Сюрприз. Несколько лет назад

ЧАСТЬ 2

Догонялки. С препятствиями и последствиями.

Начало.

Наследник являет себя миру. Мир ошарашен.

Сюрприз. Несколько лет назад.

— Ты уверен?

Рыжеватый почти друг смотрел внимательно, насторожено, но с верой. Кто бы мог подумать? Несколько лет назад этот парень ограничился бы презрением и посоветовал не лезть не в свое дело. Как меняет людей свершенная глупость.

— Уверен, Раян, уверен. Другого выхода попросту нет. Добровольно он не сознается и улик против него мы не найдем, не настолько он глуп. Единственное, что я могу сделать, это хорошенько его напугать. А пугать я умею. Ты же знаешь.

Раян знал. Поэтому смотрел с обожанием и напившись принимался просить прощение. Как ребенок. Хасу так и не удалось ему объяснить, что глупо извиняться за озвучивание чужих заблуждений и нежелание общаться с мальчиком, которого по тихому презирали все родственники. Бедный парень не мог себе простить нанесенную обиду, нанесенную не потому, что обидеть хотел, просто он был ребенком и верил, что его папа не может быть не прав. Поэтому мальчик решил искоренить зло, он верил, что папе его поступок понравится. Хорошо хоть не рискнул похвастаться отцу. Сомнительно, что родитель бы одобрил озвучивание его претензий к происхождению единственного престолонаследника. Хотя, кто знает? Держатель Север Нерема довольно странный человек. Мог и одобрить.

— Пожелай мне удачи.

— Удачи, — послушно произнес Раян, и Хас толкнул старинную дубовую дверь, чтобы войти в зал, которого старательно избегал до сих пор, находя для этого тысячу причин.

Его встретили оглушительной тишиной. Даже любитель скандалов смотрящий Оуэн Кафка, требовавший чего-то от королевы, замолчал, изумленно глядя на вошедшего принца.

Хас отлично знал причину их удивления. Они же никогда не видели Хаса, привыкли к Александэру и его нелепой одежде, а тут вдруг является кто-то очень похожий на него, но без кружев, шарфов, а главное без перчаток. Перчатки, как и все остальное, в данной ситуации могли ему помешать, помешать двигаться, помешать стать очень убедительным и помешать сбежать, пока все не опомнились.

Походка у Хаса, легкая, крадущаяся, как его неоднократно убеждали, и стремительная. Шаг в сторону, почти неуловимое движение и в руке, словно из воздуха, а на самом деле из кобуры генерала Азильи, появляется лучевик. Еще один шаг, рывок и удар, от всей души, чтобы синяк получился очень заметным, просто потому что так хочется, наболело.

— Ты думаешь у меня так много друзей, что их можно безнаказанно убивать? Думаешь я этого не замечу? — голос спокойный и равнодушный, такой всегда пугает больше чем любые крики.

Смотрящий Вильям Плэмиш застыл как испуганная мышь перед змеей и даже не попытался вырываться. Он не мог отвести глаз от лучевика смотрящего ему в лицо, похоже, даже не понял, что ему сказали, настолько в новинку ему было это зрелище. Пришлось его встряхнуть, так, что даже зубы клацнули. Встряска помогла, он оторвал взгляд от оружия и перевел его на лицо держащего это оружие человека. Сначала, похоже, удивился, а потом встретился взглядом с глазами немного не ладящего с головой, но, в общем, безобидного принца и увидел там что-то такое, что его затрясло.

— И знаешь, меня не интересует зачем ты это сделал, я просто отстрелю тебе что-то, без чего ты не сможешь прожить достаточно долго для спасения твоей никчемной жизни, но умирая почувствуешь все то, что чувствовали ребята погибшие из-за поставленного тобой оружия. Им было больно. Я точно знаю. Мне проткнули плече, не сильно, и ничего важного не задели, но было больно. А их разорвало на куски, это наверняка больнее в сотни раз. Может мне тебя на куски разрезать? Как считаешь?

— Тебе не позволят, — слабо пискнул смотрящий.

— Да, ты прав, — не стал спорить принц и ткнул лучевик Плэмишу в нос. — Слишком долго. Придется просто убить. Жаль, что ты не увлекаешься стрельбой. Я бы тебе просто подсунул что-то из того, что ты подсунул тем бедным ребятам. Тебе как, результат понравился? Тебе нравится убивать таким способом?

Никто не вмешивался. Может, не могли поверить в происходящее. Может, боялись, что чокнутый принц при попытке помочь смотрящему перестреляет кучу народа. Неважно. Главное, не мешали. И молчали.

— Ты извращенец, да? — протяжно спросил Хас, схватив смотрящего за воротник, чтобы не сбежал. А после вопроса выдал радостную улыбку и немного любопытства. И лучевик переместил от носа к щеке, а потом к виску.

Этой смены настроений не особенно смелый Плэмиш уже не выдержал. Видимо разом вспомнил все слухи безумии принца. Задергался, а потом буквально взвыл:

— Я не знал что они будут взрываться! Думал просто контрабанда! Мне пообещали… Я бы никогда…

— Мне плевать знал ты или нет, — равнодушно произнес Хас. — Ты их убил. Теперь я убью тебя и справедливость будет восстановлена. А если и не будет, то мне, по крайней мере, на душе легче станет. Обмен состоится.

— Это не я. Я же не знал. Я больше никогда. Мне очень нужны были деньги. Они мне заплатили, — торопливо забормотал смотрящий надеясь оттянуть момент своей смерти. Вырваться он уже даже не пытался, зато трясло его все сильнее.

— Кто заплатил? — спросил Азилья тоном не предвещающим ничего хорошего ни Плэмишу, ни тем, кто ему платил. Он все это время стоял рядом так тихо, что о нем забыл не только Плэмиш, но и Хас к своему неудовольствию.

— Шэрдон. И Никас Таскана тоже. Чтобы я пропустил партию оружия, незарегистрированного. Я же не знал. Я им поверил. Я все расскажу. Только не дайте ему меня убить.

Генерал скривился как от зубной боли. Зрелище конечно, омерзительнее трудно придумать. Взрослый мужчина, гордившийся своим происхождением, своей храбростью и орущий на каждом шагу о нечестных и недостойных, трясется как в лихорадке.

— Мальчик, верни оружие. Не станешь же ты его убивать на самом деле, — устало потребовал Азилья.

Возможно, узнал. От такого даже под шлемом трудно спрятаться.

Хас пожал плечами и смиренно протянул лучевик владельцу.

— Умница, — похвалил генерал.

Сомневался?

Неужели и его удалось убедить?

Может податься в актеры? Нет, не пойдет. Актеры на виду, так что найти его и вернуть домой не составит никакого труда. Жаль, идея была неплохая.

Аристократы и прочие достойные быть приглашенными на внеочередное заседание совета и королевы, впервые за все время существования этого зала стали единым целым и дружно таращились на Хаса. Удивление, непонимание происходящего и неспособность его принять, даже немного восторга со стороны тех, чьи семьи пострадали из-за желания смотрящего Плэмиша немного подзаработать.

Нужно сбежать, пока они не опомнились и не стали задавать вопросы.

Хас осмотрелся в поисках безопасного пути для отступления. И не нашел его. Чтобы сбежать, придется расталкивать сильных мира сего. Это им наверняка не понравится.

— Александэр? — растерянно прозвучал женский голос.

Ну вот, дождался. Доразмышлялся и доискался. Может, еще не поздно через окно выпрыгнуть? Хотя, поздно. Его быстренько догонят.

— Да, — резкий поворот, чтобы видеть любимую мамочку. Нужно было посмотреть сразу. Сейчас она уже взяла себя в руки, и от ее удивления не осталось и следа, если, конечно, таковое было.

— Что это все значит? — величественно спросила она.

Чудненький вопрос. И как на него ответить?

— Проверка умозаключений на практике, — четко проихнес Хас.

— Каких? — Королева явно заинтересовалась.

— Действительно честные люди не кричат о своей честности. Действительно храбрые — о храбрости. И так далее по списку. А самое главное, тот кто может без труда отобрать желаемое, но не делает этого, несмотря на свое недовольство, достаточно умен, чтобы не заниматься сомнительными подделками, — перечислил принц.

Если кто-то поймет, честь ему и хвала, а не поймет — его проблемы.

Держатель Север Нерема, стоявший по правую руку от королевы, как и полагается заслужившему право не просто давать советы, а и настаивать на их выполнении, усмехнулся.

— Ваше высочество подозревало меня?

Немного насмешки, подчеркивание слова «подозревало», что много говорило о восприятии им юного принца как мужчины и будущего короля, но при этом, совсем неожиданное уважение. Странно.