Лейни Олсон Искаженная Страна Чудес

Переводчик: Дмитрий Пялин

Редактор: Маргарита Волкова

Вычитка: Анна Артюхова

Оформление и обложка: Маргарита Волкова

Переведено для группы: vk.com/dark_eternity_of_books

Любое копирование без ссылки

на переводчика и группу ЗАПРЕЩЕНО!

Пожалуйста, уважайте чужой труд!

ПРОЛОГ

― Скажи мне, Элиссон, ты помнишь, каково падать?

Я неотрывно продолжаю смотреть на шахматную доску.

Я ненавижу говорить на эту тему, и Эвер прекрасно об этом знает. Но вместо того, чтобы встать и выйти из-за стола, я остаюсь, потому что он единственный здесь, кто так же хорош в этой игре, как и я.

― Нет, ― бормочу я, кусаю нижнюю губу.

Я внимательно изучаю его край доски и протягиваю руку, собираясь сделать ход слоном. Королева... Если мне удастся взять королеву, то победа у меня в кармане.

― Ты лукавишь, ― подмечает он, и его тон довольно задорен. ― Я могу это утверждать, потому что ты практически доела свою губу, а это типичный признак, что ты врешь.

Я медленно поднимаю глаза и ловлю его взгляд, поражаясь тому, как спустя столько лет ему все еще удается так раздражать меня. Эвер Харт ― двадцатидвухлетний убежденный социопат с огромными голубыми глазами и черными словно смоль волосами, длиной чуть ниже ушей. Социопатия ― это то, что привело его сюда, в дом Кэрролла для трудных подростков. Он достиг совершеннолетия четыре года назад, но суды не приговорили его к тюрьме, потому что постановили, что он не осознает своей ответственности за многие преступления, совершенные в подростковом возрасте, и определили его сюда еще на десять лет.

С самого начал я не имела ничего против, так как это означало, что мой друг еще десять лет будет со мной, потому что мне, вероятно, суждено провести здесь всю жизнь. Но порой я желаю, чтобы он научился быть больше другом, чем врагом.

― Я сосредоточена и делаю так, потому что пытаюсь сконцентрироваться, ― отвечаю я, огрызаясь.

Он смеется, кивает головой и пожимает плечами. Я откидываю свои светлые волосы за плечи, прежде чем вернуть слона обратно на доску. Внезапно у меня пропало всякое желание продолжать эту игру.

То же случилось в прошлый раз.

Именно это заставило меня бежать.

Вот почему Королева решила, что я у нее в руках. Она жаждала войны, потому что я была незваным чужаком в неизведанной стране. Я отказалась посетить ее королевство, построенное на тирании и кровопролитиях. Именно тогда она и возомнила, что моя голова станет роскошным дополнением коллекции в ее розарии.

Кот... диковинный, черный и такой чертовски прекрасный. Он помог мне отыскать дорогу к зайцу и шляпнику. Человеку, в чьих венах льется ртуть, но он как-то умудряется жить. Заяц был такой же безумный, под стать ему. Они посоветовали мне обратиться за помощью к Белому Кролику, который в свою очередь, перенаправил меня к гусенице.

Тот не был забавным.

Он был неиссякаемым фонтаном загадок и сарказма.

Но потом вновь появился кот.

Он улыбнулся мне и, не произнеся ни слова, побежал.

Я последовала за ним.

Я сбежала.

Я разгневала Королеву.

И она жаждет мести.

ГЛАВА 1

На часах уже половина первого ночи, а я все еще лежу в своей постели, уставившись в потрескавшийся белый потолок над своей головой. Бессонница была одной из моих проблем, пограничное расстройство личности ― второй. Доктор Карпентер утверждает, что вдобавок ко всему у меня чрезмерно бурная фантазия, но я не согласна с ним. То, что я видела, происходило наяву. То, что я чувствовала, было реально. И мне удалось сбежать, сохранив себе жизнь.

― Алиса.

Знакомый шепот эхом раздается по пространству моей комнаты, заставляя меня улыбаться. Эвер любит называть меня Алисой, хотя меня это жутко раздражает. Я слегка приподнимаюсь на локтях, наблюдая, как он проскальзывает в мою комнату, запирая за собой дверь, а затем запрыгивает ко мне на кровать.

― Прости за то, что произошло ранее, ― шепотом говорит он. ― Я понимаю, что ты не любишь говорить на эту тему, потому что тебе никто не верит, но я то верю. Вот почему я задаю так много вопросов, понимаешь?

Я переворачиваюсь на бок, подперев щеку рукой, и понимающе киваю. Он действительно верит мне, и поэтому я должна продолжать убеждать его, что ничего не помню.

Может быть, он и друг мне, но никогда не перестанет ставить свои интересы превыше всего, и я уверена, что он станет настаивать, чтобы я отвела его туда, где это все произошло.

Дерзкий побег за территорию грозит нам продлением срока пребывания здесь.

«Если это еще возможно», ― с прискорбием думаю я.

― Кто из них твой фаворит? ― задумчиво интересуюсь я у него.

― Кот. Походу он был очень крутым. Напомни, как его зовут? ― спрашивает он, поворачиваясь ко мне лицом.

Кровати, на которых мы спим, слишком маленькие и не рассчитаны на двоих, но я всегда освобождаю ему местечко, а он делает все возможное, чтобы занимать как можно меньше пространства.

― Я и не спрашивала.

― Вот как.

Я вздыхаю, когда он начинает ерзать на кровати, сцепив свои руки за спиной. У него на языке вертится еще масса вопросов, но мы не можем допустить, чтобы нас засекли в одной комнате. Это грубое нарушение правил, и один из нас может оказаться запертым в белой комнате на целые сутки. Камера осознания проступков создана специально для того, чтобы заставить того, кто находится здесь, понять, что достаточно просто одной закрытой двери, чтобы реально сойти с ума. Они усаживают нас на мягкое белое кресло, пристегивают ремнями и оставляют свет включенным, чтобы мы ничего не могли видеть, кроме белых стен, давящих на нас.

Мы называем это Троном Безумия.

Они же называют это необходимостью, помогающей держать «трудных» подростков под контролем.

Я была на троне лишь один раз, в то время как Эвер побывал там уже трижды. Но это все равно не мешает нам оставаться друзьями и прятаться в одной комнате по ночам. Им еще не удавалось обнаружить нас, и теперь мы предельно осторожны, чтобы быть уверенными, что они никогда и не сделают этого.

― Чем ты хочешь заняться сегодня ночью, Алиса? ― Его вопрос нарушает тишину.

Этот вопрос он задает из раза в раз каждую ночь, когда ему удается улизнуть из общежития для мальчиков в женскую часть учреждения.

― Просто спать, ― коротко отвечаю я.

Тот же самый ответ, что и всегда.

Я прекрасно знаю, что Эвер хочет от меня большего, но я совсем не похожа на ту отчаянную девчонку, которой была когда-то в неведанной мне стране.

Сейчас я просто внешняя оболочка той девушки, которой, как убедилась, я могла бы быть.

Эвер разочарованно вздыхает, подсовывая свою руку под мое тело и притягивая меня ближе к себе. Однажды я снова стану отчаянной девушкой, и, возможно, тогда он увидит меня такой, какой я могу быть, а не той, кем я являюсь в данный момент.

И, может быть, тогда...      

ГЛАВА 2

Мне крайне не нравятся мои сеансы с доктором Карпентером.

Лежать на кушетке, накрепко сцепив руки на животе и бесцельно уставившись в потолок, пока он снова и снова задает мне одни и те же вопросы. Он убеждает меня, что хочет помочь мне разобраться в себе и понять, что все это происходило лишь в моей голове, но я не верю ему.

Похоже, он тоже не верит мне.

Однако сегодня все иначе.

Он поприветствовал меня, когда я появилась в его душном кабинете, попросил меня лечь на кушетку и больше не проронил ни слова. Я понимаю, что он ждет от меня рассказа обо всем, что тревожит меня, но у меня нет особого желания беседовать на эту тему.

― Вы спали прошлой ночью, мисс Грифон? ― в конце концов, задает он вопрос, нервно пощелкивая ручкой.

― Нет.

― Вы соблюдаете предписанный вам режим? ― продолжает выпытывать он.

― Да.

Доктор Карпентер тяжело вздыхает.

― Думаю, что вы лжете. Точнее, я знаю, что это ложь. Санитары доложили мне, что вы не приходили последние пару ночей, чтобы принять лекарство. С чем это связано, Эллисон?

― Потому что мне не нравится, что происходит после приема этих таблеток, ― отвечаю я, посмотрев в его сторону.

У него жесткие рыжие волосы и глаза, такие зеленые, как сад, из которого я сбежала, а душа такая тусклая, как мои ощущения по возвращении домой. Золотая оправа очков напоминает мне о приглашении, полученным мной, на которое я ответила отказом. По моему телу пробегает дрожь, и отворачиваюсь, сосредоточившись на ясном голубом небе за окном его кабинета.

Я думаю, что одна из причин, по которой мне так неуютно рядом с доктором Карпентером заключается в том, что он пробуждает во мне гораздо больше воспоминаний о том проклятом месте, чем я хотела бы оставить при себе.

― Как ваше общение с мистером Хартом в эти дни?

Он пытается задеть меня. Мне даже не нужно смотреть на него, чтобы понять, что на его обветренных губах сейчас гостит ехидная улыбка. Каждый раз, когда я отказываюсь говорить о себе, а это случается чаще, чем я соглашаюсь, он непременно поднимает этот вопрос, пытаясь подловить меня.

Я еще ни разу не оступилась и не планирую рассказывать ему больше, чем нужно знать о моих взаимоотношениях с другом. Это только усилит его желание разлучить нас.

― Отлично.

― Я подумываю о том, чтобы перевести его, ― продолжает он.

Мое дыхание становится сбивчивым, и я тут же сажусь на кушетке и поворачиваюсь к нему лицом. Выражение его лица, когда он кивает мне, говорит мне о том, что, несмотря на всю нашу осторожность, он нас раскусил. Я закрываю глаза, делаю глубокий вдох и вскакиваю с места.

Главное правило доктора Карпентера гласит, что, если мы вдруг чувствуем дискомфорт во время сеанса, мы имеем право на эти действия.

― Я могу закончить оформлять бумаги на перевод уже к среде, ― угрожает он, как только я прохожу мимо него.

К этому моменту я как раз дохожу до двери. Я настолько крепко сжимаю рукой дверную ручку, что костяшки моих пальцев белеют. Я начинаю выходить из себя, и это не приводит ни к чему хорошему. В первый и единственный раз я оказалась в белой комнате по этой же причине. Доктор Карпентер зашел слишком далеко, и я не контролирую свою ярость, набрасываясь на него с его же дурацким блокнотом, которым разбиваю его очки и оставляю царапины на лице.

Двадцать четыре часа ― стандартное время пребывания в белой комнате, но моя кратковременная вспышка была оценена в семьдесят два.

И теперь, у меня есть в запасе лишних сорок восемь часов, чтобы придумать, как оставить Эвера там, где он нужен мне больше всего.

Мы должны бежать.

ГЛАВА 3

Сейчас восемь часов вечера, и произошедшее на сеансе с доктором Карпентером по-прежнему заполняет все мои мысли.

Он никогда не угрожает тем, что не собирается довести до конца, и, хотя я понимаю, что надежды на спасение практически нет, я должна сделать все возможное.

К несчастью, я ни разу не видела Эвера после сеанса. Я поинтересовалась у самой добродушной из санитарок, мисс Лори, не видела ли она его, на что получила ответ, что он в крыле для мальчиков. Она сказала, что проверяла его за час до сеанса, и он сидел в общей комнате, глядя в окно.

У нас с Эвером больше сходств, чем я думала изначально, ведь он такой же мечтатель, как я. Однажды он рассказал мне, что сделал бы, если бы был рядом со мной во время моего путешествия по чужим землям, и его фантазии были намного сильнее наполнены яростью, нежели мои.

Я сделала то, на что меня вынуждали обстоятельства, а он бы совершил то же самое только потому, что ему это было по душе.

При таком раскладе никто бы не выжил, даже мы.

Возможно, ему бы и не мешало перевестись куда-то в другое место, которое способствовало бы борьбе с его склонностью к насилию, но Эвер был нужен мне здесь, поэтому он должен остаться.

Я понимаю, что во мне играет мои эгоизм, но молчаливые партии в шахматы с Эвером ― это единственное, что делало меня немного счастливее. Даже когда он подстегивает и терроризирует меня, желая выведать каждую кровавую подробность, одного его присутствия достаточно, чтобы я могла держать себя в руках и не вспоминать.

Тихий стук в дверь заставляет меня приподняться на локтях. Я надеюсь, что это Эверу снова удалось пробраться ко мне в комнату, но вместо этого я вижу мисс Лори. Она одаривает меня ласковой улыбкой, подходит ко мне и присаживается на край кровати.

― Я должна тебе кое-что сообщить, милая, ― тихо говорит она.

Мое сердце практически выпрыгивает из груди.

Я всегда в первую очередь думаю о самом худшем, так как это помогает мне меньше расстраиваться в случае, если плохое действительно случится.

― Доктор Карпентер хочет оформить перевод Эвера, ― неторопливо произносит она.

― Я в курсе, ― с прискорбием отвечаю я.

― Завтра я иду на заседание комиссии. Я постараюсь привести как можно больше аргументов, чтобы убедить их, что в его интересах остаться здесь.

Я еле сдерживаю слезы.

Никто не хочет, чтобы Эвер был здесь, кроме меня.

Он не особо добр по отношению к санитарам, остальным «трудным» подросткам и даже к самому себе. Эвер мил только со мной, пусть редко и только тогда, когда он в подходящем расположении духа.

― Зачем вам это? ― дрожащим голосом интересуюсь я.

― Я не знаю, ― отвечает она задумчиво. ― Думаю, что он нашел свой укромный уголок в моем сердце. Также я отметила, что с тех пор как вы стали проводить время вместе, с ним намного легче справиться... и с тобой, кстати, тоже, ― закачивает она фразу, усмехнувшись. ― Честно говоря, вы напоминаете мне двух щенков, которые росли в приюте вместе. И если разделить вас, то ни один из вас не продержится долго, а у меня не хватит сил наблюдать за тем, как вы угасаете, Элиссон.

Я вытираю слезы, а мисс Лори протягивает руку, чтобы убрать волосы с моего лица.

― Поднимайся. Давай прогуляемся и навестим Эвера. Думаю, это пойдет на пользу вам обоим.

Когда я встаю с кровати и позволяю ей вывести меня из комнаты вопреки уставу учреждения, я понимаю, что единственный способ для нас с Эвером остаться вместе ― это сбежать сегодня ночью.

ГЛАВА 4

― Ты ведь не убил ее, не так ли? ― настойчиво спрашиваю я у Эвера, когда мы бежим через задний двор учреждения.

― О чем ты? ― удивляется он, таща меня за собой. ― Нет! Я просто отключил ее! Она скоро придет в себя. Шевели ногами, Алиса, иначе они поймают нас!

Мы топчем свежескошенный газон босыми ногами, двигаясь настолько быстро, насколько это возможно. Я понимаю, что скоро мы упремся носом в высоченное сетчатое ограждение, через которое нам придется лезть, но Эвер настолько же силен, насколько умен, и я уверена, что это не станет для нас большой преградой.

Моя нога цепляется об крупный булыжник, и я визжу от боли, отпуская его руку и приземляясь на колени. Эвер берет меня на руки и продолжает бежать к забору. Возможно, из-за только что полученной травмы, это будет сложнее, чем могло быть, и мне остается только надеяться, что он не бросит меня здесь. Мне хочется верить, что он найдет способ, который позволит нам обоим перелезть через ограду, но я узнаю об этом только тогда, когда мы будем на месте.

― Мы почти сделали это, малышка! ― подбадривает он меня, слегка переместив мое тело у себя на руках.

Его тело дрожит, и я не могу понять, то ли из-за адреналина, который должен сейчас играть в его крови, то ли ноша, которую он вынужден тащить на себе, начинает его утомлять.

― Вот черт, ― бормочет Эвер, когда мы оказываемся возле ограждения.

Он опускает меня на землю, и я слегка вздрагиваю, пытаясь понять, не сломала ли я палец об этот дурацкий камень.

― Мне нужна минутка, чтобы отдышаться, ― говорит он, наклоняясь и упираясь руками в колени.

― Мы не должны терять ни секунды, Эвер, ― шиплю я на него.

― Да, ты права. Давай, вперед, Алиса, ― говорит он, подхватывая меня и усаживая себе на плечи. ― Хватайся за звенья и ползи вверх.

― Но моя нога...

― Пошла, ― рявкает он, подталкивая мою задницу к забору.

Я делаю глубокий вдох и начинаю подтягиваться, аккуратно вставляя больную ногу в одно из звеньев. Это чертовски больно, но у нас просто нет других вариантов, тем более мы зашли уже так далеко. Если сейчас мы дадим задний ход, то его наверняка переведут.

Эвер преодолевает ограждение гораздо быстрее меня и останавливается наверху, закрепив свои ноги по обе стороны забора, чтобы не упасть. Он протягивает мне руки и поднимает меня, затем перебрасывая меня на противоположную сторону за ограждение.

Я падаю на землю.

Довольно жестко.

Не думаю, что Эвер заметил это, потому что, как только он оказывается на земле, я снова оказываюсь у него на руках, и мы продолжаем бежать.

Мир вокруг нас кружится, и мне кажется, что я ударилась головой, но он не замечает ничего вокруг. Эвер не видит едва заметного кровавого следа, который мы оставляем за собой, и я не скажу ему об этом.

Не скажу, потому что хочу, чтобы мы продолжали свой путь.

Не скажу, так как мечтаю, чтобы у нас все получилось.

ГЛАВА 5

Когда я снова открываю глаза, могу слышать, как где-то неподалеку журчит ручей. Щебечут птицы, светит солнце и поют цветы.

Стоп, цветы... поют?

Я резко сажусь и со стоном прикладываю руку к своему затылку. До моих ушей доносится смех, и, когда я поворачиваю голову налево, вижу, что Эвер сидит на траве рядом со мной. Он выглядит как-то иначе, но я пока не могу уловить, в чем именно кроются эти изменения.

― Ты долго была в отключке, малышка, ― отмечает он с ухмылкой на губах. ― С тобой все в порядке?

Я вновь аккуратно ощупываю шишку у себя на затылке и утвердительно киваю.

― Я в порядке. Мы далеко ушли?

― Гораздо дальше, чем я предполагал, ― отвечает он, закатывая глаза. ― Иди сюда.

Эвер протягивает мне руку. Я придвигаюсь к нему и кладу голову на его плечо, а он нежно проводит рукой по моему затылку.

― Мне очень жаль. Я не подумал, что ты можешь пострадать, когда перебрасывал тебя через забор.

― Я понимаю, ― шепотом отвечаю я.

Когда Эвер хочет причинить кому-то боль, он делает это. Он не очень-то сдержан в выражении своей антипатии, и я видела его в действии достаточно часто, чтобы поверить, что в этот раз это и правда было непреднамеренно.

― Где мы находимся?

― Оглянись вокруг, ― просит он.

Я вздыхаю и отстраняюсь от него, неспешно поднимаясь на ноги и поднося руку к глазам, чтобы защитить их от солнца. Здесь очень живописно: небо лазурного цвета, облака белые и пушистые, а трава под нашими ногами изумрудно-зеленая, подобно глазам доктора Карпентера. И кролик, которого я не приметила раньше, несмотря на то, что он был так близко, был белоснежным, словно снег, и с интересом наблюдал за нами.

Я отступаю на шаг назад и врезаюсь в того, кто уже на ногах и пристроился позади меня. Его руки обвивают мою талию, чтобы успокоить меня, помогая мне не потерять самообладание. Я поворачиваю голову налево и вижу кота, черного, диковинного и манящего. Посмотрев направо, я замечаю, что цветы тоже наблюдают за нами, напевая песню, которая мне до боли знакома.

Уже полдень.

Разгар дня.

И я снова незваный гость в чужой стране.

Преследуемый.

Ненавистный.

И это только вопрос времени, когда Королеве станет известно, что я вновь ступила на Странные Земли.

***

― Алиса! ― приветствует меня Кот, запрыгивая на одно из ближайших деревьев.― Да не одна, а с другом! О, как она будет рада узнать, что у нее появился второй шанс.

― Заткнись! ― огрызаюсь я на Кота, хватая Эвера за руку и таща в сторону дерева. ― Твое напоминание об этом ― последнее, что мне сейчас нужно.

Кот ухмыляется, перекатывается на спину и смотрит на нас из своего перевернутого положения. Половина его морды рыжая, а другая ― черная. Один глаз у него голубой, а второй зеленый, но он может быть опасным настолько же, насколько прекрасным, и я в курсе, что с ним всегда нужно быть начеку.

― Как твое имя? ― интересуется Кот у Эвера, лениво водя хвостом из стороны в сторону.

― Эм...

― Это сейчас не имеет значения, ― поспешно вмешиваюсь я. ― Он должен вернуться, и я хочу, чтобы ты помог ему так же, как сделал со мной. Иначе Королева узнает кое-что, чему, я не сомневаюсь, она будет чрезвычайно рада, ― угрожаю я.

Кот смеется, переворачивается на живот и укладывается на ветке, на которой сидел. Я наблюдаю, как он склоняет свою морду к нам, и ее черная сторона с зеленым глазом внимательно изучает нас.

― В таком случае, не возражаешь, если я посоветую вам обратить внимание на кролика? Он все еще внимательно наблюдает за вами, как ты видишь, ― промурчал Кот, кивая в сторону противоположного берега ручья.

Я выругиваюсь про себя, когда встречаюсь взглядом с этим зверьком. Он отчаянно предан Королеве, и если мы не доберемся до него, прежде чем он успеет ушмыгнуть и поднять тревогу, то можем просто оставаться здесь и ожидать ее появления.

― Я не уверена, что это хорошая идея...

Я удивленно ахаю.

Кота и след простыл.

Теперь я разговариваю с пустой веткой, и, несмотря на то, что у меня нет сомнений, что он еще объявится, похоже, что на данный момент мы предоставлены сами себе.

ГЛАВА 6 КОРОЛЕВСТВО ЖЕСТОКИХ СЕРДЕЦ

У меня не укладывается в голове, что это мелкая девчонка вернулась в Страну Чудес. Она забрала кое-что с собой, когда ей удалось вырваться из моих рук: украла страх, в котором я держала всех обитателей этих земель, показав им, что есть возможность ускользнуть от меня, и я хочу вернуть его.

Дни были тяжелыми, изматывающими и безрадостными, пока я не имела возможности держать в страхе тех, кто этого заслуживает, но сейчас мне представился второй шанс вернуть то, что принадлежит мне.

Я улыбаюсь Белому Кролику, поглаживаю его по голове и киваю. Ему не требуется много времени, чтобы исчезнуть из поля моего зрения, и, возможно, я должна задуматься, куда он направился, но мне плевать. Моя голова сейчас явно забита совсем другими проблемами.

Безусловно, чтобы добраться до Алисы, необходимо, чтобы она лишилась своего спутника. Мой шпион сообщил мне, что он довольно красивый молодой человек. Также он сказал, что тот защищает ее, и я невольно задаюсь вопросом, будет ли он столько же бдительным, когда дело дойдет до проверки. Останется ли он также верен ей, когда ценой будет его свобода, или же он воспользуется шансом и сбежит?

Каждый живущий выше Страны Чудес думает только о том, что лучше для них. Никому из них незнакомо, что такое преданность, и как только они оказываются в моем королевстве, я использую это в своих интересах. Я наблюдала, как гибнут целые нации в результате элементарной сделки, заключенной со мной, и я упиваюсь властью, которой обладаю внутри и за пределами моей страны.

Но эта мелкая девчонка, Алиса, не принесла мне ничего, кроме неприятностей, и в скором времени я планирую отплатить ей той же монетой.

Я начинаю ходить возле своего трона из стороны в сторону. Мои шпионы повсюду, и больше всего пользы от Кролика, но его преданность легко уязвима и колеблется в зависимости от его расположения духа.

― Изабелла? Что-то случилось?

Обернувшись, я вижу приближающегося Короля и слегка улыбаюсь. Он похож на того парня, судя по информации, полученной мной от Кролика, и я задумываюсь, можно ли как-то сыграть на этом для достижения цели.

― Алиса вернулась.

Он удивленно вскинул брови и положил руку мне на плечо, как только достиг меня. Мужчина смотрит мне прямо в глаза и на мгновение задумывается, тщательно подбирая слова. Он прекрасно знает, что в гневе мне нет равных, потому что, как только мы встретились, я сломила его и подчинила своей воле. Как только я сделала это, я больше не отпускала его. Я пожелала, чтобы он был со мной, и у него было другого выбора, кроме как остаться. Спустя некоторое время он принял это, и мы поладили.

― Ты хочешь заполучить ее, Иза? ― спросил он нерешительно.

Я кивнула.

Я сделала это только один раз, всего один, но этого уже достаточно, чтобы он убрал руку с моего плеча и отступил на шаг назад.

― Тогда я сделаю все возможное, чтобы помочь тебе, если ты, конечно, позволишь, ― просит разрешения он.

Он знает, что на такого рода уступку я пойду быстрее, чем отвечу положительно на какого-либо вида требование, поэтому щепетилен в выборе формулировок.

Я улыбаюсь, на этот раз искренне, и протягиваю руку, проводя ладонью по его лицу.

― Мой дорогой, Генри, ― говорю я спокойным и тихим голосом, ― ты не оставляешь мне выбора.

ГЛАВА 7 ПРЕДМЕСТЬЕ СТРАНЫ ЧУДЕС

― Нам придется убить этого гребаного Кролика, когда мы встретим его в следующий раз, ― сообщаю я Эверу, пока мы следуем вдоль берега. ― Если он еще и не донес Королеве Изабелле, что мы здесь, то это лишь вопрос времени. Мы должны быть готовыми к этому.

― Почему бы нам просто не швырнуть в нее несколько поющих цветов? Первое время меня это довольно пугало, ― отшучивается он, пожимая плечами.

Для меня очевидно, что он пока не осознает опасности, которой мы подвергаем себя, и я пока не собираюсь забивать ему этим голову. По крайней мере, до тех пор, пока он сам не поймет, что наши жизни висят на волоске с того момента, как мы ступили на эти чужие земли.

― Только не обижайся на меня, хорошо? Сейчас для меня все это смахивает на галлюцинации. Я даже представить себе не мог, что место, о котором ты рассказывала, настолько реально, и сейчас это для меня немного дико, вот и все.

― Постой-ка, ― говорю я, остановившись и ухватив Эвера за руку, чтобы развернуть его к себе лицом, ― ты же утверждал, что веришь мне?

― Потому что это было тем, что ты хотела услышать, ― ответил он, пожимая плечами. ― Тебе был необходим кто-то, кто поверит в твои слова, а разве не для этого нужны настоящие друзья?

Я не понимаю, сердиться мне на него или пытаться отыскать какой-то позитив в его словах. Не буду спорить, что я отчаянно желала, чтобы хоть кто-то поверил в мои рассказы об этих странных землях, но мне кажется, еще больше мне нужен был друг.

― Нам нужно в ближайшее время найти место для ночлежки, ― сообщаю я, решив простить ему его проступок.

― Ты о чем? Ведь, судя по всему, еще только полдень, ― говорит он, устремив взгляд в небо.

― Здесь время течет по-другому. И если кролик сообщил Королеве, что мы здесь, то оно подчинится ее воле. Это безмозглое млекопитающее отдало ей часы, которые являются Хранителем Времени, когда я очутилась здесь в прошлый раз. Она планировала заморозить с помощью них Странные Земли, прежде чем мне удастся сбежать, но Кот...

«В конце концов, он снова объявился и спас меня», ― заканчиваю я свою мысль про себя.

― Полагаю, что можно утверждать, что он на нашей стороне? ― предполагает Эвер, задумавшись.

― Нет, ― не задумываясь, отвечаю я. ― Он на своей собственной стороне. Никогда не доверяй Коту.

Он понимающе кивает, приобнимает меня за плечи, и мы продолжаем свой путь. Откровенно говоря, мне бы хотелось иметь больше воспоминаний об этом месте, чем у меня есть, потому что тогда бы мы знали в каком направлении нам двигаться.

Я ненавижу все здесь. Тут ничто никогда не бывает тем, чем кажется, и чем бы тебе что-то не казалось, это по любому не так.

Мы попали в ловушку в абсурдном мире, полном несоответствий.

***

Как я и предрекала, ночь наступает буквально через мгновение. Я готова поклясться своей жизнью, что кролик домчался до дворца быстрее, чем мы успели покинуть поляну, и ярость, витающая в воздухе, была тому подтверждением.

Именно так меняется ветер, когда она пребывает вне себя от злости. Во всем на этой земле ощущается, как она жаждет лишить вас жизни, требуя принести ей головы неверных.

Конечно, чтобы стать неверным в глазах Королевы, стоит лишь только посмотреть на нее не так, как она того желает.

Несмотря на то, что я унесла с собой Страх, покидая Странные земли, она все еще имеет колоссальную власть над всем здесь, возможно, мне так кажется, даже большую, чем предполагает.

Эвер не выпускал моей руки с тех самых пор, как принял решение, что лес станет самым безопасным убежищем для нас. Он не понимает, что шпионы Королевы повсюду, и даже лист, лениво покачивающийся на ветру, способен нашептать ей о нашем местоположении, если ей это потребуется.

― А ты помнишь, где обитает парень в шляпе и его приятель кролик? ― азартно спрашивает он, пока мы бесцельно следуем во тьму.

― Шляпник и Заяц, ― поправляю я его. ― И нет, я никогда не бывала у них дома. Я лишь случайно наткнулась на их чаепитие однажды где-то в центре Нигде.

Воспоминания о них вызывают у меня добрую улыбку. Оба они безумны настолько невыносимо, насколько порой длинными кажутся дни, но их причуды порой бывают полезными самым неожиданным образом. Они общаются между собой ребусами и шарадами, чтобы обезопасить себя от шпионов Королевы, но достаточно простыми, чтобы я их понимала.

― Ты помнишь, где живет хоть кто-нибудь, кто выручил тебя в прошлый раз?

― Нет. Здесь все меняется. Ничто никогда не находится на том же месте, где было раньше. Ничто. Никогда.

Его слегка передергивает, и он останавливается, притянув меня к себе. Я прислоняюсь головой к его груди, когда он крепко обнимает меня, а его рука скользит вверх-вниз по моей спине.

― Все будет хорошо, Алиса. Мы будем в полном порядке, пока держимся вместе.

― Я же говорил тебе, что это она.

Мы оба подпрыгиваем на месте и оборачиваемся налево. Из-за тускло освещенных деревьев за нами пристально наблюдают две пары белых, суетливых глаз. Голоса кажутся мне знакомыми, но я не могу вспомнить, кому они принадлежат.

― Кто там?― кричит Эвер в сторону деревьев.

В ответ следует хихиканье, затем эхо, раскатившееся от него, и только потом на лунный свет выходят два самых несуразных существа, которых мне приходилось видеть за свою жизнь.

Это близнецы.

Они одеты в комбинезоны, по типу фермерских, с черными и синими полосами. Белые рубашки под ними напоминают мне облака на ясном небе.

Как только они неспеша покидают свое укрытие, откуда вели слежку за нами, я ощущаю, как тело Эвера напрягается, а его хватка на мне становится только крепче, пока я пытаюсь пробудить свои воспоминания.

Близнецы.

Друзья или враги?

ГЛАВА 8

― Нет, это я говорил тебе, что это она, ― вторит второй, толкая брата.

Со своим невысоким ростом и непропорциональными конечностями они выглядят как дети, когда продолжают препираться меж собой. Эвер крепче прижимает меня к себе, пока они толкают друг друга вперед-назад, споря, кто признал во мне Алису первым.

― Ослабь хватку, ― шепчу я ему, слегка отстраняясь.

Кажется, что если он прижмет меня к себе еще немного сильнее, мы станем единым целым, а поскольку мы находимся на Странных Землях, то, возможно, останемся таковым навсегда.

― Что, черт возьми, с ними не так? ― спрашивает он меня шепотом.

― Они ― порождение Странных Земель. С ними все не так, ― коротко отвечаю я.

― Это твои друзья? ― Уточняет он.

― Я не помню, ― откровенно признаюсь я, мотая головой.

― Вы можете прекратить это, парни? ― рявкает Эвер в их сторону. ― Последнее, что нам сейчас нужно, так это привлекать к себе внимание.

Близнецы мгновенно сворачивают свою потасовку и плюхаются на траву, усаживаясь в позу лотоса и сосредоточившись на нас.

― Алиса, так здорово, что ты вернулась, ― говорят они в унисон.

― Можно говорить тише! ― огрызается на них Эвер. ― Насколько я успел понять, в честь ее возвращения не собираются закатывать вечеринок.

― Ты совсем забыл нас, ― с укором говорит ему один из них.

― О чем это вы? ― недоумевающе спрашиваю я. ― С какого перепуга он должен вас помнить?

Близнец, высказавший Эверу претензию, вновь открывает рот, но брат толкает его локтем в бок и мотает головой, как только тот смотрит в его сторону. Я не понимаю, должна ли верить им или в то, что Эвер никогда не бывал здесь раньше, потому что этот мир словно создан для того, чтобы сбить с толку любого, кто не является его обитателем.

Близнецы вскакивают на ноги, театрально раскланиваются перед нами и, взявшись за руки, скрываются в тени деревьев, откуда наблюдали за нами.

― Это было что-то из ряда вон,― пробормотал Эвер.

― Нет. Это всего лишь Странные Земли, ― вздохнув, отвечаю я. ― Но мы должны идти дальше.

Я освобождаюсь от его объятий и беру его за руку, чтобы продолжить наш путь в надежде, что кто-то или что-то сжалится над нами и предоставит нам убежище на ночь.

― Смотрите под ноги!

Возмущенный голос доносится откуда-то снизу, и я вскидываю бровь, прежде чем опустить глаза и резко выдохнуть.

― Разве ты еще не обратился в бабочку? ― спрашиваю я без особого энтузиазма у гусеницы.

― Цикл жизни подобен кругу. Как только мы добираемся до конца, мы возвращаемся к началу и начинаем путь заново, ― отвечает он, проползая мимо нас.

Мне приходиться сдерживать себя, чтобы не поднять ногу и не раздавить его под тяжестью своего раздражения, но однажды он оказался полезен мне, даже несмотря на свой сарказм и любовь к загадкам.

Возможно, он сможет помочь и в этот раз.

― Пойдем за ним, ― шепчу я Эверу, который кивает и крепче сжимает мою руку.

В данный момент, я готова к беседе с кем угодно, лишь бы кто-то помог выбраться нам отсюда, прежде чем Королева настигнет нас.

― Давненько не виделись, ― произносит гусеница, когда, наконец, останавливается, забравшись на вершину огромного камня на очередной полянке. ― Твоя голова полна тяжелых дум, дитя мое. Они сильны и сокрушительны, подобно морям в вашем измерении. Ты понимаешь, о чем я? Чувствуешь это?

Я закатываю глаза.

Он не любит, когда его прерывают, словно он какой-то гений, хотя, на самом деле, все, что он делает, ― это бесконечно говорит бессмысленными загадками.

Эвер наклоняется и пристально рассматривает гусеницу, побуждая того пятиться назад. Я ухмыляюсь, кажется, ему не особо пришлось по душе новый парень в Странных Землях, и я планирую использовать это в своих интересах.

― Как, черт возьми, вышло так, что вы все тут разговариваете?

― А как, по-твоему, я еще бы мог с тобой общаться? ― выпаливает гусеница в ответ. ― И, вообще, отойди, парень. Ты мне никогда особо не нравился.

Близнецы.

Гусеница.

Они все намекнули, что уже когда-то виделись с Эвером прежде, кроме кота, а тот бы не стал держать язык за зубами.

Или я заблуждаюсь?

ГЛАВА 9 БЕССМЫСЛЕННЫЙ СУД

Я восхожу на свой, обитый бархатом, трон и окидываю взглядом собравшихся вокруг. Среди прочих я отмечаю моржа, плотника и квази черепаху с ее нескончаемыми причитаниями, без которых я вполне могла бы обойтись, но это даже веселее. Таким составом будет гораздо легче отыскать нарушителей спокойствия.

― Благодарю всех, что пришли, ― объявляю я громогласно, чтобы привлечь их внимание. ― Не сомневаюсь, что все вы знаете, зачем я собрала вас. До моего сведения дошло, что Алиса вновь вернулась в Страну Чудес и, вполне вероятно, принесла с собой Страх обратно. Я хочу вернуть его.

Я ухмыляюсь, видя, как все смотрят на меня, не смея проронить ни слова, так как бояться открывать рот без моего разрешения. Возможно, я не особо и нуждаюсь в возвращении Страха, который украла Алиса.

Генри занимает свое место на троне рядом со мной, положив свою руку поверх моей, и я бросаю на него беглый взгляд, сменив свою ухмылку на улыбку, когда вижу, как он оценивающе рассматривает наш спонтанно сформированный отряд.

― Кто готов взяться за оружие во имя Королевы? ― спрашивает он своим низким и грубым голосом. ― Кто поможет вернуть ей страх в Страну Чудес?

Прежде чем кто-то успевает хоть что-то ответить, я прищуриваюсь, заметив, как кто-то приближается к тому месту, где восседаем мы с Королем. Я отдергиваю свою руку из-под руки Генри, и слегка склоняюсь, ожидая, когда Кот достигнет нас.

― Глазастый, ― приветствую я его и снова откидываюсь на мягкую обивку, ― как давно мы с тобой не виделись?

Это не его кличка.

Никто не знает, как его зовут на самом деле, но я так нарекла его, основываясь на том, как он постоянно смотрит на меня, и он с радостью отзывается на эту кличку.

― Очень давно, Ваше Высочество, ― отвечает он, склонившись передо мной. Возможно, мы слегка недолюбливаем друг друга, но это не мешает ему относиться ко мне почтительно. ― Хотя, признаюсь, я слегка расстроен.

― А что так? ― любопытствую я.

― Я не был приглашен на это собрание, ― отвечает он, усаживаясь и вылизывая свою лапу, прежде чем провести ей по своей голове. ― Я видел Алису. Я знаю, где она, и, тем не менее... ты не доверяешь мне.

― Я извлекла это из прошлого урока, ― коротко отвечаю я.

Его морда медленно начинает расплываться в натянутой улыбке, и я ухмыляюсь. Сказать, что я готова довериться ему сейчас, было бы еще большей ложью, чем заявить, что я рада возвращению Алисы.

― Тогда я снова буду сам по себе, ― беззаботно отвечает он, вставая на четвереньки и развернувшись ко мне спиной, нарочито взмахнув хвостом.

Я чувствую, как закипаю.

Ощущаю, как мой нрав готовится проявить себя.

За все годы моего правления в Стране Чудес мне не приходилось встречать более наглого существа, которое знает, как вывести меня из себя, как никто другой.

Я вскакиваю с места, уперев руки в бока.

Как бы меня не раздражал этот Глазастый, я понимаю, что все еще нуждаюсь в нем. Он все замечает, в курсе всего происходящего, и может привести меня к Алисе гораздо быстрее, чем кто-либо другой.

Но я ничего не могу с собой поделать.

Не в моей манере быть снисходительной.

Я делаю глубокий вдох, набирая в легкие достаточно воздуха, прежде чем отдать приказ, который большинство боится услышать.

― Голову с плеч!

Глазастый оборачивается, бросая мимолетный взгляд в мою сторону, скалит зубы, и откуда из глубины его вырывается шипение.

Когда моя охрана движется в его сторону, он устремляется прочь из моего дворца, оставляя меня еще более разгневанной, чем прежде.

ГЛАВА 10 Окрестности Страны Чудес

Мной снова овладевает бессонница.

Эвер крепко спит, прислонившись к стволу самого крупного дерева, которое нам удалось найти для укрытия, и я прижимаюсь к нему. Абсолютно неуместно, что он оказался здесь, так как Королева может причинить ему вред, только из-за того, что жаждет вернуть Страх, а я не могу этого допустить.

Возможно, мне удастся достучаться до нее и договориться. Я готова вернуть ей Страх и остаться ее пленницей, если только она согласиться дать Эверу возможность выжить и отпустит его.

Шорох среди деревьев заставляет меня подпрыгнуть. Несмотря на усталость, я стараюсь сохранять бдительность. Эвер никак не реагирует. Черт, я не уверена, что его может хоть что-то потревожить сейчас, и немного поражаюсь его беспечности. Я чертовски удивлена, что он спокойно спит даже тогда, когда к нам, возможно, приближается новая угроза.

Но как только мне предоставляется возможность оценить потенциальную опасность, я облегченно вздыхаю и отстраняюсь от Эвера. Это Кот, который впервые с момента нашего первого знакомства выглядит довольно серьезно и решительно.

Я приближаюсь к нему и опускаюсь перед ними на колени, стараясь не допустить, чтобы Эвер услышал нас, если вдруг проснется. Если Кот принес плохие известия, то я не хочу, чтобы парень узнал об этом.

― Королева в курсе, что ты здесь. Она созвала целую армию, чтобы отыскать тебя. Ей нужно, чтобы Страх вернулся, Элис, и Изабелла не остановится ни перед чем, чтобы получить желаемое, ― шепотом предупреждает он меня.

Я изучающе смотрю на кота.

Он говорит со мной, глядя на меня синим глазом рыжей стороны своей морды, что заставляет меня задуматься о серьезности его слов. Я оборачиваюсь, чтобы посмотреть на своего друга.

― Ты можешь вытащить его отсюда? ― Спрашиваю я, снова обращаясь к коту. ― Я готова отправится во дворец и встретиться с Королевой, но ты сможешь вернуть его в наше измерение?

― Ты лучше меня знаешь, что он не оставит тебя здесь одну, ― отвечает Кот, мотая головой. ― К тому же, если быть честным, я не думаю, что он должен покидать это место.

Я с раздражением провожу рукой по лицу. Как так выходит, что все в этом месте считают, что знают, что будет правильнее для меня в определенный момент, лучше меня самой?

― Я ПОЙМАЛ ЕГО!

Моя душа уходит в пятки, а кот выгибает спину, когда мы оба смотрим в сторону Эвера. Тот уже проснулся и поднялся на ноги, выглядя настолько сокрушительно, как никогда ранее. Его глаза настолько неистово блестели, что этого нельзя было не заметить даже при тусклом лунном свете.

В своей руке он держал белого кролика, сжимая его горло.

Кот тут же взобрался на дерево, под которым только что спал Эвер. Я просила друга не причинять вреда кролику, пока не допрошу его, но по его глазам я видела, что Эвер безумно хочет придушить предателя.

― Ну же, мелкий стукач, ― рычит Эвер, яростно тряся кролика, ― ответь на все ее вопросы и, возможно, я не заставлю тебя мучиться.

Кролик отчаянно пытается вырваться из хватки, и в какой-то момент Эвер чуть не упускает его. Но быстро исправляет ошибку, перехватывая добычу за лапы и держа ее горизонтально. Это выглядит так, словно он укачивает младенца, только гораздо менее ласково.

― Ты доложил ей? ― спрашиваю я, подойдя ближе и заглянув в красные глаза зверька. ― Ты сообщил Королеве, что я здесь?

Кролик поспешно кивает, и я едва сдерживаюсь, чтобы не позволить Эверу прикончить эту проклятую тварь. Но у меня еще имеются вопросы, требующие ответа.

― Ты сказал ей, что я не одна?

Кролик на мгновение закрывает глаза, а открыв их снова кивает.

Страх, который столь необходим Королеве, чтобы вернуть контроль над Странными Землями, пронзает меня. Если Изабелле известно, что я здесь не одна, то она понимает, что на ее стороне преимущество, которого не было ранее.

Рычание вырывается откуда-то изнутри Эвера, и я смотрю на него широко открытыми глазами, моргая от недоумения. Я никогда ранее не слышала таких звуков, исходящих от него, но странным образом это одновременно пугает и успокаивает меня.

Кот смеется где-то наверху, и, когда я бросаю взгляд в его сторону, он улыбается, склонив голову. Черная сторона, зеленый глаз ― верный показатель того, что ему известно что-то, чего не знаю я.

― У тебя остались еще вопросы к этой мелкой твари, Элис? ― интересуется Эвер несвойственным ему низким голосом.

Я скрещиваю руки на груди, задумываюсь на мгновение, а затем мотаю головой. Он пристально смотрит на меня своими большими голубыми глазами и улыбается.

Безусловно, в нем что-то изменилось сейчас.

Получив возможность, отнять жизнь у кого-то из обитателей Странных Земель, Эвер... меняется. Его тело начинается биться в конвульсиях, а кости трещать, но он все еще старается не упустить кролика.

Из него вырывается гортанное рычание, и он склоняется вперед, когда его спина начинает увеличиваться, а кости деформируются и трещат, издавая что-то подобное симфонии боли.

Эвер издает мучительный крик, и, когда его тело откидывается назад, я с ужасом наблюдаю за тем, как кисти его рук удлиняются, превращаясь в когтистые лапы. Его тело начинает обрастать густой жесткой шерстью, приобретая более крупные, вовсе не человеческие, габариты.

Как только его трансформации завершаются, он разевает свой теперь довольно большой рот и перекусывает тушку кролика пополам, позволяя той выпасть из когтей. Я пячусь назад, охваченная страхом, тем самым, который Королева так отчаянно мечтает вернуть себе, но полыхающий взгляд Эвера смягчается, как только встречается с моим. Он опускается на четвереньки и, словно стыдясь, опускает голову, пряча от меня глаза.

Сидя высоко на дереве, Кот довольно официально делает заявление:

― Алиса, познакомься с Брандашмыгом.

ГЛАВА 11

Так вот почему, некоторые из здешних обитателей намекали, что знакомы с ним. Вот почему он так оберегал меня и вел себя именно так.

― Я, пожалуй, оставлю вас вдвоем, чтобы вы могли заново познакомиться, ― говорит Кот, спрыгивая с дерева и собирая то, что осталось от кролика. ― И заодно избавлюсь от этого, ― бормочет он, сжимая в зубах кровавые куски из плоти и меха.

Я жду, пока он удалится, прежде чем уделить внимание своему единственному другу. Он по-прежнему сидит на корточках, опустив голову и избегая встреч со мной взглядом. Я тяжело вздыхаю и подхожу к нему, положив свои руки по обе стороны его лица, чтобы заставить его посмотреть на меня.

― Эвер? ― тихо говорю я.

Он лишь издает тихий, печальный рык, и я провожу рукой по его голове. Теперь мне ясно, почему он так настойчиво расспрашивал меня о Странных Землях: он просто хотел, чтобы я вспомнила его настоящего.

― Она сделала это с тобой, не так ли? ― ненавязчиво интересуюсь я.

Эвер снова отводит взгляд, а по его щеке скатывается слеза, что снова заставляет меня вздохнуть. Разумно предположить, что Королева отправила его со Странных Земель, чтобы следить за мной. Когда она поняла, что у него, как у человека, сложился союз со мной, Изабелла, скорее всего, пришла в ярость. Наверняка, она решила, что сумеет настроить его против меня... и вот теперь он дома, и именно здесь его место.

Но не мое.

Королева безупречно разыграла свою партию, и никто из нас даже не подозревал об этом, но теперь меня волнует только один вопрос, не желал ли Эвер тайно вернуться домой все это время.

― Все хорошо, поверь мне, ― шепчу я, тычась носом ему в щеку.

Его шерсть, гораздо мягче, чем может показаться, и слегка щекочет мне лицо. Эвер нежно проводит своим языком по моей щеке, и я грустно улыбаюсь ему, пристраиваясь рядышком.

Сейчас я столкнулась лицом к лицу со своим главным страхом.

С миром, в котором Эвер не выслушивает мои истории о месте, которого просто не может существовать. Не проводит со мной время за бесконечными партиями в шахматы, позволяя мне постоянно выигрывать. Не наблюдает за дождем, который бушует за решетчатыми окнами нашей тюрьмы, в которую мы заключены.

С жизнью в доме Кэролла для проблемных подростков в одиночестве, как и было ранее.

― Ты должен остаться здесь. Я говорю о Странных землях, ― удрученно признаю я. ― Когда все это закончится, и мне нужно будет уходить, ты должен будешь остаться, хорошо? Здесь твое место.

Эвер всхлипывает и отстраняется от меня. Он поднимается на лапы, уходит от меня на поляну и садится спиной ко мне. Даже будучи огромным и неповоротливым существом, он остается чертовски упрямым.

― Ты всегда останешься для меня лучшим другом, и это не станет нашим прощанием, ― шепотом говорю я, снова присоединившись к нему на поляне, ― но я не смогу вынести, если тебе придется пройти через все это снова. Мне это не по силам.

Он слегка склоняется и тычется в меня мордой. Я смотрю на него и замечаю, как в его глазах предательски скапливаются слезы. Это открывает мне глаза на его чертовскую уязвимость, и я протягиваю руку, нежно касаясь его щеки. Это слегка смущает его, поэтому он отстраняется на мгновение, а затем наклоняется вперед и плавно проводит своим языком по моему лицу в ответ.

Я улыбаюсь и вытираю слюну со своего лица, но вскоре бросаю эту затею. Он словно хочет, чтобы я разгуливала с лицом, буквально оплеванным Брандашмыгом, а я пока не определилась, что чувствую по этому поводу.

― Перестань, глупышка, ― говорю я, слегка отталкивая его.

Он же снова тычется в меня мордой в ответ, но на это раз делая это с силой заставляющей меня повалиться набок.

― Эвер! ― сопротивляюсь я.

Он намного проворнее и сильнее меня сейчас. Парень скользит своим телом, нависая надо мной, и в его глазах проблескивает вспышка того, что я уже видела ранее.

Я выгибаю бровь.

Он склоняется и снова проводит языком по моему лицу, на этот раз делая это медленно и вкрадчиво, его дыхание обдает мою кожу жаром, и я вновь кладу свои руки ему на лицо.

Ночь.

Бессонница.

И я снова слышу его вопрос, хотя он и не может его задать мне сейчас. Чем ты хочешь заняться сегодня ночью, Алиса? Его дыхание становится сбивчивым, а рот слегка приоткрывается. Маленькая капля слюны капает на мою кофту, и он следит за ней взглядом, прежде чем снова посмотреть на меня с предвкушением и желанием.

Я скольжу руками к подолу моей кофты и задираю ее, оголяя свой живот настолько, чтобы этого хватило раззадорить его. Если это то, чего он хочет в качестве компенсации за страдания, которые выпали на его долю, я готова дать ему это.

Эвер слегка отстраняется, затем спускается вниз, начиная задирать мою кофту еще больше. Я приподнимаюсь и заканчиваю начатое за него, стаскивая ее через голову и отбрасывая в сторону. Он с осторожностью ложится на меня сверху, стараясь не раздавить меня своим весом, и скользит языком вверх-вниз по моему животу.

Я на несколько секунд закрываю глаза и кладу свои руки ему на плечи, прежде чем спустить бретельки своего лифчика. Эвер поднимает на меня свои дикие глаза, кончик его языка замирает на моем животе, когда я обнажаю грудь, ожидая, что он сделает дальше.

Он воодушевленно вздыхает, лизнув мой сосок, прежде чем начать обсасывать его. Я закрываю глаза, глубоко вдохнув. Потому что он слишком крупный в своем новом теле, он чрезмерно агрессивен в своей страсти, и причиняет мне боль гораздо больше, чем следовало бы, но я не собираюсь ничего говорить ему. Я чувствую, что чрезмерно обязана ему и не хочу обламывать.

Как только он насытился моей грудью, он вцепляется зубами в мой лифчик, чтобы спустить его вниз по телу, и я слегка приподнимаюсь, чтобы расстегнуть застежку за спиной, после чего он снова толкает меня на траву и спускается к моим брюкам.

Мы очутились здесь в той же одежде, в которой сбежали, поэтому я уверена, что не буду жалеть, если она будет испорчена, но он крайне аккуратен, так как, по всей видимости, не в восторге от мысли, что я буду разгуливать по Странным Землям голышом.

Я завожу свои пальцы под резинку своих брюк и зацепляю ее вместе с трусиками, освобождая себя от последнего, что было на мне из одежды. Он разводит мои ноги своими лапами, и когда я бросаю свой взгляд вниз, мной снова овладевает страх. Его член гораздо толще и длиннее, чем мог бы быть у любого мужчины на его месте, но сейчас он не человек.

Больше не человек.

Я делаю глубокий вдох, когда он пристраивает свой багровый, толстый член с заостренной головкой к моей дырочке, и когда я замечаю его колебания, то делаю единственное, что приходит мне в голову, чтобы дать понять ему, что я готова ― приподнимаюсь и провожу языком по его морде. Он издает что-то похожее на мурчание и слегка покусывает мою шею, проникая в меня.

Это больно.

Словно ожог.

Острая боль.

То, как его длина и толщина растягивают меня, заставляет меня задуматься, не должна ли я прекратить это.

Но когда его звериный член начинает скользить внутри меня, я уже ничего не могу сделать и чувствую, что другого пути просто не было. Как только я привыкаю к его ритму и боль становится терпимой, я изо всех сил вцепляюсь своими руками в его широкую спину и притягиваю его к себе.

Эвер дик, не обуздан, но в тоже время осторожен, чтобы не сделать мне чрезмерной боли.

Таким он был и раньше.

Пока Эвер продолжает двигать бедрами, я закрываю глаза и крепче обнимаю его. Я готова к тому, что это будет продолжаться до тех пор, пока он не достигнет пика. Это то, что сделает его счастливее. Это станет его компенсацией за несколько лет ада, которые он провел в моем измерении.

Эвер выходит из меня и подталкивает меня мордой. Я понимающе киваю и перекатываюсь на живот, вставая на четвереньки. Он пристраивается сзади меня, прижимается телом к моей спине, и снова вторгается в меня, придерживая лапой, чтобы я не упала. Из меня вырывается громкий стон, а мои глаза закатываются, когда он снова входит в свой ритм.

Эвер уткнулся мордой мне в плечо и высунул язык, и я поворачиваю голову назад, чтобы облизать его. Мы не можем поцеловаться сейчас, как это принято между людьми, но я должна сделать все, что в моих силах, чтобы дать ему понять, что люблю его так же сильно, как и он меня.

И плевать, что он больше не человек. Неважно, что он чудовище. Эвер Харт никогда не переставал любить меня, и в глубине души я прекрасно знаю, что тоже всегда любила его.

ГЛАВА 12

На следующее утро я просыпаюсь изрядно помятой, но счастливой. Хотя у меня есть ощущение, что сегодня мой последний день в Странных Землях, я смогла подарить ему то, чего он так давно жаждал, и надеюсь, что он тоже проснется счастливым.

Я поднимаюсь на ноги и следую по поляне, собирая свою одежду, постановив, что мне, по всей видимости, не помешает искупаться в ручье, пока Эвер спит. Я не хочу носить на себе запах Брандашмыга на протяжении всего дня, и верю, что он найдет в себе силы понять меня.

Прохладный ветер на моей коже заставляет меня трепетать от удовольствия, как только я выхожу из лесной чащи, но я тут же сталкиваюсь лицом к лицу с Близнецами, которые сидят на опушке.

Выглядит так, словно они ждали меня.

Я поспешно прикрываюсь руками и отступаю назад, но что-то в них настораживает меня. Близнецы необычайно спокойны и абсолютно молчаливы, что ни капельки не характерно для них.

― О, мой Бог, ― вздыхаю я, приближаясь к ним.

И чем ближе я подхожу, тем яснее мне становится, почему они сегодня словно сами не свои.

Они мертвы.

Они сидели, прислонившись друг к другу, уставившись на меня своими белыми глазами, которые теперь действительно были полны пустоты. Я замечаю деревянные палки, вбитые в их тела, благодаря которым они удерживались в нужном положении, словно сломанные марионетки.

Я вижу, что их внутренности были вырваны и теперь аккуратно сложены рядом с ними.

Вижу, как искажены агонией их рты, и, несмотря на то, что они уже мертвы, ощущаю это на себе.

В этот момент я ловлю себя на мысли, что не могу больше оставаться здесь, и устремляюсь обратно в лес, но тут же вновь натыкаюсь на Кота.

― Тебе давно пора было скинуть все лишнее, ― как ни в чем не бывало говорит он. ― Я никогда не понимал, зачем люди укутывают себя в такое количество одежды.

― Близнецы... ― выдавливаю я из себя дрожащим голосом.

― Я в курсе. Я был свидетелем этого происшествия.

― Дело рук Королевы? ― неуверенно уточняю я.

― Ее приспешников, ― отвечает он, усаживаясь и начиная умываться.― Они почти обнаружили тебя и Брандашмыга, но его вой спугнул их. Почему он, кстати, так завывал?

Мое лицо в мгновение становится пурпурно-красным.

Они были так близко, когда Эвер достиг пика своего блаженства и взвыл, изливая свое семя глубоко внутри меня.

Кот ухмыляется, продолжая умываться.

― Я предполагал, что так и случится. Поэтому и оставил вас наедине. Зато у меня было время, чтобы захоронить то, что осталось от кролика. Можешь не благодарить, ― говорит он, как только заканчивает утренние процедуры.

― Я должна возвращаться к Эверу. Мне нужно увести его отсюда. Если Королева уже на подходе, то нам нужно найти более безопасное место, ― поспешно отвечаю я, уходя с опушки и направляясь обратно в лес.

Кот в мгновение ока настигает меня и следует за мной, не отставая ни на шаг, не произнося никаких речей и не блистая сарказмом.

Но достигнув места, мы никого там не обнаруживаем.

Эвер, которого я оставила тут спящим, теперь исчез, и огромная лужа крови на том месте, где покоилось его тело, наполняет мое тело такой неистовой яростью, которой, вероятно, я не ощущала никогда в своей жизни.

― Судя по всему, мы опоздали, ― заключает Кот и прошмыгивает мимо меня, исчезая среди деревьев.

ГЛАВА 13 РАСПЛАТА ЗА СТРАХ

Я пребывала в восторге от того, как слаженно сработали Морж и Плотник, чтобы доставить Брандашмыга ко мне. Они рассказали мне, что дождались момента, пока Алиса оставит его одного, а затем нанесли ему несколько ударов молотком по голове, чтобы тот потерял способность к сопротивлению. Именно так им удалось доставить его обратно в мои владения.

Рано или поздно, возможно, я вознагражу их за это, но сейчас они должны думать, что всего-навсего выполняли мои приказ.

Я снова задумываюсь о Брандашмыге, барабаня своими пальцами по подлокотнику моего трона.

Он очухается с ужасной головной болью, но должен быть признателен за то, что снова стал монстром, так как будь он человеком, то один удар молотка отправил бы его на тот свет. Не скажу, что это бы помешало мне довести начатое до конца, просто я хочу, чтобы его любимая Алиса была здесь и наблюдала за тем, как это происходит.

― Она уже на подходе к Королевству, ― оповещает Орленок, влетая в тронный зал.

Я поднимаюсь с места и шагаю по проходу. Я приказала Генри оставаться внутри, так как это только моя битва, и я не позволю никому разобраться с этой сучкой, кроме меня.

― Скажите моему Королю, чтобы он привел Брандашмыга, ― приказываю я, подходя к выходу из своего Дворца.

Садистская улыбка вырисовывается на моем лице, и я чувствую, как становлюсь подобной маньячке. Вдалеке я вижу длинные, льющиеся по плечам белоснежные волосы. Я наблюдаю за приближающимся силуэтом девчонки, которой удалось сбежать от меня много лет назад, и чем ближе она приближается ко мне, тем больше я отмечаю, что она практически не изменилась.

Она все такая же воровка и незваный гость на моей земле.

Алиса ― та цена, которую нужно заплатить, чтобы вернуть равновесие в Страну Чудес, и я выжму из этого по максимуму, прежде чем позволю жизни ускользнуть из этих вороватых глаз.

Мы смотрели друг на друга с одинаковым презрением в течение минут десяти, не проронив ни слова. Ни приветствий, ни гневных речей ― ничего. Мы заложники молчаливой войны за власть, и я не сомневаюсь, что эта мелкая дрянь скоро рухнет в поражении.

― И где он? ― наконец-то, спрашивает она, как ни в чем не бывало.

Я одариваю ее испепеляющим взглядом и скрещиваю руки на груди.

― Там, где нужно мне, ― огрызаюсь я в ее сторону.

Алиса на мгновение отводит глаза, прежде чем снова посмотреть на меня.

― Если я верну тебе Страх, ты отпустишь Эвера?

― Все может быть, ― наигранно задумываюсь я, постукивая себя пальцем по подбородку. ― Но, для начала, ты должна доказать мне, что он у тебя при себе.

Девчонка недоверчиво щурит глаза, но, тяжело вздохнув, лезет за пояс своих брюк. Я глубоко вдыхаю, когда они извлекает небольшой кулон с бьющимся черным сердцем, заключенным в толстое закаленное стекло.

Страх.

― Верни его мне, девчонка, ― требую я, протягивая к нему руку, но дерзкая мелкая сучка только крепче сжимает его в кулаке и отступает на шаг назад.

― Сначала Эвер, ― решительно настаивает она.

― Ведите Брандашмыга, ― приказываю я, обернувшись через плечо.

Грохот тяжелых цепей, скребущих по роскошным полам, побуждает меня ухмыльнутся. Я в курсе, что сейчас он избит до полусмерти, дезориентирован и истекает кровью, но это покажет девчонке, насколько я серьезна в своих намерениях вернуть то, что по праву принадлежит мне.

Создается впечатление, что она готова выплакать свои маленькие глазки, когда Генри останавливается на верхней ступеньке с ее обожаемым зверем, и я снова протягиваю руку.

― Верни мне Страх или будешь наблюдать за тем, как он умирает.

Ее трясущийся кулак разжимается, и я тянусь, что забрать у нее Страх.

Как только моя рука оказывается всего в нескольких сантиметрах от заветной цели, она снова ускользает от меня.

На этот раз по вине Глазастого.

Он возник из ниоткуда, совершил прыжок между нами и выхватил желанный Страх из ее столь близкой маленькой ручки.

Я оборачиваюсь, чтобы дать Генри команду перерезать Брандашмыгу горло, но вскрикиваю от абсолютного ужаса, когда обнаруживаю, что Глазастый с невообразимой скоростью уже добрался до Короля и зверски атакует его, выцарапывая глаза и оставляя того лежать ослепленным в кровавой луже на вершине крыльца.

― Генри! ― кричу я, поспешно разворачиваясь в попытках добежать до него.

Я не собираюсь спасать его, потому что люблю, ― откровенно говоря, сомневаюсь, что когда-то испытывала к нему нечто подобное. Мне нужно спасти его лишь потому, что он в состоянии помочь мне контролировать Страх. Если Генри умрет, то это будет в разы сложнее, чем прежде, так как для управления Страхом требуется два голоса, а не один. Это требует того, чтобы Союз выглядел полноценным, и Генри отлично подходил для этой цели.

Это секрет, который известен только мне и Королю. Если бы обитатели Страны Чудес знали об этом, то давным-давно уничтожили бы Генри.

― Нет! ― воплю я и стараюсь двигаться вверх по лестнице так быстро, как это только возможно, но меня останавливают, не давая достигнуть цели.

Чья-то рука с силой хватает меня за волосы, накручивая их на кулак, и тянет меня назад с такой настойчивостью, что я чуть не теряю равновесие.

Мои руки отчаянно мотаются по сторонам, но мне удается устоять на ногах, когда я вцепляюсь в нападавшего.

Если мне суждено рухнуть с этой лестницы, то я утащу ее с собой.

Никак иначе.

Алиса вырывается из моей хватки с гораздо большим рвением, чем я могла рассчитывать, и я наблюдаю за белокурыми локонами, проносящимися мимо меня к закованному в цепи зверю.

Я как раз собираюсь снова устремиться в атаку, когда замечаю, как Глазастый ухмыляется мне, готовясь к броску, а затем прыгает, приземляясь мне прямо на грудь и сбивая меня с ног, что гарантирует мне смертельное падение с высоченной лестницы вниз.

ГЛАВА 14 ДОМ КЭРОЛЛА ДЛЯ ТРУДНЫХ ПОДРОСТКОВ

― Просыпайся, малышка!

Нехилый шлепок по щеке заставляет меня ахнуть и открыть глаза. Эвер сидит на краю кровати рядом со мной и смотрит на меня слегка встревоженно.

Эвер ― не Брандашмыг.

― Что? Где я нахожусь?

Будучи вне себя от страха, я приподнимаюсь на кровати и бросаюсь в объятия друга. Волны тревоги выворачивают все внутри меня, но руки Эвера крепко и с нежностью сжимают меня, когда он обнимает меня и смеется.

― Я знаю только, что ты упала с крыльца. Кажется, ты серьезно ударилась головой. Ты была без сознания какое-то время, чем чертовски напугала меня.

― Всех нас, ― ласково добавляет Мисс Лори.

Я смотрю на потрескавшийся белый потолок своей комнаты и вздыхаю. Если я у себя в постели, то не было необходимости шлепать меня по лицу, чтобы разбудить.

― Что ты делала снаружи совсем одна, Эллисон? ― сердито интересуется Мисс Лори. ― Ты же знаешь, что не можешь выходить туда без разрешения.

― Эм. Королева хотела заполучить Страх. Я должны была... спасти... и Кот...

― Ты опять споткнулась об этого бездомного кота? ― настойчиво уточняет Эвер.

Я вздрагиваю и встречаюсь с его нахмуренным взглядом.

― Да, выходит так, ― я согласно киваю и опускаю голову на подушку.

― Хорошо, тогда, думаю, ты извлекла из этого урок. Я не стану сообщать доктору Карпентеру об этом маленьком инциденте, но если ты еще раз пойдешь туда, я сдам тебя. Надеюсь, это понятно?

Я согласно киваю, и Мисс Лори встает, чтобы покинуть комнату и оставить меня с Эвером, сообщая, что у него есть десять минут, прежде чем она выпроводит его отсюда.

― Прости меня за это, ― произносит он, как только она уходит.

― Ты о чем? ― неуверенно спрашиваю я.

― Бам, ― шепотом говорит он, имитируя шлепок, которым он одарил меня, чтобы разбудить.

Я улыбаюсь и закрываю глаза.

― Все в порядке. Мне снился кошмар, так что, если честно, я была не против.

Эвер слегка хихикает, а мне в голову приходит очередной вопрос.

― А как же мисс Лори? Как тебе удалось оправдаться перед ней, после того, что ты с ней сделал? ― не скрывая любопытства, интересуюсь я.

― А, ерунда, тут же вечно мокрые полы, и все об этом знают. По всей видимости, она просто поскользнулась и упала, ― отвечает он, подмигивая.

Я смеюсь, несмотря на боль, отдающую в голову, когда он корчит гримасу.

Он не перестает удивлять меня тем, как из раза в раз ему удается добиваться своего.

― Ладненько, думаю, мне не стоит злоупотреблять твоим гостеприимством. Я вернусь позже, и мы сможем закончить партию в шахматы, которую начали ранее, договорились?

― Постой. Ответь еще на один вопрос. Как я тут очутилась? ― спрашиваю я, схватив его за руку.

― А это? Эм, когда ты ударилась головой, я растерялся и перенес тебя обратно через забор. Я не знал, насколько травма серьезна, так как не особо шарю в медицине, поэтому оставил тебя на крыльце, где тебя и обнаружила мисс Лори.

Я вздыхаю.

Мы ведь практически выбрались отсюда.

― Тебе нужно поспать еще немного, малышка, но я обязательно вернусь к тебе позже, ― говорит он, склоняясь надо мной.

Это длится всего мгновение, но я успеваю уловить у него взгляд зверя из моего кошмара. Я слегка улыбаюсь и протягиваю руку, чтобы убрать пряди волос с его лица, когда парень склоняется еще ближе и проводит языком по моей щеке.

Как только он выпрямляется в полный рост и разворачивается, чтобы уйти, я сажусь на кровати и тянусь к нему, но он как всегда ловко уворачивается.

― Еще секунду...

Но Эвер не дает мне сказать ни слова, поднося что-то к своим губам и подмигивая, прежде чем выскользнуть за дверь. Маленький кулон с черным бьющимся сердцем, заключенным под толстое закаленное стекло.

Может быть, это все-таки не было простым кошмаром.

Возможно, в этот раз он действительно спас меня, как ему было предначертано.

Может быть, это еще не конец.

Далеко не конец.