Без названия

Любое копирование текста без ссылки на группу ЗАПРЕЩЕНО!

Перевод осуществлён исключительно в личных целях, не для коммерческого

использования.

Автор перевода не несёт ответственности за распространение материалов

третьими лицами.

Авторы: Кассандра Ди

и

Кендалл Блэйк

Книга: Напиши мне

Серия: Вне серии

Внимание! Рейтинг: 18+

Переводчики: Julianne (1-7 гл.), Тамара (8-14 гл, эпилог)

Редактор:|Маргарита

Вычитка: Марина

Обложка: Иришка

Перевод группы: Сказки для взрослых девочек| OLIVIA & JORDAN

Аннотация:

Дженни.

Я застенчивая девственница. Поэтому и регистрируюсь в онлайн-приложении сайта знакомств, но… для меня становится полной неожиданностью, что парень, с которым я знакомлюсь на сайте и веду горячую переписку – мой великолепный сосед. И… бывший заключенный!

Дженни – застенчивая девственница, которая проводит свободное время за чтением любовных романов. Для того чтобы, наконец, найти героя своих грез, она присоединяется к ChatWorld – новому сайту онлайн-знакомств. Ей кажется, что так у нее больше шансов найти его… особенно, когда начинает переписываться со слишком хорошим мужчиной.

Трент вернулся из тюрьмы и ведет скучную, размеренную жизнь в пригороде. Он заприметил свою милую соседку, но, как бывший зэк, понимает, что Дженни заслуживает лучшего. Поэтому обращается к ChatWorld и знакомится с девушкой, но знакомство оказывается разрушительным, когда он узнает, что девушка, с которой вел переписку, – девственница из соседнего дома... чья мама зашла слишком далеко!

Глава 1

Дженни

— У меня для тебя сюрприз! — кричит Вивиан из коридора, хлопая входной дверью. Она как ураган врывается на кухню, стуча каблуками дешевых туфель по плитке, и из-за этого я чуть ли не роняю противень с печеньем, который собиралась поставить в духовку. Большинство мам носят скечерсы (прим.: второй по величине американский бренд кроссовок) и бесформенные кардиганы, но только не Вивиан. На ней красуется обычная одежда для йоги, которая подчеркивает достоинства фигуры, а ее белокурые локоны собраны в сексуальную прическу. Она останавливается на полпути ко мне и неодобрительно смотрит на противень.

— Дженни, — недовольным тоном начинает мама. — Почему ты печешь печенье в пятницу? Разве ты никуда не собираешься?

Я пожимаю плечами и, поставив противень на среднюю решетку, закрываю духовку.

— Куда, например?

— На вечеринку? Свидание? Домой к подруге? Да хоть куда! — раздраженно выдыхает Вивиан.

Стараюсь не обращать внимания на ее гнев, вытираю свои испачканные в муке руки и протягиваю их к сюрпризу, которой она держит. Уже устала объяснять маме, как мне нравится моя собственная компания, и что я не заинтересована во всех этих подростковых бреднях, но она просто не понимает.

— Что это такое? — спрашиваю я, игнорируя ее комментарии, и открываю коробку.

— Это платье, — вздыхает Вивиан.

— Вижу, — отвечаю я, — но зачем?

Вивиан закатывает глаза.

— Ну, конечно же, чтобы ты могла его надеть и сходить туда, где весело!

Смотрю на платье: черная шелковистая ткань выглядит намного сексуальнее, чем все вещи, которые я когда-либо для себя выбирала. Мы с Вивиан такие разные, и думаю, она меня никогда за это не простит. Мою маму – загорелую, стройную блондинку – многие мужчины считают секс-бомбой. Никто не верит, что я ее дочь. У меня, в отличие от нее, коричневые вьющиеся волосы, молочная кожа, и я совсем не худышка. Природа наделила меня щедрыми изгибами, которые давали мне множество причин для стеснения. В конце концов, моя грудь в четыре раза больше, чем у Вивиан, а широкие бедра и задница никогда не будут соответствовать размеру ее джинсов. Что там говорить, даже мои руки больше, чем все ее тело.

И все же, это платье – не совсем то, что мама носила бы сама. Она явно приложила много усилий, чтобы найти вещь, которая по ее мнению мне понравится. На платье все еще была бирка. Должно быть, Вивиан просто ходила по магазинам, когда наткнулась на него.

— Мама, — говорю я, улыбаясь, ощутив внезапный порыв любви. — Это так мило, но мне некуда его надеть.

Вивиан нетерпеливо жестикулирует, показывая на платье.

— Дело в том, что теперь, когда у тебя есть платье, ты обязательно найдешь, куда в нем пойти. Именно для этого созданы маленькие черные платья.

Конечно, я не думаю, что это так, а еще, что маленькие черные платья должны быть такими короткими, но оставлю свое мнение при себе.

— Спасибо, — осторожно говорю я, прежде чем вернуть ей платье. Она недоверчиво смотрит на меня, когда я возвращаюсь к тесту и начинаю готовить второй противень печенья.

— Дженни, — говорит Вивиан, пытаясь изобразить строгий материнский голос, но у нее никогда это не получалось. — Это лучшие годы в твоей жизни. Ты старшеклассница! Ты должна веселиться! Ходить на вечеринки! Черт, ты можешь даже иногда нарушать правила!

— Большинство родителей были бы рады узнать, что их ребенок учится на одни пятерки, вместо того, чтобы напиваться на вечеринках, мама, — возражаю я.

Она фыркает и складывает на груди свои тонкие жилистые руки. Я смотрю на нее с обвинением во взгляде, не в силах скрыть боль в своем голосе:

— Благодаря своим пятеркам я поступлю в колледж. Ты же знаешь, что это мой единственный шанс получить стипендию.

Вижу, как Вивиан меняется в лице и понимаю, что ей хоть немного, но стыдно.

— Знаю, Дженни. И горжусь тобой, но общение тоже важно. В смысле, посмотри на меня! Мне тридцать шесть, но я такая же общительная, как в двадцать один! — гордо заявляет она.

Я сопротивляюсь искушению закатить глаза, потому что моя мама также три раза была замужем и три раза разводилась. Весело, правда? Но она просто не понимает этого и продолжает на меня давить.

— Так как насчет веселья? Я имею в виду мальчиков, Дженни. Мальчиков. Ты когда-нибудь раньше целовалась?

Мое лицо заливается краской, я фокусируюсь на маленьких фигурках из теста, которые выкладываю на противень.

— Ну? — настаивает она.

— Ты же знаешь, что нет, мама, — бормочу в ответ.

— Все в порядке! — быстро восклицает Вивиан, излишне сочувственным тоном, который предполагает, что все вовсе не в порядке, — но думаю, ты захочешь покончить с этим прежде, чем пойдешь в колледж, не так ли?

Ну вот, снова началось. Я позволила ей говорить о важности потери девственности перед поступлением в колледж, но все не так просто. Потому что хочу дождаться кого-то особенного. Кого-то, кто действительно заставит меня истекать влагой и умолять заняться со мной сексом. Вивиан же другая. Я родилась сразу после того, как мама окончила школу, думаю, что она сожалеет о моем раннем появлении на свет. В результате, хочет, чтобы я сделала все немного по-другому, например, оторвалась по полной программе, пока одинока.

Дело в том, что мы с мамой совершенно разные, но это не значит, что меня не интересует секс. Просто до сих пор ни один из прыщавых мальчиков в школе не вызвал у меня желания. Мне нужен мужчина. Большой и сильный, с мускулистыми руками и низким голосом, который знает, что делать с моим телом, который возьмет меня. Мужчина, у которого был бы огромный, толстый член и который должен быть похож на мужчин из моих любовных романов.

Ну, кого я обманываю? Романы – всего лишь фантазии. Таких мужчин не существует. И даже если бы они были, то никогда бы не заинтересовались пышным ботаником Дженни Мартин.

Хотя, думаю, что все же такой парень есть, он только что переехал и живет с нами по соседству. Его зовут Трент. Однажды я подсмотрела его имя на письме, лежащем в почтовом ящике. Держу пари, он прекрасно оснащен ниже пояса. Он очень скрытный, я видела его всего пару раз, но при каждой нашей встрече чувствовала ту похоть, которую испытывала при чтении любовных романов. Их сюжеты как будто оживали в реальности. Впервые мы с Вивиан его увидели, когда выгружали сумки с продуктами из машины, а он чинил свою машину на подъездной дорожке. Трент был без рубашки, демонстрируя всем невероятно мускулистый торс, покрытый татуировками. Его черные волосы были зачесаны назад и блестели на солнце. Одна прядь упала на лоб, пока он возился с двигателем. Вивиан споткнулась и практически выронила бумажный пакет, когда подошла к нему поздороваться. Я же готова была провалиться под землю. В конце концов, это была моя мама.

С того дня я больше его не видела. Если уж быть до конца честной, то Трент – самый горячий парень, которого я когда-либо видела, и стоит признаться, что при виде него невероятно возбуждаюсь.

Но вернемся к проблеме.

— По крайней мере, примерь его ради меня, — просит Вивиан, и понимаю, что пропустила все, что говорила мама, но скорее всего она и не заметила.

— Зачем, мама? — спрашиваю я, заполняя второй противень и помещая его в духовку. От аппетитного запаха почти готового печенья у меня текут слюнки.

— Хотя бы попробуй. Хочу увидеть, как оно будет на тебе смотреться! Один раз! Даже если ты слишком неблагодарная, чтобы его носить, — парирует она, и я закатываю глаза.

— Хорошо, — сдаюсь я, развязываю фартук, выхватываю платье из рук Вивиан и направляюсь в свою комнату.

Я нетерпеливо расстегиваю и сбрасываю свои джинсы. Затем снимаю через голову футболку. Стоя перед зеркалом в полный рост, осматриваю себя в нижнем белье. Ох, сколько складок. Недовольно морщусь и поспешно натягиваю черный шелковистый материал, но, к моему большому неудовольствию, платье заканчивается чуть ниже задницы.

«Отлично», — думаю я. — «Спасибо, мама», но внимательнее рассмотрев себя, понимаю, что оно мне идет.

Мои руки может быть и полные, но плечи – маленькие, а еще у меня есть талия, и именно это выделяется платьем. Большие сиськи не стиснуты материалом, что происходит с большинством платьев, которые я пробовала носить. Они подчеркнуты невероятно низким вырезом, а снизу и с боков поддерживаются тканью. Материал так облегает живот и широкие бедра, что я больше похожа на Диву, чем на выброшенного на берег кита. Верчусь, чтобы полюбоваться своей большой задницей и приятно удивляюсь, как красиво смотрится, что материал просто заканчивается под ягодицами. Платье не выглядит распутно, и мне интересно, что бы сказал тот парень, Трент, если бы увидел меня в нем. Что бы он сделал? Дрожь пробегает по моему телу... потому что я отчаянно хочу это узнать.

Глава 2

Дженни

— Ну как? — за дверью моей спальни раздается приглушенный возглас Вивиан, который напугал меня. Я начинаю стягивать с себя платье.

— Ну? — настаивает она.

— Думаю, отлично, — вру я.

— Не хочешь показать мне? — продолжает она.

— Может, в другой раз! — отвечаю, натягивая обратно свою одежду. Неожиданная мешковатость утешает. О чем я только думала, надевая такое платье?

— Ты такая неблагодарная! — раздраженно говорит Вивиан и уходит. Я закатываю глаза, открываю дверь и выглядываю. Мама ушла. Наконец-то оставила меня в покое.

Я останавливаюсь, глядя на платье, и думаю, может надеть его обратно и случайно пройтись перед открытым окном? Что бы сделал наш сосед-работяга, если бы увидел меня в нем? Но когда выглядываю в окно, из которого открывается прекрасный вид на его задний двор, бассейн и остальное, то вижу, что соседа там нет. Вздыхая от досады из-за такой нелепой идеи, вешаю платье в шкаф. Вивиан должна его вернуть.

Учитывая то, что я сохну по Тренту, возможно, мама права. Может, пришло время действовать. В конце концов, я этого хочу, и сосед меня никогда не заметит, если продолжу читать любовные романы и фантазировать о нем. Не хочу быть жалкой толстушкой.

И все же, знаю себя слишком хорошо и понимаю, что мамин метод: вечеринка, знакомство с парнем и перепихон, – со мной не сработает. Учитывая, что я была тихоней в средней школе, это привлечет ко мне огромное внимание. И если бы все-таки пошла на безумную школьную вечеринку, то все равно существует проблема – меня не привлекают тощие старшеклассники. Нет. Если мне нужен большой, сильный, привлекательный парень, придется пойти другим путем – онлайн-знакомства. Я застенчивая соблазнительная девственница, которая хочет настоящего мужчину. Существуют специальные приложения! Верно? Господи, очень на это надеюсь.

На меня снизошло озарение, я сажусь за ноутбук и начинаю искать хороший сайт знакомств. Не хочу такое приложение, где нужно лишь провести пальцем вправо или влево. Это же избито до смерти! Должны быть новые приложения для неопытных в таких вещах людей. Для людей, которые хотят создать аватар и хоть немного узнать человека перед первой встречей. Не просто приложение для легкого поиска перепихона. Ага... а это что такое? ChatWorld. Хм, может оно подойдет?

Честно говоря, я немного не уверена, потому что у меня нет опыта работы с сайтами знакомств, но этот выглядит приличным. Три миллиона членов, анкеты мужчин, которые успела посмотреть, кажутся настоящими. Я слышала, что на таких сайтах иногда создают поддельные профили для привлечения новых пользователей. А когда вы общаетесь с этими «людьми», они никогда не отвечают, потому что они просто кликбейты (прим. clickbait – уничижительный термин, описывающий веб-контент, который использует сенсационные заголовки или привлекательные картинки для увеличения числа кликов и поощрения распространения материала через социальные сети и Интернет). Я не хочу влюбиться в такого мужчину.

Но не похоже, что ChatWorld занимается подобным. Люди на аватарках привлекательные, но не настолько, чтобы можно было подумать, что они фальшивые. Плюс, кажется, здесь хорошее соотношение мужчин и женщин. Сайты, где больше мужчин, чем женщин, – плохая идея, потому что женщин заваливают непристойными предложениями. Ух, такое не по мне.

Я потихоньку начинаю заполнять профиль. Как мне себя назвать? Думаю, отлично впишусь с чем-нибудь вроде ДжейнДжейн или ДженниБенни, но это слишком похоже на мое родное имя. Поэтому я пишу ВлюбленноеСердечко. Отстойно! Но что поделать. Не похоже, что из этого что-то получится.

Далее нужно заполнить свои данные, и тут мое сердце замирает. Фигура? Стоит ли выбрать «пышная»? Я обхватываю свои груди маленькими руками и вижу, как они переваливаются через запястья. Это груди «пышной» или «большой» девушки? А что, насчет моей задницы? Я не хочу вводить людей в заблуждение. Я съеживаюсь, когда представляю мужчину, который ожидает девушку, похожую на Ким Кардашьян, а получает меня с целлюлитом и складками. Поэтому со всей честностью ищу «большой» параметр в меню, но он не доступен. Что ж, остановлюсь на «пышной».

Пролистав фотографии на телефоне, осознаю, что мне не нравится мое лицо или тело, не говоря уже о массе людей, которые увидят фото. Размещение фотографий в социальных сетях – одно, а в приложении для знакомств – совсем другое. Я дрожу. Вместо этого, фокусируюсь на следующей части: интересы. Хм, проще простого: готовить, выпекать и экспериментировать с продуктами. И затем перехожу к самой интересной части: что я ищу в мужчине.

Ради забавы, печатаю в поле свои самые дерзкие желания:

«Ищу большого сильного парня с большим толстым членом, который знает, что с ним делать. Хочу, чтобы мне было очень больно, когда я, наконец, потеряю девственность».

Я хихикаю про себя, когда жму клавишу «удалить». И вместо этого пишу:

«Пышная брюнетка-девственница ищет сильного парня, чтобы познать страсть».

Но закатив глаза, удаляю и это. Не хочу, чтобы кто-то знал, что я девственница. И насколько старомодной могу быть. Поэтому пишу еще раз:

«Пышная застенчивая брюнетка ищет сильного мужчину, чтобы познать любовь и удовольствие».

Так-то лучше. Шикарно, правда?

Создав профиль, я решаю просмотреть базу данных парней, мое сердце колотится от возбуждения. В поисковике выбираю «высокий», «мускулистый», «татуировки», «темные волосы», и когда выходят результаты, понимаю, что описала Трента. Ни один из результатов поиска даже близко не соотносится с моим великолепным соседом. Я закрываю глаза и представляю его мускулистое тело надо мной, как мои сиськи прижимаются к его груди, когда он входит в меня, как его глаза заглядывают прямо в мою душу. Интересно, какого цвета у него глаза?

Внезапно меня прервали.

— ДЖЕННИ! — кричит Вивиан так, что у меня чуть не случился инфаркт.

— Что? — отвечаю я, раздраженная, что меня вырвали из фантазий о Тренте.

— Твоя выпечка горит! — говорит она.

Закатывая глаза, я жму «отправить», закрываю ноутбук и мчусь вниз. Не думаю, что эта затея получится. Я даже не загрузила свою фотографию, а мужчины любят глазами. Им нужно увидеть товар наглядно. Поэтому, вздыхая, я спешу вниз, полагая, что с ChatWorld ничего не выйдет... по крайней мере, на данный момент.

Глава 3

Дженни

Мне почти удалось спасти печенье от подгоревшей судьбы.

— Не похоже на тебя, Дженни, — говорит Вивиан сквозь сжатые губы, пока наносит на них помаду, глядя в зеркальце. — Чем ты там занималась?

Я поддеваю выпечку лопаточкой, перекладывая его в большую разноцветную банку для печенья.

— Просматривала мужчин на сайте знакомств, — с сарказмом отвечаю я, даже если это правда.

— Не язви, юная леди, — Вивиан выгибает бровь, разглядывая идеально нанесенный макияж. — Что ты на самом деле делала?

Я вздыхаю. Какой в этом смысл? Вместо этого, я говорю то, что не вызовет возражений.

— Домашнюю работу, — смиренно отвечаю я. Мама оживилась.

— Что ж, скоро здесь будет Крис, — говорит Вивиан. Иногда мне кажется, что мои слова не имеют значения, потому что она не слушает.

— Крис? Зачем? — удивляюсь я. Крис – третий муж Вивиан. Или, вернее, бывший муж. Они развелись несколько месяцев назад, с тех пор его не было видно. И я совсем не возражала, потому что он распускал руки.

— Не твоего ума дело! — говорит Вивиан, ухмыляясь. — У некоторых есть личная жизнь, знаешь ли.

Я кусаю губу, потому что мамина личная жизнь выходит из-под контроля. Ей чуть больше тридцати, а она уже была три раза замужем и три раза развелась. Ей нужно дать олимпийскую медаль, но я просто сохраняю самообладание.

— Проехали, — бормочу в ответ. — Пойду делать домашнюю работу, — говорю я, затем разворачиваюсь на пятках и беру печенье с собой.

— Много не ешь, Дженни! — настороженно говорит Вивиан. — Мы должны сохранять привлекательность для противоположного пола.

Лакомиться собственной выпечкой и читать романы – любимое занятие в пятничный вечер. Смутно осознаю, что мои сверстники очень огорчились, если бы узнали, чем я занимаюсь в свободное время, но пятерки не появятся сами собой: я учусь всю неделю и даже в выходные.

Поэтому пятничные вечера – время, когда я могу включить гирлянду, побаловать себя новой выпечкой, свернуться калачиком на кровати с книгой в руках и отгородиться от внешнего мира.

Разумеется, я часто возбуждаюсь, когда читаю романы. В них бывает очень много сексуальных сцен, от которых я становлюсь взволнованной, мое сердце трепещет, а трусики мокнут, и не знаю, как избавиться от возрастающего давления между ног. Разумеется, я слышала о мастурбации, но никогда не понимала, что нужно делать. Я не могу обсуждать такие темы с Вивиан, и у меня нет сестер или близких подруг, у которых могла бы спросить. И боюсь, что кто-то сможет увидеть историю поиска, если я начну искать информацию в интернете! Поэтому просто жду, когда эти ощущения пройдут. Даже если у меня, в конце концов, все ноет и болит от возбуждения.

Поглощая печенье одно за другим, освободившись от вины и укутавшись в теплый маленький волшебный мир, созданный за закрытой дверью, погружаюсь в новую романтическую серию, но когда дело доходит до сексуальной сцены, я представляю на месте главного героя Трента. Именно его сильные руки снимают героиню с лошади. Именно его стояк я представляю, когда героиня гладит выпуклость в штанах главного героя. Именно его дыхание чувствую на шее, когда он кладет героиню на солому. Чувствую, как мое лоно пульсирует от похоти, и стону от чувства неудовлетворенности, нарастающего между ног. Чувствуя беспокойство, встаю и начинаю расхаживать по комнате, пытаясь сбросить сексуальное напряжение. Вдруг мой взгляд ловит какой-то блик за окном. Уже поздно, и темнота мешает нормально видеть, но движение происходит в саду Трента. Я спешно выключаю свет, чтобы лучше видеть, при этом оставаясь в тени.

У меня перехватило дыхание, когда я понимаю, что это сам Трент, в полночь купающийся в бассейне. Я щурюсь, позволяя глазам приспособиться к темноте, мои зрачки расширяются.

Серебристый свет луны поблескивает на поверхности воды, когда Трент заканчивает круг и переворачивается на спину, его мускулистое татуированное тело легко разрезает воду, руки и ноги вытянулись, а волосы плавают вокруг его идеального лица. Он такой горячий!

Как будто Трент недостаточно возбужден, он вытаскивает руки из воды и проводит ими по мускулистой груди. Затем медленно скользит по рельефным кубикам пресса. Я не верю своим глазам, когда он цепляет пальцами плавки, снимает и отбрасывает их в сторону. Трент, черт возьми, голый! Он делает еще несколько кругов, но я не могу многого разглядеть. Должно быть, Трент наслаждается ощущением воды, омывающей некоторые части его тела. Я сглатываю, когда представляю, как его член подпрыгивает в воде, но мне больше не нужно воображать.

Подплыв к бортику, Трент садится на него. Боже, да этот парень совершенен во всем. У него широкие плечи и крепкая спина. Он откидывает волосы с лица, от чего разлетаются капельки воды, а затем приглаживает пряди рукой. Лунный свет падает на его влажные подрагивающие мышцы, когда он слегка поворачивается. И тогда я вижу «его». Большой, толстый член нависает над его бедром. Мое сердце ускоряет ритм. Я могу сказать, что эта штуковина размером с дубинку, и если бы он был в возбужденном состоянии, то его толщина могла бы сравниться с моим предплечьем.

К моему грандиозному удивлению, Трент обхватывает член рукой и легонько встряхивает, словно демонстрируя его тяжесть. Во рту пересыхает, когда я смотрю, как он увеличивается, становясь все тверже. Трент мягко его поглаживает, и когда на мгновение наклоняет голову, вижу волевые очертания его челюсти в свете луны. Вижу, как он прикусывает нижнюю губу и откидывает голову. Затем он отпускает член и смотрит вниз, слегка улыбаясь. Ствол стоит по стойке смирно, как символ мужской силы: огромный, твердый и такой мужественный. Трент возвращает руку к члену, и начинает дрочить по-взрослому.

Я вне себя от похоти. Мои руки на сиськах. Я сжимаю сливочные вершинки, тяжело дыша, и наблюдаю за тем, как Трент поглаживает свой член. Я инстинктивно опускаю правую руку к киске, чтобы почувствовать ее через материал своей пижамы, и прижимаю пальцы к верхней части. Это посылает волну удовольствия через мой клитор, и я повторяю движение, на этот раз, с жадностью погружая руку прямо в трусики. Я чувствую свою обнаженную киску, и понимаю, что она мокрая и скользкая. Погружаю пальцы в эти сливки и затем останавливаюсь. Я не совсем уверена, что произойдет дальше, но мне не хочется быть той, кто впервые войдет в мою киску. Я нехотя возвращаю пальцы на клитор и, нажимая на него, задыхаюсь от внезапного удовольствия.

Когда Трент начинает дрочить свой член быстрее, я подражаю его движениям, и начинаю все быстрее и быстрее двигать пальцами по клитору, воображая, что именно Трент касается моей киски. Внезапно все выходит из под контроля, я начинаю стонать и кладу левую руку на подоконник, чтобы не упасть, а затем шире раздвигаю ноги, чтобы получить больший доступ. Я смотрю на Трента, он снова откидывает голову назад, его рот открывается в безмолвном крике удовольствия. Его пресс напрягается, когда он начинает очень сильно дрочить член. Я увеличиваю скорость пальцев, а затем начинаю стонать, когда напряжение уже невыносимо. Из моего лона вытекает жидкость, когда оно начинает сжиматься от удовольствия, в то время как Трент делает еще несколько сильных рывков. И затем большая струя белой, словно лунный свет, жидкости вырывается из кончика его члена и разбрызгивается на его пресс и грудь. Это слишком для меня. Моя киска взрывается от напряжения, и я словно разбиваюсь на миллион осколков. Я громко стону, чувствуя, как мои коленки начинают трястись, пока горячие спазмы проходят сквозь мягкие складки лона.

Но потом я услышала кое-что. Еще один стон, определенно женский, где-то рядом. Боже, Трент привел с собой женщину? Но нет, красавчик все еще сидит один на краю бассейна, поглаживая член, пока выстреливают последние капли семени.

Я распахиваю глаза, когда до меня доходит. Стонала Вивиан. Как мерзко. Она, должно быть, занимается сексом с Крисом в соседней комнате! Зачем, зачем, зачем она встречается с мужчиной, с которым развелась пару месяцев назад? По крайней мере, мама будет отвлечена и не услышит, как я развлекаюсь в своей комнате. Я разглаживаю одежду и встаю, до сих пор от возбуждения ощущая сердцебиение в груди и в лоне, но когда снова смотрю на сад Трента, то вижу, что он уже ушел. Пока я думала о Вивиан, он, наверное, взял плавки и пошел домой.

Я падаю на кровать, ожидая, когда мое дыхание и сердцебиение придут в норму. У меня вырывается смешок, я не могу поверить в то, что сейчас произошло. Потому что до этих пор не знала, как доставить себе удовольствие. Для меня всегда было тайной, как разрядить нарастающее напряжение между ног или как удовлетворить похоть в своем теле, но потом появляется этот великолепный сосед, и бам! Проблема решена. Трент невероятен и притягателен. Плохо, что он понятия не имеет о том, что сейчас произошло... или о том, как я его хочу.

Глава 4

Дженни

Неделю спустя…

Я просыпаюсь от шума газонокосилки. Кто посмел косить газон в столь ранний час в выходные? Открываю глаза и осознаю, что звук исходит с левой стороны дома – стороны Трента. Лежу, сопротивляясь желанию встать и выглянуть в окно, чтобы посмотреть, он ли это. Потому что прошла неделя с тех пор, как он мастурбировал в бассейне, и его сперма выстрелила в воздух. Зрелище было потрясающее, мне понравилось смотреть, как он кончает, не говоря уже о своем собственном удовлетворении.

Так как я в основном подглядывала, это было странно. Я была извращенкой самого низшего сорта, шпионила за соседом, когда он уединился на собственном заднем дворе, но если он не хотел, чтобы его видели, зачем тогда открыто мастурбировал? Трент действительно думал, что на улице настолько темно? Я так и не смогла решить и, по правде говоря, не смогла примириться с собой. Потому что всегда была застенчивой девушкой, но в тот раз не могла оторвать взгляд, словно какой-то мерзкий старик, который подглядывает за девочками-подростками.

Ну что ж. Это того стоило, тот оргазм был лучшим в моей жизни. Поэтому просто выкину этот случай из головы. И прежде чем решаю встать и посмотреть в окно, газонокосилка заглохла и больше не включилась. Наступила гробовая тишина, поэтому я все-таки не могу устоять. Поднимаюсь с кровати и осторожно подхожу к окну, убеждаясь, что именно Трент косил газон, но теперь он исчез. Солнце отражалось от красного корпуса одиноко стоящей газонокосилки.

Мой телефон вибрирует. Что? Я моргаю. Мне пришло сообщение? Возможно, оно от Инги, моей напарницы по лабораторной работе, мы договаривались встретиться в выходные, чтобы подготовиться к тесту, но когда я хватаю телефон, чтобы ответить на СМС, то понимаю, что нет, не от нее. Это уведомление от ChatWorld. Ах, да. Я совсем забыла о своем профиле в приложении. Мне пришло сообщение от ПростоПарня. Я его открываю.

ПростоПарень: Привет, как дела?

Хм. Должна ли я ответить? Что, если он извращенец? У него нет фотографии, но, с другой стороны, у меня тоже. Качая головой и размышляя о том, что буду на завтрак, я отложила телефон и накинула халат.

Но когда замечаю брошенную газонокосилку Трента, то напоминаю себе, что не имеет смысла его ждать. Он не имеет обо мне понятия, да даже если бы и имел, никогда бы не заинтересовался такой пышной девушкой, как я. Поэтому могу с таким же успехом ответить ПростоПарню. Я беру телефон и снова устраиваюсь на подушках.

ВлюбленноеСердечко: Привет, неплохо.

ВлюбленноеСердечко: Я думала отвечать или не на сообщение. И до сих пор не уверена, стоило ли.

ПростоПарень: Почему?

Думаю, что должна быть честной.

ВлюбленноеСердечко: Я новичок. Немного не уверена, лол.

ПростоПарень: Не волнуйся, я тоже. :)

ВлюбленноеСердечко: Приятно знать, лол.

Ладно, может все не так плохо. Он кажется милым. По крайней мере, у него нет орфографических ошибок.

ПростоПарень: Почему нет фотки?

ВлюбленноеСердечко: Могу спросить то же самое.

ПростоПарень: Ха, полагаю, так.

ПростоПарень: Опиши себя.

О, Боже, это происходит на самом деле. Должна ли я и дальше быть честной? Полагаю, врать не имеет смысла. Имею в виду, он же может увидеть описание в моей анкете. Может, поэтому он и связался со мной? Разумеется, когда он видит слово «пышная», то представляет кого-то вроде Ники Минаж, а не мои большие бока. Наверное, стоит позаигрывать?

ВлюбленноеСердечко: Сначала ты.

Черт, это так на меня не похоже! Мое лицо пылает, пока я жду его ответа. Он не заставляет себя ждать.

ПростоПарень: Как хочешь ;)

ПростоПарень: Мой рост 6 футов 3 дюйма (примеч. примерно 190 см), черные волосы, голубые глаза, довольно симпатичный. Надеюсь, ты не против тату?

Срань Господня. Он – мечта. Мне всегда нравились татуировки, но я никогда не набью их себе, потому что боюсь иголок, но татушки на парнях – безумно привлекательно, и мое лоно сжалось при мысли о татуировках Трента.

ВлюбленноеСердечко: Вовсе нет. Мне нравится тату. Кстати, где ты живешь? Если не секрет, конечно.

Мой пульс бешено бьется, пока жду его ответа. Он не может быть Трентом, не так ли? Это не он, просто не может быть!

ПростоПарень: Во Флориде.

Я с облегчением вздохнула, но все же немного была разочарована. Потому что он – не мой сосед-работяга. Этот парень живет на другом конце страны, но, думаю, это хорошо, потому что нам будет сложно встретиться лично, поэтому можно просто немного пофлиртовать. Ерунда.

ПростоПарень: Твоя очередь ;) Где ты живешь?

ВлюбленноеСердечко: Я из Айовы. Ростом 15 футов 5 дюймов (примеч. примерно 165 см), кудрявая брюнетка, карие глаза, очень пышная.

ПростоПарень: Очень пышная? ;)

ВлюбленноеСердечко: Буду честна, у меня пятый размер груди, большая попа, широкие бедра и много складок на животе.

Я нажала «отправить» до того, как смогла передумать, и зажмурилась, ожидая вибрации. Он отвечает целую вечность! Убедившись, что заблокировала телефон, я откидываю его и вскакиваю с кровати, чувствуя себя дурочкой. Только выйдя из комнаты, чтобы приготовить для себя блинчики на завтрак, я слышу гудок и резко останавливаюсь. Он ответил.

ПростоПарень: Звучит великолепно.

ПростоПарень: Хочу, чтобы ты жила ближе.

Блин. Он думает, что я великолепна? Это слово описывает Сидни Кроуфорд или моделей с обложки спортивного журнала, но никак не соседку Дженни Мартин, но я улыбаюсь от комплимента, даже если он напрямую зависит от моего собственного, очень точного описания, но, возможно, он просто проявил вежливость? Самое время проверить.

ВлюбленноеСердечко: Почему? Что тогда было бы?

Флиртовать в интернете намного проще, чем в реальной жизни. И все равно я краснею, потому что для меня подобное поведение непривычно, но должна признать, это приятно.

ПростоПарень: Я пригласил бы тебя на свидание.

ВлюбленноеСердечко: Возможно, я бы сказала «да».

ПростоПарень: Надеюсь.

ВлюбленноеСердечко: И что бы мы делали?

ПростоПарень: Сначала бы узнали друг друга немного.

ПростоПарень: Я бы задал вопросы о тебе.

ВлюбленноеСердечко: Например?

ПростоПарень: Например...

ПростоПарень: Что бы ты сделала, если бы у тебя был миллион баксов?

Я хихикаю. Миллион баксов? Я бы поехала на Арубу на неделю, чтобы отдохнуть на пляже. Было бы прекрасно, если бы мне кто-нибудь составил компанию. Мне вдруг захотелось, чтобы ПростоПарень жил не во Флориде, потому что если бы он был из Западной Вирджинии, ему бы нравилась теплая погода, не так ли? Я как раз собираюсь ответить, когда Йенг действительно мне пишет, портя момент. Как и ожидалось, она хочет встретиться. Я быстро отвечаю ей, но к тому времени, как мы закончили переписываться, прошло десять минут. Надеюсь, ПростоПарень еще не слился.

ВлюбленноеСердечко: Если бы у меня был миллион баксов, я бы потратила его на путешествия. А ты?

На этот раз он не отвечает. Проходит одна минута, затем другая, за ней третья. Со вздохом я кладу телефон на кровать и встаю, натягивая халат. Ну, ладно. Может быть, он ответит позже. Я строю план на день: испечь блины на завтрак, а затем встретиться с Ингой для подготовки к тесту. Хорошая девочка Дженни возвращается в строй.

Еще один вздох, и мои конечности начинают двигаться, но когда я выхожу из комнаты, за окном раздается грохот. Ах, да. Снова газонокосилка Трента. Я задаюсь вопросом, почему он прервался? Он ходил на перекур? Или делал что-то более интересное?

В последний раз, взглянув на него из окна, я решила все-таки начать свой день. Потому что помимо ПростоПарня и привлекательного соседа, у меня дел невпроворот... даже если они оба – просто моя фантазия.

Глава 5

Трент

Я сжимаю газонокосилку и без труда толкаю ее по траве, наслаждаясь вибрацией, проходящей через мои руки. Я начал заниматься всеми этими садоводческими штучками, когда вышел из тюрьмы, и мне понравилось. Очень сильно. Несложная работа своими руками на открытом воздухе в тишине – идеальный способ очистить голову от всякой ерунды. Маленький городок в Айове – прекрасное место, чтобы начать все сначала. Почему то все думают, что знают полную историю, но они ошибаются, за исключением нее.

Для простоты буду звать ее Мэри. Она сказала мне, что ей есть восемнадцать, и когда я попросил показать удостоверение, без вопросов его достала. Откуда мне было знать, что оно фальшивое? Я не эксперт в таких вещах.

Оказалось, твою мать, что Мэри было семнадцать. Оставался месяц до ее совершеннолетия, мне стоило удостовериться. В конце концов, невинные молоденькие девушки были моей слабостью, как кошачья мята для голодного тигра, но прошлого не изменишь, и вообще, думаю, мне повезло. Мне дали три месяца, тем более у меня раньше не было приводов, и мой адвокат сказал, что это лучшее, на что я мог рассчитывать.

И все-таки. Бл*дь. Я отсидел в тюрьме три месяца за то, что наслаждался телом семнадцатилетней девчонки. И я, разумеется, ей заплатил. Все бы прошло гладко, если бы ее родители не вернулись домой раньше. Как думаете, что сделали родители, вернувшиеся с горнолыжного курорта, когда увидели сильного татуированного мужчину, вдвое старше их дочери, трахающего ее на обеденном столе из красного дерева? В их глазах она была девственницей, а я – грязным насильником, независимо от того, что она плакала и уверяла, что это была ее идея.

К сожалению, ее слова не имели значения, потому что, наслаждаясь несовершеннолетней девочкой, я нарушил закон. К счастью, благодаря своей положительной характеристике и показаниям девочки, мне сократили срок.

И честно говоря, такому большому парню как я, в тюрьме было не так уж и плохо. Я не высовывался, тренировался и отбывал срок. Вообще-то, время пролетело быстро, но я не смог вернуться домой. Моя репутация была испорчена, потому что обвинительный приговор – это признание вины, а люди верят в то, во что хотят верить. И, видимо, люди в моем родном городе, за некоторым исключением, верят в то, что я насильник. Мой бизнес по поставке оборудования сильно пострадал, и к тому времени, как я вышел, он окончательно загнулся. А к слухам и плохим воспоминаниям не стоит возвращаться.

Поэтому этот сонный городок – идеальное место, чтобы начать все сначала. На оставшиеся деньги купил небольшой домик и стал работать садовником. В свободное время наслаждаюсь своей независимостью, обещая себе больше никогда не попадать за решетку.

И до сих пор все было спокойно. Я живу здесь всего несколько недель, и меня никто не беспокоит. За исключением той ведьмы, живущей по соседству. Эта женщина настолько загорелая, что похожа на сморщенный апельсин, с красными ногтями, больше похожими на когти, и обесцвеченными светлыми волосами. Уверен Вивиан думает, что она неотразима, но абсолютно не в моем вкусе. И все же эта женщина продолжает ко мне приставать. Она подмигивает мне, когда разгружает продукты или стучится в мою дверь в одном тоненьком халате, чтобы одолжить немного сахара. Бред. Понятно же, что она его не ест, тем более вообще не готовит.

Признаюсь, проблема не в Вивиан, а в ее дочери. О, конечно, Вивиан подходит мне по возрасту, но я не могу оторвать глаз от бледной кожи ее дочери. И мне нравятся большие карие глаза Дженни, которые невинно смотрят в сторону моего участка, словно она испуганный олененок, который хочет зайти на опасную территорию. Ее тело – мягкое и восхитительное. Огромные груди, прикрытые сарафаном, колышутся, а пышные бедра скрывают от меня юную киску, к которой, я уверен, не прикасался ни один мужчина. Поскольку она невинна, полагаю, что она не из тех, кто ложится спать, ублажая себя. Я сомневаюсь, что она вообще знает, что делать, а я мог бы придумать пару способов, которыми угодил бы ей.

Но я заставил себя выкинуть Дженни из головы. Она чистая, невинная, неприкосновенная. Такой грязный бывший заключенный, как я, не должен даже смотреть на такую красотку как она, не говоря уже о том, чтобы трогать. Ей лучше не знать меня, поэтому я делаю вид, что не замечаю ее. Веду себя так, словно Дженни не существует, словно она просто еще один соседский ребенок. Почему она меня волнует?

Потому что я чувствую себя одиноким. Нелегко это признавать, но мысль о том, чтобы заниматься любовью с красивой девушкой каждую ночь, настолько приятна. Мне нужна аппетитная и молодая девушка, чтобы я мог каждую ночь засыпать рядом с ней. Великолепная, чтобы я мог жить и заботиться о ней, и чтобы она в ответ заботилась обо мне. Особенно, если эта девушка будет молодой, соблазнительной девственницей, как Дженни. Я бы хорошо с ней обращался. Я бы показал ей, как «это» делается. Я бы убедился, что дал ей все, чего бы она ни пожелала: жесткий трах, объятия или преданность.

Правда есть одно но, я не достоин такого чистого существа. Дженни просто подросток, и зачем ей такой закоренелый бывший заключенный, как я? Она, вероятно, слишком занята, флиртуя со звездами рок-групп и старшеклассниками-качками, которые по пятницам играют в футбол. Нет, мне нужно поохотиться в другом месте, поэтому я подписался на это тупое приложение – ChatWorld. Какие варианты остаются у бывшего заключенного? Я никого не знаю в этом городе, поэтому и переехал сюда. Даже если я садовник, все равно не собираюсь с кем-то тут знакомиться. Приложение является самым безопасным способом встретить кого-то и, возможно, немного пошалить. Просто ради развлечения. Все равно ничего серьезного из этого не выйдет.

Хотя, я хожу по тонкому льду. Девушка, с которой я флиртую, настолько мне подходит, что просто прочитав ее описание, я возбудился: пышные, огромные сиськи и задница, еще и брюнетка в придачу. И, разумеется, она подросток. Это неправильно, но не могу ничего с собой поделать. В ее профиле сказано, что ей восемнадцать, но я уже на таком прогорал и просто не могу снова попасться на эту удочку. Не помогает и то, что описание этой девушки подходит моей соседке, но, должно быть, это просто совпадение. Онлайн-знакомства не для такой невинной молодой девушки, как Дженни. Они, скорее, для таких отбросов общества, как я.

Но где-то в Айове есть соблазнительная, невинная маленькая девочка-подросток, и мне не нужно большего. Я солгал ВлюбленномуСердечку, что живу во Флориде, чтобы снять напряжение. Я просто хочу поговорить. Мы же никогда не встретимся, верно?

Заканчиваю косить газон и наклоняюсь потянуть шнур, чтобы отцепить травосборник. Когда выпрямляюсь, замечаю соседку через окно кухни. Изгородь, разделяющая наши дома, почти такая же высокая, как и я, поэтому Дженни меня не заметила, и я отворачиваюсь, чтобы не быть мерзавцем, шпионящим за девочкой-подростком, но образ, того как она, потерянная в собственных мыслях, стоит там, переворачивая блинчики, слишком драгоценен. Я очарован. Ее коричневые кудри спадают на плечи, а розовый пушистый халатик подвязан на талии, но кажется, что огромные сиськи вот-вот выпадут.

Я смотрю, как она придерживает полы халата, когда наклоняется вперед, чтобы убрать блины со сковороды и положить на тарелку. Затем она ловит мой взгляд, и я притворяюсь, что ощипываю листочки на ухоженной изгороди, посылая ей хмурый взгляд. Затем продолжаю ощипывать, и когда снова поднимаю глаза, ее уже нет. Поделом мне. Дженни, наверное, думает, что я гадкий старик, который живет по соседству и хочет к ней поприставать... и она права.

Глава 6

Дженни

Когда я снимаю блин со сковороды, кладу его на тарелку и поднимаю глаза, мое сердце затрепетало в груди. Потому что я вижу Трента! Он стоит по другую сторону изгороди и с хмурым видом срывает с нее листья. Он всегда кажется таким угрюмым и серьезным. Интересно, что испортило его настроение? Не хочу, чтобы он заметил, как я пялюсь на него, поэтому беру блинчики и убираюсь из кухни.

Вивиан нигде не было. Возможно, она сейчас в тренажерном зале, а затем пойдет в солярий, как делает каждое утро. Я наслаждаюсь блинами, окунувшись в мир любовного романа, но никак не могу сосредоточиться на сексуальной сцене. Пора признаться, что сказок про героев уже недостаточно. Мой разум продолжает блуждать вокруг Трента, как бы он чувствовал себя, если бы делал со мной все описанные в романе развратные вещи? Я доедаю последний блин и пытаюсь сосредоточиться на тексте романа, но мои попытки тщетны, потому что не могу выкинуть из головы образ своего привлекательного соседа. Бессмысленно надеяться, что такой сексуальный парень заинтересуется такой девушкой, как я, но мечтать же не вредно?

Заставляя себя вернуться в реальность, я решаю подняться наверх, где оставила свой телефон. Может быть, ПростоПарень уже ответил? Мне интересно, он действительно выглядит так, как описал себя? Не думаю, что это важно. Скорей всего мы никогда не встретимся, но надеюсь, что парень, который описал себя похожим на Трента, действительно так и выглядит. Большим плюсом является тот факт, что он считает меня горячей. Я краснею, вспоминая его слова.

Когда поднимаюсь наверх, приходит новое сообщение от ПростоПарня, я хватаю телефон, затаив дыхание.

ПростоПарень: Не хочешь начать с Флориды?

Подождите, о чем он говорит? Я вынуждена пролистать переписку до предыдущего сообщения, в котором сказала, что если бы у меня был миллион баксов, я бы путешествовала. Ради всего святого, Дженни, не будь такой скучной! Предполагался сексуальный ответ. Даже если вопрос не был сексуальным. Самое время оживить диалог, если я хочу забыть о Тренте и немного пофлиртовать.

ВлюбленноеСердечко: Конечно, мне не помешало бы немного тепла.

Так-то лучше.

ПростоПарень: Тебе нравится тепло, м-м-м?

ПростоПарень: Какая самая горячая мысль приходит тебе в голову?

О, черт, страсти накаляются быстрее, чем я предполагала! Что мне ответить?

ВлюбленноеСердечко: Самая горячая?

ВлюбленноеСердечко: Ну, мне нравится продвигаться медленно...

ВлюбленноеСердечко: ...и выстраивать отношения постепенно.

ПростоПарень: Мне нравится твоя мысль ;)

Фух, пронесло. Я еще не готова к отношениям!

ПростоПарень: Я знаю, что поцелую тебя первым.

ПростоПарень: Бьюсь об заклад твои губы полные и мягкие.

ПростоПарень: Я бы нежно прикоснулся своим языком к твоему.

О, вау. Очевидно, я не могу контролировать наш разговор. Я чувствую, как горит лицо при мысли о таких вещах.

ВлюбленноеСердечко: Звучит превосходно.

ВлюбленноеСердечко: Я бы хотела, чтобы ты сжал меня в своих руках и занялся со мной любовью.

Ой... это слишком?

ПростоПарень: Я возьму тебя, детка, не беспокойся.

Определенно, нет! Может, ему нравится то, чего я жажду?

ПростоПарень: Я сделаю с тобой такое, о чем ты даже и не слышала.

ПростоПарень: Ты почувствуешь себя настолько прекрасно.

Даже не слышала? О чем он говорит? Я должна знать.

ВлюбленноеСердечко: Например? ;)

ПростоПарень: Поскольку меня нет рядом, ты должна будешь сама выполнять все действия. Я тебе расскажу, что делать.

О, Господи. Мое сердце вот-вот выпрыгнет из груди. Руки дрожат, держа телефон. Я прочищаю горло и сажусь. Я не боюсь, а взволнована. Моя грудь набухает под пушистым розовым халатом, и я пытаюсь успокоиться.

ПростоПарень: Ты еще здесь, прекрасная?

ВлюбленноеСердечко: Да :)

ВлюбленноеСердечко: Прости, я была в ступоре от твоего предложения.

«Дженни, ты дура, кто говорит о таких вещах?! Тем более в сообщении! Это не твой любовный роман», — с укором произносит внутренний голос, но ПростоПарню, похоже, все равно.

ПростоПарень: Мы не будем это делать, если ты не хочешь.

Я делаю глубокий вдох, сердце колотится. Стоит признаться, мне комфортно при разговоре с ним, словно я могу ему доверять, хотя это ничем не обосновано.

ВлюбленноеСердечко: Нет, я хочу.

ВлюбленноеСердечко: Наверное.

ПростоПарень: Ты когда-нибудь касалась себя?

ВлюбленноеСердечко: Однажды.

ПростоПарень: Святое дерьмо.

Что это значит? Почему он так удивлен?

ПростоПарень: Прости.

ПростоПарень: Меня заводит твоя невинность.

Спасибо, Господи! Я ему все еще нравлюсь. Скоро приходит еще сообщение.

ПростоПарень: Ты девственница?

Боже, вопрос на миллион долларов. Действия развиваются так быстро. Сказать правду? Думаю, да, потому что он уже догадывается. Я делаю глубокий вдох, прежде чем напечатать односложный ответ.

ВлюбленноеСердечко: Да.

Его ответ пришел моментально.

ПростоПарень: Это так возбуждает.

ПростоПарень: Ты прикоснешься к себе ради меня?

Мое сердце колотится, когда я отвечаю. В конце концов, мне не обязательно это делать. В это время я могу посмотреть телевизор. Или могу оказаться тринадцатилетним подростком, в шутку болтающим с пользователями ChatWorld, но почему-то именно с этим человеком все кажется реальным.

ВлюбленноСердечко: Хорошо.

ВлюбленноеСердечко: Где я должна прикоснуться?

ПростоПарень: Начни со своих полных сисек.

ПростоПарень: Потри соски.

С сильно колотящимся сердцем я развязываю халат и откидываю полы в стороны, чтобы получить доступ к своим полным грудям.

ПростоПарень: Опиши их.

Смотрю вниз, и мое лицо пылает, когда я начинаю печатать.

ВлюбленноеСердечко: Они розовые, большие и мягкие.

ПростоПарень: М-м-м, они такие аппетитные.

ПростоПарень: Пусть они станут тугими. Потри их.

ВлюбленноеСердечко: Хорошо.

Я кладу трубку рядом с собой и кончиками пальцев начинаю исследовать свои соски. Я задыхаюсь от внезапной реакции лона. Мои соски превращаются из мягких, круглых, розовых лепестков в твердые, маленькие камушки.

ВлюбленноеСердечко: О, Боже, как хорошо.

ПростоПарень: Продолжай играть с ними, пока не достигнешь пика.

ПростоПарень: Затем засунь руку в трусики.

Я глубоко дышу, и грудь вздымается от того, как я щиплю, тяну соски и чувствую вытекающую из лона влагу, хотя сейчас ни один член не войдет во внутрь. А мне нужно, чтобы меня заполнили. Я не могу описать чувство, просто знаю, что мне до боли это нужно. Я следую словам ПростоПарня и просовываю руку в трусики.

ВлюбленноеСердечко: Рука в трусиках.

ПростоПарень: Грязная девчонка, тебе нравятся непристойности, ты не могла их дождаться, не так ли?

ВлюбленноеСердечко: Да.

ПростоПарень: Опиши свою киску.

ВлюбленноеСердечко: Она влажная и скользкая.

ВлюбленноеСердечко: Но я одна этим занимаюсь.

ПростоПарень: Не беспокойся, детка, я тоже мастурбирую, думая о том, как ты играешь со своими большими сиськами и прикасаешься к своей влажной маленькой киске.

Он что? Что он делает? Воспоминание о Тренте, ублажающем себя в бассейне, всплывает у меня в голове, но я отталкиваю его. Это два разных парня, не стоит их путать, и нет ничего плохо в том, чтобы повеселиться? Поэтому я печатаю дальше.

ВлюбленноеСердечко: Опиши свой член.

ПростоПарень: Он большой и твердый, когда я думаю о тебе. Я поглаживаю и представляю, что твое тесное лоно сжимает его, а не моя рука.

Лоно сжимается под моими пальцами от мысли о его члене, наполняющем меня, и я понимаю, что напряжению внутри меня нужно освободиться.

ВлюбленноеСердечко: Хочу, чтобы ты был рядом. Было бы здорово.

ПростоПарень: Введи палец внутрь и представь, что это мой член.

ПростоПарень: Используй свои соки, чтобы скользнуть по клитору, пока думаешь о моем члене.

ВлюбленноеСердечко: Хорошо.

Я делаю, как он говорит, ощущая дрожь в теле. Осторожно, чтобы не войти глубоко – я еще не готова к такому – ввожу палец в скользкую киску. Захватив немного влаги, я перекатываю между пальцами клитор. О, какое потрясающее ощущение. Когда я смотрела на Трента, было хорошо, но сейчас – еще лучше. ПростоПарень затеял сексуальную игру и говорит, что мне делать. Я еще раз провела влажным пальцем по клитору и застонала. Черт возьми, это удивительно. Я ускоряю круговые движения, смутно осознавая, что мои бедра двигаются в унисон с рукой. Мое дыхание тоже ускоряется. Затем звучит еще одно уведомление.

ПростоПарень: Как ты?

ВлюбленноеСердечко: Думаю, скоро кончу.

ПростоПарень: Отлично, продолжай тереть клитор и думай о том, как сильно я хочу наполнить тебя своим огромный членом.

Я стону, представив такую картину, и потираю клитор еще сильнее. Приходит еще одно сообщение.

ПростоПарень: Когда дойдешь до края, одной рукой продолжай выписывать круги на клиторе, а другой ущипни сосок.

Откуда он это знает? Но делаю так, как он говорит: застонав громче, подношу большой и указательные пальцы к левому соску, в то время как пальцы другой руки продолжают кружить вокруг клитора. И когда я щипаю и тяну сосок, лоно сжимается так сильно, что от силы оргазма я откидываюсь на кровать, теряясь в удовольствии.

Ах! О, Боже! Пока через меня проходят волны оргазма, я жду, когда мое дыхание и сердцебиение выровняются. Я начинаю засыпать, мое тело полностью расслабляется, но звук уведомления напоминает мне, что ПростоПарень ждет моего ответа.

ПростоПарень: Все хорошо?

ВлюбленноеСердечко: Да.

ПростоПарень: Это не слишком было? Прости, я хочу включить видеосвязь, когда думаю о тебе.

Хм, он такой очаровательный и заботливый, а еще горячий. Мне вдруг захотелось, чтобы он был рядом, чтобы я могла взглянуть в его глаза.

ВлюбленноеСердечко: Не извиняйся.

ВлюбленноеСердечко: Мне понравилось. Оргазм был таким сильным.

ПростоПарень: Я рад :)

ПростоПарень: Я тоже сильно кончил.

Я на секунду зависла, широко раскрыв глаза.

ВлюбленноеСердечко: Правда?

ПростоПарень: Конечно ;) Мысль о том, как ты доводишь себя до оргазма, завела меня с самого начала.

ВлюбленноеСердечко: О, вау. У тебя, наверное, большой опыт.

Глубоко внутри я уже знаю ответ и не хочу слышать его от ПростоПарня. Я вижу, что он печатает, так что подожду.

ПростоПарень: Пусть это банально прозвучит, но, мне кажется, между нами есть связь.

На моем лице расплывается улыбка. Он мог сказать, что-то вроде: «да, у меня было пятьдесят девушек, и ты пятьдесят первая» или «я сижу в ChatWorld уже десять лет», но слова про связь? Они согревают меня.

ВлюбленноеСердечко: Кажется, я понимаю, о чем ты.

Еще одно уведомление выводит меня из задумчивости, я вижу, что оно от Инги. Черт, она уже возле моего дома. Я забыла, что мы договорились вместе доехать до библиотеки. Оставив свою сонную, посторгазмическую негу, я вскакиваю и одеваюсь, прежде чем спуститься вниз, но одна мысль не дает мне покоя, даже когда мы занимаемся подготовкой к экзамену. Я хочу встретиться с ПростоПарнем. Возможно, я смогу уговорить его приехать ко мне в Айову?

Глава 7

Трент

Черт возьми, эта ВлюбленноеСердечко в моем вкусе. Еще и девственница. Мысль о том, как я срываю ее вишенку, погружая глубоко член, делает меня твердым. Сначала я бы продвигался медленно и нежно, а затем, когда она привыкнет, быстро, пока не закричит.

Кроме того, от той невинности, с которой она согласилась выполнить каждое мое указание, мой член пульсирует и подрагивает. Сначала она нуждалась в моем руководстве, но когда мы дошли до прикосновений к клитору, она оказалась как рыба в воде. Похоже, словно кто-то создал ВлюбленноеСердечко специально для меня. Такое вообще возможно? Может ли ChatWorld провернуть подобное? Или, еще хуже, на том конце находится полицейский, пытающийся меня поймать? Е*ал я такую жизнь.

Нет. У копов есть дела поважнее, чем прохлаждаться на сайте знакомств, верно? Разве они не должны закрывать преступников в тюрьме и арестовывать наркодилеров? Так что пока я выбросил свои опасения из головы. Тем более, впереди меня ждут длинные и приятные выходные. Такого в тюрьме днем с огнем не найдешь. Там все дни расписаны по минутам.

И что теперь делать со свободным временем? Может, сходить в местный садовый центр и закупиться кустарниками? Упорно работая последние несколько недель, я пренебрег собственным участком, который теперь нуждается в озеленении, но прежде чем успеваю надеть ботинки и залезть в грузовик, чувствую, как в кармане вибрирует телефон. О, черт. Мы только час назад закончили нашу интимную переписку, а ВлюбленноеСердечко уже снова написала.

ВлюбленноеСердечко: Привет :)

Она такая милая. Интересно, чего она хочет.

ПростоПарень: Привет :)

ВлюбленноеСердечко: Мне нужно заниматься, но я не могу перестать думать о том, что произошло.

ПростоПарень: Да, было горячо.

ВлюбленноеСердечко: Жаль, что ты из Флориды. Я бы хотела встретиться вживую.

Мое сердце забилось быстрее. О, бл*дь, бл*дь, бл*дь. Я забыл, что соврал о месте своего жительства. Возможно, пришло время выложить правду?

ПростоПарень: Я должен признаться.

Возникла пауза, я почти вижу, как она моргает.

ВлюбленноеСердечко: В чем?

ПростоПарень: Я живу не во Флориде. Я из Айовы, как и ты. Видел в твоем профиле, что ты из Литтлтона. Вообще-то, я тоже, из пригорода.

Я в этом новичок и не хотел давить на нее по поводу встречи.

ПростоПарень: Не знаю, почему соврал. Назовем это самосохранением.

Еще одна пауза.

ПростоПарень: Прости.

Проходит несколько мгновений, а она так и не отвечает. Дерьмо. Как же бесит. Одно и то же. Я собираюсь засунуть телефон в задний карман и направиться к грузовику, но чувствую вибрацию.

ВлюбленноеСердечко: Все в порядке, я понимаю.

Меня омывает волна облегчения, я удивлен, что меня беспокоит ее ответ.

ПростоПарень: Отлично.

ВлюбленноеСердечко: Я просто счастлива, что ты из Айовы! Но ты так и не ответил на вопрос. Мы можем встретиться?

И облегчение сменяется ужасом. Я слишком стар для восемнадцатилетней девственницы. Если, конечно, это ее настоящий возраст. Я плюхаюсь на диван и тру виски, обдумывая возможные варианты. Если соглашусь встретиться, то рискну разрушить ее спокойную жизнь. Какое право я имею входить в жизнь девочки-подростка со всем своим дерьмом и портить ее, такую невинную? Потому что меня возбуждают ее чистота и доброта? Не важно, что именно она предложила встретиться. Так же, как не имело значения то обстоятельство, что идея трахнуться на обеденном столе принадлежала той девушке. Я должен извлечь уроки из прошлого.

ВлюбленноеСердечко: Эй...?

Дерьмо, я заставил ее ждать. Она, наверное, думает, что я не хочу с ней встречаться, и это, честно говоря, близко к правде. Если бы я решил не встречаться с ней, то бродил бы по городу до конца своих дней, задаваясь вопросом, кто она, желая и одновременно даже не надеясь столкнуться с ней в маленьком бистро на углу. Все это бессмысленно. Я должен с ней встретиться или сойду с ума, но стоит проявить осторожность. Я не могу снова схлопотать срок.

К сожалению, пока я думал ВлюбленноеСердечко потеряла последнюю надежду.

ВлюбленноеСердечко: Прости, это была дурацкая идея.

Я спешу написать прежде, чем она изменит свое мнение.

ПростоПарень: Прости, что заставил ждать.

ПростоПарень: Я, безусловно, хочу встретиться.

ВлюбленноеСердечко: Правда?

Я почти могу почувствовать ее улыбку, через текст.

ПростоПарень: Конечно :) Я хочу встретиться с тобой лично. Бьюсь об заклад, ты великолепнее, чем я себе представляю.

ВлюбленноеСердечко: Ха-ха! Надеюсь, буду соответствовать этому образу.

ПростоПарень: Даже не сомневаюсь.

ПростоПарень: Как насчет следующей недели?

Я хочу дать себе шанс все обдумать. Если через неделю, я буду все еще уверен, что это хорошая идея, то мы встретимся. Считаю, это самый продуманный компромисс, который мог прийти мне в голову.

ВлюбленноеСердечко: Звучит неплохо, только не знаю, продержусь ли так долго.

ПростоПарень: Я тоже, детка.

ПростоПарень: Знаешь бургерную? На Главной, в центре?

Лучше провести первую встречу на публике, ради нашего же блага. Кажется, она согласна.

ВлюбленноеСердечко: Да :)

ПростоПарень: Встретимся там, в час дня в следующую субботу?

ВлюбленноеСердечко: Договорились :)

Мое сердце колотится, когда я вижу ее ответ.

«Сохраняй спокойствие», — убеждает внутренний голос. — «Может произойти все, что угодно».

Именно так. Произойти может все, что угодно, и я должен принять меры предосторожности. В час дня на Главной улице будет много народа. Я проверяю все пункты в своем списке «ответственного взрослого, который встречается с девочкой-подростком с сайта знакомств», если такое вообще возможно. Я, к своему стыду, начинаю сожалеть о принятом решении, но ничего не могу с этим поделать. Девушка такая невинная и интригующая, в моем вкусе. Проклятье! Я должен был с самого начала понимать, к чему это приведет. Мне просто нужно как-то убедиться, что ВлюбленноеСердечко совершеннолетняя, но как? Попросить ее принести свидетельство о рождении? Очевидно же, что я не могу распознать поддельные водительские права.

И еще, обязательно надо убедиться, что девушка не будет подавлена мной и моим дерьмовым прошлым. Я не думаю, что она каждый день встречается с бывшими заключенными в местной бургерной.

Я все-таки отправляюсь в садовый центр за кустарниками, но даже когда копаю и сажаю растения, мой разум блуждает вокруг мягкого, соблазнительного тела ВлюбленногоСердечка, и я с нетерпением жду следующей недели. Потому что мужчина может мечтать, правда? И после всего, через что я прошел... думаю, имею право на парочку фантазий.

Глава 8

Дженни

Все, о чем я могла думать всю неделю, – это встреча с ПростоПарнем. Почему он хотел подождать неделю? В действительности я думаю, что это имеет смысл, потому что мы правда не знаем друг друга. Даже после того, что мы уже были почти близки, этого не достаточно.

Даже когда я отвечала на практические вопросы Инги, должна признать, что наличие недели для подготовки к этой встрече, было действительно приятным атрибутом. И поэтому я проводила каждый день после школы и домашней работы, уделяя внимание каждой мелочи, чтобы чувствовать себя более уверенно, когда наступит день Х: цвет ногтей, макияж и, самое главное, чисто выбритая киска.

Может быть, немного самонадеянно ожидать, что ПростоПарень захочет трахнуть меня, ввиду того, что мы никогда не виделись раньше, но я подумала, чем черт не шутит. Кроме того, я всегда ненавидела волосы там внизу и мечтала увидеть, как буду выглядеть бритой. И когда я, наконец, сделала это и увидела свою голую киску, то была в восторге от того, что увидела: она была пухлой и розовой, с крошечной жемчужиной, видимой сверху.

У меня также было время подумать о том, что я надену, и это в принципе не заняло много времени: черное шелковое платье, которое купила мне Вивиан, было слишком для повседневной обстановки, такой как «Бургеркинг». И поэтому я надела шелковые трусики и надела соответствующий шелковый бюстгальтер. Образ завершило кобальто-голубое летнее платье, сужающееся на талии, доходящее до колен, с небольшим разрезом. С такими большими сиськами, как у меня, их не спрятать, и это не зависит от того насколько я стараюсь не выглядеть как доярка.

Мое сердце бьется в груди, когда я припарковываю машину и выхожу, прежде чем зайти в «Бургеркинг». Мои колени, которые сейчас напоминают желе, едва способны выдержать мой вес, но я все равно взволнована. Глубоко вздохнув, открываю дверь и захожу внутрь, надеясь, что выгляжу уверенно и сексуально. Бесполезно. Я все та же Дженни Мартин, которая никак не вписывается в окружающий мир маленьких людей. К сожалению. Я заправляю волосы за ухо, пытаясь восстановить самообладание, оглядываясь вокруг.

Никого нет, кто соответствовал бы описанию ПростоПарня. Я разглядываю кабинки и столы на предмет темно-черных волос, голубых глаз, татуировок и мышц. Здесь очень людно, и я, молча, проклинаю себя, поворачивая голову вправо и влево. Как с моей стороны, так и со стороны ПростоПарня, было глупо не обсудить, во что каждый из нас будет одет, чтобы мы смогли узнать друг друга. Я сканирую каждый стол и будку более тщательно, но все же никого нет.

Внезапно правда поражает меня. Может быть, ПростоПарень не придет. Может быть, это была жестокая шутка, и он никогда не собирался встречаться со мной.

Мое сердце пропускает удар, когда я рассматриваю эту возможность, и с каждой секундой страх в моей груди становится все острее. ПростоПарень не хотел со мной встречаться, на самом деле. Я его никогда не интересовала, и, возможно, это даже какой-то тринадцатилетний мальчишка сейчас хихикает надо мной за одним из столиков.

В моем горле поднимается паника, и я начинаю задыхаться, появляются слезы на глазах. Моя рука тянется вслепую, чтобы схватиться за ручку двери. Я открываю ее, готовая к побегу, как вдруг деревянная панель отказывается повиноваться. Твою мать! В чем дело? Рассердившись, я еще раз дергаю за нее, но меня останавливает большая мужская рука и самая голубая пара глаз, которую я когда-либо видела.

Потому что это мой великолепный сосед, Трент Льюис. Я стою, уставившись на него, его рука все еще лежит на ручке двери. Он, молча, рассматривает меня, будто пытается что-то понять. Вижу его пронзительные голубые глаза и темные нахмуренные брови. Он стоит так близко, что я чувствую запах одеколона на его теплой коже. Я застыла на одном месте и, вероятно, выгляжу как идиотка, молча глядя на него.

Вот дерьмо. Если появится ПростоПарень, я буду унижена. Он увидит меня с моим горячим соседом, что, по меньшей мере, неудобно, но почему Трента это не беспокоит? В конце концов, откуда он знает о моих планах? Он здесь, чтобы взять гамбургер, и все.

С моим соседом что-то происходит. Назовите это женским инстинктом, но я чувствую электричество в воздухе. К тому же мускулистый мужчина так пристально смотрит на меня, что выглядит почти злым. Наконец, мне удается собраться с мыслями, чтобы спросить его, в чем проблема, когда его огромная рука внезапно обхватывает мое запястье, и он тащит меня в кабинку в дальнем углу ресторана.

Все происходит так быстро, что у меня нет ни времени, ни шансов воспротивиться. Прежде чем я узнаю, что произошло, обнаруживаю, что сижу напротив невероятно огромной фигуры моего соседа, это красивое лицо застыло в хмуром взгляде. Вот дерьмо! Что если ПростоПарень появится сейчас? Я пытаюсь придумать оправдание, и начинаю лепетать, как дурочка.

— Что вы делаете, мистер Льюис? Не ожидала увидеть вас здесь, — заикаюсь я. Он упирается локтем в стол и наклоняется вперед, все еще пристально вглядываясь в меня, но в его глазах мелькнуло выражение неуверенности, настолько быстрое, что я, возможно, придумала его. Наконец, мужчина говорит.

— ВлюбленноеСердечко?

Что? Мое сердце замирает. Во рту образовывается пустыня. Я застыла в изумлении. Не может быть. Трент не может быть ПростоПарнем. Если только... Подождите минуту. Татуировки? Есть. Мышцы? Есть. Горячий как сам ад? Все есть.

— Как ты меня назвал? — спрашиваю хриплым шепотом, но Тренту не нужно повторять. Мы оба знаем, что он сказал. И он снова хмурится, глубоко вздыхая. О боже, Трент – это ПростоПарень. Я чувствую, как мое лицо вспыхнуло от стыда, когда мой разум начал повторять все сообщения, которыми мы обменялись, и все грязные вещи, которые он просил меня сделать – что я и делала.

Жар поднимается к моему лицу, выжигая все внутренности. Я, наверное, совсем не то, что он ожидал. Он, вероятно, ожидал сочную супермодель а ля Джессика Рэббит, а тут я, вся такая неформатная. Я готовлюсь к отказу, почти жмурясь в ожидании. Стыд, не говоря об ужасе, во всех отношениях.

Дерзкий огонек вспыхивает в глазах Трента, и он усмехается, заставляя мое сердце пропустить сальто. Он осматривает меня с ног до головы, этот медленный взгляд поглощает все – от вздымающихся грудей до влажного пятнышка, распространяющегося между моих ног. Это выражение одобрения на его лице?!

— Я понял, что это была ты в тот момент, когда тебя сегодня увидел, — говорит он тихим голосом.

— Ты, что? — отвечаю осторожно, мой голос все еще хриплый. Он не проявляет никаких признаков желания уйти, никаких признаков разочарования или стыда. Только нужда. Желание. И похоть. А я не смогу отказать. Это безумие, и все же не могу не улыбнуться в ответ. Трент кивает.

— Да уж. Сначала я не хотел в это верить, — добавляет он.

— Правда? — тупо отвечаю я. Боже, Дженни, не тупи! Но Трент, похоже, не думает, что я идиотка. Он снова наклоняется вперед, конфиденциально, как будто хочет поделиться секретом.

— Я приметил тебя раньше, Дженни, — хрипло хрипит он. — У крыльца в соседнем доме, но всегда думал, что слишком стар для тебя.

— Нет, — поспешно перебиваю его. — Мне... мне восемнадцать, — я стараюсь уверенно пожать плечами, когда говорю это. Он пристально смотрит на меня, глубоко в мои глаза, и это немного тревожит меня.

— Обещай мне, что тебе восемнадцать. Поклянись, — хмыкает он, этот пристальный взгляд.

Боже мой. Почему его это так волнует? Но я смотрю прямо на него. Это, правда, я уже совершеннолетняя, но мне интересно, что случилось с этим прекрасным человеком в прошлом, раз его волнует такая мелочь.

— Зачем? — спрашиваю я шепотом, не в силах скрыть свое любопытство.

Он резко дергает подбородок.

— Просто поклянись. Пожалуйста, — отвечает он еще упорнее. Что-то в нем заставляет меня доверять ему, и я хочу, чтобы он тоже доверял мне. Поэтому я делаю то, что он говорит.

— Мне уже восемнадцать. Клянусь, — говорю я, уверенно глядя ему в глаза. Кажется, он немного расслабился, но что-то его все еще беспокоит. Он на мгновение закрывает глаза и снова садится, сжимая челюсти.

— Милая, я все еще слишком стар для тебя, — говорит он. — Бл*дь. Я вдвое старше тебя.

— Мне все равно, — быстро отвечаю я, и, прежде чем я понимаю, что делаю, моя рука ложится на его руку. Он смотрит на нее, и я вижу движение его адамово яблока, когда он тяжело сглатывает. Внезапно из ниоткуда материализуется официантка и просит у нас наш заказ. Я смутно замечаю, как Трент что-то говорит, прежде чем она снова исчезает. Как будто вокруг нас пузырь, скрывающий все, кроме этого мужчины. Все остальное отходит на задний план, шумы и цвета приглушаются.

Он глубоко вздыхает, хотя эти лазурные глаза не потеряли своей интенсивности.

— Дорогая, это звучит немного странно, но ты хочешь выбраться отсюда? — шепчет он, не отрывая глаз от моих. — Хочешь продолжить этот разговор наедине?

И все, что я могу сделать, это кивнуть, прежде чем позволяю ему вывести меня из ресторана. Потому что он моя мечта, а я заслуживаю немного помечтать, не так ли?

Глава 9

Трент

Не могу поверить, что ВлюбленноеСердчеко – великолепная, невинная маленькая девочка из соседнего дома. Твою ж мать. И все же я понял это, как только она вошла в ресторан. Это было так, как будто два изображения, по одному на каждую девушку, накладывались друг на друга и становились Дженни, словно двойное видение разрешалось само собой. Я почти ушел, если честно. В конце концов, каковы были шансы, что соседка окажется моей парой? И все же не смог уйти, потому что потенциал был слишком велик.

— Давай прокатимся, — предлагаю я тихой красавице, сидящей рядом со мной в машине. Мы уже на дороге, мчимся, не пойми куда, но Дженни делает глубокий вдох, прежде чем посмотреть мне прямо в глаза.

— Может… может поедем к тебе? — спрашивает она мягким голосом. Я смотрю на нее, ведя машину, не уверенный, что это хорошая идея. Черт, она сидит так скромно, ее пухлые маленькие руки сложены на ее гигантских сиськах, и эта большая задница твердо посажена в ковшеобразное сиденье. Я не могу обещать себе, что смогу сдержаться, если буду наедине с ней. Я не могу сказать, смогу ли вести себя правильно – не трахнуть ее, как мне этого хочется.

Невозможно сказать, какие анималистические побуждения перевесят мое сознание. Даже если ей восемнадцать, я все еще не уверен, что смогу заставить себя испортить ее невинность. Такой парень, как я, не заслуживает такой чистоты.

— Разве твоя мама не увидит нас? — спрашиваю я, в любом случае не в силах отказать ей в чем-либо.

— Ее нет дома, — говорит Дженни своим слегка хриплым голосом сирены. — И не будет дома до вечера, — добавляет она. Хорошо, я разрешаю себе. Если что-то пойдет не так, могу просто выпроводить ее, и ей останется только пройти через двор. Так будет лучше. После этого меняю курс, и мы едем ко мне домой.

Когда мы добираемся до дома, я поспешно впускаю ее, не желая, чтобы любопытные соседи увидели нас. Она изящно двигается, когда садится на диван. Ее утонченная женственность выглядит совершенно неуместно в моей мрачной, мужской комнате с темной мебелью и необычной AV-установкой. Дженни выжидающе смотрит на меня. Эти большие карие глаза и длинные густые ресницы. Ее вьющиеся волосы свисают с одного плеча, волнами обрамляя ее мягкие гигантские сиськи. Молочная кожа ее рук и грудей выглядит почти полупрозрачной в полусвете моей гостиной. Я стою на месте, зная, что решение об отступлении разрушит любой шанс, который у нас может быть. Что я хочу? Обезопасить себя и отступить? Или рискнуть всем, требуя ее и сделав ее моей?

— Трент, — шепчут ее пухлые губы. — Что же нам теперь делать?

И я потерял себя, как тонущий в море. Никак не смогу уйти от этого небесного существа, не сейчас, когда она произнесла мое имя. Иду к ней, сократив несколько футов между нами одним махом. И вот я уже на одном колене на полу перед ее пышным телом, так что мы на уровне глаз. И прежде чем она успевает отреагировать, я беру ее руки в свои, нежно целуя ладони. Я слышу ее вздох, но она не отталкивает меня. Прикасаться губами к коже ее рук – это все равно, что чистить хрусталь наждачкой. Все, что я могу сделать, это молиться, чтобы не сделать ей больно. Мои руки крепче сжимают ее, когда я начинаю подниматься поцелуями выше, все быстрее и увереннее, когда достигаю ее плеча, посасывая его. Мои губы доходят до ее шеи, грубая щетина на подбородке скользит по бархатистой мягкости ее кожи. Я целую там, где ее горло соединяется с мягким плечом, и, когда я нежно сосу ароматную плоть, она восхищенно вздыхает.

Я сознательно пытаюсь отодвинуться и посмотреть Дженни в глаза, сжав в кулак густые кудри на ее затылке. Если она напугана, то не показывает этого – радужная оболочка ее глаз почти черная от потребности, а ее пышная грудь вздымается от учащенного дыхания. Я чувствую, как член напрягся в джинсах, когда ее рот открывается, словно приглашая меня. Я прижимаю губы к ее губам, глубоко и голодно проникая в жаркие уста, и она с готовностью отвечает. Дженни руками обвивает мою шею, и это похоже на цветок, расцветающий в приглашении.

Едва сдерживая стон похоти, я бросаю ее на диван и накрываю собой, заставляя задыхаться. Мои руки сжимают ее сиськи сквозь мягкий материал летнего платья. Ее грудь настолько огромна, что мои большие руки не могут даже полностью обхватить ее. Это еще сильнее закаляет мой член, и я прячу свое лицо во всей этой полноте, прижимаясь к соскам, заставляя Дженни стонать от удовольствия.

— Ты думаешь, это хорошо? — хрипло прошептал я, быстрым движением пальцев расстегивая ее лифчик, а потом, стащив платье, чтобы раскрыть всю сочность ее сисек. Мой рот незамедлительно поглощает один из ее больших розовых сосков, позволяя моему языку скользить по нему, заставляя Дженни стонать и извиваться подо мной, раздвигая для меня свои сочные бедра. Я чувствую, как ее сосок твердеет у меня на языке, и переключаюсь на второй, чтобы сделать то же самое. Дженни снова стонет, потираясь промежностью о твердую выпуклость в моих джинсах. Ее глаза закрыты, когда она достигает моего пояса, изо всех сил пытаясь оповестить меня о своем желании.

— Я хочу этого, Трент. Я хочу, чтобы это был ты, — шепчет она. — Возьми мою девственность.

Я стону от нужды, когда ее мягкие бедра открываются в приглашении, чтобы принять мою толщину. Сразу же я расстегиваю джинсы и вытаскиваю член. Огромный и жесткий, он колом стоит в моей руке. Все, что мне нужно сделать, это оттянуть ее трусики в сторону и протолкнуться в ее тугую маленькую киску, куда никогда не входило ничего, кроме кончика ее собственного пальца. Эта мысль сводит меня с ума.

Но на периферии моей похоти мерцает сомнение, отвлекающее меня и говорящее, что я недостаточно хорош. Я не могу сделать это с ней. Не могу взять ее девственность. Просто не могу. Дженни слишком чиста и драгоценна. Я не могу трахнуть ее киску, сорвав эту девственную вишню своим членом. Она – все, что я когда-либо хотел, и все же не могу этого сделать.

— Трент? — задыхается она, ожидая с нетерпением, желая, чтобы я ее трахнул. — В чем дело? Разве ты не хочешь меня? — спрашивает она, и неуверенность в ее голосе разбивает мне сердце.

— Больше всего на свете, — хрипло смеюсь я, — но я не могу взять твою девственность, — говорю я. — И не стану, — решительно добавляю, останавливая ее протест, прежде чем она сможет произнести его.

— Но я хочу, чтобы ты был внутри меня, — мяукает она, теперь уставившись на огромный член, все еще пульсирующий в моей руке, кончик которого полон смазки. — Я хочу, чтобы твой огромный член был внутри меня, — добавляет она, ее голос был полон нужды.

И при этом я не могу больше сдерживаться, не могу нести ответственность за свои действия. Сжимая зубы, я оттягиваю ее трусики и прижимаю головку моего члена к мокрому сливочному отверстию ее киски.

— Да, — стонет она. — Сделай это, трахни меня, — добавляет она, но это не входит в мои планы. Я потираю головку своего члена о вход ее узкой киски, и хотя мне требуется весь мой самоконтроль, чтобы не протолкнуть его, я использую свои пальцы, чтобы размазать сливочный сок ее киски по своему твердому члену.

— Я трахну, — грубо отвечаю я. — Но не так. Я не возьму твою киску. Пока нет.

Она смотрит на меня сквозь полузакрытые от удовольствия глаза.

— Тогда что ты будешь делать? — невинно спрашивает она. Я отрываю свой член, теперь уже мокрый и блестящий от ее соков, и приставляю к другой дырочке.

— Это, — говорю я, проталкивая свой стержень между ее ягодиц. — Если позволишь, — умоляю я, не двигаясь, отчаянно желая ее согласия. Она на мгновение не уверена, но затем кивает, сглатывая.

— Да, — хрипло говорит она. — Используй мое тело, Трент. Я твоя.

Я сделал все, что мог, чтобы поступать правильно, и больше невозможно сдерживаться. Мой член хорошо смазан соками киски Дженни, я толкаю свою пульсирующую, пурпурную головку в ее невероятно тугую задницу. Дженни ахает, и я кладу большой палец на ее клитор, осторожно потирая его, и осторожно вставляю кончик моего члена в ее тугую маленькую задницу. Конечно, это сложно. Дженни такая маленькая, а дырочки девственны. Ее глаза закрываются от удовольствия и боли, когда она поднимает ноги и закидывает их мне на шею, чтобы дать мне лучший доступ. Я стону от чистого удовольствия, толкаясь сильнее и глубже, пока мой член не утопает в жесткой герметичности ее анального канала.

— Ты в порядке? — спрашиваю я, моя последняя попытка быть джентльменом.

Она кивает:

— Да, Трент, — прежде чем снова застонать. И затем я начинаю жестко трахать ее задницу, мои руки сжимают ее большие, мягкие бедра, чтобы удержать тело Дженни на месте, пока я толкаю и вытаскиваю свой огромный стержень в ее узкую дырочку и из нее, позволяя складкам доить меня. Дженни стонет, сиськи качаются вверх и вниз. Большим пальцем потираю ее клитор.

— Да, Трент, — задыхается она. — Сильнее.

Твою мать. Да моя девочка – шлюха, и я трахаю ее еще сильнее, приближаясь к оргазму. Я чувствую, как нарастает напряжение в яйцах, как сжимается мошонка. Я смотрю вниз и наблюдаю, как киска сжимается от удовольствия, фонтанируя соками, пока я трахаю ее задницу и потираю клитор.

— Я собираюсь кончить, Трент, — она задыхается, зажмурившись. И я ей верю. Пока продолжаю накачивать ее задницу своим членом и поглаживать клитор, наблюдаю за спазмом ее киски, когда Дженни начинает кричать от восторга, сжимая мои руки. Я вдавливаю ее маленькое тело в диван, стону со стиснутыми зубами, трахая задницу, пока мой член не начинает дергаться, и я не взрываюсь, изливаясь глубоко в ее задницу с каждым толчком.

— Да! — кричит она. — Да, именно так!

— Черт! — мой ответный рев. — Бл*дь, бл*дь, бл*дь!

Потому что, черт возьми, но я это сделал. Я просто трахнул девственницу, самую милую девушку, которую знаю. Все мои низменные инстинкты вышли на первый план, и я заставил невинную маленькую девочку принять меня, но в тоже время ясно, что Дженни хочет, чтобы ее киска и задница сжимались и разжимались вокруг меня, пока она мяукает от оргазма. Так что мне теперь делать? Отказать? Или мы на самом деле парочка, благословенная на небесах, бывший зэк и сама невинность?

Глава 10

Дженни

Я ожидала, что после того, как эйфория закончится, будет больно, но все, что я чувствую, – это легкий дискомфорт и воспоминание, которое, надеюсь, останется со мной до конца моей жизни. Потому что, боже, это было так хорошо. Грязно и неправильно, но в то же время невероятно удивительно.

Я думаю об этом лежа на груди Трента, пока мы пытаемся отдышаться. Он обнимает меня руками, и я чувствую, как под моей щекой медленно и тяжело бьется его сердце. Реальность невероятна. Чем я заслужила такого красавца? Я борюсь с желанием ущипнуть себя.

К тому же, твердые мышцы не дают пошевелиться.

— С тобой все в порядке? — прозвучал глубокий нежный голос Трента над моей головой, сопровождаемый вибрацией в его груди. Он не видит, как я улыбаюсь, и чувствую его напряжение. — Дженни? — продолжает он. Я смотрю на него и вижу его голубые глаза, омраченные беспокойством.

— Да, я в порядке, — отвечаю и вижу, как его беспокойство сменяется облегчением. Морщинки, которые говорят о нашей разнице в возрасте, и которые я также считаю невероятно привлекательными, разглаживаются.

— Я не сделал тебе больно? — спрашивает он, смахивая волосы со лба. Я качаю головой, все еще улыбаясь.

— Нет, это было невероятно, — мое мягкое признание. — Хотя, я… я все еще хотела бы, чтобы ты взял мою девственность, — робко напрашиваюсь я. — Ну ты знаешь, через мое главное отверстие, — это смешно. Интересно, как я все еще могу стесняться того, что он трахнет мою киску после того, что только что позволила ему сделать, но так и есть. Трент отводит взгляд и прижимает меня ближе.

— Может быть, когда-нибудь, — задумчиво говорит он. Мои глаза расширяются. Как? Что это значит? Мужчина, который взял мою задницу, не хочет взять мою киску? Это странно, но я позволила ему укачивать меня, потому что в моей голове столько вопросов.

— Трент, — тихо говорю я, вытягивая голову, чтобы взглянуть на него. — Ты действительно вдвое старше меня?

Его рычание подтверждает это.

— Где ты жил до того, как переехал сюда? — он не отвечает, но я чувствую себя смелой, поэтому я приподнимаюсь на локте и смотрю на его лицо с такой сильной линией челюсти и серьезными глазами. — Чем ты занимаешься? — попытка номер два.

Он встречает мои глаза и наконец-то улыбается.

— Я садовник, — говорит он. Я улыбаюсь, а он выглядит растерянным. — Что? — подозрительно спрашивает он.

— Ничего такого. Мне это нравится, — отвечаю я.

— Тебе нравится, что я садовник? Почему? — спрашивает он, все еще немного обороняясь.

Я пожимаю плечами, мои сиськи слегка подпрыгивают от движения.

— Я ценю тяжелую, честную работу. Я думаю, что ручная работа это достойный труд, — добавляю я.

Трент выглядит удивленным.

— Правда? — скептически спрашивает он. — Большинству девушек нужны белые воротнички, такие как банкиры и адвокаты, и тому подобное. Что с тобой не так, малышка? — тихо рычит он, и я наслаждаюсь маленькой искрой, которую вижу в его глазах.

Я снова пожимаю плечами.

— Наверное, я отношусь к трудоголикам, потому что люблю готовить. Выпекать, жарить на сковороде, замешивать тесто и все такое. Я бы хотела зарабатывать на жизнь своими руками.

Трент смотрит на меня искренне любопытно.

— Тогда что тебе мешает? — спрашивает он. — Повара везде востребованы, — это вызывает эмоции, которые переполняют мою душу, и я хмурюсь.

— Моя мама никогда не ходила в колледж, — отвечаю я. — Она никогда не занималась самообразованием, и полагаю, что она хочет лучшего для меня. Знаешь, работа в офисе и все такое прочее.

Трент задумчиво наклоняет голову, эти голубые глаза настолько проницательны.

— Она копила деньги тебе на колледж? — спрашивает он. Мой желудок сжимается, как всегда, когда материальное положение моей семьи ухудшается, поэтому я такая прилежная, трудолюбивая тихоня.

— Нет, — осторожно отвечаю я. — Дело не в том, что она не хочет. Дело в том, что Вивиан не зарабатывает достаточно, чтобы накопить на мое образование в колледже. Ну и пусть, потому что мои оценки довольно хорошие, и я надеюсь, что смогу получить стипендию.

Трент кивает, понимая меня.

— Похоже, ты контролируешь свое будущее. Ты можешь выбрать, что делать со своей карьерой, независимо от того, придется, работать руками или нет, — рычит он, но я не хочу говорить об этом, и ложусь обратно ему на грудь, чтобы сменить тему. Его большая рука нежно поглаживает мои кудри.

— Ты не похожа на других девушек, правда, Дженни? — задумчиво спрашивает Трент.

Я не знаю, что он имеет в виду, и боюсь спросить.

— Я уважаю, твой взгляд на жизнь, — отвечает он так, будто читает мои мысли. — Мне нравится, что ты ценишь тяжелую, честную работу, — добавляет он. Проходит несколько секунд, и затем он добавляет более мягким тоном, — это заставляет меня гордиться тем, чем я занимаюсь.

Эти слова рождают бабочек в моем животе, и я замираю в его руках, позволяя комплименту будоражить меня.

Затем я снова поднимаюсь на локте и смотрю ему в глаза.

— Конечно, ты можешь гордиться собой, — говорю я и нежно целую его в губы. Он смотрит на меня как на богиню, его глаза полны чего-то, чего я никогда раньше не видела.

— Джени, — шепчет он, эти большие руки мягко касаются моего лица. — Я должен тебе кое-что сказать, — говорит он, внезапно становясь серьезным. Я киваю, готовая выслушать, но потом он останавливается. Я вижу, как он колеблется, его глаза слегка мерцают.

— В чем дело? — спрашиваю я ободряюще. Он смотрит в сторону, притягивая меня обратно в свои сильные руки.

— Не бери в голову, — слышу глубокий рык. — Я расскажу тебе позже.

Это был самый лучший день в моей жизни, поэтому я позволяю ему просто обнимать меня. Мы вместе лежали на диване, пропуская туманный субботний день сквозь пальцы. Тени удлиняются по полу, когда мы обмениваемся поцелуями, покусываниями и ласканием друг друга. Приглушенный детский смех звучит снаружи, и я наслаждаюсь этим пусть и не долгим счастьем. Потому что в этом моменте есть что-то неописуемое. У меня был не только потрясающий секс в первый раз, но и мой возлюбленный. Между нашими душами возникает удивительная связь, словно невидимая нить, связывающая нас вместе. У Трента в груди зарождается смешок, как будто он читает мои мысли.

— Что? — лениво спрашиваю я, очень довольная.

— Это смешно, — начинает он тихо и нежно. — Я никогда раньше не лежал с кем-то в кровати, в полном молчании, — его руки мягко пробежали по моим волосам, и я радостно закрываю глаза.

— Я тоже, — шепчу я. — Это так естественно, — Трент кладет указательный палец мне на подбородок и мягко поворачивает мою голову, заставляя взглянуть на него. Его обычно нахмуренный лоб расслаблен.

— Я чувствую, что знаю тебя много лет, Дженни. Хотя мы встретились только сегодня днем, — говорит Трент, и я улыбаюсь, внезапно чувствуя себя дерзкой.

— Ну, технически мы знаем друг друга чуть дольше, — моя игривая реплика. Трент внезапно щекочет меня, заставляя смеяться.

— Ты знаешь, что я имею в виду, — рычит он, прежде чем притянуть меня к себе, но вдруг мужчина становится серьезным. — Тебе пора домой. Ты же не хочешь, чтобы твоя мама нашла тебя здесь, — говорит он, внезапно помрачнев.

Знаю, что он прав. Поднявшись, я вздыхаю. Боже. Домой. Даже если до него всего тридцать футов, я бы хотела остаться здесь навсегда. Поворачиваю голову, глядя на расслабленного Трента, его идеальная татуированная рука поддерживает голову.

— А как же мы? — тихо спрашиваю я. И хмурость его лба вернулась. Он смотрит в сторону. — Смогу ли я увидеть тебя снова? Как сегодня, я имею в виду?

Молчание казалось длиться вечность.

— Я не знаю, Дженни, — таковы его слова, после чего он снова смотрит на меня. — Этого никогда не должно было случиться.

Мое сердце замирает, лицо становится горячим от стыда. И я должна была промолчать, но я ничего не могу поделать.

— Разве ты не хочешь меня? — шепчу я. — Или что-то не так?

Его взгляд как прицел винтовки пронзает меня, эти голубые глаза вспыхивают, когда он садится, крепко сжимая мою руку.

— С тобой все в порядке, милая, — хрипит он. — Я хочу тебя больше всего на свете.

Мое сердце снова пускается вскачь.

— Так в чем же проблема? — жалкое мяуканье вырывается из меня.

— Я боюсь… — начинает он, но не продолжает.

— Чего? — спрашиваю его. Он тяжело вздыхает.

— Испортить тебя, дорогая. Вот почему я не хотел лишать тебя девственности, — я улыбаюсь с некоторым облегчением.

— Но мы сделали это через мой задний вход, — хныкаю я, наслаждаясь тем, как эти инопланетные слова скатываются с моего языка. — Что может быть испорченнее?

— Дженни, — говорит он предупреждающим тоном. — Ты не понимаешь. Ты еще молода.

Но я упрямо качаю головой.

— Это так, но я наслаждалась каждой секундой проведенной с тобой. Если я смогла доверить тебе свою заднюю дырочку, почему бы мне не доверить тебе мою девственность? Почему ты не доверяешь себе?

Он мрачно улыбается и потирает мое бедро.

— Может быть, я когда-нибудь расскажу тебе, дорогая, но не сейчас.

Я нахмурилась, прежде чем показать язык красивому мужчине. И затем со смехом, спрыгиваю с его колен и выбегаю из его дома к своему, на ходу подпрыгивая. Мне не удалось убедить Трента взять мою киску, но чувствую, что он поддается. И когда я лежу в своей кровати, проигрывая прошедшие события в своей голове, чувство страха и глубокого удовлетворения пробегает по моему телу. Потому что есть что-то удивительное в нашей странной, внезапной связи, которая так правильна... и я отчаянно не хочу, чтобы это прекратилось.

Глава 11

Дженни

Досадно что, Вивиан болела всю неделю, а это значит, что она вообще не выходила из дома. В итоге, я не могла свободно наведываться к Тренту. Пришлось обходиться скрытными взглядами, наполненными тоской, но к счастью, мы все время переписывались, используя наши настоящие имена, оставив ПростоПарень и ВлюбленноеСердечко в прошлом, где им и место. Я больше никогда не буду сомневаться в ChatWorld, но все же рада, что мы закончили с приложением для знакомств раз и навсегда.

К счастью, к выходным Вивиан почувствовала себя лучше, и в субботу утром я услышала, как она выходит из дома. Вероятно, ее ждали интенсивный тренажерный зал и солярий, дабы восполнить время, проведенное лежа в постели. Машина Вивиан съезжает с дороги, и, понимая, что это шанс, мое сердце начинает биться в горле от волнения. Я держала свою киску выбритой всю неделю, в ожидании этого момента. Мое красивое нижнее белье, ожидая своего часа, лежало в ящике поверх других вещей.

Но все это сейчас не важно, потому что Трент написал, что хочет увезти меня туда, где мы могли бы побыть одни, где никто не узнает и не побеспокоит нас. На природе не меньше. Он сказал мне, что я должна быть разумно одета, и обязательны походные ботинки и перчатки. Так что я совместила сексуальность и практичность. Или, по крайней мере, я надеялась добиться такого результата.

Я оцениваю свое отражение в зеркале: шорты обрамляют ягодицы, демонстрируя белоснежные бедра, а розовый, плотный материал футболки очерчивает талию, заставляя сиськи выглядеть еще больше, чем обычно. Это не совсем «практично», если подумать, но что могу сделать? Я большая девочка, и учитывая параметры выбора одежды, это лучший вариант. Кроме того, в глубине души знаю, что Трент считает меня сексуальной в любом виде. Ему понравится все, даже если я не мисс Патагония.

И как только он открывает дверь и видит меня, вся моя неуверенность исчезает. Взгляд Трента устремляется на грудь, далее вниз по телу и обратно на лицо, и я вижу, как он сглатывает, а в голубых глазах загорается страсть. Я застенчиво улыбаюсь и краснею.

— Хотел бы я затащить тебя в свою гостиную и объездить, — рычит он. Я хихикаю, а мысль о том, что он берет меня, вместо обещанной поездки, заставляет киску покалывать.

— Так что же тебе мешает? — спрашиваю я, но он качает головой, выходит на улицу и закрывает за собой дверь.

— Садись, — приказывает Трент, открывая пассажирскую дверь своего грузовика. Я подчиняюсь. Скрежеща шинами, мы уезжаем.

— Куда мы едем? — застенчиво спрашиваю я его, глядя на поля, проносящиеся мимо.

— Медвежий лес, — рычит Трент в ответ. — Ты когда-нибудь слышала об этом? — я качаю головой. — До него ехать около двух часов. Это красивый природный заповедник. Я бывал там ребенком, в нем имеется несколько фантастических пешеходных маршрутов. Я хочу показать их тебе. Для нас это будет шанс расслабиться и сбежать от твоей мамы или кого-то еще, кто может нас узнать.

Я киваю с пониманием. В конце концов, конфиденциальность – это ключ к свободе.

— Хотелось бы, чтобы нам было наплевать на то, что думают другие, — говорю я тихим голосом. — Хотелось бы быть свободными.

Трент зарычал, положив руку мне на колено, прикосновение его кожи к моей, послало стаю бабочек по телу.

— Я тоже, детка, — отвечает он, — но никто не поймет этого. Люди мстительны. Взрослый мужчина и девственница по соседству? У них будет арсенал сплетен и, к сожалению, мне не интересно их слышать. Я интересуюсь только тобой, — хрипит он, прежде чем взглянуть на меня.

Я улыбаюсь, желая пробыть с ним целый день, каждый день, всю оставшуюся жизнь.

Два часа езды в кабине теплого и комфортного грузовика пролетели в одно мгновение. И прежде чем я это понимаю, мы поднимаемся к началу леса, где располагается небольшая поляна. Я натягиваю маленький рюкзак на спину, и мы начинаем путь в лес. Содержимое моего рюкзака вызывают любопытство Трента.

— Что у тебя там? — спрашивает он.

— О, немного шоколадно-ореховых батончиков домашнего приготовления, — говорю я дразнясь.

— Можно мне один? — спрашивает он, и я смеюсь в ответ.

— Ты должен заслужить это, большой парень, — приходит мой дразнящий ответ, и он шлепает меня по попке в ответ, заставляя подпрыгнуть и захихикать. Во время прогулки по тропе альфа-самец держит меня за руку. Это так естественно, держаться за руки, где никто не видит нас, кроме множества деревьев и разнообразной дикой жизни.

— Ты прав, — говорю я после приятного молчания, в котором только щебетание птиц прерывает наши мысли. — Здесь красиво.

Трент благодарно кивает и притягивает меня ближе. На самом деле это первый раз, когда я отправляюсь в поход, и безумно рада оказаться в компании этого человека. Чувствую себя в безопасности и осматриваюсь вокруг, как будто он может показать мне весь мир. Я оглядываюсь, впитывая окружающий мир, но внезапно вспыхивает оранжевый цвет, который заставляет меня остановиться, пристально вглядываясь в густую листву.

— В чем дело? — спрашивает Трент.

— Я не знаю. Мне показалось, я что-то увидела, — медленно говорю я.

Трент поворачивается в ту сторону, куда я смотрю, и пожимает плечами.

— Там ничего нет, детка. Пойдем, — говорит он, и мы продолжаем идти по пути, но я не уверена. Я действительно что-то видела...

— Давай сделаем перерыв, — говорит Трент. — Думаю, что я заработал один из твоих шоколадно-ореховых батончиков! — хмыкает мужчина, плюхаясь на мягкую поверхность мха, у подножия большого дерева.

Улыбка не покидает мое лицо.

— Возможно, — мой ответ. И не думая больше об оранжевой вспышке, снимаю свой маленький рюкзак, чтобы расположиться рядом с Трентом.

С гордостью наблюдаю, как Трент пожирает три моих шоколадно-ореховых батончика за один раз, хихикаю над тем, как он закрывает глаза и с удовольствием стонет при каждом укусе. Облизывая пальцы, он недоверчиво качает головой.

— Святое дерьмо, Дженни, — стонет он. — Это вкусно! Тебе определенно стоит открыть свою пекарню. Ты не можешь держать этот талант в секрете, потому что это будет позором, — добавляет он, все еще чмокая губами. Затем мужчина успокаивается, положив руку мне на колено, его голубые глаза сканируют мои. Они превратились в индиго, как в прошлый раз, когда Трент был возбужден. Мое дыхание застывает у меня в горле, когда он начинает ласкать мое бедро.

— Дженни, — шепчет Трент, но в том, как он произнес мое имя, было что-то еще, чего я не знаю. Альфа-самец наклоняется и целует меня, его идеально сложенные губы нежно касаются моих. — Я никогда раньше не встречал таких как ты, — шепчет он мне прямо в рот. Его рука находится на моей шее, и он прижимает меня к себе, когда снова целует меня, на этот раз более настойчиво. Дыхание застревает у меня в горле, когда я чувствую его язык напротив моего, его сильные руки обвивают мое мягкое маленькое, по сравнению с ним, тело. — Дженни, — он горячо дышит мне в губы, почти умоляя. — Можно?

И я знаю, о чем он спрашивает.

— Я хочу отдать себя тебе, — выдыхаю я в подтверждение. — Я твоя.

Его руки сжимают мою талию, внезапно прижав меня к себе, заставляя меня задыхаться от волнения. Мое сердце бьется как сумасшедшее. Время пришло? Отдам ли я свою девственность этому невероятному мужчине в Медвежьем лесу, вокруг которого танцуют пятнистые тени? О боже, я надеюсь на это.

Кажется, что Трент собирается осуществить мою мечту.

— Я больше не смогу оторваться от тебя, — рычит он, прикусывая мою шею. Я схожу с ума от вожделения к нему, и цепляюсь за его футболку, вжимаясь в него.

— Зачем тогда это делать? Просто возьми меня, Трент, пожалуйста, — стону я. — Я хочу, чтобы это был ты.

Его губы снова на моих, он целует меня глубоко, с жадностью. Затем он берет меня на руки и без усилий укладывает на тенистый мох. Я стаскиваю с него футболку и задыхаюсь от вида его идеального торса в комплекте с кубиками пресса, огромной грудью, мускулистыми плечами и руками, покрытыми татуировками. Он так невероятно горяч, и я до сих пор не могу поверить, что он хочет меня. Массивный мужчина ложится на меня сверху, раздвигая мои ноги своими коленями.

Одной рукой Трент придерживает меня за шею, а второй ладонью сжимает мои огромные сиськи. Он стонет, инстинктивно вдавливая свой таз в мой – сквозь джинсы чувствую, как его член затвердевает. Я отвечаю, прижимаюсь к его бедрам и проводя руками по груди, ласкаю мощные мышцы.

— Возьми меня, Трент, — стону я, когда он прижимается лицом к моему животу, стягивая мою футболку с вырезом. Огромные кремовые курганы выпрыгивают вперед, и он лижет мой обнаженный сосок, отчего в киске вспыхивает огонь. Мужчина проводит рукой по моим трусикам, поглаживая мягкие складки.

— Видишь, какая я для тебя мокрая? — вздыхаю я, начиная расстегивать джинсы. — Пожалуйста, трахни меня, — умоляю я. — Пожалуйста, ты мне нужен.

Трент на мгновение замирает, его жесткий член, как жезл, касается моего живота, но все еще есть некоторые сомнения. Почему? Зачем ему останавливаться, когда я так сильно этого хочу? Мы одни в лесу, и нет никаких шансов, что кто-нибудь помешает. Так почему мой красивый мужчина колеблется? Но что-то заставляет его задуматься.

— О, Дженни, — стонет он. — Я не могу. Я не должен.

К сожалению, для него, я не позволю ему остановиться на этот раз. Поджимая его руку, я втираю в свою киску его крупные пальцы, смачивая их в своих горячих соках.

— Ты мне нужен, — мой хриплый крик. — Я не могу жить без тебя, Трент. Пожалуйста!

И когда крупный мужчина прячет голову в изгибе моей шеи, его горячее и хриплое дыхание опаляет мою кожу, я снова чувствую, как его член дергается от волнения. Потому что это правда. Мы нужны друг другу... и ничто не сможет помешать нам.

Глава 12

Дженни

Его большое, сильное тело прижимается ко мне, пока он страстно движется надо мной. Он сдерживает свою страсть, почему, я не понимаю.

— Пожалуйста, — снова говорю я. — Пожалуйста, Трент, пожалуйста. Ты мне нужен.

Теперь он зажимает мои волосы в кулаке, одной рукой любовно обхватив мою голову, целует, облизывает и сосет мои соски. Посмотрев вниз, я вижу, как его член торчит из джинсов. Мне удалось расстегнуть их, дикая твердость и величина его эрекции вырывается наружу, кончик которой теперь доходит до его пупка.

Инстинктивно я протягиваю руку и освобождаю, обхватывая его толщину, которую я так отчаянно хочу. Челюсть Трента сжимается при попытке сдержаться, пока я направляю его огромный член в свою киску, зная, что в первый раз будет больно, и все же желая этого. Он сжимает мои сиськи, и позволяет мне прижать член к мокрой киске. Затем смотрит мне в глаза, и я вижу, как последний кусочек самообладания разбивается вдребезги, как прибой о берег. Прижимая меня ко мху одной рукой, а другой раздвигая мои бедра, мужчина сдается и толкает огромный толстый член в пульсирующую киску. Я задыхаюсь. Странная смесь удовольствия и боли – совершенно новый опыт, и все же невероятно ослепительный. Моя киска такая тугая, и Трент должен разработать ее своим огромным членом. Прижимаюсь к нему грудью, полной отчаянной похоти.

— Подожди, Дженни, — выдыхает он. — Ты в порядке?

В ответ киваю, тяжело дыша.

— Это так хорошо! Продолжай, — умоляю я, но он держится совершенно неподвижно, его соблазнительная массивная фигура зависла надо мной.

— Ты слишком тугая, Дженни, — стонет он, все еще не двигаясь. О, черт, он даже наполовину не вошел. — Ты слишком маленькая.

— Продолжай, — умоляю я снова. — Просто сделай это, мне нужно, чтобы ты трахнул меня. Я умру без этого, Трент!

И со стоном сильного удовольствия, он засовывает свой член еще глубже, и я чувствую странное щемящее ощущение, которое заставляет меня задыхаться. Он снова останавливается, вглядываясь в мое лицо, но видя, что со мной все в порядке, мужчина продвигается все глубже, медленно и упорно, пока я не чувствую, как его яйца прижимаются к моей попе.

— Наконец-то, — стону я, задыхаясь и все же желая большего, заставляя его улыбнуться.

— Теперь будет по-настоящему хорошо, — шепчет он мне в щеку, и с еще одним стоном вожделения он толкается в меня и начинает дико трахать, вдалбливаясь всем своим массивным телом, двигаясь как машина, член которой скользит в моей киске, заставляя сильно стонать.

Боль еще не прошла, но я даже не замечаю ее. Чувство полной принадлежности этому человеку, является фактором, подавляющим боль и я хватаю его за плечи, двигаясь навстречу.

— Ох-х-х-х, — я словно в бреду, глаза закатываются. — О, Трент.

Внезапно он хватает мои руки и прижимает поверх моей головы, изменяя давление лобковой кости на клитор, а член начинает биться в странное местечко внутри киски, которое внезапно заставляет меня дрожать.

— О боже, Трент, мне кажется... мне кажется, я сейчас кончу, — вырывается мой стон, и тогда в его глазах появляется определенный блеск. Трент сжимает челюсть, и трахает меня сильнее, подталкивая свой член к этому особому местечку, пока мои ноги не начинают дрожать, и оргазм не начинает расти из глубины.

Внезапно это случилось. Моя киска сжалась, сильно стискивая его член, и я кончаю, растворяясь в серии потрясающих толчков. Одновременно чувствую, как его стержень раздулся во мне, пульсируя, Трент запрокинул мою голову назад, впиваясь зубами мне в горло. И тут он взрывается. Он сильно эякулирует внутри меня, горячие импульсы кремовой белой пены наполняют меня изнутри.

— Ух, черт! — ревет он мне в горло. — Бл*дь, черт возьми!

Я тоже хныкаю от удовольствия, в ушах белый шум, когда мы вместе достигаем кульминации.

— О, Трент! — мой беспомощный вопль от того что, моя киска так хорошо оттрахана. — Да, да, да! Дай это мне!

Но пока мы стонем и извиваемся вместе, внезапный вопль прорывается сквозь экстаз, заставляя меня подпрыгнуть. Что это было? Это прозвучало как сирена, и мои глаза открылись по собственному желанию.

О, дерьмо, дерьмо, дерьмо! Это Вивиан! Моя мама здесь! И она кричит, обвинительно указывая пальцем, а ее рот образует слова, которые невозможно разобрать, но нет сомнений в одном: она в ярости.

Мое сердце бьется в груди, когда я вижу, как Вивиан практически рвет на себе волосы, но я до сих пор не понимаю, что она пытается сказать.

Но Трент точно знает, что именно.

— Святое дерьмо, — рычит он, осторожно вытаскивая влажную раздутую головку своего члена из моей узкой киски. Это непристойно, так разглядывать его, учитывая обстоятельства, но я хочу этого. И гнев начинает закипать внутри меня. Что происходит, черт возьми? Почему моя мама шпионит за нами? Самый драгоценный момент нашей жизни был прерван визгом моей невыносимой матери, которая стоит на расстоянии десяти футов.

— Мама! Заткнись! — внезапно кричу на нее, что чудесным образом работает. Ее рот закрывается, даже если эти глаза все еще стреляют кинжалами. — В чем твоя проблема? Что ты вообще здесь делаешь? — выплевываю слова. Она смотрит на меня, когда я вскакиваю на ноги, натягивая одежду. Трент заправляет свой член в джинсы и поправляет футболку.

— Как ты смеешь затыкать меня! Ты ребенок! А он… — Вивиан дышит, обвинительно указывая одним длинным когтистым ногтем на Трента, — ...бывший заключенный! — продолжает она.

Что? Я смотрю на Трента, который избегает моего взгляда. О чем говорит Вивиан? Она слишком хочет меня довести.

— Его посадили за изнасилование! И теперь он делает то же самое с тобой! — кричит она.

Я ошеломлена. О чем она? Это не может быть правдой, не так ли? Мой любовник действительно судимый?

Я смотрю на Трента, ожидая, что он отвергнет обвинение. Я жду, чтобы он назвал это все блефом и велел ей убираться. Или, по крайней мере, упрекнуть Вивиан в том, что она следила за нами в Медвежьем лесу, не уважая нашу частную жизнь, но он молчит, как могила. Его руки глубоко зарыты в карманах, массивные плечи опущены. Он смотрит на меня глазами, полными стыда, и вдруг я понимаю, что обвинения Вивиан верны. Он открывает рот, чтобы что-то сказать, но рука Вивиан хватает меня за запястье, и я позволяю ей утащить меня прочь. Меня практически бесцеремонно запихивают на пассажирское сиденье машины, и захлопывают за мной дверь.

Всю дорогу домой Вивиан продолжает кричать на меня, но я даже не различаю слов, словно в коме. Все, о чем я могу думать, это насколько была глупа, потому что, конечно, все это было слишком хорошо, чтобы быть правдой. Такой горячий парень, как Трент, интересуется мной? Пышной, застенчивой, едва достигшей совершеннолетия идиоткой? Это невозможно, и это было невозможно. Я была глупа, полный аут.

— Тебе должно быть стыдно за себя! — теперь Вивиан кричит на меня. — Позволить какому-то насильнику забрать свою девственность! — я закрываю глаза, пытаясь собраться.

— Я не знала, что он насильник, — говорю спокойным голосом.

— Значит, он еще и лжец! — упрекает Вивиан. Я держу глаза закрытыми. Я не хочу обсуждать это с ней, но моя мама не сдается, кричит на меня всю дорогу домой. Когда мы подъезжаем к крыльцу, я открываю дверь еще до того, как машина полностью заглушается.

— Это отвратительно, — кричит она позади. — Увезти тебя в дебри, чтобы надругаться!

Я вхожу в дом, все еще прикусывая губу, но мое терпение лопается. Повернувшись, я устремляю заплаканные глаза к ней.

— Я не знаю, в чем твоя проблема, мама! Ты пыталась заставить меня потерять девственность в течение многих лет, говоря мне: «используй свои пальцы, чтобы покончить с этим», — Вивиан смотрит на меня в шоке. — Так вот, я покончила с этим! Я позволила бывшему соседу трахнуть себя. Я рада этому. А почему ты не рада? — бросаюсь на нее. — В конце концов, это мое тело.

Вивиан ошеломлена, и я пользуюсь этой возможностью, чтобы избежать ее ужасной компании, устремлюсь вверх по лестнице, чтобы запереться в своей комнате.

Сидя на кровати и тяжело дыша, я все еще чувствую, как огромный, жесткий член Трента таранит мою девственную киску. Это больно, и мне нужно немного переместить свой вес, чтобы стало комфортнее, но даже несмотря на то, что у меня там все разбухло и возможно есть разрывы, я не могу заставить себя сожалеть об этом. Я не могу заставить себя ненавидеть его. На самом деле, я даже не могу заставить себя поверить в обвинения своей мамы. В конце концов, почему я должна просто верить слову Вивиан? Если это правда, я хочу услышать это из его собственных уст. Я хочу дать Тренту возможность рассказать свою версию. В конце концов, у медали две стороны... и я хочу услышать правду от своего – пока еще – мужчины.

Глава 13

Трент

Я выжидаю время, прежде чем возвратиться домой. Дерьмо. Это полный пи*дец. Что, черт возьми, делала Вивиан в заповеднике? Я никогда не видел, чтобы она носила что-либо, кроме высоких каблуков, мини-юбок и узких нарядов для йоги. Должно быть, она проследовала за нами сюда и ждала подходящего момента в лесу. Я мог бы пнуть себя за то, что не воспринял «видение» Дженни всерьез. Она сказала, что увидела какую-то оранжевую вспышку в лесу, должно быть это и была ее мама.

Дважды пи*дец. У меня нет абсолютно никакого желания снова сталкиваться с этой визжащей сумасшедшей, даже если ее обвинения технически верны. Я смотрю вниз на мох, где совсем недавно забрал девственность Дженни. Кажется, это случилось уже давным-давно. Ее маленький рюкзак лежит на земле, где она его забыла. Я поднимаю его, намереваясь забрать с собой, хотя понятия не имею, как собираюсь вернуть его ей. Должен ли я оставить его возле ее двери? Принести извинения? Она никогда не примет это. А зачем ей? Я хранил от нее секреты, и она имела полное право меня ненавидеть.

Лицо Дженни побелело, когда она услышала крик матери и ее слова, разбивающие мне сердце. Не то чтобы я никогда не собирался признаваться. Я просто ждал подходящего случая. Думаю, было бы лучше рассказать, до того, как мы занялись сексом, но желание было чертовски сильным. Я отчаянно нуждался в женщине, и слова просто помешали бы.

Так что это моя вина. Нет сомнений, я потерял Дженни сейчас, и все потому, что был слишком труслив, чтобы говорить правду. Трижды пи*дец.

Это моя вина. Это. Моя. Вина. Единственная фраза крутится в моей голове, пока я возвращаюсь домой, а дождь только усиливает то, как я чувствую себя внутри. Все начинается как легкая изморось, но к тому времени, когда я, наконец, выезжаю на дорогу, начинается муссон. Это настоящий летний душ в Айове, когда над головой гремит гром. Кажется судьбоносный. Мое прошлое наконец-то настигло меня, а будущее рушится у меня на глазах.

Выйдя из машины, я даже не поторопился в свой дом или каким-либо образом не защитил себя от ливня. Я за секунду промок до нитки, моя футболка прилипла к ребрам, а черные волосы ко лбу. Единственное, что меня волнует, это крошечный рюкзак Дженни, который держу свернутым на локте, пока другой рукой вытаскиваю ключи из кармана, но когда захожу в дом, позади меня раздаются шаги, и я оборачиваюсь. Мое сердце падает, потому что это Дженни, ее длинные вьющиеся волосы облепили ее фигуру, одежда прилипла к великолепному соблазнительному телу. Тело, которое на короткое время было моим.

Дженни выглядит так же плохо, как и я. Протягиваю ей маленький рюкзак.

— Ты кое-что забыла, — слышу свое грубое рычание. Она берет сумку из моей руки, не глядя на нее, не заботясь, не промокнет ли она. — Иди домой к маме, Дженни, ты промокла, — я хриплю, но она не двигается. Брюнетка пристально смотрит на меня, в ее красивых глазах отражается боль.

— Это все правда? — спрашивает она тихим голосом, едва слышным под грохотом ливня.

На данный момент больше нечего скрывать, поэтому я киваю. Ее пухлые губы сжимаются в разочаровании.

— Насколько? — спрашивает она. — На пятьдесят процентов? Двадцать пять? Сотню?

Я тяжело вздыхаю, капли дождя стекают по моей массивной груди.

— На все сто, — честно говорю я. — За исключением одной «мелочи». Я не насиловал ее. Она согласилась, но солгала о своем возрасте и сказала, что ей восемнадцать, а на самом деле ей было семнадцать и десять месяцев. Она пригласила меня в дом ее родителей, и хотела, нет... умоляла меня сделать это на обеденном столе.

Глаза Дженни закрыты, но, по крайней мере, она слушает. Итак, я продолжаю.

— Когда ее родители вернулись домой, можешь себе представить, что произошло дальше. Хотя девушка и сказала, что хотела этого, ее родители выдвинули обвинения и выиграли. К счастью, я ранее нигде не привлекался, и провел всего три месяца в камере. В каком-то смысле я везунчик, веришь этому или нет.

Дженни ничего не говорит, а просто стоит, глядя на меня, сквозь полуприкрытые веки. Вода стекает с ее ресниц.

— Пожалуйста. Дженни, уйди из под дождя, — начинаю я, держа дверь своего дома открытой. Словно деревянный солдат, красивая брюнетка ступает внутрь.

Я закрываю дверь. Внезапная тишина, после безумного ливня на улице, оглушает. Мы оба стоим в холле, образовывая лужи на плитках. Я осторожно наклоняюсь вперед и убираю липкие волосы с ее глаз. Она позволяет мне это, что дает мне надежду.

— Я не насильник, Дженни. Я никогда не причиню тебе вреда или кому-либо еще, — я опускаю руку на ее лицо, нежно лаская влажную щеку тыльной стороной пальцев. Она тяжело сглатывает, борясь с новыми знаниями, которые получила за последние пару часов.

— Ты должен был сказать мне, — жестко говорит она, глядя мне в глаза, которые я закрываю от стыда. — Я имела право знать.

— Ты права. Я должен был сказать тебе. И пытался на прошлой неделе, когда мы лежали на диване, но не смог... Потому что боялся, что ты будешь плохо обо мне думать.

Дженни качает головой и глубоко вздыхает.

— Я поняла. Вроде бы. Потому что на самом деле мне исполнилось восемнадцать лет несколько месяцев назад, так что это могло случиться и с нами, но дело в том, почему ты не сказал мне с самого начала? — умоляла она. — Если бы ты был честен с самого начала, все было бы намного проще.

Я киваю, чувствуя себя абсолютным дерьмом.

— Я знаю, дорогая. И мне очень жаль. Я пойму, если ты больше никогда не захочешь меня видеть.

Она делает глубокий вдох, прежде чем поднять подбородок.

— Ну, я не сказала, что хочу этого, — говорит она тихим голосом. Надежда вновь появляется в моей груди.

— Что ты имеешь в виду, дорогая? Сможешь ли ты простить меня? — прозвучал мой низкий отчаянный голос. Девушка улыбается, отчего глубоко в моем сердце разжигает огонь.

— При одном условии, — говорит она.

— Что угодно, — отвечаю я, обхватив рукой ее шею, притягивая ближе, а она смотрит на меня.

— Никогда больше не ври мне, хорошо? — спрашивает она, глядя мне в глаза. — Я имею в виду именно это Трент. Все было рискованно, я долго и упорно думала о том, что бы произошло. Чтобы не случилось, ты должен говорить сразу, иначе может быть хуже. Ты слышишь?

Я с благоговением закрываю глаза и снова открываю их, заглядывая в ее карамельные глаза.

— Да, безусловно, — отвечаю, а затем притягиваю ее к себе и обнимаю, целуя так, как будто я никогда раньше не целовал женщину, запечатлевая свое обещание, и клянусь себе никогда не делать ничего, из-за чего мог бы ее потерять.

Поцелуй прерван внезапной и сильной дрожью Дженни, и я вспоминаю, что мы оба все еще насквозь промокшие.

— Боже мой, мы оба совершенно мокрые! — восклицает она сквозь стучащие зубы, глядя вниз, как будто не стояла под проливным дождем со мной. Я усмехаюсь.

— Во-первых, дорогая, ты примешь горячий душ наверху, — прорычал ей на ухо, подхватывая ее на руки и поднимаясь по ступенькам. — У меня есть хорошая сухая одежда, которую ты сможешь надеть. И только потом, ты расскажешь о том, чем хотела бы заняться дальше.

Я испытываю желание залезть под душ с брюнеткой, потому что один взгляд на ее мокрое обнаженное тело, и я в полной боевой готовности, но говорю себе, что для этого еще будет достаточно времени. Потому что эта красивая, невинная молодая девушка послана мне с небес, чтобы дать мне шанс на искупление. Я просто вытираюсь полотенцем и надеваю сухую одежду.

Дженни выходит из ванны после горячего душа, в огромной клетчатой рубашке, которая практически свисает ей до колен. Не могу скрыть свою улыбку. Хочу всегда видеть ее такой – чистой и влажной, а ее пышные формы – одетыми в мою одежду.

— Ты прекрасно выглядишь, — тихо говорю я. Она краснеет, но затем это выражение становится серьезным.

— Что теперь? — ее мягкий вопрос. Я вздыхаю. Потому что мы переходим на новый уровень.

— Это зависит от тебя, детка, — говорю я. — Она твоя мать. Я поддержу любое твое решение, — и тут у меня в груди вспыхивает надежда, когда выражение решимости появляется на лице моей прекрасной девушки. Потому что Дженни сильная. В то время как я трушу, моя великолепная брюнетка имеет достаточно смелости, чтобы противостоять даже диким львам... и знаю, что она не подведет меня.

Глава 14

Дженни

Трент держит гигантский зонт над моей головой, когда мы выходим от его крыльца к дому Вивиан. Я давно хотела вывести ее на откровенный разговор. Моя мама любит меня по-своему, да, но она никогда не принимала меня такой, какая я есть. Она никогда не поддерживала ни мое желание заниматься выпечкой, ни мое желание двигаться по жизни так, как я бы сама этого хотела.

А больше всего я ненавижу, как она относится к себе. Ненавижу, что Вивиан заботит тот или иной парень, ее бешеное желание вечно оставаться молодой и красивой. Это глупое заблуждение. В жизни все идет своим чередом, несмотря ни на что, и достойная старость это большая привилегия, но, к сожалению, блондинка так не считает, учитывая ее многочисленные браки и разводы.

— Мама? — зову ее, заходя в дверь, Трент всего в нескольких футах позади меня. Его присутствие внушает уверенность. Как будто по команде Вивиан выходит из гостиной, ее лицо мгновенно приобретает злой оттенок.

— Боже мой! — кричит она. — Что ты с ним делаешь? Я звоню в полицию!

— Ты можешь сделать это, если хочешь, мама, но они ничего не смогут сделать, потому что Трент не сделал ничего плохого.

Вивиан начинает протестовать, но я ее перебиваю.

— Он не насиловал меня. Я хотела, чтобы он забрал мою девственность. Я хочу его, на все сто процентов. Кроме того, я взрослый человек во всех отношениях.

Рот Вивиан – тонкая линия ярости и разочарования.

— Он бывший заключенный, Дженни. Как ты можешь хотеть его? Из миллиарда парней в мире, ты выбираешь его? В самом деле? Не могла найти получше?

Ее слова причиняют боль, но я заставляю себя сохранять спокойствие. Трент стоит позади меня, словно стена из цемента, готовый поддержать меня.

— Да, я хочу его, Вивиан. И его зовут Трент. Кроме того, он заплатил за свои ошибки. Он отсидел три месяца за то, что спал с несовершеннолетней, которая солгала о возрасте, и в некотором смысле он здесь жертва.

Лицо Вивиан искажается маской ярости и отвращения.

— Я вижу, что он и тебе промыл мозги, моя дорогая дочь. Ты думаешь, он жертва? Что это за сумасшедший стокгольмский синдром? Пожалуйста, Дженни, одумайся! Он трахнул тебя и обвел вокруг пальца. Включи мозги!

Сердце жжет, но я заставляю себя глубоко вздохнуть и сохранять спокойствие, хотя мое сердце бьется как барабан.

— Нет, мозги мне никто не промывал, Вивиан. Опять же, я взрослая и знаю, чего хочу. А я хочу его.

Вивиан меняет тактику.

— Он бросит тебя. Ты не можешь доверять ему. Я видела, как он смотрит на меня, — злобно шипит она. — Он больше не захочет тебя, Дженни, потому что хочет заполучить кусок моей аппетитной задницы.

Я выдыхаю, мне очень больно, но нет времени реагировать, потому что Трент заговаривает глубоким голосом.

— Это ложь, Вивиан, и ты это знаешь. Почему бы тебе не рассказать своей дочери настоящую правду? — я перевожу взгляд с Трента на Вивиан, внезапно озадаченную. Правда? Какая?

— О чем он говорит, мама? — спрашиваю я Вивиан, но она не отвечает, вместо этого вскидывая руку в защитном жесте.

— Нельзя доверять словам, такого как он, — вызывающе объявляет она. — Он подонок, Дженни, — говорит она мне. — Просто ничтожество с криминальным прошлым.

— Ты лжешь, — рычит Трент позади меня. — С тех пор, как я переехал, ты меня всюду преследуешь, не реагируя на мои «нет».

Что? Мой рот открывается.

— А видеть, как сильно я влюблен в твою дочь, было слишком, не так ли? Не получить того, чего хочешь, — добавляет он.

Я все еще удивлена этой серией новостей. Во-первых, моя мама подбивала клинья к Тренту. Чересчур? Но это имеет какой-то больной смысл, потому что Вивиан отчаянно нуждается в преклонении от всех без исключения мужчин. Так что да, теперь я понимаю ее маниакальную ненависть к моему мужчине.

Но слова Трента о любви ко мне, шокируют гораздо сильнее. Влюблен? По-настоящему? Бабочки роем кружат в моем животе, несмотря на напряженность момента.

Я наблюдаю за реакцией Вивиан. Она замирает, затем грубо лает:

— Это грязная ложь, ты, бл*дь, лжец! — но я ей больше не верю.

Плюс, у Трента есть козырь, который он не использовал.

— Ты смотрела на меня из своего окна, Вивиан. Почти каждую ночь. Я знаю, что да, ты не настолько скрытная. И хуже всего то, что я видел, как ты ублажала себя, пока плавал в бассейне на прошлой неделе, — говорит он с отвращением. — Это было отвратительно. Я вышел из бассейна, как только понял, что ты шпионила за мной.

Это приводит Вивиан в ярость.

— Это ты мастурбировал в своем бассейне! — кричит она, но он остается спокойным.

— Я был на своей территории, с забором вокруг двора. То, что я делаю на своей земле, это мое дело, но с тех пор, когда увидел тебя, подглядывающую за мной из окна своей спальни, я не был в бассейне.

Я поворачиваюсь с красным от стыда лицом, чтобы посмотреть на мою маму. Твою мать! Помню ту ночь, потому что я тоже подглядывала за Трентом. И медленно память возвращается. Той ночью были слышны стоны, и я автоматически предположила, что Вивиан занималась сексом со своим бывшим мужем, но на самом деле она жаждала Трента? Бл*дь.

Шок и отвращение – это слишком много. Моя собственная мама и я жаждали одного и того же парня. Мне нужно выбираться отсюда.

— Этого достаточно, — коротко говорю я, прежде чем заткнуть Вивиан. — Перестань. Я тоже слышала тебя той ночью, но думала, что ты была с Крисом.

Но Вивиан даже не стыдится, а становится еще более разъяренной.

— Как ты смеешь так говорить со мной? Что ты знаешь, неблагодарный ребенок? — кричит она, но я сохраняю спокойствие, продолжая, как будто она никогда не перебивала меня.

— Я устала находиться в твоей токсичной среде. Я устала видеть, как ты бросаешься на мужчин в отчаянии. Твоя потребность в мужском утверждении нереальна, и тебе нужно обратиться к терапевту.

Вивиан теперь так зла, что ее лицо ярко-красное, но она не может ничего ответить, ее рот просто открывается и закрывается, как у выброшенной на сушу рыбы.

Так что я наношу последний удар.

— И, кстати, я переезжаю. Мы с Трентом будем жить вместе, хотя это не твое дело.

Вот оно. Голос Вивиан возвращается, и она кричит во все легкие.

— Он тебя бросит! Он лжет о любви к тебе! Разве кто-нибудь может полюбить такой толстый, бесполезный комок, как ты? — несмотря на то, что моя мама говорила мне подобные вещи раньше, это все еще больно. Только сейчас у меня есть Трент, чтобы доказать ее неправоту. Я собираю все свое мужество и смотрю маме в глаза.

— До свидания, Вивиан, — слышу свой устойчивый голос. И когда иду по подъездной дорожке без каких-либо вещей, появляется только чувство свободы. Потому что я оставляю позади старое и иду к своему будущему с человеком, которого люблю.

— С тобой все в порядке? — спрашивает Трент, когда мы едем в соседний отель, чтобы переночевать. В конце концов, мы хотим жить вместе, но не по соседству с моей мамой. Это все равно, что жить рядом с ядовитой свалкой. Требуется новый старт.

— Да, — отвечаю я, с трудом сглатывая. Несмотря на боль от разрыва связей с Вивиан, она все еще моя мама, но я должна двигаться по жизни вперед. — Я поступила правильно. Всегда мечтала уйти и, наконец, избавиться от ее негатива в наших повседневных отношениях. И ты дал мне шанс сделать это, — добавляю я, глубоко вздохнув.

Трент внезапно съезжает к обочине дороги и паркуется, не обращая внимания на гудящие машины. Он поворачивается ко мне, и я вижу что-то в его глазах, что увидела в наш первый пикник. Тогда я не смогла понять что это, потому что была неопытной девственницей, которая не знала всех тонкостей отношений, но теперь без сомнения знаю, что отражается в этих лазурных глубинах: любовь. Потому что этот человек влюблен в меня, и я люблю его.

Трент берет меня за руку и целует, закрывая глаза в благоговении.

— Пока я живу, Дженни, я никогда не позволю чему-либо или кому-либо причинить тебе боль. Ты и я против всего мира, договорились, детка? — говорит он, перекрывая своей уверенностью последние остатки моего беспокойства.

И больше никаких слов не нужно, потому что совместная жизнь в наших руках. Мы мгновение смотрим друг другу в глаза, чувствуя души, перед тем, как отправиться в удивительный мир, раскрывающийся цветами, формами и звуками, которых раньше никогда не было.

Потому что кто знал, что такое может произойти? Трент был бывшим заключенным, опасавшимся влюбиться, и бережно охранял свое сердце. Я была милым подростком, жившим по соседству, неопытным, но готовым рисковать всем. И, несмотря на трудности, с которыми мы столкнулись, все получилось. Потому что, возможно, ChatWorld открыл двери для отношений, но наши чувства друг к другу переросли простой флирт. И я не могу дождаться, чтобы войти в следующую главу моей жизни с любимым мужчиной, идущим рядом со мной.

Эпилог

Я беременна всего три месяца, но мои сиськи уже такие большие, что это непристойно. Тренту очень нравится, и он не может насытиться ими ни днем, ни ночью. Я, с другой стороны, не могу насытиться его вниманием, поглощая тепло и жар, исходящий от моего мужчины, но еще есть и работа, которую нужно делать. Я чувствую, как вес моих тяжелых сисек смещается, когда наклоняюсь, чтобы сорвать какие-то беспризорные сорняки. Одной рукой ласково поддерживая округлившийся живот, я иду по саду нашего маленького коттеджа.

Мы с Трентом решили сменить обстановку и переехали в город, находящийся примерно в двух часах езды от Литтлтона, где я поступила в местный колледж на заочное отделение. Ничего сложного. Многие предметы довольно просты. Кроме того, выпускные экзамены тоже можно сдать на дому. Я готовлюсь создать свой собственный бизнес по выпечке после рождения ребенка, в комплекте с пирогами, пирожными и кексами для клиентов, которые любят сладкое.

Закончив с учебой в течение дня, я брожу по саду, наслаждаясь последним полуденным солнцем. Трент скоро вернется с работы, и должна сказать, что его новый ландшафтный бизнес оказался невероятно успешным. Его уже завалили заказами, и наш телефон разрывается от запросов новых клиентов.

Но этот человек знает свое дело, потому что, несмотря на его плотный график, Трент всегда уделяет мне время. Так как я беременна, то постоянно возбуждена. Мне необходимы твердое мускулистое тело Трента, и его толстый огромный член каждую ночь, а иногда даже по нескольку раз за ночь. И часто, пока я жду, когда он придет домой, мой разум переполняется картинками о том, что он сделает со мной, когда мы останемся наедине. Я достаю телефон и пишу ему, уже мокрая и готовая для него.

Дженни: Не могу дождаться, когда ты вернешься домой. Ты мне нужен любимый. Вылежишь мою киску, когда приедешь?

Ответ Трента приходит мгновенно.

Трент: Черт возьми, милая, не дразни меня. Иначе клиенты неправильно меня поймут. LOL

Джени: Твои проблемы) Почему бы не закрыться пораньше? ;)

Трент: До закрытия осталось всего тридцать минут. Я уверен, что ты выдержишь. Помни, что ожидание только усиливает удовольствие.

Но затем он снова печатает.

Трент: Почему бы тебе не поласкать себя? Ты знаешь, как я люблю, когда эта кремовая киска готова, как только я вхожу в дверь.

Я немного хихикаю, украдкой оглядываясь. Конечно, в саду больше никого нет, но мне все равно придется зайти внутрь. Я выхожу со двора и поднимаюсь по лестнице в спальню, где ложусь на кровать, прежде чем медленно засунуть руку в трусики. О-о-о-о! Мне срочно нужен мой мужчина.

Дженни: Я теку, малыш. Приезжай домой и трахни меня.

Трент: Я передумал. Закрываю магазин. Нет смысла держать мою женщину на грани.

Моя киска сжимается от осознания, что он скоро будет здесь, чтобы наполнить меня. По своей прихоти решаю, что хочу надеть что-то особенное, чего он раньше не видел. Я распахиваю двери шкафа, и мой взгляд сразу падает на черное развратное платье, которое Вивиан купила мне давным-давно. Староватое? Ну, я ведь никогда не одевала его. И оно не запятнано воспоминаниями. Я не разговаривала с Вивиан уже несколько месяцев, и должна сказать, что не скучаю по своей маме. Возможно, после рождения ребенка мы с ней помиримся, но сейчас мы с Трентом абсолютно счастливы.

И откровенное платье кажется идеальным для этого случая. Я надеваю его, и оно сидит как влитое, хотя с такими огромными сиськами я выгляжу немного как проститутка, но это не так уж плохо, учитывая то, что должно произойти. С внезапным трепетом в животе я слышу, как открываются и закрываются входные двери, а затем на лестнице доносятся тяжелые шаги Трента. Он врывается в спальню и видит меня в моем развратном черном платье, останавливается как вкопанный и присвистывает.

— Черт, малыш, — слышу его низкий рык, голубые глаза блестят от похоти. — Где ты это взяла? — я застенчиво пожала плечами, крутясь вокруг своей оси, как сказочная принцесса.

— Просто одела то, что завалялось. Для тебя. Тебе нравится? — но Трент качает головой и подходит ко мне.

— Дерьмо, да, — хрипит он. — Думаю, тебе не стоит его снимать, пока я тебя трахаю.

Он подхватывает меня своими руками с хриплым рычанием, его руки уже бродят по изгибам моего тела. Трент наклоняется, облизывая мои соски через платье, кусая их и заставляя меня стонать. А потом он садится на кровать, притягивая меня к себе, и я седлаю его. Потому что с тех пор, как мы узнали, что я беременна, Трент осторожен, когда мы трахаемся, желая, дабы я была сверху, чтобы контролировать движения. Сначала я не хотела. Мне нравится, как этот горячий член долбится в мою киску, когда мой мужчина контролирует ситуацию сверху, но со временем я поняла, что это за кайф, потому что он входит еще глубже в такой позе, пока я объезжаю его толстый стержень.

Я просовываю руку в джинсы и вытаскиваю его огромный член, твердый, длинный и такой же толстый, как мое запястье, уже задыхаясь от мысли о нем внутри меня. Трент стягивает лямку платья, чтобы освободить мои сиськи, которые практически выскакивают и ударяются о его лицо. Мои соски опухшие и чувствительные, и когда он начинает облизывать и сосать их, я скулю, а моя киска сжимается, уже такая близкая к оргазму. Я застонала, когда Трент обхватил мою попку руками и сильно сжал. И потом я чувствую это. Одним пальцем он массирует мое заднее отверстие, которое невольно сжимается.

— О боже, мне это нужно, — мое отчаянное дыхание. — Сейчас, сейчас!

Прижимаю киску к члену и впихиваю в себя его толщину, заставляя Трента стонать от удовольствия. Я чувствую пульсирующую вену на его члене, пока не сжимаю всю его длину, как плотная перчатка. Это уже слишком – я чуть не взрываюсь, пока Трент потирает мой анус одним пальцем, дразня мою темную звездочку, и трахая членом мою киску.

— Трент! — кричу предостерегающе, подпрыгивая вверх и вниз по его жесткому стволу, приближаясь к оргазму.

— Я с тобой, детка, — рычит он в мои сиськи, облизывая мои соски. — Продолжай прыгать на моем члене, дорогая, — приказывает он, дыша, как дикое животное. — Заставь меня кончить.

И, достигнув крайней точки, я нежно сжимаю его яйца мягкой ладонью. Они твердые и набухшие, Трент стонет от восторга, пока я ласкаю их, продолжая подпрыгивать вверх и вниз по его члену. И тогда это происходит. Эти мягкие, бархатные мешки подтягиваются в моей руке, и Трент взрывается, сжимая мою попку, чтобы крепче прижать меня к своему члену.

— Черт возьми! — рычит он, выплескивая горячие струи в мою жадную киску. — Бл*дь! Черт возьми!

Моя киска сходит с ума, сжимаясь в диких судорогах.

— Ах-х-х! — мой восторженный крик. — О, черт возьми, да!

Я чувствую, как моя киска доит его член, глубоко втягивая его в себя. А теперь Трент толкается еще сильнее, эякулируя, как пожарный шланг на максимуме, и стонет в мой рот с удовлетворением.

И наконец, мы спускаемся с небес. Повсюду сперма, вытекающая из моей дырочки и покрывающая его яйца и таз. Мой мужчина кладет меня рядом с собой, кончив еще несколько раз, прежде чем выйти из меня. Все еще в восторге, мы смотрим друг другу в глаза, и оба задыхаясь, начинаем смеяться.

— Это было удивительно, — шепчет он, обнимая меня. — Если бы ты еще не была беременна, я бы сказал, что мы только что зачали ребенка.

Я хихикаю.

— Может быть, мы сможем родить и двух детей, — тихо шепчу я, глядя в эти разрушительно голубые глаза. — Потому что разве это не чудесно Трент? Может быть, мальчик и девочка? Каждого по одному?

Но мой мужчина застает меня врасплох, потому что рычание грохочет из его груди, его взгляд завораживает.

— Милая, ты думаешь мелко. Я хочу больше двух. На самом деле, если я добьюсь своего, ты будешь нагая и беременная в течение следующих десяти лет. Это было бы... сколько детей?

Я краснею от одной только перспективы.

— Десять детей? — спрашиваю я задыхаясь. — Это то, что ты действительно хочешь?

И дерзкая улыбка на его лице заставляет меня смеяться и дрожать одновременно.

— Больше десяти, дорогуша. Если я добьюсь своего, будет пара близнецов и тройняшек… ну, может пятнадцать детей? Как думаешь? Ты готова беременеть снова и снова?

Я краснею, а мое сердце тает. Потому что это именно то, чего я хочу. Огромная семья с моим мужчиной рядом, все мы окружены любовью. И, глядя на бывшего подсудимого, я мягко поглаживаю его по лицу, с глазами полными любви.

— Я люблю тебя, Трент Льюис, — звучат мои мягкие слова. — И не могу дождаться, чтобы выносить твоих детей.

Его голубые глаза становятся такими темными, почти черными, когда он крепко сжимает мою беременную фигуру.

— Я не могу дождаться, чтобы дать тебе то, что ты хочешь, Дженни, — хрипло говорит он. — Потому что ты – свет моей жизни и все чего я когда-либо хотел от женщины. Ты делаешь меня таким счастливым, дорогая, и после всего, что случилось, кто знает? Может, я не заслуживаю тебя... — горячо говорит он.

Но я просто снова целую своего красавца, выплескивая всю любовь, которая переполняет мое сердце. Потому что он бывший судимый, а я была просто его соседкой, но все меняется со временем, и мы с Трентом преодолели непростое начало, чтобы обрести счастье. Так чего мне еще желать? У меня будут свое дело, наш ребенок и, что самое важное, мой мужчина… до конца времен.

КОНЕЦ