Пролог и глава 1

1 часть. Когда кажется…

Пролог

Вот так всегда — стоит только расслабиться, и сразу вляпываешься в историю. И вроде ничего не предвещало беды, отличная вечеринка, весёлая компания. А что в итоге?.. Незнакомый двор, желудок в форме буквы «зю» (по ощущениям) и полный штиль в голове. Замечательно. Остаётся порадоваться, что ранним утром прохожих на улице до смешного мало и никто не станет свидетелем моего позора. Всё-таки воскресный день люди предпочитают встречать тривиально — в мягкой постели. А не на лавке, когда разум заботливо приговаривает: «мёрзни, мёрзни, волчий хвост!».

Очнулся я около часа назад, однако прийти в себя смог далеко не сразу. Самый большой вклад в моё пробуждение внёс желудок, то и дело отправляющий меня к урне. Перед глазами до сих пор мерцали радужные круги — мозг отходил от травки, которую мы курили вчера. Предвосхищая вопросы, скажу, что баловался не в первый раз, но такую реакцию не ожидал. Хотя здесь, наверно, всё смешалось — и пьянка, и дурь, и ночные шатания. Блин, вот опять непонятные тени мерещатся. Я схватился за голову и громко застонал. Это же надо было так «расслабиться»!

Разум в ответ неодобрительно фыркнул и покачал головой. Он ещё не простил мне ночной поиск летающих пони, розовых слоников и инопланетян с тарелками. На вопрос «а что, собственно, было вчера?» он сразу предложил мне забыть об этом навсегда. Чем, признаться, заставил изрядно понервничать. В голову закрадывались картины одна другой краше — кого-то убил, изнасиловал, ограбил… папе позвонил и в красках описал, чем занимаюсь. Кстати, не факт, что я этого не сделал. Стоит потом проверить списки вызовов, вдруг у меня реально кукушка слетела. Но о глюках я и подумать не мог! Причём, расстроившись, что не вижу их, как остальные, я отправлюсь их искать! Теперь понятно, почему мой гордый и всегда рабочий разум обижается. Он вчера наверно на всю оставшуюся жизнь «нафейспалмил». И главное, откуда в моей голове вообще взялись эти пони?..

Тяжело вздохнув, я сел на лавку и осмотрелся. Не мельком, как в первый раз, а основательно, чтобы понять, где же всё-таки нахожусь. Место мне понравилось: чистенький двор между тремя домами и утопающая в зелени детская площадка. Судя по знакомому названию улиц, я находился примерно в двух-трёх кварталах от собственного дома. Повезло! Особенно в том, что оказался здесь ранним утром. Пришёл бы в час пик прогулок с детьми и такого бы наслушался. С потоком комментариев от бабуль не сравнятся даже интернет-тролли. Однажды, ещё ранней зимой, я терпеливо ждал лучшую подружку и не удержался от искушения поваляться в сугробе. Мелкие парни, чей пример был так заразителен, разбежались по домам пять минут назад и огромный ком снега простаивал без дела. И вот. Вдоволь напрыгавшись по сугробам, я развалился и принялся разглядывать снег в свете фонаря. И тут до меня донеслось:

— Ох, смотрите-ка, алкаш какой-то валяется!

— Только бомжей нам не хватало!

— Да не, наркоман это, вона как хорошо одет-то…

Забавно, но этот кусочек памяти помог улыбнуться и немного воспрянуть духом. Ещё капелька мучений — и я в своей мягкой и чистой кроватке. Мр-р, кайф!

Многозначительное хмыканье за спиной мгновенно сбило меня с мысли. От неожиданности я быстро обернулся и недоумённо посмотрел на парней. Мда-а, чтобы пожелать доброго утра, так скалиться явно не обязательно. Другое дело сделать это утро не добрым… особенно в раскладе «трое на одного». «Приехали» — мрачно резюмировал разум.

Вот почему они появились именно сейчас, а? Ещё день назад я бы с радостью набил кому-нибудь морду. И плевать, что их трое и выглядят они старше — в последнее время ненависть к окружающему миру достигла апогея, и мне было просто необходимо выплеснуть эмоции. Р-р-р, бесит. Либо придётся унижаться, отдавать телефон и деньги, либо получать… куда-нибудь. От раздражения затряслись руки. И вроде хочется дать отпор, но как?! Я едва могу встать на ноги!

Помрачнев, снова окинул парней взглядом. А они не особо старше, кажется. Лет двадцать-двадцать пять. Совсем не похожи друг на друга, хотя… что-то общее между ними есть. Ага, кривые улыбки и довольные взгляды в мою сторону. Понять бы ещё, чего им надо.

— Ребят, в чём проблема? — несмотря на страх, мой голос звучит недовольно. Спасибо отцовской дрессировке, научившей скрывать за словами настоящие чувства.

Ой-ё! Один из парней, разбежавшись, резво прыгнул на мою лавку. Сволочь! На автомате я упал вниз и шариком покатился по земле. Молодец, не заорал. Из-за вспыхнувшей боли встать у меня получилось не сразу. Опершись спиной на тонкое, хиленькое деревце, я посмотрел на приближающихся ребят.

— А что, ещё не проспался, парень? Как утречко? Между прочим, последнее в твоей жизни, — «заботливо» выдал придурок со скамейки. Я удивлённо открыл и закрыл рот. В смысле?!

— Что я вам сделал?! — нет, даже страшно не было. Одна вселенская тьма вопросов. С ограблением я смирился, с тем, что поглумятся — тоже. Но где логика в его фразе?

— Не понимаю твоего возмущения, — вмешался второй парень, светлоглазый, с орлиным носом, — сколько крови нам ваша братия попортила, а? Что, осознал?.. А вдруг у нас целый Аммар под носом, а мы не в курсе?.. Проще уж тебя убить.

— Какая братия?! — взорвался я, окончательно запутавшись.

— Тебе вкратце — какая? Или с легендами и сказочками? — съехидничал король лавки.

Мозг немного поскрипел, но выбрал, пожалуй, самый лучший вариант:

— А можно я просто пойду?..

Нет, резонно — слушать этот бред? Всегда мечтал. До меня уже дошло, что «братия» у ребят явно личная, вроде сектантской или ролевой. Или вообще прикалываются. Артисты какого-нибудь погорелого театра, потому что выходит убедительно, но наигранно.

— Ку-у-да?! — после двух моих шагов к арке, слаженно воскликнули они.

Хотел я ответить — куда, да сдержался.

— Трое на одного — нечестно, говорю. Давайте я за другом сбегаю? Тут недалеко, — неопределённо махнув рукой, я вернул им фирменную улыбку. Они застыли. Неожиданно голос подал третий, доселе молчавший парень:

— Такой неопытный теневик — и такой наглый! — с восхищением прицокнул он. Я вздрогнул, а потом покрутил пальцем у виска — точно тронулись.

Но, тем не менее, вежливо переспросил:

— Ты мне?

— Среди нас тень только одна, — развёл руками он. What the fuck?! Кто из нас курил недавно — я или они?

Опустив глаза вниз, на освещаемую ранним солнцем землю, я едва удержался, чтобы не ткнуть парней носом.

— Вот! У нас у всех есть тени, смотрите! — раздражённо парировал. Ух, как на меня вытаращились! Все трое.

— Кончать его надо…

— Подожди, — прищурился второй, — мне не нравится, что он не понимает.

— Думаешь, Лель соврал?

— Это ничтожество врать не будет, — усмехнулся третий и парень на лавке согласно закивал.

— А использовать нас в своих целях? — снова засомневался светлоглазый и носатый. Похоже, он был у ребят за главного: — Глазки-то у Леля бегали. А если он задумал нашими руками избавиться от ненужного человека? Теневик бы давно уже сбежал, а этот только зубоскалит. Он реагирует на нас как обычный человек. И…

— Ну чего ещё?! — не выдержали остальные.

Пока они разбирались, мои мысли летали со скоростью света. С «главарём» я был согласен — подстава, не иначе. Причём если привлекли этих больных, а не профессионалов, значит не из-за отца. Кто-то мне лично мстит, только за что?

— Лицо у него знакомое, — наконец выдал парень.

Я фыркнул про себя — тоже мне, открыл Америку. Хотя обычно бывает наоборот, когда говорю своё ФИО — принимают за тёзку.

— Слушай, ну давай я проверю, — вклинился первый, с лавки, — есть же замечательный способ, который точно не подведёт. Человеком окажется — оставим в покое.

Двое почти синхронно кивнули. Я внутренне подобрался и успел только глаза округлить, как парень подскочил ко мне и схватил за грудки. За что получил удар ботинком в живот, причём с моей стороны чисто автоматический. Он сложился пополам, а я размахнулся и со злобой двинул ему по уху. И рванул в арку, к выходу на перекрёсток.

Бок закололо со страшной силой, а перед глазами побежали мурашки — но жить хотелось сильнее. Спринтерский бег всегда мне удавался, поэтому оставался шанс долететь до остановки и прыгнуть в автобус. Организм, пожалуйста, соберись, отомстить успеешь дома!..

Под ноги что-то бросилось, но я смог подпрыгнуть и, не сбавляя темпа, двинуться дальше. «Сверху» — дикий крик разума. Мгновенно нагибаюсь и закрываю голову руками. Чем они бросаются-то?! Не оборачиваюсь, но чувствую — не отстанут. Блевать хочется. Не, не из-за них, после вчерашнего. Да чёрт вас подери! Теперь удар направлен в спину, мозг орёт, чтобы уходил в кувырок, но отчётливо понимаю — быстро не встану. Отрешено замечаю, как сереет мир…

— Нет! — вопль будто из неоткуда. Я вздрагиваю. Секундное замешательство и пространство вновь взрывается красками. А спустя миг приходит боль. Теряю концентрацию и бухаюсь на землю. Всё…

Удар ногой по рёбрам. Ох. Ещё раз. Пытаюсь отползти, но не выходит. Догнали, значит. Впрочем, стоило догадаться, что дело кончится плохо.

— Прекрати, ему хватит.

— Да я!.. Думаешь, мне больно не было?!

— Инициатива наказуема, — смешок, — сам ведь вызвался.

И злобное сопение в ответ.

— А я его узнал, кстати.

— И? Какое нам дело, кто он?

— Когда ты уже вырастешь, Слав, и перестанешь изображать из себя неуправляемого подростка?! Надоел! Зря, говорю, мы у Леля именем не поинтересовались.

— Почему?

— Сынок известного певца, между прочим… И папаша у него — тёмная лошадка… Что ж, проспится — память сама всё сгладит…

Обрывки фраз без следа растворялись в сознании. Несколько рывков и снова боль. Отупляющая и медленно гасящая все чувства.

1 глава

Остатки сна прогнал будильник, и я со вздохом открыл глаза. Несколько минут организм настойчиво пытался задремать, но резкий дребезжащий звук вновь резанул по ушам. Я нахмурился. В мыслях плотно засело ощущение неправильности. И сон странный, и в реальности какой-то подвох. Я вылез из кровати и осмотрелся. Комната в порядке и вещи лежат как обычно. Ничего не понимаю. Прошёлся по коридору и дёрнул дверь — закрыто. Вроде всё нормально… Откуда тогда неуверенность?

Пожав плечами, я отправился в душ. Потом — на кухню, заваривать себе чай и встречать новый день. В небе догорали огни рассвета, и свежий ветер вовсю рвался в дом, принося за собой утреннюю суету. Внизу пробегали озабоченные чем-то люди и раз за разом шумели машины. Все подозрения как рукой сняло, и я наслаждался утром. С чашкой чая, открытым окном и весёлой музыкой по радио.

Самым мистическим временем обычно считают ночь, но для меня чудом было именно начало дня. В его мареве зари, в предвкушении событий, в мысли что сегодня я обязательно открою для себя чего-нибудь новое.

— А ты, оказывается, совсем другой, — задумчиво прозвучало над ухом. Я дёрнулся, и остатки чая улетели на подоконник. Стремительно обернулся, но за спиной никого не было. Померещилось, скорее всего.

Но стоило мне успокоиться, как раздалось требовательное:

— Мяу! — я перевёл взгляд на пол и улыбнулся. Девочка запрыгнула на окно и недовольно посмотрела на меня.

— Сейчас, подружка, не возмущайся, — рассмеялся я и, подхватив мейн-куна на руки, заглянул в холодильник. Кисточки на ушах и хвосте довольно затрепетали. Да, у нас с рыжей была любовь с первого взгляда.

Эридан благодарно лизнула меня в нос и поспешила к наполненной миске. Я же посмотрел на часы и отметил, что до начала урока осталось всего полчаса. Пора собираться, иначе я точно опоздаю. Скривился. Весь последний месяц меня неизменно перекашивало при любом упоминание о школе. И дело тут совсем не в учёбе. Прогуливая третью неделю подряд, я не отставал от ребят, навёрстывая пропущенный материал дома. Но контрольные и подготовку к экзаменам никто не отменял. Недавно Лёха обмолвился, что учителей сильно беспокоит моя посещаемость. Рука непроизвольно сжалась в кулак. Неужто им надоело сплетничать? Или они гнева отца боятся?..

— Прекрати! — громкий мысленный окрик: — Не твоя вина, что всё сложилось так…

Меня будто окатили холодной водой. Я очнулся и с удивлением понял, что до крошева разбил декоративную лепнину на стене. Даже боли не почувствовал, терминатор грёбанный. Поднёс к лицу нервно дрожащую ладонь и, рассвирепев, замахнулся снова. Но руку неожиданно перехватили и с силой дёрнули вниз.

— По какому поводу развлекаемся? — чёрные глаза одновременно с недовольством и интересом посмотрели на меня в упор. Дёрнул руку, требуя отпустить, и сразу взвыл. Мало мне стены, так этот идиот ещё и запястье в захват взял. На мой бешеный взгляд он только пожал плечами: мол, прости, рефлексы.

— Откуда ты вообще взялся?! — зло выдохнул я, баюкая ноющую руку. От души схватил, блин!

— Тебе в локальном смысле или с процесса рождения? — иронично хмыкнул лучший друг. — Если первое, то ногами пришёл, а если второе, то… тебя просвятить, как дети на свет появляются?

— Слушай, рентген, иди свою девушку просвещай! Как ты в квартире оказался? — не оценил я шутку. Почти исчезнувшая паранойя вернулась с новой силой. Но подозревать в чём-то Лёху?

— Как все нормальные люди, через дверь. Вопрос лишь в том, какой придурок оставил её открытой?.. Что, закрывать на ночь дверь — для слабаков, да?

Я недоумённо посмотрел на друга. Память услужливо нарисовала картинку: сонного меня, поворачивающего ручку. Я тяну её, но дверь не двигается с места. Расслабившись, отправляюсь в душ. Это не могло мне сниться — чересчур яркое воспоминание.

Оставив друга в одиночестве, я вышел в коридор и почти сразу возненавидел сегодняшний день. Тусклый огонёк подъездного света был очень хорошо заметен в полутьме прихожей. Похоже, Лёха не стал полностью захлопывать дверь, а аккуратно прикрыл её за собой.

Потянув ручку, я автоматически щёлкнул «собачкой». Так. А сейчас самое время подумать.

— Блин, но я ведь не сошёл с ума? — вернувшись на кухню, я поманил к себе Эри и с удовольствием зарылся в рыжую шёрстку. Кошка отличалась на редкость флегматичным характером и на мои вспышки гнева не реагировала, а вот ласку очень любила.

— Надеюсь, что не сошёл. Хотя в последнее время ты реально ведёшь себя как псих, — ответил друг. Я скорчил рожу и указал ему на соседний стул.

— Но я точно помню, что дверь была закрыта! Подожди, ну в конце концов, я ведь не один живу на лестничной площадке. Справа мужик с собакой, он её утром выгуливал, я видел их из окна. Слева — семейная пара, которая примерно в это время расходится по работам. У меня хорошие отношения и с теми, и с другими. Неужели никто бы не удивился, увидев открытую квартиру? Мужик вообще бойкий, бывший морской офицер. Неужели он бы банально не крикнул мне чего-нибудь, пусть даже с порога? — тут я перевёл взгляд на своё рыжее чудо и добавил: — И Эри не нервничала. А она не любит, когда с входной двери дует. Помнишь, она голосила тогда?

Лёха скептически посмотрел на меня, как будто уже определился с диагнозом.

— Твои аргументы выглядят притянутыми за уши, — хмыкнул он, — соседа ты с кем-нибудь перепутал, а он, например, выгуливал собаку раньше. Люди могли спешить и проигнорировать твои распахнутые хоромы. А кошки вообще непостоянные натуры — сегодня холодно, а завтра нет. Да, в твоих словах есть определённый резон, но тогда в квартире должен кто-то быть. Иначе графики не сходятся, понимаешь? — на последней реплике я фыркнул, намекая другу, что он переучился. И вообще, может, это у него помутнение на фоне экзаменов случилось! Ну и у меня заодно…

На всякий случай мы заглянули во все комнаты, но, естественно, никого не нашли. Я вспомнил про странное ощущение сегодня утром и ещё раз осмотрел своё «логово». Ничего не изменилось. И Лёхе уже в школу надо, поразительно, что он до сих пор молчит. Решив узнать время, я полез в рюкзак за телефоном. Хм, выходит, с прихода друга всего десять минут прошло? Блин, а показалось — час.

— А ты зачем пришёл, кстати? Мы же вроде не договаривались… — вдруг начал я и осёкся. Парень развернулся ко мне с поистине тяжёлым взглядом:

— Пробный ЕГЭ по математике, — мрачно напомнил он, и я схватился за голову. Точно же, тест! — О котором я предупреждал тебя в субботу. Заметь, я даже не спрашиваю, готовился ли ты к нему. В маминой книжке по воспитанию есть фраза, что детей надо поощрять хотя бы за намерение, — друг набрал в грудь побольше воздуха и выдал, — Дима, ты большой молодец, что проснулся вовремя. Если завтра ты ещё и оденешься к моему приходу, я куплю тебе «киндер сюрприз».

— Правда-правда? — у сладкоежки в третьем поколении загорелись глаза. На самом деле я просто пытался не заржать. Но кажется, плохо пытался. Расчленяющий взор друга грозил мне всеми кругами ада, если я не остановлюсь. Но мне не привыкать, я же смелый. «Я ж знаю, что врачам в больнице говорить буду», — передразнил меня разум. Ха!

— Одного «киндер сюрприза» мало… — озадачил я друга.

— Эм? А чего тебе надо?

Я зловредно похихикал, перебирая пальцами.

— Мне нужно, чтобы ты достал одну вещь. Я сижу без неё вторую неделю и чувствую, скоро начнётся ломка, — хм, а может, стоило прислушаться к голосу разума? Как я объясню врачам, что лучший друг побил меня за просьбу купить…

— Торт-безе. Он нереально вкусный! Но в кондитерскую рядом с домом его перестали привозить, надо в центр ехать. Если найдёшь — я весь твой!

Через несколько секунд лицо друга перестало походить на лошадиное, и он даже улыбнулся. Я расслабился, и улыбка превратилась в оскал. Два быстрых шага к столу, и в меня со свистом летит карандаш. Острием вперёд, как метательный нож. Следом пошла пара ручек. Ё-моё, мозг, где карта укрытий и план отступления?!

Набегавшись, мы оба рухнули на кровать. Пока Лёха в полголоса материл одного идиота, я подсчитывал количество синих точек. Вышло не мало.

— Он считает, что ты ужасно опустился, — въедливый шёпот заставил меня вздрогнуть и вновь заозираться. Не обращая внимания на Лёшу, я прыгнул на середину комнаты, а затем обошёл её по кругу. Глюки глюками, но не третий же раз подряд! Я стопроцентно слышу чей-то голос!

— Совесть твоя во тьме ищет тебя, — поэтично пропели мне. Прозаично показал воздуху кулак, ориентируясь на звук.

— Ты что-нибудь слышал? — повернулся я к другу, и едва удержался, чтобы не выругаться. Понимание, мелькнувшее в его глазах, могло дорого обойтись нашей дружбе. Дело в том, что он знал о моём увлечении травой. Я ни слова ему не сказал, но по непонятным мне причинам, он догадался сам. Это был белый тундровый зверёк, товарищи. Мы никогда так друг на друга не орали. Даже Ната предпочла отсидеться в другой комнате, хотя раньше всегда участвовала в наших спорах. Та ссора оказалась далеко не последней. Меня бесило его вмешательство в мою жизнь, в последнее время травка стала единственной возможностью расслабиться. В чём проблема, привыкания она не вызывает, мозг не разрушает. Нет, он взъярился, будто я героин со спайсом мешаю. С одной стороны, сыну полисмена, на память цитирующему УК РФ, сложно смириться с курящим «дурь» другом. Особенно если он не в курсе первопричины. У меня просто не хватило смелости признаться…

Но с другой — какого хрена он постоянно читает мне нотации и угрожает сдать отцу?! Тоже мне, друг!

— А ещё он тебя презирает, — довольно мурлыкнули на ухо. Спокойно, Дима, вдох-выдох. Ты не дашь этому мерзкому голосу выставить себя умалишённым.

— Лёх, молчи, — и, заметив, как он ехидно поднял бровь, не выдержал и повторил, — молчи, пожалуйста!

Отвернувшись от него, я достал телефон и машинально провёл по нему пальцем. Глупая попытка спрятаться, но скандалить с другом мне не хотелось. Быстро постучав по экрану, я снял блокировку и недоумённо вытаращился на множество иконок. Количество звонков от отца плавно переваливало за сотню. Ёбушки-воробушки. Мне конец. Прощай, свободная жизнь, нам хорошо было вместе… Остальные вызовы в сумме могли конкурировать с отцовскими. Такое ощущение, что за прошедшие сутки мне позвонили все. Плюс пара незнакомых номеров. Акция «почувствуй себя звездой», блин. Я со стоном бросил телефон на кровать и вдруг сцапал его обратно. Мысль пришла неожиданно и поразила так сильно, что я почти увидел свои расширяющиеся зрачки. Будильник! Знакомого значка часов на экране не было, да никто его и не ставил! И та трэш-мелодия, которая меня разбудила, не имела ничего общего с песней марсов «was it a dream», стоявшей у меня на будильнике. Шизофрения шизофренией, но других часов, кроме настенных кухонных, в квартире нет!

— Чего ты замер? — о, Лёха проснулся. Подошёл и с сомнением заглянул мне в глаза, — ты в порядке вообще?

— Не очень, — жалостливо ответил я, поскольку в голове назревал ядерный взрыв. Откуда часы, что с дверью и почему я реально чувствую себя шизофреником?!

— Выкладывай, в чём дело, — потребовал он, нервно заглядывая в мой телефон. Да, его феерическая пунктуальность трещит по швам. Пока он ещё успевает, но если слушать меня, в школу придётся добирать бегом.

— Я не понимаю… Меня, утром разбудил звонок будильника. Причём звук был старый, дребезжащий, покруче хэви-металла. Как у советских раритетных часов. У вас похожие хранятся, с таким же характерным звоном.

— У тебя есть настольные часы? — удивился друг. Ну, ещё бы он не удивился, с его-то памятью.

— Вот именно, что нет, — я развёл руками. Он задумался.

— Ты их видел? Утром, когда вставал?

— Честно, не помню. Но я мог и не заметить или просто внимания не обратить.

На меня посмотрели как на безнадёжного. А я даже огрызаться в ответ не стал — паника давила на плечи с феноменальной силой.

— Хорошо… — многозначительно начал Лёша, — есть три варианта развития событий. Первый — самый напрашивающийся — будильник тебе приснился. Замечателен тем, что легко объясняется, но его, увы, никак не проверишь. Второй более напрягающий. В твоём доме действительно кто-то был. Вопрос, зачем ему понадобилось будить тебя столь оригинальным способом, а потом уходить, остаётся открытым. Третий вариант тебе не понравится, но он самый реалистичный.

— Какой? — вздохнул я, уже догадываясь, что услышу.

— Тебе нужно в больницу. И не смотри на меня так! Ты мне в субботу писал, что идёшь на встречу с новыми «друзьями». В воскресенье Ната тебе звонила, но ты не отвечал, следовательно, вечеринка удалась. Сегодня утром ты бьёшь стены, паникуешь как малолетка, слышишь голоса и звуки, которых нет, и вдобавок твоя дверь открыта настежь. На лицо все признаки «дури». Но у «травки» нет такого долгого эффекта! Она не сделает тебя шизофреником на пустом месте. А судя по твоему состоянию, ты явно напоролся на что-то посерьёзней марихуаны. Предложений сейчас масса, и на пьяную голову вряд ли кто-то разбирается. Понимаешь меня?

— Прекрасно, — сквозь зубы процедил я, — а ты не догоняешь, что меня первым делом заставят сдать кровь? И раз я несовершеннолетний, обязательно сообщат отцу. Лёх, он же меня похоронит, если узнает! Не говоря уже о возможном сроке!

— Если ты добровольно пойдёшь в больницу, то ничего тебе не будет, успокойся, — мягко, словно больному, ответил друг, — при условии, что не хранишь и не распространяешь. Но в этом случае лучше признайся сразу, я сам тебя пристрелю, — тут не выдержал и присвистнул. Лёха оскалился и продолжил, — а про отца не знаю. Но подозреваю, можно договориться.

— Всё равно не пойду, — заупрямился я. Друг состроил недовольную моську и пробарабанил пальцами по столу. Пускай. Идти в больницу — значит признавать себя больным. А мне хотелось во всём разобраться. Лёха прав, я не шизофреник. И действие травы рано или поздно должно закончиться.

— Кстати… а куда ты вчера пропал?

Вообще, я помнил. И вечеринку, и свой чокнутый бзик с глюками, и утро на лавке… Меня смущала только встреча с парнями. На трезвую (относительно) голову наш разговор выглядел сущим бредом. Я так и не понял, что им было надо. Тем более, среди моих знакомых нет человека с именем или кличкой Лель. По крайней мере, из тех, кому я мог встать поперёк горла.

Ах да, и кто помог мне добраться до дома?

У-у-у. Боже, Дима, одна единственная вечеринка! Одна! А последствий — вагон и маленькая тележка. «Пожалуйся мне ещё раз, что ты скучно живёшь», — ехидно вставил разум.

Знаю, не стоило рассказывать Лёхе о событиях вчерашнего дня, но я был уже на пределе.

— Считаешь, мне это тоже приснилось? — вот чего я не ожидал, так это снисходительного взгляда. Друг с некоторой долей усталости потёр переносицу и признался:

— Считаю, что ты своими откровениями запорол мне пробный тест. Какое значение вообще может иметь математика после твоих приключений?.. — и приказным тоном добавил, — снимай футболку.

— Ась? — немного шокировано переспросил я. Полюбовавшись на моё вытянувшееся лицо, Лёха наглым образом заржал. С-с-собака женского пола.

— Ты сказал, что тебе что-то прилетело в спину, — не переставая икать, пояснил он, — вот я и хочу убедиться. И давай быстрее, времени совсем мало.

Скрипнув зубами, я скинул футболку и развернулся к нему спиной. В голове почти созрел план мести, но всё сбило выразительное «о-о-о».

— Чего там?!

— Да ничего, просто огромный синяк. Ладно, отлёживайся, а я побегу. Спишемся вечером.

Глава 2

Из дома я выскользнул почти следом за Лёхой. Стыдно признаться, но мне впервые стало неуютно в собственной квартире. Я вздрагивал от каждого шороха, хотя больше меня никто не беспокоил. В итоге психанул, и, нарушая тишину комнаты громким матом, переоделся и выскочил в подъезд. В захваченном с собою рюкзаке нашлись сигареты и деньги, а вот телефон я забыл дома. Чёрт, папе не смогу перезвонить. Пусть видеть его не хочется, но он всё равно мой отец и я должен перед ним отчитываться. С другой стороны, папа сам довёл меня до грани.

В пачке сиротливо болталась последняя сигарета. Придётся в магазин идти, ещё для Эри корм нужен. Да и меня холодильник не порадовал. Собственно, завтракал я одним чаем. На обед желудок обязательно потребует что-нибудь посущественнее. А домработница как назло уехала и вернётся только во вторник. Заглядывать в кафе не было желания — слишком много людей. Поймав себя на подобной мизантропии, я усмехнулся. Жду подвоха буквально от всего.

— Я могу продиктовать тебе рецепт, если хочешь. И список продуктов само собой, — тихо предложили мне на ухо. Я дёрнулся как от удара током. Значит, стены квартиры не предел, да?..

— От меня просто так не избавиться, — уже гораздо громче и самодовольней. Ничего, я привык по жизни быть первым.

— До поры до времени, — грустно добавил голос, и здесь я вынужден был с ним согласиться. От прежней жизни остался только костяк — двое лучших и парочка хороших друзей, медаль за второе место в английском турнире и привычная самоотдача при решении задач. Хуже всего, что я сам не понимал, что со мной происходит. Всё чаще закрадывалось ощущение пустоты, хотя причин для подобной меланхолии я не видел. Или хорошо себе врал.

— Кто ты? — вслух спросил я и чертыхнулся. Конечно, прохожие удивлённо заозирались, а подросток рядом покрутил пальцем у виска. Что и сказать, заслужил, гений, блин.

— В смысле? Я же говорила, твоя заблудшая совесть!

— У меня есть совесть, — сквозь зубы прошипел я, — мне лишнюю не надо!

— Она уволилась. Ты её достал. Теперь я буду тебя мучить… направлять на путь истинный.

Около пяти минут я переваривал новость. Иметь совесть с характером «не доведу до самоубийства, так поиздеваюсь»? Которая ко всему прочему, похоже, баба и читает мои мысли? Пардон, а можно отказаться от данной опции?

— Вы чем-то не довольны? — холодно спросили меня. Не сдержался и фыркнул.

— Сервис у вас хреновый, а работники вообще хамы. Я требую книгу жалоб, — в тон ей отозвался я, отходя от основного потока людей.

До моего тонкого слуха донеслось забавное сопение. Но разум поспешил предупредить, что доводить нечто с подозрением на «стервозность» не стоит. Да ладно. Вполне возможно, что это только моё воображение. Что оно может сделать?

— Много чего. Видимо, тебе было мало утренних развлечений. Эх, жалко ты при Лёше не сорвался. Растормошить бы его, чтобы он показал своё настоящее отношение.

Я резко замер. А затем медленно развернулся к тому месту, откуда (как мне показалось) доносился голос «совести».

— То есть и открытая дверь, и этот проклятый будильник на твоей… — ох, каламбур получается, — твоих рук дело?!

— За дверь, между прочим, жду своё спасибо. Потому что люди, которые притащили тебя домой, закрыть её не могли, не забирать же им ключи. А благодаря мне ты спал с закрытой дверью. Молчать, не буянить! — крикнула она, заметив, как меня потряхивает от злости: — Дальше — будильник. Признаю, здесь провал, о телефоне даже не подумала. А тебя пора было будить. Я приготовила кружку с холодной водой, но потом решила, что лучше раритет. Наверное. И потом, ты сам не реагировал на стук Лёши. Вдруг бы он ушёл, и у меня не получилось вас стравить? Хотя и так не получилось, — печально закончила эта холера. Я снова изображаю рыбку. В голове вертится один-единственный вопрос:

— Совесть, у тебя совесть есть?

— Не меряно. На двоих хватит, могу даже поделиться, — воодушевлённо ответили мне, — ну как ты думаешь, почему я с тобой нянчусь, а не ищу потерянную Атлантиду, например?

— Слишком широкий круг поисков? — предположил я. — И результат, опять же, никто не гарантирует…

Тихий смех. Чего угодно ждал, но только не этого. А я её конченой истеричкой посчитал, неужели ошибся?

— Ты милый, несмотря на последнюю мысль, — готов поклясться, она улыбалась. Жаль, что я не могу её видеть. Во-первых, убедился бы, что не шизофрения, во-вторых — одно лишь голосовое общение напрягает.

— И соображаешь быстро, — снова похвалили меня. Я ехидно поднял бровь. Что, моё обаяние пробило этот панцирь стервозности?

— Да ладно… ты реально такой наивный? Лохматый, бледный, а ещё пахнет неприятно. Предел моих девичьих мечтаний!

— Вообще-то я мылся, — отрезал уязвлённый я.

— И одежду постирал, ага. Тебя вчера как раз знатно посадили в лужу. Вот те мальчики были лапочками… правда, нагловатые, хотя…

— Приведению слова не давали.

— Ревнуешь? — промурлыкала она. Я в долгу не остался.

— Наивная… Тебя даже по прямому назначению использовать нельзя, не говоря уже про характер. Прости, совесть, но я тоже не извращенец.

Ветка дерева, мимо которого я проходил, неожиданно изогнулась и больно хлестнула по лицу. И едва я успел закрыть пострадавшее место руками, как она ударила снова. В третий раз удалось отпрыгнуть. Глаза расширились сами собой — внезапно оживший сук оторвался от дерева и вновь полетел в меня. Я даже уворачиваться не стал. Удар получился не сильный, но обидный, а сопоставить дважды два уже было делом техники. Всё-таки истеричка. Травмоопасная истеричка. Но как?..

— Используем подлые приёмы?

— Использовать по прямому назначению?! — судя по голосу, «совесть» ни капельки не раскаивалась. Более того она, кажется, почти рычала. — Теперь я понимаю, почему тебя кинули все друзья! Ты действительно самовлюблённый и разбалованный вседозволенностью. Сынок богатенького папочки! И мне тебя ещё спасать, да зачем, сдохнешь — мир чище будет!

Я промолчал. Затем подошёл к ближайшей лавочке и сел, запрокинув голову вверх. Настроение испортилось окончательно. И вроде плевал я на мнение какой-то там нечисти, но… задело. Мне постоянно тычут в лицо отцом и его деньгами. И моей непременно следующей из его положения характеристикой. Каждый раз, с каждым новым знакомым, всё по-старому. Выходит, гадом по самоопределению я быть просто не могу. Да, в последнее время меня заносит. Чересчур, знаю, лучшей подруге в глаза смотреть стыдно, а она, хорошая девочка, ещё ни слова не сказала Лёхе — иначе мы бы с ним точно поссорились, наезда на свою девушку он бы мне не простил. Но суть в том, что я не заводная улыбающаяся игрушка и у меня тоже могут быть проблемы. И проще всего бросить друга в депрессии, чем попытаться помочь. Якобы он «зазвездился» и с ним стало тяжело общаться. Я наслушался этого дерьма по самое не хочу. Смешно. Меня в этот год столько раз возвращали с небес на землю, а людям всё равно неймётся судачить о моей замечательной жизни. Извини, совесть, я чувствую, что перегнул палку. Мне сейчас всех женщин хочется заочно ненавидеть, после той бл**и, с которой встречался. Но просьбы слышать я не разучился. Объясни, что тебя расстроило, и я извинюсь, мне не трудно. Но не приплетай ко всякой фразе финансовое состояние отца.

— Тогда зачем ты издевался над Лёшей? — угрюмо донеслось с противоположного конца скамейки.

— Я? Когда?? Мы с ним постоянно так общаемся, в духе кто кого первым доведёт. Это норма.

— Ты не прав… Та шутка про ломку. Дима, он ведь серьёзно решил, что ты про наркотики. Сложно описать его чувства в тот момент, он в отчаяние был.

Я недоумённо покосился на совесть. Они сбрендили на пару с другом что ли? Просить у Лёхи травку, с ума сойти можно. Там не карандаш в ответ полетит, а кулак, причём с молниеносной скоростью. Неужели он уверен, что я настолько себя распустил?..

— Подожди, ты говорила про его отношение… что конкретно имела в виду?

— Он предпочитает сдерживать те мысли, которые могли бы тебя подстегнуть. Старается обходить острые углы и поэтому очень злится на себя. Попроси его выговориться и, собственно, узнаешь оценку своим действиям. Довольно правдивую… и гораздо менее эмоциональную, нежели моя. Извини тоже, особенно за палку, меня совсем выбил из колеи тот факт, что мы с тобой способны общаться. Раньше такого никогда не было.

— А подробностей я дождусь? — спросил, улыбаясь в знак примирения.

— А пай-мальчиком будешь? — ох уж мне эти матерые ехидны, и чем я их только привлекаю? — И не строй мне тут глазки, это не прокатит. Вижу, очаровательный цвет, длинные реснички, но, увы, у меня иммунитет.

— Откуда? — аж поразился я.

— Парень, ты сам себя слышишь? — возмутилась совесть. — Про «прямое назначение» я упоминала что ли?

Ладно, уела. Но хоть вкратце, с каких пор у меня в советчиках говорящий воздух?

— Эй! Хорошо, давай так — ты сейчас очаруешь одну девушку, которая тихо подкрадывается к нам, и по пути в супермаркет мы поговорим.

Заинтригованный словами нечисти, я оглянулся в поисках упомянутой особы. Незнакомка стояла недалеко от лавки и пожирала меня круглыми от изумления глазами. Я досадливо поморщился. Увлечённый разговором с совестью, я совсем забыл о необходимости отвечать мысленно. И вот результат — парочка косых взглядов и одна обалдело наблюдающая за мной девчонка. А между прочим, эта холера явно заметила девушку ещё издалека. Вот какого чёрта она меня не предупредила?!

— Зачем? Так же веселее, — прохихикали где-то на грани сознания. Нет, и от неё я ждал банальной порядочности?.. Действительно наивный.

Мой ответный взгляд застал девушку врасплох. Она приглушённо ойкнула и сделала резкий шаг назад. Плохая идея, машинально отметил я. Запнувшись об клумбу, незнакомка по-собачьи рухнула на попу. Я иронично хмыкнул. Цветочки было жалко — и без того поникшие, они точно не заслужили такую бесславную смерть.

Пытаясь спасти остатки весеннего разноцветья, я подошёл к девушке и одним движения вытянул её из клумбы. Она сразу принялась отряхиваться — пришлось помочь ей и ладошкой убрать комки грязи с серой вязаной кофты. Поначалу незнакомка стеснялась, но когда мы вернулись к лавке, от былой растерянности не осталось и следа. Теперь уже меня напрягал её довольный прищур.

— Спасибо тебе, — наконец-то спохватилась она и, изображая скромняшку, добавила, — я не ожидала, что ты обратишь на меня внимание.

Скептицизм, написанный на моём лице, её больше позабавил, чем отпугнул. На меня вновь уставились яркие, зеленоватые очи с удивительным лукавым блеском. К слову, глаза буквально спасали простоватую внешность девушки — я никогда не видел радужку столь насыщенного цвета. Разве что у матери в обрывках детских воспоминаний глаза тоже поражали глубиной.

— Пожалуйста, — сухо произнёс я, — мы с тобой знакомы?

Вопрос был скорее вежливым, чем информативным — ответ на него я прекрасно знал. Впрочем, чужую версию послушать тоже немаловажно. Заодно и ситуацию прояснить.

— Яна, — мне с самым независимым видом протянули руку. Посмеиваясь, я её пожал и представился:

— Дима. Яна, зачем я тебе понадобился? — сомнений на эту тему у меня не было, учитывая реакцию девчонки и насмешливый тон совести.

— Тебе понравится, — о, легка на помине.

После моей фразы девушка гордо приосанилась и придала личику пафосное выражение. Я с тоской понял, что с ровесницей промахнулся — девчонке лет пятнадцать, не старше.

— Орден Особенных приглашает Диму в наши ряды! Мне магистр про тебя рассказывал вчера. Представляешь, какое совпадение — мы сразу встретились!

— Ты меня с кем-то перепутала, наверное, — пряча улыбку, перебил я.

— Нет-нет, — замахала руками девушка, — я тебя точно узнала. Мне фотку твою показывали, — уверенно добавила она.

— Откуда у вас моё фото? — шутливый тон испарился в мгновении ока. — И чем занимается твой орден? Разведкой?

Яна заметно напряглась, почувствовав моё настроение, и быстро затараторила:

— Ну-у, наш орден для людей, которые любят всё тайное, мистическое. Мы верим в сверхъестественные силы, понимаешь? В нашем ордене собираются колдуны, ведьмы и те, кто считает магию не выдумкой. Это почти две тысячи человек, так здорово! А главный магистр самый-самый крутой маг в городе! Он каждого насквозь видит, — доверительно закончила девчонка. С таким восторгом, что комментировать фантастическую прозорливость её мага я побоялся. Ох уж эти фанатки, и как можно вестись на подобную чушь?.. Стесняюсь спросить, а людей в интернете этот магистр тоже чудом находит? Особенно с таким папашей, как у меня?

— Яна, экстрасенсы и прочее — это конечно хорошо, но причём здесь я? Я вообще с этими… импровизаторами никогда не связывался и не горю желанием. Что за ерунда с фотографией, поисками? Почему мною вдруг заинтересовались совершенно посторонние люди? — блин, как будто ребёнку объясняю. Типа: солнышко, я понимаю, что папина дрель красивая и жужжит, но давай лучше положим её на место?..

На лице девушки проступила мрачная решимость. Похоже, сейчас будет шоу.

— Дослушай меня до конца! Магистр тебя заметил, потому что ты обладаешь… — она запнулась, поймав мой взгляд, и демонстративно закатила глаза, — и прекрати на меня так смотреть! Мой магистр не ошибается! Ты с ним в субботу в клубе встречался?

Хм, а вот этот поворот мне не нравится. Потому что только высшие силы знают, с кем я встречался в клубе.

— Высшие силы не знают, — снизошли оные, — у меня что, по-твоему, память резиновая? Ты с половиной клуба за руку поздоровался, а со второй половиной потом перезнакомился. Я ненавидеть тебя за тот вечер устала!

Да, вполне в моём духе. Стоит выпить, и я становлюсь гиперобщительным.

— Честно, не помню, — грустно признался я, — ну и что там наябедничал твой магистр? Кстати, у него имя есть или оно не для простых смертных?

Чайник закипел окончательно.

— Прекрати издеваться! — и чуть-чуть жалобно. — Ну почему ты так относишься? Я ведь не хамлю, не ругаюсь. Можно сравнять людей с грязью и часть из них обязательно промолчит. Но одна фраза про магию, про экстрасенсов — и все сразу поднимут на смех. Наслаждаются будто, что они умнее тебя, самоутверждаются. А я хочу верить. Умом понимаю, что магии не существует, но всё равно хочу! Неужели нельзя отнестись к этому спокойно?

— Секта вряд ли сделает тебя счастливой. Я не учу жить, просто как факт.

— Это не секта, — топнув ногой, отозвалась девушка.

— Это секта, — мягко, но категорично отрезал я.

— Ну и хрен с ней. Пусть! Для меня это ребята, с которыми можно поболтать о чём-то мистическом, паранормальном. Волшебном. А одноклассники — идиоты!..

— Почему?

— Потому что когда я попробовала поговорить с ними о магии, они послали меня смотреть фей Винкс! — она красноречиво зашмыгала носом: — Неужели я похожа на любительницу ванильных мультиков?!

Я с неодобрением покачал головой. Ну точно дети. Среди моих ровесников такие предпочтения считались обычным делом. Девчонки не раз обсуждали популярную ныне Битву Экстрасенсов или сериалы типа Сверхъестественного. И не дай Бог тебя угораздит сказать какую-нибудь гадость про всеобщего любимчика! Запинают в секунду, мявкнуть не успеешь.

— Ян, ты никуда не спешишь? — осведомился я. Стоять на одном месте мне порядком надоело. И девчонку нужно отвлечь, вон уже плакать навострилась.

— А? — она мило захлопала ресницами: — В Магнит иду, бабушка просила купить молоко и кашу… Ой, совсем забыла! Узнала тебя и всё из головы вылетело. Она же волнуется, наверное.

Мордашка такая потерянная-потерянная стала. Бабушке не помогла, меня не уговорила — провал по всем флангам. Посмеиваясь, я предложил:

— Замечательно, мне тоже в магазин надо. Давай пройдёмся, а то я ужасно голодный с утра.

Зеленоглазка аж просияла после моей фразы. Уцепилась за предложенный локоть и позволила направить себя к выходу с аллеи.

— А разве тебе не делают завтрак? В нашей семье это — святое. Мама и бабушка постоянно следят за тем, чтобы все поели, — весело поделилась Яна. Одноклассники были забыты. Впрочем, оно и к лучшему. В жизни найдутся куда более стоящие причины для переживаний.

— Тебе можно позавидовать, — отозвался я, — увы, утром мне готовить некому. Я сам себе повар.

— Да? А я вот думала, что мальчишки и кухня — это две несовместимые вещи.

Не выдержав, я громко расхохотался.

— Ну почему, когда мы хотим есть — очень даже совместимые! — девчонка прыснула, а я продолжил. — Ладно, подловила — к плите меня лучше не подпускать. Домработница вообще полагает, что у меня кулинарный антиталант.

Девчонка с наигранным уважением кивнула, но тему не оставила:

— У вас есть домработница? А зачем?

Захотелось фыркнуть и отправить её смотреть фильмы про «тяжелую» долю богачей. Но смысл выпендриваться, если дело в другом?

— Я один живу. Папа в столице, а мама умерла… давно.

Привычная вязкая пауза, так надоевшая мне за долгие годы. Кажется, только Лёха не сорил словами, а подошёл и крепко обнял, вложив в это всё своё сочувствие.

— Извини, я бываю очень бестактной, — огорчённо произнесла Яна. Я махнул рукой:

— Ничего страшного. Моё великодушное высочество тебя прощает, — и отвесил ей шутливый поклон. Девушка картинно прикрыла рот ладошкой и хихикнула.

— Дим, с тобой так здорово общаться! Жалко, что наш орден тебе не подходит, — голос девушки стал немного грустным, — вот Лель недоволен будет…

— Кто?! — переспросил я, мысленно считая до пяти. Имя, сказанное ребятами, прочно въелось в память. Черт побери, не бывает таких совпадений!

— Лель, — с придыханием повторила Яна, — главный магистр, который заметил у тебя магические способности. Это его прозвище, а имя он никому не говорит. Вроде «Лель» в славянской мифологии — бог любви, но я точно не помню.

Любви, значит. Эта скотина, которая мутит воду, ещё и бог любви. Прелестно. Что, пастушок из пьесы Островского не устроил его социальной планкой?

— Я прямо жажду вступить в твой орден, — мрачно заявил начинающий сектант в моём лице. — Кстати, а можно прийти с другом?

У Яны отвисла челюсть. У инстинкта самосохранения — тоже. Причём последний, в отличие от девушки, молчать не спешил. Картинки меня, утыканного ручками как дикобраза, будоражили разум первые несколько секунд. Брось, ну не убьёт же меня Лёха. Надеюсь, ему дорога наша крепкая дружба. Правда, сообщать новость о секте парню лучше в присутствии Наты. Кровавых расправ перед своей девушкой он устраивать не станет.

Помощь друга действительно могла мне пригодиться. Лёха неплохо разбирался в психологии разного рода мошенников и обладал почти собачьим чутьём. Его интуиция порой составляла конкуренцию опытным детективам. Думаю, лет через десять из него получится настоящий сыщик.

Увлёкшись, я пропустил довольно забавную реакцию Яны на мои слова. Девушка подняла палец вверх, пытаясь меня упрекнуть, но глянула на ехидную улыбку и сдалась.

— Дима, — собралась она, — я же вижу, что ты мне не веришь. А приходить ради насмешек и подколов… Давай ты будешь выше этого?

— Ян, я обещаю, что мы будем вести себя тихо. Только не нужно делать на нас лишнего акцента. Мы придём, послушаем твоего магистра и уйдём. Окей?

От столь вкрадчивого тона Ната встала бы в боевую стойку, а девчонка съела и не поморщилась. Хотя, что мне не нравится, нашим же легче.

Обговорив место встречи, мы расстались почти друзьями. Но лавируя между полок в магазине, я вспомнил, что так и не уточнил про свои «особые» способности. Впрочем, какая разница, чего он там насочинял?..

Глава 3

Лёша и Ната

Ната проснулась, когда тёплое и уютное тело выскользнуло из её рук. Лишившись грелки, девушка недовольно завозилась и открыла глаза.

— Ты куда? — сонно спросила она, разглядывая своего полуодетого парня.

Лёша мягко провёл по её волосам и шепнул на ушко:

— Схожу, куплю что-нибудь на завтрак. Ты спи, рано ещё.

— Угу…

И ушёл. Ната проводила его взглядом и откинулась на подушки. С одной стороны, было грустно, но с другой — встать в шесть утра было выше её сил. Под расслабляющий шум воды она быстро заснула вновь.

А дальше день неспешно обрастал звуками. Загудел лифт, и хрупкую тишину комнаты разбило многочисленное хлопанье дверей и топот ног. «Чёрт бы побрал эти тонкие стены», — раздражённо подумала девушка. Вдобавок сквозь плотные шторы к ней на постель пробрался первый солнечный лучик. Яркий свет коснулся лица, и вконец озлобленная Ната показала окну средний палец. Удивительно, но это ей не помогло.

Тогда свернувшись в клубочек, она дала волю воображению. Мысли закрутились вокруг симпатичного молодого парня, стоявшего сейчас в душе. Закрытые глаза, запрокинутая навстречу воде голова, пронырливые струйки по сильному телу. Она плотоядно облизнулась. Фантазия на редкость расшалилась, напомнив Нате, что вечер, мягко говоря, прошел зря. И зачем только она упомянула эту проклятую задачу по алгебре?.. Знала ведь, что её парню-ботанику нельзя говорить об учёбу, особенно в те моменты, когда они оставались наедине. Целый вечер споров, объяснений и попыток найти решение. Поставив точку в задании, ребята обнаружили, что время перевалило за полночь. О близости, ясное дело, речи не шло — они даже не смогли заставить себя раздеться.

Тут девушка удивлённо провела рукой по животу и груди. Она точно помнила, что засыпала в водолазке и джинсах. Выходит, он успел её переодеть? Кажется, парень пожертвовал одну из своих футболок. Мог бы и разбудить…

Наверное, она снова задремала, потому что не слышала ни шагов, ни громкого: «Ната, вставай!» Лёша аккуратно потряс девушку за плечо и уже гораздо спокойней повторил ненавистную фразу. Пришлось распахнуть глаза.

— Не хочу! — капризным тоном отозвалась его подруга и поглубже зарылась в одеяло.

— Давай, давай. Нат, не включай девочку, иначе мы в школу опоздаем, — а, ну да, школа в приоритете. Хоть бы будил не так топорно. Подошёл, поцеловал, «с добрым утром» сказал. Вот мало женщинам для счастья надо — а им и этого жалко! Нет, долбит как попугай — вставай, вставай!

— Натка, — парень присел к ней на постель, — иди в душ и будем завтракать. Я булочки принёс…

— Лёша-а, — в ответ простонала девушка — до школы ещё полтора часа! Какого демона ты будишь меня так рано?! Ещё сорок минут как минимум можно спать!

Он только хмыкнул:

— Знаю я твои быстрые сборы. Голова сырая, не поела, тетрадку забыла, бежала — либо ногу подвернула, либо каблук сломала. Нет, соня моя, просыпайся.

Ната демонстративно отвернулась, но парень и не думал сдаваться. Подошёл к окну, раздвинул шторы и с улыбкой перехватил брошенную в него подушку. Затем принялся стягивать с девушки одеяло. Ёе мягкое, уютное, нагретое одеялко! Спустя секунду он добрался и до подруги: пальцы сомкнулись на лодыжке девушки и Лёша медленно, растягивая удовольствие, потянул её на себя. Гневная тирада, готовая сорваться с языка Наты, превратилась в пронзительный визг. А этот гад только скалился! Тем не менее, Лёша очень аккуратно поймал её у края кровати и поставил на пол. Потом развернул к выходу и со шлепком по попе направил вперёд. Девушка бросила на него разъярённый взгляд, который тут же сменился проказливой улыбочкой. Ритмично покачивая бёдрами, Ната послушно устремилась в ванную, на ходу стягивая футболку. Ничего, пусть любимый жаворонок ещё раз в душ сбегает!

После купания девушка повернула на кухню и с сожалением отметила полный «дзен» на лице молодого человека, допивающего кофе. Впрочем, очки с тонкими дужками скрывали от неё глаза парня, а, следовательно, и немалую часть его настроя. Она села напротив Лёши и удивлённо глянула на тумбочку за его спиной.

— Вы что-то празднуйте? — поинтересовалась девушка, рассматривая торт в круглой коробке. От желания сладкого разыгрался аппетит, и она с упоением откусила от манящей слойки. Выпечка и правда была свежей — и где он только ухитрился купить её так рано?..

— Нет. Это Диме, — ответил парень и Ната закашлялась.

— Эй, с чего ему такая радость? Я тоже хочу торт! — возмутилась девушка и ожидаемо подавилась. Лёша вмиг оказался рядом и легонько хлопнул её по спине.

— Не волнуйся, маленькая жадина. Если он сдержит своё обещание и придёт сегодня в школу — приглашаю вас вечером на чай. А если нет — так и быть, отдам тебе на растерзание. У нас воспитательный процесс, — со смешком пояснил он подруге.

— Аа-а. Я приду, конечно. Постой, ты из-за Димы увлёкся книгами по воспитанию детей? — уточнила девушка, потому что с недавних пор круг чтения её математика начал серьёзно беспокоить. Причём до такой степени, что Ната решила и сама заботиться о контрацепции. Хотя, что и говорить, из-за постоянного бдения её родителей, пресловутый «интим» у них случался не часто. Ната была дочерью состоятельного депутата — естественно, отец желал найти для неё жениха побогаче. Мать-домохозяйка полностью поддерживала его идею, но на девушку не давила. Родители надеялись, что из двух друзей дочка выберет богатого наследника Диму, а вовсе не сына мента и докторши. Но ко второму другу Ната относилась почти как к брату. И знала, что это взаимно. Причём даже исчезни Лёша из её жизни, встречаться с Димкой она всё равно бы не стала. В плане общения «мужчина-женщина» они друг другу просто не подходили.

— Мне кажется, его поздновато учить, — расхохотался её вредный парень, — но знаешь, ты в чём-то права. Приёмы из книжек на него реально действуют. Когда я написал ему вчера, что нашёл его обожаемый торт, мне сразу отчитались, что задачи по вчерашнему тесту из фоток решены, и он стопроцентно придёт завтра в школу.

— Эх, плакал мой тортик, — с притворной грустью отметила девушка, вспоминая Димин энтузиазм по поводу сладкого. Увлекающаяся натура — и сам шоколадки килограммами трескает, и от угощения не отказывается. Вообще единственный парень, которому всегда есть что подарить. Причём он точно будет рад. И не понятно, то ли ему гормона счастья не хватает, то ли умственная деятельность требует. Но с другой стороны — она перевела взгляд на Лёшу — этого тоже от каких-нибудь хитроумных задачек не оттащишь, а сладкое он на дух не переносит. И тут Ната спохватилась:

— Стой, а зачем тебе детское воспитание тогда?

Лёша прислонился спиной к кухонной тумбе и весело ответил:

— У родителей пополнение намечается, представляешь? Сам неделю назад узнал, всё хотел с вами поделиться.

— Ого! Поздравляю! — подпрыгнула девушка, — и чего ты молчал? Какой месяц уже? И известно, кто — девочка или мальчик?

— Пока ещё нет, мама только на третьем месяце, — разулыбался парень, — родители очень просили не болтать в школе, боятся сглазить. Вот я и ждал, когда мы вместе встретимся. Надеюсь, будет девочка.

— Понятно… Ой, ты сестрёнку хочешь? — изумилась Ната.

— Ну да. Наводился уже с младшей группой на тренировке. Теперь чтобы отвлечься от учёбы, читаю литературу по детям. Кстати, а ты о чём подумала?

Он пристально глянул на неё поверх очков, и девушка смутилась. Это же Лёша, он никак не запланирует ребёнка в восемнадцать лет.

— Ни о чём, просто странным показалось… И ты собрался воспитанием заняться?

— Возможно, если удастся отобрать мелкого у родителей. Маме же сказали однажды, что детей у неё больше не будет. Они с отцом даже помолодели немного, оба в предвкушении. Ладно, Нат, нам одеваться пора. Ты поела?

Девушка посмотрела на часы и фыркнула:

— Лёш, ты параноик. Сейчас семь, а до школы мы за пятнадцать минут доберёмся. И вообще… — она игриво погладила кончики волос, — может, мы наверстаем… упущенное за ночь?

Невинное хлопанье ресниц и шаловливый язык, медленно проводящий по губам. За два года отношений Ната успешно разведала все его слабые места. Сразу вспомнилось то дефилирование у кровати, и попытки переодеть её ночью. Честно признать, поцелуев и лишних движений руками там было несоизмеримо больше, чем механического стягивания одежды. Но разбудить уставшую подругу парень не решился.

— Нет. Нат, мы точно не уложимся за полчаса, а опаздывать я не хочу. И мне бы с Димой парой слов перекинуться перед уроками.

Расстроенный и колючий ёжик в лице его девушки выдал язвительное:

— Иногда мне кажется, что ты школу и Диму любишь сильнее, чем меня. Поразительно, что ты с ними до сих пор не спишь! Может, пора сменить приоритеты?

У Лёши вопросительно поднялась бровь. В голове парня крутились два варианта: либо это минутное недовольство, которое скоро пройдёт, либо девушка созрела для новой ссоры. Второе — малоприятная перспектива. Обижалась Ната редко, но за это время ухитрялась выжать его по полной. Игнорировала, строила глазки другим ребятам и постоянно заставляла чувствовать себя виноватым. Лучше бы истерики, право слово. Равнодушного к упрёкам парня мучила совесть, когда его подруга маялась с очередной задачей, или ревность, когда она, пусть и на публику, флиртовала с мальчиками из класса. Отказ в ласке тоже не проходил для молодого организма бесследно. Поэтому Лёша старался всеми способами избежать скандала. Но чаще эффект получался обратным.

— Нат, — осторожно начал парень, — ну не злись, пожалуйста. Я должен вытащить Димку из этой ямы. Иначе грош мне цена как другу. А насчёт нас… Прости, но заниматься сексом в спешке, без настроения — вряд ли хорошая идея.

— Без настроения? — обманчиво нежный голос подруги показал, что статистика, к сожалению, не врёт: — У тебя ещё и нет настроения со мной спать?! Да иди ты к чёрту!

Резко отодвинув стул, девушка со всей дури долбанула им об пол и вылетела из кухни. С горьким вздохом Лёша поднял ни в чём неповинную мебель и по привычке убрал посуду в раковину. До зуда в коленках хотелось проверить, не ушла ли Ната, но парень сдержался и заставил себя ополоснуть тарелки. И как у лучшего друга получается очаровывать девушек одной мастерски подобранной фразой? Негласная наука, блин. Вот что он сделал не так? С задачей помог, сладкое к кофе раздобыл, на слезливую мелодраму согласился пойти. И чего она упёрлсь в эту близость, да ещё и перед школой? Мысли о неминуемом опоздании мгновенно выключат его из процесса. А лохануться перед любимой тоже не особо хочется.

Через пару минут парень уныло осознал: надо идти мириться. Если девушка не сбежала сразу, значит шанс есть. Это была проверенная временем истина. Главное, не дать разгореться новому скандалу. В такие моменты старшеклассник ощущал себя сапёром. Путь от кухни до комнаты он проделал почти не дыша. Пушистый ворс ковра заглушил звук шагов, и Лёша с удивлением обнаружил Нату в своей кровати. Развалившись поверх одеяла, его девушка сладко спала. Видимо, она долго ёрзала — футболка задралась и обнажила плоский животик. Тяжёлый взгляд парня задержался упругой грудии опустился вниз, на серебристую штучку в пупке. Самообладание плавно давало трещину. Этот блестящий цветок заводил его не хуже афродизиака. Лёша медленно обвёл пальцем контур прохладного металла и наклонился к шее девушки. И тут казалось бы спящая подруга неожиданно вцепилась в него и рывком потянула на себя. По инерции он стал заваливаться вниз, с ужасом понимая, что сейчас рухнет прямо на своё недальновидное сокровище. В последний момент парень успел спружинить на локтях и оказаться в сантиметре от довольной мордочки. Получив примирительный поцелуй в щёку, он укоризненно покачал головой. Ну уж нет. После таких потрясений ему нужен был более продолжительный релакс.

— Мартовская кошка, — обличительно произнёс Лёша после паузы. Его губы спустились ниже, к шее девушки, а затем кончик языка проложил дорожку к соблазнительно вздымающейся груди.

— Майский кот, — простонала Ната, — у тебя же не было настроения?

…В итоге «полчаса» планомерно растянулись на два… или три?

Дима

События последних дней отрицательно сказались на сне — из-за избытка впечатления я долго не мог уснуть. Уже под утро мне привиделся кошмарик с зомби, от которого я отмахнулся одним ударом. Несколько секунд он смотрел на меня, а затем вытащил из разбитой витрины стол и предложил выпить. На мой вопрос: «а по какому поводу?», он хрюкнул и выдал: «да попал ты, парень! Вот зачем ты с этой бабой связался? Зачем, только жизнь свою к чертям похерил!». И продолжил раскладывать закуску. Я философски наблюдал эту картину. Кажется, в моём хоррор-фильме что-то пошло не так. Но мне нравится.

Видимо, мозг решил, что хорошего понемножку и перенёс меня обратно в комнату. Так, градус страха резко повысился. Ожидая подвоха, я перевернулся на спину и вздрогнул, когда на меня упала тень. Рыженькая… Стройная синеглазая девушка сидела у моей постели и гладила по волосам. Ты… Те же черты лица, те же попытки сдержать улыбку. Пальцы с короткими ноготками, перебирающие пряди. Ты… Я тебя помню. Тебя нет уже почти год…

Глубокий вдох как перед нырянием, и я просыпаюсь. Песня на будильнике успела дойти до припева, но мой телефон — парень упёртый. От того образа, что стоит перед глазами, я пытаюсь избавиться. И без того день предстоит сложный. Подтягиваюсь и неохотно приоткрываю один глаз. И как заору!

— Твою мать! — единственное, что смог выдать мой офигевший разум. Не удержавшись, я скатился с кровати и неслабо приложился спинкой об пол. Ё-моё, там же синяк!

— Ты всегда с утра такой буйный? — донеслось откуда-то сверху, и я перестал орать. Озадаченно посмотрел на говорившую и сделал вывод, что мне, в общем-то, и в кошмаре было неплохо.

— Ана? — с подозрением уточнил я, медленно выпрямляя спину. Надеюсь, дополнительных духов в моей жизни не предвидится? Кстати, Аной я назвал её сам — оказалось, что у «совести» не было даже имени. Предложенное мною пришлось ей по душе. На том и порешили.

— Да? — откликнулась нечисть, и я облегчённо выдохнул. — Что случилось?

Не торопясь с ответом, я обошёл её по кругу, разглядывая с разных сторон. Интересненько. Фигурой — обычная девушка, только вместо ног у неё была воздушная воронка, как у джиннов. Одеждой Ане служила бесформенная роба с широкими рукавами и капюшоном. В центре платья была вышита ажурная завитушка с непонятными символами. Когда я попытался разобрать их — нечисть шарахнулась от меня и улетела на другой конец комнаты. Ну и ладно, не больно-то и хотелось. Лицо совести прятала вычурная, словно приклеенная, маска. Акульи зубки демонстрировали остро заточенный ряд. Словом, увидеть эту рожицу с оскаленным ртом и шевелящимися волосами спросонья — удовольствие ниже среднего. А так ничего, почти экзотика.

— Ты меня видишь?! — судя по гневному взгляду, меня уже сварили в котле и расчленили на части. Брр, сам поёжился от своей фантазии. Но если честно, такая политика партий меня более чем устраивала. Слышать — это одно, а видеть собственными глазами — это… Писец, это лечится?..

Я опустился на подиум, оделяющий кровать от стола, и бессильно сжал виски руками. Вот тебе и травка с «недолгим эффектом». Я до того загрузился, что даже не заметил девушку, которая присела рядом и нервно запричитала.

— Димочка, солнышко… на закате, зайка… ага, серенький под два метра ростом. Как его обозвать-то? Хм… осьминожек? Вечно свои тентакли куда-нибудь тянет… Ага! Димочка, осьминожек, ну не плачь, всё будет хорошо, тётя тебя не съест.

Всё, товарищи, я в нокауте. Перенапряжение плавно выливается в истерический смех. Меня уже не отпускает. Обескураженная мордашка нечисти немного прочищает сознание, но до полного выздоровления ещё далеко. И пользуясь её ступором, я продолжаю ржать.

— Твою мать!!! — наверно, это фраза станет моей коронной. А как ещё реагировать на поток холодной воды, попавшей на голое тело?! Я сама цензурность здесь!

— Ана!!!

Девушка повертела кружку в руках и с укором добавила:

— Истеричка.

— Осьминожек?!

Она смутилась и повела плечами. В её бормотание я разобрал: «что не надо так он слышит» и «чем ему осьминоги не угодили?»

— Ана?!

— Ну, ладно-ладно. Просто ты вёл себя очень неадекватно. Я испугалась.

Настала моя очередь закатывать глаза. Как мило с её стороны. Мой сарказм в восторге. Стоп!

— Как ты смогла вылить на меня воду? — изумлённо поинтересовался я, указывая на кружку. Нечисть аккуратно переложила её мне в ладони. На мой удивлённый взгляд она ответила так:

— Чтобы энергия не тратилась.

— Энергия?

— Да. Я обладаю некоторыми способностями. С предметами взаимодействовать могу, например. Но ограниченное время. А люди мне вообще не доступны.

Я нахмурился: сказанное ею не укладывалось в рамки моих представлений о духах.

— Но ты же вроде как призрак?

— По ГОСТу правильней — дух, — Ана поучительно подняла вверх палец, — но я особый дух. Разве я не рассказывала тебе вчера?

— Вчера ты смылась от меня со скоростью света. А между прочим, обещала с готовкой помочь, — я достал из шкафа полотенце и принялся вытирать голову. Ана хотела что-то добавить, но вспомнила, кто прав, и снова смутилась.

— Зато я испекла тебе блинчики, — разулыбалась она. Ого! Это совершенно меняет дело. М-м-м, а я-то думал, что за обалденный запах в комнате. Мысли о еде мгновенно вытеснили все остальные.

— Тогда вперёд! — я уверенным шагом отправился на кухню. За моей спиной ехидно хихикала Ана. Даже не надейся, поганка, я о тебе не забыл. Пора уже окончательно разобраться с этим дурдомом.

К моей радости, блинчиками нечисть не ограничилась. На столе также стоял мой любимый чай, салат и варёная сгущёнка. Я сходу отщипнул от блина и больно получил ложкой по лапам. Ана красноречивым жестом указала на стул. Я покорно сел, но и у меня запаса ехидности хватало.

— Спасибо, мамочка! — сказал и вдруг сам ощутил досаду. За мной давно никто не ухаживал. Моя обожаемая няня умерла два года назад — подвело сердце, и с тех пор я жил один. Любые другие «няни», присылаемые отцом, казались мне врагами, претендующими на святое место моей второй бабушки. Папе пришлось смириться.

— Пожалуйста, сыночка! — вернула подколку нечисть. Разум аж крякнул от подобного обращения.

— У всех совесть как совесть, а меня бубонная чума средних веков, — в полголоса пробурчал я, принимаясь за сгущёнку. Но Ана тоже на слух не жаловалась.

— Слушай, начинающий грешник, ты вообще на что рассчитывал? Феи-цветочницы только невинным девицам положены. А ты… — меня провокационно оглядели с головы до ног, — и не девица, и не невинный.

— А почему нет? — намекая на последнее, полюбопытствовал я. И получил:

— Ты глаза свои бесстыжие в зеркале видел? Тут даже вопросов задавать не надо, и так ясно!

Я картинно закатил «бесстыжие» глаза, но спорить не стал. И вообще, что за дискриминация?! Парни тоже хотят фей! Желательно длинноногих, с модельной внешностью…

Мне показали комбинацию из трёх пальцев. Везде облом, блин.

— А знаешь, что самое прикольное в том, что я — дух? — как ни в чём не бывало, продолжила Ана. Уголки губ девушки выразительно подрагивали. Понятно, мне сейчас опять скажут гадость.

— Ну и? — я решил не гадать. В конце концов, я же не знаю всех нюансов. Фишки духа, вроде чтения мыслей или умения двигать предметы, вряд ли компенсируют ей призрачное состояние. В моём понимании, конечно.

— Я могу издеваться над тобой как захочу, а ты ничего, ничегошеньки не сможешь мне сделать, — вкрадчиво произнесла нечисть, — правда, здорово?

Я перестал жевать и посмотрел на Ану. Её торчащий из маски носик аж подрагивал от удовольствия. Занятно. В этот момент она безумно кого-то напоминала. Я даже прикинул — кого, но нужный человек на ум не шёл. Зато ответ для бестелесной вредины нашёлся.

Придвинув к себе телефон, я открыл интернет и громко сказал:

— Окей, Гугл, обряды по изгнанию бесов.

Но пройтись по результатам мне не дали — нечисть сцапала мобильный и переложила на край стола.

— Дурак! Я же не серьёзно! А он… Спасай неблагодарных людишек после этого!

— Да зачем меня спасать?! — не выдержал я, — ты второй раз говоришь о каком-то спасении. Объясни мне, что происходит!

Если закрыть глаза и представить, что духи существуют, я ещё могу воспринимать Ану как должное. Однако рано или поздно вылезет диссонанс, который поставит вопрос ребром: я отдаю себе отчёт, что разговариваю с непонятно чем, чье существование не доказано наукой?.. И сколько ещё я смогу абстрагироваться и делать вид, что с моей головой всё в порядке? Так и до психушки не далеко.

Вот только нечисть не спешила мне отвечать. Кажется, она сомневалась — внутренние противоречия отчётливо отражались на её лице.

— Ты не должен меня видеть, — задумчиво выдала она. Сказано это было в воздух, как мысль вслух, но я всё равно среагировал:

— Почему?

— Обычные люди не чувствуют духов. Никак, — акцент на слове «обычные». Всё чуднее и чуднее.

— А есть не обычные?

Ана по-бабски приложила ладони к щекам и снова замолчала. Я ждал.

— Ладно, — наконец отмерла девушка, — мы пойдём другим путём. Судьба человека, она… предопределена свыше. Но только в общих чертах. Все разветвления мы выбираем сами. Тот же универ, место работы, хобби… Судьба — это лишь общий «скелетный» план. Её суть в том, чтоб люди тем или иным способом прошли узлы, «ключевые точки» жизни. Эти точки — определяющие. От них зависит то, что будет дальше. В большинстве своём люди проходят их, успешно или нет, но проходят. Но есть такие уникумы, которые «спорят» с судьбой. Под влиянием обстоятельств они формируют свой узел. А появление неучтённых узлов как бы обнуляет дорогу жизни, понимаешь? Это коренным образом переворачивает их судьбу. Если они преодолевают сотворённый рубеж, их нить появляется вновь. Не факт, что такой, как раньше, но она непременно «вплетается» в общее полотно. Но львиная доля «спорящих» просто напросто погибает.

— И какое отношение это имеет ко мне? Я что… должен умереть?

— Да, — легко ответила Ана, — сядь, Дима. Ты не дослушал.

Смешок вышел подозрительно нервным и нечисть, прищурившись, посмотрела на меня с вызовом. Мол, всё, скис?.. Я бы и съязвил, но что-то мешало.

— Но судьбе не выгодна смерть таких людей, — продолжила она, — это как взять и прожечь дырку в платье — надо по новому распределять все связи. Поэтому… боги стремятся спасти оступившегося человека. И этим они убивают двух зайцев.

— Ты — второй? — перебил, уж слишком велико было желание. Ана на зайца поморщилась, но согласилась.

— Я — душа человека, который творил зло. Собственно, мой внешний облик намекает на это. Но я — неоднозначно плохой человек и могу претендовать на… лучшее посмертие для своей души. И тогда заключается своего рода договор, по которому дух обязуется спасать подобных тебе людей в течение года после смерти. Если все останутся живы, то дух получит свои плюшки. Так что не бойся, у меня ещё никто не умирал!

Жизнеутвержаемость последней фразы отчего-то заставила вздрогнуть. Но количество вопросов ничуть не снизилось.

— То есть ты уже спасала… мне подобных?

Многочисленное кивание. Ясненько.

— Окей, а причины? Почему появляются «нехорошие» узлы? И какая смерть мне грозит?

— Насчёт причин. Теоретически, их уйма. Спонтанные желания, моральные накручивания, резкая смена обстановки или следствие влияния другого человека. В твоём случае действует как раз последнее. Кто-то более весомый в плане жизни стал автором события, задевшего эхом и тебя. Грубо говоря, из чётко отлаженных нитей тебе сотворили клубок, в котором ты потерялся. Естественно, не специально, а то побежишь сейчас искать врагов народа!

— Но я знаком с этим человеком? — полувопрос, полуутверждение.

— Конечно. Но я повторюсь, что он, скорее всего, даже не думал причинять тебе вред. Что касается смерти, то тут, увы, информации нет совсем. Одна Рейлин знает, что случится. Ещё?..

— Кем ты была в прошлой жизни? — о, любопытство проснулось. Всё, я очухался. Есть над чем поразмыслить теперь, но загонять себя в угол не вижу смысла. Разберёмся.

— Да чёрт его знает, — легкомысленно отмахнулась нечисть. Но вроде не соврала.

— Что за особенные люди?

О! На этом месте Ана заюлила. Покрутила головой и задержала взгляд на часах. Я тоже посмотрел. Ё-моё, мой торт пропадает! Я же опаздываю!

Глава 4

Моя школа представляла собой четырёхэтажное, современное здание сине-зелёного цвета. По новым правилам безопасности её окружала высокая, чугунная стена с плечистыми охранниками у входа. В пятом классе мы их чурались, а в одиннадцатом уже здоровались за руку. Надо сказать, мужики своё дело знали — отгоняли подозрительных типов, разнимали спорщиков и быстро вычисляли воров, если такие вдруг появлялись. Благодаря этому наша школа считалась одной из самых безопасных в городе. Лет пять назад отец предложил мне перейти с другую, частную, с пятью звёздочками престижа и негласной ученической демократией. Преподаватели там менялись со скоростью света, либо не выдержав характер обучаемых, либо не угодив им же. В нашем физмат лицее хоть бы половину учителей можно было назвать адекватными. Тем более за годы моего обучения отец переделал в нашей школе практически всё. С его подачи мэрия раскошелилась на капитальный ремонт и стеклопакеты, построила шикарное крыльцо и обновила асфальт на территории. Потом вместе с подхватившими инициативу родителями папа закупил невиданные по тем меркам интерактивные доски и новый инвентарь для спортзала. Представительная охрана также была его идеей. Словом, после всех отцовских ухищрений менять школу мне стало как-то не с руки. И я продолжил учиться, не обращая внимания на сплетни завистников. Со своим классом я в целом ладил, да и со многими учителями сложились приятельские отношения. Правда, новая учительница, которую сделали нашей классной, невзлюбила меня с первого взгляда. Я прочно считался тупым мальчиком-мажором, купившим себе пятёрочный аттестат, и разубедить её не смог даже директор. Миролюбивый и вежливый друг однажды во всеуслышание назвал классную помешанной маньячкой. Как ни странно, ему за это ничего не было. Ну что тут сказать, Лёха — любимчик дам нашей школы и обидеть его какой-то грымзе они не позволят.

Я честно терпел чужие насмешки, как бы больно они не кусали. Но доучиться без эксцессов мне не дал отец. Такой подножки с его стороны я просто не ожидал.

В школьных коридорах меня преследовал бурный ехидный шёпот. Но я был настолько поглощён разговором с Аной, что ничего не заметил. Очнулся только в классе, когда разозлившись, громко долбанул сумкой об парту. Все сразу развернулись ко мне.

— О, Дима!

— Привет!

— Явился, прогульщик?

— Ты выздоровел? Всё в порядке? — ну, тут надо уточнить, что халявил я действительно со справкой. Иногда понимающий знакомый врач — это очень здорово. Так что моя совесть перед школой была чиста.

— Привет всем. Да, чувствую себя замечательно, спасибо, Алис, — кивнул я девушке и удивлённо обнаружил пустое место рядом со своим, — слушай, а Лёха ещё не приходил? И Ната тоже?

В ответ мне она пожала плечами:

— Натка опоздает, наверное, а про Лёшу не знаю. Странно, он обычно предупреждает…

Ага, предупреждает. У него же вчера девушка с ночёвкой осталась, потому что родители в другой город уехали. У-у-у, развлекаются, гады, а я здесь один. Спать ночью надо и уроки не прогуливать! Царь недоволен.

— Кстати, тобой директор интересовался, — сообщил мне Даня, — сказал, как появишься, отправиться к нему.

Приехали, называется. Всё? Финита ля комедиа? Меня хотят оставить на второй год? Вряд ли, конечно, но теоретически… Чёрт, мне не нравится это «приглашение». Хотя если вспомнить, сколько контрольных точек я пропустил… Стопроцентно отрабатывать заставит.

Со вздохом подавив желание исчезнуть ещё на пару недель, я приготовился к уроку. Первой была биология — совершенно не «мой» предмет, и слушать его было скучно. Записывал я чисто машинально, полностью сосредоточившись на внутренних проблемах. Перед уроком Алиса шепнула мне потрясающую новость — моя бывшая подружка заболела и вернётся лишь на следующей неделе. Аллилуйя! Это примерно десять дней спокойной жизни. А то от её извинений и попыток «начать всё заново» мне хотелось убивать. Вот бы классная тоже куда-нибудь пропала! Впрочем, по вторникам у неё был выходной. После вчерашнего теста нам вообще всего три урока поставили — для раскачки самое оно.

А к директору сегодня я лучше не пойду. Разведаю у друга вечером, зачем я понадобился школьному начальству, и тогда буду что-то решать.

Третья дилемма была самая сложная. Ребята из клуба просили меня купить травку для новой вечеринки. Кажется, намечался чей-то день рождения. И вроде уже послезавтра. В таком случае договариваться о встрече придётся сразу после школы, к чему я был морально не готов. Причина? Вон, в воздухе летает и красноречивым жестом проводит себе по горлу. Я поёжился. Даёшь мысленную независимость, блин! Но именно сегодня Ана потратила всю свою энергию на блины и помешать мне не сможет.

— Я злопамятная, Дима. Очень злопамятная…

А то я не понял! И что? Командовать мной теперь: с этим не общайся, туда не ходи? Тем более, курить траву я лично не собирался. За глаза хватило прошлого раза. После субботнего праздника у меня до сих пор состояние естественной укуренности. Да, я действительно верю в то, что Ана существует, но… Объясните это с точки зрения логики, пожалуйста.

Проигнорировав раздражённо фырчащую нечисть, я скинул Егору смс-ку и включился в урок.

* * *

Стрелки наручных часов спешили к шести. Мир вокруг заливала майская жара, привычная, как маленький привет от лета перед затяжной неделей дождей. Я стащил с себя куртку и остался в одной футболке, но даже так в центре города было жарко. Перевести дух удалось только в тенистом прохладном лесу — небольшом островке природы посреди асфальта и многоэтажек. Раньше здесь располагался советский парк, а теперь остались только пешеходные дорожки по краям. Всё, что можно было продать, растащили, и парк пришёл в запустение. Именно в его глубине прятался старый покосившийся склад, где мы встречались с торговцем. Мы — это я и Вова, который должен был забрать травку к себе домой.

Ана, естественно, разобиделась и идти со мной отказалась. На душе скрипела унылая музыка. Я казался себе слабым и безвольным — ведь баловство с наркотиками уже потеряло для меня прежний драйв. Кто знает, до чего эти штуки способны довести.

В последний раз?..

Ветхое здание передо мной совершенно не внушало доверия. Внутри мы обнаружили двоих, самого Егора и, видно, другого покупателя. Торговец поманил нас рукой. Вовка ушёл платить за товар, а я принялся рассматривать склад. Как-то мрачновато. Нет, я не о здании, а о своём настроении. Мне вдруг стало стыдно, что я нахожусь здесь и общаюсь с этими людьми. Что со мной происходит… Минуточку! Это что там за тень на балке у крыши? Я медленно подошёл поближе. Тень дрогнула, обрела человеческие черты и неосторожно качнулась. Зря. Старая конструкция треснула и недоделанный ассасин с грохотом рухнул вниз. Слава богу, к дальнейшим разрушениям это ни привело, хотя здание обижено загудело. На секунду воцарилась тишина. Незнакомец пару раз громко чихнул и выбрался из-под завала обломков. Довольно быстро выбрался, но это немудрено — высота маленькая и он успел сгруппироваться в полёте. Ещё я понял, что сегодняшний вечер точно не обойдётся без трупов. Причём я сам прибью этого идиота!!!

— Ты кто такой?! — прорычал торговец и метнулся к парню. Но на его пути встал я. Думай, мозг, думай. Иначе зачем тебя столько лет развивали?

— Егор, тихо! Это я его позвал.

Мужик с чувством выматерился и нецензурно осведомился — зачем? Знать бы ещё самому, зачем!

— Проследить, чтобы ты мне что-то левое не подкинул. Ребята жаловались в прошлый раз, — Вова сделал больше глаза, мол, с чего они жаловались, но промолчал. Лёха тоже изображал рыбку: не дай Бог он что-нибудь ляпнет сейчас! Из него ж актёр как из моего папы праведник!

Неказистое лицо торговца заалело от злости:

— То есть, ты его шпионить за мной нанял, да?

Пфф, кому ты нужен.

— Егор, успокойся, б**ть, ты посмотри, какой из этого недомерка шпион! Он даже залезть толком не смог, тут же ёб***ся! Займитесь с Вованом товаром уже, я с ним разберусь и проверю всё!

И схватив Лёху за куртку, без разрешения вытащил того из склада. Вот тебе и дружеский вечер с тортиком!

— Ну и? — в полголоса потребовал я, когда мы завернули за угол. Лёшка занялся стряхиванием мусора с волос и одежды. На меня он старался не смотреть. Подобная игра в обиженного мне быстро надоела, и я за локоть развернул его к себе.

— Что ты здесь делаешь, твою мать?! — против его матери я, конечно, ничего не имел, но вот сыночка явно на мозги контузило. Лёша ощутимо ударил меня по руке, требуя отпустить. Всё, непременно подерёмся.

— Ты с ним заодно, значит? Тоже наркоту детям сбываешь? — прошипел он с такой злостью, что я аж отпрянул.

— Ка-кую наркоту? — удивлённо откликнулся я, на мгновение запнувшись. Сбываю детям?

— Да уж не марихуану!.. — на одном дыхании выпалил друг… Или не друг. Теперь я был не уверен, честно.

Внезапно Лёха замолчал, остекленевшими глазами глядя за мою спину. Я обернулся и тоже замер. В мою сторону смотрело дуло пистолета. И лишь потом нарисовался Егор, который криво ухмылялся.

— Ты заткнись, — он направил оружие на Лёшу, что парень втянул голову в плечи. Чего там, и меня за компанию пробрало, — а ты, — мах пистолетом ко мне. Я отшатнулся: — Свалил отсюда!

Я не двинулся. Торговец ловко отстранил меня от друга, и попытался отпихнуть пинком в живот. Частично выполнить задуманное ему удалось: уходя от удара, я отпрыгнул назад. Пока выравнивался, он выстрелил мне под ноги! Краем глаза я увидел, как дернулся друг, но к его виску этот гад сразу приложил пистолет. А я не разгибаясь, продолжал буравить взглядом аккуратную ямку у кроссовок. Сердце заходилось как бешенное. В меня никогда в жизни не стреляли…

— Понял, малявка, что с тобой будет? Только попробуй пикнуть кому-нибудь — прикопаю в этом лесочке, рядом с ментовским щенком. Что знакомы, да? Друганы небось, так на его защиту ринулся, а, Дима? Я даже не врубился сначала, мастерски ты меня с толку сбил! Но мне лишние трупы не к чему. Или друган тебе успел что-то про дела рассказать? Нет? Ну и вали быстрее, кролик, иначе ухи оборву, — заржал он.

Трупы ему ни к чему, как же. Понимает ведь, что если сдохну, то он не жилец. Отец обязательно узнает, а у него круг друзей широкий — от высокопоставленных полисменов до бандитов, простому наркодилеру с ним не тягаться. Но вот Лёха влез по самые «ухи». Куда его отец смотрел, блин!

Продолжая держать на прицеле белого как мел парня, Егор стал подталкивать его в лес. Я лихорадочно думал, что бы сотворить. Ясное дело, если дать ему увести друга вглубь, то он уже не вернётся. Сам Леша, кажется, был в шоке — как и я поначалу, но к моей голове никто не прижимал пистолет. Надо что-то делать, надо!..

Друг обернулся ко мне с тем же пустым взглядом, и я сорвался. Нагнулся и подхватил с земли три маленьких камушка — щебёнку, первой попавшую в руки. Камни запачкали ладонь грязью и серой пылью. Когда друг снова повернулся, я жестом показал ему уходить вниз, из-под выстрела, если он последует. Но Егор обнаружил наши переглядки. Не давая ему одуматься, я бросил камни в его голову. Лёшка упал на землю и перекатился за дерево. Беги же, придурок! Но высматривая друга, я слишком уверовал в собственную безопасность и поздно осознал, что торговец целится прямо в меня.

— Дима!!! — истерично заорал Лёха.

И всё-таки я успел… На долю секунды, но успел. Друг предупредил меня раньше, чем грянул выстрел. Отчётливый свист над макушкой заложил уши. Даже толком не понимая, жив ли или уже умер, я тоже нырнул за деревья. У моих ног взорвалась ямка. Я опасливо поджал конечности и вскочил. Лёха должен был убежать отсюда, пока в меня стреляли. Но чёрт с ним, инстинкт самосохранения требовал одного — линять быстрее! Я рванул из последних сил. Адреналин подстёгивал тело, помогая перепрыгивать через корни и уклоняться от веток. Хорошо, что тропка не была дикой и явно куда-то вела. Новый выстрел огнём отдался в голове, и я прибавил скорости. Дыхание почти сорвалось, а лес всё не кончался. Что за магия, он в длину не более трёх километров! Где-то спустя метров сто ко мне выпрыгнул Лёха, который вообще будто бы не бежал. Он дышал так спокойно и ровно, что захотелось его стукнуть.

— Держись, — кратко сказал он и сжал моё запястье. Оставшуюся часть дороги он практически тащил меня за собой. Но ура, через просвет мы выпали к незнакомой остановке. И змейками юркнули в отъезжающий троллейбус. Офигели все — и народ на остановке, и люди в транспорте. Мы примостились у заднего окна. Лёха отпустил мою руку и вцепился в поручень, а я с тихим хихиканьем сполз на пол. Подошедшей грозной кондукторше я протянул деньги из кармана и с дебильной улыбкой сказал:

— А в нас только что стреляли, представляете?

После этой фразы на пол осел и Лёха. Был он по-прежнему бледным, и чёрные глаза казались огромными на перепуганном лице. Женщина покосилась на нас, затем на деньги и спросила:

— Может, вам скорую вызвать? — самое приятное, что в контексте звучали именно врачи, а не психбольница. Тут Лёха очнулся. Заплатил за проезд, поблагодарил и смутился, когда нас угостили конфетками. А я воодушевился. Конфетки были чем-то привычным и совершенно не связанным с пулями и чащей леса. Блин. Меня опять затрясло. Я продолжал сидеть, обняв колени, хоть и догадывался, что со стороны это смотрится ненормально. Но в данный момент — плевать. Лёша говорил по телефону с отцом, попеременно краснея, но мысль о складе и наркоторговце донес верно.

— Дим, вставай, — друг убрал смартфон и навис надо мной. Кряхтя как старый дед, я сжал поручень и подтянулся. Тот заскрипел, и я опять получил массу взглядов.

— Они его поймают?

— Возможно. Группа захвата сейчас направляется в лес, и если повезёт, они успеют его перехватить. А доказательств на том складе достаточно.

— Ты упоминал что-то о детях? — поддел я. Лёша стушевался.

— Извини, я не хотел на тебя кидаться. Пошёл на поводу у эмоций. Жалею. Ты правда не в курсе?

— Чего именно? Что он наркотики запрещённые продаёт, я знаю, ну, кокаин, героин и прочее. Но я ничего не брал, кроме травки.

— О таких людях, между прочим, в полицию сообщать надо, — негодующе заявил лучший друг, — я думал, тебе кто-то из новых «друзей» подкидывает эту дрянь, а ты, выходит, сам покупал?!

— Лёх, забудь. Считай, что я завязал. Что там с детьми?

Не объяснять же, что после появления Аны мне стало не до травы.

— В нашей школе месяц назад кто-то начал сбывать наркотики, — с ходу заявил он, — причём очень скрытно, вроде бы всё по старому, но я заметил. Группы странные появились, разных возрастов, у детей активность снизилась, они же обычно как реактивные по коридорам носятся. Ну, в довершение всего, Нате ребята из параллели предложили «курнуть». Меня они, понятно, третьей дорогой обходили. И ладно старшеклассники, те поумнее и разве что на травку подсели, за серьёзные мало кто взялся. Но вот седьмые и восьмые оторвались по полной. Детки, блин. Четверть с наркотическим отравлением слегла. Я бегаю, пытаюсь что-то выяснить, а они молчат, партизаны. Половина мелких запуганна, бормочут чушь, вроде: «мы не хотели» и дальше сопли, слюни. Наши же — дерзкие, резкие, сами всё о жизни знают. Особо наглые даже с кулаками полезли, я хоть душу отвёл. О тебе вспомнил, кстати.

Я хмыкнул. Последняя реплика ни на что не намекает, нет-нет. А ребята дурные, нашли на кого лезть. Может Лёха и выглядит безобидно, но вы бы видели, как этот «ботаник» размахивает бастардом на тренировке. В нашей турнирной таблице он — третий после меня и Ромы. Но это детали. А вот новость про наркоманов в лицее меня ошеломила.

— И ты решил разобраться? Стоп, а почему мне ни слова не сказал?

— Ты ещё болел тогда, — пояснил парень, — и потом, я боялся, что ты их поддержишь.

— Я бы их возглавил. Вот перестанет меня трясти, и получишь ты в морду, сволочь. Гарантирую.

— Ещё перчатку мне кинь.

Троллейбус дернулся, и я полетел на друга вместо перчатки. Ну, судя по перекошенному лицу, корпусом в живот — это тоже месть.

— И чего ты нарыл? — как ни в чём не бывало, потребовал я.

— Егора твоего. Он у нас в медпункте врачом работал. Ты с ним не сталкивался, он в конце марта пришёл. Как раз перед твоей «пропажей» на три недели.

— Ох, ё!..

— Угу. Сам не ожидал. Но все пути вели к нему и в медпункт. Пару дней последил за этим гадом и напоролся на склад. А там… реально склад. На хороший срок потянет. И парня нашёл.

— Какого парня?

Лёша с грустной улыбкой запрокинул голову.

— Из седьмого «А», Игорь. Друг у него отравился, и он ко мне с расследованием пристал. Я его по мелочи нагружал, типа классный час по теме провести или рассказать, если кого увидит. Но недооценил деятельную натуру. В скором времени он пропал. Родители в полицию заявление принесли, мы с Натой полгорода оббегали в поисках. По нулям. А он за досками на складе лежит. В чёрном мешке. Чем этому козлу мелкий парень не угодил? — всхлипнул Лёха и уткнулся мне в плечо. Я не знал, что ответить. Кончились слова, мысли, фразы. Я неловко похлопал друга по спине, пытаясь успокоить. Из состояния заторможенности меня вывел механический голос динамика, объявивший следующую остановку. Троллейбус въехал в центр города, откуда я ушёл всего час назад. Также мир заливало солнце, которое ничуть не сбавило обороты под вечер. Люди прятались в тени деревьев и снимали тёплую одежду. А меня знобило, несмотря на продолжительный бег и жару. Для улицы я вытащил из рюкзака куртку.

— Лёш, выходим.

Надо пересесть на автобус и сдать парня на руки Нате. Она лучше меня его утешит. Я со своим растущим комплексом вины только лишних дров наломаю. И надеюсь, Ана меня ещё не бросила.

Конец весны, май. Через полтора месяца мне исполнится восемнадцать.

Пора взрослеть…

Глава 5

Следующие два дня я полностью посвятил учёбе. Писал контрольные по разным темам и отчитывался учителям за пропуски. Домой приходил только поспать. С едой выручала Ана — девушка собирала мне контейнеры в школу или таскала пирожки из столовой. После нашего с другом приключения она не оставляла меня ни на минуту. К своему удивлению, я довольно быстро привык к ней. С духом было весело. Иногда нечисть читала мои работы и критиковала их в своей привычной манере. Я в отместку кидал в неё скомканные бумажки и чертыхался, когда они пролетали насквозь.

Про события на складе мы старались не вспоминать — лично мне с лихвой хватило кошмаров в ту ночь. Кстати, Егора поймали. Защитников у него не нашлось, и полицейские радовались успешно закрытому делу. Лёху отчихвостили все по очереди — отец, мать, а затем и Ната. Бедный парень тоже решил окунуться в учёбу, чтобы ненароком не влезть в новую историю. Я не был уверен, стоит ли сообщать ему о секте. В принципе, меня больше никто не беспокоил, но разум требовал разобраться во всём до конца. Впрочем, время до выходных пока есть.

К директору я отправился намного позже, чем планировал, а точнее сегодня, после обеда. Заглянул в приоткрытую дверь и, получив разрешение, вошёл. Кабинет был светлый, просторный и какой-то не официальный. Старые шкафы с множеством книг и папок, большое окно с лёгкими шторами, широкий стол с компьютером, полностью заваленный бумагами. За ним сидел директор, мужчина лет сорока, потрёпанный и усталый. Я встал напротив стола аки пай-мальчик (привет от ехидны-Аны) и вежливо поздоровался. Директор поднялся ко мне.

— Здравствуй, Дима. Тебя долго не было. Болел?

Я осторожно согласился.

— Понятно. Но думаю, ты окончательно выздоровел? Да? Отлично. Ты пропустил пять контрольных мероприятий по геометрии, ребята тебя уже предупредили?

Я жалобно округлил глаза. Как пять? Откуда так много? Да, Лёха упоминал, что директор в последнее время озверел, но чтобы с подобным размахом? Какая секта, я в ближайшую неделю спать не буду!

— Однако я могу простить тебе долги в обмен на одну просьбу. Скоро состоится краевая олимпиада по физике, и я хотел бы отправить туда двух наших учеников. Что скажешь?

— Что ты скажешь, что твой растущий организм нуждается как минимум в восьми часах сна? — хихикнула Ана. — Давай, рискни костями.

— Да-да, это сложно, особенно перед экзаменами, но у вас с Даниэлем лучшие результаты на районном уровне и вы непременно возьмёте призовые места. И потом, ты ведь собираешься сдавать физику, так что время даром не потеряешь. Правда, Даниэль ориентируется в олимпиадах похуже тебя, его нужно немного подтянуть. Зато пятёрка по физике тебе обеспечена и геометрию я поставлю по текущей. Ну как, справишься?

— А куда ты денешься с подводной лодки? — продолжила ехидничать девушка. Стерва. Нет бы посочувствовать! На краевую мне за месяц готовиться надо! А тут ещё довесок в виде новичка. И ведь не откажешься, в самом деле, иначе проблем потом не оберёшься. У-у-у, я скоро в волка переквалифицируюсь.

Интересно, а этого Даниэля тоже в принудительном порядке заставили ехать или он энтузиаст? В школе мы редко пересекались, но внешне я его представлял. Такой… необычный парень. Директор вызвался нас познакомить:

— Женечка, позовите мне Даниэля, — промурлыкал он красавице-секретарше в приоткрытую дверь. Мы с Аной понимающе переглянулись. Я показал его спине язык — не люблю шантаж, особенно в такой откровенной форме. Вот провалю эту олимпиаду — будет он знать, как над учениками издеваться.

От пакостнических мыслей меня отвлёк деликатный стук в дверь. Зашедший в кабинет мальчик был очень красив. Но красив как-то независимо от своего пола. Нет, он без сомнений являлся парнем, только мужественности в нём не было ни грамма. Среднего роста, худой, но не хилый, мышцы явно выделяются под одеждой. Моё внимание сразу привлекли две вещи — идеально ровная для школьника осанка и бесцветные длинные волосы, заплетённые в косу. Я бы отнёс его к какой-нибудь субкультуре, но не смог подобрать тематику. Но точно нестандартная личность. Черты лица правильные, тонкие, без заметных как у меня скул и широкого подбородка. Эльфёнок, блин. Серо-голубые глаза за очками в незаметной оправе, курносый нос и узкие губы с уголками вверх. Кожа — отфотошёпленные картинки удавятся от зависти. Без прыщей, чёрных точек и рытвин. Одет тоже аккуратно и чисто (я с тоской вспомнил про нестиранные джинсы), в синюю кофту с рукавами по локоть и черные штаны. На руках открытые перчатки.

Он живо пожал мне руку, и в пол уха слушая директора, мы рассматривали друг друга. Злая Ана назвала его гомиком. Я поморщился: мне показалось, что парень больше неформал, чем гей.

— Я — Дин, — с улыбкой сказал он, когда я назвал его полным именем. Урок уже начался, и наше знакомство вышло скомканным. Договорившись о встрече, мы разбежались по классам.

Клуб европейского фехтования занимал широкое двухэтажное здание, которое целиком принадлежало нашему тренеру. Внутри было четыре зала, два больших и два малых, тренажёрный зал, несколько комнат для переодевания и душевые. На первом этаже располагался буфет. Здесь было настоящее мужское царство — Майк редко брал девочек в ряды «рыцарей» клуба, объясняя это повышенной травмоопасностью. Учил он достаточно серьёзно, иногда даже жёстко, и не все парни выдерживали нагрузки, не говоря уже о девчонках. Тем более раз в полгода мы стабильно попадали в травм-пункт. Чаще, конечно, с мелкими ушибами, но и серьёзные переломы на моей памяти случались. Хотя для Майка вопрос нашего здоровья был принципиально важен, и в отдельном кабинете клуба постоянно дежурил врач с набором лекарств.

Но, несмотря на требования главного мечника, секция пользовалась популярностью. Определённую роль играло происхождение тренера, который родился и вырос в Манчестере, и к своей работе относился с истинно английской педантичностью. В каком-то смысле привлекали и наши успехи — мальчики из самого первого набора превратились в спортивных, физически сильных и более морально устойчивых парней, нежели их ровесники. Собственно, полныхребят можно было встретить только в начальных группах. Шутки ради стоит упомянуть, что на некоторые показательные занятия Майк приглашал учеников из ближайших школ и в том числе девушек. Надо ли говорить, что потом десять из них обязательно приходили смотреть, и у каждой группы формировалась своя возрастная аудитория.

Моё возвращение в стены клуба сопровождалось изумлёнными возгласами, свистом и приветствиями с разных сторон. Я почти всех знал в лицо, со многими дружил или хорошо общался, и лишь сейчас понял, как же соскучился по дружеской атмосфере клуба. В холле меня продержали около получаса, пока, наконец, Майк громогласно не разогнал толпу. Я поздоровался с ним и отправился переодеваться. Форма для занятий была проста и незатейлива: чёрная классическая футболка и спортивные штаны, которые не должны волочиться по полу. Тоже лучше в тёмной гамме.

Далее надо было взять оружие. Будучи членом английской федерации по современному фехтованию на мечах, Майк безукоризненно владел одноручным, полуторным и двуручным оружием. Соответственно, каждому своему ученику он предлагал на выбор одноручный фламберг, бастард или клеймор. Большая часть выбирала фламберг — его волнистое лезвие завораживало, да и махать ручником было легче. Реже всего нравился мой клеймор, но тут понятно — заняты обе руки и излишняя тяжесть. «Но трудности ведь закаляют?..» — рассудил когда-то маленький Дима и решительно вытащил из корзины макет со сложной крестовиной.

Я с улыбкой погладил пальцем деревянную рукоять, ощущая, как меч привычно ложится в руку.

— Дима, я очень рад тебя видеть! — с едва уловимым акцентом произнёс тренер и сжал меня в своих медвежьих объятиях. Я стойко вытерпел хруст собственных костей и по наитию увернулся от «дружеского» похлопывания по спине. Обычно таким образом Майк проверял новичков — если выдержал, значит, подходишь. Ну не серьёзно, конечно. Я, например, уклонялся от этого жеста на протяжении всех восьми лет.

Тренер долго расспрашивал меня о делах, и его сильно расстраивало, что я практически не заглядывал. Майк знал, наверняка знал, почему я забросил тренировки, ведь не слепой же он, но мне стало стыдно. С девяти лет Майк обучал меня, и я был его первым учеником и главной гордостью.

— Зачем я тебе понадобился? — полюбопытствовал, когда ребята приступили к разминке. После личной просьбы тренера я не мог не заскочить в клуб. Хотя та пробежка в лесу ясно показала, что кое-кому пора заняться спортом.

— Летом я думал послать Ромку на соревнования… чего глазами сверкаешь, да-да, твоего «горячо любимого» соперника! Он совсем неплох. Может даже до призовых дотянет. Хочешь, и тебя тоже пошлю?

— Нет смысла. Прошлого победителя там не будет, следовательно, мне реванш брать не у кого, — я криво усмехнулся. Тренер посмотрел на меня в упор, но я отвернулся, пряча глаза.

— Да, я помню, Аннет погибла в аварии… Жалко, такая молодая, способная. Но Дим, это ведь не повод отказываться от участия…

— Майк, — усталым голосом остановил его я, — не нужно меня уговаривать. Я не поеду.

Тренер обиженно насупился — он искренне верил, что в прошлом году мне просто не повезло. Отчасти Майк был прав, я действительно расклеился под конец турнира. Ведь несмотря на исторический антураж, соревнования отличались крайней суровостью, а основательный свод правил внушал уважение всем. В первую очередь, на мой взгляд, весом. Во вторую — содержанием. Для участников не делали скидок ни на пол, ни на возраст, ни на погоду. Будет дождь, крупный бугай против тебя, когда ты — хрупкая девушка — значит, будет так. Я глянул в запотевшее окно и отогнал навязчивые воспоминания. Что касается организации, то насколько я знал, в Великобритании подобный союз мечников существовал лет триста тому назад. В наше время его возродил один лондонский миллиардер, который придал новому детищу спортивный уклон. Интерес к европейским мечам и боевой культуре на его рекламе сильно вырос, оформился и привлёк нужных людей. Выпускники-мечники открывали школы по всей Европе, и скоро возникла необходимость в коллективной демонстрации навыков. А в России от этой федерации трудился один единственный мечник, которого судьба угораздила влюбиться в русскую красавицу и переехать в нашу страну.

— Выходит, ты решил отправить Ромку? Тогда зачем тебя я? — мои слова развеяли пробежавший между нами холод. Тренер моргнул и разулыбался.

— О, тон обделенного ребёнка! Сам не поеду и другим не дам, да? Эй-эй, не петушись, я шучу. Проведи с ним пару тренировочных боёв, для практики перед турниром. У нас в клубе из хороших клейморщиков только вы двое, а я не очень удобная ему пара.

— Майк, я почти год не занимался, он же меня сейчас в лёгкую сделает! — возмутился я, но быстро сдулся, перехватив снисходительный взгляд тренера. И, правда, что какой-то год! Я собрался было присоединиться к ребятам, но Майк ловко сцапал меня за шиворот:

— Сегодня к нам заявится проверяющий из федерации. Причём самый-самый главный.

— Это который? — удивился я, поскольку у британских проверяющих не было градации на главных и не очень.

— Мистер Ришоу, — заговорщицки прошептал тренер, — я парням уже сказал, чтобы вели себя поспокойней, но Дим, я переживаю.

— Ришоу… Шакон??? — офигеть, что глава вышеупомянутой федерации забыл в нашем клубе?.. — А он только в Россию приехал или вообще?..

— Нет, он в этом году сам по странам летает и шороху наводит. Отсеял много кого. Я волнуюсь теперь.

Увлёкшись разговором с Майком, я опоздал на разминку. Но до «явления» Шакона мне удалось и растянуться, и довести Лёху до белого каления. Признаться, я нервничал ни меньше Майка. Глава турнира наверняка меня помнил, хотя… что ворошить прошлое? Конкретно с ним мы не пересекались и ладно.

Но мои, пусть даже пустяшные опасения оказались напрасны — проверяющий не обратил на меня никакого внимания, скользнув равнодушным взглядом. Сжав в руках деревянный макет, я мгновенно встал в стойку. Ромка остановился напротив меня. Остальные ребята, Майк и Шакон отошли поближе к стенам.

Я заметил ободряющие улыбки Лёши и Рина — третий и четвёртый в нашей таблице, и почему Майк не предложил им поучаствовать?.. Упс! В раздумьях пропустил первый удар, но тело среагировало быстрее. Рома метил колющим в живот, и я ухожу в сторону, чтобы оказаться у него за спиной и ответить рубящим. Дзиньк — реакция Ромы ничуть не уступает моей. Расходимся и снова скрещиваем мечи. Вот только в силе я уже два года ему не уступал, так что надавить на меня физически, как раньше, он не может. Ух, новый удар сбоку, простое парирование, шаг назад и боковая атака. Достаточно неудобная, потому что я внезапно согнул колени, метя в бедро, и настал черёд Ромы отпрыгивать. Ого! Я помедлил, и соперник нанёс высокий удар одной рукой, с разворота, подпрыгнув и размахнувшись. Меч встретил меч — моя скорость всегда была на высоте, и, отклонившись с линии атаки, я обогнул своим оружием его, и оставил парню «глубокую рану» на груди.

Второй раунд оказался сложнее. Клейморы встречались чаще, и это был «высший пилотаж». Но где-то к середине схватки я начал терять дыхание (вот оно, курение!) и пришлось заканчивать бой довольно сложным финтом. Рома использовал хорошую обманку: рубящий заменил колющим ударом, прямым и сильным. От рубящего я уже увернулся, а второй сейчас больно ткнёт меня в грудь. Сосредоточившись на кончике чужого меча, я замер. Выработанная годами способность как-будто останавливать время, концентрироваться на мече противника, чтобы дать себе шанс успеть в последний момент. Три секунды. Раз — взять клеймор в одну руку, два — сдвинуть тело в сторону, три — выставить меч перед собой и ринуться навстречу, одновременно защищаясь (грань чужого лезвия проскользнула по-моему) и нападая, когда я ударяюсь плечом в корпус парня и меч сам собой оказывается прижатым к его груди и шее.

Нам похлопали. Рома с раздражением посмотрел на меня, и я едва ли не стукнул себя по лбу. И чего я разошёлся, называется?! Поддался бы ему, не враги же друг другу. Впрочем, Рома держался на высоком уровне и надеюсь, Шакон это оценил.

После тренировки я еле-еле передвигал ноги. Всё тело ныло от дикой усталости. По сути, это было закономерно, ведь занятия я пропускал на совесть. Тренер только подлил масла в огонь — он любезно попросил меня «задержаться», чтобы отработать новый приём для Ромы. Задержался. Двух часов с лихвой хватило, чтобы сделать из меня выжатую тряпочку. А ещё до раздевалки ползти! Я неохотно оторвался от косяка и взял курс на лестницу. Но пока раздумывал, в спину уткнулся Рома. Соперник настолько обнаглел, что налёг на меня почти всем весом.

— Неси меня, о верный конь, — даже не подумав извиниться, нахально заявил он.

— А копытом промеж глаз? — хмуро уточнила «коняшка».

Ромка прыснул, но к моему счастью, отцепился и пристроился рядом. Вдвоём мы доковыляли до раздевалки и синхронно упали на лавку. Ладно, я понимаю, Рома — ему есть куда стремиться, но почему я страдаю? Причём уже второй год подряд!

Парень (хотя какой он парень, взрослый мужчина, пусть и выглядит моложе) с хрустом потянулся и принялся меня гипнотизировать.

— Ты его знаешь? — и, почувствовав моё недоумение, пояснил, — Шакона Ришоу. Он всю тренировку не сводил с тебя глаз. Пересекались уже?

Блинский блин. Я-то решил, что мне показалось. Когда я оборачивался на проверяющего, тот неизменно смотрел в другую сторону. Но стоило мне продолжить занятие — и снова чужой взгляд жёг спину. Но где резон для эдакого пристального внимания?

— На соревнованиях, но мало. Он иногда судил те спарринги, в которых я участвовал, плюс финал и награждение. Официально я ему, конечно, представился, но в целом мы почти не общались.

— Понятно, — Рома резко встал и сморщился, будто куснул лимон. Но всё-таки пересилил себя и начал стягивать потные вещи. Я смотрел на него со смесью восхищения и уважения. Мне было лень даже подняться, не говоря уже о смене одежды. — Дим, я тебе не советчик, но постарайся не расслабляться в присутствии Шакона. Он… как бы тебе объяснить… небезопасный человек. Если он тобой заинтересуется, то правильней будет ему не раскрываться и не злить его. Лучше промолчи, не нарывайся.

— Ром, с тобой что? С каких пор ты учишь меня, с кем общаться? И потом, ты его знаешь что ли? — слова соперника задели аж до скрипа зубов. Несмотря на странности, Шакон был мне симпатичен. В Шотландии я много слышал о его жизни и успехах, и эта полукриминальная характеристика пришлась мне не по душе.

— Нет, но я знаю, что он из себя представляет. Впрочем, решай сам, моя задача предупредить. Кстати, как твоё состояние после выходных? Ничего не случилось потом?

Меня будто мешком по голове ударили. Откуда Роме известно про воскресенье? Неужели Лёха проболтался? Или друг просто упомянул, что я заболел?

— Удивлён? — прозорливо догадался мечник и пояснил, — ты валялся во дворе нашего дома. Брат заметил в окно, что кого-то бьют, и предложил выйти, помочь…

По мере его рассказа мне хотелось провалиться сквозь землю. С Ромой, пусть он и старше, у нас было негласное соперничество, и в силу возраста я постоянно храбрился перед ним. Ничья критика не воспринималась мною так остро, как его. И такой провал!

— Ты покраснел, — развеселился он, — брось, я же тебя не отчитываю. Хотя вдвоём мы еле дотащили твою тушку до дома. Удачно, что я адрес с первого раза вспомнил.

— Спасибо… — растеряно отозвался я. Рома закинул вещи в сумку и, подмигнув мне, развернулся к выходу. Но взявшись за ручку двери, вдруг тихо произнес:

— Зря ты с ней связался, Дима. Если тебя затянет в это болото, даже девушка за твоей спиной не спасёт

Глава 6

Рома и Дин

Роме было двадцать пять лет. О том, что он жил почти четверть века, мало кто догадывался — мужчина выглядел как подросток — стройный, высокий, с копной русых, давно не стриженых волос, и обаятельной мальчишеской улыбкой. На тренировке его принимали за ровесника, считая, что ему не больше восемнадцати. Работе внешний вид не мешал: Рома выучился на переводчика. Все основные языки, которые были в ходу у людей, он знал чуть ли не с детства, и обучение не доставило ему проблем.

Человеком Рома не был. В отражении на него смотрели глаза с ромбовидным зрачком, радужка которых почти сливалась с белками. Глаза полностью посвященного ритуальщика.

— Ну и долго ты собрался на себя любоваться? — сложив руки на груди, ехидно поинтересовался Дин, как всегда подкравшись незаметно. Это была его любимая игра — он обожал, когда человек от неожиданности подпрыгивал и хватался за сердце. Но Рома не среагировал. Он только чуть повернул голову.

— Чего тебе, Дин? — спокойно, с некоторой долей усталости спросил ритуальщик. С Дином он жил уже порядка пяти лет и иногда жалел, что позволил этому малолетнему кукловоду переселиться в свою квартиру. С тех пор парня было не выгнать, впрочем, Рома и не собирался этого делать.

— Скучно мне, — пожаловался брат. Рому всё мучил один вопрос, и он задал его Дину:

— Скажи, какого чёрта тут забыл Шакон?

Дин насторожился. У них был негласный договор: не лезть в дела друг друга, особенно в те, которые касались их особенностей. Но пока Рома лишь интересовался.

— Вылавливает мальчишку, который как-то связан со смертью Аннет, — небрежным тоном ответил Дин, — возможно, теневика.

— Почему теневика?

— Понятия не имею. Но Шакона просто прёт его найти!

— И он подозревает, что это Дима? Чушь! Где он и где дочка Шакона.

— Я бы не был так уверен. О чём он бредил, когда мы его тащили, помнишь? Шакон даже приказал… — тут Дин запнулся: — Эм, ну, я пошел. Дальше — тайна!

Рома проворно схватил его за косу и притянул к себе.

— Какие тайны, Дин? Ты мне сейчас всё расскажешь… — ласково прошептал ему парень именно тем тоном, от которого у Дина табуном пробежали мурашки.

* * *

Дима

К выходным небольшая облачность сменилась тучами. В скором времени обещался дождь, и сереющее небо наглядно подтверждало этот прогноз. Ветер поднимал пыль с дорог и насквозь пробирал в тонкой ветровке. Лёху. А я потратил не меньше часа, чтобы отыскать тёплую куртку и вдоволь наслушался ехидных комментариев от друга. Якобы я собираюсь как принцесса. Ха! Зато «принцесса» не морщится при каждом порыве ветра. Я с удовольствием уткнулся в мягкий воротник. Когда все бегут домой в лёгких кофтах, футболках и шортах, пытаясь спрятаться от ледяной мороси, а ты гуляешь по аллее в горячей как батарея куртке — это кайф. Даже недовольные взгляды друга не могли испортить мне настроение.

— Напомни, почему я согласился на это? — в сто первый раз задумчиво спросил Лёха. Я застонал, поскольку этот гад уже успел меня доконать. Вроде бы всё объяснил, и причины, по которым я хочу пойти в Янину секту, по полочкам разложил, а он всё равно на мозги капает. Причём друг сам вызвался идти со мной, я его не уговаривал. Такое ощущение, что он просто издевается. Ладненько…

— Потому что ты последний альтруист нашего мира, и я буду не я, если этим не воспользуюсь! — на одном дыхании выпалил я. Ана, плывущая по воздуху рядом, одобрительно похлопала. Да, мою бестелесную вредину наши с Лёшкой тёрки очень воодушевляли. Что с неё взять, нечисть — она и в Африке нечисть.

— Совесть, — со смешком поправили меня. Ну, в случае с Аной, думаю, разница невелика.

Ошарашенное лицо друга было мне высшей наградой. Я даже загордился собой. Лёха, видимо, оставил этот раунд за мной, потому что только фыркнул и демонстративно отвернул морду. Я не обиделся и окинул взглядом обезлюдевшую аллею. Зелёные деревья на фоне серого неба казались откровенно чужеродным элементом. Но они как будто намекали, что на дворе не среднестатистическая осень, а поздняя весна. Я приметил на одной из лавочек пожилого человека и весело помахал ему рукой. Приветствуя меня, он немного приподнял шляпу. И всё бы ничего, если бы Лёша в тот момент не обернулся.

— Дим, ты чего? — удивился он.

— С соседом здороваюсь, — я указал ему на скамейку, — помнишь, мы ходили к нему, коллекцию шашек смотрели?

Пожилой мужчина был родом из южной станицы и хранил у себя дома редкие экземпляры оружия, которые достались ему от деда. Я часто встречал соседа в парке и, при наличии свободного времени, составлял ему компанию. О нашем общем увлечении мы могли болтать часами.

Друг странно посмотрел на меня, потом на лавку, потом снова на меня:

— Там никого нет.

— В смысле? — я замер как вкопанный. Сосед оставался на месте, хотя весь его вид выражал изумление. Лёху он услышал, что ли? М-да, некрасиво получилось.

— Ты с ума сошёл, Димка? Пустая лавка! — и после пятисекундной паузы: — Постой, он же умер?

— Кто?!

— Да твой сосед! Ну, с котором ты постоянно о мечах спорил! Это в августе было, во время турнира. Точно, дядя Андрей зашёл ко мне тогда и попросил Эридан утром покормить, он в Москву уезжал по срочным делам. Я прихожу, а там прощание с твоим соседом идёт. Ещё подумал, что ты расстроишься, когда узнаешь.

По глазам я видел, что Лёха не врёт. Друг вообще не умел лгать, мялся, закрывал лицо ладонями, краснел. Сейчас же он смотрел прямо. Осознание медленно затопило разум. Ещё один хороший человек ушёл безвозвратно. Не люблю людей — они всегда так неожиданно умирают…

Ана кивнула в такт моим мыслям:

— Он — дух. Но самый обычный, который не может успокоиться по какой-нибудь причине. После смерти многие становятся такими, примерно на год-два, а потом уходят… совсем.

Не обращая внимания на друга, я приблизился к лавке.

— Виктор Степанович, ну как же вы?.. — укоризненно произнёс я. Сосед понуро развёл руками:

— Я ведь уже не мальчиком был, Дима. Это ты молодой да ранний, а стариков вечно что-то подводит. Перенервничал из-за ссоры сынков и всё. Да не расстраивайся ты, я смирился. С тобой-то что стряслось, что тёмную девочку по твою душу послали? — встревожено спросил старик. Мне не хотелось, чтобы он переживал из-за меня, и я ответил достаточно пространно:

— Она сказала, что не моя вина в её появлении. Не беспокойтесь, я справлюсь. Может быть, мне что-то передать вашим сыновьям?

Он улыбнулся и попытался привычным жестом взлохматить мне волосы. Я ничего не почувствовал и внутри стало горько.

— Не нужно, спасибо тебе. Была здесь одна красавица, обещала помочь с моими шалопаями. И не злые ведь они, дурни просто. Ничего, она воинственная мамзель, быстро их уму-разуму научит, — хрипло засмеялся мужчина. Я тоже не сдержал улыбку. Ровно до той минуты, пока до меня не дошло:

— Погодите, какая красавица? Она вас увидела? — вытаращился я на него, невольно вспомнив про Яну. Но старик опроверг мою догадку.

— Очень симпатичная девочка, худая-худая, как тростинка. Волосы у неё светленькие и глаза яркие, бирюзовые. Молоденькая, но лет на пять старше тебя будет. Учительница она.

Обалдеть — учительница. Бедные ученики, особенно если она преподаёт в старших классах. Парни, то есть. В нашем возрасте трудно сосредоточиться на уроке, который ведёт хорошенькая девушка. Но я отвлёкся.

— Я сам поразился, когда она ко мне подсела, — продолжал Виктор Степанович, — расспросила меня обо всём, поговорили мы с ней знатно. И на самом деле парней моих мирить отправилась. Ох, и боевая она, Дима. Ты иди, вон, друг твой уже нервничает. А я отсюда никуда не денусь.

Лёша

Цензурных слов в голове не было, но ещё в пятом классе я обещал себе не ругаться. Поэтому приходилось молчать. Молчать и ждать, пока этот больной наговорится со своими галлюцинациями. И ведь при мне зарекался больше не употреблять! В последнее время я не узнавал лучшего друга — куда делся весёлый, обаятельный парень, который ловко делал нас на тренировке и блестяще зубоскалил в ответ? У меня даже на злость не было сил, настолько он мне надоел.

Хотя нет. Когда озадаченный Дима вернулся ко мне, и как ни в чём ни бывало предложил следовать дальше — я думал, я его ударю. Сжал первое, что попало в руки — телефон — и с яростью посмотрел ему в глаза.

— Ты долго будешь измываться надо мной?! — громко рявкнул я, что друг аж подпрыгнул. Похлопал ресницами, словно только проснулся и осторожно спросил:

— Лёх, ты в порядке? — и взгляд как у невинной овечки. Градус моего бешенства уже почти зашкаливал. С такими друзьями и врагов не надо!

— Это что сейчас было? — процедил я. — Ты решил развлечься за мой счёт? Опять накурился и понеслась душа в рай?? Теперь у нас целыми днями веселье, да?..

Глаза друга с каждой новой фразой становились всё круглее и круглее. Я оборвал себя, хотя хлёсткие слова просились на язык. Ничего не понимаю. Даже при Димином артистизме такое удивление не могло быть наигранным.

— Эй, успокойся, Лёх! Какая трава, неужели ты забыл, чем моя недавняя «покупка» закончилась? И потом, я же не фанат, чтобы круглосуточно дуть и тем более при тебе, — доводы друга звучали, в общем-то, логично, но что за шутка с умершим соседом? Я повторил свой вопрос вслух.

Димка непонимающе глянул на меня, а потом запустил руку в волосы и охнул. Додумывать мысль мне явно предложили самостоятельно. Я додумал.

— А, это всё те же голоса, за которыми ты гонялся у себя дома? — предположил я.

— Нет, они тут рядом висят, — в тон мне отмахнулся друг, но я не спешил облегчать ему жизнь:

— Ага, их уже несколько?!

Друг поморщился и немного с опаской посмотрел вокруг. Я прикрыл глаза ладонью — жест, который чётко обозначал моё отношение к ситуации.

— Ну для меня он, правда, там сидит…

— Димка, — перебил я, — ты полчаса назад смеялся над экстрасенсами и их липовыми талантами. А теперь ты хочешь, чтобы я поверил в дух покойного соседа? Ты понимаешь, что это чересчур? Не говоря уже про твою «совесть»?

Он ничего не ответил, и меня понесло дальше:

— Где твой вечно скептический разум? Включи логику, какие приведения? Тебя самого ничего не напрягает? Вместо того чтобы пойти в больницу и сдать анализы на присутствие тяжёлых наркотиков в крови, ты якобы «общаешься» с потусторонним миром.

— Или я шизофреник, — лаконично завершил мою тираду он. — Действительно, странно, что я сразу воспринял Ану как непреложный факт.

— Ану? — я поднял бровь. Однако поворот. Может, пора хватать его за уши и тащить к наркологу? Или к психиатру…

Вдруг Дима нахмурился и повернул голову куда-то в сторону.

— Что значит ты «специально на меня воздействовала»? — с подозрением спросил он у воздуха.

Дима

Ана заметно стушевалась и отвела глаза. Её оговорка мне сильно не понравилась. Появилось противное ощущение, будто бы мной манипулировали — хотя как расценивать «воздействие» я пока не знал.

— Это не манипулирование в прямом смысле… — замялась девушка, — а простое внушение. Моё личное умение, которое сохранилось после смерти. По-другому было нельзя, понимаешь? Твой мозг долго не мог вписать меня в вашу реальность. Лёша правильно сказал, по привычному для тебя мироощущению меня нет. Однако факты говорят об обратном. Отсюда в твоей голове возникает опасный диссонанс, который не может сопоставить знания и события. Не начни я своё внушение — ты бы на самом деле сошёл с ума. Мозг не выдержал бы нарастающего конфликта. А так я потихоньку заставляла тебя поверить в то, что в духах нет ничего сверхъестественного.

— Но?.. — вслух спросил я, чуя подвох. Рассерженный Лёха дёрнулся было прочь, но я вовремя поймал его за куртку.

— Я переборщила, — со вздохом призналась нечисть, — судя по тому, как ты спокойно отреагировал на покойного соседа — тебе теперь сам чёрт не страшен. Не делай мне большие глаза — через пару месяцев это пройдёт. Блин, мне стоило подумать, что раз ты видишь меня, то можешь видеть и других призраков. Кстати, передай Лёше, что сдача анализов не поможет, — и она злодейски расхохоталась.

— Ну и что там с твоим воздействием? — одновременно напомнил о себе друг. Я с немой мольбой посмотрел на него. В какой-то книге, уже не помню названия, читал, что если не умещается в голове — растяни вдоль спинного мозга. Так вот — я дошёл до той стадии, когда даже там всё переполнено.

Неожиданно я понял, что полностью оправдываю мозгоправство Аны. Серьёзно, в такой ситуации не заметишь, как свихнёшься. А нечисть своеобразным способом избавила меня от проблем. Вот только как мне объяснить это другу?

— Короче, Лёх… — собрался было я, но на ум вдруг пришёл ещё один эпизод, который полночи не давал мне спать, — а ведь Ромка тоже видит Ану.

— Ну, я знаю, что он немного не от мира сего, но давай не будем ставить ему диагноз? — иронично предложил друг. Но я слишком увлёкся, чтобы заметить яд в его голосе.

— Он сказал, что зря я с ней связался и девушка за спиной меня не спасёт. Зомби из сна тоже заявлял, что зря я связался с какой-то бабой…

— Зомби из сна? Это что-то новенькое.

Я с лёгким скепсисом поднял глаза:

— Да ладно тебе, это же просто сон, — друг хмыкнул, показывая мне, что шутку он оценил и непременно вернёт её при случае.

— А с кем ты связался? И что за девушка? Когда он успел тебе это сказать?

— Вчера, после тренировки. Девушка — моя Ана. Я тебе её нарисую потом. А с кем — я понятия не имею.

— Хм… Ну а уточнить у него ты не пробовал?

— Я написал ему в ВК и получил любимый ответ моего папы.

Лёха на секунду задумался:

— «Всему своё время»?

— Именно! Я могу скинуть тебе эту переписку, чтоб ты меня за больного не считал.

Лёша устало ответил:

— Дим, я вовсе не хочу считать тебя больным, но я не понимаю, что с тобой!

— Хорошо-хорошо, я схожу в отцовскую больницу и сдам кровь. Можешь со мной пойти. Будем вместе сочинять, как у меня там дурь образовалась.

— Ради этого я готов даже соврать, — с серьёзным лицом отозвался друг, хотя в глазах плясали смешинки. — А с Ромой… Попробую у Рина спросить, он с его братом знаком вроде.

— Ты знал, что у Ромки есть брат?! — я аж офигел. До недавнего разговора я был уверен, что соперник — одиночка.

— Представь себе. А для тебя задача вспомнить, о ком он говорил. Хотя зная количество девушек в твоей жизни…

— Дело бесперспективное, — согласился я. Но учитывая обстоятельства, у меня были все основания считать, что из-за искомой девушки и начались те проблемы, о которых упоминала Ана. Лена — бывшая подружка, переспавшая с папой? Вернее, наоборот — папа с ней переспал…

— Не она, — прошептали мне на ухо, — нужен кто-то весомей тебя. И узел появился до ваших отношений.

А-а-а. Всё! Голова уже пухнет.

— Так, Алексей! У нас с вами по плану секта, а потом чай с тортиком! Есть возражения?

— Нет, — с усмешкой покачал головой друг.

Для своих собраний «великие маги» выкупили старинный особняк на окраине города, который как пить дать принадлежал какому-нибудь известному купцу или аристократу. Лёха поддержал мою мысль, добавив, что в доме обязательно должны водиться приведения. Моего эксперта по призракам эти рассуждения позабавили, однако Ана с уверенностью заявила, что ничего паранормального в доме нет. Просто старое здание с претензией на историческую ценность.

Секта на проверку оказалась не совсем сектой. Не скрою, экстрасенсам всё же удалось нас удивить. Меньше всего мы ожидали попасть на… ярмарку. По крайней мере, моё первое впечатление было именно таким. По всей длине широкого зала стояли лавки с самым разнообразным товаром. Я обескуражено поглядел на вывески: зелья на приворот от бабы Фёклы, сушеные лапки лам от южноамериканского колдуна (к слову, колдун имел чисто славянскую внешность), амулеты от алтайской шаманки, пучки чахлых трав из девственных лесов Коми и другие непонятные вещи. Особняком держались светлые и тёмные маги, а также предсказатели и мистики — эти со змеиными улыбками зазывали в отдельные комнаты. Причём выражение лица у них было такое зловещее, что хотелось облить их святой водой. Ну, или просто водой — исключительно из вредности. Я не понимал, как эта смесь из сахарной речи с плохо скрытым презрением и улыбкой сотрудника Макдональдса вообще могла кого-то привлечь. Но проникшиеся таинственной магией девчонки, как и великовозрастные тётки, готовы были вцепиться друг другу в волосы, лишь бы побыстрее попасть на «приём». Мужики вели себя умнее — большая часть из них отдала предпочтение фигуристой магессе в откровенном платье с глубоким декольте. Лёха посмотрел, как парни описывают груди женщины вновь прибывшим и с притворной грустью отметил:

— Никакой тяги к искусству.

Мы с Аной прыснули. К слову, народу на ярмарке было немало. Пальма первенства принадлежала, конечно, дамам бальзаковского и пенсионного возраста, затем шли девчонки возраста Яны и немного постарше. Но были и представители сильного пола, причём эти вне зависимости от возраста делились на три категории: сопровождение с унылым лицом, непрошеные скептики вроде нас с другом и бледнокожие энтузиасты, эмоционально обсуждающие с оракулами методы раскладки карт таро.

Нас с Лёшей всеобщая суматоха тоже не обошла стороной. Стоило углубиться в зал, и нам навстречу выпрыгнул бородатый старичок:

— Молодые люди, молодые люди, не желаете ли приобрести новое средство, чудодейственное средство, — разорялся он, размахивая перед нами мутного вида склянкой. Друг с трудом вклинился в его монолог, пытаясь понять главное:

— А зачем нам ваше средство?

— Так я расскажу-расскажу, вы только тише. Для мужской силы оно. Эффект — закачаешься, — с предельно честным лицом пояснил он. Я хмыкнул — на кой нам его «зелье» в восемнадцать лет? Пока всё естественно хорошо работает.

Старичок, к счастью, быстро осознал степень промаха и отправился восвояси вместе со своим зельем.

Посовещавшись, мы решили прогуляться по рядам, чтобы не топтаться на одном месте. По словам Яны, магистр появится только в заключительной части демонстрации «талантов», которая начнётся через полчаса. Как я понял, у ордена существует два типа встреч: закрытые — для посвящённых, и открытые для «простых смертных». На открытых происходит привлечение людей всякими сакральными штуками и показательными выступлениями магов. Когда-то мы с другом пересмотрели целую серию передач по разоблачению трюков экстрасенсов и фокусников, и я уже предвкушал развлечение. Хотя, что и говорить, наверно, в этих постановках присутствует своя «магия» — магия нашего сознания. Иначе как людям удаётся придумывать те схемы, над которыми потом ломают голову лучшие умы человечества?..

Я равнодушно скользил взглядом по товару. В таких местах обычно возникает непреодолимое желание что-нибудь купить, но сейчас я его не испытывал. И тем сильнее удивился, когда Лёша попросил меня подождать и отправился к столику с защитными амулетами. Но долго гадать не пришлось: друг довольно скоро вернулся с симпатичным бисерным браслетом в виде ящерки. Вещица и правда была стоящая — аккуратненькая, зелёненькая, с большими жёлтыми глазками. Даже кривой символ на спине её не портил.

— Нате подарю, она любит подобные штуки, — смущённо пояснил Лёшка. Я кивнул — подруге ящерка точно должна понравиться.

Спустя пятнадцать минут нас позвали в другой зал. Он был ещё больше, однако, до театра всё же не дотягивал. На выставленные в несколько рядов стулья посадили женщин, а мужская половина отошла к стенам. Мы встали очень удачно — нам хорошо было видно импровизированную сцену, выход и часть зрителей. Благодаря этому я и заметил неслышно прошмыгнувшего в зал парня. Того самого, который так яростно желал разделаться со мной в прошлое воскресенье.

Вступительную речь ведущего я пропустил, пристально наблюдая за парнем. А потом вдруг решил: на кой он мне сдался?.. Портить себе удовольствие ради одного агрессивного идиота? Пфф, слишком много чести. И я полностью сосредоточился на сцене.

Стоит отметить, что организация в целом не подкачала. Сначала выступали самые крутые маги (ловкость рук и никакого мошенничества), а затем на сцену вышли целительницы с «озаряющей душу» песней. Дамы благоговейно затрепетали, но нас с Лёшей, увы, не озарило. Голос у солистки был слабый, но к моей радости, она пела в музыку. Вот чем раздражают подобные мероприятия, так это исполнителями, совершенно не попадающими в ноты. Но женщины пели сплочённо, мелодично и я расслабился. Ой, зря-я. Со следующим «певцом» я невольно вспомнил детскую сказку: «… а потом позвонил медведь. Да как начал, как начал реветь». Прокуренным басом. К середине песни я не выдержал и закрыл уши руками. Лёха сочувственно улыбнулся — его слух эти рулады ещё мог кое-как выносить. Хотя на особо громкие скрипы друг тоже морщился и демонстративно закатывал глаза. Ей-богу, когда этот мужик ушёл со сцены, я был готов поверить в чудо!

После песен и ритуальных танцев на помост пригласили гадалок, молодых девчонок с хитринкой во взгляде. Красавицы молниеносно находили себе жертву и вытаскивали её на сцену. Далее следовала бурная жестикуляция, ожесточенные споры и, собственно, сама Судьба, да такая, что сюжеты бразильских мыльных опер нервно курят в сторонке. Но зал в обиде не остался — актёрских способностей у девушек было в избытке и свои «предсказания» они вещали с огоньком. А вот магистру потусторонних сил, практикующему спиритизм, харизмы явно не хватило. Во время его воплей (так подавалось общение с духами) зевали даже самые преданные фанатки ордена.

Пожалуй, больше всего меня поразили неоязычники — они представили очень красочную миниатюру о жизни по заветам предков. Пусть наивно, но зато со смыслом и в лёгкой, светлой манере. Зал долго аплодировал людям в расписной одежде, и мы с другом искренне его поддержали. Не важно — игра ли это или нет, язычники всё равно заслужили высокую оценку за умело поданную атмосферу.

В конце, как было обещано, мы увидели великого мага всея Руси. Причём моя фраза — это лишь краткий итог тех регалий и званий, которыми его «наградил» ведущий (чего стоил только доктор наук (!!!) белой магии). И что? Вместе с Яной на сцене появился стареющий мужчина лет сорока, с лысиной на макушке и сединой на висках. Да, в его возрасте за юными послушниками уже не побегаешь, это вам не пиво в соседнем киоске покупать. А судя по опухшему лицу и выпавшему брюшку — дядя злоупотребляет. Хотя в подобной компании сложно не запить.

Обладатель всех мыслимых и немыслимых наград ловко оттеснил ведущего от микрофона и сам взял слово. На слушателей обрушился поток заверений, благодарностей и рекламы. И чем дольше он говорил, тем сильнее во мне крепло ощущение грядущих проблем. Я неосознанно приложил руку горлу и сглотнул. Хорошо, что Лёшка отвлёкся на магистра и пропустил мой необоснованный приступ паники. Блин, а если я друга в новые неприятности втравлю? Вроде смех смехом, но интуиция никогда не просыпалась без причины. Попросить Лёху уйти? Замечательный вариант, но какой магией я его осуществлю?

— Дим, — прошептала невидимая Ана, — ты слышал, что они удумали с Яной?

Я встряхнулся и уставился на сцену. По мере объяснений Леля вкупе с комментариями Аны и друга, у меня глаза на лоб полезли. Если вкратце, то этот стареющий купидон собирался кидать в девушку увесистыми мячами для большого тенниса, дабы пробудить её великую силу защиты. Мол, на занятиях у них уже всё получилось, и теперь они хотят продемонстрировать это «чудо» миру. Довольный взгляд магистра пробежался по залу и внезапно запнулся. Угадайте, на ком? Тут и экстрасенсом быть не надо — Лель реально испугался парня из тройки моих воскресных «знакомых». Причём испугался он совсем не слабо: побледнел и машинально шагнул назад. Странная метаморфоза, которая длилась всего несколько секунд, вызвала в моей душе бурю недоумения. С чего вдруг взрослый состоявшийся мужчина, лидер такого рода организации, сжался при виде обычного задиры?

Между тем, Яна с нетерпением дёргала магистра за рукав, требуя продолжить. Но Лель, видимо, впал в прострацию и на потуги девушки не реагировал. Я внимательно следил за его мимикой, и меня поразило, с какой жалостью он незаметно посмотрел на Яну. И будто бы приняв решение, магистр с мягкой полуулыбкой вытащил из мешочка первый мяч.

Мы с Лёхой одновременно скривились — когда-то Майк использовал похожие мячики в нашей тренировке, заставляя отбивать их, как метательные ножи. Бр-р! Прошло ни меньше полугода, прежде чем мы научились грамотно парировать мечом эти мелкие и больно кусачие штуки. Поэтому я не удивился, услышав первое Янино «ой».

— Дим, — Ана с досадой перевела взгляд на девушку, — я боюсь, что их вступление плохо кончится… Чёрт! Смотри!!!

А? Резкий крик нечисти застал меня врасплох. Я как раз доставал смартфон, чтобы проверить время и от неожиданности разжал пальцы. Получив свободу, телефон весело заскакал к сцене. Я тихо выругался и бросился за ним.

— Попался! — с усмешкой поднял наглеца с пола и обнаружил перед глазами деревянный помост. Упс. Сейчас кто-то получит много цитат о некультурной молодежи, отвратительном поведении и прочем. Я внутренне напрягся, однако никто не спешил делать мне выговор. В зале стояла зловещая тишина. И только тогда в мою голову пришла светлая мысль поглядеть на сцену.

Все были на месте: и Лель с перекошенной рожей, и… Яна. О! Здравствуй инфаркт, я не ждал тебя так рано…

Девушка… исчезала. Быстро и неумолимо, как бумага, охваченная огнём. Секунда — и её поглотила тонкая серая волна. Я поморгал — не помогло. На сцене неистово крестился доктор наук от магии. По-прежнему в одиночестве. Народ в зале в целом вёл себя под стать магистру. Что ж, хотели чудо — получите чудо. Лучший друг не крестился — но судя по выражению лица, у Лёхи в этот момент сильно не сошлась жизнь.

А что я?.. Ана!!! Чтоб у тебя посмертие было в райском саду с радужными пони и единорогами!!! Я должен с ума сходить от шока, а не рассматривать зал с любопытством ребёнка!

Хотя нет, свой Кондратий ко мне всё-таки пришёл. Плеча коснулась узкая девичья ладошка, и звонкий голос радостно произнёс:

— А ты говорил, что наш орден — чепуха!

Как я не проломил стену, почувствовав на себе чужую длань, осталось загадкой. Определённо, у меня очень крепкие нервы. Я медленно развернулся к счастливой Яне, которая оказалась прямо за моей спиной.

— Что это за трюки? Новые технологии? — язвительно спросил я у девушки. Но меня выдавало сердце — слишком уж отчаянно оно стучало.

— Старые! — рассмеялась она. — Я смотрю, тебе совсем не страшно! Ты ведь тоже умеешь так?

Я? Ага, у меня вообще куча способностей — мистер Poker face, например. В чём же соль фокуса? Невидимость? Бред…

— Ты даже не представляешь, насколько старые, — раздался ещё один голос и рядом с Яной возник испугавший Леля парень. Без объяснений он схватил обескураженную девушку за запястье и потащил её к выходу. Гулко хлопнула дверь.

— Бедная девочка, — прошептал магистр и прикрыл глаза.

А тем временем гул в зале продолжал нарастать. Зрители активно делились впечатлениями по поводу произошедшего и оглядывались на выход, ожидая возвращение Яны. Лель, надо отдать ему должное, мигом сориентировался и запрыгал по сцене молодым козликом, вещая что-то про божью благодать. Но его остекленевшие глаза меня ужасно напрягали. Чертовщина здесь творится, а не раздача даров всем жаждущим. И главное, зачем этому идиоту девушка? И почему она бедная? Мысли выстраивались в совсем уж нехорошую картину.

— Леха! — негромко крикнул другу. — Я пойду, посмотрю, где они, — и указал подбородком на выход.

Не знаю, что он ответил, поскольку я почти сразу вышел в холл. Так. Пустые столики с разномастными плакатами в полумраке смотрелись особенно зловеще. Точно местному населению сам черт не брат. Я отвёл взгляд от особо реалистичной зарисовки с пауками и осмотрелся. Итак, отсюда было два выхода — на улицу и на второй этаж, ступеньки которого украшала заградительная ленточка. М-да, дилемма намечается.

— Они ушли на улицу, — тихо поделилась Ана. Понятно. Я направился к массивной двери, но неожиданно для себя остановился. Нечисть, которая задержалась посреди холла, ожесточённо чесала переносицу.

Какой бы у меня ни был отец, в своё время он вложил в меня всё, что можно и нельзя. И некоторые основы невербалики тоже. Или по нервному поведению Аны я заранее уловил подвох? В любом случае, нос у духа по факту чесаться не должен. А вот хватательные рефлексы сохраняются даже у трупов…

Думать, почему Ана мне соврала, было некогда и я, перелетев через ленточку, рванул наверх. На втором этаже меня вновь посетила проблема выбора. Вдобавок дорогу перегородила последовавшая за мной Ана. Оценив умоляющий взгляд девушки, я выругался и бросился вперёд. В голове билась одна, непонятно откуда взявшаяся мысль — я не отдам этому придурку Яну. Он явно какой-то одержимый псих, причем с манией величия. Убивать он будет, потому что ему хочется. Да хрен тебе.

Я остановился, прислушиваясь. Давай, хвастался своим тонким слухом — соответствуй. Но внизу уже шумели люди, и распознать что-то было сложно. Однако резкий приглушённый крик я смог уловить. Искомая дверь нашлась в конце коридора, и открываться поначалу не желала. Несколько раз я ударил по ней плечом и с грохотом ввалился в помещение.

Жёлтые, заляпанные пятнами шторы раздувались от ветра. То, что комнату покинули недавно, я понял по удаляющему звуку шагов, который доносился из открытого окна. Ещё удивился — зачем нужно покидать комнату столь оригинально? Второй этаж всё-таки. Пока не заметил тёмный ручеёк у ног и не догадался, наконец, посмотреть на пол.

… Потом, в будущем, меня ещё долго будет мучить совесть. Ведь если бы не моё копошение и не Анина ложь — всё могло бы сложиться иначе. Да, история не любит сослагательного наклонения, но… Скажите это человеку, на помощь которому вы не успели всего на секунду.

На негнущихся ногах я приблизился к девушке. Яна лежала на полу в странной позе, как будто её просто сломали и бросили. Нет, не сломали. Перерезали горло. И теперь её навеки замершие глаза глядели на меня с какой-то детской обидой — она же смогла доказать всем, что чудеса существуют не только в её мире…

Пальцы дрожали, когда я протянул руку к девушке. Нет, Дима, нет. Ты не станешь сейчас плакать и жаловаться на несправедливость жизни. Ты, мать твою, пойдёшь и её восстановишь!

В комнату вбежал запыхавшийся Лёха и остановился как вкопанный. В отличие от меня, Яну он увидел сразу. Ну и замечательно, что он здесь. Кто, как не сын мента знает, что делать в таких случаях, тем более Лёша не раз подрабатывал у своего отца.

С этими мыслями я резво залез на подоконник и спрыгнул в траву. Следы парня чётко отпечатались на мокрой земле, и я без проблем выбрал направление. Мне что-то крикнул Лёха, Ана голосила, едва поспевая за мной, но впереди была Цель. Я найду его, поймаю и отправлю за решётку. Даже если придётся умолять отца и ставить на уши все его криминальные связи. Внутри росла злость, дикая злость, которая отключала страх и заставляла концентрироваться на поиске.

Мне повезло — относительно, конечно — в том, что парень и не думал убегать. Он с довольной улыбкой стоял в небольшом перелеске и ждал, видимо, меня. Дождался. Я даже не стал растрачиваться на пафосные слова, а на всей скорости зарядил ему в морду. В живот, снова в лицо, ногами — словом, град ударов, чтобы он не успел опомниться. Я был крупнее его, пусть он и старше и, кажется, смог разбить ему губу. Главное, вырубить эту скотину и дождаться приезда полиции.

Но тут парень догадался оттолкнуть меня и сам отскочил назад.

— Ах ты, сука, — медленно произнёс он, дотрагиваясь до губы, — всё, нарвался. Теперь мне плевать, теневик ты или нет, я тебя точно прибью.

— Попробуй! — ощерился я.

Убийца смерил меня насмешливым взглядом, впрочем, не без раздражения — он продолжал морщиться, задевая место удара. Самоуверенность парня просто зашкаливала. Ну уж нет, я тебе не восторженная хрупкая девица, со мной грозные фразы не пройдут. Но сердце на миг дало сбой — вспомнилась недавняя стычка в лесу. А вдруг у него тоже есть с собой пистолет?..

— Попробуй, — ровно повторил я и посмотрел на него в упор. Есть или нет — думать надо было раньше. Сейчас уже поздно что-то менять.

— А ты любопытный малый, — хмыкнул он, — и всё-таки: человек или теневик? Давай, признавайся. Простой смертный не справился бы с дочкой Шакона. А именно ты, по слухам, организовал ей несчастный случай. Да?

Что-о?? Я прямо воочию увидел, как моя челюсть брякается на землю. Я подстроил смерть Аннет? Что за ерунда?!

— Слушай, псих! — не выдержала душа поэта. — Я тебя второй раз в жизни вижу, и ты второй раз обвиняешь меня в совершенно абсурдных вещах! Лечиться не пробовал? Чем тебе Яна не угодила?! — я сорвался на крик. До слёз было жалко девчонку. За что с ней так?..

— То есть не ты? — к моим словам парень отнёсся равнодушно. Я скрипнул зубами, но промолчал — похоже, этому индивиду бесполезно что-то говорить. — Хотя, я тебе не верю. Шакон до отвращения расчётливая сволочь и он знает, кого искать. Так что не прикидывайся ветошью. Меня сегодня уже Лель успел выбесить, растил себе карманного теневика, эту Яну, за нашей спиной. А ведь в преданности клялся, ножки целовал… старый маразматик. Ничего, кокну тебя вперёд лидера гончих — хоть развлекусь… хр-р.

Рискну предположить, что виной последних невыразительных звуков стала стальная «звёздочка», застрявшая в его горле. На асфальт брызнула кровь. Парень страшными, пустыми глазами посмотрел куда-то поверх меня и снова захрипел. Он попытался сжать шею, чтобы остановить кровотечение, но «звёздочка» слишком глубоко вошла в горло. Несколько секунд парень ещё дёргался, а потом затих…

Я ничего не мог сделать — ни убежать, ни испугаться, ни заорать. Тело будто бы парализовало на месте.

Не знаю, сколько бы длилось моё оцепенение, если бы не Ана.

— Осьминожек мой, пошли отсюда, — ласково, словно ребёнку, прошептала она.

Глава 7

Музыка играет… где-то. Не могу распознать, то ли у соседей, то ли в квартире. Я с трудом оторвался от подушки и застонал. Голова — хоть гвозди заколачивай. Ещё мелодия эта адская спать мешает. Какой идиот слушает музыку с утра пораньше?!

— Это телефон. Твой. И полдень уже на дворе, — со смешком ответили мне. Хотел было швырнуть в нечисть подушку, но вовремя вспомнил, что этим только дам повод поглумиться. И мозг придумал другой план:

— Ан, солнце моё, найди телефон, пожалуйста, — с мольбой в голосе попросил я, поскольку глаза открываться решительно не желали. О-хо-хо. Давно мы так круто не напивались…

Ради разнообразия совесть изобразила пай-девочку и покорно ушла за смартфоном. Впрочем, причину столь добросовестного поведения я понял спустя полминуты, когда оглушительно завывающая штука шлёпнулась рядом с головой. О, боже, я такие высокие ноты в жизни не брал. Нашарил пальцами эту паралитически вибрирующую тварь и попеременно морщась, поднёс к уху.

— Привет! — жизнерадостный голос Даниэля-Дина вынес последние остатки человеколюбия.

— Чего тебе надо, бл… — и тут я опомнился. Но к чести Дина стоит сказать, что у него даже паузы не возникло:

— Ого, я смотрю, подготовка к олимпиаде в самом разгаре! — ехидно прокомментировал он. Мой разум удивленно крякнул.

— Извини, совсем про неё забыл… — пробормотал я, медленно отключаясь. Однако, как оказалось, такт и Дин — две несовместимые вещи.

— Подъём!!! — заорал он, что я подскочил. Рядом заворочался Лёха, которому тоже надоели утренние звонки и крики.

— Дим, потише! — пробасил друг и отвернулся.

Смирившись с тем, что вставать всё-таки придётся, я нехотя сполз с дивана. В гостиной царил натюрморт из грязных тарелок и сваленных в кучу бутылок. К горлу разом подкатила тошнота. И не потому, что пили, а потому, из-за чего пили.

— Дин, ты живой? — я вошёл на кухню и осознал, что в трубке подозрительно замолчали.

— Да-а… Судя по всему, я не только тебя разбудил?

— Угу, — с третьей попытки мне удалось налить воду в стакан, — мы с Лёхой вместе спали.

Сказал без всякой задней мысли и тут же поперхнулся. Надо ведь было ляпнуть!

— Нет!

— Ладно-ладно, бывает, — захихикала эта сволочь (не родственники ли они с Аной, часом?), — я умею хранить секреты, — и снова ненавистное бульканье.

— Дин!!! Спали — в прямом смысле!

И мозг окончательно вынесло следующее:

— Жаль.

— Что???

— Да девушка мне у него нравится, думал, если вы вместе… эх, не повезло.

Я со вздохом сполз по стенке. Если он на расстоянии такой невозможный, то что будет при встрече?..

— Кстати, ты готовиться планируешь? Олимпиада вскоре после праздников, в четверг.

— Завтра, — выдавил с трудом, — приходи часам к двенадцати.

На потемневший экран смартфона я посмотрел с умилением. Всё, теперь можно идти спать. Больше меня никто не потревожит… твою мать! Резкий звонок в дверь стал последней каплей — мы с Лёхой синхронно взвыли.

— Неплохо вы здесь погуляли, — с сарказмом произнесла Ната, разглядывая неубранную комнату. Я смутился и опустил глаза. Краснеть мне приходилось в одиночестве: лучший друг скрылся в туалете ещё до того, как я открыл дверь. Услышав характерные звуки из ванной, Ната хмыкнула и начала собирать грязные тарелки. Я замер, не зная, что делать дальше, и за бездействие получил укоризненный выговор от Аны.

— Да ну вас, женщины, — пробурчал, сгребая бутылки, — можно подумать, у нас повод несерьёзный был.

В четыре руки мы быстро навели порядок. Жизнь налаживалась — Ната принесла с собой печеньки, коробку с пиццей и какой-то отвар из трав, который просто волшебно снимал похмелье. Правда, Лёхе он не шибко помог, но, по крайней мере, друг уже не бегал в туалет каждые пять минут.

— Наелись? — Ната многообещающе пробарабанила пальцами по столу и улыбнулась, заметив наши вытянувшиеся мордочки. — А теперь расскажите мне, какого чёрта я вчера весь вечер изображала Хатико! По-моему, у нас появилась новая шутка про «чай с тортиком»: в первый раз вы влезли в разборки с наркодилером… Интересно, что было во второй?

За столом повисла тишина. Я посмотрел на Лёху, он — на меня. Натка, подняв бровь, с любопытством следила за нами обоими. Переглядывания грозили затянуться. Вчера мы вроде как договорились не посвящать девушку в наши проблемы. Но договорились — и хорошо, а вот придумать альтернативную версию событий никто не удосужился. И как назло в голове был полный штиль. Ни одной тучки-идеи на горизонте.

— Ну? — не выдержала Ната. Вот зря мы молчали — девушка уже почуяла подвох и теперь точно не отстанет.

— Милая… — потянул Лёха, пиная меня под столом. Блин, а смысл? Напомните мне в следующий раз, чтобы я не брал его в разведку. У друга ж на лице написано: «извини, дорогая, но произошло кое-что из ряда вон выходящее и мы просто не хотим тебе рассказывать».

— Нат, извини, у меня сейчас немного жопа по состоянию зебры… — что я несу вообще? — И…

— И это не моё дело? — о, как я люблю этот женский тон с намёком на скорую обиду и скандальчик. И главное, перспектива ссоры с ней меня совершенно не радует. Но и выливать на девушку всю вчерашнюю чернуху было бы некрасиво.

— Мальчики, — с тяжёлым вздохом сказала Ната, — я в курсе, что у вас мускулы, яйца и прочее, и вы прекрасно справитесь без меня. Но ребят, я же переживаю! Что произошло? Что-то опять с наркотиками? И прекратите переглядываться уже, не отвертитесь!

— Нат… Там реально всё плохо. Ты уверена?

— Ну, я понимаю, что секта — это не детский парк! Дим, не тяни! Я готова выслушать про все извращения, только рассказывай.

Как вы могли догадаться, мало-помалу она вытянула из нас всю информацию о субботе. Лёха, конечно, весь переморщился, но за моральное здоровье девушки я не особо беспокоился. Натка — она не тонкая натура, да и близкая дружба с двумя парнями сыграла свою роль.

— Знаете, ребят, — девушка задумчиво облокотилась на спинку стула, — мне кажется, здесь всё тесно связано. Тройка парней, которая на тебя напала, эта Яна и магистр. Причём ведущая роль принадлежит именно парням. Я, кстати, вчера читала про ваш орден в инете, и слухи вокруг него ходят действительно странные.

— Например? — подключился Лёша.

— Например, что Яна — не первый убитый член секты, — огорошила Ната, — была ещё жертва, два года назад. Девушка-предсказательница. На форумах писали, что о будущем она могла рассказать не всем, но если у неё получалось, то очень метко. Собственно, поэтому народ и сожалел о её смерти. А убийцу не нашли. И ещё одна вещь, которую я заметила… Ты вроде говорил, что Яна была простовата, но с яркими зелёными глазами, да?

Я кивнул, и подруга продолжила меня удивлять:

— У той предсказательницы клиенты тоже отмечали яркий цвет глаз, уже не помню, какой, но всех прямо восхищала яркость, однотонность и далее по списку.

— Ната, цвет глаз — это не показатель. Причём он тут вообще? — оборвал девушку Лёха.

— Возможно, — легко согласилась она, — однако Диму эти парни едва не прибили. А теперь посмотри в его чудесные глазки. Парадоксально, но факт — они тоже яркие, выделяющиеся, а цветом вообще чуть ли не жёлтые. Если следовать их логике, то у вас с Яной должно быть что-то общее. Почему бы не взять насыщенность цвета глаз, как один из вариантов?

— Звучит бредово, — весело откликнулся я. Но уже через секунду мне стало не до смеха, — хотя…

Неожиданно в памяти всплыли слова Виктора Степановича про незнакомую учительницу: «…и глаза яркие, бирюзовые». А так ли не права Ната? Но о чём может поведать оттенок глаз? Это просто результат комбинации генов, не более. С другой стороны, а где гарантия, что те парни адекватно воспринимают реальность?

— Нет, — я встал из-за стола и прошёлся по кухне, — нет-нет. Ребят, скажите, глупая версия — а если у них есть какое-нибудь эталонное описание, которым они пользуются?

— Ты имеешь в виду описание отдельных элементов внешности? — мгновенно поняла меня Ната. — Может быть…

Лёшке наши идеи явно не нравились, но друг также призадумался. Некоторое время он гипнотизировал навесной шкаф и Эри, развалившуюся на нём, а потом раздражённо помотал головой:

— Не, ребят, в вашем потоке мыслей вроде и есть резон, но я всё равно не могу принять версию с убийством из-за абстрактных внешних признаков. В конце концов, мы живём не в Америке девятнадцатого века, чтобы у нас так процветал расизм! Но! Теоретически, внешние данные могут служить последним штрихом, довершающим общую картину.

— Получается, что существует некая характеристика, в которой цвет глаз является своего рода финальным аккордом? — уточнил я. Девушка, выслушав нас, скривилась:

— Страшно представить, что это за перечень качеств!

— Ната, сам орден — специфическая организация, — развёл руками друг, — что они там, в узких кругах пропагандируют — неизвестно. От поклонения Сатане до древних языческих культов — на разные дурости человеческая фантазия всегда богата.

— Не ходите туда больше, — проворчала впечатлительная подруга, — ну их к чёрту, эти тайны!

Я примирительно погладил её по волосам:

— Мы и сами не горим желанием. Мне смерть Яны и этого парня ещё долго в кошмарах сниться будет…

— Димка, — Ната незаметно оказалась рядом и обняла меня, — не раскисай. Давайте лучше на шашлыки завтра съездим? У нас четыре дня отдыха, а мы их на липовую секту тратим.

— А давайте! Только ко мне Дин должен прийти в двенадцать…

— Не беда, уедем позже, — энтузиазма у Наты было выше крыши, — родители нам не помешают, на отце половина праздничных мероприятий висит, ему не до отдыха. И тепло, и дача свободная. Лёш, ты как?..

— Я за, — попробовал улыбнуться друг.

— Вот и ладушки. А теперь можно взять листок и расписать всё по пунктам — парней, нападение, Яну. Предлагаю устроить локальный мозговой штурм. Знаю, вы бы с удовольствием устроили его без меня, но тогда кто у вас главным генератором фантастических идей будет?

Друг растерялся от резкой смены темы, а я похмыкал. Расписать всё — замечательная мысль. Похоже, Ната сегодня будет генератором любых идей, потому что мы с Лёхой, чувствую, ни одной предложить не сможем.

Я сбегал в комнату за листком и ручкой. Вернулся и под напряжёнными взглядами друзей начал творить. Первую колонку я назвал «непонятное». Туда попали Ана (под уничтожительное фырканье оной), призрак соседа и исчезновение Яны со сцены. Насчёт последнего — меня обуревали сомнения. Был ли это трюк или, правда, нечто мистическое? Разум склонялся к первому, интуиция — ко второму. Ох, оставим пока. Вторую колонку с подачи Наты посвятили ордену. Подруга нарисовала два кружка с парнями и Лелем, и поставила между ними знак вопроса. Внизу она обрисовала круг с Яной и зачеркнула его, отчего у меня противно ёкнуло сердце.

— А если у этих парней влиятельные родители? — предположил Лёша. — Какие-нибудь криминальные авторитеты, которые и создали сей орден? Тогда нет ничего удивительного в том, что Лель их побаивался.

Я кивнул, принимая эту версию. Вполне логично, и можно провести параллель со мной — вдруг отец кому-то перешёл дорогу, и отомстить решили через меня. Единственное:

— Почему он обвинил меня в смерти Аннет? Ни один местный «якудза» не дотягивает до уровня мистера Ришоу. Откуда у того психа были сведения о делах лондонского гостя?

— Ребят… Думаю, псих и поплатился за сведения. Наверняка у Шакона есть своя служба безопасности, которая отслеживает утечку информации. А тут и момент подходящий, и тебя не дали убить — словом, охрана выполнила план на двести процентов.

— Нат, но выходит, что тот парень не лгал?

Девушка лишь огорчённо пожала плечами. Мы сидели ещё минут двадцать, а потом плюнули и пошли смотреть фильм.

Глава 8

2 часть. И когда уже не кажется

Карин

Сбегать из дома было последним делом, но она не смогла удержаться. Хотелось побыть наедине с собой, со своими мыслями. Возвращение на родину принесло столько счастливых воспоминаний, что душа сжималась от боли. А он не понимал. Снова начались ссоры, больше по её инициативе и его почти ощутимое раздражение. Карин иногда поражалась терпению любимого: за некоторые свои фразы она бы и сама убила, не задумываясь. Но он молчал, и женщина кожей чувствовала скорый драматический финал. Не их отношений, а всего задуманного мероприятия в целом.

Сегодняшнее бурное примирение вернуло ей забытое за последний год чувство гармонии. Но проблема выбора никуда не исчезла. На одной чаше весов — старое обещание другу, родственнику, и некогда близкому человеку. На второй — её семья. Странное переплетение прошлой и нынешней жизни, которого она боялась. Но от судьбы не уйдёшь — рано или поздно ей пришлось бы вернуться.

Бывшая французская модель, редактор известного журнала и типично городская штучка с восторгом смотрела на усыпанное звездами небо. Мягкое сияние луны, стрекотание кузнечиков и ласковый ветер, разметавший волосы по плечам. После ярких огней мегалополиса дачный посёлок казался непривычно тёмным. Дорога из травы и щебня одним концом уводила в лес, пестреющий на горизонте, а другим — к круглосуточному магазину и цивилизованной автостраде. До которой, впрочем, ехать не меньше четырёх километров по ухабам. Карин весело рассмеялась: в некоторых аспектах Россия совершенно не изменилась за двенадцать лет. Будто бы и не уезжала вовсе. У них тоже была дача, и всё было как здесь: небольшая работа в саду, ягоды летом, шашлыки и песни под гитару. Сестра и кузен носились по специально отведённой площадке, иногда к ним присоединялся муж тёти. Они же с Лерой постоянно оказывались в центре проказ: то их обливали из шланга, то дети приносили маленькую мышку или ящерку, то на них нападали в самый неожиданный момент и щекотали до дикого визга. Это было очень давно. Это было…

Она вдруг всхлипнула, как девчонка, и рукой вытерла глаза. С каких пор она стала такой сентиментальной? Женщина уже подумывала купить тест на беременность, до того её поражало своё состояние. Сейчас необходимо было собраться, а она наоборот, только расклеилась.

Дима

Самый лучший день за два месяца! Я потянулся до хруста костей и пьяно улыбнулся. Ночь была потрясающей, настолько, что даже не хотелось ложиться спать. Поэтому заметив милующихся друзей, я решил немного прогуляться. И мне хорошо, и у них будет время на общение тет-а-тет.

Небольшой дачный посёлок уже давно погрузился в сон. Фонарь в округе был один единственный — у стенда с объявлениями, но и он приказал долго жить. Так что мне, как первопроходцу в древности, путь освещала луна. Романтика…

После вина меня неудержимо тянуло на лирику. Но рюкзак вместе с телефоном остался на даче, а проговаривать рифмы вслух мешала Ана. Эта заноза тихо хихикала за спиной и сбивала с мысли. С её подачи окружающий мир медленно, но верно терял своё очарование. Интересно, при жизни она была такой же вредной?.. Вряд ли. Иногда мне казалось, что за волнами чёрного юмора Ана пытается скрыть свою растерянность. И на самом деле на душе у нечисти скребутся кошки.

— Много думаешь — плохо спишь, — безапелляционно отрезала девушка. Ха, один-один.

В воздухе уже вовсю пахло летом. Вот сдам этот чёртов ЕГЭ, подам документы и уеду с отцом на море. Кстати, он позвонил мне вчера и извинился. Собственно, поругались мы вовсе не из-за девушки. Причина крылась в другом: я имел неосторожность отказаться от «блестящей» карьеры исполнителя. Отец хотел видеть меня на сцене, но меня эта перспектива не впечатляла. Зачем, спрашивается, я столько лет усиленно изучал физику и математику в лицее? Чтобы стать его музыкальным клоном? У нас похожий голос, похожая манера петь и ко всему прочему, мне до его уровня, как до Эвереста. Но нет же, мы должны упереться рогами и показать, кто в доме главный. В итоге я настоял на своём и послал его лесом. Папаня разозлился… и началась эпопея с подругой-одноклассницей. К счастью, особо пылким влюблённым я не был и предательство девушки лишь мазнуло по сердцу чем-то неприятным. Чёрт с ней, с симпатией, но ведь история на этом не закончилась. У моего папы слишком известная фамилия, чтобы после секса с ним девушки не желали продолжения. Пошли слухи, сплетни, да мало того, она даже давала интервью по радио, в котором назвала себя новой отцовской подругой и принялась нас сравнивать! В постельных успехах… и не в мою пользу, разумеется. Злопыхатели в школе торжествовали, а я не знал, куда деться от стыда. Для меня выносить такую тему на всеобщее обозрение — это чересчур. И самое противное, добрая половина друзей поставила эту новость аргументом номер один в спорах. Я устал пересылать Лёхе сообщения с шикарной фразой: «зато ты девушку удовлетворить не можешь!». Не знаю, как удовлетворить, а смотреть в их сторону я теперь точно не могу. Так что зря Ана ехидничала по этому поводу.

— Заострять внимание на подобных темах — вверх неприличия, — экспрессивно прошептала нечисть, — разотри и забудь!

Я аж споткнулся о неровно выступающий камень. Никак не ожидал, что прожженная феминистка в лице совести будет меня поддерживать.

— Спасибо, Ан. Вроде я уже переболел.

— Молодец! Фух, ну и ситуация — дурдом отдыхает…

М-да, что не говори, а в наших с духом отношениях полная идиллия.

В магазине я сразу потянул свои лапки к шоколаду. Моя прелесть… Ана фыркнула и обозвала меня сладкоежкой-маньяком. Но судя по тому, с какой грустью нечисть смотрела на лакомство, зависть — плохое чувство. От немедленного расстрела конфетами меня спас звон колокольчика на входной двери. Видимо, кому-то тоже не спится. Пока совесть не вспомнила про месть, я быстро кинул в корзинку сок, йогурты для Наты и шоколадку. Впрочем, на кассу мы со второй покупательницей пришли одновременно, только у неё в руках была лишь бутылка воды.

Хм. Миловидная женщина. Я засмотрелся и упустил момент, когда продавщица озвучила цену. В результате две из трёх присутствующих женщин высказали мне всё, что они обо мне думают. Третья, к счастью, смолчала и даже поулыбалась. Я стушевался и пулей выскочил из магазина. Блин, неловко получилось.

Странным мне показалось то, что женщину на улице никто не ждал. Неужели она не боится ходить одна по тёмному посёлку?

— Ты ещё проводить её предложи, — ядовито произнесла нечисть. А почему бы и нет?..

— Издеваешься? — мрачно сощуренные глаза и шёпот, способный убивать. Я недоумённо перевёл взгляд на Ану. С чего вдруг она завелась?

— Дим, очнись! Ей же лет тридцать как минимум!

Ну, допустим, я вижу. И что?

— Бабник, — сделала «вывод» девушка и пропала из поля зрения. А? Почему у меня ощущение, что я пропустил значительную часть нашего диалога? Ничего не понимаю. Она обиделась на идею проводить незнакомку до дома? А что такого? Мне действительно проще проводить, чем потом читать в новостях про очередное изнасилование. А вышедшая из магазина женщина вполне могла приглянуться каким-нибудь подонкам. Среднего роста, светловолосая. Немного приподняты уголки глаз, аккуратный маленький носик, нежные губы. Хрупкую фигурку мастерски подчёркивает приталенная кофта с подвесками в вырезе спины и чёрные обтягивающие джинсы. У такой ухоженной женщины возраст выдавали скорее не морщины, а манера поведения. И пусть я не заметил никаких признаков старения, но уверенность в том, что передо мной не молодая девушка, была железной. Да и Ана подтвердила эту догадку.

— Привет, — пока я размышлял, женщина сама подошла ко мне и заглянула в лицо, — ты случайно не Дима Ямиров?

Я вздрогнул.

— Э-э, да. Здравствуйте. А мы знакомы?

— В какой-то степени, — уклончиво ответила она, — проводишь меня? Здесь недалеко.

Донельзя удивлённый, я кивнул. Мы вместе зашагали обратно.

— А как вас зовут? — спохватился наконец.

— Карин. Карин Аммар, может быть, слышал? — она вопросительно наклонила голову. Я задумался. Карин Аммар, иностранка, выходит. Да, лёгкий акцент в речи чувствуется. Но и на русском она говорила, как на родном. Эмигрантка? Аммар, Аммар… Стопроцентно где-то слышал, но вспомнить не получалось.

— Увы, нет, — признался я и сконфуженно добавил, — извините.

— Ничего, это было закономерно, — улыбнулась она и сверкнула глазами. Голубыми. Меня моментально пробрало до костей. Взгляд как у мамы… Теперь понятно, почему я зацепился за эту женщину.

— Мы с Андреем старые друзья, — пояснила Карин и красноречиво хмыкнула, — и, зная твоего отца, уточню — именно друзья. Тебя я тоже помню, маленького. Все ещё вздыхали тогда, какой ты худенький, низенький и совсем не растёшь. Навздыхались, смотрю, — с притворной грустью закончила женщина, ладошкой отмечая разницу в нашем росте.

— А с мамой вы были знакомы? — поинтересовался я.

— Да, — голос Карин стал немного хриплым, — мне до сих пор тяжело без неё, хотя прошло уже столько лет…

Некоторое время мы шли в тишине. Вот зачем я спросил? Только женщину зря расстроил.

— Кстати, а мне недавно описывали девушку, очень похожую на вас, — невпопад ляпнул я, — но сказали, что у неё бирюзовые глаза. Я тут задумался: а бывает ли вообще радужка такого цвета?

Резкая смена темы имела эффект: Карин растерянно нахмурила брови.

— Бывает. Тебе описали мою сестру, Нику. И Дим, прости меня, я слишком загрузилась. Понимаю, тебе хочется побольше узнать о маме, но не сейчас, ладно? Я с удовольствие расскажу всё при нашей следующей встрече.

— Ловлю на слове, — весело отозвался я. Что, впрочем, не помешало мне изумиться спустя секунду:

— Как вашу сестру? Она учительница?

— Учительница, красавица, стерва, — усмехнувшись, подтвердила Карин, — не волнуйся, нас часто путают друг с другом, особенно мужчины. А кто говорил тебе о ней? Друзья?

— Призрак соседа, — кристально честно ответил я и ошарашено похлопал ресницами. Что?! Какого чёрта я сказал правду??? Злорадное хихиканье за спиной мгновенно расставило всё по местам. Ана!!! Это не смешно! Я внутренне сжался, представив, как на подобный поворот отреагирует женщина.

— То есть дух? — ни малейшего возмущения, будто бы мой ответ для неё в порядке вещей, — тогда понятно. Ника вечно с ними носится. А я вот недолюбливаю эту нематериальную братию. После смерти у людей портится характер, и они все поголовно превращаются в редкостное хамло, с которым трудно работать… Ты чего отстал?

Нет слов, одни междометия. Она ещё спрашивает! После её негодования по поводу хамов-призраков, я должен молнией лететь в ближайшую клинику. С огромной надеждой, что меня всё-таки вылечат!

И, кажется, Карин поняла причину моей заминки. Женщина приблизилась мягкой кошачьей походкой и зачем-то закусила губу. А потом не выдержала и рассмеялась:

— Ох, сделай лицо попроще, пожалуйста.

— Вы пошутили?

— А ты?..

Мне стало неуютно. Разговор шизофреника с алкоголиком, блин. С точки зрения нормального человека, мы несём полный бред, но… В довершении всего, Карин посмотрела мне прямо в глаза:

— А не теневик ли ты часом, Дима?

Быдщ! Нет, серьёзно — быдщ. У мозга истерика, у меня — столбняк. Какой ещё теневик?! Я ушёл в магазин, а не в другую реальность. Стоп! А меня ведь уже называли так. Теневик, теневик, тень…

— Достали! — гневно выкрикнул я, когда разум промотал мне видео с убитым психом, — не теневик!

— Уверен? Внешне ты просто классический теневик.

Вспомнив теорию Наты, я нервно икнул.

— Угу, из-за того, что глаза яркие?

Карин подарила мне долгий, оценивающий взгляд и махнула рукой, предлагая следовать дальше. Я покорно, как овечка, поплёлся за ней.

— Почему ты испугался?

— Я не испугался, — пояснил ей со вздохом, — просто мне надоело. Я не хочу участвовать в этой сектантской войне.

— Сорри, в какой войне? — недоумённо переспросила Карин.

— Ну, в которой убивают чисто из-за внешности. Те психи из ордена Особенных, разве вы не знакомы с ними? Они меня тоже упорно теневиком называли.

У женщины глаза на лоб полезли. Хм, а не переборщил ли я с обвинениями?

— Подожди, — она выставила вперёд руки, — мне кажется, с тобой говорим о разных вещах. Давай я кое-что проясню. Итак, внешние признаки. Их всего три: необычный или очень насыщенный оттенок радужки, широкие плечи и длинные пальцы.

— Но ведь?.. — перебил я и Карин лихо меня оборвала:

— Правильно! Это всего лишь общие черты. По ним никто не судит, тут риск ошибиться — колоссальный. Что касается духов… — начала женщина и замолчала. Какое-то время она неподвижно смотрела в область рядом со мной.

— Дима, — прошелестела незаметная Ана, — мне ужасно не нравится эта мадам. Такое чувство, что она покруче тех парней будет. Может, ну её?..

— Я всё слышу! — не отвлекаясь, окликнула нас Карин, — и вижу. Значит, не только призрак соседа, но и дух-спаситель? Любопытно… Собственно, это второй признак, по которому я предположила, что ты являешься теневиком. Обычные люди не ощущают духов. Хотя если брать во внимание твою наследственность, то всё возможно. Поэтому и спросила.

Признаться, я даже охреневать устал. Ана ойкнула и больше не высовывалась. И что это был за пассаж про духа-хранителя? Как она видит Ану, если в данную секунду я её не вижу?

— Мою наследственность?

— Оставим этот вопрос без ответа… Рано, — таинственно произнесла женщина, — что за орден «Особенных»? Я прилетела сюда около недели назад и в город почти не ездила. Кого убили из-за внешности? Ну не стесняйся! Может, советом помогу.

Сходить с ума — так с музыкой. Я пересказал ей некоторые эпизоды моей встречи с парнями и убийство Яны и психа. Пока вещал, мы успели дойти до дома Карин. Я мысленно присвистнул: ничего себе дача. Высокий кованый забор, усадьба в два этажа. Как я ухитрился пропустить такой шикарный домик?..

— Жалко девочку… — потянула Карин, — подросток, что с неё взять, хотела самоутвердиться. И куда Ника смотрит! Они же скоро всех наших перебьют!

— Почему вы решили, что Яна — теневик? — твою мать, «наших». У меня сейчас мозг взорвётся!

— Тебя твой дух совсем в неведении держит? Как она спасать планирует, если ты вообще в ситуации не разбираешься?

— Это моё дело, как спасать! Живой ведь ещё! — разгневанная Ана вышла на тропу войны. Женщина снисходительно оглядела её с головы до хвостика.

— Благодаря тебе или удаче? — иронично парировала Карин. Совесть вспыхнула, но встретившись со мной взглядом, скривилась и приняла позу «лотоса».

— Вмешательство не должно быть активным. Правила строго запрещают идти на прямой контакт с подопечным. Я — лишь мотивация. Моя задача — найти первопричину разрушения узла. Но пассивно, через разговоры, мысли, действия. Простые истины — это не ко мне, у меня снотворное в бокале и паутина интриг, — Ана чеканила каждое слово, будто повторяя наизусть выученный текст. Спокойно, гладко… не напрасно я ждал бурю, — а с ним всё летит в тартарары, понимаете, вы! Мне его дали как человека, а он меня видит и слышит! И не верит! Он же человек по плану! А теперь представьте, я начну грузить его насчёт скрытых рас?! Да он у меня сам на ближайшем дереве повесится!

Немая сцена. Занавес. Разум уходит на поиски дерева. Трогательно машет шляпкой и просит никого не винить.

— Дима, всё хорошо. Извини-извини, я сорвалась, — обеспокоенно затеребила меня Ана. На лице Карин тоже написано сочувствие. И я сдаюсь. Принимаю правила игры.

— Где связь между духами, теневиками и смертью Яны? — предельно чётко спрашиваю у женщины.

— Яну убили не из-за духов, — Карин приложила пальцы ко лбу и болезненно сморщилась, — виной всему — её показательное исчезновение… С-с-сволочь!

— Что? — женщина пошатнулась и гневно обернулась в сторону дома. Я поднял глаза и присмотрелся: в одном из окон вырисовывался силуэт мужчины.

— Fuck! Ну конечно, мы же собственники… Что я, прогуляться не могу? И чего тебе не спалось? Дима! — Карин резко повернулась ко мне. — Я должен уйти. Короче, к тем парням лучше не суйся. Это кукловоды — им закон не писан. Ай! Жалко, Ники в городе нет… На вопрос о теневиках хлопай глазами — не видел, не слышал, не привлекался. На всякий случай. Будь осторожен.

Глава 9

Утром я ещё раз сбегал к злополучному дому, но так никого и не встретил. Может, оно и к лучшему? Стоит ли лезть туда, куда не просят? Лишние проблемы никому не нужны. Особенно если своих — вагон и маленькая тележка.

Эта мысль сидела в голове с ночи. Она полностью меня оправдывала, но… Разум не обманешь. Это малодушие. И в чём бы я себя не уверял, я хочу узнать правду. Ради Яны — за что её убили? За абстрактное понятие «теневик»?..

Карин была не права, обвинив Ану в непрофессионализме. Само появление духа меня взбодрило, заставило пересмотреть свои взгляды. Шутка что ли, когда твоя шизофрения твоими же фразами объясняет тебе, почему ты не должен так поступать. Не пресловутым «это вредно», и не стереотипами, которые давно опровергли, а чёткими аргументами, подходящими именно тебе. Всё-таки моя нечисть — умница. Она выбрала замечательную тактику. Я не верил в Ану, но она была мне нужна. Пускай как плод воображения или персональный глюк. Иногда есть то, о чём ты не можешь рассказать ни друзьям, ни родителям, а с собственной неопытностью только набиваешь новые шишки. А Ана стала для меня тем третьим лицом, «психологом», который пользуясь слабостью пациента, в приказном порядке вправляет ему мозги. Где-то заботой и лаской, где-то воздействием, где-то ехидством. Какой бы когнитивный диссонанс не вызывала нечисть, она действительно помогла мне вернуть себя.

— Спасибо… — еле уловимый шёпот, но она знает, что я услышу.

В ожидании автобуса мы бродили по остановке, думая каждый о своём. У меня за плечами была жуткая, бессонная ночь, наполненная бредовыми мыслями и кошмарами. От перенапряжения в глазах полопались капилляры. Утром своими красными очами я сильно перепугал Нату — девушка уже вознамерилась доставить меня домой на скорой. С трудом успокоили.

Наш транспорт опоздал минут на двадцать, но по-хорошему не приезжал бы вообще. Автобус мчался по трассе с дикой скоростью. За окном только и успевали мелькать деревья и встречные машины. Я надеялся немного подремать в пути, чтобы хоть на время забыть о вчерашнем. Но ударившись виском о стекло, про сон больше не заикался. Ладно уж, дома высплюсь.

Снова размышлять о словах Карин мне не хотелось. Но когда все ближайшие дни оказались распланированы по минутам, неугомонный мозг опять завёл пластинку о теневиках. И да, придётся принять как данность — Ана существует на самом деле. Конечно, в глубине души я признавал этот факт и раньше. Шизофрения по определению не может готовить мне блины или обливать холодной водой. Но пока свидетелем её действий был только я — я мог сколько угодно что-то кому-то доказывать. С примерно тем же успехом, что и «клиенты» специфических клиник.

Кстати, о духах… Это зубастая зараза отказывалась делиться информацией! Совсем! Я словно о стену бился — ноль результата. Аргумент был железный: мой мозг к такому ещё не готов. Прокачать его надо, что ли?! Я уже взял уровень: достижение «видеть духов» открыто, достижение «не свихнуться при этом» — на подходе. Куда хуже?

Протяжный грустный вздох был мне ответом. Мотивирует, однако. Некоторые мои подозрения нечисть вчера всё-таки подтвердила. В частности, что война действительно имеет место быть и она далеко не сектантская. Ну как война — историческая неприязнь и активные стычки. Про теневиков и кукловодов я догадался уже сам. Но вопрос — а что это за звери такие — оставался открытым. Особенно мне понравилось уточнение про «не только кукловодов и теневиков». После этого «не только» я выпил всю валерьянку на даче. Наблюдавшая за моими метаниями Ана предложила усыпить меня искусственно, но я гордо дождался рассвета. И сделал, собственно, следующие выводы. Первое — я не сошёл с ума. Второе — духи реально среди нас. Третье — когда я перечислю это лучшему другу, он согласится, а потом даст мне чем-то тяжёлым по голове и увезёт в больницу. Следом шли выводы-неточности и выводы-планы. Итак, Карин сказала, что знает отца — расспросить у него про женщину. Вряд ли она соврала насчёт их дружбы, обычно такие вещи на ходу не придумываются, да и зачем? По возможности бы ещё поискать её сестру… Жалко, я номер школы не спросил. Ради интереса сходить к Лелю? Неплохой вариант, но возвращаться в дом, где убили Яну было… тяжеловато. Плюсом мне не давала покоя оговорка Ромы про духа. Неужели он тоже связан со всем этим? Ведь по логике Карин и Аны простые смертные не видят призраков. Ну, кроме меня — да-да, я один у папы такой особенный.

Но если серьёзно, этот дурацкий «теневик» уже достал. Что вообще вкладывают в сие понятие? Детали внешности, как мы выяснили, не играют существенной роли. Возможность исчезать? Куда, почему, зачем? Невидимость? Телепортация? Чёрт побери, я не читаю столько фантастики, чтобы хоть чуть-чуть разбираться в ситуации! Есть ещё кукловоды… Та тройка парней. А ведь у них даже глаз ярких нет. Непорядок.

И последнее, наболевшее — почему Шакон обвинил меня в смерти Аннет? И откуда об этом знал тот псих? У меня в голове, чувствую, скоро созреет теория всемирного кукловодо-теневого заговора. Но кажется, с одним вопросом я разобрался. Из-за кого развалился мой узел, если всё сказанное Аной не ложь.

— Нехороший ты, Дима! — ах да, я разгадал одну Анину фишку — дух подглядывает только в «поверхностные» мысли. И если не проговаривать догадки в мысленной речи, то нечисти они не доступны. Поэтому, в отместку за молчание совести, я перестал делиться с ней своими предположениями. Справедливо же.

— Дима, у меня для тебя плохие новости. Ты трудоголик, прости, — с наигранным разочарованием констатировал Дин, потянувшись на стуле. Я фыркнул и ещё раз обновил страницу на ноутбуке. Из-за проклятого ночного урагана паршиво работал интернет. Мы даже в школу не пошли, потому что у неё уехала крыша… А между прочим, её ремонтировали совсем недавно. Видимо, кто-то решил сэкономить, хотя денег на кровлю выделяли достаточно. Называется, найдите связь.

— А ты лентяй, — вернул подачу я, хотя сайт так и не загрузился. На нём люди иногда выкладывали задачки с прошлых олимпиад. Естественно, с полным разбором ответа. К тем примерам, которые мы с Дином уже прорешали, я хотел добавить задания с этого сайта. Но похоже, не судьба. И Дин явно не настроен заниматься дальше.

— Так и живём, — подытожил он, недовольно глядя в окно. Успокоившаяся было стихия разошлась с новой силой. Дождя лил стеной и от ветра подгибались деревья. Как бы ещё чего-нибудь не улетело.

— Пойдём тогда чай пить, — я закрыл ноут и отложил листочки в сторону. Посмотрел на часы и отметил, что можно сразу обедать — стрелки приближались к двум часам. Дин с радостью поддержал мою идею. Кто бы сомневался.

— Дим, а ты на какую специальность собираешься поступать? — поинтересовался парень, когда дело дошло до чая. Я хмыкнул:

— На инженера-архитектора, — у Дина аж печенька в чашку упала. Да-а, в лицее были свято уверены, что учатся с будущей звездой эстрады. Увы, но мои амбиции не имели таких масштабов.

Дин окинул меня задумчивым взглядом:

— А ты, оказывается, бунтарь, — хохотнул он, — а как же поклонники, слава, популярность?

— Обойдусь без этой мишуры, — буркнул я, — мне бы наоборот, снизить градус чужого внимания.

— Тоже верно, — Дин, судя по его поведению, вообще не умел заморачиваться, — почему именно архитектор?

Я пожал плечами:

— Мама была архитектором. У нас в городе есть несколько зданий по её проектам, папа мне их показывал. Вот и понравилось. Захотелось самому попробовать.

— Хм, понятно. Необычно, но тебе подходит. А что отец? Он не против?

Меня пробил нервный смех. Папа очень хотел, чтобы я пошёл по его стопам. Он был не то, что против, он был радикально против. Первый раз в жизни меня обещали выпороть! Поначалу охватывала жуткая злость, а потом стало обидно. Это ведь моя жизнь.

— Смотрю, благословления ты не получил…

— Вовсе нет, мне дали карт-бланш, — улыбка вышла кривоватой, — в смысле, поступай хоть на чёрта лысого, но собственными усилиями.

— Ну, я бы не сказал, что у тебя нет никаких шансов, — вкрадчиво произнёс парень, — с твоими знаниями вполне можно учиться на бюджете.

— Суть не в этом, Дин. Я привык, что мы всегда друг друга поддерживаем. Но он мне заявил: «делай, что хочешь, только меня не трогай». Ладно, извини, я что-то разнылся. А ты куда поступаешь?

— Пока не знаю. Вариантов много, но везде какие-то сложности. Письмо из Хогвартса я не получил. Клоун с моим чёрным юмором получится слишком страшный. В детстве мечтал работать в шпионской организации, но они, гады, хорошо шифруются — за десять лет я ни одного штаба не обнаружил. Про наёмных убийц мне рассказывать или ты сам догадаешься, где здесь проблема?

— Ммм, я даже не представляю. Совесть мешает? — рискнул предположить потенциальный (и скромный) архитектор в моём лице.

— Дима, моя совесть — самая неудовлетворённая женщина в мире, поверь, — с бесенятами в глазах, но предельно серьёзным тоном пояснил парень, — просто там своя иерархия, свои правила, а я не люблю подчиняться. Но для свободного «художника» мне не хватает знаний. Ах да, была ещё идея дальше сидеть на шее у брата, но тут он почему-то воспротивился.

— Действительно, что такого?..

— Вот-вот, я сам в шоке! — он горько вздохнул.

— И на чём ты остановился? — теперь уже мне интересно стало. И да, он ответил последнее, что я ожидал услышать:

— На учителе физики. Шучу-шучу, не таращись. Планировал на физфак в универ, но говорят, там все теоретики… А у меня же шило в заднице, мне нужна деятельность!

— Пошли со мной поступать? Знакомые с моего направления обещали «насыщенную» студенческую жизнь. Ната из нашего класса тоже поступает, моя подруга, которая тебе нравится вроде.

Дин подскочил на стуле с невиданным воодушевлением. Блин, я такими темпами оставлю Лёху без девушки. Хотя сомневаюсь, что новый приятель влюблён уж до потери пульса. Скорее всего, играет на публику.

— Замечательно, давай! А что туда надо сдавать?

С тяжёлым сердцем я перечислил ему предметы и парень зажёгся ещё больше. Логично, ведь в математике и физике половина лицея неплохо варит, а с русским справиться можно. Но всё-таки, чем его покорила Ната? Не, подружка милая, стройная и в целом, умеет себя подать. Но она — заядлая интриганка, людьми крутит с пугающей силой. А уж собственным парнем!..

— Дима, ничего, если я пережду у тебя дождь?

Я кивнул. Непогода на улице и впрямь переходила все границы.

Дождь закончился ни много ни мало через три часа. За это время мы успели поиграть на компе, посмотреть фильм и несколько раз поругаться. Пожалуй, у Дина получалось выводить меня не хуже, чем у Аны. Но долго злиться на него я не мог — видимо, этот шут не воспринимался мною серьёзно. Так что на улицу мы вышли вполне довольные друг другом. Пока не заметили царящий вокруг бедлам.

Да, ураган основательно поработал — ветки деревьев и мусор валялись по всему двору, а воды на асфальте было по щиколотку. Какая прелесть… Счастье, что я надел ботинки, а не кроссовки. Дин в своих резиновых сапогах вообще чувствовал себя королём дорог. Мне было с ним по пути — парень жил практически рядом с Лёхой, которому я обещал занести конспекты. Друг ещё упомянул про чай с… и тут я гневно зашипел. Не-не-не, только сахар, хватит мне приключений. Но Лёха обнадёжил тем, что в неприятности мы попадаем только вместе, и проблемы в одиночестве нам не грозят.

К чему я?.. Хотите посмеяться?

Мы спокойно шли себе, болтали о холодном оружии, когда Дин резко толкнул меня в сторону и упал следом. Я по инерции прокатился по асфальту и почти буквально уткнулся носом в лужу. Спасибо тренировкам — тело спружинило на руках раньше, чем я успел что-то понять. В итоге уткнулся коленками в землю и растеряно осмотрелся. Дин был уже на ногах, в отличие от меня сухой и чистый, и с напряженной миной шарил по карманам. Снова свистнул воздух — и с безлюдного пустыря в парня полетел… бумеранг! Натурально сверкнувший лезвием бумеранг! Ничего себе, я и не знал, что такие бывают. У Дина едва получилось увернуться — ну как, он красиво и можно сказать, профессионально, ушёл с линии атаки, но дальше начался балет. В том смысле, что в резиновых сапогах по мокрой и неровной земле лучше не прыгать. Он поскользнулся, начал заваливаться назад, замахал ногами, потом запнулся и грохнулся на ручеёк рядом со мной. Поймавший бумеранг железной перчаткой незнакомец, как и его товарищ, обескуражено наблюдали за танцами приятеля. Мой нервный смешок стал апофеозом ситуации.

— Опять изображаешь шута, Дин? — с раздражением произнёс один из нападавших. Я с удивлением узнал в ребятах друзей психа. Как там назвала их Карин — кукловоды?

— Слушай, Кость, а ты попрыгай в этом?! — справедливо возмутился Дин, поднимая ногу с сапогом вверх. — Что за неожиданная встреча, парни? Соскучились?

Ага, конечно — истосковались все. Даже торжественную часть с бумерангами устроили. Стоп! Получается, они знакомы с Дином?

Ребята переглянулись, и названный Костей швырнул в приятеля какой-то мерцающий предмет. Но замах вышел слабый — и «звёздочка» угодила ко мне. Я поднял её с земли и вернулся в вертикальное положение. С одежды текло, на куртке и джинсах появились бурые разводы, но сейчас эти мелочи интересовали мало. По понятным причинам я подробно не рассматривал сюрикен, застрявший в горле у психа. Однако эта штучка явно имела похожие очертания. Дин перестал улыбаться.

— Оперативно сработано, — «звёздочка» как по волшебству исчезла из моих рук, — я надеялся, что вы подольше останетесь в неведении. Хорошо-хорошо, Кость, давай начистоту — ваш Слава реально свихнулся! О чём он думал, когда полез к лидеру?!

— Это был не повод его убивать! — взорвался второй, имени которого я ещё не слышал. А тот псих, значит, Слава. Его друзья не собирались ограничиваться словами: один вытащил из пояса под одеждой два бумеранга — заточенный и простой, деревянный. Второй уже крутил в пальцах кинжал, напоминающий японскую дагу. И это всё на безоружных нас? Исключая «звёздочку» Дина… И тут до меня дошла суть сказанного парнями.

— Так это ты метнул сюрикен?! — я рывком развернулся к Дину. Он демонстративно прикрыл уши.

— Угу. Но он сам виноват. Да и ты мне понравился больше, чем эта истеричка с манией величия. Давно мечтал его прибить, — с пугающим блеском в глазах отозвался парень. Финиш. После его реплики я был настолько поражён, что не смог подобрать слова для ответа.

— Дима, выдохни. Не пытайся меня понять, ты по-другому устроен. Мы разные, и потому мои действия кажутся тебе дикостью. Но сейчас забудь об этом, умоляю. Мы, кхм-кхм, в дерьме. Я абсолютно не готов драться, а они даже без оружия намного сильнее. Нам надо продержаться, пока не придёт помощь. Твой дух должен кого-то позвать, она смекалистая девушка. Но я один не справлюсь, понимаешь? — он сцапал меня за куртку и притянул к себе. — Пожалуйста, не бойся. Я эмпат, и если ты продолжишь так фонить страхом, то я не смогу сосредоточиться.

— Почему они хотят напасть? — он прав, эмоции лучше попридержать. Главное, разобраться и не сдохнуть… В который раз. Ничего, мозг, мы с тобой после поорём. После.

— Круговая порука. Мстят за Славку. Коле он родственник вообще, а Костя с ними заодно. Хотя Костя самый адекватный. И самый крутой из них. Кстати, если поймали нас обоих, значит, тебя тоже в живых оставлять не намерены.

— А почему нельзя убежать или позвать какого-нибудь?!

Дин уныло хмыкнул и снова вытолкнул меня из-под летящего бумеранга. Оглянувшись, я был вынужден признать, что место для засады идеальное. Широкий пустырь, где с одной стороны недостроенный дом, с другой — небольшой овражек. Люди прятались от урагана в помещениях, и на улице было пустынно. Но всё-таки, можно же убежать!

Впрочем, моё недоумение разрешилось спустя секунду.

Вы бы видели, как они прыгали! Причём Дин от них не отставал! Я зачарованно наблюдал за ребятами, поражаясь технике. Двое атаковали одновременно — Костя метал бумеранги, а его друг нападал, стоило Дину только увернуться. Несмотря на явный диссонанс в оружии, парни действовали очень слаженно. И когда бумеранг всё-таки сбил Дина с ног, я печально признал, что мне пора вмешаться.

Поискав глазами, я обнаружил поблизости неплохую палку, которую можно было использовать как меч, и насыпь камней. И пока к первому привыкала рука, камни полетели в кукловода (?) с саем. Просто потому, что уворачиваться от бумерангов со скоростью Дина у меня бы не получилось. Ах да, я промазал. Зато внимание привлёк — парень развернулся и с недоброй моськой ринулся ко мне. От резкого высокого (и так любимого Ромой) удара я привычно уклонился. Затем сразу, на опережение, саданул этому Коле по рабочей руке. И ничего — он сморщился и быстро перебросил оружие в другую. Далее последовал молниеносный колющий выпад, который я сам не понял, как отразил. Но увы, я забыл о главном преимуществе сая — он эффективно применяется против меча и палки. Здесь рефлексы сыграли мне дурную службу. Я машинально атаковал. Парень успешно парировал удар и, презрительно улыбнувшись, поймал палку между боковым зубцом сая и его клинком. Как по нотам — перевернул дагу и рывком дёрнул вниз, увлекая меня к земле. Сообразив, что мне сейчас прилетит ногой по морде, я каким-то чудом ухитрился рвануть в бок. В итоге пинок пришёлся на плечо. Меня отнесло в сторону и распластало по травке. Бл**ь! Зубы застучали друг об друга, а во рту появился металлический привкус — я до крови прикусил язык. Невольно сжал пострадавшее плечо руками, попытался ощупать. От прикосновения к больному месту перед глазами заплясали звёздочки. Но надо встать, Дима, надо!!!

От следующего пинка я ушёл, кувыркнувшись через здоровое плечо, и покачиваясь, встал на ноги. Дин с соперником скакали по деревьям. Перехватив бумеранг с лезвием как нож, Костя активно наседал на приятеля, а деревянным аналогом оружия пытался вывести его из равновесия. Но скинув сапоги, юркий Дин удачно ускользал от атак. Он вообще был намного легче крепкого противника. Парень пулей взлетал на деревья, также быстро перебирался с ветки на ветку и улепётывал по строительным насыпям. Однако, судя по царапинам, его уже успели достать. Выходит, сбежать нам в самом деле не удалось бы.

А через миг я увидел, как Дин развернулся к нападавшему и вдруг замер. Догнавший его противник победно замахнулся:

— Дин!!!

Он будто очнулся и в последнюю секунду закрылся руками. А по мою душу пришла дага. Что за чёрт! Ещё секунду назад соперник был нескольких метрах от меня, а теперь перед лицом и атакует! Я не успею…

Мир внезапно утратил краски. Исчез парень, а на его месте появился контур человека, от которого во все стороны расходились цветные нити и ленты. Я оглянулся — нити пронизывали всё пространство. Только вокруг меня была странная пустая зона. Я умер? Но ведь нахожусь там же… Разве что картинка без цветов. Впрочем, яркие нити повсюду добавляли колорита.

Неожиданно на моего противника обрушилась другая фигура, также обвитая по рукам и ногам. Я моргнул. И мягкая тишина взорвался под гомоном звуков!

После серых тонов обычный мир казался ужасающе светлым. Я по-прежнему стоял на месте, оторопело хлопая глазами. Над бессознательным Колей нависал злющий Лёха с тяжёлым тренировочным бастардом. А соперник Дина зажимал кровоточащий бок — в этот момент я увидел, какой длины у Ромы когти! Ох, я что, сбрендил?! Сам Дин белой тряпкой перематывал руку. И наше спасение непременно порадовало бы меня, пусть и запоздало, но тут я встретился взглядом с Лёшей.

— Ты!!! — шипяще-свистящий голос безумно не подходил лучшему другу.

— А не я?! — испугавшись, начал осматриваться. Уф-ф, вещи мои, тело тоже. Выдохнули.

Наш диалог на повышенных тонах привлёк внимание Дина и Ромы.

— И всё-таки ты теневик, Дима! — довольно разулыбался этот клоун. — Я выиграл спор, Ром!

Стоящий рядом мечник картинно закатил глаза:

— А по правилам, теневик в нём должен был проснуться гораздо раньше, — попытался оправдаться он, — ты лучше решай, что мы делать будем, Дин.

— Звонить в полицию и скорую, что же ещё, — вместо приятеля откликнулся Лёшка. Он наклонился к лежащему на земле парню и на всякий случай проверил у него пульс. Да уж, с тем зверским лицом Лёха вполне мог прибить его ненароком. Но судя по спокойному взгляду друга, смерть нападавшему не грозила.

Противнику Дина повезло меньше. Кровь продолжала сочиться из его раны. Он уже не держался на ногах и в качестве опоры прислонился к дереву. Ему срочно нужна была помощь врачей.

— Парни, а вы как? — Лёша не обошёл вниманием и нас с Дином. — Вам помощь нужна? Или продержитесь?

Я прислушался к себе и кивнул, мол, не волнуйся. Своим больным плечом я займусь позже. Приятель тоже не выглядел умирающим. Дин с довольной мордашкой отсалютовал другу перемотанной рукой. Опасения вызывало только состояние Кости, но для меня вопрос его здоровья не был принципиально важным.

Леха окинул нас «контрольным» взглядом и отошёл, чтобы позвонить. А я направился к парням. Стоило убедить друга в своей стойкости, и сразу предательски заломило ноги. Плюсом жутко чесались глазами.

— В полицию? Вы шутите? — с недоверием прохрипел Костя. Мы развернулись к нему. И тут на задворках моего сознания щёлкнула мысль: а удержат ли парней стены тюрьмы? Если они на дерево взбегают по стволу и как обезьянки скачут по веткам?.. Нет, при желании и мы с другом можем покрасоваться парочкой приёмов из паркура, но трюки ребят и Дина я видел только в фильмах. На определённые выводы наводило и предупреждение Карин о кукловодах.

— А правда, с чего мы вдруг такие добрые, Дин? — подтвердил мою догадку Ромка. Он изучающе рассматривал полуживого Костю и его бессознательного друга. Любопытно, а когти у мечника — это игра моего воображения? Ведь чтобы так порезать кожу, пусть и неглубоко, у него бритвы должны быть вместо ногтей! «А, то есть твоё экстраординарное спасение уже укладывается в рамки нормы?» — ехидно прокомментировал всё вышеподуманное разум. Шёл бы он лесом, блин. До сих пор потряхивает. Честно, я даже не представляю, что конкретно произошло, и как меня вообще не проткнула дага.

Дин, который по виду тоже изрядно выдохся, устало ответил:

— Я в долгу перед Костей, Ром. Это точно гарантирует мне проблемы, но я обещал. Он помог мне спастись от бешеного храмовника, помнишь? Так что пускай полиция.

— Не стану я тебе мстить, только Колю не убивайте, — сквозь зубы процедил раненный. М-да, а доживёт ли он до приезда скорой? Дин оторвал кусок от своей тряпки и протянул ему. Ну, хоть кровотечение чуть-чуть остановит.

— А ты, теневик, лучше беги быстрей под крылышко к Азаринэ. Не успеешь — пеняй на себя.

— Я не теневик! — меня аж подбросило. Сколько можно! — Не надо мне угрожать!

Вот из принципа пожалуюсь отцу — он точно найдёт тюрьму, из которой хрен выберешься!

— Что за теневик? — к нам вернулся Лёха с раздосадованным взглядом. Друг был явно чем-то расстроен. На мой вопрос он скривился и сообщил, что делом займётся его отец, он же приедет на вызов. И ему очень не нравится количество происшествий, в которых в последнее время фигурирует его сын. Ну, логично, моего папу это бы тоже не обрадовало. Слава всевышнему, что он не в курсе… Надеюсь.

— Дима — теневик, — пояснил Рома, — кстати, Лёх, а ты как здесь оказался?

Друг уже открыл рот, но почему-то ни слова не сказал. Нахмурился. Щёлкнул пальцами и немного пространно произнёс:

— А не знаю.

— В смысле не знаешь? — хихикнул Дин. — Ноги взяли и принесли?

Лёша не обратил на подкол ровным счётом никого внимания. По лицу друга было понятно — что-то у него не сходится.

— Знает он, знает. Добро пожаловать в наш клуб, Лёш! — материализовавшаяся Ана поразила меня улыбкой, почти идентичной Дину. Вот стопроцентно они родственники, таких двух вредин я ещё не встречал. Но самый смак был не в этом. На голос духа среагировали все. В плане того, что повернули голову на звук. ВСЕ! Даже лучший друг! С ума поодиночке сходят, говорите?! Нет, твою мать, это коллективное явление!!!

Первым причину моего истерического смеха просёк Рома.

— А, так вы, выходит, оба с сюрпризом. Ну, насчёт Димы у меня имелись подозрения, но чтобы и Лёха… Ты тоже духа слышишь?

— Нет! — друг растерянно захлопал глазами.

— Лёх, не ври, — со стоном потребовал я, — ты всё равно качественно лгать не умеешь.

— Но я честно не слышу никакого духа! — он пошёл пятнами. — Просто возникло ощущение, что кто-то что-то сказал, но возможно, это банальное эхо!

— Однако и суть фразы, и направление, он улавливает, — эх, ехидной точно назвали не того зверя. Впрочем, в словах Аны я воочию убедился сам, когда Лёха вновь посмотрел в сторону девушки. Но друг признаваться в нашей общей шизофрении не спешил.

— Да, наверное, эхо, а мне надо выспаться.

Братцы-кролики (внешне они были очень разные, но мне ужасно хотелось назвать их так) с многозначительным видом согласились. Лёха понял, что над ним издеваются, но ругаться не стал, а только пожал плечами.

Через пять минут приехала полиция со скорой. Оперативно они. Нападавших погрузили на каталки и увезли, а к нам пристали с расспросами. Сначала я рассказывал свою версию событий (без некоторых нюансов, разумеется), затем дядя Серёжа опросил ребят. Ранение Кости мы обставили так, будто в парня прилетел его же бумеранг. В общем, вроде бы нам поверили. Лёхин отец предупредил, что нас с Дином ещё вызовут в участок, а пока мы можем отдохнуть. Друг уехал вместе с родителем, и мы остались на пустыре втроём.

— Объясните мне уже, что за теневики? — жалобно попросил я под застучавший по крышам дождь.

Глава 10

Ответный прищуренный взгляд Ромы напомнил мне о Карин. Женщина тоже смотрела так, будто бы искала подвох в моих словах. Я инстинктивно подобрался и с трудом подавил желание сделать шаг назад. Напряжение в моей душе росло как снежный ком.

И только Дин безмятежно ловил языком капельки дождя. Заметив нашу игру в гляделки, он положил подбородок на плечо Роме и задумчиво произнёс:

— Кто-то врёт, — и спустя паузу, когда уже мечник не выдержал и повернулся к нему, — причём врёт так, что эта ложь выглядит как чистая правда. И я больше склоняюсь к тому, что врёшь не ты, — он посмотрел на меня в упор.

— А кто мой… конкурент? — осторожно поинтересовался я.

Сказал — и несколько раз чихнул. В сырой одежде, после горячки боя, меня мгновенно пробил озноб.

Услышав мою формулировку Дин хмыкнул, но его взгляд продолжал блуждать:

— Знаешь, Дима, давай мы с тобой завтра всё обсудим? После школы. Даю честное кукловодское, что всё расскажу. Можно даже Ромку привлечь, он завтра не работает.

— Почему не сегодня?

— Ну, у нас скоро встреча с нотариусом — это раз. Мне надо всё обдумать — это два, — он обнял Рому и тесно к нему прижался. У приятеля тоже начали стучать зубы. К моему удивлению, мечник не стал отталкивать наглого парня, а лишь прикрыл глаза. Хм…

— Рома — мой брат, — недовольно уточнил Дин, — а то да, я тут наслушался рассуждений твоего духа о моей ориентации.

— Вы не очень-то похожи, — выразил я свои сомнения.

— А мы и не родные, — пояснил Ромка, — но это долгая история и она не для чужих ушей, — ловко отбрил меня мечник.

Блин, одни тайны кругом — умереть можно. И даже не фигурально.

— Тем более, если не родные, — в тон мне похихикала Ана. Я сразу понял, что имеет в виду девушка и укоризненно глянул на неё. Невинное хлопанье глазками показало, что мой дух не отступится от своей версии отношений между братьями. Извращенка призрачная.

До Ромы вся суть намёков доходила дольше, но когда дошла…

— Развею к чертям собачьим и не посмотрю, что хранитель, — раздражённо выпалил он. Дин еле слышно промолвил:

— Дурдом, — а Ана юркнула за мою спину. Я невольно задумался о перспективе избавиться от духа, но развивать эту тему не стал. Моя настоящая совесть припомнила, что я сильно обязан девушке. И положа руку на сердце, признаю, что мне совсем не хочется лишаться её общества.

— Ром, не трогай Ану, — примиряюще произнес я.

Дин, отойдя от брата, споткнулся на ровном месте, а Рома вытаращился, смешно округлив глаза. Я мигом сложил руки крестом: чую, меня сейчас опять в чём-то обвинят.

— Какую Ану? — с въедливой интонацией спросил мечник.

— Моего духа-хранителя, Ром. У них нет имён, и я с разрешения Аны назвал её так. Первое, что в голову пришло.

— Забавно. Аннет Ришоу очень не нравилось, когда её имя сокращали до Аны. Знаешь об этом?

Я не стал отводить взгляд.

— Знаю, Дин. А откуда такие сведения у тебя?

Мой вопрос был вполне обоснован. Как-никак Аннет — англичанка, и по её рассказам, она прилетала в Россию всего пару раз. Причём навещала исключительно близкую подругу, которая жила в нашем городе. Какова вероятность, что у Аннет и Дина может быть общая знакомая?

Как оказалось, стопроцентная.

— Моя хорошая подруга — сестра её мачехи. Поэтому мы… общались. Аннет, конечно, стерва, но пикироваться с ней было весело. А что её убили, ты знаешь?

— Тренер сказал — авария, — немного потерянно отозвался я.

— Угу, авария. Ладно, сейчас нам пора, но завтра я тебя ещё потрясу на эту тему.

— Дим… — тихий шорох и в проёме двери появляется маленькая декоративная подушка. Она медленно подбирается ко мне и ложится на стол. Я с досадой убираю её в сторону — подушка расположилась прямо на моих тетрадках.

— Ана, отстань, — предупреждаю духа и вновь возвращаюсь к урокам. Вернее, к дополнительному заданию, за сдачу которого могу получить лишнюю пятёрку.

— Тебе надо поспать! — срывается девушка. — Час ночи, а завтра рано вставать!

— Отстань! — я почти рычу.

Нечисть вздрогнула, с обидой взглянула на меня и улетела прочь. Ну конечно! Я схватил эту проклятую подушку и с отвращением швырнул её на диван. Бесполезно сейчас пытаться заснуть. С таким избытком информации я буду до утра валяться в кровати и думать, думать, думать. Почему-то любой моральный перегруз в первую очередь отражался на моём сне.

С другой стороны, я уже видеть эту историю не могу. Увлекательный предмет, но слишком многогранный и нечёткий. Особенно в заданиях на размышление: «если бы белые победили в гражданской войне, то как сложилась бы судьба Российской Империи по вашему мнению?..» Да как угодно. Это «бы» меня угнетало. Подобные рассуждение казались мне пустыми, как споры троллей в интернете на тему нынешнего политического курса. Менять нужно настоящее, а не прошлое.

А прошлое… уже не изменить.

Спазм сдавил горло. Вот зачем Дин напомнил мне про Аннет? Всё, работа по школьному предмету окончательно сошла на нет. Я закрыл глаза — а перед ними картинки прошлого лета. Хватит… хватит с меня всего!

Едва уловимый порыв ветра — в комнату вернулась Ана. По волосам неожиданно прокатился лёгкий электрический разряд. Но стоило мне поднять голову, и девушка отдёрнула руку. Покрутила её в воздухе и потянула:

— Дела-а. У нас осталось мало времени.

— В каком смысле?

— Моё время пребывания на грани заканчивается. Это предупреждение, что контактировать с миром живых мне скоро станет сложней, — с горечью произнесла нечисть, — знаешь, весело — играть с тобой в шизофрению, во вредную нечисть… А вот заглянуть в себя и понять, что ты всего лишь дух и дальше тебя ждёт неизвестность — страшно. Ты единственный, кто у меня есть, Дима. Выживи, пожалуйста, — с этими словами она протянула мне ножны с мечом и растаяла в своей обычной манере.

Но я всё равно испугался. Подпрыгнул, принялся оглядываться, хотя потом осознал, что Ана не ушла бы, не попрощавшись. Поднял клеймор до уровня лица. Настоящий меч мне подарил отец на семнадцатилетие. Он специально заказывал его у какого-то мастера-кузнеца. Потрясающая реконструкция, причём боевая, мой тренер аж слезу от зависти пустил.

И что этим жестом мне предложила Ана, я догадался мгновенно. Но перед тем как уйти, плеснул в лицо холодной воды. На всякий случай.

Когда в октябре я сказал тренеру, что больше не буду заниматься, он сначала не поверил. Долго уговаривал меня остаться, обещал, что со временем всё позабудется. Но Майк оказался не прав. Ничего не позабылось, не утихло даже. Просто ураганная воронка в сердце превратилась в бездонную пропасть. Я сам себя не узнавал после турнира. Прошлое не отпускало, хоть и удалось спрятать его на безопасную глубину.

Тренер, видя бесплотность своих попыток взбодрить меня, покачал головой и попросил немного подождать. Спустя пять минут он вернулся и вручил мне запасные ключи от тренировочного зала. Мол, если потянет к мечу, то приходи в любой момент и занимайся. Хоть ночью, в одиночестве. Сигнализацию я снимать умел, да и входную дверь открывал-закрывал не раз. И мне ничего не оставалось, кроме как поблагодарить его и взять звенящую связку.

До сегодняшнего дня предложение тренера оставалось невостребованным. Но с клеймором в руках ноги сами принесли меня к знакомому зданию, а прохлада на улице помогла настроиться на рабочий лад. Щёлкнул замок — в тишине, ночью, я невольно почувствовал себя вором. Но стоило мне сжать рукоять, и все посторонние мысли исчезли без следа.

— Рад, что ты решил привести себя в форму, — совершенно неожиданно раздалось в тёмном зале. Я выругался и едва не уронил меч. Свет не горел — мне хватало тусклого освещения с улицы. Но чтобы разглядеть человека в углу, яркости явно было недостаточно.

— Что, испугался? — провокационно спросил голос. И к своему сожалению, я его узнал.

— Как ты сюда попал? — и, подумав, добавил. — И откуда тебе вообще известно, что я здесь?

Отец медленно потянулся и хищно сверкнул светло-карими глазами.

— К твоему сведению, я являюсь совладельцем этого клуба, — он обвёл взглядом помещение, — и пожалуй, даже не жалею, что вложился в идею Майка. Что касается тебя… птичка нашептала.

— Опять какие-то технические штуки в моём телефоне? — заинтересовался я истинным обликом «пернатой».

— Всё может быть, — невозмутимо ответил он. «А ты попробуй, поймай, — мысленно закончил разум».

Я отложил меч и, подойдя к папе, устроился рядом. Не скрывая любопытства, отец рассматривал меня. Пришлось срочно уйти в тень.

— Ты подрался? — не помогло. Отец видел в темноте не хуже кота.

— Меня побили, — честно признался я и машинально дотронулся до ссадин на щеке. Ещё был синяк на шее и абсолютно лиловое плечо. Ну что сказать, плодотворный сегодня день.

— Серьёзно? Судя по виду, ты отделался малыми потерями.

— Друзья выручили, — я не спешил вдаваться в подробности.

С полминуты мы молчали, а потом отец не выдержал:

— Помощь нужна?

— Сдай за меня экзамены, а?

— Репетиторы?

— Нет, — я улыбнулся, — просто мандраж. Ты надолго домой?

Он устало потёр лицо:

— На час максимум, заехал по пути в аэропорт. Рано утром улетаю во Владивосток.

— Что ты забыл во Владивостоке? — изумился я. Теперь настала очередь папы улыбаться:

— Работа, Дим, работа. У них там какой-то фестиваль или праздник, выступаю для горожан. Потом в Москву, потом надо встретиться с одним другом, потом… В общем, если хочешь, могу приехать к твоим экзаменам на недельку.

— Приезжай, — я кивнул, — будешь развлекать меня в перерывах.

— Да без проблем. Больше не злишь на меня за тот случай?

Ну что ответить?.. Девушки приходят и уходят, а отцы (даже такие) остаются.

— Переболел, — сухо откликнулся я.

— Вижу, молодец. Ладно, ладно, не смотри волком. Да, я идиот, поддался эмоциям и желал нагадить. Мне очень стыдно.

Я горестно вздохнул.

— В самом деле, стыдно. Ну, брось, Дим, давай взглянем на факты — она обычная бл… девушка не тяжёлого поведения. Ваши отношения изначально были обречены на провал.

— Пап. Это были МОИ отношения и МОЯ девушка. Ты можешь представить, что я чувствовал, когда мой отец трахнул мою подругу?! Не говоря уже о том, что ты использовал девчонку как разменную монету.

— Дим. Я уже понял свою дурость и извинился. Поступил глупо, как мальчишка, признаю. А что использовал… — он внимательно глянул на меня, — мне не жалко девушек, которые поступают в таком духе. Она и не вспомнила о тебе. Закрыли тему?

— Надеюсь, навсегда! — пробурчал я. — Кстати, как твоя новая протеже?

— Понравилась? — мигом воодушевился отец. — Голос хороший и внешние данные тоже. Стоп, — он прищурился, — ты на что намекаешь?

— На то самое, пап.

— Он несовершеннолетняя, уймись, мой озабоченный ребёнок. Тем более, я нашёл себе женщину… — лицо отца приняло мечтательное выражение, — познакомлю вас по возможности…

У меня аж картина мира пошатнулась. Чтобы папа меня с кем-то знакомил?!

— Ты часом не влюбился?

— Вероятно, — загадочно произнёс отец, — но о ней поговори потом. А у тебя-то что стряслось? Что за убийства, драки?

— Дядя Серёжа сдал, — мрачно констатировал я. Папа хмыкнул:

— Успокойся, сын, пока тебе нет восемнадцати, все протоколы идут ко мне. Ах да, ещё сводка про наркодилера…

— Это у нас с Лёхой была авантюра, — торопливо объяснил я, — ничего страшного в итоге, не волнуйся.

— Авантюра с наркотиками и оружием? Что-то ты темнишь, Дим.

А куда мне деваться? Я ж не успел придумать специальную версию для отца. А импровизация на ходу с ним не прокатит. Папа — мастер ловить меня на несоответствиях.

— Ох, вот нет у меня времени… Приеду — всю душу из тебя вытрясу, ясно? Хорошо, а кто тебя побил?

Я замялся. Стоит говорить или не стоит? Не подставлю ли я отца своим рассказом? Сам ведь убедился, что эти кукловоды довольно опасны.

— Ты чего-то боишься, сын? Нападавших? Давай начистоту, что ты скрыл от полиции?

— Я не уверен, пап…

— Дима! — он пропустил воздух сквозь зубы. — Мне не хочется отменять концерт!

— Они… применяли что-то типа гипноза, — быстро протараторил я, — тебе кажется, что противник далеко от тебя, а он уже близко и атакует. Плюс эти парни прыгали как заправские ниндзя. Меня какой-то холерой обзывали, то ли тенью, то ли чем-то похожим. Просто… они очень подозрительные, наверно, фанатики или сектанты. А ты вечно на публике, вдруг у тебя будут проблемы… Эй?! — я потряс его за плечо. Отец, сузив глаза, смотрел прямо и не слушал. И он был зол. Хотя нет, папа был в ярости. Он со всей дури саданул по деревянному полу так, что подо мной пошла вибрация. М-да, несмотря на возраст, сил у отца — немеряно. Впрочем, надо ли говорить о возрасте, если по нему сохнут мои ровесницы?

— Пап, ты чего? — я потрясено наблюдал столь неуправляемую реакцию. Создавалось ощущение, что в отличие от меня, отец всё прекрасно понял.

— Значит, они принялись за тебя… Сволочи, — он снова сжал руку в кулак, — ну ничего, устрою я этим подонкам весёлую жизнь. Дима! Извини меня, я вынужден уйти раньше, чем планировал.

Папа плавно поднялся и вытащил из кармана смартфон. На меня внимания он уже не обращал — строчил сообщения в своём телефоне. Полностью дезориентированный поведением отца, я тоже вскочил. И задал тот вопрос, который вертелся на языке с начала разговора:

— Пап, а ты веришь в существование духов?

Он стоял у двери, погружённый в свои дела, но услышав мою фразу, повернулся и с насмешкой произнёс:

— Конечно, почему бы и нет?..

— Может, ты ещё с ними общаешься? — обидевшись, съязвил я.

— Главное, Дим, — в голосе отца мне послышалась грусть, — чтобы ТЫ с ними не общался. До встречи, сын, я позвоню тебе после концерта.

В ступоре я простоял секунд тридцать, а потом бросился вслед за отцом.

— Папа! — мне удалось догнать его у выхода. Без куртки, босой, я выскочил на крыльцо. Оторвавшись от телефона, отец безапелляционно загнал меня внутрь и прикрыл за собой дверь.

— Сбрендил, ребёнок? — изумлённо и в тоже время недовольно спросил он.

— Что за люди на меня напали?! И что значит, я не должен общаться с духами?! — я задыхался ни сколько от бега, сколько от нахлынувших эмоций. Неужели отец тоже замешан? Тогда я реально подозреваю заговор!

Папа выдавил мягкую полуулыбку, которую часто демонстрировал мне в детстве. Словно я до сих пор ребёнок и поведусь на его показное спокойствие.

— Дима, не кричи. Я не уверен, но у меня есть кое-какие предположения. Возможно, эти люди связаны с тем человеком, который убил твою маму. Однако пока это только домыслы. Я поделюсь с тобой, когда всё точно выясню, — ни слова не скажет, по глазам вижу, — а что насчёт приведений… ты правда общаешься с потусторонним миром? — он ехидно поднял бровь. Я пристыжено молчал. Ну отец был бы не отец, если бы не выкрутился. И ведь он явно что-то скрывает, зараза! Сек, загрузка… Связаны с убийством мамы?! Последнюю мысль я произнес вслух.

— Вряд ли именно они, Дим. Но к Лере приходил человек с похожими способностями. И теперь я боюсь, что они решили заняться тобой. Поэтому мне нужно как можно быстрее оградить тебя. Но сын, откуда такая экспрессия, что с духами?

— Да я… удивился просто. С этой нервотрёпкой перед экзаменами мне скоро и НЛО начнёт мерещиться, вместе с розовыми пони, — блин, да дались мне эти пони!

Отец хмыкнул, шутливо взъерошив мне волосы.

— Какой шикарный у тебя папа-а, — мечтательно пропела Ана, когда я вернулся в зал. Приехали. Это что ещё за девичьи сопли?! Я разочарованно поморщился.

Хотя объективно говоря, для своих сорока двух отец очень даже неплохо сохранился. Крепкий, подтянутый, широкоплечий, со спортивной фигурой и тонной обаяния. Как и я — высокий кареглазый брюнет. Только у него светло-коричневые глаза, а у меня с оттенком в желтизну. Но помимо всех внешних данных, главная особенность отца — это голос. В умении владеть им ему нет равных. Папа с одинаковым успехом может читать рэп и тянуть оперные арии. В своём деле он одновременно и композитор, и поэт, и продюсер. Ну и виртуоз сцены, конечно.

Но меня всегда поражал другой его талант — отец мог скопировать абсолютной любой голос. Детский, женский — не важно. Какой-то необъяснимый дефект голосовых связок. Это нечто! Отец рассказывал, что в детстве я жутко боялся, когда он начинал говорить не своим голосом, и сразу бежал прятаться под одеяло. Они с мамой потом выманивали меня конфетками.

— Ты уже тогда был сладкоежкой, — ехидно прокомментировала Ана. Я развёл руками — что есть, то есть.

— Кстати, Ан, — девушка вопросительно подняла глаза, — прости, что наорал на тебя. Ну, когда уроки делал. Я просто ужасно запутался и сорвался почём зря. Ох! — я хлопнул себя по лбу, — а я ведь даже не поблагодарил тебя за помощь! Ана, солнышко, ты мне жизнь сегодня спасла, а я… Ещё и возмущаюсь! Тебе достался паршивый подопечный!

Нечисть посмотрела на меня с наигранным укором во взгляде. Она не злилась. И, правда, солнышко, когда довольная. И каким-то странным образом, девушка вдруг показалась мне… живой. Без этой маски, без отталкивающей внешности, без этого платья и длинных свисающих волос. Я пьян? Нет, вроде ни капли в рот не брал. Но моё воображение, без всяких приказов сверху, продолжало рисовать Ану в другом месте и с другим лицом. Две картинки — та, что я видел сейчас и фото, которое навек застыло в памяти. Они сошлись! Сошлись… Я совершенно невменяемо уставился на Ану. Так значит, ты — это…

— Дим? Прекрати изображать умирающую рыбку, я же тебя не ругаю! Дима! — в голосе духа заплескалась тревога. Логично, у меня глаза наверно размером с пять рублей и дыхание частое, как у загнанной собаки. Я представил себя со стороны и понял, что немедленно пора расслабиться. Но что мне теперь делать? Смириться? А она?..

Я зажмурился и улыбнулся в ответ Ане. Нет, солнце, ничего я тебе не скажу.

— Что это было? Ты в норме? — недоверчиво спросила девушка.

— Да, — я в задумчивости почесал нос, — мысль дурацкая в голову пришла, — а-а-а, что спросить?! — Ана, а как ты Лёху позвать смогла?

— Куда позвать? А, к вам с Дином. Знаешь, я сама была в шоке. Первым делом полетела к Роме — тот, услышав про Дина, пулей ринулся на улицу. Потом я вспомнила, что Лёша тоже живёт неподалёку, и решила заглянуть к нему. Ну, хотела как заправский полтергейст посуду ему побить, чтобы к окну привлечь. У него балкон аккурат на ваш пустырь выходит. Подкрадываюсь, кидаю на пол чашку и ору: «наших бьют». Он подпрыгивает, смотрит прямо на меня и отвечает: «кого и где?» От неожиданности я указываю на дверь и говорю, мол, на балкон выйди. Он и убежал по адресу.

— Но тогда твоя версия терпит крах, — подытожил я, — ведь Лёшка — человек.

Ана отрицательно покачала головой.

— Дима, я тебе повторяю в сотый раз — люди не способны видеть духов. Они не чувствую грань, тот мир, к которому мы привязаны. Если честно, то для меня случай с Лёшей тоже стал сюрпризом. Я не разобралась конкретно, кто он, однако он уже не может быть человеком. Хорошо, — она приложила палец к губам, заметив, что я собираюсь возразить, — давай я объясню тебе всю суть? В общих чертах, а нюансы и детали тебе завтра расскажет Дин, идёт?

— О, Боги, вы наконец-то снизошли до меня, — я пафосно поднял руки к потолку, — неужели сегодня великая тайна нашего бытия прозвучит во мраке ночи?!

— А ну прекратил паясничать! У, вредный!

Я подмигнул девушке и сел зашнуровывать кроссовки. Всё равно тренировка не задалась. А тот когнитивный диссонанс, который мне сейчас создаст Ана, лучше пережить дома. Выйдя из здания, я повернул в замке ключ и приготовился слушать.

— Итак, начну издалека — на Земле, кроме людей, проживает ещё четыре расы. Их называют — скрытые расы. Теневики и кукловоды, упомянутые Карин, практически ничем не отличаются от людей. Есть мелкие различия во внешности и характере, но в целом — ничего сверхъестественного. Другие две расы — храмовники и люди Двух Лун — выглядят немного иначе. Но они замечательно научились маскироваться и не выделяться из толпы. Иными словами, простые смертные могут никогда не догадаться о том, что рядом с ними существует что-то необычное. Спокойствие, Дима, только спокойствие. Естественно, у каждой расы есть своя история и свои плюшки. Но если мы говорим о духах, то в первую очередь нужно разобраться с Гранью. Грань — это своеобразный мир, полная копия Земли. Точнее — как бы «подмир». Но если Земля — материальный мир, то Грань соответственно — не материальный. Она состоит из трёх уровней. Первый — это люди, вернее, их силуэты. На Грани мы все опутаны нитями, которые связывают нас друг с другом. Нити, ленты, двойные спирали, канаты — это всё наши чувства к другим людям. Они охватывают мир Грани как полотно. Понятно?

— Стой! Про Грань — на ней все цвета сереют, да? Когда меня едва не закололи дагой, я видел нечто подобное. Хм… а почему вокруг меня не было нитей?

— Подожди, всё по порядку. Да, ты вчера перешёл в мир Грани. Исчез из виду, как Яна на сцене, помнишь? Единственная раса, которая может уходить за Грань — это теневики. В вашем с Яной случае решающую роль сыграл фактор опасности. Необученные теневики, испугавшись, могут инстинктивно попасть на Грань. Этого и добивался Лель от Яны, забрасывая её мячами. И именно это и стало причиной её гибели от рук кукловода. Между теневиками и кукловодами идёт многолетняя война, трагическая, кровавая, бессмысленная, в которой никогда не будет победителей. Чего молодому, обученному кукловоду стоит убить пятнадцатилетнюю девочку? Идеологически она же враг.

— Охренеть. Ладно, — я сглотнул, пытаясь убрать стоящий в горле ком, — а почему родители не обучили Яну противостоять кукловодам? Про себя я уже молчу.

— Теневики — опять же единственная раса, которая получает свои возможности не только по наследству. Существуют тени, рождающиеся стихийно. Яна была таким теневиком, её родители — обычные люди, я проверяла. В чём загвоздка относительно тебя — до шестнадцати лет любой теневик должен уйти за Грань хотя бы один раз. У Яны всё было по правилам. Тебя же мне дали как человека и первое время, что я сопровождала тебя, ты ничем не выделялся. И вуаля: на той вечеринке, после которой к тебе пришли три кукловодские белочки, ты ни с того ни с сего исчезаешь за Грань! Я думала — у меня кукушка слетела. Не бывает такого. Причём мне кажется, что теневика в тебе спровоцировала именно «травка». Другого варианта на горизонте я не вижу. Но это явно не нормально. Ни один теневик в истории не проявлялся так поздно. Шестнадцать — окончательный потолок, а тебе почти восемнадцать. Уму не постижимо, почему ты стал теневиком.

— Меньше надо было курить, — невесело пошутил я. Информация от Аны уже воспринималась мною одним потоком, как дивная сказка. Иначе чем можно объяснить мою флегматичность?..

— Ан, то есть я всё-таки теневик? Это окончательный диагноз? А если я совсем-совсем завяжу с алкоголем и «травкой»?

— Дима, чудо моё, бесполезно. Я сказала: «спровоцировала», а не превратила, как оборотня. Теневик был заложен в твоих генах с детства.

— Писец.

— Тебя ждёт сложный период, — согласилась Ана, — ты спрашивал, почему вокруг тебя нет нитей. Не вспомнил мой рассказ про узел? Пока ты находишь в критическом состоянии, в мире Грани ты воспринимаешься как призрак. Как только мы с тобой справимся со всеми угрозами, нити вновь опутают тебя. Я продолжу. Про первый уровень — связей и нитей — рассказала. Второй уровень Грани — пустое пространство, в котором плавают бесхозные нити. Ах да, вернее будет уточнить, что там не только нити, а разная классификация связей по толщине, но все скрытые расы обобщают это многообразие одним словом. Хотя нить — недолгая, мимолётная связь, но исторически сложилось так. А третий уровень Грани — это чёрная воронка вместо земного неба. Грань — не просто название, но и определение. Граница между жизнью и смертью. В эту воронку мы уходим после смерти. Смотри, человек умирает. Если его ничего не держит в нашем мире, то он перемещается за Грань и его начинает утягивать в воронку. На втором уровне от него отходят все нити и остаются висеть в воздухе, а сам человек улетает наверх. А если у умершего остались незавершённые обязательства перед кем-то, то как раз нить связи с этим «кем-то» и держит его на Грани, а остальные нити уже сами по себе поднимаются в воздух. Как только все дела завершаются, нить отцепляется и дух становится свободным.

— Господи, какой чёрт меня дёрнул взять в руки траву?!

Ана иронично улыбнулась и справедливо заметила:

— Сам виноват. Про виденье духов слушать будешь или хватит с тебя?

Я со стоном сжал виски, прикидывая в голове, что та кирпичная стена очень даже ничего. Но костяшки пальцев возмущённо заныли и пришлось оставить эту идею.

— Буду.

— Крепись, милый. Чтобы видеть духов, надо иметь чувствительность к миру Грани. Этим качеством обладают все скрытые расы. Само умение заложено внутри них. Но раскрывается оно по-разному. Теневики, кукловоды и храмовники могут общаться с духами без какого-либо обучения. Причём представители этих рас либо видят призраков с детства, либо «прозревают» постепенно, когда дух оказывает своё воздействие. Как в твоём и Лёшином случае. В принципе, если духи к тебе не пристают и ты сам не желаешь с ними сталкиваться, то это умение спит в тебе всю жизнь. А вот люди Двух Лун долго и кропотливо учатся, причём в обязательном порядке и по своим методикам.

Я зарылся в куртку и жалостливо шмыгнул носом. Мозг пытался сортировать полученные сведения, но выходило у него из рук вон плохо. Вопросы, вопросы, кругом вопросы!

— Нет, Дима, на сегодня с тебя достаточно. Ты сейчас придешь домой, ляжешь в кроватку и быстренько заснёшь.

— Ан?! — я недоумённо воззрился на нечисть. — Какой сон? Ты же мне рассказала только самую малость!

— Хватит! А будешь ворчать, усыплю тебя прямо здесь, в грязи! Дима, — она смягчила тон, — я не смогу дать тебе всю информацию за одну ночь. Не из-за вредности. Просто представь — теневики учатся в течение пяти лет, под руководством персонального наставника. Мир скрытых рас развивался параллельно с миром людей, вплетаясь в его историю. Он огромен и богат на события. Ты подошёл к этому миру почти вплотную, но… Не заглянув туда, ты не сможешь в полной мере осознать мои слова. Дождёмся вечера, Дима? Дин и Рома, как непосредственные представители скрытых рас, предоставят тебе более содержательный экскурс в их мир. И надеюсь, помогут тебе выйти на теневиков.

— А зачем мне теневики? — осторожно спросил я.

— Чтобы научиться защищать себя, глупый. Ну и чтобы расширить рамки своих знаний о мире.

Я остановился, отстранёно наблюдая за тем, как тучи вновь затягивают небо.

— А если я… не хочу?

Ана обернулась ко мне и непонимающе наклонила голову к плечу:

— Чего не хочешь?

— Быть теневиком.

— Дима, — она с кривой усмешкой отвела глаза, — а я не хочу быть духом. Только моё желание ведь ничего не изменит. И потом, ты даже не в курсе, какую силу представляют из себя теневики. Можно сказать, они стоят над миром, стоят выше мира, выше всех, живущих на земле. Тебе надо выучиться, узнать свои возможности, принять их…

— Ана, — я невежливо перебил девушку, — а ты была человеком?

При жизни ты вечно отговаривалась от меня какими-то обстоятельствами, и я всё никак не мог тебя понять. Интересно, а я вообще знал тебя — настоящую?

— Скорее всего нет, Дим. Лучше всего я разбираюсь в кукловодской иерархии, и судя по моим ощущениям, я была кукловодом. Ты вроде бы сам отметил, что мы с Дином немного похожи. У всех кукловодов есть общие черты характера: ехидство, язвительность часто встречаются среди них.

Ну да, про Дина я уже догадался. Он мне сам прямым текстом сказал, кто он. А Ана — кукловод… Что ж, это кое-что проясняет.

Я искоса глянул на духа и почувствовал ноющую боль в сердце. Пожалуй, она права — мне действительно необходимо выспаться.

Глава 11

На следующий день солнце великодушно явило себя миру. Выйдя из школы, я невольно зажмурился. После ночного дождя сверкало всё вокруг. Даже мелкие капельки на изумрудно-зелёных листьях будто бы горели огнём. Мелькнула мысль достать солнечные очки, но я вспомнил, что именно вчера сменил их на зонт. Очень своевременно.

Прикрыв глаза ладошкой, я оглянулся в поисках Дина. Приятель обнаружился неподалёку, среди чахлых кустов, высаженных у ограды, в компании моего лучшего друга. Я нахмурился. Что Дину могло понадобиться от Лёши? Тут парень заметил меня и с улыбкой помахал рукой. Он подождал, пока я пойду ближе, и сразу огорошил тем, что Лёха идёт с нами. Якобы так велел Рома. Интересно, какая вожжа попала Ромке под хвост? В отличие от Дина, я не наблюдал в сопернике склонности издеваться над людьми. Лёша тоже недоумевал, однако согласился на предложение ребят, чтобы прояснить ситуацию со мной. Называется, а оно ему надо? Но Дин ухитрился настоять на своём. Вот проныра!

Дверь нам открыл Рома и широким жестом пригласил в дом. К моему удивлению, квартира у братиков оказалась хоть и небольшой, но интересной. Интерьер в стиле хай-тек, с преобладанием металлической и стеклянной мебели. В антураже господствовали черно-белые и серые цвета. Из-за правильно подобранного дизайна создавалась иллюзия дополнительного пространства, а высококлассная современная техника дополняла общую картину.

— Вау, — тихо высказался я, рассматривая коридор. Лёшка равнодушно повёл плечами и, когда ребята ушли на кухню, едва слышно произнёс:

— А мне не нравится. Неуютно как-то.

Да, дизайн довольно своеобразный, но на мой взгляд, смотрится очень круто. Впрочем, зная Лёху, можно с уверенностью сказать, что этот стиль ему не подходит. Но чисто эстетически… Особенно после абсолютно противоположной «современной классики», которая царит в моей квартире. Но это уже отец постарался, с его любовью к вычурным вещам.

Следом за братьями мы тоже отправились на кухню. Вернее, на огромную, совмещённую кухню-гостиную. Рома поставил чайник и принялся раскладывать печенье, а Дин развернул стул спинкой вперёд и сел, указав нам на диван. Когда мы разместились, Лёха неожиданно спросил:

— Ром, а вы давно здесь живёте? — хм, и правда. Ещё год назад, после тренировок Ромка действительно уходил в сторону центра города.

— Нет, мы недавно переехали, — ответил за мужчину Дин, — квартиру купили ещё летом, но пока ремонт сделали, пока вещи перевезли — в общем, заселились только перед Новым годом.

— Сами ремонт делали? — изумился я.

— Ха, даже больше — сами дизайн продумывали, весь интернет на эту тему перерыли! Здорово же получилось?

Я поражённо кивнул и даже Лёха глянул на братиков с долей восхищения.

— Зато не пересчитать, сколько раз мы поругались за это время, — иронично внёс свою лепту Рома. — Садитесь за стол, ребят, будем чай пить.

Мы дружно встали и отправились к нему. После школы ужасно хотелось есть. Внезапно на моём пути к сладкому вырос Дин. Парень окинул меня цепким взглядом и резко спросил:

— Дима, зачем ты убил Аннет? — в набежавшей, словно туман, тишине, его слова прозвучали очень громко. Лёша дёрнулся было к нам, но Рома, который оказался рядом с другом, успокаивающе положил ему руку на плечо. Я замер.

— Дин, у меня не было никаких причин убивать Аннет, — горький вздох вырвался из груди сам собой, — наоборот, я…

Я бы сам пристрелил ту скотину.

Такого ошёломлённого Дина, как сейчас, я ещё не видел

— Какой драматический поворот, — констатировал он, рассматривая меня с куда большим любопытством. — Не, Ром, здесь всё глухо. Значит, Шакон зачем-то водит Орден и Элекса за нос, вот только зачем? — приятель повернулся к Роме.

— Кто-нибудь объяснит нам, что происходит?! — о, Лёшка взорвался. Братики обменялись взглядами и Дин ответил:

— Ничего страшного, Лёх. Просто я умею считывать эмоции других людей. А достоверную информацию легче получить, если застать человека врасплох. Что я только что и проделал. И да, мои подозрения не подтвердились. Теперь мы можем пить чай.

— Ты шутишь?!

— Про чай? Да не, реально можем его попить, — оскалился Дин.

— Лёх, серьёзно, иди, садись. У нас сегодня разговоры не для слабонервных. А тебя я позвал, потому что мне не хочется рассказывать всё дважды. Диме проще, у него Ана перед глазами, а вот тебя придётся поверить нам на слово. Впрочем, доказательства я тоже смогу тебе предоставить.

— Доказательства чего? — Лёша опасно прищурился, не двинувшись с места.

— Существования высших сил, ахахаха! — блин, я чуть не поседел! Это Дин заорал за моей спиной, причём так, что вздрогнул даже Рома.

— Уймись, зараза! — соперник отвёл душу, отвесив этому гаду хороший подзатыльник. Мечник оперативно рассадил нас за столом и вручил каждому по кружке с кипятком. Еда-а-а! На некоторое время эта кутерьма перестала иметь для меня значение. Всё-таки я завтракал только один раз, ранним утром.

А обстановка продолжала накаляться. Лёша буравил взглядом Дина, Дин провоцировал Лёшу, Рома вздыхал, как отец, которому жена оставила на день двух малолетних сорванцов.

— Парни, хватит, — примиряюще произнёс я, сцапав конфетку. — Дин, что там с Аннет? Почему обвиняют именно меня?

— Да я сам не понимаю, — он отодвинул чашку, — сначала Ника мне сказала, что Аннет умерла. Потом была эта история с автокатастрофой. Теперь вариант с нападением теневика. У меня голова уже кругом идёт от обилия версий. Кстати, Ром…

— Что?

— Я тут вспомнил… Осенью не обратил внимания, а сейчас задумался. Ведь Ника, сообщившая мне про Аннет, не выглядела расстроенной. Немного озабоченной, да, но не печальной, не заплаканной. Они же лучшие подруги! Создавалось ощущение, что я больше переживал, чем Ника!

— Кто такая Ника? — мне быстро надоело быть декором.

— А, точно! Ника Аммар, она тоже теневик. Вам надо встретиться, чтобы она тебе всё рассказала-показала. Могу даже рекомендовать её как мастера-теневика для обучения…

— Погоди, Дин, — приметная фамилия резанула слух, — она — Аммар? Я тут в праздники познакомился с одной женщиной, которую звали Карин Аммар. Они случайно не родственницы?

Лица у братиков синхронно вытянулись и Дин с нехорошей улыбкой пояснил:

— Они случайно сёстры. Но где ты нарыл Карин?!

Я пожал плечами.

— Она сама ко мне подошла, когда мы на даче были. Спросила, мол, я ли Дима Ямиров, ну и упомянула, что дружит с моим отцом и помнит меня маленького. А что? А-а-а, подожди, Ника — это учительница с бирюзовыми глазами? Её сестра?

— Дима, — мягко начал Дин, — я бы не советовал тебе общаться с Карин.

— Почему? — удивился я. Приятель совершенно по-киношному закатил глаза:

— А ты погугли: Карин Аммар, — и он протянул мне телефон.

Я покорно набрал имя в строке поисковика. Ого, модель, ныне редактор известного журнала в Лондоне. И вроде ничего криминального, пока я не дошёл до вкладки «личная жизнь».

— Увидел? Она невеста Шакона и мачеха Аннет. Шедеврально получается — Шакон обвиняет тебя в смерти дочери, а Карин… вместе с Никой, спокойны как танк! Ну, охренеть вообще! — нервно воскликнул Дин. Ромка многозначительно пробарабанил пальцами по столешнице. Даже Лёшка удивлённо вскинул брови, но судя по следующим словам, его явно занимало другое:

— Слушай, Дин, а можно тебя спросить? Без наезда, честно.

— Давай уж, раз совсем без наезда.

— А откуда ты знаешь эту историю? Ну, про Аннет. Вы ведь сейчас говорили о Диминой противнице на турнире, да? И почему ты так переживаешь?

— Вопрос стоящий, справедливо, — приятель уважительно кивнул, — только без долгого вступления здесь не обойтись. Если вкратце, то я волнуюсь за Рому. Судьба Димы, уж прости, меня интересует гораздо меньше, — он взял короткую паузу. — Итак, по пунктам. Шакон — он кукловод. И его дочка тоже была кукловодом. Вы сейчас ничего не поняли, но расписывать мою расу в красках вам будет Рома, а не я. Я ограничусь тем, что «а» — это другая раса, одна из четырёх скрытых, живущих на земле. «Б» — кукловоды — это как бы сверхлюди. Мы круче людей по многим по параметрам, а главное наше умение заключается, собственно, в названии — мы умеем управлять людьми, отводить им глаза. Но тут много правил, ограничений, нюансов — так что пока примите как данность. И «в» — у нас есть своя иерархия. По идее, все кукловоды подчиняются кукловоду-идеологу, который живёт в Москве. Но! Лет пятнадцать назад был создан Орден Гончих в Лондоне, под руководством кукловода-лидера, и власть как бы разделилась. Формально, во главе также стоит идеолог, а лидер типа его заместитель. Но на деле лидер сам хорошо воду мутит. Как вы могли догадаться (или не могли, но это не важно), лидер — это Шакон. Он сильный и опасный кукловод, на треть ментал. Собственно, брат Элекса — идеолога. Но это детали. Откуда я всё знаю? Во-первых, я работаю на Шакона, несмотря на то, что являюсь русским кукловодом. Грубо говоря, занимаюсь эмоциональной разведкой. Это моя сама сильная сторона, как кукловода. Во-вторых, я дружу с сестрой его фактически жены. Блин, ребят, с вашими осуждающими взглядами я чувствую себя грешником на исповеди, — он одарил нас весёлой полуулыбкой. Затем парень встал и налил себе холодной воды.

— Он сумасшедший, — резюмировал Лёша. Приятель развёл губы в безумной гримасе и обернулся к нему:

— Был им когда-то… но вылечили, гады, — выдавил он с обидой. — Кстати, о сумасшедших. Дим, а Ана с тобой? Я хочу поиздеваться над твоим другом. Это всегда так весело — рассказывать незнающему человеку про скрытый мир и впитывать его истерические эмоции…

— Дин? — Рома был вежлив и лаконичен.

— А?

— ЗАТКНИСЬ. А вы не обращайте внимания, он по жизни неадекватный.

Мы понимающе кивнули. И тут в моей голове щёлкнула мысль:

— Секунду, Дин. Если ты дружишь с сестрой Карин, то почему не можешь узнать подробности у неё?

— Потому что эта… нехорошая женщина укатила в Москву, на двухнедельный семинар по воспитательной работе. И потеряла там телефон. Гаджетов для выхода в сеть у неё нет, а сообщение она мне прислала с чужого номера, чисто чтобы не беспокоился. А вернётся Ника только на следующей неделе, во вторник, если мне память не изменяет. Но хм, Дима, ты меня пугаешь. Что, и психом не назовёшь?

— Не дождёшься. Пальма первенства по издевательствам надо мной принадлежит Ане. Она вчера просветила меня насчёт призраков и скрытых рас, и ещё про теневиков рассказала. Мой дух не может быть шизофренией, Лёш, — я посмотрел на скептически настроенного парня, — с ней разговаривала Карин, её видят Дин и Рома и даже ты её слышал, иначе не пришёл бы на помощь к нам!

— А кровь на наркотики ты так и не сдал, — друг с раздражением сложил руки на груди.

— Очнись, Лёх, какие наркотики?! Больше недели прошло! И потом, а исчезновение Яны со сцены? Тоже шизофрения?

— Это ты на меня надышал, — проворчал друг и резко встрепенулся. — Постой, а что случилось вчера пустыре? Ты испарился в точности, как Яна.

Я устало опустился на стул и подпёр голову рукой. Лёше следовало всё объяснить, но каким образом я не представлял. Дин понаблюдал за моими метаниями и что-то шепнул на ухо Роме.

— Лёш, — мы с другом развернулись к Роме, — ты помнишь, что сказал Дин о кукловодах?

— Про другую расу и Шакона? Помню. Только какое отношение?..

— Отлично, — Рома не дал ему продолжить, — Дин также уточнил, что кукловоды — одна из четырех скрытых рас. Почему «скрытые», думаю, понятно? Это не сектантские или ролевые игры — другие расы действительно живут среди людей или отдельно от них, как кому нравится. Своих городов нет только у кукловодов, у них две основные базы в Москве и Лондоне, где этих манипуляторов можно встретить на каждом шагу. Но начинать стоило всё-таки не с них, раса номер один — это теневики. Пропажа Яны и Димы — машинальный уход за Грань в случае опасности.

— Стоп! Парни, признайтесь, вы меня разыгрывайте? Что за скрытые расы, откуда они взялись? Теоретически я ещё могу поверить в призраков, но остальное уже ни в какие рамки не лезет!

Наверно, мне сейчас очень хотелось оказаться на месте Лёши. Недовольно сверкать глазами и быть уверенным в свой правоте. Но теперь я знал, кто такая Ана. Обдумав всё ночью, я поставил себе цель. Возможно, новые сведения помогут мне спасти девушку.

— Ладно, — Рома решил выступить парламентарием, — я вижу, что мы неправильно построили разговор. Не нужно было прыгать с темы на тему. Прости Лёш, я считал, что вы с Димой лучше обменивайтесь информацией. И если ты согласен на призраков, то пускай будут призраки. Я вчера задал вопрос, как ты узнал, что на ребят напали? — он усмехнулся.

Ого, а друг стушевался. Ну да, он же не любитель врать.

— Может, у меня первоклассная интуиция? — выкрутился Лёша. Наш единодушный стон вызвал у парня нервный смех:

— Значит, в духов вы верите, а в меня — нет?!

И ведь не поспоришь.

— Лёха, — но мы тоже не лыком шиты, — интуиция у нас есть. Одна на троих. В лице Наты. Вот она реально чует, когда надо тетрадку на контрольной закрыть, чтобы учитель не спалил. Ау, друг! По сравнению с ней мы жалкие дилетанты.

На меня взглянули с плохо скрываемой ненавистью. Ха-ха! Шизофреники впереди!

— Слушайте, да какая разница, с чего меня понесло на балкон?! — похоже, мы разозлили Лёху. Чёрт, теперь он любую нашу фразу будет воспринимать в штыки.

— Друг, остынь, — как говорит отец: «главное в разговоре — подобрать нужный тон». Неспешный, безэмоциональный и чуточку холодный голос мгновенно привёл Лёху в чувство. Во взгляде парня даже мелькнула настороженность — всё-таки метаморфоза со сменой поведения мне удалась на "бис". Не обращая внимания на братиков, я решил закрепить успех:

— Лёха, между прочим, парни сейчас впустую тратят своё время. Оно им надо, в чём-то нас убеждать? Это была моя просьба, чтобы они рассказали про теневиков, — я попытался удержать заданный тон, но в итоге всё равно сорвался, — а твоя упёртость уже бесит до чёртиков! Если ты считаешь, что дружишь с буйнопомешанным наркоманом, то, пожалуйста, уходи! Ромка прав, я даже поделиться с тобой ничем не могу, потому что знаю, как ты отреагируешь!

Мы как два петуха замерли напротив друг друга. И неизвестно, чем бы всё закончилось, если б не Дин. Парень, ощутив, что дело пахнет керосином, подскочил и встал точно между нами. У меня во рту неожиданно оказалась печенька. Я машинально куснул и едва успел поймать другую половинку. Лёха, растерянно хлопая глазами, так остался стоять с зажатым в зубах лакомством.

— Что это было? — убрав печеньку, обескуражено спросил он.

— Как нам говорили на лекциях по славянской мифологии, в доме категорически нельзя ссориться. Это портит его энергетику, — Дин важно поднял палец вверх.

— Любопытства ради, а с каких пор ты ходишь на подобные лекции? — Рома иронично посмотрел на брата. Но у приятеля был готов ответ:

— Жизнь вообще иногда заносит в странные места, — философски заметил Дин.

И почему у меня мелькнула мысль о том, что его слова могут стать пророческими?..

Оглядев нас, Рома решительно направился к одному из шкафчиков. Вытащил мутного цвета склянку и достал две чашки. Оглянулся на Дина и со смешком взял третью. Мы с подозрением следили за его действиями. Мечник налил каждому примерно по сто грамм зеленоватой жидкости и приказал пить.

Я покорно принял чашку и заглянул внутрь. Фу.

— Что это? — озвучил Лёша наш общий вопрос.

— Успокоительное, очень хорошего качества. Пейте, не волнуйтесь. Не отравлю, — и такой оскал продемонстрировал, что захотелось немедленно вылить содержимое в раковину. Естественно, нас с другом он не убедил, поэтому мы стали ждать характеристики от Дина, который морщился, но пил эту гадость.

— Это отвар на травах, сделанный храмовниками, — к неожиданным появлениям Аны я уже привык, а вот Лёху как будто ударило током. Друг обеими руками вцепился в чашку и залпом влил в себя напиток. — Молодец, сейчас тебе станет полегче. Дим, ты тоже попробуй, а то мне сильно не нравятся твои проблемы со сном.

— То есть я выпью это и засну?

— Конечно нет, зачем парням ваши спящие тушки? Отвар просто снимает напряжение, расслабляет и способствует хорошему сну. Пей, если бы тебя хотели отравить, я бы предупредила.

Ну допустим, версию с отравлением я не рассматривал, иначе Рома не дал бы средство Дину. Но всё равно пить жидкость необъяснимого происхождения страшно.

Я с тоской поглядел в чашку, поднёс к губам. Ох, чуть не вывернуло! Не знал, что травы могут быть настолько отвратительной бурдой.

Но о качестве Рома не соврал. Невидимая пружина, которая поселилась в моей душе, потихоньку начала разжиматься. Фантастика. Зелье определённо стоило своего вкуса. Только сейчас я осознал, каким задёрганным был в последние дни. Хм… Из чего сделан этот отвар? По сравнению с ним «травка» нервно курит в сторонке.

— У храмовников много штук с лёгким наркотическим эффектом. Есть даже сигареты с яблочным запахом, они снимают головную боль. Злоупотреблять ими не рекомендуется, но две-три в день выкуривать можно, — огорошила меня Ана.

— И без отрицательных последствий?

— В том и дело, что да. Если применять точно по инструкции, то риск навредить себе минимален.

Какая прелесть. Всё, с этой минуты меня интересовала сугубо прагматичная сторона вопроса: где можно найти сигареты и зелья храмовников? Надеюсь, взгляд, которым я наградил братиков, получился не слишком оценивающим. Ибо планы в моей голове имели поистине грандиозный масштаб.

— Да что за наваждение! — лучший друг тем временем продолжал изучать дно чашки. Ана ужом вертелась вокруг него и ласково шептала на ухо всякие страшилки. Вот ведь егоза. Лёше и без неё тяжело понять и принять сказанное нами, а тут ещё вредный дух изгаляется.

— Ана, прекрати, — я сердито поглядел на девушку. Нашла себе игрушку! — Лёх, расслабься, она тебя просто пугает. Не заморачивайся.

Но друг только схватился за голову и принялся мотать ею в разные стороны. Тут и сама Ана отлетела ко мне, с невинным видом похлопав глазками. Ангелочек, блин! Показав местной провокаторше кулак, я сцапал парня за водолазку и немного тряхнул.

— Дима, откуда эти голоса? Неужели ты тоже их слышишь?..

Я нахмурился:

— Какие голоса?

— Разные: мужские, женские. Детские. Я будто с ума сошёл. Но вроде отпустило, — он покачал головой и недоверчиво прислушался к тишине.

— Ана?! — угрожающе рыкнул я, развернувшись к духу. Смена голоса меня не удивила — нечисть хвасталась этой способностью буквально на днях.

— Что? — девушка отпрянула от меня и нехорошо прищурилась. Мол, я ей не указ. Ладушки.

— Ром, ты вчера говорил, что духа можно развеять. Это реально?

— Да, без проблем, — обожаю идеальное спокойствие мечника, — правда, духа-хранителя будет сложно изгнать, но существуют и другие варианты. Печать призрачного молчания, например. Ты перестанешь видеть духов примерно на неделю. Устроит?

— Более чем, — из-за подлого поведения Аны мне было не важно, что там за печать и как именно ею пользоваться. Главное, сломить уверенность духа в своей вседозволенности. Забавно… Я воевал с её характером тогда и продолжаю воевать сейчас. И судя по тому, как округлились глаза нечисти и как опустились руки, моя подпольная кампания имеет успех.

— Ты не посмеешь! — гневно, но уже с нотками истерики, выступила девушка. — Я должна тебя защищать!

— Сам справлюсь, — отмахнулся я.

— А кто расскажет тебе про скрытые расы?!

— У ребят спрошу, — я принципиально стоял на своём.

— А вкусняшками баловать?

— Ну, раньше ведь обходился, — парировал, сложив руки на груди. Братики откровенно веселились, наблюдая за нами, а Лёшка погрузился в раздумья.

— Я… я тебе совсем не нужна? — вот чёрт. Довёл девушку. Этот полный боли взгляд мне выдержать не удалось.

— Привязался к вредной нечисти на свою голову, — моё бурчание было встречено победной улыбкой Аны, — но давай договоримся: никаких поползновений в сторону Лёши. Его крепкое моральное здоровье мне ещё пригодится. Всё ясно? В противном случае мы серьёзно поругаемся.

— «Вредная нечисть» приняла ваши слова к сведению, — промурлыкала девушка и потёрлась об меня как кошка. Я опять ощутил лёгкое покалывание и досадливо вздохнул. Ну почему ты умерла?..

— Оригинальный у нас вечер получился, — хмыкнул Дин спустя полчаса, когда мы отпоили Лёшку чаем и поведали ему о духах. Парень смотрел на нас квадратными глазами и хорошо, что не звал инквизицию. То, что мы одержимы, прямым текстом читалось по его лицу. Особенно он воспротивился тому факту, что призраков видят только скрытые расы. Считать себя каким-то сверхчеловеком Лёша явно не собирался. Но Ана периодически напоминала другу о своём присутствии, чем вызывала у парня нервную дрожь. Такому весомому аргументу он ничего возразить не мог.

Вдобавок, Рома решил добить нас обоих. Мой соперник назвался ритуальщиком из расы Двух Лун и предложил посмотреть на него без иллюзии, якобы скрывающей настоящую внешность. Я должен был догадаться, что дело нечисто. Хотя бы по загоревшимся в предвкушении глазам Аны или ухмылке Дина. Но мы с Лёхой покивали, как наивные простачки, приняв его фразу за шутку. Действительно, подумаешь — новый разрыв шаблона?..

Получив наше согласие, Рома поднялся и стянул с себя футболку. «Для полноты картины», — как многозначительно пояснил он. Ана оценила пресс парня громким «вау» но быстро сникла под моим убийственным взглядом. Будет она ещё на других… так, Дима, тормозни. Это лишнее.

Демонстрация обнажённого торса показалась мне совершенно неуместной. Но дальше мечник повёл себя ещё более странно. Он сгорбился и закрыл глаза. Я даже не понял, в какой миг он изменился. Это был шок. Кажется, мы с Лёхой забыли, как дышать. Первой тишину нарушила Ана:

— Экзотично, — вынесла свой вердикт нечисть. Её слова помогли немного стряхнуть оцепенение. Нет, человеческий облик Рома не потерял. В том смысле, что он не превратился в какую-нибудь чупокабру со щупальцам. Но его обновлённый вид всё равно вызывал желание посетить психиатра. Ну, или окулиста.

Торс, лицо и руки мужчины покрывала ветвистая сеть йодно-жёлтых полос. Это… вены? Почему-то в первую очередь я подумал именно о кровеносных сосудах. Но тогда какого цвета должна быть сама кровь? Окей, сложность анатомии здесь явно олимпиадного уровня. Потом разберусь. Ещё на теле мечника обнаружился длинный застарелый шрам, при виде которого я содрогнулся. Через какую же боль надо пройти, чтобы получить такое «украшение»?..

Также стоит добавить про костяные наросты на локтях, предназначение которых осталось мне неизвестным. Но круче всего выглядели глаза. Зрачок у Ромы стал вертикальный, ромбовидный, а радужка вообще представляла собой желтоватый круг с лёгким свечением.

Завершал этот кошмар эволюции шлейф чёрной мерцающей ауры.

— Энергетический контур — цетэ, — опередил мой вопрос Рома, — по-вашему — аура. Цетэ концентрирует энергию снаружи тела, а не внутри. Это кардинально отличает людей Двух Лун от всех земных рас.

— Альтернативная физика? — с подозрением уточнил я.

— По сути, да. Бытует версия, что когда-то давно наша раса пришла на Землю с другой планеты. Отсюда такое название — Две Луны. Мол, обрядчики родом со светлой половины Луны, а ритуальщики, соответственно, с тёмной. Но без доказательств эти теории остаются просто сказками. Возможно, мы родились на Земле и являемся особым видом мутантов. Ладно, наверно не стоило показываться вам без предыстории…

— А ты можешь вернуть свой прежний облик? Пожалуйста, — хрипло взмолился Лёша.

Рома ничего не ответил, но уже через секунду он вновь стал типичным человеком. Удобно, однако.

— Спасибо. Ребят, вы извините, но я домой, — друг натянуто улыбнулся, — знаю, это выглядит по-хамски, но мне надо переварить всё… в одиночестве. Ещё раз прошу прощения. Димка, ты со мной?

Я поддержал Лёшку, поскольку испытал похожее чувство. Ана была права, одно дело — где-то слышать, и совсем другое — войти в незнакомую дверь.

— Рома, они бегут! Останови их, наши запасы человечины на исходе! — Дин был в своём репертуаре. Но тут даже Лёха посмеялся. И ведь этот шут предусмотрительно отошёл подальше от Ромы.

— Дин! Ты меня достал! Я буду тебя в туалете закрывать на время прихода гостей! — с пол-оборота завёлся мечник. Маскируя смех за кашлем, мы с Лёшей попятились к выходу.

— Дима, стой, — окликнул меня Рома. Смерил брата, упорхнувшего на другой конец комнаты, многообещающим взглядом и вышел в коридор. Спустя минуту он передал мне книгу. Обычную книгу в твёрдом переплёте и кожаной обложке.

— Это малая энциклопедия скрытых рас из библиотеки Порт-Сокола, города теней. Я брал её у Ники, чтобы освежить знания. Почитай на досуге. И приходите на выходных, попробуем поговорить снова.

Глава 12

Рома

Утро началось с осознания того, что он проспал. Не фатально, но собираться ему пришлось в спешке. Быстрые сборы мечник не любил — по его мнению, они просто притягивали неприятности. Бегая по квартире, он непременно забывал бумаги, проливал кофе или надевал мятую рубашку. Сосредоточиться в такие моменты удавалось с трудом, поэтому Рома старался всегда следить за временем.

Ко всему прочему, у них закончился кофе. Остался только тот, который надо было варить. А на ноутбуке уже висело сообщение от шефа, с требованием прочитать новые договоры. Рома посмотрел содержание файла и грустно присвистнул. Тут либо бумаги, либо кофе.

— Ты чего шумишь с утра пораньше? — сонно произнёс недовольный Дин, заходя на кухню. Рома бросил взгляд на часы:

— А разве ты не должен быть в школе? — задал он встречный вопрос.

— У нас физкультура в двойном размере, и мне лень идти. Тем более, кое-кто вчера хорошо погонял меня по квартире, — парень красноречиво хмыкнул. Но Рому было не пронять:

— Ничего, ты это заслужил. Слушай, Дин… свари мне кофе?

Парень широко зевнул и взял протянутую ему турку. Ромы мысленно поблагодарил Богиню за брата и с головой ушёл в мир иностранных слов. И лишь запах, который вскоре опутал кухню, заставил его вырваться из плена. Но отчёт для шефа мечник набросать успел. Дин подвинул ему кофе с булкой и сам сел рядом.

— Знаешь, о чём я вчера подумал? — медленно произнёс мужчина, наслаждаясь вкусом. — Мне не хватает тренировок.

— Если мне не изменяет память, ты ходишь на них три раза в неделю. И даже на турнир собрался, хотя я по-прежнему против.

— Дин, Шакон проводит турнир вне кукловодской политики. Там участвуют и храмовники, и тени. И пока без эксцессов.

— Ну и что? — Дину сильно не нравилось повышенное внимание Лидера к своему брату, — кто знает, что взбредёт в голову Шакону.

Но Рома только улыбнулся:

— Ты плохой пиарщик для начальства, мелкий. Я бы на месте Шакона сто раз подумал, стоит ли с тобой работать.

— У него нет выбора, — Дин махнул рукой, — и я не до конца понял твою идею с тренировками. Ты хочешь заниматься чаще?

— Нет. Я стал слабеть как ритуальщик. Даже печать с первого раза нарисовать не могу. Мне бы противника по уровню, Дин. Возможно, я ненадолго вернусь на родину.

— И бросишь меня? — ужаснулся брат.

— Дин, я уеду всего на пару недель. И не сейчас, а в июле, когда ты сдашь экзамены. Не переживай, мелкий. Зато отдохнём друг от друга. Опять же квартира в твоём полном распоряжении, — Рома попытался смягчить неприятную новость. Но Дина сложно было обмануть. Парень убрал посуду в мойку и, пойдя к Роме, обнял его за плечи. Белые волосы кукловода упали на лицо мечника. Рома шутливо дёрнул брата за прядь и дождался привычного шипения. Дина ужасно бесило, когда кто-то трогал его волосы.

— А если они не выпустят тебя обратно? — тихо спросил кукловод. — Что если тебя запрут на вашем острове? Ром?

— Ну значит, я снова сбегу, — ритуальщику не хотелось лишних сомнений. — Ладно, обсудим всё ближе к лету. А сейчас вали-ка в школу, прогульщик!

Дин пренебрежительно фыркнул и только сильнее сжал его плечи. У мечника в который раз ёкнуло сердце. Он обернулся и погладил брата по волосам. Белым, как снег…

Развалившись в плетёном кресле уличного кафе, ритуальщик прикрыл глаза. Неподалёку шумела вечерняя автострада, набатом сигналили машины, а за соседним столиком без умолку трещали молодые девчонки. Ничего не скажешь, «отличное» место для отдыха от работы. Но Роме было всё равно. Лишь бы не душный офис с его бумагами и дрязгами. Работы после длительных выходных накопилось очень много. Обед мужчине пришлось пропустить, но к пяти часам, не выдержав очередного наезда шефа, Рома фактически сбежал. Искать какое-то другое заведение он уже был не в силах. Поэтому ритуальщик упал в кресло ближайшего кафе и задумался о своей дальнейшей жизни.

В такие моменты ему ужасно хотелось вернуться на родной остров. И Рома почти не сомневался, что его выпустят обратно. В конце концов, все же прекрасно понимали, почему он уехал. Да и честно говоря, вряд ли кого-то расстроила эта новость. Сестра, наверно, от радости до потолка прыгала… И пусть. Семья всегда стояла на первом месте для людей Селены. Поэтому в восемнадцать лет он и пробрался на корабль до «большой земли». В его отсутствие Майрю, закончив обучение, сможет без проблем захватить власть в клане, и тогда род Ке'Мараен больше не будет считаться ущербным. В самом деле, как известной семьёй обрядчиков мог править ритуальщик?

Но хоть на время оказаться дома… Рома потянулся и сделал заказ подошедшей миловидной официантке. Девушка нежным голосом попросила его подождать и, виляя бёдрами, отправилась к стойке. Мужчина хмыкнул, наблюдая за ней. Жаль, что у него сейчас нет настроения для знакомства. Мысленно он уже был в клановом доме. Любопытно, как там всё изменилось? Впрочем, зная консервативные устои собственной расы, вряд ли он увидит что-то новое. Иногда ему казалось, что над островами Двух Лун застыло время.

Единственная, но достаточно серьёзная преграда к его поездке — это Дин. Ритуальщик не представлял, как оставить брата одного. Вернее, он не сомневался, что с бытовыми проблемами кукловод справится, но как быть с его моральной составляющей? Дин вполне способен накрутить сам себя. Собственно, он уже начал это делать. С приезда Шакона брат постоянно нервничал. Ему всё мерещилось, что Лидер Гончих проявляет непонятный интерес к Роме. Правда, зачем Шакону обычный ритуальщик, Дин так и не смог объяснить.

Мужчина тяжело вздохнул. Из тупиковой ситуации с братом надо найти выход. Иначе он скоро озвереет от этой нормальной человеческой жизни. Душа ритуальщика требовала выпустить пар, снять проклятую иллюзию, поговорить на родном языке — словом, отвлечься по полной программе. И с каждым днём всё сильнее.

А ведь ещё он обещал поговорить с ребятами на выходных! Рома хлопнул себя по лбу. Он совсем забыл об этом. Ладно. Обещание — есть обещание, а с документами он разберется позже.

Мысли сами собой перетекли на вчерашний разговор. Дима и Лёша. Рома покачал головой: принадлежность парней к скрытому миру стала для него сюрпризом. Да, попали ребята. И главное, оба какие-то мутные. С Лёшей вообще ничего не ясно. Друг Димы точно не был теневиком или человеком Двух Лун — первый отпадал по возрасту, а своего Рома узнал бы сразу. Для кукловода Лёша не вышел характером. Остаётся храмовник. Но если Лёха — храмовник, то только полукровка. И здесь напрашивается щекотливый вопрос относительно его родителей. Потому что даже те храмовники, которые живут за пределами Весенны, всегда обучают своих детей. Вероятность того, что храмовник не представит своего ребёнка весеннским наместникам, чрезвычайно мала. А значит, Лёша либо приёмный, либо не сын своего отца. Но если парень не в курсе, то Рому он явно пошлёт в долгое «эротическое путешествие». Наверное, лучше предварительно спросить у Димы. Хотя Дима — кадр ещё более загадочный. Причем, как и он, так и его отец. Скрытому миру известно, что Андрей Ямиров — человек. Другое дело, что человек он… неоднозначный. Вообще необычен тот человек, которого побаивается кукловодская верхушка. Даже Шакон, по словам Дина, реагирует на Ямирова-старшего с ощутимой тревогой. А Дина нелегко провести в эмоциональном плане. Но если отбросить отца, то остаются странности с самим Димой. Во-первых, почему он такой «поздний» для теневика? Во-вторых, стихийный он теневик или тоже полукровка? Рома вдруг удивленно осознал, что никогда не слышал о жене Андрея Ямирова. А был ли он вообще женат?

Ритуальщик открыл браузер на смартфоне и набрал в поисковике имя певца. М-да, Лера Ямирова. Это многое дало. Даже девичья фамилия не была указана. Видимо, отец Димы предпочитал не распространяться на тему жены. Умерла двенадцать лет назад и умерла. К чему лишние разговоры?

Рома отложил телефон и потёр уставшие от компьютера глаза. О ветреной натуре Андрея Ямирова ходили легенды. Похождения известного артиста занимали львиную долю статьи. Оценив «послужной» список певца, ритуальщик и сам впечатлился. Теперь понятно, с кого Дима берёт пример.

Собственно, третье, что раздражало мечника в сыне известного певца — его секреты. А конкретно, история с убийством Аннет. Вчера брат убедился, что Дима не врёт. Дин вообще был уверен, что Дима не способен убить человека. Но даже Рома заметил, как парня сковывает при упоминании Аннет. Опять же, когда они тащили его пьяного, Дима несколько раз повторил её имя. Рома нахмурился. С одной стороны, ему было жалко Диму, но с другой — а что если этот теневик просто дурит их с братом? В конце концов, Шакон же не идиот, чтобы кидаться обвинениями на пустом месте. На тренировке Лидер едва дырку в Диме не прожёг. Значит, ему есть в чём подозревать парня. И где гарантия, что Дима не уходил за Грань раньше?

Но делать выводы с таким недостатком информации ритуальщику было бесполезно. Стопроцентно ответ лежал на самой поверхности. Да, Ника в самом деле уехала не вовремя. Разбирайся теперь с этим новоявленным теневиком. Впрочем, Рома лукавил: ему самому хотелось помочь Диме и Лёше. Всё-таки за пять лет ритуальщик успел привязаться к парням.

Ужин принесли в тот момент, когда у Ромы закончились идеи. Но план разговора в его голове уже сформировался. Первым делом ему нужно было выяснить, как Дима замешен в истории с Аннет. Возможно, дочка Лидера почувствовала в нём теневика и угрожала? Или даже напала?.. Хотя вряд ли бы Аннет напала первой на турнире. С участником-храмовником, судя по рассказам Ники, она общалась спокойно. А мог ли Дима сам каким-нибудь образом спровоцировать девушку на конфликт?..

Да не, ерунда получается. Хм, а если он смотрит на ситуацию не с того угла? А если что-то не так было с самой Аннет?..

— Я могу подсесть к молодому человеку? — вдруг услышал ритуальщик за спиной и стремительно обернулся.

* * *

Из малой энциклопедии скрытых рас:

ТЕНИ.

Общая информация.

Этноним: теневик, тень.

Население:

г. Порт-Сокол — 679 тыс.

г. Этан-Нейра — 503,7 тыс.

г. Эмеральд — 501,9 тыс.

г. Стелла Умбреа — 467 тыс.

свободные тени — 8,8 млн.

Город-столица: Порт-Сокол

Правящий род: Аммар (Карин Аммар, Азаринэ Аммар)

Правящая тень: нет

Градоправитель: Терриан Лейрис

Основные места расселения: Южная Европа (35 %), западное побережье Северной Америки (24 %), восточное побережье Австралии (14 %), Юго-Восточная Азия и Япония (17 %), район Урала, Россия (10 %).

Аммары — первые теневики, положившие начало расе. Это самый древний род. Только они имеют право на власть. Место правящей тени должно принадлежать либо члену семьи Аммар, либо никому. Один единственный год, когда главенствующее место занял теневик другого рода, был годом начала войны с кукловодами. Порт-Сокол же возглавляет избранный Советом градоправитель, с одобрения правящей тени.

Теневики могут рождаться, если оба родителя принадлежат к этой расе, или один из них. Однако в этом случае есть свои замечания. Если второй родитель — человек, то может с 50 % вероятностью родиться либо полукровка, либо полноценный теневик. Со скрытыми расами действует принцип «чистой крови» — ребёнок может родиться либо тенью, либо тем, чью расу представляет второй родитель.

Теневик также может появиться и у обычных людей. На этот случай есть специальная комиссия, которая ищет и обучает таких теней, занося их данные в базу Порт-Сокол.

Есть ещё отдельный вид теневиков — Тени Грани, но о них подробней будет рассказано во втором томе.

Особые признаки расы:

Глаза очень ярких цветов, полутона редки. Когда смотрят через Грань, зрачок исчезает, радужка сереет. Чаще всего ладонь вытянутая, пальцы аккуратные, длинные, а запястье широкое. Плечевой пояс также довольно мощный и широкий. Это наблюдается фактически у всех теневиков-мужчин и 87 % женщин. В характере преобладают спокойные, дипломатичные черты. Часто идут на уступки. Не любят привязываться к одному месту, много путешествуют. Обострённое соблюдение моральных и нравственных ценностей. Многие теневики — одиночки.

Грань.

Тени получили своё название из-за умения «уходить за Грань» — переходный мир между жизнью и смертью. Грань представляет собой копию Земли; цвета на ней сереют и становятся тусклее, а вместо неба — чёрное пространство, куда попадают умершие люди. Для теней оно может быть опасным, если они проведут за Гранью более двух минут (с опытом это время может увеличиться). Если теневик не покинет Грань за доступное ему время, то его, как и любого умершего человека, может затянуть чёрная воронка. Это является частой причиной смерти у молодых теневиков, которые получили дар не по наследству, и ещё не обучались у преподавателей из столицы. На Грани не могут существовать живые организмы, через неё можно увидеть только млекопитающих, но лишь в виде силуэтов, обвязанных нитями и лентами. Всё пространство Грани пронизано нитями, которые отражают отношения людей и высших позвоночных в реальном мире. Однако также на ней полно бесхозных нитей, которыми теневики могут пользоваться. Доподлинно неизвестно, как тени могут перебывать на Грани, считается, что их кожа с рождения имеет защитный покров, однако это только гипотеза, потому что вещи теневика после пребывания на Грани остаются абсолютно целыми.

Нити.

Для остальных скрытых рас существует лишь одно обозначение связи между людьми — это нить. Однако теневики присваивают им более разнообразную классификацию. Нить — это единичная или недолгая связь, которая не будет играть роль в жизни человека. Нитей очень много, так как они появляются при любом контакте и столь же быстро исчезают. Но есть и исключение — кукловодо-теневая нить. На самом деле это не нить, а полуканатная связь, но исторически у неё сложилось такое название. Ленты же обозначают родственников, друзей, пару, которые обязательно повлияют на жизнь человека. Теневики различают их по цвету, и по их словам, на Земле нет таких цветов. Канаты — редкая связь, обладателей «канатов» называют ретами. Как правило, это люди одного пола, очень сильно привязанные друг к другу (из-за чего другие расы часто путают их с сексуальными меньшинствами, но это не так). Бесхозные нити же делятся на два типа: боевые нити и «нити-телепорты». Боевые нити теневик может «достать» с Грани и использовать их в реальном мире; причём вся длина нити будет им контролироваться. «Нити-телепорты» — натянутые нити между двумя какими-либо объектами. Если потянуть эту нить на себя, она «разрядится» и по инерции перекинет тень в своё начало.

Умения и возможности:

теневики были созданы Рейлин как «боги на земле». В пантеоне скрытых рас Рейлин считается богиней-творцом всего: планеты, людей и скрытых рас. Люди ничего не знали, и поныне не знают о ней; место их хозяев заняли либо получившие первооснову (обычные люди, по уровню знаний и умений заслужившие божественный дар), либо пришедшие из других миров боги. Однако создавать нити и ленты умела только Рейлин. Но уследить за действиями людей и мятежных богов одной ей было сложно, и богиня создала теневиков, дав им часть своих возможностей. Обострённым шестым чувством тени могут видеть нарушения в нитях людей и корректировать их. Интуитивно они чувствуют любую неправильность. Хотя каким будут изменения — решать уже самим теневикам, что взваливает на них немалую ответственность за последствия. Отсюда вытекает главный запрет теней — просто так, по своему желанию, без внутреннего чутья, теневик не имеет права трогать чьи-либо нити и ленты. За ослушание его могут и убить, причём сделают это свои же.

Первые теневики умели только прятаться за Грань и менять нити. Поэтому они оказались почти беспомощны перед людьми, которых, как и их богов, новая раса совершенно не обрадовала. Для защиты своего творения Рейлин создала город, укрытый Гранью от внешних глаз и расу кукловодов (см. раздел Кукловоды). Кукловоды были связаны особой нитью с теневиками и стали главными их защитниками. Однако со временем они стали чувствовать себя ущемлёнными и зависимыми от теней, что повлекло за собой фактически катастрофу. Массово убивая своих теневиков, кукловоды из защитников стали врагами. И две некогда союзные расы спешно стали искать новые способы нападения и обороны. Для теневиков этим способом оказались бесхозные ленты, которыми они научились управлять, использовать их в реальном мире, делать «хлысты», удавки, выполнять плетения сети. Подробности и схемы можно найти в библиотеки города Порт-Сокол.

(Следующий раздел)

КУКЛОВОДЫ.

Общая информация.

Этноним: кукловод

Население:

кукловоды-менталы — 4 чел.

полументалы (те, в ком есть хотя бы четверть крови ментала) — 8,9 млн. чел.

обычные кукловоды — 18 млн. чел.

Правящий род: чистокровные менталы Нейер (Элекс Нейер, Карина Нейер, Альмара Нейер, Михаил Нейер)

Кукловод-идеолог: Элекс Нейер

Кукловод-лидер: Шакон Ришоу

Основные места расселения.

1. Менталы и полументалы — Европейская часть России (основная база полументалов — г. Москва) (64 %), Северная Америка (26 %), Аравийский полуостров (10 %).

2. Обычные кукловоды — почти вся Европа (71 %) (основная база — г. Лондон), Япония и Южная Корея (16 %), Канада (13 %).

По своему происхождению, кукловоды — обычные сверхлюди, о чём им не устают напоминать другие расы. Уровень непопулярности кукловодов просто зашкаливает. Эта раса не имеет союзников и воюет сразу со всеми. История кукловодов напоминает ленту драматического кино: множество предательств, смертей и порушенных их руками судеб.

История:

кукловоды были созданы богиней Рейлин как защитники теневиков. По сути, это действительно люди, получившие возможность управлять сознанием других людей, а также имеющие более развитый мозг. Богиня-творец видела в них заступников, которые могли бы помогать теням без применения физической силы. Так появилась и кукловодо-теневая нить: нить-ошейник, которая привязывает кукловода к теневику, но взамен не даёт ему утратить своё «я». Дело в том, что проникновение в чужое сознание сильно влияет на кукловода, подводя его к черте, близкой к безумию. И задача нити состояла в том, чтобы держать разум кукловода в норме. Но об этом кукловоды узнали значительно позже.

Много лет они верно защищали теней, развивая свои кукловодские и эмпирические навыки. Однако всё-таки нашлись недовольные, считающие, что нить-ошейник не спасает, а наоборот, угнетает кукловодов, заставляя их идти на поводу у «злых» теневиков. Чем больше знаний приобретали люди расы, тем больше увеличивалась их уверенность в собственной значимости. Кто был реально виноват, и правда ли кукловоды были на уровне рабов, или же в них просто заговорила гордыня — мы уже не узнаем. Но кукловодское восстание (примерно 5-й век н. э., точный год неизвестен) повлекло за собой ужасные последствия: в один день, названный потом как «Midday» (полдень) тысячи кукловодов по всему миру в полдень воткнули нож в спину своим теневикам. Этот символизм до сих пор аукается кукловодам — какое может быть доверие к тем, чьи предки ради так называемой свободы убили безоружных, всецело доверяющих им людей.

Геноцид и жестокие расправы над теневиками не прошли для кукловодов бесследно. Они действительно начали сходить с ума. И чем больше они убивали, тем чаще, как будто повинуясь жестокому року, умирали близкие им люди. Это явление позже назвали «кукловодским бумерангом».

Описание расы:

особых внешних признаков у расы нет. А вот характерных привычек — очень много. Обычно они обладают неплохим запасом ехидности, довольно хамоваты и резки, просто обезоруживающе умны и, как в литературе, «дьявольски коварны». Почти все кукловоды высокомерны и, скорее всего, имеют свой бизнес. Это не относится прямо к каждому кукловоду, но факт, что у любого из них вы найдёте как минимум три вышеперечисленные черты.

Взрослеют кукловоды очень быстро, как правило, в возрасте пяти лет они могут сравняться с девяти или десятилетним ребёнком. Лучше всего им даются точные науки. Почти все кукловоды — полиглоты, говорят не меньше, чем на трёх языках.

И почти все кукловоды от мала до велика легко могут убивать. По своей природе они не имеют никакого морального порога, чтобы этого не делать.

Умирают очень рано, в возрасте 30–40 лет, чаще сходя с ума и заканчивая жизнь самоубийством, либо их убивает кто-то из своих. Исключения касаются тех, у которых есть кукловодо-теневая нить, но это очень редкие случаи.

Умения и навыки (обычные кукловоды):

проламывая природный барьер человека (или представителя другой расы) они проникают в сознание и могут незаметно управлять людьми, как куклами. Для того чтобы сделать это, им достаточно один раз посмотреть в глаза и за время проникновения не упускать жертву из виду. Сами кукловоды говорят, что этот процесс похож на компьютерный подбор кодов, который стоит у них прямо перед глазами. Они постепенно подбирают ключи, угадывая события и постепенно составляя цепочку жизни человека. Когда знаний становится много, мозг перестаёт воспринимать сознание кукловода как чужеродный элемент и позволяет собой управлять. Однако время, затраченное на проникновение для среднего кукловода не маленькое — 5–7 минут. Тренированные справляются быстрее — примерно за 2–3. Для менталов вообще не существует барьера, однако управлять они могут не так долго, как обычные. Впрочем, у менталов свои сильные стороны, но о них ниже. Время контроль над захваченным человеком у полументалов и обычных кукловодов будет варьироваться от уровня подготовки, но максимум — сутки. Также существуют те, чей природный барьер проломить нельзя и это может быть любой людь/нелюдь с сильной мозговой защитой.

Кукловоды — довольно сильные эмпаты, многие из них способны чувствовать настроение и даже угадывать последующие движения собеседника или врага. Нередко они «отводят глаза», и когда противнику кажется, что кукловод стоит на месте, он в это время может незаметно метнуть оружие. Большая часть из них хорошие стратеги.

Менталы. Подробную информацию о менталах вы можете прочитать во втором томе.

* * *

Дима (на следующий день).

Кажется, я слишком устал, чтобы удивляться. Книга полетела на пол — это Эри прыгнула на кровать и смахнула её хвостом. Я проводил энциклопедию равнодушным взглядом. Кошка недоумённо покрутилась на месте, тоже посмотрела на книгу внизу и стала мягко подбираться ко мне. Устроилась под боком, заурчала и подняла зелёные глаза в ожидании ласки. Ну как тут не оправдать надежд красавицы?..

После мурлыкающего релакса с Эри я почувствовал себя лучше. Поднял книгу с пола и переложил её на стол. Следующий раздел манил занимательными подробностями из жизни храмовников и людей Двух Лун. «Нет, спасибо, — язвительно откликнулся разум, — мне и теней с кукловодами с лихвой хватило». До сих пор в себя прийти не могу. Такое ощущение, что вместо нормально текста я читал какой-то фантастический рассказ. Мелькнула мысль: а вдруг эта книга зашифрована? Возможно, для неё нужен особый порошок или буквы проявятся под пламенем свечи? Невольно представил, как буду возвращать Роме обугленную книгу, и расхохотался. Он убьёт меня сразу. Взглядом. Хм, надо всё-таки прочитать раздел про людей Лун и удостовериться, что он реально не сможет этого сделать.

Шутки шутками, но лично мне эта книга не внушила доверия. Да ладно, блин. Теневые города? Боги на земле? Население в сумме одиннадцать миллионов теней и около тридцати — кукловодов? А вдобавок ко всему — неизвестная миру богиня-творец и война из-за нити-ошейника? Я чую где-то подвох. И спросить как назло не у кого. Ана не появлялась с ночи, а Дин после олимпиады собирался залечь в спячку. Я тоже не выспался, но хотел дотянуть хотя бы до восьми вечера. Книжку, вон, интересную, почитать…

Но даже если не обращать внимания на города и богов, то остаются другие неточности. Например, почему нет правящей тени? Или насчёт силы теневиков — как вообще можно кому-то противостоять, пардон, нитями? По мере чтения в моей голове накопилась уйма вопросов. Наверно, я достану Дина и Рому в выходные. А ведь ещё с Лёшкой ничего не ясно.

Трель звонка стала для меня полной неожиданностью. Я переглянулся с Эри, которая настороженно подняла мордочку, и пошёл открывать дверь. Через несколько секунд в квартиру ввалился Дин с абсолютно невменяемым лицом.

— Ты Рому сегодня не видел? — вместо приветствия спросил он. Я отрицательно покачал головой.

— Проклятые теневики! А он тебе не звонил, не писал, нет? — приятель умоляюще посмотрел на меня. Я ее стал ничего отвечать — Дин и так всё понял.

— А что случилось? — я позвал парня на кухню и достал с полки чай. — И причём здесь теневики?

— Какие теневики? — Дин на мгновение отвлёкся. — А! Это я ругаюсь. Привычка. Теневики при случае поминают кукловодов, кукловоды — теневиков.

Я закатил глаза, показывая, что я думаю об этих расах. Хотя ничего не скажешь, оригинально. Но мы ушли от темы.

— Рома со вчерашнего дня не появлялся дома. Только вечером звонил, предупреждал, что вернётся ночью. Я решил, что мы с ним утром разминулись, но в квартире точно никого не было, — взволнованно сообщил мне Дин. Я подвинул ему чай.

— А телефон? — и зачем спрашивать такую банальность? Дин же не дурак. Я поспешил исправиться и выдать нечто конструктивное. — А его работа? Ты туда заходил?

— Да, — парень кивнул, — мне сказали, что он действительно оставался допоздна, но сегодня они уже сами его ищут.

Я даже растерялся. В моей голове не укладывалось, что Рома может взять и пропасть. Это же Рома! Пунктуальность — его второе имя. Неужели соперник попал в какие-нибудь разборки? С учётом его талантов… я снова вспомнил те когти. Брр. Кстати, во второй ипостаси у него их не было.

— Вот именно, Дима, — то ли Дин подслушал мои мысли, то ли просто догадался, — с Ромкой не так легко справиться. И если на него напали…

— Хорошо, подожди. Почему мы сразу лезем в крайности? М-м-м, может, он просто захотел расслабиться, выпить?..

— Он презирает наш алкоголь.

— Ну, или с девушкой время провести. У него есть подруга?

— Нет.

— Блин, а если просто развлечься на худой конец?

— Дима, — Дин грустно вздохнул, — он бы меня предупредил. Да и не ходит он по девочкам после работы. Там половина иностранных документов на нём, какие уж девочки. Про друзей можешь не спрашивать — я уже ко всем сбегал.

— Ладно, выкладывай.

Дин удивлённо вытаращился. Но я тоже не вчера родился. Судя по блуждающему взгляду, у приятеля явно имелась своя версия исчезновения брата.

— Как бы тебе объяснить… — Дин почесал висок и убрал выпавшую из косы прядь, — мне показалось странным, что Шакон приехал в Россию. Но хозяин — барин, раз ему хочется, пусть едет. Однако версия про тебя и Аннет уже выглядела как надуманная. А потом он стал расспрашивать меня про Рому. Ну, якобы под предлогом того, какие у меня отношения в семье, всё ли в порядке. С чего вдруг, называется? Я бы не жил с ритуальщиком, если бы он меня притеснял, да и Ника рядом. И тогда меня начали терзать смутные сомнения, что этот интерес — целенаправленный. А вчера, как по заказу, брат пропал. Может я и паникёр, но я вижу здесь связь.

— А зачем ему Рома?

— А зачем ему обвинять тебя и посылать на слежку Карин и других кукловодов? Честно, Дима, я запутался. Мне вообще не понятно, что за козни он строит. И чем вы ему не угодили?

Да, я знал. Знал, чем мог насолить Шакону. И Дин тоже сообразил, в какой точке всё сходится.

— Дима? Не желаешь ли ты поведать о турнире?

— Ни за что на свете, — сквозь зубы выговорил я. И надо было мне так громко думать?! Вроде с Аной уже наловчился прятать свои мысли.

— Дим, в другой ситуации я бы с удовольствием поторговался с тобой, но сейчас Рома в опасности. Мне уже не до развлечений, поверь.

— Дин, Рома не участвовал в прошлогоднем турнире и никак не замешан в этой истории.

— Ага! — приятель быстро ухватился за неосторожные слова. — То есть, «приключение» всё-таки было? Давай подробности!

— Иди к чёрту.

Я встал из-за стола и подошёл к окну. Погода снова портилась и к вечеру грозила перейти в настоящее ненастье. Как впрочем, и моя жизнь.

… А если подумать, то ведь всё началось с Аннет. После встречи с ней я как будто слетел с катушек. Чёрт. Я очень долго забывал о турнире. И словно агония — опять она…

— Там, правда, ничего особенного, Дин, — я запрыгнул на подоконник и достал сигареты. Если тягу к «траве» я переборол относительно легко, то от этой вредной привычки никак не мог избавиться.

— Лучше расскажи мне, что не так с Карин. В книге загадочно написано, что есть две из рода Аммар, но нет правящей тени. Или ты не в курсе? Ты же… кукловод? И что за идиотская война?

Дин прищурился:

— Ловко ты прыгаешь с темы на тему. Ну что ж… Предлагаю откровенность за откровенность: я отвечаю на любые твои вопросы, а ты вспоминаешь про турнир. Дим, я тогда не соврал, я умею хранить секреты. И у меня стопроцентная уверенность в том, что разгадка кроется именно в твоей поездке. Просто ты не видишь её из-за отсутствия знаний.

Я хмыкнул. Меня откровенно шантажировали. Ловили на крючок с любопытством. Хотя, может на самом деле всё рассказать? Почему я упрямо держусь за прошлое? «Это была твоя слабость, — коварно прошептал внутренний голос, — и ты боишься, что кто-то узнает про неё» Но могу ли я доверять парню? Мы знакомы всего пару недель. Но с другой стороны, стоило мне измениться, и люди, с которыми я общался гораздо дольше, моментально ушли в тень.

— На любой вопрос… — я прикинул, что будет равноценной заменой. — А почему ты седой, Дин?

Да, сначала я решил, что приятель обесцветил волосы. Но память подкинула картинку, на которой я впервые увидел Дина. И он уже тогда был беловолосым. По словам ребят из его класса, новичок вёл себя очень замкнуто и больше молчал. Тринадцатилетний мрачный эстет, помешанный на цвете волос? Это точно не Дин.

И парень полностью подтвердил мои размышления. Он наклонился вперёд и зло посмотрел на меня:

— Сука.

— Я?

— Ты. Нашёл, что спросить!

— То есть, можно считать, что мы квиты? — с улыбкой уточнил я.

Дин выругался и показал мне средний палец. Бесполезно, ехидна. Я тебя уже поймал.

— Слушай, это очень паршивая история, честно. Ты меня возненавидишь после неё. Дим, пожалуйста, спроси что-нибудь другое.

— С чего ты взял?..

— Я помню реакцию Ромы. Даже он немного чурался меня, когда узнал. Совсем недолго, но всё же. Понимаешь, в детстве я был сумасшедшим…

И тут я взорвался:

— Ты мне говоришь о сумасшествии?! Я пускаю в дом человека, который называет себя убийцей, общаюсь с шизофренией, вижу какой-то психодел с нитями и силуэтами людей! Ещё можно поспорить, кто из нас сбрендил, Дин!

— Ну, лично для меня всё перечисленное укладывается в рамки нормы, — кукловода я не впечатлил. Зря. Его спокойствие подействовало как красная тряпка:

— Я не стану отказываться от своих слов.

Приятель обжёг меня взглядом. Как выяснилось, этого шута можно вывести из себя.

— Будь по-твоему. Но я предупредил, — наконец отмер он, — только ты первый. Мне надо собраться с мыслями.

Из-за своей настойчивости я почувствовал себя гадко. Вот зачем мне тайны Дина? Если он действительно поседел в столь раннем возрасте, то наверняка это было что-то страшное. А я лезу к нему, ковыряю старые раны. Подлое желание вынюхать чужие секреты, чтобы при случае бросить ими в лицо. Я отвернулся. Не сдержит обещание — ну и чёрт с ним.

— Дин? — я заметил, как парень вцепился в стол. Ох, не стоило забывать про Рому. — Не переживай. У меня есть подозрение, что Ана сейчас занимается разведкой. Она тоже вчера пропала. Думаю, нечисть принесёт нам на хвостике информацию…

— Осьминожек мой, ты как всегда снайпер, — услышали мы звонкий смех.

Часть 3. Нить между нами

Аннет (прошлый год, середина августа)

Я стояла у входа и философски созерцала орнамент на воротах. Действующих лиц было трое: рыцарь, принцесса и дракон. Рыцарь грозил высоко парящему дракону огромным мечом, а принцесса глядела на них из окна своей башни. Классика жанра. Помнится, когда я впервые увидела это творение, то меня поразил именно дракон. Независимый, опасный хищник с золотой чешуей и распахнутыми крыльями. А рыцарь наоборот — на фоне ящера показался убогим. Ещё отец пошутил, что принцесса здесь — я. И однажды меня непременно спасёт великий воин, с которым у нас будет любовь до гроба. Я едва сдержала улыбку. Прошли годы. И принцесса выросла, и верный рыцарь нашёлся. А вот дракон… подкачал. Не прилетел дракон, струсил, наверно. Может они вообще перевелись, эти драконы?..

Немного ошалев от собственных бунтарских мыслей, я толкнула створку. Главный помост уже давно опустел, а участники хаотично разбежались по площади. Меня опять охватила досада. Из-за проклятой сломанной машины я пропустила красочное открытие турнира. Добираться мне пришлось самостоятельно: пожилой мужчина подвёз меня до деревни, а дальше я отправилась пешком. Удовольствие, прямо скажем, ниже среднего. Но такси из Эдинбурга я бы точно ждала ещё дольше.

Ох нет, сегодня я больше не настроена думать о плохом. Спрятавшись под деревом, покрутилась на месте. Хотелось побыстрее найти друзей и обменяться с ними последними новостями. Например, что из себя представляют новички? Папа как-то вскользь упомянул, что будет новый мальчик из России, дебютант этого года. Правда, имя я не спросила. Но не беда, узнаю — сплетни по лагерю разносились с космической скоростью.

Через две секунды на глаза мне попался Еэль. Да-да, тот гад, который в прошлом году занял первое место. Ладно-ладно, мой реванш не за горами… Я сердито отдернула себя. Аннет, успокойся! В последнее время ты чересчур эмоциональна. Заглушив внутреннюю бурю, я вновь повернулась к Еэлю. Француз что-то увлечённо обсуждал с незнакомым парнем и меня не замечал. Перевела взгляд на его собеседника, и впала в ступор. Потому что из наспинных ножен у него торчала рукоять… клеймора. Клеймора храмовников, если быть точной! Это ещё кто?!

Я внимательно посмотрела на крестовину. Храмовники редко брали на вооружение европейские мечи, но этот клеймор явно был сделан ими. Характерную работу мастеров и клеймо на рукояти я бы узнала из тысячи. Почему отец не предупредил меня, что в числе участников есть незнакомый храмовник? Ну, папа в своём репертуаре!

Пока меня не обнаружили, я разглядывала незнакомца. Высокий, возвышается над Еэлем почти на голову. Темноволосый. Причёска — короткое лохматое каре. Интересно, идёт ли оно ему? Но пока не обернётся, не пойму. М-м-м, а фигура — загляденье, по крайней мере, вид сзади. Широкие плечи, накачанные руки, и ниже… Эм. Фантазия, остановись.

Я так увлеклась, что пропустила момент, когда он нашёл меня взглядом. Разочаровано выдохнула. С такой фигурой он показался мне старше, но по лицу было видно — мальчик ещё. Хотя внешне довольно приятный. И вырастет представительным мужчиной. В голове даже сложился чей-то образ, но я не успела за него ухватиться.

Мне улыбнулись. Какие красивые глаза… Янтарные, поблёскивающие на солнце. В мою душу закрались нехорошие сомнения. Или теневик? Теперь я смотрела на незнакомца с иной точки зрения. Но неожиданно кто-то подскочил ко мне сбоку и отвлёк.

— Осторожней, Аннет, не вставай между этим чудом и фанатками, иначе тебя разорвут, — громко прошептали на ухо. Я расслабилась. Элис! Одна из моих лучших подружек, которая ездила на каждый турнир. Но отнюдь не для того, чтобы поболеть за меня. Представьте: толпы сильных, накачанных мальчиков-мечников, которые ежедневно соревнуются друг с другом. Кому будет дело до подруг?..

— Всё так серьёзно? Кто это?

— Новенький, сын известного русского певца. Наши красавицы из поддержки уже застолбили его себе.

— Какого певца? — я на миг сбилась с шутливого тона, — подожди, девчонки собрались его охмурять? Русского, пусть и богатого наследника? Им заняться нечем?

— Солнышко, это ты оцениваешь мужчин по рейтингу «Форбс», национальности и генеалогическому древу, а остальным девочкам плевать, что он русский. Тем более, если попалась такая лапочка. Из новеньких он самый видный. Дима Ямиров, — Элис произнесла имя парня с сильным акцентом.

Что? Сын Андрея Ямирова?! Здесь?!

Хотя чего я разнервничалась? Вполне возможно, что этот Дима первым же вылетит из своей группы и отправится домой. Безо всяких проблем. Я повернулась к подруге и сладко пропела:

— Причём тут рейтинг, Элис? Он из другой страны и обладает другим менталитетом. Я однажды съездила в Россию к Нике, на каникулах. Ты не видела местных парней! Это тихий ужас: невоспитанные, наглые, страшные. Некоторые вообще ведут себя так, будто ты должна сразу прыгнуть им на колени, — я скривилась. Воспоминания были далеки от приятных, — и наши черлидеры рискуют напороться на очень некрасивое обращение с его стороны.

— Аннет, ты как всегда всё утрируешь. На открытие этот мальчик был безукоризненно вежлив и мил. Даже песню на английском спел — и замечательно спел, надо сказать. Солнышко, не будь букой, пойдем, познакомимся, — и она потащила меня к незнакомцу и Еэлю. Я закатила глаза, но покорно поплелась следом.

— Привет, мальчики! — разулыбалась Элис. Вот увлекающаяся натура! — как жизнь, как настроение?

Пока подруга обменивалась любезностями, я молчала. Говорить не хотелось. Энтузиазм пропал, а на смену ему пришла усталость. На приветствия со стороны парней я ответила очень сдержанно, но попыталась сгладить впечатление улыбкой. Еэль на правах старого друга приобнял меня и представил новичку:

— Дима, познакомься с нашей принцессой — Аннет Ришоу!

Мальчик оглядел меня с головы до ног и немного ехидно произнес:

— Если это главный приз, то понятно, почему все так стремятся выиграть, — по английский он говорил правильно, гладко, и смысл до меня дошёл без труда. Только зря. Я его уже ненавижу.

— Вы ошиблись, — холодно отрезала я, — я тоже участвую в турнире.

Элис со стоном закрыла лицо руками, уже догадываясь, какой будет развязка, а Еэль сделал большие глаза и отрицательно покачал головой. Дима покосился сначала на подружку, потом на соперника, но суть намёков так и не уловил.

— Как участвуйте? Вы же девушка!

И снова — ненавижу. Проклятые сексисты. И особенно русские. Как только они узнают, что я тоже люблю оружие и даже умею им пользоваться, то начинается… Будто я залезла на чужую территорию!

— Да, я — девушка и я заняла второе место на турнире, — постаралась ответить жёстче, — а в этом году планирую занять первое. Ещё вопросы?

— Пожалуй, есть один, — он прищурился, — если мне не изменяет память, вы дочь организатора этого мероприятия?

Еэль и Элис как-то подозрительно закашлялись, только первый скрывал смех, а вторая — предчувствовала катастрофу. Ты… Нет, не дождётся, сучёныш. Значит, мне поддаются?! Ну, хорошо.

— Вы правы. Но учитывая ваше недоверие, я пойду вам навстречу. У нас есть практика одного пробного боя, результат которого не учитывается. Вы не против, если меня поставят к вам в пару?

— Уверены? Я не собираюсь вас жалеть.

Боже, какой он самоуверенный. Я наклонилась к нему поближе и с придыханием ответила:

— Буду очень рада, если вы поступите так, как пообещали.

И повернувшись, сцапала Элис и пошла к своему домику.

— Следующие — Аннет Ришоу и Дмитрий Ямиров, Россия, — громко возвестил распорядитель турнира. Да, я выполнила свою угрозу. Но Дима не выглядел удивлённым или шокированным. Наоборот — в глазах парня горел огонёк предвкушения. Вот это, мальчик, для меня комплимент, а не та жалкая фразочка про главный приз.

К тренировочному бою я немного подрастеряла свою уверенность. Да и Дима явно перестал считать меня лёгким противником. Всё чаще я ловила на себе его изучающий прищур. Мы посетили первые спарринги друг друга, и шутить обоим резко расхотелось. Тренер вообще заявила мне, что новичок точно дойдёт до призовых. Поддержала, называется.

За прошедшие несколько дней Дима успел стать популярным. Элис не ошиблась: мальчик действительно оказался на редкость приличным. Но, видимо, для всех, кроме меня. Впрочем, я не страдала. Ну, сейчас посмотрим, чего ты стоишь.

Мы вышли на арену. Получили защиту в виде плотных перчаток, наручей и поножей и встали друг напротив друга. Сами бои проходили на затупленном оружие, однако, как можно догадаться, удар даже тупым мечом мог надолго вывести из строя. К счастью, смертельных случаев на моей памяти не было.

Ноги в удобных тканевых сапогах переступили по мягкой траве. Обувь я выбирала очень придирчиво. В первую очередь, чтобы не тёрло, не жало и сидело идеально. Во вторую — чтобы повысить манёвренность. Конечно, соревноваться с мальчиками в силе мне было не выгодно. А вот в ловкости и умении уворачиваться — ещё как. Тут гендерные стереотипы играли мне на руку. Не хотите воспринимать как равного противника — получите щелчок по носу! Иногда я специально изображала растерянную девушку в начале: неправильно держала меч, хлопала глазками. Попадались многие.

Но похоже, с новичком этот трюк уже не пройдёт — мальчик реально настроился проучить меня. Мрр. Иногда надо так мало, чтобы сделать девушке приятное.

Дима начал бой с прямого удара на пробу — ну, от него и ребёнок бы увернулся. И всё? О нет — дальше стало веселей. Можно сказать, экшн. Комбинированный удар: снова прямой, потом сразу высокий и прыжок ко мне — удар накрест. Я ушла ему за спину, отбила высокий, отскочила назад и едва не попала под последний. Умный хмырь! Ладно, включаем режим защиты — в таком темпе он быстрее выдохнется.

Новая атака, снова от Димы: боковой в сторону — задержала меч и неожиданный второй боковой — едва успела. И удар сверху, от которого пришлось отпрыгнуть. Обидно — он в этот момент был полностью открытым, но я хотела только победу. Мы ещё несколько раз встретились мечами, но без особого результата. Он пытался воспользоваться длиной своего клинка, чтобы достать меня, но я не давалась — крутилась вокруг как юла, уводя атаки в разные стороны. Но да, в чём-то его идея имела резон — мой бастард был заметно короче. Ого! Мальчик сделал вертушку и пошёл на меня. Он уже как Еэль, не щадит по-настоящему. Всё, он прощён. Я не стала дожидаться вертушки и отрыгивать, а просто рубанула перед собой, чтобы его меч основательно потерял скорость и напала, пока он не опомнился. Но он опомнился и отбил.

Всё закончилось внезапно — как и всегда. Мечи встретились иксом и скользнули друг по дружке. Я выиграла. Зеркальный удар, только в последний момент я шагнула в сторону. А вот кончик моего бастарда смотрел прямо на кадык парня. И я широко улыбнулась Диме, который тоже всё осознал.

С чашкой кофе в руках, я распахнула шторы. Окна моего домика выходили на чарующий лес, который раскинулся почти до горизонта. А за ним темнели горы. Здесь будет очень уютно осенью: с редким дождиком, утренней дымкой и разноцветными листьями. Я тряхнула головой, отгоняя набежавшую картинку. И чего меня понесло грустить? Сейчас над лагерем поднималось солнце, да и деревья были как на подбор зелёные. И до осени ещё больше полмесяца.

Я аккуратно опустила чашку на стол и направилась к шкафу. На сегодняшний день у меня была одна цель — тренироваться. Выбрав подходящую одежду, я мысленно нарисовала путь до моего тайного места. Ну как, не особо и тайного, конечно. Просто мне нравилось заниматься в одиночестве. Во время прошлогодней прогулки я наткнулась на чудесную полянку у реки. Что примечательно, трава там росла низкорослая, а высокую я быстро подровняла мечом. И горная речка протекала рядом — всегда можно было освежиться и не умереть от жажды. В общем, удачное место. Я бросила в рюкзак покрывало, бутылку, зафиксировала на поясе ножны с бастардом и пошла навстречу к лесу.

Тишина и шелест листвы подействовали на меня как успокаивающее зелье храмовников. Хорошо-о! И главное, меня сегодня точно никто не потревожит! Я даже телефон брать не стала. Провела рукой по зеркальной глади и полюбовалась на мелких рыбок. М-да, уже проблемы намечаются. И как я в прошлом году пересекала реку? Ах да, где-то выше по течению было узкое место.

Взобравшись по склону, я увидела выступающие из реки камни, которые словно дорожка вели на другой берег. О, удачно! Я встала на первый и осторожно перепрыгнула на второй. Камни оказались на редкость удобными для прыжков. И… плюх!

Я стиснула зубы от боли. Расслабилась, идиотка. На последнем валуне нога неожиданно поехала вниз и попала в небольшую расщелину. Естественно, я осела в воду, ударившись об каменистое дно ещё и копчиком. У-у-у. Закусила пальцы и вытянула ногу из дыры. Не перелом — но по ощущениям, связки я потянула точно. Если не порвала… Сходила потренироваться!..

Полностью мокрая, я на карачках вылезла из воды. Ла-адно, и не в такой заднице бывали. Нога ныла, и мне ужасно хотелось плакать от обиды и боли. Аннет, только не расклеивайся! Не сейчас!

Итак, нужен план. Есть план — мозги заняты делом. Первоначально высушим одежду и осмотрим ногу. Сказано — сделано. Опираясь на мощный ствол, я встала. Ненадолго слилась с деревом, чтобы привыкнуть к ощущениям, а затем снова опустилась на землю. В мокрой одежде изредка пробирало от ветра, но в целом, я не мёрзла.

Сначала стянула с себя кофту, потом — джинсы и закуталась в мягкое покрывало. Поднялась на ноги, всё также прижимаясь к дереву. Теперь надо развесить одежду, она быстро высохнет на солнце. Но для этого необходима подходящая ветка. Попеременно морщась, я поползла на свою полянку, которая уже виднелась между деревьями. На последнем издыхании дошла, упала на колени и, подняв глаза, обнаружила ЭТО!

Моя любимая, симпатичная полянка была занята! И кем! Угадайте с трёх раз! Как он вообще нашёл моё «тайное» место? И когда успел прийти?! Восемь утра! Он что, на рассвете проснулся?

Обескураженный взгляд Димы подсказал мне, что подобной встречи новичок тоже не ожидал. Я окончательно расстроилась. Сижу перед ним в одном покрывале, которое периодически сползает, и даже встать и уйти не могу. Это позор…

— Да, сэр, операция провалена. Пост англичан захватили русские войска. Конец связи, — грустно выдала я, толком не задумываясь.

Дима удивлённо моргнул и расхохотался.

— А у воинственной английской розы, оказывается, есть чувство юмора, — отсмеявшись, по-русски сказал парень, с интересом поглядывая на меня. Иронизируем, значит?.. Пользуемся тем, что девушка не понимает русский? Впрочем, пока я промолчала — пусть моё знание языка останется тайной.

Дима отложил меч, с которым тренировался, и подошёл ко мне. Опустился на колени.

— Что произошло? — а это уже по-английски, — тебе помочь?

— Я упала в реку и ударилась ногой об камень. Больно, — вдруг вырвалось у меня. Дала себе мысленную пощёчину и следующую фразу произнесла нейтрально, — и чем ты сможешь помочь?

Мальчик выразительно хмыкнул, но ничего не ответил. Вместо этого меня подхватили на руки (мама!) и пересадили на пенку. Следом он принёс мой рюкзак и положил его рядом. Вещи также были без вопросов изъяты и развешаны на дереве. Я только глазами хлопать успевала, наблюдая за ним. Должна признать — парень действовал оперативно и уверено. Он снова наклонился ко мне:

— Показывай ногу, посмотрим, не опухло ли. Как я понял, сама ты идти не можешь?

— Могу, но с трудом.

Собственная нога, когда я вытянула её из покрывала, показалась мне ужасной. Синяя, бледная и реально опухшая. Я вдавила когти в ладони, чтобы не разреветься. Начало турнира! Неужели я больше не смогу участвовать?

— Дела-а, — недовольно потянул Дима, — надо возвращать в лагерь и…

— Нет!

По крайней мере, пока не высохнут вещи, я отсюда точно не уйду. А то представляю, как повеселю ребят! Завёрнутая в покрывало, да ещё и в компании новичка. Я краснеть буду весь турнир!

Дима выслушал мои сбивчивые объяснения, снисходительно покачал головой, но от комментариев воздержался. Спасибо и на этом.

— Ну ладно, сиди. Хотя постой, вроде я брал с собой мазь от ушибов, — он полез в свой рюкзак. Искомый тюбик нашёлся быстро, и вместе с ним мальчик достал зелёную сложенную вещь, — слушай, может, ты пока наденешь мою футболку? — красноречивый взгляд на покрывало, которое уже успело сползти и теперь открывало взору кружевную часть лифчика. Я ойкнула и натянула его выше, — именно, Аннет. А футболка чистая, я взял её на сменку.

В моём положение выбирать не приходилось, поэтому я сцапала и футболку, и крем. Учитывая рост и комплекцию Димы, его футболка смотрелась на мне как мини платье. Я натянула её поверх покрывала (отворачиваться кое-кто не спешил), а затем вытянула широкую полосу ткани из-под себя. Замечательно. Открыла крем и поморщилась — запах оказался резким и неприятным.

— Помазать девушке ножку? — ласково пропел Дима у меня над ухом. Я оскалилась и легонько хлопнула его по конечностям:

— Руки! — а мальчик-то не промах. Кстати…

— Дима, а сколько тебе лет? — полюбопытствовала я, растирая мазь по коже.

— Семнадцать.

Всего на два года младше. Не такой уж и мальчик. Я вернула ему тюбик и поблагодарила за помощь.

— А что ты здесь делаешь? — спросила я, когда парень поднял свой клеймор с земли и со вздохом убрал его в ножны.

— В смысле? Что я делаю на турнире? — он тоже опустился на пенку, видимо, решив, что с проблемой в моём лице ему точно будет не до тренировок. А нечего было занимать мою полянку! Хотя объективно говоря, без его помощи мне бы пришлось тяжело.

— Для начала — как ты оказался в лесу? — я улыбнулась солнышку, которое уже мелькало среди веток, — на моей памяти никто из участников не имел желания прогуляться по нему. Все-таки, несмотря на охрану, это — дикая природа. Ни лучше бы было посетить комфортабельный зал в лагере?

— Так-так, — Дима растянул губы в улыбке и пробарабанил пальцами по земле, — судя по всему, интерес к этой полянке возник не только у меня. Нет, Аннет, я не боюсь — мы же находимся совсем недалеко от лагеря, и звери вряд ли подойдут к нему близко. Но, в случае чего, я планировал залезть на дерево и вызвать спасателей — телефонная сеть здесь ловит. И потом, а как же стеоретипы про русских? Медведи там по улицам?

Я прыснула:

— Давай без медведей. Я была в России, ездила к подруге в гости, и медведями могу назвать разве что местных жителей. Но вернёмся к лесу. Ты ошибаешься, я однажды видела кабана. Есть опасность встретить и других хищников.

На меня снисходительно посмотрели.

— И почему же тогда хрупкая девушка тренируется в лесу одна? Да ещё так настойчиво пытается выжить конкурента? — чёрт побери, смекалистый мальчик. — Ладно, заниматься здесь мне порекомендовал Еэль. Он сказал, что многие участники предпочитают лес шумному и многолюдному залу. И как я понял, эта была шутка. Что-то вроде посвящения?

Еэль! Это была не шутка — это было издевательство надо мной! Естественно, он знает, что только я убегаю в лес тренироваться! Других желающих, кроме Димы, не наблюдалось! Гадкий француз! Ну, поговорим мы с тобой… по душам, когда я вернусь в лагерь!

Незаметно для себя я распотрошила салфетку, которой вытирала руки после мази. Дима зачарованно следил за этим процессом. Пришлось рассказывать новичку, почему я разозлилась. К моему удивлению, парень не стал обрушивать на Еэля всевозможные кары, как это делала я, а просто посмеялся.

— Окей. У меня есть встречное предложение, — я окинула его любопытным взглядом, — предлагаю тренироваться вместе. Раз уж обоим понравилось это место. Согласись, когда есть противник для спарринга, эффективность работы куда выше. Тем более у тебя необычный стиль боя — мне бы хотелось чуть-чуть привыкнуть к нему. Конечно, если твоя нога восстановится.

Я машинально посмотрела на ногу. И как меня угораздило так глупо?.. Стоп! Он предлагает мне совместные тренировки? Неожиданный поворот. Странный русский — я бы наоборот шифровалась от потенциального противника как можно дольше. Или меня опять не воспринимают всерьёз? Одного проигрыша ему было мало? Ох, Аннет, тебя явно заносит не туда. Сомневаюсь, что у Димы в почёте спарринги со слабым соперником. Хотя да, не стоит забывать про ногу. Если она подведёт, то зачем нужны эти договоры?..

— Что-то ты смутил меня своим предложением, — честно призналась я, — даже не знаю, как к нему относиться…

— Относись как к временному деловому сотрудничеству. Хочешь шоколадку? — мне протянули сладкое в яркой обёртке. Я опешила. Причём тут шоколад?..

Нет, конкретно против лакомства я ничего не имела, наоборот — шоколад очень любила. Только к чему он?

— Аннет, я просто угощаю тебя шоколадкой. Хочешь — возьми, не хочешь — откажись и всё, — Дима каким-то магическим образом угадал мои мысли. Может, начать подозревать в нём ещё и кукловода?

В итоге сладкое я всё-таки взяла. И насчёт тренировок обещала подумать.

— Я оценила шутку, Еэль! — сложив руки на груди, я встала напротив мужчины. Еэль нашёлся на возвышенности у входа в лес. Француз о чём-то размышлял, наблюдая за природой, пока моё недовольное лицо не закрыло ему весь вид.

— Аннет, я рад тебя видеть! Неужели вы с новичком всё-таки столкнулись? Давай, рассказывай подробности!

Я сузила глаза.

— Тебя убить сразу или немного погодя?

— Красавица моя, не горячись, — Еэль поднялся со стула, на котором расположился, — просто я решил снизить градус напряжения между вами. Ты прожигаешь Диму взглядом при каждой встрече. А он, между прочим, совсем не плох.

— Не поняла, ты мне его сватаешь что ли? — хмуро осведомилась я. И никого я не прожигаю!.. — И потом, а если бы я невзлюбила его ещё больше?

— Вряд ли. Солнышко, я же знаю, что под твоим панцирем холодной леди скрывается умная и рассудительная девушка. И мне искренне жаль, что она прячется так глубоко. К чему я… Если уж ты начала политику против новичка, то не отступишься. По своему опыту помню, как тебя может занести. Ты бы сожрала бедного парня. И особенно теперь, когда он тоже значится в числе фаворитов.

— Что-о? — «умная и рассудительная девушка» аж подавилась. — Его поставили в пятёрку? Уже???

— Вот о чём я и говорю. Но Аннет, он действительно это заслужил. Видела бой против Браина?

— Сама в шоке, — печально вздохнула я и опустилась на пустой стул. — Но зачем надо было сводить меня с новичком?

— Потому что в толпе ты бы не стала собой, — Еэль пафосно поднял вверх палец, — а вот в общении наедине у парня был шанс изменить твоё мнение о себе. Так ведь и произошло?

Я не нашлась, что ему ответить. Моя нелюбовь к Диме улетучилась после памятной встречи в лесу. Сложно ненавидеть человека, который нёс тебя на руках до кабинета врача. Шоколад и совместные тренировки также добавили Диме очков. Надо признать — моё мнение о новичке действительно поменялось.

— Это не повод нарушать моё уединение, — уязвлено пробурчала я. Но Еэль только хмыкнул.

Мы помолчали. Я созерцала окружающий пейзаж и вспоминала прошедшие выходные. Доктор назначил мне как минимум два дня покоя. Целые сутки я валялась в постели и маялась от безделья. На второй день не выдержала и сходила на бой Димы и Браина. Окончательно расстроилась. И Тельв мне вчера написал, как некстати.

— Тельв хочет приехать, — невпопад пожаловалась я.

— И что?

Скуксилась:

— Мне не нравится эта идея. Зачем ему сюда приезжать?

— Аннет, счастье моё, я не понимаю, что творится у тебя в голове. Он же твой жених, и естественно, что ему хочется увидеть турнир, на который ты тратишь столько времени. Это логично!

— Но почему? У нас должно быть своё личное пространство! Не лезу же я в его дела и увлечения!

На меня посмотрели крайне скептически.

— Аннет… Ты знаешь, мне, как мужу, всегда интересно, где и с кем проводит досуг моя жена. И я не приемлю тех хобби, о которых мне ничего не известно. В связи с этим я хочу тебя спросить: ты уверена, что твоё решение выйти замуж правильное?

— Отец уверен. А я не собираюсь его подводить, — тихо произнесла, опустив глаза.

— Твой отец вовсе не монстр. Я думаю, он бы пошёл тебе навстречу…

— Еэль, давай закроем эту тему!

— Хорошо, не горячись. Но не забывай — жить с ним придётся именно тебе, а не абстрактной девушке.

К полудню разошёлся дождь. Чтобы не киснуть дома, я решила прогуляться и опробовать новый зонтик. К моей вялой радости, я почти не промокла. Немного подумав, повернула в сторону кафе и неожиданно обнаружила Диму прямо перед собой.

— Привет, — как-то очень скромно поздоровался он. Яркие глаза блестели из-под налипшей чёлки. Я растерянно оглядела парня. Мокрый, аж с волос капает. Машинально притянула его к себе, чтобы зонтик защищал нас обоих.

— Аннет, тут такое дело… — замялся новичок, — в общем, я проиграл спор.

Занимательное начало.

— И в чём была суть спора? — я наклонила голову к плечу.

— Ну… Насчет того, кто победит сегодня на арене. Мы с Артуром и Еэлем обсуждали противников и решили сделать ставки.

— Ты поставил на Эда? — я припомнила утренний бой. — Нет, он неплохо фехтует, но до уровня Айвена ему ещё далеко. Да, Дима, сразу видно, что ты новичок!

На мой ответ парень едва ли не запыхтел, но сдержался. Между тем я заметила, что на площадь стал подтягиваться народ. Уже любопытно, что там была за ставка.

— Мы спорили на какое-нибудь забавное желание, — Дима проследил за моим взглядом и выругался. На русском, конечно, — короче я подумал, что мне стоит предупредить…

— Не томи, какое?

— Поцеловать тебя.

Вау. Просто вау. Еэлю, я гляжу, вообще не жалко мальчика. Поцеловать меня!.. Меня, у которой в руках зонт-трость! Этот спор реально опасен для жизни.

Я похихикала над Димой, который стоял темнее тучи. Парень уже явно пожалел, что связался с Еэлем. Хм, может, облегчить мальчику жизнь? Оглянувшись, я посмотрела на собравшихся ребят. Точно зрители на концерте комиков. Что ж, хотите шоу — получите шоу.

— Теперь моя очередь выручать тебя, — поколола я Диму. Поманила новичка ближе к себе и, когда его лицо оказалось рядом с моим, легко поцеловала.

Уже запоздало пришла мысль, что Дима может принять это на свой счёт и ответить мне. Но нет. Парень смотрел огромными глазами, будто я его не поцеловала, а укусила. Мне стало досадно. Натянуто улыбнувшись, я отстранилась и пошла прочь.

Только во сне осознаёшь свою уязвимость. Волосы взметает ветер, возвращая то время… Время, когда ты ещё не остригла их, когда не умела бороться, когда не умела орать от боли по ночам. Бремя кукловода — страшная вещь. Иногда я задаюсь вопросом, почему мы до сих пор расплачиваемся за грехи предков? И почему сами не можем ничего изменить?.. Круг замкнулся. Что ждёт мою расу? Что ждёт меня?..

Я иду по канату, натянутому над обрывом. Моё безумие уже близко — там, на дне. Оно шепчет, сдавливая виски, и зовёт к себе. Я иду навстречу…

Те, кто лишен связи с тенью, обречены. Бумеранг, этот рок, будет преследовать их по пятам. Каждая забранная жизнь требует мести. Умирать будут те, кого ты любишь, те, кого ты поклялся защищать. И никто не ответит, почему всё происходит так.

Волей судьбы, я — сильный кукловод, Четвёртая в Ордене Гончих. Меня научили убивать, но не научили терять. Как я оказалась не готова к жизни…

У отца есть Карин, часть его души. У меня — разорванная по непонятным причинам нить. Изначально я угроза для тех, кем дорожу. Зачем я? Сердце сжимается.

Леон. Первый друг и первая любовь. Первый, кто увидел в полной язвительной девочке настоящую меня. Тогда я была похищена конкурентами отца и впервые убила человека. И не одного. За те мучения я имела полное право! Но судьба не делает исключений. Леон тоже погиб, защищая нас от храмовников… Мама сказала: не моя вина, но бездна сам шепнула имя убийцы друга… Моё.

Феллина. Близкая подруга, с которой я оборвала все связи. Она чуть не погибла. Та звонкая пощёчина от её матери и крики о том, что я монстр — я понимала. Я больше никогда не подойду к той, которая столько натерпелась из-за моего проклятого дара.

Элис. Ей постоянно не везет с тех пор, как я перестала общаться с Феллиной. Наша дружба скоро закончится. Я больше не хочу причинять ей боль.

…Слава Богине, что Нику и родителей она считает сильнее меня и им ничего не угрожает. Но всегда ли так будет? И как долго я смогу защищаться, не убивая?.. И сколько ещё совет не взбунтует, почему Четвёртая не выполняет задания? Убийство — смерть близких, использование силы — сумасшествие…

Или я уже сошла с ума?..

Верёвка почти лопнула… Почти. Осталось немного. Я не позволю себе безумия — оно меня не получит. Я должна уйти раньше. Главное, не упустить момент…

С громким вскриком я проснулась. Осоловело огляделась вокруг и поняла, что задремала на берегу озера. Оно было расположено чуть выше моего «не тайного» места. Сердце заходилось как мотор. Напоминание, Аннет. В последнее время эти сны приходили всё чаще. Они как бы отсчитывали, сколько мне осталось до безумия. Отчасти я была им благодарна — это помогало отслеживать своё внутреннее состояние. Я действительно собиралась покончить с собой, не дожидаясь удушливой волны. Скоро. Уже скоро. Ладно, Аннет, не драматизируй. Тысячи кукловодов по миру тоже сходят с ума, не ты одна такая. Я горько усмехнулась. Если так подумать, то в перспективе мы все ходячие трупы.

И всё-таки окончательно опустить руки мне мешали слова Карин. Неловко выскользнувшая фраза о том, что можно пойти другим путём. Вот только отец даже не дал мне прикоснуться к призовому бастарду. Если меч храмовников признает меня, то… Да. Я окажусь загнанной в угол. Но с шансом на жизнь…

Подойдя к озеру, я умылась холодной водой. И осталась стоять на берегу, разглядывая своё отражение. В зеркальной глади я расплывалась, распадалась на части. Но моё помятое от недосыпа лицо всё равно бросалось в глаза. Надо поспать. Надо выиграть турнир. Надо в переносном смысле перестать сходить с ума.

Я громко хмыкнула и опустила взгляд на песок. А когда моё внимание вернулось к озеру — я была не одна. Рядом со мной в воде мутнела хрупкая фигурка, знакомая на вид. Я обернулась и вдруг замерла. Потому, что не ошиблась — женщина, в самом деле, была мне знакома. Правда, слышала я о ней только по рассказам.

Что бы вы сделали, если бы встретили легендарного мастера-теневика? Причём именно того мастера-теневика, которого убил ваш отец? И, следовательно — мёртвого легендарного мастера-теневика?

Моя душа в этот миг благополучно ухнула вниз. Я ещё не до конца оценила ситуацию, а тело уже неслось по веткам прочь. Деревья пролетали мимо с ужасающей скоростью — оказывается, если сильно испугаться, то можно двигаться как гоночный болид! В считанные секунды я достигла нашей полянки. Дима! Спрыгнула вниз и просто вбежала к нему в объятья. Парень автоматически прижал к себе.

— Тише, тише, — шептал он, поглаживая по волосам. Я вцепилась в него и просканировала взглядом окрестности. Вроде никого. Нервно выдохнула Диме в грудь и поводила носом. Приятный запах, кстати… Не мужские брутальные ароматы типа «свежести океана» или «силы дерева». Нет, что-то простое, вроде сочетания лимона и мяты…

— Всё хорошо, Аннет. Что тебя так напугало? — вкрадчиво и очень заботливо спросил Дима. Неожиданные нотки в его голосе были приятны на слух. И мне словно стало легче.

— Кажется, я наткнулась на дикого зверя, — вру, но как ещё ему объяснить?.. — Кусты зашуршали, а потом послышалось чьё-то рычание. И я бросилась бежать. Никогда больше не пойду на это озеро!.. — прошептала, уже расслабившись. Отчего-то близость новичка подарила мне чувство покоя, как будто Дима мог защитить меня от всего. И сейчас он напряженно сжимал рукоять меча и осматривался. Мне же прижали к себе другой рукой. Но после пережитого, я не проронила ни слова.

Дима проводил меня до самого домика. Уже позже я задумалась о том, что парень тоже мог быть опасен. Ведь если я правильно всё представляю, то… Ох чёрт. Коэффициент теневиков на квадратный метр явно превышен.

Тени… Что от меня нужно Аллерин Аммар? Да, морально я готовилась к скорой смерти, но забрезживший на горизонте меч дал мне некое подобие воодушевления. Мрачного, конечно. Но сейчас мне никак не хотелось становиться объектом для мести.

Может быть, лучше переночевать у отца? И поговорить с ним заодно. Согласна, это похоже на трусость. Собственно, это она и есть. Но когда противник гораздо выше тебя по уровню, лелеять своё «эго» нет смысла. Искать защиту у старших — самый логичный, на мой взгляд, вариант.

— Не пугайся. Я пришла с тобой поговорить, — тихий голос в пустой комнате прозвучал оглушительно. Я вздрогнула и уронила расчёску. Стремительно обернулась. За спиной на стуле сидела женщина. Та же.

— Поговорить? — хрипло переспросила я. — О чём?

— О многом, — уклончиво ответили мне. — Как я понимаю, представляться мне не надо? Судя по твоему побегу, ты узнала меня.

Я только фыркнула. Женщины рода Аммар были похожи, как матрёшки. Светлокожие, беловолосые, голубоглазые и хрупкие. Я по-чёрному завидовала фигуре Ники. Аккуратная, миниатюрная, стройная и, что самое обидное, всё при ней.

— Вы не станете меня убивать? — осторожно уточнила я. Аллерин недоумённо похлопала ресницами и громко расхохоталась. Я покраснела.

— Девочка, успокойся. Наоборот — я хочу показать тебе ту дорогу, которая поможет справиться с безумием.

— Откуда вы знаете?!

Она загадочно улыбнулась.

Удивительно, но после разговора с Аллерин небо не рухнуло на землю. И даже Британию не затопили окрестные моря. Нет, наш мир продолжил спокойно существовать дальше. А в моей душе поселился хаос.

Слова мастера-тени медленно отравляли изнутри. Я не хотела верить ей и не хотела спасаться такой ценой. Но умом понимала — другого выхода просто нет.

Ночевать в тот вечер я отправилась к отцу. Стрелки на часах показывали двенадцать, но я была уверена, что папа ещё не спит. И точно, в окнах его домика горел свет. Распахнув входную дверь, я сразу забежала внутрь. Хм… Кажется, всё-таки стоило постучаться.

Демонстративно прикрыв глаза, я повернулась к родителям спиной. В конце концов, сами виноваты — закрываться надо. Да и стол в гостиной явно хлипковат для двойного веса.

— Аннет, а разве ты не должна спать? — раздражённо спросила Карин, застёгивая блузку. Я хмыкнула. Мне что, десять лет?

— Видишь ли, мамочка, мой «сон», — специально выделила это слово, — не так интересен, как твой, — елейно пропела я.

— Вот и не мешала бы другим! — не осталась в долгу Карин. В отличие от неё отец быстро натянул свитер и заключил меня в свои объятия.

— Девушки, не ругайтесь, — примирительный поцелуй в мою макушку и многообещающий взгляд в сторону Карин. Мама мгновенно растаяла и залилась румянцем, а я чисто из вредности захихикала. Пока отец рядом — можно, он в обиду не даст.

— Солнышко, а серьёзно, почему ты не спишь? — спокойно произнёс папа, пока Карин расчленяла меня взглядом. Я хотела было ответить, но вовремя прикусила язык. Что мне сказать, что я почувствовала себя неуютно? Или даже испугалась? Боюсь, мама выдаст мне такую цитату, что я со стыда сгорю.

— Пап, я соскучилась, — кстати, чистая правда, — днём тебя невозможно найти. А мне, между прочим, обещали всю информацию о новичках!

— Что-то ты поздно спохватилась, — язвительно вставила мамочка. Иногда я сомневалась, кто в нашем доме главный кукловод. По запасам ехидности Карин заметно опережала папу.

— Аннет, извини! Я опять заработался, — отец удручённо покачал головой. Он всегда расстраивался, когда обещал провести время со мной, а в итоге оказывался слишком занят. Но я не злилась, привыкла за столько лет.

— Тебя ещё не сдвинули с пьедестала, Аннет? — мама поставила чайник, смирившись с тем, что избавиться от меня ей не удастся.

— Сдвинули, — хмуро откликнулась я. Отец вопросительно поднял бровь, — твой родственник постарался.

— Какой родственник? — Карин настороженно повернулась к нам. Она искала у папы что-нибудь к чаю, но услышав мой ответ, отвлеклась.

— Дима Ямиров, — задумчиво изрек отец. Глаза мамы изумленно расширились. Женщина опустилась на стул и растеряно спросила:

— А Андрей его отпустил? — получила кивок от папы. — Ничего себе. И какой из Димы мечник?

— Хороший, — скрепя сердце, признала я, — по прогнозам он стоит третьим в финальной пятёрке. Мама… скажи мне честно, этот Дима — мой теневик?..

В гостиной повисла звенящая тишина. Я ждала. Хотя ответа и не требовалось. Вряд ли у Аллерин была причина врать мне, особенно насчет Димы, но я не могла не уточнить. Надеялась до последнего.

К сожалению, мамина реакция говорила сама за себя.

— Понятно. А что за проблема с нитями, ты мне объяснишь? Почему несмотря на нашу нить, он не держит меня?

Мамочка вздохнула.

— Он полукровка, Аннет. Это единственный в истории случай, когда человеческая кровь подавляет теневую. То есть он родился теневиком и между вами возникла нить. А потом каким-то магическим образом человек в нем переборол теневика. Нонсенс. Не знала бы сама — в жизни бы не поверила.

— И? — впрочем, я уже догадывалась, что было дальше.

— Нить не могла остаться статичной, детка. Она начала рваться. И сейчас она, грубо говоря, держится на соплях. Извини.

Я крепче прижалась к папе, который уже почти держал меня на руках.

— За что, мама? Ты здесь не причём.

— Нет. Я могла облегчить тебе жизнь, предупредив Шакона. В таком случае, он бы учил тебя использовать силу только для защиты. Ты изначально была в зоне риска, и моя уверенность в том, что ваша с Димой нить всё-таки восстановится, подвела меня. Да, раньше Дима «держал» тебя, но когда в шестнадцать лет он повторно не инициировался, ты ощутила все прелести и безумия, и «бумеранга». Я должна была предвидеть такой исход. Поэтому — извини.

Да, да. Карин почти дословно повторяла Аллерин. С ума сойти. Я росла и даже не предполагала, что всё вокруг так сложно!

Хотелось пойти в лес и завыть. Но вместо этого я только шмыгнула носом и уткнулась папе в свитер. Отец ласково погладил меня по волосам, а подошедшая к нам Карин прошептала что-то успокаивающее. И я расслабилась. Пока не углядела в окне размытый силуэт.

Проблемы никуда не делись.

— Привет! — чужое дыхание коснулось кожи. Я едва не подпрыгнула. И вот надо было ему подкрасться именно в этот миг?!

— Дима! — восклицание получилось нервным. — Ты!.. Что за детские шалости!..

Парень оскалился и даже посмел показать мне язык! О времена, о нравы.

— А я снова выиграл! — похвастался он. — Жалко, что ты не пришла сегодня на арену. По мнению Майка, бой получился очень зрелищным.

— Подожди, какой бой? — я недоумённо поглядела на соперника. В таблице значилось, что следующий бой Димы будет завтра днём. Неужели перенесли? Ох, точно! И ведь он говорил мне об этом.

— Ты забыла, — обличительно констатировал Дима. Встал передо мной и демонстративно сложил руки на груди. Я не удержалась и прыснула в кулак. Ловко он поменял нас ролями. Раньше недовольство было моей прерогативой.

— Не обижайся, Дим. После отъезда отца на меня свалилось столько дел, что я уже начинаю путаться. В следующий раз обязательно буду сидеть на трибуне и надеяться на твой проигрыш.

— Обещаешь? — недоверчиво спросил Дима.

Я сделала честные-пречестные глаза и закивала.

С момента моей встречи с Аллерин прошло три дня. Три загруженных, быстрых и очень утомительных дня. Отец уехал в Лондон по работе, и все заботы, связанные с турниром, легли на мои плечи. Добавьте к этому постоянные тренировки с Димой, и вы поймёте, почему мне было не до плохих мыслей. Я возвращалась домой в двенадцати ночи и едва успевала раздеться — организм отключался на ходу. Так что не удивительно, что перенос спарринга Димы банально вылетел у меня из головы. Я свои-то поединки боялась пропустить!

— Аннет, ты опять спишь?

Я резко открыла глаза и попыталась сфокусироваться на Диме.

— Нет-нет, — натянуто улыбнулась, — просто я рано встала и соображаю с трудом. Ты о чём-то спрашивал?

— О прогулке. Не хочешь немного проветриться? Я вчера набрёл на одно интересное место… в общем, можешь увидеть сама.

— Пошли, — я махнула рукой, даже не задумываясь. К тренировкам я действительно была не готова. В таком состоянии он мгновенно сделает из меня решето.

Дима поднял мой брошенный на землю рюкзак и поманил куда-то вглубь леса. Я покорно шла следом и очнулась только тогда, когда мы оставили за собой озеро. И тут во мне, наконец, заговорила единственная бодрая частичка разума, которая намекнула, что идти в самую чащу леса с малознакомым парнем — это не к добру.

Прищурившись, я с подозрением вперилась взглядом в спину Диме. В далёком семнадцатом веке поляки тоже рискнули отправиться с русским проводником в лес. И как мы помним, ничем хорошим это не закончилось.

— Аннет… — эдак небрежно произнёс Дима, заставив меня вздрогнуть, — тебе не кажется, что все свои дурные намерения я бы уже давно реализовал на полянке? Вряд ли крики оттуда услышали бы в лагере.

— Я не о чем таком не думала, — фальшиво возмутилась я. Вот… догадистый новичок.

— Ага, а лопатки у меня сами по себе зачесались, — он ехидно скосил глаза.

— Мыться чаще надо! — буркнула я и, обгоняя парня, вскарабкалась на склон.

«Наслаждались» свежим воздухом мы в общей сумме часа полтора. Один раз Дима сделал большой привал и накормил меня бутербродами — что поделать, я часто забывала брать еду с собой. На самом деле, у этой «забывчивости» была своя причина — поесть я любила и лишние калории набирала с завидным энтузиазмом. Поэтому и старалась ограничиваться водичкой. Но вот Дима в этом вопросе был не преклонен и принудительно заставлял меня обедать.

— Дим, а какое у тебя любимое блюдо? — совесть всё-таки проснулась. Не прошло и полгода.

— Я всеяден. Хотя… В последнее время мне ужасно хочется блины… — его лицо стало мечтательным.

— О, так давай я угощу тебя блинами! А то ты со мной делишься, — я указала на бутерброды и внутренне порадовалась, что легко отделалась. Мог бы и какое-нибудь сложное блюдо вспомнить.

— Эм, а как ты угостишь меня блинами?

— В смысле — как? Дима, ты не заболел? Приходи завтра вечером, я тебе их приготовлю. Только на кухне надо продукты попросить…

— Сама?!

— Ну да, — подтвердила я, по-прежнему не понимая его странных вопросов.

— Аннет, извини, но ты абсолютно не сочетаешься с плитой.

Ах вот оно что…

— А почему нет? Это довольно весело и даже вкусно. Мама научила. Она любит готовить. И надо сказать, делает это гораздо лучше нашего дворецкого, — я облизнулась, вспомнив её фирменный торт, — но конечно, она балует нас далеко не каждый день.

— Здорово, — искренне восхитился Дима. — Ладно, пойдем дальше, пока я слюной не изошел!

Я шутливо взлохматила ему волосы (парень терпеливо ждал, пока я дотянусь до его головы — видимо, любопытство мучило). Кстати, результат мальчику понравился — он что-то проурчал и потянулся ко мне. Не дождёшься!.. Моя проказливая натура нажала новичку на кончик носа, полюбовалась на его сведённые к переносице глаза и с диким смехом убежала вперёд. Замечательная прогулка!

Судя по моим ощущениям, мы окольными путями поднимались на довольно высокий холм. И я не ошиблась — в конечном итоге Дима вывел меня на относительно ровную поверхность. О, боже…

Здесь было потрясающе! И почему я сама не догадалась изучить лес? Ведь с этого места открывался умопомрачительный вид на окрестности. Всё было как на ладони! И расположенный меж пологих холмов лагерь, и река, и озеро, сверкающее голубым пятном на фоне зелёного леса. А ещё не единой тучки на небе… Слов много, но их всех не хватит, чтобы описать красоту вокруг этой природной смотровой площадки.

Однако как оказалось, это было не всё. Дима взял меня за плечи и повернул в сторону. Оу. Чуть поодаль от нас стояла… башня? Строение было каменным, полуразрушенным, и его предназначение определялось только моей логикой. Хотя, что ещё может быть круглой вытянутой формы на возвышенности?..

— Пойдём, посмотрим? — я когда-нибудь отучу его шептать на ухо? Ладно, риторический вопрос.

К башне я рванула так, что Дима не догнал. Ха! Ревностно начала исследовать строение. Но к моему разочарованию, ничего особенного башня собой не представляла. Сплошь каменная кладка и один арочный проход. Наверху — я задрала голову — темнел пустой оконный проём. Дима также нашёл окно с другой стороны. И собственно — всё.

Этого ненормального понесло заглянуть внутрь. Мои доводы о том, что башня старая и может окончательно развалиться в любую секунду, успеха не принесли. Русские, чёрт их побери. Вечно себя ведут как бессмертные. И ведь… других за собой тянут!

Диме пришлось согнуться, а вот я без проблем зашла в проём. Тесновато. Или это Дима чересчур габаритный? Во всяком случае, мы едва уместились вдвоём.

Пока я рассматривала небо, которое укрывало башню вместо крыши, новичок сел на корточки и провёл ладошкой по земле. Затем поднял что-то и покрутил в руках.

— Странная башня. Для чего её здесь построили? — задумчиво произнёс парень.

Не сводя глаз с небосвода, я выбрала самую идиотскую версию. Вероятно, это была попытка скрыть тот факт, что историю Шотландии я помнила очень плохо.

— Может, это башня принцессы?

И закономерно услышала в ответ насмешливое:

— Которую похитил дракон в надежде сорвать куш? Аннет, узор на воротах явно запал тебе в душу.

— Много ты понимаешь!

Парень хмыкнул:

— Ну, будем верить, что рыцарь забрал принцессу до возвращения дракона. Потому что в противном случае я ей не завидую.

— Это почему? — удивилась я.

— Драконы разные бывают, — философски заметил он, — возможно, наша с тобой рептилия просто хотела перекусить. А ещё мне кажется, что эту башню сожгли изнутри. Вроде бы камни немного обуглены, как после сильного пожара. Но здесь слишком темно, чтобы сказать точно.

Он вновь провёл рукой по стене, а потом по каменным обломкам, разбросанным по земле. Внезапно парень остановился. Его пальцы скользнули к расщелине.

— Дима?

— Да? Аннет, кажется, мы нашли клад, — и он вытащил из-под обломков какой-то блестящий предмет.

— Что это?

— Сейчас узнаем, — Дима аккуратно взял меня под локоть и повернул к выходу из башни.

Рассматривая находку, мы едва не стукнулись лбами. Добычей соперника стал золотой кулон на цепочке, погнутый по краям. Под слоем грязи угадывалась гравировка, однако полностью разобрать рисунок было сложно. Я потёрла круглую пластину ногтем и в полном шоке уставилась на изображение. Перевёрнутый глаз со слезой на фоне солнца! Символ кукловодов времён «полдня»…

— Наверно, это знак какого-нибудь тайного общества, — азартно предположил Дима. Нет, увы… Это символ отчаявшихся людей, символ предательства, символ несбывшихся надежд. В нём столько боли, столько чувств и судеб, что хватит на сотни тайных обществ.

— Может быть, — пространно ответила я и потянулась, чтобы забрать находку у Димы. Но парень, видимо, захотел подурачиться — он сжал артефакт в кулаке и сделал шаг назад.

— Дима, отдай! — сердито воскликнула я. Новичок сузил глаза:

— Ты что-то не договариваешь, Аннет. А ну признавайся, что там за картинка?

— Да не знаю я!.. — даже ногой топнула от возмущения. И решительно направилась в сторону парня. Но Дима снова отпрыгнул и с вызовом посмотрел на меня. Ах так?! Не с той девушкой ты связался, новичок! Я рванула вперёд, одним прыжком преодолевая расстояние между нами. Расчёт был точен: оказаться вплотную к парню и выцепить у него находку. От неожиданности Дима должен был сам разжать руки. Но как выяснилось, я учла не всё…

Что новичок не только не отпустит кулон, но ещё и запнётся именно в тот миг, когда я встану рядом. Угадайте, за кого он схватился, чтобы удержаться? Угу. Парень. Весом около восьмидесяти кило. За меня. Гениально.

— Ты в порядке?.. — флегматично поинтересовалась я спустя полминуты. А что, лично мне удобно. Дима, оценив вопрос, усмехнулся. Но стоило мне приподняться на ладонях, и он мгновенно закатил глаза, высунул язык и раскинул руки в форме звезды. Какие… удивительные метаморфозы. Я укоризненно нависла над парнем.

… А ведь если подумать, то Дима очень симпатичный мальчик. Глядя на эту хулиганскую улыбку, я не могла злиться. Его волосы одуванчиком разметались вокруг головы, и мне впервые захотелось их потрогать. И ещё — провести пальцем по губам… Фи, Аннет! Что за жажда исследований?..

Следующий день не задался с самого утра. На полянку я пришла в крайне паршивом расположении духа и раздражённо бросила рюкзак на пенку. Дима, который к этому времени уже тренировался, вопросительно поднял бровь.

— Ненавижу мужчин!.. — выпалила я. Брови парня поползли на лоб. Оценив мою мрачную физиономию, Дима предпочёл отшутиться:

— Ну тогда я не мужчина, я — дракон!

Мой скептический взгляд показал ему, что экспромт не удался.

— Это та сбрендившая ящерица, которая теоретически спалила принцессу?

— Хорошая принцесса — жареная принцесса, — беззаботно откликнулся парень. Я едва удержалась, чтобы не проткнуть его бастардом.

— Ты невыносим!

— Все мы когда-нибудь будем выносимы — и я в том числе, — философски заметил новичок. — Ладно, Аннет, не кипятись. Что случилось?

— Обострение мужской невменяемости, вот что!.. Вчера общалась с кузеном по скайпу — он ведёт себя как озабоченный школьник! Сейчас встретила своего противника на спарринг — тот явно недалеко ушёл от моего братца!.. Но кузену-то восемнадцать, а этому хмырю все двадцать пять! Знаешь, что он мне заявил?! «Если ты согласишься на личную встречу, то я тебя пощажу» Это я его теперь не пощажу!

— Аннет… А ты не находишь, что девушка на таких соревнованиях действительно смущает?

— Но это же не повод хамить, Дим. Зачем предлагать мне всякие непотребства? Хотя, что я тебе объясняю, ты такой же.

— А-аннет, — с видом мученика простонал Дима. Опустил меч и подошёл поближе, — давай ты выключишь феминистку, и мы начнём заниматься?

Меня аж подбросило от его фразы. Но ответить я банально не успела — новичок сгрёб меня в охапку и притянул к себе. Меч Димы тоже упал на землю, а меня мягко погладили по волосам, перебирая прядки. На какое-то время я просто выпала из реальности, и поэтому шёпот Димы разобрала не сразу:

— Рыженькая… — и уже на английском, — почему ты такая мужененавистница?..

— Я не мужененавистница, Дим, в том-то и дело. Я обожаю папу, крёстного и даже своего кузена, про которого рассказывала. Поверь, в моей жизни было много достоянных мужчин. Но всё-таки я уверена, что главное — это личность человека, а не его пол, понимаешь? Чего вам стоит выйти на арену и победить женщину, бросившую вызов? А не глумиться и указывать ей место? Да, возможно, я зря вспылила и накричала на тебя, но мне так надоели эти выходки…

— Тогда можно я восстановлю справедливость и тоже пожалуюсь? — заговорщицки подмигнул парень.

— На что?

— На женское обострение, — улыбка стала ещё шире. Я махнула рукой: мол, дерзай.

— Ваши девушки из группы поддержки предложили мне пожить втроём…

— Что???

— Как оказалось, они не смогли меня поделить и нашли оригинальный выход из положения. Идея, конечно, забавная, но я даже имён у этих красавиц не знаю. Пришлось отказаться… хотя они настаивали, что с ними мне будет гораздо интереснее, чем с тобой. И не только интереснее.

… Знаете, у кукловодов-менталов есть такое умение, которое называется «взрыв мозга»? Так вот — кажется, я сейчас испытала его действие на себе. Какого чёрта??? Найду мерзавок и выгоню прочь из группы! Предлагать такое участнику, да ещё и несовершеннолетнему иностранцу — пардон, каким местом думали эти нимфоманки?!

— Дима, а ты покажешь мне, кто это был?

Парень с сомнением посмотрел на рукоять меча, которую я сжала до побелевших костяшек, и вкрадчиво ответил:

— Пожалуй — нет. Аннет, у тебя такое лицо, что я реально опасаюсь за девочек.

Я тихо выругалась сквозь зубы. Тоже мне, защитник слабых и убогих нашёлся! Это же удар по престижу турнира! У нас культурно-спортивное мероприятие, а не публичный дом. Но все мои доводы разбились об упрямство Димы. Новичок упорно не хотел сдавать подружек, мотивируя это тем, что они уже наверняка осознали всю глупость своего поступка. В итоге я едва не покусала Диму, но была вынуждена оставить его в покое.

И тут в мою голову прокралась робкая мысль о том, что за время разговора Дима так и не выпустил меня из объятий. Рука парня продолжала лежать на моей талии. И самым странным было то, что я даже не обратила внимания на его самовольство. Хм… Хм! Карин говорила, что нить между нами слабая, но она существует. А не могла ли у меня случаем пойти привязка к теневику? Надо срочно позвонить маме!

— Аннет, ты чего застыла? — мурлыкнули мне на ухо. Вот ведь провокатор!

Я подняла глаза, что высказать парню своё возмущение, и вдруг перехватила его ответный взгляд. Ма-ма… На меня смотрел настоящий тёмный омут. По позвоночнику забегали мурашки. Это было так волнующе, что пауза сильно затянулась. И только с очень большим трудом я заставила себя отвести глаза.

Поединок закончился моей победой. Уязвлённый противник рвал и метал, а я улыбалась. Правда, потом вспомнила про отчёт, который отец просил доделать сегодня, и улыбку как рукой сняло. Встреча с Димой была запланирована на полвосьмого, а я даже не начинала работать. Пришлось забыть о ланче и мчаться в кабинет отца.

Когда я оторвалась от бумаг, за окном уже темнело. Часы показывали семь. Проклиная всё на свете, я побежала домой. Рысью взлетела по лестнице, зарулила в душ и провела там рекордные семь минут. После этого почти телепортировалась в спальню и открыла шкаф. Мой выбор пал на белый вязаный свитер и джинсовые шорты. Покрутившись перед зеркалом, я горько вздохнула: хороша-а. Синяки под глазами, волосы висят как сосульки и вдобавок на носу появились мелкие прыщики. Я поморщилась, но краситься принципиально не стала. Если не нравлюсь такой, то пусть не смотрит. Тем более парня наверняка больше заинтересуют блины.

Наскоро высушив волосы, я отправилась на кухню. Тесто зафырчало, расходясь кругами по сковородке. Я покосилась на часы и поняла, что на готовку у меня осталось около десяти минут. Не густо. Ладно, что хоть продукты из ресторана догадалась взять заранее. Если шеф-повар и удивился моей просьбе, то виду не подал. И большое спасибо ему за это.

Гонки по кухне не прошли даром — к приходу Димы я почти закончила. Заварила травяной вкусный чай, достала джем и выложила блины горкой на блюдо. С умилением посмотрела на свою работу и отправилась открывать дверь.

Дима передал мне коробку с пирожными и улыбнулся. Причём так обаятельно, что я начала понимать тех девушек, которые его не поделили. Было в новичке нечто притягательное. Я перевела взгляд и вдруг заметила его руку, лежащую на спинке стула. Тонкие, длинные пальцы медленно поглаживали обивку и обрисовывали контур бархатного цветка. Я следила за его действиями, словно завороженная, и всё не могла очнуться.

Стремительно повернулась к Диме спиной, чтобы скрыть порозовевшие скулы. Процесс приготовления чая немного успокоил, хотя память нет-нет, да возвращалась к его рукам. Аннет, хватит! Встряхнувшись, я взяла две чашки и подошла к столу.

Несколько секунд мы с Димой просто смотрели друг на друга, а затем новичок оторвался от косяка, который подпирал спиной, забрал у меня бодрящий напиток и аккуратно поставил его на стол. Рука парня скользнула на талию и притянула меня ближе. Я нервно выдохнула. Второй рукой Дима мягко провёл по линии подбородка, щеке и зарылся пальцами в мои волосы, заставляя вскинуть голову. Ох… Волоски на коже встали дыбом. Я утонула в этих глазах. И уже сама потянулась к нему губами.

Поцелуй был долгим, жарким, что все мысли испарились на неопределённый срок. Небольшой просвет случился в тот момент, когда Дима подхватил меня на руки, чтобы посадить на стол, и реальность снова ушла в небытие. Кто бы мог подумать, что семнадцатилетний мальчик умеет так целоваться?..

… Мы перенесли чай и сладкое на кофейный столик в гостиной и сели у камина. Вечером в предгорьях становилось прохладно, и камин был очень актуален в это время. Честно признаться, я совсем не мёрзла (я плавилась как мороженое на солнце), но идею Димы поддержала. К моему удивлению, новичок с легкостью растопил камин. Вау. У меня огонь затухал в течение пары минут, а его пламя весело потрескивало за решёткой. На мой вопрос Дима загадочно улыбнулся. Но потом я всё-таки выяснила, что пикник с костром для русских — это что-то вроде летнего вида отдыха.

После позднего ужина, мы расположились на ковре. Белый пушистый ворс манил, но Дима безапелляционно пересадил меня к себе на колени. Я недовольно заёрзала и получила лёгкий шоковый разряд в виде поцелуя в шею. Не надо трогать мою шею!!! Дима равнодушно пожал плечами, оставил в покое это чувствительное место и занялся… ушком. Провёл языком по хрящику и зашептал приятности. Нет, я не отрицаю, и вообще… но убить гада мало!

И как назло, мальчик действовал очень правильно. Если бы он полез под одежду или, не дай бог, начал лапать грудь — мигом получил бы по морде. Но против такой незамысловатой ласки мозг откровенно пасовал. Особенно когда он погладил моё запястье — и дело вновь закончилось длительным поцелуем.

— Известно что-нибудь про нашу находку?

— Пока нет, — я потёрлась щекой об его плечо. — Папа уже отнёс кулон в мастерскую, но сам процесс оценки занимает время.

— Много?

— Обещали два-три дня.

Дима взял мою руку и поднёс тыльную сторону ладони к губам.

— Аннет, а ты не хочешь рассказать мне про символ на картинке? Что за знак там изображён? — в голосе парня завибрировали откровенно соблазняющие нотки. Огненные бабочки в животе затрепыхались с новой силой.

— Ладно, слушай. Это старинная шотландская легенда, — принялась я сочинять на ходу, — что давным-давно жили два клана: клан теневиков и клан кукловодов. Тени обладали способностью к невидимости, а кукловоды были первоклассными гипнотизёрами. Вместе они побеждали всех врагов, однако со временем отношения между кланами разладились. Кто был всему виной — история умалчивает, но в один день кукловоды ворвались в крепость к теневикам и перебили половину жителей. И это стало для могущественных кланов началом конца. Тени разбежались по стране, а без них кукловоды не смогли противостоять захватчикам и вскоре тоже прекратили своё существование. По легенде, тот символ, который мы нашли, был на кукловодском знамени. Конец.

К финалу моей речи парень едва сдерживал смех:

— Тебе бы сказочницей работать, Аннет!

— Между прочим, я старалась, — обиженно фыркнула. И даже попыталась встать с его колен. Бесполезно. С таким же успехом я могла ломать стальную клетку. Подчёркнуто холодно посмотрела на теневика:

— Отпусти!

— Не отпущу, — и зарылся носом в мои волосы, — извини меня, рыженькая. Просто это было забавно. Но мне понравилось. У тебя красивый голос…

— А у тебя? Элис говорила, что ты замечательно поёшь, а я даже не слышала.

Надо отдать Диме должное, он понял, куда я клоню.

— И что тебе спеть? Серенаду? — с досадой буркнул парень.

Мне стало так грустно, что защемило сердце. Драконы перевелись, Аннет. Помни об этом.

— Уже поздно, Дима. Тебе пора домой.

— Ну что опять?!

— Будем считать, что я не люблю серенады.

Несколько мгновений Дима изучал моё лицо, игнорируя нарочито презрительный взгляд. Но вместо того, чтобы проникнуться и убрать руки, он задумчиво выдал следующее:

— Это какая-то неправильная принцесса… может, действительно забрать её себе? Башня уже есть, подлатать немного — и от любых рыцарей отобьёмся…

Нет слов, душат слёзы. Я аж закашлялась от такого предложения.

— Дима, прости, но в твоём плане слишком много белых пятен.

— То есть против самой идеи ты не возражаешь?

— То есть единственный способ избавиться от тебя — это задушить подушкой?

Дима как-то очень выразительно хмыкнул:

— Подушкой?.. Солнышко, меня безумно радует ход твоих мыслей.

Я растерянно покосилась на новичка, не уловив юмора, покрутила в голове…

— Маньяк!!! — разъярённой кошкой взлетела с парня. Мы намотали не меньше трёх кругов по комнате, прежде чем он смог меня поймать.

… А там и причина ссоры позабылась.

На полянку я пришла с твёрдым намерением перечеркнуть всё, что было между нами. Только отношений с новичком мне не хватало для полного счастья! Я и так без пяти минут труп, который, судя по всему, сам копает себе могилу. У меня есть жених, в конце концов! Согласитесь, это весомый аргумент.

Собравшись с силами, я отодвинула ветки и оказалась на нашем месте. И моя тщательно спланированная речь приказала долго жить.

Дима сидел на земле и, вопреки моим ожиданиям, держал в руках не меч, а гитару. Он поворачивал колки, а затем проводил по струнам, настраивая инструмент на нужный лад. Увидев меня, новичок разулыбался. И, несмотря на выбранную стратегию, я не смогла не улыбнуться в ответ.

— Привет, рыженькая… — боже, я от этой его «рыженькой» таять начинаю. — Я тут решил реабилитироваться в твоих глазах после вчерашнего. Что тебе спеть, Аннет?

— А… Э… — подобного поворота я не ждала. — Дима, а где ты взял гитару?

— У ребят одолжил, — невозмутимо пояснил новичок.

— И ты умеешь играть?

— Аннет, ты забыла, чей я сын? — съехидничал он.

— Ну, мало ли… — не разделила я его веселья. — Тогда почему ты так странно отреагировал на мой вопрос вчера? Уже надоели с просьбами?

— Не в этом дело, — вздохнул Дима, — просто я не знаю, что петь девушкам. Обычно такие идеи заканчиваются полным провалом. Вам ведь надо что-то романтическое… — он картинно закатил глаза.

Я засмеялась и чмокнула парня в щёку:

— Дима, я хотела послушать твой голос, мне песня была не важна…

Новичок смерил меня подозрительным взглядом:

— Ты серьёзно?

Кивнула.

— Чёрт. Прости, я повёл себя как дурак. Но не дуйся, солнышко. Я готов исправиться.

— Моё желание тебе уже известно, — я кокетливо стрельнула глазками.

О чём я там думала с утра?.. Ох, оставим этот вопрос на потом.

После ужина я засела за документы, но работа упорно не клеилась. Наверно, виной тому был поистине сказочный вечер, который манил за собой на улицу. И с тоской окинув кабинет взглядом, я встала, чтобы сделать чай.

Впрочем, что таить, мои мысли тоже были далеки от отчетов. Тренировка сегодня пошла насмарку — мы даже мечи из ножен не доставали. Но… Я мечтательно заулыбалась. Не сказать, что время было потрачено впустую. Нет, день получился очень плодотворным. До кабинета отца мне пришлось добираться перебежками, чтобы никто не заметил мои опухшие губы. Я усмехнулась про себя: до чего ты докатилась, Аннет?..

Открыв окно нараспашку, я вернулась к чтению. Но видимо, поработать мне было не суждено. Крики, шум, свист и подбадривания, которые доносились с площади, окончательно отвлекли от документов. Я вскочила из-за стола и выглянула наружу. Ого, наши парни затеяли игру в футбол — поставили невесть откуда взявшиеся ворота на газон и под дикий ор болельщиков гоняли мяч по полю. К футболу я была равнодушна, однако мелькнувший среди участников темноволосый парень заставил меня пересмотреть своё отношение к этому спорту. И отложив папки в сторону, я быстро покинула кабинет.

Но близко подходить к импровизированному полю не стала: прилететь что-нибудь может, да и не уютно. В свете рассказа Димы, я пыталась свести к минимуму наше общение на людях. Хотя слухи по лагерю уже ходили, и это заставляло понервничать. Ведь часть из них обязательно потянется за мной в Лондон.

В итоге я устроилась на лавочке и сделала вид, что копаюсь в телефоне. Но почему-то именно Он меня всё равно увидел. За что сразу и поплатился — мяч прилетел Диме аккурат в затылок и парень был вынужден сосредоточиться на игре. Но на душе потеплело. И я даже не услышала, как меня несколько раз окликнули.

— И на кого мы смотрим такими влюблённым глазами? — иронично осведомилась подруга. Я обернулась и взвизгнув, бросилась обниматься. Ника попыталась сбежать от меня, но безрезультатно — я вцепилась в неё как клещ. А-а-а, ужасно соскучилась!

— Это новая фишка кукловодов — сносить ультразвуком?! Аннет, я же оглохну.

— Не оглохнешь. И вообще — надо чаще приезжать, чтобы я так бурно не радовалась.

Ника фыркнула и демонстративно потёрла уши.

— Как ты добралась? — вдруг спохватилась я. — На самолёте или…

— Да, по нитям. Но я ненадолго. К сожалению, Терри требовал железно быть завтра на совете.

— И это подруга, называется! — пробурчала я, расстроившись. — На ночь хоть останешься?

— Конечно. Я выспалась, полна энергии, и готова слушать тебя до рассвета. Но ты мне не ответила, кто у нас жертва? Я так понимаю, кто-то среди играющих?

— Вот и угадывай сама, — я спрятала заалевшие щёки в ладонях.

— М-м-м, вон тот блондинчик? — ни капли не смутилась Ника. — Нет? Зря, посмотри, какие мускулы! Кхм… Ана? Только не говори, что ты запала на моего кузена. Пожалуйста.

Многозначительная пауза, во время которой я покраснела ещё сильнее.

— Твою мать, Аннет!!! У тебя мозги есть?!

— Не кричи, Ника, — я успокаивающе погладила подругу по плечу. — Дима — мой теневик…

Зрачки девушки изумлённо расширились. Моргнув, она просканировала меня посеревшими глазами и повернулась к игрокам на поле. Затаив дыхание, я ждала её вердикта.

— А можно я на русском отвечу?

— Давай, — горько хмыкнула я. Чуда не случилось…

— Ты в днище, подруга. Я бы выразилась по-другому, но боюсь, это заденет твою аристократическую натуру. Карин знает?

— Про теневика — да, а про наши отношения, надеюсь, нет.

— Какие отношения? — нахмурилась Ника. — Ана! Ему же всего семнадцать лет!

— Я в курсе. Но целуется он гораздо лучше Тельва…

— Ты часом гарем не планируешь, вертихвостка? Тельв, Дима? Ладно, я шучу. Но встречаться с парнем, который младше тебя… брр, увольте. Хотя что он хорошо целуется, я не удивлена.

Я заинтересовано пододвинулась к Нике. Естественно, подруга верно растолковала мой вопрос.

— Он учится в одной школе с Дином, а я люблю посплетничать. И вуаля. Кстати, по словам мелкого, Ямиров-младший недалеко ушёл от отца. В том смысле, что подружек мой двоюродный брат тоже меняет с завидной скоростью. Причём встречается Дима даже со старшеклассницами. Так что если тебя это утешит, он должен быть довольно опытным.

На секунду показалось, что меня окунули в ледяную реку. Это позор. Тобой просто воспользовались, Аннет! Если мальчик — прожженный сердцеед, то он наверняка догадался, как можно вывести противницу из строя. Ника права стократно — где мои мозги?!

— Поганец мелкий!

— О, уже? Аннет, расслабься, я ничего подобного не имела ввиду.

— Нет-нет, ты молодец, что просветила меня. Это я идиотка, уши развесила. Сволочь он!

Подруга резко схватила за плечи и развернула к себе:

— Ана, да что стряслось?! Я тебя не узнаю. Куда подевалась моя гордая ведьмочка? Что это вообще за субстанция? — она потыкала в меня пальцем.

Я хотела яростно возразить ей, но… промолчала. Задумалась. Кажется, меня кидает из крайности в крайность. Я сбежала на турнир, чтобы отвлечься, а вместо этого медленно схожу с ума. Мрачное предсказание от Аллерин, Дима, важность моей победы… Я скоро свихнусь безо всяких нитей.

— Ника? Мне очень нужна твоя помощь, — жалостливо посмотрела на подругу. Впрочем, подруга — она на то и подруга, чтобы понимать с полуслова.

— Я уж вижу. Пойдём к тебе в домик?

Взяв девушку за запястье, я потянула её за собой. Дома Ника дала мне успокаивающего зелья, а потом завернула в плед и начала допрашивать. Я покорно рассказала ей про встречу с Аллерин.

— Ты ничего не перепутала? — ошеломлённо спросила тень.

— Ник, ты смеёшься? Это была женщина, очень похожая на вас, но не ты, не Карин и не Нейтера. Тем более она представилась. Что тут перепутаешь?..

— Ну а зачем она приходила к тебе? Мстить? Так ты живая, вроде. Что ей было нужно?

— Она говорила… — на всякий случай я огляделась. — Она говорила обо мне с Димой. Про нашу связь. И про то, что выжить у меня нет шансов.

Ника устало посмотрела на банку кофе, которую вертела в руках, со вздохом убрала её в шкаф и направилась к бару.

— Виски? — громко крикнула она через стенку.

— Ника, мы же леди! — ужаснулась я. Со стороны бара раздался приглушенный зловещий хохот и звук открываемой бутылки. Я обхватила голову руками и застонала. Какой… недоразвитый человек поставил этот напиток в мой бар?!

В раковине зашумела вода. Я услышала, как подруга чертыхается, поминая злым словом Британию и её любовь к двум кранам. Интересно, а что имелось в виду под «страной непуганых смесителей»?

— А что нам мешает быть леди и дальше? — ехидно произнесла Ника, появляясь в комнате с двумя пустыми бокалами и бутылкой. Разложила их на столике и снова исчезла на кухне.

— Леди не пьют виски! — бросила я ей вслед.

— Я тебя умоляю, Аннет. Леди пьют всё, главное, чтобы об этом никто не узнал. И в особенности, твой папа. Хотя думаю, он уже научен тяжёлой жизнью с Карин, — на стол упало блюдо с ветчиной и сыром, а также графин с водой. Ника разлила виски по бокалам и забралась с ногами в кресло.

— Дерзай, интриганка, я готова внимать.

Когда в двенадцать лет я спросила у родителей, почему все ненавидят кукловодов, то получила два разных ответа. Карин прочитала мне лекцию о вероломности нашей расы, а вот отец выразился ёмко: из-за недостатка информации. Уже повзрослев, я согласилась с ним: кукловодов многие не любили заочно. Другие расы, по неведомым мне причинам, наделяли нас могущественной силой, которой не было и в помине. Мол, мы можем одним взглядом подчинить себе людей. Кукловодов считали безумными гениями, желающими захватить мир или предателями, идущими по трупам… И никак иначе.

В первый раз такое «общественное» мнение показалось мне забавным. Но чем дальше, тем меньше хотелось шутить на эту тему. На нашу расу сбрасывали любые злодеяния и грехи. Ведь каждый знает, что кукловоды могут убивать без зазрения совести. И если взять представителей четырёх рас и попросить показать среди них преступника, то все непременно укажут на кукловода. Я согласна, не всегда безосновательны эти обвинения, но… «Вечное преступление кукловодов перед миром в том, что они существуют» — это сказал известный теневой классик.

Однажды я пришла к отцу с вопросом: а нельзя ли всё изменить? Ну, развеять миф, что мы всемогущи, и заключить перемирие с другими расам? Ведь папа же смог создать огромную империю для своих. Выделил рабочие места на предприятиях, отстроил специальные приюты, больницы, центры поддержки, сформировал боевые отряды и наш орден. Карин заявила мне, что папа и думать об этом не будет. Но…

Он думал. Он отрицал это при мне, при Карин, но я же имею доступ к его кабинету и умею читать. И через все записи отца проносилась одна главная мысль: бороться со сложившейся системой будет очень сложно. Причем сложно даже с теми силами, которые стояли за ним. А недавно папа вдруг взял и спрятал свои планы в сейф. И теперь я гадала, что же это значит…

Но вернёмся к нашим кукловодо-теневым проблемам. Как я уже упоминала, у других рас существует ошибочное мнение о возможностях кукловода. Дело в том, что проникнуть в чужую голову не так-то просто. У каждого человека, к сведению, имеется своя ментальная защита, которая сопротивляется воздействию со стороны. Кстати, и простые смертные, и люди скрытых рас могут обладать такой духовной силой, что ни один кукловод её не пробьёт. Из всего населения Земли самой большой сопротивляемостью к контролю обладают теневики — около семидесяти процентов из них плотно закрыты «крышкой».

Идём дальше. Сам процесс проникновения в чужой разум — также задачка не из лёгких. Во-первых, надо создать контакт, чтобы выпустить ментальные щупальца. То есть как минимум три секунды смотреть прямо в глаза. Затем — сформировать образ человека и отправить его на проверку в мозг жертвы. К сожалению, зачастую наша внешность, манера общения, мимика и другие детали не всегда чётко характеризуют нас. И если мозг не принимает созданный образ, тебя вышвыривает из головы обратно. Но даже если он его принял, до финала ещё далеко. Здесь надо выбрать, по какой линии лучше двигаться и задать направление. Если твоя марионетка — жертва несчастной любви, то будет проще развивать эту тематику или если мужчина, например, бизнесмен, то лезть в сферу его дел. В общем, требуется найти то, в чём жертва наиболее уязвима. И постепенно запускать саму атаку на мозг — забрасывать его различными вариантами событий и смотреть, на какие версии нет блокировки. Поначалу разум будет активно сопротивляться воздействию, но если картинка сложиться полностью, он сдаётся. И в результате кукловоду открываются потайные мысли человека и с этой секунды жертву необходимо только «раскусить» до конца. В чём секрет — после того, как мы узнали сокровенные подробности из жизни марионетки, её мозг перестал воспринимать наш разум как что-то чужеродное. Кукловод прошёл через защиту, не сломав ничего, и теперь тоже считается хозяином. Ну а ощущения жертвы притупить совсем легко. Правда, через двадцать четыре часа мозг опомнится и выкинет кукловода прочь. Ах да, ещё следует отметить, что среднее время, затраченное на подбор у кукловода не маленькое — пять-семь минут. Увы, но боевых кукловодов-контроллеров можно по пальцам пересчитать. И обычно это те, кто обладает кукловодо-теневой нитью.

Наша история с теневиками вообще напоминает бесконечную драму. Лишившись нити, мы стали склонны к безумию. Нить забирала излишки информации, получаемой во время контроля, то есть те мелкие подробности, которые могли бы пустить корни в нашем разуме. Собственно, без связи с тенями они и проросли. Отсюда — целый букет психический заболеваний, медленно сводящий представителей моей расы с ума. Как говорят русские: за что боролись, на то и напоролись.

— И в чём конкретно заключается проблема? — Ника помахала рукой перед моим лицом. Упс, кажется, я отвлеклась. — Почему ты не можешь отказаться от силы, как все нормальные кукловоды?

Я грустно покосилась на опустевший бокал и попыталась дословно вспомнить сказанное Аллерин.

— Нить между нами существует, Ник, пусть она и слабая. И все эти годы она тоже собирала информацию. На ней уже хранятся… какие-то данные.

— И?

— И когда она порвётся окончательно, данные вернутся к первообладателю. Ко мне. А я за свою жизнь контролировала не менее сотни человек. Представляешь, что будет с моим мозгом? Там мгновенный перегруз, разрыв сосудов и прости-прощай грешный мир.

Ника разлила нам по второй порции виски и откинулась на спинку кресла.

— Я не скажу тебе точно, соврала она или нет, но звучит логично. Блинский блин. Это плохо, — она отрешённо поглядела в окно. — Но не переживай пока, я завтра поговорю с советом и зарулю в нашу библиотеку. Если Аллерин занималась этим, она должна была оставить какие-то наработки после себя. Не унывай, Ана, ещё не вечер.

С трудом улыбнулась и влила в себя неразбавленный виски. Огненный шар прошёлся по горлу и растёкся в груди. Но в таком заторможенном состоянии алкоголь не мог дать в голову. Надо расслабиться… и опьянеть, наконец!

— Ник, она предложила мне воспользоваться тем же способом, о котором заикалась Карин на ужине, помнишь?..

— Подожди, ты про призовой бастард?

— Да… — ответила я и потянулась за новой порцией виски.

Через час нам надоело обсуждать мои беды, и разговор плавно перетёк в другое русло. Теперь уже Ника жаловалась мне на свои проблемы.

— Терри достал хуже горькой редьки, — всхлипнула она. Захмелев, подруга начала мешать английские и русские слова. — Пристал со своими нравоучениями: «кто, если не ты, кто, если не ты». А я понимаю, всё понимаю, Ана, но ты скажи, какая из меня правящая тень?!

— Ну, может попробовать… Будешь крутая, как мой папочка, — я хихикнула.

— Ана-а-а! Я пустым местом буду! Там же эти чёртовы старейшины, которые сожрали Карин и не поморщились! Это Аллерин их в страхе держала, а я что?.. Я тоже с кукловодом связана.

— Ты серьёзно? Про кукловода?

Подруга с безграничной тоской кивнула:

— Карин проболталась. Она вообще посоветовала послать старейшин на три буквы. Но я так не могу. Это же… безответственно, вот.

— Тогда тебя сожрут. Ну, или тебе надо учиться быстро бегать.

— Это ещё зачем? — моя фраза явно привела Нику в замешательство.

— Чтобы убежать от своего кукловода, — философски развела руками, — хотя вон у мамочки не получилось.

— Аннет, ну ты как маленькая, — укоризненно отозвалась Ника, — ладно, к кукловодам этих теней, давай поговорим о чем-нибудь приятном. О мальчиках! Что там с Димой? А? Колись-колись!

Я стушевалась и машинально намотала локон на палец. И тут в дверь постучали. Мы с Никой одновременно прижали головы и переглянулись. Глаза подруги привычно засеребрились, и через секунду она расправила плечи.

— К тебе гости, — промурлыкала Ника. И по её тону я сразу догадалась, кто мой незваный визитёр.

— Чего ждёшь, иди, открывай, — подруга аж заёрзала от нетерпения.

— Может не надо?.. — я испуганно посмотрела на Нику. Но тень была непреклонна:

— Вперёд!

Выглянув на улицу, я действительно увидела Диму. Похоже, он уже собирался уходить, потому что стоял спиной к домику. Но мой окрик заставил новичка обернуться. Я неловко выползла наружу и вцепилась руками в перила. Вот что за подлость — я спокойно прошлась от дивана до двери, но стоило мне выйти к Диме, и ноги как будто отказали. В итоге я почти упала в объятья к парню. Впрочем, это уже не имело смысла, потому что меня настиг ступор.

Дима был без футболки. Это вау. У него оказался торс моей мечты. Я не смогла удержаться и облизала губы. Перекатывающиеся мышцы груди, идеально очерченный пресс… И чёрные джинсы, которые чуть сползли на бёдра. Капелька воды с волос упала на живот и, пробежавшись по телу, скрылась за поясом. Я проводила её зачарованным взглядом. Ох, я ж сегодня не усну…

— Аннет, слюни подбери! — ворчливый голос Ники привёл меня в чувство. Подруга сложила руки на груди и немым осуждением посмотрела на нас. И поразительно — Дима впервые на моей памяти покраснел!

— И ничего я такого не делаю, — тоже смутившись, пробурчала я. Уйди, женщина, дай мне полюбоваться на это тело. Но к моему разочарованию, подруга не вняла мысленной просьбе.

— Судя по твоему виду, Ана, ты явно прикидываешь, за какое бы место его укусить! У тебя совесть есть? Парень уже не знает, куда ему деваться от твоих облизываний!

Ой, Ника, помолчи-и-и. Хотя о чем я говорю, даже будучи трезвой, подруга не отличалась особым тактом. Или я, правда, перегнула палку? Оценив абсолютно охеревшие глаза новичка, с сарказмом поаплодировала себе.

— Да-да, рыжая, я за вами слежу! Даже нет, я… — она пощёлкала пальцами, пытаясь что-то вспомнить, — а как по английский будет — «я бдю»?

О, боже, за что?.. Я же завтра сгорю со стыда перед Димой!

— Keep watch, — подсказал вежливый новичок.

— Дима, познакомься — это моя подруга Ника, она тоже из России. Ник, это Дима.

— Очень приятно, — парень улыбнулся тени, и Ника благосклонно кивнула в ответ. Я еле слышно зарычала на эти улыбки, чем удивила саму себя. Стоп, я ревную?..

А Дима тем временем повел себя странно: он стал наклоняться ко мне. Э-э-э, ну я не против, но не при Нике же! Но парень только принюхался к моим губам и резко отпрянул.

— Понятно, кое-кто нализался. А я-то думаю, что с тобой случилось? — мне подмигнули. — И вторая, подозреваю, такая же?

— Угу, — шаркая ножкой по земле, подтвердила я. Дима засмеялся и чмокнул меня в щёку:

— Ладно, девчонки, тогда не буду мешать вам, развлекайтесь.

Поглядев на календарь, я не без удивления осознала, что до конца турнира осталось пять дней. Как-то незаметно пролетело лето и эти две недели. Уже завтра нас ждала осень. Я потянулась в постели и посмотрела на часы. Десять утра. Обычно до обеда я занималась с Димой в лесу. Скривилась. Было очень неожиданно стать виноватой в том, в чём я сама недавно подозревала новичка.

Ссора вышла на редкость дурацкой. Мне кажется, если бы мы были знакомы дольше, то не разругались бы по такой глупой причине. Но сейчас на нервах, на эмоциях, и Дима вспылил, и я завелась. И вроде надо растереть и забыть, не сошлись и чёрт с ним. Однако прошел всего день, а я уже скучала. Ника согласилась, что лёгкий вариант привязки к теневику вполне мог пойти даже при слабой нити. И как бы у меня ломка не началась без него…

Конечно, Дима поржал надо мной тогда, после встречи с подругой. И намекнул, гад, что сам не прочь напоить меня теперь. Ух, как хорошо я погоняла его на тренировке. Во избежание травм, Диме пришлось буквально скрутить меня по рукам и ногам. И долго и вдумчиво успокаивать. Но это не значит, что потом я не пыталась держать дистанцию между нами. По крайней мере, до таких безумных поцелуев мы уже не опускались.

Свернувшись в клубочек, я обняла потрёпанную за ночь подушку. Окей, пусть сегодня будет выходной. Завтрак я уже пропустила, а обед можно заказать в домик. Так, стоп! Неужели я собралась прятаться? Негодующе подскочила в кровати. Неужели меня смогли задеть какие-то лживые сплетницы?! Аннет, пора вспомнить, кто тут главный, и построить этих куриц. Подгоняя себя мыслями о скорой расправе, я направилась в душ. Вода горячими, почти обжигающими, струями хлынула на тело, заставляя меня взбодриться. Несколько минут я стояла под душем, вбирая в себя силу водной стихии. Я справлюсь, чего бы ни говорили за моей спиной. Я справлюсь…

Честно говоря, до сих пор обидно, почему Дима поверил слухам, а не мне. Ему рассказали, что якобы я подкупаю всех участников, чтобы выиграть турнир, а с ним (новичком) решила пойти «особым путём». Раз он не попадает в систему подкупов, то я решила соблазнить его (!!!) и, в случае чего, умолять проиграть мне. Я!!! У меня аж дар речи пропал, когда он высказался. И якобы это достоверная информация, которую я лично обсуждала с подругой. Ладно, признаю — здесь я сама наделала ошибок. Во-первых, растерялась — Ника действительно предлагала мне соблазнить Диму, но совершенно в другом контексте. А во-вторых, Диме сообщили про Тельва. И вместо того, чтобы назвать жениха фиктивным, я заорала, что мои дела его не касаются и пусть он катится со своими черлидерами в бездну. Дима сжал зубы, долбанул по сосне кулаком так, что иголки посыпались, и ушёл. И больше мы не общались. Я тренировалась одна целый день, а ночью фактически не спала. У нас с ним нет будущего, нет. Но толку повторять это, если тебя разрывает на части?..

До ресторана, в котором обедали участники, я шла нарочито медленным шагом. Со вчерашнего дня на улице стало прохладно, и это позволило сменить летнюю обувь на туфли. Вопреки логике, на каблуках я почувствовала себя намного уверенней, чем в обуви на плоской подошве. Наверное, Ника не зря шутила про ген стервы. Мне прямо до зуда в костях захотелось кому-нибудь напакостить. И жертвы нашлись весьма скоро.

Я внимательно оглядела зал на входе. И хмыкнула, заметив три ехидных взгляда. По сравнению с этим, тот шёпот, который пробежался по столикам с моим появлением, заставил лишь брезгливо поморщиться. Но не более. Зато источники сплетен попались в мою ловушку. Накладывая салат в тарелку, я скосила глаза на девушек. Красавицы, ничего не скажешь. Впрочем, в команде Мэрлин других не было. Папа специально взял для турнира чемпионок этого года. Любопытно, а почему Дима отказался?.. Испугался, что на трёх сразу его не хватит? Но опять же, по словам Ники, он довольно опытный для своих лет, да и девочки, раз сделали такое предложение, ему бы помогли. Или он всё-таки согласился, только я об этом не узнала?

К моему вялому раздражению, зал был переполнен. Я приметила два места рядом с Еэлем и нервно выдохнула, когда к нему подсел Дима. Хотя, какая мне разница? Пожелав мальчикам приятного аппетита, я поставила свой салат и кофе на столик. Угу, поела — рядом с Димой мне кусок в горло не лез. Кое-как расправившись с первым, я поднесла кофе к губам. И эдак небрежно посмотрела на предполагаемую сплетницу. Я рисковала и полностью давала себе отчёт в этом. Но с другой стороны, мне уже не спастись от безумия, так почему бы не поразвлекаться напоследок? Заодно и узнаю, что за «заговор» плетётся вокруг меня.

Ментальные щупальца обхватили голову девушки и установили контакт с её разум. Я не стала заморачиваться и создала образ смазливой лицемерки, который отправила на проверку в её мозг. Результат был закономерен — кукловоды редко ошибаются в людях. И дальнейший «взлом» не занял много времени. Как-то неспортивно даже. Две минуты — это чересчур лёгкая победа.

Что забавно, сёрфинг по чужим мыслям всегда ассоциировался у меня с просмотром чужой странички в социальной сети. И сейчас я будто открывала её диалоги и скрытые фото — и видеофайлы. М-да, а девочка — сплетница со стажем. Столько интриг и… Нет, девушек, которые добиваются успеха таким способом, я не уважала. Феллина фыркала при нашем знакомстве, мол, что ты знаешь о жизни, девочка-цветочек?.. Я промолчала, но дала себе зарок напомнить ей об этих словах. И через два года поинтересовалась, не хотела бы Феллина оказаться на моём месте? Наученная горьким опытом, подруга послала меня к теневикам. Она ещё не отошла от новости, что свой первый мультфильм я посмотрела в пятнадцать лет. А раньше у меня банально не было времени на телевизор. Начиная от танцев и конкура и заканчивая математикой и экономикой — мой день был расписан по минутам. Я уж не говорю о похищениях, запугиваниях, сплетнях и умении держать лицо, когда хочется ударить коленкой в пах или вылить шампанское на дорогое платье. Увы, принцессы не просто так мечтают о драконах. И по сравнению этим, дорога наверх через слабости мужчин показалась мне детским лепетом.

— Аннет! — крайне недовольно позвали меня. Я похлопала ресницами, возвращаясь в реальность, и увидела перед собой новичка. Дима дождался, пока моё внимание сконцентрируется на нём и указал на полную тарелку супа.

— Ешь, — последовало за этим. Кроме супа на столе обнаружилась дымящаяся курица с рисом и огромное блюдо со сладостями. У меня забурчало в желудке.

— Что? — переспросила я.

— Бери суп и второе, это тебе. Тоже мне, подруга гастрита, — пробурчал новичок.

— Но ты же не разговариваешь со мной?

Тут Дима не выдержал и, наклонившись к моему уху, процедил сквозь зубы:

— Ты можешь просто молча всё съесть?

Оценив выражение лица парня, инстинкт самосохранения посоветовал заткнуться и подтянуть к себе тарелку. Тем более одним салатом я действительно не наелась. Дима сидел рядом и наблюдал, потягивая чай из большой кружки. Еэль уже ушёл на тренировку, а новичок и не думал испаряться. Надсмотрщик, чёрт его побери. Двойственное ощущение, когда ты одновременно злишься и чувствуешь себя бесконечно счастливой.

Пока ела, план мести сформировался сам собой. В конце концов, у меня же есть власть. И закончив со вторым, я встала и решительно направилась к столику черлидеров.

Девочки встретили меня кто приветливой улыбкой, а кто злым взглядом исподлобья. Правильно. Я положила руку на спинку стула одной из мрачных красавиц и обратилась к Мэрлин:

— Мэри, мне нужно срочно поговорить по поводу твоих подопечных. Когда ты свободна?

— Что случилось, Аннет? Девочки, вы что-то натворили? — постаралась отшутиться лидер группы. Но я ответила подчёркнуто холодно:

— Натворили. И я настроена спросить с них по всей строгости. У тебя есть кто-то на замену?

И выдержка изменила Мэри:

— Аннет, ты с ума сошла? Какая замена за пять дней до финала?! Что за… — она не смогла подобрать слова, — в чём ты нас обвиняешь??

— Не всех, а конкретно трёх человек. До меня дошли слухи, что девочки из твоей группы пытались совратить несовершеннолетнего, к тому же нашего гостя-иностранца. По сути, это вообще статья, Мэри!

— Я уверена, это придумали злые языки! — торопливо отговорилась Мэрлин. Слишком торопливо для не посвященной. — Но я обязательно опрошу всю группу, не волнуйся. И забегу к тебе в три, после репетиции, нормально?

— Я буду ждать, — тоном, не предвещавшим ничего хорошего, произнесла я. У главной сплетницы на лбу возникла испарина. Остальные две вцепились в подлокотники и сидели тихо, как мышки. Насладившись эффектом, я круто развернулась на каблуках и пошла к выходу. Дима, который без сомнения, видел всю сцену, тоже поднялся с места. Но догнал он меня только на улице и перегородил дорогу.

— Ты довольна? Отомстила? — его слова почти хлестнули по коже.

— Да, очень, — также бросила я. Наши взгляды скрестились, будто клинки.

— Ты действительно собралась выгнать девчонок?! Имей в виду, я откажусь от всех своих слов!

Я рассмеялась и запрокинула голову:

— Дима, милый, — провела ладошкой по его щеке, — если я захочу выгнать этих сплетниц, мне будет достаточно того, что я знаю. И поверь, ты меня не остановишь.

На щеках «милого» чётко выступили скулы. Какая прелесть… Боже, я сама хочу тебя сильнее, чем даю себе отчёт в этом. Ну, давай, скажи какую-нибудь грубость, добей меня. Скажи…

— Ты…

— Я? — провела языком по губам.

— Иди лесом! — хрипло ответил он. И сбежал! Трусливо смылся, оставив меня одну. Нет, ну я так не играю!..

Этим же вечером Дима выиграл поединок с Сэмом (не иначе, как меня представлял на месте противника) и стал последним в пятёрке лидеров. Кроме него в список финалистов вошли: я, Еэль, Артур и Айвен. По правилам турнира, участник, набравший наименьшее количество баллов, автоматически исключался из полуфинала. Я очень надеялась, что этим «счастливчиком» будет Дима, но не судьба — хуже всех себя проявил Артур. В итоге пары распределились так: я с Айвеном, а Дима с Еэлем. Мстительно похихикала, когда отец сообщил мне результаты жеребьёвки. Дима может попрощаться с финалом — Еэль один из самых крутых мечников, которых я знала. У Айвена же были серьёзные проблемы в обороне, и он сам признал, что с противником мне повело. Я только плечами пожала: если и выиграю, то меня всё равно ждёт встреча с Димой или Еэлем. Но лучше с Еэлем, конечно.

На следующий день, в холодный полдень, я выложилась на все сто процентов. Тяжёлый двуручник противника убивал в первую очередь морально — хотелось выкинуть бастард и с воплем убежать с арены. От стремительных и опасных атак меня спасала только кукловодская реакция. До сих пор не понимаю, как вытянула этот бой. У нас была разница в три балла! Глядя на таблицу достижений, я рухнула на колени от усталости. Айвен стоял рядом и, уже не стесняясь, матерился. Потом извинился передо мной и снова выругался. Я махнула рукой: три балла, тут любой бы психанул. Тем более за первые места были неплохие денежные призы. Я ещё раз пробежалась взглядом по таблице и испытала досаду: спасибо, папа, за низкие баллы. Это нечто среднее между: «нет, я не поощряю свою дочь» и «дочь, я хочу, чтобы ты проиграла». Нет, правда. Другие судьи тоже озадаченно косились на отца. Но папа с истинно королевской невозмутимостью поздравил меня с прохождением в финал и отбыл в неизвестном направлении.

После ужина должна была состояться дружеская вечеринка для гостей и участников турнира. Так что я носилась по лагерю как бешеный гепард, раздавая указания направо и налево. Присесть мне не давали ни на минуту: то оценить украшение площади, то проверить списки, то посмотреть, всё ли готово на кухне. Честное слово, я чувствовала себя хозяйкой замка перед балом. Еле урвала время, чтобы привести себя в порядок. Итак, по плану душ, затем лёгкий макияж — подвести глаза и подкрасить губы. Потом надо решить что-то с одеждой. Я хочу помириться с Димой или не хочу?.. Покрутилась перед зеркалом и подмигнула отражению: хочу! Аккуратно собрала свои рыжие локоны на бок и закрепила их заколкой. Эх, жалко, что для турнира пришлось обрезать волосы до плеч. Но соревнования вообще диктовали свои «модные тенденции». Грудь, например, тоже приходилось утягивать в специальные майки — природа наградила меня шикарным третьим размером. Я достала из комода нижнее бельё и ехидно хмыкнула. Кофту выбирала специально с декольте побольше. Остановилась на зелёной блузке с плотным кружевным верхом и V-образным вырезом. Кружево заканчивалось под грудью, а дальше шёлк мягко облегал фигуру. Сзади у кофты была декоративная шнуровка, что ещё больше подчёркивало талию. Что надеть вниз, я долго размышляла и остановилась на коротких чёрных шортах. На каблуки вставать не стала, ограничилась босоножками на небольшой платформе.

Выбежав на улицу, я пристроилась к Еэлю, который уже направлялся на площадь. Парень окинул меня оценивающим взглядом и присвистнул:

— Да, солнышко, иногда я жалею, что женат. И для кого мы такие красивые?

— Может быть, для тебя и старалась? — в тон ему ответила я.

— Не смеши меня, Аннет. Твой «интерес» сидит в беседке, готовится к выступлению. А я, увы, на сегодня одинокий, — Еэль картинно шмыгнул носом.

Я с улыбкой пригрозила этому всезнайке пальцем и от избытка чувств полезла обниматься. Еэль не возражал и заключил меня в объятия. Мы постояли немного, а потом я полетела к беседкам. Дима нашелся в одной из них, самой крайней. Поднявшись по ступенькам, я увидела своего теневика и замерла.

Этот укол в сердце был настолько болезнен, что на глазах выступили слёзы. Не важно — умру ли я или стану предательницей, мы не будем вместе. И от этой мысли выворачивало наизнанку. Я опёрлась на гладкое дерево, чтобы навсегда сохранить этот миг в памяти. Пока он меня не заметил… Пока он перебирает струны, сотворяя невесомую мелодию… Ту, которую подхватывает ветер и вплетает в стебли вьющейся розы. Та, что разливается в ночном воздухе, заставляя вспомнить обо всём. О первой встрече и первом поединке. О глупых ситуациях и тренировках в лесу… О башне у обрыва, символе падения кукловодов. Только сейчас я начинаю понимать людей, устроивших «полдень». Папа был прав: это что-то невозможное. Страх, что тебя не примут, что от тебя отвернутся и эта жизнь в вечной зависимости от одного человека. Твоей тени. Счастье и боль в одном флаконе. Только сейчас я понимаю, почему отец не мог отпустить Карин. Терпел, жил с её ненавистью, а отпустить не мог. А мне… мне придётся это сделать.

Слёзы уже текли по щекам, я не могла их сдерживать. Наши поцелуи, что были на той полянке, наши ссоры и споры на пустом месте… Это всё останется здесь. Это останется…

Музыка затихла и Дима поднял глаза. Кажется, мне удалось ошеломить новичка по-настоящему. Он поставил гитару рядом и уже собрался встать, однако я его опередила. Быстро подошла к нему, залезла на колени и, зарывшись пальцами в волосы, принялась целовать. Он пытался меня остановить, что-то спросить, но не зря же ураганы называют женскими именами. В конце концов, Дима сдался. И лишь спустя минут пять, а может даже десять, он отстранился и приложил большой палец к моим губам. Мы оба тяжело дышали и глядели друг другу в глаза. И вдруг он крепко прижал меня к себе. Я уткнулась носом в его футболку, вдыхая запах.

— Ты дурак, Дима.

— Что?..

Я запрокинула голову.

— Какое, к чертям, соблазнение? Чем ты думал вообще?

— Но ведь жених-то существует, Ана. И судя по твоей реакции, он точно не фиктивный.

Застонав, я сползла с его колен и примостилась на скамейке.

— Да. Не фиктивный, — вздохнула, — Тельв хороший парень и друг. Сын отцовского партнёра. Богатый наследник, мой ровесник. И, можно сказать, красавец. Папа специально старался угодить мне с браком. А я… не могла сказать ему «нет». До того момента, как в нашей жизни появилась Карин Аммар, моя приёмная мама, мы жили вдвоём. Он вкалывал на своей работе, а я ждала его до глубокой ночи. Папа приходил, ложился ко мне и мы болтали. Иногда я разыгрывала для него сказки, которые заучивала наизусть. Он всегда слушал. Папа говорил, что своим рождением я дала ему смысл жизни. А для меня он был всем: наставником, поддержкой и вечно строгим судьёй. Сколько отец сделал для моего счастья… Я просто не могла ему отказать. Поэтому и согласилась присмотреться к Тельву.

— И? — пусть в голосе новичка и был яд, но я чувствовала, что он меня понял. Положила голову ему на плечо.

— Я пыталась, — усмехнулась, — и Тельв в меня влюбился, а я… Я осталась равнодушной. Ничего не могу с собой сделать. Я всё-таки оказалась плохой дочерью.

Всё равно никого брака уже не будет. И даже если я выживу, отец меня не простит.

— Давай закроем эту тему… хотя бы на сегодня, — повернулась к нему, — расскажи о себе. Ты так здорово играешь. Наверно, долго учился?

— Аннет!

— Я плохая, знаю. Ну-у расскажи.

— Вредина ты, рыжая. Ладно. Около пяти лет учился. В двенадцать отец вручил мне гитару и объяснил принцип.

— Так поздно? — перебила я и спохватилась. — Ой, извини! Я подумала, что ты с пелёнок играть должен!

Дима уткнулся в мою макушку и тихо засмеялся.

— Дай папе волю, он бы меня ещё в животе играть заставил, — я хихикнула, — но с шести лет у меня были проблемы с памятью. Я настолько не мог смириться со смертью мамы, что у меня случилась амнезия. И полностью память восстановилась только после одиннадцати. Тогда и отец занялся мною вплотную.

Я погладила его по щеке. Бедный мой…

— Всё было так серьёзно? Дим?

— Более чем. Я забывал людей, забывал, что происходило со мной. Врачи руками разводили, говорили, что это симптомы двух разных видов амнезии. Я даже отца не помнил. Ему пришлось забросить гастроли и все дни проводить со мной, чтобы я перестал его бояться. Но не переживай, рыженькая, всё давно прошло.

— Это ужасно.

А особенно ужасно то, что я знаю, кто виноват в твоей болезни. Ещё один камень преткновения в наших отношениях.

— Да уже ничего страшного. Обидно немного, что я не могу толком вспомнить маму, но в целом, жизнь прекрасна.

Я снова отвернулась. К сожалению, не одну маму ты не можешь вспомнить.

Вскоре Диму позвали выступать, и я пошла с ним. Новичок наконец-то обнаружил моё декольте и явно вознамерился в нём поселиться. Вообще всё то время, что он пел, между нами будто искрило. Его светлые глаза казались почти чёрными. И я плюнула на свои убеждения. К чёрту их! И как только он взял паузу, потянула новичка за собой.

Первым нам попался его домик — хлопнув дверью, мы ворвались внутрь. Да, опять стол. Хотя о месте уже никто не размышлял, мы были слишком заняты друг другом. Я стянула с него футболку и отбросила её в сторону. Дима принялся покрывать поцелуями мою шею. И плавно ниже. Ах-х. Мои ногти прочертили дорожки по его спине. Да-а-а, мальчик знал, что делать. Следом за футболкой полетела моя блузка, затем бюстгальтер. Я сильнее прижалась к его бёдрам, чувствуя, как Диме нравится наше безумие. И он уже потянулся к шортам, когда в комнате вспыхнул свет.

Я замерла, прижавшись к нему. Новичок обернулся и коротко выругался. Выглянув из-за него, я увидела компанию подвыпивших тренеров. Среди них был Майк, наставник Димы, и Агнесса… Немая сцена. Её обескураженный взгляд и привёл меня в чувство. Боже, как я могла забыть, что мастера живут вместе с участниками!.. Выскользнув из объятий Димы, я быстро натянула его футболку. Потом верну… Подхватила свои вещи и пулей выбежала на улицу. Щёки горели. Что за сумасшедший турнир в этом году!!! А главное, Агнесса обязательно расскажет отцу о нас. Чёрт, какой теневик притащил их так не вовремя?!

Закрыв дверь на ключ, я с безумным хихиканьем сползла на пол.

Глава 13

Дима

Ана подтвердила подозрения Дина — Шакон действительно был причастен к исчезновению Ромы. Нечисть поведала нам, что сначала кукловод о чём-то долго беседовал с парнем, после чего Рома вспылил, послал Шакона на три буквы и ушёл. На этом месте брови Дина поползли вверх — по его словам, ритуальщик о-очень редко матерился. Но к нашей досаде, самого разговора Ана не услышала. Рядом с Шаконом постоянно крутилась Карин, и девушка предпочла остаться инкогнито.

Так вот, на вспышку Ромы кукловод среагировал довольно флегматично. И позже выяснилось — почему. На выходе с работы Рому покараулила Карин и скрутила его как младенца. Правда, я не понял, зачем она забинтовала ему руки, но судя по хмыканью Дина, приятель просёк фишку. А дальше парня усыпили чем-то бронебойным, что пронимает даже людей его расы, и унесли в машину. Проследив за ними, Ана оказалась на той усадьбе, которую я видел в дачном посёлке. Вот, собственно, и всё.

С чувством выругавшись, Дин сел на пол, притянул колени к животу и ушёл в себя. А затем в принудительном порядке потребовал с меня историю о турнире. И видя его нервное состояние, я не осмелился возражать.

Но стоило мне начать, как в дверь снова позвонили. Я запоздало вспомнил, что просил Лёху занести мне конспекты за пропущенный день и домашку на завтра. Но конечно, после «явления» Дина это вылетело у меня из головы. Лучший друг с каким-то мрачным подозрением поглядел на кукловода, потом на меня и решительно снял куртку. В итоге у моего рассказа появилось ещё два невольных слушателя.

С постоянными уточнениями Дина история растянулась на добрых полчаса. По мере сказанного, ехидная улыбка кукловода росла как на дрожжах. И будто в контрасте с ним, Леша молча сверлил меня взглядом. Ана же оставалась серьёзной. Я часто смотрел на девушку, пытаясь разгадать её мысли. Но безуспешно.

— И что было потом?

— Да ничего особенного. Утром мы встретились в ресторане и как-то неожиданно поспорили. Мол, если я выиграю у Еэля, то смогу остаться у неё на ночь. Причём мне кажется, что эту идею нам подкинул сам Еэль.

— С — солидарность, — поржал Дин. Лёха понимающе усмехнулся, а Ана фыркнула:

— И ты выиграл?

— Ан, ну если я второе место занял — догадайся. Дин, прекращай лыбиться! Мы поболтали, пообнимались и спать легли.

— Да, я помню, что Аннет — девочка с принципами. Не повезло тебе.

— А сам финал? Если ты справился с Еэлем, то по логике, должен был победить и Аннет.

Я машинально взъерошил себе волосы, с неприязнью косясь на лучшего друга.

— Она очень хотела выиграть. Сама призналась мне накануне, что ей позарез нужен главный приз. Нет, она не просила проигрывать, наоборот, сказала: «будь что будет». Но у неё такое отчаяние в глазах горело, что я…

— Ты поддался?! — изумленно выпалили Дин. — Блин, Дима, тебя развели как мальчика!

— Не то, чтобы поддался… скорее, не особо старался выиграть.

На некоторое время в комнате воцарилась тишина. Я ждал вердикта от Дина, но первым высказался Лёха.

— Дим, — голос друга прозвучал чуть устало, — прости, но почему ты нам ничего не рассказал? Ни мне, ни Нате. Что здесь такого ужасного, что ты не мог поделиться с нами? Ну, влюбился и влюбился. Какой был смысл орать, хамить всем, сбегать с уроков?..

— Прощаю.

— Что?

— Прощаю, говорю! Лёх, ну подумай сам, в конце концов! Я по уши влюбляюсь в девушку и ухитряюсь не понравиться ей с первого взгляда. Все мои попытки наладить контакт проваливаются. Но по воли случая, я выручаю её и она соглашается на тренировки со мной. Не иначе звёзды в кое веки встали в нормальную фигуру, а не как обычно! Я уже медленно схожу с ума, с трудом сдерживаю себя, чтобы не зажать её у дерева только потому, что она фантастически улыбается. И (о да!) у нас что-то получается. А через какое-то время я узнаю, что возможно, меня тупо использовали и у неё есть жених! Не парень, заметь, а именно жених! И она это не особо и скрывала. Я собираю остатки гордости и гордо игнорирую эту рыжую заразу. Как ты думаешь, надолго меня хватило?! Я слился через день, Лёш! Про провал с сексом Дин надо мной уже поржал, повторяться не буду. Ладно, финал, мне была не принципиально важна победа. Но её смерть… И ты, и папа подняли бы меня на смех. Убиваться из-за смерти девушки, которую знал всего три недели! А мне было паршиво, как никогда в жизни. Я понимал, что это глупо, но мне было плохо, что на части рвало. Она мне снилась каждую ночь, живая. Каждую, мать их, ночь! Я просыпаться не хотел! Мы когда впервые встретились, у меня мелькнула мысль, что эта девушка будет моей женой. Всё, черта. Никого кроме неё. Ответь мне, что я мог вам рассказать?! Это?!

Кажется, в первый раз на моей памяти у друга отвисла челюсть. И даже Дин не вставил свои привычные пять копеек. В его глазах мелькнуло… сочувствие?

— И весь этот грёбанный год я пытался её забыть. Пытался привыкнуть. Но ни учёба, ни девчонки, ни тренировки — уже ничего не отвлекало. Всё летело из рук, разве что я всё-таки научился писать грустные песенки. К весне, вроде, появилось какое-никакое желание выползти из летаргии, но тут приехал папа и понеслось. Ссоры насчёт поступление, потом предательство Лены… Я не железный, Лёш. Если подводить итоги, то да, я сломался. Мне было уже плевать, что будет дальше. И на самом деле, это ты меня извини. Вот по отношению к вам я повёл себя как неблагодарная скотина. Но зато узнал, кому я реально нужен. Спасибо.

Сражённый моими признаниями, друг только кивнул в ответ. И вместо него активизировался Дин.

— Так это же замечательно! — воскликнул он. Поглядел на наши потемневшие лица и поспешил исправиться:

— Парни, парни, спокойней! Я понял, что стряслось с Димой! Вернее, у меня есть версия, в которой я уверен процентов на восемьдесят.

— Ну? — друг многозначительно пробарабанил пальцами по столу.

— Говори, — присоединился я, скрестив руки на груди.

— Эй! Не давите морально, а? Иначе я сейчас мысль потеряю и не найду… Ладно! Дим, сдается мне, что вы с Аннет были связаны кукловодо-теневой нитью. Смотри сам, вас очень быстро потянуло друг к другу. Раньше Аннет месяцами кавалеров мусолила, а тут взяла и мгновенно сдалась. Опять же, тебе было плохо… Скажи, а ты не испытывал в день её смерти адскую боль? Как будто все кости в теле сломали одновременно. Что-то похожее?

Я отрицательно покачал головой. Тот день с пугающей точностью отпечатался в памяти. Это была не боль — это была всепоглощающая пустота. Мне показалось, что я тоже умер.

— То есть, нет? — Дин выглядел расстроенным. — Эх, тогда не сходится.

— Вообще был один странный случай с Димой, — стоп, чего это странного со мной было?! — Дим, помнишь, на английском? Когда ты нашу учительницу чуть до седых волос не довёл своим криком, а потом в обморок грохнулся? Дядя Андрей тебя ещё полмесяца по врачам гонял, чтобы диагноз поставить.

— И поставили? — заинтересовался Дин. Ну, спасибо, друг. Ты всем доложи, что я, как истеричная барышня, в обморок падаю. Хотя, если подумать…

— Они заявили, что я здоров как бык и просто придуривался. Но я не могу описать тебе характер боли, потому что отключился почти сразу. И это произошло уже после смерти Аннет, спустя недели две-две с половиной.

Секундная пауза и Дин аж подскочил с ковра.

— Вот! Вот! И именно в тот день умерла Аннет! При разрыве нити, когда погибает один из связанных, второй ощущает дикую боль, вплоть до того, что может потерять сознание. Дима! Аннет не попадала ни в какую катастрофу! И Шакон наверняка в курсе этого.

— И? — лучший друг был настроен критично, — какая разница, когда она погибла, если она всё равно погибла?

— Тут важен сам факт нестыковки, Лёш. Следовательно, дело нечисто. Либо Шакон и Карин мутят воду, либо Аннет обвела родителей вокруг пальца. И Дим, ты гад. Редкостный гад. Ты ведь догадался, что все твои проблемы начались с Аннет, так? И утаил это от меня! — яростно прошипела Ана. Я бросил предостерегающий взгляд на Лёху, но друг, видимо, смирился. Только побледнел слегка.

— У меня было всего лишь предположение, Ан, — я попытался ответить ровно.

— И я бы его с удовольствием выслушала!

— Ана, не ругайся…

— Хм… ребят?

— Дима, да знаешь, кто ты?!

— РЕБЯТА! — во всю мощь заорал Дин. Мы синхронно обернулись. Кукловод стоял с телефон в руках и несколько иронично заглядывал в него. — А не хотите ли вы съездить на природу? Шакон просит привести тебя к нему, Дим.

В полдвенадцатого ночи друг пришёл в мою комнату с книгой о скрытых расах. Аккуратно убрал её на полку и растянулся на кровати.

— Ну и что ты об этом думаешь? — полюбопытствовал я, отрываясь от исчёрканного листочка.

— Бред. Полный бред. Читается как художественное произведение. И вроде всё гладко написано, а серьёзно не воспринимается.

— Ты до конца дочитал? А то я остановился на храмовниках и людях Двух Лун.

Друг снисходительно поглядел на меня:

— Твоё счастье. Там такой экшн с ними, что тени и кукловоды нервно курят в сторонке. И я вообще не понимаю, почему Дин решил, что я — храмовник. По описанию они бледные, кожа имеет синеватый оттенок, у них двухцветные глаза и плюсом есть анаре — орган рядом с сердцем, который вместе с кровью качает по телу особый вид энергии. Ещё храмовники устойчивы к холоду и живут они в Сибири. Кстати, еще один спорный момент. Храмовники населяют территорию, которая по размерам чуть больше нашего города. И внимание, вопрос: почему ни один спутник до сих пор не засёк их? Где логика?

— Логика умерла, когда появилась Ана, — я вымученно улыбнулся, — слушай, там реально так написано, про город? Что-то у меня картинка не складывается. Город-миллионик в Сибири, о котором никто ничего не знает? Причем с людьми, косящими под альбиносов и с дополнительными органами? Чувак, в чём подвох?

Друг только развёл руками, показывая, что этот вопрос ни к нему.

— А ещё мне понравилась часть про порталы. Якобы на территории, вверенной храмовникам, иногда открываются порталы в другой мир и оттуда лезут всякие твари. И вся эта бедная раса сдерживает опасных монстров, чтобы они не прошли дальше, к людям. Такая у них историческая миссия.

— Ох-ре-неть.

— И после этого, раздел про Двух Лун я дочитывал уже спокойно. Блин, без ваших с Яной исчезновений и твоего духа, книга была бы даже забавной. А теперь у меня развивается паранойя.

— Добро пожаловать в мой мир, Лёш!

Друг громко и очень скептически фыркнул. Затем резко встал и заглянул через моё плечо.

— Чем ты занимаешься?

— Пытаюсь составить план, что делать завтра и как выручить Ромку, не привлекая внимание Шакона и Карин, — я продемонстрировал ему листочек, — да-да, я хочу попытаться проникнуть в чужой дом.

— Дим, ты окончательно сошёл с ума?

— Блин, Лёх, а что ещё делать? Ты же слушал Дина! Тут никакая полиция не поможет. Тем более он из другой страны. А если я пойду к нему добровольно, то живым могу и не вернуться. Папа занят, ему с концертами не до меня, а ждать, пока у Дина сорвёт крышу, я не хочу. И подставлять под удар кого-то другого тоже не собираюсь.

— Во-первых, Дин вроде пообещал, что не будет тебя трогать. Во-вторых, ну составишь ты план, ну (вдруг) нам удастся вызволить Рому. А что дальше, Дим?

— Я не знаю… Но оставить всё по-прежнему не могу. Мне надо разобраться. Я прямо чувствую, что многое упускаю. А Рома — это клазень информации, тем более, после разговора с Шаконом. И не обманывайся насчёт Дина, Лёш. Я видел, как его трясло сегодня, ещё до твоего прихода. Если ты помнишь, он без проблем, с одного удара, пробил горло этому Славе, вроде. И меня он также при необходимости притащит к Шакону.

Лёха со вздохом взял мою схему и принялся читать. Я уже предвкушал его реакцию, и она не заставила себя ждать.

— Да, наверное, ты прав насчёт Дина. Но… Ты хочешь пойти к Шакону с ним вдвоём?

— Со страховкой в виде Аны, естественно.

— Судя по твоему плану, Ане будет не до страховки. Ладно, предположим, она разведает планировку дома и найдёт, где держат Рому. Перелезть через ограду и войти через черный ход? А охрана, а собаки, если таковые имеются, а ключи? Ты не забывай, что Шакон бизнесмен международного уровня, а не отшельник из глубинки. Хотя тут всё зависит от дома, конечно. И потом, а если Рому тоже охраняют? Или он будет банально усыплён? Вытащи его тушку незаметно, ага. Единственное, то я могу одобрить, это идею пойти ранним утром. Вообще теоретически можно было попросить Ану подсыпать им всем что-нибудь усыпляющее, если бы у неё появилась такая возможность. Тогда проблем было бы меньше.

— Лёш? — я с опаской посмотрел на лучшего друга.

— Что? Дим, я с детства помогаю отцу подшивать дела или заниматься разбором архивов. У меня обширная криминальная хроника в голове. И могу сказать, что вор из тебя так себе. А это? Грань? Ты тоже намереваешься уходить за Грань? Две минуты максимум, Дима! Какие полчаса?!

— Я засекал, — обидевшись, буркнул я, — у меня получилось просидеть на Грани полчаса.

— Что… ты засекал?

— Время! Ана мне показала, как уходить за Грань и обратно, в реальный мир. В принципе, это не сложно, достаточно привыкнуть. Я прикинул, что это могло бы быть моим козырем, и специально проверял, насколько меня хватит. В итоге выяснилось, что книга врёт. Причём через полчаса я сам закончил эксперимент, потому что мне стало скучно. Я уже и квартире походил, и на тебя с Дином насмотрелся, и к соседям заглянул…

— ???

— Кстати, у Дина есть необычное переплетение лент, очень массивное по сравнению с остальными. Он с кем-то основательно связан. Ах да, а над тобой на Грани висит непонятный светящийся знак, прямо как фонарь в тёмном царстве. Тоже… что-то с чем-то. Ты знаешь, я даже залип с этим, просто ходить сквозь стены и наблюдать. И главное, никто не замечает тебя, хоть ты перед носом у них стой. Я тут понял, что всё-таки хочу учиться. Надо будет познакомиться с этой Никой-Азаринэ.

— Ё-моё… — только и ответил Лёха. Я забрал у него листок и предложил:

— Ладно, друг, пошли спать. Завтра, на свежую голову, всё обмозгуем. Нам с Дином уже вставать через пять часов надо. Они ведь на двенадцать с Шаконом договорились? — Лёша кивнул, — окей, тогда я оставлю тебе ключи.

— А ну стоять, какие ключи?! Буди меня, я иду с вами. И не закатывай глаза, это не обсуждается. Внутрь я, может, и не полезу, но на всякий случаю постою на стрёме или прогуляюсь рядом. И если вас вдруг засекут, то хоть шум на улице подниму.

В словах друга был определённый резон, но мне не хотелось опять подставлять его под удар. Чёрт с ним. Если что — я просто не сообщу ему о нашем провале.

— Хорошо, разбужу, — поднявшись со стула, я поставил будильник и откинул покрывало с кровати. Но Лёха почему-то медлил. Он спустился с подиума, подошёл к двери и обернулся.

— Дима… Скажи мне, Ана — это и есть Аннет?

Я замер.

— С чего ты взял?..

— Когда ты рассказывал сегодня про турнир, то постоянно смотрел в её сторону. И было ощущение, что ты ждёшь её реакции. Не моей, не Дина, а именно Аны. Потом, в книге было написано про духов-хранителей. Есть гипотеза, что ими становятся представители скрытых рас, чтобы исправить свои ошибки и помочь тем, кто пострадал по их вине. Это краткий итог, конечно, основанный на исследованиях, которые проводили тени в разное время. А по чьей вине ты мог сильно пострадать и кто из близких тебе людей умирал за последний год? Вывод напрашивается один — это Аннет. И ты не выглядишь удивлённым.

— Я почти уверен, что это она. У них много чего общего: привычки, характерные жесты, убеждения… и отношение ко мне. Я вижу в Ане — Аннет. И я теперь даже не знаю, смогу ли пережить это снова.

— Как любит шутить мой папа: только без резких движений, — ободряюще улыбнулся Лёша, — и пока мы ничего не знаем конкретно, лучше не спешить. Но имей в виду — второй эпопеи с травкой я тоже не переживу, пожалей меня бедного.

— Лёх, иди-ка ты… спать! — друг злодейски хмыкнул и успел исчезнуть раньше, чем я — что-нибудь в него кинуть. Блин, с такими друзьями и врагов не надо — сами доведут. Раздражённо щёлкнув выключателем, я забрался в кровать. И уже не заметил, как в углу комнаты сгорбилась девичья фигурка.

Глава 14

Первый автобус до нашей остановки выходил на рейс в пять двадцать. Злые и невыспавшиеся, мы едва не опоздали на вокзал, и билеты покупали уже в спешке. В салоне было пусто — в будние дни редко кто пользовался дачным маршрутом. И вместо того, чтобы продумывать стратегию, мы развалились на свободных креслах и дремали.

За утренним чаем Ана нарисовала нам план дома и указала место, где держат Рому. Лёша почти угадал — парня напичкали зельем, тормозящим работу мозга, чтобы мечник не мог сориентироваться. Но тут девушка порадовала нас тем, что ещё вчера подлила Роме антидот (нагло позаимствованный у Карин) и к нашему приезду ритуальщик должен был оклематься. Также Ана совершила маленькую диверсию — подсыпала снотворное охранникам (угадайте, чьи запасы опять пострадали). С собаками — двумя матерыми волкодавами — обещал справиться Дин. Оказалось, что кукловоды без проблем могли воздействовать на животных. Таким образом, нам оставалось только взять у охранников ключи от чёрного хода и аккуратно вытащить Ромку, не разбудив хозяев. Именно Дин настоял, чтобы мы поехали утром — по его сведениям, Шакон и Карин были «совами» и часто засиживались допоздна. По крайней мере, так ему говорила Ника.

Красавицу-блондинку, сестру Карин, я всё же вспомнил. Кажется, это и была та самая «бдящая» подруга Аннет, с которой я встречался на турнире. Впрочем, не удивительно, что девушка не отпечаталась в моей памяти — все мои мысли занимала другая рыжая особа.

По дороге Дин прояснил мне ситуацию с правящей тенью и сёстрами Аммар. Как выяснилось, ещё десять лет назад Карин стала предательницей. Из-за специфической кукловодо-теневой нити Шакон приобрёл полный контроль над женщиной и тень оказалась в его власти. На наши ошеломлённые взгляды Дин ответил, что сама по себе, такая нить — нонсенс. Обычно способности, передаваемые посредством кукловодо-теневой связи, не отличались чем-то особенным. Например, теневик мог получить от кукловода лёгкую эмпатию, а кукловод в присутствие своей тени становился сильнее. Однако нить Шакона и Карин побила все рекорды. Масла в огонь подливал тот факт, что после смерти бездетной Аллерин Аммар, Карин должна была занять место правящей тени, но Шакон очень своевременно прибрал к рукам девушку-теневика.

Азаринэ Аммар или просто Ника тоже была далеко не слабой. Однако, как посмеялся Дин, она была не создана для власти. Нет, вполне возможно, что через год-два Нику сделают правящей тенью, но только за её спиной будут стоять могущественные теневые старейшины. Что не слишком нравится рядовым теням — как поведал приятелю Шакон, теневики банально устали от самодурства членов совета.

За разговорами мы неторопливо добрались до окраины. Я выходил из автобуса последним, и, оказавшись на улице, растерянно оглянулся. Непривычная тишина дачного посёлка мягко сочеталась с густым белым туманом, опутавшим дома. Возникало очень неприятное ощущение, будто из пелены сейчас выползет чья-то когтистая рука или призрачный силуэт. Тряхнув головой, я отогнал непрошеные мысли и задумался о куда более реалистичных проблемах. Видимость сохранялась в пределах ста метров, а дальше мир словно пропадал в дыму. И как мы теперь найдём эту усадьбу? Я помню, что дом был расположен по левому краю от пешеходной тропинки, но чтобы сказать конкретное место…

К счастью, Лёха знал посёлок наизусть и с лёгкостью вывел нас к нужному дому. Мы остановились у высокой решетчатой ограды, которая скрывала усадьбу от посторонних глаз.

— Идём? — я вопросительно поглядел на Дина. Он отрицательно покачал головой.

— Сначала я. Успокою собак и заодно достану ключи. А вы пока ищите другой вход, со стороны леса должна быть ещё одна дверь.

И перемахнув через ограду, приятель растворился в тумане. Мы с Лёшкой соотнесли высоту его прыжка с высотой решётки, и присвистнули от восхищения. Да, меня уже не удивляло, что Аннет делала парней на турнире. С такими-то умениями…

Стараясь двигаться незаметно, мы обошли дом и остановились напротив запасного выхода. Признаться, я сильно нервничал и вздрагивал от каждого шороха. Ненавижу ждать. Казалось, что вот-вот раздастся лай собак, который разбудит обитателей дома. Но время шло и только птицы тревожили реку тумана. Дин материализовался за оградой неожиданно, как маленький чёртик. Испугавшись, мы с другом машинально отшатнулись от него.

— Не дёргайтесь, парни, — ехидно прошептал он, — Дим, пойдём. Лёха, ты на связи.

Я перелез через решётку и последовал за ним. Сейчас туман был нам на руку — можно было идти спокойно, не боясь, что нас заметят издалека. Дин аккуратно повернул ключ в замке. Надо отдать должное владельцам, дверь даже не скрипнула.

Маленькая комнатка под лестницей встретила нас садовым инвентарём и складом рабочей одежды. Осторожно маневрируя между шкафчиками и вешалками, мы вышли в коридор.

— Скорее всего, Шакон не в курсе, что здесь есть чёрный ход, — еле слышно произнёс Дин, — он тот ещё параноик, в его лондонском поместье осаду держать можно. Так что нам повезло.

Я склонялся к тому, что говорить о везении пока рано, но в дом мы действительно проникли без проблем. Повинуясь указаниям Аны, наша мини-компания поднялась по лестнице. Идти пришлось медленно — половицы скрипели и прогибались под весом. После морально утомительного пути (длиною в метров пять-шесть) мы замерли у неприметной дверцы в конце коридора. И тут обнаружился первый провал в плане.

— Ана!!! Ключ! — зашипел я. Девушка виновато поглядела на нас. Естественно, проникая сквозь стены, она не подумала о такой мелочи.

— Дима, — нечисть едва не плакала, — у меня энергия кончилась…

— Ладно-ладно, а где у них ключи лежат? Надеюсь, Шакон не спит со связкой на шее? — невесело пошутил я.

— На кухне, на крючке есть какие-то ключи.

— Хорошо, я схожу сам. Через Грань, — пояснил для Дина, — Ан, побудь лучше с ним.

Посеревший мир безропотно принял меня в свои объятия. Уже на лестнице я почувствовал небольшое головокружение, но боль пропала так же внезапно, как и появилась. Благодаря довольно несложной планировке дома, кухню я нашёл быстро. Указанная Аной связка висела между полотенцем и доской для разделки продуктов. Но когда до неё оставалось всего несколько шагов, мне снова стало плохо.

Я застонал, хватаясь за неожиданно потяжелевшую голову. Мир вокруг заплясал перед глазами, будто я снова переборщил с дурью. Ноги фактически приросли к полу. Я попытался покинуть Грань и вдруг с ужасом осознал, что не могу сделать это. Боль давила на плечи, не давая осуществить переход. Отстранёно я заметил, что уже не сижу, а парю в воздухе…

Меня резко тряхнули. Я вдохнул из последних сил и со сдавленным криком упал на пол. В сумрачной кухне ярко сверкнули голубые глаза. И сознание молча попрощалось со мной.

Тук-тук-тук… Ритм сердца набатом стучит в висках. Собравшись, я пытаюсь настроиться на этот звук. Первый удар… перед глазами всё расплывается. Вокруг мелькают чьи-то лица, но распознать их невозможно. Второй… Мою голову отрывают от мягкой поверхности и запрокинув, вливают в горло сладковатую жидкость. Я закашливаюсь. Третий удар… кто-то обидно бьёт меня по щекам. Слышу гневные крики… слышу. Они неумолимо гаснут, как трепетное пламя на спичке. И сердце шумит всё тише…

— Дима!!! — очень громко, очень жалобно. Ана, солнышко моё, не плачь… Мне ещё рано умирать. И я рывком заставляю себя подняться.

Твою мать!.. Нет, с одной стороны, шоковая терапия принесла свои плоды — я очнулся. С другой — расплата последовала незамедлительно. Чьи-то нежные руки настойчиво вернули мою голову обратно на подушку. Я перевёл взгляд на свою спасительницу и мучительно выдавил улыбку.

— Жить будешь, — бескомпромиссно отрезала Карин. Картинно всхлипнув, я с надеждой посмотрел на женщину. Мол, а может лучше не мучиться?.. Ана, которая стояла рядом, фыркнула, а тень показала мне кулак. Маленький, правда, но внушительный. Я впечатлился.

— Выпей, — к моим губам поднесли чашку с тёплым напитком. Без лишних вопросов я выпил, — молодец. Подожди немного, зелье снимет боль и слабость. Да ребята, с вами мои запасы тают на глазах, — Карин обвела нашу компанию укоризненным взглядом и особенно уделила внимание Ане. Ох, если бы эту ехидну можно было пронять таким способом!..

— Я сразу предлагал тебе не тратиться, — хмурый голос отрезвил не хуже боли. Несмотря на локальный шторм в голове, я приподнялся на локтях и осмотрелся. И увиденное мне совсем не понравилось.

Мы находились в просторной полукруглой гостиной с большими витражами-окнами. Сама комната была странно обставлена, будто секциями. У стены расположился домашний кинотеатр, а напротив него — вытянутый белый диван. В углу, у декоративных окон, стоял чайный столик с двумя креслами. Ещё был стеллаж с книгами, компьютерный стол и огромный ковёр посередине.

Людей в комнате тоже насчитывалось немало. У моего дивана сидела Карин, рядом с ней крутилась Ана. Дин развалился на ковре, а Лёша стоял у изголовья моего «ложа» и морально убивал взглядом. Скорее всего, он и ассистировал Карин, вот только как друг оказался в доме?..

К моему изумлению, Рома также присутствовал. Но в отличие от остальных, руки у ритуальщика были плотно привязаны к подлокотникам кресла. Странно, а почему тогда ребят не связали?.. Не сочли опасными?

Последним обнаружился хозяин дома, который подпирал плечом дверь и, не скрывая раздражения, смотрел на нас.

— Шакон, успокойся, — устало произнесла Карин и повернулась ко мне, — как ты себя чувствуешь, малолетний экспериментатор? Полегчало?

Я смутился, оказавшись в центре «доброжелательных» взглядов. Блин, парни, мне уже без вас понятно, кто всё испортил.

— Да, спасибо вам большое. Карин, скажите, пожалуйста, что произошло?

Женщина усмехнулась:

— Ты превысил лимит пребывания на Грани, Дима. Эта самая распространённая причина смерти у молодых теневиков. И тебе очень повезло, что я чутко сплю. Покинуть Грань при недостатке энергии практически нереально.

— Как же так… — я подскочил, но со стоном вернулся в прежнее положение, — вчера же всё получилось. Я был на Грани даже сверх нормы!

— Вот и ответ, Дима. Запомни, с Гранью шутки плохи. Нужно строго контролировать, сколько энергии ты затратил на каждый переход. Особенно, если тебе не удалось не выспаться. Для полного восстановления необходимо спать как минимум десять часов в сутки. А ты наверняка потратил больше сил, чем требовалось, и мало поспал, судя по времени. Естественно, организм дал сбой.

— Подождите, но по вашим словам выходит, что Грань жрёт мою энергию? — ошарашено уточнил я. Женщина рассмеялась и ласково погладила меня по волосам.

— А ты думал, что всё просто?.. Да, Дима, прогулки по Грани очень ослабляют нас. Тебе надо быть предельно осторожным с этим миром.

Шакона аж перекосило после её слов.

— Карин, ты долго будешь с ними нянчиться?! Может, мы ещё чаю гостям предложим? — язвительно произнёс он.

— А почему бы и нет, милый? Вот пошёл бы и сделал. Я хочу каркадэ.

— Пардон, где я тебе сейчас возьму каркадэ? — вкрадчиво переспросил кукловод.

— Вероятно там же, где и виноград. Шакон, сходи в магазин, купи мне виноград и чай, а? Всё равно Саманта и парни из твоей охраны будут спать до вечера. А больше у нас некому пойти, не мальчиков же гонять, — Карин выразительно развела руками. Учитывая ситуацию, хихикнуть решился только Дин. И тот — неуверенно.

К чести Шакона, он сдержался и не наорал на женщину. Хотя между парочкой ощутимо заискрило.

— Карин, с каких пор этот теневик стал тебе дороже дочери? Что ты в него вцепилась?

Тень выпрямила спину.

— Я хочу поговорить спокойно, Шакон.

— А зачем? Позицию ритуальщика ты уже слышала, а мнение остальных нас не интересует. Если понадобится, твоего Диму можно просто заставить!

Следующие слова женщины прозвучали, как удар хлыстом.

— А не слишком ли сильно он уже пострадал из-за тебя?..

И я прямо воочию увидел, как Шакон переменился в лице. Стиснув зубы, кукловод ответил:

— Значит так, да?.. Что ж, у тебя есть пятнадцать минут, — он вышел из комнаты, громко хлопнув дверью. В замке повернулся ключ.

— Нас закрыли, — резюмировал Дин.

— Не нас, а вас, — хмыкнула тень, — ну и пусть обижается. Ох, придётся теперь самой за виноградом идти…

И тут не выдержал я.

— Карин, я схожу за чем угодно, только скажите, что вы имели в виду?

Женщина смерила меня грустным взглядом.

— Я не могу, Дима. Пока не могу. Я помню, что обещала рассказать тебе и про маму, но…

— Что Дима — полукровка, да? — молчавший до этого момента Рома поднял глаза. Спохватившись, Дин бросился к брату. Ленты, прижимавшие ритуальщика к креслу, плавно опали, а вот руки остались перемотаны бинтами. Карин даже не повернулась к нему.

— Ты прав, он полукровка. Твоя мама была дорогим мне человеком, Дима. И она была тенью. Это я познакомила их с Андреем, причём без всякой задней мысли. С твоим отцом мы встретились на вечеринке от модельного агентства. Меня «ради разнообразия» позвали старшие девочки и тогда я ещё не знала, какие порядки царят на подобных мероприятиях. Андрей был бывшим парнем одной из девушек и его тоже пригласили. Когда он заметил меня, то даже разозлился. Сказал, мол, какого чёрта сюда ребёнка привели. Я действительно не выглядела на свои шестнадцать, лицо было ещё детское, — Карин будто бы смотрела сквозь нас, — в итоге он вытащил меня на улицу и весь вечер играл на гитаре. Я была на седьмом небе от счастья, столько внимания мне одной. Мы разговорились и между делом Андрей признался мне, что приехал сюда из Москвы, поссорившись с родителями. Твой отец хотел сделать карьеру эстрадного исполнителя, а родители видели в нём пианиста международного уровня. Поэтому он и сбежал, чтобы отвлечься от всего.

— Жизнь циклична, — иронично вставил Дин. Карин понимающе улыбнулась.

— Да, он уже и мне пожаловался на своеволие Димы в выборе профессии. Я напомнила ему про тот случай, кстати.

— Спасибо, — искренне поблагодарил я, — а что было дальше?

— Твоя бабушка настаивала, чтобы он обратился к психологу и Андрея это ужасно бесило. А Лера как раз по первому образованию была психологом. Вот я предложила ему поговорить с ней. Он посопротивлялся, но потом согласился. После трёх их сеансов я почуяла неладное. Но твоя мама только посмеялась, мол, у молодого мальчика заиграли гормоны. И, тем не менее, он её добился. Меня до сих пор это шокирует. И ведь не испугался ни разницы в возрасте, ни того, что мы — теневики и вообще другая раса. Наоборот, с храмовниками подружился, барды его вообще за своего приняли. Да, Андрей в курсе существования скрытых рас. Он сам по себе необычный человек. Мы с твоей мамой, как не старались, не смогли раскусить его полностью. После смерти Леры… — она сжала кулаки, — ты должен понять своего отца, Дима. Твою маму убили кукловоды. Мы предлагали забрать тебя на обучение в Порт-Сокол, а наши друзья-храмовники — в Весенну. Андрей очень тяжело переживал гибель жены. Я боялась, что он не выкарабкается. Но он всё-таки пришёл в себя и послал всех к чёрту, заявив, что сам справится с воспитанием сына. И воспользовавшись тем, что ты потерял память, он запретил всем родственникам и друзьям Леры общаться с тобой. В том числе и мне с Никой. В рекордные сроки Андрей «убрал» из твоей жизни всё, что напоминало о скрытых расах. Он хотел, чтобы ты остался человеком. Чтобы все беды скрытого мира тебя не тронули. Не кривись, Дима. Он выбрал самый оптимальный путь, чтобы защитить тебя.

Ну конечно, папа. Интересно, ему когда-нибудь надоест всё решать за меня? Ладно, я ещё могу понять его опеку в детстве, но почему потом он ничего не рассказал мне?! Ни о живых родственниках мамы, ни о скрытом мире? Почему?! Я бы не сходил с ума и не чувствовал, что остаюсь один на один с миром! Как мне теперь жить, понимая, что всех этих ошибок и наломанных дров можно было избежать? И избежать банально, обратившись за помощью к другим близким людям? К той же Карин, например? И сразу получить ответы на замучившие вопросы. Спасибо, папа. За то, что ты сделал и за то, что ты лучше бы НЕ делал для меня!

— Бывает же!.. — весело откликнулся Дин, — страшно представить: все вокруг знают о скрытом мире, а ты будто в темноте сидишь и головой о стенку бьёшься. Ой, Дим, извини! Я и забыл, что это твой случай.

— Слушай, Дин!..

— Мелкий, прекращай.

— Карин, а можно два вопроса? — женщина благосклонно кивнула моему лучшему другу — первый, а почему вы упорно избегаете конкретики? Я так и не понял, кем вы являетесь Диме. А второй — что мешает кукловодам убить Дина? Это как-то связано с его способностями?

— Отчасти — да, — почти серьёзно ответила Карин, — им мешает протекторат Шакона. Такого эмпата, как Дин, днём с огнём не сыщешь. Что касается первого вопроса… Есть определённые причины, по которым я скрываю эту информацию. К сожалению, они напрямую связаны с настоящим…

Шум въехавшего на территорию автомобиля застал женщину врасплох. Было слышно, как хлопнула дверца авто и как на приглушённых тонах заговорили люди. Насторожившись, Карин поднялась с дивана и подошла к окну. Бежевая шторка отлетела в сторону и на несколько мгновений женщина забыла про нас. Мы переглянулись с Лешей, и я сделал попытку встать. Рома тоже потянул к себе Дина и что-то зашептал ему на ухо. Судя по бодрым движениям, ритуальщик уже полностью восстановился, чего не скажешь обо мне. Держаться на ногах я мог, но только повиснув на Лёше. Блин, Карин же обещала, что слабость должна скоро пройти!.. Оставалось надеяться, что у Ромы за время беседы наметился какой-нибудь план.

Несмотря на кажущуюся стабильность нашего положения, я не обманывался насчёт Карин. Зачем-то же они похитили Рому! Хотя радовало, что убивать нас вроде не собирались. Но договориться — о чём?.. А ещё Шакон маячил где-то на горизонте.

— Не советую, — негромко произнесла женщина, повернувшись к нам, — мальчики, я ведь могу сыграть и роль плохой хозяйки. С учётом вашего проникновения в мой дом, вы и так получили… хороший приём.

— Зачем вам это надо, Карин? — также тихо спросил я, — Шакон использует вас? Тогда, ночью, это он заставил вас вернуться в усадьбу, да?.. Но сейчас у меня складывается ощущение, что вы с ним заодно. Зачем вам я, Рома? И обвинения эти дурацкие в смерти Аннет?

— Дурацкие ли, Дима? — Шакон появился в комнате неожиданно, как призрак, который прошёл сквозь стену. Даже Карин повернулась к нему с явным недоумением во взгляде:

— Ты как здесь оказался?

— Не поверишь, во мне внезапно проснулся теневик, и я тоже решил поэкспериментировать. Карин! Не делай такие глаза, я вошёл через дверь. Кстати, держи свой виноград, — он протянул женщине тарелку, которую всё это время держал в руках. Подозрительный взгляд достался и винограду.

— Ты что, телепортировался? — тень взяла блюдо, но сдаваться не собиралась.

— Джер привёз. Вопрос исчерпан? Я могу вернуться к чему-нибудь менее важному, чем твой виноград?

Карин подавилась ягодой и укоризненно, почти точь-в-точь как Аннет, посмотрела на кукловода.

— Так вот, обвинения… Знаешь, а они меня очень позабавили. Потому что на самом деле никаких обвинений не было. Просто тот парень, которого ко мне подослал Элекс, оказался никудышным шпионом. Эту фразу он вырвал из контекста и поспешил сообщить о ней всем. Включая тебя и Дина. И как я понял, вы взяли её на вооружение. Нет. Я прекрасно знаю, что ты не трогал Аннет. Да и Карин подтвердила, что ты совсем недавно состоялся как теневик.

Ну не, вы это слышали?! Я ночами не сплю, голову ломаю, а тут выясняется, это была банальная дезинформация?! У-у-у, кукловоды! Я начинаю догадываться, почему их ненавидят все остальные расы. Обучайте своих шпионов лучше, блин.

Дин с досадой развёл руками. Приятелю явно хотелось выругаться, но мешало присутствие кукловода-лидера и Карин.

— Тогда можно узнать, что вы обсуждали? Как я мог повлиять на смерть Аннет? И всё-таки, для чего вы похитили Рому?

— Парень, а не слишком ли много ты хочешь? — прищурился Шакон. Ха, наглеть так наглеть.

— Карин говорила что-то про договорённости.

Усмехнувшись, мужчина стремительно пересёк комнату и подошёл ко мне вплотную. Глупо в такой ситуации было рисковать, но я продолжил смотреть ему в глаза. Лёша попытался встать между нами, но его легко отодвинули в сторону. Рука Шакона уже потянулась к моей шее, когда его запястье вдруг стянула лента. Он даже подёргал её немного, словно не верил, что держат именно его.

— Карин… — раздосадовано произнёс кукловод, — по возвращению в Лондон я точно отправлю тебя в клинику на обследование. То постоянно головные боли, то нервы шалят. Может, тебе стоит уехать домой?

— Ты обещал, что мы не будем никого калечить! Тем более, раньше времени! — прошипела женщина. О, это и есть управление «бесхозными» лентами?.. Карин сжимала в ладони обычную на первый взгляд ленту, похожую на шелковую. И единственное различие было в том, что нить сама, причудливым образом, обвилась вокруг запястья Шакона.

Кукловод фыркнул и пальцами другой руки ловко вытащил цепочку из-под моей кофты. Я растерянно опустил голову. Серебряный кулон-меч блеснул при свете огромной люстры. От растущей в груди злобы, я ударил Шакона по руке и отпрыгнул назад, пряча украшение обратно.

— Не показалось… — он задумчиво мотнул головой, будто не заметив мою реакцию, — откуда у тебя кулон моей дочери, Дима?

— Она подарила мне его на память! — почему-то мне стало очень неприятно, что он дотрагивался до миниатюрного меча. Это было что-то личное, что принадлежало только мне и Аннет.

— Аннет отдала тебе свой кулон? — нить, которую отпустила Карин, растаяла в воздухе. Тень приблизилась к нам и пристроилась за плечом кукловода, — ничего не понимаю. Получается, Ника соврала? У вас действительно были отношения на турнире?

— Допустим, и что дальше? Какое это имеет значение? Аннет умерла, хватит её уже трогать!

— Нет. Если я сделал правильные выводы из вчерашнего разговора, — Рома бросил неприязненный взгляд на Шакона и Карин, — то Аннет не умерла.

На секунду моя душа чуть не взлетела до облаков, но хмурая туча вернула её в реальность. А Ана? А тот обморок, который случился, по мнению Дина, из-за её смерти? Неужели мы оба ошиблись? Я отстранено отметил, что до сих пор девушка-дух предпочитала не вмешиваться в беседу, что, кстати, само по себе уже было странным.

— Да не, это невозможно, — Дин тоже не смолчал, — между ними ярко-выраженная кукловодо-теневая нить и Дима почувствовал её смерть, пусть и на две недели позже.

— Я смотрю, ты не терял времени даром, — Рома хмыкнул, — но сначала дослушай меня. Аннет решилась на один… скажем так, ритуал. Если я правильно помню теорию, то во время него человек погружается в состояние, похожее на смерть. Поэтому и нить между Димой и Аннет перестала существовать. Однако то, что они больше не связаны, ещё не показатель. В новом образе кукловодо-теневая нить ей и не понадобится.

— Ром, ты меня пугаешь, — с наигранным ужасом произнёс Дин, — Аннет надумала отречься от всего мирского, сделать пластику и уйти в монастырь?

— Почти. Она решила стать храмовницей.

В несколько секунд комната погрузилась в такую тишину, что можно было разобрать шелест листвы за окном. Я попытался соотнести мою главную противницу с храмами, потерпел оглушительное фиаско и только после этого вспомнил о расе с таким названием. И окончательно запутался.

— А разве можно сменить расу? — приятель выглядел не менее шокированным. Мы даже напрочь забыли о Шаконе и Карин, и о возможной опасности с их стороны.

Подогревая наш интерес, Рома выдержал драматическую паузу и наконец-то соизволил ответить:

— Конечно, нет. Однако везде и во всём есть свои исключения. Дин, тебе известно, что Аннет — тоже полукровка? Она наполовину храмовница, которая по правилу чистой крови стала кукловодом. Но информация о любом расовом наследии всё равно сохраняется в ДНК. И вопрос лишь в том, как это наследие может проявить себя, — он повернулся ко мне, — призовой бастард, Дима. Я его узнал ещё на твоих фото с турнира, но не придал значение. Реликвия храмовников, меч великого витязя. Меч, насквозь пропитанный силой. Такие артефакты столетиями не теряют магических свойств. Естественно, меч «оживёт» только в руках храмовника, для человека он останется обычным оружием. И если бы бастард признал Аннет, то она смогла бы отправиться в Весенну и попросить Видящую провести один старый ритуал. А именно — погружение в источник Ал'атери, животворящий источник Весенны. В нашей клановой библиотеке не было подробностей про эти ритуалы, но итог, думаю, понятен. Усиление генов храмовника и как следствие — небольшая перестройка организма. Хочешь — не хочешь, а в таких условиях придётся «умереть».

Глава 15

Замечательное утро. Замечательное солнце, разогнавшее реку тумана, замечательное пение птиц за окном и упомрачительно голубое небо. Незамысловатая картинка на витраже, окрашенная первыми лучами, создавал в комнате поистине сказочную атмосферу. Всё было замечательным. До того момента, пока я не спросил у Карин о причинах, побудивших Аннет пойти к храмовникам. Тень охотно разъяснила нам особенности кукловодо-теневой нити и даже дополнила версию Ромы, чтобы мелкие детали встали на свои места. И пусть дошло до меня не сразу, но мало по малу, разум вытянул ту мысль, которая беспокоила. Подождите, но тогда получается, что в смерти Аннет виноват… я? Ведь это моя нить её убивала. Как?.. Как она могла улыбаться мне, смеяться над шутками и жарко обнимать, зная, что вскоре ей суждено умереть по моей вине?!

Погрузившись в свои думы, я на время выпал из разговора. Разглядывал витражи, изучал обстановку в комнате и людей… которых тут не было. Два кукловода, два теневика, ритуальщик из расы Лун и загадочный Лёша, ощутимо тыкнувший в мои рёбра пальцем. Блин, между прочим, это было больно!

— Хорошо, я признаю, что погорячился с резким ответом. Надо было позвать Карин и через неё донести до вас проблемы того ритуала, о котором вы говорили, — упс, кажется, я пропустил что-то важное. Стоп, ещё один ритуал? Этот вопрос я произнёс вслух.

— Да, Дима, — вздохнула женщина, — мы приехали в Россию не просто так. Аннет совершила очень не опрометчивый поступок, отправившись к храмовникам. И мы долго искали способ, который не дал бы её превращению случиться. В конце концов, нам удалось выяснить, что некто Редаш из расы Двух Лун владел секретом одного «связывающего» ритуала. Я нашла его описание и изучила характеристики. Так вот, по этому ритуалу мы с Ромой можем соединить тебя и Аннет обратно. Если нить приладится, то между вами восстановится кукловодо-теневая связь, и она останется кукловодом.

У меня просто глаза на лоб полезли от этого. И не только у меня.

— Карин, зачем? — Дин аж вскочил от избытка эмоций. — Зачем эта морока? Пусть она будет храмовницей, если всё получится. Черт, ну какой бы стервой эта рыжая не была, даже я порадуюсь, если она сможет обойти «проклятие» кукловодов! Это как-то несправедливо, что ли!

— Даниэль. Помолчи. Я бы тоже порадовался за Аннет, но не забывай, что она моя дочь. И Элексу уже доложили о её выходке. Как ты думаешь, полументалы оставят Ану в покое? Простят и отпустят? Нет, Даниэль, на неё откроют охоту. Я скрывал эту информацию, как мог, но она всё равно просочилась. А храмовники? Разве они будут её защищать? Мой человек в Весенне уже донёс о том, ей не дадут даже выйти из главного храма. Поначалу Видящая не ждала положительного результата, однако источник продолжает изменять Ану. И есть большая вероятность, что ритуал завершиться успешно. Либо её прикончат храмовники, либо это сделают кукловоды. В альтернативном случае, Элекс хотя бы задействует все ресурсы, чтобы вытащить её оттуда, как замаскированную разведчицу. Хоть какой-то шанс… И если для проведения ритуала мне понадобиться шантажировать ритуальщика и подчинять молодого Ямирова — я это сделаю.

— Шантажировать ритуальщика? — Дин сузил глаза. — Дайте я угадаю — мной?

Шакон улыбнулся, и по этой улыбке ответ стал ясен без слов. Что ж… Умно. Ритуальщика притащили силой, как самого крутого, а мы с Дином пришли сами. И Лёшу ещё с собой привели.

— Послушайте вы! — Рома заслонил собою Дина, — я понимаю, что вы тревожитесь за Аннет! Но проведение «связывающего» ритуала не-воз-мож-но! Это был эксперимент моего наставника, который не оправдал ожидания. Иными словами, я не возьмусь предсказывать, что из этого получится. Что в процессе, например, нас всех не шибанёт отдачей. Шакон, вы готовы рисковать не только нашими жизнями, но и жизнью Аннет и Карин? Во время опыта Редаша погиб теневик-доброволец, который проводил нужную нить! При таких условиях, вы согласны на ритуал?!

Мужчины схлестнулись взглядами, а Карин… Эта гениальная женщина медленно подошла к стеллажу со стеклянными дверцами и со всей дури долбанула по ним кулаком! Ну, мать, сильна… Стекло тонко взвизгнуло и от второго удара посыпалось осколками. Очнувшийся Шакон не дал женщине упасть в груду стекла и рывком поставил на ноги. Тень уткнулась ему в грудь, её трясло, а пальцев уже текла кровь. Я оглянулся в поисках аптечки — сундучка Карин, из которого она доставала зелья. И тут увидел, как к Карин подлетела Ана.

— Мама… — пронзительный шепот моего обычно ехидного духа, — мамочка, не стоит… Не надо никаких ритуалов, я откажусь… Я не стану воскресать. Простите, у меня изначально не было шансов, а с храмовниками — я надеялась… Но я и не думала, что так всё обернётся. Простите, — Ана всхлипнула, что меня пробрало до костей, как тогда, в беседке, — и будьте счастливы…

С этими словами девушку-духа развеяло серым пеплом Грани.

«Нет, — твердо подумал я, разглядывая потолок, — так дело не пойдёт». Шутка что ли, меня уже дважды кинули! Не будет она воскресать!.. Ошибаешься, милая. В плане упорства я недалеко ушёл от отца. И если я чего-то хочу, значит, осталось только набросать план.

Идея пришла сразу. Настолько безумная, что озвучить её ребятам я не решился. Слишком много неучтённых деталей. Уже оказавшись дома, я занялся своей идей вплотную. Дочитал книгу Ромы, а также прикинул затраты энергии на Грань. Весьма приблизительно, конечно, но хоть какие-то ориентиры. А то плаваю как ёжик в тумане…

Именно в это время я ощутил острую нехватку Аны. Причём и как мотиватора, и как источника информации. Вот вредина — она и есть вредина. Пообещала любовь и поддержку, а сама смылась. И если верить Карин — уже насовсем. Судя по тому, что у меня вновь появились нити и ленты, нечисть отдала все долги. И уже скоро она должна была очнуться от вызванной источником комы.

Как я понял, ни Карин, ни Шакон не могли отправиться в Весенну, чтобы вправить дочке мозги. Ну, в случае Шакона всё было ясно, а вот Карин, как выяснилось, когда-то дружила с Видящей — нынешней правительницей Весенны. И предательства бывшая подружка ей не простила. Здесь Карин развела руками — Видящая ненавидела кукловода-лидера и слабо верила во власть нитей над людьми. Я скептически хмыкнул: ничего себя «слабая власть»! Меня едва откачали после обморока, и если ещё вспомнить, как морщилась Карин во время ночной встречи… Волей неволей с этим будешь считаться.

Уже наедине Карин призналась, что в целом Шакон её практически не контролировал, а тот случай при мне — досадная редкость. Однажды кукловод даже дал ей шанс уйти. Спрашивается, почему она им не воспользовалась?.. Я получил завуалированный ответ «привязалась к Аннет» и осознал, что мне не суждено понять женщин.

Кстати о безрассудных женщинах… Я поднял телефон, лежащий рядом, и открыл на нём фотографии прошлого лета. Мои личные, которые не показывал никому. «Интересно, — мелькнула мысль, — а теперь, когда Ана исчезла, могу ли я вернуться к нормальной жизни?» Ну, сделать вид, что ничего не было, не общаться с Дином и Ромой, взяться за экзамены? И забыть про Ану. Забыть, что из-за меня ей придётся умереть… Я резко швырнул телефон на диван и встал. Пора проветриться и принять окончательное решение.

По радио весело болтали о жаре в столице, солнечном дне и коротких юбках. Было очень забавно слушать об этом, сидя на холодном камне у свинцовой реки. Из-за ненастной, мрачной погоды компанию мне составляли только чайки и поднимающий пыль ветер. А нет — ещё была парочка рыбаков-энтузиастов у пристани, но скорее энтузиастов, нежели рыбаков. Постоянно пускаемая по кругу фляжка явно занимала у мужиков больше внимания, чем сиротливо брошенные удочки. Казалось, ещё немного — и их точно снесёт в реку.

«Никогда не плыви по течению, — строго сказал мне отец лет пять назад, во время прогулки по набережной, — пока ты жив — ты способен бороться, — добавил он» Однако практика показала, что бороться у меня не сильно-то получается. Но я хочу спасти Ану. Пусть мы больше не связаны, пусть она всего лишь притворялась на турнире. Пусть. Только пусть она останется…

— Всё-таки Россия — это невероятная страна, — проворчала Карин, укутываясь в лёгкое пальто. Проигнорировав мой ошеломлённый взгляд, женщина продолжила, — есть здесь какое-то особое настроение, печальное, холодное, но светлое. Так и тянет помечтать, пофилософствовать… И через две недели уехать обратно в суетливый Лондон. Загадочно, правда?

— Откуда вы вообще взялись?!

Чтобы попасть на бетонные волнорезы, надо либо перелезть через парапет, либо подойти со стороны спуска. Но ничего из этого Карин не сделала бы незаметно на таких тоненьких шпильках. Ей стоять на неровной поверхности уже было неудобно. Я подал женщине руку и получил благодарный кивок.

— Я пришла с Грани, Дима. На всякий случай я привязала к тебе нить для перемещения и сейчас разрядила её, поскольку других натянутых в этом направлении не было… Ой, знаешь, не заморачивайся. Если по факту, я только из Москвы. Пыталась найти Нику.

— Успешно?

— Увы, нет. Моя сестра имеет пресловутый талант исчезать в самый необходимый момент. И пропадать «с концами» при всех достижениях техники… Хотя я сама виновата, нужно было заранее предупредить её о нашем приезде. Конечно, через два-три дня она объявится, но…

Понятно. У нас нет этих дней.

— А если попросить ещё кого-нибудь?

Женщина скорчила страдальческую гримасу:

— Кого?! Я в изгнании, причём добровольном, и не один теневик не имеет права помогать мне. Да и мало кто из них будет, рискуя всем, спасать дочку лидера. Это Ника бы согласилась. А кукловодам вход в Весенну заказан. Храмовники с легкостью определят расу незваного гостя, — тень прикрыла глаза и положила голову мне на плечо, — ну и ладно. Я всё равно вытащу Аннет оттуда. Хоть храмовницей, хоть чёртом лысым! Бедная моя девочка, — пальцы женщины сжали мою куртку, — если бы я только знала…

Если бы я только знал!..

— Но если вы хотите вытащить её любой, то зачем нужна была эта затея с ритуалом?

— Дима, — взгляд Карин устремился вдаль, — пойми, какой бы она не была — она моя дочь. Да, не родная, но я воспитывала её с десяти лет. И какие бы глупые поступки она не совершала, я буду за неё, чтобы не случилось. А ритуал… это попытка уберечь. Кукловоды, в отличие от теней, не церемонятся с предателями. Аннет — дочь второго по значению человека в их иерархии. Это не какой-нибудь левый кукловод из провинции, а девушка, у которой был доступ ко многим важным документам. Она не жилец, как храмовница, Дима. Ей потребуется постоянная защита. И хорошо бы Арисса позволила ей пожить в Весенне, но ведь взбунтуются уже сами храмовники. Чужачка на их территории, бывший кукловод. Замкнутый круг. Мы хотели выбраться из него с помощью ритуала, но видимо, не судьба…

— Но почему тогда эта Арисса согласилась на «перерождение» Аннет? — я снова начал путаться.

— Вероятней всего, в пику мне… Как ответная месть за моё предательство и переход на сторону кукловодов. Но это уже не имеет значения.

— Дела-а, — только и ответил, запуская ладонь в волосы.

Очередная волна с шумом обрушилась на берег. И следом за ней — ещё одна. Кажется, пора собираться домой, иначе мы рискуем попасть под бурю. Тёмное небо почти висело над головой. Оглянувшись, женщина пришла к тем же выводам и потянула меня наверх.

У остановки Карин ждала машина. Меня предложили подвезти, но я отказался. Хотелось ещё немного погулять. На полпути меня догнал ливень, и пришлось стрелой лететь на автобус. Да уж, непогода в этом году просто в ударе. Я прочертил на запотевшем окне неопознанную фигуру и улыбнулся. Других вариантов у меня не было. Зачем?.. Чтобы получить ответы. А как — это мы уже по ходу разберёмся.

Этим же вечером я написал всем по поводу своей идеи. Реакция общественности была ожидаемо бурной. И как ни странно, первым меня поддержал Дин. Рома поначалу колебался, но под аргументами кукловода быстро сдался. Отчего-то у меня сложилось ощущение, что братики сами обсуждали эту тему, потому что согласились они слишком уж легко. Лёша, по-моему, уже смирился с тем, что не видать ему покоя. Дольше всех сопротивлялась Карин, но деваться ей было некуда. Поэтому махнув рукой, женщина велела нам приехать в усадьбу.

В отличие от Карин, Шакон вряд ли долго мучился. Он почти сразу перешёл к делу. К нашим услугам будет его самолёт, который вылетит завтра утром и сядет в ближайшем к Весенне крупном городе — Красноярске. Затем нам придётся ехать на электричке и ещё пять километров шагать пешком. Окинув нас взглядом, Шакон резюмировал, что мы молодые, спортивные и с этой дорогой справимся без труда. Что касается направления, то его можно спросить у жителей деревни — половина из них знает легенду о древнем чудо-городе, что скрывается за лесом. Друг удивлённо поднял бровь — получается, Весенна для местных что-то вроде сказки?.. Впрочем, все подробности Рома обещал рассказать по пути. Карин посоветовала нам запастись тёплой одеждой и едой, а про Весенну ёмко ответила, что мы не заблудимся. Гораздо более серьёзной проблемой, по ее мнению, были стражи (убить — не убьют, но заинтересуются точно) и те неведомые монстры из порталов, про которых мне говорил Лёша. Конечно, с нами будет Рома, однако не факт, что он справится со всеми. После раздумий женщина пообещала написать для нас инструкцию по борьбе с монстрами. Непонятно почему (нервы, видимо), но меня ужасно смешили эти «монстры». Но Карин довольно грубо осадила тем, что сам город храмовников был построен, чтобы не дать этим тварям разбежаться по миру. И ничего весёлого здесь нет.

К сожалению, как помочь Аннет сбежать из храма, ни Шакон, ни Карин не знали. Но женщина была уверена, что храмовники не причинят нам вреда. Рома — представитель древнего и уважаемого рода, к тому же наследник, так что если его поймают, то сразу передадут в посольство людей Двух Лун. Дина отправят вместе с ним, как рета (кто такой «рет» мне еще предстояло выяснить). Но Шакон предупредил Дина, чтобы тот ни в коем случае не упоминал, что работает на кукловода-лидера. М-да, кое-кого в Весенне явно очень «любят».

Насчёт меня и Лёши точки зрения разделились, но оба сошлись в том, что ни теневика, ни человека храмовники не тронут без причины. Но другое дело, если нас застигнут в храме… Здесь опасность угрожала всем. Однако опять же, если за Рому и Дина вступится посольство, то нас с Лёшей будут судить. Поэтому Лёшу Карин рекомендовала не брать с собой в храм и даже не ставить на стрёме. При этом женщина красноречиво посмотрела на друга. Нет, с одной стороны, хорошо, что тогда он пошел следом за нами — именно Лёша перетаскивал меня и помогал Карин. Но с другой — если бы ситуация была по-настоящему гиблой, мы бы лишились последней страховки.

Получив, таким образом, кучу напутствий, указаний и советов, мы отправились спать. Перед уходом Карин обняла меня и вроде как попыталась успокоить. Хотя на деле, больше я её успокаивал. Женщина пообещала, что они всегда будут на связи и в случае чего обязательно вытащат нас. Хмурый Шакон бесцеремонно отлепил от меня Карин и ограничился напутствием в пару слов. Обговорив окончательное время встречи, мы разошлись по домам.

Лёша (на следующий день)

Полностью собранный рюкзак уже стоял у двери. Лёша сверился со списком и прикинул, что бы ещё докупить. Эта поездка была очень неудобна тем, что конкретных сроков они не знали. Но парень рассчитывал уложиться за два-три дня. Родители, конечно, удивились столь неожиданным соревнованиям в мае, но против ничего не сказали. Особенно когда услышали, что Дима и Рома тоже поедут. С тренером парни успели договориться, и теперь у их путешествия была официальная легенда. Лёша вздохнул: врать родителям он не любил, но по-другому не получалось. Не говорить же правду!

После завтрака мама попросила его сбегать в больницу — забрать её карточку из регистратуры. Лёша кивнул и пошёл одеваться. Времени у него было предостаточно. Судя по истерике в переписке, парни только продрали глаза. По личному опыту Лёша знал, что Диме хватит и часа, а вот в скорости Ромы и Дина он сомневался. Впрочем, личный самолёт Шакона немного расширял им границы, хотя Лёша предпочёл бы не злить кукловода-лидера.

После вчерашнего ливня на улице было ужасно грязно. Парень старательно обходил лужи и до маминой больницы добрался почти чистым. В холле он поздоровался с пробегавшим мимо хирургом, который два года назад спас ему жизнь. Тогда Лёша успел вытолкнуть Нату и её двоюродную сестру из-под колёс грузовика, но его самого перекувырнуло в воздухе и отбросило на несколько метров. Врачи не верили, что он выживет. Парень машинально дотронулся до груди, где под одеждой прятался шрам.

В регистратуре Лёша получил карточку и открыл, чтобы проверить данные. Так, вроде всё заполнили правильно. Он уже собрался убрать карту в папку, как вдруг его взгляд за что-то зацепился. Лёша перечитал анкету ещё раз, не понимая, что же ему не нравится. Стоп… первая беременность? Как у его мамы может быть первая беременность? И в графе: «дети» стоял прочерк…

Парень вернулся к регистратуре.

— Извините, но вы, наверное, ошиблись, — сказал он новенькой девушке-медсестре, — возможно, вы дали мне карточку тёзки Ольги Вилюевой.

Девушка забрала у него карточку, пролистала и раздражённо ответила:

— Нет, я не ошиблась. Вы ведь карточку нашего кардиолога, Ольги Викторовны, просили? Это её!

— Но там написано, что у неё первая беременность, — растерянно пояснил парень.

— Ну да! Ей ещё гинеколог говорила, что надо быть очень осторожной, первая беременность в таком возрасте… А вы ей, собственно, кто? — внезапно насторожилась женщина.

Лёша с невидящим взглядом забрал карточку и пулей выбежал из больницы.

Дима (в этот же день)

Если в родном крае снег почти сошёл, то здесь его было предостаточно. Хотя это и не удивительно. Я сверился с картой на телефоне — мы всё дальше и дальше удалялись на северо-запад, вглубь тайги. Нет, глухими эти места я бы не назвал — нужная нам станция находилась в шести часах езды от города. И даже телефон неплохо ловил связь.

Однако не сказать, что наш маршрут пользовался популярностью у местных. Электричка в воскресный день была фактически пустой, и кое-кто мог без проблем посидеть в одиночестве. Я вновь с опаской покосился на Лёшу. Его состояние меня сильно нервировало. Друг вооружился наушниками и рассеянно глядел в окно, не обращая ни на кого внимания. Примерно также он вёл себя в самолёте.

— Дим, прекрати в нём дырку прожигать, — подавив зевок, проворчал Дин, — ему просто надо переварить эту новость самому. Я понимаю, наверняка это жуткое чувство, но он должен с ним справиться.

Но вот именно, что жуткое… И мне было страшно представить его ощущения. Какого это, в восемнадцать лет узнать, что тебя усыновили?.. Причём усыновили по чистой случайности, забрав у сумасшедшей старухи на перроне. По рассказу Лёшиной мамы, старуха пробралась ночью на станцию, где их поезд стоял всего десять минут, и протянула им свёрток со словами: «либо вы забираете эту пакость, либо я его щас в реке и утоплю». Естественно, увидев ребёнка, родители Лёши не смогли отказаться. Поначалу они хотели привезти мальчика в город и отдать в детдом, но за время поездки успели к нему привязаться. И решили назвать своим.

— Кстати, возможно, что он родом из этих мест, — задумчиво произнёс Рома, — та станция, на которой мы выйдем, самая близкая к Весенне. Не смотри на меня волком, Дима, я был почти уверен, что он приёмный.

Отвернувшись от них, я тоже уставился в окно. Позже Дин пробовал разговорить меня, но настроение пропало. Так что на станции мы вышли в весьма специфическом расположении духа.

В деревне было тихо. Совсем тихо. Не бегали дети, не лаяли собаки, не скрипели двери. Дин проводил поезд таким жалостливым взглядом, что я невольно рассмеялся. Приятелю явно было не по себе. И даже стойкий Рома отчего-то медлил. Гнетущая атмосфера посёлка обошла только Лёшку, который недоумённо посмотрел на нас и отправился вперёд.

Вопреки ожиданиям, люди в селе всё-таки были. В основном — предпенсионного возраста, но встретилась и пара подростков. По пути я насчитал около тридцати деревянных домов и штук пять бетонных. Не очень-то и много. Но ветхого жилья мы почти не увидели, и только два или три дома были заколочены. В центре посёлка стояла церковь, чем-то похожая на терем. В общем, если спросить меня, как выглядела эта деревня, я бы ответил оригинально — как деревня. Причём как очень неприятная деревня. Несмотря на то, что температура отличалась градусов на пять и под ногами чавкала грязь, мне казалось, что здесь застыла вечная зима. Всё было настолько промозгло, сумеречно и уныло, что глаза местных жителей как будто навек затянула ледяная корка. И даже нарядная церковь не спасала картину.

Тряхнув головой, чтобы скинуть странное оцепенение, я подошёл к одной из бабушек. Она довольно приветливо отнеслась к нам, но стоило задать вопрос про лес, и женщина в лице переменилась, уговаривая нас туда не ходить. Дескать, много туристов спрашивало, а назад никто не вернулся. О, получается, что лес пользуется популярностью?.. Хотя если это самая близкая дорога в Весенну, то ничего необычного тут нет. Я всё же поинтересовался у Ромы, как Весенну ещё не засекли со спутников. Ответ меня покорил. Никто и не думал скрывать город. Наоборот, стараниями храмовников-дипломатов, Весенна была нанесена на карту в качестве близко расположенных деревень с редким закрытым этносом. Она, блин, и в переписи участвовала, передавая данные через своих представителей. Я даже рот открыл, когда услышал. Причём по такому же принципу жили теневые города, и те ещё и впускали в город посторонних. Мне бы подобное никогда не пришло в голову.

С горем пополам выведав, в какую сторону идти, мы побрели к лесу. Задерживаться в посёлке ни у кого не было желания. После моего разговора с бабушкой местные жители словно очнулись. Каждый человек, который попадался на пути, умолял нас не идти в лес. Меня добила безумная женщина, вцепившаяся в Дина и прооравшая: «не ходите в лес, не ходите, не-е-е-ет». Рома отодрал бледные пальцы сумасшедшей от брата и толкнул её на лавку. Кукловод нервно хихикнул, по цвету сравнявшись со снегом. Блин, им храмовники специально платят за эти спектакли, что ли?!

— Парни, а может, здесь есть другая дорога? — с надеждой спросил Дин перед лесным массивом. Инцидент с женщиной сделал своё дело — теперь мы все глядели на лес с опаской.

— Брось, Дин, — отодвинув широкую ветку ели, Рома пробрался внутрь, — в конце концов, мы же знаем, что это только сказки. Так что не переживай.

Но сказки-сказками, а переступив через границу, я тоже почувствовал себя неуютно. И вроде лес как лес: мрачный, сырой, с запахом земли и хвои. Единственная тропинка уводила вглубь, петляя между деревьями. Вот уж действительно — захочешь, а не заблудишься. И всё-таки было с этим лесом что-то нечисто. Я придирчиво осмотрелся, стараясь не упустить из виду ребят. Ничего подозрительного. Размеренно шумели огромные ели, мелко дрожала листва у подроста.

— Ладно, парни, возможно у нас реально паранойя… — ободряюще начал я, дотронувшись до пихты, и резко замер. Пихта медленно качалась, будто бы в такт невидимой музыке. Вот только ветра, мать его, не было!!!

Быстро отпрыгнув от деревца, я вдруг услышал громкий зловещий хохот. И словно из-под земли выросли полупрозрачные тени, которые неотрывно уставились на нас. Ладно я прожил две недели с Аной — у нечисти тоже не было ни зрачков, не белков — и успел привыкнуть к этому зрелищу. Но даже меня на несколько секунд контузило. А призраки продолжали стоять и смотреть в нашу сторону. Просто стоять. И я почти физически ощутил, как от ног к горлу ползёт невидимая рука…

Собрав последние остатки воли, я отскочил к парням. Спрашивать ребят о тенях не было смыла — судя по идеально круглым глазам братиков, они такого «приветствия» явно не ожидали. Тем временем деревья вновь пришли в движение. На нас посыпались иголки и шишки, словно по лесу пробежался мини ураган. Но уже спустя пару секунд это безобразие прекратилось и стало очень тихо. Тени исчезли с лёгким хлопком и клубом дыма.

— Р-ребята? — голос Дина немного подрагивал: — А может ну его, этот лес?..

Лес думал примерно также, только по отношению к нам. Дикий визг и мольбы о помощи ударили по перепонкам. Женские, детские крики переплетались с мужским хохотом. Я закрыл уши. И сразу эта жуткая какофония сменилась хриплым, как старческий смех, карканьем, и лес снова погрузился в тишину. Теперь нервы сдали у Ромы:

— В п**ду у этих храмовников с их х***ым лесом!!! — выпалил он. Я был с ним солидарен. Так и поседеть недолго. И вообще, а почему молчит Лёшка? Мне нужна его нотка рационализма.

— Да что с вами происходит?! — друг стоял за моей спиной и удивлённо наблюдал за нашими метаниями.

— Лёх, ты сбрендил?! Над нами и так лес издевается, только тебя ещё не хватало!..

И со зловещим карканьем над нашими головами пронеслась стая ворон. Мы инстинктивно пригнулись. И что-то дёрнуло меня в этот момент посмотреть на Лёху. Лучший друг хлопал глазами и даже не думал уклоняться. Рома перехватил мой взгляд и недоверчиво уставился на парня.

— То есть, ты ничего не замечаешь? — в лоб спросил ритуальщик. Мы с Дином тоже нахмурились.

— А что должен? — пожав плечами, задал друг встречный вопрос.

— Как что?! — меня аж подбросило, — крики, киношный смех, призраки, вороны эти дурацкие! Ещё шишки попадали просто так, и женщина в зелёном очень странная…

— Ну, шишки упали из-за ветра, — поправил лучший друг, — а женщину я тоже вижу и…

— А-а-а-а-а!!! — не знаю, кто заорал первым, но это оказалось заразным. Мы сбились в кучу, повернувшись лицом к незнакомке. И женщина, как мне показалось, ехидно, подняла бровь:

— Честно говоря, в первый раз вижу, чтобы четверо молодых парней испугались одну хрупкую женщину. Добрый вечер, мальчики, — улыбнулась она, — зачем вы пришли в этот лес? Он опасен для чужаков.

… Знаете, я бы отправил её на костёр. Серьёзно. Рассматривая незнакомку, я начал понимать мотивы средневековых инквизиторов. Такой… типичной лесной колдуньи мне ещё не приходилось встречать. Блестящие русые волосы, прямые, распущенные, были украшены тонким обручем с зелёной каплей. Красоту насыщенно изумрудных глаз подчёркивали длинные ресницы и чёрные стрелки на веках. Персикового цвета губы. Когда она убрала волосы с плеч, в ушах показались серёжки. Изумруд и золото. Этими словами можно было кратко охарактеризовать и наряд женщины. Бархатное платье покрывали узоры, сделанные золотой нитью. Аккуратный овальный вырез с узкой полоской кружев открывал взору изящную ключицу, а широкий пояс подчёркивал талию. Непривычного вида были рукава, длинные, как в фильмах про древнюю Русь, и застёгнутые у запястий. Из распашной юбки виднелись шаровары со сборками у лодыжек. Ножки, кстати, тоже вырисовывались весьма привлекательные. И наконец, обувью женщине служили сапожки на невысокой платформе в тон платью.

Всё это сочетание, вместе с прозорливым взглядом и метлой в рукам, создавало очень угадываемый образ, пусть и с некоторыми поправками. И на всякий случай я бы лучше её сжёг.

— А вы не боитесь гулять одна по лесу? — с любопытством осведомился Дин, придя в себя. Лес больше не демонстрировал нам свои спецэффекты, и это дало возможность немного расслабиться.

— Чего мне бояться? — женщина развела руками, — вы наверняка сами заметили, как местные относятся к лесу. А между прочим, так он защищает свои владения от непрошенных гостей.

— Ага, доводя до инфаркта, — недовольно буркнул я. Эти призраки, крики и вороны оставили в памяти неприятный след. А в итоге выясняется, что лес белый и пушистый.

— Ну, вы же не пускаете в дом кого попало, — хмыкнула незнакомка, — и лес не обязан. Тем более эти иллюзии и наваждения ещё не самый худший вариант. Пришедших со злыми намереньями ждала бы гораздо менее завидная участь. А вас лес просто проверял на прочность.

— Вы храмовница? — прямо спросил Рома. И тут женщина сощурилась и окинула нас куда более тревожным взглядом. Но её ответ всех поразил:

— Нет. Вы ошиблись.

— А кто тогда?..

— Жительница этого посёлка, — она покачала зажатой в руке метлой, — хорошо, на самом деле я уже давно живу и работаю в городе. Я эксперт-криминалист.

Эта необычная женщина с завораживающей внешностью — эксперт-криминалист?! Я почувствовал себя обманутым.

— Вы не похожи на женщину из полиции, — согласился со мной лучший друг. Незнакомка повернулась к Лёше и явно собиралась что-то сказать. Но чем дольше она смотрела на парня, тем сильнее бледнело её лицо.

— Да ладно, быть такого не может, — «колдунья» потёрла лоб и снова окинула друга взглядом. Потом несколько раз моргнула и неуверенно уточнила:

— Он же настоящий, да? — она указала на Лёшу. Не особо заморачиваясь, Дин протянул руку и ущипнул парня за шею. Леха чертыхнулся, но стукнуть кукловода в ответ не успел — Дин уже спрятался за Ромину спину.

— Живой, — констатировал я, — а что случилось?

— Ничего-ничего, — заверила нас женщина, но коситься на Лёшу не перестала, — я просто приняла желаемое за действительное. Ох, уже темнеет. Нам пора возвращаться в деревню. И хозяина метлы ещё надо отыскать… — последнюю фразу она произнесла еле слышно.

— Так это не ваша метла? — растерянно спросил я. Женщина захлопала ресницами:

— Нет, конечно! Зачем мне метла в лесу? Я подобрала ее на опушке, видимо, кто-то из деревенских потерял. Хотела вернуть, вдруг нужна кому.

И тут у меня возникло подозрение, что единственные сумасшедшие в лесу — это мы.

— Парни, не спите! — она щёлкнула пальцами, — нам надо покинуть лес до заката!

— Но зачем?

— Подождите, но вы ведь назвали меня храмовницей? То есть, вы знаете про город в лесу и про эти… другие расы?

— Скрытые, — автоматически поправил Рома и спохватился, — да, мы в курсе. И что?

Женщина закатила глаза, словно ей приходилось объяснять прописные истины.

— А то, что после заката в лес не суются даже храмовники! Его охраняют не только витязи-стражники. Но и души, — от одного её голоса по коже забегали мурашки. И когда я успел стать таким впечатлительным?!

— Но духи же разумны, как я понял, — удивился Лёша.

— Эти — нет. Мне самой об этом рассказывали очень давно и я могу ошибаться, но вроде бы после смерти частичка души каждого храмовника остаётся в лесу на сто лет. У души есть сила храмовника и инстинкты, однако сама по себе она мало разумна. Задача этих душ — защищать лес ночью, днём же они слабы. В общем, до утра — сюда не ногой.

К своему стыду, я внезапно вспомнил, что Карин тоже просила нас не ходить в лес сразу. И трижды это повторила. Из груди вырвался горький вздох. Всё равно мы успеем. Мы должны успеть…

— Проходите, — Лия распахнула дверь, дёрнув за хлипкую ручку. Я наклонился, чтобы не удариться головой о перекладину, и оказался в полупустой комнате. Да, сразу чувствуется, что дом не жилой. Женщина предупредила нас, что приехала в деревню только утром и ещё не успела толком прибраться. В общем-то, мы и не думали жаловаться. Спасибо, что не пришлось ночевать на улице.

В комнате обнаружился старый раскладной диван без ножек и несколько шкафов на последнем издыхании. Лия заставила нас с Лёшей надуть большой плотный матрас, а другой, кроватный, велела братикам принести с чердака. В итоге места хватило всем.

— Лия, расскажите нам, пожалуйста, про лес, — вежливо попросил Ромка, когда мы сели ужинать. Да-да, мало того, что нас приютили, так ещё и накормили. Впрочем, шоколадки и бутерброды на столе были из наших запасов, и я надеялся, что мы не слишком стеснили женщину.

— А что вы хотите узнать? — Лия подула в кружку с горячим чаем и вопросительно подняла глаза.

— Про то, что произошло в лесу. И про духов. Я никогда не слышал о подобном, хотя в детстве много читал про Весенну.

— А что там произошло?.. — она весело подмигнула ритуальщику, — лично я, как и Лёша, ничего не заметила.

— Э-э-э… — у меня пропал дар речи, а Дин укоризненно поглядел на женщину. Но Лия и сама быстро прекратила дурачиться.

— Ладно, мальчики, шучу. Я примерно представляю, что вы могли увидеть. Вороны, дрожащие ветки, темные силуэты. Нас с детства пугали этими сказочками, мол, в лесу живут страшные люди-монстры. И если мы будем бегать туда, они придут за нами. Вот однажды мы с мальчишками решили проверить эту теорию. Ох, как они улепетывали обратно в деревню. А я стояла на опушке и упорно не понимала, чего они могли испугаться. Земляники набрала и тоже домой пошла, вечерело уже. Ух бабушка ругалась, кричала, что найдут меня теперь эти люди-монстры!

— То есть вы реально не видели? — я обескуражено переводил взгляд с женщины на друга. Блин, вот так и становишься наркоманом. Лёшка же отрицательно помотал головой. М-да, представляю, что он о нас в тот момент подумал!..

— А по какому принципу лес выбирает, кого пускать?

— Кстати, да, — подхватил Рома, — логично предположить, что именно храмовники не должны видеть его иллюзий. Но учитывая, что вы не храмовница…

— Вообще-то, Лёша тоже не видел весь этот бред, — поправил я. Но ритуальщик только отмахнулся:

— Лёша полукровка-храмовник — это уже ясно как день. А вот кто вы?.. — он посмотрел на женщину. Та ответила ему спокойным взглядом.

— Ты правильно рассуждаешь. Но лес пропускает не только храмовников. Их ближайшие потомки также считаются. Мой дед по материнской линии был из Весенны. У них с бабушкой случился страстный роман. Но как это бывает, через месяц любовь прошла, а ребёнок остался. Полукровка без дара и без анаре. Поэтому дедуля без зазрения совести свалил домой. Если полукровок с анаре храмовников ещё заставляют обучать, то до колдунов и колдуний, как они нас называют, никому дела нет. Да, у нас больше энергии, чем у обычного человека, но в целом, для них мы интереса не представляем. Естественно, я родилась такой же, как и мама. Но для леса мы считаемся своими.

— Как всё сложно… — потянул я, переваривая полученную информацию, — но подождите, если ваш дедушка сбежал, то как вы узнали обо всём?

Рука у женщины вдруг дрогнула и чай полился на скатерть.

— Меня часто предупреждали, что если гулять в лесу, то за тобой придёт человек-монстр. Так вот, за мной он однажды пришёл, — Лия прикусила губу, но тут же разулыбалась, — ох, не обращайте внимания. Лучше расскажите, каким ветром вас занесло в эти края.

Я переглянулся с Лёшей, который тоже уловил резкую смену темы. Но приставать к женщине с расспросами мы, понятно, не стали. Вместо этого мне пришлось поведать ей о наших собственных приключениях:

— Мы… — я замялся, пытаясь подобрать слова, — мы хотим спасти одну девушку. Вернее, я хочу, а ребята за компанию мучаются, — парни дружно фыркнули, — эта девушка, она как раз чужая для храмовников и ей угрожает опасность.

— Со стороны храмовников? — уточнила Лия. — Но почему, если не секрет?

— Она кукловод, — судя по тому, как поражённо выдохнула женщина, о кукловодах ей было известно, — нет-нет, моя подруга не сделала им ничего плохого, просто она, скажем так, пошла против правил. И в этом есть часть моей вины. Поэтому я должен её вытащить.

— Прямо должен?.. — в голосе Лии послышалась ирония. Да, для неё это наверно смешно. Хмыкнув, женщина поглядела на мои руки. Я спохватился и разжал кулаки

— Что ж… В вашем возрасте это достаточно… смело. И даже лес вам благоволит. При таком условии вообще странно, что он ограничился только иллюзиями. По идеи, ваша цель несёт скрытую угрозу для храмовников. А лес ещё меня с вами свёл.

— А почему именно лес? — заинтересовался Дин. Лесная колдунья скуксилась.

— Он мне сегодня целую ночь спать не давал, — пожаловалась она, — снился и снился. В конце концов я плюнула и перед сном пообещала себе, что съезжу завтра в деревню. И только после этого смогла уснуть!

Ничего себе новости. Так нам лесу ещё спасибо сказать надо?..

— Загадочная женщина, — задумчиво выдал Рома, развалившись на матрасе. Дин устроился рядом с братом, а я рассматривал старые книги, спрятанные за пыльным стеклом. Достал одну, покрутил в руках. «Черная стрела» Стивенсона. Почитать что ли, чтобы отвлечься?..

— Ром, я не хочу тебя расстраивать, но Лия явно старовата для твоей подружки. Хотя Лешу это, кажется, не остановило, — хихикнул Дин. Я оторвался от книги и строго посмотрел на приятеля:

— В отличие от некоторых, Лёша просто не может остаться в стороне, если женщине нужна помощь, — лучший друг вызвался проводить Лию до дома одной из бабушек. Наша новая знакомая привезла ей лекарства из города, но в суматохе забыла их отнести. Лёшка пошёл вместе с женщиной, а обратном пути собирался принести воды.

— Тогда почему он глаз с неё не сводит? — кукловода вообще трудно было сбить с намеченной цели. Я махнул на него рукой, погрузившись в раздумья. И случайно выронил книгу. Часть страниц выпала из корешка и вихрем разлетелась по полу. Под ехидные комментария Дина, я принялся собирать этот хаос. Последний листочек нашёлся под шкафом. Я вытащил его, кинул на полку и отряхнулся.

Секунд через пять до меня дошло, что к книге листок не имел никакого отношения. Стивенсон был забыт. Я рассматривал фотографию и не мог поверить своим глазам. Нет, сначала мог. А потом вгляделся в лицо мужчины на фото и…

Заинтригованные братики встали у меня за спиной.

— Мы вернулись, — донеслось из коридора. Лия, а за ней лучший друг вошли в комнату. Скрывать находку я не планировал, наоборот, приблизившись к женщине, я вложил фото ей в руки:

— Вы поэтому так среагировали на Лёшу?..

— Откуда ты взял фотографию?! — черты Лии заострились, а в глазах полыхнула ярость. Друг перевёл взгляд на картинку и невольно вздрогнул. А я поспешил объяснить:

— Она лежала под шкафом, — и, вспомнив про книгу, я стушевался, — Лия, я вам «Чёрную стрелу» потрепал… но я новую куплю, обязательно!

Впрочем, женщине сейчас было не до книги. Она кусала губы и сжимала фото в пальцах.

— Лия, а кто этот человек? — потерянно спросил Лёшка.

— Да какое вам дело?!

Друг мягко взял женщину за плечи и развернул к себе:

— Лия, поймите меня, пожалуйста. Мне это важно. Несколько дней назад я узнал, что могу общаться с духами. Потом меня вроде как записали в храмовники. А сегодня утром выясняется, что я был усыновлен. И мои приемные родители понятия не имеют, откуда я взялся. У меня жизнь фактически обнулилась, Лия! Я даже не знаю, кто я! Но мы похожи с человеком на фото. Вы же сами перепутали меня с ним, ведь так? А вдруг мы с ним связаны? Лия, пожалуйста, — на последней фразе голос Леши прозвучал очень натянуто. И я хотел бы его приободрить, но только как?..

К счастью, слова друга задели женщину.

— Лешка… — она порывисто обняла парня и зашмыгала носом, — извини меня за резкость. Просто это тяжёлые воспоминания. И я, право, не знаю, чем тебе помочь. Увы, но я мало слышала о его семье… Этот тот храмовник, с которым мы однажды встретились в лесу. Он и рассказал мне, что нельзя оставаться там после заката. А спустя пять лет я увидела его в нашей деревне. И решила проследить за ним. Никто ж не догадывался, что он — храмовник. Тем более у него были нормальные глаза — однородные по цвету. Черные, как у тебя. Это дефект для храмовника. Ну а бледный — что в этом такого?.. И друзья не восприняли мои слова всерьёз.

— Он вас поймал? — предположил Лёша.

— Да. Причём мгновенно. Но я и не думала сразу сдаваться. В конце концов, ему надоели мои жалкие потуги в шпионаже, и он предложил поучаствовать в его деле. Ивэйл… так его звали, был одним из следователей Весенны. И в его клане произошло несколько убийств. А род у него был очень знатный, и смерти приходилось расследовать тайно, чтобы не поднимать ажиотажа. Поэтому они и задействовали достаточно молодого специалиста. Впрочем, Ивэйл многим следователям мог дать фору, это я уже потом, по своей работе, увидела. Иногда такие неучи попадаются, ужас!.. А Ивэйл, он был чем-то похож на Шерлока Холмса — стопроцентная внимательность к деталям. Но тогда ему катастрофически не хватало опыта. Он объяснил мне подробности дела, и я загорелась идей вычислить преступника. Удивительно, но мы сработались. И убийцу нашли, жаль только не того. Одного нашего местного маньяка, который повадился молодых девчонок в реке топить. Брр, как вспомню, — она вся подобралась. И что-то подсказывало мне, что маньяка ловили на живца. Но перебивать и уточнять я не решился, — словом, Ивэйл вернулся обратно в деревню. Мы снова стали общаться и я… Я повторила ошибку своей бабушки. Я влюбилась в храмовника.

На этой ноте женщина резко выпрямила спину. И мне отчего-то стало её жалко. Лия ждала осуждения с нашей стороны — не голословного, конечно, мы ещё не доросли, чтобы судить её. Но когда разочарование отражается на лице — этого не спрячешь. И оно ударяет порой намного больнее громких слов. Как будто на тебе поставили крест. Эх, была бы рядом Ана — точно бы съязвила…

Ребята тоже не спешили высказывать своё «фи». Открытая и непосредственная Лия пришлась по душе всем.

— И ваши чувства не были взаимными? — осторожно спросил я, когда пауза затянулась.

— Почему ж… Через несколько недель я призналась ему. Он был в шоке. Представляете, даже не заметил, что я смотрю на него влюблёнными глазами. Ну и понеслось — «ты же умная девушка, должна понимать…», «я не самый лучший выбор» и так далее. Да-да, я верю, особенно если ко мне относятся, как к хрустальной вазе, а потом едва не отправляют на тот свет жениха, за которого меня сосватала бабушка. Жениху, видите ли, захотелось устроить брачную ночь до свадьбы. Сама бы убила, но Ивэйл раньше прибежал. В общем, не буду грузить вас лишними подробностями, но в результате нашего полугодового сотрудничества убийцу мы нашли, заказчика почти вычислили, а я забеременела.

От такого поворота событий я еле успел поднести ладонь ко рту, чтобы не заржать в голос. Дин, округлив глаза, смотрел на женщину с восхищением. И я ещё удивился, что эта женщина не побоялась пустить в дом незнакомых парней?.. С ней даже храмовник не справился!

— Я думала, Ивэйла удар хватит, — наше веселье передалось и Лие. Она улыбнулась и вроде бы расслабилась, — но потом он зацеловал, закружил меня по комнате и я сделала вывод, что новость не вызвала желания сбежать. И всё шло хорошо. Он ненадолго уходил в Весенну, но неизменно возвращался. Говорил, что мы поженимся, и что он заберёт меня в свой город, что это не страшно и разрешение он уже получил. Но из-за проблем в его клане рожать мне все-таки придётся в деревне, но он постарается успеть к сроку. Но роды начались раньше, — она несколько раз сглотнула и вцепилась в Лёшу, — я не помню, как всё было. После родов я ещё месяц провалялась в полубреду. А когда пришла в себя, пожалела, что выжила. Мой ребёнок умер. А Ивэйл так и не появился в деревне. Ни спустя месяц, ни через полгода. Да, меня все предупреждали, да, говорили, что дура. Но ведь Ивэйл — это был другой человек… не тот, что бросил бабушку. А история в точности повторилась. И жизнь разрушилась за миг. Моя возможная семья… — она вытерла глаза рукавом. Я почувствовал себя сволочью.

— Простите, Лия! — мы усадили её на диван, а Дин принёс с кухни воды, — нам не нужно было настаивать…

— Ничего страшного, Дим, — женщина махнула рукой, — если бы я не хотела рассказывать — я бы не рассказала. Не переживай, я давно переболела этим, как никак восемнадцать лет прошло. Просто увидела сегодня Лёшу и словно вернулась в прошлое.

— Но ваша жизнь ведь наладилась? — я попытался сгладить впечатление, — у вас наверняка семья и дети уже есть?

— Ни того, ни другого, — усмехнулась она. Я поспешил смущённо отвернуться. Лучше бы молчал!

— Лия, а род Ивэйла был случайно не Даррэ? — внезапно озадачил женщину Рома.

— Да. Да, Даррэ. Он ещё уточнял, что ударение на последнюю гласную. А что? Ты его знаешь?!

— Не лично, но имя знакомо. Это главный судья Весенны, насколько я помню. Если он не сменился за десять лет. Мне рассказывали про него в курсе про храмовников, ещё в школе.

— Вот как… Хорошо, — женщина окончательно поникла. Даже голос из дрожащего превратился в нейтральный, ничего не выражающий, — я надеюсь, что он счастлив. Откровенно говоря, тогда я подумала, что мы ошиблись, и настоящий убийца всё-таки добрался до Ивэйла. Но раз он — главный судья… Что ж, он был этого достоин.

Да уж, достоин. Человек, бросивший беременную подругу, без сомнения достоин судить других людей.

Глава 16

Я проснулся на рассвете, когда солнце только-только выглянуло из-за горизонта. Попытки перевернуться на другой бок и спать дальше успеха не принесли. Я замёрз, тело затекло на неудобном матрасе и в придачу хотелось есть. Отличное начало нового дня. И главное, попробуй вылезти из кровати и сделать чай, никого не разбудив. Тем более Лёшу, который спит рядом. Хм. Или уже не спит?.. Я по-царски распластался на матрасе один, а лучшего друга в комнате не было. Теперь понятно, почему мне стало холодно.

Вылезать из-под одеяла пришлось под нервирующее бурчание желудка. Я оделся и, подхватив рюкзак, постарался как можно тише выйти на улицу. Дверь душераздирающе скрипнула. Предательница деревянная! И ладно, если разбужу Рому или Лию, а если Дина? Эта говорливая зараза потом ведь жить спокойно не даст. И как Рома его только терпит?..

Выбрав относительно ровную площадку, я размялся и пробежался вокруг дома. Через три круга появился Лёша и протянул мне термос с вчерашнем чаем. Я благодарно кивнул.

— Давно не спишь? — поинтересовался, вытаскивая из сумки конфеты.

— Не очень, — друг широко зевнул, — уснёшь тут после всего…

Я авторитетно похлопал его по плечу.

— Не беспокойся, Лёш. Вот вернёмся мы домой, и Ната тебе обеспечит… несколько часов здорового сна.

Друг разулыбался и на минуту выпал из реальности. Представил, наверное. А я вдруг почувствовал себя таким одиноким на фоне лучших друзей.

— Кстати, у нас до сих пор нет плана, как спасти Ану, — вспомнилось мне.

— Ну, пока мы не увидим их храм, бесполезно что-то планировать. Сначала надо добраться до Весенны, Дим. В теории у меня есть, конечно, парочка идей, но возможно, из-за храма придётся всё переигрывать. Или ты уже передумал?

Я криво улыбнулся. Сто раз уже передумал. Мы идём в незнакомый город, без плана, без поддержки и рискуем навсегда остаться в этой промёрзшей земле. Но лучше уж лес с его странностями и весеннские монстры, чем рыдания дома в подушку. Ненавижу бездействовать.

— А ты? — я посмотрел на лучшего друга, — если хочешь, можешь подождать нас в деревне.

Ехидное фырканье было мне ответом:

— И лишить себя удовольствия наблюдать, как в кое веки ты бегаешь за девушкой, а не она за тобой? Ни за что. Тем более я бы нашел в Весенне одного храмовника…

— И спросил, какого черта он бросил беременную женщину много лет назад? — вкрадчиво закончил я за него, — друг, забудь, срок давности преступления вышел. И потом, мне кажется, что у этого Ивэйла была причина бросить Лию. Я ночью поразмышлял немного и прикинул, что он хотел ребенка, и он не раз к ней возвращался. Смысл был навещать женщину, которую собираешься бросить? И обещать, что заберёшь ее в свой город? А если он, в самом деле, не смог? Не стал подставлять женщину и ребёнка под удар?

— Сомневаюсь, — Лёша скептически покачал головой, — вероятность, что он бы подонком, гораздо выше.

— Для подонка он вёл довольно порядочно, по словам той же Лии. Ладно, глупо спорить насчет этой истории, нас там не было. Хотя, Лёх, тебе, похоже, очень приглянулась Лия?

— Как человек она мне симпатична… Или ты на другое намекаешь? Если да, то это глупо. Во-первых, она мне в матери годится, а во-вторых, Ната.

— Мы даже не знаем, сказала ли она правду или просто разыграла нас, — развивать тему симпатий я не стал. Лия мне тоже понравилась, но утро всегда приносило сомнения в выводах, сделанных накануне.

— А зачем ей это? — нахмурился друг.

— Да не обращай внимания, у меня паранойя. Когда видишь таких открытых и доверчивых людей, интуитивно хочется найти объяснение их доброте.

— Ну, почему бы не побыть доброй с пистолетом на поясе? — усмехнулся Лёша. Я вытаращился на него.

— Какой пистолет?!

— Который у Лии. Но из-за широкой юбки кобуру не заметно. Я сам случайно обнаружил, когда она вчера машинально руку на пояс положила. Так что зря ты, про доверчивую женщину.

— Подожди, Лёх, иначе я сейчас занервничаю с новой силой. Откуда у неё пистолет? Разве криминалистам положено табельное оружие?

Друг снисходительно поднял бровь:

— Нет. И что?

— Как, а где она нашла пистолет?

— Стоп-стоп, ты хочешь узнать, где женщина, уточню, достаточно привлекательная женщина из органов, могла взять оружие? Дим, мы с тобой в одной стране вообще живём? Вот зачем она пошла с пистолетом в лес — это уже другой вопрос.

— Хотела кого-то убить?! — ужаснулся я.

— Или просто взяла на всякий случай, для самообороны, — хмыкнули рядом. Мы одновременно повернулись, — вы смешные, мальчики, право слово. Только дилетанты идут в этот лес без оружия, тем более я понятия не имела, зачем он меня позвал.

Лия переоделась в джинсы и куртку, а волосы заплела в косу. Лесная колдунья испарилась без следа. Осталась одна недовольная женщина, которая, скрестив руки на груди, оценивающе смотрела на нас.

— Вы давно здесь? — догадался я. Неловко получилось.

— Да. Спасибо, Лёшка, я не ожидала, что моя история заденет тебя до такой степени. Но я сама хочу получить ответы. Я иду с вами.

Отговорить женщину не получилось. Чем мы её только не пугали: и монстрами, и стражами, и возможно, долгим путешествием. Ничего не помогало. Лия уверила нас, что со спортивной подготовкой у неё всё в порядке, обузой она не будет, а про храмовников и монстров знает побольше нашего. Рома многозначительно фыркнул, но промолчал. Действительно, Лия очень выручила нас вчера, рассказав про лес и его особенности. Но тащить её с собой…

Угадайте, кто в итоге сдался? Лия победно улыбнулась и быстро собрала рюкзак с тёплой одеждой и остатками еды. Под обалдевшими взглядами Дина и Ромы, женщина, ни капли не стесняясь, перевесила кобуру с пистолетом на пояс джинсов и прикрыла курткой.

Таким образом, в лес мы ввалились целой гурьбой. Этот склад древесины опять попытался запустить свои иллюзии, но я громко и чётко высказал ему, куда он может их засунуть. На секунду лес замер. Потом тени исчезли, а ветки ближайшего ко мне деревца изогнулись в знакомую фигуру со средним пальцем. Над утренней, ещё сонной тишиной леса раздался коллективный ржач в три голоса. Даже Лия похихикивала в ладошку. Ну, ничего, рассадник клещей, встретимся мы однажды — ты, я и бензопила.

То ли угрозы подействовали, то ли лес удовлетворился местью, но призраки и прочие радости нас больше не беспокоили. Тропинка временами становилась совсем узкой, но из виду не пропадала. Интересно, а кто пользуется этой дорогой настолько часто, что она не успевает зарасти? Но не Лия, не Рома не смогли ответить на мой вопрос. Женщина предполагала, что тропой пользуются храмовники, а вот ритуальщик грешил на кукловодских лазутчиков. Увы, как выяснилось, лес был многофункциональным, но далеко не всемогущим. Ночью благодаря духам в него было тяжело попасть, а вот днём лес мог только предупредить стражей, что кто-то чужой зашёл в его владения. И пойди догадайся, кто это сделал и где.

Что касается монстров, то все они появлялись из аномальной зоны, расположенной в пригороде Весенны. При открытии порталов лес каким-то образом передавал сигнал в главный храм, а уже оттуда информация доходила до стражей и жрецов, проживавших рядом с опасным местом. Во время нападений жрецы активировали секретный механизм в часовнях, в результате чего аномальную зону закрывала высоченная стена. И монстры оказывались как бы запечатанными внутри Весенны. Затем стражники быстро прочёсывали территорию и убивали чудищ. На «мат часть» я уже махнул рукой, позже разберусь в этой схеме, но подобная тактика вызвала у меня оторопь. А если монстры прорвутся в жилые поселения города? На что Лия возразила, что дома тоже отгорожены стеной, но уже рукотворной. И случаи прорывов были редки, хотя и случались неоднократно за всю историю города. Также бывало, что во время особо массового нашествия, монстры успевали сбежать до того, как «включалась» стена часовен. И хотя лес не давал им выбраться наружу, некоторые монстры ухитрялись прятаться в лесах и даже размножаться. Весёленькое местечко эта Весенна, ничего не скажешь…

За разговорами мы преодолели, наверное, полпути, и я уже поверил, что до города мы доберёмся без проблем. Чёрта с два.

Что-то неладное я почувствовал ещё на привале. Замер, прислушиваясь, но звуков было настолько много, что невозможно было уловить источник беспокойства. В этот момент я пожалел, что не спросил у Карин, как же можно смотреть через Грань, не переходя в этот мир полностью. А уходить за Грань мне пока не хотелось. Наученный горьким опытом, теперь я опасался тратить энергию впустую. К тому же вокруг царило полное умиротворение. Лучи солнца, пробивающиеся сквозь кроны темнохвойного леса, медленно, но верно прогревали воздух. Эдак я скоро спарюсь в тёплой куртке. В принципе, логично, май ведь на дворе. Видимо, атмосфера в деревне сбила моё ощущение сезона года.

Через пять минут после привала подвох заметили уже все. Идти стало резко неудобно — ноги увязали во мхе, а ели и маленькие деревца как будто специально цеплялись за одежду. Разозлившись на очередные шутки леса, я назло ему лез вперёд, как медведь, ломая всё на своё пути. Но Лия, настроенная к лесу более благосклонно, высказала другую мысль:

— Мальчики, а что если лес пытается нас задержать?

И как только меня накрыла тёмная тень, я тоже догадался, что стоило подумать головой…

Честно, я и не знал, что могу настолько прыгнуть в длину. И хорошо, что ребята не пошли со мной, а остановились вместе с Лией. Оказавшись рядом с компанией, я во все глаза уставился на бухнувшуюся на моё место тушу. И следом за ней — на ещё одну. Да-а, я смотрю, храмовники плохо справляются со своими обязанностями…

Даже выругаться никто не решился. Нет, может мы, и ждали чего-то подобного, но исключительно на словах. Я просто смотрел на двух плотоядно облизывающихся монстров и не мог поверить, что всё закончится так.

Кстати, внешне они были не очень уж страшные. Слышали когда-нибудь о ящерице типа «летучего дракона»? Так вот — это было что-то из этой серии. Только ростом примерно два метра с копейками и соответствующими габаритами. Спрашивать об их травоядности не было смысла. Какие зубы и когти! А ещё перепончатые крылья за спиной и плотно покрывающая тело чешуя. Зато глаза были красивые. Чёрные, с размытым голубым ободком зрачка и блестящими капельками по центру. Но что печально для нас, в глазах не было даже проблеска ума.

Стояло это чудо на задних лапах, а передние радостно навострило в нашу сторону. Второй монстрик поменьше повторил жест и с визгом полетел на нас.

Братики пришли в себя практически одновременно. Дин молниеносно закинул женщину к себе на плечо и в два прыжка оказался на ближайшем дереве. Рома же сбросил рюкзак и резко вытащил из кармана тонкую заострённую палку. В три-четыре росчерка он нарисовал что-то на тыльной стороне ладони и через секунду я увидел те самые когти, которые чёрными всполохами заменили человеческие. Этими когтями и получил по морде нетерпеливый монстр. На чешуе остались четыре царапины, после чего обиженный монстр клацнул вперёд зубами. Но реакция у Ромы ничуть не уступала кукловодской, и ритуальщик ушёл в сторону.

А вот второй монстр выбрал своими жертвами нас с Лёшей. Мы переглянулись и достали из рюкзаков охотничье ножи. Если когти Ромы смогли поцарапать эту тварь, значит, хорошим ножом чешую тоже можно пробить.

Я собирался сделать шаг назад, чтобы встать в привычную стойку, и неожиданно понял, что не могу поднять ногу. Секунд пять на осмысление и запоздалая фраза Карин в голове, что монстры делятся на несколько видов. Песчаники. Кроссовки вязли в глубокой песочнице прямо под нами с Лёшей. Эти монстры не имели конкретного внешнего вида и являлись чем-то вроде песчаного антропоморфного вихря. И сейчас эта тварь создала вокруг нас лужицу с плотным, будто зыбучим, песком…

Дин умчался на помощь Роме и не мог видеть, в каком положении мы оказались. Я мрачно перехватил нож обратным хватом и нагнулся к рюкзаку, чтобы кинуть его вперёд, а затем ударить. Но Лия на дереве тоже не сидела без дела. Пули прочертили дорожку перед монстром, но одна из них всё-таки попала в лапу. Раздался короткий злобный визг, после чего чудовище метнулось к дереву и с разбегу ударило по нему. Слава всевышнему, женщина не упала, а вот пистолет полетел вниз.

Рядом с брюхом монстра свистнул нож. Нервы у Лёхи, видимо, сдали от того, что эта тварюга могла скинуть Лию с дерева. Жаль, в последний момент монстр ушёл с линии атаки… Потому что теперь он, устрашающе распахнув крылья, помчался на лучшего друга.

Лёха вскинул перед собой руки, но что толку, если когти чудовища мгновенно превратят его в фарш. Время будто замедлилось перед моими глазами. Я заорал и вдруг заметил, как перед моей ладонью появляется Грань. Мир вокруг оставался прежним, только рядом с пальцами формировался серый маленький шарик с нитями внутри. Не осознавая, что я делаю, я толкнул Грань сторону монстра. И серый шарик послушно врезался в грудь чудовищу. А вернее, прошил её насквозь, оставив круглую аккуратную выемку посередине.

В образовавшейся дыре я увидел дерево, на котором сидела Лия…

От вида брызнувшей крови и падающих внутренних органов закружилась голова. Лучший друг зажал рот руками, а меня начала бить крупная дрожь. Песчаный вихрь под нами взвился, отшвырнув Лёху, и закрутился воронкой.

Дальнейшее я помню смутно. Кажется, вихрь потащил меня в лес и сбросил в лог. И уже падая вниз, я окончательно потерял сознание.

Чей-то ласковый голос уговаривал меня очнуться. Уговаривал мягко, но настойчиво. В волосы зарылись нежные пальчики, которые начали перебирать прядки и почёсывать за ушком. Мур-р. Приятно. Мою голову переложили с холодной земли на колени, не переставая поглаживать. Зачем вообще просыпаться в таких условиях?..

Только у голоса явно было другое мнение. В нём появились укоризненные нотки, напоминающие о друзьях и причинах моего приезда в Весенну. В Весенну? Какую Весенну? Мне было очень хорошо, я будто парил на облаке. Слабость правила телом. Какие друзья?..

Стоп. Меня словно пронзило током. Лес, Весенна, монстры, Лёша!!! На нас же напали!! Я стремительно поднялся и едва не стукнулся головой с женщиной. Блин, блин, блин!!! Мне срочно надо вернуться к ребятам!

Перед глазами разошлись цветные круги, а спина предательски заныла. Чёрт, какая это по счёту травма за последний месяц?

— Дима, осторожно, — мою голову взяли тонкие пальчики и опустили обратно на колени, — пока не стоит напрягаться. Как ты себя чувствуешь?

— Там ребята остались с монстрами, я должен им помочь! — выкрикнул я, потерянно глядя на женщину. Пелена перед глазами не давала рассмотреть её в полной мере, но голос казался смутно знакомым.

— Не волнуйся, лес позвал храмовников. Они сумели победить монстров, а твоих друзей забрали в Весенну. Тише, милый мой, им абсолютно ничего не угрожает. Однако нам с тобой надо успеть в город раньше, чем начнётся расследование. Но время ещё есть, лежи. Тебе сильно досталось.

Я наконец-то проморгался и уставился на свою спасительницу. Чуть восточный разрез голубых глаз, короткие светлые волосы с длинной чёлкой, тонкие черты лица. Неизменно круглые золотые серёжки и белый свитер с высоким горлом. Отец часто рассказывал о любви мамы к этим серёжкам и свитерам, когда показывал фотографии. Моё же единственное воспоминание было в тот миг, когда она укладывала меня спать и пела колыбельную. А ночью её убили.

Я крепко закрыл глаза ладонью, стараясь избавиться от наваждения. Но когда выглянул сквозь сжатые пальцы, картинка не изменилась. С той разницей, что женщина прыснула в кулак.

— Мама?..

— Да, Дима? — она улыбнулась и нажала мне на кончик носа. Разум тихо забился в истерике.

— Ничего себе головой ударился… — печально констатировал я. Мама расхохоталась.

— Ну, милый, после Аны я не должна казаться тебе чем-то сверхъестественным.

— То есть ты — дух? — я недоверчиво потыкал во вполне упругий живот. Пусть Ана и могла дотрагиваться до предметов, но материальной она, тем не менее, не была. А вот мама выглядела как человек из плоти и крови.

— Почти. Ох, это сложно объяснить вот так, без теоретической базы. Но я постараюсь. Если вкратце, то в нашем мире существуют около трёх или четырёх личностей, которых я могу назвать… богами. Вообще по легенде, богиней-творцом всего считается Рейлин. Но кто такая Рейлин и куда она ушла потом — история за семью печатями. В данный момент скрытым расам покровительствует её дочь, Ксана. Великая богиня храмовников. И при Ксане есть свой… пантеон. Он состоит из уже умерших на Земле людей. После смерти нужного ей человека, Ксана переправляет его душу в Саг-Аше и предлагает договор… от которого сложно отказаться. Ах да, Саг-Аше — это изначальный мир. Условно говоря, их три: изначальный, переходный — Грань и конечный — ваша реальность. Как они расположены физически, я никогда не смогу тебе рассказать. Ксана бахвалится, что понять это человеческим мозгом невозможно. Я лично представляю их по аналогии с компьютерной игрой. Смотри, изначальный мир — это программа, символы, коды, переходный — это ярлык, запускающий установку, а конечный — итоговая картинка. Понимаешь меня?

— Очень смутно, — жалостливо признался я.

— Прости-прости, я загрузила тебя. Забудь, почитаешь об этом в другое время. Вернёмся к пантеонам. В свой пантеон Ксана набирает наиболее выдающихся людей из скрытых рас. По договору она делится с ними первоосновой, которая не даёт душе развоплотиться. Наша энергетическая сущность до мельчайших подробностей копирует физическое тело, а первооснова богиня дарует силу, которая позволяет оставаться материальной во всех трёх мирах. То есть, грубо говоря, делает людей наподобие богов. А цена такой чести — работа на Ксану. И признаться, если б не было вас с Андреем, я бы предпочла умереть.

Заметив, что мама ждёт моей реакции, я поднял палец вверх.

— Сейчас, учебник физики дотлеет в моей голове и я скажу что-нибудь умное.

— Физика здесь не причём, Дима. Её законы продолжают действовать в вашем мире. Другое дело, что есть вещи, которые нам тяжело понять. Тот же механизм миров. Или две стороны человека — физическая и энергетическая, принадлежащая Грани. Или те виды энергий, которыми пользуется Ксана и скрытые расы. У теневиков даже был предмет — физика Грани, но сейчас его почему-то не изучают. Ладно, всё, вставай, тебе надо проветриться. И ты хоть примерно осознал мои слова?

— Ты что-то вроде полубога, а я схожу с ума, — захныкал я, поднимаясь с земли. Но ладонь из маминой руки убирать не стал. Пусть она будет хоть демоном ада, за короткую возможность побыть с мамой я готов поверить даже в богов.

Мы вновь вышли на тропинку. Интересно, сколько я провалялся в логу? Судя по солнцу, прилично — как минимум час.

— Учитывая твою слабость, мы не будем спешить, — мама повернулась ко мне, — и пока ты можешь спросить меня о чём-нибудь. Думаю, вопросов у тебя накопилось немало.

— Кем ты была при жизни? — вздохнул я. Этот вопрос был одним из основных, — и как ты связана с Карин? Стоп! И откуда ты знаешь про Ану?!

— При жизни у меня было два имени. Одно из них ты знаешь, а второе — Аллерин Аммар. Карин — моя племянница. Я воспитывала их с Никой после смерти сестры. Они обе, кстати, с тобой знакомы и с Никой вы постоянно дурачились вместе. Ей было шесть лет, когда ты родился. Два стихийных бедствия, как вас Андрей называл, — она грустно улыбнулась, — хотя между нами, моим главным стихийным бедствием всегда был твой отец.

— Папа тебя очень любил, — невпопад заметил я.

— Знаю, Дима. Я видела, что с ним творилось после моей смерти. И с тобой. Я не могла покинуть Саг-Аше в течение десяти лет, но могла постоянно наблюдать за вами оттуда. Сестра шутила, что это особый вид мазохизма — следить за жизнью своих близких. Но зато я была в курсе всего, что происходило с вами. Это к вопросу об Ане.

И тут я покраснел. Ужасно покраснел. У меня аж кончики ушей запылали от стыда.

— А про события последних месяцев ты тоже знаешь? — я принялся усиленно рассматривать землю.

— Ты про свои безумные вечеринки, травку и ещё… кое-какие развлечения спрашиваешь? — деловито осведомилась мама. Я поборол желание спрятаться за деревом и смиренно кивнул.

— Если подобное не повторится — я ничего не слышала. И, соответственно, твой отец тоже останется в неведении. Смекаешь, солнце?

«Солнце» воодушевилось и чмокнуло маму в щёчку.

— Кстати насчёт Андрея. Так получилась, что я встретилась с ним раньше, чем с тобой. И мы поговорили, в том числе, и о твоём поступлении. Я долго выясняла, что Андрей имеет против архитекторов и представляешь, он заверил меня, что будет рад видеть тебя в этой специальности, — после такой кровожадной улыбки мне стало немного жаль отца. Но совсем чуть-чуть. Я с немым обожанием посмотрел на маму. Почему тебя не было с нами всегда?..

— Ура! — подпрыгнул я и полез обниматься. Мама не возражала. Неожиданно я вспомнил, что отец собирался познакомить меня с какой-то женщиной…

— Мам, а вы с папой часом не снова вместе? — о! У кое-кого явно порозовели скулы.

— Пока мы не обсуждаем эту тему. Всё зависит от того, как я часто смогу покидать Саг-Аше. Но тебя я, безусловно, буду навещать по мере возможности.

— Я буду очень рад! — новость прибавила настроения, — слушай, а у меня ещё вопрос назрел. Почему Карин не сказала, что она — моя двоюродная сестра?..

За разговорами время пролетело незаметно. Просто в какой-то момент лес расступился, и перед нами возникла мощённая камнем дорога. Только тогда я соизволил отвлечься от мамы и осмотреться.

Даже пригород Весенны покорил меня с первого взгляда. Невысокую каменную стену с закрытыми воротами мы пересекли без труда. Потом спокойно покинули Грань и отправились вперед. Странно, но никто из местных не обратил на нас внимания. Люди были заняты своими делами и наше появление несколько их не озадачило.

— Храмовники сразу чувствуют, какой ты расы, — подсказала мама, — а теневики в Весенне не редкость. Так что не нервничай.

Если честно, то мне было не до волнений. Я вовсю рассматривал дома, людей и пытался разобраться в своих ощущениях. Здесь всё было по-другому. Да, я видел множество знакомых черт, приёмов архитектуры, распознавал, какое здание для чего предназначено. Но всё вместе это складывалось в абсолютно незнакомую картину.

Большинство домов в пригороде были деревянными. Чаще всего они выглядели как терема, похожие на древнерусские. Примерно два-три этажа каждый. Но чёрт побери, это были реальные терема. Из неширокого бруса, аккуратные, с крыльцом и ставнями. Однако меня смущали некоторые детали. Во-первых, крыши. Я не приметил ни одной заостренной крыши. Либо они были сильно сглажены по углам, либо в форме полукруга, что навевало мысли о чём-то восточном. Также не давали покоя орнаменты и украшения. Окна был выполнены из непонятного мне цветного стекла, а по краям их неизменно складывался какой-нибудь рисунок или окантовка из светящейся краски. Мама объяснила, что это чары ведунов, одних из пяти представителей Весенны. Их рисунками также были украшены двери, ставни и даже сам брус. Или же имела место резьба по дереву, и это тоже делали ведуны. Зато было ясно, почему в Весенне нет фонарей — а смысл, если каждый дом — как неоновая реклама?..

Ещё привлекал сам орнамент. Ибо такой плавный, витиеватый и узорчатый стиль я видел в Стамбуле, в декоре нескольких храмов. И в связи с этим, Весенна начала у меня прочно ассоциироваться с Византией. Разве что без всей христианской символики.

— Может быть, — согласилась мама, когда я озвучил ей эту версию, — Весенна появилась примерно в начале прошлого тысячелетия, как и Византия. Возможно, какие-то архитектурные решения во время строительства были предложены теневиками, которые в большом количестве населяли Византию, если верить хроникам.

Стоп, но отсюда же далеко до Турции? На мой вопрос мама притворно вздохнула и посетовала, что мне ещё учиться и учиться. И напомнила про телепортационные нити. В ответ я лишь молча закатил глаза.

Наряды людей тоже были необычными. Лия в своём платье, подаренном Ивэйлом, точно бы никого не удивила. По словам мамы, у Весенны была своя мода, которая, ко всему прочему, подбиралась отдельно к каждому виду деятельности. Понятное дело, что витязи-стражники и видящие-жрецы не могли носить одинаковые фасоны одежды, не говоря уже о разных профессиях.

Об украшениях стоит упомянуть отдельно — на храмовниках их было очень много. Минимум два амулета на шее, браслеты, фенечки, украшения на голову типа обруча или повязки, массивные серёжки. Но что поразительно, всё это смотрелось довольно органично.

Ну и, конечно, храмы. Чем ближе мы подбирались к центру, тем чаще они попадались. В большинстве своём храмы были каменными и выглядели очень нарядно. Мама пошутила, что храмовники как сороки — любят всё яркое и блестящее. И я воочию мог в этом убедиться. Впрочем, храмы были посвящены разным богам и строились, соответственно, по-разному.

Всего богов было пять. Каждый храмовник при рождении отмечался покровительством одного из них. Условно говоря, всё население Весенны можно было разделить на пять категорий. То есть либо ты витязь, либо видящий, либо бард или же природник, или ведун. Зависит от того, как функционирует твой анаре. Витязи являются превосходными воинами, у них предрасположенность к крепкому строению тела, выносливости. Также они превосходные оружейники. Энергия витязей концентрируется в руках, они могут отталкивать противников на приличное расстояние, создавать энергетический щит, но главное, усиливать характеристики оружия, проводя по нему энергию. Многие витязи становятся стражами, но также их бог, Нэтт, покровительствовал всей судебно-правовой системе и системе военного снабжения.

Храм воинов походил на крепость, с барельефами сражений и макетами холодного оружия. Я задержался около статуи Нэтта, рассматривая героя храмовников. Он ехидно улыбался, и казалось, был совершенно расслаблен. Но стоило опустить взгляд ниже, и рука, сжимающая меч, мгновенно разрушала иллюзию безмятежности. Интересная метафора. Бог словно намекал нам, что истинная сила таится отнюдь не в агрессии и демонстрации преимуществ.

Видящие — другая категория. Вообще способности видящих больше считались пассивными. Эта была каста храмовников, заинтересованных в науке, врачебном деле и, как не парадоксально, в работе с храмами. Собственно, видящими обязательно были жрицы главного храма Весенны, посвященного Рейлин. И за покровительством они обращались к её дочери, Ксане. Их возможности чем-то напомнили мне рентген — видящие могли сканировать внутреннее состояние организма, лечить незначительные травмы, останавливать кровь, отслеживать состояние пациента. Но главное, как подчеркнула мама, их отличало умение быстро уловить суть.

Про бардов мне особо рассказывать не стали. Категория творческих людей — художников, писателей, артистов. Энергия бардов в основном концентрировалась в голове, а именно, в умении создать определённого рода звуки и тональности, чтобы воздействовать на человека каким-либо образом. Меня почему-то привлекла статуя Рицо, их бога. Я крутился вокруг неё минут пять. Внешне бог был мне совершенно незнаком, и разум всё пытался понять, что мне понадобилось от несчастной статуи.

Природникам и ведам покровительствовала семейная пара: Елион и Арката. И способности у них были прямо противоположные друг другу: работа с живой природой и работа с вещами. Природники — агрономы, селекционеры, ветеринары, а также географы и химики. Кстати, именно они создавали известные на весь мир зелья разного спектра действий. От лекарственных настоев до мини-бомбочек. Как усмехнулась мама, не стоит спорить с природником, если он держит в руках какой-нибудь подозрительный пузырёк. Плюсом почти все природники понимали животных.

Про ведов или ведунов я уже упоминал. Большинство ремесленных профессий — это к ним. Кроме того, веды могли вкладывать в свои творения капельку энергии, создавая всевозможные чары. Или же просто ненадолго оживлять предметы. Представив эту картину, я не удержался и обвёл взглядом площадь. Хм, а этот стенд часом не следит за нами?..

Конечно, не все храмовники выбирали положенную им профессию. Никто не запрещал, например, барду, воевать против монстров. Но сравняться с витязем в этом деле бард никогда бы не смог. Впрочем, многие довольствовались и ролью подмастерьев.

Управлял Весенной совет пяти наместников, который в данный момент возглавляла Видящая. Причем у власти она была уже второй срок подряд.

Под конец нашего пути я чувствовал себя выжатым лимоном. На то, чтобы добраться до центра города, у нас ушло два часа. Увлечённый разговором, я не обращал внимания на слабость и сейчас расплачивался за это. Голова пухла от избытка информации. Мама велела мне отдохнуть на лавочке, а сама показала направление к одному из домов, который явно принадлежал состоятельному человеку. Это объяснялось хотя бы тем, что дом был частный и находился в непосредственной близости от храма.

— Мне пора, Дима, — на прощание она снова обняла меня, — ты пока осматривайся, но потом обязательно загляни в дом судьи. Там будет человек, который тебе поможет.

— Подожди, в дом судьи? — я прищурился, — ты сейчас имела в виду…

— Да, Ивэйла Даррэ. Я знала его при жизни и, поверь, он хороший мужик. Просто иногда… иногда обстоятельства бывают выше нас. И это никак нельзя изменить. До скорой встречи, милый мой. У тебя всё получится, — и мама исчезла в серой дымке Грани.

Расстроено пошмыгав носом, я переключился на насущные проблемы. Значит, дом судьи. Интересно, кто же согласится мне помочь в этом доме? Какой-то либерально настроенный кукловод или, может быть, старый друг Карин? Я ещё раз обвёл взглядом дом и решил последовать совету мамы. То есть — осмотреться.

Вообще, застройка самой Весенны повторяла те же архитектурные черты, что и в пригороде, но здания были выполнены из камня, а побогаче — из мрамора. И на первый взгляд город производил очень приятное впечатление. Мощённые и чистые улицы, дома без всяких надписей и полное отсутствие бродячих собак и попрошаек. Я понимал, что у храмовников наверняка есть другие проблемы, нежели стандартные российские, но контраст всё-таки поражал.

Храм Рейлин стоял в центре Весенны, куда вели четыре главные улицы. Сам город, таким образом, получался разделённым на четыре части и в каждой части были свои небольшие площади. Мы пришли со стороны площади для праздников и других мероприятий, поэтому в разгар рабочего дня здесь было малолюдно. Немного подумав, я с кряхтением поднял свою тушу с лавки и повернул обратно. Причина была в том, что мне жутко захотелось есть, а на площади вроде продавали домашние пирожки. Если, конечно, мой нос мне не соврал. И пора бы уже заняться поисками ребят…

Определённо, сегодня был странный день. Потому что парней и Лию я увидел сразу, как только вышел на площадь. Под конвоем четырех храмовников, ребята медленно шли вперёд, опустив головы. И если в покладистость Лёши или Ромы я ещё мог поверить, то поведение Дина и Лии почти кричало, что дело нечисто. Приглядевшись, я заметил на наручниках у друзей мелкие светящиеся рисунки. Хм, а храмовники не шутят…

С самым невозмутимым видом я последовал за ними. Группа пересекла площадь и свернула на узкую улочку между жилыми домами. Здесь мне пришлось, скрепя сердцем, уйти за Грань. Храмовники остановились у дома с изображением Нэтта, бога витязей, и отдали ребят на попечение воинов, дежуривших у входа. Ага, то есть это — местный участок. Что ж, посмотрим.

Проскользнув мимо стражей, я оказался в небольшой приемной. Грань не давала рассмотреть комнату в полной мере, но вроде бы приёмная была оформлена в светлых тонах. Ряд удобных стульев у стены, а над ними — портреты выдающихся стражей. Перед стульями расположился маленький столик с буклетами, а всё пространство слева занимала широкая стойка, за которой скучала девушка. Моих друзей оставили в приёмной, на попечение одного из стражей, а храмовница упорхнула докладывать начальству. Воспользовавшись её отсутствием, я спрятался за стойку и осторожно выглянул сбоку. К моему удивлению, храмовник был не намного старше нас, может, года на два — три. Он постоянно зевал и крутил на пальце связку ключей.

Кстати, ребята были полностью в сознании. Дин с ненавистью смотрел на ключи, а Рома, спрятав одну руку под другой, пытался нацарапать что-то на тыльной стороне ладони. Печать! Вот как его штуки назывались в книге. Но либо из-за неудобства, либо из-за влияния наручников (не просто же Дин до сих пор молчит) работа у него шла плохо.

Пока храмовник ещё стоял, я сомневался, но когда он развалился на стуле и опустил голову — я понял, что это реальный шанс. Однако были две проблемы — голоса из коридора, которые звучали всё громче и стражники за дверью. И ещё с парнем надо разобраться, не привлекая внимания. Я обшарил взглядом полки под стойкой, но нашёл только кипу бумаг. О! Под одной из папок лежали наручники — те самые, с рисунками. Я не заметил их сразу. Какая прелесть… вытащив наручники, я прижал их к себе и ушёл за Грань.

Подобраться к потенциальной жертве (хе-хе) не составило труда. Парень перебирал ключи на кольце и его руки лежали близко друг к другу. Теперь главное — не запороть дело. Раз — я выхожу с Грани и нависаю над ним. Два — открытые наручники быстро защёлкиваются на запястьях.

— Сиди и молчи, — на всякий случай добавил я, глядя ему в лицо. Храмовник попытался встать, но у него ничего не получилось. Гневно сверкнув глазами, он проскрежетал что-то нецензурное. Ура, работает! Я вытянул ключи из его пальцев и победно улыбнулся. И бросился к друзьям.

А наручники оказались с подвохом — к каждому подходил ключ с тем же рисунком. Я психовал, пальцы тряслись и замок никак не желал поддаваться. С горем пополам я освободил Лёшу и передал ключи ему. Друг на миг сжал мою ладонь и начал освобождать остальных. Ребята явно воодушевились с моим появлением. Поднявшись, Дин хлопнул меня по плечу и прошептал:

— Ну вот, говорил же я вам, что этот везунчик просто так не умрет!

Я непонимающе посмотрел на него, и лишь когда Лия обняла меня, догадался. Ребята же не знали, что со мной приключилось в лесу! И они вполне могли подумать о чём-нибудь нехорошем.

Но на бурное приветствие не было времени. Дальше возник поистине мировой вопрос — что делать? Окна в участке были забраны решётками, а дверь охраняли храмовники. Хотя, что такое два храмовника, против четырех парней и дамы в отличной физической форме? Но Лёша резонно заметил, что они могут задержать нас и поднять тревогу. Драться со стражами не хотелось никому. И мы решили сымпровизировать…

Идея была банальной, но оттого не менее реалистичной. Через Грань я вернулся на площадь, а затем покинул серый мир и побежал обратно. Тяжело дыша, я затормозил у стражей, который сами шагнули мне навстречу. И вцепившись одному из них в рукав, отрывисто произнёс:

— Там… на друга напали… помогите…, - я сильно наклонился, пытаясь отдышаться и умоляюще посмотрел на мужиков. Они переглянулись, после чего храмовник помоложе уточнил:

— На твоего друга напали? Кто? Наши или твои? И где?

— Здесь недалеко, — я как бы машинально обернулся в сторону площади, — не знаю, но вроде бы это были храмовники. Они что-то с него требовали, кажется. Помогите, пожалуйста.

— Хорошо, показывай дорогу, — м-да, а ребята не идиоты, потому что со мной пошёл только один. Второй остался у двери. Ладно, я надеюсь, парни справятся с ним незаметно.

И всё-таки теневики — чтобы мне не говорили об их страданиях и прочем — хитро сделанная раса. Немного пропетляв по улицам Весенны, я забежал во двор ближайшего дома и растворился в воздухе. Храмовник, следующий за мной, резко остановился и вытащил меч. Слишком быстро для человека, который не ожидал подвоха. Я хмыкнул: актёр из меня явно был на троечку.

С друзьями мы договорились встретиться в подворотне недалеко от участка. На площадь я возвращался уже в третий или четвёртый раз за сегодня. И пирожок всё-таки купил, благо они продавались за рубли. Попробовав выпечку, я чуть ли не замычал от удовольствия. Голодный желудок громко потребовал продолжения банкета, и сердобольная продавщица угостила меня ещё одним пирожком.

— Совсем эти бабы теневые эмансипировались, дитятко покормить не могут, — заворчала она, и женщины рядом согласно закивала.

«Дитятко» едва не подавилось пирожком и поспешило удалиться. Но причина была, конечно, не в женщинах, а в отряде храмовников, который появился на площади. Блин, а я хотел ребятам пирожков накупить. Наши рюкзаки остались у стражей, поэтому вопрос с едой вновь вышел на повестку дня. Надо в темпе спасать Аннет и бежать домой, отъедаться!..

Попытка поднять себе настроение провалилась. Я вспомнил про Ану и сжал кулаки. Пора бы уже отправляться к храму! На этом месте из переулка высунулась чья-то рука и, схватив меня за шиворот, притянула к себе.

— Ты в порядке? — тихо прошептали на ухо. Если учесть, что я сейчас чуть не заработал инфаркт — да жизнь прекрасна!

— Ты не мог меня просто позвать?! — сквозь зубы процедил я. Друг с самым серьёзным лицом ответил:

— Конспирация — наше всё, — и поманил за собой. От участка стражи нас отделяла улица и вытянутой формы дом. Мы спрятались в подворотне и решили дождаться братиков. Спустя минуту с крыши соседнего дома спрыгнул Дин, а следом за ним объявился и Рома. Лии пока не было видно, но судя по спокойствию Лёши, женщина тоже успела сбежать.

— Это было слишком легко, — усмехнулся Дин, разминая плечи, — оказывается, весеннские стражи попадаются даже на самые примитивные уловки. А ты что думаешь, Ром? — он повернулся к брату.

— Я думаю, что ты накаркал, — мрачно отозвался ритуальщик и указал на переулок между домами. Мы с Лёшей тоже посмотрели туда и тихо застонали. Неужели снова прятаться?..

Храмовников было двое: мужчина и женщина. Длинноволосый блондин в чёрном костюме и высокомерная брюнетка, наряд которой я не возьмусь описывать. Это было красное платье из шёлка, но с таким количеством деталей и украшений, что моё воображение сразу ушло в нокаут. Но выглядело эффектно.

Несмотря на то, что Дин, увидев эту парочку, начал снисходительно улыбаться, я не торопился с выводами. Подобрав юбки, женщина встала напротив кукловода, а её сопровождающий, держа в руках флейту, остановился напротив Ромы.

— К моему глубокому сожалению, ты прав, малыш, — с грустью произнесла женщина, но мой слух уловил скрытные хищные нотки, — зато прецедент с вами позволит мне поставить точку в одном затянувшемся споре, — в её голосе прозвучало злорадство.

Дин хотел что-то ответить, но Рома молниеносно дёрнул кукловода за косу. Тот привычно зашипел:

— Рома, блин! Ну чего ты распсиховался, это же всего лишь видящая и бард!

— Дин, это Видящая! Мы сдаёмся, — отчеканил он, повернувшись к женщине.

— Ром, я не идиот, я знаю, что это — видящая. Не-не, не слушайте его, мы не сдаёмся.

И хоть смейся, хоть плачь. О чём вообще думала жизнь, когда сводила этих двоих вместе?.. На секунду я почти поверил, что Рома сейчас закусает брата до смерти. Хотя его пиетета с видящей я сам не понимал. Мама говорила, что их умения не подразумевают активной угрозы. Я бы лучше к барду присмотрелся, ибо музыкальные инструменты в разы усиливали их возможности.

— Забавно. Два рета — кукловод и ритуальщик. Ритуальщик… из влиятельного клана, молодой, но живущий на не острове, судя по поведению. Аркел ке` Мараен, я полагаю? — и, оставив ошеломленного Рому хлопать глазами, вновь сосредоточилась на Дине, — а тобой я специально интересовалась, малыш. Седой хамоватый кукловод, любимая шестёрка Шакона. Эмпат. Ты побледнел, значит, я не ошиблась. Так что вы забыли в Весенне?

— Рома, я беру свои слова обратно, — торопливо выпалил кукловод, — я боюсь эту женщину, она не излучает никаких эмоций. Пойдём отсюда, пока ребята не вернулись.

После этого бард как бы невзначай приложил к флейту к губам. Ха, а Дина ещё можно выдрессировать. Но видящая на вопросительный взгляд барда отрицательно покачала головой.

— Нет, малыш, это ещё не страх. Решин, расслабься. Они пришли сюда ради кого-то и сами по себе не опасны.

— Уверена? — мягко уточнил он. Решин?? Ладно, стоп, я всё равно не помню, как он выглядел, хотя, по-моему, был блондин. Бред. Откуда здесь может взяться…

Меня второй раз за этот гребанный день схватили за куртку и вытянули на всеобщее обозрение. Краем глаза я увидел, что с Лёшей сделали то же самое. Чёрт, как же они подкрались так бесшумно?! Или это мы сильно увлеклись разговором между парнями и женщиной?.. В любом случае, у нас уже нет времени! Я дёрнулся в сторону, но держащая меня рука даже не дрогнула.

— Дима! — раздражённо окликнул знакомый голос: — А ну стой смирно.

Что??!

— Папа? — я поднял глаза. Да, надо мной возвышался отец, а Лёшу держал… Ивэйл Даррэ. Я едва узнал в заматеревшем мужике того парня с фотографии.

— Я смотрю, у тебя оригинальные соревнования в этом году, — ухмыльнулся папа. Я всё-таки вырвал куртку из его рук и зло ответил:

— А ты не менее оригинально отправился на рыбалку с друзьями!

— Но я действительно отправился на рыбалку, — хохотнул отец, — и Решин, и Вэй мои старые друзья. С Решином ты встречался вроде, года три назад. Так что где я соврал?

Я уже говорил, что папаня — редкостная скотина?.. И запоздало вспомнилась фраза Карин о том, что мой отец дружит с храмовниками. Ну конечно, и мама это знала…

Спрятавший флейту бард помахал мне рукой, а женщина, мгновенно потеряв интерес к Дину, подошла к нам.

— Это твой сын, Андрей? Как я вижу, именно из-за него эта разношёрстная компания и собралась в Весенну…

В этот момент раздался грохот, похожий на взрыв петарды, и в переулок влетела Лия. Кажется, женщину всё-таки обнаружила стража. «Колдунья» резко затормозила и, увидев нас, облегчённо выдохнула. Правда, потом она встретилась взглядом с Ивэйлом и растерянно замерла. Следом за Лией вбежал какой-то страж, сжимающий в руке подозрительного вида пузырёк.

— Нет!! — закричал Ивэйл, но было поздно… Зелье уже полетело в сторону женщины. И чувствуя, как волосы на коже встают дыбом, я отчётливо понял — не успею. Никто не успеет…

На взметнувшийся вверх дым я не мог смотреть и просто закрыл глаза. Над улицей повисла тишина. На миг. А дальше раздался громкий мат.

— Да, Андрюш, иногда ты меня пугаешь, — отстранёно произнесла Видящая. Я рискнул приоткрыть один глаз и осознал две вещи: первое — отец каким-то магическим образом смог вытянуть Лию из-под удара. Второе — запахло паленой кожей.

— Папа!!!

Глава 17

— Ай!

— Не ври, не больно. Андрей, ты же взрослый мужчина, прекращай ныть!

— Я не ною, — заныл отец. Я скептически прикрыл глаза. Если рядом есть благодарная публика — а в особенности дамы — папа будет играть до последнего. Нет, изначально я тоже не понимал спокойствия Видящей по поводу ожога, ведь выглядел он очень страшно, и папа наверняка испытывал жуткую боль. Но потом женщина пояснила мне, что полностью обезболила место травмы. Руки Видящей излучали мягкий свет над кожей, в то время как Лия покрывала бок отца какой-то чудодейственной мазью.

— Везучий ты, Андрюш. Можно сказать, легко отделался, — женщина на миг убрала руки от раны, чтобы размять пальцы, и вот тогда отца перекосило уже по-настоящему. Но в этот раз он ничего не сказал, только стиснул зубы. Энергия видящих позволяла одновременно снимать боль и способствовать заживлению ран. И пока Лия занималась папиным ожогом, Видящая держала руки над раной. По её виску уже бежали капельки пота — женщина явно начала уставать. Как выяснилось, её специализация была в планировании и предугадывании событий, а вовсе не в лекарском деле.

Мы собрались в доме судьи, поскольку он находился ближе всего к переулку. Видящая сразу взяла Лию в оборот и организовала отцу первую помощь. Я сидел на ковре подле него и ужасно нервничал. Настолько ужасно, что эмпаты в комнате потребовали для меня успокаивающего зелья. И если Дину мой невроз грозил разве что головной болью, то Видящая никак не могла сосредоточиться на травме отца. Пришлось опять проглатывать ту бурду, которую мы пили у Ромы.

Парни устроились втроём на диване. Решин первоначально крутился вокруг Видящей, но был безжалостно отогнан прочь. Ивэйл же стоял, опершись спиной на огромный стол, и молча наблюдал за нами. Но его взгляд нет-нет, да перемещался с папы на Лию. Правда, с таким нейтральным выражением лица было сложно понять, о чём он размышляет.

— Надо было двигаться быстрее, — пробурчал отец, и даже я посмотрел на него укоризненно, не говоря уже о женщинах, — теперь придётся съёмки клипа переносить, пока не заживёт… — нет, отец безнадёжен. Чуть не погиб, а всё о своём.

— Ничего, снимешь свой клип через неделю, — отрезала Видящая. Папа горько вздохнул и, кажется, только сейчас заметил, как у женщины дрожали пальцы.

— Арисс, ты чего мучаешься, иди, отдыхай! Я потерплю, спасибо тебе большое. И вообще, разбаловали вы меня своим вниманием, красавицы, — он улыбнулся Лие, которая закончила с раной. Женщина неуверенно улыбнулась в ответ:

— Да вроде это вы мне жизнь спасли, вам положено…

— Что вы, Лия! Как я мог не спасти такую очаровательную девушку! — ну всё, если отец начал заигрывать, значит, угроза миновала. Хмыкнув, Видящая ушла на диван к Решину, а смущённая Лия осталась сидеть с папой.

— Ну, хорошо, тогда с вас — автограф, — попыталась пошутить она. И, несмотря на ожог и боль, отец явно воодушевился.

— Не вопрос! Девушка, а девушка, что вы делаете сегодня вечером?

— Не знаю, что делает девушка, — ехидно вставила Видящая, — но у тебя — постельный режим. И не скалься, с минимумом телодвижений. Так что не обнадёживай Лию.

— А как же мама?! — не выдержал и подскочил я. — Вы же собирались снова сойтись!

Папа поморщился:

— Твою маму ещё поймать надо. У этой женщины по моему хобби — периодически меня бросать. И вообще, не любит она меня. Объявилась около месяца назад и истерику закатила. Мол, какого черта я издеваюсь над ее драгоценным сыночком! А потом ещё разозлилась, что я её не слушаю. Шедевральная женщина!

— Подожди, то есть ты в курсе, что теперь она полубогиня в этом… Саг-Аше?

И тут отец развернулся ко мне с куда большим интересом.

— Лера всё-таки решилась на встречу с тобой? А если она решилась, следовательно, человеком ты уже не являешься. Блин. А я понадеялся, что твои вопросы о духах связаны с чем-нибудь другим, с этой дурацкой сектой, например. Ладно, это было немного наивно, признаю.

— Но почему ты мне ничего не рассказал?! — мне было уже плевать, что его друзья подумают о моей несдержанности.

— Потому что ты меня ни о чём не спрашивал!

И я вдруг осознал, что он прав. Даже после слов Карин мне не пришло в голову позвонить отцу. И дело не в старой обиде, я просто не рассчитывал, что он сможет мне помочь. В моих глазах папа остался как бы в стороне от скрытого мира. Но если прикинуть, он же девять лет прожил с теневиком, и не с одним. И ещё нежданно-негаданно является другом правительницы Весенны и главного судьи. Да и Решин, судя по реакции Ромы, тоже занимал высокий пост. С ума сойти… Пусть Дин и Рома, пусть Карин, но папа…

— Мне надо подумать, — отстраненно сказал я, только сейчас понимая, насколько чудовищно, насколько необратимо разрушился мой старый мир.

— Думай, — милостиво разрешил отец, — главное — в темпе. И не забудь про то, как ты оказался в Весенне. Кстати, с Лией я заигрывал в шутку, чтобы она расслабилась. И в отличие от тебя, умная женщина об этом догадалась. Ну, и Вэй ещё забавно бесился, когда я делал девушке комплименты.

И все разом посмотрели на главного судью. Тот невозмутимо пожал плечами.

— И ничего я не бесился.

— Бесился, бесился, — с улыбкой подтвердил Решин, — что Вэй, девушка понравилась?

— Не в этом дело… — вздохнул судья, уже в открытую рассматривая Лию.

— Не понравилась?! — изумился папа.

— Да подождите вы! Лия, я хотел спросить… мы с вами не встречались в посёлке у леса много лет назад? Это абсурд, конечно, но вдруг ты всё-таки не умерла.

Что?! Нет, вот Лия стопроцентно была живой! По крайней мере, в богиню Саг-Аше я уже точно не поверю.

Впрочем, и сама женщина удивлённо распахнула глаза, не ожидая такого поворота.

— Я умерла?! Что за глупости? — она вскочила и разъяренной кошкой подлетела к Ивэйлу, — неужели ты не мог придумать что-нибудь более реалистичное?!

Мужчина явно растерялся:

— Но твоя бабушка сказала мне, что вы с малышом погибли при родах…

— Не ври! То, что вы не ладили с бабушкой, ещё не повод вешать на неё…

— Лия, успокойтесь! — окрик Решина ударил по ушам, — нам действительно сказали, что вы погибли. Вэй решил навестить вас перед родами, а я тогда пошёл с ним. Но уже на пороге дома мы встретили вашу бабушку, которая отвела нас на погост и показала свежую могилу. Как я понял, вы умерли во время родов, вместе с младенцем. Я могу, конечно, извратиться и предположить, что Вэй с вашей бабушкой специально разыграли меня, но это смешно.

— Тем более мы много слышали о маленькой «колдунье», — спустя паузу добавил папа, — моя жена забеременела через два месяца после вас, и мы тоже ждали мальчика. Решин вешался от разговоров двух будущих папаш, — бард хмыкнул, а отец продолжал, — мы ещё смеялись, что парни — погодки будут, обязательно их подружим. Поэтому я сомневаюсь, что Вэй умышленно предал вас.

— Вы шутите что ли? Какая… могила? Я не умирала при родах, только мальчик. Да, мне было очень плохо, и я постоянно спала, но в могиле меня точно не было!

— В доме тебя тоже не было. Мне предлагали забрать те подарки, которые я тебе сделал, но я не стал.

Женщина замолчала, опустив руки. Да что там, все молчали. В голове не укладывалось. Вспомнились слова мамы про обстоятельства, которые выше нас. И зря Лёша хотел набить ему морду, мужчина сам стал жертвой. Одному Ивэйлу я бы не поверил, но у отца не было смысла врать нам.

— Получается, это всё сделала бабушка? Я видела безымянную могилу на кладбище, но мне сказали, что это утопленника из реки выловили… хорошо, меня могли на время перенести в другой дом, к подруге бабушки или к несостоявшемуся жениху. Но ведь в деревне бы знали, что я не умерла! Почему никто ничего не сказал?!

— Лия, я понятия не имею… Мне показалось, что я сбрендил, когда ты появилась сегодня. До сих пор не верится, — судья жалобно поглядел на женщину.

— Так может, и ребёнок выжил? — вклинился в разговор Дин. Лия грустно улыбнулась и покачала головой. И тем контрастнее прозвучали слова Видящей:

— А почему нет? Вы видели его тело?

— Вы издеваетесь?? Нет, но…

— Лия, тише, — судья неожиданно привлёк женщину к себе, а сам развернулся к Видящей, — Арисса, ты что-нибудь знаешь?

— Мальчик, который пришёл вместе с сыном Андрея. Это ваш сын, — и она указала на Лёшу.

А ведь если подумать, всё сходится. Лёха — приёмный ребёнок. Родители забрали его у какой-то сумасшедшей бабки на станции — а Лию воспитывала бабушка. Это случилось восемнадцать лет назад — Лёше восемнадцать. И разница у нас с ним действительно в два месяца. Ещё Видящая добавила, что друг безумно похож на молодого Ивэйла. И наконец, Лёша — храмовник. Витязь, как и его отец.

Слова Видящей вызвали сомнения только у отца, который не знал, что Лёшу усыновили. Бедный папа, он поверить не мог, что всё это время ребёнок его лучшего друга был перед носом. Нет, какие-то мысли о внешней схожести у папы возникали, но где был Ивэйл и где Лёха. И мало ли на свете похожих людей?..

Лия не выдержала и разревелась. Оба — и судья, и мой друг крутились рядом и утешали её. Пытались. Но женщине не помогало даже зелье. Просто осознать, что один из близких тебе людей превратил твою жизнь в прах, причём превратил сознательно, якобы желая счастья. И на фоне этой картины я вдруг поймал виноватый взгляд отца. Кажется, кто-то сейчас воочию убедился, что не стоит решать за детей, как им жить. Или хотя бы делать это осторожно, ничего не разрушая до основания.

Наша жизнь — странная вещь, когда от тебя одновременно зависит всё и не завит ничего. Надеюсь, что Лёше удастся справиться с этим.

Спустя полчаса, когда суматоха улеглась, нас покормили обедом. Было забавно наблюдать за Ивэйлом, который смотрел на друга, как на восьмое чудо света. Он явно не знал, как вести себя с новообретённым подарком судьбы. Тут Лие, как женщине, было проще, да и с Лешей они уже успели подружиться.

— Кстати, Дима, — за чаем повернулась ко мне Видящая, — а зачем вы пришли в Весенну?

Упс. Я машинально хотел ответить, и вдруг до меня дошло, что я собираюсь ей сказать. Беспомощно оглянувшись, я увидел, как насторожились ребята. В итоге все взгляды скрестились на Лёше, и мы единогласно выбирали его самым смелым. Ой, зря-я… Потому что друг глубоко вздохнул и выдал:

— Мы собирались ограбить ваш храм.

Немая сцена. Рома ругается, Дин медленно сползает под стол, а я краснею под взглядом отца.

— Нет-нет, — поспешила исправить Лия, — мальчики пришли ради девушки, кукловода, которая сейчас находится в вашем главном храме.

Окей, это у них семейное. Что лучше — ограбление храма или спасение идеологического врага?..

— Я правильно поняла, вы пришли за Аннет Ришоу? — недоумённо уточнила Видящая.

— Это Дима пришёл. А мы с ним за компанию, чисто поржать, — первая же ложка, которая мне попалась, полетела в кукловода. Не попала, а жаль. Осознав, что я настроен решительно, кукловод закрылся руками, — эй, чего ты кидаешь?! Поржать, но мы же пришли!

— И не поспоришь, — хмыкнула Видящая, — парни, вы что, серьёзно? Вы на самом деле думали, что сможете пробраться в храм и выкрасть Аннет? Даже если бы Диме удалось незаметно пройти через охрану, вы хоть примерно представляете, где источник? Храм огромен, вы сами его видели. Хорошо, защиту против теней на храм ставила Лера и тебя, Дима, она бы возможно пропустила. Но я бы почувствовала, что в храме есть кто-то посторонний. Не говоря уже о том, что вода в источнике имеет достаточно специфические свойства. Я, Видящая, не рискую прикасаться к ней без специальных регалий, а уж о том, чтобы нырнуть в колодец, и речи быть не может. От тебя осталась бы горка пепла. И потом, я упорно не понимаю, зачем тебе помогать Аннет.

— Потому что из-за меня ей пришлось отправиться в Весенну, — махнув рукой, начал рассказывать я, — у нас была почти разорванная нить и, будучи человеком, я не мог удержать её от безумия. В итоге эта нить вообще должна была убить Ану.

— И что? — со смешком уточнил отец, — ты настолько проникся чужой бедой, что решил сам попрощаться с жизнью? Дим, не ври. У меня есть другая версия событий. Карин? Ты отправился в Весенну по её просьбе?

— Нет, Карин здесь не причём. Наоборот, она уговаривала меня остаться дома.

— Тогда зачем?

— Тебе обязательно знать?? — раздраженный дотошностью отца, я уже злился. Заметив это, папа подался вперёд, не скрывая любопытства.

— Ну, а если ты разобьёшь какую-нибудь раритетную вазу в этом храме?.. Как ты думаешь, кого Арисса заставит платить за неё? Должен же я быть в курсе, за что пострадаю.

Видящая громко фыркнула, как бы намекая, что это был не лучший аргумент. Но возмущаться не стала, что наводило на определённые мысли.

А причина… Неужели сложно догадаться?

— Мы встречались с Аной. На турнире. Я влюбился в неё, вроде бы взаимно. Хотя стопроцентной уверенности не было. У неё было множество тайн, недомолвок, и я не понимал, играла ли она или я ей действительно нравился. В итоге мы разошлись очень… неоднозначно. В сентябре она погибла, и вместе с этим перестала существовать наша нить, — я старался говорить нейтрально и ни на кого не смотреть, — мама сказала, что на фоне привязки, эта смерть меня самого едва не убила. А две недели назад рядом со мной появился дух-хранитель. Сначала я смог его услышать, потом — увидеть. И узнать — тоже. Не сразу, но я понял, что это Аннет. Мало-помалу клубок распутывался и тогда я начал соображать, почему она себя так вела. Пап, я не могу её бросить… Как я не смогу ещё раз пережить ту агонию, которая случилась осенью. И не спрашивай, почему я тебе не рассказывал, я никому не рассказывал.

— Ребёнок, ты меня разыгрываешь сейчас? — вкрадчиво осведомился папа. — У тебя были отношения с дочкой Шакона? И после её смерти, она пришла к тебе, как дух-хранитель?

— Нет, блин! — не выдержал я, эта откровенность нелегко мне далась. — Я притащился в Весенну исключительно для того, чтобы перебить все вазы в храме и обанкротить тебя!!!

— Но почему именно Аннет Ришоу??! Что в мире мало баб, которых надо спасать?

— А почему именно мама, пап? Почему именно женщина теневик, которая была старше тебя и которой оставалось жить всего девять лет?!

И первый раз на моей памяти отец промолчал. Не поглумился и не оставил последнее слово за собой. Кажется, он только в этот момент осознал, насколько я попал.

— Дима, ты хоть знаешь, как Шакон связан с твоей мамой? — с явным осуждением поинтересовалась Видящая. Я мрачно улыбнулся и кивнул.

— Да, мама просветила меня. Она посчитала, что лучше сделает это сама.

— И ты всё равно хочешь помочь дочери Шакона?

— Да, — также лаконично ответил я.

Ответил, мысленно возвращаясь в лес, когда мама рассказывала мне обо всём.

Несколько часов назад

— Слушай, а у меня ещё вопрос назрел. Почему Карин не сказала, что она — моя двоюродная сестра?..

— Если честно, то я сама не совсем понимаю. Какой смысл был разводить тайну на пустом месте? Хотя… Наверно, она испугалась, что твои друзья, ритуальщик и кукловод, догадаются, как Шакон связан с Аллерин Аммар. В принципе, её страх обоснован, ты вполне мог отказаться помогать человеку, который убил меня.

— Тебя убил Шакон??? — я изумлённо вытаращился на маму, — и ты так спокойно об этом говоришь?!

— А что мне, плакать? Поздно уже переживать, Дима. Я не держу на Шакона зла. К тому же, он не хотел меня убивать. Это вышло случайно.

— Как можно было убить «случайно»?!

— Дима, умоляю, не включай папу, пожалуйста. Он тоже сначала бежит крушить «врагов», а потом разбирается. Повторяю, Шакон не хотел меня убивать. Больше подставить. Они с Элексом, нынешним кукловодом-идеологом, тогда решили избавиться от Рихара, своего отца. И положа руку на сердце, я их понимаю. Рихар был столетним психом, но психом — кукловодом-менталом, сильнейшим из всех. И конкуренцию, по мнению братьев, Рихару могла составить только я. Элекс подготавливал всё, а Шакон в ту ночь отправился с Рихаром в наш дом. Но на деле оказалось, что своего отца Шакон ненавидел гораздо больше, чем всех теневиков. И вместо того, чтобы сбежать и оставить нас с Рихаром один на один, он стал мне помогать. Вернее, наоборот, Шакон атаковал, а я прикрывала его. Мы победили. И после этого тяжелого боя я настолько устала, что забыла о предосторожностях. У полукровок менталов есть состояние типа «боевого безумия» и для убийства Рихара Шакон использовал это умение. А я сразу после боя подошла к нему, ещё руку на плечо положила. Естественно, он ударил меня мечом, не осознавая, кто я, а просто устраняя угрозу. Можно предположить, что он сделал это специально, но тогда бы в его глазах не было такой досады. Сразу после этого в комнату вбежала Карин и едва его не убила. Но прибывшие на помощь Шакону кукловоды отвлекли её.

— И Аннет прекрасно знала, кто тебя убил, ведь так? — я едва сдерживал рвущиеся на язык ругательства. Не про Аннет, конечно, — а Карин? Получается, она действительно предала тебя?

— Нет. Она такая же жертва обстоятельств. У неё… не сладко сложилась жизнь. И мне очень печально осознавать, что её сломали наши же старейшины. Буквально на пустом месте, когда она ещё могла бороться против связи с Шаконом. Не выдержав постоянных обвинений, Карин ушла в изгнание. А после этого попала в лапы кукловодам Элекса, но Шакон её вытащил. И с тех пор он не отпускал. Но может, оно и к лучшему. Оставшись одна, Карин лишилась поддержки многих прежних друзей. Раз ушла в изгнание — перешла на сторону кукловодов. К Нике её не пускали, а как Андрею она не могла вернуться, чтобы не подставлять вас под удар. Шакон помог ей начать жить заново, хотя два года она мучила его своей ненавистью. Потом сдалась. Но как ты думаешь, почему они до сих пор не женаты? За мою смерть он получил сполна, Дима, поверь.

— Дим, а можно я задам нескромный вопрос? — многообещающе начал Дин, возвращая меня в реальность. — А кем всё-таки была твоя мама? И как ты мог с ней общаться, если она умерла?

Вообще интерес кукловода был справедливым, но прикинув, сколько времени займёт объяснение, я отрицательно покачал головой. Пора бы уже вспомнить о главной причине моей поездки в Весенну.

— Дин, я обязательно расскажу всё, но чуть позже, — я перевёл взгляд с приятеля на Видящую, — Арисса, — когда мы знакомились, она назвала имя, а не титул, — пожалуйста, скажите, как сейчас Аннет? Вы же знаете, что с ней?

Видящая демонстративно откинулась на спинку стула и сложила руки на груди:

— Увы, здесь мне порадовать тебя нечем. Ритуал превращения в храмовника завершился успешно и её душа могла бы вернуться в тело. Однако она отказалась. Сама. Это было несколько неожиданно, но это был её выбор. Вы опоздали буквально на пол дня, — с фальшивым сочувствием произнесла женщина. Впрочем, какая уже разница, по настоящему она сочувствовала или нет? Я не успел…

В душе как будто что-то оборвалось. Какого черта я сразу не побежал в храм?! И мама… Получается, она уже тогда знала, что я не успею. И её подбадривания были лишь отсрочкой до того момента, когда я услышу правду. Мама, как ты могла?.. Или не могла?

— То есть она уже стопроцентно умерла? — дурацкий вопрос, но я хотел удостовериться. И довольный прищур отца убедил меня, что Видящая явно не договаривала.

— Ты забавный малый, Дима, как можно умереть не полностью? — укоризненно спросила женщина. Хех, как мама, например. Жаль, я не знаю всех нюансов.

— Арисс, а по какому обряду похоронили эту Аннет? — включился отец. Ура, папа! В нашем полку прибыло! И судя по тому, как на миг перекосило личико Видящей, папа задал неудобный вопрос.

— По нашему обряду, — поколебавшись, сдержанно произнесла она.

— О, это хорошо, — отец незаметно подмигнул мне, хотя я по-прежнему не понимал, куда он клонит, — то есть, до полуночи с ней ничего не случится. А поведай мне, дорогая подруга, пока лесные духи не придут за девочкой, её душа ещё может вернуться в тело? Арисс, я хочу услышать честный ответ.

— Андрей?! Ты вообще на чьей стороне? — вскочила с места женщина. Папа смерил её задумчивым взглядом.

— Не нервничай. Просто я согласен с Димой. Как бы я не ненавидел Шакона, его дочь не связана с убийством Леры. А опускаться и мстить через детей я не хочу. Тем более я в курсе, как тебе невыгодно её воскрешение. Так что не вижу ничего преступного в желании сына спасти девочку. Причем девочку, ради которой он отважился прийти в этот город. Мне уже самому интересно, чем она его зацепила.

— И как вы себе представляете это… мероприятие? Аннет отказалась от воскрешения. Тебе, по меньшей мере, надо будет уговорить её вернуться! Дима, ты уверен, что справишься?

Два снисходительных взгляда были ей ответом. Чтобы Ямировы да не смогли уболтать девушку? Смешная шутка.

— А во-вторых, ты не успеешь вернуться до заката. До озера дорога не близкая, а в темноте духи быстро придут за тобой.

— Арисс, ты уже лукавишь. На самом деле, даже с учётом сборов, Дима вполне способен обернуться за пять часов. И возвратиться в восемь, за час до заката, — ого. Спасибо, главный судья, — я думаю, Андрей прав, парень вполне может рискнуть. В конце концов, близ озера есть домик стражей, в котором можно переночевать. А заблудиться в тех местах сложно, весь путь идёт по течению реки.

— Да вы сговорились что ли?! — она гневно посмотрела на мужчин, — сами же были против, чтобы я соглашалась на ритуал с Аннет! Предатели! Ну, Реш, давай и ты что-нибудь посоветуешь?!

Решин мягко улыбнулся ей и беспомощно развёл руками.

Глава 18

Как и предсказывал Ивэйл, сборы заняли около часа. Пока мы вернули свои рюкзаки из участка, пока перебирали вещи, пока искали одежду для Аннет (оказывается, в последний путь храмовника отправляли абсолютно голым), пока слушали ценные указания. Словом, время пролетело незаметно.

Естественно, со мной пошли все. Дин загорелся идеей увидеть святое озеро храмовников, а Лёша не захотел отпускать меня одного. Но, скорее всего, другу просто надо было развеяться. Ну а Роме пришлось отправиться с нами, как единственному взрослому. «Я что, воспитатель?» — долго бурчал он, когда услышал эту формулировку от Видящей.

Вообще поначалу Дина не собирались пускать к озеру, но потом Решин резонно заметил, что уж лучше кукловод будет чудить в лесу, нежели в городе. И эдак выразительно посмотрел на нас. Мы ответили барду (а точнее, наместнику бога Рицо — главному барду) невинными взглядами. В самом деле, кто просил стражей заковывать моих друзей в наручники?..

Кстати, как по секрету сказал мне папа, институт стражи в Весенне был довольно мощным и в предместьях и других районах города нас бы поймали с легкостью. Однако центр по умолчанию считался самым безопасным местом и для его патрулирования набирали в основном студентов. Арисса была яро против такой системы, но наместник Нэтта — главный витязь — настоял на своем варианте. И вот теперь у Видящей появился прецедент, который позволит ей поставить точку в этом споре.

Но собственно, вернёмся к нашему мини-путешествию. Нам предстояло отправиться в восточную часть леса, в то место, где небольшая речка впадала в Святое озеро или озеро Памяти. Храмовники строили для умерших людей деревянные лодки и после прощания сплавляли их вниз по течению. Подземные воды из источника Весенны позволяли реке не замерзать круглый год и постоянно выполнять свои функции. Из-за быстрого течения лодка стремительно достигала озера и до полуночи качалась в его водах. А в полночь за душой умершего приходили лесные духи. Тело храмовника рассыпалось в прах, а лодку утром забирали стражи.

Та же история была и с Аннет, только в её случае тело ещё не умерло. Оно не могло функционировать без энергетической составляющей, однако все физические процессы шли исправно, пока с душой оставалась связь. Вот только ночью лесные духи оборвут эту ниточку.

Само озеро находилось далеко от центра города — примерно в двух — трёх часах пути. Мы должны были дойти до него, а затем мне предстояло уговорить Аннет вернуться в тело. Далее нужно было ещё метров восемьсот шагать до домика стражи. Переночевать там, а утром вернуться в Весенну. Хотя, что и говорить, в моей голове блуждали совсем другие мысли. Например, попытаться позвонить Шакону и сдать Аннет ему в руки. Однако, как осуществить это технически, я не знал.

Решин, Ивэйл и Лия проводили нас почти до пригорода. Папа тоже рвался, но Видящая злорадно велела ему лежать и в ближайшее время даже не думать о прогулках. Под напором весеннской правительницы, отец сдался и пожелал мне удачно выловить девушку из озера. «Надеюсь, мать за тобой присмотрит», — на прощание сказал он.

И теперь мы спешили вперёд, сверяясь с рекой, как с главным ориентиром. Временами приходилось обходить, когда к берегу было уже не подобраться. Но моя главная ненависть на пути — это крапива. Трава адски жалила руки, а невысокому Дину вообще доходила до шеи. Поэтому все расспросы пришлось свернуть, пока мы не вылезли из зарослей.

Я рассказывал про маму с её же слов. К счастью, система трёх миров была известна братикам, а уж они, как понимали, объяснили её Лёше. Фактически в той же интерпретации, что и мама — на образах. Правда, что существуют люди — полубоги, они слышали впервые. В связи с этим Дин очень подозрительно осведомился, кем же была моя мама при жизни, если после смерти она стала богиней? На что я назвал имя и получил поистине странную реакцию:

— Твоя мать — Аллерин Аммар? Дим, ты что, издеваешься?! — набросился на меня кукловод.

— Да что здесь такого?!

Парень прикрыл глаза рукой и скептически фыркнул. Рома вёл себя менее эмоционально, однако ему явно хотелось сказать мне пару «ласковых» слов.

— Ничего особенного, кроме того, что твоя мама — легендарная правящая тень, которая сорок лет возглавляла Порт-Сокол! Достижения, политику и успехи этой женщины изучают во всех учебниках скрытых рас! Как она может быть твоей матерью, если между ней и твоим отцом разница в минимум сорок лет?!

— Но она выглядела очень молодо… — всё, что сумел вставить я. Остальное мозг категорично отказывался анализировать.

За Дина ответил Рома:

— Все скрытые расы стареют медленнее, чем люди. Это нормально, с учётом постоянных конфликтов и малочисленности рас. Причём у кукловодов, храмовников и Лун процесс старения запускается со ста лет, у теней конечный возраст вообще не известен. Единственный теневик, доживший до четырёхсот лет, так и не постарел. Но пардон, даже если твоя мама выглядела молодо, на момент смерти ей было уже за шестьдесят.

— И потянуло женщину на молоденьких мальчиков…

— Дин, стукну!

— Ну, блин, Дима, я ж не священник. Потянуло и потянуло, её дело.

— Это папа её добивался, — не выдержал я, — и довольно долго. Он рассказывал, что мама никак не хотела сдаваться. У них был счёт, в котором она постоянно вела, а папа скрипел зубами. Он уже сам искал её слабые места и пробивал брешь в обороне. Ещё он говорил, что она была не особо счастливой. Сравнивал с замороженной куклой, улыбчивой, доброжелательной, спокойной, но — со стеклянными глазами и заведённым моторчиком: «я должна». Её многие отговаривали от этого брака, только отец сумел настоять на своём, — не знаю, зачем я рассказывал это ребятам, но они слушали и не перебивали. Просто… мне казалось, что история родителей намного сложнее, чем желание женщины в годах завести молодого любовника.

И после моего монолога братики слегка загрузились.

— Ладно, извини, Дим, мы поняли, что ты имел в виду. Я действительно никогда не задумывался на эту тему. В смысле, чего стоила твоей маме успешная теневая политика… Погоди минутку! Получается, ты тоже Аммар?! — он ошеломлённо посмотрел на меня, будто увидел в первый раз, — Дим, совет: беги! Реально, рви когти куда-нибудь в Австралию. Если Ника узнает, что теневик Аммар, твоя спокойная жизнь закончится!

— Это ещё почему?.. — начал я, но тут мы поднялись на холм и увидели озеро. И всем резко стало не до болтовни.

— Кошмар… — кратко выразил Дин общее мнение. Я непроизвольно кивнул.

Нет, к окружающему пейзажу у меня претензий не было. Живописное место, особенно с небольшого пригорка. Хрустальная гладь голубого озера, круглая каёмка песчаного берега — граница между водой и лесным массивом. А посередине прозрачного зеркала качалась маленькая лодочка, в которой, казалось, должна спать прекрасная царевна… Вот только царевна была далеко не прекрасной.

Бледная девушка больше всего напоминала скелет. Тени под глазами, впалые щёки, почти бескровные губы. По выпирающим костям можно было изучать строение тела. Отросшие волосы не помещались в лодку и плавали рядом, свесившись через край. Но это были не те шикарные локоны Аннет, а что-то тусклое, безжизненное. Я отвёл глаза.

— Ей бы ещё свечку в руки поставить, — нервно хихикнул кукловод, — и была бы натуральная нечисть.

Да уж. Сейчас Ана гораздо больше смахивала на какое-нибудь умертвие, чем на человека. Бедная моя, что с тобой сделали?..

Долго смотреть на это зрелище я не мог и сбежал вниз к озеру. Краем глаза отметил, что ребята последовали моему примеру, и переместился за Грань.

Девушка-дух сидела на бортике лодки, но увидев меня, вскочила. Сдерживая растущий в горле ком, я разглядывал её одновременно испуганное и взволнованное лицо. Искал знакомые черты. С момента нашей последней встречи она стала более похожей на себя. Или я не замечал этого раньше?

— Дима? — она вспорхнула с бортика, но лодка даже не дрогнула, — Дима, ради всех богов, что ты здесь делаешь?! — Ана подлетела ко мне, встала напротив. Мой взгляд задержался на ней, а затем скользнул к девушке в лодке, — не смотри туда! Не смотри!

Из головы сразу выветрилось всё, что я хотел сказать.

— Ан, мы пришли за тобой. Хватит…пойдём отсюда.

Девушка изумлённо захлопала ресницами:

— Я не понимаю…

— Не надо ничего понимать! Просто возвращайся в тело!

— Дима, Дима, остановись, — она положила руки мне на плечи. Я ничего не почувствовал, однако на Грани руки девушки уже не проходили сквозь меня, — как ты оказался в Весенне? И как ты смог найти меня?

Я снял её ладошки с плеч и легонько сжал в своих пальцах.

— Аннет. Я пришёл в Весенну за тобой. Я не хочу, чтобы ты умирала. Твои родители тоже решительно против этой затеи. Они надеются, что ты вернёшься домой.

— Дима… — она опустила голову, но вдруг спохватилась, — постой, но как ты узнал, что я на озере?

— Видящая нам всё рассказала. Она дружит с моим отцом, представляешь? И папа как раз выпытал у неё, что тебя ещё можно спасти.

— Ты отправился меня спасать? — она улыбнулась. — Мне приятно, конечно, но не стоило. Тем более ты, уже наверно в курсе, как мой отец связан с твоей мамой?..

— Предлагаешь мне заочно ненавидеть тебя? — парировал я: — Ан, для этого придется найти аргументы повесомей, — девушка фыркнула и сложила руки на груди, — тебя там не было. А с твоим отцом мы разберёмся сами.

— Была. Я там была, Дима. Я должна была убить тебя. Рихар приказал, а папа не смог его отговорить. В итоге они взяли меня с собой. Я очень хотела выполнить приказ, раз пять подходила к тебе спящему. Но когда, наконец, решилась — ты открыл глаз. И сказал, что я красивая, — она звонко расхохоталась, даже немного безумно, — но тебя бы это не спасло. Однако ты добавил, что у меня красивые волосы. Я тогда жутко комплексовала, а тут такое искреннее восхищение в глазах. И не судьба тебе была умереть в ту ночь…

И после этого она хочет, чтобы я её отпустил?!

— Аннет!

— Нет! — она отпрыгнула от меня. — Нет, нет, ты просто не понимаешь. Я тоже не сразу поняла, что натворила своей выходкой. И как она ударила по родителям и по тебе! Я не имею права жить, Дима!

Вместе с её криком виски сжала острая боль. Опять! Я скривился и на пару секунд задержался с ответом:

— Ана, они тебя простили. Ты не видела, как Карин лихорадочно искала способ вытащить тебя! Собиралась идти в Весенну, выяснять отношения с Ариссой, — последнее слово я уже шептал, изо всех сил стараясь не показывать Ане, что со мной. Но когда тебя медленно скручивает от боли — это невозможно.

— Дима, что с тобой?! Ты… уходи с Грани, быстро!!!

— Нет, — передразнил я, выдавив улыбку, — я не уйду без тебя.

У девушке мелко задрожали руки.

— Идиот! — сейчас в её голосе не осталось наигранности, — ты умрёшь!

— Зато не один, — хмыкнул и со стоном вцепился в волосы. Не переходный, а садистский мир какой-то.

— Но я не могу!

— Я тоже… — о чём я в тот момент думал — загадка. Колени подогнулись, и я мешком рухнул на землю. Но вскинул голову и посмотрел в её глаза. Ну же, давай… Очерёдной спазм заставил выругаться сквозь зубы. И девушка дрогнула.

— Ладно, только уходи!!!

— Обещаешь?.. Я могу и вернуться.

— Да!!! Пошёл вон!

Да здравствует кислород… Я звездой распластался по песку и с довольной улыбкой смотрел на собравшихся вокруг меня парней. Ног коснулась вода, по озеру пошла рябь. В лодке, обхватив себя руками, сидела девушка, которая стремительно повернулась к нам. Слишком стремительно. Судно накренилось и Аннет полетела в воду. Хорошо хоть, что лодку уже успело прибить к мелководью. Через кувырок назад я встал и отправился вылавливать своё чудо.

Кроссовки и носки пришлось снять, а джинсы закатать до колен. Ох! Вода была ледяной. Я в темпе добежал до Аннет, и перехватив её за талию, вытащил из воды. Ноги мёрзли, но голой девушке сейчас было гораздо хуже. Лёха кинул мне полотенце, взятое на всякий случай, и я принялся растирать покрытое пупырышками тело. Затем натянул на Ану свой свитер и штаны, пожертвованные Лией. Следом пришла очередь шерстяных носков. Закончилось всё широким пледом, в который я замотал девушку по грудь. Ладошки Аны мигом забрались мне под куртку и я обнял её, стараясь поделиться своим теплом. Чёрт с ними, с голыми ногами, главное — всё получилось…

Только спустя минуту Лёха спохватился и забрал у меня девушку, заставив обуться. Я тоже сменил носки на шерстяные и едва влез в кроссы. Парни разобрали содержимое моего рюкзака по своим и когда мы уже собрались дальше, до Аны всё-таки дошло:

— Дима? — в глазах бывшего духа начала закипала ярость: — А тебе ТОЧНО было плохо?!

Эх, как я в этот миг порадовался, что у неё были маленькие ноготки, иначе моей шее пришлось бы туго.

— Конечно! — кристально честно ответил я. В конце концов, чтобы испытать боль — надо искренне в неё поверить.

Когда впереди замаячил домик стражи, я позволил себе расслабиться. Напряжение не отпускало до последнего. Я ждал чего угодно: монстров, духов, стражей или Видящую с топором наперевес. Но пронесло.

Ребята с интересом следили за Аннет, проклинающей меня на все лады. Периодически девушка начинала выдыхаться, но потом радовала новыми оборотами и фразочками. Я не без удивления осознал, что у моей девушки-мечты очень богатая фантазия. И очень извращённая. Мы заслушивались.

В конце концов, Аннет догадалась, что нас так просто не взять и потребовала вернуть её в озеро. Зевнув, я ответил, что на озеро сегодня уже не пойду, но могу перебросить её через плечо и вставить кляп. Боже, надо было видеть этот взгляд! Мою идею подхватили парни, и девушка была вынуждена капитулировать. Но даже её недовольная мордашка не могла испортить мне настроение. Осталось только пережить эту ночь и сдать обозлённое чудо родителям. Или себе оставить? Я многозначительно поглядел на Ану. Девушка правильно оценила мои намерения и, высвободив одну руку, показала кулак. Да-а, чувствую, мириться мы будем долго. Но что важнее, теперь мне есть с кем мириться.

Ключ от домика нам вручил Ивэйл, который взял дубликат у одного из друзей-стражей. Дин ради любви к искусству попытался влезть в окно и сильно обиделся, когда его слегка коротнуло током. Зато сразу стало ясно, почему судья так заморачивался с поиском ключа.

Внутри было достаточно узко, по крайней мере, впятером мы будто заняли всё пространство. Я опустил Аннет на лавку и осмотрелся. Небольшая печка из кирпича в углу, оформленная под камин, несколько лавок и крепкий стол. Шкафчик с посудой, стойка для верхней одежды. Ну и диван — «книжка» у окна. Такой же диван вместе с раскладушкой я обнаружил на чердаке. Словом, переночевать здесь можно было с комфортом.

Лёша и Рома занялись растопкой печи, я — разбором запасов. Дин всеми силами отлынивал от работы, но брат то и дело гонял его по мелким поручениям. Аннет по понятным причинам никто не трогал. Хотя сама девушка не сидела на месте. Выпутавшись из пледа, она пыталась встать. Я с тяжёлым сердцем наблюдал за ней. Ноги слабо повиновались хозяйке и отойти от стола Ана так и не решилась. Посидела, поглядела, как я режу колбасу и вздохнула. Воспоминания накатили, что ли?..

— Дима… — если у Аны не было никакого акцента, то в речи Аннет он вернулся на своё место. И не понятно, почему, но её акцент меня просто с ума сводил. На турнире мы общались на английском и сейчас я впервые услышал, как она говорит по-русски, — Дима, дай мне нож, пожалуйста. Или ножницы, если есть.

Я растерянно нахмурился. Давать колюще-режущие предметы этой женщине мне пока не хотелось. На свой немой вопрос я получил укоризненный взгляд и демонстрацию растрёпанных волос. Да уж, эти «локоны» мне ещё в пути надоели.

Ножницы я не нашёл, пришлось вооружиться ножом. Самому. Аннет уничтожающе фыркнула, но голову всё-таки повернула. Я аккуратно срезал её волосы по плечи, благо нож был очень острым.

— Ну и как тебе быть храмовницей, рыжая? — Дин рухнул на лавку рядом с девушкой и молниеносно сцапал бутерброд с тарелки. Я даже моргнуть не успел.

— Ужасно, — ёмко ответила девушка.

— Почему? — недоуменно спросил Рома. Парни уже закончили с печкой, и дом потихоньку наполнялся теплом.

— Чувствую себя оглохшей и ослепшей, — произнесла девушка спустя паузу, — у нас… у кукловодов и слух острее, и зрение резче. Ненамного, но разница ощущается. Ещё… эмоций нет. Я, конечно, эмпат чуть больше, чем посредственный, но раньше хоть чужое настроение улавливала. А сейчас будто отрезало. И слабая, как ребёнок… Ненавижу быть беспомощной!.. — последняя фраза явно пророчила истерику. Я протянул ей тёплый чай. Она покорно взяла, сжала чашку в пальцах. Отхлебнула и вдруг повернулась к братикам:

— Неужели вы тоже отправились меня спасать? Ладно, про этого сумасшедшего уже не спрашиваю, но вас-то как угораздило?

— Ну, Ан, ты представь, что с нами бы сделала Ника, когда узнала, что мы отказались тебя спасать? — хмыкнул кукловод, — тем более этих дилетантов жалко стало, — мы с Лёхой одновременно поперхнулись чаем, — и тебя тоже… немножко.

— Что ж, если немножко, то я за тебя спокойна, — в тон ему ответила девушка, — спасибо.

— Основное «спасибо» должно быть Диме, — ненавязчиво намекнул Рома. Аннет зашипела, как разъярённая кошка:

— Ни за что! — как меня любят, я прямо умиляюсь. — С этим идиотом я даже разговаривать не хочу! Придурок! Ещё и улыбается, гад!

Ну не могу я не улыбаться, глядя на это чудо. Зато цель оправдала средства. Если, конечно, не вспоминать, что голова у меня действительно болела и импровизировать пришлось буквально на ходу.

Мы посидели ещё минут десять, делясь впечатлениями за прошедший день, и решили готовиться ко сну. За окном уже темнело, а фонарик у нас был один. К тому же мы с ребятами жутко устали. Это был длинный день. Очень длинный день.

— Ну и кто где будет спать? — осведомился Дин: — Я так понимаю, что Аннет мы оставим внизу, таскать её на чердак нет смысла. Рыжая, но тебе придётся спать с компанией! Кого предпочитаешь?

Аннет равнодушно пожала плечами:

— Мне без разницы, только не с Димой.

Ребята посмотрели на меня. Я посмотрел на них.

— Знаешь, Ан… что-то я не рискну встать на пути паровоза. Пардон, но мы с Ромой лучше займём диван на чердаке, пока он свободен.

— Что ж, тогда я на раскладушке, — смирился Лёша. Аннет резко повернулась к нему, что аж волосы взлетели.

— Лёша?!

— Извини, Аннет. Я согласен, что Дима поступил не совсем правильно, хотя, безусловно, я понимаю и его. Но, видишь ли, у меня есть девушка. И эта девушка в вопросах моей верности доверяет Диме больше, чем мне. И я ничего не могу с этим поделать, как не стараюсь. Поэтому если я сейчас соглашусь лечь с тобой, он обязательно ляпнет что-нибудь Нате. Чисто из вредности.

Угадайте, кто в итоге составил компанию Ане? Хе-хе. Девушка долго шипела в мою сторону, но сопротивляться не стала. Когда я перенёс её на диван, она уползла к стенке и выразительно засопела. Упрямица. Парни, пожелав мне удачи, ушли на чердак. Минут десять они ещё болтали, но вскоре дом погрузился в тишину. Я поднял глаза на окно и взглянул на ярко-жёлтую луну. Временами по стеклу пробегала рябь, словно кто-то незримый бродил рядом. Думаю, на Грани я бы смог увидеть больше, но мне нельзя было за Грань.

Ана крутилась у стены и тоже не давала заснуть. Приползла бы уже греться, не мучилась. И меня не мучила. Я повернулся на бок и осведомился шёпотом:

— Переговоры? — и мягко погладил девушку по плечу. Несколько секунд она лежала неподвижно, а затем на меня будто обрушился ураган:

— Ты!.. — глаза горят, кулачки сжаты: — Ты хоть меня слушал?!

— Конечно, — согласился я, не в силах оторвать от неё взгляда. Даже в таком виде она была невероятно красива. Особенно в моём свитере. Чёрт, у меня опять наблюдаются проблемы с восприятием. Я улыбнулся.

— С тобой бесполезно разговаривать, — констатировала девушка.

— Ана, не злись. Ты жива, ты со мной, а значит, игра стоила свеч. Я понимаю, что есть сложности, но мы попробуем с ними справиться. И ещё мне кажется, что у твоего отца тоже имеются кое-какие мысли.

— Вот как раз это мне и не нравится, — отрешённо произнесла Аннет, глядя в окно, — потому что я догадываюсь, что у него могут быть за мысли. И ты, Дима, — она повернулась ко мне, — интересно, а если бы я отказалась уходить с Грани, ты бы остался?

— Ну, возможно тогда ты бы не стоила того, чтобы за тебя умирать?

Ана явно хотела возмутиться, но неожиданно рассмеялась.

— Ловко. Я смотрю, ты уже наловчился меня обманывать.

— Знаешь, здесь мы квиты, — намекнул я на турнир. Аннет раздражённо повела плечами. На её лицо упали прядки, потревоженные поведением хозяйки. Я аккуратно убрал их обратно.

— Дима, — она смерила меня подозрительным взглядом, — спешу тебе напомнить, что между нами уже нет никакой нити. И теперь мы не связаны.

— Угу.

— Я серьёзно! И ладно я только очнулась, но ты, если мне не изменяет память, уже успел четырёх девушек сменить!

Та-а-ак! Секунду. Ну, допустим, с девушками я банально пытался забыть одну рыжую особу. Но откуда такие подробности?..

Наверно, изумление чётко отразилось на моём лице, потому что Ана ехидно захихикала.

— А я помню, Дим. Всё, что знала, когда была духом. И о тебе в том числе.

Ой-ёй-ёй! То есть она помнит и про пьянки, и про траву, и про Лену… и блин, у неё же ещё какое-то досье было. Твою мать!.. И как мне теперь героя изображать для девушки?! З-зараза! И лежит с улыбкой до ушей.

— Радуемся, да?..

— Очень, — промурлыкали мне. Так, да?! Ну, сама напросилась.

Проснулся я довольно поздно, когда солнечные лучи уже пробрались в комнату. Перевёл взгляд на часы и ошарашено распахнул глаза. Десять утра! Ничего себе пригрелся под боком у девушки! Даже бессонница испарилась.

На моей груди недовольно завозилось рыжее чудо. Поднялось, потёрло глазки и широко зевнуло. Кстати, радужка у неё действительно стала больше, а синий цвет приобрёл манящую глубину. Полюбовавшись, я наклонился, чтобы поцеловать девушку.

— Ты колючий, — увернулась она. Я скользнул губами к ушку и вкрадчиво произнёс:

— Вчера тебя это не смутило, — но вставать всё-таки пришлось, поскольку с чердака уже спускались парни.

В отличие от меня, ребята почему-то были вялые. Мы наскоро позавтракали и отправились в обратный путь. Задерживаться в лесу никому не хотелось. К тому же, время поджимало — мы отпрашивались всего на два дня. В принципе, лично мне было всё равно, но вот Лёшка переживал за родителей и Нату. А если вспомнить, в каком состоянии он уехал, то его тревога была вполне обоснованной.

Единственный вопрос — что делать с Аннет? Видящая согласилась помочь нам, но при условии, что мы вернём Ану в город. Если, конечно, наше мероприятие увенчается успехом. Однако сейчас, на свежую голову, я сомневался. Мне очень не нравилось требование Видящей. В конце концов, рыженькая сильно мешала Ариссе, и оставлять Аннет в живых у неё не было причины.

Ребята, а в особенности братики, меня поддержали. Дин предложил обойти Весенну по широкой дуге и сразу отправится в деревню. Там, по крайней мере, ловила связь, и можно было позвонить Шакону. Поразмыслив, мы остановились на этом варианте. Аннет не возражала и вообще выглядела несколько отстраненной. Впрочем, учитывая события последних дней, она ещё хорошо держалась.

А у ворот в город нас ждал сюрприз…

Шакон (накануне)

Я с чувством выругался, разрывая письмо в клочья. Ещё год назад я бы только посмеялся над этой выходкой Элекса, но сейчас нервы были на пределе. Как мне всё надоело! Глубоко вздохнув, я собрал мусор и вновь глянул на монитор. Хорошо, Элекс. Мы поиграем по твоим правилам. Но, кажется, кое-кто забыл о последствиях…

Кресло скрипнуло по паркету и вот я уже снова за столом. Перед глазами замелькали папки, пальцы прыгали по клавиатуре, словно бешенные. Если завтра мне суждено умереть, то хотя бы устрою Элексу подарок на прощание. Как говорится, яблоко от яблоньки…

Через полчаса я оторвался от ноутбука и, разминая кисти, подошёл к окну. В голове крутилось содержание письма, о котором я успел подзабыть. Значит, потребовать у Видящей «предательницу», дабы придать её справедливому суду. Я хмыкнул: что ж не пристрелить на месте-то?.. И ради этого Элекс был готов пожертвовать аж двумя пленными храмовниками. Звучало правдоподобно, если бы речь шла не о госпоже Видящей. Арисса не признавала сделок с кукловодами, а пленных предпочитала вытаскивать своими силами. Принципиальная женщина. Чересчур принципиальная. И идеологу это было известно. Если Ана выжила, то Видящая ни за что не откажется от неё. В крайнем случае, прикончит сама. Но кукловодам точно не отдаст.

Сопровождение в виде пяти элексовских прихлебателей меня тоже не радовало. Кто бы знал, какие инструкции они получили. Надо бы предупредить своих ребят, чтобы ждали неожиданностей.

Спрашивается, зачем я рискую и иду на поводу у Элекса?.. Ответ прост — Аннет. Её судьба меня волновала в первую очередь. От Димы и его компании уже второй день ничего не было слышно, да и вряд ли они смогли бы справиться с этим делом. Весенна и её лес не потерпят дилетантов. Я поморщился: вспомнилось собственное прошлое. Одно задание, изменившее жизнь навсегда. Лес, который мы облазили вдоль и поперёк, и Ана… Мотнул головой — не время думать об этом.

Для подстраховки стоило бы взять Карин, но… Я не мог. Любимой становилось хуже с каждым днём, её мучила слабость и тошнота. На всякий случай я настоял, чтобы она вернулась в Лондон и поговорила с нашим семейным врачом. Не буду её трогать, пусть отдыхает…

А завтра будет завтра.

Дима

У белой каменной стены, отделяющей Весенну от леса, толпились люди. Арочные ворота были закрыты, а перед ними в два ряда выстроилась стража. Я растеряно переглянулся с Лёшей. Первая мысль была — а не по наши ли души этот эскорт? Но храмовники даже не смотрели в сторону леса. Их гораздо больше интересовал отряд из десяти — двенадцати человек во главе с… Шаконом! Что здесь делает кукловод-лидер?!

Мы осторожно приблизились, правда, покидать густые заросли леса пока не спешили. Тем временем стражи расступились, и я увидел Видящую и её барда. Судя по хмурому личику женщины, встреча была явно не запланирована. Выслушав кукловода лидера, Арисса громко, что даже мы услышали, послала его к чёрту. Ну, логично. Я бы тоже послал.

Однако больше удивила реакция Шакона, который равнодушно пожал плечами и развернул свой отряд в сторону леса. Ничего не понимаю. Они приходили, чтобы заставить Видящую понервничать? Этакая моральная атака?

— Шакон требовал Аннет, чтобы судить её по нашим законам, — сжалился над нами остроухий (образно говоря) Дин, — ну или хотя бы её тело.

Он смерил указанное «тело» оценивающим взглядом и получил заслуженный подзатыльник. А нечего меня провоцировать.

— И что Видящая? — остановил наступающий конфликт Лёша. Дин фыркнул:

— А Видящая посчитала их аргументы недостаточно весомыми и велела набраться опыта в… другом месте. И что поразительно, Шакона удовлетворил её ответ. Почему — не знаю, не смотрите на меня так! Возможно, он успокоился, когда Видящая сказала про Аннет в настоящем времени, но это только версия…

— Но почему папа не дождался вашего возвращения?.. — недоумённо начала девушка и осеклась. Я проследил за её взглядом и удивленно присвистнул. У самого леса пятёрка кукловодов из отряда Шакона вдруг развернулась и швырнула метательные ножи. И не абы в кого, а в Видящую. Женщина отвлеклась и к летящим в неё лезвиям развернулась в последний момент. И уже ничего не успевала сделать.

Зато успел Решин. Пара резких, свистящих звуков и три ножа просто снесло в сторону. Но два оставшихся к тому времени уже достигли цели. Женщине пробили плечо и бок, и по белому платью стремительно разрастались кровавые пятна.

Мир замер. Кукловоды ошарашено смотрели то на своих соратников, метнувших ножи, то на Видящую. Решин бросился к ней, на ходу отдавая приказы. К нему подбежал один из витязей, который подхватил женщину на руки и ринулся в город.

Пока кукловоды наслаждались произведённым эффектом, их окружили стражи. Но Шакон тоже не дремал — его люди один за другим ныряли в лес. Правда, уйти удалось немногим. Решин отправил за ними отряд витязей и вытащил из кармана флейту.

— П****ц нашим, — кратко резюмировал Дин, — вот какого хрена они полезли на Видящую?! Придурки!

Побледневшая Аннет вцепилась в мой рукав. Девушка неотрывно следила за отцом, которого храмовники во главе с Решином взяли в круг, и ответила, не поворачивая головы.

— Это не наши. Приближённых отца я знаю, а эти чужие. Отца предали, Дин. И я догадываюсь, кто отдал приказ… Папа не справится, Дима, пусти меня!

— Нет уж, — твёрдо ответил я, глядя ей в глаза. Аннет выскользнула из моих рук, но, не сделав и шага, наткнулась на преграду.

— Дима?!

— Аннет, не дури, — поморщился Дин, — даже я вижу, что вмешиваться бесполезно. Храмовников в два раза больше, а ты сейчас безобидней котёнка.

— Там мой отец! — выкрикнула девушка и снова дёрнулась. Увы, я не мог позволить себе разжать руки. Тем более, результат битвы был уже очевиден.

Пятерых предателей убили быстро. Шакон и прикрывавший его спину кукловод ещё держались, но сбежать у них вряд ли уже получится. Один из витязей вернулся с телом и торжественно бросил его на землю. Аннет вздрогнула и спрятала лицо в ладонях.

Наверное, в этой битве я смог в полной мере оценить возможности и храмовников, и кукловодов. Как и с замиранием сердца осознать, что всё это время мы играли с огнём. Витязи существенно уступали в скорости лидеру и его приятелю, но на их стороне был Решин. Странные, непривычные слуху мелодии барда то сбивали противников с ног, то диким скрежетом ударяли по барабанным перепонкам. Даже я морщился, хотя звуки едва долетали до нас. Про мечи витязей, гравировка которых переливалась разными цветами, я вообще молчу. Кстати, Шакон тоже оказался мечником — и надо сказать, он ничем не уступал стражам. Теперь понятно, кто научил Аннет так хорошо фехтовать. Кроме того, кукловоды держались благодаря фирменному «гипнозу» и ещё пары фишек — например, Шакон мог на секунду заставить храмовника замереть на месте. На его счету было уже два стража, когда всё неожиданно закончилось.

Первым достали соратника Шакона — тот не успел увернуться от «волны» Решина и завалился на колени. В ту же секунду тяжёлый меч с красными всполохами снёс ему голову. Твою мать!.. Какая радость, что еды в желудке было мало! Судя по моему позеленевшему другу — его тоже утешал этот факт. А вот кукловод с ритуальщиком только скривились.

Убийца кукловода недолго прожил — Шакон не собирался оставлять приятеля неотомщённым. Потом его быстрый прыжок вверх, на дерево и — к Решину! Ой-ё! Благо Решин успел просчитать этот ход и уйти с линии атаки. Вернее, почти уйти — частичку его флейты срезал меч Шакона. Да, после такого впору праздновать второй день рождения. Бард выбросил ставшую бесполезной флейту и отрывисто произнёс:

— Яр теше тарри. Эрза а тэана!

Шакон внезапно зашатался, начал тереть глаза и выронил меч. Подоспевший сзади храмовник с силой проткнул его грудь клинком. Вот и всё…

Р-р-р!! Больно! Дур-ра! Меня несколько раз ударили локтем в живот и ощутимо саданули по коленке. Блин, откуда у неё только силы взялись?! Нет, с одной стороны я понимаю, но б**ть, там же полным полно храмовников!

— Папа! — на звонкий крик обернулись все. А Шакон с трудом, но всё-таки открыл глаза. По ране было видно, что он уже не жилец, но Ане кукловод пытался улыбнуться.

— Ты живая…

— Папа, зачем?! Ради всего святого, кто надоумил тебя?.. — слезы девушки медленно, но верно расцарапывали мне душу. Зачем этот кукловод вообще пришёл, если даже Карин говорила, что для него это смертельно опасно?! Как она его отпустила?!

— Ты жива… — его глаза покрывались стеклянной плёнкой, — это ради вас… Всё… Элекс отправил со мной этих кукловодов… Хитрый лис… — он закашлялся и сфокусировал взгляд на дочери, — осторожней, Ана…

Последнее предупреждение было совсем не лишним — пока я тормозил, к Ане подошел один из храмовников. Он грубо схватил её за волосы и дёрнул вверх. Р-р, положи на место!

— Хватит ли у тебя силенок пережить её смерть, кукловод?!

Не знаю, действительно ли он собирался убить девушку или просто пугал, но когда из шеи Аннет потекла струйка крови, я слетел с катушек. Мой нож лежал в кармане, прямо под рукой, и, не задумываясь, я отправил его вперёд. Лезвие послушно врезалось в открытую шею. Храмовник выпустил волосы Аннет, и изумлено повернув голову, несколько секунд смотрел на меня. А потом медленно завалился на бок.

И лишь когда Решин уставился на меня во все глаза, я с пугающей ясностью осознал — я только что убил человека…

А где-то в тысячах километрах от Весенны, в лондонском поместье Ришоу, на ступеньках замерла женщина. Она смотрела на лестницу и не могла избавиться от нехорошего предчувствия. Словно лопнула натянутая струна, и вот-вот должно было что-то случиться. Карин сердито отдернула себя. Дурацкое положение — становишься вялой, апатичной, мнительной… Резкая волна боли заставила женщину тяжело задышать. А дальше они накатывали одна за другой, не давая опомниться. Колющий удар в сердце и внезапно пустота… И Карин прекрасно поняла, что она значит.

Зрачки тени испуганно расширились. Нет, только не Шакон… только бы не он, но… Себя не обманешь. Сухие глаза застила пелена. Один неверный шаг — и нога уходит вперёд ступени…

Несколько ударов, но даже не больно. Это внутри всё выворачивало наизнанку. Холодные пальцы прочертили дорожку по паркету, ломая ногти в кровь. Режущая боль в животе, будто окатившая холодной водой. Нет! Тень переместилась на Грань и принялась обматывать живот нитями. Нет! Кровь… Наверно, она что-то повредила, но только не живот! Карин хрипло расхохоталась. Он ничего не узнал… Боль пронизывала кости, мышцы, а вокруг уже суетились люди. Феонарон и Мэй, кукловоды из ордена Шакона. Зачем?.. Он уже погиб, а другая, маленькая жизнь, угасала внутри с каждой секундой.

«Как ты мог, Шакон? — шептали почти белые губы, — как ты мог… сейчас?.. Ты ведь так хотел этого ребёнка…»

Эпилог

Месяц спустя, конец июня

Дима

Я развалился на матах и лениво прикрыл глаза. Жарко-о. Под вечер солнце немного сбавило обороты, но было по-прежнему душно. В открытое окно ветер даже не заглядывал. Видимо, он морозил людей где-нибудь на южных курортах. По крайней мере, я на это надеялся. Из вредности.

Голубую безмятежность медленно, но верно разбавлял закат. Я зевнул. Главное — не уснуть, а то ребята потом оторвутся по полной. Хотя они тоже прилично вымотались. Один только Рома прыгал, как недоделанный сайгак. Именно он (Рома, а не сайгак) и потащил нас на тренировку. Дело было вечером, делать было нечего — и я согласился. Больной на голову человек… И Лёша с Рином со мной за компанию.

Увидев нас четырёх, Майк удивлённо похлопал глазами и закономерно поинтересовался, что мы забыли на тренировке в такую жару?.. Три косых взгляда в сторону ритуальщика заставили его посмеяться и открыть зал. Правда, сам тренер смылся в комнату с кондиционером и решительно отказывался её покидать. Так что его появление в дверях стало для меня полной неожиданностью.

— Парни! — Майк выглядел не на шутку взволнованным: — Парни, вы приведите себя в порядок, быстрее! К нам через пять минут придет проверяющий, у меня совершенно из головы вылетело! Утром сообщение прислали, а я не посмотрел. И вот минуту назад девушка позвонила, сказала, что они скоро будут.

Мы очумело вытаращились на тренера. Что, где, когда??? Какой проверяющий???

— Значит, турнир всё-таки состоится? — до Ромы дошло первым. Вот оно что… После смерти Шакона само проведение турнира было под вопросом. В союзе фехтования разводили руками: умер главный спонсор и организатор — какой уж тут турнир. Ромка тогда расстроился, но по наитию продолжал тренироваться. В свободное от экзаменов время он таскал нас в зал и мучил по очереди. Лёша даже начал подозревать в нём энергетического вампира — мы ели-ели доползали до дома, а ритуальщик оставался бодрым.

— Выходит, что состоится, — улыбнулся Майк и тут же напрягся, — парни, давайте, вставайте, — кивок в мою сторону. Я неохотно сел, — и футболки оденьте! А я встречать.

Окинув нас строгим взглядом (мог бы и не стараться), тренер убежал на улицу. Мы переглянулись.

— Ну что, кто участвует? — Ромка первым напялил футболку и развернулся к нам. Настроение у ритуальщика явно улучшилось. Его веселье по цепочке передалось и остальным — даже я поддался общей суматохе.

— Заявляли же только тебя, Ром… — неуверенно произнёс Рин. В зал проскользнула Ната и недоумённо уставилась на то, как мы растаскиваем по местам деревянные мечи и складываем маты.

— И? Если они снова прислали проверяющего, то можно попробовать. Отсеют и ладно, не много потеряем. Но между нами говоря, парни, нас — точно не отсеют! Правда, Нат? — Рома подмигнул девушке.

— Конечно! Вы только объясните мне, что происходит?..

Но дальнейшие разговоры пришлось отложить, поскольку с улицы вернулся Майк. И не один, а в компании двух девушек. Он учтиво пригласил их в зал, одновременно делая мне страшные глаза. Упс… кажется, кто-то забыл про футболку. Я состроил виноватую моську и переключил своё внимание на проверяющих.

Первой вошла смуглая темноволосая кудряшка с серьёзным лицом. Очки на носу, деловое бежевое платье, аккуратный портфельчик. Этакая бизнес-леди. Она обвела зал высокомерным взглядом и поджала губы. М-да, приехали. И это — наша проверяющая? Но не успели мы испугаться, как из-за могучей спины Майка вынырнула вторая девушка.

Рыжие локоны до плеч, синие глаза и дежурная улыбка, наклеенная на лицо. Я невольно вздрогнул. По-прежнему худая, но не так болезненно, как раньше. По крайней мере, и белой футболочке, и джинсовым шортикам уже нашлось, что обтягивать. Девушка переминулась с ноги на ногу и посмотрела на нас. Ребята ответили ей обескураженными взглядами, а я… я отвернулся.

Мы не виделись с тех пор, как Ника забрала её из Весенны. Она появилась почти сразу после смерти Шакона и утащила Аннет с собой. Храмовники скрипели зубами, но Решин дал чёткий приказ — не трогать. Парням наместник велел убираться прочь, а меня под конвоем доставили в город. Я покорно шёл. Сложно сказать, что творилось в моей душе в тот момент. Я стал чудовищем… Машинально, не задумываясь, я убил человека. Может, по этой причине мне было всё равно. Суд так суд, смерть так смерть. Я заслужил.

Но как выяснилось, моя семья была другого мнения. Пока отец разговаривал с Ивэйлом и Решином, со мной сидела мама. Я как смог извинился за себя, за то, что оказался паршивым сыном — наркоманом, а теперь и убийцей. И мама вдруг разревелась — по-настоящему, уткнувшись в моё плечо. Я перепугался и крепко обнял её. «Прости, — шептала она, — прости, что не защитила, что бросила очень рано, что ничему не научила, что…» На этом месте в комнату зашёл хмурый отец. Я честно сказал ему, что заслужил смерть и получил по морде. И второй раз получил, когда снова повторил свою фразу. На третий мама вскочила, оттаскивая папу от меня. Он зло бросил, что никакого суда Решин и не планировал, схватил меня за шкирку и потащил за собой. В соседней комнате обнаружились ребята, которые всё-таки пошли за мной, а также Ивэйл с Лией и Решин. Я чуть повторно не словил по лицу от друга, когда отец озвучил им мои недавние мысли.

— Не кори себя, Дима, — на прощание сказал мне бард, — я понимаю, что ты чувствовал. Когда опасность грозит любимому человеку, уже не до размышлений. Тут лучше успеть, чем потом плакать над могилой… Я всё понимаю.

Под конец его голос подозрительно сел, и отец с рычанием повернулся к наместнику:

— Мне что, и тебе по морде дать?! Сказали же тебе, выживет она, успокойся!

… А дома мы с отцом проговорили всю ночь. Он рассказывал мне, как узнал о скрытом мире — ещё до встречи с мамой, от друга-теневика. О том, как познакомился с Лерой Аммар и как на самом деле добивался её. О том, как подружился с Вэем и Решином, и как они помогали последнему стать главным бардом, чтобы покорить гордячку Видящую. О его свадьбе с мамой, о ненависти теневиков-старейшин. И ещё много о чём. Я же рассказал ему про Аннет и наше знакомство с ней. Отец, конечно, посмеялся. А вот за наркотики и секту меня едва не прибили.

На рассвете пришла мама и погнала нас спать. С решительно настроенной женщиной никто не оосмелился спорить. Но уже стоя в дверях, отец повернулся ко мне:

— Надеюсь, ты понял, за что вчера получил?..

Я вопросительно посмотрел на папу.

— За то, что сдался. Мы пытались уберечь тебя от этого мира, но, видимо, плохо пытались. Так или иначе, теперь тебе надо учиться жить в нём. Убийство — это… самый крайний вариант, но иногда просто невозможно поступить… по-другому. Особенно, когда речь идёт о скрытых расах. Я не хочу тебя оправдывать, как и не хочу обвинять. Но никогда не делай выводы, исходя из эмоций. И, чёрт побери, никогда не сдавайся так быстро. Будет ещё много… страшных моментов.

— Звучит мрачновато, — я постарался улыбнуться.

— А на деле всё гораздо хуже. Ты — Тень Грани, Дима, — отец глядел на меня и одновременно сквозь меня, — тебе придётся быть сильным.

Из омута воспоминаний меня вывел тихий голос Ромы, который прозвучал прямо над ухом.

— Дим, ты уснул?!

— А?.. — я растерянно помотал головой и обнаружил, что все смотрят на меня.

— Не жалеете вы своих учеников, мистер Рен, — ехидно прокомментировала «кудряшка», — кажется, они перетренировались…

Майк покраснел, а Аннет укоризненно взглянула на девушку. Та, как ни в чём не бывало, устроилась на принесенном стуле и достала планшет.

— Что ж, давайте побыстрее разберёмся с делами и не будем друг друга задерживать. Меня зовут Мирейя Мерсер, а мою спутницу — Аннет Ришоу. Она — ваша проверяющая. Детали, я уверена, вам уже известны, уточню лишь, что в этом году турнир будет посвящён Шакону Ришоу… и у нас запланировано много развлекательных мероприятий для гостей, в том числе карнавал и прочее. К сожалению, пропали некоторые данные об участниках, поэтому нам приходится собирать их повторно. Но как я помню, от России был заявлен и одобрен один участник, Роман Коротов. Что-то изменилось с тех пор?

Хм, мне показалось, или эта Мирейя немного нервничала? И если проверяющая — Аннет, то кто она? Второй организатор?

— Только Роман? — вдруг удивлённо переспросила Ана у кудряшки. Мирейя сверилась с планшетом и кивнула, — странно. Я думала, участников будет как минимум два…

— Дима отказался участвовать, — развёл руками тренер. Блин, Майк! Ты издеваешься?!

— А почему? — с любопытством осведомилась Мирейя, — ему не понравился наш турнир?

Тренер жестом указал в мою сторону, очевидно адресуя вопрос лично. Ну, Майк! Уговорить не получилось, так теперь он другую стратегию выбрал?..

— Не понравилось, — буркнул я. Брови кудряшки изумлённо поползли вверх.

— И почему же?

— Девушки, наверно, очень навязчивые были, — воспользовавшись моей паузой, иронично ответила Аннет. Леха с Ромой синхронно хмыкнули, а Майк подозрительно закашлялся в кулак.

— Ах вот оно что… — глубокомысленно произнесла Мирейя, — но если мне не изменяет память, главное в турнире — это не девушки… Может, есть смысл поехать?

Я уже собирался отказаться, когда меня вновь перебила Аннет.

— Да, внеси его в список, Мира. Если что — вычеркнем потом. А что насчет остальных? Лёша? Я бы посмотрела на тебя в спарринге, — продолжила она.

Тренер засуетился, предлагая ей оценить пару Лёша-Рин. Девушка благосклонно кивнула. Оба дружно проигнорировали мою упавшую на пол челюсть. Не понял. Так просто дела не делаются, если что! Мирейя явно удивилась не меньше меня, но спорить с Аннет она не стала.

Пока я приходил в себя, парни вышли в центр зала, а остальные расселись вдоль стен. Рядом со мной опустилась Аннет, причём она села так близко, что я чувствовал её запах. Безумно хотелось зарыться носом в мягкие волосы, но я мужественно сдержался. На какое-то время меня отвлекли ребята, которые начали спарринг. Но спустя полминуты голова девушки самым независимым образом легла на моё плечо.

— Обиделся? — прошептала она. Её губы чуть коснулись уха, а потом шеи — при этом Аннет не отрывала взгляда от Лёши с Рином. По моей коже табуном побежали мурашки, после которых сердце забилось с ужасающей скоростью. И мозг якобы между делом напомнил, сколько у меня уже не было девушки.

— Да, — сил хватило только на этот краткий ответ. Аннет многозначительно улыбнулась. З-зараза!

Я понимаю, что ей было тяжело. Понимаю, но разве сложно было мне ответить? Хотя бы написать, что она жива и с ней всё в порядке?

— Извини, — легко повинилась девушка, обнимая меня, — и не злись, пожалуйста. Дима… Я очень хотела тебя увидеть.

Я тоже… и я больше тебя не отпущу.

Бонус первый: Рома и Дин

Бывают такие встречи…

… А утром выпал снег и стало холодно, так холодно, что пальцы замёрзли даже в перчатках. Вокруг стояли великаны-сугобы, которые уже немного собрал экскаватор. Мужчина в кабине — Даниэль разглядел его лицо — выглядел помятым. Действительно, что за напасть — снег на тридцать первое декабря! И никто не радовался, прохожие проклинали ледяные кристаллики с неба и каток под ногами. Тринадцатилетнему мальчику поневоле стало обидно за снег — он же старался, укрывал город к Новому году. Но люди были только недовольны…

Глядя на украшенные витрины магазинов и счастливых детей, Даниэль опять испытал неконтролируемую злость. Ему хотелось кричать, прыгать на месте, вырвать большого кролика из рук девочки, выходящей из магазина, но он сдержался. И вместо этого хмуро отвернулся.

Холод вокруг, снег, спрятанные в огромные шарфы носы. У Даниэля тоже был шарф — старый, уже кем-то поношенный. Он грел, но что толку… холод внутри не менее страшен, чем холод снаружи. Кажется, даже слёзы катятся маленькими ледышками. Злость была не то, что искренней, она была просто по наитию, чтобы хоть как-то чувствовать себя живым…

Мальчик вздохнул и принялся греть ладони, потирая их друг о дружку. Сегодня Новый год, а значит, домой лучше не возвращаться. Во-первых, всё равно прогонят, а во-вторых — не портить же людям праздник?..

Приёмные родители возненавидели его сразу. Даниэль почувствовал это в ту же минуту, когда они вошли. Но промолчал. Старый друг отца — глава небольшого города — решил, что ставшему сиротой мальчику обязательно нужна семья. А одной семейной паре — его знакомым — нужна была квартира. Почему бы не помочь и ребёнку, и друзьям?.. Новые родители захотели жить в столице края — и они переехали, пусть официально их квартира принадлежала Даниэлю. Это Глава позаботился. «Лучше бы, — подумал мальчик, — он отдал её приёмным родителям» Может быть, они ненавидели бы его меньше…

Со дня смерти его настоящей семьи прошел уже год. Их прикончили кукловоды — те спецотряды, которые убивают сошедших с ума. Брата тоже убили, а младшенькому повезло — не было его дома, и найти потом не смогли. Подумали — на морозе быстро сдохнет. Туда ему и дорога.

По счастливой случайности Даниэля нашел школьный друг отца — тот самый глава… ад-ми-ни-стра-ции. Несмотря на высокий пост, Даниэль не чувствовал в нём фальши. Мужчина проникся его историей и в самом деле хотел помочь. Но благие намерения часто заводят куда-то не туда…

На нос упала снежинка, а его самого вовсю знобило. Домой нельзя — «не портить же людям праздник?», а из магазинов выгонят. Что делать?.. «Кому ты такой прозорливый нужен?» — кричала его приёмная мама. Ночью они шушукались, размышляя, куда бы его спровадить и получить квартиру. Всё он слышал — слух с детства был отличным. Слышал и думал — почему так?.. Почему меня ненавидят? О его прошлом никто не знал, но даже без этого он считался чудовищем. Или их пугала его способность… та самая, которой не было у других кукловодов. Читать мысли… Неприятно, но не смертельно же, да?

Вконец расстроенный, он дополз до главной площади. Народу там было — тьма, и елка огромная стояла. У ёлки угощали конфетами в ярких фантиках — и ему дали одну. Разве не счастье? Даниэль с удовольствием её съел. Завернув за угол ледяного дворца, он стал невольным свидетелем ссоры между парнем и девушкой. Они оба казались уже совсем взрослыми и учились, наверное, в университете или институте. Ну, или куда там идут после школы.

Даниэль постоял-постоял и прислушался. Сначала — к словам, потом — к мыслям. У парня мысли и слова сочетались, а вот у девушки — не очень. Даниэля учили не лезть в дела других, но проклятая прямолинейность опять сослужила ему дурную службу.

— Она вам врёт, — серьезно сказал он ошарашено замолчавшим ребятам, — она с другим дядей на машине каталась, а не экзамены учила.

Секундная пауза. У приёмных родителей она тоже всегда наступала. Затем девушка начала кричать на него, а парень нахмурился.

Даниэль внимательно посмотрел на него и испуганно отшатнулся. Затем побежал. У парня мелькнули ромбовидные зрачки, которые быстро сменились на обычные, круглые, с сероватой радужкой. Но этот миг Даниэль успел заметить. Человек из Двух Лун! Враг кукловодов!

Какими не были его родители, они рассказывали ему о других расах, но чаще давали книжки. И мальчик в страхе рванул вглубь домов. Шапка съехала на лоб, из-под куртки вылезла коса и теперь колотила по спине. Настоящие родители хотели, чтобы у него были длинные волосы, и после их смерти рука не поднималась отрезать. Приемные родители только фыркали. Ну и теневик с ними, главное сейчас, убежать подальше!

Поддавшись панике, он и не заметил, как забежал на какую-то пустую стройку. Отдышался, покрутился, но преследования не заметил и медленно начал успокаиваться.

— Ну и заставил ты нас побегать, парень! — Даниэль вздрогнул и обернулся. Сердце улетело в пятки. Как только он увидел трёх мерзкорожих мужиков, то сразу понял, что всё. Терпение приёмных родителей лопнуло, и от него решили избавиться.

— Что ты пятишься, сюда иди! Поиграем, — оскалился один из них. Люди, не кукловоды, но какая разница?.. Что он сможет им сделать, взрослым? Надо бежать! Мальчику категорически не нравилось, что было на уме у этих громил.

… Догнали его быстро, а вот поймать долго не могли — юркий Даниэль ловко выскальзывал из волосатых рук. Но попался на банальную подножку. Его схватили за шиворот и больно ударили по лицу.

Мальчик сжался, но второго удара не последовало. Вместо этого один из мужиков рухнул на землю и выпустил его куртку. Мелкий кувыркнулся и отскочил в сторону, словно мячик. Люди против кукловодов — это ещё какие-то шансы, но люди против Двух Лун — это намного сложнее. Недавний парень с площади дал по лысой башке второму, а третьему в плечо всадил когти. Мужик выпучил глаза и тихо поскуливая, пополз прочь от них. Ритуальщик затёр печать на руке и повернулся к Даниэлю.

— Живой? — он подошел к нему и дотронулся до носа, на который пришёлся основой удар. Мальчик в ужасе зажмурился, чувствуя почти по-настоящему, как острые когти вспарывают его живот.

— Эй, ты чего дрожишь, замерз? Нос вроде целый, повезло тебе, мелкий. До дома дойдёшь или тебя проводить?

И тут Даниэль не выдержал и позорно зашмыгал носом. Домой… Возвращаться теперь нельзя. Можно сказать, смертельно нельзя.

— Так, ты чего, плачешь что ли? — Даниэль вытер набежавшие слёзы и отрицательно помотал головой. — Понятно-о. Испугался сильно? — он осторожно похлопал его по плечу: — Как тебя зовут?

— Даниэль, — представился мальчик. Имя своё он не любил, но что делать. Какое дали.

— А покороче как? — усмехнулся ритуальщик, будто он тоже мог подслушать его мысли. — Дан, например?

Даниэль скривился — Дана он не любил еще больше.

— Ну, хорошо, а я Аркел… то есть Рома.

Мелкий хихикнул и тут же прикрыл рот ладонями — вдруг этот спаситель разозлится. Но он только смущенно почесал затылок:

— Да, Рома, никак не могу привыкнуть. Ну ладно, а ты чего молчишь? Домой-то проводить?

— Нет у меня дома, — буркнул Даниэль, мучительно раздумывая, куда бы пойти. Он до того загрузился, что совсем забыл про ритуальщика, который стоял рядом. Парень потоптался на месте, но не ушёл.

— Ты сбежал что ли? — Рома внезапно улыбнулся: — С родителями поругался? Ты лучше возвращайся, не глупи. Они уже волнуются, наверное…

— Нет у меня родителей!!! — не выдержал Даниэль и разревелся. Мысль о том, что его может кто-то любить, ждать, волноваться, пробила выставленную за годы стену. Он никогда не думал, сколько потерял со своим несостоявшимся детством и вот сейчас… начал понимать.

Рома изумлённо вытаращился на него. Зрачки опять стали ромбиком. Видимо, он ещё плохо контролирует иллюзию, которая скрывает его реальную внешность. В книгах была картинка людей Лун — с непривычной кожей и глазами. Даниэль всё запомнил.

— Ладно… извини. Пойдем тогда, — произнёс парень. Теперь настала очередь Даниэля удивляться.

— Куда?

— Ну, пока — ко мне, Новый Год же скоро. Тем более на улице холодно, ты один пропадёшь.

— Но я же… кукловод…

Рома хмыкнул:

— Я догадался.

По пути мальчик не выдержал и рассказал ритуальщику всё. Ну, почти всё. Про родителей и брата, которые сошли с ума, а он не сошёл, потому что научился читать мысли. Поверхностные, конечно, но всё-таки. Про то, как семью убили, а его не смогли поймать. Про доброго дядю, главу их города, который нашел для него приёмных родителей, а не сдал в детдом. И про самих приемных маму и папу, которые сегодня решили его убить. В Новый год…

Рома не перебивал, только больше темнел лицом и злился. Даниэль не понимал, почему он злится и боялся. В конце концов, они пришли — в небольшую однокомнатную квартирку, которая показалась мальчику нежилой. Здесь все было — мебель, вещи, техника — а кого-то духа семьи не ощущалось. «Наверно, он недавно переехал», — решил мальчик и едва не хлопнул себя по лбу. Ну конечно, Две Луны же живут на каком-то острове!

— Вот, раздевайся, — ритуальщик сам быстро избавился от верхней одежды. Даниэль неуверенно последовал его примеру и стянул шапку, куртку и сапоги.

— Кстати, мелочь, может, тебя называть Дином? — ритуальщик ушёл в комнату, где ярко загорелся свет. — Что скажешь?..

Тут он увидел мальчика без одежды и резко замолчал. Худющий, бледный как смерть и вдобавок ко всему — белые длинные волосы, заплетенные в косу. Рома пораженно выдохнул.

— Ты что, седой?..

Несколько мгновений они молчали, потом Дин подошёл к нему и уткнулся носом в живот. Ритуальщик растерянно погладил его по волосам. Сколько раз ему говорили о вероломности кукловодов, но сейчас эти расовые конфликты вдруг стали такими далёкими, неважными. Рома никогда не отличался особой жалостливостью, но этому мальчику почему-то верил. И отчасти — сочувствовал.

— Мне нравится Дин. Пусть будет так, — пропищали где-то из района живота. Парень улыбнулся и шутливо дёрнул его за косу. Недовольное шипение было ему ответом, и Дин схватился за свою косу, как кошка за хвост.

— Пойдем пакеты разбирать, — хмыкнул Рома. По пути они зашли в магазин и накупили там кучу всего! Дин аж ужаснулся — сколько еды. И всё им?.. Нет-нет, это хозяину, конечно.

— Сегодня останешься у меня, а там посмотрим, — «добил» его ритуальщик, — я Новый год планировал с Настей встречать, но… Друзья вчера тоже сказали, что её с левым мужиком видели, да я и сам не слепой… И ты ещё добавил. Ну, хватит шарахаться, я что, такой страшный?

— У тебя… зрачки меняются, когда злишься. Это пугает, — честно ответил Дин.

Рома бросил взгляд в зеркало на стене и забавно сморщился.

— Извини. Два года на континенте живу, а всё привыкнуть не могу. Что ты есть будешь, мелкий?

Этот, в сущности, простой вопрос неожиданно задел в душе Дина какую-то невидимую струну. Что-то изменилось, только он не понял, что. В доме было тепло, в углу пряталась маленькая елочка, а от купленных мандаринок пахло вкусно-вкусно. И хозяин, похоже, не собирался его обижать. Он сегодня останется здесь — так Рома сказал. В тепле… Дин с трудом подавил желание еще раз прижаться к ритуальщику, уже от нахлынувших эмоций. Ему было тепло, как никогда в жизни.

Пять лет спустя

— Может быть, ты мне поможешь? — раздражённо поинтересовался Рома, пытаясь взгромоздить звезду на ёлку. Квартиру ему всегда приходилось украшать в одиночестве — названный брат к игрушкам и мишуре даже не притрагивался. Но всегда сидел рядом и смотрел, как он мучается.

— Неа, — последовал закономерный ответ, — мне нравится, как это делаешь ты.

— А по-моему, ты издеваешься, — пробурчал Рома, слезая со стула. Звезда, вроде бы устойчиво прикреплённая к верхушке ёлки, тут же шлёпнулась вниз. Дин ехидно захихикал. Гад мелкий.

— Да забей ты на эту звезду, и без неё неплохо, — отсмеявшись, произнёс кукловод.

— Нет уж, — упрямо прокряхтел ритуальщик, — я её всё-таки сделаю!

Но и во второй раз звезда полетела вниз — слишком тяжелой она была для тонкой верхушки. Рома зарычал и бросил звезду в истерически заржавшего кукловода.

— Ромка, — с лёгкостью увернувшись, брат подошёл к нему и обнял, — успокойся. Хочешь, я тебе гороскоп почитаю из журнала?

— И это то «важное» дело, из которого ты ну никак не можешь помочь мне с елкой? — с подозрением осведомился ритуальщик. Дин резво перевёл глаза на диван, как будто ничего в жизни не занимало его так, как эта чёрная обивка.

— Ясно, — со вздохом ответил Рома, — и что в гороскопе?..

Дин отцепился от него и с энтузиазмом поднял журнала с пола:

— «В этом году у вас появятся новые друзья, которые вполне возможно станут близкими людьми на всю жизнь» — пафосно прочитал кукловод, — такие дела. А ещё рекомендуют встречать Новый год в шумной компании. Слушай, Ром…

— А?

— Давай пошлем к чёрту этот гороскоп и встретим Новый год вместе?..

Бонус второй: Лера и Андрей

Каникулы в Весенне

События происходят сразу после книги "Правящая тень"

Лера выгнулась, поморщившись от боли в спине. Удивительно, как с такой работой она ещё не заработала горб. Строчки расплывались, глаза болели. Пора было отдохнуть или хотя бы взять перерыв.

Она встала и прошлась до стеллажа с документами. Протянув руку, достала старую шкатулку, точный возраст которой не поддавался оценке. Вместе со шкатулкой она вернулась к столу.

Проведя пальцем по резной деревянной крышке со сказочным символом солнца и луны, она улыбнулась. Подобное изображение встречалось во многих сказках. Впрочем, для людей скрытые расы и были сказкой. Солнце и луна в одном круге — символ двух некогда союзных рас. Когда мир был нерушим, а дружба и любовь казались вечными.

Она нажала на пару выступов — тайный код, переходивший по наследству от одной правящей тени к другой — и удовлетворённо прислушалась к щелчку замка. В шкатулке лежала одна старая карта, имеющая, к слову, вполне приличный вид. То ли карты были заколдованы, то ли пропитаны чем-то, но за огромную тучу лет они так и не утратили своей красоты. Великолепный рисунок, похожий на изображение с карт Таро, за время ни капли не потускнел. На картинке был нарисован одинокий страж на фоне мрачной крепости у моря. Крепости Нейлент.

Страж был первым градоправителем Порт-Сокола, главного города теней, города за стеной Грани. Лишившись хозяина, карта месяц назад вернулась обратно в шкатулку. Полная колода состояла из тринадцати карт. Карты правящей тени, стража, защитника, миротворца, торговца — словом, тех, кто составлял круг старейшин в те далёкие времена. Каждому новому старейшине при вступлении должность выдавалась карта из шкатулки. Символ его признания. Голосование старейшин тоже проводилось с помощью карт. Как в игре, у древних было расписано, какая карта или комбинация карт является определяющей в какой-либо ситуации. Например, девять карт, среди которых обязательно должны быть карты всех трёх градоправителей, а также дипломата и начальника тайной стражи, считались большой картой Отречения. Получив такую комбинацию от старейшин, правящая тень должна сложить с себя все полномочия и передать наследнику.

Вообще-то в шкатулке ещё недавно лежали две карты. Но Ширейна де'Вайн выдержала экзамен, который для неё устроил Совет Старейшин и выдержала блеском. Элена хорошо натаскала дочь по теории и даже практике, позволяя самостоятельно решать некоторые вопросы. Никто из других кандидатов экзамен на таком уровне не прошёл. И карта Хранителя белого камня — так в древности называли мрамор, которым славился Эмеральд, ушла к Ширейне под скрип зубов. Но Лере даже нравилось, что новая старейшина молода и более лояльно настроена к кукловодам. Если ей хватит ума создать грамотную политику в отношении смешанных семей, то можно считать, что маленький шаг в сторону мира сделан. А юность — понятие быстро проходящее, особенно в компании старых брюзжащих старейшин.

Но если с Эмеральдом проблема была решена, то с Порт-Соколом — увы, нет. Лера отвергла всех кандидатов. Ригро на этой должности был идеален. Она любила работать с ним. Правящая тень закрыла глаза. Клеймо предателя уже никогда не смыть, но Лера всё равно пошла на его могилу. Аксель тоже пришёл. Они долго молчали, пытаясь понять — когда же они его упустили. Когда же он изменился, став равнодушным чудовищем. Лера должна была его ненавидеть, но вместо ненависти к горлу подкатывал ком слёз. Лучший друг, защитник, её постоянная поддержка. Да, он не был образцом порядочности. Ветреный, самоуверенный. Но только двух мужчин в своей жизни она не могла переиграть. Акселя и Ригро. Теперь уже трёх, конечно, но третий — одного поля ягода с Акселем.

Она запретила себе думать об этом.

Проблема была в том, что градоправителя Лера хотела вырастить сама. Для себя и под себя. Она нашла для этого прекрасного кандидата, но никак не ожидала, что Ригро покинет свой пост так скоро.

Правящая тень пробарабанила пальцами по столу и вновь посмотрела на карту. Что ж…

Она резко схватила карту и решительно вышла в приёмную.

— Терриан! — громко произнесла она. Сонный мальчишка испуганно вздрогнул и поднял глаза. — У меня к тебе вопрос.

Она опустила руку на стол перед ним и показала карту. Терри следил за ней, будто зачарованный.

— Ты хочешь получить эту карту? — она продемонстрировала ему картинку. У Терри совсем не этично отвисла челюсть.

— Я не понимаю… — жалобно пробормотал он.

— Да или нет?!

Он всё-таки собрался — год работы с правящей тенью давал свои плоды. Внимательно посмотрел на Леру, потом на карту. Задумался. И чётко ответил:

— Да.

Лера с трудом сдержала улыбку.

— Тогда у тебя есть три года, чтобы доказать мне, что ты подходишь. Что ты лучший кандидат. Что большинство старейшин готовы поддержать тебя, несмотря на юный возраст. Что разбираешься во всём, что касается Порт-Сокола и его дел. Что ты отличный политик. Всего три года, Терриан. Ты понял задачу?

— Да.

Естественно, а кто сказал, что будет легко?

— С завтрашнего дня я меняю вид твоего обучения. Подойдешь к Энаис, попросишь от моего лица пропуск во все библиотеки и архивы до ранга "2". Заниматься будешь самостоятельно, искать информацию — тоже. Если что-то непонятно, идёшь ко мне, к другим старейшин, к учёным или экспертам. Сам, Терри. Я только отвечаю на вопросы или рассказываю о том, что ты не смог найти. Силовые тренировки — три раза в неделю. Мне всё равно, когда ты будешь работать и спать. Чувствуешь, что выгораешь — идешь ко мне и просишь отпуск. Причем просишь так, чтобы это не было в ущерб работе. Учись планировать свою жизнь и оставлять немного места под форс-мажор. Всё ясно?

Побледневший парень машинально кивнул. Лера мысленно хмыкнула. Если не придёт отказываться через час, значит, из него выйдет толк. Но конечно, ему понадобится время, чтобы осознать, как сильно должность старейшины отличается от секретаря правящей тени.

Вернувшись в кабинет, Лера убрала карту в шкатулку и поставила на место. Она будет ждать своего хозяина. И Лера почему-то была уверена, что дождётся.

— Чего грустим? — Аксель в который раз напугал её, подкравшись незаметно. Лера оглядела его сверху вниз и протянула руку, чтобы запустить её в непослушные светлые вихры. Большой северный мишка. Пока он не откроет рот, кажется таким милым.

Лера весело взъерошила ему волосы, а затем медленно стала перебирать прядки. Глаза у главы тайной стражи полезли на лоб. Но Аксель не был бы Акселем, если бы не догадался о причине внезапной любви правящей тени ко всему на свете и к нему в частности.

— Ты опять хочешь спихнуть на меня свои обязанности? Лера, у тебя совесть есть?

— Где-то её недавно видела, — промурлыкала она, обнимая друга и пряча лицо у него в свитере. Аксель горестно вздохнул.

— Что на этот раз?

— Арисса прислала приглашение на праздник Конца Зимы. Я хочу поехать.

Аксель покосился на неё с недоумением. Зимой в Весенне было отвратительно. Снег, метель, мороз до минус сорока и воющие в лесу волки вместе с монстрами из порталов. Но праздник Конца Зимы храмовники отмечали с размахом. Целую неделю до окончания оной. Гулянья, танцы, зрелищные поединки, концерты бардов, необыкновенные чудеса от ведов и природников.

Лере ужасно хотелось отвлечься. Окунуться с головой в суету и немного побыть одной, прийти в себя. В больнице у неё плохо получилось отдохнуть, разделяя день на гостей, сон и немного позже — на работу. Тем более, это возможность увидеться с Ариссой и Софией, по которым она успела соскучиться.

— Зараза ты, Лера, — проворчал Аксель. Она обняла его сильно-сильно, как в детстве. Но друг не был бы другом, если б не добавил ложку дёгтя.

— А что с Андреем? — спросил он, показывая на кольцо, — ты предупредила его?

Лера смутилась. С Андреем она не виделась две недели, с того самого концерта. Он тоже не заглядывал, но где-то раздобыл номер её мобильного и теперь мучил сообщениями. Пожалуй, Лера была благодарна ему за эту паузу. Она никак не могла принять ни свою влюблённость, ни поражение, и встречаться с мальчиком просто боялась. А судя по смс-кам, его терпение было на исходе. Недавно он прислал какую-то угрожающую фразу про Магомеда и гору, которую Лера не поняла, но посыл — ощутила.

— Надо бы предупредить. Всё равно в Весенну ему путь заказан, — рассудила она и осеклась, поймав насмешливый взгляд Акселя.

— Спорим, он найдет тебя за следующий же день?

Лера закатила глаза. Нет уж, Весенна — это не открытая Этан-Нейра, один лес там чего стоит!

— Спорим!

Лера с наслаждением втянула свежий лесной воздух. С непривычки в носу защипало — она совсем отвыкла от настоящей зимы. В Этан-Нейре почти не было снега и с каждым днём становилось теплее.

В Весенне же теплом и не пахло.

Впрочем, с погодой на праздничную неделю ей определённо повезло. Безоблачное небо, по-весеннему приятное солнышко и искрящийся мягкий снег. Запах хвойного леса рядом кружил голову.

Прищурившись от яркого света, она посмотрела на недовольные кроны деревьев, с которыми играл ветер.

Отношения с лесом у Леры не задались с самого начала. В первую их встречу он посчитал её врагом и напугал до одури. Ехидно каркающие над головой вороны, красные точки, преследующие из чаши, завывания, крики детей и резко потемневшее небо. Лера пулей вылетела прочь, хотя никогда не считала себя трусливой, даже в детстве. Но иллюзии леса были настолько реалистичными, что не поверить было невозможно.

Второй раз она вернулась на узкую тропку, ведущую в Весенну, только на следующий день, с отцом. За самовольную попытку дойти до Весенны её не то, что не отругали, но и успокаивали весь вечер. Отца — тогда правящую тень — лес знал, и свои излюбленные спецэффекты придержал. Отец вообще с лесом не церемонился. По настроению, он брал с собой либо топор, либо факел, демонстративно помахивая им в опасной в близости от веток. Намёк лес понял прекрасно, и пугать отца перестал. С Лерой он тоже смирился со временем, но повредничать иногда — святое дело.

Именно поэтому правящая тень предпочитала не связываться с лесом и переноситься в Весенну по нити. Увы, нить ей пришлось сменить, а в город храмовников добираться своим ходом.

Сначала на самолете до Красноярска, потом — на электричке до ближайшей к Весенне деревне, и пешочком часа два по лесу. Под конец пути ноги у Леры гудели. Ещё и лес устроил ей сюрприз, вильнув тропинкой в огромный сугроб. Да, теперь он не пугал её — он изобретательно гадил.

Сугробы пришлось обходить, делая дополнительный крюк. Лера от всей души пожелала лесу побольше монстров, дятлов и термитов, и на этом они расстались. Она вступила на мощёную камнем улицу, оставив потенциальный склад древесины позади.

Весенна была приличных размеров городом, который со всех сторон окружал "волшебный" лес. Географически город находился на северо-востоке России, в глухой сибирской тайге. Именно благодаря лесу, отбивавшему интерес к этой территории, о Весенне никто ничего не знал. К храмовникам вообще сложно было попасть живым. Первым гостей встречал лес с его иллюзиями, вторыми — дикие звери, третьими шли монстры, а четвёртыми — ночные неразумные духи-охранники, которых побаивались сами храмовники. В таких условиях встретить патруль стражников считалось редкостной удачей. По крайней мере, с ними случайный путник мог дойти до города целым и невредимым. В перспективе, конечно.

В общем, никого особо не интересовала территория, занимаемая Весенной. По спутниковым картам там было несколько деревянных домов — спасибо лесу, фонившему ни хуже радиовышки, по географическому описанию — непроходимое болото, по переписи населения — закрытый этнос с прибабахом в виде аскетичной жизни в лесу. А случайного дошедшего (считай, выжившего) до Весенны энтузиаста храмовники опаивали какой-то дрянью и возвращали в ближайшую деревеньку. Энтузиаст потом неделю маялся с потерей памяти и головными болями, что о новой прогулке по лесу и думать не желал.

Сами храмовники были главными почитателями Рейлин. Позже из храмовников она выбрала себе четырёх соратников и наделила их силой богов. Ими стали витязь Нэтт, бард Рицо, природник Елион и веда Арката. Сама Рейлин, а затем и её дочь Ксана олицетворяли Видение.

По легенде, Весенна появилась из-за катастрофы, случившейся много веков назад, когда конфликт Рейлин с местными божками достиг апогея. Языческие божества уступали Рейлин в силе и она велела им убираться с её земли. Но уходя, боги оставили прощальный подарок. Они умышленно разорвали ткань времени и пространства, и спровоцировали открытие порталов в другие миры. Из этих порталов на Землю стали проникать монстры, которые угрожали всему населению планеты. И тогда богиня повелела храмовникам поставить на месте разрыва город и жить там, защищая мир от приходящих из леса монстров. Этому городу и дали название: Весенна. Храмовники сумели победить монстров, а также организовать оборону, чтобы не выпускать пришельцев из леса. Но по сей день эти порталы открываются, раз в несколько месяцев. Однако для людей монстры уже не представляют такую опасность, как в те древние времена.

Острую необходимость храмовников для мира признавали даже кукловоды. Ибо жить в лесу с ощущением действующего вулкана под боком — то сомнительное удовольствие, которое храмовники считали частью своей жизни. И не могли представить себе жизнь иную.

Лера медленно брела по городу, оглядываясь, словно туристка, первый раз покинувшая родную страну. Она любила красивую и нарядную Весенну. В пригороде это были резные широкие терема с украшением в виде светящихся узоров, а в центре — дома из мрамора, немного на восточный манер, с округлёнными крышами и мозаикой из цветного стекла. Считалось, что подобный колорит в Весенну добавили теневики, которые когда-то в большом количестве населяли Византию. Наверное поэтому Леру необычайно вдохновляла архитектура города храмовника — просыпались исторические корни. Род Аммар, если верить хроникам, тоже пошёл из Константинополя.

Она пересекла одну из площадей, уже подбираясь к главному Храму Рейлин, но внезапно отвлеклась, заметив оживление у местного отделения стражей — витязей. Спорили трое. Один уверял, что надо звать наместника, а лучше Видящую, а двое других морщились и предлагали поступить "как обычно". Заметив подошедшую Леру, все трое примолкли, озадаченно поглядывая на женщину-теневика. Храмовники были единственными из скрытых рас, кто мог сразу определить расу незнакомца.

— Добрый день, — она широко улыбнулась, — я проходила мимо и случайно услышала ваш спор. Можно полюбопытствовать и узнать, что случилось?

Мужчины переглянулись и почти синхронно пожали плечами. Мол, спросить-то, конечно, можно, но оно ей надо?..

— Человек к нам забрёл сегодня, такая вот новость, — ответил один, который постарше, — говорит, что вроде знающий, у теневиков обучался. Но мутный он какой-то, да и ваши людей сроду не учили…

Лера, не теряя доброжелательной улыбки, несколько раз мысленно сожгла, задушила и расчленила Акселя. Ещё и поспорила с ним, идиотка!

— Кажется, я догадываюсь, о ком идёт речь, — спрятать зловещий тон ей не удалось. Храмовники удивлённо покосились на странную женщину, в голосе которой прорезались стальные нотки, — можно мне посмотреть на этого человека?

— Его во временную посадили, хотите — глядите. Только там защита от ваших стоит, а ключи у начальника, — с ухмылкой сообщил ей мальчик помоложе. Под защитой "от ваших" имелась в виду всё та же комната, полностью опутанная лентами на крови.

— Ничего, это не проблема, — оскалилась в ответ Лера, запрыгивая за крыльцо. Витязи остались снаружи, переваривать услышанное. Интересно, догадаются или нет?.. Дело в том, что у лент на крови была своя память. А комнатой в этом отделении, по просьбе Видящей, занималась нынешняя правящая тень.

Дабы не смущать своим видом храмовников, Лера ушла на Грань. Камеру для теневиков она нашла быстро. Неизвестно, чем руководствовались храмовники, запирая человека в эту комнату. Видимо, стражи решили действовать наверняка.

Когда она появилась в камере, Андрей сосредоточено пилил маленьким лезвием верёвку, связывающую его руки. По-хорошему, даже на человека стражи должны были одеть специальные наручники, слегка подавляющие волю, но почему-то Андрей не вызвал у них опасений. Забавно.

Логичнее всего было отправить пленника в обычную камеру, но с наручниками, и не страдать излишней паранойей. Без специального ключа эти наручники не открыть, да и Андрей не теневик, чтобы бесшумно раствориться на Грани.

— Что ты здесь делаешь?! — грозно осведомилась Лера. Парень дёрнулся, едва не выронил лезвие и посмотрел на неё с укоризной.

— Выигрываю для Акселя спор, разумеется. Ради чего ещё я могу притащиться за тридевять земель?..

Лера нахмурилась. Раньше её друг не относился к спорам с такой щепетильностью.

— Неужели для него это настолько важно? — удивлённо спросила она, краем глаза рассматривая камеру. А ничего, уютно. Деревянная кровать, накрытая покрывалом, маленький столик, даже картина с ёлочкой имелась. Столик же порадовал кружкой ароматного чая, блинами на тарелке и малиновым вареньем. Лера невольно сглотнула, вспомнив, что ещё не успела позавтракать.

Перехватив её взгляд, Андрей кивнул головой на стол — мол, угощайся. Лера подумала, что отношения у них складываются в корне неправильно. По правилам, это она должна баловать его чем-нибудь вкусненьким, а на деле выходит наоборот.

— Лера, — парень оторвался от верёвки и внимательно посмотрел на неё, — ты что, серьёзно? Аксель, конечно, хороший мужик, но у него нет таких чудесных… — он придирчиво оглядел её сверху вниз. Лера вскинула бровь, ожидая продолжения. — Таких чудесных тараканов в голове.

— Ещё варианты? — предложила она, вгрызаясь зубами в блинчик. Андрей призадумался.

— Такого дурного стервозного, но очень милого характера?

Лера закашлялась, подавившись. К подобной откровенности она была не готова.

— Ты в порядке? — Андрей вскочил, бросив лезвие на столик. Кажется, ей удалось его напугать. Лера махнула рукой — жить буду, и тоже призналась:

— Знаешь, в какой-то момент мне до тошноты надоели комплименты вроде "небесных глаз, пшеничных волос и тонкого стана". Но сегодня ты дал мне понять, что это были самые замечательные вещи, которые я слышала в жизни. Просто любопытно, что же ты тогда привязался ко мне, с тараканами и дурной?

Мальчик ответил не сразу. Долго и, кажется, с ненавистью смотрел в стену, потом нехотя повернулся к Лере.

— Потому что после тебя меня перестали интересовать другие женщины. После той, первой ночи. Так и знал, что ночь с женщиной без секса будет роковой… Ладно, забудь.

Лера прикусила губу. Как он ей нравился сейчас, аж спорить не хотелось. Моё! Она вдруг поняла это ясно и чётко, как однажды в пятнадцать лет поняла, что жизнь навсегда изменилась. А ведь Андрей даже не был теневиком. Он — никто для неё. Просто ученик Акселя, старого друга. Возможно, уже через месяц их история закончится. Ему надоест женщина в годах, она наиграется с молодым мальчиком. Это будет смешно и грустно. Это всегда смешно и грустно, смотреть, как люди, ещё вчера уверяющие друг друга в вечной любви, теперь лишь отводят глаза при встрече. Но это неминуемо.

Мы чужие. Мы разные. Мы даже ни плюс и минус, ни огонь и вода, ни Земля и Солнце. Мы просто две разные Вселенные, существующие каждый в своём хаосе. Вселенные не могут сойтись, иначе случится катаклизм.

Лера чувствовала себя жалкой, но не могла остановиться. Бесполезно. Катаклизм произошёл, разрушая звёзды, планеты, заставляя в полной мере осознать, что повернуть время вспять невозможно. Прошлого нет, и в новом — совместном — мире ей придётся учиться жить заново.

Может быть, это не совсем плохо? Может, и стоит попробовать?.. Она устала бороться. Она выжмет из него всё. Всю страсть, всю нежность, все его взгляды, ехидство, сводящий с ума голос. Если он оставит её с пустой душой, то и она сделает тоже самое. Так будет не страшно.

Она боялась и желала его с такой силой, что пугала саму себя. Но катаклизм случился, и повернуть время вспять невозможно. Или возможно, просто… не хочется?..

Лера опустилась к нему на матрас, прижимаясь вплотную. То, что руки Андрея были связаны, только больше сводило её с ума. Словно он полностью в её власти. Она коснулась ладонями его щёк и несколько секунд смотрела в глаза. Кто сорвался первым, сказать сложно. Поцелуй захватил с головой, лишая разума.

Спаси меня. Хоть на короткое время дай мне эту иллюзию. Иллюзию того, что кто-то в мире готов принимать меня такой, какая я есть. С моими тараканами, страхами, с моим неподходящим характером. С моей болью, с моей ностальгией, с моим грузом прошлого. Давай попытаемся принять друг друга. И может однажды эта несвоевременная страсть превратится во что-то большое, что-то похожее на те три слова, которые я хочу сказать тебе сейчас. Но не смогу. Это было бы слишком смело.

Полурастёгнутая рубашка странно будоражила фантазию. Лера нетерпеливо зарычала, пытаясь стащить с него одежду и обнять. Куртка улетела в сторону, за предел видимости. Губы Андрея целовали её шею, настойчиво пытаясь уползти ниже. Препятствие в виде блузки ему не понравилось.

— Снимай! — коротко и хрипло прошептал он. Хмыкнув, Лера стала медленно расстёгивать пуговицы, наблюдая, как Андрей жадным взглядом провожает каждую. Будет ей веселье, когда он освободится, но пока… Мужчина резко качнулся вперёд, лаская грудь губами и языком. Застонав, Лера прогнулась ему навстречу.

Уже позже, когда они обессилено рухнули на кровать, путы исчезли. Лера ощутила это по широкой ладони, поглаживающей её спину. Андрей долго потом не мог вспомнить, куда он вообще дел эти верёвки.

— С кем я связался? — картинно воскликнул Охотник, прижимая Леру к себе, — стоило только на минуту потерять бдительность и бац — тебя уже изнасиловали!

Она запустила руку в его волосы, медленно перебирая прядки, и с придыханием ответила.

— Привыкай, — кажется, получилось даже внушительней, чем она рассчитывала. Мальчик заметно вздрогнул. Увы — спустя секунд пять она догадалась, что испугался Андрей вовсе не потенциального насилия.

В замке загремел ключ.

Они рванули друг от друга на предельной скорости, собирая по камере одежду. От волнения Лере совершенно не пришло в голову уйти за Грань. В последний момент Андрей спохватился и притянул её к себе, закрывая от ошарашенных взглядов местных стражей.

— Великая Рейлин, ну почему меня там не было?! Это победа! Лер, можно я настрочу ноту протеста старейшинам, исключительно чтобы посмотреть на их физиомордии?!

— Не в срок моего правления, — вяло огрызнулась в ответ правящая тень. Сказать, что она была не в духе — ничего не сказать. Напротив неё, перевернув стул спинкой вперёд, сидел Андрей и выглядел таким невинным-невинным. Мальчик-зайчик, не иначе. Рядом с ним старательно прятал улыбку старший сын Софии — Ивейл. Ныне он был младшим помощником следователя и, как выяснилось, одним из телохранителей Ариссы. Сама же Видящая ходила из угла в угол, возмущённая таким падением нравов.

— Лера, ну… Лера, ну как?! У меня в голове не укладывается!

Правящая тень сдула волосы с лица — опять растрепались, и устало посмотрела на Видящую.

— Арисс, я не буду оправдываться. Хватит причитать. Мне неудобно, правда. Этого больше не повторится.

Дружное хмыканье со стороны парней было особенно красноречиво. Лера показала кулак. Обоим.

— То есть, старейшинам не писать? — Видящая обиженно поджала губы. Аллерин поглядела на неё крайне нехорошим взглядом.

— Ну хотя бы Акселю?..

— Арисса!!!

— Нет, кто ещё возмущаться должен?! — не выдержала хозяйка Весенны: — Как будто это меня поймали полуголой в камере с преступником-человеком?! И как будто это я учила, что у правительницы должна быть своя, особая репутация! Мадам, аплодирую стоя — ваша "репутация" теперь едва ли не самая обсуждаемая тема в городе! Лер, у меня просто нет слов.

— Вот и заткнись! — не вытерпела правящая тень.

Возникла пауза. Лера занималась самоедством, проклиная свою несдержанность. Арисса права — она хорошо подставила себя. Остаётся надеяться, что это история не дойдёт до Совета — иначе комментарии Видящей покажутся ей детским лепетом.

— Ладно, — примирительно улыбнулась Лера, — извини, я погорячилась. Впредь будет мне уроком. В конце концов, как старая богатая тетка, я имею право на молодого любовника, — пошутила она, чтобы разрядила обстановку.

Ивейл покосился на неё со странным сомнением во взгляде, а о чём думал Андрей, можно было только догадываться. Зато Видящая оттаяла, фыркнув.

— Моя дорогая старушенция, мне надо обсудить с тобой ряд вопросов… Наедине, — уточнила она. Андрей намёк понял и поднялся, а вот молодой витязь заупрямился. Видящей пришлось ехидно поинтересоваться, чем он сможет помочь, если с возможной угрозой не справится правящая тень. Юноша смутился и вслед за Андреем покинул комнату.

— У Ивейла к тебе романтические чувства? — полюбопытствовала Лера, кивнув на дверь.

— Хуже. Гипертрофированное чувство ответственности. Не удивительно, что Аксель выбрал его из множества витязей ко мне в охрану. Хотя судя по всему, Вэй у меня ненадолго. Он и в отделе стражей нарасхват.

— Ну, ему есть на кого быть похожим. Софию в молодости даже Акс побаивался. Такую тень у меня забрали…

— Дружба — дружбой, а хорошие кадры — врозь, — отрезала Арисса, ни чуть не смущаясь. Хотя понятное дело, что к переезду Софии в Весенну она не имела никакого отношения. — Зато смотри какие мальчики у неё с мужем — одно загляденье. Кстати…

По этому "кстати" Лера мгновенно осознала, что продолжение ей не понравится.

— … А это что был за фрукт? Хорошенький, надо сказать! Хотя ты уже оценила, как я погляжу.

Лера мечтательно улыбнулась и невольно скосила глаза на кольцо. На миг ей показалось, что радужная птица подмигнула в ответ.

— И судя по твоему затуманенному взору, в постели тоже не промах.

— А ты думаешь, меня на пустом месте так развезло? — захохотала Лера. — Но даже не в этом дело, Арисс. Мне с ним… спокойно. Чувствуешь себя удивительно защищённой. Он ничего не обещает, но говорит так, что ему хочется верить. Хочется доверять. Я не знаю. У него целый гарем, и нет никаких доказательств того, что я — не пятая в списке на день.

— Но он пришёл за тобой в Весенну. Это уже говорит о многом.

— Он ученик Акселя. Охотник, может быть, слышала?

Видящая только присвистнула.

Лера стремительно выскочила на крыльцо, сбежала по лестнице, глубоко задумавшись и… угодила в его объятия. Этот растерянно-смущённый взгляд словно ударил Андрея в самое сердце, как нож.

"Жениться всё-таки придётся" — с грустью подумал он, изо всех сил подавляя эмоции. Но как ему было противиться таким притягательным лучистым глазкам. Лера улыбалась ему настолько искренне и радостно, что выдержка просто отказывала. На него никогда так не смотрели. Были разные чувства. Обожание, боготворение, заинтересованность, подёрнутые дымкой страсти или ненависти лица, но Лера… Лера как будто желала подарить ему солнце в хмурый день. Разделись счастье на двоих.

Он закрыл глаза и медленно сосчитал до десяти.

— Я тебя изнасилую. Сегодня. В особо жёсткой форме, — ласково поведал Охотник любимой женщине, наклонившись к её ушку. Поправил волосы, выбившиеся из шапки и всё-таки не удержался — провёл пальцем по её губам. Лера воровато оглянулась и, убедившись, что поблизости никого нет, лизнула его ладонь. И было в этом жесте что-то совсем из ряда вон выходящее, что абсолютно не вязалось с Лерой. Андрей дрогнул.

— Как пожелаете, господин Охотник. Я буду ждать, — насмешливо промурлыкала женщина, прижимаясь вплотную.

А он вдруг хорошо понял своего старого и прочно женатого друга. Друг часто повторял, что любимая женщина — это такое зло, которое и убить хочется, и обидеть страшно.

— Долго ты собрался стоять, мой почти состоявшийся маньяк? — прыснула Лера, глядя как Андрей мучительно пытается собраться. Такой всегда уверенный, смелый, обаятельный… всегда, но не сейчас.

Он торопливо отстранился, всё ещё пребывая в некотором шоке от собственных эмоций, и взял её за руку. Причём сделал это машинально, не отдавая себе отчета и… испугался.

— Андрей? — услышал он ехидное: — Андрей, вы медведь?

"Ага, шатун" — мысленно уточнил он, — "и мне срочно надо кого-нибудь ушатать…"

— Лера, — он резко повернулся, и правящая тень сделала шаг назад. Впрочем, его руку она не отпустила. — Лера, ну почему ты такая… Лера.

Аллерин закусила губу, чтобы не расхохотаться в голос.

— Уже Шекспир пошёл? Андрей, ты меня пугаешь.

Ему сложно, а она веселится! Зараза блондинистая! Андрей внезапно отпустил её руку, потянул к себе за талию и прямо в подрагивающие от смеха губы произнёс:

— Я тебя люблю, — а затем, не давая опомниться, схватил её за запястье и быстро направился вперёд.

Некоторое время они молча бродили по площади, рассматривая украшения. На пути им встретился Ивейл с пирогами — раз уж выдалась свободная минутка, младший следователь решил провести её с пользой. Он спешил, но заметив медленно идущую парочку, остановился и нахмурился. Незнакомого парня, пусть и ученика Акселя, он ещё мог заподозрить в баловстве с травкой, но правящую тень и подругу матери… Тем не менее, вид у обоих был отрешённо-счастливый. Но пока Ивейл раздумывал, парочка уже исчезла из виду и бедному стражу ничего не оставалось, как вернуться к Видящей.

— У тебя действительно не было других женщин после нашего знакомства? — полюбопытствовала Лера, когда они всё-таки добрались до дома. Обычно Лера снимала второй этаж какого-нибудь гостевого коттеджа, и в этот раз не изменила себе. Ей нравились приятно пахнущие деревянные стены и добротная мебель, неизменно украшенная узорчатыми покрывалами и скатертями. Ныне её этаж состоял из гостиной в коричнево-зелёных тонах и спальни с широкой кроватью. Лера посмотрела на кровать, затем перехватила взгляд Андрея и покраснела. Кажется, это стало входить у неё в привычку.

Когда вспыхнули лампы из цветного стекла, подстраиваясь под темнеющее небо, Лера решилась задать мучивший её вопрос. Хозяйка дома как раз принесла ужин, и они расположились в гостиной, за аккуратным круглым столиком.

— Не сразу, — коротко ответил Андрей, — но после совместной ночи — не было.

— А как же та девушка, которая вешалась на тебя в прихожей? Я ведь специально ушла, чтобы не мешать.

В свете разноцветных ламп глаза Андрея насмешливо блеснули.

— Лер, я, конечно, не образец порядочности, но… любить одну женщину, зная, что в соседней комнате находятся другая, к тому же — небезразличная… Странно получилось бы, не находишь?

— Кто тебя знает, — фыркнула правящая тень, но Андрей видел, как ей понравилось это признание.

Он разлил вино по бокалам. Лера заставляла себя смотреть на ярко рубиновую жидкость, хотя бы потому, что изучать Андрея дальше было уже неприлично. Удивительно, как он ещё не чесаться не начал. На Охотнике были голубые прямые джинсы и белый свитер, подчёркивающий плечи. Он был хорош. Нереально хорош.

Но говорить "я тебя люблю" она разучилась.

Андрей поднял бокал.

— Я сегодня и так сболтнул лишнего, поэтому буду краток. За тебя, Лера.

— За тебя, Андрей, — она отсалютовала ему вином, — с твоим появлением моя жизнь стала беспокойной, но уютной. Мне очень хорошо, в это даже не верится. Спасибо тебе за всё.

Собственные слова показались наигранными, заученными, и Лера залпом выпила вино. Она уже собиралась извиниться, но внезапно поймала его взгляд, такой понимающий…

— Я тоже не знаю, что делать… но мы разберёмся! — гнусавым голосом закончил Андрей, подмигивая ей. Лера вновь не смогла сдержать улыбку.

За ужином они долго болтали, даже когда тарелки уже опустели. Затем перебрались на диван. Несмотря на разницу в возрасте, Лера с удивлением обнаружила, что у них набралось много общих тем. Спохватилась она только далеко за полночь.

— Пойдём спать. Сегодня был сложный день. Кстати, Арисса просила меня помочь ей кое с чем, поэтому я опять буду занята… Но недолго, надеюсь. Не заскучаешь один?

И в комнате как-то разом сгустились тучи, ибо такого подвоха Андрей точно не ожидал.

— Во-первых, почему мы идем спать? Во-вторых, какие дела, Лера? Ты едва вылезла из больницы, тебе необходимо отдохнуть. В-третьих, я не заскучаю, но есть первый и второй пункт, которые мне явно не нравятся!

— По поводу твоих… пунктов. Давай утром. Нет ни сил, ни настроения. А насчёт второго — я буду занята всего пару дней. К слову, ты будешь спать со мной или на диване?

Андрей с пыхтением поднялся с дивана и подхватил её на руки, направляясь в сторону спальни. Лера не удержалась и хмыкнула:

— Спасибо за ответ. Андрей, не злись. Пару дней, не больше.

Её аккуратно положили на кроватку и подчёркнуто ласково прошептали:

— Хорошо, любимая. Если, конечно, ты завтра сможешь встать с постели.

Утром Андрей проснулся в одиночестве. Оглядевшись, он чертыхнулся и начал быстро собираться. Если поспешить, то возможно, он успеет догнать её… Но тут взгляд упал на часы, и Андрей выругался повторно. Половина десятого. Лера планировала уйти в восемь. Бежать за ней не было смысла — и так ясно, что она давно уже у Видящей. Зелёная, худющая, бледная, а всё туда же — работать. Зря он вчера пошёл у неё на поводу. Может, хоть бы румянец на щёки вернул, а то натуральное умертвие…

Солнце продолжало радовать Весенну теплом и своим видом. Андрей зажмурился. Конкретного маршрута у него не было, но дома сидеть не хотелось. Украшенная Весенна блестела не хуже, чем новогодняя столица. Храмовники постоянно оборачивались ему вслед, кто с недоумением, кто с любопытством. Чистокровный человек в Весенне — как красная тряпка. Люди здесь были гостями редкими и нежеланным. Их поили чудесными травками и оставляли в какой-нибудь ближайшей деревеньке. С ощущением дикого похмелья и избирательного склероза. Андрей эти меры понимал, отчасти даже принимал, но когда дорогу ему загородила тройка стражей — разозлился. Чем их бумага с подписью теневого старейшины не устроила?

С другой стороны, если Лера опять придёт его спасать…

Стражники ухмылку парня не оценили.

— Добрый день, — мрачно начал один из них, словно намекая, что день недолго будет добрым, — вам придётся пройти с нами, уважаемый.

На Охотника выжидательно уставились три пары глаз, отслеживая каждое движение, а готовые сорваться заклинания искрили на пальцах. Андрей чувствовал их и даже мог распознать. "Оглушение", "Щит" и "Барьер". Слабовато. Хотя, на человека ведь рассчитывали.

— А я у вас был, — нагло заявил он, не думая бежать, — и мне не понравилось.

Стражи покосились на него, как на сумасшедшего, но Андрея уже понесло:

— Ладно, варенье и девушки были выше всех похвал.

Посмеиваясь, он обошёл оторопевших от такого признания служителей закона и как ни в чём не бывало, направился вперёд. Женщина с лотком пирогов на пути мигом подняла ему настроение, но невидимый барьер так же быстро вернул в реальность.

— Что вам было непонятно из моих слов? — тихим, но очень властным и пугающим голосом произнёс он. В первый раз Андрей сдался, скосил под дурачка, но во второй… Достали.

Справа и слева возникли ещё два барьера.

— Тебе придётся пойти с нами, человек, — недовольно бросил второй страж, высокий, но самый слабый. Не чувствовал он угрозу, как её чувствовали двое по краям. Те, что и поставили барьеры.

Андрей машинально оглянулся. На площади было малолюдно, даже торговка куда-то отошла. Двух слов будет достаточно для витязей, а барьеры и так слабые. Вопрос только — рисковать или нет? Не то, чтобы была дикая необходимость, но эти мрачные рожи его раздражали.

Голос разума ехидно напомнил, что стражи уж точно не виноваты в том, что он утром остался без Леры.

Барьеры исчезли будто по щелчку пальцев, а между ним и стражниками вклинился вчерашний телохранитель Видящей. Андрей внезапно осознал, что уровень силы у телохранителя-то ого-го-го.

— Ерем, спокойно. Парень под личным патронажем Видящей, сегодня вышел приказ. Это ученик теневого старейшины Акселя.

Глаза у витязей округлились у третий раз.

— У теневика есть ученик-человек?! — не поверил названный Еремом, — Вэй, ты развести нас решил?

— Ага, заняться мне больше нечем, — парировал Ивейл, — всё, ребят, этого я забираю. Давайте, до вечера.

Кивнув Андрею, витязь уверенно зашагал в противоположную от Главного храма сторону. Охотнику ничего не оставалось последовать за ним, разочарованно скрипя зубами.

— Ты выглядишь так, как будто я лишил тебя хорошей забавы, а не допроса у нашего Главгада.

— Главгада?.. — Андрей мысленно скривился — ещё один наблюдательный на его голову.

— Главный городской дознаватель, сокращённо — Главгад. Ему нравится, — невозмутимо пояснил Ивейл.

Хороший город и стражи интересные!..

Андрей внезапно подумал, что спокойный и ироничный телохранитель Видящей ему, пожалуй, больше нравится, чем наоборот. Он вынырнул из своих планов мести и спросил:

— А куда мы идём?

— Тебя развлекать, — насмешливо ответил Ивейл, — у меня чёткий приказ "чтобы мальчик не заскучал".

Андрей мельком подумал, что "девочка" у него ночью точно не заскучает. Даже тем, что устала, не отвертится.

— Хорошо-о, — потянул он, — а кабаки и бордели в списке развлечений есть?

— А ты смелый! — хохотнул младший следователь.

Покосившись на него, Андрей понял одну важную вещь — либо вечером на его совести будет ещё один труп, либо этот следователь станет ему хорошим другом.

— Не горячись, я шучу, — Ивейл поравнялся с ним, — Лера просила познакомить тебя с кем-нибудь из наших бардов. Честно говоря, я с ними вообще не общаюсь, и в друзьях у меня только один бард, который сейчас очень занят… Так что если нас пошлют с порога, ты не сильно удивляйся, ладно? Реш готовиться к выбору наместника.

В голове у Андрея что-то щёлкнуло, и он стремительно повернулся к Ивейлу.

— К выбору наместника?

— Ну да, предыдущий, Вораан, погиб два месяца назад, поэтому в рамках праздника решили срочно выбрать нового. Может участвовать любой бард от тридцати лет, прошедший обучение по профилю и имеющий необходимый ранг силы.

— Участвовать в чём? — заинтересовался Андрей.

— В конкурсе на право стать одним из наместников богов. У нас их пять, если ты не в курсе. Витязь, Видящая, Бард, Вед и Природник. Сейчас круг возглавляет Видящая, как… лучшая из всех, кто подходит на эту роль.

— А место главного Барда, значит, вакантно? — уточнил Андрей, впрочем, вопрос был риторический. — А как проходит конкурс?

Тем временем, они уже подошли к одному из домов, шикарному деревянному терему. Дом стоял ближе к окраине, и Андрей даже удивился тому, как быстро они добрались.

Затормозив у двери, Ивейл всё-таки ответил:

— В несколько этапов. Сначала отбор по уровню силы, затем экзаменовка и последнее, чего все ждут с нетерпением, демонстрация возможностей. Чтобы занять место наместника бога, надо придумать новое заклятие, высокого уровня или нечто простое, но полезное. Это очень тяжёлое условие. Чаще всего, наместника бога выбирают из числа особо уважаемых бардов, но видимо, в этот раз никто не подошёл, поэтому и решили устроить конкурс.

Андрей медленно кивнул, вспоминая слова Акселя о храмовниках.

Храмовники заметно отличались от обычных людей. Они были бледные, не чувствовали холода и смотрели на мир яркими разноцветными глазами. Но главное, пожалуй, это дополнительный орган в их теле — анаре, который находился рядом с сердцем и качал по телу особую энергию. Исторически так сложилось, что анаре каждого храмовника делится на пять видов, как у первых богов. То есть все храмовники разделены на пять классов: витязи, видящие, барды, природники и веды.

Андрей помнил эту лекцию почти наизусть, как и многие другие. Впрочем, про храмовников он узнал задолго до знакомства с Акселем.

Значит, в Весенне выбирали наместника бога Рицо — главного барда. Ему внезапно стало весело.

Витязь странно покосился на него, но промолчал. Никто не стал их прогонять — однако, когда они вошли в дом, его хозяин даже не встал из-за стола.

— Вэй, чего надо? — вместо приветствия спросил он, неохотно отрывая взгляд от свитков. А заметив Андрея, недоумённо сдвинул брови.

Без преувеличения, мужчина был красив. Такими Андрей представлял себе принцев из сказок. Длинные светлые волосы спускались копной до лопаток, привлекая внимание, а таким ресницам могла позавидовать любая девушка. Но в то же время, смазливым мужик не был. Цепкий взгляд, волевой подбородок. Точно не сказочная ромашка. Явно боевой бард, судя по тому, как его рука машинально потянулась к флейте. А мелодии у бардов умели вырубать не хуже травок.

— Да так, я тебе человека привёл, для опытов, — хмыкнул Ивейл. Бард растерялся.

— Зачем мне человек?

— Ну, приспособишь куда-нибудь!..

— Может быть, ему лучше витязя для эксперимента взять?! — не выдержал Охотник. — Продержится дольше! Опять же, функциональности побольше.

— Человека-то не жалко, — парировал Ивейл.

— Так и витязей здесь много. Одним больше, одним меньше…

— Хватит! — усиленный голос бард разом закончил перепалку. — Давайте для начала познакомимся, что ли. Я Решин, Вея ты, наверно, уже знаешь.

Андрей кивнул и представился.

— Реш, он Охотник. Ученик Акселя. Слышал?

Бард, собиравшийся пожать Андрею руку, замер как вкопанный.

— Серьёзно? Это меняет дело. В таком случае, я рад видеть Охотника в своём доме.

Сражённый реакцией барда, Ивейл замолчал, а Андрей… Андрею вспомнилась молоденькая девочка, блондинка с длинными кокетливыми локонами. Храмовница, которую зажала тройка кукловодов в подворотне. Ситуация была для Андрея не выигрышная, но имелся фактор внезапности и перепуганные глазки юной красавицы. Ему повезло — справился, а нож одного из кукловодов просвистел всего в паре сантиметров от шеи. Но сейчас это казалось таким незначительным.

— Волья? — тихо спросил Андрей, вспомнив имя девочки. Внешнее сходство между бардом и спасённой имелось, но мало ли людей с похожими чертами лица.

— Моя сестра, — улыбнулся в ответ Решин, — все уши прожужжала родителям и подругам о храбром герое, одолевшем кукловодов. До этого случая я был уверен, что Охотник — это очередная байка теневых старейшин с только им ведомой целью, но после… Запоздало благодарить нет смысла, но ты можешь рассчитывать на мою помощь. Разумеется, в рамках нормы.

Андрей смутился. Героем он не был, и своё дикое нежелание ввязываться в разборки помнил. Если бы ситуация резко не стала критической — прошёл бы мимо. С другой стороны, зато теперь у него есть обещание барда, что тоже неплохо.

— А мы, собственно, как раз по поводу помощи… — неуверенно начал Ивейл, — по просьбе правящей тени…

— Ты рассказал Лере, что я выжил?! — бард стремительно повернулся к другу, сощурив глаза.

— Нет! Блин, к монстрам тебя, Реш, все мысли спутал. Короче, Андрей тоже музыкант, и Лера просила найти для него какого-нибудь барда. Вроде как для обмена опытом. А у меня из знакомых бардов только ты. Займёшься этим человеческим дарованием? Или, может, посоветуешь кого-то?

Андрей невольно почувствовал себя тем самым пятым колесом в телеге, которое надо куда-нибудь приткнуть. "Ну, Лера, попадёшься ты мне…" — с нехорошим предвкушением подумал Охотник.

Но Решина слова младшего следователя почему-то успокоили.

— Я бы занялся, но через три дня демонстрация силы, — развёл руками он, — а я до сих пор не перевёл то четверостишие.

— Я тебе три раза говорил, что давай помогу! Уж в потоках силы разобрался бы! — укорил Ивейл, но бард отрицательно покачал головой.

— Там не только потоки надо знать, но ещё и ноты. Это максимальный ранг, Вэй, и максимальное переплетение голоса, мелодии, нот, потоков. Смесь адская. Причём на алдааре.

Вэй вздохнул. Видимо, диалог повторялся далеко не в первый раз.

— Я знаю ноты, — признался Андрей, — и если могу помочь, то я не против. В паре с Ивейлом, например.

Впечатлившись его идеей, бард и витязь переглянулись.

— А почему бы и нет?.. — потянул Вэй. Но Решин засомневался.

— Но тогда ему надо всё рассказать?..

— И в чём проблема? Если хочешь перестраховаться, предложи клятву, а решится он или нет — его забота.

Охотник заверил, что поклянётся без проблем. Условие Решин выставил следующее: никому не рассказывать о том, что он услышал в этой комнате. Андрей согласился, но когда бард произнёс клятву, мысленно закатил глаза. С него взяли самую слабую "дээше тромане", которая даже убить не могла, максимум — причинить сильную боль, да и то, третьим предупреждением. Но видимо, для человека такую клятву посчитали достаточной.

— Вот и замечательно, — оскалился Реш, — а теперь, собственно, история. У каждого класса в Весенне есть свой бог-покровитель. Ага, вижу, ты в курсе. Бардам помогает Рицо. Есть множество легенд про богов, но все они сходятся в одном — главные боги были первыми наместниками Весенны, то есть, существовали реально. С одной стороны, наши предания могут показаться смешными, с другой — храмовников порой действительно выручают сверхъестественные силы. Необъяснимые силы. Когда я был ещё школьником, в одном из архивов мне попался древний-древний свиток. В этом свитке была только загадка. "Награда мудрому и любопытному за труды" — так она называлась. Почему этот свиток не нашли раньше — я не знаю. Вероятно, он был на алдааре, нашем древнем языке, и никто не захотел мучиться с переводом. Я лет пять периодически возвращался к этой головоломке, но единственное, что понял — это указание места. Загадка была этаким аналогом пиратской карты, только стихотворным.

— И как, нашёл отгадку? — поинтересовался Андрей.

— Совершенно случайно. Место, указанное в свитке, было домом моих родителей, иначе я бы никогда его не узнал. Но мне повезло — тот район, в котором я родился, несколько раз восстанавливали по старым планам, не меняя назначение объектов. Смотровая башня так и осталась смотровой башней, лавка торговца стала булочной, маленький храм Рейлин, которые в древности были на каждом шагу, превратился в храм витязя Нэтта. Но это неважно. Самым главным оказалось то, что в подвале собственного дома я обнаружил тайник со свитками и если верить записям, они принадлежали самому богу Рицо, понимаешь?

— С трудом, — хохотнул Андрей, — с чего ты взял, что эти записи вообще принадлежали Рицо? И потом, в каком состоянии должны быть свитки, пролежавшие сколько?.. Не меньше тысячи лет?..

Бард хмыкнул, словно ждал такой реакции.

— Собственно, первым сюрпризом как раз были чары, благодаря которым записи сохранились в идеальном состоянии. Ведовское заклятие высшей пробы, такое, что страшно представить уровень автора этих чар. Тогда я посчитал, что свитки принадлежали какому-нибудь сильному и богатому веду, который вёл своеобразный рабочий дневник. Я и раньше баловался переводом с алдаара, так что расшифровка записей стала чем-то вроде хобби. До тех пор, пока я не наткнулся на одно заклятие. Легенды, Андрей. В легендах Рицо мог творить чудеса, но в наше время формулы этих чудес безвозвратно утерянными. А в свитках, строчка за строчкой, показано их создание! "Дараивш" — возможность копировать любой голос, "Этонхе варрао шель" — заклятье проклятого танца и легендарная Медленная смерть! Те заклятия, которыми в легендах пользовался сам бог, формула которых считается утерянной или вообще не существовавшей!

Когда Лера подошла к дому барда, уже совсем стемнело. Фонарей в Весенне не было — город освещали яркие защитные символы, которыми был украшен каждый дом. Днём краски тускнели, и рисунок становился обычным, ничем не примечательным, зато в ночные часы Весенну словно обволакивал мягкий голубоватый свет.

Адрес барда Лере дала София, прекрасно осведомлённая о том, где проводил время её сын. Правда, кроме адреса о друге-барде она ничего не знала, но Лере хватило и этого. Ничего, познакомится.

В окнах на втором этаже было светло, но на стук никто не отозвался. Она постучала ещё раз. По комнате наверху гуляли тени, однако ж входная дверь оставалась безучастной. Не то, чтобы Лера была паникёршей, но искренне считала, что лучше перебдеть, чем недобдеть. Грань помогла ей оставить неприступную дверь за спиной и незаметно подняться по лестнице. Крадучись, Лера осторожно заглянула в комнату, и тут её ждал сюрприз.

На правящую тень никто не обратил внимания. Наклонив голову к плечу, она вышла на середину комнаты — никакой реакции. Совсем. Абсолютно. Мужчины продолжали спорить, перетаскивать бумаги с одного стола на другой и утыкаться носом в скрученный, не желающий распрямляться свиток. Впрочем, и компания подобралась интересная. Её Охотник, витязь Ивейл и Решин, который вот уже год считался пропавшим без вести и скорее всего погибшем.

— Чем вы занимаетесь?! — не выдержав, громко спросила она. Парни, все как один, вытянулись в струнку и медленно повернулись. Лера, оказавшись на перекрестье трёх недовольных взглядов, даже не вздрогнула, но почувствовала себя очень неуютно.

— Что происходит? — повторила она, ибо никто из троицы не спешил отвечать. — Решин? Надеюсь, ты не призрак?.. Когда ваш капитан отчитывался о потерях, твоё имя тоже было списке. Что с тобой приключилось? Или — она вдруг сощурила глаза, — с тобой ничего и не приключалось?

Бард только покачал головой и со вздохом отложил свиток. Андрей тоже бросил ручку с блокнотом на стол, и кивнув барду, подошел к Лере. Но взгляд парня правящей тени почему-то не понравился.

— Я просто выжил, Лера. Случайно и вопреки всему, — не отдавая себе отчёта, Решин дотронулся до плеча, которое в той бойне пострадало больше всего. На шее и предплечье остался некрасивый бугристый шрам, но слава богам, что он не погиб. Ночь прорыва монстров, страшная ночь, которая случилась год назад, оставила после себя много трупов. До города хлынувшая из портала лавина существ, к счастью, не добралась, но защитников полегло не мало. Решин не был ни воином, ни витязем. До той ночи он вообще никогда не видел монстров. Но… стражи набирали добровольцев, и он записался в одну из групп. Потому что в тот момент ему казалось, что терять уже нечего.

Ему отказали. Любимая девушка не только не захотела принять его предложение, но и посмеялась в ответ. Он до сих пор помнил её хрустальный смех под сводами главного храма Рейлин. Тогда, три месяца назад она только стала Видящей. Сирота, выросшая при храме, добрая, озорная девчонка с глазами-омутами. Даже важные жрецы храма не могли совладать с её непоседливым характером. Для Ариссы было только два авторитета — главная жрица храма и правящая тень. Они и помогли ей открыть свой дар настолько, чтобы уже в неполные двадцать семь стать Видящей. Не просто войти в круг наместников, а возглавить его. И зачем ей, достигнувшей такой высоты, любовь какого-то обычного барда?

Отказ словно ударил под дых. Он не помнил, как вышел из храма, как бродил по площади, осознавая, что его просто выбросили, как ненужную игрушку. Он оберегал её с детства. Сначала как маленькую сестренку, защищал от обидчиков и насмешек, потом — как любимую девушку. Но теперь она не нуждалась ни в его любви, ни в защите.

За три месяца в пограничной лечебнице у него было время подумать. Домой он вернулся с чётко поставленной целью — показать этой гордячке, чего он стоит. В своё время учителя в гимназии пророчили ему блестящее будущее — боевой бард, чуть ли не единственный на потоке. Но амбиций у Решина хватало только на перевод с алдаара, да и то, очень неохотный. Зато после всего… Амбиций было вагон и маленькая тележка. Хоть ложкой загребай. Он и грёб, обещая себе увидеть Ариссу не раньше, чем получит титул наместника бога.

Лера поняла его без слов. Просто уловила на лице какую-то мрачную, совершенно не свойственную этому барду решимость.

— Будешь долго жить, — улыбнулась правящая тень, — а то мы уже успели тебя оплакать.

Бард широко улыбнулся, словно подтверждая, что долгая и счастливая жизнь входит в его планы. Первым, обязательным пунктом.

— Кстати, — она на миг засомневалась, стоит ли вообще лезть в чужие отношения, но в итоге махнула рукой — кому нужны эти реверансы? Особенно если дело касается любимой ученицы. — Реш, а ты не хотел бы поговорить с Ариссой? Судя по всему, она про твоё чудесное воскрешение ничего не слышала.

Задело. Вопрос про Видящую явно был в числе тех, на которые бард не желал отвечать.

— Хорошо-хорошо, — Лера примирительно выставила вперед руки, — я не буду лезть в ваши отношения. Но всё-таки, поговори с Ариссой. Поверь, она до сих пор ненавидит себя за те слова. Да, власть ударила ей в голову, и даже я не думала, что она способна на столь… опрометчивые поступки. Но для неё твоя смерть была очень тяжёлым ударом. Несколько недель мы просто боялись оставить её одну. Поговори, с ней, Реш, пожалуйста.

В комнате повисла тишина. Ивейл смотрел на мрачного Решина, Андрей — с интересом — на Леру. Его внимание отчего-то смущало правящую тень, сбивало с мысли. Она с трудом заставила себя оторваться от Андрея и повернуться к Решу. Он нравился ей, особенно как пара Ариссе — спокойный, сдержанный, серьёзный. Для язвительной, взбалмошной и неуверенной в себе Видящей бард подходил идеально. Арисса тоже была без ума от него, поэтому отказа Лера не ожидала. Хотя и догадывалась, что дело совсем не в замужестве. Арисса всю жизнь пыталась забить, заколотить в себе ту жалкую, одинокую девочку, которая вздрагивала от каждого шороха. Нечего сказать, компенсировала. Только сейчас Лера была уверена, что попадись Реш в цепкие лапки Видящей, он бы уже не ушёл. Но увы, он не баран на веревочке, и просто так забрать его невозможно. С другой стороны, кому нужен тот, кого легко забрать?..

— Я тебя услышал, Лера, — наконец отозвался бард, придя к какому-то итогу. Какому — он делиться не пожелал, но настаивать она не собиралась. Разберутся сами.

— Реш, мы, наверно, пойдём, — Андрей по-хозяйски положил руку на талию Лере, — завтра ещё забегу… Ты не против?

— Да, конечно, — покивал бард, — спасибо, что помог.

Ивейл тоже засобирался домой. Решин, утонувший в пучине своих мыслей, был явно потерян для общества. Очнулся он только у двери и запоздало предложил чаю. Лера, улыбнувшись, отказалась. Такое положение дел её более чем устраивало. Окажись бард чуть-чуть повнимательнее, и он сразу бы заметил, что с Андреем у неё не только дружеские отношения. Слухи улеглись быстро, но ничего не мешало им всколыхнуться вновь. Поэтому Лера дала себе зарок не прикасаться к Андрею вне стен дома. Даже если руки чешутся.

Перечешутся.

Андрей со скрипом, но внял просьбе и отпустил её талию. Пристроился рядом, раздражённо пыхтя. Ивейл отстал от них ещё у дома барда — он побежал обратно на главную площадь.

— Чем вы занимались, кстати? — спохватилась Лера, сообразив, что так и не узнала смысла тех хаотичных перемещений по комнате.

— Скажем так, переводом с алдаара, — Андрей почувствовал лёгкий укол, но скорее совести, чем клятвы, — Решину нужно срочно перевести кое-какие старые записи, а времени у него в обрез. Вот мы и вызвались помочь. В ответ он обещал научить меня парочке фокусов с голосом.

— Ты умеешь находить себе развлечения, — оценила Лера, хмыкнув, — лет десять назад я тоже помогала Ариссе с переводом. Жуть. Хуже арабского, в комплекте с потоками силы на каждой букве… Подожди, — она нахмурилась, — а что Решину надо перевести, да ещё и срочно?!

Её недоумение было вполне обоснованно — алдаар считался мёртвым языком, как латынь. Минимум три века назад храмовники окончательно перешли на русский. Заклятия на алдааре имели впечатляющую силу, но были громоздкими, многослойными, неудобными. Куда проще было использовать русский — слова не ломали язык и быстро складывались в нужное заклятие. Мощность, конечно, уже не чета прежней, зато скорость эту потерю с лихвой компенсировала. Поэтому чаще всего алдаар использовался в ритуальных или же просто пассивных заклятиях, которые использовали видящие. Но зачем алдаар понадобился барду?

— Это не моя тайна, Лер. Я поклялся молчать, — произнёс Андрей с таким таинственным видом, что правящей тени захотелось его ударить. Замечательно. Везде у него свои знакомые, свои дела, свои тайны!

— Серьёзно, милая. Ничего такого. Как только всё прояснится, сразу расскажу.

Забыв про уговор не прикасаться, он успокаивающе притянул её к себе. Лера вздохнула, но напоминать не стала. Что она, не женщина, в конце концов?

— Кстати о развлечениях… Может, в следующий раз ты найдёшь мне симпатичную девочку? С девочкой гораздо больше шансов "не заскучать", чем с Ивейлом, — насмешливо продолжил Андрей. Вроде в шутку — но настроение у Леры упало мгновенно. Количество "девочек" росло с каждым днём — Лера знала о двух, Карин поведала ей о минимум шести, а Аксель только закатил глаза и ответил, что сбился со счёта ещё два года назад. Поэтому не удивительно, что подобную шутку она восприняла в штыки.

— Да пожалуйста! Свободен, можешь начинать поиски хоть сейчас! — она вывернулась из его объятий и быстро пошла вперёд. Без Андрея как будто стало холоднее, но Лера мысленно отругала себя за слюнтяйство. Конечно, холоднее, без батареи в тридцать шесть и шесть градусов под боком.

— А может, ты просто прекратишь относиться ко мне, как к ребёнку? — зло прошептал Андрей, схватив её за руку. Лера раздражённо попыталась руку сбросить, но не получилось даже со второго раза. Она резко остановилась.

— С чего я отношусь к тебе, как к ребёнку?! Отпусти!

— То есть, фраза про "развлекать мальчика" — это было для взрослого?! Р-р-радость моя, в твоём возрасте уже пора знать, как развлекаются мужчины!

Лера открыла и закрыла рот. От возмущения она не могла подобрать слов.

— Да я!.. Я специально искала Ивейла, чтобы уговорить его составить тебе компанию! Специально, чтобы тебе не было скучно одному, чтобы стражи в очередной раз не упекли тебя решетку! Волновалась ещё весь день! Ну спасибо, это именно та благодарность, на которую я рассчитывала!

— Лера, мне двадцать два, а не пятнадцать!

Прохожие с интересом оборачивались им вслед, но правящей тени внезапно стало плевать на общественное мнение.

— Какая разница? — закричала она, — ты один в незнакомом городе! Даже я не была бы против компании, особенно на первое время! Ты же просто человек, Андрей, а это город храмовников! Я…

— Это значит, что я твоих глазах настолько слабый и беспомощный?!

— Это значит, что я переживаю! — выпалила она, раскрасневшись. Как ни странно, её слова отрезвили. Андрей вдруг сменил ракурс, чтобы посмотреть на ситуацию со стороны Леры. И был вынужден признать, что скорее всего формулировка — это обычное Лерино ехидство.

— Ещё скажи, что Ивейл тебя у дома встретил, — в пол голоса добавила правящая тень.

Они постояли и помолчали. Андрей чувствовал себя идиотом и вот уж действительно — ребенком, а Лера виновато подумала, что в словах Охотника есть доля истины. Она боялась и за Карин, и за Акселя, но за каждого из них по-разному. Андрей был ближе к Карин, чем к Акселю, и Лера невольно смутилась.

— Ещё раз повысишь на меня голос, отправишься под домашний арест. Или на неделю без сладкого останешься! Я тебе всё-таки не "девочка", — сурово отчитала его Лера. Андрей уставился на неё со священным ужасом на лице.

— Совсем без сладкого?! Как ты можешь, Лера? Это же… Нет, такую угрозу я просто не могу пропустить мимо ушей, — он решительно потянул её к дому. Не ожидавшая такой реакции, Лера наивно поинтересовалась, что он теперь будет делать.

— Как что? — был ответ. — Запасаться сладким впрок, конечно.

Тут у Леры мелькнула мысль, что с угрозами она явно переборщила.

Утром Лера проснулась первой. В комнате было прохладно — видимо, она по привычке забыла прикрыть окно. Вставать не хотелось. Лера представила, как выберется из-под одеяла, и холодный воздух мгновенно заберётся под лёгкую ночнушку, пробирая до костей. Брр. В кровати, под боком у Андрея, ей было гораздо уютнее, чем вокруг.

Конечно, она всё понимала. Наглая ложь. Ничего она не понимала. Разовый секс по субботам, ресторан и высокие алые розы по особо торжественным случаям — как это было раньше — она могла понять, а то, что происходило с ней сейчас — нет. Глупый спор про детей, кольцо и вторая совместная ночь до утра. Диван Андрей упорно игнорировал, хотя на вид он был вполне удобный. И ещё эта его повышенная… любвиобильность. Он как будто не мог насытиться ею, постоянно опрокидывая на спину. С каким маньяком она вообще связалась?

Апофеозом всего было дикое, нелогичное и странное чувство о том, что всё правильно.

Судя по ровному дыханию, предмет её тяжких раздумий спал, весело улыбаясь во сне. Он лежал на боку, уткнувшись носом в её плечо и прижимая к себе рукой. Будить его Лера и не думала — он был таким милым, когда спал, и даже не верилось, что этот зайка вчера накричал на неё, а потом отлюбил по полной программе.

Приятная истома прокатилась по телу, стоило только вспомнить о вчерашней ночи. Она глупо улыбнулась, понежилась в кровати ещё минут пять и решительно откинула одеяло. Но встать не удалось. Мирно лежащая рука на её талии внезапно стала железной. Лера с подозрением покосилась на Охотника. Безмятежный вид, расслабленная полуулыбка, ровное дыхание. Лера почуяла неладное. Она медленно, с наслаждением запустила пальцы в чёрную шевелюру и начала мягко поглаживать, перебирать прядки. Секунд через тридцать раздался звук, похожий на урчание большого кота.

— Ты не спишь! — вознегодовала Лера. Мальчик даже ухом не повёл.

— Конечно, нет. Между прочим, я уже полчаса даю тебе спокойно уйти по делам, без утренней зарядки. Но раз меня раскрыли, значит…

От неожиданности Лера вскрикнула, когда её положили обратно на лопатки. Ох, почему же она действительно не ушла раньше?..

Спустя время, когда они наконец вылезли из постели, оба безнадежно опоздали. Леру, как и вчера, ждала Арисса, а Андрей обещал прийти к Решину. Но глядя, как собирается его женщина, он как-то сам собой решил, что пять минут погоды не сделают. На душе было неспокойно, а своим ощущениям Охотник привык доверять. Он машинально взял её за руку и мысленно выругался. Вот уж действительно, как школьник.

Однако ж руку не отпустил.

До главного храма Рейлин они дошли удивительно быстро. Так быстро, что Лера даже расстроилась — расставаться с Андреем ей не хотелось. Охотник, казалось, тоже не спешил уходить, оглядываясь и смешно хмуря брови. Ивейл, который ждал у храма, ощутимо пихнул его в бок, указывая на часы, но Андрей всё равно медлил.

Она отвернулась и еле слышно вздохнула. Ничего, через пять или шесть часов она вернётся домой и прижмётся к горячему, приятно пахнущему телу. И может даже, это будет повторяться изо дня в день. Как только Карин рассказать?…

С этими мыслями она толкнула ворота, что вели к храму. Ворота не отреагировала. Мало того, руки намертво прилипли к створке, заставив дерево вспыхнуть множеством круговой вязи. Лера изумлённо расширила глаза. Заклятие ведов, причём высшего ранга, с привязкой на конкретного человека. В данном случае — на правящую тень. Для такого заклятия вед как минимум должен был найти образец её днк, например, волос, ноготь или ещё чего-нибудь в этом духе. Она дёрнулась, и руки начали медленно неметь — вроде бы зелья паралича…

— Лера! — кричал Андрей, но обернувшись, она увидела не только его. На площадь торопливо вбежал незнакомый храмовник и резко остановившись, вытащил из кармана блеснувшую на солнце склянку. Осознав, Лера попыталась уйти за Грань и с ужасом поняла, что сознание стремительно подёргивается туман.

"Не только паралич…" — вяло, но ясно определила правящая тень.

Взрывное зелье уже летело в её сторону, когда нападавшего сбил Ивейл. Но добежать до Леры уже не успевал никто.

Где-то рядом громыхнуло, в ушах зазвенело от шума. Мир несколько раз перевернулся, но из-за зелий она ничего не соображала. Хотя вроде бы, болевой шок от пары оторванных конечностей должен был привести её в сознание.

— Убью дуру невнимательную, — произнесли над её головой. Собравшаяся возмутиться, Лера внезапно осознала себя лежащей на снегу под деревцем, и заметила Андрея, который уже успел подняться. В руках у Охотника был нож, а лице — такое зверское выражение, что Лера предпочла бы окопаться в снегу.

Как в тумане она наблюдала, как Андрей в два прыжка возвращается обратно на площадь, неожиданно ставшую многолюдной. Природник, вед, три или четыре взрослых витязя против двух парней, один из которых вообще человек. И словно в противовес её мыслям, Ивейл выставил барьер, в который быстро врезался первый нападавший, а Андрей, запрыгнув на оный барьер — как только место узнал, всадил нож в грудь второму витязю. Сердце у Леры успело остановиться и заработать вновь, когда Охотник едва ушёл от новой склянки взрывного зелья.

Тут она наконец сообразила, что правящая тень — это не принцесса, которая должна отсиживаться в кустах и обречённо сжимать в руках платочек. Помотав головой — чтобы лучше соображать, Лера ушла за Грань и бегом понеслась к природнику. Тот щедро раздавал взрывные зелья направо и налево, и очень удивился, когда удавка возмездия затянула его горло. Ленты привычно скользнули в ладони. Одна закрутилась на руке веда, пытающегося провыть какое-то заклятие, вторая схватилась за ногу витязя, замахнувшегося на Ивейла. Воспользовавшись моментом, сын Софии снёс нападавшему голову и резво отскочил в сторону. Лера снова потянулась к лентам. Она связала сначала веда, потом бессознательного витязя, и только после этого оглянулась.

— Убью, — опять пригрозили ей, а потом стиснули в объятиях. Лера только и смогла уткнуться ему шею, пытаясь остановить пробирающий до самого сердца страх осознания.

Может, из-за растерянности, а может, из-за зелий, ей даже не пришло в голову то, что очень не понравилось Ивейлу. Снять чары храмовника, как и вообще заметить оные чары могут только сами храмовники. Но Андрей не просто заставил Леру "отлипнуть" от двери, но и запрыгнуть на невидимый глазу барьер, не говоря уже о скорости, с которой он двигался. Вслух Ивейл ничего не произнёс, но в памяти пометку сделал.

— Да, я идиот. Доволен?! — Аксель почти кричал. Отчасти Лера его понимала. Андрей мог вывести из себя кого угодно, и его собственный наставник не стал исключением. Но сейчас Охотник явно перегибал палку. Лера видела, что ещё немного — и старый друг просто пойдёт и повесится на ближайшем дереве. Глава тайной стражи был человеком с железными нервами, которые, однако, в последнее время сдавали. Сначала заговор против Ариссы, которую Лера умоляла его защитить, потом Ригро с его с предательством, обязанности правящей тени, которые они с Алейсаном тянули вдвоём, теперь это покушение. Аксель оставил в живых одного из ведов, которого подозревал, но не смог найти доказательств. Понадеялся, что чутьё его подвело, но увы… Вед решил отмстить, причём отомстить именно теням и сумел найти четверку рьяно недовольных властью. Теневое посольство, узнав об инциденте, немедленно сообщило старейшинам. Аксель примчался спустя час и сразу исчез в подвалах, где проводился допрос. Судя по его виду, глава тайной стражи успешно освоил мысленное самоедство и отчаянно ему предавался, а с лёгкой руки Андрея — с утроенной силой.

В последний год у Акселя появился ещё один повод для переживания​. Дело в том, что у него до сих пор не появилась красная лента-любовь, а построить отношения с другими девушками у главы тайной стражи не получалось. И Лера видела — его это задевает. Не удивительно, в общем-то, за столько лет холостой жизни и неудачных серьёзных романов.

— Хватит, — она высвободилась из объятий Андрея и вышла на середину комнаты, — всё, прекратите! Мы живы, заговорщики мертвы, жизнь прекрасна!

На неё уставились два полных жажды крови взгляда. Чей крови конкретно не уточнялось, но Лера выдержала. — Ребята, успокойтесь.

Они дружно отвернулись.

— Андрей, а ты не обещал помочь Решину? — заискивающе спросила она.

Охотник стремительно повернулся.

— Выгоняешь?!

— Да, — покаялась Лера, глядя на Акселя, созерцающего пустоту. Нет уж, глава тайной стражи ей нужен был живым, — я хочу поговорить с Аксом наедине.

Она ожидала, что Андрей заупрямится, но он резко встал и вышел, хлопнув дверью.

Она подкралась незаметно, как обычно. И как обычно, когда он был не в духе.

— Я занят, — кратко сообщил Андрей, не поворачивая головы, — приходи в другое время.

Оксана хмыкнула.

— Если ты спешишь на помощь барду, то можешь особо не усердствовать. Во-первых, он всё равно станет наместником, а во-вторых, это было твоё решение. К чему нервничать, суетиться? — безмятежно парировала девушка рядом. Андрей резко затормозил и выругался.

— Скажи, почему я тебя до сих пор не убил, а? Не смешно! Мне было действительно интересно, справиться он или нет.

Разозлившись, он не оглядываясь пошёл вперёд. Но девушка догнала его и уцепилась за рукав.

— Извини, — молчание, — ну извини, я не хотела. Думала, ты обрадуешься. Повезло же найти барда, который увлекается алдааром. Должно быть, он очень силён. Неплохая охрана для Видящей — боевой бард, который готов сложить голову за свою правительницу…

— Ты издеваешься что ли?!

Оксана картинно закатила глаза. Ну как можно не говорить о своих видениях? Это же часть её сути.

— Кстати, милая моя, а что это за спектакль с предсказанием для Леры? Тебе заняться больше не чем?

— Нажаловалась, — с обидой пробормотала девушка, — ну подумаешь. Я за тебя переживаю, между прочим.

Андрей вздохнул. Не за него она не переживала, а за себя. Вырастил эгоистку на свою голову.

— Ты когда-нибудь расскажешь ей правду? О себе, о нас? — она внезапно сменила тему. Андрей скривился.

— Расскажу. Наверное. Когда буду уверен, что она от меня никуда не денется. Или же пока ситуация не станет совсем критической, но… не факт. Не знаю, не приставай ко мне.

"Надо же, как он над ней трясётся" — ревниво подумала Оксана. Правящая тень её раздражала. Вроде ничего особенного, а гонору — вагон и маленькая тележка. С другой стороны, для него она была неплохим… вариантом. На время. Ибо девушка продолжала надеяться, что эти отношения несерьёзны. Как и все, что были у Андрея.

— К слову, будь осторожен. Тот витязь с площади явно что-то заподозрил. Может, мы его… уберём вообще, чтобы не мешался? В отличие от Акселя, он размышлять по полгода не будет, не тот характер.

— А чем тебе Ивейл не угодил, прелесть моя? — ехидно осведомился Андрей. Иногда на его спутницу находила странная паранойя, во время которой она хотела убить всех и всё.

Оксана помялась, но всё же ответила.

— Не он. Его сын. Впрочем, сын уже стопроцентный покойник.

— Ты опять?..

— У меня было видение, после которого, я просто не могу оставить его сына в живых. Поверь, он будет той ещё тварью! Мой приговор окончателен. Кстати, мы пришли. Можешь бежать на помощь своему барду!..

Андрей быстро, пока девушка не успела сбежать за Грань, схватил её за плечи.

— Что с тобой?

— Я боюсь, Андрей. Я очень боюсь. И не говори, что не понимаешь меня.

Он попытался улыбнуться.

— Я с тобой, — произнёс Охотник как можно успокаивающе, — он до тебя не доберётся. Если понадобится, то мы призовём всех. Солнце моё, я костьми лягу, но убью эту заразу. И потом, ещё есть время.

Она посмотрела на него до боли знакомыми глазами. Глазами, в которых жил страх.

— Больше нет времени. Грань чувствует приход хозяина. Тринадцатый Тень Грани появится на свет через год, максимум через два. Последний Тень Грани. А дальше я даже загадывать боюсь.

Выпалив это, она исчезла на Грани.

Андрей снова вздохнул и подумал, что ещё немного — и он взвоет.

— Не дай ей убить сына витязя, — тихо произнесли за его спиной. Андрей внутренне содрогнулся. Нервы же не железные, право словно!

— Чего тебе нужно, Сан? — вообще это недоразумение называло себя Саншайном, но Андрей такие откровенные кальки с других языков не любил. Поэтому говорившего он нарёк Саном — на свой манер.

Настоящее же имя Саншайн не говорил никому.

— Через два года у витязя по имени Ивейл родится сын. У неё было видение, но она неправильно истолковала его. Сын храмовника сыграет не последнюю роль в убийстве… Ты знаешь, о ком я. Главное, не дать ей его убить. Меня она не послушается, но ты для неё авторитет.

— Почему я должен тебе верить? Доказательства, Сан.

— Будут, — пообещал тихий голос и исчез, оставив его наедине с холодным ветром.

Андрей грустно посмотрел на полуденное солнце. Больше всего ему хотелось вернуться к Лере, положить голову ей на колени и наслаждаться её нежными пальчиками. А вместо этого… Он должен исправлять ошибки. Он обещал. И конца и края этому не видно.