Пролог

Палец замерзал, и я боялась, что не смогу взвести курок.

Вылезайте!

Глаза слезились, шел пятый час напряженного ожидания в полном одиночестве. Застывшее тело напарника помогало держать подрагивающий локоть прямо.

Вот кто бы меня спросил — что ты выбираешь, милосердие или справедливость, я бы ни мгновения не сомневалась.

Боже, не забирай к себе до моего выстрела.

Позвоночник пострадал, своих ног уже не чувствовала. Да и ничего не чувствовала. Не позволяла.

И божественная сила не подвела!

Неслышно осыпался снег именно там, куда и целилась. Сначала они помахали шапкой, наверное, на лыжной палке, идиоты. Потом выглянул один, вылез, подал руку и вытащил второго. Мелкий, а такого здорового сумел поднять, и тут же получил от него кулаком в висок. Здоровяк не спеша осмотрелся, наклонился и стал коротышку вытряхивать из тюремной телогрейки.

Спасибо тебе, господи!

Две моих пулечки аккуратно вошли в затылок большого, он упал, открыл подельника, и третья пуля, для себя береженная, разнесла лоб мелкого.

Есть!

Я отдала все долги в этом мире и совершенно счастлива. Успела!

Лавина с горы набирала скорость, но и тут успела, неслась по темному коридору туда, к свету!

— Милосердие или справедливость? — спросило меня мироздание.

— Справедливость, — нисколько не сомневалась я, — всем сестрам по серьгам.

Глава 1

Глаза не хотели открываться, но я себе скомандовала: «айн-цвай-драй», и глазки открылись.

Напротив сидели две женщины. Одна положила голову на плечо соседки и мирно похрапывала, вторая честно таращила свои карие очи поверх моей головы, судя по всему, в окно, горячий луч пристроился у меня на щеке.

Я непроизвольно пошевелилась. Женщина, не сводя глаз с одной видимой ей точки, вдруг спросила басом:

— Память сохранить?

— А как же, — согласилась я, — человек и есть его память.

— И память тела тоже?

Вот тут помедлила. Но подтвердила:

— И тела тоже.

И стала соображать, интересно, а разве можно разделить эти два вида памяти. Вот есть у меня шрам на бедре, ножевое ранение, неудачно зашитое. Это что, или шрам выбрать, или память о самом ранении?

— Дура, — ответили мне басом, и женщина покачала головой.

— Дура, — согласилась я, отключаясь.

Второй раз сознание изволило меня посетить ночью.

Картинка рядом та же, только вторая женщина посапывала у первой на плече, а первая грустила и вздыхала о чем-то своем. Я скосила глаза: где-то в районе моих ног светился шарик, очерчивая поверхность тумбочки и спинку кровати.

Больничка.

Странно, что меня нашли. И вытащили. Очень странно. Нереально. Пошевелила ногами. Чувствую! И не болит ничего. И не хочу ничего. Странно. «Ночью добрые люди, будучи на больничном, спят», подумала и уснула.

В следующий раз женщины шептались:

— …на первом курсе больше всего происшествий. У нее и подружек нет.

— Нелюдимая?

— Да кто ее знает. Не любят за что-то и задирают.

— Значит, есть за что.

— Все равно неправильно. Должна сработать защита академии.

— Ой, да кому надо…

— В том и дело, что никому. Пропала и пропала. А след магический нашли, однокурсники закинули, постарались.

— Сами?! Такие сильные?

— Не знаю, ректор тоже удивился. А декан их сказал, если найдет, кто из преподов помогал, все ему оторвет.

— Это что, например, — хихиканье.

— Наверное, что ты и подумала…

Вот тут я не стала открывать глаза.

Меня все смущало.

Запахи, не свойственные больницам. Не медикаментами, так санобработкой бы пахло. Дежурство у моей кровати аж двух женщин, где это видано! В лучшем случает, экран в палате и пара датчиков. И, главное, чужая мелодика речи. Допустим, на секунду, что я попала в вип-палату. Глупость, конечно, но допустим. А речь? Моя гордость — китайский и основные южные языки бывшего СНГ, английский, и худо-бедно немецкий. Конечно, я боевого направления, но отличить же могу! Или меня притащили на какие-то острова.

Еще один женский голос:

— Деточка, просыпайся…

Это мне уже? Ну, здравствуй, жизнь…

И я открыла глаза.

Передо мной маячила ладонь.

— Сколько видишь пальчиков?

— Шесть, — задумчиво покосилась на склонившиеся ко мне головы, поморгала и призналась, — все равно шесть.

— А и правильно…

Вторая голова добавила:

— Это местная шутка, у нее аномалия. Выпей сиропчик и гостей подождем.

Принюхалась и поняла, что в сиропе чего только нет. Ни одной знакомой травы нет. Но вяжущий напиток выпила.

— Умница. Давай тебя подсадим на подушечку.

Меня потащили в несколько рук, голова мотнулась.

Посмотрела на женщин и разрешила себе вопрос:

— И где я?

Одна ткнула себе в эмблему на розовом балахоне:

— В Амсо.

Эмблема довольно большая, по вертикали большие буквы АМСО, и от них мелкими буквами написано — Академия Магии Следственных Органов. Сначала я хохотнула, из огня да в полымя, после моей ментовской академии смешно, а потом зацепилась за одно словечко. Магии. Академия магии. Протянула руку и пощупала балахон. Ей-богу, натуральная ткань. Рука дрогнула. И еще раз дрогнула.

Меня утешили:

— А как ты хотела? Полгода валяться, силенок нет, конечно.

— Сколько?!

— Зима прошла, лето уже! Каникулы у всех. Почти через три месяца у тебя занятия.

— Это как?

— А вот как — не знаем, не наше дело. Может, еще раз на первый курс отправят. Скорее всего. Девочки, выходим, они идут!

В палату зашли два мужика и присели, как птенчики, на хлипкие табуреты. Крупные такие птенчики получились.

— Рассказывайте, курсантка.

— Что именно?

— Что помните.

— Помню я одно…

Они быстро наклонились ко мне

— …что на руке шесть пальцев.

— На чьей руке? — поощрительно кивнул мне мужик постарше. Ему на вид около пятидесяти, скорее всего — швед, спортивного телосложения, правша. Лицо овальное, волосы светло-русые, стрижка короткая, брови дугообразные, глаза серые, нос прямой, нижняя губа тоньше верхней. Старается быть спокойным, но в себе не уверен.

— На руке одной из женщин, вышедшей перед вами. Описать ее?

— Мы знакомы, — кивнул мне опять швед, — расскажите о том, что вы помните.

— Больше не помню ничего. Не помню, чем я занимаюсь, что со мной произошло, и кто я.

— Совсем ничего не помните? — недоверчиво спросил второй.

Второй птенчик моложе, около сорока лет. Внешне похож на классического испанца, лицо овальное, вытянутое, шатен, глаза карие, черты лица правильные, чуть тяжеловат подбородок. Челка длинная, часто ее откидывает правой рукой. Явно вспыльчив, любит подраться, неравнодушен к женскому полу. Скорее тактик, нежели стратег.

— Ничего не помню. Что вы мне можете рассказать?

— Нда-а, плохо, — протянул первый.

— Очень плохо, даже обидно, — подтвердил второй.

— Ты из многодетной семьи, трое братьев и сестра, родители содержат таверну на морском побережье. Единственный маг в семье и учишься на первом курсе, бытовик. Не помнишь? Как я понял, друзей у тебя в академии нет.

— И все?

Я удивилась. Испанец опять добавил:

— Хотела на другой факультет поступать, следственный. Но сама понимаешь, этот факультет гораздо дороже, и учатся там дети знати, у нас тяжелее без титулов, чем в других академиях. А ты поступила с отработкой, без оплаты. В общем, мы посоветовали идти на простого мага, бытовика. Ты согласилась. А, вот еще что, занимаешься боевыми искусствами, факультативно.

Старший подытожил:

— Известно одно наверняка, ты с кем-то поругалась с боевого отделения, или с тобой поругались, непонятно, но каким-то образом тебе перенесло в горы, на другой конец страны. Если бы там не проезжал наш декан, — младший приосанился, — и не увидел след переноса, мы бы сейчас с тобой не говорили.

— Вот как… я вам обязана жизнью?

Темненький пожал плечами.

— Большое спасибо, — я внимательно посмотрела на этого декана. И по наитию добавила, — за мной долг.

— Не стоит кидаться такими обещаниями, — пробормотал декан.

— Ну почему? Долги надо отдавать. Все и полностью. И что дальше со мной планируете?

Они помолчали, и старший сказал:

— Понимаешь, твоих магистров сейчас нет в Академии, каникулы, практики. Но давай рассуждать логически. Ты проучилась неполный первый семестр. А группа окончила полный курс и сдала все экзамены. С учетом того, что у тебя такая потеря памяти, и если не восстановится сегодня-завтра, то придется знакомиться с окружающим миром — я предлагаю пойти еще раз на первый курс! Начать все с начала. Подумай, ты еще здесь побудешь несколько дней. Пришлем учебники, посмотри, может, что-то и вспомнишь потихоньку.

Я медленно кивнула.

— Ну вот, пока так. Через пару дней встретимся с твоим целителем и окончательно решим. Есть еще вопросы?

— Есть. Кто вы и как зовут меня.

— Я — ректор, магистр Бинар, а твой спаситель, магистр Рестон — декан боевого факультета. Держи копию ведомости из личного дела, с твоими оценками и данными, именами преподавателей и перечнем предметов. Отдыхай, до встречи.

Они встали и вышли.

Тут же вернулись женщины.

Я думала, меня испугать довольно сложно.

Ничего подобного.

Вот тут и вспомнишь классика: «Не дай мне бог сойти с ума, нет, легче посох и сума…»

— Умоемся? — ласково спросили у меня женщины. Я кивнула.

Меня отвели в душ или принесли тазик с водой?

Нет!

Одеяло откинулось, и меня подняло на добрых полметра ровно над кроваткой, с которой я сроднилась.

«Не то, чтоб разумом моим

Я дорожил; не то, чтоб с ним

Расстаться был не рад…»

— Аж побледнела, бедненькая…

Длинная рубашка с меня снялась сама. Самостоятельно! И даже промокнула рукавом пот со лба. Влажный воздух с приятным запахом прошелся по всему телу!

— И головушку помоем… а волосы отрастут быстренько, не бойся, поможем. Ох уж эти целители-мужчины, побрили девочку, побрили бедную… что там за шрамики они повидали…

Побрили? Да у меня и так прическа — «две недели после тифа». Только чуть шрам прикрывает, и ладно.

— Худая-худая, а мышцы ого какие… как наглядное пособие…

Ну да, «…у кого тройки по криминалистике? Упали и отжались, считаю! У меня все отличники!»

— Вот и славно, вот и хорошо. И рубашечка уже чистенькая, тепленькая. А вот теперь можно и бульончик нам попить… Книжечки передали, но лучше поспи.

«Да вот беда: сойди с ума,

И страшен будешь как чума,

Как раз тебя запрут,

Посадят на цепь дурака

И сквозь решетку как зверка

Дразнить тебя придут…»

Дверь осторожно прикрыли. Я осталась одна.

Не то читала и смотрела. Не то!

Хотя «Ночной дозор», с магией, посмотрела. На название клюнула, думала, про наших ребят.

Так что там у меня с памятью тела?

Опустила ноги. Переждала приступ дурноты. Держат!

Легла, потянула книжки и эту самую ведомость.

Имен у меня дома было несколько, но вот имени Лада еще не было. Точнее — Ладании. Получается, я Ладания Измор. Отличное имечко, и фамилия прелестная!

Я хохотала и никак не могла остановиться.

Еще бы уточнить, где там ударение, на букву о, надеюсь. Наверное, это подсказка мироздания.

Значит, не торопимся, я вытирала слезы от смеха, возьмем недругов на измор.

Характеристика: человек, магия класса «б», в скобках — бытовая, 19 лет. Замкнутая, подозрительная, мстительная, из комнаты выходит только на занятия. Увлечений нет, друзей нет. Посещает занятия по боевым искусствам по совету своего декана.

Не густо. Совпадений мало, но они есть.

Я старше на четыре года, подозрительная, безусловно. В комнату забегала только ночевать. Увлечений много: танцы, мода, кулинария, поэзия, языки. Боевые искусства обязательный предмет. Друзей нет, но есть напарник, и это больше, чем друг.

Был.

Прикрыла глаза, выдохнула и потащила к себе книжечки, а их три, тоненькие, как у нас методички.

«История АМСО»

«Окружающий мир»

«Основы бытовой магии».

Первые две бегло пролистала, история академии понятна: организована много лет назад, великие объединили усилия, четыре факультета, выпускники ведущие маги империи, ими гордится страна. А как же!

Государство островное, политическое устройство — упрощенная калька Великобритании, Австралии, Индии. Есть король, он назначает премьер-министра и формирует малую палату лордов, здесь называется Совет лордов. Палаты общин нет, но каждый лорд имеет свои земли, и заботится о них, выражая их чаяния. Конечно! Верю.

В большой Совет лордов входят все землевладельцы, имеющие титул. Их собирают крайне редко, в чрезвычайных ситуациях. А малый Совет управляет страной.

И главное здесь — магия.

Силенок уже не было, и я упала на подушечку. Проснулась ночью.

Рядом с мерцающим светильником стоит кружка с бульоном. Холодным. Значит, давно принесли. Вкусный, кстати.

Перетащила подушку на другую сторону кровати, к светильнику, открыла учебное пособие по бытовой магии.

«Дорогой друг! Сегодня ты откроешь для себя удивительный мир магии!»

Можно поменять слово «магии», например, на мир физики, химии. Или просто электричества. Или правового обеспечения национальной безопасности. Как угодно.

В удивительном мире магии главным оказалось наличие резерва. Точнее, его объема. Тут у меня пробел! А от этого зависит, какой параграф мне по силам.

Ну что ж, начнем с самого малого резерва…

Читала, как сказку. Правда, для меня это волшебно.

Но произошло главное.

Я поняла, что действительно нахожусь в другом теле и в другом мире.

Загадка мироздания или… норма?

Но почему-то сохранилась память.

Закрыла глаза, и опять обрушивалась, медленно набирая скорость, лавина, разбуженная моими выстрелами.

А я неслась по коридору.

К свету.

Утром меня застукали за непотребным делом. Я отжималась. А как мне восстанавливаться? Неподвижно лежать и ожидать божественной благодати? И стучаться надо.

На сей раз птенчиков было трое. Точнее, спелых помидорок. Одну видела впервые, явно испанский сорт, близкий родственник декана, и ровесник ему.

Я досчитала минимум, что ж теперь, все бросать? Поправила полу балахона и полезла в кроватку. Ручки благонравно сложила и молвила овощам:

— Добрый день!

Помидорки оказались неговорящие.

Они что, женских ног от колена до пят не видели? Даже интересно стало, ей-богу. Может, им тут сексуальной революции не хватает.

Ректор вернул себе нормальный цвет первым. Мужик, у тебя не все потеряно.

Он сел на табурет, и помидорки, медленно превращаясь в баклажаны, застыли адъютантами за его спиной.

Волшебный мир, точно.

— Ладания, вы подумали?

— Да, магистр ректор, и совершенно с вами согласна, на первый курс. Меня смущает только вопрос оплаты.

— Не подумал бы, что вы умеете смущаться.

— Вы считаете это большим недостатком?

У баклажан образовались круглые глазки, и они строем вышли из палаты.

Я не пошевелилась, и ректор тоже, у него даже чувство юмора есть. Кажется.

— Память, я понимаю, не вернулась?

— Нет. Не хочет.

— А вы хотите?

— Безусловно. Лишнее знание не всегда обременяет человечество.

Он хмыкнул, устроился поудобнее:

— А почему так избирательно? А как же ведьмы, русалки, оборотни и гномы?

— А я кто? — спросила максимально спокойно.

— В документах написано — человек.

Кивнула, дескать, само собой.

— Но теперь я засомневался. Ладно, шутки в сторону. Вероятно, у вашего декана появились срочные дела, ему пришлось выйти, а жаль, мы планировали поспрашивать, что помните по основным предметам. Но раз вы согласились на первый курс, то вопрос отпал сам собой.

— Вопросы есть у меня, вы позволите?

— Позволяю.

А ведь он смеется!

— Магистр, я прочла, что экзаменов вступительных, как таковых, нет, принимают по величине резерва, но есть собеседование. Так это?

— Так.

— У меня есть необходимость проходить еще раз эту процедуру?

— Нет, конечно, нет. Вину академии за то, что с вами произошло, мы не отрицаем.

— Хорошо. Я могу проживать на территории академии до экзаменов и пользоваться библиотекой?

— Да.

— А что с питанием, не помню.

— С момента учебы все курсанты посещают нашу столовую, оплата вычитается из стипендии, до первых экзаменов получают стипендию все. До начала занятий приходите в столовую преподавателей, я распоряжусь. В комнату вас отведут завтра утром, библиотека работает и летом. Еще вопросы?

— Одежда и необходимые мелочи.

— Что именно?

— Мыло, расческа…

— Сначала посмотрите у себя в комнате.

— Вы уверенны, что все сохранилось, прошло полгода?

— Гм, хорошо.

— Благодарю вас за содержательную беседу, простите за мою настойчивость, последний вопрос: могу ли уточнить все-таки свой резерв?

— Завтра и посмотрим. И форму утром принесут. Всего доброго!

— Всего доброго, магистр, спасибо!

Так, есть еще важные моменты, но это мы решим сами, девочки, в узком кругу!

В очередной раз в засаде прогоняла сон. Листала учебник. Принесли бульон с ниточками мяса, кусок хлеба и морс из ягод. Прогресс, однако.

— Подождите, пожалуйста, я могу вас попросить поделиться вашими знаниями?

— Ты у нас тут одна, все равно делать нечего, спрашивай!

— Обучите меня, пожалуйста, как пользоваться светильником, душем, и что еще мне может понадобиться, а я не помню.

— Да моя девочка, да конечно же! Сейчас еще позовем наших практиканток… и все тебе покажем, и все тебе расскажем…

Совсем другое дело!

Кто сказал, что женским вихрем нельзя управлять? Да ладно, я офицер или где.

Одна мне показывала, вторая отмечала в учебнике или записывала, если ничего подходящего не было. Третья соображала, что еще необходимо знать. И даже весело было! Мы и поужинали кашкой у них в подсобке все вместе, а потом опять вернулись в палату. Тело уже слушалось.

Уснула поздно, но хотя бы стала понимать, куда попала, как с этим бороться и побеждать.

А для начала выжить.

Глава 2

С утра позанималась и вымылась самостоятельно. Как смогла. И жадно рассматривало свое тельце в блестящей поверхности душевой кабинки.

Кабина — громко сказано, функционал скромный, струи воды льются сверху, как из лейки, и все. Но они же маги! Значит, и я смогу. Вчера с девочками выяснили опытным путем, что резерв уменя вполне подходящий для мага-бытовика. Необходимо и достаточно для изучения программы. Но внутрь кабинки, к зеркалам, при целителях — я не полезла, сдержалась. Устала так, что ноги тряслись, и сразу легла спать.

Ну что ж…

Если составить привычный для меня словесный портрет, мы очень похожи. Телосложение худощавое, рост такой же, у меня метр семьдесят два, вот плечи поуже, и покатые, я-то подпортила свою фигуру плаваньем, да. Талия могла быть тоньше моей, но мышцы провисают, полгода проваляться без движения… Это мы поправим, без фанатизма, конечно. В целом — такой же смуглый длинноногий жеребенок. Этот образ отлично мне служил, хоть в платьях, хоть в комбезах, очень трогательно.

Мордашка моя, глазки серо-голубые, бровки тоненькие, носик аккуратный. Рот чуть крупнее, и губы полнее, зато зубы совершенно белые. Надо же! Чем они чистят, я не спросила. А, магия же, все время забываю. Волосы темные, вроде темнее моих. Когда отрастут, будет понятнее.

Если нас обеих развести в разные стороны комнаты, мы на одно лицо. Но если поставить рядом… Мы абсолютно разные. И я не знаю особенностей ее походки, жестикуляции, как она улыбается.

Радует то, что у нее, то есть уже у меня, нет подруг.

Но есть родственники.

Значит, чем позже мы увидимся, тем лучше. Человек взрослеет, меняется, а тут учеба, да и потеря памяти, то, се. Только вот мамы… моя бы узнала своего ребенка, если бы была жива. Тут может быть… очень непросто.

Пока себя разглядывала в душевой, мне в комнату занесли форму.

Блузка с воротником на стоечке, рукав длинный, цвет голубой. Подчеркнуть мои небесные глазки! Удлиненный жилет и юбочка ниже колен, в складку, темно-синие. Туфли серые, глубокий цвет, на толстой подошве, чуть приподнят каблук, как платформа, и серые гольфы.

Честно сказать, типичная наша форма ученицы в каком-нибудь лицее.

Одежду я умею носить любую. Научили. Отдельно зеркала в палате нет, в душ же не полезешь.

Взяла свои три методички и вышла на свет божий.

А меня ожидает синьор помидор боевого факультета!

Я сама скромность:

— День добрый, магистр!

Не повелся.

— Добрый, следуйте за мной.

И выражение личика неприязненное.

Помахала девочкам, до встречи, спасибо, и молча пошла следом за магистром, знакомиться с АМСО.

Шли мы по безлюдным извилистым коридорам, как будто кто вымел народ. Понимаю, что каникулы и практики, но подозреваю, что ведут меня нехожеными тропами. А вот тут мы уже шли!

Я остановилась. Магистр пер вперед, аки лось, и пришлось спросить:

— Магистр, я вас чем-то обидела?

Замер с занесенной ногой. Поставил на место и обернулся:

— Я не мальчик обижаться на курсанток.

Ну, я бы поспорила, но кивнула одобрительно.

— Конечно, и я ваша должница, просто тут мы уже шли.

— Дверь была заперта, обходили. Библиотека.

Он ткнул пальцем, я открыла дверь. Да, библиотека. Очень хорошо, только такой поход мне ничем не поможет.

— Магистр, а что-нибудь типа карты существует, путеводитель какой-нибудь?

— Разумеется, полно артефактов. Но у вас выбило последние…последнюю память, пользоваться не сумеете!

— Давайте попробуем, нельзя же уважаемого магистра так бессовестно задерживать.

— Хорошо, ожидайте меня в библиотеке!

Я попросила подобрать мне книги за весь первый курс бытовиков, а если есть материал для подготовки в академию, тоже приложить. Невысокий старичок, довольно крепкий на вид, с хитрыми глазками, скоренько все собрал.

— Вы знаете, сразу не смогу отнести, можно несколько раз подходить буду?

— Девушка, вы же маг!

— Простите.

— Да какой она маг! — вставил подошедший синьор помидор, — не все девушки приходят учиться. Прибежит несколько раз. Смотрите, курсантка. Вот здесь оставляете свой отпечаток большого пальца, перелистываете, вот так увеличите, и опять перелистываете. Вот ваша комната, столовая, да тут все отмечено. Выходите так же. Понятно?

Дорогой, у меня вообще-то айфон последней модели. Э-э, был.

— Конечно, вы очень понятно все объяснили, большое спасибо, до свидания!

Декан недоверчиво на меня посмотрел, хмыкнул.

Быстро проверила, запоминая, куда идти, повесила кулон себе на шею, обратилась к старичку:

— Простите, а у вас не найдется двух веревочек? Я бы связала книги стопками, и сразу унесла.

— Я вам помогу, понял, кто вы. Рестон, или тут побудь, или дверь захлопни.

Дедок махнул рукой, книжки соединились в стопки и аккуратно поднялись, мы вышли, учебники поплыли за нами.

Коридор довольно мрачный, но куда идти, видно. Окон нет, оказалось, нижняя часть стен и дает незначительную, но достаточную подсветку, чтобы не запнуться. Наверное, в каникулы у них режим экономии.

Два поворота, подъем по лестнице, и еще в одном коридоре много дверей. Моя третья. Вот тут я скосила глазки на старичка:

— Куда-то нажать следует?

— Нет, просто возьмитесь за ручку двери.

Секунду подержалась, и дверь едва слышно щелкнула.

Отлично!

Нормальная общага на двух человек.

Прихожая, слева дверь, будем надеяться — удобства, справа ниша для верхней одежды, в комнате по обеим сторонам кровати, широкие тумбочки, скорее, небольшие комоды, посередине стол и два стула.

— Спасибо большое, я вам очень благодарна.

— Не за что, всего доброго, библиотека работает каждый день.

Старичок улыбнулся, переместил книги на стол, вышел, я осталась одна.

По идее, если тут и жила, должны остаться мои вещи.

Но комната абсолютно пустая. Открыла дверь, да, душ, унитаз. Немного отличаются от земных, но такие же, как в больничке. И здесь нет ничего! Даже полотенец.

Выбрала кровать, откинула одеяло, на подушке есть полотенце. Вот за это спасибо!

Одежды у меня один комплект, тот, что на мне. До обеда время есть, открыла учебник с отмеченными страницами на чистку одежды. Обратила внимание на примечание — изучать новичкам бытовую магию лучше в душевой, она особенно защищена от магических всплесков. Подошла к зеркалу, вздохнула, все с себя сняла, зашла в душевую только в трусиках и крошечной рубашечке, одеваемой под блузку, переданные в комплекте с одеждой.

Ну-с, приступим к опытам.

Девушки рассказали, что каждая по-разному представляет перенос необходимого объема магии. Старшая целитель призналась, что у нее как бы шприц. Она мне показала его воочию, на земной не похож, но идея та же. Мне не подойдет, конечно. Во-первых, я толком не разбираюсь в медицинских приспособлениях, во-вторых, там нужны, в основном, очень маленькие объемы переносимой магии, а мне могут понадобиться совершенно разные. Судя по учебнику.

Что же мне такое родное и привычное, как медикам шприц.

Представила свой пистолетик, и засмеялась. Нет, не подойдет, будет все разрывать. Второе по значимости для меня оружие — ножи, правда, наш старшина говорил, что лучший нож как раз пистолет. Надо подумать… Боевых ножей огромное количество, самый простой вариант — «Вишенка», колюще-режущее оружие. Для разных родов войск существуют свои требования, ножом можно разрубить кости и перерезать стропы парашюта, метнуть, уколоть или открыть консервы, а бывает с крюком для резки сетей… всех не перечислить. Допустим, нож… а вот вид его создавать по потребности!

Пробуем.

Обед я пропустила, но сумела принять полноценный душ, выстирать и высушить белье, убраться в комнате, опять принять душ, подсушить пол… и без сил упала в кроватку.

На ужин все же пошла.

Столовая преподавателей расположена рядом с общей для курсантов, но меня не пропустил бойкий паренек в шутовском колпаке, синим с кисточкой. Может, это форма такая.

— Вам не положено! Ждите начала занятий!

В открытую дверь видно несколько человек, и боком ко мне, совсем близко, сидели милые синьоры помидоры, деканы, чтоб их приподняло, опустило и перекосило. Понимают, в какой я неловкой ситуации, и изо всех сил делают вид, что меня нет. И я, грешным делом, подумала, а случайно ли боевой декан оказался в тех горах?

— Пожалуйста, передайте ректору, что приходила Ладания Измор, согласно его распоряжения.

И ушла. Ну, не драться же, в самом деле.

Голодала полгода и ничего, выжила.

Чашек в комнате не было, пила несколько раз воду, набирая в ладони.

Утром пошла к ректору, кабинет нашла сразу, по карте, но дверь в приемную заперта.

Мило.

Пошла к целителям.

Встретили меня, как родную, предложили морс, поспрашивали, как я. Воду видеть уже не могла, жаловаться не хотела, спросила, где можно в городе устроиться на работу. И тут мне повезло, одна из девочек-практиканток как раз собиралась в торговые ряды, сразу с ней и пошли.

Спускаешься по огромным ступеням академии, и ты в жилой зоне.

Город мне не понравился.

Совсем.

Очень мрачный, довольно грязный, дома в основном одноэтажные. Окна маленькие, вытянутые, как бойницы, и закрыты, причем изнутри. Зелени практически нет, ни клумб, ни кустарников, только во дворах видны верхушки деревьев.

Странно, ощущение, что город не живет, а выживает по какой-то причине. Военные действия недавно были, что ли?

С девушкой мы познакомились, она третий курс целителей, звать Нателия.

— Нателия, а город мрачный такой, тебе не кажется?

— Всегда такой, не знаю, не обращала внимания. Каждый живет для себя, от всех отгораживается. Везде же так?

— Мне кажется, не везде…

Навстречу шли обычно одетые люди, мужчины в штанах и куртках, женщины в удлиненных платьях, а есть и в брючных костюмах. Ничего особенного я не увидела, обыкновенная страна с низким уровнем дохода. Дорог, как таковых, нет, какой-то квадратно-гнездовой метод организации улиц.

— А как адрес определяется?

— Если из магазина передать? Скажешь, в Амсо, все знают. А вообще говорят, например, лавка посуды у таверны «Благо». Или еще как-то, что рядом есть. Вот, смотри, заходим отбирать травы, все увидишь сама.

В лавке, на удивление, довольно светло и чисто. Стены и очень длинный прилавок заставлены деревянными коробами с откидными крышками из лозы.

Сразу подошли к нам две женщины, показывали травы, а я вернулась к двери, дышать трудно, запахи резкие. Меня поняли, улыбнулись, и двери приоткрыли.

День стоял солнечный, и на лавке напротив что-то блестело, переливаясь. Присмотрелась — ножи или мечи, крест-накрест, просто серп и молот!

Вернулась к женщинам, они как раз заканчивали.

— Натела, к вечеру все соберем, там рассчитаетесь.

— Договорились, ждем, как обычно?

— Да, у вас после ужина получится, сразу выходите к воротам.

Слово «ужин» явно лишнее…

— Посмотрим эту лавку?

Потянула Нателу, и мы зашли в нормальный оружейный магазин.

А здесь без магии явно не обошлось, все полки затянуты чуть мерцающей пеленой.

Молодой парень пренебрежительно на нас посмотрел и выложил на прилавок несколько ножей.

— Ой, какие миленькие ножики, — запищала Натела.

— Да, — подхватила я, — с нашими ложками хорошо бы смотрелись.

Парень обиделся.

Вообще-то, я тоже.

— А боевые покажите? Если есть, конечно.

Выложил несколько ножей, двое даже в ножнах. Ножны сняла, и тут же вернула парню, в одном ноже нарушен баланс, а в другой врезаны цветные камни, царапающие руку. Может, что-нибудь связано с ритуалами на крови, маги же.

А вот остальные три ножа я разглядывала не спеша. Один был приличный. Универсальным его назвать нельзя, нет пилы, нет ceppeйтopa, но обоюдоострый, кинжального типа, небольшой, для маленькой руки. Красавец! Остальные два ножа неплохие, но с мелким не сравнить, проигрывают.

— И что стоит такой ножичек?

Ответил мне не парень, а вполне себе взрослый человек, сам похожий на нож, с резкими чертами лица.

— Это боевое оружие, только для тех, кто окончил соответствующее учебное заведение.

— А, мы еще учимся, — я даже расстроилась, а ведь полная глупость, денег то совсем нет никаких, — спасибо, до свидания.

— Я провожу вас.

Это что за сервис у них? Пожала плечами, мужчина двинулся следом, я непроизвольно скосила глаза и сразу отвернулась.

За мной шел боец очень высокого уровня, такой пластике и силе духа остается только позавидовать.

— Амсо? — спросил он у Нателы, она кивнула, он повернулся ко мне, — боевой факультет?

— Нет, — улыбнулась я, — как раз не боевой, бытовой.

— Вас интересует подработка?

— Меня нет, — пискнула Натела.

— А что вы можете предложить? Ближайшие два месяца могу работать до обеда, или после, неполный рабочий день. Незаконными делами не занимаюсь, расписания начала занятий не знаю.

— Я примерно так и подумал, девушки, приглашаю вас на обед, там и поговорим.

Мы переглянулись, обе кивнули.

Зашли в таверну напротив, похожую на обычный пивной бар, массивные столы на двенадцать персон. Но нашего бойца знали, и сразу повели за столик на четверых, очень аккуратный, даже с белоснежной скатертью.

— Обед вы пропустили?

Я только кивнула, маг, наверное. Или понял по моему голодному виду. Мы ели, Натела работала ложкой шустрее меня, я изо всех сил не торопилась. Мужчина извинился, тактично отошел поговорить с барменом, или как он у них называется. Второе блюдо, мясо с овощами, уже ели спокойно, к чаю предложили пирожное, и я тихонько передвинуть свое Нателе. Переедать мне не следует.

— Поговорим?

— Да, спасибо, а то у нас голодный день образовался, — я спокойно улыбнулась, — давайте по делу.

История оказалась понятной, более того, знакомой.

На втором курсе своей академии я увлеклась настольным теннисом, часто принимала участие в соревнованиях между вузами. По правилам заявляются трое игроков, первая и вторая ракетки — мужчины, третья ракетка — женщина. Но играем мы, женщины, в том случае, если счет между мужчинами команд сравнивается: один-один. Вот тут и вступают в игру третьи ракетки.

Один раз меня отдали. Я пришла просто посмотреть соревнования высокого класса, меня не взяли, третьей ракеткой играла наша физручка, опытная уже теннисистка. Девочек всегда мало и, к моему тренеру, первой ракетке, подошли из другой команды. В правилах так: команда должна быть полной, иначе к участию не допускали. Меня успокоили — все равно играть не будешь, но надо расписаться. Тренер попросил, отказать ему не могла, согласилась, а сыграли мужчины один-один!

И к столу подошли третьи ракетки, моя же физручка и я. Если выигрывает она, команда нашей академии занимает второе место, если я, то съезжает на четвертое, даже не попадая в призовую тройку. А чужая команда, в которую меня отдали, поднимается на второе.

Мы вышли к столу в полной тишине.

Играют одновременно много, но тут все подтянулись к нам.

Размялись, у меня ракетка была чужая, свою не брала, разыграли шарик. Первую партию я продула, вторую играли на больше-меньше, я выиграла случайно, а третью выиграла уже со счетом 21–15.

Что тут началось! Камеры телевидения со всех столов переместились к нам, комментаторы захлебывались, наш тренер швырнул свою ракетку и ушел, не глядя на меня.

В академии мнения разделились, большинство со мной не разговаривало, спорили на всех кафедрах. Я старалась не обсуждать этот случай, но считала, что права. Подписалась играть? Точка. Играй в полную силу.

Здесь оказались такие же правила. В команде есть девушка, жена второго игрока. Перемена климата повлияла не лучшим образом, ей стало плохо, выяснили причину — беременность, и вместе с целителем команды срочно вернули домой. Соревнования престижные, по-нашему — международного класса, через десять дней, и завтра последний срок подтверждения заявок.

— Так, подождите, речь идет о ножах, я правильно понимаю?

— Нет, — он помолчал, — бои без правил. Я вижу, как вы двигаетесь, успею обучить паре приемов. На всякий случай. Вас никто не знает, в соревнованиях ранее не участвовали, отличный и честный вариант. Давайте поговорим о финансах. Если мы попадаем в призовую тройку, то выигрыш, а поверьте, он не мал, делим ровно на три части. Независимо от того, выйдете вы на ковер, или нет. Артефакт от магического воздействия останется тоже вам. Утром подойду за ответом. Пойдемте, провожу в Академию.

По дороге я спросила одно — имею ли право, обучаясь в академии, давать согласие на участие в соревнованиях?

— Конечно, я тоже здесь учился, и боями начал заниматься с первого курса.

Он рассказывал, как шла учеба, как их гоняли, а я понимала, что соглашусь, не ставя никого в известность.

Во мне никогда не говорили детские обиды, ах, меня не взяли на игру, ах, ректор забыл о столовой. Нет. Но выживать надо, а это реальный шанс заработка. Я не спрашивала, о какой сумме может идти речь, все равно не знала цен и денежных единиц. Но раз соревнования официальные, имею право принять участие.

У самой академии решилась:

— Я подумала и согласна. Как дальше действуем?

— Спасибо! Сделаем все, чтобы вы не пожалели. Меня звать Регис, можно Рег.

— Ладания, Лада.

— Лада, во сколько вам удобно завтра встретиться?

— С утра? Чтобы понимать вообще занятость у вас.

— Тогда не завтракайте, зайду за вами к восьми.

Мы попрощались, и только в комнате у себя поняла, что даже спортивной формы у меня нет.

Глава 3

Выглянула чуть раньше, но Регис уже ожидал. Кивнула дежурному и пошли. К таверне, скорее всего. Мы по этой дороге возвращались в академию, путь запоминается легко.

— Рег, мне надо вам кое-что рассказать.

— Передумали? — он остановился.

— Нет, но проблемы есть, я обязана вас предупредить.

Он приподнял бровь:

— Слушаю.

И рассказала, иначе мои странности могут вызвать непонимание.

— Дело в том, что я поступила в прошлом году. Училась на первом курсе, бытовик. Судя по всему, у меня с кем-то из курсантов случился конфликт, и оказалась в горах, без сознания. Нашел меня, с его слов совершенно случайно, декан боевого факультета. Почти полгода провела у целителей, отпустили недавно. Ректор предложил еще раз пойти на первый курс, я ничего не помню, как будто несколько дней назад родилась. Научили, как пользоваться душем и чистить одежду. Свои возможности не знаю, прочла в ведомости, что занималась боевыми искусствами факультативно. Все.

— А как себя чувствуете?

— Уже все отлично, разминаюсь, бегаю, как будто чужая истории, не обо мне.

— Хорошо, что рассказала. — Мы пошли дальше. — Давай так: позавтракаем, пройдемся, пробежимся и позанимаемся. Если нагрузка для тебя приемлемая, то пойду подтверждать заявку. Остальное по мере необходимости. Договорились?

— Да.

В таверне нас ожидал друг и напарник Рега, познакомились. Завтрак мне понравился: легкий, без излишеств, достойный. И так же можно сказать о его друге.

Они оба темноволосые, более того, мы все трое темненькие и смуглые, с правильными чертами лица. На неопытный глаз нас легко принять за родственников, скажем, двоюродных, но с генетическими особенностями рода. Правда, на этом можно и остановиться.

Рег явно старше, лет тридцати пяти, а Дугис, Дуг — моложе на добрый десяток: легкий, улыбчивый, солнечный. Рег отлит из металла, укутан туманами, не любит лишнего внимания, и ему есть, что скрывать. Дуга мастерили из гибкой лозы, с любовью поливали, с нежностью полировали. И все-таки… Рег мне не по зубам, а вот с Дугом можно сойтись на ковре. Наверное. Хотя зависит от техники. Имей мы одну школу, вряд ли бы справилась с Дугом, но и в себя я верила.

По дороге зашли в лавку женской одежды, и мне купили костюм в обтяжку, здесь в таких занимаются. Честно сказать, просто удивительно. Женская щиколотка, получается, преподавателей смущает, а форма в обтягон нормально?

— Не слишком… облегает? — шепнула я продавцу.

— А что? Эту форму девушки в академию и покупают, для тренировок. Все же прикрыто, магически обработано, не порвется.

Парни тоже спокойно отнеслись.

Мне-то все равно, но где логика?

Странный мир.

Зал мне понравился, окон нет, но свет льется из потолочного покрытия, вполне достаточно, и не слепит. И обувь понравилась, покупали, скорее всего, для жены Дуга, размер совпал. Будем надеяться, к удаче.

Разминка похожа, ну да, анатомия одна.

Я старалась молчать, не лезть с вопросами.

Первый бой провели мужчины. Смотрела завороженно. Оказалось, как с внешностью моей и Ладании. Много приемов схожих, но техника совершенно другая. В сумме комбинации богаче у нас, сразу можно сделать вывод, что родов войск у них значительно меньше. И мне будет труднее, мои приемы направлены на поражение, я не гналась за красотой поединка, а тут, судя по всему, и зрелищность учитывается. Типа — артистизм, наверное.

— Лада, — мужчины обтирались влажными полотенцами, оказывается, в таких залах висят артефакты на запрет магии, — присмотрела что-нибудь для себя по силам?

— Да, и много. А сколько должен длиться поединок? Есть какие-то правила?

— И да, и нет. Конечно, в реальном бою важна победа. Но здесь надо показывать разнообразие приемов. А это время.

Правильно угадала.

— У вас другая техника.

— Лада, не может быть большого отличия, кто у тебя вел факультатив?

— Не помню!

— Может быть, взяли кого-то потихоньку из других стран… Ну, выходи, я Дугиса утомил. Дуг, все равно не торопись, идем с остановками.

Я тоже не торопилась, но уложила его быстро, не сдержалась. Инстинкты вбиты намертво.

Они оба замерли.

Я слезла с Дуга, и он ошарашенно спросил:

— Это что сейчас было?

Первым захохотал Рег, и мы смеялись долго, дольше, чем шел наш поединок.

Договорились так: прием в обмен на прием. Парни поставили мне ширму и тазик с водой, обтерлась, чуть полежала на матах, выдохнула, и понеслось.

Занимались каждый день, возвращалась в академию ближе к ужину. Я заглядывала в дверь столовой регулярно, даже интересно стало, но ректора не было, и приемную ни разу не видела открытой.

Странно, что с таким отношением они вообще меня нашли, ей-богу.

По вечерам читала учебники.

Тут мне повезло, еще в школьные годы летом прочитывала все, что нужно к учебному году. Когда читаешь, как беллетристику, даже учебник по физике, не торопясь, то толку больше. Нет обязаловки. И в своей академии так делала, главное — выпросить нужные учебники, программу у нас часто меняли.

С основами магии помогал Рег, и был так же настойчив, как с тренировками.

Дни строились одинаково: совместные завтраки, бои, обеды. Потом мы уходили в оружейную лавку, во дворе выстроены склады, один из них освободили, Рег наложил защиты, и магию учили там.

Оказалось, он владелец сети оружейных магазинов, и у него отпуск. Где и кем он работает, есть ли у него семья, я не спрашивала, а он не говорил. Но в магии разбирался, эх, если бы такой был у меня преподаватель!

Но считала, что мне и так очень повезло, просто очень.

Никто в академии не озаботился, как готовлюсь, куда хожу, где ем, чем вообще занимаюсь.

Рег довольно быстро все понял, хотя я, разумеется, не жаловалась.

Парни мне купили мыло, расческу, женские мелочи, уже могла собрать волосы в хвостик, и даже две смены белья, домашний костюмчик, а еще кружку и пару тарелок.

После занятий магией пили чай прямо в лавке, кипятила сама, и кружки мыла сама, меня проверяли, как усваиваю уроки бытовой магии. Склад убирала тоже каждый день, и защиты ставила на окна и двери. На ужин мне выдавали галеты.

Меня все устраивало!

Но у мироздания оказались свои планы, и день «ч» наступил внезапно, накануне соревнований, только я этого еще не знала.

На завтрак пришла спокойная, ну, еще одни соревнования, ну и ладно.

Парней не было, присела за стол, но заказывать не стала, решила их подождать.

Минут через пятнадцать стало понятно, что произошло нечто непредвиденное, но раз их нет обоих, скорее всего, уточняют очередность боев. Попросила стакан чая и пару печенюшек, а нормально позавтракаем вместе.

Мне стало неприятно, я к ним привыкла, и можно же предупредить, хотя бы здесь, в трактире, оставить сообщение.

Еще через минут пятнадцать не выдержала и побежала в оружейную лавку.

Дверь оказалась закрытой. Изнутри. Оббежала дом по кругу, и выход во двор закрыт, и тоже на внутренний запор. Все три склада закрыты снаружи.

И тут во мне сработал секундомер, как всегда в критической ситуации.

Заставила себе успокоиться. Осмотрелась. У каждой двери едва заметное марево, значит, применяли магию. Эти тонкости мне неведомы, но знаю, если перейду на магическое зрение, то увижу то, что мне хотели показать. Значит, повременим.

Вернулась к входной двери. Что-то не так, а что — не пойму. Пощупала петли и увидела тоненькую металлическую полоску, которую обычно у давно собранных дверей не видно. Снимали. Отошла подальше, разбежалась, прыгнула и дверь выбила. Подозрительно легко.

Заглянула осторожно, принюхалась, не входя. Я всегда обостренно воспринимала запахи, меня даже старшина частенько первой отправлял. Запах пота большой группы. Как интересно. Проходить не стала, побежала к складам, и у нашего тренировочного зала запах повторился, и даже металлом и кровью тянуло из щелей. Плохо, здесь дверь открывалась на улицу, не выбить, а на засове довольно большой замок, и тут не шпильку надо, а сразу отвертку.

Как жаль, что нет связи с парнями, даже не спрашивала, где они ночуют. Неудобно было. Дура.

Секунду щелкали, а я бегала по двору, и все-таки нашла металлический огрызок, сплющила его камнем, и замок удачно испортила.

Вошла осторожно, сбоку, запоминая, куда наступала. Магией не пользовалась, шла почти в полной темноте, на запах.

Источник нашла сразу, видно плохо, свет падал только через открытую дверь, и это оказался не человек, а зверь! Мертвый волк. Причем в спину животного воткнут нож, лапа одна неестественно вывернута, лежал он боком, и жуткая рана на бедре чуть сочилась кровью. Сочилась? Я осторожно нащупала горло — волк еще жив. Трогать его нельзя, я не спец, но амулет на малое исцеление на мне. Перевесила на бедное животное, добавила своей силы, и побежала искать людей, что же тут творится, в этом волшебном мире!

Вернулась в лавку, осторожно пошла, опять запоминая, куда встаю, осмотрела помещение.

Парня-торговца нашла быстро, его забросали мешками.

Он был в сознании, с кляпом и связанными за спиной руками-ногами. Я бы освободилась, кстати. Наверное, сильно напугали.

— Кому сообщать, говори быстро.

Я растирала ему руки, он отплевывался и крутил шеей:

— Никому. Нельзя.

— Представь, в нашем складе валяется животное с ножом в спине, а парней нет. Как их найти, сегодня торжественное открытие, завтра начинаются бои, а у нас явный криминал.

И тут парень заскулил! Как щенок, ей-богу.

— Слушай, а как тебя зовут?

— Велик…

Нормально! Полное имя даже не спрашиваю.

— Велик, соберись, почему нельзя вызвать тех, кто занимается такими делами?

— Какими…

— Велик! Приди уже в себя, нападение на тебя, умирающее животное в запертом складе, это что, по-твоему, нормально?

— Он жив?!

— Волк? Был жив, кровь почти не шла, амулет на исцеление я повесила, но нужен ветеринар. Парней нет, а ты скулишь, как щенок!

Велик вскочил и повалился на меня, ноги-то отлежал.

Кое-как дотянула его до склада, он кинулся к волку, прижался головой к его груди, наверное, сердце слушал. Выдохнул, что-то забормотал речитативом, и медленно потянул на себя нож.

И вот тут я охренела!

Зрение на мгновение помутилось, и перед нами, во всей свой красе, возник мой тренер и партнер, Рег, я его узнала даже со спины!

Велик опасливо на меня покосился, а я открыла рот… и закрыла. Оборотень. Рег — оборотень. Не дохлое животное. А раненый в спину ножом партнер, с вывернутой рукой, и раной на боку.

Еще одного напарника я не могу потерять, слышишь, мироздание?!

Я рявкнула:

— Где бинты, настойки, что-нибудь?

Велик поскакал искать, что у него есть, я вливала силу, понимая, что главное — не торопиться, и ругая себя на все лады. Почему не подумала, что едва живой волк, запертый на складе, не животное, от которого оборонялись. Я-то повесила амулет исключительно из сострадания, облегчить муки и притупить боль.

Честно сказать, здесь не бинты нужны, а иголки и нитки. Хирургические. И что-то обеззараживающее. Наверное, стоит сбегать за Нателой.

Так Велику и сказала.

— Понимаешь, — быстро шептала я, — ведь могу накосячить, законы ваши не знаю. Как лучше — сбегать за Нателой, в академию, и попросить ее, или ты сначала за Дугом, может, у него есть кто под рукой. Знаешь, где парни ночуют?

— Знаю. Но мне туда нельзя, я же связан, понимаешь? Если увидят, еще раз придут.

— Поняла, и переносить Рега нельзя. Говори адрес, это далеко?

— Нет. Пять домов отсчитай, и сразу увидишь зеленую крышу. Но, кроме Дуга, никому не говори!

Выскочила, прислонила входную дверь лавки, чтобы не бросалось в глаза хоть издали, и пошла быстрым шагом.

Дом увидела сразу, постучалась. Открыл хмурый мужик в возрасте:

— Что надо?

— Доброго дня вам! — я приветливо улыбалась, никакой паники, никто не торопится.

— Девка? — посмотрел на меня и неуверенно добавил, — или родственница, тогда извини.

— Родственница, не видно разве?

— Не видно, — отрезал мужик, — поднимайся сама, первая комната справа.

Я неторопливо поднималась, вслед мне ворчали:

— Наприглашают на эти дурацкие бои, головы своей не жалеют, доиграются…

Как же ты прав, мужик, если бы только знал!

Дверь не заперта, постучалась, потянула на себя и зашла. Обычный гостиничный номер. В сельской местности. Стол, два стула, ширма в углу, две кровати, на одной и спал, посапывая, Дуг. В комнате чем-то воняло, не хуже, чем в лавке травниц.

— Дуг, вставай, что ты спишь так долго. Вставай!

Куда там!

Внутренний секундомер щелкал, за ширмой нашла тазик с водой.

— Дуг, последний раз говорю, вставай! Я предупреждала…

Ругани хватило, как и воды, но в склад Дуг зашел уже сухой, правда, злой, как стая волков. Оказывается, запах был объясним, дурман-травой можно и насмерть усыпить. Самостоятельно проснуться невозможно. А через сутки могло быть и поздно.

Вода на него вылилась вовремя.

Дуг одобрительно хмыкнул, увидев целительский артефакт на Реге:

— Молодцы, что догадались.

— Знаешь, тут малое целительство не поможет, тут зашивать надо.

— Лада-а… исцеляющие артефакты и амулеты моя специальность, я не самый плохой артефактор, поверь. А почему ты решила, что исцеление малое?

— Рег сказал — от синяков и царапин.

— В том числе, — согласился парень, аккуратно обмывая Рега бытовой магией, только могу позавидовать его бережными и точным касаниям, — этот артефакт делал тебе, восстанавливающий, страховали здоровье девушки своей команды, а видишь, как все обернулось…

Мы сидели втроем в этом же складе, рядом с раненым, только Велик вернул на место дверь и прихватил бутерброды. Я разливала чай, парни соображали, как теперь быть.

— А я так хотел посмотреть на открытие! Гады… — Велик ругался без перерыва.

Кто на самом деле на него напал, он не успел понять, зашедшие маги оказались гораздо сильнее его, и неудивительно. Резерва парня не хватило на поступление в академию, но в оружии он разбирался прилично. С другой стороны, очень радовался, что не успел вытащить ножи на просмотр, и товар не пострадал. Сам очнулся уже ночью с кляпом, под мешками, утром его и нашла.

У Дуга ситуация была примерно такая же, со всеми неизвестными за скобками. Останавливался он всегда у друзей своих родителей, поддерживающих отношения со времен своего студенчества. Приезжал к ним часто, каждый год, иногда с Регом, а позже и с женой. И никогда никаких проблем не было. Каким образом в защищенную комнату попал целый букет дорогой травы, и как на складе оказался Рег — совершенно непонятно.

— Дуг, — встряла я, — а как защищена была комната? Я вошла совершенно свободно, просто толкнула дверь, и она открылась.

— Не может быть! — Дуг вытаращил глаза.

— Может… — раздался едва слышный шепот нашего раненого, — наложил заклятие на случай прихода Лады, потом расскажу подробнее…

Глава 4

В академию отправились вдвоем с Великом, он остался ожидать у входа, а мне было велено забрать все нужное, чтобы не возвращаться до конца соревнований. Оставила в комнате две тарелки и пошла на выход.

Собралась за минуту и заглянула в столовую, интересно же.

Парень покачал головой, я улыбнулась, молодец ректор! Даже люблю его. По-своему.

Дуг, оказывается, тоже собирал свои вещи, по большому секрету рассказывая в присутствии слуг, что страшные неизвестные люди в масках напали на Рега, и нет гарантии, что он его довезет домой живым. О соревнованиях теперь и речи нет. Под стоны и причитания хозяина: «а я говорил, а я предупреждал…», погрузились на повозку и тайно уехали в неизвестном направлении, поминутно испуганно озираясь, справедливо опасаясь за свою жизнь.

Встретились мы уже по другому адресу, довольно далеко, и дом мне не понравился. В нашей ситуации поселиться в домике с одним выходом — верх безрассудства. Одноэтажная халупа, кухня, коридор и одна комната. Все. Даже ширма, за которой прятались тазы и горшки, занимала половину коридора, в комнату пробирались, прижимаясь к стеночке.

Но парни сказали, что у этого дома настолько плохая репутация, что нам как раз и подходит.

Кровати для больного тоже нет, на полу в комнате разбросаны шкуры, одеяла, накиданы подушки. Зато все будем на глазах друг у друга, так решили мужчины. Ладно, я и не в таких условиях ночевала, что ж теперь.

Парни успокоились и изложили свой план. Садистский и идиотский донельзя.

До первого боя у нас три часа. Легкий завтрак, разминка с Дугом и общий отдых. Через два часа мы дружно выезжаем, уже одетые для боя, но в плащах и масках, это причуда устроителей, маски снимаются только на награждениях, даже ставки делаются по номерам.

А дальше:

Рег выходит на первый бой и проигрывает, Дуг свой бой выигрывает, и тут я, как козырь в рукаве. Моя противница, не рассчитывая на бой вообще, мне проиграет, и так шесть раз!

— Вы с ума сошли? Что останется от тебя, Рег? Ты еще стоять не можешь, мы тебя вынесем, да, и поставим, подперев с обеих сторон, да?!

— Лада, — потрескавшиеся губы Рега едва шевелились, — нет, я должен сам дойти до ковра, иначе вас не допустят до участия.

Завтракали они под мои вопли — «не нужны никому идиотские деньги такой идиотской ценой», но это ничего не изменило.

Рега мы завели, поддерживая за обе руки, и положили в уголок. Шум и гам в огромном и длинном, похожем на наши ангары, помещении, набитом людьми и, наверное, не людьми, мгновенно прекратился. Кто-то сдавленно хихикнул.

Дуг подошел к столу, за которым сидело пять представителей, типа судейской коллегии, что-то сказал, получил явное согласие, и невозмутимо вернулся к нам.

Я держала за руку Рега и почувствовала — он едва слышно перевел дыхание.

— Лада, руку не убирай, — шепнул и прикрыл глаза.

— А что?

— Ты точно не целитель?

— Нет, вроде бы.

— Не убирай.

Да мне жалко, что ли? Вообще-то я рассматривала этих судей. Все в масках, примерно, как у нас, но предпоследний, четвертый, оказался ректором. Мило! Наверное, и деканы где-нибудь здесь.

— Рег, — я наклонилась к нему, — ректор среди комиссии, это нормально?

— Не может быть! Который?

— В синем плаще и в синей маске. Нашел?

— Да. Ректор. Все интереснее и интереснее. Посмотрим.

Ага, посмотрим, если у кого-то сил хватит держать глаза открытыми.

— Лада, уклоняйся от боя, как можешь, тяни время, есть еще условие, в сумме у команды должно быть не менее пятнадцати минут боя. Дуг тоже потянет, а ты крути свои эти, как его… красивое такое…

— А, колесо?

— Да.

Это я подурачилась как-то, прошлась колесом по диагонали через весь склад, потом каждую тренировку парни просили повторить, и мы так заканчивали занятия.

Раздался мерзкий звук — бзынь!

Вероятно, он тут заменял гонг, человек в красной маске поднялся в луче света, и его голос разнесся по всему залу:

— Напоминаем правила очередных игр смешанных техник боевых искусств, которым обязаны неукоснительно следовать бойцы каждой команды. Категорически запрещены удары мужчинам в пах, женщинам в грудь, запрещены тычки в глаза, укусы и удары в горло. Болевые и удушающие приемы разрешены, как и в прошлом году. Весовая категория не имеет значения. Бой может быть остановлен или продолжен по знаку судьи в белой маске, его решения обсуждению не подлежат. Ставки принимаются у красных столов.

В зале началась суета, перелезая через скамейки для зрителей, все кинулись в угол, где горели красные огоньки, а в самом центре зала высветились четкие линии довольно большого ковра. По-моему, парни отмечали меньший размер.

— Вызываются первые игроки команд голубых и серых масок.

О как, серые маски — это мы, с места в карьер! Дуг поморщился, и мы осторожно подняли Рега.

К ковру подскочил шустрый мужичок в обтягивающих штанах ниже колен и в голубой маске, больше на нем не было ничего. Плечи его лоснились, явно щедро полили маслом, запрет не оглашали.

Рега почти несли Велик и Дуг, меня оставили, лучше бы я шла рядом, смотреть со стороны на нашего бойца под номером «один» было невозможно. У самого ковра с Рега плащ сняли. Удлиненные шорты не скрывали раны, только подчеркивали. Особенная жуть была на спине, и наверняка у всех зародилась мысль, что били подло, ножом, желая отстранить игрока от участия в боях. Хотя и располосованная нога впечатлила, и распухшие руки. На сером лице не было ни одной яркой краски, казалось, ткни Рега пальцем, он и повалится.

Боец в голубой маске сделал иначе. Разбежался, подпрыгнул, врезав обеими ногами в грудь, и Рег плашмя упал на спину.

Под аплодисменты. Голубую маску все поздравляли.

Меня трясло.

Притащили Рега без сознания. Я вцепилась в него, как в спасательный круг, и страшно жалела, что здесь нет парочки гранат.

Белое лицо Дуга наклонилось ко мне в тот момент, когда его пригласили на ковер, а я готова была послать все к чертовой матери, и едва слышно он шепнул:

— Дело не в деньгах. Мы на работе.

Рега положили боком, я гладила и гладила его плечи, пришли мы в себя одновременно. Он вздрогнул, чуть сжал мне руку:

— Как… он…

Подняла голову в тот момент, когда Дуга поздравляли.

— Выиграл.

— Соберись…

Дуг наклонился к нам:

— Лада, я поторопился, потяни, сколько можешь, считают в сумме.

— Сколько надо?

— Не меньше десяти.

Как я обрадовалась, сама не ожидала. Адреналин бил набатом в такт марша «Вставай, страна огромная», поправила маску и скинула плащ. Присела, покрутила ногами.

— Вызываются третьи игроки команды «Серая маска» и команды «Голубая маска».

Бзынь.

Это не гонг, а мерзость!

— Дуг, могу не уследить время, помаши, что можно заканчивать.

Пошла к ковру, встала на место. Противницы не было. Где-то в зале женский голос визжал, мужские уговаривали. Я сообразила только через несколько мгновений. Вопросительно посмотрела на судей. Один пожал плечами, второй успокаивающе улыбнулся.

Девушка все-таки вышла, маску ей поправляли на ходу.

По-моему, она собралась повторить подвиг Рега, и я расстроилась, мне-то надо потянуть время, иначе мы продуем. Наверное, на это ее команда и делала ставку.

Бзынь!

А дальше был цирк.

Стоит и боится. Я сделала на месте сальто, народ захлопал, ее подбадривали, но она кинулась убегать. Ей кричали хором советы, причем все, понять ничего невозможно. Я делала вид, что не могу ее догнать. И колесом прошлась, и сальто крутила по вертикали, наконец, Дуг замахал, я ее догнала, а бегает девочка будь здоров, и очень нежно положила на лопатки. Уф-ф.

Народ хлопал, судьи ржали, ректор вообще под стол сполз.

Как быстро мы умеем переходить от трагедии к комедии!

Дуг уточнил, надо ли быть на завтра, выяснилось, что нет, но Велика решили отправить, мало ли. Рег настоял.

Вернулись мы в другой дом, еще меньше и еще грязней.

Пока парни заносили Рега и бегали за едой, я опять практиковалась в бытовой магии.

Спали вповалку, лежала между Великом и пропитанным всеми настойками и мазями Регом, никак не могла уснуть, и все вспоминала дом, свою академию, парней. Не разрешала себе думать о напарнике. Он у меня соединился с Регом, и гладила его полночи, а переставала, мне тут же требовательно сдавливали руку. Уснули под утро.

Второй день мы провели дома, правда, опять переехали, а третий повторил первый день один в один. Только девушка алых масок попыталась провести прием, но я тянула время и уже сама ускользала от нее. Два-ноль в нашу пользу.

На следующий день мы выходили два раза, и два раза уносили Рега. Счет стал четыре — ноль.

А пятый день преподнёс сюрприз.

Объявили команду «Красных масок», трехкратного победителя с неизменным составом, вызвали их и нас. Парни не успели привести Рега, судьи замахали руками и подозвали Дуга к столу.

Вернулся он злой, и сразу наклонимся к нам:

— Бесполезно! Я выхожу, а следом Лада.

— И так хорошо, что прокатило, надежды было мало, — признался Рег.

— Вот вы… гады! И молчали!

— Лада, смотри, с красными последний бой, а потом бьёмся с победителем в той шестерке, и все. Жалко, что красные с нами попали, иначе бы только с ними выходили.

— А почему никто раньше не просил замены?

— Отказаться от заведомого слабого противника имеют право только победители последних игр, больше никто. При условии наличия замены в нашей команде, конечно. Тебя сочли достойной, гордись. Мы учитывали такой вариант, но он был маловероятен. Четыре-ноль очень хорошо, еще одна победа, и мы в тройке призеров. Лада, девушка там зверь, но ты справишься, а вот тебе, Дуг, придется тяжко. Только хитрость твой шанс, сам не лезь…

Они зашептались, поглядывая на меня, ага, мои приемы обсуждают, и ждут, кто выйдет. Я тоже хочу посмотреть, что там за зверь такой.

Бзынь!

И Дуг пошел.

Рег вздрагивал после каждого удара, морщился и постанывал, что-то бормоча. Я вздрагивала вместе с ним, мысленно блокируя и уворачиваясь. Дуг молодец, сопротивлялся, как мог, но второй номер все же не первый, его измордовали, и он потерял сознание.

Положили его рядом с Регом.

Велик снял было с себя артефакт, сообразил, что магии здесь нет, и чуть не заплакал.

Бзынь!

Я шла на ковер в полной тишине.

Понимаю, что моя победа ничего не решит, Рега опять ткнут, и все, мы уже проиграли. Но подписалась, значит, буду биться в полную силу. И точка.

Девушка вышла к ковру, и я на мгновение растерялась.

Почему мы не говорили о расах? Не знаю.

Ростом ниже меня на голову, но это нормальный женский рост. И прическа была на этой голове женской, хвост, забранный в увесистую такую гульку. А вот кто бы мне сказал, что она вообще женского рода…, наверное, она гном! То есть гнома, или гномка. Не знаю. Но ширине ее мог позавидовать трактор, а мускулам — любой боец из увиденных за эти дни. И она светилась такой кровожадной радостью и азартом даже свозь маску, что я невольно улыбнулась в ответ.

В зале свистели, топали ногами, кричали. Смысла не понимала, то ли она общий любимец и редко попадает на ковер, то ли нас сравнили по объему и меня пожалели. Толпы ломанулись в угол с красными огнями, даже Дуга захватило этой волной.

Судьи откровенно выжидали, когда все вернутся на свои места.

Бзынь!

Главное — уклоняться, даже не пытаясь блокировать удары, необходимо ее вымотать раньше, чем она меня. И не упасть на пол, там вообще ничто не спасет. Я крутилась, подставляя плечи, то одно, то другое, пару раз подставила лоб, сама била редко и очень прицельно. Свои коронные приемы она показала почти сразу, выбрасывая ногу, как смертельный таран, стремясь не только пробить, но еще и зацепить, подтаскивая к себе. Несколько раз я сказала спасибо своему старшине и парням за изматывающие пробежки, пока меня спасала только выносливость и природная ловкость, натренированная всевозможными танцами. Момент ее неустойчивости выбирала долго, обе мы были мокрые, как мыши и, наконец, сбила ее с ног так, чтобы она сама себе подставила подножку. Она грохнулась и покатилась, перевернувшись два раза.

Бзынь!

Все!

Поклонилась по всем правилам, судья в белой маске пожал мне руку, здесь так принято, и пошла на место.

Обернулась на чей-то крик — на меня неслась эта дама, споткнулась, упала с размаху под ноги, не выдержала и укусила меня!

Укусила!

Вцепилась и даже протащила!

Удержалась я чудом, и сразу меня поймал Дуг. Ее перехватили бойцы их команды, отдирая от моей ноги в прямом смысле.

Левую ногу уже не чувствовала, Велик наматывал бинты, ругаясь сквозь зубы, я хлопала глазами, а Дуг с трудом ковылял к столу судей.

Вызвали их старшего бойца, о чем-то поговорили, и объявили общую победу команды «Серых масок» над командой «Красных масок»!

Под протестующий свист и одобрительные крики всех присутствующих.

Волшебный мир!

Домой нас, трех инвалидов, вез Велик на предоставленной организаторами телеге. Мы уже не скрывали адрес своего проживания. Оставалась одна игра!

Наша команда, независимо от результата, вошла в призовую тройку. Дугу объявили, что нам официально предоставили выходной, «для восстановления в связи с недостойным поведением команды противника».

Самое смешное, что Дуг с Великом на следующий день все-таки туда пошли. Но причина была прозаической — Дуг поставил все деньги, что с ними были, в этом бое на меня. Судя по всему, таких рисковых парней оказалось мало, или вообще не было. Обратно они гордо приехали на наемном потрепанном тарантасе, поднять мешки выигрыша вдвоем было не под силу, Дуг еще не владел левой рукой. Основную сумму завезли в банк, но отпускать извозчика не стали, а взяли шикарный ужин в таверне.

Мы объелись и дружно уснули, эмоций уже ни у кого не было.

Спали до обеда.

Днем втроем выползли на скамеечку, посидеть на солнышке.

Рег уже пробовал самостоятельно передвигаться, припадая на левое, распоротое до кости бедро, я с трудом наступала на левую укушенную ногу, а Дуг едва шевелил левой опухшей рукой.

Гад Велик так ржал, что чуть не уронил наш обед, за которым его и отправляли.

Мы втроем так и не поняли, а что смешного-то?

К последнему бою лучше всех восстановился Дуг, Рег с трудом передвигался, а я подозревала, что зубки у дамы были ядовитыми, ибо ногу мою просто разбарабанило, и артефакт не помогал.

Обе игры парни продули, что и следовало ожидать. Победителями объявили сиреневых, красные заняли третье место, мы — второе.

Судьи оставались инкогнито, а вокруг нас собралась вся толпа.

И мы торжественно сняли маски на самом награждении.

И это было наше общее «ах»!

Мой декан-бытовик снял с себя сиреневую маску, декан-боевик снял красную, когда сняла свою серую я — чуть не упал ректор, а деканы вспомнили, что они цветные овощи.

Глава 5

В академию я решила пока не возвращаться.

А что мне там делать?

Учебники были с собой, Рег тоже оставался здесь, Велик нам притащил тюфяки, и мы дружно лечились, ели, спали и занимались магией.

Да провались она, эта академия, прямо от входной двери, ни грамма не пожалею!

У меня был в запасе месяц, и я решила использовать его так, как хочу.

И еще у меня накопились вопросики.

— Рег, давай поговорим?

— Давай поговорим. О чем? А, тебе понравился кто-то из деканов?

— Что?!

— Я видел, как ты на них смотрела.

Рег самостоятельно дошел до выхода из склада и осторожно сел на порожек, спиной ко мне.

Деревья у склада чуть покачивали верхушками, вечер был тихий и ласковый, навевал лирическое настроение.

По крайней мере, Рег проникся. И решил мне устроить такой же тихий и ласковый допрос. И кто сказал, что исключительно девочкам интересна чужая личная жизнь? Очередной поклеп.

Хорошо, пусть будет так.

— Рег, ты хочешь сказать, что тебе понравилась эта гномочка?

— Что?!

— А что? — Я сладко улыбалась. — Мне же понравились деканы, значит, тебе — гномочка. Наверное, ты с ней близко знаком.

— И ты знакома!

— Да уж, теперь знакома. Но ты знаком давно, да?

— Конечно. Больше пятнадцати лет.

О, как я точно попала!

— Рег, она такая знойная женщина! Поздравляю.

— И тебя поздравляю.

— С чем это?

— Она явно заберет в свою группу.

— Куда?

— У каждого руководителя физического воспитания есть группа курсантов.

— Рег, ты хочешь сказать, что она физручка академии?!

— Физ-ручка? Физрук, физручка. Интересно соединила. Да, конечно. Как же она меня гоняла!

Я хохотала. Нет, я ржала. До слез.

И в тот вечер свои вопросы не успела задать.

А на следующий день приехали Дуг и целитель команды.

Целитель!

Наверное, он был гением, ибо только существам не от мира сего позволено так себя запускать. Я с великим почтением смотрела на милого пончика, имеющего стойкий запах пота и несвежего белья.

А ночевали все на складе, и мне пришлось свой тюфяк быстро-быстро утащить к самой двери.

Следующие два дня провела у Велика в лавке, почти не выходя, и ночевала там. Выучила все-таки длинное заклинание и пассы на улучшение памяти. Изучают его только магистры, со слов Рега, даже не поняла, почему. Не такое уж и сложное. И что такое два дня на заклинание, все равно учебники пора обменять.

К вечеру собралась в академию. Велик предложил меня проводить, и мы пошли к парням, надо же сказать, что сегодня там и заночую.

А вот заклинание на усиление слуха выучила давно, при этом не хотела подслушивать, даже в голову бы не пришло. Но целитель говорил явно обо мне, и я остановила Велика.

— И когда эта девица вас покинет, я спрашиваю?

— Э-ээ, — ответил на это мой тренер. Напарник. И друг.

— А… мы же ей деньги должны! — выкрутился Дуг, — очень приличную сумму, кстати.

— Может, не стоит приличные суммы давать неприличным девицам. Часть отдайте, и хватит ей…

Я утянула Велика в сторону.

Он смотрел на меня несчастными глазами.

— Велик, разве нельзя было сказать, что у вас здесь дела, или Рег уже достаточно здоров, или еще что-нибудь?

Он молчал.

— Ты меня проводишь? Если уже нет, не обижусь.

— Конечно, провожу.

Я быстро закрыла ему уши, и закричала:

— Вели-и-к, подожди, с парнями попрощаюсь!

Стукнула в двери склада и всем широко улыбнулась:

— Ребята, я понимаю, как вы заняты, но мне пора и честь знать. Договор мною исполнен?

Дуг подскочил:

— Конечно, Лада, в полном объеме.

— Ну и отлично. Мне было очень приятно с вами познакомиться. Когда вы меня отпустите? Простите, но впереди учеба.

— Лада, пойдем сначала в банк, все тебе передадим, и проводим, да, Велик? Ты уже закрыл лавку?

Я быстро упаковала свои вещи, еще раз всем улыбнулась, особенно приветливо Регису:

— Магистр, приятно было вам полезной, спасибо за все! Всего доброго и вам, господин целитель!

В банке меня представили, показали, как снимать и класть деньги, передали артефакт на магическую защиту, оказывается, он входил в награду каждому из призовой тройки. Дуг меня быстро обнял и побежал назад.

У входа в академию целая толпа ремонтировала ступени, ворота и большие двустворчатые двери. Дежурные отвлеклись на мастеров, мы тихо прошли на этаж, моему провожатому протянула руку уже у своей комнаты:

— Велик, я не буду с тебя брать магических клятв, пожалуйста, никогда не рассказывай парням, что мы случайно подслушали разговор. Меня это не украшает, а мало ли какие у них дела. Хорошо? Спасибо!

И забрала у него свои вещи, не дожидаясь ответа.

Ночевала в комнате.

Убрала пыль.

Приняла душ.

Даже почти успокоилась.

Сказать, что настроение было поганое, это не сказать ничего.

Рег и Дуг меня просто сдали. Отошли в сторону. Обыкновенное предательство. Бытовое. Мелочь.

Утром сбегала в библиотеку, попросила учебники первого и второго курса боевого факультета по нападению и защите. Старичок подумал-подумал, прищурился, и выдал мне два толстенных учебника. Правда, только до начала занятий.

Посмотрю, чем боевики занимаются, что не успею запомнить — выпишу. Надо же понять, как помогли мне попасть в горы. А это зацепка к пониманию — кто.

Хотела уточнить, а сколько есть академий в принципе.

Но еще ни одной сестре не отдарилась серьгами за перенос в горы.

Должна же существовать справедливость?

И промолчала.

К вечеру поселилась в маленькой комнате очень милого постоялого двора, довольно далеко от академии, но склад, лавка и парни с господином целителем располагались еще дальше.

Глава 6

Вернулась в академию накануне занятий, и сразу побежала сдавать учебники в библиотеку.

Старичок встретил меня ласково, забрал учебники боевого факультета, выдал еще один бытового — особенности рас, и попросил ему помочь.

Первые дни перед началом учебы всегда заполошные, мне досталось приносить книги с полок, он выдавал, очередь накапливаться не успевала. В курсантах ничего злодейского не увидела, а вот то, что я на особом положении у библиотекаря, увидели все.

Непрост старичок, ох, непрост.

Рабочий день у него заканчивался, напоил меня чаем, и радовался, как быстро у нас все получилось.

Проверил меня по теории, не зря ли брала учебники боевого факультета, и погонял по защите и нападению.

— Лада, а ты молодец. Не ошиблась факультетом?

— Не могу сказать, магистр Леонтий, моя память родилась меньше трех месяцев назад…

Я-то тоже удивилась его знаниям, ишь, как ловко все выспрашивал.

Попрощались, думала, забегу на днях, ан нет.

Вернулась к себе, поздоровалась с девушкой, по-хозяйски расположившейся на моей кровати, из шкафа мои вещи она тоже вытряхнула.

— Пошла вон, — заявила соседка, — не маячь тут перед глазами.

Оказывается, в комнате со мной проживает боевичка с третьего курса. Это она мне призналась, чтобы в унитаз своей мордочкой не попасть. Скрутила я ее сразу, с реверансами у меня хорошо только на танцах, а в обычной жизни совсем плохо:

— Вот теперь послушай. Или мы мирно существуем, или у тебя будет жизнь по расписанию. И большую часть тебе придется провести в этой маленькой комнатке, рядом с душем. Ты меня поняла? И вещи мои никогда не смей трогать. Ни в какой ситуации.

Мне пришлось быстро наложить дополнительную защиту на входную дверь, и я побежала в библиотеку. Успела, старичок как раз выходил.

— Простите, не могли бы вы мне выдать учебник по магической защите для старших курсов?

— Началось? — хмыкнул старичок.

— Как вам сказать… — Посмотрела в хитрые маленькие глазки и призналась. — Да. По-видимому, так.

Старичок вернулся в библиотеку, подумал, и ушел куда-то к дальним полкам.

— Иди сюда, смотри, — протянул листочек, — выучи вот это заклинание, и это, ты сможешь. Снимут только магистры, если догадаются проверить, заморозка и круговая защита от особо агрессивных существ. Три часа действует холод, и шесть защита. Не балуйся, только по крайней необходимости, а то я и так в немилости. Завтра посмотрю, сколько учебников останется для старших курсов, забеги после обеда. Пойдем-ка вместе, провожу.

Магистр засеменил впереди, даже осанка стала прямее, но перед поворотом забежал за меня.

На этаже перед нашей комнатой стояли четыре человека. Или не человека, еще не отличаю. Трое парней и одна девушка. Парень в красной майке и начал:

— Эй ты, тварь, быстро сняла защиту и вошла с нами, будем воспитывать! Мало тебе было?

Судя по всему, поиски моих убийц не будут долгими.

Но тут магистр выглянул из-за моей спины:

— Лада, беги в свою комнату, а мы побеседуем.

Помедлила и зашла. Быстро усилила слух, но донеслась только одна фраза:

— Какие у вас вопросы к моей подопечной?

И тишина. Закрылись. Жалко-то как!

Боевички дома не было.

Наверное, где-нибудь результатов поджидает.

За магистра Леонтия я совершенно не беспокоилась, тот еще дедок, убрала свои вещи и пошла в душ, изучать записи на листочке.

Когда лучшая подруженька вернулась, не знаю, я уже спала, раз комната закреплена за нами обеими, защита ее все равно пропустит.

Приснился мне Рег.

Держал за руку и шептал: «не отпускай меня, не отпускай…».

Иной раз всякая чепуха снится!

А проснулась от резкого укуса в палец ноги.

Чуть приоткрыла глаза — у моей кровати молча копошились две тени.

Нет, что за волшебный мир. Кусаются! Хоть стой, хоть плачь.

Мироздание, куда ты смотришь?!

Врезала одной тени в челюсть, соскочила, и с разворота — другой.

Посмотрела на свою ножку и расстроилась окончательно.

Надо мной всегда в группе смеялись — свободные деньги просаживала на маникюр и педикюр. Выхожу с боевок и сразу смотрю, все ли в порядке. И первые заклинания, выученные с практикантками-целителями, как раз относились к внешнему виду. Ну, девочки мы.

Моя многострадальная левая нога покрыта копотью почти до колена! Ой, и простынка тлеет, совершенно без дыма и запаха! То есть меня не укусили, это ожог!

Принесла воду в стакане, залила простыню, и запнулась о лежачие тени, которые медленно обретали краски.

Светало, я с интересом рассматривала соседку и парня из тех, кто меня поджидал у комнаты, память у меня хорошая. Соседушка была в сознании, и молвила первое слово:

— А… почему ты проснулась? Ты должна спать!

— Какое правильное слово — должна, — восхитилась я, — только оно непосредственно к тебе относится. И счет растет. Нет, ну какая же ты дура, прости господи. Иди за целителями, умница, я могла челюсть подельнику твоему выбить.

Соседка подхватилась, заметалась по комнате, поправляя на себе форму. А я пошла в душ, натянула тренировочный костюм, спокойно обогнула тело на полу и спустилась на пробежку.

Вот так замечательно начался мой первый день учебы в академии!

Утро украсила внеплановая встреча с целителями, прямо у меня в комнате. И с обоими деканами, пришедшими одновременно с неотложной помощью.

— Ну, курсантка, и как вы объясните содеянное вами? — заявил декан-боевик.

— Предлагаю перенести разговор в кабинет ректора, — предложила я.

— Именно! Следуйте за нами!

— Переоденусь и сразу подойду, — согласилась вполне миролюбиво.

Деканы чопорно вышли, тело выносили какие-то парни, целительница задержалась и тихонько спросила:

— А что случилось?

Быстро ей рассказала, она фыркнула, и я спросила:

— Скажите, что с деканами? Мне показалось, у них лица как-то перекошены.

— Заметно?

— Заметно. Мне точно. Это еще последствия участия в боях без правил?

— Нет, только не говори никому, похоже на проклятие. Странно только, что сразу обоим повесили, и не снимаются. Они двоюродные братья, скорее всего, гонения на их род. В мрачные времена живем…

Она убежала, я привела себя в порядок, взяла сумку с тетрадями, подумала и пошла на завтрак.

Должна же узнать, наконец, как кормят в столовой магической академии?

Кормили скудно, но организовано удобно.

Подходишь к стойке, а их несколько, сообщаешь курс и фамилию, и тебе выдают тарелку с кашей, булочку и стакан морса. Посуду относишь самостоятельно к столам в дальнем углу. Без всяких неожиданностей, просто и понятно. Но оказалось, эта столовая только для первого курса, старшие курсы умеют предметы левитировать, и у них все иначе.

День продолжался под девизом «открой для себя непознанное» — я впервые попала и в кабинет ректора.

Это не кабинет, а спортзал какой-то. Гигантский! Даже не могу понять, сколько комнат для курсантов можно нарезать, точные размеры тут совсем не понятны, а углы затянуты мраком.

— Добрый день, магистры!

— Не знаю, насколько он добрый, курсантка. Что вы опять натворили?

— Я натворила?! Вы знаете, магистр ректор, боюсь, что руководству следует подумать о педагогическом составе академии. Вероятно, вам передали заведомо ложную информацию. Я защищала свою жизнь.

— Выбитой челюстью и опухшей щекой курсантов уже занимаются целители, а где ваши травмы?

Пришлось снять гольф и ткнуть красное пятнышко на пальце от ожога ректору под нос:

— Мне подожгли кровать, и просто чудо, что я сумела проснуться.

— И как же вы сумели?

— А, вам известна все-таки правдивая информация? У меня есть амулет магической защиты, приз, полученный на соревнованиях. Я могу одеться?

— Можете!

— Благодарю.

Надела гольф, обулась, присела.

— Хотелось бы знать, какое наказание вынесут курсантам, напавшим на меня, и когда смогу идти на свои занятия.

Ректор аж взвизгнул.

— А вы, первокурсница, не много ли на себя берете?

Я прикинула, много или нет, и призналась:

— Мне кажется, недостаточно для академии следственных органов, — хотела еще добавить пару слов, но и на лекции попасть желательно, первый день все-таки, — вы меня отпускаете?

— А скажите нам, курсантка, — послышался вкрадчивый голос из угла, особенно сильно прикрытым черным туманом, — каким образом вы попали на закрытые соревнования боев без правил?

Вот тут я изумилась совершенно искренне:

— А почему вы решили, что официальные, межрасовые, по сути, соревнования, причем с участием магистров и ректора академии, в которую я зачислена, должны вызывать у меня сомнения?! Кроме того, призовые места оплачиваются, а я крайне нуждалась в деньгах, и мне как раз хватило на питание, тетради и минимальный набор одежды. С момента моей выписки до занятий насчитывалось больше двух месяца, надо было их как-то прожить!

— А почему вы не обратились в столовую академии?

— Я обратилась. В столовую преподавателей меня не пускали, мне приходилось ежедневно проверять, вдруг распоряжение ректора все-таки доведут до сведения дежурных, к сожалению, этого не произошло. Судя по всему, здесь странные правила, слышат то, что удобно. А столовая для курсантов в каникулы не работает. И, простите, я готова отвечать на любые ваши вопросы, но боюсь, что за прогулы в первый день учебы меня еще раз вызовут к ректору, и мне объясняться будет так же… трудно.

— Свободны! — сказали хором три голоса. Чей третий, не поняла, но вежливо склонила голову, вышла и понеслась на занятия.

На основы бытовой магии, вводную лекцию, я не попала, но успела на этикет, и тихо порадовалась, что перечисляя, как правильно обращаться к высокопоставленным лицам, говорили о титулах лордов в том числе. Отдельно этой информации мне еще не попадалось. Ректор оказался графом, а наши деканы — маркизами, и за пределами академии курсанты не имеют права путаться, кто из них светлость, а кто сиятельство. Я-то просто не знаю, кто за кем идет, графы после маркизов, или наоборот, надо разобраться. Правда, по движению губ я поняла, что произносится все иначе, но мироздание, переселив меня, оставило и мои знания, больше основанные на учебниках истории, фильмах и сказках. Ассоциативная память подбирала наиболее близкий вариант.

И сразу видна оборотная сторона медали: так и не узнаю, как на самом деле звучат те или иные слова.

Следующая лекция обещала быть особенно интересной — «магия и магический потенциал», но эти нехорошие люди и нелюди вызвали меня опять к ректору.

Ругалась я от души до самой приемной ректора, причем вслух, а что именно услышал молодой парнишка-секретарь, в переводе мироздания, осталось для меня тайной.

К приемной спешили курсанты, в кабинет заходили магистры. Дверь приоткрылась, меня увидели и сразу пригласили.

Овощной ряд, четыре места по центру, занят полностью: оба декана вспомнили, что они спелые помидорки, физручка-гномка была ближе к померанцу. А вот четвертый овощ бледноват, но с зеленым отливом, и я судорожно подбирала подходящее растение, совершенно не желая разглядывать магистра Региса, моего бывшего напарника.

Ректор занимал стул ближе к собственному столу, а само кресло главы академии украшал маленький господин, лысый, с широко расставленными глазами, прикрытыми набрякшими веками.

— Курсантка, — сказал он бесцветным голосом и посмотрел на меня, — вам оказана высокая честь и возможность применить свои знания, не дожидаясь окончания академии.

— Простите, как к вам обращаться?

Как удачно нас просветили на этикете, если я не представлена, то допустимо такое уточнение. Это гораздо лучше, чем ошибиться.

Лысый посмотрел совершенно озадаченно. Перевел взгляд на ректора, тот сразу вспомнил, что он тоже относится к ярко выраженным томатам.

Господинчик вздохнул:

— Обращаться ко мне следует — ваша светлость.

Я тут же опустилась в классическом реверансе.

Принципиально, судя по картинкам в классе этикета, местный реверанс почти не отличается от земного, а у нас так было принято здороваться и прощаться на факультативе по хореографии, благодаря за уроки.

Правда, приседать глубоко в форме курсантки — довольно рискованно. Но я справилась, дождалась одобрительного кивка и поднялась с идеально прямой спиной.

Ректор перевел дыхание, на грядку не смотрела, а лысенький продолжил:

— Мы забираем вас из Академии.

Я молчала, ожидая разрешения говорить. Кто, куда и зачем, — даже не буду спрашивать. Это мы еще посмотрим!

— Что же вы молчите?

— Ваша светлость, позвольте мне получить хотя бы основы необходимых знаний в академии.

Он подумал, кивнул:

— Год?

— Два. — И мгновенно добавила, — с правом досрочной сдачи всех экзаменов.

— Вы что, хотите за два года успеть окончить академию? К ней готовятся с детства, и учатся четыре года.

Я молчала.

Дядечка хмыкнул, разглядывал меня не спеша, причем снизу-вверх, туда, обратно, но говорил с ректором:

— Бинар, разрешим курсантке сдавать экзамены досрочно, как считаешь?

— Разрешим, — прокашлял ректор.

— Хорошо, раз ты так решил, — и он сделал показательную паузу, — тогда и я согласен, приглашай на сдачу, забегу… Магистры, кто готов взять курсантку в свою группу?

Четыре поднятых руки неприятно меня удивили. Светлость тоже изволила удивиться:

— Вот как… К кому пойдете под крыло, курсантка?

— Я могу подумать?

— Да, конечно же, — и сразу уточнил, чтоб иллюзий не строила, — до обеда.

Значит, часа три еще есть.

Я присела в прощальном поклоне.

И тут дядечка решил показать, кто на зоне «пахан», чтобы «пацаночка» не зарывалась.

Глазки свои нацелил на меня и выстрелил холодом. И магией тоже придавил. Но я без круговой защиты библиотекаря вообще не выходила из комнаты, мало доверяя призу-артефакту: неизвестно, кто его создал и какие там есть исключения.

Дуэль наша продолжалась секунды, я стояла на одном — ломать себя не позволю. При этом находилась в заведомо проигрышной позе — мне не разрешали подняться. Молча пообещала ему — припомню, но не отступала.

Наконец, меня отпустили. Поднялась, улыбнулась всем приветливо и вышла. Завели следующего курсанта, я выдохнула и пошла на занятия. Очень хотелось сбежать в библиотеку, но они могли проверить, и лучше иметь законный повод для встречи с единственным нормальным человеком, которому от меня ничего не надо.

Классификация бытовых услуг пролетела мимо моих ушей, зато повезло — всем велено сегодня взять по учебнику. Или завтра, если они еще не поступили в библиотеку.

— Кто готов быстренько сбегать, и выяснить, есть ли уже учебники?

— Хоть кто, — аккуратно пискнула я.

— Вот и иди! — ехидно хмыкнула преподаватель.

Со скорбным личиком я поползла к двери.

— И поторопись!

Отлично! Вылетела пулей и понеслась в библиотеку.

Магистр Леонтий наслаждался чаем и покоем. Еще раз обратила внимания на его руки — странно, одну руку не поднимает, сразу обеими и книги, и чашку.

— Что-то случилось, Лада? — негромко спросил он.

— И да, и нет. Меня отправили за новыми учебниками по классификации бытовой магии. Их привезли?

— А как лучше? — Перешел совсем на шепот и утянул меня в угол, — здесь говори.

— Если их привезут во второй половине дня, будет удобнее.

Он покивал головой и вернулся к чаю:

— Лада, учебники подвезли, их надо разобрать, если ты мне поможешь во второй половине дня, то сегодня и выдам.

— Конечно, магистр Леонтий, я не могу безответственно отнестись к поручению преподавателя.

Он налил мне чай, показал на булочку, и утянул опять в уголок:

— Не перестарайся, — хихикнул, — что произошло? Кроме визита лорда, о котором гудит вся академия?

Я быстро зашептала:

— Визит как раз на мне и отразился, и ничего не понимаю. Он собрался меня куда-то забрать, применить мои навыки или знания. Какие? Для чего? Я попросила время получить в академии хотя бы начальные знания, он признал это разумным, договорились максимум на два года, и велел выбрать куратора. К моим услугам братья-деканы, или физрук гномка, или новенький магистр Регис.

— И что ты испугалась? Лучше к деканам или Регису, я его давно знаю… и помню курсантом, толковый. К гномке не советую, вылепит свою копию.

— А вы не берете личных учеников? — спросила в лоб, выждала и продолжила, — и я не поняла, куда они меня хотели забрать!

— Во дворец, разумеется, пристроят к какому-нибудь лорду малого Совета… К королю вряд ли… Кстати, там магистры не чета нашим, обучат быстрее, под себя, конечно, но диплома не будет… Ты завтра должна ответить?

— Нет, сегодня до обеда!

— Понятно. Иди на занятие, как оно закончится, забеги, я подумаю, что для тебя лучше.

Успела объявить в классе, что учебники выдадут после обеда при условии моей помощи, получила злорадную ухмылку от преподавателя, и понеслась назад.

Что не так с этим миром?!

Злыдни!

Или это разнообразие рас так влияет. Давно ли в Америке поменялось отношение к индейцам и неграм?

В библиотеке для меня записка: «В приемную ректора».

Развернулась. Зашла и села так, чтобы меня в открытую дверь не увидели. Ушки навострила не только я. Помощник в приемной ректора даже не обратил внимания на входную дверь, так заинтересован разговором:

— … с другой стороны, срок вашего наказания истекает.

— Да, но никто не знает так архивы библиотеки, как магистр! — голос ректора, причем возмущенный.

— Пусть совмещает. Вы же не против, магистр Леонтий? — лысый.

— Не против.

— Да где будут занятия?! Есть утвержденное расписание! — это точно декан-боевик.

— Я найду время и место. Ничего менять не надо.

— Может, вам и оплату не надо? — опять ректор.

Ответ магистра я не услышала, может, жест был какой-то.

— Стоп! Хватит. — Это Лысый.

Пауза.

В дверь выскочил ректор, велел своему помощнику:

— Всем напитки! — Уходя, увидел меня, — а, явилась? И что сидим? В кабинет!

Вот же… человек какой.

Зашла в кабинет, кроме библиотекаря, ректора, лысого лорда и декана, нет никого.

Лысый отвернулся и смотрит в окно. Явно ждут его решения.

— В принципе… это действительно может ускорить обучение… я согласен. Где она?

— В приемной торчала, — все, ректор мне очень нравится, на диво темная светлость.

— Вы хотели сказать — ожидала в приемной, — поправила я почтительно.

Лысый повернулся, кивнул мне:

— Курсантка, мы приняли решение и назначаем вашим куратором магистра Леонтия. Магистр является истинным сокровищем, самым драгоценным камнем, украшающим магическую составляющую академий нашей страны. Вам оказана великая честь, и Совет надеется, что вы оправдаете… — он говорил бы еще, но тут помощник внес напитки, и лорду подали бокал первым.

— И все-таки, где вы предполагаете заниматься? — встрял декан.

— В белом архиве, конечно.

— Как? А документы?! — ректор чуть не подавился.

— А документы давно в Совете лордов, с прошлого года, — любезно сообщил магистр Леонтий, — мы можем быть свободными?

— Да, — согласился лысый, — имейте в виду, экзамены необходимо сдавать публично, на комиссии, в соответствие с требованиями академии.

Магистр чопорно кивнул, пропустил меня вперед, и мы вышли на свет божий, подальше от этих… особей.

Я плевалась и ругалась весь путь до библиотеки, Леонтий сначала хмыкал и поддакивал, а потом даже развеселился, вытащил чай и булочку.

— Магистр, а где можно что-нибудь купить съедобное?

— Ты еще не опоздали на ужин. Беги.

— А вы?

— А я редко туда хожу. Покупаю у нас же в столовой, но там уже другой выбор.

— И мне продадут?

— Конечно, сразу после ужина.

— Простите, а почему тогда не приносите из дома?

— Лада, все равно узнаешь. Я отбываю наказание. Живу здесь, у меня есть ограничения, в том числе не покидать территорию академии.

— Все, ждите меня, хорошо?

— Хорошо.

Я забежала к себе, переоделась в тренировочный костюм. Попьем чай и сразу побегу на разминку, надо активней восстанавливать свои возможности.

Бои без правил тут норма.

Соседки не было, подозрительного вроде тоже ничего не заметила, взяла сумку и спустилась в столовую.

Действительно, открыта еще одна дверь, я заглянула — даже очередь. Пожалуйста, перекус на все случаи жизни. Купила пирожки и фрукты, набила полную сумку и вернулась в библиотеку.

— Откуда у тебя деньги? — подозрительно посмотрел на заставленный стол магистр.

— Бои без правил. Я принимала участие.

— Подожди, так это ты какие-то планы поломала?

— Поломала?

— Ну да, опытные магистры академии не взяли первое место и, кстати, новенький магистр, которого тебе предлагали куратором, тоже там участвовал. Есть правило: если попал в тройку призеров, окончил академию, и хочешь преподавать, тебе обязаны предоставить место на боевом факультете.

— Вот как?

— Ну да. Значит, это ты — та самая неизвестная девочка?

— Наверное, я.

Мы ели пирожки, вкусные на удивление, я кратко рассказала, что меня пригласили от безысходности, магистра избили за день, поэтому так получилось. А ведь маловероятно, что вообще могла попасть на соревнования.

— И даже успела побороться вроде?

— Совсем немножко.

— Выяснили, кто его избил?

— Насколько мне известно, нет.

— Надо же, сколько событий…а меня последние годы одолевает скука…думал, с тобой все-таки занятие…и как сразу тебя не разглядел… — магистр рассматривал меня, как в первый раз, — давай свое расписание, внесем уточнения!

Глава 7

Первый выходной день получила от магистра ровно через месяц.

И решила его отпраздновать!

Причем вне академии.

Так и сказала — магистр, я ушла в загул, отдохните от меня.

На его ехидные вопросы отвечать отказалась, мы даже вместе вышли к воротам поздно вечером, он удостоверился и пошел направо, вернулся к себе, а я налево, в город.

Путь держала в свою комнатку на милый постоялый двор, там легче дышалось, чем в академии.

Мне летом повезло и с комнатой, и с постоялым двором, и с ценой. Содержали двор сестры, прекрасные поварихи и чистюли, и их дед, на все руки мастер. Дабы никого не смущать своим благополучием, домик размещался во дворах совсем на окраине, у рощицы. Тихо и чисто, народу немного, ко мне отнеслись с душой, я сразу оплачивала вперед.

Загул выглядел так: получала обеды, спала и думала.

Ровно сутки.

Задавала себе вопросы и отвечала.

Я не подвела своего напарника и поставила точку в том последнем деле. К возможности таких испытаний нас готовили, и мы справились. И погибли.

Но в совершенно чужом для меня магическом мире появилась неизвестная девочка. Неизвестная и для меня. Вопросом не задавалась — кто я. Меня интересовало другое — зачем.

Зачем, мироздание?

Хорошо, зайдем с другой стороны.

Сначала магистр Регис с друзьями, а потом и магистр Леонтий оказались на моем пути. Допустим, случайно.

В принципе, от меня зависело, увижу их или пройду мимо.

Получила предложение об участии в соревнованиях, выжила и приобрела первые и очень ценные знания: о магии и расах, боях, участниках, и просто о быте.

В академии познакомилась с курсантами, преподавателями, сотрудниками, и заняла определенное место — первокурсницы бытового направления.

Самый безобидный факультет. И самая безобидная девочка, без титула.

А титулов оказалось двенадцать, и в академию крайне редко поступали даже с самыми маленькими, начальными. Под предлогом небольшого доклада на другую тему получила доступ к общим статистическим данным.

Ежегодно погибают три-четыре курсанта. Причины разные, в основном — неосторожное обращение с магией. Угу, докажите, что это не так, очень удобная формулировка, и я бы вошла в этот список.

Больше книг на сайте - Knigoed.net

Смотрим титулы погибших за последние десять лет.

Из тридцати четырех курсантов — четверо без титулов, остальные имеют самые мелкие, в том числе те, которые получают непризнанные бастарды. К ним обращаются на вы, вот и вся разница. Ко мне, вне стен академии, любой может обратиться — ты. Вместе с грамотой, заменяющей здесь диплом, курсанты получают и право вежливого к себе обращения.

Совет лордов заявляет, что магическое образование доступно всем и, действительно, нас допускают к экзаменам и даже иногда принимают. Правда, всегда фигурирует одна и та же цифра поступивших, и один тот же факультет. Бытовой.

Но за последние годы счастливчиков, поступивших без титулов, и при этом окончивших академию, я не обнаружила.

Они погибают или бросают учебу.

А может быть, это одно и то же.

В этом случае возникает вопрос — что означает предложение лорда из Совета?

Магистр Леонтий только отмахивался, дворец и дворец, до него есть время, учись! И щедро делился знаниями, подкрепленными архивами академии, куда доступ имели далеко, далеко не все.

Сама учеба разделилась для меня на три направления, и сюда входило все, от легенд до моды. Спасало от неловких ситуаций мое отношение — не знаю, потому что не помню, но знать хочу и вопросы задаю.

Во-первых, изучение магии.

Учеба мне всегда давалась легко, если логика понятна, но тут прятался самый большой подвох, ибо некоторые решения, которые существовали в моем мире, здесь никому не приходили в голову. И наоборот! Я до сих пор тянула руку к крану с водой, или искала молнию застегнуть куртку, или пыталась расписать подсохшую, как мне казалось, шариковую ручку. Это относилось ко всему.

О себе никому не рассказывала, в том числе наставнику, магистру Леонтию, у него тоже были тайны, и с каждым днем я была осторожнее и с ним, и с ситуацией в целом.

Старалась не удивляться очевидному для всех.

В этом мире не было необходимости вырабатывать, например, электричество, вполне достаточно энергии солнца, ветра и воды, опять же подкрепленных магией. Магическая энергия даже продавалась, менее одаренные покупали специальные накопители для домашних и рабочих артефактов. Практически все население, в большей или меньшей степени, одарено магически, и этого вполне хватало для нормальной жизни, со слов преподавателей, конечно.

Титулованные учились в академиях, такие, как я — в годичных школах, кроме того, существовали курсы, где можно получить элементарные знания для правильного применения артефактов.

Основное население занято в сельском хозяйстве, промышленности в больших объемах не существует, но умельцы-ремесленники есть. Достаточно предоставить образец предмета нанятому магу для создания копий, приготовив исходный материал. Исключения составляла органика: молоко, мясо, зерно, травы, а все остальное — пожалуйста. В лавках можно присмотреть, например, халат, а хочешь такой, но с «перламутровыми пуговицами» — тебе предоставят ткань и заготовки пуговиц, делай сам, и дешевле обойдется.

Есть свои тонкости — если в самом процессе изготовления, например, боевого ножа, применялась магия, то копии не получится. И в особо удачные или модные изделия сразу вплетается магия, дабы получить серьезную прибыль, а там уже разрешить копии.

И патенты есть на изобретения.

Много тонкостей, где присутствует магия, но не сразу это понимаешь, и не сразу можешь отделить одно от другого.

Во-вторых, адаптация моих знаний.

Необходимость этого направления осознала не сразу, и случайно. Знания имею в виду не только фактические, что немаловажно, но и само умение организовать процесс обучения в удобной для меня форме.

Оценив объем, решила все как-то привести к системе. На занятиях в группе удивлялась и ругалась про себя — магистры начитывали лекции, перескакивая с темы на тему, хаотично, кусочками, возвращаясь или забывая, что просили напомнить. И я стала чертить таблицы, схемы, диаграммы. Магия для меня приобретала системный вид, который уже легче усвоить.

Одну табличку увидел наш декан-бытовик:

— Это что, курсантка? Где вы такое взяли?

— Мне так удобнее, магистр. Вот видите, здесь должны быть еще сведения, промежуточные, по логике. Их еще просто нет, или мы не учили.

— Ну не знаю, не знаю… хорошо, давайте, посмотрю… как-нибудь на досуге.

И забрал, неохотно причем.

В-третьих, изучение предметов, прямо не относящихся к профильным, и даже некоторые магистры их считали второстепенными. На математике разбирались с арифметикой, достаточной для подсчета доходов и расходов средней семьи. Знание геометрии ограничивалось перечнем фигур на плоскости, необходимых для использования в магических заклинаниях по программе, и только. Кстати, с окружающим нас миром было примерно так же. О многообразии животных узнала из обзорных лекций, насекомые не попали даже в перечень, а на некоторых птицах остановились потому, что они входили в состав популярных снадобий.

Вероятно, на боевых факультетах давали все-таки более серьезное образование, в том числе явно разбирали стихии, но мы бытовики, и даже учились на год меньше.

Более подробно останавливались на тех материалах, которые выпускникам понадобятся для работы: металлах, камнях, тканях, дереве и травах.

А я страшно боялась, что у меня вырвутся слова — кристаллическая решетка, молекула, расчетное время, коренное население, калькулятор, и многие-многие другие, которые совершенно привычны и обыденны.

Но не здесь.

Подруженька, боевичка третьего курса, после повторной профилактики на пару с унитазом, прыть свою умерила. Выскакивали у нее еще мелкие пакости на уровне наглого котенка, — «ой, да твои тапки сами обоссались!», но я или хохотала, или не замечала, и мне уже неловко улыбались.

Я вошла в привычный режим моей академии в прежней жизни.

Утром — пробежка, единственное личное время, а потом сразу теоретические занятия с группой. После обеда по общему расписанию значилась практика: создание зелий или амулетов. Мы с магистром Леонтием ушли далеко вперед, приносила готовое изделие из самых простых, и сразу получала зачет.

На стене над моей кроваткой появилась таблица, заклятая на крови, которую никто не мог увидеть, даже магистры. В одной колонке поместила общую программу, отмечая зеленым цветом выученное, и красным то, что еще предстояло затвердить. Во второй то, что проходили с магистром, а в третьей — мои комбинации из обеих колонок.

Я не доверяла никому.

Уже совсем ночью приходилось перебирать и вносить исправления, и мне ужасно нравился своей наглядностью этот ночной час, а затем уплывала в сон, окончательно прощаясь с прежней жизнью.

На родине у меня был роман.

Группу курсантов, победителей в соревнованиях по биатлону, и меня в том числе, пригласили для награждений.

Нас подвели к офицерскому составу, тогда и увидела моего героя в первый и последний раз в форме. Звездочка на кителе, и звезды на погонах меня чрезвычайно удивили: надо же, как наше руководство расстаралось, потом-то поняла, что собрали высший офицерский состав по совершенно другому поводу. Точнее, повод был такой же, награждение, только их. А нас им подсунули, чтоб жизнь малиной не казалась.

Он мне вручил диплом, и велел быть в штатском к 20.00 на секретной операции у лучшей гостиницы города.

Я идиоткой все-таки не была, и мысль крамольную допустила. Лет мне достаточно, чтобы романы крутить. Да и время бы нашла, хорошая учеба имеет свои бонусы, сначала ты на зачетку работаешь, потом она на тебя, это всем известно.

Красавицей себя не назову, хотя на маму похожа, вот она-то была удивительно красива, абсолютно гармонична, статуэтка. И тем не менее, что мы имели в сухом остатке? Где семейная идиллия, позвольте спросить. Маму только жалко, она отца искренне любила и, прилично зарабатывая, подкидывала ему денег, даже когда он нас бросил.

Зато я знаю силу своей улыбки, мне вообще не отказывали, мама все время удивлялась.

Но ведь подлость какая, мальчишки группы, а позже и напарники, так активно меня оберегали, что девушкой и осталась. «Девица я…», и глазки можно в пол.

Кто только не пытался ко мне подойти, и старшие курсы, и командиры. Где там! Разбитые носы, даже пара переломов очень наглядны, а когда на «дело» выходит вся группа без «женского состава», а в составе только я… командование улыбалось, и дисциплинарных последствий драчунам не было ни разу.

А сами парни ко мне не подходили, не один!

Сговор, без сомнения.

Но никогда меня собственная девственность не угнетала. Ну, нет и нет. Одно знаю твердо, парня моложе меня не выберу отцом своего ребенка. И даже ровесника. Может, правда, мне не хватало собственного отца все подростковые годы, а ребята в группе всегда были братьями, но случилось, как случилось.

Роман у меня получился сказочный.

Встречались мы три года, как правило, несколько дней в месяц или два. Мне дарили лучшие модели айфонов, и я сразу получала зашифрованную смс, где и когда увидимся. Допускаю мысль, что мои командиры тоже получали указания, и меня отпускали на это время.

Чаще всего бывали на море или в горах, хотя самые красивые города нашей страны тоже повидала, и даже пару раз была за рубежом. Сноуборды и лыжи, юркие катера и дельтапланы, лучшие гостиницы и рестораны — все успевало вместиться в эти дни. И ночи, полные ласки и заботы. И его признания — он чувствует, когда даже подхожу к двери, а я его так не понимаю. А потом он исчезал. На месяц, или на два, на три, один раз на полгода. В последнюю встречу предупредил, что его не будет долго, очень долго, и мысленно с ним попрощалась. И действительно, через год окончила академию, а еще через год на одном из заданий погибла.

И все.

Себя я перестала обманывать.

Рег, магистр Регис, меня волновал. Почти никогда его не видела, но всегда знала, где он, а когда понимала, что вот сейчас мы можем столкнуться — быстро находила дело в другом месте.

Вот о чем мне говорили, вот о чем!

Но…раз предатель — всегда предатель. Лопата, мотыга, а когда не справлялась, то и трактор были мне в помощь. Ростки пробивались, но я четко разъяснила своей дурацкой любви, что ядерное оружие уже изобретено, и иногда спала без снов.

Глава 8

Следующий выходной день получила опять через месяц, а по возвращению удивилась огромному плакату рядом с расписанием: поздравляли нашего декана-бытовика с серьезным вкладом в теорию магии. И даже скопировали рисунок с достижением — мою схему, которую он взял посмотреть на досуге и переписал своей рукой, не поменяв ни слова. На большой перемене нас, курсантов, пригласили в зал, декану торжественно вручили патент и позвякивающий тугой кошель. Магистры искренне радовались, академии увеличили финансирование в надежде на следующие достижения, о чем сообщил лысый лорд.

Я про себя удивилась, спрашивается, почему только в теорию магии, и поморщилась: поняла, что среди преподавателей ищу магистра Региса. Раз пробежалась глазами, два. Нет его! И магистра Леонтия не было. Как же они не разделили радость-то такую, такой вклад.

Шла на последнее сегодня занятие и хихикала.

Курсанты потихоньку подтягивались, группа собралась, а преподов еще не было. Вытащила учебник боевиков третьего курса, открыла и отключилась.

Искренне не понимаю, почему препятствуют обучению нетитулованных курсантов на других факультетах. Понимаю, что следственные органы — тоже власть, а делиться ею не хочется. Но в команде следователей есть и воины, охрана. Правда, принципы магии одни и те же, знаешь часть — и можешь перейти к общему, а там опять к нужной части. В учебнике так доступно написано, а в белом архиве, самом защищенном от магического воздействия помещения академии, сразу проверяла новые заклинания — вполне по силам любому.

Дверь открылась, я убрала учебник, насторожившись.

Вот и магистр Регис, вместе с группой преподов. Что у них, эйфория закончилась?

— А здесь проходят занятия бытовиков первого курса, — соловьем разливался ректор перед лысым, — курсанты, и где ваш преподаватель?

Тут по лбу себя стукнул наш декан:

— Простите, ваша светлость, я… отвлекся, должно быть мое занятие.

— Ничего, магистр, мы понимаем, — снисходительно бросил лорд, и взгляд его упал на меня каменой плитой, — кстати, а когда у вас промежуточные экзамены?

— А когда вам удобно! — вставил декан, — мы всегда готовы!

— Завтра, — решил лысенький, — и вы успеете с формальностями. Договорились?

— Договорились, — подтвердил ректор.

Декан взглянул на меня мельком, но с такой торжествующей ухмылкой.

Вот же гаденыш! Что ж ему неймется, или правда у него роман с гномкой, как намекнул мне магистр Леонтий, предупредив быть осторожнее. Да люби, кого хочешь, чтоб тебя приподняло, опустило и перекосило, я-то при чем?

Декан подпрыгнул, схватился за свою щеку, обвел глазами всех курсантов в классе и медленно направился ко мне. Глазки он прищурил, он всегда так делает, переходя на магическое зрение.

— Попалась, — прошипел он, — кроме тебя, некому! Остальные слабее!

— Вы о чем? — рядом оказались магистр Регис и лысый лорд.

— Это она наложила на нас летом проклятие! В отместку!

— И за что? — небрежно поинтересовался Регис, — есть за что?

— Да, хотелось бы знать, — скучно согласился лордик, — предлагаю поговорить вне класса. Курсантка, следуйте за нами!

И меня под конвоем повели с уроков к ректору.

В приемной усадили на диванчик и передали стакан морса, велев ожидать.

Помощник ректора, посмотрев на мою гневную физиономию, невзначай вытащил блокнот и ручку.

В кабинет зашли декан-боевик и магистр Леонтий. Следом закатили столик с двумя кастрюльками и стопкой тарелок.

Вот тут я окончательно разозлилась! Они, значит, тут и отобедают не спеша, между делом, а я безвинно худей?!

Дверь испугалась моего напора, даже не успела ее коснуться, она распахнулась:

— Ваша светлость, магистры, у меня есть несколько минут?

— Да, — кивнул наивный лорд.

Дверь прикрылась сама, пару слов помощник все-таки успел законспектировать, а я тоже успела. В столовую.

Как ни странно, моя группа бытовиков, пообедав, не расходилась.

Я сгрузила тарелки, хлебушек и морс на стол, взяла ложку, подняла глаза — вокруг меня рассаживались бытовики первого и даже второго курса.

— Ты ешь спокойно, нам просто интересно, это очередная атака на тебя опять не по делу? — поинтересовалась наша староста, гномочка, между прочим.

— Еще не знаю, что они придумали — призналась ошарашенно им, — к ректору в кабинет принесли обед, под этим предлогом удалось смыться.

— Мне понравилась идея, которую все увидели у тебя, кстати, первой. И я записываю все претензии к тебе. В столбики. По твоей схеме. Так вот, ты опять промолчишь, а мы видим, что к тебе придираются.

Сказать, что я удивилась, это ничего не сказать.

Для меня группы не существовало. Не потому, что я предполагала перевод на второй курс, просто не видела в них личностей. Как и в моей соседке. Даже не знакомилась!

Оказывается, была не права, у них есть свое мнение.

Я хлопала глазами. Наверное, это получилось очень выразительно, раздались смешки, сначала редкие, а потом хохот понесся по столовой, нарастая.

Дверь открылась, показался магистр Регис, увидел меня, сдвинул какого-то паренька, и присел рядом:

— Доедай!

Ложка показалась мне тяжелой, но быстро доела, встала, а посуду перехватила староста:

— Удачи! Я здесь подожду.

Чудеса!

Под конвоем Региса я вернулась в приемную, и он меня завел в кабинет.

Запахи еще витали, но столика уже не было.

— Курсантка, присядьте, — лорд был в благодушном настроении, — к вам есть серьезные претензии, а раз я здесь, попробуем разобраться. Вы очнулись в целительском крыле академии в конце учебного года. При этом вы утверждаете, что ничего не помните из прошлой жизни, даже своего имени. Это так?

— Да, как мне объяснили, травмы были, практически, несовместимы с жизнью, и меня смогли вылечить чудом.

— Не забегайте вперед! Как мы можете доказать, что ничего не помните?

— Я очнулась после полугодовой комы, со слов целителей, и это можно проверить. Вероятность того, что вообще приду в сознание, была чрезвычайно мала. А на то, что сохранится хоть какой-то разум, шансов практически не было. Как поняла, меня держали уже для очистки совести. И потеря памяти в этой ситуации — очень маленькая плата за жизнь. Благодаря высокому профессиональному уровню целителей осталась жива, даже восстановили позвоночник, руки и ноги, убрали остальные повреждения, а их было немало. Может ли в такой ситуации сохраниться память — следует задавать вопросы не мне, а тем, кто имеет специальную подготовку, им вы поверите больше. Но если существуют определенные техники, помогающие ответить на вопросы отсутствия или присутствия памяти — я к вашим услугам. Могу добавить, что у магистра ректора сомнений не возникло, иначе бы он не предложил начать обучение еще раз с первого курса на определенных условиях.

Лысый лорд почти утонул в кресле главы академии, но обзор у него был отличный, и все эмоции он явно считывал. Посмотрим, зацепится ли за «определенные условия».

— Магистры, вы подтверждаете слова курсантки?

— Да, наши целители совершили чудо. Если бы нам увеличили финансирование, мы могли бы оказывать свои услуги лордам, которые проживают недалеко от академии, и…

— Я понял про финансирование, понял, давайте пока не касаться таких тем. О каких условиях шла речь, курсантка?

— Мне предоставляют место проживания, питание и необходимые учебники для подготовки к учебе на первом курсе бытового факультета.

Ректор торжественно кивал, деканы переглянулись.

— Вам все предоставили?

— Почти все, кроме питания, сменной одежды, и бытовых мелочей. Не думаю, что магистр ректор предполагал меня отправить еще раз к целителям, продержав два месяца совершенно без еды. Скорее всего, было кому-то поручено, но не выполнено. А место проживание мне предоставили, как и возможность пользоваться библиотекой.

— Бинар, — перевел сиятельный лорд свои тусклые глазки на ректора, — а кому было передано кураторство над курсанткой?

— Общее — магистру Рестону, боевой факультет, декан бытового в тот момент был занят.

— Я правильно понял, что декан не выполнил твое поручение? Рестон?

— Почему же? Я все выполнил, и каждый день первое время курсантка появлялась на завтраки. А потом она исчезла до начала занятий.

— Курсантка?

— Я действительно приходила в надежде, что поручение ректора о возможности пользоваться услугами столовой доведут до дежурного. К сожалению, изо дня в день в столовую меня просто не пускали, и пришлось думать о том, как элементарно выжить. Два или три дня я бы продержалась. Наверное. Но два месяца не смогла бы.

— И что у вас получилось?

— Мы случайно познакомились с магистром Регисом, узнав, что я курсантка АМСО, он предложил меня подучить для участия в соревнованиях. В этом случае решилась проблема с питанием, а финансовая поддержка призерам позволила устроиться до начала занятий на постоялом дворе. Можно проверить. Кроме того, мне хватило денег на сменную одежду, обувь, тетради и все необходимое.

Я говорила спокойно, без эмоций, как составляла протокол. Пока не понимала, для чего этот допрос, куда лорд ведет, и была настороже. И еще очень интересно, ректор дал поручение не кормить меня, или это деканы все же придумали? Я же помню их злорадные рожи, когда уходила, сглатывая слюну.

— Магистр Рестон, ваше предположение о наложении заклятий на вас обоих в летний период, вызвано тем, что курсантка вас решила наказать?

Я поморщилась, вообще-то неэтично устраивать разборки при мне.

— Да, курсантка, вы правы, подумав об этике, свободны. А всех магистров прошу задержаться.

Ничего себе! А магистр Леонтий говорил, что чтение мыслей не существует! Или он не знает? Покосилась на наставника — лицо невозмутимое, на Региса — вообще кремень.

— Простите, а нельзя ли уточнить, во сколько предполагается экзамен?

— Определимся и скажем, свободны! — рявкнул ректор.

Что ж так нервничать-то?

И вдруг подумала о ремонте академии, в которую совершенно не хотелось возвращаться летом. Кажется, что-то и учебному заведению пожелала. Не помню!

Быстро направилась к входным дверям.

Да, тут опять и маги, и мастера.

Села подышать на ободранную лавочку в окружении клумб с поникшими цветочками, ах, какой тут замечательный воздух, и усилила слух:

— Бесполезно! Хоть делай, хоть нет, все накопители извел!

— Еще раз пробуем, и пока его светлость тут — придется решать.

Сидела и думала, могла ли это сотворить.

Даты совпадают, а кто его знает, какими способностями обладала девочка. Пойду на встречу с группой, пора, пора браться за поиски всерьез.

Группа разбрелась, но староста сидела с учебником в столовой.

— Можно просто Лада?

— Конечно, а тебя?

— Мелия, Мел.

Мел так Мел, хорошим мелом можно жизнь раскрасить. Молоденькой гномочке раса подарила основательность тела, а боги или природа наделили обаянием. В принципе, я тоже не красавица, и внешне холодна, пока не улыбнусь. Парни говорили, что моя улыбка — мое тайное оружие.

В столовой никого не было, мы с Мел сидели за одним столом и улыбались друг другу. Кто начнет?

— Лада, мы правильно поняли, что деканы обвиняют тебя в своих… неприятностях?

— Знаешь, я сегодня это услышала. Еще не поняла, что за неприятности, расскажи?

— Там странность какая-то. У них болят челюсти или зубы, когда они подходят к обеденным столам или думают о еде. Мой отец зельевар, работает во дворце, к нему тоже обращались.

— А может, это им так кажется, а на самом деле последствия травм. Они принимали участие в боях без правил.

— Это где твоя команда вошла в призовую тройку?

— Ты откуда знаешь?! — я растерялась.

— Лада, город у нас не такой большой, в столице не разрешают селиться всем желающим, а отец ставил на вашу команду, и чуть не зарыдал, когда увидел первого бойца. Там такие страсти были, ого! Собственно, благодаря вам мне смогли оплатить учебу за два года, — она хитро улыбнулась, — о твоем участии в соревнованиях знают все, а наш декан хвастался, что сразу увидел твои возможности и оценил!

Прелесть какая! Одна я думаю, что никто ничего не знает. И почему лорд так подробно меня расспрашивал?

— Странно…

— Лада, и мы думаем, странно, что деканы после такого успеха академии к тебе придираются.

— Наоборот, академия проиграла, четвертое место.

— Почему? На четвертое место сдвинулись красные маски, а не сама академия. Серые маски сняли с себя выпускники и курсантка! Это поднимает престиж академии, увеличилось количество поступающих, и пригласили еще несколько преподавателей. И магистра Леонтия для тебя.

Я даже рот открыла, пожалуйста, еще одна точка зрения. Это не я его выпросила, это магистров не хватило!

Подумала и перешла на шепот:

— Тогда у меня есть два вопроса, ответь, пожалуйста.

— Если знаю.

— Меня и слухи устроят, может, наведут на мысль. Кто меня отправил в горы, или кто так сильно ненавидел, что мог бы это захотеть. Особое внимание обрати на друзей моей соседки. И за что наказан магистр Леонтий.

— Я поспрашиваю у отца. И у брата, он окончил академию в прошлом году. Про магистра проще, отец наверняка знает, я не спрашивала, просто слышала, что давно дело было.

— Поспрашивай, мне неудобно говорить на эту тему с наставником.

Мы расстались, я побежала к магистру, объявление об экзамене уже висело у расписания.

Глава 9

Наверное, можно посчитать, сколько экзаменов у меня было. И соревнований, это ведь тоже экзамены. Около сорока точно.

А настолько неорганизованных — не было.

И свою посильную помощь еще и внес магистр Леонтий, передав лорду, что я готова сдавать экзамены за весь первый курс:

1. Зелья и снадобья.

2. Виды бытовой магии, для меня дополнительные вопросы о типичных ошибках перепланировки домов.

3. Виды накопителей и простейшие амулеты, мне добавлены артефакты.

4. Магическая защита.

5. Этикет и манеры.

6. И лично меня освободили от физической защиты, это мне так аукнулось участие в соревнованиях.

7. Историю и окружающий мир всей группе зачли автоматом, и мне почему-то, в том числе за весь первый курс.

Вот тут я сильно удивилась. Несчастная методичка, выученная вдоль и поперек, кроме недоумения, ничего не вызывала. Из детской книжки, купленной еще летом, и то больше узнала.

Весь упор в методичке сделан на политическое устройство, подробно о большом Совете лордов, в каких случаях они имеют право вмешиваться, а в каких нет. И очень аккуратно намекалось, что Советы лордов считались самой справедливой системой, появившейся еще на заре времен, и подтвердившей свою жизнестойкость.

Больше про «зарю времен» не было нигде и ничего, по крайней мере, в тех источниках, до которых я смогла дотянуться.

А куда спрятался окружающий мир?!

И другие народы, и страны? За «железный занавес»?

Еще у Региса с Дугом пробовала спрашивать, мне только улыбались, и говорили, что как раз в академии все узнаю. Магистр Леонтий тут же требовал ответ про очередное зелье, а так называемый преподаватель-историк злился. Какой-то заговор молчания. Но ведь то один, то второй проговаривались о незаконных товарах, завезенных откуда-то!

Надо спросить потихоньку у гномочки.

Всю группу завели в кабинет травников, мы расселись, ожидая магистров.

Не люблю занятий там, где всегда хранятся травы, запахи одуряющие. В белый архив мой наставник травы приносит, причем и лишние специально, чтобы меня запутать. Но сразу после занятий ароматы уничтожаем.

Все повытаскивали записи с перечнем настоек, я подумала и вытащила учебник по магической защите, пробежала основное.

И вовремя!

Дверь тихонько приоткрылась, заглянул старшекурсник:

— Бытовики?

— Да.

— За мной, в другую аудиторию!

Привели нас в закрытый полигон младших курсов, я его про себя называла «лягушатником».

Коллективный бой, или что-то стоящее, здесь провести невозможно. Помещение длинное, но узкое, приглашаются к «барьеру», условной черте, за которую заходить нельзя, по два курсанта. По команде кидают заклинания. Даже и не ставится задача на скорость или сложность плетения.

Народ приободрился, я скисла. Посмотрела на комиссию, и совсем расстроилась. Наш декан по бытовке — понятно, а зачем тут историк и травник? И почему нет моего наставника?

Дверь опять открылась, мы с готовностью повернулись, о, магистр Регис!

Он быстро подошел к декану, пошептались, и подозвали меня. Обратился ко мне декан:

— А вы, курсантка, идете с магистром!

Я дернулась к сумке.

— Вещи можете не брать, все нужное вам выдадут.

Уходя, кинула взгляд на старосту, она смотрела вслед, прищурившись, едва заметно кивнула мне.

Почему-то меня это успокоило, и мы вышли.

Коридоры в академии длинные, извилистые и неприятные, куда мы — не знаю, покосилась на магистра и едва услышала:

— Откажись…

И тут же мы повернули за угол, к столовой преподавателей, у входа стоял ректор в неизвестной мне серой одежде, явно магической, закрывающей максимально тело от головы в капюшоне до пят. На груди шнуровка, прикрытая треугольником. Похоже на наш офицерской мундир 19 века…

Открыты только кисти рук и лицо.

— Ладания, а вы идете с нами! Одевайтесь! — и кивнул внутрь столовой.

Спрашивается, от чего и каким образом я должна отказаться?!

И сразу мне помахал магистр Леонтий:

— Поторопись!

За ширмами переодевались девушки старших курсов в такие же защитные комбезы, как и у ректора. Я пощупала материал, плотный, но тянется, это хорошо, у девушек все-таки грудь имеется. Оделась быстро. На спину крепится рюкзачок, успела посмотреть — вода, накопитель, ткань, ножик. Пайка нет. Странно. Мы учили, что паек — неотъемлемая часть собранного рюкзака. Накопитель и нож у меня свои, всегда со мной, как и пара артефактов, наверное, у более опытных еще что-то есть. Вероятно, наметили вылазку за пределы академии, а вот плановую или нет — интересно. И сразу ректор объявил:

— Учебная тревога, но относимся серьезно, на то, что вас пожалеют, можете не рассчитывать. Выходим к порталу.

В портальную комнату нас водили на экскурсию, маленькая, как коридор в хрущевках, еще и темно там почему-то, а нас в столовой человек шестьдесят.

Вышли строем, потянулись гуськом, никто не разговаривает.

Последней парой шагнули мы с наставником.

И оказались в горах.

Неожиданно!

Я оглянулась, кроме нас и нет никого.

— Магистр, какая задача у нас?

— Спрячься, и жди меня здесь.

Собранный, даже злой какой-то.

Вытащил артефакт, сжал его и исчез!

Меня даже замутило, ей-богу. Полное отсутствие основ, но ввести в курс личный состав обязаны! Задача, принципы связи, степень маскировки, как отличить противника от своего, хоть что-то! Я-то спрячусь, а как меня найдут?

Тьфу!

Хорошо.

Первым делом вытащила содержимое рюкзачка, а его подняла на дерево, зарыла в одно из гнезд и присыпала листвой. Поисковик сразу не найдет, если специальные чары не наложили, и птиц много, гнездо пустым не будет. А найдут — так отвлечет и запутает.

Наложила на себя магическую защиту, прицепила к голове пару веточек, сбить ровный абрис, а потом и завернулась в кокон от поисковиков. Расщелину нашла сразу, тут их полно, но спряталась в такую, из которой есть ходы в разные стороны, подальше от дерева. Запорошила следы и тихо спустилась в присмотренное место. Эх, было бы еще животное рядом, не свирепое, конечно, вообще бы класс. Пригрелась и слушала все звуки и шорохи.

Поесть я могу и через сутки, перед экзаменом напилась и вообще приготовилась, ладно, ищите.

Экзамен по маскировке, значит? Будет вам маскировка!

Часа через полтора услышала шаги. Двое. Покрутились вокруг меня, позаглядывали в расщелины, дерево нашли, сняли рюкзачок, еще раз пробежались, ко мне заглянули, не увидели, конечно, и ушли.

Прошло еще два часа, вернулся кто-то один, шепотом позвал:

— Курсантка…

Кто звал, не поняла. Ага, щаз-з, ждите!

Еще через час услышала негромкое шипение:

— Ты идиот, Бинар, хоть и ректор! Или поэтому ты ректор. И деканы твои такие же.

Интересно, а вот уже мой наставник. Я напряглась, и уже хотела подать голос, как услышала ректора:

— …те еще хитрые змеюки. Как посмотрят… две змеищи… Да, я их боюсь! И почему наш лордик к ней прицепился?

Тоже зовут — лордик, точно про сиятельство! А вторая кто змеюка, интересно…

— Что-то считал у нее, я-то сразу ей сильное заклинание дал, сказал, на встречи с лордом, защита. Она им активно пользуется, но нам это ничего не даст. А если наложит мои чары маскировочные — сразу найдем, только бы не заснула. Я не успел ничего сказать, к тебе бежал!

Ничего не понимаю. Почему мой наставник так хамит ректору. А маскировку я уже давно выучила другую, посерьезнее. И что же считал лордик?

Ректор-то психует:

— Все равно подозрительно, второй раз закинули в горы, и второй раз так не повезло! Увидела Рестона и пришлось тащить, кто знал, что она совсем память потеряет! Все бы сразу и сделали!

— А не надо было тащить! Оглушить не мог тихонько? Декан-боевик называется! Полный арсенал всего! Оба вы идиоты, где мы найдем такие особенности? Сколько опять ждать? Пошли, тут точно нет. Есть еще два места, где можно заснуть, и моли богов, чтоб не провалилась куда-нибудь!

Спасибо Регису, если бы не усилила слух, то ничего бы не услышала, ругались ректор с наставником на грани слышимости.

Так, что же происходит.

Получается, у девочки были какие-то способности. И что-то есть в горах, и мои руководители заинтересованы, чтобы теперь я тут и осталась. Так, что ли?

Те курсанты тоже не случайно пропадали?

И, главное, кому можно доверять, кто свой, а кто чужой?!

И что, теперь сидеть тут бесконечно?

Но лорд им не друг. А Регис? Регис что-то знал, или догадывался. Откажись — от чего? Кому отказывать?

Волшебный мир, мироздание, ох, и волшебный!

Я вдруг поняла, что мой секундомер включился.

И точно, над головой пронесся порыв ветра, и видимые снизу верхушки деревьев закачались.

И нет, это не магия!

Заморосил дождь, сначала редко, потом чаще, не сильный, но очень холодный, превратился в острые льдинки, и через полчаса обернулся снегом.

Удачно я наложила кокон, удачно, только лицо подмерзает, и руки пришлось аккуратно засунуть под себя.

Гром, да еще в снегопад, надо же, грянул неожиданно.

Чуть в стороне от меня развернулось странное действие.

Закрутилась воронка, как будто сбитый портал, видела такое в рисунках ошибок неумелых магов, и порывом ветра куда-то кинуло рюкзак, так похожий на мой. А следом закрутило кустарник, с него полетел снег в сторону, и мелькнул ботинок!

Вдруг почувствовала, что моим ногам стало холодно, очень холодно. Не поняла! А как же кокон, он должен сохранять ту температуру, которая была в момент заклятия. Перешла на магическое зрение — и ничего не увидела. Ничего! Нет потоков магии!

Теперь стало понятно. Каким-то образом я попала в аномальную зону, мы разбирали такие случаи. Эти зоны встречаются редко, и невозможно сразу понять, что магии тут нет по каким-то причинам. По крайней мере, магистры не смогли дать объяснения, и наставник Леонтий отмахнулся от моих вопросов. Но что эти зоны подвижные, мигрируют, рассказал, как одну из гипотез, наш травник! Он сам попал в ситуацию, когда, собирая травы, не мог активировать артефакт с порталом. Правда, в тот момент подумал, что артефакт был неудачным, даже обратился к создателю-магистру, но проверили вместе — и перенеслись тоже вместе в заданную точку. И только позже травник допустил существование аномальных зон, добавив, что его обсмеяли, и он ни в чем не уверен.

А вот я поняла, что травник был прав. И пожалела, что не спросила, в какой местности с ним это произошло.

Снег меня засыпал, я старалась не шевелиться, только сгибала и разгибала пальцы ног и рук, веточки в изголовье тоже забивало, укрупняя, и отлично! Ноги согрелись, и сугроб уже сохранял тепло, комбинезон не подвел.

Взошли обе луны, и я не понимала, как долго мне здесь находиться. Для чистоты эксперимента сутки?

Ненавижу задачи, которые хреново даны. Ненавижу просто.

Ладно.

Заснуть я себе не позволю, конечно, но более дурацкой ситуации не могу представить. Хотя и могу, пожалуй. Стала вспоминать забавные случаи в моей родной академии, как готовилась к самым первым экзаменам, бегала в тир, занималась рукопашкой, зубрила языки, как радовалась мама моему поступлению.

Ушки на макушке жили своей жизнью, и позволила себе отвлечься.

Каждое утро в день экзаменов, в своей еще академии, собираясь, я напевала: «Вставай, страна огромная, вставай на смертный бой…» Вообще любила старые венные фильмы, и песни тоже.

Мама у меня гораздо старше отца, так у них получилось, родила меня уже в свои сорок восемь лет, это не добавило ей здоровья, но школу я окончить успела при ее жизни. И даже порадовала поступлением в академию. И все. Родителей отца я не знала, это было их решение, а мои бабушка с дедушкой ушли, когда я еще в садик ходила. Отец завел новую семью, я в классе первом была, или во втором.

Но когда я напевала эту песню, мне казалось, что все деды-прадеды вставали за моей спиной, незримо поддерживая.

Нашел меня Регис.

Уставился в лицо — и не увидел!

А то ж. С маскировкой и без всяких магических фокусов у меня нормально было.

Голос его подрагивал:

— Не представляю, где она может быть, но чувствую, что жива, и рядом, и не вижу!

— Зови громко! — лорд, кажется. Или не лорд? Как же мне надоели их дурацкие игры:

— Что, можно выходить?

— Лада! — и магистр Регис собственной предательской персоной свалился в мою расщелину и почесал в другую сторону, забрасывая меня снегом. Я выждала, пожала плечами, и спокойно выбралась на свет божий.

Лорд был не один, еще несколько магов его окружали, опираясь на лыжные палки, тяжело дыша. Пробег какой-то? А лыжи совсем другие, непривычные, скорее, снегоступы, да, точно!

— Курсантка!

Ой. Отвлеклась.

— Ваша светлость, простите, не ожидала вас увидеть.

— И мы уже не надеялись с вами встретиться, как вас занесло опять в горы? — Лорд говорил спокойно, в отличие от своего сопровождения, и дышал нормально.

— По общей команде, вместе с магистром Леонтием, шагнули в портал. Магистр велел замаскироваться и ожидать сигнала. Какого сигнала, от кого, сколько ожидать — не сказал.

— И вы полный день и всю ночь тут и просидели?

— Другой команды не поступало.

Магистр Регис вылез, ругаясь:

— Ваша светлость, позвольте, я ее задушу?

Один из магов, самый измученный на вид, добавил:

— Готов помочь и взять всю вину на себя.

Только и осталось, что посмотреть на лордика, где справедливость? Я, что ли, отдаю дурацкие команды? Он хмыкнул, всем сказал:

— Отдыхаем. Приз все-таки взяли мы.

Маги медленно опустились на свои снегоступы. И Регис где стоял, там и рухнул.

Во мне энергия кипела, я предложила:

— Может, чаю приготовить?

— Здесь магии нет, аномалия. И резервы, и накопители у всех уже пустые, — сказал маг, желающий помочь Регису в моем убиении.

— У меня резерв полный, и накопители есть, — запасной вытащила, протянула этому страдальцу, — и еще один есть. Только котелка нет.

Котелок мне тут же кинул один из магов, а накопители пошли по рукам, честно все поделили, оживая прямо на глазах.

Набрала в котелок снег, утрамбовала, извела примерно четверть резерва, вскипятила, и тут же получила набор трав. Я отступила от котелка, кружки были у всех, кроме меня и лорда. Мне свою передал Регис, и один из магов протянул лорду, зато светлость наградила меня бутербродом.

Все молчали, но дышали уже спокойно, даже улыбались.

Огляделась, а дышится тут действительно хорошо! И даже на секунду можно представить, что я дома.

Снег начинал таять, поблескивая, а кое-где уже и разметало его в разные стороны, обнажая верхушки кустарников и небольшие возвышенности.

— Ваша светлость, хоть что-нибудь расскажите.

— Что именно?

— Какая была задача? Куда нас отправляли, если не в горы? Какую цель преследовали ректор и магистр Леонтий? Что за приз вы взяли? У меня еще есть несколько вопросов.

— Понятно. Поступим так, — лорд кивнул Регису, и все маги поднялись на ноги, — возвращаемся в отдел, задаем свои вопросы, отвечаем, гм, на некоторые ваши, и далее принимаем окончательное решение. У кого снегоходы для курсантки?

— У меня, — магистр Регис перекинул мне снегоступы, и подошел помочь с креплением. Дерево — это хорошо, и обыкновенные веревочки.

— Курсантка, идите следом за магистром, — скомандовал лорд и пошел первым, за ним Регис, я, за нами шли маги, в каком порядке, мне неизвестно. Я только спросила негромко:

— А ректора и магистра Леонтия не ищем?

— Нет, — услышал и ответил лорд, — они уже на месте.

На каком месте, даже спрашивать не стала.

Ритм поймала сразу, палок мне не дали, да и так справлялась, не отставая и не забегая. Дошли до края снежной равнины примерно через час. А дальше был довольно пологий спуск, совершенно занесенный снегом. Но все остановились, а кто-то из магов даже присвистнул. Я обернулась — свистел желающий меня удушить.

— Н-да, — изрек лорд, — а магии еще нет. Какие будут предложения?

Все молчали. Я не выдержала:

— А в чем проблема? Вы не здесь поднимались?

— Не здесь, — признался нехотя Регис, — а спускаться надо именно здесь, и это очень долго. Придется идти в связке.

— А на этих снегоходах?

— С горы? — изумился свистун, — там неизвестно, сколько снега. И нет таких навыков.

— Давайте, я попробую.

— Нет! — хором сказали все, — нет!

Я сняла свои снегоходы и один внимательно осмотрела. В принципе, нормальный борд. Только будет ли смысл.

— А скажите, если один маг спустится, допустим, магистр Регис, остальным как быть? Он ничем не поможет?

— Если бы один из нас спустился, то там как раз есть магия, и есть отличный артефакт, можно всех перенести.

— Сложный артефакт?

— Нет, просто активировать надо при наличии свободного поля магии, чтобы потоки были доступны, тут даже накопители не помогут.

— Ваша светлость, я смогу спуститься, если покажете, как активировать артефакт.

— Ладания, ваше стремление быть полезной поисковому отряду похвально, но откуда такие навыки у вас?

— Эти снегоходы очень похожи на доски для морских пробежек. Мои же родители держат таверну на побережье, кажется, я пробовала такие доски, это несложно, пока снега достаточно, вполне реально.

— Ой, да давайте покажем ей артефакт, если такая смелая, пусть пробует, вытащим, в конце концов! Шла действительно хорошо, я удивился даже.

Свистун протянул мне артефакт, быстро пробормотал активацию, показал принцип захвата.

— Только сначала одного сними, меня, а я уже всех остальных.

Пока никто не передумал, я быстро повесила артефакт себе на шею, примерилась к сноуборду, рассмотрела путь, шепнула мирозданию — помогай, и отнесла доску к краю.

И чего так волноваться магистру Регису?

Здесь вообще кататься можно, спуск пологий, вираж, еще вираж, небольшая горочка, какие-то огонечки, объедем, тут красота ровная-ровная, скорость нормальная, без экстрима вполне обойдемся…

Остановилась, оглянулась, перешла на магическое зрение, — да, правы, магия есть! Резерв наполнялся, я помахала всем. Мне замахали в ответ, раздался заливистый свист. Свистун какой нашелся! Вот тут я заволновалась, точно, одного бы перенести. Выделила свистуна, обвила артефактом — ох! Мага-то перенесла, только башмак его слетел. А надо крепче шнурки стягивать!

Свистун глазками сверкнул, но ничего не сказал, и перенес всех сразу.

Потери — один башмак.

Открыл портал магистр Регис, первым отправился лорд, чему-ту похмыкивая, затем я, и все маги по очереди.

Лорд объявил:

— Магистр Регис и курсантка, вас ожидаю в отделе ровно через час. Остальные за мной, перекусим, и начинаем готовим отчет. Регис, покорми ее и отведи переодеться в гостевую.

Глава 10

Судя по всему, этот отдел располагался все-таки во дворце, не хотела сюда попасть, но попала.

Мы шли по широким коридорам, очень высоким и светлым, украшенным лепниной. Надо же, какой контраст с замученной и темной академией, а ведь там полно бытовиков!

Окон не видно, много массивных дверей, сделанных из красного дерева редких пород, мы учили. «В огне не горят, и в воде не тонут», бормотнула я.

— Да, — рядом шел магистр Регис, явно тут не первый раз, кивал проходящим, не останавливаясь. Никто не на кого не смотрел, не принято, как все знакомо, и мне это понравилось.

Завел меня в обычный гостиничный номер, безликий и очень чистый. Диван и два кресла обтянуты темной кожей, стол письменный и стул светлого дерева. Прозрачные шторы пропускают свет, но не дают возможность разглядеть, кто в номере.

— Душ за дверью, обед и форму принесут, через час за тобой зайду.

Резко повернулся и вышел.

Как с ним тяжело. Рядом. Очень.

Вздохнула и услышала стук.

— Да? Войдите.

Открылась дверь, гномочка в аккуратном фартучке вкатила накрытой столик, подняла на меня глаза, и мы обе ахнули!

— Лада!

— Мел!

И хором спросили:

— А ты как тут оказалась?!

— Мел!

— Лада!

Эх, времени нет поговорить.

— Мел, мне надо успеть и в душ, и поесть, я сутки не ела. Через минут сорок за мной придут.

— Вот суп, я за формой!

До чего люблю шустрых и сообразительных! Пока ела суп, Мел принесла одежду, и мы обе заскочили в ванную комнату. Я мылась в кабинке и в двух словах рассказала, что произошло со мной: занесло в неизвестную местность, в предгорье, маги меня нашли и вернули.

— А вас куда перенесли?

— Лада, это только тебя забрали из группы, мы спокойно собирали травы на полянке, я вообще не понимаю, почему ты попала к старшим курсам. Все записываю, все, прямо в столбики! А если бы его светлость и магистр Регис не приняли решение тебя искать? Ешь второе и воду сильнее включи.

Мы переглянулись, я доедала мясо с овощами в душевой и слушала Мел.

— Судя по всему, твой перенос в горы в прошлом году получился случайно, отправляли тебя к дознавателям, на третий этаж, — азартно шептала гномочка, — у них была договоренность с третьим курсом боевиков, тогда еще вторым. Твоя соседка в прошлом году ничего не скрывала, ты никак не хотела уходить на ночь, оставляя ее одну. Обычно, если бытовики попадают в комнату к боевикам, то на все соглашаются, а ты, видно, не захотела. Брат рассказал, это широко обсуждали.

— Преподаватели могли знать?

— Конечно! Даже не сомневайся. В этом году бытовиков опять нечетное количество. А раз ты жила сразу с этой боевичкой, осталась в той же комнате.

— Но могли же переселить? И все-таки кто-то из магистров помог меня закинуть в горы.

— Так получается.

— Поняла, а что с Леонтием?

— А вот тут не успела расспросить, всем известно, что наказан, а за что — не знаю.

— Мел, выходим, спасибо.

— Стой! Ты… будем мстить?

— Кому? Курсантам?

— Да!

— Нет, Мел. Конечно, нет. Это система, понимаешь? Они прогнулись. Выходим.

Форма как моя, один в один, можно и к зеркалу не подходить, но оно такое большое, и не в душевой, грех не подойти. Я покрутилась, о! Талия тоньше, и плечи узкие, для девушки лучше, чем у меня были, а так все мое. Глаза чуть ярче, и волосы темнее. Или глаза поэтому и ярче. В принципе, из нас двоих собрали улучшенную меня. Забавно. Мел подошла ко мне, поправила воротничок.

— А ты здесь вообще почему?

— Лада, я же сестру подменяю по выходным, сегодня последний день недели, мы не учимся. Тебя тоже поэтому дернули с занятий, да? А когда тебе учить — им неважно!

— Сестра тут работает?

— Все тут работают, и отец, и брат и сестра. Она — старшая горничная во дворце, лучшим бытовиком считалась на курсе. Но если бы я не училась в АМСО, то и родня бы не помогла, тут строго. Вот про эту систему я понимаю, а про твою — нет.

Мел еще раз меня осмотрела, подтянула волосы в более строгий хвостик, и завернула в шишечку. Надо же, именно так мы делали на хореографии, преподаватель всегда требовала открытую линию шеи, считая, что так мы выглядим более женственно. Я-то подозревала, что ее раздражала наша форма.

— Кстати, а откуда тут форма курсантов?

— Лада, тут целые склады, не волнуйся.

Магистр постучался, дверь открыл, но входить не стал. Кивнула Мел, и пошла на выход.

Регис на меня не смотрел, торопился, и даже ни разу не оглянулся, иду за ним, или нет. Так и шли, как совершенно незнакомые.

Случайные.

Ненужные.

Больно. Очень больно.

Мысленно я сложила фигу и завела трактор, а не дамся!

Заехала с магистром под лязг гусениц, и не сразу увидела лорда.

А тут мебель сделана под него, не такое глубокое кресло, и стол чуть пониже.

Я опустилась в реверансе:

— Ваша светлость.

— Курсантка?

— Ладания Измор, ваша светлость.

— Я прекрасно помню, присядьте. Регис, оставь нас.

Магистр четко повернулся и вышел. Напротив стола лорда диван, надеюсь, штучки с диванами, в которых можно утонуть, и ты оказываешься в неприглядной ситуации, тут неизвестны. Присела аккуратно, нормально.

— Ну что, кто задаст вопросы первый, как считаете?

— Как вам угодно, ваша светлость.

— Тогда начнем с ваших. Слушаю.

Не дурак. Вопрос несет информацию. Хорошо.

— Ваша светлость, вопросов несколько. Последние — что за огонечки были на склоне, и что хотели от меня магистр Леонтий и магистр Бинар. Мой перенос с наставником — случайность или нет.

Лорд откинулся на спинку и кресла и хмыкнул, разглядывая меня с интересом.

— И как вы сами считаете?

Я пожала плечами:

— Возможны оба варианта. Но скорее всего, в неслучайном переносе появились случайные события. Допускаю мысль, что и ваше появление было не случайным, а ими прогнозируемым. Зачем-то.

— Вот как? — лорд нахмурился, активировал артефакт, лежащий перед ним, и опять посмотрел на меня:

— Расскажите подробнее об огонечках, и задавайте все ваши вопросы, чувствую, малой кровью не обойдемся.

— И я получу ответы?

— Вероятно.

Дверь открылась без стука, принесли напитки, передо мной поставили морс, судя по запаху. Но маг, который занес напитки, не вышел, а устроился в дальнем углу кабинета, за небольшим столиком, и сел к нам спиной.

— Ваши вопросы сразу запишем — нехотя объяснил лорд.

— Хорошо, — прикрыла глаза, и начала не спеша говорить, — огоньки светились, что странно после такого снегопада.

— Чуть подробнее.

— Голубые, сиреневые, розовые и желтые, всего одиннадцать, по чуть вытянутому кругу.

— Вы точно запомнили?

— Конечно!

— Подождите, — подбежал к магу, они пошептались, кивнул, — задавайте ваши вопросы!

— Хорошо, тогда с самого начала. Почему такой грязный, замученный и мрачный город? Такая же академия, и это несмотря на наличие бытовиков, и выпускников, и полного набора на всех курсах.

Наверное, лорд не ожидал от меня таких простых вопросов, крякнул даже, покосился опять на мага за столиком. Тот чуть повернулся, мордочку толком не видно, но явно что-то решали с лордом.

Тишина. Посмотрела вопросительно на лорда, он кивнул.

— Почему именно магистра Леонтия определили мне в наставники, и за что он был наказан.

Тишина.

— Почему преподавательский состав лжет на каждом шагу, радуется неприятностям курсантов, и помогает в создании этих неприятностей. За последние десять лет погибли 34 курсанта, общее для всех трагедий объяснение — неосторожное обращение с магией. Судя по всему, я была бы 35-й.

Тишина.

— Почему, имея факультеты дознавателей, криминалистов разного уровня и боевиков, академия следственных органов так несостоятельна?

— Достаточно! — гаркнул маг, сидящий в дальнем углу.

— Курсантка, — подозрительно ласково добавил лорд, — откуда у вас эти знания?

— Из библиотеки, — любезно сообщила ему, — готовилась к докладу по титулам. Могу добавить, что у всех 34 курсантов титулы были самые незначительные, или их не было совсем. Как у меня. Мне продолжать с вопросами?

Лорд покосился на мага, подождал и опять кивнул мне. Интересно, и кто этот маг в таком случае?

— Очень странно построена программа обучения. Куда делся окружающий мир? — начала я, но продолжить мне не дали.

Маг взорвался.

Настоящим взрывом, который снес и меня с дивана, и лорда с кресла. Что-то огромное и черное выбило дверь, и она закачалась туда-сюда.

Кабинет медленно наполнялся багровым дымом и белесой пылью. Дым забивал легкие, а пыль, вопреки всем законам, поднималась вверх, закручиваясь в воронку.

Под столом кашлял лорд, слышалась ругань, наверное, его вытаскивали.

Я никак не могла вдохнуть, и не сводила глаз с двери. Туда-сюда.

И чувствовала, как из меня выходит жизнь. Кто-то водил по мне руками, а, Рег, кажется.

Голова кружилась все сильнее и сильнее, я прикрыла глаза, и… все.

Глава 11

— Сколько пальчиков на руке, — спросили уже родным голосом.

— Шесть, — засмеялась я, не открывая глаз.

— В следующий раз ногу покажу, — пригрозили мне, — ишь, моду взяла в гости ходить без спросу.

— Торопилась? — предположила я. И испугалась. Вдруг меня засунули в другое тело! — Можно зеркало?

— Все хорошо с твоим лицом, — мне поднесли крохотное зеркальце. Мой глаз. И второй мой. Вытащила руку и взяла зеркало. Это я. «Привычка свыше нам дана, замена счастию она». Вот кто бы знал, что так можно себе обрадоваться. — Спасибо!

— Кашку будешь?

— Все буду, — спустила ноги, нормально вроде, — сколько провалялась?

— Скоро обедать будем, — получила уклончивый ответ.

— Отлично!

Пообедали мы все вместе в целительской, и кашкой, и мясом, отвратительно приготовленным, кстати, без соли и специй.

— И как у вас оказалась? Кто принес?

— Толпой ввалились маги, принесли тебя и еще двоих. День и ночь вы у них провели, а потом уж к нам, когда всем полегчало.

— А сколько здесь лежу?

— Да не волнуйся, сегодня выходной, никуда не опоздаешь.

— Целых семь дней? — ужаснулась я.

— Ну, почти. Четырнадцать.

И тут я испугалась. За Региса.

— Кого еще принесли?

— Только одного магистра и еще одну курсантку.

— Конкретно?

— Курсантка бытовичка, а магистр боевик, да их уже отпустили, тебе больше всех досталось.

Очень не хотят говорить, вероятно, приказ. Скорее всего, это Мел и Регис все-таки, ладно, и так узнаю, главное, здоровы.

Залезла в свою кроватку и прикрыла глаза, надо все вспомнить поэтапно. Целители входили и выходили, меня никто не трогал, что-то передвигали, а я никак не могла сосредоточиться, и пропустила, когда меня позвали.

— Кто зовет?

— Твой наставник. Магистр Дамий.

— Кто?!

— Ну вот, собственного декана не узнать! — раздался голос декана-бытовика, чтоб его приподняло… — опять память отшибло?

— Ой, простите, магистр Дамий. Не отшибло, не поверила просто, такая честь, такая честь…

— Переодевайтесь в форму и выходите! — скомандовал магистр и, не дожидаясь возражений, с достоинством удалился.

Я не спешила, сначала душ, форма, зеркало. Вышла.

И пошли мы проторенной дорожкой, в мою комнату.

Боевички не было, и кроватки ее не было тоже!

— Да, курсантка, — насладимся моим удивлением декан, — судя по всему, вы действуете на окружающих, скажем прямо, отрицательно. Бедная девушка взмолилась, чтобы ее переселили, боясь не сдержаться и вас наказать. Чем уж вы допекли не самую нервную курсантку боевого отделения, владеющую родовой огненной магией, даже думать не хочу. Так что живите в гордом одиночестве, а чтобы время зря не пропадало, подберем еще какой-нибудь факультатив. Помнится, я вам удачно присоветовал заниматься боевыми искусствами, так что еще несколько предметов вам как раз помогут занять время правильно, и на глупости места не останется. Расписание на столе, с утра вас ожидает бытовая магия и все необходимые дисциплины, ежедневые занятия на новом факультативе, как только с ним определимся, и ежевечерние по боевке, хватить отлынивать. Все ясно?

— А… магистр Леонтий?

— Без магистра прекрасно справитесь, основы вами получены, библиотека в помощь, на факультативах вас все равно курируют опытные магистры. Досрочная сдача экзаменов, по вашей просьбе, сохраняется, так что меня, как вашего наставника, не отвлекать!

Декан потопал было к двери, остановился и расплылся в радостной улыбке:

— Чуть не забыл! Раз магистр Леонтий пока отсутствует, во время общих завтраков, обедов и ужинов вы работаете в библиотеке. В расписание уже внесли изменения всем курсантам. Все сказал, кажется… — он задумался, — теперь все! До встречи на занятиях.

— Подождите, — заорала вслед, — а когда буду обедать я?

— А когда получится!

И этот гад хлопнул дверью.

Ах, чтобы тебя приподняло, опустило и перекосило, пожелала я без зазрения совести. Заметалась по комнате, скомандовала себе — айн, цвай, драй, медленно успокаиваясь. Выдохнула.

Так. Старое расписание увеличила и закрепила на стенку.

Смотрим и вносим изменения.

Завтрак был с 7.30 до 8.30, обед с 13.30 до 14.30, ужин с 20.00 до 21.00. Ужин пропал точно. Ладно, платить за библиотеку будут, куплю. Надо уточнить оплату, кстати. Нет, у них точно пунктик на еде!

И завтрак под сомнением, а вот обед с горячим надо сохранить.

Новое расписание:

В 6.30 пробежка, душ и завтрак в 7.00, и сразу библиотека.

Взяла новое расписание — опа! На нем пометка: 2 курс бытового отделения. Молодец, декан, ни слова ни сказал!

Занятия в группе с 8.30 до 13.30, далее библиотека до 14.30.

Боевка с 15.00. Ага, вот тут зазорчик полчаса… уточню в столовой….

С 17.00 еще один факультатив, а какой — не знаю. До 19.00. А домашки, когда их делать? За этот час до библиотеки?!

Стоп, а где взять лекции начала 2 курса? И с какого дня мне в библиотеку?

И кто куратор 2 курса?

А не надо ли мне на занятия… сегодня?!

Смотрим — сейчас начнется магическая защита с отсроченным действием, потом артефакты и этикет с манерами. Ну, гад, и тут промолчал!

Сгребла все нужное в сумку и бегом на занятия.

И даже успела в мой старый дружный коллектив, они теперь второй курс, до прихода магистра. Группа маленькая, десять столов, рассчитанных на двоих, причем два стола впереди совершенно свободных.

— Всем привет, куда можно сесть? Здесь не занято?

— Садись за любой пустой стол, — ответил мне парень с унылым невыразительным лицом. Где-то его видела довольно близко. Точно, в столовой на завтраке с бытовиками, он сидел третий с краю.

Магистр, как не странно, мне понравился: молодой еще парень, лет за тридцать с небольшим, длинный и тощий, с челкой до носа, серьезно увлечен своим делом, к курсантам относится спокойно, не делает мелких пакостей.

— Давайте знакомиться, я магистр Оланис, мы встречаемся по расписанию, желающие ко мне на факультатив — милости просим. У нас новенькая, встаньте.

Я поднялись.

— Курсантка Ладания Измор.

— Спасибо, присядьте, немного повторюсь. Что из себя представляет дисциплина, официально именуемая магической защитой с отсроченным действием, а в народе просто защитой от проклятий? Разумеется, мы познакомимся и с проклятиями, узнаем, как они классифицируются, по какому принципу, но большую часть учебного времени займемся именно защитой.

Магистр рассказывал о видах проклятий, а все слушали просто в мертвой тишине, никто даже не шевелился.

Надо же, как мы неосторожны! Любой маг, а при сильном эмоциональном всплеске даже кто-то неодаренный, может навесить очень серьезные проклятия. А большинство на долгие-долгие годы. Самое горькое, что даже от искренне нас любящих мы можем получить сказанное в сердцах проклятие, по сути, ничем не снимаемое, такие встречаются, и часто. Общая защита существует, как мой призовой артефакт, но дает всего несколько секунд. Магическая наука развивается, плетения все более и более изощренные, и надо уметь распознать проклятие вовремя и грамотно защититься.

Да, это даже серьезнее, чем просто боевая магия.

— Кто желает попробовать свои силы? Простое пожелание, без заклятий. Вот вы, адептка, как новенькая, выходите ко мне. И вы, молодой человек.

— Я не человек, — бормотнул унылый парнишка, — я оборотень, — но встал.

— Ага, — выкрикнул кто-то, я стояла спиной и не видела, — оборотень, только мелкий.

— Знаете, просто так ничего не происходит, — заметил магистр, — значит, это необходимо. Ладания, пожелайте адепту…

— Тармосу, магистр. Что-нибудь не очень злое.

— … Тармосу, а я подстрахую.

Парень, кстати, не боялся. И глазки умные.

— Тармос, желаю, чтобы ты научился улыбаться!

Мгновение ничего не происходило, потом парень несмело улыбнулся:

— И все?

Магистр смотрел на него, тоже улыбаясь. Целую минуту.

— Садитесь, курсант, — и обратился ко мне, — спасибо. Перерыв, и на второй половине занятия проверим, сколько продержится улыбка, обычно вам не свойственная.

Магистр вышел, я развернулась и запоминала группу, пятеро парней — оборотни, из одиннадцати девочек одна русалка, а остальные гномочки. И теперь я еще — человек… странно, гномы обычно с людьми ладят… кто же главный гад… и тут ли он. Надо знакомиться.

— Ребята, кто не знает… во время работы столовой мне поручено заменять библиотекаря, он временно отсутствует. Есть желающие помочь, это ненадолго? Разрешу там и готовиться к занятиям.

— Есть, меня возьми! — Тармос улыбался, и я кивнула, вернув ему улыбку.

— Ладания, можно Лада?

— Конечно.

— А как нам первым получать учебники?

— Быть первыми. Все на обед, а пока там очередь, вы сразу со мной.

— О, хорошо.

Народ переговаривался, и где наш проклятийник? Этот же вопрос задал вслух Тармос:

— И куда пропал магистр? Долго что-то… — улыбчивый парень производил совсем другое впечатление, русалка его рассматривала очень внимательно, ей-богу, — посмотрю, пожалуй.

Я подумала и вытащила учебник по боевке.

Тармос через несколько минут вернулся и позвал меня:

— Лада, магистр просил заглянуть к нему.

Наверное, по учебникам. А я не знаю еще!

Магистр стоял в кабинете у зеркала. Он, конечно, симпатичный, но вообще-то занятие уже идет.

— Курсант, тоже задержись.

Тармос вернулся опять к нам, а магистр, не отходя от зеркала, негромко попросил:

— Лада, попробуйте отменить свое желание. А то мне тоже прилетело.

О как…

— Магистр, улыбайтесь по своего желанию. Тармос, и ты тоже, но не забывай, что настроение передается. Будем доброжелательны!

В библиотеку бежали всей группой.

Выдали учебники желающим, показала всем каталоги, это мы еще с Леонтием завели с моей подачи. Зачем держать все в памяти одному, ведь иногда хочется всем посмотреть, что есть по теме.

Успели и в столовую, и на артефакты.

Все-таки наставник многому меня обучил, чем бы не руководствовался. Дружно делали накопители и передавали соседу, мой выпросил Тармос, и не прогадал: скромный артефакт оказался самым сильным в группе. Меня даже пригласили на факультатив, и очень настойчиво, но я засомневалась. Честно сказала — побываю на всех занятиях и выберу чуть позже.

Манеры и этикет, еще один предмет, мне не понравился. Точнее, мне не по душе пришелся преподаватель, довольно неприятный тип с выпирающим подбородком и торчащим носом. Черные волосы, давно не стриженные, космами лежали на плечах. Присмотрелась к странным пуговицам — в два ряда артефакты! Слабенькие, но все же…

— Адептка, насмотрелись?

— Пожалуй, — подавила свой смешок, что он там себе придумал, и серьезно кивнула.

— И зачем мне новенькая? Еще одна кривулька горбатенькая? Обо мне никто не подумал! С этими пеньками страдаю, и еще один подкинули. Сядьте в угол, и смотрите. Не знаю даже…

Ни одного доброго слова никому не нашел, вот ведь какой!

— Девушки, реверанс!

Сам виноват, что спину никто не держит. И локти у всех торчат, и вообще…

— Показываю последний раз, кто не повторит, выгоню! Новенькая, встаньте со всеми.

Он пластичный, и даже ничего, если бы умел учить. Поэтому и нервный.

— Следующий!

Я опустилась глубоко, и вспомнила лордика. И сразу — Рега, магистра Региса.

— Ну, терпимо. Можете встать. Занимайтесь сами, не шуметь, вернусь к концу занятий, проверю. Ясно? Вы, новенькая, присмотрите. Нечего прохлаждаться!

Преподаватель шустро ускакал. Я вышла в центр и всем улыбнулась:

— Парни, покажите поклон? Понятно, Тармос, отводи их в тот угол, и добейся без ругани, чтобы все делали, как ты. Девушки, подходим ко мне поближе. Смотрите, в чем ваши ошибки, я показываю, что делаете вы. Кто заметил неверные движения?

Девочки всплеснули ручками, и заговорили, перебивая друг друга. К концу занятий худо-бедно подучились, но приличный реверанс требует развития всего тела, а это не так просто, как кажется. Разбила всех на пары, и девочки подсказывали сами, что не так.

Преподаватель пришел, смотреть не стал, поругал еще раз, и всех отпустил.

А на боевке я ахнула! Спросила у двух девушек, кто у нас ведет занятия.

Магистр Регис собственной предательской персоной вел этот факультатив, куда мне теперь ходить обязательно! И не сбежать.

Ну, мироздание! Сволочь ты и все, нечего больше добавить!

Двадцать людей и нелюдей сидело на скамеечке, и я в том числе, когда дверь распахнулась, и на пороге возникли наш декан и Регис. И оба обратили внимание именно на меня.

Магистр Дамий ехидно улыбнулся, а магистр Регис не ожидал, что я нарисуюсь, и застыл столбом. Пришел в себя первым он, бытовик еще скалился, у меня сердце бухало, а Регис уже дал команду построиться.

Декан просто счастлив, и я вдруг догадалась — таким образом мне еще раз аукнулись бои без правил, все-таки наступила им на мозоль.

После занятий Регис громко объявил:

— Новенькая, курсантка Ладания, задержитесь.

Переоделась и вышла в зал. Декан ушел, меня ожидал Регис.

— Слушаю вас, магистр.

— Лада, как вернуть наши отношения… дружеские, я надеюсь.

— А что вас смущает, магистр? Зачем?

— Мы же друзья!

— Друзья? Вы работаете в закрытой структуре, по своим правилам и законам, им подчиняетесь в первую очередь, какие могут быть отношения, тем более — дружеские? До определенной поры?

Мы говорили негромко, Рег смотрел на меня, а я на стену, по которой ползла, подрагивая, защита от прослушки. Красивая магия у него, у меня гораздо проще, и цвета не такие яркие.

— Велик признался… я из него выдавил, не верю в совпадения… новый ректор вредный немного, но он тоже аристократ, у них благожелательное отношение только к ровне…

— У нас новый ректор?

— Да, ты с ним знакома.

Я встала.

— Магистр, мне пора.

— И даже не спросишь, кто это?

— Вы искренне думаете, что я, не получив ответа ни на один свой вопрос, стану у вас или у его светлости что-то выяснять, даже такую мелочь?

Уже у выхода услышала:

— Не мелочь, Лада, совсем не мелочь…

В библиотеке ожидали одногруппники, молодцы, пришли пораньше. Желающим быстро выдали учебники и подбирали свои.

— Ребята, у нас новый ректор?

— Лада, уже несколько дней, только не ясно, куда старый делся. Никто не знает.

— А новый кто?

— Какой-то целитель, говорят, крутой маг, — Тармос прищурился и надул щеки, — кругленький такой, как булочка.

Я похолодела.

Наверное, как пончик. И не мелочь, да.

А довольно крупная гадость.

Мысленно вычеркнула Велика из списка друзей, а ректора записала врагом. Крупным.

Глава 12

Приглашение явиться к ректору передал мне декан, как раз закрывала библиотеку и надеялась успеть на завтрак.

— Нет, — отрезала я, — мне надо успеть перехватить хотя бы булочку, и сразу занятия, у вас, кстати.

— Нас вместе пригласили, так что идем вдвоем.

И этот наставничек и декан, немало не сомневаясь, шустро поскакал впереди меня.

Только и успела пощупать свой впалый животик. «Держись, — сказала ему, — щаз все выясним, если что — напишем заявление об уходе.» Пока шли, поняла, что фиг вам, а не заявление. Ну уж нет, невыданные серьги до сих карман пор оттягивают.

Пончик светился от счастья, украшая собственной персоной огромный и мрачный кабинет ректора АМСО. Углы так и затянуты ночью, но внутренняя лампочка самодовольства главы академии разгоралась все ярче прямо на глазах, даже можно разглядеть какие-то награды с гербами на стенах. Так и было, пока я не показалась из-за спины декана.

— А, вот и она, самая скандальная курсантка, — медленно протянул новоиспечённый ректор, и так же медленно стал гаснуть его настрой, — почему плохо работает библиотека? Должен быть доступ весь день, а не когда вам заблагорассудится.

— У меня никто не спрашивал согласия, поставили в известность, что надо помочь академии, выдавать учебники и необходимые материалы, пока не подберут специалиста. Кроме того, мне не сказали, сколько я буду получать за эту работу.

— Курсантка, вероятно, ваши травмы неизлечимы, — сложил ручки на животе ректор, — во-первых, это наказание, о какой оплате идет речь? Во-вторых, вы и так не являетесь образцом поведения, и мы рассматриваем необходимость вашего присутствия в стенах столичной академии.

Я даже глаза прикрыла, чтобы не убить тут никого, и попыталась успокоиться.

Они же меня специально доводят!

Специально!

Им нужно хоть какое-то оправдание!

— Спрашивать, какие ко мне претензии, нет смысла?

— Разумеется!

— В таком случае, с какой я целью к вам приглашена?

— Должен же я знать, что за особа шляется по вверенному мне заведению, нарушая все правила?!

Не знаю, как сдержалась, просто не знаю. «Айн, цвай, драй, полицай», — уговаривала я себя.

Помощник ректора вкатил столик с тарелками, супницей и прикрытой белой салфеткой выпечкой, источавшей умопомрачительные запахи.

Мгновенно пончик потерял ко мне интерес и указал на дверь:

— Идите и подумайте о своем поведении, следующий вызов к самому ректору будет для вас последним!

Молча повернулась и вышла, помощник в приемной вытащил было тетрадь с ручкой, но я сдержалась, пока за мной не закрылась дверь.

В темном коридоре я остановилась и оглянулась, никого нет?

— Чтоб ты жрал и жрал все, что видишь, и о чем подумаешь!

И ушла с глубоким чувством выполненного долга.

В группе объявила, что декана задерживает ректор, сидим тихо, во избежание всяких наветов.

Села и задумалась, и что делать? Выгонят завтра-послезавтра, и замену найдут сразу. Справедливости не будет, а милосердие… тут это слово неизвестно.

Декан так и не пришел, все учили, кому что требуется, и у меня наконец-то появилась возможность найти старосту прежней группы.

Проклятийник отпустил пораньше, улыбка Тармоса прекрасно себя чувствовала, на высшей балл, я попрощалась и понеслась к расписанию первого курса. Повезло — гномочку нашла в лаборатории зелий, и затащила в библиотеку.

— Мел, как ты? Сильно пострадала?

— Лада! А я не могу попасть к тебе. Даже в столовой не вижу!

— Рассказывай!

— Как только король вышел из себя, все активировали защитные амулеты. Мы уже привыкли, а почему ты не успела — не понимаем!

— Это был король?!

— Ну да, хотел сам тебя послушать, наверное, и опять не сдержал силу. Лорд, конечно, большую часть на себя направил, но и тебе досталось. Магистр Регис, помнишь, он оказался с тобой в одной тройке на соревнованиях, первым бойцом, жаль, что ты так и не увидела его на ковре… Избитый такой, сам темненький, с резкими чертами лица? Помнишь?

— Помню, да.

— Ну вот, он к тебе кинулся и успел! Редко кто выживает после приступов короля.

— Я… не знала!

Гномочка побледнела, схватила меня за руку:

— Лада, как не знала, я под магической клятвой, не смогла бы рассказать! Скажи, что ты просто не успела с амулетом! Скажи!

— Мел, наверное, никто не ожидал… Или наложили на меня клятву, не поставив в известность… прости, пожалуйста! Как ты себя чувствуешь?

— Как обычно!

Я испугалась за Мел. Она мне нравилась, смешная девчонка, тугие ручки и ножки, тугие две косички, свернутые каральками, пятиклашка-отличница.

— Пойдем к целителям, Мел, пусть проверят!

Но гномочка смотрела на амулет с зеленой искоркой.

— Вроде все в порядке, если голова закружится, нажму на портал, сразу к отцу во дворец. Здесь не помогут.

— Мне же помогли!

— Лада, у тебя совсем другая история, как у его светлости, и все равно сначала вы оба во дворце лечились.

— Хорошо, а можешь сказать, как себя чувствуют король и лорд?

— Его величество опять кается, — перешла на шепот, — как всегда. А его светлости уже получше. Его невозможно совсем вылечить, давно болеет, всегда не в духе… Подожди… Или все-таки к отцу перенестись, проверить? Лада, а давай вместе, пусть и тебя проверят!

— Меня выгонят, если опоздаю на свои занятия, или в библиотеку. Пока магистра Леонтия нет, выдаю всем пособия.

— С чего это?!

— Я же без титула, Мел, а тут полный произвол. Бои без правил.

Гномочка фыркнула:

— Мой отец что-нибудь придумает! Становись ближе! Лада, даже не сомневайся!

Поколебавшись, я протянула руку, и мы оказались в небольшой светлой комнате, дверь из которой привела в огромную лабораторию с легким ароматом трав и настоек.

Могучий гном у входа, нежно касаясь травок на столе, что-то бормотал себе под нос.

— Папочка, можно к тебе за помощью?

— Можно, подожди немного, заканчиваю.

Как же здорово, что есть такая возможность, подойти к кому-то большому и сильному, и сказать: папочка, а я за помощью. И он обязательно откликнется…

Огляделась. Лаборатория впечатляла не только своими размерами. Очень светлая, с огромными окнами, а сколько и на них, и на стенах защиты — просто немыслимо. Все цвета радуги, переливаясь и смешиваясь, давали дополнительную подсветку, совершенно не видную обычным зрением, но очень помогавшую при вливании магии в то или иное зелье, это я уже давно знала. Высокие шкафы с выдвижными ящиками по периметру всей лаборатории, а столов насчитала тридцать! Совсем маленькие, на один котелок, и очень большие, где котелков стоит в ряд несколько. На ближайших сушилках разложены травы, таких и не видела никогда. При этом в лаборатории свежий воздух, можно нормально дышать!

— Лада, — окликнула Мел, — папочка предлагает идти к его светлости.

— Да, вы молодцы, что сразу сюда перенеслись, за прогулы не беспокойтесь, уладим. Подождите здесь, никуда не выходите. Парни, покажите наши чудеса, займите девочек и присмотрите, чтобы не полезли куда не надо.

К нам подошли двое, гном и человек, повели нас по лаборатории, Мел уже все тут знала, иногда вставляла пару слов, а мне все так понравилось, особенно вытяжные шкафы. Ведь можно же сделать вентиляцию, можно, неужели академия так беспомощна?

— Скажите пожалуйста, а почему у нас в учебных лабораториях зельеваров нет вытяжки?

Оба сопровождавшие переглянулись с недоумением, и человек солидно сказал:

— А мы здесь при чем? Мы во дворце работаем.

Вот тебе раз! Странный мир все же, и установки странные…

Отец Мел вернулся к нам совсем не скоро, примерно через час, и сразу велел:

— Девочки, вы обе остаетесь, с утра идем к его светлости, сегодня он очень занят. Мел, вам в гостевую на двоих, это на третьем этаже, помнишь?

— Конечно! А ректору сообщите, а то Лада еще в библиотеке работает.

— Сообщили, бегите, вечером зайду к вам.

Каникулы!

Надо же, как нам повезло.

Поселили в отличный гостиничный номер, и даже обед принесли! Я так мечтала выспаться, а тут сна не в одном глазу.

Мы сдвинули кровати, переоделись в длинные ночные рубашки и устроились на подушках.

— Лада, как тебя приняли в старой группе?

— Ты знаешь, нормально, и подумать не на кого. Совершенно. Группа занята собой, но меня особо никто и внимания не обратил, пришла и пришла, даже в библиотеке помогают.

— Может, им память подчистили? — гномочка сморщила лобик.

— А что, так бывает? Первый раз слышу!

— Ой, Лада, даже странно, что я с тобой так откровенна, сама себе удивляюсь. Мне даже кажется… ты на меня никак не воздействуешь?

— Издеваешься?! С собой бы разобраться! Кстати, а про наставника нечего не слышала?

— Боюсь, что это тоже закрытая информация.

— Тогда не говори, не хочу тебя подводить! Давай спать, раз так повезло, два часа счастья!

— Спи, отец предупредит заранее, разбужу.

Уснула я с трудом, заставила себя. Как ни странно, снились огонечки в горах. Показалось, рядом с ними, поскрипывая снегом, кто-то ходит, все время огоньки перекрывали тени, но рассмотреть чьи — не смогла. Четко увидела только то, что теней две, одна чуть длиннее.

Проснулась резко, как по будильнику, за окном совсем темно. Светильники в нашей гостевой комнате направленны на входные двери, явно Мел постаралась. Сама она уже в форме, присела в кресло и задремала.

Я поскакала в душ, быстро оделась, и подошла к зеркалу. Что значит отдых! Свежая мордочка, глазки блестят, и макияж не нужен. Выспалась отлично, и что буду делать ночью?

— Мел, просыпайся… Как себя чувствуешь?

Все-таки еще совсем ребенок гномочка, хоть и старше меня. Глазки кулачками потерла, зевнула, как котенок.

— Пришли?

— Нет еще, ты успеешь умыться.

— Ага, иду. У них просто комнаты сонные…

Зашел за нами отец Мел, его милость Бэр, если по титулу обращаться. Мы спустились на этаж вниз, вышли в коридор, и я сразу узнала, куда дальше идти, замедлив шаг перед одной дверью. Там еще небольшой коридор и приемная.

— Лада, ты здесь была уже?

— Да, магистр Регис сюда приводил.

— Один раз?

— У меня память хорошая.

— Очень хорошая, — подтвердила Мел, — и Лада уже на втором курсе, кстати. А я на первом.

— Я и должна быть на втором.

Бэр заглянул к лорду, я почувствовала, что Региса там нет, и мне стало легче.

Нас пригласил молодой парень, осмотрел придирчиво с ног до головы, и открыл двери.

Лорд не сидел за столом, а полулежал в кресле, а рядом с ним, на соседнее кресло, скромно присел Бэр, еще что-то договаривая. Лорд кивал ему, увидел нас и поднял руку. Мы с Мел замерли. Я решила, что посмотрю, как она будет его приветствовать, и повторю, но гномочка просто сдержанно поздоровалась.

— Рассказывайте подробно, и присядьте, я не совсем здоров.

У Мел память не хуже моей, пока она говорила, что ее смутило, и показывала свои артефакты, я оценила здоровье лорда гораздо ниже среднего.

А ведь по его команде меня искали. И нашли…

Лорд выслушал и удивился, сильно причем, опять переговорил с Бэром, и оба развернулись ко мне.

— Курсантка, и чем ты нас еще поразишь? И спросить про твои способности не у кого.

— Я тоже знакомлюсь со своими возможностями. Может, имеет смысл поговорить с проклятийником? Но у нас прошло всего два занятия.

— Эти способности очень редкие, и магистры обратили бы внимание сразу.

— Ваша светлость, мне кажется, они и обратили, только истолковали по-своему. А вы позволите пожелать вам здоровье?

— Ваша светлость, — вмешался отец Мел, глазки у него загорелись, но гномы народ обстоятельный, — это очень серьезно, в нашей ситуации вдвойне, давайте встретимся с магистром по проклятиям, это его милость Оланис, помните?

— Помню. Приглашайте. Девушки, вернитесь к себе, но пока не ложитесь спать, поужинайте, вам принесут, а из комнаты не выходите.

Так вкусно и разнообразно я даже на своем милом постоялом дворе не ела! И суп принесли, точнее бульон, к нему предлагались мясные нарезки, и сухарики, и что-то мною не опознанное, маленькие пышечки с начинкой. Несколько салатов, и горячих блюда два, с мясом и рыбой. Десерты на выбор, напитки, и вино принесли, но мы дружно от него отказались!

— Да, это вам не наша столовая, — заметила Мел, аккуратно нарезая пирог, — Лада, а ты точно без титула?

— Ну да, если меня гнобили так дружно… и личное дело мне показывали, ни слова о титуле. А что?

— Ты первая на моей памяти без титула, но с умением пользоваться столовыми приборами. Даже отец в вилках путается, меня-то уже тут учили, а ты как родилась с этими знаниями. И реверансы твои всем на зависть, и носишь одежду очень естественно и чуть небрежно, это достигается большим трудом, даже сестра мучается, а я до сих пор форму предпочитаю, не так заметно. И не горбишься никогда, и сидишь красиво, мы всей группой смотрим обычно на тебя.

— Мел, ты же меня в платьях не видела!

— Смотри, даже наш противный декан именно тебя отправил на боевки сразу! Больше никому из бытовиков не предлагал. Знаешь, надо все-таки проверить, я скажу отцу.

— Говори, что хочешь! — Мне стало так смешно, эх, не расскажешь же, как меня гоняли на этикете. А после восточных церемоний обычный стол просто семечки.

Нас пригласили к лорду сразу после ужина, мы вошли и удивились: в кабинете сидели и стояли маги всех возрастов и, скорее всего, статусов. Не знаю, кто из них люди, но всего около пятидесяти существ, ей-богу. Лорд так и полусидел в кресле, и я присела в глубоком реверансе, не сводя с него глаз. Да, мы недавно виделись, но в присутствие такого количества народа обязана соблюсти правила. Мне вообще нравилась идея этикета, как не странно, он здорово облегчает жизнь.

— Ну что ж, проведем эксперимент, — медленно сказал лорд, — мое состояние здоровья зафиксировали целители, Ладания, теперь готов выслушать вас.

— Простите, ваша светлость, а когда в своей жизни вы чувствовали себя лучше всего?

— В юности, конечно, — хмыкнул лорд.

— В таком случае, — чуть помедлила, — пусть недуги и болезни уйдут от вас прочь, пусть вернутся силы и бодрость, пусть энергия солнца, мощь земли, огня и ветра, опираясь на память юношеского тела, помогут вам восстановиться и вернуться здоровым к тем делам, необходимость которых и занимает ваш ум.

Рядом с лордом присел наш магистр по проклятиям, он кивал на каждое мое слово, и с торжеством посмотрел на больного.

— Спасибо за пожелание, курсантка!

— Будьте здоровы, — я улыбнулась, и все заулыбались в ответ, зашумели, переговариваясь, — вероятно, нам не стоит вам мешать?

— Да, идите на отдых, но завтра мы еще раз встретимся. Ректору передадим, не волнуйтесь, а в нашей библиотеке есть любые учебники. Я вас приглашу.

Еще раз реверансы, ответные поклоны, и нас отпустили.

Глава 13

Мы не встретились и «завтра», и «послезавтра», и еще нам подарили несколько дней, чему наивные курсантки тихо радовались, пропадая в главной дворцовой библиотеке.

Только бы о нас не вспомнили — мечтала я.

Первые дни со мной везде ходила Мел, удостоверилась, что уже легко ориентируюсь в довольно запутанных переходах, и с чистой совестью сбежала в лабораторию отца. Встречались мы только за завтраком и ужином, на обед она не прибегала, но с каждым днем ее распирало от каких-то новостей все больше и больше. А я изо всех сил не спрашивала.

И меня распирало, и тоже поделиться не с кем!

Единственные люди, точнее гном и два оборотня, с которыми я могла поговорить, честно посвящали свое время исключительно мне. В библиотеку никто даже не заходил, вот что удивляло!

Оборотни, могучие парни, притаскивали все, на что только падал мой любопытный глаз. Они явно не очень любили книги, но как подручной силе цены им не было. Многие фолианты оказались специально сшитыми по темам, и вес у них был о-го-го какой.

С главным библиотекарем мы мгновенно нашли общий язык, стоило рассказать о каталогах академии. Дядечка сначала расстроился, как это он не знал о таком удобстве, потом стал продумывать, как лучше все оформить, подбегал с вопросами, и мы подружились. Рассказала о тематических разделителях, удобных ящичках, карточках, и все! Каждый день нам приносили новые ящики, первый сделали по моему рисунку, а потом кто-то из магов просто копировал.

Самый маленький простенок уже закрыл высокий шкаф, откуда выглядывали аккуратно подписанные и заполненные ящички, когда сообщили — приглашают на следующий день к лорду.

Ночью я перебирала в голове все, что узнала за эту неделю.

Прежде всего о проклятиях.

Оказывается, ничего толком не зная об этой области магического знания, я шла наощупь, и все-таки вышла на правильный путь. Даже странно, что наш магистр выстраивал свои лекции, откровенно нас запугивая.

Изначально идея пожеланий как раз и нацеливалась на здоровье, плодородие и помощь, в этом случае дар откликается гораздо, гораздо охотнее. А вот истинные проклятия родились как исключения, причем вынужденно, в поисках защиты от диких зверей. В дурном сне никому в древности и не пришло бы в голову направить свой дар на соседа, друга или соплеменника, пожелав ему беды.

И наконец-то я нашла записи о «заре времен». Собственно, если бы не закопалась так глубоко в историю проклятий, не наткнулось бы на окружающий мир, скрытый действительно не условным, а самым настоящим занавесом.

Оказалось, все просто — власть не поделили маги. Образовалось несколько группировок, и самая сильная прокляла небольшую группу магов, послабее, но имеющих на огромном острове обширные земли, к тому же плотно заселенные. Отдельно прокляли всех, кто стоял во главе островных магов.

Ничего нового, обыкновенная история, не сильно отличается от наших войн. Опять не поделили власть, территорию и деньги. Отличие в одном — в магии. И воспользовались именно ею, тем оружием, которое есть под рукой.

Конечно, история изобилует именами, доблестными воинами, праведными мужами и верными соратниками. Явно существует своя трактовка у тех, кто живет «за рубежом».

Вопрос в другом — какое отношение имеет ко мне остров вынужденных затворников. Это главное, а остальное отсюда вытекает.

Мироздание, очень хочется с тобой поговорить. Очень. К тебе прямые вопросы появились. Давай встретимся, но без летального исхода, давай?!

Крутилась до утра, боясь разбудить Мел, и думала, что заснуть не смогу. Но разбудила меня гномочка, довольная всем и веселая. Достанется же какому-то парню такое сокровище, и умница, и обаяшка, и всегда в настроении.

Дай ей удачи и любви, мироздание!

За нами пришли и повели к лорду мгновенно собравшиеся парни из библиотеки, я аж застонала.

И где была моя голова? Что, уже и охрану не могу отличить от библиотекарей?!

Кабинет удивительно изменился.

Исчезли все кресла, их заменили скромные диванчики для посетителей, аккуратные шкафы с каталогами стояли вокруг одного большого письменного стола. Быстро хорошее дело подхватили!

В углу, за маленькими конторками, явно помощники, не обращая на входящих особенного внимания, занимались своими делами. А где сам лорд?

За столом сидел, откинувшись на спинку стула, незнакомый человек, очень коротко остриженный, и смотрел на нас спокойно, едва заметно улыбаясь.

Ой! Это лорд!

Наш лысенький изможденный лордик превратился в моложавого дядечку, брюнета с серыми глазками, и уже откровенно веселился, поджидая, когда мы его узнаем!

Я вытаращилась на него, и меня даже пот прошиб.

А ведь как прав наш проклятийник, начиная лекции с ответственности магов. Как же можно навредить, если простое пожелание здоровья так преобразило человека!

Все молчали, и лорд, казалось, думал со мной вместе, и даже кивнул, веселье его покинуло, но смотрел на меня внимательно, не сводя глаз.

— Да, курсантка. Ответственность на вас велика, дар обязывает. Присядьте обе.

Мел прошла вперед, села, я устроилась рядом, и выдохнула.

Вот оно как…

— Итак, девушки. Вы обе переходите на постоянное проживание во дворец, зачисляетесь в штат, Мел по собственному выбору, как решат с Бэром, на их усмотрение. Лада, вы определены ко мне в помощники, оплата стандартная, питание в нашей столовой. Но я помню о своем обещании дать вам возможность окончить академию. Учиться будете здесь, программу составит новый ректор, учтет все ваши особенности. Классы оборудуют, магистров у нас и своих достаточно. В академию появляетесь только на экзамены. Вероятно, в группу добавим еще несколько курсантов. Сейчас вас обеих перенесут в прежние комнаты, заберете личные вещи. С вами отправляется охрана, не сбегать и не прятаться, не усложняйте работу моим сотрудникам. Свободны!

Мы вышли и молча направились в портальную комнату.

В очередной раз академия поразила своим убожеством, да что же это такое! Темные извилистые коридоры, чуть подсвеченные, только чтобы не запнуться и не налететь на кого-нибудь. В моей комнате все без изменений, собрала вещи быстро и принялась за уборку.

Парни, похожие друг на друга как репка и огурец, обомлели:

— Лада, а… зачем?

— Нормальные люди сдают чистое помещение, — сквозь зубы прошипела я, — еще и коридор рядом приведу в порядок.

Сунула им сумку, вышла и осмотрелась. Раз на этаже живут девочки, все должно радовать глаз. Запасной накопитель и резерв полнехоньки. Приступим.

Вымыла стены, пол, потолок еще и высветлила, не тронув рисунок, который там оказался.

Нашла окно, прикрытое грубой тканью в тон стен. Зачем, защита? Магическим зрением ничего не увидела, обычно вижу все плетения лучше магистров. Отмыла окно, а ткань оставила, как портьеру, но сделала тоненькой и блестящей. Отошла посмотреть, что получилось.

Совершенно другое дело! А ведь времени ушло всего около двух часов. Полная академия бытовиков, придумали бы зачеты на практике, и не надо требовать заменить обрезки тканей и деревянные обломки, сваливая на то, что старые уже не видны новым курсантам из-за магических плетений.

Я бы не только ректора поменяла, но и завхоза, если таковой тут имеется. А нет — ввела бы. Хреновые хозяйственники!

Одна девочка выглянула в коридор, еще одна, и потихоньку собралась целая толпа. И молчат, смотрят круглыми глазами.

— Девушки, я ухожу, а к вам просьба: поддерживайте чистоту, мы же бытовики, пусть всегда тут будет так же нарядно!

И мы ушли с парнями в портальную комнату, пока, академия!

Поселили нас с Мел рядом, но в отдельных комнатах, и на другом этаже. По обе стороны наших комнаток и напротив устроились парни, по двое. Охрана. Я спокойно отнеслась, а гномочка занервничала.

— Лада, это что за новшество? Неприятно, да?

— Почему? Нормально. И даже удобно. Можно и разминки с парнями делать, ведь они где-то занимаются, форму надо поддерживать.

Бедная гномочка скривилась, а я очень довольна, очень!

Привела комнату в порядок на свой вкус, да тут и площадь больше, даже гардеробная есть. Кроме душа, есть и ванна, все удобно, только цвет стен поменяла.

Через два дня обжилась полностью, мне установили дополнительные шкафы, за одним из них и пряталась кроватка, а так при входе получилась гостиная, парни притащили диван, и частенько заглядывали, а не надо еще что-нибудь добыть? Добытчики!

Удивительно, но расписание принесли очень толковое, даже не ожидала от пончика. Просто идеальное, лучше и сама не составлю!

— Лада, — влетела ко мне в комнату гномочка, — у меня такое расписание чудное, учли все мои интересы, ты не поверишь!

— И у меня тоже, представь, даже ножи добавили и арбалет!

— Надо магистру Регису спасибо сказать, да?

— А при чем тут Регис?

— Так он же новый ректор, ты не знала?!

— Не знала… вот оно что… а пончик куда делся?

— Ой, он из столовой не вылезал, уже все хохотали!

Мне стало плохо.

Это я виновата!

Развернулась, кивнула парням в коридоре, и пошла признаваться.

Лорд меня принял сразу, выслушал, помрачнел.

— И что ты намерена делать?

— Надо его увидеть, как-то снять пожелание.

— Совестно?

— Очень совестно.

— И за что ты его так? Тебя бояться придется, Лада.

— Ваша светлость, а ведь есть записи, мне помощник говорил, когда приходят курсанты, включается артефакт определенного цвета, он только не сказал, какого.

— Хорошо, посмотрим, скажу Регу.

— А как его здоровье?

— Региса?

— Нет, целителя, бывшего ректора.

— Узнаю. А ты бы о Регисе больше думала.

— А что с ним?!

— Испугалась? — вкрадчиво спросил лорд.

— Ну, раз вы вопрос так ставите.

— Да не ставлю, не ставлю. Беги к себе.

Пригласили меня совсем поздно, в кабинете опять полно магов, и все искренне веселились.

— Входи, — велел мне лорд, — нашли запись с тобой, и много чего нашли. Веселого. До слез. За последние годы.

— Регис, отличное тебе хозяйство досталось! — заметил отец гномочки, — просто так и хочется разогнать всех… гм, — посмотрел на меня и замолчал.

— Кстати, Лада, — ректор Регис нисколько не изменился, такой же закрытый и сдержанный, как будто мы с ним только что познакомились, — спасибо тебе за этаж бытовиков. Придешь на экзамен и не узнаешь академию, надеюсь.

Я поняла и кивнула, перевела взгляд на лорда:

— И что мне делать с господином целителем?

— Привезли его, иди в столовую, он отказывается из нее выходить, повара уже рыдают.

Пончик восседал на двух стульях.

Да, знатно я ему обмен веществ попортила. Стол ломился от еды, и он хватал ее обеими руками и заталкивал в себя.

Меня аж замутило. И стыдно как, что же я наделала!

— Желаю, чтобы ты впредь ел в разумных пределах, именно столько, сколько необходимо твоему организму!

Хотелось пожелать ему нормальной человеческой порядочности, но… хватит уж, желательница.

Говорила негромко, себе под нос, повара не слушали, да и смотрели на целителя, но поняли, что группа магов неслучайно стоит в дверях, и не проходит.

Пончик вдруг замер, медленно обвел взглядом столовую, магов в дверях, стол перед собой, разбросанную еду, перевернутые тарелки. Суп лился тонкой струйкой на пол, и целитель грязными, по локоть испачканными руками, стал ловить стекающий бульон.

Стыдно!

Я резко развернулась, и маги отшатнулись, пропустив меня.

Охрана неслась за мной, никто не попался в коридоре. Вбежала и закрылась. И защиту повесила. Блестящие стенки душа отразили мое личико с багровым румянцем. Струи воды искривляли лицо, меня душили рыдания.

Я сделала из него животное. Своими руками и своей магией. Мне ли не знать, имея доступ к архивам тюрем, какой тонкий слой отделяет человека от зверя.

Мироздание! Я во всем сомневаюсь!

Глава 14

Эта история меня перевернула. И вынудила удвоить свои усилия в учебе. Утром носилась по полигону, душ, завтрак, и магия, магия, магия.

Магистры убегали от меня, выжатые досуха. Магию видела всех, отличая не только по цветам, но и по наполнению. Самой сложное плетение, шатер, могло закрыть довольно большую группу, и создавалось коллективом магом, но выматывало страшно, иногда кого-то необратимо, остальные заклятия гораздо проще.

Зельевары отдыхали от меня, пока колдовала над очередным составом, а бедный проклятийник не успевал готовиться к лекциям, кряхтел, вздыхал, и становился в тупик от моих вопросов.

Всех преподавателей спасали тренеры по физподготовке, за час до ужина нас ожидали бои, и маги сами напоминали о занятиях, дескать, пора-пора!

Я не возражала, и сны меня в результате не мучали. Ненужные. Только успевала трактор заводить — и сразу отключалась.

Арбалет мне пришелся по душе, оказывается, я рождена не для огнестрельного оружия!

Хотя и о ножах не забывала, три раза в неделю расписание мне подмигивало и мультяшные фигурки приглашали на очередное занятие.

В своей академии я отвечала за оформление стенгазеты, рисовала шаржи. Конечно, на стены мы ничего не вывешивали, в коридорах на каждом этаже огромные экраны с международными и российскими политическими новостями, котировками, научными открытиями и преступлениями. Два раза в неделю собиралась редколлегия академии, где больше программистов, чем сочинителей и художников. Тогда и увлеклась забавными фигурками, которыми невозможно обидеть человека.

Юмор спасал, и наша «стенгазета» радовала бешенной популярностью не только курсантов, но и офицеров, превращая сухие приказы в живое дело.

Помучилась, и одну стенку в своей комнате дворца полностью закрыла расписанием.

По нему бегали мультяшные фигурки, приглашая на занятия: разводили ручками, постукивали себя по лбу, если требовалось о чем-то напомнить, быстро преодолевали полосу препятствий, над которой я пару раз зависла, а как метко они стреляли в цель!

Возилась с мультяшками каждый вечер до умопомрачения, но придумала, как их сделать, и каким плетением оживить.

Не учла одного — экскурсий магов. Целыми толпами под разными предлогами они ко мне напрашивались в комнату, а так хотелось уединения.

Гномочка стонала от зависти, и тут я поняла, как могу перевести стрелки на нее:

— Мел, имей в виду, у тебя будут собираться толпы.

— Ладочка, уж я-то переживу!

— Предупреждение ты услышала!

Она счастливо закивала, я хищно улыбнулась и неделю не вылезала из ее комнаты. Причем совершенно обнаглела, и фигурки оказались легко узнаваемыми: его милость Бэр качал головой, местный бытовик с огромным стажем вздыхал и всем сообщал, что во времена его обучения курсанты были прилежнее, солнце светило ярче, и тень от деревьев было гуще. Тренеры получились лучше всех, они убегали от растерянной гномочки или утаскивали ее на занятия. Иногда все замирало, и по расписанию важно шел лорд в темной мантии, лицо его скрывалось в тени, но рост и очень короткая стрижка не оставляли сомнений.

Хождения ко мне прекратились, училась спокойно, и намеривалась в зимние экзамены сдать все предметы за второй курс, а Мел за первый.

Я уматывалась так, как никогда в жизни, а ведь искренне считала, что нагрузками меня удивить невозможно. Легче мне давались физические упражнения, магистры только головой качали, еще бы! _Читай на Книгоед.нет_ Детские тренировки плавно продолжались в двух спортивных секциях, а потом и в моей академии, и усложнились после нее, уже на заданиях.

Мел сочувствовала и ужасалась, что меня нагрузили не хуже лорда Региса, который зачем-то забрал себе все боевки в академии.

Про этого… оборотня… я старалась вообще ничего не слышать, есть чем заняться и без него.

Тяжелее давались магические науки, но и тут спуску не давала ни магистрам, ни себе.

Проклятийнику призналась, что, кажется, нашалила и с воротами, и со ступенями академии, он попросил накопитель с моей магией и все снял. Я очень благодарила — магистр меня не выдал, и щедро делилась с ним всеми находками в дворцовой библиотеке. Многое и он не знал, мы разбирались вместе, и эти часы скрашивали мои суровые, мягко говоря, будни.

Спасало нас с Мел отличное питание и роскошные условия в личных комнатах, где можно себя чувствовать девочками, а не бойцами.

Академия действительно поразила своим внешним видом: белоснежное четырехэтажное здание, строгая входная группа с колоннами, ровные ступени, и аккуратные цветники, кустарники и деревья у скамеечек.

— Лада… я и не знала, что у нас такое шикарное здание!

— И я тоже… очень красиво!

— Смотри, получается, пока магистр Регис не появился, этой красоты никто и не видел?!

— Всему необходимо время, наверное.

— Наверное…

Парни нам открыли двери, охраны добавили, двое шли впереди, а двое замыкали. Зашли и опять ахнули: чистейшие коридоры, казалось, и потолки стали выше, появились окна с нежными зелеными шторками, светло, нарядно, в темных ранее закутках поставили диванчики и столики, ровный свет освещал курсантов, ожидающих занятий.

У гномочки слезы навернулись:

— Лада, раньше из дворца сюда плелась, как на полосу препятствий. А здесь еще один дворец, оказывается!

— Мел, насмотримся, пошли в аудитории.

Экзамены мне показались формальностью, даже обиделась. И Мел тоже удивилась здешним тренировочным полигонам, во дворце гораздо сложнее.

Неделя экзаменов пролетела быстро, я положила ведомость перед лордом, он ахнул даже, и довольно покивал:

— Ну что ж, Лада, десять дней у тебя каникулы. Как у всей академии. Пройдут они так — разминки остаются и проклятия, оружие на твой выбор, согласуешь с парнями. И подбери себе платья для балов, у тебя задание — танцевать и присматриваться. Выходим из тени.

Каникулы?

Это называется каникулы!

Лорд посмотрел на мое вытянувшееся личико и добавил:

— Не волнуйся, до первого бала целых три дня.

— Сколько?!

— Три дня, точнее, два с половиной осталось.

— Я же ничего не успею!

— Тебе что, парней отправить платье натянуть? — разозлился лорд.

Я застонала:

— Их еще пошить надо, а ногти, а кожа, а брови, а волосы?! В связи с чем балы, чему посвящены? Какие требования к платьям? Нужны ли украшения? Или достаточно цветов? Какие танцы обязательны, будет ли сопровождение, или мы свободны?

Лорд смутился:

— Э-ээ, я вам обеим пришлю этих ваших… модисток всяких, вот!

Через час мы с Мел сидели с портными и выбирали, ругаясь вслух уже всем женским коллективом.

Моя мультяшная копия злилась и стенала, заламывая ручки, утопая в ворохе тканей и кружев, но хоть как-то снимала напряжение.

Утром я все-таки бегала, а проклятийник получил отдых, как и все остальные. Думаю, что магистры просто рыдали от счастья.

Мел ходила настолько бледная, что я совсем за нее испугалась, и после обеда зашла к ней в комнату:

— Рассказывай!

— Лада-а, я боюсь.

— Давай по порядку, просто открытие сезона, балы не тематические, так?

— Это что?

— Если тема диктует определенные особенности, называют тематическими. Например, свадебный. Тогда приглашенные не имеют права затмевать невесту, а ее платье традиционно, и всем заранее известно. Но каждый гость относится к какой-то семье, и титулованным разрешены фамильные драгоценности. Все танцы тоже известны, кроме того, должны быть репетиции наших выходов.

— Лада, откуда ты все знаешь?

— Из учебника по этикету. Здоровый такой, зеленый, один для всех курсантов с первого по четвертый курс. Неужели ты его не открывала?

— Ну, нам задавали первые шесть глав, про титулы и поклоны… А ты до конца посмотрела?!

— Конечно. Раз попала во дворец, то обязана знать. Но ты же выросла во дворце?

— Лада, у меня сестра недавно дебютировала, на общих балах, там не бывает высокой знати, а я еще маленькой считаюсь…

— Мел, во-первых, учебник открой, во-вторых, ничего не бойся. Реверанс ты умеешь, в остальном смотри на меня. Главное на любом балу: улыбаться, очень тихо разговаривать и танцевать. В идеале ты имеешь право отказать в танце мужчине, если он не родственник, но пригласил тебя в третий раз, если он без перчаток, и если этот танец уже обещан другому. Все.

— Все?! А если устала или не знаю танец?

— Говори, что немножко устала, с удовольствием попьешь прохладительный напиток именно вместе с ним, что-нибудь в этом роде.

— А вдруг я собью кого-нибудь?

— Не собьешь, ведет мужчина, и он отвечает за все ошибки. И смотри на распорядителя бала.

Один раз я побывала даже на венском рождественском балу, а он находится в списках культурного наследия ЮНЕСКО! Бал — это всегда радость, восторг и наслаждение. Платье мы брали напрокат, узнав стоимость пошива, я чуть не упала, как меня не уговаривали просто купить. Но отказаться от бала не смогла, и до сих пор не жалею, хотя репетиции продолжались шесть дней! Это было наше самое долгое свидание.

Так или иначе, мы с Мел на третий день придирчиво рассматривали первые четыре комплекта сначала у нее, а потом и у меня. Еще по шесть ожидали в следующие дни, балов оказалось пять, после полуночи наряд менялся по этикету.

Наряжались у меня, пообедали в запасных перчатках, нежный маникюр не внушал мне доверия, а пользоваться бытовой магией самостоятельно нам не «рекомендовали». Я согласно покивала, но предупредила, если старания девушек пойдут прахом, плюну и сделаю все сама. Иначе на бал просто не пойду.

Одевали нас тоже приглашенные умелицы. Явно перед балом их время расписано поминутно за несколько месяцев, представляю, как нашему появлению «обрадуются» все дамы дворца. Спасибо, хоть его величество не женат.

Сопровождать на бал должны «благородные отцы». У Мел, естественно, это оказался его милость Бэр, родной папочка, а у меня — магистр Регис!

Ровно за час они появились и церемонно передали нам коробочки с ювелирными украшениями.

К бирюзовому платью Мел отлично подошел жемчуг, а к моему синему с голубыми вставками, нисколько не сомневаясь, выбрала колье с мягкими сапфирами.

— Позволь? — спокойно спросил Регис и застегнул серебряную застежку на моей шее, — кольца подбери сама.

Взяла одно колечко, тоже серебряное, но без камней. Мало ли что случится на балу, а если мне понадобятся свободные руки? И нечего так бровь задирать, я демонстративно показала перчатки.

— Хорошо, Лада, понял, — он кивнул серьезно, но смешинка где-то там мелькнула, — куда поставить остальные безделушки?

Я прямо задохнулась, ничего себе — безделушки! Да в шкатулке несколько BMW прямо из салона! Аккуратно забрала драгоценности и отнесла поближе к кроватке, спрятала в тумбочку и защиту магическую наложила. Не на себя же перед балом, значит, можно.

— Готовы? — Спросил его милость Бэр, откровенно любуясь дочерью, — выходим!

Ощущение праздника, кажется, пленило и наших мужчин. По крайней мере, я так чувствовала. Моя волшебная считалочка: айн, цвай, драй, — помогала, спокойствие и спокойствие, даже гномочке успела подмигнуть, она благодарно улыбнулась в ответ, и мы медленно, парами, вошли в зал, приветствуя распорядителя.

С ним рядом находился его светлость лорд, на правах хозяина бала, по-видимому. Насколько я знаю, женат он не был, но дама в возрасте лет пятидесяти опиралась на его руку. Строго по этикету.

Лорд увидел гномочку и ласково улыбнулся, а на меня просто вытаращил глаза. Жить во дворце, бывать на балах столько раз, и удивляться девушке в бальном платье? Моветон!

— Лада, второй и пятый танец — мои.

— Благодарю, ваша светлость.

Объявила начало бала, и магистр Регис меня подхватил и вывел в самый центр.

Первый танец всегда самый длинный, по сути — это танец знакомств со всеми, кто приглашен. Мы неслышно переговаривались, изредка Регис показывал глазами то на одного мага, то на другого. Танцевали на расстоянии, как и положено, но прикосновения волновали и, кажется, не только меня и магистра, но и все окружение.

Дамы чуть только шею себе не сворачивали, может, каждой подарить по учебнику?!

Я еще благодарила партнера обязательными фразами, а лорд ко мне почти бежал, вообще-то обещанный танец не передается, можно не спешить. Церемонно пригласил, тоже отвел в центр зала, и оказался тем еще проказником.

Танго! Правда, медленное, и даже с нотками драматизма, но в моем представлении никак не могло быть вторым танцем. Как хорошо, что уже была на балах, и выбрала туфли на невысоком каблуке, лорд все-таки меня ниже на голову. Но его это не смущало, незаметно оглянулась — мы танцевали одни.

— Ваша светлость?

— Лада, это танец моей родины, мне не с кем… а с вами получится, я попросил поменять порядок… просто слушайтесь…

Да пожалуйста! Хитрец. Лорд не прижимался, вел себя идеально, но подразумевалось многое.

С Регисом иначе, он волнует, и не уверенна, что получается скрыть.

А с лордом просто отдалась танцу! Ничего сложного, почти классическое танго, немного вольная трактовка, но партнер тоже отлично ведет, и все легко угадывается. Закончили под аплодисменты, тут же подскочили кавалеры, ушла танцевать с первым же, упрощенный вальс.

Четвертый танец Региса, поискала его глазами — и не увидела! Попросила кавалера подвести к Мел, и мы взяли паузу, объяснив, что танец обещан, но раз партнера нет, не будут ли столь любезны молодые люди принести напитки… Вокруг нас собрался круг мужчин, а это уже неприятно. Пришлось посмотреть на его милость Бэрга, он понял и подошел, пригласил меня, и дочь поручил кому-то.

— Спасибо и простите, а где магистр Регис?

— Вызвал его величество, а королю не отказывают. Хотите, переместимся поближе?

— Нет, что вы…

Но мы уже в танце подплывали ближе и ближе к ступеням невысокого помоста, на котором располагались четыре кресла, но заняты два. В одном Регис, а в другом — совершенно молодой человек, довольно милый, с мягкими чертами лица, и как-то не похож на мага, взорвавшего собой кабинет лорда. Перешла на магическое зрение. Некромант! Синяя тьма полностью затопила мага, даже искорки другого цвета нет. Чуть коснулась Бэрга, прикрыла глаза, и он повел меня в фигуре танца по направлению к Мел.

Странно!

Хотя образование и наши стихийники получают неполное, а короля вряд ли обучали в другой академии. Приходили во дворец по расписанию, наверное, относились к его величеству со всем почтением, вот и результат. Маг он очень, очень одаренный, а сдерживать себя не умеет.

И все равно странно. И очень опасно.

— Лада, прости, не мог отказаться, — горячая рука Региса коснулась моей.

— Все в порядке, — я-то расстроилась, но фиг ему признаюсь, и вдруг защелкал мой секундомер, интуиция отметила опасность! — Магистр, внимание, что-то случится.

— Да, — Регис подал сигналы охране, маги перегруппировались и стали иначе распределятся по залу, я вернулась на магическое зрение.

И увидела короля. Его синеву поглощал оранжевый цвет, медленно и неуклонно. Плохо, как плохо! Это цвет стихии огня, единственная стихия, с которой не может справится некромант.

— Рег, — плюнула на все церемонии, — на короле стихия огня!

— Тоже увидел, — простонал Регис, и громко дал команду магам, — шатер!

Я не полезла в команду, а судорожно искала проклятийника по залу, и не видела! Отслеживала шатер, он закрывал всех от выплеска магии, кроме Рега и лорда, которые внутри. Как плохо!

Огурец и репка не сводил с меня глаз:

— Парни, срочно сюда магистра по проклятиям, тут что-то не то!

Огурец поколебался, но поймал мой взгляд, отшатнулся и бросился из зала. Не понимаю! Что же такое знакомое…

На меня уже косились магистры, которым только что сдавала шатер, они были на пределе, но спешили еще маги, срывая с себя накопители, и я опять смотрела только на короля. Секундомер щелкал, Регис и лорд могли не выжить, но меня не отпускало… и щелкнуло наконец! Магия моего наставника, магистра Леонтия! Вот что послужило отправной точкой, вот что! Его магия мне знакома, как никому из магистров.

— Лада! — проклятийник чуть не упал мне в ноги. Охране премию!

— На короле магия магистра Леонтия, огонь! Понимаете? На некроманте — огонь! С отсроченным действием, как избирательное проклятие. Вы внутреннюю заморозку, на всех троих внутри шатра, а я пробую снять, или наоборот?!

— Я заморозку! Действуй без слов, одновременно собирай огонь в сферу, помнишь?

Помню! Точно, он умница, так шансов больше, недавно наткнулись в библиотеке, но еще не пробовали.

Тараном пробились к королю.

Внутренний купол проклятийника увидела через секунды, он очень медленно набирал мощь, получила кивок, и приступила к своей задаче.

Огонь меня как узнал, сколько времени мы тренировались вместе с наставником. Не отвлекаясь, собирала сферу, маги поняли, что задействовано проклятие, и один магистр встал рядом, помогая моему партнеру с заморозкой. Секундомер щелкал, уже с меня стекал пот, мешая, попадая на губы, а сфера так и норовила выскользнуть. Кто-то промокнул мой лоб, я держалась, улучила момент и стянула с шеи накопитель.

Вроде что-то вырисовывается! Только бы хватило сил, — подумала или сказала вслух, не поняла, и тут стало легче! Проклятийник, умница, передал кому-то нити плетения, и подхватил мои.

Сфера получилась идеальной, как на картинке, и мы с магистром осторожно подошли к королю почти вплотную. Маги отступили, оставив нам пространство, необходимое для действия одновременно. Оставалось главное — вытащить огненный шар, не навредив величеству.

Как мы тащили, ругаясь уже громко, и вспоминать не хочу! Я удержалась чудом, а проклятийник выдохнул, улыбнулся и отключился, увидев короля без сферы. Меня трясло, Бэрг застегивал на мне чей-то камзол, Мел вытирала лицо и орала:

— Наклонись, кому я сказала!

Три тела в заморозке, а это на несколько часов, короля, Рега и лорда, их выносили маги уже из опустевшего бального зала.

Когда успели всех вывести?!

— Потанцевали, называется! — шептала, и не могла успокоится.

Искусанные губы саднило, и перчатки грязные, даже в крови. Мне их помогли снять, я посмотрела на руки, и вот тут у меня потекли слезы.

— Девочка, ты что, все позади! — какой-то маг кинулся ко мне.

— Мой маникюр! — никак не могла успокоиться, — маникюра нет!

Бэр открыл портал, включил душ, Мел зашла со мной, я встала под горячую воду, холодную, опять горячую, схватила накопитель, и начала приходить в себя.

В комнате, под суровым взглядом охраны, помощник целителя рассматривал целую батарею настоек и зелий, Бэр сразу мне протянул баночку:

— Пей, сколько сможешь.

Выпила половину, редкостная гадость! Бэр подумал и аккуратно разделил остаток на три дозы, первую передал Мел, выпил сам, и заставил выпить целителя.

Принесли чай с пирожными, и сразу, слабо улыбаясь, зашел проклятийник. Точнее, его завели.

— Лада, ты как?

— Нормально. А вы?

— И я. Испугался больше.

Мы пили и молчали. Лорд с Регисом в отключке еще пару часов будут, а больше спросить не у кого. И все-таки я не выдержала:

— Каким образом магистр Леонтий мог попасть так близко к королю?

— Помог кто-то сбежать, уже несколько дней ловят. А он мастер иллюзий, — пробормотал Бэр.

— Да? Иллюзии? Не знала. Сбежал…значит, сидел… тоже не знала. И сейчас ловят?

— И сейчас, — проклятийник переглянулся с Бэром, — но он уже далеко, след от портала только и увидели. Так что не волнуйся.

Это не мне надо волноваться, подумала я, и замерла. А… почему не мне?

Глава 15

К Регису пробралась ночью. Целитель дежурил незнакомый, поморщился, но пропустил, злорадно добавив, что в палате двое. И о чем он подумал?

Магистр спал, а вот лорд просто дремал на соседней коечке, но сразу открыл глаза:

— Лада, очень хорошо, ты как?

— В порядке. Вам сильно досталось?

— Нет, вероятно, твое пожелание помогает.

— Ваша светлость, простите, что будем делать с магистром Леонтием?

Лорд откинул голову на подушку и тихо засмеялся.

Нет, а что смешного-то? Я надулась.

— Ладно, от тебя нет секретов, успокойся. Он перенесся в горы, а там опять снег.

— А, к моим огонечкам.

Лорд насторожился, присел на кровати:

— Почему ты так подумала?

— А вы верите в сны?

— Сны?

— Да. Мне как-то сон снился…

— Рассказывай, — раздался голос Региса.

Рег тоже сидел, закутанный в одеяло ниже пояса, с обнаженным торсом. Я отвела глаза, трактор плохо помогал, пора готовить ядерную боеголовку.

— Да там особенно рассказывать нечего, ходили две тени вокруг огоньков, кто именно — непонятно, тени и есть тени, одна повыше. А вот огоньки горели заметно ярче, поэтому удивилась и запомнила.

Лорд опустил ноги с кровати, даже одеяло отложил, аккуратно свернув. Светлость уже куда-то планировала смыться потихоньку, потому как оказалась полностью одетой.

— Ваша светлость! — Регис нахмурился.

— Что, твое сиятельство еще сомневается? Это и есть древний портал, моя светлость уверенна, — съязвил лорд, — одевайся и выходи. Курсантка, вперед, — уже на выходе велел целителю, — сообщи, пусть завтрак накроют на двенадцать персон у меня в кабинете. Мы уходим.

— Завтрак? Ночью? — усомнился целитель.

— Нет, через недельку! — опять съязвил лорд, и потащил меня еще быстрее.

Через час знакомый мне поисковый отряд, лорд, Регис и я, уже все в комбинезонах, с запасными накопителями, кучей артефактов, оружия и припасов, перенеслись в горы.

Подошли к спуску, я приготовила импровизированный борд, но меня не пустили!

— Одна не пойдешь, только с нами, в связке, — буркнул свистун.

— Почему это?

— Потому что я так сказал! — отрезал магистр Регис, и лорд промолчал.

Вообще промолчал! Я хлопала глазами, а мне уже на плечи накидывали петлю, и крепили у пояса.

И что мы получили? Потеряли час времени и никакого удовольствия при этом!

Огоньки горели ярко, да, но никого и близко не наблюдалось, а вот поисковики нашли след от чужих снегоступов, целую лыжню.

Пока они решали, идти по ней или рядом, огляделась. Место с огнями, если их хотели сохранить в полной тайне, выбрано идеально.

Ни сверху, ни снизу не видно, но если знать, то можно добраться, оказывается, на снегоступах. По крайней мере, я увидела огни только потому, что спускалась ну совершенно, совершенно неправильно, а магистры поискового отряда вообще ни о чем ни не подозревали, а теперь стояли у лыжни.

Откуда спуск начинали неизвестные, не видно, но выходит лыжня на плоское место, крошечное плато с огнями, а потом опять спешит под уклон. Опасных камней и деревьев здесь нет, а те, что есть, очень заметны и редки, вполне на борде можно спускаться.

Отряд разделился, странное решение. Буду считать, что обоим лордам, Регису в том числе, известно гораздо больше. Информация собиралась в моей головушке кусками, но уже понятно, что наказание Леонтия за какой-то проступок, и этот древний портал — связаны между собой. Следовательно, лорды хотят портал активировать или посмотреть, как его мой бывший наставник будет использовать. А если он его уничтожит?

Подошла к лорду, намеренно не замечая Региса:

— Я так и не знаю, за что магистра Леонтия наказывали, зачем ему портал?

— Зачем ему ты — не думала?! — прервал меня несдержанный оборотень, ректор по совместительству.

— Думала. Заметьте, не именно я, а какие-то особенности дара. И я не первая, судя по всему.

— Отлично, что ты пытаешься думать!

— Знаете, магистр Регис, если вы лорд, как оказалось, то хамить нетитулованным не обязаны. Или вы хреновый аристократ, в таком случае.

И отошла от него.

Точно, раз предатель — всегда предатель, и всегда жди гадостей.

— Лада, я испугался за тебя!

Как два различных полюса,

Во всём враждебны мы…

Иногда логика мужчин меня ставит в тупик!

Сдерживаясь изо всех сил, пошла, от греха подальше, к огонечкам. Встала рядышком, и постаралась внутренне отойти от Региса, сосредоточившись на чистых огнях.

Не случайно всех завораживают костры. Я не могла спокойно смотреть на пламя с детства, мама шутливо звала меня пироманкой, казалось, что-то во мне отзывается. Став постарше, все-таки поняла, что ни страсти к поджогам, ни сексуального возбуждения огонь не вызывает, скорее, любование совершенной красотой непокорной стихии, как гениальным мазкам на полотне мироздания.

Развести огонь в походным условиях всегда доставалось мне. Я не присаживалась на корточки, как парни, и не чиркала зажигалкой до исступления, а опускалась на коленки, так удобнее, и ближе к огню, и мне всегда хватало одной спички. Все в отряде замирали, и смотрели, как на священнодействие. Смешные ребята…

Каждый охотник желает знать, где сидит фазан. А здесь — одиннадцать огоньков разных цветов, а не семь, наверное, не случайно. Опустилась на коленки, повела рукой по кругу, слева направо. Огоньки потянулись ко мне, образуя цветной обруч, нарастая по интенсивности. Ой!

— Лада… — простонал где-то Регис на краю сознания, но оторваться невозможно, уже ведет какой-то ритуал. Обруч поднялся, закрывая меня с головой, и медленно стал опускаться.

— Наконец-то! — в меня уткнулось огромное лицо, очень близко.

Я отшатнулась и, открыв рот, рассматривала нашего короля.

Э-ээ, это не король!

Родной брат?!

Если бы не моя натренированность на лица, клялась бы и божилась, что вижу короля.

Но вялые губы подобраны мускульным усилием, и причесан иначе, и даже сидит собраннее. Этот человек явно лидер, но другой страны!

Он тоже внимательного рассматривал меня, губы чуть дрогнули в улыбке:

— И где такую нашли? Постарались… ладно, сохраним тебя. Где они?

— Кто конкретно, ваша светлость? — решилась начать разговор.

— Как кто? Леонтий где?

— Лечится, скоро прибежит.

— Вот как, зови Бинара.

— Они… вместе.

— А кто есть рядом?

— Недалеко — декан Рестон. Ушел за хворостом, — сказала, не моргнул глазом, и почтительно спросила, — сходить поискать?

— Нет, пожалуй. Раз связь установили, теперь все проще, активирует любой маг. До встречи, милая, закрой окно справа налево.

Изображение исчезало под рукой, довела до последнего огня и выдохнула. Вот это технологии!

Огоньки поблекли.

Тишина.

Насторожилась и медленно повернулась к магам: лорд стоял, раскинув руки, сдерживая всех.

— Я тебя задушу — спокойно пообещал Регис.

— Лада, — ласково добавил лорд, — тебя связать?

— Можно прикрутить к тому дереву, оно подальше, — предложил свистун — с другой стороны, хоть что-то узнали.

— Только это ее и оправдывает, — пробурчал лорд, — Регис, смирись.

Но Регис так злобно смотрел, что вот тут я испугалась. И по-детски жалобно сказала:

— А еда есть какая-нибудь?

Регис меня все-таки схватил, скрутил и понес под далекое дерево, правда, посадил на раскинутую ткань, сунул в руки миску с кашей и ложку. Руки уже не дрожали, и я ухватила ложку. Маги подходили молча, разбирали кашу.

Лорд откашлялся:

— Значит, так. Ладе есть и спать, трое ее караулят, если что — привязывать к дереву. Обе тройки на посты, с остальными думаем.

— А я что, «не думаем»?

— А ты, еще одно слово, и окажешься в темнице. Ясно?

— Ясно, — пробурчала я, — какой произвол, что в академии, что во дворце, что на полянке в чистом поле…

Все разошлись, мне дали толстую ткань, завернулась, как в спальный мешок, посмотрела на троицу, что не сводила с бедной пленницы глаз, и отвернулась. Ну и ладно, ну и спать буду, вам же хуже. А мне лучше!

Вообще-то я испугалась.

И очень.

Судя по всему, я была нужна для связи с этим дядькой, теперь понятно. Зато сейчас есть фора, вдруг у меня или у магов сил нет для связи, вот совсем нет!

Кстати, а поспать не мешает…

Проснулась уже вечером, под бормотанье, вскрики и шепот, открыла глазки и внимательно всех разглядывала, не шевелясь.

Ага, кто-то из магов возвращался в библиотеку, в руках у двоих целые кипы фолиантов, а кто-то поймал декана боевиков, магистра Рестона.

Или у него явка с повинной.

Он хмурился, и с вызовом отвечал на спокойные вопросы лорда:

— Леонтий хоть жив-здоров?

— Не знаю!

— А Бинар?

— Не знаю!

— А братец твой, бытовик, Дамий?

— А при чем тут Дамий? Ничего не знаю!

— И ужинать не будешь?

— Не знаю! Ужинать? Буду!

— Дайте уважаемому лорду ужин.

Прикрыла глаза, от каши с мясом и я бы не отказалась, но информация важнее.

Они мне ничего не желают рассказывать. Налицо дискриминация по половому признаку, факт!

Выжидала, когда поест декан, потом еще один маг сел к котлу, охрана сглотнула слюнки, но бдительно от меня не отходила.

Ничего нового не услышала, и думала, пора мне «просыпаться», или еще подождать.

— Лада, — раздался злой голос Региса, — если думаешь, что мы не знаем, спишь ты или подслушиваешь, то не строй иллюзий.

Открыла глаза и резко села:

— Знаете, ваше сиятельство, может, мне выйти в другую комнату? Вы ее тут видите?!

— Регис, Лада, успокойтесь, — примирительно сказал лорд, — куда она выйдет, или уши должна заткнуть? Впредь будем аккуратнее.

Ах, вот как?!

— А стоит меня отправить отсюда, — разозлилась я, — и на темницу согласна. И вообще подумаю, по пути мне с вами или нет!

Кто-то охнул из магов, я отвернулась и нащупала арбалет и рюкзачок.

Свистун принес миску с кашей, протянул, но я гордо отказалась:

— Дома поем.

— Это каким образом? — издевательски поинтересовался свистун.

— Давно не видела родителей, там и покормят, — доверительно призналась я.

Хохот я не стала слушать, судя по всему, задачу мироздания поняла — разворошить осиное гнездо.

И заметь, мироздание, исполнила!

Направление поисков понятно, серьги боевики дворца сами повесят, а не пора мне пора? Отсюда?

Завернулась в их тряпку и затихла.

Получается следующая история.

Это не просто портал, а еще и связь, которая показала главное заинтересованное лицо.

Мотив налицо — явно наследник этого огромного острова. Если что-то случится с нашим королем, у которого наследников нет, и появится некий родственник, да еще и снимет «железный занавес», то смена власти пройдет тихо и мирно. Леонтий с Бинаром вообще героями будут.

В любой ситуации — мне тут не место. Конечно, к родителям девочки я не пойду, незачем людей подводить, но подумать, как следует, стоит.

А после известия, что теперь активировать огоньки сможет любой маг…

Начнем!

Встала, оделась, повесила арбалет и рюкзачок, попрыгала, все удобно, ничего не гремит, и встала на снегоступы.

— Ты куда? — ко мне кинулась охрана.

— Как куда? Домой, я же сказала.

— Лада, не дурачься, и так тошно, — пробормотал лорд, не вставая с места.

— А что, я похожа на шутницу? Чем вы отличаетесь от Бинара с Леонтием? Ничем, по большому счету, еда лучше, конечно. Но так же имеете свои тайны, не раскрывая их, даже не ставя в известность, и хотите, чтобы я не попадала в ситуации, которые вам не нравятся. Я выбрала темницу — вас опять не устроило, ну нет, так нет, я не собачка ходить с вами на поводке туда, куда вам заблагорассудится.

На меня накинули со спины петлю, связав вместе руки и ноги, чуть заведя назад, и уложили на расправленную ткань. Это свистун постарался, еще и сопит.

Отлично, спасибо!

Все, теперь я никому не обязана, денег от них все равно не получала, банковский артефакт со мной на веревочке, гномы говорили, что никто счет не перекроет, одета тепло, паек в рюкзачке.

Спасибо всем за основы магии!

Вот теперь я окончательно решилась. Прочь все сомнения, прочь.

Прикрыла глаза, и что там бубнили мне в оба уха, слушать не стала.

Итак, что имеем в сухом остатке?

Точнее, кто имеет меня. Да все, кому не лень!

И куда мне, горемычной, податься.

Я задумалась.

Затеряться на острове, найти контрабандистов, — один вариант.

Второй — уйти в этот портал.

Третий — поговорить с мирозданием. Конкретно поговорить.

Четвертый я уже вычеркнула, к семье девочки, то есть моей, не пойду, да там и устроят засаду первым делом.

Вот с проклятийником жаль расставаться, столько у нас неразобранных плетений… Может, еще и встретимся.

Портал меня не устроит, тут же вынудят воевать с островом или еще с кем-нибудь.

Мироздание? Молчишь?!

Ну, смотри само, как хочешь. И ты туда же.

Следовательно, ищем контрабандистов.

Заставила себя заснуть, проснулась уже ночью.

Охраны шесть человек, одна тройка рядом со мной и деканом, подсчитала спящих, — еще одна тройка караулит на выходе, и бордом явно не уйти, не идиоты же.

Значит, пойдем в пописочную, чего там велосипед изобретать.

— Парни, а туалет где приспособили?

Охрана подавилась. А покраснели как, надо же!

— Мне что, под себя ходить?

Молчат.

— Хорошо, как скажете.

Крутилась, крутилась, создавая из ткани силуэт меня лежащей, и отвернулась, шибко обиженная. Ждем часа собаки, значит.

Между делом развязала дилетантские узлы на руках и ногах, прислушалась. Спасибо, арбалет оставили. Главное, иметь в виду, не специально ли. Может, проверяют и меня, куда пойду.

А выбора нет, городов всего двенадцать, и там, соответственно, есть у лорда свои люди, а вот поселений небольших довольно много, особенно на побережье. Сеть накинута, конечно, но смотря какая ячея…

Магией не хотела пользоваться, а могла бы, цените!

Выползла потихоньку, особо не скрываясь, какой идиот их учил смотреть на огонь?

А чьи я прихватила снегоходы, не знаю, крайние в ряду, надеюсь, ни лордов.

Отошла подальше и стала лесенкой подниматься на гору. Кто же полезет наверх? Здесь же и не пройти! Почти. Если вы не приучены запоминать пути отхода. Накопители не тратила, в моей голодающей ситуации они особенно полезны, отсутствие лыжных палок меня никогда не смущало…

Счастливо оставаться!

Глава 16

Я бесшумно скользила, медленно поднимаясь в горы. Арбалет прочно держался за спиной у рюкзачка, и не мешал.

Понимая, что знания магистров для меня ещё долго будут сказкой, о магических техниках следственных органов могу только мечтать, рассчитывала исключительно на свои земные навыки.

Наверное, детская выходка — сбежать. И опять непонятно, кто друзья, а кто враги. Ну, может, лорд и Регис не враги, но точно не друзья. По идее, мне бы попасть вообще на другой материк, подальше от всех, и тихо-мирно жить. Только как? Что меня может выдать, кроме внешности? Магия, ее особенности, и физические навыки. И одежда. Правда, Мел очень удивилась, когда у нее спросила, а нет ли меток на форме — так не бывает!

И все-таки лучше от всего освободиться. Не пользоваться той магией, которую могут опознать, не показывать приемы, о которых знают, и Регис особенно. Проще всего с внешностью.

Расщелины предгорья давали очень много возможностей двигаться скрытно, и даже частично блокировали поисковики. Я магией принципиально не пользовалась и мысленно просила мироздание не пускать никого в горы. Не птиц, не животных не было видно, я бы не возражала…есть хотелось, но терпимо. А снежная бескрайняя равнина меня бы ослепила.

Остановилась на ночевку у одной пещерки, прикрытой козырьком из сугроба на ветвях, очень медленно и осторожно проползла внутрь, не понаслышке знаю, как страшны оползни в горах, хотя до настоящих вершин еще далеко.

Глубоко проходить побоялась, пещеры — это целая наука, знакома только с основами, но помню их крепко. Устроилась, выспалась, набралась силенок из запасного накопителя и выглянула на утренний божий свет.

Две тройки следопытов ползали по своей мужской логике магов, проверяя расщелины довольно далеко от моего пути. Как-то глуповато, может, для отвода глаз. Значит, могли отправить в обход, выше или ниже. Переждем, у меня еще пещера не обследована, да и перекусить пора. Жаль, не развести огонь, рискованно.

В любом рюкзачке обычный минимум, но дней на пять хватит. Очень скромных дней. Здешний сухой паек, сухари с прожилками мяса, довольно вкусные. Можно и так грызть, а можно бросить в котелок, и получится густой бульон. Котелка нет, поэтому не привередничаем. А чистого снега вполне достаточно, обезвоживание не грозит.

Устроилась с половиной сухаря, поглядывая вниз на ползающих магов. Надо подождать, когда солнышко поднимется чуть выше, заглянет сквозь прорехи навеса, и можно рассмотреть пещерку.

Вообще-то изначально подозревала, что попала в грот, почему-то с очень маленьким входом, обычно как раз у гротов входы большие, но как только солнце поднялось повыше и ко мне попал свет, поняла, что ошибалась.

Я находилась в самой настоящей пещере.

Более того, уже не первая здесь, слишком правильная форма у ступеней, ведущих вниз, на другой уровень.

Пожалуй, огонек повесить придется, иначе ноги сломаю.

Спускалась медленно, осторожно, посторонних запахов нет, животных тут и не было никогда, может, как раз контрабандисты присмотрели эту пещерку? Давным-давно? Арбалет в руках, посмотрим на местный «рояль в кустах», посмотрим…

Обработана пещера аккуратно, в глаза ничего не бросается, кроме ступеней. Потолок сводчатый, но даже летучих мышей нет… спустилась в довольно большой зал, и хихикнула: по центру небольшой камень, в рост человека, чуть выше меня, обычная пирамида, а перед ней горизонтальная каменюка со спинкой, наверное, скамья для философских раздумий о бытие. На пирамиде нет ничего, поверхность гладкая, но тут вряд ли кто вмешался, геометрическая форма приблизительная.

Села на скамейку, огляделась еще раз. Слава всем богам, здесь не бывали наши туристы, нет мусора, надписей и… ничем не пахнет.

Мироздание, и тебе спасибо, и не пускай никого, дай побыть одной.

Положила рюкзачок, но арбалет взяла, с ним спокойнее, и надо проверить, где там маги-следопыты.

Выглянула осторожно — никого не видно, жаль, что не стоит отправлять поисковичок, жаль. Зато так удачно пошел опять снег, сначала редкие снежинки мягко прикрывали предгорье, выравнивая все впадинки, потом снегопад уже набрал силу, еще час — и можно знакомиться с первозданные миром. Никаких магов, никаких лордов, будто и не было никого…

Завороженно смотрела, и даже не сразу поняла, как замерзли руки и лицо.

В пещере теплее, а внизу совсем хорошо.

Спустилась, устроилась на скамейке, погрызла сухарь, завернулась в куртку, и позволила себе уснуть.

Дома мне очень редко снились сны. И всегда относилась к ним серьезно, расценивая как предвестники событий, которые вот-вот произойдут, или уже случились, но еще не поняла, что из этого следует. Во сне я ситуацию «догоняла».

В этом мире сны оказались откровенно пророческими, вероятно, мои особенности и способности девочки своеобразно соединились, или даже умножились.

Сначала мелькали тени, маленькие и большие, сквозь мерцающую на них магическую пелену с трудом можно различить мужчин и женщин, совершенно разных, старых и молодых, незнакомых. Потом одна тень меня чем-то зацепила.

Я внимательно рассматривала эту тень, и даже подтянула арбалет.

Мужская. Стоит у камня, ко мне спиной. Но мое сердце подсказывает… кажется…

Тень медленно наливалась красками, что-то договаривая камню, развернулась, и я едва сдержала ругательство: на меня в упор смотрел его сиятельство лорд Регис.

Точно!

Ну, мироздание! И что я еще не знаю о твоем мире?!

— Нашлась!

И грамотно перекрыл выход.

— Рад, что с тобой все в порядке.

Вот же засада!

От него мне не сбежать.

— Лада, не сверкай так яростно глазами, я просто отдал единственное желание.

Какое еще желание?

— А вот как ты попала непосредственно в комнату желаний? Она открывается только титулованным, имеющим сильную магию рода, много-много поколений магов… Права Мел, права, надо действительно проверить твою семью! Хотя, может быть, раз ты моя невеста… — он задумался.

— Кто я?!

Регис подошел ко мне, поцеловал руку, едва касаясь губами, и попытался усадить на скамейку. Но я застыла солдатиком.

— Лада, ты приняла родовой гарнитур и показалась в нем на балу! В чем дело?

Это что, дамы сворачивали себе шею, разглядывая на балу невесту лорда?!

— Что-то я никакого предложения не слышала! — прошипела сквозь зубы.

— Как это? — искренне изумился лорд, — ты же в ответ кольцо выбрала!

— Я память теряла, вы забыли?! Не знаю этих тонкостей! — заорала, уже не сдерживаясь.

— Да я с тобой всю память сам потерял! — заорал в ответ предательский лорд, — как ты здесь оказалась?!

— Спряталась от вас в первой же пещере!

— В комнату желаний просто так не попадают! Только раз в жизни можно сюда попасть!

— А я здесь при чем? Ваши желания, не мои!

— Потому что иначе тебя не найти! Потому что у тебя нет логики! Ни в чем!

— Это у меня нет логики?! Зато у вас всех ее навалом! Сели ровно на попу за железный занавес и ждете божьей благодати! Леонтий подлец, но хоть что-то по-своему делает, а вы благородно не делаете ничего, пока носом не ткнешь! И не видите ничего! Король взрывается, город загажен, люди дерганные, курсанты пропадают, магистры в академии врут не переводя дыхания, кругом одни беды, а вы прям такие лорды-лорды, целый совет, залюбуешься!

— Все? — осведомился предатель.

— Нет, не все! Физручка академии, самой академии — и та кусается! А сколько тайн на пустом месте! За что Леонтия наказали — молчим, все знают, кроме меня. Именно мне молчим, а ничего, что он мой наставник?! Откуда я могу знать про древние порталы? Вы мне это сказали? Молчим! Именно мне! Зачем забрали в горы? Чтобы я вляпалась, а у вас была ясность! А где ваши законы для свободного доступа желающим?

— Какие еще законы?!

— Все! Основные! И уголовные! За что предусмотрено то или иное наказание! Перерыла всю библиотеку — нет законов!

— Ты что, Лада?! Это же лорды решают каждый раз!

— Именно! Каждый раз как хотят, так и решают! Самоуправство во всем! Везде! Как стукнет светлостям или засияет сиятельствам. Какое наказание понес король за взрыв?

— Лада, он же король!

— Тем более! — отчеканила я, — пионер — всем ребятам пример!

— Кто?!

— Первый, в смысле… — выдохлась, и вырвалось с горечью, — «ужасный мир, ужасные сердца»… Крошечное государство, с маковое зернышко, а вы порядок не можете навести. Владея еще и магией. Зачем вам такое богатство, не понимаю!

— Лада, ну что ты несешь… — Регис ловко посадил меня на свои колени, как ребенка, сначала поцеловал в ухо, я дернулась в сторону… Ой!

Вот так, да?!

Ну, все!!!

Камзол у него зашнурован, но мой трактор сорвал завязки. Спина поджила полностью, шрамов не видно, кожа абсолютно гладкая. И мышцы шикарные, мягкие-мягкие, давно хотела провести по ним.

Мышцы под рукой затвердели, и Регис замер.

Я встала, и медленно принялась снимать свой комбез. Медленно. Очень медленно. Разделась полностью.

Предательское сиятельство старалось дышать бесшумно, но плохо получалось.

— Тебе помочь раздеться? — участливо поинтересовалась я.

Рег встал сам, и его комбинезон сполз на пол.

— Лада! Что ты делаешь?!

— Как что? Готовлюсь к пыткам! — мрачно сообщила ему, — ложись на спину. Это же комната желаний? У меня есть конкретное. Будем тебя пытать. Страшно?

Регис сцепил зубы и честно лег на скамью. Поводила по его рукам, ногам, по груди, по животу, и сообразила, что сверху пытать удобнее.

— Приступаю!

Оказалось, пытка дело обоюдное, необходимо отнестись к этому процессу серьезно, обстоятельно, а то неизвестно, кто кого запытает.

Сумасшедшая волна удовольствия пронеслась по моему телу, и Рег застонал в унисон.

— Вот-вот, бойся! Итак, первый вопрос! Что там у вас за комната желаний?

— Один раз в жизни…ох… можно попросить богов о личном желании! О самом главном для тебя… если боишься потерять…

Я резко остановилась. Ага, значит, нужны и ему зачем-то мои способности.

Что это? Глазки прикрыл от страха?

И правильно. Продолжим!

Поднималась и опускалась, волны затопили, по-моему, всю пещеру, мысль совершенно терялась, даже лодыжки сводило судорогой, что-то в допросе паузы совсем большие, но я офицер или где?

— Почему никто не помог королю в таком случае?

— У него… здесь… нет родни. Лада, ох!

— Не ладай, терпи! А этот в портале… явно родня…

— Он не здесь, в старом мире… Девочка моя!

Тут я упала сверху.

Айн.

Вопросы собирались трудно.

Чужие руки отправила на место.

А пытают еще и светом, прямо в лицо, в каком-то фильме видела. Дурацкий, кстати, фильм. Но пригодился.

Свет слева, и пришлось перекинуть правую ногу.

— Продолжаем! Почему… все врут в академии?

— Не врут… бойцов обучают… рассчитывать только на себя…

— Почему короля вообще не обучали?

— Некомму! Мммм…

— За что наказан Леонтий… и как давно?

— Дядя всегда был гадом…

— Дядя?

— По отцовской линии… дальний… Очень!

Очень или не очень, как получится.

Вообще-то очень!

— И что…дядя… подробнее!

— Официально… было три портала, он два разрушил… ох! Третьим должен был уйти…наобещали титул, земли, личную уникальную библиотеку… но его поймали, не успел. Пожале…ли его! Двадцать лет служил верой и правдой… все, больше не могу!

Цвай.

А, кстати, лежать на Регисе довольно удобно, тело еще подрагивало, но какое-то чувство вынудило скосить глаза на пирамиду.

Она светилась!

А Рег крепко меня держал, и глаза прикрыл. Не стала ничего говорить. Фиг тебе! Я лучше отдышусь.

Стоп!

Мироздание, а ты, случаем, не подглядываешь? И кто ты после этого, вуайерист хренов?

Отвернись!

А мы…продолжим!

— Портал с огоньками… неучтенный?

— Да… Да!

— И кто так похож на короля? Наследник этих земель? Поэтому покушения?

— Кто тебе сказал?! — Лорд навис сверху, мгновенно поменяв позу.

— А тут не надо большого ума… Простая логика. Бинар с деканом… подельники явно. И убийцы…

— Следствие идет… декан просто злобный дурак… но две смерти действительно на их совести… Бинару много что наобещали, и Леонтию… мы подозревали, держали на виду, допрашиваем…

— Продолжаем!… Кто тебя убивал? За что?

— Это к делу не относится… ох! Просто женская месть…

— Вот как? Подробнее!

Пытки — великое дело, зря у нас, между прочим, отказались.

— Лада… Лада!

— Подробности!

— Я отказался жениться… не на тебе!

Драй!

Эпилог

Семь месяцев спустя.

Карета направлялась на морское побережье, к родителям девочки, то есть к моей семье.

Живот мешал, казался таким огромным, но я хорошо устроилась в подушках, тихо себе дремала, только злила физиономия Рега, поминутно заглядывающая то в одно окно, то в другое.

— Да все хорошо, не буди меня!

Голова виновато кивала и исчезала.

Не дает подумать бедной мне беременной! Еще и два целителя скачут рядом с ним, а третья, женщина, трясется в следующий за нами карете.

Надо на стоянке еще раз проверить, как ведут записи помощники.

Земли лорда, графа Региса, включая морское побережье с моей семьей, простирались довольно далеко, но это не мешает мне наводить свои порядки.

Помощники по дороге записывают, что нужно построить, отремонтировать, сосчитать, облагородить, украсить, или просто помочь кому-то материально. В одном переходе за нами гнали скот, оставляя в тех поселениях, где народ откровенно нуждался. У кого более троих детей, помогали еще деньгами.

Встречали нас старосты уже со списками, а старостами три месяца назад назначили ветеранов, желающих переехать. Таких оказалось значительно больше, чем думали Регис и лорд, ха, их мужская логика бесит. Занимаетесь политикой и связями с остальными странами, и занимайтесь себе! Я же к вам не лезу. Пока, по крайней мере. Некогда!

А вот мои «пилотные проекты» по благоустройству просто завораживает оба Совета лордов. Объяснять, что такое здоровая конкуренция между областями, тьфу ты, графствами, даже устала. А то, что Большой Совет лордов завалили просьбами рассмотреть условия перехода в наше графство… Так не спите!

Ничего, голубчики, и с вами разберемся, дайте только родить, это вам не пуп царапать на заседаниях.

До сих пор уголовный кодекс и конституцию разрабатывают!

Я сварливо поглядывала в окошко. Если увижу, что скот погонят по новеньким дорогам — будет смертоубийство с отягчающими! Убедилась, что пыльное облако клубится в стороне, и успокоилась. На время.

Спрашивать, почему так мало зелени, я уже не могла, слов не хватало. Ничего-ничего, всем стихийникам и природникам вменили в обязанности массовое озеленение. Новый ректор, его милость Бэр, пошел мне навстречу, и ввел целую систему зачетов и экзаменов. Люблю шустрых и сообразительных гномов! С Мел мы связи не теряем, да и сама сдаю экзамены и ревниво смотрю, что и как в академии.

А то, что меня боятся больше, чем лордика, вице-короля, временно заменившего его величество, пока он на учебе — чистый поклеп! Наговор, факт.

Моя детка активно запрыгала.

Ну, мироздание! Доберусь и до тебя как-нибудь. По какой логике сразу ребенок? Главное, диплом на носу!

Голова Региса засунулась в окно:

— Подъезжаем к таверне.

Милостиво кивнула.

Со мной всегда можно договориться.

В карете с целительницей, помимо всяких зелей, ехали подарки для родных. Хотя главный подарок вез Регис — невысокий титул, но все-таки, и свиток со всеми полагающими печатями на передачу обширного участка побережья в собственность моей семье. К отцу будут обращаться — его милость, ну и к братьям. Сестра получит очень приличное приданное, курьеры донесли, что парень у нее на примете есть давно.

На мою внезапную свадьбу родные не успели, далеко, и я трудно принимала решение, колебалась, но когда пришли сватами король и лорд… ну, так и быть, согласилась!

А теперь сама могу не успеть на свадьбу сестры, впереди роды.

Значит, повидаемся без поводов!

На самом деле, для первого свидания с семьей просто идеальная ситуация. Беременность наложила неизбежные изменения на мою внешность.

— Лада, выходим, осторожно, осторожно, здесь ступенечка…

Да вижу. Таверна чистенькая, причем до отъезда я перечеркнула их предполагаемые точки отдыха, там уже явно все вылизали, и наметила новые. Внимательно осмотрелась — ладно, годится.

Рядом со мной всегда крутятся парни, огурец и репка, перевели дыхание и заулыбались. Ну-ну, дальше посмотрим!

— Лада, а тут деканы и Леонтий отбывают, хочешь встретиться?

— Разве здесь? Не дальше?

— Здесь, каждый в одиночке.

— Да, надо бы встретиться.

Заводили их по одному, первого — бывшего боевого декана, провокатора, любившего намекнуть курсантам, кого надо затравить. Я смотрела на него, может, хоть кается?

— Курсантка? — прищурился наш заключенный, — выжила, и с приплодом, странно, — и мстительно добавил, — а ведь на тебе долг жизни.

— Я помню. А вы сколько жизней отобрали?

— Две, — спокойно сказал Регис, но скулы сжал, — девушек-первокурсниц. А сколько судеб поломал сам или помог, разбираемся.

— Уводите, — махнула рукой и улыбнулась, — а про долг жизни помню, и вам не дам забыть. Не голодает арестант? Нет? Целитель у вас есть?

— Есть целительница, очень хорошая, — вставил почтительно местный страж. — Никто не голодает, как себя кормим. Работает по желанию.

— Хорошо. Я присмотрю за вами, даже не волнуйтесь. Хочется, чтобы жизнь у вас была долгой-долгой!

Декан скрипнул зубами и вышел, не оглядываясь.

Леонтий злился. Бесили его браслеты, за покушение на короля Совет лордов приговорил бывшего магистра к блокировке магии.

— Лада!

— Да, слушаю, есть просьбы?

— Ну почему здесь?! — Простонал Леонтий, — даже библиотеки нет близко!

Я задумалась.

— Регис, что у нас на магистре? Кроме короля и порталов? Решение Совета мы не отменим, браслеты остаются, а где есть крупные библиотеки без приличного специалиста? Кажется, в центральной библиотеке следователей, да? Пусть заодно практикуются, глядишь, и найдут то, что ваш Совет не нашел.

А вот ржать Регу не стоит. Чревато.

— Лада, — шепнул мне муж, успокаиваясь, — это жестоко.

— Почему, — искренне удивилась я, — это милосердно. Что вы выберете сами, магистр?

— Библиотеку! — гордо ответил мой бывший наставник.

— Вот видишь, — я назидательно повела пальчик в сторону веселящегося Рега, — милосердие никто не отменял. И его величество жив и здоров.

— А правда, что короля учите? — встрепенулся Леонтий.

— Да, — кивнул Регис.

— Не у нас?

— Нет, в старом свете. Мы живем открыто.

— Под другим именем?

— Зачем? Под своим. В Международной академии наследников всего мира. Заодно с ними знакомится. И жениться собрался.

Леонтий поперхнулся и замолчал.

Я внимательно посмотрела на мужа:

— Знаешь, а с бытовиком сам решай, не хочу его даже видеть.

Ушла в карету, и мы покатили дальше.

Дороги очень хорошие, на будущих остановках для общественного транспорта уже установили скамейки и навесы, а в них вмонтированы артефакты на чистоту. Кивнула ребятам, неплохо, молодцы!

Поудобнее устроилась в подушках, задремала, и пропустила, когда в карету залез муж. Очнулась от поглаживаний живота.

Полная потеря бдительности!

— Лада, подъезжаем! Устала?

— Нет, сама удивляюсь.

— Проклятийник твой нашел древнее пожелание на здоровье потомству. Готов приехать.

— Не надо его гонять, побудем с семьей неделю и назад, — мягко сказала ему, — мы и они. Хорошо?

— Хорошо, — счастливая улыбка Рега ослепила, и я прикрыла глаза, — все, выходим, приехали!

И тут так скрутило живот, что просто… ужас.

Рег меня тащил и орал, как будто сам рожает.

— Девочка моя, девочка моя, — приговаривал знакомый женский голос, меня гладили по голове, нежно, и окончательно запутали, кого я слышу.

Целители всех сбивали с ног, а меня вдруг отпустило и смогла выдохнуть.

Мне улыбалась… мама. Моя мама. Светлые волосы, совсем длинные, другое лицо. И все-таки это была она.

Я закрыла глаза, но успела сказать до следующей схватки:

— Все будет хорошо, мама.

— Конечно, ты же у меня молодец!

Воды отошли сразу. Мужской голос бубнил за стенкой — не волнуйся, сынок, она дома, все будет в порядке, сынок… «Это они Регу говорят, познакомились, ну да, дома и стены помогают»…

Схватки участились, целительница спокойно говорила, что и как делать, заставила выпить настойку, я послушно кивала. Через два часа принесли бульон, а еще через два начали командовать, иногда переворачивая в воздухе:

— Не тужься, дыши! Дуй на свечу! Дуй!

Вернули в кровать, и я вцепилась в какие-то поручни.

— А теперь тужься в ноги!

Детский плач раздался музыкой, все зашумели, за стенкой заорали — поздравляем, как вдруг целительница сказала:

— Второго рожаем!

Ну, мироздание! Чтоб тебе самому родить!

В окно стукнуло, я успела скосить глаза — птичка присела с той стороны, и заглядывала, постукивая клювом.

— К счастью! — обрадовалась целительница, — и второй мальчик! Третьего рожаем!

Что?! Сволочь ты, мироздание, ей-богу!

За стенкой орали голоса, скандируя, и целители хором мне командовали в такт.

— Мальчик?

— Нет! Третья — девочка! Все!

Какое счастье, девочка! Должна же быть хоть одна девочка в этой мужской компании? Тихая, скромная, как я.

— Поздравляем, все детки замечательные, такие красивые, и подрастут быстро! Лорда зову?

Я покосилась на подозрительную птичку.

Она выстукивала раз, раз-два, раз-два-три.

Это что, айн, цвай, драй? Насмотрелось в пещере и теперь издеваешься?!

Ну, мироздание, припомню!

Выдохнула и кивнула:

— Спасибо вам! Зовите, конечно, зовите…

Больше книг на сайте - Knigoed.net