Часть 1

— А может не надо? — спросила я Тенебриселя.

— Надо, Лиен, надо, — эльф хитро улыбнулся мне, закрывая дверь в нашу общую спальню, во дворце.

— Я еще не готова! — воскликнула я, отходя от короля подальше.

— Это просто секс. Здесь нет ничего страшного! — брюнет быстро нагнал меня, схватил за руки и, наклонившись, посмотрел в глаза.

— Я… боюсь.

— Мо Лиен, — он приблизился к моему лицу, погладил большим пальцем по щеке и прошептал: — чего ты боишься? Ты даже не почувствуешь боли. Тебе будет хорошо. Очень хорошо, поверь мне. Ты же мне веришь?

— Верю, — выдохнула я, упираясь головой в его широкую грудь.

Мятный принц… тьфу, король погладил меня по спине, чмокнул в макушку и отправил в ванную.

Да. Несколько часов назад прошла наша коронация. Потом, мы проехались по всей столице и, теперь, официально являемся королем и королевой Эльфийского Королевства. Затем, был бал. Роскошный, красивый, шумный бал. Множество гостей, которые нас поздравляли, вкусные блюда, которые мы так и не попробовали (съели немного салата и чай попили) и танцы. Много танцев. Слишком много танцев. Если бы мы не выпили наш волшебный пустырник, то лежали бы сейчас пластом на кровати, вместо… ну… вот этого…

После 30 минут, Тенебрисель постучал в дверь ванной.

— Лиен, что-то случилось? Мне зайти?

— Нет! — крикнула я, еще сильнее вжавшись в дверную ручку.

На самом деле, я уже давно помылась и, сейчас, стояла перед дверью в одном нижнем белье. Кружевном таком, белом. Стою здесь уже 20 минут и не решаюсь вступить в спальню. Боюсь. Чего боюсь, непонятно.

— Ясно. Если не хочешь сейчас, то давай отложим это на потом? — предложил мне эльф.

— Нет! — я не хочу откладывать. Я правда, хочу этого, но боюсь.

— Ладно, зайдем с другой стороны, — прошептал мой муж. — Лиен, ну чего я там не видел?

— Меня не видел.

— Нет. Тебя я уже видел. После Свадьбы Божеств, когда переодевал тебя, увидел почти все.

— Ты же обещал не смотреть!

— Я обещал, что ПОСТАРАЮСЬ не смотреть. Клянусь перед богами, я старался! Давай, выходи. Я не кусаюсь.

— Да все! Я выхожу…

Так! Люда, выходи на счет 3! 1… 2… 2 с половиной… 2 с ниточкой… 2 с иголочкой…Так! 3! Выходим!

Я резко открыла дверь и, закрыв глаза, зашла в спальню. Я вся была как на иголках. Тело уже гудело от напряжения, как я почувствовала, что сильные мужские руки нежно обнимают меня за талию, привлекая к себе. Я открыла один глаз, второй и наткнулась на наглую улыбку бывшего принца. Он наклонился к моему уху и, почти касаясь его губами, прошептал:

— Видишь, совсем не страшно, — он взял меня на руки, и я не заметила, как оказалась в постели, под ним.

Эльф хищно рассматривал мое тело, думая с чего бы начать, отчего мне становилось жарко. Он остановил свой взгляд на моей груди, нагло ухмыльнулся и выдал:

— Я был прав. Грудь подросла.

— Я сейчас обратно в ванну пойду!

— Не пущу.

Король чмокнул меня в ложбинку, обжигая кожу своим дыханием, поднялся выше и, прильнув к моим губам, страстно поцеловал, заполняя все мое сознание собой. А дальше… дальше следовала удивительная, прекрасная, незабываемая ночь.

Наступило утро. Мягкий свет пробивался через открытое окно, что пропускало в комнату прохладный ветер. Чтобы скрыться от этого холодного воздуха, я сильнее прижалась к большому теплому телу моего короля. Вот… Так-то лучше… Тепло, хорошо и пахнет мятой… Любимой, родной и только моей мятой… Блин! Этот эльф заразил меня собственничеством! Ну и пусть.

Меня начали аккуратно гладить, еле касаясь пальцами. Я открыла глаза. Тенебрисель по-доброму улыбался, прибывая в своих мыслях, и не сразу заметил, что я проснулась. Вернее, он заметил это после того, как я прикоснулась к его щеке. Взгляд брюнета стал осознанным, а улыбка хитрой.

— Знаешь, я люблю спать с тобой, но когда ты обнажена, ощущения еще прекраснее.

— Тенебрисель! Не смущай меня!

Я попыталась отодвинуться от него (вернее, по-тихому смыться в какое-нибудь другое место, чтобы скрыться от этого взгляда), но мятный король навис надо мной, прижал сильнее к себе и поцеловал в веко.

— Моя богиня, я тебя не отпущу. Но как бы мне не нравилось смущать тебя, у нас запланирована важная встреча через 3 часа. Так что, если ты сейчас же не оденешься, мы можем на нее опоздать.

— Тогда, дай мне выйти и прекрати вгонять в краску, зараза ушастая! — мужчина нехотя освободил меня из плена своих объятий и спросил:

— Почему, после того, как я признался тебе в чувствах, ты постоянно называешь меня ушастой заразой?

— Поверь, я тебя так называю еще с первой нашей встречи, — ответила я из гардероба, ища "домашнее" платье. — А также, я всегда мысленно покушаюсь на твои уши.

— Вот как. А уши у эльфов — это эрогенная зона.

— Тенебрисель! Ты извращенец! — нет, ну серьезно! Он постоянно переходит к этой теме!

— Все эльфы — извращенцы. Или, думаешь, Дакана просто так тебя об этом предупреждала?

— Не могут все эльфы быть такими!

— Могут. И вчера, ты сама это доказала.

Воспоминания о вчерашней ночи заставили мои щеки еще больше покрыться румянцем. А этот паразит не успокаивался!

— Как ты сладко стонала, как выгиналась под моими руками, как кусала мои губы, шею, грудь и перешла к досто…

Я, уже одетая в легкое "домашнее" платье молочного цвета, выбежала из гардероба, схватила с дивана подушку и кинула ее в нынешнего короля. Он, конечно же, ее поймал, но зато, не докончил предложение. Хотел договорить, но я не дала ему это сделать.

— Тенебрисель рин Аран! Ты зараза ушастая! Собственник остроухий! Извращенный эльф!

Брюнет присвистнул, но, продолжая нагло улыбаться, встал с постели и выдал:

— Как ты мне много прозвищ дала, — эльф подошел ближе, взял меня за подбородок и прошептал: — Но я уверен, на этом твоя фантазия не ограничивается. Ну же, скажи мне, какой я. Разве только извращенный собственник? Давай, перечисли все мои плохие качества.

— Ну… эм… — его тело меня сильно отвлекало. Я отвела глаза в сторону, но это не сильно помогло. Лишь вызвало увеличение ухмылки на лице моего мужа.

Черт! Надо собраться! Да как тут собраться можно, когда передо мной стоит полностью обнаженный мужчина без единого волоска на теле (у всех эльфов нет волос на теле, также как у фей и русалок), которые могли бы немного прикрыть эти рельефные мышцы и уже готовое к бою достоинство?! Так еще все тело усыпано оставленными мной засосами, из-за чего, я еще больше краснела.

— Ты… ты наглый!

— А разве быть наглым — это плохо? — брюнет уже говорил мне в губы, не оставляя ни единого шанса на спасение. Хотя, нужно ли мне это спасение?

— Нет… — ответила я и ему, и себе.

Ну все! Пиши пропало! Вернее, я пропала в этом поцелуе. Все бы хорошо, и я бы дальше себе пропадала, но у нас дела. Через силу, через боль, но я оторвалась от моего короля и сказала, закрыв его рот рукой:

— У нас еще есть дела! Вот закончим их и можешь делать все, что тебе вздумается! — мне кажется или я подписала себе смертный приговор?

— Поаккуратней с выражениями. Я же могу воспользоваться твоим разрешением, — а нет, не кажется.

Но после этого, мы спокойно (ну, относительно спокойно) позавтракали, переоделись (Тенебрисель, до этого, ходил голым, чем смутил нашу служанку, но она увидела мои красные глаза и на ее лице остался только страх) и пошли в тронный зал.

Только мы уселись на троны, как через пару минут нам объявили о делегации эльфов из Обсидиановой долины, что находится в южной приграничной осте — Фомнауте и граничит с Демонической Империей. В основном, там обитает вторая подраса эльфов — темные эльфы. В принципе, это самые обычные эльфы, но из-за климата в долине, они имеют темный цвет кожи, но светлые волосы и глаза.

И сейчас, к нам зашел строй мужчин с темной кожей, в черных плащах и с сильно-выделяющимися светлыми волосами. У кого — золотые, у кого — рыжие, у кого — серые и только у двоих — чисто-белые. Среди этих двоих был немного суховатый мужчина, который шел впереди всех. Это мне напомнило о 33 богатырях и их дядьке Черноморе. Затем, пришла тоска по дому на Земле. Интересно, как там мама с Афанасием без меня? Люда! Не отвлекайся!

Дяденька с длинными белыми волосами, которому на вид было лет 45, склонился перед нами в поклоне (за ним повторили остальные эльфы) и сказал:

— Приветствую вас, Ваши Величества. Я — генерал-полковник Обсидиановой долины — Онтарэин син Валэ, прибыл к вам по вашей просьбе, Ваше Величество — Тенебрисель рин Аран.

— Приветствую вас, Онтарэин син Валэ. Хоть темные эльфы и славятся своей высокой выносливостью, думаю, вашим людям не помешает отдых. Их разместят в гостевых комнатах, после обеда.

Мы перешли в огромную столовую, выполненную в бежевых тонах. Честно, я бы все отдала, чтобы пообедать в своей комнате, а не здесь. Да, красиво, да, роскошно, но не уютно. Совсем не уютно! Но что поделаешь, эту комнату изменять нельзя. А так бы я сюда цветочков понатыкала во все вазы, повесила бы более яркие картины и стало бы здесь уютнее. Ладно, как-нибудь переживу (или уговорю Тенебриселя изменить интерьер этой комнаты).

Эльфы сняли свои плащи, сели за стол, вслед за мной и моим мужем, и мы начали трапезу. Конечно же, во время обеда большинство разговаривало, но так как рядом со мной не было никого, кроме мятного короля, я больше слушала чем сама говорила. Но когда я отвечала на вопросы Онтарэина или Тенебриселя, в столовой становилось тихо, а все взгляды обращались в мою сторону. Для моей скромной персоны такое повышенное внимание сильно действовало на нервы, но я же королева, так что, надо привыкать. Зато, я забавлялась каждый раз, когда бывший принц обращался ко мне. Вот он строгим холодным тоном разговаривает с генералом-полковником или его подчиненными, а через момент, ласково спрашивает у меня, не положить ли мне того вкусного салата.

— Моя королева, — обратился ко мне второй мужчина с белыми волосами. Видимо, он был родственником Онтарэина, — простите за такой вопрос во время трапезы, но это правда, что вы одним взглядом уничтожали чудовищ, а взмахом руки исцеляли раны воинов?

От этого вопроса мне стало не по себе. Перед глазами вспыхнула та страшная ночь: множество крови, трупы вампиров, Силлирен и заплаканное лицо Панмаэля, который прижимал к себе бездыханное тело Милеи… А я ничего не смогла сделать… Больно. Сердце пронзило острой болью, но внешне я осталась непоколебима и спокойно ответила:

— Да, правда, — тишина, заполнившая всю столовую, стала звенящей, напряженной и невыносимой. Тенебрисель нахмурился, а я решила разрядить атмосферу. — Это означает, что не стоит меня злить, — я мило улыбнулась, из-за чего в пространство проскользнула капелька обаяния.

Эта капелька и была мне нужна. Теперь, все улыбались мне, позабыв о неприятном вопросе. Вот только эльф, задавший его, немного закусил губу. Видимо понял, что вопрос был более, чем не уместным. Но он поспешил исправиться и задал новый.

— Моя королева, — вновь, зазвучал его приятный баритон, — это правда, что вам меньше 100 лет?

Молодец парень. Вместо того, чтобы мучить себя и говорить, какой же он дурак, пытается все исправить. Это хорошо.

— Да, это правда, — вновь, тишина со стороны мужчин, но уже удивленная.

— Если не секрет, сколько вам лет? — эльф приободрился и пытался делать вид, что тот вопрос для него ничего не значил, но я видела, как он облегченно выдохнул.

— Неприлично спрашивать у девушки ее возраст, — я весело улыбнулась и продолжила: — Но я могу вам сказать, что мне меньше 99.

Дальше было без происшествий. Затем, Тенебрисель пригласил генерала-полковника на личную беседу, на счет его просьбы, а остальные подчиненные разошлись по комнатам. Я, вместе со своим мужем, Онтарэином и вторым беловолосым эльфом отправилась в кабинет брюнета. Находясь там, король накрыл комнату пологом тишины, подошел к голубоглазому дяденьке и крепко обнял.

— Ох, Тенебрисель. Как быстро время летит. Теперь ты уже не принц, а король! Так еще и в жены себе богиню нашел! А ведь, совсем недавно, еще меч в руках держать нормально не мог.

— Учитель, я так по вам соскучился.

— А когда с уроков убегал, совсем другое говорил.

— То было раньше.

— Да. Ну все, хватит. Дай я с Иссиной внучкой познакомлюсь.

Мой муж отошел от темного эльфа и сказал:

— Лиен, познакомься. Это Онтарэин син Валэ — самый старший эльф во всей Лаэргии (ему 67891 год), самый верный эльф, который служит королевской семье не одно поколение и мой учитель магии и ведения боя.

— Приятно познакомиться. Я — Лиенилде лиа… извините, рин Аран.

— Дай угадаю, до этого была фамилия лиа Мор? Это фамилия твоего деда — Мируэля лиа Мор. Но как же ты похожа на Иссу! Только росточком ниже и волосы вьются. Надеюсь, тебя не обманом на себе женили?

— Нет. Мне повезло. Меня почти не обманывали. — я выразительно посмотрела на Тенебриселя, а он отвел взгляд в сторону.

— Вот и хорошо. А теперь, перейдем к делу, — начал генерал-полковник.

— Да. Лиен, — обратился ко мне мой лгунишка, — во время нашего путешествия, я не всегда смогу быть рядом. Я не сомневаюсь в тебе, но, признай, тебе сложно справиться с грубой мужской силой. Тебя могут просто зажать где-нибудь или принудительно… поцеловать или еще чего хуже, а из-за твоего страха, ты не сможешь противостоять. Поэтому, я обратился к Онтарэину. У него служат только проверенные люди. Поэтому, мо Лиен, — он опустился передо мной на колени и взял за руки, — мне будет спокойнее, если я буду знать, что с тобой ничего не случится. Хорошо?

— Хорошо. Эх… Опять ощущается разница в возрасте.

— Лиен, возраст не важен, помнишь?

— Помню. Так кого вы ко мне приставили?

— Знакомьтесь, — сказал темный эльф, — лучший воин в Обсидиановой долине и мой внучатый племянник.

— Индариэн син Валэ. К вашим услугам, моя королева, — парень с белыми волосами, собранными в высокий хвост, ясными голубыми глазами и загорелой кожей встал передо мной на одно колено и продолжил: — Клянусь оберегать и защищать Ее Величество — Лиенилде рин Аран даже ценой своей жизни. Отныне и сколько вам будет угодно, я ваш преданный слуга.

Часть 2

Я смотрела на моего нынешнего телохранителя и уже собиралась согласиться на его кандидатуру, как Индариэн упал на землю, больно ударившись головой об паркет. Мамочки! А если он себе голову разобьет?! Хотя, судя по пыли и каменной крошке, это эльф повредил пол, а не пол эльфа. Но на этом он не остановился.

— Моя королева, прошу, простите меня за тот вопрос! Я поступил бестактно по отношению к вам! Такого больше не повторится! Но я обязан понести наказание, поэтому, моя королева, накажите меня!

ЧТО?! Мои глаза увеличились в 2 раза. Твою дивизию! Я, конечно, все понимаю, но здесь что, за вопрос наказывают?! Жесть!

— Индариэн, встань, — спокойно скомандовала я.

Темный эльф послушно встал, а я заметила, что на полу осталось кровавое пятно. Подняв голову вверх (все-таки, эльфы очень высокие, по сравнению со мной), я увидела, что на лбу мужчины красуется огромная ссадина, а алая струйка крови окрасила белую бровь в красный цвет. Все-таки, разбил себе лоб, зараза!

— Не вижу смысла тебя наказывать. Главное, что ты понял свою ошибку, попытался ее исправить и извинился. Это очень хорошо. Но от таких неудобных вопросов не застрахован никто, так что, не вини себя. Это все равно что если я спрошу как зовут твою маму, а она у тебя умерла. Будет неудобно, но стоит ли меня винить за этот вопрос? Я же не знала всех подробностей. Так и ты. Ты же не знаешь, что именно там произошло. Так стоит ли тебя винить?

— Нет, моя королева, — он опустил свою голову.

— Вот. Но я должна тебя предупредить. Больше НИКОГДА, повторюсь, НИКОГДА так не делай, — я указала на засыхающие пятно крови на паркете и лоб телохранителя. — Что я буду делать, если ты себе в один прекрасный момент разобьешь голову?

Я взмахнула рукой и ссадина на лбу голубоглазого исчезла. А этот ушастый камикадзе, в порыве благодарности, опять упал на колени, стукнувшись лбом. Тенебрисель удивился, а у генерала-полковника чуть глаза из орбит не вылетели. Ясно. Видимо, Индариэн поступает так впервые.

— Прошу прощения, — мужчина поспешил подняться и виновато посмотрел на меня и Онтарэина.

— Я так понимаю, такое происходит впервые? — спросила я нахмурившегося дяденьку.

— Да, впервые, — он сверлил взглядом своего внучатого племянника.

Я вновь взмахнула рукой и залечила новую ссадину на лбу. Затем, подошла ближе к остроухому самоубийце.

— Наклонись, — скомандовала я.

Беловолосый беспрекословно исполнил мой приказ, наклонился, а я зарядила ему щелбан в лоб.

— Больше, — еще один щелбан, — не смей, — и еще, — так, — снова щелбан, — делать, — добивающий щелбан, из-за которого эльф зажмурился. — Ясно?

— Да, моя королева.

— Надеюсь, ты просто перенервничал.

— Да, вы правы, я перенервничал. Простите меня.

— Хватит извиняться. Лучше иди, передохни. Он ведь вам больше не нужен?

— Нет. Индариэн, свободен. Я позже переговорю с тобой насчет твоего поведения, — строго сказал самый старший эльф.

— Да, генерал-полковник.

Когда дверь за остроухим самоубийцей захлопнулась, Онтарэин обратился к нам:

— Извините за поведение моего племянника. Раньше такого никогда не происходило. Он был лучшим и понимал все с полуслова. Но если вы хотите, я могу заменить его на другого эльфа.

— Я бы не спешил с выводами, — возразил Тенебрисель. — Он не соврал и, правда, перенервничал. Я даже не удивлен. Лиен — богиня, — хотела сказать, что никакая я не богиня, но мне их не переубедить, — получается, ему выпала честь защищать богиню. Любой бы на его месте перенервничал, но вместо того, чтобы просто повторно упасть, другой эльф мог бы сделать что-то похуже. Я знаю большинство мужчин, которые собирались ей ноги целовать, а на вещи, к которым она прикасалась, готовы были молиться. И это только самые мелкие желания.

— Так! А почему я об этом не знаю?

— Потому, что таких личностей я к тебе не подпускаю. Или, думаешь, у нас просто так служат только девушки? Хотя, и среди них попадаются… кхм… чересчур фанатичные персоны, — я вопросительно уставилась на короля. — Как-то раз, я увидел, что одна из наших прошлых служанок нюхала твое платье и, поверь, делала она это явно не для того, чтобы почистить его. Не волнуйся, ее, как и других, уже уволили.

Я поежилась. От этой информации стало некомфортно и захотелось поскорее прийти в комнату и снять платье. А лучше сжечь. Я подошла к своему мужу, встала перед ним спиной, взяла его руки и обвила себя ими, создав кольцо объятий. Так спокойнее. Конечно, не совсем прилично, но спокойствие важнее. Брюнет (видимо, тоже наплевав на этикет) сильнее прижал меня к себе и начал нежно гладить.

— Твоя бабушка также делала, когда ей было неуютно, — сообщил темный эльф, усмехнувшись. — Эх, дети-дети. Проходят века, а гены не изменить. Ладно. Значит, оставляем Индариэна?

— Да, — одновременно ответили мы с мятным королем.

— Хорошо! Тогда, — беловолосый мужчина поклонился нам, — Ваши Величества, разрешите откланяться.

— Разрешаем, — ответил за обоих мой эльф.

Генерал-полковник по-доброму улыбнулся и вышел из комнаты.

Следующие несколько часов мы посвятили работе. Тенебрисель бегал с собрания на собрание, обсуждая то военные действия, то экономическое положение в стране, встречался с разными высокопоставленными эльфами и разбирал план нашей поездки. Я же занималась не менее легкой работой: перечитывала письма с просьбами и иногда встречалась с лордами, которые озвучивали свои проблемы. Звучит просто, но на деле — это кошмар какой-то!

Представьте себе, около тысячи писем, средний размер которых составлял 2 страницы, с кучей воды и лишних слов. А смысл у большинства один: дайте нам денег. В основном, такие письма писали те, у кого процветал бизнес, но им всего было мало. Но были и хорошие эльфы, которым нужны были земли для растениеводства и разведения скота, деньги на постройку атаукэв (это как наши фабрики и заводы) по производству одежды, лекарственных средств и на строительство больниц и школ. Такие письма требовали разрешения короля (или королевы), чтобы государство выделило им деньги. А зажравшиеся заразы просто заплатили специальным эльфам, чтобы их письма попали ко мне на стол (даже здесь коррупция! Надо с этим что-то делать). Для благого дела я ставила печать и давала разрешение на выделение нужной суммы денег, а этим ушастым паразитам я приказывала выписать штраф за нецелесообразное обращение к короне (и за трату моего времени). А нечего нажираться за счет казны и разводить в моем королевстве коррупцию! Но среди всех этих писем, были слова благодарности и пожелания всего наилучшего от детей. Иногда, вместе с письмами присылали рисунки. Не совсем ровные, немного смазанные, но такие яркие рисунки, которые заставляли меня улыбаться. Было так приятно. Писем от детей было совсем немного, поэтому я старалась ответить на все. Рисунки я подписала и сложила в отдельный ящик стола, готовясь к следующему испытанию — к встрече с лордами.

Лорды — это отдельная тема. Одни, подумав, что я слишком юна и неопытна, решили меня обхитрить и развести на деньги. Но после того, как мои глаза изменили свой цвет на красный, а я задала прямой вопрос: "Вы что, меня за дуру держите?" — они прекращали весь этот цирк и, извинившись, удалялись. Другие эльфы из высшего сословия не могли и двух слов связать. Они просто завороженно смотрели на меня и открывали рты, как рыбы, не произнося ни звука. В таких случаях, я отвлекала их от посторонних мыслей и ставила перед выбором: либо они говорят, зачем пришли, либо уходят. Странно, но все уходили. Была еще третья группа: чудики. Они, увидев меня, падали на колени и просили сделать их моими рабами. Хоть я и знатно прифигела от такой просьбы, но спокойно приказала им встать с колен и вежливо спросила у этих аристократов, где они посеяли свою гордость. Те отвечали, что им ничего не нужно боле и они могут быть хоть крысами, лишь бы моими. Для таких душевнобольных у меня в зале стоял фэанэр (эльфийский психиатр). После 2 таких чудиков, решила, что лучше пусть будет рядом. Но был один тип, который вообще меня убил. Пришел с цветами для меня, признался в любви и давай меня уговаривать. Я ему отказала и попросила выйти из тронного зала. Этот паразит не остановился и начал говорить, что он во всем лучше моего мужа. Я попросила его остановиться, но этот придурок сказал, что он и в постели может дать фору королю. Здесь я уже психанула, но оставаясь внешне хладнокровной, приказала страже вывести этого наглеца. Эльф тоже психанул и распылил в меня приворотное зелье. К счастью, я вовремя среагировала и, выставив щит из тьмы, уничтожила эту гадость, надела на него теневые наручники и прошипела:

— В темницу его. Позже, придет король и решит его дальнейшую судьбу.

— Да, Ваше Величество! — дружно ответили двое стражников.

Вот же ж! Какие наглые эти лорды! Нет, конечно, были исключения и некоторые приходили по делу: разработки новых моделей линхортов, новые открытия или проблемы, связанные с землями у обычных граждан. Но остальные меня выводили из себя! Хорошо, что фэанэр был рядом.

Когда дела закончились, мы с Тенебриселем навестили нашу маму, пообщались с ней и отправились к ожидавшим нас вампирам.

Каждый из нас рассказывал, как прошел его день. Сначала, Дакана и Амотэк, затем, Тенебрисель и в самом конце я. Закончив свой рассказ, я быстро осушила бокал с кровью и задала вопрос:

— Вот что на этих лордов нашло? Насчет денег, я могу понять, но предлагать стать моими рабами? Это безумие! Раньше ведь такого не было! Ужас, — я помассировала переносицу, а вампирша долила мне крови в фужер. Немного подумав, она налила туда вино, которое пил мой муж. — Спасибо, — поблагодарила я и сделала глоток. Сочетание вина и крови получилось довольно вкусным.

— Вообще-то, такое было и раньше, — начал эльфйский король. — После Свадьбы Божеств, твоя сила увеличилась, значит и энергии в тебе стало больше. У древнейших рас есть такая особенность — нас тянет к энергии и ее источникам. Поэтому, все эльфы начали еще больше тянуться к тебе. А после того, как я надел на тебя серьгу, твои силы увеличились в 2 раза.

— Так! Увеличение силы ведь происходит на свадьбе!

— На свадьбе слились наши души, а увеличение энергии произошло во время надевания серьги. Так вот, твои силы, вновь, увеличились и некоторые эльфы начали сходить с ума по тебе, как по большому источнику энергии. Но то, что произошло сегодня, я объяснить не могу.

— А я могу, — влезла блондинка. — У вас же была брачная ночь. А у вампиров, после первого раза, обаяние становится еще сильнее, но такую харизму невозможно как-либо скрыть. Вот и получается, что ушастики не выдерживают такого напора.

— Так что, — сказал Амотэк, — хорошо, что вы ей телохранителя приставили. Судя по вашему рассказу, тот эльф — один из немногих, кто может выстоять против обаяния и сильной энергетики. Кстати! Я совсем забыл! Поздравляю вас с удачно проведенной брачной ночью! Тен, молодец! Доставил ей максимальное удовольствие!

Король вампиров пожал руку брюнета, а я покраснела.

— Спасибо за поздравления, Амотэк. А разве я мог иначе? Но как ты узнал?

— Мы все видели, — ответила девушка.

— Как видели?! — шокировалась я, еще больше краснея. А шатен начал рассказ:

— Мы решили тоже заняться любовью и, для романтичной атмосферы, зажгли свечи. А потом, пламя от них стало фиолетовым и время от времени поднималось выше. В конце, оно поднялось до потолка и пришло в нормальное состояние.

— Мы с Амотэком подумали, что это пламя подозрительно похоже на твою энергию, — обратилась ко мне вампирша, лукаво улыбнувшись.

Дальше мы просто болтали до самого вечера. Потом, Тенебрисель напомнил мне про мое обещание, насчет того, что ему можно сделать все, что он захочет, и где-то в 3 часа ночи, после всего, что он захотел, мы заснули.

Часть 3

Несколько дней прошли также, как и этот. Но, сегодня, мы наконец-то отправимся в путешествие по странам Лаэргии.

Слуги бегали туда-сюда, собирая вещи, а мы с Тенебриселем стояли около главных ворот, ожидая, когда же придет наша свита. В нее входило 40 эльфов, не считая меня с мужем и Индариэна: 10 слуг (повара, горничные и т. д.), 10 особо сильных магов и 20 воинов, 10 из которых были темными эльфами. Мой король сам специально выбирал личностей, которые смогли бы нормально реагировать на мое обаяние и энергетику. Поэтому, во время пути, проблем возникнуть не должно.

Первым к нам подошел мой телохранитель.

— Здравствуйте, Ваше Величество, — мужчина поклонился брюнету и, сев на одно колено, поприветствовал меня: — Здравствуйте, моя королева.

Не смотря на уверенный голос и хладнокровное лицо, выражающие лишь почтение, можно было заметить, что эльф неровно дышит. Нервничает. Или же моя энергетика, вперемешку с обаянием, действует на него. Надо бы ему дать успокоительное. Да и остальным, тогда, тоже.

Мо Тен ответил на приветствие кивком, продолжая договариваться с другими сопровождающими.

— Здравствуй, Индариэн. Надеюсь, во время путешествия, твой лоб не пострадает.

— Не волнуйтесь, моя королева, мой лоб не пострадает, — усмехнулся голубоглазый.

— На всякий случай, прими успокоительное. Тенебрисель.

— Да, моя маленькая? — и снова эта забавная перемена между суровым королем и милым мужем.

— Нужно, чтобы остальные участники нашего путешествия приняли успокоительное. Я не сомневаюсь в том, что ты выбрал лучших, но давай перестрахуемся.

— Хорошо. Эй! Раздать всем сопровождающим успокоительное! — приказал он одному из слуг.

Через несколько минут, собралась вся свита. Мы провели перекличку и пошли к линхортам. Решили не телепортироваться, а ехать. Это привлекает внимание. А оно нам очень нужно, чтобы привлечь отступников. Мы выполняем роль приманки, чтобы вывести всех упырей из их укрытия и словить, дабы как можно сильнее ослабить армию Виктора и Молутэка до их прихода.

Нас ожидало 10 обычных линхортов черного цвета и один линхорт-лимузин. Тоже черный. Это мне напомнило разборки мафии. Ну, да ладно.

Дорога предстояла длинная, но нам повезло, что эльфийские машины развивают скорость до 2000 км/ч. Так что, до столицы Драконьего Княжества — Аргх'аткарис мы доедем за 5 часов. 1 час уйдет на отдых в приграничном городе. Вот во всем линхорты хороши, только жрут много энергии у водителя. Поэтому, во время пути обязательно нужно устроить небольшой перекур.

Я и Тенебрисель зашли в небольшой лимузин, а остальные эльфы распределились по другим машинам. В салоне лимузина было комфортно: два бежевых кожаных дивана с отделкой из темного дерева, расположенных напротив друг друга, стол с угощениями, фужерами и заначкой, в виде вина и других алкогольных напитков, под ним.

Первые 2 часа пути, мы болтали и выпили немного вина. Мятный король лежал у меня на коленях, а я кормила его виноградом. Он мурлыкал, как кот, а, потом, я добралась до его волос. Давно уже хотела их заплести, а все никак времени не было. Полу-эльф, полу-кот согласился и уселся так, чтобы я смогла заплести его шевелюру. Длинные, шелковые волосы цвета темного индиго даже не требовались в расчесывании. Я просто зарывалась в них руками и, проводя по всей длине вниз, играла с легкими прядями. Немного помассировав голову бывшего принца и расчесав пальцами гриву, я принялась за плетение. Сначала, обычная косичка, затем, колосок, французская и с каждым разом все сложнее и сложнее. Так бы и продолжала это занятие, если бы пальцы не начали жутко болеть. Тенебрисель оставил заплетенную мной замысловатую косу и, положив мне подушки под спину, чтобы я удобнее села, расположился между моих ног, положив свою тяжелую голову мне на грудь. Мы еще немного побыли в таком положении, а, потом, наш разговор случайно зашел в сторону… кхм… полового акта. Секунда, и я уже прижата к дивану моим супругом, который хищно осматривал мое тело, предвкушающе улыбаясь. Я обвила его шею руками, привлекая ближе к себе, и подарила легкий поцелуй, дразня брюнета. Он же властно, но нежно впился в мои губы и начал расстегивать рубашку, в которой я была. Но когда мы оба были готовы перейти к дальнейшим действиям, а первая пуговица оказалась на свободе от ткани, линхорт остановился и нам объявили, что мы в приграничном городе Драконьего Княжества — Лаких'икэн. Эльф рыкнул, нехотя отрываясь от моих губ.

— Черт! Как же не вовремя!

— Мо Тен, давай останемся, — попросила я мужа, понимая, что я сейчас сгорю, если ничего не произойдет. — Все равно, у нас есть еще 1 час отдыха.

— Моя богиня, ты даже представить не можешь, как я хочу остаться здесь. Но у меня есть неотложные дела в Лаких'икэне. Пока я занят ими, ты можешь посмотреть город. Поверь, он очень красивый! А потом, мы доведем наше дело до конца.

Я недовольно сжала губы и, приведя себя в порядок, направилась к выходу. Тенебрисель подошел сзади и крепко обнял меня, целуя в шею:

— Прости, мо Лиен. Ну, не дуйся. Потерпи часок и я сделаю все, что ты захочешь.

— Хорошо. Думаю, часок я сумею подождать. Но поаккуратней с выражениями. Я же могу воспользоваться твоим разрешением, — вспомнила я фразу моего короля и чмокнула его в нос.

Эльф улыбнулся и поцеловал меня в макушку. Затем, мы вышли из линхорта и направились в гостиницу. В ней отдыхали наши водители, а остальная свита, кроме нескольких слуг, разбрелась по городу.

Мне с мятным королем выделили отдельные покои для отдыха. Правда, никто из нас не будет в них задерживаться: Тенебрисель уйдет по делам, а я направлюсь в город. Так что, в номере, мы только сменим свою одежду на более официальную, в которой продолжим наш путь. Но, сейчас, горничные проворно одевали меня в легкое бледно-розовое платье до колен, в котором я буду гулять по городу.

Через некоторое время, я вышла из номера, одетая в платье с кружевной белой накидкой сверху, такого же цвета чулки, закрывающие кожу ног от чужих глаз, и туфли в тон платья. На руке красовался широкий браслет из белого золота, а в волосах, которые были собраны в красивый пучок с выпадающими спереди прядями, находилась заколка из того же золота в виде ветки с бледно-розовыми цветами (камни в моей сережке, тоже поменяли свой окрас на этот цвет).

Мне нравилось то, как я выглядела. А по восхищенным взглядам, которые сопровождающие пытались скрыть (боялись, что король им голову за это открутит), я поняла, что остальным тоже очень нравилось видеть меня в платье.

Индариэн стоял передо мной в поклоне, закрыв глаза. Я, вновь, заметила, что он неровно дышит. Странно. Успокоительное, которое всем раздали, очень хорошее, действенное, а эффект от него держится сутки. Может, мой телохранитель не восприимчив к лекарствам?

— Индариэн, встань, — приказала я. Когда темный эльф встал, я спросила: — Ты неважно себя чувствуешь?

— Нет, моя королева. Я отлично себя чувствую. Спасибо за беспокойство.

— Вот и хорошо, — я улыбнулась ему, из-за чего он снова опустил голову, закрыв глаза. — Но если что, говори. А теперь, идем! Мне не терпится посмотреть на город!

— Да, моя королева.

— И еще, когда мы будем в городе, обращайся ко мне "госпожа", а не "моя королева". Я не хочу афишировать свою принадлежность к короне.

— Да, госпожа.

Мы вышли из гостиницы. Город был прекрасен. Широкие, вымощенные гранитом дороги, мощные, высокие дома из темного мрамора и остроконечные шпили на крышах. Можно было подумать, что здесь очень мрачно, но нет. Многочисленные растения (не столько, сколько в Эльфийском Королевстве, но тоже много), разнообразные, красочные гербы на каждом доме и много, очень много золота, которым было украшено все: флюгеры, окна, дома, фонари, заборы, да даже в самой дороге присутствовало золото! Правду говорят: каждый дракон немного гном, а каждый гном немного дракон. Ведь только у этих двух рас есть невероятная тяга к золоту. Но не суть.

Но самым прекрасным был даже не город, а его обитатели! Каждую минуту, я видела, как какие-либо драконы меняют ипостась и взмывают ввысь или же, наоборот, опускаются и вновь становятся прямоходящими. Это было великолепно. А то обилие красок, что можно было наблюдать, взглянув на небо, завораживало. Величественные фигуры драконов парили в небесах, то открывая, то скрывая от наших глаз солнце. Оранжевые, красные, зеленые, синие, голубые, изумрудные, коричневые, черные, белые, серо-буро-малиновые! С ума сойти! Только не было золотых драконов. Не удивительно. Золотые драконы — это те, кто правят страной. Другими словами, князья. Поэтому, увидеть хотя бы одного золотого дракона, в приграничном городе, в обычный день — это редчайшее событие. А может, я увижу? Да, бред какой-то! Все золотые особи сейчас в столице, ждут нас.

Пока мы гуляли по Лаких'икэну, я успела лучше узнать Индариэна. Оказывается, он довольно веселый парень, обожающий сарказм и высмеивание себя. Поначалу, он извинялся за свою любовь к иронии, но, потом, расслабился и начал вести себя более открыто. Нас можно было бы принять за хороших друзей, если бы темный эльф не обращался ко мне на "вы" и "госпожа". Также, Индариэн оказался отличным гидом и провел мне экскурсию по всему городу. Беловолосый говорил, что если я посмотрю направо, то увижу один из домов лорда Пакхроэ, налево — самый дорогой ресторан, в котором нормально поесть невозможно, а если взгляну назад, то увижу очередного прохожего, который стал жертвой моей красоты. Мы, вновь, смеялись и шли дальше.

— Госпожа, давайте лучше уйдем отсюда, — наклонившись ко мне, прошептал голубоглазый. — Здесь часто можно встретить нетрезвых личностей. А пьяный дракон — это катастрофа для НЕ дракона.

— Хорошо, уведи меня отсюда.

Мы постарались отойти подальше от таверны с подходящим названием "Пьяное счастье", но до меня донеслись мужские голоса, которые невнятно напевали какую-то песню. Индариэн нахмурился и попросил меня поспешить, но мы не успели.

— О! — воскликнул белый, немного пухлый дракон. — Эльфиечка!

— И вправду (ик!) — подтвердил фиолетовый молодой алкоголик.

Всего драконов было 6. Белый, фиолетовый, бардовый, салатовый, желтый и голубой. Они, посмеявшись, направились в мою сторону. Только желтый остался в стороне, нервно хихикая.

Мой телохранитель встал впереди меня, закрывая от мужчин, а я приготовилась атаковать. Когда нетрезвые драконы подошли к нам, Индариэн молниеносно атаковал их, вырубив каждого с одного удара. Я расслабилась, думая, что все кончено, но поздно заметила, что желтый дракон исчез. Затем, я почувствовала запах лайма вперемешку с перегаром.

— Такая милая эльфиечка не должна скучать в компании простого телохранителя, — шепнул мне на ухо желтый дракон, обвивая мою талию и привлекая к себе. От его близости, страх сковал мое тело.

— ГОСПОЖА! — крикнул темный эльф, кинувшись мне на выручку. — ОТПУСТИ ЕЕ!

— Он испортит нам все веселье! — сказал пьяный в дрова дракон и, через секунду, тело эльфа сковали золотые цепи, которые тот никак не мог разрушить. Я в панике начала соображать, что же делать, как вдруг дракоша выдал: — А теперь, КАРУСЕЛЬ!

Он поднял меня и начал кружить. Сказать, что мы с Индариэном прифигели — это ничего не сказать. А этот пьяный ящер с криками: "Вииииии!!! Каруселька для эльфиечки!!!" — продолжал меня кружить. Когда я немного отошла от шока, то заметила одну важную деталь, которая ускользнула от меня. Волосы дракона были не желтыми, а золотыми.

— Твою дивизию! — не сдержалась я.

— А что с моей дивизией? — золотое недоразумение остановилось и масляными от опьянения глазами посмотрел на меня. От резкой остановки, я чуть не выскочила из его рук, но мужчина держал крепко.

— Князь! — сказала я.

— Не-е-е, — он помотал головой. — Я еще князеч!

— Твою дивизию! — снова выругалась я. Ха. Смешно вышло. Думала, что в этом городе вообще ни одного золотого дракона не встречу, а вот он. Держит меня. Так еще и пьяный!

— Да что не так с моей дивизией?! Приказываю отвечать, милашечка! — это звучало так абсурдно, что я не выдержала и засмеялась. — Ты смеешь смеяться надо мной?! Да ты знаешь, кто я?! Ик!

Из-за того, что дракон отвлекся, Индариэн смог уничтожить цепи и, через секунду, я была прижата к твердому телу темного эльфа.

— Прошу, простите за это, моя королева, — сказал мужчина, отпустив меня.

— Ничего страшного. Спасибо, Индариэн.

— Моя королева? — спросил князеч. — Королева… Королева! ТЫ КОРОЛЕВА?!

— Да.

— Да чтоб у меня похмелье 3 дня шло! Королева! Вашу ж мать, королева! — кажется, дракон только что протрезвел. — Подожди! А какая королева?

— Эльфийская, — ответила я.

— Как эльфийская?! Эта та, которая Дитя Богов?! — я кивнула. — Ой, мне хана! Подожди, а что вы здесь делаете?

— Мы в столицу едем, а здесь у нас проходит отдых.

— Как в столицу?! Вы что, сегодня приезжаете?! Ой, что будет! Меня отец убьет! И братья! И сестра!

Мда… Не так я себе встречу с золотым драконом представляла… Но хоть я не одобряю его поведение, мне его стало жаль.

— Тебя сильно ругать будут? — спокойно спросила я.

— Да они из меня всю душу высосут! А учитывая то, что я сделал… Ой! Прошу прощения за мое отвратительное поведение, Ваше Величество! Простите! Пожалуйста, простите!

— Так! Успокойся. Я помогу тебе. Поедешь с нами. Скажем, что ты решил нас встретить, поэтому тебя не было дома. Но, сначала, приведи себя в порядок. Ждем тебя через 20 минут около гостиницы "Золотое крыло". Не опаздывай.

— Благодарю вас, богиня! Спасибо вам огромное! — он хотел поклониться, но я его остановила. Вот только кланяющихся князей мне не хватало!

— Скажи, как тебя зовут?

— Прошу простить меня за грубость. Я седьмой князеч Драконьего Княжества — Рин Аргхамкроэ.

— Королева Эльфийского Королевства — Лиенилде рин Аран. Будем знакомы.

Когда золотой дракон скрылся из виду, а мы были на полпути к гостинице, Индариэн спросил:

— Госпожа, а почему вы решили помочь ему?

— Потому, что он, потом, поможет мне. Также, он, в любом случае, замолвит за меня словечко своей семье. Значит, они быстрее воспримут меня как королеву и будут уважать.

— Тоесть, вы помогаете ему ради выгоды?

— Да, — холодно сказала я. — Хотя, возможно, я просто оправдываю так свою доброту и, на самом деле, мне просто стало жаль этого князеча.

_____________________

Внимание! Дорогие читатели, хочу вас предупредить, что продолжение книги выходит через день! Но так как одной мадаме лучше работается ночью, продолжение может выйти либо рано утром, либо вечером, либо глубокой ночью.

Спасибо, что читаете мою книгу) Не забывайте комментировать) Всем хорошего времени суток)

С уважением, сова по-имени Селена)

Часть 4

— Что значит дракон едет с нами? — строго спросил Тенебрисель, поправляя идеально-сидящий пиджак темно-синего цвета.

— То и значит, — ответила я, наблюдая за королем, что стоял около огромного зеркала. — Князеч едет с нами.

— Ты решила мне так отомстить? — он развернулся, хмуро посмотрев на меня и скрестив руки на груди. Но, потом, его взгляд потеплел и эльф продолжил более мягко: — Лиен, маленькая моя, я же не специально тогда ушел. Была б моя воля, я бы остался. Но здесь, на границе, обнаружили еще один лагерь отступников, а некоторые упыри спрятались в городе. Также, на наш экипаж, во время пути, было совершенно нападение и нужно было допросить вампиров.

— Тенебрисель, — я встала с кресла, на котором сидела, и подошла к брюнету, — я не злюсь на тебя за то, что ты ушел, и уж тем более не мщу. Пойми, нам это выгодно. Как говорят на Земле: мы убьем 2 зайцев одним выстрелом. У Рина будет оправдание перед семьей, а у нас новый союзник, который поможет нам расположить к себе князя Драконьего Княжества. Если он будет нас уважать, значит, более охотно будет помогать. Также, наш князеч может помочь нам поладить со здешними аристократами.

— Хочешь, чтобы у нас было больше связей?

— И не только. Большинство драконьих аристократов — дипломаты. Если мы им понравимся, то, считай, понравимся всему миру, — мятный король вопросительно поднял одну бровь. — Если у дипломата, когда он будет на задании, речь случайно зайдет о нас, то он будет отзываться о нас хорошо. А если большинство будет говорить какие мы замечательные, то все, с кем работали дипломаты, будут считать, что мы, и вправду, такие замечательные. А дальше, эта информация распространится среди обычных граждан. Того, мы получаем, что почти все в мире, будут на нашей стороне. Я тебя уговорила на поездку с драконом?

— Да, уговорила, моя маленькая умница, — он поцеловал меня в лоб, нежно обняв.

— Тенебрисель, я понимаю, что намного младше тебя, но хватит со мной обращаться, как с маленькой!

— О, ты хочешь, чтобы я с тобой обращался как со взрослой? — брюнет перешел на соблазнительный шепот и укусил меня за ушко. Затем, начал целовать мою шею, а его руки спустились ниже. После, он провел большим пальцем по моей нижней губе, коснулся ее языком и сказал: — Единственное, что мне мешает так поступить, так это… дракон в нашем линхорте!

Он отпрянул от меня, выпустив из своих объятий, а я как кошка потянулась за ним, но эта ушастая зараза отшагнула назад, нагло улыбаясь.

— Тенебрисель! Ты что, обиделся?

— Конечно, я обиделся! Я с таким нетерпением ждал, когда же мы сможем уединиться! Уже представил, что и как у нас будет, хотел показать тебе кое-что новое, а ты взяла и привела дракона! Еще бы я не обиделся!

— Ну, Тенебрисель! Когда приедем сделаем!

— Сделаем, но не сегодня! Я обиделся! — мужчина еще шире улыбнулся и отвернулся.

— Тенебрисель!

— Обиделся!

— Зараза ушастая, что ты как маленький!

Король развернулся, показал мне язык и выбежал из комнаты. Я засмеялась. Правду мама говорила: мужчины — это те же самые дети, только с большими игрушками. Мда уж. Моему мужчине 725 лет, а он только что показал мне язык и выбежал из номера, как нашкодивший школьник от учителя. Обиделся он. Ну, ничего! Ночью, про обиду и не вспомнит! Я, может, тоже соблазнять умею! Ну, хотя бы попытаюсь.

Когда я вышла из гостиницы, то сразу заметила золотого дракона. Сейчас, от него будто бы свечение шло, нежели тогда, когда мы встретились. Рин выглядел более аккуратно и презентабельно. Длинные золотые волосы были собраны в низкий хвост, глаза с вертикальным зрачком, которые тоже были золотыми с вкраплениями оранжевого, смотрели не затуманено, а с некоторым величием. На мужественных широких скулах больше не было неаккуратной щетины, а золотые чешуйки сверкали в лучах солнца, как новые монеты. Да и в целом, лицо больше не выглядело помятым. А черный костюм с желтой рубашкой и золотыми пуговицами говорил (вернее, кричал) об аристократичном происхождении мужчины. Казалось, что тот дракон, которого мы видели ранее, и этот — это 2 разные личности. Тот готов напиваться в третьесортном баре, в сомнительной компании, а этот может выпить лишь немного дорогого вина вместе с такими же величественными друзьями, а с дамами только чай высшего качества. Короче говоря, сразу видно — это принц! Вернее, князеч.

Рин сейчас разговаривал с Тенебриселем и выглядел очень серьезным и уверенным. Но я заметила, что он часто отдергивает рукав своей рубашки, теребит запонку и поправляет галстук-лавальер. Нервничает, причем сильно.

Я бы на его месте тоже нервничала. Вернее, когда я разговаривала с Тенебриселем, у меня сердце в пятки ушло. А вы попробуйте рассказать своему мужу, что какой-то пьяный мужик напал на меня и, теперь, он должен поехать с нами. Да будь он хоть трижды князечем, Тенебрисель бы ему все кости переломал! Я могла бы соврать (в мою ложь охотно верят), но мой король видит, когда лгут, и обладатель дара принуждения. Так что, по пути в гостиницу, я ломала голову, как бы все рассказать моему милому, чтобы не соврать, и он не заподозрил бы неладное и не применил бы магию принуждения. Но на тот случай, если бы я оказалась под подозрением, и мятный король применил бы магию принуждения, я бы возмутилась, что он мне не доверяет и ушла бы в другую комнату. К счастью, проворачивать эту аферу мне не пришлось, так как эльфа больше возмутил факт того, что дракон поедет с нами. Надеюсь, Рин не расскажет королю всех подробностей. Но, вроде бы, Тенебрисель по-прежнему спокоен, значит, все хорошо. Пронесло!

— И вновь, здравствуйте, Ваше Величество! — поприветствовал меня дракон и посмотрел, как на спасение от страшного короля. — Вы прекрасно выглядите!

— Добрый день, князеч Рин. Благодарю за комплимент, — я посмотрела на своего мужа. Он сверлил меня взглядом. Твою дивизию…

— В линхорте поговорим, — зло прошипел мой муж и ушел в сторону лимузина.

— Что ты ему сказал? — спросила я у князеча.

— Сказал, что мы случайно столкнулись у таверны, и я вспомнил, что должен был быть во дворце сегодня, а вы предложили мне свою помощь. Но потом, я, против своей воли, сказал, что в тот момент был пьян. Его Величество обладает даром принуждения?

— Да… Ой, что нам сейчас будет!

Когда мы зашли в машину, Тенебрисель сидел на диване, потягивая из широкого стакана демонический коньяк. Он хмуро смотрел в одну точку, а потом, перевел свой тяжелый взгляд на нас.

— Ну-с, выкладывайте. Чего я еще не знаю о вашей встрече?

Мы уселись на диваны, автомобиль тронулся и начался рассказ. Во время него, было совершенно несколько покушений на жизнь князеча, которые (слава богам) мне удалось остановить. В конце нашего повествования, брюнет подвел итоги, прочитал нам обоим лекцию по тому, как должны вести себя правильные королевы и князечи, немного поругался со мной, из-за моего "глупого" решения взять этого алкоголика с собой, но я возразила, сказав, что напиваются до беспамятства вдали от дома не от хорошей жизни. После этих слов, мой муж задумался, а золотой дракон погрустнел.

— Она попала в яблочко, верно? — спросил эльфийский король у Рина.

— Да…

Мой милый достал еще один бокал, налил коньяка в оба фужера и протянул один из них князечу.

— Что у тебя случилось? Если не хочешь, можешь не говорить.

Мужчина опустил голову, сжал сильнее бокал в руке и осушил одним глотком. В его глазах было видно отчаяние, злость, грусть, отвращение, боль и обиду. Тенебрисель долил ему коньяка, а дракон тяжело выдохнул и начал:

— Я… я должен жениться на одной драконице.

— А ты ее не любишь? — спросила я.

— Если бы… ох, если бы так было… Я любил ее… о боги, как же я любил ее! — мужчина сжал бокал еще сильнее, из-за чего на бедном стекле пошли трещины. — Воздушная драконица, первая красавица в Драконьем Княжестве, с которой я знаком больше трехсот лет, должна была стать моей женой… Она говорила, что счастлива, что любит меня также, как и я ее… Она все это время обманывала меня… Водила за нос, а я, дурак, и не заметил. И ведь никак не мог ее поцеловать, ведь я ей не нравился, но постоянно оправдывался, что просто еще не время… А 4 дня назад, я застукал ее с моим старшим братом… У меня было дело к нему, но когда подошел к его двери, я услышал ее голос. Она предлагала ему свое тело. Арс сказал, что не ожидал от нее такого падения и приказал выйти из комнаты. Я не поверил услышанному и открыл дверь, а там… а там стояла она, полностью обнаженная, и лезла к моему брату. Она посмотрела на меня, но в ее взгляде даже стыда не было, лишь надменность и разочарование, что у нее не вышло совершить задуманное… — он сжал губы, а глаза дракона наполнились болью. — В тот же миг, я улетел в Лаких'икэн. Не мог видеть ни ее, ни брата. Понимал, что Арс тут не причем, но, просто, не мог его видеть… А теперь, через 2 недели, у нас свадьба, которую уже не отменить… Она узнает мое полное имя, я узнаю ее и мы будем связанны до конца наших лет…

У драконов есть одна особенность — это их имя. Имя, которое дали при рождении, состоит из 3 букв и ничем особо не выделяется. Но есть полное имя, которое дракон приобретает в сознательном возрасте. Это имя никто, кроме самого дракона, не знает. Ни друзья, ни братья, ни сестры, ни родители, ни кто-либо еще. Это имя — это вся сила дракона, это характер дракона, это мышление дракона, это и есть сам дракон. Но это имя может погубить дракона, если о нем узнают его враги. Поэтому, полное имя рассказывают только тому, кого любят. Если дракон сказал вам свое имя, значит, он, в буквальном смысле, отдал вам всю свою жизнь и всего себя. Но Рин сделает это принудительно… Это ужасно!

— Почему нельзя отменить свадьбу? — возмущенно спросила я.

— Потому, что этот брак выгоден всему княжеству и жрецы уже подготовили все к церемонии. Церемония бракосочетания — это очень сложный ритуал, на который затрачивается уйма энергии. Жрецы ни за что не уничтожат то, что делали так долго и упорно, истратив не мало сил. А учитывая упертость и лень драконов, нужна проблема глобального масштаба, чтобы отменить свадьбу. Но самое отвратительное — я вынужден сказать ей свое имя, иначе, на церемонии, мы оба сгорим…

— Ты не женишься на ней, — констатировала факт я. Но это была не мысль, а скорее, напоминало озарение. Как тогда, когда я сказала, что Молутэк и Виктор придут через 6 месяцев.

— Почему ты так уверенна в этом? — задал вопрос Тенебрисель.

— Сама еще не совсем понимаю, почему. Но почему же… почему… — я закусила ноготь на большом пальце, погружаясь в свои в раздумья.

В том, что Рин не женится на этой — простите за мой французский — шлюхе, я была уверена на 100 %. Но, по словам князеча, свадьбу отменят только из-за проблемы глобального масштаба. В этом мире, на данный момент, есть только 1 проблема, которая угрожает всем — возвращение двух сумасшедших, страдающих синдромом бога. Значит, эта стерва может быть за одно с отступниками. Если придерживаться этой теории, то можно понять, зачем эта су… собака женского пола приставала к первому князечу.

— Я смогу увидеть эту… кхм… драконицу, — я чуть не выругалась вслух.

— Да, конечно. Вы встретитесь с ней на банкете в честь вашего приезда. Вы сразу ее заметите. Вы с ней похожи: у Ами тоже белые волосы и фиолетовые глаза.

— Хорошо. Это очень хорошо…

С Амой (или Ами) я разберусь на месте. Но был вопрос, на который я никак не могла найти ответа: что это за озарения? Не понимаю… Я же не ведьма-пророчица, чтобы предсказывать будущее! Может, кто-то из богов говорит мне об этом? Нет, я бы почувствовала чужое влияние, а это МОИ мысли! Не понимаю!

— Эй, — эльфийский король прикоснулся к моей щеке, — я по твоему взгляду вижу, что ты уже думаешь о чем-то другом. Не стоит так сильно себя нагружать. Иногда, нужно отдыхать от тяжелых мыслей, иначе голова взорвется. А ты мне нужна целая.

Эльф ласково улыбнулся мне и заправил прядку волос за ухо. Я тоже улыбнулась ему и ели сдержалась, чтобы не обнять моего мужа (это моветон). Когда он убрал свою теплую руку, стало так холодно и тоскливо. Хотелось всегда чувствовать его прикосновения и я из последних сил держалась, чтобы не прильнуть к этому родному телу (чертов этикет!).

Через час, мы прибыли в столицу. Я, как истинное дите, хотела прижаться щекой к окну линхорта, чтобы рассмотреть город. Но так как я королева, я, выпрямившись и надев на голову корону (решила ее надеть, так как, через пару минут, мы подъедем к замку), сидела на диване и грустно всматривалась в очертания города, которые размывались из-за темного стекла и большой скорости автомобиля. Тенебрисель усмехнулся и пообещал мне, что, потом, мы обязательно вместе погуляем по Аргх'аткарисе.

Вскоре, мы доехали до огромного замка из черного мрамора, гранита и украшенного золотом. Высокие башни придавали этому месту строгости и еще большей величественности, но зеленая лужайка с кустами золотых роз развеивала всю мрачность.

Наша свита вышла из линхортов, образовала строй и пошла за мной, мятным королем и Рином, что находился по левую руку от эльфа. Здешние слуги, низко поклонившись, провели нас в тронный зал, где нас ожидали князь, княгиня и их дети.

Прейдя сюда, мы уверенно прошли по золотой ковровой дорожке вдоль зала с колонами и витражными стеклами до пола. Когда мы остановились, наши сопровождающие опустились в поклоне. Затем, так поступили и мы с правителями Драконьего Княжества. После этого, драконы пошли к нам навстречу, а мы к ним.

— Добро пожаловать в Драконье Княжество! Я — князь этой страны — Рэт Аргхамакроэ, а это моя супруга — княгиня Юта Аргхамакроэ. Рад видеть вас здесь, — драконы дружелюбно улыбнулись и протянули к нам руки.

— Благодарю, Ваше Величество. Я — король Эльфийского Королевства — Тенебрисель рин Аран, а это моя жена — королева Лиенилде рин Аран. Рад нашему знакомству.

Мы с моим мужем повторили действие золотых драконов, протянув свои руки им навстречу, и совершили рукопожатие. Это такой обычай в Драконьем Княжестве, который должны соблюдать все, вне зависимости от пола и расы. Вообще, все наше приветствие — это один сплошной обычай. Мы все, конечно же, знали, как друг друга зовут и кем мы являемся. Но традиции есть традиции.

— У вас крепкая хватка, — сделала мне комплимент княгиня. Угу, это комплимент, который произносится только на драконьем языке: "Кав'ахэктер митос гари'итх скари'арха'ах". Считается, что личность с крепкой хваткой обладает огромной силой в теле и в душе. Логично. А ты попробуй сжать руку дракона, чтобы он посчитал тебя сильным! Даже если перед тобой будет хрупкая леди, не стоит забывать, что ее вторая ипостась — это огромный, могучий ящер, который победит тебя в два счета.

— Благодарю, Ваше Величество. Должна сказать, что королевский цветок зовется так не потому, что растет в саду дворца, — эльфийская пословица: "Аран лотис йело ит нес канэил, ти лови си лоимэн аранкэил". Это означает, что не смотря ни на что, личность делает все правильно. Такое выражение используют, если большинство осуждает эльфа (в нашем случае, дракона) из-за его низкого происхождения, хотя он все делает как надо. Просто, княгиня происходит из рода обедневших дворян, из-за чего на нее оказывается огромное давление со стороны общества.

— Благодарю. Я рада слышать это, — Юта искренне улыбнулась, сверкнув золотыми глазами, что сильно контрастировали с ее голубыми волосами.

— Я бы хотел познакомить вас с моими детьми, — сказал князь, когда мы закончили обмениваться фразами, и указал на ряд золотых драконов. — Это моя старшая дочь и наследница престола — княжна Ари Аргхамакроэ, — девушка, с золотыми, как и у всего семейства, волосами и одетая в такого же цвета платье (драконы о-о-очень любят золото), сделала книксен.

Его Величество перечислил всех своих детей и их спутников по жизни. Того, у нас есть Ари (без супруга), Арс (без жены), Ирт (и он без жены), Рих (у него невеста — Аля), Фар (единственный с женой — Тиа), Хиз (без жены) и наш знакомый Рин с его стер… невестой (ее, все-таки, Ами зовут).

Ну, что я могу сказать насчет этой Ами? Да, у нее белые прямые волосы до середины спины, серо-фиолетовые глаза, милое лицо и красивая фигура, но в остальном… В остальном, она, мягко говоря, напоминает куртизанку. У дракониц, конечно, более открытая одежда, но эта… кхм… нехорошая леди превысила все нормы, почти оголив свою "душу", показав ноги в разрезах до бедра и полностью открыв живот. Так еще это дело смачно приправлено кучей драгоценных камней, рюш и тому подобного. В общем, я оскорбилась тем, что немного похожа на нее. И что в этом павлине красивого нашли? Так еще и сверлит меня взглядом. Ну, ничего. Посмотрим, как ты запоешь, потом.

Часть 5

Свиту отвели в специально выделенные для них комнаты, а мы с Тенебриселем прошли в столовую, в которой должен состояться банкет.

Трапезная поражала своим величием и чрезмерной роскошью. Конечно же, большая ее часть была из золота (ей богу, драконы просто помешаны на этом металле!), а остальной интерьер был выполнен в гранатовом цвете. Теперь ясно, почему ту куртизанку считают красавицей. Она также красива, как это помещение. То есть, выглядит также вырвиглазно. На самом деле, драконы не так сильно любят все это показушничество. Просто, этому залу больше нескольких миллионов лет, поэтому, обстановка здесь не меняется.

Стол, за которым мы расположились стоял отдельно и предназначался для самых важных гостей. Настолько важных, что им выпадала честь сидеть рядом с правителями Драконьего Княжества. А остальные золотые драконы и их спутники находились напротив нас, за длинным дугообразным столом с красной скатертью.

На самом столе были блюда, которые пытались заставить меня пустить слюну своим умопомрачительным ароматом. У них это почти вышло, но я вспомнила, что являюсь королевой и мне так делать не положено. Но этот запах! Мой любимый запах жареного мяса! Драконы (даже аристократы) не особо любят какие-то изыски, которыми невозможно наесться. Поэтому, большую часть стола занимали стейки разного уровня прожарки, мясо птицы и рыбы, то запеченных, то зажаренных, то приготовленных на углях. Короче говоря, драконы очень любят мясо. Конечно, встречались и салаты, и гарниры из овощей, и фрукты, в конце концов, но мяса было больше.

Я и мой муж сели по правую руку от драконьего князя. Его Величество прочитал речь о вечном мире наших стран между собой, пожелал удачи новым правителям Эльфийского Королевства, сказал, что это честь для него, разделить трапезу с сыном ученицы богов и самой богиней (бесполезно им доказывать обратное) и объявил банкет открытым.

Заиграла прекрасная музыка. Мы все приступили к ужину, не забывая про светскую беседу. Князь Рэт шутя извинялся, что на столе так мало травы, а то ведь мы — эльфы только ее и едим. А Тенебрисель, смеясь, благодарил золотого дракона, что мы вообще остались в живых, а не стали одним из блюд. А потом, я ошарашила всех присутствующих своим желанием.

Когда мятный король ласково спросил у меня, положить ли мне чего-нибудь, я попросила стейк с кровью. Все, кроме брюнета, удивились. Логично. Маленькая эльфийка попросила, вместо мизерной порции овощей и фруктов, кусок стейка с кровью. А что я? А я кровушку люблю (вампир, как-никак)! А Дакана уехала, и пить мне теперь не с кем. Вот и отрываюсь на не прожаренном мясе. Мой эльф положил мне большой кусок стейка и, улыбнувшись, пожелал приятного аппетита. Весь зал (даже стража) уставился на меня в ожидании, не веря что я съем такое. Ну, да, по стереотипам, эльфийки едят только растительную пищу или очень сухое мясо, чтобы не испортить фигуру. Конечно же, это не так, тем более, в моем случае. Поэтому, я спокойно разрезала нежное мясо, от которого шел великолепный запах крови, и тут же съела, жадно впиваясь клыками в плоть так, чтобы никто не увидел. Железный, но, в то же время, невероятно сладкий привкус алой жидкости заполнил все мое сознание, оставляя лишь наслаждение. Удивительно, в этом стейке так много крови… От эйфории меня отвлек мой муж, протирающий салфеткой уголок моего рта.

— Кровь капает, милая моя, — он улыбнулся, ласково посмотрев на меня.

Завороженно смотря на эту теплую улыбку, я совсем забылась и так захотелось прильнуть к его телу, обнять его, вдыхать его запах и чувствовать себя такой маленькой, такой слабой, но защищенной в его крепких объятьях. Правда, вовремя вспомнила, где я нахожусь и с кем я нахожусь. Также, пришло осознание того, что мне, только что, вытерли рот. Ох, твою дивизию! Как же стыдно! И это ведь все видели! А вдруг подумают, что я хрюшка?! Мамочки, как стыдно!

Но несмотря на мои ожидания, все драконы только посмеялись (а собака женского пола по имени Ами лишь мило улыбнулась, но лживость этой улыбки была видна за километр), сказали, что не ожидали такого от эльфийки и спросили, не вампир ли я. Ну, я и ответила, что в моих жилах течет вампирская кровь. И так "случайно" блеснула клыками в улыбке и также "случайно" сверкнула немного красными глазами в сторону невесты Рина. Она не показала свой страх, но мы с Теном заметили, как быстро драконица начала дышать. А нечего моему мужу глазки строить! Угу, эта оборзевшая стерва "нечаянно" еще больше оголила свою грудь и бросала томные взгляды в сторону эльфийского короля. Ни стыда, ни совести!

После банкета, так как уже был вечер, мы отправились в наши апартаменты. Темно-синяя спальня, в отличии от столовой, не была такой вырвиглазной. Золото, конечно же, присутствовало, но в меру.

Мы с Тенебриселем решили искупаться и сразу же лечь спать. Так как, оказывается, эта зараза до сих пор на меня в обиде! Ну-с, посмотрим. Если мой план сработает, то, возможно, мы повременим со сном. О боги, с каких пор я думаю о том, как бы совратить моего мужа?! С тех пор, как вышла замуж за этого извращенного эльфа… Мда…

Когда я вышла из ванной, эльфийский король уже лежал в постели, зажег над собой небольшой пульсар и читал книгу. В свете двух лун, что шел из окна, мой муж был, как всегда, прекрасен. Задумчивый взгляд, спокойствие на лице, не закрытая одеялом обнаженная широкая грудь, темные волосы, спадающие на плечи, и лишь пепельная прядь спереди отдает серебром, приковывая внимание к себе.

— Что-то ты сегодня долго, — закрывая книгу, сказал бывший принц. Конечно, долго! Решиться на такое действие моей скромной персоне очень тяжело!

Брюнет посмотрел на меня и на его лице проступила наглая улыбка, а сапфирово-изумрудные глаза хищно осматривали мое полностью нагое тело. От этого взгляда мои красные щеки еще больше покрылись румянцем. Но не смотря ни на что, я на предательски негнущихся ногах пошла к кровати. Вот же ж! Почему она так далеко от ванной! С каждым моим шагом, интерес в глазах короля возрастал, а мне было тяжелее двигаться вперед. Смущение вызывало во мне дикое желание спрятаться где-нибудь, лишь бы подальше от этих любопытных глаз. Но нет! Я доведу дело до конца!

— Ты меня соблазнить решила? — спросил эльф, немного охрипшим голосом. Есть! Я посмотрела внимательней на своего супруга. Он уже прерывисто дышал. Отлично! Теперь, главное — закончить начатое и не сбежать!

— Без одежды спать удобнее, — я увильнула от четкого ответа, но мое действие не осталось незамеченным.

— Я же сказал, что сегодня у нас ничего не будет.

— Ну, и ладно, — я нырнула под мягкое одеяло.

Тенебрисель посверлил меня взглядом, закусив губу, и дополнил:

— Если думаешь, что это сработает, то ты сильно ошибаешься. Маленькая моя, у меня отличная выдержка.

— Хорошо! Давай спать, — я придвинулась поближе к эльфу, прижавшись к его широкой груди.

Он тяжело выдохнул, крепко обнял меня и, закрыв глаза, попытался поскорее уснуть. Но я чувствовала, как что-то твердое упирается мне в живот. Ну-с, добьем эту ушастую заразу! Я сильнее прижалась к нему своей грудью, из-за чего мужчина нахмурился, сильнее закусив губу. И последний, добивающий удар! Я нежно, слегка надавливая, провела рукой от низа живота до шеи, поцеловала моего милого в губы и прошептала ему в ушко:

— Спокойной ночи, мо Тен, — и укусила за мочку.

Это было последней каплей. Брюнет с полу-стоном, полу-рыком жадно впился мне в губы в страстном поцелуе. Его руки спустились ниже, а язык переплетался с моим. Мгновение, и я уже прижата к кровати нависающим надо мной супругом, который целовал меня в шею, приговаривая: "Моя богиня, что ты со мной делаешь?". Но на этом эльф не остановился. Наоборот, в его глазах бушевали волны и он, предвкушающе улыбнувшись, прошептал:

— Я покажу тебе кое-что новое.

Он провел дорожку из поцелуев к тому месту, облизнулся, а я доверилась его уверенным действиям и закрыла глаза.

Утро следующего дня началось с того, что я не обнаружила рядом с собой Тенебриселя. Где же он? Без него стало так неуютно, холодно и я почувствовала себя незащищенной.

Я встала с кровати и отправилась на поиски моего любимого. Зашла в его ванну — пусто. Зашла в свою ванную (у нас было 2 ванны) — опять пусто. Прихватила шелковый халат и пошла дальше. В спальне — его нет, в гостиной — никого. Зашла в гардероб — нашла!

Эльфийский король стоял около огромного зеркала и рассматривал свое обнаженное тело.

— Тенебрисель! — крикнула я и кинулась к нему в объятья.

Мятный король ловко подхватил меня на руки, закружил и поцеловал в лоб. Я обвила его талию ногами, вдохнула родной аромат и успокоилась.

— Лиен, что случилось?

— Я не обнаружила тебя рядом, когда проснулась, — сейчас, я напоминала себе ребенка, но эльф лишь ласково улыбнулся и заправил мне прядь волос за ухо.

— Я не хотел тебя будить.

— А что ты здесь делаешь? — на мой вопрос бывший принц нагло улыбнулся и поставил меня на пол.

— Рассматриваю твои творения, — он указал на новую порцию засосов, которые я оставила вчера. Ой, как стыдно! — Некоторые из них жутко болят.

— Извини… Так! А почему болят-то?

— Потому, что у кое-кого очень острые зубки, которые больно царапаются. Но если это плата за ту сладость, которую я вчера попробовал, то я не против, — эта ушастая зараза облизнулась, заставив меня покраснеть. Твою дивизию! Он же, вчера, внизу, в том месте… языком… там… там… А-а-а! Я сейчас умру от стыда! А эльф наклонился, погладил меня по щеке и сказал: — Люблю тебя смущать. Тц.

— Ранки болят?

— Да.

— Давай я тебе залечу.

— Нет! Ни в коем случае! Мне они нравятся. Не смотри на меня так. У каждого свои причуды.

— Ладно, причудливый ты мой. Насколько я помню, у нас скоро будет серьезный разговор с князем, так что, давай одеваться.

Спустя 2 часа, я, Тенебрисель и Индариэн стояли около дверей в кабинет князя. Индариэна взяли с собой, чтобы, если моего милого не окажется рядом, ко мне никто свои грабли не тянул. Вот только дроу (так называют темных эльфов) опять нервничал. Ой, не нравится мне это. Конечно, это его состояние почти невозможно заметить, но я-то вижу. Врачи говорят, что беловолосый полностью здоров (угу, я заставила его сходить к врачу), так что, надеюсь, его состояние — это временно.

Тяжелые деревянные двери открылись, являя нашему взору множество стеллажей, что были забиты всякими книгами и свитками, камин из гранита, в котором полыхал огонь, черная шкура какого-то зверя на полу, пару кресел, диван и рабочий стол, захламленный чем попало. И, конечно же, все было украшено золотом (куда ж без него). Но самым интересным была не комната, а те, кто в ней находился. Князь, княгиня, какой-то генерал (судя по парадному пиджаку красного цвета, с кучей медалей на нем) и… Ами… Вот кого не ожидала увидеть здесь. Я вновь кинула короткий взгляд в сторону генерала и поняла, что эта стерва — его дочь (или сестра, но, скорее, дочь). Дракон был с белыми короткими волосами, небольшой щетиной и полностью серыми глазами. Он выглядел суровым и беспощадным, как и положено генералу. А эта девушка, для которой у меня нет ни одного хорошего слова, опять вырядилась как павлин. Сине-зеленое платье с сапфирами и изумрудами, а также, очень открытый верх. Мда уж…

— Здравствуйте, — наше трио поклонилось присутствующим. Нам тоже поклонились, в ответ, и князь сказал:

— Король Тенебрисель, королева Лиенилде, хочу вам представить главного генерала Драконьего Княжества — Тас Варкроэ. Так как вы хотели поговорить со мной насчет какой-то военной проблемы, я решил, что он обязан быть здесь. Вы ведь не против?

— Нет, не против. Но что здесь делает леди Ами? — спросил мой муж, пока я внимательно наблюдала за этими двумя родственничками.

— Ваше Величество, — начал генерал, — это моя дочь, а по совместительству и будущий генерал. Ей будет полезно попрактиковаться. Но если вы хотите, она может покинуть наше собрание.

Я с помощью языка жестов (который успела выучить за прошлый месяц) попросила мятного короля предоставить решение мне.

— Как думаешь, Лиен? — спросил у меня брюнет.

— Пусть остается. Будущему главному генералу практика не помешает, а также, леди Ами может по-новому взглянуть на проблему, что поможет нам быстрее ее разрешить.

Тенебрисель на мгновение удивился, а потом, используя язык жестов, спросил:

"Что ты задумала?" — недоумевал мужчина, зная, что каждое мое слово насчет Ами было ложью.

Часть 6

"Что ты задумала?" — спросил эльфийский король, чуя обман в каждом моем слове. Он ведь прекрасно знал о моих предположениях насчет того, что Ами может быть предательницей. А учитывая то, что она является дочерью главного генерала, можно догадаться, как она сливает информацию отступникам. Также, возможно, это под ее руководством проходит уничтожение всех посланий от Эльфийского Королевства. Но если мы так прямо без доказательств заявим об обмане, то нам никто не поверит. Посмеются, посмотрят на нас, как на детей малых, но не поверят. Поэтому, у меня была идея, как вывести эту стерву на чистую воду (не зря я с мамой детективчики смотрела!).

Что же я задумала? Все просто. Иногда бездействие — это лучшее действие. Пару деньков мы просто за ней понаблюдаем, убедимся в том, что она предательница, Ами расслабится, а потом, я начну незаметно на нее давить (с помощью обаяния и не такое можно вытворять!). Драконица не выдержит, сорвется и та-да! Того, мы сорвем с нее маску. А если это не она (хотя, что-то мне подсказывает, что это она), то не обвиним зря.

Правда, обрушить весь поток моих мыслей на Тенебриселя с помощью языка жестов слишком муторно. Поэтому, я просто сказала: "Доверься мне,".

Он выдохнул и кивнул головой.

Я посмотрела на нашу куртизанку. Она мило улыбнулась мне, но от этой улыбки настолько сильно несло приторностью, что появилось ощущение до тошноты сладкого сиропа у меня во рту. Такого вязкого, неприятного. Никогда не любила слишком сладкие блюда.

— Итак, продолжим, — начал мой муж. — Уважаемые, в нашем мире идет война.

Брюнет рассказал все подробности битвы между эльфами, вампирами, оборотнями и отступниками, а я дополняла некоторые моменты. С каждым словом эльфа, драконы мрачнели. Около короля вообще начала сгущаться энергия, еще сильнее давя на окружающих. Когда Тенебрисель закончил, в воздухе повисла нагнетающая атмосфера. Но эту тишину прервал Его Величество:

— Бред какой-то… — не поверил золотой дракон. — Чтоб я и не заметил такого?! БЫТЬ ЭТОГО НЕ МОЖЕТ!!!

Все тело князя частично перешло во вторую ипостась. Тело покрылось золотой чешуей, оранжевая радужка полностью закрыла собой белок, вдоль позвоночника вырос гребень, на руках проявились острые когти, за спиной выступили крылья и хвост, а из носа повалил дым. Ткань пиджака жалобно затрещала. Князь выглядел устрашающе и было понятно, что он очень зол. Если бы не княгиня, которая подошла и успокоила мужа, скорее всего, был бы пожар.

— К сожалению, все так и есть. Иначе, я бы не стоял сейчас перед вами, — все также спокойно сказал Тенебрисель, но я видела в его глазах боль.

— Мы знаем про смерти вашего отца и брата и соболезнуем вашей утрате, но неужели… — княгиня Юта не договорила.

— Мой старший брат погиб на моих глазах от заговоренных стрел, у отца вырвали сердце и высосали всю энергию, а мать навеки ослепла… Как хорошо отступники фильтруют информацию, сказав, что они просто умерли… — мой супруг будто бы пережил ту страшную ночь заново.

Я взяла его за руку, показывая свою поддержку, мол: "Я здесь, с тобой. Все будет хорошо,". Брюнет грустно улыбнулся мне, гладя рукой мои пальцы. Все присутствующие опустили головы и сказали, что им жаль.

Но тут, к моему мужу прильнула белобрысая стерва, обвивая его руку своими и прижимаясь к эльфу грудью.

— Ваше Величество! Простите меня, за это действие, но я не могу сдержаться! Как же я вас понимаю! Моя мама, вместе с братом и сестрой, умерли во время нападения нежити на моих глазах! Я прекрасно понимаю ваше горе! — она пустила слезу, но я видела фальшь в ее словах.

— Соболезную, леди Ами — ответил мой милый и попытался аккуратно убрать от себя эту актрису, но она вжалась в него сильнее.

— Леди Ами, я вам соболезную, но, пожалуйста, прекратите прижиматься к моему мужу и давайте обсудим дело, — холодно попросила я (хотя, это больше было похоже на приказ).

Ами грустно посмотрела на меня, отлипла от моего короля, кинула в меня душераздирающий взгляд и заявила:

— У вас нет сердца!

— Сердце у меня есть, — все тем же ледяным тоном сказала я. — И благодаря ему, я хочу поскорее приступить к делу, чтобы как можно меньше семей горевало из-за потерь. А если вы, леди Ами, не можете унять свои эмоции, то место главного генерала, явно, не для вас.

Конечно же, я могла быть помягче, но у меня было 2 причины для того, чтобы вести себя так. 1 — она полезла к моему мужу! МОЕМУ мужу! И 2 — чтобы снять с себя подозрения. Драконица удивилась, когда я сказала, чтобы она осталась. А так, после этой минуты холодной строгости, она подумает, что я ничего не подозреваю.

— Простите… — она виновато опустила голову, но исподлобья кинула на меня ненавидящий взгляд. Будто бы я его не вижу!

Князь с княгиней наблюдали за нами и, видимо, делали выводы, насколько мы с Теном хороши как король и королева. Судя по их довольным лицам, их расположение мы заполучили.

Во время следующего часа, мы сообщили о том, что предатель может скрываться среди приближенных, придумали план его поисков и отправились по комнатам, чтобы приготовиться к балу в нашу честь.

Когда мы достаточно далеко отошли от кабинета князя, а поблизости не было стражи, я обратилась к Индариэну, что шел слева, позади меня:

— Индариэн, проследи за леди Ами.

— Да, моя королева, — дроу ухмыльнулся и исчез в тени, словно его тут и не было.

Темные эльфы, обсидиановые эльфы, дроу — у этой подрасы много наименований. Но есть те, которые используются чаще всего: повелители тени, тихие убийцы и мастера шпионажа. Эльфы из темной части Эльфийского Королевства могут скрываться так, что вы никогда и ни за что их не заметите. Могут убить вас так, что вы даже не поймете, что произошло. А их навыкам слежки завидуют все расы, ведь дроу невозможно обнаружить и они с легкостью обходят все защитные заклинания. Но самое главное, каждый обсидиановый эльф предан короне и скорее умрет, чем предаст своих правителей. Поэтому, я была уверена, что Индариэн раздобудет кучу информации насчет этой стервы.

Прошло еще 3 часа, и вот, я уже стою перед зеркалом, облаченная в прекрасное платье до пола изумрудного цвета с вышитыми на нем фиолетовыми цветами и золотыми узорами. Открытые плечи, длинные, расширяющиеся к низу рукава и пышная юбка подчеркивали все достоинства моей фигуры и, казалось, что я такая маленькая, хрупкая, словно фарфоровая кукла. Хотя, по сравнению с окружающими, я, и правда, выгляжу маленькой и хрупкой.

Эх, как быстро время летит. Всего несколько часов назад я только встала, а уже вечер. Неудивительно. Ведь разница во времени между эльфийской и драконьей столицами равна 5 часам (если точнее, 4 часа 48 минут).

Пока я прибывала в своих мыслях, ко мне сзади подошел Тенебрисель, одетый в изумрудный костюм с золотыми узорами, и мягко обнял меня за плечи. Он наклонился к моему уху и сказал:

— Мо Лиен, ты бесподобна, — мятный король поцеловал меня в шею и прошептал: — Даже не хочу, чтобы кто-то другой, кроме меня, видел тебя… Моя, только моя, богиня…

— А ты, как всегда, великолепен, мой остроухий собственник, — я заправила серебряную прядь волос за ухо, на котором была обручальная серьга. Сейчас, она была золотой, со вставками из изумрудов, также, как и у меня. Но обычно, ее цвет больше напоминал платину.

— Все эльфы — собственники, — брюнет перехватил мою руку и поцеловал пальцы. — Но, знаешь, участь короля так тяжела, ведь на его королеву все засматриваются. А если твоя жена — богиня, то на нее молится весь мир. Это так раздражает. Я сгораю от ревности…

— А если бы я не была королевой, ты бы запер меня где-нибудь, чтоб меня никто не видел? — усмехнулась я, обвивая шею своего мужа.

— Ну, я же не тиран! Хотя… возможно.

— Тогда, почему многие замужние девушки еще не взаперти?

— Потому, что они тоже собственницы и грезят о том, как бы запереть своего мужа. А если все будут заперты дома, то как они смогут прожить?

— Никак.

Я отошла от своего супруга, из-за чего он недовольно рыкнул, и направилась к бархатным зеленым подушкам, на которых располагались наши короны. Я взяла золотой головной убор Тенебриселя, инкрустированный изумрудами, и направилась в сторону эльфа. Он тепло улыбнулся и наклонился, чтобы я смогла надеть на него корону. Я надела, провела рукой по его острым скулам и поцеловала в губы, проникая внутрь языком. Сапфирово-изумрудные глаза хитро блеснули и, вскоре, король взял инициативу на себя. Я сразу растаяла, забыв обо всем на свете, но… корона мятной подушки съехала мне наголову, больно ударив по лбу.

— Ай!

— Прости, Лиен! Сильно болит? Я сейчас залечу!

— Не переживай. Не так уж и больно. Неприятно, но не больно.

— Слава богам, — он чмокнул меня в лоб, сильнее прижав к себе. — Но, хоть мне это нравится, с каких пор ты делаешь первый шаг? Я думал, что ты слишком стеснительна для такого.

— Да, я стеснительная. Поэтому, так редко делаю такое. Но на балу, мы сможем только обняться, и то, вовремя танца. А вдруг ты не выдержишь столь длительного срока. Вот и целую тебя заранее.

— Ну, знаешь ли, пару часов я могу продержаться. У меня хорошая выдержка.

— Угу, видела я вчера твою выдержку! Продержался несколько минут! Я думала, что буду намного дольше тебя соблознать!

Тенебрисель повернул голову в сторону, опустил взгляд, а я увидела то, что думала никогда не увижу.

— Тенебрисель! Ты покраснел! С ума сойти!

— Нет, тебе показалось.

Его щеки еще больше заалели и он отвернулся.

— Покраснел-покраснел! А я думала, что ты не знаешь, что такое смущение!

Бывший принц резко развернулся, схватил меня за руку и повернул лицом к зеркалу. Затем, обнял сзади, плотно прижимая к себе, и начал нашептывать мне на ушко все то, что ждет меня этой ночью. Я, конечно же, смутилась и больше была похожа на помидорку. Эльфийский король нагло улыбнулся и сказал:

— Видишь, как ты покраснела. Вот, это смущение. А у меня такого не было. Я же прав?

— А… ага.

Короли — гордые. Короли тебе не признаются в своей слабости, даже если ты их спалил.

Наконец, мы надели короны друг другу на головы, вышли из наших апартаментов и направились в один из бальных залов, что находился в замке. В само место торжества мы зашли не сразу, а дождались князя и княгиню и только тогда, под громкое звучание фанфар, вошли в зал.

Прекрасная музыка, вкусные блюда, яркие платья дракониц и улыбки кавалеров. Все кидали в нашу сторону восхищенные и удивленные взгляды, постоянно перешептываясь.

Открытием бала послужил танец князя и княгини, в котором скоро закружили все присутствующие, в том числе и мы с эльфийским королем. Это был драконий вальс. Красивый, но слишком откровенный для меня. Если эльфы всю свою извращенность показывают только любимому, то драконы выставляют свои чувства на всеобщее обозрение. Правда, только в танце, так как этикет никто не отменял. Поэтому, я немного нервничала. Но нервозность прошла сразу же, ведь я танцевала с любимым для меня эльфом. Сильные руки уверенно вели меня, легко поднимая ввысь и опуская на пол. Те, кто решил обойтись без танцев, завороженно смотрели на нас, не веря, что эльфы вытворяют такое. Да, для всех других рас эльфы кажутся высокомерными и холодными (как вампиры и русалки), но мы просто не выставляем свои эмоции на показ. Но сейчас… Сейчас было исключение.

После этого вальса, мы пошли знакомиться с аристократами. Как я и говорила, большая их часть была дипломатами. Также, я снова оказалась права, ведь, седьмой князеч сам лично познакомил нас с некоторыми такими драконами, а когда мы отходили, то он продолжал говорить про то, какие мы хорошие. Тенебрисель вновь назвал меня своей маленькой умницей и мы пошли дальше знакомиться с высшим сословием.

Бал проходил отлично. Мы приобрели новые связи, лучше узнали правителей Драконьего Княжества и хорошо повеселились. Только, была одна вещь, которая дико раздражала нас. Повышенное внимание противоположного пола. Почти каждая драконица, что пришла на бал одна, строила глазки моему мужу. Но, слава богам, ограничивались только этим. Только 2 дамы пошли дальше. Конечно же, наша куртизанка, одетая в яркое красное платье, и княжна. Ага, княжне очень понравился мой муж, но, даже если бы не понравился, она была обязана с ним потанцевать, ведь, княжна Ари будущая правительница, поэтому обязана узнать короля другой страны получше. Но как же меня это раздражало! Но у моего милого было еще больше повода для ревности. В несколько раз больше. А все потому, что каждый кавалер, пришедший на бал один (а таких было намного больше, чем одиноких женщин) считал своим долгом познакомиться со мной, облобызать мне руку и оценить достоинства фигуры. Некоторые особо-смелые приглашали на танец. Среди них был 2 князеч Драконьего Княжества — Арс Аргхамкроэ. Ему отказать я не имела права, так как он является претендентом на престол, если жениться раньше, чем его сестра выйдет замуж (они с Ари и Иртом являются тройняшками). Поэтому, весь танец мой супруг сверлил нас суровым взглядом. Слава богам, это закончилось!

Но было еще одно дело, которое требовало моего внимания.

— Индариэн, — тихо позвала я своего телохранителя.

— Да, моя королева? — темный эльф ловко вылез из тени, но ни один дракон не обратил на него внимания.

— Есть информация?

— Да.

— Хорошо. После бала, зайди к нам.

— Слушаюсь, моя королева.

Дроу, также незаметно, как и появился, исчез в тени. На самом деле, в бальном зале, присутствовали все обсидиановые эльфы, которые сопровождали нас. Но все они прятались в тени, следя за происходящим. Да уж. А ведь их, и вправду, ни за что не заметишь!

Бал закончился, гости начали расходиться и мы покинули зал, желая поскорее попасть в наши апартаменты, чтобы узнать информацию об одной стерве. Когда мы уже были в гостиной и расположились на уютном темно-синем диване, перед нами возник голубоглазый блондин.

— Ваши Величества, вы были правы насчет леди Ами. Но она работает за крамис.

В моей голове всплыли воспоминания, где же я слышала это слово. Вспомнила! Крамис — это один из сильнейших наркотиков в Лаэргии. Леди Ами — наркоманка?!

Часть 7

Охре… кхм… то есть, с ума сойти! Леди Ами — наркоманка! НАРКОМАНКА! А ведь дочь главного генерала! Ужас! Но, с другой стороны, мне жаль эту драконицу. Наркоманами, как и алкоголиками, просто так не становятся. Чтобы подсадить кого-нибудь на эту дрянь, данная личность должна иметь слабую психику. Или же должна быть сломленной… В случае воздушной драконицы, скорее всего, второе. Ее мать, брат и сестра умерли на ее глазах. Видимо, отступники воспользовались этим и подсадили Ами на крамис. Бедняжка… Теперь, понятно, почему она была такой стервой.

Крамис — это самый сильный наркотик, который делает из личности безвольную куклу, полностью уничтожая ее. Тот, кого подсадили на крамис, приобретает лишь одно желание: получить еще дозу этой дряни. Также, наркоман начинает испытывать невыносимое сексуальное влечение к особям противоположного пола, если они сильнее его. Чем больше энергии у партнера, тем сильнее желание. Но представителей своего пола, зависимый начинает люто ненавидеть. Другими словами, крамис — это кошмар!

Остается вопрос: отступники случайно оказались рядом с Ами, когда она была сломлена или это был их план? Зная Виктора и Молутэка, что-то мне подсказывает, что отступники причастны к той атаке нежити.

— Индариэн, выкладывай, что ты узнал, — приказал Тенебрисель.

— Слушаюсь, Ваше Величество, — начал темный эльф. — Биографию рассказывать?

— Ты и биографию узнал?! — удивилась я.

— Конечно, моя королева. Узнал все, от ее рождения и до сегодняшнего дня, — похвалился дроу, а я выпала в осадок. Вот это он скоростной!

— Когда она стала наркозависимой? — спросил мой муж.

— 153 года назад, 9 нания, — это наш февраль, — в день нападения нежити на приграничный город Тах'эртукан. Что удивительно, в тот день, нечисть атаковала только этот город и только рядом с 13 имением семьи Варкроэ, где и находилась леди Ами. На крамис ее подсадил некий особо сильный вампир, что был в сопровождении с мужчиной неизвестной нам расы. Также, этот вампир привязал ее к себе, с помощью полового акта, из-за чего леди Ами теперь исполняет все его поручения и передает информацию в обмен на наркотики. Сегодня, состоялась передача крамиса в обмен на информацию о вашем прибытии и дальнейших ваших планах, которые вы обсуждали на собрании. Сделка состоялась, леди Ами получила наркотик, а вампир по имени Фулатэк ожидает вас в одном секретном месте, где я его спрятал.

Голубоглазый улыбнулся, обнажив идеально-белы зубы, и по этой улыбке было понятно, что отступнику пришлось ой, как не сладко. Мой король довольно кивнул головой, вставая с дивана.

— Молодец, Индариэн! — похвалила я дроу. — Веди нас!

— Спасибо, моя королева. Но я спрятал его в тени, так что, мне придется вас телепортировать. Вы позволите? — задал вопрос нам обоим беловолосый.

— Сначала, телепортируй меня, — сказал брюнет, немного подумав. — Я обработаю его перед вашим приходом.

— Да, Ваше Величество.

Индариэн подошел к моему супругу, обнял его (телепортировать в тень можно только так) и они пропали из виду. Вернее, перешли в теневой мир, из которого темные эльфы и следят за всем. Мой телохранитель вернулся только через 10 минут и, немного помявшись, спросил:

— Моя королева, вы позволите?

— Да.

— Но мне же нужно будет вас обнять… — он опять начал нервничать.

— Разве это проблема?

— Нет, моя королева.

Он сделал глубокий вдох, подошел ко мне и аккуратно обнял, будто хрупкую фарфоровую куклу. Но тень такого объятия не поняла и Индариэн телепортировался без меня. Через секунду, эльф вернулся, опустил голову и тихо сказал:

— Прошу, простите меня, моя королева!

— Только на пол не падать и головой паркет не бить! — предупредила я ушастого камикадзе.

Я сама приблизилась к мужчине и обняла, как надо. Тот задержал дыхание и неуверенно обнял меня в ответ.

— Индариэн, дыши. Что ты так нервничаешь? Я хоть и вампир, но не кусаюсь!

— Извините, моя королева.

Мой телохранитель обнял крепче и уверенно посмотрел на меня. Я увидела что-то в его небесно-голубых глазах, но я не смогла разобрать что, так как мы телепортировались.

Теневой мир встретил нас недружелюбным холодом. Сразу стало зябко и непонятно, почему я так реагирую. Странно, ведь, тьма тоже обжигает своим ледяным холодом и я этого не чувствую. Но тень — это же тьма, разве не так?

— Моя королева, должен вас предупредить, абсолютно любая магия здесь блокируется. Вы, как дитя Хаоса, возможно, сможете использовать свою силу, но совсем немного, — теперь, ясно, почему так холодно. А темный эльф продолжил: — Держитесь ближе ко мне. Здесь обитает множество монстров, которых тянет на большие источники энергии.

— Хорошо.

В начале, все было хорошо. Я рассматривала черно-белые порталы, из которых был виден весь замок, вдыхала уже знакомый мне аромат пепла, что исходил от тьмы, и спокойно шла за Индариэном, но с каждой секундой мне становилось все холоднее. Через минуту, у меня зуб на зуб не попадал, а ноги никак не хотели идти дальше. Казалось, что у меня даже кости замерзли и превратились в лед. Было ощущение, что я в 40 градусный мороз вышла на улицу голой.

— Ин-ндариэн, — тихо, почти шепотом, сказала я, коснувшись теплой руки эльфа. Тот резко обернулся и в его глазах я увидела страх. — Ид-дти н-не могу. Х-холод-дно.

Дроу быстро прижал меня к себе, согревая своим телом, и начал растирать мои руки.

— Простите, моя королева! Я не подумал об этом! Сейчас… сейчас будет тепло…

Обсидиановый эльф растирал мне руки, оголенные плечи, шею, щеки, согревал дыханием, почти касаясь губами ледяной кожи, и, вновь, начинал растирать. Дошло дело до ушей. Секунду телохранитель сомневался, но, решив, что главное — не застудить уши (уши у эльфов — это самое важное), а не то, что это эрогенная зона, начал согревать дыханием и их. Я почти ничего не почувствовала, так как они у меня онемели. Но, вскоре, до меня донеслось тепло от горячих губ и щекотка. Когда мне стало немного теплее и я смогла разогнуть ноги, Индариэн оторвал от верхней части своего черного комбинезона ткань, открывая вид на кожу шоколадного цвета, накрыл этим куском мои плечи, чтоб тепло не уходило, и взял на руки.

— Моя королева, давайте пойдем обратно. Вы вся дрожите.

— Н-нет! Я-я д-должн-на б-быть там!

— Но вы сильно замерзли. Вы простудитесь!

— М-мне на-надо б-быть там!

— Хорошо, моя королева.

Я еще тряслась от холода, но уже было легче. Тело темного эльфа оказалось очень горячим, из-за чего я сильнее прижалась к нему. Тепло… Так тепло… Меня еще немного потряхивало, но дроу шептал мне о том, что сейчас мы быстро придем к королю и я согреюсь, а один эльф получит нагоняй от Его Величества. Мысль о Тенебриселе согревала меня изнутри и я не заметила, как мы дошли.

— Ваше Величество, — темный эльф ступал беззвучно, поэтому мой муж его не заметил. — Королева замерзла.

Мой супруг вскочил и направился к нам, хмуро смотря на нас. Но когда я протянула к нему руки, гнев на его лице сменился милостью. Он выдохнул, посмотрел на меня, как на не послушное дите и взял на руки. Затем, брюнет сел на облюбованный им камень, надел на меня свой пиджак и сказал, сильнее прижимая к себе:

— Маленькая моя. Совсем замерзла, глупышка. Нужно было обратно идти, а ты…

— М-мне на-надо б-быть з-здесь!

— Хорошо-хорошо, моя богиня. Сейчас, ты побудешь здесь, мы разберемся со злым дядей и пойдем в наши комнаты.

— Н-не разг-говаривай со м-мной, к-как с ребенком! Апчхи! И-извините.

— Видимо, придется принимать еще и лечебную ванну.

— Эй! Голубки! Я вам не мешаю?!

Я повернула голову на звук. Буквально в 7 шагах от нас, на полу валялся связанный вампир с черными волосами, розовыми (ага, розовыми) глазами, с большим фингалом под левым оком и искусанной губой. Он сверлил нас злобным взглядом, а я заметила, что 7 его пальцев деформированы и неправильно изогнуты.

— Вы что, ему пальцы ломали? — теперь, когда я согрелась, мой голос больше не дрожал.

— Не только пальцы… — поправил меня эльфийский король, отводя взгляд в сторону. Я осмотрела тело вампира повнимательней и увидела, что обе руки сломаны.

— А руки кто ломал? — строго спросила я у этих садистов.

— Я левую сломал, моя королева, — сразу же ответил темный эльф.

— Я — правую и пальцы, — сознался мой супруг. — Он отвечать на вопросы не хотел, а моя магия принуждения здесь не работает.

— И вы решили ломать ему кости? Садисты. Ладно, допустим. Фулатэк, ты по своей воле стал отступником? — спокойно задала я первый из своих вопросов. Клыкастый был немного шокирован моим поведением, но хмыкнул и ответил:

— Конечно же, по своей воле!

— Жалко, — сказала я и поднялась с колен моего милого, чтобы подойти к упырю. Сразу стало очень холодно и я поспешила обратно в объятья моего эльфа. — Не, я лучше тут посижу.

— Господин Виктор был прав, ты всего лишь мелкая, слабая девчонка, которой боги по ошибке даровали силу! Даже с холодом справиться не можешь!

Индариэн размял кости на руках, готовясь ударить отступника, мятный король еле-слышно зарычал, а я, поборов холод, подошла к вампиру.

— Да, ты прав, я мелкая и слабая физически. Я не подготовлена к низким температурам и легко могу простудиться из-за этого. Но вся моя сила заключается в рациональном использовании своих способностей и знаниях, которых, поверь, у меня не мало.

— Знаниях? Ха! Тебе же всего лишь 18 лет! Какие, к черту, знания? Кстати! Вашество, вы случаем не педофил, раз вас на малявок тянет? Хотя, должен признать, у нее очень соблазнительная фигура!

Теперь ясно, почему этому дебилу кости ломали. Я увидела, как мой телохранитель и Тенебрисель достали кинжалы, чтобы наказать вампира за эти слова. Я же хищно улыбнулась и милым голоском прощебетала:

— О, я нашла новый способ согреться, — я, правда, уже вся дрожала от холода.

— И что же ты сделаешь? Сядешь мне на коленки, маленькая МОЯ? — он специально передразнил эльфийского короля, чтобы вывести его из себя. Но я лишь обнажила клыки в предвкушающем оскале и ответила:

— О, нет. Знаешь, я, ведь, тоже вампир. Правда, мне не обязательно выпивать по литру крови в день. Но, все равно, иногда одолевает сильная жажда. Поэтому, почему бы мне не выпить ее сейчас?

— Что? Нет… Нет! Ты не сделаешь этого! НЕТ! — вампиры очень боятся укусов своих сородичей. Для них это неправильно, отвратительно и немыслимо.

Мой муж улыбнулся, убирая кинжал. Индариэн поступил также. А я наклонилась к брыкающемуся клыкастику, который начал часто дышать, постоянно приговаривая: "Нет! Нет! Не надо!" — но меня это не остановило.

Я обнажила шею Фулатэка, из-за чего его и без того бледная кожа стала еще бледнее. Я нашла артерию и аккуратно вонзила в нее клыки. Все тело вампира напряглось и он начал брыкаться еще сильнее. А я привела свой план в действие.

Как-то раз, Дакана рассказала мне, как с помощью укуса подчинить себе личность. Об этой способности вампиров знают не все. Только королевская семья и, теперь, я. Дакана решила, что мне пригодится это знание, и была права. Правда, есть побочный эффект, ну, да ладно.

Я сделала первый глоток. Необычный вкус. Это похоже на грейпфрут с медом, а железный привкус даже не чувствуется. Следующий глоток крови я оставила в своем рту и влила обратно в артерию вампира. Снова, выпила немного и влила обратно. Так повторила несколько раз. Сделала еще один маленький глоток. Клыкастый успокоился и больше не сопротивлялся. Наоборот, как и говорила Дакана, он получал удовольствие. Дальше, я повторила свои прошлые действия (выпивала и вливала кровь) и тут началось нечто. Мужчина начал… стонать. СТОНАТЬ, ВАШУ ДИВИЗИЮ! Причем, так протяжно, с чувством. Я вмиг покраснела и почувствовала себя главной совратительницей. Но останавливаться было нельзя. А этот все стонал и стонал… Ужас!

Наконец, я оторвалась от его шеи и посмотрела на свои труды. О боги… У него были затуманенные глаза и довольное выражение лица. Было такое ощущение, что я только что изнасиловала его.

— Я больше НИКОГДА, НИКОГДА, НИКОГДА так не буду делать! Нет, Дакана, конечно, говорила, что жертва будет испытывать удовольствие, но не до такой же степени! Тенебрисель, когда я еще раз захочу использовать этот способ, пожалуйста, отговори меня!

— Э, нет. Ты сегодня еще раз такое сделаешь, — брюнет нагло улыбнулся, еще больше вгоняя меня в краску.

— Не стоит. Я только что подчинила его волю себе. Теперь, он расскажет нам все и пальцы ломать не нужно. Но есть побочные эффекты…

— Хорошо, можешь меня не кусать, — ответил мой милый.

— Что ты узнал, ломая ему пальцы?

— Он отдает Ами крамис уже как 10 лет. Крамис для них создает Виктор. Около реки Та'арон, в пещере горы Дат, находятся запасы наркотика, которого хватит еще на год. В замок он приходит один. Его никто не видит потому, что он носит артефакт, — Тенебрисель показал мне кулон упыря. — Знакомый, правда?

— Укенте! — вспомнила я названия артефакта, который раньше носил Амотэк.

— В яблочко! Но больше информации выяснить не удалось. Ломай пальцы, не ломай — этот ублюдок не говорит. Вернее, я еще не все пальцы сломал, чтобы все узнать.

— Тогда, за дело примусь я. Фулатэк, ты же ответишь на мои вопросы?

— Все, что угодно, сделаю, госпожа, — ничего себе! Какой эффект дает это подчинение!

— Где твой лагерь?

— Под рекой Та'арон есть катакомбы. Через пещеру с крамисом лежит секретный проход до этих катакомб. Также, можно пройти через лес, если найти нужное дерево. По нему нужно постучать и, если услышишь звук, как от железа, значит, это оно.

— Сколько вампиров в лагере?

— 349.

— Есть ли другие расы?

— Нет.

— Вы передаете крамис еще кому-нибудь?

— Нет, только леди Ами.

— Ты знаешь, где находятся остальные лагери?

— Да, могу обозначить на карте.

— У нас есть карта? — обратилась я к эльфам.

— У меня есть, моя королева! — ответил Индариэн.

— Развязывай его и давай карту.

— Да, моя королева.

Дроу подошел ко мне, нехотя развязал вампира и дал ему карту с ручкой. Фулатэк быстро обозначил все лагеря отступников, немного подумал и дописал еще.

— Спасибо, — поблагодарила я ему, забирая карту и показывая моему королю.

— Отлично, — сказал он.

— Дальше, делайте с ним, что хотите, но давайте быстрее отсюда уйдем. Уж очень холодно!

— Хорошо, маленькая моя, — брюнет сложил карту и положил в карман брюк.

— Госпожа, а вы укусите меня еще? Пожалуйста! Я хочу ощутить ваши клыки в своей плоти! Прошу вас! — он кинулся мне в ноги, жалобно смотря на меня снизу.

— А вот и побочный эффект… Как хорошо, что эта зависимость пройдет через день!

— Зависимость? — спросили ушастики.

— Угу. Этот способ вызывает зависимость. Правда, если повторить несколько раз. А так, один раз — это не страшно.

— Ясно. Я покажу его князю, а он сам решит, что с ним делать.

Часть 8

— Апчхи! Извините.

— Да, Лиен, ты серьезно простыла! — заявил Тенебрисель.

Несколько минут назад, мы вышли из теневого мира. Мой муж уже передал вампира в руки князя и тот запер его в тюремной камере. Все подробности нашего приключения мы расскажем правителю завтра, на собрании. Также, начнем потихоньку давить на Ами, чтобы она сорвала с себя маску (мне, конечно, ее жаль, но дело важнее). А сейчас, служанки набрали мне лечебную ванну, а мятный король, отказавшись от их помощи, намеревался сам меня помыть.

И вот, он снимал с меня платье, начхав на то, что я могу сама это сделать. Но, как сказал эльф, ему просто нравится это делать.

— Тенебрисель! Апчхи! Это я сама могу сделать!

— Можешь, — брюнет нагло улыбнулся, хитро сверкнув сапфирово-изумрудными глазами. — Но это сделаю я.

Зеленое бальное платье уже валялось на полу из черного мрамора, а мой супруг принялся снимать с меня белье. Причем, он так смотрел на это дело, что мне казалось, будто бы он меня готовит не к лечебной ванне, а к кое-чему другому.

— Маленькая моя, залезай в ванну, а то еще больше простынешь, — сказал мятный король, когда я была полностью обнажена.

Я, вместе с бывшим принцем, направилась к огромной ванне темно-коричневого цвета, что располагалась в полу. Тенебрисель помог мне переступить через толстый, высокий бортик и я оказалась в нежных объятьях белой воды, что приятно благоухала разными травами. Вообще, здесь много чего намешано: молоко накэлвара (лавовый тигр, что обитает только в Демонической Империи), всякие масла с травами и главный ингредиент — лечебное зелье.

— Жарко… — констатировала факт я, пробыв в воде минуту. — О-о-очень жарко!

— Потерпи, моя богиня, — мой милый снял рубашку, чтобы не намочить ее. — Я тебе поражаюсь. Если ты такая чувствительная, то как ты не простыла во время охоты, когда мы искали Молутэка? Тогда же дождь был.

— Почему не простыла? Простыла, еще как! Просто, меня Дакана какими-то отварами отпаивала, вот вы и не заметили, что я простыла.

— Какой у тебя слабый организм, — усмехнулся эльф.

— Не слабый, а неподготовленный! Меня, знаешь ли, к другому на Земле готовили, а не к тому, чтобы ловить всяких вампиров, участвовать в войне и быть королевой!

— И к чему же тебя готовили? — спросил мой король, наливая себе на руки ароматное масло эвинаты (маленькие лечебные цветы).

— К тому, чтобы поступить в институт, найти хорошую работу и выйти замуж. Правда, последнее я вообще не планировала. Думала, что никогда не выйду замуж. Но, как говорится, никогда не говори никогда.

— Но разве тебя не устраивает то, что ты моя жена? — задал вопрос Тенебрисель, ложа свои руки мне на плечи.

— Хоть по моим меркам, я слишком рано вышла замуж, я рада, что связала свою судьбу с тобой.

— Я рад. Просто, после того, что сегодня сказал этот отступник, я боялся, что ты примешь меня за педофила.

Я повернулась к нему лицом. Король сидел сзади меня, на бортике, и виновато смотрел на меня. Казалось, что он думал, что совершил нечто отвратительное, неправильное. Я посмотрела на него, как на идиота, поднялась, влепила щелбан в лоб, из-за чего мужчина недовольно поморщился, и сказала:

— Тенебрисель, ты — дурак! Мало того, что извращенный собственник, так еще и дурак! — я обхватила его лицо ладонями. — Но ты — мой дурак и я, все равно, люблю тебя. Апчхи!

— Так, все! Лезь в ванну! — приказал мой муж, поворачивая меня спиной к себе.

Тенебрисель щелкнул пальцами (правда, из-за масла на его руках, звук получился приглушенным) и мои волосы взмыли вверх, чтобы не мешать бывшему принцу. Он провел пальцами линию от шеи и вниз по позвоночнику, немного давя на кожу. Затем, он начал вырисовывать на моей спине какие-то узоры, которые начинали греть те места, где они находились, а оставшееся масло растирал.

— Тенебрисель, а что это за узоры?

— Целебные руны. Помогают быстрее регенерироваться и выводят болезни из организма. Я уже спец по их нанесению.

— Много лечил?

— Много меня лечили.

— Ты часто болел раньше?

— Нет, но если подхватил заразу, то болезнь протекает медленно и мучительно. Если тебе хватит одной ванны и ты выздоровеешь, то мне нужно было принимать по 3 в день, в течении недели.

— Ого! Не хочу, чтоб ты болел.

— И я не хочу. Отвратительное состояние. Хотя, если я заболею, то ты будешь меня лечить, — соблазнительно прошептал мне на ушко эльфийский король.

— Тебе тогда не до этого будет!

— Эх, что правда, то правда. Поворачивайся.

Я повернулась лицом к эльфу. Тот осмотрел предстоящую работу и выдал свою любимую наглую улыбку, предвкушающе сверкнув сапфирово-изумрудными глазами. От этого я, конечно же, смутилась.

— Поразительно. Хватает одной только моей улыбки, чтобы ты смутилась.

— Я не смутилась! Просто… жарко… поэтому, я красная…

— Я умею отличать жар от смущения. И не забывай, что я чувствую, когда мне врут. А теперь, будь хорошей девочкой и убери руки с груди.

Я убрала, а этот извращенец, продолжая ухмыляться, провел линию от шеи до солнечного сплетения, пупка и ниже. Потом, он сделал от линии разветвления, из-за чего это стало напоминать дерево, и начал вырисовывать руны. На животе, создавая некую узорчатую спираль, и на грудной клетке, делая то же самое. Правда, на грудь он давил сильнее, чем на другие части тела. Что-то мне подсказывает, что так делать не нужно. А когда он легонько ущипнул меня за розовые горошины, я убедилась, что мои предположения оказались верными.

— Тенебрисель!

— Извини, не удержался.

— Еще говорит, что у него хорошая выдержка!

— Хорошая. Я же до сих пор не сорвался, — и опять эта наглая улыбка. — Давай руку.

Дальше, мой супруг растирал масло и наносил руны на руки, а я, наблюдая за его действиями, задумалась. Все это время, он ходил без рубашки и я лицезрела на его широкой груди и рельефном торсе многочисленные засосы, оставленные мной. Смутилась, но задалась вопросом: как я так умудрилась? Вот честно, я до сих пор не понимаю, как я это делаю! Просто, целую-целую, а потом, бац! И засос на теле готов. Странно все это. Но еще страннее было другое и я, не смотря на смущение, задала вопрос моему королю:

— Тенебрисель, а почему ты не оставляешь засосов на моем теле?

Нет, ну серьезно! Учитывая то, какой он извра… кхм… страстная личность (назовем это так), странно, что на моем теле нет его отметин.

— Почему не оставляю? Оставляю! Но ты же не рассматриваешь свое тело, в поисках нового засоса от меня, как это делаю я.

А! Все! Узнаю своего ушастого извращенца! Но, теперь, другой вопрос: где?

— А где они?

Он расплылся в наглой улыбке, хищно посмотрев на меня (зараза ушастая! Хватит меня смущать своей улыбкой!). Он поднял мою правую ногу (как раз, сейчас, рисовал руны на ногах), придерживая за талию, чтобы я не упала, и чмокнул внутреннюю сторону бедра, которую я увидеть не могла.

— Здесь, — теперь ясно, почему я не видела. Это слепая зона! — И здесь, — он поцеловал немного ниже. — И здесь, — еще ниже. — И тут, — приятная дрожь прошлась по всему телу, потому, что брюнет поцеловал место, находящееся в опасной близости от… кхм… прохода. — И…

— Так! Все! Я поняла! Не надо продолжать!

— Хорошо, — хоть он это и сказал, но все равно поцеловал там.

— Эй!

— Что? Здесь я засоса не делал.

— Извращенный эльф!

— Все эльфы — извращенцы. Так, я закончил. Теперь, 15 минут лежишь в ванне и выходишь.

Я проплыла (ага, именно проплыла. Здесь о-о-очень глубоко) до середины ванны и сделала позу звездочкой. Так как эта лечебная жидкость с кучей всяких примесей имела плотность больше, чем обычная вода, мне удалось держаться на поверхности. Первые несколько минут ничего не происходило. Я расслабилась, почувствовав облегчение во всем теле, как вдруг руны, что были нарисованы на моем теле, начали мягко светиться фиолетовым. Прям как тогда, во время инициации. Белая вода вокруг меня окрасилась в темно-фиолетовый цвет (темный, потому, что эта была болезнь). Я пролежала так еще 10 минут, пока сливовый цвет не заполнил всю ванну. Стало так легко, хорошо и ужасно хотелось спать. Хотелось лечь в теплую, мягкую кроватку, обнять мою любимую ушастую заразу и поскорее попасть в объятья Морфея.

— Все, Лиен, выходи.

— Угу… — я медленно открыла и подплыла к бортику, где сидел Тенебрисель. — Спать хочу… — зевая, сказала я.

Эльф нежно улыбнулся, умиляясь моему поведению, и аккуратно протер меня пушистым полотенцем. Одел на меня ночную рубашку (чтобы опять не простыла) и отнес в спальню. Укутал в шелковое одеялко, словно маленького ребенка, и, переодевшись, лег рядом со мной, прижимая к себе. Запах мяты еще сильнее расслаблял меня, убаюкивая. Я быстро заснула и уже сквозь сон до меня донеслись слова моего любимого, словно издалека:

— Я люблю тебя, мо Лиен.

"И я тебя, мо Тен," — пробубнила я сквозь дрёму.

6 дней спустя:

— СТЕРВА! СУКА! ТВАРЬ! ЧЕРТОВА ДЕВЧОНКА! НЕНАВИЖУ ТЕБЯ! НЕНАВИЖУ! ТЫ — НЕ БОГИНЯ! ТЫ — ПОДСТИЛКА ПЕДОФИЛА! МАЛЯВКА! Я УБЬЮ ТЕБЯ! ТВАРЬ! — прокричала Ами, меняя ипостась на драконью.

А теперь, по порядку.

5 дней назад, мы с Тенебриселем рассказали всю ситуацию князю (лично, не на собрании) и попросили подыграть нам. Его Величество сначала не поверил, что дочь генерала и невеста его сына может быть предательницей и наркозависимой. Но когда мы расспросили заключенного вампира (действие моего укуса уже прошло, так что мой супруг снова начал ломать ему пальцы, хотя мог применить магию принуждения. Остроухий садист!), а Индариэн (который, вообще, умничка!) предъявил доказательство в виде наркотиков, которые он нашел в комнате воздушной драконицы, правитель взвыл, каря себя за слепоту, почти сменил ипостась, но успокоился и принял жестокую реальность (также, поныл насчет того, что он уже слишком стар для всего этого). Мы показали ему карту, где были зарисованы все лагери отступников, и князь Рэт пообещал их немедленно уничтожить. Также, он согласился на нашу аферу, чтобы вывести леди Ами на чистую воду.

Мы начали давить на предательницу. То мой король скажет, что вампира поймали и выяснили, что предатель — женщина. То я скажу, что эта драконица работает за наркотики, а точнее за крамис. После, мой милый попросил разрешение на допрос вампира с помощью магии принуждения. Какое совпадение, но когда мы, вместе с князем, княгиней, главным генералом и его дочкой (а также Индариэном, но он прятался в тени) пришли в камеру клыкастика на следующий день, то нашли труп. Как "неожиданно"! Это было похоже на самоубийство. Традиционное вампирское самоубийство — вырывание сердца из грудной клетки (ибо иначе их почти не убить — регенерируются. Также, умирают если им голову оторвать или атаковать магическим оружием).

— Ваше Величество, — обратилась ко мне Ами, — вы можете допросить труп?

— Леди Ами, пожалуйста, не путайте темных магов и некромантов. Я, в первую очередь, темный маг и, к сожалению, у меня недостаточно знаний в некромантии.

Вот всегда такая проблема: темных магов и некромантов вечно путают. Некроманты работают исключительно с мертвыми (воскрешают, допрашивают, призывают душу, если она еще не нашла себе тела, и тому подобное), а темные маги работают с тьмой (управляют нечистью, питаются и используют тьму, а не энергию, и так далее).

— Тогда, я позову. Знаю одного некроманта, он проверенная личность, — сказала воздушная драконица. Но мы, конечно, понимали, насколько это "проверенная личность".

— Не стоит. Я смогу и так определить точную причину смерти.

Все удивленно на меня посмотрели, а эльфийский король сообразил и сказал:

— Точно! Ты же этим… как его… полотоанатомом хотела стать!

— Патологоанатомом, — поправила я эльфа. — Ты почти выговорил.

Я ухмыльнулась и открыла решетчатую дверь, что вела в камеру. Драконы ошарашено смотрели на меня, не понимая, что я собираюсь делать, а мой король наблюдал с интересом, как я раньше, когда в морге вскрывали труп.

Я, как детектив из маминых сериальчиков, осматривала место преступления. Я почувствовала себя детективом Кейт Беккет из "Касла" или Доктором Бреннан из "Кости". Порадовалась, но сейчас не до этого. Да, сердце он вырвал сам. Вернее, это сделала ЕГО рука. Но почему так мало крови? Допустим, он захотел совершить самоубийство. Тогда адреналин бы повысился, сердце начало бы чаще отбивать ритм, а кровь текла бы быстрее. Если бы он захотел вырвать себе сердце, то крови было бы намно-о-ого больше. Но это ведь сделал он! Осмотрела другие части тела. Все в норме. Открыла его глаза. В стеклянных шариках читался испуг. Не страх смерти, а он именно испугался кого-то или чего-то. Так-так-так. А это уже интереснее. Открыла рот. Ага! Если бы он совершал самоубийство, то обязательно закусил бы язык, чтобы было менее болезнено! Но было ощущение, будто он пытается вдохнуть, но никак не выходит.

— Его задушили, — констатировала факт я.

— Хахахаха! — звонко засмеялась белая драконица. — Задушили? Простите Ваше Величество, но разве вы не видите, что он совершил самоубийство?

— Прекрасно вижу, леди Ами. Но умер он от недостатка кислорода, а не от того, что вырвал себе сердце. Если вы не боитесь замарать свое чудесное платье, то можете подойти и я вам все покажу.

Она попыталась проделать во мне дырку взглядом, но все же прошла в камеру, подняв свое ярко-розовое платье, чтобы не испачкать. Кстати, мое прекрасное платье черного цвета насквозь пропиталось кровью, которая пахла грейпфрутом с медом, но уже не таким свежим.

— Фу! Тут запах еще хуже! — ну, да. Это кровь (и только для меня) вкусно пахла, а разлагающиеся тело никто не отменял!

— К сожалению, вам придется подойти еще ближе, если вы хотите что-то увидеть. Если кто-то еще хочет присоединиться, рекомендую сделать это сейчас.

В камеру ввалились все, кроме королевы. Она сказала, что не для нее такое зрелище и она лучше понаблюдает за решеткой. Того, когда мужчины окружили меня, Ами и труп вампира, я, как учительница, задала вопрос:

— Ами, как быстро бежит кровь по сосудам, когда адреналин зашкаливает?

— Очень быстро, и что?

— Как думаешь, на полу достаточно крови?

— Вроде, да.

— Ответ неверный. Если бы адреналин зашкаливал, то когда вампир вырвал себе сердце, вокруг него было бы намного больше крови. Особенно, здесь, — я указала траекторию напротив вампира, которая должна была быть обрызгана кровью. — Вы видите там кровь?

— Нет…

— Вот и я нет. А знаете, почему?

— И почему же? — девушка уже пыталась испепелить меня взглядом.

— Потому, что на тот момент, когда вырвали сердце, кровь уже не бежала по сосудам, а сердце не стучало. Соответственно, и алого фонтана не было, который должен был окрасить здесь все. Значит, тогда, он уже был мертв.

— Как вы можете знать это наверняка?!

— Если хотите, могу проверить. Но предупреждаю, зрелище не для слабонервных.

— Да как вы это проверите?!

Я ухмыльнулась, провела указательным пальцем по луже крови и засунула себе в рот.

— Иу! Что вы делаете?!

— Проверяю кровь, — я повернулась к девушке и она взвизгнула.

— Глаза! Красные! Жутко-красные! Как у…

— Как у Хаоса? Бывает. Кровь мертвая. Она умерла еще до того, как попала на открытый воздух. Что означает, что его у-би-ли. А вернее, задушили. Если вы хотите доказательств, можем открыть ему рот и посмотреть.

— Нет! Спасибо, не надо! Вы были правы! Но кто его задушил и сделал такое?

— Скорее всего, воздушный дракон.

— Что? — не поняла Ами. Я увидела, как она занервничала, и языком жестов показала это Тенебриселю, а тот королю.

— Это был воздушный дракон, потому, что отступника душили не руками, а просто лишили воздуха. А кто так может? Только воздушники! Также, с помощью их магии, можно провернуть это подобие на самоубийство. Леди Ами, что вы так нервно дышите? Не вы же его убили!

— Пф… Конечно же, это была не я! С чего бы мне его убивать?!

Тенебрисель ухмыльнулся, почувствовав ложь в словах драконицы, и положил мне руку на плечо, показывая, что наши предположения были правдивы.

И так протекал почти каждый наш день. Мы понемногу (вернее, помногу) давили на леди Ами, король все больше убеждался в суровой правде, а драконица сходила с ума. Не удивительно. Мало того, что у нас есть все доказательства того, что виновата она, так еще и давление со стороны Тенебриселя, который постоянно упоминает, что он чувствует, когда врут, и моя психологическая атака с добавлением обаяния, которое воздействовало на нее на эмоциональном уровне. Девушка держалась молодцом, но Индариэн (такой умничка! Я его чуть не расцеловала на месте!) уничтожил абсолютно все запасы и заначки крамиса, что находились в замке (оказывается, они были не только в комнате воздушной драконицы), а новая порция не приходила, так как князь уничтожил место, где были залежи "запретного удовольствия" и еще несколько лагерей отступников. Как и ожидалось, у наркоманки началась ломка. Чтобы ее скрыть, она начала одеваться еще более броско, носила еще больше украшений, но наши зоркие глаза видели, как она неровно дышит, как голодно смотрит на ВСЕХ мужчин, как быстро бегают ее глаза туда-сюда, а темные круги под ними не скрыть никакой косметикой, как она до крови кусала губы, как ее тело неестественно дергалось, а речь, время от времени, сбивалась.

Мне было ее жаль. Но я не могу ее вылечить от этой зависимости. Честно, самым лучшим исходом событий для нее была смерть. Тихая, спокойная смерть. Мы никому не скажем, что она была наркоманкой и предательницей. Большинство запомнят ее как прекрасную воздушную драконицу и дочку главного генерала, которая трагично погибла во время войны с отступниками. Ключевое слово — погибла. Если так подумать, то она уже давно попрощалась с жизнью. Ведь то, что происходило после той атаки нечисти, нельзя было назвать жизнью. Но мысль о том, что эта бедняжка должна умереть, не давала мне покоя. Сколько бы я книг не прочитала, сколько бы не ломала свою (и эльфийского короля) голову, ответ все никак не приходил. Я сильно расстраивалась из-за этого. Ведь, если так подумать, то она ни в чем не виновата. Ами лишь была пешкой Молутэка и Виктора, что возомнили себя богами и играли в свои кровавые шахматы, жертвуя всеми фигурами. А сколько еще таких пешек? Сотни? Тысячи? Миллионы? Не знаю. И это незнание вгоняет меня в отчаяние. Но нужно смириться с тем фактом, что леди Ами должна умереть. Тяжелое, очень тяжелое решение, которое далось нам непросто. К сожалению, на войне, как в шахматах: если мы хотим победить, то без жертв не обойтись. Но надеюсь, мы сведем их к минимуму.

С такими мрачными мыслями я ложилась спать следующие несколько дней. Если бы не мой любимый, который всегда успокаивал меня, и Индариэн, который всегда пытался поднять мне настроение, я бы уже давно свихнулась.

Темному эльфу я была особенно благодарна. К сожалению, нам с моим мужем так и не удалось посмотреть столицу, но дроу, когда короля не было рядом со мной, приносил мне множество подарков, фотографий и сувениров из города. Он подробно рассказывал мне про каждую достопримечательность Аргх'аткариса, про национальные блюда, праздники, приправляя все это шутками и самоиронией. А в один день, я как-то проболталась, что мне нравится мороженное из са'авы, и, в тот же вечер, он принес мне мою любимую сладость. Честно, на тот момент мне было та-а-ак плохо, а эльф та-а-ак меня обрадовал, что я не сдержалась и обняла его. Сначала, он прифигел, но, потом, начал гладить по спине, приговаривая: "Я сделаю все, чтобы видеть вас такой счастливой, моя королева." Было приятно услышать эти слова. Только в тот момент, я заметила, что Индариэн пахнет хлебом. Только что испеченным, горячим хлебом из пекарни.

Всплыли хорошие воспоминания, связанные с домом на Земле, мамой, ворчливым, но таким родным Афанасием… Боги, как же я по ним скучаю! Так хочется, просто, развалиться на кровати в своей маленькой комнатке, послушать, как мама просит нашего домового, чтобы тот позвал меня обедать, а он бы ответил, что ноги его не будет в комнате, где совершают темные дела… Так хочется услышать их голос… Мама, как же я по тебе скучаю! Хочу домо-о-ой!

По щеке невольно прокатилась слеза. Мой телохранитель, заметив ее, немедленно нагнулся, обхватил мое лицо руками и, грустно посмотрев мне в глаза, слизал слезинку с кожи. Шероховатый, горячий язык оставил на щеке мокрую дорожку, которая еще сильнее ощущала неровное дыхание дроу. Я удивилась, а Индариэн быстро отпрянул от меня, извинившись, пожелал мне спокойной ночи и выбежал из комнаты. Я еще пару минут ошарашенно смотрела ему вслед, держась за покрасневшую от стыда щеку, но, в итоге, усталость победила и я начала готовиться ко сну.

Завтра… завтра все решится… Завтра мы должны избавиться от леди Ами… А сейчас, надо поспать… Хотя, тяжело будет это сделать, ведь, рядом со мной даже Тенебриселя нет. Он задерживается на каком-то собрании…

Как бы я не пыталась, сон все не приходил, пока не появился мой супруг. Сквозь полудрему, я видела, как он устал от всего этого. Но, к сожалению, это только начало…

— Маленькая моя, — прошептал брюнет, гладя меня по голове, когда он уже переоделся, — настанет время, и весь этот кошмар закончится. И тогда, я исполню любое твое желание, чтобы осчастливить тебя.

Он поцеловал меня в лоб, а я, что есть силы дернула его на себя. Эльфийский король, несмотря на всю свою ловкость, упал на кровать, а я быстро пристроилась на его груди, обнимая моего мужчину.

— Обещай, что всегда будешь рядом. Мне большего не надо, — еле-слышно прошептала я.

— Обещаю, — он накрыл меня одеялом, сильнее обнял и мы быстро погрузились в сон, не зная что нас ждет завтра…

Часть 9

— Леди Ами, — обратилась я к драконице, когда мы были на собрании, — может уже сорвете с себя маску?

Все присутствующие, в том числе и генерал, уже знали, что она является наркоманкой и отступницей. Только отец девушки не мог в это поверить. Вернее, не хотел. Его можно понять. Будь я на его месте, тоже бы не поверила, что моя милая дочурка, моя кровиночка может быть настолько плохой. Но я не на его месте. Поэтому, больше не буду жалеть эту предательницу.

— Ваше Величество, вы о чем? Я вас не понимаю!

— Леди Ами, признайтесь, вы отступница? — напрямую спросил князь драконов, хмуря золотые брови.

— Мой князь, как вы могли такое подумать?! — она сделала удивленное выражение лица, но ее ложь уже была видна всем.

— Не увиливайте от ответа, — строго сказала княгиня. — Скажите, да или нет.

— …Н-нет!!! Нет! Я не отступница! — немного помявшись, выкрикнула белая драконица.

— Видите! Моя дочь не отступница, не наркоманка и не предательница! — надеясь, что слова его дочурки — правда, заявил главный генерал.

— К сожалению, генерал Варкроэ, она врет. И, сейчас, это видно даже без моего дара, — Тенебрисель скрестил руки на груди и облокотился на стену. Только мы с ним выглядели спокойно и, казалось, что нам все фиолетово, хотя, на самом деле, мы очень переживали.

— Ами, моя ящерка, скажи, это же не так, да? Это же все вранье, да? Этого не может быть! Ты же не такая! — глаза главного генерала наполнились слезами. Не удивительно. Он же знал, что будет с его дочкой, если все это окажется правдой. Даже суровый дракон, может размякнуть, если дело касается его близких… тем более, единственной дочери…

Белая драконица молча смотрела в пол. Мы не торопили ее с ответом, все и так было ясно. Генерал схватил свою дочь за плечи и начал трясти, повысив голос.

— Скажи мне, что это не так! Пожалуйста! Я умоляю тебя!

Ами молчала. Но, потом, цыкнула, отвернувшись. Белая драконица безэмоционально посмотрела на своего отца.

— Ами… — воздушный дракон не верил в происходящее, а девушка криво ухмыльнулась.

— Надеюсь, ты сможешь меня простить…

— Конечно же, я тебя прощу, ящерка моя!

— Я люблю тебя, папа… но его я люблю больше.

Отступница вырвала сердце из груди главного генерала и в нее тут же полетели атакующие заклинания от нас. Но еще дышащий белый дракон защитил свою дочь от наших атак, прикрывая своим телом. Мужчина стал очень бледным, из-за чего алая кровь, что стекала по телу из ран на пол, казалась еще более яркой. Из его глаз текли слезы, а он кашлял кровью, но все равно нашел в себе силы улыбнуться и прохрипеть последние слова:

— Прости… что не уберег…

Из холодных глаз беловолосой потекли слезы. Видимо, хоть она и была сломанной, хоть она и стала зависимой, хоть и жила теперь только ради дозы крамиса и некого любимого, в подсознании, она не хотела всего этого и очень сожалела о своем поступке. Сожалела, что все вышло именно так.

Я, когда увидела эту картину, чуть не расплакалась, но быстро взяла себя в руки. Черт! Нет времени на эмоции! Как бы мне не было их жаль, передо мной стоит враг, которого надо уничтожить. И я это сделаю.

Мы, вновь, начали атаковать драконицу, но она успела разбить какую-то склянку, из которой повалил темно-желтый дым. Мы прекрасно все видели даже сквозь этот густой туман, но из него вышли наши старые знакомые — тульпы. Эти были намного больше тех, которых мы видели ранее, в эльфийском дворце. Также, они обладали ядовитыми зубами, когтями и шипами. Плохо! Очень плохо!

Хоть я и уничтожила преспешников Виктора одним взмахом руки, Ами смогла сбежать через окно. Черт! Но это была не единственная плохая новость. Индариэн, связавшись со своими собратьями, узнал, что по всей площади замка появилось около 130 тысяч тульп. Твою дивизию!

— Я догоню Ами, — сказала я, призывая свою косу.

— Хорошо, а мы разберемся с тульпами, — согласился со мной эльфийский король. — Лиен, прошу тебя, будь осторожна.

— Ничего не обещаю, — я, с помощью фиолетового пламени, укоротила свое фиалковое платье в пол до уровня колен, запрыгнула на "метлу" и вылетела вслед за отступницей.

Внизу кипел бой. Огромные мутировавшие звери с Земли светились неприятным горчичным цветом и постоянно атаковали окружающих. Тульпы были огромными — размером со взрослого дракона в боевой ипостаси (а в среднем, драконы достигают 11 — 13 метров в длину, в зависимости от пола). Но и сами ящеры (не в обиду сказано) были огого! Они быстро расправлялись с чудищами, сжигая в языках пламени, топя их в воде, погребая под землей или лишая воздуха. Особо выделялись черные и золотые драконы. Черные драконы использовали тьму, как темные маги у других рас (но таких всего было 13), а золотые поражали своим величием. Огромные столбы пламени, что больше напоминали раскаленное золото, поглощали тульп целиком, превращая в неподвижные желтые статуи. Среди всего этого хаоса, я разглядела и эльфийских войнов. Они прекрасно справлялись со своей задачей, а некоторые из ушастых объединялись с драконами. К темным эльфам вообще претензий не было. На поле боя лишь изредка мелькали их фигуры, но сотни тульп, все равно, замертво падали на землю.

К сожалению, и у нас было много потерь. Черт! Я опустилась немного ниже, взмахом руки излечила раненых и уничтожила часть приспешников Виктора. К сожалению, у меня не было времени на то, чтобы уничтожить всех. Да и сил бы у меня тогда не осталось, ведь, мой резерв огромен, но не бесконечен. А на его восстановление потребовалось бы время, которого мне и так не хватает.

Да, среди всего этого бардака, легко улизнуть из замка незамеченной. Ами продумала этот момент. Но я, все равно, ее нашла. Девушка бежала к озеру, что находилось около дворцового парка. Индариэн, когда докладывал нам о том, что он узнал, сказал, что внутри этого озера находится потайной проход, который ведет к бывшему лагерю отступников.

Я щелкнула пальцами и тело драконицы сковали путы из тьмы. Она с визгом упала на землю, ободрав колени и подбородок.

— Если ты думала, что так просто сможешь убежать, то ты глубоко ошибаешься.

— ТЫ!!! СТЕРВА! СУКА! ТВАРЬ! ЧЕРТОВА ДЕВЧОНКА! НЕНАВИЖУ ТЕБЯ! НЕНАВИЖУ! ТЫ — НЕ БОГИНЯ! ТЫ — ПОДСТИЛКА ПЕДОФИЛА! МАЛЯВКА! Я УБЬЮ ТЕБЯ! ТВАРЬ! — прокричала Ами, меняя ипостась на драконью.

Обычно, если дракон перейдет в боевую форму, то любые кандалы, веревки и так далее, просто, рвутся или ломаются, так как больше не способны сковывать эту громадину. Даже если они изготовлены из маисана. Драконы, при смене ипостаси, почти не используют магию, так что, против них, маисан бессилен. А вот тьма истинного Хаоса — нет.

Воздушница приняла драконью ипостась, но путы из тьмы ее не отпускали. Зато, я смогла рассмотреть ее тело. Огромная ящерица выглядела болезненно-худой, многочисленные белые чешуйки на теле больше не блестели, а некоторые из них вообще отвалились, показывая розовую кожу, крылья были ослаблены, а тусклые серо-фиолетовые глаза ненавидяще смотрели на меня. Но, даже не смотря на последствия ее наркозависимости, драконица выглядела величественно. Гордая осанка, выпяченная грудь, большие лапы с огромными когтями, длинный хвост, гребень на спине и рога на голове.

Я спокойно подходила к отступнице, а та, злобно оскалившись, открыла пасть с острыми, как бритва, зубами и попыталась атаковать меня вихрем воздуха. Но ничего не вышло. Она попыталась еще раз, опять ничего. Воздушная драконица попыталась взлететь, ударить меня лапами или откусить часть моего тела, но ей не давали это сделать путы, которые увеличились в размерах вместе с девушкой.

"КАК ЖЕ ТАК?!" — возмутилась Ами (в этой форме, драконы могут общаться только телепатически). — "ЭТОГО НЕ МОЖЕТ БЫТЬ!"

— Может-может, — ответила я.

Предательница вернулась в свою прежнюю форму и опустилась на колени, не веря, что она проиграла.

— Ами, ты понимаешь, что натворила?! — холодно начала говорить я. — Я поражена! Я ожидала чего угодно, но не думала, что ты сможешь убить СОБСТВЕННОГО ОТЦА! Неужели тебе мало того, что ты сделала?! Стала наркоманкой, предала свою страну, а теперь, убила СВОЕГО ОТЦА, сказав, что любишь кого-то больше него!!!

— Он… — девушка всхлипнула. — МОЛУ СКАЗАЛ, ЧТО ЛЮБИТ МЕНЯ! ОН ОБЕЩАЛ, ЧТО ВСЕ БУДЕТ ХОРОШО! ЭТО ВСЕ ИЗ-ЗА ТЕБЯ! ЭТО ТЫ ВО ВСЕМ ВИНОВАТА! МОЛУТЭК БЫЛ ПРАВ — С ТВОИМ ПРИХОДОМ НАСТУПИТ ВОЙНА!!! ТЫ ПРИНЕСЕШЬ ТОЛЬКО НЕСЧАСТЬЯ!!!

— Молутэк не любил тебя! Он — лидер отступников и просто использовал тебя для своих целей, а ты — дура — поверила ему!

— ЛЖЕШЬ! ТЫ ЛЖЕШЬ! ОН ПОДДЕРЖАЛ МЕНЯ, КОГДА МОЯ МАМА, БРАТ И СЕСТРА УМЕРЛИ!

— ЭТО ТЫ НАЗЫВАЕШЬ ПОДДЕРЖКОЙ?! — эмоции вырвались наружу, и, вместо холодного спокойствия, в моем голосе слышался гнев. — ОН ПОДСАДИЛ ТЕБЯ НА КРАМИС!!! НА САМЫЙ СТРАШНЫЙ НАРКОТИК! А ТЫ НИКОГДА НЕ ЗАДУМЫВАЛАСЬ, ПОЧЕМУ ОН БЫЛ РЯДОМ ТОГДА?! НЕ ЗАДУМЫВАЛАСЬ, ПОЧЕМУ ТОГДА НЕЖИТЬ НАПАЛА ТОЛЬКО РЯДОМ С ТВОИМ ИМЕНИЕМ?! И ПОЧЕМУ, В КОНЦЕ КОНЦОВ, НЕЖИТЬ БЫЛА НЕ ПОХОЖЕЙ НА ОБЫЧНУЮ?! НАСТОЯЩИМ УБИЙЦЕЙ ТВОИХ РОДНЫХ БЫЛ МОЛУТЭК! ОН И ВИКТОР ПРИЗВАЛИ ТУЛЬП, ЧТОБЫ ТЕ УБИЛИ ТВОЮ СЕМЬЮ, ЧТОБЫ ТЫ ОСЛАБЛА И ОНИ СМОГЛИ ТЕБЯ ИСПОЛЬЗОВАТЬ!

— НЕТ! НЕТ-НЕТ-НЕТ! ЭТО НЕ ТАК! — драконица уже рыдала навзрыд. Я дала ей выплакаться, а она, поджав колени под себя, тихо продолжала говорить: — Нет… нет… нет…

В конце, девушка, просто, тихо всхлипывала, не говоря ни слова.

— Что же я натворила… — Ами подняла на меня заплаканные глаза. — Ваше Величество, я знаю, что не заслуживаю прощения, но передайте всем, что я каюсь в своих грехах. Папа! — она снова всхлипнула. — Папочка, прости меня, пожалуйста! Я такая дура! — слезы, не останавливаясь, текли по ее щекам, а ее рука перешла в боевую форму. — Я не заслуживаю жизни! Ваше Величество, надеюсь, вы выиграете в этой войне. Прощайте…

Драконица полоснула себя острыми когтями по горлу и бездыханное тело упало на землю. Кровь, что быстро вытекала из артерии, окрасила траву вокруг в алый цвет. Я, не выдержав, кинулась к уже мертвой девушке, обняла ее и зарыдала в голос.

Бедная, бедная Ами! Ты же не хотела всего этого! Ты просто стала очередной жертвой в этой войне! Мне так тебя жаль! Так жаль! Я не смогла ничего сделать, чтобы помочь тебе! Ты же даже не осознавала, до последнего момента, что делаешь! Чертовы отступники, чертов Молутэк, чертов Виктор! Ненавижу! Ненавижу! Ненавижу!

Я потеряла счет времени, сидя рядом с трупом. Сколько я уже здесь сижу? 10 минут или час? Не знаю. Но от моих мыслей меня отвлек спешный шаг, который быстро приближался ко мне. Я обернулась на звук. Это был Тенебрисель. Он бежал ко мне на всех парах. Когда мой муж был совсем близко, он кинулся на колени, сильно прижав меня к своему телу. Ему было плевать на то, что я полностью перемазана кровью Ами. Мужчина продолжал вдыхать мой запах, целуя щеки, губы, шею, ключицы, руки, уши и волосы. Я слышала, как быстро бьется его сердце от пережитого волнения. Через минуту, он наконец заговорил:

— 43 минуты… — прохрипел он еле слышно. — Тебя не было 43 минуты… 12 последних, ты сидела неподвижно… Боги, я так перепугался!

— Ты следил за мной?

— Да… Как только была свободная секунда, я пытался связаться с тобой. Боги… Лиен, я так переживал за тебя! Так боялся, что ты…

— Тенебрисель, — я обвила его шею своими руками, — я жива, со мной все в порядке. Все хорошо…

— Ты плакала, — сказал мятный король.

Эльф провел большим пальцем по моей щеке, а я посмотрела в его глаза. Сапфирово-изумрудные очи сильно выделялись на фоне запачканного лица, а седая прядь волос окрасилась в багровый цвет. Но тут я заметила, что серебряных прядей стало больше.

— Ты, опять, поседел… — я грустно улыбнулась, гладя серые волосы.

— Если так будет дальше, я скоро полностью седым стану… — брюнет перехватил мою руку и потянул меня на себя.

Он нежно поцеловал мои губы, проникая языком внутрь. Бывший принц жадно мял мои уста, вновь, изучал мой рот и никак не мог насытиться. От его уверенных действий и сильных рук, что крепче обнимали меня, я быстро расслабилась, забыв обо всем, что меня тревожило. Лишь иногда, в моем сознании пробегала мысль, что мы опять выбрали очень "подходящее" место для поцелуя. Да уж… Мы мастера в выборе "романтичных" мест.

Когда я и король, наконец, оторвались друг от друга, мы просто сидели и обнимались, не говоря ни о чем. Иногда, эмоции одерживали верх надо мной и из моих глаз вытекали одинокие слезинки, которые Тенебрисель тут же стирал. Хоть его запах мяты и смешался с отвратительной кровью тульп, он, все равно, продолжал меня успокаивать. Мой любимый запах, который даже кровь не перебьет…

Но не смотря на спокойствие, что я чувствовала рядом с моим супругом, у меня была тревога. Боги, эта была только одна страна… В остальных, наверняка, тоже найдутся отступники и прочие проблемы… Все будет еще сложнее, чем я предпологала. Но мы справимся! У нас нет выбора…

Часть 10

Через 2 дня, мы покинули столицу Драконьего Княжества — Аргх'аткарис. Должны были раньше, но князь настоял на том, чтобы мы остались. Да и, если честно, мы с Тенебриселем были настолько подавлены, что почти сразу согласились. Все же, мы правильно сделали, что остались. Настроение было хре… овощное, а ехать в Демоническую Империю с таким настроем нам не хотелось. Зато, за эти 2 дня, мы еще больше сдружились с золотыми драконами и заслужили их уважения. Но я все равно чувствовала себя виноватой в этой ситуации, хотя все говорили, что это не так. Но, если хорошенько подумать, то каждый наш визит в какую-либо страну будет нести с собой многочисленные потери… Это удручает…

Больше всего я чувствовала себя виноватой перед Рином. Он, как и остальные золотые драконы, узнал кем была Ами и долго горевал из-за этого. Почти не ел ничего, ходил угрюмый и также, как и я, винил себя в том, что не заметил ее зависимости. Крамис по тому и считается самым страшным наркотиком, что его невозможно заметить.

Короче говоря, мы все были подавлены.

А сейчас, мы уже выехали из Аргх'аткариса и направлялись в Даймонар — столицу Демонической Империи. Путь предстоит долгий. Если считать остановки, то мы будем ехать полтора дня. Эх, долго… Ну-с, ничего страшного. Не просто же так делаем! Нам же вряд ли повезет также, как и в Драконьем Княжестве, когда отступник указал на карте все местоположения их лагерей! Так что, надо ехать.

Первый день в пути тянулся долго. Большую часть времени, я спала в объятьях своего короля, которому и посвящала оставшиеся часы. То мы просто общались, то я заплетала ему волосы, даже выпили немного. Другими словами, развлекались и отгоняли от себя мрачные мысли как могли.

Время близилось к закату, а это означало, что скоро мы остановимся на привал. Так и случилось. Но несмотря на огромную скорость линхорта, машина затормозила довольно мягко. Через затонированные окна был виден величественный лес, что находился на юге Драконьего Княжества. Не удивительно, ведь, если ехать через лес, а не города, то мы быстрее доберемся до демонической столицы.

Я первая вышла из лимузина и порадовалась, что не в платье, а в удобной одежде (белой рубашке с длинными рукавами и в кожаных темно-коричневых брюках, жилетке и сапожках). Меня ничто не сковывало в движениях, никакой корсет не мешал мне нормально дышать, а пышная юбка не лезла под ноги. Эх, вот оно — счастье!

Чудесный пейзаж вокруг завораживал. Люблю леса! А там еще речка вдали виднеется! Ши-кар-но! Еле как удержалась, чтобы не упасть на мягкую травку, визжа от радости. Но вовремя вспомнила, что мне по статусу не положено. Вот блин… Не хочу быть королевой… Почти все слуги, маги и войны уже валяются на травке, а мне низя-я-я (мое внутреннее дите не радо такому исходу событий). Надеюсь, хоть в речке покупаться смогу.

— Ну, что ты на них так жалобно смотришь? — мое ушастое счастье вышло из линхорта вслед за мной и приобняло меня за плечи.

— Тоже хочу на травке поваляться. Но мне же по статусу не положено…

— С чего вдруг? Для эльфа, такое поведение нормально. Даже если это моветон в высшем обществе, тебе и слова никто не скажет. А так как из высшего общества только я и ты, то вообще не о чем волноваться.

— Я, правда, могу полежать на травке? Честно-честно? — я выжидающе посмотрела на брюнета, с детским предвкушением в глазах. Он усмехнулся и ответил, потрепав меня по головке:

— Честно-честно, мое маленькое дите.

— Ура!

Я, излучая счастье, побежала вперед и грохнулась на зеленую травку. Видимо, я упала слишком громко, так как некоторые слуги, маги и войны подбежали, чтобы узнать, не слишком ли сильно я ушиблась. Всем отвечала, что я в порядке и не о чем волноваться, но они настаивали на осмотре. Теперь ясно, почему личности из высшего сословия не делают так. Не то, чтобы моветон, просто, слишком много ненужного (а иногда, раздражающего) внимания со стороны.

— Успокойтесь, ничего с ней не случилось, — холодно сказал мой муж окружающим меня эльфам, которые чуть не подпрыгнули от страха. А вот ко мне он обратился с его любимой наглой ухмылкой: — Ну, что, дите, ты довольна?

— Угу. И хватит называть меня дитем!

— Ничего не обещаю, мое любимое ДИТЕ, — его ухмылка стала шире. Издевается!

— Тенебрисель! — я выразительно посмотрела на этого наглеца, не решаясь сказать, кто он, при всей этой толпе. Он, видимо, понял мой взгляд и продолжил издеваться:

— И я тебя люблю, ДИТЕ мое ненаглядное.

Он ушел, все также ухмыляясь, а я сверлила его спину своим взглядом. Зараза ушастая! Самая настоящая, наглая, остроухая зараза! Руки чешутся в него что-нибудь запульнуть! Но нельзя, слишком много свидетелей. Да и он, наверняка, поймает. Ну, ничего, я ему, потом, отомщу! Обязательно! Не знаю как, но отомщу!

Так как полежать мне нормально не дали, я решила не тратить время зря, а помочь разбить лагерь. Возведение палаток (которые были на-а-амного больше и шикарнее наших) отмела, как вариант, сразу. Вряд ли кто-нибудь позволит мне заниматься "тяжелой" работой. Так что, направилась к девушкам и поварам, которые что-то готовили. Они, поначалу, тоже отпирались, но я видела, что им еще пара рук не помешает, поэтому, настояла на своем. Сначала, эльфы немного нервничали, но мне удалось их разговорить и, уже через некоторое время, мы болтали и смеялись, словно близкие друзья. Среди них было 3 девушки и 1 парень (что катастрофически мало для того, чтобы прокормить всю нашу свиту).

Около огня было жарко, поэтому, пришлось преобразовать свой костюм (также поступили, до меня, и другие эльфы). Я сняла жилетку и, отойдя подальше, чтоб меня никто не видел, сняла рубашку, надела задом наперед, а 4 первые пуговицы не застегнула. Дальше, рукава крепко завязала за шеей и та-да! Получилась такая хорошенькая, в меру открытая, маечка. Правда, почти все мужчины (которых было 38, не считая Тенебриселя) старались не смотреть на меня. Даже Квестэль (эльф, который помогал нам с готовкой) покраснел и, опустив голову, смотрел только на режущиеся, с помощью магии, овощи.

— Неужели получилось слишком открыто? — спросила я у эльфиек. Странно, вроде, выглядит прилично.

— Вроде бы, нет, — ответила Танкэя. У нее были красивые золотистые волосы и зеленые глаза. Также, в этой компании, она была самая спокойная.

— Ну… возможно дело в том, что у вас… ну, того, сами понимаете… — шатенка по-имени Лаирия никак не могла сказать суть проблемы.

— Грудь у вас большая, вот эти и стесняются, — прямо ответила Аурэния. Она, вообще, очень прямая, из-за чего ей часто говорили, что она прямая, как орчанка. Мы с Квестэлем постоянно краснели из-за ее закидонов. — Также, боятся, что Его Величество их за это убьет.

— Кстати, он вас сейчас сверлит взглядом, — сообщила блондинка, спокойно помешивая ароматный суп в огромном котле.

И вправду, я чувствовала, что мне кто-то прожигает спину. Я обернулась и наткнулась на хмурый и ревнивый взор сапфирово-изумрудных глаз. Ой, мамочки… Ну-с, мне хана! Но страха я не показала, но сказала брюнету на языке жестов, мол я ни в чем не виновата, оно так само вышло и, вообще, здесь жарко, так что, можно. Он еще немного посверлил меня взглядом, а, потом, лукаво ухмыльнулся своим мыслям, отвернувшись от меня. Та-а-ак! Мне хана! Мне 100 % хана! Я смотрела в спину моего супруга, хмуря брови, и случайно задала вопрос:

— Что же ты задумал?

— А с чего вы решили, что Его Величество, что-то задумал? — ляпнула девушка с каштановыми волосами прежде, чем осознала вопрос. Она извинилась за такое поведение, закрыв рот руками. Лаирия вообще, редко за языком следит, но это придавало эльфийке какого-то шарма.

— Когда он так улыбается — это не к добру! Ой, как не к добру!

Было уже 8 часов вечера и солнце клонилось за горизонт, окрашивая небо и воду в нежно-розовый цвет. Некоторые эльфы, закончив ставить палатки, решили немного поплавать в реке. И вот, сняв верхнюю часть одежды и обувь, эльфы прыгали в воду, веселясь. Тенебрисель, конечно же, не остался в стороне. Но, только сейчас, я поняла, что эта зараза ушастая задумала. У многих эльфов были шрамы на теле, так как они все воевали, и будь такое у короля, никого бы это не удивило. Но, вместо шрамов, у него были синяки с небольшими царапинами от клыков на широкой груди и рельефном торсе. Короче говоря, мои засосы… И этот садист не полез сразу в воду, а начал красоваться своими отметинами. Вернее, моими отметинами, но не в этом суть! Так еще эти эльфы ухмылялись увиденному и одобрительно кивали! Я взвыла от стыда. Я же специально старалась ему на шее засосов не оставлять, чтобы никто не увидел, а этот… взял и все показал! ЗАРАЗА!

— ЗАРАЗА УШАСТАЯ! — выкрикнула я на русском. Конечно же, меня никто не понял, кроме этого садиста (так как я часто это говорила, он уже знал смысл моих слов).

А этот ирод остроухий развернулся ко мне всем телом и высунул язык, ухмыляясь и дразня меня. Вот же! Но на этом брюнет не остановился. Его взгляд вмиг стал томным и хищным, а язык соблазнительно облизал нижнюю губу. Я, сразу же, смутилась и быстро отвернулась от него, закрывая горячие, покрасневшие щеки ладонями. Но я, все равно, услышала, как Тенебрисель усмехнулся и начал подходить ко мне, мягко шагая по траве. С каждым его шагом, становилось сложнее дышать. Стало как-то уж слишком жарко, а бабочки в животе, вообще, взбунтовались, из-за чего жжение в одной зоне стало невыносимым. Нет! Так дело не пойдет! Меня же, сейчас, просто-напросто съедят! Как говорила одна мамина подруга: "Текаем отсюда, девчата! Даже если мужик гарный, все равно, текаем!" — так она обычно про своего начальника говорила.

Ну, я и текаю. Быстро встала с земли и направилась к реке, обходя "гарного мужика". Эльфийский король недовольно цыкнул и пошел за мной. А я поступила так, как не положено королеве: трусливо убежала. Остановилась только тогда, когда была уже на приличном расстоянии от лагеря. Остроухого садиста поблизости не наблюдалось, но жар не хотел отступать. Ничего страшного! Сейчас, охладимся. А то, эта картинка, когда он губы облизывал, так и стоит перед глазами. А этот его взгляд… ммм… Может, зря я убежала? Так! Люда! Сначала искупнись, охладись, а потом только думай, зря или не зря! С каких пор тебе так легко вскружить голову?! С того момента, как я женилась на этой заразе…

Тихо сам с собою я веду беседу… Мда… Все-таки, то, что у меня не было друзей почти всю жизнь, дает о себе знать… Ну, хорошо, что, сейчас, хотя бы про себя разговариваю. Раньше вообще вслух говорила. Прогресс, однако! Так, Люда, тебя не туда занесло! Ты же поплавать хотела! Так иди и плавай!

Поговорив сама с собой, я сняла с себя сапоги и направилась к реке. Остальную одежду решила не снимать. Мало ли, что здесь случится, а я в неглиже (вернее, только в нижнем белье)!

Уже наступила ночь и 2 серебряных диска красиво отражались на водной глади вместе с россыпью звезд, напоминающих бриллианты. Я зашла в еще не остывшую воду, отчего на поверхности пошли круги. Приятно… Не удержалась, распустила волосы и нырнула вглубь. Немного прохладная, но кристально-чистая вода ласково играла с моими прядями. Даже, показалось, что кто-то меня гладит. А может и не показалось…

Я вынырнула, делая глоток воздуха. Как давно я не купалась в речке! Так хорошо! И голова вместе с телом наконец остыли. Единственное, что мешало мне наслаждаться плаванием, так эта одежда, что неприятно липла к моему телу. Хорошо, что рубашка из плотного материала и почти ничего не просвечивает. Но как же хочется снять все это! Но не стоит этого делать.

Вдруг я услышала еле-заметный голос, больше похожий на шепот:

— Людмила…

Так! Либо у меня глюки, либо это то, о чем я думаю. Надеюсь, первое.

— Людмила…

Раздался громче мужской шепот, будто у меня за спиной. Обернулась, но никого не увидела. Это плохо! Очень плохо!

— Людмила…

Бархатный голос ласкал слух, очаровывая и зовя к себе. Надо уходить отсюда, но чертово любопытство проснулось совсем не вовремя!

— Людмила…

Голос раздался еще громче, вызывая легкое желание у тела. Но это оно, пока что, легкое. Надо срочно уходить отсюда! Но мне же, блин, любопытно! Люда, любопытство сгубило кошку!

— Как хорошо, что я не кошка, — тихо ответила я сама себе и повернулась в сторону обладателя прекрасного голоса.

— Людмила… иди ко мне…

Передо мной стоял невероятно красивый мужчина по пояс в воде с идеальными чертами лица, синими глазами, в которых можно было утонуть, бледно-васильковыми длинными распущенными волосами, что спадали на широкие плечи и обнаженное рельефное тело. Но несмотря на всю его красоту, я ругала себя за свою глупость и чрезмерную любопытность. Передо мной стоял никто иной, как водяник. Речник, если быть точнее. Причем, довольно сильный. Вот я влипла!

Водяник — это не самый приятный дух воды, которого можно было бы встретить. Они делятся на 2 типа: речник и озерник (а в морях и океанах они не обитают). Если рядом с водоемом есть мощный источник силы, то в озере или реке появляется водяник. Но, чаще всего, они питаются не только энергией источника, но и случайными "везунчиками", чья энергия показалась им вкусной. Заманивают своим голосом и красотой, а, потом, высасывают энергию. Конечно, высасывают они только половину силы, используя достаточно приятный способ (поцелуй или, если захотят, могут зайти дальше), но хорошего в этом мало. Я вод вообще не вижу в этом ничего хорошего! Как-то раз, встретила на Земле озерника и встреча мне не понравилась! Хорошо, что Игнис был рядом и вовремя меня спас. Ладно, сейчас мы с этим речником разберемся.

— Ну же… Людмила… иди ко мне… — нежно сказал речник, отчего по телу прошли мурашки. Небольшие волны мягко подталкивали меня к своему хозяину, будто говоря, иди к нему.

Пришлось идти. Пытаться сбежать или атаковать не имеет смысла, ведь, я, можно сказать, сейчас, нахожусь в его власти. Здесь нужна хитрость. У меня есть на примете идея, но для этого, нужно подойти поближе.

— Молодец… Людмила… подойди еще ближе…

Да иду я, иду.

"На верную смерть" — дополнило мое подсознание и было право.

Если я не умру от речника, то меня убьет Тенебрисель или Игнис. Подумалось, что от рук речника умирать менее страшно будет, чем от этих двоих.

С горем пополам, я дошла до мужчины, который мягко прижал меня к своему влажному телу, обнимая за талию.

— Людмила… хорошая девочка… получи свое вознаграждение… — речник потянулся к моим губам, но я остановила его.

— Как тебя зовут? — тихо спросила я, сделав наивное выражение лица.

— Зовут?… Это неважно… — прошептал он мне на ушко.

— Нет, важно. Я должна знать, кто меня целует, — и невинно похлопала ресницами. Водяник ласково улыбнулся, прикрыв глаза, и ответил:

— Авас — мое имя… Людмила… не мучай меня… дай познать сладость…

— Хорошо, — я потянулась к его губам.

Водяник расслабился, а зря. Когда наши губы почти соприкоснулись, я зарядила в него самым мощным фаерболом, в котором присутствовала еще и тьма. Бедный Авас отлетел от меня на о-о-очень дальнее расстояние. От такого сильного выплеска энергии, проснулись и другие обитатели реки. Еще один водяник и 2 водяницы (угу, у них и женская версия есть).

— Авас! Ты самоубийца или, просто, идиот?! — крикнула девушка с бирюзовыми волосами своему сородичу.

Часть 11

— Авас! Ты самоубийца или, просто, идиот?! — крикнула девушка с бирюзовыми волосами своему сородичу.

Речник еле-как встал, держась за голову и огромный ожог на груди. Он жалобно посмотрел на водяниц, пытаясь залечить себе рану, но никак не выходило. Мда… Я слегка переборщила с силой удара. Вернее, не слегка, но не в этом суть.

— Скорее всего, второе, — речница с сизыми волосами скрестила руки на оголенной груди. — И как, по-твоему, ты залечишь рану от тьмы истинного Хаоса?

— Я… не знаю… Ай-ай-ай! Больно! — из ранения побежала голубая кровь, скатываясь по мощному торсу прямо в воду.

— Мы же тебе говорили! Ни в коем случае не трогать дитя Богов и эльфов, что устроили здесь привал, но ты же нас не слушаешь! — продолжила отчитывать Аваса первая девушка.

— Вы сказали не трогать Лиенилде! А она — Людмила! И вообще, меня к ней как магнитом тянуло. А она такая маленькая, хрупкая, нежная… Не удержался! Ай! Да что ж так больно?! — водяник опустился на колени и, вновь, начал лечить кровоточащий ожог, с помощью светящихся струй воды.

— Потому, что там тьма, — ответил мужчина с нефритовыми волосами. — Анави, Аквин, лучше бы помогли ему, вместо бессмысленных нравоучений. Он еще молодой, а тут такой мощный источник силы, спрятанный в маленьком тельце. Конечно же, он не сдержался!

— Здесь мы бессильны, — заявила сизовласая водяница. — Нужно идти к источнику и провести там несколько дней. Тогда, может, ранения пройдут. Но шрам останется.

— Вот я влип!

Повторил мою недавнюю фразу Авас. Честно, мне стало как-то стыдно перед ним. Отлично! Теперь, мне стыдно перед речником, который чуть не высосал из меня энергию! Вот что я за человек такой? Хорошо, что пришел (вернее, прибежал) Индариэн и своим голосом отогнал от меня ненужные мысли:

— Моя королева! — эльф был взволнован и быстро подбежал ко мне.

Он заметил водяников, взял меня на руки, относя подальше от воды, и готов был кинуться в бой, но решил, сначала, осмотреть меня.

— Моя королева, с вами все в порядке? Нигде не болит? Они вам ничего не сделали? Если хотите, я могу их сейчас же уничтожить!

Он так яростно посмотрел в сторону речников, что те мгновенно передернули плечами и приготовились к битве, окружая раненного Аваса. Я же замотала головой, спускаясь с рук темного эльфа.

— Не нужно, Индариэн.

Я пошла обратно к реке, намереваясь все же залечить рану водяника (уж ничего не могу с собой поделать). Обсидиановый эльф нахмурился и преградил мне дорогу. Я попыталась обойти его, но голубоглазый так просто не сдавался. Как итог: я носом упиралась в его обнаженную грудь шоколадного цвета, а сильные руки не давали мне двигаться вперед, крепко обнимая.

— Моя королева, вам нельзя туда. Если этому… речнику, — видимо, эльф хотел выругаться, но сдержался, — удалось вас поцеловать, то вы будете испытывать к нему сильную симпатию некоторое время. Прошу вас, не идите в воду. Он же высосет из вас энергию! А эти чувства он вам навязал! Это все неправда!

— Индариэн, я знаю про способности водяников. Но ему не удалось меня поцеловать, так что, не о чем волноваться. А теперь, прошу, выпусти меня и дай залечить ему рану.

— Моя королева, вы слишком добры! — темный эльф прижал меня к себе еще сильнее. — Прошу, не упрямьтесь. Вы же прекрасно знаете, что река находится в их власти! А если они нападут?

— Они не нападут, — сказала, как отрезала я. Аж самой стало холодно от моего голоса (или же это от того, что у меня одежда мокрая). — Индариэн, пожалуйста, отпусти меня.

Я посмотрела в ясно-голубые глаза мужчины, которые показывали упертость своего носителя и еще что-то, что постоянно ускользало от меня. Нечто теплое, нежное, едва уловимое, из-за чего невозможно было разобрать, что это.

— Не отпущу, — твердо завил он, не желая сдаваться. Но и я не собиралась уступать.

— Отпусти. Это приказ.

Если сказать такие волшебные слова, как: "Это приказ," — то тот, кто принес клятву эльфийской короне, обязан выполнить то или иное поручение. При непослушании, у эльфа начинали болеть руки от сильного жжения в ладонях. Так клятва напоминала о себе. Мало кто это выдерживал. Вернее, никто не выдерживал. Но обсидиановый эльф продолжал тяжело смотреть мне в глаза, не отпуская. Уже явно чувствовался запах горелой плоти, но Индариэн был непреклонен. На этом этапе, начинала невыносимо болеть голова. Брови блондина дрогнули от резкой боли, из носа пошла кровь, но он все равно не отпускал меня. Тут я начала волноваться. Он же так скорее умрет, чем меня отпустит!

— Индариэн! Пожалуйста, прекрати упираться! Со мной все будет впорядке! Отпусти! Тебе же больно!

— Там вам грозит опасность. Я не могу больше подвергать вас риску.

— Хорошо! Я не пойду в реку, только, пожалуйста, отпусти меня! Я обещаю! Но, пожалуйста, прекрати это безумие!

Эльф отпустил меня и, шатаясь, отошел. Черт! Даже не смотря на всю выдержку темных эльфов, Индариэн грохнулся на землю от дичайшей боли, что сковала его тело. Он не подавал признаков своей слабости, но я и так понимала, насколько ему сейчас больно. Уши стали красными, из носа лилась кровь, а руки окутали огромные ожоги.

Я подбежала к тяжело дышащему телу, которое каким-то чудом оставалось в сознании. Взмахнула рукой, пытаясь вылечить его, но все оказалось не так просто. Черт! Магия клятвы слишком сильна! Но я сильнее! Немного помучавшись, я, все же, залечила раны и, теперь, лечила голову.

— Сколько пальцев видишь? — я показала эльфу 2 пальца.

— Ммм… 4… или 3? — дело дрянь! Я еще немного подлечила его голову и, снова, задала этот вопрос:

— Сколько пальцев?

— 2…

— Отлично. Сейчас, немного отдохнешь и мы вернемся в лагерь, хорошо?

Индариэн кивнул, а я встала и пошла обратно к реке. Интуиция не просто говорила, она кричала, что мне нужно залечить Аваса. Увидев, что я все равно иду к воде, темный эльф, не смотря на боль, потянулся ко мне, схватив за руку. Я обернулась, а он жалобно смотрел на меня.

— Вы… обещали…

Я ласково улыбнулась мужчине, уложила обратно на землю, погладив по голове, и ответила:

— Я не буду заходить в воду. Но мне нужно его залечить.

— Вы… слишком добрая… — грустно усмехнулся голубоглазый, не отпуская мою руку.

— Ты прав. Не волнуйся, со мной ничего не случится.

Он сжал мою ладонь сильнее, не хотя отпускать. Но я, все равно, освободила свою руку и направилась к водяникам. Эльф смотрел мне вслед, тяжело вздыхая. Прости Индариэн, но мне нужно залечить этого речника.

Все это время, водяники удивленно наблюдали за нами. Когда я была у самого края берега, а вода едва касалась пальцев ног, водная четверка насторожилась. Но, не смотря на их подозрения, вода из реки тянулась (угу, прям сама тянулась) ко мне, все больше обволакивая незащищенные обувью ноги. Увидев это, речники немного успокоились, но продолжали держать боевые позиции.

— Расслабьтесь. Не собираюсь я вас атаковать. Я хочу залечить его рану.

Водяники немного постояли, подумали, перекидываясь взглядами, а потом, расступились, являя моему взору раненого. Авас вообще был шокирован больше всех. Его синие глаза были в 2 раза больше обычного. Он вопрошающе посмотрел на своих сородичей.

— Иди уже, идиот, — девушка с бирюзовыми волосами отвесила мужчине подзатыльник. — Не каждый день богиня предлагает свою помощь!

Ну вот… И эти меня богиней считают! Ну сколько можно-то, а? Но я не стала им что-либо говорить, так как уже задолбалась всем разъяснять, что у меня только сила божественная, а сама я никаким боком не богиня. Но разве меня послушают? Назовут, только, слишком скромной и дальше будут величать богом.

Немного помявшись, парень с бледно-васильковыми волосами подошел ко мне, держась за кровоточащую рану. Мда… Теперь, он не выглядит таким смелым и сильным, каким казался ранее. Молодой еще, что с него взять. И вроде бы все в порядке, но… ситуация начала ухудшаться, когда уровень воды был ниже пояса… ВАШУ Ж ДИВИЗИЮ! КАК ЭТО РАЗВИДЕТЬ?! Конечно, я раньше видела… кхм… достоинство, но только у Тенебриселя (ну, и у вожака виселей, но там я успевала прикрыть рукой)! А тут… Стыдно-то как!

— Пожалуйста, прикройся, — холодно произнесла я, но уши и щеки покрылись румянцем, а рука закрывала от моих глаз причинное место.

— Ой! Прости, не подумал! — возник небольшой столб воды, который закрывал… ракету.

— ПростиТЕ, дурень, — продолжала ругать Аваса бирюзоволосая речница.

— Анави, хватит к нему придираться! — шикнул на нее мужчина с нефритовыми волосами.

Раненый парень подошел ближе к берегу. Я убрала с раны его руку и приступила к делу. Сначала, убрала из ранения тьму, что всосалась в кожу и мешала регенерироваться. В этот момент, Авас тихо зашипел от боли. Логично. Остатки моей тьмы подобны острым ледяным иглам. Да, ощущение не из приятных, но надо потерпеть. Затем, легким взмахом руки я залечила ожог. Даже малюсенького шрама не оставила на почти белой коже, что блестела в свете двух лун, отдавая перломутром.

— Готово, — сказала я мужчине и посмотрела в его безмятежное лицо.

Он прикрыл глаза, щурясь от удовольствия, а на губах застыла немного глупая, но блаженная улыбка. Я, конечно, все понимаю, прцесс лечения очень приятный, но надо выводить его из этого состояния. Я пощелкала несколько раз перед его довольной моськой, из-за чего он вздрогнул, резко открыв глаза.

— А? Что?

— Готово, говорю.

— Извините и спасибо, — он немного смутился, отводя от меня глаза.

Ясно. По меркам водяников, он совсем еще ребенок. Возможно, ему где-то от 19 до 22 лет. Совсем на чуть-чуть старше меня.

— Спасибо за вашу помощь, — сказала, насколько я поняла, Аквин.

— Не за что. Я же его ранила, вот и залечила, — отмахнулась я.

— Давайте, мы вам одно хорошее место покажем, в знак благодарности! — вмиг возбудилась Анави.

— Почему бы и нет. Только, я обещала, что вернусь в лагерь, — я посмотрела на Индариэна, который уже сидел на траве, а не лежал пластом и внимательно следил за нами.

Девушки посмотрели на дроу, обменялись взглядами и сделали какой-то вывод, мило хихикая. Ладно, допустим. А речницы продолжили что-то обсуждать, переговариваясь лишь с помощью глаз и бирюзоволосая сказала:

— А давайте, ваш… эм…

— Телохранитель, — серьезно сказал темный эльф, недоверчиво смотря на дам.

— Ваш телохранитель пойдет с нами! И он будет спокоен и вы увидите прекрасное место!

— Индариэн, ты пойдешь? — спокойно спросила я, но внутри дите чуть ли не прыгало. Скажи "да"! Скажи "да"! Скажи "да"!

— Да, моя королева, — ура-а-а!

— Только, — начала сизоволосая Аквин, хитро улыбаясь, — то место — священное. Поэтому, при входе, нужно обязательно снять с себя одежду. Но это же ничего страшного, да, господин телохранитель?

На несколько мгновений воцарилась тишина. Я немного (вернее, много) смутилась, а беловолосый задумался, опустив голову. Его уши, опять, покраснели, а тело напряглось. Когда он поднял голову, то довольно четко ответил:

— Я пойду в лагерь. Его Величество уже, наверняка, заждался меня. Нужно сообщить ему, что вы — моя королева — просто, купаетесь. А что до вас… — он бросил суровый взгляд в сторону речниц. — Клянитесь, что с моей королевой ничего плохого не случится. Иначе, быстрая и легкая смерть станет вашим единственным желанием.

Индариэн так грозно это произнес, что даже я невольно скукожилась и уменьшилась в размере. Все это время, я видела его только как забавного эльфа, который старается всегда выполнять свою работу на отлично. Но сейчас, от него за километр разило опасностью. Казалось, что если девушки сделают хотя бы одно лишнее движение, то дроу немедленно набросится на них. А его немигающие глаза, в которых читалась угроза, внимательно наблюдали за водяницами, внушая еще больший страх. Аж самой стало жутко!

— Моя королева, — более мягко обратился мужчина ко мне. От страшного эльфа не осталось и следа, будто бы такого вообще никогда не было (как они с Тенебриселем это делают?), — должен сообщить, что Его Величество на вас… немного обижен.

— Он рвет и мечет все, что под руку подвернется?

— Именно, — подтвердил мои догадки обсидиановый эльф.

— Вот же! Ладно, я постараюсь как можно быстрее вернуться.

Мужчина кивнул и удалился, скрывшись в лесу. А водяницы, тем временем, прогнали своих сородичей мужского пола и позвали меня за собой.

Часть 12

Водяницы привели меня к какому-то входу пещеры, что был сокрыт от посторонних глаз обильной растительностью. Лишь вода, которая вытекала оттуда, давала понять, что за этими прекрасными лианами есть что-то еще.

Девушки остановились и сизоволосая Аквин сказала:

— Это вход в священное место. Другими словами: главный источник энергии и обитель нашей матери — Анавилис. Правда, она не всегда показывается.

— В общем, Лиенилде, вам нужно снять одежду, — перебила речницу Анави. — Кстати, как нам вас называть: Лиенилде или Людмила?

— Людмила и на "ты", пожалуйста, — попросила я, снимая с себя мокрую одежду. Конечно, я могла бы ее давно уже высушить с помощью магии и не мучиться, но было банально лень.

Через некоторое время, на мне осталось только нижнее белье, которое я немного стеснялась снять. Но после слов: "Не стесняйся! Чего мы там не видели?" — белое вампирское кружево (Дакана подарила несколько наборчиков мне на свадьбу) полетело в кучку уже снятой одежды. После этого (и комплиментов в адрес моего тела), водяницы взяли меня под руки с обеих сторон и повели в пещеру.

Ошибочка вышла. Это не пещера — это великолепие!

Внутри грубых скал, что находились около реки, был скрыт целый новый мир невероятной красоты! Везде росли прекрасные цветы, приятно и ненавязчиво благоухая, а обилие зелени будто бы защищало нежные бутоны. Здесь даже был небольшой водопад, который тихо журчал, нежно лаская уши, и впадал в своеобразное озеро, в котором отражались 2 луны с бесчисленными звездами, свет от которых проникал через огромную дыру, сверху. Но дополнительным освещением служили и сами растения, а также какие-то разноцветные светлячки. Сказать, что я была в восторге — значит, ничего не сказать. Это изумительно! Прекрасно! Божественно, в конце концов!

— Ну, как? — наблюдая за моей реакцией, довольно спросила Анави.

— Невероятно! — восхищенно ответила я.

— Прошу, проходить в наш дом! — сизоволосая речница мягко подтолкнула меня вперед.

Сделав пару шагов, я почувствовала, что вода здесь насквозь пропитана энергией. Чистая сила, как будто порождение самой богини Истарии, наполнила мое тело, бережно обволакивая его и утягивая за собой, вглубь озера. Я немного испугалась (мало ли, вдруг меня утопить решили), но тревожного звоночка от интуиции не получила, так что была относительно спокойна. Вдруг я резко ушла на дно, но страха не было. Наоборот, я почувствовала в этом полумраке заботу и ласку, как от объятий родного человека. Вскоре, мои ноги коснулись дна и под ними вензелем разошелся мудреный узор, освещая пространство всеми оттенками синего и голубого. Но не смотря на эту красоту, воздуха стало категорически не хватать. Я держалась из последних сил, стараясь не всплывать на поверхность и увидеть то, что мне хотели показать (чертово любопытство!). Но нет, я так долго не протяну! Попыталась оттолкнуться от дна, чтобы поскорее глотнуть жизненно необходимого кислорода, но ноги будто приросли к земле. О как! Здравствуй, паника! Давно не виделись! Зови истерику и вместе будем пить чай, состоящий из моего страха! Но паника решила иначе и попыталась вздохнуть, хотя мозг понимал, что я не рыба и в воде дышать не умею. Но даже мое строгое (или не очень) сознание боялось панику и молчало в тряпочку, наблюдая за ее глупыми действиями и ругая 6 чувство, которое не предупредило меня об опасности. Но голос разума знатно прифигел, когда у меня вышло вздохнуть. Мои глаза увеличились в 2 раза и я снова задержала дыхание. Сделала еще один вдох. Получилось и я до сих пор жива. Сделала более глубокий вдох. Снова вышло. Удивленно посмотрела в пространство, заполненное водой, а потом, до моей головушки наконец-то дошло. Я дышу под водой! Дышу, вашу дивизию! О-фи-геть! А пока мозг извинялся перед моей интуицией за ложные обвинения, я услышала прекрасный женский голос:

— У тебя забавная реакция, — ласково проговорила она, ступая из темноты.

Я обернулась и узрела невероятно красивую девушку. Цвет длинных волос напоминал голубой жемчуг, большие глаза глубокого синего цвета завораживали, а замысловатые узоры на белой перламутровой коже переливались от берлинской лазури до бледно-василькового.

— Здравствуй, сестренка, — девушка мило улыбнулась.

— Сестренка? — переспросила я, обдумывая ее слова.

Так! Ясен пень, что это и есть Анавилис. Такие, как она, являются душами энергетических мест. А они, в свою очередь, являются детьми Истарии. А кто у нас еще дите богини? Правильно! Я! А это значит, что мы, правда, сестры… Самые настоящие сестры! Сестры! Ура! У меня становится все больше и больше родственников, что не может не радовать! Сейчас заплачу от счастья!

— Моя сестра? У меня есть сестра! — я понимала, что из глаз потекли слезы, но они сразу смешивались с водой вокруг.

— Ну-ну, не плачь, — Анавилис подплыла ко мне, обнимая и гладя по голове.

— Я не плачу! Я счастлива!

— Ты, и вправду, очень эмоциональная. Так интересно… Но я здесь не для этого, — моя сестра (аж непривычно это говорить!) посмотрела мне в глаза. — У тебя небольшой дисбаланс энергии и тьмы. Пока что, это не страшно. Но если какая-либо сторона пересилит, то твоя сила убьет тебя. Но я могу это исправить, так что не о чем волноваться. Только, не забывай время от времени приходить в места силы, чтобы сбалансировать тьму и энергию, договорились?

— Договорились! — если бы не эйфория от новообретенной родственницы, я бы сейчас нахмурилась, осознавая весь ужас этой проблемы.

Но паника медленно приходила, заполняя сознание. Нет уж! Сейчас не время для чая вместе с истерикой! Да, данная ситуация страшна, но не вгонять же себя в депрессию! Да, моя же сила, что течет по моим венам, может в любой момент меня убить, если произойдет сильный дисбаланс сторон… Проговорив это, стало жутко… Так и знала, что не все так просто! Но ничего страшного! Главное, не запускать проблему и все будет хорошо (какая я оптимистка).

— Закрой глаза, — прошептала моя сестрица.

Я доверилась ей и закрыла очи. Вода вокруг стала густеть, а я яркий свет пробирался даже сквозь сомкнутые веки. Теплота разлилась по телу, остановившись в солнечном сплетении. Ощущения были приятными, но вдруг тело сковало холодом. Холод тьмы мне был не страшен, но резкая боль в районе груди не осталась не замеченной. Из легких будто вышибли воздух и проткнули острым ножом сердце. Больно! В порыве сдержать крик, я прокусила язык. Сладкая кровь с еле заметным железным привкусом привела меня в чувство, не давая потерять сознание от боли.

— Потерпи, совсем немного осталось, — будто сквозь вату, расслышала я тихий голос Анавилис.

Секунда, две и этот кошмар наконец прекратился. Я упала на колени, подняв голову. Девушка передо мной тоже выглядела не лучшим образом, но она все равно доброжелательно улыбнулась мне.

— Дисбаланс был намного больше, чем я предполагала. Старайся раз в месяц ходить к какому-либо месту силы, чтобы не случилось беды. А мне пора. Пока, сестренка. Надеюсь, мы еще встретимся. Но знай: ты ошибаешься, полагая, что нас соединяет только сила.

Душа энергетического источника обняла меня на прощанье и исчезла. А меня с огромной силой вытолкнули наверх, где меня ждали 2 водяницы. Хотя, если так подумать, то они приходятся мне племянницами.

Девушки мило улыбнулись и Анави сказала:

— Итак, дорогая тетушка, давайте отвлечемся от насущных проблем и обсудим кое-что поитересней!

Следующий час, мы весело беседовали с девушками на отвлеченные темы. Я потеряла счет времени и совсем забыла о том, что нужно поскорее вернуться в лагерь, пока один эльф не угробил всех и вся. Просто, наслаждалась разговором, лакомилась ягодами и играла с милыми пикси, которые приносили нам вкусняшки. Пикси — это феи-прислужники, которые водятся только в местах силы. Обычно, они очень маленькие и немного светятся, но, если понадобится, мини-феи могут увеличиться до размера взрослого человека и стать самым страшным противником. А сейчас, одна такая малышка звонко хохотала у меня на ладони, так как я не удержалась и решила пощекотать ее (о боги, какая она милая!). Но тут речницы перешли к более интересной теме разговора, по их мнению. Не спорю, довольно занимательно слушать их рассказы, но такое не для меня.

— Ах! Драконы такие симпатяшки! — восхищенно сказала Аквин. — Такие мужественные! А эти чешуйки просто бесподобны! Мне так нравится их трогать! Такие блестящие, гладкие, завораживающие! А как же приятно наблюдать, как эти могучие создания стонут и ластятся, как котята! Драконы — прекрасные любовники!

Угу, решили пообсуждать, кому какая раса больше нравится. А так как они имели дело с мужчинами только в "том" плане, то и обсуждали они "это". Поначалу, я краснела, а потом смирилась и уже спокойно относилась к данной теме (я уже женщина! Так что, нечего краснеть из-за такого!).

— А мне демоны больше нравятся, — заявила Анави. — Такие властные, горячие, непокорные! Двумя словами: невероятно сексуальные! Аж дух захватывает! Но стоит притронуться к их рогам, как они, на мгновенье, становятся словно ручными! А потом, вновь, кидают томные взгляды и берут инициативу в свои руки! Вот где настоящие мужчины!

Мда уж… Я тут немного лишняя (нет у меня такого опыта, как у них)… Но не суть. Меня мое положение устраивает.

— А что насчет эльфов? — спросила я. — Что вы думаете насчет них?

Водяницы немного помялись, отведя глаза в сторону. Сизоволосая девушка собралась и начала говорить:

— Мы не хотим тебя обидеть, но… эльфы… они…

— Короче! Жуткие извращенцы и собственники! Похлеще демонов будут! — не выдержала бирюзоволосая.

— Опять ты меня перебила, — возмутилась Аквин. — Но да. Мы стараемся избегать контакта с эльфами, так как банально боимся их. Нашим братьям может и хорошо с эльфийками, но мы же имеем дело с мужчинами, а не женщинами. А эльфы хотят полностью обладать объектом симпатии, что нас пугает. Про то, что они вытворяют во время слияния, я вообще молчу.

— Странно, — недоумевала я. — Мой муж, конечно, еще тот извращенец, но не такой ужас-ужас, как вы рассказываете.

И ведь действительно. Тенебрисель хоть и любит меня смущать, часто говорит об "этом", показывает мне новые грани этого вида наслаждения, но не такое чудовище, как расписывают речницы. Непонятно.

— Так ты ведь намного младше него, полукровка, так еще и из другого мира, — начала объяснять мне бирюзовласка (за время нашей беседы, я поведала девушкам многое о себе). — Скорее всего, он боится испугать тебя своими действиями.

— Ясно. Кстати, я тут вспомнила, что надо бы мне вернуться в лагерь, пока мой извращенец всех не перебил.

— Мы проводим! — дружно сказали водяницы.

Через мгновенье, мы вышли из чудесной пещеры. Я оделась (не голой же обратно пойду), мысленно попрощалась с Анавилис, и наше трио поплыло к лагерю. Во время пути, мы еще немного поболтали насчет эльфов и их… кхм… изюминки, а сизоволосая выдала:

— Вот честно, лучше пусть меня вампир покусает, чем я с эльфом встречусь!

— Что-то ты не особо горела желанием, чтоб тебя покусали, в прошлый раз, — хихикнула Анави.

— На вас напали вампиры? — так! Это уже подозрительно!

— Ага, — ответила все та же Анави, — они хотели из нас энергию выкачать! Не на тех напали! — она кровожадно улыбнулась, показывая, что клыкастики так просто не отделались.

— Но эти вампиры были какими-то странными, — вспомнила сизовласка. — Они говорили о каком-то Монатэке (или Молутэке, не помню) и Викторе, вроде бы. Странное имя — Виктор. Никогда не слышала такое прежде…

— Вот как, — я нахмурилась.

Отступники были и здесь. Теперь, я знаю это наверняка. Жаль, я не ведаю их точного местоположения. Водяниц бесполезно спрашивать (они из своей реки не выходят). Но один парень, наверняка, поможет мне обнаружить врага. Вернее, один висель.

Вдали показались огни нашего лагеря. В ночной темноте свет от костров было трудно не заметить. Некоторые слуги бегали туда-сюда, караульные, немного зевая, обходили территорию, а в самом лагере, время от времени, слышался холодный баритон моего короля, от которого сразу бросало в дрожь. Твою дивизию… Он злится! Он очень сильно злится! Осталось только понять, на что и как его успокоить. Но, сначала, надо сделать одно дельце.

Речницы решили не показываться на глаза эльфам (не стоит их нервировать своим присутствием. Итак, Его Величество злой, еще и водяницы). Поэтому, они оставили меня в нескольких десятках метров от базы, попрощались, желая встретиться со мной вновь, и исчезли в синеве реки. Я улыбнулась своим родственницам и быстро побежала к лагерю. Точнее, к своему мужу.

Ледяной голос эльфа с нотками злости слышался все более отчетливо, нагоняя еще больше страха на нашу свиту и на меня. Нет, мой милый никогда не повышал голос и, уж тем более, не срывался на крик (только, во время нашей ссоры, месяц назад, он сделал исключение из своего правила, но это в прошлом). Всегда хватает его убийственного взгляда и чересчур спокойного голоса, чтобы все начали бояться. Вот и сейчас, иду и слышу этот размеренный баритон, который четко отдает приказы, а бедные эльфы вздрагивают от каждого нового слова Тенебриселя. Мда уж… Надеюсь, пока меня не было, мой супруг никого не угробил.

Когда я подошла к границе лагеря, караульные мне поклонились и та-а-ак жалобно посмотрели. Бедненькие, загонял их мой любимый. Но я ободряюще улыбнулась мужчинам и они с облегчением выдохнули.

Я пошла дальше и заметила силуэт эльфийского короля, который ковырялся в углях. Ох, блин… Он нервничает. Ладно, это нас не испугает! Главное, сделать все быстро.

— Тенебрисель! — крикнула я эльфу.

Он резко обернулся на мой голос. Хотел встать, но я не дала ему этого сделать. Я набросилась на брюнета, обняла сзади широкую обнаженную спину, заставляя его сесть обратно, и прильнула к тонким губам. Во время поцелуя, эльф усмехнулся и попытался сграбастать меня в свои объятия, но я оторвалась (еле как) от его уст и быстро прошептала на ушко.

— У меня есть дело. Нужно кое-кого вызвать. Скоро вернусь.

Я за секунду отпрянула от эльфа, встала, собралась быстренько ретироваться и уже ликовала, что у меня все получилось, как Тен скомандовал:

— Стоять!

Мужчина схватил меня за руку, потянул на себя, и я упала к нему на колени. Он быстро прижал меня к своему телу, обрывая все возможные пути моего отступления и, немного хрипя, спросил:

— Почему ты пытаешься постоянно сбежать от меня, мо Лиен? — он уткнулся носом мне в шею, щекоча ту своим горячим дыханием. — Я тебя чем-то обидел? Ну же, ответь. Мысль о том, что я мог тебя обидеть, не дает мне покоя. Умоляю, скажи причину.

Король перешел на еле слышный шепот, от которого по телу побежали мурашки. Сейчас, вообще хотелось никуда не идти и никого не звать, но голос разума разогнал большую часть бабочек в животе и заставил меня вспомнить об очень важном деле.

— Я не сбегаю от тебя, мо Тен, — я прислонилась своим лбом к его лбу, прикрыв глаза.

От этого простого действия, сердце начало сильнее отбивать ритм, стуча в висках. Видимо, оставшиеся насекомые внизу живота не собирались так просто сдаваться. Как и бывший принц. Он потянулся к моим губам, но я его остановила.

— Тенебрисель, здесь были отступники.

— Знаю. Мы обнаружили их трупы. Они хотели напасть на водяников, но проиграли. Но это не объясняет твоего желания уйти куда-то.

— Я хочу позвать Эрдэна, чтобы он узнал, где находятся их лагеря. Я могу его позвать и здесь, но не думаю, что наша свита обрадуется появлению вожака виселей.

— А разве он еще не сдох? — не смотря ни на что, брюнет испытывал дикую неприязнь к виселю и при упоминании о нем сразу кривился.

— Нет, не сдох.

Месяц назад, когда мы пошли за трупом Силлирена в лес, я обнаружила Эрдэна около одинокой горы в плачевном состоянии. Он был тяжело ранен и каким-то чудом выжил. Его горло было разорвано, в некоторых местах виднелись ожоги и даже кости, а спина была полностью располосована и истекала кровью. Он сказал, что хотел предупредить нас о том, что вампиры готовятся атаковать. Несколько раз пытался со мной связаться, но не выходило. А потом, его заметил Молутэк и напал, оборвав нашу с виселем связь. Я, конечно, залечила его раны, но полностью восстановить эфирную нить, объединяющую нас, не смогла. Поэтому, теперь я не могу говорить с ним с помощью связи. Приходится по старинке: звать и ждать, когда он прибежит.

— Ладно. Подожди меня немного. Я оставшиеся дела улажу и вместе пойдем, — согласился король.

— Бежать Эрдэну придется долго, так что, я лучше его позову, а ты присоединяйся ко мне, когда закончишь. Хорошо?

Тенебрисель нахмурился, недовольно поджав губы. Было ясно, что он не хочет меня отпускать. Но после моего умоляющего взгляда, он сдался, тяжело выдохнув.

— Эх… Вот что мне с тобой делать? Иди уже, но только с Индариэном! Мало ли, что эта нечисть учудит.

— Спасибо! — я чмокнула любимого в щеку и побежала, позвав своего телохранителя, в лес.

Темный эльф не совсем понимал, что происходит, но, все равно, молча шел за мной. Когда мы отошли достаточно далеко от лагеря, я остановилась и начала звать Эрдэна. Левую руку немного закололо. Это означало, что вожак виселей услышал меня и уже мчится. А дроу не выдержал и задал вопрос:

— Моя королева, кто такой Эрдэн?

— Скоро узнаешь. Хотя, скоро — это через пару часов.

Беловолосый хотел мне ответить, но вдруг из земли повалили клубы черного дыма. Другими словами, клубы тьмы. Мы с обсидиановым эльфом напряглись и были готовы атаковать, как из темного тумана вышел вожак виселей, одетый в достаточно мрачный костюм с бархатным пиджаком. Абсолютно белые глаза радостно смотрели на меня, выглядывая из под длинной черной челки. Эрдэн распрямил плечи, улыбнулся, сверкнув острыми клыками, и сказал:

— Здравствуй, госпожа. Чем я могу быть полезен? — с ума сойти!

Офигеть! Это точно Эрдэн? Да, лицо, рост, голос и забавное обращение ко мне такое же, как и прежде. Но твою дивизию! Он в явно дорогом костюме, говорит без акцента, так еще и тьмой владеет! У меня очень много вопросов!

Я посмотрела на Индариэна. У темного эльфа, вообще, челюсть громко упала на землю. Логично. Он же впервые видит это чудо природы. Мало того, что это говорящий висель в костюме, так еще он ощущается и как нечисть, и как темный маг.

— Здравствуй, Эрдэн. У меня к тебе очень много вопросов!

— На все отвечу, госпожа. Они же связаны с моим нынешним состоянием, верно? — я кивнула. — Месяц назад, после того, как ты меня вылечила, я получил благословение от Хаоса. Он подарил мне знание эльфийского языка и наделил способностью управлять тьмой. Также, теперь, у меня есть небольшое имение в Куалинском лесу и я работаю преподавателем в институте темной магии имени Хаоса в Рамолокэи.

Эрдэн довольно улыбался, а обсидиановый эльф, который только поднял с земли свою челюсть, снова ее уронил.

— Подожди, а ты в таком обличие преподаешь? — спросила я.

— Нет. Я использую морок, чтобы скрыть свою личину, — висель щелкул пальцами и перед нами предстал эльф-брюнет с такими же черными, как и волосы, глазами, имеющий почти белую кожу.

Короче говоря, хорошо наш висель устроился. Молодец, что сказать. Я рада за него. Было бы обидно, если бы такой, как он, остался просто нечистью. А теперь, он — полноценная личность!

Я повернулась в сторону своего телохранителя, чтобы представить ему Эрдэна. Но эльф был слишком сильно шокирован. Дроу сидел на траве, скрестив ноги, и держался за голову, пытаясь осмыслить всю сказанную информацию. Несколько минут он пребывал в забвении, пока я не начала щелкать перед его лицом.

— А? Извините, моя королева. Тяжело переварить такую… необычную информацию, — ответил голубоглазый, вставая.

— Ничего страшного. Все удивляются, когда видят Эрдэна.

— Кстати, — начал лже-эльф, — я же не представился!

Брюнет протянул руку обсидиановому эльфу, намереваясь пожать ее.

— Я — магистр по теоретическим и практическим знаниям о творениях Хаоса Эрдэниэль тэл Маал и бывший вожак виселей.

— Бывший? — переспросила я.

— Да. Теперь, у моих собратьев новый вожак, но они, все равно, будут меня слушать. Это очень удобно.

— Вот как, — понимающе кивнул Индариэн и пожал бледную руку виселя. — Я — магистр теневой магии, лучший воин в Обсидиановой долине и телохранитель королевы Индариэн син Валэ. Приятно познакомиться.

Мужчины крепко пожали друг другу руки, после чего, я привлекла внимание к себе:

— Эрдэн, я рада за тебя, но у меня есть одно очень важное дело.

— Слушаю, госпожа, — бывший вожак вмиг стал серьезным.

— Нужно узнать местоположение всех лагерей отступников в Демонической Империи. После этого, если сможешь, то узнай, где находятся их базы в других странах, кроме Эльфийского и Вампирского Королевств и Драконьего Княжества.

— Будет исполнено, госпожа. Тогда, я преступлю к делу. Был рад снова увидеть тебя.

Эрдэн по-доброму улыбнулся, протягивая руки ко мне, чтобы обнять. Я была не против, поэтому сразу же согласилась на это действие. Мда уж. А температуру тела никаким мороком не скроешь, как и запах. Все такой же холодный и пахнет запекшейся кровью. Правда, мужчина, видимо, пытается скрыть свой настоящий запах одеколоном, из-за чего от него пахнет еще и хвоей. Если ты не вампир, то даже не поймешь, что перед тобой стоит висель. А холодное тело можно объяснить тем, что Эрдэн работает с тьмой.

Висель отошел от меня и растворился в черном облаке, оставляя нас с дроу одних. Индариэн неверяще смотрел в пустоту, полностью погрузившись в свои мысли.

— Пойдем, — сказала я телохранителю, легонько пихнув его в бок.

— А? Да, конечно.

Эльф, опять, нервничал. Его глаза бегали туда-сюда, а брови, время от времени, хмурились. Наконец, он не выдержал, остановился и спросил:

— Моя королева, позволите мне задать вам личный вопрос?

— Позволяю, — я обернулась, заинтересованно посмотрев на блондина.

Индариэн не выдавал своего беспокойства и оставался непоколебимым, хотя я знала, что это не так. До сих пор обнаженная грудь, что красиво блестела в свете двух лун, который слабо пробивался через многочисленные деревья, часто поднималась, указывая на неровное дыхание. Яркие голубые глаза бегали из стороны в сторону, а губы немного опухли из-за постоянных покусываний. Мужчина выдохнул и задал вопрос:

— Моя королева, вы любите этого виселя? — необычный вопрос, но я отвечу.

— Да, я люблю Эрдэна, но только как хорошего друга, — было видно, что темный эльф почувствовал облегчение, а я сказала ему: — Ты странно себя ведешь.

Новая волна волнения прошлась по телу дроу с удвоенной силой, что не скрылось от моего взгляда. Телохранитель отпустил голову, снова, нервно выдохнул и, подняв лицо, весело ответил:

— Не обращайте внимания, моя королева. Сегодня столько всего произошло! Сначала, эти водяники, потом, говорящий висель! Столько шокирующей информации!

— Если дело в этом, то ладно. Но, Индариэн, я не люблю, когда мне врут или не договаривают. Идем.

Обсидиановый эльф мне не соврал (наверно. Я же не Тенебрисель, чтобы видеть ложь). Но он, явно, не договаривает! Это мне не нравится, но я не буду давить на него. Надо будет, сам мне все расскажет.

Часть 13

Мы быстро добрались до лагеря и я, тут же, рассказала о случившемся Тенебриселю. Он молча кивал, обдумывая мои слова, но был рад, что все сложилось так удачно с Эрдэном. Эльф сказал, что, теперь, у нас будет меньше хлопот и мы сможем спокойно погулять по демонической столице, не задумываясь об отступниках.

После плотного ужина (который был очень вкусным!) вся наша свита разместилась в палатках, чтобы отдохнуть перед долгой дорогой. Мы с королем также, как и все, быстро заснули. Правда, только через 2 часа, после того, как мы легли "спать", но это так, мелочи. Зато, я оставила свой след на шее этой ушастой заразы! Раз он, все равно, засосами светит, так пусть же все увидят! Но, теперь, и у меня красовался небольшой синячок на видном месте — то есть, на шее — который мне запретили лечить. На вопрос, как я с ним ходить буду, брюнет спросил, а как он с ним ходить будет, и поставил мне вторую метку. Я грозилась его убить, но быстро забыла о своем желании, испытывая невероятное наслаждение (невозможно долго злиться на этого извращенца, пока он доминирует). Но собрав всю свою волю в кулак и частично приведя мысли в порядок, я резко, но аккуратно вонзила свои клыки в его шею (будем мстить так!). Эльфийский король, не ожидавший такого исхода событий, замер, будто на него напал смертельно опасный хищник и любое лишнее движение будет стоить ему жизни. В принципе, оно так и есть. А пока мой муж старался даже не дышать, я смаковала его кровь. Она такая легкая и освежающая, словно белое вино! Но в это время, мой супруг расслабился, хмыкнул и начал нежно гладить по спине, доставляя еще больше удовольствия. А потом, вновь, начал двигаться, из-за чего мне не удалось скрыть свои стоны и я утонула в чувстве эйфории. Короче говоря, после таких веселых 2 часов мы быстро вырубились.

С утра пораньше, мы и наши сопровождающие встали, позавтракали, убрали палатки и прочие следы нашего присутствия с поляны и отправились в путь. Большую часть времени, я и бывший принц спали. Проснулись только когда въехали на территорию Демонической Империи (того, мы проспали часа 2–3). Это значит, что нам осталось ехать всего лишь час, что не может не радовать.

Я завороженно смотрела на пейзаж страны демонов из окна линхорта. Сейчас, мы проезжали Обсидиановую долину, которая расположилась на юге Эльфийского Королевства и северо-востоке Демонической Империи. Черный, гладкий камень, который когда-то давным-давно был обычной землей, завораживающе блестел в лучах знойного солнца, переливаясь от темно-бордового до сливового. Величественные скалы пронзали небеса своими острыми верхушками, что были покрыты вечным снегом, а давно спящие вулканы нагоняли страха, но, в то же время, завораживали. Казалось, еще секунда, и из гор повалит черный дым, что заволочет все небо, появиться неприятный запах серы и лава, спящая все это время в недрах земли, вырвется на свободу, медленно уничтожая все на своем пути. Но все знают, что эти вулканы более никогда не станут активными. А даже если станут, то что они могут уничтожить? Все растения в этой долине сами подобны камню и никакой огонь им не страшен. Что же до животных, то и они могут дать фору любому опытному войну. Их невозможно заметить, а атакуют они тихо и быстро. А какое-то там извержение им не навредит. Вот поэтому, темные эльфы являются лучшими в своем деле. Ведь, в Обсидиановой долине приходится не жить, а выживать.

А через несколько минут, когда мы миновали "черную" долину, можно было смело сказать: "Добро пожаловать в Ад!". Здесь вулканы были даже чересчур активны, ясное голубое небо заволокло тяжелыми тучами, а каждую секунду то там, то тут что-то взрывалось, шипело, кричало или просыпалось. А просыпались в "Аду" не только вулканы, но и разные чудовища! Ну, для меня они — чудовища, а для этого мира это обычные, хоть и очень опасные, животные. Вон там, в далеке, дерутся какие-то огромные ящеры с шерстью на лице и хвостами, как у скорпиона. Насколько я помню, это шархаи. Самцы чересчур опасны и не любят чужаков на своей территории, зато самки очень умны и могут идти на контакт. А вон там, около лавовой реки (ага, здесь почти все реки состоят из лавы. Конечно, есть и обычные, но температура воды в них достигает 90 градусов) спокойно отдыхали накэлвары.

— Ой! — только и успела воскликнуть я, когда рядом с лимузином пролетело огромное нечто.

Похоже на волка с крыльями, но вместо головы — череп с рогами и горящими глазницами. А на самом животном восседал демон в черных доспехах и гербом демонов на спине.

— Это люскалвар, — пояснил мне Тенебрисель. — Их используют демоны как быстрое средство передвижения. Это был страж Даймонара. Скоро мы въедем в город.

— Ура! Мне уже не терпится посмотреть на столицу!

Эльф потрепал меня по голове, улыбаясь. Он, вообще, всю дорогу умилялся тому, как я удивляюсь этим "обыденным" вещам, но спокойно отвечал на все мои вопросы, которых было ну о-о-очень много.

Вскоре мы остановились около огромных темных врат, что вели в Даймонар. Я из окна линхорта разглядела, как один из наших эльфов предъявляет демону-стражу специальное разрешение на въезд в город. Рогатый мужчина внимательно всматривался в лист бумаги с зеленой печатью, а потом, весело улыбнулся, отдал разрешение, похлопав нашего сопровождающего по плечу, и приказал своим открыть ворота.

Лимузин тронулся и я узрела прекрасную столицу демонов. Улицы были мрачными, но невероятно красивыми! Почти все дома были отделаны черным габбро, но иногда проскальзывали красные оттенки. Разные кричащие вывески приковывали к себе внимание, так как значительно отличались от окружения. В названиях ресторанов, кафе, магазинов, салонов красоты, местных клубов и пабов использовались все цвета радуги, из-за чего их было сложно не заметить.

Помимо зданий, я еще разглядывала обитателей этого места. Демоны поражали своей красотой, но меня больше интересовали их рога. У одних, как у Игниса — то есть, смотрят вверх, у других — закручиваются, как у барана, у третьих — рога находятся не на лбу, а по бокам, у четвертых — они напоминают оленьи и так далее.

— Тенебрисель, а что такое мелборде? — вот серьезно, у меня это единственное слово, которое не переводится! Уже 7 заведение, где внизу пишется мелборде, а я понять не могу, что это.

— Публичный дом, — спокойно ответил брюнет, продолжая читать книгу.

Ну, ё-мае! Лучше бы я не спрашивала!

Но, слава богам, мы уже приехали к нашему пункту назначения и лишние смущающие мысли ушли из моей головы.

Огромный мрачный замок устрашал, но я не могла оторвать взгляда. Эти окна из красного стекла с витиеватыми узорами, эти острые шпили башен, эти необычные растения вокруг меня завораживали. Смотря на все это, испытываешь неподдельный ужас смешанный с восхищением. Особенно выделялся большой герб, что располагался над главным входом. Красная печать с так хорошо известной нам перевернутой звездой, черными рогами сверху и крыльями по бокам. Любуясь этим замком, можно понять всю суть демонов: нагоняют ужас, но глаз отвести от них нет сил.

Слуги, ожидавшие нас у входа, низко поклонившись, провели наш ушастый отряд в замок, где разместили по комнатам.

До официальной встречи оставался час, во время которого, мы с мятным королем должны были привести себя в порядок. Мы помылись, немного отдохнули, а дальше, слуги помогли нам с одеяниями. Мой супруг одел свой любимый костюм темно-зеленого цвета с золотыми вензельными узорами, а на мне было платье в таком же стиле. В конце, мы надели друг другу короны на головы и вышли из выделенных нам апартаментов.

Далее, мы перешли в тронный зал, где познакомились с нынешним императором демонов — Танебрайем-Фортисом-Сермолийем Импедайратормонисумнигис Регисанквуис (на самом деле, у демонов очень сложные имена. Даже у Игниса было заковыристое полное имя — Игнис-Дивилий-Пуликсием Консупраесидиперикулорис Креатонцаис). Правитель был высоким брюнетом с красными глазами (чем напомнил мне Хаоса) и с толстыми черными рогами, что росли из лба, смотря вверх. Танебрай был довольно молод (немного старше моего милого) и, к сожалению, из-за этого, слишком самоуверен. Это плохо, но ничего, справимся.

Также, нас познакомили с бывшим императором — Мафестолем (полное имя называть не буду. Ну его!). Отец и сын были очень похожи, только у первого имелась аккуратная борода. Он нравился мне намного больше, чем юный демон. Мужчина был более спокойным и не таким тщеславным, как нынешний правитель. Хотя, возможно, когда Мафестоль был в возрасте Танебрая, то был таким же. Кто знает.

Следующие несколько часов мы посвятили трапезе и светской беседе. А в моей голове была только одна мысль: "Не смотреть на рога! Не смотреть на рога! Не смотреть на рога!". Угу, на рога демонов смотреть нельзя (это жуткий моветон), а трогать — тем более. Просто, в них заключается почти вся энергия демона. Конечно, повредить рога почти невозможно, но всегда есть исключения. А так как эти наросты на голове насквозь пропитаны силой, то они о-о-очень чувствительны. Легкое касание рога будет отзываться дрожью во всем теле (так что, эту зону можно смело называть эрогенной), но если повредить, демон будет испытывать невыносимую боль. Я, когда об этом узнала, очень долго просила прощения у Игниса за тот случай в лесу, пока он не отправил мне послания, что давно уже меня простил и, вообще, он сам виноват. Так вот, вернемся к демоническому этикету. Если ты смотришь на чьи-то рога, значит, ты хочешь более близкого общения с данным индивидом, другими словами: флиртуешь. А если трогаешь — это значит, что либо ты связана с демоном семейными узами, либо являешься его любимой. Поэтому, не смотря на все мое желание рассмотреть рога императора получше, я запихала свою любопытность куда подальше. А демоны — еще те шутники. Они специально украшают свои рога многочисленными ювелирными изделиями, на которые так хочется посмотреть, а потом говорят, делая наигранно-возмущенное лицо: "Вы что? Смотрели на мои рога? Леди, как вам не стыдно!" — и нахально улыбаются. Через силу, через боль, преодолевая любопытность, я смотрела исключительно в глаза своих собеседников. Но слава богам, банкет вскоре кончился и мы разошлись по комнатам. Фух! Еще бы чуть-чуть и я бы не выдержала! Наплевала бы на все рамки приличия и пялилась бы в упор на эти рога. А может, и пощупала бы. Говорят, у всех демонов разная фактура рогов. Интересно, какая у императора? Так! Люда, ты не о том думаешь!

А вот на следующий день началось самое интересное. Днем, я получила известие от Эрдэна (мы, общими усилиями, восстановили нашу связь), где находятся лагеря отступников и узнала одну очень занимательную информацию. Письма, которые посылали в Демоническую Империю из Эльфийского Королевства, никто не перехватывал. Они, все без исключения, были доставлены императору. Напрашивается вопрос: почему нам не ответили на просьбу о помощи?

— Император Танебрай-Фортис-Сермолий, — обратился к демону эльфийский монарх, когда мы были в кабинете бывшего императора. Мужчина немного лениво посмотрел на эльфа, показывая, что он весь во внимании, — в нашем мире идет война.

И король рассказал про отступников, про их предводителей, как мы сражались с ними и то, что это проблема для всей Лаэргии. Глаза обоих демонов (угу, бывший император тоже присутствовал здесь, обосновывая это тем, что ему, просто, скучно. Демоны, что с них взять) увеличивались с каждой секундой. А мой супруг, закончив повествование, сказал:

— Мы, вместе с Вампирским Королевством и Империей Оборотней, посылали во все страны письма с просьбами о помощи. Обычно, их перехватывали отступники, но мы узнали, что те, которые предназначались вам, были доставлены. А теперь, пожалуйста, ответьте на мой вопрос: почему вы не ответили 3 странам на просьбу о помощи? — от его голоса стало холодно в помещении. Но из-за ответа черноволосого, этот лед превратился в бушующие пламя гнева.

— Вот что было в тех письмах! Ой! Я забыл про них…

Лицо эльфа исказила злость, в глазах бушевал настоящий шторм, а кулаки сжались до белых костяшек. Бывший принц хотел высказать демону все, что он думает о его дырявой памяти, из-за которой погибла уйма народу, хотя их можно было спасти, прочитай этот глупец письма с просьбами, но отец этого молодого склеротика опередил моего мужа:

— Ой?! Что. Значит. ОЙ?!

Мафестоль перешел на крик, отчеканивая слова, а все его тело увеличилось в размерах. Ткань костюма жалобно треснула, а пиджак, вообще, не выдержал и рваными лоскутами опал на пол. Вены на грубых руках еще больше прояснились и пульсировали. А вот в глаза лучше вообще не смотреть. Белок был чернее ночи, а и без того узкий зрачок напоминал совсем тонкую щелку.

Танебрай попятился назад и хотел оправдаться, но разбушевавшегося демона не остановить.

— ТЫ ХОТЬ ПОНИМАЕШЬ, ЧТО ТЫ НАДЕЛАЛ, ЭКСКОРИС?! — дальше шли обвинения и нецензурные слова на демоническом: — ЭКИЗКОРС! ЛЕЯЙВИС ВАХНИТАС КУННУСИТ! САТ ПУЭЛИН ПОТЕИСИТ НОГН ИУРАТЕРЕ, СЭДИ НОГН ПОСИРСУМ МЭТ! НОИС ПАТОЙТ НИКСИ ПЛУРГЕС! МЭТ ПУЙТАС ТХУ КУЛЬТИЗИСМА! ДУЛХАРД!

У меня уши свернулись в трубочку, ведь, я все прекрасно понимала. Но если опустить маты, то смысл был такой: "Император слишком самоуверен и из-за этого гибнут люди… тьфу, вернее, нелюди".

— Простите, что не сдержался, — попросил прощения вернувшийся в обычное состояние бывший правитель.

— Ничего страшного. Если бы не вы, то на него наорал бы я, — заявил мо Тен.

— Император Танебрай-Фортис-Сермолий, можете сказать причину, из-за которой вы забыли прочитать письма? — спокойно спросила я. По сравнению с мужчинами, я выглядела более уравновешенной.

— Хоть кто-то спрашивает причину, а не рвется наорать на меня! — демон улыбнулся мне, заигрывающе подмигнув, но увидев злые взгляды Мафестоля и Тенебриселя, которые ясно говорили, что скоро в мире станет на одного демона меньше, мужчина прокашлялся и продолжил более серьезно: — В последнее время, у нас происходит утечка душ, а в места силы проникают посторонние. Жнецы и стражи не понимают, что происходит. Если хотите, я могу вам показать. Может, вы сможете пролить свет на эти странные события.

Император сделал несколько пасов руками, открывая портал. Он не спрашивал у нас, пойдем мы или нет. Просто, ставил перед фактом. Да, демоны — они такие.

А пока брюнет разрывал пространство, я вспоминала все о местах силы у демонов и жнецах.

Начнем с первого. Источники силы в Демонической Империи отличаются от других. А все потому, что это очень опасные места, охраняемые страшными темными тварями. Эти энергетические источники огромны и в них кроется великая сила, но никто к ним и близко не подойдет — тени сожрут заживо (тени — невероятно опасная нечисть, которую почти невозможно уничтожить). Но самое страшное то, что нечисть может расширять свою территорию. Для того, чтобы тени не вырвались наружу, никто, по глупости, не попал к ним в лапы и для дополнительной охраны места силы существуют стажи.

А теперь, жнецы. Как нам всем известно, жнецы — это те, кто собирают души у людей. Что удивительно, жнецами могут быть только демоны Лаэргии и забирают жизни они не только на этой планете, но и на нашей. Да-да, они собиают и людские души тоже. Оказывается, Земля и Лаэргия очень сильно связаны, так как Хаос и наш Бог являются братьями (вот это поворот!). Хаос даже как-то посещал наш мир, но его застукали и та-да! В древнегреческой мифологии появился Хаос. Вообще, наши миры часто контактировали между собой, но что-то я отвлеклась от темы. Так вот, жнецы. Если вы думаете, что они с косой бегают за душами, то глубоко ошибаетесь. Они сидят на своем месте, к ним в архив, по специальным каналам, поступают души в виде папок с описанием жизни и причиной смерти, а демоны проверяют, все ли верно, в нужный ли момент человек (или не человек) умер, если вышла ошибка, то возвращают его к жизни и пишут отчет об этом казусе. А если происходит утечка душ, то им приходится с ней разбираться, отлавливать пропавшие души и писать объяснительные начальству. Короче, скукота-а-а смертная. Но самое важное, это стараться не встречаться с этими бедняжками, так как они знают, когда ты умрешь, где и отчего. Посмотрят на тебя грустно (или, что еще хуже, улыбнуться, хлопая по плечу), а ты потом гадай, что это означает. В таких случаях, обычно, умирают от нервов. Вот так вот.

А красноглазый демон уже открыл искрящийся проход, куда пригласил нас. Тенебрисель помог мне войти портал, придерживая за руку, как гласит этикет (хотя, даже если бы не было такого правила, он бы, все равно, взял меня за руку), и через секунду мы были в совершенно другом месте. Черные горы, из которых, подобно фонтану, хлещет лава, небо, затянутое тяжелыми хмурыми тучами, резкий запах серы и бесчисленное множество демонов в униформе стражей. Мой милый сразу накрыл меня и себя защитой, чтобы сера не проходила к нам (это демонам пофиг, а мы можем и травануться). Нынешний император сделал еще несколько движений руками и к нам вышел довольно необычный демон в форменной одежде стража.

— Здравствуйте, Ваше Императорское Величество. Здравствуйте, Ваше Величество, — сказал страж на демоническом языке и поклонился Мафестолю и Танебраю. Затем, индивид спокойно посмотрел на нас и произнес уже на эльфийском: — Здравствуйте, Ваши Величества.

— Что насчет утечки душ и мест силы? — не став томить, спросил правитель демонов. Спросил на эльфийском, давая понять стражу, что нам тоже нужно знать.

— Большую часть душ отловили, остальные были выпиты досуха каким-то гибридом.

— Гибридом? — переспросил мятный король.

— Да, гибридом из душ вампира и человека, — мы с супругом переглянулись, понимая, что речь идет о Викторе и Молутэке. — Насчет мест силы, все в норме, кроме "Снежного Королевства". В него кто-то проник, но дух того места тщательно скрывает его.

— Отлично, — бывший император хлопнул в ладоши и обратился к нам: — Король Тенебрисель, Королева Лиенилде, не поможете ли нам с этим? Король, вы могли бы помочь нам разобраться с гибридом, а вы, — демон, улыбаясь, посмотрел на меня, — могли бы нам помочь с местом силы! Что скажете?

Быстро он нас к делу пристроил… Демон, что с него взять. Но отказаться мы не можем (да и не хотим). Но эльф сжал мою руку сильнее, не желая отпускать. Я посмотрела в его сапфирово-изумрудные глаза, в которых читалась тревога, ободряюще улыбнулась и брюнет, с тихим вздохом, отпустил мою конечность.

— Тогда, — весело начал Мафестоль, — вы с Танебрайем разберетесь с гибридом, а мы проводим королеву к месту силы!

— Хорошо, — холодно ответил мой муж. — Но вы, ведь, понимаете, что будет, если с моей женой хоть что-нибудь случится, — и взгляд такой… убийственный. Аж самой жутко стало. Но прошлый правитель проигнорировал этот взор и, показав клыкастую улыбку в 32 зуба, заявил:

— Можете не волноваться! Встретимся позже!

Демон обнял меня и стража за плечи, уводя в сторону дороги к "Снежному Королевству". А я спиной чувствовала, как мой король взглядом сверлит в мужчине дырку. Но, вскоре, мы отошли на значительное расстояние, где глаза Тенебриселя уже не могли нас достать.

Во время пути, я ослабила бдительность и любопытность взяла надо мной верх. Я, не замечая того, рассматривала необычного стража.

Что же в нем необычного? Да все! Страж был пепельным блондином с короткой стрижкой, а его глаза были разными (правый — желтый, левый — красный), так он еще и очки носил (которые, во время разговора, постоянно поправлял)! Демон! Очки носит! А рога — это вообще отдельная тема! Черные, с еле заметным золотым блеском рога росли по бокам, а их кончики смотрели вверх и назад. Также, на них были какие-то странные наросты, больше похожие на драконий гребень. Так страж еще спокойный такой, что не характерно для демона.

— Ваше Величество, вы засмотрелись, — сказал мне этот индивид.

— Ой! Прошу прощения.

— Ничего страшного, — так! Что с ним не так? Что, даже шуточки не выкинет?

— Королева, вы не пугайтесь, — весело отозвался бывший император. — Он, вообще, у нас чересчур спокойный и серьезный. За все время, что он здесь, ни одной шутки не выдал! Хотя на его рога столько раз смотрели!

— Ваше Величество, глупо принимать каждый любопытный взгляд за флирт, — заявил страж, поправляя очки.

Да уж… Какой интересный экземпляр… Ну, хоть что-то в нем меня не удивляет. Как и полагается демону, он говорит то, что думает, не боясь наказания.

— А как тебя зовут? — спросила моя любопытность, которую я не успела засунуть куда подальше.

— Гравис-Пастэн-Агнелий Басилисфлавокулискрит Прицнателлит.

— Королева Лиенилде, чтобы вам стало яснее, Гравис — василиск. Хотя, даже для своих сородичей, он слишком спокойный.

Теперь, ясно. Василиски — это подраса демонов, которые почти вымерли (женщины часто умирают, из-за чего василиски не могут продолжить род). Они значительно отличаются от обычных демонов (ипостась, рога, характер, способности), но, все равно, считаются подрасой, а не отдельной нацией. Василиски вынуждены носить очки, так как их взгляд превращает всех в камень (кроме любимых). Обычно, у этих демонов разные глаза: один активен всегда — то есть, всегда превращает в камень — а второй — только если разозлить василиска или он перейдет во вторую ипостась. В отличии от демонов, василиски достаточно спокойны, но их легко разозлить. Но, судя по всему, Гравис отличился и в этой среде тоже.

— Мы пришли, — сообщил нам страж, из-за чего мои ноги, что находились в неудобных туфлях, сказали ему спасибо.

Мы стояли около огромного светящегося ледника, который больше походил замок. Столб холодного голубого света ослеплял, особенно, учитывая контраст с абсолютной тьмой. Тени. Они напоминали огромное темное облако, что кружило, вокруг ледника, издавая тошнотворные звуки. Стало противно. А когда я разглядела в этом черном тумане неприятные рожи и скрюченные руки, мне совсем поплохело. Какие же эти тени противные создания! Но вернемся к делу.

Я посмотрела энергетическим зрением в сторону замка и чуть не лишилась зрения. Свет от источника силы стал намного ярче, но, потом, я услышала приятный голос в своей голове:

"А, это ты. Тебе можно," — сказала женщина и голубое сияние прекратило слепить мои глаза.

Рядом с ледяным замком стояла высокая девушка с длинными белоснежными волосами до пола, бледной кожей, что была покрыта различными морозными узорами и инеем, циановыми глазами, в обрамлении белых ресниц, и в платье цвета первого снега, которое напоминало кимоно. За широкими рукавами, она кого-то скрывала, будто мать, защищающая своего ребенка. Но этот кто-то оказался очень любопытным и попытался посмотреть на меня. Это была маленькая девочка лет 5. В огромных глазах зеленого цвета не было ни капли страха, прямые волосы цвета воронова крыла покрылись инеем в некоторых местах, но самое интересное — это была человечка. Откуда здесь человеческий ребенок?

— Почему она здесь? — спросила я у духа.

"Она — моя дочь. Я умерла, а она последовала за мной. Я не могу ее выпустить. Тени сразу же сожрут ее. А эти демоны… Я видела, что они делают с теми, кто незаконно пробрался в место силы. Свою дочь я им не отдам!"

— Поверь, они не навредят ей и доставят домой в целости и сохранности. Клянусь.

Я положила руку на сердце, подтверждая свои слова, а снежная леди прижала свою дочь к себе, недоверчиво глядя на обладателей рогов. Было видно, она не хотела отпускать дочку, но и оставить ее здесь — плохая идея.

"Мама, тетя хорошая?" — спросила девочка у матери.

"Да, Венерочка, тетя хорошая," — еле слышно ответила та.

"Тогда, не переживай! Раз тетя хорошая, со мной ничего не случится! Там папа один остался, нельзя его бросать!"

"Ты права, папа уже соскучился по тебе, — дух грустно улыбнулся девочке и обратился ко мне: — Юная богиня, я доверюсь тебе."

Я кивнула, а беловолосая поцеловала дочку на прощание и исчезла. Венерочка осталась стоять на месте, смотря туда, где только что была ее мама. Она была одета в совсем легкое черное платьице до колена, а тонкие носочки вряд ли бы смогли защитить ее маленькие ножки от холода. Но девочка даже плечом не повела, когда порыв ледяного ветра поднял ее волосы и платье вверх.

— Там человеческий ребенок, — сообщила я демонам, возвращаясь к обычному зрению. — Дух не помешает вам ее забрать, но нужно, как можно скорее, отправить девочку домой. Главное, чтобы она не пострадала.

— Я отправлю, — поставил нас перед фактом Гравис и пошел в "Снежное Королевство", разгоняя теней.

— Все-таки, хорошо быть богом! — Мафестоль довольно улыбнулся мне. — Духи тебя за своего принимают, неограниченная власть! Красота!

— Я не богиня, — знаю, что бесполезно им это говорить, но заколебали уже! Брюнет кинул на меня вопрошающий взгляд и, хитро улыбнувшись, спросил:

— Уверена?

Часть 14

— Уверена? — задал вопрос бывший император.

Он еще раз осмотрел меня с ног до головы, перешел в энергетическое зрение, внимательно посмотрел и, прикрыв глаза, хмыкнул.

— Как знаешь, — демон пожал плечами, смотря на Грависа, который нес на руках человечку, укрытую защитным куполом. — Если так подумать, то мы все, в какой-то степени, боги. Часто, те, кто сильнее окружающих, могут ошибочно считать себя божествами. Но они забывают, что бог — это не тот, кто бессмертен, у кого много силы или безграничная власть. У богов есть то, чего нет у смертных. И даже если лишить бога всего его могущества, он, все равно, останется богом.

Мафестоль лениво потянулся и направился к месту, куда нас телепортировал его сын. Большую часть дороги мы молчали. Я пыталась обдумать его слова, но в голове летали лишь некие обрывки, которые никак не хотели складываться в что-то целое. А как только появлялась законченная мысль, она тут же ускользала от меня. Но мне повезло и сознание смилостивилось надо мной, а мысли прекратили играть в догонялки. Итог: бог не тот, кто сильнее всех, не тот, кому даровали бессмертие или безграничную власть. У бога есть то, что и делает его таковым. Но что это? Не понимаю… А если так, тогда я вообще не могу быть богом! У меня есть сила, но вряд ли есть то, из-за чего я могу быть богиней. Я бы и дальше себя нагружала, но черноволосый демон прервал тишину:

— Да не нагружайся ты так, королева. Старею я, вот и приспичило пофилософствовать. Ах, эльфы-эльфы. Любите же вы себя нагружать, — беззаботно пробасил мужчина.

— Ясно. Но, как говорится, в каждой сказке есть доля правды, ведь так? — спросила я красноглазого.

— Именно, — он довольно ухмыльнулся, хитро сверкая глазами.

Когда мы встретились с Тенебриселем и нынешним императором, вид у последних был, мягко говоря, не очень. Потрепанные, с ссадинами на открытых участках кожи и порванной в некоторых местах одеждой, а глаза горели злобой и разочарованием. К сожалению, поймать гибрида им не удалось, хоть они его знатно потепали. Но в принципе, ничего страшного. Я уверена, нам еще представится возможность потягаться с Молутэком и Виктором.

Оставшиеся дни пребывания в Даймонаре пролетели незаметно. Эрдэн показал на карте местоположение всех баз отступников (когда император, его отец и эльфийский король увидели виселя, то знатно прифигели. Демоны от того, что это разумная нечисть, а мой муж от того, как эта нечисть стала полноценной личностью) и уже через пару дней от злых клыкастиков не осталось и следа. Благодаря этому, у нас было больше свободного времени, которое мы тратили на экскурсии по столице. Балы и всякие торжества во дворце не интересовали меня, а вот праздники в городе вызывали дичайший восторг. Наше прибытие совпало с праздником Лаврадемом, который проходит каждый год. Во время него устраивается пышный бал в замке (но там скука смертная!), поэтому мы с Тенебриселем хотели сначала отметить это торжество в городе. Во время Лаврадема все носят красивые маски, а грань между аристократами и простыми жителями стирается. Любой слуга может пригласить свою госпожу на танец, а какой-нибудь лорд может поцеловать деревенскую девушку, не страшась того, что остальные будут его осуждать. А слова "господин", "ваше высочество", "леди" и тому подобные запрещены также, как и обращение на "вы". Я очень хотела побывать на этом празднике с моим эльфом, но у мятного короля появились неотложные дела, которые нужно было закончить к вечеру (вроде бы, собрание совета демонов, на котором король обязан присутствовать, в отличии от королевы). Я сказала, что останусь с ним, но он уговорил меня пойти в город, ведь, такое нельзя пропускать и никто не знает, когда еще мы сможем посетить Демоническую Империю. Поэтому в город я пошла с Индариэном. Было грустно, что я не смогу насладиться Лаврадемом вместе с мо Теном, но компания телохранителя меня устраивала.

Надев любимое фиолетовое платье без бретелек с пышной юбкой, черное кружевное болеро и такого же цвета туфли на каблуке, я распустила волосы, заплетя передние пряди в косичку сзади, и вышла из своих апартаментов. Я направилась к черному входу замка, что располагался около одной из башен, рядом с садом слез (здесь очень красивые растения нежных голубых оттенков, а статуи в фонтанах, что неудивительно, плачут). Темный эльф поджидал меня рядом с хорошо скрытой каменной дверью. Черная рубашка и что-то, на подобии наших джинс, выгодно подчеркивали его фигуру. Белые волосы были собраны как обычно — в высокий хвост, а глаза бегали туда-сюда. Также, он нервно теребил серебряную запонку, беззвучно шепча себе что-то под нос. Индариэн-Индариэн, что ж ты такой нервный?

— Индариэн! — окрикнула я мужчину, подходя ближе. Он резко поднял голову, выдохнул и решительно пошел мне навстречу. — Почему ты всегда такой нервный?

— Простите, моя коро…

— Тч! — я приложила палец к его губам. — Сегодня, ты обращаешься ко мне не "моя королева", а на "ты" и по имени. Ясно?

— Да… Лиенилде, — было такое ощущение, будто обсидиановый эльф только что переступил через свои принципы. Аж жалко его стало. Но он лишь улыбнулся во все 32 зуба и взял меня под руку: — Ну-с, Лиенилде, идем! Нас ждет праздник!

Вот такой Индариэн мне нравится больше, чем вечно нервничающий эльф!

За вратами замка жизнь кипела. Даймонар встретил нас праздничным шумом. Ото всюду лился звонкий смех, чарующая музыка, а запах уличной еды заставил пустить слюну. Мы с Индариэном надели маски (я — фиолетовую, а он — серебряную) и пошли на площадь, где происходило все самое интересное.

— Ого! — восхитилась я увиденному.

Когда мы с Тенебриселем приходили сюда в прошлый раз, здесь не было всего этого! Около огромного черного фонтана кружат в веселом танце пары, в больших ларьках продают еду, а в красочных киосках можно приобрести маски, сувениры и прочие мелочи.

— Ты никогда раньше не была на Лаврадеме? — наклонившись, спросил темный эльф.

— Нет. Здесь так здорово! — мужчина рассмеялся.

— Ты еще всего не видела, а уже восхищаешься! Удивительно!

— Мне только 17, так что, мне можно!

— Хорошо-хорошо. Тогда, позволишь быть твоим гидом?

— Конечно!

— Прошу за мной! Здесь есть очень интересные игры!

Мы прошли сквозь толпу демонов, которые удивленно разглядывали нас (ну, конечно, эльфов здесь по пальцам сосчитать можно, а тут темный эльф и слишком маленькая эльфийка), и остановились около ряда разноцветных будок. Чего здесь только не было! И стрельба из лука, и создание пульсаров на скорость, лохотрон (правда, здесь это называлось стесклудум, но принцип тот же), даже лотерея была (в которой мы, конечно же, не выиграли). Также, здесь ловили плоды феуи из воды ртом. Они страшно воняли, из-за чего не каждый мог поймать хотя бы один фрукт, но мой телохранитель смог и выиграл мне милого плюшевого люпуса (волчонок с заячьими ушами и тремя пушистыми хвостами). Короче говоря, мы хорошо повеселились. А как было приятно смотреть на расслабленного Индариэна! Он не нервничал, не извинялся, не пытался пробить лбом землю, а просто, смеялся, шутил и радовался.

После этого, мы пошли к лавкам с едой. Мы остановились около одного ларька, где нас встретил загорелый демон с коричневыми закрученными рогами и ярко-зелеными короткими волосами.

— Индариэн! Дружище, сколько лет, сколько зим! — пробасил мужчина на демоническом языке, протягивая руку эльфу.

— И я рад тебя видеть, Ампрадент, — также, на демоническом ответил мой сопровождающий. Мужчины крепко пожали друг другу руки и темный эльф сказал: — Две порции как обычно.

— Две? Ты уверен, что этой малышке понравится мясо с кровью?

— Мясо с кровью? — я вмиг возбудилась и привстала на носочки, чтобы увидеть, как это готовят.

— Уверен, — заявил обсидиановый эльф.

— Ого! А я как погляжу, тебе нравится кровь, да? — я утвердительно кивнула. — Светлая эльфийка любит кровь! Неожиданно!

— А можно крови побольше? — вампирша во мне дала о себе знать. Мне уже безумно хотелось почувствовать на языке сладковато-железный привкус.

— Конечно, милашка! Такой красавице можно все, что угодно! — зеленоволосый обратил внимание на мое ухо, где находилась брачная сережка, и наигранно-обиженно толкнул Индариэна. — Индариэн, ты взял такую симпатяшку себе в жены, а меня даже на свадьбу не пригласил! Как тебе не стыдно?! Ты же мне обещал!

На гриле уже шипело мясо, лепешки и какие-то овощи, в то время, как мой телохранитель отводил смущенный взгляд в сторону, а я старалась сдержать смех.

— Она не моя жена… — выдавил из себя эльф.

Глаза Ампрадента увеличились в 2 раза. Он переводил взгляд с меня на Индариэна и обратно, а потом нахмурился и сказал:

— Извините, я ошибся. Ты его госпожа?

— Можно и так сказать, — подтвердила я. У демона вновь увеличились глаза и он вопросительно посмотрел на моего телохранителя.

— Эх, ладно. Лиенилде, можно назвать твое полное имя и статус?

— Да, можно, — согласилась я, посмотрев, чтобы никого поблизости не было.

— Ампрадент, знакомься, Ее Величество Лиенилде рин Аран — королева Эльфийского Королевства и Дитя Богов.

Демон выпал в осадок и уронил железную лопаточку, которой собирался переворачивать мясо.

— Да чтоб мне рога отпилили! О боги, простите пожалуйста!

— Не переживай ты так, — я мило улыбнулась зеленоволосому. — Я даже комфортнее себя ощущаю, когда со мной разговаривают как с обычной девушкой, а не с королевой. А этот казус… ну, с кем не бывает?

— Ага…

Мужчина еще прибывал в шоковом состоянии, но продолжал весело улыбаться, доделал наш заказ, за который расплатился Индариэн (вообще, хотела я, но эльф настоял на своем), и мы пошли к огромной арке.

Кстати, это мясо с кровью мне пришлось по вкусу (вообще, это называется санполу). Сочное мясо, с которого капает кровь, вместе с овощами и жаренными во фритюре маленькими полуками (здешние осминожки), завернуто в мягкую лепешку, полито белым соусом и соком са'авэ. Короче говоря, вкуснятина!

— Индариэн, я так понимаю, вы с тем демоном давно знакомы.

— Да. Он мой друг детства. Когда были совсем мальчишками, то часто воровали фрукты у его тети (а она жуть какая ворчливая и злая), а потом, поступили в военную академию. Сейчас, он уже генерал, но готовка — это его слабость. Каждый год открывает здесь свой ларек и дает мне тумаков, если я не прихожу к нему. А я — башка дырявая — постоянно забываю.

— Вот оно как. Кстати, а почему он посчитал меня твоей женой?

— Потому, что дурак рогатый, — без злобы ответил эльф. — Он увидел сережку и нафантазировал себе невесть что. А учитывая то, что я постоянно ношу брачную серьгу, он сделал неправильные выводы.

— Кстати, а почему ты ее носишь? — действительно, на ухе моего телохранителя красовалась небольшая серебряная сережка (темные эльфы, в отличии от светлых, предпочитают мелкие украшения).

— Это память о родителях, — взгляд Индариэна помрачнел. — Они умерли, когда мне было 98, то есть, 620 лет назад. Их убили на задании, а тела сожгли. Эта папина серьга — единственное, что от них осталось, — он дотронулся до холодного метала, что находился на хряще уха.

— Извини, что пришлось вспомнить…

— Не страшно. Как ты и говорила, никто не застрахован от подобных вопросов. Только лбом о землю не бейся. Я-то не умею лечить, как ты, — он улыбнулся, взял салфетку и вытер уголок моего рта. Вот блин! Какая же я хрюшка! Опять заляпала себе лицо! Но мой сопровождающий лишь сказал: — Ты такая милая.

Обсидиановый эльф на мгновение выпал из реальности, а я покраснела. Не знаю, почему, ведь, мне часто говорят, что я милая. Но в его словах было что-то, что заставило щеки стать пунцовыми, а сердце забиться чаще. Так! Что это за бред? А темный эльф опомнился и начал оправдываться:

— То есть, не милая… Вернее, милая, но… агхт! Просто, пожалуйста, забудь, что я сказал, ладно?

— Ладно. Ой! Индариэн, а почему там мужчины целуются? — я указала на арку, которая сияла розовым светом, а под ней целовались два демона.

— Тут 2 варианта: либо они — геи, либо арка выбрала их.

— Выбрала?

— Да. Арка называется "Шутник Амра". Каждый год, на этот праздник, ее ставят в центре и если ты хочешь попасть на другую сторону площади, то ты должен пройти через одну из этих арок. Но прикол в том, что если арка засияет розовым цветом, то ты должен поцеловать своего спутника, кем бы он не был. Помню, как-то раз, мне пришлось поцеловать в губы своего прадеда, когда арка "выбрала" нас. Ой, долго же я плевался потом! Да и арка может еще больше пошутить и заставить проходящих через нее целоваться несколько раз, пока не будет довольна.

— А если не целоваться?

— Тогда, тебя больно шибанет током.

— Индариэн, нам же сейчас нужно будет проходить через нее, — заволновалась я. До арки остовалось буквально 10 шагов, а темный эльф спокойно ответил:

— Не переживай. Она не всегда… — мы пересекли резную высокую дугу из черного мрамора и она засияла розовым. — … срабатывает…

Твою дивизию… И что нам теперь делать?! Я вот даже не знаю, чего боюсь больше: того, что если мы не поцелуемся, нас ударит током или того, что если мы поцелуемся, нас убьет Тенебрисель. Своего мужа я боюсь больше, чем какого-то энергетического разряда.

— Индариэн, давай не будем. Подумаешь, какой-то там ток. Переживем.

— Лиенилде, не все так просто. Если нас шибанет током, то мы потеряем сознание, — он указал на лежаки около зданий, где валялись бессознательные тела тех, кто не хотел целоваться.

Так! Если я упаду в обморок, тогда мой король узнает об этом и тогда нам точно кранты. Думаю, в одном быстром поцелуе не будет ничего такого.

— Ладно. Ну-с, ничего не поделаешь. Давай, Индариэн, целуй, — я повернулась к темному эльфу, а тот застыл с широко раскрытыми глазами.

Все его тело напряглось, а мне, снова, стало жаль мужчину. Он, опять, переступал через свои принципы из-за меня… Вот сдалось нам вообще идти на другую сторону площади?! Но беловолосый, не долго думая, молниеносно наклонился ко мне и чмокнул в губы. Я даже не почувствовала на себе его уста, настолько быстро это было. Но вместо того, чтобы арка потухла, сияние стало в 2 раза ярче.

— Кто ж так целует? — выкрикнул кто-то из толпы.

— Арка не довольна, — раздался женский голос.

— Давай по нормальному! Будь мужиком! — пробасил некто рядом с нами.

— Эльфиечка, ты тоже не стой столбом! — крикнул мне один из демонов.

Эх… Вот если бы здесь был Тенебрисель, то нам бы сейчас кричали совсем другое. "Что вы так долго целуетесь?", "Дайте другим пройти!", "Ах, какие они милые!" и так далее. Но Индариэн — не Тенебрисель. Он не мой муж, а мой телохранитель. Нам обоим сложно поцеловаться по-нормальному. Я чувствую себя изменщицей, а эльф — предателем, ведь, он посмел целовать жену короля в губы, а это считается предательством короны. Но выхода у нас нет. Если мы сейчас потеряем сознание, то нам еще сильнее достанется от моего супруга. Ладно, объясню ему как-нибудь этот поцелуй. Надеюсь, он не сильно будет злится.

— Можно? — тихо, почти не слышно спросил у меня обсидиановый эльф.

— А у нас есть выбор? — ответила вопросом на вопрос я и привстала на носочки, чтобы дотянуться до эльфа.

Голубоглазый наклонился ко мне, мягко взял за подбородок и прикоснулся к губам большим пальцем. Темный эльф выдохнул, а его взгляд стал решительным, и мужчина прильнул к моим устам. Нежно, аккуратно сминая губы своими. Он неровно дышал, а руки похолодели. Нервничает, бедненький. Но секунда, и он стал расслабленным, а его конечности больше не напоминали ледышки. Я, боясь, что арка может на засчитать этот поцелуй, старалась отвечать телохранителю на его действия. Он немного опешил, но, хоть и робко, обнял меня за талию. Через некоторое время, раздался еле-слышный, хриплый стон Индариэна. Мои щеки и уши, которые думали, что дальше уже некуда краснеть, опять залились краской и горели от стыда. Именно стыда, а не смущения. Я изменила своему мужу, поцеловалась с телохранителем и вызвала у него стон. Какая же я отвратительная! Хорошее настроение вмиг улетучилось, а поцелуй, наконец-то, закончился. Эльф тяжело дышал, голубые глаза стали масляными, а на шоколадном лице потемнели щеки. Он отвел взгляд в сторону и скороговоркой произнес:

— Прости, пожалуйста. Я пойду, возьму водички.

— Ага, — только и успела сказать я быстро-удаляющемуся мужчине.

Я прошла к черной скамейке с вензелями, с которой открывался вид на фонтан. Мраморные люскалвары с горящими глазами расправили свои крылья и, казалось, собирались взлететь. Журчание воды отлично дополняло веселую музыку, также, как и смех юных демонов, что кружили в танце. Все улыбались и наслаждались праздником, а я уныло смотрела на них, из-за чего сильно выделялась. Чувство вины перед Тенебриселем никак не хотело меня отпускать и разрывало душу изнутри. Я чувствовала себя хуже некуда, а собственное сознание подливало масло в огонь. Предательница! Изменщица! У него дела, но он хотел чтобы ты веселилась, а ты так ему отплатила? Отвратительно! Он в тебе души не чает, а ты ему изменила! Ты просто ужасна! Так! Хватит! У меня не было выбора! Лучше поцелуй, о котором я, все равно, расскажу моему супругу, чем потеря сознания, из-за которого он будет нервничать! Я не виновата! И вообще, я же не в койку Индариэна запрыгнула!

Я дотронулась до своих губ. Они горели также, как и уста темного эльфа в тот момент. Обжигающие дыхание, немного жесткие губы, что казались огненными по сравнению с руками, и запах хлеба. Приятный запах только что испеченного хлеба, что заставлял меня погрузиться в счастливые воспоминания о доме.

Я задумалась и не сразу заметила, как ко мне кто-то подсел.

— А почему такая прелестная эльфийка сидит в одиночестве и грустит? — заигрывающие нотки в мурлыкающем баритоне резанули слух, а запах перегара не предвещал ничего хорошего.

— Извини, но мне пора, — я поспешила ретироваться, даже не глядя на собеседника.

— Грубо так просто уходить, — демон схватил меня за руку, заставляя посмотреть на себя.

О, боги… Это был блондин с белыми небольшими рогами, но взгляд желтых глаз был ужасно схож со взглядом Виктора. Внутри меня всю передернуло от страха (все-таки, я не просто ненавидела Виктора, а также жутко боялась его), но я лишь холодно посмотрела на мужчину.

— Не мог бы ты отпустить меня?

— Не могу, пока не познакомлюсь. Ты меня интересуешь, — какой прямолинейный.

— Я замужем, — я показала сережку, в надежде, что блондин меня отпустит.

— А где твой муж?

— Это тебя не касается, — демон хищно улыбнулся.

— Ясно. У него дела, верно? И он тебя оставил здесь, чтобы ты не мешала ему.

— Повторюсь, это. Не твое. Дело! — отчеканила я каждое слово. — Немедленно отпусти меня!

— Зачем? Я могу помочь тебе расслабиться и насладиться праздником сполна.

— Отпусти! — на лице была злость, но в душе затаился страх. Черт! Он слишком сильно похож на Виктора! Я попыталась вырваться, но у этого демона была слишком сильная хватка.

— Ну что же ты так? Пожалуйста, скрась мой вечер, Людочка, — наглая ухмылка превратилась в зловещий оскал, а меня парализовало от страха.

Но ненависть была сильнее ужаса и я уже хотела атаковать, но остановилась.

— Виктор, — оскал на лице мужчины стал еще шире, — ты поработил чужое тело?

— Хоть это и мешало, но мне всегда нравилось, что ты такая умненькая. Молодец, не стала атаковать. А то жалко будет, если невиновный демон погибнет.

— Сволочь.

— Как грубо! Но мне больше нравится когда ты в слезах просишь о пощаде, нежели сверлишь ненавидящим взглядом.

— Зачем ты здесь? Решил убить меня?

— Что? Нет, это было бы глупо. Я не могу убить бога. Лишь зря потрачу силы. Я просто хочу тебя предупредить. Остановись и не мешай нам. Будет плохо, если твой любимый пострадает, верно?

Если я атакую его магией, может пострадать тело демона, но пощечину мне никто не запрещал делать. Я дала Виктору хорошего леща, из-за чего на щеке осталось красное пятно. Он рыкнул и схватил мою вторую руку.

— Лучше не зли меня, Людочка. Ты об этом сильно пожалеешь. Физически я тебя не убью, но я могу убить тебя морально.

— Лиенилде! — раздался голос Индариэна.

Темный эльф со всей силы ударил демона в челюсть, из-за чего тот упал на землю и потерял сознание.

— Прости, что оставил тебя, — извинился мой телоханитель, жестом подзывая стражников (до этого момента, стража спала и проснулась, только когда злодей с синдромом бога упал на землю. Не нужно быть гадалкой, чтобы понять, кто приложил к этому руку).

— Ничего страшного. Ты вовремя пришел, так что не о чем переживать, — кроме того, что эта сволочь может поробощать чужие тела.

— Кстати, я принес воду и еще кое-что, — он достал из за спины небольшой бутыль из темного стекла, в котором плескалась алая жидкость. — Та-да!

— Это кровь? — удивленно спросила я.

— Она самая. Подумал, что это поднимет тебе настроение. Я, конечно, не вампир и в крови — как и во всем — не очень разбираюсь, но продавец так расхваливал этот сорт, что я даже подумал, что он гном, переодетый в демона. Так что, вот, — он протянул мне сосуд и ободряюще улыбнулся.

— Спасибо большое, — я улыбнулась ему в ответ и открыла бутылку.

Запах был умопомрачительный. Сладкий, но с кислинкой аромат немного пьянил. Я сделала небольшой глоток и почувствовала, как прохладная жидкость оставляет металлический привкус на языке, обволакивает горло. Тело и сознание вмиг расслабились. Поистине прекрасная кровь.

— Очень вкусно, — эльф облегченно выдохнул. — Ты умеешь поднять настроение.

— Я рад, что не оплошал в этом. Но я так понимаю, ты больше не хочешь оставаться здесь?

— Да. Давай пойдем в замок. А то уже темнеет, я могу не успеть на бал. — обсидиановый эльф кивнул и, взяв меня под локоть, увел в сторону нашего временного места проживания.

***

— Как тебе Лаврадем? Повеселилась? — спросил раздевающийся Тенебрисель, когда я зашла в наши апартаменты.

— Лаврадем прекрасен. Я хорошо повеселилась, — брюнет повернулся ко мне, показывая обнаженный торс.

— Что-то ты не выглядишь счастливой. Что случилось? — он нахмурился, подходя ко мне ближе.

— Тенебрисель… — я сжала плюшевого люпуса, что был у меня в руках, сильнее. — У меня есть две новости: одна — плохая, вторая — еще хуже. С какой начать?

— С менее плохой, — мужчина скрестил руки на груди, а взгляд сапфирово-изумрудных глаз стал строгим и, казалось, вот-вот и мой супруг применит магию принуждения, чтобы узнать обо всем, но он дал шанс рассказать мне самой.

— Я… — я до боли закусила губу, а потом, посмотрела в глаза своему любимому, когда в моих начали набухать слезы. — Мо Тен, прости меня, пожалуйста! — я кинулась в объятья короля, всхлипывая. Эльф сразу же обнял меня, а строгость во взгляде превратилась в тревогу.

— Ну-ну, не плачь. Лиен, что случилось?

— Я… я с Индариэном под аркой поцеловалась! Прости, пожалуйста, — но вместо гнева, который я ожидала увидеть, мятный король лишь облегченно выдохнул.

— Всего лишь это? Лиен, милая, больше не пугай меня так. Я уж думал что-то похуже случилось, — он вытер дорожку слез с моей щеки и по-доброму улыбнулся.

— Ты не злишься? — не поверила я.

— Конечно нет. Я ожидал, что тебе придется поцеловаться с Индариэном, когда вы будете проходить под аркой (нужно было тебя заранее предупредить). Поэтому я и отправил с тобой его, а не кого-то другого. Здешние аристократы, когда узнали, что ты идешь на праздник без меня, очень хотели провести с тобою время. Обещали показать все самые прекрасные места и так далее, но была высока вероятность, что они перейдут черту. А Индариэн и развеселит тебя, и покажет почти все места на празднике, и лишнего себе не позволит. Кстати, как тебе развлечения на другой стороне площади?

— Я не успела ими насладится.

— Почему?

— А теперь, вторая новость, — идеальные брови, вновь, нахмурились, а руки эльфа сжали меня сильнее. — Я встретила Виктора. Он может порабощать тела.

Часть 15

— Я встретила Виктора. Он может порабощать тела.

Тенебрисель тихо выругался и с минуту помолчал, что-то обдумывая. Идеальное лицо исказилось множеством мелких морщинок, что находились рядом с бровями. Шторм, бушевавший в его глазах, устрашал и не сулил ничего хорошего. Я мягко прикоснулась к щеке короля и заправила серебряную прядь за ухо. Он вышел из своих мыслей, перехватил мою руку, поцеловав запястье, и спросил, обеспокоенно глядя на меня:

— Этот засранец тебе не навредил? Что ему было нужно?

— Со мной все в порядке. Но он сказал, чтобы я не мешала им, иначе… — я прижалась сильнее к эльфу, боясь рассказать о том, что будет иначе. А вдруг, если я ему расскажу, то будет только хуже? Я даже не заметила, как слезы хлынули из моих глаз с новой силой.

— Моя богиня, что тогда случится? Он убьет тебя? Не волнуйся, я защищу тебя от него любой ценой, — от слов "моя богиня" и "защищу тебя ЛЮБОЙ ценой" стало еще хуже.

Я уткнулась в оголенное плечо мужа и закусила язык, чтобы сдержать поступающие рыдания, но плечи предательски дергались, а дыхание сбилось. Но нет, интуиция вопила, что нельзя ему говорить о том, что он может пострадать.

Брюнет нежно гладил меня по спине, сильнее прижимая к себе, а другой рукой зарылся в мои волосы, успокаивающе перебирая белоснежные пряди. Он не собирался использовать дар принуждения, а старался поддержать меня, за что я была ему благодарна. Он шептал мне на ушко, что все хорошо, он меня защитит и не даст никаким злодеям в обиду. Любимый баритон расслаблял, но не отгонял плохие мысли. Дурак, я не переживаю за себя. Я боюсь потерять тебя. Боюсь больше всего на свете.

— Тенебрисель, Виктор сказал, что не может убить бога, — решила сменить тему. Мятный король недовольно поджал губы, но не стал настаивать на ответе на свой вопрос. — Пожалуйста, скажи мне, почему меня все считают богом? Это все из-за силы?

Бывший принц молча взял меня на руки, сел на мягкий диван бордового цвета, посадив меня перед собой, между ног, и обнял сзади, будто бы скрывая от всего мира.

— Если честно, я не знаю, — тихо сказал он, почти касаясь губами моего уха. — Но вряд ли это благодаря силе. Ты ощущаешься так. Когда смотришь на тебя, общаешься с тобой, касаешься тебя, кажется, что ты бог. Я не могу это объяснить, просто, возникает такое чувство. Помнишь нашу первую встречу? На самом деле, я видел тебя до того, как ты проснулась. В тот вечер, в лесу возник яркий столб света. Я тогда прогуливался по лесу и решил узнать, что там происходит. А на поляне лежала ты, бес сознания. Такая маленькая, хрупкая, милая и беззащитная. Я долго присматривался к тебе, а в голове внезапно всплыла мысль: "Она — бог". Я знал, что внешность часто бывает обманчива, но никак не мог поверить в это. Лишь потом, окончательно убедился в этом. Но, знаешь, скорее всего, ты сама поймешь бог ты на самом деле или нет. Мне, например, часто говорят, что я перенял почти всю силу мамы, хотя пользоваться я могу только магией принуждения. Когда я спрашивал об этом у мамы, она мне сказала, что придет время и я сам все узнаю. Может, так и у тебя.

— Может. Ладно, нам на бал собираться нужно, — я попыталась встать, но мой супруг меня не пустил. — Тенебрисель!

— Что? — эльф нагло ухмыльнулся. — До бала еще 2 часа. Мы можем заняться кое-чем поинтересней, чем сборы на это скучное мероприятие.

— Вообще-то, у нас осталось не 2, а полтора часа! Тенебисель, сейчас к нам слуги придут!

— Не волнуйся об этом. Я не собираюсь сейчас заниматься сексом. Просто, доставлю тебе удовольствие, — он плотоядно улыбнулся, а глаза хитро блеснули.

Мгновение, и я уже прижата к дивану, а эта ушастая зараза нависла надо мной. Я хотела возмутиться, но, почувствовав на устах влажные горячие губы, не могла сопротивляться. Мы слились в опьяняюще-сладком поцелуе, который переходил в нечто большее, в нечто еще более страстное. Я слегка покусывала его губы, зарываясь пальцами в длинные темные волосы, а умелые руки эльфийского короля скользили по всему моему телу, вызывая волнительную дрожь внизу живота. Частое дыхание мужа обжигало и заставляло забыться, утонуть в этом море наслаждения. Его рука задрала юбку и залезла под тонкую ткань нижнего белья. Я резко распахнула глаза, которые успела закрыть, и наткнулась на предвкушающий, масляный взгляд эльфа. Тенебрисель углубил поцелуй, переплетая свой язык с моим, и я почувствовала его пальцы там. В помещении раздался мой протяжный, но приглушенный из-за поцелуя стон. А потом еще один. И еще. Брюнет будто упивался этими звуками, да и я сама потеряла всякий стыд, поглаживая и немного царапая рельефные, перекатывающиеся под кожей мышцы, спускаясь все ниже и ниже. Вроде бы, несколько раз в дверь стучали слуги, но нам было все равно.

В итоге: мы немного опоздали на бал, но пришли не самыми последними, что нас сильно удивило. А на следующий день, мы отправились в Вампирское Королевство.

***

— Дакана!

— Лиен!

Мы с вампиршей крепко обнялись, пока трое мужчин располагались на кожаных диванах.

До Вампирского Королевства мы добрались за несколько часов и без происшествий. Я и мой любимый, согласно этикету, поприветствовали Дакану и Амотэка, после чего нас пригласили отобедать. Когда же официальная встреча закончилась, моя клыкастая подуга пригласила нас в один из своих кабинетов, чтобы решить некоторые вопросы.

— Я та-а-ак соскучилась! — блондинка обняла меня еще сильнее.

— Я тоже соскучилась по тебе, Дакана. Мне не с кем было кровь пить!

— Ой, бедняжечка! Заморили тебя голодом эти травоядные! Если честно, я вообще удивлена, как ты жива осталась, — девушка в пышном алом платье кинула выразительный взгляд на эльфийского короля.

— Эй, я же ее не пытал! — с улыбкой на лице возмутился мой супруг. — Кстати, за травоядных ты ответишь, зеленовласка, — ну вот, началось.

— Еще поговори мне тут, ушастый. Тебя что, давно не кусали? Сейчас исправим! — Дакана обнажила клыки, а Тенебрисель лишь ухмыльнулся.

— Извини, но ты опоздала. Меня уже кусали, — эта ушастая зараза расстегнула 2 первые пуговицы на рубашке, показывая небольшие шрамики от моих клыков (я хотела их залечить, но он не соглашался).

— Лиен? — теперь, вопрошающий взгляд вампирши был направлен в мою сторону.

— Ну, я на него немного обиделась, вот и укусила… — воспоминания о той ночи отразились на моем лице в виде яркого румянца.

Королева посмотрела на нагло-ухмыляющегося Тенебриселя, потом на меня. Снова, на Тенебриселя, снова, на краснеющую меня. А потом, выдала:

— Тен, ну ты извращенец!

— Все эльфы — извращенцы, — спокойно ответил мятный король.

— Но сделать такое! Пока она тебя кусает! Ужас! — хоть блондинка и возмущалась, Амотэк, в это время, дал пять эльфу. — Эй! Амо, я тебя сейчас тоже покусаю!

— Давай, я не против, — король вампиров похотливо посмотрел на Дакану, допивая кровь из бокала.

Удивительно. Я впервые увидела румянец на лице Даканы. Видимо, для нее эта краска на щеках не была нормой, поэтому, она поспешила отвернуться, не выпуская меня из кольца своих объятий. Теперь, Тенебрисель дал пять Амотэку, нагло ухмыляясь.

— Зараза ушастая, — не сдержалась я.

Бывший принц лишь довольно хмыкнул и сделал глоток своего вина. А я обратила внимание на третьего мужчину, что сидел в кресле, напротив наших с вампиршей мужей. Короткие каштановые волосы, малахитовые глаза с легким голубым оттенком, нос с горбинкой, подтянутая фигура и широкие плечи, которые бежевый костюм с белым пластроном скрыть не мог. Сын Молутэка. Мы его уже видели раньше, когда сбежали из темницы. Тогда, он выглядел более потрепанным, а сейчас — вылитый аристократ. Блин, я забыла его имя (не мудрено. 2 месяца прошло с того момента). Фанэтэк? Фалитэк? Помню, что начинается на "Фа", а дальше не помню.

"Фа" спокойно слушал нас, тихо потягивая кровь. Судя по всему, для него такие разговоры были обыденностью (ну, конечно, учитывая, какой у него отец). Но я спохватилась и решила поприветствовать вампира:

— Ой! Простите, за мою грубость. Здравствуйте…

— Фамитэк, — довольно приятный слуху баритон разлился по комнате. — Фамитэк фон Фангуэм. Рад приветствовать вас, Ваше Величество. Можете обращаться ко мне на ты и по имени, — шатен встал, поклонился и обаятельно улыбнулся.

В отличии от его отца, от Фамитэка угрозы не чувствовалось, но Тенебрисель, все равно, немного напрягся. А потом, вспомнил этого парня и спокойно выдохнул.

— Вот же паразиты! — выругалась Дакана. — Сбили меня с мысли! Даже Фамитэка забыла представить! Но раз он уже сам представился, то перейдем к делу.

Лица вампиров стали вмиг серьезными.

— Мы знаем, что затеяли Молутэк и Виктор. И это даже хуже, чем все наши догадки, — сказал Амотэк, ставя фужер с кровью на стол.

Света из окна было предостаточно, чтобы осветить огромный кабинет, несмотря на то, что солнце клонилось за горизонт. Но после того, как вампир задвинул тяжелые бархатные портьеры цвета японского клена, комнату окутал мрак. Конечно же, он не был проблемой для нас, но магические светильники, все-таки, зажгли. Теплый свет желтоватого оттенка усиливался над длинным столом из красного дерева. Вампирские король и королева поставили на помещение двойную защиту, а я, немного подумав, еще и накрыла его тьмой (на всякий пожарный). Муж моей подруги щелкнул пальцами и к столу подлетели какие-то свитки разной величины и потрепанности. По выцветшему цвету стало понятно, что этим рукописям не одна сотня лет.

Старший шатен махнул рукой, приглашая нас посмотреть.

— Мы с Фамитэком обыскали все имения Молу и взяли некоторые сведения из запретных архивов в библиотеке дворца. То, что эти двое задумали, намного ужасней, чем простое порабощение мира.

Король аккуратно раскрыл старый свиток и указал на рисунок мужчины в центре листа. Он был похож на вампира, но крылья были более мощными, клыки и когти длиннее (и, скорее всего, острее), а посмотрев в его глаза можно было ужаснуться, хоть это и было всего лишь изображение. Сверху, на древневампирском было написано: "Тхаэк — самый жуткий кошмар Лаэргии".

— Это и есть Тхаэк — самый первый вампир, что держал в страхе всю Лаэргию на протяжении тысячи лет, пока его не свергли общими усилиями. Многие лаэржцы бежали из-за него в другой мир. В твой мир, Лиенилде, — так и знала! — Тиранию Тхаэка удалось остановить только когда сюда пришло Воплощение Смерти. Подлинное имя — Инна, но здесь ее звали Иссой.

Он развернул другой свиток, где была изображена моя бабушка. Довольно жуткое зрелище: женщина с косой, черными когтями и венами вокруг глаз окутана тьмой. Но бабуля, все равно, была прекрасна.

— Здесь говорится, — продолжила Дакана, — что Воплощению Смерти удалось умертвить Тхаэка, только раскрыв свою полную силу. Здесь стерто слово, какую именно силу она раскрыла, но над этим уже работают, — блондинка указала на остатки красных чернил.

Я всмотрелась и перед моими глазами предстало полное слово.

— Божественную, — я нахмурилась. — Раскрыв божественную силу.

Некоторые присутствующие удивленно сверкнули глазами, а я до боли закусила губу. Последние события не просто говорят, а яростно кричат, что я являюсь богом. Но несмотря на все это, я никак не хотела принимать этот факт. "Нет, такого не может быть! Это ошибка!" — не соглашалось с действительностью сознание. Так! Люда! Не отвлекайся от темы! Мы сейчас обсуждаем очень важную информацию, а ты уперлась как баран со своим отрицанием божественности в тебе! И вообще, здесь говорится, что нужно раскрыть полную божественную СИЛУ, а не становиться богом. А теперь, отставить нытье и возвращаемся к теме!

— Так, что задумали Молутэк и Виктор? — эльфийский король будто мои мысли прочитал. — Они решили возродить Тхаэка?

— Нет, хуже, — откликнулся сын злодея. — Они возродятся в его теле. Учитывая слияние душ и мощность самого "сосуда", становится ясно, что наш враг будет в 3 раза сильнее, чем Тхаэк, который был раньше.

— Хреново, — выругался на древнеэльфийском Тенебрисель.

— Подождите, а когда Тхаэк был повергнут? — спросила я.

— Около миллиона лет назад, — нахмурившись, чтобы вспомнить, ответил Амотэк.

— А разве тело не должно было разложиться? За такой-то срок оно, наверняка, уже пришло в непригодность!

— В теле вся проблема, — ответила вампирша. — Само тело невозможно уничтожить. Никак. Из-за этого, Тхаэка никто не мог победить. Даже сейчас, когда он мертв, труп до сих пор держит идеальную форму. Раньше, его охраняли жрецы Истарии, но недавно стало известно, что тело выкрали. Пожалуй, не нужно объяснять, кто это сделал.

— Того: мы имеем врага с неразрушимым телом, силой двух могущественных вампиров и владеющего человеческой магией на уровне архимага. Зашибись! — не выдержала я. Хотела сказать слово погрубее, но я же королева, мне не положено. — Кстати, вы так и не сказали, какая у этих двоих причина.

— Они хотят свергнуть богов двух миров, — вновь, сказал Фамитэк. Вот прям даже не удивлена! Я же говорила, что у них синдром бога! — Но ни Хаос с Истарией, ни бог твоего мира не могут помешать им.

— Так, уже поздно. Давайте обсудим план действий завтра, — предложила блондинка. — Этот разговор сильно вымотал меня.

И вправду, разговор забрал у нас слишком много сил, поэтому, все согласились с предложением королевы. Но когда я собиралась уходить, меня остановил младший клыкастик.

— Ваше Величество, не могли бы вы уделить мне немного времени. Мне нужно с вами поговорить. Это очень важно.

Мой муж недовольно посмотрел в сторону вампира, но я кивнула, показывая, что все будет хорошо. Эльфийский король выдохнул и кинул короткую фразу:

— Жду за дверью, — и оставил нас одних.

— Ваше Величество, — начал шатен, нервно теебя рукав пиджака, — вы мне, скорее всего, не поверите, но вы моя последняя надежда, — в его глазах отразилась горечь и отчаяние. — Мой отец не виновен в этом. Он, правда, всего лишь жертва!

Так! Я думала, Фамитэк ненавидит своего отца, а он его защищает. В принципе, большинство детей, не смотря ни на что, продолжают любить своих родителей, даже, если они просто отвратительны. Конечно, есть и те, кто всерьез начинает ненавидеть своих предков, но таких гораздо меньше. Но я даже предположить не могла, что племянник Амотэка так относится к своему отцу.

— Фамитэк, я понимаю, ты его любишь, но…

— Ваше Величество! Прошу, поверьте мне! Я говорю это не только из-за любви к папе! Он, правда, всего лишь марионетка в руках Виктора! — в глазах вампира была отчетливо видна боль.

— Рассказывай, — предчувствуя, что разговор будет долгим и тяжелым, я села в кресло, приглашая клыкастика тоже сесть. Я, конечно, сомневалась в словах зеленоглазого, но решила выслушать.

Лицо Фамитэка расплылось в улыбке, а очи засияли. Видимо, я не первая, до кого он хочет донести эту информацию, но первая, кто стал его слушать. Он радостно уселся в кресле напротив и вмиг стал серьезным.

— У нас с папой есть ментальная связь. Такое очень редко случается, когда у родителя и чада образовывается она, причем на том уровне, который у нас. Только используя ее, мы можем нормально общаться. Ведь, Виктор всегда следит за папой и контролирует его. Этот ублю… простите, он полностью подчинил тело отца. Если папа не хочет чего-то делать, то Виктор заставляет его убивать тех, кого он любит своими руками. Единственное, что не подвластно этому человеку — это сознание папы. На нашей планете менталистов можно по пальцам пересчитать, а по-настоящему сильных — вообще, единицы. Вернее, остался только один — мой отец. Поэтому, его сознание, как и мое, защищены от внешних воздействий. Но вернемся к проблеме. Папа не такой, как вы думаете. На самом деле, он обращался ко всем жестоко, чтобы Виктор не подумал, что он может кого-то любить или кем-то дорожить. Ведь, тогда, папу можно будет шантажировать. Когда была жива моя мама, папа не смог скрыть свои чувства к ней и Виктор, заставил его убить ее… — взгляд шатена стал мрачным и наполнился ненавистью, но он быстро взял себя в руки. — На самом деле, в этой войне должно было погибнуть намного больше народа, просто, папа, как мог, старался сократить число жертв. Ваше Величество, вы мне верите?

— Верю, — кивнула я, — но я кое-чего не понимаю. Амотэк говорил, что Молутэк с детства хотел его убить.

— Виктор начал контролировать отца еще в юном возрасте (в 10–12 лет, вроде бы). Хорошо, что на тот момент, папа уже мог ставить защиту на сознание. Амотэку доставалось больше всего, так как папа, тоже, не мог скрыть любовь к дяде и Виктор решил этим воспользоваться.

— Ясно. Фамитэк, ты можешь связаться со своим отцом? — вампир закрыл глаза.

— Могу, — после минуты молчания, ответил он, — но Виктор слишком близко. Я постараюсь связаться с папой, а когда сделаю это, то сообщу вам.

— Хорошо. Спасибо, Фамитэк.

На этом, наш разговор подошел к концу и мы вышли из кабинета.

Часть 16

На следующий день, мы рассказали о связи Фамитэка с его отцом. Сначала, нас даже слушать не хотели, пресекая все наши попытки на корню, но потом, быстро поверили младшему вампиру. Амотэк постоянно хмурился, скрещивая руки на груди, и подтверждал слова племянника. Оказалось, что до 11 лет, у нынешнего короля вампиров и Молутэка были прекрасные отношения. Они были не разлей вода, что бы не делали, все делали вместе, защищали друг друга. Но однажды, когда старший брат вернулся с индивидуальных занятий, он был расстроен и будто бы опустошен. Наш клыкастик хотел узнать, что случилось, но тот оттолкнул его и старался не общаться с ним. С тех пор начались посягательства на жизнь Амотэка. А в один день, он услышал, как из комнаты брата доносится еле-слышный плач и тихие слова, что Молутэк не хочет и не будет чего-то делать. Тогда, младший из двойняшек вбежал в комнату брата, чтобы узнать, что случилось, но Молу, вновь, попытался его убить.

Слушая рассказы вампиров, мне становилось еще сильнее жаль Молутэка. Он не хотел всего этого, но у него не было выбора. Виктор заставил вампира стать главным злодеем, когда сам прятался в тени, дергая беднягу за ниточки, словно безвольную куклу. Но в моей голове затаился вопрос: "Зачем все это Виктору?". Мне кажется, что мы ошибаемся, думая, что он хочет стать богом. Нет, интуиция твердит, что причина всех его злодеяний иная. Может, у Виктора тоже есть своя грустная история, но это не дает ему право на его действия. Тогда, появляется еще один вопрос: "Виктор главный злодей или он такой же, как и Молутэк, всего лишь марионетка в умелых руках искусного кукловода?". Ответы на эти вопросы нам еще предстояло найти, но сейчас наша главная цель — победить возрожденного Тхаэка.

Оставшаяся неделя пролетела незаметно. Фамитэк пытался связаться с отцом, Тенебрисель и Амотэк делали предположения, где могло находиться тело первого вампира, а у меня ноги отваливались от долгой ходьбы на каблуках. Кто ж знал, что Дакана такой шопоголик! Нет, ну серьезно! Мне, конечно, нравится гулять по Кан'анбуэм (столица Вампирского Королевства), любоваться этими мрачными зданиями в готическом стиле, но не до такой же степени! Плюс, эта садистка заставила меня ходить в более открытой одежде и на высоких шпильках! А когда я возмущалась, она говорила, что я нахожусь в ее стране, где правит она, а значит я не могу ее ослушаться.

Больше всего жалко было Индариэна. Он всегда ходил с нами (мой муж побоялся отпускать нас одних). Всегда и везде. Куда угодно. А Дакана (тире, садистка) поперлась в какой-то элитный магазин НИЖНЕГО БЕЛЬЯ! И Индариэн был вынужден пойти с нами! Темный эльф себе места не находил, а эта клыкастая зараза начала спрашивать у него, какое белье мне подойдет и в каком бы он хотел меня видеть.

— ДАКАНА, ТВОЮ ДИВИЗИЮ! — я вся была красная, а дроу выпал из реальности.

— По-моему, вот это будет лучше, — она показала черно-красное кружевное белье. — Индариэн, как тебе это?

— ДАКАНА! — раздался очередной возмущенный вопль с моей стороны.

— Прошу прощения, Ваше Величество, но я не имею права выбирать белье для своей королевы, — протараторил обсидиановый эльф, отворачиваясь.

— Дака-а-ана! — интонация в моем голосе уже молила вампиршу о пощаде. — Прекрати смущать моего телохранителя! Ладно, меня, но Индариэна-то за что?!

— Лиен, ты ничего не понимаешь! Мне ОБЯЗАТЕЛЬНО нужно издеваться над каким-нибудь мужчиной (натура у меня такая)! Так как я вышла замуж, гарема у меня теперь нет, мои слуги мне надоели, Тенебрисель в ответ начнет издеваться, Фамитэк не реагирует, а Амотэк не позволит издеваться над собой — сразу же заткнет!

— Подожди, а как Амотэк может тебя заткнуть? — блондинка довольно улыбнулась.

— Сначала, страстно поцелует, потом, начнет снимать одеж…

— Все! Можешь не продолжать! Но я тебе не позволю издеваться над Индариэном!

— Ну, Лие-е-ен! Мы же подру-у-уги! — девушка состроила щенячьи глазки. — Ты же любишь свою подружку?

— Моя королева, не волнуйтесь за меня. Я же не умру от этого, — голубоглазый по-доброму улыбнулся, но меня это не успокоило. Теперь уже я умоляюще смотрела на Дакану, строя щенячьи глазки.

— Дака-а-ана, ты же любишь свою подружку? — повторила я фразу вампирской королевы.

Несколько минут мы смотрели друг на друга, а потом, красноглазая сдалась.

— Ах, твоя взяла! Я найду себе другой объект для издевательств! — я хотела поблагодарить подругу, но она выдала: — Но при одном условии! Индариэн выполнит одно мое желание!

Вот же ж…

— Ладно, но, пожалуйста, не сильно извращайся.

— Конечно-конечно! — ой, что-то мне не нравится ее улыбка. — Индариэн, выбери для Лиен белье и принеси нам. Если что, размер бюстгальтера 70 канла*, а низ — ндэй*.

— ДАКАНА!

— А что Дакана? — и лицо такое сделала, будто бы совсем не причем. — Я могла и что-то похуже загадать, так что, ты мне спасибо должна говорить!

— Как же вы с Тенебриселем похожи, — недовольно сказала я, признавая свое поражение. — Оба садисты и обожаете издеваться над другими!

— А то! Вместе же росли! Давай, Индариэн, иди!

— Иди, Индариэн, а то загадает что-то еще хуже.

Эльф с минуту молчал, погрузившись в свои мысли, а потом повернулся и начал внимательно рассматривать белье и этикетки на них. Дакана даже немного удивилась его покорности.

— Ого. Он, и правда, ищет. А я надеялась на реакцию… эх… — сказала она, а потом хитро посмотрела на меня. — Смотри, как он серьезно отнесся к этому делу!

— Дакана, если ты решила поиздеваться надо мной, то, пожалуйста, воздержись.

— Так уж и быть, — приступ вредности прошел и блондинка предложила: — Давай сходим потом в одно хорошенькое кафе. Тебе оно понравится (там есть мороженое из са'авэ).

— С радостью! А то у меня уже ноги отваливаются от ходьбы по этим бесчисленным магазинам. Вот честно, я на тренировках так не устаю, как здесь!

— А ты думала все так просто? Красота требует жертв!

— Жертв, времени и денег, — дополнила я слова вампирши.

А в это время, Индариэн определился с выбором и шел к нам, пряча белье за спиной. Я смутилась. Дроу тоже.

— Моя королева, я не разбираюсь в подобном, но, надеюсь, вам понравится, — темный эльф старался держать холодное выражение лица и протянул мне вешалку с бельем.

К слову, не зря он так серьезно отнесся к этому делу. Шелковое ажурное бра и трусы-шортики нежного глицинового цвета. Ткань выглядела легкой и воздушной, а изящество плетения поражало.

— Я заметил, что вам нравится фиолетовый цвет, но вы вряд ли стали бы носить слишком яркие его оттенки. Вы много двигаетесь и не любите, когда одежда сильно сковывает движения, поэтому, я постарался найти наиболее удобную модель, — ого! Я не думала, что он будет НАСТОЛЬКО серьезным в выборе белья.

— Так! В следующий раз, я беру тебя с собой! — заявила Дакана. — Лиен, что стоишь? Иди примеряй!

Я взяла это чудо из вампирского кружева и отправилась в примерочную. Одев, покрутилась перед зеркалом. Красиво и удобно. Индариэн не прогадал с выбором. Даже размер был идеальным.

— Вау! Индариэн, у тебя хороший вкус, — сказала блондинка, увидев меня.

— Спасибо за похвалу, Ваше Величество. Моя королева, вам нравится?

— Да, это изумительно!

— Я рад, что угодил вам.

Того, белье мы взяли, а королева вампиров больше не издевалась над обсидиановым эльфом.

Неделя пролетела быстро, почти незаметно. Вскоре, мы поехали в Империю Оборотней, где нас (а вернее, меня) ожидал не самый приятный сюрприз.

______________

Канла* — размер D

Ндэй* — размер М

Часть 16.2

— Апчхи! — чихнула я, когда мы ехали в линхорте.

Мы уже пересекли границу Империи Оборотней. Страж с ушами и хвостом волка пропустил нас (правда, ему потребовалось зайти к нам в лимузин, чтобы убедится, что это точно эльфы, а не отступники. Страхуются, что с них взять) и теперь мы спокойно продолжали наш путь до Яуургихи (столица).

Пейзаж, что быстро проносился перед глазами, напоминал тайгу. Реки, сосны, поляны и множество оборотней. Большинство из них предпочитали строить свои дома в лесу, подальше от цивилизации. Так им было спокойней, а их внутренний зверь (от чьей силы и зависит могущество оборотня) радовался. Где-то вдалеке, я заприметила волчат и лисичку с кошкой, что играли в догонялки около реки. А через мгновенье, они обратились в детей с милыми пушистыми ушками и хвостиками. Наверняка, они сейчас звонко смеялись, но из линхорта я этого не услышу. Кстати, насчет этого. Многие оборотни удивленно рассматривали наши машины, а некоторые особо любопытные дети пытались подбежать или подлететь ближе. Правда, родители их сразу останавливали и с недоверием косились в нашу сторону. Мда. Видимо отступники принесли много проблем мирным жителям.

Но все-таки, местность была прекрасная! Правда, было то, что мешало мне насладиться чудесным видом.

— Апчхи! — вновь чихнула я.

— Лиен, ты опять простыла? — заволновался мой муж.

— Да вроде бы нет…

— Вроде бы нет, а ты чихаешь. А я тебе говорил, что 5 порция мороженого будет лишней!

— Но это же мороженое! Соблазн слишком велик! Но это не простуда.

— А что же тогда?

— Не знаю, но, надеюсь, это не то, о чем я думаю.

Эльф выдохнул и притянул меня к себе поближе. Он пощупал мои руки, поцеловал в лоб, чтобы проверить температуру, и, напоследок, просканировал меня магическим зрением.

— Ты права, это не простуда, — Тенебрисель нахмурил темные брови. — Но видно, что это какая-то болезнь. Я не лекарь, не могу понять, какая именно. Давай остановимся и проведем осмотр.

— Нет, не стоит. Мы и так задерживаемся. Не волнуйся, милый мой. Как только приедем во дворец, проведем осмотр, хорошо?

— Хорошо, моя богиня.

— Апчхи!

— Не вовремя ты чихнула. Я снова волнуюсь, — сейчас, я, вновь, чувствовала себя ребенком, которого отчитывает мама за то, что он заболел.

— Да это не простуда!

— Надеюсь, что ты права.

Часть 16.3

Когда мы въехали в саму столицу, я поразилась красоте этого города. Все эти каменные дома в английском стиле, аккуратные улицы, классические светильники и деревянные таблички делали Яуургиху таким уютным! Из зелени, здесь росли только хвойные деревья и некоторые цветы, устойчивые к сильным морозам (зимой, в Империи Оборотней очень холодно).

Сами оборотни выглядели очень интересно. Одежды тех, кто проживал в столице отличались от того, что мы видели пару часов назад. Большинство оборотней (как женщины, так и мужчины) носили брюки и какую-либо рубашку сверху. Другими словами, они носили то, в чем было удобно двигаться, ведь, для оборотней движение — это жизнь. Вернее, для них нет жизни без движения. Конечно, попадались дамы в платьях и пышных юбках, но такое носили только аристократки (и то не все). Также, одежда оборотней была магически-зачарованной и при смене ипостаси исчезала (такая же, кстати, была и у драконов). Но больше всего меня привлекали ушки, хвосты и крылья оборотней. О боги, как же мне хотелось их потрогать! А когда я через окно увидела мальчика с белыми заячьими ушками, я чуть не умерла от умиления. Мне так хотелось его затискать, почувствовать пальцами эту мягкую, нежную шерстку! Тенебрисель немного прифигел от моего желания, объясняя это тем, что хвосты, уши и крылья оборотней — это как рога у демонов и уши у эльфов. То есть — это запретная зона. Но я, все равно, хотела прикоснуться к манящему, пушистому меху ушек и хвостов, потрогать гладкие черные перья оборотней-воронов, но не взрослых, а именно детей (взрослые оборотни выглядели угрожающе, а вот дети — просто милашки!). Из-за этого мой король назвал меня педофилкой. В отместку, я припомнила ему, что младше его в 43 раза и сказала, что насчет того, кто тут педофил, можно поспорить. На это брюнет по-ребячески надул губы и отвернулся к окну, всем своим видом показывая, что он обиделся (ей богу, как дите малое). Пришлось мириться с этим дитем-переростком. Правда, когда я к нему полезла с объятьями и извинениями, Тенебрисель повел себя не как обиженный мальчишка, а как взрослый эльф (другими словами, как извращенный собственник). Итог: я узнала на практике, что такое оральный секс.

Все было хорошо, до того момента, пока я не вышла из линхорта. Мы уже были за толстыми каменными вратами замка, около главного входа. Слуги (с умильными ушками и хвостиками!) склонились в низком поклоне, стоя по обе стороны от огромной деревянной двери, к которой вела не менее громоздкая лестница. Вот только было одно но. Я начала чихать. Много чихать. Слишком много чихать! Глаза слезились, нос беспощадно щипало, сопли так и норовили вытечь, а при каждом моем новом шмыге, ноздри жутко болели! Представляю, какая я сейчас красавица с красными отекшими глазами и опухшим носом. В такие моменты я себе напоминаю осьминога: глаза выпученные, а лицо влажное и не поймешь, слезы это или слизь. Короче, гадость.

Конечно же, началась суматоха. Хотя, суматоха — это мягко сказано. Мне плохо, мой муж нервничает (а если он нервничает, то хана всем и вся), слуги не знают, что делать, зовут врачей (врачи-оборотни намного лучше врачей-эльфов), протягивают мне платочки, а мне все хуже и хуже становится. Эльфийский король уже начинает злится и сам, подобно слуге, крутится вокруг меня. Секунда и он срывается на крик. А мне становится еще хуже. Голова болит, слабость заполнила все тело, ноги не держат, а дышать становится с каждой минутой все сложнее. Я падаю, но мой супруг успел меня поймать. Кто-то предлагает перенести меня порталом в выделенные нам комнаты. Наш врач категорически против этого, говоря, что в таком состоянии телепортация только усугубит ситуацию. Тенебрисель выругался трехэтажным матом и рявкнул на слуг, чтобы те быстрее показали, где находятся наши апартаменты и понесся вслед за оборотнями, шепча мне, чтобы я еще немного потерпела. А я почти не разбираю его слов, так как воздуха в легких становится все меньше, а новый не поступает. Все плывет перед глазами, уши заложило и все происходящее становится таким далеким, будто бы не связанным со мной. Так хочется провалится в небытие, но взволнованный голос моего любимого заставляет меня держаться из последних сил.

Будто сквозь вату, до меня донесся приглушенный звук хлопающей двери и крик моего любимого, чтобы поскорее вызвали врача и принесли салфеток. Некто из слуг предложил остаться с нами, но эльф выгнал всех. Тен быстро понес меня в какую-то из комнат. Еле-слышно зажурчала вода (ясно, мы в ванне) и брюнет умыл меня. Картинка перед глазами стала более ясной, но, все равно, оставалась немного мутной. Я почувствовала, как сильные, мокрые от воды пальцы зажали одну мою ноздрю.

— Сморкайся, — послышался приказной тон в голосе мужчины. — Ну же, Лиен, не упрямься!

Через некоторое время, когда мне прочистили нос (но он, все равно, продолжал течь), король перенес меня в спальню, снял одежду и завернул в одеяло. Сейчас, я чувствовала себя все также отвратительно, но хотя бы видеть нормально могла. Но увиденное меня не сильно радовало. Тенебрисель был весь на нервах, рявкал на слуг, вопрошая, где, черт побери, врач. А когда мы оставались одни, нежно гладил меня по голове, шептал ласковые слова, успокаивая меня и себя.

— Маленькая моя, скажи хоть что-нибудь в ответ, — хрипя, просил меня бывший принц.

Сапфирово-изумрудные глаза выдавали усталость и тревогу своего носителя. Наверняка, от всех этих криков и переживаний у него голова болела не меньше моего.

Сил у меня почти не было, но я, все равно, взяла своего милого за руку. Говорить не хотела, ведь, прекрасно знала, что если пророню хоть одно слово, то не выдержу и слезы мигом польются из моих глаз. А если я сейчас заплачу, то мятный король будет еще сильнее переживать. Нет, не хочу этого.

Эльф сжал мою ладонь в своих руках, бережно покрывая холодную, болезненно-бледную кожу поцелуями.

— Пожалуйста, — вновь попросил меня мужчина, но я лишь отрицательно помотала головой. Но смотря в эти встревоженные глаза, не выдержала и исполнила его просьбу.

— Если я буду говорить, то буду плакать, — нос с удвоенной силой защипало, а слезы выступили на глазах. — Ты будешь переживать, — я всхлипнула, стараясь не разрыдаться, но эльф лишь мягко улыбнулся, погладив меня по щеке, и любовно обнял.

— Если хочешь, можешь плакать.

И тут я разрыдалась, прижимая тело брюнета сильнее к себе. Голова болела, тело налилось свинцом, нос сопел (я, кстати, продолжала чихать). Короче говоря, мне было хреново!

В дверь постучали и на пороге спальни объявился врач-брюнет с черными заячьими ушами. Тенебрисель поднялся и хотел было устроить скандал, где же все это время носило оборотня, но тот заговорил первым.

— Ваше Величество, позволите осмотреть? — Тен, понимая, что лишние крики делу не помогут, отступил от кровати, позволяя врачу осмотреть меня.

Нос начал болеть еще сильнее, а чертовы чихи не давали мне нормально рассмотреть оборотня. Тот сделал пасы руками и, вроде бы, накрыл себя куполом. Еще несколько движений руками и по комнате прошлась прохладная волна энергии, словно легкий ветерок. Мне стало немного легче, а врач подошел ближе. Он осмотрел меня эфирным зрением, а потом выдал то, что успокоило моего мужа, но меня совсем не обрадовало:

— Не о чем волноваться. В организм попало слишком много аллергена, что и вызвало такое состояние. Это простая аллергия, хоть и достаточно редкая.

— Что за аллергия? — сразу спросил мой муж, а я уже догадывалась на что, а вернее на кого, так бурно реагирует мой организм.

— Аллергия на оборотней.

Вот не было печали…

Часть 16.4

Заяц-оборотень достал небольшой листок бумаги с ручкой и быстро начеркал какие-то символы на нем (с моего места не видно, что там написано). Далее, врач достал из своей сумки пару скляночек с лекарством и обратился к эльфийскому королю:

— Принимать 3 раза в день, после еды. Сейчас, я сделаю микстуру, чтобы можно было полностью избавиться от аллергии. А пока, прикажите подать обед, примите лекарство и отдыхайте. Организм слишком слаб, поэтому соблюдайте постельный режим и не выходите из ваших комнат. Желательно не пускать сюда оборотней. Если что, зовите.

Мой муж кивнул и оборотень покинул нашу спальню. Эльф облегченно выдохнул и, улыбаясь, посмотрел на меня, гладя по голове.

— Милая моя, ты нас всех перепугала. И как же так вышло, что у тебя аллергия на оборотней? Ты же их впервые видишь.

— У меня есть догадки, — я снова шмыгнула носом, заворачиваясь в одеяло (холодно, зараза!). — В моем мире, у меня была сильная аллергия на животных. Даже на гипоаллергенных. В Лаэргии, что удивительно, аллергии у меня не было, что значительно облегчило мне жизнь. Но не тут-то было. Видимо, моя болезнь никуда не уходила, а преобразовалась в аллергию на оборотней, — еще один шмыг и я грустно добавила: — А я так радовалась, что наконец отделалась от этой напасти…

Тенебрисель залез на кровать с ногами и прижал рулетик из одеяла с начинкой в моем лице к себе, крепко обнимая. Горячие, чуть влажные губы коснулись моего лба, моментально согревая заледеневшую кожу. Родные руки начали перебирать мои волосы, делая легкий массаж головы, запах мяты убаюкивал, а нежный шепот над ухом еще больше расслаблял, вызывая сладкую, приятную, немного волнительную дрожь.

— Не волнуйся. Скоро, ты отделаешься от аллергии навсегда. А разве в твоем мире нельзя избавиться от этого?

— Можно, — шмыг, — но требуется операция. А у нас на такое денег не было.

— Кстати, пока нам не принесли обед, расскажи о своем мире. Как ты жила, кем была. Странно, мы вместе несколько месяцев, а до сих пор не говорили на эту тему.

— Ну-с, у нас не было времени, — я немного подумала и начала рассказ: — Меня звали Людмила Зареина. Мама — Оксана, папа — Максим. Правда, отец умер когда я была совсем маленькая, так что я его не помню. Жила в России (так моя страна называется) в городе Санкт-Петербурге. Обычная семья со средним заработком. Мама была директором одного кафе, поэтому жили мы в достатке, но не сильно шиковали. У нас была трехкомнатная квартира, в которой мы жили вдвоем. А потом появился Игнис и Афанасий.

— Афанасий?

— Угу. Это наш домовой. Так, насчет мира. На Земле живет около 7 с половиной миллиардов человек, — Тенебрисель присвистнул. — Всего стран… ммм… 195 или 197? Точно не помню. Моя страна, кстати, является самой большой по площади. У людей есть 3 подрасы — европеоиды, монголоиды и негроиды.

— А ты к какой относишься?

— Европеоид. Также, у нас есть национальности. Их больше двух тысяч. Знаешь, перечислять все географические сведения очень долго и нудно.

— Хорошо, в следующий раз мне обо всем расскажешь. А что насчет лично твоей жизни?

— Моей… — я снова шмыгнула и замолчала. Не хотелось говорить на эту тему. Хорошо, что в дверь спальни постучали, извещая нас о принесенном обеде.

Часть 17

— Тенебрисель?

— Да, моя маленькая?

— Ты серьезно?

— Совершенно серьезно. А теперь открывай ротик, — мой король зачерпнул ложкой немного ароматного супа, подул на нее и протянул мне.

— Тенебрисель, я и сама есть могу!

— Ты болеешь, а за больными надо ухаживать, — эльф нагло ухмыльнулся. — Будь душкой, открой ротик.

— Это же просто аллергия! — как только я это произнесла, брюнет быстро засунул мне ложку с супом в рот. Я невольно проглотила, даже не чувствуя вкуса.

— Не спорь. И привыкни уже к тому, что если я начинаю ухаживать, то ты от моих ухаживаний не отделаешься, — ушастая зараза подарила мне еще одну наглую улыбку.

— Вот что мне с тобой делать, а?

— Любить, милая, любить.

Еще одна ложка прилетела мне в рот, но я не стала сопротивляться. С этим эльфом спорить бесполезно. А так, хотя бы прочувствую вкус супа. Очень хороший, кстати. Наваристый, золотистый бульон с овощами, лапшой и рыбкой. Да, это тебе не изыски эльфийской кухни, но врач настоял, чтобы пища была менее сложной. Вот и приготовили мне супчик с рыбой, даже не подозревая, что это мой любимый. Мама часто его готовила специально для меня (у меня было слабое здоровье и мама предпочитала не пичкать в меня химией, а брать все витамины из натуральных продуктов. У нее даже связи были, где можно было взять настоящее мясо, а не то, что готовится за 15 минут). Тепло тут же разлилось по телу и мне стало не так холодно. Немного жирный вкус бульона, лапши и рыбки погрузил в приятные воспоминания о детстве.

— А ты есть не хотела, — по-доброму улыбнулся мой супруг, видя блаженство на моем лице.

— Я не хотела, чтоб меня кормили. Но переспорить тебя невозможно, — мужчина наигранно фыркнул, а я продолжила: — Мама часто готовила мне такой суп, когда я болела.

— И ты хочешь сказать, что она тебя не кормила?

— Нет, она меня не кормила. Я же не маленькая! Ложку в руках держать умею.

— Для меня ты маленькая, значит мне можно кормить тебя, — вот же ж!

— Ты не исправим.

— А ты хочешь меня исправить? — мятный король опустил ложку обратно в суп и придвинулся ближе ко мне.

Он прижал к себе мой кокон из одеяла и опустил голову до моего уровня, пристально смотря в глаза. Его лицо было так близко, что я чувствовала на себе его горячее дыхание. Такое обжигающее, всепоглощающее и смущающее. Как и сам Тенебрисель. Он пододвинулся еще ближе, коснулся моих губ и задал вопрос:

— Ты, правда, хочешь меня исправить? — эти мурлыкающие нотки в голосе сводили с ума, а хищный взгляд сапфирово-изумрудных глаз будоражил сознание. Минуту назад, мне было холодно и я никак не могла согреться, а сейчас уже вся горела.

— Тен, я же болею… — смущение поглотило меня с головой. И ведь не первый раз так делает, а я все равно продолжаю смущаться.

— Это же просто аллергия, — скопировал мою фразу бывший принц. Он собрался переходить к действиям, как в дверь постучали:

— Ваше Величество, вам пора готовиться к встрече с императором и императрицей. Вам нужна помощь?

— Да что они всегда так не вовремя заходят! — вспылил мой муж, отрываясь от меня.

Часть 17.2

Эльф был зол и я не завидовала тем, кто встретится ему сейчас на пути. А слуге, который нас прервал, желала поскорее убежать. В прекрасных глазах моего супруга сейчас бушевал шторм, морщинка между идеальных бровей углубилась, да и вообще, его аура вызывала лишь страх и ужас. Его тяжелые шаги приближались к двери, где стоял ничего не подозревающий слуга. Дверь открылась и Тенебрисель подарил несчастному оборотню грозный взгляд, из которого чуть ли молнии не летали. Все волосы парня-волка — в том числе на ушках и хвосте — встали дыбом.

— Нет, мне помощь не нужна, — слишком холодно произнес эльфийский король, из-за чего передернуло не только слугу, но и меня. — Принесли то, о чем я просил?

— Д-да, Ваше Величество, — янтарные глаза с вертикальным зрачком испуганно бегали туда-сюда. — К-как вы и просили, к-коробка сладостей из "Фачууррирх", — насколько я поняла, фачууррирх переводится как "сладкий дом". Оригинально.

— Спасибо, — все тем же ледяным тоном произнес мой король (из-за чего я невольно поежилась) и громко закрыл дверь.

Брюнет развернулся ко мне, но так как он все еще выглядел пугающе, я посильнее завернулась в одеяло, скрывая свое лицо. Вот честно, было страшно на него сейчас смотреть (даже зная, что у него в руках сладости). Мужчина усмехнулся и подошел ближе ко мне. Судя по звукам, положил коробку на столик.

— Лиен, ну что ты? — нежно промурлыкал он, что никак не сочеталось с образом холодного правителя, которого я только что видела. — Моя богиня, неужели испугалась меня?

— Немного, — вру, я сильно испугалась. Тен, конечно же, заметил ложь в моих словах и снова усмехнулся.

— Мо Лиен, ты же знаешь, что тебя я не обижу, — эльф обнял мое убежище из одеяла, из которого я соизволила высунуть голову.

— Тенебрисель, я думала, ты останешься со мной, — брюнет заправил мне прядь волос за ухо и погладил по голове.

— Это тебе сейчас покидать комнату нельзя, а мне нужно поприветствовать императора и императрицу за нас обоих. Так что, пойду собираться, — моя ночь поцеловал меня в веко и удалился в гардероб.

А мой взгляд остановился на деревянной коробке персикового цвета с золотым бантиком. Мой нос был немного заложен, но я все равно ощутила прекрасный аромат шоколада, что исходил от "дома вкусняшек". Конечно же, я потянулась к коробке, как послышался голос Тенебриселя из другой комнаты:

— Сладости только после обеда! — вот же!

Я быстро убрала руку и сделала вид, будто вообще не собиралась туда лезть (даже отползла в центр кровати, подальше от стола). А в это время, из гардероба вышел мой муж, одевающий темно-зеленый пиджак. Он скептически выгнул одну бровь, смотря на то, как его жена "даже не думала прикасаться к сладостям", и выдал:

— Ладно. Можешь считать, что я поверил, — и вновь хитрая улыбка заиграла на его устах. — Мне расчесаться нужно. Не хочешь помочь?

— Хочу!

Мой милый сел на край постели, протягивая мне расческу, а я на четвереньках подползла к нему сзади. Взяв красивый гребень в руки, я начала аккуратно расчесывать волосы цвета темного индиго. Прядку за прядкой, не спеша, наслаждаясь процессом. Про серебряные пряди тоже не забыла и уделила им достаточно внимания.

— Я все забываю тебе сказать, — начал мой муж, — когда любимый человек расчесывает волосы — это называется мелнэр.

Я напрягла свою память, чтобы вспомнить, где я раньше это слышала. А! Точно! Когда мы на Свадьбу Божеств собирались, он сказал это слово, но отказывался объяснять его значение!

— Ясно, — я закончила расчесывать великолепные волосы моего супруга и нежно обняла его. — Тен.

— Да? — он начал целовать мои пальцы, а я прошептала ему на ушко.

— Веди себя хорошо и не рычи на всех, ладно? — мой ушастик хмыкнул, поворачиваясь ко мне.

— Ладно, только ради тебя, — в его глазах появились хитрые смешинки, а я быстро прильнула к его устам.

Провела языком по ореолу тонких губ, а дальше инициативу на себя взял мой король. Он мял, аккуратно покусывал и лизал опухшее от поцелуя место. С каждой секундой, губы становились все чувствительней, а ощущения более острыми и сводящими с ума. Не хотелось останавливаться, но надо. Когда же мы оторвались друг от друга (еле как, через силу, через боль), я надела корону на голову моего мужчины, а он, немного хрипя, сказал:

— После такого, я буду на встрече пай мальчиком.

— Вот и хорошо, пай мальчик, — я по-детски чмокнула его в губы. — Давай, покажи им, что нынешний правитель эльфов великолепен!

— Обязательно, — Тенебрисель радушно улыбнулся, встал с кровати, направляясь к двери, и, напоследок, дал мне наставления: — Доешь суп, потом, можешь приступить к сладостям (только мне немного оставь). Далее ОБЯЗАТЕЛЬНО выпей лекарство и ложись спать. Хорошо?

— Хорошо, мамочка!

Мятный король усмехнулся, прошептав себе под нос: "Еще говорит, что я не исправима," — и удалился из комнаты.

Часть 17.3

***

Суп я доела быстро и перешла к сладкому. Я взяла в руки деревянную коробку, ощущая себя ребенком, который вот-вот откроет свой подарок на Новый Год. Запах шоколада стал еще более ярким, а мой интерес к содержимому коробочки возрастал с каждой секундой.

Я предвкушающе потянула за конец золотой ленты, развязывая бантик, и медленно подняла крышку коробки. Обитатели деревянного "домика" меня порадовали и удивили. 1 шоколадный кекс-кирпич с орехами и изюмом, 10 печенек, похожих на наши макарон (или макаронс? Макарунс? Всегда путаю их название!) и пастила (ну, здесь это по-другому называется, но суть та же). Много пастилы! Очень много рулетиков этой сладости!

Конечно же, первым делом, я принялась за нее. Не церемонясь, брала рулет и смаковала. Яблочная… Видимо, сегодня день ностальгии, ведь, я опять вспомнила детство. Одна мамина подруга (которая вечно текала от своего начальника. Ее Катюшей, кстати, звали) всегда, когда приходила к нам в гости, приносила пастилу и, конечно же, в первую очередь угощала меня. До сих пор помню, как тетя Катюша (я ее так и звала) переступала порог и говорила: "Милка, иди сюда, я для тебя гарной пастилы принесла!" — и я со всех ног, с криками: "Теть Катюша пришла!" — бежала в прихожую за любимым десертом. Эх… было время. Счастливое время. Теперь, мне не тетя Катюша приносит пастилу, а муж. Тоже хорошо. Вот только война вся эта создает лишний геморрой, но это дело поправимое.

Мою идиллию прервал заложенный нос и усталость. Я шмыгнула и подумала, вот что этот Виктор себе голову ломал? Придумывал всякие планы, чтобы меня уничтожить, а все было так просто! На Земле мог наслать на меня армию кошек, собак, хомячков, в крайнем случае, а здесь оборотней и все! Им даже атаковать не нужно было бы, я и так бы слегла. А даже если не слегла бы, то была бы очень слаба и Виктор легко бы со мною расправился. Чего парился, спрашивается? Как говорится: все гениальное — просто. Видимо, не такой уж Виктор гений, раз пошел более извращенным путем.

Говорила я все это вслух и пыталась открыть злополучную склянку с лекарством. Зараза никак не хотела открываться! Ничего, я своего добьюсь! Но меня прервал стук по стеклу за моей спиной. Я резко обернулась.

— Помочь, Людочка?

За окном сидел юный ворон-оборотень с волосами цвета охры. Но желтые глаза и обращение выдавали Виктора с головой.

— Виктор, опять вселился в чужое тело? — холодно произнесла я, хмуря брови. Он криво ухмыльнулся.

— Не опять, а снова, Людочка. Что-то ты мне не особо рада, — ворон закрыл глаза и изобразил грусть на лице. Но после, открыл одно око, преобразив ухмылку в зловещий оскал. — Красивое бельишко. Мне всегда нравилось белое кружево.

Я совсем забыла, что откинула одеяло — единственное, помимо белья, что скрывало мою наготу — в сторону. Я быстро схватила покрывало и завернулась в него, чем вызвала смешок со стороны этой твари.

— Жалко, что ты скрыла от меня такое зрелище. Но не суть. Ты же спрашивала, почему я не убил тебя с помощью аллергии, — так он все слышал! — Отвечаю: потому, что я конченный садист и так просто избавляться от тебя я не намерен.

— То есть, сжечь, зарезать, утопить или скинуть с огромной высоты не считается за способ избавиться от меня?

— Конечно нет. Я знал, что это тебя не убьет. Я хотел нанести тебе какую-нибудь психологическую травму, но ни страха высоты, огня, воды или холодного оружия у тебя не появилось. Хотя, последняя моя попытка принесла плоды, — парень оскалился и щелкнул пальцами.

Окно открылось настежь, впуская Виктора в комнату. Охранные заклинания не сработали. Конечно они не сработали! Эта сволочь же архимаг! Я встала с кровати, судорожно думая, что же делать. Позвать охрану? Нет, они не успеют или Виктор их мигом прихлопнет. Звать Тенебриселя? Нет, не хочу рисковать им. Так, Люда, соберись! А тем временем, порабощенный оборотень плавно шел ко мне, словно хищник. Сердце ушло в пятки, а тело начало потряхивать от страха. Черт, Люда, возьми себя в руки! Если я буду атаковать магией, может пострадать тело, а мои физические возможности значительно уступают возможностям оборотня. Так! Виктор не собирается меня убивать, а хочет меня сломать! Значит, не будем ему поддаваться!

Я выдохнула, выпрямилась и с вызовом посмотрела на злодея. Между нами оставалась дистанция в 3 метра. Я пыталась ее держать, но парень быстро нагнал меня хватая за руки. Мои попытки вырваться или как-то атаковать выглядели жалко. Так, только не поддавайся панике. Он от тебя этого и дожидается! Я решительно посмотрела в желтые глаза. В них горел огонь безумия и похоти. Страшно, но я не покажу этого.

— Людочка, какая же ты милашка! Строишь из себя храбрую, но я вижу твой страх. Только одного я не могу понять, почему ты не боишься своего эльфа? Он, наверняка, тот еще извращуга, но ты всего этого не боишься, а передо мной трясешься, как осиновый лист.

— Потому что я его люблю, а тебя — ненавижу, — да, я не стала отрицать свой страх. Это глупо, раз он все равно его видит. Но это не значит, что я сдамся и покажу весь спектр своих эмоций. Не дождется.

— Вот как. Но ведь меня ты тоже раньше любила! — Виктор наклонился и больно укусил меня за мочку уха. По всему телу будто бы ток прошелся, а в кожу впилась тысяча раскаленных иголок, из-за чего я вскрикнула. Больно! Как же больно!

Желтоглазый направился в сторону кровати. Паника накрыла меня с головой и я предпринимала все попытки, чтобы вырваться. Тщетно. Только стол около постели опрокинула, но Виктора не остановила. Сердце быстро стучало в висках, а дыхание участилось. Я больше не могла скрыть страх, из-за чего этот подонок мерзко ухмылялся.

Миг, и я прижата к постели. В хищных глазах я увидела свое отражение. Испуганная эльфийка, из чьих очей текут, не переставая, слезы. Нет! Я не сдамся! Я еще раз предприняла попытку вырваться. Не вышло. Но страх сменился гневом и от слабой девчонки в отражении не осталось и следа.

— Ха! Думаешь так легко отделаешься? — Виктор провел языком дорожку от уха до ключицы.

Обжигающие дыхание на моей шее бросило тело в дрожь. Я вся напряглась, но этот ублюдок и не думал останавливаться. Он плотно прижался губами к шее, оставляя засос. Больно! И снова эта адская пытка повторилась. И еще раз. И еще.

— Представь себе, какой будет скандал, когда узнают, что какой-то оборотень изнасиловал королеву эльфов, — прошептал парень, чем вызвал новую волну напряжения в моем теле. — Только ты так не напрягайся. Если будешь хорошо себя вести, то больно не будет.

— Зачем тебе все это? — пытаясь сдержать слезы, спросила я. — Ты же можешь нас всех убить прямо сейчас, а вместо этого, лишь издеваешься надомной.

— Лишь? Видимо, тебе недостаточно, да? — он вновь укусил меня за ухо, вызывая дикую боль во всем теле. — Ах, у эльфов такие чувствительные уши! Но меня больше интересует другая часть тела, — мужчина свел мои запястья вместе, придерживая одной рукой, а второй разорвал лиф, предвкушающе улыбаясь. — Так уж и быть. Я отвечу на твой вопрос. Ваше убийство не входит в мои планы, но если ты проболтаешься о случившемся своему муженьку, то поверь, мне не трудно составить новый план, где не будет эльфийского короля. Ясно?

Я ничего не ответила, да и Виктор сам скорее задал риторический вопрос, нежели ждал от меня ответа. Архимаг спустился ниже и укусил сосок на груди, которую больше не прикрывала ткань. Отвратительно. Страшно. Больно. Черт! Как же прератить это мучение?! Учитывая мое состояние, магия не стабильна и слишком опасна. И эта сволочь прекрасно знает об этом. Точно! У меня появилась идея (вот почему все хорошие идеи приходят только в самом конце?!)! Пожалуйста, пусть это поможет!

На моих пальцах заискрилась фиолетовая энергия, а вокруг них появилась темная дымка. Порабощенный оборотень, конечно же, заметил это и оторвался от лобызания бедной вишенки.

— Людочка, у тебя от страха крыша поехала? — его лицо находилось слишком близко, но мне это и нужно было. — В твоем состоянии магия неустойчив…

Пока была такая возможность, я дернулась и прокусила губу ворона-оборотня. Железный привкус крови придал мне сил, а Виктор ослабил хватку. Очень зря! Я впилась клыками в шею парня, из-за чего тот зашипел и отпустил мои руки. Я ударила коленом в пах, а рукой в солнечное сплетение. Желтоглазый неуклюже отошел назад, пытаясь восстановить дыхание, а я ударила по болевым точкам на ногах, из-за чего тот упал на землю.

— Мы… еще увидимся… — прохрипел он, оборачиваясь в ворона и вылетая в окно.

Закончилась… Эта пытка закончилась… Я упала на пол, не веря в то, что только что произошло. О, боги… Еще бы чуть-чуть… Я спаслась, но… надолго ли?

Часть 17.4

Так! Надо бы вставать и прибраться здесь, пока Тенебрисель не пришел. Первым делом закрою окно! Охранные заклинания на месте, но не помешало бы их усилить. Смогу, не смогу? Нет, лучше не рисковать. Сейчас, немного оправлюсь и тогда уже можно вливать энергию в заклинания (иначе, могу случайно выбить стекло. Тогда никакие охранки не помогут).

Теперь, стол. Мда… Хорошо, что склянки с лекарством стояли на тумбочке, а не на перевернутой мебели. Коробка со сладостями, вообще, удачно упала и десерты почти не пострадали. Только некоторые печеньки треснули, но это не страшно. А вот что делать с посудой? Тарелка от супа, стакан и блюдце для хлеба разбились. Зараза! Там же суп с рыбой был! Ой, вонять будет! Осколки-то я уберу, а как быть с пролитыми капельками супа? Так еще горничных позвать я не могу (аллергия, чтоб ее)! Кстати, из-за страха, я не заметила, но нос начало изрядно щипать и мои шмыганья участились. Твою дивизию! Виктор же в теле оборотня был! Вот же ж! Ладно, я все равно в ванную собиралась, там и смою аллерген. А как быть с комнатой? Ничего, переживу. Не так страшно.

Так, вернемся к супу. Мой взгляд остановился на разорванном бюстгальтере. Все равно, носить больше не буду, протру им. Эх, жалко. Мне нравился этот экземпляр. Удобный и красивый. Но ничего не поделаешь.

Я перевернула стол, положив на него коробку персикового цвета, собрала осколки и пошла в ванную, выкидывать мусор и мочить испорченное бра. Еле как нашла мусорку и подошла к раковине.

Ох, блин… Люда, только не смотри в зеркало! Ага, не смотри. Легко сказать! Это прозвучало, как "только не смотри вниз"! Конечно же, я подняла голову и посмотрела на свое отражение. Зря я это сделала. Слезы вмиг потекли из глаз, а тело напряглось. Было так противно и страшно! Ухо покраснело, на шее осталась дорожка из фиолетовых засосов, которые жутко болели, на руках были синяки от пальцев (видимо, Виктор слишком сильно меня держал), а вот на грудь вообще лучше не смотреть! Но я, конечно же, посмотрела. Искусанный, опухший сосок, цвет которого переходил от нежно-розового, до красного, фиолетового и синего. Ужас! Про то, как он ныл и горел от боли, думаю, говорить не стоит. Рассмотрев всю эту "красоту" мне стало так жалко себя. Слезы хотели хлынуть из моих глаз с новой силой, но я быстро вытерла их.

— Так, Люда, не время. Приберешься, потом, закроешься тут и поплачешь от души. Давай, соберись. Итак показала этой сволочи свой страх, так что, не реви, — сказала я сама себе, пытаясь взять себя в руки. Получалось плохо, но хотя бы получалось.

С капельками супа на паркете я разобралась быстро и рыбный запах не успел распространиться по комнате. Я еще раз посмотрела на свои труды, чтобы убедится, что все следы заметены. В принципе, только треснувшие печеньки макарон, недостача посуды и рваное бюстье в моих руках говорили о том, что здесь что-то произошло. Как я буду оправдываться перед Тенебриселем? Ну, скажу, что случайно опрокинула стол (так оно и есть), а бюстик порвался, вот я и решила им вытереть. Не соврала, но и не сказала основного. Отлично. А теперь, Люда, беги в ванную и поскорее отмывай эту грязь, что осталась на тебе!

Я зашла в купальню, закрыла дверь на замок и подошла к зеркалу. Снова посмотрела на свое тело и мне снова стало противно. Отвратительно. Так мерзко, низко, ужасно и… страшно. Когда я дотрагивалась до синяков, помимо боли, просыпался страх. Такой удушающий страх, вызывающий лишь поток слез и осознание своей слабости перед ним. Перед чертовым Виктором. В каком бы он теле не был, эти желтые глаза, которые видят тебя насквозь, я узнаю везде. Эти безумные очи видели меня голой, эти грубые руки касались моего тела, эти жесткие губы целовали мою кожу там, где только вздумается этому ублюдку… А я ничего не могла сделать… Противно. Я сама себе противна. Мне противны эти ноющие синяки, противны засосы, противен этот, как он верно выразился, конченный садист, противен мой страх, что сильнее сковывал мое тело, вызывая довольный оскал на лице этого отвратительного человека.

Я обхватила свое трясущееся от проснувшегося ужаса тело руками и медленно сползла по стенке на пол. Истерика медленно подступала ко мне, а я была не против. Мне нужно было выплакаться. Так, подливая себе масло в огонь, в виде упреков за свой страх и слабость, боязнь потерять Тенебриселя и невозможность рассказать ему всего, я выплакала все, что накопилось. Не знаю, сколько я рыдала, но стало значительно легче.

Я встала, вновь посмотрела на "красавицу" в отражении, у которой раздулся шмыгающий нос, а глаза сузились и опухли от многочисленных слез. Зато, теперь, отражение в зеркале меня не пугало, и я думала только о том, как бы убрать эти мерзкие отметины на теле. Для начала, надо отмыться, что я и сделала. А вот дальше было сложнее. Как мне все это дело залечить? Магия по-прежнему не стабильна. Но если Тен увидит это, будет только хуже. Ладно, была не была. Тем более, я от своей магии не пострадаю (надеюсь). Главное, делать все медленно и предельно аккуратно.

Я зажгла небольшой огонек, что приветливо и ласково светился на ладони, облизывая немного влажные пальцы. Пока, все идет как надо. Я поднесла своего фиолетового друга к синяку на левой руке и дала ему возможность залечить ранение. Он соскочил с ладони, создавая огненное кольцо вокруг запястья. Оно неприятно покалывало, но свое дело делало. Через секунд 20, на теле не осталось и следа от синяка. Хорошо. Эту же операцию я проделала со всеми остальными поврежденными участками тела, и отражение в зеркале начало меня устраивать.

Я зашла в гардероб за ночнушкой, надела ее и решила перестраховаться. Найдя шелковый спальный халат голубого цвета и одев его, я вышла в спальню и позвала своего телохранителя:

— Индариэн, можешь подойти пожалуйста.

Через некоторое время (минута или немного больше), из тени вышел темный эльф в своем привычном черном комбинезоне.

— Звали, моя королева?

— Да. Индариэн, не мог бы ты охранять меня и, впредь, не оставлять одну?

— Конечно, моя королева, — дроу встревоженно посмотрел на меня. — Что-то случилось?

— Да, случилось… — я отвела глаза в сторону, показывая, что не хочу об этом говорить.

— Хорошо. Не волнуйтесь, моя королева. Впредь, я буду всегда с вами и не дам в обиду, — беловолосый ободряюще улыбнулся, а мне полегчало. Теперь, я не одна и Виктор не сможет так просто на меня напасть.

Индариэн ушел в тень, но я знала, что он до сих пор здесь, приглядывает за мной. Я со покойной душой, сняла халат, приняла лекарство и, как только моя голова коснулась подушки, забылась сладким сном.

Часть 18

В своей комнате, в компании Индариэна, Тенебриселя и лекарств (вкус которых оставлял желать лучшего), я провела двое суток. За это время, врач Тархнааф (тот оборотень-заяц) смог полностью уничтожить мою аллергию.

Сегодня был последний день, перед тем, как лично встретиться с императором и императрицей. Мне уже можно было выходить из комнаты, поэтому я, в сопровождении своего телохранителя, отправилась в сад. Дроу находился в тени, поэтому казалось, что я гуляю одна. Но так только казалось и это придавало мне уверенности.

Сад, как и замок снаружи, был прекрасен. Жаль я не смогла его разглядеть раньше (аллергия, черт тебя подери). Высокие сосны, сквозь которые пробивались теплые лучики знойного солнышка, многочисленные кустарники, чьи ветви могли похвастаться яркими плодами разных оттенков (их, конечно же, есть нельзя было), цветы, похожие на лаванду, но имеющие более тонкий, легкий аромат, что заполнил весь сад, и речка, что радостно журчала, встречая новых гостей сада. Все, что здесь было, вся эта атмосфера напоминала лес (неудивительно, оборотни без него не могут). Только деревянные лавочки напоминали о том, что это, все-таки, сад, а не лес.

На одну такую скамейку я и села. Прикрыла глаза, вдыхая полной грудью запах хвои и цветов, слушая пение пташек и радуясь, что я наконец смогла выбраться из комнаты, которая мне уже поднадоела. Прекрасно. Как же это прекрасно.

Послышался какой-то шорох. Я напряглась, но темный эльф, вышедший из тени, успокоил меня, сказав, что это просто сын императора и императрицы — цесаревич Висаар (ему вроде бы лет 6–7). Обсидиановый эльф вновь скрылся из виду, а я продолжила наслаждаться природой и звуками "леса". Но шорохи рядом со мной участились. Миг, и на меня прыгнул кенпит. А вот за ним, через секунду, на меня (вернее, на здешнюю белочку) набросился белый лис, хватая клыками тушку маленького зверька. Не сложно догадаться, что это и был Висаар. Огромные глазища нефритового цвета посмотрели на меня, похлопали удивленно, и теперь вместо лиса, на мне уже сидел мальчик с кенпитом во рту.

Белоснежные короткие волосы, умильные ушки и хвостик такого же цвета, большие нефритовые глаза, что смотрели на меня с каким-то осуждением, немного пухлые щечки и небольшой ротик, в котором уже было неудобно держать белочку. Цесаревич, в классическом каштановом костюме и рубашке цвета кофе с молоком, убрал изо рта бедного грызуна, который уже распрощался с жизнью несколько раз.

— Плохая ты богиня, — на языке оборотней, недовольно сказал мальчик. — Он у тебя спасения искал, а ты его от меня не защитила.

— А разве ты хотел его убить? — Висаар задумался, мило свел брови вместе, хмурясь, и надул губки.

— Нет… Мама будет ругаться, если я буду есть грызунов.

— Ну вот. Ты же просто играл. Догнал бы и отпустил. Так от чего же я должна была его спасать?

Мальчик еще больше нахмурился, а я не удержалась и аккуратно обхватила руками оборотня-лиса, обнимая (он такой милашка! Главное — держать себя в руках и не затискать его до смерти). Он был не против и даже потянулся ко мне, обвивая мою шею руками.

— А ко всем богам хочется тянуться или только к тебе? — спросил белый лис, всматриваясь мне в глаза.

— Наверное, ко всем. Но с чего ты решил, что я бог?

— А с чего ты решила, что ты не бог? — вопросом на вопрос ответил Висаар. В этих невинных глазках, на миг, показались взрослые черты. Ясно, он — не простой ребенок.

— Ты ведь старше своего возраста, верно? — я не стала отвечать на его вопрос (хотя задуматься стоило).

— Да, — он улыбнулся, показывая острые зубки. — Хоть кто-то это сразу понял! Ты не ответила на мой вопрос.

— Честно, я и сама не знаю на него ответа, — над этим вопросом нужно до-о-олго думать, не раз ломая голову, а лисенок требовал ответа сейчас, но врать ему я не собиралась.

— Хорошенько подумай над этим, — как взрослый, наказал мне обладатель пушистых ушек и хвоста, которые мне ужасно хотелось потрогать. — Ты же полукровка, да?

— Да, ты прав. Как ты узнал?

— Чистокровные эльфы — высокие, а ты мелкая. Ростом с гнома, — нет, он конечно милашка-симпатяшка, но за языком следить не умеет. Ростом с гнома… Это же надо сравнить так и ударить по больному! Правду говорят: дети — жестоки! — Не обижайся на меня.

— Я не обижаюсь, — ростом с гнома… Эта фраза до сих пор звучит у меня в голове.

— Я же вижу, что ты обиделась, эльфийка-гнома — вот лучше бы ты молчал! Эльфийка-гнома…

— Пожалуйста, зови меня Лиен.

— Хорошо, Лиен — эльфийка-гнома, — цесаревич улыбнулся еще шире, а в нефритовых глазах появились смешинки. Издевается маленькая пушистая зараза! — Я шучу. Ты не гнома. Они пухлые, а ты только в некоторых местах. В груд…

— Не называй, пожалуйста, — ему точно надо научиться держать язык за зубами! Если он этого не сделает, клянусь, я его до смерти затискаю!

— А какие расы в тебе смешаны?

— Я эльф, вампир и еще кое-кто, — говорить, не говорить?

— Гнома? — не унимался лисенок-оборотень.

— Нет, не гнома, — я кому-то сейчас пушистые ушки и весело-виляющий хвостик оторву!

— Ха-ха! Да знаю я, что ты из другого мира! — выдал неожиданное мальчик. Он хитро смотрел на меня, предвкушая мою реакцию на его заявление (даже губу закусил выжидающе). Я округлила глаза, выдохнула и улыбнулась ему, потрепав по голове.

— Верно, я из другого мира. Я — человек.

— Че-ло-век? — белый лис забавно склонил голову, опустив одно ухо.

— Да. Описать внешность людей сложно, потому что есть те, которые ниже гномов, и те, кто выше эльфов. Есть пухлые, а есть совсем худые. Есть темнокожие, а есть обладатели светлой кожи. Людей много и все они разные.

— Расскажешь мне как-нибудь поподробней? — оборотень заинтересованно смотрел на меня.

— Конечно расскажу.

— Лиен, ты мне нравишься. Будешь моей женой? — о как… Ну-с, он же, как-никак, еще ребенок. Немудрено, что он может так внезапно задать подобный вопрос.

— Как же я буду твоей женой? У меня уже есть муж, — Висаар недовольно скривился, когда я упомянула Тенебриселя.

— А этот… Ну разведись! Он же старый для тебя!

— Знаешь ли, я тоже для тебя стара, — цесаревич покачал головой.

— Тебе 18, а мне 6. Разница, всего лишь, 12 лет, — ого! Для его возраста, он быстро посчитал. А откуда он знает мой возраст? — Я вижу всех насквозь, — ответил на мой не озвученный вопрос мальчик.

— Если так, то почему тебе не нравится Тенебрисель?

— А почему мне должен нравится мой соперник? Да, у него много хороших качеств, но он мой соперник! И вообще, я достоин тебя больше, чем этот грозный полукровка!

— Полукровка? — не поняла я. Та-а-ак!

— А ты не знала? — удивился белый лис. — Вот что ты за богиня такая? Да, твой… муж, — он нахмурился, когда произнес это слово, — полукровка. Я не буду говорить, кто он именно, при темном эльфе.

С ума сойти! Он еще и Индариэна видит! Мой телохранитель, наверное, тоже пребывает в шоковом состоянии сейчас.

— А Тенебрисель знает об этом? — скорее всего, ответ на этот вопрос оборотень знает.

— Нет, не знает. Но ты ему не говори! Он должен сам узнать об этом! А тебе я потом все рассажу.

Часть 18.2

— Ваше Высочество! — раздался неподалеку голос служанки. — Ваше Высочество, вам нужно собираться на встречу! Вы же хотите увидеть эльфийскую королеву?

Висаар заговорщицки посмотрел на меня, зажал мне рот своими маленькими ладошками и, беззвучно хихикая, ждал реакции служанки.

— О. боги… Вот где он? — тихо спросила у себя девушка-оборотень. — Еще и королеву эту надо искать! А она, наверное, та еще стерва. Устроила здесь балаган и в комнату свою слуг не впускает! Ну она же эльфийка! Немудрено, что она себя так ведет! Они все холодные и высокомерные!

Вот сейчас обидно было… Но она права, я устроила здесь бардак, так что, немудрено, что почти все слуги будут меня недолюбливать. Врач Тархнааф, также, не стал исключением и с неприязнью во взгляде косился в мою сторону, но, потом, мы с ним сдружились (поэтому, меня так быстро вылечили). Надеюсь, с остальными я тоже полажу.

А вот цесаревич, в отличии от меня, не был так благосклонен к служанке и хмурился, слыша то, что она говорила в мой адрес. Но я погладила его по головке (отчего он довольно жмурился) и, вроде бы, охладила его пыл.

— Ваше Высочество! Вот вы где! — радостно воскликнула оборотень-кошка, увидев лисенка. — Ой… Здравствуйте, Ваше Величество!

Шатенка поклонилась и немного покраснела. Ничего удивительного, ведь, все знают, что эльфы — обладатели самого лучшего слуха во всей Лаэргии, а она совсем не лестно отзывалась обо мне.

— Здравствуй, — я мило улыбнулась горничной, из-за чего та впала в ступор.

Девушку удивила моя реакция и она молча то открывала, то закрывала рот, словно рыба. Складывалось ощущение, будто она на миг стала немой. Кошка нервно сжимала край своего передника, ожидая от меня жестокой расправы, за ее поведение. Но расправы не последовало, и я продолжала улыбаться ей, выпуская в атмосферу немного обаяния. Но белый лис, в отличии от меня и служанки, молчать не стал:

— Как ты посмела выражаться так о королеве?! — белоснежная шерстка встала дыбом, а зрачки в нефритовых глазах стали вертикальными.

Несмотря на возраст, мальчик выглядел угрожающе и довольно опасным. Шатенка нервно сглотнула и согнулась в глубоком поклоне.

— П-простите, Ваше Высочество, — тихо пролепетала та.

— Ты должна просить прощения не у меня, а у королевы, дура! — лис еще сильнее вспылил, показывая отросшие клыки и когти.

Горничная вся тряслась от страха, тихо извиняясь передо мной, и невольно отступила назад. Но я прижала лисенка к себе, гладя по спине, голове и за ушками (ну, не удержалась!), из-за чего тот вмиг расслабился, виляя хвостом и довольно мурлыча (а он точно лис, а не кот?). Перебирая белоснежные прядки, я успокоила малыша и сказала:

— Висаар, зачем ты ее оскорбляешь? Это нехорошо.

— Но она же просто слуга, — когти и клыки пропали, а зрачки вновь стали круглыми.

— И что? Если она слуга, то она перестает быть личностью?

— Но она говорила про тебя гадости! — возмущенно и немного жалобно возразил оборотень (даже привстал немного).

— Это не ее вина. Учитывая то, что было, когда я сюда приехала, обо мне сложилось неправильное впечатление, — блондинчик немного помолчал, хмуря бровки и надув губки.

— Ладно, ты прощена, — обратился цесаревич к кошке-оборотню, немного недовольно.

— Молодец, — я поцеловала его в лобик, из-за чего мальчик забавно сощурил глазки и широко улыбнулся.

— Спасибо! Спасибо вам! — кошка громко упала на колени (и, наверняка, отбила себе все), благодаря нас.

— Эй, ну что ты. Поднимись с колен, — горничная быстро встала, поправляя запачкавшееся платье. — Если будешь так делать, можешь пораниться. А таким красивым девушкам, как ты, раны ни к чему.

— С-спасибо, — смутившись, сказала она.

— Кстати, можешь сказать, зачем ты меня искала?

— Ах, да! Прошу прощения! Сегодня — а вернее, через 3 часа — состоится бал. Императрица хотела бы вас видеть на нем.

Часть 18.3

О как. Неожиданно, ну да ладно. Раз мне уже лучше, то не вижу причин отказываться от бала. Тем более, это отличная возможность не только познакомиться с императором и императрицей, но и произвести хорошее впечатление, а также приобрести новые связи среди аристократов. Это очень хорошо.

— Как тебя зовут? — задала я неожиданный вопрос служанке.

— Катрания, Ваше Величество.

— Прекрасное имя. Катрания, не могла бы ты сказать, по какому поводу устроили бал? — ну-с, психология, не подведи! Обращение по имени в вежливой форме и с капелькой вампирского обаяния. Думаю, после такого, она еще сильнее проникнется симпатией ко мне.

— Сегодня праздник! — кошка завиляла хвостом и с восхищением начала рассказ: — Мадраар! Последний день лета и праздник урожая! В этот день, почти у всей страны выходной, а во дворце устраивается пышный бал! Разве не прекрасно? Дамы в великолепных платьях теплых оттенков, что напоминают нам о прошедшем лете и начале осени, когда еще тепло, но солнышко уже не так сильно греет! Ах, как же это великолепно!

— Вот оно как. И вправду, чудесный праздник. Висаар, тогда нам стоит поторопиться и подготовиться к нему, — обратилась я к лисенку, что до сих пор сидел у меня на коленях, не хотя вставать. Он мило поджал губки и обнял меня сильнее. — Ну же. Я хочу увидеть тебя на балу, а для этого нужно собраться.

Мальчик немного подумал, посмотрел на кошку, потом на меня, выдохнул и чмокнул меня в щеку.

— Первый танец ты отдашь мне! — сказал он, слезая с колен.

— Хорошо, — я улыбнулась, видя, как он сияет от счастья. — Катрания, если ты не будешь занята, не могла бы ты мне помочь с платьем?

— К сожалению, Ваше Величество, я не смогу выполнить вашу просьбу, — она грустно опустила ушки. — Но я могу прислать другую горничную, которая вам поможет!

— Спасибо, Катрания, — теперь, уже 2 оборотня светились от счастья.

Когда кошка и лис исчезли из виду за высокими соснами, я встала со скамейки и направилась к себе в комнату, окрыленная мыслями о выгодном для меня и Тена бале. Но тут возник Индариэн.

— Моя королева, было совершено несколько покушений на жизнь цесаревича. Я узнал, что раньше его не пытались убить с помощью такой странной магии. Это хотели сделать при вас.

— О боги… — хорошее настроение вмиг улетучилось, а осознание ситуации вгоняло в отчаяние. — Скажи, Индариэн, у того, кто это сделал, были желтые глаза?

— Да, но они поменяли свой цвет на зеленый, когда я настиг этого оборотня.

Виктор… Нет сомнений, это он… Я зажала рот руками и беззвучно всхлипнула. Черт… Он хотел убить Висаара, чтобы насолить мне! Как можно быть таким жестоким?! Бесчеловечный подонок! Конченный садист! Еще один всхлип. Только эта сволочь могла заставить меня трястись от страха так, чтобы я потеряла контроль над эмоциями. Ненавижу его!

Темный эльф нежно обнял меня, гладя по спине.

— Моя королева, не беспокойтесь. Я защищу вас, — успокаивающе шептал дроу. — Но почему он не попытался убить вас? Насколько я понимаю, настоящей целью были вы.

— Он не хочет убить меня, — еле-слышно сказала я. — Он хочет меня сломать…

Часть 18.4

В наших с Тенебриселем комнатах я смогла немного успокоиться. Эльфийский король еще не пришел, поэтому, мне было легче. Если бы он был здесь, пришлось бы ему все рассказать, а этого делать нельзя.

Я попила водички, съела пару шоколадных конфеток (надеюсь, гормон счастья быстро уничтожит мою грусть), умылась, похлопав себя по лицу, и начала думать.

Так дело не пойдет! Нужно как-нибудь обезвредить Виктора! Но как? Ой, Люда! Слышал бы Игнис твои мысли, убил бы тебя. Из-за своего страха перед этим человеком, ты забыла элементарные вещи! Ну как так можно?! Напрягай свои извилины и вспоминай!

Как лишить душу возможности порабощать тела? Это можно сделать, когда дух находится в чужом теле, использовав заклинание "Паним" — если по-русски, печать души. Как ясно из названия, нужно поставить на дух печать, которая не будет позволять ему вселятся в кого-либо. Заклинание я помню, осталось только дождаться подходящего момента и использовать его. А Виктор пусть думает, что я напугана и не знаю, как мне с ним справиться. Отлично. Ну, великий архимаг, посмотрим, кто кого!

В этот момент в дверь постучали.

— Войдите, — сказала я, вставая с кровати, на которой лежала, раскинув руки и ноги в форме звездочки.

На пороге моей спальни показалась девушка-волчица. Она улыбалась, но я видела в ее глазах лед и толику неприязни. Мда… Мне здесь не рады… Ну мы сейчас это исправим!

— Здравствуйте, Ваше Величество, — оборотень поклонилась. Она говорила на эльфийском, но с акцентом.

— Здравствуй, — милая улыбка засияла на моем лице. — Как тебя зовут?

— Рранат, — девушка удивилась, а я продолжила:

— Чудно! Рранат, не могла бы ты мне помочь с платьем? — я перешла на язык оборотней, чтобы девушке было удобнее со мной разговаривать. Она оценила этот жест и в ее глазах с каждой секундой было все меньше холода.

— Конечно, Ваше Величество, — улыбка больше не была фальшивой, что меня радовало. Я начала потихоньку выпускать обаяние, чтобы закрепить результат. — Какое платье вы бы хотели?

— Ох, даже не знаю… Рранат, а что сейчас модно в Империи Оборотней? — я снова удивила девушку, но та расплылась в улыбке.

Как говорит мой муж, я попала в яблочко. По тому, как она выглядит, я сделала выводы, что она очень любит моду. Рранат была в обычной униформе горничных (простое коричневое платье и фартук молочного цвета), но были маленькие, почти незаметные детали, выдающие ее увлечение. Внизу фартука виднелась вышивка в тон платья, что окантовывала край, придавая наряду некую изюминку, серьги-гвоздики в темно-серых ушках были точь-в-точь такими же, как в последнем модном журнале, который я читала на днях (мне было скучно, а других книг под рукой не было). Да и элегантная прическа с легким макияжем были взяты из этого же выпуска. Короче говоря, эта мисс знала толк в моде и, конечно же, как знаток своего дела, начала с воодушевлением рассказывать мне о всех самых модных платьях этого сезона:

— В этом сезоне успехом пользуется золотой цвет и минимум украшений! Платья должны быть облегающими и в меру открытыми, — волчица достала из глубокого кармана журнал, положила его на стол и открыла на 239 странице. — На подобии таких, — она тыкнула пальцем в коктейльное платье до колена с длинными рукавами из золотого кружева. — Но для бала больше подойдет вот такой вариант, — Рранат перелистнула страницу и указала на платье-русалку. — Правда, можно было бы сделать немного другое.

Горничная достала из своего бездонного кармана блокнот и карандаш с ластиком. Она отошла немного назад, осмотрела мою фигуру и начала рисовать модель, а на ней платье. Девушка увлеклась процессом, а я не стала ее тревожить. Наоборот, с интересом наблюдала, как мягкий грифель оставляет за собой плавные или резкие линии, вырисовывая узор. Оборотень быстро обозначала тени, рисовала складки и вензели. Перевернула лист и с обратной стороны нарисовала вид платья сзади. Через минут 20 (скоростная дама), Рранат достала из того же кармана огромную пачку цветных карандашей (да сколько в этом кармане вещей помещается?! Он же маленький! Или действует по принципу женской сумочки?). Следующие минут десять, она разукрашивала рисунок, а когда закончила опомнилась:

— Ой! Прошу прощения, Ваше Величество! Прошу вас, смилуйтесь надо мной! — девушка упала на колени, продолжая тихо извиняться.

— Встань, Рранат. За что ты просишь прощения? То, что ты сделала — это бесподобно!

Я взяла в руки эскиз, любуясь работой девушки. У нее талант! Это шикарно! Будь здесь Анария, оценила бы. А вот волчица-оборотень подняла голову и ошарашенно посмотрела на меня.

— Ты могла бы быть мадналем, — модельер, если по-нашему.

— К сожалению, я не могу им стать. Я безродная, нет ни связей, ни денег на обучение. В подмастерье меня никто не берет, а самоучка не может добиться успеха без рекомендаций, — Рранат грустно опустила ушки, а я подошла к ней, заставляя встать.

— Рранат, ты же можешь создать это платье? — спросила я у нее.

— Да, могу.

— Создашь мне его? Я хочу пойти на бал в твоем платье, — янтарные глаза горничной увеличились в 2 раза.

— Но… Ваше Величество, вы уверены? Может, позовете императорского мадналя?

— Нет, я хочу быть в твоем платье. Ты говорила, что самоучке для успеха нужна рекомендация? Рекомендации от королевы эльфов будет достаточно? — девушка прижала руки ко рту, а на ее глазах выступили слезы радости.

— Ваше Величство, спасибо большое! Спасибо вам!

— Благодари не меня, а свой талант.

— Все равно, спасибо вам! Я сейчас же начну его делать! Вы будете на балу самой красивой!

Эх, делать людей… тьфу, оборотней счастливыми приятно! Вон какая Рранат радостная! Аж хвостом виляет! Девушка измерила меня, начеркала на блокноте мои размеры и какие-то пометки, отошла, прикрыла глаза, собралась и начала читать заклинание, делая некие пасы руками. Так как она не профессионал, то процесс занял минут 20, съев половину резерва служанки. Но результат того стоил. Великолепное золотое платье-русалка с открытой спиной, без рукавов и пышной юбкой от колена до пола с длинным шлейфом. Плечи должна была закрывать ткань из тонкого кружева, нити которого создавали растительный узор, что увеличивался к низу. Платье было эффектным, но не кричащим и уж тем более не вырвиглазным. Несмотря на обилие золота, оно было элегантным, изысканным. И не скажешь, что это сделал самоучка.

Кстати, насчет самоучек. Я посмотрела на Рранат. Горничная была уставшей, но довольной. Я легко взмахнула рукой, полностью восстанавливая (и немного расширяя) резерв волчицы. Налила из графина в стакан воды, протягивая служанке. Та с благодарностью приняла сосуд и быстро осушила его, жадно глотая и не оставив и следа от живительной влаги.

— Это великолепно, Рранат! — восхитилась я, когда девушка-оборотень пришла в норму. — Спасибо тебе!

— Спасибо вам, Ваше Величество! — она вся светилась от счастья. — Прошу вас, наденьте его! Мне не терпится увидеть вас в нем! Ой! Простите, я не должна так говорить…

— Не волнуйся насчет этого. Если честно, мне больше по нраву без всех этих правил, заставляющих слуг постоянно держать язык за зубами, — я улыбнулась будущему мадналю, забирая платье, и направилась в гардероб, чтобы примерить это чудо.

На мне оно смотрелось идеально. Конечно, были какие-то недочеты, но Рранат быстро все исправила. Итог: у меня было сногсшибательное платье для бала. До которого, кстати, оставалось только 2 часа! Когда мы с горничной посмотрели на время, то пулей полетели в ванную, где прошли все процедуры (мытье, крема, масла и прочая чепуха).

В это время вернулся Тенебрисель, которому тоже нужно было все это делать (но он обходился без слуг, говоря, что одеться самостоятельно он в состоянии, да и вообще он с детства не любит, когда слуги ему пытаются помочь). Получилось так, что он закончил со всеми приготовлениями первым и ждал меня в гостиной, а я сидела в гардеробной, вновь одев платье, подбирая вместе с волчицей украшения к наряду.

Через минут 10, после споров, мы с горничной остановились на широком браслете (конечно же золотом), короне-венце и золотых туфлях на шпильке, чья застежка красиво обвивала щиколотку, а волосы оставили распущенными (Рранат долго удивлялась тому, что мои волосы вьются сами по себе, хотя у эльфиек так быть не должно). Мы вышли из комнаты к моему супругу, волчица, еще раз поблагодарив меня, удалилась из наших апартаментов и мы остались с эльфом наедине (Индариэн, который все это время охранял меня, ушел тогда, когда мятный король появился на пороге комнаты).

Часть 18.5

Одни. В гостиной остались только я и Тен, который заинтересованно смотрел на меня. Пока Рранат была здесь, лицо брюнета выражало лишь восхищение. Но когда единственный свидетель ушел, сапфирово-изумрудные глаза хищно блеснули, а наглая ухмылка заставила меня покраснеть и гадать: "Что же сейчас будет?". Мужчина встал с мягкого кресла темно-сливового цвета и уверенными шагами подошел ко мне, словно хищник. А я, будто одурманенная, смотрела на его приближение и не могла пошевелиться, ожидая его действий. Страха не было, лишь приятное волнение.

— Мо Лиен, ты прекрасна, — соблазнительно прошептал он, склонившись к моему уху.

Бывший принц нежно обнял меня, привлекая к себе, а второй рукой зарылся в мои волосы, не боясь испортить прическу (хотя какая там, к черту, прическа? Просто, волосы распустили, расчесали и все). Его горячее дыхание щекотило тонкую кожу ушек, вызывая тысячи мурашек, что разбегались по всему телу.

— Но, знаешь, я не хочу, чтобы кто-либо тебя сейчас видел. А мысль о том, что все взгляды мужчин будут прикованы к тебе, меня раздражает. Боюсь, я сгорю от ревности. Не хочу этого, — мой собственник сжал меня сильнее в своих объятьях.

Король нахмурился и неровно выдохнул. Его руки поднялись выше, еле касаясь пальцами обнаженной спины.

— Спина открыта… Оборотни — сильные создания. Будь то женщина или мужчина, неважно. Но мужчины больше любят слабых и беззащитных. Поэтому, девушки обнажают шею и спину, показывая, что они не опасны, — эльф провел дорожку вдоль позвоночника, заставляя меня выгнуться (все-таки, спина — зона чувствительная). — Мужчин это привлекает. Ты будешь объектом всеобщего внимания. Оборотни попытаются познакомиться с тобой поближе, возможно, пригласят на танец. Не хочу! — Тенебрисель рыкнул, вдавливая меня в свое тело. — МОЯ королева! МОЯ богиня! МОЯ жена! МОЯ! Никому не отдам!

— Тенебрисель…

Я подняла голову и посмотрела в его глаза. Удивительно! Зрачки вертикальные! Вертикальные, твою дивизию! Да уж… Теперь даже не сомневаюсь, что он полукровка… Но я не выдала своего шока и прикоснулась к его щеке. Зрачки вмиг пришли в норму.

— Собственник ты мой, вот прям никому меня не отдашь? — я прислонилась своим лбом к его.

— Никому, — прохрипел он.

— Даже если меня на танец пригласят? — эльф вновь рыкнул.

— Не хочу… Но я бессилен.

— Тен, я обещала первый танец цесаревичу Висаару. Эй! — мой супруг поднял меня на руки и сильнее нахмурил идеальные брови.

— Первый танец мой и это не обсуждается! — все тело мужчины напряглось. Что-то он собственничает больше обычного.

— Тенебрисель, он же еще ребенок. Один танец ничего не значит.

— Ребенок или нет, ты моя и танец отдашь мне! — ну ё-мае! Что на него нашло?!

Чувствую, все мои аргументы будут отвергаться сразу же. Если продолжим, то можем поссориться. Это не хорошо. Но у меня есть план, который должен сработать. Как говорила великая теть Катюша: "Если чувствуешь грядущую ссору, заткни своего мужика поцелуем!". Ну, я и заткнула.

Этой ушастой заразе понравился такой способ. Его тело расслабилось, и он жадно впился в мои губы. Поцелуй был пылким, страстным, обжигающим. Мятный король не мог насытится. Не переставая, мял мои опухшие уста, до боли сжимая их. Но ему этого было мало. Он направился к дивану, целуя мою шею и ключицы. Его сердце отбивало бешенный ритм, а жар от тела чувствовался даже сквозь плотную ткань одежды. Эльф положил меня на мягкий диван и навис сверху, ища застежку на платье. Золотой венец, что был на моей голове, звякнув, упал на паркет. Нет. Нет, не сейчас. Черт, все пошло не по плану!

— Тенебрисель… остановись… — сказала я, но брюнет не слышал. — Остановись, пожалуйста!

Он посмотрел на меня масляными глазами, в которых с каждой секундой появлялись ужас и осознание.

— Прости… прости меня. Я сорвался… — мой муж опустил голову, из-за чего волосы цвета темного индиго полностью скрыли лицо.

— Сколько осталось до бала? — отдышавшись, спросила я. Резкий вопрос с моей стороны еще больше отрезвил мужчину.

— Минут… 20.

— Нам хватит, — я перешла в сидячее положение и обняла своего милого. Затем, аккуратно расположила его голову у себя на коленях, начиная перебирать темные волосы. — Милый мой, ты же знаешь, я твоя и буду твоей всегда, что бы не случилось.

— Я знаю… — он повернул голову и уткнулся носом мне в живот. — Я… Я ревную. Сильно ревную. Ты даже не представляешь, как мне тяжело держать себя в руках. Ты королева, богиня, просто потрясающая женщина. Все взгляды устремляются в твою сторону… Я вижу желание в глазах мужчин. Меня это раздражает. Хочу запереть тебя, чтобы больше никто, кроме меня, не касался тебя, не видел тебя, не вдыхал твой аромат, не слышал твоего голоса. Но так нельзя. Я не могу держать тебя взаперти. Ты нужна нашему королевству, нужна этому миру… Но ты нужна мне больше всего на свете… — он сделал паузу и продрлжил еще тише: — Наверно, я тебе отвратителен. Ты — богиня, а я — просто извращенный собственник.

— Тенебрисель, какой же ты дурак, — я убрала седую прядь волос с его лба. — Ни ты, ни я не идеальны. У каждого свои недостатки. Но даже с ними, я буду любить тебя, несмотря ни на что. Ясно, мой глупый король?

— Да, — эльф улыбнулся, закрыв глаза и устраиваясь поудобнее на моих коленях.

— Эй, у нас еще бал, — тихо сообщила я.

— Может, не пойдем? — пробубнил бывший принц.

— Что значит "не пойдем"? А кто вместо нас будет налаживать связи с аристократами?

— Ладно, уговорила, — Тенебрисель нехотя встал и начал поправлять свою одежду.

— Но первый танец я отдам Висаару! — остроухий собственник поджал губы.

— Хорошо, — невольно согласился он, скрипя зубами. Но недовольство быстро затмила наглая улыбка и хитрый взгляд. — Но этой ночью, ты выполнишь одно мое желание!

— Идет!

Часть 19

Я и мой муж привели себя в порядок и вышли из наших апартаментов.

Через некоторое время, мы уже были у огромных деревянных врат, что встречали гостей бала. Резные двери открылись и нас поглотила шумная атмосфера праздника. Дамы в роскошных платьях (в основном, преобладал золотой цвет), кавалеры, что восхищались своими леди, и прекрасная музыка, что заряжала энергией. На балу было много детей (о боги, они такие милые!) и, конечно же, первым делом, я заметила Висаара. Ему было скучно рядом со своими сверстниками, поэтому он крутился возле своих родителей. Лисы-оборотни. Император — мужчина крепкого телосложения, с серьезным взглядом, короткими черными волосами и яркими голубыми глазами. А вот императрица — сама женственность. Белые волны волос, что мягко спадали на ее плечи, зеленые глаза, идеальная осанка и плавные жесты. Она напоминала красивого хищника — видно, что опасен, но глаз отвести нельзя!

Церемониймейстер объявил о нашем прибытии и все с интересом начали разглядывать нас. Мне было немного не комфортно, ведь, многие смотрели с неприязнью. Больше никто не общался, музыка стала тише, приятная атмосфера улетучилась, будто ее и не было, и все смотрели на нас, будто ожидая, когда же мы оступимся и опозоримся. Неприятно. А что я хотела? Оборотни недолюбливают эльфов (ага, вражда не оборотней с вампирами, а оборотни против эльфов). Ну ничего страшного, мы сейчас это исправим!

— Богиня пришла! — белый лисенок в алом костюмчике радостно подбежал ко мне и был единственным, кто искренне улыбался нам. Я пошла к нему навстречу, а он врезался мне в живот лбом, обнимая.

— Я тоже рада тебя видеть, Висаар, — я ласково улыбнулась, не в силах сдержать обаяние. А оно, в свою очередь, начало действовать на окружающих.

— Ты должна мне первый танец! — напомнил цесаревич, забавно виляя пушистым хвостиком.

— Помню-помню, — я поправила корону на его голове, что хотела съехать, а мальчик взял меня за руку, таща вперед:

— Пойдем! Я познакомлю тебя со всеми!

— Хорошо.

Бал был таким же, как и всегда: музыка, танцы, восхищение или ненависть во взгляде, настоящие или лицемерные улыбки. Но это мелочи. Главное, что мы добились своего. Обзавелись новыми связями, а я познакомилась с императором (Серикс ре'Вульпар) и императрицей (Альра ре'Вульпар). Мужчина был молчалив и говорил только по делу, а вот с Альрой мы быстро сдружились и перешли на "ты". Лисице я понравилась и мы долго с ней общались на разные темы (начиная проблемами глобального масштаба и заканчивая обсуждением сережек). Яркая, любящая внимание и ненавидящая лицемерие. Если слуга улыбается ей, скрывая свою неприязнь, то она сразу это почует и отправит его на все 4 стороны, подальше от замка. Спрашивается, а почему здесь, до сих пор, так много прислуги? А все просто! Эту женщину невозможно не любить! Слушая ее, заряжаешься позитивным настроем, а ее комментарии к разным ситуациям, хоть и не всегда приличные, поднимут настроение у любого. Про таких говорят: ах, какая женщина! Кака-ая женщина! Мне б такую!

А пока я вспоминала слова любимой маминой песни, Альра задала неожиданный вопрос:

— Лиен, а когда ты собираешься деток заводить? — я чуть не поперхнулась игристым вином, но манеры не позволяли подобного королеве.

— Я не спешу, — мне только 18! Рано еще! О-о-очень рано!

— Вот и правильно! Нужно сначала пожить для себя! А там, лет через тысячу или две, можно и о ребенке задуматься. А как твой муж к этому относится?

— Ну, мы еще не затрагивали эту тему, — интересно, а Тен видит меня как мать его будущих детей? Почему-то я нервничаю.

— Не волнуйся ты так! Просто, обсуди с ним это. Сразу станет легче! А если не станет, приходи ко мне. У меня есть целая коллекция прекрасного вина!

— Хорошо, Альра, — волнение вмиг улетучилось и я расплылась в улыбке.

— А если новости будут хорошие, все равно, приходи! Будем отмечать!

Часть 19.2

Короче говоря, бал удался. Но самое приятное на нем — это танец с Висааром. Конечно, мне пришлось сложиться пополам, чтобы мы были на одном уровне, но такого веселого вальса у меня в жизни не было! Когда я плясала с Тенебриселем, это был чуть ли не интимный процесс. Ощущать его горячие руки на своей талии, полностью отдаться чувству эйфории, позволяя ему вести себя, чувствовать обжигающее дыхание около ушка, что заставляет сердце биться чаще, мимолетно касаться губами его кожи, ловить на себе его томные взгляды, от которых внутри все замирает… Но с лисенком, конечно же, было не так. Мы скорее дурачились, чем танцевали. Смеялись, шутили, придумывали новые движения, нарушая все правила строгого вальса. А когда нужно было поднять партнершу вверх, блондинчик, правда, хотел это сделать. Но я сказала, что он надорвется, и сама подняла его. Покружила и поставила на землю. Цесаревичу понравилось "летать", и он попросил еще. Ну как я могла отказать такой симпатяшке? Когда снова все дамы-оборотни оказались вверху, я подняла мальчика, что радостно повторял: " Увиии! Я лета-а-аю!". Мельком посмотрела на своего супруга, что разговаривал с императором. Черный лис улыбался, глядя на своего малыша, а вот эльф прижал кулак ко рту, пытаясь сдержать рвущийся наружу смех. Но смешинки в глазах и плечи, что нервно подрагивали, выдавали его с головой.

Когда танец закончился, я отдала лисенка его родителям и направилась к Тену. Он стоически пытался противостоять смеху, но тот был сильнее. Король держался молодцом, но в этом бою проиграл и заржал. Ладно-ладно, не заржал (у него красивый смех), но высказал мне все насчет этого вальса. Начиная от того, что: "Видела бы госпожа Вилвея тебя сейчас, в обморок бы упала!" — и заканчивая: "Я за всю свою жизнь не видел такого! Это же надо додуматься!".

Бал закончился, гости разошлись, Висаара уложили спать и Альра позвала меня в свою комнату отдыха, где и хранилась коллекция алкоголя. Мы остались одни (если не считать Индариэна) и решили выпить без повода. Сначала, все шло тихо-мирно, мы весело общались, словно давние подруги, а потом… Сначала опустела одна бутылка, к ней присоединилась следующая, после — еще штук… 3? Или 5? 8? Не помню. Не особо считала. Но выпитое вино дало о себе знать. Пьяные маги — это опасно. Сильные пьяные маги — это еще хуже. А что насчет императрицы оборотней с довольно редким даром холодного сияния и королевы эльфов — ведьмы, темного мага и, по совместительству, четвертинки богини (во время наших философских разговоров, пришли к выводу, что раз я не считаю себя богом, значит я — полубог. А если я все равно сомневаюсь, значит я — наполовину полубог. Другими словами, четвертинка бога)? Короче, всем капут! Мой телохранитель пытался нас остановить, но ничего не вышло. Когда 2 пьяные в дрова правительницы хотят что-то сделать, их никто не остановит!

— Лие-е-ен! — протянула лиса с затуманенными глазами. — Я хочу фейерве-е-ерк!

— Не вопрос! Ик! Сейчас все бу… ик!…дет, — ответила я, пытаясь удержать равновесие, держась за локоть императрицы.

Я запустила в воздух множество фаерболов, заставляя их принимать различные формы. Все получалось, но огненные шарики, в отличии от нетрезвой меня, не забыли о законах гравитации и полетели вниз. А я, как истинная дама подшофе, выставила защитный купол. Вроде, что же тут такого? Ничего, вот только это был не щит из тьмы, а отражающий. И полетели все мои фиолетовые друзья в разные стороны, сжигая все, к чему прикасались!

— Неплохо! — похвалила меня Альра, выставляя руки вперед. — А теперь, смотри, как это делают профессионалы!

Миг, и перед нами появился огромный столб из света, пронзающий темное ночное небо, что заставил меня прикрыть глаза. От него веяло смертельным холодом. Сразу ясно: прикоснешься — сдохнешь. Но разве нас этим остановишь?

— Альра! Ик! А давай тьмы… ик!… добавим!

— А давай!

— Так! — раздался мужской бас сзади, принадлежащий императору. — Все, дамы, расходимся!

— Ну, Серикс! — беловолосая умоляюще посмотрела на лиса, но тот был непреклонен.

— Я сказал: расходимся, — мужчина быстро поднял на руки свою жену и пошел во дворец. Моя пьяная подруга даже не пыталась сопротивляться. Наоборот, прижалась к груди своего мужа, обвивая пушистым хвостом его талию.

— Пойдем, моя пьяная богиня, — прошептал мне на ушко Тенебрисель (откуда он здесь взялся?), обнимая меня сзади.

Такой теплый… Я повернулась к нему лицом, расстегнула пиджак и, завернувшись в этот элемент одежды, заключила эльфа в кольцо своих объятий, уткнувшись носом в его грудь. Он усмехнулся и, потрепав меня по голове, понес в наши апартаменты. А что было дальше, я не помню.

Часть 19.3

Тенебрисель:

— Располагайся, — сказал Серикс, указывая на черное кожаное кресло.

Моя маленькая ушла вместе с императрицей оборотней, а давний друг Силлирена пригласил меня в свой кабинет, чтобы обсудить некоторые дела.

Да… Серикс — лучший друг Сила. Он часто (даже чаще Даканы) приезжал к нам, а мой брат навещал его. Когда пушистик (так его называл Силлирен) стал императором, то они стали видеться реже, но, все равно, не прерывали общения. А теперь, правитель оборотней не мог найти себе места, ведь, ему даже не сообщили, что Сил мертв. Ему сказали, что приезжают король и королева эльфов, но имена не были указаны. Серикс сильно удивился, что вместо брата приехал я. А когда узнал, что случилось на самом деле…

Лис уже в который раз за эти несколько дней подошел к книжной полке и начал искать бордовую книгу с черными узорами на корешке. Я уже знал, что будет дальше. Он нажмет на талмуд, шкаф, неприятно скрипя, отъедет в сторону, император, также, как и я, нервно поведет ушами, пробубнив себе под нос, что надо бы смазать, а потом благополучно забудет о своем желании. Так все и случилось. Вот только неприятного звука больше не было.

— Смазал наконец? — хмыкнув, спросил я.

— Смазал. Я же не мазохист, чтобы постоянно терпеть это, — ответил мне оборотень, открывая стеклянную дверь, за которой хранился коньяк "на черный день". Но вновь послышался протяжный звук, заставляющий зажать уши, но уже от самой двери. — Твою мать, — прошипел мужчина, пока я сдерживал рвущийся наружу смешок.

Он выдохнул, успокаиваясь, и достал коллекционное "лекарство для души", которое, до нашего с Лиен приезда, оставалось не тронутым. На кофейном столике появилось 2 широких бокала и пепельница с сигарой. Да, Серикс курил. Редко, очень редко, но курил. Мой братец пытался его избавить от этой вредной привычки и постоянно говорил: "Ты же оборотень! Разве запах дыма тебя на раздражает?" — но все тщетно. Хотя нет. Если раньше пушистик выкуривал по 3–4 сигары каждый день, то теперь по одной и только по особым событиям, когда его стальные нервы не выдерживают.

Вот и сейчас "стальные нервы" не справились со своей задачей и дали сбой. Черный лис сел в удобное кресло напротив меня, разливая коньяк по фужерам. Взял бумажный цилиндр с гномьими травами (они производят лучший табак во всем мире), зажег небольшой огонек и затянул сигару. Дым медленно расползался по комнате серым облаком, окутывая ее и заполняя терпким, но утонченным ароматом. Эта вам не орочья подделка, что воняет за километр, а оригинал, позволяющий прочувствовать тонкий вкус.

— Я узнал, кто скрыл от меня весть насчет смерти Сила, — оборотень выпустил изо рта облако дыма, стряхивая пепел с сигареты. За это действие, гномы бы порвали брюнета, но так как их здесь нет, никто не будет упрекать правителя за неправильное курение табака (я уж тем более). — Подумать только. Этот ублюдок был все это время у меня перед носом. Главный советник — Лерив су'Корв. Смышленый парень, а стал отступником, мелкий подонок, — сигара жалобно захрустела под напрягшимися пальцами.

Я вспомнил рыжего ворона, что постоянно крутился возле нас. Юнец, ставший главным советником благодаря своему уму.

— Отступники прячутся даже среди наших поданных, — заверил я моего собеседника. — Если начнешь проверять своих, поверь, многих отправишь за решетку или же на смертную казнь.

— Уже отправил, — Сер недовольно скривил губы. — Нет хуже чувства, чем понимать, что среди твоих много предателей… Ладно. Давай помянем Силлирена, — лис-оборотень взял бокал и быстро осушил его.

Уже 4 день мы поминаем моего старшего брата. Я бы остановил Серикса, но их дружба с Силом была слишком крепкой, а боль от утраты и незнания гложет, казалось бы, каменное сердце императора. Но если бы оно действительно было каменным, то не было бы этого взгляда в пустоту, полного боли, злости и печали.

— Какие причины были у Лерива? — спросил я, спустя минуту.

— Да банальнее некуда, — мужчина вновь затянул дым. — Ему промыли мозги словами о безграничной силе и связью с самой богиней, — на этом моменте я напрягся. Если речь идет о моей девочке, то я сам загрызу этого самонадеянного юнца. — Он уже давно сходит с ума по дитю Богов. На этом он и попался. Этот мелкий ***** хотел напасть на твою жену, но ее телохранитель схватил его прежде, чем он смог что-либо сделать, и привел ко мне.

Бокал в моей руке звякнул, покрывшись трещинами, но не разбился. Этот подонок решил, что ему сойдет все это с рук? ГЛУПЕЦ! Теперь, я уж точно перегрызу ему глотку! Да как он посмел даже думать о МОЕЙ милой, МОЕЙ жене, МОЕЙ богине?! Видя мой грозный взор, полный мечтами о скорейшей расправе с одним, как верно выразился лис, ******, мужчина поспешил меня остановить:

— Ты не сможешь его убить. Он уже казнен за государственную измену и попытку нападения на королеву эльфов.

— Жаль, — чуть ли не прорычал я. Руки так и чесались от желания переломать уже мертвому гаденышу все, что только можно.

— Кстати, Тен, я понимаю, твоя жена достаточно сильная, к тому же — богиня, но и она нуждается в защите, как и любая другая женщина.

— Думаешь, я не знаю? — я поставил треснутый фужер на стол, пока он еще был цел. — Если бы я не волновался за нее, то не нанимал бы телохранителя и…

— Я не про это, — перебил меня император оборотней. — Ты сам способен защитить свою женщину? И защита — это не только охранять ее саму. Это охрана ее разума от страхов и прочих волнений. Ты уверен, что можешь защитить свою жену, но так ли это? Когда вы в последний раз разговаривали по душам? Есть ли то, что она от тебя скрывает? Есть ли то, что ты ей не рассказываешь? Все эти недомолвки накапливаются, заставляют нервничать, а, в один момент, вы можете взорваться и, в лучшем случае, поругаться. Теперь, скажи, ты можешь ее защитить?

Я промолчал, осмысливая его слова. Ведь правда, есть много из того, что Лиен мне не говорит, быстро меняя тему. Не доверяет? Вряд ли (надеюсь, что это не так). А я? Я тоже многое ей не говорю. Но зачем ей знать про то, что очередные лагеря отступников уничтожены, а я ревную ее ко всему живому? Да, сегодня я сорвался, но это же единичный случай, верно? Нет, кого я обманываю? Скорее всего, такое будет часто повторяться. И что делать? Постоянно говорить ей о том, что я ревную ее даже к животным, когда она уделяет им внимание больше, чем мне? Бред какой-то.

От размышлений меня отвлек взволнованный голос Индариэна за окном:

— Моя королева, давайте, я отведу вас в вашу спальню. В вашем состоянии гулять опасно!

— О-о-ой! Какой ты нудный! Лиен, идем! — послышался голос императрицы.

— Ваше Императорское Величество, не стоит этого делать!

— Бесполезно. Когда Альра пьяна, с ней спорить бесполезно, — сказал Серикс, улыбаясь, и подошел к окну, а я за ним.

Дроу пытался перегородить путь двум пьяным правительницам собой, но получалось плохо. Лиса взяла за руку мою маленькую и попыталась обойти темного эльфа. Лиен, немного пошатываясь, шла за ней, постоянно икая. Хоть и пьяная, но такая милая, что я невольно улыбнулся. Только вампирское обаяние она сдержать не могла (пьяная же). Обсидиановый эльф кое-как держался, но его знатно потряхивало. Я щелкнул пальцами, привлекая его внимание к себе. В отличии от барышень навеселе, эльф услышал меня и повернул голову в мою сторону. Я показал ему, что он может идти, и телохранитель кивнул мне, освобождая дорогу, нетрезвым леди.

— После фейерверка забираем их, — сказал мне черный лис, наблюдая за удаляющимися девушками.

— Фейерверка?

— Да. Я свою жену знаю. Если забрать до фейерверка, она начнет бунтовать и всем хана. Если позволить ей еще одну шалость после фейерверка, то всем вдвойне хана. А учитывая, как она сдружилась с твоей женой, невозможно представить масштабы будущих разрушений.

Часть 19.4

Следующие полчаса, мы следовали за нашими женами, восстанавливая то, что они либо сломали, либо сожгли, либо заморозили. Я, конечно, знал, что пьяные маги — хуже любого бедствия, но не настолько же! Ладно императрица (от нее подобное ожидаемо), но Лиен! Икает, спотыкается, самостоятельно идти не способна, а все равно умудряется уничтожить почти все! Твою мать, да когда же этот фейерверк произойдет?!

В небо снова полетели очередные всполохи энергии, вызывая нервный тик и желание поскорее все это закончить.

— Это фейерверк? — уже в который раз спросил я императора. Он, в отличии от меня, был спокоен и не выражал никаких эмоций. Сразу видно, для него это обыденное дело.

— Нет, еще не фейерверк.

— Лие-е-ен! Я хочу фейерве-е-ерк! — протянула белая лисица. Ну наконец-то!

— Не вопрос! Ик! Сейчас все бу… ик!… дет, — о боги, она так мило икает. Помнится, я был раздражен? Сейчас, раздражение как рукой сняло.

А вот и фейерверк… Красиво, не спорю, но опасно. Очень опасно, учитывая что это фаерболы, которые теперь летят в разные стороны, отразившись от щита Лиен! Хорошо, что мы с Сериксом быстро их ликвидировали.

— Неплохо! А теперь, смотри, как это делают профессионалы! — столб ледяного света пронзил небеса. Да какой же это фейерверк! Это оружие массового уничтожения! Достаточно одного касания, чтобы сдохнуть!

— Альра! Ик! А давай тьмы… ик!… добавим!

— А давай! — нет, не надо!

— Так! — вмешался (наконец-то!) друг Силлирена. — Все, дамы, расходимся!

— Ну, Серикс! — лисица-оборотень отпустила мою богиню, из-за чего та начала выписывать вензеля, пытаясь удержать равновесие.

— Я сказал: расходимся, — Сер подхватил свою жену на руки и удалился, а я поспешил к мо Лиен, пока она не упала.

Девушка удивилась, когда я обнял ее сзади, но повернулась лицом ко мне и залезла руками под мой пиджак. Вот как такую милашку не любить? Я осторожно взял ее на руки и понес в нашу комнату.

В свете множества звезд (спутники сегодня обделили нас своим сиянием) был виден яркий румянец на щеках и кончиках ушей. Кукольные глазки в обрамлении длинных ресниц медленно открывались и закрывались, показывая мутный взгляд. Лиенилде несколько раз зевнула, сильнее прижимаясь ко мне. Я не удержался и поцеловал ее в лоб (хотел в губы, что так соблазнительно блестели от влажности, но это будет перебор). Эх, а ведь когда-то у меня была самая лучшая выдержка… Любая красотка могла стоять передо мной полностью обнаженной, а я бы и бровью не повел. А теперь… Вот что ты со мной делаешь, Лиен? На мой невысказанный вопрос пьяная богиня ответила сладким зевком.

— Если хочешь, можешь спать, — прошептал я ей на ушко, вдыхая запах шоколада, что смешался с вином и ликером. Хех. Алкогольная конфетка.

— Н… Ик!… Нет, — моя милая отрицательно покачала головой, дуя губки.

Зря я пил, очень зря. Если бы не коньяк, было бы легче держать контроль над собой. Плюс еще это обаяние, что исходит от нее…

— Эй… ик, — Лиен пальцами прикоснулась к моей нижней губе. — Не… ик… кусай, — я даже не заметил, как начал это делать. А моя маленькая уткнулась носиком мне в грудь, пряча свое лицо. — Не смот… ик… ри на меня… ик… так, — надо бы потом дать ей водички.

Но сейчас, я хотел увидеть ее лицо, что покраснело не только от алкоголя, но и смущения. Я провел пальцами по обнаженной спине, заставляя ее выгнуться. Тонкая золотая ткань натянулась в районе груди. Ох, черт… Это провокация! Надо выкинуть из головы эти мысли и просто дойти до комнаты. Просто. Дойти. До комнаты.

— Те-е-ен, — немного хрипя, позвала она меня. — А ты… ик… меня любишь?

О боги, ее голосок подливает масло в огонь. Ткань платья вмиг стала слишком тонкой настолько, что я видел все очертания фигуры моей конфетки, а одежды словно и не было. В штанах стало тесно, а дружок внизу известил меня о том, что он уже готов. Черт…

— Люблю тебя, мо Лиен, — и хочу любить тебя прямо здесь, прямо сейчас, слыша твои стоны, целуя твои губы, прикасаясь к твоим скрытым от чужих глаз местам. Спасибо силе воли, что я до сих пор держусь.

— И я тебя… ик… люблю, — моя маленькая блаженно улыбнулась, закрывая глаза.

До наших апартаментов мы дошли спокойно, и я смог себя сдержать. Но на этом все не закончилось.

— Тенебрисель, я хочу в ванну, — Лиен уже осушила стакан воды, поэтому больше не икала.

— Может, сразу ляжешь спать? — если она пойдет в ванну, значит, я тоже должен буду пойти с ней (в таком состоянии опасно оставлять ее одну). Я могу сорваться, а это вряд ли понравится моей жене.

— Нет, хочу в ванну! — она нахмурила бровки, показывая, что с ней спорить бесполезно.

— Хорошо, идем, — надеюсь, продержусь.

— Ура! — моя супруга радостно пошла в нужном направлении, но чуть не навернулась (пьяная же). Хорошо, что я успел ее поймать.

— Осторожно, — я обнял ее за талию и проводил в купальню.

Я посадил ее на кресло, а сам решил наполнить ванную. Из крана весело зажурчала вода, разбиваясь об белые стенки. А вот сзади кто-то закряхтел. Я обернулся. Лиен пыталась снять платье, но учитывая то, что она пьяна как наг*, у нее ничего не получалось.

— Давай помогу, — я встал и подошел к девушке.

Она повернулась ко мне спиной. Я быстро расстегнул молнию платья, снял его, затем, туфли и принялся за белье. Полупрозрачное, золотое, вульгарное. По любому Дакана брала. Но вид голого тела напомнил мне о моем желании. Я шумно выдохнул и ограничился поцелуем в плечо. После, проводил мою богиню к ванной, помогая залезть в нее. Она плюхнулась и облокотилась спиной на гладкую стенку, ложа голову на бортик. Сонная, пьяная, но такая красивая. Моя.

Я снял с себя пиджак и рубашку, чтоб не намочить. Подошел к полуспящей девушке, взял мочалку, намылил и начал аккуратно тереть нежную кожу, не пропуская ни миллиметра. Но вдруг услышал всхлип.

____________________

*Пьян как наг — наги не особо любят алкогольные напитки, но быстро становятся пьяными в дрова (3–4 бокала хорошего вина + наг = сильное алкогольное опьянение).

____________________

Часть 19.5

Я посмотрел на Лиен. Из ее глаз, не переставая, текли слезы. Капали с ресниц на щеки, скатываясь к подбородку, и падали в воду. От этой картины в сердце защемило. Нет, будто тупое, ржавое лезвие воткнули мне в грудь и начали крутить, медленно разрывая плоть.

— Милая, что случилось? — я ополоснул руки, смывая с них пену, и хотел прикоснуться к ее лицу, но она отбила мою ладонь.

— Ненавижу… — тихо прошептала девушка.

— Лиен? Ты чего? — я хотел ее обнять, но она резко подняла голову, гневно смотря на меня.

— НЕНАВИЖУ ТЕБЯ! ЛУЧШЕ БЫ МЫ НИКОГДА НЕ ВСТРЕТИЛИСЬ!

Больно. Слишком больно слышать от нее такое. Из легких будто вышибли воздух, а сердце сжалось, словно в него воткнули тысячи иголок. В голове поселилась звенящая тишина, что быстро сменилась болью, заполнившей всю мою душу. Самое страшное — она не врет. Ее слова отчасти правдивы. Только это "отчасти" и успокаивало меня. Да кого я обманываю?! Мне было глубоко плевать на это "отчасти"! Лишь слова: "Ненавижу тебя! Лучше бы мы никогда не встретились!" — звучали в моей голове, все сильнее убивая меня изнутри. Нет! Этого не может быть! Мне больно, но я не опущу руки!

— Лиен, любимая моя, что ты такое говоришь?! — я взял ее за плечи, заставляя посмотреть в мои глаза.

— ОТПУСТИ МЕНЯ! — моя жена сопротивлялась, пытаясь выбраться, но физически я сильнее.

— Успокойся, Лиен! — она слишком сильно брыкалась, из-за чего мне пришлось встать.

Боги, если она продолжит, то может себе навредить! Но, так получилось, что пострадала не Лиен, а я. Вернее, не пострадал, а упал в ванную. Мокрые брюки неприятно липли к коже, становясь еще более узкими (вот только этого мне не хватало!). Но сейчас не до этого. Я прижал свою королеву к груди, крепко обнимая. Она продолжала вырываться, колотила меня, плакала, кричала, но я не отпускал, продолжая гладить ее по спине.

— Дурак… — немного успокоившись, сказала богиня. — Я… (всхлип)… я так за тебя бою-ю-юсь! — она сама сильнее прижалась ко мне.

— Маленькая моя, чего ты можешь боятся? Я тебя от всего защищу, а за меня волноваться не стоит, — я перебирал ее волосы, стараясь расслабить.

— К… (всхлип)… какой же ты дурак! Он же… (всхлип)… он же убьет тебя! Убьет тебя… Не хочу-у-у! — слезы потекли с новой силой из фиолетовых глаз, что отдавали пьяным масляным блеском.

— Кто? Кто меня убьет, мо Лиен? — она вся сжалась.

— Виктор… (всхлип)… Виктор сказал, что убьет тебя… не хочу… — моя богиня говорила почти беззвучно. — Т-тен!… (всхлип)… Обещай, что не умрешь! ОБЕЩАЙ МНЕ!

— Обещаю, милая моя, — я сжал ее сильнее в своих объятьях, а моя девочка повисла у меня на шее.

— Клянись… — прошептала она, всхлипнув.

— Клянусь.

— Дай… (всхлип)… настоящую клятву.

— Я — Тенебрисель рин Аран, король Эльфийского Королевства клянусь, что не умру раньше Лиенилде рин Аран — моей жены, королевы Эльфийского Королевства и дитя Богов. Клянусь, что буду с ней до конца, — по телу прошлась дрожь. Следом, его окутал жар, затем, холод, а в конце, начало неприятно покалывать. Клятва принесена и моя малышка расслабилась.

— Спасибо… — Лиен потянулась ко мне и нежно прильнула к моим устам.

Такие сладкие, чувственные, ласковые губы, что принадлежат мне также, как и их хозяйка. А этот мягкий, игривый язычок может свести с ума (особенно, если он лижет то, что сейчас требует немедленного выхода из тесных брюк). А эти клыки настолько острые, что порезаться не составит труда, но это придает поцелую пикантности.

Честно, никогда не хотел целоваться с вампиром (Дакана отбила всякое желание). Да, вампирши — прекрасные любовницы, но я их никогда не целовал (из-за чересчур острых зубов). А сейчас, мне даже нравится осознавать тот факт, что у моей жены есть они. Прекрасные, аккуратные клыки, что случайно оставляют порезы на моей коже, позже вызывая румянец на щеках Лиен.

Послышался милый, будоражащий сознание стон. Это было последней каплей. Все, больше не могу. Я держался сколько мог, но это выше моих сил. Я хочу ее прямо сейчас.

Я провел двумя пальцами вдоль позвоночника, спускаясь все ниже и ниже, и аккуратно мял губами красное от алкоголя и смущения ушко. Второй рукой нежно поглаживал грудь и низ живота. Вскоре, мои пальцы начали гладить внутреннюю сторону бедер, иногда проникая в "запретное местечко", из-за чего богиня царапала мне спину. Мои труды были вознаграждены прекрасным звуком, что был музыкой для моих ушей. Великолепные стоны. Хочу еще.

Так прошло пару часов. Звезды из окна освещали влажное тело Лиен, а вся комната наполнилась прекрасными звуками удовольствия и плеска воды. Мы сделали это в ванной. Секс был шикарным. Жаль моя милая (что сейчас спит у меня под боком) вряд ли вспомнит его завтра. Но это не страшно. Повторим и она все вспомнит.

Осталась только одна проблема. И имя этой проблеме — Виктор.

Часть 20

Людмила (Лиенилде):

Голова! Головушка моя бедная и несчастная! Ой, как мне пло-о-охо! Все! Я больше не пью! С Альрой, тем более! Чертово похмелье! Я же не оборотень, чтобы часик помучаться и все! Ох, твою дивизию… Еще и тошнит! И пить ужасно хочется! Вот ты какой, сушняк после пьянки! Пустыня Сахара нервно курит в сторонке, по сравнению с тобой. Нет, все, я больше не пью!

— Нгх… — я подняла веки и мне в глаза ударил утренний свет из окна. О боги, что ж так ярко-то?!

Послышались мягкие шаги, что направились к окну. Кто-то легким движением рук закрыл тяжелые портьеры. Так-то лучше…

— Проснулась, моя алкогольная конфетка? — Тенебрисель говорил тихо, чтобы мои мозги окончательно не расплавились от адской головной боли. — Извини. Пока брал лекарство, совсем забыл занавесить шторы.

Так как свет больше не пытался (вернее, не мог) сжечь мои глаза, я смогла рассмотреть своего мужа, который шел ко мне, расслаблено улыбаясь.

На этот раз, он был одет в более эльфийском (как считается у нас на Земле) стиле. Зеленая накидка до пола, которая внутри была серебряной, с длинными широкими рукавами красиво спадала с одного плеча. Корона из белого золота с изумрудами, что напоминала ветви, и черный костюм с высоким воротником-стойкой. Моя ночь не особо любил этот наряд (корона и костюм — еще ладно, но накидку он терпеть не мог!), так как это совсем неудобно. Но, все равно, иногда (то есть, очень, ОЧЕНЬ редко) надевал его, чтобы порадовать меня (эльф так классно смотрится в этой накидке, которую я в шутку называю "халатом на выход"! Я когда увидела это одеяние чуть ли не пищала от восторга!). Вообще, это считается за национальную (или расовую) одежду, а такое не каждый день носят.

— Держи, — брюнет сел на постель и протянул мне воды. Я залпом выпила содержимое стакана и поставила его на тумбочку, рядом с кроватью. Хорошо-то как! — Как ты себя чувствуешь?

— Ну-с, у меня голова, как колокол — тяжелая и пустая, — мужчина усмехнулся, а я продолжила жаловаться на свое самочувствие: — Еще, тошнит. Сильно тошнит. И вообще, мне плохо! Тен, я больше никогда пить не буду!

— Когда я впервые почувствовал все прелести похмелья, то также говорил. Но до сих пор пью, как видишь. Конечно, не столько, сколько вы вчера с императрицей. Кстати, а сколько вы выпили? Тебя сильно шатало, — сообщил супруг, смешивая какой-то эликсир с водой.

— Ммм… — я напрягла извилины, из-за чего у меня еще сильнее заболела голова. — 5 бутылок? Или 8? 7? Я не помню, — мятный король присвистнул.

— Хорошо вы так выпили. А ты помнишь, что было вчера? Пей. Это лекарство, — он дал мне сосуд причудливой формы с синей жидкостью внутри, которую я быстро залила в себя.

Фу, какая гадость! Это даже хуже того жидкого пустырника, который восстанавливает силы! Но штука действенная, не поспоришь. Похмелье как рукой сняло, и, через мгновенье, я уже была как огурчик. Зеленая, но не полумертвая, что радует.

— Вчера? Ну… Мы с Альрой пили, разговаривали, потом, пошли на улицу, запускать фейерверк. Индариэн нас хотел остановить, но не вышло. Ммм… фейерверк запустили, а потом, ты и император нас забрали. Все. Дальше я не помню. По-моему, я заснула.

— Вот как, — эльфийский король лукаво улыбнулся, а его сапфирово-изумрудные глаза хищно блеснули. — Значит, ты не помнишь, что у нас с тобой было в ванной, да?

Он прикоснулся к моей щеке, а второй рукой обнял за талию, привлекая к себе и закрывая все пути отступления. Только сейчас, я заметила, что абсолютно голая. Лицо вмиг стало пунцовым, еще больше забавляя Тена. Мамочки, что же у нас было? Неужели мы сделали это?

— Н-не помню, — наглая улыбка стала еще шире.

— Совсем-совсем не помнишь? — он говорил мне в губы, а в мягком баритоне проскользнула чарующая хрипотца.

— Н-нет, — твою дивизию, я вообще ничего не помню!

— Тогда, я напомню тебе, — омут глаз, что томно смотрели в мои, затягивал все сильнее, из-за чего я не могла пошевелиться. Да и не хотела. — Мы занялись сексом… — он перешел на соблазнительный шепот и облизнул мои губы. — Когда все твое тело блестит от влажности — это великолепно. А твои стоны сводят меня с ума. Я держался, сколько мог, но ты еще та соблазнительница. Против твоих чар я бессилен. Жаль, ты не помнишь, как хорошо нам было. Но я могу напомнить тебе обо всех событиях прошлой ночи. Могу рассказать или… показать. Второй вариант мне нравится больше.

Сердце отбивало бешеный ритм, а бабочки в животе снова устроили бунт. Мурлыкающие нотки в голосе, хищный взгляд, влажные губы на моих устах и руки, что скользили по моему телу — все это вызывало невыносимое желание. Но я, засунув все свои не самые приличные желания куда подальше, ответила следующие:

— Лучше, расскажи.

— Ты уверена? — все мое нутро кричало о том, чтобы я выбрала другое, но я не поддавалась соблазну.

— Уверена, — Тенебрисель огорченно выдохнул и немного отодвинулся от меня, быстро надев маску холодности и серьезности.

— Почему ты не рассказала мне о Викторе?

Часть 20.2

Мои глаза округлились и увеличились в 2 раза, а челюсть хотела упасть на землю. Страх постепенно заполнял все мое сознание, сменяясь отчаянием. Откуда?! Откуда он знает?! Неужели, я, когда была пьяна, все ему рассказала?! Нет! Нет-нет-нет! Только не это! Теперь, Виктор может его убить… Черт! Не хочу! Скажите мне, что это сон!

Я зажала рот, пытаясь сдержать рвущийся наружу плач. Но подрагивающие плечи и красные глаза выдавали меня с головой. Если Тен умрет, я не переживу этого… Пожалуйста, скажите мне, что он ничего не знает! Ему нельзя этого знать!

— Лиен… — брюнет обеспокоенно посмотрел на меня, гладя по обнаженным плечам.

— Что ты знаешь? — я пыталась спросить холодно и отрешенно, но мой голос дрожал и это выглядело жалко. А все из-за страха. Если раньше, я панически боялась только Виктора, то сейчас, я бледнею от одной мысли, что могу потерять Тенебриселя. О боги, я так за него боюсь!

Мой король обнял меня, закрывая нагую спину своей накидкой, будто пряча от всего мира. Запах мяты немного успокаивал, но эти капли спокойствия не могут победить океан страха. Я прижалась сильнее к горячему телу, а мой супруг крепко сжал меня в своих объятьях. Таких родных, таких заботливых объятьях, в которых хочется быть вечно, расстаять в них и забыть обо всех проблемах. Но это заставляло меня еще больше ужаснуться тому, что я могу лишиться своего милого.

— Ты сказала, что Виктор убьет меня, — прошептал он мне. — Не объяснила, почему, но заставила меня принести клятву, что я не умру раньше тебя. Я поклялся… Милая моя, перед этим, ты сказала, что ненавидишь меня и лучше бы мы никогда не встретились. Мне было так больно… Больно от того, что это было правдой… Скажи, ты, действительно, ненавидишь меня? — бывший принц грустно посмотрел мне в глаза, а я молчала и понимала, что врать бесполезно.

— Да… — тихо ответила я. Тело моего мужа напряглось, а в очах отразилась боль. — Иногда, я ненавижу тебя и думаю, что было бы лучше, если бы мы не встретились… Потому, что я люблю тебя. Больше жизни люблю и боюсь потерять. Если бы мы не встретились, я бы не влюбилась и мне не было бы так больно сейчас. Это так страшно, знать и понимать, что в один момент тебя может не стать… — я обхватила лицо своего любимого ладонями и провела большим пальцем по острым скулам. — Я… я так боюсь этого, — я всхлипнула, не в силах сдержать слезы. — Мне не страшно за себя. Я — бог, и с каждым днем моя сила растет, становится все больше. Меня нельзя убить… А ты… — я закусила губу. — А ты можешь покинуть меня… Это так страшно… Тенебрисель, я так боюсь потерять тебя!

— Мо Лиен, я всегда буду с тобой. Слышишь, милая, всегда, — он коснулся своим лбом моего и еле-слышно прохрипел. — Маленькая моя, прости меня… Я не смог тебя защитить.

— Тенебрисель, за что ты извиняешься?

— Я не смог защитить тебя от этих мыслей, от страха, от этого ублюдка… Прости меня. Но скажи, что у вас произошло с этим гаденышем? Пожалуйста.

— Тен, я… — я не хотела это вспоминать, но наткнулась на взгляд сапфирово-изумрудных глаз. Они смотрели мне прямо в душу, умоляя. — Виктор хочет меня сломать и использует для этого радикальные методы.

— Какие именно? — эльф видел, что я не договариваю, но не спешил применять магию принуждения.

— Грозился убить тебя, несколько раз покушался на Висаара и… — я замолкла, не желая больше говорить. Слишком противно, слишком больно, слишком страшно.

— Лиен, прошу тебя, расскажи мне все, — мужчина обжог ушко горячим дыханием, гладя меня по спине. Сейчас, мы оба находились под большой зеленой накидкой, словно прибывая в своем собственном мирке.

— Он… он… — мне тяжело было об этом говорить. Горло пересохло, а язык никак не поворачивался сказать королю про пытку Виктора. Но взяв себя в руки, я просипела: — Он хотел меня изнасиловать…

Слезы навернулись на глаза, а пальцы сильно сжали черную ткань пиджака. Ища утешение в объятьях и запахе мяты, я наткнулась на взгляд, полный ненависти и злобы. Я могла подумать, что он злится на человеческого архимага, но это было бы ошибкой. Брюнет злился не только на него, но и на себя… И на меня тоже…

Часть 20.3

Этот взгляд… Холодный и пугающий… В сапфирово-изумрудных глазах не осталось и намека на какие-либо эмоции. Лишь лед, от которого пробегали мурашки ужаса по всему телу. Недавно родные объятья стали чужими. Мне было, мягко говоря, не комфортно и не уютно. Остались только страх и боль. Боль от этого бесчувственного взгляда жестокого правителя, который заставлял любого преклонить перед ним колени. Тенебрисель никогда не смотрел так на меня… На кого угодно, но не на меня…

— Почему твой телохранитель не защитил тебя? — я вздрогнула от голоса, что был холоднее любого, даже самого сильного, мороза.

— Его там не было… — я выдавливала из себя каждое слово. Но эта угнетающая аура слишком сильно давила на меня.

— Почему? Ты, вообще, приказала ему, чтобы он всегда был рядом, пока меня нет? — вот честно, лучше бы он повысил голос или как-нибудь по другому проявил свои эмоции. Но это… Смотрю в глаза, а там стекляшки. Как у куклы: глаза красивые, но холодные, будто ей абсолютно плевать на все, что происходит.

— Приказала… После того инцидента.

— А до этого? Ты не додумалась сказать об этом раньше? — молчу… Не знаю, что ответить… Сказать, что я дура? Нет, я не дура. Просто, была слишком наивной. Но терпение эльфийского монарха не безгранично, и он вновь заговорил: — Ты поступила слишком глупо и опрометчиво. Ты же умная девочка. Так почему же ведешь себя, как ребенок? — ударил по больному… Знает, как я отношусь к этому, а, все равно, затронул данную тему… — У тебя есть сила и мозги, но это, видимо, вскружило тебе голову. Так нельзя. Если не вернешься с небес на землю, многие могут пострадать.

Как поется в одной песне: "В самое сердце, на поражение,". Вскружило голову… Мне вскружило голову?! Подумать только! Да когда?! Да я только после гулянки с Альрой признала жестокую реальность, где я, все-таки, являюсь божеством (и то, не до конца в это верю)! Да, я поступила опрометчиво, но будто бы я сама не знаю этого! Будто бы я не знаю, что Виктор может навредить кому-нибудь другому, чтобы насолить мне! Неужели, в глазах моего мужа, я все еще остаюсь ребенком? Неужели он, до сих пор, не принимает меня за взрослую? Так! Люда, не накручивай себя! Тен просто зол (у него жену чуть не изнасиловали, а он не в курсе!). Такая реакция нормальна! Может, он, просто, не хотел на меня орать, поэтому надел маску изо льда!

Я почти успокоилась, но брюнет снова заговорил:

— Лиен, если такое повторится, поверь, я наплюю на войну и запру тебя в каком-нибудь тайном месте, где ты сможешь видеть только меня и никого другого. И мне будет все равно, что ты являешься королевой и богиней, все равно, если меня будут осуждать и назовут сумасшедшим, все равно, если отступники возродят Тхаэка. Не вынуждай меня делать этого.

Я подняла голову — которую опустила во время разговора — неверяще смотря на эльфа. Брюнет же не выражал никаких эмоций. Лишь во взгляде была решимость, показывающая серьезность его намерений. В голове промелькнула мысль: "Он может". Да, этот остроухий собственник может запереть меня. Может заставить меня быть птицей в золотой клетке. Но какой бы роскошной она не была, клетка всегда остается клеткой. Не хочу так… Но… Как же невыносимо слышать от него подобное!

Слезы опять поступали к глазам. Но нет, я останусь хладнокровной. Как он со мной, так и я с ним. Вот черт… Мы вернулись к тому времени, когда я скрывала от этой ушастой заразы свои эмоции… Но вдохнув полной грудью и пряча зародыши будущих рыданий, я спокойно ответила:

— Хорошо. Я не допущу подобного снова. Прости. Я, правда, вела себя слишком самоуверенно. Я пойду, — я встала с кровати и направилась в ванную, где смогла бы поплакать от души.

Эльфийский король только закрыл глаза и выпустил меня, не задерживая. А так хотелось плакать не прижимаясь спиной к холодной стене в купальне, а в его нежных объятьях. Так хотелось, чтобы он сейчас схватил меня за руку, потянул на себя, и я бы упала к нему на колени. Он бы прижал меня к себе сильно-сильно, целуя и говоря, как он меня любит… Но нет… Это осталось лишь мечтой… Я прошла к резной двери, а мой супруг даже не попытался меня остановить. Ну и пусть.

Закрыв чертову дверь (сейчас, я вымещала злость и обиду на всем, что видела), я услышала, как в спальне что-то упало. Нет, не упало. Что-то намеренно кинули в стену, разбив при этом предмет (вазу, что ли, кинул?). Затем, по бедной поверхности несколько раз агрессивно ударили кулаками. Тенебрисель тоже злился. Но раз он, вместо уничтожения ни в чем не повинных ваз, не зашел ко мне, то и я не буду идти к нему на встречу. По-детски веду себя? Да. Но он перегнул палку.

Я накрыла комнату пологом тишины, залезла в душ и заревела. Что-то я слишком много плачу. Расслабилась совсем здесь. Надо брать себя в руки и снова становиться холодной девой. Так, хотя бы, было легче жить…

Часть 20.4

***

До нашего отъезда осталось совсем немного. Эти несколько суток пролетели даже слишком быстро и каждый день был насыщенным.

Во-первых, нам пришла хорошая новость от короля вампиров. Фамитэк, все-таки, смог связаться со своим отцом, и, теперь, мы знали, где находится тело Тхаэка. Оказалось, что в Русальем Царстве. Нам повезло, ведь, это следующая страна, которую мы посетим.

Я сообщила нашему особенному виселю об этом и попросила разведать обстановку в лагере отступников, где захоронен самый древний вампир. Эрдэн, конечно же, быстро все разузнал, и каждый день к нам приходили отчеты насчет этой базы. Удручало только то, что отступники здесь не абы какие и почти все работают по своей воле. Также, слишком много охранных заклинаний разного уровня сложности (Виктор, будь он проклят, постарался). Поэтому, есть вероятность, что даже темный эльф не останется там незамеченным. Но мы будет решать проблемы по мере их поступления. Другими словами, приедем в Русалье Царство и уже будем разбираться на месте.

Также, в эти дни, я большую часть времени посвящала цесаревичу. Мы с Висааром часто гуляли в городе или в лесу, играли в догонялки или прятки, узнавали много нового. Лисенок поведал мне об обычаях оборотней, о которых не упоминалось даже в книге по расоведению (например, прежде, чем оборотень обернется, он читает короткую молитву богам, так как это успокаивает внутреннего зверя). Я же, в свою очередь, рассказывала ему о людях и Земле.

Чаще всего, мы собирались у меня в спальне. Я сидела на кровати, а мальчик забирался ко мне на колени, готовясь к новой истории. Я начинала нежно перебирать белоснежные волосы (от чего он довольно жмурился) и легкими взмахами руки создавала изображения перед нами (получалось что-то вроде документального фильма). Маленький оборотень внимательно слушал и задавал вопросы, на которые я всегда старалась ответить.

Иногда, к нашей скромной компании присоединялся мой муж (обычно, он пропадал на советах, но если было свободное время, то проводил его с нами). Мужчина также внимал моим словам, изредка спрашивая о том или ином. Было приятно отвечать на вопросы этим двоим и видеть, как их глаза светятся от любопытства.

Вот только было одно но, которое меня сильно огорчало. Тенебрисель не садился рядом со мной… Всегда сидел на полу, около постели, но никак не рядышком со мной… Да и вообще, мы стали меньше общаться, меньше видеться… Лишь спали вместе, но без объятий, что удручало. Если честно, то мы больше не обнимались и не целовались… Брюнет даже называл меня только по имени, а не "моя маленькая", "моя милая", "моя богиня"… Про интимную близость я, вообще, молчу. Но хотелось. Страшно хотелось подойти, обнять, поцеловать в губы, сказать тысячи нежных слов, но не могу. Я никак не могу простить его за те слова. Слишком холодным был его взгляд, слишком спокойным тон, слишком жестокими слова, которые, до сих пор, звенели в ушах… А кошки на душе все больше скребли, не давая мне покоя, убивая меня изнутри. Но я не показывала этого эльфу. Раз он холоден, значит, и я буду холодна.

В один день, мы с Висааром договорились, что поболтаем наедине (без Индариэна), так как белый лис должен был сказать мне кое-что важное насчет эльфийского короля. Но случилось то, чего я даже не предполагала. Вернее, Виктор думал, что я не догадываюсь о подобном исходе событий.

— Знаешь, Людочка, любопытство сгубило кошку, — сказала эта сволочь, находившаяся в теле цесаревича. — Я думал, ты намного умнее. Видимо, я ошибся, — он оскалился, но из-за детского личика, это выглядело не так зловеще.

Я же изобразила на лице страх и отчаяние. Пусть думает, что я испуганная дура. Сейчас, мне это на руку.

— А теперь, ты пойдешь со мной. Иначе, это тело пострадает. Но ты же не хочешь этого, верно? — я нервно закивала головой, шепча, какая же он тварь, так, чтобы наш "злой гений" услышал это. — Людочка, ты меня огорчаешь! Неужели, тебе плевать на жизнь этого мальчика? Если нет, то ЗАХЛОПНИ СВОЙ РОТ И ИДЕМ!

Губки надуты, бровки хмурятся, а пухлые щечки стали еще больше. Короче говоря, милашка! Ну как его можно всерьез воспринимать? Тем более, когда знаешь, как его одолеть?

Я подошла к мальчику с нефритовыми глазами и взяла на руки. Виктор не ожидал подобного поворота событий и попытался вырваться.

— Эй! Отпусти меня! ДУРА! Я СЕЙЧАС УНИЧТОЖУ ЭТО ТЕЛО! — но я спокойно прошла к кровати, села и обняла лиса. Нет, Виктор не сможет уничтожить тело Висаара. Чтобы его уничтожить, нужно подчинить себе зверя, а тот всяких подселенцев слушать не будет.

Архимаг в теле ребенка немного помолчал, а потом непонимающе посмотрел на меня. Я мило улыбнулась, зарываясь рукой в мягкие волосы, чем еще больше вогнала человека в ступор.

— В первый раз, я не ожидала твоего прихода и была напугана, — начала я. — Во второй раз, я была слишком наивна, слаба, а ты воспользовался моими страхами. Но если ты думаешь, что и в третий раз у тебя что-нибудь получится, то ты ошибаешься. И спрашивается: кто из нас наивный глупец?

Виктор попытался покинуть тело, но было слишком поздно. Я уже начала читать заклинание, лишая человеческого мага половины его сил. Почему только лишая сил? Потому, что убить его я не могу (слишком могущественный). Но это действие значительно ослабит его, и этот подонок больше не сможет порабощать чужие тела. Насчет Тхаэка — не уверена, но не факт, что он до него доберется первым. А если доберется и, все же, сможет управлять тушей самого страшного из рода клыкастых, то силы у него будет намного меньше, чем ожидалось. А это очень хорошо.

— Не все так просто, Людоч… — прохрипел паразит и покинул тело мальчика-оборотня.

Висаар уткнулся лбом мне в грудь, тяжело дыша. Я залечила все повреждения на эфирном теле, которые возникли из-за порабощения, и прижала малыша сильнее к себе. Он обнял меня в ответ, отдышался и, гордо вскинув голову, посмотрел мне в глаза:

— Видела, какой я сильный! Мой зверь не поддался чарам этого архимага! — я почесала лисенка за ушком, улыбаясь. Все обошлось…

— Да, ты очень сильный. Как себя чувствуешь?

— Отлично! — я одарила его скептическим взглядом. — Ну… голова болит. И зверю не спокойно.

Я поцеловала цесаревича в лобик, одновременно избавляя голову от боли и успокаивая зверя. Мальчик вмиг расслабился и устроился на мне поудобнее, словно на подушке. Сладко зевнул и уснул. Пусть поспит. Из-за меня, он подвергся нападению Виктора, так что, пусть отдыхает. Висаар заслужил это.

Часть 20.5

Я не заметила, как сама провалилась в ласковые объятья Морфея.

Радужный сон тепло встретил меня. Я открыла глаза. Солнышко приятно ласкало лицо своими лучиками, ветер напевал спокойную мелодию, шурша листьями в кроне могучих деревьев, что окружали поляну и являлись ее защитой. Облака неспешно пролетали мимо, постоянно меняя форму, будто искусный маг, который изменяет свою личину. А я сама валялась на травке, наслаждаясь этой идиллией. Ощущения, как и всегда, были отчетливыми, почти настоящими. Легко спутать с реальностью, но мои сны всегда были такими. Но раз есть такая возможность, то лучше я отдохну здесь, в своем мирке, позабыв о проблемах и обязанностях.

Послышался тихий мужской баритон, напевающий какую-то песню на эльфийском:

— Алиос*, Алиос,

Мудрый старший брат,

Твои сестры замуж хотят.

Красавица Лая* пойдет к Хариану*.

Он ей обещал весь космос в награду.

Милая Нари* будет с Марэем*

Он отдал ей все богатства Санэя*.

Алиос думает, что будет один,

Но Лаэргия всегда будет с ним.

Так свети же ей, Алиос, ты неустанно,

Чтоб любовью заполнить все ее раны.

Пока ты ей светишь, она расцветает,

Становится нежной, яркой, сияет.

Ласку свою тебе посылает,

Надеясь, что горя с тобой не узнает.

Святи же и нам, Алиос, ярко,

Чтобы меллэрии* росли ладно.

Мы, дети Лаэргии, расскажем Истарии,

Что ты не обделяешь нашу маму вниманием.

Хаос вас обвенчает, сказав волшебные слова,

И вы с Лаэргией будете вместе навсегда.

Тенебрисель. Это точно его голос. Я села и посмотрела по сторонам. Действительно, недалеко от меня (в метрах 5–6) сидел эльф с распущенными волосами цвета темного индиго, что частично прикрывали широкие плечи и нагую спину. Зашибись. Люда, тебе настолько не хватает этой ушастой заразы, что он тебе уже снится в полуобнаженном виде? Самое грустное, что да, не хватает! Так что, пусть будет! Хоть полностью голый, я не против. Даже рада буду (ай-яй-яй какие мысли!)!

Но меня удивило следующее: у него на голове был венок. С такими большими, красивыми цветочками белого цвета, что напоминают наш лотос (если я не ошибаюсь, то это энонтвал — цветок перерождения). Неожиданно.

Вдруг брюнет резко обернулся, посмотрев на меня. На его лице заиграла мягкая, чарующая улыбка, от которой я не могла отвести глаз. А он усмехнулся в своей привычной манере и сказал:

— Иди ко мне, моя маленькая, — мятный король развел руки в стороны, приглашая меня в свои объятья.

О боги, как мне этого не хватало! Этого теплого взгляда, этой улыбки, этого обращения! Мне так не хватает тебя, мой любимый! Так не хватает!

Я, вытирая рукой проступившие слезы, побежала к своему мужу. Плевать, что это сон! Я хочу к нему! Я, буквально, влетела в объятья мужчины, а он, смеясь, прижал меня к себе и вытирал мои слезы. Да… Все как наяву… И жар от тела, и мягкость волос, и запах мяты…

— Мне так тебя не хватает! — я посмотрела в прекрасные очи, гладя моего эльфа по щеке. Такого реального и нереального одновременно.

— Мне тоже… — прошептал он, целуя запястье моей руки. Но мне было мало этого.

Я потянулась к нему и впилась в тонкие губы. Немного грубые, влажные, но любимые, родные… Как настоящий Тенебрисель, эльфийский монарх быстро взял инициативу в свои руки. Пару мгновений, и я уже растаяла под его уверенными движениями и устами, что властно мяли мои, проникая языком в рот. Я запустила пятерню в его роскошную шевелюру, немного оттягивая волосы, из-за чего эльф начинал довольно рычать. Он, кстати, тоже позволил себе перебирать мои космы, а второй рукой изучал мое тело, иногда останавливаясь на выпуклостях. Не хочу, чтобы этот сон заканчивался.

— Милая моя, — оторвавшись от меня, прохрипел бывший принц, — это тебе, — он надел мне на голову такой же венок, как и у себя. — Знай, чтобы не случилось, не сомневайся во мне. Никогда не сомневайся. Скоро, мы с тобой переродимся. Мы… переродимся… — его лицо исказилось болью, и он повалился на меня.

— Тенебрисель! Тенебрисель, что с тобой?! — он лбом уткнулся в мое плечо, прерывисто дыша.

Мир грез уже не казался таким хорошим. Цветы энонтвала почернели, засохли и обернулись в пепел, который унес взбушевавшийся ветер. Небо стало кровавым, а за деревьями показались устрашающие, светящиеся в темноте глаза, что жадно смотрели на нас, как на будущий обед. Но мне было все равно на них. Меня волновал только мой супруг.

Его тело дрожало от напряжения, вены вздулись, а моя ночь неестественно выгинался от боли, чудовищно крича. Из его глаз потекла какая-то черная слизь, а сам Тен харкал кровью.

— ТЕНЕБРИСЕЛЬ! — желанный сон превращался в кошмар. Я никак не могла помочь моему любимому!

На коже появились татуировки, вырисовывающиеся в замудренные символы и переливающиеся от темно-синего до ярко-зеленого. Крик сменился рыком, волосы на голове встали дыбом, а на руках появились длинные когти, что были острее бритвы. А зубы… Они увеличились в размерах и больше походили на клыки вампира. В конце, из глаз вытекла вся жидкость, показывая мне сине-зеленую радужку, что светилась не хуже тех любопытных глаз, которые смотрели на нас из леса. Черный зрачок сузился до размеров щели, из-за чего взгляд стал диким.

— Обещай… — тихо прорычал мужчина, — что примешь меня… любого… — я видела, как он корчится от боли, из-за чего у меня в груди болело.

— Обещаю… — почти плача от своей беспомощности, я обняла короля.

— Лиен! Лие-е-ен! Проснись, Лиен!

Сквозь вату до меня доносился взволнованный голосок Висаара. Он тормошил меня за плечи, пытаясь разбудить. Я еле-как открыла слипшиеся глаза, пытаясь сфокусировать взгляд на мальчике. Видя, что я больше не сплю, лисенок облегченно выдохнул.

— Ты плакала и хмурилась. Тебе снился кошмар? — как и ожидалось от этого вундеркинда, он угадал. Я коснулась рукой своей щеки. Влажная. А слезы все еще текли из глаз. Я вытерла их, смахивая последствия страшного сна, и ответила:

— Да. Кошмар приснился, — белый лис свел бровки вместе, но сделал верные выводы и спрашивать ни о чем не стал.

— Я с тобой, — цесаревич обнял меня, обвивая пушистым хвостом. В ответ, я начала гладить его по спине. — Мы слишком долго спали. Осталось мало времени. Я должен рассказать тебе про твоего мужа.

В этот момент он выглядел настолько серьезным, что, казалось, передо мной стоит не ребенок, а взрослый оборотень. Я кивнула ему, позволяя говорить дальше.

— Лиен, эльфийский король, частично, совсем чуть-чуть, но, все-таки, является, хоть и не совсем…

— Висаар, — перебила я его, требовательно посмотрев на мальчика-оборотня, чтобы тот не тянул кота за хвост.

— Эх, ладно! Короче, твой муж — оборотень!

________________________

Алиос* — звезда, вокруг которой вращается Лаэргия (на подобии нашего солнца).

Лая* и Нари* — спутники Лаэргии.

Хариан* — самая близкая к Санэю звезда.

Марэй* — вторая по величине звезда, после Хариана.

Санэй* — галактика, где находится Лаэргия.

Меллэрия* — цветок благополучия. Переносное значение: "У них в доме растут меллэрии!" — значит, у них все отлично.

Часть 21

— Твой муж — оборотень!

В голове заиграла 5 симфония Бетховена. Да-да, ты самая, где "та-да-да-дам… Та-да-да-дам". Да и вообще, сейчас, моя голова напоминала музыкальную шкатулку, где смешались все песни и звуки, подходящие к этой ситуации. От простого: "Там-там-та-а-ам!" — до протяжного пения: "What the fu-u-uсk!" — и заканчиваясь словами: "Вот это поворот!". Иначе говоря, я была удивлена данной информацией.

Мой разум поделился на 2 лагеря. В первом играла вышеупомянутая музыка, а я повторяла: "Оборотень! Оборотень, твою дивизию!". А вот во втором царило спокойствие, позволяя нормально анализировать ситуацию. В принципе, если хорошенько подумать, то можно понять, почему Тенебрисель относится к семейству пушистых. Он часто рычит, мурлычет, волосы иногда встают дыбом, да и вообще, его поведение очень схоже с поведением оборотней. А в последнее время, у него даже зрачки становятся вертикальными. Оставался только один вопрос: как так вышло?

Давайте-ка подумаем. Силлирен — брат Тенебриселя, но он не вел себя, как оборотень. Странно… Так! Тен же перенял почти всю силу матери! Значит, бывшая королева тоже была оборотнем (частично)! Нет, не сходится. Я не замечала за ней нетипичного поведения… Но если брать за основу учебник расоведения, то все становится ясно. Мужчины данной расы больше подвержены влиянию зверя, чем женщины. Поэтому, у моего короля чаще проскальзывают повадки оборотня. А почему ни у моей второй мамы, ни у мятной подушки нет внешних признаков животных? Наверно, кровь эльфов почти затмила оборотней, оставляя лишь силу, магию и (совсем немного) поведение зверя.

— Слушай, — начал Висаар. — Мне уже тебя жалко становится. Тебе рассказать, почему этот полукровка — оборотень?

— Да, но давай, я сначала скажу свои предположения, а ты меня дополнишь. Хорошо? — лис кивнул. — Тен перенял силу от матери, значит, она тоже является полукровкой. Внешних признаков нет, что указывает на то, что эльфийская кровь доминирует над кровью оборотней.

— Почти верно. Но это больше похоже на пробуждение, чем на смешивание рас. У эльфийского короля есть зверь внутри, но он не похож на нашего. У нас зверь — это отдельная душа с совершенно другим телом, которой ты можешь управлять. А у него… Даже не знаю, как сказать… Кажется, что душа зверя переплетена с его душой… Я не понимаю… Прости, — мальчик грустно опустил ушки, а я погладила его по голове.

— Не страшно. Ты итак дал мне достаточно информации. Спасибо, Висаар, — я поцеловала его в умный лобик, а он еще больше загрустил.

— Вы завтра уезжаете, да? — его нефритовые глазки жалобно посмотрели на меня.

— Да. Но когда все закончится, я буду тебя навещать и всегда жду в гости, — белый лисенок улыбнулся, виляя хвостом. А потом, привстал и чмокнул меня в губы, обнимая.

— Если что, то можешь развестись со своим мужем. Я всегда готов принять тебя и сделать своей женой, — его улыбка стала шире, обнажая клыки.

— А я смотрю, ты времени зря не теряешь!

***

Вновь перед глазами эта картина. Слуги в спешке собирают вещи, погружают их в линхорты, а мой муж руководит процессом. Спокойно раздает указы, а если кто-то оплошал, то достаточно одного взгляда, чтобы слуга (эльф или оборотень, неважно) вмиг скукожился, уменьшаясь в размерах, из-за страха.

А я, в это время, прощалась с императорской семьей. Альра крепко обняла меня, желая легкой дороги, а цесаревич галантно поцеловал мою руку, попросив наклониться. Он снова чмокнул меня в губы, напоминая о своем предложении. Лица его родителей нужно было видеть! Они знатно ошалели от заявления их сыночка. Но я лишь улыбнулась, гладя его по беловолосой головке, и сказала, что он найдет себе жену покруче меня.

— Лиен, садись в линхорт. Мы выезжаем, — сказал мой супруг, подходя к оборотням голубых кровей.

В моем сердце неприятно защемило. Он не приобнял за плечи, не назвал своей милой или маленькой, лишь кинул в меня холодную фразу. Мне так не хватает его…

Память воссоздала в моем воображении вчерашний сон. Хоть это и был кошмар, в нем я смогла наконец обнять своего мужчину. А сейчас… Сейчас хотелось плакать. Может, я раскисла в этом мире, но чувствовать со стороны эльфийского короля лишь холод — невероятно больно, хотя раньше, мне было бы глубоко плевать на это. Как говорится: не страшно, если ты один, страшно, если ты одинок в толпе.

Я залезла в машину, закрыла дверь и устроилась на кожаном диванчике в углу. Все, что здесь находилось, вызывало дикое жжение внутри. В этом салоне мы веселились, пили вино, заплетали друг другу волосы, лежали друг на друге, словно на подушках, занимались… кхм-кхм… Короче говоря: мне было больно и горько.

Послышался глухой щелчок. Дверь автомобиля открылась, являя брюнета. Он спокойно прошел к дивану и сел недалеко от меня, но не рядом. Если вытянуть руку, можно коснуться его ровного носа, острых скул, тонкой линии губ, пепельных прядей, длинного уха с брачной серьгой… Но я отвернулась к окну, делая вид, что там есть что-то интересное. Тенебрисель фыркнул, но говорить ничего не стал.

Линхорт мягко тронулся, и однообразная картинка за стеклом начала стремительно меняться. А мы с супругом погрязли в тяжелом молчании. Пару раз пытались поболтать, но разговор не клеился. И опять нас окутала тишина. Не думала, что она когда-нибудь будет меня так раздражать. Но сейчас, она меня бесит.

— Лиен, — его баритон был как гром среди ясного неба, но я была благодарна, что он прекратил эту адскую пытку, — нам нужно поговорить.

— Если ты не заметил, то мы это и пытаемся сделать, — жутко захотелось повредничать. ПМС что ли? В этом мире у женщин нет месячных, но никто не говорил, что я не могу раз в месяц превратиться в стерву!

— Я серьезно, — выдохнув, заявила ушастая зараза. Я повернулась к нему лицом, ожидая его дальнейших действий. — Давай признаем, мы оба были не правы. Как я, так и ты. Я был очень зол и сказал лишнего… Я понимаю, что поступил неправильно. Милая, прости меня. Давай помиримся, хорошо? — мужчина развел руки в стороны, приглашая меня в свои объятья, но удостоился скептического взгляда с моей стороны.

Больше книг на сайте - Knigoed.net

— Вот так просто?! Тенебрисель, ты дурак! Да ты хоть представляешь, насколько тяжело я переживала эти дни! Ты игнорировал меня! Не обнимал, не целовал, не называл меня своей милой, рядом со мной не садился, даже спал на другом конце кровати! Про твой холодный взгляд и тон я вообще молчу! И сейчас, ты просто говоришь: "Давай помиримся," — будто мы поссорились из-за какой-то мелочи час, а не несколько дней назад! — глаза наполнились слезами, которые должны были вот-вот хлынуть. — Ты… ты зараза ушастая! Собственник остроухий! Чертов король! Дурак! Как же я тебя ненавижу! Ненавижу! Какая же я дура, что полюбила тебя! — и в подтверждение своим словам, я кинулась к нему в объятья.

— Прости… Прости меня, моя маленькая, моя богиня, моя самая любимая и ненаглядная. Моя алкогольная конфетка, прости… Я дурак. Мо Лиен, прости, что снова сделал больно, — шептал бывший принц, сильнее сжимая меня в своих объятьях. Но честно, весь мой гнев спал на нет. Его горячее дыхание, запах мяты, сильные руки… Я растаяла в нем… Боги, как я соскучилась по этой заразе! По моей заразе!

— Мне тебя так не хватало… — тихо ответила я. — Я так скучала по тебе, — я обвила шею короля руками и прикусила мочку уха. Сейчас, я хотела только одного: впустить его в себя, почувствовать неимоверную близость его обнаженного тела, слышать немного сбившееся дыхание и ласковые слова около своего ушка. Так хочу…

— Моя богиня, я тоже скучал… — брюнет уже целовал мою шею, медленно подбираясь к искусанным губам. — Я голоден… — прохрипел он мне в уста. — Так голоден… — в голосе слышались мольба и приказ одновременно. Эльф спрашивал у меня разрешения, но показывал, что ответа: "Нет," — он не примет.

— Тогда… — соблазнительно прошептала я, — съешь меня.

— Вроде бы ты у нас вампирша, — Тен предвкушающе улыбнулся, а взгляд стал томным и хищным. В это время, он уже расстегнул почти все пуговицы моей рубашки.

— Значит, я съем тебя, — я открыла рот, чтобы показать клыки и всю серьезность своих намерений, но мятный король быстро проник своим языком внутрь.

Как и всегда, Тенебрисель действовал уверенно. Я не заметила, когда он и я остались без одежды. Но это меня мало волновало. Главное — мы помирились и получили то, чего давно желали. Но сегодня, скорее этот собственник съел меня, чем я его.

Часть 21.2

***

Дорога предстояла длинная. Часов 5 по суше и еще 6 под водой. Ага, под водой (русалки же).

Вообще, считается, что Русалье Царство — это все океаны Лаэргии, из-за чего, как раз-таки, русалки очень гордые и высокомерные. Считают себя пупами земли, относя остальные расы к сухопутным букашкам, которым, конечно же, не сравниться с правителями вод. Драконы, демоны и эльфы дружно забили на этих выскочек, говоря: "Ой, да боги, с вами!" — и не пытаясь доказать им, что они не такие уж и важные персоны. Просто, кивали головками и соглашались со всеми их словами, будто доктора с душевно-больными. Остальные жители Лаэргии тоже не лезли, хоть и закатывали глаза при упоминании русалок. Только орки с их прямолинейностью не стали терпеть этих напыщенных рыбок, из-за чего, теперь, эти 2 государства враждуют.

Вечером (часов в 9) мы уже будем в Акнасире (столице Русальего Царства). Интересно, как там все? Может, столица выглядит как затопленная Атлантида? Или как замок из диснеевской русалочки? А как жители вод одеваются? А дома какие? А выглядят как? Как показал мой опыт, то, что нарисовано в книжке, и реальность сильно отличаются друг от друга. Так что, я ждала с нетерпением, когда же мы приедем в Акнасир. А пока, я смотрела из окна на леса, поля, горы, наслаждаясь легким вином (а говорила, что пить больше не будет! Ага! Как же!).

— Моя алкогольная конфетка, у тебя еще остались силы? — мой супруг нежно обнял меня сзади, прижимаясь к спине голым торсом (мы же еще не оделись).

— Немного, — я повернулась к самому лучшему в мире мужчине, поставив фужер на специальную подставку. Я заправила за ухо темные растрепавшиеся волосы, и спросила у их обладателя: — А почему ты называешь меня алкогольной конфеткой?

— Ну… — Тенебрисель приблизился, и от его лица до моего оставалось пару сантиметров, — потому что ты пахнешь шоколадом. А когда выпьешь, аромат шоколада смешивается с алкоголем. И получается очень вкусная сладость, которой всегда мало… — король заговорчески посмотрел мне в глаза, облизнув мою нижнюю губу. — Ммм… как вкусно…

— Эй, ты меня уже съел один раз! Кто здесь вампир, я или ты? — вообще, ему можно меня "есть", ведь, он — оборотень, но сам полукровка-то об этом не знает, значит, не считается!

— Так ты хочешь меня съесть? А я думал, тебе нравится, когда я доминирую. А ты, оказывается, вот какая… — его очи хитро блеснули.

— И какая же я?

— А вот такая. Садистка, которая хочет доминировать над мужчиной. Тц-тц-тц! Не ожидал от тебя такого!

— Эй! — я быстро покраснела, заставляя этого извращенца улыбаться еще шире. — Я не извращенка, в отличии от тебя! И уж тем более, не садистка!

— Сказала та, которая постоянно царапает или оставляет порезы от клыков на моем теле. А один раз целенаправленно меня укусила. Ай-яй-яй, Лиен. Врать не хорошо!

— Тенебрисель, я сейчас тебя, и вправду, покусаю!

— О чем я и говорил. Садистка! — его победная ухмылка одновременно и раздражала, и смущала, и вызывала желание. Но брюнет пошел дальше и, почти касаясь моего уха, прошептал, мурлыча: — Но я не против. Можешь побыть сегодня главной. Мне интересно, что ты будешь делать. Так что, давай, кусай.

Грудь заходила ходуном, быстро вздымаясь и опускаясь. Клыки — видимо, сговорившись с остроухим собственником — заныли и увеличились в размерах. Вот же! Ну и ладно! Раз вы так хотите, то будет вам укус! Чтоб тебе чесалось потом, извращенный эльф!

Я быстро вонзила острые зубы в шею мужчины. Он, не ожидавший такого, зашипел от боли. Хочет, чтобы я доминировала? Да пожалуйста! Сейчас все устроим! Вот только, все мои старания были напрасны. Тен, опять оказался ведущим в нашей партии…

— Ты… ты же обещал! — из-за сбитого дыхания и близости с эльфийским королем, было тяжело говорить. — Обещал… что… а-а-а… — он укусил меня за мочку уха, проводя рукой по спине, заставляя выгнуться. — Что я буду главной!

— Разве? — хоть мужчина немного запыхался, но от этого довольная ухмылка с его уст никуда не делась. Он остановился, из-за чего я недовольно заерзала бедрами, а улыбка на аристократичном лице стала шире. — Я сказал, что ты МОЖЕШЬ ПОБЫТЬ главной. Но я не говорил, что не возьму инициативу на себя.

— Ах, ты! — договорить мне не дали, заткнув рот поцелуем.

Часть 21.3

Вот что за зараза! Я, конечно, люблю Тенебриселя, но иногда он меня так раздражает! А эта наглая ухмылка, хитрый блеск в глазах и взгляд победителя! Беси-и-ит! Подумала я, лежа на груди моего милого, пока тот ласково гладил меня… Да и мурчала я от этих прикосновений не хуже кошки… И все же, люблю эту заразу.

Линхорт остановился. Видимо, мы проехали уже 5 часов на суше (ого, как время быстро летит!), и наступило время отдыха. Сейчас, водители передохнут часок, мы дождемся сопровождающих нас русалок и поплывем в Акнасир (или поедем по дну?).

Мы с королем аккуратно встали, оделись, и мой взгляд наткнулся на окно. Вернее, на пейзаж за ним. Офигеть! Я быстро выбежала из машины, вдыхая запах океана и, как истинное дите, побежала к воде, не веря своим глазам.

Океан! С ума сойти, настоящий океан! Голые скалы с острыми верхушками, тропические растения, золотой песок и бескрайняя водная гладь, на которой играют лучики солнца. Чайки (или не чайки) кричали, кружась над здешними пальмами, небольшие рыбки иногда выныривали, виляя разноцветными полупрозрачными хвостами, а лазурные волны спокойно накатывали, разбиваясь об могучие выступы гор. Ух ты! Неужели это пена! Самая настоящая пена! Интересно, а какая она на ощупь? Как мыльная пена в ванной или, просто, как вода? Хочу потрогать!

Я сняла с себя сапожки, задрала кожаные брюки до колена и побежала по горячему песку на встречу к своей детской мечте. За мной оставались следы, которые быстро разгладятся, когда будет следующий приток. А он не заставил себя ждать. С шумом, волны хлынули на берег. Прохладная вода заставила меня поежиться и визжать от восторга. Она аккуратно обволакивала сначала пальцы, потом, ступню, и, добравшись до щиколотки, начала отступать. Меня переполняло чувство эйфории! Как же это здорово!

— Ты никогда не видела океан? — спросил подошедший ко мне бывший принц.

— Нет, — прошептала я, затаив дыхание, в ожидании следующего притока. Вода вновь коснулась моих ног и будто звала меня, предлагая зайти глубже.

— Я счастлив, когда вижу твою улыбку, — эльф приобнял меня за плечи, целуя в висок. — Если хочешь, погуляй здесь, пока не прибыли сопровождающие. Здесь с тобой ничего не случится, так что я спокоен.

— А можно поплавать? — с надеждой в глазах, спросила я у мужа.

— Поплавать? Да, можно. Но не заплывай слишком далеко, чтобы я тебя видел. Течение сильное, можешь утонуть.

— Хорошо, папочка! За буйки не буду заплывать! — брюнет усмехнулся.

— Не знаю, что такое буйки, но, видимо, ты меня поняла.

— Тен, а у нас есть купальники? — нет, ну здесь в одежде как-то не хочется купаться.

— Купальники? — в глазах мужчины был вопрос, что это за купальники такие. Я начала объяснять, и до эльфа дошло, что от него хотят. — Все понял. У нас это называется нэльн. Я прикажу служанкам, чтобы принесли тебе.

— Спасибо! — я чмокнула его в щеку и побежала по песку, наблюдая, как вода стирает за мной все следы.

Вскоре, служанки принесли мне сиреневый раздельный купальник, низ которого напоминал юбку, и помогли мне одеться. Блондинка Танкэя и шатенка Лаирия сказали, что мне очень идет такая модель купальника, а вот Аурэния (наша эльфийская орчанка) заявила, что этот наряд, хоть и милый, но выделяет мою грудь. Ладно, переживу. Это же не мини-бикини, где абсолютно все на виду и грозится выпасть, так что не страшно.

Девушки ушли помогать в лагере, а я разбежалась и нырнула в воду. Да… Это вам не река или озеро! Ощущения совсем другие! Я поплавала на поверхности еще немного и решила окунуться с головой. Под водой тоже было много всего интересного! Кораллы, водоросли, маленькие и большие (но не хищные) рыбки и прочие обитатели морского дна. Как же это все прекрасно (учитывая то, что я могу дышать под водой). Я вынырнула, чтоб посмотреть, не далеко ли я уплыла (не хочу заставлять моего мужа беспокоится за меня), но сзади раздался идеальный мужской голос:

— А ты красивая, хоть и с суши, — надменные нотки в обращении выдавали своего обладателя с головой. А когда я обернулась, то мои догадки подтвердились. Передо мной был русал.

Часть 21.4

Ну-с, с такой внешностью можно побыть немного высокомерным (НЕМНОГО, а не постоянно). Большие серые глаза, напоминающие грозовое небо, с длинными ресницами, прямой нос, чуть пухлые губы, на которых застыла усмешка, скулы с бордовыми чешуйками, густые брови и длинные прямые волосы темно-алого цвета, как и чешуя. Также широкие плечи, узкий таз и накаченное тело с красивым рельефным торсом. Короче, идеальная внешность идеального мужчины с неидеальным характером и завышенным ЧСВ. Но мне было глубоко плевать на всю эту идеальность. Меня интересовал не столько сам мужчина, сколько его жабры на шее, перепонки и хвост! О да! Хвост был роскошным! Гладкая чешуя переливалась на свету от темно-бордового до ярко красного, большие плавники медленно двигались, благодаря чему русал держался на плаву, но, к сожалению, из-за бликов на воде я не могла рассмотреть нижний плавник (вот блин).

— Детка, перед тобой невероятно красивый мужчина, а ты на хвост пялишься! — сказал немного обиженно красноволосый, упираясь руками в бока, еще больше демонстрируя свое тело. Не спорю, оно довольно соблазнительно блестит, да и хвост начинается слишком низко, заставляя краснеть, но это же настоящий рыбий хвост!

— Я видела много красивых мужчин, а вот хвост впервые вижу! — я продолжила рассматривать самую интересную часть в невероятно красивом мужчине, меняя градус обзора, чтоб увидеть продолжение хвоста под водной гладью. А русал нахмурился и сделал небрежный пас рукой. Миг, и волны унесли меня к нему, из-за чего я уткнулась носом в его грудь. Черт, а я только нашла хороший ракурс!

Я подняла голову и недовольно уставилась на этого обломщика. Сероглазый высокомерно улыбнулся и сказал:

— Теперь, ты не сможешь смотреть туда, сухопутная богиня, — парень приобнял меня за талию, и заправил прядь волос за ухо. О боги! Какие у него сногсшибательные уши! По размеру, как человеческие, но с чешуей и плавниками!

— Какая красота! — восхитилась я.

— Наконец-то до тебя дошло, — сероглазый гордо вскинул голову, из-за чего свет начинал играть на полупрозрачных бордовых перепонках.

— Какие поразительные уши! — я вновь обломала хвостатого, отчего он сурово посмотрел на меня (даже правый глаз немного задергался).

— Да что с тобой не так, черт возьми?! — мужчина сжал мои плечи, немного отодвинув от себя.

— Все со мной не так! Но у тебя такие классные уши и хвост! И плавники такие красивые!

— Я знаю, что я великолепен! Но я, знаешь ли, еще и мужчина. Поэтому любуйся моим телом! Не каждому выпадает эта великая честь! — мда уж… Слухи правдивы. Русалки — обладатели о-о-очень завышенной самооценки.

— Хорошо-хорошо! Прошу прощения, за такое не почтительное отношение к столь идеальному мужчине! — попыталась произнести фразу серьезно. Почти получилось. — Могу ли я поинтересоваться вашим именем?

— Прекращай этот фарс. Я не люблю подобное. Мое имя — Рисанит. Но тебе, детка, я позволяю звать себя Рисом, — зашибись. Рис. В моей голове сразу возникли ассоциации с бурым рисом (так как у Рисанита бордовые волосы) и с Восточно-Азиатскими странами (а это не знаю почему. Просто, представила его в кимоно). Ладно, допустим. — А твое имя я знаю. Лиенилде — Дитя Богов. Не будь у тебя подобного статуса, я даже и не подумал бы плыть сюда. Хотя ты довольно красива для сухопутной. Даже красивее русалок. Я делаю тебе комплимент, будь благодарна, — ну, так себе комплимент, но он пытался.

— Спасибо.

Бурый рис (буду звать его так) притянул меня к себе, взял за подбородок и потянулся к моим губам. Я быстро отпрянула.

— Эй!

— Что? — невозмутимо спросил русал.

— Я, вообще-то, замужем!

— И что? Мы же просто немного позабавимся. Не вижу в этом ничего плохого.

— Позабавимся? Извини, но я не изменяю своему мужу!

— Детка, не волнуйся. Один раз можно, — он взял мою руку и прикоснулся ей к своему торсу, начиная гладить рельефные мышцы. — Ты же сама этого хочешь.

— С чего ты взял? — моему возмущению не было предела.

— Меня все хотят, — нет, ну это уже перебор! Как можно быть настолько самолюбивым?! — Хватит ломаться.

— Хватит меня домогаться! Повторюсь, я своему мужу не изменяю! Во-первых: я его люблю, во-вторых: у меня есть принципы. Так что, будь добр, отпусти меня! — Рисанит сверлил меня взглядом, но все же выпустил.

— Я рад, что увидел тебя прежде, чем ты увидела меня. Мы скоро встретимся, сухопутная богиня. Пока, — мужчина загадочно улыбнулся и быстро уплыл, открыв телепорт в воде. Ого! А он достаточно силен, раз может так просто открывать порталы.

Так, Люда, все. Хватит с меня плаванья на сегодня. Пойду лучше к Тенебриселю.

Когда я пришла, оказалось, что до нашего отбытия оставалось минут 20 (хорошо я так покупалась). Я переоделась в неудобное, хоть и красивое платье сизого цвета с пышной юбкой и кружевными рукавами, а эльфийки заплели мне мудреные косы, оставляя часть волос распущенной. Если честно, я не понимала, почему мы одеваемся сейчас (6 часов плыть будем! Зачем так наряжаться?). Тен мне пояснил, что царь океана смилостивился над нами — что странно, для русалки — и решил открыть телепорт в столицу. Поэтому, до Акнасира мы доберемся за час (ура!).

— Смотри внимательно, — мятный король указал на океан. — Сейчас они появятся.

И вправду, через мгновение волны стали выше, и из бурлящих вод вышел десяток сопровождающих нас русалов в латных доспехах. Именно вышли. Ага, на двух ножках. Это первая ипостась русалок (хвостатая является второй), поэтому их можно было спутать с эльфами, если бы не жабры, чешуйки и перепончатые уши.

— Я — Канисам Талир — предводитель сопровождающих, посланных Его Царским Величеством и Повелителем океана, рад приветствовать вас, король и королева Эльфийского Королевства, — зеленоволосый капитан склонился перед нами, а за ним повторили и все остальные.

Брюнет, находящийся за моей спиной, одобрительно кивнул и пошел к линхорту, потянув меня за собой. Когда все наши эльфы были в машинах, русалки начали колдовать, погружая наши транспортные средства в пузыри, через которые вода не сможет проникнуть внутрь. А дальше, мы поехали прямо в океан. Было удивительно наблюдать, как мы спускаемся все ниже и ниже, погружаясь в воду. Я даже немного побаивалась. Мне казалось, что вот-вот и мы утонем. Но мой супруг успокаивающе гладил меня по руке, из-за чего волнение как рукой сняло, и я наслаждалась видом из окна. Да… Прекрасный вид… Кораллы, водоросли, крабы, рыбы… Даже не верится в это.

— О чем задумалась? — спросил у меня мужчина, до сих пор не отпуская мою руку.

— Да так. Когда я купалась, то повстречала одного русала. Он сказал, что рад, что увидел меня прежде, чем я его. Не могу понять смысл этих слов.

— Русалки — они такие. Часто говорят загадками. Лиен, ты не смотри, что они высокомерны. На самом деле, они очень умные и прогресс в их государстве идет быстрее, чем в других странах. Но, маленькая моя, меня больше волнует, откуда там взялся русал? Это была закрытая территория, вход на которую строго запрещен… — эльф нахмурил брови, потирая подбородок. — О чем вы с ним говорили? — в голосе послышались ревнивые нотки.

— Он красовался передо мной своим телом. Не волнуйся, мо Тен. Единственное, что меня в нем привлекло — это плавники и хвост!

— Хвост? — мужчина вопросительно выгнул одну бровь.

— Да! У него был такой шикарный хвост! А как чешуйки красиво переливались на солнце! А плавники так блестели!

— А тело?

— Что тело?

— Тебя оно не интересовало? У русалок, как и у вампиров, есть обаяние. правда, оно работает немного иначе. Эти полурыбы завлекают своей идеальной внешностью. Неужели тебе не было это интересно?

— Тенебрисель, меня в том русале по-настоящему интересовал только хвост. А на его идеальную внешность мне плевать. Ведь, самый лучший мужчина сейчас передо мной, — я чмокнула его в губы, обхватив лицо руками, а бывший принц улыбнулся, притягивая меня поближе к себе.

Все было хорошо, но через пару минут, я поняла, что ненавижу большие порталы! Серьезно, я очень тяжело переносила этот переход! Хоть мятная подушка и сказала, что для первого раза подобная реакция нормальна, легче мне от этого не стало. Голова болит, меня тошнит, тело ломит! Ужас!

Но увидев картину за стеклом, я обомлела и забыла про все свои невзгоды. Так вот ты какая, столица русалок! Даже подумать о таком не могла! Я думала, что здесь будут замки и прочее, а это… Это Япония под водой (или Китай, или Корея)! Высокие, многоэтажные здания с забавными крышами из черепицы, множество магических светильников и куча ярких вывесок! С ума сойти! Но не успела я насладиться городом, как предо мной вырос дворец. Мамочки… Вот, Люда, хотела раньше побывать в Японии и увидеть императорский дворец — получите и распишитесь!

Огромные врата открылись перед нами, и лимузин быстро въехал внутрь. Мы с Тенебриселем решили не тянуть кота за хвост и сразу же направились к Царю океана (чье имя нам так и не назвали. Не положено, видите ли, называть простому народу повелителя по имени). Церемониймейстер объявил о нашем прибытии, мы вошли в огромный зал и мои глаза начали медленно увеличиваться в размерах. На троне, нагло ухмыляясь, восседал Рисанит.

Часть 22

"Овощнуться" — заменила я в своей голове ругательство. Час назад, он приставал ко мне, а теперь на золотом троне восседает! И сейчас, блин, сразу видно — это царь! Владыка Русальего Царства и Повелитель Океана, а не просто русал с завышенным ЧСВ! Теперь, мне стал понятен смысл его слов. Он увидел меня прежде, чем я его. Он знал, кем я являюсь, а я увидела его истинную личину только сейчас. Твою дивизию…

Кстати, помнится, я его в кимоно представляла. Так во-о-от, Рис в кимоно. Да еще в каком! Черное, шелковое с серебряной вышивкой, изображающей морского змея (символ русалок), и с широким бордовым поясом. Также на Рисаните была тиара из красного и белого жемчуга, что располагалась на лбу. А еще черные штаны, выглядывающие из разрезов кимоно. И я не просто так акцентирую свое внимание на этом. В замке не было воды, из-за чего мы спокойно дышали и ходили. Вот и русалки не плавают, а ходят. Поэтому, вместо шикарных хвостов у них ноги. Лишь бесподобные уши, чешуйки и жабры остались неизменными.

В это время, царь встал и вальяжно прошел к нам, не сводя с меня взгляда, будто упиваясь моим удивлением. Его улыбка становилась все шире, а вот аура рядом с Тенебриселем стала тяжелой, почти удушающей. Эмоции короля я чувствовала, как свои. Осознание, раздражение, злость и ревность, скрывающиеся за маской холодной вежливости. Я прикоснулась к его руке (что не поощряется этикетом, но у нас критический случай), легонько гладя длинные пальцы. Мужчина беззвучно выдохнул через нос, успокаиваясь и отвечая мне тем же действием. А Повелитель Океана остановился в нескольких метрах от нас.

— Я рад вас приветствовать, король Тенебрисель рин Аран и королева Лиенилде рин Аран в моем царстве. Мое имя, скорее всего, вы уже знаете. Я — Рисанит Домисури, царь этого прекрасного места и Повелитель Океана. Предлагаю вам лично отобедать со мной, а сопровождающих отправить отдыхать, — если в глаза не смотреть, то можно подумать, что он разговаривает с нами на равных. Но серые очи показывают все высокомерие своего обладателя.

— Это честь для нас, Ваше Царское Величество, — мой муж, спрятав все свои эмоции куда поглубже, немного наклонился, а я сделала легкий реверанс. Но молчала. Как рыба молчала. А что мне сказать? А мне сказать нечего (у меня шок!). Так что, побуду еще немного немой.

Бурый рис (а мне можно его так называть? Ну, он не узнает, значит можно) элегантно развернулся и небрежно махнул рукой, мол: "Идемте за мной, сухопутные (или холопы)". Наши эльфы, низко-поклонившись, ушли из тронного зала, а мы с брюнетом пошли за царем.

Во время нашего пути, я завороженно изучала взглядом помещение. И все же дворец прекрасен. Колоны из нефрита, мрамора или малахита с золотой росписью и инкрустацией из драгоценных камней, различные картины, высеченные прямо на стенах, пол, что был начищен до состояния зеркала, большие декоративные вазы и прочее. Здесь красиво, но пустынно и не уютно. Эдакая холодная красота. Прям как русалки: такая же прекрасная, но слишком высокомерная и неприступная.

Мы быстро дошли до столовой, не проронив ни слова. Комната поражала своими размерами и великолепием. Но, опять же, не уютно. Да и длиннющий стол был накрыт только на четверых. Интересно, а четвертый кто?

Рис сел во главе стола, мой супруг по правую руку от него, а я рядом с эльфом. Слуги принесли сначала легкие закуски и некий алкогольный напиток, названия которого я не знала.

— Лиенилде, — обратился ко мне русал, ухмыляясь, — это ликим — настойка из жемчуга и ягод лимиара. Я хочу, чтобы ты попробовала.

— Благодарю, Ваше Царское Величество, — красноволосый взял мой бокал и налил в него почти прозрачную жидкость, что немного отдавала фиолетовым.

— Детка, я же говорил, что ты можешь звать меня Рисом, — твою дивизию… провокатор фигов.

Послышался глухой рык и шумный выдох. Тена трясло от ярости, но он сдержался, окинув нас холодным взглядом.

— Ваше Царское Величество, — сквозь зубы прошипел полукровка, — это лишнее, — казалось, еще немного, и терпение эльфийского короля лопнет, и он загрызет наглого повелителя.

Часть 22.2

— Это еще почему? — русал, видимо, наслаждался злостью мятного короля. — Я что, не могу поухаживать за красивой леди? Детка, он у тебя какой-то нервный. Ты еще не устала от него?

— Вы нарываетесь, — прорычал полуоборотень. Он уже еле сидел на месте и готов был в любую секунду заехать кулаком по челюсти царю.

— Так! — теперь, шумно выдохнула я. — Я так понимаю, что могу к вам обращаться на "ты", верно? — спросила у бурого риса. Он кивнул, а эльф помрачнел еще больше. — Ну, раз я могу ко всем присутствующим обращаться на "ты", то скажу прямо. Уважаемый провокатор и ревнивый муж, если вы сейчас же не прекратите, я вас обоих убью. У нас даже трапеза не началась, а вы меня уже достали! — в подтверждение моим словам, глаза поменяли свой цвет на красный, а под ними проступили черные вены.

Может, мужчины и хотели что-то мне сказать, но увидев это, решили промолчать. Вот и правильно! Меня злить опасно!

Я аккуратно взяла хрустальный бокал за изящную ножку и попробовала необычный напиток. О боги, это самое лучшее, что я когда-либо пила! Легкая кислинка, переплетающаяся с оттенками граната и вишни, через мгновение приобретает всю яркость и сочность спелого персика, ненавязчиво благоухая при этом цветами (интересно, это у ягод лимиар такой необычный вкус или все дело в жемчуге?). Это шедеврально!

— Изумительно! — я попыталась скрыть всю гамму своих эмоций, так как это было бы моветоном. Поэтому, выдала лишь милую улыбку, кое-как сдерживая обаяние.

— Я знал, что тебе понравится, — повелитель Океана улыбнулся и был явно доволен собой.

Дальше наша беседа набирала обороты. Конечно, среди мужчин чувствовалось напряжение, но я всегда старалась свести на нет будущий конфликт. Правда, один раз, они меня вывели из себя и у меня "случайно" упали вилка с ножом, что воткнулись в кресла моих собеседников, рядом с головами. А вскоре двери в залу открылись, являя нам молодого парня.

Юноша в бело-голубом кимоно с длинными волосами цвета хвои, что были собраны в тугой низкий хвост, с ясными голубыми глазами и пушистыми ресницами, да и вообще довольно обворожительной и (как положено русалкам) идеальной внешностью спокойно вошел в помещение и поклонился.

— Добрый день, Ваши Величества. Прошу прощение за мою задержку, — о как. Вот ты какой, обладатель четвертого накрытого места за нашим столом.

— Этин, ты снова опоздал, — бурый рис нисколечки не сердился на своего подданного за эту оплошность и просто жестом указал сесть по левую руку от него. Хотя, честно, даже не представляю, как можно злиться на этого милашку с ангельским личиком. Смотришь, и улыбаться хочется!

— Прошу прощения, Ваше Царское Величество, — вновь раздался приятный голос "ангелочка", прошедшего к нам.

— Садись уже. Король и королева, хочу вам представить свою правую руку и главного советника — Этин Нагаси. Он еще молод, но умен не по годам, хоть и вечно опаздывает.

— Рад познакомиться с вами лично, — зеленоволосый кивнул головой, приветливо улыбаясь. Его взгляд быстро скользнул по нам, на миг остановившись на Тенебриселе.

— Мы также рады нашему знакомству с вами, — да, этот парень поступил ОЧЕНЬ грубо по отношению к нам (опаздывать на обед с личностями из высшего общества — это просто немыслимо!), но я никак не могла злиться на этого симпатяшку!

— Ваше Величество, обращайтесь ко мне на "ты", — и снова эта очаровательная улыбка.

— Этин, не мог бы ты сказать сколько именно тебе лет? — мне просто интересно.

— Мне 86, - для меня — это прилично, но для этого мира он, и вправду, еще молод.

— Лиенилде, а сколько тебе лет? — бесцеремонно спросил Рисанит. Мда… Очень "вежливый" индивид.

— А попробуйте угадать.

"Спорим, не угадают," — показала я на языке жестов своему супругу. Тот хмыкнул и ответил:

"Не угадают в любом случае. Давай лучше делать ставки, кто из них будет ближе к правильному ответу. Ставлю на красного!".

"Тогда, я на зеленого! А на что играем?"

"На желание," — улыбка на лице эльфа стала шире, а в глазах плясали бесята. Так и началась наша игра.

Часть 22.3

Ставки сделаны. Игроки начинают раунд!

— Хмм… — протянул Рис, изучая меня взглядом. — Тебе не больше тысячи… Ты слишком стеснительная, значит, тебе не больше ста лет. Возможно, ты даже младше Энита.

"Победа уже у меня в кармане. Готовься исполнять желание," — улыбка на лице эльфа росла, пока я продолжала молча удивляться.

"Посмотрим," — ответила я "победителю". Он хмыкнул и поднял глаза на зеленого русала.

— Энит, а как ты считаешь? — парень начал рассматривать меня, даже не боясь останавливаться на зоне декольте, что нервировало моего мужа.

— От 20 до 50 лет, не больше, — есть! Я в тебе не сомневалась, "ангелочек"!

"Я выиграла," — теперь победе радовалась я. Ха, Тенебрисель! Думал, все так просто? А вот фигушки! Но эльфийский монарх сдаваться не спешил.

— Почему ты так считаешь? — спросил мужчина у чешуйчатого гения.

— Ее Величество сказала, чтобы мы угадали ее возраст. Женщины говорят так если они намного старше или младше, чем считают другие. Также, если бы вам было хотя бы за 60, вы бы выглядели немного иначе. Более зрело, скажем так. А у вас телосложение еще не до конца сформировалось, что у совершеннолетнего эльфа быть не может.

Зашибись… Я еще и не доросла, оказывается. С одной стороны, это абсолютная победа, а с другой — обидно! До ужаса обидно!

— Она просто маленького роста, — прям по больному… Среднего я роста! Среднего! Это вы тут все высокие, а я среднего роста!

— Я не по росту это определил, — а как? Подождите-ка, я не понимаю…

Повелители двух держав нахмурились, также не совсем понимая советника, а потом до них дошло. Бурый рис заулыбался в 32 зуба, мятный король усмехнулся, сказав, чтобы никто не смел туда смотреть, и лишь я была в неведении. Но судя по их многозначительным взглядам, лучше мне ответа не знать. Но моя любопытность не давала мне покоя!

— А вы о чем? — я похлопала ресничками, вопросительно уставившись на своих собеседников.

— Я тебе потом расскажу, — отпив из фужера ликим, сообщил мне брюнет. А в глазах так неоднозначно волны плескались… Вот же ж!

— Детка, — взор бывшего принца помрачнел, но царь не обратил на это внимания, — мы отвлеклись от главного: сколько тебе на самом деле лет?

— 18, - красноволосый немного ошалел, но говорить ничего не стал.

Дальше, нам принесли главные блюда, среди которой, в основном, присутствовали… морепродукты. Русалки едят рыбу… Интересно, это за каннибализм считается? Так как все спокойно ели здешних устриц, кальмаров, осьминогов, омаров и тонко нарезанную рыбу, я решила спросить об этом у Тена позже, наедине (а то неловко получится). Но было вкусно, ничего не скажешь (я, вообще, рыбку обожаю!). Но вдруг в столовую вошел русал в форме стража и протянул какую-то бумажку правой руке владыки Океана. Тот нахмурился и выдал:

— Ваше Величество, простите, что говорю это за столом, но у нас серьезные проблемы.

— Опять странные вампиры? — в этот момент мы с моим супругом напряглись.

— Именно, — Рисанит нервно постучал пальцами по столу, а Тенебрисель сказал:

— Странные вампиры, значит? Рисанит, — во время разговора, эти двое начали обращаться друг к другу по имени, — раз зашла такая тема, то должен сообщить. В нашем мире идет война, которую развязали такие же странные вампиры, которых мы называем отступниками.

Часть 22.4

Король эльфов начал повествование, а русалы молча слушали его, хмурясь. Еще бы они не хмурились! У них серьезный враг сидит перед носом, а они даже не подозревали об этом!

— Мы считали, что эти вампиры не опасны. Но, все равно, приглядывали за ними. Каждый месяц приходили к ним, чтобы проверить, не делают ли они чего-нибудь незаконного. А странными считали потому, что там собрались личности всех мастей: как аристократы, так и обычный сброд. Мы проверили каждого жителя этого лагеря и послали отчет о них в Вампирское Королевство, откуда нам пришел ответ, что все эти вампиры чисты. Сами понимаете, если бы они были преступниками, то, получается, мы их укрываем от закона, а это вызвало бы огромный скандал… А они, оказывается, хуже простых бандитов… — в серых глазах, казалось, бушевал шторм, а длинные пальцы вновь барабанили по столу.

— А как вы проводили обыск их убежища? — Тен вопросительно уставился на мужчину, устало помассировав переносицу (когда же это все закончится, а?). — Не может такого быть, чтобы у них не было ничего запрещенного.

— Здесь, видимо, моя оплошность, — вклинился в разговор Этин. — Ответственным за вампиров я назначил проверенного временем подданного. Генерал Акансин Тамикава, как я считал, русал порядочный и ни за что не предаст корону. Скорее всего, он давал нам неверные показания… Химеры*…

— Химеры — не то слово! — владыка был в ярости, а его глаза все больше напоминали небо во время сильной грозы. — Как же так?! На службе уважают, денег достаточно, прекрасная жена, двое сорванцов и маленькая дочка…

— Шантаж! — хором выкрикнули мы с "ангелочком".

— Под удар могла попасть его семья! — сказал зеленоволосый. — С помощью этого им и манипулировали!

— Как-то не верится в это… Чтобы Акансин повелся на угрозу? Нет… только не он…

— Ошибаешься, — встрял брюнет. — Отступники достаточно сильны, чтобы угрожать. Если бы ваш генерал отказался, то, и вправду, мог бы лишиться семьи.

Снова раздался нервный стук пальцев по столу. Русал был в гневе, но держался и лишь раздраженно сказал:

— Этин, что там написали про этих странных вампиров?

— Генерала Акансина убили. На шее обнаружили след от укусов. Только есть 2 странности. Первое — выпили достаточно крови, чтобы он умер, но не больше. Второе — вряд ли эти химеры настолько глупы, чтобы целенаправленно указывать на свою причастность к убийству. Подчиненные генерала ждут ваших указаний.

Час от часу не легче… Так, Люда, собирай мозги в кучу и думай! Думай, думай, думай… Зачем они так поступили? Зачем…

— А что, если кто-то из отступников специально так сделали, чтобы указать на свою причастность? — мужчины уставились на меня.

— И зачем им это? — не понимал Рис.

— Не все отступники находятся там по своей воле. Может, кто-то из них захотел подставить остальных, подсунув вам улики против вампиров прямо под нос.

— Не будем исключать это вариант, — согласился царь. — Этин, прикажи солдатам уничтожить их лагерь. В любом случае, они виновны.

— Не стоит действовать так опрометчиво, — остановил русала мой муж. — По нашим данным, эти вампиры слишком сильны. Их охранные заклинания могут обнаружить даже дроу, да и сами отступники обладают огромной мощью. Вы можете просто лишиться солдатов, а вампиры только станут сильнее за счет их крови.

— В таком случае, лучше было бы действовать изнутри, но и этот вариант прогорает… — парень с голубыми глазами схватился за голову, пытаясь хоть что-нибудь придумать, как и мы все. Но мне повезло больше, ведь мою головушку вновь осенила идея.

— Я могу туда проникнуть! Немного подкорректируем внешность и все! Я же вампир, меня примут!

— Лиен, ты полукровка, а не чистокровный вампир, — запротестовал эльф.

— Это не страшно! Расскажу какую-нибудь душещипательную историю. Например… ммм… Вот! У меня мама — вампирша, а папа — эльф. Но отец бросил нас и оклеветал мою маму, сказав, что она отступница, из-за чего ее убили. Мне некуда было податься и я решила утопиться с горя, но случайно наткнулась на лагерь вампиров (он же, вроде бы, в пещере под водой находиться, да?) и ищу у них убежища! Ну как? — русалки одобрительно кивнули.

— Как мы подкорректируем твою внешность? Маскировка не поможет, тебя сразу обнаружат, — только Тенебрисель никак не хотел соглашаться.

— Я тьмой сверху накроюсь! Никто и не узнает, что это не моя внешность!

— Это слишком опасно, — а-а-а, вот в чем дело. Он волнуется за меня, вот и не соглашается.

— Если вы будете рядом с лагерем, то сможете прийти мне на выручку, в случае чего.

— Давай это потом обсудим. Применим твой план в крайнем случае, если не найдем ничего лучше. Все же, никто не поручит охранять тело Тхаэка абы кому.

— Я не ослышался? Тело Тхаэка? — переспросил Рисанит, хмуря брови.

— Да. У этих отступников находится тело Тхаэка, — глаза русалов увеличились в 2 раза от шока.

— Так оно же находится здесь, во дворце, — почти просипел Этин.

— В хранилище! Живо! — повелитель Океана вскочил со стула, опрокинув его, и начал открывать портал.

Через пару секунд, перед нами предстал серовато-голубой портал, что немного светился. Мы все запрыгнули в него и очутились перед огромными вратами, которые охраняли несколько десятков элементалей (охрану важных объектов лучше доверять элементалям. Они ни за что не предадут). Посмотрев энергетическим зрением, я обнаружила, что на нем висит куча охранных заклинаний, которые исчезли, стоило Рису только дотронуться до дверей. Но здесь, помимо обычных замков и охранок, был еще какой-то сложный механизм, который открылся, когда мужчина проделал мудреную комбинацию, состоящую из нажимания кнопок, постукивания, вливания энергии и прочего. Наконец, врата, сделанные из самого прочного метала, открылись и перед нами предстал гроб, закованный многочисленными цепями из маисана. Русал быстро пересек расстояние от дверей до железного гроба, начиная снимать оковы, которые больно обжигали его руки (видимо, сплав был сделан на 80–90 % из антимагического металла). Мужчина шипел и ругался, но это его не останавливало. Вскоре, Рисанит отодвинул крышку гроба в котором лежало связанное тело самого древнего вампира. Но стоило красноволосому дотронуться до трупа, как он превратился в прах.

— Подделка… ХИМЕРА ВАЗ ЗАГРЫЗИ! ПОДДЕЛКА! — царь гневно ударил по крышке гроба кулаком, разбив и без того израненные от ожогов костяшки. — ТВОЮ МАТЬ! — еще один удар и куча нецензурных выражений в адрес отступников. — Они не могли так просто попасть сюда… ЭТИН! Обыщи весь дворец, но найди мне предателя, который это сделал!

_____________________________

Химеры* — нечисть, обитающая в океанах Лаэргии. Мутировавший труп проклятых хищников. Химеры ядовиты и очень опасны. Также, это слово используется как ругательство.

Часть 23

Оставшиеся часы прошли нервно. Царь русалок не находил себе места от того, что его провели. Молодой советник раздавал указания страже, чтобы отыскать виновного в этом инциденте, но старались действовать максимально тихо. Мы с Тенебриселем тоже вызвались помочь. Наши темные эльфы патрулировали дворец, а мы с королем допрашивали осужденных. Круг подозреваемых был огромным, но нам удалось сузить его до одного русала. Это оказался обер-камергер. Оказалось, этот будущий труп решил, что быть на стороне вампиров намного лучше и выгоднее, чем постоянно прислуживать молодому царю. Элементали его знали, поэтому не забили тревогу, а с помощью специальных заготовленных заклинаний, которые дали ему вампиры (предельно ясно, кто на самом деле сделал эти заклинания), он смог без проблем войти внутрь и заменить тело Тхаэка на подделку. Конечно же, старый русал (ага, они тоже стареют) был приговорен к смертной казни за измену короне, родине и за сговор с отступниками. Как его пытали, я умолчу.

Когда же этот долгий день наконец-то подошел к концу, мы с моим мужем, быстро ополоснувшись, сразу завалились в постель, не осматривая убранство выделенных нам апартаментов. Эльф притянул меня к себе, а я порадовалась, обнимая его в ответ (целых несколько дней так не спали!). Через пару минут мы провалились в сладкие объятья грез.

Но и тут мне отдохнуть нормально не дали (да вашу ж дивизию!). Спала я беспокойно и постоянно просыпалась от того, что кто-то пытался проникнуть мне в мысли. Конечно же, в полудреме я соображала плохо и действовала по привычке, вбитой в меня Игнисом: "Если кто-то пытается взломать твой разум — это нехорошо!". Но после 10 (или 20?) пробуждения, мне надоело ставить ментальные защиты — которые, не смотря на их заковыристость, быстро уничтожали — и я просто послала всех куда подальше, понадеясь на "авось прокатит". Я спать хочу!

Но на самом деле, зря я так переживала. Во сне меня встретила уютная комнатка с камином и большой кроватью с красным балдахином. Также, на полу был пушистый, мягкий ковер шоколадного цвета, на котором были разбросаны деревянные мечи, какие-то игрушки и книжки. Книг, кстати, здесь было много. Огромные стеллажи, полки на стенах и свободное место на камине было заполнено всякими свитками, тетрадями и увесистыми фолиантами. Все это прекрасно, но меня тревожил мужчина, что сидел около камина на полу.

Потрескивающие пламя освещало широкую, ссутулившуюся спину, укутанную в черный пиджак. Каштановые короткие волосы были взъерошены, но их обладателю было плевать. Мужчина шумно выдохнул, немного устало сказав:

— Я уже не надеялся достучаться до тебя, — голос Молутэка вызывал противоречивые чувства. С одной стороны — ярость и отвращение, а с другой — жалость к его судьбе. — Ты ставишь очень хорошую защиту на свой мозг, было сложно взломать.

— Но мне еще далеко до тебя, — дополнила я его фразу. Голос не дрожал, но ноги, скованные страхом, приросли к ковру.

Вампир повернулся. В малахитовых глазах отчетливо была видна боль, горечь и вина. Он снова тяжело выдохнул.

— Не волнуйся, я не собираюсь тебе вредить. Я пришел, чтобы поговорить, — я, все равно, не двинулась с места. — Понимаю, я виноват перед тобой… перед всеми вами… Я отвратителен, но я хочу помочь. У тебя есть полное право меня ненавидеть, презирать и все в этом духе, но дай мне помочь вам… пожалуйста…

Поборов страх, я шагнула вперед и села в позе лотоса перед камином, в метре от клыкастого. Он улыбнулся, но в глазах все так же плескалась боль.

— Где мы? — спросила я, смотря на языки пламени.

— Моя детская комната. Я запомнил ее такой: все заставлено книгами и вечный беспорядок… Все думали, что это я всегда разбрасывал игрушки, но, на самом деле, это был Амотэк. Но я, как старший брат, брал ответственность на себя… Чудесное было время… — бледное лицо вновь озарила грустная улыбка, а руки опять взялись за голову, оттягивая волосы. — Это все моя вина… Если бы я был сильнее тогда, этого бы не случилось…

— Прошлого не воротишь, — заявила я. — Да и что бы ты смог сделать архимагу, будучи 11-летним ребенком?

— И то правда… — он еще немного помолчал, собираясь с мыслями. — Так, поскорей перейдем к делу. Я тебе о многом должен рассказать.

Часть 23.2

Молутэк вновь выдохнул и усмехнулся.

— Даже не знаю, с чего начать… Наверное, сперва я должен извиниться за свои прошлые деяния. Прости… за тот случай, — я вздрогнула, вспомнив тот отвратительный день. — И передай второму принцу мои извинения. Но если бы я так не поступил, было бы хуже.

— Я знаю. Фамитэк рассказал нам обо всем, — при упоминании сына мужчина растянул губы в улыбке. Да, сразу видно, Молу любит его.

— Вы уже придумали, как заберете тело Тхаэка? — резко сменил тему шатен.

— Не совсем. Мы только придумали, как проникнуть на базу отступников, да и то, не факт, что мы будем действовать по этому плану. Тен категорически против него.

— Просветишь? — я кивнула головой, но помедлила с ответом, нервно сжав пальцами край длинной белой ночнушки, в которой я была.

— А тебе точно можно доверять? — чтобы там Фамитэк не сказал, как бы хорошо себя вампир не вел рядом со мной, я не могла ему полностью довериться. А вдруг он сейчас узнает информацию и расскажет все Виктору? Я не могу так рисковать.

— Да. Не волнуйся, я на вашей стороне, а Виктор пока не знает, что я здесь и не узнает, о чем мы говорили. Я ручаюсь за это, — я скептически посмотрела на бывшего главу отступников. Тот уже в который раз устало выдохнул и встретился со мной взглядом. — Не удивительно, что ты мне не доверяешь. Ладно, можешь не говорить мне ничего, но запомни мои слова. Лучше действовать тихо и изнутри. Ты бы отлично подошла на роль шпиона и быстро бы втерлась в доверие другим вампирам. Но их предводитель — Ганэстэк фон Заирем — довольно жесток и строг ко всем. Одно неверное движение и ты труп. Но если ты сможешь ему понравиться, то это будет тебе на руку. Особенно, он ценит хороших лекарей. Еще, в их лагере есть нижний этаж, который наполовину заполнен водой. Если нырнешь и опустишься еще глубже, то сможешь увидеть проход с красным камнем сверху. Там лежит Тхаэк. Но его тело всегда находится под присмотром. Да и Виктор постарался, оборудовав все помещение охранными заклинаниями. Но ты сможешь их уничтожить. Кстати, не забывай развивать вампирские способности. Это тебе пригодится.

— Спасибо за помощь.

— Это меньшее, что я могу сделать для вас. А теперь, отдыхай, божественная иномиряночка, — щелчок пальцев, и я проснулась.

Все еще была ночь, а мой супруг все также прижимал меня к себе. Эх, Тенебрисель, видимо, тебе все же придется меня отпустить в логово отступников. Представляю, как ты будешь хмуриться и уговаривать меня найти дугой способ, но теперь, после разговора с Молутэком, я буду непоколебима. Надеюсь, ты сможешь меня понять и простить, мой остроухий собственник.

Я прикоснулась к его щеке и заправила седую прядь волос за ухо (будем надеяться, что за время моего отсутствия их не станет больше). Он медленно разлепил глаза, пытаясь сфокусироваться на мне (блин, не хотела его будить). Эльф перехватил мою руку, чмокнув ее в запястье, прижал меня к себе еще сильнее и сонно пробубнил:

— Спи, моя маленькая. Я с тобой, — от этих слов стало тепло и светло на душе. Я улеглась поудобней, вдыхая запах мяты, и спокойно проспала оставшиеся часы до рассвета.

***

— Нет, нет и еще раз нет! — запротестовал мой муж.

— Ну Тен!

— Я сказал нет, значит — нет!

Уже был день, и мы обсуждали план дальнейших действий. А так как все идеи были плохими, оставался только один вариант, который не нравился эльфийскому королю. Рисанит и Этин поддерживали мою идею, но в перепалку не лезли, посчитав, что целее будут (брюнет так грозно выглядел, что даже меня пронимало и я, время от времени, вздрагивала, но свою позицию отстаивала).

— Тенебрисель, если у тебя есть идеи получше, то предоставь их нам. Но таковых нет, так что, у нас нет выхода, — продолжала я настаивать на своем.

— Выход есть всегда! Мы просто его не видим! Но я не собираюсь рисковать тобой и посылать в место, кишащее нашими врагами! Это слишком опасно!

— Тенебрисель, Лиенилде права. Это лучший план, который у нас есть, — царь попытался вразумить этого упрямца, но тот одарил его таким взглядом, что повелитель сразу же заткнулся.

— Тен, хватит упрямиться! Я обещаю, что со мной ничего не случится! Все будет хорошо, слышишь? — грозовая туча в лице бывшего принца еще сильнее нахмурила брови и выдала непрошибаемую фразу:

— Мы обсудим это позже, — да твою ж!

Часть 23.3

Супер! Просто отлично! Эта ушастая зараза теперь будет игнорировать все, что мы скажем! После этой фразы, из него не выбьешь и слова на данную тему! Так, Люда, спокойно. Вдо-ох, вы-ыдох. Вспоминай слова мудрого Карлосона: "Спокойствие, только спокойствие". Главное — не опускай руки. А дальше, воспользуемся хитростью и будем надеяться, чо все получится.

Следующие пару часов мы посвятили опять-таки отступникам. Но не вампирам со звездочкой, а остальным, обычным. Вернее, их месторасположению (ну не может быть такого, чтоб во всем океане была только одна база этих фанатиков!). Вызвали Эрдэна (лица русалов надо было видеть! Это было нечто!) и дали нашему особенному виселю поручение. Он не особо был рад тому, что придется смотреть еще и под водой, но мы его успокоили и переложили данную задачу на разведчиков из подводного царства. Также мы решили, что пока что не будем нападать на клыкастиков, а просто разведаем обстановку. Мы должны создать ощущение, будто все еще слепые и не видим, что творят эти вампиры. Короче говоря: дураками будем притворяться.

А дальше началось самое интересное. Вернее, продолжился наш недавний разговор с мятным королем, но уже наедине и в наших апартаментах. Они, кстати, довольно уютные: большая кровать, диван у ее основания, еще парочка мягких кресел около окон, что были занавешены тяжелыми портьерами, тумбочки, туалетный столик и мраморные колоны. Все в темно-бирюзовых тонах и разбавлено позолотой и черным деревом. Но вернемся к делу.

— Тенебрисель, — я подошла к мужчине, что сидел в кресле, прикрыв глаза от усталости. Он разомкнул веки и жалобно посмотрел на меня. У него почти получилось, но мне позарез нужно с ним поговорить! — нам нужно поговорить насчет…

— Нет, — резко перебил меня он, не дав мне договорить. — Я своего решения не изменил и тебя никуда не пущу.

— Ты нашел план получше? — я так просто не сдамся!

— Пока нет, но я ищу его, — эльф снова прикрыл глаза и нахмурился, перебирая в своей голове разные варианты. Но, судя по его выражению лица, ни один не подходил.

— Тен, — я села к нему на колени, — перестань упрямиться.

— Я. Тебя. Не отпущу, — медленно отчеканил каждое слово брюнет.

— Тенебрисель, у нас есть шанс завершить эту войну сейчас! Если ты меня отпустишь, я смогу уничтожить тело Тхаэка и мы избежим ненужных жертв!

— Это слишком опасно! Я не хочу рисковать тобой!

— Но…

— Никаких но! Я тебе уже говорил, что наплюю на всю эту заварушку и запру тебя где-нибудь, если понадобится! Не вынуждай меня делать это! — король был раздражен, а зрачки в его глазах стали вертикальными.

Внутри что-то больно кольнуло от его слов. На глазах появились слезы обиды, а в горле застрял ком, мешающий мне сказать хоть что-нибудь. Казалось, я даже задержала дыхание, но ненадолго. Так, Люда, чего раскисла? Взяла себя в руки и включай мозги! Не выходит брать штурмом эту упрямую крепость, значит поступим иначе! Я своего, все равно, добьюсь!

— Мо Тен, — набрав в легкие побольше воздуха, я обратилась к своему мужу. Тот вновь посмотрел мне в глаза, ожидая, что я опять начну его уговаривать, — кто я для тебя?

Тенебрисель удивился, явно, не ожидав подобного вопроса. Но немного помолчав, ответил:

— Жена. Моя самая любимая женщина. Моя богиня, которую я люблю больше жизни. Моя милая, маленькая девочка. Невероятно сильная, но такая хрупкая… — он обнял меня и прошептал на ушко: — Ты та, кого я страшно боюсь потерять. Ты словно фарфоровая кукла. Только отвернусь, и тебя уже хотят разбить. Я боюсь в один момент недосмотреть и обнаружить на полу лишь осколки фарфора… Ты даже не представляешь, насколько сильно я волнуюсь за тебя…

— Моя ночь, — я обхватила его лицо руками и неловко спросила: — скажи, а ты видишь во мне… мать своих детей? — я давно уже хотела задать ему этот вопрос, но меня постоянно терзали сомнения. Эльфийский король вновь округлил глаза, но затем мягко улыбнулся, целуя мои руки.

— Конечно же. Я буду безмерно счастлив, если ты будешь носить под сердцем моего ребенка, — он ласково погладил мой живот своей рукой. От этого нежного прикосновения тепло разошлось по всему телу, успокаивая душу и будто наполняя ее светом. Казалось, у меня выросли крылья за спиной, а в сердце было так легко и хорошо. Вмиг все проблемы стали какими-то отдаленными, словно их и нет вовсе. — Ты хочешь? — эльф вскинул голову, а его сапфирово-изумрудные очи загорелись счастьем.

— Хочу, но не сейчас. Еще слишком рано, — король понимающе кивнул, а я продолжила: — Тен, я хочу, чтобы наш ребенок родился в хорошее время. Когда не будет войны. Я не хочу, чтобы он узнал всю эту боль. А ты хочешь подобного или того, чтобы наш малыш всю жизнь просидел взаперти? — эльфийский правитель помрачнел, но ответил:

— Нет.

— Тогда, прошу тебя, позволь мне пойти. Даже не ради мира. Ради нас и ради наших будущих детей. Пожалуйста, — Тен нахмурился и провел в молчании минуту, взвешивая все "за" и "против".

— Дай левую руку, — мужчина взял мое запястье и начал читать какое-то неизвестное мне заклинание.

На коже начал прорисовываться замысловатый узор с многочисленными вензелями, рунами и знаками. Красиво конечно, но этот светящийся рисунок обжигал. Я тихо зашипела от боли, на что брюнет начал успокаивающе меня гладить. Вскоре, эльф закончил свою работу и повторил подобное на своей руке.

— Это обеспечит нам ментальную связь друг с другом. Когда я наложу на тебя иллюзию, тебе придется снять обручальную сережку. Поэтому, каждый день, в любое удобное время, связывайся со мной и говори, как ты там, хорошо?

— Тенебрисель… — я кинулась к нему на шею, стирая проступившие слезы, и прошептала: — Спасибо огромное… Спасибо.

— Давай поверим связь. Иди в ванную, а я тебе пошлю свои мысли.

Я быстро встала и побежала в ванную. Как только я закрыла дверь, в голове раздался голос:

"Лиен, ты все такая же коварная женщина! Как тебе не стыдно! Ослабила бдительность короля, чтобы добиться своего! Ай-яй-яй!" — я хихикнула и ответила:

"Спасибо, Тенебрисель".

Часть 23.4

Прошло несколько секунд и эльфийский правитель зашел в купальню. Он улыбался, но в глазах отчетливо было видно сомнение в правильности его поступка. Мужчина быстро сократил расстояние между нами и сграбастал меня в свои объятья.

— Обещай, что я не пожалею о своем решении и с тобой все будет хорошо.

— Я постараюсь обойтись без лишних приключений. А ты обещай, что количество седых прядей на твоей голове не увеличится!

— Милая, все зависит от тебя, — он чмокнул меня в щеку, но я чувствовала, как напряженно его тело.

Я прислонилась своим лбом к его и прошептала:

— Ты поступил правильно, — он грустно выдохнул и зарылся рукой в мои волосы.

Наши взгляды снова встретились. Эти глаза с морем внутри заворожили меня и я медленно тонула в них, не замечая ничего остального. Сколько всего было сокрыто в этих двух драгоценных камнях! Страх и нежность, решимость и смятение, радость и грусть, толика злости и безмерная любовь. Вот такой он, мой муж. Противоречивый, но самый лучший. Самый любимый. Мой.

Но из прекрасного омута в реальность меня вернуло обжигающие дыхание на губах. Настолько сладкое и желанное, что хотелось податься вперед и прикоснуться к его устам. Почувствовать, как ласкают мои губы и отвечать тем же. Полностью забыться в пьянящем поцелуе.

— Не хочу тебя отпускать, — прохрипел эльф, проведя большим пальцем по моей щеке. — Успокой меня, — баритон превратился в соблазнительный шепот. — Скажи, что ты только моя… Моя и ничья больше…

— Тенебрисель, я только твоя. И так будет всегда, мой остроухий собственник, — послышалось довольное урчание (мой эльфийский кот!), от которого завибрировал воздух.

Ожидание стало невыносимым и я сама сделала первый шаг. Губы моего супруга, такие влажные, немного грубые и властные, начали сжимать мои. Он заполнил собой все пространство вокруг, а его запах окутал меня, уничтожая последние мысли в голове. Теперь есть только ОН. Его язык не спеша проник внутрь моего рта и начал в нем хозяйничать, вновь изучая. Я чувствовала, как ноги уже не держат, становятся ватными под этим напором, и лишь сильные руки не дают мне упасть. Вдруг во рту появился сладкий привкус крови. Тен порезался об мой клык… Но мужчину это не остановило. Наоборот, он только усмехнулся и стал действовать еще увереннее, заставляя меня раствориться в нем. Раствориться в моем собственнике.

***

Следующий день прошел волнительно, но почти незаметно.

Во-первых: мы обрадовали царя и его советника тем, что один упрямец наконец сдался. Рисанит кидал в меня многозначительные взгляды, постоянно повторяя: "Представляю, как ты его уговорила. Наверно, было не легко. Эльфы же еще те извращенцы,". За такие слова, эльфийский монарх грозился убить русала, хотя мысленно уже сделал это несколько раз с особой жестокостью и садизмом.

Еще мы составили мою полную биографию. Меня будут звать Ланика тэй Мирэн (по фамилии отца) или фон Нарсием (по фамилии матери). Отец — Канлиэль тэй Мирэн, мать — Арика фон Нарсием. Папа держал захудалую таверну на окраине Эльфийского Королевства, недалеко от базы отступников, в небольшом городке — Санлии (здесь недолюбливали вампиров). Был ужасно жадным до денег. А мама была лекарем, приезжим из столицы (ее послали сюда, как хорошего специалиста). Она случайно встретилась с этим эльфом, влюбилась, пообщалась и залетела. Мужчина не особо любил вампиршу и свою дочку (то есть меня), так как содержать нас для его скупой души слишком затратно. Когда мне исполнилось 25 (угу, решили преувеличить мой настоящий возраст, но я все равно еще считаюсь маленькой), отцу надоело возиться с нами и он сдал маму страже как отступницу, оклеветав и подставив ее. Он сказал, что она делает яды, которые используют эти клыкастые. Получил большой мешок денег, как вознаграждение, а меня выгнал. Поэтому, я решила покончить с собой, но так как не знала, как делают это вампиры (мама не успела рассказать, потому что постоянно работала), я решила утопиться, но не вышло.

Решили прорепетировать данную постановку. Я даже всхлипнула пару раз, а по щекам прокатились слезы, ну а мужчины сказали, что если бы они не знали истины, то поверили бы мне. Короче, спектакль выйдет отличный!

Потом пришла пора внешности. Для начала, нужно было снять обручальную сережку. Я нехотя открыла замочки, державшие серьгу на моем ухе, и сняла ее. Чувство незащищенности и какой-то неполноценности нахлынуло на меня также, как и на моего милого. Я сразу кинулась к нему в объятья, чтоб хоть как-то успокоиться. Было грустно, в душе неприятно саднило, кончик уха казался слишком легким, да и я себя ощущала голой. Меня всю трясло от этих чувств, но родной запах мяты и крепкие руки на моей талии немного расслабили меня.

Зато внешность, которую создал мне бывший принц, была превосходной. Я стала немного выше (170 см!), а тело стало чуть-чуть худее, но не потеряло своих форм. Глаза приобрели ярко-изумрудный цвет и вертикальный зрачок, а огненно-рыжие волосы стали прямыми. Под конец, я накрыла себя тьмой, скрывая лишнюю энергию. После, надела самое простое платье, которое у меня имелось (коричневое "домашнее" платье, с длинными рукавами, поясом на талии, расклешенной юбкой чуть ниже колен и белыми кружевами) и к нему хорошие, но неяркие балетки в цвет одеяния.

Все было готово. Я посмотрелась в последний раз в зеркало, повторила "свою" биографию и Рис телепортировал меня и моего эльфа на скалу, с которой мне предстояло прыгнуть и в которой обитали отступники.

Волны шумели, бурлили, атакуя камень, которому все было нипочем; птицы кричали высоко в небе, будто поддерживая или, наоборот, осуждая меня, а солнце клонилось к закату, из-за чего небо и облака приобрели приятный персиковый цвет. Бриз дул мне в лицо, задирая юбку и развивая рыжие волосы. Свежий запах океана заполнил всю грудь, придавая мне сил и храбрости для моего действия.

Я обернулась. Сзади стоял брюнет и тревожно смотрел на меня, хмуря идеальные брови. Я подбежала к нему и обняла крепко-крепко, словно в последний раз. Он тоже сжал мое тело, грустно глядя мне в глаза.

— Будь осторожна, Мо Лиен, — мужчина жадно впился мне в губы и никак не мог насытиться этим поцелуем. Прерываться не хотелось, но время поджимало. Он кое-как оторвался от меня, из-за чего поцелуй вышел скомканным, и сказал напоследок: — Люблю тебя.

— И я тебя люблю, — после этих слов, король ушел к повелителю Океана и они исчезли в портале.

Я осталась одна…

Повернулась к уходящему солнцу, смахивая проступившие слезы с глаз. Настал момент истины. Я должна прыгнуть. Страшно до жути, но я должна. Ради нашей победы, ради этого мира, ради тех, кого уже нет с нами… Ради Тенебриселя и наших будущих детей… Я сделаю это.

Я уверенно посмотрела вперед. Зефир развивал волосы, что по цвету напоминали закат, и придавал еще больше уверенности. Я глубоко вдохнула, выдохнула, разбежалась и прыгнула в воду.

Часть 24

— А-А-А! — заорала я настолько громко, что заболело горло.

Ветер больно бил в лицо, впиваясь во влажную от слез кожу, словно тысяча иголок. Рыжие волосы растрепались, юбка платья поднималась вверх, будто пытаясь замедлить падение, и лишь коричневые балетки стойко держались на ногах.

Страшно! Мамочки, как же мне страшно! Уши заложило, сердце отбивало бешеный ритм, кровь громко пульсировала в висках, ладони похолодели и вспотели, а голова обещала взорваться от боли. Это ситуация заставила меня погрузиться в воспоминания о прошлом, когда меня скинули с 9 этажа и чуть не утопили. А здесь два в одном! Комбо, блин! Это меня ни капельки не успокаивало!

Но мое сознание решило вдруг вспомнить законы физики. Если падать с огромной высоты в воду, то ее поверхность равносильна бетону… ЧЕРТ! Почему я раньше об этом не подумала?! Но было уже слишком поздно.

Я плюхнулась в воду, вызвав всплеск колоссальных размеров. Удар пришелся на ноги, беспощадно, с хрустом ломая кости стоп. Из глаз с новой силой хлынули слезы, тут же смешиваясь с окружающей средой. Мысли в голове спутались, как клубок змей, силы покидали меня, а раненые конечности неприятно пульсировали, делясь своим страданием со всем организмом. Я словно находилась в состоянии агонии: дыхание окончательно сбилось, не смотря на то, что я могу дышать под водой, мозги отказывались работать, а сердце, которое только что чуть ли не выпрыгивало из груди, сейчас слишком тихо и медленно стучало. Все… Сейчас сдохну…

ТАК! СТОП МАШИНА! Какой сдохну?! Ишь ты! Помирать она собралась! А мир спасать кто будет?! А о Тенебриселе ты подумала?! Соберись, тряпка!

Мой внутренний голос заставил меня резко распахнуть очи. Я вдохнула полной грудью кислород, что был в воде, закусила язык и посмотрела на свои ноги, снимая окровавленную, каким-то чудом не потерявшуюся обувь. Ужас! Ступни опухли и кровоточили, оставляя красные разводы в воде и намекая на будущие синяки. Больше всего пострадали фаланги пальцев и неестественно смотрели в разные стороны. Жуть какая! Но это не смертельно. Если сейчас же все залечить, можно избежать последствий. Вот только были причины для беспокойства. Я никак не могла пошевелить ногами и, соответственно, плыть. Это плохо. Ведь если я продолжу падать, то могу пропустить вход в базу отступников, но это не самое ужасное. Чем ниже я буду опускаться, тем выше будет давление (а у меня и без него не все в порядке!). Про хищников, которых может привлечь запах моей крови, я вообще молчу. Но, надеюсь, здесь нет химер.

Помяни черта и он появится! Сзади кто-то быстро проплыл, виляя серебристым хвостом со склизкими щупальцами. Не смотря на боль, я резко обернулась. Некто за моей спиной вновь появился, щекоча кожу и нервы жесткими волосами, и так же стремительно исчез. Я напряглась, с помощью магии заглушила боль, запустила процесс регенерации и начала трактовать заклинания. А через секунду, меня коснулась неприятная, холодная конечность с присосками и ядовитыми шипами, как бы пробуя на вкус будущий обед. Я опять обернулась, чтобы чудовище было в поле моего зрения.

Передо мной стояла отвратительная химера, отдаленно напоминающая русалку, но с выпирающими желтыми костями, гнилыми, отваливающимися кусками плоти, мощными щупальцами за спиной и на конце хвоста. Блеклые глаза хищно смотрели на меня, а их обладатель собирался напасть. Я уверено взглянула на монстра и уже собиралась применить тьму, показывая, что я — дитя Хаоса и трогать меня нельзя (это же нечисть. Зомби, морская версия), но кто-то схватил меня за руку и потянул наверх.

Миг и я прижата к крепкому мужскому телу. Сказать, что я офигела — это ничего не сказать (я охре… кхм). Я поддняла голову и посмотрела на своего фиг знает, откуда взявшегося спасителя. Бледная кожа и темные волосы (других деталей в воде не разглядишь). Мужчина видимо посчитал, что я дама в беде (что так и есть), и решил помочь. В таком случае, тьму использовать не буду, чтоб не спалиться (мало ли, может, это отступник), и прикинулась умирающим лебедем.

Брюнет выставил перед собой меч и атаковал химеру красным энергетическим всплеском. Судя по пламени и его виду, это вампир (так и знала). Это, конечно, неожиданно, но очень хорошо (легче будет втереться в доверие этим девиантам). Но вернемся к реальности.

Нечисть издала истошный вопль и направила на нас свои щупальца. Вампир оказался не промах и ловко лавировал в воде, уходя от атак нежити и искусно орудуя остро-заточенной сталью, словно это продолжение его руки. Я решила чуть-чуть помочь и в следующую атаку парня влила капелюшечку тьмы. Морской зомби застыл, учуяв тьму Хаоса, а мужчина быстро среагировал. Секунда и безголовая химера медленно падает в пучины океана.

Брюнет же прижал меня к себе еще сильнее и быстро поплыл наверх (оказывается, я была уже на приличной глубине). Еще пару мгновений и клыкастик завернул в какую-то пещеру, проплыл немного вверх и шумно вдохнул воздух, которого ему так не хватало. Он жадно смаковал каждый глоток аера, из-за чего его грудь быстро поднималась и опускалась. Я последовала его премеру и, как истинная страдалица, изобразила кашель, повиснув тряпочкой на мужчине. Он вынес меня на каменный берег пещеры, аккуратно положил, быстро посмотрел, не нужна ли мне первая помощь, и спросил на вампирском:

— Эй! Ты меня слышишь? Кивни, если слышишь, — я вяло кивнула, а вампир облегченно выдохнул.

— Спасибо вам, — тихо сказала я, поднимаясь на локти. В это время, взгляд мужчины скользнул ниже и он увидел мои переломанные ноги.

— Охренеть! Я тебе мало чем помогу, сейчас позову нашего лекаря.

— Не стоит. Я… могу залечить, — сымитировала отдышку (я же, как бы, чуть не сдохла).

Я села и вновь посмотрела на бедные конечности. Кошмар никуда не делся, а жаль. Собрав красно-зеленую энергию (я ведь полукровка, так что и энергию подкорректировала) в руках, я начала медленно лечить поврежденные кости. Конечно, я могу это сделать быстро, но во-первых — я немного ослабла, а во-вторых — это было бы слишком подозрительно. Но все равно, я уложилась минут в десять, вместо положенных тридцати, чем шокировала парня.

— Ого! Так быстро.

— У меня мама — талантливый лекарь, — скромно ответила я на не озвученный вопрос, пряча глаза. Он усмехнулся и выдал:

— Ясно, значит, тебе передались способности матери, да? — я кивнула. — Она эльфийка?

— Нет, вампирша.

— А как тебя зовут?

— Ланика.

— Ланика, а что ты здесь делаешь?

— Я… я… хотела умереть, — на глазах появились слезы и я всхлипнула (какая я хорошая актриса!). Вампир нахмурился.

— Почему такая милая девушка решила покончить с собой? — я молча опустила голову, сжав руками край мокрого платья, и почти шепотом ответила:

— Я… — всхлипнула. — Мне некуда идти… Я никому не нужна…

— А как же твоя мама? — плечи начали тихонько подрагивать.

— Мама… мама… мамы больше нет… — я закрыла лицо руками, пытаясь скрыть свои слезы.

— А папа? Наверняка у тебя есть отец, — мужчина положил мне руку на плечо, тревожно смотря на меня.

— Папа — предатель! — я резко вскинула голову, показывая красные от слез очи (аж сама себе поверила!). — Он оклеветал маму! Из-за него ее казнили!

— Тише-тише, — вампир обнял меня и начал успокаивающе гладить по спине. — Если хочешь, можешь рассказать мне.

— Угу, — я снова всхлипнула и вспомнила "свою" биографию. — Я из Санлии. Там не любят вампиров, поэтому, нам с мамой было тяжело и друзей у меня не было, не смотря на то, что мы лечили весь город. Папа тоже нас не любил… Он… Сегодня утром, он сдал маму страже, сказав, что она отступница, и ее незамедлительно казнили… А меня… меня папа выгнал, сказав, что иначе тоже сдаст… — я уткнулась во влажное плечо парня, всхлипнув.

— Бедняжка, — брюнет печально выдохнул и сказал: — Скорее всего, ты меня возненавидишь. Я отступник.

— Но вы ведь спасли меня, — кстати, интересно, как он меня заметил? — Значит, вы хороший!

— Возможно, — уклончиво ответил он, отводя грустный взгляд в сторону.

Ага! Вот я и нашла отличный экземпляр! Судя по всему, он отступник не по своей воле и ему это не нравится. Сам парень хороший, но его заставили служить здесь. Отлично! Как я удачно тебя нашла!

— А как вас зовут?

— Вилатэк. Обращайся ко мне на ты, ладно?

— Хорошо, Вилатэк! — я радостно улыбнулась, выпуская на волю обаяние.

— Знаешь, раз тебе некуда идти, то ты можешь присоединиться к нам. Лекари всегда нужны. Не волнуйся, у нас много хороших вампиров, — он улыбнулся. Супер! Просто супер! Значит, здесь много отступников по неволе! Прекрасно!

— Спасибо большое! — я выпустила еще больше обаяния в атмосферу (тут оно само так вышло! Я не виновата!).

Он потрепал меня по головке, а я, наконец-то, рассмотрела его. Темно-каштановые, почти черные короткие волосы с косой челкой, квадратные скулы, чуть вздернутый нос, чувственные губы и янтарные глаза с вертикальным зрачком. Также, в правом ухе я заметила небольшую серьгу-бусинку (ага, и здесь есть слежка).

Вилатэк встал и помог подняться мне, сказав идти за ним. Я одела свои уже любимые балетки и пошла за клыкастиком.

— Удивительно, ты тонула, но с этими туфлями не рассталась, — ты что? С ума сошел?! Да они же великолепные, удобные, так еще и прилично стоят, не смотря на простой дизайн! Меня жаба задушит, если я их выкину!

— Это подарок моей мамы, — да эти балетки как нокия! Им ничего не страшно!

Вампир провел меня по каменному лабиринту и вскоре мы вышли к коридору с многочисленными дверями. Прошли еще немного и зашли в одну из них.

За ней находился огромный, богато-обставленный кабинет со столом, шкафами с книгами, огромной картой во всю стену и вампиром, вальяжно развалившемся в кресле.

— Чего тебе? — не слишком вежливо спросил клыкастый.

— Господин Заирем, можно ли пополнить ряды отступников?

Вампир с серыми зализанными волосами поднял голову. Цепкий взгляд рубиновых глаз остановился на мне, пристально изучая. Неприятно. Я немного поежилась, а по спине пробежали мурашки. Мужчина встал и подошел ближе. Он оттолкнул брюнета и начал обходить меня. Так как я играю беззащитную девушку, то вся сжалась, а зеленые глаза испуганно смотрели на главу здешних отступников. После третьего круга, он остановился передо мной, немного наклонился и больно схватил за подбородок.

— Имя, — скомандовал он.

— Ланика, — чуть не сказала Лиенилде (Люда, не надо так!)

— Полное.

— Ланика тэй Мирэн.

— Полукровка, да? — он брезгливо поморщился. — Скажи, грязнокровка, зачем ты нам? Судя по твоему телу, ты годишься только для постельных утех, — я сдержалась, чтобы не дать ему пощечину или чего посильнее, и сохранила образ. С ОГРОМНЫМ трудом, но сохранила.

— Я не сильна, но я хорошо лечу! — Люда, только не плюй ему в лицо! Только не плюй ему в лицо и не бей! Хочется, но потерпи!

— Да-а? — протянул он и больно схватил меня за руку. Затем быстро полоснул острыми ногтями по коже, порезав вены. Твою ж! БОЛЬНО! КАК ЖЕ БОЛЬНО! — Если ты хорошо лечишь, это будет для тебя не проблема, — он криво ухмыльнулся, а я закусила язык, специально проронив несколько слезинок.

Затем, быстро начала связывать ткани энергией. Через секунд 40 (опять-таки, специально действовала медленно) пореза как будто и не было вовсе.

— Ладно, грязнокровка, ты хорошо лечишь. Можешь стать одной из нас, но учти: я поблажек никому не делаю и жестоко наказываю. Я уже подготовил для тебя пару наказаний, — он нехорошо оскалился, пошло сверкнув красными глазами. — Будешь жить вместе с другой лекаркой. А теперь, оба вон отсюда!

Часть 24.2

Мы вышли из кабинета, который мне хотелось взорвать или хотя бы разгромить, но мне не позволяли образ, охранки и тот отвратительный, но крайне сильный вампир. Ну ничего. Я еще исполню свое желание. А сейчас, мы с Вилатэком молча шли по пустому коридору. Видимо, не я одна желала долгой и мучительной смерти тому упырю.

— Ланика, не бойся, он со всеми так поступает, — прервал тишину мой спутник. — Главное — это идеально выполнять все его приказы и не перечить ему. Можно сказать, это закон выживания здесь, — вампир подмигнул мне, улыбнувшись. Я улыбнулась в ответ и стала еще больше давить на жалость своей историей:

— Мне не привыкать. Папа часто поднимал на нас с мамой руку. Так что, здесь я смогу ужиться, — еще один сочувствующий взгляд янтарных глаз в мою сторону.

— Ладно, — немного помолчав, начал брюнет, — давай тебя со всеми познакомим! Конечно, многие вампиры здесь не самые дружелюбные, но и добрые найдутся! Идем, — мужчина аккуратно взял мою ладонь и завернул за угол.

Впереди, в метрах 20 от нас, была выдолблена дыра в виде прохода, из которой доносились разные голоса, отражающиеся эхом от каменных стен. В основном, слышался мужской бас или баритон, что заглушали женские. Когда мы зашли, я смогла рассмотреть громадный зал лучше. Это оказалась столовая, на подобии школьной. Множество отступников сидели за несколькими длинными столами, весело общаясь и уминая ужин. Были и те, кто сидел тихо, будто отгородившись от остальных.

Парень, стоявший рядом со мной, громко кашлянул, привлекая внимание к себе. Через несколько секунд, в помещении стало тихо и все взгляды устремились в нашу сторону. Большинство заинтересованно рассматривали меня, перешептываясь (ну, конечно! Я здесь как белая ворона среди этих клыкастиков). Правда, некоторые даже глаз не подняли, спокойно продолжая трапезу. Я, как и положено по сценарию, опустила голову и сжалась, показывая что мне не комфортно под этими пытливыми взглядами.

— У нас пополнение. Это Ланика. Она будет вторым лекарем, — коротко объявил брюнет, снова взяв меня за руку, и повел к самому дальнему от входа столу.

— Лекарь? Ха! Да она скорее шлюхой будет! — раздался хоть и красивый, но язвительный женский голос.

Хотелось встать, посмотреть в лицо этой стерве и испепелить взглядом, вплетая немного тьмы, чтоб она замолчала навеки (какая я злая! На самом деле, просто голодная и уставшая). Но из образа выходить нельзя, поэтому, я только визуально уменьшилась в размере, пытаясь спрятаться за спиной Вилатэка. Он хотел что-то ответить этой комарихе, но его опередила другая вампирша:

— Катона, молчала бы лучше! Все мы и так знаем, кто ходит каждую ночь к начальству, — зал прыснул от смеха, а девушка вся покраснела от злости, молча открывая и закрывая рот.

А пока клыкастая стерва придумывала, чтобы такое съязвить, мы пришли к пункту назначения. За столом, на двух скамьях, расположилось 6 вампиров, среди которой была моя защитница. Они загадочно переглядывались, ухмыляясь, и один из них (мужчина, сидевший у края) спросил:

— Вил, хорошо ты гульнул. Ушел в печали, а вернулся с девушкой, — после недолгой паузы, вампир с русыми волосами продолжил: — Ушастой девушкой.

— Ага, Мэт, специально ходил за ней, — сарказм в этих словах не услышал бы только глухой. — Ланика, не бойся, здесь тебя не обидят. Это мои друзья. Вот этот болтун, — он указал на блондинчика с краю, — Мэтильтэк…

— Вил, мы и сами говорить умеем, — перебил его рыжик. — Я — Найтак. Можешь звать меня Най, милашка, — он заигрывающе улыбнулся, а я кивнула, делая вид, что смутилась, и заставив щеки покраснеть.

— Альтик, — поднял руку сосед рыжего, делая глоток напитка с большой шапкой пены сверху. Пиво что ли?

Дальше все представились по порядку: девушку с вишневыми волосами, которая заступилась за меня, звали Димекой, ее соседку с черными кудряшками — Анлика, а молчаливого парня с темно-зеленой шевелюрой — Имитэк.

Меня усадили рядом с рыжиком на одну скамью, а мой спаситель ушел, сказав, что принесет мне порцию еды (ура!).

— Эй, малышка, расслабься, мы своих не кусаем, — не стесняясь распускать руки, Най обнял меня за талию, улыбаясь во все 32 зуба.

— Най, кариес тебе в клык, только новая девушка появилась, а ты уже руки распускаешь! — брюнетка, неодобрительно покачала головой и обратилась ко мне: — Ланика, значит, ты будешь лекарем?

— Угу. Я не сильная, так что только на это и гожусь.

— Вот и отлично! — сказала Димека. — Мне как раз нужен нормальный помощник! Ланика, я тоже лекарь. Надеюсь, мы с тобой сработаемся.

— Буду рада помочь! — в это время, вернулся Вил и поставил передо мной тарелку мяса с кровью (еда!) и стакан сока гамелии (зеленый маленький фрукт, по вкусу напоминающий наш апельсин).

— Давай, Лани, кушай, — сократил мое имя брюнет. — Тебе потребуется много сил, чтобы восстановиться.

— Спасибо большое, — я мило улыбнулась и принялась за блюдо.

— А после чего ей нужно восстановиться? — спросил рыжик, никак не хотевший меня отпускать.

— После твоих приставаний, — съязвила Анлика.

— Язва! — обиделся Найтак.

— У Лани, когда она попала сюда, были сломаны ноги, а потом господин Заирем устроил ей проверку, перерезав вены, — кривясь, ответил мой спаситель. Девушки ужаснулись, а Имитэк сказал, что у главы отступников нет предела жестокости.

— А почему вы меня не позвали?! — возмутилась вампирша с вишневыми волосами.

— Я сама все залечила, — еще один кусочек мяса прилетел ко мне в рот.

— Представляете, она с переломами справилась за 10 минут! — ошарашил всех сидящих свидетель. Вампиры удивленно уставились на меня, говоря, что мужчина шутит, но мы с ним отрицательно качали головой.

— Да это же магия исцеления высшего уровня! — поразилась Димека. Пфф! Они еще не знают, что я могу за секунды лечить!

— У меня дар от мамы.

— Да здесь не только в даре дело! Здесь требуются огромные познания и опыт! — или безграничная власть над энергией… — Вот сколько тебе лет?

— Мне 25, - за столом повисла тишина.

— Ой, да ты совсем еще малышка! — воскликнула кудрявая вампирша.

— А я думал, почему ты ей сок вместо алкоголя принес, — сказал Вилатэку Альтик, допивая черт знает, какую по счету кружку пива.

— Я не знал, честно! — я тихо хихикнула. Они еще не знают, что мне даже 20 нет! Но нравятся мне эти вампиры. Мы с ними точно поладим.

Часть 24.3

Прошло еще минут 10–20, прежде чем мы покинули столовую. Мои новые друзья выходили из нее немного подшофе, а я была трезвая как стеклышко. Вампиры напрочь отказывались давать мне спиртное из-за моего возраста, а я специально вела себя как ребенок (то есть дулась и говорила, что я уже достаточно взрослая для напитков покрепче). Эх, а Тенебриселя информация о моем возрасте не остановила… Я вновь дотронулась до левого уха, где раньше была серьга, и грустно вздохнула, пряча свою тоску за клыкастой улыбкой. Прошел только час, а мне уже его не хватает… Я чувствую себя такой слабой, незащищенной… Так, Люда, гони прочь эти мысли из головы! Сейчас, потерпи немного и ты сможешь связаться с ним!

Вскоре наша банда разделилась. Девочки ушли в свои комнаты, мальчики в свои. Правда Анлика пошла с парнями, а вот Димека, недовольно покачав головой, решила, что сон — лучший вид расслабления, и взяв меня под локоток направилась в свою каморку.

15 шагов прямо, поворот налево, еще один поворот налево и идем до конца коридора. Дойдя до нужной двери, вампирша легко провернула ключ в замке и зашла в комнату. Небольшое помещение, вымощенное из камня и освещенное магическими огоньками, две жесткие кровати с какими-то коробками под ними, одна тумба и умывальник. Да, неуютно, некрасиво, да и вообще здесь холодно, но что я хотела? Это лагерь отступников, а не дворец какой-нибудь! Размякла я совсем за эти месяцы. Ну ничего! Жить можно!

— Добро пожаловать в мою скромную обитель, — приветствующе развела руками девушка с вишневыми волосами. — Конечно, не самое лучшее место, но чувствуй себя, как дома, — я наигранно поджала губы, подтверждая свою историю (мол: дома мне хорошо не было), а после быстро надела улыбку на лицо.

— Спасибо.

— Лани, если захочешь искупаться или по-маленькому лучше сообщи мне. Но если что, уборная находится в противоположном конце коридора. А ванна у нас и у парней общая, поэтому лучше сама туда не ходи. Особенно сейчас. Слишком высок риск… стать женщиной. А ты же у нас еще девушка, верно?

— Угу, — самым наглым образом соврала я, краснея. Лекарка же поняла мой румянец на лице иначе (ну и хорошо).

— Ладно, Лани, давай в кроватку. После пережитого, тебе нужно восстановиться. А как известно, лучшее лекарство — это сон, — сказала Димека, снимая с себя рубашку, предварительно закрыв дверь на ключ.

Я кивнула и развязала пояс на талии. Затем, немного помявшись, сняла до сих пор мокрое платье и принялась его сушить. А пока я его нарочито медленно сушила, отступница уже сложила свою одежду и повернулась ко мне.

— Вай, какое у тебя красивое бельишко! — блин, я совсем забыла про эту мелочь молочного цвета! — И не простое! Какое тонкое кружево! С ума сойти!

— Это мамин подарок, — Дакана, ты теперь моя мама (она же подарила)! — Она накопила денег и подарила мне его на день рождения.

— У твоей мамы есть вкус.

Слава богам, платье (наконец-то!) высохло, а этот смущающий разговор закончился. Я аккуратно сложила одежду, сняла балетки, которых про себя назвала героическими или несокрушимыми, и легла на кровать. Она была чересчур жесткой, по сравнению с мягкой периной, к которой я так привыкла, но спать можно, а это главное. Подушка тоже была не ахти, зато одеяло было нежным и пушистым, что меня удивило. Димека сказала, что такое одеялко — это своеобразная поблажка девушкам, коих не так много здесь. Мужчины же вообще без одеяла спят.

Магические огни потухли, я пожелала вампирше спокойной ночи, как и она мне, и дотронулась до места где была невидимая татуировка.

"Связь" — послала мысль я и мне тут же ответили.

"Наконец-то! Я уже волосы собирался на голове выдирать от ожидания!" — в голове раздался голос моего короля, из-за чего я расплылась в улыбке.

"И тебе привет," — ответила я.

"Как ты там? Как тебя приняли? Ничего не случилось? Ты кушала?" — мужчина завалил меня вопросами.

"Ну-с, меня нормально приняли. Кому-то понравилась, кому-то — нет, остальным — все равно. И да, я покушала."

"Вот и славно. Мне стало легче."

"Тен, мне тебя не хватает…"

"Ты даже не представляешь, как я скучаю по тебе, мо Лиен. Оказывается, в наших апартаментах такая огромная кровать. Здесь так много пустого места. Обычно, оно все заполнено тобой."

"Эй! Большую часть кровати занимаешь ты, а не я!" — возмутилась я, хотя на душе стало тепло. Эльф мысленно посмеялся и сказал:

"Разве? Мне всегда казалось, что наоборот," — я прям чувствовала, как он нагло улыбается. — "Но если серьезно, то я себе какого-то безумца напоминаю."

"И почему же?"

"Я вытащил и раскидал на кровати всю твою одежду. Вот, лежу… Вдыхаю твой запах… Стало легче, но мне этого мало."

"Твои причуды меня шокируют," — усмехнулась я. — "Но я сама сейчас бы отдала все за твой запах."

"Приятно, что я не один такой."

"Как у тебя день прошел?"

В отличии от меня, у брюнета оставшийся вечер прошел в ожидании и без ярких событий. Правда, после того, как он вернулся во дворец, к нему зашел советник и они немного выпили. Я же рассказала, как мне НЕ дали выпить, от чего Тен только посмеялся. Еще я сказала ему о том, что уже нашла ахиллесову пяту в логове отступников, и про то, что они являются моими приятелями. Эта информация порадовала мужчину. А затем, я вспомнила, как Димека похвалила мое белье, на что мятный король ответил:

"Подожди секунду… Вот! Нашел! Белье!" — я смутилась, а мой муж продолжил: "О! Да тут его много! А почему я не знал об этом? Красное, бордовое, черное, золотое, белое… Ого!"

"Что там?"

"Это прекрасно! Лиен, почему ты его раньше не надевала? Как представлю тебя в нем… ммм… Поскорей бы ты вернулась…" — так! Какой комплект я не надевала? Да, вроде бы, все… Кроме…

"Тенебрисель, убери этот комплект сейчас же!" — покраснев как помидор, послала я ему свои мысли.

"Зачем? К нему еще и записка прилагается: "Порадуй Тена"! Так чего же ты меня им не радовала?" — твою дивизию!

"Да там же одни нитки с цепочками!" — вспомнила я тот разврат, посланный мне Даканой.

"Зато какие нитки и цепочки! Решено, это белье будет у меня под подушкой, а когда ты придешь, то порадуешь меня! — не нужно видеть эльфа, чтобы понять, что он нагло улыбается.

— Лани, что это там у тебя светиться? — спросила вампирша, повернувшись ко мне. Черт, я совсем забыла, что эта штука, во время связи, светится!

"Тенебрисель, сейчас меня могут раскрыть. Люблю тебя. Спокойной ночи, мо Тен," — быстро завершила разговор с супругом, отвечая вампирше:

— Пульсар. Он помогает мне заснуть. Мама часто зажигала мне его, чтобы мне было спокойней и я чувствовала ее тепло рядом, — еле-как выкрутилась я (фух!).

"Хорошо. Обязательно свяжись со мной завтра. Спокойной ночи. Люблю тебя и жду." — "пульсар" потух, а мне стало жаль, что я не смогла поговорить с моим любимым подольше. Но после этого разговора, остался приятный осадок, придающий мне сил.

— Вот как… — девушка немного загрустила. — А где твоя мама?

— Ее больше нет… — я перешла на шепот, но так, чтобы она расслышала мои слова. После, сжала одеяло сильнее и тихо всхлипнула.

— Извини… Мне жаль…

Димека поднялась со своей кровати и подсела ко мне. Она начала ласково гладить меня по спине, что меня сильно удивило.

— Знаешь, Лани, ты так похожа на мою дочку, — прошептала вишневоволосая, пытаясь скрыть проступающие слезы. — Она у меня такая же стеснительная, хрупкая и скромная. Зато любит красивое нижнее белье. Просто обожает… — девушка смотрела в пустоту, но даже в темноте я видела, как по ее щеке скатилась одинокая слеза.

— А где она сейчас? — сев, также тихо спросила я.

— Не знаю…

— Ее убили? — вампирша замотала головой, поджав губы, а из ее глаз хлынули слезы.

— Не знаю… — она пыталась сдержать всхлип, но у нее не вышло. Я обняла ее, гладя по спине, а Димека не выдержала и заревела. — Моя девочка! Моя любимая доченька! Аника! Моя милая Аника! Аника! Аника!

Сколько мы так просидели, я не помню. Димека оплакивала свою дочурку, которую не видела уже лет 30, но боль от ее потери до сих пор жила в ее сердце и напоминала о себе каждый день. Страшнее всего было то, что она не знала, что с ней: жива ли она или уже давно мертва, а может ее пытают или она на побегушках у кого-то плохого. Я слушала бедную мать, плача вместе с ней.

В конце, когда отступница поневоле выплакалась и выговорилась, она предложила мне поспать с ней, чтобы мне было проще заснуть. Но глядя в ее карие глаза, я понимала, что это больше всего нужно ей, а не мне. Поэтому, я согласилась и мы вместе заснули. Сон наш был безмятежным, но иногда в комнате звучало почти беззвучное бормотание: "Аника, Аника, Аника…"

Часть 25

Утро началось с ласкового пробуждения. Кто-то мягко касался моего плеча и тихо говорил:

— Милая, вставай. Иначе мы опоздаем, — раздался женский голос над ухом. Я поежилась, сильнее заворачиваясь в теплое одеяло, и пробубнила:

— Мам, еще 5 минут… — женщина усмехнулась и продолжила меня будить.

— Ну же, Лани, вставай, — имя Лани подействовало на меня как ушат холодной воды, вмиг разгоняя сон.

Точно… Я на задании, в лагере отступников, а не дома, на Земле… А Димека не моя мама… Эх… Все же, я скучаю по дому…

Я открыла глаза и села, скидывая одеяло. Мне было грустно, но я похлопала себя по щекам и улыбнулась вампирше, что сидела на краю кровати.

— Доброе утро, — бодро сказала я, соскакивая с кровати. — А куда мы можем опоздать?

— На утреннюю тренировку. Если опоздаем, нас господин Заирем убьет. Так что, одевайся и бежим, — девушка по-доброму улыбалась, будто светясь изнутри. — Лани, я похожа на твою маму?

— Да, есть немного, — я вспомнила свою маму… Да, они с Димекой похожи. Рост (мама, в отличии от меня, высокая. 177 см!), обращение, объятья, улыбка… Даже фигуры схожи… Но… Стало так тоскливо… Ведь прошло уже несколько месяцев с того дня, как я попала в этот мир… Интересно, как там мама без меня?

— Все будет хорошо, — отступница обняла меня, прижав к своей груди и гладя по голове… Даже в этом она на маму похожа… — Когда-нибудь, это закончится и все будет хорошо, — скорее себе, чем мне прошептала она.

— Обязательно, — подтвердила я ее слова, крепко обнимая в ответ. — Димека, мы же будем тренироваться, да? Но у меня из одежды есть только платье. Не думаю, что в нем будет удобно…

— Не волнуйся, я одолжу тебе свою одежду. Правда, она будет тебе немного великовата, но это нестрашно.

Она выпустила меня из своих объятий, достала из-под кровати коробку, а из нее — запасную одежду. Рубашка, брюки и, что удивительно, сапоги. Все было обыденным, кроме рубашки. На спине был квадратный вырез для крыльев, что меня напугало. Вот черт…

Хоть я и являлась вампиром, полностью перейти в боевую ипостась данной расы я не могла. Только клыки и когти отрастают, но не крылья. Сколько бы мы с Даканой не бились над этим, никак не выходило. Скорее всего это от того, что вампирская кровь не доминирует над человеческой и эльфийской. Но если мне придется переходить во вторую ипостась, а крыльев у меня не появится — это может вызвать подозрения. Твою дивизию…

— Димека, а как здесь относятся к… дефектным вампирам? — робко спросила я.

— Дефектным? — женщина непонимающе посмотрела на меня, протягивая одежду, за что я тут же поблагодарила ее. — Ну, я еще не встречала в лагере дефектных вампиров, поэтому не знаю. А почему спрашиваешь?

— Просто… я… я дефектная. Мало того, что слабая, так еще и не могу полностью перейти во вторую ипостась… У меня… крылья… не отрастают… — дама округлила глаза, а я опустила голову вниз, действительно стыдясь этого.

— Странно. А ты развивала вампирские способности?

— Не особо… Меня мама учила только врачеванию, когда работала, а способностями мы не занимались… Я пыталась учиться по книжкам, но у меня ничего не вышло, — эх, если бы это было так… Но вампирша облегченно выдохнула.

— Тогда не страшно. Возможно, ты не дефектная, а такая потому, что тебя никто не учил. По книгам сложно самостоятельно раскрыть всю силу. Не беспокойся, я научу тебя обращаться с ней и будешь ты полноценным вампиром!

Она улыбнулась и я ответила ей тем же. Ну-ну… Надеюсь… Но, может быть, все получиться? Как говорится, надежда умирает последней.

Через минуты 2, мы вышли из нашей каморки и Димека, взяв меня за руку, повела… на улицу? Вернее, к выходу из пещеры. Но не к тому, что ввел в океан. Отсюда можно было выйти в лес или город. Но перед этим, мы остановились у туннеля, по которому и должны были пройти, чтобы выбраться на поверхность.

Здесь собрались почти все отступники. Одеты они были также, как и мы, и о чем-то переговаривались между собой. А моя сопровождающая повела меня в сторону наших приятелей. Они радостно встретили нас и весело начали болтать на разные темы. Я быстро влилась в их компанию, но чуть не спалилась. На мгновение забылась, и мне тут же сказали, что я говорю как взрослая (Люда, не пали контору!). Хорошо, что Най привлек все внимание к себе, так как снова распускал руки, обнимая меня за талию. За это он получил по конечностям от Анлики, а Димека притянула меня к себе, закрывая от рыжика своими теплыми объятьями, словно мама, оберегающая дочку. Видимо, я, правда, очень похожа на Анику. Но вдруг все резко замолчали, что было странно для такой огромной толпы. А затем, раздался неприятный голос главы отступников:

— У вас час на то, чтобы выйти, найти кровь и прийти обратно. Не успеете или останетесь голодными, мне плевать. Но наказание от меня получите. Грязнокровка, ко мне, — меня передернуло от того, что мне нужно подойти к этому упырю. Но сквозь толпу, полную любопытных взглядов, я прошла быстро и оказалась около вампира с прилизанными волосами.

Он прожигал меня своим взором, показывая, что я просто ничтожество недостойное жизни. Но при этом, его красные глаза скользили по моему телу, не скрывая желания, а кривая ухмылка стала шире. Я снова сжалась, намеренно показывая, что боюсь этого комара-переростка. А он быстро сократил расстояние между нами, грубо схватил за правое ухо и проделал в нем дырку острой серьгой-гвоздиком. Больно! Я по привычке закусила язык, чтобы не вскрикнуть, но показала свои слезы, которые собирались хлынуть из глаз. Нельзя так грубо обращаться с эльфийскими ушами! Но этому садисту понравилась моя реакция и он лишь сильнее оскалился, показывая клыки. Затем, он застегнул серьгу и приказал:

— Даже не вздумай снимать. Пошла отсюда, — я развернулась, намереваясь уйти, а этот… (ах, сколько слов крутится на языке и ни одного приличного!) шлепнул меня по попе! Зараза, еще и звук такой громкий получился! Он похабно ухмылялся, а я, покраснев и напрягшись, ускорила шаг, чуть ли не бежав до нашей компании. Отвратительно. Как же это отвратительно! У меня уже руки чешутся его убить, но нельзя. Покачто нельзя.

После этого… кхм… не самого приятного инцидента, вся наша толпа, состоявшая из 700 вампиров, двинулась вперед. Кто-то бежал, кто-то сразу принял вторую ипостась и, высоко прыгая, обгонял всех, а кто-то, как мы, просто шли, общаясь.

Отступники поневоле с жалостью смотрели на меня, пока я держалась за пробитое ухо, из которого пошла кровь (они же знают, насколько уши чувствительные у эльфов). Да, мне было жутко больно, но я не просто держалась за сережку, а, незаметно для других, сканировала ее. Ага, теперь ясно, что нужно сделать, чтобы остановить слежку и никто ничего не заподозрил. Отлично. Но я похожу немного с активной серьгой, чтоб уж наверняка не вызывать подозрений.

Когда я залечила раненное ушко и вытерла кровь, то поинтересовалась у вампиров насчет тренировки. Они мне ответили, что охота, на которую мы сейчас выходим, это и есть тренировка (вернее, разминка). Затем, мы вернемся в пещеру и там начнется все самое интересное. Клыкастые войны будут спаринговаться между собой, а лекари — лечить раненых (как сказала Димека, их будет о-о-очень много).

Наконец, показался выход. Чтобы не привлекать к себе внимания, всем вампиром приказали набросить полог незаметного, пока они не дойдут до темного леса, где обитают висели. А Вилатэк предупредил меня, чтобы я была осторожна, так как здесь пару раз замечали вожака этой нечисти, а он очень опасен. Я ответила, что буду осторожна, а в моей голове всплывали воспоминания о первой встрече с Эрдэном. Эх, знали бы вы, какой он замечательный! Но сейчас не до этого.

Морианский лес встретил нас также, как и Куалинский: черная трава, высокие таэсы, туман и могильный холодок, прошедшийся по коже. Также здесь было на удивление много нежити. Я думала, что вампиры всех высосали, но нет. То и дело, висели сновали туда сюда, либо стараясь спрятаться от более страшных хищников, либо пытаясь сражаться с ними. Вишневоволосая вампирша быстро разобралась с одним из представителей этой нежити и направилась ко мне, чтобы учить.

— Переходи во вторую ипостась, Лани, — сказала она мне, держа за руки и пристально смотря в глаза.

Я перешла в боевую форму, но изменений, как таковых, не было. Только клыки и когти увеличились. Я грустно выдохнула, а женщина ободряюще улыбнулась, продолжая говорить:

— Хорошо, а теперь сосредоточься на вампирской крови, что течет у тебя в жилах, — точь-в-точь повторила кареглазая фразу королевы вампиров. Дакана мне тоже самое говорила. Но я, все равно, попыталась сосредоточиться. — Попробуй представить ее как теплый огонек, что перемещается по твоему телу, — увидев, что у меня не выходит, посоветовала мне вампирша.

Представила, как множество маленьких огоньков гуляют по моему телу. Они приятно грели, согревая изнутри замерзшую меня. Я будто погрузилась в транс, следя за этими шариками света.

— Молодец, — как сквозь вату, расслышала я. — Теперь направь эти огоньки в лопатки, вот сюда, — она прикоснулась к месту, откуда должны расти крылья. Я выдохнула (отчего-то было тяжело дышать) и направила огоньки к лопаткам. Почему-то стало жечь в груди и спине, а голова начала гудеть. Не думаю, что так должно быть. — Умница. А сейчас представь как энергия пробивается сквозь кожу и у тебя вырастают крылья.

В этот момент началось самое страшное. Я представила, и лопатки начали невыносимо болеть, а голова собиралась взорваться. Глухая боль переходила в острую и с каждой секундой все больше окутывала мое сознание. По испуганным глазам Димеки я поняла, что все пошло не так, как надо. Плоть будто разрывалась, а моя энергия, словно пламя огня, прижигала раны, заставляя меня выгнуться. Это пытка продолжалась несколько долгих секунд, пока перед глазами все не поплыло. Мгновение я ничего не видела, а затем яркая вспышка чуть ли не ослепила меня. Боли больше не было. Лишь голоса звучали в моей голове:

— Еще рано…

— Не стоит…

— Они необычные…

— Еще не время…

— Позже…

— Они темные…

— Светлые…

— Разные?…

— Одинаковые?…

— Твои…

— Особенные…

— Не похожи на их…

— Ты не готова…

— Должна все вместе…

— Позже все узнаешь…

— Он узнает…

— Пробуждение…

— Истина…

— Ответы…

Все вновь заполнила беспроглядная тьма. Но теперь, вдалеке кто-то стоял. Не знаю, кто. Слишком далеко находится. Только знаю, что невероятно сильный. Намного сильнее меня. Я побежала к нему. Он (или она) обернулся и исчез. Затем, я пришла в себя.

Я стояла на четвереньках, оперевшись локтями о черную землю и тяжело дыша. Рядом сидела вампирша, пытаясь залечить мои раны. Только сейчас я заметила, что щеки влажные от слез, а по спине текут тоненькие струйки крови, охлаждая полыхавшую кожу. Мне казалось я горю, но, прикоснувшись к лицу, поняла, что мои руки холоднее любой ледышки. Странно. Но еще страннее то, что боли будто и не было, хотя я прекрасно понимала, что у меня две открытые раны на спине.

— Лани! — увидев, что я очнулась, Димека обняла меня, прижав сильнее к себе. Она почти залечила меня, оставалось совсем чуть-чуть. — Лани, ты меня так перепугала! Ну их, эти крылья! И без них можно прожить! Плевать, что будешь дефектной! Зато живая!

— Спасибо, — тихо сказала я, а отступница поцеловала меня в макушку, заставляя сесть.

— Так-так-так! Посмотрите-ка, шлюха еще и дефектной оказалась! — раздался знакомый язвительный голос. Да, та же девушка вчера меня пыталась оскорбить.

— Катона, не нарывайся, — прошипела моя защитница.

— А то что? Что мне могут сделать дефектная и вампирша с прицепом? Димека, неужели забыла, кого здесь больше всех любят? Если я захочу, твоей любимой дочурки не станет! Как ее там? Аника, да? — эта стерва улыбалась, как победитель, чем раздражала еще больше.

— Ты поплатишься за это! — вишневоволосая перешла во вторую ипостась, а эта зараза никак не могла угомониться.

— Да? Тогда твоя любимая Аника будет всю оставшуюся жизнь подстилкой для господина! — эта су… бака криво улыбнулась, а лекарку всю трясло от гнева. Нет, так дело не пойдет!

Я осмотрелась. Вокруг никого нет. Отлично. Я отключила на время слежку у Катоны и навсегда у Димеки и себя. Девушки даже не заметили этого, а я встала, отряхнулась и посмотрела на эту белобрысую мымру. Типичная блондинка с голубыми глазами и стервозным характером.

— Эй, шлюха дефектная, чего встала? Будто бы ты что-то можешь против меня! Ха! — я еще больше выпрямилась и посмотрела на нее, как на идиотку.

— Оскорбление других не красит девушку, чтоб ты знала, — спокойно ответила я.

— Слышь ты! Что, смелая вдруг стала, да? — вот честно, она так на гопника похожа! — Молчала раньше, так и сейчас молчи!

— Ланика, не стоит, — сказала мне вампирша, но я только хитро улыбнулась.

— Катона, да? — переспросила я. — Так вот, Катона, ты не красиво себя ведешь. Остановись, пока не поздно.

— Да как ты смеешь?! — блондинка взорвалась и хотела поскандалить. — Да ты — безродная грязнокровка — не имеешь права так со мной говорить! Да ты хоть знаешь, кто я?! — гопник ты, гопник!

— Стерва? — предположила я.

— Ах ты! Да я аристократка! Из высшего сословия! — не похоже. — Я из 14 клана вампиров! Да ты хоть представляешь, кому хамишь?!

— Поверь, по статусу я выше тебя.

— Да ты!!! — девушка хотела атаковать меня каким-то заклинанием, но я пригвоздила ее тьмой к земле. Теперь вампирша ошарашенно смотрела на меня.

— Послушай, Катона, если будешь и дальше задираться — это будет тебе дорого стоить. Ты больше не будешь лезть к нашей компании и угрожать. Иначе, поверь, я не пощажу тебя снова. Уяснила, а теперь ты пойдешь на базу. Свободна, — я освободила ее от теневых пут и поставила печать забвения на те воспоминания обо мне, которые ей не нужно знать (копаться в чужих мозгах нехорошо, но у меня нет выбора). Вампирша, как безвольная кукла, встала и направилась к пещере, не пророня ни слова. А Димека с ужасом смотрела на меня и спросила:

— Кто ты?

— Ваше спасение.

Часть 26

Димека была шокирована. Она задала мне множество вопросов, на которые я не дала ясного ответа (я и так слишком сильно рискую!). Сказала только, что теперь за ней не следят и чтобы произошедшее здесь осталось тайной. После, мило улыбнувшись, пообещала, что мы найдем ее дочь и все будет хорошо. Закончив этот недолгий разговор, мы направились обратно в лагерь, будто ничего не произошло.

Оставшиеся дня 4 были насыщенными, полными разных событий. Я отыскала всех невольников (которых было только 12 из 843 вампиров… Это удручает) и поговорила с каждым индивидом. Психология и обаяние быстро сделали свое дело, и клыкастики рассказали мне о своей тяжелой судьбе, все больше проникаясь симпатией ко мне. В основном их шантажировали, но были и те, кто являлся прислугой некоторых аристократов и они вынуждены были пойти за ними. Например, вампирша по имени Минэка. Милая девушка с огромными оранжевыми глазами и длинными персиковыми волосами прислуживала отпрыску 18 клана вампиров и была его… кхм… скажем так, игрушкой. Ей некуда идти и, не смотря на отвратительное положение дел, она ничего не может сделать.

Также, пока я была в логове злодеев, я ослабила систему безопасности. Виктор постарался на славу: все охранные заклинания были высшего уровня, но тьма истинного Хаоса может уничтожить все. Правда, бездумно убирать охранки — плохая идея (это сразу заметят), а вот постепенно ослаблять их — было правильным решением. К концу четвертого дня эти заклинания уже были бесполезны и чем больше энергии в них вливали, чтобы поддерживать защиту, тем слабее они становились (вспомнила уроки Игниса, когда он мне про обратное действие рассказывал).

Но если забыть, что я была на задании, то мне было достаточно интересно в тылу врага. Я смогла развить вампирскую силу и уже не считала себя дефектной, так как знала, что крылья у меня есть, но отращивать их не хотела (не то время, не то место). Еще мы с Димекой сблизились, хотя она знала мою тайну. Она часто заваливала меня вопросами, на которые я не давала ответа, но девушка все равно воспринимала меня как друга, а не кого-то опасного, из-за чего мы всегда засыпали вместе (мне не сложно, а ей спокойно).

Но связь укрепилась у меня не только с лекаркой, но и с моим спасителем. Вилатэк обращался со мной, как с младшей сестренкой, но в один день, мне удалось поговорить с ним по душам. Оказывается, шантажировали его не столько отступники, сколько его родители. Они были полностью за то, чтобы вампиры правили над миром, в отличии от Вила и его двух младших братьев. Но родители-фанатики настолько обезумели, что поставили такой ультиматум: либо ты становишься отступником, либо мы пытаем и убиваем Кари и Сано на твоих глазах. Сила и жестокость двух могущественных вампиров превосходили Вилатэка по всем параметрам и ему ничего не оставалось делать, кроме как подчиниться их воле. Но просто прислуживать этим паразитам мужчина, конечно же, не стал.

— Каждый месяц к нам приходил русал, — спокойно начал брюнет, зная, что за ним больше не следят (он знатно прифигел, когда узнал о моей силе, но быстро принял данную информацию). — Его звали Акансин. Он проверял не делаем ли мы чего-нибудь незаконного, но ему всегда приходилось врать начальству. Сам Акан был порядочным, но его заставили закрывать глаза на все происходящее. Мы с ним хорошо общались и как-то раз он мне сказал, что у него есть план, как все это прекратить. Акан мог на время останавливать слежку, но ему это очень тяжело давалось. В один день, он опять отключил мою слежку и мне… мне пришлось его… убить… — последние слова он произнес совсем тихо, держась руками за опущенную голову. — Я… я не хотел, но только… только так, по словам Акана, нас смогут уничтожить… Он намеренно пожертвовал собой, чтобы защитить свою семью, а отступников раскрыли… Я не хотел этого… не хотел… — так вот кто убил генерала! Я же говорила, что это сделали специально! Но Вилатэка было жаль. Сразу видно, что они с Акансином стали друзьями, а убить своего друга… это… даже не представляю, насколько ему плохо… Одно дело — когда друга убили, совсем другое — когда это ты его убил…

— Ваша цель достигнута, — сказала я, положив ему руку на плечо. — Поверь, скоро все закончится, — он посмотрел на меня, желая спросить о многом, но я лишь по-доброму улыбнулась и ушла, ничего не объясняя.

Но этим же вечером…

— Пей! Пей! Пей! — кричала толпа вампиров вокруг меня, пока я осушала огромную кружку пива… Как до этого дошло?!

Да все просто. Я мелкая и пить мне, естественно, никто не давал. Но тут пришел вампирюга с именем Паритэк и предложил мне выпить, услышав, как я яростно рвусь это сделать… (говорила же, что я уже взрослая, пить мне можно и т. д. и т. п. Нарвалась, называется). Если бы я отказалась, это было бы странно (так хотела, а когда предложили вмиг перехотела). Поэтому, быстренько наложив на себя заклинание неполной устойчивости к алкоголю (тело реагирует на спиртное, а вот разум остается нетронутым. Короче говоря, я себя не раскрою, когда напьюсь), я взялась за кружку, которую мне предложили.

Здесь было немного. Деревянная посудина была только на половину полна, а пышная пена ушла, оставляя только жидкость золотого цвета.

— Лани, ну что? Пить будешь? — ухмыляясь, спросил Пари. Вообще, он парень хороший, хоть и по своей воле находится здесь. Поэтому, я решила, что мы не будем убивать клыкастиков, а сначала допросим их всех. Но сейчас у меня другая проблема.

— Буду! — решительно сказала я, сильнее сжав кружку в руках. Отступники начали подходить к нашему столу, шушукаясь, а кто-то уже делал ставки. А я быстро запрокинула в себя пиво.

Большая часть газа уже выветрилась, но все равно била в нос и неприятно шипела на языке. Эль был холодным, но обжигал горло (наверно, не стоило пить так быстро). Я поморщилась, а блондинчик — то есть, Паритэк — за моей спиной, смеясь, похлопал меня по плечу, приговаривая:

— Эх, Лани-Лани. Что, слишком крепкое для тебя? Видимо, ты еще маленькая для алкоголя!

— Не маленькая! — возмутилась я. Люда, вот что ты делаешь?! Создаю себе новые проблемы…

— Ну раз так, тогда ты легко выпьешь 5… нет, 7 кружек аваля! — здесь пиво называется авалем. Я промолчала, понимая, что 7 кружек пива, это многовато (каждая по пол-литра!). Но блондин продолжил: — Наша маленькая девочка струсила?

— Нет, не струсила! — Люда, кто тебя за язык тянул?! В роль вжилась, что ли?!

— А ты докажи!

— Вот и докажу! — ой, дура-а-а…

— Но давай так, если не осилишь все 7, с тебя поцелуй! — Анлика и Димека хотели прибить наглеца за подобное предложение, но одна глупая особа в моем лице согласилась:

— По рукам! — так я заключила пари с Пари.

Вот… теперь пью… 5 по счету кружку. Ой, да ничего страшного! Мы с Альрой 8 бутылок вина выпили, а там содержание спирта куда больше! Так что, я не проиграю!

— Пей! Пей! Пей! — кричали за моей спиной. Осталось совсем немного. Только две кружки или литр аваля. Я справлюсь. Вот только проблема в том, что эта зараза — газючая, пьется тяжело!

— Давай, Лани! Мы в тебя верим! — поддерживал меня Най из нашей компашки. Альтик же, как вампир, который очень любит здешний эль, уважительно кивал мне, и выпивал со мной, за компанию. А остальные были против. Особенно Вилатэк, который постоянно приговаривал, что нельзя так поступать с детьми.

А у меня осталась только одна нетронутая кружка. Уши и щеки горели, перед глазами все плыло и жутко хотелось спать, но я взяла деревянную посудину и начала пить. Глоток за глотком, наплевав на вкус, газы, крепкость и Паритэка, который был недоволен тем, что он проигрывает.

— Все! Ик! — я громко ударила пустым сосудом по столу и мне зааплодировали. — Я… ик… выиграла!

— Хорошо-хорошо, ты не маленькая и все осилила! — блондинчик снова улыбался, приобняв меня за плечи. — Какое желание у нашей победительницы?

— Спать! — ответила я и упала на стол, собираясь на нем заснуть. Хорошо, что я еще относительно соображала и никто не узнал о моих тайнах (все-таки, заклинание неполной устойчивости к алкоголю — вещь прекрасная). Но прежде чем я вырубилась, меня взял на руки Вил и отнес в нашу с лекаркой комнату, за что ему огромное спасибо.

Так прошли 4 дня. А на 5 день, я завершу эту войну, не дав ей начаться. Завтра я убью Тхаэка, не дав ему возродиться!

Часть 27

И снова меня накрыло чувство дежавю. Сегодня, возможно, нам удастся закончить эту войну. Шансы на победу велики, главное их не профукать. Так, Люда, ты справишься! Все будет хорошо! Но что-то я волнуюсь… Волнение — это нормально! Ладно, ну-с, погнали!

Я уже находилась в подвале, который был наполовину заполнен водой. Каменный кусочек суши, по сравнению с темной водной гладью, казался просто ничтожным. Да и само помещение выглядело довольно мрачным из-за приглушенного света маленьких магических огней (невыгодно тратить энергию на хорошее освещение в подобном месте). А что я хотела? Здесь пещера, как-никак!

Охранные заклинания в затопленном подвале не работали и ни одной живой души не наблюдалось, поэтому я, накрыв себя пологами тишины, невидимости и завуалировав это дело тьмой, связалась с эльфийским королем:

"Связь"

"Слушаю," — ответил мне Тенебрисель через пару секунд.

"Я на месте, сейчас буду приводить план в действие. Вы где?"

"Не волнуйся, Лиен, мы уже около базы. Дроу проникли в логово, а остальные эльфы и русалья армия сидят под пологами. Ждем твоих указаний," — отчеканил король, но после спросил более мягко: "Как ты там?"

"Если не считать запах водорослей, застоявшейся воды и ужасную сырость, то нормально," — мой муж посмеялся и сказал напоследок:

"Моя богиня, будь осторожна."

"Постараюсь."

Разговор прекратился, и я медленно зашла в воду, не снимая любимых балеток (они себя уже показали как "несгибаемых воинов", так почему нет? Тем более, сапоги Димеки быстро наполнятся водой и будут тянуть меня вниз, а другой обуви у меня нет). Еще пару аккуратных шагов и я погрузилась в омут с головой. Вода была холодной, заставляя поежиться, но это не проблема. Страшно то, что она — затхлая, соответственно, не смотря на мои способности, мне тяжело дышать в подобных условиях. Зато будет дополнительная мотивация закончить свою миссию побыстрее.

Мутно. Глаза больно щипало из-за грязной воды, а белок, наверняка, уже стал красным от раздражения. Конечно же, разглядеть здесь что-то — кажется задачей невыполнимой, но яркий красный камень, который сиял в этой тьме, облегчил мне задачу. Я поплыла к нему, словно корабль на свет маяка, но остановилась, решив сначала проверить все эфирным зрением. Не зря я это сделала. Вход в гробницу Тхаэка был напичкан разными охранками высшего уровня и имел радиус действия 25–30 метров. Также внутри находилось 6 особо-сильных вампиров-стражников, которые вряд ли пощадят маленькую, слабую и беззащитную эльфийку. Но меня щадить не надо, я сама могу за себя постоять (не всегда, но, в принципе, могу).

Сейчас же я осторожно уничтожала систему безопасности, боясь, что она может заорать, как сирена. Но тьма, что так долго спала во мне, радостно срывалась с пальцев, то превращаясь в мудреные плетения, то жадно поглощая энергию. Но не смотря на то, как трепетно я проделывала эту работу, я уложилась в секунд 30 и та-да! Охранных заклинаний будто не было здесь никогда и никто не завизжал, как резанная свинья, извещая отступников о незваном госте. Отлично! А теперь познакомимся с теми огромными ребятами, чьи мышцы меня, откровенно говоря, пугают.

Я подплыла к каменному входу пещеры, в которой было на удивление сухо. Тихо зашла и еще больше ужаснулась этим бугаям. Мамочки, какие они огромные! И 100 % очень сильные! Но каким бы могущественным ты не был, ты не сможешь победить, если не видишь (и не знаешь о присутствии) своего противника. Поэтому, 6 шкафов, которым я в пупок могла бы дышать, громко упали на пол, после заклятия сна. И тут я поняла, что когда вампиры валяются на полу не шевелясь, то уже не выглядят такими страшными. Но я все равно с опаской перешагивала их, боясь разбудить, хотя такой исход событий невозможен (магия действует 10 часов, а с тьмой, которую я по привычке вплела, и того больше).

Когда я вышла в узкий коридор, то снова включила энергетическое зрение. Опять охранные заклинания! Ну, твою дивизию! Мне еще Тхаэка уничтожить надо, а приходится тратить силы на обезвреживание этих охранок! Люда, а что ты хотела? Было бы наивно полагать, что Виктор понаставил заклинаний только у входа, а само помещение проигнорировал. Интересно, а простые ловушки здесь есть? О как! Есть! От банальной дырки в полу, до дротиков с ядом и бомб (это архимаг сюда еще и бомбочки засунул!). Хорошо, охрану уничтожу, ловушки обойду, энергию возьму извне и так пополню свой резерв.

Настроив себя на позитивный лад, я быстро расправилась с заклинаниями и, словно кузнечик, перепрыгнула все преграды, не задев ни одного рычага или пластину в полу, которые должны были активировать ловушки. Донельзя довольная собой, я кое-как восполнила силы и пошла дальше по каменному лабиринту. Мне часто попадались развилки по пути, но я не переживала на этот счет. Ведь я просто шла туда, где было больше всего энергии и не прогадала.

Через пару минут я вышла к огромным вратам, которые, к сожалению, находились под бдительным надзором мощных клыкастиков и элементалей. С элементалями я разберусь (они, как и нежить, беспрекословно слушаются дитя Богов. Нет, если я буду хранить что-то важное, я это не доверю элементалям. Уже второй раз они ничего сделать не могут), а вот с мужчинами будет тяжелее. Их здесь 10 и за дверями еще столько же. Усыплю этих, забьют тревогу те, а всех вместе ликвидировать не получиться. Хотя…

Мой взгляд скользнул на земляных элементалей, которые то появлялись, то исчезали в полумраке, оборачиваясь мелкими крошками камня. В мою бедную головушку пришла идея, которая не факт, что сработает, но мне уже все равно. Любопытность не вовремя проснулась и взяла надомной верх. Но, может быть, мой план сработает.

Я сделала легкий жест пальцами, и все духи земли замерли на месте, понимая, что перед ними дитя Истарии. Хоть мне понравился результат, но вампиры заволновались:

— Эртэк, что с ними? — пробасил на вампирском мужчина. — Здесь кто-то есть? Ну?

— Подожди, не мешай, — холодно ответил парень. Видимо, этот Эртэк — некромант, раз может общаться с духами. — Они говорят, что здесь тот, кого они не могут ослушаться.

— Душа того архимага, что ли?

— Нет, это… Черт! Бей трев… — договорить он не успел, так как я всех вырубила.

А в это время, элементали напали на вампирчиков, что находились за вратами. Отступники, шокированные таким поворотом событий, не сразу заметили, как врата открылись. Затем, 10 мужчин упали на землю без сознания, а я прошла к пьедесталу, что возвышался над полом.

Я взглянула на тело и остолбенела. Передо мной лежал он — ночной кошмар Лаэргии. Но меня не столько удивил Тхаэк, сколько мои собственные ощущения. Хоть он был мертв, я каждой клеточкой тела ощущала немыслимую силу, исходящую от него. Хотелось бежать куда глаза глядят от непередаваемого страха и дикого чувства опасности. Но… не смотря ни на что, больше всего хотелось дотронуться до бледного лица, аккуратно провести пальцами линию от острых скул, по щекам, волевому подбородку с легкой небритостью и до шеи, затронув ворот мятой, рваной рубашки, которая со временем испортилась, в отличии от тела… Да… Удивительно, что Тхаэк может, будучи трупом, излучать не только огромную мощь, но и столько же обаяния, которому ты с трудом можешь сопротивляться…

Часть 27.2

Растрепанные волосы цвета махагон манили своим блеском с черным отливом. На бледном аристократичном лице застыли хмурые широкие брови и поджатые губы. Будто перед смертью он был не в гневе, а просто недоволен чем-то, обижен на что-то. Но если честно, Тхаэк мало походил на труп. Казалось, он просто спит. А если я его трону, то вампир резко распахнет глаза и схватит меня за руку. От подобной картины, что создало мое воображение, мне стало не по себе и я нервно передернула плечами. Так! Люда, соберись! Хорош любоваться вампиром! Тебе его уничтожить надо!

— Ничего я не любуюсь, — тихо ответила я сама себе и начала трактовать заклинание.

Эта идея по уничтожению тела пришла мне не так давно, но должна сработать. Само тело разрушить нельзя, но что если его не уничтожать, а просто разобрать? Вернее, изъять жидкость и испарить ее. Каким бы крутым у тебя не было тело, без жидкости оно скукожится в любом случае. А подобное тело уже не получится использовать. Мысль хорошая, вот только много времени и сил понадобится, но это так, пустяки.

Я включила магическое зрение и осмотрела труп с ног до головы. В нем бурлила сила, хотя души не было. Но мне нужна только энергия крови, лимфы и прочее, прочее, прочее. Также не стоит забывать про сами клетки, которые состоят из воды на 95 %. Блин, еще надо все эти жидкости в разные сферы разместить, чтобы при их разборе на молекулы не произошло никакой реакции. О-ой, как все сложно! А что я хотела? Это вам не хухры-мухры, а неуничтожаемое тело! Так, самое сложное — это начало. Дальше проведем канальцы от трупа к сферам и действие будет выполняться автоматически. Отлично! Вот только, зараза, столько сил на это уходит! Ну ничего страшного. Зато мы завершим войну. Наконец-то все закончится!

Самая трудоемкая часть работы сделана, а остальное выполняется самостоятельно. Радости моей не было предела, но, благодаря эльфийскому слуху, я уловила спешно-приближающиеся шаги и слова на вампирском языке. Вашу дивизию, неужели ничего не может пройти гладко?! Ладно, не страшно. Но я быстро накрыла сферы пологом незаметного и тьмой, а также связалась с Тенебриселем.

"Тен, меня обнаружили, но дело я почти завершила. Под пологами проникните на базу, а ты сам возьми небольшой отряд и отправляйся в затопленный подвал. В воде, под ярким красным камнем, находится вход в пещеру, где покоится Тхаэк. Проследи, чтобы мое заклинание уничтожило его тело."

"Хорошо, но я прикажу, чтоб рядом с тобой находились наши войны. Мало ли, что может случится."

"Спасибо, но пусть они не вмешиваются, пока я не прикажу," — мой король согласился, а в этот момент кто-то за спиной язвительно сказал:

— Так-так-так, — голос блондинистой стервы я ни с чем не спутаю. — Шлюха, так это ты проникла сюда?! Я всегда знала, что с тобой не все чисто, эльфийская дрянь!

Смешно, но Катона была предводителем отряда из 16 крупных мужчин и выглядела на их фоне очень мелкой. Я бы посмеялась, но не те обстоятельства. Заклинание высосало из меня почти все соки, а элементали земли исчезли сразу же после нападения на прошлую десятку клыкастиков, так как они ослушались своего настоящего хозяина. Другими словами: я слишком слаба сейчас. Даже если выцежу из пространства энергию, ее будет недостаточно, чтобы победить их. Да и тьме нужно немного покоя, чтобы заполнить мой резерв.

А пока я прибывала в своих мыслях, отступники окружили меня и вампирша продолжила:

— Ну и что ты будешь делать? Предлагаю сдаваться по-хорошему, иначе…

— Сдаюсь, — не дала я ей договорить. Присутствующие немного опешили, а блондинка возмущенно начала хватать воздух ртом.

— Надеть на нее наручники! — завизжала она, как оскорбленная невинность.

Один бугай подошел ко мне с кандалами из маисана, когда второй стоял сзади меня, не оставляя ни единого выхода для отступления. О как. Я бы испугалась, если бы не обнаружила, что там только 20 % этого металла. Люди… тьфу, вампиры, вы за кого меня принимаете? Ну и ладно, мне же лучше. С такой мелочью я и сейчас расправиться смогу, но мне это мало чем поможет. Поэтому я спокойно выставила руки вперед, позволяя надеть на себя эти тяжелые, но бесполезные браслеты.

— Дура, разве ты не понимаешь?! Это маисан! — Катона, наверно, полагала, что я буду трястись от страха, но так как этого не произошло, то жутко бесилась. — А! Я поняла! Решила строить из себя храбрую, хотя внутри вся дрожишь от ужаса! Дрянная эльфийка, я вижу тебя насквозь! — ну, если ей так спокойнее, то пусть думает все, что ей захочется.

После того, как девушка перестала нахваливать себя и свою способность видеть настоящую личину окружающих, отряд из 7 отступников повел меня наверх (остальные 10 остались охранять Тхаэка). Я не сопротивлялась, спокойненько шла за ними, хотя эта стерва постоянно норовила меня как-нибудь задеть и ее ужасно раздражало то, что я никак не реагирую. Но вдруг в груди появилось яркое, теплое чувство, согревающее меня изнутри. Будто объятья. Объятья моего мужа. Он рядом. Остановился возле меня, я чувствую это. Я знаю это. Он волнуется. Я легко улыбнулась и потрясла кандалами, как бы показывая, что не о чем беспокоиться (20 % маисана!), со мной все хорошо. Чувства в моей груди начали угасать, значит эльфийский король удалялся от меня. Стало немного грустно… Ну и пусть. Сейчас все это закончится и я смогу обнять его. Все закончится. Скоро война закончится.

Мы все шли и шли по каменному лабиринту, а я вновь что-то почувствовала. Некий прилив сил, веры и надежды. Это не мой супруг. Нет. Так ощущается МОЙ народ. Войны идут за мной, за их королевой. Я выпрямилась, расправила плечи и гордо подняла подбородок. Несмотря на мокрую одежду, кандалы и внешность, что отличается от моей настоящей, я все равно остаюсь королевой. Поэтому, я должна быть сильной, чтобы вдохновлять свой народ.

Наконец мы дошли до пункта назначения. Огромный зал, в котором собралась большая часть вампиров. Но я знала, что здесь находятся эльфы, как темные, так и светлые. Это придавало мне уверенности, что нервировало не только Катону, но и здешнего главу отступников, который стоял в середине помещения. Меня небрежно толкнули вперед, заставляя упасть на колени перед ним, а Ганэстэк фон Заирем начал речь:

— Я знал, что грязнокровке нет места в наших рядах, — он недовольно скривился. — Самым страшным унижением для вампира считается укус от его сородича. Но ты не одна из нас, так что этого будет мало, — он похабно ухмыльнулся, сверкая красными глазами. — Но сладкое оставим напоследок, а сейчас…

Мужчина схватил меня за ворот рубашки, притягивая к себе, и собирался впиться клыками в шею. Среди толпы послышались голоса моих приятелей, которые говорили: "Лани! Нет! Не надо! Пожалуйста, пожалейте ее! Она еще слишком мала!". Они рвались ко мне на помощь, из-за чего их скручивали и заставляли смотреть на это. Еще я чувствовала, как мои эльфы тоже напряглись и хотели сорваться, но им не позволял приказ. А я усмехнулась и нагло уставилась в глаза отступнику.

Миг, и оковы с моих рук спали, а Ганэстэка отбросило назад, так как я ударила по нему тьмой.

— Отступников брать живыми! — приказала я, снимая с себя маскировку.

Мои войны радостно откинули все пологи и напали на вампиров. Я же спокойно шла к предводителю лагеря, пока он испуганно смотрел на меня.

— Да кто ты такая?! — закричал он, отползая назад и пытаясь атаковать меня какими-то заклинаниями, которые я быстро уничтожала.

— Я — Лиенилде рин Аран, королева Эльфийского Королевства и Дитя Богов, — пафосно ответила я, связывая мужчину путами из тьмы.

Вот и все. Мы победили. Война окончена. Счастье переполняло меня. Теперь все будет хорошо.

— Моя королева, что прикажете делать с отступниками дальше, — спросил подошедший ко мне Индариэн.

— Допросить каждого из них. По своей ли воле они здесь, какая у них причина и так далее.

— Сделаем, моя королева, — дроу исчез в тени, а меня снова поглотило счастье. Боги, не могу поверить, что это конец! Это конец! Мы победили!

МЫ ПОБЕДИЛИ!!!

Но мою эйфорию прервало тревожное, почти болезненное чувство. Голову пронзила мигрень, а сердце будто бы проткнули острыми иглами. Душа, как раненый зверь металась в теле, не находя себе места. А в голове была лишь одна мысль — Тенебрисель. С ним что-то случилось!

"Связь," — я попыталась с ним связаться, но он не отвечает!

Я осмотрела пространство магическим зрением, отыскала энергию моего любимого и побежала за ней. По пути достала косу и, запрыгнув на нее, полетела вперед. Энергетический след привел меня к выходу из базы и я не раздумывая нырнула в воду, а затем поплыла вверх, на поверхность. По пути я все время пыталась связаться с Теном и каждый раз провал. Черт!

Когда же я вынырнула, то не поверила в увиденное. Над водой, держа моего мужа, который был без сознания, за шкирку, парил Тхаэк. Нет, не совсем он. Глаза переливались от рубинового до ярко-желтого. Виктор. КАК ЖЕ ТАК?!

— Я же почти уничтожила… Нет…

— Да, Людочка, ты почти уничтожила это тело, — надсмехаясь надомной начал этот подонок. — Мне пришлось потратить кучу сил на его восстановление. Еще твой муженек лишил меня глаза, — и вправду, идеальное лицо было окровавленно, из-за чего не сразу заметишь пропажу левого ока. Но мне было плевать на него.

— ВИКТОР! — я быстро полетела к нему, готовя заклинание, а он выставил вперед тело моего супруга.

— Людочка, я бы на твоем месте не спешил! Ты можешь попытаться уничтожить меня или спасти своего ненаглядного. Выбирай, время пошло! — безумно смеясь, он отпустил эльфа. В океане уже плавали химеры и прочие хищники, предвкушая будущее лакомство.

— ТЕН! — я бросилась за ним и еле-как успела поставить сетку, которая не дала ему упасть в воду.

Но сил почти не осталось из-за чего я не могла нормально атаковать Виктора. А этот ублюдок сбежал, растворяясь в портале.

— ЧЕРТ! НЕТ! ЭТОГО НЕ МОЖЕТ БЫТЬ! НЕ МОЖЕТ! — из глаз покатились слезы отчаяния. Победа была так близко, так близко! Но страшнее всего, я чуть не лишилась Тенебриселя. Это все моя вина. Это я во всем виновата! Если бы я не была настолько самоуверенна, этого бы не случилось! Какая же я дура!

***

Уже был вечер. Солнце мирно уходило за горизонт, забирая с собой все яркие цвета и наши надежды на скорейшее завершение войны, сменяясь холодной ночью, когда звезды и две луны становятся тусклыми и не светят так ярко, как раньше. А все потому, что мы проиграли в этой битве, погибло множество наших и русальих войнов при оказании сопротивления древнейшему вампиру, Виктор украл тело Тхаэка, а Тенебрисель… Тенебрисель до сих пор не очнулся.

Я лежала около перебинтованного тела моего мужа, держа его за холодную руку. Хоть врачи и сказали, что завтра он должен проснуться, но пульс был совсем тихим, что еще больше меня пугало. Я укрыла его одеялом и придвинулась ближе, пытаясь согреть. А по щекам катились обжигающие слезы, и уста шептали: "Прости меня, мо Тен, прости…"

Часть 28

Ночь прошла беспокойно. Я постоянно просыпалась, но, ища поддержки у своего мужа, натыкалась лишь на холодное, перебинтованное тело и снова впадала в депрессию.

Когда же наступило утро, мне казалось, что я и не спала вовсе. Состояние было, мягко говоря, хреновое, а отражение в зеркале тому доказательство. Почти белая кожа стала болезненно бледной, в красных глазах был песок, а кислая мина только подчеркивала мое душевное состояние. Но на внешность мне было глубоко плевать, ведь мой Тен еще не проснулся.

Весь день я просидела у нашей кровати, надеясь, что сейчас мой муж откроет глаза. От завтрака, обеда и ужина хотела отказаться, так как аппетита совсем не было, но, понимая, что так я лучше никому не сделаю, запихивала в себя хотя бы половину от каждой порции, не чувствуя вкуса.

Заходили лекари, чтобы осмотреть эльфийского короля. То, что они сказали, меня совсем не обрадовало. Сегодня Тенебрисель так и не проснулся, хотя врачи смогли залечить все ранения, что у него были. Но мужчина до сих пор прибывал в объятьях Морфея, а доктора разводили руками, говоря, что остается только ждать… Невыносимо долго ждать…

Также приходил Рисанит со своим советником. Повелитель Океана попытался меня утешить, а Этин грустно смотрел на моего супруга. Тенебрисель говорил, что они с "ангелочком" сдружились, поэтому реакция зеленоволосого не удивительна. Побыв в моей спальне минут 30, царь удалился, а его правая рука осталась со мной, но тоже ненадолго. Вскоре, я опять осталась наедине со своими грустными мыслями и слезами, что лились из глаз по щекам и подбородку.

А потом зашел Индариэн и старался меня хоть как-нибудь развеселить, но выходило у него это с трудом. Но я все равно была благодарна эльфу. В такой тяжелый момент, он был для меня не просто телохранителем, а настоящим другом. Поддерживал, не давал мне сойти с ума от длительного ожидания и заставлял меня нормально питаться.

Так прошел еще один день. И еще один. И еще, а Тен все не открывал глаза. Я потихоньку сходила с ума. Постоянно сидела на краю постели и пристально смотрела на мятного короля, будто одержимая. Да что там, я, правда, стала одержимой. Никуда не выходила, боясь, что когда я уйду, он наконец проснется и не обнаружит меня, а если меня пытались хоть как-нибудь вытащить из комнаты, у меня начиналась истерика.

Удивительно, но слез больше не было. За эти дни я ни разу не заплакала, что немного пугало врачей. Они говорили, что мне стоит выплакаться, дать волю эмоциям, нежели хранить все в себе, ведь иначе у меня могут возникнуть серьезные проблемы. Как физические, так и психлогические. Но я не могла. Просто не могла.

В конце концов все дошло до того, что я никого не впускала в комнату, кроме лекарей, Риса, Этина и Индариэна. Для остальных эльфов и прислуги был вход закрыт, так как я не хотела, чтоб кто-нибудь еще видел, какие сейчас слабые король и королева. Да и просто не желала никого видеть. Только Индариэна. Он хотел, но не заставлял меня покидать комнату, понимая, как мне тяжело. Темный эльф был последним, что не давало мне полностью сойти с ума. Когда мы разговаривали, мне становилось чуточку легче и, бывало, на мгновение я забывала обо всех бедах. В такие моменты, ясные голубые глаза на загорелом лице искрились от счастья. Но обсидиановый эльф также приносил мне информацию об отступниках (кого допросили, что узнали, кому помогли, кого отправили на растерзание Дакане и так далее).

А сегодня ко мне снова зашел дроу и сообщил:

— Моя королева, у вас просят аудиенции группа невольных отступников. Их имена: Мэтильтэк фон Капсием, Вилатэк фон Нагарием, Найтак фон Цадием, Димека фон Фикием, Альтик фон Вцейием, Имитэк фон Пачитем и Анлика фон Ганприем.

Знакомые имена. С трудом, но я их вспомнила (от стресса голова плохо работала). Приятели из лагеря. Но я не могу их сейчас принять. Как только моя Ночь проснется, тогда и приму. Но не сейчас…

— Откажи, Индариэн, — но беловолосый мужчина не спешил покидать спальню. Я устало взглянула на него. Он не двигался и лишь широкая грудь вздымалась от неровного дыхания, а кулаки сжимались. Он словно решался на что-то. — Индариэн?

— Так больше не может продолжаться, — тихо сказал эльф скорее себе, чем мне. А затем быстро преодолел расстояние между нами, взял меня на руки и ушел в гостинную.

— ИНДАРИЭН! ЧТО ТЫ ТВОРИШЬ?! ОТПУСТИ МЕНЯ! ТЕН! ТЕНЕБРИСЕЛЬ ЕЩЕ НЕ ПРОСНУЛСЯ! Я ХОЧУ К НЕМУ! ИНДАРИЭН, ОТПУСТИ МЕНЯ СЕЙЧАС ЖЕ! — у меня началась истерика. Я брыкалась, била кулаками по его груди, но темный эльф крепко держал меня, продолжая свой путь.

Мы пересекли гостевую комнату и зашли в ванну. Черная дверь захлопнулась за нами, а я не заметила, как он остановился и усадил меня к себе на колени, в то время когда сам сидел на полу. Моя истерика набирала обороты, глаза смотрели безумно, а я пыталась вырваться и убежать обратно в спальню, к моему милому. Но телохранитель меня не отпускал.

— Моя королева, — повысив голос, начал он, серьезно глядя на меня, — остановитесь! — от неожиданности моя истерика сошла на нет. — Когда вы в последний раз нормально спали?

— Я… не помню…

— А когда вы нормально ели без моих уговоров? — я промолчала. Чего он добивается? — Видите! Вы только посмотрите, что сделали с собой! Вы сами сейчас больше похожи на труп, чем ваш муж! — его слова были жесткими, но верными. — Так нельзя! Моя королева, все за вас волнуются! Здешние слуги, наша свита, врачи и те отступники поневоле тоже! Я за вас волнуюсь! А представьте себе, как расстроится Его Величество, когда увидит вас в таком состоянии!

— Прекрати… — прошептала я, сжимая пальцами ткань его комбинезона.

— Вы отгородились от мира и пытаетесь скрыть свои эмоции, которые сжирают вас изнутри! Вы просто бежите от реальности! Ваш муж не мертв! А вы рядом с ним сидите, как обезумевшая вдова, что отказывается хоронить супруга! Он проснется! Нет смысла сидеть с ним все время!

— Это я виновата в его состоянии! — не выдержала я, переходя на крик. Слезы мигом брызнули из глаз. — Это я во всем виновата! Это моя вина, что мы не выиграли, это моя вина, что Тхаэк сбежал, это моя вина, что мы потеряли так много солдат, это моя вина… — я всхлипнула, — что Тенебрисель до сих пор не очнулся…

Все это время меня убивало ужасное чувство вины. Вины перед всеми… А сейчас, я не сдержалась и просто разревелась на коленях дроу.

— Если бы… (всхлип)… если бы я не была такой самоуверенной, этого бы не случилось! Мы бы победили! Я… (всхлип)… я так виновата перед всеми! Я подвела всех! Если бы не… (всхлип)… не моя самоуверенность, с Теном было бы все хорошо! Я так виновата! Я во всем виновата!

Пока я плакала, Индариэн обнял меня, успокаивая. Я же уткнулась ему в ключицу, не в силах остановить этот поток слез. Мой друг ничего не говорил, лишь сильнее прижимая меня к себе, будто хотел защитить меня от всего. А когда я выговорилась и выплакалась, он прижался губами к моей макушке.

— Моя королева, мы победим. Обязательно победим. Не сегодня, так завтра, но победа будет за нами, — его баритон расслаблял, убаюкивая меня. — Не берите всю вину на себя. Моя королева, — мужчина прикоснулся к моей щеке, заправляя прядь волос за ухо, — все будет хорошо. В крайнем случае, вы всегда можете рассчитывать на меня. Я пойду за вами на край света и до конца жизни буду вашим верным другом. Я буду вашей собакой! Гав-гав! — он забавно махнул рукой, как собачка лапой, заставляя меня смеяться. — Я рад, что поднял вам настроение. Наверняка, Его Величеству тоже больше нравится ваша улыбка, чем уставшее лицо.

— Да, ты прав, — кивнула я.

Частично сбросив с себя тяжкий груз вины, мне стало легче. А после гавканья от темного эльфа, мое настроение улучшилось, взлетев до небес. Поэтому, я сказала:

— Индариэн, спасибо тебе, — я сильнее обняла его, из-за чего дроу улыбнулся. — Большое спасибо тебе. И можешь сказать тем отступникам, что я могу принять их через час.

— Да, моя королева.

Часть 28.2

Так! Индариэн прав! Сидя на одном месте и убиваясь с горя, делу не поможешь! Я королева или кто?! Я должна вдохновлять свой народ и быть для них примером, а не закрываться от проблем и находиться в депрессии! Я должна, несмотря ни на что, вести всех вперед, даже если на пути встречаются неприятности! Тем более, я не одна! У меня есть Дакана и Индариэн! Среди слуг и невольных отступников у меня также много приятелей! А Тенебрисель скоро очнется! Я в этом уверена (но если он сегодня не очнется, я сама начну его будить)!

С таким позитивным настроем, я встала с колен моего друга и решила привести себя в порядок. Дроу удалился, чтобы известить вампиров о согласии на аудиенцию, а я подошла к зеркалу. Твою дивизию! Все даже хуже, чем я думала! Это что за умертвие в отражении? Пошевелив руками и рассмотрев огромные круги под глазами, убедилась, что это, все-таки, я (жаль. Лучше бы у меня зеркало с нечистью было, честное слово). Ладно, не страшно. Это дело поправимо.

— Танкэя, Лаирия, Аурэния, придите ко мне, пожалуйста, — сказала я в пустоту и попыталась хоть как-то улучшить состояние своего лица.

Вода — это, конечно, хорошо, но недостаточно для такого запущенного состояния, как у меня. Хотя тут, в принципе, ничего, кроме макияжа, не поможет. Но краску на лице я не очень люблю, поэтому поступим по-другому. Легкий жест моей руки, и энергия из пространства вокруг восполнила мои как магические, так и физические силы, заменяя нормальный отдых в постели с усиленным питанием. Болезненная кожа с сероватым оттенком стала молочной, аметистовые глаза вновь засияли, заостренные черты лица и фигуры сгладились, а сухие, искусанные губы порозовели. Какая я, оказывается, красивая, когда не больная! Да, синяки под глазами, к сожалению, не исчезли, а щеки не налились привычным румянцем, но это так, мелочи.

В этот момент я услышала торопливые шаги, приближающиеся к моим апартаментам. Через секунду, в дверь гостиной постучали.

— Ваше Величество, позволите войти? — за черным деревом послышался спокойный голос эльфийки с золотыми волосами. Я вышла из ванной и ответила:

— Входите.

Нет, девушки не вошли, они ввалились в мою комнату со слезами на глазах. Еле-как себя удержали, чтобы не броситься на меня с объятьями. Я же усмехнулась и развела руки, позволяя им совершить задуманное. Первая ко мне подбежала шатенка, а за ней подтянулись остальные.

— Ваше Величество, мы так за вас переживали! — начала Лаирия, шмыгая носом. — И за вас, и за короля! А вы здесь одна сиди-и-ите! Нас не пуска-а-аете!

— Мы рады, что вы нас позвали, — в отличии от эмоциональной подруги, Танкэя была не прошибаема, как танк, но в ее глазах тоже блестели рвущиеся наружу слезки. А эльфийская орчанка, обворожительно улыбаясь, перешла сразу к делу:

— Ваше Величество, чем мы можем быть полезны?

— Я рада вас всех видеть, но через час у меня пройдет неофициальная встреча. К этому времени, нужно привести меня в порядок, чтобы когда я позвала здешних горничных, они не задирали нос, — ага, эти русалки, когда я сидела с моим мужем, конечно, грустили, но глубоко в глазах у них была видна радость от того, что они сейчас выглядят лучше, чем королева эльфов. Эта была еще одна причина, из-за которой я не хотела их впускать к себе.

Девушки закивали головками, и наш дружный отряд прошел в ванную. Ой, что там только со мной не делали, чтобы убрать уставший вид! Чем только не мазали! Но это все помогало, так что результатом я осталась довольна. Затем, меня одели в любимое фиалковое платье с пышной юбкой до колен, заплели косы, оставляя волосы сзади распущенными, и дело дошло до украшений. Вернее, до брачной сережки. Удивительно, но из-за стресса, я совсем забыла про нее и была безумно рада, когда вновь взяла ее в руки. От серьги исходило приятное, нежное тепло, согревая мою душу. А когда я ее надела, то несколько минут прибывала в состоянии эйфории. Как же прекрасно вновь чувствовать себя под надежной защитой! И плевать, что мой защитник сейчас спит! Он проснется! Обязательно проснется! Но грустные мысли уже успели проникнуть в мою голову. Если бы не служанки, то я бы снова тосковала из-за "комы" моего короля.

Закончив и не обнаружив в зеркале и следа от умертвия, я вызвала здешнюю горничную. Русалка Намани с фиолетовыми волосами быстро откликнулась на мой зов, и через 10 минут гостиная была готова к встрече гостей. Добавили еще пару кресел, принесли фрукты, маленькие, легкие закуски, пару бутылок крови (угу, у меня всегда с собой есть бутылка хорошей крови. Дакана вбила в меня эту привычку), фужеры и разместили всю эту красотень на длинном кофейном столике. Все готово к встрече гостей.

___________________________

Уважаемые читатели! Извините за маленькую часть, хотя вы так долго ждали. В последнее время я неважно себя чувствую, из-за чего нормально писать не получается. Но я постараюсь выпускать продолжение раз в 2 дня.

Простите и спасибо, что ждете)

Часть 28.3

А они не заставили себя ждать. В комнату постучали, затем раздался баритон Вилатэка:

— Ваше Величество, можно войти?

— Да, конечно.

Дверь открылась не сразу, а через пару секунд. Видимо вампир сильно нервничал.

— Здравствуйте, Ваше… — бывший отступник собирался поклониться, как и все остальные, но я жестом остановила их, сказав:

— Не нужно этого. Зовите меня Лиен и обращайтесь на "ты", пожалуйста, — я села обратно в кресло, приглашая семерку занять свободные места. Они неловко переступали с ноги на ногу, но все же расположились напротив меня. — Я рада вас видеть.

Я расплылась в обаятельной улыбке, надеясь, что она не вышла замученной. Эх, чтобы я не делала, душевное состояние просто так не исцелить. Эти несколько отвратительных дней оставили на мне свой отпечаток.

— Мы тоже, — ответила мне Анлика, пряча глаза. Бывшие отступники сидели как на иголках, а аура напряжения и неловкости с каждой секундой все сильнее давила на нас, заставляя воздух стать невероятно тяжелым.

— Так дело не пойдет, — начала я, взяв бутылку крови и разлив ее по бокалам. — Расслабьтесь, выпейте крови. Мы с вами вместе прожили несколько дней, стали друзьями, так что я не вижу смысла сейчас вести себя так.

— Вот только мы подружились с Ланикой, а не с королевой эльфов, — Мэтильтэк скрестил руки на груди, хмурясь.

— Мэт! — шикнул на него Вил, но русоволосого поддержал Имитэк:

— Для тех, кто правит этим миром, простой народ является всего лишь пешками, которыми они пользуются по своему усмотрению. Жертвуют ими или используют. Вы ведь тоже нас использовали, так? — обычно молчаливый и отрешенный от всех, сейчас он грозно смотрел мне прямо в глаза, ища ответы. И он их получит:

— И да, и нет. Помимо основной цели, мне нужно было найти девиантов поневоле, с чем вы мне и помогли. Я понимаю, сейчас вы мне не доверяете и имеете на это полное право. Поэтому, вы можете задать мне любой вопрос, который вас интересует. На все отвечу, — хоть я и спокойно сделала глоток алого напитка, внутри мне приходилось глушить боль.

— Сколько тебе лет? Хотя, наверняка больше тысячи… — ответил на свой вопрос рыжик, чей взгляд был полон тоски и разочарования. Боги, как же больно это переносить.

— 18.

— Врешь! Да не может такого быть! — крикнул Альтик. Несмотря на всю свою любовь к напиткам, к крови он не притронулся.

— Не вру. Мне, правда. только 18 лет.

— Ты даже младше, чем говорила, — удивилась Димека. Только она смотрела на меня с затаенной надеждой в глазах. Она мне верила, что не могло не радовать. Я улыбнулась вампирше, которая воспринимала меня как свою дочку. Кстати насчет ее дочери…

— Димека, — я поднялась с кресла, а улыбка на моем лице погасла, уступая свое место в душе отчаянию. Чувство вины с новой силой нахлынуло меня, как цунами. Казалось, еще чуть-чуть и я расплачусь. Но я сдержалась и подошла к вишневоволосой, — прости. Мне жаль… — прошептала я, обнимая девушку.

— Что случилось? — она обняла меня в ответ, но в глазах был страх.

— Мы нашли Анику. Из хорошего могу сказать только то, что ее не пытали, не мучали, не принуждали к чему-либо, а убили быстро. Прости…

Димека уткнулась мне в плечо, которое тут же стало влажным от слез. Ее состояние будто передалось мне. Было так больно говорить об этом, разрушать ее последнюю надежду на лучшее. Вампирша беззвучно плакала, сильнее обнимая меня. К ней подошли остальные, гладили ее по спине или пытались поддержать словом, а я… Меня распирало от горя. Мне было так плохо, но я закусила губу, чтобы не показывать своих эмоций. Лишь плечи подрагивали от сильного напряжения.

— Тебе ведь тоже плохо, — просипела женщина, прижимая меня к себе. — Плачь, если хочешь.

— Мне нельзя. Я должна быть сильной, — слова дались мне с трудом. А кареглазая подняла голову, грустно улыбнувшись.

— Лиен, если ты показываешь эмоции — это не значит, что ты слабая. Это значит, что ты живая, — услышав это, я тихо всхлипнула и сама уткнулась в плечо девушки. Слезы быстро хлынули из моих глаз, скатываясь по щекам и подбородку. Мне было плохо и больно.

— Прости… прости меня… Это моя вина… — шептала я. Чувство вины снова разъедало меня изнутри.

— Ты в этом не виновата. Когда это произошло, тебя еще не было, так зачем же себя винить? — я прекрасно знала это, но вина — будь она неладна — уходить не хотела. Все события перемешались в моей голове и за каждое я чувствовала ответственность. Это было глупо, но остановиться казалось задачей непосильной и невозможной.

Через силу, через боль, но я отстранилась от вишневоволосой, вытирая мокрые глаза.

— Так, поплакала и хватит, — тихо сказала я самой себе. Видимо, нервы сделали свое дело, и я снова начала разговаривать сама с собой вслух: — Если Тен проснется, а ты в таком виде, вряд ли он обрадуется. Хватит нюни распускать. Прошлого не вернешь, — вампиры озадачено посмотрели на меня, а я лишь отмахнулась, говоря: — Не обращайте внимания. Это нервы.

— Тен? Ты про короля эльфов — Тенебриселя? — спросил Вилатэк.

— Угу, — я грустно вздохнула, пытаясь удержать новую волну слез.

— Он спит? — удивилась брюнетка. Да, многие не знали таких подробностей.

— Да, спит… Уже 5 день спит, — слеза невольно скатилась по лицу, падая в бокал крови, который я взяла, чтобы успокоиться. Несмотря на боль, я быстро взяла себя в руки, стараясь не утонуть в море отчаяния, в котором пребывала эти несколько дней.

— Мне жаль, — Найтэк положил руку мне на плечо.

— Он проснется. Он обязательно проснется, — скорее себе, чем окружающим, сказала я. — Так. Шантажировали не только Димеку, но и других, — пытаясь отвлечься от неприятных мыслей, я перешла к главному. — Вилатэк, твои братья в порядке, а родителей казнили за государственную измену. Вас такая участь не коснется, так как вы это делали не по своему желанию. То же касается и других хороших ребят, которым запудрили мозги. Каритэк и Санотэк сейчас в Кан'анбуэме, находятся под охраной во дворце. Най, твоя сестра там же. Имитэк, твоя жена… ее сломали, но сейчас с ней работают лучшие врачи. Возможно, она пойдет на поправку. Анлика… — у девушки была ситуация, похожая на проблему Вила. Только отец был сумасшедшим и терроризировал ее маму и совсем маленькую сестренку. — Твой отец… покончил жизнь самоубийством, перед этим убив… твою маму, — говорить было тяжело, а проступившие слезы на глазах вампирши заставляли сердце сжиматься от боли, но я поспешила сказать ей хорошую новость: — Но твоя сестренка жива и здорова. Милика сейчас под охраной в столице. Мэтильтэк, Альтик… ваших родных не удалось найти. Но это не значит, что они мертвы. Может, они еще живы, но прячутся. Если мы узнаем, где они, то расскажем вам.

Когда я закончила, то плюхнулась в кресло, словно лишенная сил. В груди нещадно жгло. Не все новости были хорошими, из-за чего мне было плохо. Я поспешила сделать глоток крови, чтобы хоть как-то успокоиться. Но это не помогало. Боги, кто же знал, что сообщать плохие новости так отвратительно?!

Мужчинам было больно, но они старались этого не показывать, но Анлика с Димекой сдержаться не смогли. Они тихо всхлипывали, но, все равно, быстро пришли в норму. У Анлики еще осталась сестра, а Димека просто очень сильная личность. А я… Я чувствовала себя абсолютно пустой и эта пустота сжирала меня изнутри. В голове крутилось множество мыслей, вызывая мигрень, но ни одна из них не была важной или нужной. Такие же пустые. Со временем, боль в теле переросла в какое-то чудовище, которое перемещалась по венам, артериям, капиллярам, нервной системе, костям, словно уничтожая все на своем пути. Адская боль во всех конечностях заставила меня прикусить язык. Перед глазами все расплывалось. Я выдохнула, откинулась на спинку кресла, опуская веки и сжимая пальцами подлокотники, и попыталась себя залечить (или хотя бы узнать, что со мной происходит. Конечно, стресс может действовать на мое физическое состояние, но здесь это явно не он!). Осмотрела свое тело магическим зрением. Твою дивизию… Для полного счастья мне только этого не хватало! Все тело было окутано фиолетовой энергией и беспроглядной тьмой. Эти две силы будто боролись между собой, но тьмы было больше. Она почти поглотила энергию. Дисбаланс сторон… Неужели нельзя было дождаться другого момента?! Так, спокойно. Вдох-выдох. После аудиенции нужно пойти к магическому источнику, а пока поступим иначе. Я потянула из окружающей среды энергию, восполняя свой резерв и частично уравнивая обе стороны. Вот так. Хорошо. Этого хватит на несколько часов.

— Лиен! Лие-ен! — вампирша с вишневыми волосами тормошила меня за плечи, пытаясь привести в сознание.

— Моя королева, пожалуйста, проснитесь! — взволнованный голос Индариэна раздавался над ухом. Его запах свежеиспеченного хлеба перебивала неприятная вонь нашатыря (или как это здесь называется?).

— Конечно! После слова "пожалуйста" она обязательно проснется! — с сарказмом сказал Мэтильтэк. Я же медленно открыла глаза. Картинка была размытая, но постепенно становилась четче. — Беру свои слова обратно.

— Охренеть, — выругался Альтик, наплевав на присутствие дам.

— Что случилось? — спросила я, потихоньку отходя ото сна. Насколько я поняла: я на время потеряла сознание. Бывшие отступники ошарашено смотрели на меня, поэтому ответил мой телохранитель:

— Моя королева, вы потеряли сознание на 10 минут. Мы пытались привести вас в чувство, но вы не просыпались. Еще у вас глаза разные.

— Разные? — переспросила я, так как в этот момент туго соображала.

— Да, разные, — все также спокойно ответил дроу, держа меня за руку. — Левый — голубой, а правый — красный с вертикальным зрачком.

— Ясно, — я поморгала пару раз, будто пытаясь избавиться от этой гетерохромии и по восторженному аху поняла, что мне это удалось.

— А сейчас, ваши глаза меняются, приобретая фиолетовый оттенок, — прокомментировал мой друг. — Как вы себя чувствуете? — его тембр был размеренным, почти убаюкивающим. Он был похож на доктора, который разговаривает с душевно больным.

— Нормально, — чуть не сказала: "Чувствую себя больной на голову, когда ты со мной так разговариваешь," — но вовремя остановилась, понимая, что он просто хочет мне помочь. А темный эльф тепло улыбнулся, ласково говоря:

— У меня для вас хорошая новость. Его Величество проснулся.

Помнится, мне было плохо? Плохое самочувствие как рукой сняло после этой фразы, а пустоту заполнило приятное волнение вперемешку с легким чувством эйфории и предвкушения. Я вскочила с кресла, собираясь уйти, но остановилась, посмотрев на бывших девиантов:

— Можно я пойду? — спросила у них с надеждой в голосе.

— Конечно иди! — ответила за всех Димека, по-матерински улыбаясь. Я быстро сказала спасибо и влетела в нашу с Тенебриселем спальню.

На кровати сидел мой король. Его ноги прикрывало одеяло, а широкая, обнаженная грудь была перебинтована так же, как и голова. Водопад прямых волос цвета темного индиго мягко падал на плечи, скрывая от глаз часть спины. Сапфирово-изумрудные глаза мужчины посмотрели на меня, а на идеальном, но немного похудевшем лице проступила улыбка.

— Лиен, — тихо сказал он сухими губами.

Я, до этого не верящая в реальность происходящего, сорвалась с места, переполняемая счастьем. Слезы радости хлынули из моих глаз и я влетела в объятья моего мужа.

— Тен! Тенебрисель! Мой любимый! Как же я за тебя переживала! Моя ушастая зараза! Мой Тенебрисель! — звала я его, крепче обнимая.

— Лиен, полегче, — сказал он немного морщась от боли.

— Прости-прости, — я ослабила хватку и посмотрела на него, вытирая слезы. — Наконец-то ты проснулся! Я… я… прости меня, пожалуйста, Мо Тен! Я так виновата перед тобой! Нужно было послушаться тебя! Прости меня! Пожалуйста, прости! Это все моя вина! — брюнет взял меня за подбородок и прильнул к моим губам, затыкая меня.

Я растаяла под его ласками, обвивая шею руками и зарываясь пятерней в мягкие, но немного грязные волосы (мы его, конечно, мыли, но голову не трогали). Мятный король кусал мои губы, облизывал их и властно орудовал языком в моем рту. Как же мне этого не хватало! Даже дисбаланс внутри меня немного успокоился, когда я снова почувствовала сильные руки у себя на талии, жадно вдыхала запах мяты и сильнее прижималась к горячему, родному телу. Мой родной, мой милый, самый любимый и дорогой наконец-то проснулся. Я так счастлива!

— Не бери всю вину на себя, — оторвавшись от меня и неровно дыша, сказал эльф. — Я виноват не меньше. Если бы я смог победить Тхаэка, мы бы выиграли. Но с другой стороны, — он лукаво улыбнулся, — теперь тело Тхаэка смертное, Виктор слаб, Молутэк на нашей стороне, а я поставил на них слежку. Разве я не молодец?

— Ты — умничка, Тенебрисель! — от радости, я забыла про раны на его теле и сильно обняла. Но после недовольного шика, извинилась и отпустила его.

— Мо Лиен, ты можешь отблагодарить меня поцелуем или чем-нибудь поинтересней, — соблазнительно промурлыкал он, потянувшись к моим губам.

— Стоять! Тен, я тебя люблю, но давай сначала зубы почистим, — он округлил глаза. Ну да, зубы мы ему тоже не чистили.

— Извини, забыл про этот… нюанс. Сколько я пробыл в отключке?

— Считая сегодня, 5 дней, — брюнет присвистнул и закрыл рот рукой, а круги на месте глаз превратились в квадраты.

— Извини… — наглая ухмылка снова озарила его лицо, — Но, знаешь, тебе за мной придется ухаживать. Ты ведь понимаешь, сейчас я слаб. Поэтому тебе придется мыть меня, переодевать, кормить…

— Но есть-то ты в состоянии сам! — мой муж посмотрел на меня, как оскорбленная невинность, похлопал ресницами и наигранно сказал:

— Ах! Мне так плохо! Даже ложку в руках не удержу!

— Но тебе это нравится, — поняла я.

— Конечно! Кстати, помнишь, ты мне кое-что обещала, — Тенебрисель залез рукой под подушку и достал оттуда веревки с цепочками. Потом, до меня дошло, что это белье, присланное Даканой. — Ну что? Порадуешь меня?

— Когда выздоровеешь! — краснея, я попыталась отобрать у него этот разврат. Но даже больной, мужчина был сильнее меня. Поэтому я оказалась прижата к его груди, лежа на нем. Мой супруг усмехнулся и засунул нитки с цепочками обратно под подушку. — Зараза ушастая, — сказала я, но внутри была счастлива. — Ладно, встать сможешь? Тебе нужно умыться и поесть.

— Сейчас посмотрим, — я слезла с тела полукровки, а он сел и попытался встать. Почти получилось, но он еще был слишком слаб, из-за чего с трудом держался на ногах.

Я поспешила к нему на помощь, положила его руку к себе на плечо, позволяя опереться, и мы пошли в ванную.

Часть 29

Я всегда думала, что забота о больном не может быть чем-то приятным. Мыть, кормить, переодевать — все это казалось мне противным. Когда мама обо мне заботилась, мне было стыдно, что из-за меня ей приходится делать подобное. Когда мой муж меня кормил, я тоже сгорала от стыда, но это было забавно. А сейчас…

— Ах! Лиен, милая моя, разве ты не видишь, как мне плохо?! — обычно серьезный и холодный король прижал руку ко лбу, запрокидывая голову назад и отводя взгляд в сторону. А в глазах искрились смешинки. — Я не смогу этого сделать!

— Ты серьезно?

— Я абсолютно серьезен! — мужчина, развалившийся в кресле, в ванной, с наигранным укором посмотрел на меня. Я же боролась со смехом, скептически оглядывая эльфа.

— Я понимаю, в твоем состоянии помыться будет тяжело, переодеться также. Кормить тебя с ложечки — это еще более менее. Но, Тен, твою дивизию, зубы почистить ты можешь и сам! — дите (которому 725 лет) расплылось в улыбке от уха до уха и ответило:

— Ладно, раскусила, могу. Но я хочу, чтобы это сделала ты, — Тенебрисель прекратил весь этот спектакль и, подперев голову рукой, хищно осматривал меня.

— Что-то мне подсказывает, что это твой коварный план, — выдохнула я, сдаваясь и беря его зубную щетку.

— Возможно, — не отрицал он, загадочно ухмыляясь. — Кстати, мне еще нужно помыться. Поможешь с этим? — сапфирово-изумрудные глаза заговорщически блеснули, а мятный король закусил губу.

— Извращенец, — тихо сказала я, понимая возможный исход событий.

— У меня 10 дней секса не было. Что ты от меня хочешь? — брюнет развел руками, мол: "Я ни в чем не виноват, оно само так вышло,".

— 10 дней — это не так много, — я повернулась к нему, выдавливая зубную пасту на щетку.

— Учитывая ту прелесть, которая лежит у меня под подушкой, эти 10 дней тянулись о-о-очень долго и мучительно, — уши и щеки сильнее вспыхнули, заливаясь краской, от воспоминаний про те нитки, но я спокойно подошла к супругу.

— Так, а теперь молчи, — чтобы достать до его рта, пришлось залезть к нему на колени. Все бы ничего, но… кхм… к штуке между ног, которую не прикрывали ни одежда, ни бинты, прилила кровь, из-за чего сесть я не могла и не решалась. — Открой рот.

Тен открыл, и я сразу принялась за дело, стараясь не думать об остальном. Я просто чищу зубы больному, большому ребенку. Здесь нет ничего такого. Нет. Ничего. Такого. Вот бы еще этот ребенок не отвлекал меня, вообще было бы прекрасно! А то распускает руки, а у меня мысли неприличные в голове возникают. Глаза (предатели!) так и норовят посмотреть вниз, а руки страшно зудят от желания прикоснуться к обнаженной шее, провести подушечками пальцев по плечам, груди, кубикам пресса и ниже… Люда, тебя не туда понесло! Давай, хотя бы, все дела закончим, а потом делай с ним, что хочешь! Ну, вернее, он со мной… Так! Это уже неважно!

— Все, выплевывай, — я встала, а бывший принц разочарованно выдохнул и, опираясь на меня, прошел к умывальнику.

После этого, брюнет уселся обратно в кресло, а я начала набирать ванну. Пока вода весело журчала, быстро заполняя собой все пространство в огромной черной чаше, я почистила зубы (думаю, мне тоже не помешает освежить дыхание) и решила снять бинты со своего больного. На гладкой коже остались более светлые полосы и небольшие шрамы. Я грустно провела пальцами по выпуклым, разорванным линиям, но эльфийский монарх перехватил мою руку.

— Маленькая моя, не беспокойся. Они исчезнут со временем. Я много получал ранений, но, как видишь, шрамов не имею. У меня регенерация как у оборотня! — подбодрил меня полукровка, улыбаясь и не понимая, насколько же он близко к истине.

— В таком случае, я спокойна, — сама того не осознавая, я прикоснулась к щеке мужчины, гладя острые скулы.

Взгляды пересеклись, и эльф, будто отражение, отзеркалил мое движение, пряча выбившуюся прядь белых волос за ухо. Миг, и он сграбастал меня в свои объятья, прильнув к губам. Его уста были влажными, а не сухими и обветренными. Но даже если бы губы моего милого напоминали наждачку, я бы стала мазохисткой, так как не в силах оторваться от них. От таких родных, ласковых и страстных… Вкусных и сладких… Вот только…

— Тен! Вода утекает! — я нехотя оторвалась от него, подбежала к ванне и закрыла кран. Фух! Еще бы чуть-чуть и мы бы устроили потоп (потоп в океане. Занятно)! Но, блин, теперь придется спускать лишнюю воду. Тенебрисель же недовольно сжал подлокотник, скрипнув зубами. — Все, Тенебрисель, можешь залезать в ванну.

Снова я поддержала мужа, помогая ему дойти до черной чаши, а дальше он сам залез. Я взяла мочалку и, используя немного геля, вспенила. Пузырьки в белой, ароматной пене лопались, приятно щекоча кожу. Я поддалась вперед, мягко касаясь мощной шеи, провела дорожку до ключиц, плеч, массируя их. Широкая спина и грудь тоже не осталась без моего внимания. Руки будто заново исследовали тело полуоборотня. Гладили, массировали, надавливали на некоторые участки. От моих действий король расслабился, позволяя мне все. Но видимое спокойствие было обманом. Когда я прикоснулась к области ниже пупка, то моргнуть не успела, как оказалась в ванне вместе с брюнетом. Он крепко держал меня, буквально вдавливая в свое тело. Я чувствовала жар, исходящий от него, а томный взгляд раздевал меня, заставляя краснеть. Платье, промокшее насквозь, неприятно липло к коже. хотелось поскорее его снять, но этим уже занялся Тенебрисель.

— Подожди… А вдруг тебе нельзя напрягаться, — ответом на мое волнение было недовольное рычание.

— Ты же сама этого хочешь. Лиен, прошу, не бегай от меня, — он быстро расправился с мешающей ему одеждой и отшвырнул в сторону.

— Куда же я от тебя убегу, Мо Тен? — спросила я, подставляя свою шею его знойным поцелуям.

Короче говоря: ухаживать за больными не так уж и плохо.

Часть 29.2

Но несмотря на радость от пробуждения моего любимого и дальнейшей "заботе" о нем, в груди все полыхало, словно разрывая изнутри. Дисбаланс энергии и тьмы никуда уходить не собирался. Наоборот, вцепился в меня еще сильнее, заставляя кусать губы и сжимать кулаки от боли. Поэтому, сразу после того, как Тенебриселя осмотрели врачи, я, объяснившись с мужем, спешно покинула спальню.

Я попросила Индариэна следовать за мной (с ним всегда спокойней) и чуть ли не бежала по коридору, ища одного русала. Сейчас, мне очень нужен был Этин. Советник наверняка знает, где может находиться ближайший магический источник, в отличии от меня. А вот и он! Парень с волосами цвета хвои вальяжно, не торопясь шел куда-то. Удивительно, но этот индивид никогда и никуда не спешит. Наверно, если бы не эта его черта, то он был бы идеальным.

— Этин! — позвала я мужчину. Ангелочек остановился и развернулся ко мне, хлопая пушистыми ресницами и мило улыбаясь.

— Добрый день, Ваше Величество. Я рад, что вы наконец выбрались из своей комнаты.

— Здравствуй. Этин, не мог бы ты сказать, где находится ближайший энергетический источник? — сразу перешла к делу я. Разрастающаяся внутри меня боль капала на нервы, заставляя спешить, бежать куда глаза глядят, метаться, как загнанный в угол зверь. Но я держалась.

— Детка, почему ты сразу не пошла ко мне? — за спиной раздался немного обиженный баритон царя. — Я сейчас свободен, так что провожу тебя. Будь благодарна.

— Спасибо, Рисанит, — в этот момент было плевать даже на его обращение и манеру речи. Лишь бы поскорее избавиться от этих мук! — Кстати, Этин, Тенебрисель проснулся.

Они с эльфом сдружились, пока меня не было. Было бы неправильно, если бы я не сообщила ему об этом. Но, впервые на моей памяти, русал рванул так быстро, что аж пятки сверкали. Рис также удивился необычному поведению его правой руки, присвистнув. Затем, красноволосый сделал небрежный пас кистью, открывая портал, и вошел в него, маня меня за собой.

Я думала, что мы сразу окажемся у источника, но нет.

Повелитель океана привел меня в какую-то беседку, за которой следовало пространство, заполненное водой. Эта граница напоминала тонкую стенку и всегда поражала меня. Вот ты спокойно дышишь, наполняя легкие кислородом, но стоит пересечь эту черту, как ы оказываешься во власти океана. Изумительно.

Но! Это все, конечно, прекрасно, но я сейчас сдохну, если бойня внутри меня не прекратится!

— К источникам телепортироваться нельзя. Мы поплывем отсюда, — пояснил мне бурый рис, видя недоумение (и капельку раздражения) на лице.

Далее, мужчина начал… раздеваться. Красный пояс уже валялся на полу, и мужчина скинул с себя легкое кимоно. Поняла я это по звукам шуршания одежды, так как отвернулась, не хотя смотреть.

— Лиен, что ты от меня отворачиваешься? Не каждый день перед тобой раздевается царь русалок! Тем более, ты там уже все видела, — с издевкой закончил он.

— Я видела ТОЛЬКО верхнюю часть. А судя по звукам, если я обернусь, то увижу и нижнюю. Боги, неужели у такой развитой расы одежда не зачарована на исчезновение при смене ипостаси?! — вспылила я. Черт, мне и так плохо, а эта зараза с жабрами решила мне стриптиз устроить!

— Русалки — не оборотни или драконы. Мы меняемся только на половину, в отличии от них. Поэтому, нам легче снять обычную одежду, чем втридорога покупать зачарованную, которая не всегда будет действовать. А тратить время и деньги на изобретение удобной для нас одежды с правильным зачарованием — глупо. Лучше потратить эти ресурсы на более выгодные проекты, как выращивание продуктов питания, дешевое превращение соленой воды в пресную, очистку океана или новую защиту от нечисти, — спокойно ответил он мне. Честно, я часто забываю, что он все же является монархом, а когда вспоминаю, всегда удивляюсь.

— А почему нельзя взять аналоги драконов и оборотней за основу, а дальше отталкиваться от этого? — я обернулась, ловя ухмылку мужчины.

— Так и знал, что ты захочешь посмотреть на меня, — мои уши заалели, а рис продолжил: — При смене ипостаси, у драконов и оборотней сильно нагревается тело, на что и реагирует зачарование в одежде. А у нас, как и у нагов, температура остается прежней. Процесс смены ипостаси у таких как мы еще до конца не изучен, а без этого мы не можем грамотно зачаровать одежду. Кстати, ты тоже раздевайся. Детка, не смотри на меня так. Твое платье слишком тяжелое и будет нас тормозить. Так что снимай его и возьми одеяние, которое тебе подготовили, пока мы болтали, а ты наслаждалась видом моего тела, — вот все так хорошо начиналось! Мне было так интересно слушать его рассказ о зачарованной одежде. Но нет, этот нарцисс не может без своих замашек! Русал, что с него взять. Умный, но с завышенным ЧСВ.

Беседка была огромной и в ней даже стояла ширма, за которую я, без лишних вопросов, прошмыгнула. И вправду, за ней, на софе лежало шелковое кимоно молочного цвета, которое, конечно же, было намного легче моего платья. Убедившись, что красноволосый не намерен за мной подсматривать (за Индариэна я вообще не переживала. Он мужчина приличный, такого делать не будет), я сняла свое платье и туфли. Затем, взяла нежную, почти невесомую на ощупь ткань, вспоминая, как подобное одевать.

— Детка, мне помочь? — усмехаясь, спросила зараза с жабрами.

— Нет, спасибо, — слава богам, память меня не подвела, и я уже принялась за широкий пояс. А вот с ним возникли проблемы. Как бы я не старалась, сделать также аккуратно, как у русалок не выходит. Так еще нарастающая боль меня подгоняла, не давая сконцентрироваться, и, в конце концов, я сдалась. Чертыхнувшись, вышла из-за ширмы, жалобно смотря на Рисанита.

— Так уж и быть, помогу, — меня раздражала эта победная ухмылка, но все же я протянула ему пояс. Мужчина повернул меня спиной к себе и начал ловко завязывать широкую ленту, комментируя: — Оборачиваешь вокруг себя 2 раза; перекрещиваешь; этот конец направляешь вверх, а этот — вниз; делаешь аккуратный узел; завязываешь бант и готово. Ничего сложного, — сказал он, пока я ошарашенно рассматривала его творение. Нет, тут практика нужна. У меня такое вряд ли с первого раза получится.

— Спасибо, — повелитель Океана (который прикрыл все, что ниже бедер своей одеждой, и огромное спасибо ему за это!) повернул меня к себе, осмотрел и выдал:

— И все-таки, ты даже красивее русалок. Идем, — он подошел к границе между воздухом и водой, скинул лишнюю одежду и нырнул.

Смена ипостаси была интересной. Ноги срастаются; на них, как и на руках, появляются чешуйки и плавники, но все это происходит за секунду. Миг, и вместо носа у мужчины работают жабры на шее, медленно открываясь и закрываясь. Он протянул мне руку, спрашивая, умею ли я дышать под водой, на что я утвердительно киваю. Затем он быстро притянул меня к себе и мы с бешенной скоростью начали отдаляться от беседки и замка в целом.

Часть 29.3

— Так зачем тебе магический источник? — спросил русал, крепко держа меня за талию. Я бы смутилась, но сейчас мне было глубоко плевать на это. Агония, которую я пыталась не замечать, слишком неожиданно заявила о себе. Ноющая, медленно высасывающая из тебя силы боль сменилась яркой, будто голову резко сжали тисками.

— Я потом все объясню… — отмахнулась я, выдавливая из себя слова. Чтобы не разреветься, пришлось стиснуть зубы, но и без слез мое тело слишком сильно напряглось, выдавая свою хозяйку с головой.

— Дисбаланс сил? — предположил он. Если бы я могла, то шокировано посмотрела бы на него (а так, просто кивнула). Но пытку дополнил еле-слышный писк в ушах, который становился с каждой секундой все громче. Черт, Люда, вот надо было тебе тянуть до последнего?!

А царь более не задавал вопросов и ускорился. Мы и так плыли далеко не медленно, а теперь и вовсе достигли чуть ли не скорости света. Или мне так казалось? Так как одна глупая женщина не соизволила сразу же принять меры после потери сознания на 10 минут, то теперь мозг, перегретый от борьбы сторон, отказывался нормально функционировать. Перед глазами все плыло, превращаясь в цветные пятна, сменяясь какими-то непонятными галлюцинациями. В этот момент хотелось умереть, а змей искуситель внутри меня сладко шептал: "Закрой глаза, поспи немного. Избавься от боли,". Но я прекрасно понимала (интересно, чем? Неужели мозг еще жив?), что если я прикрою глаза — это означает смерть. Поэтому, надо продержаться.

В один момент, краем сознания я уловила, что меня передали кому-то. Этот кто-то был менее теплым, чем Рисанит, но родным. Голос этого некто тихо раздался в голове, обволакивая нежностью и заботой уставший от мук разум;

— Все хорошо. Можешь больше не бояться уснуть. Боги тебя защитят, — я верила ее словам (скорее всего, это душа источника), поэтому быстро вырубилась, уплывая в забытье.

Сон переплетался с реальностью. Я впервые не понимала, сплю я или нет. Вот темнота перед глазами, а вот снова размытые пятна. И вновь темнота, сменяющаяся ярким светом. Но мои ощущения вообще сбивали с толку. Меня… обнимали. Я была уверена на все 100, что меня обнимает… мама. Именно моя мама, настоящая, хотя это была совершенно другая женщина. Но я не могла назвать ее никак иначе, кроме как мама. Внутри все вопило об этом. Душа сама тянулась к этой девушке, чей белый силуэт смешивался с красками окружения.

— Мама… — произнесла ли я это вслух или прошептала одними губами? Не знаю. Но незнакомка ласково поцеловала меня в лоб, наполняя тело легкостью и эйфорией. Мягкие губы словно оставили свой знак на мне, и даже когда женщина отстранилась, место поцелуя отдавало теплом. Затем, она начала медленно таять в пространстве. — Мама, не уходи! — я пыталась дотянуться до нее, но была слишком слаба и не смогла даже пальцем пошевелить.

— Я всегда рядом, дитя мое…

Когда я очнулась, то картина передо мной больше не напоминала абстракцию. Хоть я и была полна сил, вставать сразу не решилась (мало ли). Но осмотреться-то я могу! Странно. Я лежу на софе, в беседке. Это что получается, мне все привиделось?! Нет, это был не сон. Но… Почему я здесь?

— Детка, быстро же ты проснулась, — повелитель океана наклонился надо мной, положил руку мне на лоб, а второй сжал пальцы. — Уже лучше. До этого лоб горел, а конечности напоминали ледышки. Сейчас все хорошо. Но если что, говори, отведем тебя к врачу.

— Спасибо, Рисанит, — я медленно встала, поправляя сухое кимоно (на мгновенную сушку русалки зачаровывать вещи могут), и задала вопрос: — А почему я здесь?

— Я хотел обсудить с тобой важный вопрос. Обычно с королем оговаривают подобное, но его трогать нельзя. Поэтому, я обращусь к тебе, как ко второму правителю. Но я сегодня добрый, поэтому позволяю тебе задать интересующие тебя вопросы первой.

— Рис, как ты догадался, что у меня дисбаланс сил?

— У тебя глаза были разные, а аура меняла цвет с черного на белый и фиолетовый. Я вспомнил, что тьма и энергия не реагируют друг на друга только если находятся в идеальном балансе между собой. Иначе один элемент начинает поглощать другой. Предположил, что подобное у тебя.

— Ясно. Кстати, у источника магии ты не видел больше никаких женщин, кроме духа? — красноволосый отрицательно покачал головой.

— Нет. Кроме тебя, духа и твоего дроу-телохранителя, я больше никого не видел, — я грустно вздохнула, прошептав себе: "Значит привиделось," — а мужчина продолжил: — Это все вопросы?

— Да. Так что нам нужно обсудить? — почему-то у меня было не самое хорошее предчувствие.

— Расходы, — царь собрал все мысли в кучу и сказал на одном дыхании: — Ваша задержка в замке, плюс питание, плюс одежда, плюс обслуживание, плюс врачи, плюс содержание некоторых бывших отступников в замке, плюс потери солдат, плюс денежные компенсации семьям пострадавших, плюс содержание заложников в камерах, вместо того, чтобы их казнить. В итоге получается кругленькая сумма, которую нам пришлось отдать. И заметь, большая часть денег тратится на тебя, твоего мужа, вашу свиту и отступников. Примерно столько, — он быстро начеркал на бумажке цифру, у которой я даже нолики боюсь считать. Но переборов страх, взглянула и подумала, сможем ли мы выплатить всю сумму.

— Хорошо, мы заплатим столько, сколько потребуется, — я нахмурила брови. В Русальем Царстве все дорого, но и бюджет у него, соответственно, больше. Если мы выплатим все за один раз — это может сильно пошатнуть экономику Эльфийского Королевства. Нехорошо… Может, выплачивать раз в месяц? А проценты? С процентами мы отдадим еще больше, чем должны были… Твою дивизию…

— Не нужно, — сероглазый схватил меня за подбородок и прильнул к губам.

3 секунды. 3 секунды он мял мои уста, 3 секунды я офигевала от происходящего, 3 секунды понадобилось Индариэну, чтобы выйти из тени и встать в стойку. Но после этих 3 секунд повелитель океана сам оторвался от меня без помощи моего друга (хотя он все равно хотел атаковать наглеца, но я остановила его жестом). Только я собралась возмутиться, как эта зараза с жабрами взяла ручку и зачеркнула написанное ранее число.

— Говорят, поцелуй богини — бесценен. Другими словами: он дороже любых богатств. Таким образом, долг выплачен со всеми процентами.

— Русалки же не покланяются богам так, как другие расы, а рассчитывают на собственные силы. Так с чего вдруг такая щедрость? — сказать, что я была в шоке — это ничего не сказать.

— Я исключение. Стал исключением. Я буду искренне покланяться и молиться одной богине, которая обладает невероятно сладкими губами, — мужчина улыбнулся, а мне пришлось опять останавливать обсидианового эльфа.

— Хорошо. Раз долг оплачен, думаю, я могу вернуться к СВОЕМУ МУЖУ, — специально выделила эти слова, наивно полагая, что этой полурыбе станет стыдно. Ага! 2 раза! Как улыбался, так и улыбается!

— Да, можешь, — бурый рис сделал небрежный пас рукой и перед нами открылся портал. Довольный Рисанит остался сидеть на софе, а мы с темным эльфом вошли в телепорт.

— Произошедшее останется между нами, — прошептала я Индариэну, когда мы вышли около двери в мои апартаменты. Эльф "застегнул рот" и закрыл его на невидимый ключ, который отдал мне.

Часть 30

Со дня пробуждения Тенебриселя прошло 3 дня. Мой муж с каждым днем чувствовал себя все лучше и лучше, но слабость так просто не уходила. Поэтому, я всячески заботилась о нем, что нравилось не только королю, но и мне. Странно, но в моей голове все чаще возникали мысли, что мой сильный, наглый Тен выглядит очень соблазнительно, когда кажется беспомощным (кажется, потому что эта ушастая зараза, стоит мне ослабить бдительность, может быстро прижать меня к постели, нависнуть сверху, и с такого ракурса он ни капли не похож на беспомощного больного). Но, конечно же, об этом я ему не расскажу. А то выдаст свою коронную улыбку и назовет меня извращенкой или садисткой. А я не такая (наверно)!

Также, ко мне часто приходила Димека, с которой мы любили долго болать. Скоро прибудут вампиры из Вампирского Королевства и заберут ее и наших клыкастиков, из-за чего девушка нервничала, но я ее быстро успокаивала.

Но несмотря на замечательные дни, ночи у меня были тяжелые. Хоть я и спала в крепких объятьях мятной подушки, чей запах расслаблял меня, мне постоянно снился один и тот же сон. Вернее, мне снилась та девушка, которую я называла мамой. Она приходила ко мне, но либо стояла слишком далеко от меня, либо ее очертания расплывались. Я постоянно звала ее, тянулась к ней, но стоило мне подойти к ней вплотную, я тут же просыпалась. После этого, в душе оставалась лишь неприятная пустота вперемешку с печалью. Мама… Так я ее назвала, не зная почему. Она так близко, но в то же время так далеко… Затем, мне вспоминалась моя мама с Земли. Я еще больше погружалась в свои грустные мысли, тоскуя по дому. Если бы не моя Ночь, который просыпался вместе со мной (за что мне было стыдно перед ним), я бы, скорее всего, впала в депрессию. А так, он прижимал меня к своему горячему телу, перебирал белые волосы, гладя второй рукой плечи и спину, и нашептывал на ушко милые моему сердцу глупости, от которых становилось спокойно. "Я под защитой," — с такой мыслью я вновь проваливалась в сладкую дрему.

А на 4 день…

— Это еще что такое? — спросила я у Рисанита, завороженно смотря на невероятно красивое, огромное здание, сделанное из белого и черного нефрита (мамочки, где же они столько нашли?).

— Это храм, — спокойно ответил мужчина, лукаво улыбаясь.

— Чей? — во всем Русальем Царстве есть только 8 храмов (3 посвящены Истарии, 3 — Хаосу, 2 — совместных). Это катастрофически мало, по сравнению с другими странами (не считая русалок, меньше всего храмов у наг — 32, а больше всего у оборотней — 457). Как я и говорила ранее, русалки не из тех, кто покланяется богам. А тут за 3 дня возвели величественное строение в честь, боюсь предположить, кого.

— Детка, ну что за глупые вопросы? Это твой храм, — о боги…

Мне поплохело. Храм. Огромный. Из дорогущего материала. Мой. Мой храм! Конечно, очень приятно, но… Но мне не нравится подобное! У нас в королевстве несколько раз хотели построить мне святилище, но я всегда отказывалась. Я считала нарциссизмом строить самой себе храм! Хотите сделать статую короля и королевы? Да, пожалуйста! Но никаких церквей в мою честь! О боги… Сначала я кое-как свыклась с мыслью, что являюсь принцессой, потом стала королевой и тоже кое-как привыкла к этому. Когда убедилась в том, что я — бог (да кого я обманываю? Я уверена в этом только на 25 %. Я еще слишком слаба и неопытна для настоящей богини!), подумала: "Фиг с ним, главное, чтобы меня не возвышали,". Видимо, сглазила! Храм мне построили! Для моей скромной персоны — это чересчур!

— Рис, спасибо огромное, храм великолепен, но… зачем? — на кой черт мне храм?!

— Я же говорил, что буду искренне покланяться и молиться богине с невероятно сладкими губами. Я держу свое слово, — русал подмигнул мне и продолжил: — Так что, богиня, пойдем. Посмотришь на свой храм изнутри.

Делать нечего, пришлось идти, не завыв при этом волком (а хотелось).

Чем ближе мы подходили, тем больше роскоши бросалось мне в глаза. На стенах и высоких колонах переплетались изящные узоры из платины, вензели на окнах напоминали паутину с вкраплениями аметистов, пики башен украшали символики энергии и тьмы, а черная дверь-арка с белыми ручками-кольцами медленно открылась перед нами, являя моему взору широкую залу. Магические светильники мягко освещали убранство помещения. Белый паркет, черные нефритовые стены, камни аметиста или платиновые узоры, как украшение. Множество арок, исписанные рунами, и жрецы в серых мантиях, которые шли к нам. Но больше всего выделялась огромная статуя серебряного цвета. Моя статуя. Волосы распущены, фиолетовые драгоценные камни украшали глаза, голова гордо поднята вверх, руки разведены в сторону, а на теле легкое, разлетающееся платье, очерчивающие все достоинства каменной фигуры. Все здесь было прекрасно. Идеально. Но холодно. Даже если я опущу тот факт, что совершенно против храмов в мою честь, здесь было не уютно. Все казалось неживым. Помню, когда я заходила в святилища Истарии или Хаоса, там воздух был другой, там атмосфера была другая, там казалось, что ты не один. Это могла быть небольшая церковь, но ее энергия заполняла твой резерв доверху и казалось, что, и вправду, рядом боги. А здесь… все кажется пустым. Просто красивое здание, которое обозвали храмом, не более.

Пока я разглядывала статую, к нам подошли диаконы и священники, которые сразу склонились перед нами. Затем, они расступились перед епископом — пожилым русалом с приятной внешностью. На лбу и в голубых глазах виднелись небольшие морщинки, чуть седые русые волосы спрятаны за высокой шапкой, а янтарные чешуйки на скулах и перепончатых ушах, видимо, потускнели со временем. Мужчина по-доброму улыбался нам, отчего на душе становилось тепло. Дяденька хотел поклониться, но я его остановила.

— Не стоит. Это лишнее.

— Мы обязаны кланяться перед нашей богиней, — хоть епископ и сказал это, но выполнил мою просьбу. — Мы рады, что вы посетили нас. Эта великая честь для нас, если богиня лично будет присутствовать на первом ритуале храма.

— Первом ритуале? — переспросила я. Раньше я не слышала о подобном.

— Да. Вы ведь заметили, что святилище пустое и будто неживое? Первый ритуал это исправит.

— Ясно. Я буду рада понаблюдать за этим, — я мило улыбнулась дяденьке в ответ и отошла в сторону, чтобы наблюдать за всеми. Рисанит же пошел вместе с жрецами.

Да, все же, можно найти русалок, которые готовы покланяться богам. Их мало, но они есть. И сейчас те, кто посвятил себя богослужению, встали вокруг статуи и начали читать заклинание, подняв руки к небу. Удивительно, но повелитель Океана также поднял руки вверх и повторял слова жрецов. Вслушавшись, я поняла, что это молитва на языке, который считают в Лаэргии божественным (и, конечно же, я его знала). В молитве говорилось, что это место становится новым домом для богини энергии и тьмы, чтобы она не оставляла его и тех, кто сюда приходит, чтобы сила бога наполняла храм силой, а в ответ вера приходящих будет питать богиню. И так далее и тому подобное, но… Но в груди что-то шевельнулось, будто откликаясь на их зов. Нечто теплое текло по жилам, а тело окутала легкость. Хотелось выдохнуть через рот, как бы распространить в церкви ту силу, что сейчас бурлит во мне. Я повиновалась своему желанию и как же была удивлена, когда из моих уст, и вправду, вышло светло-сиреневое облако. Осязаемое, быстро окутывающее помещение и всех, кто здесь находится. А затем, произошло чудо. Глаза у статуи загорелись, а на теле из серого нефрита появились белые и черные отметины, как у моей второй ипостаси. Правую ладонь окутала тьма, а левую — энергия. Магические огни в светильниках загорелись еще ярче, а я заметила, что и сама перешла в боевую форму.

Когда все закончилось, храм стал таким, каким должен быть. Особая атмосфера царила в святилище, не оставляя ни капли сомнения, что это дом бога. На миг, я почувствовала себя всесильной, отстраненной от мира и чуть ли не взлетела от эйфории внутри меня. Вот ты какая, вера. Всегда приятно, когда в тебя кто-то верит, но у богов это ощущение более острое. Вера не просто придает сил, она становится яркими потоками, которые бегут к тебе от тех, кто молится. Затронешь эту нить и сразу же наполнишь силой молящего о помощи. А помогать я люблю. На короткое время, пока я видела эти потоки, я даже слышала желания русалов, которые они подсознательно вплетали в молитву. Одни хотели жениться, вторые желали здоровья своим родным, кто-то просил о благополучии, о встрече с другом, о скорейшем завершении войны, о счастье и так далее. Я коснулась каждого желания, зная, что оно сбудется. Обязательно сбудется. И чем больше я помогала, тем сильнее становилась. За верой, пришла благодарность, уносящая меня на седьмое небо. Это было восхитительно. Чувствовать сразу несколько жизней, несколько желаний, чувствовать их веру, благодарность. Понимать, что ты можешь многое, можешь все. Знать, что за тобой пойдут, что все получится. Будущее сокрыто от нас под пеленой тайн, а светлое будущее — под грузом неприятностей. Но мы сможем убрать эти камни с пути. Как бы нам тяжело не было. Как бы мне тяжело не было.

Ритуал окончен, но мне казалось, что я до сих пор вся свечусь, как и моя статуя, которая теперь будет всегда в таком виде. Может, со временем немного изменится, но это уже зависит от меня. От того, насколько я стану сильнее.

Часть 31

4 дня в Русальем Царстве пролетели незаметно. Тенебрисель уже мог самостоятельно ходить и вообще чувствовал себя отлично, хотя врачи все равно рекомендовали ему не перегружаться. Но разве эта ушастая зараза их послушает? По его словам, ему некогда из себя страдальца строить. Расслабился немного и хватит. Но если нашему сильному и суровому королю приспичит, он может развалиться на кровати и начать петь свою старую песенку, мол: "Милая, я плохо себя чувствую! Ах, только ты можешь скрасить мои мучения!" Короче говоря: моему любимому безумно нравится когда я о нем забочусь. Да и мне забавно наблюдать, как он холодно отдает указания нашим эльфам или связывается с Эльфийским Королевством, чтобы уладить некоторые дела, выслать пару разведчиков к Тхаэку (теперь-то мы знаем, где он находится, но спешить не будем. Лучше перестрахуемся и хорошенько подготовимся), а потом положит голову мне на колени и замурчит как кот от моих прикосновений. Что может быть лучше?

Также я каждый день посещала храм, который, правда, стал для меня своеобразным домом. Здесь я чувствовала себя всемогущей, а вера жрецов и русалок, которые заходят сюда (да-да, кроме Рисанита, церковь посещают и другие личности), ласкала мою душу, заставляя светиться от счастья. Я могла помогать всем одним легким жестом, как истинная богиня, и мне это нравилось. Ежедневно, рано утром, я спешила в святилище, чтобы не пропустить открытие службы. В основном, я наблюдала за всеми издалека, показываясь только жрецам, но иногда могла подойти и к другим посетителям. А однажды, в храм пришла русалка великолепной наружности, но с пустыми глазами, будто бы она потеряла смысл жизни. Оказалось, что она — бесплодна, а лучшие врачи не могли ничего сделать. Девушка не сильно надеялась на удачу, но решила, что ей нечего терять, и пошла в храм. Я немного пообщалась с милой русалкой (но была в серой накидке с капюшоном, чтобы не привлекать к себе внимания) и после этого больше всего на свете хотела, чтобы ее желание о ребенке исполнилось. Поэтому я не только коснулась ее нити, но и влила в саму девушку достаточно энергии (у нее была не только врожденная патология, но и недостаточно сил, чтобы выносить плод). А на следующий день девушка пришла вся в слезах, но не от горя, а от радости. Посмотрев на нее магическим зрением, я увидела, что она беременна двойней. Будущая мать встала около моей статуи и без устали благодарила, а я влила в нее еще немного сил, чтобы эти 9 месяцев прошли легко и без осложнений. И все же, приятно быть богом.

Но нежданно-негаданно подкрался день, когда мы уедем в другую страну. А именно в Нагский Эмират (когда я впервые услышала это название, мне вспомнился Алладин и "Арабская но-о-очь, дивный восто-о-ок!" Да что, там. Я и сейчас вспоминаю это!). Но несмотря на название, там не все так страшно, как у нас на Земле. Мужчины, конечно, занимают более высокое положение, а замужним дамам нужно носить вуаль, чтобы скрыть лицо, но в остальном дискрименации или ущемления прав женщин нет. Леди может свободно общаться с мужчинами, сидеть с ними за одним столом и так далее, главное, чтоб вуаль была. Если этого платочка нет, значит, ты свободна и каждый может с тобой заигрывать. В принципе, это было сделано для блага женщин, потому что маленький брачный кулончик не каждый увидит. А к этой вуали даже слова красивые прилагаются: "Скрываю твою внешнюю красоту от других, чтобы все видели, насколько ты прекрасна внутри". Эх, романтика!

Но сейчас, я сидела в саду вместе с Теном, наслаждаясь минутами покоя. Наших клыкастиков отправили на родину, других отступников, которые были в Океане, нашли и тоже подвергли суду, все дела сделаны и оставалось только ждать. Ждать, когда мы сядем в линхорт, прибудем в Эмират и получим новую порцию приключений. А сейчас можно расслабиться и насладиться прекрасным видом.

Деревья, похожие на сакуру и закрывающие нас от мира, искусственное озеро с мостиком, аккуратно-подстриженные растения и легкий запах вишни. Идеально. А мы с мужем просто молчим. Брюнет обнял меня за талию, другой рукой гладя мои пальцы, а я положила свою голову ему на плечо. Люблю молчать вместе с ним. Это как новая форма общения, когда ты слышишь его размеренное дыхание, расслабляешься и ни о чем не думаешь. Обычно, если между тобой и другим человеком повиснет тишина, то она становится неловкой, раздражает и вы ищите даже самую глупую тему для разговора. Но когда находишь того, с кем приятно просто молчать — это потрясающе. Тебе не нужно слов, достаточно того, что он рядом. И кажется, что во время этого молчания, он принимает тебя такой, какая ты есть. Жаль, что многие люди не понимают, насколько прекрасно молчание…

— Ваше… Ваше Величество, — раздался немного неуверенный голос Этина сбоку от нас. Мой супруг посмотрел на "ангелочка", а мне было лень поднимать голову (на заметку: в таком положении, со стороны советника меня не видно).

— Да, Этин? — спросил эльф, пока русал нервно теребил рукав зеленого кимоно.

— Вы ведь сегодня уезжаете?

— Да.

— Тогда… перед тем, как вы уедите, я… я должен вам кое-что… сказать, — странно. Никогда не видела правую руку царя такой нервной. Тенебрисель же заинтересованно поднял бровь. — Ваше Величество, пожалуйста, отнеситесь к моим словам серьезно… Либо я сделаю это сейчас, либо никогда… Это странно… неожиданно… но… я вас люблю… — совсем тихо прошептал зеленоволосый. Нет, наверно, он не это сказал, и мне просто показалось.

— Что? — переспросил эльфийский монарх.

— Я… Я вас люблю! — более громко ответил Этин.

В этот момент мы с мятным королем прифигели. Мужчина впал в ступор, а я начала хихикать. Я понимаю, над любовью смеяться нехорошо, но, твою дивизию, мне почему-то так смешно! Видимо, от шока, моя нервная система решила таким образом защититься. Но я не могла унять этот смех! Так, Люда, над чужими чувствами смеяться нельзя! Но ё-мае! Кто ж мог подумать, что этот милашка окажется геем! Ой, не могу! Так, Люда, хватит ржать!

— Что… что вы скажете? — парень покраснел и опустил голову вниз, но мой милый ничего не сказал. Он был не в том состоянии, чтобы говорить. Тогда, за дело взялась я.

— Этин…

— ВЫ ЗДЕСЬ?! — испугался русал.

— Да. Этин, ты великолепный русал, гений и отличный друг, но я вынуждена тебя огорчить. Этот эльф уже занят и я никому его не отдам. И тебе в том числе. Но если бы у меня не было другого выхода, то судьбу Тена я доверила бы только тебе, — победив рвущийся наружу смех, я пыталась сгладить обстановку, но получалось плохо.

— Пусть… пусть Его Величество сам ответит! — не сдавался он, поджав губы.

— Он не может. Он обескуражен.

— Да… я понимаю, — зеленоволосый снова склонил голову, сжал кулаки и быстро сказал: — Простите, что потревожил вас.

Затем, он также стремительно удалился, а Тен выдал:

— За все мои 725 лет ни один мужчина еще не признавался мне в любви. Обычно, эта радость доставалась Силлирену, — брюнет помассировал переносицу и высказал все, что думает об этой ситуации: — Охренеть!

Часть 32

Не смотря на шокирующие новости, вскоре мы с королем и нашей свитой сели в линхорты. Рисанит вновь смилостивился над нами, открыв телепорт, и через час мы прибудем в Шахсир — прибрежный город и, по совместительству, столицу, которая находится на западе материка. Не терпится на нее посмотреть!

С царем мы попрощались довольно быстро, но мне хотелось хорошенько подергать его за перепончатые уши. А все потому, что эта зараза сказала, что он будет молиться каждый день самой прекрасной богине. Вроде, ничего такого, но русал расплылся в хитрой улыбке и подмигнул мне, указывая на губы. Хорошо, что Индариэн был нем как рыба, а Тенебрисель ничего не подозревал (мужчина просто хотел убить повелителя Океана, но про мой секрет не знал).

Кстати, насчет храма. Я волновалась, как они тут будут без меня, но жрецы сказали, что мне не обязательно бывать в церкви, чтобы помогать русалкам и получать энергию веры и благодарности. Это будет происходить неосознанно, но сделает меня сильнее. Это хорошо, но я буду скучать по этому месту. Удивительно, сначала, мне все здесь казалось холодным и чужим, а теперь святилище стало моим домом.

Но вернемся к нашему отбытию из Русальего Царства.

Нас провожал еще и Этин, но он смотрел вниз, не поднимая на нас глаз. Мне было его жаль. Если ты влюбляешься в личность своего пола — это уже довольно проблематично, а если он еще и занят, то, что может быть хуже? Но как бы мне не было жалко ангелочка, своего мужа я ему не отдам ни за какие блага. Это моя ушастая зараза! Только моя! Блин, заразил меня этот эльф собственничеством! Ну и пусть!

Итак, мы сели в машины и тронулись в путь. Линхорты погрузили в шарики, наполненные воздухом, как и в прошлый раз, и мы выехали за город. Там перед нами открылся огромный портал, в который мы стремительно въехали. Мне, конечно же, снова стало плохо. Вот честно, с маленькими телепортами легче! Немножечко покалывает тело и все, а здесь ощущение, будто тебя выворачивают наизнанку и делают из тебя такую же причудливую фигурку, как клоун из воздушного шарика! Не люблю я такие переходы. Но до столицы нагов мы добрались за час, что радовало.

Когда мы выбрались на поверхность, перед нами предстал песчаный берег и огромные врата с каменной стеной из желтого кирпича. Стража проверила наши документы и позволила ехать дальше.

Шахсир был великим, шумным городом, разросшимся посреди пустыни до колоссальных размеров, благодаря торговле с русалками. Эти две страны не просто помогали друг другу, а нуждались в союзе. Нагский Эмират находится в пустыне, поэтому вода им жизненно необходима (а кто за нее отвечает? Правильно! Русалки). А русалкам нужны редкие ресурсы, добываемые здесь (они часто используют их в науке, а харсииф, который поставляют из эмирата, помогает в борьбе с морской нежитью лучше, чем что-либо еще. Также только у нагов его можно приобрести в обильном количестве по нормальной цене).

А пока в моей голове пробегали воспоминания об экономике этого мира, я завороженно рассматривала город. Повсюду сновали стражи, путники, торговцы и простые жители. Их одежда была довольно интересной: хоть все носили головные уборы, чтоб голову не напекло, а девушки еще и вуаль надевали, остальное было более открытым. Странно, однако. Не понимаю, в чем смысл прятать голову, если тело, считай, открыто? Мужчины носили юбки (да-да, юбки) до пола, но верх оставался полностью голым, показывая чешуйки, рельефный пресс или пузико (у кого что). Дамы же были более скромными в этом плане: тоже юбка до пола, но верх прикрывал какой-нибудь топ с красивой вышивкой и украшения на руках блестели (куда ж без них). Что же до тел нагов, то они, в основном, были смуглыми, реже — светлыми. В остальном ограничений не было — ни в цвете волос, ни в цвете глаз или чешуек. Но больше преобладали темные цвета: коричневые, черные, темно-синие и так далее. Короче говоря: здесь есть, на что посмотреть.

Насмотревшись на полуголых жителей, я обратила свое внимание на замок, к которому мы стремительно приближались. Его было сложно не заметить: громадный дворец в восточном стиле с множеством башен, накрытыми шарообразными верхушками, с обилием открытых, широких балконов, окнами в виде арок и ажурной резьбой на стенах. Ну разве не прекрасно? Вот и я думаю, что замок великолепен!

А когда мы заехали за его ворота, у меня не нашлось слов, чтобы описать эту красоту. Везде фонтаны, как признак богатства, пальмы с фруктами, аккуратные аллеи и слуги, выстроившиеся в ряд перед нами.

Мой муж надел на меня коричневую вуаль (в цвет дорожного костюма), подготовленную до этого, и мы вышли из лимузина. Поначалу, было тяжело привыкнуть к сухому воздуху, жаре и такому яркому, знойному солнцу, но с этим мы быстро справились, активируя специальное заклинание (магия — это так хорошо!). Затем, мой взгляд устремился вперед, а брови поползли наверх. Около дверей ведущих во дворец, на лестнице, стоял высокий, пухлый мужчина с черными пышными усами и бородой. Смуглую кожу прикрывали уже известная нам белая юбка до пола, красный халат сверху и широкий золотой пояс на талии (которой нет), а голову — тюрбан с драгоценными камнями. Неужели это здешний эмир? Быть такого не может! Чтобы он сам вышел нас встречать?! Не верю!

А в это время, яркие зеленые глаза с вертикальным зрачком светились счастьем. Затем мужчина пошел навстречу к нам, разводя руки в стороны.

— Тенебрисель-с! Мальчик-с мой-с! Как-с ты-с вырос-с! — из-за раздвоенного языка, наги говорят на других языках с акцентом, что выглядело очень забавно. А мой супруг ускорил шаг, позволяя пухлому дяденьке (который был примерно на 10 см ниже эльфа) обнять себя.

— Я тоже рад вас видеть, Сих'ираш! А вы не меняетесь! Опять встречаете гостей сами!

— Ты-с же-с знаешь-с, не-с могу-с я-с иначе-с! Своих-с гостей-с должен-с встречать-с сам-с, а не-с сидеть-с и ждать-с.

Эмир (все-таки, это он) отпустил брюнета и посмотрел на меня, еще больше расплываясь в улыбке.

— Приятно-с познакомиться-с, леди-с. Я-с — Сих'ираш Хишсирис, эмир-с нагов-с.

— Взаимно, — я перешла на язык змей, чтобы не утруждать этого милого дяденьку. — Я — Лиенилде рин Аран, королева эльфов, — Сих'ираш усмехнулся, закручивая ус на пальце.

— Повезло тебе с женой! Красивая и умная! Сразу нескольких заменить может, — наг хохотнул, держась за живот, и легонько толкнул Тена локтем. Тот тоже посмеялся и мы вошли внутрь.

"Наги — очень любвиобильные. У них разрешено многоженство," — мысленно пояснил мне мятный король.

Занятно. Но, опять-таки, странно.

"Постой, ты же говорил, что все расы могут найти истинную любовь или что-то в этом духе. Разве наги не влюбляются в одну конкретную особу?"

"Во-первых: даже истинная любовь не всегда взаимна. Во-вторых: за всю жизнь ее можно так и не встретить. А наги могут найти свою истинную во многих девушках. Но это всех устраивает, так как мужчин здесь намного меньше, чем женщин. У Сих'ираша, например, 6 жен, а у одного его сына — около 40. Но женщины не жалуются, их все устраивает. А некоторые наги, являясь близкими подругами, мечтают, чтобы они вышли замуж за одного мужчину."

Мда уж. Наги — удивительный народ.

В это время, мы дошли до огромного зала. Спокойные, темные, благородные цвета разбавляли яркие орнаменты. Потолок, колонны, арки, стены, пол, ковер — все было украшено ими. А немного дальше от середины расположился низкий восьмиугольный стол с угощениями, за которым сидели 6 девушек в дорогих нарядах и вуалях (видимо, жены эмира). Помимо дам, которые встали, чтобы поприветствовать нас, здесь присутствовало еще пару слуг, стражи и музыканты. Но я чувствовала себя немного неуютно. Все здесь выглядели нарядно (про повелительниц вообще молчу. Их платья — это отдельная тема), а я в дорожном костюме… Я, конечно, люблю свою легкую белую рубашку, жилетку, брюки и сапожки шоколадного цвета, но какое-нибудь платье здесь было бы более уместно. Когда же я сказала об этом моему милому, он ответил, что мне не о чем беспокоиться, и я, все равно, остаюсь самой красивой (так приятно стало!).

Но взгляд одной леди меня, мягко говоря, пугал. Она смотрела так… нехорошо. Нет, видно этого не было. Улыбается, как и остальные, глаза сияют, предлагает сесть рядом с ней, но что-то плохое в ней было. Что-то, что заставляло все мое нутро кричать о том, что эта женщина само зло. Коварность во плоти.

"Не садись рядом с Фасирис. Это та брюнетка в красном," — послышался в голове голос Тенебриселя. Видимо, он тоже почувствовал угрозу, исходящую от этой наги. Но честно, я не собиралась ни с кем садиться. Я буду рядом со своим мужем, под его крылом, так сказать (пробежала мысль: "Я в домике, меня не трогать!"). Так спокойнее (а еще, с этого места я не вижу тот злой взгляд оранжевых глаз).

Мы уселись на подушки рядом с эмиром, справа от него, познакомились со всеми его женами (1 жена в голубом платье — Ашхаяс, 2 в желтом — Рафишис, 3 в фиолетовом — Ифхияс, 4 в белом — Ясишас, 5 в зеленом — Сиршаяс и 6 — та злая тетя) и начали неторопливо разговаривать, заедая закусками и запивая вкусными соками (с вуалью на лице, пить и есть было довольно проблематично).

Эмир Сих'ираш мне понравился: веселый дяденька с добрыми глазами. Оказалось, что он намного старше моего мужа (и меня в том числе) и помнит эльфа еще совсем маленьким мальчиком. Выяснилось, что Тен часто ездил сюда, когда был юнцом, и у нага остались воспоминания о нем в виде мечей, рисунков и фотографий. Мне было любопытно посмотреть на маленького принца, поэтому мы с дяденькой договорились и завтра он мне покажет альбом. Эльфийский монарх был против, но натиск эмира, его жен, которые тоже помнили его совсем мальчишкой, и меня был сильнее. Поэтому, моему ушастику пришлось сдаться, а я была рада.

Затем, началось самое интересное: развлечение гостей. Основные блюда отнесли, заменив их на чай и десерты, а музыка стала более ритмичной. Затем, в зал зашли… танцовщицы. Почему я запнулась? Да вот… наряды их… Да кого я обманываю?! Там нарядами и не пахнет! Браслеты на руках и ногах, легкие платки, с которыми они танцевали, а интимные места прикрывали лишь тонкие, золотые вензели, фиг знает, как державшиеся на них! Вспомнились давние слова Тена, что он не завидует земным мужчинам, так как наряды наших танцовщиц более скромные. О боги, да эти девушки, считай, голые!

Я смутилась, но это было не самое страшное. Меня охватила жуткая ревность. А кого не охватит ревность, когда твой любимый смотрит на голых девиц?! Жены эмира не считаются! А эта чертова ревность начала сжирать меня изнутри, заставляя жар в груди разрастаться, заполняя собой даже холодную голову. Я закусила губу и посмотрела на эльфа. Брюнет безразлично, с толикой скуки в глазах, смотрел на танец девушек. Казалось, он сейчас зевнет и заснет от тоски. Затем, сапфирово-изумрудные глаза быстро перехватили мой взгляд. В очах появились хитрые смешинки, а тонкие губы растянулись в наглой улыбке.

"Ревнуешь?" — мысленно спросил он с видом победителя.

"Да, ревную!" — решила не ходить вокруг да около и сказала прямо. Дакана бы меня за это поругала, сказав, что девушке сознаваться в своих пороках не обязательно, но не могу я так!

"Скажу честно: танец красивый, но моя фантазия насчет тебя в тех, как ты выразилась, веревках с цепочками мне нравится намно-о-ого больше," — полукровка незаметно для других прикусил нижнюю губу, еще больше вгоняя меня в краску. После, взял меня за руку, поглаживая мои пальцы. Я расслабилась и просто наслаждалась великолепным танцем. Но на этом шоу не закончилось.

— Тенебрисель, мальчик мой, — начал на нагском наречии правитель, — к сожалению, все мои дети разъехались кто куда, кроме двоих. Помнишь моих чудных близнецов?

— Таких не забудешь! Сорванцы еще те! Правда, когда я их в последний раз видел, им было 15. Они здесь?

— Да, Хияш и Саиш здесь. И они стали архимагами в искусстве огненного песка! — мой супруг присвистнул, а я вспомнила, что это за огненный песок. Довольно редкий дар, которым сложно полностью овладеть. Это не просто смешанная магия песка и огня. Это способность оживлять песок, изменять его температуру и вид до неузнаваемости. Архимаг данной сферы легко может превратить обычную горсть песка в живое существо, которому можно приказать что-либо.

Двери в зал снова открылись, являя нам брата и сестру, похожих между собой. Хияш и Саиш (осталось понять, кто есть кто). У обоих длинные прямые волосы угольного цвета, бледная кожа, оранжевые глаза с вертикальным зрачком, черные чешуйки на теле и черты Фасирис (видимо, это ее дети). Но что самое занимательное, близнецы смотрели на нас с эльфом: девушка — на мятного короля, а парень — на меня. Когда я встретилась с ним взглядом, он подмигнул мне, заигрывая. Я просто улыбнулась ему, но в душе поселилось смутное чувство. Что-то с ними не так. Если же их мать давала ясно понять, что она — не самая хорошая женщина, то здесь было непонятно. Просто, с ними что-то не так, а что именно — не ясно.

— Добрый день! — хором сказали они. Моя ночь улыбнулся и кивнул им головой.

— Дети мои, покажите скорее гостям и давнему вашему другу то, чему вы научились! — кажется, эмиру тоже не терпится посмотреть на это.

Музыка заиграла громче и мужчина встал вперед. На секунду мне показалось, что он красуется, но я это опустила. На полностью обнаженном торсе (вообще, его тело прикрывала только черная юбка до колена так же, как и у его сестры. Ну у нее еще топ был, и у обоих браслеты на руках и широкие ожерелья) проступили красные татуировки, переливающиеся желтым, оранжевым и алым. Парень развел руки в сторону и подул сильный ветер. Через открытые окна в помещение попал песок и началось самое интересное. Девушка вышла из-за спины своего брата, отошла в бок и они начали быстро кружиться в причудливом танце. Татуировки на их телах сияли все ярче, на кончиках пальцев играл огонь, а песок, повинуясь умелым мастерам, летал рядом с ними превращаясь в разные фигуры. Момент, и вместо песка перед нами закружились две гигантские змеи, которые повторяли движения своих хозяев. Всполохи огня полетели в них и дети песка стали стеклянными. Свет пламени красиво играл на их движущихся хрустальных телах. Близнецы подняли руки вверх, сжимая кулаки, и огромные питоны треснули, рассыпаясь осколками по полу. Наги стали спиной друг к другу и вытянули правую руку вперед, заставляя разбившийся хрусталь подняться и превратиться в единую, жидкую смесь. Саиш и Хияш резко развели руки в стороны, оттопырив пальцы и жидкое стекло преобразовалось во множество небольших шариков, которые вскоре стали птицами, животными или рыбками. На руку мужчины села небольшая пташка, у которой он взял несколько перьев. Сжал их в кулаке и, раскрыв ладонь, явил нам наипрекраснейший цветок со всеми переливами огня внутри. Птичка взяла этот цветок в свои лапки и полетела ко мне. Я с радостью приняла столь чудесный презент, который в моих руках превратился в милую змейку, что сразу же обвила мое запястье, становясь браслетом. Чудесно!

Мы все аплодировали искусным магам, понимая, что это только цветочки. Они способны на большее. Но представление было шикарным. Вот только…

"В браслете слежка," — передал мне свои мысли Тенебисель, пока сам нахваливал близнецов. Я улыбалась, но все же проверила змейку на наличие посторонних заклинаний. И вправду, глубоко-глубоко внутри, было скрыто заклинание наблюдения. Зачем этим двоим подобное? Но чтобы там не было у них в голове, я незаметно уничтожила слежку. Да, права была интуиция. С этими двумя что-то не так. Но сейчас меня больше волнует то, как Тен узнал об этом. Но задав ему этот вопрос, внятного ответа я не получила.

***

Мы не успели и глазом моргнуть, как наступил вечер (хорошо мы так посидели). Я и мой король, попрощавшись с остальными, отправились в выделенные нам комнаты. Хоромы, если точнее (наги любят, когда много пространства). Колонны, арки, узорчатые стены и потолки, везде ковры, две ванны, гардероб, гостевая комната и спальня с огромным балконом.

Быстро приняв душ, мы прошли в спальню с большой круглой кроватью и через час, когда "немного поиграли", уснули. Мой милый, как всегда, нежно прижимал меня к себе, а его запах мяты убаюкивал. День был насыщенным, с множеством событий и одной нерешенной загадкой, с которой мы разберемся завтра, поэтому мы быстро забылись сладким сном. Так я думала.

Ночью я проснулась от того, что моей мятной подушки не было рядом. Я испугалась, но повернув голову в сторону круглого балкона, я обнаружила пропажу. Яркие звезды и 2 месяца освещали длинные волосы цвета темного индиго и серебрились на поседевших прядях. Широкая спина была напряжена, будто бы эльф нервничал из-за чего-то. Но сейчас мне хотелось прибить эту ушастую заразу! Ночью в пустыне холодно, а он в одних штанах на балкон вышел!

Я встала с кровати, одела тапочки, накинула на себя теплый халат и, захватив для него такое же одеяние, пошла к своему королю.

— Мо Тен, я тебя покусаю, если ты заболеешь, — немного хрипя от недавнего пробуждения, я накинула на его голые плечи халат. Он удивленно смотрел на меня, а я продолжила: — Ночью холодно, а ты голый на балкон вышел, зараза ушастая.

Эльф усмехнулся, а я подошла к нему вплотную и обняла.

— Не спится? — бывший принц прижал меня сильнее к себе, отвечая:

— В яблочко, — он облокотился на перила, устремив задумчивый взгляд ввысь.

— Что-то случилось? — я положила голову ему на плечо, а брюнет заправил мне прядь за ухо.

— Ничего такого, — я одарила его скептическим взглядом и мой полукровка сознался, тяжело выдохнув: — Со мной что-то не так. После того, как я очнулся, я чувствую все иначе и с каждым днем это усиливается. Я чувствую намного больше запахов, чем раньше. Слышу еще лучше, чем раньше. Вижу дальше и отчетливей, чем раньше. Тело улавливает больше ощущений, чем раньше. Сила стала проявлять себя активнее, чем раньше. Я начинаю видеть то, чего не видят другие, но… — он запнулся, сжав губы в тонкую линию. Я коснулась его щеки, подбадривая и как бы говоря, чтобы он не боялся продолжать. Тенебрисель сжал мою ладонь и неровно выдохнул. — Маленькая моя, ты же знаешь, как я боюсь тебя потерять… Каждую ночь я вижу… вижу свое отражение в зеркале, которое искажается. Я становлюсь монстром. Каждый раз. Каждый гребаный раз я вижу в зеркале вместо эльфа опасного хищника, которого все боятся. Изо рта и глаз у меня течет непонятная черная жидкость, а руки с когтями перепачканы чужой кровью. Каждый раз я оборачиваюсь и вижу твое заплаканное лицо, на котором застыл страх. Я не хочу, чтобы ты боялась меня. Не хочу, чтобы ты в ужасе отворачивалась от меня, — он грустно посмотрел на меня, а я лишь улыбнулась, обхватывая его лицо руками.

— Я приму тебя любого, мой любимый, — я обвила его шею и сказала в губы: — Даже если ты кардинально изменишься, станешь монстром из своих кошмаров, мое решение не изменится. Я сдержу свое обещание, — я прильнула к его губам, зарываясь пальцами в мягкие волосы, успокаивая его.

Перед глазами все пропало и на несколько мгновений я потеряла связь с реальностью. В яркой вспышке я увидела, как передо мной стоит очертание черного, как ночь, зверя, от которого веяло силой. Зверь расплывался, а белые крапинки на его теле, похожие на звезды, сияли все ярче. Я моргнула, и лицо зверя оказалось невероятно близко, но угрозы от него я не чувствовала. А ночной зверь склонил голову и прикоснулся к моему лбу. Я закрыла глаза, а открыв, увидела своего мужа, прижимающегося ко мне челом. Тенебрисель… В переводе с эльфийского означает "Дитя ночи". Но с древнеэльфийского — "Ночной зверь". Какое удачное имя.

Я улыбнулась, смотря в глаза своего милого. Его зрачки снова стали вертикальными, а черты немного заострились, становясь более хищными.

Звезды в пустыне напоминают частую россыпь брильянтов, поэтому ночи здесь невероятно красивые, хоть и холодные. А ночной зверь, что ходит по бескрайним барханам, скоро найдет свое пристанище и стряхнет с себя песок сна, становясь единым целым со своим хозяином, имя которого — Тенебрисель. И когда этот момент наступит, я буду с тобой, мо Тен. Я буду рядом.

Часть 33

Туман. Вокруг меня бескрайний туман, обволакивающий все пространство вокруг. Деревья, черная трава, небо — все покрыто загадочной дымкой. Но ни одной живой души. Нет ни птиц, ни животных. Я в этой пустоши одна. Я прекрасно понимала, что это сон, но мне стало зябко и неуютно от этой гробовой тишины. Но вдруг раздался голос, ставший моим спасением от страха. И не простой голос, а красивый, мелодичный. Как у нее. Как у той, что снится мне каждую ночь.

Я обернулась, чтобы оглядеться. Вдалеке виднелся светлый силуэт женщины, которую я называла мамой. Она стояла около одного сухого дерева, которое сразу же расцвело, стоило ей только коснуться него. Девушка посмотрела в мою сторону, и мне показалась, что она улыбнулась. Стало тепло на душе и ноги сами оторвались от земли, устремляясь к ней.

— Мама! — крикнула я, побежав.

— С тобой все в порядке, дитя мое. Я спокойна, — она начала растворяться в тумане.

— Подожди! Мама, постой! Не оставляй… — сон резко оборвался, когда я почти коснулась женщины, — … меня, — я распахнула глаза и увидела свою протянутую вперед руку.

В сердце защемило, а на глазах навернулись слезы. Кто она — эта незнакомка? Почему я считаю ее своей мамой? Почему она убегает от меня? Почему?

— Почему?… — прошептала я, а холодные слезинки скатывались по вискам вниз.

— Лиен, что случилось? Тебе кошмар приснился? — спросил мой муж, встревоженно смотря на меня. Мужчина вытер мои слезы и заключил в свои объятья, успокаивая.

— Мама… — я прижалась сильнее к его обнаженной груди, глубже вдыхая запах мяты. — Мама… я (всхлип) скучаю… Сильно скучаю по ней… Почему я не могу ее обнять?… — почему она избегает меня?

— Тише, маленькая моя. Я с тобой. Когда все закончится, мы обязательно вернемся в твой мир, и ты увидишь свою маму. Я обещаю, — он гладил меня по голове и поцеловал в макушку. — Все будет хорошо, мо Лиен.

— Угу, — я снова шмыгнула носом.

Больше этой ночью никто не просыпался.

***

— Тенебрисель! — нага, которую звали Хияш кинулась на шею моему мужу.

Из его, эмира и рассказов близнецов, я поняла, что эти трое давно знакомы друг с другом, эльф старше их на 600 лет, девушку зовут Хияш, а парня — Саиш. Оба — непоседы и хулиганы, которые ставили на уши весь дворец. Но Саиш, который является старшим из близнецов, будет поспокойнее своей младшей сестры. А она была злым гением и придумывала всякие проказы, но за это их ругала только мама. При ней они, кстати, просто шелковые, но стоит Фасирис уйти, как близняшки назовут свою мать стервой и будут вести себя более расслабленно. Насколько я поняла, они эту особу жутко ненавидели, но ей этого не показывали.

— Хияш, ты меня задушишь, — сказал Тен, аккуратно ставя девушку на землю.

— Я по тебе соску-у-училась! — но змейка не отступала и еще сильнее прижалась к моему мужу почти обнаженной грудью (я вас умоляю, та тонкая повязка — не считается). — И вообще, Тен, ты обещал жениться на мне!

О как. Какие подробности. Я итак ревновала своего мужа к этой даме, а тут еще и такое.

"Жениться, значит," — отправила я свои мысли брюнету.

"Это было давно. Тогда она была совсем ребенком, что я мог поделать?"

— Извини, но я уверен, что ты найдешь себе жениха получше, — мой король попытался отцепить Хияш от себя, видя, как я злюсь, но она сказала:

— А как же наши поцелуи? Они для тебя ничего не значат? — она обворожительно похлопала оранжевыми глазами, дуя пухлые губки.

"Поцелуи, значит," — если бы я сказала это вслух, то прошипела бы не хуже нагов. Я так выразительно посмотрела на эту ушастую заразу, что мне показалось, что мои глаза стали красными.

"Это было не серьезно. Мы просто дурачились. Ей было интересно, какого это, а я не был против! Глупым я был тогда! Молодым и глупым!"

— Ну как же я мог отказать тебе тогда? Но мы же просто дурачились, — он все-таки отлепил от себя дочку эмира, но та еще больше надулась.

— Это все потому, что у нее грудь больше моей? Тебе же нравились мои холмики! — в этот момент я окончательно убедилась в том, что стала напоминать Хаоса не только глазами, но и ногтями, и почерневшими венами, и черными, заострившимися когтями, и удлиненными клыками, которые хотели впиться в плоть или этой гадюке, или этой остроухой заразе.

— Тенебрисель, я понимаю, что, до встречи со мной, ты не обязан был нести обет безбрачия, но зачем ты развращал детей? — удивительно спокойно спросила я.

— Вы не волнуйтесь, — ко мне подошел Саиш и приобнял за плечи. — Тогда у моей сестренки было множество комплексов по поводу груди, вот мы с Тенебриселем и пытались ее взбодрить.

— Спасибо, что объяснил, — я обаятельно улыбнулась нагу, чтобы тот ушастый собственник понервничал. Не одной же мне тут ревновать! А старший из близнецов хитро посмотрел на меня, подмигнув. Затем, он поцеловал меня в щечку, продолжая лукаво улыбаться. Теперь Тен пытался испепелить взглядом Саиша. А тот, в свою очередь, отпустил меня и ответил:

— Теперь вы квиты. Правда, я не видел вашей груди, но не думаю, что это так важно, — наг взял свою сестру за руку и они удалились. А мы с моим супругом начали играть в напряженные гляделки.

— Я тебе уши когда-нибудь оторву, моя остроухая зараза, — я подошла к эльфу и чмокнула его в губы. — А пока живи.

Он же, стоило мне отойти от него на пару шагов, пошел следом и шлепнул меня по попе, говоря:

— Я тебя никому не отдам, а ты можешь быть уверена, что я от тебя ни к кому не уйду, моя сладкая алкогольная конфетка, — соблазнительно прошептал он мне на ухо, заставляя мои щеки покрыться румянцем. Вот же зараза! Но люблю эту заразу.

Часть 34

И вот все бы хорошо, дни бы тихо пролетали, но нет. Я опущу такие скучные события, как балы, советы и то, как мы рассказали эмиру про отступников (тогда этот милый дяденька шипел так, что у меня волосы дыбом встали, но не суть). Интереснее всего были встречи с близнецами, с которыми мы сдружились, но было одно но. Очень большое НО. Нас с королем не покидало ощущение, что с ними что-то не так. Мы уже разобрались, что Фасирис — злодейка и состоит в сговоре с клыкастыми девиантами. Сейчас мы просто искали нужный момент. чтобы ее разоблачить. Но с этими двумя было не все так просто. Они были… странными. Просто странными. С ними было весело, но что-то не так. Но ни я, ни Тенебрисель, чьи способности с каждым днем становились все больше, не могли обвинить их в какой-либо преступности или сообщничестве с отступниками. Сила Тена развилась до такой степени, что он мог сорвать маски с большинства, но не с них. А на мои вопросы мой муж отвечал так: "Они знают об отступниках, но ненавидят их. Они не хотят им помогать. Но у этих двоих темные мысли. Очень темные, но я не могу понять, какие именно."

Но если не брать в расчет это, то все было отлично. Каждое утро нас встречало знойное солнце, а я начинала свой день с исполнения желаний. Как и говорили жрецы моего храма, это происходит автоматически, но мне нравилось касаться желаний русалок. Приятно чувствовать, как твои пальцы проходят через теплый, нежный поток, а потом он, как змейка, обвивает твою руку, проникая в каждую клеточку тела, наполняя тебя верой и благодарностью, что делает тебя сильнее. Конечно, к сожалению, не у всех желания были хорошими, поэтому, с помощью некоторых нитей, я связывалась с жрецами, которые выясняли, что к чему у данного индивида. Если же его желание оказывалось не таким уж и плохим, то выбор оставляли за мной. Но если желание — это нечто ужасное, что не достойно исполнения, я игнорировала. Но это только в том случае, если я, скажем так, переходила в ручной режим. А так, мое участие было не обязательным. И без меня одни желания исполняются, а другие — нет. Без понятия, как это работает, но работает хорошо.

Но вернемся к нагам, а точнее к Хияш и Саишу. Честно скажу, девушка меня раздражала. Она не просто заигрывала с моим супругом, она четко давала понять, что претендует на место его пассии! К дикому сожалению, мне ее трогать нельзя (дочка эмира, как-никак), но, слава богам, мой милый сам вежливо уходил от нее. А эта дрянь не останавливалась и каждый раз норовила обнять МОЕГО любимого или "случайно" поцеловать. Меня это так раздражало! "МОЕ! НЕ ТРОГАТЬ! ВОЛОСЫ ВСЕ ВЫРВУ И ГЛАЗА ВЫЦАРАПАЮ!" — кричало подсознание, когда я молча сжимала кулаки и уходила по-английски вместе с эльфийским королем. Удивительно, как я до сих пор держу себя в руках? Вот и я не понимаю. Но перейдем к ее брату.

Он, кстати, тоже был хорош. Постоянно пытался меня куда-нибудь увести (у этих двоих будто бы план — разлучить меня и эльфа). Но с ним было весело и интересно. Саиш — великолепный собеседник. Вот только было у него пару нехороших привычек. 1 — он обожал демонстрировать себя, 2 — он заваливал меня всякими подарками, 3 — он любил меня зажимать. Последнее особенно нервировало, причем всех (и меня, и Тена, и Индариэна, который ничего сделать не мог, так как угрозы не было). А наг при любом удобном случае прижимал меня к стенке, опираясь или рукой, или локтем, или всем телом, и, немного склонив голову, заинтересованно смотрел мне в глаза. Я же делала лицо кирпичом, мол, ничего необычного и, вообще, мне все равно. Но если сын эмира решал сократить дистанцию между нашими лицами, то я щелкала его по носу, хихикая и отстраняясь. После подобного, мы, как друзья, смеялись, и я спешила ретироваться.

Сегодня был 6 день нашего пребывания в Нагском Эмирате. С каждым часом на улице становилось все холоднее, так как уже был вечер и ночь входила в свои права. Россыпь бриллиантов заполняла черное небо, но паника медленно подкрадывалась ко мне.

В пустынном коридоре, освещаемом только звездами и двумя лунами через окна, горели оранжевые глаза с вертикальным зрачком. Твою дивизию! Вот какой черт меня потянул переться ночью в библиотеку, по безлюдному коридору, на встречу с Фасирис?! И плевать, что я с Индариэном! Когда тебя к стенке прижимают и так хищно рассматривают, плевать на все! И ведь Тенебрисель же сказал, что мне лучше дождаться его и мы вместе пойдем, так нет же! Понадеялась, дура, что сама быстренько нацеплю теневые наручники на эту нагу и дело с концом! Самая настоящая дура! Неужели я не могла додуматься, что опасность может поджидать меня в коридоре?!

— Ты изумительно пахнешь, — прошептал Саиш, снова прижав меня к стенке но уже двумя руками. Его лицо начало приближаться к моему, и я хотела снова щелкнуть его по носу, преобразуя эту ситуацию в шутку, но он перехватил мою руку. — Нет, сегодня ты от меня так просто не отделаешься.

— Саиш, — серьезно начала я, но почувствовала, как нечто теплое и вязкое обвивает мою руку. Жидкое стекло! — Саиш! — я попыталась вырваться или использовать заклинания, но мужчина перехватил и вторую мою руку, погружая их в жидкое стекло и прижимая к стене. Затем, что-то острое впилось мне в запястья, словно иглы от шприца. — Ай!

— Извини. Я не хотел делать тебе больно. Но иначе я не смогу тебя обезвредить.

— Что ты… — мои глаза увеличились от осознания, что я не могу использовать свою силу. Не могу!

— Нравится? Я сам придумал это заклинание. Оно ослабляет твое тело и временно перекрывает потоки магии.

— Индариэн! — я позвала своего телохранителя, но он не появился. Черт!

— Можешь не надеяться на дроу. Я подсунул ему такое же средство, но с отсрочкой по времени. Сейчас он не может вылезти из теневого мира. Но ты не беспокойся, я не причиню тебе вреда.

— Что тебе нужно? — выдохнув, я засунула страх куда подальше и спокойно спросила у нага.

— Ничего особенного, — брюнет приблизился к моей шее, щекоча ее горячим дыханием. — У меня просто есть хорошее предложение для тебя.

— И какое же? — так, Люда, спокойно, главное — не паниковать! Сейчас что-нибудь придумаем! А пока, будем тянуть время.

— Оставайся здесь, со мной, — наг коснулся моей щеки, томно глядя в глаза.

— С чего вдруг? У меня муж есть.

— Это ненадолго, — усмехнулся он, обнимая меня за талию. — Хияш уже занялась им. Поверь, против ее приворотных зелий никто не устоит. И когда ты придешь в комнату к Тенебриселю, его голова будет заполнена мыслями только о моей сестрице. И что с тобой будет? — он провел большим пальцем по моим губам. — Брак разорвут и ты останешься одна, ни с чем. Но ты можешь стать моей, — он вплотную прижался ко мне всем телом, еще сильнее придавливая меня к стене. Затем, хоть и нежно, но так мерзко для меня, провел рукой вверх по моему туловищу, остановившись на шее, и прошептал в ушко, легонько кусая его: — Я дам тебе все, что ты захочешь. Просто согласись. Но я не буду принуждать тебя. Выбор за тобой.

— Нет, — четко ответила я.

— Ты уверенна?

— Да, уверенна, — парень усмехнулся и отпустил меня, отходя в сторону.

— Как хочешь, но мое предложение остается в силе, — оранжевые глаза блеснули в темноте, постепенно исчезая в этом мраке.

Я смотрела ему вслед, держась за запястья, и никак не могла понять, как он смог лишить меня магии. А через минуту, я уже бежала по коридору. Но не к Фасирис, а в наши с Тенебриселем апартаменты. Во время пути, я пыталась призвать хоть немного магии, но она никак не хотела отзываться. Черт! Мои попытки продолжались и принесли небольшие плоды (огонек зажечь могу), пока я не достигла своей цели.

Я быстро распахнула двери в наши комнаты, затем, в спальню и увидела то, из-за чего энергия и тьма во мне разорвали оковы, что наложил на меня Саиш.

Тенебрисель. Лежит на кровати. А на нем эта стерва. Целует в губы.

— О, королева явилась! — она довольно облизнулась, отрываясь от моего мужа и слезая с него. — Ой, тебе наверно больно? Теперь, он мо… кх… — я швырнула в нее сгусток из тьмы, припечатывая к стене. Она закряхтела и зашипела от боли, но я не собираюсь ее жалеть. Я подошла ближе и выплюнула:

— Слушай сюда, стерва. Он МОЙ! Только МОЙ! Будь ты хоть трижды дочка эмира, за подобное я тебя не пощажу и УБЬЮ СЕЙЧАС ЖЕ! — я перешла на крик, а с пальцев хотело сорваться запрещенное заклинание, которое мучительно убивает жертву, но мне не дал это сделать… Тен. Эльф перехватил мои руки, сведя их за спиной, и открыл портал для этой дряни. Я не могла поверить в происходящее, а нага начала истерично смеяться.

— Нет, дорогуша. Он больше не твой! — и исчезла в телепорте.

— Ты! Что ты наделал! КАК ТЫ МОГ?! ТЕНЕБРИСЕЛЬ, КАК ТЫ МОГ?! — моя злость переключилась с той гадюки на этого предателя. — Как ты мог предать меня?! — из глаз потекли слезы. — Ты же обещал! ОБЕЩАЛ МНЕ! — этот лжец отпустил мои руки и заключил в свои объятья.

— Нет, Лиен. Я не предал тебя, моя маленькая. Слышишь, — он обхватил руками мое лицо, смотря прямо в глаза. — Прости, мне пришлось создать видимость. Но на меня ее отрава не подействовала. Не может подействовать. Прошу тебя, верь мне, — он стер слезы с моих щек и поцеловал в губы. — Я люблю только тебя и ничто это не изменит. Но я понял, что эти двое задумали. Милая, они не хотят поддерживать отступников, они хотят править сами! Сейчас, они все находятся в главной библиотеке. И Фасирис, и близнецы. Мы можем схватить их всех вместе! Если будем ловить по одному, толку не будет. Не знаю, насчет Фасирис, но близнецы друг друга вытащат. Бежим! Нам нужно спешить, пока они не убили Сих'ираша!

— Сих'ираша? — эльф быстро открыл портал и сказал:

— Да, он тоже в библиотеке. Лиен, подыграй мне! — через секунду мы были в огромном зале, что был наполнен книгами, а моя Ночь скрутил мне руки за спиной и сказал: — Хияш, любимая, я привел ее, — мне стало больно от этих слов и противно от победной улыбки черноволосой змеюки. Но я верила своему мужу. Хотела верить.

Часть 35

Тенебрисель:

Послышался глухой рык. Я обернулся и увидел перед собой черного как ночь волка. Черт, опять этот сон. Снова мне придется лицезреть ту страшную картину. А зверь с белыми крапинками на теле спокойно лежал, положив морду на лапы. Его большие глаза умно смотрели на меня, а я сел перед ним, ожидая, что сегодня он опять поведет меня к тому зеркалу.

— И что ты молчишь? Неужели сегодня не хочешь мне показать, кем я являюсь? — язвительно сказал я, вспоминая его слова, которые он повторяет раз за разом.

— Зачем ты бежишь от себя? — раздался его спокойный голос, хотя зверь не открывал зубастой пасти. — То, что ты оттягиваешь этот момент, ничего не изменит. Ты же знаешь.

— Знаю, — недовольно согласился я.

— Ты боишься потерять НАШУ девочку? — спросил, хотя знал ответ.

— А ты будто не догадываешься, — я скрестил ноги, выдыхая. До сих пор не могу привыкнуть к нему.

— Глупо. Она же знает про нас, — волк зевнул, широко раскрывая рот, а я не мог не согласиться с ним. Да, я прекрасно видел, что Лиен все про меня знает. МЫ прекрасно видели. Но… Я не могу смотреть, как она плачет. Знаю, что если приму себя, то увижу эту картину в реальности. Не хочу. Надо, но не хочу.

— Может, она нас и примет, но то видение…

— Как же с тобой сложно, — ночной зверь недовольно рыкнул, вставая, и подошел ко мне вплотную. — Не забывай, что Лиен не только твоя, но и моя любимая. Мы оба любим ее и не хотим причинять боль. Но если ты не примешь себя сегодня, ей будет еще больнее. Я так чувствую, — он уткнулся вытянутой мордой мне в грудь. — Я — это ты. Ты — это я. У нас одна душа и тело на двоих, — я усмехнулся.

— Лиен бы сказала, что у нас раздвоение личности. Хотя, это больше похоже на…

— … раздвоение души, — хором сказали мы. Волк улыбнулся, оскалившись и показывая острые клыки. Если я его-себя приму, у меня будут такие же.

— Мы поладим, — зверь отодвинулся от меня, не переставая улыбаться.

— Но мне будет тяжело привыкнуть к тому, что я буду вынужден делить свою милую с тобой, — это был еще один фактор, из-за которого я тянул.

— Мне тоже будет тяжко делить мою девочку с недооборотнем и тугодумом, — он переступил с лапы на лапу, вновь усаживаясь рядом.

— Итак, — я пропустил его оскорбление мимо ушей, — как же произойдет принятие себя?

— Проще некуда, но объяснять не буду. Покажу на деле.

— Вредный волк, — он рыкнул, а я задал следующий вопрос: — Как мы будем общаться?

— Во сне: так же, как и сейчас. А днем: наши мысли будут переплетаться и ты не поймешь, где мои, а где твои. Зато у нас не будет раздвоения личности.

— Я как-нибудь изменюсь внешне? — я должен знать это. Будет неприятно, если, вместо себя, утром я обнаружу лохматое чудовище.

— Только ипостась. И повадки зверя будут ярче проявляться.

— Есть ли еще какие-то моменты, о которых я должен знать?

— В основном, от принятия себя одни плюсы: нас нельзя так просто убить, нельзя полностью поработить и на нас не действуют заклинания или зелья, принуждающие к чему-либо.

— А минусы? — не может быть все так хорошо.

— Само принятие продлится около 14–15 часов, а последняя стадия будет самой болезненной. После этого, мы не сможем долго находиться взаперти. Нам нужна свобода. Конечно, неделю мы можем протянуть, но не более. Иначе — сумасшествие нам обеспеченно, — да, я часто слышал, что многие оборотни сходят с ума в тюрьмах, так как их лишают свободы. Говорят, что такая участь для них — хуже смерти. — Есть еще один интересный момент, но как к нему относиться — решай сам.

— И что же это? — я вопросительно поднял бровь.

— Ты же заметил, что, с каждым днем, сексуальное желание становится все сильнее.

— Так это твои проделки? — честно, это меня не обрадовало. Постоянно бороться с желанием, которое может нахлынуть в любой момент, довольно проблематично. Особенно, когда Лиен забывает контролировать обаяние (а это явление частое, что бы она там не думала). Чувствую себя мальчишкой, который только узнал обо всех прелестях интимной жизни.

— Не мои. Наши. Наши желания суммируются и усиливаются. У обычных оборотней такого нет, но мы с тобой слишком тесно связаны.

— Хреново, — в голове уже возникали мысли о применении антидепрессантов или более частых прогулках на свежем воздухе совместно с интенсивными физическими нагрузками. Это должно меня отвлечь.

— А меня все устраивает, — зверь снова оскалился в улыбке.

— Ладно, хватит разговоров, — я посмотрел ночному волку прямо в сине-зеленые глаза.

— Приступим к делу? — правильно истолковал он мой взгляд. Я кивнул, а ночной зверь поднялся на лапы, отряхнув от несуществующей пыли свою шерсть, и кинулся на меня. Но я даже не двинулся с места, спокойно впуская его в себя, позволяя стать единым целым. Принимая его. Принимая себя.

Я резко распахнул глаза. За окном еще царила темнота, разбавленная светом звезд и лун, чьи лучики пробирались к нам в комнату. Моя девочка с головой укуталась в одеяло, ютясь у меня под боком. Как мило. Замерзла, моя маленькая.

А вот я просто сгорал изнутри. Сердце бешено колотилось в груди и висках, а воздуха не хватало. Мне было ужасно жарко. Я знал, что у оборотней температура тела выше, чем у эльфов, но не до такой же степени! Так это последствие принятия. Температура потом придет в норму (относительную норму: 38 градусов). А сейчас, надо бы охладиться.

Я встал с кровати, откидывая слишком теплое для меня одеяло и закутывая в него мою жену (ей оно нужнее). Девушка умильно заворочалась, но нахмурилась, почувствовав пропажу.

— Тихо, мо Лиен. Я сейчас вернусь, — я погладил ее по белым волосам и поцеловал в макушку.

Она схватила меня за руку, обнимая ее и что-то невнятно бубня себе под нос. Я усмехнулся. Мой лунатик. Она часто так делала. Могла что-либо сказать или сделать, пока спит. Но про это я решил умолчать (не думаю, что ее обрадует новость о лунатизме). Я осторожно вытащил свою руку из ее крепких (но, опять-таки, жарких) объятий, направляясь к балкону.

Когда я открыл дверь, мне стало легче. Холодный, ночной воздух быстро остужал разгорячившееся тело, а запах пустыни вызывал ностальгию. Как же давно я не был здесь. 110 лет прошло с последнего визита. Интересно, а мое секретное место уже обнаружили или нет? А может, песок заполнил все пространство в нем? Почему бы не посмотреть сейчас? Погода прекрасная и так хочется размяться. Хочется быстро бежать, прыгая по крышам домов, да так, чтобы ветер свистел в ушах, развивая волосы.

Но меня остановил запах шоколада, заставляющий облизнуться не только от сладости, но и от другого желания (черт, будет тяжело себя контролировать). Запах моей алкогольной конфетки я почувствовал уже тогда, когда она приблизилась к двери. Я и до этого слышал ее недовольное шуршание и угрозы в сторону моих ушей, но слишком сильно погрузился в свои мысли. И лишь этот вкусный аромат вернул меня в реальность.

— Ты суицидник? — тихо спросила она, дуя губки. Взлохмаченная, укутанная в одеяло и с босыми ногами — она напоминала совушку. Я улыбнулся ей в ответ, а Лиен, поежившись от холода, подошла ко мне. — Простынешь, зараза ушастая!

— Уверена? — я взял ее ладонь и положил на свою грудь, отчего желание только усилилось. Черт. Но заспанные, кукольные глазки быстро увеличились в размерах, а моя милая прижалась ко мне всем телом.

— Ты ж моя батарея! — сказала она, нежась щекой о мою кожу. Я закусил губу и выдохнул. Черт, Лиен опять забыла про контроль обаяния. Вот как мне сдерживаться? А она выдала: — Но только попробуй мне потом чихнуть! Покусаю!

— Апчхи, — наигранно чихнул я, подняв ее на руки.

Теперь крышу сносило не только от ее запаха, но и ощущения обнаженного тела, плотно прижимающегося ко мне. Вершинки аппетитной груди затвердели от холода, еще больше затуманивая мой разум. Не могу противостоять соблазну. А зачем мне бороться со своим желанием? Оно меня полностью устраивает.

Я хитро посмотрел в фиолетовые глаза и перевел взгляд на чувственные губы. Лиен еще не до конца проснулась и не поняла моего жеста, но мне и ненужно этого. Я прильнул к розовому ротику, который будто молил меня о поцелуе. Упиваясь прерывистым дыханием, я отнес свою жену обратно в спальню, положил на постель и навис сверху. Такая маленькая, хрупкая и от того еще более желанная. Мне так нравится заполнять все пространство вокруг нее собой, обладать ей, словно я ее господин. Но я ее господин также, как и она моя госпожа. Госпожа моего сердца и тела. Но моя. Только моя.

Я уже не отдавал себе отчет в действиях и мягко покусывал ее шею, оставляя засосы. Представляю, как она будет дуться и краснеть завтра, но мне это нравится. Жар в теле снова нахлынул на меня с удвоенной силой. Принятие себя и возбуждение слились воедино. Я горел и чуть ли не дышал огнем, как дракон, но мне было все равно. Я хотел поделиться этим пламенем с моей любимой. Заставить ее сгорать от вожделения.

— Те-е-ен, жарко. Мне очень жарко, — щеки и кончики ушей стали пунцовыми, опухшие губки приоткрылись, а масляный взгляд заставил меня хищно улыбаться.

Скорее всего, зверь взял верх надо мной, из-за чего я сильнее прикусил нежную кожу. Удивительно, но Лиенилде не айкнула, а застонала от удовольствия. Вот как. Девочка моя, тебе нравится пожестче? А я боялся тебя спугнуть подобными действиями. Ты же совсем невинна в этом плане. Многого не знаешь. Но теперь, я смогу показать тебе еще больше граней этого удовольствия.

***

— Индариэн, от Лиен ни на шаг, пока меня не будет, — приказал я телохранителю, уходя из комнаты. — Заметишь что-то подозрительное, немедленно сообщи мне.

— Да, Ваше Величество, — дроу поклонился и я покинул наши апартаменты.

Моя королева сейчас читала книгу в спальне, а я решил развеяться и навестить свое логово, которому уже не одно столетие. Это секретное место, что находится вдалеке от города и скрыто от чужих глаз. Там располагается оазис, а немного восточнее, за самым невзрачным барханом, куда не осмеливаются ходить наги из-за зыбучих песков, находится вход в мир моего детства. Обычно, в тех краях всегда уйма народу, но если хочешь что-то хорошо спрятать, прячь у всех на виду.

Из дворца я вышел незаметно и также незаметно пробрался в город. В основном, на меня не обращали внимания, ведь одет я был также, как и местные жители, чтобы не привлекать внимания. Светло-коричневая куфия, закрывающая мои уши и создающая тень на пол лица, и такого же цвета юбка до щиколотки (никогда не любил подобное, но ничего не поделаешь). К сожалению, внимание на меня обращали, но это были девушки и интересовались они только тем, свободен ли я. Но это дело привычное. Так было всегда.

Завернув в знакомый переулок, где никто не ходил, я забрался на плоскую крышу старого дома из желтого кирпича и огляделся. Город, ставший мне родным, лежал передо мной, как на ладони. В детстве, я часто посещал Шахсир вместе с отцом или Силлиреном. А иногда, самостоятельно приезжал сюда. Нет, моя душа никогда не лежала к пустыне и ее жителям. Мне был непонятен песок, что раскалялся днем до огромных температур и быстро остывал ночью, как и чувства нагов. Они, подобно изменчивому песку, могли страстно любить одного, а после охладеть и стать совсем чужим (хорошо, что это правило не распространяется на дружбу и семью). Но я был счастлив здесь и был рад возвращаться сюда снова и снова. Один Сих'ираш чего стоит! Эмир всегда принимал меня, как своего сына, и даже баловал больше Силлирена (а переплюнуть моего братца в этом деле — почти невозможно).

Я вдохнул полной грудью сухой воздух и поскакал по крышам зданий, как в детстве. Прохожие превращались в мелкие точки, а ветер подгонял меня. Мне нравилось быстро бежать, прыгать с выступа на выступ, пробегать по тонким доскам или проскальзывать под некоторыми препятствиями. Наги, посмотревшие вверх, завороженно наблюдали за мной. Но вдруг…

— Стоять! — рявкнул один из стражей порядка.

Ах, да! Совсем забыл, что бегать по крышам нельзя. Но это только подливало масла в огонь. Адреналин зашкаливал, и я ускорился. Внизу за мной бежало около десятка стражников, некоторые из них пытались телепортироваться ко мне. У них это получалось, но до моей реакции и скорости им далеко, поэтому, я быстро скрылся от нагов. Это было весело. Я уже и забыл, какого это, когда за тобой гонятся.

Пробежав еще пару десятков кварталов, я покинул столицу и остановился около огромного оазиса. Как и всегда, здесь было многолюдно, но тихо. Никто не хотел осквернять блаженную тишину своим шумом. Даже неугомонные дети, старались вести себя потише, наслаждаясь идиллией.

Я бы с радостью отдохнул здесь, купаясь в вечно-прохладном озере и поедая здешние фрукты, но у меня другие планы. Я отправился к зыбучим пескам, куда ни один здравомыслящий наг не сунется. Но я не наг, значит, мне можно.

За яркой табличкой с предупреждениями о песчаном болоте и хищниками, которые там обитают, прятался вход в мое секретное место. Скрывшись за барханами, я осмотрел пространство энергетическим зрением. Ничего не изменилось, но стоило мне щелкнуть пальцами, пуская небольшую волну огня, как небольшой участок песка засиял.

Я высоко прыгнул и, приземлившись на нужном месте, быстро увяз в песке по пояс. Недалеко от меня появилось 2 рахжаса*, которые ошибочно приняли меня за жертву. Они облизали черными языками свои сухие, шершавые морды, скалясь и направились в мою сторону. Но я угрожающе зарычал, да так громко и неожиданно для себя и хищников, что один из них оставил под собой мокрое место, которое быстро испарилось на горячем песке. Ладно, зато лезть не будут.

Убедившись, что монстры пустыни удалились, я быстро прочитал заклинание-код и провалился под землю, оказавшись в тайной пещере. Здесь было прохладно и сыро, в отличии от поверхности. Это все из-за оазиса, что располагается над нами. Раньше, я думал, что если это место не заполнит песок, то это сделает вода. Но нет. Мое логово сохранило свой прежний облик, ни капельки не изменившись. Вот только запах настораживал. Я уловил аромат навязчивого цветочного парфюма и масла розы. Так пахли Фасирис и Хияш. Жена эмира буквально поливала себя яркими духами, а девушка предпочитала эфирные масла, в отличии от своей матери. Но что они здесь делают?

Брови сами нахмурились, а я накинул на себя различные пологи. Проходя по каменному коридору, я слышал голоса дам, которые бурно что-то обсуждали. Когда же я нашел их, Фасирис сильно ударила свою дочь по щеке, отчего та упала на колени.

— Как ты смеешь дерзить матери?! — зашипела женщина. — Что за глупости приходят к тебе в голову, несносная девчонка! Да как ты посмела говорить такое о нашем господине?!

— Твой любовник нам не господин! — взрослая нага схватила дочку эмира за волосы, из-за чего я сжал кулаки, ведь мне нельзя сейчас вмешиваться (но хотелось оторвать руки Фасирис за то, что она обижает мою сестренку).

— Позволь напомнить, что вы с братом обладаете своей силой только благодаря мне и ему! Неблагодарная сволочь! Ты будешь мне ноги лизать, когда я буду вместе с ним править миром!

— С чего ты решила, что твой любимый вампир тебя не использует?!

— МОЛЧАТЬ! — снова шлепок по щеке. — Быстрее доделывай свое зелье. Чтобы к вечеру все было готово. Я приведу Сих'ираша в библиотеку. Только посмей мне опоздать, дрянь!

6 жена эмира развернулась и ушла, а Хияш встала, держась за щеку, и прошептала:

— Нет, править будем мы. Еще посмотрим, кто кому будет ноги лизать. Стерва!

***

Вернувшись во дворец, я сразу же пошел к правителю нагов, чтобы предупредить об опасности. Мужчина поблагодарил меня за информацию, но я видел, что он расстроен и не может до конца поверить в жестокую правду. Он хочет верить своей жене, но не может.

После этого, мне отчитался Индариэн. С Лиен, пока меня не было, ничего не случилось. Она пообедала с другими женами эмира, погуляла в саду, прочитала пару книг и пообщалась с Саишем. Последний, правда, опять ее зажимал, что меня раздражало (я с ним обсуждал этот вопрос, а толку нуль!). А еще, когда он показывал очередной фокус моей жене, случайно разбил графин с водой. Это случилось уже когда я пришел, но был у эмира. Новый сосуд скоро должны принести. Также, я сказал темному эльфу, чтобы его сородичи патрулировали библиотеку (страховка лишней не будет).

Далее, я рассказал Лиен об инциденте в секретном месте, заранее накрыв комнату пологом тишины. После, попросил ее подождать меня, а сам направился в ванную. Всех предупредил, перестраховался, теперь, можно немного расслабиться.

Сняв с себя потную одежду, я залез в душ. Прохладные струйки воды успокаивали нервы и немного обгоревшую кожу, скатываясь по телу вниз. Хорошо. Холодный душ — это как раз то, что мне сейчас нужно. Тело не переставало гореть с момента принятия себя, а дневная жара только усиливала этот эффект. Также, это отличная возможность обдумать все и успокоить себя перед боем. Я чувствовал, что будет бой. Будет много неприятностей. Но сейчас, я уже ничего не могу сделать, поэтому, лучше успокоиться и расслабиться, пока есть время.

Сквозь шум капель, я услышал, как к нам в комнату зашла служанка. Видимо, она принесла воду.

Когда я ополоснулся и, одевшись, вышел из ванны, моей богини в комнате не оказалось. Куда она ушла? Мы же договорились, что пойдем вместе. Не к добру это. Хорошо, что телохранитель с ней, хоть немного спокойнее.

Но мой взгляд остановился на графине с водой. Что-то было не так с этой жидкостью. Я подошел ближе и взял стакан, от которого исходил еле-уловимый запах Лиен (другими словами, она пила из него). Здесь нет яда или еще чего-то, но… Нашел! Да, здесь нет ничего, что может серьезно навредить, но выпив этой воды уменьшается бдительность и притупляются магические умения. О боги! Значит, Саиш специально разбил графин, чтобы заменить воду на эту гадость! Черт!

В этот момент, дверь тихо открылась и в комнату зашла Хияш. Она мило улыбалась, но в глазах бушевало пламя. Нехорошее пламя.

— Привет, — она посмотрела на стакан, который я держал в руке. "Думает, что я выпил отравленной воды," — пронеслась в голове мысль. — Тенебрисель, я соскучилась. Мне тебя не хватает.

— Хияш, — я подошел к девушке и погладил ее по голове, как раньше, — извини, но я должен идти.

— Постой! — она схватила меня за руку и направила на меня умоляющий взгляд. — Ты мне нужен. Очень нужен, Тенебрисель. Раздели со мной ночь, пожалуйста.

— Я не могу исполнить твою просьбу. Мне нужно идти, — мой голос приобрел железные нотки, из-за чего девушка поежилась, но не отпустила меня. — Хияш, я не хочу с тобой ссориться.

— Почему ты не можешь исполнить мою просьбу? Я тебе не нравлюсь? — в оранжевых глазах блеснуло коварство. Черт, она просто тянет время!

— Хияш, давай потом поговорим, — я вырвал свою руку и быстро зашагал в сторону выхода.

— Ты никуда не пойдешь! Ты будешь моим!

Брюнетка накинулась на меня с каким-то зельем, но я отшвырнул его в сторону, быстро сводя руки девушки за спиной. Из-за старой дружбы, я не хотел делать ей больно и продолжал воспринимать как ребенка, но не как девушку. Было неприятно скручивать того, кому, кажется, совсем недавно утирал слезы, поддерживал, как старший брат, и защищал от ее мамы. Но у меня нет выбора. Если я не поспешу, Лиен может пострадать. Извини, Хияш, но ее я люблю больше.

Я уже собирался связать одну из близнецов энергетическими путами, но она извернулась, укусив меня, и впилась ногтями мне в руки. Меня всего затрясло. Впервые в жизни меня окутал такой сильный мандраж. Нет, это не яд нагов. У меня к нему уже иммунитет и от него не возникает таких странных ощущений.

Я пытался удержать девушку, но тело обмякло и я уже ничего не мог сделать. А до мозга дошло: "Это приворотное зелье." Черт… Главное, не смотреть на Хияш. Но так хочется… Нет, это не мое желание!

— Тенебрисель, любимый, посмотри же на меня! Теперь, ты меня любишь и мы сможем быть вместе! — ее голос был с одной стороны слаще меда и нежнее шелка, а с другой — неприятным, отвратительным для меня. Хотелось коснуться рукой мягкой кожи, но, в то же время, отрубить себе конечности за такие желания. Надо вспомнить Лиен! Мою маленькую, милую, алкогольную конфетку.

Я закрыл глаза и представил белые вьющиеся волосы с черными кончиками, большие фиолетовые глаза с длинными ресницами, чувственные губы, пышную грудь, округлые бедра, изящные изгибы тела, маленький рост. Если продержусь несколько минут, то смогу победить это наваждение. Я смогу.

Но нага ждать, пока я открою глаза, не стала. Она прильнула к моим губам, говоря, как сильно меня любит. Приворот вновь начал действовать. Но, хоть я не мог сейчас двигаться, я чувствовал, как зверь внутри меня мечется в разные стороны, не позволяя мне увязнуть в этом лживом чувстве. Его воля не была затронута, а он — это я. Значит, осталось совсем чуть-чуть и мы избавимся от действия приворота. А в это время, девушка втирала мне, что мы будем вместе править, что она утрет нос этой стерве (маме) и мы будем счастливы. Также она говорила, что я могу не волноваться за Лиен: она будет вместе с Саишем. Сказала, что мы позаимствуем немного божественной силы у моей жены, чтобы близнецы стали сильнее, а эмир — дурак, который, несмотря ни на что, уже пришел в библиотеку, так как хочет верить своей жене. Но я ее слушал только отчасти, пытаясь потушить огонь лжи в груди.

Дверь отворилась и на пороге возникла Лиен. Она была зла. Волосы стали полностью черными, а глаза — красными. Богиня припечатала нагу к стене и хотела ее убить, использовав запрещенное заклинание. Не знаю точно, что мною двигало: не хотел, чтобы моя девочка расплачивалась за последствия от запретной магии, не хотел, чтобы та, которая была мне сестрой, умирала или моя лживая любовь еще не до конца ушла — но я, преодолевая невыносимую боль, остановил мою любимую, отправляя брюнетку телепортом в библиотеку.

Девушка плакала, сжимая мою рубашку и не понимая, зачем я это сделал. Ей было больно. Очень больно. Я прижал ее к себе, обнимая, и попросил подыграть мне. Мы телепортировались в библиотеку, где и произойдет страшный бой. Где закончится мое принятие себя. Где сбудется то видение.

Но сейчас, я старался держаться, хотя все тело ломило, отзываясь адской болью в каждой клеточке. Но настоящей мукой были слезы той, кем я дышу. Прости, моя маленькая. Скоро этот фарс закончится. После моего перерождения, я стану сильнее. Я защищу тебя от всего. Только подожди еще немного…

Часть 36

— Я же тебе говорил, — обратился Саиш к Лиен, — что Тенебрисель забудет про все свои чувства к тебе.

Наг вальяжно приблизился к нам и взял мою милую за подбородок. Я чудом удержался, чтобы не впиться клыками в его глотку, разрывая ту на мелкие кусочки. Отросшие зубы буквально умоляли меня это сделать, страшно зудя. Но я сдержался. Успею ему еще навалять.

А девушка ничего не ответила, отводя взгляд в сторону.

— Упертая, — разочарованно выдохнул брюнет. — Но так будет интересней.

— Заканчивайте скорее! — раздался немного истеричный голос Фасирис.

Она стояла около связанного эмира, которого, по-видимому, чем-то накачали. В его мутном взгляде было столько боли и неверия, что мне стало жаль мужчину. Сих'ираш, ну почему ты такой наивный? Об этом тебе говорил и мой отец, и Силлирен, а теперь и я. Ты не меняешься, дядя Сих. И это печально.

— Все почти готово, — устало ответила девушка, колдуя над какой-то печатью.

Я присмотрелся. Это заклинание похоже на то, которое использовал Амотэк, когда был отступником. Только оно не убивает, а частично высасывает энергию из одного мага, перенаправляя ее к нагам. Конечно же, я не позволю этому случиться. Последняя стадия принятия себя уже началась, и с каждой минутой на тело накатывала новая волна боли, но я могу сказать Лиен, как уничтожить эту пентаграмму. Она бы увидела это сама, но слабые места скрыты слишком хорошо и кажется, что в заклинании нет бреши. Но это не так.

"Под символами "Хель", "Арэт" и "Тан" находятся слабые места. Если ты соединишь эти три точки, образуя треугольник в печати, то заклинание не сработает," — отправил я мысли своей девочке. Она не ответила, но, наверняка, поняла, что ей нужно сделать.

— Тенебрисель, — ласково прощебетала дочка эмира, — отведи ее в центр, пожалуйста.

Я пошел вперед, ведя мою маленькую к печати, и поджидал удобный момент, чтобы напасть. Пока что, это не представлялось возможным. Слишком много внимания приковано к нам. Плевать, что будет со мной, если я атакую сейчас, но моя милая может пострадать еще сильнее. Когда Лиенилде окажется в центре, их внимание переключится на нее, и я смогу их обезвредить. А наги уже не смогут навредить ей, ведь пентаграмма образует вокруг нее купол, через который не пробиться.

Все должно получиться. План не идеален, но должен сработать.

Но невыносимо смотреть на то, как я сам, лично обрекаю свою малышку на муки. Эта боль даже сильнее физической, которую я ощущал сейчас. А, в этот момент, Лиен тихо всхлипнула, а соленый запах слез впился мне в нос, невольно заставляя сжать руки и губы, чуть ли не рыча от бессилия. Потерпи еще немного, мо Лиен. Еще чуть-чуть…

Мы дошли до гребанного центра, и девушка осталась там. Я отошел на несколько шагов назад, чтобы выбрать лучшую позицию для нападения, а эльфийка повернулась ко мне лицом. Взгляд, полный печали и отчаяния, пронзил меня насквозь. Где-то в глубине фиолетовых озер еще плескалась вера, но с каждой секундой ее становилось все меньше и меньше, превращая теплые глаза в стекляшки.

"Прости, скоро все закончится," — она немного приподняла уголки губ, а слезы вновь скатились по ее щекам.

"Лжец. Как был лжецом, так и остался."

Наги активировали заклинание, а я хотел кинуться к своей малышке, говоря, что все будет хорошо и я ее выпущу. Хотел доказать ей, что я не вру. Хотел немедленно уничтожить это трио, разрывая тела тех, кто еще сто лет назад считались моими братом и сестрой. Но сейчас было плевать на косвенное родство. Лишь бы спасти мою богиню.

Но я не мог даже пальцем пошевелить. Все тело напряглось и словно стало каменным. Каждый вдох давался мне с трудом, а в груди невыносимо жгло. Я не сгорал, я буквально горел, пылал. На лбу появилась испарина, но никто не обратил на меня внимания, так как были заняты ритуалом. Я с ужасом смотрел на свою девочку, которая никак не могла уничтожить заклинание. Я видел страх в ее кукольных глазах, видел, как путы сковывают ее, а она ничего не может сделать. Я ничего не могу сделать.

— Эпхиуш соис карашис менхе лари! Адшах эт карлис тарин! Се ве шусх! — близнецы прочитали заклинание и путы впились острыми иглами в белую кожу.

— Тен! Тенебрисель! — кричала девушка, рыдая от боли. Она смотрела мне прямо в глаза и плакала. Из порезов текла кровь, окрашивая чертеж печати в алый цвет, а я не мог ей помочь.

Что я, что зверь, мы оба рвались к ней, но тело не откликалось на наши приказы. Оно нас не слушало. Крик стал громче, почти оглушительным. Лиен еле стояла на ногах, но пыталась хоть что-нибудь сделать, из-за чего иглы сильнее терзали ее тело. Я видел всполохи энергии и тьмы, вьющиеся вокруг рук своей хозяйки, но они тут же улетали к близнецам. А наги становились сильнее, но превращались в каких-то монстров. Они перешли во вторую ипостась, но почти все их тело покрыла переливающаяся чешуя, хвост стал толще и длиннее, на руках появились огромные когти, а клыки выпирали из-под верхней губы.

— Вы что удумали?! — вновь заистерила 6 жена эмира. — ВЫ ДОЛЖНЫ БЫЛИ ОТДАТЬ СИЛУ МНЕ!

— Нет-с, — ответил Саиш, еще больше шипя, чем обычно.

— Мы-с тебе-с ничего-с не должны-с.

— ДА КАК ВЫ СМЕЕТЕ?! Я ВАША МАТЬ! ВЫ МНЕ ОБЯЗАНЫ! Я ДОЛЖНА ПРАВИТЬ, А ВЫ МНЕ ВЕРНО СЛУЖИТЬ!

— Больше-с, — начал парень.

— Нет-с, — закончила девушка, и они направили по одной руке в сторону Фасирис. Мгновенье, и к ней подобралось огромное пламя с песком, которое остервенело сожрало брюнетку, не оставив от нее ничего. Она даже не успела понять, как обратилась в кучку пепла, а Саиш и Хияш довольно подняли головы, говоря:

— Править-с будем-с МЫ-С!

А я смотрел на свою малышку, которая уже не кричала, не рыдала, а тихо всхлипывала, смотря мне в глаза. С укором и обидой во взгляде, заглядывая мне прямо в душу, заставляя еще сильнее метаться меня в клетке из собственного тела.

"Ты же обещал…" — ее голос в моей голове был еле уловимым, но достаточно громким, чтобы сердце на время замерло и сжалось от боли и бессилия. — "Лжец…"

— Н-нет… — тихо прошипел я, сквозь сомкнутые губы.

Волна боли вновь прошлась по моему телу, впиваясь в кожу, мышцы, органы и кости странным огнем, но мне было плевать. Плевать, что будет со мной. Если я не спасу мою девочку, жить я уже не смогу. Не прощу себя, если ее не станет. Не допущу этого.

Сильнее напрягая тело, что обещало взорваться от боли, я только успел шевельнуть ногой, как меня ослепила вспышка. В глазах все помутнело, расплываясь, а мучения стали настолько страшными, что, казалось, я уже мертв. Но зрение быстро пришло в норму, становясь еще лучше, чем прежде, а меня передернуло.

— Тенебрисель-с? — спросила еще живая нага. Но это ненадолго.

Я резко развернул голову в сторону монстра, отчего на ее лице застыл ужас вперемешку со страхом.

— Тене… — не успела договорить и уже не сможет. Мертвые не говорят. Я держал в руке еще бьющееся сердце и сжал, отчего оно разлетелось в разные стороны мелкими кусками плоти.

Запах крови смешался с пеплом, огнем, шоколадом и слезами. Аромат слез и крови моей женщины выводил меня из себя больше всего. Не прощу.

— ХИЯШ! — закричал второй будущий труп, и в меня полетело множество заклинаний. Но куда им до моей реакции.

Я стремительно побежал к нагу. Парень запустил в меня острые копья из стекла с полыхающими наконечниками, но они не смогли меня задеть. Но я увидел в них свое жуткое отражение. Из глаз и рта лилась та самая, непонятная, черная слизь с кровью, глаза с вертикальным зрачком пугающе светились, татуировки на теле переливались от синего к зеленому, а уши опустились и смотрели назад, а не вверх. Но мне было все равно.

Миг, и я впился клыками в шею бывшего побратима. Кровь, хлынувшая мне в рот, одурманивала и злила еще сильнее. Мужчина пытался меня скинуть, но я оказался сильнее и повалил его на пол. Я сжал челюсти крепче и оторвал кусок плоти, из-за чего алая жидкость окрасила все вокруг, а Саиш бы закричал от боли, если бы не захлебывался собственной кровью. Послышался вздох. Последний вздох для нага. В стеклянных глазах застыл ужас, а я встал и осмотрел все вокруг.

Первым делом обратил внимание на Лиен. Ей больше ничего не угрожало (близнецы умерли, и печать исчезла, а сила вернулась к своей истинной хозяйке). Но ее глаза, наполненные слезами, не давали мне покоя.

Я посмотрел на то, что меня окружало. У трупа Саиша зверски разорванно горло, а у Хияш располосовано тело моими когтями, в районе груди. Пол залит кровью, которая течет не только с мертвых тел, но и капает с меня. Руки с длинными когтями по локоть в багровой жидкости, да и на губах остался металлический привкус.

Я облизал клыки и усмехнулся. Неудивительно, что фиолетовые глазки так испуганно смотрят на меня. Я — чудовище. Чудовище для всех.

— Близнецы мертвы, их заклинания больше не действуют, — холодно сказал я, но после грозно зарычал: — А НУ ВЫШЛИ ВСЕ ИЗ ТЕНИ!

Первым показался Индариэн, который сразу подбежал к моей супруге. Если же остальные темные сейчас смотрели на меня, и я видел их страх передо мной, то этот дроу волновался только за свою королеву. Он помог ей встать и опереться на него. После, телохранитель посмотрел на меня, и я ответил ему, опережая его просьбу.

— Она сейчас слаба. Возьми ее на руки, отнеси в наши комнаты и вызови врача. И чтоб ни на шаг от нее не отходил и в теневом мире не прятался, — заканчивая фразу, я снова зарычал, но мужчина даже ухом не повел, быстро беря девушку и уходя из зала.

А когда они скрылись, я окинул эльфов холодным, пронзительным взглядом.

— Хостариэль, — назвал я имя главного темного эльфа.

— Да, Ваше Величество, — он быстро вышел вперед и встал на одно колено, смотря в пол, как и остальные. Я слышал, как быстро стучит его сердце и это меня раздражало.

— Какого хрена вы оказались заточенными в мире теней? — командир нервно сглотнул. — Отвечай!

— Скорее всего, нам подсыпали что-то в воду. У каждого эльфа, перед тем, как мы пришли в библиотеку, за пару часов до этого, разбили кувшины с водой, а затем, заменили на новые, — так и знал. Эти двое хорошо подготовились, раз им удалось провести дроу.

— Где светлые? — второй вопрос эхом прокатился по залу, заставив обсидиановых эльфов снова вздрогнуть.

— Их усыпили и заперли в темницы. С остальными женами эмира и стражами поступили также.

— Освободить их, а эмира провести к его комнатам и вызвать врача. Завтра принести мне отчет об абсолютно всех, кто замешан в этом деле. Свободны. Но если подобное повторится… — я посмотрел на своих подданных, и мой взгляд не обещал им ничего хорошего.

— Да, Ваше Величество! — хором ответили они.

Я же скрылся в портале, ведущем в наши апартаменты, в ванную. Мне нужно смыть с себя все это, прежде чем появиться перед Лиен. Она итак напугана и не верит мне, не хочу пугать ее еще больше.

Пока я смывал с себя кровь и черную слизь, я слушал разговор Индариэна и своей милой.

— Моя королева, все будет хорошо, не волнуйтесь, — я слышал, как он ее гладит. Гладит ее пальцы, руки… Для телохранителя, он слишком много себе позволяет.

— Угу, — ее голос был подавленным. Послышалось шуршание, похожее на объятье. Он что, обнял ее?!

— Моя королева, я с вами. Я всегда буду рядом с вами.

— Как собачка? — более бодро спросила Лиенилде.

— Гав-гав! — девушка рассмеялась, а я сильнее сжал окровавленную рубашку, которую снял с себя. Рык ревности невольно сорвался с моих уст.

— Спасибо, Индариэн, — я быстро вышел из ванны, чем удивил их обоих.

Они обнимались, как друзья, но прервали это занятие, так как дроу поклонился передо мной.

— Свободен, — кинул я ему, и он вышел из комнаты.

Мы остались с Лиен наедине. Она опустила голову и сжала губы. Я подошел к ней и хотел дотронуться до белых волос, запачканных алым цветом, но остановился.

— Я для тебя чудовище и лжец, да? — ее молчание стало для меня согласием. — Значит, да… Если хочешь, я могу спать сегодня в зале.

Я тяжело выдохнул, понимая, что моей богине нужно смириться с сегодняшним происшествием и на это потребуется достаточно времени. Я опустил руку и хотел уйти, но она быстро обняла меня, прижавшись всем телом.

— Не оставляй меня одну, пожалуйста, — кукольные глазки в обрамлении длинных ресниц снова наполнились слезами. — Ты мне нужен, Тен!

— Не оставлю, — я обвил одной рукой ее плечи, а второй — талию.

Моя малышка всхлипнула и словно уменьшилась в размерах. Я аккуратно положил ее на кровать (она уже была в длинной ночной рубашке, а врач залечил все порезы) и укрыл одеялом. Она же прижалась грудью ко мне, блаженно улыбаясь, и начала вырисовывать ноготками какие-то узоры на моей коже. Приятное ощущение спокойствия накрыло бы меня с головой, если бы не вопросы, мучившие меня.

— Ты не боишься? Я же чудовище, — спросил я мою совушку, которая жмурилась от удовольствия, когда я перебирал ее волосы.

Она остановилась и посмотрела мне в глаза. Обхватила мое лицо ладонями, улыбнулась и прошептала:

— Ты лгунишка, но не чудовище, Тен. И я приму тебя любого. Это же ты, — Лиен потянулась к моим губам, заставляя забыть о всех проблемах.

Медленный, чувственный поцелуй уносил все мысли прочь. Я не заметил, как хрупкая фигурка оказалась подомной, продолжая целовать то одну губу, то вторую, то уголки и спускаясь все ниже и ниже. Медленно, не спеша.

Все было спокойно. Уютные объятья, тихие стоны, легкий румянец на щеках и главное: принятие. Моя конфетка приняла меня, хотя я на ее глазах зверски убил двух нагов, не смог полностью сдержать своего слова. Не знаю, как завтра буду смотреть в глаза Сих'ирашу, но сейчас мне хорошо, ведь под моим боком мирно сопит та, кем я дышу. А большего мне и не надо. Лишь бы она была счастлива со мной… А с остальным мы разберемся.

Боги, поскорей бы война кончилась… Хотя здесь все зависит от нас..

Часть 37

Лиенилде:

Утро пролетело незаметно. Несмотря на то, что случилось вчера, я была относительно спокойна. Только сила внутри меня недовольно бурлила, будто возмущаясь из-за вчерашнего. Она сейчас напоминала рассерженного зверя, который с радостью бы отомстил своим обидчикам. Вот только некому уже мстить…

Поэтому, мы с Тенебриселем сейчас стоим здесь, в комнате эмира. Вернее, я стою, а он упал на колени, склонив голову.

— Простите меня… Пожалуйста, простите меня… — вторил мой супруг снова и снова.

Милый дяденька сейчас напоминал призрака. Веселые глаза больше не светились счастьем, на неестественно-бледной коже время от времени проступал холодный пот, под очами появились синяки, да и весь вид Сих'ираша говорил о том, как ему плохо.

— Встань, мальчик мой, — все также ласково, как и прежде, сказал мужчина. — Я виноват в этом происшествии больше, чем ты.

— Но я… я убил их…

— А я довел их до того состояния, когда только смерть может очистить их разум. Если бы я выгнал Фасирис еще тогда, когда все это началось, подобного бы не случилось. А я — наивный дурак — верил ей до последнего. И вот что из этого вышло… — наг сильнее сжал сухие губы, выдохнул и продолжил: — Если бы я был на твоем месте, я бы не раздумывая перерезал всех. Я бы убил своих братьев ради любимой, если бы ей угрожала смертельная опасность. Поэтому, я не виню тебя. Ты поступил так, как нужно. Да и если бы умерла богиня, лучше бы никому не стало… Тенебрисель, поднимись с колен. Не пристало королю на них стоять.

Мой король встал, но голова осталась опущенной. Прошла минута молчания, повисшая в воздухе, как траур. Но мужчина прервал эту тишину:

— Стар я уже. Да и править нормально больше не смогу. Пора бы мне передать бразды правления Шах'ахару. Если хотите, можете дождаться его приезда. Он будет рад снова тебя увидеть, мальчик мой, — правитель грустно улыбнулся, а Тен покачал головой.

— Я уверен, он будет хорошим эмиром. Но нам пора. Нельзя задерживаться, мы и так потеряли достаточно времени.

— Жаль… Но двери в мой дворец всегда открыты для вас. Навещайте нас почаще.

— Обязательно, — ответил за нас двоих эльф.

***

Линхорт, как и всегда, ехал с огромной скоростью по пустыне. Но в салоне машины было прохладно, несмотря на жару. И как бы приветливо не улыбалось нам знойное солнышко, настроение было под стать осенней депрессии. Не хватало только дождя, пледа, грустной музыки и крепкого чая, чтобы полностью погрузиться в это состояние. Очень хотелось похандрить и поныть на тему того, как все надоело, когда ж это все кончится и вообще, не хочу быть королевой и богом! Но нежась в горячих объятьях моего мужа (температура его тела стала больше моей), я потихоньку успокаивалась. И все бы хорошо, если б не навязчивые мысли и воспоминания о той ночи.

Мне было так страшно… Я снова чувствовала себя беспомощной, а смерть троих нагов… До сих пор эта картина перед глазами… Фасирис в огне, разорванное горло Саиша и Хияш… Не скажу, что мне было очень жаль девушку, но ее смерть мне напомнила Милею. Напомнила о том жутком дне…

Я вздрогнула, когда вспомнила окровавленное тело моей первой подруги. Слеза невольно скатилась по щеке, но мой супруг вытер ее, поцеловав меня в лоб, и сказал, что все будет хорошо, прижав сильнее к себе.

Так, надо бы гнать прочь эти мысли! А лучший способ — это забить свою голову другой информацией! Нет, книг рядом не наблюдается (вернее, мне лень за ними вставать), но есть же 725-летний экземпляр, у которого я могу о многом узнать!

— Тен, — сапфирово-изумрудные глаза, смотрящие в пустоту, обратили на меня внимание, — а каким ты был в детстве? — он ухмыльнулся, погружаясь в воспоминания, и ответил:

— Я был избалованным ребенком и хулиганом. Все мои выходки прощались, и я до сих пор удивляюсь, как я тогда не разрушил дворец. Силлирена, как будущего короля, держали в строгости, но он был избалован вниманием женщин. А я… Мне тоже спуску не давали, но было много эльфов, которые во мне души не чаяли. И не только эльфов… Меня изнеживали и горничные, и дворецкие, и наши гости, и девушки Сила, и он сам, и правители других стран. Короче говоря, меня баловали все, кому не лень. Потому что я был милашкой! — он состроил невинные глазки, забавно хлопая ресничками, отчего я хихикнула. — А когда подрос, на меня уже смотрели иначе. И женщины уделяли внимание иначе, — он нагло ухмыльнулся, заставив меня покраснеть, но его улыбка помрачнела. — Знаешь, если бы не череда мелких войн, возможно, я до сих пор был бы просто избалованным мальчишкой.

— Какие мелкие войны? — я сразу же нахмурилась. Кое-кто до сих пор не дочитал книгу по истории эльфов, и вот что из этого вышло.

— Около 500 лет назад, начались восстания по всему миру против властей. Из каких-то мелочей раздували масштабные конфликты. Это были небольшие группы, которых мы прозвали таниилами* (эта череда войн, соответственно, называется Танииловской). А прозвали их так за пустую брошь, которую они носили. Таниилы говорили о том, что правительство нужно свергнуть, та или иная раса лучше другой и прочая дурость, из-за которой погибло множество энлидов*. В том числе и большинство моих приятелей.

Настроение полукровки спало на нет. Но он все равно продолжил свой рассказ:

— Но, наверное, только после ухода Силлирена и отца, я окончательно повзрослел.

— Извини… — я закусила губу. Блин, не хотела, чтобы он погружался в такие мрачные воспоминания.

— Эй, — он щелкнул меня по носу, из-за чего я зажмурилась, — здесь нет твоей вины. Это все в прошлом. А сейчас я хочу видеть улыбку на твоем милом личике, ясно? — исполняя желание оборотня, улыбка озарила мое лицо, а глаза бывшего принца были наполнены нежностью. — Лиен, я хочу защитить тебя, — он зарылся пальцами в мои волосы и прошептал мне на ушко: — Хочу, чтобы ты испытывала легкую боль, а твои глаза слизились только во время секса.

— Извращенец, — хмыкнув и покраснев еще сильнее, ответила я.

— Кто? Я? Это же ты любишь пожестче, — он облизнулся и повалил меня на диван. Удерживая одной рукой мои запястья, второй он иследовал тело. Тонкие губы накрыли мой рот и я провалилась в это сладкое чувство, полностью отдаваясь моему мужчине. И он был прав, мне понравилось.

***

Когда мы выехали за пределы пустыни и уже пересекли границу страны фей, начался дождь. Здешние леса были похожи на эльфийские, только цветов больше, но они размывались от сильного ливня. Феи не любят сырость и дождь, но, как назло, тучки радуют своим визитом это царство чаще, чем другие. Говорят, что феи когда-то оскорбили богов, за что теперь расплачиваются. Конечно же, эти хитрые создания нашли способ, как бороться с непогодой. Они мажут свои крылья специальными кремами или накрывают ультра-тонкой тканью, чтобы не намочить их главное сокровище и они смогли летать.

Было забавно наблюдать за феями-стражами, что пропустили нас, тихо сетуя на погоду. Если бы не их шлемы, я уверенна, нашему взору предстали бы их кислые мины.

А я люблю этот ливень. Капли расслабляюще барабанят по крыше, стекая по окнам ручейками, светящиеся растения и животные превращаются в необычные, но прекрасные пятна из-за тумана. Когда же мы въехали в город, я вообще дар речи потеряла и завороженно смотрела в окно. Если же эльфы возводят свои дома на земле, у основания деревьев или внутри них, то феи строят свои жилища в кроне, скрывая их за толстыми ветвями и широкими листьями.

Теннэо встретил нас уютными домиками, из крыш которых шел дым, а из окон — приятный желтый цвет. Множество мостов, как больших, так и маленьких, соединяли деревья, образуя замысловатые улицы, перекрестки, рынки и прочее. С помощью разрешения, нам опустили один из мостов, и дальше мы ехали так.

Я с интересом разглядывала прохожих, которые кутались в подобие дождевиков. Их полупрозрачные крылья напоминали мне помесь стрекоз и бабочек. Форма, как у мотыльков, но прозрачные, как у стрекоз. Также, они немного искрились и переливались, указывая на мазь или пленку от дождя. Да и сами феи были обладателями довольно обворожительной внешности. Мужчины, конечно, не такие высокие как эльфы, но в среднем метр 80–85, что не мало. Женщины поменьше — метр 70–73. И все они такие худенькие, что аж откормить хочется! Да, мужчины имеют спортивное телосложение, но женщины кажутся такими хрупкими, беззащитными! Единственное, что часто не устраивает феечек женского пола, так это грудь, для которой максимум — это второй размер. Третий и выше — это такая редкость, что легче безобидного единорога найти, чем девушку с подобным богатством. Но это не мешает миллиардам энлидов восхищаться их красотой.

Тьма опускалась на дивный лес, а дождь все не прекращался. Мы уже доехали до столицы — Сартенла. Вы когда-нибудь видели особняк на дереве? Вот и я нет. А когда увидела эти громадные постройки, у меня чуть челюсть не выпала. Несколько этажей размещались на толстых ветках, поднимаясь все выше и выше. Вот только эти этажи были раздельными, что смотрелось крайне любопытно. Про дворец я вообще молчу. Он как отдельный город со своими улицами и парочкой особняков.

— С ума сойти, — вновь повторила я.

— Не надо, — Тенебрисель снова улыбнулся моему удивлению, гладя по головке, как маленького ребенка. — Ты мне в трезвом уме нужна, моя маленькая. Я когда впервые сюда приехал, тоже удивлялся, а потом привык.

— Тен, а почему феи строят свои дома над землей? — пока мы ехали, я превратилась в почемучку.

— Им так удобнее взлетать. Также, несмотря ни на что, феи — достаточно скрытный народ. Они не любят чужаков и в их страну тяжелее всего попасть. Столько разрешений нужно! Но, как видишь, некоторым удается не только приехать сюда, но и обустроиться, — мужчина указал на прохожих. В основном, из иностранцев в этом царстве проживали эльфы, гномы или оборотни-вороны.

Лимузин остановился около главного входа, и мы зашли в необычное здание. Но знаете, мне впервые стало страшно. Я взяла своего мужа за руку и, вообще, старалась идти как можно ближе к нему и подальше от края мостов без перил.

— Ты боишься? — это больше было похоже на утверждение, чем на вопрос, но левая бровь Брюнета взлетела вверх.

— Немного.

— Врешь, — эльф нагло ухмыльнулся. — С каких пор ты боишься высоты?

— Я не боюсь высоты! Просто, меня эти мосты напрягают… — король усмехнулся и обвил мою талию, прижимая к себе.

— Милая моя, не бойся. Если что, я тебя поймаю.

Я, конечно, не боюсь (ой, да кому ты врешь, Люда?), но после этих слов стало легче.

***

Ночь. Ливень только усилился, но нам он нипочем, ведь мы сидим в прекрасной беседке, увитой плющом, и наслаждаемся ужином со здешними правителями.

Царь — Эсиор т'Энла и его супруга — Мэиль радушно приняли нас и сейчас весело болтали. Наша трапеза была необычной, по сравнению с другими странами оттого, что мы находились на свежем воздухе. А еще, все растения в этой беседке царица вырастила сама и обещала меня научить столь увлекательному занятию (мне захотелось сделать что-то подобное в нашем с Теном доме).

После этого, мы расположились в выделенном нам домике. Да-да, именно домике, на отдельном дереве, что меня снова удивило. И все бы хорошо, моя любимая погода за окном, уютное жилище со множеством растений и декоративными свечками, приятное чувство в груди после разговора с Мэиль, но стоило мне сомкнуть веки, как эйфория улетучилась.

Плач. В беспроглядном тумане я слышала всхлипы моей "мамы", но я никак не могла ее найти. А когда все же увидела ее стройный силуэт, я проснулась. Черт. У меня есть догадки, кто бы это мог быть, но я сомневалась. Раньше, я думала, что это богиня Истария (я же, как бы, ее дочь), но после этого плача я снова смутилась. Это было странно.

— Но разве боги не могут плакать? — шепотом спросила я у себя, стремительно проваливаясь в объятья грез.

"Почему она плачет?" — пронеслась последняя мысль в моей голове.

__________________________________

Таниил* — пустая брошь

Энлиды* — общее название всех рас

__________________________________

Часть 38

— Лиениль, что случилось? — спросила царица. Мы перешли на "ты", из-за чего она так исковеркала мое имя. Вернее, — иль в конце — это уменьшительно-ласкательное окончание. — Если ты будешь выращивать цветы без должного внимания, боги знают, какое чудовище у тебя получится в итоге.

— А? — я вернулась в реальность, тряхнув головой. — Извини… Я сейчас соберусь.

Блин! Опять я отвлекаюсь на ненужные мысли!

Четвертый день в этой прекрасной стране не казался мне таким радужным. А все потому, что каждую ночь я слышала плач. И нормально выспаться, конечно же, не получалось. Да, Тенебрисель всегда меня поддерживал и утешал, если я просыпалась среди ночи, но этого было мало. Мою голову постоянно терзали думы о богине и причине ее слез. А от подобных мыслей просто так не отделаешься.

Поэтому, вместо того, чтобы внимательно слушать Мэиль, я либо делала предположения, либо засыпала (да-да, с открытыми глазами). Но правительница права: если я продолжу в том же духе, то из великолепных цветов натаалина вырастят монстры. Вот такие своенравные цветочки! Чуть-чуть не доглядел, и перед тобой уже стоит один из самых опасных и омерзительных хищников (но пахнут они вкусно. Цветы же).

— Так дело не пойдет! — нежный голос блондинки снова вернул меня из мира грез.

Девушка, которая была выше меня (171 см), уперла руки в бока и щелкнула пальцами, обращая вспять семя еще не раскрывшегося натаалина. Насколько я помню, это невероятно сложное заклинание, но и царица-то не лыком шита. Земляной архимаг, как-никак. С моими полномочиями, я тоже так могу, вот только знать бы как это делается. Но не суть.

Легкий ветерок развивал пшеничные кудри, что на конце приобретали цвет весенней зелени, а ясные голубые глаза так пристально изучали меня, что по телу прошла дрожь (ух, какой у этой женщины взгляд!). Большие прозрачные крылья затрепетали, и королева подлетела к деревянному столику.

— Присаживайся, Лиениль, — слишком ласково сказала она. За время пребывания здесь, я начала немного разбираться в общем поведении фей. Когда они так сладко говорят, ничего хорошего не жди.

Я села за столик, напротив Мэиль, и сделала глубокий вдох. И все же, несмотря на мое состояние, мне нравятся эти милые беседки и посиделки на свежем воздухе. Особенно после дождя, когда запах озона смешивается с дивным ароматом здешних растений, большую часть из которых фея напротив меня вырастила сама.

— Так что у тебя случилось? — спросила она, а я чуть не взвыла. Не люблю этот вопрос. Особенно в последнее время, когда из-за недосыпа я раздражаюсь еще сильней.

— Да так, пустяки. Просто не выспалась, — женщина, видя, что я не договариваю, надула пухлые губки и снова щелкнула пальцами, прошептав что-то.

— Дорогуша, я вижу, что дело не только в этом, — царица взяла меня за руку в то время, как ее растения принесли нам глиняные кружки и чайник (да, есть такие растениевидные существа, которые могут быть твоими личными слугами. Но их тяжело приручить). — Ты переживаешь из-за чего-то. Расскажи мне.

Я опустила голову. С одной стороны хотелось рассказать, поделиться своими проблемами, а может получить совет, но с другой стороны — я не могла этого сделать. Ну вот просто не могла!

— Ладно. Выпей пока отвар. Он успокаивает и придает сил, — царица мило улыбнулась, наливая мне горячую, темно-вишневую жидкость в кружку.

— Спасибо, Мэиль, — я устало улыбнулась ей в ответ и взяла глиняный сосуд.

Вместе с паром в нос проникал сладкий аромат, от которого слюнки текли. Я сделала глоток. Это похоже на черешню с пряностями. Если бы это было вино, можно было назвать глинтвейном. Я не заметила, как выпила все до последней капли, настолько вкусным был этот напиток.

На губах остался сладкий привкус, пальцы грелись о еще горячую кружку, а на глазах начали наворачиваться слезы.

— Почему она плачет?… Ну почему? — я всхлипнула, а фея подсела ко мне, обнимая и прижимая к себе.

— Кто плачет? — тихо спросила она, гладя меня по голове.

— Мама… Мне каждую ночь снится богиня Истария (всхлип). Раньше она просто наблюдала за мной, убегала или прерывала сон, когда я к ней подходила, а теперь она плачет… Почему?… — я уткнулась в плечо девушки, быстро намочив белую ткань слезами.

— Лиениль, дорогуша, я могу тебе помочь с этим.

— Как? — я подняла голову, с надеждой смотря на женщину.

— Я могу отправить тебя к жрицам Истарии. Думаю, они не будут против, если дитя богов их навестит.

— Спасибо, Мэиль! — я сильнее обняла фею-спасительницу, а потом мою голову посетила неожиданная мысль. — Так… Подожди… Мэиль, а это точно отвар только для сил и спокойствия?

— Да, но не только, — она хитро улыбнулась, а до меня дошло. Это были не просто пряности, а корень расна. Второе его название — корень правды.

— Ну Мэиль! Коварная женщина!

— Я же фея! А мы всегда получаем то, что хотим, — она очаровательно улыбнулась в 32 зуба, а я была ей благодарна. Возможно, теперь я узнаю ответ на свой вопрос.

***

— Стоять! — спокойно скомандовал Тен, но по телу прошла мелкая дрожь. — Ничего не хочешь мне сказать?

Я так и застыла в трех шагах от двери, спиной к королю, чувствуя на себе его взгляд. Причем такой тяжелый, видящий все насквозь взгляд. А я-то думала он спит! Сразу почуял пропажу, как только я ушла!

— Лие-е-ен? — протянул он, вставая с кровати и подходя ко мне. — Может повернешься и скажешь мне, куда это ты собралась на ночь глядя и зачем?

— Извини, это секрет, — я повернулась к мужу, улыбаясь, и поспешила покинуть комнату, но он схватил меня за руку.

— Вот как. Секрет, значит, да? — он поднял левую бровь и продолжил: — А не хочешь поделиться им со своим мужем?

— Нет, не хочу, — пожалуйста, не прожигай меня взглядом! Пожалуйста, только не этот взгляд! Молю тебя!

— Да-а? Лиен, не вынуждай меня идти на крайние меры.

— Тен, мне надо идти, — я состроила щенячьи глазки. — Пожалуйста, отпусти меня.

— Куда и зачем?

— Это секрет.

— Лиен?

— Секрет-секрет! Не скажу! — мужчина усмехнулся и отпустил мою руку.

Да ладно?! Вот так просто?! А Тенебриселя, случаем, не подменили? Задам этот вопрос потом, а то я уже опаздываю! Проход к жрицам откроется через 15 минут, а я до сих пор из нашего домика не вышла!

Я хотела поблагодарить моего эльфа, чмокнув в щеку, и быстро уйти за дверь, но не тут-то было! Я не могла пошевелиться. Тело стало каменным, а ноги приросли к полу. Лишь глаза недоуменно смотрели на нагло ухмыляющегося мужчину.

— Магия принуждения, — поспешил объяснить он. — Теперь я и так могу. Но, милая, — он наклонился, чтобы наши лица были на одном уровне, и провел пальцами по моей щеке, — ты же знаешь, какой я ревнивый собственник. И сейчас, когда МОЯ женщина уходит под покровом ночи и ничего мне не говорит, я могу подумать все что угодно. Может, ее насильно заставили переться неизвестно куда? Может, ей угрожают? А может, у нее просто есть кто-то другой? У меня столько предположений и в последнее верится больше всего. И оно злит меня. Ужасно злит.

Я бы высказала этому остроухому собственнику все, что думаю о его глупых предположениях, но не могу. Поэтому, просто смотрела на него с немым вопросом в глазах: "Ты серьезно?"

— Серьезней некуда, моя маленькая, — прошептал он, будто прочитав мои мысли. — Ты мысленно послала мне эти слова, — снова объяснил он и обхватил мое лицо двумя руками. — Но важно не это.

Полукровка нежно прильнул к моим устам, облизывал их, мял и легонько покусывал, будто дразня. А я не могла ответить из-за действия магии принуждения. Это было похоже на сладкую пытку. Так приятно. Хочется податься вперед, отвечая на поцелуй, но не можешь, отчего желание только усиливается. Слава богам, супруг снял с меня свое наваждение прежде, чем я начала его молить об этом. И только я получила возможность ласкать его губы в ответ, как он оторвался от меня.

Я дулась, но недолго. Теплый взгляд сапфирово-изумрудных глаз согревал изнутри, прогоняя мои мелкие обидки на эту ушастую заразу.

— Можешь идти, — немного хрипя, сказал брюнет. — Я тебе доверяю. Только будь осторожна и возьми Индариэна с собой, моя богиня, — он поцеловал меня в лоб, а я прижалась к полунагому телу, обнимая.

— Там, куда я иду, нет опасности, мо Тен. Спасибо.

— Возвращайся поскорей. Я буду тебя ждать.

Часть 38.2

Мои глаза засияли ярче звезд на небе от таких нежных слов. Доверяет и ждет… А мне большего и не надо!

Я чмокнула своего любимого эльфа в щеку, повиснув на его шее, и вышла из временно нашего дома. Окрыленная и получившая дозу милоты от супруга, я не сразу поняла, что иду в совершенно другом направлении. А когда поняла, быстро крутанувшись на пятках, побежала, что не подобает королеве, но не до этого сейчас! Черт, я же опаздываю! Твою дивизию, надеюсь, Мэиль меня не убьет! А она может! Эта коварная женщина с очаровательной улыбкой может многое, если не все!

Но по закону жанра, я все же успела, и в запасе у меня оставалось еще 5 минут (а если бы не опаздывала, то полюбому прибыла бы на 1–2 минуты позже. Закон подлости никогда не дремлет!).

— Дорогуша, ты как раз вовремя! — царица оглядела меня с ног до головы и одобряюще кивнула. Мое белое одеяние ее полностью устраивало (жрецы богини носят только белое). Да и сама фея была вся в белом, так как кое-кто является ведьмой земли (даже не удивлена. С ее-то способностями).

Девушка сделала пару изящных пасов руками, и мы вошли в портал.

А когда оказались на месте…

— Ничего себе! — я поразилась красоте этого места.

Это была огромная поляна, окруженная лесом, через которую проходила небольшая речка, а вдалеке величественно шумел огромный водопад. Множество ярких растений и необычных животных мягко светились в ночной темноте, будто бы приветствуя нас. Легкий туман блуждал между высокими деревьями, создавая таинственную атмосферу. А небо — это вообще отдельный вид искусства! На красивом полотне, переливающемся от розового до фиолетового и синего, усыпанного мириадами звезд, две луны-сестрицы были намного больше, чем обычно (раз в 5–6). Казалось, можно рукой достать до них!

— Добро пожаловать на остров богов! — торжественно сказала Мэиль.

Затем, девушка приобняла меня за плечи и повела в известном только ей направлении. По пути в "деревню ведьм", моя челюсть постоянно пыталась упасть на землю от красоты окружавшего меня пейзажа. Да что там пейзаж! Здесь и воздух совершенно другой! Невероятно чистый (хотя в Лаэргии вообще воздух чище, чем на Земле), немного сладкий и такой родной, будто я домой попала. Одно удовольствие здесь находиться! А эти милые, пушистые зверята подбегали к нам, радуясь, как маленькие дети. Некоторые просто шли или летели рядом, кто-то залезал на нас, карабкаясь по белым платьям, а один пушистик удобно устроился на моей голове и заснул. Конечно же, это маленькое чудо с длинными заячьими ушками и оленьими рожками я будить не стала.

Деревня встретила нас уютными деревянными домиками и умиротворенной тишиной. Лишь некоторые ведьмы мирно беседовали о чем-то, сидя у фонтана. Их было четверо: эльфийка, гнома, дракон и орчанка. Единственный мужчина в этом цветнике первый обратил на нас внимание и помахал нам ручкой:

— Как жаль, что у таких прелестных дам уже есть мужья! Идите к нам! — длинные темно-алые волосы сильно выделялись на фоне белой рубашки, а янтарные глаза оценивающе разглядывали нас, но в голову неожиданно ударило осознание, кто перед нами. Жрец любви… Да, не так я его себе представляла (я думала, это будет женщина).

Кем являются остальные дамы, для меня также секретом не было. В меру пухленькая гнома с каштановыми кудряшками и завязанными глазами была пророчицей, эльфийка с персиковыми волосами и холодным взглядом серых очей — целительница, а невероятно красивая орчанка, у которой только кожа немного отдает зеленым, да черные волосы жестче, чем у других рас, являлась жрицей огня. Занятно.

— А если бы мы были свободны, ты бы обязательно этим воспользовался! Да, Ирс? — фея взяла меня за руку и повела к фонтану.

— Всенепременно! Я же жрец любви! Я обязан дарить любовь всем!

В моей голове всплыли не те ассоциации, от которых щеки запылали. Твою дивизию, что за бред! Видимо, Тенебрисель заразил меня не только собственничеством, но и извращенностью! А-а-а! Люда, не думай об этом! Это чушь полная!

— Ирс, ты сейчас сказал это, словно всю жизнь проработал шлю… ночной бабочкой, — почти прямо сказала орчанка и я была полностью с ней согласна!

— У-у-у! Гхара! Постеснялась бы в присутствии дитя богов! — возмутилась гнома.

— А я что? Я же сказала ночная бабочка, вместо шлюхи! Что я сделала не так?! — ведьма-пророчица ударила себя по лбу ладонью.

— У-у-у! Гхара, черт тебя побери!

— Так, девочки, успокойтесь, — дракон погладил обеих дам по голове и они тут же расслабились (ну ничего себе! Так вот ты какая, сила жреца любви! Даже гному и орчанку успокоить может!). — Мое прошлое сейчас не имеет никакого значения. Давайте знакомиться!

Он взял меня за руку, чтобы поцеловать, и я почувствовала, как нежное тепло разливается по телу от его прикосновений. Нет, я не влюбилась в него с первого взгляда, просто от него исходила такая энергия.

— Меня зовут Ирс, рад познакомиться с вами лично, дитя энергии и тьмы, — мужчина хитро прищурился и выдал: — Ого! Да вы верхушка любовного треугольника!

— Что? — ведьмак любви меня обескуражил и я забыла представиться.

— А вы не знали? Как же жаль этого беднягу! — в янтарных глазах с вертикальным зрачком смеялось пламя, но жрец с улыбкой на устах отошел от меня, давая другим шанс представиться.

— Я — Гхара, — подняла руку орчанка. — А этот призрак с повязкой — Дари.

— У-у-у! Гхара! — снова возмутилась гнома, а я поняла, почему ее так назвали. Ее завывания, правда, схожи с воем призрака.

— Приятно познакомиться, Ваше Величество, — лишь эльфийка немного недовольно смотрела на меня и поджала губы. — Меня зовут Калэинде, — где-то я уже слышала это имя.

— Я тоже рада с вами познакомиться. Можете звать меня просто Лиен.

— Ну что вы, — начала Калэинде. Так где же я слышала о ней? — как мы смеем обращаться к вам подобным образом!

— Калэ, ты чего? — спросила Гхара, явно не понимая, из-за чего девушка так язвит.

— Да ничего! Ваше Величество, как у вас дела с Силлиреном? Должна сказать, что вам очень повезло с мужем! Я лично его знала, поэтому примите мои поздравления!

И тут меня осенило. Тен рассказывал мне, что у Силлирена 700 лет назад была девушка, которая стала жрицей Истарии. Калэинде. Так вот почему она завелась… Она подумала, что я жена бывшего кронпринца. Видимо, ей не сказали…

— Калэинде, вы ошиблись. Я замужем за Тенебриселем, — серые глаза увеличились в размерах.

— А… Как же… — блондинка была шокирована. Она несколько секунд смотрела в пустоту, а потом нервно хихикнула. — Нет… Не может быть… Не он… Только не он…

Эльфийка схватилась за голову и уперлась локтями в колени.

— Калэ, — дракон подсел к девушке, гладя ее по спине.

— Что с Силлиреном? — тихо спросила она. Я подошла ближе к целительнице и села на корточки напротив нее. Она смотрела на меня с надеждой, но понимала, что зря себя утешает.

— Его… — в горле встал ком. Этот вопрос затронул не только струны души жрицы, но и мои. В голове раздался душераздирающий крик Тена, а перед глазами предстало окровавленное тело его брата. Слезы хотели проступить, но я сдержала их. — Его… убили. Отступники. 3 месяца назад, — я закусила губу, чтобы не разреветься, а Калэ, закрыла руками лицо и беззвучно всхлипывала, повторяя:

— Дураки… Сил, мы с тобой такие дураки… Какая же я дура… Сил… Мо Сил… Дурак… Мой дурак… Прости меня… Птичка ряженная… хе-хе… — она нервно усмехнулась, видимо, что-то вспоминая, но ничего нам не говоря. Она уткнулась носом в колени и разревелась, ругая первого принца и себя, прося у него прощения, повторяя его имя и все его прозвища, которые сама дала ему, спрашивала, почему он пришел тогда за ней, говорила, как ей было плохо без него… — А эта птичка ряженная… Ненавижу тебя, Сил… Мой любимый Сил… Прости…

Мы все молчали. И лишь волшебные прикосновения жреца любви хоть немного, но успокаивали эльфийку. К сожалению, временно, ведь позже она говорила, как ей были приятны прикосновения первого принца, и снова начинала рыдать. Пусть плачет. Ей это нужно. Ей нужно оплакать своего любимого дурака.

Мэиль же потревожила меня, и мы с ней ушли с "места преступления". Именно так это ощущалось. Словно я сама убила ныне покойного кронпринца, когда сказала об этом эльфийке, и трусливо сбежала. Отвратительное чувство… Никогда не любила сообщать плохие новости… Они выматывают, заставляют чувствовать себя плохим человеком, да и ощущение, будто я сама пережила эту боль от потери…

— Мы не говорили Калэ о смерти эльфийского принца, — прошептала фея. — Она сильная и всегда говорила, что ей давно плевать на него, но мы видели, что это не так… Она продолжала его любить, несмотря ни на что. Даже иногда следила за ним через специальное зеркало, но это было редкостью… Калэ старалась не вспоминать о нем, надеясь, что ее чувства к нему со временем угаснут… Жаль, что они не угасли…

Пока мы шли по узкой тропинке между деревьями, туман и ветер хоть немного успокоили меня, унося плохие мысли прочь. А лайкит на моей голове перебрался на правое плечо. Он мило поскуливал, терся об меня своей мягкой шерсткой, щекотил шею и ушко маленьким язычком, будто пытаясь меня развеселить.

— Спасибо тебе, — я улыбнулась зверьку, целуя его в мокрый, черный носик. От этого он довольно зафыркал, еще больше облизал мою щеку и перебрался на ручки, смотря на меня. — Ты так похож на Индариэна… — и вправду, белый мех и большие голубые глаза лайкита напоминали мне моего друга.

"Да вы верхушка любовного треугольника!" — вспомнились слова Ирса.

А может Индариэн… Да нет! Бред какой-то! Дроу слишком преданы короне, чтобы нарушать правила и всерьез влюбляться в одного из правителей! Нет, вряд ли это он!

Так, Люда, ты не о том думаешь! Твоя изначальная цель была узнать причину слез богини, а не огорчать жрицу и делать такие бредовые предположения!

— Наконец-то ей сообщили об этом, — сказала женщина, стоявшая к нам спиной. — Нужно было рассказать ей все раньше… Эх, дети-дети…

Мы остановились около обрыва, где нас ждала Верховная ведьма. Драконица с седыми волосами, но прямой спиной, повернулась к нам. На вид ей было немного за 40, а значит, ей намного больше (50–60 тысяч лет). Но спрашивать про возраст неприлично, так что я лучше поздороваюсь:

— Добрый вечер, — женщина радушно улыбнулась, словно бабушка смотрит на кроху-внучку. Хотя по сравнению с ней я, и вправду, кроха.

— Добрый, ведьма жизни и воплощение смерти. Тебе нужно поговорить с богиней. Она ждет тебя. Запрыгивай на свою косу и лети за мной. Спасибо, что проводила ее, Мэиль.

Царица фей поклонилась и исчезла в портале (так, а кто меня домой провожать будет?! Ладно, значит, так надо). А главная жрица, чье имя осталось для меня секретом, раскинула руки и бросилась с обрыва. Миг, и вверх взлетел огромный серебряный дракон. Величественный и изящный. На крыльях и чешуйках были видны небольшие царапины и потертости, говорившие о пройденных битвах, вытянутая голова на длинной шее гордо поднята вверх, а немного потускневшие очи кофейного цвета посмотрели на меня.

"За мной," — дракон вновь скрылся за обрывом.

Я призвала косу и, оседлав ее, полетела за ведьмой, но чуть не свалилась вниз от увиденного. Это был не просто обрыв. Нет. Остров богов парил над землей в нескольких тысячах километрах! Теперь понятно, почему две луны больше, небо необычного цвета, а туман не уходит со временем. Но вид был поразительным! Я еще никогда не летала так высоко, отчего было немного страшно (если бы здесь был мой муж, он бы понял, что я вру. Мне было очень-очень страшно! Аж коленки трясутся и руки не разгибаются, ухватившись за косу!).

"Не бойся. Если упадешь, я тебя поймаю," — верно истолковала мой ступор драконица, поравнявшись со мной. Я ощутила себя еще более мелкой, когда женщина опустила перепончатое крыло вниз, чтобы, если свалюсь, я упала на него (да на этом крыле лагерь разбить можно!). Затем, она ускорилась и открыла огромный портал, но влетела в него только я.

Меня окутала тьма. Затем ослепительный свет. Снова тьма. Свет. Туман. Деревья. Тени. Свет. Тьма. Все смешалось, как в черно-белом калейдоскопе. Но наконец, картина стала ясной и знакомой. Картина из моего сна, вот только свет больше не прятался от меня, а стоял впереди, ожидая.

— Мама… — сорвалось с губ прежде, чем я успела осознать. А убедившись, что богиня не собирается убегать от меня, я кинулась вперед.

Меня крепче сжали в теплых объятьях, целуя в макушку.

— Дитя мое… Бедное мое дитя… — я посмотрела в топазовые глаза. Они были наполнены слезами. Эйфория от долгожданных объятий быстро сменилась тревогой от забытых проблем.

— Мама, почему ты плачешь? — после слова "мама", слезы еще больше стекали по щекам Истарии. Я почувствовала себя виноватой в этом. — Прости… — совсем как маленький ребенок, извинилась я.

— Извиняться должна я, Людмилочка. Лиенилде. Ты не должна быть богом. Я не хочу тебе такой судьбы, — я изумилась, а богиня перешла на шепот: — Ты даже не представляешь, какие ужасные вещи мы делаем… Даже являясь светом, мы все больше погружаемся в зловещую тьму. Я не хочу, чтоб с тобой было также…

Она выдохнула и продолжила:

— У каждого живого существа есть душа. Их создают высшие боги. Но когда душу создают такие, как мы — это наш ребенок. Ты наш ребенок. Мы создали твою душу, но… Знаешь, почему у богов обычно нет детей? Мы не хотим той же участи вам… Я не хочу для тебя такого будущего… Мы сломали столько жизней, а одна наша ошибка переворачивает все вверх дном… А ошибок мы совершаем немало… Особенно в начале пути…

— Ты из-за этого плакала?

— Не совсем… Чтобы ты избежала такой участи, нужно разорвать связь между нами… Тогда, ты не сможешь стать богом. Ты будешь свободна, но я все равно буду приглядывать за тобой. Но… я даже не подозревала, что это так больно… Для всех нас больно… Дитя мое, я не хочу разрывать нашу связь, но и зла тебе не хочу…

— Мама, я… не хочу тебя терять… Не хочу… — я душой ощущала, что если мы оборвем эту связь, будет только хуже. Невыносимо больно уже только от одной мысли об этом.

— Ты уверенна? — в последний раз спросила богиня.

— Да, — я прижалась к ней и положила голову на грудь, слушая ее сердцебиение. Там, внутри нее, вместо крови по жилам течет чистая энергия… У Хаоса — тьма… А что будет у меня?

— Спасибо… — мама поцеловала меня в лоб, и я резко переместилась в наш с Теном домик.

От неожиданности, эльф встал в стойку, но, увидев меня, расслабился. А я стояла, немного покачиваясь и привыкая к окружающей среде. Слишком быстро все изменилось. Тьма на свет двух лун из окна, запах пепла на аромат растений, а теплые объятья — пустотой…

— Маленькая моя, что случилось? — мой король нежно взял меня за руки, а я кинулась в его объятья, тихонечко хныкая. — Тише-тише… Все хорошо… Я с тобой, моя богиня.

Он уложил меня на кровать, заворачивая в одеяло, и лег рядом, прижимая меня к себе, будто защищая от всего мира.

С этого дня, мне больше не виделся ускользающий в тень силуэт. Либо мне не снилось ничего, либо меня встречали родные объятья, и я была этому рада.

Часть 39

День сменялся ночью, ночь сменялась днем, а я опять не высыпалась. И тревоги прежней больше нет, и отступники, которых здесь до нас переловили (Мэиль-то знала об отступниках и быстренько от них избавилась, не поднимая шума), не мешали спокойно наслаждаться жизнью и постоянными дождями в Царстве фей. Только царица меня каждую ночь забирала с собой на остров богов! Я, конечно, не против, но спать-то хочется! Хорошо, что фея пичкала меня всякими отварами, чтобы у меня были силы днем.

Но с другой стороны, я поближе познакомилась с жрецами и узнала одну страшную тайну, о которой никто даже подумать не мог!

— Кстати, — начала я, задавая давно интересующий меня вопрос, — а как у вас украли тело Тхаэка?

Квартет из феи, эльфийки, дракона и орчанки посмотрел на Дари (остальные жрецы в это время спали). Гнома — возможно, пряча смущенный взгляд за повязкой — отвернулась, нервно хихикнула и еле-слышно прошептала, немного севшим голосом:

— Пошутила, гарзик* меня задери… — я непонимающе посмотрела на нее. — Да пошутила я! Пошутила! А оно взяло и… сбылось… Я не специально!

— Пошутила она, — передразнила ее Гхара. — Пошутила она, а получили мы! Призрак с повязкой!

— Что, из-за того, что я — пророчица, мне шутить нельзя?!

— Девочки, не ссорьтесь, — и вновь волшебное прикосновение жреца любви успокоило ведьм. — На самом деле, тело у нас никто не крал.

— Мы лично отдали его на сохранение Повелителю Морей, — пояснила Калэинде. Она, правда, оказалась очень сильной и стойкой, и потихоньку приходила в себя после плохой новости. — Мы бы держали его у себя дальше, но Истария приказала отдать его русалкам.

Я задумалась. Интересно, зачем? Богиня, наверняка, знала, что из этого выйдет, так почему же? Ошибка ли это или хитроумный план, который нам не понять? Может, это и есть часть тех самых ужасных вещей, про которые говорила моя мама?

Так, будем думать логически. Если для большинства особо жестоких правителей поданные — это просто шахматные фигуры на их поле, то кто мы для богов? Скорее всего, для них мы такие же пешки, которыми часто приходится жертвовать. Ведь действительно, боги не могут быть только хорошими. По крайней мере, это нарушает законы мироздания, по которым полностью ударяться в одну из крайностей — худшее, что может быть (невозможно и нельзя быть совершенно добрым или совершенно злым).

Но я отвлеклась от главного. Почему боги мешают нам уничтожить Тхаэка до декабря (по подсчетам, битва будет в конце декабря)? А может, они хотят…

— А потом кое-кто неудачно пошутил! — от моих рассуждений меня отвлек голос Мэиль. Она не держала зла на шатенку, но женщину просто-напросто забавляла эта ситуация и она издевалась по полной (фея, что с нее взять).

— Ну кто ж знал, что так выйдет?! — попыталась оправдаться бедная гнома.

— Ты должна была знать! — блондинка с крыльями хихикала в сторонке, когда зеленокожая брюнетка опять докопалась до шатенки.

— Никому я ничего не должна!

— Девочки, давайте жить дружно, — "кот Леопольд" — драконья версия — обнял девушек и они снова успокоились.

— Наконец-то! Я думал, не доживу! — раздался баритон вампира из одного домика.

Это был Аклитэк — жрец воды, который больше всех ругался на наши ночные посиделки. Он днем работает со всякими катаклизмами связанными с водной сферой и жутко выматывается, а тут Дари и Гхара постоянно спорят (а гномы и орки жуть какие громкие! Особенно, спорящие женщины!).

Услышав уставшего клыкастика, мы решили его пожалеть и разошлись по домам.

Но когда мы с Мэиль уже телепортировались в замок на деревьях и разошлись, я снова задумалась над вопросом, терзавшим меня ранее.

Так! Нам никак не удается завершить войну до ее начала! То гибрид из душ Виктора и Молутэка ускользает от нас, то человеческий архимаг в последний момент успевает восстановить тело Тхаэка… Простые отступники дохнут как мухи, а этим двоим (вернее, Виктору) удается выйти сухими из воды. Да, мы наносим им серьезный ущерб, да, они стали слабее, чем были до этого, но мы не можем их полностью одолеть, хотя в моих руках безграничная власть, а наши отряды полностью окружили место, где они находятся. И все равно, моих сил оказывается недостаточно, а энлиды (к нашим войнам присоединились и другие расы) помирают, стоит им открыть огонь.

Но что самое удивительное, наше зловещее трио (где один — давно труп, а второй — как бы, и не злодей вовсе) расположилось в заброшенном храме Хаоса и Истарии…

И тут меня осенило. Богам нужно возрождение Тхаэка именно в конце декабря, а не раньше! Все наши попытки закончить войну поскорее бесполезны! Ведь это прямой вызов богам!

Это объясняет многое: и вечно-ускользающих Виктора и Молутэка, и их пристанище в церкви, и наши многочисленые потери (хотя армия у нас далеко не слабая), и мое озарение в тот страшный день… Но… зачем? Эту загадку нам еще предстоит разгадать.

Я вошла в наш с Тенебриселем дом, а он, с радостной улыбкой на лице, подхватил меня на руки, крепко обнимая, закружил и положил на кровать, нависая сверху и целуя в губы. Интересно, а из-за чего он так счастлив? Хотя, у меня душа радуется, когда я вижу его таким.

Эльф оторвался от моих уст и, продолжая чмокать меня в щеки и шею, говорил:

— Лиен, милая моя, скоро это все закончится! Закончится! И мы будем спокойно жить вместе! Первым делом, телепортируемся в твой мир. А потом, если хочешь, заберем твою маму с собой, в Лаэргию. Наше будущее больше не будет под угрозой, маленькая моя! Наши дети будут расти в мирное время! А ты сколько хочешь? Давай, двоих. Или больше! Я хочу сына-наследника и дочку! Чтоб была твоей копией! Мо Лиен, скоро все наладится! — невооруженным глазом видно, что у моего короля эйфория. Быстрые переходы с одной темы на другую запутывали, но вызывали улыбку на лице и тепло, разливающиеся внутри. Конечно, мне хотелось отвечать на его вопросы насчет семьи, обсудить с ним "поездку" в мой мир, но меня кое-что настораживало.

— Моя Ночь, что закончится? — честно, я немного боялась услышать ответ на этот вопрос и не зря.

— Как что? Война! Наши войны захватили убежище Виктора, максимально ослабив его! Его сейчас просто уничтожат! — твою дивизию! Если мои догадки верны, то это ничем хорошим не кончится! Но полукровка не сразу обратил внимание на мою тревогу: — Лиен, а давай посетим Нэньялинский курорт*! Там множество красивых мест, целебные воды и… Милая, что случилось? — идеальные брови нахмурились, уловив мое настроение.

— Тен… Отзови войска, пока не поздно.

— Лиен, зачем? — он заправил мне прядь волос за ухо, успокаивающе гладя по голове. — Я понимаю, ты переживаешь…

— Нет, не понимаешь! Поверь мне, ты просто отправил их на верную смерть! Пожалуйста, отзови войска! Мы не сможем завершить войну сейчас!

Лицо эльфийского монарха помрачнело. Он отстранился и сказал:

— Я узнаю, как обстоят дела на фронте. Если потребуется, я прикажу отступать.

Мужчина потянулся за нитями связи. Долго не получал ответа, что нервировало нас обоих. А когда получил, то с каждой секундой все больше хмурился. Закончив диалог, мой муж сел на кровати и, сцепив руки в замок, положил на них свою голову. Он шумно и тяжело выдохнул, поджимая тонкие губы. Он ничего не говорил, но я видела, что его трясет от ярости, сжирающей его изнутри. Неужели, я оказалась права? До последнего хотелось верить, что я ошиблась, но нет…

Я обняла сзади напряженную спину, ложа голову на плечо супруга.

— 750 тысяч… — тихо начал он. — 750 тысяч войнов было послано, чтобы уничтожить их… В живых осталось около 150 тысяч, а может и меньше… Черт… Более 80 % погибло… ЧЕРТ!!! — брюнет вспылил, резко встал и начал метаться из стороны в сторону, проклиная отступников и их предводителя. Проклиная свою глупость и то, что слишком быстро расслабился. От матов уши сворачивались в трубочку, а от вида Тена мурашки пробегали по телу. Он перешел во вторую ипостась, из-за чего светил в темноте яркими сапфирово-изумрудными глазами с вертикальным зрачком, уши опустились, из горла все больше вырывалось грозное рычание, а отросшие клыки и когти внушали ужас. Под конец, оборотень сжал кулаки с такой силой, что на ладонях остались глубокие порезы из которых на пол капала кровь. Этот запах немного отрезвил правителя, и он снова сел на кровать, думая, почему они проиграли.

— Нет, дело не в войнах. Они были одними из лучших… Может, неверная тактика? Или…

— Дело в богах, — прервала я его мозговой штурм. Мужчина непонимающе посмотрел на меня. На его лице было написано: "Что это за бред?" Я же обняла его, уложив тяжелую голову себе на колени и продолжила: — Им помогают боги.

— Но зачем?

— Не знаю… Но они не дадут нам закончить войну раньше времени…

______________________________

Гарзик* — разновидность мелкой нечисти, которая в основном вредит домашнему хозяйству (продукты портит, в редких случаях, может съесть домашнее животное).

Нэньялинский курорт* — лечебный курорт около реки Нэньял в Эльфийском Королевстве. Знаменит целебными водами, которые могут излечить даже испорченную маисаном ауру.

Часть 40

Тен был сам не свой, из-за этого бедствия. 600 тысяч смертей было на его руках (как думал он сам, хотя на его памяти, во время войн, количество жертв переваливало за несколько миллионов), что тяготило моего мужа еще больше. А известие о том, что наших врагов укрывают боги, так раздражало и злило короля, что один его взгляд заставлял всех трястись от страха. Холодный как объятья смерти взгляд, но полон гнева и жажды крови.

От этого взора и меня бросало в дрожь, но не так часто. Ведь, когда мы оставались одни, монарх устало массировал переносицу, как его покойный отец, и позволял себе немного отдохнуть. А все потому, что этот случай вызвал негодование со стороны других стран (ну как 2 души и одно тело могли уничтожить 600 тысяч лучших воинов?!). Тенебриселю приходилось решать проблемы с правителями, собирать вместе с ними новую, более сильную армию и разрабатывать план, который они применят только в конце декабря. Все эти вопросы, конечно же, решались не один день и выматывали моего супруга.

Даже наш визит к гномам никак не смог успокоить короля. Хотя приняли нас более, чем радушно. Со всеми почестями, устроив пышный бал, отдав нам лучшие гостевые покои и прочие любезности, но ничего из этого не смогло утешить мятежную душу полукровки.

Больше всего его волновали боги (как и меня). Мужчина постоянно устраивал мне допрос с пристрастием, но моих знаний не хватало, чтобы ответить на все его вопросы. Лишь домыслы, крутившиеся в наших головах, остававшиеся без прямого подтверждения…

Я бы выяснила все у Истарии, но она больше не появлялась в моих снах, заставляя напрячься. "Ну как же так?" — спрашивала я у себя, просыпаясь в слезах. Да, мне нужны были ответы, но не только они. Я скучала по богине, как и по маме на Земле… Как и по бывшей эльфийской королеве, которой я старалась отправлять сообщения как можно чаще…

Все это давно вогнало бы меня в депрессию, если бы не пару "но".

Первое — это Индариэн. Когда Тенебрисель уходил, мой друг приносил мне лимонное мороженое, сувенирчики из города (а то и вовсе заставлял гулять по Граану — столице гномов) и снова не дал мне пропасть в бездонной омуте под названием "уныние". Да и вообще, Индариэн — не просто дроу, а золото!

Но была и вторая причина моего относительного спокойствия. И она сейчас лежала на моей груди. Вернее, он.

На огромной темно-коричневой постели, в ночной темноте, искрились седые пряди волос от света двух убывающих лун. Сильные руки обнимали меня, сильнее прижимая к себе, а хмурый лоб, который с каждой минутой все больше расслаблялся, уткнулся мне в ложбинку между полушариями. Горячие дыхание эльфа успокаивало и в то же время вызывало мурашки на чувствительной коже. Его пальцы мягко гладили мою спину и бедра, а я перебирала длинные волосы цвета темного индиго, сильнее прижимая голову моего любимого к себе. Я пыталась его утешить, поддержать, показать, что я рядом…

В этот момент мне вспомнились различные романтические книжки, сериальчики, фильмы. Обычно, в них сильный мужчина решает абсолютно все проблемы женщины, доминирует над ней, но при этом ласков и мягок, всегда поддержит, будет надежной защитой и опорой… А женщина? Если дама является опорой мужа, то его, чаще всего, называют слабаком, а отношениея в целом — неправильными… Бред какой-то… Мы же должны поддерживать друг друга в трудную минуту. Если только один из партнеров будет тащить все проблемы на себе, то можно ли это назвать здоровыми отношениями?

Вот и сейчас, я являюсь опорой для своего мужа. И плевать на разницу в возрасте, плевать на его силу, плевать на эти штампы из романчиков! Ему нужна моя помощь. Конечно, эта зараза ушастая ни за что не признается, но мне не нужно слов. Я просто буду рядом в трудную минуту, и он будет знать, что может на меня положиться.

— Спасибо, моя богиня, — сонно прохрипел Тен, целуя меня в ложбинку. Всего лишь пара слов, а приятное тепло уже полностью заполнило мое тело. — Я защищу тебя, — еле-слышно пробормотал он себе под нос, засыпая. Бедненький. Устал за день.

Я продолжала гладить своего мужа по голове и не заметила, как провалилась в сон.

Но в нем меня ждал неожиданный сюрприз.

— Бабуля?! — я удивленно смотрела на свою бабушку, что являлась моей точной копией, но более высокой и с прямыми волосами. Женщина излучала родное тепло, но поджала розовые губы.

— Здравствуй, внученька. Давно не виделись, — прошлое Воплощение Смерти грустно улыбнулось. — Мне нужно тебе поведать кое о чем.

Она взяла меня за руку и мы исчезли во тьме.

— Бабуль, что ты хочешь мне рассказать?

— Нашу историю. А точнее, мою, — мы появились на полянке с высокой травой и деревьями вокруг, освещенной звездами. Там стояла моя бабушка, но выглядела она немного моложе. — Я больше всех виновата в этой войне…

— Эй! Куда ты делся, клыкастый? — Исса, что была на поляне, искала кого-то, недовольно пыхтя.

— Меня ищешь? — высокий мужчина с легкой небритостью на лице и волосами цвета махагон обнял девушку сзади, прижимая к себе.

— Тхаэк! — немного недовольно сказала бабуля, но вампир тут же заткнул ее рот поцелуем.

Часть 41

— Я любила Тхаэка… — тихо сказала бабушка. — Но не так сильно, как он меня… Истинная любовь не всегда взамна…

Женщина взяла меня за руку и нас снова поглотила тьма.

После, мы очутились в огромном мрачном замке, где расторопные слуги сновали туда-сюда, а по коридору не спеша, вальяжно шел Ночной Кошмар Лаэргии. В каждом его движении была властость, сила и опасность. Но на жестких губах играла улыбка, ведь рядом с ним щебетала беловолосая девушка, от которой он не мог отвести нежного взгляда.

— Хочу тебе представить, — начала женщина рядом со мной, — первый вампир Лаэргии, правитель Вампирского Королевства и мой учитель кровавой магии — Тхаэк Примрекуэм. Хоть в истории он остался Ужасом Лаэргии, но я его помню как мудрого короля, который безумно меня любил… Мы даже свадьбу хотели сыграть… Но не вышло…

Мы снова переместились и оказались на поляне Куалинского леса, где тренировались два темных мага, а совсем юный дроу и Тхаэк сидели в сторонке, наблюдая за ними.

— Мир, мы тренируемся уже 3 часа! Мне нужен отдых! — дама в боевой ипостаси жалобно посмотрела на эльфа, но тот остался непреклонен.

— Скажешь это умертвию, когда будешь убегать! — взмахом руки, он призвал огромную нечисть, которая побежала в сторону Инны.

— Зараза ушастая! — она сделала пару пасов руками, останавливая монстра и убивая его.

— Мируэль лиа Мор, — бабуля указала на черноволосого эльфа, который довольно ухмылялся, — великий темный маг, которого боялись все. Невероятно сильный, хитрый и опасный. Он всегда получал то, чего желал. Говорили, что если бы он захотел стать королем, то давно бы уже сидел на троне. Даже некоторые монархи кланялись ему, когда он навещал их. Но эту заразу ушастую не интересовали, как он говорит, такие мелочи. Но он возжелал другого…

— Ладно, так уж и быть, отдыхай, — темный маг махнул рукой, отпуская Иссу. — Онтарэин, идем!

— Не-е-ет! Пощади! — взмолился темный эльф, в котором я с трудом узнала нынешнего генерала-полковника Обсидиановой долины. На вид, ему было 18 лет.

— Я никого не щажу! Раз прогуливаешь занятия, значит, будешь заниматься со мной!

— Да я же из-за этого и сбежал из академии! — взвыл дроу.

— Давай-давай!

Воплощение Смерти грустно усмехнулась и повела меня в теневой портал.

— Я воспринимала Мируэля как друга. Опасного, со странностями, но друга, которому не было равных. Но он хотел большего… — мы очутились на краю обрыва, с которого открывался потрясающий вид на земли эльфов и вампиров, освещенные закатом.

— Ничего себе! — поразилась девушка, стоящая перед нами. Мой дедушка подошел к ней сзади, мягко обнимая за плечи, и прошептал на ушко:

— Нравится?

— Очень!

— Когда он меня обнимал, мое сердце билось чаще, но я не признавалась в этом. Я считала, что всей душой люблю Тхаэка, хотя прикосновения Мира для меня были намного слаще, чем поцелуи вампира… — бабуля смотрела на юную себя, с улыбкой вспоминая прошлое.

— Исса, я хочу тебе кое-что подарить, — эльф развернул вампиршу лицом к себе, продолжая гладить открытые плечи. Затем, он достал из кармана черную бархатную коробочку. — Ты дорога мне. Я рад, что мы с тобой друзья. Я хочу всегда быть с тобой.

— Ты мне предложение делаешь? — пошутила Инна, а темный маг лишь усмехнулся и открыл коробку, в которой блестела брачная сережка с черными цветами из драгоценных камней. — Как красиво!

— Прими мой подарок. В знак нашей дружбы, — мужчина ласково смотрел на свою возлюбленную, а та немного покраснела и потупила взгляд. — Ты согласна?

— Да, — тихо ответила девушка, но было заметно, что ее грудь быстрее поднимается и опускается. Брюнет нежно заправил белые пряди за остроконечное, но не такое длинное как у эльфов, ушко и надел на него сережку.

— В тот момент все чувства внутри меня смешались, а холодный металл стал таким теплым и родным, — прокомментировала бабуля. — Мне казалось, что если бы он сделал мне предложение, я бы согласилась… Он затмил Тхаэка в моем сердце собой.

— У меня нет подарка для тебя… — ответила покрасневшая от своих мыслей девушка.

— Пустяки. Можешь подарить себя. Ты — лучший подарок.

— Хорошо! Прими меня, как свой подарок!

— С радостью приму, — эльф обнял женщину за талию, привлекая к себе, а второй рукой зарылся в ее волосы. — Мо Исса… — еле-слышно прошептал он, блаженно улыбаясь.

— Я даже не предполагала, что этот маленький подарок может разрушить все… — нас окутало облако тьмы, и мы очутились в спальне Тхаэка.

Король вампиров сидел у камина, на полу, и крутил в руках обручальное кольцо, которое, видимо, хотел подарить моей бабушке. Радостная Инна обняла его со спины, целуя в висок.

— Поздравляю, я не услышал, как ты зашла, — похвалил он мою бабулю, поворачиваясь и обнимая в ответ.

— Да-а-а? — она хитро посмотрела на него.

— Ладно, ты меня раскусила. Как я могу тебя не услышать? — Тхаэк прильнул к губам девушки и нежно мял ее уста.

— Тогда я поняла, что его поцелуй стал для меня менее трепетным, чем объятья Мира… Но я старалась не думать об этом, — Смерть во плоти поджала губы и с ужасом ждала развязки.

— Исса, я хочу… — он остановился и нахмурил широкие брови. Хриплый голос вмиг стал холодным, а улыбка быстро спала с лица короля: — Откуда у тебя эта сережка?

— Мируэль подарил в знак дружбы, — Инна с тревогой посмотрела на Ночной Кошмар Лаэргии, не понимая, из-за чего он гневается.

— В знак дружбы?! — в рубиновых глазах горел огонь злости, а клыки и когти увеличились в размерах. — БРАЧНУЮ СЕРЬГУ В ЗНАК ДРУЖБЫ?!

— В тот момент, Тхаэк впервые повысил голос. Я прежде не видела его таким и мне впервые стало страшно рядом с ним, — бабушка кусала губы, крепче сжимая мою ладонь. Ей было больно вспоминать это.

— Как… брачную?… Я сейчас сниму, — беловолосая попыталась снять серьгу, но та не поддавалась, больно обжигая тонкие пальцы. — Не выходит!

— Дай сюда, — правитель вампиров использовал некоторые заклинания, но они тут же поглощались защитой из тьмы. — Мируэль — ублюдок! Этот чертов эльф зачаровал серьгу на неприкосновенность! УБЬЮ!!!

— Я хотела сказать, чтобы он не делал этого, но было поздно. Тхаэк уже исчез в телепорте, который, в те времена, был доступен только древнейшим вампирам, — по щеке бабушки скатилась слеза, а ее юная версия поджала колени и, уткнувшись в них, заплакала.

Тьма сгустилась около нас, и теперь мы оказались в доме эльфа.

— ТЫ ХОТЬ ПОНИМАЕШЬ, ЧТО ТЫ НАДЕЛАЛ?! — кричала Исса, на темного мага, взяв его за грудки. — Я НЕНАВИЖУ ТЕБЯ! НЕНАВИЖУ! НЕНАВИЖУ! НЕНАВИЖУ! — она частично перешла во вторую ипостась, отчего выступившие когти и вены под глазами стали черными. Мируэль же улыбался, весело смотря на нее. — ТЫ ДУМАЕШЬ, ЭТО СМЕШНО?!

— Да, — спокойно отвечал Мир. — Я спас тебя от свадьбы с тем, кого ты не любишь, а ты меня за это ненавидишь. Как же ты несправедлива! — улыбка на бледном лице стала еще шире, что бесило Воплощение Смерти.

— Я ЛЮБЛЮ ТХАЭКА! ТЫ ВСЕ ИСПОРТИЛ! СНИМИ СЕРЬГУ! НЕМЕДЛЕННО!

— И не подумаю, — все также весело сказал темный маг. — Я не намерен терять свой белый цветок.

— С ЧЕГО ТЫ РЕШИЛ, ЧТО Я ТВОЙ БЕЛЫЙ ЦВЕТОК?!

— Ты меня любишь, — бабушка на мгновение замолкла, а слезы полелись из фиолетовых глаз. — По-настоящему любишь, и мы оба это знаем.

— Нет… Я не люблю тебя… Я тебя ненавижу, — хватка женщины ослабла, и Инна всхлипнула.

— Любишь, — прошептал посследователь Хаоса. — Любишь меня так же сильно, как и я тебя.

— Ты — лжец!… Ты меня (всхлип) обманул… Ненавижу…

— Ты бы не согласилась, если бы я сделал тебе настоящее предложение руки и сердца.

— Будь ты проклят…

— Проклинай меня сколько хочешь, Мо Исса. Возможно, мы видемся в последний раз. Тхаэк вызвал меня на дуэль.

— Он убьет тебя… — с нескрываемой тревогой сказала девушка. — Ты же умрешь, зараза ушастая!

— Тогда, подари мне перед смертью себя, — брюнет обнял Инну и прошептал: — Отдайся мне полностью. Хочу, умирая, знать, что ты принадлежишь мне. Я люблю тебя, Мо Исса.

Мируэль поцеловал ее в шею, в щеку и перешел к приоткрытым губам. Бабуля же не сопротивлялась и было видно, как она тает в его руках, позволяя все.

Момент, и мы оказались на поляне, где бились Тхаэк и Мируэль. Черная трава окрасилась кровью, а тела мужчин были украшены ожогами, синяками и рванными ранами. Они были равны по силе, и бой длился бы вечно. если бы вампир не применил запрещенное заклинание. Эльф бился в конвульсиях, не в силах вздохнуть, и захлебывался собственной кровью.

— ТХАЭК, НЕТ!!! — Исса выбежала на поле боя, закрывая щитом темного мага.

— Исса, отойди, — холодно произнес вампир, пробивая своим заклинанием защиту. — Он должен умереть.

— Тхаэк, пожалуйста, не надо! — взмолилась девушка. Ужас Лаэргии грозно посмотрел на нее и спросил:

— Почему ты его защищаешь? Он обманом хотел женить тебя на себе! Он опозорил тебя! ОН ЗАСЛУЖИВАЕТ СМЕРТИ!

— Нет! Умоляю тебя, не убивай его! Пожалуйста, — у вампира увеличились глаза от непонимания.

— Я не узнаю тебя… Ты всегда холодно относилась к смерти кого-либо, а теперь защищааешь его… — и тут правителя вампиров осенило: — Ты его любишь… ТЫ ЕГО ЛЮБИШЬ!!!

Начхав на эльфа, разозленный шокирующей правдой, мужчина приблизился к Инне, жестко взяв ее за плечи.

— Исса… Исса, скажи мне, что это не так… Исса, скажи мне, ты же не любишь его… Ответь… ОТВЕТЬ МНЕ, ИССА!

— Люблю… — прошептала она, плача. — Я люблю его…

Рубиновые глаза наполнились болью, широкие брови нахмурились, а пальцы сильнее сжали плечи.

— Нет… Не может быть… Я же… Исса, я же люблю тебя… ЧЕРТ ВОЗЬМИ, Я ВСЕМ СВОИМ СУЩЕСТВОМ ЛЮБЛЮ ТЕБЯ!!! ПОЧЕМУ ОН?! ЧТО Я СДЕЛАЛ НЕ ТАК?! ЧЕМ ОН ЛУЧШЕ МЕНЯ?! ЧЕМ, ИССА!!!

— Тхаэк, я не знаю… — беловолосая плакала, смотря вампиру в глаза.

Он отошел, немного шатаясь, взялся за голову и усмехнулся:

— Хе-хе… Та, которой я отдал сердце, променяла меня на другого… Ха-ха-ха… Чем я хуже него?… ЧЕМ?! ХАХАХАХА! — он залился смехом сумасшедшего, а из глаз, смешиваясь с кровью, бежали слезы. — Я СТАНУ ЛУЧШИМ! Я БУДУ ЛУЧШЕ НЕГО! Я ДОКАЖУ, ЧТО НАМНОГО ЛУЧШЕ НЕГО! ТЫ УВИДИШЬ, ИССА! УВИДИШЬ, ЧТО Я ЛУЧШИЙ! ХАХАХА! — вампир скрылся в портале, а девушка подбежала к полуживому эльфу. А пока она его лечила, бабушка рядом со мной сказала:

— Древние вампиры были намного сильнее нынешних. Но у всего есть минусы… Древние вампиры чаще сходили с ума… В этот день, из-за меня, Тхаэк сошел с ума и стал Ночным Кошмаром Лаэргии, чтобы показать мне, что он — лучший… Я не хотела, чтобы все так получилось… Не хотела… Я стерла свое имя из истории… Я не заслуживаю быть героем, который спас этот мир… Ведь из-за меня этому миру угрожала опасность… — я обняла бабушку, которая пыталась сдержать слезы. — Людмилочка, это не все, что я хотела тебе показать.

Мы вновь переместились. Теперь, моему взору предстала жуткая картина, напоминающая апокалипсис. А буквально в нескольких метрах от нас, в воздухе дрались Исса и Тхаэк (древнейшие вампиры могли летать). Ужас Лаэргии победил бы, если бы не одно но:

— Я не могу тебя убить, — сказал он Инне, которая, извернувшись, проткнула его сердце косой, словно мечом.

— Прости… — из ее глаз лились слезы, а вампир улыбнулся и ответил:

— Тело мое не умрет. Я восстану с чужими душами, ведь моя навеки отдана тебе. Ты заберешь ее с собой в могилу, и мои последователи уничтожат мир, в котором мы не смогли быть вместе… — после этих слов, его веки опустились и он упал на землю.

Нас окутала тьма, но мы остались в ее объятьях.

— Я не могу полностью умереть, — грустно сказала моя бабушка. — Не смогу, пока война не закончится и Тхаэк не умрет окончательно… Внученька, ты должна вернуть душу Тхаэка в его тело и только тогда убить. Иначе он будет возрождаться снова и снова. Но сначала, пробудим в тебе кровь древних вампиров.

— Бабуль, разве ее еще не пробудили?

— Нет, — она мягко улыбнулась. — Потомков древних вампиров почти не осталось, поэтому и пробудить эту силу в тебе никто не может. А я могу. Но предупреждаю, это очень больно. Раньше, мы называли это платой за силу, ведь мы были сильнейшими.

— Я выдержу, — уверенно сказала я, пытаясь спрятать эмоции от увиденного глубоко-глубоко в себе.

Женщина прикоснулась к моей груди, последний раз посмотрела мне в глаза и послала пульсар мне в сердце. Теперь я слышала, как громко оно бьется. Слышала, как кровь льется по артериям, венам, капилярам… Так необычно чувствовать движение у себя внутри. Приятного мало; немного щекотно и пугающе. Такое же ощущение, когда напился воды и чувствуешь, как она булькает в животе. Здесь то же самое, только с кровью. И это жутко.

Затем, сердце начало биться чаще, а кровь течь быстрее. Она стремительно нагревалась, вызывая дикий жар. Казалось, я сейчас сгорю. Но кровь текла все быстрее и замедлялась только в районе лопаток.

Удар. Выбивающий воздух из легких удар, заставляющий сердце сжаться от боли. Снова удар, и из моего горла вырвался сдавленный стон боли. Кровь внутри меня будто пробивала себе выход в лопатках, которые сгорали под этим натиском. БОЛЬНО!

Удары продолжались. Я уже сбилась со счета, крича от невыносимой боли. Из носа пошла кровь, глаза застелило черное марево, а лопатки прорвала кровь. Горячие ручейки стекали по спине, еще сильнее обжигая, словно расплавленный металл. Но я чувствовала, что у меня появляются новые конечности. Новые вены, артерии, капиляры оплетали кости, мышцы и покрывались тонкой кожицей. Это так необычно (но все равно больно!). Крылья… Я могла ими немного шевелить, но платила за это действие агонией.

Вспышка света, и все прекратилось. Легкость окутала мое тело, остужая его. Бабуля убрала руку от моей груди, и я упала в ее объятья. Она ласково гладила меня по спине и удивленно молвила:

— Поразительно… Никогда такого раньше не видела… Людмилочка, у тебя прекрасные крылья. Сразу и не поймешь, темные они или светлые… То слепят глаза, то покрываются черным туманом. Удивительно… Ты как себя чувствуешь?

— Есть хочу, — вся эта новая информация и пробуждение крови меня сильно утомили. Даже моя любопытность затихла, уступая свое место желанию поесть. Сейчас мне было чхать на необычные крылья. Я хочу ку-у-ушать! Слона бы съела!

— Хах, неудивительно. Когда мой отец пробудил во мне силу, я съела все запасы, что у нас были, — бабушка чмокнула меня в макушку и сказала: — Люблю тебя, моя дорогая внученька. Возьми это, — она показала мне небольшой огонек, который быстро впитался в мою кожу. — Это душа Тхаэка. Будь осторожна, моя кровиночка.

Я проснулась достаточно резко, и первой моей мыслью была: "Еда-а-а! Что можно съесть?!" А так как за окном еще была ночь, я немного расстроилась. Не хочется будить бедненьких гномиков. Эх, придется довольствоваться фруктами и сладостями на кофейном столике.

Я встала, и тут моя спина заныла. Я вспомнила, что недавно обзавелась крылышками, и любопытность вышла из темного уголка моего сознания. Она вступила в неравный бой с голодом, но (впервые!) проиграла, и я отправилась разорять вазу с фруктами.

Удобненько устроилась в мягком кресле, придвинув к себе вкусняшки, и начала смачно хрустеть яблоком. А на кровати заворочался Тен, в поисках пропажи. Потом он проснулся, сел и огляделся. Увидел меня, жадно поедающую яблоко, и хрипло спросил:

— Лиен, ты чего не спишь?

— Кушать захотелось. Вот… ем, — и снова откусила кусочек от нового яблока.

— Ночью?

— Это называется — ночной зажор. Ешь и не можешь остановиться, — мужчина внимательно осмотрел меня и печально выдохнул.

— Жаль, — я вопросительно посмотрела на него. — Подумал, что ты беременна. Но нет. Давай прикажем, чтобы тебе что-нибудь приготовили?

— Не надо. Сейчас ночь, пусть гномы спят, — мой живот был не согласен с произнесенными мной словами и громко заурчал, заставив меня покраснеть. Тенебрисель усмехнулся и предложил:

— Давай сходим в кафе, которое работает круглосуточно, — а вот на предложение эльфа живот довольно заурчал. Хотелось шикнуть на него — на живот — но мятный король уже встал с постели отправился одеваться.

Так, мы посидели в милом кафе, которое я чуть не разорила, а мой муж постоянно проверял, не беременна ли я, и огорчался, когда убеждался в этом. Оказалось, что девушка забеременеть может только в том случае, если оба партнера хотят ребенка и готовы к нему. Еще выяснилось, что мой супруг готов всегда и везде…

Вот такие забавные ночные разговоры меня успокоили. А лопатки немного ныли, голова гудела от неожиданной информации, и где-то под сердцем ютилась душа Тхаэка, которая скоро обретет покой.

Часть 42

— Итак, достопочтенный, — гном затянул сигару и выдохнул, распространяя серое облако вокруг пышных усов, — какой у нас план?

Норс Эвеник Старший — управляющий Гномьими Землями (здешний монарх). Небольшие зеленые глазки с золотым моноклем, нос картошкой, густая каштановая борода и крепкое телосложение. Не сказала бы, что гномы настолько маленького роста, как их описывают (обычно, их рост составляет 145–165 см. Правитель же на сантиметр выше меня). Да, по сравнению с другими расами, они не великаны, но в нашем мире можно найти людей, которые намного ниже их.

Но мы отвлеклись от темы.

Сейчас мой муж и бывалый вояка в лице правителей гномов обсуждали убежище наших противников, с какой стороны лучше подобраться к ним и т. д. Короче говоря, выбирали тактику боя. И слушая их (я же королева, я обязана присутствовать на этом небольшом совещании!), я поняла, что ничего не поняла. И вроде бы соображаю я хорошо, и даже гениальные мысли иногда озаряют мою головушку, но я чувствовала себя дурой. Вот и сидела вместе с пухленькой управляющей, все больше округляя глаза. Да уж… В таких вопросах недостаточно хорошей смекалки и знаний — нужен опыт. А его у меня нет.

— Лиен, я тебе потом все объясню, — сообщил мне Тенебрисель, не отводя глаз от карты. — Но это еще цветочки. Так, балуемся. Вот на Высшем Совете обсудим эту проблему посерьезней, — мне уже страшно… Цветочки это, блин. Не хочу знать, какими будут ягодки! А придется…

— Кстати, король Аран, — обратился к эльфу гном (в отличии от других рас, гномы в обращении называли фамилию и статус, а не имя. Прям как у нас на Земле), — не хотите ли вы составить мне компанию на тренировке? Я давно не держал оружие в руках.

— С радостью, управляющий Эвеник, — брюнет предвкушающе улыбнулся и добавил: — Вы не будете против, если моя жена пойдет с нами?

— Кто я такой, чтобы запрещать что-либо богине.

Минут через 20 мы разошлись.

У Тена было отличное настроение. Его радовала мысль о том, что он наконец-то сойдется в схватке с серьезным противником, который не является нашим врагом.

— Тен, а разве я не серьезный противник?

— Милая, ты сильна и достаточно умна, чтобы победить. Но до моей реакции и опыта тебе еще расти и расти. Ты даже задеть меня не сможешь, — он погладил меня по головке, улыбаясь, а я запротестовала:

— Смогу! Помнишь, когда ты только начал меня обучать, во время дуэли, я тебя задела косой! — я очень хорошо помню этот момент. Но бывший принц ласково посмотрел на меня, как на наивного ребенка, и до меня дошло: — Ты поддался…

— Да, тогда я поддался тебе. Это такая тактика, которая используется наставниками, чтобы их ученики воспрянули духом. Всегда приятно знать, что ты смог одолеть того, кто сильнее и опытнее тебя. После подобного, ученики, обычно, стараются еще больше и увереннее ведут себя в бою.

— Ясно. Как в казино: дают выиграть в первый раз, чтобы потом ты снова сделал ставку… — честно, немного обидно… Да какой там немного! Мне очень обидно! Когда считаешь себя сильной и сообразительной, а потом оказывается, что это не так, ужасно обидно!

— Эй, не дуйся, — прошептал мой "наставник", заключив меня в свои объятья. — Ты все равно очень сильная и умная девочка, хоть и неопытная. Поэтому я и хочу, чтобы ты потренировалась с нами. Хорошо? — я подняла голову, наткнувшись на сапфирово-изумрудные глаза и кивнула. — И помни: ты у меня самая-самая.

Я улыбнулась, чувствуя, как приятное тепло разливается по телу от этих слов. И вся обида вмиг прошла.

***

На тренировке не было ничего особенного, кроме дуэли между монархами и одной очень занятной вещи, про которую я каким-то чудесным образом забыла.

Пока управляющий Эвеник играюче крутил в руках огромную булатную секиру словно легкую палочку, а король эльфов виртуозно обращался с серебряным луком, я лениво махала косой, понимая, что живые манекены мне не ровня. Эх… Скучно! Только лезвие блеснет, и уже 20 поверженных кукол валяются на земле. Я снова победила, но эта победа не приносила мне счастья, а все больше раздражала.

Я повернула голову, чтобы посмотреть на мужчин. Ого! Так вот как выглядит ипостась гномов! Кожа напоминает серый камень, а глаза горят зеленым. Очень угрожающий вид! Но и Тенебрисель не уступал каменному войну: уши, направленные вниз, выступившие клыки, длинные когти, вертикальные зрачки и светящиеся руны на всем теле.

Но тут мое ухо дернулось, уловив легкое движение сзади. Я быстро крутанулась, разрезая очередной манекен. Скукота! Придумали бы что-нибудь поинтересней!

Позади раздался лязг металла. Я обернулась и увидела, что управляющий уже лежит на земле, а мой супруг застыл перед ним, натянув тетиву.

— Признаю свое поражение, король Аран, — улыбнувшись сказал мужчина, возвращаясь в привычное состояние. — Отличный вышел поединок.

— Вы правы. Спасибо вам за это, — брюнет убрал лук и протянул руку проигравшему.

А я невольно засмотрелась. Темные волосы, собранные в низкий хвост, растрепались, мокрая майка полетела в сторону, обнажая накаченное тело, на мощных руках, прессе и спине блестели ручейки пота, а эта зараза еще и пересохшие губы облизывала! Будто соблазнить меня пытется (и у него это получилось)! Но какой же он у меня красивый! Загляденье просто!

На мое плечо легла чья-то рука, но среагировала я раньше, чем поняла, кто это. Итог: если бы я вовремя не остановилась, не сносить дроу головы. А он даже не шелохнулся.

— Фух, Индариэн, не пугай меня так! — я убрала косу, а темный эльф лишь улыбнулся.

— Простите, моя королева. Я хотел предложить вам потренироваться вместе. Что вы думаете насчет дружеского поединка?

— Я только за! — ура! А то эти манекены так надоели!

Мы вышли на небольшую площадку, и мой друг дал мне право выбора: сражаемся с оружием или без.

— Подожди, дроу же не владеют магией, — угу, обсидиановые войны могут только скрываться в тени, но магией, как таковой, они не владеют.

— Да, поэтому я в любом случае буду использовать оружие и тень, а вы можете выбрать что-нибудь одно, — что-то как-то нечестно получается.

— Я буду пользоваться только магией, — мое оружие растворилось в воздухе.

Давно я не упражнялась в магии. Будет полезно вспомнить простейшие заклинания и постепенно перейти к сложным. Сила силой, а если я не смогу грамотно ею пользоваться, то толку не будет.

Телохранитель кивнул, и мы разошлись, ожидая начала поединка. Знакомые цифры вспыхнули на середине боя. 3… 2… 1…

Эльф исчез из моего поля зрения, растворившись в тени, и тут же возник сбоку. Я успела среагировать и контратаковать его простеньким энергетическим зарядом. Болезненных ощущений практически не вызывает, зато ослепляет и временно дезориентирует. И сразу же призвала сложную змею-цепь с наводкой на цель.

Я так подумала, не стоит постепенно увеличивать сложность, иначе эффект будет как от прививки. Другими словами, будет легче справиться. Поэтому, Люда, чередуем!

Индариэн увернулся, но на плече остался чуть алеющий ожог от цепи. Ага. Если этих змеек пропитать ядом можно отравить противника. Надо запомнить.

Но эльф ждать, пока я смешаю у себя в голове цепи и тетродотоксин, не стал и вновь атаковал меня. Черт, задел! Да, он просто разрезал ткань комбинезона, совсем немного показывая бледную кожу живота, но еще бы чуть-чуть… А если бы на его кинжале был тетродоксин… Так! Химик недоделанный! Соберись уже и атакуй нормально!

И тут началось самое интересное. Битва больше походила на догонялки. Задену я дроу, и он меня догоняет; заденет он — догоняю я. И вновь я его обожгла, кое-как удержавшись, чтобы не сказать: "Ты водишь!" А то, что вокруг все было в огне и клубах тьмы, мы опустим.

Мне было весело, да и моему другу тоже. Вспотевшие, запыхавшиеся мы с улыбкой рвались в бой. Но я захотела перейти в боевую ипостась, чтобы испоьзовать одно трудное заклинание, которое я недавно вычитала из одной книги. Я просто хотела создать множество своих двойников и, если бы мне понравился результ, использовать это умение в настоящем бою. Но все пошло не по плану. Мои крылья дали о себе знать, превращая кровь в лаву и разрывая лопатки. БОЛЬНО! ЕЩЕ БОЛЬНЕЕ, ЧЕМ В ПЕРВЫЙ РАЗ!

Я осела на колени, не в силах сражаться дальше. Из носа и рта шел пар, а слезы испарялись, едва коснувшись кожи. Я снова сгорала. Лишь мельком увидела, как ко мне подбежал Индариэн, а следом Тенебрисель. Мужчины не знали, как мне помочь. Мой муж трактовал заклинание ледяного ветра, а телохранитель предлагал отправить меня в тень, где было намного холоднее, чем здесь. Но все закончилось также стремительно, как и началось. Мне стало легко и хорошо. Лишь восторженные вздохи вернули меня в реальность.

— Крылья… — голубые глаза напоминали 2 блюдечка, а мой супруг аккуратно прикоснулся к моей руке.

— Лиен, а…

— Все потом. Все объясню потом. Но, — я посмотрела на эльфов, немного устало улыбаясь, — теперь я могу летать и без косы.

***

Дни летели все быстрее, и осталась только одна страна, которую мы должны посетить. И имя ей — Племена орков.

Несмотря на название, орки — далеко не аборигены, которые живут в шалашах и поедают представителей других рас. Да и вообще земные представления об орках рознятся с реальностью. Да, они зелененькие, с выпирающими клыками, что смотрят вверх, носы немного приплюснуты и мужчины их напоминают огромные шкафы, но на этом все. Братья наши зеленые, конечно, громкие и о-о-очень прямолинейные, но цивилизованные, умные и просто так в драку не полезут. А их женщины такие красивые! Спортивная фигура, темные густые волосы и непокорный взгляд сильной и независимой дамы!

Но для себя, орков я обозвала китайцами, потому что их подделки не отличить от оригинала (по крайней мере, большую часть). Подделывали все! Одежду, напитки, мебель, машины, сигары, как китайцы. Но это пустяки, главное — не наткнуться на дешевую копию. Тен рассказывал, что, как-то раз, один из его подчиненных курил китайскую… тьфу, оркскую сигару, которая страшно смердела. С этим бедолагой никто общаться не мог, так как из его рта постоянно воняло за километр этой сигаретой.

Но самое удивительное — мы впервые нормально отдохнули. Серьезно, проблем вообще никаких не возникло! Отступников уже давно повязали и отослали Дакане (а те, кого не повязали, просто не выжили после переговоров).

Хорошо как! Ходи себе по Пгарху (столица), но обязательно с затычками для чувствительных эльфийских ушек, покупай качественные подделки (за что Тен меня ругает), гуляй по степям, изучая местную флору и фауну, и наслаждайся жизнью! Ляпота!

Жаль эта ляпота слишком быстро кончилась… Неделя пролетела так быстро… Эх, жалко.

Но с другой стороны, скоро мы будем дома, в Эльфийском Королевстве, что не могло не радовать. Я наконец увижу мою вторую маму и Анарию, навещу Милею, погуляю по улицам Андониэля, приготовлю что-нибудь в нашем доме на дереве… И вроде все так прекрасно, но… Но это означает, что бой уже близок и это пугает…

До битвы осталось 3 месяца… Нет. До победы осталось 3 месяца!

Часть 43

— ДОМ! Дом, милый дом! — я быстро сняла неудобные туфельки и развалилась на полу посреди прихожей. — Как хорошо быть дома!

Тенебрисель усмехнулся, смотря на балдеющую меня, и, наклонившись, задал глупый вопрос:

— Соскучилась?

— Очень!

Утром мы уже были в Эльфийском Королевстве и счастью моему не было предела. Как же я соскучилась по этим лесам, по здешнему климату, по эльфам в конце концов! Я чуть ли не каждое дерево обнимала и никак не могла надышаться родным воздухом! Мне казалось, что лучше МОЕГО королевства страны не найти, и эйфория поглотила меня с головой.

Конечно, в честь возвращения короля и королевы организовали пышный бал, но, честно говоря, до него мне не было никакого дела! А вот до этого мероприятия, я чуть не задушила в объятьях Анарию и свою вторую маму, навестила Милею и целый час рассказывала ей про все наши приключения; с удовольствием погуляла по коридорам дворца и добралась до аримикел.

Нашу встречу с Эленом нужно было видеть! Он сразу же учуял меня и начал фыркать, стучать копытами по дверце стойла и мотать рогатой головой, распугивая эльфов. "Белое бестие опять взбунтовалось!" — жаловались оленюхи и пегасюхи, а я побежала к своему самому милому и покладистому оленю.

— Элен! Ты ж мой хоро-о-оший! — я открыла дверцу и скакун тут же облизал мое лицо шершавым языком. — Эй, щекотно же!

В бездонных черных глазах было столько радости, что у моего пушистика даже слезы проступили, от чего он часто моргал.

— Я тоже по тебе соскучилась! — я обняла сильную шею, уткнувшись носом и зарываясь пальцами в мягкую белую шерстку. А он положил свою тяжелую голову мне на плечо.

Мы долго с ним тискались, нежились и облизывались (вернее, он меня облизывал, а я просто чмокала), пока не пришел Тен.

— Ты ж мой красавец! Моя пушистая умничка! Как я по тебе соскучилась! Ты мой самый-самый!

— Я даже не знаю, ревновать или нет, — озадачился мой король.

Элен же грозно на него посмотрел и угрожающе клацнул зубами, закрывая меня большими черными рогами, мол: "Ревновать!" Почему-то мне вспомнились слова жреца любви, что я являюсь верхушкой любовного треугольника, и почему-то мне представилось, что конкурентом Тенебриселя является Элен (а что? Элен же тоже собственник и меня делить ни с кем не хочет!). И мне так смешно стало, и я как залилась истеричным смехом (наверное, сказалась усталость)! Ох, долго не могла я успокоиться!

А несколько часов спустя, когда уже стемнело и бал завершился, мы с моим мужем отправились к нашему дому на дереве (нам нравилось жить в нем, а не во дворце).

Тяжелые капли били по еще не опавшей листве, а запах озона пробирался в спальню через открытое окно. Лежа на мягкой постели в объятьях моей ночи, казалось, что войны нет. Что это просто какой-то вздор, чья-то неудачная шутка, а на самом деле, у нас все хорошо… Жаль, что это не так…

— Эй, — прошептал мне на ушко эльф, — не хмурься. Моя маленькая, мы победим. Обязательно победим, — видимо, в его голове проплывали те же мысли, что и в моей.

Я ничего не ответила, лишь сильнее прижавшись к твердому, но такому родному телу, вдыхая запах мяты.

До победы осталось 2 месяца и 29 дней…

***

Часы, дни, недели стремительно пролетали и были похожи друг на друга. Отличие было только в том, что чем ближе к битве, тем больше становилась тревога. По крайней мере у меня.

А сегодня эта тревога вообще взбунтовалась, так как через пару часиков начнется Высший Совет. Я, конечно, подготовилась: перечитала всю литературу связанную с войнами, изучила тактики прошлых сражений, сравнила, какие были проигрышными, а какие выигрышными, даже откопала игру, которая должна развивать в маленьких принцах умение правильно вести бой (кстати, очень интересная игра), но этого было мало. Если раньше я заменяла нехватку опыта знаниями, то здесь такой трюк не прокатит. Поэтому, надевая прекрасное темно-бирюзовое платье в пол, я сильно нервничала.

Большинство правителей еще вчера прибыли в Эльфийское Королевство, в том числе и Дакана с Альрой. И эти две заразы, чтобы я не нервничала, решили меня споить. Одна кровь принесла, вторая вино, смешали и дали мне. Короче говоря, на заседание я пришла немного подшофе (хорошо, что только один бокал осушила, прежде чем понять, что что-то не так).

Но, что удивительно, коктейль свое дело сделал, и меня как понесло! Я так уверенно и правильно говорила, будто сама уже 100 воин прошла! А внутри мой разум орал: "Люда, не пали контору!" Но контору не спалили, и все прониклись ко мне уважением (что для меня было шоком. Я думала, как рыбка буду молчать). Когда все закончилось, Тенебрисель меня похвалил, сказав, что, честно, не ожидал от меня подобного, учитывая, как я нервничала. Но к нам (точнее, ко мне) подошел Рисанит, также похвалил меня, но в конце добавил: "Детям пить нельзя, но тебе это пошло на руку. Поздравляю,". Когда русал удалился, до моего супруга дошло и он залился смехом, приговаривая: "Да! На трезвую голову ты бы себя так не повела!" А я, краснея, сказала, что это меня Дакана с Альрой подставили.

— Ну и хорошо, что подставили! — ответил он мне.

До битвы остался 1 месяц и 19 дней.

***

Осень закончилась, но снег еще не выпал. Голый лес казался спящим, лишь ветер гулял между деревьями, да птицы чирикали, иногда хохлясь от холода. Да… Снега нет, но мороз все равно очень сильный (в Лаэргии вообще намного холоднее, чем у нас на Земле).

Я выдохнула, выпуская из своего рта облако пара, и посмотрела на серое небо. Скоро должен пойти снег и зима полностью войдет в свои права…

Погладив Элена по мощной шее, на которой шерсть стала намного гуще и длиннее (зима же. Мой хорошенький уже полинял, чтобы было теплее, но защиту от мороза я все равно поставила), я обернулась. ища своего спутника:

— Индариэн, не отставай! — дроу на темно-шоколадном олене, чьи рога были медного цвета, ускорился и поравнялся со мной.

— Простите, моя королева, — темный эльф улыбнулся, извиняясь, и мы поскакали дальше.

У моего короля, как всегда, были важные дела, поэтому я поскакала в лес только в соправождении своего друга. Спрашивается, на кой черт мне скакать в лес? А я заклинание одно хочу опробовать. А почему же не на полигоне? Я не знаю насколько оно опасно для окружающих, так что решила перестраховаться.

Так что же моей душеньке захотелось опробовать, что пришлось переться в лес? Как всегда, захотелось стать сильнее. Но нет, не физически, а душевно. Последнее время, мне казалось, что я могу струсить в последний момент. Казалось, что руки затрясутся и я просто не смогу ничего сделать. Я понимаю, что это бред, и, зайдя так далеко, я уже не смогу встать как вкопанная, но все же. Учитывая мою тревогу и давление ответственности, которые с каждым днем становятся все больше, я решила опробовать это заклинание. Ну-с, хуже не будет. Надеюсь.

Наконец, когда мы отъехали достаточно далеко от дворца и города, мы остановились на просторной поляне с засохшей травой, спешились и отвели оленей подальше. Эльфа я тоже попросила отойти, чтобы с ним ничего не случилось. Вышла на середину площадки, села на холодную землю и начала читать очень простое заклинание, закрыв глаза:

— Моя душа станет сильнее.

Как ветер,

Что несет быстрее

Тяжкие тучи далеко.

Моя душа станет сильнее.

Как камень.

Даже не робея,

Проблемы переживет легко.

Моя душа станет сильнее.

Как воды.

Они текут смелее,

Опасности смотря в лицо.

Моя душа станет сильнее.

Как жар,

Идущий от огня.

Страх не мучает меня.

Моя душа станет сильнее.

Как тьма,

Которая, пугая,

Души наши проверяет.

Легкий холодок прошелся по телу и… все. Больше я ничего не почувствовала. Осторожно открыла один глаз, второй, но все равно ничего не произошло. Вот только зрение немного ухудшилось. Ладно, это скоро пройдет.

Я встала. Ух! Мне кажется или стало холоднее? Я посмотрела на руки, которые стремительно краснели от усилившегося мороза. Так! Странно… Они стали более смуглыми, чем были. А что если…

Я дрожащими руками взяла прядь волос и остолбенела. Рыже-каштановые… У меня рыже-каштановые волосы… Я быстро схватилась за уши, ощупывая их. Маленькие и круглые… Как до инициации… Так, Люда, вдох-выдох! Спокойно! Да, ты стала человеком, но магия же при мне, да? Скажите, что при мне!

Я щелкнула пальцами, призывая пульсар. Ничего не вышло. Махнула рукой, но опять провал! Сложила ладони вместе, фокусируясь на том, чтобы призвать энергию и создать этот чертов пульсар. Не получилось… Опять не получилось…

— Нет-нет-нет… Этого не может быть… — я вновь фокусировалась, но каждый раз провал. Огонек никак не хотел зажигаться. — Ну же родненький… Давай… Я не могу потерять силу сейчас… Нет… Нет! НЕТ!

От осознания из глаз хлынули слезы и я осела на землю. Силы нет… Я ее лишилась… Нет! Нет! НЕТ!

— НЕТ! КАК ЖЕ ТАК?! — слезы текли ручьем, оставляя на щеках влажные дорожки. — Я НЕ МОГУ ЛИШИТЬСЯ СИЛЫ СЕЙЧАС! ТОЛЬКО НЕ СЕЙЧАС!

Паника накрыла меня с головой… До битвы осталось всего ничего, а я сама лишила себя силы…

— Моя королева… — начал Индариэн, положив мне руку на плечо.

— КАКАЯ ЖЕ Я ТЕПЕРЬ КОРОЛЕВА?! — я резко развернулась и наткнулась на взгляд дроу, что был полон тревоги. — Я… я ничтожество… У меня больше нет силы… Я больше не могущественная королева эльфов… Я… я просто слабая, маленькая девочка… — я закусила губу и обхватила себя руками. Боги, как же так… Почему сейчас… к_н_и_г_о_е_д.н_е_т

Темный эльф прижал меня к себе, обнимая и гладя по спине.

— Что бы не случилось, вы все равно останетесь нашей королевой. Моей королевой. Мы все равно пойдем за вами.

— Кто пойдет за слабачкой?… — я уткнулась ему в грудь, тут же намочив кожаный тулуп слезами.

— Я пойду. Вы моя королева. Я дал клятву, что буду служить вам сколько вам будет угодно.

— Вряд ли клятва теперь действительна… — клятва магическая, а магии во мне больше нет… — Ты больше не обязан служить мне…

— Даже если так, — он аккуратно поднял мою голову, стирая большим пальцем слезы, — я буду всегда верен вам. Меня уже давно держит другое…

И тут он быстро прильнул к моим устам. Ласково, нежно сжимал мои губы своими. Я чувствовала, что он хочет большего; страсть так и била из него ключем, но он сдерживался. Сдерживался, не позволяя себе переступить через черту. Понимал, что он итак нарушил все законы, позволил себе слишком много…

— Я люблю вас, моя королева, — немного хрипя, сказал дроу, оторвавшись от меня. — Какой бы вы не были, я люблю вас больше всего на свете.

— Индариэн, я же…

— Я знаю, — он грустно улыбался, а в голубых глазах было столько тоски, боли и любви, которую он хотел, но не мог мне подарить. — Я знаю, — снова прошептал он. — Вы не обязаны меня любить. Мне достаточно того, что я могу быть рядом с вами, служить вам, быть вашим другом… Вы не обязаны отвечать на мои чувства. Я уже нарушил все правила, за что меня следует наказать, но я не могу жить без вас…

— Прости… — я не хотела причинять ему боль, но и не могла ответить взаимностью.

— Здесь нет вашей вины, — он уткнулся мне вплечо, из-за чего я сильнее чувствовала, как он дрожал. — Вы ни в чем не виноваты… Только, прошу, не плачьте…

— Прости…

Мы просидели так еще несколько минут. Мой страх от потери силы отошел на второй план, сменяясь мыслями об Индариэне… До меня дошло, что в физической силе нет никакого смысла… Причинять боль можно даже если ты слабый… А чтобы лечить, достаточно силы духа… Индариэн был намного сильнее меня… Его за это запросто могут казнить, но он признался в своих чувствах. Признался своей королеве, хоть это и запрещено… У дроу нет магии. Они так могущественны не потому, что бесшумны, могут скрываться в тени и отличные войны… Нет… Их настоящая сила — это сила духа… Это отвага и бесстрашие перед лицом смерти… В этом заключается настоящая сила…

— Моя королева, ваши волосы вновь стали белыми, — раздался в тишине его голос.

Я же отстранилась от дроу и быстро ощупала себя. Да, я стала прежней…

— Индариэн… — стала прежней, потому что поняла, в чем заключается настоящая сила. Я вновь обняла своего друга, чем удивила его и прошептала: — Спасибо… Спасибо и прости меня…

Первые хлопья снега упали на землю.

До победы осталось 28 дней…

Часть 44

Страшны минуты перед боем. И часы страшны, и ночи. А ночи вообще самые страшные! Мне столько кошмаров за всю мою жизнь не снилось! Чуть ли не каждую минуту просыпалась от того, что в моем сне кто-то умирал. То Дакана, то Амотэк, то Мэиль, Рисанит, Альра, Тенебрисель, Индариэн, Элен в конце концов! Как же я замучилась с этими кровавыми снами! Так они, зараза, еще и реалистичные такие (не вещие, и на этом спасибо)!

— АРГХ! ДА ТВОЮ ДИВИЗИЮ! — зарычала я не хуже оборотня, после очередного кошмарика.

— Не трогай нашу дивизию. Она нам завтра пригодится, — спокойно прохрипел Тенебрисель, открывая глаза.

— Знаю… — я без сил упала на мягкие подушки, тяжело выдыхая. — Тен, а так всегда происходит?

— Да, маленькая моя. Кошмары перед битвой — это нормальное явление. Главное, чтоб они не стали реальностью, — он погладил меня по голове и скомандовал: — Идем. Выпьем одно хорошее успокоительное.

— Где ж ты был раньше с этим успокоительным? — пробурчала я себе под нос, нехотя вставая с кровати. Прохладненько… Все-таки зима за окном! Со снегом, вьюгой и прочими прелестями.

— Его нежелательно пить перед боем. Если переборщить, на утро голова будет сильно болеть, а оно нам надо? — эльф укутал меня в свой махровый халат, который волочился за мной по полу, и, ничего не надевая на себя (ему и не нужно. Температура тела 38 градусов, как-никак), повел на кухню.

Когда мы пришли в святую комнату, я забралась с ногами в уютное кресло, а король вытащил из нижнего ящика… бочку. А из бочки, на которой было заклинание холода, бутылку из темного стекла; поставил на стол и достал 2 бокала.

— Вино? — спросила я.

— Вино, — ответил он, откупоривая пробку. — Выдержанное, крепкое, красное вино. Ему… — брюнет поднял голову и сощурил глаза, вспоминая, — лет 70, насколько я помню. А может больше.

— Отличное успокоительное, — про то, что я во внуки гожусь этому алкоголю, решила не говорить.

— А главное — действенное, — полукровка протянул мне бокал с насыщенной бордовой жидкостью. — 2–3 таких бокала и будешь спать как миленькая. Идем к камину.

Снег кружится за окном, огонь тихонько потрескивает, облизывая сухие поленья, а на пушистом ковре, кутаясь в теплый плед, сидим мы, попивая терпкое вино. Так не хочется чтобы завтра наступало… Слишком приятно ощущать спиной широкую грудь, а затылком — горячее дыхание и чуть-влажные губы. Слишком хорошо находиться в родных объятьях и любоваться вместе языками пламени. Слишком страшно знать, что я могу это потерять…

— Обещай, что не умрешь завтра, — глаза слипались и ужасно хотелось спать.

— Обещаю.

— Только посмей нарушить обещание. Я тебя…

— Убьешь? — усмехнулся он.

— Воскрешу и сделаю умертвием!

— Не-е-ет, мне нельзя становиться умертвием, — на заметку, мой муж выпил уже 4 бокала и был пьян, но держался. — Как я буду заниматься сексом с тобой?

— Остроухий извращенец. Только одно на уме! — я легонько, шутя пихнула его локтем, на что он снова усмехнулся.

— А как без секса ты мне детей родишь? — он вмиг стал серьезным и уткнулся носом мне в шею. — Я же говорил, что хочу мальчика-наследника и дочку — твою копию. Плевать на все, но ради этого я буду жить. Ради этого, мы одержим победу.

После этих слов я со спокойной душой провалилась в объятья Морфея. Лишь почувствовала, что меня взяли на руки и отнесли на кровать, аккуратно заворачивая в одеяло.

Ночь прошла тихо, и больше я не просыпалась.

До победы осталось 22 часа…

***

Вдох… Выдох…

Небо заволокло тяжелыми тучами, а холодный ветер бил в лицо. Скоро начнется буря…

Вдох… Выдох…

Эльфы, драконы, демоны, вампиры, оборотни, русалки, наги, феи, гномы, орки. Мы все объединились против общего врага. Ради общего мира, ради общей победы. И сейчас они все смотрят на меня, ища поддержку, надеясь на меня, как на их спасение, как на их опору, как на их бога…

Вдох… Выдох…

"Если речь произнесет богиня, они сильнее воодушевятся" — вспомнились слова Тенебриселя.

Вдох… Выдох…

Поднимаю уверенный взгляд на наших воинов и заброшенную церковь за их спинами. В их глазах я вижу легкий страх, скрытый под масками уверенности. Вижу потоки веры, что исходят от них, направляясь ко мне.

Я смогу.

— Сегодня не все вернутся домой, — я усилила голос с помощью магии, чтобы меня слышали все. — Но вероятность того, что мы обойдемся без потерь, еще выше! Вы все могущественные маги и сильные войны, но главное — не забывайте, ради чего вы это делаете! Не обманывайте себя, говоря, что делаете это ради своей родины! Нет! Вы делаете это ради своих семей, ради своих друзей, ради тех, кого хотите защитить, ради тех, кого любите! Вы боритесь за ваше будущее! Не идите с мыслью: "Сегодня я умру,". Нет! Говорите себе: " Сегодня мы одержим победу, и я обязательно вернусь домой!" Мы сражаемся ради тех, кого любим, ради тех, кого уже нет с нами, ради себя и нашего будущего! Ради того, чтобы встретить новый день с улыбкой на лице, зная, что все плохое осталось в прошлом! Ради того, чтобы исполнить свои мечты! Ради того, чтобы наши дети, внуки, правнуки родились и росли в мирное время! СЕГОДНЯ МЫ ПОБЕДИМ!

Последний шаг: я дотронулась до усилившихся потоков веры, вливая в них энергию. Громкий гул пронесся между рядами энлидов, которые стали еще сильнее, чем были, а руки, с оружием в них, поднялись вверх. Боевые кличи на разных языках оглушали и радовали. Мы готовы к бою. Мы готовы к победе.

— Готова? — сзади подошел Тен, взяв меня за руку.

— Да! — я посмотрела в сапфирово-изумрудные глаза, сильнее сжав его ладонь.

— Я люблю тебя, моя богиня, — стремительный поцелуй, полный нежности, страсти и тревоги за меня. — Будь осторожна.

— Постараюсь. Я тоже люблю тебя.

Я отпустила его руку, снова обращая свой взор на обитель наших противников, над которым сгущался темно-горчичный дым. Виктор призывает тульп.

— Не забудь про свое обещание, — с толикой беспокойства прошептала я, но он услышал и лишь улыбнулся мне в ответ.

Сердце пропустило удар. Страха больше нет. Только легкий мандраж выдавал нервное напряжение.

Вдох… Выдох…

Я перешла во вторую ипостась, обнажая огромные темные-светлые крылья и взмыла вверх.

Вдох… Выдох…

Я справлюсь!

— ВПЕРЕД!!! — крикнула я, пролетая над головами воинов. Приказы командиров, рычание драконов и оборотней, различные трансвормации энлидов эхом отзывались на мой крик.

На поле боя я прибыла первой и слышала противный скрежет зубов тульп. Главный босс показываться не спешил, но так даже лучше. Я призвала косу, выставила ее вперед и взмахнула, будто проведя горизантальную линию в пространстве. Облако тьмы атаковало чудовищ и подала знак нечисти и нежити, чтобы та вышла из своих укрытий и помогла нам, а энергия впиталась в землю, дабы придавать нашим солдатам сил и лечить их.

Раскатистый рык раздался в небе, а после, отряды тульп превратились в блестящие статуи под золотым огнем драконов. Битва началась.

Снег окрасился кровью, а запах смерти витал в воздухе. Но это был запах не наших смертей, не нашей крови! Представители разных рас поддерживали друг друга, защищали, лечили, поэтому мы обходились без потерь.

Я же расширяла их резерв, восполняла силы и уничтожала дивизии врага.

Но само злодейское трио еще не появилось. Зато тульпы начали странно себя вести. Они кучковались и… разрывали друг другу глотки.

— НАЗАД! — услышала я крик Тенебриселя, который первый догодался в чем дело.

Эти страшные звери превращались в огромных мутантов с множеством голов и лап с острыми когтями. Они дышали огнем и плевались ядом, который мучительно разъедал кожу раненых. Кто-то смог отрубить одной из этих тварей морду, но та увеличилась в размерах, а на кровавом разрезе начали расти две головы. Гидра…

Но один дроу сориентировался, проскачил между омерзительными монстрами и проскользнул одной из них под живот, вспаривая брюхо и извлекая сердце. Гидра упала замертво, как в греческом мифе, но темный эльф остался лежать на земле, содрогаясь от боли. Кислота успела задеть его и сейчас разъедала грудную клетку, открывая вид на мясо, кости. Я быстро подлетела к нему, зная, что лекари здесь не помогут, а я смогу вылечить. Но страх заполнил мое сознание, когда я узнала в обсидиановом эльфе Индариэна. Он больше не дергался, смотря на окружающий его мир пустым взглядом сквозь приоткрытые веки.

— ИНДАРИЭН! НЕ СМЕЙ УМИРАТЬ! — прокричала я и влила в его тело энергию. Грудь ходила ходуном, а кровь пульсировала в висках. НЕТ! Я НЕ МОГУ ЕГО ПОТЕРЯТЬ!

Я быстро сплетала эфирные нити, дополняя их своей силой, а тьмой уничтожала кислоту. Эльф мычал и рычал от адской боли, но я лишь приговаривала: "Потерпи немного, еще чуть-чуть."

Когда я закончила, он заснул крепким сном. Нет, он не умер. Его сердце билось и он был жив, но после такой травмы нужен отдых.

— Зато живой… — выдохнула я, понимая, что чуть не лишилась друга…

Но расслабиться мне не дали. Как только Индариэна забрали, объявился главгад, а душа Тхаэка под моим сердцем заворочалась и жаждала поскорее вернуться в свое тело.

Я взлетела в воздух, где меня ждал Кошмар Лаэргии. Кривая ухмылка обезобрасила почти идеальное лицо со шрамом, а рубиново-золотой глаз безумно смотрел на меня.

— Вот мы и встретились, Людочка, — Виктор оскалился и тут же зарядил в меня мощными заклинаниями.

Я не отвлекалась на разговоры, атакуя этого подонка, сломавшего тысячи жизней. Но мне нужно было дотронуться до его груди рукой, чтобы поместить душу первого вампира в его законное тело. Но это, черт возьми, не так просто! Мне нельзя убивать его раньше времени, а ему можно! Он смог меня задеть пару раз, но раны быстро затягивались.

Драка затянулась. Усталость брала свое, и сил оставалось все меньше, но тут произошло неожиданное:

— Атакуй! Я держу его! — глаз вампира стал малахитовым. Видимо, Молутэк взял тело под свой контроль.

Я, не медля ни секунды, воспользовалась этим и вернула Тхаэку его душу. Глаз засиял и стал чисто-рубиновым.

— Исса? — прошептал он.

Молутэк:

— Ты проиграл, Виктор, — с улыбкой сказал я.

— МОЛЧИ! — архимаг смотрел безумно, но наказывать меня не спешил. — Сделала?… Она сделала это?… — спрашивал он сам у себя, держась за голову, чуть ли не вырывая волосы.

Неожиданно его монолог прервал низкий голос, перед обладателем которого мне хотелось покланиться:

— Войны не будет, — жестко отрезал он. — Я совершил ошибку.

И без того страшные глаза человека неестественно округлились, когда он посмотрел на первого вампира Лаэргии. А потом Виктор… рассмеялся.

— ХАХАХАХАХА! ОНА СДЕЛАЛА ЭТО!

Удар в сердце, которое почувствовали мы все. Лиенилде проткнула грудь косой и уничтожила важный орган тьмой. Теперь, наши души стремительно покидали тело, обретая покой, и лишь этот ублюдок смеялся и повторял:

— СВОБОДЕН! ХАХАХА! НАКОНЕЦ-ТО! НАКОНЕЦ-ТО Я СВОБОДЕН! СВОБОДЕН! СВОБОДЕН! ХАХАХАХА! — когда мы почти исчезли, мне показалось, что по щеке архимага скатилась слеза. — Свободен… — прошептал он, и мы покинули этот мир…

Они победили…

***

Месяц спустя…

Земля

Оксана:

— Оксаночка, ну не грусти, хорошая моя, — Афанасий погладил меня по спине, доливая в чашку ароматный чай. — Этот демонюга сказал же: с Людмилочкой все хорошо.

— Да, сказал… — я отпила немного черного счастья, грустно смотря на рисунки на холодильнике, которые нарисовало мое солнышко.

Эх… Уже 8 месяцев прошло с того момента, как моя дочурка оказалась в другом мире… Как же там моя малютка?… Конечно, Игнис часто сообщал мне о том, как ей живется там, но я скучать по ней меньше не стала…

"Людмилка теперь живет в эльфийском дворце. Людмилка прошла инициацию, стала эльфом и королевским магом. Людмилка открыла дар тьмы. Людмилка стала жрицей богини Истарии. Людмилку признали дитем богов и она спасла около сотни эльфов от смерти. Людмилка стала принцессой. Людмилка подружилась с королевой вампиров," — вспомнила я первые новости, которые получала от демона.

"Поздравляю! Ваша дочь стала королевой!" — тогда, это известие сильно шокировало меня. Ей только исполнилось 18 лет, а она уже королева… Моя маленькая девочка…

"Готовьте праздничный стол! Скоро к вам прибудут гости!" — а это Игнис сказал совсем недавно (пару часов назад).

Афонасий с радостью приготовил множество вкусных кушаний, которым позавидует даже самый искусный французский повар, и сейчас вся эта красота лежала на столе, передо мной. Но даже этот прекрасный вид и изумительные запахи не могли развеселить меня. Соленая слеза скатилась по моей щеке и упала прямо в чай, образуя на его поверхности круги. Как же я по ней скучаю…

Вдруг послышалось громкое жужжание и хлопок, будто взорвали пакет, наполненный воздухом.

— Я гляну, шо там, — домовой нахмурил кустистые брови и исчез. Затем, снова появился передо мной, но его зеленые глаза напоминали два больших блюдца. — Там… Там! Там такое! Идем в нечистую опочивальню!

Нечистой опочивальней он называл Людмилину комнату, в которую мы чуть ли не ворвались, а там… Посреди небольшой спальни стоял высокий эльф с темными волосами, который заинтересовано оглядывался по сторонам, а рядом с ним маленькая девушка с такими же длинными ушами, но белыми кудряшками и теплым взглядом фиолетовых глаз.

— Мам, я дома, — моя доченька улыбнулась и кинулась мне в объятья.

Больше книг на сайте - Knigoed.net