Чарли Харт Защищая свою девственницу

Дорогой читатель,

У этой истории немного иной счастливый конец… одна счастливая дама и четверо мужчин, обожающих ее. Эти каникулы на Ямайке, не просто книга о пляже… это настоящий роман о самом потрясающем сексе на пляже — точно то, чего вы и заслуживаете!

Мне только кажется, или тут и в самом деле стало намного жарче?

хо, Чарли

ГЛАВА 1

Хлоя

ДЖОРДАН умел прекрасно уговаривать.

Это лишь подтверждалось тем, что он убедил меня полететь с ним на его самолете на Ямайку в качестве подарка на окончание колледжа. Я знала его всего четыре недели, когда Джордан предложил мне сложить все мои вещи в камеру хранения, раз у меня все равно не было никаких планов, что делать дальше после возвращения из путешествия.

Но сегодня он принялся слишком на меня давить. Я понимала, чего Джордан ожидал, но пока не чувствовала, что готова к этому.

И прекрасно осознавала, что он этому совсем не будет рад.

Но сегодня с того самого момента, как мы сели в его самолет, Джордан стал вести себя более агрессивно… больше не было того романтика, который дарил мне цветы на каждом свидании, того очаровательного парня, убеждающего, что ничего страшного, если наши отношения будут развиваться медленно. Неожиданно Джордан стал смотреть на меня, как на обычный кусок мяса.

Но, прежде чем отдать ему свое тело, я хотела быть уверенной в нас.

И словно прочитав мои мысли, он пересек спальню в домике, где мы остановились, направляясь ко мне.

— Я лишь хочу кое-что сказать тебе, Хлоя. И я ждал подходящего момента, чтобы сделать это.

Я улыбнулась, желая, чтобы эта ночь была совершенной. Я сняла туфли и подошла к нему.

Джордан взял меня за руки и произнес:

— Последний месяц был прекрасным. И я хочу, чтобы это путешествие для обоих нас стало воплощением мечты. Правда в том, что я люблю тебя, Хлоя.

Мои глаза распахнулись шире. Не то чтобы я не верила, будто любовь могла появиться за месяц… но, когда Джордан произнес эти слова, они показались пустыми.

Без эмоциональными.

Словно заученными наизусть.

— Любишь? — в моем голосе прозвучало удивление. — Ты думаешь, что любишь меня?

Во взгляде Джордана промелькнула злость.

— И это твой ответ на мое признание?

— Ну… — я вздрогнула, прикусив нижнюю губу. — Я имею в виду, что это важно для меня. Я никогда и никому не говорила подобного.

— А, думаешь, я говорил? — Джордан покачал головой.

— Я не знаю. Я хочу сказать, что ты — Джордан Коннорс, миллиардер. Ты можешь заполучить любую девушку, которую захочешь.

— Но я хочу тебя, — он протянул ко мне руки, и я вздрогнула, сама не зная почему. Джордан никогда не причинял мне боли, и, может быть, я вела себя глупо, сомневаясь в его любви. Честно говоря, у меня фактически не было никакого опыта в отношениях, и тем более в том, чтобы отдать свое сердце кому бы то ни было.

Джордан взбесился. Он в ярости вскинул свои руки.

— Слушай, мне нужно остыть. Пойду найду немного долбаного льда. Я взял нам шампанского для того, чтобы, знаешь ли, отпраздновать.

Он быстро вышел, и я села на край кровати, сложив руки на коленях, раздумывая о том, не разрушила ли я все.

Но тут раздался сигнал телефона. Это был не мой, оглянувшись вокруг, я увидела мобильный Джордана на комоде. Поджав губы, я с сомнением его разглядывала.

За последний месяц было много тревожных звоночков… но я продолжала не обращать на них внимания, потому что мысль о том, что кто-то ухаживал за мной, была такой прекрасной.

Я всю жизнь была одинока.

Телефон Джордана опять издал звуковой сигнал.

Я же ему доверяла, да?

Должно быть, все же нет, потому что в следующею секунду я уже смотрела на его заблокированный экран, а затем ввела четырехзначный код, которой видела, как Джордан вводил сам бессчетное количество раз. Я открыла сообщения и прочла последнее входящее.

«Привет, малыш. Моя киска такая мокрая для тебя. Приезжай домой и вылижи ее так, как ты делал прошлой ночью».

Вот же дерьмо.

Это была плохая идея. И сообщение это было не от меня.

Я открыла следующее смс. И увидела имя еще одной женщины. Я не могла сопротивляться и прочла.

«Вот уже прошло три дня, как мы занимались любовью… скучаю по тебе. Я покажу тебе себя, если ты покажешь мне себя…»

А после шла серия фотографий различных частей обнаженного женского тела.

Я сморгнула слезы.

Какой же дурой я была.

Я услышала, как хлопнула входная дверь, и опустила телефон. Я зажмурилась, пытаясь забыть то, что только что увидела.

Не могу поверить, что собиралась отдать Джордану свою девственность.

Он принес с собой ведро со льдом.

— Привет, милая, давай больше не будем ссориться. Ты готова сделать эту ночь незабываемой? — спросил Джордан, склоняясь для поцелуя.

Я отшатнулась от него.

— Я не могу этого сделать, Джордан.

— О чем ты говоришь, Хлоя? — он поджал губы, а его прилизанные волосы внезапно показались мне жутко отвратительными. — Тебя испугало мое признание?

— Дело не в нем. А в тебе.

— А зачем же еще, ты думала, я привез тебя сюда? — голос Джордана был холодным и расчетливым.

Я покачала головой.

— Нет, Джордан, я не хочу…

Он ринулся через комнату, в ярости вскидывая руки в воздух. Его лицо покраснело, Джордан потерял всю свою холодность, но это не было моей проблемой. Я ничего не была ему должна. Лишь то, что он повез меня в этот дорогостоящий отпуск, не означало, что я в ответ должна была отдать ему свою девственность.

Тем более не сейчас.

Когда я осознала, что просто являлась для Джордана очередным подарком, который он хотел развернуть.

— Ничего не будет, Джордан. Я сказала тебе, что ждала всю свою жизнь, и хочу выбрать правильный момент, а этот кажется…

Насилием.

Преждевременным.

Неправильным.

Не таких воспоминаний о первом разе я хотела.

У меня уже было предостаточно отвратительных моментов в прошлом. Так что именно этот должен был стать прекрасным.

Идеальным.

Не ждала ли я слишком многого от своего первого раза? Возможно.

Но в моей прошлой жизни было слишком много такого, что контролировать было не в моих силах.

Но в этом случае — контроль был в моих руках.

— Не бывает такой вещи, как идеальный первый раз. А ты выставляешь передо мной свою девственность, словно это какой-то чертов приз.

— Я знаю, что ты обманываешь меня, Джордан. Я залезала в твой телефон. Я знаю, что ничего для тебя не значу. Ты обманул меня.

Когда я скрестила руки на груди, выказывая Джордану свое полное неуважение, он выхватил мой паспорт из сумочки и начал рвать его на куски.

— Хочешь поиграть со мной? Прекрасно. Тогда и я сыграю с тобой.

Я постаралась вырвать документы у Джордана, но он отмахнулся от меня. Я не хотела, чтобы он травмировал меня, поэтому осталась стоять на месте, просто наблюдая за тем, как он схватил мой кошелек и вытащил из него оставшиеся документы.

Схватив ножницы со стола, он разрезал все на части, также, как и мои кредитки. А затем бросил все на ковер.

Словно озарение снизошло на меня, и я поняла, что этот мужчина был не просто обманщиком — он был психом. И я должна была убраться от него подальше. Прямо сейчас.

Я потянулась за наличными, но Джордан выхватил их из моих рук, разорвал на клочки и спустил в унитаз. В эту секунду я поняла, что означало чувствовать себя более чем отвергнутой.

Я была в ужасе.

— Джордан, остановись, — потребовала я, потянувшись к его руке, когда он начал изничтожать остатки моих денег.

— Не говори мне, что делать, Хлоя, — он посмотрел на меня с отвращением, его губы чуть раздвинулись в каком-то подобии оскала, и я не могла поверить, что когда-то целовала его. — Я единственный мужчина, который вообще когда-либо захотел тебя. Думаешь, что понравилась мне за то, что читаешь книги и закончила колледж с отличаем? — Джордан фыркнул. — Я бизнесмен, мне не нужна умная девушка. Я хотел тебя лишь потому, что ты девственница. Но теперь, когда узнал тебя, думаю твоя киска такая же сухая, как и твое сердце.

— Я не… не сухая.

Джордан холодно рассмеялся.

— На самом деле именно такая и есть. Если у тебя вообще была бы душа, Хлоя, то ты не дразнила бы меня и мой член на протяжении целого месяца. Ты обещала трахнуть меня, но так и не дала ничего в ответ на мою привязанность.

Я покачала головой, пытаясь сморгнуть слезы, не желая плакать перед ним.

— Убирайся отсюда, маленькая шлюшка, проваливай вместе со своей иссохшей киской.

Джордан распахнул двери арендованного домика, ведущие к океану.

— Ты, что, серьезно выкидываешь меня на улицу? Без денег, паспорта или даже телефона? Джордан, я знала, что ты…

Но он вытащил меня наружу и захлопнул дверь за моей спиной.

Я услышала, как щелкнул замок.

Он вышвырнул меня на улицу.

Я недоверчиво посмотрела на закрытую дверь.

Неужели Джордан на самом деле решил оставить меня босой и без единого цента на Ямайке?

ГЛАВА 2

Хлоя

Я НЕ ЗНАЛА, что делать, но была точно уверена, что не хотела возвращаться к Джордану. Единственный вариант, при котором он пустил бы меня обратно — мое согласие отдать ему свое тело, но делать этого я не собиралась.

Я не могла поверить, что доверилась ему достаточно, чтобы позволить привезти сюда. Все мои суждения не стоили ничего, какой же женщиной после этого я была? Я не должна была позволить Джордану настолько сбить меня с ног. Мне следовало оставаться твердой, никуда не ехать, а найти работу, и не верить в то, что мужчина из высшего общества, да еще и при деньгах, может заинтересоваться такой пигалицей, как я.

«Нет», — сказала я себе. Я не буду продолжать и дальше думать в том же духе. Я не стану жертвой, и уж точно не стану считать, что в произошедшем виновата только я. Джордан придурок. Мы встретились с ним, когда я пришла устраиваться на должность бухгалтера в его компанию, и когда он предложил мне сходить куда-то, я еще не знала, что он владелец фирмы.

Я позволила Джордану отвести меня на ланч, а после подарила ему четыре недели моего безраздельного внимания. И все это в то время, когда я должна была сфокусироваться на поиске работы. А теперь я выпустилась и поскольку последние четыре года жила в кампусе колледжа, то официально стала бездомной.

Джордан сказал, что поможет мне найти жилье, когда мы вернемся из путешествия.

Какой же дурой я была.

Бездомной дурой.

Я посмотрела на комплекс из которого пришла, вспоминая, что, когда мы въезжали, это место было почти пустынным. Я пошла к главному офису и увидела, что его часы работы с девяти утра до пяти вечера. А сейчас уже было больше одиннадцати вечера. Здесь никого не было. Я прикусила кулак, чувствуя себя потерянной. Застрявшей тут. Не знающей, куда идти дальше.

Я могла быть девственницей, но не являлась идиоткой. И понимала, что не могу простоять снаружи всю ночь. Кроме того, я не хотела, чтобы Джордан вышел и увидел меня, или чтобы он принялся вновь орать на меня.

В прочем я так же не хотела столкнуться с тем фактом, что он мог вообще решить не отправляться на мои поиски.

Глаза начало жечь, а горячие слезы, того и гляди, собирались пролиться.

«Не плачь, Хлоя, ты оказывалась и в худших ситуациях, чем эта».

Я выросла в приемной семье; мать передала меня социальным службам, когда мне было семь лет. Она просто решила, что больше не хотела растить меня… а мой отец? Никогда не знала его. Обо мне никогда не заботились и не любили. Моя способность доверять людям потерпела крушение… Но я все же надеялась, что когда-нибудь, где-нибудь кто-то все же будет заботиться обо мне.

Именно поэтому, когда Джордан проявил ко мне хоть каплю внимания, клюнула на его удочку.

Слишком я этого жаждала.

Хотела с такой силой, чтобы кому-то было до меня дело. Правда заключалась в том, что я была совершенно одна с тех пор, как стала совершеннолетней и покинула систему. В колледж я поступила по стипендии — что было прекрасно — но это все равно не смогло компенсировать мне отсутствие семьи.

Или дать столь необходимую поддержку.

И я должна была и дальше заботиться о себе сама. А надежность кампуса позволила мне не переживать о своей безопасности. Да, честно говоря, до сегодняшнего дня мне никто был и не нужен.

Но оставаться столь самоуверенной было намного проще, имея при себе паспорт и кредитные карты. То, что мне понадобиться, чтобы вернуться домой.

Может быть, я могла пойти в город и найти полицейский участок. Конечно же, они заставят Джордана отдать мне мои вещи.

Не то, чтобы я знала, в каком направлении должна была идти. Или я могла направиться в посольство США. Разумеется, так и надо будет поступить. Уж они-то мне точно помогут добраться до дома.

Но на улице становилось все темнее, кроме того, было уже так поздно. Я подумала обо всей криминальной статистике, с которой ознакомилась, прежде чем поехать сюда с Джорданом.

Молодая женщина, бесцельно бродящая по ночам без единого документа и цента в кармане? Да я просто напрашивалась на то, чтобы меня похитили.

А то и на что-то похуже.

Но и идти в таком виде по шоссе я тоже не могла. Я опустила взгляд, рассматривая себя; босая и одетая лишь в тонкий сарафан.

Повернув голову в сторону пляжа, я подумала, что, возможно, могла бы найти там какое-нибудь дерево и устроиться под ним, а когда солнце взойдет, я смогла бы отправиться в город и начать искать кого-то, способного помочь.

По дороге на пляж, я обернулась через плечо и увидела, что свет в домике, где остановились мы с Джорданом, все еще горел.

Я не могла поверить, что он так поступил со мной. Что же он был за мужчиной, раз смог выкинуть женщину на улицу посредине ночи, да еще и в чужой стране?

Псих, вот кем он был.

Псих, которому я почти отдала свою девственность. Видимо, моя способность судить о мужчинах и их характерах оказалась совершенно никудышной. Я должна была в колледже уделять больше времени свиданиям, вместо того чтобы полностью погружаться в учебу.

Потерянная, я шла по песку, разглядывая звезды, когда слезы побежали из моих глаз.

Я говорила себе, что могу быть храброй и сильной, но, когда волны омывали мои ноги, а над головой простиралось бескрайнее ночное небо, я почувствовала себя такой одинокой.

Также, как и множество раз до этого.

У меня никогда не было кого-то, на кого я могла положиться. И я так устала от этого. Я просто хотела, чтобы обо мне заботились, берегли меня.

То, что я желала на самом деле — это мужчина, который будет защищать меня, убеждаясь, что со мной все хорошо. Что я в безопасности.

А я очень сомневалась, что подобный вид мужчин существовал вообще.

Я нашла пальму и села возле нее, привалившись спиной к стволу. Он был шероховатым и холодным. Я понимала, что находилась на тропическом острове, но было уже за полночь, и мои руки покрылись мурашками. Я уткнулась лицом в ладони, и столь долго сдерживаемые рыдания вырвались наружу.

Я представляла, как звук моих всхлипываний разносился по берегу, и желала, чтобы добрая фея-крестная услышала его и пришла спасти меня.

В моем воображении, кто-то появлялся около меня и уносил прочь все мои проблемы. Но это была всего лишь фантазия, не так ли?

А в реальной жизни я все так же оставалась совершенно одна… Без работы или дома. Дьявол, теперь уже и без водительских прав или телефона, и все благодаря Джордану. Хотела ли я слишком многого, мечтая, чтобы с небес спустился сказочный джин и исполнил три моих желания?

Положив ладони на колени, я уронила на них голову, пытаясь взять себя в руки. Но у меня ничего не получалось, я плакала настолько сильно, что даже не услышала, как ко мне подошли.

Но следующее, что я поняла, это как кто-то прикоснулся к моей руке, заставляя мое сердце подпрыгнуть в груди.

— Эй, ты в порядке? — спросил тихий голос.

Я моргнула, подняв взгляд на парня, опустившегося на колени возле меня. В лунном свете я смогла разглядеть волнистые каштановые волосы и недельную щетину, а в его глазах плескалась забота.

— Что ты тут делаешь одна?

За спиной незнакомца раздался еще один голос.

— Мэйсон? Ты там?

— Тут, Энцо, — произнес он

Еще один мужчина подбежал к нам, присев возле своего друга. У подошедшего к нам Энцо, одетого в толстовку, оказались коротко стриженные черные волосы, четко очерченная линия челюсти и решительно нахмуренные брови. И Мэйсон, и Энцо выглядели настолько красивыми, сидя передо мной в сияющем свете звезд.

Возможно, в конце концов, волшебные джинны все же существовали.

— О, bella¹, — произнес Энцо, нахмурившись. — Что, ради всего святого, ты делаешь здесь, плачущая? Хочешь, чтобы я прогнал всю твою боль?

Я прикусила нижнюю губу. Откуда взялись эти мужчины?

— Полегче, Энцо. Разве не видишь, что ей плохо?

Энцо кивнул.

— Знаю, знаю. Но, bambino², — сказал он мне, — почему ты плачешь?

Я шмыгнула носом, вытирая глаза ладонью.

— Я просто… у меня был ужасно плохой вечер.

— Где ты остановилась? Позволь нам проводить тебя до дома, чтобы убедиться, что ты добралась туда в целости и сохранности. Тебе на самом деле не стоит оставаться тут одной так поздно. Множество бездомных приходят ночью на пляж, и мне ненавистна мысль, что с тобой может произойти нечто такое, чего бы тебе не хотелось, — сказал Мэйсон.

Мое горло сжалось. Как мне сказать этим мужчинам, что у меня не было дома.

Что мне некуда было идти.

Должно быть, они заметили, что я опять была готова расплакаться, потому что Мэйсон заговорил нежным голосом:

— Хей, хей, все в порядке. Не спеши, — он принялся поглаживать мою спину, словно точно знал, как заставить меня почувствовать себя лучше.

Постепенно мои всхлипы затихли. Мне даже было не важно, что эти мужчины видели меня с покрасневшими от слез глазами и подтекающим носом.

— У меня вроде как нет места, где я могла бы переночевать. Я вроде как… слегка нахожусь в бедственном положении. Мне надо попасть в посольство США, чтобы там мне помогли, и я смогла уехать домой, — я покачала головой, не зная, что еще добавить.

Но, казалось, что у этих двоих были ответы на все вопросы.

— О, bellissima³, — сказал Энцо. — Не переживай. Не переживай. Посольство откроет перед тобой свои двери прямо с утра. Мы можем подвезти тебя туда. Почему бы тебе не остаться с нами на ночь?

Мэйсон кинул на друга предостерегающий взгляд.

— Приятель, — бросил он товарищу. — Не думаю, что эта женщина захочет отправиться домой к двум совершенно незнакомым мужчинам, — он покачал головой, словно его друг был полным идиотом. Вновь посмотрев на меня, Мэйсон сказал: — Он не думает, о чем говорит, но мы можем поймать тебе такси и убедиться, что ты попадешь в гостиницу, где сможешь переночевать.

Энцо прочистил горло.

— Мэйсон, послушай, я понимаю, что ты хочешь сделать все, как положено, и отвезти ее в гостиницу, но девушка не выглядит так, словно ей стоит оставаться сегодня одной. У нас полно комнат в доме, и, bella, — обратился он уже ко мне, — наш коттедж находится чуть дальше по пляжу. Ты можешь просто пойти с нами и взглянуть на него.

Я прикусила губу. В конце концов, во все это дерьмо я попала, поверив Джордану.

— Я не знаю, я немного…

— Обижена? — сказал Мэйсон. — Мне жаль, что кто-то плохо обошелся с тобой, чтобы он ни сделал, и это расстроило тебя. Но может, если ты выпьешь чашку чая, съешь что-то горячее, это поможет тебе почувствовать себя хоть немного лучше. Мы можем помочь тебе разработать план, а если у тебя есть семья, которой надо позвонить, то просто сделай это от нас.

Энцо указал на большой особняк, стоящий на самом берегу.

— Вот там мы живем, почему бы тебе просто не зайти туда и не осмотреться? Если тебе там не понравиться, то мы просто дадим денег на такси, и ты сможешь поехать куда-то еще. Но нет и шанса, что мы позволим тебе остаться ночью на пляже. Мы на Ямайке уже пару недель, и знаем, как может оживиться пляж в ранние утренние часы. Это не места для такой bella donna, как ты.

Энцо и Мэйсон помогли мне подняться, даже не дожидаясь от меня ответа, а, может, потому что он был очевиден. Конечно, я пойду с ними в их дом и останусь там, пока не смогу придумать, что делать дальше.

К тому же мужчины выглядели такими искренними.

Но и Джордан казался мне таким же.

И в итоге он показал себя совсем не безопасным.

Я стояла между двух мужчин, и они оба предложили мне руки. Не желая выбирать, я протянула одному левую, а второму правую ладонь. Они повели меня прочь от пальмы по дороге к их дому.

И сейчас, когда они находились по обе стороны от меня, я поняла, что никогда в своей жизни еще не чувствовала себя такой защищенной.

Может быть, желания все же порой могут сбываться.

ГЛАВА 3

Хлоя

В ДОМЕ ТАК явно чувствовалось тепло. И дело было не во включенных обогревателях. Сама атмосфера тут казалась расслабляющей и доброжелательной.

В комнате находились еще двое мужчин, сидящих на диване и соревнующихся в видео игры, когда я вошла внутрь с Энцо и Мэйсоном. Они оба одновременно отбросили джойстики и удивленно посмотрели на нас. И не без причины. Прежде чем войти в дом, Энцо объяснил, что они все вместе договорились не водить в дом девушек. Скорее всего, в прошлом у них уже были ссоры из-за не поделенной женщины.

— А как много людей живут здесь?

— Только мы вчетвером, — объяснил Мэйсон. — Мы занимаемся экстремальными видами спорта. У нас контракт с фирмой производителем видеокамер, MovePro. Нас спонсируют они и еще одна компания по изготовлению энергетических напитков, Black Bull. А на Ямайке мы снимаем материалы для нашего канала на MeTube.

— Ты уверен, что они не разозлятся, если вы приведете меня? — спросила я у Мэйсона.

Энцо и Мэйсон уверили меня, что проблем не будет.

— Им так же будет ненавистна мысль о том, чтобы оставить женщину, такую как ты, на пляже одну, — пообещал Энцо.

И я подумала, что они были правы. Парни совсем не выглядели раздраженными из-за моего присутствия. Вместо этого, они подошли к нам, пытаясь разобраться в ситуации. И как только Мэйсон и Энцо рассказали, как встретили меня на пляже, они представились.

— Я Ноа, и пришло время, чтобы кто-то привел девушку в это место. Может тогда кто-то сможет конкурировать со мной. А то эти задницы, не могут справиться с тем жаром, что я им задаю, — он усмехнулся. Ноа являл собой образчик настоящего мужчины и был так самоуверен, что, я была уверена, ни раз попадал из-за этого в неприятности. — Ты играешь в Madden⁴? — он кивнул в сторону видеоигры.

Я покачала головой.

— Ни разу в жизни не играла.

Ноа пожал плечами.

— Поверь мне, тебе понравится.

Он был блондином атлетического телосложения, но не это привлекло мое внимание. Когда Ноа заговорил, его лицо, казалось, засияло, и пара очаровательных ямочек появилась не щеках. Я точно могла сказать, что он был шутником, и его непринужденная манера общения помогла мне успокоить нервы и перестать чувствовать себя рыбой, выброшенной из воды.

— А я Этан, — произнес оставшийся парень, протягивая мне руку. Казалось, его преследовала какая-то неясная темная тень. Он был милым, но не таким приветливым, как остальные мужчины. Его костяшки покрывали татуировки, и я прочла на них «Бесстрашный».

— Я рад, что ты теперь находишься в безопасном месте.

— Спасибо, — медленно сказала я, пытаясь понять что-то по его виду, но это оказалось почти невозможно. Но все же, стоило нашим рукам соприкоснуться, словно разряд проскочил между мной и Этаном. Какое-то непонятное ощущение наполнило меня.

— Я — Хлоя, — представилась я. — И я тоже очень рада, что твои друзья нашли меня. Я уже начинала задумываться, не замерзну ли окончательно этой ночью на пляже.

Мужчины рассматривали меня, а я наблюдала за ними и была готова поклясться, что они вели безмолвную беседу друг с другом. Я не собиралась предпринимать что-то первой, на самом деле, просто наслаждаясь вниманием с их стороны. Никогда никто из представителей противоположного пола не смотрел на меня так, как эти четверо, ни разу за всю мою жизнь.

Но и я решила не теряться. Черт, если они собирались изучить меня от макушки до пальцев на ногах, то и я собиралась столь же бесцеремонно разглядеть их.

Мэйсона с его бережным отношением ко мне.

Энцо с его итальянским шармом.

Ноа с его непринужденной улыбкой.

И Этана с его напряженной сдержанностью.

Я понимала, что мы едва ли обменялись парой слов, но стоя тут, прямо напротив этих четырех мужчин, я чувствовала так, словно оказалась в том месте, где должна была быть.

Я очнулась от задумчивости, когда Этан прочистил горло, и у меня создалось впечатление, что к этому моменту их безмолвная беседа закончилась.

Мэйсон прошел на кухню, и мы все последовали за ним. В этой части дома располагалась огромная комната с видом на океан. В ней стояли кожаные диваны и темные деревянные столы, а также кухня, выполненная из нержавеющей стали и гранита, подходящая для самого взыскательного шеф-повара. Когда Мэйсон принялся ловко двигаться по кухне, я заметила, насколько он комфортно чувствовал себя здесь. Он поставил кипятиться воду, чтобы сделаю мне чай, а потом спросил не голодна ли я.

— Я уже поужинала.

— Это ничего не значит, особенно когда Мэйсон на кухне, — сказал Ноа, вытаскивая барный стул и предлагая мне сесть возле него. — Что ты нам приготовишь? Еще немного ананасно-мангового коблера, который ты делал вчера?

Должно быть, Мэйсон увидел по моим глазам, насколько я сочла это блюдо восхитительным, потому что положил немного коблера в миску и передал мне.

— Вот, Хлоя, — сказал он, тепло улыбаясь. — Оно вегетарианское, но уверен, ты не будешь скучать по маслу, обещаю.

— Вегетарианское? — я нахмурилась, думая, что никогда еще не слышала о подобных мачо, которые употребляли бы настолько здоровую пищу.

— Мы не вегетарианцы, но делаем то, что должны для поддержания себя в форме. Ничего не натурального, и полностью исключаем сахар из пищи. Но этот коблер безумно вкусный. Он делает даже самые непростые ситуации легче, — сказал он. — Просто попробуй.

Так я и сделала, и Мэйсон оказался прав, фрукты просто таяли во рту.

Было очевидно, что он прекрасно умел позаботиться о других, впрочем, как и о самом себе. Мэйсон выглядел таким ужасно привлекательным, что это заставляло задаваться вопросом, каким же видом спорта он занимался. Казалось, он был в полном ладу с самим собой.

— А как же я? — спросил обиженно Ноа. Но по наигранному выражению у него на лице, становилось понятно, что он просто шутил.

— А что ты? — хмыкнул Мэйсон.

— Обслужи себя сам, — сказал Энцо, покосившись на Ноа. — Если там хоть что-то осталось, — я наблюдала, как он положил себе большую порцию, потешаясь над другом. Хотя еды в миске было более чем предостаточно не только для Ноа, но и для Этана.

Как только все положили себе десерт, а я взяла свой чай — мужчины налили себе виски или вино, единственный низкокалорийный алкоголь, разрешенный в доме — они начали расспрашивать меня о том, что привело меня сюда.

— Честно говоря, история довольно печальная.

Но когда я закончила рассказывать обо всем, что произошло между мной и Джорданом чуть раньше, парни не сочли случившееся печальным вообще.

— Я, мать твою, собираюсь убить этого парня, — сказал Этан.

Учитывая, насколько сдержанным он казался, я была удивлена тем эмоциям, что отразились у него на лице.

— Точно, — согласился Ноа. — Что за долбаный ублюдок. Это не может ему так просто сойти с рук. Мы позвоним в полицию прямо сейчас, — он потянулся к телефону, но остановился, когда заметил, что я начала плакать.

— Прости, — произнес Ноа. — Я сказал что-то не то?

Энцо покачал головой.

— Ты не сказал ни единого неправильного слова. Мы должны позвонить копам. Полиция тут не совсем такая, как в Штатах, но мы должны хотя бы попытаться.

Ноа поморщился.

— Мне совсем не нравится, что я заставил тебя плакать.

Энцо покачал головой вновь, прежде чем вытереть слезы с моих щек.

— Это не ты заставил ее плакать, Ноа. Это сделал этот подонок — Джордан, — повернувшись, он протянул мне платок и прошептал. — Я могу только представлять, bella, через какой ад он заставил тебя пройти. Но этой ночью мы позаботимся, чтобы ты была в безопасности.

Энцо казался самым романтичным из этой четверки, и я таяла под его нежными прикосновениями, пока он вытирал мои слезы.

Но когда я подняла взгляд, то увидела лицо Мэйсона, на котором отражалась боль.

— Не могу поверить, что он поступил так с тобой, с кем-то столь красивым, таким сладким и невинным… как ты… у меня это в голове не укладывается.

Я почувствовала, как начала краснеть, но на этот раз не из-за слез. Реакция этих мужчин на мой рассказ, заставляла меня чувствовать себя понятой.

— А вот чего я не могу никак осознать, — сказал Этан, прищурив глаза, — так этого того, что он собирался взять нечто столь бесценное, как твоя девственность, относясь к этому так, словно она принадлежала ему. Что за чертов садист.

Я посмотрела на Этана, выражение моих глаз смягчилось, от восхищения тем, насколько быстро он понял саму суть всего произошедшего.

— Мне никогда не следовало давать ему понять, что я буду спать с ним, — сказала я, в промежутке сделав пару глотков чая. — Я думаю, что он ждал этого от меня. Просто решил, что я предлагаю ему себя. Мы встречались месяц, а до этого у меня и отношений-то ни с кем фактически не было. Может быть, я просто ошибалась, полагая, что мужчина захочет быть со мной, даже если у нас и не будет секса.

Ноа с трудом сглотнул, его горло дернулось, пока он осознавал мои слова.

— На самом деле одно то, что ты просто поехала сюда с ним, должно было стать для него подарком. Девочка, знаешь что? Проведя с тобой только пятнадцать минут, я уже могу сказать, что ты слишком хороша для парня вроде него. Может быть, даже для любого из нас.

Все четверо мужчин кивнули, соглашаясь.

— Ну, я собираюсь позвонить копам, посмотрим, что можно сделать. А затем, я посмотрю в интернете, во сколько завтра открывается консульство, да? — сказал Этан, приняв ведущую роль на себя.

Я кивнула, благодарная, что он был в силах и хотел контролировать все сейчас.

Мэйсон взял тарелки и начал загружать посудомоечную машину, и я поняла, что он по природе своей заботился обо всех. Может быть, именно это заставило его подойти ко мне на пляже. Он знал, что мне был нужен кто-то, чтобы помочь этой ночью, потому привел к себе домой и убедился в моей безопасности.

Когда Ноа и Энцо вышли из комнаты, я осталась с Мэйсоном.

И я решила воспользоваться возможностью и сказать, насколько ценила то, что он сделал сегодня для меня.

— Да, ладно, Хлоя, любой бы поступил так на моем месте.

Я покачала головой.

— Не любой. Уж точно не Джордан.

— Давай больше не будем говорить о нем сегодня, — произнес Мэйсон, подходя ко мне. Я встала со стула и помогла ему загрузить оставшуюся посуду. Когда он закрыл дверцу машинки, я заметила, что теперь стояла прямо около него. Почти в плотную друг к другу, и какие-то странные волны тепла перекатывались от меня к нему. Все, чего я когда-либо хотела, это кого-то, способного позаботится обо мне, и Мэйсон был таким мужчиной и даже более того.

— Спасибо, Мэйсон, что привел меня сюда, — сказала я ему, облизнув губы. Моя киска стала такой влажной, пока я смотрела на него, понимая, насколько сильным и мускулистым он был. Все тело Мэйсона, казалось, состояло из одних мышц, так же, как и у его друзей.

Они были не просто спортсменами-экстремалами, но и экстремально волнующими мужчинами.

Настоящими мужчинами.

И я была с ними наедине.

— Итак, ты согласишься остаться тут на ночь? — спросил Мэйсон. Я стояла напротив него, прижимаясь спиной к стойке, когда он уперся ладонями в нее по обе стороны от меня. Поймав, словно в ловушку.

Но я почему-то совершенно не боялась. На самом деле, мне нравилось находиться между его рук, и с внезапным смущением я поняла, что была бы совсем не прочь оказаться между кое-чем еще, принадлежащим Мэйсону.

— Что ты об этом думаешь? — спросил он с улыбкой на лице.

Я покачала головой, пораженная посетившей меня мыслью.

Я могла быть девственницей, но часто думала о занятиях сексом.

В конце концов, я провела множество ночей в общежитии университетского городка, воображая, как буду делить кровать с кем-то еще. Столько же ночей подряд я представляла себе, как меня будут обнимать и согревать чьи-то руки.

Позволяя мне почувствовать себя цельной.

Но возможности воплотить мечты в реальность мне так и не представилось, возможно, из-за того, что я всю жизнь провела в тени, стараясь лишний раз не высовываться.

Но сегодняшней ночью, эти мужчины нашли меня.

— Я подумала, что мне понравилось бы остаться тут; остаться тут с тобой и твоими друзьями.

Я чуть опустила подбородок и подняла глаза, и стоило мне только это сделать, как я встретила пронзительный взгляд. Мое тело переполняли непонятные ощущения. Мэйсон смотрел прямо на меня.

И ему явно нравилось то, что он видел.

Мэйсон склонился и провел пальцем по моим губам. От его прикосновения тихий стон вырвался из моего рта. И это ничуть меня не смутило.

Я хотела, чтобы этот звук вырвался. Желала, чтобы Мэйсон знал, как мне понравилось то, что он делал.

И я жаждала, что бы он еще больше прикасался ко мне.

Так он и поступил.

Мэйсон наклонился и поцеловал меня. Я судорожно втянула воздух, когда наши губы на мгновение разъединились, а спустя секунду его язык нашел мой. Ладони Мэйсона обхватывали мой затылок, удерживая голову, что было не так уж и неправильно, потому что мне казалось, что я могла рухнуть на пол в любую минуту. Я таяла от его прикосновений, утопла в поцелуе.

И в этом моменте.

Совершенно не желая, чтобы он заканчивался.

Но он все же подошел к концу, и когда Мэйсон отстранился, я поняла, что это произошло только по одной единственной причине.

Он протянул руку вниз и поправил свои штаны.

Я увидела огромный бугор спереди его джинсов. Член Мэйсона был таким твердым, и какая-то часть меня желала узнать, насколько большим он был, насколько толстым.

Но прежде, чем я успела спросить что-либо; попросить о вещах, которые до этого даже никогда себе не воображала, остальные мужчины зашли на кухню.

Я замерла, не зная, что они могли подумать о моем поведении. Я никогда не вела себя так… так смело. Но, может быть, все произошедшее сегодняшней ночью пробудило что-то во мне. Нечто, желающее вырваться на свободу.

Брови Этана удивленно приподнялись, улыбка на губах Ноа пропала, а рот Энцо чуть приоткрылся… А Мэйсон? Он лишь притянул меня ближе к себе.

ГЛАВА 4

Хлоя

— ЧТО ТУТ ПРОИСХОДИТ? — спросил Ноа, разрушая возникшее напряжение, и направился к нам.

Я отошла от Мэйсона, не желая становиться причиной ссоры между мужчинами. Но когда я сделала шаг назад, то заметила, что Ноа бросил взгляд вниз и заметил возбужденное состояние друга.

Ох.

Вот почему Мэйсон притянул меня ближе к себе. Я почувствовала себя такой идиоткой.

— Выглядит так, словно я пропустил все веселье. А для меня не осталось хоть немного любви? — начал поддразнивать Ноа без капли раздражения в голосе. Волна облегчения накатила на меня, когда остальные парни подошли ближе, никто из них не казался недовольным, тем, что они увидели.

Мэйсон покачал головой.

— Эй, Хлоя девственница, мы должны вести себя с ней полегче. Я не знаю, понравятся ли ей подобные шутки.

Ноа пожал плечами.

— Ну, а почему бы нам об этом не спросить у нее?

Он посмотрел прямо на меня, и иное тепло, чем то, что я ощущала с Мэйсоном, поднялось у меня в груди. Я чувствовала, что Ноа был в состоянии сделать со мной множество грязных и порочных вещей.

Там, где Мэйсон касался меня нежно, я была уверена, Ноа проследил бы, чтобы я повеселилась.

— А что именно ты хочешь спросить? — спросила я, внимательно оглядывая четырех мужчин, стоявших вокруг меня на кухне. Как же я умудрилась из постоянной невидимки превратиться в центр внимания для них?

— Думаю, Ноа хочет поинтересоваться, — сказал Энцо, — учитывая, что ты девственница, означает ли это то, что ты не любишь сексуальные фразочки и шутки, ну, знаешь… поддразнивания? — на последнем слове его тон, казалось, стал более озабоченным, словно он боялся обидеть меня.

— Я могу быть девственницей, — произнесла я. — Но я не ханжа. Я сохранила свою невинность по одной единственной причине, и только по ней.

Этан прищурился, напряженно вглядываясь в меня.

— И что это за причина?

— Я хочу отдать себя правильному мужчине. Я храню свою девственность для того, кто станет второй половинкой моей души.

— Правильному мужчине? Или правильным мужчинам? — спросил Ноа.

Я пристально посмотрела на него.

— Мужчинам? Я не совсем понимаю, о чем ты.

Мэйсон хмуро взглянул на друга, медленно качая головой.

— Не надо, не сейчас. У Хлои был не простой день.

— Не надо, что? Я большая девочка и могу со всем справиться, — рассмеялась я, пытаясь понять, о чем шла речь. — Ладно, ну может не со всем. Сегодня мне на самом деле была нужна помощь.

— Мы хотим помочь тебе чувствовать себя комфортно, — сказал Этан. — Как только завтра откроется посольство, мы можем отвезти тебя туда. И я рассказал полиции обо всем случившемся. Они собираются отправиться в дом, где ты до этого остановилась, и попытаться забрать твои личные вещи. Также я связался со своим адвокатом. Он сказал лучшее, что можно сделать — это обвинить Джордана в причинении вреда и начать судебное разбирательство после возвращения в Штаты.

Я была ошеломлена всей этой информацией, тем, насколько быстро Этан встал на мою защиту.

— Спасибо, огромное тебе спасибо, Этан, — сказала я, обнимая его руками, будучи не в силах оторваться от него. То, что он сделал все эти звонки, подарило мне непередаваемое ощущение того, что обо мне заботились.

Но, кажется, мои теплые объятия заставили Этана почувствовать себя очень некомфортно, потому что я ощутила, как он весь напрягся против меня.

Я отступила от него.

— Прости. Я просто… очень благодарна, — принялась я объяснять.

Этан, казалось, смягчился под моим взглядом, пока я внимательно его рассматривала. Он шагнул ко мне и протянул обратно в свои объятия.

— Эй, это меньшее, что я могу сделать. Мне ненавистно видеть, как ты страдаешь. И никто не заслуживает подобного.

По тому, как он произнес эти слова, я подумала, что Этан знал нечто о мужчинах, плохо обращающихся с женщинами. Я сжала руки на его шее немного сильнее, благодарная за то, что он был сейчас рядом со мной. Выяснял что-то для меня. Я вдохнула его запах, аромат свежего воздуха и силы. Этан пах как мужчина, знающий, как позаботиться о женщине.

Прежде, чем я успела задуматься над своим поступком, я поцеловала его. Он склонил голову, отвечая на поцелуй, наши губы раздвинулись, и я ощутила его вкус — ананасы из коблера, который мы только что ели — такой сладкий и изысканный. Он обнимал меня так крепко, его сильные руки обвивались вокруг меня, притягивая все ближе. Поцелуй казался началом чего-то пока неизведанного.

И лишь когда мы оторвались друг от друга, я осознала, что рядом стояло еще трое мужчин, наблюдающих за нами.

И все равно, хотя мое лицо полыхало от смущения, я не могла извиниться за этот поцелуй.

— Я ничего не смогла с собой поделать, — заметила я.

На секунду я задумалась о том, злился ли Мэйсон, что я поцеловала его друга, но когда я оглядела всех, присутствующих в комнате, то поняла, что ни один из них не испытывал даже раздражения.

Они все смотрели на меня такими внимательными взглядами, как никто и никогда ранее. Они были так терпеливы со мной, окружили теплом, и я поняла, что это было более чем привлекательно для меня… они были тем, чего я всегда жаждала.

— Может нам пройти в гостиную и немного расслабиться? — предложил Ноа.

Мужчины подхватили свои стаканы, а мне налили бокал вина. Бутылку которого Энцо отнес в комнату, а после предложил сесть на пол между его ног.

Я сделала, как он попросил, а сам Энцо устроился на белом кожаном диване. Он начал массировать мои плечи, когда остальные принялись обсуждать свои планы на следующий день. И никто из мужчин и словом не обмолвился о том, что всего минуту назад на кухне я поцеловала обоих Этана и Мэйсона.

Они обсуждали проведение съемок на завтра и на всю оставшуюся неделю, когда каждому из них нужно будет сделать необходимые кадры в разных частях острова, а я почти не вслушивалась в их слова, пока Энцо с силой тер мои плечи и шею. Я опустила бокал с вином на пол, неспособная сделать хоть глоток. Я не могла даже просто думать, пока он касался меня.

Я вздохнула, пока Энцо своими большими пальцами прогонял прочь напряженность из моего тела.

Тот факт, что Джордан находился где-то чуть дальше по пляжу, совершенно не беспокоил меня, пока я лениво оглядывала эту уютную комнату. Кто-то выключил свет, а в газовом камине горел огонь. Я слышала тихий шелест волн, набегающих на песок, но чувство безопасности, которое дарили мне мужчины вокруг меня, давало ощущение того, что никакая беда не сможет пробраться за эти стены — как будто до тех пор, пока я с Этаном, Ноа, Мэйсоном и Энцо, ничего плохого со мной не должно случится.

Ноа поднялся и закрыл дверь на улицу.

— Думаю, скоро могут начаться дождь с ураганом.

Мэйсон посмотрел на меня.

— Я рад, что ты не оказалась снаружи в одиночестве, мне противна сама мысль, что ты могла бы остаться там под ливнем.

Тяжелые капли застучали по крыше. Тропические штормы всегда налетали так внезапно… очевидно, как и охватившие меня эмоции. Так же как я не ожидала непогоды этой ночью, я не была готова к тому, что почувствую себя настолько в безопасности с мужчинами, которых едва знала.

Вслушиваясь в шум дождя за окном, я была все больше благодарна этим почти незнакомцам за то, что они нашли меня так вовремя. Красное вино согревало меня изнутри, и я прикрыла глаза, утопая в мягком ворсе ковра подо мной.

— Чувствуешь себя лучше, bellissima? — спросил Энцо, его рот оказался прямо напротив моего уха, когда он склонился ко мне.

— Намного лучше, — ответила я, поворачивая голову к нему. И стоило мне только это сделать, как я внезапно обнаружила, что повернулась и уже стояла на коленях перед Энцо, целуя его.

Он был таким романтичным, массирующим мне шею, приносящим вино и говорящим на языке любви. Несомненно, Энцо был настоящим дамским угодником.

И, кажется, все его приемы отлично срабатывали на мне.

В этот момент, я желала стать его возлюбленной — что было настоящим сумасшествием. Потому что Энцо был для меня незнакомцем.

Но он совершенно не казался мне чужим.

Энцо целовал меня, как мужчина, который знал, чего хочет женщина. Его ладони обхватили мое лицо, наш поцелуй был страстным и глубоким. Я почувствовала, как мои соски затвердели, и без того влажны трусики стали еще более мокрыми.

Все остальные звуки в комнате исчезли. Стало так тихо, что можно было бы расслышать звон падающей иголки.

Но я не ощущала неловкости или стыда, меня полностью поглотило чувство, будто все, что я пожелала на пляже, сбылось.

И я не просто получила возможность загадать три желания одному джину из лампы.

Кажется, у меня были все четыре.

ГЛАВА 5

Хлоя

НО ДАЖЕ ЕСЛИ эти мужчина стали моим исполнившимся желанием, я все еще оставалась ужасно неопытной. И совершенно не представляла, что делать дальше.

Со всеми ними.

Тем не менее, я внезапно поняла, что успела залезть на диван, устроившись рядом с Энцо, а Ноа оказался с другой стороны от меня, и в эту минуту я решила полностью отдаться во власть своим инстинктам. В одном только я была совершенно уверена, атмосфера в комнате накалилась, а волны жара, казалось, перекатывались между нашими телами.

Поддавшись тому, что мое тело побуждало меня делать, я оседлала колени Ноа и поцеловала его, желая увидеть реакцию на свой поступок.

Я не желала обделить вниманием хоть одного из них.

— Ты потрясающая, Хлоя, — сказал мне Ноа. — Ты знаешь это?

— Ты заставляешь меня краснеть, — произнесла я, хлопнув по его твердокаменной груди.

Руки Ноа обвились вокруг меня, и он ладонями обхватил мой зад, и для игрока, как он, это казалось настолько естественным.

— Хорошо. Я хочу сделать тебя такой разгоряченной и взволнованной, — он отбросил мои волосы в сторону, прикасаясь языком к моему уху, а затем шее. Щекоча мою кожу. — О, да, вот так. Я хочу заставить тебя трепетать и извиваться от желания.

Я сглотнула, потерявшись в его словах. Мое тело жаждало всего, что обещал Ноа.

Он слегка шлепнул меня по ягодице, и я рассмеялась, губы Ноа, казалось, поглощали мои.

Он прижимал меня к себе, не прерывая поцелуя. Я чувствовала себя такой раскованной в этот момент, но в тоже время понимала, что меня привлекал каждый из этих мужчин. Выбрать одного из них, казалось, невозможным. Но на данный момент, по крайней мере, было совершенно не похоже на то, что я должна была предпочесть кого-то.

Ноа игриво прикусил мою нижнюю губу, и я могла представить, как он бы исследовал мое тело, сними мы всю одежду. Словно наяву видела, как мы падали на пол, перекатываясь, наши обнаженные тела были бы переплетены, а мы ласкали и целовали друг друга.

Когда я отстранилась, то заметила, что член Ноа стал таким же твердым, как до этого у Мэйсона.

И внезапно я почувствовала себя плохо из-за того, что завела их настолько, оставаясь неуверенной, была ли я готова пойти дальше. Пока не уверенной.

— Что не так? — спросил Ноа.

Я убрала выбившуюся прядь волос за ухо.

— Джордан… Он сказал, что все это время я только дразнила его и его член, и я теперь задумалась, а так ли не прав он был. Я имею в виду, что вот сейчас поцеловала каждого из вас, но это совершенно не означает, что я точно готова пойти… до конца.

— Tesoro⁵, — сказал Энцо. — Мы не ожидаем от тебя ничего такого.

— Знаю, и вижу это. Вы не ведете себя агрессивно или грубо, не подталкиваете меня. Я просто не хочу напрасно вас обнадеживать. Ну, большая часть меня… — я посмотрела вниз на свое тело… мои соски четко проступали сквозь тонкую ткань сарафана. А киска сжималась от нужды и возбуждения. Возбуждения, порожденного этими мужчинами. — Ну, большая часть меня хочет всего и прямо сейчас, но сегодня был длинный день, и я не хочу сделать что-либо, о чем потом буду жалеть.

— Шшш, — сказал Мэйсон. — Мы никогда не будем подталкивать тебя к тому, чтобы ты делала что-то против своей воли, то, к чему еще не готова. Хотя будет ложью сказать, что мы не будем фантазировать о том, как бы это могло быть, — он оглядел комнату, пожав плечами. Остальные мужчины кивнули, соглашаясь с ним.

Я пыталась осознать все сказанное.

— Фантазировать о чем именно? — спросила я.

— О потрясающей женщине, оказавшейся на пороге нашего дома, нуждающейся в защите, и удовольствии, которое мы получили бы, разделив ее.

— Разделив? — опять поинтересовалась я.

— Я знаю, что большинство мужчин хотят, чтобы женщина принадлежала только им, но у нас слишком много любви, которой мы хотим поделиться. Суть в том, чтобы у нас была одна женщина, которая хотела бы всех нас, — Ноа покачал головой. — Мы становимся такими твердыми от одной только этой мысли. О женщине, которая станет всем для нас.

Энцо посмотрел туда, где я ногами все еще обхватывала бедра Ноа.

— О женщине, которой могла бы стать ты.

Я оглядела комнату. Ноа и Энцо ясно дали понять о своих чувствах, но я еще не до конца поняла, что хотели Этан и Мэйсон.

Чего желала я сама.

— Это звучит безумно, — сказал Энцо. — Но, bella, может быть ты оказалась тут по какой-то причине. Может быть, ты оказалась здесь именно из-за нас.

Я прикусила нижнюю губу, задумавшись о сказанном. Эти мужчины хотели разделить меня, хотя и знали всего каких-то нескольких часов.

Это было сумасшествием.

Но я не могла отрицать того, что испытывало мое тело.

Того, что чувствовало мое сердце.

Рядом с ними я никогда не буду одинокой.

Словно все те неприятности, обрушившееся на меня из-за Джордана, пробудили что-то во мне, заставили открыть глаза и сердце тому, что я действительно хотела. И как это желала получить.

— В тот миг, когда я увидел тебя, Хлоя, я почувствовал, словно у нашей встречи была причина. И то, что ты совершенно одна, а мы хотели бы разделить тебя между собой, возможно, это может стать идеальным завершением этих ужасных каникул, — Мэйсон улыбнулся, а я скатилась с колен Ноа и вновь устроилась на ковре. Мэйсон подошел и сел возле меня, в то время как Ноа запустил руку в мои волосы. Энцо взял одну мою ладонь и переплел наши пальцы.

Я закрыла глаза, чувствуя себя такой бесценной и боготворимой. Словно я смогла дать этим мужчинам именно то, что они хотели.

Меня.

Я подняла взгляд и увидела Этана, сидящего в одиночестве.

— О чем ты думаешь? — спросила я его. — Что ты думаешь об этом предложении?

— Я думаю, что тебе следует переспать с этой мыслью, — сказал он натянуто.

Ноа, Энцо и Мэйсон покачали головами.

— Что? — спросила я их. — Вы не хотите, чтобы я все обдумала?

Мэйсон поднял в отрицании руки.

— Нет, конечно, ты не должна делать ничего, что бы сама не хотела, но Этан всегда более…

— Обеспокоенный? — предположила я, заполняя возникшую паузу.

— Ответственный? — добавил Мэйсон.

— Щепетильный? — закончил Энцо.

— Может у этого есть какая-то причина? — спросила я Этана. — Тому, что ты так беспокоишься?

Ноа хмыкнул.

— Конечно же, есть. Но думаю, что лучшим словом, описывающим Этана, станет «невинный».

— Правда, Ноа? — категорично спросил Этан.

— Прости, брат, это просто…

— Тебе смешно, что я до сих пор девственник? — он зарылся пальцами в волосы, а затем посмотрел прямо на меня. — Послушай, Хлоя, я могу вести себя довольно сдержанно. Но у меня не так много опыта, как у остальных.

Это заставило меня почувствовать еще большее тепло по отношению к Этану, и я поняла, что он сдерживался, не потому что я ему не нравилась. Черт, тот поцелуй сказал мне, что я как раз ему более чем нравилась.

Вероятно, он просто переживал так же, как и я.

— Я лишь повторюсь, тебе следует переспать с этой мыслью, — произнес Этан.

— Но что, если я уже знаю, чего хочу? — сказала я, перекатываясь туда, где он сидел на диване. Внезапно почувствовав необходимость посмотреть Этану прямо в глаза, когда я обращалась к нему. Необходимость поймать его взгляд. Жажда, чтобы он при этом мог заглянуть прямо в мое сердце.

Поднявшись на колени, я раздвинула ноги Этана и встала между ними. Я провела ладонями по его бедрам, желая, чтобы он проявил хоть какую-то инициативу по отношению ко мне.

— О, да? — спросил Этан напряженным голосом. — И что ты хочешь, Хлоя?

Он обхватил пальцами мой подбородок и поднял мое лицо, вглядываясь в мои глаза. Этан не был мягким или милым; он оставался таинственным и скрытным. Он смотрел на меня с затаенным голодом. Чувственной жаждой. Я застонала от его прикосновения; спина выгнулась, а тело заныло в болезненной потребности.

— Я хочу узнать, для чего я здесь? — ответила я, подбирая слова. Осознавая, что нуждалась в большем, чем просто поцелуй на ночь. — Может быть, вы могли бы показать мне, как именно все могло бы быть, прежде чем я приму решение.

ГЛАВА 6

Хлоя

МОИ СЛОВА УДИВИЛИ всех мужчин в комнате. По-видимому, они не ожидали от меня такой готовности.

Но сама мысль о подобных отношениях, хотя и казалась немного сумасшедшей — и очень нетрадиционной — являлась потаенной фантазией многих женщин, которую лишь некоторые из них могли воплотить в жизнь.

Ноа хохотнул.

— Видите, она совсем не ханжа, — сказал он своим друзьям.

Я позволила своему взгляду оторваться от глаз Этана, и повернулась к остальным мужчинам, желая, чтобы они видели мое лицо, когда я скажу им правду.

— На самом деле я совсем не ханжа. Только то, что я являюсь девственницей, не означает, что я не мечтала о подобном моменте множество раз.

— Но? — спросил Мэйсон. — Всегда есть какое-то «но».

— Но, — сказала я, рассмеявшись, — я на самом деле даже никогда не видела… — посмеиваясь, я спрятала лицо в ладонях. — Не могу поверить, что говорю об этом с четырьмя мужчинами.

— Ты даже никогда не видела члена? — спросил Мэйсон.

Я покачала головой.

— Только в интернете. И я подумала, что, может быть, должна его увидеть, прежде чем решу что-то.

Это вновь заставило Ноа рассмеяться, но Мэйсон воспринял мои слова всерьез, как и Этан с Энцо.

Они поднялись и встали вокруг меня, когда я села на колени в самом центре гостиной. Без единого слова они сняли свои шорты, и я почувствовала, как моя киска затрепетала от волнения.

Я увижу члены всех четверых.

И прямо сейчас.

Я закрыла глаза, наслаждаясь моментом.

Сняв шорты, мужчины остались лишь в плавках или боксерах. Они сняли футболки и толстовки, открывая моему взору прекрасные мускулистые прессы. Они были великолепны. Каждый из них выглядел, как самая горяча модель, от вида которой текли слюнки, и в эту минуту я почувствовала себя неуверенно.

Но затем посмотрела в их глаза, по очереди каждому из них, и поняла, что мне было совершенно не о чем беспокоиться.

Мужчины смотрели на меня голодными взглядами. Словно были готовы проглотить прямо сейчас. Словно хотели съесть меня целиком.

Это заставило меня почувствовать себя могущественной и красивой, желанной и необходимой.

Этан, Энцо, Мэйсон и Ноа заставляли меня ощутить миллион разных вещей, о которых я никогда даже не мечтала.

Более того, я чувствовала себя так, словно уже принадлежала им.

Один за другим они сняли нижнее белье, отбрасывая его в сторону, и вот уже минуту спустя я сидела окруженная четырьмя идеальными членами.

Я пыталась рассмотреть их всех, постепенно поворачиваясь и переводя взгляд с одного на другой.

Они были такими большими, и я наблюдала за тем, как мужчины принялись поглаживать свою эрекцию, не отрывая глаз от того, как я облизнула губы, застонав от восхищения.

Член Мэйсона был толстым и мощным, чуть длиннее, чем у остальных.

Ствол Ноа, как я и думала, так и манил поиграть с ним. С россыпью веснушек возле головки, он был чуть изогнут влево, словно у него на уме была парочка очень заманчивых идей.

Стержень Энцо оказался не обрезанным; один его вид заставлял меня облизывать губы, а руки зудеть от желания обхватить его и провести от вершины до основания.

У Этана были большие яйца, больше, чем у остальных… Я с легкостью могла представить их у себя во рту, то, как мой язык облизывал их.

Плоть каждого мужчины была такой впечатляющей, от ее вида я становилась взволнованной и разгоряченной, хотя на мне почти ничего не было надето. Лишь хлопковый сарафан, трусики и лифчик.

Я напомнила себе, что хотела продвигаться вперед медленно. Я желала показать этим мужчинам свое тело, но пока еще не чувствовала себя готовой к этому.

Но кроме того я не собиралась становиться той, кто лишь дразнил их и их члены.

Особенно те четыре прекрасных экземпляра, которые оказались прямо перед моим лицом.

— Могу я к ним прикоснуться? — невинно спросила я, до конца не уверенная в правилах игры.

— О, черт подери, bella, ты можешь делать с ними все, что только захочешь, — сказал мне Энцо.

Я вновь прикусила губу.

— Все? — тихо поинтересовалась я.

— Все, — подвел итог Мэйсон, ладонью обхватывая свою каменно твердую длину.

Я начала поглаживать их, по одному за раз, скользя по их шелковистым членам, а затем воспользовалась обеими руками одновременно, касаясь двоих мужчин, в то время как оставшиеся ласкали себя сами.

Все четверо неотрывно следили за тем, как мои ладони скользили по их жестким стволам. Часть меня хотела прижаться губами к их стержням, но другая часть все еще немного колебалась и была напугана. Стоит мне только сделать это, как пути назад уже не будет.

Вместо того чтобы сделать что-то к чему я пока не была готова, я двигала рукой по их плоти, а затем облизнула ладонь, желая больше смазки, пока я ласкала их каменную эрекцию

— Твою мать, — услышала я стон Ноа, когда обхватила, перекатывая в ладони, его яйца. — Я так чертовски близко, — сказал он мне.

Я уловила рык Энцо, когда обвила свои пальцы вокруг него, подтягивая ближе. Все мужчины шагнули вперед, касаясь членами моего затылка, пока я оборачивалась по кругу, по очереди лаская их стержни, я хотела, чтобы каждый из них оказался прямо около меня. Я желала испробовать их вкус, когда они кончат.

Ноа первым достиг экстаза, и, хотя я не сосала его член, но тот оказался настолько близко к моим губам, что я смогла поймать струи его семени. Я приняла сколько смогла, наслаждаясь теплотой и солоноватым вкусом его спермы у себя на языке. Мои трусики стали еще более влажными, когда она скользнула по моему горлу.

А затем я перешла к следующему члену, ловя капли семени Энцо, затем Мэйсона и, наконец, позволила Этану кончить мне в рот. Я не притронулась губами ни к одной головке, желая оставить подобный опыт на потом. Но я была наполнена их семенем, вкус которого до сих пор оставался у меня на языке.

Он был таким потрясающим, что я, вытирая рот, жаждала его еще больше. Все четверо мужчин застонали от удовольствия, когда я, прекратив ласкать их члены, скользнула ладонью ниже и, обхватив их яйца, нежно принялась поглаживать их.

— Черт, твои прикосновения ощущаются так замечательно, — произнес Мэйсон. Я улыбнулась ему, чувствуя себя настолько необходимой и желанной.

— Ощущается так замечательно то, что я смогла сделать вас счастливыми, — сказала я, испытывая удовлетворение от того, что смогла позаботиться о них. — А ты, Этан? — спросила. — Тебе понравилось? — я встала перед ним на колени, заглядывая ему в глаза. Их члены, все еще твердые после недавнего освобождения, продолжали покачиваться возле меня.

— О, Хлоя, — сказал мне Этан, взгляд его темных глаз встретился с моим, когда он провел ладонью по моей щеке, заставляя мурашки удовольствия пробегать по коже. — Это было долбаное совершенство.

Я улыбнулась, вновь облизывая губы, наслаждаясь последними отголосками вкуса их семени. Уже желая еще больше. Вспоминая желание Этана, чтобы я все обдумала, потому что не хотел моих сожалений из-за неправильно принятого решения.

— Спасибо, что позволили мне остаться тут, — сказала я им, мои веки внезапно потяжелели, желудок был пресыщен, а киска набухла от желания.

— А разве могло быть иначе? — ответил мне Мэйсон. — Ты наша маленькая девственница, и теперь это наша работа — защищать тебя.

ГЛАВА 7

Мэйсон

СЛЕДУЮЩИМ УТРОМ я готовил на кухне завтрак, понимая, что если я этого не сделаю, то все останутся голодными. Шторм, начавшийся вчера ночью, прошел, и небо было ясно-голубым, а лучи утреннего солнца проникали в помещение сквозь окно.

Но сегодня я готовил не только ради парней. Я хотел сделать что-то особенное для Хлои. Прошлой ночью, до того, как мы нашли ее, она пережила итак слишком многое, поэтому я хотел накормить ее вкусным и здоровым завтраком, чтобы Хлоя поняла, что мы хотим заботиться о ней, а не только заниматься любовью.

Она была потрясающей. Все в ней было чертовски великолепным. Длинные каштановые волосы, тонкая талия, идеальная грудь и округлая задница, которую мне так и хотелось сжать. Черт, все что я желал, это погрузиться в ее тело. Но Хлоя была девственницей, и последним, что я хотел сделать, так это испугать кого-то столь идеального, как она.

И если быть совершенно откровенным, я очень боялся, что сегодня утром Хлоя могла проснуться и принять то решение, которое совсем не сделало бы меня счастливым.

Этан сказал ей обдумать все как следует. «Все» — это возможность быть возлюбленной для всех нас. Всех четверых.

Черт, кто-то мог решить, что это сумасшествие делить одну женщину, но в самой этой идее было что-то удивительное. Девушка, желающая позаботиться о нас всеми возможными способами, а в ответ каждый из нас давал бы ей то, что она жаждала.

На самом деле, это могли бы быть идеальные отношения.

Кроме того, любой парень, который счел бы подобные отношения не приемлемыми, просто не видел Хлою.

Он не видел ее, стоящей на коленях, когда четыре члена покачивались у ее лица. Он не видел, как она приоткрывала рот, ловя наше семя, слизывая его и проглатывая с улыбкой на ангельском лице.

Боже, я становился твердым, только думая об этом, черт, такими темпами я просто переварю нам эти проклятые яйца на завтрак.

Я потряс головой, пытаясь прочистить мысли, но это было невозможно, я никак не мог перестать думать о том, как выглядела бы Хлоя без этого сарафана, с обнаженной сливочной кожей, такая невинная и чистая. И это я еще не перешел к фантазиям о ее киске.

Она, должно быть, была такой влажной и тугой. Такой чертовски готовой.

Я думал об этом всю ночь, мечтал и фантазировал.

Учитывая, сколько раз прошлой ночью я потом сам доводил себя до разрядки, удивительно, что я вообще смог подняться.

Но вот он я, переворачиваю бекон, думаю о киске Хлои, и мой член вновь твердый словно камень.

Прекрасно.

Окунуться, наконец, в океан будет просто прекрасно, соленый воздух и сокрушительные волы смоют прочь все мысли о том, чтобы трахнуть Хлою. Даже если она согласится остаться, нет никакой гарантии, что она решит расстаться с девственностью в ближайшее время.

И это нормально. Она не была нужна нам только для секса, хотя, конечно же, и я уверен тут бы со мной согласились все, нам бы это понравилось. Но мы также хотели стать для Хлои безопасной гаванью, в которой она могла бы переждать, пока Джордан не свалит с острова.

Как только кофе был заварен, а я нарезал свежие папайю и ананас, ребята появились на кухне, точно по команде. У нас на завтрак были яйца, бекон из индейки, да и жаренный картофель тоже уже был готов. Как только Ноа и Энцо потянулись к своим тарелкам, я оттолкнул их руки прочь.

— Дамы первые, — сказал я им.

Ноа оглянулся вокруг.

— Я думаю, она все еще спит.

Энцо улыбнулся.

— Ну, для меня не составит проблемы, пойти и разбудить ее. Подарить ей маленький утренний…

Именно в эту секунду Хлоя вошла на кухню.

— Маленький утренний что, Энцо? — спросила она, усмехнувшись.

Энцо, обычно такой изысканный романтик, покраснел от того, что она поймала его при этих словах.

Дьявол, не думаю, что хоть раз в жизни видел краснеющего Энцо, и уж точно не при женщинах. А я знал его с тех пор, как мы оба были детьми.

— Подарить тебе легкий утренний поцелуй, — сказал он, возвращаясь к своему обычному спокойному и собранному поведению, а затем подошел к Хлое и отбросил ей волосы назад. Энцо поцеловал ее скулу, подбородок, губы. — Доброе утро, милая.

Этан, Ноа и я наблюдали за Хлоей с Энцо, но ни один из нас не испытывал ревности, по крайней мере, я точно нет. Просто это могли быть наши последние минуты, проведенные вместе с ней. И я ненавидел то, что мы могли тратить их впустую, не окружая ее тем вниманием, которого Хлоя заслуживала.

Кроме того, сейчас все мои мысли поглощал не Энцо и то, где был его рот. Я желал знать, приняла ли Хлоя какое-то решение.

— Я приготовил завтрак. Можно кушать, — сказал я, наливая для Хлои чашку кофе. — Ты пьешь черный, может молоко или сахар?

Ее глаза с восторгом смотрели на кружку у меня в руках.

— И то, и то, — сказала она. — Я люблю, когда много сливок и очень сладко.

Я готов был поклясться, что после этих слов Ноа поправил член в штанах, потому что произнесенное Хлоей завело каждого в кухне.

И я был рад, что у нас были отдельные спальни, потому что прошлой ночью явно все мы ни раз удовлетворяли себя.

И, кроме того, Хлоя тоже выглядела немного взъерошенной, и я ничего не мог поделать с собой, но задумался не делала ли она того же самого. Возможно, она, как хорошая девочка, провела эту ночь, погрузив пальцы между розовых складок киски, надавливая на тугой клитор, пока не кончила себе на ладонь.

Твою мать, я был таким готовым для нее. Таким жаждущим ее округлых грудей и идеальной маленькой плоти между бедер.

— Ну, мы вроде немного повернуты на здоровом питании. Так что давай посмотрим… У меня есть мед и миндальное молоко.

Хлоя сморщила нос.

— Хммм, думаю, я попробую добавить оба. Спасибо, — она положила себе еду на тарелку, и на какую-то минуту я пожалел, что у нас была только полезная пища. Я должен был приготовить Хлое полные углеводов блинчики. У меня перед глазами мелькнула картина того, как я выливал клиновый сироп на ее грудь и потом слизывал его с сосков.

Мне нужно было прочистить мысли.

Мы все положили себе еду на тарелки, а затем пошли на веранду, чтобы позавтракать под утренними солнечными лучами.

— Итак, — сказала Хлоя, повернувшись ко мне. — Скажи мне, почему именно ты готовишь для всех?

— Я всегда готовлю, — сказал я, пожав плечами. — И ты бы поняла почему, если бы увидела этих придурков на кухне.

Ноа влез в разговор:

— Да он и вырос в большой семье, пять младших братьев и сестер, а его родители вкалывали, как проклятые, так что он пытался сделать все, что мог, чтобы позаботиться об остальных.

Хлоя улыбнулась, услышав эту историю, а я почти что был готов прибить Ноа за то, что он это рассказал.

— Не надо смущаться, — сказала мне Хлоя. — Это на самом деле мило и объясняет то, почему ты такой заботливый и тревожишься за всех. Ты просто привык к этому, — она улыбнулась мне, заставляя мое сердце таять. — Ты близок со своей семей?

Я кивнул.

— Да, кажется, что постоянно кто-то из моих братьев или сестер просит меня выручить их из какой-нибудь передряги. Но теперь, слава богу, я зарабатываю много и вполне могу это сделать.

Этан приподнял брови — он знал остальную часть истории. То, что мой отец был ублюдком, который постоянно звонил мне и просил денег — используя их лишь для того, чтобы напиваться еще больше и чаще, заставляя мать вести всю работу по дому и поддерживать связи с семьей. Я пробовал говорить с ней о том, чтобы она бросила его, но мама говорила, что любила мужа.

Хотя по мне такая любовь была полным дерьмом. Но что я на самом деле об этом знал? Я никогда не испытывал таких чувств раньше. В нашем доме основными любителями прекрасного пола были Ноа и Энцо.

Я же пытался делать все, чтобы жить по правилам. А Этан? Он столько раз обжигался со своей «семьей», что потребовался бы очень особенный человек, чтобы он вновь открыл ему свое сердце. Слишком уж долго оно было закрыто.

— Ты в порядке, брат? — спросил Нико. — А то мы ненадолго тебя потеряли.

— Я тут. Просто, знаешь, задумался о семье.

Ребята перекинулись понимающими взглядами, а Хлоя, должно быть, поняла, что это была не самая безопасная тема для беседы, потому что перевела разговор в другое более приятное русло.

— Как вы, парни, стали заниматься экстремальными видами спорта?

Пока мы объясняли то, как пришли к тому, чтобы стать командой по экстремальному спорту, Хлоя, похоже, все больше удивлялась тому, насколько проста была наша история. Мы все росли в одном и том же квартале, вместе учились в школе и оказались теми, кто не был заинтересован в поступлении в колледж. Мы потратили несколько лет на выяснение того, что было нужно для становления профессиональными спортсменами. Мы усердно работали и накопили достаточно денег, чтобы начать путешествовать и снимать видео. Размещали все ролики на нашем канале на MeTube, в конечном итоге став намного популярнее, чем когда-либо мечтали. Миллионы просмотров, и, наконец, мы заполучили себе нашего главного спонсора.

— Так впечатляет, что вы всегда знали, чем хотели бы заниматься. Я до сих пор не знаю, что хочу от будущего, а я четыре года проучилась в колледже.

— А что ты изучала? — спросил Энцо.

— Бухгалтерское дело. Скучно, да?

Я улыбнулся Хлое. Я мог представить себе это. Карандаш в ее волосах и обтягивающий костюм. Черт, опять мой член проснулся, подкидывая мне всяческие идеи о том, каково было бы взять ее за офисным столом.

— Но также это и стабильная работа, и это для меня стояло на первом месте. У меня нет семьи, к которой я могла бы вернуться. Все, что я буду делать дальше, я буду делать в одиночку. Так что, я выбирала ту работу, на которую в будущем могла бы рассчитывать. Ту, на которой можно сосредоточиться, потратить время, но не облажаться.

— То есть, нечто совершенно противоположное тому, что делаем мы? — сказал я. — Черт, мы не знаем, станет ли наше очередное видео популярным, не прибьет ли нас наш спонсор или вдруг мы и наш канал внезапно станем чем-то устаревшим.

— Лишь кажется, что у нас все надежно, — сказал Этан. — Нам только повезло, что мы не одни в этом деле. Хотя наши семьи и очень разные, и у каждого из нас свое собственное прошлое за плечами, мы стараемся взять от спорта лишь лучшее, помогая друг другу с тренировками.

Хлоя сжала губы, пока сидела за столом со всеми остальными и ела еще один кусочек яйца.

— Да, может быть это я и упустила. Я всегда была кем-то вроде одинокого рейнджера. Никогда на самом деле не рисковала, потому что у меня не было никого, чтобы поддержать, если я упаду.

— Почему? — спросил я, не на шутку удивленный. — Ты казалась такой раскрепощенной вчера. Я бы сказал более чем готовой рисковать.

— Да, но, вероятно, в этом-то и дело. Может быть, мне было нужно сразу несколько мужчин, чтобы помочь рискнуть в сексуальных экспериментах. Есть ли в этом какой-то смысл? Например, с Джорданом, я никогда не заходила дальше поцелуев. Я боялась. Боялась сделать что-то не то, чтобы он не принял меня за идиотку. Но было куда менее страшно со всеми вами, если вы можете понять, о чем я. Словно, на меня оказывалось меньше давления, потому что я не была один на один с мужчиной.

Этан кинул, разглядывая свои татуированные костяшки.

— Я понимаю, что ты имеешь в виду. Прошлой ночью время было верным. Ты рядом с нами — все чувствовалось таким правильным.

— Да, — сказала я, улыбнувшись. — Когда ты отправляешься в полет не один, это не так страшно. Это чувствуется так хорошо.

— Итак, — начал Ноа. — Ты должно быть уже все хорошо обдумала, и значит ли это, что ты решила…?

— Я приняла решение, — Хлоя усмехнулась, положив свою вилку и оглядев всех нас, сидящих за столом. — Да. Да, я хочу остаться и посмотреть, что из всего этого может выйти. Я чувствую связь с каждым из вас, и, может, я просто слишком возбуждена… — она покачала головой, краснея. — Но, кроме того, дома меня никто не ждет. Так что, почему я должна бросать нечто, что может перерасти во что-то поистине прекрасное?

— Что ты имеешь в виду, bella, говоря, что тебя дома никто не ждет? — спросил Энцо.

— Я росла в приемной семья, а после восемнадцати лет, когда вышла из системы, жила в кампусе колледжа. Но я только что его окончила. Так что у меня нет никакого жилья или хотя бы просто работы, — Хлоя провела руками по волосам. Я видел напряжение на ее лице, когда она заговорила об этом.

— Эй, amore⁶, не расстраивайся. Если ты не хочешь говорить об этом, то не должна, — мягко произнес Энцо, положив ладони на ее руки.

— Нет, я хочу быть с вами честной, ребята. У меня есть деньги, не то чтобы я могла воспользоваться ими сейчас, учитывая, что Джордан забрал мои наличные и кредитные карточки. Мне не надо садиться к вам на шею. Я могу вернуться в Штаты и начать новую жизнь. Просто дело в том, что, может быть, мне не надо никуда так уж спешить.

— Ну, мы пробудем тут еще пару недель, и думаю, что провести их тут с тобой будет более чем приятно, — сказал Ноа.

— Я с тобой полностью согласен, — подтвердил я.

— Есть только одна вещь, о которой я немного переживаю, — сказала Хлоя. — Я не хочу, чтобы вы решили, что я легкодоступна. Не хочу, чтобы вы судили меня за то, что я сделала прошлой ночью. Или за то, что мы, может быть, сделаем сегодня или завтра, как и в любой другой день.

— Я думал, что нам просто стоит продвигаться вперед постепенно и не спеша, — сказал я ей. — Думаю, тот факт, что ты ждала двадцать два года, прежде чем с кем-то переспать, что-то да значит. Не думаю, что теперь тебе надо спешить. Для тебя может оказаться слишком, если ты решишь сделать все и сразу. Возможно, тебе следует получше узнать каждого из нас, прежде чем мы снова заговорим о сексе.

Хлоя прикусила нижнюю губу, а ее брови чуть сошлись на переносице.

— Но вы все еще этого хотите?

— Конечно, хотим. Дьявол, я готов снять все тарелки со стола и убрать их на пол, а затем поглощать вместо завтрака тебя прямо тут и прямо сейчас, — сказал Ноа. — Но мы понимаем, что для тебя будет лучше, если ты будешь чувствовать себя на все сто процентов комфортно с каждым из нас.

Энцо добавил:

— И как только ты будешь готова — то вот они мы — тут.

— Итак, как вы думаете, мы должны будем получше узнать друг друга? — спросила Хлоя.

Я приподнял бровь.

— Ты и я вместе можем заняться чем-нибудь сегодня, я мог бы взять тебя с собой на серфинг. Если мы окажемся на досках, то нам придется думать о чем-то еще, кроме как о сексе.

— Серфинг? — воскликнула Хлоя. — Я не знаю, по мне так это довольно сложно.

— Я профессионал, — уверил я ее. — Профессионал с большой буквы. Я научу тебя. Итак, что ты скажешь?

Хлоя усмехнулась.

— Я в игре.

ГЛАВА 8

Мэйсон

НЕСКОЛЬКО ЧАСОВ спустя я уже был с Хлоей в океане, она успела упасть с доски несколько дюжин раз, и я терпеливо помогал ей забраться обратно, но правда заключалась в том: я хотел не поднимать ее на доску, а спустить с нее.

Опустить на песок без единого клочка одежды на теле. Потому что два часа наблюдений за Хлоей, одетой лишь в крошечное бикини, сделали меня твердым даже вопреки холодной воде, в которой я стоял.

— Мне нужно больше силы, — сказала Хлоя, рассмеявшись, когда ее очередная безуспешная попытка стать на доске провалилась в тридцатый раз подряд. — И я все еще не могу поверить, что ты записываешь мои неудачи.

Она указала на камеру на моем шлеме, том самом, что надел специально для съемки.

— Прости, но это часть шоу.

— Все в порядке, особенно если вы монтируете кадры так же хорошо, как и снимаете их.

Я улыбнулся, сказал Хлое, что ей не стоит беспокоиться о том, что я выложу что-то неприглядное.

— Думаю, следующая волна будет той, что надо, — сказал я ей. — Сосредоточься, Хлоя. Сосредоточься на том, чтобы подняться на ноги. У тебя получится.

Она с опаской посмотрела на меня, ее мокрые волосы прилипали к лицу, но глаза сверкали от волнения.

— Я очень хочу встать на ноги.

— Тогда сделай это. Давай, сейчас, — сказал я ей.

Лежа на животах, мы повели наши доски прямо навстречу небольшой волне, которая двигалась прямо на нас. Я крикнул Хлое вставать в туже секунду, что и поднялся сам, и она сделала, как я сказал. Ее ноги задрожали, но затем она поймала равновесие.

Она оседлала волну, закричав от радости:

— Мэйсон! О Боже! Посмотри! Я сделала это! Это удивительно!

Я усмехнулся, наблюдая, как маленькие трусики-бикини слегка впивались в зад Хлои, тонкая полоска идеально смотрелась между ее округлых ягодиц. Она жаловалась, что купальник был не совсем ее размера. Но это был единственный комплект, который мы нашли в домике у бассейна, оставленный кем-то во время отпуска. Но я был совсем не против того, как эти лоскуты ткани тесно обтягивали тело Хлои. Открывая мне лишь еще более прекрасный вид на ее кремовую кожу.

На волне мы доплыли до берега, я остановился в нескольких ярдах от Хлои. Как только наши ноги встали на твердый песок, я помог ей отнести доску обратно на пляж. Я положил оба наших серфа на песок и затем обернулся посмотреть на Хлою. Я улыбнулся, но она так и не поняла, что произошло.

Я был благодарен за уединенность этого места, потому что, если бы кто-то еще оказался поблизости, думаю, Хлоя чувствовала бы себя еще более нервной. И не уверенной.

— Почему ты так на меня смотришь? — спросила она, ее лицо успело немного загореть, а ноги были покрыты песком. Хлоя выглядела такой чертовски красивой.

— Я думаю, что ты потеряла кое-что.

Хлоя опустила взгляд на свое тело и моментально прикрыла себя руками, поскольку верх от ее купальника потерялся где-то в океане.

Прошлой ночью на ней оставался сарафан, и я не имел ни малейшего представления, что ее грудь была настолько большой, но чуть раньше сегодня, увидев Хлою в бикини, я это понял. Но все равно ничто не могло сравниться с тем, что я видел сейчас. Она была такой прекрасной, полностью обнаженной, и, боже, просто огромной.

Я обожал именно такие: красивые, полые груди — это делало мой член лишь еще более твердым и возбужденным. И я знал, что Хлоя была заведена не меньше, потому что ее соски превратились в тугие горошины. Она была настолько одарена, что не могла даже прикрыть себя обеими руками.

— О мой Бог, я потеряла верх от купальника, — Хлоя с несчастным видом посмотрела назад на океан.

— Для меня это не проблема, — сказал я, притягивая ее ближе к себе. Хлоя задохнулась, осознав, что ее лифчик пропал, а я не имел ни малейшего желания отходить от нее.

— У тебя сегодня все так здорово получилось, — сказал я ей. — Ты была естественной.

— Да, конечно, Мэйсон. Это ты был естественным. Ты был просто безупречен на этой доске для серфинга. Я могла бы наблюдать за тобой весь день, — Хлоя убрала свои руки от груди, и почувствовать ее обнаженную плоть у своей груди — черт, это сделало мой член твердым, словно камень.

— Ты такая чертовски красивая, Хлоя. Ты имеешь хоть малейшее представление о том, насколько дьявольски горячей являешься?

— Ну, конечно, я такая и есть, — ответила она саркастично.

— Никакого больше самоуничижения, женщина, — подразнил я ее. — Я говорю на полном серьезе, — я оттолкнул ее ладони в сторону, чтобы Хлоя даже не пыталась прикрыть себя. — Ты великолепна. Я имею в виду, ты хоть представляешь, насколько идеальна твоя грудь?

Она покачала головой, глаза Хлои были закрыты.

— Я чувствую себя выставленной на показ.

— Это плохо? — спросил я.

— Я не знаю, — ответила Хлоя. — Кто-то может увидеть меня и задаться вопросом, куда же делась вторая часть моего купальника.

— Тут у тебя не будет такой проблемы. Я привел нас на частный пляж не без причины, никто не может заниматься здесь серфингом кроме тебя и меня.

— Что-то вроде того, что ты арендовал пляж?

— Когда у тебя достаточно денег, ты можешь арендовать все, что захочешь. Так что, да. На сегодня — это мой частный пляж. Когда я делаю видео для канала на MeTube, мой спонсор не хочет, чтобы в кадр попали чьи-то еще лейблы или рекламные надписи, да и вообще, чтобы на фоне были посторонние люди. Обязательства — это такое дерьмо. Так что я пытаюсь находить уединенные места, и иногда за них приходится платить. Как я и сделал сегодня. Для тебя и меня.

— Это заставляет меня чувствовать себя лучше, — сказала мне Хлоя, проводя руками по моему животу, очерчивая линии пресса. — Не знала, что у людей может быть десять кубиков на прессе, — пошутила она.

Раз она коснулась меня, то я и мог сделать то же самое. Я провел руками по ее груди, сжимая твердые соски между пальцев. Я заметил, как Хлоя резко втянула воздух, ощущения ей явно нравились.

— А я не знал, что у девственниц может быть грудь, которой позавидовали бы порнозвезды.

— Тебе она нравится? — Хлоя опустила взгляд на свое тело. — Я никогда не показывала ее мужчине. Я всегда задавалась вопросом, не слишком ли она большая, а мои соски странные.

Я не имел ни малейшего долбаного понятия, о чем она говорила.

— Детка, ты точно девственница, потому что, если хоть один мужчина увидел бы твою грудь, он сказал бы тебе, что она идеальна.

Хлоя улыбнулась, мои слова явно немного успокоили ее неуверенность.

— Я рада, что оставалась девственницей так долго. Это делает пребывание с вами, ребята, чем-то особенным.

Было так чертовски горячо слушать то, что она говорила о себе, как о девственнице и ее желании быть здесь.

— Как думаешь, Этан смог хоть как-то продвинуться с полицией или с посольством сегодня? — спросила она, прижимая руку к передней части моих шорт, сжимая в ладони мой жесткий член. Я застонал, будучи не в силах сосредоточиться, когда она пробегала пальцами вверх и вниз по моей длине.

Я сделал глубокий вдох, пытаясь сфокусироваться.

— Уверен, он смог. К тому же ты заполнила утром все бумаги, прежде чем мы уехали, так что должна будешь в ближайшее время получить новый паспорт.

Я не хотел злиться сейчас, не тогда, когда мы с Хлоей были почти обнажены, а ее рука лежала на моем члене. Но этим утром позвонили из полиции и сказали, что Джордан Коннорс покинул страну около полуночи на своем частном самолете. И они не нашли никаких вещей Хлои в арендованном им домике.

— Я просто рад, что он не смог заставить тебя сделать хоть что-то, чего бы ты не хотела. Я рад, что ты все еще невинна, потому что возненавидел бы ублюдка за то, что он отнял нечто столь прекрасное у тебя.

— Я думала об этом… — сказала Хлоя.

— Думала о чем?

— Ну, когда у меня будет первый полноценный секс с проникновением, я бы хотела, чтобы он был со всеми вами четырьмя сразу. Но ты помнишь, как прошлой ночью я касалась каждого из вас? Я подумала, что, может быть, я могла бы сделать что-то подобное с вами по отдельности, прежде чем мы займемся любовью все вместе. Это помогло бы мне почувствовать себя более комфортно рядом с каждым из вас. Ну, как ты говорил об это с утра, да?

— Мне нравится ход твоих мыслей, — сказал я ей.

Хлоя игриво сжала мой член.

— О, да? И куда же, по-твоему, ведут мои мысли?

— К чему-то очень порочному.

Она кивнула.

— Да, что-то вроде того, — Хлоя рассмеялась, ее желание открыть в себе какие-то новые раскрепощенные стороны было таким чертовски возбуждающим. — Я подумала, что может быть ты мог бы помочь с осуществлением моей идеи прямо сейчас… до того, как мы поедем домой?

— У меня есть прекрасна мысль, — сказал я ей, проводя ладонями по ее большой груди. Она была такой идеальной и подходящей для меня. — Но мне будет нужно, чтобы ты легла на спину.

Пару минут спустя я расстелил большое пляжное полотенце на песке и смотрел, как Хлоя опускается на него, открывая свои прекрасные формы солнечным лучам.

— Не могу поверить, что ты смог поставить меня на эту доску для серфинга, — пробормотала она, когда я опустился сверху.

— Мне — нет. Ты сама смогла. Мне это нравиться в тебе, Хлоя, что ты не сдаешься. Ты всегда была такой?

— Думаю, да, — сказала она, обвивая свои ноги вокруг меня, такая готовая для секса, даже если он и не значился в планах на сегодня. Но у моего члена не было никаких проблем с тем, чтобы сообщить Хлое о своих желаниях, он прижался к ее прикрытой трусиками киске, словно непослушный зверь. — С тех пор, как мне исполнилось восемнадцать, я была сама по себе, без семьи, способной помочь хоть в чем-то, и это сделало меня решительной. Научило никогда не сдаваться. Я не могла позволить себе провалиться, потому что знала — у меня нет никого, кто бы приглядел за мной, на кого можно было бы положиться, зная, что меня поймают.

— Я хорошо позабочусь о тебе сегодня, — сказал я ей, понимая, что Хлоя и без того слишком долго заботилась о себе сама.

Она удовлетворенно вздохнула.

— Итак, что за игра для нас у тебя на уме? Старый добрый петтинг — когда мы тремся друг о друга? — мы оба рассмеялись над этим юношеским способом трахать друг друга.

— Если я начну потираться о тебя членом, то не смогу остановиться детка. И это будет не честно по отношению к остальным.

Хлоя поцеловала меня, сильно, словно мои слова привели ее в восторг, и мы целовались, казалось, вечность, перекатываясь по песку, а наши тела терлись друг о друга так, как я поклялся, что мы не будем

Наконец, я от нее оторвался, потому что так чертовски близко подошел к тому, чтобы кончить себе в шорты.

Мне было нужно чуть остыть, и я протянул бутылку воды Хлое и взял другую себе. Дыхание Хлои было сбито, мы оба слишком возбудились. Затем я открыл переносной холодильник, который сам упаковал, и достал оттуда свежие ананас и папайю.

— Голодна?

— Умираю от голода, — сказала Хлоя, протягивая руку за фруктом.

Я достал контейнер с сэндвичами и порезанным огурцом, и мы просидели несколько минут, поглощая еду в тишине и наслаждаясь видом постоянно меняющего цвет океана.

Хлоя быстро доела свой бутерброд.

— Думаю, во время серфинга и тем, чем мы занимались, я успела нагулять аппетит.

Я поднял взгляд, ее великолепная грудь все еще была обнажена, когда Хлоя откинулась назад на локти, ее потрясающее тело сверкало в солнечных лучах.

— Мы не можем сделать этого снова, Хлоя, я не смогу остановиться. Мой член был слишком близко к твоей киске.

— Я не представляла, что остановиться будет так сложно.

— Я думаю, что нам надо что-то сделать с твоей потрясающей грудью, что-то хорошее и приятное. Будет просто ужасным расточительством не уделить ей внимания, когда она предстала передо мной во всем ее великолепии.

Я склонился к Хлое и втянул в рот вершину одного из ее упругих полушарий, обводя языком идеальный сосок, когда она сама упала на спину на полотенце. Мне понравилось то, как раздвинулись ее ноги, позволяя мне опуститься между них. О Боже. Я так хотел снять с нее трусики и прижаться ртом к киске. Но я не думал, что она уже была к этому готова, а я пообещал Хлое, что мы будет продвигаться вперед медленно и постепенно. И я не собирался нарушать своего слова, спустя всего пару часов после того, как дал его. Иначе она никогда мне больше не поверит.

Больше книг на сайте - Knigoed.net

— Все это чувствуется так хорошо, — сказала мне Хлоя.

— Прекрасно, детка, — я не отрывался от ее соска, казалось, на протяжении нескольких часов, лаская округлые груди, наслаждаясь тем, как они ощущались в моих руках. Затем я поцеловал ее нежный рот, обожая полные губы Хлои, такие идеальные и розовые. Я чувствовал, как она глубже зарывалась в песок, когда Хлоя выгибала спину, чтобы прижаться ко мне сильнее, ее потрясающие изгибы сводили меня с ума.

В конце концов, я встал и снял шорты для плаванья на серфе, наслаждаясь тем фактом, что сегодня я арендовал этот пляж. Хлоя смотрела на меня, приоткрыв рот, ее глаза были широко распахнуты.

— Мэйсон, серьезно? Это чудовище должно быть дюймов двенадцать в длину. Я имею в виду, ты хоть представляешь, какой он огромный?

Я начал поглаживать себя, когда сел верхом на Хлою. Она подняла голову, вдыхая запах моего члена, словно хотела запомнить его навсегда.

— Я хочу, чтобы ты сжала меня своими грудями, — сказал я ей. — Они просто созданы для того, чтобы член скользил между ними, понимаешь?

— Вот так? — спросила Хлоя, сжимая свои полушария, чтобы они плотно стиснули мой ствол, а я начал двигаться между ними вперед и назад.

Я мог точно сказать, что Хлое это нравилось. Удовольствие было написано у нее на лице, когда она медленно подняла голову, ее губы обхватили головку моего члена, пока я скользил туда и обратно. Трахая ее грудь так хорошо и красиво.

— Боже, чтобы ты не делал — не останавливайся, — сказала мне Хлоя, обводя мою плоть по кругу языком.

Я зарычал, зная, что не смог бы остановиться, даже если бы захотел.

— Мне нравится, как ты облизываешь мой член. Словно мороженное.

— Я хочу, чтобы ты кончил; я хочу, чтобы ты кончил мне на грудь, на мое лицо. Мне понравился твой вкус вчера ночью, и я хочу еще, Мэйсон. Намного, намного больше, — произнесла она, застонав, когда я начал ласкать ее полушария, все сильнее вколачиваясь членом между ними, трахая ее изо всех сил.

Я был так близок к оргазму, и когда он, наконец, настиг меня, я сдвинулся к бедрам Хлои и сжал свою эрекцию в кулаке, двигая им от головки к основанию и обратно, выплескивая струи семени ей на грудь, попадая Хлое на подбородок и в рот, так как она и просила. Она стонала от удовольствия, и я видел, как ее пальцы скользнули вниз и опустились на киску, она начала ласкать себя, пока я кончал на нее.

— О, да, детка, прикоснись к себе, доставь себе удовольствие.

— Когда ты кончаешь на меня, это так чертовски хорошо ощущается, — сказала мне Хлоя, ее слова были такими порочными, пошлыми и бесконечно горячими.

Мой экстаз пошел на убыль, и я стянул с Хлои трусики, не желая прикасаться пока к ее киске, сберегая этот опыт на потом, не желая подталкивать нас к тому, к чему она еще не была готова, но также понимая, что Хлое тоже необходимо получить свое удовольствие.

— Позволь мне посмотреть, как ты касаешься себя, Хлоя. Я хочу увидеть твою влажную киску, чтобы, когда сегодня ночью я буду ласкать себя, я мог представить себе ее. Фантазировать о том, что происходит сейчас.

— Я хочу, чтобы ты кончил на меня снова, пока я касаюсь себя. Пожалуйста, Мэйсон.

Я чувствовал себя так, словно умер и попал на небеса. Ноги Хлои раздвинулись шире, ее колени упали на песок, а я смотрел, как ее пальцы скользили по влажной киске.

Хлоя ласкала свой клитор, набухший розовый идеальный бутон, и я начал с силой гладить свой член, я был настолько заведен видом этой прекрасной девушки, лежащей на песчаном пляже подобно русалке. У нее была самая красивая киска из всех, что я когда-либо видел.

Хлоя умело раздвинула свои половые губы, пробежавшись пальцами вдоль всего своего лона. Она точно знала, как довести себя до экстаза, и мне нравилось, что она была женщиной, которая знала, что ей было нужно. Она вырисовывала небольшие круги на своем клиторе, а я все сильнее и быстрее двигал рукой по эрекции, приближаясь все ближе и ближе к оргазму, так же, как и Хлоя.

Она застонала, оповещая об удовольствии, которое охватывало нас обоих, и я зарычал, чувствуя, что приближаюсь к апогею.

— Мэйсон, кончи на меня, — умоляла Хлоя. — Кончи на меня, когда и я буду кончать.

Я сделал то, о чем меня попросила моя детка. Я вновь оросил своим семенем ее грудь, белесыми струями попадая на ее кожу, Хлоя вновь приоткрыла рот, ловя капли моей спермы. Она облизнула губы, безмолвно прося еще. Я хотел прижать член прямо к ее рту, желал скользнуть им в ее киску — но я ждал. Я был долбаным джентльменом и не собирался делать того, к чему Хлоя пока не была готова.

И прямо сейчас, когда она распласталась на песке, и я мог любоваться ее обнаженным телом, когда ее грудь покачивалась в такт движениям пальцев, которыми она трахала себя, а ее лицо и кожа блестели от моей спермы, я осознал, что на сегодня ей было достаточно. Я смотрел, как она извивалась в оргазме, напоминая мне русалку. Моя малышка.

Моя.

Но одну вещь про Хлою я мог теперь сказать точно: она была настоящей женщиной.

ГЛАВА 9

Хлоя

ВЕРНУВШИСЬ ТЕМ ВЕЧЕРОМ с Мэйсоном домой, я была вся переполнена теплом и радостью. Казалось совершенно нереальным то, что еще день назад я проводила время с Джорданом на похожем пляже, а теперь сидела на открытой веранде на самом берегу моря с этими четырьмя потрясающими мужчинами.

Они приготовили замечательный ужин. На столе стояли салат из тропических фруктов, рис и фасоль, а также глазированная по-ямайски курица.

Я никогда не ела чего-то подобного, не говоря уж про компанию тех людей, которые так заботились обо мне. Выросшая в приемных семьях, я никогда не ощущала принадлежности кому-то. Всегда была лишь я одна против всего остального мира.

Но сейчас я совершенно не чувствовала себя одинокой.

— Чему ты так глупо улыбаешься? — спросил Ноа, вновь наливая в мой бокал ананасовый коктейль, который, по его словам, он готовил с мыслями обо мне. Ноа утверждал, что этот напиток были сладким и сочным, таким же как моя… киска.

— Я просто провела по-настоящему потрясающий день с Мэйсоном. Не могу поверить, что смогла встать на доску для серфинга, — я покачала головой, рассмеявшись, пока клала себе новую порцию риса с курицей.

— Не будь такой скромной, Хлоя. Я знаю, насколько это не просто в первый раз, но ты справилась, целый день, не сдаваясь, шла к цели.

Я улыбнулась Мэйсону, будучи безмерно счастливой от того, что находилась рядом с ним. Со всеми ними.

— Итак, кто хочет провести со мной время завтра? — спросила я, разглядывая красивых мужчин, сидящих за столом, совершенно не стесняющихся показывать мне, насколько они хотели быть около меня.

— Я, — произнес Энцо, не оставляя другим шанса опередить его. — Знаю, знаю. Может и невежливо так торопиться, но погода с утра должна быть прекрасной, и я хочу показать Хлое одно место, которое нашел.

— А у тебя какая специализация в спорте? — спросила я его.

— Думаю, тебе стоит подождать, и ты все увидишь сама, — сказал Энцо, улыбаясь.

— Никто не против этого?

На лице Ноа застыло хмурое и немного сметенное выражение.

— Я не завидую, и дело тут не в ревности. Но, черт, мне никогда не приходилось ждать того, что я хотел получить.

Я прикусила нижнюю губу, не желая накалять обстановку.

— Это для тебя слишком? — спросила я. — Понимаю, что это немного…

Ноа покачал головой.

— Нет. Мы сами просили тебя о подобном. Мне это тоже нужно. Давай просто скажем, что я буду счастлив, когда каждый из нас получи свое свидание один на один, и мы сможем по-настоящему насладиться происходящим.

Сексуальная энергетика так и витала над столом. И я понимала почему.

Я.

Они.

Мы.

— Ну, если что-то и можно сказать исходя из сегодняшнего дня, так это то, что наше соглашение работает. Хлоя выглядела такой расслабленной на пляже.

— Да? — спросил Этан, приподняв бровь.

— О, да, — ответил Мэйсон. — А ты что скажешь, Хлоя?

Я чувствовала, как жар заливал мои щеки от воспоминаний, как толстый член Мэйсона скользил между моих грудей, толкался все быстрее, пока он не кончил, покрывая мое тело спермой. Ее солоноватый вкус можно было сравнить с каплями воды, которые доносил до меня океанский бриз. Я чувствовала себя так, будто побывала в раю.

Но глядя на Ноа, Этана и Энцо, я поняла, что, рассказав все эти детали, лишь усилю повисшее между ними напряжение.

Вместо этого я решила прекратить этот разговор.

— У меня был потрясающий день, Мэйсон, и я с нетерпением жду последующих, которые проведу с каждым из вас. Мне кажется, что я пропала в сказку.

Мужчины обменялись взглядами, которые я пока не могла понять, но почему-то мне казалось, что в следующие несколько суток я узнаю все, что только можно о языке их тел.

— Ну, тогда это, скорее всего, сказка с четырьмя прекрасным принцами, — произнес Этан с улыбкой, удивившей меня. Он всегда был таким серьезным. Мне нравилось видеть его, наконец, расслабленным.

Доев свой ужин, я откинулась на спинку стула и принялась любоваться закатом. От вида песчаного пляжа и волн, набегающих на него, перехватывало дыхание.

— Я могла бы просидеть тут всю ночь, — сказала я. — Но я так устала. Клянусь, каждая мышца в моем теле ноет.

— Почему бы тебе не пойти и не принять ванну, отдохни, — предложил Энцо. — Так ты будешь готова к нашему завтрашнему тет-а-тет свиданию.

Я решила принять совет Энцо и пошла набирать для себя горячую расслабляющую ванну. Я погрузилась в теплую воду, наслаждаясь мерцающим светом свечей, которые Энцо расставил вокруг. Пузырьки ароматной пены окружали меня, и я позволила своей голове упасть на бортик джакузи.

Возможно, сказка могла стать явью.

И, возможно, я оказалась в одной из них на Ямайке.

ГЛАВА 10

Энцо

СКАЗАТЬ, ЧТО Я СЛЕГКА волновался из-за сегодняшнего утра, было явным преуменьшением. С той минуты, когда я увидел Хлою впервые, все чего мне хотелось, это обернуть руки вокруг ее обнаженного тела и заниматься с ней любовью до восхода солнца.

Ее красота порабощала.

И когда сегодня мы отправимся заниматься скайдайвингом, то окажемся прижатыми друг к другу, выпрыгнув из самолета.

До самого прибытия в аэропорт я не говорил Хлое, что именно мы должны будем сегодня делать. Честно говоря, я немного боялся, что она испугается, а это было последним, чего я желал для Хлои. Но какой-то иной частью сознания, я предполагал, что, оказавшись в экстремальной ситуации, она сможет сильнее погрузиться в эмоции и ощутить всю прелесть моего любимого спорта.

Я был уверен, что с Хлоей все произойдет именно так. Иногда она казалась очень смелой девушкой, которая желала полностью погрузиться в фантазию, готовая играть со всеми нами четырьмя. Ведь не каждая женщина согласилась бы на подобное. Большинство из них были бы слишком встревожены и боялись бы того, что о них подумают окружающие.

Но судя по поступкам Хлои, она точно знала, кем была и чего хотела, пусть и вела себя порой стыдливо и робко, словно в любую минуту была готова сбежать.

Думаю, причина подобного крылась в том, что Хлоя слишком долго была одна. Ни одна женщина в мире не должна была испытывать подобного.

Когда мы подъехали к аэропорту в моем джипе без крыши, я спросил Хлою о том, где она росла.

— Много где, на самом деле, — сказала она мне. — Я точно не знаю, что случилось с моей родной матерью, по какой-то причине она не смогла сама заботиться обо мне. А когда мне исполнилось семь, я попала в приемную семью, — Хлоя произнесла это голосом, лишенным эмоций, просто констатируя факт, ее слова звучали заученными. Словно она должна была верить во все это, чтобы не потерять контроль над своими чувствами.

— А твой отец?

— О, я его не знала. Он никогда не был частью моей жизни.

— Черт, dolcezza⁷. Ты бы хотела встретиться с матерью? Увидеться теперь, когда уже выросла?

— Нет, — Хлоя покачала головой. — Представители органов опеки сказали мне, что она умерла от передозировки, когда мне было четырнадцать. Узнав об этом, я даже не плакала. Не знаю, стало ли это для меня трагедией или заставило быстрее повзрослеть, но мать никогда не была постоянной фигурой в моей жизни, даже до того, как я попала в приемную семью. Я была ребенком, которого перебрасывали от одного родственника к другому, иногда оставляя с нянями на пару недель. Она никогда не была мне матерью на самом деле. Так что, когда я узнала, что она умерла, это не сломило меня. Думаю, правда заключается в том, что к тому моменту я уже была сломана.

Слова Хлои словно выбили весь воздух из моих легких. Черт, было так сложно принять, что эта девушка, будучи почти что долбаный идеалом — с этим ее милым вздернутым носиком и розовыми полными губами — чувствовала себя настолько сломленной изнутри.

— Мне так жаль, что подобное произошло с тобой. Я не мог даже предположить такого.

— Ну, у каждого из нас есть своя история. А какая твоя? — Хлоя подняла взгляд, сняв солнечные очки и посмотрев прямо на меня.

Она потянулась к моей руке, лежащей на руле. И тут случилось невероятное, она просто коснулась меня, и я ощутил себя всемогущим. Настоящим мужчиной. Почувствовал себя живым. Словно мог позаботиться о ней так, как никто до этого был не в силах.

Но это также заставило меня почувствовать себя настоящим засранцем, потому что по сравнению с ее, моя жизнь была чертовой легкой прогулкой.

Я сжал губы, не желая расстраивать Хлою.

— Что? — спросила она. — Твоя история еще более трагична, чем моя?

Я покачал головой.

— Это навряд ли. Моя жизнь в большинстве своем была красивой и милой. Мать и отец, белый штакетный забор и прочее подобное дерьмо. Моя мама заботилась обо мне и моем младшем брате, Дэмиане. Это было одним из этих слишком-хорошо-чтобы-быть-правдой сценариев.

— Ух, ты, — произнесла Хлоя. — И ты даже умудрился каким-то образом не стать испорченным маменькиным сынком.

Я приподнял брови.

— Мои родители были очень простыми людьми. Но в нашем доме никогда не было недостатка в любви. Жаль, что я не знал тебя, пока рос. Моя мама полюбила бы тебя, bella. Она, возможно, даже удочерила бы тебя и никогда бы глаз с тебя не спускала.

— Ты говоришь в прошедшем времени…

Я грустно улыбнулся.

— Она умерла два года назад. Проклятый рак.

Хлоя пальцем по кругу гладила мою руку, посылая мурашки по моему телу.

— Мне так жаль, Энцо.

— Я знаю, это ужасно. Но я из большой итальянской семьи. И одна вещь, которую мы никогда не забывали — это семейные ужины и важность родных для тебя людей. А моя мама? Она была лучшей в том, что касалось всего значимого на самом деле. Она научила меня чертовски многому. Например, любить глубоко и беззаветно.

Хлоя сморгнула слезы с глаз.

— Судя по всему, она была потрясающей женщиной.

— Так и было.

— Ну, тогда многое обретает смысл, почему ты всегда щедр на слова и прикосновения. Ты просто не сдерживаешься.

— А почему я должен был бы? — спросил я, паркуя машину. — Мир, итак, сам по себе довольно суров… но его можно тоже любить, если только дать ему шанс, бросившись в омут с головой, — я открыл Хлое дверь и взял ее за руку. — К слову о бросишься… что ты думаешь по поводу высоты?

***

— ЭНЦО! — закричала Хлоя, перекрикивая рев двигателей. Она с такой силой сжала мою ладонь, что костяшки побелели. — Я не знаю, смогу ли сделать это.

— О, ты сможешь, — сказал я, склонившись прямо к ее уху. Я мог с легкостью чуть высунуть язык и коснуться ее кожи. Я ничего не мог с собой поделать, Хлоя была такой милой в костюме для прыжка и рюкзаком с парашютом за спиной, ее глаза сияли. — Во время прыжка мы будем с тобой лицом друг к другу, все сделаем вместе. Клянусь, ты не останешься одна.

Она облизнула губы, прежде чем потянуть руки и обнять меня за талию.

— Ну, когда настанет наша очередь прыгать? — выкрикнула Хлоя. В самолете было так шумно, что мы трудом могли слышать друг друга. Я включил камеру на шлеме и посмотрел в глаза моей девочки.

— Прямо сейчас! — я выпрыгнул из самолета, прижимая бережно, но сильно Хлою к себе.

На минуту она замерла, как и борд в моих руках, а затем закричала, испуганная, когда мы выскочили из безопасного самолета. Скорость была неимоверной и совершенно необъяснимой, если вы никогда сами не прыгали. В одну секунду все в мире приобрело смысл. Весомость. Открывалась сама суть жизни и смерти.

А уже через мгновение ты несешься по небу, и положиться тебе больше не на что, кроме как на самого себя, когда ты вынужден доверить обычному куску материи свою жизнь.

А после ты дергаешь за скобу, позволяя парашюту вырваться, и наблюдаешь, как он ловит воздух.

И тут, внезапно, ты начинаешь парить.

Мы начали парить.

И крики Хлои из полных ужаса превратились в возгласы наслаждения. Ее лицо светилось от восхищения, а глаза блестели от бурлящего в крови адреналина. Она все еще изо всех сил держалась за меня, но уже начала вертеть головой налево, затем на право, любуясь великолепным видом, который мог открыться тебе только во время полета.

Хлоя не произносила ни слова, также, как и я.

Нас окружало ясное голубое небо, а под ногами простирались темно-синий океан и пляжи с белоснежным песком, на горизонте виднелись проблески зеленого леса. Это было красивое место, ставшее еще более прекрасным благодаря женщине в моих руках.

Я прыгал из самолета, наверное, тысячи раз, но ни разу мое дыхание не замирало в груди, а сердце не громыхало столь отчаянно, когда все мое благоговение было сосредоточенно на единственном человеке.

Ноги Хлои были обернуты вокруг меня, пока мы планировали по небу, скользя меж облаков, и я внезапно осознал, что желаю остаться в этот мгновении навечно.

Лицо Хлои светилось от переживаемого опыта, и мне это в ней так нравилось. Для невинной девственницы она испытала слишком многое в своей жизни. И могла бы быть хрупкой испуганной голубкой, но вместо этого стремительно неслась к тому, чего на самом деле хотела. К тому, что разрешала себе заполучить.

После того, как мы завершили наш медленный спуск с камерой, записывающей каждый его момент, мы безопасно опустились на землю и оба разразились взволнованным смехом.

— Энцо, спасибо тебе, не могу поверить, что сделала это, — сказала Хлоя. Парашют обвивался вокруг нас, под ногами расстилалась мягкая зеленая трава, а маленькое тело Хлои прижимались к моему. — Как я могу отблагодарить тебя за такой потрясающий опыт?

Я усмехнулся.

— О, возлюбленная моя, существует лишь один вид оплаты, который я приму от тебя.

Глаза Хлои мерцали, эмоции, подаренные ей только что пережитым приключением, все еще бурлили в моей малышке.

— Да? И что же это?

И тогда я поцеловал ее.

ГЛАВА 11

Энцо

ЧУВСТВУЯ ГУБЫ Хлои на своих, я понимал, что с нас словно спало что-то наносное, не нужное. Она стала для меня кем-то сродни богини. Богини, которую я хотел бы сделать своей. И я был способен на все, чтобы удостовериться, что уже через пару дней Хлоя с радостью примет всех нас четверых.

Каждый из нас собирался открыться перед ней, стать ближе, чтобы в ту минуту, когда мы придем к ней все одновременно, Хлоя была готова к тому, что мы собирались ей предложить.

А мы надеялись дать ей все.

Хлоя была такой изысканно вкусной, а ее милые розовые губы приоткрылись, когда я скользнул между ними языком. Я поглощал ее, словно Хлоя была самым сладким лакомством из всех, что я когда-либо пробовал.

Но я знал, что это было не совсем верно. Вскоре я испробую ту часть ее, что окажется намного вкуснее.

Хлоя бормотала какие-то сладкие неясные слова… наслаждаясь происходящим… желая этого… нуждаясь в нем.

Может быть, это и не были просто неясные слова.

Возможно, это было для нее тем, в чем она очень нуждалась.

Мне было нужно больше Хлои, было необходимо почувствовать ее киску. Я должен был скользнуть пальцами в ее лоно и растянуть ее тугое маленькое влагалище так, чтобы оно было в состоянии принять мой огромный член, когда настанет время.

Мэйсон сказал нам прошлой ночью, что вчера на пляже она уже ласкала так себя для него. Он упомянул, что она была такой мокрой, когда кончала.

Теперь же настал мой черед открыть только для себя то, что скрывалось у Хлои между ног.

— Ты мне тоже нужна, — сказал я ей. Склонившись к Хлое так, чтобы расстегнуть ее костюм для прыжка, а затем стащил его с ее плеч, спустил вниз по ее бедрам и отбросил в сторону.

— А если кто-то увидит нас? — спросила Хлоя. Мы стояли в поле, находящемся посреди нигде. Затерявшиеся на острове, хотя я знал, что в четверти мили отсюда нас ждал джип, но тут были лишь мы одни, и никто не мог побеспокоить нас.

А впереди нас ждало кое-что неизведанное.

Я планировал, что в ближайшее время двое людей познают нечто.

— Прямо сейчас, тут лишь я и ты, bella, — ответил я Хлое.

Она кивнула, верно поняв меня. А, возможно, ей просто было все равно. Хлоя также полностью погрузилась в происходящее, как и я. И когда она подняла руки, умоляя меня снять костюм для прыжков тоже, я знал, что ей было необходимо, чтобы мы ускорились.

— Просто сними все с себя, — сказала мне Хлоя. — Мне нужно снова увидеть твой член. Прошло две ночи с тех пор, как я впервые познала, какой ты большой, и с тех пор я мечтаю о тебе, Энцо. А твои руки? После того как ты массировал мне плечи все, о чем я в состоянии думать, это что еще могли бы сделать твои пальцы, — Хлоя прикусила нижнюю губу, выглядя при этом невинной маленькой девственницей.

Но я знал, что она не была такой уж невинной. Твою мать, она желала близости с четырьмя мужчинами одновременно. В этой малышке не было ничего наивного.

На мое счастье.

Дьявол, да все мы были счастливчиками.

— О, мои пальцы точно знают, что делать, — я разделся и стянул боксеры, потому что если моя bambino хотела увидеть мой член, то именно это она и получит.

— О, мой Бог, — сказала Хлоя, шире распахивая глаза. — Ты такой ужасно большой, Энцо… и длинный. Ты такой… — она покачала головой, в неверии посмотрев на меня.

— Такой, какой? — уточнил я, глядя вниз на Хлою. Я встал на колени и принялся снимать с нее обрезанные шорты, она надела сегодня майку цвета хаки, которая лишь подчеркивала ее огромною грудь. У Хлои, кажется, не было запасного лифчика. Нам, возможно, следовало сводить ее в магазин.

Все, что было у Хлои сейчас, это чьи-то вещи, оставленные в домике у бассейна. Парочка довольно откровенных купальников и не подходящая по размеру одежда.

Хлоя сказала, что она не имела ничего против этого.

На самом деле я тоже. Мне нравилось видеть ее полуодетой. И мне нравилась мысль о Хлое без трусиков. И лифчика.

Да и к чему ей носить бюстгальтер? Ее грудь была такой чертовски большой, такой упругой и соблазнительной. Словно созданной для необузданного секса. Такой бюст грех было прятать.

— Ты выглядишь таким идеальным, — сказала она, потянувшись к моей груди. — Твои руки такие мускулистые, а задница твердая, — Хлоя обхватила мои ягодицы и игриво их сжала, прежде чем шлепнуть по обнаженной коже. Хлоя рассмеялась, ее звонкий смех разнесся по воздуху.

Я поднял руку, погрозив ей пальцем, словно маленькой непослушной девочке.

— Хочешь отшлепать меня? — приподнял я бровь. — Потому что я не уверен, готова ли ты к этой игре, Хлоя. Если ты хочешь играть грязно, то боюсь, реальность может оказаться куда более порочной, чем ты готова.

— А с чего ты решил, что я сама по себе не порочна? — спросила она, поддразнивая.

Я посмотрел на ее кремовую кожу, а затем снял с Хлои шорты и развел ее бедра. Колени моей девочки распахнулись, и я увидел ее идеальную киску — член стал твердокаменным, пока я скользил взглядом вверх и вниз по ее плоти. Маленький клитор Хлои пульсировал, словно ожидая взрыва. Нежные складки были такими гладкими и покрытыми соками. Хлоя стала настолько влажной, лишь смотря на меня.

— Я задаюсь вопросом, насколько порочна ты на самом деле, потому что, глядя на тебя, я вижу лишь ангела. Чистого и невинного, совершенно безупречного. Словно только что павшего с небес.

Но Хлоя покачала головой, медленно облизнув губы. Затем, потянувшись и обхватив мою руку, она прижала мои пальцы к своей набухшего киске, такой горячей и готовой.

— Я не падала с небес. Я выпрыгнула из самолета и упала прямо тебе в руки. Так что скажи мне, что именно ты можешь сделать этими своими руками?

Я зарычал в ответ на ее слова. Боже, малышка хотела этого. Я провел рукой вверх и вниз по ее влажному клитору, киска Хлои сочилась соками от желания, когда я толкнулся пальцем внутрь ее влагалища, она вздрогнула от удивления.

— Я подумал, что ты любишь трахать себя пальцами, разве нет? — поинтересовался я.

— Не так. Я обычно касаюсь себя снаружи. Никогда не скользила пальцами внутрь.

Я удивленно посмотрел на Хлою, на самом деле пораженный ее словами. Она никогда полноценно не ласкала себя, ни разу не ощущала своего лона изнутри. Я застонал, представляя насколько тугой она должна была быть. Какой не тронутой и идеальной.

Чуть повернув палец внутри Хлои, я увидел, как она начала покачивать бедрами, становясь все более расслабленной, погружаясь в наслаждение, что дарил ей я. А затем добавил второй палец, и стоило мне только это сделать, как Хлоя начала задыхаться. Я нежно двигал рукой, пытаясь найти ее точку G.

— О, Энцо, о Боже, — Хлоя едва могла говорить. Моя маленькая возлюбленная с трудом подбирала слова. В нее никогда ранее никто не проникал, и это заставляло меня испытывать такое дьявольское удовольствие от осознания, что я завожу ее настолько. Я становился адски твердым от одной только этой мысли.

Тело Хлои извивались от наслаждения, она задыхалась, закрыв глаза, малышка сжимала в ладонях свои длинные волосы. Она полностью растворилась в экстазе, пока я трахал ее пальцами, желая возбудить еще сильнее. Я вбиваться в ее тугую киску, подводя к краю, и, черт подери, эта девочка кончила.

Твою мать, и не просто кончила, соки брызнули из нее, покрывая мою руку почти до локтя, попадая мне на член, пока я стоял на коленях между ее распростертых длинных ног.

— О Боже, — стонала Хлоя, распадаясь на части, лежа на земле.

— Все хорошо, детка. Тебе понравилось, как это ощущается?

Она кивнула, и я потянулся к ее руке, переплетаясь с ней пальцами, чтобы Хлоя поняла — она не одна, как была всю ее предыдущую жизнь.

Я не прекращал движения пальцев в ее теле, зная, что моя возлюбленная могла дать мне больше. Я продолжал входить в нее, все сильнее и сильнее толкаясь в набухшую киску.

Я медленно убрал руку лишь тогда, когда оргазм Хлои пошел на спад, положив указательный и средний пальцы на ее клитор, разводя губы киски, чтобы я смог увидеть ее раскрытое лоно. Тогда я принялся двигать ладонью все быстрее и быстрее, желая, чтобы последние капли ее соков покрыли мою руку. Хлоя содрогнулась в последний раз против меня, полностью опустошенная и расслабленная самым из прекрасных способов.

— Что ты со мной сделал? — почти проскулила она, словно ее разум едва не взорвался.

— Думаю, у тебя только что был настоящий оргазм.

— Во время полноценного секса он ощущается также? — спросила Хлоя, ее глаза заволокла дымка удовольствия.

Стоя перед ней на коленях, я чувствовал, как член болезненно жаждал войти в лоно, но я знал, что должен подождать из уважения к Хлое и моим друзьям. И я это сделаю, потерплю и заполучу ее киску.

Но, черт подери, это было так трудно.

Словно зная, о чем я думал, Хлоя протянула руку к развилке своих бедер и собрала ладонью соки с лона, затем она обхватила мой ствол и начала с силой поглаживать член вверх и вниз, снова и снова.

Я стонал, пока Хлоя ласкала меня, капли семени уже проступили на головке, а, твою мать, от того, что она размазывала по мне свои соки, пока скользила ладонью по члену, мне казалась, что долбаная мечта стала реальностью.

— Bella, ты заставишь меня кончить так быстро, — сказал я ей.

Но Хлоя лишь посмотрела на меня, ярко улыбаясь, солнечные лучи заставляли ее лицо сверкать.

Все в этом дне было таким дьявольски идеальным.

— Хорошо, — сказала она. — Я надеюсь, что ты кончишь быстро, потому что это означает, что у нас останется время на второй раз, прежде чем мы должны будем вернуться домой.

Я шагнул за край, струи спермы падали на ее киску. Хлоя направляла мой член, словно представляя, каково это будет, когда через несколько дней я смогу сделать тоже самое глубоко внутри нее. Должно быть Хлое понравилось то, что она представляла, потому что, пока я покрывал спермой ее киску, малышка взяла мою руку и вновь прижала ее к своему лону, готовая, чтобы я вновь доставил ей удовольствие.

ГЛАВА 12

Хлоя

КОГДА ЭНЦО ПРИВЕЛ меня обратно домой, я чувствовала, будто мое тело превратилось в желе. Все в сегодняшнем дне было идеальным. Я открылась Энцо эмоционально и физически. И это лишь еще больше заставляло меня с нетерпением ждать того, что должно было произойти у всех нас в дальнейшем.

Возможно, именно так вселенная вознаграждали меня за прошлую жизнь, полную боли, этой единственной удивительной неделей, когда я могла купаться в любви. Не знаю, верила ли я когда-либо в существование чего-то подобного. Но, вероятно, это было и неважно.

Быть может, все, что имело значение, это мой выбор жить сегодняшним днем.

Энцо переплел свои пальцы с моими, когда мы вошли, и я увидела Мэйсона, Ноа и Этана, устроившихся в гостиной и играющих снова в видеоигры. Было мило видеть их такими расслабленными, без футболок, развалившихся на диване и подскочивших, когда я вошла — они даже джойстики умудрились уронить.

Я знала. Было сумасшествием подумать, что я могла бы завладеть их вниманием так быстро, но именно это и произошло.

— Привет, красотка, — сказал Ноа, потянувшись ко мне и притягивая к себе на колени, устраиваясь вместе со мной на диване, где он сидел до этого. Я рассмеялась, когда он игриво прижался губами к моим шее и уху.

— Как у вас прошел день? — спросил Этан, глядя на меня и Ноа. Этан выключил телевизор и включил тихую музыку. Окна были распахнуты настежь, а океанский бриз проникал в комнату, все это мне на самом деле казалось стартом какой-то неизведанной жизни.

Шансом начать нечто новое, что-то такое, чего я никогда не ожидала.

— Все было прекрасно, — сказала я им. — Я на самом деле переживала, но Энцо прижимал меня к себе все то время, что мы летели, он дал мне почувствовать себя в полной безопасности.

Я чувствовала взгляд Этана на мне, пока говорила, его темные задумчивые глаза неотрывно смотрели на меня. Казалось, что, разглядывая, он видел настоящую меня. Мои соски затвердели, пока он наблюдал за мной в руках у Ноа. Затем челюсти Этана сжались, и он, извинившись, вышел. Я на мгновение задумалась, не сделала ли я что-то не то, но затем Ноа пощекотал меня, и у меня не осталось времени и дальше об этом размышлять.

Мэйсон направился в кухню готовить ужин, и я услышала, как он и Энцо заговорили. В машине по дороге домой Энцо спросил меня, не буду ли я против, если он поделится рассказом о моем детстве с ребятами, и я, конечно же, согласилась. Мне нравилась идея, что мы все будем открытыми книгами друг для друга, но лишний раз вспоминать свое грустное прошлое было утомительно. Я не желала даже думать об этом сейчас, если говорить на чистоту.

В эту минуту, все чего я хотела, это слушать, как Ноа говорил мне, насколько он был рад, что проведет завтрашний день со мной.

— И что мы будем делать? — спросила я.

— Я занимаюсь скалолазанием.

Мои глаза распахнулись шире.

— Это звучит…

— Круто? Ну, так оно и есть, — усмехнулся Ноа, и я бросила в него подушку.

— У тебя неприятности, знаешь это, да?

Ноа лишь изогнул брови и поставил меня на пол.

— Пошли поможем с ужином, а ты расскажешь нам все, что вы с Энцо делали вместе.

— Все? — я поджала губы. — Я не хочу, чтобы вы ревновали.

— Это не заставит меня ревновать, лишь сделает еще более возбужденным.

Я попыталась оттолкнуть его, но грудь Ноа была словно каменная стена, и я не смогла его сдвинуть и на дюйм. Лишь стала еще более влажной от прикосновения к нему. На самом деле мне следовало бы пойти и надеть трусики.

— Ну, я позволю Энцо решить, чем именно он хотел бы поделиться.

Чуть позже мы сидели за довольно простым ужином, состоящим из салата Цезарь с курицей, приготовленной на гриле, и хрустящего французского хлеба. Похоже, углеводы стали для меня уже настоящим лакомством — особенно когда ты сидел на крыльце с видом на Карибский океан. Он был таким красивым, солнечные лучи танцевали на набегающих на берег волнах, а золотой песок так и манил пройтись по нему, уходя в закат.

Энцо налил мне бокал красного вина, и даже если я и не знала совершенно ничего о изысканных вещах и всем подобном, то все равно могла сказать, что Пино Нуар было дорогостоящим напитком.

На мгновение я почувствовала горечь во рту, когда вспомнила о Джордане. На протяжение месяца, который мы встречались, он постоянно водил меня по самым роскошным ресторанам, словно это было важно для меня.

— О чем ты думаешь? — спросил Мэйсон, как всегда, думая о других.

— Ничего. Просто почему-то подумала о Джордане. Простите, — сказала я, размазывая масло, которое заставила ребят купить, по хлебу, лишь бы не смотреть на них. Мне было ненавистно, что я хотя бы просто упомянула его имя.

— К слову об этом, — сказал Этан, прочищая горло. Он, наконец, вернулся после того, как отсутствовал полчаса. — Я слышал, что Джордан искал тебя. Похоже он вернулся в Лос-Анджелес и вроде бы нанял частного детектива, чтобы найти тебя.

— И ты это знаешь, откуда? — спросил Энцо, положив вилку. Мы все слушали Этана.

— Потому что я сам нанял детектива и только что переговорил с ним, — Этан пожал плечами, словно это было очевидным.

— Зачем? — спросила я. — Мне нет дела до Джордана. И меня совершенно не интересует, где он сейчас.

Этан кивнул.

— Я могу понять это Хлоя, но правда заключается в том, что ты можешь засудить Джордана за то, что он сделал с тобой, и убедиться, что он не поступит так с кем-то еще. Поэтому в твоих же интересах, если мы будем знать все о нем, решись ты на подобное.

Я покачала головой.

— Для него имело бы смысл направиться в Лос-Анджелес. Именно там мы с ним живем. И я очень ценю, что ты занялся этим, Этан, но я не хочу судиться. Мне не нужны деньги Джордана. Мне ничего от него не надо.

Этан выглядел разозленным.

— Это безумие. Хлоя, ты не можешь позволять людям перешагивать через тебя. Этот парень вышвырнул тебя в чужой стране на улицу без денег и документов. Это недопустимо.

Я протянула руку, чтобы дотронуться до него, но Этан вздрогнул от моего прикосновения.

— Он мог поступить со мной ужасно, но, Этан, Джордан стал причиной того, что я сижу тут с вами. Неужели оно того не стоило?

Ноа, Мэйсон и Энцо хранили молчание, просто смотря на нас. Наконец, Этан заговорил.

— Конечно, я рад, что ты тут Хлоя. Но не понимаю, почему ты не хочешь заставить этого мужчину заплатить за все. Ты ведешь себя не разумно.

— Я? Не разумно? Нет. Я просто хочу двигаться дальше.

— Двигаться вперед, позволяя людям идти по твоей голове? — насмехался Этан, и я почувствовала, как что-то у меня в груди сжалось. Я не хотела сражаться. Тем более с Этаном. Особенно потому, что у меня складывалось впечатление, будто он не воспринимал все это легко. Казалось, если он принимал какое-то решение, то после не сворачивал с выбранного пути. Это было тем, что мне нравилось в нем, хотя в тоже время и пугало.

Например, если бы он решил, что я ему не нравилась? То все, о чем мы договаривались, перестало бы иметь значение. Не говоря уж о связи, которую мы могли бы разделить, она была бы просто разрушена.

А я хотела отношений с Этаном также, как и с каждым из этих мужчин.

— Эй, — сказал Ноа. — Успокойся, Этан.

— Все, что я пытаюсь сделать, это убедиться, что Хлоя в безопасности и о ней позаботились.

— Мы можем позаботиться о ней, — произнес Мэйсон. — Ей не нужны деньги Джордана.

Этан покачал головой, словно все мы были идиотами.

— Когда-нибудь, Хлоя может захотеть вернуться обратно, а у нее нет ни дома, ни работы. Ей понадобятся деньги, чтобы начать новую жизнь.

Никто из нас не говорил и слова о том, что все это могло длиться дольше, чем неделя. Конечно же ребята не хотели большего. Они были четырьмя красивыми одинокими мужчинами, живущими интересной и высокооплачиваемой жизнью, спонсируемой фирмой Black Bull. Сейчас у них было все, о чем только можно было мечтать, и, разумеется, я не стала для них чем-то большим нежели развлечением на неделю. Тем же самым они должны были являться и для меня.

Правильно?

— Давайте не будем так далеко заглядывать в будущее, — заметил Ноа. — Давайте наслаждаться тем, что происходит сейчас.

— Конечно же, ты скажешь именно это, Ноа. Ты никогда ничего не воспринимаешь всерьез, — сказал Этан. — Простите, что я тут единственный практичный человек. Но хоть кто-то из нас должен быть готов вести себя ответственно.

Теперь все ребята кипели гневом, каждый из них был задет, и мне была ненавистна мысль, что именно я могла стать тем катализатором, который подтолкнул бы из к краю.

Но, на самом деле, похоже, я именно им и стала.

А затем Этан отодвинулся от стола и ушел в дом.

Все оставшиеся за столом молчали, переваривая резкий уход Этана.

Я почувствовала, как слезы появились в уголках моих глаз.

— Этан слишком трепетно относится к несправедливости, — тихо произнес Мэйсон.

— Да? — хмыкнула я. — Ну, у меня ни раз были проблемы с придурками. И прямо сейчас Этан ведет себя, как один из них.

С этими словами я пошла в свою кровать, чувствуя себя смущенной и расстроенной.

Чувствуя себя бесконечно одинокой. Вновь.

ГЛАВА 13

Ноа

МНЕ ЧЕРТОВСКИ не понравилось то, как Этан испортил всем настроение прошлым вечером. Он повел себя как полный придурок, когда взорвался и ушел в свою комнату. Мы уже не были детьми, а взрослыми мужчинами. Если у тебя проблемы — сядь и обсуди их.

Мы все были одного возраста, каждому по двадцать пять лет, и являлись лучшими друзьями на протяжении всей нашей жизни. Это было здорово, но порой слишком задевало за живое.

Я знал, что у каждого из нас был свой багаж за плечами. Дерьмо, которое тянуло нас вниз. Но было нечестно со стороны Этана, перекладывать хоть какой-то вес его прошлого на Хлою. Она, по крайней мере, ничем не заслужила этого.

Мэйсон рос с родителями, которые всегда боролись, чтобы свести концы с концами. Так что теперь, когда денег было много, он всегда удостоверялся в том, что у нас было все необходимое, чистая одежда, полный холодильник, домашняя пища. То, на что он никогда не мог рассчитывать, будучи ребенком. Я ценил это, и, хотя никто не просил Мэйсона об этом, было здорово, что он всегда прикрывал наши спины таким образом.

У Энцо было довольно милая жизнь, до тех пор, пока не умела его мать несколько лет назад. Ее потеря стала ударом для всех нас. Дьявол, в старшей школе я каждый день приходил в их дом ради тех канноли, что готовила мама Энцо.

Но жизнь Этана совершенно не походила ни на что подобное. Его перебрасывали между его бабушкой, тетей, остальными родственниками, да фактически любым членом его семьи, который только соглашался взять себе мальчика. Черт, он почти целый год спал в моей комнате, так же как в комнате Энцо на следующий год. Он видел то дерьмо, что ни один ребенок видеть не должен. Взрослых, выпивающих и принимающих наркотики. Этан в раннем возрасте стал свидетелем того, как его брат умер от передозировки. Это было отвратительно, я понимал. Но это не испортило Этана, но сделало бдительным. Слишком бдительным. И для него триггером являлась одна лишь мысль, что кто-то мог быть столь же незащищенным, как и он в детстве.

Так что я понимал все. Понимал Этана. Я любил этого гребанного придурка, но все равно считал отвратительным то, что он заставил Хлою плакать. Испортил нам вечер, напомнив о Джордане тогда, когда наша девочка решила раскрыться перед нами и приспустить свою защиту.

Но к счастью для нас, я собирался провести с ней день.

А это значило, что я разрушу все стены, которые Хлоя успеет возвести.

На самом деле, ломать лед было моей специализацией.

Хлоя находилась в кухне и пила зеленый смузи, когда я вошел, весь груз ответственности упал мне на плечи.

— Привет, великолепная, — произнес я, склонившись и целуя ее в щеку.

Хлоя улыбнулась мне, а затем, нахмурившись, подняла стакан.

— Почему вы, парни, пьете это каждый день? — спросила она. — Это какой-то кошмар из брокколи.

Я рассмеялся, а Энцо с Мэйсоном, которые монтировали снятое в последние два дня видео для нашего канал на MeTube, решили помучить Хлою.

— Милая, мы должны держать себя в форме, чтобы спонсоры не бросили нас, — сказал ей Энцо. — А капуста — это завтрак чемпионов.

Хлоя подскочила со стула, предлагая ему свой напиток.

— В таком случае наслаждайся. А я найду себе что-то с большим содержанием углеводов.

— Я знаю одну пекарню на выезде из города, — сказал я ей, наслаждаясь видом задницы Хлои. — Давай угостим тебя чем-то сладким по дороге в горы.

Хлоя засияла.

— Идеально. А кроме того мне нужен кофе.

— У нас есть кофе и тут, — произнес Мэйсон, указывая на банку.

— Да, но вы, похоже, категорически против сливок и сахара. А и то, и другое неукоснительная часть моего завтрака. И я два дня мирилась с подобным, но третий мой живот не переживет.

Хлоя быстро поцеловала ребят на прощание, а потом, прежде чем мы ушли, упомянула о том, что у нее не было возможности попрощаться с Этаном.

— Он, вероятно, все еще в кровати.

— Ну, тогда я просто напишу ему небольшую записку, — сказала она. Хлоя схватила блокнот Мэйсона и написала послание Этану идеальным подчерком.

Дорогой Этан,

Жаль, что не увидела тебя с утра. Я хотела, чтобы ты знал, как я ценю то, что ты так сильно беспокоишься о моем комфорте и безопасности. Это все, чего я когда-либо хотела. Пожалуйста, предпринимай все законные действия, которые, по твоему мнению, необходимы. Я доверяю тебе.

И я не могу дождаться завтрашнего дня вместе с тобой.

Хохо,

Хлоя.

Она показала нам записку, чтобы мы все были в курсе, а затем попросила Мэйсона убедиться, что Этан получит послание. Я обернул руки вокруг Хлои, такой чертовски благодарный, что она смогла понять поведение друга.

Вскоре мы уже сидим с Хлоей в джипе с круасанами и ванильным латте. Она улыбалась, в ее волосы развевались на утреннем ветру, на лицо Хлоя нацепила солнечные очки, найденные в бардачке.

— Счастлива теперь? — спросил я, пока она протягивала кофе.

— Безумно, — Хлоя сжала мою руку, и я притянул ее ладонь к губам, целуя костяшки.

— Итак… хочешь поговорить об Этане?

Она вздохнула.

— Честно говоря, нет. Я имею в виду, что понимаю его. У каждого из нас есть прошлое, и отчего-то ситуация с Джорданом особенно повлияла на Этана.

— Ему пришлось нелегко, — сказал я ей. Я всегда чувствовал себя покровительственно по отношению к Этану, и тот факт, что Хлою не оттолкнуло его вчерашнее поведение, многое говорил о ней.

— Ну, тоже самое я могу сказать и о себе.

Я кивнул.

— Да. Энцо рассказал нам о твоем детстве и семье. Мне так жаль, Хлоя.

Она потянулась к круасану и отщипнула от него кусочек.

— Настолько приятно открыть перед вами, ребята. Не знаю, понимаете ли вы насколько это удивительно. В моей жизни никогда не было людей, с которыми я могла себе позволить быть уязвимой. Возможно, именно поэтому я все еще двадцати двухлетняя девственница.

— Эй, — бросил я, паркуя джип, когда доехал до места нашего назначения. — Говорил ли я тебе, насколько мне нравится тот факт, что ты все еще девственна? Что берегла себя все это время для нас? Не могу предоставить себе чего-то более возбуждающего.

— Для тебя все дело в этом? В горячем сексе?

Я сглотнул, желая заставить Хлою понять, что дело было совсем не в этом.

— Хлоя, всю свою жизнь я был придурком. Легкомысленным бабником. Хотелось бы верить, что у меня есть все то, что нужно женщине…

— Но правда заключается в том, что идея разделить тебя с остальными ребятами заставляем меня чувствовать себя лучше. Снижает напряжение. Может быть, произнося подобное, я становлюсь похожим на долбаную киску. Но я знаю тебя всего пару дней, а уже дьявольски боюсь сделать что-то не так и испортить все.

Хлоя отстегнула ремень безопасности и повернулась лицом ко мне.

— Прошлой ночь, как мне показалось, вы парни сказали, что это только недельная интрижка. Но сейчас все звучит так, будто это нечто больше?

Не мигая, я вглядывался в глаза Хлои. Твою мать, эта девушка изменила меня.

— Я никогда не был таким, как сейчас. Настолько сходящим с ума по женщине, которую едва знаю. Но все, что я успел открыть в тебе, говорит ты способна справиться со мной. Ты — женщина, которая не будет мириться с моим дерьмом, та, что бросит мне вызов, заставляя стать лучше.

Глаза Хлои распахнулись шире, пока она слушала мою исповедь.

— Я сказал слишком много? — спросил я, прислоняясь своим лбом к ее.

— Нет, — прошептала Хлоя. — Я просто не ожидала подобного от тебя.

— Готов поспорить, ты считала, что я всегда смеюсь и несу чушь, да?

Хлоя улыбнулась, подняв взгляд, наши носы соприкоснулись.

— Что-то вроде того. Но я ждала также чего-то более щекотливого.

— День только начался, сладкие щечки.

— Какая-то часть меня была бы не против провести весь этот день в джипе.

— И чтобы мы делали тут весь день, Хлоя?

— Бьюсь об заклад, тебе бы пришла в голову парочка идей.

— Соблазнительно, но нет. И я решил отказаться от скалолазания. Я возьму тебя на прогулку.

— Что, думаешь я бы не справилась с подъемом на гору?

С серьезным выражением лица я покачал головой.

— Совсем не поэтому.

— А почему тогда, Ноа?

Я зарылся руками в ее волосы, притягивая Хлою ближе, ее щеки так идеально умещались у меня в ладонях.

— Хлоя, я не перенесу, если ты поранишься, находясь под моим присмотром.

Ее глаза заблестели, наполнившись слезами.

— Я не ожидала, что буду с тобой такой эмоциональной, Ноа, — Хлоя прикусила нижнюю губу в этой ее очаровательной манере. — Но я бы соврала, если бы сказала, что мне не нравится более мягкая часть тебя.

После этих слов я притянул мою девочку к себе, положив ее руку на свой пах.

— Тебе так же понравится и более твердая часть меня, обещаю тебе.

ГЛАВА 14

Ноа

ПОСЛЕ ТОГО КАК Я поцеловал идеальные губы Хлои, наслаждаясь вкусом ванильного латте, оставшемся на них, я повел ее на прогулку.

Все это время мы не могли не прикасаться друг к другу, рукой я обнимал Хлою за талию, пока мы пробирались по тропе. Я любовался покачиванием ее маленького зада, когда она делала шаг за шагом.

— Ты пялишься на мою задницу? — спросила она, повернувшись, ее глаза сверкали.

— Не просто пялюсь, — сказал я Хлое. — Но и представляю себе все те вещи, что хотел бы с ней сделать.

— Не знаю, что именно это может сказать обо мне, но я совершенно не представляю, чтобы ты мог сделать с моей задницей. Так что, пожалуйста, Ноа, расскажи мне

— Ты убиваешь меня, Хлоя, — пробормотал я. — Если я скажу тебе, что хочу сделать с твоей задницей, то позволишь ли ты мне добраться до нее, когда через пару дней все же настанет та ночь, когда мы все будем вместе?

— Ты просишь меня о полном доступе, когда мы отдадимся оргии… или как ты это сам назвал бы?

— Оргия, да? — я покачал головой, сжимая упругие ягодицы Хлои, пока шел позади нее, а затем обвил руками ее плечи, помогая подняться на вершину. — Я никогда не думал об этом, как об оргии, а ты?

— Честно, никогда. Я имею в виду, что знаю, будет четыре мужчины и я, но оргия звучит как-то не слишком романтично. А то, что я испытываю к каждому из вас… такое чувственное. Такое настоящее.

— Для меня это тоже что-то настоящее, — я остановился, притягивая Хлою к себе, зная, что это уединенное место — наше. Никто не знал о нем. Мы были спрятаны в тропическом лесу. Красивые раскидистые деревья укрывали нас словно пологом.

Лучи солнца пробивались сквозь ветви, играя бликами света на нашей коже. Тропические цветы цвели повсюду, розовые, пурпурные, светло-желтые. До нас доносился едва слышный грохот водопада. Там было небольшое озеро, где я собирался искупаться с моей малышкой Хлоей.

— Я чувствую, что мне все еще многое предстоит о тебе узнать. Ребята немного рассказали мне о своем прошлом. Но ты… Почему ты такой? — спросила Хлоя, когда я теснее прижал ее к себе.

— Ты чувствуешь это? То насколько я тверд? Я такой потому, что держу в руках самую красивую девушку из всех, что когда-либо видел.

Хлоя покачала головой.

— Посмотри, отчего-то ты боишься быть серьезным со мной. Но тогда в джипе, ты был таким уязвимым. Ты не хочешь, чтобы я знала о твоей жизни?

— Моя жизнь довольно скучна. Положа руку на сердце, почему, ты думаешь, я начал заниматься экстремальными видами спорта?

— Я не знаю. Я думала, что это то, что вам, ребятам, больше всего нравится заниматься, и вы обнаружили, что подобное увлечение может перерасти в постоянную работу, нечто, приносящей вам веселье, разве нет? Или тому есть более глубокая причина?

Я знал, что не мог избежать разговора. Но, говоря искренне, моя правда отличалась от ее. И я не хотел оттолкнуть Хлою своей реальностью.

— Пока я рос, моя жизнь была такой чертовски скучной. Я жил с довольно милыми родителями. Они платили налоги, выплачивали ипотеку и подстригали газон. Но они не были похожи на семью Энцо. Его родители? Черт, они обожали его, и давали ему понять это каждый день его жизни. Мои? Они просто были. Я не помню, чтобы отец хоть раз обнял меня. Или мама спросила о том, как мои дела. Моя жизнь была такой «ванильной».

— Ванильной, как мое латте?

— Не такого вида ванили. Твоя — полна экзотики и глубины. Жизнь родителей — искусственная. Синтетическая. Между ними не была ничего особенного. Они мыли машину каждую субботу, а по воскресеньям готовили ростбифы, снимали обувь, входя в дом. Они были именно таким типом людей.

— Ты же знаешь, что говоришь как сумасшедший? — Хлоя посмотрела на меня, как на идиота.

— Что ты имеешь в виду?

— Я говорю о том, Ноя, ты только что описал идеальную жизнь для меня. Допустим, родители не баловали тебя. Они не осыпали тебя комплиментами. Ну и что? Все что ты говоришь, напоминает о детстве, о котором я только могла мечтать. Для начала твои родители были рядом, а кроме этого, они хотели тебя.

— Конечно, возможно они не отвезли тебя в Диснейленд на твой десятый день рождения, но они присматривали за тобой. И даже больше, чем просто присматривали. Уверена, они возили тебя и твоих родных на тренировки по сокеру, посещали все игры, где участвовал ты, и на окончание школы сфотографировались рядом с тобой.

Я кивнул, мои щеки горели, пока ненависть к самому себе поглощала меня. Мое отношение к родителям было пропитано горечью — и не без причины.

— Ты должно быть считаешь меня этаким придурком.

Хлоя усмехнулась, ее ладони покоились на моей груди, пока я обнимал ее.

— Что-то вроде того.

— Ну, теперь ты знаешь про меня все чертову правду. Возможно, я всегда был жадным ублюдком. Я хотел убраться из этого дома при первом удобном случае, и так я и сделал. Именно поэтому я захотел стать скалолазом. Поэтому хотел путешествовать по миру. Желал чего-то большего обычной «ванили».

— Я поняла. Ты был создан для приключений, но возможно твое обычное детство было настоящим подарком. Оно сподвигло тебя творить поистине сумасшедшие вещи теперь, когда ты стал взрослым мужчиной. Рисковать. Бросать вызов судьбе, — Хлоя пожала плечами. — Рискнуть связаться со мной.

— А для тебя все наоборот? — спросил я, смотря на нее.

— Да, так и есть. Я всегда была одна, не было никого, на кого можно было бы положиться. И это, не говоря про ужины ко дню благодарения и покупку школьной одежды. Я не могла рассчитывать на то, что кто-то будет ходить на мои школьные собрания. Я могу пересчитать на пальцах одной руки, сколько открыток ко дню рождения получила за всю свою жизнь. Именно поэтому я на самом деле боюсь. Боюсь рисковать и пользоваться возможностью, ведь если я упаду, некому будет меня поймать.

Хлоя сжала губы, а я пытался подбодрить ее и заставить говорить дальше. Если она сказала столь многое, мне было нужно услышать остальное.

— Думаю, ты не боишься рисковать, — произнесла она. — Знаешь, с легкостью шутишь и двигаешься дальше. Ноа, думаю это потому, что ты никогда не падал. А где-то глубоко внутри, ты знаешь, что даже случись подобное, все будет хорошо. Кто-то окажется рядом, чтобы поднять тебя. И пусть даже твои родители никогда не говорили тебе, что ты самый лучший в мире ребенок, но, если тебе когда-нибудь понадобится помощь, они придут и убедятся, что с тобой все хорошо.

Я с трудом сглотнул; никто и никогда не говорил со мной так. Так чертовски прямо.

— Я лишен дара речи. Ты права. Возможно, я был слишком категоричен по отношению к родителям все эти годы.

Хлоя приподняла бровь.

— Возможно?

Эта девочка не давала мне поблажки, но возможно, именно такая женщина мне и была нужна. Та, кто сможет заставить меня думать за рамками ограниченных мыслей о семье, о том, что такое любовь и отношения.

Подтолкнет меня в правильном направлении.

— Хорошо, не возможно, — уступил я, — безусловно. Наверное, я тоже не давал им шанса, это все же улица с двусторонним движением, правильно? Вероятно, я также не давал им понять, что люблю их.

— Я горжусь тобой, — произнесла Хлоя, положив ладони мне на щеки и глядя прямо в глаза. — Горжусь тем, что ты не свернул этот разговор прямо сейчас. За то что не начал дурачиться и не обернул все в шутку. Не думаю, что ты похож хоть на кого-то из тех мужчин, что я встречала раньше. Словно ты ждал именно меня. Ждал кого-то, способного направить тебя, чтобы ты мог все разложить по тарелочкам.

— О, детка, кое-что я точно хотел бы увидеть на тарелочке перед собой, — я ухмыльнулся Хлое, когда она провела ладонью по моим шортам. Член был таким чертовски твердым. Для нее. Из-за ее слов. Из-за ее силы.

Я хотел Хлою, из-за того, какой женщиной она была, и той, что, я мог видеть, должна была стать.

Я просто желал Хлою.

— И родители все же свозили меня на десятый день рождения в Диснейленд, — заметил я. — Я должен был сказать тебе об этом, или несказанное грузом легло бы на мои плечи.

— Ты хитрец, — бросила Хлоя, смеясь. А затем она сильнее прижала руку к моей эрекции. Я застонал от ее прикосновения.

— Итак, означает ли это, что ты подпустить меня к своей заднице, когда наступит ночь НЕ оргии? — спросил я.

Хлоя кивнула.

— При одном условии: ты должен пообещать отвезти меня как-нибудь в Диснейленд.

Я грустно ей улыбнулся, видя перед собой душевно травмированную девочку, у которой никогда не было шанса побыть ребенком. Я хотел любым способом сделать хоть что-то для нее.

— Я обещаю.

ГЛАВА 15

Ноа

МЫ ПРОШЛИ ОСТАВШУЮСЯ часть пути и когда достигли вершины водопада, наши лица блестели от пота. Влага виднелась в ложбинке прекрасной груди Хлои, когда она сняла топ, чтобы обтереть лицо, оставаясь лишь в крохотном бикини и шортах.

— Как тут красиво, — произнесла Хлоя, затаив дыхание. Я протянул ей бутылку воды, и она сделала большой глоток. Затем протянула мне бутылку обратно, и я сделал тоже самое. Улыбнувшись, я подумал, что мы оба должны поберечься от обезвоживания, учитывая то, что нам предстояло.

— Итак, что дальше? — спросила Хлоя.

Потянувшись ей за спину, я схватил веревку, которую нашел в этом месте ранее.

— Держись и прыгай.

Глаза Хлои распахнулись шире.

— Ты первый. Хочу увидеть, как ты это сделаешь.

Я кивнул, бросая рюкзак и стягивая с себя футболку, затем скинул обувь и шорты. А после схватился за веревку и прыгнул, разжимая руки где-то над серединой озера, падая в ледяную воду. Веревка отлетела обратно к Хлое, и я увидел, как она чуть склонилась, чтобы поймать ее. И у нее получилось. Черт, эта девочка ничего не упускала.

— Я нервничаю.

— Нет лучшего времени, чем сейчас… Ты мне нужна тут в воде и нужна прямо сейчас.

Она тоже нуждалась во мне, и даже с такого расстояния я видел нужду в ее глазах. Хлоя посмотрела вниз на меня и облизала свои идеальные губы. Удерживая веревку одной рукой, она второй расстегнула шорты, а затем позволила им упасть на землю. А после, что-то моментально решив, Хлоя прыгнула и воспарила в воздухе, прежде чем камнем рухнуть в воду.

Как только ее голова показалась на поверхности, Хлоя закричала от восторга, смех наполнил тропический воздух. Я подплыл к ней и притянул к себе. Ее ноги с легкостью обвили мою талию, пока мы покачивались на воде.

Лицо Хлои светилось, радость переполняла ее. Я мог представить, как она вела бы себя в Диснейленде, все ее улыбки и радость. Я хотел делать Хлою счастливой так долго, как только мог.

Целую вечность.

— Я влюбляюсь в тебя, Хлоя, — сказал я ей.

Она кивнула, проводя рукой по моим мокрым волосам. Ее грудь вырвалась на волю, когда я развязал веревочки купальника и бросил его на берег. Трусики купальника тоже держались на завязках, которые я распустил, а после стянул с нее оставшуюся одежду. Обнаженное тело Хлои прижималось к моему, твердый член потирался о нее сквозь ткань моих плавок, умоляя о том, чтобы наполнить ее.

— Я так сильно хочу тебя, — сказал я ей. Хлоя кивнула, прижимаясь бедрами к моему животу, словно хотела лучше ощутить мою твердость напротив киски.

— Я хочу попробовать твой вкус, когда ты кончишь, — простонала она. — Безумно хочу.

Наши губы соприкоснулись, приоткрываясь, а языки сплелись, Хлоя все теснее обвивала меня ногами, и клянусь, я был в паре мгновений от того, чтобы не кончить себе в шорты. Эта девочка делала меня диким. Заставляла испытывать то, что я не чувствовал ранее.

То, в чем нуждался больше всего.

— Мне тоже нужно попробовать тебя, — произнес я. Я вынес Хлою на берег и заметил поляну с зеленой травой. Я опустил ее на ноги, наслаждая наготой моей девочки, мелькнувшей у меня перед глазами развилкой бедер. Ее лобок был так очаровательно выбрит. Большая грудь Хлои покачивалась, пока она шла, ее волосы были мокрыми, так же, как и кожа, а ее киска — я был готов поклясться — тоже была очень влажной.

— О, Боже, девочка, ты выглядишь так чертовски идеально.

Хлоя недоверчиво покачала головой. Я разделся, нуждаясь в том, чтобы она взяла мой член в руки. В рот. Чтобы она ласкала, сосала меня.

Мне было нужно больше Хлои.

— Я сказал тебе, что оставлю твою задницу на потом, но она нужна мне сейчас. Я хочу, чтобы она оказалась на моем лице. Ты поняла меня, Хлоя?

Она кивнула, прекрасно осознав мои слова. Хлоя оставалась безмолвной, ее соски были напряжены, а тело такое возбужденное и готовое. Хлоя не могла двигаться достаточно быстро. Она шагнула в мои объятия, и я желал лишь одного — поглотить ее целиком.

И не только тело.

Мой член безумно жаждал ее киску, но я понимал, что это было бы не честно. Не моя очередь и не мое время. Так что я, как хороший мальчик, если уж не мог проникнуть Хлое между ног своим стволом, то точно собирался добраться до туда ртом.

Я лег на спину и велел Хлое сесть на мое лицо.

— На твое лицо? — спросила она, словно не поняла меня. А затем посмотрела на меня, словно желая узнать

— Ты меня слышала, детка, сядь мне на лицо, поставив ноги по обе стороны от моей головы. А после наклонись и возьми в рот мой член, ты же знаешь, что и сама хочешь мне отсосать.

Она сделала, как я просил, оседлав меня, и идеальный зад Хлои оказался прямо напротив моего лица. Так же, как и розовая, потрясающая киска, блестящая от влаги. Я обхватил Хлою за талию и заставил опуститься ниже, не позволяя вырваться из моей хватки.

Она застонала от моих действий, особенно когда я заскользил языком по половым губам, вверх и вниз. Вверх и вниз. Я собирался ее вылизывать, пока Хлоя не кончит прямо на меня, а затем начал бы все с начала.

Она точно знала, что делать, наша поза оставляла мало места для воображения, и стоило мне только начать поглощать ее пахнущую ванилью плоть, как Хлоя принялась сосать мой член, словно была создана для этого. Словно ждала этого момента всю свою чертову жизнь.

Ее голова приподымалась и опускалась, снова и снова, все глубже вбирая мой ствол, насколько это только было возможно, а я заработал языком все быстрее и быстрее, касаясь трепещущего клитора, а затем влажной плоти. Я облизывал мою девочку так старательно и без устали. Я не останавливался, пока она не кончила, пока мое лицо не покрылось ее соками, как я и представлял себе.

Я продолжал трахать Хлою языком, пока она не закричала, пока ее она не усилила хватку на моих бедрах, прекратив сосать, принявшись вместо этого ласкать мои яйца. В конце концов, она не могла одновременно выкрикивать мое имя и сосать член.

— О, мой бог, Ноа, — выкрикивала Хлоя. — Ты такой большой и вкусный. А я так сильно кончаю.

Она вновь втянула мой ствол в свой рот, просто позволяя ему проникать глубоко до самого горла.

Я продолжал любоваться задницей Хлои, наслаждаясь тем, что мог удерживать ее на месте, сидящей на мне, бедра Хлои были такими соблазнительными, а киска сладкой.

Оргазм не отпускал ее, но теперь она лучше контролировала себя, и могла вновь двигать головой вверх и вниз.

Мой член подрагивал, его испещренный венами ствол наполнял рот Хлои так, как никакой другой не мог.

Я был так близок к экстазу, так близок к тому, чтобы излиться ей в горло, и желал, чтобы Хлоя проглотила всю мою сперму, когда я вновь заставлю ее кончить. Я хотел, чтобы мы кончили одновременно.

Так мы и сделали. Я достиг такого мощного оргазма, а Хлоя, как хорошая девочка, не оставила и капли моего семени.

А затем она вновь шагнула за грань, вновь отдалась наслаждению, которое с каждым разом было все больше, и когда, казалось, что удовольствие отступало, я вновь толкал Хлоя за край.

Она не просто кончала. Хлоя целиком и полностью отдавалась экстазу. Разлеталась на осколки.

Она не боялась потеряться в наслаждении, была такой распутной, и меня это полностью устраивало.

Мне было не сложно радовать и поддерживать мою девочку, даря ей по одному оргазму за раз.

ГЛАВА 16

Хлоя

Я ПРОВАЛИЛАСЬ в глубокий сон, когда мы вернулись домой. Ребята работали с последними добавлениями к видео, которое делали, находясь на Ямайке, и я воспользовалась моментом, чтобы устроиться поудобнее на моей кровати королевских размеров в гостевой комнате и поспать.

Я так крепко спала. Крепче, чем когда-либо ранее. Возможно, из-за шума волн вдалеке, или потому что мое тело никогда еще не чувствовало себя таким расслабленным. В течение этой недели каждый миллиметр моей кожи был обласкан ребятами. Подобное позволило моему сердцу открыться настолько, как я никогда не считала возможным.

Не думаю, что осознавала насколько находилась на грани всю свою жизнь, пока не позволила себе опустить возведенные мной стены.

Теперь же я могла расслабиться, не чувствуя словно ступаю по хрупкому льду, ожидая, когда случится что-то ужасное, повергнув меня в пучину несчастья.

Не было тревог из-за оценок и окончания учебы. Или мыслей о приемной матери, которая решала бы нужен ли ей тинэйджер. Никакого беспокойства о том, что дальше меня ждет что-то плохое. Потому что сейчас, меня ждало лишь нечто хорошее.

Более чем просто хорошее.

Каким-то образом я оказалась в ожившей мечте. Получила то, чего не заслуживала, но этот дар был мне дан.

Впервые, казалось бы, за целую вечность, мои сны были безмятежны. Я не боялась того, что произойдет после, когда потеряется или разобьется хрустальная туфелька.

Сейчас? Сейчас я просто была счастлива. Туфелька подошла мне, а я нашла прекрасных принцев, которых стоило ждать всю мою жизнь.

Несколько часов спустя, когда за окном было уже темно, я проснулась. Открыв глаза, я увидела Этана, стоящего в дверном проеме.

— Привет, — я улыбнулась, совершенно не ожидая его визита. — Преследуешь меня? — поддразнила я, приподымаясь на локтях и мигая, пока глаза привыкали к темноте.

— Нет, — прошептал он. — Я просто не мог уснуть, думал о тебе. Хотел убедиться, что с тобой все хорошо.

— Ты разбудил меня, чтобы сказать это? — усмехнулась, ни на секунду ему не поверив.

— Ты права, я просто хотел посмотреть на тебя.

Не задумываясь, я откинула одеяло, под которым лежала, и позвала Этана к себе. Он был одет, как и я, но, когда Этан лег рядом, я с трудом вздохнула. Он был тут, и пах шалфеем и миндальным маслом. Он казался мне штормовым небом, которое могло разразиться бурей или пролиться дождем, способным смыть всю боль моего прошлого.

За окном все еще было темно, а потому происходящее казалось сном. Лишь учитывая, что это была реальность.

Ведь так? Я лежала на своей стороне кровати лицом к Этану, он тоже смотрел на меня, а затем поднял руку и погладил по щеке. Его теплая ладонь послала волну жара, которая пробежала от кончиков его пальцев к моей коже. Было нечто в этом мужчине, заставляющее меня верить в то, что я не было одинока. В каждом из них. Сегодня днем Ноа рассказал мне о прошлом Этана, о том насколько непростым оно было, о его одиноком детстве. Как он никогда не чувствовал себя в безопасности.

Я это понимала, даже не зная всех деталей, понимала Этана, просто смотря в его глаза.

— Прости за то, что так повел себя прошлым вечером, — сказал он. — Простишь?

Я кивнула, слишком испуганная, чтобы говорить, потому что по какой-то непонятной причине обнаружила, что готова была в любую минуту расплакаться.

Находясь на грани того, чтобы привязаться к мужчине, которого едва знала.

— Ты слишком хороша для меня, — прошептал Этан, поглаживая большим пальцем мои губы. Я инстинктивно его прикусила. Лежа рядом с Этаном, я чувствовала, как во мне просыпалась какая-то темная сторона меня, та, которую я всегда пыталась спрятать глубже.

Та, которую он должен был увидеть.

— Я не доверяю себе, находясь рядом с тобой, — сказал Этан. Не эти слова я ожидала от него услышать.

— Что ты имеешь в виду? — спросила я, вновь обретая голос, мои бедра дернулись, болезненно желая быть ближе к Этану. Он должно быть почувствовал это, потому что тоже придвинулся ко мне.

— Я чувствую, словно будь я с тобой, полностью обнаженной, то начну совершать совершенно сумасшедшие вещи, Хлоя. То, чего я хочу, слишком порочно для кого-то столь невинного, как ты.

У меня перехватило дыхание. Я не ожидала этого от Этана. Я помнила наш поцелуй, помнила его длинный член, но Этан оставался сдержанным и отстраненным, мрачным и держащим себя в руках.

Но слова, срывающиеся с его губ, обещали нечто куда более темное и порочное, чем то, на что я думала Этан был способен.

— Может быть, я бы хотела, чтобы ты сделал со мной все этого грешное, Этан. Вероятно, я хочу посмотреть, как далеко ты сможет толкнуть нас обоих.

Этан застонал, отстраняясь от меня.

— Мы договорились с остальными ребятами. И я не собираюсь нарушать слова, и знаю, что ты тоже этого не хочешь. Вот почему мне было нужно прийти сюда и сказать тебе…

— Сказать мне что? — спросила я. Я уже была такой мокрой, а мои ладони скользили по груди Этана в попытке найти полы его рубашки, потому что я нуждалась в том, чтобы пальцами коснуться его мускулистой плоти, в том, чтобы скользнуть под пояс его шорт и ощутить твердый и отчаянно жаждущий член.

Я закрыла глаза, представляя все самое искушающее, что только Этан мог вообразить, думая о нашем первом разе.

Насколько грязными были его мысли? Представлял ли он завязанные глаза и использование хлыста? Мечтал ли привязать меня к кровати и отшлепать, точно плохую девочку? Я могла вообразить, как он причинял боль, превращая ее в удовольствие.

В тоже время я могла представить и себя, делающей тоже самое.

Это казалось сумасшествием, поскольку мы оба были девственниками. Но было нечто такое в каждом из нас. Нечто сломанное, что мы понимали на каком-то интуитивном уровне.

Я хотела узнать Этана еще больше.

— Я не буду с тобой сегодня, — сказал он, посылая мурашки бежать по моей спине. Это было противоположным тому, что я хотела. — Я не могу быть с тобой, когда я один, Хлоя.

— Но я верю тебе, Этан, — я чувствовала, как поднималась и опадала его грудь, а сердце стучало все быстрее. Как головка члена проступала под тканью шорт. Я ощутила, как Этан перевернулся на спину, пристально всматриваясь в потолок. Отстраняясь от меня.

— Хлоя, проблема не в тебе. А в том, что я сам себе не доверяю.

Слезы набежали мне на глаза, одинокая капля скатилась по моей щеке.

А затем Этан резко перекатился лицом ко мне и поцеловал меня.

С силой.

С таким напором, что я расслышала свой стон, и рык, сорвавшийся с его губ.

Поцелуй был самым напряженным из всех, что я когда-либо ощущала и я могла только представлять накал эмоций, когда мы оба отдадим друг другу то, что хотели.

Этан стер мои слезы, поцеловал веки, мой нос. Щеки. Лоб. А затем отодвинулся с такой же скоростью, с какой до этого потянулся ко мне.

— Не заставляй меня ждать слишком долго, — сказала я ему.

— Не буду. Обещаю, — а затем Этан исчез в темноте коридора.

У меня перехватило дыхание.

Всхлип сорвался с губ, я хотела слишком многого. Хотела всего и хотела прямо сейчас.

Я желала каждого из этих мужчин. В моей кровати, во мне, чтобы они держали меня в своих руках каждую ночь.

Мне было нужно, чтобы Мэйсон заботился обо мне так, как я сама о себе заботиться не умела, Энцо окружал меня обожанием, которого я никогда ранее не получала, Ноа заставлял меня смеяться, пока не начинало колоть в боку, а Этан, замечая мою боль, помогал постепенно избавляться от нее.

Я закрыла глаза, представляя всех их со мной.

Во мне.

Моя киска сжалась. А нужда стала невыносимой.

Я стянула шорты и подняла колени, лаская клитор, представляя горячее дыхание Этана, его твердый член, его порочные слова. Думая обо всех этих мужчинах, о том, как они дарят мне ощущение безопасности.

О том, как меня ужасает сама мысль покинуть их.

Я желала заполучить их всех для себя, и как можно скорее.

Я кончила, орошая влагой свои пальцы, не сдерживая стонов, когда оргазм накатил на меня.

Мне было плевать слышал ли кто-то мои крики экстаза.

К черту!

Мне было до этого дело.

Я хотела разбудить всех ребят.

Я желала, чтобы они лежали, представляя мою киску, заполненную их членами, мой рот, зад, мои руки и грудь. Я мечтала, чтобы они фантазировали о том, как заберут в первый раз мою девственность, чтобы они были готовы для завтра.

На улице только занялся рассвет, и первые лучи разбудили меня. После того как Этан ушел прошлой ночью, я еще несколько часов ворочалась в кровати. Так что, как только солнце показалось на горизонте, я вышла на улицу, более чем готовая к этому великому дню.

Я точно знала, что запланировала на сегодня.

Одев худи, слишком большого для меня размера, скорее всего принадлежащее Мэйсону, я пошла по пляжу, по дороге разглядывая ракушки, позволяя теплым голубым океанским волнам омывать мои ноги.

Птицы летали у меня над головой, возвещая о приходе утра, а где-то вдали я увидела стаю дельфинов, играющих на глубине.

Я настолько увлеклась этим видом, что не заметила, когда кто-то подошел ко мне со спины и схватил за запястье, я не увидела опасности, пока не стало слишком поздно.

Сначала, я решила, что это был Ноа, решивший поймать меня. Или, может быть, Мэйсон, желающий сказать мне, что приготовил омлет.

Но нет.

Нет.

Нет.

— Теперь я поймал тебя, маленькая шлюшка, — прорычал Джордан мне в ухо.

— Отпусти меня, — выкрикнула я со всей возможной силой, надеясь, что мои крики окажутся достаточно громкими, чтобы ребята услышали их.

Но никто не слышал меня. Никто не побежал ко мне. Они все еще спали.

Единственный, кто оказался рядом, это мужчина, которого я боялась, тот, кому не верила совершенно.

Джордан.

Я не могла вырваться из его хватки. Я толкалась и пыталась освободиться, но было слишком поздно. Он тянул меня, уволакивая с пляжа.

Прочь от дома ребят.

Прочь от них самих.

Прочь от того места, где я впервые в жизни чувствовала себя в безопасности.

ГЛАВА 17

Этан

Я вскочил с кровати, мой член все еще был каменно твердым. Клянусь, я находился в таком состоянии с того мгновения, как увидел Хлою.

Мое желание лишь возросло прошлой ночью, когда я оказался в ее кровати. Я хотел от Хлои намного большего.

Теперь я хотел от нее всего.

Хотел стянуть с нее трусики, проникнуть членом в тугую гладкую киску и сделать с ней все, что только мог. Я желал этого так сильно, что становилось больно. Но и сердце мое тоже ныло; я никогда и никого не жаждал с подобной силой.

Но сейчас я не мог думать об этом. Потому что знал, что-то было не так.

Клянусь Богом, я слышал крики на пляже. Именно эти звуки меня разбудили. Я подскочил, натянул штаны и побежал к двери в комнату Хлои.

Ее кровать была пуста. Тогда я позвал ее, но не получил ответа. Сбежав по ступеням на кухню, я и там не заметил и следа Хлои.

Я громче позвал ее, открыв стеклянную дверь, я начал выкрикивать ее имя.

Ничего. На пляже не было никого, не считая парочки птиц, летающих над океаном в поисках завтрака.

— Хлоя! — проорал я снова. Где же она была?

Парни услышали меня, и сбежали по ступеням, чтобы посмотреть, что происходило. Мэйсон, Ноа и Энцо вошли на кухню, их глаза были полны страха, волосы всклокочены, их тела словно излучали напряженность.

Они знали, что что-то было не так. Также, как и я.

— Это Хлоя, ее нет здесь. Думаю, что слышал крики с пляжа… Мы должны найти ее.

Словно все мы одновременно перешли в состояние «Рембо наготове», мы надели ботинки и направились к двери из дома. В моей голове оставалась одна лишь цель — найти Хлою.

Клянусь богом, если она окажется в моих руках — когда она окажется в моих руках — я никогда не выпущу ее снова. Я знал, что остальные испытывали тоже самое, потому как были напряжены их плечи и бицепсы, а на лицах проступило выражение полной готовности к мести.

Никто не смел забрать Хлою без их разрешения.

А мы охренительно были уверены, что не давали такового никому.

Мы побежали к пляжу, остановившись в том месте, где Энцо и Мэйсон нашли Хлою.

— Куда, черт подери, она пошла? — спросил Мэйсон.

— Бьюсь об заклад, это был Джордан, — сказал я. Я прочитал сотни статей о нем, поскольку получал документы всю неделю от частного детектива, доказывающие каким ублюдком был этот мужчина. — Он дьявольски опасен и желает сделать Хлою своей. Он из тех парней, которые не желают терять своего, и решил, что Хлоя — приз, который он заслуживает. Хлоя никогда бы не ушла никуда, не предупредив нас.

Это было правдой. Кроме того, у нее не было кошелька, денег или документов. Хлою пугала сама мысль о том, чтобы выйти из нашего поля зрения, так что я не верил, что она могла уйти куда-то в одиночестве этим утром.

Нашей девочке было некуда идти.

Мы были единственными людьми, кто мог защитить ее. Единственными, кто когда-либо будет защищать ее.

Мы принадлежали ей, как и она нам.

И прошлой ночью, когда я обнимал Хлою в ее кровати, я знал, что и она понимала это.

— Я позвоню в полицию, — сказал Мэйсон.

Я кивнул, доставая телефон из кармана и набирая частного детектива. Если Джордан покинул страну, я был уверен, он не мог не сказать мне об этом.

Детектив не ответил, и я не думал, что мог ждать. Так же, как и остальные ребята. Кроме того, я не собирался оставлять благополучие Хлои в руках нанятого мной парня. Если я любил ее, то мне было необходимо держать ее жизнь и безопасность в собственных руках.

— Нам следует добраться до частного аэропорта. Прямо сейчас, — сказал Ноа, сжимая кулаки. — Если Джордан схватил ее, а я думаю, что именно так все и было, он постарается чертовски быстро покинуть остров.

Мы согласно кивнули и поспешили обратно к дому. Я схватил ключи, и мы запрыгнули в джип. Мы неслись по автостраде, не заботясь о скорости.

Для нас не существовало ограничений, когда речь заходила о том, чтобы найти Хлою.

— Поверни направо, — указал Энцо. Я кивнул, включил поворотник и направился к выходу. Слава Богу этот остров был не таким большим, и мы знали, где находился частный аэропорт, поскольку сами прилетели сюда.

Вдалеке я увидел самолет, отрывающийся от взлетно-посадочной полосы.

— Черт, черт, черт, — закричал Ноа, ударяя кулаком по приборной панели. Я нажал на педаль газа, чувствуя, как ярость захлестнула меня наравне со страхом, что Джордан мог уже увезти Хлою.

Я продолжал ехать, желая убедиться, что это был его самолет. Мне становилось плохо от одной лишь мысли, что Хлоя могла оказаться на борту вместе с Джорданом. Когда она вошла в наш дом, то вся тряслась, ее лицо было залито слезами, она казалась такой потерянной и одинокой. Но все изменилось, когда мы раскрыли ей объятья и предложили остаться.

Хлоя не заслуживала возвращения к прошлой жизни. Она и без того была достаточно тяжелой.

Я въехал на стоянку аэропорта и увидел регулировщика. Припарковав машину, мы вчетвером побежали к взлетно-посадочной полосе. Здесь находилось несколько самолетов, все были частными.

И все, на что я мог сейчас надеяться, так это на то, что Хлои не было ни на одном из них.

— Я ищу парня по имени Джордан, вы его знаете? — спросил Мэйсон первого сотрудника аэропорта, которого увидел.

Парень поднял руки, точно ничего не зная.

— Не знаю, мужик, но могу я позвонить, чтобы все выяснить? — он вопросительно посмотрел на нас.

Я понимал, что мы выглядели странно. Наполовину одетые в пижамы, только вылезшие из кроватей. Возможно, он подумал, что мы можем доставить проблемы.

И если он считал именно так, то был чертовски прав.

— Я не могу этого ждать, — сказал Энцо, помчавшись к самолету. Он был прав.

Мэйсон, Ноа и я побежали к остальным самолетам.

Я мчался так быстро, как только мог. Может, я и не являлся марафонцем, но был в хорошей форме. Я занимался клифф-джампингом, мне было привычно прыгать с головой в неизвестность. Нырять в водоемы, возможно, полные скал, острые края которых могли ранить меня, и довольно серьезно. Убить меня. Кто-то считал полным сумасшествием — нырять с такой высоты, не зная, что находилось под водой.

Но это было идеальной метафорой, описывающей мою жизнь. Я всегда считал себя бесстрашным.

Именно поэтому мне было нечего терять. Конечно, у меня были парни. Но не семья — не те, кто мог бы рассчитывать на меня.

Но сейчас у меня она была.

Теперь у меня была Хлоя.

И сейчас сама мысль о бесстрашии казалась мне смешной — потому что потерять Хлою было ужасающе.

Я бежал изо всех сил, перескакивая через ступеньки, поднимаясь в самолет, распахнул двери и вошел внутрь.

Мое сердце замерло. А внутри все дрожало.

Кто-то заплатит за это.

Хлоя была здесь. Слезы текли у нее по лицу; а приглушенные крики заполняли кабину четырехместного самолета.

А этот придурок склонился над ней. Он стянул с нее худи, оставляя Хлою обнаженной и беззащитной.

Он связал ее веревкой. Заткнул ей рот

Джордан пытался лишить девственности мою женщину.

Но я, черт меня дери, не собирался позволять ему подобного.

Не сейчас. Не так. Хлоя была нашей девственницей, находилась под нашей защитой.

Я слышал приближение остальных ребят и знал, что не останусь одиноким в этой драке, в прочем, как и Хлоя.

Мы оттащили Джордана от нее. Мы били его, заставляли истекать кровью. Наши кулаки врезались в его челюсть, а когда он упал на пол, то мы продолжили бить его в живот.

Мне было нужно больше крови, больше боли. Джордан кричал в агонии, умоляя о пощаде.

Но я не собирался даровать ее ему.

Я говорил Хлое прошлой ночью, что не доверяю себе, когда нахожусь с ней наедине, что не уверен в том, что произойдет, когда моя страсть к ней вырвется на свободу. Но теперь я знал, насколько был полон тьмы.

Я хотел увидеть кровь этого мужчины.

Я хотел переломать ему кости.

Превратить его лицо в сплошное месиво.

Я хотел, чтобы он страдал.

Но внезапно Ноа и Энцо подхватили меня за руки и оттащили от Джордана.

Мы начали драку одновременно, и я не был готов ее закончить.

Но друзья были правы, остановив меня.

Глубоко внутри я знал, что забил бы придурка до смерти, не останови они меня.

Не было ни единой причины, по которой Джордан должен был получить шанс на жизнь после того, что он сделал с моей Хлоей.

Но мне не нужна была кровь на руках, пусть это и было справедливо.

Я посмотрел на Хлою, она была ужасно напугана. И я чертовски надеялся, что Джордан не отнял у нее то единственное, что было ей дороже всего.

Но когда она встретилась со мной взглядом, то выглядела напуганной мной.

Напуганной тем, как сильно я избил Джордана. Возможно, она вспомнила слова, сказанные мной вчера.

Я не доверял себе.

Она сказала, что верит мне, но, может, сейчас все изменилось.

Она никогда не посмотрит на меня как прежде.

Парни уже развязали ее, помогая Хлое встать.

— Ты в порядке, amore? — спросил Энцо, целую запястье Хлои там, где его обвивала веревка. Ее кожа была покрасневшей и кое-где ободранной.

Я должен был знать, что с Хлоей все хорошо. Эмоционально. Физически.

Она кивнула.

— Он не сделал этого. Был готов. Еще пара минут и стало бы поздно.

Облегчение наполнило салон самолета.

— Слава богу, — сказал Мэйсон, обвивая Хлою руками. Он поцеловал ее в лоб. — Слава Богу, ты в порядке.

Хлоя плакала, Мэйсон помог ей надеть шорты, а затем худи; он осторожно застегнул пуговицы, стараясь изо всех сил быть с Хлоей аккуратным.

Ноа принялся звонить полицейским, ероша рукой волосы, пока объяснял им, что именно произошло. Повесив трубку, Ноа потянулся к Хлое, рассказывая ей, что все будет хорошо, а валяющийся без сознания Джордан никогда не причинит ей вреда.

Мои руки все еще тряслись. Кровоточили и ныли после того, как я избил Джордана с такой жестокостью, без малейшего сожаления. Мы дали показания приехавшим копам, а Хлоя рассказала, о произошедшем на пляже, о том, что Джордан собирался сделать, и, наконец, затем были свободны.

Мэйсон, Ноа и Энцо отправились к джипу, я махнул им, показывая, что хотел провести с Хлоей минуту наедине.

— Я напугал тебя? — спросил я ее, настолько пристально вглядываясь в глаза Хлои, что желание, горящее в моем взоре, должно быть, отдавалось в ее сердце.

Ее губы дрогнули, а глаза вновь наполнились слезами, я понимал через сколь многое Хлоя уже прошла. Возможно, мое присутствие здесь, лишь все усугубляло.

— Ты хочешь, чтобы я ушел? Навсегда оставил тебя в покое? Я пойму, если так и есть. Сегодня я превратился в монстра.

Но Хлоя решительно закачала головой.

Она была полна сюрпризов, сильная, когда я принял ее за слабую, понимающая, пусть я этого и не заслуживал.

— Не смей оставлять меня, Этан. Никогда. Поклянись мне.

Она обхватила меня руками, и я сжал ее крепче в объятиях.

— Ты мне нужен. Вы все мне нужны. И я не могу даже подумать о том, чтобы потерять хотя бы одного из вас.

Хлоя плакала, и, твою мать, я тоже.

Я подхватил ее на руки и бережно понес к джипу.

Клянусь Богом, я никогда не позволю Хлое уйти.

ГЛАВА 18

Хлоя

КОГДА МЫ ВЕРНУЛИСЬ к дому, Этан внес меня внутрь. Он был так нежен со мной, впрочем, как и все остальные ребята. Они смотрели на меня так, словно я являлась хрупкой стеклянной статуэткой, и прежде, чем они вошли в мою жизнь, я и сама себя такой считала.

Но теперь?

Я чувствовала себя сильнее, когда понимала, что эти мужчины будут рядом, чтобы ни произошло. Они будут драться за меня, защищая.

Мне было нужно поблагодарить их за заботу обо мне. Я хотела сказать спасибо, потому что они приняли меня.

И я точно знала, как собиралась сделать это.

Воспользовавшись ванной, я вернулась в гостиную. Уверена, что прервала какой-то разговор, но стоило мне войти в комнату, как парни бросили обсуждать что бы то ни было.

— Ребята, я никогда не смогу отплатить вам за то, что вы сделали сегодня, как нашли меня, как за меня сражались, — я встряхнула головой, прогоняя набежавшие слезы. Мэйсон моментально потянулся ко мне, убеждаясь, что все в порядке.

Я кивнула, потому что так и было. Все было хорошо.

Я была в порядке.

Я находилась здесь с ними, и этого было достаточно.

Это было всем.

— Мне надо сказать вам кое-что еще.

Мэйсон покачал головой.

— Нет, позволь нам говорить первыми.

Ноа прочистил горло.

— Хлоя, сегодняшние события поменяли многое для нас. То, что мы чувствуем к тебе.

— Все поменялось кардинально, — добавил Энцо. Я посмотрела на Этана, и он кивнул, серьезный, как и всегда.

Я сглотнула, внезапно ужаснувшись тому, что все изменилось. Я была настолько уверена, что они хотели меня, но не оказалась ли я полной дурой, решив, что их чувства были равны по силе моим.

— Вы хотите, чтобы я ушла? Считаете, что со мной что-то не так, раз я решила когда-то встречаться с Джорданом? Я знаю, что была идиоткой раз доверяла ему.

— Шшш, bella, — сказал Энцо. — Это и близко не то, что мы имели в виду.

— Тогда что?

— Мы знаем, что все началось как простой флирт, — начал Мэйсон. — Как курортный роман, но для каждого из нас все превратилось в нечто намного большее.

— Что-то цепляющее намного глубже, — добавил Ноа, смотря мне в глаза.

— В нечто, что нам бы хотелось продолжать не только на Ямайке — продолжать столько, сколько ты позволишь, — сказал Энцо.

Этан все еще хранил молчание, но вскоре и он заговорил.

— Мы пытаемся сказать, что для нас все обернулось любовью.

У меня перехватило дыхание, а слезы набежали на глаза. А мое сердце? Оно не знало, как реагировать.

— Я люблю тебя, Хлоя, — произнес Мэйсон.

— Я люблю тебя, Хлоя, — сказал Ноа.

— Я люблю тебя, Хлоя, — добавил Энцо.

— Я люблю тебя, Хлоя, — раздался голос Этана. — И мы не ждем ничего от тебя в ответ, мы прос…

Я прервала его.

— Вы должны ожидать. Вы должны ожидать от меня таких же чувств в ответ. И я их испытываю. Я так сильно люблю всех вас. Не думала, что возможно влюбиться в кого-то таким образом. Настолько сильно и столь быстро. Но я люблю. Каждого из вас по отдельности, и всех вас вместе.

Воздух в комнате потрескивал от напряжения. Прозвучавшие клятвы еще, казалось, звенели в воздухе. Я была готова сделать что угодно для этих мужчин и знала, что и ради меня они были готовы на не меньшее.

— Мы с Этаном поговорили прошлой ночью, — сказала я им. — И решили, что не пойдем никуда сегодня вдвоем, мы хотим, чтобы наш первый раз, первый для обоих, произошел со всеми вами, вместе. Сейчас.

Ноа глубоко вдохнул, его глаза засветились желанием. Он шагнул ко мне со спины, отбросил в сторону мои волосы и выдохнул горячий воздух возле моего уха. Мэйсон переплел свои пальцы с моими, не позволяя мне отойти, а Энцо опустился на колени и обернул руками мои бедра, целуя низ моего живота сквозь худи, все еще надетое на меня.

Этан шагнул ко мне, и словно темная туча, которая, казалось, постоянно преследовала его, исчезла. Он смотрел на меня с такой преданностью и улыбался. Я улыбнулась в ответ, позволяя ужасным воспоминаниям о Джордане и этом утре испариться. И разве могла я не улыбаться такому невероятному, прекрасному, неповторимому и абсолютно идеальному способу потерять девственность?

Энцо повернулся и увидел усмешку Этана. Затем он кивнул на меня, словно разрешая ему взять то, что Этан хотел.

Этан шагнул вперед и потянулся к моему худи. Он стянул его мне через голову и увидел, что под ним ничего не было. Ни лифчика, ни трусиков, ничего кроме обнаженной кожи. Этан отбросил одежду в сторону, не сводя с меня взгляда. На самом деле, каждый из мужчин смотрел на меня с голодом, желанием и нуждой.

— Ты такая чертовски великолепная, — сказал мне Этан. Пока он говорил, Энцо скользнул ладонью по моей киске, Ноа сжал мой зад, а Мэйсон нашел мой рот.

Этан шагнул ко мне. Я разорвала поцелуй на мгновение, что сказать ему раздеться.

Но затем мои губы вернулись к Мэйсону, мой язык встретился с его, мы слились друг с другом в идеальном поцелуе. Он целовал меня медленно, он целовал меня с силой, заставляя меня раскрыться.

Этан взял мою руки и положил ее на свой твердый член; он был гладким и жестким в одно и тоже время. И большим. Таким охренительно большим.

Я застонала Мэйсону в рот, пока скользила ладонью вверх и вниз по стволу Этана.

Рот Энцо оказался на моей киске. Он пробовал меня, облизывал складочки так, как я только могла мечтать. Такой нежный, настойчивый, его рот точно знал, что делал. Я истекала для него соками, пока язык Энцо вылизывал меня, и я понимала, что мне следовало поменять место, где я стояла. В другом случае я просто упала бы на пол, совершенно растаяв в их руках.

Ноа стоял у меня за спиной, массируя большими ладонями мои ягодицы, а затем он обхватил мою талию и поднялся к груди, пощипывая соски, оставаясь позади меня. А затем я почувствовала, как Ноа разделся, а его твердый член прижался к моему заду. Соски затвердели от возбуждения, когда я ощутила его большую эрекцию, упирающуюся мне в спину.

Моя киска была такой мокрой, губы изголодались, грудь жаждала прикосновений, а член Этана, о, он был таким готовым.

Он. Мне было нужен именно он.

Я не была уверена в том, как именно все должно было происходить, но этого было и не нужно. Мужчины взяли на себя ведущие роли, словно точно знали, что нужно было делать. И я готова была поклясться, что так оно и было; они мечтали об этом моменте с тех пор, как мы встретились.

Этан потянул меня к дивану, сам уселся на него и притянул меня сверху. Слегка переживая, я оседлала его, благодарная за то, что принимала противозачаточные с тех времен, как только у меня впервые начались месячные, которые были достаточно болезненными.

Я чувствовала его член возле киски и начала придвигаться все ближе к Этану. Пока я это делала, заметила, как остальные уже оказались уже полностью раздеты, их твердые члены были такими готовыми. Я прикусила губу, понимаю, что вскоре все выйдет из-под контроля, но таким прекрасным способом.

Я заметила, как Ноа потянулся к бутылочке со смазкой и размазал гель по своему длинному стволу. Мэйсон и Энцо начали ласкать себя, пока я медленно опускалась на плоть Этана.

— Это происходит на самом деле, — произнесла я.

— Будь в этом уверена, bambino, — ответил Энцо, пока мою киску постепенно заполнял жесткий член Этана. Я дрожала, хныкала, но только от непередаваемого удовольствия. Я все глубже погружала в себя ствол Этана, отдавая ему мою девственность, пока Энцо и Мэйсон подошли ко мне, обойдя диван позади. Их члены оказались на уровне моих глаз. Ну, скорее даже на уровне рта. А позади я тоже ощущала прикосновения, и знала, что это был Ноа, потирающийся головкой члена о мой зад. Он ведь как-то сказал, что хочет овладеть мной таким образом первым из всех.

Но прямо передо мной был Этан. Такой непростой, полный тьмы, с израненной душой Этан. Его ладони пробежали по моей спине, затем по груди, прежде чем обхватить мое лицо, притягивая мои губы к его.

Наши тела сливались воедино, и я почувствовала, как горячие слезы побежали по моим щекам, когда я полностью опустилась Этану на колени. Это был тот момент, которого я ждала всю свою жизнь. Здесь и сейчас, и то, что Этан также этого ждал, делала этот момент еще более значимым.

Он смахнул мои слезы, сжимая меня в объятьях, и стоило нашим взглядам встретиться, как моя любовь к нему стала еще глубже.

Остальные ребята смотрели, как Этан целовал меня, пока моя киска была наполнена его членом. Я была рада, что они как следует растянули меня за прошедшую неделю, подготавливая к происходящему сейчас, потому что иначе мне было бы очень больно.

Моя голова упала на грудь Этана, когда меня полностью охватила магия этого момента. Все оказалось именно тем, о чем я мечтала, и даже больше. Этан был таким большим, впрочем, как и все остальные. Такой твердый и толстый, а моя киска оказалась наполнена до отказа, растянута, чтобы суметь принять его.

Мое сердце переполнял экстаз, порожденный наслаждением и восхищением. От желания, наконец, исполненного, самого потаенного, которое все же стало реальностью. Я поднял голову, и член Энцо нашел мой рот, когда я склонилась над Этаном. Я принялась сосать плоть, пока жесткий член был похоронен в моей киске.

А сзади я ощущала, как Ноа пальцем принялся растягивать мой зад. Восторг от того, что мне наполняли столькими способами, лишал дыхания. Мой взгляд упал на Мэйсона, и на мгновение я почувствовала себя виноватой, что он остался без внимания, но после я поняла, что делать дальше. Я собиралась отсосать оба члена одновременно. Я принялась ласкать напряженные яйца Мэйсона, не выпуская изо рта члена Энцо.

Это было всем для меня, и даже намного большим.

А позади Ноа добавил уже второй палец, продолжая проникать мне в зад, все глубже и глубже, пока я сотрясалась от наслаждения, мой рот наполняли два великолепных члена, и вот, наконец, мой зад оказался наполнен идеальным членом Ноа.

— Да, да, да, — стонала я, пока оргазм проносился через меня. Этан все сильнее и сильнее толкался в мою киску.

В мою девственную киску, такую готовую и жаждущую.

Это было нужно Этану. И он получил желанное.

Я двигала головой все быстрее и быстрее, притягивая член Мэйсона в рот, с силой скользила по его длине, пока рукой ласкала плоть Энцо, а затем вновь поменяла их местами, пробуя на вкус их предъэякулят, позволяя его солоноватому привкусу разливаться по языку, обещая скорое удовольствие, когда весь мой рот будет наполнен спермой.

Этан двигал бедрами, все глубже проникая в киску. Ноа все сильнее толкался членом в мой зад, наполняя меня сзади.

Мое лоно было наполнено, мой рот был наполнен, мой зад был наполнен и… о… у меня не было слов. А в какой-то момент я даже не смогла дышать. Я была настолько переполнена членами такими прекрасными способами, что не могла представить для себя чего-то лучшего.

А затем, казалось бы, столько разных оргазмов обрушилось на меня. Я кричала, умоляя об освобождении, а когда оно пришло, то все мое представление о любви пошатнулось.

Эта любовь была глубже и куда более настоящей, чем я когда-либо представляла. Чем я когда-либо мечтала.

Это было чем-то большим, это было всем.

Из моей киски стекало семя, а Мэйсон кончил в мой рот, его член все еще пульсировал у языка. Я чувствовала, как капли спермы стекали у меня по горлу. Когда Мэйсон успокоился, я обхватила губами эрекцию Энцо, с силой принимаясь сосать, пока он почти не достиг черты, и тогда я позволила ему кончить на мои грудь и лицо. Я чувствовала себя ранимой и великолепной, будучи покрытой его семенем. Он извергался на меня, содрогаясь в освобождении, пока Этан достиг мощного освобождения в киске.

Мое тело дрожало, экстаз, охвативший меня, был неимоверно силен, так же, как и у моих мужчин.

Ноа скользил во мне, приближаясь к оргазму, а затем вышел и кончил мне на зад, покрывая семенем мою обнаженную кожу.

Ноа простонал:

— Ты такая дьявольски тесная, Хлоя, и заставила меня кончить так чертовски быстро.

Когда Ноа отодвинулся, я слезла с Этана. Обхватила ладонями его лицо и мягко поцеловала. Мы только что потеряли нашу девственность друг с другом самым невероятным способом из всех возможных.

Взгляд Этана потяжелел, мужчина провел рукой по моей набухшей киске, удовольствие вновь наполнило меня от этого прикосновения. Мы только начали.

— Это слишком хорошо, чтобы быть правдой, — заметила я, проводя рукой по волосам. Члены ребят все еще были твердыми, а мое лоно трепетало. Я не могла дождаться большего.

Энцо потянул меня на пол, положил подушку мне под голову и опустился на колени передо мной — готовый к своей очереди.

— Ты готова к большему, милая?

Я даже не могла говорить, лишь кивнула, когда Энцо погрузил член в мою киску. Не произнося ни слова, Мэйсон оседлал меня, его пальцы ласкали клитор, пока Энцо наполнял лоно, ствол Мэйсона разместился между моих грудей.

Я обожала чувствовать мужскую плоть между моих упругих полушарий и мечтала о моменте, когда Мэйсон вновь покроет их семенем. Я облизнула губы, наблюдая, как он движется между моих огромных грудей. И была так благодарна за их немаленький размер.

Я улыбнулась, размышляя, что была не менее благодарна за то, что члены моих мужчин тоже были впечатляющими.

Этан и Ноа опустились на колени по обеим сторонам от меня и обхватили ладонями свои стволы, лаская себя, пока наблюдали как меня одновременно трахал Энцо и Мэйсон.

Чем быстрее вбивался в меня Энцо и Мэйсон скользил между моих полушарий, тем сильнее я заводилась от этой ситуации в целом. Я потянулась руками к Этану и Ноа, чтобы ласкать их в одном темпе с тем, что меня брали остальные мужчины.

Я гладила их эрекции, пока оба не оказались на грани экстаза, а их члены стали еще тверже, такие бархатистые на ощупь и чуть подрагивающие. Я хотела, чтобы все они кончили одновременно, трое из них на меня. Я желала, чтобы семя покрыло мои груди и соски. Мечтала быть омытой их спермой, пока киску наполняла влага освобождения Энцо. Мне были нужны все они, каждый из них на мне и во мне одновременно.

Мэйсон все еще был сверху, он чуть потянулся рукой назад и принялся потирать мой клитор, такой влажный и напряженный, заставляя меня извиваться под ним, не способной думать ни о чем, пока мощный оргазм овладевал всем моим телом.

Когда он обрушился на меня, все превратилось в абсолютное безумие. Я тряслась, плакала и улыбалась в одно и тоже время.

— Это больше, чем я мечтала, — простонала я.

— О Боже, Хлоя, — произнес Энцо. — Ты истекаешь влагой, твоя киска такая мокрая, ты кончаешь, так… о да… — он зарычал и тоже шагнул за грань.

Но я все еще хотела больше. Я хотела целой вечности.

Энцо кончил и вынул свой все еще твердый член из меня, а Мэйсон отодвинулся в сторону, чтобы не раздавить меня своим весом.

Все четверо посмотрели на меня, мое тело было совершенно раскрыто перед ними, и я точно знала — им нравилось то, что они видели. Мы все начали усмехаться, точно дураки. Полностью сраженные и абсолютно влюбленные.

— Мы же собираемся сделать это снова, да? — спросила я моих любовников.

— О, Хлоя, — сказал Этан. — Мы вечность будем этим заниматься.

И при этих словах я опустилась на четвереньки, откинула волосы с лица за спину, а после мое тело вновь наполнили самые потрясающие члены, о которых можно было только мечтать.

ЭПИЛОГ

Хлоя

ТАК МНОГО ВОСПОМИНАНИЙ из моего прошлого были наполнены страхом.

Воспоминания о матери, прежде чем меня забрали в детский дом? Ни одно из них не было милым.

Множество воспоминаний о приемных домах, где я проводила года… издевательства в школе… одиночество и изолированность. Невозможность довериться консультантам, которые говорили, что пытаются помочь или социальным работникам, которые обещали, что все будет в порядке.

Я не могла им верить, потому что они были не правы.

Ничего не бывает всегда в порядке.

Часто обстоятельства складываются не лучшим образом, а жизненный путь не прост.

А порой все ломается, и починить ничего нельзя.

Случается, что жизнь бьет тебя так, что фактически ничего не остается.

Но в рукаве у судьбы всегда остается припасенная карта.

Потому что эти тяжелые времена могут принести тебе что-то более прекрасное, чем ты когда-либо верила.

Даже из разбитых обломков, может возродиться что-то по истине прекрасное.

Что касается меня, я нашла подобное в руках Мэйсона, Энцо, Ноа и Этана.

Я думала, что, возможно, вселенная играла со мной, дав лишь вкусить то, что я на самом деле хотела — а после позволила Джордану похитить меня.

Я полагала, конечно же, что Джордан вернется и попробует забрать меня из того места, где я впервые почувствовала себя в безопасности. И, разумеется, Джордан нашел меня и попытался увезти от той жизни, которую, я только поверила, что могу иметь.

Но затем, словно солнце выглянуло из-за туч, точно свет в конце тоннеля… мои мужчины пришли за мной.

Мной.

Они сражались за меня.

Они не позволили Джордану победить. Они не позволили ему помешать им сделать меня своей.

А я принадлежала им.

Я знала, что многие люди не поймут этих отношений. Не поймут того, как я смогла разделить свое сердце на четыре одинаковых части и предложить каждому из этих мужчин… предлагая тем самым всем им мое сердце целиком.

Каждому из них.

Но я понимала, что именно такой и была любовь.

Это значило позволить себе то, на что ты никогда не думал, что будешь способен.

Сердце — оно словно вода, которое расширяется, когда ее подогревают. Этот закон верен и для любви.

Я отдалась этой, горячей словно ад, страсти и обнаружила, что огонь, горящий во мне для этих мужчин, лишь позволил моему сердцу стать еще больше.

Настолько больше, что я никогда ранее не думала, что это будет возможно.

— Что ты там делаешь, копуша? — спросил Ноа, просовывая голову в гостевую комнату.

Я застегнула молнию на сумку, наконец, закончив ее паковать. Эта сумка стала одной из многих вещей, что парни купили для меня. Самое невероятное, что они приобрели полностью новый гардероб. Ребята сказали, что настало время, когда у меня должна появиться подходящая одежда… а не те несуразные вещи, которые я забрала из домика у бассейна.

Когда мы признались друг другу в любви и договорились, что пока я остаюсь тут, я подумала о том, чтобы забрать свою одежду, сданную на хранение. После колледжа, прежде чем отправиться в путешествие с Джорданом, я собрала все свои вещи, не совсем уверенная, куда поеду после возвращения.

Но ничего из моих вещей не подходило для жизни у пляжа, а именно такие наряды мне понадобятся в ближайшем будущем. Так что сандалии, сарафаны, бикини и шорты вот и все, чем я фактически теперь владела.

— Я готова, — сказала я Ноа, склоняясь для поцелуя. Его губы были теплыми, словно солнечные лучи. — А вы, ребята?

Ноа кивнул, забирая у меня сумку и начиная спускаться по лестнице. Я последовала за ним, бросив последний взгляд на гостевую комнату, которая подарила мне столько минут покоя в последние несколько недель.

Стоило мне только оказаться на кухне, как я увидела вещи ребят, сваленные в кучу. Доски для серфинга и видео оборудование. Ноутбуки в сумках и вещевые мешки, набитые веревками и карабинами. Все снаряжение для путешествий было собрано.

— Звучит безумно, но у меня вещей значительно меньше, чем у каждого из вас, ребята, — поддразнила их я.

— Ты только начинаешь, бьюсь об заклад, что после того, как мы еще пару раз возьмем тебя на шоппинг, ты окажешься наравне с нами, — сказал Этан, ухмыляясь, а затем игриво шлепнул меня по заду, закидывая на плечо сумку, чтобы погрузить ее в фургон, который должен был отвезти нас в аэропорт.

С тех пор, как мы начали спать вместе, Этан все больше и больше выбирался из своей раковины. Мне нравилось видеть эту открытую и готовую идти на встречу часть его.

— Эй, мы хотим тебе кое-что показать, — произнес Энцо. — Это важно.

Я нахмурилась.

— Что?

— Маленький подарок, вот и все, — сказал мне Мэйсон.

Я приподняла бровь, не имея ни малейшего понятия о том, что это могла быть. Но затем Этан вытащил свой ноут и открыл программу для просмотра видео.

— Сначала шампанское, — бросил Энцо, доставая бутылку из холодильника и откупоривая пробку.

Я посмотрела на него с удивлением, когда Энцо схватил пять бокалов и наполнил их.

— Вы серьезно, парни, собираетесь пить со мной этот сладкий напиток? — я безжалостно дразнила их за то, что они никогда не отступали от своих рационов.

Они говорили, что моя киска достаточно сладкая, и это безусловно заставляло меня краснеть. Но, что греха таить, эти слова мне нравились.

— Да, Хлоя, — ответил Ноа, протягивая мне бокал, его глаза сверкали. — Ты очень плохо на нас влияешь.

Мэйсон рассмеялся.

— Да, Хлоя, ты ужасно нас портишь.

Я усмехнулась, приподнимая свой напиток.

— Итак, за что мы пьем?

— Мы пьем за тебя, — твердо сказал Этан.

— За меня?

Все четверо кивнули.

— Да, Хлоя, — ответил Мэйсон. — Ты самая потрясающая женщина из всех, что мы когда-либо встречали.

— И мы хотим поблагодарить тебя за то, что ты дала всем нам шанс, — добавил Энцо.

— Ты говорила, что твоя жизнь состояла сплошь из плохих воспоминаний, но мы хотим, чтобы ты знала, так больше не будет, Хлоя, — сказал Этан. — Сейчас в ней появится также и множество хороших.

Он нажал кнопку запуска видео на компьютере, и то, что я увидела дальше, заставило почти сразу слезы набежать мне на глаза.

На заднем плане играла песня Тейлор Свифт «Love Story». Лирическая, мелодичная, романтичная и милая, но не от нее у меня перехватило дыхание.

Именно смонтированное ребятами видео заставило меня пролить слезы.

В нем было запечатлено все время, что мы провели на Ямайке.

Вот я, стоящая впервые на серфинге, пытающаяся поймать волну, и Мэйсон, смеющийся надо мной. Кадры, где мы с Энцо занимались скайдайвигном и прекрасный остров вокруг нас. На экране появились моменты, как я прыгаю с веревки в водоем под водопад после того, как мы взбирались наверх с Ноа.

А тут мы с Этаном обнимались в аэропорту, на следующее утро после того, как они спасли меня. Этан держал меня так крепко, обещая, что никогда не позволит мне уйти.

Потом последовали фрагменты, где Мэйсон готовил нам ужин. Мы стояли вокруг стола и улыбались, когда он предложил тост в мою честь. На других кадрах Ноа боролся со мной на песке, мы толкали друг друга в волны, играя.

А вот момент, когда Энцо притянул меня в объятия, и мы танцевали на крыльце. После мы с Ноа сидели на кушетке, и он обучал меня играть на PlayStation, у меня ничего не получалось, но он лишь подшучивал надо мной.

Кто-то снял, как мы с Этаном, держась за руки, шли по пляжу во время заката, а вот Энцо, красящий мне ногти на ногах, а после нелепые кадры со всеми нами, где мы пытаемся снять селфи при помощи селфи-палки.

Но даже на простом видео все было так совершенно.

Каждый кадр и воспоминание.

Все перед моими глазами расплывалось к концу ролика — все что я могла видеть — это любовь.

Любовь глубокая и беззаветная, точно, как учила мать Энцо.

Я притянула всех четверых в объятия, потому что кое-что в мире не требовало слов.

Они знали, что мне понравилось видео, потому что улыбались как дураки. Но именно поэтому я так и сходила по ним с ума. Они совершенно не собирались прятать того, что испытывали ко мне.

И, конечно, же я тоже не хотела скрывать своих чувств.

После того как Мэйсон протянул мне салфетку, он поинтересовался не голодна ли я.

— Я могу приготовить тебе что-то перед отъездом, если ты голодная.

Я покачала головой.

— Нет, сейчас я не могу есть. Не считая того, что мои эмоции несколько смешаны, я еще переживаю из-за поездки.

— Тебе понравится Таити, — сказал Энцо, обвивая руками мою талию и целуя в шею. В голове тут же вспыхнуло воспоминание обо мне и Энцо прошлой ночью. Он приготовил мне ванну, и мы занимались любовью среди лепестков роз при свете свечей. Это было роскошно, если не сказать больше.

Видите? Хорошие воспоминания занимали место плохих… мое будущее будет совершенно не похожим на прошлое.

После нашего первого раза вместе, я спала со всеми ребятами по очереди, наши тела запоминали друг друга, и я поняла, что только начинала понимать, что такое на самом деле секс.

Но мне нравилось то, что я узнавала.

— Я не могу поверить, что вы на самом деле берете меня с собой, — сказала я, качая головой.

— Прекращай, — ответил Мэйсон. — Мы никуда не поедем без тебя. Теперь ты наша. Наша девственница.

Я прикусила нижнюю губу, краснея. Мне нравилось, как они меня называли — наша девственница — хотя сейчас ей уже и не являлась.

— Ну, я тоже волнуюсь, — призналась я. — Я всегда мечтал побывать на Таити.

— А после… мы поедем туда, куда нас понесет ветер, — сказал Ноа. — В этом вся прелесть нашей работы, мы ездим по всяким экзотическим местам, снимаем удивительные видео, а теперь еще и проводим все свое время с самой красивой девушкой из всех, что когда-либо знали.

— Я люблю вас, — сказала я им.

Ребята сжали меня в своих руках, а я сопротивлялась желанию потянуться к застежкам их штанов, обхватить члены и вновь окунуться в сумасшествие группового секса. Это прекрасно, но совершенно не быстро. Каждый раз, когда мы начинали, то твердо знали день — и ночь за ним — мы будем потеряны для всего остального. А сейчас я помнила, что нас ждал самолет.

— Я лучше отойду от вас, прежде чем все выйдет из-под контроля, — сказала я, рассмеявшись.

Ноя приподнял бровь.

— Мы можем выйти из-под контроля, как только сядем в самолет.

Я покачала головой, но знала, что он был совершенно прав.

— Это звучит идеально.

Ребята отступили, поправляя штаны, и я почувствовала себя такой красивой, желанной и обожаемой. Все эти четверо мужчин возбуждались, лишь обнимая меня.

Я не знала, почему была такой удачливой.

Как эта невероятная сказка стала моей жизнью.

Но так оно и было.

Эти мужчины доказали мне, что сделают все, чтобы защитить меня, а в ответ я буду любить их всем своим сердцем.

Конец

Больше книг на сайте - Knigoed.net

Notes

[

←1

]

Красавица (итал.)

[

←2

]

Малышка (итал.)

[

←3

]

Прекрасная (итал.)

[

←4

]

Игра — симулятор футбола

[

←5

]

Сокровище (итал.)

[

←6

]

Любимая (итал.)

[

←7

]

Сладкая (итал.)