Глава 1

Битое стекло хрустело под толстыми подошвами ботинок. Лёшка чуть отстал, пропустив свою спутницу вперёд. Сделал он это вовсе не из джентльменских соображений – просто хотел лишний раз полюбоваться на фигуру подруги. Машке удалось почти идеально подогнать старый камуфляж, но с армейскими берцами она ничего сделать не смогла, только намотала лишние портянки на маленькие ступни. Поэтому шагала по коридорам заброшенного здания немного неуверенно, чуть приволакивая ноги. Почти все жители Посёлка ходили в камуфле, который выменяли у военных. Но Машка не поленилась ушить, а парни и даже некоторые девки так и ходят, только подвернут рукава и штанины. Вот за это она Лёшке и нравилась. А ботинки нужного размера на девичьи ноги выменять не удалось.

- Ты где там? – девушка нетерпеливо обернулась. – Уже почти пришли.

- Что ты в этом находишь? Тысячу раз здесь уже были, - проворчал Лёшка.

- Ты ничего не понимаешь! – шаркая ботинками, которые ей безумно велики, Машка взбежала по лестнице. – Смотри!

Парень поднялся следом и подошёл к ней. Они стояли посреди большого холла, влево и вправо уходили тёмные коридоры, за их спинами зияли провалами выбитые окна, а перед ними во всю стену было выложено красочное панно – счастливые люди в нарядных одеждах под красными флагами шагают по широкой дороге, над ними летят самолёты, а впереди разгорается рассвет.

- Сейчас… - тихо произнесла Машка. И тут луч закатного солнца сквозь разбитые окна скользнул из-за их плеч и ярко осветил панно. Кусочки разноцветного стекла вспыхнули, и их отблеск отразился в тёмных глазах девушки.

- Теперь ты понял, зачем мы торопились?!

- Да, прикольно, - согласился парень. – Интересно, а что тут было раньше?

- Бабушка мне рассказывала, что здесь работали учёные, - ответила Машка, не отводя глаз от искрящегося под яркими лучами панно.

- Когда это было? Когда ещё был цел Мост?

- Да. Она говорила, что по Мосту каждый день в Посёлок приезжал поезд, было много людей. Тогда ведь ещё был Комбинат…

- А почему всё это закрылось? Ведь Мост украли гораздо позже? Она тебе не рассказывала?

- Она не любила об этом рассказывать. Только вспоминала какого-то алкоголика, который всё развалил, и плакала.

- А, старые сказки! – парень небрежно махнул рукой. – Это всё из-за того, что металлисты украли Мост. Представляешь, сколько бабок они за него получили! Наверное, неплохо устроились на Большой Земле.

Он обнял подругу за плечи.

- Я тоже когда-нибудь уеду на Большую Землю. Вот разбогатею и уеду.

- Как ты уедешь? – насмешливо спросила девушка. – Моста-то нет.

- На вертолёте, - упрямо ответил парень.

- Так тебя военные в свой вертолёт и пустили!

- Я с торгашами улечу. Они за бабки пустят. Машка, а полетели со мной! Туда, на Большую Землю! Там ведь совсем другая жизнь, не то, что тут!

- Где ты бабки возьмёшь, фантазёр?

- Машка, у меня есть план! – зашептал парень. – Торгаши прилетают через неделю. А к этому времени я…

Он замолчал, раздумывая – рассказывать ли дальше? Но девушка не слушала его. Она зачарованно глядела, как тускнеют лучи заходящего солнца, и вместе с ними темнеет картина прошлой счастливой жизни на стене. Вот солнечный диск скрылся за деревьями, и в коридоре заброшенного здания сразу стало темно.

- Пойдём наверх, - она потянула приятеля за рукав в сторону лестницы. Когда они вышли на крышу, солнце ещё не коснулось горизонта, и видно было далеко-далеко. На западе блестела река, к которой подходили насыпи украденного Моста. На юге темнели развалины Комбината. На востоке угадывались улицы Посёлка, и только одиноким белым зубом торчала заброшенная девятиэтажка.

- Тихо! – вдруг воскликнул парень. – Слышишь – вертушка!

Стрекотание вертолёта приближалось с запада, из-за реки.

- Вот он! Чего это они сегодня летят, да ещё на ночь? Обычно они только раз в месяц бывают.

- А может, у них сигнализация в бункере сработала – вот и прилетели? – предположила девушка.

- Интересно, чего у них там?

- Тише! – девушка потянула его за башенку лифтовой шахты. Вертолёт был уже совсем близко, и вдруг на нём ярко вспыхнул поисковый прожектор. Машка быстро пригнулась и закрыла рукавом камуфлированного бушлата лицо. Парень удивлённо поглядел на неё – фигурка в камуфле почти сливалась с тёмной кровлей, единственное, что могло бы её выдать – светлое лицо. Тогда он быстро присел рядом и тоже прикрылся рукавом. И вовремя – спустя мгновение луч поискового прожектора скользнул по крыше. Но, похоже, с вертолёта не заметили ничего подозрительного, и машина продолжила свой полёт в сторону заброшенной войсковой части.

- Уф, вроде пронесло! – парень опустил рукав, которым закрывал лицо. – А ты быстро сообразила!

- Смотри! – испуганно ответила девушка. Вертолёт завис над руинами войсковой части, и послышались автоматные очереди. – Я же сказала – сигналка сработала.

- Кого-то зажопили, - равнодушно произнёс парень. – Не повезло. Пойдём, а то темнеет, как бы с лестницы не навернуться.

- Не боись, я тут всё на ощупь знаю, - успокоила его девушка и ещё раз опасливо глянула, как вдалеке вертолёт шарит лучом прожектора по земле. Выстрелов больше было не слышно.

Глава 2

- Чего они всё сюда летают? – шаркая ботинками по лестнице, спросила Машка.

- Объект у них тут – вот и летают, - пробубнил Лёшка, топая следом.

- А зачем нужен этот объект?

- Да откуда я знаю? Для обороноспособности страны.

- На нас хочет кто-то напасть? Для чего?

- Чтобы нас захватить. Прибрать к рукам наши природные богатства.

- Эти, что ли? – девушка показала в выбитое окно на руины Комбината.

- А хотя бы и эти, - парень тоже остановился. – Это наша родина, и мы должны её защищать.

- И поэтому ты хочешь свалить отсюда на Большую Землю?

- Машка, просто ты ничего не понимаешь! Не бабьего ума это дело.

- Заткнись! – вдруг приказала девушка и замерла. С нижнего этажа донеслись тихие голоса и мелькнули отблески факела.

- Всё, приплыли! – выдохнул парень. – Давай быстрее наверх!

- Ты умеешь летать?

- Дура, я про пожарную лестницу!

- Её металлисты ещё два года назад срезали.

- И чего теперь делать?

Машка носком ботинка подцепила битое стекло и столкнула его в пролёт между лестницами. Снизу послышался звон разлетевшихся осколков и недовольный вопль:

- Бля! Что за хуйня?!

- Пойдём, - девушка потянула приятеля за рукав и шагнула вниз. С нижних этажей послышался торопливый топот и на лестничную площадку выскочили три мужика с факелами.

- Добрый вечер! – продолжая неторопливо спускаться, поздоровалась Машка. Лёшка испуганно жался за её спиной.

- Что за… - первый мужик поднял над головой факел. – Вроде девка?

- Это же Машка, сестра Анки-давалки, - подсказал второй мужик. – А вторая кто? Ну-ка, выйди на свет!

Парень неохотно сделал шаг из-за спины подруги.

- А, Лёшик! – узнал его первый мужик. – Какого хуя ты тут шаришься? Пиздюлей давно не получал? Это наша территория!

- Да тут уже нет ничего, вы всё подобрали, - пробормотал Лёшка.

- А ты чего – купил тут всё? – с вызовом спросила Машка мужика с факелом.

- Малая какая-то борзая! – опешил второй мужик. – Слышь, а отсосать?

- Утухни! – обернулся к нему первый. – Западло парочку пиздить. А вы пиздуйте отседова, пока мы добрые!

- Да пожалуйста! – Машка с независимым видом не спеша стала спускаться по лестнице, Лёшка на негнущихся ногах ковылял следом. Мужики с факелами молча смотрели им в спину. Когда спустились в холл с панно, Лёшка шепнул:

- Бежим!

- Стоять! – тоже шёпотом ответила Машка и крепко сжала его руку. Не спеша пройдя по усыпанному битым стеклом коридору первого этажа, они вышли на улицу.

- А вот теперь бежим! – скомандовала девушка, и они припустились по заросшей аллее. Только когда ограда заброшенного НИИ осталась позади, и впереди стал виден костёр, горевший перед поселковой администрацией, они остановились.

- Я чуть не обоссалась! – тяжело дыша, призналась Машка.

- А с виду и не скажешь, - переводя дух, уважительно ответил Лёшка.

- Давай по домам, хватит на сегодня приключений.

- Тебя проводить?

- Не надо. А то родаки увидят – ещё больше орать будут.

Машка жила с родителями и сестрой в небольшом домике на окраине посёлка, а родители Лёшки – в одной из уцелевших пятиэтажек. Поэтому дальше девушка пошла одна. Окна их дома тускло светились оранжевым мерцающим светом. «Значит, мать всё-таки сумела выменять свечи!» - обрадовалась Машка. А то надоело по вечерам сидеть в темноте. Она ещё застала то время, когда в Посёлке было электричество. Точнее, каждый вечер на час Председатель включал дизель-генератор. Соляру для этого он брал у Васьки-химика – старого деда, родители которого когда-то работали в Институте. Они и научили Ваську делать горючку из сосновых чурок. Председатель как-то с ним договаривался, впрочем, если ты избран народом и у тебя на плече карабин – договариваться несложно.

Но как-то генератор сломался, а когда через месяц Председатель его починил, выяснилось, что почти все провода в Посёлке уже спиздили. Все дружно ругали каких-то неведомых металлистов, а сами втихаря подсчитывали – сколько приезжие торгаши отвалят им за алюминиевые провода. После этого электричества в Посёлке больше не было, а дизель Председатель перетащил к водокачке – чтобы обеспечивать подачу воды. На ближайшем поселковом сходе он, потрясая карабином, сердито сказал:

- Освещение мы проебали, но с водопроводом я этого сделать не дам. Кто будет трубы пиздить – тому лично башку отстрелю!

А вместо уличного освещения приказал по ночам жечь костер на площади перед зданием администрации.

Машка переступила порог родного дома.

- Где блындала? – сердито спросила мать. – Стемнело уже, а тебя всё нет.

- Гуляла, - коротко ответила Машка.

- Одна вон догулялась, - мать кивнула на Анну, старшую сестру Машки. – Смотри, и ты в подоле принесёшь!

- Ма, отстань, надоело!

- Ты как с матерью разговариваешь! Пороли тебя мало, а сейчас поздно – семнадцать лет уже. Отец, хоть ты ей скажи!

Отец поглядел, как Машка разувается, и со знанием дела посоветовал:

- Портянки высушить не забудь.

- Это всё, что ты можешь сказать? – рассердилась мать. – Она вон себе причесон сделала, небось Зинке-парикмахерше незнамо что пообещала. И бегает где-то по ночам. А тут вон стреляли недавно, да очередями, из автомата, наверное.

- Военные прилетели, - объяснила Машка. – Видно, кто-то в их бункер полез – вот и стреляли.

- И что – уже улетели? – встрепенулась сестра.

- Вроде нет, вертушка на территории части села.

- Мне надо сходить в одно место, - Анна стала быстро одеваться. Когда за ней захлопнулась дверь, мать проворчала:

- К военным на блядки побежала. Вырастили доченьку на свою радость. Машка, гляди у меня, если и ты…

- Мать, чего ты ко мне докопалась? – не выдержав, закричала девушка.

- А то! Вон причесон себе сделала…

- Ах, тебе мой причесон не нравится?! – Машка схватила ножницы, лежавшие у швейной машинки, и стала на ощупь остервенело кромсать свои волосы. – Всё, довольна?!

- Довольна, - смущённо выдавила мать и позвала. – Иди ужинать, а то картошка остынет.

- А что к картошке?

- Соль.

- Негусто, - огорчилась Машка.

- Ты бы чем-нибудь полезным занялась, - снова завелась мать. – А то только жрёшь, блындаешь до темноты, да книжки свои читаешь!

Глава 3

Да, книжки были Машкиной слабостью. В отличие от своих ровесников, многие из которых с трудом могли прочесть по слогам пару строк, она читала всё подряд и запоем. Большого выбора у неё не было – книги в Посёлке редкость. К счастью, она ещё в детстве набрела на не до конца разграбленную библиотеку бывшего НИИ. Сначала читала прямо там – среди поваленных стеллажей и гор разбросанных книг. Но когда она стала замечать, что книжное море постепенно мелеет, то стала самые интересные книги перетаскивать домой. Но это не были происки других любителей чтения – просто обитателям Посёлка приглянулся источник халявной бумаги.

Школа в Посёлке давно закрылась, и читать детей никто не заставлял, да и специально не учил. Кого-то научили родители, кто-то нахватался знаний сам, но особой потребности в образовании у жителей Посёлка не было. Работа у всех была простая, и больше требовала физической силы, чем грамотности.

Поэтому на фоне других подростков Машка выглядела белой вороной. Она этого стеснялась и старалась лишний раз не демонстрировать. Родители на её увлечение отреагировали кисло – чем сидеть, уткнувшись носом в книгу, лучше бы что-то делала по дому. Но Мария не изменяла своему увлечению. Когда все более-менее художественные книги были прочитаны, она взялась за всё, что попадалось под руку. Однажды попалась книга «Настройка, ремонт и техническое обслуживание швейных машин». Отец, как-то увидев это дело, приволок сломанную механическую швейную машинку. Марию настолько поразил тот факт, что в книге может быть описан реальный мир, что она три месяца не отходила от машинки, пока не наладила её и не научилась пользоваться. В первую очередь она экспериментировала над своей одеждой, но со временем стала брать заказы со стороны, что для пятнадцатилетней девчонки было определённым достижением.

Но возникли и проблемы. После того, как Машка подогнала под свою фигуру старую солдатскую форму, которую добыла её старшая сестра, интерес к ней со стороны поселковых пацанов сильно вырос. Это задело других девчонок, особенно тех, которые не обладали не только талантами швеи, но и гармоничной фигурой. В результате девки постановили устроить Машке тёмную – а чтобы не задавалась! Провести мероприятие решили вдали от посторонних глаз - на заброшенном комбинате.

Когда Машка поняла, зачем её позвали, то сразу решила – терять ей нечего. Она уже видела подобные вещи и знала, что моральное унижение будет гораздо больнее физических побоев. Поэтому начала первой – неожиданно вцепилась главной заводиле в волосы и повалила её на землю. Девки сначала опешили, но потом навалились всей толпой и в конце концов её отпинали, но без особого энтузиазма и обычных издевательств. А уже через два дня заводила подошла к ней с просьбой – ушить камуфло и ей. Машка смерила её взглядом, презрительно сплюнула через разбитую губу и назвала цену вдвое больше, чем обычно брала за такую работу. Та помялась, но желание быть красивой пересилило – она согласилась. Тогда Машка выдвинула второе условие – чтобы больше никаких наездов! Атаманша согласилась и на это. После этого Машкин авторитет в подростковой среде заметно укрепился.

Вот тогда-то к ней и подкатил Лёшка. В принципе пацанчик ничего – не уродец и не дохлятура, но, по большому счёту, ничего особенного. Но Машка его не отшивала – пусть все видят, что она занята, а то будут ещё какие-нибудь уроды клеиться. А Лёшку она уже выдрессировала. Когда они только начали гулять, Машка потащила его на своё любимое место – в заброшенный НИИ, смотреть на панно с древними людьми. Потом они поднялись на крышу. Было жарко, вокруг не души, и Машка сняла берцы – ну там пусть ноги отдохнут и портянки посохнут. На заброшке без берцев никак, обязательно напорешься на что-нибудь острое – битое стекло или арматуру. И вот сидит она босая, кайфует, а этот озабоченный её пятки увидел и возбудился:

- Машка, ты мне сегодня дашь?

Она лениво повернула голову:

- С хуя ли?

- Мы уже месяц гуляем.

- Ну и что?

- Как – что? Пора уже!

- Я тебе что-то обещала? – Машка чуть приподнялась на локтях. А Лёшка уже был тут как тут – придавил к горячей крыше и стал стаскивать с неё штаны. И откуда у неё только силы взялись! Отпихнула его и отскочила к лестнице. Лёшка не спеша поднялся и, ухмыляясь, показал на её берцы с намотанными на голенища портянками:

- Куда ты денешься?!

Всё заброшенное здание засыпано битым стеклом - босиком далеко не убежишь. Растопырив руки, он пошёл на Машку. Она прикинула – с ним не справиться, здоровый кабан. А он уже предвкушал. Но то, что произошло дальше, он никак не ожидал. Машка отскочила от лестницы и, оставляя следы в горячем битуме крыши, подбежала к краю.

- Ни подходи – прыгну!

- Не прыгнешь! – Лёшка снова пошёл на неё, но ухмыляться перестал.

- Значит, вместе свалимся! – в её тёмных глазах плеснулось весёлое безумие. – Ну что, хочешь полетать?

Лёшка растерянно остановился. Шутит или нет? Он вспомнил пересказ истории, как Машка на Комбинате пиздилась с толпой девок. Лёшка как-то видел, как две девки пиздились из-за парня. Обычно пацаны махаются до первой крови, а эти готовы были убить друг друга, их потом за волосы растаскивали. А Машка не побоялась в одиночку против толпы!

- Всё, всё, стою! – он остановился и поднял руки.

- Ну что – ссышь, когда страшно? – у Машки ещё не прошло отчаянное веселье. – Больше не стоит?

- Дура! Отойди от края, а то действительно пизданёшься.

- Берцы мне подай! – скомандовала она. – Только медленно, не дёргайся!

- Да пожалуйста! – он осторожно подвинул нагревшиеся на солнце ботинки. Портянки уже высохли.

Назад они шли, весело болтая. Машка не боялась поворачиваться к нему спиной. Она вообще его не боялась – она сильнее, и он тоже это знает. С другой стороны – что это за мужик, если девка им командует?! Но ведь не кто попало, а она сама! Как всё это сложно!

- Иди сюда! – она обхватила его руками за шею и поцеловала в губы. Лёшка сразу поплыл – закрыл глаза и стал тыкаться ей в лицо влажными губами.

- Всё, хватит с тебя на сегодня! – Машка отпихнула его и засмеялась. – А то разгубастился сразу!

Конечно, Лёха – лошок, но он единственный, кого Маша посвятила в свою тайну. Регулярное созерцание мозаики с древними людьми – это лишь видимая часть её верований, которые сложились под влиянием бессистемного чтения книг, длительных прогулок по заброшкам и просто жизненных наблюдений. А суть сводилась к её убеждению, что когда-то в Посёлке, да и во всей стране, о которой у неё были очень смутные представления, была совсем другая жизнь, не такая, как сейчас. На убранных улицах по вечерам светили яркие фонари, в домах было электричество и горячая вода. Люди работали не только на своих огородах или примитивных предприятиях вроде поселковой пекарни.

А главное – сами люди были совсем другими. Они были счастливыми и добрыми, а не голодными и пьяными. Даже внешне они отличались от обитателей Посёлка – одевались в нарядные одежды, а не в опостылевший камуфляж, на их лицах были улыбки, а не напряжённая озабоченность. И в этом мире была Любовь, а не потрахушки в кустах.

Глава 4

Раздевшись, Мария быстро юркнула в постель – в доме было холодно, родители экономили дрова на предстоящую зиму. Укрывшись рваным одеялом, он стала согреваться, представляя себе этот мир. Он точно был – она читала о нём в книгах. Да и широкие улицы Посёлка, огромный Комбинат, который дербанят который год и всё никак не разломают, многоэтажный корпус НИИ – всё это могли построить только счастливые люди. А современники могут это только ломать. И началось это всё, наверное, тогда, когда какие-то уроды спиздили Мост – ниточку, связывающую Посёлок с Большой Землёй. Но она найдёт дорогу в этот мир счастливых людей, и тоже будет счастлива! А до этого сохранит себя в чистоте – моральной и физической. Конечно, Лёху это бесит, он обзывает её злой целкой, но она ему всё честно объяснила. С этими мыслями Мария немного согрелась и уснула.

Проснулась она от необыкновенно вкусного запаха. Откинув одеяло, она принюхалась – не снится ли? Нет, волнующий запах был на самом деле. С кухни выглянула мать.

- Проснулась? Вставай, давай завтракать.

Уговаривать не надо – Мария вскочила, быстро натянула камуфло, слегка ополоснула лицо холодной водой и пошла на кухню. Вот что так пахнет – мать разогрела вчерашнюю картошку и положила туда тушёнку – пустая банка стояла посреди стола как главное украшение. Не дожидаясь дополнительного приглашения, Мария плюхнулась за стол и схватила ложку. Да, это именно тот самый знакомый с детства вкус! Уже вылизывая пустую тарелку, она спросила:

- По какому поводу такой роскошный завтрак?

- Сестре спасибо скажи, - мать мрачно кивнула на комнату, где спала Анна. – Всю ночь эту тушёнку зарабатывала.

Зарабатывала?! Мария вспомнила, как сестра вчера резко подорвалась, услышав, что прилетели военные. Так вот откуда взялась тушёнка – старшая сестрёнка писечкой заработала! Мария вдруг почувствовала, что её мутит. Волнующий запах пряностей и мяса превратился в позорную вонь блядства. Вспомнились слова вчерашнего мужика с факелом: «Это сестра Анки-давалки». Мария выскочила из-за стола и бросилась к помойному ведру. Сквозь приступы рвоты она слышала причитания матери:

- Только добро перевела! Не нужно было так много жирного с непривычки. А то набросилась, как из голодного края!

Раздался настойчивый стук в дверь.

- Машка, иди открой! – распорядилась мать. – Только утрись, а то вся морда в блевотине.

Утерев губы рукавом, Мария отправилась открывать. За дверью оказался Председатель со своим неразлучным карабином. Похоже, его прикладом он и колотил. Увидев Марию, он вытаращил глаза и в изумлении открыл рот.

- Машка, что с тобой?!

Ничего не понимая, Мария растерянно провела ладонью по голове. Вот в чём дело! Искромсала себе волосы, когда вчера вечером психанула! К двери подошла мать.

- Начальник, чего с утра людей беспокоишь?

- Ты чего с дочерью сделала? – перевёл на неё взгляд Председатель.

- Я сделала?! – возмутилась мать. – Она взрослая уже, сама чего хочет – то и делает.

- Ну ладно, это ваше дело. Давайте все на площадь, я объявляю поселковый сход, - и Председатель поспешил к следующему дому.

- Чего там случилось? – выглянул отец.

- Председатель приходил, всех на площадь зовёт.

- А на хрена?

- Война началась, с американцами, - с серьёзным лицом пошутила мать. У неё иногда случались такие приступы чёрного юмора.

- Чё, серьёзно? – отец спросонья тёр глаза. – Надо тогда сдаваться скорее – пусть американцы нас кормят.

- Завтракай, и пойдём. Твоя дочь тебе ночью тушёнку заработала, - и мать метко плюнула в помойное ведро.

- Машка, а ты уже ела?

- Ела. Очень вкусно, - она тоже плюнула в помойное ведро.

- Тогда я всё доем, - отец поглядел на кислые физиономии домочадцев. – Чего морды воротите? Чистоплюйки! Ну не повезло девчонке в жизни! А я её всё равно люблю! И буду любить, что бы ни случилось, потому что она моя дочь.

Дверь комнаты, где спала Анна, чуть приоткрылась, и из неё вышел мальчик лет шести в одной маечке, даже без трусиков. Оглядев комнату смышлёными глазками, он молча направился к столу, взял ложку и стал есть прямо из кастрюли. Отец неодобрительно покачал головой, но ничего не сказал. Тогда мать осторожно попыталась отобрать у мальчика ложку.

- Василёк, надо сначала одеться и умыться.

Но ребёнок сердито вырвался из её рук. Тогда мать сказала уже громче:

- Василёк!

Мальчик опять никак не отреагировал. Мать отобрала у него ложку и попыталась оттащить от стола. Ребёнок зашёлся в громком крике и стал беспорядочно лупить кулачками по всему, до чего мог дотянуться.

- Анька! – позвала сестру Мария. – Твоё чадо проснулось! Иди воспитывай.

На шум из комнаты вышла Анна – с опухшим лицом и растрёпанными волосами.

- Ну что вы поспать не даёте!

- Ночью спать надо было! – мать сердито подтащила к ней орущего ребёнка. – Короче, мы все пошли на площадь, Председатель зачем-то зовёт, а вы здесь сами разбирайтесь. Машка, ты готова?

Мария лениво натянула бушлат.

- На, прикройся! – мать сунула её белую тряпку. – А то выглядишь как чумная!

Уже на улице Мария вполголоса спросила:

- А почему с Васильком так получилось? Ведь первые несколько лет он был нормальный?

Она хорошо помнила то время – когда сестра родила, Марии было всего одиннадцать лет. Её парень тогда ещё жил вместе с ними. Сначала Анна рассчитывала спихнуть сына на мать или Машку, а самой заняться бизнесом своего парня – что-то по строительству. Машка даже обрадовалась – это как «дочки-матери», только ребёнок настоящий. Но потом Анна передумала, и полностью посвятила себя ребёнку. Василёк был такой миленький, всем кокетливо улыбался, напевал песенки. Но примерно в три годика всё изменилось – он стал меньше говорить, а только повторять последнюю фразу, сделался замкнутым и беспокойным и орал по любому поводу. Анна терпеливо всё сносила, и даже ходила на другой конец Посёлка к пожилой женщине, которую все называли Врач. Та внимательно понаблюдала за мальчиком и развела руками:

- Это психиатрия, а тут я бессильна.

Анне это далось очень тяжело, она похудела и подурнела, её парень быстренько вернулся к своим родителям. Окончательно её добило высказывание какой-то подруги матери: «Это ей в наказание за грехи». Сначала Анна несколько дней пыталась оправдываться, вспоминая все свои действительные и мнимые грехи. По её мнению, ни один из них на такое суровое наказание не тянул. А потом махнула на всё рукой и пустилась во все тяжкие. Мать пыталась её увещевать, но Анна заплетающимся от постоянных гулянок языком возражала:

- Так я же всё равно уже наказана, так хоть буду знать – за что.

Видимо, у матери это всё тоже промелькнуло перед глазами, потому что на вопрос младшей дочери она неохотно выдавила:

- А кто ж его знает?!

Глава 5

Председатель так долго возглавлял Посёлок, что все называли его не по имени, а по должности. Когда-то давно, когда ещё был цел Мост, эта должность называлась Глава Посёлка. Но настоящая власть была у тройки руководителей – директора Комбината, начальника НИИ и командира войсковой части. Когда предприятия закрылись, в Посёлке воцарилось безвластие. Это воспринималось как свобода. Но эта свобода кончилась зимой, когда начались морозы. Именно тогда стихийное собрание жителей Посёлка избрало первого Председателя. Но так как предприятия посёлка тогда уже закрылись, денег на милицию не было, и Председатель оказался единственным представителем власти.

Поначалу по старой привычке многие считали своим долгом не подчиняться власти. При этом вспоминали старые поговорки – «мы делаем вид, что работаем, они – что нам платят» и тому подобное. Первый Председатель не удивлялся и готов был в любой момент уехать на Большую Землю. Ситуация изменилась летом, когда из-за перебоев с водой в Посёлке началась эпидемия. И только решительные действия первого Председателя при поддержке активистов позволили обойтись минимальными жертвами.

С тех пор отношение поселковых к власти сильно изменилось. Авторитет нынешнего Председателя непререкаем, и всё равно он ходит с карабином – на всякий случай. Потому что он в Посёлке и власть, и полиция, и социальные службы. Так как денег в Посёлке ни у кого нет, Председатель ввёл систему субботников, когда общепоселковые проблемы решаются всем миром. Ресурсы от субботников также идут на поддержку пожилых и больных жителей. Все участвуют в этой системе охотно, потому что знают: случись что – помогут и им.

Резиденция Председателя расположена на первом этаже бывшего общежития Комбината. Когда население Посёлка стало уменьшаться, Председатель организовал переселение из дальних полупустых домов в пятиэтажки, расположенные вокруг общежития. Это позволило общими силами поддерживать порядок в обитаемой части Посёлка. Но чем-то пришлось и пожертвовать – например, единственной девятиэтажкой Посёлка. Техническое обслуживание высокого строения оказалось непростой задачей. И теперь высокое белое здание стояло заброшенным. Наиболее дальновидные и самостоятельные жители перебрались в отдельные дома на окраине посёлка – там было удобнее вести подсобное хозяйство. В их числе оказалась и семья Марии.

Не смотря на то, что у Председателя была вся полнота местной власти, подкреплённая карабином, наиболее важные вопросы решались на общепоселковом сходе. Судя по тому, что Председатель решил собрать людей, вопрос предстояло решить непростой. Площадка перед общагой заполнилась людьми. Все смотрели на ступени общаги, где помимо Председателя и актива Посёлка стояли четверо военных с автоматами.

- Ну точно – война началась! – шептались в толпе. – Вчера ещё. Слышали – стреляли поздно вечером.

Наконец Председатель сделал шаг вперёд.

- Народ, тихо! Я собрал вас, потому что вчера случилось чрезвычайное происшествие – мародёры и металлисты напали на территорию войсковой части…

- Не на что там нападать – часть давно закрыта! – перебили его крики из толпы. Председатель кивнул одному из военных. Кашлянув, офицер встал рядом с ним.

- Товарищи! Да, формально часть закрыта и личный состав с территории выведен. Но здесь дислоцируется важное оборудование, от работы которого зависит обороноспособность страны. Как уже сказал Председатель, вчера вечером металлисты попытались нарушить его функционирование…

Толпа зашумела. Тогда офицер поднял руку:

- Тихо!

Под его распахнувшимся бушлатом мелькнула портупея с пистолетом.

- Тихо! – повторил он. – Прибывшая по сигналу оперативная группа пресекла нападение на объект. В результате один из нападавших был убит. Сейчас нам предстоит провести процедуру опознания.

Офицер кивнул, и солдаты вынесли на ступени плащ-палатку, в которую было завёрнуто тело. Один солдат откинул полог и кивнул офицеру. По толпе снова прошла волна шума – жители Посёлка разглядели лицо убитого.

- Допрыгался, гаврик! – Мария услышала злорадный голос стоявшей перед ними женщины. – Это его компания Мост спиздила! Сколько верёвочке не виться…

- …а Мост всё равно не вернёшь, - тихо добавила мать.

- Ничего, сейчас и до его подельников доберутся, - обернулась к ним женщина.

- Если вы всё знали – что же не пошли к Председателю? – глядя на тётку исподлобья, поинтересовалась Мария. – Может, и Мост бы уцелел?

- Вот, дочка, тебе косы обкорнали, - неприязненно ответила тётка, намекая на остатки Машкиных волос, торчащие из-под платка. – А мне за такие разговоры тогда бы язык подрезали. А жить всем хочется, вот так-то.

- А сейчас что изменилось, что осмелели?

- Во-первых, этот гаврик коня двинул, - охотно ответила тётка. – А во-вторых, солдаты с автоматами шутить не станут. Это им не Председатель со своей пукалкой!

Через толпу к ним пробрался Лёшка.

- Здрасьте, тёть Люд! – поздоровался он с матерью

- И тебе не хворать! – хмуро кивнула она в ответ.

- Чего хотел? – недовольно спросила у приятеля Мария – она немного стеснялась матери.

- Я тут с пацанами говорил, которые на Комбинате металл добывают. Говорят – там тоже рисунки на стенах есть. Хочешь – сходим посмотрим?

- Попозже, - Мария кивнула на труп, лежащий на ступенях общаги.

- Нахуя этот спектакль?! – рассердился Лёшка. – Это же Костыль, из бандюков.

- Ага, вот иди и скажи воякам! – в ответ шепнула девушка и кивнула в сторону. – Вон тех троих видишь?

У угла общаги стояли трое крепких мужиков и время от времени бросали внимательные взгляды на толпу.

- Это же те трое с факелами, которые вчера нас чуть за жопу не взяли! – узнал Лёшка.

- Думаешь, они нас не запомнили?

- А Председатель тогда чего комедию разыгрывает?

- Потому что вояки с него спросят, - объяснила Мария. – Ему тоже надо как-то отмазываться. Вот если бы вояки взяли власть в Посёлке! Бандюков бы постреляли, Мост новый построили…

- Ну ты дура наивная! – сплюнул Лёшка. – Думаешь, у бандюков нет методов против их вертушек?! А война никому не нужна. Посмотри – весь посёлок в камуфле армейской. Вояки же с этого что-то имеют. И им хорошо, и нам.

- Особенно им! Я сколько не шила для наших – ни разу новой формы не видела. Они же старьё сюда сплавляют, обноски. А думаешь, новое камуфло больших денег стоит? Мне рассказывали, что у них этой новой формы – завались! Но наши им и за старые тряпки всё отдадут.

- Ага, и твоя сестра тоже… - он не договорил – Мария влепила ему по уху с разворота.

- Эй, молодёжь! – прикрикнул на них Председатель. – Идите отношения в другом месте выясняйте!

Мария стала выбираться из толпы, Лёшка виновато плёлся следом.

- Ну я это… Ничего такого в виду не имел.

Машка молча шагала вперёд.

- На Комбинат-то пойдёшь? Пацаны говорят – там чего-то интересное. Даже подрочить можно.

- Придурки! – брезгливо бросила через плечо Машка.

- Так пойдёшь или нет?

- Пойду, пойду. Сейчас домой только забегу на минутку.

- Нафига?

Мария остановилась и огляделась по сторонам. Улица пустынна – все на площади. Тогда она стянула с головы платок.

- Надо с этим что-то сделать.

- Ну нифига себе! – Лёшка испуганно уставился на остатки её волос. – Это кто тебя так, мать?

- Я сама. Погорячилась слегка, мать довела.

- И чего ты с этим сделаешь?

- Налысо побреюсь! Хочешь?

- Ты чего – совсем ку-ку?

- Сиди здесь, я быстро, - Мария показала приятелю на лавку рядом с калиткой, а сама прошла в дом.

- Анька, ты здесь?

- Здесь, здесь, - вышла из своей комнаты сестра. – Чего там на площади?

- Да военные прилетели разборки устраивать. Одного нашего бандита завалили у себя на объекте.

- Слышала. А с волосами у тебя чего?

- Матери назло вчера состригла. Слушай, подровняй мне, а то в таком виде стрёмно ходить.

- Садись, - Анна кивнула на стул. – Только очень коротко получится, под мальчика.

- Ничего, нормально, - кивнула Мария. – А Василёк где?

Сестра кивнула в комнату – ребёнок что-то сосредоточенно малевал на куске картонки.

Глава 6

Анна опустила ножницы:

- Сестричка, посмотри, так нормально?

Мария глянула в зеркало – оттуда на неё смотрело скуластое лицо с огромными тёмными глазами и оттопыренными ушами. «Какой ужас!» - подумала она и сказала:

- Сойдёт! Спасибо, сестричка! Я побежала.

- Маша, подожди!

Анна вынесла из своей комнаты берцы. Новые! И маленького размера – как раз на девичью ногу!

- Примерь!

- Это мне?! – обомлела Машка. Она быстро скинула свои растоптанные гавнодавы, размотала портянки – одну, вторую, третью… Новые берцы оказались как раз по её ноге. Всё ещё не веря, Мария спросила:

- Анька, это мне?! Где ты их взяла?

- Всё там же, - улыбнулась сестра. – Специально тебе заказывала.

- Где заказывала? – не поняла Машка. – Это за ними ты вчера ночью бегала?

- Ну не за тушёнкой же!

- Анька! – Мария смотрела на сестру в упор. – Скажи честно – ты за них трахалась с солдатами?

Анна отвела взгляд.

- Сестричка, тебе так интересны подробности – кто, с кем, в какой позе?

- Нет, - смутилась Мария.

- Тогда бери и носи на здоровье!

Когда она выбежала из дома, Лёшка недовольно начал:

- Чего так…

Он хотел сказать «…долго?», но замер с разинутым ртом. Машка поняла, что это реакция на её внешность, и довольным голосом переспросила:

- Чего такое?

- Ты такая… - снова не договорил Лёшка.

- Какая?

- Необычная! У тебя что – берцы новые?

- Ага, сеструха подарила!

Лёшка хотел ещё что-то сказать, но сдержался. А Машка, явно обрадованная его реакцией, легонько ткнула его в бок кулаком.

- Ну что, идём? Или так и будешь здесь стоять, раскрыв рот?

На Комбинат они пошли не через главные ворота, а напрямую – так быстрее. У остатков забора сидели два пацана и колотили камнями по железобетонной плите – выбивали стальную арматуру.

- Привет! – махнул им Лёшка.

- Лёшик, здорово! – один парень отложил булыжник и уставился на Машку. – А это что за пацан? Я его раньше не видел.

- Серый, ты себе все мозги отстучал, что ли? – возмутилась Машка.

- Машка, ты, что ли? – удивился парень. Его выражение лица Машке очень понравилось.

- А вы куда? – поинтересовался второй пацан.

- В тот корпус, где рисунки на стене, - ответил Лёшка. – Правильно идём?

- Это далеко. Пройдёте котельную, потом обойдёте отстойник, только там осторожнее – не вляпайтесь, а то потом не отмоетесь. Дальше там старые цеха будут, вот сразу за ними.

Лёшка не спеша двинулся по указанному направлению. Он привык ходить медленно, потому что Машка в своих гавнодавах всегда еле шаркала и тянула его за руку назад. Но сегодня она радостно скакала вокруг, наслаждаясь удобной обувкой.

- Смотри, тут ещё рельсы сохранились! – она показала на торец рельса, едва высовывающийся из-под бетонной лепёшки.

- Это потому, что бетон долбить лень, - с видом знатока объяснил Лёшка. – Ничего, скоро доберутся.

- И дымовая труба ещё стоит.

- Это большая, потому что она из бетона. А маленькую, кирпичную, уже давно свалили и на кирпичи разобрали.

- Всё-то ты знаешь! А на трубу не лазил?

- Пытался, - не стал врать Лёшка. – Там уже на середине скоб-трап ходуном ходит, я чуть не обосрался.

- Трусишка! – засмеялась Машка.

- Сама попробуй! – обиделся Лёшка.

Машка смерила трубу взглядом. По-любому получалось не меньше ста метров.

- Не, в другой раз. Сейчас идём смотреть на древних людей на стенах.

В развалинах старых цехов тоже раздавались глухие удары.

- Пойдём с пацанами поздороваемся, - Лёшка стал карабкаться на кучу щебня, закрывающую вход, Машка полезла следом. В цеху двое парней пытались выдрать арматуру из пола.

- Парни, привет!

- Лёха, здорово! – ответил один из парней и крикнул напарнику. – Перекур, а то я задолбался уже.

Он достал что-то из кармана и шагнул навстречу. Лёшка обратил внимание, что парень смотрит исключительно на его подругу. Ему это не понравилось.

- Чего у тебя там?

- Лёха, смотри, какую я тут прикольную хуёвину нашёл, - парень наконец-то отвёл взгляд от Машки, и показал увесистый цилиндр, ярко блестевший даже в полумраке цеха. Лёшка испуганно отстранился от него.

- Ты хоть знаешь, что это?!

- Нет, но штука прикольная!

- Ты Женька рыжего помнишь?

- Это который весной помер? Ну помню.

- Вот он тоже такую хуёвину нашёл где-то здесь. Всё таскался с ней, а потом дома на видное место поставил – типа украшение. А потом заболел и помер. И тут выяснилось, что эта хуёвина – источник жёсткого гамма-излучения. Председатель сказал: кто ещё такую с заброшки притащит – лично отпиздит. А Женьковы родаки до сих пор болеют.

- И чего теперь делать? – парень испуганно держал блестящий цилиндр в вытянутой руке.

- Закопай в тихом месте, и поглубже. Чтобы такой же долбоёб не нашёл. Машка, пойдём!

Уже выйдя на улицу, Лёшка начал возмущаться:

- Вот ведь мудаки! Тащат всё, что на глаза попадётся. Есть же главное правило сталкеров – с заброшки ничего не брать!

- А хабар? – спросила Машка.

- Хабар – это святое!

Глава 7

Наконец они оказались перед неплохо сохранившимся четырёхэтажным зданием из серого кирпича, на торце которого вкраплениями красного кирпича был выложен стилизованный подъёмный кран.

- Вроде здесь, - Лёшка стал подниматься по засыпанным мусором ступеням. Машка осторожно пошла следом.

- Да, это оно!

Всю стену напротив выбитых входных дверей занимали рисунки. Это была не мозаика, как в НИИ, а просто изображения, сделанные краской по штукатурке. От сырости рисунки местами облупились, но большая часть сохранилась. Сразу напротив двери со стены шагала улыбающаяся девушка в строительном комбинезоне и косынке. Правее стоящий у станка пожилой мастер что-то объяснял молодому парню. Слева девушки в белых халатах держали на подносах какие-то явства. Рисунки были сделаны во всю высоту стены, и люди на них получились практически в натуральную величину.

Машка заворожено остановилась перед этим окном в неведомый древний мир. Лёшка чуть подождал, а потом сказал:

- Я пойду дальше посмотрю.

И, не дождавшись ответа, двинулся по коридору, хрустя битым стеклом. А Машка продолжала смотреть на изображения древних людей.

- Машка, иди сюда! Тут ещё есть, - позвал со второго этажа Лёшка, и его голос отозвался гулким эхом в пустых коридорах. Мария пошла на его голос. На втором этаже с одной стороны коридора были большие окна во двор, а с другой стороны – двери в кабинеты. В простенках между дверями тоже были рисунки – стилизованные заводские корпуса из стекла и бетона, усатый мужчина протягивает какую-то деталь другому рабочему… Видимо, художник пытался изобразить повседневную жизнь Комбината.

- Интересно, что здесь было раньше? – почему-то шёпотом спросила Машка.

- Ты чего шепчешь? – засмеялся Лёшка. Он поднял большой кусок стекла и бросил в окно. Стекло шлёпнулось в высокую траву и не разбилось.

- Это же не производственное помещение, не цех, где стояло оборудование, - стала рассуждать Машка.

- Да какая разница?! – Лёшка зашёл в один из кабинетов. В углу валялись какие-то гнилые деревяшки вперемешку с листками бумаги. Лёшка поднял один листок.

- Тут что-то написано, - он умел читать только печатный текст, рукописный разбирать так и не научился. Он протянул листок Машке. – Посмотри, может, ты поймёшь?

- «Технология производства сварочных работ», - прочла Машка. На обратной стороне листка карандашом был весьма искусно нарисован портрет девушки.

- На тебя похожа, - улыбнулся Лёшка. Машка не ответила, а бережно разгладила листок ладонями и осторожно положила на пол.

- Интересно, а это для чего? – Лёшка показал на большую чёрную доску, висевшую на стене рядом с дверью.

- Я знаю, что это! – воскликнула Машка. – Я читала об этом. Это была школа или какое-то другое учебное заведение. Здесь учили будущих рабочих Комбината. А это был учебный класс. На этой доске учитель писал задание, чтобы все его видели.

- Как писал? – недоверчиво спросил Лёшка.

- Вот так! – Машка подняла кусок штукатурки и написала на доске «Маша». И, чуть подумав, добавила «+Лёша».

- Что это значит?

- Ничего, - смутилась девушка и ладонью смазала надпись.

Планировка третьего этажа оказалась такой же, как и на втором. И здесь на простенках между дверьми тоже рисунки, но не производственной тематики – нарядные девушки в белых платьях кружатся в танце.

- А чё – прикольно! – оценил Лёшка и оглянулся на подругу. Машка стояла бледная, с искажённым лицом и дрожащими губами.

- Ты чего? – перепугался Лёшка. Не ответив, Машка бросилась в угол, плюхнулась прямо на кучу мусора, закрыла лицо руками и громко зарыдала. Лёшка склонился над ней:

- Что случилось? Порезалась? На гвоздь наступила? Ногу натёрла?

- Почему… Почему всё это кончилось? – сквозь слёзы бормотала она.

- Что кончилось?

- Это!!! – она показала на девушек на стене. – Я тоже хочу танцевать в белом платье! Я тоже хочу быть счастливой! Ты это понимаешь?!

- Ты хочешь платье?

- Лёша, тебе кто-нибудь говорил, что ты мудак?

- Машка, по-моему, тебе и в штанах неплохо. А с новыми берцами – вообще отпад!

- Счастья я хочу, понимаешь?! Не платье, не штаны, а счастье! А у них, - она снова показала на стену. – Оно было.

- Откуда ты знаешь? – всё ещё сомневался Лёшка.

- Да пошёл ты! – Машка быстро затопала новыми берцами по бетону лестницы. Лёшка в недоумении пошёл следом. Когда он спустился, подруга сидела на ступенях, обхватив руками колени, и не отрываясь смотрела на одинокий фонарный столб, стоявший посреди двора.

- Пить хочешь? – он протянул фляжку. Машка молча помотала головой.

- А есть? А то давно ходим, я уже проголодался.

- А что у тебя? – проявила интерес девушка.

- Сейчас голубей наловлю и в костре запеку, - обрадовался Лёшка. – Надо только костёр разжечь.

- Там наверху какие-то деревяшки были, - Машка кивнула на вход в здание.

Быстро наловив пяток голубей, Лёшка протянул подруге добычу и нож, поручив потрошить, а сам занялся костром. Он несколько раз сбегал внутрь здания и притащил груду обломков древней мебели. Машка уже выпотрошила голубей и обмазала их тушки найденной неподалёку глиной, даже не ощипывая – в костре всё лишнее обгорит.

- Хорошие деревяшки, сухие, - приговаривал Лёшка, подкладывая обломки в огонь. – И это тоже сгодится.

Он бросил в огонь несколько небольших прямоугольных картонок.

- А ну стой! – вдруг крикнула Машка.

- Чего? – от неожиданности замер Лёшка.

- Дай сюда! – она протянула руку.

- Что дать?

Она вскочила и вырвала у него из рук пачку картонок.

- Ты что, не видишь, что это фотографии?!

- Ха, действительно! Я сразу и не разглядел.

Машка сосредоточенно перебирала древние карточки. Да, она не ошиблась – это было учебное заведение. На фото было много молодёжи и несколько одних и тех же взрослых людей.

- Это снято здесь, - она показала одну карточку. Лёшка глянул – толпа весёлой молодёжи на фоне здания. Он оглянулся – да, здание именно это, только на фото всё вокруг чисто прибрано и окна целы.

Глава 8

Машка уже успокоилась, только припухшие и покрасневшие глаза выдавали недавнюю истерику. С аппетитом лопая печёного голубя, она рассуждала:

- Почему это всё кончилось? Ведь это было так продумано, так совершенно! А мы тут сидим и жжём костёр из их мебели и фотографий.

- Это всё из-за того, что сломали Мост, - заявил Лёшка, осторожно отколупывая глину с голубиной тушки. – По Мосту же проходила железная дорога, по которой вывозили продукцию Комбината. А ведь у Комбината ещё был свой карьер, где добывали сырьё. Когда не стало Моста, это всё потеряло смысл. Вот Комбинат и закрыли. А вместе с ним и НИИ.

- А куда делись люди, которые работали на Комбинате? Ты посмотри, в Посёлке больше половины пятиэтажек пустые стоят.

- Наверное, уехали на Большую Землю, - предположил Лёшка.

- Как? Ведь Моста уже не было, - возразила Машка.

- Ну не знаю тогда. Вертолётами эвакуировали.

- А остальные почему остались?

- У остальных денег не было, чтобы вертолётчикам заплатить, - объяснил Лёшка.

- Нет, я слышала другое, - подумав, ответила Машка. – Мне бабушка рассказывала, что сначала закрыли НИИ, потом часть, а Комбинат – в последнюю очередь. А Мост украли – это уже потом. А вот почему закрыли – она не объяснила.

- Значит, это всё было ненужно.

- То есть когда строили – было нужно, а потом вдруг стало ненужно?

- Чего ты на меня-то наезжаешь?! – обиделся Лёшка. – Я, что ли, всё это закрывал?

- Лёша, я хочу в эту жизнь! – Машка глядела на него умоляющими глазами. – Я хочу ходить в белом платье, и чтобы меня учили.

- На хрена? Ты и так умная.

- То есть ты считаешь, что это нормальная жизнь? – она показала на останки голубей перед собой.

- А чё такого? – не понял Лёха. – Вкусно же! Это не крысу жрать. Хотя и крысу можно приготовить – пальчики оближешь!

- А то, что на Комбинате делали что-то полезное? А сейчас…

- Машка, я тебе говорил, что хочу свалить на Большую Землю? Я сделаю это, и в ближайшее время. Поедешь со мной?

- Чего я там делать буду?

- Жить. Долго и счастливо.

- На какие шиши? К тому же здесь родители, сестра. И у тебя родаки. Что – всё бросить? Почему нельзя улучшить жизнь здесь? Ведь это же было когда-то! – она кивнула на заброшенное здание училища.

- Как ты улучшишь? – хмыкнул Лёшка. – Пойдёшь к Председателю и скажешь – давайте жить лучше. А он тебе ответит – всё спиздили! Провода спиздили, электричество спиздили, Мост спиздили!

- Значит, надо снова построить Мост!

- Всего-то делов! Из чего строить? И кто будет строить?

- То есть ничего нельзя сделать?

- Машка, тебя не поймёшь! Сначала ты хочешь платье, потом Мост, а потом что – Луну с неба?

Девушка смотрела на него так сердито, как будто он был виновником всех бед. Лёшка поёжился под её взглядом и предложил:

- Начни хотя бы с платья.

- Издеваешься?!

- Нет. Ты ведь умеешь шить. Найди ткань и сшей сама.

- А где я тут ткань найду? – Машка огляделась по сторонам, как будто действительно собиралась искать белую ткань в окружающих руинах. – А что, если… Так, чего-то мы тут засиделись! Пойдём скорее!

Дома всё было как обычно – мать копалась в огороде, отец что-то строгал в сарае. Машка сразу направилась в дом. Сестра выглянула из кухни:

- Как берцы?

- Отличные! Сестричка, ты не представляешь, как я тебе благодарна! – Машка полезла обниматься.

- Машуня, в чём дело? – осторожно отстранилась Анна. – Что ты ластишься, как беременная кошка? Давай колись!

- От тебя ничего не скроешь!

- Ну так что?

- Анька, я хочу сказать тебе спасибо!

- Дальше! – потребовала сестра.

- Анька, я хотела тебя попросить, - решилась Машка. – Я хочу платье! Белое! Или хотя бы ткань – я сама сошью.

- А больше ничего не хочешь?! – озадачилась Анна. – И тебя больше не смущает, как я это достану?

- То есть облом? – помрачнела Машка.

- Я так не сказала. Я тебя о другом спросила.

- Анька, я тебя всё равно люблю, ты ведь моя сестра! – Машка снова обняла её. – Но я очень-очень хочу белое платье!

- Машка, у меня пизда не волшебная! – но потом глянула на сестру и улыбнулась. – Ладно, попробую!

Уже поздно вечером, когда Машка легла в постель, сестра подошла к ней.

- Машунь, а чего ты вдруг платье захотела? Всегда в штанах бегала, а сейчас, как я тебя постригла, вообще стала на пацана похожа.

- Ну вот захотела! – уклончиво ответила Машка.

- Не хочешь рассказывать?

- Ладно, слушай! – и она рассказала сестре про то, как они с Лёшкой ходили на Комбинат, как нашли заброшенное училище с рисунками на стенах. – Представляешь – они в белых платьях! И такие счастливые-счастливые! И мне тоже захотелось. Прямо до жути! И там уселась и ревела, даже Лёшка испугался.

- Глупенькая! – Анна погладила её по стриженой голове. – Если бы всё было так просто! Счастье – не платье, его так просто не сошьёшь.

- Но надо же с чего-то начинать! Вот я начну с платья, стану счастливой, буду тебе помогать с Васильком, и ты тоже станешь счастливой…

- Не стану, - мрачно ответила Анна. – Ты лучше скажи – у тебя с этим Лёшей серьёзно?

- А что?

- А то! Залетишь по глупости – мозгов-то нет.

- Анька, ты думаешь – я совсем дура? Я ему не даю.

- Вот прям вообще ни разу?

- Ты мне не веришь?! – Машка возмущённо отвернулась к стене.

- Ладно, спи давай! – сестра ещё раз провела ладонью по её колючей макушке. – Будет тебе платье!

- Вы угомонитесь сегодня наконец?! – прикрикнула на них мать. – Кончайте свечку жечь, не напасёшься на вас!

- Ма, всё, уже ложимся, - Анна торопливо задула свечу.

Глава 9

У Лёшки было приподнятое настроение – наконец-то наметился прогресс в отношениях с Машей. Изменились и его чувства. Если раньше, когда пацаны подкалывали его:

- Ну что, поёбываешь Машку помаленьку?

Он беззлобно отвечал:

- Иди на хуй!

То сегодня на традиционный прикол он сердито спросил:

- А по ебалу?!

Пацаны понимающе переглянулись – у Лёшки всё серьёзно!

А сейчас он шёл на встречу, от которой зависело его будущее. Даже не так – их с Машкой общее будущее. Он твёрдо решил свалить на Большую Землю и взять Машку с собой. Да, он знал все возражения – там совсем другая жизнь, другие порядки, у него нет профессии, он не сможет вписаться в ту среду. Он не спорил, но свой главный аргумент держал при себе. Деньги! С деньгами везде хорошо, даже в Посёлке. Хотя тут многие их и в глаза не видели. Хлеб, водопровод, другие базовые вещи в Посёлке все получали по спискам – в обмен на участие в субботниках и других общественных мероприятиях. Предметы не первой необходимости – одежду, мебель, что-то ещё, - добывали обменом, или как говорили между собой – по бартеру. А за деньги можно было купить всё, только надо знать – где и у кого. Но самой главной проблемой было эти самые деньги достать.

Во многих семьях небольшие деньги были – остались ещё с тех времён, когда был Мост, и теперь передавались из поколения в поколение, на чёрный день. В основном же деньги получались от продажи барыгам-перекупщикам добытого на заброшке металла. Но после того, как по всему Посёлку спиздили электропровода, Председатель объявил бизнес металлистов вне закона. Потому что отличить добытый на руинах Комбината металл от честно спизженных в посёлке водопроводных труб сложно, а вот срезать трубы в пятиэтажке гораздо проще, чем ковыряться на заброшке. Председатель постоянно повторял свою фразу:

- Кто будет пиздить трубы – тому лично башку отстрелю!

И при этом щёлкал затвором своего карабина. За сохранностью труб также бдительно следили домовые активисты – остаться без воды никому не хотелось. После того, как парочку особо наивных металлистов поймали на месте преступления и тут же отпиздили до полусмерти, случаи явного мародёрства прекратились, а барыги-перекупищики металла ушли в подполье. Но копающиеся на заброшке не перевелись, хотя теперь это были в основном подростки. Взрослые солидные люди предпочитали заниматься чем-то более легальным, как, например, отец Машки, который у себя в сарае оборудовал столярную мастерскую.

Но для того, чтобы обосноваться на Большой Земле, нужны были именно деньги. Бартер на собранные в огороде ягодки или кустарные деревянные поделки устраивал только прилетавших проверять свой объект военных, которые охотно расплачивались старым шмотьём. Вряд ли на Большой Земле это кого-то заинтересует. Именно поэтому Лёшка шёл сегодня на встречу с перекупщиком. Место и время ему передал один пацан, которому передал другой, и так далее – такая конспирация наводила на мысль, что предстоит встреча с серьёзным человеком. Стрелку забили на берегу реки, недалеко от насыпи, оставшейся от Моста. Почему именно там – Лёшка не понял, но место реально глухое, и он слегка очковал. Но делать нечего – он ввязался в серьёзное дело с высокими ставками.

К счастью, выменянные на металл старые наручные часы его не подвели. Ещё раз сверившись по ориентирам, Лёшка скинул рюкзак и уселся на пожухлую траву. Барыга появился тихо и незаметно – за спиной послышалось осторожное покашливание. Лёшка обернулся – на берегу стоял ничем не приметный мужичок. Но приглядевшись, он отметил, что камуфло и обувь у мужика новые и добротные.

- Ты стрелку забивал? – спросил барыга. Лёшка кивнул. Мужик по-хозяйски уселся рядом, достал из кармана камуфляжа пачку сигарет и не спеша закурил. Настоящие сигареты! Их могли привезти только с Большой Земли, в Посёлке мужики курили самокрутки с вонючим самосадом. Лёшка осторожно принюхался к незнакомому волнующему запаху, и даже подумал – вдруг и его угостит сигаретой? Но барыга не угостил. Затянувшись пару раз, он лениво поинтересовался:

- Показывай, чего у тебя?

Лёшка суетливо высыпал содержимое своего рюкзака на песок. Мужик брезгливо отбросил в сторону искорёженные куски арматуры, повертел в руках моток алюминиевой проволоки, и стал с интересом разглядывать массивный медный брусок – шину от силового электрощита.

- Есть ещё автономный источник гамма-излучения, - Лёшка вспомнил блестящую хуёвину.

- Надеюсь, ума не хватило сюда притащить? – опасливо поинтересовался барыга. Лёшка помотал головой. Мужик облегчённо вздохнул:

- Себе на память оставь. А вот такие ещё есть?

Он показал на массивную медяшку. Лёшка с готовностью ответил:

- Найду. А сколько надо?

- Чем больше – тем лучше.

- И сколько денег?

- Десять рублей за кило. Только не вздумай мухлевать, а то некоторые умники кирпич в медный лист заворачивают.

- У меня без туфты. Тогда договорились, - обрадовался Лёшка. – Это сейчас возьмёшь?

- Медяшку возьму, - барыга взвесил в ладони брусок. – Килограмма на два тянет.

По прикидкам Лёхи в бруске было больше трёх кило, но он не стал возражать – всё-таки первая сделка! Ему не терпелось подержать в руках настоящие деньги. Мужик достал из кармана толстую пачку и отмусолил две розовые бумажки.

- Двадцать рублей, как договаривались. Ещё товар будет – свяжешься по тому же каналу. Ну всё, расходимся. Я пойду, а ты посиди ещё немножко.

Он подхватил медяшку и не спеша зашагал по берегу. Лёшка поглядел на тёмную воду реки. Когда он поднял взгляд, берег уже был пустынен. Лёха бережно убрал розовые купюры в карман, собрал с песка в рюкзак не понадобившиеся железки и пошёл в обратный путь.

Вечером он зашёл к корешу, который дал наводку на барыгу – отблагодарить. Тот порезал закусь, и, разливая самогон, деликатно поинтересовался:

- Не зря хоть ходил?

Подробностями в таких случая интересоваться не принято – нечего совать нос в чужие дела. Но Лёха ответил:

- Всё пучком. Договорились о дальнейшем сотрудничестве.

Накатили, закусили, посидели. Слегка разомлевший Лёшка поинтересовался:

- Слушай, а двадцать рублей – это как? Много или мало?

Кореш задумался.

- Наверное, не очень.

- Интересно, а что за эти деньги можно купить на Большой Земле?

- А чего спрашиваешь? На Большую Землю собрался?

- Так просто, - смутился Лёха. – А барыга этот с Большой Земли, точняк! Я у него настоящую пачку сигарет видел.

- Ну и что такого! У меня тоже есть, - кореш вытащил из-за пазухи пластиковую коробочку, осторожно открыл её и извлёк наполовину скуренную сигарету. – Хочешь?

Лёха поглядел на изрядно пожёванный фильтр и ответил:

- Нет, сегодня не хочу.

Он разлил по кружкам остатки самогона и задал вопрос, который мучил его уже давно:

- Слышь, а барыга может переправить на Большую Землю? Ну за бабки, само собой.

Кореш впёр на него мутный от самогона взгляд:

- Это ты с ним базарь. Но я тебе так скажу – а может, и нет никакой Большой Земли? Так, придумали сказочку, чтобы жить было веселее.

- Как это – нет? А что же тогда есть?

- А вот такое же дерьмо! – кореш махнул кружкой, расплескав самогон. – Там, за речкой, куда раньше Мост вёл – такой же убогий Посёлок, как наш. Только у нас тут Комбинат был, а у них – сигаретная фабрика. Мы тут металл выкапываем, а они у себя – сигареты. А потом меняемся.

Лёха задумчиво вертел в руках кружку с остатками самогона. Получается, сбежать отсюда не удастся – некуда. И Машка права – надо налаживать жизнь здесь. Но он так долго мечтал о жизни на Большой Земле…

- Не, хуйню ты сказал! – возмутился он. – Как это нет Большой Земли? А вояки откуда прилетают? А новое камуфло они откуда берут?

Но кореш ничего не ответил – он уже отрубился и громко храпел.

Глава 10

- Машка, поди – чего покажу! – Лёшке не терпелось похвастаться.

- Ну показывай! – Машка нетерпеливо переминалась у калитки. Выскочила на минутки, босые ноги в шлёпках мёрзнут – не май месяц.

- Не здесь.

- А где тогда?

- Пойдём на твоё место, - предложил Лёшка.

- Тогда подожди, я оденусь.

Лёшка с трудом дотерпел, пока они добрались до заброшенного НИИ. Машка ещё поднималась по последнему лестничному маршу, ведущему на крышу, а он уже доставал из-за пазухи своё богатство.

- Смотри!

Девушка осторожно взяла из его рук розовые бумажки.

- Что это?

- Деньги!!!

Машка повертела бумажки в руках, поглядела на просвет.

- Красивые. А на свет звёздочки видно.

- Где? – Лёшка отобрал у неё одну купюру и стал через неё щуриться на солнце. – Действительно.

- А кто на портрете?

- Не знаю. Наверное, какой-то Председатель.

Машка уважительно вернула ему вторую бумажку.

- И это только начало! – гордо пообещал Лёха. – А когда у меня будет много денег, я договорюсь с барыгой, и он переправит меня на Большую Землю. Поедешь со мной?

Машка растерялась – если раньше это был простой трёп, то теперь он подкреплён материально. Лёшка внимательно смотрел на подругу и ждал ответа. Больше всего он боялся, что она ответит то же, что и пьяный кореш тогда – мол, нет никакой Большой Земли, всё это сказки, везде одно и то же. Но Машка робко спросила:

- А там можно будет купить белое платье?

- Там всё можно купить! – Лёшка обрадовался, что она не стала критиковать его планы. Ещё чуть-чуть – и согласится поехать с ним. – Главное – чтобы было много денег!

- И где ты их возьмёшь? Кстати, эти у тебя откуда?

Лёшка замялся – посвящать её в свои тайны или не стоит?

- Чего зажался? Шифруешься? – подколола его Машка.

И Лёшка решился.

- Барыге металл продал, который на Комбинате насобирал. Он говорит – ещё приноси, всё куплю. Так что теперь дело за малым. А самое главное – барыга, похоже, с Большой Земли. Значит, с ним можно договориться, чтобы он нас переправил. Сечёшь?

- Секу, - Машка стала серьёзной. – А сколько нужно денег?

- Не знаю, - смутился Лёха. – Думаю – тысячи рублей хватит.

- И сколько металла нужно собрать?

- Ну смотри – он брал у меня по десять рублей за кило. Значит – нужно сто килограмм.

- Ну это не проблема! – смело заявила Машка, вспомнив, сколько железобетона ещё валяется на Комбинате. – Вот только арматуру из бетона выдалбливать заебёшься.

- Как раз и проблема! – возразил Лёха. – Барыга берёт только медь, сталь ему не нужна. А всю медь на Комбинате давным-давно подмели.

- И что тогда делать?

- Я думаю – надо наведаться в воинскую часть.

- Совсем ёбнулся! А помнишь – весной там двое пацанов пропали? Их потом ещё целый месяц искали, но так и не нашли – ни живых, ни мёртвых.

- Это вояки чего-то темнят, - мрачно сказал Лёха. – Наверняка их рук дело.

- Не, как-то это стрёмно! – подвела итог Машка.

- А вдруг вояки их вывезли на Большую Землю? – вдруг предположил Лёха. – Посадили в вертолёт – и туда!

- Ага, командир прямо так солдатам и сказал: «А вот этих двоих посадите у окна, чтобы им лететь было нескучно»!

- А может, они тайно в вертолёт пробрались? Спрятались, а на Большой Земле вылезли? А сейчас там живут припеваючи, пьют настоящую водку и тушёнкой закусывают, - ничего более роскошного Лёшка не мог себе представить. – Поэтому их и не нашли.

Машка задумалась. Ей так хотелось поверить, что хоть кому-то в жизни повезло.

- И чего ты хочешь в воинской части найти? Или дождёшься, когда вертушка прилетит, и тайно в неё пролезешь? Учти, у вояк автоматы, и они стреляют. Помнишь, бандюка тогда грохнули? А вот интересно – чего бандюки там делали?

Лёшка задумался: помимо вояк с автоматами обнаружилась ещё одна угроза, не менее страшная – местные бандиты. Но желание разбогатеть оказалось сильнее осторожности.

- Я пойду туда завтра! – решительно сказал он.

- Я пойду с тобой! – тоном, не терпящим возражений, заявила Машка.

- Ты-то зачем там мне нужна? – ворчливо спросил Лёшка, но в душе у него уже всё ликовало. Машка не ответила и задумчиво посмотрела в ту сторону, где находились руины войсковой части.

Как и обычно, Машка задержалась перед панно на втором этаже здания НИИ. Лёха терпеливо ждал. Уже выйдя на улицу, она задумчиво спросила:

- Интересно, а в части есть рисунки на стенах?

- Должны быть. Вояки не могут без наглядной агитации, - Лёшка решил подогреть её энтузиазм. И не ошибся.

- Значит так – встречаемся завтра утром и идём вместе, - скомандовала Машка. – Чего с собой брать?

- Я сам возьму всё, что нужно. Идём налегке, наша задача – просто разведать обстановку.

- Родаков предупредить?

- Ты что – сдурела? Тебе мать сразу а-та-та сделает!

- Ты меня маленькой дурочкой считаешь? – Машка так пихнула приятеля, что тот чуть не улетел в кусты. – А если с нами что-нибудь случиться – где нас искать будут?

Потом подумала и добавила:

- Ты прав – предкам говорить не стоит. Я сделаю так – напишу записку и спрячу под подушку. Когда вернусь – сожгу, а не вернусь – родители записку найдут и уже будут думать, что дальше делать.

- Это ты здорово придумала! – согласился Лёшка. – А своим я не буду говорить – они привычные.

Глава 11

Когда на следующее утро Лёха подошёл к её дому, Машка уже сидела на лавке у калитки в полной боевой готовности – в камуфле, берцах, вязаной шапочке и с флягой на поясном ремне.

- На солдата похожа, - улыбнулся Лёшка. Он даже хотел её поцеловать, но застеснялся.

- Почему на солдата? Все поселковые так одеваются, - возразила Машка.

- Поселковые чмошно выглядят – камуфло грязное, обувь разбита. А у тебя всё подогнано и берцы новые.

Машка слегка покраснела и довольно улыбнулась, но виду не подала.

- Какие у нас планы?

- Обходим территорию части с тыла и смотрим, чего там есть, - предложил Лёха. Накануне он попытался расспросить знакомых парней – что там и как, но выяснилось, что на территории части никто из них не был. Или не захотели ему рассказывать.

- А зачем с тыла обходить? – возмутилась Машка. – Это почти пять километров лишних пиздюхать!

- Ну давай тогда прямо по дороге пойдём, через контрольно-пропускной пункт. Так ведь незаметнее получится?

- Ну ладно, ладно, - смущённо согласилась девушка. – Ты дорогу-то знаешь? А то будем целый день по лесу плутать.

- Не боись – не заблудимся! – снисходительно улыбнулся Лёха. Он ощущал себя командиром, ведущим отряд в рейд по вражеской территории, полной опасностей.

Машка оказалась права – идти действительно пришлось далеко. Лёшка уже и сам пожалел, что выбрал такой маршрут, но упорно делал вид, что всё идёт точно по плану. Но вот наконец среди деревьев они разглядели неровный ряд бетонных столбов. Когда подошли ближе, выяснилось, что на столбах натянуто несколько ниток колючей проволоки.

- Что будем делать? – спросила Машка.

- Иди сюда! – позвал Лёшка. Чуть в стороне упавшее дерево снесло всю колючку между столбами, и можно свободно пройти. Но за забором, насколько можно разглядеть, тянулся всё такой же лес.

- Ну и чего? – возмутилась Машка. – Где военные секреты?

- Сюда посмотри, - Лёха показал на небольшой заросший травой холмик. Когда они обошли его, то увидели, что это бетонная огневая точка на одного бойца. Лёха поворошил ногой ржавые стреляные гильзы. Машка сразу стала серьёзной.

- А может, за нами уже давно наблюдают?!

- Может, - согласился Лёха. – Поэтому веди себя естественно – типа грибы собираешь.

Впереди среди деревьев показался просвет. Это оказалась большая поляна, в середине которой возвышался земляной холм, а в кустарнике вокруг угадывались обваловки и подъезды к ним. На краю поляны чернели провалы ворот кирпичного ангара.

- Пойдём посмотрим, - шёпотом предложил Лёшка, показав на ангар. Они осторожно двинулись в ту сторону, стараясь прижиматься к кустам. Дверей на воротах ангара не было, внутри сравнительно чисто и пусто.

- Тут что-то написано, - Лёшка показал на буквы над воротами.

- «Войска ПВО – войска постоянной боевой готовности», - специально вслух прочла Машка, не полагаясь на Лёшкину грамотность.

С поляны дорога вела вглубь территории войсковой части. Нетронутая высокая трава и небольшие деревца говорили о том, что по ней не ездили уже много лет.

- Смотри! – вдруг показала Машка. Правее дороги за кронами деревьев виднелась решётчатая антенна. Они сошли с дороги и стали пробираться напрямую. Антенна стояла на решётчатой металлической опоре, укреплённой растяжками. Рядом находился наполовину углублённый в землю бункер с закрытыми железными воротами, над которыми, не смотря на день, горел фонарь. Электрический фонарь!

Лёшка быстро опустился на землю, Машка плюхнулась рядом.

- Фонарь видишь? – прошептал он. Она кивнула.

- У них есть электричество! Представляешь?!

- А в Посёлке все уверены, что часть заброшена! – прошептала в ответ Машка. – Вот дураки-то!

- Давай-ка отсюда сваливать, – и Лёшка стал отползать в сторону, девушка поползла за ним. Когда горящий фонарь скрылся за стволами деревьев, Лёшка осторожно поднялся.

- Чего будем делать?

- Не знаю. Ты хоть примерно представляешь, где мы? – поинтересовалась Машка и пожаловалась: - У меня все штаны промокли!

- У меня тоже, - отмахнулся Лёшка. – Мы сейчас примерно посередине территории части и движемся в сторону Посёлка. Давай пойдём в том же направлении, не назад же возвращаться. А ближе к Посёлку попробуем выбраться за периметр.

Они стали осторожно пробираться через заросли.

- Смотри, там ещё что-то есть! – Машка показала на приземистое здание, желтеющее сквозь листву.

- Тише! – замер Лёшка.

- Что там?!

- Что-то гудит. Давай ближе подойдём.

- Лёша, я боюсь!

Он оглянулся на подругу – Машка вся дрожала то ли от холода, то ли от страха.

- Мы осторожно. Пойдём.

И он двинулся в сторону жёлтого здания. Машке ничего не осталось, как пойти за ним. Подойдя ближе, они затаились в кустах и стали наблюдать. Вокруг было тихо, только шелестела листва, и от здания шёл низкий ровный гул.

- Я знаю, что это! – прошептал Лёшка. – Это электрическая подстанция. Там должно быть много меди!

- А почему она гудит? – спросила Машка.

- Потому что под напряжением.

- Откуда же у них электричество?

- Наверное, от какой-то подземной электростанции.

- А там что? – Машка показала на просвет между деревьями, в котором виднелась свежая песчаная насыпь.

- Пойдём посмотрим, - Лёшка опустился на землю, намереваясь подползти поближе.

- Я не поползу – и так вся мокрая! – запротестовала Машка. – Мне кажется, тут никого нет. Мы не видели ни одного следа.

- Точно! – согласился Лёшка, и, уже не таясь, пошёл в сторону песчаной насыпи. Похоже, не так давно здесь что-то выкопали из земли – в большую яму уже успела набраться вода, но песок ещё не успел зарасти травой. От деревьев до ямы было метров пятьдесят.

- Интересно, что там было? – прошептала Машка. Лёшка не ответил, а, чуть пригибаясь, зашагал к яме.

- Ты куда?! – опешила девушка, но он уже подошёл к яме и что-то поднял из песка.

- Что там?

В ответ Лёшка призывно помахал рукой. Машка осторожно вышла из-за деревьев на открытое пространство. Приятель гордо протянул ей розовую бумажку.

- Смотри, что я тут нашёл!

- Так это такие же десять рублей, как у тебя! – Машка с удивлением разглядывала купюру. – Как она здесь оказалась? Слушай, а может тут ещё есть?

Она стала носком ботинка ворошить песок. Лёшка тоже стал шарить вокруг.

- Смотри! – он поднял синюю бумажку. – Пять рублей!

- У меня тоже есть! – Машка показала зелёную купюру. – Три рубля!

Они увлечённо ползали по куче песка, но деньги больше не попадались. Вдруг Лёха тревожно поднял голову.

- Вертушка!

Вертолёт был совсем рядом – его лопасти мелькали за кронами деревьев, стоявших на окраине поляны. Увлёкшись поиском денег, они заметили его слишком поздно. И теперь их прекрасно видно с воздуха на фоне светлого песка. До спасительных деревьев они добежать не успеют – вертолёт приближается слишком быстро.

- Это пиздец! – обречённо прошептала Машка.

Глава 12

Лёшка сориентировался быстро.

- Сюда, скорее!

Он схватил Машку за шиворот и потащил в яму с водой – единственное укрытие, которое оказалось в пределах досягаемости. Яма оказалась неглубокой – примерно по грудь. Они плюхнулись в воду и только успели прижаться к песчаному краю ямы, как над поляной прогрохотал вертолёт. Ещё с минуту они стояли в воде, не двигаясь, но тишину вокруг нарушал только шум ветра в кронах деревьев. Видимо, вертолёт уже приземлился и выключил двигатели.

- Холодно, - прошептала Машка. Лёшка осторожно выглянул из ямы – вокруг никого не было. Он помог подруге выбраться, и они, оставляя за собой мокрые следы, побежали к деревьям.

- Надо высушить одежду, - стуча зубами от холода, предложила Машка.

- Скажи ещё – костёр развести, - ответил Лёшка. – Валим отсюда скорее, пока не зажопили, а выберемся за периметр – тогда и будем сушиться.

- А ты знаешь, в какую сторону идти?

- Примерно туда, - глянув на солнце, показал рукой Лёха.

От быстрого шага они немного согрелись. Забор был недалеко – примерно в двадцати минутах хода. Но колючая проволока на нём оказалась цела – пришлось подползать под ней. Пройдя ещё метров сто, Лёха скомандовал:

- Хватит, остановимся здесь. Давай быстро собирать дрова для костра.

Пока огонь разгорался, они стали снимать с себя мокрую одежду. Когда Лёха снова повернулся к костру, Машка стояла у огня совершенно голая. Он застыл со спущенными штанами, его взгляд метался то на её маленькие острые груди, то на лобок, едва прикрытый тёмными волосами.

- Так и будешь стоять? – как ни в чём ни бывало спросила подруга. – Что, голых девок никогда не видел?

- Да видел, видел, - Лёха наконец вспомнил про спущенные штаны. А голых женщин до этого он видел только на картинках. Подойдя к костру, он попытался на палках развесить мокрую одежду вокруг огня. Машка глянула на него и хихикнула.

- Что?! – недовольно спросил он.

- Я думала, он у тебя больше, - она показала пальцем. Лёшка смутился ещё сильнее.

- Ты что, не знаешь, что он от холода сморщивается?

- Да знаю я, знаю, - Машка тоже видела голого мужчину первый раз в жизни.

- Так и околеть недолго, - Лёшка попытался перевести разговор в нейтральное русло. – Хорошо хоть, комаров нет.

- Долго сохнуть будет, - Машка поправила одежду, развешанную вокруг костра. Лёшка не сдержался и снова бросил на неё откровенный взгляд.

- Слышь… - наконец решился он. – Давай это самое… Потрахаемся. Заодно и согреемся.

- Ты о чём-то другом думать можешь? – спросила она.

- Ну а чё? – смутился Лёшка. – Боишься, что ли?

- Да, боюсь, - серьёзно ответила Машка.

- Чего? Говорят – это только первый раз больно, а потом приятно.

- Я боюсь последствий. Ты же знаешь, что у моей сеструхи ребёнок ненормальный. А вдруг это наследственное, и у меня тоже псих родится?

- Ничего не наследственное, это из-за её блядства, - и Лёшка прикрылся руками, ожидая оплеухи. Но на этот раз Машка отреагировала спокойно.

- Нет, она вразнос пошла, уже когда выяснилось, что ребёнок больной.

- А чего она от него не избавилась?

- Так до трёх лет всё нормально было. Даже котят топят, пока они глаза не откроют, а тут человек! Вот ты бы смог ребёнка убить?

- Машка, ты охуела?! Ты чего спрашиваешь?!

- А ты чего спрашиваешь?! Вам-то легко – сунул, вынул, и пошёл. А мы потом расхлёбываем.

Лёшка молчал – такого он от подруги не ожидал. Он-то считал её маленькой дурочкой, а оно вон как…

Машка тоже замолчала. Вот и выяснили отношения! Она натянула ещё не высохшую футболку, уселась, обхватив руками колени, и уставилась на огонь.

Лёшка почувствовал себя виноватым. Чтобы как-то сгладить неловкость, он вытащил из кармана мокрого бушлата найденные деньги и принялся их разглядывать. Машка тоже заинтересовалась и придвинулась ближе.

- Интересно, как они там оказались?

Обрадовавшись, что подруга больше не сердится, Лёшка предположил:

- Там было что-то металлическое закопано. Вояки барыгам загнали, а пока деньги считали – немного потеряли.

- Как это – потеряли? Это тебе семечки, что ли? Да и зачем воякам с барыгами дела делать? У них там даже электричество есть!

- Значит, что-то от предыдущей жизни осталось. А ты говоришь!

- Чего я говорю? – не поняла Машка. – Ладно, пойдём домой, всё равно тряпки здесь не высохнут.

Домой добрались только к вечеру. Сил у Машки хватило только на то, чтобы повесить на верёвке в кухне мокрую одежду. Мать ворчала:

- Совсем со своим дружком одурели! В болоте валялись, что ли? Посуше места не могли найти!

- Ма, не грузи! – лениво отбивалась Машка. – Где я тебе другие места найду? Ты же видишь, что в Посёлке делается, вот мы и пошли в лес погулять. И вообще – я спать хочу!

Утром её разбудило непонятное щекотание в носу. Она открыла глаза – сестра сидела рядом и щекотала её пёрышком из подушки.

- Машунь, просыпайся! У меня для тебя сюрприз!

Машка подскочила на кровати.

- Платье!!!

- Пока ещё нет, - Анна показала на мешок защитного цвета, стоявший рядом с кроватью.

- И чего это такое? – разочарованно протянула Машка.

- Парашют. От вояк притащила. Сошьёшь себе всё, что захочешь. Тут на пять платьев хватит.

- Сестричка! – Машка крепко обняла сестру. – Теперь мне надо научиться шить платье!

Она вскочила и стала торопливо перебирать сложенные в углу комнаты книги. Заглянула мать.

- Проснулась уже, гулёна! А тебя вон твой дружок уже поджидает! Наверное, хочет позвать на болото гулять.

Анна вопросительно поглядела на сестру. Мария отмахнулась – подробности потом! Быстро накинула ещё влажный бушлат и выскочила во двор к Лёшке.

- Привет! Чего хотел?

Приятель удивленно поглядел на её голые ноги.

- Тебе так не холодно?

- Холодно! Давай говори – зачем пришёл? Мне некогда.

- Чего тебе некогда? – обиделся Лёшка.

- Мне ткань на платье подогнали! – поделилась радостью Машка. – Сейчас буду себе платье шить!

- Сеструха, что ли, постаралась? А, ну да – вчера же вояки прилетели…

Он не успел прикрыться – Машка ладонью залепила ему по уху.

- Так, говори – зачем пришёл, или уёбывай!

Лёшка потряс головой – в ухе звенело.

- Машка, пойдём сегодня в часть?

- Тебе вчера приключений не хватило?

- Ну надо же всё выяснить. А вдруг ещё денег найдём?

Но Мария сейчас могла думать только о белом платье.

- Один иди, я занята.

- Одному стрёмно, - признался Лёшка.

- Пацанов кого-нибудь позови.

- Не, я хотел с тобой. Ты это…

- Чего это? – Машка запахнула бушлат – на улице не май месяц.

- Не хочу я пацанов в это дело посвящать. Ненадёжные они, сольют всё.

- А я надёжная?

- Да, - Лёшка смотрел на неё каким-то особым взглядом. Но Машке было не до него.

- После обеда зайди. А лучше завтра. Всё, пока! – и она побежала в дом.

Глава 13

Машка долго рылась в куче книг, которые она натаскала домой за последнее время, и, наконец, нашла то, что искала – потрёпанный журнал мод с выкройками на больших сложенных листах. В своё время она думала – брать его или не стоит? Выкройки её тогда не интересовали, понравились фотографии моделей. И вот сейчас это пригодилось.

Крикнув сестре:

- Анька, не пускай Василька ко мне!

Она расстелила парашют и выкройки прямо на полу. Заглянула мать.

- Дочка, ты бы оделась.

Машка ползала по полу прямо в трусах и майке, пытаясь сообразить – что к чему.

- Ма, не мешай, я занята!

- Ну вот, хоть на девочку стала похожа! – довольным тоном произнесла мать. – А то бегает по помойкам, как пацан!

Отец к её затее отнёсся сдержанно – он мечтал о помощнике в своей столярной мастерской, и Машка была его последней надеждой. Но, похоже, не судьба.

Лёшка заявился после обеда, и только это заставило Марию отвлечься от своего занятия и наконец-то одеться. К тому же она уже поняла, что процесс изготовления платья будет долгим, и до примерки ещё далеко.

- И куда ты в нём ходить будешь? – скептически поинтересовался Лёха, разглядывая журнал с выкройками. – Скоро уже снег выпадет.

- Пофиг! – упрямо ответила Мария.

- На телогрейку оденешь?

- Подержи вот здесь! – Машка сунула ему в руки край парашюта. – Ну всё, режу!

Поздним вечером она при помощи булавок соорудила первый вариант платья.

- Ну как? – спросила она мнение членов семьи. Скептически оглядев, сестра категорично заявила:

- Картофельный мешок смотрелся бы лучше.

Мать деликатно сказала:

- Дочка, не волнуйся. Всё у тебя получится.

Но что-то более-менее нормальное получилось только через две недели.

- Ну вот, теперь нормально! – оценила сестра. Мать молча поцеловала, а отец тяжело вздохнул – понял, что помощницы в столярной мастерской ему не видать. Ещё несколько дней Машка ждала погоду. И, наконец, осенние дожди прекратились, выглянуло солнце. «Пора!» - решила Мария.

- Я пойду до Лёшки прогуляюсь, - сообщила она.

На улице в платье было прохладно, особенно с непривычки мёрзли ноги, но Мария терпела – на что не пойдёшь ради красоты. И оно того стоило – встречные прохожие улыбались, некоторые парни забывали о делах и пытались идти следом. Впереди показалась группа девок с соседней улицы во главе с Жанкой – девкой, которая год назад пыталась организовать ей тёмную, но потом вроде помирилась. Поравнявшись с ними, Машка беззаботно поздоровалась. Видимо, это стало последней каплей.

- Ты что, пизда, охуела вконец?! – вместо приветствия заорала Жанка.

- Жанка, ты ебанулась? – удивилась одна из подруг. Но та уже завелась – закатывая рукава своего грязного камуфляжа, вопила всё громче:

- Ты чего вырядилась? Ты чего тут изображаешь? Думаешь – теперь все парни твои? А вот нихуя!

- Иди на хуй! – Машка попробовала их обойти, на Жанка встала у неё на пути.

- Что ты вырядилась как шлюха?! С сестры пример берёшь? Она всем даёт – кто просит, и кто не просит…

- Дай пройти! – Машка толкнула её в грудь.

- Вы видели? – фальшиво возмутилась Жанка. – Она меня ударила!

И попыталась схватить Машку за волосы. Но пальцы только скользнули по короткому ёжику – Машкины волосы ещё не успели отрасти. Жанка замешкалась, и этого оказалось достаточно, чтобы Машка зарядила ей прямым в глаз.

- Девки, наших бьют! – схватившись за лицо, закричала Жанка. Против четверых Машка сделать ничего не могла, её повалили на землю, и вскоре белоснежное платье было всё в грязи. Но Жанке этого показалось мало.

- Девки, тащите её сюда! – показала она на сортир, стоящий в чьём-то огороде.

- А ты на колени и извиняйся! – ткнула кулаком Машку.

- Хуй тебе! – Машка плюнула кровавой слюной.

- Извиняйся, а то в сортире утопим!

- Иди на хуй!

- Девки, макай её!

Дальнейшее Машка запомнила плохо. В памяти всплывали только отдельные куски событий – клок чьих-то волос, зажатый в её руке; перекошенное от злости лицо Жанки с уже начавшим оплывать левым глазом; непонятно откуда появившийся Лёшка с дружками. И запах дерьма.

Окончательно в себя она пришла уже дома. Грязное платье валялось в углу. Сестра пыталась протереть её влажным полотенцем, отгоняя Лёшку:

- Иди отсюда, хватит пялиться!

- Чего ты её этой тряпкой трёшь? - отвечал Лёшка. - Дай ей помыться нормально!

- Какой помыться? Не видишь – она на ногах не стоит?!

- Машка, ты как? – склонился над ней приятель. Машка попыталась улыбнуться ему разбитыми губами и закрыла глаза.

- Так чего у неё там случилось? – спросила Анна у Лёшки.

- Я начало не застал. Мы идём с пацанами, кто-то кричит – там девки пиздятся. Мы такие – оба, прикольно, пойдём смотреть! Пришли – а там эти четыре пизды Машку мудохают. Ну мы сразу…

- Там эта Жанка ёбнутая на всю голову верховодит? – перебила его Анна.

- Ну да. Как потом рассказывали, Жанка к Машке доебалась – чего тут выёбываешься? Машка её на хуй послала. А чего – правильно сделала! Шла, никого не трогала… Жанка первая полезла, а Машка ей в глаз засветила…

- Ладно, разберёмся! – Анна не стала слушать дальше и недобро прищурилась.

Машка открыла глаза.

- Холодно!

Её всю колотило. Сестра протянула ей свитер. Машка оделась, но дрожать не перестала.

- Что с тобой? – забеспокоилась Анна.

- Дерьмо! – закричала Машка.

- Я вроде всё смыла… - растерялась сестра.

- Кругом дерьмо! Жизнь дерьмо! И Посёлок наш – тоже дерьмо! – у Машки потекли слёзы, но сквозь всхлипывания она продолжала кричать. – Никогда здесь ничего не будет! Даже цветочек вырастет – тут же затопчут! Всё потому, что люди такие…

Лёшка попытался её обнять, но Машка вырвалась.

- Не трогай её! – остановила его Анна. – Пусть выплачется, потом легче станет.

- Жизнь тут у нас, видите ли, плохая! – продолжала кричать Машка. – Сами такую заслужили! Света нет! А кто провода спиздил?! Сами же и спиздили! Работы нормальной нет! И сами же Комбинат дербаним!

- Это потому что Мост… - Лёшка попытался вставить слово, но Машка перебила.

– Мост? Да свои же Мост спиздили, и все это знают! И молчат, потому что сами что-то пиздили. Никогда, никогда мы не будем жить счастливо! Не заслужили! Я вон попробовала, и что?

Она кивнула на валяющееся на полу платье.

- И нахуя мне такая жизнь нужна?!

- Слышь, ты это… - шепнула Анна Лёшке. – Останься на ночь, а то мало ли что. По очереди будем за ней присматривать, чтобы родителей не беспокоить.

В комнату заглянула мать.

- Она хоть ела чего?

- Ма, ну какое ела? Не до этого сейчас! – ответила Анна.

- И всё друг другу завидуют! – снова завелась Машка. – Смотрят, чтобы никто лучше их не жил. А то несправедливо!

- А чо – правильно говорит! – поддакнул Лёшка.

- Валить надо отсюда! – продолжила Машка, но уже с меньшим энтузиазмом. – Куда глаза глядят, лишь бы подальше. Потому что здесь одно дерьмо!

Она говорила всё тише и уже перестала дрожать. И в какой-то момент откинулась на подушку и затихла.

- Мне надо сходить в одно место, - поднялась Анна. – А ты смотри за ней, одну не оставляй!

Глава 14

Ночью Машка металась в бреду и даже спросонья свалилась с кровати, но в целом всё прошло спокойно. Утром Лёха отправился домой – наконец-то предупредить родителей, но вернулся подозрительно быстро, и при этом как-то странно улыбаясь.

- Ты чего? – удивилась Анна.

- Твоя работа?

- Ты о чём?

- А о том, что ночью Жанку отпиздили и побрили налысо, но только полголовы.

- Есть на свете справедливость! – довольно улыбнулась Анна и погладила по плечу сестру.

- Как ты это сделала? – Лёха никак не мог успокоиться.

- А ты не знаешь, как такие дела делаются?! – усмехнулась Анна. – Сестрёнка, за тебя отомстили.

- А хуй ли толку? – Машка выглянула из-под одеяла. – Я же теперь на улицу выйти не смогу – все будут пальцем показывать и до старости принюхиваться.

- Да ладно… - Лёшка попытался её успокоить, но Анна перебила:

- Да, народ у нас такой. И главное – не со зла, но заебут в доску, уж я-то знаю!

- Так что для меня теперь места в Посёлке больше нет, - подвела итог Машка.

- Дура, даже не думай! – прикрикнула на неё сестра.

- Значит, вместе валим на Большую Землю, - Лёшка даже слегка обрадовался. – Ну как, решено? Тогда я пошёл договариваться.

- О чём он говорил? – спросила Анна, когда он ушёл.

- Это его заветная мечта – свалить отсюда на Большую Землю, - объяснила Машка. – Он меня уже два месяца уговаривает. Получается – уговорил. Анька, а может, ты с нами рванёшь?

- А Василёк? А родители? Нет, сестрёнка, для меня кроме нашего Посёлка другой земли нет. А тебе только могу пожелать успеха! Как добираться будете?

- Лёшка хотел с барыгой, который металл скупает, договориться, - объяснила Машка.

- Не нравится мне это, - покачала головой Анна. – Может, попробовать с вояками поговорить?

- А можно?

- Попробую. По другим вопросам получалось. Как раз сегодня вертушка должна прилететь. Как стемнеет, так и схожу.

- Сестрёнка, я с тобой!

- Машка, я не хочу, чтобы они там о тебе чего подумали.

- Анька, обо мне теперь и так понятно, что думать будут! – и она обняла сестру. – Мы теперь с тобой вдвоём против всех.

- Ещё Лёшка, - напомнила Анна.

Когда стемнело, сёстры тайком вышли из дома. В часть пошли по кратчайшему пути, через бывший контрольно-пропускной пункт. Вскоре вышли к домам, за которыми на освещённой площадке стоял вертолёт. До этого места Машка с приятелем не дошли. А Анна, похоже, эту обстановку знала хорошо. Она смело шагала по тропинке, Машка семенила за ней, озираясь по сторонам.

- У них тут, оказывается, электричество!

- Тут всегда электричество было, - отозвалась Анна.

- А почему тогда в посёлке нет?

- Потому что провода спиздили, ты же знаешь. А сюда наши бояться соваться, вот поэтому тут и есть.

Как будто в подтверждение её слов из-за угла выглянул солдат с автоматом наперевес.

- Стой, кто идёт? Стрелять буду!

- Свои. Это Анна из Посёлка.

- А второй кто? А ну, выйди на свет!

Анна шагнула под фонарь и за рукав подтащила за собой Марию.

- Ещё одна девка? – усмехнулся солдат и достал из кармана рацию. – Товарищ майор, тут гости из Посёлка!

Дверь ближайшего домика распахнулась, на крыльцо вышел офицер и скомандовал:

- Заходи!

Анна потащила Марию за собой в домик. Офицер прикрыл за ними дверь и спросил:

- А это кто?

- Младшая сестра.

- Что, решила тоже к ремеслу приучать?

- И не думай! – неожиданно зло ответила Анна. – Тронешь сестрёнку – глаза выцарапаю!

- А зачем тогда привела? – стал серьёзным майор.

- Она хочет на Большую Землю.

- А больше она ничего не хочет?! Мы ей что, такси?!

- Майор, послушай! Я тебя лишними просьбами не одолевала, если просила, то только для неё. И сейчас за неё прошу.

- Ну берцы маленького размера – это понятно, - майор бросил взгляд на Машкины ноги. – А парашют зачем был нужен?

- Она платье хотела. У неё никогда не было белого платья.

- А сейчас хотелка подросла?

- Вот с платья всё и началось, - и Анна рассказала всю историю.

- Нихуя у вас в Посёлке порядочки! – не сдержался майор и поглядел на Машку совсем другим взглядом. – Садись сюда. Чаю хочешь? Сейчас подогрею.

- Ну так как?

- Нет, перевезти её не получится. Я же не один в вертолёте. Да и когда прилетим, там куча народу её увидит. Как я объясняться буду? Это же не автобус!

- А что такое «автобус»? – робко спросила Машка. Майор глянул на неё жалостливым взглядом и тяжело вздохнул.

- Ты пей чай-то, и сахар бери. У меня ещё конфеты где-то были, сейчас гляну.

Он стал рыться в шкафу, лишь бы спрятаться от вопросительного взгляда Анны.

- Скажите, а откуда у вас электричество? – осмелев, спросила Машка.

- Как откуда? – удивился майор. – Из электрической подстанции.

- Это такая жёлтая, которая в лесу стоит? – уточнила Машка. – А где сама электростанция?

- Какая смышлёная девочка! – ещё больше удивился майор. – Про электростанцию не знаю, а схема электропитания объекта схематично устроена таким образом – на подстанцию от внешней сети приходит фидер 10 киловольт, с подстанции трёхфазное питание напряжением 380 вольт подаётся потребителям. В боевом режиме электропитание осуществляется от дизель-генераторов, подробности тебе знать необязательно. Я ответил на твой вопрос?

- А почему отсюда нельзя подать электричество в Посёлок?

- Не ко мне вопрос, в Посёлке своя власть. А у нас это решает главный энергетик части и командование. Будет приказ – подадим. Приказа не было. Ещё вопросы?

- А почему на территории части разбросаны деньги? – окончательно осмелела Машка.

- Какие деньги? – удивился офицер. Девушка вытащила из кармана зелёную трёхрублёвую купюру.

- А, это! – облегчённо вздохнул майор. – Так это не деньги. То есть когда-то были деньги, но давным-давно вышли из оборота. Сейчас деньги совсем другие. А где ты это нашла?

- Там на поляне, в песке, - растерявшись, разоткровенничалась Машка. – Там ещё яма большая, как будто что-то выкапывали.

- Так ты у нас по территории не раз гуляла? – усмехнулся майор.

- Нет, нет, только один разок! – испуганно запротестовала Машка.

- Там была закопана большая металлическая бочка из-под топлива. Лет двадцать назад нам приказали утилизировать на территории части грузовик вот таких старых денег. Ну мы их в эту бочку и свалили. А несколько лет назад случайно обнаружили, что эти старые деньги пропали. Может, кто на сувениры утащил, или печку растапливать. Нам же только проще – возни меньше. А бочку мы выкопали и сюда поближе перетащили, чтобы металлисты не спёрли. Что ещё хочешь узнать?

- Тут у вас весной два пацана поселковые пропали. Месяц искали – не нашли, ни живых, ни мёртвых. Вы ничего не знаете?

- Нет, - озадачился майор. – Если бы у нас тут постоянно кто-то находился, а так прилетаем раз в месяц на регламент. Или по тревоге, как пару месяцев назад, когда бандита на объекте застрелили. Ну ты, наверное, об этом слыхала?

Машка кивнула. Майор ласково поглядел на неё и сказал Анне:

- Смышлёная у тебя сестрёнка! Береги её, - и, отвечая на немой вопрос, добавил: - Нет, взять её не могу, и не проси!

Глава 15

В это самое время Лёшка тоже пробирался в войсковую часть, но не по дороге, а через лес. До этого он уже успел побазарить с барыгой. Вроде удалось договориться, но сначала металлист упёрся:

- Хочешь штукарь – тащи весь металл!

- Ты что, я сто кило не допру.

- Твои беды.

- Слушай, там больше. Я кило тридцать приволоку, а остальное там прикопаю. Потом всё заберёшь, без счёту.

- А что взамен?

- Перебросишь меня и ещё одного человечка на Большую Землю.

Барыга задумался, а потом уточнил:

- Где медянка будет?

- Рядом с войсковой частью, метрах в ста от периметра. Туда никто из поселковых не сунется, целее будет.

- А не наебёшь?

- Ты меня знаешь. А мне человечка на Большую Землю край как надо переправить.

- Это стоить будет.

- Сколько? – Лёшка был готов к этому вопросу.

- Полштуки.

- Договорились.

- Когда металл будет? – уточнил барыга.

- Завтра утром, - пообещал Лёха.

Именно поэтому он, прихватив инструмент, на ночь глядя отправился в часть. Он рассчитывал попасть на территорию по тому маршруту, по которому они с Машкой тогда выходили. За ночь он распотрошит подстанцию и вытащит металл за периметр части. Утром встретится с барыгой и отдаст ему часть металла. Днём сбегает за Машкой, а вечером… Каким образом барыга переправит их – он даже не представлял. Но как-то же он переправляет туда металл?!

Но он не знал, что следом за ним идут двое бандюков. Когда он распрощался с барыгой-металлистом, тот тоже побежал к своим дружкам – и сто кило меди не каждый день приносят, а тут вообще обещают без счёта. Как-то подозрительно! Бандиты поначалу не поняли, что от них нужно. Но металлист объяснил доходчиво:

- Ваша задача – проследить, чтобы он меня не кинул. А то мало ли, что он там наобещает.

Бандиты переглянулись.

- Вот теперь поняли!

И, уже когда остались одни, обсудили план операции.

- Короче, сами к воякам не лезем – а то пристрелят ещё чего доброго. Когда этот чудак металл за периметр вытащит – тогда его и грохнем. Всё равно он на Большую Землю собрался – здесь его никто искать не будет.

- Ага, металл себе заберём, а барыге скажем, что он его кинул.

И они весело заржали. Таким образом Лёшка, сам того не понимая, подписал себе смертный приговор. Ещё не зная об этом, он засветло отправился в часть по тому маршруту, по которому они выходили оттуда с Машкой. Прокравшись к электроподстанции, он затаился в кустах и стал наблюдать. Вокруг было тихо. Когда сгустились сумерки, он зажёг керосиновый фонарь и двинулся к подстанции.

Его план был прост – попытаться отключить электричество, или же начать курочить те шины, которые обесточены. Вряд ли вояки используют подстанцию на полную мощность, поэтому часть оборудования может быть не запитана. Конечно, хорошо бы ещё и трансформаторы дёрнуть – там тоже меди дохуя, но в одиночку он не справится. Придётся ограничиться только медными шинами, которые легко снять. Он шёл на такую авантюру впервые, но делал это ради Машки. Если с ней что-то случится – он себе этого никогда не простит. Вот ведь не повезло девчонке! Но ничего, они переберутся на Большую Землю, а там всё будет хорошо. Барыга не должен его подвести, ведь они договорились!

С замком на железной двери он справился легко. Потом, подсвечивая керосиновым фонарём, он стал рассматривать внутренности подстанции. Там было пять ячеек, на трёх из них рубильники были включены, на двух крайних – выключены, и на одном из них висела бумажка, на которой что-то написано от руки. Лёха не обратил на неё внимания, да и рукописный текст он разбирал плохо. Это его и подвело, потому что на бумажке было написано «Под напряжением!»

Но всё же он проявил осторожность и решил на всякий случай замкнуть клеммы ломиком. Даже если бы там было 380 вольт, это закончилось плохо. Но там было 10 киловольт…

Яркая вспышка озарила стоящие вокруг деревья и раздался громкий хлопок, переходящий в шипение. Наблюдавшие за ним издалека бандиты переглянулись:

- Ты видел?! Ну нихуя себе!

В домике военных мигнул свет. Майор выскочил на улицу.

- Что случилось?

Часовой показал на деревья:

- Вон там была вспышка и хлопок!

Офицер вернулся в домик и пояснил встревоженным сёстрам:

- Что-то случилось на подстанции. Вам надо уходить.

- Лёшка! – воскликнула Мария. Она догадалась, в чём дело – приятель явился, чтобы выдрать из подстанции медный провод и продать его барыге. Значит, он всё-таки решился осуществить свой план!

- Девочка, ты что-то знаешь? – насторожился майор. Машка замялась – говорить или нет?

- Ладно, потом. Выходим! – скомандовал майор. На улице он показал. – Вам туда!

- Я с вами, - попросилась Машка. – Там Лёшка, на подстанции…

Офицер в недоумении уставился на неё, но тут подбежал солдат:

- Товарищ майор, вот фонари!

- За мной! – скомандовал офицер.

Уже издали было видно, что внутри подстанции что-то горит. Через распахнутую дверь электрические фонари осветили внутреннее помещение подстанции – выгоревшую ячейку и обугленный труп на полу.

- Пиздец! – наклонившись над телом, констатировал майор.

- Лёшка! – Мария бросилась к телу, но запах горелого мяса ударил в нос. Она выскочила на улицу, и её вырвало.

- Ты чего-нибудь знаешь? – спросил майор у Анны

- Это Машкин парень, - она кивнула на труп. – Он собирался разломать вашу подстанцию, чтобы медь продать барыге и на полученные деньги свалить на Большую Землю.

- Так чего ты меня тогда упрашивала, если у него всё было продумано?

- Как выяснилось, плохо было продумано, - Анна снова кивнула на обгоревшее тело. – Мне его затея сразу не понравилась.

С улицы доносился истеричный плач Машки.

- Давай не будем её пока трогать, - предложила Анна. – Пусть немного успокоится.

А Машка отходила от подстанции всё дальше в лес. Совсем недавно они шли тут с Лёшкой, а теперь он чёрный и скрюченный лежит на полу подстанции. Она не могла смириться с мыслью, что приятеля больше нет.

Глава 16

И вдруг грубые руки схватили её за плечи.

- Ты кто? Одета как солдат, а ревёшь как девчонка.

- Да это сестра Анки-давалки! – у второго голос ещё грубее. – Она ебётся с этим пацаном, которого мы пасём.

- Не говорите так! – хлюпнула носом Машка. – Лёша умер, его там током убило.

- Нихуя себе! – удивился первый мужик. – Тогда съёбываем отсюда, здесь ловить больше нечего.

- А с этой чего делать? – второй мужик больно сжал Машкину руку. – Она же нас спалит!

- Чего делать – замочить, как тех пацанов? – спросил первый.

- А хуй ли такого?

Машка перестала реветь, но всё ещё не осознавала реальности происходящего.

- Так это вы тех двух пацанов весной убили?

- Слушай, чего-то малая дохуя знает! – возмутился второй, и Машка их сразу вспомнила – пару месяцев назад они с Лёшкой были в заброшенном НИИ, а эти мужики шли навстречу с факелами. Только тогда их было трое. Трое… Перед глазами мелькнули площадь, толпа, труп на ступеньках… Это же бандиты, подельники того, которого застрелили вояки.

- Да ладно, нихуя она не знает! – ответил первый. – Это те пацаны нас со старыми деньгами спалили.

- Старые деньги! Они же давно недействительны! А Лёшка из-за них умер! – Машка снова заревела.

- Вот видишь! – снова стал напирать второй. – Мочить её надо! Чего она тут делает? С пацаном своим пришла?

- Когда мы за ним топали – он один был. А эта откуда взялась?

- Отвечай – откуда ты взялась? – тряхнул её второй.

Машка наконец-то стала что-то соображать. Эти двое бандитов следили за Лёшкой, и они же весной убили тех двух пацанов, которых не нашли. А убили их за то, что они выяснили, что деньги, которыми расплачивается барыга, давным-давно вышли из оборота и ничего не стоят. Майор сказал, что пропал целый грузовик старых денег. Так вот эти бандиты их из части и стащили, а теперь дурят поселковых, выдавая их за настоящие деньги. Поселковые за эти бумажки готовы последнее отдать, а Лёшка из-за них вообще погиб. А сейчас и её саму убивать будут!

- Чего молчишь?! Язык проглотила? – снова тряхнул её второй.

- Кончай её, и съёбываем, - скомандовал первый.

- Не-е-е-т! – протянул второй. – Пусть она сначала у меня отсосёт!

Навалившись Машке на плечи, он поставил её перед собой на колени.

- Давай, покажи, что ты умеешь! – и стал расстёгивать штаны. Машка закричала и стала вырываться, но сильный удар по лицу оглушил её. Когда она очнулась, во рту было что-то большое и упругое. Она попыталась языком вытолкнуть его, но ничего не получилось.

- Давай, продолжай! – довольным голосом потребовал бандит. Машку передёрнуло от омерзения, и она изо всех сил сжала зубы. Рот тут же наполнился горячей и солёной кровью. Мужик заорал как раненый зверь и стал изо всех сил лупить её. Острая боль отдалась по всему лицу, но она не потеряла сознание, а чувствовала, как он ногой бьёт её по груди. Вдруг всё осветил яркий электрический свет, и тут же раздался выстрел.

- Что же такое творится-то?! – возмутился майор, пытаясь фонарём осветить кусты. – Не территория части, а какой-то проходной двор! Как она?

- Урод, что ты с ней сделал?! – Анна остервенело пинала бандита.

- Оставь его, он уже мёртвый. С сестрой что? И тебе не показалось, что тут ещё кто-то есть? Эй, выходи, а то стрелять буду!

- Она вся в крови! – Анна склонилась над лежащей без движения Марией. – Что теперь делать?!

Офицер достал рацию.

- Дежурный? Скажи летунам – пусть движки прогревают. А сам возьми в вертушке носилки и аптечку и давай сюда. Мы за подстанцией, ближе к периметру. Иди на свет фонаря. И повнимательнее – тут, кажется, ещё кто-то шляется.

Он повернулся к Анне.

- Положи её на бок, чтобы кровью не захлебнулась. Сейчас аптечку принесут.

- Но её нужно в больницу! А в Посёлке…

- Да знаю я, что там у вас! – перебил майор. – Нет нихуя! Я сейчас её в свой госпиталь повезу. Боец, аптечку не забыл? Да погоди ты с носилками! Доставай противошоковый. Дай я сам уколю. Большого кровотечения нет, это кровища этого урода – она ему ползалупы откусила. А теперь перекладываем на носилки. Летуны там проснулись?

- Так точно! – ответил солдат, поднимая носилки. – А что тут было?

- А вот то и было! – майор кивнул на труп бандита и взялся за другую сторону носилок. – Понесли.

За деревьями уже слышался гул вертолётных двигателей. Анна еле поспевала за несущими сестру военными. У вертолёта майор кивнул лётчикам:

- Носилки в вертолёт!

Пилот удивлённо уставился на окровавленную Марию, лежащую на носилках.

- Выполнять! – прикрикнул майор. – И дай мне связь! Первый, я тридцатый! Нахожусь на объекте. Отразил нападение. Повреждена электроподстанция. Энергоснабжение объекта не нарушено. У нападавших два двухсотых. У меня один трёхсотый. Следую в госпиталь, предупредите медиков.

- Вы её увозите?! – Анна бросилась к носилкам. – Сестрёнка!

- Хватит реветь! Её надо срочно в госпиталь. А ты иди к Председателю, скажи – бандиты полезли курочить подстанцию, мы двоих застрелили. Этого, в кустах, пусть забирают, а в подстанцию не лезут – завтра наши электрики прилетят, разберутся.

- Как я узнаю про сестру? – Анна попыталась перекричать шум винтов.

- Я сообщу, - майор захлопнул дверцу вертолёта, и машина стала подниматься в небо.

Мария очнулась от непривычного гула. Всё тело болело, но боль тупая, несильная – укол подействовал. Над ней склонился офицер:

- Ну что, очнулась? Потерпи ещё немного – сейчас в госпиталь прилетим.

- Где я? – она попыталась приподняться, но сил не хватило.

- В вертолёте. Летим на Большую Землю. Ты ведь хотела на Большую Землю?

- Да! – Мария закрыла глаза.

- Товарищ майор! – осторожно спросил солдат. – А как это – её в госпиталь? Она же не наша?

- А что – надо было там её бросить? – рассердился офицер. Похоже, он и сам не представлял, как будет выпутываться из сложившегося положения.

Солдат поглядел на лежащую на носилках девушку.

- Совсем маленькая! А что с тем уродом, который на неё напал?

- Местные похоронят, - ответил офицер.

- Что же у них за жизнь такая?!

- Какая есть.

- Но надо же что-то делать?!

- Что ты сделаешь?

- Ну не знаю! – смутился солдат и зачем-то погладил приклад автомата.

- Они сами должны захотеть жить по-другому, - задумчиво произнёс офицер. – Насильно счастливыми не сделаешь.

- Жалко её! – солдат кивнул на Марию.

- Всех жалко! Но всех не спасёшь. Должны и сами что-то делать! – майор поглядел в иллюминатор на начинающее светлеть небо. – Блять, ну и влипли! Ладно, прорвёмся.

И он поправил свесившуюся с носилок руку девушки.

Глава 17

Время подходило к полдню. Врач в белом халате устало шёл по коридору госпиталя. Со скамейки навстречу ему поднялся офицер.

- Доктор, как она?

- Это вы её привезли? Давайте зайдём ко мне. Вы сегодня спали?

- Немного. Пока вас ждал.

Доктор достал из шкафа мензурку и бутылку коньяка.

- Выпейте, а то плохо выглядите. Я не буду – мне ещё работать.

Майор поставил пустую мензурку на стол.

- Хороший коньяк!

- Пациенты не оставляют без внимания, - доктор убрал бутылку в шкаф. – Значит, так. По развитию пациентке примерно четырнадцать лет. Худощавого сложения, небольшой дефицит массы тела. Множественные ушибы головы и грудной клетки. Перелом нескольких рёбер. Сломан нос, выбито несколько зубов. Подозрение на сотрясение мозга. Нижняя челюсть цела. Глаза не пострадали, но вот лицо… Я сделал всё, что мог, но шрамы останутся. А вы ей кто?

- Знакомый, - смутился майор.

- У неё родственники есть?

- Получается, здесь я самый близкий её родственник.

Доктор коротко хмыкнул и продолжил:

- Она пробудет у нас не меньше месяца. Ей понадобится какая-то одежда – её вещи пришлось разрезать, к тому же они были все в крови. Кстати, на одежде крови было гораздо больше, чем она потеряла.

- Это кровь того, кто на неё напал, - пояснил майор. – Можно с ней поговорить?

- Нет, сейчас она после наркоза. Только завтра.

На следующее утро майор, на этот раз свежий и подтянутый, шагал по коридору госпиталя с большим пакетом в руках. Но, как выяснилось, он был не первым посетителем – у дверей палаты, где лежала Мария, стояли трое солдат. Они по очереди заглядывали в щёлку, толкали друг друга локтями и негромко смеялись. Увидев майора, они замолчали и вытянулись по стойке «смирно».

- Вам тут что – цирк бесплатный?! – рассердился офицер.

- Товарищ майор, а вы сами поглядите! – ответил один солдат. Майор осторожно заглянул в палату. Мария с забинтованной головой, в больничном халате, в котором выглядела ещё более тощей и несчастной, стояла у раковины и по очереди то открывала, то закрывала краны с холодной и горячей водой, и при этом смеялась, насколько позволяли бинты. Потом она оставила раковину в покое, отошла к выключателю и стала играться со светом.

- И так уже двадцать минут, - прокомментировал другой солдат. – Это вы ведь её привезли? Она что – как Маугли, выросла среди животных?

- Почти, - подтвердил майор. – А ну давайте отсюда, а то по наряду вне очереди получите!

- Есть! – недовольно ответили солдаты. Самый шустрый показал шоколадку. – А мы пришли с ней познакомиться.

- Я передам, - офицер отобрал у него шоколадку и скомандовал. – Разойдись!

Молодые дурачки, наблюдают за девчонкой, как за зверьком в зоопарке! Он постучал и, не дожидаясь ответа, вошёл в палату. Мария замерла у выключателя, испуганно глядя на него тёмными глазами через щёли бинтов. Майор смутился не меньше её.

- Я тебе тут кое-что принёс, - он стал выкладывать содержимое пакета. – Спортивный костюм, только не знаю – угадал ли с размером? Всякие фрукты – яблоки там, апельсины. И книжку – чтобы не скучала. Ты книжки читаешь?

- Читаю, - кивнула Мария. Она подошла и первым делом взяла книгу.

- Как ты себя чувствуешь?

- Всё болит, а так ничего. А где я?

- Ты сейчас в госпитале нашей части, - стал объяснять майор. – Тебе сделали операцию. Тебе придётся провести здесь как минимум месяц.

- Всё это время я буду жить здесь?

- Да.

- А потом?

- Потом ты поправишься, и сможешь отсюда уйти.

- Куда?

Майор растерялся. Она же совсем из другого мира!

- Потом что-нибудь придумаем, а пока отдыхай, - он спохватился и положил на стол шоколадку, которую отобрал у солдата. – Чуть не забыл – это тебе от поклонников.

Марии отвели отдельную палату – она оказалась единственной девушкой-пациентом госпиталя. Объяснения майора с начальством по её поводу прошли очень непросто. В конце концов майор вспылил:

- Я что, должен был её там бросить умирать?!

- И что ты с ней планируешь делать дальше? – поинтересовался генерал.

- Удочерю!

Генерал не нашёлся, что ответить.

Майор навещал её каждый день. Когда он пришёл на пятый раз, палата была пуста.

- А где… - спросил он у дежурной сестры.

- Девочка-то? В нашей библиотеке.

Худенькая фигурка с коротко стрижеными волосами примостилась на подоконнике. Бинты с её лица уже сняли, и выглядело это жутковато. Мария не заметила майора, увлёкшись чтением.

- Я тебя потерял.

- Я здесь… - смутилась девушка. – Тут так много интересных книг!

- Я же тебе приносил книжку?

- Она в палате, я её ещё в первый день прочитала. Электрическое освещение – это так удобно, можно читать даже ночью!

- В школе ты тоже много читала?

- У нас в Посёлке нет школы.

- Как нет?! А где же учатся дети?

- Дома. Или друг у друга. А я читала книжки.

Майор присел на подоконник рядом с ней.

- Расскажи мне о вашем Посёлке.

- Наш Посёлок построили давным-давно, - начала Мария. – Сначала построили Комбинат и железную дорогу к нему. Дорога проходила по Мосту через реку. Потом построили пятиэтажки. В Посёлке жило много народу, несколько тысяч. Они работали на Комбинате и в НИИ. Потом построили вашу часть. В Посёлке были широкие улицы и жили счастливые люди. А потом бандиты украли Мост, и всё кончилось. Комбинат встал, НИИ закрыли, вашу часть закрыли. Счастливые люди уехали, остались те… Кто остались. Они украли электрические провода, и в Посёлке не стало электричества. Потом разломали НИИ. Комбинат разломали не до конца – он очень большой. И часть не разломали – военных боятся.

Её рассказ походил на сказку. Но это была суровая реальность – она там выросла.

- Откуда ты всё это узнала?

- Я ходила по заброшке и смотрела на рисунки на стенах. Раньше в Посёлке была счастливая жизнь, но Мост украли – и всё кончилось.

- Как можно украсть Мост?!

- Он был металлический, бандиты сняли его с опор и продали на металлолом барыгам. Я думаю, если снова построить Мост – жизнь в Посёлке наладится.

- Сколько тебе лет?

- Семнадцать, - Мария слезла с подоконника. – Я пойду полежу, а то у меня голова болит.

Глава 18

Майор был потрясён. Он много раз летал на объект, но совершенно не задумывался, как живут люди в Посёлке. Такая дичь оказалась для него полной неожиданностью. В раздумьях он зашёл к доктору.

- Как наша пациентка?

Доктор пожал плечами.

- Прошло уже две недели. Всё в порядке – переломы срастаются, швы затягиваются. Организм молодой, справляется хорошо.

- А что скажете про психику?

- Конечно, последствия психологической травмы будут сказываться ещё долго. А так девочка контактная, смышлёная, начитанная, только немного диковатая.

- Доктор, а как у неё… Ну по женской части?

- Что вы имеете в виду? Осмотр у гинеколога не выявил ничего необычного. И она девственница, если вы об этом. А почему вы спрашиваете?

- Видите ли… - покраснел майор. – Я имел контакты с её старшей сестрой. Она не слишком строгих правил.

- Это уже ваши проблемы, - отрезал доктор. – А с девочкой всё в порядке. Вон посмотрите.

Он кивнул за окно – на спортивной площадке выздоравливающие солдаты играли в футбол, и вместе с ними бегала Мария. Было легко заметно, что ребят интересует не сама игра, а присутствие девушки. А поскольку историю её появления в госпитале никто не афишировал, среди пациентов, да и персонала ходили самые невероятные слухи. Основной была версия, что Мария – секретный агент, пострадавший в ходе спецоперации. Поэтому все относились к ней опасливо-уважительно, и лишних вопросов не задавали.

Марию вполне устраивало, что о себе ничего рассказывать не надо, и она жадно впитывала новые знания. Её интересовало всё – тенденции современной женской моды; кулинария; политика; оружие… А молодые парни, видя неподдельный интерес, готовы были в лепёшку расшибиться ради неё. Стол в её палате постоянно был завален фруктами и шоколадом. Видя это, майор даже стал немного ревновать – в свои тридцать он уже не мог конкурировать с двадцатилетними бравыми сержантами.

Но одна загадка не давала ему покоя – как такое нежное очаровательное существо могло появиться в мрачном и жестоком мире Посёлка? В попытках найти разгадку майор пришёл к пожилому прапорщику, ветерану части. Тот охотно пустился в воспоминания.

- Это та часть, которая в Посёлке? Отлично помню. Когда я только на сверхсрочную остался, мы оттуда старый комплекс вывозили и сдавали его на базу хранения. А там осталась только связь и вспомогательное оборудование. Сначала там было немного солдат – меньше взвода, но потом мы их оттуда забрали, потому что начались нападения с целью захвата оружия. И вот как-то убили весь караул и забрали оружие. После этого мы вертолётами тут же всех оттуда вывезли.

- А как же старый комплекс вывозили? Это ведь больше сорока машин. Не вертолётами же?

- Зачем вертолётами? Пригнали на станцию, погрузили на эшелон и по железной дороге вывезли.

- Так Мост же сломали? – удивился майор.

- Мост тогда ещё был, - понял его удивление ветеран. – Это потом его сломали. Сначала железную дорогу разобрали, а потом и мост – зачем он без дороги нужен?

- А по чьему приказу разбирали?

- Э-э-э, да ты тогда ещё не родился, поэтому обстановку не представляешь. Тогда всю страну разобрали, не то, что дорогу. И приказа не нужно было – все сами торопились, чтобы больше хапнуть. А там местные всем заправляли. Сначала Комбинат закрылся. Когда начались проблемы со сбытом, у них пошли задержки зарплаты. Ну работяги, конечно же, возмутились – нам вынь и положь! Руководство Комбината пыталось их уговаривать – потерпите, может, всё наладится. Но куда там! Работяги стали оборудование разбирать и на металлолом сдавать. Какие-то небольшие деньги получили, но производство убили. Комбинат встал окончательно. Я это дело застал и на Комбинате тогда бывал по такому поводу – их директор, видя, куда всё катится, застрелился. Вот мы им в расследовании помогали.

- А местные власти?

- А что местные власти?! Комбинат встал – денег ни у кого нет. Из НИИ тогда тоже все разбежались – они же в основном на Комбинат работали. Мы тут ещё часть закрыли. А денег нет – люди на Большую Землю ездить перестали. Через год поезд отменили. А раз поезда не ходят – то и дорогу разобрали, а потом уже и мост.

- Так с чего же всё началось? Кто во всём виноват? – попытался разобраться майор.

- Я считаю, что местные виноваты, - категорично заявил прапорщик. – Потому что в других местах удалось сохранить и производство, и коллектив. Говорят – всё от начальства зависит. А я считаю – от всего народа зависит. Потому что каким бы замечательным начальник не был, простой работяга гайку открутит – и всё рухнет. А в случае с Посёлком ещё какое обстоятельство присутствует – Комбинат изначально зеки строили, и многие жители Посёлка – потомки зеков. А это не ангелы были.

- То есть изменить ничего нельзя?

- А чего ты изменишь? Взять тот же посёлок – поезда не ходят, электричества нет. Чтобы это восстановить, нужно рельсы положить, провода натянуть. А кто за это заплатит? Он возразит – один раз это всё было, и это спёрли. Один раз спёрли – и второй сопрут. Это получается как воду дырявой ложкой черпать. Нет, ничего ты там не изменишь. Это люди такие. Пока ты людей не изменишь, их отношение – всё так и останется

- Значит, надо с людей начать! – продолжал упорствовать майор.

- А люди тебе заявят: не жили хорошо – нечего и начинать! – возразил ветеран. – И вообще – дался тебе этот Посёлок! Гнусные люди там живут! Я тебе говорил – у нас там на объекте караул ухлопали? Так вот это местных рук дело! Наших солдатиков убили, чтобы оружием завладеть! Никогда я им этого не прощу!

- Слышал, наверное, про девчонку, которая у нас в госпитале лежит? Я её из Посёлка вывез, - и майор рассказал все подробности.

- Я же тебе говорю – гнусные люди! – под впечатлением от рассказа громко возмутился прапорщик. – Нет, ну ты подумай! Девчонку в дерьме вываляли только за то, что в белом платье вышла! Не будет там ни хрена! Железной дороги нет – сами же рельсы спиздили, моста нет – наверняка поселковые спиздили. Говоришь – электричества в посёлке нет? А кто провода спиздил – медведь из леса пришёл?!

- А с девчонкой что теперь делать? – майор задал главный вопрос.

- Что делать? – ветеран почесал затылок. – Пристрой её в какое-нибудь училище с общежитием. Хоть какое-то образование получит. Ты же не хочешь её назад запятить?

- Но у неё там родители, сестра…

- Это её сестру ты там трахаешь? Хочешь и для неё такой жизни? Да она тебе должна быть по гроб благодарна. Во-первых – жизнь ей спас, во-вторых – вытащил её оттуда. Ещё надо думать, как её тут пристраивать. У неё ведь нет никаких документов, практически – человек ниоткуда.

Глава 19

Чем ближе была выписка из госпиталя, тем более мрачной и замкнутой становилась Мария. Наконец майор решил прояснить ситуацию. Девушка сидела на подоконнике в своей любимой позе и читала.

- К тебе можно?

Мария кивнула и отложила книгу.

- Я хотел с тобой поговорить… - майор не знал, как начать разговор.

- О моём будущем? – за него продолжила девушка. После месяца пребывания в госпитале она стала уже не такой худой, и округлившиеся формы соблазнительно проглядывали из-под спортивного костюма. Волосы отрасли, и она стягивала их в небольшой хвостик. Шрамы на лице стали не такими яркими, но тёмные глаза по-прежнему казались огромными.

- Да, - кивнул майор. Перед ним была уже не несчастная девчонка, а вполне сформировавшаяся девушка. И очень похожая на свою старшую сестру. Он вспомнил Анну, и почувствовал, как порозовело лицо.

- И что вы планируете со мной делать? – майор поёжился под пристальным взглядом её тёмных глаз.

- Почему ты так говоришь? Ты же не вещь?

- Я очень благодарна вам за всё, что вы для меня сделали, но иногда у меня возникает ощущение, что меня воспринимают как экзотическую зверушку, привезённую из-за океана. Такую дрессированную обезьянку, которую прикольно покормить, - она кивнула на стол, как всегда заваленный шоколадками.

Майор растерялся.

- Ты сильно повзрослела за этот месяц.

- Так как вы видите моё будущее?

- Я тут посоветовался… Тебе надо учиться. Но чтобы устроить тебя в училище, нужно будет сделать документы. Это будет непросто, но я поговорил с командованием, они обещали помочь с этим.

- А дальше?

- Окончишь училище, получишь профессию. Будешь жить, как все.

- Вы же знаете, что я не буду как все.

- Но попробовать-то можно!

- Зачем?!

- Что значит – зачем? – рассердился майор. – Чтобы жить нормальной жизнью! А не как у вас в Посёлке!

- Одним словом – вы хотите меня осчастливить? – всё тот же внимательный взгляд бездонных тёмных глаз. – Я не хочу всю жизнь чувствовать себя обязанной.

- Но это же от чистого сердца! Я хочу тебе помочь! Если бы я был женат, возможно, у меня была бы такая же дочь, и я о ней заботился.

- Но я не ваша дочь!

«К сожалению!» - подумал майор. – «А то бы снял ремень и всыпал по заднице!» Но вслух произнёс:

- И что же ты тогда хочешь?

- Я хочу прожить свою жизнь самостоятельно.

- А поподробнее? – он всё ещё сердился.

- Отвезите меня назад в Посёлок.

- Зачем?! Тебя там унизили, изнасиловали, чуть не убили!

- Не знаю, - Мария пожала плечами. – Я там родилась. Там моя родина.

- Я тебя не понимаю! Там разруха, дикость, а здесь цивилизация, удобства.

- Вот! Именно это я имела в виду! – в её глазах вспыхнули искорки гнева. – Вы считаете наш Посёлок каким-то убогим местом, моих земляков – людьми второго сорта, а сами прилетаете туда трахать мою сестру! Извините.

Она замолчала и отвернулась. Майор опешил – а ведь она права!

- Но послушай! Тут ведь жизнь лучше…

- Лучше?! – резко обернувшись, перебила его Мария. – Я много говорила с ребятами – тут тоже проблем хватает. Да, других, но не менее сложных. Просто с теми проблемами я уже сталкивалась, и знаю, как их решать. А эти для меня неразрешимы.

Майор смотрел на неё с изумлением. Внешне она так похожа на сестру, но характер совсем другой. Она лучше умрёт, чем отступит. Он понял, что настаивать бесполезно. И всё же жаль, что она не его дочь!

В дверь палаты заглянул солдат.

- Товарищ майор, вас вызывает генерал!

- Понял. Свободен!

Солдат помялся и добавил:

- Маша, тебя тоже зовут.

Майор и Мария удивлённо переглянулись.

Генерал встретил их по-домашнему. В ответ на доклад майора он махнул рукой:

- Вольно! Так это и есть твоя подопечная? Как звать-то?

- Мария, товарищ генерал.

- Маша, значит. Ну, Машенька, как тебе у нас тут?

- Спасибо, товарищ генерал, - сдержанно ответила Мария. – Ваши подчинённые спасли мне жизнь.

- Да чего… - генерала удивил её тон. – Это наша работа.

И замолчал, не зная, что ещё сказать. Майор тоже не решился проявить инициативу. Тогда Мария заговорила первой.

- Как я понимаю, вы нас вызвали, чтобы обсудить, что со мной делать дальше. Мы с товарищем майором только что об этом говорили.

- И к чему пришли? – генерал постепенно приходил в себя.

- Я попросила отправить меня назад в Посёлок.

- Как же так? Майор тебя спас, вывезя оттуда, а ты назад рвёшься?

- Там моя родня. Тамошняя обстановка для меня более привычна. Кроме того, я понимаю, что вам будет непросто пристроить меня. Поэтому не хочу вас затруднять.

Генерал встал из-за стола.

- Майор, ты чего мне докладывал?! Маленькая девочка, в школу не ходила, надо помочь, а то пропадёт… Да она говорит более связно, чем многие наши офицеры! Ты где так научилась?

- Я книжки читала, - девушка смущённо опустила взгляд. Генерал удивлённо поглядел на майора.

- Так точно, постоянно с книжкой сидела. Всю нашу библиотеку прочитала.

- Ну что же, Мария, - генерал подошёл к ней. – Я вижу, что девушка ты серьёзная, и за свои слова отвечаешь. Завтра вертолёт летит на объект в Посёлок, майор тебя сопроводит. У тебя будут какие-то просьбы?

- Да. Когда меня только привезли, врачам пришлось разрезать мою одежду…

- Понял. Майор, сходишь с ней в город, там подберёте, что нужно.

- Товарищ генерал, мне привычнее ходить в камуфляже. У нас весь Посёлок так ходит.

- Майор, отставить город! На складе подберёшь ей зимнее обмундирование. И вещмешок с сухпайком. Что-то ещё?

- Товарищ генерал… - осторожно начала девушка.

- Ну говори, не стесняйся! – улыбнулся ей генерал.

- На вашем объекте в Посёлке есть электричество, но в самом Посёлке его нет. Нельзя ли запитать Посёлок от вашей сети?

Генерал удивлённо присвистнул.

- Майор, говоришь – в школу не ходила? Да-а-а…Так, вызови ко мне главного энергетика… Нет, не так. Возьмёшь его завтра с собой – пусть на месте всё посмотрит и мне доложит. Попробуем сделать. Что ещё?

- Ещё я хотела спросить про Мост, - осмелела Мария. – Можно ли восстановить Мост до Посёлка?

- Всё, свободны! – замахал руками генерал. – Майор, когда вернёшься – жду с докладом!

Глава 20

В Посёлок летели уже под вечер. Мария глядела в иллюминатор, как снизу мелькают припорошённые снегом поля, перемежающиеся полосами сбросивших листву деревьев. Но вот под вертолётом показалась серая полоса реки, и в вечернем сумраке девушка узнала высотку заброшенного НИИ, на крыше которого они с Лёшкой любили сидеть. Вот только Лёшки больше нет…

Вертолёт приземлился на площадку между домиками войсковой части. Майор помог Марии спуститься на землю.

- Я пойду, - девушка закинула за плечо тяжёлый вещмешок.

- Я провожу, - майор шагнул следом. – Давай мешок понесу.

Знакомые улицы посёлка казались шире и чище, чем раньше. Наверное, это из-за того, что облетела листва с деревьев, а может, из-за выпавшего снега. С замиранием сердца Мария подошла к калитке родного дома. Окна были освещены слабым мерцающим светом свечки. Всё как обычно. Майор протянул ей вещмешок.

- Я здесь подожду. Скажи сестре, чтобы вышла.

Мария привычным движением потянула ручку двери.

- Привет! Не ждали?

Анна бросилась навстречу сестре, а отец – к матери, которая с глухим стуком упала со стула.

- Что с ней? – Машка отпихнула сестру и тоже бросилась к матери.

- Маша, дочка, это ты? – мать открыла глаза.

- Ма, я, кто же ещё?!

- Анька тогда сказала, что ты умерла, - объяснил отец.

- Ни хрена себе! Сеструха, ты чего это?

- Машка, я думала – ты никогда не вернёшься.

- Как же я без вас! – Машка обняла отца с матерью. Потом обернулась к сестре. – Выйди на улицу, там тебя ждут.

- Кто?

Машка приложила руку к голове, как будто отдавая честь. Анна схватила телогрейку и выскочила на улицу. Мать дрожащими руками гладила Машку по лицу.

- Дочка, это кто ж тебя так?!

- Ма, да зажило уже всё! Давай лучше ужинать.

- У нас только одна картошка, - смутился отец.

- Выбери тут на свой вкус, - Машка протянула ему вещмешок и снова обняла мать. – Ма, не плачь, всё хорошо!

Из комнаты вышел мальчик и осторожно притронулся к рукаву Машкиного бушлата.

- Маша!

- Василёк, привет!

- А Анька куда делась? – спохватилась мать.

- Там к ней… - Машка не договорила, поднялась и направилась к двери. С крыльца она позвала: - Товарищ майор!

Парочка неохотно разомкнула объятия.

- Заходите в дом, чего тут жмётесь!

- Я уже ухожу, - отозвался офицер.

- Идите в дом! – приказным тоном сказала Машка. – Здесь я командую. Выполнять!

За столом отец рассказал последние новости Посёлка.

- Когда всё это случилось, на следующий день все уже всё знали. Лёшку жалко, по своей дурости погиб. А бандюка не жалели – он уже достал всех. А про то, что Машку убили – это Анька всем рассказывала. Народ возбудился, на сход сами собрались, без Председателя. Все кричат – достал беспредел, надо что-то делать. Бандюка завалили – да и хуй с ним! А девку, то есть Машку, жалко. Всё твоё белое платье вспоминали. И тут мы ещё с Людкой стоим, носами хлюпаем, - он показал на мать. – Что тебя на вертолёте увезли, нам Анька только спустя неделю рассказала, а то всем говорила – сестрёнку изнасиловали и убили. Вот только не пойму – зачем так говорить?

- Потому что одного бандита замочили, а остальные остались, - объяснила Анна. – Вот только не хватало, чтобы они тут ходили и выпытывали – где она да что знает. Ей и сейчас не стоит светиться – мало ли что!

- Вот уж хуюшки! – возмутилась Машка. – Я не для того вернулась, чтобы в погребе всю жизнь ныкаться! Это они пусть меня боятся!

- Это с чего ты такая страшная? – удивился отец.

- Па, а принеси-ка сюда свои сбережения! – вдруг потребовала Машка.

- А тебе зачем?

- Неси, неси!

Отец неохотно ушёл в свою комнату и вернулся с небольшой стопкой купюр. Машка решительно выхватила их и стала разглядывать.

- Со звёздочками, как и те, из-за которых Лёшка погиб, - потом вернула их отцу со словами. – А теперь можешь их в печке сжечь – это не деньги!

- Как это не деньги?! – возмутился отец. – Да я вот это за всю жизнь заработал!

- Это старые деньги, - подтвердил майор, который скромно сидел рядом с Анной. – Они уже давным-давно недействительны.

- Как недействительны?! – отец обвёл всех растерянным взглядом. – Опять наебали! Всю жизнь наёбывали, и на этот раз наебали!

- Вот за это меня бандюки и хотели грохнуть, - объяснила Машка. – Но это ещё не всё. Мы тут со свечкой сидим, а в части всё это время электричество было.

- Ну это не для нас, - вздохнула мать.

- Теперь для вас, - возразил майор. – Со мной прилетел энергетик части, завтра будет решать – как запитать городскую сеть.

- Это по какому это вдруг поводу? – не поверил отец.

- Мария с генералом договорилась, - офицер кивнул на девушку.

- Ладно, давайте спать, а то поздно уже, - отец убрал со стола пустую бутылку, давая понять – мол, чего только спьяну не наболтают.

- Останешься? – Анна внимательно поглядела на майора. Тот задумался, а потом достал рацию.

- Дежурный? Я буду утром. Конец связи.

Уже в темноте Анна на ощупь пробралась к кровати сестры.

- Машунь, ну как там?

- На Большой Земле? Там хорошо!

- Дома, электричество, вода? И еда вкусная? Я гляжу – вон как разъелась, больше меня стала!

- Да, всё так.

- А чего же ты вернулась?

- Понимаешь, сестричка, там я чужая.

- А здесь ты кому нужна?!

- Посмотрим! – упрямо ответила Мария.

- Дура ты, Машка! – вздохнула Анна. – Я бы на твоём месте там осталась.

- Чего ты вздыхаешь? У тебя всё к этому идёт, - сердито ответила Мария, намекая на майора.

- Думаешь? – оживилась Анна.

- Не думаю, а знаю. Давай спать.

Глава 21

Рано утром раздался настойчивый стук в дверь. Мать открыла – на пороге стоял Председатель.

- До меня дошли слухи… - начал он, заглядывая матери через плечо.

- Узнаю родной Посёлок! – из комнаты выглянула Машка.

- Мария! Говорили же, что тебя убили!

- Не до конца. А вы лучше народ на сход соберите.

- Это ещё зачем?

- Военные к посёлку своё электричество подключать будут. Надо народ предупредить. И пусть провода вернут, которые тогда спиздили!

- Да кто ж чего вернёт?! – вздохнул Председатель, и вдруг до него дошёл смысл сказанного. – Как электричество подключать?!

- Вот так – ручками! – из комнаты Анны вышел майор. – Но учтите: ещё раз провода сопрут – больше никто вам ничего не подключит.

- Ничего не понимаю! – воскликнул Председатель, и было неясно, к чему это относится – к электричеству или к неожиданному появлению майора.

- Насчёт электричества Мария договорилась с командиром части, - офицер кивнул на девушку. – Собирайте народ, мы через час подойдём.

- Да, и я ещё кое-что скажу, - добавила Машка.

Слухи по Посёлку полетели быстрее Председателя. Когда майор и Мария подошли к площади, собравшийся народ радостно зашумел. Откуда-то сбоку вылезла Жанка.

- Маша, здравствуй!

- Отъебись, пизда кривая! – припомнила ей обиду Машка.

Майор поднялся на ступеньки и встал рядом с Председателем. Тот поднял руку:

- Внимание!

Но шум в толпе не утихал, и стали слышны выкрики:

- Машка, Машка!

Майор за рукав вытащил её на ступеньки. Толпа зашумела ещё больше, но гул был доброжелательный.

- Я думаю, тебе надо что-то сказать, - подтолкнул Машку майор.

- Народ! – энергетика толпы передалась девушке. – Народ, спасибо!

- Так тебя не убили? – крикнул какой-то парень.

- Нет! Меня ранили, и он меня спас! – Машка показала на майора. Толпа одобрительно загудела. Машка продолжила. – Он вывез меня на Большую Землю. А там месяц лежала в госпитале, а вчера прилетела с военными. Народ! Я договорилась с военными, что Посёлок подключат к электричеству.

Толпа внезапно смолкла.

- Как? – крикнул какой-то старик. – Повтори!

Вперёд шагнул майор.

- Сейчас наш энергетик заканчивает работу, электричество будет через пять минут.

Толпа взорвалась ликованием. Люди снова стали кричать:

- Машка, Машка!

Девушка подняла руки и подпрыгнула, чтобы её было видно со всех концов площади.

- Я ещё хочу сказать. Про деньги. Народ, нас наёбывали!

Все стихли.

- Деньги, которые вам подсовывал барыга, давно вышли из обращения.

Люди внимательно слушали, устремив взгляды на Машку. Она продолжила.

- Деньги привезли для утилизации военным, но бандиты их украли и стали ими расплачиваться с людьми. А сами знали, что они ничего не стоят.

Площадь молчала, и только один мужик выкрикнул:

- А не пиздишь?!

- Вот! – Машка выхватила из кармана стопку купюр, которые вчера забрала у отца, и швырнула её в толпу. Все ахнули. И вдруг раздался выстрел, Машка упала на ступени. Майор выхватил из кобуры пистолет.

- Кто стрелял?!

Толпа молча расступилась – двое крепких мужчин волокли какого-то мужика, третий мужчина следом за ремень нёс автомат.

- Это он стрелял!

Председатель поднял девушку – у неё был пробит рукав бушлата, проступила кровь. Майор достал бинт, но Машка оттолкнула его и показала на мужика:

- Это же тот бандит, который…

Мужик перебил её:

- Пой, пой, детка! А Кирпич всё же выебал тебя в рот!

Девушка покраснела и закрыла лицо руками. Но тут из толпы выскочил её отец и подбежал к бандиту.

- Ах ты сука! Изнасиловал мою девочку, а теперь хвалишься!

Он отобрал у мужчины автомат и закричал, показывая на бандита:

- А ну-ка, поставьте его к стенке! Сейчас я с ним рассчитаюсь!

- Тихо! – майор выстрелил из пистолета в воздух. – Есть подозрение, что этот, - он показал пистолетом на бандита, - причастен к убийству караула у нас в части и захвату оружия! Я забираю его – пусть наши допросят как следует!

- Тогда и этого забирай! – из толпы выпихнули растерянно озиравшегося барыгу-металлиста. – А то мы сейчас его деньги ему в жопу засунем!

В толпе раздался злорадный смех.

- Смотрите! – вдруг закричала Машка, целой рукой показывая на фонарь, висящий над ступенями общежития. Сквозь многолетнюю грязь и пыль было видно, что фонарь светится. – Электричество включили!

- А нам? – закричали из толпы.

- А нехуй было провода пиздить! – нравоучительно произнёс Председатель.

- Вот так всегда! Кому-то всё, а нам – ничего! И вообще – всё это показуха на один день. Будут вояки нам бесплатно электричество качать, если, как выяснилось, у нас даже деньги ненастоящие.

- На самом деле части это выгодно, - вмешался майор. – Больше порядка в Посёлке – реже вертолёт сюда гонять.

- А что же тогда раньше это не сделали? – спросил тот же ехидный голос из толпы.

- Потому что разговаривать в Посёлке было не с кем, - оглянувшись на Председателя, объяснил майор. – А сейчас генерал с Марией поговорил и принял решение.

- Это типа я перед генералом за весь Посёлок вписалась?! – поразилась Машка.

- Да, получается, от лица всего Посёлка договорилась, - согласился Председатель. – Ты ведь для всех просила, не только для себя.

К Машке подошёл их сосед по дому и положил на ступени перед ней моток провода.

- Маша, ты это самое… - стал он путано объяснять. – Дурака сваляли с этими проводами. Бес попутал. Все потащили – и я потащил. Ты это самое… Скажи – пусть сначала провода на уличном фонаре сделают. Чтобы всем светло было. А в доме – потом уже. С улицы ведь тоже ко мне свет будет попадать. Вот как-то так.

И заметив, что какая-то женщина тоже тащит моток проволоки, скомандовал:

- Эй, сюда свой провод давай! Машка – моя соседка, я её с малых лет знаю, она не обманет.

Вскоре перед Марией выросла приличная куча провода.

К вечеру удалось соединить проводами пять фонарных столбов на аллее, ведущей от общаги. И вечерние сумерки впервые за много лет прорезал электрический свет. Машка заворожено поглядела на горящие фонари и прошептала:

- Совсем как у древних людей!

- Что сказала? – наклонился к ней Председатель.

- Красиво, говорю! – ответила Машка и улыбнулась.