Глава 7

Утром, выполняя все гигиенические процедуры, и рассеяно отвечая на Яшкино щебетание, я думала, как себя вести теперь перед этой парочкой? Снова изображать отношения с Раяном было как-то неловко. Актриса из меня так себе. Тогда что?

Ну, с Галой понятно — буду умолять помочь, вдруг да и прокатит. Она сегодня должна быть доброй. Кто там был в ее планах на время после ужина? Один Зодар или второй? Вот гадина! По времени успевали оба.

А вот с начальством проблема. Он настойчиво сводил наш разговор к личным отношениям. Конкретно, правда, ничего не сказал — я не дала. Может, вообще речь шла о шансе на крепкую, надежную дружбу? Поцеловать вообще мог захотеть от злости, чтоб напугать — довела. А что тогда с волосами? Их я обрежу, если для него светлые длинные волосы — непреодолимое искушение. И постараюсь радостно и изо всех сил дружить, мне не трудно. А дальше видно будет. А что бы я делала, если бы поцеловал? Честно ответила себе — я тогда не сразу очнулась и стала отталкивать его. И зависла я от неожиданности или от предвкушения? Сама не уверена… Все-таки я взрослая девочка и мужчина в моей спальне… разговоры все эти… Опасно все это, Марашка права. Как-то настраивает не на тот лад, что ли?

В своей домашней одежде, только поменяв рубашку, завтракала в гордом одиночестве. Экономка пропала, гости, видимо, питались по месту жительства. Сходила сказать Раяну, чтобы не усердствовал — герцог в курсе дела. Его же попросила обрезать косу, чего тянуть? При Гале свирепствовать начальник не станет, но все поймет. Требуемая мной длина считалась вполне приличной. Раян не задал ни одного вопроса, почему я это делаю. Усадив меня на лавочке, завел маленький костерок и отмахнул мне косу до середины спины. Я обрезала еще челку, а потом мы сожгли лишнее в костре. Придя в дом, помыла голову, высушила и изучила в зеркале результат. Не оттягиваемые тяжелой косой, волосы пышной гривой обрамляли лицо, завивались на концах и на лбу. Так мне шло больше, а если герцога притягивала струящаяся длинная роскошь волос, то я, в целом, была довольна результатом.

Оценить его реакцию удалось во время обеда. До этого все где-то пропадали. То ли предавались разврату, то ли занимались другими неизвестными мне делами, но встретились мы только за столом. Я спустилась вниз, как только Яшка пискнула об обеде. Все в прежнем составе садились за стол. Герцог, увидев меня, откинулся на спинку стула. Прищурив глаза и сжав губы, изучал мой новый облик. Гала рассеянно улыбнулась:

— Тебе так лучше. Что так вдруг?

— Понравилось, как ты носишь. А если жарко будет — длина позволяет убрать — объясняла я, присаживаясь возле Раяна. Он тепло улыбнулся и, притянув к себе, поцеловал мою руку. Все наблюдали, как он поднимает ее с моего колена, подносит к губам, прикасается и осторожно опускает обратно. Казалось, время остановилось. Я, не осмеливаясь смотреть вокруг, стала накладывать еду в тарелку. И что это было? Вроде не договаривались.

— Гала, мы можем поговорить сейчас, как поедим? У меня есть к тебе несколько вопросов.

— Милый, — обратилась она к герцогу, — когда мы выезжаем, у меня есть время на разговор?

Меня кинуло в жар. Я не могла поднять глаза на него. Все в порядке, если они оба счастливые любовники. Но, если все, как он говорил, то его сейчас макнули мордой в грязь, показывая, кому он принадлежит, и кто имеет право так к нему обращаться. А если этой ночью она была с другим Зодаром, то обращение звучит вообще, как извращенное издевательство. И тогда… я была не права и точно — многого не знаю. Нужно видеть его реакцию. Я подняла глаза — он смотрел на меня. Гала сидела рядом с ним и ковырялась в еде. Она не могла видеть в его глазах какую-то привычную обреченность, которая открылись мне. Стало, в свою очередь, нестерпимо стыдно за обрезанную косу, почему так? Он так мало просил, всего лишь…а я… Я закашлялась, будто подавившись и заморгала. Нужно быстрей осваивать свои обязанности, эта баба наглеет конкретно.

— Да, конечно, задержимся сколько нужно.

— Не думаю, что это надолго…

Так и случилось. На мою просьбу о помощи, жалобы и нытье Гала сказала, что у всех все по-разному. Особенности моего дара могут отличаться от других. Она изучала свои способности годами, а я сколько тут? Неделю-две? Нужно пробовать, пытаться, экспериментировать. Время у меня есть, она не оставит страну без помощи. Вот и все. Ожидаемо.

Я вышла провожать их — отряд ждал, сидя на лошадях.

Они отъехали уже метров двести, я повернулась, чтобы уйти в дом и услышала конский топот. Обернулась — герцог подъезжал к террасе, на которой я стояла. Отряд остановился и ждал его.

— Ни одного шанса, да, Наташа? — как-то жадно и безнадежно глядя на меня, спросил он.

— Что вы делаете, ваше сиятельство? — изумилась я, посмотрев на ожидающую вдали Галу. Он ждал ответа. На этот раз я все понимала правильно.

— Вы почти женаты. О чем можно говорить?

— Почти женат, — согласился он, — ты будешь думать обо мне? О нас? Мне нужно, чтобы ты думала обо мне. Я зря ушел вчера. Можно было еще побыть … хоть немного. Мне было хорошо ругаться с тобой. А тебе? — Из его глаз уходила тоска, он явно получал удовольствие от разговора.

— О, да! Только вы предупреждайте на будущее, что пришли именно поругаться.

Вдруг пришло в голову: — А если бы я не повторила тогда слово «пожалуйста»?

Он лукаво улыбнулся: — Я бы что-нибудь придумал, поверь, Наташа. С моим-то опытом и кучей любовниц…

— Ну да, ну да… Кто бы сомневался.

— С тобой мне хорошо… — мечтательно вглядывался он в мое лицо.

— Хотите сказать — не скучно? Существо глупое, но забавное?

Герцог расхохотался, развернул коня и ускакал к отряду и очередной любовнице. Ну, хоть настроение ему подняла. И совесть теперь не мучит за обрезанные волосы.

Мне тоже сейчас было хорошо. Я ненормальная? Наверное, хорошо потому, что приятно, когда всем хорошо. И его переход на «ты» выглядел так естественно, как будто он имел на это право. Возможно, когда-нибудь, когда стану доверять ему полностью, я тоже так же просто и непринужденно перейду на «ты». Я зашла в прихожую с улыбкой на губах, осознала которую, только наткнувшись на взгляд Марашки. Стало стыдно — я сдала ее. Влетело ей от воспитанника или нет? Если да, то она в обиде на меня.

— Марашка, все в порядке? У вас все хорошо?

— Да как сказать, деточка. Пока ты не научишься всему — ничего хорошего. Видеть ее не могу. Ушла вот от греха подальше. Тебе ничего не нужно было?

— Нет, спасибо. Но герцог так и не помог мне ничем. Видно, придется опять методом проб и ошибок…

— Тетрадь он передал тебе, вчера мы с ним весь вечер просидели, чай пили, думали. А Зодар с ней ездил.

— И вы… вы отпустили? — Какое-то неприятное ощущение накатило — брезгливость, что ли… Да какое мне дело?

— А что такого? Хоть какая польза с нее. Ушлая, наверное, в этом деле. На вот — читай иди. Я на кухне буду.

Она достала из кармана юбки тетрадку. Я почти выхватила ее и помчалась к себе. Села за стол в кабинете и начала читать.

По мере того, как я продвигалась в чтении, настроение падало, и на душу ложился тяжеленный камень. От меня скрывали самое важное, просто не считая нужным посвящать в подробности об особенностях воздействия Хозяек на природу реальности. Все он знал, этот герцог — и как, и почему. Внезапно поняла, почему улыбались тогда Назар и Натан, разглядывая меня. Поняла настойчивость герцога в его попытках форсировать личные отношения. И причину его согласия на секс с Галой. Все стало ясно, но мне не подходило. На это я не подписывалась. Я буду искать свои способы, тем более, что многое уже получается. Может быть, правда — у всех по-разному?

Я совершенствовала свои способности почти всю жизнь. Умела корректировать силу и степень воздействия — это сэкономит мне годы. И я найду свой способ влияния на природу, не зависящий от степени счастья и эйфории, наступающим при сексуальном удовлетворении. Ночное благословение сделаю дневным. Счастливой можно быть не только в постели. Мне это не подходило в любом случае. Есть люди, как Гала, для них счастье во власти, богатстве, постельных радостях. Оно и ничего плохого, как будто. Но не с кем попало же?