Глава 4

Маттиас

Элейн падает, но я успеваю поймать её до того, как она ударится головой об асфальт.

- Дерьмо, - ругаюсь я.

Она не сбежала, но обморок тоже реакция. Её тело отключилось, чтобы защитить разум. Тихий стон срывается с её губ, и она хмурится. Я очень хочу взять свои слова обратно. Мне не следовало пока говорить ей правду о себе, но я настолько приблизился к тому, чтобы попробовать её на вкус. Так чертовски близко находился.

- Маттиас? - зовёт она и моргает. - Что произошло?

Я провожу рукой по её волосам, сопротивляясь желанию поцеловать её мягкие губы.

- Ты упала в обморок.

Тогда она округляет глаза, а выражение лица меняется от воспоминания, почему именно она отключилась.

- Что ты такое?

Она вырывается из моих объятий и прижимается всем телом к своей машине, пытаясь увеличить расстояние между нами.

- Стой там. - У неё руки и ноги дрожат, и воздух наполнен запахом страха.

- Элейн, прошу, не убегай.

- Ты... убил того мужчину, да?

Она хмурит брови и смотрит на меня, ожидая ответа.

- Да.

- Они сказали, что его машина сбила, но это не так. - Она бормочет себе под нос.

- Я не сожалею, он заслужил смерти.

- Я... - начинает она, но замолкает и отводит взгляд. - Мне нужно идти.

Инстинкт твердит удержать её, и я протягиваю руку.

- Не...

- Маттиас, ты только что признался, что убил человека. У тебя, - она приближается и продолжает шёпотом. - У тебя есть клыки. Не говори, что мне показалось.

- Тебе не показалось. В мире существуют не только люди.

Она накрывает рот ладонью.

- Люди, - бормочет она.

- Когда-то я был человеком. Но это было очень давно.

- Мне нужно, чтобы ты сказал, что ты такое, - требует она

Тяжело вздохнув, я смотрю прямо ей в глаза.

- Я - вампир.

- Я не... я не... - Она проводит руками по волосам и глубоко вздыхает. - Этого не может быть. Вампиров не существует. Что ты такое?

- Именно то, что сказал. Я вампир, и убил того человека, чтобы спасти тебя. Если возникнет когда-то такая же ситуация, я поступлю так же. Убью любого, кто посмеет напасть на тебя.

Меж её бровей пролегает морщинка, и я понимаю, что теряю ей.

- Мне нужно идти

Меня убивает её желание сбежать, но я её не останавливаю. Моя пара может быть со мной по собственному желанию. Заставить я не могу. Я нежно беру её за руки, с неохотой готовясь стереть память о нашем последнем разговоре. Если она хочет сбежать от меня, будет лучше, если она не будет знать, что я.

- Элейн, посмотри на меня.

Она поднимает на меня тёмные глаза, и я борюсь с болью, растущей в груди. Не могу. Не получится у меня жить, забрав у неё воспоминания, просто потому что не хочу, чтобы она боялась меня.

- Маттиас, отпусти меня, - говорит она. В глазах Элейн стоят слёзы, и я не знаю слёзы ли страха это, печали или отчаяния.

Я отпускаю её и отступаю, несмотря на боль на сердце. Я делаю это - отпускаю свою пару, позволяю ей сесть в машину и уехать.

***

Лейни

В моей душе пожар. С каждым мгновением, с каждой милей, разделяющей нас, боль усиливается. Маттиас - вампир. Вампир.

Не могу поверить, но и отрицать правду не могу. Я видела его клыки, его силу, которой не обладает простой человек. Он убил человека, чтобы спасти меня.

Я до боли в ладонях стискивают руль, но не позволяю себе оборачиваться и вернуться. Он не человек. Он опасен. Я не должна его хотеть. От паники сдавливает горло, но я заставляю себя ехать домой. Если он убил того, кто напал на меня, может и невинных убивать.

В голове всплывают воспоминания о его чёрных глазах, острых клыках и невероятной силе. Я не могу выкинуть Маттиаса из головы, но не готова позволить ему войти в мою жизнь.

Я выхожу из машины и запираю дверь, оглядываясь, дабы убедиться, что никто не прячется в тени. Не из-за страха, что я найду Маттиаса, а из-за беспокойства о других вещах, которые происходят ночью. Если вампиры реальны, что существует ещё?

Клянусь, я чувствую на себе чей-то взгляд, пока вожусь с ключами от дома. Если есть что-то ещё, я не хочу быть снаружи. Как только закрываю дверь, я запираю оба замка и расслабляюсь, прислонившись к тяжёлой древесине, а потом соскальзываю на пол, согнув колени и обхватив руками ноги. Откинув голову, я делаю глубокий вдох, закрываю глаза и позволяю запаху кожи и кедра Маттиаса наполнить мои чувства.

- Господи, Маттиас, и что же мне теперь делать? - говорю я в пустоту дома.

Проклятье, я всё ещё его хочу, даже зная, что он не человек. Но его слова, что он сделает меня своей и то, что я его пара... Перебор.

Стук в дверь заставляет меня вскрикнуть от удивления. Я вскакиваю под барабанный бой сердца и наклоняюсь, чтобы посмотреть в глазок. Где вижу светлые волосы и лицо Клэр. Слава Богу. Я отпираю дверь, заставляя себя улыбнуться.

- В чём дело? - спрашиваю я.

- Шутишь что ли? Забыла? - Забыла о чём? Голова занята мыслями о Маттиасе. Уставившись на меня, Клэр упирает руки в бока.

- Девичник. Тридцатилетие Лотти. Я ей торт везу.

Я тяжело вздыхаю.

- Блин, Клэр, прости.

Она закрывает за собой дверь и кладёт руку мне на плечо.

- Всё нормально. У тебя было много дел. Нужно было позвонить.

- Дай пять минут, - прошу я, хотя на самом деле не хочу никуда идти. Но мне нужно что-то нормальное.

- Уверена? Можем остаться дома. Я позвоню Лотти.

- Нет-нет. Я так не могу. Она неделями об этом талдычила. - Я провожу рукой по волосам. - Я лишь освежу макияж.

Я бегу наверх и роюсь в шкафу в поисках подходящей одежды. Джинсы и футболка не пойдут, не с этими девушками. Когда мы встречаемся - наряжаемся. Схватив облегающее красное платье и туфли на каблуках, я раскладываю одежду на кровати, прежде чем отправиться в ванную. Мне нужно смыть запах кофе, побрить ноги, сделать всё то, что я обычно делаю перед выходом.

- Через сколько мы должны выехать, чтобы не опоздать? - кричу я из ванной.

- У тебя двадцать минут.

Проклятье, не хватит времени, чтобы вымыть и высушить волосы. В отличие от кузины, мои волосы не высыхают прямыми и не поддаются укладке. Если я намочу шевелюру, потребуется, по крайней мере, тридцать минут сушки, укладки щипцами для завивки, может быть, и утюжком.

- Возьму сухой шампунь, - бормочу я.

Через восемнадцать минут, я была вымыта, выбрита и готова. Рекорд для меня. Прежде чем уйти, я подхожу к небольшому ряду крючков на стене. У меня не так много украшений, но они есть, и очень милые... серебряные. Взяв длинную цепочку, я наматываю её на шею в несколько рядов. Я не уверена, правда это или нет, но оборотни и вампиры не любят серебро, судя по фильмам. Если всё реально, может, и это поможет.

Страх вновь стискивает горло, стоит вспомнить о новом мире, который Маттиас открыл мне. Нет. Я прожила тридцать два года, даже не подозревая о существовании этих существ, и могу пережить ещё одну ночь, притворяясь, что всё нормально, чтобы хорошо провести время с друзьями.

К моменту, когда спускаюсь, я спокойна и растянула тёмно-красные губы в фальшивой улыбке, а Клэр улыбается мне.

- Наша машина приехала.

Я смотрю на неё, выгнув бровь.

- Что?

Она пожимает плечами.

- Я вызвала такси. Тебе нужно расслабиться, оторваться и насладиться вечером. И лучше всего, если у нас будет гарантированная безопасная дорога домой. - Затем подцепляет пальцем цепочку. - Милая.

- Спасибо, давно её не носила. В кофейне кажется неуместным носить украшения.

Смех срывается с губ Клэр, когда она закидывает сумочку на плечо.

- Вот тут ты права.

- Пойдём, а то опоздаем, - говорю я, хватая свою сумочку и ключи. Я открываю дверь и вижу такси с включёнными фарами и работающим двигателем. Обшарив окружение - посадку деревьев, кусты и прочее, где можно спрятаться - взглядом, я закрываю дверь, а Клэр меня ждёт. Потому что всё ещё блаженно не знает всего, что я теперь знаю.

Когда мы садимся, старые кожаные сиденья скрипят и стонут, и я уже жалею, что Клэр не позволила мне сесть за руль. Три старых освежителя воздуха в форме дерева свисают с зеркала заднего вида, но у них, очевидно, давно истёк срок годности. В салоне воняет одеколоном и несвежим запахом старого кофе. Клэр даёт водителю адрес нашего первого пункта назначения, и тот ворчит что-то, что я не могу разобрать, но выезжает на улицу.