***
Практически весь день я провел в библиотеке за любимым последним столом. Он был спрятан за бесконечными книжными полками и имел лишь один недостаток — плохо освещался. Я сидел, словно за ширмой, собранной из полного собрания томов Энциклопедии Британники. Зато все преимущества моего излюбленного места значительно перевешивали единственный минус — мне было уютно, спокойно, и сквозь щели в книжных стеллажах я без труда наблюдал за происходящим в библиотеке. Вот Урсула — мой друг и незаменимый советчик. Если бы не она, то я бы никогда не получал редких книг на руки. Вот миссис Авелин — одна из моих учителей. Почему-то она часто проводит тут время, хотя я редко вижу ее читающей книгу. Как всегда, знакомые и незнакомые лица ребят: кто-то спорит, толкается, кто-то вдумчиво выбирает беллетристику, кто-то подыскивает материалы для реферата, некоторые, как я, делают домашнюю работу. Отчего-то я решил в комнату пока что не возвращаться, а все пробелы в своей учебе заполнить здесь. И в один момент я так увлекся грамматикой, что не заметил на себе любопытного взгляда. Незнакомку выдал шорох, я поднял голову и увидел девушку, наблюдавшую за мной сквозь щель в книжной полке. Поняв, что я заметил ее, она поспешила отстраниться, но пыльный корешок энциклопедии заставил ее чихнуть. Тогда, совсем смущенная, она прижалась спиной к стеллажу и замерла.
— Привет… — неуверенно произнес я и поднялся со своего места. Со мной никогда не происходило ничего подобного, поэтому я действовал наугад, боясь спугнуть незнакомку. Судя по всему, она была ученицей средней школы — миниатюрная, прелестная и очень кукольная, девушка сразу показалась мне приятной. Особенно нравились мне ее русые вьющиеся волосы, цветом немного ударявшиеся в медь.
— Привет, — смущенно произнесла она, и в этом отчего-то я увидел недавнего себя. Нет, подумать только, я ведь почти перестал краснеть из-за глупостей, стал тверже и уверенней в себе. Влияние Дарси или взрослею?..
— Ты, наверное… меня искала… — попытался подобрать слово получше я. Конечно, «следила» напрашивалось само собой, но было бы не совсем верно начинать беседу с обвинений.
— Да, Нил. Ты ведь Нил?
Ну и красота: кожа — фарфор, зеленые глаза — июль, веснушки — россыпь янтаря.
— Нил Джонатан Уэбб, — энергично закивал я. Нет, зря я заикнулся про отсутствие у себя смущения — девушка напоминала мне книжную героиню, и я тут же зарделся от восхищения.
— Меня зовут Люси, — произнесла незнакомка, потупившись, и я обратил внимание на ее руки, сминающие листок. Снова дежавю. Где я подобное уже видел?..
— Я чем-то могу помочь тебе?
— Да, — как-то невнятно пробормотала девушка, вконец порозовев от смущения. — Ты ведь сосед Арлена?
Я кивнул, а она продолжила:
— Передай ему вот это от меня. Ладно?
«О, черт…» — мысленно выругался я, но не принять послание не смог. Люси смотрела на меня глазами, полными светлой надежды и восторга. Видимо, она не ожидала, что я, старшеклассник, да еще и парень, соглашусь на такую авантюру. Признаться, я и сам был не рад, но, вспоминая историю Леоны, чувствовал, что во мне скандирует внутренний альтруист. «По-мо-гай! По-мо-гай!» — повторял он в моей голове, и я тут же улыбнулся новой знакомой, заверив ее:
— Конечно, положись на мою помощь…
Через полчаса я, гордый тем, что выполнил все до единого задания, возвращался в нашу с Дарси обитель. В мыслях я все еще поласкал моменты встречи с Люси — она, вместе со своей запиской, не отпускала меня. Листочек, сложенный вдвое, все еще лежал в моем кармане, и выбросить его было бы полным свинством. «Я был так странно дружелюбен, — боязливо рассуждал я по пути. — Верно, она решила, что это специально. Ну, посмеяться над ней хочу или вроде того…» Тихонько я скользнул за дверь без стука, и, не успев оглядеться по сторонам, почувствовал, как со спины меня прижали к себе мощные руки. Шеи тут же коснулись огненные губы, и я затрепыхался, словно бабочка, чувствующая иглу коллекционера.
— Пусти, пусти, Арлен…
— Еще чего, — усмехнулся в ответ он, шумно вдыхая запах моих волос. — У тебя идеальный запах.
— Все это хорошо, — не прекращал протестовать я, — но послушай…
— Да говори уже, — с раздражением отозвался он и резко отпустил меня, отчего я пошатнулся и чуть не упал. Но, нет, успел опереться спиною на дверь и повернуть замок.
— Гляди, — достав из кармана записку, я протянул ее Дарси. — Тебе передала ее девочка, которой ты сильно нравишься.
— Выброси, — без всяких эмоций произнес мой сосед и начал разматывать наушники от своего плеера.
— Но эта записка написана тебе. Мне кажется, ее автор вложила душу в слова.
— Чушь. Ненавижу все эти дурацкие записки. Как в младшей школе. Она бы еще на глиняной дощечке чего-нибудь нацарапала.
Нет, Арлен был неисправим.
— Мне кажется, ты должен написать ей ответ.
— Тебе кажется, — жутковато поморщившись, ответил парень.
— Да нет же, — я сбросил обувь и влез на кровать своего соседа, размахивая листом бумаги у того перед лицом. — Вот, слушай: «Арлен Дарси, мне кажется, я влюблена в тебя. В последнее время не могу думать ни о ком, только о тебе. Пожалуйста, ответь, если сочтешь нужным. Буду ждать. Люсия Доверберг.»
— Я не счел нужным. Все, выбрасывай. Зачем ты вообще взял это? Мне не нравятся девушки, Нил…
С этими словами он приобнял меня за плечи — в этом жесте не было ничего отвратительно-романтичного. Скорее это выглядело очень по-дружески. Но я-то знал с какими чувствами Арлен делает это. Я перестал приставать к нему, и через минуту парень расслабился. Тогда я снова решил продолжить пытку уговорами.
— А представь, если бы ты кого-то любил. И написал ему письмо. А оно не пришло бы ему. Никогда.
— Ладно, — вдруг сорвался Дарси, и я даже вздрогнул, чуть отстранившись. Я не успел сказать ничего особенного, как нечто повлияло на него — он изменился в лице, задумался, напрягся. Но момент упускать было нельзя. Я вручил парню ручку и велел написать на другой стороне что-нибудь разумное. «Прости, девочка, мне нужен только Нил» — вывел он, но я тут же выхватил листочек и, возмущенный, скомкал его. Арлену нравилось валять дурака. Иногда все-таки он умел становиться несерьезным.
С горем пополам, минут через пять мы общими усилиями смогли написать не совсем обидный отказ. Взамен на сомнительную услугу Дарси потребовал немногого — легким усилием он накрыл мое тело своим, чем полностью обездвижил, и впился в меня губами. Порой такая настойчивость пугала меня, но получал удовольствие я не меньшее. С повиновением я ответил на поцелуй, а мои руки скользнули под рубашку парня — обжигаться о его тело было безумно приятно. И вновь аромат мяты, исходивший от его кожи, одежды и волос. Через сотню мгновений, когда наши губы налились кровью, а все звуки вокруг слились в обоюдный хриплый стон, парень приподнял меня. Я сразу заподозрил что-то неладное, и мои догадки подтвердились, когда на голову легла тяжелая ладонь — требовательно Дарси заставлял меня спуститься. Я сполз на пол, и только тут до меня дошло…
— Ты, правда, думаешь это необходимо?
— Давай жалюзи закроем, если ты смущаешься, — Арлен опустил на пол ноги и двумя пальцами приподнял мой подбородок. Как же властен был его взгляд в тот момент…
— Да нет, — замялся я, с тихим ужасом наблюдая за тем, как возлюбленный расстегивает ширинку. Боялся я скорее не самого действия, а того, что я не представляю, как это вообще делается. «С другой стороны, — убеждал себя я, — ты знаешь, насколько это приятно. Неужели ты не можешь хотя бы попытаться доставить такое же наслаждение Арлену?»
— Тогда чего не так?..
— Все так, — расслабленно выдохнул я, и, подхватив ладонь Дарси, прижал ее к своей щеке.
Мне было немного страшно — признаться, сперва я не был уверен, что фаллос Дарси поместится у меня во рту. Но, как оказалось, это и не требовалось. Ладонью я обхватил алый пульсирующий ствол и, зажмурившись, губами опустился на мясистую обнаженную головку. Я не мог видеть, но мог только представить лицо Арлена в тот момент — я слышал, как он подавил стон и шумно выдохнул, телом подавшись вперед. Тогда я тоже попытался расслабиться. Губы опустились ниже — я будто чувствовал на них огонь, а руками я помогал себе, осторожно двигая крайнюю плоть. Ладонь Дарси опустилась на мою голову, будто требуя захватить губами член еще больше. Буквально через минуту, стоило только ускорить темп, я закашлял и отстранился — с моих губ прямо на футболку стекали скользкие солоноватые дорожки спермы. От удивления я сглотнул все, что осталось во рту, и, взглянув на Арлена, произнес:
— Пойду, отнесу твой ответ Люси.
***
В первую субботу января в «Хартвуде» назначался день уборки. Для персонала это был отличный способ заставить избавиться от мусора таких, как, например, Гаррет. И даже самый фанатичный чистюля был обязан хотя бы протереть полки. Что касается меня, то прибрался в комнате я довольно быстро: в мусорное ведро полетели старые тетради, черновики, всякая сломанная мелочевка и одежда, которую уже надевать было стыдно. Все это я утрамбовал в большой пакет, выданный комендантом, и оттащил этот мешок к заваленным мусорным бакам. Когда я вернулся, Арлен закончил подметать полы и теперь кропотливо чистил свой пушистый коврик, измазавшись в густой пене. Выглядел парень в спортивном костюме и такой позе довольно забавно, но открыто смеяться я струсил. Мне всегда казалось, что возлюбленный лишен самоиронии. Внезапно я споткнулся о несколько коробок, которые тут же узнал — при переезде Дарси сунул их под кровать и ни разу не доставал за все время, что жил здесь. По-видимому, барахло, с которым было жалко расставаться. День уборки — именно тот момент, когда можно найти в себе силы отказаться от старых ненужных вещей.