверей прыгнул, оцарапав когтями её живот. Как только она восстановила равновесие, другая пантера ранила её в бок.

Наоми посмотрела на свой голый живот. К счастью, звери сумели нанести лишь поверхностные раны, но и эти небольшие царапины пылали как адское пекло.

— Что у вас такое в когтях? — зарычала Наоми, глядя на пантер.

Это мог быть яд. Это объяснило бы жжение и головокружение. Наоми всё ещё держалась на ногах, и влияние царапин слабело. Звери уже отвернулись от неё. Она явно не была их целью. Вместо этого они нацелились на Макани. Если работа пантер заключалась в том, чтобы ослабить носителя перед подселением демона, то вещество на их когтях как раз могло этому способствовать.

Душа демона нависла над Макани. Судя по всему, он был первым кандидатом Септимуса в качестве носителя. Наоми быстро покосилась на Файрсторм и Дарксайра за их барьером, надёжно защищённых и от врагов, и от предполагаемых союзников. Должно быть, они заключили сделку с Септимусом, пообещав отдать демону тело Макани.

Ну, Наоми на такое не согласна.

Она покрыла свои стрелы духовной магией и выпустила их в пантер. Наконечники стрел впились в их чёрные тела, но звери продолжали подбираться к Макани. А она продолжала стрелять. В каждой из них было, наверное, уже по дюжине стрел.

Наоми вновь выстрелила. Стрелы взорвались при контакте, забрав с собой адских тварей. Их тела взорвались огненной пылью. Снова угольки и пепел.

Наоми без промедления нацелилась на демона. Она не собиралась давать ему время найти более простого носителя. Она сотворила сетку духовной магии, поймав в неё энергию Септимуса. Облако чёрной магии сопротивлялось, натягивало её заклинание. Наоми крепче затянула сетку, сжав частицы демона воедино. Они взорвались пылью, которая просочилась сквозь сетку, и мельчайшие частицы жгли её там, где попадали на кожу. Наоми открыла портал в ад и отправила фрагментированного демона туда, где ему самое место.

— Ты ранена, — сказал Макани, приподнимая её порванную маечку, чтобы посмотреть на царапины, оставленные пантерами.

— Я в порядке, — заверила она его. — И у меня есть дела поважнее.

Наоми уставилась на барьер Файрсторм. Сила, поддерживавшая его целостность, была колоссальной. Файрсторм держалась против совокупного натиска, но она понемногу слабела. Каждый раз, когда что-то ударяло по барьеру, ей требовалось чуточку больше времени, чтобы залатать прореху. Если Наоми добавит свою силу к смеси, возможно, этого будет достаточно, чтобы наконец-то взять верх. Однако когда она попыталась сотворить заклинание, вся энергия вылетела из неё. Наоми рухнула на колени, словно сдувшийся воздушный шарик, и вся её магия истощилась.

— Проклятье, — Наоми поднялась на ноги и попробовала ещё раз. В ней осталась лишь капелька, слабая искорка магии. Этого не хватало даже на одно заклинание.

Алекс обернулась и подмигнула ей.

— Не беспокойся, Наоми. — Мы их почти дожали.

— Разве? — Файрсторм усмехнулась.

Её барьер полыхнул наружу, и ударная волна магической энергии отбросила всех назад, положив конец их натиску. Но теперь барьер пропал. Они её одолели.

Однако ликование было недолгим. Взрывная ударная волна собралась обратно к Файрсторм и Дарксайру. Под их ногами образовался глиф.

— Транспортирующий глиф, — сказал Кай.

— Опять это дерьмо, — прорычала Алекс.

Она в точности озвучила мысли Наоми.

Они все побежали к глифу, набирая скорость, но отскочили словно от невидимого пузыря. Логан с решительным видом снова врезался в пузырь, но опять отлетел назад. Драконица Алекс вырвалась из её тела и полила огнём невидимый барьер. Огонь не смог пробиться через него, так что её драконица рассекла острым когтём воздух. Она взревела от ярости, когда и это не сработало.

Сера попробовала магический шторм, коктейль стихийных заклинаний. Всё, что это дало — намочило их компанию, а Наоми едва не шарахнуло молнией. Файрсторм и Дарксайр внутри своего пузыря оставались сухими и невредимыми.

Кай превратился в дракона и попытался растоптать барьер. Пузырь устоял даже против этого, и столкновение разбило трансформирующее заклинание, заставив Кая превратиться обратно в человека. Он рухнул с высоты пятнадцати метров. Сера подхватила его на воздушную подушку и медленно опустила, поставив на ноги.

— Глиф настроен только на мою магию и магию Дарксайра, — сказала Файрсторм, триумфально выпрямляясь во весь рост. — Он не пропустит ни одного из вас.

Алекс ударила пузырь заклинанием, ломающим магию. Её заклинание срикошетило, отбросив её назад. Логан метнулся и поймал её.

— Да пожалуйста, продолжайте питать мой глиф, — сказала Файрсторм. — Все ваши заклинания лишь делают его сильнее.

Наоми заметила, что линии и узоры глифа становятся более законченными, более сложными с каждым заклинанием, что они в них швыряли. Они не ломали барьер; они его питали. Глиф теперь пылал магией. И чем больше у него магии, тем дальше он сумеет телепортировать Файрсторм и Дарксайра.

— Простите, ребятки, — сказала Файрсторм с драматичным поклоном, грациозно скользнув подолом плаща по земле. Она подняла карманные часы, висевшие на длинной золотой цепочке. Она открыла их и заглянула внутрь. — Нам придётся поиграть в другой день.

Кружащие и светящиеся узоры глифа были невероятно сложными — таких сложных Наоми никогда не видела. На создание такого уйдёт целая вечность. И ещё больше времени потребуется, чтобы заставить его работать.

Файрсторм всё подстроила. Она знала, что Дарксайр выйдет из ада там, где замок демона пересекается с Землёй. И она ждала его.

Должно быть, она также знала, что они изгонят демона и его тварей. Более того, она на это рассчитывала. Силы разделились, Наоми и Макани сражались с демоном и его тварями, и это означало, что меньше людей сражалось с Файрсторм. Она, наверное, не ожидала, что Алекс, Сера и остальные вообще будут здесь, но и к этому она приготовилась.

Файрсторм обыграла их.

— Наконец-то сообразила, да? — Файрсторм усмехнулась, глядя на Наоми. — Каково это — понимать, что тебя перехитрили с самого начала?

— Демоны легко предают, но тяжело прощают, когда ты обыгрываешь их в их же игре, — предостерегла её Наоми. — Септимус — могущественный демон, а вы выставили его дураком. Он найдёт способ отплатить вам.

— Что ж, тогда хорошо, что мои союзники в аду могущественнее него.

— Он и есть ваш союзник, — сказала Наоми, нахмурившись. — Ты говорила с ним в Бриллиантовой Башне и заключила с ним сделку.

— Это был не Септимус.

Наоми тупо стояла там, пытаясь осмыслить всё. Время как будто замедлилось до медленного капанья кленового сиропа в снежный денёк. Если демон, вселившийся в тренера фейри, был не Септимусом, тогда что это был за демон?

— Ты уверена, что готова играть в большой лиге, малышка-фейри? — рассмеялась Файрсторм. — Септимус не был союзником. Он был инструментом, средством достижения конечной цели. Вытащить Дарксайра из ада было лишь первым шагом.

— Мы здесь, — крикнула Лара, когда они с Райли прибежали по заросшей тропе.

Хорошо. Может, магия Райли сможет сломать чары Файрсторм.

— Всё это намного крупнее, чем вы можете себе представить, — сообщила Файрсторм с темной улыбкой.

Магия глифа взорвалась, и они с Дарксайром исчезли.

Насмешка Файрсторм повисла в воздухе, эхом отдаваясь в ушах Наоми. Септимус был древним и могущественным. Во всех отношениях он обладал манерами бульдозера. Но если Файрсторм заключила сделку с демоном, который ещё хуже, ещё могущественнее, то их всех ждали большие проблемы.

Наоми уставилась в то место, где только что находился глиф, словно она могла прочесть решение проблемы в рассеивавшемся дыме заклинания. Чья-то рука тронула её за плечо. Она обернулась и увидела Серу.

— Злодеи всегда говорят пафосно, придавая себе величественный и всемогущий вид, но в итоге они все одинаково терпят поражение, — сказала Сера.

— Более того, таким приходится падать ещё выше, — добавила Алекс.

— Тебе нужно сосредоточиться на хорошем и заблокировать негатив, — сказала Сера. — Ты изгнала демона и его тварей — демона, который хотел вселиться в Макани. Ты спасла своего отца. Он живой и настоящий, он здесь. А угрозы Файрсторм — неосязаемый дым.

Глубоко вздохнув, Наоми позволила себе отбросить чувство вины.

— Ты права. Я думала, что никогда больше не увижу отца. А теперь, после всех этих лет он наконец-то вернулся.

Папа зашевелился. Наоми приказала своим усталым отяжелевшим конечностям двигаться и кое-как подошла к нему и Макани. Честити и Валор нависали над ними, сверкая своими серебристыми иномирными телами.

Наоми упала на колени возле своего отца, взяв его за руки.

— Папа?

Он открыл свои ярко-голубые глаза, и его взгляд остановился на остатках духовной магии, слабо вившейся вокруг её рук.

— Я всегда знал, что ты пойдёшь в меня, — выдавил он, слегка ухмыльнувшись.

Наоми крепко обняла его.

— Я так рада вновь видеть тебя.

— А я рад наконец-то встретить великого Духовного Воина, которым стала моя дочь — храбрая чемпионка и защитница.

Наоми покраснела.

— Ты так похожа на твою маму, — он прикоснулся к её щеке. — Как она? А твой брат и сестры? С ними все хорошо?

— Да. Они в безопасности на Острове Фейри

— Острове Фейри?

Ей столько всего нужно ему рассказать. Как мама отреклась от жизни со сражениями. Как она создала общину мира. Столько лет надо было наверстать.

— Все будут так рады увидеть тебя, узнать, что ты жив, — сказала Наоми. — Мы по тебе скучали.

— А я скучал по всем вам. Я рад наконец-то вернуться в мир живых, — папа посмотрел на Макани. — Я тебя знаю.

Макани серьёзно кивнул.

Взгляд отца Наоми упал на их соединённые руки.

— Ты спас мою жизнь, Макани. Так что я притворюсь, будто меня не волнует, что ты на семь сотен лет старше моей дочери, — его усталое лицо осветилось улыбкой.

Наоми фыркнула.

— В этом ничего такого. А вот то, что твоя мама клеится к моему бойфренду...

Папа закатил глаза.

— Твоя бабуля неисправима, Наоми. Ты это знаешь.

Её переполнило счастье. Сера права. Наоми должна сосредоточиться на их победах, на всем, чего она достигла. Она, Макани и их союзники победили демона Септимуса. Что ещё более важно, они добились невозможного. Они вернули папу из мёртвых. Они вновь сделали её семью целой.

Наоми так радовалась, что папа вернулся, что именно она приведёт его домой. Ей не терпелось увидеть лица родни, когда все вновь с ним встретятся. Когда они осознают, что он всё ещё жив — и что он снова с ними. Нет победы слаще этого.

Наоми помогла отцу подняться на ноги.

— Идём, папа. Пора возвращаться домой.

***

Следующая книга по вселенной Драконорожденных – «Бессмертная Магия» (Драконорожденный: Пробуждение #3). Это будет последняя книга в серии про Наоми и Макани.

Перевод выполнен группой Rosland || Переводы романов

(https://vk.com/vmrosland)

Подписывайтесь и следите за обновлениями. Настоятельно просим сохранять авторство перевода, уважайте чужой труд.

Notes

[

←1

]

Имя «Честити» переводится как целомудрие, девственность, непорочность.