Пришлось спуститься еще на несколько уровней ниже. Станция закрылась, а до ближайшей нужно было долго идти пешком. Илиана пересекла половину широкого крытого проспекта и по витой лестнице-паутинке взобралась на остановку воздушного трамвая. На самом деле он не летал по воздуху, а передвигался на тонких, как паутина, рельсах на уровне третьего этажа.

Вагон оказался полупустым. Медленно помахивая крыльями, пролетел кондуктор-бабочка с прорезью для монет вместо тела. Илиана рассеянно опустила туда монетку, глядя по сторонам.

Здешние Потусторонние сильно напоминали людей. Внешних различий не было, но по повадкам Потусторонних можно было вычислить в мгновение ока. Здесь, на двадцатом уровне, они сидели на пассажирских скамейках и, совсем как люди, обсуждали что-то.

— …Целые кварталы, — донеслось с серебристым перестуком колес.

— Да вы что? И почему никто ничего не делает?

Илиана встала с сиденья и перебралась ближе к говорившим. В конце концов, она не подслушивает. Они сами…

— С одной стороны, — рассказывал упитанный господин в новеньком клетчатом костюме и высокой шляпе, — это представляет товар лицом. Нужно только следить, чтобы наши гости из человеческого мира ничего не украли, они на это падки. — В его голосе появилась еле заметная ирония, прозрачная, как вуаль. — С другой стороны, затруднительно каждый вечер все убирать, чтобы утром оно появилось снова. С третьей, это не опасно и почти не создает затруднений. С четвертой, нашим магам гораздо проще изучать явление в его естественных манифестациях…

Многие Потусторонние изъяснялись странным слогом. Нужно было лишь фильтровать информацию. Услышанное интриговало. Что же там случилось, в этих кварталах?

— Товар же пачкается, — растерянно сказала спутница господина, худая как трость дама в черном платье. — И жителям трудно ходить!

— Да, это единственная сложность, — согласился господин. — Но мэрия наняла дополнительных уборщиков для тридцать второго уровня. Их задача — следить, чтобы товар не занимал дорогу.

Значит, это случилось на тридцать втором уровне. Илиана не представляла, что именно, но уже знала — она должна это увидеть. Потому ей и нравился мир Потусторонних. В нем не переводились сюрпризы.