Глава 1: Как зарождается страх

Полина открыла дверь своей квартиры ключом и вошла, она была голодной и уставшей после работы. Она даже не сразу почувствовала запах… Запах ЕГО парфюма. Её сначала просто замутило и только потом она поняла, что запах осязаем и это не плод её воображения. Его парфюм был приятным, будоражащим, и он бы ей очень нравился, наверняка, если бы он был на другом мужчине, а не на нём. С трудом волоча ноги, она пошла в комнату, в единственную комнату в её квартире, Полина не ошиблась, ОН сидел на её любимом кресле, смотрел её телевизор и гладил её кота, который разместился на его коленях.

— Что тебе нужно? — холодно поинтересовалась Полина, не сводя с него глаз. Она старалась быть спокойной настолько, насколько это было возможно. Кот равнодушно спрыгнул с его колен и пошёл к хозяйке. ОН выключил телевизор, положил пульт от телевизора на журнальный столик, многообещающе улыбнулся и ответил:

— Я хочу, чтобы ты мне отсосала.

— Я надеюсь ты моему коту это не предлагал? — мрачно пошутила Полина, подбирая кота с пола на руки.

— Ты знаешь, что я с тобой сделаю в случае отказа, — слова были мягкими, обволакивающими и угрожающими одновременно.

— Подрочишь у меня на глазах или сначала изнасилуешь меня?! — съязвила девушка. — Удиви меня.

— Не думал, что ты откажешь. Полгода без моего контроля не пошли тебе на пользу. Ты забываешься моя дорогая, у меня масса вариантов превратить твою жизнь в ад. Я могу сделать с тобой всё что захочу, любую свою прихоть. Отберу работу, квартиру, свободу. Мне всё по силам или ты забыла? — его красивое лицо было бесстрастным. Но от его цепкого холодного взгляда у Полины всё внутри сжалось и руки похолодели. Она слишком хорошо знала его, и хорошо понимала, что перечить ему нельзя.

— Я думала ты со мной наигрался, — печально усмехнулась она. Полина отпустила кота, сняла с себя курточку, которую забыла снять в коридоре, бросила её на пол, подошла к нему и покорно встала у его ног на колени. Он с удовольствием наблюдал за ней, слегка наклонив голову на бок.

— Может быть, ты приподнимешься, чтобы расстегнуть брюки, — она не поднимала на него глаз. Не было смысла смотреть в глаза человеку, разрушившему её жизнь полгода назад. Он наклонился чуть вперед, взял её за подбородок и поднял лицо вверх, принудив её встретиться с его взглядом.

Полина была миловидной, с яркими чертами лица, с тёмно-карими глазами. Брюнетка. Косметикой она не пользовалась последние полгода, чтобы не привлекать к себе внимание мужчин. Но это её не спасало. В этом году ей исполнился 31 год, но выглядела она лет на двадцать с небольшим.

— Я скучал — с полуиздёвкой произнес он. — Какого хрена ты начала встречаться с Фесенко? Я возможно бы не полез в твою жизнь снова, если бы ты не появилась на моём горизонте.

— Между нами ничего нет, он же женат, — пролепетала с испугом она.

— Это сейчас ничего нет, — усмехнулся он. — Ты же в кредитах вся. Сама под него ляжешь, как только запахнет деньгами.

— Ты вроде за минетом пришёл, — отрезала грубо Полина. — Я вообще жрать хочу, если мы это дело затянем, то я у тебя член не сосать буду, а грызть или возможно даже жевать.

Он несколько секунд задумчиво смотрел в её карие глаза и видимо получив ответ, отпустил её подбородок и расхохотался.

— Ну хорошо, пошли на кухню, перекусишь. Трахнуть я тебя всегда успею.

Полина не знала как на это реагировать, она помнила, что он сделал с ней и её браком полгода назад. Как он размазал и уничтожил её жизнь и её, как личность. Слишком свежи были воспоминания и страхи, связанные с ним. О, как она бы хотела всё это забыть.

Он вошёл в её жизнь в начале лета. Она сидела в обед со своими подружками в кафе, и к ним неожиданно присоединился брат одной из подруг. Она его редко видела, поэтому никто не был против. Красивый… Дьявольски красивый 40-летний мужчина, блондин с тёмно-синими глазами, богатый и холостой. В компании замужних женщин он вызвал только тоскливый вздох.

Макар был отличным собеседником. Он оплатил счёт девушек. В последствии, он стал обедать с ними как минимум раза три в неделю, всегда оплачивая их счёт. И чем дальше он проникал в их компанию, тем больше ему доверяли.

Однажды, между делом, он напрямую спросил у Полины, почему в её 8-летнем браке нет детей (у подружек было уже по одному ребёнку). Тогда это выбило её из колеи. Иметь с мужем детей они могли, но не были готовы к такой нагрузке. Она зарабатывала больше мужа, и благодаря её заработной плате, они платили ипотечный кредит и кредит за машину. Сказать такое вслух она не могла, и она отшутилась, что всему своё время. Тогда она не придала значения откуда он знает, что она в браке 8 лет.

А Макар стал попадаться ей всё чаще на глаза, случайно в магазинах, на улице. Он стал ненавязчиво названивать ей. Полина не была дурой, и поэтому сообразила, к чему ведёт Макар, практически сразу. В одной из задушевных бесед по телефону Полина поинтересовалась, зачем он ей названивает, замужней женщине, в чём его интерес.

Макар ответил честно, что готов купить её на время, и щедро оплатить её услуги как любовницы. На что Полина ответила ему не менее честно, что не собирается изменять мужу, и что Макар ошибся на её счет. Он дал подумать ей неделю, томно вздыхая в трубку. Полина не одумалась и перестала ходить на совместные обеды и отвечать на его звонки.

В июле сестра Макара пригласила её и подружек за город, к себе домой в баню и на шашлыки девчачьей компанией. Эти поездки были традиционными уже года четыре, поэтому Полина смело поехала без мужа. Макар тоже был там, он помогал хозяйке и её мужу с застольем, по отношению к самой Полине вёл себя дружелюбно, вечер провели весело.

Полина не собиралась оставаться изначально и потому не пила алкоголя. В час ночи она решила ехать всё-таки домой, но машина не завелась. А ехать было нужно. Утром, не смотря на то, что было воскресенье, была встреча на работе с клиентом, которую ну никак нельзя было отменить. Мужчины поковырялись в машине и сказали, что нужны спецы, и они в этом деле не помощники. Речь шла уже о такси, когда Макар, который за вечер не выпил ни капли, предложил подкинуть Полину до дома в город, если она готова заехать с ним в его лесной домик по пути, покормить собаку. Выбора не было. Но тогда она его и не боялась, а даже доверяла.

Его лесной домик оказался весьма внушительным коттеджем в глухом лесу за глухим забором. Он сходил покормил собаку и запер её в вольере. В машину он сел чем-то взбудораженный, это не ускользнуло от Полины:

— Комарья, жуть. Хочешь дом покажу? — неожиданно предложил Макар. — Обожаю это место.

Любопытство Полину не посетило, хотелось спать.

— Может потом, поздно, — с надеждой в голосе предложила она.

— Пойдём! Прям, хочу похвастаться! Тебе понравится!

Полине пришлось тащиться нехотя за ним в дом. Ночной летний воздух бодрил.

В доме было уютно. Макар провел быстро по гостиной, затем огромной кухне, показывал каждый закуток, с удовольствием комментируя, на втором этаже он провёл её по двум комнатам и завёл в свою спальню.

— Обожаю свою кровать, спится на ней очень крепко. Раздевайся!

— Что? — ошарашенно переспросила Полина, надеясь, что ослышалась, хотя она уже понимала, что попала в ловушку. Верёвки, прикрепленные к огромной кровати с ремнями, были вполне убедительны.

— Я убью тебя, если ты будешь сопротивляться! — предупредил он её, в его руках появился пистолет, видимо заранее подготовленный. — Будешь слушаться и ничего страшного не случится.

— Ты шутишь? Скажи, что ты шутишь. Боже какая я дура! — Полину начало потряхивать.

— Сними одежду, я не хочу её рвать, тебе потом не в чем будет возвращаться. И я не хочу тебя бить, меня это не возбуждает. Меньше всего я хочу тебя убивать. Как бы там ни было, сегодня я тебя изнасилую. Будь послушной девочкой, раздевайся до нага и ложись на кровать. Пистолет боевой, и он заряжен. Это чтобы ты знала, на всякий случай.

— Может я только трусы сниму? — предложила Полина, стаскивая с себя кружевные трусики.

— И всё остальное тоже, — спокойно сказал он, наблюдая как она раздевается. На пол, следом за трусиками, полетело платье и бюстгальтер. Девушка была хороша, ничего лишнего, красивое точёное тело. Она не стала смущаться и прикрываться руками… Смысл? Полина села на кровать.

Он ей приказал пристегнуть руку ремнем. Как только она застегнула ремень на запястье, он пристегнул ей вторую руку и обе ноги. Руки можно было слегка согнуть в локтях, ноги тоже можно было сгибать в коленях, но не свести вместе. Вырваться с этого распятья было невозможно. Она была в его полной власти. Макар снял с себя рубашку и положил вместе с пистолетом на комод. Джинсы не спешил снимать. Лёг с ней рядом на кровать.

Коснулся её губ своими губами, Полина резко отвернулась, ей было противно. Насильника этот маленький протест не остановил. Его ладонь опустилась на её грудь, он немного поиграл с соском, потом со вторым. Рука поползла по животу вниз, он любовался ею. Ноги были разведены, поэтому он легко добрался до клитора, лениво поиграл с ним пальцами и запустил два пальца во влагалище.

— А ты сухая, не потекла и не затасканная, на удивление, — спокойно усмехнулся, он осторожно поигрывал пальцами в ней. — Я хотел тебя сначала накачать либо алкоголем или наркотой, но потом решил, что трахать тебя куда интереснее в трезвой памяти. Жаль, не купил смазку, у тебя там так узко как у девственницы. Тебя муж не трахает?

— Да пошел ты! — огрызнулась девушка, не поворачивая к нему головы. Она боялась. Боялась, что сейчас расплачется от унижения, прямо на его глазах. Полина не хотела показывать свою слабость… Никогда, никому! Тем более, насильнику.

Она всем существом своим ощущала его издевательскую улыбку на его губах. Он вытащил из неё пальцы и снова начал играть с клитором, но уже поактивнее, его губы опустились на её шею. Тело против её воли начало оживать. Она даже не поняла, в какой момент застонала и раздвинула ноги шире.

Макар скинул джинсы и осторожно забрался между её ног. Полина напряглась, когда его член коснулся её половых губ.

— Расслабься, и я не причиню вреда, — прошептал Макар ей на ухо. Он вошел в неё осторожно. Полина с ужасом поняла, что его член гораздо больше члена мужа. Он тихонько проникал в неё, но, даже, несмотря на это, было больно. Когда он заполнил её всю, она, понимая, что член вошёл не весь, не выдержала и тихо взмолилась: «Мне больно!».

Макар поцеловал в губы. Так аккуратно её никогда не трахали, с каждым движением Макар входил всё глубже, девушка начала под ним постанывать. Ему же большее удовольствие доставляло наблюдать за ней и контролировать, чем сам процесс. Её сбитое дыхание, легкие стоны, попытки ускорить фрикции. Нет, она явно не могла себя сдерживать, это льстило ему.

Понимая, что у Полины наступает кульминация, он вошел резко и глубоко, отчего оргазм накрыл её сразу. Верёвки не давали ей обвить его ногами и вцепиться в него ногтями, поэтому с каждым его движением она вцеплялась руками в верёвки всё сильнее. Он был и груб, и нежен, отчего ей хотелось ещё и ещё и она его просила об этом сама. Когда оргазм накрыл их обоих, она практически была без чувств. Он был ещё в ней и на ней, когда разум стал возвращаться.

— Хорошая девочка, восхитительно-чудесная, — похвалил он её и поцеловал в губы. — Я и не надеялся на такое феерическое изнасилование.

— Слезь с меня! — психанула Полина. — И отстегни немедленно!

— Обязательно, но сначала я хочу тебе кое-что сказать, дорогая моя, я буду тебя брать где захочу, когда захочу и как захочу. Видео нашего соития у меня есть, без звука правда, но так даже правдоподобнее, и я могу его показать твоему благоверному. А если тебя и это не угомонит, и ты будешь сопротивляться, я сделаю тебя и мужа безработными, ну если и это не напугает я убью твоего супружника. Ты меня услышала и поняла?

— Может, всё-таки член сначала из меня вытащишь? — грубо отозвалась Полина.

— Будь добра, не хами! Я могу и не отвязывать, тем более, что я только вошёл во вкус, — предупредил он.

— Я всё хорошо слышала и прекрасно поняла, — едва сдерживаясь от истерики ответила ему девушка.

— И что ты мне ответишь? — он поцеловал её в шею.

— Я даже не знаю, что ответить, — она отвернула лицо от него, на глазах предательски выступали слёзы.

— Мне нужно лишь знать, что сюрпризов от тебя не будет. Что ты будешь хорошей любовницей столько сколько я пожелаю, — он хотел ещё сказать, что хочет, чтобы она принадлежала только ему, но не успел, Полина разрыдалась.

Глава 2: Игрушка

Полина зашла на кухню как во сне. Её внутри потряхивало. Ей не верилось, что её кошмар снова вернулся в её жизнь. Руки похолодели, сердце выплясывало лихорадочные «па». Мозг судорожно искал выход. Хотелось бежать из квартиры и спрятаться где угодно, лишь бы он никогда её не нашёл.

Макар вошёл следом, оценил обстановку, слегка брезгливо поморщившись. От Полины это не ускользнуло.

Ну, да. Он ведь не привык к такой убогости и серости. Подонок!

Квартира принадлежала бабушке, ремонта в ней давно не было. Сама Полина не могла позволить себе такую роскошь, как ремонт. Она пыталась активно рассчитаться с кредитами, которых было великое множество. По некоторым из них уже прошли суды и с зарплатной карты сдирали половину суммы каждый месяц. Долги пока не уменьшались. Не было теперь у неё ни машины, ни мужа… Даже нижнее белье приходилось штопать. Радовали лишь кот, страдающий ночными забегами по квартире, и отсутствие дресс-кода на работе. Можно было ходить в вечных джинсах и футболках.

Он сел за стол, выбрав удобную позицию, чтобы за ней наблюдать. Собирая внутри себя заново, Полина достала пакет с кошачьей едой из холодильника, открыв его, выложила коту. Котик бесцеремонно принялся есть, с удовольствием мурча. Для себя она достала пакет пельменей из морозилки.

— Ты ешь эту дрянь? — поинтересовался Макар, внимательно отслеживая каждое её движение словно хищник.

— Вполне съедобно, — огрызнулась Полина, и тут же прикусила язык. Провоцировать его не стоит, может быть и в этот раз удастся вывернуться. Его губы тронула легкая улыбка и тут же исчезла, в глазах промелькнул интерес. От Полины это не ускользнуло, она внутренне содрогнулась и едва не выронила кастрюльку с водой.

— Ты обманула меня, — ядовито произнёс он. — Я искренне поверил в то, что сломал тебя.

Руки у Полины предательски задрожали и она уронила ложку на пол.

— Подойди ко мне! — властно потребовал Макар, глаза потемнели от предвкушения предстоящей забавы. Волна ярости вперемешку со страхом накрыла Полину, но голос разума был сильнее. Она позволит ему сделать с ней всё, что он хочет и он снова потеряет к ней интерес. Покорно опустив голову, она встала рядом с ним.

— Джинсы расстёгивай и снимай! — приказал Макар, изучая её внимательно. — Буду наказывать, — его голос холодный и уверенный.

Полина попыталась расстегнуть молнию, кисти рук мелко дрожат и пальцы не слушаются.

«Лишь бы не расплакаться, лишь бы не расплакаться, я всё могу… Смогу и сейчас», — молилась мысленно девушка, пытаясь справиться с молнией. Макар не сдержался, глядя на её бесполезные попытки, взял за бёдра и заставил придвинуться поближе к себе.

— Как была тупой, так и осталась! — начал злиться Макар. Полина сжала кулаки так, что костяшки побелели, но она молча проглотила оскорбление. Он фактически оторвал пуговицу и расстегнул резко молнию. Но джинсы снять не успел, поскольку в заднем кармане джинсов Полины завибрировал телефон. Макар ловко его выудил из кармана.

— Василий Сергеевич, — усмехнулся издевательски Макар, глядя на входящий звонок. — Значит, с Фесенко у тебя ничего нет, животное? Тогда почему он, владелец крупного холдинга, названивает вечером после работы менеджеру среднего звена, которого он даже знать в лицо не должен?

В его взгляде неподдельная угроза. Паника захлестнула Полину, мозг рисует жуткие картины расправы над её телом. Зачем он позвонил? Они же даже не общаются! Да, она молила его о работе, и он ей её дал. Но больше они не виделись и ни разу не разговаривали.

— Знаешь, что меня всегда бесило? Ты никогда меня не хотела сама, всегда приходилось заставлять, — мрачно произнес Макар и ответил на звонок.

— Привет Вась, это Макар, — по-свойски приветствует он Фесенко. — Не знал, что моя девушка работает у тебя…

— У тебя есть разговор ко мне? — удивился Макар, глядя задумчиво на затихшую Полину. Он убрал телефон от уха и, закрывая второй рукой микрофон, шёпотом сказал:

— Пошла вон!

Полину долго уговаривать не надо. Забыв про пельмени, да и аппетита у неё уже не было, она вылетела с кухни в комнату. Там она металась из угла в угол, до неё доносились отдельные слова Макара:

— Это ультиматум?!… Какой тебе интерес?!… Разорвёшь контракт?!… А не пошел бы ты!!!… Она моя!!!…

Разговор всё не заканчивался. Полина присела на диван, потом легла, её затянуло в дрёму. Мысли снова возвратились в дом в лесу, к кровати с верёвками, к ремням на своих запястьях.

***

Он не стал ждать, когда иссякнет поток её слёз, слез с неё и ушёл, даже не укрыв. Оставив медленно умирать внутри от боли, отчаяния и стыда. Лучше бы она испытывала физическую боль, так было бы легче, а она, как похотливая сучка, просила ещё, молила об этом.

Он вернулся минут через десять. Снова лёг с ней рядом.

— Проревелась? — осторожно спросил он, и его пальцы скользнули по её щеке, вытирая слёзы.

— Уйди! — глухо ответила Полина. Её требование он проигнорировал. Его пальцы опустились между её ног, он слегка надавил на самую уязвимый и отзывчивый бугорок, тело Полины вздрогнуло, она попыталась сжать ноги.

— Ты не поняла, дорогая моя, — холодно произносит Макар, продолжая играть с ней. — Ты не захотела по-хорошему, когда я хотел тебя купить. Теперь будет по-плохому, я взял без спроса, и теперь ты моя, хочешь ты этого или нет.

Она застонала и прогнулась, вцепляясь руками в верёвки, в её голове мелькнула мысль: уж не мазохистка ли она? Он надавил посильнее пальцами и с её губ сорвался очередной тихий стон. Она подалась вперёд, связь с реальностью натянулась и начала рваться. Как же хочется продолжения сладкой пытки… не с ним.

— Пошёл в задницу! — продолжила сопротивляться Полина. Но тело говорило другое, оно пыталось насадиться на такие желанные пальцы Макара.

— Сучка, потекла, — усмехнулся над ней Макар и ловко взобрался сверху. Он входил резко и жёстко, он терзал её рот своим, её губы плавились под его напором. Толчок, толчок, ещё, жёстче, грубее, нахальней! Он брал её так, как хотелось только ему, заглушая её крики грубыми поцелуями. Под конец он впился в её шею зубами и Полину накрыл безумный оргазм. Наивысшее наслаждение, которое она когда-либо испытывала, вперемешку с острой болью. Он разрывал её душу на части, ломал восприятие нормальности, стирал грани между «можно» и «нельзя».

— Ты будешь только моей, — шептал он в её ухо, кусая мочку.

Он отстегнул её, на запястьях и щиколотках остались следы от ремней. Полина тихо попросилась в душ и он проводил её. Она чувствовала, как по внутренней стороне бедра течёт его сперма. Гадко, мерзко, отвратительно… Внутри пеплом рассыпалась её душа.

В душевую кабину он встал вместе с ней. Он начал её мыть, осторожно скользя по её коже руками. Его пальцы слегка вдавливались в кожу слегка массируя. Полина, стоя к нему спиной, почувствовала, как он возбудился. Он повернул её лицом к себе, мягко поцеловал в припухшие губы и сказал:

— Поласкай меня язычком.

Девушка не поняла, но он надавил ей на плечи, заставляя опуститься на колени. Его член коснулся её губ и до неё дошло.

— Я не умею, — побледнела Полина. Макар наклонил голову набок в изумлении.

— Неожиданно! Я буду первым? — спросил он, всё ещё не веря в такую вероятность.

— Я не буду! — возразила Полина, пытаясь встать. Макар остановил её. Ну уж нет, такую возможность он не упустит!

— У тебя был оральный секс? — повторил с нетерпением он свой вопрос. Полина взбешенно посмотрела на него. По её волосам и коже текла вода, делая её ещё более красивой и доступной, и вызывая у Макара острое желание обладать ею. Она скривила рот в ядовитой усмешке и злобно ответила:

— Нет!

— А анальный секс был? — заинтересовался Макар, хотя уже знал ответ на вопрос. Лицо Полины перекосило от ярости, но она ответила:

— Не было!

— А сколько мужиков у тебя было? — решил раз и навсегда для себя выяснить Макар.

— Только муж, — глухо прошипела Полина, с ненавистью глядя в его глаза.

— Так ты мне почти девочкой досталась! — обрадовался Макар открывшимся перспективам. — Сейчас будем тебя учить глубокому минету.

Полина снова попыталась встать. Внутри мерзко, гадко. Её будут брать как шлюху!

— Выложу видео с твоим поревом в интернет! — пригрозил Макар. — Не дури!

Девушка со слезами на глазах снова встала на колени. Она вспомнила порнографические фильмы, которые видела и, восстановив в памяти кое-какие фрагменты, осторожно взяла пальчиками его член, аккуратно касаясь губами. Макар сдерживался, чтобы не взять инициативу в свои руки. Он запустил в её волосы пальцы.

Она действует правильно, неумело, но правильно. Её язычок скользит по его нежной плоти. Он вошёл в её ротик, такой восхитительно-девственный и начал её аккуратно потрахивать, придерживая голову. Движение, ещё движение… глубже… Она терпит и не сопротивляется. Его захватило и он начал терять контроль над собой. Сделав несколько резких движений, он кончил ей в рот… «А она правильно поймала ритм, для первого раза очень даже неплохо», — подумал он. Полина изумила его ещё раз, проглатывая его сперму.

— Шикарная сучка!

Он поднял её на ноги и прижал к стенке спиной, зло и яростно целуя. Рукой заставил раздвинуть ноги и его пальцы ворвались внутрь. Он трахал её пальцами, а она не сопротивлялась, позволяя ему вести себя агрессивно. С её губ срывались стоны, она помогала ему довести себя до кульминации, двигая бедрами и насаживаясь глубже на его пальцы.

«Это ненормально… Ненормально!» — мелькнуло в голове у Полины, и она потеряла опору под ногами вцепляясь в Макара от накатившего на неё оргазма.

— Ты великолепна! — посмеиваясь тихо сказал он. — У меня таких никогда не было.

Он насиловал её почти сутки, с перерывами на сон и еду. Тело болело, садиться и вставать без боли было практически невозможно, губы ноют, на коже откровенные засосы. В понедельник днём он наконец-то решил её отпустить — его зверь внутри сыт.

Макар внимательно наблюдал за ней. Он испытывал откровенное удовольствие от понимания того, что сидит она аккуратно за столом только потому что у неё болит промежность от его садистских экзекуций, и чай пьёт осторожно из-за того, что болят губы от его грубых жестоких поцелуев. С усмешкой вернул ей её телефон и надел на её запястье платиновый браслет, купленный заранее.

«Моя!» — мурчит довольный внутренний демон Макара.

Полина мрачно посмотрела на браслет и с издёвкой произнесла:

— Откупаешься.

— Он стоит как твоя ипотечная квартира, — начал злиться Макар. Она не радуется его подарку, сука!

— Считай, что тебе заплатили, как самой дорогой шлюхе, — с презрением посоветовал он ей.

Он вернул её домой во второй половине дня. Скрыть от мужа всё, что с ней произошло нереально, поэтому Полина рассказала об изнасиловании, забыв о предупреждении Макара, что он убьёт Романа.

Муж встал на её сторону. Роман предложил ей пойти в полицию, но Полина отказалась, поскольку её мучает стыд. Она помнит о том, что Макар снял секс с ней и там она слишком откровенно вела себя и это очень сильно не похоже на то, что она страдала во время насилия.

Звонки Макара она сбрасывала, а потом вообще занесла его в чёрный список. Вскоре с работы позвонил начальник и поставил её в известность, что она уволена. Это был удар! Ипотека, кредит, что делать с этим?! Хотя браслет, снятый с руки и засунутый в недра её сумочки, возможно спасительный билет из долгового ада.

Макар появился в её квартире во вторник вечером, войдя вместе с двумя амбалами, ведущими Романа. У мужа была разбита губа и порван пиджак. Мужчины грубо усадили Романа на диван и сами сели по бокам.

Макар, никого не стесняясь, обнял Полину и поцеловал её в губы. Его руки нагло, по-хозяйски, скользят по её талии и бедрам. Он явно наслаждается тем, что Полина в ступоре от ужаса, охватившего её.

— Я скучал. Ты мне не отвечала, — ядовито-сладко сказал он. — Что будем делать, девочка моя?

И не дожидаясь ответа, спросил у Романа:

— Сколько тебе заплатить за неё?

Роман скривил губы в ненависти и послал Макара.

— Два миллиона? — Макар проигнорировал его фразу.

— Урод, — не сдержался муж Полины и снова рванулся на помощь жене. Его опять зашвырнули обратно на место.

— Пять миллионов? — продолжил спокойно торг Макар.

Роман молчал. В его взгляде всё было написано откровенно: он не продаст жену.

— Десять миллионов? — изумился Макар. — Я трахал её в её маленький ротик.

Роман дёрнулся в очередной попытке наброситься на Макара, но амбалы опередили его, заставив принудительно вернуться на место.

— Ну хорошо! Сучка она просто преотличная. Так красиво трахается… Двадцать миллионов? — предложил Макар, не обращая внимания на ярость Романа. — Последняя цена. Если не согласишься — убью тебя и, видимо, её тоже, как свидетельницу. Только ещё раз кончу в этот шикарный ротик.

Роман молчал. Полина, находясь всё ещё в крепких объятиях Макара, прекрасно понимала, что тот не шутит.

— Роман соглашайся, — произнесла умоляюще Полина, упираясь ладонями в грудь Макара. Тот ядовито усмехнулся и поцеловал её в губы ласково, без нажима, наслаждаясь властью. В комнате тихо, как на кладбище. Макар нехотя отрывался от её губ и Роман наконец-то ответил осипшим внезапно голосом:

— Хорошо, я согласен.

— Самый дорогой орал в моей жизни! — засмеялся Макар. — Собирайся, сука! Будешь жить со мной и отрабатывать эти деньги!

Глава 3: Животное

Полина уже глубоко спала, свернувшись калачиком, когда Макар вошёл в комнату. Он небрежно бросил её телефон в кресло. Фесенко выставил ему ультиматум и Макар был в ярости — его добычу вырывают прямо из рук! Нет, он не готов смириться с такой постановкой вопроса! Она принадлежит ему, и больше никому и плевать на контракты, договоры, прибыль! Эта девка только его, и ничья больше!

Он подошёл к дивану, она даже не застегнула джинсы. Он ухмыльнулся, глядя на её невинное лицо, внутренний демон сразу запросил сладкого, пьянящего, желанного тела… Он запустил руку в её волосы, мягкие шелковые волосы, они так нравились ему. Полина открыла глаза, в которых промелькнул испуг, ярость, ненависть. Её губы слегка искривились в презрительной усмешке.

Не сдержалась…

Прокололась…

Как нравится её ломать, подчинять себе.

Он рванул её за волосы вверх, заставляя сесть.

У Полины выступили от боли слезы, в голове мелькнуло: «Молчать! Не отвечать! Пусть делает, что хочет!».

Он наклонился к её лицу, обдавая своим дыханием её губы. Его дыхание приятное, будоражащее, с нотками кофе и корицы. Полина закрыла глаза, за поцелуем последует расправа, она знала, слишком хорошо понимала это. Мужчина покрепче сжал её волосы на затылке и, отклоняя голову назад, впился в её сухие мягкие губы, сжигая все барьеры у неё внутри. Она отвечает на жестокий поцелуй, горячий, сводящий с ума.

Макар знал, как он на неё действует. Такая хрупкая, беззащитная. Только его. Стоило только нажать на неё, и она беззастенчиво отдавалась ему, позволяла делать с ней всё, что ему вздумается. Его внутренний демон заворчал от удовольствия, пора брать девчонку и брать грязно. Как же приятно видеть в её глазах стыд и изумление потом, после всего. Макар стащил её с дивана, заставляя повернуться, держа за волосы, и движением приказал нагнуться. Она, чтобы не упасть, упёрлась руками в спинку дивана.

Подчинилась смиренно.

У Макара «снесло крышу», желание обладать ею накрыло его волной. Он принялся яростно сдирать с её аппетитной попки джинсы, нисколько не беспокоясь о причиняющей его действиями боли. Он возьмёт эту суку, так, чтобы она запомнила. Он рванул трусики, разрывая ткань. Она вскрикнула, не сдержавшись. На коже остался красный след с кровоподтёком. Его взору предстала откровенная сцена — она, такая открытая… Такая доступная…

И сухая.

— Сука! — прохрипел Макар. Она опять не хочет его! Он ввёл в неё палец, чтобы убедиться в этом. Злость охватила его. Тело Полины напряглось, она не может расслабиться… Не получается, паника нахлынула на неё. Она не хочет больше боли, она не хочет больше унижений!

— Тварь! — он вынул из неё палец. Заставил подняться, держа за волосы, развернув к себе лицом. Его свободная рука притянула её к себе за талию. Полина со спущенными джинсами, без трусиков. На глазах блестят предательские слезы, её начало заметно потряхивать.

Макар внимательно посмотрел в её лицо, холодно, цинично. Отпускать свою жертву он не собирается, но готов изменить условия игры.

— Одевайся! — сразил её Макар на повал своим предложением. — Пойдём в ресторан, поужинаем. Ты, вроде, хотела есть.

Её ресницы удивлённо взлетели и она облегчённо выдохнула.

Макар усмехнулся и, отпустив её волосы, нежно поцеловал в губы. Мягко, без нажима, ласково и нежно. Его руки скользят по её талии, обнажённым бёдрам. Полина замерла от его прикосновений. Резкие перемены в настроении Макара ей знакомы, но, обычно, сначала насилие, а потом ласка. Из привычных действий выпало насилие.

Он отпустил её нехотя. Полина, под его внимательным взглядом, скинула джинсы с оторванной пуговицей. Сейчас у неё внутренний ступор, стыдно будет потом, не сейчас. Он сел в кресло и начал наблюдать за тем, как она натягивает целые трусики, достаёт джинсы и надевает их.

— Поменяй футболку на что-нибудь приличное, если есть, — приказал он.

Девушка выудила из шкафа кофточку, нежно-зелёного цвета, скромную, свободную и надела. Она не смотрит на него, но чувствует, что монстр, проживающий внутри Макара, доволен.

В машину они шли молча, Полину снова накрыли воспоминания…

***

Она лихорадочно собирала свои вещи в сумку, Макар не сводил с неё глаз, внимательно-пугающих. В них горел нездоровый огонь. С каждым её движением его взгляд становился более тяжёлым. Она чувствовала это и боялась всё больше и больше. Её движения в полупрозрачном халате явно заводили Макара.

В другой комнате был Роман, это подстегивало сбрасывать вещи в сумку шустрее. Как много вещей, оказывается, у неё, как долго они укладываются, как больно внутри грудной клетки. Её захлёстывает отчаяние от осознания того, что её купили… Как вещь!

— Трусы можешь оставить, они тебе не пригодятся, — хлестанул он её. Полина не сдержалась, бросила в его сторону яростный взгляд и глухо выплюнула:

— Сволочь!

Макар в мгновение настиг её и швырнул на супружескую постель.

— Раком встала! — хищно приказал он. — Сейчас мы докажем твоему супругу, что ты у нас ещё та шалава.

— Пошел в задницу! — огрызнулась Полина и попыталась отползти. Её рывком за ногу вернули на место.

— Это предложение? — сладенько улыбнулся он, в глазах заиграло предвкушение. Полина попыталась брыкнуться, за что сразу же была перевёрнута лицом вниз. Халат был умело содран, к нему же присоединилось нижнее бельё. Его пальцы прошлись по засосам на её коже, которые он оставил. Полина, забыв обо всем на свете, отчаянно сопротивлялась, понимая, что проигрывает эту схватку. Макар физически сильнее.

Прижимая её животом к постели, он лёг сверху, раздвинул её ноги и резко вошёл на всю глубину. Полина закричала от боли. Тело было не готово принять мужскую плоть.

В соседней комнате послышалась борьба.

— Пожалуйста! — взмолилась она. Макар хмыкнул и, не дав ей привыкнуть, сделал несколько резких поступательных движений. Полина уже не сопротивлялась, тихо вскрикивая в одеяло.

— Буду брать, когда захочу! — зашептал он ей угрожающе в ухо. — И как захочу, красавица моя!

Полина всхлипнула, вжимаясь в матрас. Макар аккуратно поцеловал её в плечо, потом осторожно начал двигаться внутри, медленно, разжигая костер. Его губы скользили по её нежной коже. Поцелуй, ещё, и ещё, мягкий, сладкий. Она выгнулась, похотливо приподняв зад и застонала, нет, не от боли.

Макар с удовольствием рыкнул и укусил её, ускоряя темп. Он рассчитывал именно на это, что она опять, как тогда, привязанная к кровати, потеряет связь с реальностью и позволит ему делать с ней всё, что ему вздумается, будет просить и умолять о новых порциях страсти.

— Трахни меня! — вскрикивала Полина, сама насаживаясь на его член.

— Ещё! — почти плача. — Ещё…

Нет больше границ у морали, нет больше совести, она бьётся в его объятиях в оргазме. Удовольствие волнами вышибает из неё остатки разума. Макар не останавливается, не давая ей передохнуть, он словно дикий зверь врывается и наступает кульминация, мозг взрывается как фейерверк, пальцы впиваются в её восхитительную ягодицу и крепко сжимают. Полина ничего не замечает, её уносит в беспамятство, тьма в глазах, стук сердца, сводящее с ума тепло внутри.

Он не предохранялся, это так приятно, так умопомрачительно здорово! Сладко!

С мужем они всегда пользовались презервативами.

— Блядища, ты просто потрясающая! — окатил её грязью Макар, возвращая с небес на землю. Он, не слезая с неё, снял с её пальца обручальное кольцо и швырнул его на кровать. Его место заняло очень красивое дорогое кольцо с брильянтами.

— Ещё одна ипотечная квартира, — съязвила Полина, разглядывая кольцо. Оно ей впору, село словно влитое, как будто всегда было на её пальце.

— Не огрызайся, могу и клеймо выжечь, — пошутил с угрозой в голосе Макар. — А теперь ускорь сборы. Муж уже убедился, что ты у нас шикарная давалка. А он-то, похоже, и не знал, что тебя можно было так драть.

Он поцеловал её в ушко и, вытаскивая член, слез. Полина осторожно села. Сперма потекла на постель, промежность горела. К такому злому сексу организм не привык. Она вытерла своим халатом его сперму, доставляя Макару садистское удовольствие. Он спокойно застегнул ремень на брюках, лениво, словно хорошо перекусивший хищник.

Вещи собрать все не удалось. Он вытащил её из дома, как только она накинула на себя платье, не дав надеть нижнее бельё. Один из амбалов поставил её сумку с вещами в багажник. Макар почти закинул Полину на переднее пассажирское сидение. Сам же сел рядом за руль.

— Будешь жить у меня в квартире в статусе моей девушки, — предупредил он её, заводя автомобиль. — Твоя задача — сделать меня сытым и счастливым.

Автомобиль мягко тронулся, Полина сжала нервно колени. Его рука опустилась на обнажённую коленку и нырнуло под платье.

— Ноги раздвинь! — потребовал Макар. Полина подчинилась.

— Шире! — приказал грубо он. Она развела ноги, не смея перечить. Его пальцы касаются влажных складочек. Девушка вздрогнула, пытаясь инстинктивно свести ноги.

— Шире я сказал! — рявкнул Макар, и Полина снова подчинилась. Он ловко вёл автомобиль, лаская её. Она, откинувшись на спинку кресла, уже откровенно стонет, позволяя ему всё, что ему хочется, едва воспринимая то, что он говорит.

— Развод будет оформлен в течении пары дней, — холодно сказал ей Макар. — Твоя задача — быть такой же текущей сучкой, как и сейчас, готовой в любое время на совокупление. И я буду очень щедрым. Бить я тебя не буду, но нервы у меня ни к чёрту, так что, огребать ты точно будешь.

Словно в знак согласия, Полина выгнулась, давая возможность ввести пальцы глубже. Макар тут же воспользовался моментом и ворвался внутрь, умело и быстро доведя её до кульминации.

Он с маниакальным удовольствием наблюдал за ней, как она разморённая от оргазма, сидела откинув голову и закрыв глаза, забыв свести ноги. Платье задралось, обнажая его взору самое сокровенное.

Дальше жизнь Полины понеслась как в кино. Он поселил её в своей двухэтажной огромной квартире. Такой ремонт она видела только на картинках. Самой ей ничего не нужно было делать по дому, всё делала домработница. Он её никуда не брал, превратив в наложницу.

Развод с мужем состоялся без её участия. Макар заставил переписать Полину всё совместное нажитое имущество с Романом на, уже бывшего теперь, мужа. И ещё он заставил её подписать доверенность от её имени на любые юридические действия за неё на него самого.

Макар не спрашивал, что хочет она. Он хотел, он брал. Полину спасала только безумно-странная реакция на секс с ним.

Её одели, обули, привели в порядок. Красивая кукла, всё, как он хотел. Но кукла показывала зубки, за что нещадно наказывалась.

Месячные пришли вовремя, вызвав у Полины радостную истерику. Вместе с менструацией пришла боль, терзающая её с пятнадцати лет.

— Ты всегда так болеешь? — хмуро спросил Макар, глядя как она, закутавшись в одеяло и свернувшись в позу эмбриона, тихо поскуливает. Она простонала утвердительно в ответ. Макар смутно припомнил, что что-то такое он вычитал в её медицинской карте.

— Почему не предупредила? Наверняка знала, — беря телефон в руку, отчитал он Полину. — Заранее бы лекарство купили.

— Я забыла! — плача ответила Полина. Макар поменял ей телефон на более дорогой, а она не перенесла даты из календаря старого телефона в новый.

— Безмозглая дура! — злобно высказал ей Макар, глядя на исходящий семейному доктору.

Доктор прилетел мгновенно. Полине поставили обезболивающий укол. Правда, женщина-врач, узрев ссадины, синяки и засосы на теле Полины, слегка побледнела, но промолчала. Боль успокоилась, и Полина заснула.

Какое счастье, её не будут трогать как минимум дня три!

И пока он её не трогает начинают подживать следы страсти Макара на её нежной коже. Сам же Макар ходит взбешённый, нервный, взрываясь по любому поводу. А вечером, он сгребает её в объятия и засыпает, крепко сжимая. Он зарывается в её волосы, в полусне накрывая лёгкими поцелуями плечи, аккуратно тиская, не причиняя вреда.

На третий день Полине совсем полегчало. Она сходила на прогулку в магазин и пообедала с подружками. В квартиру к Макару возвращалась впервые за всё время успокоившаяся. В голове зрел план, как выскользнуть из сложных, тяжёлых, навязанных ей, отношений.

— Иди сюда животное! — встретил её крик в дверях квартиры. Макар был в ярости. Он кричал из самой большой комнаты. Полина опешила, замерев в коридоре.

— Я сказал иди сюда, тупая скотина!!! — проорал снова Макар. Девушка неуверенно двинулась в комнату.

Он резко встал, вырвал у неё сумку, вывалил из сумки всё содержимое. И, не найдя искомое, проорал почти в лицо:

— Телефон где, тварь?!!

И схватил её за предплечье, крепко сжал и дёрнул.

— В кармане, — едва слышно ответила Полина, ноги стали ватными. Шок, вызванный оскорблениями Макара, ввёл её в ступор.

— Доставай, мразь!!! — продолжал орать Макар. Не гнущимися пальцами она едва вынула телефон из кармана брюк. Макар выхватил его и, не отпуская её, снял блокировку с экрана.

Телефон не был выключен, но звук на входящие звонки оказался отключён. Полина узрела около сорока пропущенных от Макара.

— Ты специально поставила на беззвучку? — его глаза заволакивает нескрываемой злобой.

— Нет, я не знала! — едва живая, ответила Полина. Пистолет в его руках сейчас казался куда менее страшным, чем этот наполненный яростью вопрос.

— С кем ты трахалась? — не успокаивался Макар. Его лицо было искаженно гримасой презрения и ненависти. Взгляд страшный, сумасшедший.

— Я не трахалась! — взорвалась Полина, забывая про инстинкт самосохранения. — Ты — придурок, у меня месячные!

— Можно подумать, что такой шлюхе, как ты, это помешает! — прошипел он, и подтянул её к себе ближе. — Тебе же только стоит руку в трусы засунуть, ты в стойку встаешь! Уж мне ли не знать, как тебя можно нагнуть!

— Отпусти! — дёрнулась Полина, пытаясь вырваться. — Ты больной!!!

Макар швырнул её в кресло и, не дожидаясь, когда она приземлится, запустил её телефон в стену. Потом кинулся к ней и, придавливая её за горло рукой к креслу, угрожающе произнёс прямо в лицо:

— Сейчас ты мне отсосёшь своим великолепно-нежным ротиком, а потом расскажешь, где ты была в мельчайших подробностях!

Губы Полины плотно сжались. Выполнить требуемое придётся, и теперь она точно знает, что она вырвется из этих отношений любой ценой!

Глава 4: Побег

Макар привёз Полину в популярный ресторан. Она удивилась, раньше он не выводил её в люди, почти насильно держал в стенах квартиры и никому не показывал.

Он помог снять курточку и отдал её в гардероб. Как всегда, на людях он любезен, предусмотрителен, вежлив. Дежурная обворожительная улыбка на его губах. Она даже не удивилась, когда его рука легко подхватила её под локоток и он осторожно повёл её за официанткой. Можно ничего не бояться, вреда на публике он не причинит. Можно поговорить откровенно, можно попросить отпустить и попытаться договориться. Расправа будет позже… Если будет.

Он выбрал столик, помог сесть Полине, а сам сел напротив. Официантка, подавая меню, мило улыбаясь произнесла:

— Давно вы к нам не заходили. Для вас принести чай сразу, как обычно?

— Да, будьте добры, — проворковал Макар, он в своей стихии. Вторая личина: Макар — ангел… Ангел для окружающих.

— Хорошо, — приняла заказ официантка и быстро ушла, оставляя пару наедине.

— Что будешь есть? — поинтересовался вежливо у Полины Макар. Полина одарила его красноречивым взглядом. Её раздражает этот театр абсурда. Он проигнорировал её убийственный взгляд и предложил:

— Может быть мясо? Ты любишь его.

Губы у Полины на мгновение перекосило от презрения и она, не сдержавшись, съязвила:

— Хочешь сказать, что ты запомнил, что я люблю есть, между засовыванием своего члена в меня и регулярными издевательствами?

Глаза Макара темнеют, но вокруг люди, поэтому наказать её сразу не получится, а внутри уже горит ярость. Мозг воспалённо рисует картины обладания Полиной прямо на столике посреди ресторана.

Он выбирал столик специально в центре, чтобы быть на виду, чтобы был сдерживающий фактор, чтобы они смогли поговорить. По той же самой причине он молчал в автомобиле, пока они ехали. Он боялся сорваться, боялся убить её. И она знала, что сейчас она в безопасности. Его рвёт на части, так хочется ворваться в её плоть, и брать, брать, снова брать, без остановки, получать ни с чем не сравнимое удовольствие снова и снова! Ни одна женщина не вызывала в нём такого безумного желания! Разум затмевали животные инстинкты, хотелось впиться губами в её сладковатую одурманивающую кожу с неповторимым ароматом.

Её природный запах — он никогда не встречал в своей жизни и не мог ни с чем сравнить. Такой тонкий, нежный, сводящий с ума. Он долго искал что-нибудь знакомое в парфюмерии и не нашёл.

— Не груби, пожалуйста, — осипшим голосом просит он. — Это плохо для тебя закончится.

— Ты думаешь я не изменилась? — усмехнулась ему в лицо Полина. — Человек меняется раз и навсегда, испытав насилие над собой, и я изменилась. Я так сильно изменилась, что сама себя не узнаю. На обломках той Полины, которую ты разрушил, возродилась другая Полина и она тебе не понравится.

— Значит, объезжать тебя будет ещё интереснее, — маниакально-зло ответил он. Нехорошие огоньки забегали в его красивых глазах, на губах заиграла садистская улыбка. Макар из недр кармана достал её кольцо. Он положил его на столик перед Полиной, заставляя её внутренне содрогнуться. С нескрываемым омерзением на лице она взяла кольцо пальчиками. Опустив его в ладонь второй руки, стала его внимательно рассматривать, слегка скривив губы в отвращении.

— Я не приму его, я больше не боюсь тебя, — ответила Полина ему и перевела взгляд с кольца на него, встретив его внимательный и лукавый взгляд. Хищник вышел на охоту, жертву ничего хорошего не ждёт.

Официантка принесла чай, поэтому пришлось временно прекратить разговор, чтобы сделать наконец-то заказ.

Как только официантка удалилась, Макар спокойно произнёс:

— Вспоминай, чем закончился твой первый побег. Твоему младшему брату исполнилось двадцать, впереди вся жизнь. Я могу изменить её русло.

Полину захлестнула ненависть, воспоминания поглотили её мгновенно, вырывая сердце из грудной клетки.

***

Как только менструация закончилась, всё вернулось на круги своя. Насилие, секс, подарки. Макар с ней не церемонился. Он отслеживал её передвижения установив программу на её телефоне, ограничив время нахождения вне квартиры до трех часов. Приходя с работы, он первым делом брал её. Всё зависело от его настроения, плохое — грубо насиловал, хорошее — насиловал нежно.

Полина стала теряться в этом безумии, к страху стало присоединяться безразличие и тоска. Глубокая, разъедающая, уничтожающая, невыносимая тоска. Зная, что ей попадет (Макар настрого запретил отслеживать жизнь бывшего мужа), она зашла на страницу в соцсетях своего Романа.

Роман был на фотографиях не один…

Они были счастливы…

Он был счастлив с другой…

Их фотографии у океана, в их квартире, в их машине…

Он подарил ей её автомобиль…

Она моложе, она красивее, они пишут оба, что любят друг друга…

Любят давно…

Любят сильно…

Они преодолели все преграды…

Преградой была она, сама Полина, как минимум, последние два года. Одна из фотографий была из поездки, в которую Роман ездил один два года назад.

Невидимый палач взмахнул топором и всадил его в душу, глубоко, раздробив лезвием кости и разорвав плоть превращая всё в кровавую кашу. Рыдая, она поползла по стене на кухню, царапая её ногтями. Она шла за ножом. Прекратить ад внутри хотелось немедленно, сейчас же… Навсегда.

Найдя нож с острым лезвием, она села за стол, положила руку на стол и занесла нож над запястьем. И остановилась. Рыдать прекратила так же неожиданно. Словно щёлкнул выключатель и эмоции ушли в другое русло.

Осторожно положив нож на стол, она встала и вернулась к телефону в комнату. Она снова зашла на страницу бывшего мужа, красочно написала, что он мудак. Сразу полегчало. И потом она ещё час измывалась, комментируя самые откровенные фотографии парочки, с пожеланиями чистой взаимной любви и бесконечных сексуальных подвигов. Возможно, она была не права, кто знает, но ей становилось всё легче и легче. И с каждым новым вдохновенным постом её отпускало.

Впереди замаячила свобода.

Роман больше не в опасности, да и вообще ей теперь глубоко фиолетово убьют ли её бывшего мужа или оставят в живых. Самое главное, руки у неё теперь развязаны.

Она не рабыня!!!

На фоне сильного потрясения она, на удивление, испытывала глубокое чувство эйфории, не было больше вины перед Романом. Она свободна!!!

Мозг лихорадочно заработал. Уйти в открытую она не может.

Собрав в квартире все банковский карты и пин-коды к ним. Прихватив всё необходимое, свои документы, и оставив телефон на столе рядом с ножом Полина ушла, громко хлопнув дверью.

С трёх карт она успела снять достаточно денег, чтобы успешно скрываться от Макара в течение года. Остальное он немедленно заблокировал. У неё ещё при себе оставались его подарки. Дорогие, эксклюзивные, которые, в случае чего, можно было бы продать.

Перекрасив волосы в недорогой парикмахерской, и одевшись в неприметную дешёвую одежду и, нацепив уродующие её очки с обычными линзами, она превратилась в заморенную тридцатипятилетнюю непривлекательную женщину, давно находящуюся замужем и имеющую пятерых детей. Полина принялась выбираться из города на попутках. И у неё получилось!

Находясь от Макара в двух тысячах километров, она всё-таки позвонила матери с чужого телефона и сообщила, что с ней всё в порядке, и чтобы её не искали. И потом снова смена имиджа и превращение в пацанку в тёмных очках. И снова в путь.

Путешествие заживляло внутренние раны, оставались лишь только рубцы на её душе, рубцы из воспоминаний. Она знакомилась с людьми, она была разной, Машей, Аленой, Александрой, Надеждой, Верой, Любовью. Так здорово надевать чужую личину и быть не собой. Быть другой — счастливой.

С юга она двинулась на север. За всё время она ни разу не пользовалась своими документами. Она знакомилась с замечательными людьми, они помогали бескорыстно, подвозили, подсказывали, разрешали переночевать. Полине сказочно везло!

Да, она была по-настоящему счастлива. Возможно, впервые с того момента, как перестала быть ребёнком.

Она смогла убежать не только от Макара. Она сбежала от самой себя.

Полина собиралась осесть на севере, где-нибудь в глубинке, где тихо и спокойно и никаких олигархов с их причудами, а ещё лучше, вообще, никаких мужчин. Одиночество во всей его красе! Свобода! Безмятежная жизнь!

В одном из городов, она, как обычно, нашла по объявлению квартиру посуточно. Шла третья неделя её путешествия, на улице осень играла красками.

Она вымылась и оделась. Хотелось погулять немного по городу. Прикидывая, как лучше уложить испорченные несколькими перекрашиваниями ярко-красные волосы, она строила рожицы зеркалу. На лице был яркий макияж. Не узнать. Легко и спокойно, как в далёком детстве.

Все кошмары позади!

В дверь постучали.

— Откройте! — раздался женский голос за дверью. — Вы нас топите!

— Топлю?! — изумилась Полина своему отражению и, забыв про осторожность, открыла дверь.

В квартиру ворвались мужчины в камуфляже, её скрутили, одели наручники, волоком перетащили на кухню и закинули на стул.

Полицейские обыскали квартиру, в её сумке нашли дорогие подарки от Макара, пачки денег и пакет с наркотиками.

Полина ничего не понимала. Какие ещё наркотики? У неё был шок от происходящего. Её допрашивали несколько часов, заставляя подписать признательные показания.

Смешные… Она жила с Макаром, их способы давления её не пугают, её страшило другое. Теперь он знает, где она. Её обвинили в краже драгоценностей, а заявление о краже написал он сам.

Потом была камера… Снова допрос… Опять камера… Допрос… Камера… Допрос… Она ни в чём не сознавалась. Наркотики она видела впервые, драгоценности — это подарок, деньги — накопленные средства на путешествие.

За два дня она поняла, что ей грозит огромный срок. Из тюрьмы она выйдет уже на пенсии.

Прощай тайга и спокойная жизнь…

И она не плакала. Она не плакала, хотя сердце кровоточит, но она не плакала. Она разучилась плакать. Полина попыталась выдавить из себя слезу… Хотя бы одну… Хотя бы потому, что так надо… Другие плачут, другие боятся… А она не может… И ей не страшно… Она стала равнодушна к происходящему.

Она лишилась свободы, она подарит свою единственную жизнь тюрьме. И её это не трогало.

Её опять зовут на допрос. У следователя похоже шило в одном месте, так не терпится вырвать признательные показания.

«Хрен им всем, не подпишу!» — зло думала Полина.

Её встретил Макар. Он сидел, откинувшись на спинку стула, в своем безупречном костюме, на абсолютно пустом столе лежали только две папки.

— Садись! — холодно приказал Макар.

Полина молча села, конвоир ушёл. Полина нахально посмотрела на Макара. «Попробуй достань меня из камеры предварительного следствия!» — хохотала мысленно Полина. Ядом разливается в крови желание мстить.

— А теперь, слушай меня, животное! — хлестанул её словами Макар. — Ты, тупая скотина, скажи спасибо, что не убил, как последнюю шваль! Я могу упечь тебя за решётку до конца твоих дней! Но у меня к тебе предложение. На столе две папки. В одной — экспертиза о том, что порошок в твоей сумке — чистый героин. В другой — стиральный порошок. Если ты согласишься жить со мной и дальше, то папка со стиральным порошок станет основной в деле и тебя выпустят. Если не согласишься, то лет двадцать я тебе точно обеспечу. И не забывай, кем работает твой отец! Во что ты превратишь его жизнь, попав за решётку. Он в преддверии пенсии потеряет работу. Хочешь ли ты этого?

Отец! Как она могла забыть! Отец лишится должности, он лишится работы, на которой работает уже больше двадцати пяти лет! Он потеряет часть своей жизни. Полина забыла, как дышать. Пол плывет, она вцепилась в стул, как утопленник в круг спасения.

— Да, я буду жить с тобой, — она не узнает своего голоса.

— Ты не просто будешь жить со мной. Ты будешь моей самой лучшей сучкой, не так ли? — добивает он её.

— Да, — тихо шепчет Полина. — Я буду твоей сучкой.

Слёз нет, источник иссяк, в душе пустыня. Все выгорело… Дотла…

— А теперь иди сюда и отсоси, я скучал! — оскалился в предвкушающей улыбке Макар.

Девушка встала, обошла стол и, с совершенным равнодушием, опустилась на колени перед ним и заученным движением расстегнула на нём ремень и брюки.

— Смотри мне в глаза! — сказал он ей.

Она, не сводя с него взгляда, опустила губы на его член и мягко возбуждающе поцеловала. Она помнит, как нравится ему, её язык начал скользить по его плоти. Она начала играть с ним.

Сознание находится где-то в параллельной вселенной. Здесь просто тело, оно искусно выполняет свои функции.

Его запах, приятный, будоражащий, воспаляющий сознание, не касается её мыслей.

Он проникает в её рот.

Макар запустил руки в её волосы. Он контролировал движение её головы, увеличивая спектр своих ощущений.

— Волосы, сучка, себе испортила! — с хрипотцой произнёс он, и дыхание у него сбилось.

Он заставил её двигать ртом активней и быстро кончил.

Полина отстранилась, хватая ртом воздух, он не заботился о её дыхании. В бешенстве выплюнула его сперму на пол. Макар тут же больно схватил её за волосы, прижав лицом к паху и потребовал:

— Забыла, как мне нравится?! Теперь вылижи всё до блеска!

Глава 5: Кодировка

Принесли первое блюдо, не дав ей ответить на его угрозу.

Макар наблюдал внимательно за ней: она — добыча, такая желанная, принадлежащая ему, только ему и никак иначе. Её губы, заманивающие в свой плен, ленивые завораживающие движения. Он невольно вспоминает, как её тело извивается в оргазме в его руках, как она стонет под ним, какой сексуальный у неё голос с лёгкой хрипотцой, когда она просит кончить в неё. На него накатывает дикое желание, в штанах становится тесно.

Она его болезнь.

«Сука, как же сложно рядом с ней сдерживаться», — сжимает кулаки Макар, выравнивая эмоции. Оставшись тет-а-тет, он, не получив от неё ответа, продолжает:

— Я могу подставить твоего брата точно так же, как и тебя с наркотиками.

— По-другому ты не умеешь, не так ли? — смеётся она ему в лицо. — Всегда задавалась вопросом, а других ты тоже шантажировал и принуждал силой?

— Ты первая, — его голос с металлическими нотками, разговор ему не нравится.

Она не отвечает на его угрозу, ведя свой собственный диалог.

— А почему ты никогда не был женат? И у тебя нет детей, вроде тебе как за сорокет перевалило, — глумится Полина с удовольствием поедая салат. Между ними лежит злополучное кольцо.

Ему хочется сказать, что все остальные стелились под ним сами, ему не нужно было напрягаться, они давали добровольно, они удовлетворяли любые его потребности, они любили в одностороннем порядке. Сопротивления он никогда не встречал. Но он не говорит.

Она его единственная.

— Почему Фесенко защищает тебя? — решил перевести разговор в другое русло Макар. Аппетит у него совсем пропал, а вот стояк так и не прошел. Мозг воспалено работал в направлении, как бы затащить Полину в туалет и получить разрядку. Разумно мыслить не получается, сознание полыхает неутолимой жаждой. Он как вампир после тысячелетней спячки: жажда затмевает все.

Она его деликатес.

— Я ему всё рассказала от начала до конца о наших отношениях, — спокойно говорит она ему. — Между нами ничего нет, не было и не будет. Возможно, он защищает меня, потому что он не такой урод как ты.

— Он разорвёт со мной контракт с прибылью в несколько миллиардов, если я продолжу преследовать тебя без твоего разрешения, — сдерживает злость Макар. Ему действительно нужно с ней поговорить, чтобы он получил желаемое и сохранил контракт.

— Ты хочешь получить от меня разрешение? — хохотнула она. — Шантажируя меня?! Ты думаешь я сплю и вижу, как ты меня снова свяжешь и оттрахаешь в своё удовольствие. Я не мазохистка. Я не испытываю восторга от того, что меня насилуют. И у меня на тебя не стоит.

Её слова словно удары плетью. Он прекрасно знает о том, о чём она говорит. Но обладать ею — это наивысшее наслаждение, которое он когда-либо испытывал. От этого нереально отказаться, как наркоману от дозы.

Она его особенная.

— Пойми, — глухо произносит он, — я не смогу от тебя отказаться. Полгода без тебя для меня были адом. Другие не смогли заменить тебя. Я бы и сам появился в твоей жизни в ближайшие недели две, но случайно увидел тебя в офисе Фесенко и это ускорило процесс. За пару дней для меня провели расследование, так я узнал, что ты меня обманула. Сегодня днём я разругался с Фесенко из-за того, что он не рассказал о тебе. Ты не представляешь на что я способен. Дай мне шанс, ради своей же собственной безопасности и безопасности других.

Полина перестала есть. Её рука, держащая вилку, мелко задрожала. Она нервно сглотнула.

— Как ты себе это представляешь? О каком шансе ты говоришь? — шипит Полина в ответ, бледнея. — Ты насиловал меня, насиловал!!! Насиловал и платил!!! Да я на мужчин смотреть не могу! Я себя по кусочкам собирала! И ты предлагаешь мне вернуться в твой чудовищный мир добровольно?! Ты болен!

— Я не остановлюсь. Чем больше ты будешь сопротивляться, тем опаснее становлюсь я, — его слова звучат угрожающе. — Дай мне шанс.

Полина с отчаянием кладёт вилку на стол. Салат не доеден.

— Не могу, — шепчет с отчаянием в голосе она, — не могу. Второй раз пройти не смогу через твое чистилище.

Она мотает отрицательно головой, на ресницах блестят слёзы. Зачем он так с ней? Её психика не выдержит очередных издевательств. Она хочет нормальной жизни — жизни без него. Даже коллекторы по сравнению с ним были душками, скрашивая своими звонками её вынужденное одиночество. И её одиночество как благословение после всего, что произошло.

Сердце Макара сжимается, он не отпустит её. В её жизни может появиться другой, она будет любить его, будет спать с ним, родит ему детей, он не готов уступить права на неё.

Она его собственность.

— С моей стороны не будет больше жестокости, по крайне мере я постараюсь. Всё, что я прошу, это возможность заниматься с тобой сексом, — предлагает он хмурясь. Слова даются ему с трудом, справиться со зверем, живущим внутри, будет сложно. И Полина это понимает лучше, чем он сам.

— Я пойду к психотерапевту. Нужно будет пить препараты, буду пить их, — продолжает уговаривать он её. — Ты пойми одно — я методично начну уничтожать всё вокруг тебя, если ты не согласишься. Я не могу себя контролировать.

— Я буду жить у себя, — дрожащим голосом отвечает Полина. Она берёт кольцо со стола и надевает его себе на безымянный палец.

«Моя», — мурчит довольный демон внутри Макара. Хочется пометить её сразу, поцеловать её в мягкие податливые губы, ворваться в её лоно и оставить там своё семя. Какая жалость, что они в ресторане.

Полина хладнокровно берёт вилку и продолжает молча есть. Она быстро разделывается с салатом. Макар же смакует пищу, его взгляд задумчиво блуждает по ней.

Они оба молчат до тех пор, пока не приносят второе.

— Хорошо, ты будешь жить там, где пожелаешь, — соглашается неожиданно Макар. Она не радуется, одаривает его невидящим пустым взглядом и принимается за волшебно приготовленное мясо.

Она съедает всё, не реагируя на его попытки с ней поговорить. Он рассчитывается. И они едут к ней домой. Она продолжает молчать, глядя на пролетающий вечерний город за стеклом. Сработала защитная реакция и она отстранилась от происходящего. Её мысли блуждали о том, когда же наступит наконец-то лето. Весна в этом году задержалась и никак не хотела уходить. Скорее бы солнце прогрело всё вокруг и можно было бы полежать под солнечными лучами где-нибудь на берегу озера.

О том, что её ждёт впереди она даже не хотела думать, откидывая любой отголосок в своей голове.

Она подумает потом.

В квартиру они вошли вдвоём.

— Я переночую у тебя, — закрывая дверь, говорит Макар. Кот громко мяукает и трётся у её ног, задрав хвост трубой.

«Меня сегодня нет, меня не существует, это не я», — мелькает у Полины где-то внутри сознания. Она снимает обувь и курточку, игнорируя попытки Макара помочь ей. На автомате идёт в комнату, раздвигает диван и застилает его на двоих. Потом начинает раздеваться на его глазах. Хладнокровно, без эмоционально.

Макару не нравится ее отстранённость и равнодушие. Так хочется вцепиться в её волосы и грубо наказать. Но он обещал сам себе сдерживаться. На ней остаются одни трусики.

— Остановись, — осипшим голосом просит он, глаза накрывает пелена похоти. Полина не смеет ослушаться, она убирает пальцы рук с резинки трусиков и оставляет их на месте.

Макар скидывает пиджак, галстук и, расстёгивая рубашку, подходит к ней. Его пальцы скользят по её щеке, шее.

— Я безумно соскучился, — он притягивает её в объятия. Его губы мягко накрывают её рот. Макару невероятно сложно, но он целует её нежно, ласково, с лёгкими нотками страсти. Она отвечает не сразу.

Сдерживая своего демона, он изучает её тело по-новому: заботливо, с любовью.

Страсть пожирает его.

Он опускает её на диван, снимает с неё трусики. Быстро скидывает остальную одежду с себя. Его губы изучают её тело, вкус её кожи, сводящий с ума, желанный, божественный нектар. Он опускается всё ниже и ниже.

Полина заводится от его поцелуев, он никогда не целовал её так. Его язык прошёлся вокруг пупка, заставив её непроизвольно слегка выгнуться.

Он опускается всё ниже. Его губы оказываются между её ног впервые. Он нежно целует её по внутренней стороне бедра.

Она ахнула, когда его язык скользнул волшебным прикосновением по клитору. И попыталась вырваться из его рук.

— Тише, тише, — успокаивает он её. И продолжает играть с ней, доводя до исступления.

Она хочет его — монстр внутри Макара доволен. По её телу проходит дрожь, и волна оргазма накрывает Полину, ломая выстроенную стену. Макар, дав ей немного передохнуть, нависает над ней и медленно проникает. Она горит внутри.

Он снова и снова доводит её до кульминации. Она целует его сама, страстно, с призывом.

«Попалась», — шепчет демон и получив свободу яростно заканчивает. Тело девушки содрогается в конвульсиях, она ничего не соображает.

Макар откидывается рядом, потом вцепившись в Полину притягивает к себе в крепкие удушающие объятия и мгновенно засыпает. Последние полгода его мучала бессонница, а теперь он спокоен, внутренние демоны замолчали.

Она его любовь.

Полина не пытается вырваться, организм находится в укачивающей неге. Приятная тяжесть внизу живота утягивает в тугой густой сон.

Холодом возвращаются во сне воспоминания.

***

Макар забрал её из полиции в тот же день. В свой город они вернулись на самолете. Первым, кого посетила Полина вернувшись, был гинеколог.

Макар притащил её в платную гинекологию и заставил сделать все возможные анализы на половые инфекции. И ближайшую неделю он насиловал её исключительно в презервативах пока не пришли анализы.

За неделю ей восстановили волосы у хорошего парикмахера и снова навели блеск и шик.

Полина продолжала искать самый безопасный способ вырваться. И его ей подсказала его сестра.

Сестра позвонила Макару и попросила встреч с Полиной. Пожурила его за то, что он старательно скрывает их отношения. Полина видела его раздосадованное лицо, когда он давал согласие Марине на встречи Полины с подружками. При этом голос у него был завораживающе мягким и тёплым.

Полина летела на дружескую встречу с Мариной, не чуя ног под собой. Её мучала масса вопросов по поводу Макара. Ей нужна была информация, как можно больше информации о своём мучителе.

Марина была удивлена видом Полины и даже не попыталась скрыть это. Еще бы: строгая кофточка со стоячим воротником и длинными рукавами, закрывающая следы страсти Макара; свободные брюки, чтобы при ходьбе не касались промежности, которая постоянно ныла от экзекуций.

— Ты похудела, синяки под глазами, — прокомментировала её вид Марина. — Ужасно выглядишь.

— Я бы хотела тебя расспросить о Макаре, — честно призналась Полина, — я с ним не справляюсь.

О насилии она решила умолчать.

И сестра поведала ей о том, что все женщины за ним бегали, но его хватало только на пару месяцев, а потом он от них избавлялся. Его боготворили. Любили. Обожали. Поклонялись.

И никто не жаловался на агрессию, ни разу.

Наоборот, он говорил, что его достали доступные, на всё готовые ради бабла бабы.

— Ты не обижайся, но он от тебя тоже скорее всего избавится, — закончила своё повествование Марина.

— Какая жалость, — вяло произнесла Полина, и мысленно добавила: «Твои слова, да Богу в уши».

Значит Макар не любит обожание и раболепие.

Ну, что ж начнем…

И Полина начала в день по раз двадцать звонить ему на работу с лепетаниями о том, как она соскучилась. Получала в ответ, что она тупая скотина и должна сидеть и ждать его дома и не беспокоить своего «господина» по пустякам.

А вечером она сама лезла ему в штаны. Правда первые пару раз спалилась: организм не хотел его, это было слишком очевидно. Приноровилась и возбуждала сама себя перед его появлением дома. Он каждый раз становился всё мрачнее, но от секса не отказывался, только брал грубее, злее, агрессивнее.

Истекал месяц, Макар не терял к ней интерес. Скорее он становился более требовательным в отношениях. Подарки становились всё изящней, пытки все изощрённей.

Когда она сопротивлялась, он издевался меньше. Отчаяние накатывало всё чаще и чаще.

Подошёл месяц её неудачного эксперимента. Она, не дождавшись своего мучителя домой, выпила его бутылку коньяка. Когда Макар вернулся с деловой встречи, она валялась пьяная в драбодан и орала песни про солнце и любовь. Он лишь сухо выругался и оставил её в покое.

Секса не было.

«Так вот оно спасение, — пришло на ум пьяной Полине. — Ну, здравствуйте, запои».

Тошнило её знатно, утром хотелось умереть. Очередную бутылку коньяка она вливала в себя уже с трудом.

Второй раз Макара встречала в квартире тишина: Полина вырубилась прямо на полу в ванной, предварительно вывернув всё содержимое желудка в раковину.

На третий день алкоголя в квартире не оказалось, но болеющую похмельем Полину это не остановило. Она купила пива в соседнем магазине, в надежде, что оно легче переносится, чем коньяк. Как она ошибалась. Коньяк по сравнению с пивом, это слегка забродивший сок.

Вырубилась она в туалете, обнимая унитаз. Сквозь вспышки возврата в сознание из беспамятства, она слышала, как Макар аккуратно поднимал её и нёс, как укладывал на кровать со словами:

— Что же ты делаешь, девочка?

Утро встретило её хмуро. Макар спал рядом, он не ушел на работу. Стоило ей открыть глаза, как в неё впились ярко-синим взглядом.

— Ты будешь ещё пить? — спрашивает он её в лоб.

— Да, — смело отвечает Полина. В организме всё ещё оставался алкоголь, он делал её бесстрашной.

— Тогда как отойдешь будем кодироваться, — ухмыляется Макар по-садистски.

К вечеру, под чутким надзором Макара, она наконец-то приходит в себя.

— Очухалась, обманщица. Думаешь я совсем дебил, чтобы не понимать, что ты целый месяц комедию ломала, — удивляет он её. Она закутывается посильнее в одеяло, плохое предчувствие одолевают её.

— Терпела то, что я делал с тобой, — продолжает разоблачение Макар, — настырная моя. Поверь мне, от запоев я тебя излечу быстрее любого кодировщика раз и навсегда. Раздевайся до нага.

Полина нехотя подчиняется. Он стягивает ей руки за спиной ремнем, заставляет лечь животом на стол и развести ноги. По её коже скользит второй ремень, он опускается на половые губы, скользит по ним. И, прежде чем она понимает, что он собирается делать, он хлестко лупит её по ягодице. Она громко вскрикивает и пытается вырваться. Он придавливает её рукой в спину, держа за ремень на запястьях. Удары были болезненными, ремень обжигал промежность, ягодицы. Нет, это не возбуждало, это было очень больно, и ещё это было унизительно.

Но то, что произошло дальше, напугало Полину основательно. Удерживая её, он пристроился сзади и резко вошёл внутрь, вызвав движением острою боль снаружи и внутри. Ремень обвился вокруг её шеи. Половые губы жгло после ремня, он снова вышел и грубо вошёл, заставив её застонать от боли. Ремень затянулся на шее, лишая возможности дышать.

Полина захрипела и начала дёргаться. Он отпустил удавку, продолжая грубые болезненные движения внутри. Она несколько раз вдохнула и ремень снова затянулся, вызывая панику. Она не успевала его даже попросить о пощаде, потерявшись во времени от бесконечного количества удушений. Низ живота резала боль.

— Будешь ещё пить? — зло спрашивает он, отпустив ремень и дав ей возможность дышать.

— Нет, — хрипит она. Он откидывает ремень, впивается пальцами в саднящие от побоев бёдра и насаживает её поглубже. Боль внутри не дает ей расслабиться. В несколько толчков он кончает в неё. И он выходит.

Боль терзает всё её тело. Она почти не чувствует, как он развязывает ей руки. Подняться со стола у неё не получается, руки дрожат. По внутренней стороне бёдер течёт что-то тёплое, для спермы слишком много. Она опускает ладонь между ног и стирая жидкость, вытекающую из неё, достаёт ладонь обратно. Она в крови. В ярко-алой крови. В её крови.

— Твою ж, — ругается Макар и подхватывает её на руки. Полина ныряет в темноту и выныривает обратно.

— Девочка моя, только не теряй сознание. Сейчас вызовем скорую, — шепчет ей Макар, укладывая её на кровать и заворачивая в одеяло.

Глава 6: Гнилое сердце

Макар проснулся раньше неё, на часах было шесть утра. За период совместного проживания он понял, что она любительница поспать по утрам. Чаще всего утром она вела себя искренне, а точнее, яростно ненавидела его и активно отбивалась.

Полина крепко спала лёжа лицом к нему, трогательно засунув обе руки под подушку. Макар улыбнулся и положил руку на её бедро, притянул к себе.

— Я сплю, — пробормотала сонно Полина. — Не трогай меня.

Она попыталась отодвинуться. Макар удержал. Полина бессвязно что-то прошептала и уснула.

Внутренний демон потребовал взять её прямо сейчас, сонную, расслабленную. Такую уязвимую. Макар подтянул её ногу на себя, закинув её колено на своё бедро, разведя ей ноги. Полина не сопротивлялась, она даже не пошевелилась, когда он вошел в неё на всю глубину. Горячая, влажная.

Он замер, ожидая реакции.

Спит! Сука!

Он схватил её за запястье и, резко перевернув на спину, оказавшись сверху, впился в сухие губы злым поцелуем, агрессивно совершая поступательные движения. Полина распахнула глаза и попыталась его скинуть с себя. Но он поймал её вторую руку и зафиксировал над головой, продолжая двигаться внутри и оставлять засосы на её коже.

Какое неописуемое удовольствие брать её сопротивляющуюся, беспомощную! Внутри постепенно становится сухо. Сучка! Сжимая её бедро рукой и, забывая полностью об удовольствии партнерши, в несколько грубых движений кончил в неё, глухо рыча. Тело пробило в экстазе, мозг взорвался и померк свет… Он расслабленно опустился на неё всем весом.

— Какая же ты всё-таки шикарная блядь! — прошептал он, касаясь губами её кожи.

Полина молчала. Он сполз с неё и лёг рядом. Довольный, сытый.

Она, ничего не говоря, встала, её взгляд пробежался по часам. Полина скривила лицо в ярости. По пути прихватила полотенце и вытерла его сперму с внутренней стороны бёдер. Вытряхнув содержимое своей дамской сумки в кресло, вернулась к отдыхающему и дремлющему Макару.

— Ты, кажется, хотел второй шанс? — усмехнулась зло Полина. — Только, на моих условиях, говнюк!

Макар открыл с удивлением глаза и тут же получил удар током в район плеча. Инстинктивно дёрнулся к стенке, подальше от Полины и тут же заработал второй удар электрошокером в спину, уже более длительный.

Третий удар Полина нанесла в ягодицу, уже в качестве профилактики будущих отношений.

Макар, всё ещё испытывая ну очень неприятный внутренний дискомфорт, сел на кровать и уставился на Полину невесёлым взглядом. Девушка, абсолютно обнаженная с распущенными волосами, стояла возле дивана и скалила зубы в презрительной улыбке. Руки она сложила на груди, держа в одной орудие пыток. Красива, хороша, соблазнительна.

— Ещё раз разбудишь меня раньше восьми, — предупредила его девушка. — Возможно, в моих руках будет что-то похлеще электрошокера. Будешь трахать меня без моего согласия, никаких гарантий с моей стороны, что я не кастрирую тебя во сне. А за мерзкие и нелицеприятные слова в мой адрес, буду тебя травить слабительным или ещё чем поинтереснее. И это не всё! Ты предохраняешься со мной, так что, гондоны тебе в помощь! И поверь мне, я не остановлюсь ни перед чем, чтобы испоганить тебе жизнь рядом со мной. Надолго тебя не хватит, слово тебе даю. Сам сбежишь!

Макар скабрёзно улыбнулся и приторно сладко ответил:

— Я не буду с тобой предохраняться.

— Тогда можешь заняться онанизмом, до тех пор, пока на меня не подействуют противозачаточные таблетки, — холодно посоветовала ему Полина. Кот, заинтересованный происходящим, запрыгнул на диван и потёрся о Макара. Он потрепал пушистого между ушей, тот на радостях шлёпнулся рядом и замурчал. Полина прищурилась, подумывая ещё раз долбануть электричеством Макара.

— Полина, — собравшись с мыслями сказал спокойно Макар, переводя взгляд с кота на девушку. — Я предлагаю тебе более простой вариант. Ты назначаешь цену, и я её плачу, но я получаю всё, что захочу от тебя. Когда мне надоест, я отпущу тебя.

— Я не собираюсь терпеть насилие — это раз, — отрезала Полина. — И мне не нужна беременность от тебя — это два. Вообще, в идеале, я бы предпочла, чтобы ты исчез из моей жизни навсегда.

Макар не сводил с неё взгляда. Его глаза бегали по изгибам её тела, внутренний демон довольно облизывался, глядя на засосы, оставленные на её коже. Её надо ломать, заставить подчиниться, сделать своей собственностью. Ею нужно обладать!

Полина поймала его плотоядный взгляд и нервно сглотнула, электрошокер штука, конечно, хорошая, но вырубить им Макара не получится. Липкий страх сковал грудную клетку, но она заставила взять себя в руки. Она уже пыталась подчиняться ему, она сопротивлялась в разумных пределах… Пора показать клыки.

— Хорошо, я постараюсь быть сдержанным и добрым, — осипшим голосом ответил он, не пряча от неё стояк.

— Что на счёт предохранения от нежелательной беременности? — нетерпеливо интересуется Полина и слегка отступает от дивана, электрошокер, как бы невзначай, приходит в оборонительное состояние.

— Презервативы, — согласился Макар, на его глазах пелена первобытного желания. Он сам удивляется, как ему удаётся сдерживаться и не кинуться на неё. Электрошокер его не пугает, его можно отобрать.

— За сегодняшнюю ночь и утро с тебя пятьдесят миллионов, — выдала счёт Полина. Хочет платить, значит, ценник будет «конский». Он наказывал её физически, она накажет его деньгами.

— Убери свою игрушку и иди ко мне, — приказал он. — Утро ещё не закончилось, хочу насладиться своей покупкой в полной мере.

— Разоришься, — предупредила его саркастически Полина и, положив электрошокер на стол, залезла на диван. Он втащил её в свои объятия и, целуя, заставил сесть сверху. Полина осторожно опустилась, принимая его внутрь. Макар любуется ею, придерживая властно за бёдра.

Предохраняться с ней!!! Размечталась! Потерять часть этих феерических ощущений себя в ней? Ни за что!

Она медленно двигается, плавно, заводя себя, её глаза полузакрыты. Его ладонь скользит по её телу, сжимает осторожно грудь. Она стонет и закусывает губу.

— Давай же, девочка, давай! Покажи, какая ты есть! — просит полушёпотом Макар. Вторая рука ныряет между ног и большой палец касается клитора. Она дёргается, отшатываясь от него, и ему приходится отпустить её грудь и схватить за ягодицу, чтобы не дать слезть с него. Полина всхлипывает и продолжает движения, стараясь насадиться глубже. Она царапает его ногтями, легко, не повреждая кожи, двигаясь уже активно, тихо постанывая.

Он держит зверя под контролем. Он хочет увидеть её откровенную, открытую, наконец-то принадлежащую ему и только ему.

Полина кусает губы, сдерживая стоны. Глаза закрыты, движения ускоряются. Она резко останавливается, впуская его на всю глубину, по её телу пробегает дрожь, она вцепляется в его запястья и сжимает его член мышцами влагалища. Внутри становится влажно. Со стоном опускается на него. Макар легко целует её в губы. Он дает возможность отдохнуть, прежде, чем яростно возьмет её сам, заставляя молить, просить, кричать от удовольствия. Насиловать он её сегодня не будет.

Полина дремлет на нём, основательно опаздывая на работу. Макар играет с её локоном.

Он мысленно вернулся к тому вечеру, когда душил её ремнём. Он хотел лишь напугать её, не более. Серьёзного вреда наносить не собирался.

***

Одеяло в области таза пропиталось кровью, Полина периодически стонала от схватывающей её боли. Губы и лицо побелели. Она теряла сознание и снова возвращалась. А «скорая» всё не приезжала.

Он наделся сам, надел на неё халат, положил полотенце между ног. Завернул в чистое одеяло и вынес на улицу, собираясь увезти на машине. «Скорая помощь» встретила его у подъезда. Девушку положили на носилки, Макар сел рядом. Его лихорадило. Он не рассчитал с наказанием и причинил ей реальный вред.

Фельдшер, откинула одеяло, увидела окровавленное полотенце, осторожно ощупала низ живота и спросила:

— Когда была последняя менструация?

Полина, с трудом вспоминая, сначала назвала одну дату, но потом поправила сама себя и назвала на пару дней позже. Макара словно окатили ледяной водой! Последние месячные у Полины были во время её побега, почти два месяца назад. После побега её обследовали и делали анализы, включая анализ крови на ХГЧ. Она не была беременна. И он предохранялся с ней всю неделю после побега.

Она не может быть беременна!!! Эта сука не может быть беременна от него!!! Убью тварь!!!

— У Вас задержка, Вы тест делали? — интересуется врач и укрывает её обратно одеялом.

— Нет, я не считала дни, — шепчет, превозмогая боль Полина, догадываясь о диагнозе.

Макар сжимает кулаки, ему хочется вмазать этой потаскухе в лицо и превратить его в кровавое месиво! Ревность сводит его с ума, только присутствие врача охлаждает его пыл.

В приёмный покой он занёс её сам. Одеяло уже пропиталось кровью. Девушку забрали и увезли. Он рвался следом, его не пустили.

— Мужчина, успокойтесь уже! — вернули его в реальность слова медсестры. — Сходите в туалет и вымойте руки, они у вас в крови. И езжайте домой, позвоните утром в отделение. Сейчас вы всё равно ничего не узнаете и ничем не поможете.

Макар прилетел домой на такси, постоянно названивая заведующему отделения, в которое попала Полина, на сотовый телефон, но ему не отвечали.

К утру он поднял всех знакомых врачей. Ему удалось узнать, что Полина действительна была беременна. Из-за интенсивного кровотечения её, сразу после поступления в отделение, вычистили. И теперь она спит в палате после наркоза. Кровотечение остановили.

Он требует, чтобы плодный материал отправили на ДНК, щедро оплачивая помощь. Он найдёт и похоронит того щенка, который посмел залезть на его собственность! Похоронит заживо!

Когда он закончил со всеми звонками, то начал собирать ей вещи в больницу. Часы показывали десять утра. Доктор объяснил, что Полина пролежит в стационаре около недели.

На подъезде к больнице ему поступил звонок от следователя. Мужчина ему объяснил, что Полина поступила с признаками изнасилования, и, так как она сама подтвердила врачу, что Макар её изнасиловал, то его просят дать показания по инциденту.

Макар сдержанно объяснил полицейскому, что это у них с Полиной такие ролевые игры и пообещал явиться для дачи показаний. Окончив разговор, он тут же позвонил своему адвокату и потребовал всё уладить. Он был уверен на все сто, что уголовного дела не будет.

К Полине его неожиданно не пустили. Едва сдерживая ярость, он ждал заведующего отделением. К нему пришёл немолодой мужчина, приятной внешности и с теплым голосом, Денис Яковлевич, ведущий специалист высшей категории, и попросил его пройти в кабинет.

— Понимаете, — сказал Денис Яковлевич. — У неё на шее полосы от удушения, на запястьях ссадины от связывания, по телу признаки грубого обращения, все ягодицы и половые губы — один сплошной синяк. И она сама подтвердила, что вы вчера её изнасиловали. Мы не можем вас к ней впустить пока идёт расследование.

— Вы, наверное, не поняли её, — уверенно ответил на обвинение Макар. Он не боится, ему ничего не будет. — Мы любим ролевые игры. БДСМ в том числе. Дайте мне с ней поговорить?

— Хорошо, побудьте здесь, я у неё спрошу, — нехотя согласился доктор и ушёл, оставив Макара одного. Макар был зол, сучка хочет вывернуться из-под его надзора! Наивная, деньги решают всё! Кто она против него? Ничтожество, животное, тупая скотина, раздвигающая ноги, похотливая тварь!

И нет жалости внутри, только злоба, только яд.

Денис Яковлевич вернулся и хмуро сказал:

— Она уже проснулась. Согласилась Вас увидеть после того, как я объяснил Вашу версию произошедшего.

— Хорошо, — улыбнулся голливудской улыбкой Макар и вальяжно встал со стула. Сейчас он покажет этой потаскухе её место!

Перед тем, как впустить его в палату, Денис Яковлевич настоятельно порекомендовал:

— Не нервируйте её лишний раз, она на грани нервного срыва.

Макар смело вошёл в палату. Палата на четыре койки, девушка лежит у окна справа. Она одна. Соседки имеются в наличии но, судя по всему, вышли.

Полина испуганным взглядом встретила его и со страхом смотрела за его приближением. Доктор зашёл следом.

— Денис Яковлевич, оставьте нас одних, пожалуйста, — громко попросил Макар. Зверь требует расправы, нет жалости к этой шлюхе! Она кому-то давала, она залазила на чей-то член, пока трахалась с ним! Сучка!

— Я могу Вас оставить с ним? — спросил заведующий отделением у Полины.

— Да, — хриплым голосом, почти полушепотом, ответила Полина. Вчерашнее удушение не пошло на пользу связкам, она частично потеряла голос и охрипла.

— Хорошо, — согласился доктор и ободряюще улыбнулся. — Я буду рядом.

Макар поморщился и, не дожидаясь, когда уйдет доктор, поставил пакет с вещами на пол возле тумбочки, положил её телефон на тумбочку и сел рядом на кровать.

— Как себя чувствуешь? — спросил холодно Макар. Его действительно интересует её состояние, крови вчера было много. На шее видны кровоподтеки и синие полосы, запястья — сплошной синяк, губы опухли.

— Это имеет для тебя значение? — прошептала она в ответ и отодвинулась от него к стене, лицо стало на минуту бледнее от боли. Рука непроизвольно легла на одеяло на низ живота.

— Чей ребенок? — вырывается у Макара, он схватил её вторую руку за запястье и крепко сжал, до боли. Она озадачено посмотрела на него, не обращая внимание на боль в запястье.

— Чей ребенок? — повторил хладнокровно Макар. А ревность гложет, ревность шепчет ядовитые слова в самое нутро его гнилого сердца.

— Тттвой, — напугано ответила Полина. — Это был твой ребенок.

— Ты шлюха, кого пытаешься обмануть? С кем ты трахалась кроме меня? — злобно прошипел Макар и сжал её запястье сильнее.

— Ты совсем спятил? — возмутилась неуверенно Полина, пытаясь вырвать руку, но сил ей не хватило. — Ты же в курсе, где я была и когда! Ты, вообще, о чем?

— Я всё равно узнаю и убью его! — угрожающе предупредил он её, и уже спокойно сказал: — А теперь о насущном. Скажешь, что мы практиковали садомазохизм. Откажешься от обвинения в изнасиловании, иначе тебе же хуже будет.

— Пошёл вон! — зашипела в ответ Полина.

— Ты не вечно будешь лежать в больнице, — хищно напомнил он и отпустил её руку. В голове возникла мысль, что он не видел, как она плачет с того момента, как вернул её домой. Она, наверное, должна рыдать после случившегося. Внутренне содрогнулся, глядя на её ощетинившуюся, готовую броситься на него в любой момент.

— Я ненавижу тебя! — истерично вскрикнула сиплым голосом Полина и, забыв про всё, вскочила с постели, на ходу вцепляясь ему в горло руками. Он легко оторвал её от себя, и, бьющуюся в его объятиях, уложил обратно в кровать. Он удерживал её, давая возможность успокоиться.

— Лежи спокойно, тебе нельзя скакать! — злобно прорычал он в её ухо. — Тебя переведут в отдельную палату. Телефон я принёс, любой каприз будет выполняться «по мановению волшебной палочки». Если ДНК покажет, что ребенок был не мой, я на тебе живого места не оставлю! А теперь отдыхай.

Она замерла, шокированная его словами. Макар был доволен, ему удалось напугать её, он поцеловал её в щеку и ушёл.

Через час адвокат подтвердил, что Полина отказалась от своих слов об изнасиловании. С её телефона установленная программа дублирует сообщение, отправленное её матери со списком необходимым для неё в больнице. Она не просит его о помощи.

Макар злился… Своевольная скотина! Созвонился с её матерью, представившись её сожителем и сказал, что купит всё сам. Очень вежлив и предупредителен в разговоре. Его мягкий завораживающий голос обезоруживает любого, он это знает. Его уловки действуют на всех, кроме Полины.

Никуда она не денется от него, никогда!

Глава 7: Безумие

Полина попыталась слезть с него, но Макар удержал.

— Мне нужно на работу! — возмутилась она и снова повторила попытку высвободиться из его объятий.

— У тебя сегодня выходной. Я ещё вчера в ресторане написал Фесенко по этому поводу, — спокойно ответил Макар, продолжая играть с её волосами, пропуская локоны через пальцы.

Полину неприятно кольнуло в районе груди. Он рассчитал всё, был уверен, что она не взбрыкнёт и не выставит его за двери.

Кот снова заскочил на диван, внимательно понаблюдав за манипуляциями Макара с волосами хозяйки и неожиданно кинулся вцепившись в руку Макара зубами и передними лапами, а также царапая спину Полины задними. Они оба от неожиданности взвыли. Полина резво соскочила, лишаясь нескольких волос из локона и оставив Макара на растерзание пушистику. Кот драл Макара со знанием дела, в кровь, злобно урча.

Макар в несколько приёмов замотал кота в одеяло, оставив на свободе только голову. Кот угрожающе ворчал, в нотках его злобствования просачивались обещания расчленить и сожрать.

— Как зовут котяру? — спросил с уважением Макар, осматривая изодранную руку. Из неглубоких царапин выступила кровь.

— Барсик, — ответила Полина, и зачем-то добавила. — Он был бездомным.

— Надеюсь, перекись у тебя есть. Покажи спину, — попросил он. Полина нехотя повернулась к нему спиной, его пальцы пробежались по коже легким движением, не причиняя боли.

— Пара царапин. Тебе повезло больше, — сделал вывод Макар и поцеловал её обнажённое плечо. Она не сдержалась и вздрогнула со смешанными чувствами, испытывая одновременно и отвращение, и возбуждение. Он обдал её шею теплым дыханием, нежно прошептав в ухо:

— Я так скучал по тебе. Принеси что-нибудь обработать раны.

Полина удивилась, она отвыкла за полгода от его перепадов настроения. Она ответила не сразу:

— Дома ничего нет, кроме обезболивающего, — собравшись с мыслями, сказала она.

— Боль во время месячных так и терзает тебя? — тихо спросил он, мягко касаясь её кожи губами и, не дождавшись ответа, попросил:

— Одолжи чистое полотенце, я схожу в душ.

Полина повернулась к нему лицом с нескрываемым удивлением. Он не оскорблял её! Лечение электрошокером пошло ему на пользу?! Нет?!

Он взял её за подбородок и притягивая к себе поближе, накрыл губы дразнящим соблазнительным поцелуем. Нехотя оторвавшись от её губ, сказал:

— Может вместе пойдём примем ванну?

Полину напугала такая перспектива и она резво подорвалась с дивана и активно начала искать полотенце в недрах шкафа. В руки попалось детское махровое полотенце с собачками. Она когда-то купила его в магазине, ещё будучи в браке с Романом… Не смогла пройти мимо, представив завёрнутого в него ребёнка. Потом сама стала пользоваться им… Давать его Макару было жаль, но другого не было.

— Забавные собачки, — искренне, без издёвки, улыбнулся Макар, подойдя к ней сзади и забрав полотенце из её рук.

— Могу дать полотенце Барсика, если это тебе не по вкусу, — предложила ядовито Полина, за что её сразу же сгребли в объятия и обожгли страстным болезненным поцелуем шею. Его рука заскользила вниз по её животу. Обдавая жаром, он крепко вжимал её в себя, продолжая агрессивный поцелуй. В глазах потемнело, тело тут же среагировало на его жестокую ласку. Она прогнулась в его руках, застонав от удовольствия.

Он тихо засмеялся и отпустил её, ноги подкосились и она схватилась за шкаф, чтобы устоять. Да что за подстава?! Почему она так реагирует на него? Ему ничего особенного и делать не пришлось, чтобы завести её! Полина разозлилась на себя, почувствовав себя игрушкой в его руках.

— Разрешаю тебе пользоваться электрошокером, когда я перегну палку, — произнёс он с соблазняющими нотками в голосе. — Я готов терпеть, чтобы иметь возможность видеть твои оргазмы и твоё возбуждение.

Полина промолчала о том, что единственным её желанием является то, чтобы он испарился из её жизни.

Он ушёл в душ.

Полина освободила нервного кота. Накинула халат. Запахивая его, увидела его кровь на своей коже. Он испачкал её во время объятий. Попытавшись стереть её с себя и не добившись желаемого результата, она плюнула и завязала халат.

Его телефон стоял на блокировке, без кода в него не попасть. Впервые в жизни она решила залезть в чужой телефон. Ею руководило отнюдь не любопытство, а скорее желание сохранить себе спокойную жизнь. Её интересовала переписка с Фесенко. Свой телефон она нашла у него в кармане пиджака. Её телефон он выключил.

Тяжело вздохнув, она включила телефон. Было около двадцати сообщений. От мамы и брата, с вопросами, когда она появится в гостях. С работы от коллег по самой работе. И от Фесенко, он спрашивал, нужна ли его помощь.

Помощи у Василия Сергеевича, друга и партнера Макара очень хотелось попросить, но интуиция подсказывала, что делать этого не стоит. Зря она выпросила у него работу. Надо было прятаться дальше.

С Фесенко она познакомилась случайно, когда обедала в кафе одна. Макар пришёл туда вместе с Василием Сергеевичем и, увидев её, они присоединились к обеду. Между делом Макар затащил её в туалет кафе, где быстро и грубо взял, закрывая её рот ладонью.

Она, помучавшись над сообщением и приняв решение, написала ответ, в котором просила пока не вмешиваться. Что она попробует сама разобраться. Тут же прилетело: «Он угрожает?». Не могла же она писать ему прямым текстом, что Макар её шантажирует. Она написала: «Мне нужно время. Я попробую сама».

Макар бесшумно вошёл в комнату, вытирая на ходу волосы полотенцем. Тело было уже сухим. Полина вздрогнула от неожиданности и за секунду удалила переписку с Фесенко. Макару хватило одного взгляда, чтобы понять, что Полина занималась тем, о чем она не расскажет. Он подошёл и ловко вынул телефон из её пальчиков.

Она кисло улыбнулась ему, только бы Фесенко не ответил на последнее сообщение. Макар пробежался взглядом по диалогам и тут прилетел ответ от Фесенко. Содержательное и длинное сообщение, о том, что Полина не должна в одиночку бороться с садизмом Макара и просто обязана воспользоваться предложенной помощью. Что она красивая, умная женщина, должна жить свободно и ничего не бояться.

— Тоже мне, рыцарь! — усмехнулся с издёвкой Макар, и, уже обращаясь к Полине, произнёс гораздо мягче. — Я обещал быть добрым. Иди мойся, я ничего тебе не сделаю, хоть и очень хочется.

Девушка удивлённо приподняла бровь и прихватив полотенце и чистый халат ушла в ванну. Макара ест ревность, он держит зверя в узде. Если он собирается её обыграть, нужно соблюдать хотя бы часть её условий.

Она решилась только на душ, быстро смывая с себя следы бурной ночи. В конце она сняла лейку с душа и вымыла небольшим напором воды из влагалища его сперму, в надежде на то, что сегодняшняя ночь не принесёт ей «киндер-сюрпризов». Перспектива забеременеть именно от него её пугает до тошноты, страх сворачивает кишки узлом.

Он тем временем оделся и пошёл на кухню. Кофе нет, только недорогой чай и пельмени.

И орущий голодный кот, требующим свой корм.

Корм кота не вызвал аппетита, поэтому Макар насыпал его в миску и поставил на пол. Потом сварил пельмени и заварил чай.

Полина зашла в халате, шлепая босыми ногами, волосы были завернуты в полотенце. Макар посмотрел на часы, девушка побила рекорд, управившись за двадцать минут. Она вставала ночью после секса, ходила в душ, явно подмывалась чтобы не залететь от него.

У него другие планы.

Он осторожно притянул её в объятия и посадил на пустой стол. Ему нужно было проверить свою догадку.

Полина с печальным вздохом позволила ему раздвинуть полы халата и колени.

— Наклонись назад и приподними колени, — попросил он, стоя у неё между ног. Девушка выполнила просьбу, открывая ему доступ к себе. Он спокойно ввёл два пальца внутрь, стараясь проникнуть как можно глубже.

— Мы играем в гинекологию? — с ехидцей поинтересовалась она.

— Почти, — согласился он и вытащил пальцы. — Можешь сесть нормально.

Полина села, но ноги свести она не смогла, поскольку ей мешал Макар. Осмотрев свои пальцы, он хмыкнул и спросил:

— Ты вымыла всё из влагалища?

— Ну да. А в чем дело, собственно? — спросила, недоумевая, Полина. Подумаешь… Что в этом такого? Макар подтянул её поближе за талию, снимая полотенце с волос. Они рассыпаются по плечам. Его пальцы скользят по её скуле, он поднимает её лицо за подбородок, заставляя смотреть себе в глаза. Немного подумав, он проникновенно сказал:

— Меня возбуждает, когда я знаю, что часть меня в тебе. Поэтому, предохраняться мы не будет. Я метил тебя и буду метить, как свою женщину. Если ты снова забеременеешь, ты обязана сказать мне сразу.

— Зачем? — не дала договорить она ему. Её не пробирает его откровенность.

— Затем, что я полностью стерилен. Я не могу иметь детей, мне не поможет даже ЭКО, поэтому я всё ещё не женат и детей у меня нет. Ты забеременела от меня тогда, прямое доказательство этого чуда — анализ ДНК. Я потом пересдавал анализы несколько раз, я как был стерилен, так и остался.

Полина с ужасом представила себе перспективы своего будущего, если она забеременеет. Ей невозможно будет вырваться из отношений, воняющих за километр дичью и садизмом. Беременеть нельзя, ни в коем случае!

— Никаких резинок, таблеток, и других способов предохранения не будет! — предупредил он её. — Я хочу от тебя ребёнка. Ты меня услышала?

— Да! — ядовито прошипела Полина в ответ, теперь её ещё будут использовать в качестве племенной тёлки, способной произвести на свет наследника для Макара. Он с нежностью целует её в губы и, не разрывая поцелуя, ставит её на пол.

Она ест молча, приготовленные пельмени, запивая чаем, не обращая внимания на разговор Макара по телефону с кем-то из сотрудников. Полностью абстрагировавшись от окружающего мира, чувствуя только кота, тарахтящего на её коленях.

Въевшиеся воспоминания всплыли на поверхность.

***

Теперь ей стала понятна его ярость в больнице, он думал, что она нагуляла ребенка. Анализ ДНК должны были сделать не раньше, чем через десять дней.

Как ему в голову вообще такое пришло! С кем она могла встречаться? Вся в укусах, с ноющей промежностью, издёрганная, нервная. Другой мужчина! Да ей в голову даже не приходила такая мысль! Она мечтала о блаженном спокойствии. Со сменой телефона, она забыла поставить себе метки на отслеживании менструации, да и вообще, на нервной почве она стала теряться и забываться.

Последняя показательная порка и удавка на шее напугали Полину сильнее, чем кровь на пальцах. Из страха за жизнь свою и близких она отказалась от своих слов о насилии.

Плакать она не смогла, узнав о потере ребёнка. Нутро содрогнулось от боли, но слезы не потекли. Внутри сломался рубильник, включающий поток эмоций и слёз. Она попыталась выдавить из себя слезу, ничего не вышло.

Отупение…

Пустота…

Словно в теле нет души…

Зачерствела…

Умерла…

Высохла…

После ухода Макара, её перевели в отдельную палату. Двигаться было больно. Болели места побоев, болел живот, горло, запястья. Вечером ей удалось вымыться с помощью медсестры. Женщина ненамного старше её, по имени Мария, аккуратно помогала принимать душ.

— Он ведь это специально сделал? — спросила Мария, осторожно вытирая кожу полотенцем. — Зачем отказались от обвинения?

— Он расправится со мной, если я буду упорствовать, — шёпотом ответила Полина, надевая трусики с помощью Марии. Медсестра помогла ей с прокладкой, кровь всё ещё немного шла.

— А так он продолжит издеваться, — вздохнула Мария, накидывая ей на голову ночную рубашку и помогая просунуть руки в рукава.

— Он не отпустит, — ответила Полина и внезапно начала рассказывать, её прорвало… Она говорила и говорила, рассказывая мелкие детали, которые особо сильно врезались в память с момента знакомства с Макаром.

Медсестра, не перебивала, она внимательно слушала девушку, расчесывая ей волосы и укладывая в постель. У Полины было странное ощущение, что женщина, помогающая ей, необычна, она способна на большее, чем просто выслушать.

Когда рассказ закончился, Мария задумчиво сказала:

— Может, попробовать прикинуться сумасшедшей? И повод есть. Я сейчас книгу принесу про шизофрению.

Они вдвоем долго изучали трактат по расстройствам личности. И выбирали способ поведения. Мария созвонилась по утру со своим знакомым психиатром и договорилась о помощи. Правда, за деньги, но Полину это не испугало. В авантюру пришлось втянуть заведующего отделением.

Днём пришёл Макар, но Полина его проигнорировала. Уставившись в потолок невидящим взглядом, она лежала молча, не реагируя на происходящее. Получалось у неё хорошо, правдоподобно. Попытавшись с ней безрезультатно договориться, Макар в ярости ушёл.

На следующий день Денис Яковлевич отпустил её с Марией. У медсестры оказалось на удивление много связей! Удалось оформить несколько кредитов так, чтобы об этом не узнал Макар. В кредитных данных использовались «липовые» данные о работе, чужой номер телефона и ещё ей повезло в том, что в паспорте осталась прописка в квартире Романа.

Теперь у неё были деньги, чтобы оплатить спектакль с сумасшествием, она оставила их своей матери. Родители были предупреждены о готовящемся дурдоме, они хоть и не приветствовали всё это, но дочери не отказали.

Они нашли старую, ещё советскую куклу с выжженными глазами, без верхней части головы, где должны быть волосы, без рук, но с ногами и завернули её в старенькое детское клетчатое одеялко.

С этим жутким предметом они вернулись в больницу. Полина инсценировала попытку суицида, стоя на подоконнике и укачивая одеяло. На глазах нескольких невольных свидетелей её стащили оттуда. Она же продолжала шёпотом петь: «Баю, баю, баю, бай…», пугая окружающих.

Макар примчался мгновенно.

Он в был шоке, он не верил своим глазам! Его Полина ходит по палате, качает обезображенную куклу, завернутую в драное одеяло, и поёт колыбельную!

— Где она её взяла? — спросил Макар у заведующего.

— Первый раз она сбежала утром, поймали у помойки уже с куклой. Вернули, вкололи успокоительное, куклу отобрать не смогли, — мрачно ответил Денис Яковлевич. — Потом сняли с подоконника в коридоре. Надо вызывать психиатра, нужно согласие родственников.

— Полиночка, — нежно попросил её Макар. — Отдай мне куклу.

— Не советую забирать, она звереет, — ответил заведующий.

Полина прижимая кулёк к себе сильнее, слегка склонившись подошла к Макару и безумным взглядом посмотрела на него (бессонная ночь и большая потеря крови сделали своё дело). А потом вдруг лихорадочно зашептала:

— Моя дочка Аллочка… Хочешь, покажу?… Она красивая… Мне ангел её принес… — всхлипнула она. — Ангел придёт снова… Они нас видят… Видят… — прошипела она, глядя в окно.

Потом резко потеряв к Макару интерес, снова начала ходить мелкими шажками, напевая шёпотом колыбельную и покачиваясь.

— Бред какой-то… — задумчиво сказал Макар, не веря в происходящее.

Она, словно в доказательство, положила кулёк на кровать, развернула и начала гладить неуверенными, рваными движениями обезображенную куклу, нашёптывая нежные слова. Она вошла в роль, ей нравится эта роль. Роль сумасшедшей. Безумие нельзя контролировать. Она безумна! Безумна!!!

Да здравствует БЕЗУМИЕ!!!

Глава 8: Маниакальная одержимость

Макар, разговаривая по телефону, внимательно наблюдал за Полиной. Девушка была где-то далеко. Красивая, беззащитная, желанная… Распущенные, спутанные, ещё влажные волосы, припухшие от его поцелуев губы, легкая бледность. Его женщина, он купил её, она сама назвала цену, теперь она только его и у неё нет выбора.

Между звонками он требовательно попросил:

— Когда доешь, приведи себя в порядок и оденься, мне надо домой съездить. Составишь мне компанию.

Она бросила на него быстрый взгляд, затравленный. Но, мгновенно собравшись, спокойно кивнула в знак согласия. Она боится его. Желание накатило с новой силой. Он ярко представил как прижмёт её к холодильнику спиной держа рукой за волосы и распахнув халат вопьётся в её грудь, доведет её до оргазма рукой… грубо, а потом жёстко возьмёт сам.

Макар потерял нить разговора по телефону.

Отведя глаза от неё, он попытался переключиться и вернуться к диалогу. Сучка, рядом с ней все мысли только о сексе. Невозможно работать, думать, держать себя в руках находясь возле неё.

Девушка поела и убрала всё со стола в раковину. Его посуду она тоже убрала. Помыла и ушла одеваться. Ей повезло, если бы не работа Макара, сейчас бы она стонала под его натиском, как последняя шлюха. Он закончил очередной разговор.

— Собирайся быстрее, мне ещё с Фесенко надо встретиться, — крикнул зло он. Демон зашептал, что надо её взять, взять прямо сейчас и показать ей, кто хозяин. Макар сжал в руке телефон, разжал, выдохнул и набрал номер своего юриста. Попросил юриста подумать над тем, как перевести Полине пятьдесят миллионов.

Больше звонить было некому, осталось только рассчитывать на свою выдержку. Возникло острое желание применить к самому себе электрошокер. А хороша сучка! Кто бы мог подумать, она долбанула его электрошокером! Он усмехнулся. Ну ничего, сейчас он её приручит и возьмётся за её воспитание.

Как она вообще живёт в этом убожестве? Диван прошлого века, спать невозможно. В ванной страшно находиться: плитка отпала, краны протекают. Обои местами на скотче. Мебель советских времён. Он ей предлагает шикарную жизнь, а она сопротивляется. Почему она не такая, как все?

Он же пахнет деньгами. Этот запах, как дурман, бабы сами лезли ему в штаны, сами подставляли все дырки. А эта?! Тварь!!! Будет моей, хочет она того или нет! Главное держаться, чтобы не срываться на ней.

Полина появилась и остановилась в дверях, внимательно изучая его. Макара снова тряхнуло, захотелось разорвать на ней её чёрную футболку и скромные джинсы. Прячет себя, обезличивает, стирает краски специально. Ну, она уже играла с ним в разные игры, больше придумать ничего нельзя.

Он хищно улыбнулся, она даже не шелохнулась. На её лице не дрогнул ни один мускул.

— Ты готова? — спросил он. Демон внутри облизнулся, продумывая извращённый способ, как можно удовлетворить свою похоть.

— Да, — тихо ответила Полина.

— Электрошокер взяла? — усмехнулся он над ней и прищурился.

— Ты мазохист? — поддела она его и одарила его не менее агрессивной улыбкой. — Только скажи, я с удовольствием ещё с десяток раз разряжу его в тебя.

«Вот значит как!» — удивился мысленно Макар. — «Полина у нас лицедейка!». Внутренний зверь зашевелился в предчувствии сладострастных игрищ.

— Моя блядь! — не сдержался Макар, произнося с восхищением фразу. Полина странно хмыкнула, она там что-то говорила про слабительное в еде за нелицеприятные высказывания в её адрес? Наивная! Сопротивляться ему бесполезно!

— Ты, вроде, куда-то торопился? — напомнила она ему, игнорируя его слова. — И да, я жду свои пятьдесят миллионов.

Она его удивляет всё больше и больше. Ну да, она вроде же говорила, что поменялась. Ну, так даже интереснее. Её запах не изменился и фригидной она не стала, остальное можно исправить.

Они молча покинули квартиру. Макар злился, Полина отделывается короткими ответами. Он ей не интересен как собеседник. Ему мало трахать её, демон хочет больше! Демон хочет общения с ней. Он хочет, чтобы её прелестный ротик не только профессионально обрабатывал его член. Он хочет увидеть в Полине собеседницу. Ту женщину, которую он увидел впервые в кафе, завораживающую собой, и заинтересовавшую его, как личность, как человек.

А Полина игнорирует его интерес.

Он ведет автомобиль агрессивно: фактически влетел во двор дома и резко затормозил, идеально припарковавшись. Полина не реагирует на его манеру вождения. Выпороть суку снова! Подвесить за руки и драть пока с её губ не слетит мольба о пощаде! Макар сжал зубы, надо держаться, надо быть терпеливым! Он сможет, он терпел полгода. Жрал грёбанные антидепрессанты и терпел. Психотерапевт просил его больше не пересекаться с Полиной, чтобы не провоцировать свою зависимость от неё. Но это невозможно терпеть, никакие таблетки не глушат внутри ту жажду, тот голод, который засел глубоко в душе. Ни одна другая не смогла утолить ненасытного зверя, кроме неё!

Он зашёл с ней в лифт, воспаленный мозг сразу же нарисовал разнообразные картины обладания её телом. Макар не сдержался и втащил её в свои объятия. Она ответила ему на его садистский поцелуй. Ответила мягко и её свободная рука нежно заскользила по его шее и пальцы взлохматили его волосы на затылке. В лифте камера и мысль о ней остановила его от необдуманных действий.

Двери лифта открылись и он, не отрываясь от её губ потащил к дверям своей квартиры. Шустро открыл двери, продолжая наслаждаться нежностью с её стороны. Это так необычно, она отвечает сама! Не подчиняясь, но с чувством, с нотками легкой влюбленности. Хочется продолжения, хочется распробовать новый коктейль эмоций. Они ввалились в квартиру. Он повалил её на пол прямо в коридоре, сдирая одежду с неё, она явно не против. Невероятно! Она предлагает себя, но не пошло, она предлагает себя как влюблённая женщина!

— Макар?! — раздаётся над ними недоумённый женский голос. Макар замер. Зараза! Как он мог забыть?

Полина снизу-вверх смотрит на красивую немолодую женщину, отдалённо напоминающую самого Макара.

— Мама? — выдал растерянно Макар. — Я забыл, что ты сегодня приедешь в гости.

— Здравствуйте, — улыбнулась мило Полина. Макар не спешил подниматься, он в процессе уже успел стянуть с девушки всё и теперь лежал обвитый её ногами на ней. Раздеться сам не успел, и теперь в паху ломило от стояка, член не собирался опадать, упираясь сквозь штаны в промежность Полины.

Так хотелось послать маму пить чай!

Мама словно не понимала, продолжая глазеть во все глаза на валяющую на полу парочку.

— Это она? — холодно поинтересовалась мать. Макар прижался плотнее к Полине, зверь внутри зарычал и оскалил зубы.

— Мама уйди, пожалуйста. В этой позиции не совсем удобно знакомиться, — глухо отозвался Макар. Мать ещё полгода назад пронюхала про его привязанность к Полине и была категорически против девушки, убеждая Макара, что она его приворожила, опоила, околдовала из-за его денег. В его квартиру, после расставания, приводился шаман с бубном и Макар, скрипя зубами смотрел на весь цирк, устроенный псевдо-шаманом и его матерью.

Мать шумно ушла, показывая всем своим видом недовольство.

— Я персона нон-грата! — радостно улыбнулась Полина, она даже не скрывает своего счастья, она испытывает моральное удовлетворение от того, что мать Макара не воспылала к ней любовью! Макар начал злиться. Он только что попробовал другую Полину, нежную, отзывчивую, влюблённую… Он хочет снова вкусить этот букет! А тут мать и эта нескрываемая радость Полины!

— Ты — моя сука! — прошипел ей в ответ Макар, наказывая злым поцелуем. — Только моя блядь!

Они встали. Макар помог ей одеться, пожирая её глазами. Как не кстати приехала его мать из-за границы! Могла бы и у сестры остановиться.

Мать ждала их на огромной кухне Макара, включив чайник. Она хмуро уставилась на девушку.

— Полина? — спросила она у девушки.

— Полина, — ответил за Полину Макар. Он крепко сжал свою собственность за запястье, не вырвется.

— Валентина Тимофеевна, — холодно представилась она девушке, сверля в ней дырку тяжелым взглядом.

— Очень приятно! — вежливо отзывается Полина, на губах самая искренняя улыбка. Это она ещё не знает про бубны и шамана. Полина без зазрения совести рассматривает мать Макара — красивая ухоженная женщина лет шестидесяти, но выглядит на пятьдесят с небольшим хвостиком. Крашеная блондинка с ядовито-голубыми глазами, умело наложенная косметика на лицо, стройная, приятная внешне, если бы не цепкий злой взгляд. Яблоко от яблони…

— Нам кое-что нужно забрать, — спокойно сказал Макар. — И мы уйдем.

— Я так понимаю, мне придётся ночевать в этой квартире одной, — выразила своё неудовольствие Валентина Тимофеевна.

— Сейчас я Полину провожу в комнату и мы поговорим, — мило ответил Макар и быстро уволок Полину за собой. Он отвёл её в свою спальню.

— В шкафу висят твои вещи, — сказал он, открывая шкаф. — Возьми на выход несколько приличных вещей и нижнее бельё. Ты ужасно одета!

Полина застыла перед шкафом. Весь её гардероб, купленный Макаром в прошлом году, на месте, он не выкинул ни одной вещи!

Он поцеловал её в губы тягучим густым поцелуем и ушёл.

Полина начала перебирать несмело свои вещи. Эти тряпки не её, они не нужны ей. Она вздохнула, опустив глаза. Внизу шкафа лежит прозрачный полиэтиленовый пакет, а внутри её ночная рубашка, в которой она спала последнюю ночь в этой квартире. Она с недоумением взяла его и открыла. Шёлковая ткань пахнет её духами, она не выстирана!

Из кухни раздаются крики.

— Эта шалава превратила тебя в тряпку! Она позвала тебя, и ты уже с готовностью залез ей между ног!!! — истерично орала Валентина Тимофеевна. — Ты столько бабла в неё ввалил!!! Ещё ввалишь!!!

— Не твоё дело, кто раздвигает подо мной ноги! — с холодной яростью ответил ей Макар.

— Ты забыл в каком состоянии ты был, когда она тебя бросила?!! Ты рыдал!!! Ты не вылазил от психотерапевта!!! Не ел, не спал, не мог работать!!!

— Прекрати! — рявкнул Макар.

— Я выставлю её за дверь!!!

— Нет! — отрезал Макар. — Я буду поступать так, как я хочу! Разговор окончен!

— Я уеду к твоей сестре и, пока эта проститутка с тобой, ноги моей здесь не будет!!! — чётко обозначает своё решение Валентина Тимофеевна.

Через минуту раздался громкий стук захлопывающейся двери в комнату. Макар тихо вернулся в спальню. Полина сидела на кровати, явно поражённая услышанным, в её руках пакет с её ночнушкой. Ему стыдно признать то, что он смог засыпать только уткнувшись в ткань пахнувшей её духами. Поначалу рубашка пахла ею, но запах выветрился, и он стал брызгать на неё духи Полины.

Маньяк!

Он усмехнулся этой мысли.

Маниакальная одержимость.

***

Он вспомнил, как он вернулся домой, из больницы в первый день. Как в бешенстве вытащил матрас и постельное в её крови на улицу, и не обращая ни на кого внимания облив всё это розжигом поджёг. Руки тряслись, его всего рвало на части. Бригада пожарных приехала быстро, матрас сгорел ещё быстрее. С ним пытались поговорить, но он послал всех к чёрту.

А потом её странное поведение. Эта чудовищная кукла. Стационар психиатрической больницы, он ходил каждый день, её не пускали к нему на встречи. Если встреча была, то она реагировала на него с нескрываемой ненавистью и после его приходов ей становилось хуже.

Шизофрения. Доктора в голос повторяли один и тот же диагноз, как мантру. Шансов нет, она навсегда останется такой. Безумной. Её состояние не купируется, она ушла в свой мир. Сбежала от него навсегда.

А потом анализ ДНК, ребенок был его. Это был удар! Он избил себе все костяшки о стену в кровь. В кабинете пришлось делать ремонт.

И он решил отпустить её.

Он видел, как её мать с отцом забирали её из больницы. Она шла такая тихая, укачивая свою жуткую куклу. Хотелось выскочить из машины и трясти её за плечи до тех пор, пока она не придёт в себя.

Он искал ей замену и не находил. Они говорили не так, пахли не так, улыбались не так! Он с ними делал всё, что хотел и им это нравилось… Но это не приносило удовлетворения.

Демоны просили сладкого, его демоны просили Полину.

А потом он увидел её в одном из офисов Фесенко. Частный сыщик за два дня выдал всю информацию о ней.

Шизофрения? Ха!

Она обвела его как мальчишку вокруг пальца, заплатив докторам за псевдо-заболевание! Залезла в огромные долги, превратила свою жизнь в кошмар из коллекторов.

Он шёл в её квартиру, чтобы проучить её, чтобы заставить лизать его ботинки и не только!

Она назвала ценник, она наконец-то назвала ценник! Всё это теперь принадлежит ему, он будет владеть и властвовать над этой сукой!

Он подошёл к ней и расстегнул ремень. Она остановила его и взяла инициативу в свои руки. В её глазах он увидел странный огонь… Её губы скользят по его плоти. Её ротик просто восхитителен! Она творит чудеса своим язычком, он быстро кончил ей в рот и мир взорвался на тысячи осколков.

Что она задумала?

Сквозь пелену удовольствия он увидел, как она проглотила его сперму. Самая шикарная шлюха в его жизни!

— Шлюха! — выплюнула зло его мать, стоя в дверях спальни. Валентина Тимофеевна резко развернулась и ушла.

— Скажи мне, Полина, — он провёл по её губам членом. — Ты просчитала фокус с моей матерью? Этот незабываемый минет для её глаз?

Полина ехидно улыбнулась.

Она всё просчитала!

Глава 9: Договор

Полина, не отводя от него взгляда, соблазняюще ответила:

— С учётом того, как ты мучился целых полгода, за орал ты мне будешь должен всего один миллион. Солидная скидка как постоянному клиенту.

Глаза Макара потемнели от ярости, так вот, во что она собралась играть! В элитную проститутку! Шалава! Ну, что же, его эта игра пока устраивает, осталось ввести только расценки и наказания.

Он молча застегнул брюки и ремень, разглядывая её с презрением. Потом поставил её на ноги, поднимая за подбородок и угрожающе спросил, глядя прямо в глаза:

— Сколько будет стоит час?

— Пять миллионов, — не задумываясь ответила Полина. Он усмехнулся, сжимая слегка подбородок пальцами и заставляя встать её на цыпочки.

— Хорошо, — согласился Макар. — Я буду платить тебе такие суммы. Только ты учти, если ты что-то откажешься выполнять из моих требований, буду наказывать деньгами. Один отказ — пять миллионов. И это не обсуждается.

— Договорились! — прошипела злобно Полина. Её внутри начало потряхивать… Она заключила сделку с дьяволом. Сама себе устроила ловушку. Ну, ничего, впереди начинается самое интересное! Ненависть к нему развивает в её мозгу бурную фантазию. Как жаль, что она не способна причинить серьёзный вред, а тем более убить.

Макар отпустил её и быстро выбрал ей одежду из её гардероба, прихватив немного вещей себе. Он собирается обосноваться у неё основательно. Полина, глядя на его сборы, начала понимать, что территория бабушкиной квартиры перестала быть безопасной для неё.

На выходе из квартиры их встретила недовольная Валентина Тимофеевна, глядя на пакеты с вещами она ядовито поинтересовалась:

— Ты переезжаешь?

— Буду жить и у Полины, и здесь, — неохотно ответил Макар. — Можешь спокойно занимать квартиру.

— Она себе на квартиру уже насосала? — выдала с ненавистью мать Макара.

— Да, что вы, нет… Просто дала присунуть себе качественно в задницу! — огрызнулась Полина, её уже достали эти оскорбления. Из адекватных, похоже, в этой семье только сестра Макара. Сам Макар шокировано уставился на неё, забыв напрочь про мать. А она, действительно, изменилась. Зверь внутри с восторгом заурчал, хамку приятно будет иметь, обучая её правилам вежливости.

Полина не стала ждать, когда в неё прилетит очередная порция говна и оставила стоять ошарашенных мать и сына, выйдя за двери в подъезд. Дойдя до лифта, нажала на кнопку. Макар вышел следом с пакетами, со странным растерянным видом, для него несвойственным. Полина хмыкнула, впереди Макара ждет «трешак» и похлеще, в её исполнении.

Он поставил вещи в багажник и сел за руль.

— Я хочу, чтобы ты объяснила Фесенко, что мы с тобой договорились, — произнёс он хмуро, выруливая с парковки. Полина окинула его долгим взглядом, собственно, она никому ничего не должна объяснять.

— Я не собираюсь ничего никому объяснять, — отказалась Полина. Она решила быть наглой, сколько можно прогибаться?

— Минус пять миллионов, — охладил её пыл Макар.

— Охренел? Мы так не договаривались! — возмутилась хамовато Полина. Он нагло положил на её колено руку, нахально провел вверх. Полина с облегчением вздохнула, на ней плотные джинсы, стащить их не получится одной рукой. Но Макар и не собирался, он слегка сжал её бедро, убрал руку и ответил:

— За любой отказ ты будешь платить мне. Смотри не задолжай больше, чем заработаешь! — он ухмыльнулся над своей гениальной идеей, девочка попала! С её поведением она очень быстро уйдет в минус!

Полина была в состоянии истерики, паника медленно подкатывала к горлу тошнотой. Зачем она вообще бросила эту игру с сумасшествием? Ну походила бы пару лет с куклой… Нет же, захотелось побыстрее освободить родителей от проблем с обязательствами по кредитам! Зачем она вообще поперлась к Фесенко, пусть он и посадил в дальний офис, где Макар не бывает совсем. Надо было сидеть дома с куклой!!!

Она смотрела на то, как он уверенно ведёт автомобиль. Хищник, красивый, уверенный в себе, знающий чего хочет… Психопат, садист, готовый на всё, чтобы получить желаемое. Жаль электрошокер она оставила дома. Вера в людей, в то, что в любом чудовище есть капля сострадания, опять подвела её.

Он остановился возле ресторана.

— Ты идешь со мной и объясняешь Фесенко, что мы договорились, — приказал твёрдо Макар. Девушка смотрела на него убийственным взглядом и отчётливо выдала:

— Нет!

— Минус пять миллионов, итого в остатке сорок один. Продолжишь упрямиться или всё-таки выполнишь моё требование? Мы можем так до бесконечности.

Полина самостоятельно покинула автомобиль, и, чтобы его позлить, шарахнула дверью со всей дури. Хотелось ещё и пнуть дверь, но она сдержалась.

— Не дури! — предупредил её Макар. — Я могу попросить и куда более интересные вещи от тебя.

— Отсосать Фесенко прямо под столом? — пошутила зло Полина и тут же поняла, что зря. Макар настиг её мгновенно и, грубо схватив её за руку повыше локтя, дёрнул к себе.

— Убью, животное! — прошипел он в её ухо. — Ещё раз такое услышу от тебя, тупая скотина, убью! — и поцеловал нежно в щёчку.

Полина даже не дёрнулась, страх сковал тело. Угроза была реальной, от него волнами исходила густая концентрированная эмоция ревности. Он бы убил прямо сейчас, если бы вокруг было пусто. Но вокруг был город, проезжали автомобили, ходили многочисленные прохожие.

Со стороны всё пристойно, только больно руку… И жутко страшно….

Я не хочу, я не могу, содрогнулась внутренне Полина. Она устала.

И тут же…

Говнюк, я тебе устрою «райскую жизнь»!!!

Макар собрался и превратился в ангела. Он, как настоящий мужчина, под локоток сопроводил Полину, воркуя с ней нежно. Заботливо помог снять курточку, провёл по залу. Женщины завистливо провожали её мужчину глазами. Если бы они знали… Если б только знали правду…

Фесенко ждал.

Василий Сергеевич пил кофе, ожидая заказ. Симпатичный мужчина сорока девяти лет, тёмные карие глаза, чёрные волосы. Он слегка смахивал на татарина, имея в наличии восточную кровь. Живой и открытый. И талантливый бизнесмен.

Макар вежливо поприветствовал Фесенко, они пожали руки. Потом он заботливо усадил Полину за стол и сел рядом. Полину покоробило от его двуличности. Захотелось сделать гадость, откровенно, не стесняясь в выборе средств.

Макар вежливо предложил ей выбрать блюда, посоветовал один из салатов. Лицемер! Полину тошнило от его напускной заботы. В её памяти были свежи изнасилования, побои ремнём, скотское отношение. Нет, она не купится на этот театр одного актера!

Она будет на нём зарабатывать.

— Полина, расскажи мне пожалуйста, о чем Вы договорились с Макаром? — спросил Василий Сергеевич и добавил: — Если тебя принуждают, ты сможешь спокойно уйти со мной. Мы с Макаром можем состязаться наравне, не так ли Макар?

И Фесенко хищно улыбнулся, обнажив свои идеальные белые зубы. Фесенко не уступал Макару ни в количестве связей, ни в количестве денег, ни в объёме возможностей. Макар одарил его аналогичной улыбкой.

«Вот он шанс!» — мелькнула мысль в голове Полины. Она поймала взгляд Макара и поняла, что это не шанс, не она, так её родственники пострадают из-за её недальновидности.

Ну, что ж… Ей пока хватит сил играть с ним один на один.

— Мы договорились о том, что будем встречаться. Я согласилась. Он финансово будет полностью меня содержать, — уверенно ответила Полина. На лице Макара мелькнуло на секунду изумление, он думал, она скажет правду об их договоренности. Фесенко печально изучал её глазами. Он не верит. Он слишком много видел людей в своей жизни. Он бы не стал тем, кто есть, если бы не чувствовал фальшь на расстоянии. Полина лгала!

— Ну что ж, это твой выбор, — спокойно произнёс Василий Сергеевич. Он выяснит правду и постарается помочь. Значит, делать открыто это нельзя, да и Макар, как партнер, его вполне устраивает. Надежный и гибкий, умеющий хорошо зарабатывать.

Они спокойно поели. Полина молчала, пока мужчины беседовали. В конце ужина Фесенко объяснил Полине, что оставить её на работе он не может. Не позволяет этика предприятия, пока она встречается с Макаром, работать у него она не будет.

Полина расстроилась окончательно и в кусочке торта ковырялась уже нехотя. Шоколад потерял вкус и привлекательность.

В автомобиле Макар неожиданно потребовал:

— Произнеси мое имя вслух.

— Зачем? — недопоняла его просьбу Полина. Странная и непонятная. Очередной кретинизм?

— Произнеси или ещё пять миллионов перекочуют ко мне! — не стал церемониться Макар.

— Макар, — произнесла она и пожала недоуменно плечами. Хозяин — барин.

— Ты ни разу не произносила моего имени с того момента, как мы начали жить вместе, — откровенно объяснил он ей, и тут же, с властными нотками, добавил:

— Я хочу слышать своё имя постоянно из твоих уст, даже во время секса! Особенно во время секса!

— С членом во рту не удобно разговаривать, — не удержавшись подколола его Полина и тут же прикусила язык. Макар расхохотался и завёл автомобиль.

— Ты самая невероятная женщина! — выдал он, вытирая слёзы, стараясь успокоить смех. Машина мягко тронулась.

— Я не смогу без тебя жить! — добил он Полину своей искренностью.

Девушку не радуют такие признания, она не хочет отношений с ним. Отношений, в которых её снова будут ломать и подчинять. Экспериментировать как с подопытным животным.

Она для него скотина и животное, и он относится к ней именно так. Захотелось выброситься из машины прямо на ходу во тьму, и исчезнуть во мгле города, раствориться навсегда среди тишины и обрести покой. Обрести свободу.

Она молчит. И Макару не нравится её молчание.

— Я хочу, чтобы ты со мной общалась! — требовательно заявил Макар, плавно влетая в поворот.

— О чём? — спрашивает она его, скользя отсутствующим взглядом по вечернему городу за окном.

Весна набирает обороты, скоро будет тепло, скоро исчезнет грязь, и первая зелень пробьётся через слой придорожной пыли. Потом будет первая гроза с дождём. И этот совершенный запах чистоты в воздухе после дождя.

— Я хочу знать, о чём ты думаешь? — ответил Макар. Он бросал короткие взгляды на неё, отрываясь от дороги. Она великолепна! Её лицо во тьме идеально, естественного перламутрового цвета губы, которые хочется целовать до одури!

— Я не думаю, что тебе я интересна, как человек. Как блядь, в которую можно засунуть член — да, как человек — нет. Не обманывай себя! — тихо усмехнулась она. — Ты болен. Ты психически не здоров. У нас нет общих тем для разговора! Только секс, и то, не по обоюдному согласию.

Она отвернулась от него снова. Макар нервно сглотнул. Она была права, она была чертовски права! Но отказаться от этого безумия он не мог. Гореть в огне, засаживая член в неё поглубже, было наивысшим наслаждением, которое он когда-либо испытывал! Если бы надо было, он приковал бы её в комнате на цепь и держал бы там всю жизнь!

И ещё, она единственная, кто забеременела от него. Это знак!

— Давай попробуем нормальные отношения? — предложил Макар. Ему стало невыносимо дышать. Как же тяжело дается это предложение! Зверь внутри него против, он запустил когти прямо в сердце и точит их о стенки сердечных мышц.

— Я очень сильно постараюсь, — выдохнул он.

— До первого срыва, — спокойно ответила она. Полина хорошо знает чудовище, проживающее у него внутри. Монстр не будет долго сидеть в клетке, Макар сорвётся.

— Не провоцируй меня! — начал злиться Макар. — Постарайся меня не провоцировать.

— Отпусти меня и не надо будет сдерживаться, — Полина равнодушно скользнула по нему взглядом. — Купи себе более покладистую.

— Ты не поняла, я не могу без тебя! — едва сдерживая стон от внутренней боли разоткровенничался Макар. — Я не смогу спокойно жить зная, что где-то живешь ты! Зная, что ты спишь с другим!

— В монастырь уйду, приму постриг, если тебя это устроит, — со смешком ответила она, вырывая этой фразой из него развороченное зверем сердце.

— Сучка! — осипшим голосом зло выдал он. — Да ты любую блядь заткнешь за пояс в сексе! Ты трахаешься, как последняя шлюха! Какой тебе монастырь? Тебе давно пора понять, что внутри ты насквозь порочна, забыть про стыд и перестать себя вести, как целомудренная дева! Ты бы видела себя со стороны, когда в тебе член! С каким удовольствием ты сама насаживаешься на него! Да я готов платить тебе снова и снова лишь бы слышать, как ты умоляешь оттрахать тебя посильнее! Как ты скулишь и требуешь кончить в тебя! Нет! Ты моя сучка и никак иначе!

Полина ошарашенно уставилась на него, растеряв все свои вопросы. Внизу живота сладко затянуло, он завел её словами! Мерзкими и отвратительными, грязными, пошлыми. Организм неожиданно захотел грубой ласки, жаром полыхнула внизу живота. Полина мысленно возмутилась.

Ну, приехали! Никакого мазохизма! Это что за сюрприз?!

Они влетели во двор её дома.

Он быстро достал пакеты с вещами из багажника и фактически потащил её в подъезд.

— Давай быстрее! — торопил он её. — Иначе трахну прямо тут!

Как только они зашли в квартиру, он швырнул пакеты и вцепился в Полину.

— Кота покормить надо, — начала отбрыкиваться Полина. Футболка затрещала. Макар заткнул ей рот грубым принудительным поцелуем. Вещи полетели на пол, они переместились в комнату. Он прижал её к косяку, срывая трусики и проверяя пальцами её возбуждение.

— Течёшь! — злорадно выдал Макар. — Ты хочешь меня!

И снова впился в её губы, он терзал её тело агрессивной лаской. Полина периодически вскрикивала от боли. Макар вошёл в раж. Первобытная страсть поглотила разум, впереди его ждёт взрыв эмоций, несравнимое ни с чем удовольствие! Он впился в её кожу зубами.

Полина сделала последний рывок из этого безумия и, заставляя себя, нежно поцеловала его. Её пальцы возбуждающе и мягко скользили по его коже. Внизу живота разрастался тугой клубок из сводящего с ума желания.

— Макар, — прошептала тихо она.

Она ловила его губы, и дарила ему поцелуи, насыщенные любовью.

— Макар…

Она умеет дарить любовь…

Она когда-то любила…

Макар замер. Он пьёт её поцелуй. Пьёт с нескрываемым восхищением. Его ярость меняется, он становится нежным и податливым. Полина тихо выдохнула, беря инициативу в руки.

— Макар…

Боль сменилась на нежность. Но он не отдаст ей право быть главной, и настойчиво, снова и снова требует коктейль из эмоций, приправленных любовью.

Он любит её… сладко, заставляя снова быть открытой и доступной. Развратной.

— Макар…

Он не причиняет боли.

Лишь в последнее мгновение он теряет контроль и хватая её за волосы, входит на всю глубину, грубо и с рыком заканчивает, вцепившись в её губы хищным поцелуем. Мир накрывает тьма.

— Макар…

Кот просит есть, глядя на композицию из двух голых тел, валяющихся на диване.

— Лежи, — ласково прошептал Макар Полине. — Я покормлю кота, — он поцеловал её в шею. — Тебе не стоит вставать, если мы хотим забеременеть.

Глава 10: Фальшивая любовь

Макар обнимал её во сне. Она была расслаблена. Сквозь сон он почувствовал, как она прижимается к его коже губами, скользит в поцелуе. Он мгновенно проснулся. Он ждёт, какое имя она произнесёт шёпотом… Нежно, с любовью.

Когда они только начали жить, она по ночам первое время произносила имя своего мужа. Она так же касалась губами его кожи и скользнув легким поцелуем губами, как бабочка, шептала имя мужа. А потом обнимала и вжималась в него. И он зверел, он врывался в неё сонную, и жестоко насиловал, и она перестала целовать и прижиматься к нему.

А теперь, после семи дней ласкового отношения к ней, она начала с ним общаться, осторожно открываться, а теперь вот это.

Её губы прижались к нему, она вдохнула его запах, обвила рукой и вжалась всем телом.

Ну же?

Имя!

Он готов продать душу дьяволу, чтобы услышать имя из её уст.

— Макар… — прошептала Полина.

Внутренний зверь довольно облизнулся и потянулся.

Подчинил, завладел, получил желаемое! Она так забавно сопротивлялась всю неделю, ушла в минус тридцать миллионов, злилась, огрызалась, а сейчас шепчет его имя. Он был нежен все эти дни, был мягок, ласков.

Приручил!

Хотя, возможно, её поведение во время секса сделало своё дело. Она не сопротивлялась, каждый раз она целовала его как своего мужчину, выражая покорность и любовь в каждой ласке, она дарила себя ему. Она шептала его имя, просила его по имени, молила его с его именем на устах.

Он дотянулся до телефона и написал юристу сообщение, чтобы тот погасил все кредиты Полины и купил квартиру на её имя.

Надо вытащить её из этого убого кошмара… Спина нещадно болит от старого дивана.

Полина снова поцеловала его и потерлась губами о кожу. Она вдыхает запах его кожи, и он явно нравится ей.

Так, почему же, девочка, сопротивляешься, когда находишься в сознании?

Он осторожно обнял её и прижал, чтобы не разбудить. Демоны сразу зашептались, предлагая взять Полину нахально и жестоко. Связать и оттрахать её в каждую восхитительную тугую дырочку. Смотреть, как она извивается в оргазме.

Макар с трудом погасил дикое желание. Он должен держаться. Не насиловать, не ревновать, не ломать её. Она должна вляпаться в его паутину вся, она должна не просто симулировать любовь, она должна любить!

Глупая девочка!

Она так хорошо играет в любовь во время секса. Так натурально. С эмоцией. Со страстью.

Он всё знает.

Ей его не обмануть.

Она лжёт и себе, и ему.

Электрошокером за неделю он получал уже раз тридцать. Стоило только применить к ней физическую силу или принуждение.

И самый интересный фокус она проделала с ним утром, перед важной встречей. Она напоила его слабительным, и он провел часть дня в туалете вместе с наглым котом. Полина принесла туалетную бумагу только после того, как он дал слово сдерживаться в своей агрессии и унижающих её достоинство словах.

Полина была интересной. Сладкой.

Ночи были бурными. Они почти не спали.

Макар частично забросил работу, чтобы наслаждаться сексом с ней.

Мать Макара снова завела песню про приворот и шаманов. Какой приворот? Он болен ею, чувство любви, которое он испытывает к ней, делает его психопатом. Оно меняет его, пробуждая зверя внутри, дикую ревность, острое желание обладать.

Таблетки не помогли. Ничего не поможет.

Ему захотелось её связать и, намотав волосы на руку, войти сзади. Картина была настолько живой, что в паху затянуло и член встал, упершись в живот Полине.

Он не хотел её будить, она и так не высыпается. Под глазами круги.

Полина потерлась о него и закинула ногу сверху.

Она неосознанно предлагает себя!

Макар от удовольствия чуть не замурчал, беря пример с кота. Осторожно подтянув девушку повыше, дотянулся до губ и мягко поцеловал. Полина сонно ответила, позволяя ему войти в неё.

Внутри жарко, влажно, она хочет его. Она подается бедрами вперед, стенки влагалища сжимаются, с её губ срывается стон, полный удовольствия. Легкий оргазм, самое начало.

Макар был в восторге. Он впился в её губы жёстче и подмял её под себя. Полина обвила его ногами. Резкие, глубокие движения, она выгибается под ним и вцепляется в его ягодицы ноготками.

Макар сменил позицию.

Согласится ли она на анальный секс?

Всегда сопротивлялась, поэтому и ушла в минус тридцать миллионов.

Она позволила!

Позволила взять её грязно, больно. Как же туго у неё внутри! На такой вид секса она добровольно не соглашалась…

Раньше не соглашалась…

Она стонет под ним с явным наслаждением.

Шлюха!

— Кончи в меня! — всхлипнула Полина. — Макар… Кончи в меня.

Она полностью в его власти! Целиком! Только его!

Макара «накрыло», вцепляясь в неё руками как можно сильнее, оставляя синяки и впиваясь в шею кусачим поцелуем он, в несколько неконтролируемых толчков, кончил в её шикарную задницу. Сознание отключилось, по телу пронёсся пьянящий вихрь.

Он добился своего, она потеряла стыд!

Теперь можно брать её так, как хочется ему. И анальный секс — это далеко не то, что он хочет на самом деле!

По телу девушки пробегают судороги. Он не вытаскивает член, пусть чувствует его в себе, пусть привыкает как к наркотику!

Чтобы потом сама предлагала себя. Чтобы хотела только его.

Он так и засыпает в ней. Полина не против.

Утром он, перед тем, как уйти на работу, ещё раз берёт её сонную.

Она засыпает сразу после оргазма. Макар нехотя выходит из неё и идёт в ванную комнату с обвалившейся плиткой.

Какое замечательное утро! Полина принадлежит теперь ему! Пора тащить её в ЗАГС…

Правда, все против… Юрист потому что она лежала в психушке — может сказаться на репутации. Мать, потому что вбила себе в голову, что на нём приворот. Сестра, потому что он рядом с ней агрессивен. Психиатр, который уверен, что Макар не сможет удержать ревность под контролем. Что психопатия на фоне его одержимой любви к ней возьмёт над ним верх.

Да пошли они все к черту! Она его сучка!

Он заказал букет цветов по интернету.

Через час он готов идти на работу. Все подарки для Полины уже лежат на столе, и он уходит.

Полина проснулась ближе к двенадцати. Наконец-то, удалось поспать, Макара рядом нет. Задница саднит. Низ живота тянет в приятной истоме.

Рядом на кровати лежит огромный букет бордовых роз и коробочка с серёжками. Красивыми, дорогими.

У неё не проколоты уши. Он заставит проколоть.

Полина с разочарованным вздохом закрыла коробочку. Он лепит из неё то, что хочет видеть сам. Хренов скульптор!

Нехотя вылезла из постели, кот тут же ожил. Хоть Макар его и кормил, есть всегда шанс сожрать больше.

Полина сходила сначала в туалет, а потом приняла душ. Макара нет, можно смело вымыть из себя его сперму. Хотя бы день можно походить с сухой промежностью!

На кухне уже есть кофеварка, купленная Макаром и она после душа стремится к ней.

На столе лежат документы. Полина перебрала их и ухмыльнулась… Все кредиты погашены сегодня утром. И на её имя лежит предварительный договор купли-продажи на квартиру в центре города.

И это не всё.

На её имя куплен автомобиль три дня назад по доверенности на Макара. Ключи и документы лежат рядом… Очень дорогой автомобиль.

Он приручает её. Задабривает подарками. Полина понимает, что вся эта пыль для того, чтобы усыпить её бдительность. Поймать в свои сети, чтобы потом прогнуть и сломать.

На сотовый прилетело сообщение от Макара:

«Сладкая моя девочка, сделай тест на беременность и вышли фото».

«Ах, да, еще одна фишка!» — усмехнулась Полина. Теперь она обязана делать электронный тест на беременность каждый день.

Ей в принципе и самой интересно. Она выполнила его просьбу. С надеждой она смотрит на тест. Секунда, она так долго длится… Невыносимо долго…

Чёртов тест показал положительный результат. До месячных ещё четыре дня. Этот грёбанный тест показывает, что она беременна! Руки мелко трясутся.

Макар словно почувствовав её панику, начинает ей настойчиво звонить. Полина нехотя отвечает.

— Ты сделала тест? — требовательно спросил Макар. Откуда он вообще знает, что она проснулась?

— Да! — выдавила из себя Полина, вспоминая что зашла в соцсети перед тем, как пойти в душ.

— И?

— Я не беременна, — соврала Полина.

— Лжёшь! Я по голосу слышу, — голос у Макара стал ледяной. — Сфоткай и вышли мне.

— Может, повторить? — попыталась сопротивляться Полина. Она в ужасе. Материнство сделает её зависимым от него.

— Я сейчас приеду, Полина, и ты пожалеешь о своем обмане! — угрожающе предупредил он её.

— Он положительный… — сдалась Полина. — По тесту я беременна…

— Сделай ещё пару тестов и перезвони мне! — в голосе Макара была слышна нескрываемая радость. — Моя девочка, лучшая девочка!

Полина собрала в себе всё мужество, на которое способна и сделала ещё пять тестов… Все тесты были положительные.

Она плачет… Отчаянно… Она плачет впервые с того времени, как он вернул её после побега. Она оплакивает себя.

Она хочет ребенка. Но страх обволакивает её густой пеленой, она понимает, что теперь Макар никогда не отпустит её. У Макара появилась возможность манипулировать ею полностью, безоговорочно, ей придется капитулировать в этих отношениях, чтобы выжить и не сойти с ума по-настоящему.

Макар прилетел через полчаса. Она так и не выслала ему фотоотчёт.

Он просмотрел все шесть тестов, искренне радуясь и обнимая её нежно. Укачивает, утешая и успокаивая.

— Чего ты, дурочка, плачешь? — прошептал он ей на ушко. — Всё же просто чудесно! У нас будет малыш!

— Я боюсь тебя! — всхлипнула Полина, давясь слезами.

— Всё будет хорошо! — завораживающе сказал он. — Я постараюсь! Я так люблю тебя!

Он поцеловал её в губы… Осторожно…

Пять дней неги, пять дней покоя. Макар не трогает её, он безумно покладист, он уговаривает её переехать в новую квартиру, мягко настаивает на регистрации брака. Напрямую не давит на неё.

Принц из волшебной сказки…

Все для неё, все к её ногам…

Нет, Полина не верит ему. Она помнит, как он хлестал её ремнем, как брал её жестоко, причиняя максимум боли.

Его хватает на пять дней. Ему не хватает сладострастного секса, зверь жрёт его изнутри. Нарушив все свои правила, он берет её на новой кухне прямо на столе. Старается делать всё осторожно, но у него плохо получается, её стоны заводят.

— Сука, что ты со мной делаешь? — шепчет он, входя глубже. Оргазм яркий, острый, вырывающий душу из тела.

Они оба парят в невесомости.

Утром Полина проснулась от боли, как при месячных. Между ног влажно… Слишком мокро. Она скинула одеяло… Постель в крови!

Глава 11: Чистилище

Полина очнулась вечером на больничной койке, в вене гибкий катетер, капельница медленно капает.

Снова та же больница. Похоже, та же платная палата. В этот раз всё было проще, боль была не такой сильной, как в первый раз. Кровотечение опять смогли остановить только с помощью чистки.

Макар сидел рядом на стуле, что-то активно печатая в ноутбуке, его красивые пальцы быстро летали по клавиатуре. Рядом с ноутбуком на тумбочке в стаканчике стоял кофе. Он заметил, что она открыла глаза и мягко улыбнулся.

— Как себя чувствуешь? — заботливо спросил он её. Его синие глаза излучают тепло. Полина внутренне содрогнулась, его забота её пугает. Его ладонь ложиться на её запястье, в которое воткнута капельница.

— Вполне сносно, — ответила Полина, сканируя своё тело. Ничего не болит, только во рту сушит. И вообще как-то очень легко внутри. Даже странно. В первый раз низ живота тянуло и болело. А сейчас… Приятное тепло и успокаивающая пустота.

— Тебе нужно обследоваться, — спокойно сказал Макар, изучая её внимательным взглядом (ему не нравится её спокойствие). — Вчерашний секс не мог вызвать выкидыш и кровотечение. Он спровоцировал, но проблема глубже.

Полина мысленно хмыкнула. Боженька бережёт её!

Сердечко тоскливо заныло, она уже привыкла к мысли о том, что у неё будет ребёнок. Беременной почувствовать она себя не успела, но материнство ожило в ней. Слеза непроизвольно потекла сама. Она тут же вытерла её рукой, чтобы скрыть свой эмоциональный раздрай от Макара.

Не успела. Он заметил, наклонился и поцеловал её ладонь, обдав её холодные пальцы тёплым дыханием.

— Я боялся потерять тебя снова, — прошептал он, пожимая её пальцы своими и целуя каждый с тыльной стороны, едва касаясь губами.

Полина молчала, она не знала, как реагировать на его нежность.

— Выходи за меня замуж, — предложил тихо Макар и прижался лбом к её пальцам.

Полина бы с удовольствием вырвала руку, но она очень хочет жить не смотря ни на что.

— Я могу подумать? — спросила осторожно она у него.

— Нет, — прошептал он и снова начал целовать её пальцы, лаская их своим дыханием.

— А если я не готова? — попыталась выкрутиться отчаянно Полина. Брак с ним превратит его в полноправного хозяина. Хотя, кого она обманывает, он и так владеет её телом. Жестокий собственник.

— Минус пять миллионов! — усмехнулся Макар. — И в итоге уже минус пятьдесят миллионов. Я спишу все твои долги после свадьбы.

— Тогда, иди на хрен! — ядовито выдала Полина. Он ничего не сделает сейчас с ней, с больной. Он же хочет ребенка, вредить он ей сейчас физически не будет. А если долги спишут после регистрации брака, можно забить на наказания деньгами.

— Ты решила загнать себя в долги передо мной до конца своей жизни? — пошутил ласково он. — Я хуже коллекторов, моя девочка!

— Я не пойду за тебя замуж! — ответила Полина, она не боится. Хватит бояться!

— Пойдёшь! — уверенно прошептал Макар. — Я не отпущу тебя! И неужели ты сама не видишь, что нам надо быть вместе? Я и не надеялся на вторую беременность. А ты меня снова удивила! Ты моя идеальная пара! Идеальная в сексе, идеальная в быту, самая лучшая во всех отношениях моя идеальная принцесса!

— Ты самый худший вариант мужа! — искренне ответила она ему, не скрывая отвращение.

— У тебя нет выбора! — он пожал её руку, в глазах сумасшедший огонь. Он держит одержимого зверя на нескольких цепях, цепи звенят под его напором и звенья растягиваются. Макар решил пить препараты, которые выписал психиатр пока Полина обследуется. Тем более, впереди целый месяц полового покоя, а потом ещё два нужно предохраняться. Эти три месяца он полечит свою психопатию. Его злит её откровенное презрение к нему, но лучше пусть будет так, чем они по отдельности.

У неё никогда не будет выбора, она его рабыня! Он купил, он заплатил. Никто не виноват, что она сама себя наказала на деньги, всё честно!

Полина молчит, у неё нет выбора, не о погоде же разговаривать теперь. У Полины закончились варианты, как можно выскочить из этих отношений… Пока закончились или она просто устала.

В палату вошла медсестра, Полина узнала свою старую знакомую Марию.

— Ну как ты? — улыбнулась Мария и, заметив Макара, нахмурилась.

Макар повернулся к медсестре и угрожающе выдал:

— Я в курсе, что сценарий сумасшествия придумала ты.

Обе женщины замерли.

— Мудак! — смело выдала Мария. — Нашёл бы себе равного и тягался.

Полина уронила челюсть под кровать.

— Не боишься, что я превращу твою жизнь в кошмар? — зло поинтересовался Макар, медсестра его бесит. Есть острое желание устроить ей длительную безработицу.

— Зубы обломаешь! — хищно улыбнулась медсестра. — Я вынесу в интернет весь фарш и смак твоих отношений с женщинами. Я тебе такую информационную войну устрою, что ты будешь рыдать, читая это адище. На тебя пальцем будут показывать в приличном обществе!

Полина в шоке, ей и в голову не приходило такое простое решение!

— А что же ты раньше не вытащила историю Полины в интернет? — огрызнулся Макар, представив весь масштаб трагедии, если его пристрастия окажутся в интернете. Как бы он потом не оправдывался, с ним перестанут работать и бизнес начнёт терять немалую прибыль.

А медсестра ещё та стерва!

— Я не собираюсь вытаскивать твои отношения с Полиной на белый свет. Зачем? Можно же заявить себя как твою жертву! Тем более, я знаю, как и что ты делал в мельчайших деталях! — проворковала Мария. — Думаю, скорее всего, есть и другие женщины, испытавшие на себе твоё насилие. Стоит прописать несколько деталей, и они поймут, что я точно не лгу!

— Там было всё добровольно! — неожиданно возмутился Макар. А ему в новинку быть по другую сторону баррикад, не хищником, а добычей!

— Да кого это будет волновать, когда твое бельишко начнёт полоскаться на просторах интернета? Эти бабы тут же присоединятся к этому говнищу, чтобы урвать кусок славы! — добила его Мария.

— Кто ты вообще такая? — психанул Макар, поняв, что подруга Полины несёт ему реальную опасность.

— Если Полина попросит о помощи, я вытру об тебя ноги не поморщившись! Потому что ты мудак и тварь! — смело заявила Мария.

— И за семью свою не боишься? — усмехнулся он. Манипулировать он тоже умеет не хуже.

— Думаю, мои коты мне простят мою дикость, — наиграно-печально ответила Мария.

Полина в курсе, что Мария вырвалась из брака, где муж жестоко избивал её, преследовал, лишил возможности иметь детей. Она упекла его в тюрьму и отсудила всё, оставив ему только трусы. Она превратила жизнь бывшего мужа в кошмар в реальности, преследуя его в интернете и не давая возможности знакомиться с женщинами.

Родители Марии были уже давно на пенсии и жили далеко, она была единственной дочерью. У неё было три кота. Она была из тех, кому нечего терять.

Макар не дурак, он мало знает о Марии, но он доверяет своей интуиции. Простая медсестра способна перевернуть его мир вверх тормашками… И его обдало ледяной волной… Полина слушала и не вмешивалась. Он резко повернулся к ней, девушка задумчиво смотрела на Марию.

По её взгляду не сложно было догадаться, что мысль об интернет-войне ей очень даже нравится.

— У тебя, кроме кота, есть ещё родственники, — попытался охладить пыл Полины Макар. — Поэтому, только попробуй, я так пройдусь по твоей семье, ты вздрогнешь!

— Козёл! — фыркнула Мария. — Тебе бабы-то по-другому не дают? Только с пистолетом у головы и с удавкой на шее?

— Может, ты уже свалишь? — зло прошипел Макар. Ему нет смысла надевать ангельскую личину. Мария очень хорошо осведомлена о его демонах.

— Не-а! — продолжила издеваться медсестра в ответ. — Сам выметайся и до выписки не появляйся! Иначе сегодня в новостях появится статья о том, как ты бил ремнём беременную женщину, а потом душил… В красках…

Макар резко закрыл ноутбук и, оставляя стакан с кофе, с шумом встал и пошёл к выходу из палаты. Ему хочется пообещать Марии, что он не оставит её наглость и отомстит, и он не сдержался, остановился рядом с ней и зло выдал:

— Я могу расправиться с тобой любыми способами! Человек не вечен! Смерть приходит неожиданно!

— Бинго! — засмеялась в ответ Мария. — Не зря я установила тут микрофон!

Её глаза чистые, смелые, нахальные. Макар попал!

Он в ярости выбежал из палаты. Его обыграла обычная медсестра!

Как только за Макаром захлопнулась дверь, Мария подошла к Полине и, наклонившись к ней, обняла и поцеловала в щеку.

— И почему ты с ним снова? — поинтересовалась она. Её рука успокаивающе погладила плечо Полины.

— Он случайно узнал, что я не больна и шантажом затащил в отношения. Я била его электрошокером и кормила слабительным, — невесело произнесла Полина. Мария посмотрела капельницу, чуть-чуть добавила скорости, повернув колесико.

— Я не пущу его сюда, — произнесла, морща носик, Мария. — Так что, ты не увидишь его до выписки.

— А здесь правда стоит микрофон? — полюбопытствовала Полина, собираясь применить сей инструмент у себя дома. А ещё она задумалась над скрытой камерой.

— Блефовала, — широко улыбнулась Мария. — Правдиво получилось?

— Очень! — засмеялась Полина.

Они ещё минут десять поболтали и Мария ушла.

Макар пишет активно в ватсапе, что хочет перевести её в платную клинику. На что ему прилетает от Полины наглый ответ с пожеланием пойти по известному адресу… На Хайнане есть место с этим названием, хотя большинство людей считают, что в Перу.

Макар ничего не пишет в ответ, поэтому Полина, получив глубокое моральное удовлетворение, со спокойной душой залезла в интернет и нашла для просмотра интересный фильм. Она впервые спокойна. У неё есть поддержка! Реальная поддержка!

Родителям она ничего не рассказывала. Она говорила, что живет с очень обеспеченным мужчиной и у неё всё хорошо. Она не говорила, что это Макар. Если бы отец с матерью узнали, что Макар снова появился в её жизни, они бы влезли в конфликт и навредили бы сами себе.

Макар вырвал её из привычного мира, он разорвал все связи, которые у неё были. Она была один на один с ним. Она одна кувыркалась в его чистилище.

Не будь она такой сильной, психиатрическая клиника стала бы её домом.

Макар криво улыбнулся, получив от неё сообщение, погладил кота. Внутри стало больно, тоскливо, демон посоветовал наказать её за неосмотрительное поведение, выдав картинку связанной Полины, с раздвинутыми ногами. Пора этой сучке поставить клеймо прямо на лобке. Как возбуждают её стоны, её беззащитность!

Никуда она не денется!

Он заказал знакомому частному детективу, чтобы тот пробил всю информацию про Марию. Он решил не связываться с медсестрой, но оградить Полину от общения с ней.

Полиной можно было легко манипулировать. Её привязанность к родителям и брату играли против неё. Медсестра ломала механизм влияния на Полину.

Он терпеливо ждал, когда Полину выпишут. Родителям она, кстати, так и не сообщила о том, что попадала в больницу, поэтому он забирал её сам. Время выписки сообщил заведующий отделением. Он не хотел терять место работы в отличии от Марии.

Полина не знала, что он будет её забирать, но не удивилась, увидев его автомобиль. Она закинула пакеты с вещами на заднее сидение и села рядом на пассажирское.

На улице появлялась зелень, весна вступила в свои права, приближалось стремительно лето. Грязь почти смылась первыми дождями. Полине хотелось пройтись пешком. Она разочарованно вздохнула.

— Пока мы едем до дома, ты сделаешь мне минет! — приказал Макар. — Качественно. И когда в следующий раз надумаешь меня куда-нибудь послать сначала задумайся, что я сделаю потом с тобой.

— Я только что вышла из больницы, тебя меня не жаль совсем? — мрачно спросила Полина.

— Тебя нельзя трахать пока только снизу, — оскалил зубы Макар в предвкушающей улыбке. — Сверху тебя можно драть сколько угодно.

— Пошел на уй! — с чувством выплюнула в него Полина и попыталась выйти из машины. Дверь была заблокирована. Он вцепился в неё и потащил в свои объятия, его губы впились в её рот, язык настойчиво полез внутрь. Она попыталась вырваться, но сил с ним справиться не хватает.

Он швырнул её обратно в кресло и с глубокой ненавистью выдал:

— Люблю сучку! Пристегнись!

Он вёл автомобиль, нарушая правила. На одном из перекрестков, остановившись на красный свет, он несколько раз ударил кулаком по рулю с яростью произнося:

— Сука! Сука! Сука! Убью!

Полина была напугана основательно. Во дворе он припарковался с заносом. Вытащив Полину из автомобиля и забив на пакеты с её вещами, он потащил её в квартиру. В свою квартиру.

— Раздевайся полностью! — приказал он, как только за ними закрывается дверь.

— Мне нельзя! — едва живая возразила Полина, на глазах слезы. — Пожалуйста, у меня ещё кровь мажет, прошу!

— Я сказал раздевайся! — потребовал хладнокровно Макар, снимая с себя пиджак и закатывая рукава рубашки. Она отступила от него к стене и прижалась к ней спиной. Она не верит в то, что Макар собирается её насиловать после выкидыша.

— Пожалуйста, не надо! — почти молит она.

Макар подошёл к ней и, взяв её руки за запястья, прижал их к стене возле её головы. Он долго изучающе смотрит в её глаза и, наконец, тихо произнёс:

— Выбирай, минет в твоем исполнении, или я воплощаю одно из своих тайных желаний. Я уверен, что тебе оно не понравится.

— Хорошо, — ответила, заливаясь слезами, Полина. — Минет.

— На колени, сука! — ударил её словами Макар, отпуская её руки. Девушка сползла вниз по стене и встала на колени. Её плечи вздрагивают от беззвучных рыданий.

— Расстегни сама! — не успокаивался Макар, её слезы не пробирают его.

Полина подчинилась, она изящно взяла пальчиками уже возбуждённый член и коснулась нежной кожи язычком. Она томно скользит, обхватывая губами.

Никакой ванили сегодня, шепчет зверь.

Макар запустил в её волосы руки, балом правит внутренний сатана, он резко и глубоко проникает в её горло. Полина хрипит. Он с удовольствием насаживает её снова и снова на свой член, почти лишая её дыхания. От оргазма его ноги подкосились и он, отпустив её голову, упёрся рукой в стену, чтобы не упасть. Полина тяжело дышит, хватая ртом воздух и держась рукой за грудную клетку.

— Ещё раз ты, тупая скотина, будешь материться при мне, — произнёс Макар (результат надо закрепить). — Я с тобой сделаю то, что хотел в самом начале!

Он с трудом оторвался от стены и застегнул брюки.

Полина с ненавистью сверлила его взглядом, всё ещё стоя на коленях перед ним.

— Не боялся, что могу укусить? — тихо спросила она.

— Ты не способна причинять серьезный вред! — усмехнулся он и взял её за подбородок. — Ты электрошокер-то купила самый безвредный!

Он заставил её подняться на ноги и, втащив в свои объятия, нежно поцеловал в губы. Без напора, просто, скользя своими губами по её губам.

— Я люблю тебя, моя девочка! — выдохнул он. — Только моя! Наша свадьба будет яркой, хочу увидеть тебя в белом платье.

Полина, не зная почему, произнесла, между поцелуями:

— Всегда хотела выйти замуж осенью, в листопад.

— Хорошо, я потерплю до листопада! — засмеялся тихо он.

Случайная, необдуманная фраза отложила казнь почти на четыре месяца. Свадебный эшафот ещё не скоро, нужно запастись терпением и кропотливо собирать видео насилия.

Глава 12: Странный друг

Макар отказался ехать в её квартиру, и её не отпустил. Он ходил по своей кухне босиком, в брюках и расстегнутой рубашке с закатанными рукавами. Перемещался плавно и уверенно, на зависть любому хищному зверю из семейства кошачьих. Полина поплотнее застегнула блузку, джинсы придавали уверенность, она сидела на стуле обвив ногами ножку стула.

— Но там Барсик, — тихо протестовала Полина. Макар поставил перед ней кружку с чаем и ответил:

— Ничего с ним не случится за одну ночь. Я заеду утром и покормлю его.

— Я бы не хотела здесь ночевать, — противилась Полина. Она не хотела оставаться в этих стенах, где над ней издевались, где она была беспомощной. Здесь она не чувствовала себя в безопасности.

Макар скользнул по ней взглядом, неуверенная, запуганная, руки мелко дрожат. Она вцепилась в кружку двумя руками, чтобы скрыть предательскую дрожь в пальцах. Да, она нравится ему и такой, когда спесь с неё сбита, когда она сломлена, так она меньше сопротивляется, так легче держать её в узде.

— Сегодня мы будем ночевать здесь. Тебя пора привыкать быть рядом со мной, — отрезал Макар. — Я приглашён на светское мероприятие завтра вечером. Ты идёшь со мной, нужно будет купить платье и привести тебя в порядок.

— Это обязательно? — кисло спросила Полина. Он решил её показать окружающим, и прессе. — Я не гожусь на роль сопровождения.

— Ты красива, порочная красота, — глаза Макара тут же потемнели, он едва справляется с собой. Он легко подошёл к ней и поднял голову за подбородок. Убрал волосы с её плеч назад, расстегнул блузку, обнажая грудь и плечи. Осмотрел шею, плечи, его пальцы легко скользили по её коже, изучая. На её коже были легкие уже почти исчезнувшие синяки, почти неуловимые следы его страсти.

Полина сидела замерев, она полностью в его власти. Она не понимала смысл его поведения. Оргазм для неё под запретом, разрядку он уже получил. Стало страшно от неизвестности.

— Ты сама сможешь замазать остаточные следы после засосов? — спросил хмурясь он. — Или нужно просить визажиста? Платье нужно с открытым верхом.

— Почти всё исчезло, — прошептала она. — Совсем не заметно.

— Значит не сможешь, — сделал вывод Макар и отпустил её подбородок.

— Разденься до нижнего белья, — мягко приказал он. — Мне нужно осмотреть тебя.

Полина нехотя встала на ноги. Пол тёплый, с подогревом. Она неуверенно сняла блузку и джинсы, оставшись в трусиках и лифчике.

— Бюстгальтер тоже сними.

Она неуверенными движениями подчинилась ему.

— Волосы собери и подними! — потребовал Макар. Она не смеет ослушаться его. Она трясущимися руками собрала волосы в пучок и, накрутив на кулак, подняла в вверх. Макар сосредоточенно осмотрел её спереди.

— Повернись ко мне спиной! — не церемонится он. Полина повернулась, чувствуя, как его взгляд обжигает её кожу.

— Ты похудела, — сделал вывод Макар. — Будь добра, питайся нормально, а не сиди на одном кофе и шоколаде.

Его пальцы опустились на её плечо, он скользнул ими по предплечью, а потом властно опустил ладони на её талию, его губы коснулись её шеи.

— Мне нельзя! — напомнила ему Полина, ноги начали подкашиваться от накатившего возбуждения.

— Жаль, что тебе придётся идти на приём в трусиках, — прошептал он в её ухо. — Приятно знать, что под платьем ты доступна.

— Мне нельзя, — всхлипнула Полина. Внизу живота тугой клубок желания, она хочет его, между ног тянет. Он добился своего, подсадил на секс с ним!

— Я буду с нетерпением ждать, когда тебя можно будет взять, как последнюю шлюху! Войти в тебя и насаживать тебя на член снова и снова, заставляя тебя сходить с ума от наслаждения! — ухмыльнулся садистки Макар. Она, не отпуская волосы, сама прижалась к нему спиной и потёрлась задницей о его член.

— Шлюшка… Моя шлюшка! — тихо рассмеялся он. — Стоило тебя только раскрепостить и ты сама готова залезть на член!

Полина потеряла связь с реальностью, его вкрадчивый голос полностью завладел её разумом.

— Я сошла с ума! — невольно срывается с её губ, его руки обвивают её за талию, и он целует её в скулу нежным поцелуем.

— Доверься мне и не пожалеешь! — соблазняюще шепчет он. — Ты можешь получить незабываемое удовольствие не только от обычного секса!

С Полины мгновенно слетело очарование момента. Она замерла. Макар понял, что его гипноз спал с неё. Какая жалость, а счастье было так близко! Хотя он торопится… Оргазм ей противопоказан.

Он взял её за запястье, которым она держала волосы, и движением заставил их отпустить. Он завёл её руки за спину.

— Позволь мне связать тебя на всю ночь? — спросил он. — Я сделаю это аккуратно. Насиловать не буду.

— Нет! Я не люблю ощущать себя беспомощной, — отказала Полина, внутри у неё всё холодеет от страха. Паника подкрадывается и ей с трудом удаётся стоять спокойно рядом с ним и не вырываться.

— Хорошо! — согласился он. — В следующий раз обязательно попробуем. Тебе понравится, моя девочка.

Он поцеловал её в плечо и отпустил руки. Она, получив свободу, схватила одежду, собираясь одеться.

— Ужинать ты будешь голой! — остановил её прыть Макар. На его лице нескрываемое садистское удовольствие.

Весь вечер Полина проходила в одних трусиках. Макар сходил за её вещами в машину, нужны были больше всего прокладки.

Утром Полина проснулась одна в его постели. В ватсапе болталось сообщение от Макара, он писал, что покормил кота и к двенадцати вернётся за ней домой, они выберут платье и потом её ждёт визажист.

День пролетел суматошно, Макар выбрал чёрное простое платье до колена, с открытыми плечами и закрытыми руками до запястий и чёрные туфли без каблука. Визажист привела её в порядок, уложив волосы, накрасив и замазав остаточные следы после засосов.

— Ты великолепна! — восхищённо произнес он, забирая её от визажиста.

— Живая игрушка… — усмехнулась на его восхищение Полина. Она чувствовала себя неуверенно в новом образе.

— Жаль, что трогать тебя нельзя… — хищно оскалил зубы Макар. — Я бы тебя сейчас повертел на члене.

Он повёз её на свое светское сборище и Полина, заходя в зал, поняла, что теперь всё всерьёз. Макар перешёл барьер между «временно» и «навсегда». Он знакомил с людьми, о которых она ничего не знала. Иногда она понимала, что видела где-то их раньше, но не могла вспомнить где.

Её внимание привлекла только одна девушка из общей массы новых знакомых. Девушка, по имени Дарья, прожгла её ненавистным взглядом. Многообещающим взглядом… Дарья объявила Полине, молча, одним взглядом, вечную войну. Макар это заметил и удовлетворённо хмыкнул. Дарья была очень красивой, молодой, стройной. И ядовитой! Дарья подходила Макару идеально, такая же агрессивная красота и наглость.

Макар попросил её немного побыть одной. Она с радостью избавилась от его общества и, забившись в уголок, рассматривала небольшую картину с изображением пейзажа. Красивая картина на холсте.

— Вы Полина? — промурлыкал у неё за спиной бархатистый соблазняющий голос мужчины. Она повернулась и столкнулась с нахальными зелёными глазами сногсшибательной красоты брюнета. Он примерно её возраста, Макар их не знакомил. Она бы запомнила такую вызывающую красоту.

— Да, — смутилась Полина.

— Макар прятал такое сокровище, нехороший человек! — его голос обворожителен, незнакомец был уверен в своем совершенстве. — А он изменился, ты первая его девка в трусах!

Потом мужчина нагло стёр с её плеча труды визажиста, обнажая почти исчезнувший синяк на коже. Полина от шока забыла о сопротивлении.

— Значит, пользует только сам, — сделал вывод незнакомец. — Какая жалость! Я надеялся на групповуху.

— Данил! — раздался рядом недовольный голос Макара, и Полина перевела изумлённый взгляд на Макара.

— Красивая у тебя баба! — вздохнул театрально Данил. — Может, мы её вместе сегодня приласкаем?

— Иди своей дорогой, Данил! — сдерживая гнев ответил Макар. — Она принадлежит только мне!

— А девочка у тебя запугана, — не успокаивался Данил. — Ты бы по нежнее с ней, а то смотри, украду её у тебя.

— Данил! — почти прорычал Макар, притягивая Полину в свои объятия.

— Да не волнуйся ты так! — улыбнулся Данил довольной улыбкой. — Если только она сама попросит и никак иначе. Ты, Полина, подумай. Я люблю нежных женщин, ласковых, как кошечки. Никакого насилия. Зачем тебе маньяк в койке? Неужели нравится? Да и Макар тебя увести у меня не сможет, правда Макар? А вот я могу! — И его улыбка стала ещё более довольной.

Макар сорвался с места и врезал кулаком в челюсть нахала. Началась свалка. Полина, глядя на драку, поняла почему она не могла дать ему отпор. Макар дерётся профессионально, хотя и противник тоже не лыком шит. Похоже, между этими двумя отношения были давно испорчены. Прибежала охрана, они стали активно растаскивать дерущихся. Макар и Данил наконец-то успокоились. Стоят, удерживаемые охранниками, оба в крови, оба тяжело дышат.

— Только посмей её ещё раз коснуться, я убью тебя! — зло предупредил Макар Данила.

— А тебя зацепило! — усмехнулся ядовито Данил. — Зря ты мне показал её!

Рядом с Полиной встала Дарья и произнесла тихо:

— Если он тебя насилует, то Данил — это шанс выбраться из кошмара. Только с ним придётся переспать.

Полина с удивлением перевела взгляд на девушку, та подмигнула ей и её взгляд снова стал презрительным и уничижающим.

Макар, морщась от боли, забрал Полину, и они ушли. Завтра все светские новости будут пестреть разборкой между олигархами. Макар был в бешенстве.

Он аккуратно усадил Полину в автомобиль и сам сел за руль. Машина мягко тронулась, и он вдавил педаль газа в пол. Автомобиль летел, разрезая ночной воздух.

— Тебе нужна медицинская помощь, — сказала Полина. Внутри она испытывает удовлетворение, ему наподдавали из-за неё! Какое счастье!

— Даже не думай связаться с Данилом! — предупредил её Макар, не обращая внимания на её слова. — Я убью обоих! Если других мы с ним драли вместе, то тебя я ни с кем делить не собираюсь! Не обманывайся, он опасен не меньше меня! Я знаю, что ты ищешь любую возможность вырваться из отношений со мной, но Данил — не вариант! У нас с ним свои игрища. Потерпи немного, ты привыкнешь ко мне.

— Тебе кукушечку совсем отбили? — поинтересовалась Полина. Её прямо распирает от удовольствия, ей едва удаётся это скрывать.

— Я начал пить препараты, которые выписал психиатр, — неожиданно ответил Макар, вытирая рукавом кровь, текущую из носа, и добавил: — Чего-то они не помогают.

— Тебе поможет гильотина, — пошутила Полина, за что тут же получила в награду взгляд полный ярости.

— Не нарывайся! — предупредил Макар, плотоядно облизнувшись на её коленки.

— Поехали в санпропускник, — вздохнула Полина. — Вдруг у тебя сотрясение.

— Домой поедем! — не согласился Макар. — Сядь за руль, — попросил он. — Кровь вытру.

Полина впервые села за руль его автомобиля. Она ведёт аккуратно, едет в санпропускник сдавать Макара врачам, пока тот, увлекшись вытиранием разбитой физиономии своим пиджаком, не обращает внимание на дорогу.

— Подрался с ним зачем? — спросила Полина из любопытства.

— Приревновал, — рыкнул в ответ Макар. — Я видел, как он касался твоего плеча.

В санпропускнике Макара осмотрели, обработали, сделали снимки, и отпустили с легким сотрясением домой.

Полина ликовала! Так ему говнюку и надо!

Макар провёл неделю дома. Он отлёживался, всё лицо опухло. Полину он не трогал, но от себя не отпускал. Препараты он действительно пьёт, только зверь внутри не затихает. Он скоблится и требует сладенького. Требует Полину.

Интернет пестрел новостями о драке Макара и Данила. Также появились фото Полины. Её тут же заклеймили как бывшую любовницу Данила. Макар был в бешенстве! По его приказу интернет чистили от новостей. Но толку от этого, как оказалось, было мало… Новость размножается со скоростью света…

Полина сделала выводы, что интернет-война очень хорошая штука. Шанс вырваться с помощью интернета из отношений из призрачного превращался всё в более реальный!

Глава 13: Гори в аду!

Полина готовила на кухне салат. Она была одета в неплотно облегающее домашнее трикотажное платье длинной до колена, с рукавом до локтя и открывающим шею и плечи. В кармане платья телефон, в ушах наушниках. Она босая, под ногами мешался Барсик. Девушка была увлечена — она танцевала, красиво двигаясь. Музыка на всю громкость, она ничего не слышит вокруг себя.

Она свободна…

Она танцует…

Её тело красиво двигается в такт музыке.

Она порезала помидор, и изящно закинула в рот одну из долек.

Она не видела, что за ней наблюдают два человека. Двое мужчин с восторгом смотрели на её танец свободы. Она, пританцовывая, развернулась и замерла с ножом в руках, рот приоткрылся в немом изумлении.

На неё смотрели Макар и Данил. У Данила в руках бутылка с алкоголем. Оба с побитыми физиономиями, оба пожирали её глазами. Макар, словно очнувшись ото сна, подошёл к Полине, медленно — с ленцой в движениях.

Усмехнувшись, он достал у неё телефон из кармана и, вырвав наушники, включил музыку на полную громкость.

— Гори в аду… в аду гори… тададатаммтамтамтамтамтам… гори в аду… в аду гори! — закончилась песня Монетки.

— Шикарно! — воскликнул Данил. — Это было чудесное зрелище! Никогда бы не подумал, что играет именно эта песня!

— Удивительно, — мрачно произнёс Макар, он не разделял восторга Данила. Он вынул из её ушей наушники и забрал их вместе с телефоном. Засунув её гаджет себе в карман, он осторожно притянул её к себе и легким поцелуем прошёлся по её губам.

— Зря ты так с ней. Верни девочке телефон, не будь жестоким, — неожиданно встал на сторону Полины Данил. — Она просто великолепно танцевала.

Макар выпустил Полину из объятий и ответил Данилу:

— Предполагаю, что гореть в аду предлагалось мне, — он улыбнулся угрожающей улыбкой Полине и уже обратился к ней:

— Не так ли, Полина?

Девушка, поигрывая ножом, огрызнулась:

— Слишком много чести!

Макара накрыла ярость и он с трудом погасил её. Данил, наблюдая за ним, захохотал и прокомментировал:

— Не по зубам она тебе!

Макар, сжав кулаки, выдержал паузу, и вежливо попросил Полину:

— Доделай салат, пожалуйста. У нас гость.

Полина молча вернулась к салату, а мужчины сели за стол. Полина совсем ничего не понимает, она не знала, что Данил пришёл по договоренности с Макаром, чтобы разобраться с проблемой, которую создала новость в интернете. Это серьёзно повлияло на бизнес обоих. Да и дружба между ними, на самом деле, никогда не прекращалась. Данил, зная слабые места Макара, решил подразнить его на приёме.

Из-за громкой музыки в наушниках она не слышала, как пришёл Данил.

Данил собрался открыть принесённую бутылку с коньяком.

— Не надо, я не пью, — хмуро остановил его Макар. — Жру долбанный набор таблеток по рекомендации психиатра.

— То есть, полгода назад ты не шутил, когда говорил, что у тебя снесло крышу основательно из-за неё… — сделал вывод Данил. — У меня был реальный шанс огрести от тебя по полной, если бы не охрана?

— Ну да, как-то так… — ещё больше помрачнел Макар.

— Мда, печаль, — задумчиво произнёс Данил и серьёзно поинтересовался: — С учётом того, что твои вкусы я знаю, да и девочка выглядит затравленной. Она с тобой ведь не по своей воле? Я угадал тогда, перед тем как получил по челюсти?

Полина перестала резать салат и посмотрела внимательно на мужчин. Макар нервно взъерошил свои волосы рукой и нехотя ответил:

— Я купил её.

— Зачем? Блядей хватает, готовых добровольно давать так, как тебе надо, — возмутился Данил. — Ты же сломаешь её своими садистскими наклонностями. Я же видел во время оргий, что ты делаешь с женщинами. Дарья тебе подходит больше всего на роль жены и любовницы, вдобавок она сама не против.

Полина окончательно запуталась в хитросплетениях развлечений Макара и Данила. Единственное, что она поняла, Макар и Данил участвовали в групповом сексе. И ещё она не поняла роли Дарьи. Она не понимала, зачем Дарья произнесла эту фразу про насилие. Всё было очень просто: Дарья — очень желающая занять место Полины, зная наклонности Макара и считав с Полины её острую ненависть к Макару, решила попробовать подтолкнуть Полину к необдуманным действиям. Тем более, Данил был всегда отзывчивым к чужой беде. Гадом, конечно, он тоже был, особенно в отношениях, но гадом, готовым помочь беззащитному.

— Полина моя, и я не поступаю с ней так, как с остальными, я сдерживаюсь, — глухо прорычал в ответ Макар. На него было страшно смотреть, его лицо почернело от ярости, глаза горели сумасшедшим лихорадочным огнём. Отказываться от своего он не собирается.

— А ты хочешь быть с ним? — Данил перевёл взгляд на Полину. Она отрицательно качает головой, но Макар это увидел. Демоны требуют убить её прямо здесь, расправиться изощрённо и со вкусом.

— Плохо, видимо, сдерживаешься, — изучая Полину взглядом зелёных глаз, произнёс Данил. — Сколько она стоила? И кому ты заплатил?

— Её бывшему мужу двадцать миллионов, — Макар с трудом признался. — Для неё ввёл систему штрафов и теперь она должна мне сама.

— Макар, ты не купил её, — не согласился Данил. — Я понимаю, если бы на её счету сейчас лежали бы деньги, и она отрабатывала бы свой срок добровольно и с удовольствием. Ты её реально насилуешь, тебе самому-то не тошно?

Макар, резко встав со стула, начал метаться по кухне. Подлетев к Полине, обнял её руками и, притянув в свои объятия, поцеловал её в висок.

— Не могу без неё. Я не смогу остановиться ни перед чем, чтобы обладать ею! Данил, я убью любого, кто попытается помешать мне обладать ею! Я могу убить её, чтобы не отдавать никому! Рядом со мной она в большей безопасности, чем отдельно! — произнёс Макар. По его щеке потекла слеза.

Данил нахмурился, ему не нравится состояние Макара. Он никогда его не видел таким. Да он видел ту дичь, которую творит Макар с женщинами, но эти девки добровольно соглашались на его извращения. Они текли от экзекуций Макара, многие потом бегали и сами просили его экстравагантные ласки. Полина явно не испытывала восторга от его внимания.

— Макар, ты должен отпустить её, — аккуратно произнёс Данил.

Макар сжал Полину в своих объятиях покрепче.

С Данилом они общаются уже семь лет, их свела вместе скука. Они состязались между собой, кто больше использует женщин, к кому девочки будут ползти за порциями страсти и удовольствия. Развлекались они на полную катушку, дружба окрепла. К советам Данила Макар прислушивался, иногда.

И вот теперь Данил просит его отпустить Полину. Это невозможно, он окончательно сойдёт с ума без неё!

— Макар, ты должен понимать, что ваши отношения тупиковые, — вкрадчиво продолжил Данил свою политику.

— Нет! — резко ответил Макар.

Полина не вмешивалась, она боялась спугнуть удачу, которая пришла в виде Данила.

— Макар, давай ты её отпустишь, а я помогу тебе очухаться, — настаивал осторожно Данил.

— Нет! — ответил он ему осипшим голосом.

— Макар, ты сможешь не причинять ей вреда? Выстраивать нормальные отношения? — не успокаивался Данил.

— Я стараюсь, — ответил Макар. — Она привыкнет.

— Ну хорошо, мы ещё это обсудим, — огорчённо вздохнул Данил. — Давай решать вопрос со сплетнями в интернете.

Мужчины ушли в рабочий кабинет Макара и Полина осталась одна. Эмоции внутри бушуют, как смерч, ломая всё на своём пути.

ОН не отпустит её!!! НИКОГДА!!!

Отчаяние пожирает её. Она размахнулась и вогнала нож остриём в разделочную доску. И сметая всё со стола рукой, швырнула доску и продукты на пол. После этого она ушла на балкон. Полина смотрела на красивый вид города, стараясь успокоиться.

ГОРИ В АДУ!!!

Впервые в жизни она пожалела, что не курит. Слёзы застилали глаза, беззвучные рыдания душили изнутри.

Свежая зелень окутывала город. Красивый город. Город, бурлящий жизнью. Город, насыщенный чувствами. Где-то там есть любовь, где-то там есть забота и уважение между парами.

В АДУ ГОРИ!!!

Макар молча собрал разбросанные продукты, бросая короткие взгляды на Полину, стоящую на балконе. Он спокоен, окно закрыто, прыгать она не будет.

Данил уже ушёл, они решили заявить, что конфликт был из-за старой обиды и проблема уже исчерпала себя. И, действительно, это сработает, интерес к конфликту потеряют.

— Давай закажем еду на дом? — тихо предложил Полине Макар, стоя сзади. — Ты, всё равно, ужасно готовишь.

— Что тебе нравится из того, что я делаю? — безэмоционально задала вопрос Полина.

Макар задумался и спокойно ответил:

— В сексе ты огонь.

— Я ужасно одеваюсь, ужасно готовлю, я плохая хозяйка, я тупая скотина, я животное, я тварь, я сука… Перечислять можно до бесконечности мою никчемность, — всё тем же тоном произнесла Полина. — Зачем я такая плохая тебе? Я не понимаю.

— Ты никуда не уйдешь! — оборвал он её и зло добавил: — Повернись, встань на колени и отсоси мне с чувством!

Девушка повернулась. В её глазах горела ненависть. Яркая, насыщенная, ядовитая.

Она скривила губы в презрительной улыбке и красиво опустилась с достоинством перед ним на колени. Её пальцы уверенно расстегнули его джинсы. Её губы в лёгких поцелуях прошлись по его животу, и она, остановившись и, слегка закинув голову назад, встретилась с его взглядом.

ГОРИ В АДУ!!!

Язык Полины скользит по его плоти уверенно, она не даёт ему взять инициативу. На любое принуждение тут же сжимает предупредительно зубы. Сегодня она будет трахать его! Он хочет эмоций? Он их получит! Макар завёлся от её жёсткости, от её ненависти. Она, зная его слабые места, очень быстро довела его до разрядки. Глядя ему уверенно в глаза, она выплюнула сперму в ладонь.

В АДУ ГОРИ!!!

Макар смотрел на неё с восхищением. Его девочка, его сучка!

Полина не разделяет его эмоций. Она облизнула губы и, спокойно встав, ушла мыть руки.

Макар застегнул джинсы сам. Она всё ещё не проколола уши, пора этим заняться. Он так хочет видеть в её ушах сережки, висящие, касающиеся её нежной шеи при повороте головы.

На следующей неделе Макару пришлось улететь за границу на пару дней. У неё загранпаспорта нет, девушка осталась наедине с котом и дебетовой картой Макара.

Она с удовольствием тратила его деньги. Поначалу на всякую ерунду. Потом начала затариваться детской одеждой, подгузниками, пелёнками и… Отвезла это всё в детскую клиническую больницу. Макар смиренно смотрел на СМС-ки из банка. Он знал, чем занимается Полина, частный детектив докладывал ему каждый её шаг.

Обедая в самом дорогом ресторане, Полина продолжала делать покупки по интернету.

Рядом с её столиком остановился Фесенко, он мило поздоровался и спросил разрешения присесть за её стол.

— Да, конечно, — согласилась она.

Фесенко завёл отстранённую беседу о политике, финансовой нестабильности, вгоняя Полину в зелёную тоску.

Между делом он положил перед ней свою визитку, на которой было написано: «За тобой ведётся наблюдение. Будь осторожна».

— Я думаю, что всё в стране стабилизируется. Выход всегда есть, всё будет нормально, — произнёс Фесенко, убирая визитку.

— Какая встреча! — раздался радостный голос рядом. — Можно, мы с Вами отобедаем?

Полина повернулась к Данилу. Он был с молоденькой девушкой. Стол оказался большим, и спокойной вместил пару.

Данил с Фесенко завели странный диалог по поводу того, что в страну надо вкладывать деньги. Что финансовый кризис временный, и умирающий бизнес лучше похоронить. У Полины сложилось впечатление, что эти двое говорят на одном языке.

— Ты согласна, что лучше временная смерть, чем вечная агония? — внезапно спросил у неё Данил.

— Смерть не может быть временной, — возразила Полина.

— В бизнесе ещё как может! — запротестовал Фесенко. — Надо просто решиться и быть ко всему готовым в любой момент.

Он проникновенно посмотрел в её глаза, у Полины закралось подозрение, что весь этот дурацкий диалог не спроста.

Она начала активно складывать весь идиотский разговор в голове. Пазлы с трудом соединяются между собой… Ей предложили инсценировать свою собственную смерть?!

Идеальный выход, чтобы вырваться из клетки чудовища!

— Но, если бизнес захоронить, то наверняка найдутся желающие убедиться, что бизнес, действительно, закопали? Потыкать пальцем в умерший бизнес? — втянулась в игру Полина.

— Всё зависит от ситуации, — улыбнулся в ответ голливудской улыбкой Данил. — Иногда бизнесмену надо помогать избавляться от ненужного ему бизнеса, пока он не разрушил себя и свой бизнес. Главное, чтобы все стороны были согласны.

— Я в бизнесе как-то не очень, но думаю вы правы, — согласилась Полина.

— Нужно лишь время и подходящая ситуация, — спокойно произнёс Фесенко. — Главное — терпение. Возможно, даже не месяц и не два. Закрытие бизнеса процесс длительный и сложный, столько бумаг приходится делать.

Полине придётся ждать. Она готова ждать! Два месяца — это не так много, по сравнению с целой жизнью!

Внутри становится спокойно, вера в людей начинает возвращаться.

От Макара приходит сообщение с вопросом: «Где ты?»

«Обедаю с твоими знакомыми, Данилом, его девушкой и Фесенко», — ответила ему Полина. — «Достали со своими рассказами про бизнес! Тоска! Чтобы я ещё раз согласилась их пустить за свой стол /блюющий смайлик/».

«Я скоро приеду, моя любовь!», — обрадовался Макар. Он не ревнует, частный детектив наблюдает за квартетом за столом Полины и подтверждает, что Фесенко и Данил выносят девушкам мозг, ведя заумные беседы о бизнесе.

Полине повезло ещё в одном моменте. Частный детектив, достаточно умный и проницательный человек. Наблюдая за её жизнью, убедился, что Макар применяет к ней насилие и встал на сторону девушки. Он догадался о смысле идиотского диалога про бизнес, но оставил свои догадки при себе.

«Получится ли у них?» — задумался частный детектив.

Провернуть такой фокус с Макаром и его паранойей нереально. Вероятность очень высока, что Макар сам вскрытие проведет, чтобы убедиться, что Полина мертва!

Глава 14: День рождение

Полину лихорадило, она получила очень мощную поддержку от малознакомых ей людей. Реальная возможность вырваться из садистских отношений вдохновила её на подвиги, она стала огрызаться злее. Макара это развлекало, но он не нарушал табу по поводу секса с ней. Только строго минет.

Полине сделали загранпаспорт, она его сожгла, чтобы он не смог её таскать с собой заграницу, взбесив его своим поступком. Наказать орально не получилось, Полина начала кусаться. Членовредительство Макара не прельщало, поэтому он пошел другим путём: он на целый день прицепил её к кровати наручниками, забрав телефон.

Вечером он спокойно вошёл в спальню, с превосходством посмотрел на пристёгнутую за обе руки девушку и саркастически поинтересовался:

— Как провела день?

— Веришь, нет, ждала тебя, — пошутила ядовито Полина, на губах играла презрительная усмешка. Красива, соблазнительна. Белая рубашка, его рубашка, которую он заставил надеть на себя ещё утром, задралась, обнажая бёдра и трусики.

Сердце зашлось в любовной лихорадке, захотелось рвануть рубашку так, чтобы отлетели пуговицы и раздирая ткань погладить её мягкую грудь и вцепиться в соски губами, потом сорвать трусы. Не снять, а именно рвануть, оставляя на коже ожог от ткани, развести колени и войти сразу глубоко, чтобы она почувствовала боль и всхлипнула в мольбе.

— Сучка! — выдохнул Макар, с вожделением поедая её взглядом. Полина настороженно смотрела на то, как он медленно снимает пиджак. Взгляд маньяка. Тронуть не должен, у неё месячные, первые после выкидыша, правда они уже заканчиваются, да и в туалет она хочет просто до невозможности.

— Я нассу в постель, если ты меня не отстегнешь! — предупредила Полина. Его рука легла на её колено. Она скользит по её коже, всё выше и выше, пальцы слегка проходятся рядом с резинкой трусиков, ладонь ныряет под рубашку, он гладит её живот не надавливая. Нежно, возбуждающе.

Сукин сын! К желанию попасть срочно в туалет добавляется острое желание раздвинуть пошире ноги, и дать его волшебным пальцам сотворить с её нежной плотью те чудеса, на которые они способны.

— Как надо попросить меня моя, похотливая шлюшка? — поучающе спросил её Макар, он видит её возбуждение. Демоны зашевелились в восторге, требуя срочно разрядки в это податливое великолепное тело.

— Макар, отпусти меня, пожалуйста! — сдерживая себя попросила Полина… Внутри острое желание умолять трахнуть её и стойкая потребность отчаянно мстить.

— Хорошая девочка! — усмехнулся Макар. Убрав свою горячую ладонь с её живота, он достал из кармана ключ от наручников. Он освободил её руки и девушка, извернувшись, вцепилась в него, укусив его за шею до крови, и, пока он ошалело хватался за место укуса, унеслась в туалет.

— Сука! — прошипел от боли Макар, укус не глубокий, но ворот рубашки испачкан, ладонь тоже в крови. В ванной он спокойно смыл кровь, а место укуса обработал перекисью и прилепил пластырь. Ну, ничего! Скоро закончатся месячные и после осмотра доктором, её можно будет начать воспитывать — обнаглевшую нахалку! Он ещё немного потерпит.

Полина на кухне вместе с котом активно поглощала еду. У Полины было довольное лицо, она, не обращая внимание на вошедшего Макара, бесстрашно перемещалась по кухне в его рубашке с каплями его крови на плече, в руках тарелка с разнообразной едой. Она её даже не разогрела, поедая на ходу. Кофеварка уже осчастливила её кофе.

Кот ест свой дорогой корм прямо на обеденном столе из его тарелки.

Макар, глядя на всё это безобразие, озадаченно интересуется:

— Что с тобой происходит?

Полина остановилась, одарив его многозначительным взглядом, и с вызовом выдала:

— Это от недотраха!

— И только? — хмыкнул он. — Мне кажется, здесь что-то глубже. Тебе что-то придаёт уверенности. Ты меня не просто укусила, ты укусила до крови, не по твоему характеру.

— Иди в лес Макар, я жрать хочу! — схамила в ответ Полина и, наконец-то сев за стол рядом с котом, принялась аппетитно поедать всё подряд прямо руками.

Макар в глубокой задумчивости разогрел себе еду, молча наблюдая за ней. А в Полине появилась уверенность, она расправила плечи, затравленный взгляд исчез… Трансформация произошла незаметно, он и не заметил, как неуверенный в себе зверёк расправил хищно крылья и из добычи превратился в охотника. На Макара началась охота! Ну что ж, так даже интереснее, восхитительно подчинять её себе.

Что же толкнуло её на такую трансформацию?

За последний месяц ничего не изменилось в жизни Полины. Он и кот, насилие имело место быть, пусть и в ограниченном варианте, как ни крути он не мог до конца сдерживаться, но всё это не могло так повлиять на её характер… Эта загадка стала занимать его.

Он анализировал все разговоры, всё что происходило с Полиной целый месяц, и не мог найти причину.

Тем временем подошло время посещения гинеколога.

Полине пришлось просыпаться вместе с ним рано утром, отчего она была недовольна. Она сонная ходила по квартире, медленно собираясь.

Макар уже был собран и пил на кухне кофе, завтракая булочками. Идти к врачу вместе с ней у него времени не было, утром его ждали на серьёзное совещание. Полина, всё ещё в халате, с мокрыми волосами с кислой физиономией вошла на кухню. Она смело подошла к нему, отобрала булочку, надкусила, и изъяв у него кофе нагло принялась его пить.

Макар откинулся на спинку стула, внимательно изучая её.

— Дорогая, тебе не кажется, что ты в конец охамела? — он сложил руки на груди.

— У тебя хороший конец, сегодня будем юзать! — пробормотала, жуя булочку, ему в ответ Полина. Ей откровенно не страшно, она скоро умрёт и этот кошмар закончится.

— Тупое животное!!! Поставила кофе на место и пошла вон!!! — взбешённо проорал Макар. Его трясло от её наглости. Он был готов вышвырнуть её из кухни. Она специально его выводит, специально провоцирует, подлая тварь!

— Совсем могу пойти и никогда не возвращаться? — живо поинтересовалась Полина, ставя на стол кофе и возвращая ему булочку.

Макар взбешённо схватил её за руку повыше локтя и, с силой сжав, подтащил к себе. Вторую руку он запустил в её волосы и отвёл голову назад. Его глаза горят, он впился в её губы требовательным поцелуем, но она укусила его в ответ. Не до крови, но ощутимо. Он отшатнулся от неё, но из захвата не выпустил.

— Ты забываешься, тупая скотина! — начал злиться Макар. — Мне начать с твоего брата или отца? Или, может быть, с медсестры, как её там зовут? Кажется, Мария. Это она тебя научила?

— Нет! — Полина упёрлась ему в грудь руками. — Ты меня просто достал! Можешь не психовать, я поняла суть твоих угроз, постараюсь сдерживаться.

Она говорила его словами. Она собирается с ним сдерживаться?!

Макар отпустил её, он не просто удивлён, он не понимал, что происходит. Ему нужна покорная Полина, ему не нравится монстрик внутри Полины!

На его телефон, лежащий на столе, пришло длинное сообщение от матери с поздравлением. У него сегодня День рождения. Он забыл о нём совсем.

Полина без зазрения совести заглянула в сообщение и выхватила несколько слов вслух:

— Хм… Дорогой… любимый… милый сын… Светлый праздник… С Днем рождения… У тебя день рождения? — нагло интересуется девушка.

— Да, забыл, — нахмурился Макар. Придётся планировать на выходные посещение ресторана с родственниками.

— Ну поздравляю! — улыбнулась ядовито Полина. — Большой мальчик!

— Ты допросишься! — предупредил её Макар. Внутри разрастался гнев и он с трудом его контролировал. Его успокаивает тот момент, что он доберётся до неё после работы и покажет ей её место. А может быть это всё-таки действие таблеток, они делают его спокойнее, мягче?

Он забрал телефон и ушёл.

Его все поздравляли. Красивые, вежливые, радостные поздравления, но его жжёт внутри болью поздравление Полины, ядовитое, приправленное ненавистью.

Во время совещания прилетело сообщение от Полины:

«Поздравляю! Меня можно трахать! С Днем рождения!»

Он сжал в ярости телефон, теряя нить разговора. Ему с трудом удалось вернуться в реальность. Сотрудники косо на него поглядывали, пришлось взять себя в руки и глушить желание зверя разобраться с оборзевшей Полиной сию секунду.

Во время обеда с Фесенко, они обсудили новый контракт. Он никак не мог сконцентрироваться на происходящем, в памяти всё время всплывал образ Полины. Её полуоткрытые губы, тонкий стан, тёплая кожа, необыкновенный, сводящий с ума, запах, узкое лоно.

Вернувшись в офис, он закрылся в кабинете. Ему нужно было хотя бы минут десять покоя, чтобы погасить пожар в воспалённом мозгу…

Она так стонет, так беззащитно-возбуждающе… Её бедра подаются ему на встречу…

Макар почти взвыл! Размахнувшись, он кинул телефон в стену. Облегчения это не принесло.

На стационарный поступил вызов от секретаря. Макар нехотя нажал кнопку селектора.

— К Вам пришла Ваша невеста, — сообщил секретарь.

— Невеста? — переспросил удивлённо Макар, не понимая, о ком идёт речь.

— Полина, — ответил ему секретарь.

— Пусть войдёт, — вальяжно ответил Макар. Зверь расслабился, демоны в предвкушении. Сама пришла! Сейчас все получат разрядку! Сейчас он покажет этой суке её место!

В кабинет вошла Полина в свободном бордовом платье до пола, на плечах завязаны бретельки, платье в талии было завязано на поясок. В ушах серёжки, подаренные им, они красиво свисают вниз, как миниатюрная гроздь винограда, только вместо виноградинок — бриллианты.

— Какой сюрприз! — оскалил зубы Макар. — Ты никогда не была у меня в офисе.

— Решила сделать тебе подарок на день рождения, — ухмыльнулась девушка, предвещая ему массу развлечений в ближайший час.

Она плавно подошла к развалившемуся в кресле Макару, поставила сумку на стол и, перекинув ногу через его колени, легким поцелуем коснулась его губ и тут же выскользнула из его объятий, присела на стол перед ним и раздвинула ноги.

До Макара дошло, что под платьем нет нижнего белья. Он, не веря самому себе, осторожно скользя по её ногами, поднял подол платья. Задрав его до самых бёдер, он убедился, что на ней снизу ничего нет. Его пальцы коснулись влажных складочек, раздвигая. Девушка развязала бретельки платья на плечах и оно соскользнуло, обнажая совершенную грудь.

— Это что-то новое! — сделал вывод Макар, ему нравится её игра! Он не будет спешить с наказанием.

— Это подарок от всей души! — хитро улыбнулась девушка. Она раздвинула ноги шире, и слегка отклонилась, давая возможность изучать её свободно снизу. Она его хочет, она течёт как шлюха!

Макар резко встал и притянул её за бедра поближе. Пришло время жестоких уроков! Не получит она сегодня сладкого! Его день рождения, его правила! Она — его подарок!

Член встал колом.

— Шикарная блядища! — прошептал он, отпуская зверя на свободу.

В шею упёрлось что-то круглое, холодное, с двумя шипами.

— Подарки так не принимают! — мило прошептала Полина. — Этот электрошокер профессиональный, он вырубит тебя.

Макар замер. Обыграла его, негодница!

— Мерзавка! — хищно произнёс он. Его руки скользили по её талии.

— Поцелуй меня, мой хороший мальчик! — приказала властно Полина. — Только с чувством!

Макар не посмел её ослушаться. Тем более, что он уже узрел, что в руках у Полины. Этим можно уложить слона.

Он впился в её губы жгучим томным ярким поцелуем и вжал её в себя. Его губы бессовестно ползли вдоль по её шее, обжигая и оставляя следы.

— Я хочу, чтобы ты разделся! — потребовала Полина. Она не просила, она именно требовала.

Макар, глядя в её глаза, снял пиджак.

— Галстук оставь! — гаденько ухмыльнулась Полина. — Будет, чем придушивать.

— Даже так? — удивился Макар и снял с себя рубашку. Следом на пол отправились брюки, трусы и носки.

Полина притянула его за галстук поближе, намотав его на кулак, не отнимая от его рёбер электрошокер. Она поцеловала его густым пряным поцелуем.

— Может, уже осчастливишь меня? — прошептала ему Полина. — Твой конец, вроде, уже готов.

— Сука! — не сдержался Макар. Полина распахнула глаза и посильнее вжала в него электрошокер.

— Ты же хороший мальчик сегодня? У нас сегодня классика, мур-мур! — ледяным тоном окатила его Полина.

Она так по-сволочному ведёт себя, что Макар в бешенстве. Демоны внутри в панике, а зверь хочет её даже такую, наглую, оборзевшую, потерявшую страх.

Играя желваками Макар, с яростью глядя ей в глаза, притянул её за бедра и насадил её на себя. Глаза Полины потемнели и она, не сдерживаясь, застонала.

— Не останавливайся! — шептала Полина, напоминая об электрошокере новым нажатием на его кожу.

Макар хладнокровно трахал её, Полине с трудом удавалось контролировать ситуацию. Он врывался в неё снова и снова и от удовольствия она теряла остатки разума. Электрошокер упал на пол, и Полина оказалась в его руках беззащитной.

— Моя сучка! — прохрипел Макар и впился в неё зубами. Он быстро разложил её на столе так, как надо только ему, животом на стол, и продолжил яростно обладать ею. Полина извивалась в его сильных руках от удовольствия, причинить боль ей не получалось. Она сама позволяла ему всё.

Он схватил её за волосы.

— Сучка! — потерял себя Макар в ней.

— Возьми меня, Макар! Возьми! — вскрикивала Полина, царапая стол ногтями. — Кончи в меня! — стонала, почти моля.

Макар дёрнул её на себя и вошёл на всю глубину. Как хороша сучка! Он забыл про всё то, что хотел сотворить с её телом.

Ещё раз! Глубже, злее! Вселенная взрывается, тело исчезает… Остаётся только она, Полина в его руках, он крепко сжал её бедро, до синяков.

Он опустился на неё, затихшую после зверского оргазма, его губы любят её кожу в благодарность за наслаждение. Такого секса у него не было никогда!

Мозг обожгла мысль, что они не предохранялись. Беременеть ей нельзя! Он вышел из неё, по внутренней стороне её бедра потекла его сперма, и его это снова завело. Завела её распущенность. Она не спешит встать на ноги, лежит расслабленно, наслаждаясь негой.

Он сел на стул, смотря внимательно на безобразно-развратную сцену. Он только что был в ней, она принадлежала только ему.

— Собери пальцами сперму и проглоти ее! — приказал Макар. Девушка поднялась со стола, повернулась к нему лицом. Удерживая платье, она собрала медленным томным движением его сперму со своей ноги и похотливо слизала её со своих пальцев.

Мир Макара перевернулся с ног на голову. Её порочность так необычна, так желанна.

— А теперь, моя девочка, я хочу знать правду, — серьёзно спросил Макар, не сводя с неё тяжёлого проницательного взгляда. — Что скрывается за твоим поведением?

— Я просто хотела трахаться, мой хороший мальчик, — выдала ему пошло Полина. — У меня был хороший учитель.

— Ты лжёшь! — рявкнул Макар. — Я тебя насквозь вижу! Ты сделала это не потому что хотела, а для того, чтобы проучить меня!

Лицо Полины стало спокойным, без налёта пошлой страсти. Она резво наклонилась за электрошокером и разрядила его в плечо Макару.

Ток проходит по всему телу Макара, скидывая его со стула, прикладывая о пол. Он на пару секунд впал в беспамятство. С трудом поднимаясь, он схватился за ожог на плече.

— Вот теперь мой подарок полностью подарен! — ядовито произнесла Полина и начала надевать обратно платье.

— Я люблю тебя! — морщась произнёс Макар, падая обратно на стул.

— Ничем не могу помочь! — огрызнулась Полина, завязывая бретельки на платье.

— Покажи мне любовь! — тихо попросил он.

Полина посмотрела на него с болью, на глаза навернулись слёзы. Закусив губу, чтобы не разрыдаться, она схватила сумку и убежала из кабинета.

Макар пришёл в себя минут через десять, наделся, мрачно оглядывая кабинет. Рука болела. Мобильный телефон, на удивление, в рабочем состоянии и он набрал Полину, чтобы поговорить с ней и попросить вернуться. Девушка не брала трубку.

Она вела автомобиль в слезах, она видит его входящие звонки. Внутри склеенные осколки души рассыпаются пылью…

Что он сделал с ней? Зачем? Зачем изгадил её жизнь? Зачем изменил её?

Она нравилась себе!

Она любила себя!

Она умела любить!

А теперь?

Показать ему любовь? Как?

Сердце в крови…

Как любить?

Она больше не может…

Она больше не будет…

Она временно умрёт, как феникс…

Глава 15: Пион

Макар вошёл домой с красивым букетом пионов. Они нравились Полине, она сама была как пион: роскошный цветок с сумасшедшим ароматом.

Кот встретил его на пороге с радостным мявканьем. У кота была подозрительно голодная мордочка. Макар улыбнулся, глядя на кота, Барсик единственное существо, которому Макар позволял творить всё, что вздумается и искренне любил наглого пушистика.

В квартире стояла тишина, сегодня должна была прийти домработница, и, скорее всего, она приходила, неуловимо чистота в квартире стала ещё чище. Полина параноила по поводу чистоты, она не терпела грязи и свалки из вещей.

Девушку он нашёл не сразу. Она спала в ванной, набрав воды. Дверь она не закрыла, на его появление она никак не отреагировала.

Макар рассматривал её спящую, сев на край ванны. Внутри шевельнулось странное непонятное чувство, сродни нежности. Впервые захотелось проявить о ней заботу по-настоящему.

«Неужели удар электрошокером сегодня что-то повернул в моей голове? — иронично усмехнулся Макар сам над собой. — Или, всё-таки, это препараты начинают работать?»

Голова девушки начала потихоньку погружаться в воду.

— Полина… — позвал он. Девушка не отозвалась, никакой реакции на его слова.

— Полина… — ещё громче позвал Макар, но она снова не проснулась. Нехорошие предчувствия заставили его бросить букет на пол и, не снимая пиджака, подхватить девушку под мышки, не дав ей уйти под воду. Он быстро вытащил её из воды и, положив прямо на кафель, принялся приводить в чувство, дергая за уши и лупя легонечко по щекам. Тело Полины вздрогнуло, и она открыла мутные глаза.

— Полина, ты меня понимаешь? — спросил он её.

— Что со мм-ной? — медленно растягивая слова, как пьяная, спросила Полина и, с трудом поднимая руку, положила ладонь себе на лоб.

— Ты не пыталась отравиться? — с облегчением спросил Макар.

— Неет-т, — едва произнесла Полина, начиная снова погружаться в сон.

— Не спи! — потребовал Макар. — Сейчас вызову «скорую»!

— Надо одеться, — выдавила из себя Полина. Её начало мелко знобить и она попыталась встать. Макар подхватил её на руки, осторожно прижимая к себе. Он отнёс её в спальню и, завернув в одеяло, вызвал «скорую».

Пока врачи ехали Полина медленно пришла в себя и оделась. К приезду врачей она была уже полностью в сознании и бодра. Только её мелко трясло, руки и ноги были холодные.

Фельдшер «скорой» осмотрел её и предложил поехать в неврологию. Макар, не раздумывая, тут же согласился, но Полина начала противиться и сказала, что она уже хорошо себя чувствует и никуда не поедет мокрая и недомытая. Никакие доводы на неё не действовали, она наотрез отказывалась!

Макар тут же поднял все свои связи. Пока он висел на телефоне, Полина поставила брошенный букет пионов в вазу и спокойно домылась в душе. Внутри, в душе, она улыбается, в ней умерла актриса.

Обморок был тщательно разыгран ею, так как Фесенко во время очередного совместного обеда намекнул на смерть от инсульта. Сегодняшний день был идеальным для инсценировки обморока. Столько потрясений за один день! Руки и ноги были холодные из-за того, что она лежала в прохладной воде, Макар не заметил в панике.

Она вышла из душа, Макар караулил её возле двери.

— Одевайся быстро, поедем на МРТ! — нетерпеливо потребовал он.

— Успокойся уже! — раздражённо ответила Полина. — Сделаем спокойно днём все необходимые обследования! Перенервничала просто сегодня.

Она видела, что Макара такой ответ не устраивает. В конце концов, он же не волоком её потащит в больницу. Она умудрилась испортить его день рождения основательно. На сердце ядом разлилась желчь и довольство собой. Как же сильно он её поменял, вывернул наизнанку душу, научил ненавидеть, презирать. Внутри неё появился монстр без жалости, без сострадания, циничный и требующий мести.

Макар поймал в её глазах бушующие эмоции, и решил уступить. Но только сегодня! Только один раз. Пора показать Полине, что идти поперёк его слов нельзя. Он написал одному своему хорошему знакомому, что хочет увидеть его по очень личному делу.

Ночью Макар вжимал её в себя, вдыхая запах её волос. Его терзала мысль, что он может потерять её… Потерять совсем! Он спал урывками, как лодка на волнах, то падая в сон, то снова выскальзывая из него. Он каждый раз при пробуждении ловил её тихое равномерное дыхание и успокаивался. Под утро он впал в глубокий крепкий сон… Разбудила его уже Полина, потому что будильник на телефоне он не услышал.

На работу не хотелось. Хотелось остаться с ней рядом и наслаждаться ею, пить её, любить её. Демоны внутри ожили и потребовали горяченького… Потребовали связать мерзавку, бившую их током, а потом пройтись по её коже хлыстом, оставляя в наказание красные полосы. Мысли как листья шуршали в голове, воспаляя воображение, заставляя всё естество встать в стойку. На Макара накатила животная страсть, он не тронул её вечером из-за обморока, но утром её развратные пухлые губы после сна так и хочется жечь поцелуями!

Он мягко поцеловал её в губы, сдерживая зверя. Полина ответила равнодушно. Она лениво позволила ему изучать её тело.

Бери…

Бери, если хочешь…

Макар уловил её ленивое настроение, сонливое, равнодушное.

Возьму…

Возьму, как хочу! И буду брать снова и снова!

Одним движением он вошёл в неё. По её телу прокатилась волна удовольствия, вызывая мурашки.

Люби…

Люби, если любишь…

Какое сладкое тело, дрожащие ресницы, полураскрытый рот… Он её купил, купил всю! Его кожа трется о её, её запах остаётся на нём. Как медленно, как незабываемо! Хочется слиться с ней, словно в огненном танце.

Люблю…

Люблю, буду любить…

Всегда буду любить! Вечно…

Она меняет его, зверь затихает, он наслаждается тем, как она отдаётся, как тело прогибается под его напором. Демоны смотрят во все глаза на неё, открытую, доступную, принадлежащую им всем одновременно.

Наша…

Только наша…

Любим…

Полина запустила руку в его волосы и взъерошила их в ласке. Тихий стон, омут резко утягивает вглубь, внизу живота взрывается вулкан и жаркой лавой разливается по телу.

Ваша…

Только ваша…

Любите, позволяю…

Макар летит следом за ней, забывая, где он и кто он, теряя реальность. Мозг выжигает тьма, ядовито-сладкая желанная, наркотик.

Макар всё ещё приходит в себя, близость с Полиной словно откровение для него самого. Ему всё больше и больше нравится такой формат отношений. Без верёвок, ремней, ссадин, синяков, боли… Видеть её наслаждение, как благословение свыше.

Она его афродизиак.

— Люблю тебя! — прошептал он в её ушко, слегка касаясь губами. Полина повернула голову и, поймав его губы своими, подарила чувственный поцелуй.

— Тебе пора на работу, — охладила она его пыл.

Он встал и пошёл в душ. Смывать её запах он не хочет, но утренний душ для него уже стал традицией в течении долгих лет. В душе он спланировал быстро раскидать на работе все встречи, назначенные на сегодня, и заняться здоровьем Полины. Знал бы он, что его ждёт.

В аппарат МРТ Полину засунуть не смогли, она впала в истерику, как только ей зафиксировали голову специальным устройством. Ни уговоры, ни мольбы, ни угрозы не подействовали на неё, она отбивалась, плакала, и в конце концов забилась в угол и оттуда смотрела диким зверьком. Пообещала доктору переломать ноги. Прямо так и сказала:

— Дотронетесь до меня и я ноги вам сломаю!

Доктор внял угрозе и оставил квест в аппарате МРТ не пройденным.

Ограничились УЗИ сосудов, энцефалограммой и анализами. Всё было чудесно. Невролог прописала витамины, списав состояние на нервное перенапряжение.

Макар сдал вредную девицу к вечеру домой на попечение расшалившегося кота, а сам поехал на встречу со старым полезным знакомым. Полина выходила из-под контроля, пора ей напомнить о том, кто он!

До выходных оставалось три дня, нужно было заказать ещё ресторан и пригласить на День рождения не только своих родителей и семью сестры, но и семью Полины. Пора объединять семьи, хотят они того или нет. Рычаги давления у него есть на всю свою семью, стоит только от кормушки оторвать и мать запоёт другие песни по поводу Полины, а за пару дней он прогнёт родителей Полины.

Полина, оставшись одна, наконец-то позвонила в школу танцев.

Ну, а почему бы и нет?

Танец — маленькая жизнь, родиться и умереть…

Красиво умереть, в быстрой агонии.

А потом приехал Макар, его сильные руки подчиняли её себе, губы жгли, он любил её без боли, любил яростно, принуждая лишь только любить в ответ.

И она лгала… Закрывала глаза, представляя, что это не она и лгала…

А утром он подарил ей новое кольцо… Обручальное… Оно идеально село, как и все его подарки. Отказ не предполагался.

Ну и пусть, её скоро не станет.

Макар улетел на работу, Полина смотрела как красочно он выехал со двора. Дурацкая манера вождения с превышением скорости сопряженная с постоянным риском.

Пришла домохозяйка. Полина с ней немного сдружилась, но особо не лезла к женщине, когда та выполняла свою работу. Обычно день Полины протекал во сне до полудня, потом магазины, рестораны, салоны красоты, потом Макар… Тоскливо, лениво, скучно…

Сегодня в список развлечений вошла школа танцев. Теперь клубный танец станет ежедневным, изматывающим, она будет себя истязать, но научится совершенству.

Первый урок прошёл хорошо. Полина оказалась очень пластичной. Она не просто слушала музыку, она передавала её телом. Преподаватель танцев была в восторге от талантливой ученицы.

После танцев ей позвонила мать. Полина была счастлива, в эйфории после тренировки. Она с нескрываемой радостью в голосе ответила на входящий.

Мать рыдала, младшего брата Полины арестовали и нашли у него наркотики. Полина поняла всё сразу, фокус с электрошокером Макару пришёлся не по вкусу, он воспитывает её за неосторожность, за наглость, за дерзость.

— Мама не переживай! Всё разрешится! Мы же знаем, что это не правда! — успокаивающе сказала Полина. После разговора она сразу же позвонила Макару.

— Это твоих рук дело? — сразу спросила Полина, как только Макар ответил на звонок.

— А ты быстро соображаешь! — холодно хмыкнул Макар в трубку.

— Ты сволочь! — прошипела Полина. — Быстро вытащи его оттуда!!!

— Значит так, моя девочка, слушай меня внимательно. Ты говоришь своим родителям, что ты живёшь со мной, и что с удовольствием станешь скоро моей женой. А ещё говоришь, что твоего брата я вытащил из тюрьмы, рискуя своей репутацией и заплатив кругленькую сумму. Приглашаешь их на моё день рождения на выходные знакомиться с моими родителями. На моём дне рождения ты будешь мила, покладиста и влюблена в меня. Ты ведёшь себя скромно, слушаешься меня во всём. Я делаю с тобой всё, что я хочу, без отказов и сопротивления. Ты меня поняла, шлюха? — его слова злые, жестокие, дробящие кости медленно и со вкусом.

— Зачем ты так? — прошептала Полина. — Ты и так обладал мной.

— У меня есть потребности, мне нужно полное подчинение, — холодно отрезал Макар. — Сегодня ты будешь спать связанной. Поверь мне, всё, что я буду делать с тобой, безобидно по сравнению с тем, на что я способен.

Полина растерялась совсем и накатившие слёзы не дали ей возможность ответить ему. Очевидно, догадавшись о её состоянии Макар сказал, что её брата освободят в течении часа и отключился.

Полина трясущимися руками завела автомобиль и поехала к родителям. Впереди предстоял долгий разговор. Нет, врать она им не будет. Тем более, родителям всё равно придётся объяснять, что смерть будет ненастоящей. Родителям нужно будет применить всё своё актерское мастерство, на которое они способны.

Пока она объяснялась с отцом и матерью, выпустили её брата.

— Я убью его! — мрачно заявил отец. — Отсижу, выйду, зато его не будет в нашей жизни!

— Папа, всё скоро решится, я напишу завещание. От Макара очень много дорогих подарков, квартира, машина. Мне ещё удалось вывести с его карты крупные суммы денег незаметно, — спокойно объяснила Полина. — Я смогу долго скрываться, имея в наличии такой капитал. Да и мёртвую он вряд ли меня будет искать.

Брата тоже посвятили в план с фальшивой смертью.

Полина на дрожащих ногах возвращалась в квартиру Макара. Она боялась связывания, фобия к физическому ограничению у неё появилась после порки Макара ремнём.

На улице лето уже захватило территории, зелень была везде. Тёплый ветер касался кожи и волос. Она застыла у дверей подъезда, оттягивая время казни. Она видела его автомобиль, Макар был дома.

Глубоко вдохнув, она дёрнула дверь.

В лифте внутренности опустились вниз и её затошнило.

Мир плыл как в тумане…

Было страшно…

Безумно страшно…

Дверь в квартиру была не заперта, Макар ждал её с нетерпением. В его руках была верёвка.

— Ты поговорила с родителями? — в голосе чувствовались властные нотки.

— Да. Они придут. Они благодарны тебе за помощь, — побелевшими губами ответила Полина, с ужасом глядя на верёвку в его руках.

— Тогда у тебя полчаса на то, чтобы сделать всё, чтобы ты хотела. Ты будешь очень сильно ограничена в движениях связанной, я бы на твоем месте обязательно посетил туалет, — он получал удовольствие от своих слов. В глазах было предвкушение и маниакальный блеск.

— Но ты не на моем месте, — грустно с иронией усмехнулась Полина.

— Я просил быть послушной. Накажу! — зло предупредил он её за своеволие.

Через полчаса Полина стояла перед ним абсолютно нагой в спальне, с гордо поднятой головой. А страх ест нутро, фобия, как паук, напоминает о себе. Сердце начинает лихорадить в приступе паники.

Он обошёл её. Рабочий костюм он так и не снял. Только ослабил галстук.

Жертва принадлежит ему! Он хочет показать ей, как приятно подчиняться!

— Назови меня Хозяином, шлюха! — властно потребовал он.

— Хозяин, — выполнила просьбу Полина. Покорно не получилось, язвительный яд в слове был слишком очевиден.

— Ещё раз, сучка, будешь показывать свой гонор — выпорю как в прошлый раз! — металл в голосе напугал Полину.

— Я постараюсь… — прошептала Полина, склонив голову. — Мой хозяин.

Веревка коснулась её кожи, осторожно фиксируя руки. Фобия Полины затмила разум и с трудом сдерживаемая истерика вырывалась наружу. Она начала яростно вырываться из ещё незакреплённых пут. Завязалась борьба. Полина сопротивлялась отчаянно, страх придавал силы. Макар не мог с ней справиться сразу.

Наконец, он прижал её, бьющуюся в серьёзной истерике, к постели. Он вспомнил про аппарат МРТ, там было примерно тоже самое. Полину бесполезно связывать, она не может себя контролировать. Она почти в обмороке от испытанного ужаса.

— Ну всё, всё… успокойся! — прошептал он нежно, крепко удерживая её в своих объятиях. — Я не буду тебя связывать сегодня.

Неожиданно она сама прижалась к нему, вжимаясь и пряча лицо в его рубашке, ища защиты. Она ищет защиту у него от него же самого!

— Не надо! Пожалуйста, не надо! — шептала Полина. — Это так страшно, так страшно!

Он ослабил свою хватку, отпуская её запястья. Она вцепилась в него, как в спасительный круг и начала тихо всхлипывать. Зверь не доволен, демоны возмущены. Макар в смятении. Повторить снова такое с ней он не готов. Нет смысла связывать её, если она будет в обмороке от страха.

Какая жалость, он не сможет ей показать прелесть своих фантазий.

Полина внутренне улыбается, её монстр потирает ручки. Зверем можно управлять!

Где-то завалялись пятьдесят миллионов, так и не дошедшие до её счета. Они так нужны теперь ей и её семье.

Она не выпускает его из своих объятий, крепко держась.

Верёвка…

Да ладно, мой хороший мальчик.

Никаких веревок на мне…

Она целует его в губы, одурманивая, сводя с ума. Это сегодня она получит от него всё, что захочет!

Макар с удовольствием отзывается. Его вещи летят на пол. Полина забирается сверху, верёвка в её руках. Она томно опускается на его бёдра, позволяя войти ему на всю глубину. Замирает, и перехватив его запястья, стягивает их веревкой, отводит его руки за голову и привязывает к кровати.

Макар не сразу понял, что она его переиграла.

Она дарит ему поцелуи, любит до одури нежно, любит с приторной ванилью, медленно. Она издевается над ним, получая удовольствие.

Она танцует на нём. Танцует, восхитительно извиваясь.

— Сучка! — срывается с губ Макара. Она тихо смеётся, продолжая сводящие с ума движения. Оргазм накрывает обоих одновременно, унося их в параллельный мир.

Она развязала ему руки, после того, как приходит в себя. Пока руки не освобождены до конца, она говорит:

— Макар, я не могу позволить тебе меня связывать. Я даже передать не могу, какую гамму жутких эмоций я испытываю, если лишаюсь свободы. Физической свободы. Играть со мной не получится и воплощать свои желания тоже.

— Мы найдём способ избавить тебя от страха — не согласился Макар, потирая запястья. — Я хочу увидеть тебя переплетённой верёвкой и взять тебя именно такую.

«Ну-ну! — мысленно глумится Полина. — Тут ещё пока не понятно, кто мазохист, а кто садист!»

Она вспомнила про электрошокер. Её называли шлюхой… Пришло его время! Она встала и отправилась к сумке.

Глава 16: Восемь часов

Полина проснулась поздним утром. Как Макар уходил на работу она не слышала. Вчера так и не удалось его приложить электрошокером. Макар вывернулся и отнял игрушку, со словами что второй удар он не переживёт. Полина даже расстроилась поначалу. Но он так нежно обнимал во сне, что сон быстро утянул её в приятные сновидения.

Она потянулась и неожиданно поняла, что запястье левой руки обхватывает, похоже, наручник. Она распахнула глаза и дёрнула рукой и грязно выругалась. Она прикована наручниками к кровати за левую руку. Нега после сна мгновенно покинула её. Вскочив, абсолютно голая она села лицом к спинке кровати подобрав ноги под себя, отчаянно пытаясь освободить руку.

— Гад! — не сдержалась Полина. Ещё раз взбешённо дёрнула пристегнутой рукой, содрав кожу.

— Я никак не мог понять, — услышала она за спиной голос Макара. — Что меня смущает в твоём страхе.

Она повернула голову в его сторону, он сидел вальяжно откинувшись на спинку стула нога на ногу, внимательно изучая её. Взгляд был пугающе проницательным. Макар был уже одет в дорогой классический костюм, он явно собирался уходить, когда его осенила идея. Он пристегнул её и затаился в засаде. Она оправдала все его подозрения.

А Полина и не заметила его, когда проснулась.

— Отстегнёшь? — спросила Полина, догадавшись, что Макар её наигранные истерики разоблачил полностью. А она так надеялась, что Макар на фоне потрясений просто не вспомнит о том, что она спокойно провела целый день, пристегнутая наручниками к кровати.

— Сначала ты мне расскажешь всё? — стальным голосом ответил Макар.

— Меня не устраивает положение постельной рабыни! — честно ответила ему Полина. — Я, действительно, боюсь быть связанной, зафиксированной. Чем сильнее ограничение, тем сильнее страх. Контролировать его очень сложно, но я могу. Если я добровольно позволю тебе, хотя бы раз, со мной такое сделать, ты не остановишься.

— Ты моя и я буду делать с тобой всё, что мне вздумается! — чётко проговаривая слова произнёс он. — Иначе я устрою апокалипсис твоей семье!

— Дай мне отсрочку и я покажу тебе нормальные отношения. Если тебе не понравится, ты получишь желаемое добровольно, — продолжила заговаривать ему зубы Полина. Мозг активно искал выход, насилие она терпеть больше не будет, не сможет. Нужно протянуть время, время до смерти.

Макар нервно пересел, расставив ноги, уперевшись в колени локтями и, наклонившись вперед, опустил голову, запустив пальцы в волосы. Её предложение идеально… Слишком идеально! Стоит ли верить?

Он может получить её в своё рабство просто сказав, что нормальные отношение не его формат. Надо только потерпеть какое-то время.

Курс препаратов длительный, они сглаживают ярость. На многие вещи он стал смотреть по-другому, сдерживать зверя он точно сможет, если не будет провокаций с её стороны.

Он поднял на неё взгляд исподлобья. Хороша сучка! Растрёпанные волосы, нагая, изящно сидит в пол-оборота, в глазах огонь. Непокорённая, она никогда не сможет быть рабыней. Она не разделяет его интересов в получении удовольствия, она другая.

Свободная…

Никогда до конца не принадлежавшая ему…

Он не купил, он украл…

Похитил у неё её жизнь…

Надеялся, что полюбит, как остальные и потеряет себя возле него…

Кого он обманывает, она не прогнётся! Она никогда не будет с восхищением лепетать его имя, не склонит голову в вожделении к своему хозяину, такой взгляд может быть только у свободной женщины.

— Сколько тебе нужно времени? — его голос дрогнул.

— Я бы попросила полгода, за такой период реальнее выстроить отношения, — ответила Полина. Внутри всё сжалось в предчувствии победы над зверем. Макар отвёл от неё взгляд, потом резко выпрямил спину и прожёг её тяжёлым мрачным взглядом полным отчаяния и безысходности.

— Хорошо! — согласился он. На лице идёт борьба с самим собой. — Но с одним условием: ты отдашь мне один день на мой выбор. За 24 часа ты выполнишь любой мой каприз, любую мою прихоть. И свадьба не отменяется!

— Восемь часов! Я даю тебе восемь часов, я даже не уверена, что я выдержу эти восемь часов, — подтвердила договор с ним Полина.

Какое счастье, он согласился!!!

Он согласился!!!

Он мог спокойно отказать! Мог настоять на своём, мог заставить и никуда бы она не делась, она бы сделала всё, что он скажет!

Она бы подчинилась, ради безопасности родных.

Полина облегчённо выдохнула. Макар шумно встал со стула, подошёл к кровати и подал ей ключ от наручников. Полина попыталась взять, но он одёрнул руку на расстояние.

— Макар, пожалуйста, отстегни меня, — попросила мило Полина без хамства, наглости и пошлости.

— А стоит? — усмехнулся он в ответ. — Ты за электрошокер снова не схватишься?

— Обещаю не бить тебя электрошокером! — поклялась Полина с самым честным видом, на который была способна.

Макар добрался до её руки и отстегнул наручники, освобождая пленницу. Девушка, поглаживая пораненное запястье, проверила его. Крови нет, но есть широкая царапина.

Макар аккуратно тоже осмотрел его и, убедившись, что рука цела, отправился на работу.

В дороге ему прилетело сообщение от Полины: «Спасибо, что согласился на моё предложение».

Он горько усмехнулся. Она манипулирует его привязанностью к ней.

Он коротко ответил: «Люблю!».

Пусть привыкает, пусть влюбляется. Влюблённая она никуда не денется. Влюблёнными легче управлять.

Полина хотела ещё что-нибудь написать на его содержательное СМС, но передумала. Внутри стало гадко. Ей претила мысль о том, что она ведёт себя так же, как он. Она не могла быть такой же, как он. Человеком, не обладающим состраданием к другому, не чувствующим боль другого. И раж прошёл, желание мстить остыло.

Теперь надо продержаться.

И снова танцы…

Она горит в движениях. Она любит… Любит себя, любит этот мир.

День совместного обеда родственников подкрался незаметно. Полина активно искала подарок для Макара и не находила. Она облазила весь интернет, обошла кучу магазинов, но ни в одной из вещей она не почувствовала той энергетики, которая могла подойти Макару.

В одном из магазинов она наконец-то наткнулась на мужской кожаный ремешок на запястье, и это вещь мысленно срослась с его образом. Она с удовольствием купила.

Дура, зачем?

«Ну, мы же хотим показать ему нормальные отношения?» — прошептал монстрик внутри неё, лениво потягиваясь.

Полина со вздохом засунула ремешок в сумку и смело вышла из магазина. При выходе она не поднимала глаз, увлечённо ковыряясь в телефоне. Столкновение с мужчиной было неожиданным, она едва не выронила телефон, упасть ей не дали только крепкие объятия мужчины.

Поднимая глаза на мужчину, она уже понимала кого увидит.

Роман!

Где-то внутри неё, всё ещё засаженный топор и вросший в её плоть намертво, невидимый палач с удовольствием пошевелил, облизав в предвкушении губы, наблюдая за тем, как кровоточат старые раны.

— Здравствуй, Полина, — произнёс тихо её бывший муж, всё ещё не отпуская её.

— Неожиданно, — сказала Полина, с трудом вспоминая как дышать. Мир наполнился острой болью.

Я уже забыла…

Я должна была забыть…

Роман похорошел, чужие деньги превратили его в холёного мачо. Может, она была плохой женой, и новая женщина дала ему то, чего не могла дать она.

Как же больно…

— Может, посидим вместе в кафе? — предложил Роман. — Мы, вроде как, не чужие люди.

— Давай попробуем, — согласилась Полина, противореча сама себе. Надо бежать, надо спрятаться, надо забыть!

ЗАБЫТЬ!!!

Они пошли в ближайшее кафе, он по дороге рассказал, что расстался с той, чьи фотографии она комментировала, и сейчас живёт пока один. На данном этапе своей жизни он испытывает материальные трудности в связи с тем, что бывшая разорила его. Последние деньги они промотали буквально неделю назад и разбежались.

Полина платила за него тогда, и похоже, сейчас ей придётся платить снова.

Она внутренне содрогнулась, с мужчинами, похоже, ей не везёт.

Роман ещё долго нудел по поводу его материальных проблем, что он не должен был бросать работу ради поездок по заграницам. Нудел ровно до того момента пока она не сказала, что она безработная нищая на птичьих правах проживающая с Макаром. Роман не скрывал, что расстроен. Расстроен отсутствием у неё денег.

Полина поняла, как она была слепа.

— Я заплачу картой Макара, — успокоила она его. Ей мерзко! Вся её жизнь оказалась бессмысленной и пустой… Всё, что она делала, нужно было только ей самой…

Роман, не скрывая своей радости попрощался с ней и предложив встретиться ещё, поцеловал в щёчку на прощание ушёл. Она с омерзением вытерла щёку салфеткой и, рассчитавшись, пошла на праздник.

Она опаздывала в ресторан, ей звонили родители, странно, но не звонил сам Макар. Когда она пришла все уже между собой перезнакомились и мило общались, скаля зубы. Она села возле Макара, тихая, задумчивая.

Отца Макара она видела впервые, симпатичный мужчина лет семидесяти пяти, он рассказывал истории о своей работе в институте. Легкие, расслабляющие, с юмором.

Его мать сильно изменилась: вместо ненависти приветливо улыбается. Можно было бы сказать, что она рада тому, что Полина рядом с Макаром.

Сестра с мужем к Полине отношения не меняли, поэтому ничего необычного в их поведении не было.

Родители держались достойно.

Принесли первые блюда, Макар сделал заказ вместо неё. Слишком много зелени, она не любила. И он это знал, значит сделал специально. Полина напряглась и принялась тщательно изучать поведение Макара.

Несвойственная ему сдержанность, даже холодность. Он в холодной ярости.

Это из-за опоздания?

— Мы с Полиной хотим сделать заявление! — произнёс Макар и взял её за руку, сжав её и проникновенно глядя в глаза, сказал. — Мы решили узаконить наши отношения! Свадьба будет в сентябре!

— Не торопитесь ли? — не выдержала его мать.

— Мама, я люблю Полину. Она честная, порядочная женщина, — отшил её Макар. — Я так долго искал именно такую.

— Очень рад за тебя, сын! — искренне отозвался его отец. — Тебе давно пора остепениться.

И дальше понеслись радостные поздравления. Подарков не было. Театр за столом продолжался почти час к тому времени, когда Полина решила всё-таки отдать подарок Макару.

— Это тебе! — тихо произнесла она подавая ему коробочку, стараясь отвести взгляд. Макар явно удивился, принимая подарок. Он, не сдержавшись, провёл пальцами по её скуле, заставляя её посмотреть ему в глаза, его поцелуй был настолько неожиданным для всех, что за столом наступила тишина. Его губы обожгли её интимно, поглощающе, с любовью, обнажая нервы. Зрелище не для посторонних.

Лицо Полины стало алым от стыда, когда он оторвался от её губ. Она, извинившись, убежала в туалет. Закрывшись, она вдыхала и выдыхала, пытаясь восстановить себя эмоционально.

Как же она хочет покоя…

Она повернула ручку двери и открыла. Макар мгновенно ворвался внутрь и закрыл дверь за собой. В руках коробочка с подарком.

— Если ты сможешь сегодня от меня убежать, то лучше беги! — предупредил мрачно он её. — С этой минуты восемь часов мои!

— Тебе не понравился мой подарок? — недоумевая спросила Полина, прижимаясь спиной к кафельной стене.

Макар открыл коробку и достал ремешок.

— Ты меня удивила! Надень! — скомандовал Макар. Девушка, собрав волю в кулак, надела ему ремешок на левую руку. Упаковка полетела в мусорное ведро. Он притянул её в объятия, взгляд голодный, злой, руки скользят по талии.

— Раздвинь ноги! — приказал Макар. Рука нырнула вниз по животу под резинку трусиков. Полина развела ноги.

— Сухая. Сейчас исправим! — скабрёзно улыбнулся он и убирал руку. Полина сдвинула ноги обратно.

— Я не разрешал сдвигать, сучка! — его рука снова оказалась между её ног. Он отвёл в сторону ткань плавок и ввёл что-то инородное внутрь неё. Полина отшатнулась, пытаясь вывернуться, но предмет полностью уже был в ней.

— Восемь часов моих фантазий, шлюха! Не забывайся! — хлестал он её словами. — Я тебе сегодня устрою такую дральню, что ты неделю сесть не сможешь! Повернись ко мне спиной!

Предмет внутри был не очень большой, дискомфорта не доставлял. Но он всё равно чувствовался, низ живота начало тянуть в сладкой истоме. Она повернулась к нему спиной.

— Расставь ноги и наклонись! — в голосе Макара было слышно возбуждение. Он снял её трусики полностью.

— Потекла сучка! — прорычал Макар. Его пальцы легко прошлись по внутренней стороне бёдер.

— А теперь расслабься! — приказал он. Полина расслабилась. Он собрался взять её сзади прямо тут? Но она ошиблась. В неё ввели второй предмет, тоже не большой. Приятный холодок пробежался по позвоночнику.

Трусики ползут обратно и садятся на место.

— Можешь встать нормально! — ухмыльнулся Макар. Полина разогнулась. Внутри неудобно, внутри наполненность, от которой хочется завыть. Желание накатывает волнами, организм просит разрядки. Ноги подкашиваются.

— Они маленькие и гибкие, ты не поранишься. Можешь свободно передвигаться. Сучка, моя сучка! — он притянул её в объятия и добил грубым поцелуем. Она трётся об него, предлагая себя.

— Нет, нет, дорогая! — издевается Макар. — Я хочу видеть эту пытку весь вечер! Это чтобы тебе не повадно было пить кофе с бывшими мужьями!

Остаток вечера Полина провела в полубессознательном состоянии, организм горел первобытным желанием. Стоило только чуть-чуть шевельнутся и чужеродные предметы напоминали ей о своём существовании волной острого возбуждения.

Я ненормальная! Ненормальная!

Я готова отдаться ему прямо здесь…

Сдерживаться было невыносимо. Конец ужина был встречен ею с нескрываемой радостью. Вставая со стула, она не произвольно вцепилась в руку Макара и застонала.

— Тебе плохо дорогая? — обдал её приторной лаской Макар.

— Кажется, я переела, — едва вымолвила Полина, пытаясь вернуть себя в реальность.

— Дома станет легче, — успокоил её Макар. Полина огляделась и, понимая, что их никто не слышит, произнесла:

— Я сейчас кончу прямо здесь.

— Не советую! — холодно улыбнулся Макар. — Я могу приревновать.

Он помог Полине сесть в машину, а сам сел за руль. Машина сорвалась с места. Его рука проникла под платье, трусики мокрые. Полина стонала в предвкушении, подаваясь ему навстречу.

— А ты отрицала, что ты блядища! — заржал Макар. — Ещё какая блядища!

Он убрал руку, оставляя её без разрядки.

Зверь хочет её наказать, демоны хотят обладать. Другой мужчина касался её щеки своими губами! Подлая изменщица! Потаскуха, тупое животное!!!

Она сдвинула ноги и сжала их так, что долгожданная разрядка пришла сама, проходя по телу горячей волной. Она тихо стонет и тело расслабляется.

— Кончила, шалава! — разозлился Макар. — Я просил терпеть!!! Я просил терпеть тебя, тупая скотина!!!

Полина всхлипнула. Слёзы выступили на ресницы. Она снова оказалась в чистилище Макара.

Он притащил её, полуживую, в квартиру. Как только захлопнулась дверь, он зло содрал с неё платье и трусики, оставляя ссадины от материала. Кожу жжёт.

— Встала на колени, сучка!!! — приказал он ей. Полина подчинилась. Она без слов поняла, что брюки ей нужно расстегнуть самой. Она помнила это. Он яростно вошёл в её рот. Его не беспокоило то, что она хрипит. Он держал её за волосы, насаживая, как можно глубже. В последний момент он покинул её рот, заливая спермой её лицо.

Девушка тяжело дышала.

— А теперь я буду пороть тебя за то, что встречалась сегодня с бывшем мужем, вы так мило оба ворковали, он касался тебя, касался губами, ты тварь! Я выпорю тебя так, что ты забудешь, как на мужиков смотреть.

— Позвольте, Хозяин, умыться и вынуть ваши игрушки из меня, — молит его рабыня. Макар насторожился. Она на коленях, она молит, она приняла его игру! Зверь оскалился, готовый на всё, чтобы получить удовольствие.

Макар поднял её за волосы и, оттащив в ванну, закинул в душевую кабину.

— Вымойся, грязная шлюха! Вымойся вся!!! — приказал он. — Ничего не вытаскивай, я сделаю это сам!

Полина мылась. Предметы внутри начали мешаться, организм напрягся в стрессе. Захотелось избавиться от игрушек Макара, но она не рискнула.

Она вышла к нему в полотенце.

Знакомая верёвка, знакомый ремень. Сам Макар расстегнул рубашку и снял пиджак.

— Иди сюда, скотина!!!

Полина неуверенно подошла. Макар повернул её к себе спиной и стянул руки за спиной верёвкой. Предательская дрожь пробежала по телу, страх волной накрыл Полину. Верёвка продолжила оплетать её запястья. Она скользит по её стану, фиксируя руки за спиной. Оплетает грудь, проходит по шее, угрожая удушить по велению своего хозяина, и возвращается к запястьям.

— Не сопротивляйся, а то удушишь сама себя!

Полина молчала. Ей было страшно и холодно. Мокрые волосы разметались в хаотичном беспорядке.

Он уложил её на постель лицом вниз. Затем поднял её зад, поставив на колени: голова на кровати, задница приподнята. Его взору предстал развратный вид, все его игрушки в ней.

Нет, он не будет вынимать!

Пока не будет вынимать…

Ремень прошёлся по промежности. Он бил осторожно, но Полине всё равно было больно, она тихо стонала от боли, стараясь не дёргаться. Экзекуция была недолгой.

Макар распалился, глядя на то, как покраснели места от ударов. Он отбросил ремень и, грубо вытащив из её лона первый фаллоимитатор, резко вошёл. Трахать пришлось аккуратно, чтобы она не задохнулась.

Полина была не возбуждена, она постанывала, но, похоже, от боли. Макару это не понравилось. Он достал второй фаллоимитатор и с трудом вошёл. Организм Полины отчаянно сопротивлялся. Он крепко держал её за бедра и в несколько толчков закончил. Оргазм смазанный, неинтересный. Она не получила разрядки с ним, зверь в ярости.

Он вышел. Развязал её. Полина свернулась в клубок, тихо плача.

На теле следы от верёвки, покрасневшие участки от ремня, которые станут синяками.

Он лёг рядом с ней, притягивая в объятия со спины и прошептал:

— Прости… Прости меня… Я чудовище…

Полина постаралась выбраться из его объятий, но Макар не отпускал. Он вжал её сильнее в себя. Ему больно от того, что она отталкивает его, зверь просит ласки от неё.

Девушка, угадывая его желание, повернулась к нему сама. Она обняла его и прижалась.

— Ещё раз такое сделаешь со мной и я умру, — тихо произнесла она.

Душа оцепенела, эмоций нет.

Промежность болит, внутри всё саднит.

Она с трудом дотерпела пытку, не удавив себя верёвкой специально.

Нет, она не мазохистка.

Ей жаль его. Очень жаль.

И почему-то, не жаль себя…

Просто, противно…

Ненормально…

Любовь…

Её нет…

Её не будет…

Полины больше нет…

Глава 17: Не люблю

Полина была тихой уже второй день, она молча встречала его после работы, разговаривала с ним простыми ответами: да, нет, не знаю. Побои на её коже стали лиловыми, она осторожно садилась, стараясь не причинять себе боль или хотя бы минимизировать её. Одевалась в одежду с длинными рукавами, чтобы спрятать следы от верёвки на запястьях. Она заморозила свои чувства, чтобы не сойти с ума. Жила, как кукла, обездушенная, холодная… Просто, жила.

Макар задаривал её подарками, цветами, был осторожен, нежен, но девушка ровно реагировала на его внимание. Его начинало одолевать отчаяние. Он любил её, и чем больше она его отталкивала, тем сильнее его тянуло к ней, тем сложнее становилось контролировать своих внутренних демонов. Обладать ею стало навязчивой идей, препараты лишь сглаживали его маниакальную страсть по отношению к ней. Он впервые сильно сожалел о том, что поступил с ней жестоко и уговаривал себя больше так никогда не делать. Запереть своего зверя в клетку и держать там вечно.

Он понимал, что обманывается. Зверь и он — единое целое, нельзя запереть одного, не заперев другого.

Полину он не трогал все эти дни. Легко целовал, легко касался, легко обнимал во сне.

Ещё одна ночь нежных объятий, ещё одна ночь сладкого сна рядом с ней.

Сработал будильник, он открыл глаза. Тёплое летнее утро, любимая женщина в его руках. Она так беззащитна, так развратно-соблазнительна спящая…

Спящая в его руках…

Принадлежащая только ему…

Люблю тебя…

Девушка шевельнулась, но не проснулась. По безмятежному лицу пробежала едва уловимая печаль.

Сплю в твоих объятиях…

Твоя рабыня…

Люби…

Макар скользнул по её губам своими нежной лаской и с разочарованием стал выбираться из постели. Девушка так и не проснулась, пока он был дома. На работу идти не хотелось. А идти было необходимо, он начинал срывать сроки по некоторым договоренностям. Нет, ошибок он не совершал в принятии решений, он был всё тем же монстром, способным сорвать большой куш, но, из-за маниакальной привязанности к Полине, у него оставалось меньше времени на работу.

Через час Полина проснулась, превозмогая лень, она вытащила своё замученное тело из постели, разбудив Барсика, нагло устроившегося на ней.

Кофе, бутерброд и мультсериал. Полина, потеряв временно возможность ходить на танцы и в люди, чтобы отвлечься, подсела на мультфильмы. Кот составлял ей компанию. Они целый день ели «вредную» пищу и смотрели глупые мультики.

Пришла домработница, не удивившись тому, что Полина в одном халате развалившись на диване смотрит мультфильмы, спокойно занялась своими делами. Девушка поприветствовала её и на вопрос, что приготовить, сказала, что ей всё равно.

Ухода домработницы Полина не заметила. Отправившись на кухню за очередными вкусностями, она выудила из холодильника колбасу и сыр. Разложив все богатства на столе для приготовления на скорую руку чего-нибудь совсем малосъедобного, но очень вкусного, она нисколько не удивилась, что кто-то вошёл на кухню, думая, что это домработница.

— Здравствуйте, Полина, — услышала она за спиной голос матери Макара. Она повернулась к вошедшей женщине. Кажется, её сейчас убьют взглядом. Собранная Валентина Тимофеевна, готова была броситься в бой как кобра, её лишь останавливала угроза сына по поводу того, что он лишит финансовых потоков из его кармана всех членов семьи.

— Здравствуйте, — вежливо отозвалась Полина, усиленно стараясь вспомнить, как зовут мать Макара.

— Я хочу поговорить с тобой, — мрачно, с угрозой, произнесла Валентина Тимофеевна и, подойдя к столу, села, поставив дамскую сумочку на стул рядом.

— Я слушаю, — отозвалась, недоумевая Полина. Садиться не стала, синяки от ремня ещё сильно беспокоили, она не так давно начала нормально ходить.

— Я хочу, чтобы ты перестала привораживать моего сына. Макар с тобой сам не свой, — огорошила Полину Валентина Тимофеевна. Полина от неожиданности открыла рот и села в немом изумлении.

Так вот оно что! Это приворот?

А она-то думала психопатия!

А она-то думала, что он просто псих!!!

Вот это поворот!

— Ты молода, найдешь себе другого, — продолжала мать Макара, не замечая её удивление. — Сколько тебе нужно денег, чтобы ты отстала от него?

— Понимаете, — Полина так и не вспомнила её отчество, поэтому решила избегать называть по имени мать Макара. — Я готова сама заплатить кому угодно, чтобы он отстал от меня.

Теперь пришла очередь матери Макара уходить в ступор от потрясения.

— В смысле? — ошалело поинтересовалась Валентина Тимофеевна, стараясь усидеть на стуле. Её золотко не нужно бессовестной потаскухе? Как? Да быть такого не может?

Полина встала и выйдя из-за стола сбросила с себя халат, ткань скользнула по коже и упала на пол к ногам, обнажая синяки и ссадины.

— Это сделал ваш сын. Он садист и он психически болен. Я с ним по принуждению, он угрожает расправой мне и моим родственникам, — произнесла спокойно Полина и убедившись, что Валентина Тимофеевна вдоволь насмотрелась на побои, надела обратно халат и принялась готовить себе бутерброд.

— Ты лжёшь! — возмущённо воскликнула, не веря, мать Макара. Лицо её было пунцовым от ярости и стыда. — Он не мог так поступить!

— Он болен, — спокойно ответила Полина. — Я была бы вам благодарна, если бы вы его затащили к психиатрам за границей. Вы же, вроде, где-то в Европе живёте? Там должны быть хорошие специалисты.

— Рассказывай всё с самого начала! — почти шипя потребовала Валентина Тимофеевна. Полина окинула её коротким внимательным взглядом, словно проверяя способна ли мать Макара услышать правду и не заработать инфаркт. Получив на свой мысленный вопрос положительный ответ по поводу крепких нервов у Валентины Тимофеевны, она предложила чай гостье и свою незамысловатую еду, прежде, чем начать своё повествование.

Полина сделала правильные выводы. Мать Макара, не смотря на свою истеричность и экстравагантность, оказалась прекрасным слушателем с железными нервами. Она возразила лишь однажды, когда услышала про беременность и ДНК.

— Он же бесплоден! — не сдержалась Валентина Тимофеевна.

— Я была беременна от него дважды, — горько усмехнулась в ответ Полина. Мать Макара впала в уныние, непонятно отчего, толи потому, что беременности не привели к деторождению, толи наоборот, что они вообще имели место быть.

Мать Макара стойко дослушала страшную историю и в подавленных эмоциях распрощалась с Полиной, не веря до конца во всё происходящее.

Следом за матерью появился Макар, с очередным шикарным букетом.

Полина приняла букет белых роз и позволила поцеловать себя в щёчку.

— Давай, сходим куда-нибудь, поужинаем? — притягивая её в объятия, спросил Макар. Ему не нравится, что она перестала следить за собой, ходит в одном халате, растрёпанная, явно не посещавшая душ.

— Не хочу, — осторожно выскользнула из объятий Полина. Макара затрясло, демон требует расправы, сколько можно терпеть эти нюни!

Он гасит желание вцепиться в неё, утащить в ванну и там грубо взять.

— Полина, я настаиваю! — гневные нотки, как бы он не пытался сдержаться, проскальзывают в словах.

— Хорошо, — грустно согласилась Полина. — Схожу в душ, приведу себя в порядок и выгуляемся.

Макар обрадовался, она наконец-то заговорила с ним, надо было сразу нажать на неё! Пока он играл с котом, Полина помылась и сделала из себя красивую, счастливую спутницу обеспеченного мужчины, скрывая следы его страсти.

Они пошли в ресторан, пришло время показать ему нормальные отношения. Полина, пересиливая себя, начала вести диалог в автомобиле с Макаром:

— У тебя в ближайшее время много работы? — с теплотой в голосе, заинтересованно.

Макар потерялся от неожиданности и, слегка притормозив, перестал гнать, как бешенный.

— Да, я несколько подзапустил дела, — осторожно ответил он. Полина улыбнулась ему ободряюще в ответ.

— Может, у нас получится съездить, покататься на машине по области, но чур, за рулем буду я! — начала заигрывать с ним Полина. Макар повернул к обочине и резко остановился, за что тут же получил злобные гудки от других водителей. На них он не реагирует, зато внимательно изучает Полину, её поведение ему в новинку. Это его насторожило.

— Ты ужасно водишь, — выдала ему мило Полина. — Я поседею с твоей ездой везде.

— Это новая игра? — холодно поинтересовался Макар.

— Я обещала показать тебе нормальные отношения. Наслаждайся, — улыбнулась тепло Полина. — Не всё же время мне обрабатывать твой член.

Ярость волной окатила Макара. Сучка показывает зубки! Дышать стало тяжело, красная пелена накатила на глаза.

Девушка отстегнулась и коснувшись его щеки ладонью в нежной ласке, потянулась за поцелуем. Её губы прилипли к его, он рванул её на себя и впился с ядовитой страстью опаляя её огнем. Ярость таяла от поцелуя, на её место приходило дикое желание. Он хотел её прямо здесь и сейчас. Полина словно поняв его желание, перебралась к нему на колени сев к нему лицом. Он отодвинул кресло, увеличив немного пространство.

Его рука, рванула под её длинное платье, под которым не оказалось нижнего белья.

— Нас видно… — прошептала Полина между поцелуями.

— Плевать! — его пальцы мягко проникли между уже влажных складочек, заставляя Полину застонать от удовольствия. Она хочет его! Зверю Макара нравится, он в восторге без всяких экзекуций и садизма. Демоны ухмыляются, сучка их хочет, их сучка!

Он разжигает внутри неё острое желание, играя с ней пальцами и изводя поцелуями.

— Пожалуйста возьми меня, пожалуйста, возьми, Макар! — стонала Полина, похотливо потираясь о его штаны, бессовестно предлагая себя. Она не заметила, как быстро он расстегнул брюки и приспустил боксеры, выпуская наружу своё желание. Он ворвался в неё, контролируя крепким захватом движение её бёдер. В несколько глубоких толчков он кончил в неё… Его мир сгорел заживо в одно мгновение, лютый оргазм, вырывающий душу, раскалывающий на атомы. Лоно Полины сокращается, получая желаемую горячую жидкость, она почти без чувств опускается на его плечо. Внутри у неё всё полыхает от удовольствия.

— Ты восхитительна! — прошептал он ей, прижимая её к себе руками.

— Нас видели люди, мы психи… — лёжа на его плече, разморённая после оргазма, тихо хихикнула Полина.

— Зато теперь некоторые знают, что ты моя! — пошутил Макар и поцеловал её в шею. — Если мы хотим успеть поесть в ресторане, нам нужно торопиться.

— Мне так хорошо, можно мы так и поедем? — томно произнесла Полина, скользя пальцами по его шее. Настройки Макара сбились, его эмоционально начинает расшатывать. Он готов для неё на всё!

Полюби меня…

Молю…

Молю о любви…

Люби прошу…

Полина дотянулась до сумочки, достала салфетки и осторожно поднялась. Его член выскользнул из неё, и она быстро вытерла промежность салфетками, убирая его сперму. Потом она нехотя вернулась на своё кресло. Низ живота приятно тянуло. Она, закрыв глаза, с удовольствием откинулась на спинку сидения.

Не люблю…

Она слышала, как он застегнул брюки. Он так и не отстегнулся во время секса. Машина плавно тронулась.

— Я хочу поехать с тобой, — неожиданно произнёс он. В голосе проскальзывает боль.

— Я покажу тебе одно очень интересное место, тебе оно обязательно понравится, — ответила она, не открывая глаза и накидывая на себя ремень безопасности. — И Барсика с собой возьмём.

— Скажи мне честно, — Макара внутренне потряхивало. — Ты способна меня полюбить?

Ответ на этот вопрос он одновременно страстно желает узнать, и панически боится услышать.

— Я не знаю, Макар, — произнесла она. — Я думаю, что нет.

Полина внутренне усмехалась. Ему мало обладать её телом, теперь он хочет её душу целиком и полностью. Ну уж нет! Пусть довольствуется телом. Она не готова отдать на растерзание своё сердце, там уже есть один топор.

Невидимый палач, ядовито улыбаясь под чёрным колпаком, мелко шинкует сердце и легкие Макара. Он собирается посыпать глубокие кровоточащие раны обильно солью грубого помола.

Ужин, на удивление, прошёл хорошо. Полина всё время выводила их беседу на интересные им обоим темы. Макара она поразила своей сообразительностью и знаниями. Он думал о ней хуже.

Ночь прошла бурно, они почти не спали. В его постели была ласковая нежная кошечка, принадлежащая только ему. Демоны в восторге, зверь доволен, Макар растворен в ней.

Они заснули под утро в крепких объятиях.

За три дня Макар насыщался словно голодный зверь, вышедший из спячки, Полиной, как самым изысканным блюдом, смакуя эмоции, наслаждаясь отношениями, которые создавала Полина. Она смогла его довести до истерического смеха, до слёз. Он искренне хохотал над её рассказом про своё боевое детство.

У Полины было яркое насыщенное детство, с массой приключений и развлечений. Своё детство Макар, как не силился, так и не смог вспомнить. Кроме фотографий в его памяти ничего не всплывало лет до девяти. Да и воспоминания о школе были подтёртыми. А у неё живые, яркие, забавные. Как она вообще выжила? И тонула, и падала с высоты, и устроила пожар. Он учился, получал хорошие оценки, стремился поступить в институт.

Какое разное детство…

Какие разные они…

Он нарушал правило и не предохранялся с ней, и он бросил препараты, прописанные психиатром.

На четвертый день неги, Макар и Полина сидели на кухне, Полина ковырялась в телефоне, не мешая Макару разбирать бумаги.

— Ты животное! — внезапно зло выдал Макар.

Полина не сразу поняла, что это сказали ей.

— Дай сюда телефон, скотина тупая! — потребовал Макар. Полина подняла на него глаза, находясь в глубоком шоке. Макар был в ярости.

— Тварь, я сказал дай сюда свой телефон!!! — перешёл на крик Макар. — Дай сюда этот чёртов телефон пока я не размозжил тебе голову, сука!!!

И не дожидаясь, когда Полина выйдет из охватившего её ступора, схватил её телефон со стола и стал быстро просматривать. Явно не найдя искомое, он швырнул телефон в стену и встал со стула. Его движения были хищными, угрожающими. Полина поняла, что она в серьёзной опасности и впиваясь пальцами в крышку стола тихо спросила, глядя ему в глаза:

— Что произошло?

Он схватил её больно за руку выше локтя и стащил со стула.

— Шлюха, с кем ты трахаешься?

Его лицо почернело, потеряв свою привлекательность, глаза заволокло ненавистью, оскал пугал.

— Ты о чём? — едва справляясь со страхом пролепетала Полина. Макар сжал руку сильнее.

— Когда ты листала контакты, там было написано мой лучший любовник!!! — рявкнул он и швырнул её на пол. Полина едва успела сгруппироваться, чтобы не получить травм.

— Бред какой-то! — ничего не понимая произнесла Полина, скорее, сама для себя. Уж она-то помнит наверняка, что таких контактов у неё точно не занесено в телефон. Макар схватил её за волосы и заставил встать на колени. Полина начала злиться, страх начал отступать… Она не боится Макара.

— Там нет таких контактов! — вырывается Полина. — Ты идиот! У тебя галлюцинации!

— Ты стёрла!!! — проорал Макар и, отпустив её волосы, ударил её по щеке. В пощечину он вложил всю силу, Полину снова отбросило на пол. На щеке заалела пятерня от его руки. Полина, не поднимаясь обратно, держась за щеку, всхлипнула и тихо повторила:

— У тебя галлюцинации! Я вообще смотрела плейлист!

Макар, сжимая кулаки, подошёл к телефону, ярость выжигала ему мозг. Он поднял разбитый телефон, тот, подвисая, включился. Он листает плейлист и натыкается на название на английском языке «Мой лучший любовник».

— Ты знаешь английский? — холодно спросил он её, уже понимая, что ошибся.

— Нет, — продолжала всхлипывать Полина, сидя на полу. Ревность всё ещё жрёт его изнутри, Макар понял, что был очень близок к физической расправе над Полиной.

Он небрежно бросил телефон к её руке, которой она опирается о пол, добивая гаджет.

— Будешь мне изменять, я убью тебя! — зло выплюнул он. Признать перед ней свою ошибку он не способен, он сосредоточен только на своих эмоциях, на своей вспышке ярости. Ему всё ещё кажется, что у Полины, всё-таки, есть реальный любовник, иначе с какой целью она слушает такую музыку.

Не обращая внимания на плачущую девушку, он сел обратно за стол и продолжил разбирать бумаги.

— Пошла вон отсюда! — угрожающе сказал он. — Шлюха!

Полина была раздавлена, она только расслабилась, только потеряла бдительность… Он снова смял её, сломал, как игрушку! Собрав всю волю в кулак, она отправилась спать, думать не хотелось, организм требовал срочно погрузиться в спасительный сон.

Макар разбудил её грубым требовательным поцелуем. Она попыталась оказать сопротивление, но тут же была прижата к постели всем телом, весовые категории у них были разные. Макар легко сломал её сопротивление, грубо исследуя её тело. Содрав с неё нижнее белье, он проник пальцами внутрь и принялся её трахать, максимально причиняя боль.

— Расслабься сука! — приказал он, кусая её в шею. — Иначе порву!

Полина постаралась расслабиться, но организм против. У неё не получалось, инстинктивно она попыталась выползти из-под него.

— Мне больно, я не могу! — психовала Полина, нет она не будет умолять его! Только не сегодня! Он ввёл ещё один палец, растягивая вход.

— Говнюк! Я тебе яйца отрежу, когда выберусь из-под тебя! — озверела Полина, выворачиваясь из его хватки, кусая его в ответ в шею в районе яремной вены. Она пережала её зубами, угрожая перекусить. В глазах Макара потемнело от боли и его это отрезвило. Он вытащил из неё пальцы.

Она разжала зубы и угрожающе произнесла:

— Я тебя предупреждала, будешь меня насиловать — я умру! Мы очень высоко живём, живая я не останусь!

— Если я сейчас не получу желаемого, я за себя не отвечаю… — глухо произнёс Макар. Полина почувствовала, как он возбуждён.

— Хорошо, — раздражённо ответила ему Полина, она обвила его ногами и запустила руку в волосы, прижимаясь всем телом к нему. Её поцелуй пряный, игривый. Макару снесло голову окончательно. Он грубо ворвался в неё, заставляя застонать от боли. Любит он её яростно, жестоко, кусая и крепко сжимая её руками. Не смотря на боль, Полина завелась. Она подаётся ему навстречу сама, и вихрь наслаждения сливает их тела и сознание в едином оргазме.

Утром они проснулись от звонка. Отец Макара просил срочно приехать его к ним за границу. Мать Макара попала в больницу с сердечным приступом и чувствует себя очень плохо.

Полина мысленно содрогнулась, она начала чувствовать за собой вину и страшится того, что это могло случиться с Валентиной Тимофеевной по её вине. По её ли вине? Но ей это уже не важно, она переживала за то, что рассказала правду матери Макара.

Макар улетел на самолёте в районе обеда, оставив Полину на попечении кота.

К ней приехал брат, объясняя свой приезд тем, что не смогли до неё дозвониться и попросил поехать к родителям в гости с ночёвкой.

Всё происходило в суматохе. Она взяла с собой Барсика и забыла о покупке нового телефона… И, вообще, оставила сим-карту дома. Документы были у неё в сумке, она села в свой автомобиль и поехала в гости к родителям.

Глава 18: Смерть

Родители Полины жили в доме. Барсик уже бывал у них в гостях и пару раз нещадно был бит местной кошкой Буськой, поэтому из сумки-переноски высовываться не спешил.

Мать вышла на встречу дочери, и узрев отметину от пощечины на щеке Полины, осторожно погладила её щеку ладонью.

— Это он тебя? — едва сдерживая слезы, спросила мать.

— Да, — тихо ответила Полина. Последнее время сострадание по отношению к ней стало выбивать её из колеи, сочувствие других делало её слабой, беззащитной и уязвимой. Её губы дернулись и на глаза навернулись слёзы. Она почти упала в объятия матери. Отец, стоял позади матери, сжимая и разжимая кулаки, он не так давно приобрёл ружьё, он готовился к убийству, если с липовой смертью ничего не получится.

— Всё будет хорошо, дорогая, — успокаивала мать рыдающую дочь. — К нам приходил Данил. Они всё подготовили.

— Это хорошо, — между всхлипыванием произнесла Полина, на душе стало спокойно, и она затихла.

Через полчаса с телефона брата на сотовый матери позвонил Фесенко и проинструктировал о том, что нужно делать. Настоятельно порекомендовав не отступать ни на миллиметр от плана, так как за ней наблюдает человек Макара и убирать его нельзя для того, чтобы был живой свидетель её смерти.

Частный детектив, коротал ночь у дома родителей Полины. Он наблюдал за тем, как приехала «скорая помощь». А потом следом приехал катафалк… Он не до конца понимал, кого выносят из дома. Тело было укрыто плотно одеялом. Катафалк уехал. Детектив попытался дозвониться до Макара, но тот был не доступен.

У Макара по прилёту к родителям за пределами аэропорта украли телефон, он даже не заметил, как его вытащили из кармана. Его успокаивало то, что единственный нужный номер он знал наизусть, номер Полины. Приехав в дом к родителям в дом, он тут же попытался дозвониться до неё и его ждал неприятный сюрприз: Полина была не доступна. Вспомнив, что он сам же разбил её телефон заскрипел зубами от ярости.

Дура! Не догадалась купить новый телефон или специально не покупает, чтобы потравить его!

Ещё большее разочарование он получил в виде абсолютно здоровой матери, требующей немедленно посещения самых лучших специалистов в области психиатрии, психологии, психотерапии, ну и парочка толковых шаманов в списке тоже значились.

И ещё он потерял связь с детективом, следящим за Полиной. Сим-карту восстановить не было никакой возможности, поэтому выйти с ним на связь можно было только потратив на это время. А мама присела ему на уши основательно и не слезала с него, контролируя даже походы до туалета.

Отец только развел руками, мол мать не первый год знаешь, с живого не слезет, слушайся маму — она плохого не посоветует!

Макар два дня прилежно ходил по врачам. Доктора ему снова пели про психопатию, отсутствие эмпатии, отсутствие сострадания, маниакальное влечение к объекту любви. Расписывали лечение на годы, настоятельно рекомендуя держаться от Полины подальше. Шаманы лечили его заклинаниями и очищениями, советуя обратиться к Богу и пройти путь самопознания.

Легче ему не становилось… Он уже вторые сутки не знал, что происходит с Полиной, но мать ему не давала выдохнуть. Полина до сих пор была вне зоны доступа.

Наконец, он добрался до интернета и зашёл на страницу Полины в соцсетях.

Любим, помним, скорбим…

Свечи, цветы…

Траур…

Нашей доченьки больше нет…

Он просматривал страницу много раз, словно что-то изменится… Ничего не менялось, просто постов становилось больше. Друзья, знакомые, просто те, кто когда-то был знаком, писали на странице Полины новые и новые посты о её смерти.

Сколько вокруг неё было людей… А он их не видел, не замечал!

Макар не знал, что все эти люди — это прошлое Полины до знакомства с ним. Он, войдя в её жизнь, разорвал все связи, оставив её одну.

Не слушая ни мать, ни отца он сорвался в Россию.

Полины больше нет!

Этого не может быть!

Это просто кошмарный сон!

На похороны он не успел. Прежде чем пойти на её могилу, он просмотрел доклад от частного детектива, чтобы убедиться в реальности происходящего.

Полина умерла в первую ночь, когда его не было. Инсульт, она умерла мгновенно от обширного кровотечения в мозг, проблемы с сосудами и кровью у неё очевидно были давно. Сразу припомнился обморок в ванной. Перемена в её поведении, первые намеки на перемены в её организме. Прилагались и фотографии с траурной церемонии.

Восковое лицо на белоснежной подушке…

Подвенечное платье…

В гробу…

Он заскулил, он царапал руками стол и скулил, глотая слёзы, текущие по щекам.

На кладбище он добирался самостоятельно, прихватив с собой бутылку водки, он долго ходил среди могил, пока не нашел её. Красивая на фотографии, приветливо улыбающаяся, живая. Он стоял на коленях возле холма, заваленного венками и цветами, и безудержно рыдал, кроша в руках землю. А потом он выпил всю бутылку и уснул возле могилы.

Утром он проснулся он того, что замерз. Потухший и разбитый он поехал домой. Все действия он делал на автомате… Душ, еда, работа… А потом снова вечер, снова кладбище… Он спал у её могилы, как верный пес, во сне слёзы текли непроизвольно из его глаз.

Как пришла осень он даже не успел заметить. Ночи стали холодными. Листья падали на её могилу, падали рядом, готовя ему постель. И он приходил на свою лежанку, мёрз, плакал и спал рядом всю ночь.

Если бы он мог…

Если бы он только мог всё изменить…

Он бы не поехал…

Он бы всё-таки заставил её обследоваться…

Он бы не насиловал её…

Он бы не издевался над ней…

Сколько бы он изменил всего, если бы время поворачивалось назад…

Он бы никогда не пошёл в кафе, чтобы увидеть свою сестру…

И тогда бы их истории никогда не было…

Полина жила бы счастливой жизнью, никогда не узнав его…

Он рыдал, свернувшись в клубок.

О его ночной жизни никто ничего не знает.

Кашель и температура были как благословение. Макар, промерзая каждую ночь заработал сначала бронхит, который быстро перешел в пневмонию. И однажды утром он не смог проснуться.

Сквозь бред он почувствовал, как ЕЁ рука легла ему на лоб.

— Он же горит весь! — услышал он сквозь укачивания и морок ЕЁ голос. И незнакомый голос:

— Ну и хрен с ним, пойдём!

Потом провал.

ОНА укутывает его в свою курточку, ЕЁ запах обдает его как наваждение. Он силится открыть глаза, муть. ЕЁ образ размыт. Но это точно ОНА… Живая…

Или просто умер он…

Удушающий кашель…

Провал…

Его голова лежит на ЕЁ коленях, ОНА придерживает его руками и гладит по голове.

— Всё будет хорошо! — её чудесный голос словно издалека, словно они оба в другом мире, в другой реальности.

Он хочет сказать, что любит ЕЁ, но с губ срывается лишь болезненное мычание и следом лёгкие рвёт кашель.

Тьма утягивает за собой. Он окончательно проваливается в забытье. Ни врачей «скорой помощи», ни реанимации он уже не чувствует…

В себя он пришёл ещё в реанимации, его уже отключили от искусственной вентиляции лёгких.

— Где она? — охрипшим голосом он спросил медсестру.

— Кто? — задала встречный вопрос медсестра.

— Моя жена. Она была на кладбище, — удивил он медсестру.

— Я позову доктора, полежите спокойно, — уговаривает его девушка и, убедившись, что пациент не собирается срываться с места, убежала за доктором. Его перевели в палату. На вопросы о том, кто его привез, отвечали, что его доставила «скорая», с ним была темноволосая девушка.

Полина, это была Полина, тешил он себя надеждой. Воспоминания были смазанные, не настоящие, он понимал, что возможно ему привиделось всё, но запах, запах, он чувствовал её запах.

Вечером в палате появляется Данил в сопровождении Дарьи.

— Ну, чудак-человек, ты заставил нас поволноваться, когда не появился утром на работу! — поприветствовал его Данил. — Дарья — молодец! Нашла тебя и вызвала скорую.

Макар не хотел верить в то, что слышит. Цвет волос Дарьи идентичный цвету у Полины, она выкрасилась специально. Как же больно дышать…

Но он же знает, что Дарья пахнет не так. Аромат Полины уникален, он так глубоко врезался в память, что он определит его среди миллиона запахов. Он чувствовал её запах, её прикосновения.

Сквозь туман он слушал рассказ Дарьи о его чудесном спасении.

— Я не просил! — прорычал угрожающе Макар, прерывая её повествование. — Пошла вон, тварь!

Данил удивлённо приподнял бровь, Дарья помрачнела от унижения, но ослушаться не посмела.

— Я посижу возле палаты, — покорно пролепетала Дарья. Образец послушания и готовности к наказанию.

Данил именно на это рассчитывал, подговаривая Дарью. Нет, Дарья была не в курсе событий — Дарье Данил сказал, что Макара нашли родители Полины и вызвали скорую. Надо было развлечь Макара и прекратить его ночевки на кладбище. Он рассчитывал, что Макар переключится в своей жестокости на Дарью, и постепенно забудет Полину.

Как он сильно ошибался…

Маньяки не забывают своих жертв…

Своих возлюбленных жертв…

Макар, как только смог самостоятельно передвигаться, вырвался из больницы и найдя двух копальщиков, без документов на эксгумацию, отправился откапывать Полину.

Их всех опередили родители, смекнув, что Макар может догадаться о лже-смерти, откопав гроб с восковой куклой. Они вскрыли могилу и с помощью Фесенко кремировали якобы труп Полины. И псевдо-прах торжественно развеяли с моста.

Теперь пристанища у тела Полины не было.

Макар, оцепенев стоял у пустой могилы, её не успели закопать. Последнюю нить с его любимой разорвали навсегда.

Но он же слышал её голос…

Чувствовал её прикосновения…

Боль утраты выжигала изнутри глубокие кровоточащие узоры. Теперь ему даже негде спать.

***

Полина покинула пределы России, исполняя давнюю мечту посетить город кошек Стамбул. И постараться прижиться там.

Ночь её смерти была бурной, её увезли на катафалке якобы мертвую прямо в морг. Радостный патологоанатом потребовал раздеться до нижнего белья, чтобы сделать описание синяков и ссадин.

— Нужно, чтобы было всё натурально. Секс был? Сперма внутри?

Полина даже не огрызалась, исправно отвечая на вопросы. И когда её уже тихонечко вывозили из морга он пошутил:

— От меня живым ещё никто не уходил!

И подмигнул, заставив икнуть озадаченную всем происходящим Полину.

Данил объяснил, что мать Макара с ним созвонилась и спросила про его отношения, и получив утвердительный ответ на то, что у Макара есть проблемы в поведении, решила им срочно заняться. А уж если Валентина Тимофеевна берёт всё в свои руки, это что поезд останавливать. Валентина Тимофеевна вывалила все планы Данилу вместе с датами, и они с Фесенко решили воспользоваться такой удачей.

Похищение телефона у Макара было спланировано, чтобы его временно отрезать от получения информации от частного детектива, который следил за Полиной.

Валентина Тимофеевна превзошла все ожидания и перекрыла Макару связь с внешним миром почти полностью, дав возможность инсценировку смерти провести без сучка и задоринки. Никто и не понял, что в гробу лежала кукла.

На свою могилу ей хотелось посмотреть перед отъездом в Стамбул, и она, одетая до неузнаваемости, вместе с братом направилась на кладбище, где наткнулась на Макара, мечущегося в горячке, среди опавшей листвы, подле её могилы.

Она спасла ему жизнь, рискуя снова попасть под его влияние.

Значит, так должно было быть.

Она свободна!

И нет теперь больше Полины! Есть темноволосая Агата!

Самолет поднимался в воздух с новой в этом мире Агатой, а Макар крушил квартиру, предварительно выставив мать из неё. Валентина Тимофеевна вычистила квартиру Макара от вещей Полины, ни оставив ни намека на её присутствие когда-либо в его жизни. Это взбесило его.

У него ничего не осталось от неё. Ему не отдали Барсика, его даже не пустили на порог, угрожая ружьём. Отец Полины был решительно настроен, выставляя несостоявшегося зятя.

Демоны Макара требовали Полину, зверь выл в отчаянии, Макар не находил себе места, забыв про сон. Он похудел, потерял красоту, постарел. Не выдержав, он поддался уговорам и лёг в клинику неврозов. Выйдя оттуда через три недели он начал работать и наконец-то нормально спать. На женщин не смотрел, они были ему теперь не интересны. Потуги Дарьи оказались бессмысленны, да и попытки Данила ввести Макара в прежний образ жизни не удалась.

Фесенко всё устраивало, Макар пахал, не нарушая сроки и выдавая хорошие результаты, обогащая их обоих.

Накануне Нового года он нерешительно вошёл в храм. Он пришёл просить невозможное, он пришёл просить вернуть ему его единственную любовь, его Полину.

Прошла неделя, вторая ничего не происходило. Полина не ожила, время не повернулось вспять. Макар существовал в течении времени, мрачно наблюдая, как меняется всё вокруг, как на смену зимы приходит весна. Боль не отпускала.

Существование завещания оказалось неприятным сюрпризом, все подарки Макара: автомобиль, квартира, перешли к родителям и брату. Ему вернули её обручальное кольцо и то первое кольцо, которым он её пометил. Остальные драгоценности лежали у него в сейфе, она их не носила, поэтому он почти не ассоциировал их с ней. Не вернулись только сережки в виде виноградной кисти, родители Полины лишь недоуменно пожали плечами. В суете они забыли про них и теперь понятия не имели, где их искать.

Он держал оба её кольца у себя в ладони, крепко сжимая кулак. Внутри была тоска, сводящая с ума. Сердце стонало, в душе была дикая боль. Кольца жгли кожу…

Она умерла в них…

Он продел в них цепочку и повесил её на шею.

Теперь её кольца возле его сердца…

Частичка её самой рядом с ним…

Он видел её во снах. Она приходила нагая, забиралась сверху, целуя его жестоким тягучим поцелуем. Он не может ответить, он парализован. Она опускается на его член со стоном. Он чувствует, как она жаждет его, как горит её лоно, как его член упирается внутри неё во что-то горячее и плотное. Его заводит её нахальное поведение. Её тело извивается над ним, она с адским хохотом царапает его и когти проходят сквозь кожу раздирая ребра и касаясь души…

А он не может пошевелится, терпя жуткую нечеловеческую боль…

Оргазм жестокий, сворачивающий реальность и превращая агонию в стремительное падение…

Он вздрагивал и просыпался в слезах.

Глава 19: Ведьма

После очередного сна с Полиной, Макар решился на то, что противоречило его принципам. Раз Бог не ответил на его молитву, он решился пройтись по местным ведьмам и шаманам, чтобы связаться с Полиной.

Мама тут же подкинула ему пару адресов. Как он, собственно, и ожидал, они его знали, как облупленного и ничего нового не сказали. Потом собственные бесплодные попытки походов по разным магам, пока однажды его не занесло в небольшой городок. Попал он к ведьме не сразу, она раз пять отказывала ему по телефону под разными предлогами. Записала его на приём, в результате, секретарша. Ведьма была молода, по сравнению с теми, кого он видел раньше, лет тридцати пяти. Никакого лишнего антуража, обычный дом, обычная женщина, никаких внешних признаков магических способностей. У обычной женщины были тёмные волосы с медным отливом, смуглая кожа, зелёно-карие глаза, по-своему красива. Мягкий голос без изъянов и, похоже, скверный нрав.

Глядя на фотографию Полины в его телефоне, ведьма спросила:

— Вы издевались над ней?

Макар опешил и отрицательно помотал головой:

— Просто ссорились.

Ведьма презрительно хмыкнула и сказала:

— Поэтому Вы её насиловали, называли скотиной, сукой и животным. Уходите, мне вам нечем помочь!

И она вернула телефон с её фотографией. Макар, не привыкший сдаваться, положил перед ведьмой телефон на стол и произнёс:

— Я просто хотел узнать, всё ли у неё хорошо.

Женщина одарила его мрачным взглядом и снова взяла телефон:

— Без вас у неё точно всё будет хорошо, — выдала она.

— Я смотрю, вы совсем ничего не боитесь, — не сдержался Макар, показывая свою вторую суть.

— Волков боятся — в лес не ходить, — улыбнулась предупредительно ведьма. — Жива, здорова. Счастлива она, оставьте её в покое. Вам не найти её. Теперь Вы уйдёте?

— Она умерла в прошлом году! — ядовито произнёс Макар, сверля ведьму взглядом.

— Ну и чудесно! — не смутилась ведьма. — Ещё лучше! Она в раю, вы в аду! Каждому свое!

Макар забрал телефон и, шумно встав со стула, направился к выходу, но потом резко передумал. Он вернулся и снова сел на место.

— Она ведь жива? Это ведь так? — спросил он у ведьмы, не скрывая от неё, что он сильно нервничает.

— Вам виднее, — ускользнула она от ответа.

— Послушайте, я люблю её, я готов на всё, чтобы снова встретиться с ней! — он машинально крутил в руках свой телефон. — Помогите мне, ради Бога!

— Вы сказали, что она умерла, так что… Все просьбы к Всевышнему, вы не по адресу, — раздражённо произнесла женщина. — Я не воскрешаю.

— Я не отстану от Вас! — угрожающе предупредил её Макар. — Вы же, вроде, что-то видите. Посмотрите, что я могу устроить в вашей жизни.

— Попробуйте, я вам не по зубам, — усмехнулась ведьма. — Я могу вам помочь только тем, что поставлю частично мозги на место. Я не могу вложить в вас то, чем вы обделены. Даже удивительно, что любите по-настоящему. Вы украли у неё жизнь и вас не мучает совесть! Вы видите только свою боль и не видите её страдания. Вы не купили её и не купите меня!

— Правильная ведьма? — съязвил Макар, демоны оживились, надеясь на скорую расправу.

— Уходите! — просит спокойно женщина, ни страха, ни упрека. Макар резко встал и, с не скрываемой яростью, покинул дом ведьмы. Он был решительно настроен дожать её по поводу Полины, она ведь выдала то, чего знать не могла.

Она сказала ему в след:

— Попытаетесь и сразу серьёзно ошибётесь. Потом долго будете расхлёбывать ошибку!

Макар проигнорировал предупреждение и нанял человека собрать информацию о ведьме, чтобы прижать её. На следующий день он заключил договор, который изначально не планировал подписывать. Сделка превратила его жизнь на неделю в лютый кошмар, он потерял прибыль и ему пришлось вложить свои деньги, чтобы залатать финансовую дыру.

Выводы он сделал моментально и снова прилетел к ведьме, тем более, что он был уже в курсе, что к женщине никак не прицепиться.

— Как Вы это сделали? Я столько денег потерял! — спросил он её, снова сидя на том же стуле.

— Это не я, это они… — нахмурилась ведьма, показывая указательным пальцем в потолок. — Я предупреждала!

— Вы говорили про вправку мозгов… Что это изменит? — нетерпеливо поинтересовался Макар.

— Вы забудете про неё, — получил он ответ, который его не устраивал.

— И больше не влюблюсь никогда? — уточнил он.

— Вы опасны для нормальных женщин. Вы больны. Нет, больше не влюбитесь. Соглашайтесь, это наилучший выход из этого ада, — вздохнула устало ведьма, откидываясь на спинку стула и складывая руки на груди в замок.

— Нет, я не согласен отказаться от своих чувств! — замотал отрицательно головой Макар. — Я жив, только потому, что люблю её! Я не могу себя представить без любви к ней!

— Эгоистично с вашей стороны. Любимых надо отпускать, а вы хотите владеть. В истинной любви нет принуждения, — не согласилась ведьма и тихо добавила: — Да, и не любила она вас… И никогда бы не полюбила…

— Я хочу её найти! — признался Макар.

— Она мертва! — усмехнулась ведьма. — Она вне зоны доступа.

Макар не злился. Он привык анализировать, привык принимать решения на основе определённых выводов. Ведьму не волновала смерть Полины. Она даже не поинтересовалась, от чего та умерла, не уточнила когда. Совершенно равнодушно говорила о гибели молодой женщины. Значит, есть вероятность того, что Полина, всё-таки, жива!

Но повторное расследование ни к чему не привело. Единственное, что его больше всего взбесило, так это комментарий от патологоанатома, что тело Полины подвергалось регулярному физическому насилию.

Он продолжил перебирать экстрасенсов, периодически наведываясь к уже порядком злобствующей знакомой ведьме. Он рассказывал ей подробности своей жизни, глядя как она кривится в отвращении. В результате ведьма задрала поднебесный ценник, конкретно для него. Макара это позабавило, но он продолжил ездить к ней на исповедь.

Когда он рассказывал о том, как спал на кладбище, ведьма наклонилась над столом и уперлась лбом в столешницу.

— Я больше не могу, вы издеваетесь? — взвыла женщина.

— Вы мне не сочувствуете? — живо поинтересовался Макар, ожидая другой реакции. Те, кто узнавал о том, что он проводил ночи у её могилы, отворачивали лицо с навернувшимися на глазах слезами.

— Я вас насквозь вижу! Я бы попинала вас возле могилки, а потом бы рядом прикопала! — с отчаянием ответила она ему, не отрывая лба от стола. — У меня голова от вас пухнет!

— Поверьте, ещё немного и я отстану, — успокоил он её. Ведьма повернула лицо в его сторону, но осталась лежать головой на столе.

— Можно, я эту ересь дослушаю лёжа? А? — с надеждой спросила ведьма. — А то я за себя не отвечаю.

— Как пожелаете, — добродушно согласился Макар. Ведьма его забавляет, не обмануть, не обхитрить. Он пробовал лгать, и её лицо сразу принимало охреневающее выражение, и она начинала скабрёзно улыбаться. Когда он говорил правду, она слушала внимательно, иногда делая короткие замечания по поводу того, что он кретин.

Каждый раз после очередной исповеди, он вылетал от ведьмы словно на крыльях. Он рассказывал ей всё, что помнил, откровенно обнажая свою суть. Пусть она и издевалась в ответ над ним, но ему становилось всё легче и легче!

Он позволял ей издеваться над ним за его же деньги.

Хорошая психотерапия… Просто отличная!

Полина продолжала сниться, но уже смазано, менее эмоционально. Именно это он сообщил ведьме при очередной встрече.

— Ну и чудно, значит вы скоро от меня отстанете! — обрадовалась ведьма. — Это просто замечательная новость!

— Вы что-то со мной сделали? — спросил Макар. — Заколдовали?

Ведьма возвела глаза к потолку, призывая всю свою выдержку на помощь.

— Нет! — отпустила глаза ведьма. — Просто, вы вывалили всё дерьмо, которое сидело внутри вас на меня. Это называется психотерапией. Это не значит, что когда вы снова пересечётесь с Полиной вас опять не накроет. Если бы я вас заколдовала, вы бы забыли дорогу ко мне.

— А вы мне нравитесь! — выдал он ведьме от чистого сердца.

— А вот этого не надо! — вздрогнула, не скрывая ужас, ведьма. — Вот тут я могу и поколдовать для профилактики!

— Подумайте, я бы не отказался от более тесных отношений, — предложил уверенно Макар, откровенно пробегая по ведьме взглядом. Женщина сжала губы и зло сверкнула очами. То, что у него есть реальный шанс огрести от неё, он понял без слов и внезапно засмеялся.

После этой встречи, ему словно отрезали дорогу к забавной ведьме и её образ стёрся в его памяти. Он бы не узнал её в толпе. Он удивился такому обстоятельству. И его внезапно это зацепило, заинтриговало. Женщины очень быстро западали на него, а тут от него бессовестно в наглую пытаются избавиться!

Ведьма сидела, театрально закрыв руками лицо, когда он приехал вместо другого человека.

— Вы меня достали! — чистосердечно призналась ведьма.

— Вы колдовали на меня? — полюбопытствовал Макар. — Я забыл, как вы выглядите и с трудом до вас добрался.

Женщина убрала ладони от лица и перевела на него полный досады взгляд.

— Макар, идите уже нафиг! — выдохнула она ему в лицо. — Выход знаете где!

— Скажите, где Полина и я уйду! — Макар неожиданно стал серьёзным.

— Я не знаю! В загробный мир доступа не имею! — съязвила ведьма.

— Тогда вы мне замените её, Елена! — с предвкушением произнёс Макар. Он встал, мгновенно настиг уже отпрыгнувшую ведьму и втянул её в свои объятия.

Елена хрупкая, невысокая, он легко подавил её сопротивление и впился в её губы злым кусачим поцелуем. Сумасшедший вкус губ… Неповторимый… Немного медовый с цветочными нотками… Ведьма огрызалась и кусалась в ответ. Ко всем прелестям она, извернувшись, всадила ему коленом между ног. Искры из глаз, боевой настрой сразу пропал. Макар согнулся, хватаясь за, похоже, отбитые яйца и член.

— Чертовка! — прохрипел Макар от боли.

— А почему не «сука»? — поинтересовалась Елена.

— Не знаю. Страшно Вас так называть — признался, постанывая, Макар, осторожно опускаясь на стул и восстанавливая дыхание. — Вы другая. Опасная.

— Она сегодня скажет вам сама, где она! — выдала зло ему Елена. — И я не хочу вас больше видеть! У меня есть двое детей, и я нужна им живая и здоровая!

Он уехал от ведьмы со странным ощущением потери чего-то важного. Вкус её губ всё ещё был на его языке… Будоражащий вкус, сладкий… Макар не понимал, как Полина скажет ему сама о своём местонахождении.

Вечером сон накрыл его мгновенно. Он опять был парализован. Полина вошла в комнату в подвенечном платье с восковым лицом. Глазницы пустые, она взобралась на его ноги. Её тело было тяжёлое. Стянула с него трусы и облизнула его член очень длинным языком, показывая гнилые зубы. Её мёртвые холодные губы скользили по его коже, заставляя дрожать от страха. Она знает, как ласкать его. Она помнит всё, что он требовал от неё. Он мгновенно достиг кульминации. Оргазм остановил сердце и выбил воздух из лёгких. Пока он пытался вдохнуть, она подобралась к его лицу, облизала его губы своим жутким полугнилым языком, глядя ему в глаза своими пустыми глазницами и интимно прошептала:

— Стамбул…

Тело встряхнуло и Макар проснулся в холодном поту. Будильник показывал три часа ночи. Ведьма, с губами медового вкуса, не обманула.

Глава 20: Стамбул

Утром того же дня, когда Макару приснился сон, он нанял детектива и Полину начали искать в Стамбуле. Песчинка в море, но, когда в этом море присутствуют цифровые технологии, человека можно найти быстрее, чем можно даже предположить. Где живёт Полина, Макар знал уже через неделю.

Улетая в Стамбул, он позвонил вредной ведьме, чтобы сказать, что он близок к цели благодаря сну, который ему приснился. Вместо приветствия он услышал язвительное:

— Так вы от страха во время сна не померли? Жаль, я очень надеялась.

— Ну, разрыв сердца я едва не заработал, — искренне рассмеялся Макар, с содроганием вспомнив покойницу, делающую ему минет. Удивительно, он смеётся… Просто, смеётся!

— Я старалась… — вздохнула ведьма. — Полетели к ней?

— Откуда? — начал вопрос Макар, но потом вспомнил. — Ах, да, о чем я. Слушайте, может скажете, что меня ждёт? Я узнал, где она, но пока не знаю, как она живет.

— Сюююрпризззз! — с издёвкой произнесла ведьма. Он прямо чувствовал, как она гаденько улыбается в предвкушении подставы. — Я целую неделю вас к себе не пускала. Достали меня, аж волосы седые появились. Короче, скатертью дорога, ветер вам в затылок! Надеюсь, больше не увидимся. И да! Вреда причинить ей не сможете, или я не ведьма!

И сбросила соединение. Макар ошалело посмотрел на экран телефона, волосы на затылке зашевелились — это ветер перемен от ведьмы долетел.

Такси привезло Макара прямо к дому Полины. Демоны резвились внутри, зверь глухо с удовольствием рычал.

Сейчас они получат её…

Сейчас она пожалеет об обмане…

Агата…

Полина…

Наша…

Полина осторожно погладила выступающий животик. Малыш ещё не пинался, но она уже знала, что там мальчик. Мужа не было дома, а она сидела на террасе. Её взор ласкала потрясающая красота, расслабляя и принося покой.

Кто бы мог подумать, что поездка в город кошек принесёт ей счастье.

Она познакомилась, находясь в Стамбуле всего лишь второй день, с англичанином по имени Артур. Он жил и работал в течение последних десяти лет в Турции, он любил Стамбул. Полюбила его и Полина. Это только вначале им было очень сложно общаться, и сложность была даже не в отсутствии знаний у Полины английского и турецкого языков, сложность была в страхах Полины.

Она боялась мужчин. Боялась прикосновений.

Она не доверяла заботе, считая её фальшивой.

А теперь она жена. Самая счастливая жена. Её любят по-настоящему, о ней заботятся, её уважают.

Она носит ребёнка от возлюбленного, желанного ребёнка.

На её глазах остановилось такси и из автомобиля вышел Макар. Сердце Полины вздрогнуло и замерло… Бежать не было смысла, он нашел её снова.

Он шёл к ней, как хищник на охоте. На его губах была обманчивая приветливая улыбка.

Слезы предательски навернулись на глаза, и она активно стала набирать мужу сообщение с просьбой о помощи. Артур знал о её тяжёлых отношениях, оставленных в России. Артур знал о липовой смерти.

— Здравствуй, дорогая! — проворковал Макар. Его глаза пожирали её. Он заметил изменения в её фигуре. Полина беременна… И явно не от него. Да, ему говорили, что она заключила брак, возможно фиктивный.

«Фиктивным браком тут и не пахнет!» — разозлился Макар.

— Убирайся! — истерично выкрикнула Полина, отступая за кресло, по щекам побежали слёзы. — Я ненавижу тебя! Ненавижу!!!

— Ты беременна? — глаза Макара потемнели от ярости. Он был готов сломать ей шею прямо сейчас, прямо здесь… Её тонкую шейку. Лучше бы сдохла по-настоящему! Он кинулся в её сторону. У Полины не было шансов скрыться. Она не бьётся в его захвате, упираясь ему в грудь руками, боясь навредить ребенку.

«Понюхай её!» — услышал он в голове голос ведьмы и подчинился, не успевая даже удивиться. Он коснулся губами её шеи и вдохнул её запах.

Что за чёрт? Она пахнет не так как раньше!

Точнее, она пахнет совсем по-другому… Тонкий древесный аромат…

Запах ему неприятен, запах раздражает его! Он отпустил её из объятий и отступил на два шага назад. Он внимательно посмотрел на неё и понял, что Полина изменилась и внешне. Она стала другой и такая она ему не интересна.

Зверь волнуется, как же так, неужели обоняние подводит?

Демоны возмущены, им не нужна эта пародия на Полину!

Полину мелко трясло. Она не понимала, что происходит с Макаром, и чего от него ожидать. И ещё она в нетерпении ждала приезда мужа.

— Я любил тебя за запах! — ошарашено произнёс Макар. — Которого теперь нет! Я больше не люблю тебя!

Он, в прострации от открывшегося откровения, развернулся и молча ушёл.

Он ничего не понимал, куда делся тот божественный нектар на её коже?

Он оставил Полину в покое уже навсегда. Дикая любовь к ней испарилась, как будто её и не было никогда. Его сумасшествие растворилось вместе с маниакальной привязанностью. Виной всему был её запах.

В гостинице он набрал ведьму, но она не отвечала. После десятого звонка он написал ей сообщение:

«Когда успели меня загипнотизировать? Я слышал ваш голос в своей голове».

«Дебил!» — не заставила ждать его ведьма. Макар заржал и снова набрал нахалку. Она ему ответила, источая яд:

— Ну, что Вам ещё надо?!

— Послушайте, мне не с кем больше поговорить, — не обращая внимание на её неприветливость, ответил Макар.

— Идите нафиг! Найдите себе психотерапевта и говорите с ним сколько влезет! Я ведьма! Я гадаю, целительством занимаюсь, народной медициной! Я не психотерапевт!!! — бесновалась ведьма. — И вообще, по меркам психиатров, я шизофреник!!! Отстаньте!!!

— Я быстро, — попробовал уговорить её Макар.

— Ну, хорошо, рассказывайте, — тяжело вздохнула ведьма.

— Я думал, что убью её, когда увидел, что она беременна. Схватил, и тут в голове ваш голос: «Понюхай её!». И я понюхал.

С той стороны, где находилась ведьма, раздался грохот.

— Что с вами? — забеспокоился Макар.

— Со стула упала! — заворчала недовольно ведьма. Ну, ей ли не знать, что у беременных запах кожи может изменяться из-за гормональных перемен в организме. Она так сдерживалась от хохота, что реально свалилась со стула.

Макар улыбнулся и ехидно поинтересовался:

— Я думал из ступы или с метлы. Не ушиблись?

— Вашими молитвами, слава Богу, цела, — не заставила ждать ответного выпада ведьма. — Так, чего вы там нанюхали? Правда, интересно.

— Я не люблю больше Полину. Я сходил с ума от её запаха, а запах у неё изменился, — спокойно произнёс Макар и тут же с подковыркой добавил. — Или одна наглая ведьма чего-то сотворила с моими мозгами.

Макар был почему-то уверен, что она сейчас показывает язык в зеркало своему отражению. Немного не угадал, она отодвинула телефон от уха и показала язык телефону, а потом поднесла обратно и спокойно сказала:

— Нужны вы мне сто лет с гадом! Я так понимаю, вы исцелились, и я вас больше не увижу? Можно идти доставать самогон и люто праздновать мою свободу от ваших слёз и соплей?

— Что вы за ведьма? Вы должны мне сострадать, Елена! — возмутился Макар.

— Могу «нестоячку» навести из сострадания, — соблазнительно предложила ведьма.

— Поэтому и мужа у вас нет! — ударил по больному Макар.

— Я — ведьма! Мне муж не положен! — отразила удар она. — Короче, идите на фиг! Надеюсь, больше никогда не увидимся. Живите счастливо!

И снова сбросила соединение. Зверь и демоны Макара вместе с ним недоумевающе смотрели на телефон.

Вот это поворот!

Их всех отправили прямым текстом по известному адресу!

А как же губы с медовым привкусом?

Ах да, трогать ведьму нельзя! Провалы в бизнесе, потеря денег или, того хуже, «нестоячка» пожизненно.

Зверь заскулил, демоны приуныли…

С ней же весело…

Может, попробовать…

Макар в нерешительности перебирал в руках телефон. Она забавляла его больше двух месяцев, она изменила его. Присмирели и зверь, и демоны. Он начал смеяться, вспышки гнева прошли. Он даже автомобиль стал водить по правилам.

Сердце тянет в непонятной тоске.

Демон нашептывает, что её тоже можно купить, надо только узнать цену.

Зверь хочет увидеть ведьму, горящую от страсти к нему. Её губы, скользящие по его коже, её покорность, её голос произносящий его имя.

И Макар решился. Нет, звонить он ей не будет. Хотя, так хочется услышать её нахальный голос.

Он устроит ей сюрприз по приезду!

Остаток дня он наслаждался Стамбулом. Вечером немного выпил вина и лёг спать.

Где-то в Стамбуле Полина нежится в объятиях мужа. Страхи исчезли навсегда, чудовище больше не потревожит её.

В России одна ведьма сжигает две фотографии с которыми она работала последний месяц, фотографии Полины и Макара. Она знает, что ей попадёт за своевольное вмешательство в ход событий. Теперь Макар — её проклятье… Или она его… Могла ли поступить она иначе? Наверное, нет. Ей тоскливо и тошно на душе.

Сон Макара был ровный, до тех пор, пока он не оказался в тёмной комнате. У стены стояла кровать. Сон был чёткий, словно всё происходило по-настоящему.

На кровати лежала его ведьма. Волосы с медным отливом разметались по подушке. Он подошёл ближе и сел рядом с ней на кровать. Тёмные круги под глазами, на её лице глубокая усталость, усталость немолодой женщины. Он коснулся её щеки тыльной стороной ладони и осторожно погладил.

— Уходи! — прошептали её губы. Сама она не проснулась.

— Не уйду! — тихо ответил он.

Макар наклонился и поцеловал её мягко. Даже во сне он почувствовал вкус её губ. А ещё он ощутил запах, который так сводил его с ума, когда он был на Полине.

Тело вздрогнуло, и он проснулся.

Глава 21: Рожденный ползать

Макар с трудом заставил себя выждать, когда у ведьмы будет выходной. Ждать пришлось неделю, благо секретарша смогла это уточнить. Его звонки и сообщения она упорно игнорировала.

Утро поездки к ведьме не задалось сразу. Сначала сгорела кофеварка, потом в холодильнике сложились полки. Он вымазал одежду в соусе, упаковка у которого разорвалась по шву. Пришлось переодеваться. Разбил любимую кружку, неудачно зацепив её рукой. Напоследок, перед выходом из дома, скрутило живот.

Наглотавшись таблеток, Макар упорно двигался к цели.

Все четыре колеса спустили, он аж взвыл! Шины были порезаны, не просто проткнуты, а разрезы не менее тридцати сантиметров.

— Ну, хорошо ведьма! — шумно вдохнул Макар. — Посмотрим, кто кого!

Он сходил домой за ключами от второй машины, заехал в цветочный магазин и, прикупив букет из ярко-бордовых роз, помчался к ведьме. На трассе его остановили сотрудники ДПС. Документов на машину у него с собой не оказалось, он, в расстройстве, забыл их дома. Машину, естественно, отобрали и увезли на штрафстоянку.

Такси очень долго не могло найти его и, уже на подъезде к дому ведьмы, он вспомнил, что забыл букет в своей машине.

Когда он вошёл в ворота, было уже почти четыре часа. Во дворе чинили велосипед два мальчишки лет четырнадцати.

— А мама дома? — поинтересовался Макар у мальчишек, догадываясь, что это два её сына-близнеца.

— Она спит, — ответил один из подростков.

— Разбудите, пожалуйста? — попросил Макар, удивляясь факту её сна во второй половине дня.

— Не… Она спит со вчерашнего вечера. Пока не выспится, лучше не трогать, — отрицательно покачал головой второй подросток.

— Я очень долго добирался до неё, мне очень надо! — попытался уговорить пацанов Макар. — Я вам денег на новый велосипед дам.

Подростки между собой переглянулись и, переводя взгляд на него, синхронно отрицательно замотали головой.

— Она устала и, если её разбудить раньше времени, она заболеет, — объяснил один из мальчишек. — Ждите. Можете на лавочке посидеть, под яблоней.

Макар, собрав всю свою волю в кулак, отпустил такси и уселся на лавочку, развлекая себя тем, что выносил мозг своим сотрудникам по телефону.

Сыновья ведьмы, благополучно дочинив велосипед, уехали, оставив Макара охранять дом от незваных гостей.

В шестом часу из дома вышла ведьма в резиновых галошах на босу ногу и в стареньком халате до колена, похоже снятом с бабушки. Помятая, с растрепанными волосами, она была далека от идеала, но у Макара всё равно перехватило дыхание. Ведьма разочарованно вздохнула и села рядом.

— Принесла же вас нелегкая! — поприветствовала его ведьма.

— Я еле добрался до тебя, весь день насмарку, — улыбнулся хищно Макар, убирая телефон в карман, внутри начала разрастаться злость. Королева сраная, никакого уважения!

— Мы уже перешли на «ты»? — поинтересовалась она, игнорируя его агрессивность.

— Не первый день знакомы, — продолжил злиться Макар. — Тем более, я хочу предложить тебе перейти на новый уровень наших отношений.

— То есть, проклятье вечной импотенции, вас не пугает? — пошутила невесело ведьма, складывая руки на груди и глядя на него недобрым взглядом.

Макар глубоко вдохнул, досчитал до десяти, выдохнул.

— Пугает, — уже спокойнее ответил он. — Я хотел предложить тебе сделку. Сколько ты стоишь?

Ведьма критически осмотрела себя, поправила старенький халат советского производства и, снова сложив руки на груди, ехидно ответила:

— Моя тушка бесценна!

— Я, всё равно, получу своё. Думаю, и на твою магию управа найдётся! — глаза Макара потемнели от ярости. Среди тех, к кому он обращался, были и специалисты в своём деле.

— Что вы там про меня подумали? «Королева сраная»? Мм? — добила его ведьма, и, не давая ответить, продолжила монолог. — Вы думаете, что я, зная о вас всё, каждую мелкую деталь ваших отношений с другой женщиной, соглашусь на эту больную связь? Может быть, я не совсем нормальна с точки зрения обычного обывателя, но я психически здорова, чтобы добровольно отдаться в руки маньяку! У меня к вам предложение, я уберу тягу ко мне, но вы дадите мне на это добровольное согласие. И мы будем оба свободны друг от друга.

— А если я не хочу? — он наклонился к ней поближе и вдохнул запах её волос. Сквозь цветочный запах пробивался тонкий, едва уловимый аромат, который взрывал ему мозг с Полиной. Вот что его зацепило в ведьме! Запах, который она активно маскирует! Она прячет от него свой природный аромат. Он его почувствовал в первую встречу, просто не придал значения, так как был одержим идеей найти Полину. И на губах, скорее всего был вкус меда… Настоящего меда.

— Вы найдёте себе девушку на подобие Дарьи и у вас будут идеальные отношения, а я буду жить так, как живу. Без вас — свободно, — не обращая внимания на его близость, сказала ведьма. — Я всю любовь отдаю людям, на вас меня не хватит.

— Мне не интересны такие, как Дарья, после того, как я попробовал вкус настоящих эмоций, — его рука нагло легла на её колено и поползла в верх, задирая подол. Ведьма перехватила его руку за запястье. Её физической силы не хватало, чтобы остановить Макара. Тогда она, вывернувшись, вскочила со скамейки и ударила его наотмашь по щеке ладонью.

— Убирайтесь! — потребовала она. — Пока я вам голову не проломила!

— Да ни за что! — зверь вырвался наружу и Макар кинулся на ведьму. Он втянул её в свои крепкие объятия и впился в губы грубым, подчиняющим поцелуем. Его чары на ведьму не подействовали и она, укусив его губу в ответ, попыталась пнуть. Противостоять грубой мужской силе она не может. Он схватил её за волосы и зафиксировал голову. Рука поползла под халат, губы заскользили по её шее. Он с наслаждением вдыхал её аромат…

Потрясающе-божественный!

А ещё она такая нежно-тёплая! Одурманивающее тепло, словно от свечи, об него хочется греться, его хочется коснуться, эту нежность так хочется заполучить!

Моя ведьма…

А губы, всё-таки, медовые…

— И где же твоя хвалённая «вечная импотенция»? — насмешливо прошептал он и укусил её. Добраться в трусики не удалось, ведьма не сдавалась, пытаясь отчаянно вырваться.

Удар со спины по голове был неожиданным. В глазах потемнело, и он от неожиданности отпустил ведьму. Схватился рукой за приличную шишку в волосах и морщась повернулся. Оба близнеца были вооружены палками.

— Отойди от мамы! — потребовал один из парней, видимо тот, кто ударил.

— Сергей, Женя, — тяжело дыша произнесла ведьма. — Можете этого добить, закопаем в огороде.

— Там ещё предыдущий не сгнил, — мрачно ответил второй мальчуган. — Может, этого замаринуем и будем есть долгими зимними вечерами?

— Отравимся, — не менее мрачно ответил ему брат, поигрывая палкой. — Можно ноги в тазике забетонировать и в карьер сбросить.

У Макара отпала челюсть, он ошалело перевёл глаза на ведьму.

— Елена? — вопрошающе произнес он.

— А ты думал? Им четырнадцати ещё нет, их не посадят! — зло отозвалась ведьма. — Кинь-ка мне свою палку, Сергей. Я повоспитываю не в меру наглого олигарха!

В её руку прилетела палка от парнишки, который стукнул Макара. Ведьма ловко её поймала и профессионально взвесила в ладони.

— Ну что, Макар, пороть тебя будем! — гаденько улыбнулась ведьма. — Сыновья тебя подержат.

— Вы больные! — возмутился Макар и начал пятиться. Боевой настрой прошёл, на его место пришёл страх. Эти трое вполне способны с ним справиться. Он просто так им не дастся!

Ведьма закрыла лицо ладонью и начала хихикать. Мальчишки, нахмурившись, сверлили Макара гневным взглядом.

— Макар, уходите! — уже откровенно заржала ведьма. И Макар понял, что его разыграли.

— Нет! — резко ответил Макар, он не привык сдаваться. — Мы не договорили!

— Дайте слово, что вы меня не тронете и мы поговорим, — предложила ведьма, всё ещё хихикая. — Хотя, не вижу в этом никакого смысла.

— Обещаю, что сегодня не трону! — глухо дал слово Макар. Демоны в бешенстве, им указывают, их ставят на место как зарвавшихся щенков! Зверь мечется в лихорадке, неудовлетворенная страсть пожирает его! В груди пожар, в паху всё сводит судорогой.

— Хорошо, пойдёмте в дом, чай попьём, да и я голодная, — предложила ему ведьма, а своим сыновьям сказала:

— А вы пока тут погуляйте.

Она бросила обратно палку сыну и тот, с той же ловкостью, её поймал, добавив:

— Если что — кричи!

Он смотрел, как она заваривает чай, сидя за столом на кухне. На её кухне он был впервые. Не большая, немного запущенная, старый ремонт. Скорее всего, достался от предыдущих хозяев. Дом ведьма купила в ипотеку, которую платит уже лет десять.

— Я должна признаться, — сказала она, ставя перед ним кружку с чаем. — Я вмешалась в ваши отношения с Полиной, — она села напротив. — Каждый раз, проигрывая в голове ваше будущее, я ловила одну и ту же картину — вы душите её беременную руками, и она погибает. Будущее видоизменяемо и эта картина могла быть одной из тысячи вариаций вашего будущего, но она была. Наши разговоры не давали результатов, я продолжала натыкаться на этот кусок. Так как вы, Макар, не желали развязаться с Полиной добровольно, мне пришлось прибегнуть к тем методам, которые я знаю, в принудительном порядке. Проблема вся в том, что я применила к вам тёмную магию, за которую тут же пришлось заплатить самой. Поэтому вас тянет ко мне.

— Дело не в магии, — усмехнулся Макар, изучая её лицо. Тёмные круги под глазами от усталости, потускневший взгляд, как у старухи, лёгкая бледность на щеках. — Ты изначально мне понравилась, в первый день. И тянуть меня начало в первый день. А всё остальное было вопросом времени. Если бы я не нашел Полину, я, скорее всего, всё равно, переключился бы на тебя. Тем более, у тебя тот же аромат, который заводит меня. Я хочу купить тебя по-честному, чтобы не было таких же недоразумений как с Полиной.

— Давайте проведём обряд из любопытства? — предложила ведьма, беря в руки вафлю. — Посмотрим, работает магия, или нет.

Она откусила кусочек вафли. На губах остались крошки, которые она слизнула языком. Макар был готов зарычать, как же хочется поцеловать эти непокорные губы!

— Нет! — не согласился настырно Макар.

— Разговор ни о чем… — вздохнула ведьма и отпила чай. Макар не нравится ей, ни обёртка, ни упаковка. Она слишком долго была одна, слишком часто сама заботилась о себе и о детях, слишком много решала вопросов в своей и чужой жизни. Ей не нужен мужчина, он будет мешать жить ей ради других. Тем более, ей не нужен психопат с маниакальной одержимостью.

И ещё она не верит в то, что такие мужчины, как Макар, меняются. Как много она видела судеб и ни разу не встречала садиста-психопата, поменявшего себя кардинально для любимой, для семьи, для окружающих.

— Рождённый ползать, летать не может… — добавила она, высказывая свою мысль. Она поймала на себе озадаченный взгляд Макара.

«Он всё понимает! — усмехнулась мысленно она. — Но ему нравится играть во властного господина».

— А если я найду способ прогнуть тебя под себя? — нахмурился Макар, неужели она совсем его не боится?

— Это бесполезно, Макар, — мягко улыбнулась в ответ ведьма. — Ты правильно сказал: я — другая. Мне не нужен мужчина, тем более, такой, как ты. Мне не нужен брак, да и секс тоже особо уже не нужен, я живу своим делом. Я приняла свою суть до конца, и мне не интересны взаимоотношения полов. У нас разные миры, разные взгляды, разные жизни.

Макара начало потряхивать, ну что за сволочная ведьма! Он всё это знает, но он хочет её такую, неужели так сложно понять, что он хочет обладать ею бескомпромиссно, в единоличное пользование.

Сука…

Пелена накатила на глаза, как же хочется содрать с неё этот чёртов дурацкий халат, уложить животом на стол и проучить мерзавку!

— Хорошо! — скрипя зубами произнёс Макар. — Сколько будет стоить одна ночь?

— Бесплатно, если больше никогда не увижу тебя, — ответила она и сама удивилась тому, что произнесла. Дура, кто за язык-то тянул? Дошутишься!

— На моей территории, — ухмыльнулся в предвкушении Макар.

— На крюки подвесишь под потолок? — съязвила ведьма. — И будешь бить по пяткам бамбуковой палкой? А потом будешь капать на меня воском с горящей свечи?

— Кхм, оригинально, но нет. Собирайся! — приказал он с энтузиазмом.

— Я пошутила, — надулась она. — Я думала, мне так удастся от тебя отделаться, но не такими же жертвами!

— Ну уж нет! — не согласился Макар. — Тогда я останусь ночевать здесь.

— Не вопрос! На коврике на веранде, — легко отозвалась ведьма и допила чай. — Короче, мне пофиг, чем ты будешь занят, я пошла мыться, — спокойно ответила ведьма и утопала, оставив его одного. По шуму воды он понял, что она принимает душ. Тяжело вздохнув, он принялся мыть посуду, демоны ошалело смотрели на сие действо. Зверь недоумённо чесал себя за ухом. Макар, кстати, тоже удивился.

На кухню пришли близнецы.

— Оставьте маму в покое, — попросил один из мальчишек. — Вы ей не нужны.

— Это только наше дело с ней, — отшил паренька Макар.

— Она наша мать, в обиду не дадим! — предупредил второй брат, у паренька сжались кулаки. — Уходите!

— Мы с ней не договорили! — начал злиться Макар, его ещё сопляки на место не ставили! А братья настроены решительно, чтобы выставить непрошенного гостя взашей.

— Мальчики! — послышался голос ведьмы. — Оставьте маньяка в покое, он согласился спать на веранде.

Парни переглянулись и как-то странно улыбнулись, заставляя Макара внутренне напрячься. Подвох какой-то с этой верандой.

Пока он наблюдал за тем, как братья разогревают себе еду, вдруг вспомнил, что ведьма ничего не ела похоже уже больше суток, кроме вафель и чая.

Его удивило, насколько ребята самостоятельные, поели, убрали за собой. Никакого пакетированного чая, заварили свежий и сели пить с вафлями. Похоже, всё семейство любит вафли. Подростки мало разговаривали между собой, бросая мрачные взгляды на Макара.

Елена зашла в джинсах и футболке с мокрыми волосами. Потрепала ребятишек по головам и поцеловала каждого в макушку. Парни сердито надулись.

Книги на Книгоед.нет

Зверь возмутился, стягивать джинсы с сопротивляющейся жертвы сложнее.

— Пойдём, Макар. У меня к тебе предложение, которое устроит обоих. И твоих демонов тоже, — сказала она ему.

Он пошёл следом за ней в знакомую комнату, в которой был уже десятки раз. Сел на знакомый стул. Демоны облизнулись, глядя на соблазнительные формы ведьмы.

— Я проведу обряд, с твоего согласия над тобой, а после него проведу с тобой одну ночь у тебя, — предложила она, сидя на стуле, откинувшись на спинку, и барабаня нервно пальцами по столу. Её пальцы легко летали, выстукивая мотив как на пианино. Макар с удивлением уловил ритм.

— Занималась музыкой? — поинтересовался он.

— Нет. У меня нет слуха, — машинально ответила ведьма.

— Обряд, так обряд, — хищно улыбнулся он. — Наивно полагать, что он поможет тебе от меня избавиться.

— Ну что ж, приступим. Надеюсь, силенок хватит, — задумчиво произнесла ведьма. Он тут же стал одним из её пациентов. Она быстро объяснила, что будет делать с ним, по сути ничего особенного. Зачитает над ним заклинание со свечой над головой и всё.

Макар пожал плечами. Шаманы матери были более изощренными.

Он пересел на стул, который она поставила на порог. Ведьма встала сзади со свечой и начала читать полушёпотом. Текст он с трудом понимал, в голове стоял туман. Демоны были в панике, зверь метался. Он был обездвижен, не мог пошевелить даже пальцем. Дышать было трудно.

— Никогда меня не вспоминать! — разобрал он. Ему хотелось разорвать путы, окутывающие его, но оцепенение не спадало, как во сне.

Отпустило его внезапно. Так же, как и скрутило. Ни один шаман не вызывал у него таких феерических ощущений.

— Всё! — сказала ведьма. Она радовалась, теперь она точно от него избавилась, с его же согласия!

— Что ты со мной сделала? — возмутился осипшим голосом Макар, и ощупал место на голове, где должна быть шишка. Ничего нет, место удара не болит!

— Надеюсь, желание затащить меня в постель прошло? — радуясь спросила ведьма. Макар пробежался по её стану глазами и холодно ответил:

— Вообще-то, нет!

— Что?! — удивилась Елена. — Дай сюда руку!

И не спрашивая его, она схватила его за руку, её глаза расширились от ужаса.

Его словно ударило током, и следом приятное тепло разлилось по телу от её прикосновения. Елена с отчаянием прошептала:

— Ты влюблён!

— Ночь моя? — уточнил Макар, притягивая её в свои объятия. Ведьма не сопротивлялась. Он посадил её на свои колени. Взял за подбородок и приподнял голову, смяв большим пальцем губы. Усмехнулся с превосходством, он переиграл её!

Его губы накрыли её рот, выпивая сладкий цветочный мёд. Она не сопротивлялась, но на поцелуй не отвечала. Он чувствовал, как она растеряна.

Проиграла ведьма…

Наша…

Демоны и зверь потирают загребущие ручки!

— Не сегодня! — отпустил он её. — Я не хочу тебя насиловать.

Глава 22: Проклятье вечной импотенции

Ведьма, сидя у него тихо на коленях, призадумалась. Мысленно прикинула, Полину он изнасиловал, а её не торопится. Возможно, Макар решил поменять стратегию её охмурения на более мягкий вариант. То есть, ломать её всё-таки будут, но более изящно и исподтишка.

Ууууууууу, какие хитро-продуманные демоны у Макара!

Ну-ну!

Не на ту напал!

— Можно вызывать такси? — поинтересовалась ведьма.

— Зачем? — не понял намёк Макар. Похоже, рядом с ней он тупеет на глазах.

— Домой не собираешься? — невинно задала вопрос ведьма, сделав попытку слезть с его коленей. Он мягко удержал её руками за талию, и насмешкой ответил:

— До тебя добраться, как целый уровень в игре пройти! Точнее, несколько опасных уровней. Я останусь ночевать у тебя, спать будем вместе.

— У меня ребятки дома, не будем травмировать детскую психику. На веранде диван стоит для гостей, — выкрутилась ведьма и заигрывая сверкнула опасно очами.

Макар сжал её в районе талии покрепче. Его динамят, откровенно, без зазрений совести!

— А если я опеку на тебя натравлю? — не сдержался Макар. Ведьма приторно-соблазнительно закусила губу и промолчала. В кармане настойчиво завибрировал телефон. Макару звонили очень часто, но он игнорировал звонки, когда был занят, но звонящий, в этот раз, был настырным. Нехотя он достал телефон, и ответил на звонок, не отпуская ведьму. Звонящий что-то истерично кричал ему в трубку. Лицо Макара вытянулось от шока.

— Моя машина горит? — удивился он. — Только что вспыхнула?

Он убрал телефон от уха и, глядя на вдруг внезапно поскромневшую ведьму, выругался:

— Твою ж… Как?

— Будешь давить на меня, будет отдача. Я думаю, что ты ещё просто не в курсе, что потерял, когда пытался отыметь меня под яблоней? — промурлыкала ведьма ему в ответ.

Макар поднёс телефон обратно к уху. Его любимый автомобиль, очень дорогой, эксклюзив, похоже, уже догорает, судя по воплям местного охранника. Ведьма не мешает ему договорить по телефону.

— Может, всё-таки, домой? — сочувствующе произнесла она. А на лице ни грамма сострадания!

Как же хочется наказать суку… Поставить на колени…

И наконец-то, испробовать эти губы с медовым вкусом в деле…

Держим себя в руках…

В паху ломит, женщины не было почти год!

— Там всё сгорело, за пару минут… — расстроено произнёс Макар, он любил свой автомобиль. — Я останусь ночевать у тебя. Согласен на диван на веранде.

— Ну, хорошо, — вздохнула тяжело ведьма. Вздох наигранный и Макар это тут же почувствовал:

«ДА ОНА ИЗДЕВАЕТСЯ!!!»

И не ответить…

Что сгорит следом, остаётся только гадать. Макар собрал внутри себя все резервы терпения и спокойно сказал:

— Тебе нужно поесть нормально. Может, сходим куда-нибудь? Время, всего, десять часов вечера.

— Я, лучше, дома поем, — отшила его снова ведьма. — И спать завалюсь. У меня завтра опять часов четырнадцать без перерыва приёма.

— Меня накормишь? — Макара рвёт внутри на части. Зверь в ярости, зверь требует её, требует накормить его ею. А нельзя, опасно.

Мерзавка!

Чертовка!

Ведьма!

Хочу…

Где-то внутри плакали демоны, утираясь синенькими платочками в мелкую клеточку по краям.

— Накормлю, я же не зверь, — лыбилась ведьма, превратившая всю его охоту в балаган, а его самого в клоуна.

Они снова пошли на кухню. Её сыновья ушли по своим комнатам и занимались своими делами, держа уши востро. Ведьма быстро разогрела картофельное пюре с котлетками и заварила чай.

— Домашнее производство? — тыкая вилкой в котлету поинтересовался вежливо Макар.

— Предыдущий любовник, — отшутилась ведьма. — Много болтал, когда ел.

— Я так и подумал, — и, не сдержавшись, истерично захихикал. День был тяжёлым, сложным… Ну, ничего! У него целая ночь с ней, она слово дала!

— Обещанного три года ждут, — спокойно произнесла она, и откусила котлету, нанизанную на вилку, словно прокомментировав его мысли.

— Что? — испытал новый шок Макар. Похоже, ему пора задуматься о новом посещении психиатра, иначе он с ней разделается, забив на последствия.

— Мы не уточняли, когда будет ночь, — жуя ответила нагло ведьма. — Поэтому ждать тебе придётся очень долго.

— Порка тебе точно не помешает! — разозлился Макар.

— А тебе нравится пороть женщин? — усмехнулась ведьма. — Нравится, как кожаный ремень, касаясь нежной кожи, оставляет следы твоей любви. Тащишься от того, как она вскрикивает каждый раз, когда очередной удар приходится по её плоти. А потом с удовольствием накидываешь ремень на шею и смотришь как она извивается от удушья.

— Замолчи! — зашипел Макар, её слова завели его. Сучка знает его слабые места, он сам ей всё рассказал, он сам ей дал все козыри!

Как же добраться до тебя, ведьма?

— Замолчи, ради своей же безопасности! — потребовал угрожающе он. — Я не могу вечно сдерживать себя!

— Расслабься! — ведьма не боялась его. — Будь тем, кто ты есть. Я хочу понимать, что за черти внутри тебя водятся. Раз не получилось отделаться с первого раза, буду пытаться утихомирить то, что внутри тебя. А тебе нужно понять, что забыть меня, это необходимость. Мне не нужен брак и не нужен ты.

Ведьма спокойно доела ужин. Макара мелко потряхивало. В голове морок, ведьму хочется, до обморока. Он следил за её движениями сквозь пелену дурмана. Плавные кошачьи движения. Волосы уже высохли и соблазнительно опускались на плечи. А длина-то волос у ведьмы ниже пояса, и цвет свой, родной, неокрашенный. Он запускал в них руку, они шелковистые, упругие.

Как же тебя сломать, ведьма?

Она неожиданно повернулась к нему голову и загадочно улыбнулась.

Никак…

Не сгибаема…

Сильна духом…

Не твоя…

— Ты завтра уедешь? — спросила она, очевидно, зная ответ.

— Нет. Субботу и воскресенье я проведу у тебя, вещи мне привезут и пригонят машину, — ответил хмуро Макар, чувствуя, что эти дни покажутся ему длинным-предлинным кошмаром.

— Ну, тогда ты завтра с мальчишками в магазин за продуктами сходишь. Мне некогда. И приготовление обеда ложится на твои плечи, — предупредила она. Собственно, ей ничего не угрожает, можно не переживать и использовать гостя на полную катушку. Почему бы и нет!

Хотя, вся улица будет обсуждать мужика в её доме. Ещё бы, десять лет никто тропинки возле дома из женихов не топтал, очередь к её сердцу из мужиков не выстроилась. Боялись её потенциальные женихи, боялись её специфичного юмора и странного занятия.

— В воскресенье ты будешь свободна? — уточняет он.

— Нет, я занята двадцать четыре часа в сутки, шесть дней в неделю, седьмые сутки я сплю, — пошутила ведьма, домывая посуду.

Макар задумался, выстраивать с ней отношения практически невозможно, если её не вырвать из замкнутого круга. Он работает много, но Елена бьёт рекорды по занятости. Отсюда эти круги под глазами и многовековая усталость.

Она уложила его спать на небольшой диванчик на веранде. Пока она застилала постель, оба сына с ядовитой улыбкой заглянули в новую обитель Макара и, с явным предвкушением предстоящего развлечения, пожелали ему спокойной ночи, называя его: «Дядя Макар».

Появились даже местные кот и кошка, чтобы запечатлеть своё почтение бесстрашному гостю.

— Что с этой верандой не так? — поинтересовался Макар у ведьмы.

— Нормально всё! — раздражённо ответила ведьма. — Спи спокойно.

— Я до утра доживу? — шутливо спросил Макар.

— Жаль, конечно, но, скорее всего, да, — подхватила его тон ведьма. Она показала ему, где всё находится, в том числе, где будет спать сама. Макар удивился, заглянув в её спальню. Во сне она была точно такой же, та же неширокая кровать у стены.

— Меня будить только в крайнем случае. Секс — это не крайний случай! — сказала она ему и оставила одного на веранде.

Окна были завешаны плотными шторами. Тепло, свежий воздух. Пахнет яблоней. Он никогда так не спал, а это пьянит. Пьянит её присутствие рядом. Он забыл поцеловать нахалку на ночь.

Он лёг на диван, едва поместившись в длину. Сон пришёл быстро, утягивая в сумбурный вихрь.

Сначала снилась его ведьма в его объятиях. Сон всё время видоизменялся и он никак не мог получить главного, ведьма ускользала, убегала, исчезала. Такая тёплая изнутри, с волшебным запахом и медовыми поцелуями.

В какой-то момент Макара начало занимать происхождение этого тепла. Оно так необычно, оно дарит покой, исцеляет душу. Что это?

Любовь?

Она говорит, что любит всех…

Но не полюбит его…

Но он так хочет её любви… Так жаждет… Он молит…

Кувырок, тьма, свет…

Он парализован…

Он стоит один среди пустыни, ему лет пять… Он совершенно один, ему страшно, мамы нет… В пустыне зной, песок начинает гореть и плавится в огне…

Никто не поможет, никто не спасет…

Его тело горит вместе с песком, кожа сходит лоскутами, мясо шипит, боль дикая… Макар кричит…

Чья-то нежная рука коснулась его плеча, он вцепился в неё и проснулся. Елена стояла рядом и он крепко держал её за запястье.

— Ты дико кричал, — тихо сказала она.

— Не уходи! — едва сдержался Макар, чтобы не зарыдать от накатившего на него ужаса. — Я не могу один, больше не могу! — его голос дрожит, он тянет её на себя за руку. Елена поддалась и оказалась в его объятиях. Вдвоём на диване тесно, он вжал её в себя и держался за неё крепко, как за якорь. Он зарылся в её волосы лицом и крепко заснул.

Под утро он в полудрёме, через полуопущенные ресницы, видел, как на веранду зашёл сквозь двери высокий силуэт мужчины, полностью сотканный из тьмы. Мужчина подошёл к спящим и нежно погладил ведьму по щеке пальцами. Потом перевёл лицо-маску без глаз, носа и губ на него и, наклонившись, глухо произнёс:

— Она наша! Обидишь — убьём!

Ведьма вздрогнула и силуэт исчез. Макар не был напуган, мозг отказывался воспринимать это, как реальность. Он подтянул ведьму плотнее к себе. Её ягодицы прижались к его паху. Внизу начало сладко тянуть. Он легонечко потёрся о её тело. Ожидаемой реакции не было, его друг не подавал признаков жизни!

Проклятье «вечной импотенции», наконец-то, настигло его!

Глава 23: Странная семейка

Его ладонь скользила по изгибам её тела, нутро горело от острого, как перец чили, желания, только реакции в трусах не было никакой. Макар злился и паниковал одновременно, в ярости он забрался под её целомудренную рубашку, задирая подол. Она перехватила руку за запястье и удерживала, проигрывая медленно сражение.

— У тебя не стоит только на меня, — успокоила она его, пытаясь вырваться.

Он, выигрывая схватку, забрался на неё сверху, держа за руки, ногами разводя колени.

— Есть масса способов удовлетворить тебя! — злился Макар, исследуя её тело. Делать это было сложно, ведьма яростно сопротивлялась. Стоило только отпустить её руки, как она тут же их распускала.

— Прекрати или я начну кричать! — с трудом произнесла она, борьба давалась ей с трудом. Макар замер, вспомнив про её сыновей и прекратил попытки провести гинекологический осмотр строптивой ведьмы.

Всё ещё удерживая её в своём захвате, он спросил:

— Когда у тебя был секс?

— После дождичка в четверг! — съязвила зло ведьма и добавила уже с холодной яростью: — Ты — урод моральный! Я хочу, чтобы ты убрался из моего дома!

— Возвращай мне мою потенцию, и я буду зайкой! — не менее убийственно ответил он. — Я не потерплю физического бессилия. Не знаю, как твои предыдущие любовники, но я найду способ отравить твою жизнь до конца дней, если ты ещё раз такое со мной провернёшь!

Она прожгла его ненавидящим взглядом, ноздри раздувались. Безумна соблазнительна в ярости, так и хочется заставить её стонать под собой, наблюдать как она млеет от удовольствия.

Она, едва сдерживаясь от расправы, произнесла:

— Отпусти, я всё исправлю. И не смей меня насиловать, а то твой соперник, который меня по утру наведывал, выполнит свое обещание!

— Прости меня, я не хотел, — выдавил из себя Макар, извинятся ему сложно. Но он понимал, что должен приручать эту бешенную ведьму аккуратно и он сожалел, что сорвался и отодвинул себя от цели.

— Я тебе не верю! — усмехнулась она ему в лицо. — На единичку тянет твое липовое извинение. И то с трудом. А теперь отпусти, а то снять смогу только завтра своё проклятье.

Макар нехотя выпустил её из-под себя. Она, уходя с веранды, сказала:

— Встань рядом с диваном и жди.

Макар призадумался, но проклятье «вечной импотенции» его пугало больше, чем её нелепая просьба.

Он встал с дивана…

Стоит, ждёт…

Ждёт…

Ждёт, когда встанет…

Наивный…

Ведьма зашла с ведром и окатила его ледяной водой с головы до ног. Макар зарычал и грубо выматерился.

— Свободен! — сказала она ему и, кинув полотенце в руки, собралась уходить.

— Подожди, я хочу проверить, — остановил он её, начиная вытираться полотенцем.

— Поверь на слово, — посоветовала она ему. — Мне тут ещё пол после тебя вытирать.

— Я сам вытру. Один поцелуй, — предложил Макар. — Могу все полы перемыть! — соблазнил он её, заметив, как она заколебалась возле выхода.

— Ну, хорошо! — повернулась она к нему, хитро прищурившись. — Прогенералишь весь дом своими руками, еду приготовишь, продукты купишь. Деньги на продукты я дам сама, ещё не хватало, чтобы я тебе потом была должна. С процентами ведь сдерёшь.

Макар содрогнулся, толи от холода, толи от ужаса. Но от намеченной цели отступать он не собирался. Зверь резвится внутри, предчувствуя, что сейчас он получит сладенькое и тёпленькое. Ведьмочку! Их ведьмочку!

Ведьма поставила ведро и, хмурясь, подошла к Макару, остановившись на расстоянии, на сухом полу босая. Макар с предвкушением шагнул к ней и обвил её талию руками.

— Без рук! — предупредила ведьма.

— Я тебе дом перестрою, только скажи! — соблазняюще прошептал Макар ей в ухо. — Всё будет по-настоящему, с руками. Поцелуй, как у взрослых, моя ведьма. Ты ответишь?

— С какой стати? — она упёрлась ладонями ему в грудь. Его будоражила её близость, запах, тепло. В трусах сразу стало тесно. «Тесно» упёрся колом в низ живота ведьмы. Он осторожно поцеловал её в губы. Мягко, чтобы не спугнуть.

Ну же, моя замороженная ведьма…

Он вжал её в себя, крепко обнимая, руки скользили по её стану.

Какая она лёгкая…

Ведьма не откликнулась на его страсть. Холодная, как льдина. Глыба льда. Антарктида.

Да, что же с тобой не так?…

Ведьма внутренне усмехнулась, её не заводили старания Макара. А ведь он может быть ласковым, когда старается. Ну, что ж, ему не стоит знать, что «нестоячку» можно навести не только на мужчину.

Мучайся, идиот! Ведьма тебя не хочет…

Макар разочарованно отпустил ведьму. Демоны не удовлетворены, зверь озадачен, такого с ними не случалось. Даже Полина млела от ласки.

— Ты фригидна? — задал он прямой вопрос, глядя на оставленные на её рубашке мокрые пятна.

— Нет, но ты не сможешь меня завести. У нас физиологическая несовместимость. Меня с тебя не «таращит»! — сколько яда в её словах.

Макару стало мерзко-мерзко внутри, она не заводится от его ласк! Он ей не интересен ни в каком виде! Сердце обливается кровью, руки начинают мелко дрожать. Даже если он дожмёт её и принудит к отношениям, она не запылает в его объятиях. Это пугает, это больно, это выбивает почву из-под ног.

— Когда у тебя был последний раз мужчина? — повторил свой вопрос Макар. Он не нашёл по ней никаких медицинских записей за последние десять лет. По мужчинам тоже не было никаких данных, кроме того, что ведьма была замужем всего два года. И её муж сейчас счастлив в другом браке. На развод ведьма подала сама, сразу после родов.

— Хочешь найти свидетелей моего оргазма? — ответила она вопросом на вопрос. Невыносимая женщина! Макар с отчаянием застонал, как прогнуть её под себя?

Где же у тебя слабое место, ведьма?

— Хочу, чтобы ты побывала у гинеколога и сдала анализы! — психанул он.

— А, ты об этом… — не обращая внимание на его истерику пробормотала ведьма. — Давно пора сходить. Некогда. В общем, пошла я ещё посплю полчасика, не доставай меня.

На повороте её головы он поймал себя на мысли, что у ведьмы слабое место всё-таки есть. Ведьма уязвима!

Макару пришлось весь день пахать физически, готовить, убирать. Сыновья ведьмы подтрунивали и издевались над «дядей Макаром», он плохо выполнял их работу.

Ему привезли запас вещей для заселения на территорию ведьмы, и пригнали корпоративный автомобиль. Прибегать к помощи по уборке дома своего помощника он не стал, тем более, что это была хрупкая девушка. Он отправил её домой на такси.

— Как вам поклонник мамы — Валера? — поинтересовался Сергей. Он начал их различать по цвету глаз. Сергей с зелёными глазами, а Женя с карими.

— Какой ещё поклонник? — не понял Макар, внутри полыхнула жидким огнём ревность.

— Он утром заходил, — подколол его Женя. — Обещал убить. Он обещания всегда, кстати, выполняет.

— Он кто? — нахмурился Макар, понимая, что видимо то, что он видел, было реальностью.

— Он не докладывает, мы его Валерой назвали, — пошутил Сергей. — Есть ещё Афоний, Кондратий и Марфа.

— Я так понимаю, Кондратий — самый впечатляющий из всех? — уточнил ошалело Макар.

— Нет! — отрицательно замотали головами мальчишки. — Марфа — жуть просто! Можно сразу реанимационную бригаду вызывать, откачивать увидевшего.

Макар начал подумывать, что вместо Полины к нему в последнем сне приходила Марфа. Он просто не представлял насколько близок был к правде. Твёрдо решил больше на веранде не спать.

Странная семейка.

В дом всё время приходят новые люди, уходят. Круговорот из людей. Ведьма не показывалась из своего рабочего кабинета, игнорируя обед и ужин. Вечером, когда в десять ушёл последний человек, она вышла с телефоном у уха, объясняя кому-то на ходу, как добраться до неё. Вечер она провела в разговорах по телефону, пытаясь поесть. Чай она меняла раза три, из-за того, что тот остывал. С детьми переговаривалась между делом, короткими фразами. Макару досталось только:

— Молодец!

И всё!

Побросав посуду в раковину, она её мыла, на ходу общаясь, держа телефон плечом. Делала всё быстро, виртуозно. Парнишки, пожелали спокойной ночи и разошлись по комнатам. Она, не отвлекаясь от телефона, пожелала того же самого. Макар начал прислушиваться к разговору, она успокаивала рыдающую женщину, которую бросил муж. Разговаривала, как с лучшей подругой.

— Ты её знаешь? — между делом поинтересовался Макар. Ведьма отрицательно помотала головой и продолжила разговор. Разговор по телефону перешёл с печальных нот на более веселые, он слышал, как женщина в телефоне рассмеялась.

После короткого прощания, она бросила телефон на стол, но телефон тут же начал снова звонить. Макар перехватил его у неё и, сбрасывая входящий, спрятал к себе в карман.

— Ничего не попутал? — нахмурившись спросила ведьма, в словах угроза. Атмосфера на кухне стала накалённой.

— Время почти двенадцать, ты нормально даже не поела! — возмутился Макар. — Сядь спокойно и поешь. Завтра перезвонят, если очень нужно.

Ведьма пробухтела что-то недовольно себе под нос, но телефон обратно не потребовала. Макар чувствовал, как её телефон разрывался от вибрации в его кармане. Да если бы его так донимали звонками, он бы поубивал больше половины звонивших!

Она покорно села и начала нормально есть, молча.

— Ты хорошо готовишь, — выдала внезапно она. — Не понимаю тебя. Можешь себе завести любую игрушку, которая за твои бабки даст тебе всё, абсолютно всё. А ты пугаешь моих соседей своей хозяйственность, чтобы залезть мне между ног.

— Мы уже выяснили, что я влюблен в тебя, — отчего же так дерёт внутри, Макар не понимал почему его терзает чудовищная эмоциональная боль. Он едва сдерживался чтобы не зарыдать. А она умеет делать больно словами! Сука!

— Я не сука! — поправила она его мысли. — Постарайся думать обо мне приятно, — на её губах играла отвратительная ядовитая улыбка.

— Спать на веранде я не буду! — заявил Макар, игнорируя её слова.

— Спи в машине. Тебе, вроде, её сегодня пригнали, — с абсолютным спокойствием добила она его.

— Я буду спать с тобой в твоей кровати! — нагло заявил Макар. Она удивлённо подняла на него взгляд с немым вопросом: не суицидник ли он? Изучив его решительный настрой, она внезапно согласилась.

Ведьма веселилась, Макар не оставляет попыток привязать её к себе физически. Ну, ему же хуже! Спать рядом с той, которая хладнокровна к его потугам показать свою состоятельность, как мужчины. Макар сам себе устраивает пытку!

Ты болен…

Ты очень болен…

Тебе же будет больнее…

Макар пошёл в душ после трудового дня и пришёл уже к крепко спящей ведьме. Он втянул её в свои объятия, на ней плотная очень закрытая пижама. Он поцеловал её в губы, Елена даже не проснулась. Он рассматривал её. Соблазнительно-хороша, черты разгладились, и она стала выглядеть ещё моложе. Он внезапно вспомнил дату рождения в отчете на неё. Ей не тридцать пять, как думал он, она младшего его всего лишь на два года. Если её привести в порядок она будет невероятно красива!

— Девочка моя! — прошептал нежно Макар и обвил её рукой. Тепло от неё накрыло его и начало согревать внутри. Зверь, вдыхая её запах нежится в этом тепле лёжа на спине и лениво подрёмывая, словно кот на солнышке. Демоны, слушают её дыхание, с умилением сложив ручки на груди. Макар успокоился. Как же хорошо купаться в её тепле, в её любви!

Во сне он в квартире, где провёл всё своё детство. Ему необычайно хорошо и спокойно. Ему снова лет пять, он ощущает себя именно на этот возраст, беззаботный, уязвимый. Он играет в машинки. Родители где-то рядом, сестра и бабушка. Бабушка садится с ним рядом на пол и гладит его по голове. Где-то в подсознании мелькнуло, что бабушка давно умерла.

Ему не страшно, её прикосновения такие приятные.

— Она наша Макар, она не твоя! — произнесла бабушка. — Тебе нужно уйти.

На глаза навернулись слезы, он любит бабушку всей душой, он не понимает, зачем она причиняет ему боль.

Из тумана во сне появляется женщина с длинными темными волосами медного оттенка, она сидит перед ним на коленях и протягивает руки для объятий. Макар срывается и прижимается к ней. Такой знакомый одурманивающий запах.

Внутри оживает зверь, он резко взрослеет в объятиях его ведьмы. Он впивается грубым поцелуем в её медовые губы. Он роняет её на пол, они в его квартире. Он срывает с неё одежду, подтягивает к себе за ноги и опускается над ней. Он берет её жестоко, она вскрикивает от удовольствия, как последняя шлюха.

Неожиданно всё исчезло. В кромешной тьме полёт.

Он приложился о пол всем телом.

Три часа ночи, ведьма крепко спит.

Он чётко понимал, что она не могла его столкнуть, потому что его стащили с кровати с его стороны. Он чувствовал сильный мужской захват, когда его тащили.

В этом доме его явно недолюбливают!

Его гонят прочь!

Он, стараясь погасить гложущий его страх, лёг обратно к ведьме. Елена внезапно сама обняла его, прижавшись, поцеловав чувственно в губы и едва разборчиво пробормотав:

— Любимый!

И потом, с надрывом, добавила:

— Мёртв…

И вжалась ещё сильнее.

Глава 24: Твоя…

Воскресенье пролетело так же, как и суббота. Нескончаемый поток из людей, без обеда и ужина. Макар хмуро изучал её, когда она снова вошла вечером на кухню с телефоном у уха на плече. Заканчивая очередной звонок, она принимала следующий, стараясь поесть.

Дети спокойно реагировали на её занятость. Макар начал понимать, почему они взрослее своих сверстников, ведьма вырастила сыновей самостоятельными. Она научила их заботиться самих о себе и о ближнем своём. А ещё она научила их ядовито шутить.

После того, как мальчишки ушли спать, Макар снова проявил инициативу, изъяв телефон у ведьмы.

— Да ты бессмертный, что ли? — разозлилась ведьма. — Верни сейчас же телефон, мне надо ещё созвониться с одним человеком.

— Время двенадцать, ешь и пошли спать! — отрезал Макар. — Я не верну телефон, даже если сейчас сгорит всё моё имущество!

Ведьма фыркнула и села доедать уже остывший поздний ужин. Макар заварил для неё чай и начал мыть посуду.

— Я сама вымою! — возмутилась ведьма.

— Сиди и ешь! — приказал Макар. — Сколько ты, вообще, спишь?

— Три-четыре часа в сутки, — ответила она. — Мне хватает.

— Не удивительно, что в твоей жизни бардак! — констатировал факт Макар. — Ни один нормальный мужик с тобой жить не будет.

— Чья бы корова мычала! — отбила ведьма и состроила ехидную улыбку.

— Ответь мне на один вопрос, только честно, — попросил её Макар и скосил на неё исподтишка взгляд. Она, жуя, промычала в знак согласия.

— Я в курсе, что твой бывший муж жив, — Макара начало лихорадить, вопрос этот занимал его с самой ночи. — Ты ночью, во сне, сказала, что твой любимый умер.

Ведьма не поменялась даже в лице, в глазах отразился глубокий мыслительный процесс. Ведьма реально не понимала, о чём он.

— Я не помню, что мне снилось, — отозвалась, наконец-то, она после двухминутного молчания. — У меня странные сны, иногда не связанные со мной. Да и какого ёжика я тебе вообще что-то объясняю? Надеюсь, я твою рожу не увижу до конца недели! Ты реально достал лезть в мою жизнь! Я не высыпаюсь с тобой, у меня такое чувство, что ты, как вампир, пьёшь мою кровушку по ночам!

Макар домыл последнюю тарелку и сел напротив неё. Злости не было, было только отчаяние. Она презирает его, она не любит его, она не хочет его видеть и спать с ним.

— Я буду жить у тебя, приезжать вечером с работы и уезжать утром на работу! — мстительно произнёс он.

— Я уйду спать на веранду. Главное, чтобы Марфа не приходила, — раздражённо ответила ему ведьма. — Ты хуже клопов!

— Мы будем спать вместе! — со сталью в голосе произнёс Макар. Зверь встал в стойку, демоны в предвкушении. Он два дня прогибался под неё, хватит! Она принадлежит ему, хочет она этого или нет!

— Давай, мы сегодня переспим и ты уберёшься? Совсем? А? — с отчаянием произнесла ведьма. — Разоришься ведь, пытаясь вырвать меня из моей среды обитания.

— Мне плевать! Деньги можно снова заработать, — усмехнулся Макар. — Я хочу тебя!

Ведьма тяжело вздохнула, допивая чай. Она не понимала, почему Макар не охладел к ней за выходные. Должен был уже, хотя бы частично, потерять интерес после обряда. А он всё сильнее привязывается и сильнее. Или его демоны поопытнее её самой? Как же это всё плохо! Макар раздражал её. Раздражала его вывернутая наизнанку забота.

— Я тебе составлю график приёма и общения с людьми, который ты не будешь нарушать, иначе я прикрою твою лавочку навсегда! — выдал он ей. — Твой ипотечный кредит я закрою. Как только график твоей работы будет урегулирован, посетишь гинеколога и сексолога.

— Где-то в гробу перевернулся Наполеон, — невесело пошутила ведьма. — Что ещё меня ждёт?

— Елена, ты когда-нибудь любила, как женщина любит мужчину? — он старался скрыть интерес в своем вопросе.

— Мужа, наверное, — неуверенно пожала она плечами и сложила руки на груди. — Ты не нужен мне. Ты ничего не дашь мне, кроме боли и обид. Я не хочу вкладывать в это дерьмо ни капли своих эмоций.

— Я не уйду, даже если это будет стоить мне жизни! — ему было больно, невыносимо горько, в горле запершило. Зверь метался в клетке, демоны требовали от него увезти её силой в свой дом и держать её там в подвале на цепи. Он послал их всех в ад. Ему нужны отношения с ней не изгаженные, чистые. А как их создать, он не знает.

— Встретились два одиночества. Один — одержимый с маниакальной зависимостью, другая неспособная полюбить, — тихо проговорила ведьма, считав его мысли. — Ну, что ж… Пошли спать. Развязываю тебе руки, не отстанешь ведь, пока не попробуешь. На мне моё собственное плетение, моя собственная работа — секс мне не нужен, потому что на мне «остуда». Я остудила себя, чтобы не мучиться от сексуального желания. Секс сильно мешает работать.

Макар заинтересованно поднял на неё глаза. Значит, сексолог не нужен.

— И что нужно сделать, чтобы избавить тебя от этого? — внутри был щенячий восторг, он смог продавить её под себя!

— Только что избавилась от остуды, — пробурчала недовольно ведьма. — Я вся ваша, кушать подано!

Макар, недолго думая, вытащил её из-за стола и, нежно тиская, покрыл легкими поцелуями лицо, шею, плечи. Подхватив на руки, понёс в спальню растерянную ведьму. Она была смущена. И Макар взял всё в свои руки.

— Сколько лет ты была под своей «остудой»? — тихо спросил он, укладывая её на кровать.

— Тринадцать, — нехотя ответила ведьма. Макар внутренне улыбнулся, у Елены не было мужчины очень давно!

Он осторожно раздел её, покрывая тело поцелуями. По её коже бегали мурашки, она смущалась своей наготы. Макар оставил на ней только трусики, чтобы дать ей возможность чувствовать себя уверено. Сам тоже разделся только до боксеров. У него были девственницы, но этот случай был, похоже, самый запущенный. А он собирался взять её силой. Идиот!

Макар опустился на неё, заставляя Елену раздвинуть ноги. Всё целомудренно, он мягко коснулся её губ своими. Медовый вкус свернул душу в узел. Макар пнул нетерпеливого зверя и послал всех демонов к демонам.

Она отвечала неуверенно, неумело, её тело было напряжено. Его поцелуи стали более горячими, он едва сдерживался, чтобы не сорвать с неё последний лоскуток ткани. Елена откликнулась на его ласки, подаваясь вперёд и обвивая его руками. Он оторвался от её губ на секунду, для того чтобы взглянуть на её лицо и с удовлетворением отметил хмель в её полузакрытых глазах.

Продолжая изучать её тело, его губы поползли вниз по её коже. Он вдыхал её запах, дурманящий и сводящий с ума, призывая на помощь всю свою выдержку. Его рука скользила вниз по её животу, он провёл пальцами по ткани, надавливая в чувствительной зоне и играя с её соском языком. Елена застонала и непроизвольно подалась бёдрами вперёд, вызвав у Макара довольный внутриутробный рык. Пальцы скользнули под резинку, какая она влажная! Она, несомненно, его хочет! Только его!

Он отстранился и снял с неё последнею деталь одежды, которая ему мешала. Его губы опустились на её колено в нежном поцелуе и скользнули по внутренней стороне бедра. Он украдкой наблюдал за её смущением. Она была смущена ровно до того момента, пока его язык не опустился на клитор. Елена выгнулась со стоном и развела ноги шире. Попалась, усмехнулся Макар.

Оргазм накрыл её мгновенно. Елена вцепилась в его волосы и подтянула наверх, обвивая ногами его бёдра. Ведьма впилась в его губы безумным поцелуем и ему снесло крышу. Он ворвался в её лоно, заставляя её тихо вскрикнуть от боли. Она остановила его ногами и рукой, держа за ягодицу. Привыкнув к нему внутри себя, ведьма сама попробовала двигать бёдрами, не давая ему набрать темп, всаживая сразу ногти в ягодицу и натягивая волосы на затылке до боли.

Ему понравился её контроль. Зверь был в восторге, демоны готовы подчинятся ей вечно!

Она осторожно двигалась, набирая темп, но он перехватил инициативу, и она снова забилась в оргазме, царапая в кровь его ягодицу.

— Ещё! — потребовала ведьма и укусила его в шею.

Макар озверел, он врывался в неё снова и снова. Они меняли позы, ведьма была в полуобмороке от бесконечных оргазмов. Её легко довести до оргазма. Она уникальна, легковозбудима. Так вот зачем ей нужна была «остуда».

Он метил её тело поцелуями, она не уступала ему в страсти царапаясь и кусаясь. Он был пьян, безумен… Ещё движение, последнее… И душу разорвало на кусочки, а тело на атомы. Она вскрикнула и вздрогнула всем телом, принимая его семя в себя.

Они лежали рядом молча в полудрёме…

Он всё ещё в ней…

Она расслаблена, сон утаскивает её за собой…

Моя…

Моя ведьма…

Моя Елена…

Люблю вас обеих…

Он заснул следом. Внутри была полная гармония, он снова купался в её невероятном тепле.

Твоя…

Наслаждайся…

Ей снилось, что она спит в объятиях Макара. Они были укрыты только простыней. В комнате было светло, как в полдень. Посередине спальни стоял стол, за которым сидели четыре человека. Трое мужчин и женщина.

— Она приняла его, придётся дать ему шанс, — произнесла светловолосая, необычайно красивая, женщина.

— Дочь у них красивая будет, — согласился один из мужчин, темноволосый с яркими чертами лица.

— Наследница силы нам не помешает, — снисходительно произнёс мужчина, сидевший во главе стола.

— Буду рядом с ней всегда, — мягко сказал самый молодой из всех, сидящий ближе всего. — Я не дам причинить вред своей любимой. Убью!

Сон прервался и четвёрка исчезла. Сразу начался другой сон.

Над ведьмой наклонилась пожилая женщина и тихо произнесла:

— Он изменился из-за твоей силы. Полюби его. Я так долго вела его к тебе.

Комната исчезла и её закрутило в полубредовый бессмысленный сон.

Макар унёсся утром на работу, подарив ей массу утренних поцелуев в душе, на кухне и на прощание. Он не узнавал сам себя, он был счастлив!

До появления первого человека был ещё час. Ведьма вернулась в спальню, стянула простыню, на которой её любил Макар и пошла на улицу. В ограде она поставила ведро, бросила туда её и, облив жидкостью для розжига, достала спички.

Должна ли она давать ему шанс?

Монстры не меняются…

Она зажгла спичку и бросила в ведро с простынёй…

Спичка потухла, не долетев…

Она зажгла другую и аккуратно поднесла к простыне…

Спичка снова потухла…

Она отчаянно пыталась поджечь злополучную простыню, но у неё ничего не вышло. Обряд провести не получилось, а время безжалостно уходило.

— Вот же дерьмо! — выругалась ведьма в ярости. Разорвать связь с Макаром у неё не получилось.

Она бросила бесполезное занятие и села на скамейку под яблоней. Чудесный запах яблок витает вокруг. Ведьма расслабленно откинулась на спинку скамейки и закрыла глаза. Рядом сел один из сыновей.

— Мешают? — спросил он.

— Мешают, — подтвердила ведьма.

— Он поменяет нашу жизнь, он увезёт нас отсюда, у нас родится сестра, мы будем сказочно богаты, — произнёс парнишка. — А если он будет обижать, ты очень быстро станешь богатой вдовой.

— Тебе не кажется, что ты ещё мал для таких разговоров? — улыбнулась ведьма и открыла глаза. Рядом никого не было.

— Ну хорошо! Полюблю я вашего мерзавца и мудака! — фыркнула недовольно ведьма. — Достали!

И снова откинулась на спинку скамейки, наслаждаясь свободой. Она всегда сможет получить её снова.

Макар искал кольцо для своей возлюбленной ведьмы. Елены. Его женщины, которая поменяла его и только жизнь покажет, навсегда ли. Он считает, что навсегда, зверь и демоны с ним согласны.

Он неожиданно для себя понял, если бы в его жизни не появилась Полина, то никогда бы не появилась и его ведьма. Спасибо тебе, Полина! И прости скотину…

Он даст ведьме право выбора. Если она откажет, он отступит и будет любить её на расстоянии.