– Замолчи, мерзкая убийца! – угрожающе зашипел на мою Переводчицу наглый миелонец. – А то вмиг получишь пожизненный запрет на посещение всех миелонских планет и космических станций! Странно, что тебя до сих пор не лишили этого права!

Авторитет понижен до 64!

Герд Айни испуганно отшатнулась и закрыла рот. Я же наоборот вскипел. Да как этот наглый откормленный миелонец смеет оскорблять и унижать члена моего экипажа, тем более статусного игрока?! Я собирался вмешаться и до появления оповещающей о снижении Авторитета системной надписи, она лишь послужила катализатором, добавив мне злости и решимости.

– Молчать, блохастый комок шерсти! – от моего окрика сотрудник регистрационной службы испуганно присел, да так и застыл с остекленевшими глазами.

Навык Псионика повышен до девяносто четвёртого уровня!

Навык Ментальная Сила повышен до девяносто восьмого уровня!

Получен восемьдесят восьмой уровень!

Получено три свободных очка навыков.

Осознание того, что я наделал, пришло с запозданием. Нападение с использованием магии на находящегося при исполнении служебных обязанностей сотрудника регистрационной службы… Это грозило мне самыми серьёзными неприятностями: как минимум выдворением с Касти-Утш III, а то и конфискацией корабля и внесением в списки лиц, которым запрещено появляться на миелонских планетах и станциях. Вот только и спускать такую наглость, когда при капитане оскорбляют и макают мордой в грязь члена моей команды, было никак нельзя – иначе какой я вообще капитан? Да и пусть этот миелонец докажет сперва, что я использовал против него магию! Доказать такое без привлечения Ищущих Правду практически невозможно – никаких логов, никаких следов, да и с моей высокой псионической защитой вытянуть из меня какую-либо информацию не так уж и просто!

И поскольку назад хода уже не было, я продолжил давить на миелонца:

– В глаза мне смотри, разжиревшая тварь! Да, вот так. А теперь расскажи о причине запрета на посещение Касти-Утш III. Что-то не пойму твоих сумбурных мыслей. Давай интенсивнее думай, если ещё не разучился!

Сквозь сильнейший страх, бессвязные фрагменты мыслей и эмоций наконец-то пробилось нечто осмысленное:

Этот опасный человек меня убьёт. Вон как нависает надо мной, смотрит своими сверкающими жуткими глазами. И репутация у него страшная. Ну нечего. Двадцать крипто уже заработал, сообщив прайду «Косматой Тьмы» о разыскиваемом ими человеке. Так что не впустую отправлюсь на перерождение. Да и если лэнг Комар меня убьёт, на станцию пройти не сможет – двери-то закрыты! Метку преступника в его документах я проставил, так что половина дела уже сделана. И со станции он также не уйдёт. Теперь нужно лишь время, чтобы прибыли головорезы пиратских прайдов. Они уже спешат сюда. И тогда я получу не жалкие двадцать крипто, а десять процентов с добычи, положенные информатору. Диспетчеры говорят, большой груз платины на борту. Так что нельзя позволить лэнг Комару пройти на станцию и его реализовать!

О, как интересно… Причина запрета – банальная жадность этого толстого «котяры», сговорившегося с диспетчерами станции и самолично поставившего мне метку «преступник». Не знаю, имел ли служащий пятого ранга такое право или нет, это было не так уж важно. Гораздо важнее было то, что сюда спешат убийцы, работающие на прайд «Косматой Тьмы»! А у меня из всего экипажа фрегата, как назло, в наличии лишь шесть членов команды, из которых разве что Денни Марко относится к боевому классу Телохранитель. Большой и полный песец, по-другому и не скажешь…

Нет, страха не было и в помине. Зато злость меня просто переполняла! Пираты поймали меня в ловушку… точнее, они думают, что поймали. Вот только без боя я не сдамся! И загнанный в угол зверь опасен вдвойне! Мозг включился на полную катушку, перебирая варианты возможных действий. Прежде всего, можно ли рассчитывать на помощь?

– Айни, ты лучше меня разбираешься в данном вопросе. Скажи, могут ли пиратские головорезы прайда «Косматой Тьмы» безнаказанно атаковать нас тут на Касти-Утш III? Тут же вроде не пиратская станция, а территория закона, и сотрудники правопорядка должны вмешаться?

– Всё верно, капитан. Никто не посмеет безнаказанно атаковать нас. Разве что прайд «Косматой Тьмы» оплатит положенный взнос хозяевам станции и объявит нам официальную войну. Тогда разборки – только наша забота, и власти станции вмешиваться не будут. Но война – весьма дорогостоящее удовольствие, поэтому не думаю…

Айни не договорила, оборвавшись на полуслове, поскольку все мы увидели одинаковые системные сообщения:

ВНИМАНИЕ!!! Прайд «Косматой Тьмы» объявил официальную войну фракции «Реликт»! Зона конфликта: все помещения станции Касти-Утш III, кроме жилых корпусов и этажа администрации. Взнос в 120 тысяч крипто внесён. Военные действия начинаются немедленно и продлятся до полной победы одной из сторон, либо пока проигравшая сторона не выплатит победителю репарацию в размере 480 тысяч крипто.

Известность повышена до 77.

* * *

Мда… Неприятно… Похоже, надеяться на помощь сотрудников охраны станции больше не приходилось. Поскольку я впервые сталкивался с подобным, сразу же выяснил у Айни все детали «разрешенных» администрацией конфликтов. Что же, выплата репарации действительно сразу же прекращала войну, и в следующий раз инициировать войну против того же противника «зачинщик» мог только через пять стандартных суток. Все возможные разрушения станции и повреждения имущества не участвующих в конфликте игроков оплачивала проигравшая сторона. Собственно, никаких других ограничений и правил не было – убивайте друг друга, сколько хотите и как хотите, но другим игрокам не мешайте!

Тини вклинился в нашу беседу и сообщил:

– Информационные каналы охотно покупают записи подобных боёв, они пользуются большим интересом у зрителей галактики. Капитан, если хочешь, я могу сделать видео.

Собственно, почему бы и нет? Потом подкорректируем видеозапись, если потребуется, вырежем непредназначенные для чужих глаз секреты, и продадим запись. А вот другое предложение «котёнка» – поставить средства на тотализатор, поскольку такие «разрешённые» бои вызывают повышенный интерес обитателей станции и местных букмекеров – я всё же отклонил. Лишних денег у меня не было, как и уверенности в итоговой победе.

Итак, что мы имеем? От трусливой мысли срочно продать груз платины и заплатить пиратам отступные я сразу отказался – нас ещё не победили, так что рано думать о капитуляции. Также отказался я и от идеи срочно покинуть станцию. Во-первых, с меткой «преступник» нас не выпустят из дока. Во-вторых, через десять-двенадцать часов сюда на Касти-Утш III прибудут члены моей команды, и нельзя бросать их на растерзание кровожадным пиратам.

Тогда что? Времени было в обрез, но оно всё же было, пока противник собирает силы и спешит к нам по коридорам громадной станции. Так что нужно подготовиться и показать пиратам, насколько же они ошиблись в выборе жертвы! И для начала мне нужен доступ к служебному терминалу – через него можно ввести ложные сведения и запутать противника. Но перед этим нужно как-то избавиться от продажного миелонца, по-прежнему безвольно замершего и тупо глядящего в одну точку. Просто так убить его было нельзя – прямо над стойкой сотрудника я видел глазок видеокамеры. И если ментальную атаку через такую камеру и микрофоны не обнаружить, то вот физическое нападение заметят сразу.

Тут нужно было действовать обходным путём, используя традиции миелонской расы:

– Тини, вызови этого подлого Администратора 57-го уровня на ритуальный бой! Он оскорбил нашу Айни, он оскорбил твоего капитана, он продал информацию о нас нашим врагам!

– Да, капитан! – мой воспитанник решительно шагнул вперёд, доставая великолепные парные клинки, некогда принадлежавшие самому «Большому Аби». Но потом «котёнок» смерил своего противника взглядом, замер и посмотрел на меня: – Лэнг Комар, этот толстяк не выглядит бойцом. Что, если он откажется сражаться?

– Не откажется! – успокоил я воспитанника, не став уточнять, что толстяк находится под моим контролем и будет делать только то, что я ему прикажу. – Он примет вызов. А если не найдёт клинков, одолжи ему на время свои запасные. Говори ритуальную фразу и отводи противника вон туда, – я указал на кусок коридора, не просматриваемый камерой наблюдения.