Предисловие

Одно из условий дальнейшего развития процесса разрядки — укрепление отношений доверия между государствами. В создании такой атмосферы, являющейся залогом мира, взаимопонимания и дружбы между народами, большую, благородную роль могут сыграть средства массовой информации и пропаганды. Но эти же средства, направленные на срыв разрядки, способны нанести и серьезный ущерб делу ослабления международной напряженности, расширения сотрудничества.

Выступая на XXV съезде КПСС, Генеральный секретарь ЦК КПСС товарищ Л. И. Брежнев отметил, что часть средств массовой информации Запада «не только не способствует укреплению взаимного доверия и международного сотрудничества, а, наоборот, раздувает недоверие и враждебность к социалистическим странам»[1]. К числу пропагандистских служб Запада, занимающихся подобного рода деятельностью, относится Би-Би-Си — Британская радиовещательная корпорация. В известном смысле она задает тон в империалистической пропаганде, отражая позиции и взгляды тех влиятельных кругов на Западе, которые не желают отрешиться от настроений «холодной войны». Именно поэтому разоблачение Би-Би-Си как орудия в руках противников разрядки и укрепления международного сотрудничества важно и актуально.

Главное внимание в настоящей книге уделено иновещанию Би-Би-Си. Заграничная служба Британской радиокорпорации (или, как ее называют, Лондонское радио) готовит и выпускает в эфир передачи на десятках иностранных языков, общий объем которых еженедельно составляет сотни часов.

Созданное в начале 30-х годов, иновещание Би-Би-Си постепенно превратилось в важное средстство, с помощью которого британский империализм стремился влиять как на международное положение, так и на внутреннюю политику тех или иных стран. Роль корпорации в этой области возрастала по мере того, как она накапливала опыт внешнеполитической пропаганды, совершенствовала методы воздействия на психологию людей, на общественное мнение в других странах.

Будучи на деле орудием внешней политики британского империализма, Би-Би-Си уже в течение многих лет с помощью целого набора пропагандистских приемов внушает мировому общественному мнению, будто она является «независимой» организацией, служит источником правдивой и непредвзятой информации. Распространению этого мифа подчинена и энергичная самореклама Лондонского радио. «В мире нет другой такой организации, как наша, — амбициозно заявил Чарльз Каррен, занимавший в 1969–1977 годах пост генерального директора Би-Би-Си. — Мы независимы и следуем гуманной демократии. Наш главный критерий — честность».

В своей деятельности корпорация полагается не только на профессионализм, на изощренную технику пропаганды, пытающуюся эксплуатировать человеческие эмоции, и т. п. Пропагандистский аппарат Лондонского радио старается использовать некоторые исторические факторы, которые, как полагает его руководство, должны способствовать поддержанию «высокого престижа» Би-Би-Си. К ним относится, например, влияние, которым на протяжении многих лет Англия обладала в Азии и Африке, а также то обстоятельство, что в период второй мировой войны Би-Би-Си, принимавшая участие в борьбе с нацистской Германией, приобрела значительную аудиторию в Европе.

Немалый пропагандистский арсенал Лондонского радио нацелен не только против СССР и других социалистических стран, но и против демократического движения молодых развивающихся государств Африки, Азии, Латинской Америки.

Силы, которым верно служит Би-Би-Си, выступают против прогрессивных преобразований в любой стране, будь то Португалия, Италия или сама Великобритания. Они стараются помешать развитию позитивных процессов во всем мире, сорвать разрядку международной напряженности.

При этом британский империализм использует Би-Би-Си не только как средство постоянного идеологического воздействия на зарубежную аудиторию, но и как орудие вмешательства в дела других стран, что является прямым нарушением положений Заключительного акта Совещания в Хельсинки. Тем не менее деятели корпорации не устают повторять, что иновещание Би-Би-Си осуществляет лишь «обмен информацией», находится на позициях «политического нейтралитета», а его сотрудники исповедуют идеалы «подлинной свободы и демократии». На Западе написано немало книг, прославляющих Би-Би-Си, но ни одной со словом правды об этом большом лжеце, о том, как своеобразно он трактует «гуманность», «демократию», и о том, в чем и перед кем «честно» Лондонское радио.

Цель этой книги — восполнить пробел и разоблачить мнимого «правдолюбца» и «свободоборца», показать, в чем состоит подлинный, действительный характер иновещания Би-Би-Си, раскрыть содержание и политическую направленность вещания, его задачи, тактику и приемы пропаганды, показать, кто и как готовит эти передачи.

Авторы книги собрали и систематизировали также некоторые факты, характеризующие историю Би-Би-Си и ее статус среди политических институтов Великобритании. Все эти факты убедительно показывают, что всю свою более чем полувековую деятельность «независимая» Би-Би-Си была инструментом господствующего класса Англии, его правого крыла, и относилась к числу тех институтов буржуазного государства, которые наиболее жестко контролируются власть имущими.

Глава I От колониализма до антикоммунизма

Имперская служба и колониальная политика

«Для радио не существует границ», — именно так пишет в своей книге «Радиовещание как международная сила»[2] бывший генеральный директор Би-Би-Си Уильям Хейли, подразумевая при этом не расстояния вообще, а реальные государственные границы. Именно это и привлекло к радио интерес буржуазных политических деятелей, промышленных магнатов, военных, крайне нуждавшихся в оперативном и гибком средстве пропаганды на международной арене. Не успело еще внутреннее радиовещание как следует встать на ноги, а промышленники и политики уже торопили инженеров с экспериментами по вещанию на заграницу. Слишком велико было желание начать пропаганду, которую можно было бы вести, не спрашивая ничьего согласия, и которая достигала бы самых отдаленных районов.

Говоря о радикальных последствиях создания иновещания ведущими западными империалистическими державами, профессор Я. Н. Засурский пишет: «Проблема нарушения государственных границ, посягательства на суверенитет и вмешательство во внутренние дела других государств с помощью средств массовой информации возникла в 1920-х годах, когда получило развитие радиовещание»[3].

Эти последствия проявились очень быстро. Например, уже в 1922 году Германия, добивавшаяся пересмотра Версальского договора, предусматривавшего возвращение части захваченных ею польских земель, выступила в эфире с нападками на Польшу. А два года спустя она вела периодические радиопрограммы, предназначенные для населения польской Померании и Верхней Силезии.

В числе первых иновещание начали колониальные державы (Голландия — 1927 год, Франция — 1931 год и т. д.). Передачи на колонии шли на языке метрополий и долго оставались главными в программах заграничного вещания, являясь важным средством связи, информации и поддержки колониальной политики в районах, удаленных подчас на тысячи километров. Великобритания, крупнейшая в то время колониальная империя, чуть ли не с момента появления Би-Би-Си стремилась использовать радио как инструмент колониальной политики, как новую возможность оказывать воздействие на аудиторию, как способ влияния и контроля английской правящей верхушки в мировой политике и экономике.

Регулярное вещание на заграницу Би-Би-Си открыла в 1932 году, на десять лет позже, чем внутреннее. Эта задержка объяснялась скорее техническими, чем политическими причинами: недостаточная мощность передатчиков не позволяла услышать «Голос с Темзы» во всех уголках огромной империи.

Но уже в 1923 году Би-Би-Си добилась того, что дальность приема ее передач (они принимались на детекторные приемники и прослушивались через наушники) намного увеличилась. Двумя годами позже с длинноволнового передатчика в Девентри начались опытные передачи на английском языке на Европейский континент. Еще два года спустя в Челмфорде открылась коротковолновая станция для экспериментального вещания на регионы Британской империи. В 1930 году открытие Георгом V Лондонской морской конференции уже ретранслировалось радиостанциями многих государств. А в период 1930–1931 годов внутреннее радиовещание США, Австралии, скандинавских стран ретранслировало и другие программы Би-Би-Си (культурные, спортивные и т. д.).

Открытию регулярного иновещания Би-Би-Си предшествовали два события. Во-первых, в 1932 году в Англии образовалось Управление имперских рынков сбыта, которое было призвано защищать коммерческие интересы метрополии в районах Британской империи. Во-вторых, в том же году проводилась конференция по вопросам колоний и доминионов. Англия предприняла активные усилия, чтобы помешать распаду своей империи, подавить в ней тенденции к независимости, желание освободиться из-под иностранной опеки. Создание службы иновещания Би-Би-Си (ее стали называть Имперской или «колониальной») — один из важных шагов в укреплении английского влияния в колониях, доминионах и на независимых территориях.

К декабрю 1932 года закончилось строительство радиовещательной станции в Девентри, оснащенной двумя коротковолновыми передатчиками по 16 киловатт, которые могли осуществлять вещание на восьми частотах. Официальное открытие иновещания состоялось 19 декабря, когда была передана программа для Австралии[4]. Шесть дней спустя Би-Би-Си смогла передать на все районы Британской империи рождественскую программу и специальное «радиопослание» Георга V. За первую неделю расходы на иновещание составили лишь десять гиней. После того как Би-Би-Си стала получать первые письма из-за рубежа, что показало наличие постоянной аудитории, правительство выделило на колониальное вещание сто фунтов стерлингов в неделю. Штат Имперской службы был вначале невелик — до сорока человек; объем передач составлял тогда десять часов в сутки.

Вся Британская империя была поделена на пять зон. Эти районы обслуживались направленными антеннами, ориентированными на Австралию, Индию, Южную Африку, Западную Африку и Канаду. Шесть других антенн не имели направленного действия и были предназначены для вещания одновременно на все районы мира. Правящие круги были заинтересованы в дальнейшем росте иновещания, поэтому осенью 1933 года правительство вдвое увеличило субсидии на зарубежную радиопропаганду.

Долгое время все программы шли только на английском языке. И так как у основной части населения колоний не было приемников и даже часов, чтобы определить, когда начнутся передачи, Би-Би-Си нередко указывала время своих передач по солнцу, а в некоторых учреждениях, гостиницах, ресторанах, других общественных местах устанавливались радиоприемники с громкоговорителями.

Что касается «языковой ограниченности» Би-Би-Си, то на первых порах это не очень беспокоило руководство Имперской службы; тогда оно еще не ставило задачи воздействия на широкие массы населения колониальных стран. К тому же радиокорпорация гордилась и всячески пользовалась тем, что вещает на английском, который становился главным языком международного общения. Именно распространенность языка и позволила Би-Би-Си создать свою Всемирную службу, передачи которой шли только на английском, но слушались чуть ли не во всех регионах мира.

Отметим, что распространенность языка играет роль в преодолении не только языкового, но и психологического барьера, создает авторитетность источнику информации, ведущему вещание на «языке, на котором говорит весь мир».

Что же способствовало успеху пропаганды корпорации на колониальные страны? Прежде всего экономическое, политическое, военное и культурное влияние Великобритании, имевшее глубокие традиции и подчас многовековую историю. (В большинстве бывших колоний и доминионов Англии до сих пор в разных формах и степени сохраняются следы этого влияния.) Все это создавало благоприятный психологический климат для восприятия информации из английского источника, в данном случае радио Би-Би-Си. Местное радиовещание было не в состоянии конкурировать с Лондонским радио ни в сфере политической информации, образовательных и развлекательных программ, ни в плане организационном, ни в техническом отношении. Естественно, что Би-Би-Си всегда оставалась самой осведомленной информационной службой в этих регионах и научилась быстро применяться к местным условиям и потребностям в информации. Ее сообщения к тому же подкреплялись и авторитетом власти, который поднимал престижность информации.

Не удивительно, что Имперская служба стала, по существу, главным и привычным источником информации не только для англичан, живших в колониях, но и для местной буржуазии, служащих, интеллигенции, учащейся молодежи, военнослужащих и полиции. Это как раз и было в то время главной задачей колониального вещания корпорации. Великобритания — через Би-Би-Си — влияла в первую очередь на взгляды и настроения тех кругов, которые формировали общественное мнение в зависимых странах, на территориях с огромным населением. Дальновидность этого расчета очевидна: именно эти категории слушателей разной политической ориентации в разных качествах заняли руководящие посты в администрации, когда англичане были вынуждены оттуда уйти.

Даже с появлением в этих странах местного вещания маломощные, плохо финансируемые, не имеющие квалифицированных кадров местные радиослужбы оказались в явной зависимости от Имперской службы Би-Би-Си, почти целиком под ее влиянием. Она не только участвовала в создании и организации подобных радиостанций, но и оказывала им материально-техническую помощь, продуманно влияла на кадровую политику. Би-Би-Си проводила дело так, чтобы в ее участии и помощи никогда не пропадала потребность. Сотрудникам национальных служб информации всячески давали почувствовать превосходство английской культуры, опыта, мастерства. Англичане ушли, но сумели оставить во многих бывших колониях корни, традиции, потребности в связях с Би-Би-Си, в ее информации и разносторонней помощи.

Уже к середине 30-х годов иновещание Би-Би-Си проявило себя как важный и в то же время послушный инструмент правящей британской верхушки.

В активизации деятельности Лондонского радио были заинтересованы и политики и промышленники. Федерация британской промышленности, например, даже организовала кампанию нажима на правительство, требуя расширить вещание в доминионах и колониях. Имперская служба Би-Би-Си росла не только количественно, но и качественно. Одной из первых она стала передавать бюллетени новостей, постепенно превратив новости, информацию, последние известия в основную форму пропаганды. Тем самым Би-Би-Си на практике предвосхитила многие позднейшие исследования буржуазных теоретиков, в которых новости определялись как важнейшее оружие пропагандиста. Кроме того, Имперская служба увеличила объем программ, посвященных английской культуре, музыке, спорту, ориентируя аудиторию на британскую «культурную модель».

Расширила Би-Би-Си и свои международные связи. В 1935 году в Нью-Йорке было открыто ее представительство. С американской стороной было установлено взаимное вещание, организована ретрансляция передач американских станций по внутренним каналам Би-Би-Си, а программ Би-Би-Си — по радио США.

Все эти усилия Британской радиокорпорации были по достоинству оценены в официальных английских кругах, отметивших успехи Имперской службы, которая «выполняет важнейшую миссию, демонстрируя миру британскую точку зрения»[5].

В феврале 1935 года правительство одобрило проект расширения станции в Девентри. Кроме того, иновещание Би-Би-Си получило дополнительные средства; увеличился и его штат.

Пропаганда: традиции и новые условия

Активизируя свою деятельность, Би-Би-Си опиралась на богатый опыт, вековые традиции английской пропаганды как внутри страны, так и во внешней политике. Этот факт отмечает Г.А.Арбатов: «…Наибольший среди буржуазных стран опыт организованной внешнеполитической пропаганды накоплен в Англии»[6]. Би-Би-Си была взлелеяна на традициях буржуазной английской прессы. Именно на крупные британские газеты, а также агентство Рейтер ориентировались журналисты радиокорпорации в первые годы ее существования.

Многое в тактике Би-Би-Си, в приемах ее пропаганды, не говоря уже о политической линии, продолжает традиции старейшей и опытнейшей газеты английской буржуазии — «Таймс». В свое время Карл Маркс, проживший в Лондоне много лет и прекрасно изучивший британскую прессу, сделал по поводу этой газеты ряд метких замечаний, которые вполне могут быть отнесены на счет Би-Би-Си. Он, например, писал, что «левиафан английской печати» — «Таймс» — то скромно сравнивает себя с Дельфийским оракулом, то уверяет, что «в Англии существует лишь один-единственный, достойный сохранения институт, а именно «Times», то претендует «на господство в области мировой журналистики и… на протекторат над всеми журналистами Европы»[7]. По словам К. Маркса, «Таймс» стала, «так сказать, представителем английского общественного мнения перед лицом других народов»[8].

В XX веке главный орган внешнеполитической пропаганды Великобритании Би-Би-Си переняла функции и тактику освещения событий, присущие этой газете. Как отмечает советский журналист-международник В. А. Матвеев, «Таймс» рекламирует себя как «самую эффектную и наиболее компетентную в сборе и оценке новостей» газету[9]. Применительно к сфере радиовещания и телевидения то же самое делала и делает Би-Би-Си. Наконец, «Таймс» в высшей степени присуща элитарность, направленность прежде всего на английскую элиту, на «просвещенных». Элитарность весьма характерна и для Би-Би-Си. Еще Джон Рейт, один из основателей корпорации, замечал, что ее сообщения «не должны привлекать внимания улицы и рынка». Во всяком случае, в самой Англии за Би-Би-Си утвердилась репутация теле- и радиосети «среднего класса» в отличие от коммерческого телевидения и радио, которое ориентируется на более широкую аудиторию и которое даже именуется «народным»[10].

Если же проследить, как, допустим, освещались важнейшие политические вопросы на страницах «Таймс» и как это делалось в передачах корпорации, то аналогия между двумя крупнейшими органами английской пропаганды станет очевидной. Колониальная политика Англии или итоги второй мировой войны, торговля с социалистическими странами или ближневосточный конфликт, разрядка напряженности или война во Вьетнаме — практически в любом вопросе принципиальное совпадение оценок, мнений и выводов.

Не в этом ли еще одно подтверждение того, что у «Таймс» и Би-Би-Си одни и те же идейные руководители?

Крупная британская пресса не единственный источник, откуда Би-Би-Си черпала свой пропагандистский опыт. С первых лет существования и по сей день Лондонское радио опирается и на традиции английской дипломатической школы, одной из наиболее развитых в мире, поддерживая тесные практические связи с хорошо отлаженным внешнеполитическим аппаратом. Ряд ответственных постов в корпорации постоянно занимают бывшие английские дипломаты, разделяющие, как правило, консервативные убеждения.

Традиции, которые восприняла Британская радиокорпорация, конечно, не ограничиваются английской прессой или опытом дипломатических кругов. Би-Би-Си вскормлена на традициях английского капитализма в целом, традициях самой старой и опытной буржуазии в мире, которая веками овладевала приемами классовой борьбы и методами политической демагогии. Прекрасным полигоном для их совершенствования был и британский парламент, и избирательные кампании, и тред-юнионистское движение, и заморские территории. Этот разносторонний и очень ценный для нее опыт и был воспринят Би-Би-Си от правящего класса Великобритании.

Тридцатые годы ознаменовались активным развитием иновещания не только в Англии, но и в ряде других капиталистических стран. В 1933 году Германия, резко увеличившая радиовещательную базу, открыла зарубежное вещание на английском и немецком, а в 1934 году — на испанском и голландском языках. Италия развернула радиопропаганду на Латинскую Америку на итальянском языке (1933), а в 1935 году открыла арабскую службу вещания. В том же году Япония начала радиопрограмму на Латинскую Америку, а годом позже вещание на заграницу открывают и США.

Это не просто даты и факты из истории радио. За ними стояли сложные и важные тенденции международной политики. Обострение противоречий между ведущими капиталистическими державами, нарастание борьбы между ними за сферы влияния, за рынки сбыта и источники сырья, за овладение стратегически важными районами мира обусловили интенсивный рост иновещания, превратившегося в политический инструмент.

Особенно активно разворачивали свое иновещание страны будущей оси Берлин — Рим — Токио. Прежде всего это относится к Германии, где после прихода к власти Гитлера масштабы пропагандистской деятельности увеличивались с невиданной быстротой. «Радиоатакам» фашистов подвергались Польша, Австрия, США и ряд других стран, в том числе Англия. Немецкие радиопропагандисты старались уверить англичан, что после прихода Гитлера к власти в Германии произошли «прогрессивные перемены», критиковали внутреннюю и внешнюю политику Великобритании. В 1936–1937 годах нападки в эфире усилились, однако Би-Би-Си не особенно стремилась на них отвечать.

Главная причина этого заключалась в политике умиротворения, которую старалась проводить Англия по отношению к Германии. Кроме того, Лондонское радио в середине 30-х годов уступало радио Германии в техническом отношении, штат его сотрудников был сравнительно малочислен.

Передачи Би-Би-Си на зарубежные страны велись лишь на английском языке, и многие программы были составлены из передач внутреннего вещания корпорации. (В Германии же все заграничные передачи готовились специально с учетом демографических и социальных особенностей зарубежной аудитории.)

Однако когда этого потребовала политика британских правящих кругов, Би-Би-Си в довольно короткий срок смогла устранить недостатки и вступила в радиовойну. Речь идет о том, что во второй половине 30-х годов произошло резкое столкновение интересов английского и итальянского империализма в районе Средиземного моря и Ближнего Востока в борьбе за политическое, военное, экономическое влияние. Италия, усилившая внешнеполитическую пропаганду с захватом власти Муссолини, построила в 1935 году мощную станцию в Бари, откуда вела на арабском языке радиопропаганду на обширные районы Северной Африки и Ближнего Востока. Среди арабского населения были распространены радиоприемники, настроенные на волну «Бари»[11].

Надеясь привлечь аудиторию, итальянские пропагандисты нанимали для своих передач арабских певцов. Лондонское радио, привыкшее к безраздельному господству в колониях, проигрывало в этой радиовойне. Но вскоре оно сумело перестроить свою пропаганду. На субсидии правительства была создана специальная служба вещания на арабском языке. Ее передачи начались 3 января 1938 года (тем самым Би-Би-Си впервые в своей истории начала пропаганду на иностранном языке)[12].

Выполняя задачу «настроить дружелюбно» широкие слои арабского населения, Лондонское радио отказалось от обычной направленности своих передач. Не ориентируясь больше на «просвещенных» слушателей, оно стало передавать не только новости и политические комментарии, но и самые разнообразные религиозные передачи, в том числе чтение Корана, беседы о посте и т. п. Особенно активизировалась Би-Би-Си в этом направлении в периоды рамадана — сорокадневного мусульманского праздника. Кроме того, Лондонское радио передавало выступления арабских общественных и политических деятелей. Даже в развлекательных передачах радиостанция старалась использовать национальные чувства арабов. Заимствуя опыт радиопропагандистов Муссолини, Би-Би-Си наняла популярнейшего среди арабов певца Абдула Вахба. Программы с его участием пользовались большим успехом.

Умело воздействуя на психологию аудитории, Лондонское радио стало одерживать верх над итальянской пропагандой в борьбе за влияние на арабских слушателей. В результате в 1938 году между соперничающими сторонами было заключено соглашение, которое предусматривало, что «Италия воздержится от подрыва английских позиций в странах Арабского Востока с помощью пропаганды»[13].

Би-Би-Си на войне — от «горячей» до «холодной»

После успешной радиодуэли с Италией и открытия своей арабской службы Би-Би-Си стала один за другим создавать отделы вещания на иностранных языках. Кроме вещания на арабском в 1938 году было открыто вещание на Латинскую Америку и Европу[14]. Би-Би-Си стремительно наверстывала упущенное. Она действовала в соответствии с политическими интересами британской верхушки, которая с опасением взирала на расширение идеологической экспансии со стороны Германии, на рост ее вооружений. Вскоре стало ясно, что Мюнхенский договор отнюдь не уменьшил угрозу гитлеровского нашествия. И хотя буржуазные политики рассчитывали, что Германия направит свои орудия на Восток, определенные шаги по подготовке к войне были сделаны. Эта подготовка включала в себя и реорганизацию и усиление мощи пропагандистского аппарата.

Би-Би-Си не только увеличила количество языков, на которых велось вещание. С целью значительного расширения радиопропаганды она построила в 1939 году четыре новых мощных коротковолновых передатчика. Кроме того, в августе 1939 года Би-Би-Си при содействии только что организованного Министерства информации создала службу прослушивания и перехватов. Этот отдел стал главным источником информации о радиопропаганде других стран и давал ценный разнообразный материал по вопросам как международной политики, так и внутреннего положения в различных государствах.

С началом второй мировой войны на Британскую радиокорпорацию (прежде всего на ее иновещание) были возложены ответственные функции. Вместе с английской разведкой и засекреченными («черными») радиостанциями Би-Би-Си призвана была вести массированную «психологическую войну», объектами которой являлись немецкое население, личный состав вермахта. Лондонское радио усилило пропаганду и на другие государства — на противников, союзников, нейтралов, а главное — на страны, оккупированные Гитлером.

Через два месяца после начала войны Имперская служба вещания была преобразована в Заокеанскую (Overseas) службу. Создается и вторая зарубежная служба Би-Би-Си — Европейская[15]. Реорганизация означала, что отныне главная задача британского иновещания заключалась не только (и даже не столько) в пропаганде на колонии и доминионы. Заокеанская служба распространяла свои интересы практически на весь мир, на все континенты (за исключением Европы). В то же время другой, Европейский, отдел концентрировал свои усилия на более узком, но не менее важном участке. Объем вещания Европейской службы составил более 84 часов в неделю (1939). К началу 1940 года Лондонское радио вещало на Европу уже на полутора десятках языков, а к концу года корпорация вела пропаганду почти на все страны этого континента (объем вещания Би-Би-Си на Европу достиг к тому времени почти 165 часов в неделю).

Штат радиокорпорации (включая внутреннее вещание) почти удвоился, достигнув примерно пяти тысяч человек. В частности, на работу были приняты десятки и сотни иностранцев, живших в Великобритании или эмигрировавших туда после нацистской оккупации.

Основной соперник Би-Би-Си, гитлеровская радиопропаганда, в начале войны значительно опережала Лондонское радио по числу языков вещания (более тридцати). На Би-Би-Си с беспокойством отмечали и то, что ведомство Геббельса располагает большими средствами и имеет более совершенную технику. Фашистские радиокомментаторы сумели создать в самой Англии аудиторию, которая верила им и слушала их.

Гитлеровская пропаганда старалась убедить слушателей в экономической и политической слабости Англии и ее неизбежном поражении. Запугивая англичан жестокими бомбардировками, нацистское радио утверждало, что Лондон будет превращен во вторую Варшаву, распускало слухи о высадке немецких парашютистов в разных районах страны и т. д.

Верная своим традициям, Би-Би-Си и в этой радиовойне действовала более тонко. Ее подрывные методы были завуалированы, облекались в форму «достоверной информации», «объективного комментирования». Эти пропагандистские приемы, составившие основу основ деятельности современной Би-Би-Си, впервые были широко опробованы именно в 30—40-е годы. Причем уже тогда стало ясно, что такая «подача информации» приводит к тем же пропагандистским результатам, что и откровенно подрывное вещание. Показательно, что уже во время войны, когда и создавался ореол «беспристрастия» Би-Би-Си, специалисты невысоко ставили достоверность ее информации. Известный американский ученый Д. Кац писал тогда, что у Би-Би-Си «не только бюллетени новостей, но и комментарии и интерпретации событий страдали ненадежностью»[16]. Радиостанция, например, создавала впечатление, будто Англия побеждает в Норвегии. В результате известие об эвакуации оттуда английских войск для многих прозвучало как гром среди ясного неба. Передержки в передачах Би-Би-Си использовали нацисты. С апреля 1941 года немецкое радио стало передавать специальные программы, в которых цитировались несостоятельные комментарии Би-Би-Си годичной давности.

Ведя пропаганду на Германию, Лондонское радио выходило в эфир пятнадцать-двадцать раз ежедневно. Объем вещания на немецком языке составлял в 1939 году — 7, в 1941 году — более 28,5, в 1943 году — более 34,5 часов в неделю.

Практически каждая программа начиналась с сообщений о ходе военных действий, с выпусков последних известий, новостей. «Новости в передачах Би-Би-Си не только стали самым главным; им была также отдана большая часть вещательного времени»[17],— отметит позднее историограф Би-Би-Си А. Бриггс.

Одновременно Би-Би-Си увеличила число комментариев, в вещании на Германию появились так называемые «персонифицированные программы». Специализируясь на определенной тематике и регулярно появляясь в эфире, пропагандист стремился завоевать аудиторию, установить с ней хотя и незримый, но прочный психологический контакт. Не случайно одной из установок Би-Би-Си было «говорить с немцами так, как стал бы говорить с ними англичанин или француз, встретившись в кафе».

Стремясь избегать грубого наступательного тона, штампованных призывов и лозунгов, Би-Би-Си старалась придать своим передачам максимально «объективный» характер: была готова покритиковать Англию и ее союзников, дать сообщение об их неудачах и т. п. Так, комментатор Лондонского радио Линдли Фрезер вскоре после нападения Японии на Пирл-Харбор в доверительном тоне сообщил слушателям, что в Англии многие недовольны тем, как США ведут военные действия на Дальнем Востоке.

Применяя тактику тонкой пропаганды, Лондонское радио именно в этот период ввело в практику сводки погоды, которые наряду с другими приемами вошли впоследствии в арсенал «психологической войны». Сводки погоды не были связаны с политикой, их не имело смысла искажать, что сознавали и сами немецкие слушатели. Это давало хороший пропагандистский эффект. Аудитория, ожидая услышать антигитлеровскую пропаганду, вместо этого слышала, что в Северном море разыгрался шторм, а в Саксонии прошли дожди. Би-Би-Си, таким образом, доказывала слушателям непредвзятость своих сообщений, отсутствие в них подрывных целей.

В 1941 году в полтора раза увеличилась численность сотрудников корпорации, возрос объем вещания (прежде всего Европейской службы), расширили свою деятельность и другие отделы Лондонского радио, в частности отдел прослушивания и перехватов. «Служба радиоперехватов выросла в огромную организацию, которая поставляла От колониализма до антикоммунизма необходимую информацию как Би-Би-Си, так и Военно-политическому комитету»[18].

Среди прочих передач служба перехватов тщательно записывала выступления нацистских главарей, официальных лиц и т. д. В 1939 году Лондонское радио использовало каждую неделю двести пластинок с этими записями, в 1943 году — пять тысяч пластинок. Его сотрудники монтировали «беседы» с фюрером, соединяя вместе его противоречивые высказывания, давали также собственные комментарии к радиоперехватам.

Важно подчеркнуть, что пропаганду на Германию Британская радиокорпорация вела дифференцированно, учитывая интересы различных слоев аудитории. Утренние передачи предназначались в основном рабочим, вечерние — интеллигенции и служащим. Передавались также специальные программы для моряков, военнослужащих, ежедневные передачи для крестьян. Началось и религиозное вещание. Кроме того, радиостанция ввела новую рубрику под названием «Что вы хотите узнать?». Эта передача была построена из ответов на вопросы, содержавшихся в письмах слушателей из разных стран. Впоследствии подобные передачи стали называться «Почтовым ящиком» и вошли в практику многих радиостанций.

В деятельности Би-Би-Си в военные годы заметна тенденция к сотрудничеству с радиоцентрами западных союзников Великобритании, наметившаяся в период колониального вещания. Так, осенью 1942 года Би-Би-Си и иновещательная служба США (тогда она входила в Управление военной информации, а затем стала известна как «Голос Америки») заключили соглашение о развитии сотрудничества, расширении обмена передачами, их ретрансляции и т. д. Параллельно продолжался рост числа языков, на которых вещало Лондонское радио, стремившееся охватить своими передачами все большее количество стран. За период 1941–1943 годов Би-Би-Си включила в свой «актив» несколько новых районов и языков вещания. В основном это были азиатские языки, что объяснялось активизацией военных действий в районе Тихого океана. К концу 1943 года Би-Би-Си вела передачи на сорока трех языках. Объем вещания только на Европу составил почти 290 часов в неделю.

* * *

В военный период истории Би-Би-Си сложился аппарат ее иновещания, определились возможности пропаганды, был приобретен опыт ведения психологической войны. Поскольку Англия входила в антигитлеровскую коалицию, Би-Би-Си вынуждена была активно вести вещание против третьего рейха как в Германии, так и в оккупированных ею странах. Но помимо этих целей, вызванных потребностями военной обстановки, Лондонское радио преследовало и другие. В частности, оно всячески старалось монополизировать информирование европейской аудитории, исходя из того, что аудитория многих стран была практически отрезана от других (не считая нацистских) источников информации. Британская радиокорпорация строила планы надолго связать в сознании слушателей такие понятия, как «свобода», «освобождение», «победа», «прогресс», с вещанием Би-Би-Си.

Иными словами, она очень рассчитывала на политический капитал, который она заработает, выступая как орудие борьбы с Гитлером, и который можно будет использовать в послевоенный период.

Как известно, Лондонское радио поддерживало движение Сопротивления в европейских государствах. Однако деятельность его была далеко не бескорыстна. Попытки предстать в облике «главного инициатора», «вождя» Сопротивления объяснялись желанием получить соответствующее «вознаграждение» в общественном мнении.

В начале 1941 года в вещании на оккупированные страны Би-Би-Си развернула обширную радиокампанию, ставшую известной как «v-кампания». Би-Би-Си призывала слушателей объединяться для борьбы с гитлеровцами, поддерживала надежду на освобождение, давала инструкции о От колониализма до антикоммунизма том, как можно усилить экономические трудности Германии, разложить дух немецких войск. Вместе с тем в передачах всячески подчеркивалось, что именно «v-кампания» была главным толчком к организации европейского Сопротивления. Но, как признают даже западные историки, «v-кампания» началась в тот момент, когда движение Сопротивления в европейских странах не только было создано, но и перешло к активной борьбе с фашизмом»[19].

Необходимо отметить и другое чрезвычайно важное обстоятельство, о котором Би-Би-Си не любит говорить, но которое вынуждены признать ее историографы: «Вступление в войну России 22 июня 1941 года… было доминирующим событием в истории второй мировой войны и в истории европейского движения Сопротивления. Это событие затмило «v-кампанию»…»[20].

Нельзя отрицать того, что «v-кампания» имела немалый успех в оккупированных странах Европы и что Лондонское радио поддерживало постоянные контакты с движением Сопротивления.

Определенный положительный эффект давали и передачи Би-Би-Си на Германию, о чем свидетельствовали захваченные после войны донесения агентов гестапо, с беспокойством отмечавших популярность Лондонского радио. Однако в отличие от Московского радио, которое осуществляло прочные связи с немецкими антифашистами-подпольщиками, Би-Би-Си нашла своих слушателей в основном лишь в среде немецких обывателей. В Германии так и не удалось создать движения Сопротивления, руководимого Лондонским радио. Правда, английские разведчики в Германии получали задание разбрасывать листовки и наносить на стены надписи, в которых выражалась солидарность с Би-Би-Си. Но большого эффекта эти акции не имели.

Следует сказать и о том, что Би-Би-Си выполняла неблаговидную задачу, принижая роль коммунистов в движении Сопротивления и внося тем самым раскол в его ряды. На самом деле коммунисты относились к наиболее активным борцам с нацизмом. В частности, большую роль сыграли коммунисты во французском движении Сопротивления. Однако среди выступавших перед микрофонами Би-Би-Си деятелей французского Сопротивления коммунистов не было. Напротив, Лондонское радио не признавало коммунистов-подпольщиков и старалось скомпрометировать их перед слушателями.

Например, в Греции Би-Би-Си раздувала авторитет английского агента Зерваса и принижала роль коммунистов. Она приписала Зервасу подвиг коммуниста Ариса — знаменитый взрыв моста Гаргоподамос, по которому шло снабжение роммелевской армии в Северной Африке. Радиостанция замалчивала роль ЭЛАС — действительно всенародного движения Сопротивления (во главе с коммунистами) и говорила только о зервасовской ЭРЭС.

Греческая газета «Ризоспастис» писала, что в первые годы немецкой оккупации Би-Би-Си действительно призывала греческий народ к борьбе. Однако это отвечало интересам Англии: немцы стояли на ее пороге, на Лондон сыпались фашистские бомбы. Би-Би-Си, продолжала газета, расточала обещания свободы, а потом англичане высадились на греческой земле и покончили с демократией[21].

Показательно было и отношение Лондонского радио к немецким антифашистам, работавшим в отделе вещания на Германию. Среди комментаторов этого отдела не было ни одного немца. Эти люди не имели права участвовать в разработке пропагандистских установок и выходили в эфир только в качестве дикторов. Их окружали подозрительность и враждебность[22].

Ведя активную борьбу против гитлеровской Германии, Би-Би-Си занимала весьма характерную позицию, когда речь заходила о социальных корнях нацизма. Как отмечал классик американской социологии Роберт Мертон, во время войны английская и американская пропаганда представляла фашистов просто бандой злодеев и уверяла, что, как только их уничтожат, в мире воцарится спокойствие[23]. Английская и американская пропаганда исходила из четкой классовой позиции: она избегала говорить о фашизме как о порождении буржуазной системы, предпочитая рассуждать о психических и биологических «аномалиях» нацистских главарей. Да и как могло Лондонское радио говорить о социальных причинах, породивших нацизм, когда еще перед войной в Великобритании, которую оно прославляло как образец «демократического» общества, активно орудовали фашистские организации, а их лидер, «английский фюрер» Освальд Мосли, устраивал митинги и вербовал себе сторонников.

Не менее показательна и позиция Би-Би-Си по отношению к Советскому Союзу. Нечего говорить, что Британская радиокорпорация, «радиоголос» старейшей капиталистической державы мира, была активнейшей противницей социализма, Советского Союза и вообще «красных». Но в условиях войны Лондонское радио не могло открыто высказывать враждебность по отношению к союзнику. Более того, рост солидарности английской общественности с Советским Союзом, принявшим на себя основную тяжесть борьбы с фашизмом, заставил руководителей Би-Би-Си несколько изменить тактику. Во всяком случае, корпорация стала чаще и более доброжелательно, чем обычно, рассказывать о советской и русской культуре; англичане услышали радиопостановки «Евгения Онегина» и «Трех сестер», в музыкальных программах звучали произведения композиторов Д. Шостаковича и А. Хачатуряна.

Но, конечно, Би-Би-Си, а точнее, консервативные круги, традиционно влиявшие на ее политику, и не думали менять свои антикоммунистические взгляды. Сразу после нападения фашистской Германии на СССР по Би-Би-Си выступил Черчилль.

Но даже в этой речи, говоря о поддержке Советского Союза, Черчилль не преминул напомнить, что «никто не был большим противником коммунизма», чем он сам за последние двадцать пять лет, и что он «не откажется ни от одного слова, сказанного им о коммунизме». Этими словами он дал понять, что от антикоммунизма британская буржуазия не откажется. Задача состояла в том, чтобы на время «приглушить» его и лучше приспособиться к новой ситуации, в которой Великобритания оказалась военным союзником СССР. И тем не менее враждебность к Советскому Союзу то там, то здесь прорывалась наружу. Уже в начале войны Министерство иностранных дел запретило исполнять по радио советский государственный гимн, в то время как гимны других союзников Великобритании продолжали звучать каждое воскресенье.

Британская радиокорпорация, которая всегда рекламировала свою «независимость», и не подумала ею воспользоваться и ослушаться приказа Форин оффиса. Прогрессивная английская общественность была возмущена этим решением, и в результате Би-Би-Си по указанию властей вообще прекратила передачу гимнов всех союзных государств[24].

Двойственностью отличалась тактика Лондонского радио и по отношению к роли союзников в борьбе с гитлеровской Германией. С одной стороны, Би-Би-Си сообщала о победах Советской Армии и приветствовала их. Эти сообщения с радостью воспринимались английской аудиторией, которая с огромным вниманием следила за развитием событий на восточном фронте; они также поднимали дух участников антифашистского движения в Европе. Правда, в первые месяцы после нападения фашистов на СССР в передачах радиостанции сквозило сомнение в способности Советской Армии дать гитлеровцам достойный отпор. В одном из комментариев допускалась возможность того, что «русские еще до наступления зимы потеряют Москву, Ленинград, Киев и кавказскую нефть и их армии будут оттеснены до Волги». А говоря о поражении фашистов под Москвой, Лондонское радио особо указывало на такие факторы, как «большие расстояния», «суровый климат», якобы облегчившие победу русских. Это, кстати, не осталось не замеченным сотрудниками гитлеровской службы радиоперехватов, которые внимательно следили за передачами Би-Би-Си. В одном из их отчетов говорилось: «Британское и североамериканское радио видят боевую ценность Советской Армии главным образом в ее численном превосходстве и огромном оперативном пространстве. Качество оружия и боевая мораль оцениваются зачастую скептически, иногда даже негативно…»[25].

С другой стороны, Лондонское радио стремилось убедить слушателей, что основная тяжесть борьбы лежит на Англии и США, что судьбы мира решаются прежде всего в Арденнах, у Дюнкерка и в Сицилии. Битву под Сталинградом она, по сути, приравнивала к высадке западных союзников в Северной Африке. Принижение роли Советского Союза в антигитлеровской коалиции (в частности, и за счет бесконечных упоминаний о значении поставок по ленд-лизу) отвечало интересам реакционных политиков и монополистической английской буржуазии, которые опасались, что победы Красной Армии усилят влияние Страны Советов в послевоенное время.

По мере приближения окончания войны антисоветская, антикоммунистическая направленность пропаганды Лондонского радио становилась более очевидной.

Прежде всего, Би-Би-Си весьма своеобразно «регулировала» объем своего иновещания. Эти показатели отнюдь не сухие, абстрактные цифры. По ним можно судить о политических устремлениях тех, чьи интересы представляет та или иная радиостанция. К концу войны Би-Би-Си заметно снизила объем пропаганды на Германию и Италию, ибо перебрасывала силы на другой участок, который стал для нее гораздо более важным, чем борьба с фашизмом. Она усилила вещание на болгарском, венгерском, греческом языках. Активизировалась пропаганда на страны, население которых стремилось к прогрессивным, демократическим преобразованиям и политической независимости. Здесь корпорация старалась внушить слушателям, будто для освобожденных стран западный «вариант» социального развития — единственно разумный и приемлемый. Лондонское радио намекало на готовность западных союзников помочь в восстановлении экономики этих стран, на возможность предоставления им выгодных кредитов и т. п.

Наиболее резкий скачок в объеме вещания Би-Би-Си происходил тогда, когда какая-либо страна освобождалась Советской Армией. Особенно это заметно при анализе объемов передач Лондонского радио на Польшу, Чехословакию и Австрию. В 1941 году объем вещания на Польшу составлял 7, а в 1945 году — более 18,5 часов в неделю. Объем пропаганды на Чехословакию в 1941 году не достигал и 9 часов в неделю, а в 1945 году — почти 17 часов. На Австрию в 1941 году Би-Би-Си вообще не вела передач на немецком языке, а в 1945 году вещала уже 14 часов в неделю.

Если раньше Би-Би-Си убеждала поляков, чехов, венгров или болгар в необходимости «противостоять нацизму», то к концу войны она перешла вначале к завуалированным, а затем к все более настойчивым нападкам на социализм. Корпорация старалась опорочить социально-политические устои социализма в глазах миллионов людей в Восточной Европе. Она осторожно «предостерегала» эти страны от социалистического пути развития, намекала на то, что они могут «потерять независимость» и попасть в сферу «коммунистического влияния».

Антикоммунизм и прежде всего антисоветизм превратились с окончанием войны в «стержень» передач Лондонского радио. Причиной столь активной антикоммунистической кампании явилось, естественно, не решение того или иного руководящего деятеля Би-Би-Си. Речь шла об общей политической тенденции западных держав, и в частности Англии, заключавшейся в том, чтобы после уничтожения гитлеризма перенести главные усилия на борьбу против коммунизма. В самом существовании СССР, первого и тогда единственного в мире социалистического государства, они видели угрозу устоям капиталистического общества. Опасение Запада вызывал и тот факт, что после победы над фашистской Германией неизбежно возрастет международный авторитет Советского Союза, а значит, и мирового коммунистического движения, возрастет популярность марксистско-ленинской идеологии. Особое негодование империалистических кругов вызывала перспектива увеличения числа государств, избравших социалистический путь развития. Не без оснований они полагали, что уничтожить содружество социалистических стран будет гораздо труднее или вообще невозможно.

«Холодная война», развязанная Западом после окончания второй мировой войны, и была, в частности, направлена на то, чтобы помешать созданию социалистического содружества, а тогда, когда оно уже было создано, — на то, чтобы попытаться его расколоть или хотя бы помешать его нормальному развитию. Нет надобности объяснять, сколь важная роль отводилась (и отводится) пропаганде в достижении подобных целей.

То, что наблюдалось в вещании Британской радиокорпорации в последние военные годы, было своего рода вступлением к «холодной войне». Именно Би-Би-Си оказалась в числе тех западных органов пропаганды, которые еще до официального провозглашения «крестового похода» против коммунизма сделали первые шаги в этом направлении.

Глава II Би-Би-Си де-юре и де-факто

Как создавалась организация-ширма

Би-Би-Си появилась на свет как частнокапиталистическая компания, которую в 1922 году основали шесть ведущих английских фирм по производству радиоаппаратуры. Радиокомпания была единственной в Англии, владел и управлял ею тот, кто мог скупить наибольшее количество акций.

Не успела компания наладить регулярное вещание, как привлекла к себе повышенное внимание крупных правительственных чиновников, политических и государственных деятелей. Они поняли, каким важным инструментом политического и идеологического управления может стать радиовещание. Прошел лишь год, а британское правительство в апреле 1923 года уже создало так называемый Комитет Сайкса для изучения перспектив английского радиовещания и вопроса о статусе единственной в стране радиовещательной компании. Комитет пришел к выводу, что развитие радиовещания «имеет огромные социальные и политические последствия» и что «руководство таким потенциально мощным оружием контроля над общественным мнением и жизнью нации» непременно должно находиться в руках государства[26].

Вскоре создается второй правительственный комитет по вопросам радио (Комитет Кроуфорда, 1925). Он должен был вынести окончательное решение по вопросу о преобразовании радиовещания. Нарастающая активность правительства в отношении Би-Би-Си объяснялась его желанием предотвратить монополизацию радио узким кругом капиталистов и поставить его на службу английской буржуазии в целом. Несомненно, британская верхушка стремилась поскорее поставить радио под свой контроль также и в связи с резким обострением классовой борьбы в Англии в середине 20-х годов.

Комитет Кроуфорда предложил создать «публичную» радиокорпорацию, которой будет предоставлено исключительное право на ведение национального вещания. Иными словами, он предлагал создать из Би-Би-Си не капиталистическое предприятие и не часть государственного аппарата, а «общественную» организацию, говорящую от имени «всего» британского общества.

Среди активных сторонников создания «независимой» радиокорпорации был, в частности, председатель Би-Би-Си Джон Рейт, выступавший в качестве рупора тех кругов, которые стремились, с одной стороны, закрепить Би-Би-Си за консерваторами и, с другой, произвести ее «превращение» возможно «демократичнее». Он считал, что предложение об официальном контроле властей над радиовещанием слишком прямолинейно, что это сильно снизит эффективность радиопропаганды. Рейт понимал, что статус «публичной радиокорпорации» предоставит Би-Би-Си широкие возможности для завоевания доверия слушателей и облегчит управление этим гибким и оперативным механизмом.

Эти аргументы (а приводил их не только Рейт) выглядели достаточно убедительно. Весной 1926 года Рейт начал переговоры с правительством о предоставлении Би-Би-Си статуса публичной корпорации. Почему он выпрашивает у правительства «независимость» для Би-Би-Си и какова эта «независимость», показывает его докладная записка тогдашнему английскому премьер-министру, главе консервативного правительства Стэнли Болдуину. В ней Рейт недвусмысленно замечает, что если Би-Би-Си «будет контролироваться правительством… то незамедлительным результатом этого явится не только неэффективность нашей службы, но и предубеждение против Би-Би-Си»[27]. Правительству не стоит «прибегать к прямому руководству Би-Би-Си»» Независимое положение радиокорпорации, уточняется в записке, позволит ей использовать «свой авторитет и репутацию беспристрастной и искренней». Другими словами, «независимость» Би-Би-Си, подобно ширме, должна была скрывать и механизм контроля над радиостанцией и истоки проводимой ею политики. Известно, что Рейт откровенно писал о своих высоких покровителях: «Они знают, что могут положиться на нас. Мы не будем беспристрастными».

Такая «независимость» радиостанции, особенно в преддверии огромных социальных потрясений, которые назревали в стране в то время, устраивала правительство. В мае 1926 года грандиозная стачка, охватившая всю страну, многие отрасли промышленности, приобретала все более революционный характер, превращалась в общенациональное выступление английского пролетариата против классовых устоев британского государства.

«Встретившись со мной в первый день забастовки в клубе за ленчем, — пишет Рейт в своей автобиографической книге, — премьер-министр сказал, что Би-Би-Си занимает ключевые позиции и что все зависит от нее»[28].

Быть может, Болдуин несколько преувеличивал, но роль британской радиокомпании в этот кризисный период и в самом деле была велика. В первые три дня из-за забастовки типографских рабочих газеты не выходили, радио было единственным источником массовой информации в стране. Но и позже Би-Би-Си — в силу того, что она имела гораздо большую аудиторию, чем газеты, и была намного оперативнее их, — играла важную роль в развитии событий. Ловко спекулируя на создавшейся ситуации, руководство Би-Би-Си в считанные дни превратило ее в пропагандистское орудие первостепенной важности.

Когда в Генеральном совете британских тред-юнионов возобладали правые, принявшие решение о прекращении всеобщей стачки, по Би-Би-Си выступил премьер-министр Стэнли Болдуин с призывом к населению Англии. Он советовал забыть о том, что произошло, обратить свои взоры в будущее и приняться за работу.

Характерно, что в наши дни деятели корпорации, доказывая ее «независимость», приводят в пример 1926 год, когда руководство Би-Би-Си, несмотря на нажим властей, будто бы отказалось выступить в эфире с осуждением бастующих. Однако подобные ссылки абсолютно беспочвенны. Факты неопровержимо доказывают, что Би-Би-Си была полностью на стороне правительства и действовала в его интересах. Сам факт, что она регулярно предоставляла свои микрофоны для передачи правительственных сообщений, выступлений членов правительства и т. д., имел в той кризисной ситуации огромное значение. Более того, Би-Би-Си и официальное правительственное издание «Бритиш газетт», начавшее выходить на третий день забастовки и редактировавшееся Черчиллем, действовали согласованно. Как свидетельствует английский историк и публицист Эндрю Ротштейн, «Бритиш газетт» и Би-Би-Си не раз в ходе забастовки объявляли, что «потоки бастующих возвращаются к работе». Это была ложь. А несколько позже Би-Би-Си передала воззвание правительства, которое обещало полную поддержку тем, кто возобновит работу. Иными словами, Би-Би-Си содействовала вербовке штрейкбрехеров.

Нужно сказать, что многие обыватели были напуганы масштабами забастовки и действия Би-Би-Си казались им весьма разумными. Глубоко лояльная Би-Би-Си завоевала с тех пор уважение глубоко лояльного английского обывателя. Би-Би-Си в тот кризисный период продемонстрировала, насколько может быть эффективной пропаганда под флагом органа, выражающего интересы правящих кругов, но формально не зависящего от них. В результате многие их тех, кто предлагал установить над радиовещанием официальный государственный контроль, согласились с дальновидной и хитроумной идеей «независимой» Би-Би-Си.

С 1 января 1927 года Би-Би-Си получила статус публичной Британской радиовещательной корпорации. Корпорации было предоставлено монопольное право на внутреннее английское радиовещание, затем — на английское иновещание, а затем — и на телевидение.

В. И. Ленин писал: «Миллионеры и миллиардеры даром не пустят в ход свое правительственное радио»[29]. Английские миллионеры и миллиардеры не разрешили бы создать «публичную», «независимую» радиокорпорацию, если бы не знали, что пускают в ход именно правительственное, буржуазное радио, которое будет служить им верой и правдой.

Официальный статус и официальный контроль

Британская радиовещательная корпорация существует на основе двух документов — устава (или, как его называют, королевской хартии) и лицензии. Этими документами определяются права и обязанности Би-Би-Си, ее статус, отношения с правительством и т. д. В соответствии с уставом право на ведение передач дается лицензией. Ее в течение уже многих лет выдавал Би-Би-Си министр почт и телекоммуникаций. После того как министерство было расформировано, эти и другие функции в отношении Би-Би-Си перешли к министру внутренних дел (с марта 1974 года).

Документы, на основе которых действует корпорация, составлены весьма «либерально». На первый взгляд может показаться, что даже запреты, которые в них содержатся, призваны обеспечить Британской радиокорпорации независимость. Например, Би-Би-Си запрещено передавать коммерческую рекламу. Этим как бы подчеркивается, что частный капитал лишен путей влияния на корпорацию.

Кто же в таком случае финансирует Би-Би-Си, имеющую многомиллионный годовой бюджет?[30]

Финансирование идет в основном через государственные каналы. Взимая с населения абонентную плату за пользование теле- и радиоприемниками, государство оставляет часть суммы себе (шесть процентов), а остальные средства передает в распоряжение Би-Би-Си (речь идет о финансировании внутреннего вещания корпорации). Большую часть доходов Би-Би-Си получает от продажи радио- и телепрограмм за границу. Так, в 1976 году Би-Би-Си на коммерческой основе поставила свою продукцию в восемьдесят стран; общий объем проданных ею телепрограмм составил девять тысяч часов.

Кроме того, Би-Би-Си издает периодику — журналы, книги, ежегодники. Часть изданий — источник финансовых доходов (в 1976 году от продажи «Рэйдио таймс» и «Лиснер» было выручено более полутора миллионов фунтов стерлингов), часть — распространяется бесплатно, но все они служат средством рекламы «выдающихся» качеств корпорации, и в частности ее «независимого статуса»[31].

В лице министра внутренних дел, осуществляющего контроль за деятельностью корпорации, английское правительство имеет неопределенно широкие полномочия в отношении Би-Би-Си. Он имеет право «давать указания Би-Би-Си… по многим техническим и другим вопросам»[32]. Журнал «Англия», рекламируя Британскую радиокорпорацию, писал, что Би-Би-Си совершенно независима в том, что касается «выбора программ и того, как эти программы готовятся». С другой стороны, журнал признал: «Однако правительство в конечном счете несет ответственность перед общественностью за направленность деятельности» Би-Би-Си. (А что может быть важнее контроля за направленностью пропаганды?) Министр «в качестве лица, отвечающего за работу радиосвязи, подотчетен парламенту по широкому кругу вопросов, касающихся политики в области радио и телевидения»[33].

Не говоря уже об обязательном для корпорации освещении работы обеих палат британского парламента и об активном участии в ее передачах членов парламента, Би-Би-Си предписано включать в свои программы заявления министров и государственных ведомств, как только они этого потребуют, и, разумеется, заявления и сообщения правительства. Учитывая влияние передач корпорации и то, что получить возможность выступить перед ее микрофонами — задача для многих невыполнимая, можно оценить важность этих обязательств. Особое значение это имеет во время политических кризисов, что ясно подтверждается забастовкой 1926 года.

Но наряду с такими достаточно определенными обязательствами корпорация несет и другие, которые сформулированы расплывчато и дают поэтому широкие возможности контроля над Би-Би-Си. В докладе правительственного комитета по радиовещанию 1962 года (Комитет Пилкингтона) отмечалось, что «независимость» Би-Би-Си сопровождается «ответственностью», что и составляет доминирующий принцип ее деятельности. В докладе далее подчеркивалось, что если корпорация не будет «ответственной», то ее «традиционная независимость будет поставлена под вопрос»[34].

Официальный английский справочник-ежегодник, повторяя тезис о независимости Би-Би-Си, в конце концов замечает, что британское правительство «оставляет за собой право контроля (над Би-Би-Си. — Авт.) в исключительных случаях»[35]. И здесь неопределенность формулировок, дающая возможность официально контролировать деятельность Би-Би-Си в любой момент, когда этого пожелает правительство.

Министр внутренних дел, отмечает официальный справочник, «имеет право запрещать какую-либо передачу или цикл передач и даже аннулировать в любое время лицензию Би-Би-Си»[36]. Правда, утверждается в справочнике, министр никогда не прибегал к таким «крайним мерам». Это и понятно, так как на Би-Би-Си очень хорошо понимают, где кончаются границы ее «независимости», и стараются их не переступать. Очень любопытное замечание по этому поводу находим в книге крупнейшего английского политолога Антони Сэмпсона в его «Новой анатомии Англии». Имея в виду Дж. Рейта, Сэмпсон говорит: «Он в достаточной мере понимал, что независимое положение новой корпорации обеспечивается сдержанностью в проявлениях этой независимости, и при нем Би-Би-Си выработала то благоговейное отношение к английским институтам, и особенно к монархии, которое превратило ее в наиболее яркий и внушающий наибольшую неприязнь символ истэблишмента»[37].

Предусмотрительная и многоопытная английская буржуазия, создав Би-Би-Си как организацию-ширму, облегчила себе выполнение задачи идеологической и политической обработки людей. Да и правительству Англии чрезвычайно удобно такое положение Би-Би-Си: оно всегда может откреститься от любого неуклюжего маневра, предпринятого корпорацией, а Лондонское радио может продолжать свою линию защиты империалистических интересов Англии, не бросая тень на политическое кредо официальной позиции.

Если британским дипломатам в Москве указывают на подрывной, антисоветский характер некоторых передач Би-Би-Си, то они всегда могут сослаться на «независимость» Лондонского радио, пишет в своей книге «Международное радиовещание: новое измерение западной дипломатии», изданной Центром стратегических и международных исследований при Джорджтаунском университете (США), Д. Эбшир. Автор приводит в пример некоторые другие западные радиоцентры («Немецкая волна», «Радио Канады» и др.). имеющие ныне статус, сходный со статусом «независимой» Би-Би-Си, что облегчает им ведение антикоммунистической пропаганды. Как замечает Эбшир, в дискуссии относительно статуса «Голоса Америки», которая уже не один год ведется в США, озабоченных повышением эффективности внешнеполитической пропаганды, статус иновещания Би-Би-Си рассматривается как наилучшая «модель» для подражания[38]. Не случайно в одной из крупнейших буржуазных газет США, «Лос-Анджелес таймс», также выражена мысль о том, чтобы «Голос Америки» брал пример с Би-Би-Си[39].

Британские официальные лица категорично и безапелляционно поддерживают тезис о «независимости» английского радиовещания. Бывший советник премьер-министра Эттли по вопросам печати Уильямс писал, что Би-Би-Си строго запрещено «иметь собственные взгляды», поскольку-де единственная ее функция — «распространение беспристрастной информации».

Мистер Уильямс, возможно, сам того не желая, выразил суть истинного положения Би-Би-Си. Она действительно не имеет собственных взглядов, потому что все, что она говорит и показывает, отражает прежде всего взгляды тех, кто стоит на вершине социальной лестницы британского общества, тех, кто сосредоточил в своих руках экономическое, политическое и военное могущество. Это относится не только к внутреннему, но и к зарубежному вещанию Би-Би-Си. Еще Ян Джекоб, возглавлявший иновещание корпорации в конце 40-х годов, писал, что в вещании на заграницу всегда должно быть «ясное и убедительное выражение британской точки зрения»[40]. Два десятилетия спустя эту мысль повторил генеральный директор Би-Би-Си Ч. Каррен, заявивший, что английское иновещание «нельзя отделить от политического курса страны»[41].

Когда правительство запретило передачу «Проблема Ольстера», предназначенную для показа по телесети Би-Би-Си-I, корпорация воспользовалась случаем, чтобы в очередной раз продемонстрировать свою «независимость», используя для этого различные каналы (в том числе и крупнейшие буржуазные газеты). В декабре 1971-го — январе 1972 года газеты запестрели заголовками: «Би-Би-Си должна быть свободной», «Би-Би-Си против цензуры», «Несмотря на давление, Би-Би-Си будет продолжать передачи» и т. д. Борьба за сохранение передачи в программах Би-Би-Си представляла собой смесь действительных попыток отразить одну из актуальнейших для страны проблем и обычного для Би-Би-Си маневра — создать себе рекламу независимости, непредвзятого, объективного освещения любых событий в стране и за рубежом. Как отмечает известный французский журналист Жан-Луи Серван-Шрайбер, многие сотрудники Би-Би-Си жаловались на исправления, которым подверглись их материалы со стороны организаторов телепередачи об Ольстере, боявшихся вызвать недовольство премьер-министра. Таким образом, корпорация подвергла передачу самоцензуре с целью удовлетворить требования правительства. В конце концов, в январе 1972 года программа была показана, но на экранах она появилась в сильно урезанном виде. В частности, из нее были убраны выступления представителей Ассоциации борьбы за гражданские права и Коммунистической партии Ирландии. А на ряд других телематериалов по Ольстеру был вообще наложен суровый запрет… «Би-Би-Си, — писал английский журналист Кейт Киль, — имеет некоторые директивы относительно характера освещения событий в Ирландии». А представитель самой радиокорпорации назвал справедливыми требования британских властей к газетам и телевидению проявлять пристрастие «к закону и порядку» в освещении этих событий[42].

Как заметил лорд Рэдклин, британское правительство «может использовать все деликатные способы давления, указания, советы и встречные действия против того, кого называют корреспондентом, но кто не совсем представляет себе точку зрения правительства». Однако в данном случае Би-Би-Си в рекламных целях решила сделать вид, что сопротивляется нажиму извне. И хотя за ширмой разговоров о «независимости» передачи приводились в соответствии с требованиями правительства, всю эту кампанию по доказательству «свободы» Би-Би-Си правящие круги страны сочли не совсем удачной. Во всяком случае, буквально два месяца спустя в газете «Таймс» появилась статья под заголовком «Кто должен руководить Би-Би-Си?»[43].

В ней сообщалось, что председатель Совета управляющих Би-Би-Си лорд Хилл должен вскоре оставить свой пост… Кто будет его преемником? — спрашивала газета. Каким он должен быть? Что входит в его функции, как он должен их осуществлять? Надо думать, что преемник Хилла внимательно ознакомился с этой статьей… Тем не менее вся эта история не помешала новому генеральному директору Британской радиокорпорации Ч. Каррену заявить, что «редакторская свобода является неотъемлемым элементом британской демократической практики».

В Великобритании вообще «существует повсеместная политическая цензура всех средств массовой информации», — пишет английская газета «Морнинг стар». Действуют разнообразные законы относительно клеветы, богохульства, непристойностей, сохранения государственной тайны, каждый из которых толкуется весьма неопределенно и может быть легко использован так, как это необходимо правящим кругам в тот или иной момент. Но, как добавляет газета, «наиболее серьезная угроза таится во внутренней цензуре, существующей в системе Би-Би-Си…»[44]. Существует немало примеров, когда «свободная» Би-Би-Си вдруг закрывала свои каналы для уже готовых передач. Больше года продолжались попытки общественности добиться разрешения на показ документальной ленты «Говоря всю правду», рассказывавшей о социальных несправедливостях в Англии. Так и не была показана другая передача, проливающая свет на участие крупных политиков в финансовых операциях.

Надо сказать, что цензура средств массовой информации — традиционный элемент «британской демократии». Если обратиться к истории, то еще в XVII веке, при Карле II, появилась должность «наблюдателя за прессой». Наблюдатель мог наказать любого издателя и конфисковать любое издание, выступившее против властей; без его лицензии никто не имел права заниматься издательской деятельностью (так же как ныне Би-Би-Си не может заниматься своей деятельностью без лицензии, которую выдает министр внутренних дел). Позже, в начале XVIII века, в Англии был принят ряд законов, усиливавших контроль буржуазии за прессой, в том числе и «закон против клеветы». Один из английских издателей писал в этой связи: «Закон против клеветы нигде не записан, не определен и не сформулирован. Сегодня это одно, завтра — другое. Иногда это то, что не нравится королю или королеве; иногда то, что не нравится министрам…»[45].

Если обратиться к более близкому нам времени, то необходимо упомянуть возникший в годы второй мировой войны так называемый Комитет вооруженных сил, прессы и Би-Би-Си. В его функции входила цензура средств массовой информации Великобритании. Комитет распространял извещения с литерой «Д», в которых указывались темы или факты, не подлежавшие огласке. Этот орган (ныне Комитет вооруженных сил, прессы и радиовещания), функционирующий при Министерстве обороны Великобритании, и сегодня продолжает рассылать в газеты, на радио и телевидение свои «Д-уведомления». Они запрещают журналистам публиковать определенную информацию, которую необходимо держать в секрете в интересах «безопасности»[46]. Если раньше издатели зависели от того, как власти будут трактовать закон против клеветы, то теперь журналистам приходится считаться с тем, как Комитет будет трактовать понятие государственной тайны.

Кто руководит Би-Би-Си?

Как видим, даже формально независимость Британской радиокорпорации выглядит, мягко говоря, относительной. Однако еще более эффективны скрытые формы руководства корпорацией.

Английская писательница Джудит Тодд замечает, что с первых дней существования Би-Би-Си стали проявляться две характернейшие для нее тенденции: «насаждение представлений о том, будто проповедуемые ею идеалы являются единственно правильными», и «естественная приверженность к существующему порядку вещей»[47]. (Вспомним А. Сэмпсона: «Би-Би-Си выработала благоговейное отношение к английским институтам».) Эта естественная приверженность существующему порядку вещей, присущая корпорации, обусловлена не только поставленной перед Би-Би-Си задачей защищать капиталистический строй. Эта естественность предопределена также всей структурой и организацией английского радиовещания, психологией и мировоззрением администрации Би-Би-Си. Подавляющее большинство пропагандистов корпорации — сознательные приверженцы тех социально-политических порядков, которые ныне существуют в Великобритании, им обеспечены высокооплачиваемая работа и высокое положение на общественной лестнице. Именно поэтому правительство многое может доверить этим людям, не контролируя ежедневно и еженощно каждый их шаг (хотя, как мы увидим, даже на Би-Би-Си существует проверка персонала на «благонадежность»).

Практически все руководящие деятели являются представителями одного класса — класса буржуазии. Они — убежденные сторонники капиталистической системы и не менее убежденные противники коммунизма. Бывший глава корпорации лорд Саймон Уитеншоу откровенно писал в своей книге «Би-Би-Си изнутри»: «Все директора Би-Би-Си, с которыми я работал, разделяли общую ненависть к коммунизму»[48]. Не только директора, добавим мы. Так, наиболее известный в 40—60-е годы обозреватель радио и телевидения Би-Би-Си Ричард Димблби, предупреждавший, что коммунизм «распространяется в Англии таинственными путями и в обманчивых одеждах», предлагал провести референдум, чтобы объявить английских коммунистов партией предателей.

Руководящие деятели Би-Би-Си не только разделяют социально-политические взгляды власть имущих и их идеологию, но и несут обязательства по их пропаганде, распространению, поскольку само пребывание на руководящих постах зависит от воли правящих кругов.

Глава корпорации, председатель Совета управляющих (или Совета попечителей), назначается на этот пост по рекомендации премьер-министра королевским указом. Статус Совета управляющих, номинально призванного определять основы вещательной политики Би-Би-Си, можно оценить, сравнивая характеристики этого органа, данные в журнале «Англия» и в книге А. Сэмпсона. Журнал утверждает, что Совет управляющих Би-Би-Си состоит из людей, «избранных из числа наиболее выдающихся общественных деятелей страны»[49].

Звучит очень внушительно! Но только для тех, кто не знает, как обстоит дело на практике. Цитируем А. Сэмпсона: «Официальные отделы и радио и телевидения Би-Би-Си подчинены Совету управляющих, который возглавляется председателем и собирается раз в месяц для проверки деятельности генерального директора, главного администратора корпорации. Члены Совета назначаются на пятилетний срок министром почт, который (нередко под влиянием премьер-министра, если тот сочтет это нужным) выбирает их по чисто любительскому принципу, как представителей общественного мнения, из проверенных сторонников существующего порядка. Большинство управляющих совершенно не осведомлены в вопросах радиовещания и телевидения, что сильно ограничивает их возможности, а потому реальная власть обычно делится между председателем и генеральным директором»[50].

Разница приведенных характеристик состоит не только в том, что журнал «Англия» заменяет слово «назначаются» словом «избираются». Дело и в том, что Совет управляющих — псевдодемократический орган, служащий ширмой, которая должна скрывать зависимость Британской радиовещательной корпорации от всей системы английского капитализма. По свидетельству видного деятеля лейбористской партии В. Бенна, «вопросы радиовещания решаются в Британии людьми, которых народ не в состоянии ни сместить, ни заменить»[51].

В состав Совета управляющих Би-Би-Си кроме председателя входят одиннадцать человек: вице-председатель, управляющий по делам Шотландии, управляющий по делам Уэльса, управляющий по делам Северной Ирландии и семь других управляющих. Что касается органа, руководящего повседневной работой корпорации, то им является Совет директоров. Во главе его — генеральный директор Би-Би-Си (его назначает Совет управляющих). В Совет входят: специальный советник генерального директора, директора основных служб — внутреннего радиовещания, телевидения и иновещания, управляющие технического, административного, финансового управлений, директор по общественным вопросам. Эти люди и руководят работой огромного пропагандистского и технического аппарата Би-Би-Си, насчитывающего в общей сложности около двадцати шести тысяч человек (в том числе на внутреннем радиовещании и на телевидении — более двадцати двух тысяч)[52].

Для создания видимости «общественного» характера корпорации на Би-Би-Си в 1934 году был создан еще один орган — Генеральный консультативный совет[53]. Официально он призван содействовать контролю за деятельностью корпорации со стороны «широкой общественности» и представителей различных профессиональных сфер, а также давать Би-Би-Си компетентные рекомендации по различным вопросам вещания.

Личная уния правящих кругов Англии в руководстве Би-Би-Си, безусловно, один из самых важных рычагов контроля за Британской радиокорпорацией. В истории Би-Би-Си можно найти немало примеров, когда назначение на руководящие посты ответственных лиц выглядело как откровенное стремление правящего класса продвинуть своих ставленников в органы контроля над корпорацией. Так, в 1956 году из семи членов Совета управляющих (такова была численность Совета в те годы) пять были питомцами Итона — одного из самых аристократических колледжей в Англии. На посту председателя Совета находился сэр Александр Кадоган, до 1950 года занимавший высокие посты в Министерстве иностранных дел Великобритании, а после ухода из Би-Би-Си ставший директором «Нейшнл провиншел бэнк» и страховой компании «Феникс». До Кадогана высший пост на Би-Би-Си занимал лорд Саймон, владелец крупного машиностроительного концерна. Вместе с ним у руля радиокорпорации находились лорд Клапдемюйер, директор шотландского стального концерна, в прошлом губернатор Бомбея, лорд Тедер, маршал авиации, бывший начальник штаба английских ВВС, и другие.

В Генеральный консультативный совет также входили титулованные особы. Его главой был лорд Галифакс, один из лидеров консервативной партии, бывший министр иностранных дел, а членами: зять Черчилля — Сендис, лорд Бернем, директор газеты «Дейли телеграф», Андерсон, директор ведущей в Англии военно-промышленной фирмы «Виккерс», и т. д. Подавляющее большинство членов Совета принадлежали к консервативной партии.

В конце 50-х — начале 60-х годов председателем Совета управляющих был Артур Форд, крупный лондонский адвокат, директор Вестминстерского банка и компании по страхованию. Генеральным директором — Хью Грин, известный в Англии эксперт по организации «психологической войны». В руководство корпорации также входили два графа, князь, директор компании, вице-канцлер университета, бывший член парламента от консервативной партии, бывший профсоюзный лидер, известный своими правыми взглядами.

После Форда председателем Совета управляющих стал лорд Норманбрук, в прошлом секретарь кабинета министров, курировавший секретные службы Англии.

Правда, в последние годы есть тенденция подбирать на руководящие посты в корпорации людей, чье социальное положение и политические симпатии не были бы столь однозначны. Как замечает советский журналист-международник Спартак Беглов, члены Совета управляющих «подобраны таким образом, чтобы не колоть глаза своей заметной политической внешностью. В этом смысле контингент попечителей исключительно бесцветный и в то же время составляет надежный оплот существующих классовых устоев»[54]. Так, если в 1967 году пост председателя Совета управляющих занимал бывший министр консервативного правительства лорд Хилл, то с начала 1973 года на этот пост назначен профессор Майкл Суон, который до этого был «всего лишь» вице-канцлером Эдинбургского университета. Заметим, однако, что и в его биографии есть некоторые характерные детали. Сэр Суон — выпускник Винчестера, одной из самых привилегированных частных школ Англии, в Эдинбургском университете был известен репрессиями против прогрессивно настроенных студентов. Будущий глава Би-Би-Си, расправляясь с неугодными, активно прибегал к услугам полиции.

Таким образом, подбор руководящих кадров на Би-Би-Си не оставляет сомнений в том, кому служит эта организация. Точно так же не вызывает сомнений и фактическая принадлежность корпорации к государственным институтам Великобритании. Деятели корпорации пытаются это всячески отрицать, но их ссылки на устав Би-Би-Си выглядят неубедительными перед лицом фактов. Более того, ответственные работники внутреннего вещания Би-Би-Си в пылу полемики против частных английских фирм, стремившихся создать собственные радиостанции, сами заявили, что радио «нельзя отнести к категории обычных деловых предприятий, а следует считать частью государственной службы связи»[55]. Трудно с этим не согласиться: Британская радиокорпорация на практике действует именно как часть государственного аппарата и лишь функционирует под прикрытием ширмы — «общественного», «публичного» статуса.

Еще отчетливее связь Би-Би-Си с государственным аппаратом проявляется в вещании на зарубежные страны. Если внутреннее вещание корпорации связано с британской верхушкой политическими и организационными «узами», то зарубежное — еще и финансовыми. «Между программами передач на заграницу и программами внутреннего радиовещания существует одно очень большое различие. Программа передач на заграницу финансируется правительством…»[56]. Ссылки на то, что якобы такое финансирование иновещания не означает контроля «сверху», выглядят беспомощными. Контролируется не только политическая направленность и содержание передач, но и количество языков, на которых ведет вещание Лондонское радио, определяются объемы передач на разных языках. Таким образом, все важнейшие для иновещания любой страны показатели полностью зависят от правительственных решений, которые беспрекословно выполняются корпорацией. Например, выступая в августе 1975 года в парламенте, министр иностранных дел Великобритании подчеркнул, что «для демократии в Португалии» важно, чтобы передачи Би-Би-Си на эту страну были расширены. Реакция была немедленной: объем передач Лондонского радио на португальском языке был увеличен.

Не менее интересно и другое обстоятельство. Как свидетельствует американский авторитет в области внешнеполитической пропаганды профессор Л. Мартин, «непосредственную ответственность за ведение пропаганды за границей несет в Англии министерство иностранных дел, в частности его отдел информации, определяющий политику и содержание всей зарубежной пропаганды»[57].

Из всех правительственных звеньев именно Форин оффис теснее всего взаимодействует с Лондонским радио. И не просто взаимодействует. МИД Великобритании держит деятельность Лондонского радио под постоянным контролем, направляет ее. Отдел новостей МИДа (он подчинен непосредственно заместителю министра иностранных дел) занимается, в частности, подготовкой конкретных пропагандистских компаний, проводимых совместно с радиовещанием и телевидением для поддержки внешнеполитических акций Великобритании. Отдел информационной политики министерства контролирует всю внешнеполитическую пропаганду государства в целом.

Венгерский исследователь А. Тардош уточняет, что и планирование заграничных передач Би-Би-Си ведется в соответствии с планами Форин оффис. Например, комментарии и информационные сообщения готовятся за одну-две недели до предполагаемого события; по рекомендациям МИДа Лондонское радио заранее определяет свою позицию по отношению к этим событиям. Радиостанция разрабатывает такую версию, подбирает такие факты и подает их в такой форме, чтобы неявно, без нажима поддержать внешнеполитическую линию или отдельные акции правительства[58]. Как отмечает советский исследователь Л. Максудов, любая более или менее важная информация внешнеполитического содержания может быть выпущена Би-Би-Си в эфир лишь после того, как на это будет получено разрешение Форин оффис[59].

Кадровая политика, подбор на ответственные должности в иновещании профессиональных дипломатов также свидетельствует о том, сколь тесными являются отношения между Форин оффис и Лондонским радио. Когда Би-Би-Си оказалась в тисках финансового кризиса, охватившего страну, в Форин оффис сделали все, чтобы заграничному вещанию корпорации был нанесен наименьший ущерб. В мае 1974 года в Палате лордов обсуждалась возможность сокращения ассигнований на иновещание; бывшие английские послы, выступавшие на заседании палаты, все как один высказались против этого, мотивируя свои возражения чрезвычайной необходимостью не ослаблять влияния Би-Би-Си на различные районы мира, ибо Лондонское радио остается «одним из главных инструментов национальной политики Великобритании». Форин оффис в свою очередь охотно пользуется услугами корпорации, регулярно получая материалы из центра радиоперехватов.

В начале 1978 года в печать просочились сведения, вызвавшие в Англии крупный политический скандал. Оказывается, в течение почти тридцати лет в Форин оффис существовал секретный «информационно-исследовательский департамент», созданный втайне от общественности в 1948 году. В его функции входила активизация и корректировка антикоммунистической, антисоветской пропаганды как в Англии, так и за ее пределами, финансирование публикации антикоммунистических книг и журналов. Он регулярно давал рекомендации и необходимый материал для антисоветских выступлений, который попадал к определенным журналистам (доверенным лицам Форин оффис), работавшим в буржуазных газетах и в Британской радиокорпорации, прежде всего в отделах иновещания Би-Би-Си. Летом 1977 года этот «департамент» был упразднен, но вместо него в английском МИДе был создан другой, «департамент зарубежной информации», меньший по размеру, но с более широкими функциями.

Конечно, субординация, существующая между Форин оффис и Би-Би-Си, всячески скрывается. Слишком уж противоречит она понятию «независимости». Если же какие-то сведения просачиваются наружу, то корпорация всегда может заявить, что речь идет лишь о деловых контактах с МИДом, естественных для организаций, которые Би-Би-Си де-юре и де-факто работают в близких сферах. Дескать, МИД только информирует Лондонское радио о положении в тех или иных районах мира и о политике правительства по различным вопросам международной жизни.

Би-Би-Си у себя дома

Внутреннее радиовещание и телевидение корпорации не составляют непосредственного предмета этой книги. Однако анализ ее внутреннего вещания, хотя бы в самом общем виде, существенно дополнит представление читателей о Би-Би-Си, целостности ее политического лица и классового характера.

Остановимся на наиболее ярких фактах, характеризующих положение Би-Би-Си «у себя дома», ее политику и тактику во внутреннем вещании.

В отличие от британского иновещания, где Би-Би-Си сохраняет монополию, внутри Англии корпорация эту монополию потеряла. Она монопольно владела радиовещанием с момента своего возникновения в 1922 году, а в области телевидения — с 1936 года, когда в Англии начались регулярные телепередачи[60].

Вначале Би-Би-Си потеряла монополию на английское телевидение. В соответствии с положением о правах и обязанностях Би-Би-Си ей запрещено передавать коммерческую рекламу. Рекламные агентства и частные фирмы не могли смириться с потерей такой выгодной сферы для своей деятельности, как телевидение. Однако для бизнеса на Западе не существует безвыходных ситуаций: не было телестанций, кроме Би-Би-Си, — значит, будут! Штаб-квартирой сторонников коммерческого телевидения стала контора известной рекламной фирмы «С. Бенсон». Отсюда крупный английский капитал начал оказывать постоянный нажим на правительство, печать и т. д. В 1954 году парламент утвердил закон о создании коммерческого телевидения, руководство которым поручалось специально созданному Управлению независимым телевидением (Ай-Ти-Эй), располагавшему сетью телестанций; оно передавало их в аренду компаниям, которые и начали подготовку телевизионных программ. Ведущими из этих компаний стали «Эй-Ти-Ви», «Гранада», «Эй-Би-Си» и др. С тех пор между компаниями Ай-Ти-Эй и Би-Би-Си развернулась ожесточенная конкуренция, борьба за английского зрителя, причем коммерческое телевидение нередко оказывалось впереди. Чтобы не терять своего влияния, корпорация активно расширяла сеть телеслужб. В 1964 году был введен второй телевизионный канал — Би-Би-Си-П. А в 1967 году корпорация начала передачи цветного телевидения[61].

В области радиовещания монополия Би-Би-Си сохранялась значительно дольше. Хотя кампания за создание в Великобритании коммерческих радиостанций началась еще в 50-е годы и достигла небывалого размаха в 60-е, правительство сопротивлялось требованиям рекламодателей. В этом противодействии ощущалось сковывающее влияние британских традиций, недостаточная гибкость английской государственной машины, которая одновременно и защищает интересы капитала и не поспевает за быстро меняющейся конъюнктурой.

В Англии, как грибы, стали появляться «пиратские» радиостанции (наиболее известные из них «Рэйдио Сити», «Рэйдио Каролина» и др.). Со специально оборудованных судов, с заброшенных маяков и прибрежных скал они передавали в эфир поп-музыку вперемежку с рекламой. Эти коммерческие радиостанции стали очень популярны, их акции открыто продавались на Лондонской бирже. Но правительство все еще продолжало поддерживать монополию Би-Би-Си в английском радиовещании. В 1966 году был утвержден законопроект, запрещающий широковещательные передачи с судов, самолетов и морских сооружений. Он также запрещал гражданам Великобритании работать на «пиратских» радиостанциях и заниматься через них рекламой[62].

Конкуренция с «пиратскими» радиостанциями вынудила Би-Би-Си перестроить свое внутреннее вещание. В 1967 году она в дополнение к уже имевшимся трем программам организовала четвертую. Причем эта новая программа сразу стала называться «Рэйдио-1», и по номеру и по значению потеснив все остальные. Если не считать отсутствия рекламы, у «Рэйдио-1» было много общего с «радиопиратами»: в течение суток в эфир передавалась исключительно поп-музыка и короткие сводки новостей. К организации этой программы привлекались люди, работавшие ранее на «пиратских» станциях. Руководитель «Рэйдио-1» Робин Скотт заявлял в то время: «Как профессионалы мы восхищаемся их достижениями. Глупо притворяться, что мы не пользуемся некоторыми приемами коммерческих радиостанций». Не окажись Би-Би-Си в столь сложном положении, такого признания никто бы не дождался.

Но и организация «Рэйдио-1» и запрет «пиратских» станций не помогли Би-Би-Си. В стране поднялась целая кампания за создание местных коммерческих радиостанций. Потребности слушателей в местной информации не могут удовлетворить только региональные программы Би-Би-Си, заявляли участники кампании. И хотя Би-Би-Си стала срочно создавать широкую сеть местных радиостанций, число которых к 1971 году достигло двадцати, сохранить монополию в английском эфире ей не удалось. Весной 1971 года правительство объявило о том, что в стране будут организованы коммерческие радиостанции местного значения, финансируемые за счет рекламы. В 1972 году вместо существовавшего ранее Ай-Ти-Эй было создано Управление независимым вещанием (Ай-Би-Эй), которое стало заниматься вопросами и коммерческого телевидения и местных коммерческих радиостанций. Две первые радиостанции в системе Ай-Би-Эй, созданные в 1973 году в Лондоне, готовили свои программы для жителей английской столицы: «Лондон бродкастинг компани» специализировалась на передаче последних известий, а «Капитал рэйдио» — на радиоспектаклях, музыке и т. д. При этом, разумеется, и та и другая станция уделяют много внимания рекламе. Местные коммерческие радиостанции были организованы и в других городах: «Бирмингем бродкастинг», «Пиккадили рэйдио» (Манчестер), «Рэйдио клайд» (Глазго), а также станции в Ливерпуле, Шеффилде и т. д.

Как только появилось коммерческое телевидение и было создано Ай-Ти-Эй, оно тут же стало говорить о своей «независимости», как это делает и Би-Би-Си. Эти утверждения не менее лицемерны. Министр почт и телекоммуникаций (а после упразднения этой должности — министр внутренних дел) получил в отношении коммерческого телевидения те же права и полномочия, что и в отношении Би-Би-Си. Он выдает лицензию на право вещания, может запретить любую передачу, может отобрать лицензию, потребовать передачи тех или иных программ или, наоборот, задержать трансляцию любой программы на любой установленный им срок и т. д.

В. И. Ленин писал о том, что «свобода буржуазного писателя… есть лишь замаскированная… зависимость от денежного мешка…»[63]. Зависимость коммерческого радио и телевидения даже не замаскирована: единственный источник существования этих станций — деньги, которые они получают за передачу рекламы продукции тех или иных фирм, компаний и т. д. Что касается Би-Би-Си, то ее зависимость от «денежного мешка» действительно замаскирована. Нежелание правящих кругов Англии открыть для рекламы каналы Би-Би-Си вызвано стремлением сохранить эту маскировку.

Би-Би-Си не передает коммерческой рекламы, но никто ей не запрещает рекламировать себя, свои высокие профессиональные качества, творческую свободу своих сотрудников. Особенно охотно корпорация это делает в передачах, адресованных зарубежной аудитории. Цитируя в передаче на СССР статью об английском телевидении, опубликованную в журнале «Англия» (кстати, это регулярная практика: Би-Би-Си рекламирует «Англию», а «Англия» — Би-Би-Си), Буш-Хаус приводит слова режиссера, высоко оценивающего возможности, которые ему предоставляет корпорация. Оказывается, он может «излагать идеи в любой форме». За одиннадцать лет работы в корпорации его якобы «никогда не пытались втиснуть в какие-либо тесные рамки форм… вы сами выбираете кадры и отражаете в значительной степени собственную точку зрения».

В другой передаче на русском языке, посвященной статусу Би-Би-Си «у себя дома», утверждалось, что определяющим фактором успеха Би-Би-Си является «творческая свобода», «свобода от государственного контроля», «свобода от всякой моральной и политической критики со стороны каких-нибудь организаций и зрителей».

Факты, однако, упорно показывают обратное. «То, что радиовещание свободно от правительственного контроля, — заметил английский журналист X. Фейган, — конечно, неправда. Это иллюзия, которая тщательно поддерживается»[64].

Достаточно напомнить случай с телевизионной сатирической программой «Ну и неделька у нас была!», чтобы представить себе характер «творческой свободы», царящей на Би-Би-Си. Специальная правительственная комиссия занялась анализом некоторых передач телевидения и в результате опубликовала доклад, в котором «решительно осудила значительную часть телевизионных программ за тривиальность и аморальность». В результате Би-Би-Си, по ее признанию, пришлось выработать так называемый «кодекс поведения», согласно которому «в программах не должно быть ничего оскорбляющего хороший вкус или чувство приличия, ничего, что могло бы оскорбить общественность или исказить представление о находящемся еще в живых деятеле».

Однако «аморальные передачи» — изображение насилия, жестокости, эротики и т. п. — не исчезли с английских экранов. Шаг Би-Би-Си был направлен лишь на то, чтобы успокоить на какое-то время британскую общественность. С другой стороны, Лондонское радио внушало зарубежной аудитории, будто реакция англичан на эти телепрограммы в основном положительная. Так, в передаче «Телевизионный журнал», рассчитанной на советских слушателей, Буш-Хаус заявил: «По мнению большинства родителей, несмотря на обилие секса, насилия и заумностей, положительная сторона телевидения в огромной степени превосходит отрицательную. Оно играет важную воспитательную роль. А абсолютная свобода слова, в данном случае свобода показа, помогает ребенку формировать свое собственное мнение…»

Би-Би-Си явно идеализировала ситуацию. Реакция большинства населения на эти программы была столь острой, что вызывала критические высказывания в адрес корпорации со стороны высоких правительственных чиновников. Так, один из английских министров признал, что показ сцен насилия по каналам Би-Би-Си и коммерческого телевидения принял такие масштабы, что многие программы можно расценить как прямое поощрение насилия. Другой министр прямо связывал рост преступности в стране с царящим на телеэкранах Англии культом насилия. В докладе правительственного комитета, изучавшего проблемы развития английского телевидения и радиовещания, говорится, что почти половину экранного времени занимает показ убийств, грабежей, насилия. В докладе отмечается также, что многие из этих передач демонстрируются в то время, когда их могут увидеть дети и подростки.

Критика в адрес Би-Би-Си со стороны самих англичан вызывается и другими причинами, например засильем на телевидении американских программ. Негодование телезрителей против процесса американизации английского телевидения выразил еще в 50-х годах в газете «Дейли мейл» один из зрителей: «Если судить по количеству программ американского происхождения, которые нам ежедневно показывают, а также по жаргону янки, на котором изъясняются некоторые комментаторы, может показаться, что мы уже превратились в 49-й штат».

Несмотря на внешнюю респектабельность Британской радиокорпорации, с именем Би-Би-Си связано немало скандалов самого различного рода. Один из них имел прямое отношение к популярной телепрограмме корпорации «Топс оф зе попс» — концертам новинок поп-музыки. Для того чтобы увеличить эффект этих концертов, в студию приглашаются юноши и девушки, которые выполняют роль своеобразного «аккомпанемента» к выступлениям «звезд» эстрады: танцуют, подпевают, аплодируют. Возможность хотя бы ненадолго появиться на экране привлекает сотни молодых людей. На один из таких концертов была приглашена и пятнадцатилетняя Клэр Уфланд из небольшого английского городка. А через некоторое время она покончила жизнь самоубийством. Из ее дневника полиция узнала, что Клэр, выступавшая в качестве «аккомпанемента» в «Топс оф зе попс», близко познакомилась с тремя певцами, которые брали ее с собой на кутежи, научили принимать наркотики…

Было начато расследование, однако Би-Би-Си постаралась замять скандал. Дело в том, что по английским законам лиц, не достигших шестнадцатилетнего возраста, запрещено приглашать для участия в таких телепрограммах. Тем не менее приговор суда гласил: самоубийство в состоянии помешательства, Би-Би-Си здесь ни при чем…

Другой громкий скандал, разразившийся на Би-Би-Си в 1973 году, был связан с тем, что корпорация, по сути, нарушила запрет на передачу коммерческой рекламы. Ряд компаний по продаже грампластинок и некоторые певцы платили изрядные суммы ведущим и продюсерам известных музыкальных программ радио и телевидения Би-Би-Си за то, чтобы те включали в передачи определенные песни и записи. Они звучали в эфире гораздо чаще, чем все остальные. В результате эти компании получали дополнительную рекламу своей продукции, что обеспечивало им хорошие прибыли.

Подобная практика получила на Би-Би-Си широкое распространение. Однако не следует думать, что Би-Би-Си «у себя дома» только тем и занимается, что реагирует на критику общественности и заминает скандалы. Главная ее задача — в систематической, направленной, неослабевающей пропаганде на английское население. И делается это профессионально. Как заметил советский журналист-международник Владимир Осипов, профессионализм, несомненно, один из моментов, на которых покоится репутация Би-Би-Си в западном радиомире[65].

Для миллионов англичан Британская радиокорпорация остается традиционным источником информации, окруженным ореолом беспристрастия и компетентности. К ней обращаются и затем, чтобы услышать политические новости, и затем, чтобы послушать сводку погоды. Нельзя забывать и о том, что именно через Би-Би-Си многие англичане соприкасаются с ценностями национальной и мировой культуры. Ведь в ее радио- и телепрограммах участвуют не только политические деятели и государственные чиновники, но и крупные философы, выдающиеся писатели, знаменитые актеры. Сотни тысяч английских семей видят в передачах Би-Би-Си средство развлечения и образования. Эстрадная музыка и классическая (Би-Би-Си располагает первоклассными оркестрами, в том числе симфоническими), варьете, шоу с участием известных комиков, огромное число спортивных программ, теле- и радиоспектакли, многочисленные экранизации, вроде знаменитой «Саги о Форсайтах» или серии передач «Возраст королей» (телепостановки по историческим пьесам Шекспира), грандиозные, неделями и месяцами продолжающиеся многосерийные телефильмы — все это тоже Би-Би-Си.

Правда, прекрасные симфонические концерты и талантливые экранизации литературных шедевров сочетаются со всякого рода обывательщиной, слащавыми мелодрамами вроде пятидесятисерийной «Семьи Эштон». Одновременно идут документальные программы и постановки, которые, как вынуждена была признать Би-Би-Си, «без колебаний показывали на экранах телевизоров неприглядные сцены из современной жизни, вроде добрачных интимных связей, абортов и гомосексуализма». Со всем этим мирно соседствуют многочисленные религиозные передачи: чтение Библии, выступления проповедников, церковные службы и богословские диспуты.

Разного рода развлекательные и образовательные программы Би-Би-Си продолжают оказывать большое влияние на формирование духовного мира английских радиослушателей и телезрителей. Подобные передачи заняли значительное место в ее вещании уже с первых лет существования Би-Би-Си, когда во главе Британской радиокорпорации стоял Джон Рейт. Он, как замечает один из биографов Рейта, полагал, что аудиторию завоевывают прежде всего развлекательными программами[66].

Рейт всячески поощрял комбинацию назидательных радиопрограмм и эстрадных концертов, чтобы, «приправив первые вторыми, сделать более привлекательной мораль чистых помыслов и разумность скромного житья»[67].

Что касается социально-политических программ, то целесообразность существующих порядков внушается корпорацией вовсе не повторением правительственных лозунгов. Би-Би-Си любит приглашать общественных деятелей, которые вроде бы высказывают противоположные мнения и даже выступают с критикой различных сторон английской действительности. При этом сама корпорация как бы устраняется от дискуссии и делает вид, что служит просто «передатчиком», который дает аудитории возможность ознакомиться с разнообразными взглядами, существующими в обществе. Но не говоря уже о том, что тщательно подбираются участники передач, сам ход этих программ (особенно если это «живая», а не записанная и смонтированная заранее беседа) умело направляется ведущим. Это всегда — квалифицированный журналист, обладающий хорошей реакцией и способностью переводить разговор в нужное русло, если он вдруг примет нежелательный оборот. Примером может служить организация серии телепередач, переданных Би-Би-Си в период, когда в Женеве проходил второй этап конференции по вопросам безопасности и сотрудничества в Европе. Телесерия, в которой участвовали видные государственные и общественные деятели Западной Европы и США, восстанавливала одно за другим события «холодной войны»: образование НАТО, мятеж 1956 года в Венгрии, конфликт вокруг Западного Берлина, карибский кризис и т. д. Ведущий передачи Джон Туза, задававший вопросы ее участникам, активно направлял беседу в антисоветское русло и оправдывал политику «холодной войны»[68].

Корпорация иногда идет на то, чтобы предоставить возможность высказаться оратору, который выступает с серьезной критикой социальных порядков Англии или ее внешней политики. Но вслед за этим выступлением в эфир идет другое, в котором все ставится на свои места. Би-Би-Си может предоставить микрофон или экран поборнику свободы в отношениях между полами, клеймящему общество за ханжество, или, наоборот, пуританину, ругающему общество за распущенность. Она может дать выступить студенческому лидеру, который призывает сократить военный бюджет и увеличить за счет этого ассигнования на образование, а вслед за ним в эфире появится журналист или политик, которые объяснят, чем «опасно» для Англии сокращение военных расходов.

Но как бы ни старалась Би-Би-Си казаться «демократичной» и «прогрессивной», она никогда не станет выступать против капиталистической системы. Здесь не может быть двух мнений: вне этой системы существование Англии она не мыслит. Как заметил английский журналист Г. Фейрли, «Би-Би-Си сделала больше, чем любая другая организация, чтобы поддержать все самое консервативное в этой стране, чтобы не только создать, но и увековечить навсегда уважение к существующим порядкам, к привилегиям и тайнам консервативного общества»[69].

Но не только консерватизм корпорации, а и ее реакционность, проявляющаяся в неприкрытом антикоммунизме, характерна для внутреннего вещания не меньше, чем для иновещания. Антикоммунизм Би-Би-Си проявляется и в политических комментариях или беседах и во многих телефильмах. Так, корпорация поставила многосерийный фильм «Падение орлов» (кстати, дважды демонстрировавшийся в США, последний раз — в 1977 году), посвященный крушению самодержавия в России. Как заметила газета американских коммунистов «Дейли уорлд», одна из целей этого фильма — «оклеветать Советский Союз и его основателей». Би-Би-Си, писала газета, «с полным пренебрежением обращается с историческими фактами и высказываниями Ленина»[70].

Само слово «коммунизм», по мнению Би-Би-Си, должно нести для англичан только отрицательный смысл. В упоминавшейся выше книге «Би-Би-Си изнутри» бывший председатель Совета управляющих корпорации лорд Саймон пишет: «Во время моей работы царил все возрастающий страх и ненависть к коммунизму. Под «коммунизмом» подразумевается и марксизм, и Россия, и английская коммунистическая партия».

«Отрицательная информация» — беспорядки, угрозы, забастовки, террор и т. п., — как правило, связывается с понятиями «коммунизм», «коммунист». Сообщая, например, о забастовке электриков (апрель 1961 года), в бюллетенях новостей Би-Би-Си называла забастовщиков не иначе, как «членами руководимого коммунистами профсоюза электриков». Когда же исполнительный комитет профсоюза уладил конфликт, то в передачах исполком уже стал просто «исполнительным комитетом союза электриков». Тенденциозность, маскируемая под объективность, в духе Би-Би-Си. Но когда речь идет о коммунистах, тенденциозность становится откровенной. Как пишет X. Фейган, по каналам Би-Би-Си «всегда подробнейшим образом рассказывается о том, что тот или иной профсоюзный деятель-коммунист потерпел поражение на выборах, но никогда не упоминается, если коммунист избран».

Показательно отношение Би-Би-Си к прогрессивным тенденциям в английском профсоюзном движении. Дабы оклеветать деятельность некоторых тред-юнионов, радиокорпорация не стесняется использовать иногда самые грубые приемы. Так, в 1971 году профсоюз технических работников кино и телевидения официально обвинил Би-Би-Си в том, что она искажает его позицию. В специальном докладе, подготовленном профсоюзом, говорилось, что сообщения корпорации о деятельности его членов носили столь необъективный характер, что это «граничило со скандалом»[71].

Претензии Би-Би-Си на «беспристрастность» вступают порою в столь острое противоречие с тем, как она освещает (в частности, по телевидению) рабочее движение в Англии, что даже еженедельник «Рэйдио-таймс» сделал однажды такое замечание: «Искажение мнений, оппозиционных по отношению к взглядам деятелей телевидения, неизбежно, так как в основном они являются представителями преуспевающего среднего класса. Забастовки, например, как правило, освещаются с точки зрения той части публики, которая терпит от них неудобства, соответственно раздражена и не может быть объективным судьей того, кто прав и кто виноват в данном столкновении»[72]. Еженедельник признавал, что и в художественных передачах и в программах новостей дается нечто вроде карикатуры на рабочий класс.

Примером политического кредо Би-Би-Си «у себя дома» может служить и переписка, которую один из телезрителей, мистер Мюррей, вел в конце 40-х годов с директором корпорации М. Фаркхарсоном. Мюррей интересовался, почему Би-Би-Си передает серию выступлений американских обозревателей (под названием «Американский комментарий»), которые резко критикуют политику СССР, но не передает серии «Советский комментарий», где бы политика СССР рассматривалась с точки зрения советского обозревателя. После долгой переписки, в ходе которой Фаркхарсон ни разу не дал ясного ответа на вопросы Мюррея, корпорация наконец объяснила свою позицию тем, что американские комментаторы независимы, что они высказывают точку зрения американских граждан, а советские комментаторы необъективны, они высказывают мнение Советского правительства. И точка. Непонятно только, как такое объяснение увязывается со «свободой мнений», якобы существующей на Би-Би-Си.

Лорд Саймон, говоря о «марксизме, России и английской компартии», заметил, что власти не разрешали «уделить освещению этих вопросов мало-мальски достаточное количество времени». Он работал на Би-Би-Си в разгар «холодной войны». Изменилось ли что-либо во внутреннем вещании Би-Би-Си с тех пор? Разрешается ли ей теперь уделять достаточно времени для того, чтобы рассказать о Советском Союзе? Времени у нее, может быть, и больше. Однако использует она его, как и раньше, для «радиоатак» на социализм, и прежде всего на СССР. Как свидетельствует английский журналист Джонатан Стил, у англичан, слушающих радиопередачи Би-Би-Си, «создается впечатление, что за последние десятилетия в СССР ничего не изменилось. Большинство материалов, присланных корреспондентами из Москвы, носит негативный характер. Например, в 1972 году из-за засухи в СССР был плохой урожай, и Би-Би-Си изо дня в день твердила об этом, однако в 1973 году она едва обмолвилась о том, что советский народ собрал рекордный урожай». Крайне редко появляется на радио или телевидении Би-Би-Си материал, объективно рассказывающий о жизни в Советском Союзе, о культуре нашей страны, научных достижениях. Корпорация, заодно с буржуазной английской печатью, весьма неохотно идет на это (а если и идет, то лишь для демонстрации своей «объективности»).

По существу, это признавал и один из руководящих деятелей лейбористской партии Р. Хейуорд. «Рабочий класс и народ Англии, — сказал он, — располагают крайне ограниченной информацией о жизни в СССР. В особенности плохо используются в этих целях наша пресса и телевидение»[73].

Партийность, лояльность и критика

Еще одним лозунгом в саморекламе Би-Би-Си как внутри страны, так и за рубежом является «беспартийность» или «надпартийность» корпорации. Понятие «партийность» можно понимать широко, как определенную классовую позицию, и узко, как принадлежность к конкретной политической партии. Ни то, ни другое, заявляет радиокорпорация, не имеет отношения к нашей деятельности, мы не связаны ни классовой узостью, ни партийной предвзятостью. Би-Би-Си, говорят ее деятели, вообще не отстаивает чью-либо позицию, не выражает чьих-либо интересов (быть может, только британского общества «в целом»), а лишь информирует и анализирует; тем более она не принадлежит к какой-либо партии.

Все эти заявления — того же рода, что и утверждения о «независимости» Британской радиокорпорации. В. И. Ленин указывал, что «беспартийность есть идея буржуазная»[74]. Политический и классовый нейтралитет средств массовой информации — пропагандистский трюк, к которому прибегают, чтобы доказать «объективность» их выступлений. Как и другие институты, буржуазная печать, радио, телевидение партийны, в том числе и Би-Би-Си. Би-Би-Си партийна, потому что создана британским правящим классом, партийна, потому что подчиняется ему, партийна, потому что его представители держат руку на «пульте управления» Би-Би-Си.

Конечно, партийность Би-Би-Си нельзя понимать буквально, как принадлежность к одной из политических партий Великобритании. Однако и здесь все далеко не так просто, как хотелось бы изобразить деятелям радиокорпорации.

На первый взгляд корпорация действительно соблюдает «нейтралитет» в отношении с политическими партиями страны и не выступает в качестве официального органа консерваторов или лейбористов. Во время предвыборных кампаний «беспартийная позиция» Би-Би-Си выражается в том, что чуть ли не каждому кандидату, как уверяют лондонские радиопропагандисты, предоставляется время для выступлений в эфире и т. д. и т. п. При этом любят ссылаться на тот факт, что в июле 1967 года на пост председателя Совета управляющих лейбористское правительство назначило консерватора лорда Хилла, который к тому же возглавлял до этого коммерческое телевидение — соперника Би-Би-Си внутри страны. Подобным назначением, замечает С. И. Беглов, «как бы вновь подчеркивалось, что интересы господствующего строя в области контроля за умами стоят выше интересов межпартийной борьбы»[75].

Какое ни было бы правительство, Би-Би-Си, как и другие правительственные органы, контролируется власть имущими.

Еще в 1947 году между лейбористским правительством и консерваторами (находившимися тогда в оппозиции) была достигнута договоренность о том, что партийное вещание организуется на основе соглашения между обоими партийными лидерами[76]. Они же согласовывают и докладчиков, и темы выступлений, и распределение времени передач.

Заметим сразу же, что под «партиями» здесь подразумевается лишь две: партия, находящаяся у власти, и та, которая находится в официальной оппозиции, то есть исключительно консерваторы и лейбористы.

В 1968 году соглашение было уточнено, в результате чего другие партии, имеющие значительную поддержку избирателей, также получали формальную возможность участвовать в передачах. Однако такая возможность могла осуществиться лишь после обсуждения этого вопроса с представителями двух основных партий. Иными словами, партийное вещание корпорации осталось под контролем консервативной и лейбористской партий. И поныне к микрофонам Би-Би-Си представители некоторых других партий допускаются отнюдь не так легко. Характерна политика корпорации в отношении коммунистической партии Великобритании. Долгие годы английская компартия вообще не получала времени для выступлений по Би-Би-Си — ни в период между выборами, ни в период какой-либо избирательной кампании[77].

Руководители Би-Би-Си даже отказались принять депутацию коммунистов для обсуждения этого вопроса. В 1964 году Компартия Великобритании решила возбудить судебное дело против Би-Би-Си. Однако генеральный атторней, который дает разрешение на судебное разбирательство подобных дел, не дал санкции.

Наконец, в 1966 году в период избирательной кампании коммунисты добились права выступить в передаче Би-Би-Си. Предоставленные пять минут приходились на неудобное для аудитории время, но даже имевшаяся аудитория вряд ли могла получить представление о политической программе компартии в пятиминутной передаче. Здесь действовал безошибочный политический и пропагандистский расчет. Коммунисты пытались протестовать, но корпорация отклонила протест, заявив, что вопрос о предоставлении времени решается самими партиями (консерваторами и лейбористами)[78].

Избирательной кампании 1974 года английское телевидение посвятило почти треть своих передач, однако представители Коммунистической партии не появились на экранах ни разу. В те дни газета «Морнинг стар» писала: «Отказ дать коммунистам возможность изложить свою позицию носит столь широкие масштабы, что невольно в голову приходит мысль, что органы информации получили указание свыше не выпускать коммунистов на экраны телевизоров, в эфир и в печать»[79].

Для того чтобы не допустить коммунистов к своим микрофонам, Би-Би-Си придумывает самые разные предлоги. «Так, одно время, — писал комментатор Всесоюзного радио и телевидения Б. Белицкий, — Би-Би-Си следовала придуманному ей самой правилу, по которому вещательное время в период избирательных кампаний выделялось только тем политическим партиям, которые выставляли свыше 30 кандидатов. Но стоило коммунистам выставить свыше 30 кандидатов, как правило тотчас же было изменено: теперь необходимо было выставлять уже свыше 50 кандидатов, чтобы руководство Би-Би-Си признало элементарное демократическое право законно существующей свыше пятидесяти лет партии разъяснить свою платформу избирателям»[80].

Дискриминации на Би-Би-Си подвергается не только английская компартия. О предвзятости позиции Би-Би-Си по вопросу о предоставлении права выступить по радио и телевидению говорили и некоторые государственные деятели Великобритании. Так, министр-лейборист Веджвуд Бенн заявлял, что «тысячи организаций, которым много есть что сказать, лишены доступа на Би-Би-Си», а ее возможности может использовать лишь «ограниченный круг лиц».

Заметим также, что бывали периоды, когда даже в отношениях с двумя ведущими партиями страны корпорация занимала отнюдь не нейтральную позицию. Так, штатным сотрудникам Би-Би-Си было неофициально запрещено баллотироваться в парламент от лейбористской партии[81]. Впрочем, и сейчас лейбористы пользуются меньшими симпатиями корпорации, чем консерваторы. Во время осенних парламентских выборов 1974 года Би-Би-Си предоставила консерваторам определенные преимущества по сравнению с лейбористами. Телепередача консервативной партии «Выборы» шла по первой программе в самое «выигрышное» время — 21.00. Аналогичная передача лейбористской партии шла по второй программе, причем время было выбрано далеко не самое удобное — 23.00[82]. В 1975 году четвертая программа радиовещания Би-Би-Си, посвященная вопросам политики и экономики, передала равное количество выступлений представителей консервативной и лейбористской партий. Но кроме этого, консерваторы получили возможность выступить по радио еще три раза — по первой и второй программам.

Правда, широкая публика не занималась подобными подсчетами, так же как и не знала о негласном правиле, запрещавшем работникам корпорации баллотироваться от лейбористов. Однако она не могла не заметить, что в некоторых передачах акцент делается явно в пользу тори. Одна из таких передач даже привела к скандалу. В ней политические комментаторы Би-Би-Си Алистайр Барнетт, Дэвид Димблби и Робин Дей с неблагоприятной для лейбористской партии позиции излагали ее политику по социальным вопросам. Это было замечено, и лейбористы заявили протест Би-Би-Си. В результате корпорация признала, что на нее было оказано политическое давление, и, дабы замять скандал, объявила об увольнении Барнетта, который тут же перешел работать в консервативную газету «Дейли экспресс»[83].

Когда журналист Денис Макшейн пришел, как обычно, на работу, ему было заявлено, что Би-Би-Си в его услугах более не нуждается. Дело в том, что он, ведя передачу об английской избирательной системе, привел мнение одного из слушателей, который нелестно отозвался о мистере Модлинге. Передача была прервана на полуслове, а Макшейн — уволен. Модлинг занимал пост министра внутренних дел в кабинете Э. Хита, но ушел в отставку еще до поражения консерваторов на выборах, поскольку был замешан в скандальном деле о взяточничестве. В оппозиции Модлинг получил «пост» министра иностранных дел в «теневом кабинете» консервативной партии. Охраняя подмоченную репутацию мистера Модлинга, руководство Би-Би-Си заботилось прежде всего об интересах консерваторов, хотя те и не находились у власти.

Конечно, преобладающее влияние консерваторов на Британскую радиокорпорацию меньше всего вызвано, так сказать, личными симпатиями Би-Би-Си. Тем более что консерваторы — сторонники расширения коммерческого радио и телевидения, соперничающего с Би-Би-Си в английском эфире. Истинная причина, толкающая Би-Би-Си на тесные связи с консерваторами, заключается в том, что они в большей степени, чем лейбористы, выражают волю финансово-монополистического капитала, истинного хозяина радиокорпорации.

В целом же в политической борьбе, когда встает вопрос о защите классовых интересов буржуазии — идет ли речь о прогрессивном движении в Англии или интересах британской внешней политики, — Би-Би-Си оказывает самую активную поддержку и той и другой партии.

Чтобы внушить аудитории, будто правительственная точка зрения абсолютно не влияет на комментаторов и репортеров, Би-Би-Си разработала и эффективно использует ряд приемов в подаче информации. Британское правительство упоминается в передачах, как правило, без положительных эпитетов. Би-Би-Си старается говорить о своем правительстве так, будто речь идет о правительстве другого государства: «Лондон решил…», «Лондон пытается выяснить…», «…английский премьер старался доказать…», «…на Даунинг-стрит наблюдается некоторое беспокойство…» и т. д.

Сообщая о каких-либо правительственных мероприятиях или анализируя позиции государственных деятелей, комментаторы Би-Би-Си взвешивают все «за» и «против», создавая впечатление, будто корпорация занимает позицию некоего «стороннего наблюдателя» и может давать «непредвзятые оценки» правительственным акциям. Однако почти всякий раз в результате «критических» размышлений действия официального Лондона оказываются верными.

Би-Би-Си допускает иногда и прямую критику в адрес британского правительства (правда, для этого она чаще всего прибегает к цитированию прессы и выступлений политических деятелей). Как рассчитывают на Би-Би-Си, такая критика должна безотказно подействовать на самых недоверчивых слушателей. И, допуская критику, Би-Би-Си стремится повысить эффективность пропаганды, поднять репутацию своих пропагандистов, продемонстрировать верность «демократическим традициям». Но даже в тех передачах, где содержится критика правительства, основной вывод очень часто совпадает (полностью или в главном) с мнением правительства или поддерживает его. Так, при анализе причин инфляции и безработицы в Англии может иногда указываться, что правительство потерпело неудачу в том-то и том-то, что его меры оказались неэффективными и малопопулярными и т. п. А затем говорится, что подобное положение сложилось и в других странах, что Англия лишь попала в общую волну инфляции и спада (и что, следовательно, это ее беда, но не вина). В заключение же Би-Би-Си заявляет: в последнее время появились признаки «оздоровления», есть перспективы для преодоления трудностей, правительство активно разрабатывает новые меры и т. д.

По коренным вопросам политики корпорация не позволяет себе расхождений с официальной линией. Критика правительства ведется, как правило, по второстепенным вопросам. Правда, здесь возможны исключения. Они наблюдаются тогда, когда одна английская партия вынуждена передать власть другой или же когда какие-то правительственные акции (например, расширение лейбористами связей Англии с социалистическими странами) не удовлетворяют консервативную, реакционную верхушку британской буржуазии, интересам которой служит Би-Би-Си. В такой момент «независимые» обозреватели радиокорпорации как раз могут проявить недовольство действиями правительства.

Внутриполитический механизм отношений корпорации с правящими кругами страны довольно сложен. Би-Би-Си зависит от правительства. Но, перефразируя известную поговорку, правительства приходят и уходят, а правящий класс — крупная буржуазия, монополии, консервативные группировки со всеми их интересами — остаются. Правительства проводят в жизнь тактическую линию буржуазии, приспосабливая политику государства к условиям текущего момента, чтобы обеспечить интересы тех, у кого в руках реальная экономическая власть. Органы пропаганды, подобные Би-Би-Си, предназначены не только для обеспечения текущих задач политики. Они служат далеко идущим целям — стратегическим целям класса, стоящего у власти в их стране. В числе прочих институтов государства они обеспечивают преемственность политики при переходе от одного правительства к другому.

Можно сказать, что пропагандистский аппарат в силу своей идеологической функции более непосредственно и определенно выражает волю реальных держателей власти, крупного капитала, нежели любые другие правительственные органы. Когда эти круги, обычно остающиеся за кулисами, недовольны действиями государственного аппарата, когда правительство начинает ощущать этот нажим, тогда и «независимая» Би-Би-Си позволяет себе критику официальной линии, на которую она никогда не решилась бы по собственной инициативе.

И еще одно замечание к вопросу о независимости Би-Би-Си. Все разговоры об этом — больше для «массового» пользования. Внутри страны в серьезной литературе, равно как и в среде профессионалов, ее не называют иначе чем государственной (в книге Сэмпсона она просто, между делом, называется «государственной радиовещательной корпорацией»). Напомним, что, когда в Англии появилось коммерческое телевидение, его, в отличие от Би-Би-Си, назвали «независимым» — вполне официально (другое дело, что и оно этим качеством не обладает). Даже на Западе, где Би-Би-Си в общем и целом все еще сохраняет авторитет и большую аудиторию, немало людей уже осознало зависимость корпорации от правящих кругов Великобритании.

Корреспондент еженедельника «Лондон коллинг — юропиен эдишн» Чарльз Роэттер писал, что англичанин, попадающий в Америку, нередко сталкивается с людьми, которые считают сводки новостей корпорации «беспристрастными». Но даже эти американцы, замечает Роэттер, «подозревают, что в конечном итоге Би-Би-Си находится под контролем правительства».

Иновещание: аппарат и механизм

Нередко вместо слов «иностранное вещание Би-Би-Си» пишут и произносят краткое Буш-Хаус. Так называется здание в Лондоне, где расположены главные службы иновещания Би-Би-Си. Именно Буш-Хаус был первым из существующих ныне радиоцентров Запада, открывших регулярное вещание на Советский Союз («Голос Америки» отстал почти на целый год). Это произошло в конце 1942 года. Однако передачи носили столь недружественный характер, что вскоре их пришлось прекратить. Руководство Би-Би-Си старается предать забвению этот неприятный эпизод.

Упоминание о нем постепенно исчезло из справочников корпорации, теперь в них говорится об «открытии» русских передач 24 марта 1946 года, а не об их «возобновлении»[84]. Считается, что Би-Би-Си начала вещание на русском языке в 1946 году, на год опередив «Голос Америки». По-видимому, не случайно эта дата совпадает с фултоновской речью Черчилля, явившейся объявлением СССР «холодной войны». Би-Би-Си стала ее рупором номер один.

Начинало Лондонское радио со сравнительно скромных цифр. Так, первые три года объем его передач на русском языке не превышал девяти часов в неделю. Но вскоре русский превратился в один з

главных иностранных языков, на которых вело передачи Лондонское радио. Параллельно продолжали развиваться и другие службы иновещания. Интересно отметить, что американские исследователи Л. Уайт и Р. Ли, пришедшие в 1946 году к выводу о том, что «будущее международного вещания выглядит несколько неопределенным», делали единственное исключение для Би-Би-Си. Они предсказывали, основываясь на «широком распространении в период войны передач Би-Би-Си», что Великобритания «захочет наводнить мир, насколько это возможно, прямыми радиопередачами…»[85]. И действительно, в конце 40-х годов практически ни одна западная радиостанция не могла сравниться с Буш-Хаусом по масштабам иновещания: зарубежная пропаганда велась более чем на сорока языках, объем передач достигал почти шестисот часов в неделю.

В 1948 году произошла реорганизация иновещания Би-Би-Си, направленная на то, чтобы скоординировать и централизовать руководство всей радиопропаганды на заграницу. Заокеанская и Европейская службы Би-Би-Си, существовавшие во время войны раздельно, были объединены в единую службу иновещания.

Новая объединенная служба не отказалась от старых испытанных приемов, от выработанных и утвердившихся принципов пропаганды. Прежде всего в конце 40-х годов Буш-Хаус потратил немало усилий, чтобы фальсифицировать итоги второй мировой войны, свалить вину за ее возникновение и первые успехи Гитлера на Советский Союз, а западных союзников представить в выгодном свете. В программе, посвященной десятой годовщине начала войны, Би-Би-Си, например, попыталась выгородить английскую и французскую дипломатию, сыгравшую неблаговидную роль в заключении позорного Мюнхенского договора. Кроме того, Лондонское радио старалось доказать, что в неудаче советско-английских переговоров 1939 года виноват Советский Союз. Корпорация пыталась убедить слушателей, будто Англия была готова заключить союз с СССР против Германии. В действительности же именно позиция Англии сделала эти переговоры бесплодными, поскольку Лондон намеревался использовать их не более как средство политического шантажа против Гитлера. Характерно, что Ллойд Джордж откровенно писал тогда во французской газете «Се суар»: «Невиль Чемберлен, Галифакс и Джон Саймон не желают никакого соглашения с Россией».

Военная тематика продолжала оставаться одной из важнейших в программах Буш-Хауса. Правда, речь идет не только о войне прошедшей. Третья мировая война (ее вероятность, ее причины и возможные последствия) — вот что начинает все больше интересовать пропагандистов Лондонского радио.

И это не случайно. На Западе муссируются слухи о возможности «ядерного конфликта» с Советским Союзом; в капиталистических странах усиливаются милитаристские настроения. В 1949 году в Вашингтоне подписан Североатлантический пакт. Отныне Англия — член НАТО. А Буш-Хаус выступал как «поборник мира», уверял, что Североатлантический блок создан в чисто оборонительных целях, что этот союз — «гарант безопасности» в условиях, когда Восток «угрожает» Западу. Однако «миротворчество», с которым выступало Лондонское радио, на деле было направлено на то, чтобы исказить истинное положение вещей, представить в ложном свете политику стран социализма. Тем, кто в действительности ратовал за мир, корпорация, если это было в ее власти, зажимала рот. Характерна ее реакция на речь, которую произнес в палате лордов известный сторонник «холодной войны» Ванситтарт. Крайне недовольный успешным ходом кампании по сбору подписей под Стокгольмским воззванием (1950), он подверг нападкам сторонников мира, и в частности представителей духовенства, занимавших пацифистские позиции. В ответ на это Би-Би-Си исключила из своих программ выступление пацифиста священника Коупа.

Можно привести и другой типичный пример позиции Би-Би-Си по вопросам войны и мира, гонки вооружений и т. п. В 1948 году крупнейший английский физик лауреат Нобелевской премии профессор Патрик Блэкетт выпустил книгу «Военные и политические последствия атомной энергии», в которой предостерегал против применения атомной бомбы, делал оптимистические прогнозы относительно использования ядерной энергии в мирных целях. Председатель правительственного комитета по вопросам атомной энергии Джон Андерсон в связи с книгой Блэкетта написал статью-опровержение и передал ее на Би-Би-Си, которая немедленно выпустила ее в эфир. Андерсон утверждал, что ученый напрасно подозревает англо-американских руководителей в том, будто они собираются использовать бомбу в агрессивных целях, что на самом деле они «никогда и не помышляли» кого-либо ею шантажировать. Он оправдывал атомную бомбардировку Хиросимы и Нагасаки, заявляя, что «страна, израсходовавшая во время войны 500 миллионов фунтов стерлингов на разработку нового оружия, естественно, должна воспользоваться им, как только это сделается возможным». Наконец, он решительно восставал против использования атомной энергии только в мирных целях.

Андерсоновскую статью Би-Би-Си передала в те самые дни, когда на Генеральной Ассамблее ООН обсуждалось предложение Советского Союза о запрещении ядерного оружия. «Военная тематика» в передачах Би-Би-Си всякий раз занимала доминирующее положение, когда империалистические державы развязывали в разных районах так называемые локальные войны. В период войны в Корее Би-Би-Си активно участвовала в идеологической и психологической обработке мирового общественного мнения, поддерживая агрессивную политику США. Газета «Санди эмпайр ньюс» писала в то время, что с начала военных действий в Корее Би-Би-Си приступила к созданию сети радиостанций с центром в Сингапуре для ведения пропаганды на СССР. «Эта сеть, — замечала газета, — будет гораздо более широкой, чем та, с помощью которой Англия вела радиовойну против нацистской Германии во время прошлой мировой войны». Организация подобной радиокампании не могла не отразиться на объеме вещания Буш-Хауса: в 1950 году он резко вырос, достигнув 643 часов в неделю. Эти данные показывают, что к тому времени Лондонское радио обладало уже достаточно мощной технической базой и солидным опытом, чтобы в короткий срок, если этого требует политическая ситуация, увеличить масштабы своей пропаганды в эфире на десятки и даже сотни часов в неделю.

В настоящее время иновещание Би-Би-Си — большой и сложный механизм, в системе которого работает около трех с половиной тысяч сотрудников. Более двадцати миллионов фунтов стерлингов отпускается ежегодно британской казной специально для ведения радиопропаганды на заграницу. Объем передач, которые готовятся в пятидесяти двух студиях, составляет около 700 часов в неделю; программы иновещания ведутся на английском и тридцати восьми иностранных языках[86].

Слышимость голоса лондонских дикторов в разных районах мира обеспечивают семьдесят шесть передатчиков (тридцать из них расположены за рубежом), работающих как на коротких (большая часть), так и средних и длинных волнах. Важную роль в улучшении дальности вещания и слышимости передач играют ретрансляционные станции. Они расположены в различных регионах мира, так, чтобы охватить даже самую отдаленную территорию. О том, куда направлена пропаганда Би-Би-Си, можно судить по расположению ретрансляторов: Кипр, Мальта, Аден, Малайзия, Либерия. В 1966 году была построена станция на острове Вознесения, снабженная четырьмя передатчиками по 250 киловатт каждый, которые обеспечивают вещание на Центральную и Южную Африку, Южную Америку и страны Карибского бассейна. Передатчики Би-Би-Си расположены и в других районах за границей, — например, средневолновый передатчик в Западном Берлине (через него, а также через ряд мощных передатчиков в Англии корпорация ведет пропаганду на Европу).

В 1969 году вошла в строй ретрансляционная станция Би-Би-Си (максимальная мощность 1500 киловатт), через которую ведется пропаганда на Индию, Пакистан, Иран, Афганистан и арабские государства на Ближнем Востоке. Заметим, однако, что работу некоторых из перечисленных станций Би-Би-Си пришлось в последнее время свернуть, что было вызвано как тактическими соображениями, так и протестами со стороны тех государств, на территории которых Лондонское радио расположило свои ретрансляторы.

Структура иновещания Би-Би-Си в течение двадцати лет (1948–1968 годы) оставалась неизменной. В начале 1969 года основные службы слились в Главную редакцию вещательных служб, а другие образовали Главную редакцию программ. Эта реорганизация повысила значение отделов, в которых централизованно готовятся комментарии, рубриковые программы, бюллетени новостей для региональных служб. Впрочем, и после этой реорганизации в структуре иновещания Би-Би-Си происходили некоторые изменения. Ныне одну большую группу составляют вещательные службы, другую — централизованные, третью — вспомогательные и технические.

Среди вещательных служб заметную роль играет группа подразделений Буш-Хауса, которую называют «английской сетью»; почти все ее отделы готовят передачи лишь на одном языке — английском. Главным среди отделов «английской сети» является Всемирная служба (ВВС World Service). Ее передачи, которые идут круглосуточно, рассчитаны на всех слушателей, владеющих английским языком, в какой бы стране мира они ни находились. Эта служба ежедневно передает свыше пятидесяти бюллетеней новостей (из них почти половина посвящена международной тематике, остальные — коммерческой, экономической, спортивной информации). Передаются также обзоры прессы, музыка, программы по науке и технике, искусству… Передачи Всемирной службы ретранслируются во многих капиталистических и развивающихся странах[87].

Следует отметить, что хотя главные цели этой службы лежат в области политики и идеологии, она выполняет и некоторые коммерческие задачи. У Буш-Хауса тесные контакты с английским Министерством внешней торговли и Национальным советом по экспорту; он также регулярно получает информацию от различных британских фирм, которую затем использует для рекламы английских промышленных товаров и научно-технических новинок. В частности, в различные страны отсылаются записанные на пленку передачи с рекламой товаров британского производства. В роли «рекламного агента» английских промышленников Би-Би-Си действует весьма успешно. Например, программа Всемирной службы «Новые идеи» в одном лишь 1969 году «стимулировала» более тысячи коммерческих запросов из-за рубежа.

Несмотря на большое внимание, которое на Би-Би-Си уделяется Всемирной службе и вообще «английской сети», еще более значительное место в программах Буш-Хауса занимают передачи десяти региональных вещательных служб. Это пять европейских (восточноевропейская, центрально-европейская, южноевропейская, немецкая и французская) и пять заокеанских (африканская, арабская, восточная, дальневосточная и латиноамериканская) служб.

Эти службы делятся в свою очередь на секции (каждая — со своим языком и районом вещания). Например, восточноевропейская служба готовит передачи на русском, болгарском, румынском, словенском, сербскохорватском языках. Соответственно есть русская, болгарская, югославская и румынская секции. Наибольшее внимание, безусловно, уделяется «русской» секции, которая ведет пропаганду на СССР (Би-Би-Си вещает на Советский Союз лишь на одном языке). Хотя организационно она является низшим «творческим» звеном Буш-Хауса, за ее деятельностью регулярно следят самые высокопоставленные сотрудники Лондонского радио. Объем передач на СССР достигает тридцати трех часов в неделю, — ни на одну другую страну Би-Би-Си не направляет свою пропаганду в таких масштабах. Среди иностранных языков русский в иновещании Би-Би-Си занимает одно из первых мест наряду с арабским, французским, испанским и немецким. Но если передачи на этих языках предназначаются для многих государств (скажем, на испанском — не только для Испании, но и для Латинской Америки, на французском — не только для Франции, но и для некоторых стран Африки, а также Канады, Швейцарии), то программы на русском — лишь для Советского Союза. Впрочем, большим вниманием со стороны руководства Би-Би-Си пользуются практически псе отделы, ведущие пропаганду на социалистические государства. Например, польская, чехословацкая (вещает на чешском и словацком) и венгерская секции, которые (вместе с финской) составляют центральноевропейскую службу, имеют общий объем вещания, приближающийся к 70 часам в неделю.

Южноевропейская служба ведет передачи на итальянском, испанском, португальском, греческом и турецком языках. Хотя ее вещание по объему значительно уступает вещанию на социалистические страны, время от времени, смотря по обстановке, Би-Би-Си резко активизирует свою деятельность на юге Европы.

Немецкая служба ведет пропаганду на ГДР, ФРГ и Австрию. Причем готовятся как «общие» передачи, на все три страны одновременно, так и программы, специально рассчитанные на население Германской Демократической Республики (объем передач составляет в целом более 30 часов в неделю).

Французская служба ведет передачи прежде всего на Францию и Бельгию (более 25 часов в неделю), а также на франкоговорящие районы Африки (свыше 20 часов).

Африканская служба готовит программы на трех языках этого континента: суахили, хаусу и сомали (общий объем менее 20 часов). Кроме того, вещание ведется на французском (вместе с французской службой) и английском языках. По объему вещание на европейских языках превосходит вещание на африканских.

Арабская служба — первый отдел Лондонского радио, начавший вещание на иностранном языке.

Как и раньше, Би-Би-Си придает исключительное значение пропаганде на арабские страны. По сравнению с предвоенным периодом внимание к ним даже повысилось, что связано, в частности, с «нефтяными интересами» британского империализма на Арабском Востоке. Объем передач на арабском языке, предназначенных для стран Ближнего и Среднего Востока и Северной Африки, достигает 70 часов в неделю.

Восточная служба, готовящая передачи для стран южноазиатского субконтинента (в том числе таких, как Иран, Индия, Бангладеш, Бирма), обладает большим опытом. Ведь именно в этих районах расположены многие бывшие английские колонии или государства, попавшие когда-то в сферу активного влияния британской политики. Этот отдел иновещания Би-Би-Си ведет пропаганду на персидском, урду, бенгали, хинди, бирманском, тамильском, сингалезском и непали.

Дальневосточная служба вещает на Китай, Японию, страны Юго-Восточной Азии. Программы готовятся на китайском (а для южных районов КНР и для Гонконга — на кантонском диалекте), японском, вьетнамском, малайском, индонезийском и тайском языках. Латиноамериканская служба ведет программу на испанском и португальском языках на восемнадцать стран Латинской Америки. Создав на острове Вознесения ретрансляционную станцию, Би-Би-Си расширила пропаганду на этот район мира; объем передач превысил 40 часов в неделю.

Работа региональных вещательных служб во многом зависит от деятельности других отделов Буш-Хауса: отдела новостей, отдела бесед и рубриковых программ, отдела бесед по текущим событиям и отдела уроков английского языка. Именно отсюда каждая вещательная служба получает централизованно большое число материалов. Централизованные передачи корректируются с учетом специфики аудитории различных стран и, естественно, переводятся на разные языки.

Кроме того, в структуру Лондонского радио входит ряд отделов и служб, выполняющих технические, исследовательские и административные функции. Это отдел эксплуатации и ухода за оборудованием, административный отдел, отдел изучения зарубежной аудитории, отдел радиоперехватов и др.

Среди этих отделов необходимо выделить прежде всего службу новостей, а также отдел изучения аудитории и отдел радиоперехватов. Следует остановиться и на работе отдела уроков английского языка, на который возложены весьма специфические функции и который дает значительную часть всей продукции Буш-Хауса.

* * *

Отдел новостей — одна из самых больших служб иновещания Би-Би-Си. Ни в одном другом из радиоцентров Запада нет столь мощной информационной службы, как в Буш-Хаусе.

Как уже говорилось, пропаганда Би-Би-Си имеет информационный характер и первостепенное значение в ней приобретают определенным образом отсортированные и обработанные новости. Отдел новостей готовит все информационные бюллетени, которые передаются по каналам Лондонского радио. Он готовит выпуски последних известий для Всемирной и для всех региональных служб Буш-Хауса. Этот отдел работает круглые сутки: более чем сто его сотрудников ежедневно составляют свыше 250 бюллетеней новостей.

Информационные программы готовятся с учетом специфики тех стран, на которые вещает Би-Би-Си, и тут же переводятся на соответствующие языки. Сводки новостей составляются из сообщений крупнейших информационных агентств (прежде всего английского агентства Рейтер), корреспондентов Би-Би-Си за рубежом и внутри Англии, службы радиоперехватов и т. д.

Новости и информационные передачи Би-Би-Си отличаются от подобных программ других империалистических радиоцентров, которые не стараются скрывать своего антикоммунизма, откровенно выступают с антисоветскими призывами, употребляют соответствующие эпитеты, говоря о социалистических странах. Не случайно еще в конце 40-х годов советские авторы отмечали различие между «грубым антикоммунизмом» передач «Голоса Америки» и «джентльменскими интонациями» программ Би-Би-Си[88].

«Джентльменский тон» и ныне остается характерным для большинства сообщений, исходящих из Буш-Хауса. Однако это нисколько не меняет политической, идеологической сущности пропаганды Лондонского радио. Программы британского иновещания остаются антикоммунистическими, антисоветскими по взглядам и настроениям.

В одной из передач на русском языке (28 марта 1968 года) Лондонское радио рассказало советским радиослушателям о работе своего отдела новостей. Кстати сказать, это один из приемов пропагандистов Би-Би-Си: лучше мы сами расскажем о себе и сделаем это «как надо», чем о нас расскажут другие; мы покажем слушателю нашу «кухню», убедим, что мы ничего не скрываем, и у него будет больше оснований нам доверять…

После традиционного вступления о свободе и неподконтрольности службы новостей глава отдела К. Шехейбс сообщил, что отбор информации — дело очень сложное и что с информацией «надо уметь должным образом обращаться». Для этого, продолжал Шехейбс, необходимы высококвалифицированные специалисты, иначе можно здорово сесть в калошу. В нашем распоряжении опытные профессионалы, которые по многу лет заняты этой работой, хорошо знают, чего следует остерегаться и как расценивать поступающий со всех концов мира материал.

Подробно о работе «опытных профессионалов» рассказал помощник Шехейбса П. Вильямс: «Весь поступающий материал проходит прежде всего через сотрудника, которого мы называем дегустатором. Он является как бы первым фильтром и тут же выбрасывает в корзину… все сообщения, которые явно не годятся для выпуска последних известий. То, что этот дегустатор находит более или менее подходящим, он передает дежурному редактору».

Чего же остерегается сотрудник Би-Би-Си и что он считает явно неподходящим? Что он выбрасывает в корзину и кто может поручиться за его объективность? Это может сделать К. Шехейбс, который заявил, что он «полностью» доверяет своим работникам. В свою очередь за компетентность Шехейбса может поручиться директор иновещания. Последнему полностью доверяет генеральный директор Би-Би-Си, а генеральному директору — председатель Совета управляющих.

Председателю же доверяют правящие круги, рекомендовавшие его на этот пост. Доверие, как известно, нужно постоянно оправдывать. Особенно такое высокое доверие, которое «по цепочке» оказывается простому профессионалу из отдела новостей. Поэтому из его рук, как выразился в свое время один ответственный работник иновещания Би-Би-Си, выходят материалы, «заботливо выбранные из массы поступающих новостей и подредактированные в соответствии с хорошим стилем радио и в согласии с общей политикой». «Объективность» сотрудника, таким образом, должна находиться в согласии с общей политикой. А «общую политику» вещания, по определению генерального директора корпорации, «нельзя отделить от политического курса страны».

К этому можно добавить замечание, сделанное английским журналистом Генри Фейерли (кстати, отнюдь не коммунистом и не противником буржуазного строя) в журнале «Энкаунтер». Указывая, что «Би-Би-Си зависит от властей», Фейерли подчеркивает: «Правительство — вот кто направляет отбор новостей, и именно у него они (руководители Би-Би-Си. — Авт.) позаимствовали общий тон передач»[89]. На практике общий тон

передач, да и отбор новостей «неподконтрольной службы» не всегда даже зависят от данного конкретного правительства, а прежде всего — от интересов крупного капитала и консервативных политических кругов, регулирующих и направляющих деятельность иновещания Би-Би-Си.

* * *

Отдел изучения аудитории также принадлежит к числу крупных и важных служб Би-Би-Си. Это один из главных источников «информации к размышлению», которую получают руководство корпорации и ее пропагандистский «актив». О значении, которое придают отделу на Лондонском радио, говорит сумма расходов, ежегодно отпускаемых на его деятельность, — более полумиллиона фунтов стерлингов.

Отдел, насчитывающий около ста штатных и множество внештатных сотрудников, изучает аудиторию как внутреннего радио и телевидения Би-Би-Си, так и передач, адресованных зарубежным слушателям. Последнюю задачу выполняет специальная служба отдела, организационно входящая в систему иновещания. Осознавая важность исследований аудитории, Лондонское радио постоянно стремится к совершенствованию их методов. С этой целью при отделе специально создана секция новой методики, анализирующая используемую в отделе технику сбора и обработки данных, разрабатывающая новые методы исследования аудитории.

Что дают эти исследования? Во-первых, очень важную информацию об эффективности пропаганды, о том, кто, где, сколько и как слушает передачи. Во-вторых, они позволяют лучше изучить объект пропаганды — население той или иной страны, а также учесть пропагандистскую обстановку, уяснить некоторые социально-политические характеристики исследуемого общества.

При изучении зарубежной аудитории империалистическую пропаганду интересуют вопросы и более широкого характера. Это, по словам американского эксперта по вопросам пропаганды У. Дэвисона, «источники силы и влияния в данном обществе, то есть: кто принимает важные решения, где расположены центры политического влияния и как они действуют, какие лица или группы будут иметь возрастающее значение в будущем и чье влияние будет уменьшаться. После того как будет установлено, какие группы пользуются политическим весом или могут приобрести важное значение, желательно получить информацию об интересах и позициях руководителей и членов этих групп. Какие вопросы в центре их внимания и какие взгляды преобладают, насколько твердо придерживаются этих взглядов, какую пользу приносят эти взгляды тем, кто их придерживается, как они сложились? Ответы на эти вопросы помогают плановикам решать, какие взгляды следует укреплять и активизировать, удастся ли поощрить новые взгляды, можно ли изменить существующие…»[90]. Речь идет, таким образом, не только о пропаганде, но и о политической и стратегической разведке.

Би-Би-Си важно быть осведомленной не только о событиях в той или иной стране, о том, каковы ее «лидеры» и «аутсайдеры», какие взгляды они исповедуют. Изучению подлежит даже лексика аудитории, ее «политический» и «бытовой» словарь и т. д. Не случайно в изданной на Западе «Хрестоматии психологической войны» говорится: «Надо научиться думать в терминах коммунистов, вникать в их фразы и общепринятые положения. Надо научиться писать этими фразами»[91]. А ответственный сотрудник Буш-Хауса прямо призвал учитывать в вещании на СССР тех, «кто создает официальную терминологию», и тех, «кто придумывает анекдоты»[92].

Особое значение Лондонское радио придает изучению интересов аудитории. Морис Лейти, руководивший в 60-е годы восточноевропейской службой Би-Би-Си, а затем ставший главным комментатором всего британского иновещания, спрашивал: «Что больше всего хочет услышать наша аудитория?» — и сам же отвечал: «Точную информацию и правдивые, аргументированные комментарии к ней». Но в этом, продолжает он в духе саморекламы, «как раз и заключаются обязанности Би-Би-Си по ее статусу и уставу»[93].

В Буш-Хаусе всегда готовы сделать вид, что главное — желания аудитории. Один из сотрудников Би-Би-Си рассказывал авторам этой книги, что когда он заказывает кому-нибудь материал, то никогда не говорит «нам нужно», «мы хотели бы», а всегда — «радиослушатели хотят услышать», «аудитория интересуется». Не следует думать, что это лишь камуфляж, ибо, игнорируя интересы аудитории, Буш-Хаус заранее обрекал бы на неуспех свою пропаганду. Другое дело, с какой целью их учитывать. Ясно, не для того, чтобы удовлетворить подлинные социально-политические интересы населения тех стран, на которые ведется вещание, не для того, чтобы удовлетворить «основные интересы масс» (Ленин). Цель Би-Би-Си в другом — в направлении интересов слушателей в выгодное ей русло.

Выясняя интересы слушателей и многие иные вопросы с помощью исследований аудитории, Лондонское радио прибегает к помощи других пропагандистских центров Великобритании, а также своих зарубежных партнеров. Отдел изучения аудитории Би-Би-Си имеет тесные контакты с аналогичными службами «Голоса Америки», радиостанций ФРГ, Франции, Канады и получает от них немало ценной информации. Кроме того, Би-Би-Си кооперируется с различными фирмами и организациями, изучающими общественное мнение за рубежом.

К исследованиям аудитории Британская радиокорпорация приступила более сорока лет назад (1936)[94]. Изучение зарубежной аудитории и эффективности пропаганды она также начала еще до второй мировой войны и активно занималась этим в военный период. Что касается советской аудитории, то, по некоторым данным, Би-Би-Си стала систематически заниматься ее изучением с 1954 года.

Изучение аудитории с помощью специально составленных вопросников-анкет (или устных опросов населения) — исконный метод социологов. Для проведения опроса или анкетирования составляется «модель» (или «панель») аудитории, то есть группа людей, которые выбираются пропорционально возрастному, половому, национальному, социальному и профессиональному составу населения данной страны или географического района. «Панель», включающая иногда до нескольких тысяч человек, может быть создана и для разового исследования и на длительный срок.

Опрашиваемому предлагаются самые разнообразные вопросы: какие передачи Лондонского радио он слушал и сколько времени провел у приемника, сколько человек слушало Би-Би-Си вместе с ним, как часто и на каких волнах он «ловит» Би-Би-Си, какие программы предпочитает. Выясняются его оценки, мнения, пожелания, уровень и качество слышимости передач, оптимальное время для трансляции программ Би-Би-Си в эфир, даже реакция на тембр голоса диктора или комментатора. В анкете содержатся и вопросы относительно возраста, профессии, социального положения опрашиваемого.

Панельные опросы зарубежной аудитории корпорация стала проводить вскоре после окончания второй мировой войны. На Лондонском радио разработано несколько «панелей» в Западной Европе, на Ближнем Востоке и других районах мира. Как отмечает советский исследователь Б. Фирсов, «панельный» метод применительно к целям иновещания Би-Би-Си считает самым надежным и самым доступным для получения регулярной информации о престиже программ и реакции на них со стороны слушателей[95].

Однако, к вящему неудовольствию Буш-Хауса, у него нет «моделей», или «панелей», для исследования аудитории в социалистических странах. Здесь, жаловался М. Лейти, «мы не имеем возможности проводить социологические опросы аудитории»[96]. Такой возможности Би-Би-Си действительно не имеет. И это совершенно естественно. Наоборот, было бы противоестественным, если бы социалистические страны такую возможность ей предоставляли.

При исследовании чехословацкой, венгерской или советской аудитории Буш-Хаус старается использовать «прямые контакты». Под этим подразумеваются интервью, которые сотрудники радиокорпорации стремятся взять у туристов из социалистических государств, приезжающих в Англию, у тех, кто бывает там в служебных командировках, на международных симпозиумах, конференциях и т. д. Кроме того, для выяснения эффективности своей пропаганды Би-Би-Си посылает доверенных людей за границу. Информацию Лондонское радио получает не только от своих сотрудников, но также от западных журналистов, туристов, дипломатов, бизнесменов, бывающих в социалистических странах, от разведчиков.

Вот что говорится в справке отдела изучения аудитории Би-Би-Си, относящейся к 60-м годам: «Интервьюирование приезжих и небольшого числа беженцев из стран Центральной и Восточной Европы — один из главных каналов информации о нашей аудитории по ту сторону «железного занавеса». Результаты тщательно взвешиваются и анализируются, сопоставляются с аналогичными материалами, полученными из других источников. Большая часть информации подобного рода к нам поступает из различных организаций США. Мы получаем от них много сотен, а иногда и тысячи этих материалов в год»[97].

Сотрудники Буш-Хауса устанавливали, например, «контакты» с перебежчиками из ГДР, с участниками контрреволюционного путча в Венгрии в 1956 году. По словам Джеймса Монахана, бывшего ответственного работника Европейской службы Би-Би-Си и специалиста по пропаганде на социалистические страны, на британской торговой ярмарке в Москве (1961) «в течение двух недель сотрудники русской секции Би-Би-Си опросили около 600 слушателей из многих областей Советского Союза»[98].

Надо иметь в виду, что Буш-Хаус интересуется не только фактической, но и потенциальной аудиторией, то есть теми, кто может принимать на свои приемники передачи данной радиостанции. Для планирования и ведения эффективной радиопропаганды Би-Би-Си изучает не только тех, кто ее слушает, но и тех, кто мог бы ее слушать: сколько людей имеет приемники, способные принимать программы Буш-Хауса, сколько людей вообще хотели бы ее слушать (в силу их политической ориентации, мировоззрения, интересов) и даже каково число людей, способных слушать передачи Би-Би-Си на английском языке.

Другой распространенный вид исследования зарубежной аудитории — анализ поступающей от нее корреспонденции. Собственно, с этого и начинала когда-то Би-Би-Си исследование эффективности своей пропаганды. Анализируя поступающую корреспонденцию, сотрудники Буш-Хауса принимают во внимание не только содержание того или иного письма. Письма используются для того, чтобы выяснить размеры аудитории, ее географическое расположение, состав, реакцию на передачи Би-Би-Си и т. д.

Буш-Хаус постоянно изобретает новые формы стимулирования притока писем из-за рубежа. Здесь и награды за самое интересное письмо недели, и услуги в налаживании переписки между молодыми людьми, и различные радиоконкурсы и радиовикторины с обещанием призов — начиная от пластинок бит-музыки и кончая туристической поездкой в Англию. Тематика этих конкурсов, как правило, связана со знанием английского образа жизни, культуры и пр. Например, Лондонское радио проводило конкурс на лучшую работу о Шекспире, на лучшее знание географии Великобритании, ее истории, литературы и т. д. Причем можно не сомневаться: если на награду претендуют сразу двое, допустим, слушатель из Швеции и слушатель из Югославии, то предпочтение будет отдано последнему, поскольку заигрывание с аудиторией социалистических стран для Би-Би-Си много важнее.

Но дело не только в «заигрывании». Письма, приходящие на Би-Би-Си от слушателей из социалистических стран, используются английскими спецслужбами и антикоммунистическими центрами.

Так, житель Москвы Скоробогатов, участник Великой Отечественной войны, направил на Би-Би-Си письмо с просьбой исполнить несколько английских фронтовых песен, указав свой домашний адрес. Через некоторое время он получил из Швеции письмо на русском языке от некоего Пулла, который предложил обмениваться книгами, открытками, грампластинками. Пулл восторженно отзывался о достижениях СССР в области культуры, науки и техники. Несколько позже он поинтересовался маркой приемника Скоробогатова, а затем попросил его сообщить, насколько хорошо прослушиваются некоторые зарубежные радиостанции. Вскоре Скоробогатов получил еще одно письмо от Пулла, на сей раз из Ленинграда. На конверте был указан вымышленный адрес и фамилия. Пулл сообщал, что он русский и является членом зарубежной организации, от имени которой предложил Скоробогатову принять участие в антисоветской деятельности. Возмущенный провокационными действиями Пулла, Скоробогатов прекратил с ним переписку и сообщил обо всей этой истории компетентным советским органам.

Методы, которыми пользуется Би-Би-Си для установления контактов со слушателями и изучения аудитории, разнообразны. Лондонское радио, например, старается установить переписку с отдельными слушателями и даже просит некоторых частных лиц вести специальные дневники, в которых излагались бы мнения о программах Буш-Хауса.

Одним из главных методов западных радиоцентров по изучению аудитории за рубежом, и прежде всего в социалистических странах, является анализ открытых источников: книг, газет, журналов, радио- и телепередач, публичных выступлений — в общем всего, что издается, печатается, транслируется в данной стране и что доступно западным «наблюдателям». Анализ этих материалов используется для того, чтобы быть в курсе политической жизни общества, его проблем, его интересов. Более того, сопоставление разнородных, внешне ничем не примечательных фактов, в публикации которых нет ничего «криминального», дает профессиональным экспертам-аналитикам возможность сделать ценные выводы в области политики и пропаганды, а также в военной и экономической сферах. В использовании открытых источников для нужд пропаганды Би-Би-Си активно помогает служба радиоперехватов, которая уделяет огромное внимание радиопрограммам именно социалистических стран, прежде всего СССР. У этой службы огромная подборка записей передач, которую она пополняет уже несколько десятков лет.

Обширный материал по самым разным вопросам, связанным со странами социалистического содружества, содержат также архивы и досье Лондонского радио. Плюс к этому к услугам Буш-Хауса — многочисленные центры «по изучению коммунизма», находящиеся в Великобритании, группы английских «экспертов-советологов», информация из Форин оффис… Исследованию подвергаются постановления ЦК КПСС и Советского правительства, доклады и речи политических, государственных и общественных деятелей, публикуемые статистические данные, отраженные в печати споры и дискуссии по проблемам литературы, морали, экономики. Анализируется верстка центральных газет: обращается внимание на объем той или иной статьи, на место, предоставленное ей на полосах. Опубликованные материалы анализируются и с точки зрения частоты употребления в них определенных терминов, упоминания каких-либо фамилий, фактов, событий, названий.

Таким образом, речь идет о комплексном, широком изучении Би-Би-Си своей аудитории и эффективности пропаганды, которое включает как методы социологии, так и приемы, характер которых, скорее, напоминает деятельность разведывательных служб.

* * *

Служба радиоперехватов Би-Би-Си, игравшая немалую роль еще в годы второй мировой войны как источник информации, имеет важное значение не только для иновещания, но и для многих других английских организаций и учреждений.

Эта служба находится в пятидесяти километрах к западу от Лондона, в Кавершем-парке, у города Рединг. Она работает круглые сутки, прослушивая и записывая на пленку наиболее важные передачи и выпуски новостей большинства радиостанций мира. Как писала английская газета «Санди таймс», центр радиоперехватов функционирует «в качестве источника весьма быстрой информации о внутренних событиях в зарубежных странах»[99]. Не удивительно поэтому, что, по свидетельству газеты, «правительство вносит одну треть из тех 896 тысяч фунтов стерлингов, в которые обходится содержание всей этой службы, обеспечивающей освещение событий, происходящих во всем мире…»[100].

К работе центра перехватов в Кавершем-парке в свое время Би-Би-Си подключила и небольшой центр перехватов в Найроби (Кения), который был создан для «охвата» Африканского континента. Мощностей одного Лондонского радио не хватило бы для того, чтобы вести радиоперехваты в любом месте земного шара. В Кавершеме прослушиваются ежедневно около четырехсот передач из тридцати четырех стран на двадцати семи языках[101]. Поэтому Буш-Хаус обращается за помощью к своим партнерам. Например, Лондонское радио сотрудничает в этой сфере с аналогичными службами США и других капиталистических стран, в частности с центром радиоперехватов «Немецкой волны» (ФРГ). С их помощью Би-Би-Си имеет перехваты из ста двадцати стран мира. К работе с радиоперехватами привлекаются наиболее квалифицированные специалисты (всего около шестисот человек). Они не только отлично владеют иностранными языками, но и специализируются в области экономики и политики тех стран, радиостанции которых они прослушивают.

Служба перехвата включает работников двух категорий. Одна занимается тем, что круглые сутки прослушивает передачи зарубежных радиостанций, записывает наиболее важные из них на пленку и передает эти записи другой группе. Вторая группа производит тщательный отбор, перевод и редактирование материала, готовя его для передачи по каналам связи и для выпуска ежедневных и еженедельных бюллетеней радиоперехватов. Бюллетени состоят из нескольких разделов: «СССР», «Восточная Европа», «Ближний Восток и Африка» и т. д.

Кроме самой Би-Би-Си (в частности, ее отделов новостей), эту важную информацию получают, прежде всего, различные правительственные ведомства: Форин оффис и другие заинтересованные организации, включая британские секретные службы. Эти материалы получают также библиотеки обеих палат парламента и т. д. Вообще же, как отмечает официальный ежегодник корпорации, они «доступны ограниченному числу подписчиков»[102].

* * *

Отдел уроков английского языка. Внимание, которое уделено здесь этой, казалось бы, второстепенной службе Лондонского радио, объясняется несколькими причинами. Отметим хотя бы тот объем, который занимают программы «Английский язык по радио» в общем объеме продукции Буш-Хауса (около десяти процентов). Передачи идут с объяснениями как на английском, так и на двадцати шести других языках. Каждую неделю отдел готовит более двухсот пятидесяти передач. Обычные уроки, которые передает Всемирная и все региональные службы Би-Би-Си, дополняются еще и другими языковыми программами (более десяти), специально предназначенными для слушателей в Европе и Азии. Отдел рассылает также записанные на пленку радиоуроки на многие зарубежные радиостанции.

Этот отдел существует еще со времен войны, когда в 1943 году в передачах, рассчитанных на европейских слушателей, впервые появились уроки английского языка. Ныне деятельность этой службы неизмеримо расширилась. Она выпускает и многочисленные пластинки и магнитофонные записи, распространяет журнал «Английский язык по радио и телевидению», а с 1963 года готовит и специальные телепередачи, адресованные зарубежной аудитории.

Что за цели преследует Би-Би-Си, обучая зарубежных слушателей английскому языку? Почему так велики масштабы подобных программ? Ведь в Буш-Хаусе не склонны бросать деньги на ветер.

Следует отметить, что на деятельность этой службы специально обращали внимание высшие чины корпорации. Например, бывший генеральный директор Би-Би-Си У. Хэйли еще в 1950 году писал: «Следует особо остановиться на той работе, которую радиовещание выполняет по обучению языкам. Сама идея была выдвинута итальянцами, которые, кстати, были более изобретательными по части иновещания, чем кто-либо другой. Они включали уроки итальянского языка в свои передачи на различных иностранных языках. Однако образование, которое они хотели дать, не было, к сожалению, чисто лингвистическим. «Уроки» эти были и идеологическими. А когда выступления дуче стали использоваться в качестве материалов для диктантов, то всем все стало ясно. Но сама идея оказалась живучей. И вот уже несколько лет Би-Би-Си передает «Английский язык по радио»[103].

Однако бывший деятель Британской радиокорпорации все-таки не объясняет причин того внимания, которое заслужили у английских пропагандистов подобные передачи. Быть может, все-таки Би-Би-Си, несмотря на предостережения У. Хэйли и его упреки в адрес итальянцев, следует примеру пропагандистов Муссолини и начиняет свои радиоуроки «политикой»? (Такие случаи действительно имели место, в частности в 1968 году, когда в программы «уроков» включались «новости» весьма провокационного характера, которые дикторы читали в темпе школьного диктанта.) Нет, обычно Би-Би-Си подбирает для уроков самый невинный, самый нейтрально звучащий текст.

Буржуазные социологи утверждают, что молодежь социалистических стран, овладев иностранным языком, привыкает получать научно-техническую и прочую информацию из иностранных источников. А это, подчеркивают они, уменьшает предубежденность молодежи против зарубежных каналов политической информации. Известно, например, высказывание директора Института общественного мнения США Дж. Гэллапа: «…изучение английского языка располагает в пользу страны, в которой на нем говорят». Подобный социально-психологический аспект далеко не полностью открывает расчеты Би-Би-Си в выполнении ее идеологических задач.

Подлинный расчет Лондонского радио заключается прежде всего в том, что эти уроки выполняют примерно ту же психологическую задачу, что и сводки погоды, которые Би-Би-Си регулярно передавала на Германию во время войны. Лондонское радио, спекулируя на желании слушателей изучать английский язык, расширяет свою аудиторию. Оно старается использовать эти уроки в качестве приманки, так же, допустим, как и концерты бит-музыки. Пусть приемники будут настраиваться на волну Би-Би-Си исключительно из-за уроков английского. Эта привычка, рассчитывают в Буш-Хаусе, должна привести к тому, что хотя бы часть слушателей обратится затем и к другим передачам, и тогда уроки «образовательные» превратятся в уроки «политические».

Немаловажно и другое обстоятельство. Программы «Английский язык по радио» сделаны с профессиональной точки зрения очень квалифицированно и во многих странах действительно пользуются популярностью. Такая реакция слушателей больше всего устраивает Буш-Хаус, который желает создать себе образ не «центра политической пропаганды», а центра «культуры», «образования» и «беспристрастной информации».

Характерно то внимание, которое уделяет Буш-Хаус урокам английского языка в вещании на Советский Союз. Если в начале 70-х годов ежедневно шла в эфир одна программа уроков, то теперь уже две. Они составляют примерно десятую часть объема передач Би-Би-Си на СССР.

Секретные службы и секретные связи

Существует немало организаций, связь с которыми Би-Би-Си старается не афишировать. Это не только Форин оффис. На политике Би-Би-Си безусловно сказываются и связи натовских «ястребов» с военно-промышленным комплексом Великобритании. И когда реакционные деятели НАТО проявляют недовольство «недостаточным вкладом» Англии в деятельность этого блока, то Би-Би-Си как по команде начинает высказывать опасения относительно «возможного ослабления» военной мощи страны. НАТО имеет контакты с Би-Би-Си и через радиоотдел своего информационно-пропагандистского центра, который, кстати, рассылает свои материалы многим западным радиостанциям.

Еще более одиозными являются контакты Би-Би-Си с радиостанциями «Свобода» и «Свободная Европа». Лондонское радио вроде бы и знать не знает об этих подрывных центрах. Однако некоторые его сотрудники перебрались именно в эти центры, а оттуда в свою очередь пришли в Буш-Хаус профессиональные антикоммунисты. Случается, что материал, выпущенный в эфир Лондонским радио, вскоре оказывается в «редакционном портфеле» «Свободы» и «Свободной Европы». Нет нужды говорить, что Би-Би-Си не часто позволяет себе подобные контакты и тщательно их скрывает.

Можно предположить, во всяком случае вполне допустимо, что на деятельность Би-Би-Си скрыто влияют и члены организаций типа Билдербергского клуба (где в секретной обстановке крупные западные финансисты, военные и политики обсуждают актуальные международные вопросы и вырабатывают совместную программу действий, в которой официальный курс Запада подвергается «улучшению» и «дополнению»).

Но ни одно из обвинений в свой адрес Би-Би-Си не отвергает с такой энергией и негодованием, как обвинение в контактах с британскими секретными службами.

Связь с Сикрет интеллидженс сервис (сокращенно СИС) — это не сотрудничество с группой университетских профессоров или с правительственными чиновниками. Контакты с британской разведкой ставят под вопрос не только репутацию радиостанции, но и всю «гуманную» политику, весь «прогрессивный» курс, якобы проводимый Лондонским радио.

Не удивительно поэтому, что когда в газете «Известия» и ее воскресном приложении «Неделя» были опубликованы секретные документы о сотрудничестве Интеллидженс сервис с Би-Би-Си[104], то весь Буш-Хаус был поднят на ноги. Перед микрофоном один за другим выступали ведущие сотрудники корпорации, которые гневно «опровергали» советскую печать. В попытке защитить корпорацию от «лживых, беспочвенных обвинений» участвовали и крупные английские газеты. Они с готовностью предоставили Би-Би-Си свои полосы для «опровержений». Эта готовность во многом объяснялась тем, что в документах, опубликованных в «Неделе», говорилось также о связях между разведкой и английской буржуазной печатью. Но несмотря на все усилия британской пропаганды, факты говорили сами за себя. Сотрудничество Би-Би-Си с разведкой осуществляется уже не один десяток лет. Некоторые из этих «контактов» возникли еще во время второй мировой войны. Бывший ответственный сотрудник британской разведки Дональд Маклахлан (кстати, входивший в Генеральный консультативный совет Би-Би-Си) пишет, что во время войны в Англии был создан специальный отдел военной разведки М 1.19 для работы с беженцами, попадавшими на Британские острова[105]. В отделе, располагавшем ценной информацией, работали представители и других «заинтересованных организаций», в том числе Би-Би-Си. Здесь корпорация получала сведения о том, в частности, кто и как слушает передачи из Лондона в оккупированных европейских странах. Би-Би-Си пользовалась также услугами информационного отдела разведки, издававшего специальный закрытый бюллетень, в котором содержались сведения секретного характера.

Наконец, в проекте о сотрудничестве разведок Англии и США, предложенном в 1940 году небезызвестным Яном Флемингом, помощником начальника разведуправления британских ВМС, автором серии нашумевших книг о Джеймсе Бонде, особо подчеркивалось, что американские разведчики должны оказывать помощь в оценке эффективности английской радиопропаганды. Излишне добавлять, что подобное сотрудничество основывалось на принципах взаимности. Контакты продолжались и в мирные годы, только в качестве главного партнера Би-Би-Си выступала не разведка отдельных родов войск, а СИС. Об этом и рассказывают опубликованные документы.

Би-Би-Си — не единственная западная радиостанция, тесно контактирующая с секретными службами. Например, радиостанции «Свобода» и «Свободная Европа» уже давно заработали печальную известность как филиалы Центрального разведывательного управления США. «Чудовище из Ленгли» (так американцы называют ЦРУ) не только руководит деятельностью этих радиостанций, направляет туда на ответственные посты кадровых разведчиков и т. д. До 1972 года ЦРУ финансировало их. Не открыто, конечно, но вполне официально. Скандал заставил Конгресс США заменить одну ширму другой. Ныне их официально финансирует Комитет по международной коммуникации, но все остальное осталось без изменений.

Связи Британской радиокорпорации с СИС выглядят, быть может, несколько скромнее. Зато «Свобода» и «Свободная Европа» гораздо скромнее в претензиях на звание независимых, объективных, в общем — самых «непорочных» радиостанций. Би-Би-Си оказалась в более сомнительном положении, ибо ее претензии плохо вяжутся с фактами, изложенными, например, в документе «Связь Сикрет интеллидженс сервис и Би-Би-Си»[106].

В документе говорится, что главным подразделением СИС, осуществляющим контакты с Би-Би-Си, является ПРОП-2 (одна из секций специального управления Интеллидженс сервис, которое занимается подготовкой и проведением подрывных политических операций, в том числе идеологического характера). Документ прямо указывает, что СИС может, если ей это нужно, включить в передачи иновещания корпорации «направленные сообщения» (то есть дезинформацию). Интеллидженс сервис может просить Би-Би-Си выделить специально какие-либо сообщения и даже «включить в передачу последних известий специальные тенденциозные сообщения». Кроме того, определенные сотрудники Британской радиокорпорации должны заблаговременно подготовить «обусловленные мелодии и фразы», которые затем включаются в обычные радиопередачи. Эти «мелодии и фразы» используются английскими разведчиками за границей при вербовке: для подтверждения своих полномочий им не обязательно лезть в карман за удостоверением — достаточно сказать, что в определенное время Би-Би-Си будет передавать ту или иную музыкальную мелодию или что диктор произнесет ту или иную фразу. Иными словами, разведка оказывает непосредственное влияние на подготовку и содержание программ Лондонского радио.

Как свидетельствуют документы, заграничные агенты Интеллидженс сервис пользуются и другими услугами Би-Би-Си. Так, помещения корреспондентских пунктов корпорации в зарубежных странах нередко используются английскими разведчиками в качестве явочных квартир.

В одном из пунктов секретного документа СИС под названием «Контакты с английскими правительственными и другими неразведывательными учреждениями и организациями» говорится, тго Би-Би-Си поддерживает связь не только с ПРОП-2, но и с другими подразделениями Интеллидженс сервис. Например, с БИН/КООРД, одним из отделов службы Центра СИС, ведущего разведывательную работу с территории Великобритании. Этот пункт имеет следующее примечание: «Вопрос о зачислении в штаты разведки сотрудников Би-Би-Си, а также перевода… сотрудников секретной разведслужбы в Би-Би-Си… решается в административном отделе». В данном случае неважно, в каком именно отделе решается этот вопрос. Важно, что существует нечто вроде слияния кадров радиокорпорации и Интеллидженс сервис: кадровые разведчики работают под видом сотрудников Би-Би-Си, а некоторые сотрудники Би-Би-Си выполняют задания разведывательного характера.

Например, 31 августа 1970 года отдел печати МИД Венгрии предложил журналисту Д. Микешу, прибывшему в страну в составе съемочной группы Би-Би-Си, в двадцать четыре часа покинуть территорию государства. Съемочная группа была поймана с поличным при фотографировании военных объектов.

В свою очередь Интеллидженс сервис (как и Форин оффис) проявляет большой интерес к службе радиоперехватов. Этим занимается упоминавшийся выше отдел СИС ПРОП-2. В уже цитировавшемся документе указывается: «Служба перехвата и прослушивания Би-Би-Си составляет обзор иностранных радиопередач, рассылка которых осуществляется ПРОП-2». В ответ на эти услуги разведка оказывает корпорации помощь в подборе специалистов, в совершенстве владеющих иностранными языками: именно в таких людях очень заинтересован центр радиоперехватов. «Би-Би-Си может обращаться за помощью СИС по этому вопросу», — гласит пункт девятый (под названием «Подбор специалистов по языку») того же документа.

В Интеллидженс сервис не меньше Лондонского радио заинтересованы в изучении эффективности радиопропаганды, в исследованиях аудитории. Такое сотрудничество между западными радио- центрами и разведкой распространено. Американский разведчик Роджер Хилсмен, ссылаясь на слова одного из своих коллег, утверждает, что стратегическая разведка «могла бы установить, насколько эффективны передачи «Голоса Америки»[107]. По существу, на использование подобных источников для получения информации о радиоаудитории намекает и американец У. Дэвисон. По его словам, «сотрудники посольств, путешественники, перемещенные лица и осведомленные лица разного рода могут поделиться впечатлениями», которые представляют большой интерес для пропагандистских центров[108].

Изучая свою аудиторию по письмам слушателей, Лондонское радио не отказывает своему секретному партнеру и в такого рода информации. Из письма, полученного от слушателя, радиостанция, как правило, узнает о его профессии, возрасте (эти данные Би-Би-Си обычно просит указывать), об уровне образования, наконец, об адресе слушателя. Эти данные нужны не только самой корпорации. В документе «Связь СИС с Би-Би-Си» говорится, например, следующее: «Пункт седьмой. Имеется договоренность с Би-Би-Си о передаче в ПРОП-2 писем, получаемых от ее слушателей из социалистических стран. Передаче подлежат также адреса авторов писем. ПРОП-2 должен направлять полученный из Би-Би-Си материал в соответствующие подразделения нашей службы. Материал, касающийся Советского Союза и других социалистических стран, — в «Рашен орбит груп» (отдел СИС, ведущий работу против социалистических стран. — Авт.)… Подразделения, получившие упомянутый выше материал, могут делать из него необходимые выписки. Письма после ознакомления должны быть обязательно возвращены в Би-Би-Си, а поэтому на них не должны делаться какие-либо пометки».

Руководители Би-Би-Си прекрасно понимают, что столь тесные и постоянные контакты с Интеллидженс сервис требуют чрезвычайной осторожности. Понимает это и СИС. Поэтому сотрудничество осуществляется под непосредственным контролем высших должностных лиц английской разведки. В девятом параграфе документа «Контакты с английскими правительственными и другими неразведывательными учреждениями и организациями» подчеркивается: «Любая заявка на использование Би-Би-Си должна быть санкционирована начальниками директоратов СИС… а отдельные принципиального характера вопросы направляются на рассмотрение… начальнику СИС или его заместителю». Руководители разведки осознают, что в случае разоблачения этих связей особенно пострадает репутация Би-Би-Си. «Положение Би-Би-Си является деликатным, — говорится в одном из документов СИС, — поскольку в ее адрес могут быть высказаны обвинения со стороны иностранных правительств в проведении шпионской деятельности». Не надо обладать богатым воображением, чтобы представить, насколько «деликатным» было положение Би-Би-Си, когда эти связи были действительно разоблачены. К этому можно добавить, что, как показывают факты, Британская радиокорпорация сотрудничает не только с английской, но и с американской разведкой (ЦРУ).

Большее фиаско для Би-Би-Си трудно было придумать. После опубликования этих документов все разговоры о «независимом» ее статусе и политическом «нейтралитете» выглядели откровенным пустословием.

Глава III В эфире - фактологическая пропаганда

Дезинформация под видом новостей

Официально задачи зарубежной службы Би-Би-Си состоят в тем, чтобы «давать непредвзятую информацию, отражать английскую точку зрения, защищать английскую жизнь и культуру, ее достижения в науке и промышленности», «передавать оперативные точные сообщения о мировых событиях и давать широкую и объективную информацию для их понимания»[109]. Оперативность стоит на одном из первых мест в перечислении характеристик информации, которые, согласно рекламе, присущи Би-Би-Си. Так, рекламируя в передаче на русском языке свою службу новостей, корпорация заметила, что «когда в СССР был запущен первый спутник Земли, Би-Би-Си уже через несколько минут после запуска передавала в записи на пленку его радостные позывные». Действительно, Би-Би-Си, активно используя опыт и услуги английского агентства Рейтер, всегда стремится к оперативности, к тому, чтобы опередить других конкурентов на рынке пропаганды и преподнести свою версию событий. Делается это не только и не столько в борьбе за аудиторию. Реклама постоянной оперативности служит прикрытием вольного обращения с фактами. Стремлением к оперативности можно оправдать любую неточность в информации. Потребность в таком оправдании обычно возникает, когда Би-Би-Си изобличают в дезинформации или распространении вымыслов и слухов.

Во время путча на Кипре летом 1974 года, когда от сообщений о ходе борьбы зависело многое, и прежде всего — расстановка и позиции внутренних и внешних сил, последовало авторитетное сообщение Всемирной службы Би-Би-Си о том, что архиепископ Макариос убит. Как вскоре выяснилось, оно оказалось чистейшей воды выдумкой. Но как вовремя эта выдумка была пущена в эфир, как вдохновила тех, кто надеялся вызвать растерянность сторонников независимости и целостности Кипра!

Позиция Би-Би-Си в этом вопросе станет несколько яснее, если напомнить, что Англия имеет на Кипре важные военные базы и потому раскол острова, ослабление его центральной власти были бы на руку определенным кругам Великобритании.

Кроме «убийства» Макариоса упомянем и про «самоубийство» Альенде осенью 1973 года. Двое суток Би-Би-Си внушала слушателям, что президент Чили покончил с собой. Оказав поддержку Пиночету, Лондонское радио показало на деле, в чем его приверженность демократии. И все это под прикрытием заботы о оперативности информации. «Больше всего она (Би-Би-Си. — Авт.) стремится быть точной и беспристрастной, — говорится в «Справочнике Би-Би-Си», — с тем чтобы даже во время кризиса и конфликта ее повсюду признавали бы наиболее надежным источником информации»[110]. Но постепенно число людей, которые уяснили, что под термином «информация» Би-Би-Си скрывает направленную политическую пропаганду, становится все больше. Недаром «Справочник Би-Би-Си. 1974» сокрушается по поводу того, «что не всюду понимают, что Би-Би-Си играет роль журналиста, а не пропагандиста»[111].

Заметим, кстати, что в отношении самой себя радиокорпорация никогда не употребляет слова «пропагандировать». Термин «пропаганда» она, как и другие пропагандистские органы Запада, заменяет более благозвучными, нейтральными — информация, информирование, коммуникация и т. д. Однако напыщенные и туманные фразы о «чистой информации», о «политическом беспристрастии», отличающие вещание Би-Би-Си, не что иное, как самореклама. В одном из панегириков в собственный адрес Лондонское радио утверждало: «Радиопередачи из Лондона отличаются от передач других служб информации всего мира тем, что они содержат те известия, которые соответствуют действительности». Оставим явное отсутствие скромности на совести авторов передачи. Обратим внимание на суть: возможна ли политическая информация, не отражающая чью-либо точку зрения? Хотя бы того, кто собрал и описал факты, того, кто отобрал их для включения в сводки новостей и определил форму их преподнесения публике? Предвзятость в отношении самой себя — первый, хотя и не главный показатель предвзятости Би-Би-Си вообще.

Однако доверие к радиокорпорации укрепилось у некоторых слушателей настолько глубоко, что порой не действительность становится для них мерилом достоинств передач Би-Би-Си, а, наоборот, передачи — мерилом действительности. Происходит парадокс, о котором еще в 1922 году (по случайному совпадению это год рождения Би-Би-Си) писал патриарх западной журналистики Уолтер Липпман: «… то, чему мы верим, становится реальной картиной, и мы обращаемся к ней так, будто это и есть сама действительность, которая вырисовывается из новостей»[112]. В той же связи, но более конкретно, Джудит Тодд заметила: «Главная опасность заключается в том, что Би-Би-Си… в состоянии настолько затормозить процесс признания реальных фактов, что английский народ окажется в тяжелом положении, когда ему в конце концов придется столкнуться лицом к лицу с этими фактами»[113].

Как бы ни маскировала корпорация свои подлинные политические цели, статус Би-Би-Си как орудия консервативно настроенной британской верхушки неизбежно сказывается на выборе ею социально-политических позиций. Это выражается, например, в поддержке существующей на Западе общественно-политической системы, в рекламе западного образа жизни, того «истэблишмента», частью которого является сама Би-Би-Си и почтение к которому воспитывается у англичан. Вероятно, викторианская эпоха с ее внешним «равновесием», «спокойствием» и «благополучием» служит для Би-Би-Си идеалом, правда, недостижимым, уже ушедшим в прошлое. Не случайно радиостанция скорбит о потере Британией своих колоний — ведь они обеспечивали львиную долю «благополучия» викторианской короне.

По сути пропаганда Би-Би-Си на социалистические и развивающиеся страны имеет реакционный характер. Корпорация ведет активную борьбу против социализма, сделав антикоммунизм (и прежде всего антисоветизм) главным направлением своей деятельности. Английский журналист X. Фейган, имея в виду иновещание Би-Би-Си, пишет, что «главная цель новостей — усиливать враждебное отношение к коммунистам и социалистическому лагерю в целом». «Каждое проявление такого враждебного отношения, — продолжает он, — раздувается до неимоверных размеров».

Антикоммунистическую направленность своей пропаганды Би-Би-Си в известные периоды, особенно в годы «холодной войны», маскировала не так тщательно, как сейчас. В передаче, посвященной очередной сессии министров иностранных дел в Париже по германскому вопросу (1949), комментатор Би-Би-Си заметил: «Очень многие сомневаются, можно ли ожидать благоприятных результатов от конференции, в которой принимают участие советские делегаты». Откровенно сказано, не правда ли? И весьма «объективно» — еще до начала конференции говорить о ее возможном провале только на том основании, что в ней участвует Советский Союз. Характерно, что и в дальнейшем Би-Би-Си безапелляционно предсказывала неудачу многим международным мероприятиям, в которых должен был участвовать СССР, особенно тем, инициатором которых он выступает. Наглядный пример тому — пропаганда Лондонского радио накануне Совещания в Хельсинки. Оно сделало все, чтобы внушить мысль о его предстоящем провале, а потом опорочить его результаты. Правда, сейчас, в условиях расширяющегося международного сотрудничества, корпорация старается прикрыть свою враждебность к социализму маской «объективного информирования», однако антикоммунизм как был, так и остается основой ее пропаганды.

Всякий раз, когда Би-Би-Си приходится ломать голову над экономией средств и свертывать некоторые зарубежные программы, вещание на социалистические страны как минимум сохраняет прежний объем. Еще в 1954 году так называемый Комитет Дрогхеда вынес рекомендацию сократить вещание на Западную Европу и не трогать вещания на Восточную, поскольку «вещание на Западную Европу менее важно»[114]. Пожалуй, исключение составляет только один случай. Би-Би-Си прекратила вещание на Албанию, когда выяснилось, что там не имеется коротковолновых приемников и, следовательно, нет аудитории. Впрочем, кто знает, быть может, экономический кризис и инфляция в Англии поставят Буш-Хаус в такое сложное финансовое положение, что ему придется экономить даже на «русских» или «польских» передачах. И все-таки в это плохо верится. Как заметил Д. Эбшир, объем иновещания Би-Би-Си «имеет в последние годы тенденцию к некоторому сокращению, но это в меньшей степени затрагивает восточноевропейские службы, что отражает то преимущественное значение, которое придает этому региону Министерство иностранных дел Великобритании»[115].

Легенда о «правдивой», «объективной» Би-Би-Си должна была бы кануть в Лету, если бы питалась одной только неумеренной саморекламой и воспоминаниями о прошлых временах. И если предвзятость позиции Би-Би-Си не видна, так сказать, невооруженным глазом, то прежде всего потому, что более чем за полвека своей деятельности корпорация выработала изощренную технику обмана. На протяжении истории эксплуататорские классы использовали самые разнообразные формы лжи — от софистики и коварной логики иезуитов до стереотипов бульварных газет и медноголосой пропаганды доктора Геббельса. Основу пропагандистской методики Лондонского радио составляет использование информации, новостей, фактов— «фактологическая пропаганда».

По мнению большинства западных специалистов, «пропаганда информацией» является наиболее эффективной. «Информация (новости) — наиболее важное орудие пропагандиста»[116],— подчеркивает, например, Л. Мартин. Буш-Хаус опережает по объему передаваемой информации многие другие радиоцентры. Так, еще в 1955 году из двух часов ежедневного вещания Би-Би-Си на СССР примерно треть времени занимали сводки последних известий.

В наши дни почти каждая из десяти ежедневных программ на русском языке открывается бюллетенями новостей и включает также передачи информационного характера. Примерно такая же картина наблюдается и в вещании радиокорпорации на многие другие страны мира. (Характерно, что в последние годы подобной тактики стали придерживаться другие империалистические радиоцентры, в первую очередь «Голос Америки».) В. Осипов в статье «Ключи Би-Би-Си» отметил, что Британская радиокорпорация «преуспевает в тенденциозном отборе «объективных фактов», как никто из ее коллег в западном мире…»[117].

Что же представляет собой фактологическая пропаганда?

«Нейтральное информирование». Передавая те или иные сообщения, Буш-Хаус специально не выделяет собственную точку зрения, стремясь создать впечатление, будто слушатели свободны делать собственные выводы, а дело корпорации — предоставлять факты, пищу для мнений и оценок. Крупный американский социолог Роберт Мертон заметил: «Пропаганда фактами не говорит: иди туда, а показывает дорогу, которую следовало бы выбрать…»[118].

В романе Ф. М. Достоевского «Бесы» есть любопытный диалог, происходящий между Шатовым и Лизой. Лиза предлагает начать издание оригинальной книги: нечто вроде «дайджеста из русской жизни», сборника примечательных фактов, дающих картину духовной и нравственной жизни в России в течение года.

«Значит, выйдет нечто с направлением, подбор фактов под известное направление, — пробормотал он…

— Отнюдь нет, не надо подбирать под направление, и никакого направления не надо. Одно беспристрастие — вот направление.

— Да и направление не беда, — зашевелился Шатов, — да и нельзя его избежать, чуть лишь обнаружится какой-нибудь подбор. В подборе фактов и будет указание, как их понимать»[119].

Би-Би-Си утверждает как раз, что «направление» сообщаемых ею фактов — «одно беспристрастие». Но в отличие от наивной Лизы на Би-Би-Си прекрасно понимают, что, во-первых, «направления» вообще нельзя избежать, а во-вторых, что информация с тем и составляется, чтобы в «подборе фактов было указание, как их понимать».

Аспект, в котором слушатели осознают и оценивают факты, задается уже тем, что Би-Би-Си преподносит информацию о тех событиях, интерес к которым стремится разжечь. Кроме того, из массы сообщений на одну и ту же тему выбирается то, которое выгодно корпорации. В нем освещается не все событие в целом, а лишь определенные его стороны, в то время как другие моменты остаются в тени или вообще не упоминаются. Одним словом, Би-Би-Си определяет не только тематику своих новостей, но и смысловые акценты, интерпретацию и т. п., чем внушает слушателям нужные ей направление и оценку.

По сути, этот скрытый метод воздействия есть манипулирование так называемой некомментированной информацией. Особенность подобной информации заключается в том, что она «действует как раз на пороге уровня сознания, то поднимаясь выше, то опускаясь ниже его». Это один из вариантов внушения, и не случайно такую информацию характеризуют как исподволь подводящую аудиторию «к осознанию ситуации в заданном аспекте»[120].

Чаще всего некомментированная информация включается в выпуски последних известий Би-Би-Си. Причем, как правило, она передается со ссылкой на определенный источник: «Как сообщает корреспондент агентства…»; «Выступая на пресс-конференции, министр иностранных дел заявил…»; «Парижская «Фигаро» пишет сегодня…», а далее — краткое изложение новости, события, заявления, статьи (или прямое их цитирование). И никакой оценки, никакого собственного мнения по этому поводу (иногда — лишь оценка, которую высказал какой-нибудь политический деятель или журналист). Конечно, на Лондонском радио понимают, что слушатель может не согласиться с мнением министра иностранных дел, возразить журналисту из «Фигаро» или не поверить «корреспонденту агентства». Но все это уже не относится к Би-Би-Си. Она ведь только передала мнение других, не выразив ни одобрения, ни порицания. Она лишь «информировала» о том, что было «на самом деле». Именно в этом и заключается расчет: аудитория проникнется уверенностью, будто ее лишь информируют, но ничего не внушают, не обманывают.

Далеко не всегда Би-Би-Си при передаче некомментированной информации ссылается на определенные источники. Когда сообщения имеют явно провокационный характер, когда антисоветская или антикоммунистическая направленность информации не вызывает сомнений, Би-Би-Си большей частью ссылается на «неопределенные»: «Как считают в осведомленных кругах…»; «Один политический деятель заявил в частной беседе…»; «Из Москвы передают, что…»; «По слухам…»; «По некоторым сведениям…» и т. д. Как правило, эти неведомые источники таковы, что их упоминание может повредить репутации Лондонского радио. Бывает и так, что подобные сообщения являются прямой дезинформацией. Однако Буш-Хаус здесь мало чем рискует. Ведь проверить такую «информацию» невозможно. А выглядит все на редкость благопристойно: ни более ни менее — очередное сообщение, факт в ряду других, о которых рассказывает диктор.

Эффект правдоподобия — другой существенный компонент фактологической пропаганды. Дабы закрепить его, Би-Би-Си ведет своеобразную профилактику своей «правдивости». Изо дня в день она передает факты, в достоверности которых аудитория не сомневается, одновременно создавая иллюзию, что и все остальные факты в ее программах столь же достоверны. Уместно привести здесь замечание французского исследователя Жака Эллюля: «Склонность видеть в пропаганде ложь неизбежно приводит к тому, что индивид становится жертвой пропаганды. Когда она сообщает истинные факты, он перестает думать о том, что это пропаганда»[121].

Истина в вещании Лондонского радио есть не цель, а средство — средство приучить людей к мысли, что Би-Би-Си правдива везде и всегда. Известный в свое время комментатор Би-Би-Си Линдли Фрезер, раскрывая «секрет производства», говорил, что для пропагандиста важна «не так сама правдивость, как репутация правдивости»[122]. И «тактика правды» рассчитана именно на создание этой репутации. Она должна служить гарантией, визитной карточкой Би-Би-Си, которая вызывает доверие людей автоматически, стоит только услышать им позывные Би-Би-Си — бой Биг-Бена, часов на башне английского парламента. Напомним, что один из рецептов доктора Геббельса состоял в том, что «единственным критерием при решении вопроса, должна ли пропаганда оперировать истиной или ложью, служит правдоподобие».

Желание Би-Би-Си показать, что она ничего не навязывает, а лишь предоставляет «истинные факты», настолько сильно, что радиостанция просто-напросто утверждает этот тезис вслух. В одной из передач на русском языке так прямо и было заявлено: «Убеждать мы их (слушателей. — Авт.) можем только путем указания фактов, которые, на наш взгляд, соответствуют действительности». (Обратите внимание: «на наш взгляд» — до чего же субъективна объективность Би-Би-Си.)

Само по себе использование достоверных фактов еще не говорит об объективности информации. Из правдивых фактов можно сделать тенденциозный обзор, абсолютно правдивая информация может быть крайне односторонней и т. д. «Факт — это еще не вся правда»[123], факты, взятые произвольно, могут, как подчеркивал В. И. Ленин, привести к тому, что «вместо объективной связи и взаимозависимости исторических явлений в их целом преподносится «субъективная» стряпня для оправдания, может быть, грязного дела»[124]. Би-Би-Си делает вид, будто ей неизвестно, что «у пропагандиста есть выбор правд»[125], что один и тот же реальный факт можно трактовать совершенно по-разному. Он будет иметь «различный смысл в зависимости от того, анализируется ли он буржуазным или советским журналистом, либеральным, христианским или марксистским историком»[126]. Оперируя большим числом истинных фактов, можно скрыть другие факты, превратить правду в ложь.

Советские журналисты В. Песков и Б. Стрельников несколько страниц своей книги об Америке посвящают формам и методам рекламы в США. Один из ее главных принципов формулируется следующим образом: «Всегда говорите правду.

Говорите много правды. Говорите гораздо больше правды, чем от вас ждут. Никогда не говорите всю правду»[127]. В Буш-Хаусе этого принципа придерживаются не менее широко, чем американские рекламодатели. Подобные методы помогают корпорации, с одной стороны, поддерживать миф о своей «правдивости», с другой — скрывать тенденциозность вещания. Эта тенденциозность Би-Би-Си и других западных станций, придерживающихся сходной тактики, может быть вскрыта лишь специальным анализом, длительным и кропотливым. Вряд ли кто из слушателей станет им заниматься. Поэтому и обрушивается на аудиторию поток информации, новостей, «истинных фактов», которые должны заглушить все сомнения относительно правдивости Би-Би-Си.

Обилие истинных фактов в передачах Би-Би-Си порой ставит в тупик даже тех, кому известны ее подлинные цели. «Иногда в социалистических странах, — замечают польские исследователи Л. Габриэль и В. Зелинский, — можно услышать, будто Би-Би-Си — одна из наиболее объективных радиостанций»[128]. Кажущаяся объективность вещания корпорации достигнута за счет умелого манипулирования фактами, за счет использования правдивой информации во имя более эффективной дезинформации. Никак нельзя забывать, что в программах Би-Би-Си нет ни одного холостого выстрела. О подобной тактике весьма откровенно высказался Ж. Эллюль, заметивший, что «в сфере пропаганды правда себя оправдывает»[129]. Точно так же и Би-Би-Си надеется, что ставка на «фактологию» себя оправдывает.

Фактологическая пропаганда, пропаганда информацией, как полагают на Би-Би-Си, помогает избежать обвинений в «нажиме» на аудиторию. Не желая оказаться в роли назойливого, а потому неудачливого пропагандиста, Би-Би-Си следует восточной мудрости, гласящей: «Он сказал — я поверил, он повторил — я начал сомневаться, он стал настаивать — и я подумал, что он хочет меня обмануть».

Однако осторожность Би-Би-Си сочетается с упорством и настойчивостью. Если какую-то новость корпорация считает выгодной, то передает ее многократно по нескольку раз в день. Такой новостью в вещании на страны социализма становится, например, провокационный материал в буржуазной прессе или антисоветское выступление какого-нибудь «кремленолога». Этот прием имеет важную особенность, а именно: слушатель, не поддавшись на саму провокацию, может, однако, считать, что данная новость действительно имеет большое значение и является главным событием международной жизни.

Этот основанный на внушении прием можно назвать «драматизацией факта». Его техника несложна. Скажем, берется какой-то факт из жизни социалистической страны и вставляется во все информационные выпуски, передаваемые в течение дня, недели и т. д. Этот факт делается предметом комментирования, в сводке последних известий о нем будет рассказываться на строчку больше, чем о других событиях в мире. Таким образом, он приобретет необычайную значимость и как бы вытеснит все остальные сообщения. Он станет фактом исключительным, событием первостепенной важности, сенсацией дня.

Драматизируя факт, Би-Би-Си нередко превращает его в единственное событие внутренней жизни данной социалистической страны. Для этого изо дня в день, из одной сводки новостей в другую, из комментария в комментарий, из обзора печати в обзор ни о каких других событиях жизни в этой стране не упоминается (разве что о тех, что еще больше подчеркнут мнимую значимость первого). Так создается впечатление, что вся жизнь в стране с напряжением вращается вокруг этого факта или события, что от его развития зависит будущее. На самом же деле значение этого факта может быть ничтожным. И если бы не настойчивое возвращение к нему, сообщения о нем могли бы заинтересовать лишь горстку досужих сплетниц. Как здесь не вспомнить слова В. И. Ленина о том, что цель буржуазной пропаганды — «перекричать, не дать выслушать правды, залить все потоком брани и выкриков…»[130]

В то же время значение подлинно выдающихся политических событий Би-Би-Си нередко преуменьшает. Это относится, например, к Совещанию по вопросам безопасности и сотрудничества в Европе, проходившему в Хельсинки. Разумеется» корпорация не могла его игнорировать. Но тон ее передач был в основном скептическим. А после Совещания она упоминала о нем лишь затем, чтобы обвинить Советский Союз в «несоблюдении» пунктов об обмене информацией и людьми или создать впечатление о недолговечности договоренностей в Хельсинки, которые будто бы выгодны только социалистическим странам. Громадное же значение остальных разделов Заключительного акта, принятого в Хельсинки, да и всего Совещания в целом предавалось забвению. Генеральный секретарь ЦК КПСС Л. И. Брежнев, выступая на XXV съезде КПСС, отметил: «Кое-кто пытается выхолостить и извратить самую суть Заключительного акта, принятого в Хельсинки, использовать этот документ как ширму для вмешательства во внутренние дела стран социализма, для антикоммунистической и антисоветской демагогии в стиле «холодной войны»[131]. Именно такие попытки и предпринимает Би-Би-Си, именно таков стиль большинства ее передач, связанных с Хельсинки и принятыми там документами.

Мы уже немало говорили об усиленной саморекламе, которой занимается Британская радиовещательная корпорация с целью поднять свой престиж в глазах широкой аудитории. Но иногда реклама простирается так далеко, что граничит с критикой в собственный адрес. (Не случайно ежегодные «Справочники Би-Би-Си» составляются как бы в форме отчета перед публикой: «публичная» корпорация выдерживает видимость демократичности.) Би-Би-Си сообщает о себе, что ее критикуют за то, что она выбирает острый информационный материал, способный вызвать конфликты разных точек зрения. «Иногда нас обвиняли в том, что наши новости слишком расписывают бедствия и создают у публики мрачное настроение. Временами даже говорили, что в передачах должны намеренно подчеркиваться радостные сообщения»[132]. Выходит, будто Би-Би-Си подвергают критике за объективность. Однако подлинное осуждение ее деятельности никогда не обнаружится перед публикой, корпорация постарается это скрыть.

В апреле 1976 года советская сторона отменила предполагавшийся визит в Москву генерального директора Би-Би-Си Ч. Каррена. Причиной являлось то, что передачи английской радиостанции не отвечают духу договоренностей, достигнутых в Хельсинки, не создают того климата доверия и уважения, без которого немыслим процесс разрядки. В связи с этим событием один из английских слушателей Би-Би-Си прислал в адрес Московского радио копию письма, которое направил Ч. Карреру (выдержки из этого письма опубликовала «Литературная газета»): «Сэр, Ваш визит вежливости в СССР был отменен потому, что Советский Союз считает Вас ответственным за ту ненависть, которую разжигает Ваша организация. Я не утверждаю, что согласен на 100 процентов с этим обвинением, но готов согласиться с ним на 99 процентов. Ибо после договоренностей, достигнутых в Хельсинки, Ваша радиокорпорация продолжает извергать ненависть и антисоветскую желчь… Мне это до черта надоело.

Не так давно в «Обсервер» рассказывалось о подготовке английских нацистов в Великобритании. Ваша же корпорация молчала более трех недель, прежде чем удалось преодолеть ее яростное сопротивление и заставить заговорить об этом. На прошлой неделе Вы выступали с «разоблачительным» сообщением о чилийских детях, которые вынуждены стоять в очередях за супом для бедных. Но ведь мир знает об этом уже два года, а то и больше.

Как я понимаю, в нашей стране считается, что у всех должны быть телевизоры. Но телевидение было изобретено не для того, чтобы показывать типов вроде Солженицына, изображающего из себя «пророка».

Вы без устали говорите о войне, демонстрируете фильмы, прославляющие «великие военные подвиги американцев», будто никто больше не сражался в войне, которая велась, чтобы положить конец всем войнам. Вы постоянно разрешаете говорить своим людям о третьей мировой войне, как будто она неизбежна. Не пытайтесь околпачить меня словами о том, что у нас «свободное общество» и что любым идиотам нужно предоставлять возможность высказаться по радио. С Вашей стороны это лицемерие.

Би-Би-Си разжигает ненависть между народами. Этого Вы не можете отрицать. Вы приглашаете миллионера, сколотившего капитал на чистейшей лжи (если ложь вообще может быть чистой), называющего себя писателем, поэтом, которого на Западе именуют гением. Какой фарс! Я читал кое-что из его стряпни, это детский лепет. А между тем кто спас его от рака? Разве не советские врачи?! В лице Солженицына Вы имеете дело с человеком, страдающим манией величия. Я бы писал его фамилию «СолжениСИН» («син» — по-английски «грех». — Прим. пер.). О, этот человек для Вас и Ваших пропагандистов был манной небесной, яблоком, сбитым ветром. Но помните: такие яблоки-паданцы часто бывают гнилыми, и такую именно гниль Вы заполучили в лице этого человека»[133].

Не трудно увидеть, что здесь Би-Би-Си критикуется не за излишнюю трагичность тона или дискуссионность передач. Ее критикуют за необъективность, тенденциозность, реакционность. И об этом Би-Би-Си предпочитает не распространяться ни в своих изданиях, ни в передачах.

И тем не менее в программах Би-Би-Си можно найти немало примеров, когда радиостанция сообщает о совсем невыгодных, казалось бы, ей фактах, событиях, явлениях, будь это критика в адрес самой корпорации, инфляция в капиталистических странах или забастовка английских докеров. Это очень важный момент в деятельности Лондонского радио, и на нем следует остановиться подробнее.

«Сбалансированная информация»

Фактологическая пропаганда Би-Би-Си основана на множестве различных методов и приемов. Кроме некомментированной информации, драматизации факта и других, это и «сбалансированная информация». Сбалансированная подача благоприятного и неблагоприятного материала включает хорошо продуманную «самокритику», намеренное преподнесение фактов о некоторых теневых сторонах жизни современной Англии, других западных стран. Или, например, ведя в целом активнейшую антикоммунистическую, антисоветскую пропаганду, Би-Би-Си в целях «объективности» сообщает иногда положительные факты о странах социализма. Она может, допустим, рассказать об успехах советских спортсменов, о достижениях чехословацких ученых или польских кинематографистов.

Этот прием вообще характерен для буржуазной пропаганды. Нынче почти все западные радио- центры учитывают, что «с успехом работающий пропагандист сочетает благоприятную и неблагоприятную информацию, принижая последнюю… и в то же время раздувая первую»[134]. Однако на Лондонском радио такой тактике уделяют повышенное внимание и чрезвычайно широко используют этот прием. «…Даже «невыгодный» факт на Би-Би-Си считают выгодным «подать», чем не давать совсем»[135].

У Би-Би-Си эти «жертвы» запланированы. Так, усиленна пропагандируя «преимущества Запада», Буш-Хаус следит, чтобы эта пропаганда не перехлестывала через край. И Би-Би-Си говорит об экономическом кризисе в странах капитала, о росте преступности, наркомании и т. п. Таким образом, аудитории внушается мысль: коль скоро корпорация открыто говорит о недостатках у себя в стране, то ей можно верить и во всем остальном. Но, как правило, радиостанция обращается к «невыгодным» явлениям и событиям, которые и без того уже известны советским слушателям. К тому же, начав беседу на «невыгодную» тему, она нередко или заканчивает материал оптимистическими выводами, или переводит разговор на смежную тематику.

В пространной программе Би-Би-Си об энергетическом кризисе в Великобритании анализу кризисных явлений отводилось лишь две-три минуты. А большая часть передачи была посвящена новым способам получения энергии. Здесь было рассказано о добыче нефти со дна Северного моря, получении ее из сланцев, использовании солнечной энергии, наконец, о развитии ядерной энергетики и о том, как «отлично работают» английские атомные электростанции. В результате передача предстала как панегирик британской технике.

Той же тактики придерживается Би-Би-Си, передавая материалы о другом «невыгодном явлении», которое просто невозможно замалчивать, — об общем экономическом спаде, охватившем капиталистический мир и не миновавшем Англию.

Одна из многих передач на эту тему началась с выяснения «виновников», которые не пожелали «во имя национальных интересов» поступиться своими требованиями об улучшении условий труда и ввергли экономику страны в кризисное состояние. Неуступчивость шахтеров и железнодорожников, подразумевалось в передаче, неуместна, она только обострила кризис. Из последовавших затем интервью можно было сделать вывод, что кризис не очень отразился на рядовых англичанах. Завсегдатай пивной был озабочен тем, что вынужден теперь пить только три кружки пива вместо обычных шести. Парикмахер заявил, что «во всем» виноваты шахтеры. Радиостанция предоставила микрофон и горняку, который описал тяжелые условия труда на шахтах. Однако гвоздем передачи было интервью с «опытным», «авторитетным» шахтером-пенсионером, который объяснил неуступчивость горняцких профсоюзов так: «На мой взгляд, в нашем тред-юнионе слишком много коммунистов. Коммунисты не подходят и никогда не подходили Англии…» Таким образом, передачу о реальных причинах промышленного кризиса радиостанция ловко свела к разговору о разногласиях в рабочем движении Англии. Причем сделала это не сама, а организовала подходящее «свидетельство» самих рабочих. Правда, сколько британских шахтеров думают так же, как их бывший коллега, не было сказано. Непонятным осталось и то, что если коммунисты «не подходят Англии», то почему английские горняки допустили в профсоюз «слишком много коммунистов».

Мощную забастовку английских почтовых работников, ставшую широко известной далеко за пределами Великобритании, в частности в СССР, Би-Би-Си представила как ряд «курьезных случаев». Так, одним из героев передачи стал лондонец, написавший письмо в поддержку почтовиков. Опустив письмо в почтовый ящик, он понял, что оно там и останется. Затем поведали о девушке, которая продолжала ходить на работу в почтовую контору. Боясь забастовщиков, она просила своих приятелей, спортсменов-борцов, провожать ее до отделения связи.

Прием, к которому прибегает здесь Би-Би-Си, заключается в том, что серьезный анализ социально-экономических причин забастовки исподволь переводится в другой ракурс. Передача приобретает новую политическую окраску: забастовка в Англии — это якобы не совсем то, о чем рассказывают советским людям их собственные органы информации; англичане воспринимают ее иначе, в ней нет трагизма и острого социального содержания, о котором думают советские люди; в кризисе нельзя винить только капитализм и буржуа, — рабочие сами запутывают обстановку, их поведение почти на грани гангстеризма и т. д. При этом Би-Би-Си сохраняет хорошую мину при плохой игре: объективность источника информации остается вне подозрения — ведь о забастовке сообщено!

Русская редакция Би-Би-Си весьма своеобразно трактует и другую «невыгодную» тему — безработицу. В Англии, признает радиостанция, много безработных, более миллиона человек. По глубокомысленному замечанию комментатора Би-Би-Си, безработица — «серьезная проблема». Однако и в других странах, разъясняет Буш-Хаус, дела обстоят не лучше, их экономика также страдает от безработицы, инфляции, роста цен на товары широкого потребления. Отсюда советский слушатель мог сделать вывод о закономерности, о «мировой тенденции» кризисных явлений. Социалистические страны, не знающие проблем безработицы и кризисов, Би-Би-Си, по-видимому, не включает в понятие «мир» (как долгие годы не включали ГДР, Чехословакию, Польшу, Венгрию, Болгарию, Румынию, Югославию, Албанию, СССР в понятие «Европа» многие школьные учебники ряда западных стран).

Исподволь комментарий окрашивался в розовые тона. Сравнивая печальные показатели 70-х годов с массовой безработицей и кризисом 30-х годов, комментатор внушал слушателям, что положение сейчас не столь уж плохое («бывает хуже»!). Так, он ссылался на то, что размер пособий по безработице значительно вырос по сравнению с тем, что было пол века назад. Однако сотрудник Буш-Хауса «забыл» отметить тот факт, что увеличение пособий сводится на нет ростом цен и инфляцией. Ничего не говорит Би-Би-Си и о том, как сокращаются возможности вернуться на работу для тех, кто ее потерял, и о том, как изменился состав безработных в последние годы. В 1976 году, по подсчетам Министерства просвещения и науки и Министерства по вопросам занятости в Англии, третья часть выпускников английских школ присоединилась к армии безработных. Молодые люди вдвойне страдают от безработицы, потому что не получают ни зарплаты, ни пособия по безработице, так как не имеют производственного стажа.

Интересно, что сказали бы по поводу объяснений и описаний безработицы, которые дает Би-Би-Си слушателям социалистических стран, сами английские безработные, услышь они эту передачу? Впрочем, для Лондонского радио это вопрос риторический, так как подобные материалы идут только на заграницу.

Ну а каковы, по мнению Би-Би-Си, перспективы выхода из кризиса? Самые радужные: «Есть достаточно оснований для предположения, что экономика западных стран значительно улучшится в будущем году. В некоторых странах такое оздоровление уже началось». Какие это основания, в чем конкретно выражаются, какие это «некоторые» страны — ни слова.

Затяжной характер экономического кризиса, тяжело ударившего по миллионам семей в западных странах, разрушил неустанно создаваемую Би-Би-Си иллюзию того, что западный мир есть «общество всеобщего благоденствия». Потерпел полный крах и один из основных тезисов ее антикоммунистических теоретизирований относительно того, будто учение Маркса устарело. Ирония судьбы заставила Би-Би-Си выбираться из пропагандистского провала в прославлении «общества всеобщего благоденствия» фактически с помощью положений, которые обосновал Карл Маркс. В частности, в одной из передач на Советский Союз радиостанция с бодрым пафосом заявила: «Свободное капиталистическое общество несколько раз переживало серьезные экономические кризисы, но эти кризисы проходили и всегда сменялись новыми циклами развития. Так будет и впредь». Парадокс, но как раз о неравномерности развития капиталистического производства и писал Маркс.

Однако не для того, чтобы согласиться с марксизмом, прибегает к марксистским формулировкам и терминологии Лондонское радио. Оно пытается косвенно опереться на авторитет «Капитала», чтобы доказать советским слушателям, что у капитализма есть будущее и что за кризисом наступит период еще большего процветания. Тезис о том, что капитализм постоянно испытывает экономические потрясения, — совсем по Марксу, но вывод: «Так будет и впредь» — уже ничего общего с марксизмом не имеет. Смысл учения Маркса как раз в том, что кризисы, обостряя противоречия капитализма, приближают час, когда на смену ему придет более прогрессивный способ производства.

В Англии установилась система, которая удовлетворяет трудящихся, уверяет комментатор корпорации Анатолий Гольдберг. В Англии нет классовых конфликтов, подтверждает Би-Би-Си в своих традиционных радио лекциях имени Рейта. «Сейчас капитал и труд растут вместе, развиваются вместе, вместе управляют…» — говорится в другой передаче того же цикла. Секретарь тред-юниона машиностроителей в городе Престоне информирует корреспондентку Би-Би-Си, а заодно и советских слушателей о том, что «в прошлом обе стороны в промышленности проявляли достаточно доброй воли, и это в свою очередь позволяет и теперь обеим сторонам проводить переговоры в той же доброжелательной форме». И «другая сторона», а именно директор текстильной фабрики, полностью с этим согласен: «Я бы сказал, что в нашей промышленности эти отношения еще лучше. Когда говорят о конфронтации или конфликтах в промышленности, мы практически не знаем, что это такое».

Но факты свидетельствуют об обратном: требования рабочих об улучшении условий труда, повышении заработной платы, сохранении рабочих мест и т. п. вовсе не встречают «доброжелательного», как утверждает Би-Би-Си, отношения со стороны предпринимателей. В Англии с начала 60-х годов постоянно, увеличивающимися темпами нарастает стачечная борьба. В 1963 году английская экономика потеряла из-за забастовок 1 миллион 755 тысяч рабочих дней. В 1973 году — уже 7 миллионов 200 тысяч, а в 1975 году — более 14 миллионов рабочих дней. Грандиозные стачечные бои 1973 года смели правительство Хита. О том, каков накал этих классовых столкновений и какова «доброжелательность» предпринимателей и властей, говорит тот факт, что за участие в них был осужден на тюремное заключение ряд профсоюзных активистов. Возглавлявший стачечную борьбу Дженнисон Уоррен просидел за решеткой несколько лет.

Корреспонденты Би-Би-Си могут, конечно, найти в Англии шахтера, которому не нравятся коммунисты. Могут они найти и профсоюзного деятеля, который подскажет факты «сотрудничества» между рабочими и капиталистами. Сама же Би-Би-Си способствует тому, чтобы в Англии не перевелись такие люди. Но их становится все меньше. А все больше таких, как Ричард Бригиншоу, один из лидеров лондонских печатников, прямо заявляющий, что «английская пропаганда стоит, быть может, на первом месте в мире по изощренности». И они-то не поверят, что в Англии, как убеждает Би-Би-Си, все «спокойно и благополучно». Это в глазах зарубежной аудитории Би-Би-Си пытается примирить «благоденствие» и одно из первых мест в мире по безработице, «спокойствие» и инфляцию, названную одним из английских министров «самой большой угрозой со времен Гитлера», «благополучие» и целую волну банкротств, которая буквально захлестнула Британские острова…

Показательно, что, рассуждая о проблемах внешней политики тех или иных капиталистических стран, Би-Би-Си также использует прием «сбалансированной информации», обращаясь к теневым сторонам жизни этих государств. Комментируя возобновление бомбардировок территории ДРВ американской авиацией (1972), Би-Би-Си сообщила, что эта акция вызвала в Англии «различные отклики». Некоторые газеты, в тем числе «Таймс», протестуют против бомбардировок. Ряд членов лейбористской партии также выступил против возобновления налетов. Один из них на правил премьеру Хиту послание с протестом. С другой стороны, отмечала радиостанция, некоторые английские газеты получили письма читателей, поддерживающих возобновление бомбардировок. Об официальной позиции Лондона в комментарии не было ни слова.

Чем объясняется это молчание Буш-Хауса? Ведь в тот момент многие западные страны выразили недоумение по поводу возобновления налетов, которые начались, когда американская пресса писала, что мир — «на кончике пера». Дело в том, что английское правительство фактически поддерживало политику «устрашения». В этой ситуации комментатор следует основным принципам Би-Би-Си. Он вообще не высказывает официальной точки зрения, а «объективно констатирует факты», знакомит с «общественным мнением» и таким образом демонстрирует «свободу мнений» и демократичность порядков в Англии, в то же время косвенно поддерживая правительство.

Война во Вьетнаме была благодатной почвой для спекуляции Би-Би-Си на «позиции стороннего наблюдателя». Отсутствие прямой заинтересованности английской стороны во вьетнамских делах позволяло Лондонскому радио «балансировать», освещая эти события. Во-первых, передавая время от времени неблагоприятные для США сообщения об успехах патриотических сил или неблагожелательные комментарии об отдельных конкретных шагах американцев во Вьетнаме, Би-Би-Си хотела завоевать авторитет непредвзятости, ореол которой распространился бы и на другие передачи английского радио.

Во-вторых, позиция «независимого обозревателя» позволяла англичанам всемерно и неограниченно поддерживать политику своего заокеанского союзника. Это достигалось не только общим тоном и фразеологией сообщений о военных действиях (для внимательного слушателя они не оставляли сомнения в поддержке тогдашними руководителями английской внешней политики американского вмешательства в дела Вьетнама). Благоприятная для США версия косвенно поддерживалась преобладанием в передачах сведений из официальных американских источников и, главное, негативным освещением всего, что относилось к позиции патриотических сил. Но и здесь Буш-Хаус старался «сбалансировать» характер своих новостей, приводя, например, данные о потерях американских войск и т. п.

Что (кроме, пожалуй, преступности) может быть более невыгодным для западного образа жизни, который пропагандирует Би-Би-Си, чем расовая проблема в США? Лондонское радио, однако, посвятило этой теме не одну передачу, и в том числе материал под названием «Положение негров в США», передававшийся на социалистические страны.

«Мы рассмотрим в нашей программе долгую и печальную историю американских негров», — объявила Би-Би-Си, начав с современности, точнее, с убийства Мартина Лютера Кинга. «Когда Мартин Лютер Кинг упал, сраженный пулей неизвестного убийцы, ярость американских негров пронеслась волной по всей территории США». И затем последовал набор заголовков из американских газет: «Бунтующие негры грабят и поджигают здания», «Грабежи и преступления охватывают Гарлем», «Мэр Нью-Йорка лично пытается успокоить бунтующие толпы негров», «Южные районы Чикаго охвачены негритянскими волнениями, грабежами и преступлениями, которых до сих пор еще никогда не было» и т. п. Таким образом, радиостанция начала с того, что постаралась создать стереотипный образ негра-преступника, грабителя, насильника — образ, давно культивируемый реакционными органами пропаганды на Западе. В передаче использовалось и другое расхожее представление о негритянском населении Америки, — дескать, негры не могут приспособиться к современному цивилизованному обществу: «В то время как негры пытались слиться с американским обществом, оно с динамической, свойственной Америке быстротой превратилось в другое общество — новое американское общество всеобщего благоденствия». Конечно, эти аргументы применяются не только для того, чтобы доказать отсталость «немобильных» негров, не поспевающих за «динамичной» Америкой, — Би-Би-Си стремится еще раз подчеркнуть совершенство социальной системы Америки, использовав для этого старое клише об «обществе всеобщего благоденствия». В самом «невыгодном» факте Би-Би-Си усматривает возможность рекламы и своей «объективности» и образцов западного образа жизни. И, понимая, насколько не согласуется с условиями, в которых живут миллионы американцев, и прежде всего большинство негров, созданное пропагандистами представление об «обществе всеобщего благоденствия», Буш-Хаус пускается в поиски «объективных» причин дискриминации негров. В ход пускаются разнообразные примеры, слова авторитетов, высказывания Мартина Лютера Кинга и других известных негритянских деятелей, — даже Чарльз Диккенс и «Хижина дяди Тома».

В передаче «смело» признается, что «английские мореплаватели» были, так сказать, лидерами в области торговли рабами. Но и тут радиостанция не преминула отметить, что англичане «первыми отменили рабство». Кажется, всего только лишь небольшое добавление. Но вдруг да оно внушит слушателям мысль о гуманной политике Англии, о ее прогрессивности и т. п.?

Ну а в Америке?.. В Америке, оказывается, негры сами виноваты в том, что у белого населения появилось «предубеждение» к ним. Ведь завезенные работорговцами африканцы попали в Америке отнюдь не в худшее положение. Бок о бок с ними, объясняет Би-Би-Си, на плантациях работали и белые (действительно, — в большинстве своем каторжники, осужденные преступники, использовавшиеся как бесплатная рабочая сила). Кроме того, убеждает радиостанция, не нужно думать, будто все белые были рабовладельцами. «Менее трети белого населения Юга было рабовладельцами». «Типичный белый американец с Юга был не рабовладельцем, а земледельцем, обычно бедным, часто с большой семьей». «Нередко негры богатых помещиков, — сообщается далее в передаче, — смотрели на этих белых свысока». И вот здесь-то, подсказывает Би-Би-Си, и кроются истинные причины того, что белые стали враждебно относиться к неграм.

Рассматривая причины расизма, Би-Би-Си, по сути дела, свела их к примитивной, извращенной модели, суть которой можно изложить в одной-двух фразах: большинство белых на юге США были бедняками, и негры их за это презирали, а те в свою очередь — негров. В этом и есть корни расизма в Америке. Однако трудно поверить, чтобы Лондонское радио полагалось лишь на «убедительность» софизмов, чтобы рассчитывало на успех «открытого» пропагандистского вывода. Этот вывод не преподносится столь откровенно и не звучит как вывод, а высказывается между прочим, повторяясь неоднократно в разных вариациях и в разной связи. Поэтому он усваивается почти бессознательно, запоминается невольно.

Би-Би-Си признает неравноправие негров в современном американском обществе и даже выступает с архипрогрессивным призывом: «Настало время для всех американцев преодолеть привычки, накопленные на протяжении трех с половиной столетий». Только призыв этот почему-то обращен не к американским, а к советским слушателям.

Характерно и использование слова «привычка» для обозначения проявлений расизма. Это, мол, всего лишь вредная привычка, привычка, которая раньше, двести-триста лет назад, принимала уродливые, жестокие формы, а теперь… Во всяком случае, уверяет Би-Би-Си, эти пережитки никоим образом не олицетворяют собой какую-то политику или чью-то злую волю. Взять, например, тот факт, что в крупных городах США негры живут в самых грязных, перенаселенных кварталах. «Это создалось, — говорится в передаче, — не в силу сознательного политического решения. Тут действовали безликие силы».

Очевидно, владелец дома бессознательно вешает вывеску: «Только для белых». Вероятно, безликие силы подбрасывают угрожающую записку другому домовладельцу, сдавшему квартиру негритянской семье. Наверное, в силу привычки на негритянских детей, идущих в школу, нападают озверевшие толпы взрослых расистов. Видимо, неграм бессознательно платят меньше, чем белым, а безликие силы первыми выбрасывают их за ворота в периоды кризисов. Но несмотря на трудности, восхищается Би-Би-Си, власти, которым «нужно отдать должное», уже давно составили «программу борьбы с бедностью, цель которой — прежде всего помочь неграм». Другое дело, замечает корпорация, что вьетнамская война заставила отложить эти планы (а потом, видимо, их заставили отложить инфляция, экономический кризис и заботы об «обороне свободного мира»?).

Слушатель не в состоянии одновременно воспринимать передачу и фиксировать все пропагандистские ловушки, запрятанные в «объективных» рассуждениях. Радио — это поток сменяющих друг друга новостей и комментариев, фактов и мнений; если у слушателя по какому-то вопросу нет собственной четкой позиции, то он легко и незаметно «проглотит» и дезинформацию. К этому неизбежно приводит некритическое восприятие программ Буш-Хауса. Но именно критический, максимально требовательный подход необходим, когда имеешь дело с передачами Лондонского радио.

Прием «балансирования информации» состоит не только в том, что радиостанция определенным образом сочетает подачу «выгодных» и «невыгодных» фактов, прославление буржуазного общества с «объективной критикой» его и т. д. Он заключается в том, что часто рядом с антисоветской по содержанию и направленности передачей Би-Би-Си намеренно помещает абсолютно «невинный», нейтральный, далекий от политики материал. Так, рядом с политически направленной передачей «Об отношении религии и государства в СССР» располагается передача «О новой поваренной книге». А рядом с материалом, фальсифицирующим историю нашей страны, — длинный и скучноватый материал о новых методах в метеорологии. Причем и тот и другой тексты читает один диктор, не меняя тона, в одной манере. Слушателю как бы дают почувствовать, что в важном политическом комментарии все изложено так же «беспристрастно правдиво», как и во второстепенном материале. В самом деле, какие могут быть идеологические диверсии в рассуждениях о поваренной книге!

Вопреки фактам

Как показывает анализ передач Би-Би-Си, фактологическая пропаганда, отдавая предпочтение подбору, обработке и подаче достоверных фактов, в то же время не исключает грубого извращения истины в оценках и выводах (в комментариях) и передачи вымышленных сообщений или полностью искаженных фактов (в новостях).

Возьмем, например, передачи, освещающие события сентября 1973 года в Чили. Лондонское радио не пошло на открытую поддержку режима Пиночета. Напротив, Би-Би-Си осудила политику репрессий, проводимую хунтой, сообщила о помощи, оказанной бежавшим в Англию после фашистского переворота чилийским студентам. Однако главным направлением в вещании оставалась дискриминация идей Альенде и его политики. Английская буржуазия была обеспокоена социалистическими тенденциями, наметившимися в Чили при правительстве Сальвадора Альенде. Разгром правительства Народного единства, не осуществленные до конца прогрессивные реформы вызвали у нее чувство облегчения и радости.

Отдавая должное личности президента Альенде, Лондонское радио в своих комментариях совершило характерный переход от дифирамбов к «доброжелательной критике», объявляя причиной трагедии «неумеренность» убитого президента, который хотел добиться «слишком радикальных результатов за слишком короткие сроки, не имея соответствующих средств». При этом комментатор усердно манипулировал понятием «режим», используя его как в отношении законного правительства («режим Альенде»), так и военно-фашистской хунты («режим Пиночета»). Так путем «семантического уравнивания» Буш-Хаус внушал слушателям, что в обоих случаях речь идет об антидемократических системах.

В арсенале Би-Би-Си — и другие приемы вольного обращения с истиной. В их числе — противоположная оценка одних и тех же явлений или событий в зависимости от аудитории, на которую вещает в данный момент радиостанция.

Сообщения советской печати об «утечке умов» из Великобритании вызвали попытки Буш-Хауса «защитить» английскую действительность в глазах советских слушателей. Поскольку с фактами спорить трудно, Лондонское радио совершает обходный маневр и превращает сложную национальную проблему в доказательство «преимуществ» западного образа жизни. «Конечно, — согласилась радиостанция, — много молодых людей ежегодно эмигрируют (из Англии. — Авт.)… Но мы лишь приветствуем такую свободу передвижения». Однако в передаче, рассчитанной не на советскую, а на английскую аудиторию, Би-Би-Си вынуждена была признать всю сложность вопроса эмиграции из Великобритании. Ведь англичанам хорошо известно, что речь идет о наболевшей и трудноразрешимой проблеме, вставшей перед их страной. Недаром пресса, комментируя эмиграцию из Англии в 1975 году 450 тысяч англичан, назвала этот факт «мрачным рекордом». Потеря каждого молодого инженера или врача стоит Англии тридцати тысяч фунтов стерлингов (а нередко и больше), затраченных на обучение. Тем временем из Англии уезжает очень много молодых специалистов. В отдельные годы почти треть специалистов, получивших диплом врача, покидала Великобританию. Этот факт трудно объяснить излишним благополучием, которое, не уставая, воспевает зарубежная служба Би-Би-Си и о котором молчит внутренняя.

Любопытно и сравнение сообщений Би-Би-Си о событиях в Ольстере, передававшихся для зарубежных слушателей, и материалов на ту же тему, опубликованных в британской прессе для английских читателей. Слева — выдержки из передач Би-Би-Си, справа — из статей британской прессы[136]:

«Католическое меньшинство приветствовало британские контингенты».

«Обстановка настолько напряжена, а католики так напуганы, что любой инцидент превращает их радушие в воинственную враждебность по отношению к английским войскам» («Санди таймс»).

«Английские войска берут на себя ответственность за поддержание мира и порядка в Ольстере».

«Английские войска не смогут разрешить проблемы Ольстера… Конфликт лишь обострится с новой силой, как только солдат вернут в казармы» («Экономист»).

«…Североирландское правительство критиковали и в Англии за то, что оно допустило дискриминацию».

«Английское правительство должно принять на себя значительную долю вины за убийства в Северной Ирландии» («Трибюн»).

«Английских оккупационных войск, английской оккупации в Северной Ирландии быть не может».

«Оккупация английскими войсками Ольстера чревата опасными, в том числе непредвиденными, последствиями» («Нью-Стейтсмен»).

«Новым является лишь то обстоятельство, что британские контингенты были направлены в Ольстер для поддержания порядка внутри страны, чем они обычно не занимались».

«Генералу Фрилэнду, главнокомандующему вооруженными силами Англии в Ольстере, даны все полномочия — те же, что имели английские военные власти во времена волнений на Кипре 50-х годов и Адене два года тому назад» («Обсервер»).

Еще несколько фактов о том, как «подавало» Лондонское радио своим зарубежным слушателям события в Северной Ирландии. «Политический наблюдатель» русской секции Би-Би-Си А.Гольдберг, комментируя действия английских войск, сообщил, что «воинским частям, направленным в Лондондерри и Белфаст, быстро удалось изолировать враждующие стороны, и кровавые столкновения прекратились». «Быстро» расшифровывается двухнедельными кровопролитными боями, которые развернулись на улицах североирландских городов при непосредственном участии английских войск. Господин Гольдберг «опустил» также и методы, которыми действовали английские части, «изолируя враждующие стороны». Между тем в Лондондерри и Белфасте был применен сильнодействующий газ «Си-Эс», опробованный Пентагоном на мирных жителях Южного Вьетнама. Теперь же зто химическое оружие применили английские войска; по сообщениям североирландских врачей, им были тяжело отравлены сотни детей.

Позже в печати были опубликованы показания жителей Северной Ирландии, испытавших на себе жестокое обращение английских войск. А Лондонское радио говорило зарубежным слушателям о вздорности слухов относительно зверств в Ольстере, о выдумках коммунистов и новых левых. «Томми» (как называют английских солдат) — джентльмен, утверждала радиостанция, который «мужественно страдает», «восстанавливая порядок» в Северной Ирландии. Сходным образом вела себя Би-Би-Си, когда на страницы мировой печати просочились сведения о жестокостях американских солдат в Южном Вьетнаме. Именно тогда радиокорпорация стала превозносить «великодушие» и «добросердечие» американской морской пехоты, «освобождающей» от партизан деревни, и т. д.

В числе испытанных приемов Буш-Хауса — замалчивание тех или иных фактов, имеющих решающее значение для формирования мнений и оценок аудитории. Естественно, Би-Би-Си скрывает не все «ключевые» факты. Замалчивается лишь то, что не стало и вряд ли станет известным.

В 1974 году в Англии Национальный союз студентов принял резолюцию, подчеркивавшую, что необходимо всеми возможными средствами (включая срыв собраний) препятствовать выступлению в колледжах членов расистских и фашистских организаций. В резолюции в различной связи были упомянуты имена двух известных ученых — профессора психологии Лондонского университета Ганса Айзенка и профессора машиностроения Стэнфордского университета Уильяма Шекли, — которые неоднократно утверждали, что генетическая расовая наследственность является не менее важным фактором в формировании умственных способностей людей, чем окружающая среда. Эти заявления вызвали немало споров. Но еще больше споров и ожесточенных дискуссий вызвала резолюция студентов. Она послужила поводом к многочисленным статьям в английской прессе и предлогом для лицемерных выступлений в защиту свободы слова.

Все это и было изложено в передаче Би-Би-Си. У слушателей должно было сложиться впечатление, что они теперь знают всю подоплеку событий. Далее радиостанция стала приводить мнения и точки зрения, которые высказывались в Англии по вопросу о студенческой резолюции; цитировались газетные статьи, выступления и т. д. В основном излагалась точка зрения тех, кто считал, что студенты посягают на «свободу слова». В частности, корпорация цитировала Ганса Айзенка, выступившего в газете «Гардиан» с призывом «обратить внимание на опасность таких ограничений свободы слова».

Но, передавая этот обзор, Би-Би-Си «забыла» упомянуть о большом материале, содержавшем прямо противоположную точку зрения. (Представить, что профессионалы из Буш-Хауса, готовившие передачу, могли пропустить этот материал, напечатанный в той же «Гардиан», невозможно. Уж если они хотят «осветить» какую-то тему, то разыщут и две строки в заштатной газете.) Письмо, присланное в «Гардиан» председателем Союза студентов университета в западногерманском городе Киле Дэвидом Шеллом, было ответом на выступление Айзенка. Шелл отверг обвинения в посягательстве на свободу слова и разъяснил задачу студенческой организации — борьбу с возрождением нацизма, с проявлениями расизма. Шелл призывал Айзенка (который пользуется авторитетом в научных кругах) не прибегать к абстрактным категориям «разума», «логики», «свободы», а обратиться к реальной жизни, к истории, к злодеяниям фашизма, к расистским режимам.

Так, сообщая о множестве фактов, Би-Би-Си там не менее сумела извратить суть вопроса и скрыть смысл дискуссии, умолчав о важном письме. Заметим также, что все приведенные Би-Би-Си факты были истинными, правдивыми (вот она, «фактологическая пропаганда»!). Однако правды в этой передаче не было. Была, по выражению американского социолога К. Шеттлера, «односторонняя правда», когда «многие факты, действительно имеющие место, остаются невысказанными»[137]. Передача Буш-Хауса была явно «односторонней» и по другой причине: все внимание в ней сконцентрировано на рекламе того, как в Англии заботятся о «свободе слова» и как охраняют ее от любых «посягательств». Здесь, как и во многих других случаях, Би-Би-Си следует давним традициям буржуазной прессы. Как говорил газетный король Нортклифф, задача прессы — в умолчании.

Порой трудно себе представить, каких масштабов может достигнуть в передачах Би-Би-Си фальсификация действительности, основанная на жонглировании фактическим (в частности, цифровым) материалом. В середине 70-х годов британское правительство сформировало специальную комиссию, занявшуюся исследованием вопроса о распределении национального богатства и доходов в Великобритании. Лейбористскому правительству, которое обещало избирателям защищать интересы широких трудящихся масс, пришлось пойти на создание этой комиссии под давлением общественности, выступающей против вопиющей несправедливости в распределении материальных благ. По окончании работы комиссия опубликовала отчет, который и послужил предметом комментария Лондонского радио.

«На первый взгляд, — говорится в комментарии, — создается впечатление, будто бы богатства и доходы распределены в Великобритании довольно неравномерно. В соответствии с отчетом комиссии 10 процентов населения, представляющие верхние слои общества, получают более четверти всего национального дохода, а 1 процент взрослого населения владеет более чем четвертью всего народного достояния. Однако прежде чем сделать выводы из этих цифр, следует принять во внимание целый ряд факторов». (Корпорация верна своей тактике: «смело» берется за «невыгодные» факты, чтобы затем превратить их в «выгодные».)

Начнем с доходов, продолжает Би-Би-Си. Среди этих 10 процентов населения Великобритании не все принадлежат к числу крупных бизнесменов и землевладельцев. К этой категории относятся также и люди, зарабатывающие 2900 фунтов стерлингов в год и более… Если же принять во внимание, что средняя зарплата промышленного рабочего (мужчины) несколько превышает 2500 фунтов стерлингов в год, то нетрудно будет понять, что эти самые 10 процентов охватывают большое число самых обычных жителей страны.

Первая (и наиболее примитивная) уловка этого комментария — представить дело так, что зарплату более 2500 фунтов имели многие рабочие. На самом же деле большинство могло только мечтать о такой зарплате, да и она отнюдь не гарантировала «благосостояния», которое имеет в виду Лондонское радио. Покупательная способность английского фунта, обесцененного инфляцией сильнее других западных валют, резко упала; так же упал и уровень жизни британского населения (в 1975 году он понизился сильнее, чем когда-либо «а предыдущие двадцать лет).

Другое далекое от истины утверждение состоит в том, будто рабочие в Англии по своему положению близки к «верхам общества», тому одному проценту населения страны, которое владеет более чем четвертью ее национального богатства. К тому же Би-Би-Си внушает (и это третья фальсификация), будто этот «высший класс» состоит не только из крупных собственников и предпринимателей, но также из большого числа «простых» англичан.

Одним словом, радиостанция подспудно проводит идею, что в Англии действительно существует нечто вроде «народного капитализма».

В комментарии Лондонское радио прибегает к откровенной подтасовке цифр, беря за показатель принадлежности к высшим слоям общества людей, имеющих заработок в 2900 фунтов. Это делается для того, чтобы ими стали «самые обычные жители». Однако почему не выбрать в качестве такого показателя заработок в сто или хотя бы пятьдесят тысяч фунтов? Конечно, такие доходы имеет лишь небольшая группа людей. Но именно ее доля в национальном доходе очень велика, а еще больше ее влияние на всю систему экономики, политики и образа жизни Великобритании. Она и есть «высший класс», «верхи общества». Как раз об этом и выгодно умолчать Би-Би-Си, сознательно объединившей в одну группу тех, кто получает 2900 фунтов, и тех, кто имеет стотысячные доходы!

Анализ этой передачи Би-Би-Си обнаруживает и другие, не менее интересные подробности: «Из отчета также видно, — говорится дальше, — что распределение доходов (в Англии. — Авт.) в настоящее время куда более справедливо, чем это было 25 лет назад». За этим утверждением, однако, не следует ни единого доказательства, ни единого факта. Или: «В отчете обращается внимание на то, что во многих случаях значительные состояния переходят по наследству, несмотря на то, что в Великобритании взимаются очень большие налоги на крупные денежные суммы, а также на ценное имущество при переходе… в руки наследников. Однако в общем и в этой области богатство распределяется гораздо более справедливо, чем это было

15 лет назад». Опять бездоказательность, подтасовки, фальсификация — все, на чем строится эта передача, призванная внушать мысль о «социальной справедливости», царящей в британском обществе.

* * *

Обычная практика империалистической пропаганды — распространение клеветы и слухов, прямая дезинформация — не чужда Лондонскому радио. Как писал В. И. Ленин, «буржуазия везде и всегда прибегала и будет прибегать к самой отчаянной лжи и клевете»[138]. Собственно, это признают и западные эксперты в области массовой коммуникации. Пропаганда, пишет, например, американский теоретик А. Мейерхоф, «может быть основана на различных комбинациях отобранных истин, полуправды и заведомой лжи»[139]. Необходимость дезинформации в сфере пропаганды обосновывает и американский эксперт по «психологической войне» Поль Лайнбарджер[140] и его английский коллега Линдли Фрезер. Последний, в частности, замечает, что «могут быть и действительно бывают ситуации, при которых пропагандист, отказывающийся отойти от правды, может подорвать, возможно в решающей степени, эффективность своей собственной работы»[141].

Заботясь о сохранении своего «престижа», Би-Би-Си не часто прибегает к прямой, так сказать, стопроцентной, откровенной лжи. (Как полагает Л. Фрезер, для потери репутации достаточно солгать один-два раза[142].) Однако вовсе от этого «метода» Би-Би-Си не отказывается. Правда, ложь Лондонского радио выглядит откровенной, если ее зафиксировать л проверить, а лотом сравнить с достоверными данными. Но схватить дезинформаторов за руку не так-то просто, даже если речь идет о явной лжи. Кто же из слушателей станет «фиксировать» все, что говорит радиостанция, кто станет тщательно и требовательно проверять ее сообщения?

Чтобы отвести от себя обвинения в заведомой клевете, сплетнях, провокациях, Би-Би-Си обычно обращается к испытанному методу: усиленно цитируются газетные или устные выступления, даются ссылки на «неопределенные» источники. И даже если английскую радиостанцию все-таки застигнут, что называется, на месте преступления, то никаких извинений не последует.

Однажды Би-Би-Си в качестве острой политической сенсации сообщила о том, что в английском переводе впервые увидела свет переписка поэта Бориса Пастернака с его грузинскими друзьями — поэтами и писателями, которую якобы утаивают от советских читателей. Советская печать, разоблачая радиостанцию, указала, что речь идет о шестидесяти девяти письмах Б. Пастернака, написанных им в 1931–1959 годах и опубликованных в журналах «Вопросы литературы» (1966, № 1) и «Литературная Грузия» (1966, № 1 и 2) задолго до того, как их издали в Англии. На это разоблачение Лондонское радио отреагировало тем, что через две недели почти дословно повторило свою дезинформацию. Советская пресса вновь обратила внимание радиостанции на недостоверность сообщения, в ответ на что Буш-Хаус, будто ничего не произошло, еще раз прокрутил запись этой передачи.

Лондонское радио не очень интересовалось тем, как отреагируют специалисты, знакомые с истинным положением дел. Главная забота — обычные слушатели, которые, как считает Буш-Хаус, не будут разбираться во всех «мелочах». Ведь чтобы обнаружить обман, им пришлось бы доставать английское издание писем Пастернака, переводить их на русский язык, затем идти в библиотеку за советскими журналами, где опубликованы эти письма, и сравнивать. «Сказать неправду — легко. Но, чтобы доискаться правды, необходимо иногда много времени»[143] — отмечал В. И. Ленин.

Корпорация полагает, что аудитория не станет столь упорно «доискиваться правды». Между прочим, расчет на это характерен, он основан на том, что слушатель соотносит полученную информацию лишь с теми сведениями, которые у него уже имеются; только в исключительных случаях (обычно если это затрагивает лично его самого) он станет проверять информацию. А такой лжи, которую можно разоблачить, не отходя от приемника, Би-Би-Си старается не допускать. Если уж дезинформация, то «убедительная». Как говорил в свое время гитлеровский министр пропаганды: «Лгать можно лишь тогда, когда тебя определенно не поймают или поймают слишком поздно…»

Нельзя сказать, что, готовя подобные материалы, профессионалы из Буш-Хауса совсем не учитывают действительного положения вещей. Так, периодически выступая с измышлениями о советском сельском хозяйстве, русская служба Би-Би-Си надеется, что они будут выглядеть правдоподобно на фоне того, что слушателям известно о засухе, о критике советской печатью некоторых недостатков, имеющихся в сфере сельского хозяйства. На возможность подобной тактики буржуазной пропаганды указывал В. И. Ленин, отмечавший, что о достижениях Советской страны знает весь мир, что «замолчать, скрыть капиталисты ничего не могут, они больше всего ловят поэтому наши… ошибки и нашу слабость»[144]. И Би-Би-Си буквально выискивает наши недостатки, драматизируя и преувеличивая их, придумывая их там, где недостатков ей найти не удается.

Чего стоит, например, заявление Лондонского радио вроде: «Темпы промышленного роста в дореволюционной России были таковы, каких советский строй оказался не в состоянии достичь на протяжении целых 50 лет». Изображая хозяйство царской России «передовым» по сравнению с советской промышленностью, Би-Би-Си намеренно искажает действительность. Любой грамотный человек понимает: строительство одного-единственного завода в условиях дореволюционной России могло дать десяти-, а нередко и стопроцентную прибавку к общему объему производства в данной отрасли. В условиях же индустриального государства достигнуть аналогичных показателей во много раз сложнее. Поэтому сравнение, предпринимаемое Би-Би-Си, является не чем иным, как заранее обдуманной фальсификацией. Поистине был прав Уолтер Липпман, знавший буржуазную журналистику так, как мало кто ее знал, когда он заметил, что если дело доходит до сообщений о русских, то никаких критериев истинности в западной пропаганде не существует.

Распространение клеветы, слухов, сплетен, преследующее определенные политические цели, — важная составная часть вещания Лондонского радио. Как отмечается в книге Л. Мартина, Би-Би-Си и другие западные радиоцентры неоднократно передавали ложные сообщения об ожидаемых денежных реформах, повышении цен на товары народного потребления в социалистических странах.

Респектабельная Би-Би-Си в роли сплетницы — возможно ли это? А почему бы нет, если сплетня несет политическую нагрузку, а Би-Би-Си выполняет определенные политические задачи? Почему бы нет, если сплетни и слухи оказывают порой огромное воздействие на общественное мнение? А распространение слухов, вымыслов, сфабрикованных «сведений», как известно, не требует больших усилий.

Не однажды Лондонское радио попадалось, например, на том, что выпускало в эфир какую-нибудь очередную сенсацию, которая вскоре оказывалась обычной пропагандистской «уткой». Так, сразу после трагической гибели Юрия Гагарина Би-Би-Си заявила («оперативно» и «компетентно»), будто первый космонавт планеты погиб, испытывая «новую специальную модель» советского военного самолета. Она и не подумала исправить ошибку, когда стали известны подробности трагической гибели экипажа тренировочного самолета. Это еще раз показывает, чего стоят заявления генерального директора Би-Би-Си, определившего задачи иновещания: «Констатировать правду с такой точностью и искренностью, на какие только способны человеческие существа…»

Английская радиостанция предпочитает выступать с пропагандистскими «утками» не собственного сочинения, а позаимствованными где-нибудь на стороне. Одна из передач, предназначенных для советской аудитории, была посвящена знаменитому роману «Овод» английской писательницы Этель Войнич. Основываясь на вышедшей в Англии биографии английского разведчика, врага Советской власти Сиднея Рейли, Би-Би-Си утверждала, что Э. Войнич была хорошо знакома с Рейли и именно его избрала прототипом героя романа. Биографию Рейли, кстати, написал Робин Локкарт (сын Брюса Локкарта — одного из участников «заговора послов» против молодой Советской республики). Сообщив сенсационную новость о том, кто будто бы является «истинным» прототипом Овода, радиостанция напомнила слушателям, что роман «Овод» был любимой книгой Павла Корчагина, который в свою очередь является любимым литературным героем советской молодежи. Таким образом, иронизировала Би-Би-Си, мы сталкиваемся с курьезным случаем: молодой борец за установление Советской власти (Корчагин) подражал злейшему врагу Советской власти (Рейли). В этом-то и был пропагандистский заряд передачи.

Безусловно, Би-Би-Си хотела поразить слушателей. Но гораздо сильнее они были бы поражены, если бы решили проверить достоверность этого «открытия». Сидней Рейли родился в 1874 году, а Войнич, как свидетельствуют архивные источники, задумала свой роман в 1885–1886 годах и начала писать его в 1889 году. Оказывается, Рейли вдохновил писательницу на создание знаменитого образа, когда ему было… одиннадцать или максимум пятнадцать лет!

Никак у Локкарта, а вместе с ним и у Лондонского радио концы с концами не сходятся: «версия» о том, что прототипом героя Э. Войнич был враг Советской республики, рассыпается в прах. Вместо нее остается очередная фальсификация. Но, может быть, Би-Би-Си в состоянии отвести от себя обвинения во лжи? Ведь она только передавала страницы биографии, которую написал Локкарт, а ведь он не сотрудник «русского отдела»… Как видим, не зря Би-Би-Си прибегает к цитированиям и ссылкам на опубликованные материалы, это облегчает ей защиту от обвинений в распространении дезинформации. Но тогда возникает другой вопрос: как же расценивать утверждение Би-Би-Си о том, будто она пользуется лишь «надежными», «хорошо проверенными» сведениями и источниками? Случай с биографией Рейли неплохо демонстрирует «надежность» источников Би-Би-Си.

Трудно представить, что могут найтись люди, которые поверят прозвучавшему в одной из передач сообщению о том, что в Советском Союзе достаточно носить бороду, чтобы быть заподозренным в психических отклонениях и даже попасть в психиатрическую лечебницу! Однако на Западе такие люди находятся, и их не так уж мало. Работники Советского павильона на Всемирной выставке ЭКСПО-74, проходившей в городе Спокэне (США), рассказывали, что к тем из них, кто носил бороду или курил, иногда подходили посетители и спрашивали: «Разве правительство СССР разрешает советским гражданам курить и носить бороды?» Вначале думали, что это просто неудачная шутка. Оказалось, однако, что спрашивали совершенно серьезно. И это лишь один из примеров того, сколь эффективными могут подчас быть методы массовой пропаганды на Западе, направленные на насаждение самых наивных, нелепых и искаженных представлений о социалистической действительности. Поэтому и приведенную выше передачу Би-Би-Си надо рассматривать не в качестве «анекдота о бороде», но как материал, имеющий направленный политический характер. Ведь не зря в Буш-Хаусе считают, что иногда и самая грубая ложь может сработать не хуже, чем искусная «фактологическая» дезинформация.

Комментируя, например, очень важное с точки зрения характеристики условий жизни и перспектив развития Советского Союза выступление председателя Госплана Н. К. Байбакова на сессии Верховного Совета СССР 2 декабря 1975 года, Би-Би-Си все в нем перевернула вверх дном, в результате изобразив мрачную картину. В комментарии Би-Би-Си, в частности, говорится: «Он обратил особое внимание на недостаточное жилищное строительство. В настоящую пятилетку только Украина и Белоруссия выполнили свои планы по жилищному строительству, сказал Н. К. Байбаков». В действительности Байбаков сказал: «Необходимо отметить, что в жилищном строительстве есть крупные недостатки. За годы текущей пятилетки только Украина и Белоруссия осуществляли жилищное строительство в соответствии с установленной для них средней сметной стоимостью»[145]. Председатель Госплана говорил не о том, что мы мало строим жилых домов, а обратил внимание на то, что нужно строить дешевле и укладываться в смету. В этой связи он и упоминал Украину и Белоруссию. Подмена смысла в комментарии бросается в глаза не сразу. Однако анализ его подтверждает, что Би-Би-Си ставит правду вне закона.

Эмоции на службе пропаганды

Обращение к эмоциям аудитории в сфере пропаганды — вещь обычная и даже необходимая. И это естественно, если учесть значение эмоций в жизни человека. Их роль в сфере пропаганды подчеркнул К. Маркс в своем знаменитом высказывании о том, что «печать относится к условиям жизни народа как разум, но не в меньшей степени и как чувство» и что она говорит «полным страсти языком самой жизни»[146].

Однако пропаганда, основанная на марксистско-ленинских принципах, никогда не ставила задачу добиться какого-либо эффекта в обход сознания, здравого смысла людей. Ее задача — в том, чтобы сделать для аудитории ту или иную мысль «возможно более убедительной, возможно легче усвояемой, возможно нагляднее и тверже запечатлеваемой»[147]. Вся ее теория и практика направлены на то, чтобы исключить возможность иррационального, алогичного подхода к фактам, сообщениям.

Но именно обращение к механизму бессознательного восприятия, эксплуатация чувств людей является базовым методом пропаганды буржуазной. По существу, это признают и западные эксперты по вопросам массовой коммуникации. Так, американский профессор У. Олбиг пишет, что «массовая пропаганда полагается на эмоциональное воздействие… Пропагандист не питает доверия к уму человека»[148]. Поясняя причины подобного внимания пропаганды к чувствам человека, другой американский теоретик, М. Чукас, указывает, что «игра на порывах и эмоциях людей — один из способов нейтрализации присущей человеку способности разумно мыслить»[149]. Л. Фрезер, определяя пропаганду как «деятельность или искусство склонять других вести себя так, как бы они себя без этого не вели», пишет, что «пропаганда… апеллирует к эмоциям, прямо либо косвенно»[150]. Это, между прочим, заявляет человек, в свое время игравший немалую роль в иновещании Би-Би-Си.

Правда, средства массовой пропаганды Запада ныне не могут игнорировать возросшего культурного уровня людей, разнообразия источников информации и многих других моментов, которые значительно осложняют «эксплуатацию чувств» аудитории. Обращение к методам фактологической пропаганды, к которым сейчас стали прибегать многие пропагандистские органы, отражает стремление найти выход из этой ситуации. Аудитория должна видеть, что ей ничего не внушают, — ее лишь убеждают путем указания на те или иные факты, ее информируют, и каждый преподносимый тезис подкрепляется аргументами — «истинными фактами».

Буржуазные пропагандисты учитывают, что люди не хотят, чтобы какие-либо идеи или взгляды были навязаны им помимо их воли. Однако это вовсе не означает, будто в фактологической пропаганде вообще отказались от воздействия на эмоции. Предполагается лишь более тонкое, завуалированное к ним обращение. Указывая, что «разумный гражданин» обычно «не желает, чтобы кто-нибудь использовал его эмоции в своих целях», буржуазные исследователи пишут: «Он не желает быть одураченным… Он хочет знать факты, и вот среди этих-то фактов и запрятан факт использования его эмоций»[151].

Чрезвычайно важное замечание. Оно раскрывает существо фактологической пропаганды, основным принципом которой можно считать «внушение под видом информации». Это один из «ключей» к работе Би-Би-Си. Ведь и некомментированные сообщения, и подача «невыгодных» фактов, и манипулирование различными сведениями, цифрами, данными — эти излюбленные приемы Британской радиокорпорации действуют на уровне бессознательного. Ее цель — внушить своим слушателям определенные взгляды, мнения, оценки, но таким образом, чтобы аудитория считала, что пришла к ним самостоятельно, «сознательно», путем собственных умозаключений и выводов.

Психика человека становится объектом радиопропаганды уже в силу специфики радиовещания: его звуковой природы, характера контакта со слушателем. Как заметил Ираклий Андроников, в устной речи то, как человек сказал, часто превращается в что он сказал. Радиослушатель реагирует на тембр голоса диктора, на интонации, смысловые ударения, запинки, произношение, акцент и т. д., на музыкальное и шумовое обрамление передачи.

В этом, в частности, возможности радиопропаганды несравнимы с возможностями прессы: устное слово оказывает такое воздействие, каким не может располагать слово печатное.

У радио есть и другие важные преимущества. «Радио, — пишет В. Н. Ярошенко, — чрезвычайно удобно для создания именно эмоционального состояния. Непрерывный поток информации, поток высказываний, оценок, мнений (его слушатель не в состоянии остановить или замедлить, чтобы все обдумать и взвесить), с одной стороны, чрезвычайно усложняет логическое мышление и, с другой, — способствует созданию определенного эмоционального настроения»[152]. Другой советский исследователь, А. Ф. Панфилов, указывает, что радиосообщение человек может воспринимать лишь одним-единственным органом чувств — слухом, что он вынужден реагировать на радиоинформацию «почти немедленно», в результате чего процесс осмысления радиосообщения «как бы сокращается или задерживается и главенствующей становится не рациональная, а эмоциональная сторона восприятия…». Кроме того, радио нередко слушают «между делом», и поэтому внимание человека «будет лишь в той или иной степени концентрироваться на передаваемом сообщении, а это, естественно, скажется на полноте восприятия…»[153].

Звучащая информация, живой голос радио как бы обращены непосредственно к каждому слушателю, оно «гость в доме». Опытные пропагандисты пользуются этими особенностями радиовещания, стараясь стать для радиослушателей кем-то вроде «собеседника». Как мы увидим, подобные свойства радио используются на Би-Би-Си очень широко.

В то же время радиовещание обладает огромными возможностями в смысле воздействия на чувства и поведение больших масс людей. Быстрее чем кто-либо оно может посеять панику, распространить слухи. Ставший уже хрестоматийным пример катастрофической паники, возникшей 30 октября 1938 года среди жителей американского штата Нью-Джерси, которые приняли радиопостановку «Война миров» по роману Герберта Уэллса за документальный репортаж о нашествии марсиан, — подтверждение необычайной силы воздействия, которым обладает радиовещание.

«Конечно, — пишет Я. Н. Засурский, — природа радиовещания не предполагает его использования в целях дезинформации, но буржуазная пропаганда, учитывая специфику радио, широко применяет радиовещание именно для идеологических диверсий и подрывной пропаганды»[154]. Подтверждение этому мы и находим в передачах Би-Би-Си.

Один из руководителей психологической войны Великобритании в 40-х годах, Р. Гроссман, рекомендовал: «…Главная цель пропагандиста — завоевать доверие. Задолго до того, как вы будете пытаться деморализовать, разубедить или переубедить, перед вами в качестве первой встанет задача — заставить себе верить»[155]. Лондонское радио не только следует этой рекомендации, но и всячески совершенствует методы, направленные на создание атмосферы доверия.

Конечно, когда речь идет о вещании на социалистические страны, то сделать это гораздо сложнее. Поэтому Би-Би-Си всячески старается воздействовать на те эмоции и чувства слушателей, которые в меньшей степени зависят от общественно-политических взглядов аудитории. Это, например, чувство «общечеловеческого», чувство «психологической общности» и т. д. Советский психолог и историк Б. Ф. Поршнев обозначает такие эмоции как «мы-чувство» и подчеркивает, что в атмосфере «мы-чувства» процесс внушения и убеждения проходит особенно эффективно[156]. Пропагандист, сумевший вызвать у своей аудитории «мы-чувство», обладает огромными преимуществами.

Би-Би-Си ставит достижение этой цели едва ли не во главу своей деятельности. Ведь от этого в большой степени зависит успех в преодолении различных барьеров (политических, идеологических, психологических), которые существуют между Лондонским радио и аудиторией в социалистических странах. Недаром М. Лейти, рекламируя Би-Би-Си, утверждает, что между английской радиостанцией и ее слушателями «устанавливается непринужденная, интимная атмосфера»[157]. Напомним, что сходную задачу Буш-Хаус ставил еще в годы второй мировой войны: разговаривать со слушателем так, как если бы беседа с ним происходила в кафе.

Специалисты, занимающиеся составлением и переводом текстов, допустим, на русский язык, стремятся и к тому, чтобы в передачах Лондонского радио не встречались непонятные или чуждые советским слушателям термины, слова и выражения, чтобы дикторы придерживались тех же «лексических параметров», какие свойственны аудитории[158]. Комментаторы Би-Би-Си, стремясь стать «добрыми собеседниками» слушателей, создают себе «радиолицо» с «человеческими чертами», что, но мнению многих специалистов, очень важно, поскольку «эффективное убеждение основывается скорее на личном влиянии, чем на достоинствах аргументов»[159].

К подобной категории пропагандистов относится, например, ведущий сотрудник русской секции Би-Би-Си, «политический наблюдатель» Анатолий Гольдберг. Он в отличие от многих других, которые предоставляют читать свой текст дикторам, лично выступает перед микрофоном. В его комментариях можно найти и уважительный тон по отношению к аудитории, и осведомленность в реальных фактах действительности, и внешнюю логику в рассуждениях, и «доказательность». Можно услышать о его «искренней озабоченности» существующей угрозой военных конфликтов и атмосферой насилия в мире, об «удовлетворении», которое он испытывает по поводу мирных инициатив со стороны различных государств, в том числе СССР, даже об одобрении реализма и здравомыслия, которые проявляет Москва. Беседам Гольдберга присущ мягкий, разговорный тон, умелое использование интонационных смысловых ударений, рассудительность, солидность, даже остроумие… Словом, это опытнейший, квалифицированный пропагандист. Его классовая, политическая позиция абсолютно однозначна — это позиция убежденного защитника буржуазного общества и активного идеологического противника социализма. Гольдберг старается произвести впечатление «интеллигентного собеседника»; он искусно набрасывает на себя флер «информированного и беспристрастного» человека и при этом непринужденно дезинформирует свою аудиторию, опираясь вроде бы на достоверные, правдивые факты. Кроме того, Гольдберг не прочь поиграть на «общечеловеческих чувствах» слушателей.

Можно сказать, что обращение к «общечеловеческим чувствам» вообще характерно для работы Лондонского радио. В первый день 1974 года Би-Би-Си провела незначительную по теме и не имевшую к тому же видимых связей с политикой передачу. Просто в первый новогодний день Би-Би-Си решила повеселить своих слушателей и документально показать, как в студиях Буш-Хауса происходит запись передач на русский язык. В студию приходит некий государственный или общественный деятель, который заявляет, что хорошо знает русский язык и сам прочитает подготовленный им текст. Начинается запись, и на первом же предложении знаток русского языка сбивается, смешно коверкая слова. Еще одна попытка — и тот же результат. Он смущенно извиняется, уже по-английски. Следующая сценка: ошибается профессиональный диктор… Наконец появляется Гольдберг. И у него, оказывается, есть трудности при чтении русского текста.

Все это выглядит смешным, забавным… Би-Би-Си не отказывается от того, чтобы позабавить аудиторию. Но цель передачи все-таки в другом. Во-первых, явно желание продемонстрировать, что политика далеко не единственная тема Буш-Хауса (с этой же целью делаются и многие другие «образовательные» и «развлекательные» программы). Во-вторых, демонстрируя без всякого беспокойства то, что делается у него за кулисами, Буш-Хаус старается показать, что ничего противозаконного и предосудительного там не совершается. В-третьих, и это самое главное, сотрудники Буш-Хауса представлены с «общечеловеческой» стороны: наши работники — обычные люди, которые ошибаются, смеются, смущаются, путаются в словах; между ними и вами нет никакой разницы… Все это типичные приемы, которые должны вызвать у аудитории «мы-чувство», преодолеть барьер между пропагандистом и объектом пропаганды. Это чувство, при возникновении которого у слушателей пропагандист может считать задачу завоевания доверия почти решенной.

Подобная тактика призвана внушить слушателям, будто радиостанция относится к ним с дружелюбием и пониманием. «В лице Би-Би-Си, — иронически замечает В. Осипов, — вы имеете организацию, редкостную по участливости к советскому народу…»[160].

Сообщая время от времени положительные факты о Советском Союзе, корпорация, несомненно, стремится произвести впечатление добросовестности своей информации. То она говорит об успешных гастролях Большого театра, то о значении совместного космического эксперимента «Союз» — «Аполлон», то об огромной популярности советских гимнасток. Иногда Буш-Хаус даже позволяет себе произнести несколько одобрительных фраз по поводу тех или иных событий в социально-экономической жизни нашей страны. Расчет здесь прост. Реакция слушателя должна соответствовать схеме: если Би-Би-Си говорит о наших реально существующих успехах, то так же реальны и наши недостатки, которые она критикует… Прием, несомненно, из области внушения.

Но, разумеется, гораздо больше Би-Би-Си критикует. И здесь ее приемы тоже основаны на использовании человеческих эмоций. Выше уже говорилось о методе «драматизации факта», когда какое-то одно событие, один факт, эпизод, далеко не самый характерный, превращается усилиями Буш-Хауса в главную тему дня или недели. Выступая с нападками на СССР и другие социалистические страны, Би-Би-Си нередко прибегает к этому методу, извращая «информационную картину» действительности. Ясно виден расчет Би-Би-Си на то, что человек, говоря словами В. И. Ленина, даст себя «подавить известному числу печальных и горьких фактов» и потеряет «способность трезво учесть силы»[161]. Иными словами, речь опять идет о воздействии на чувства людей, о «психологическом давлении», о том, чтобы не дать возможности трезво рассуждать, анализировать, сопоставлять…

Искусство дезинформации, которым, несомненно, владеет Буш-Хаус, проявляется в каждой программе, но конкретно зависит от того, что, кому и с какой целью вещает Би-Би-Си.

Глава IV Обмен информацией или легкие формы подрывной деятельности?

Буш-Хаус и «психологическая война»

И ныне, как и двадцать лет назад, Би-Би-Си повторяет: «Наша цель — объективно информировать мир о последних событиях». Этими словами всегда прикрывалась политическая направленность пропаганды. А в настоящее время прибавилось стремление приспособиться к условиям разрядки и одновременно воспользоваться атмосферой расширяющихся обменов и контактов в своих целях.

В условиях разрядки на доверие людей во всем мире может рассчитывать тот, кто способствует взаимопониманию между народами. Обмен информацией — один из важнейших путей налаживания такого взаимопонимания. В этих условиях Би-Би-Си выгодно провозглашать себя мировым центром международной информации, поборником и инициатором свободы обмена информацией, с одной стороны, домогаясь свободы для идеологического, а в конечном итоге и политического влияния в социалистических странах и, с другой, представляя эти страны противниками расширения обменов и контактов.

Заключительный акт общеевропейского Совещания в Хельсинки четко формулирует запрет на «любые формы вмешательства — прямые или косвенные, индивидуальные или коллективные» во внутренние дела других государств-участников. В нем записано: «Государства-участники обязались уважать право друг друга свободно выбирать и развивать свои политические, социальные, экономические и культурные системы, равно как и право устанавливать свои законы и административные правила»[162].

Информация (или то, что выдают за информацию), которую Би-Би-Си навязывает для распространения в Советском Союзе и многих других странах, нарушает эти положения. Что бы ни говорила

О своем «нейтралитете» Би-Би-Си, она яростно воюет за распространение определенных взглядов, а главное, за подчинение людей той линии поведения, которая устраивает Би-Би-Си и тех, кто за ней стоит. Трудно не согласиться с замечанием английского специалиста по вопросам психологической войны бригадного генерала Беркли о том, что «не существует разницы между крайними формами пропаганды и легкими формами подрывной деятельности»[163].

Би-Би-Си со времен второй мировой войны обладает богатейшим опытом психологических операций.

Широко использовались методы психологической войны и после 1945 года. Крупным специалистом в области радиовойны был и генеральный директор Би-Би-Си Хью Карлтон Грин; сначала он возглавлял вещание на Германию, затем, в разгар «холодной войны», руководил вещанием на социалистические страны, а в 1950 году был послан в Малайю для руководства «психологическими операциями».

Известный американский разведчик и эксперт по психологической войне Ладислав Фараго писал в конце 40-х годов, что пропагандистские методы «продолжают существовать в послевоенной Англии на основе внушительной организации, сохраненной в том же составе, как в военное время. В серьезном дипломатическом столкновении между Западом и Востоком применяется вся огромная машина английской пропаганды, как черной, так и белой… включая подпольные радиостанции, газетные типографии, распространение слухов, фальшивые документы…». Все это, безусловно, относится и к Би-Би-Си, которая уже полвека играет первую екрипку в системе английской пропаганды.

В годы «холодной войны» Би-Би-Си не искала маскировки для своего вмешательства в дела других стран, полагаясь, очевидно, на ореол «борца за демократию», который должен был автоматически выставлять врагом демократии всякого, против кого выступала корпорация. Воинственность Лондонского радио объяснялась еще и заблуждением западных стратегов того времени, будто население большинства социалистических стран недовольно существующим строем и мечтает о возвращении буржуазных порядков. Ведя пропаганду на социалистические страны, Би-Би-Си, по выражению М. Лейти, помогала сохранить «национальный дух и традиции» этих государств и представала как голос западных европейцев, которые «не пострадали от того, что преемственность этих традиций и взглядов была нарушена вторжением и революцией, распространившейся по Восточной Европе как чума»[164]. Иными словами, корпорация выступала как голос буржуазной Европы и старалась возродить буржуазные взгляды и традиции у населения тех стран, которые встали на социалистический путь развития. При этом Лондонское радио очень рассчитывало, что слушатели не забыли его позывных со времен второй мировой войны. Лейти подчеркивает, что Би-Би-Си в послевоенные годы «выполняла специальную функцию по воссозданию традиционных связей с населением Восточной Европы и, возможно, по созданию новых»[165].

Западная пропаганда периода «холодной войны» призывала народы социалистических стран к оружию, саботажу и мятежу. Большинство органов западной пропаганды, а особенно такие, как «Свободная Европа» и «Свобода» (филиалы ЦРУ), делали это грубо, прямолинейно, откровенно, вплоть до указания имен коммунистов, рабочих и крестьян, которых необходимо убить в первую очередь, названий предприятий и колхозов, которые подлежат скорейшему уничтожению. Би-Би-Си действовала тоньше, осторожнее. Она выполняла роль вкрадчивого провокатора, незаметно подогревая в странах — объектах пропаганды настроения, которые можно было бы использовать или повернуть против законных правительств, и осторожно подсказывала курс действия и характер лозунгов. Она не называла часа выступления, не публиковала прескрипционных списков, но давала понять, что коммунизм должен быть уничтожен любыми способами и час для этого пробил. Би-Би-Си чужими устами давала советы об оптимальных формах оппозиционной деятельности, проводила исторические параллели и т. п. Важнейшая функция, которую она делила с «Голосом Америки», заключалась в том, чтобы обнадежить потенциальных мятежников в смысле безусловной, неограниченной поддержки Запада.

Обратим внимание, что западные теоретики пропаганды стараются доказать непричастность официальных («белых») буржуазных радиостанций к подрывной пропаганде, относя ее к функциям «черных» и «серых» радиостанций (то есть таких, которые действуют подпольно или под фальшивыми вывесками). В этой связи вспоминаются слова сотрудника иновещания Би-Би-Си Джулиана Хейла, который прямо указывал, что официальные «крупнейшие пропагандистские станции выполняют подрывные функции», хотя и делают это «совершенно иным образом», чем «черное» радио. «Их цель — сделать доступным для слушателей альтернативный голос»[166]. Стремление официальных западных радиостанций выступать в качестве альтернативного голоса состоит в том, что они пытаются, насколько это им удается, говорить от имени «внутренних сил», заменять действующие внутренние средства информации, то есть выполнять де-факто «черную» операцию.

Практика Би-Би-Си говорит о том, что эта «белая» радиостанция при всей внешней корректности ее передач фактически не чуждается «черной» подрывной пропаганды, деля с ней многие политические и идеологические функции.

* * *

Среди важных объектов, которые избрала Би-Би-Си в первые годы «холодной войны», была Польша. Это вполне объяснимо, поскольку именно в Польше, как казалось тогда многим теоретикам пропаганды на Западе, существовали условия для реставрации капитализма. Английское радио имело к тому же ряд потенциальных преимуществ для пропаганды на Польшу. После нападения гитлеровской Германии на страну буржуазное правительство Миколайчика бежало в Англию. Отсюда оно пыталось прибрать к рукам руководство Сопротивлением и реальную власть на местах, во время и после войны пыталось влиять на все стороны жизни страны. На Британских островах дислоцировалась в годы войны польская армия генерала Андерса. В Англию эмигрировало и значительное число представителей польской буржуазии, аристократии и интеллигенции. Следовательно, Би-Би-Си располагала и национальными польскими кадрами, и дикторами, и источниками информации. Она могла использовать те незримые нити, которые связывали многочисленную польскую эмиграцию в Англии с Польшей. В самой Польше царила разруха — наследие гитлеровского геноцида. Учитывая вышеприведенные обстоятельства, западная пропаганда, в том числе Би-Би-Си, рассчитывала соблазнить поляков посулами быстрого национального и экономического возрождения. Значительные надежды возлагались при этом на то, что удастся натравить поляков на Советский Союз, унаследовавший якобы захватнические тенденции царской России.

Би-Би-Си пользовалась почти монопольным положением на польском рынке западной пропаганды, что усиливало значение ее подрывных передач на Польшу (тогда еще не было ни ЦРУ, ни его европейских «радиофилиалов», а «Голос Америки» открыл вещание на польском языке позже и долгое время не мог конкурировать с маститым пропагандистским центром Лондона). Практически корпорация долгое время была главным пропагандистским рупором всех реакционных эмигрантских центров.

Нужно обратить внимание на то, что Би-Би-Си, верная своей традиции «быть ни при чем», сейчас старается скрыть свои связи с реакционными группировками польской эмиграции в Англии. По мере разоблачения реакционной деятельности эмигрантов их участие в передачах постепенно сокращалось. Однако в годы «холодной войны», как отмечают польские исследователи Л. Габриэль и В. Зелинский, радиостанция с готовностью предоставляла им микрофоны. Би-Би-Си, оказывая идейнопсихологическую поддержку контрреволюционным элементам, сыграла свою роль в активизации остатков контрреволюционных сил в Польше.

Характерно, что в эти годы директор иновещания Би-Би-Си генерал Ян Джекоб заявлял о том, что корпорация стремится путем «откровенного, дружелюбного, беспристрастного вещания содействовать миру во всем мире»[167]. На деле корпорация была дружелюбна только к подрывным элементам в Польше (и других странах народной демократии), беспристрастно излагала только то, что способствовало провокациям против народной власти в этих странах.

После неоднократных неудач и разочарований в возможности контрреволюционного «возрождения» Польши Би-Би-Си смягчила свой тон. Но это была лишь смена тактических методов и приемов в ведении психологической войны. Задача радиостанции по-прежнему состоит в том, чтобы сеять среди граждан социалистических стран неуверенность, подозрительность к властям, сомнения в будущем, дискредитировать действия и постановления правительства и т. п. Она всякий раз подхватывает и раздувает любые трудности и проблемы, с которыми сталкиваются эти страны.

В. И. Ленин писал, что буржуазная пропаганда является орудием «безнаказанной лжи и клеветы, обмана народа… подготовки контрреволюции»[168]. Активное участие Би-Би-Си в подготовке контрреволюционного путча в Венгрии в 1956 году наглядно иллюстрирует эти слова.

Сейчас уже перестало быть тайной, что в 1954 году западные державы приступили к осуществлению операции «Фокус». Она имела целью «собрать в одну фокальную точку» все силы, которые могли выступить против социалистического строя и коммунистической партии Венгрии. В их числе были члены эмигрантских союзов, бывшие помещики и капиталисты и т. д. Из них формировались отряды боевиков, которые проходили специальную подготовку на территории ряда западноевропейских стран, а накануне путча были заброшены в Венгрию.

Параллельно готовилось подполье, устанавливались контакты с оставшимися в стране контрреволюционерами, забрасывалось оружие, велась массированная пропагандистская обработка населения Венгерской Народной Республики. Например, Би-Би-Си (по ее же признанию) передавала в этот период на венгерском языке «еженедельную сатирическую программу, отражающую недостатки коммунистической теории и практики в Венгрии»[169].

Роль таких радиостанций, как «Свободная Европа», «Голос Америки», Би-Би-Си, в рамках операции «Фокус» заключалась в оживлении внутренней контрреволюции в Венгрии, стимулировании подполья. Западная пропаганда особенный упор делала на разжигании антикоммунистических и антисоветских настроений, националистических чувств, на уверениях, что «свободный мир» готов к всемерной поддержке мятежников.

Между западными пропагандистскими центрами довольно отчетливо прослеживалось «разделение труда». «Свободная Европа» была откровенным дирижером террористических актов, саботажа. Она передавала инструкции о том, как обращаться с огнестрельным оружием, закладывать мины, снимать часовых, командовать небольшими отрядами, вести уличные бои. Позже, к началу мятежа, это подразделение ЦРУ перебазировалось из Мюнхена в отель «Регина» в Вене и отсюда в радиопередачах и через связных (в том числе под дипломатическим прикрытием) давала конкретные директивы контрреволюционерам.

«Голос Америки» и Би-Би-Си выполняли не столь заметные, но, может быть, гораздо более существенные функции по фундаментальной идеологической обработке населения. Их сотрудничество было хорошо скоординировано. «Совпадение» взглядов организаторов внутренней контрреволюции с идеями, высказывавшимися «Голосом Америки» и Би-Би-Си, ободряло и вдохновляло мятежников, действовавших в полной уверенности, что их поддерживает общественное мнение, а не только разведки западных стран.

Будучи голосом в хоре, Лондонское радио умело вело свою собственную ноту; оно умудрялось не переходить неуловимую грань прямолинейной озлобленной враждебности, отличающую вещание «Свободной Европы». Отсутствие раздраженного тона, разнузданных призывов, очевидного желания очернить противника позволяло Буш-Хаусу надеяться, что он может влиять на более широкую аудиторию, нежели остальные «голоса». Би-Би-Си не посылала и воздушных шаров с листовками подрывного характера, как это делали американцы. Главным ее оружием по-прежнему были подбор и передача определенной информации и видимость позиции «стороннего наблюдателя».

Позиция «стороннего наблюдателя», якобы анализирующего ход событий и взвешивающего все «за» и «против», нужна была Би-Би-Си для того, чтобы не упустить возможность контакта и с какой-то частью коммунистов. Ведь именно к венгерским коммунистам был обращен призыв, прозвучавший в передачах Би-Би-Си: «Требуйте вывода советских войск, опубликования советско-венгерских соглашений и финансовых расчетов. Вместо демократизма — демократию, вместо иностранной опеки — суверенитет».

О провокационном характере передач Би-Би-Си на Венгрию в период октябрьских событий свидетельствует отрывок из типичного для тех дней комментария: «Вопрос вывода советских войск выдвинулся, безусловно, на передний край. Давно пора уже русским вернуться домой, но будет ли это означать, что Венгрии впредь будет предоставлено больше свободы и что она сможет пойти своим путем? Это произойдет только в том случае, если одновременно с выводом советских войск будет низвергнут весь коммунистический государственный строй».

Не есть ли это иллюстрация к заверению уже упоминавшегося деятеля Би-Би-Си Мориса Лейти: «Мы никого не подстрекаем к каким-либо действиям. Ниспровержение или уничтожение — все это вовсе не входит в задачи Би-Би-Си и не имеет к ней ни малейшего отношения»?[170]

Еще одно яркое доказательство того, что Би-Би-Си создает себе ореол «объективности» и «правдивости» в самых реакционных целях, дают нам события 1968 года в Чехословакии. Они еще раз продемонстрировали, что «во время кризиса и конфликта» признание Би-Би-Си за «наиболее надежный источник информации» дорого обходится народу.

На этот раз мы имеем дело уже с пересмотренной в соответствии с духом времени тактикой подготовки контрреволюции. Провал в 1956 году и ряд последующих событий показал, что надеждам на уничтожение социализма с помощью контрреволюционной оппозиции внутри социалистических стран не суждено осуществиться. «Всеобщего антикоммунизма», на который рассчитывали западные стратеги, в этих странах просто не существовало. Поэтому радиопропаганде пришлось изменять тактику, делая ставку на создание оппозиции из разрозненных, явных, скрытых и потенциальных оппозиционных элементов — от остатков буржуазных классов до националистов и ревизионистов. Первый удар планировалось нанести не прямо по социалистическому строю, завоевавшему прочные симпатии народов этих стран, и не в форме контрреволюционного мятежа, как предполагалось в 40—50-х годах. Открытой контрреволюции должен был предшествовать длительный период «инфильтрации» антисоциалистических элементов в коммунистическую партию, руководящие органы государства, в аппарат средств массовой информации.

В этот период главной внешнеполитической доктриной Запада в отношении стран социализма стало так называемое наведение мостов. «Мосты» (то есть самые разнообразные контакты) должны были использоваться для идеологического проникновения в эти страны под видом «обмена информацией, людьми и идеями», чтобы дать толчок процессам внутренней эрозии «коммунистических режимов». Генеральный секретарь коммунистической партии США Гэс Холл назвал эти «мосты» обыкновенными «контрреволюционными тоннелями». Политика «наведения мостов», которая отводила решающее значение радиовещанию, самым активным образом использовалась Лондонским радио в период событий в Чехословакии. Английская «Гардиан», оценивая перспективы психологической войны против ЧССР, писала, что «радиовещательные потоки будут передним краем наступления на Чехословакию». Ее прогноз не относился к числу рискованных.

В условиях мирного сосуществования реакционные круги Запада считают радио важнейшим средством борьбы против социализма. Дело не только в упоминавшихся психологических особенностях восприятия радиосообщений и даже не только в его массовости и оперативности. Радио стало главным каналом воздействия империалистической пропаганды непосредственно на аудиторию большинства социалистических государств. В. И. Ленин в известном письме Г. Мясникозу писал, что давать в социалистической стране свободу печати буржуазии нельзя, ибо это означает давать ей «свободу политической организации»[171]. Ныне империалистические круги хотят получить «свободу политической организации», используя радиоволны, которые могут достигнуть самых отдаленных районов, «не задерживаясь на границе» и «не спрашивая ничьего разрешения». Как заметила «Гардиан», «хороший передатчик стоит ядерной подводной лодки». Еще выше оценивал значение радиопропаганды Дж. Монахан (инспектор Европейской службы Би-Би-Си в 60-е годы). Говоря о способах воздействия на аудиторию в странах социализма, он констатировал: «…Радио — единственный путь. Другого пути нет»[172]. Характерно, что и деятели западных разведок возлагают большие надежды на радиовещание. Так, сотрудник ЦРУ Тэйлор подчеркивал в свое время, что для проведения психологических операций в социалистических странах пропаганда по радио является одним из основных средств.

Известно, что западные разведки снабжали контрреволюционное подполье в Чехословакии не только оружием и печатной продукцией, но и радиостанциями. По свидетельству «Гардиан», высоко оценившей успехи Би-Би-Си в «войне в эфире» против Чехословакии, пражские контрреволюционные подпольные радиостанции предпочитали ретранслировать в основном материалы Би-Би-Си, именно Би-Би-Си, а не «Голоса Америки», подчеркивала газета.

Подрывная пропаганда Би-Би-Си служила образцом для многих западных центров, ведущих передачи на Чехословакию. Свидетельство тому находим в выступлениях руководителей западных пропагандистских служб, антикоммунистов. Среди них Вальтер Штайгнер, директор «Немецкой волны». Выступая осенью 1968 года перед начальниками отделов своей радиостанции, он призвал ориентировать вещание на опыт Би-Би-Си в период, как он выразился, «безвластия в Чехословакии». Штайгнер, например, рекомендовал детально изучать ее дифференцированную пропаганду, особенно адресованную молодежи и студенчеству. Би-Би-Си и в самом деле сумела обмануть многих неопытных в политическом отношении молодых людей, запутать «демократической» демагогией, увести в сторону от правильного понимания происходящих событий, помешать самостоятельной и трезвой их оценке.

В массированном пропагандистском шквале, обрушившемся на Чехословакию в период 1968–1969 годов, Би-Би-Си прочно занимала место в тройке «лидеров» (вместе со «Свободной Европой» и «Голосом Америки»). Общий объем вещания четырнадцати враждебных социалистической Чехословакии радиостанций составил сто шестьдесят семь часов в сутки[173]. Радиостанции, принадлежавшие ФРГ, Франции, Италии, имевшим по две станции, Англии (Би-Би-Си), Австрии, Испании, Канаде, США («Голос Америки» и «Свободная Европа») и т. д., вещали на чешском и словацком языках сразу на восьмидесяти восьми частотах: Запад делал серьезную заявку на руководство развитием событий в Чехословакии.

Характерно, что Би-Би-Си в этот период активизировала пропаганду не только на чешском и словацком языках, но и на языках других социалистических стран. Если общий объем ее вещания на Польшу, Чехословакию, Болгарию, Венгрию и Румынию в 1960 году составлял 68 часов 25 минут в неделю, то в начале 1968 года — 80 часов 25 минут[174], а через год вырос чуть ли не втрое. Усиливая мощность вещания на социалистические страны, Лондонское радио прекратило, например, передачи на Израиль. Генеральный директор Би-Би-Си Ч. Каррен говорил: «Мы предпочли не ограничиваться специальным увеличением вещания на Чехословакию. Ситуация касалась всей Восточной Европы. И усиление нашей деятельности было произведено поэтому на всю эту территорию»[175]. Это слова практика. Теоретическое же объяснение этой акции находим у известного идеолога антисоветизма профессора Р. Бирнса: «Мы должны действовать с полным сознанием того, что процессы, стимулируемые нами в Центральной и Восточной Европе, будут иметь глубокое воздействие и на Советский Союз. Каждая коммунистическая страна — дверь в другую коммунистическую страну»[176].

Как свидетельствует ежегодник корпорации, в «чехословацкую кампанию» были вовлечены все отделы иновещания Би-Би-Си, были использованы все каналы для усиленного давления на мировое общественное мнение, чтобы обеспечить переворот в Чехословакии и одновременно посеять недоверие между социалистическими странами, вызвать в мире новую волну антикоммунистических и антисоветских настроений. Односторонняя, тенденциозная и далекая от правды информация и комментарии, которые в преумноженном объеме обрабатывались и готовились в студиях Буш-Хауса, наносили немалый ущерб взаимопониманию и дружбе народов.

Одним из главных психологических приемов радиостанции был сочувственный тон, распространявшийся не только на «граждан страны», но и на «всех честных коммунистов». Би-Би-Си подвергала нападкам коммунизм и компартию с позиции «патриотов», озабоченных неудачами в различных сферах строительства социализма, мечтающих обновить партию в условиях «демократического социализма». Иными словами, Лондонское радио делало вид, будто оно отнюдь не выступает против социализма, а, наоборот, заботится о его «улучшении». Би-Би-Си подавала большое количество информации с примерами ошибочных действий коммунистов, государственных и общественных учреждений ЧССР. Специальный упор делался на описание действий конкретных лиц, освобожденных от занимаемых постов за некомпетентность, грубость, распущенность в быту. Материалы подбирались таким образом, чтобы оттенить ущерб, нанесенный действиями этих людей интересам страны.

Уже в начале 1968 года Би-Би-Си взяла четкую пропагандистскую линию и в свойственной ей информационной манере известила чехов и словаков о том, что в их стране начался «процесс либерализации и демократизации» и что, «конечно, подавляющее большинство» граждан страны приветствуют его. Все тот же почерк: гражданам страны, на которую направлено вещание, сообщается, что происходит у них в собственном доме и как это следует понимать. Подбор информации и другие методы фактологической пропаганды в сочетании с комментариями на протяжении достаточно длительного времени позволяли Би-Би-Си давать различные толкования «процесса либерализации». Чехи и словаки в изобилии получали от Би-Би-Си объяснения, что «либерализация» — это хорошо, нужно, полезно; «либерализация» — это переход к новой форме социализма, «демократическому социализму», поэтому естественно перешагнуть через «устарелый коммунизм».

В марте 1968 года комментатор Лондонского радио поведал слушателям в Чехословакии, что «в коммунистическом государстве, пусть даже значительно реформированном, не может существовать свободы и демократии в нашем понимании… Пока мы можем лишь с удовлетворением приветствовать либерализм в Чехословакии, усматривая в нем первый важный шаг, начало развития, которое и в дальнейшем не должно остановиться и, видимо, не остановится». Эти слова перекликаются со знакомыми мотивами октября 1956 года: как и тогда, Би-Би-Си советует аудитории отказаться от коммунизма. Только в Венгрии говорилось о «низвержении всего коммунистического государственного строя», а тут осторожнее, завуалированнее, «либеральнее», чтобы не оттолкнуть сторонников социализма и демократии.

Би-Би-Си действовала по принципу коммерческой рекламы: «сейчас и здесь», что очень импонировало нетерпению молодежи, предпочитающей действия, приносящие немедленный эффективный результат.

«Либерализация» подавалась чехословацкой молодежи как воплощение самых возвышенных идеалов, и для ее достижения, обещали западные и внутренние контрреволюционные «голоса», не нужно далеко ходить и долго ждать.

Рекомендуя иные пути, возможные и доступные для процветания Чехословакии, Би-Би-Си, в частности, приводила в пример Швейцарию. Чехословакия, внушали пропагандисты Буш-Хауса, могла бы получать «миллионные доходы», будь она «свободной туристской страной, как Швейцария, а не надрываясь в строительстве национальной экономики».

Но, как известно, туризм ни в одной из знаменитых туристских стран не смог дать ее народу подлинного благосостояния, а стране — процветания, и Испания, Италия, Швейцария, Австрия стараются всемерно развивать промышленность и вообще «национальную экономику». С легкостью Буш-Хаус списывает все, что сделано Коммунистической партией Чехословакии для развития страны и повышения благосостояния ее народа. А попытку подорвать самостоятельность и экономическую силу страны выдает за беспокойство о скорейшем росте благополучия граждан Чехословакии.

«Образец для подражания» намечался на Би-Би-Си, по-видимому, очень давно. Об этом свидетельствует высказывание Мориса Лейти, сделанное им в лекции для сотрудников радиостанции в 1964 году. Англия, говорил он, «представляет собой такое общество, у которого многое можно позаимствовать, что и могут сделать страны Восточной Европы, если их деятели и организации окажутся более гибкими и прогрессивными, чем сейчас»[177]. С точки зрения Би-Би-Си в Чехословакии 1968 года некоторые «деятели и организации» оказались «более гибкими и прогрессивными» и западная «модель» развития страны могла стать более вероятной.

Для того чтобы ускорить освоение этой модели, Би-Би-Си с начала 1968 года в пропаганде на Чехословакию активнее, чем когда-либо и где-либо раньше, претворяла в жизнь политику «наведения мостов», выражавшуюся не только в рекламе «свободного общества», но и в постоянных утверждениях о необходимости «свободного обмена людьми и информацией», о пагубном влиянии «узких идеологических доктрин», в намеках на «широкую и разнообразную помощь», которую Запад может оказать Чехословакии, а также в требованиях открыть границы с западными государствами. Пропаганда в духе «наведения мостов» должна была поднять заслон перед идеологическим и политическим, а затем и вооруженным вторжением с Запада, облегчить психологическую войну против ЧССР.

Для того чтобы подготовить общественность к увеличению масштабов вмешательства в чехословацкие события, Би-Би-Си инспирировала выступление газеты «Гардиан» со статьей Джона Эзарда. В ней обосновывалось требование новых средств для развертывания пропагандистского наступления на Чехословакию. Эзард писал о том, что имеющиеся у Би-Би-Си передатчики следует дополнить более мощными и передвинуть их ближе к границам социалистических стран для улучшения слышимости. По его утверждениям, «дело свободного мира» могло много потерять, если это не будет сделано. Но ежегодных ассигнований в размере 10,5 миллионов фунтов, которые получало иновещание корпорации, на такое расширение деятельности недостаточно.

Руководители психологических операций против ЧССР требовали круглосуточного вещания на Чехословакию. 30 ноября 1968 года «Гардиан» с радостью возвестила о том, что с 1 декабря Би-Би-Си сможет «улучшить свои передачи на Восточную Европу». Буш-Хаус снова получил дополнительные средства. О начала 1969 года его вещание на социалистические страны почти утроилось[178].

Чем острее становилась ситуация в Чехословакии, чем активнее разворачивались прозападные элементы, агенты едва ли не всех западных разведок, чем ближе казалась неразбериха, подобная той, что происходила в октябре 1956 года в Будапеште, тем грубее и откровеннее становилась пропаганда Би-Би-Си. Ее тон уже почти не отличался от стиля клеветнической пропаганды «Свободной Европы».

С конца августа — начала сентября 1968 года Би-Би-Си развернула новую кампанию, стараясь затруднить процесс нормализации жизни в стране, сохранить атмосферу, в которой контрреволюция смогла бы активно продолжать антикоммунистическую и антисоветскую деятельность и вербовать себе сторонников среди обманутых и запутавшихся людей.

В эфир одна за другой шли передачи, призванные запугать слушателей, внушить им страх перед будущим и неуверенность в настоящем. Население Чехословакии предостерегали от опасностей, якобы грозящих отныне правам, свободе и самой жизни. В последних числах августа 1968 года Би-Би-Си распространила известие, приписав Председателю правительства ЧССР заявление о том, что в Чехословакии будто бы «никто не может быть уверен в своей личной безопасности независимо от того, является ли он членом правительства или рядовым членом КПЧ» и что «наиболее ценные люди покинули республику, поскольку им угрожает опасность». Представитель правительства опроверг это сообщение как ложное и необоснованное. Но кто теперь может сказать, скольких людей ввела в заблуждение эта фальшивка? В сентябре Лондонское радио оповестило чехов и словаков о том, что «над Чехословакией нависла неопределенность насчет будущего», — его беспокоило, что жизнь в стране может войти в нормальное русло.

В отношении образовавшегося было в Чехословакии контрреволюционного подполья Би-Би-Си действовала в традиционной манере: старалась избегать обвинений в контактах с ним. Подпольем, как известно из чехословацкой и западной печати, руководили с территории ФРГ. Прямые указания и директивы, как и во время венгерских событий, поступали по радио «Свободной Европы» и нескольким специально открытым в ФРГ радиостанциям. Би-Би-Си снова выступила в роли идеолога и провокатора. Передачи Би-Би-Си снабжали контрреволюционеров, ушедших в подполье, информацией, которая ободряла их и поощряла продолжать активную борьбу. Так, например, она горячо приветствовала диверсии «подпольщиков» на внутренних коммуникациях страны, приглашая таким образом провалившихся врагов социализма не складывать оружия. «Информация», которую она распространяла в те дни, свидетельствует о том, что в планы ее руководства входило ускорение взрыва.

Вступление войск Варшавского договора в Чехословакию предотвратило выступление реакции. А ведь контрреволюция готовилась к нему очень серьезно. Как рассказывал один из ее главарей корреспонденту английской «Санди тайме», «подполье в ЧССР располагало сорока тысячами человек, вооруженных автоматическим оружием»[179].

Всю осень 1968 года, да и в 1969 году Би-Би-Си неустанно изобретала «достоверную» информацию о «терроре», «разгуле насилия», «бесчинствах», будто бы развязанных союзными войсками против населения Чехословакии. Дело дошло до того, что она приписала Советской Армии намерения «устроить чехам и словакам новую Лидице»! Это было сделано с явной целью устрашить население страны и настроить его против Советского Союза.

Еи-Би-Си использовала любую возможность для обострения обстановки. Развертывая антисоциалистическое вещание, Би-Би-Си использовала факт ввода войск Варшавского договора, для того чтобы вбить глубокий клин между Советским Союзом и остальными социалистическими странами, рассорить с ними Чехословакию. В это же самое время в передачах на русском языке обозреватель Лондонского радио выражал «искреннее сочувствие советским войскам, которые, в конце концов, ведь только подчинялись приказам сверху». Когда же стало ясно, что пропаганда Би-Би-Си и других «голосов» уже не имеет большого эффекта и что Чехословакию не удастся отколоть от социалистического содружества, Буш-Хаус решил по крайней мере заронить сомнение в том, «что когда-либо возобновятся истинно братские отношения между СССР и ЧССР». Это было все, что оставалось сказать Би-Би-Си.

В надежде на «эрозию»

Политика «наведения мостов», дискредитировавшая себя в период чехословацких событий, продолжала оставаться одним из видов оружия в психологической войне Лондонского радио.

Под видом «обмена информацией» оно и теперь ведет целенаправленную антикоммунистическую, антисоветскую пропаганду на страны социалистического содружества. Едва ли не главное направление этой пропаганды — стремление опорочить Советский Союз в глазах остальных социалистических стран. Эта линия остается неизменной и после Совещания в Хельсинки. Би-Би-Си не устает напоминать о старых обидах, причиненных полякам русским царизмом, твердит об угрозе «русификации», об отсутствии у Польской Народной Республики суверенитета. Венгрия атакуется рассказами об участии Российской империи в подавлении восстания 1848 года, о «расхищении» советскими войсками венгерского национального богатства, о «неэквивалентном» обмене между СССР и ВНР. То же самое внушается болгарам, «привязанность» которых к «советскому блоку» не дает якобы простора для развития национальной культуры.

Внушая гражданам социалистических стран мысль о том, что Советский Союз их «колонизатор», «эксплуататор» и «поработитель», Би-Би-Си не обременяет себя доказательствами. «…Солидарность коммунистов, — утверждает Би-Би-Си, — превращена теперь в господство сильных над слабыми». Используя привычные стереотипы для нападок на социализм и коммунистическую идеологию («деспотизм», «тирания», «мировое господство»), Би-Би-Си предвещает «раскол» социалистического содружества, который якобы неизбежен, ибо «интернационализм коммунистической теории на практике уступает место национализму. Ничего похожего на интернациональный коммунизм уже больше не существует».

Роль прилежного «регистратора событий», беспристрастного наблюдателя никак не согласуется с подстрекательским, провокационным характером передач Буш-Хауса на социалистические страны. Ведь именно провокацией является, по сути, следующее заявление, прозвучавшее в передаче Би-Би-Си о советско-китайских отношениях: «Для китайцев СССР в настоящее время действительно является врагом номер один».

Достаточно ясные выводы можно сделать из статьи Дж. Монахана, посвященной тридцатилетию вещания корпорации на Европу, о том, каким образом и в каком направлении стремится повлиять Буш-Хаус на взаимоотношения социалистических стран. Говоря о важнейших проблемах Европы и происходящих здесь процессах, автор начинает, то есть придает этому наибольшее значение, со следующего: «В Восточной Европе мы являемся свидетелями эрозии, если не краха, монолитного коммунизма…» И ниже: «…мы, ведя вещание из Великобритании на другие страны Европы, не можем лишь наблюдать за всем этим; в этой ситуации нам следует внести свой существенный вклад»[180]. Понятно, что «вклад», который стремится внести Би-Би-Си, отнюдь не в том, чтобы сплотить социалистическое содружество, а именно в том, чтобы вызвать «эрозию монолитного коммунизма», как выразился Монахан.

Славно стараясь извиниться за откровения своего коллеги и отвести обвинения в адрес Би-Би-Си в подрывной антикоммунистической пропаганде, Морис Лейти заявляет: «Цель нашего вещания на восточноевропейские страны не заключается в том, чтобы отколоть их от России». Но эти отношения, продолжает он, должны быть «основаны на действительной независимости»[181]. Оказывается, Лондонское радио борется за «действительную независимость» социалистических стран, выступая в благородной роли поборника свободы. Но разве дело «нейтральной» Би-Би-Си, у которой «не должно быть собственных взглядов», определять по своему усмотрению, что является «действительной независимостью»? Разве не является подрывной пропаганда, направленная на установление таких отношений между социалистическими странами, какими их хочет видеть Буш-Хаус, и разве не характеризует Заключительный акт, подписанный в Хельсинки, такую деятельность как вмешательство в дела других государств?

По существу, деятели Би-Би-Си узаконивают право на подобное вмешательство и на подрывную пропаганду.

Но если когда-то радиокорпорация недвусмысленно связывала «независимость» социалистических стран с «низвержением коммунистического строя» (как в Венгрии), то в последующие годы она «лишь» рекламировала западные модели социально-политического развития.

Как же конкретно представляет себе Лондонское радио «действительную независимость» социалистических стран? Примером, оказывается, может здесь служить Великобритания: «Коммунисты все чаще ссылаются на свое социалистическое содружество. Если под этим они подразумевают сообщество действительно независимых народов, то в таком случае можно только приветствовать опыт Великобритании в создании подобного содружества. И в этом случае опыт Великобритании как раз является наиболее подходящим и уместным, и Би-Би-Си в состоянии помочь использовать его»[182]. Мы уже слышали нечто подобное — приглашение Чехословакии следовать примеру Швейцарии. Образчиком для подражания неизменно рекомендуется капиталистическое общество.

Заметим, что об Англии и вообще о Западе Би-Би-Си рассказывает немало. И все-таки, особенно в вещании на социалистические страны, на первый план выходит «информация» о том, что происходит внутри государства, на которое направлены передачи. Подлинный, в духе Хельсинки, обмен информацией предполагает в первую очередь ознакомление зарубежной аудитории с жизнью той страны, которую представляет та или иная радиостанция. Но этому правилу Би-Би-Си следует лишь тогда, когда это ей выгодно с пропагандистской точки зрения.

Возьмем, к примеру, программы Лондонского радио на польском языке. Би-Би-Си очень озабочена тем, что в Польше «отсутствует демократия», что в польском искусстве наблюдается «застой», сочувствует польским писателям и деятелям театра по поводу выдуманной ею же самой «необходимости топтаться на задворках мирового искусства». Словом, Буш-Хаус толкует преимущественно о внутренних делах страны, на которую ведет вещание, стараясь вызвать у слушателей недовольство внутренним положением в стране. Теперь не рассказывают неприличных анекдотов про руководителей государства и правительства, воздерживаются, как правило, от личных выпадов или грубых нападок на марксизм. Ныне, заигрывая с аудиторией, пускают в ход более тонкие приемы. В одной из передач, приуроченной к очередному съезду ПОРП, Би-Би-Си заметила: «Польская молодежь, которая самоотверженно и с энтузиазмом строит новую Польшу, выступает за социализм. Она не ожидает незамедлительного благосостояния, которое является привилегией развитых стран Запада».

Оставим в стороне тезис о благосостоянии, будто бы являющемся привилегией капиталистического Запада. Обратимся к настоящим намерениям Би-Би-Си, которые становятся более прозрачными по мере того, как комментарий получает более отчетливый пропагандистский поворот. Лондонское радио предлагает польским слушателям «гуманный социализм» образца 1968 года в Чехословакии. Таким образом, Буш-Хаус рекомендует платформу для отхода от избранного народом Польши пути развития. Остается не ясным, каким образом все это связано с «обменом информацией», которым якобы занимается Лондонское радио. Скорее, это можно назвать антисоциалистической пропагандой без грубых нападок на социализм, завуалированной попыткой повлиять на умонастроения аудитории. Трудно квалифицировать это вмешательство как «прямое» или «косвенное», но то, что определенно вмешательство, — сомнений не может быть. Таков характер вещания на социалистические страны, таковы масштабы «информирования», таково направление «обмена информацией».

Выбор аудитории

Ведя пропаганду на социалистические страны, Би-Би-Си тщательно выбирает как идеологический «товар», который она распространяет по своим радиоканалам, так и «покупателя», то есть категорию слушателей, которых она выбирает в качестве объекта пропаганды. Качество этого «товара» во многом зависит от характера потенциальной аудитории. Каким же категориям слушателей адресует Буш-Хаус свои передачи, направленные на страны социализма?

В годы «холодной войны» империалистическая пропаганда рассчитывала на создание «пятой колонны» в этих странах. После многочисленных провалов западные радиоцентры стали более осторожно подходить к оценкам и выбору аудитории. Во всяком случае, сейчас Би-Би-Си и некоторые другие западные радиостанции ориентируются далеко не только на тех, кого буржуазная пресса поднимает на щит в качестве диссидентов. Ибо круг этих людей, по признанию самих же западных специалистов, слишком узок. Те же, кто стоят за спиной Буш-Хауса, хотят влиять на гораздо более широкие слои населения социалистических государств и даже на общественное мнение в целом. Поэтому буржуазная пропаганда все более ориентируется на массовую аудиторию социалистических стран.

Одним из важнейших объектов пропаганды Би-Би-Си на СССР и другие страны социализма является интеллигенция. Еще в конце 40-х годов в передачах на страны, вставшие на путь социалистических преобразований, корпорация выступала с подстрекательскими заявлениями, адресованными непосредственно интеллигенции. Например, в вещании на Румынию говорилось, будто в этой стране «мыслителям и артистам не позволяют играть творческую роль»[183]. А в 1957 году в соответствии с рекомендациями правительства Великобритании «органы внешней пропаганды должны были расширить свое влияние за границей… путем усиления работы среди тех слоев населения, которые определяют общественное мнение, являются его «лидерами», главным образом — среди интеллигенции»[184].

М. Лейти в бытность свою главой восточноевропейской службы Би-Би-Си прямо говорил, что интеллигенция является для его отдела наиболее важной частью аудитории[185]. В эту группу населения он включал руководящих работников, директоров предприятий, писателей, артистов, ученых, студентов, школьных учителей и другие категории. Причины такого внимания Лейти объясняет, в частности, тем, что данная социальная группа «стала, в различной степени конечно, важным классом во всех коммунистических странах Европы»[186].

Интеллигенция не является классом, однако с ростом научно-технической революции значение и численность этой социальной группы действительно увеличиваются. Как отмечал на XXV съезде КПСС Л. И. Брежнев, «роль, которую играет советская интеллигенция в осуществлении научно-технической революции, в подъеме культуры народа, в решении всех задач коммунистического строительства, весьма значительна»[187]. И понятно, что Би-Би-Си очень хотелось бы влиять на формирование мнений этой части аудитории, а через нее воздействовать и на другие слои населения.

Буржуазные эксперты по вопросам пропаганды указывают также и на склонность интеллигенции к критике, и на то, что она чаще вступает в контакт с западной культурой, наукой, идеологией, что у нее «меньше предубеждений» против Запада, и, наконец, на то, что ее взгляды и мнения «неустойчивы», подвержены колебаниям. Естественно, что такие выводы способствовали тому, чтобы Лондонское радио и другие империалистические радиоцентры акцентировали свое внимание в вещании на социалистические страны именно на интеллигенции.

Однако эти аргументы по большей части выдают желаемое за действительное. Интеллигенция действительно по роду своей деятельности обращается к продуктам буржуазной культуры; она, как, впрочем, и представители других слоев социалистического общества, считает критику и самокритику одним из важных принципов общественного развития. В остальном же западные эксперты наделяют социалистическую интеллигенцию чуждыми ей характеристиками. В. И. Ленин, говоря об интеллигенции в капиталистических странах, отмечал, что «переходное, неустойчивое, противоречивое положение рассматриваемого общественного слоя отражается в том, что среди него особенно широко распространяются… половинчатые, эклектические воззрения… мешанина противоположных принципов и точек зрения…»[188]. Подобные черты буржуазные теоретики стараются приписать и интеллигенции, сформировавшейся при социализме.

Выбором этой категории отчасти определяется и корректный тон многих передач Би-Би-Си и стремление произвести впечатление «беспристрастного наблюдателя», а в комментариях — «информированного собеседника». Этот выбор обусловил появление многочисленных программ, с одной стороны, настойчиво внушающих советской интеллигенции, будто она «лишена прав» и «не занимает подобающего места в обществе», с другой — передач, рекламирующих положение интеллигенции на Западе: «свобода слова», «свобода мысли», «свобода творчества», «плюрализм идей» и т. д.

Но не меньше, а даже больше внимания уделяет иновещание Би-Би-Си специализированным программам по различным вопросам культуры, науки, искусства. Некоторые из них весьма интересны: корпорация рассчитывает привлечь ими как можно больше представителей интеллигенции, да и других слушателей тоже. Но главное, к чему стремится Лондонское радио, — это использовать «образовательные», нейтральные по виду передачи для различного рода политических «вкраплений». В его вещании, например, на Советский Союз немало программ типа «Литературный журнал», «Театральный журнал», программа для любителей балета, «Беседы о философии», «Беседы о психологии», «Киножурнал», введенный с 1973 года радиожурнал «Новинки науки и техники» и т. д. Не следует в каждом выпуске этих «журналов» и «бесед» искать антисоветские выпады, — Буш-Хаус намеренно готовит немало программ, внешне никак не связанных с политикой.

С другой стороны, в определенные периоды и эти передачи имеют четкую антикоммунистическую направленность. Особенно активно подвизается Би-Би-Си на ниве литературы, а точнее, использования ее в чисто политических целях. Так, Ч. Каррен незадолго до назначения его на пост генерального директора корпорации заявил, что Би-Би-Си начнет уделять большое внимание новым темам, в частности «литературным спорам в СССР и соседних с ним странах»[189].

В 1974 году из всех литературных передач Би-Би-Си на русском языке лишь несколько посвящалось произведениям английских авторов. Остальные — тем, которые принадлежали перу «диссидентов» или западных авторов, специализирующихся на антисоветских сочинениях. В апреле 1975 года Би-Би-Си передавала обзор одной из вышедших на Западе книг по вопросам психологии. Передача длилась двенадцать минут, из них восемь минут было посвящено «разгрому» науки в СССР, «партийному вмешательству в философию, музыку и литературу». О проблемах психологии упоминалось лишь в начале и в конце передачи.

Ведя активнейшую пропаганду, рассчитанную на советскую интеллигенцию, Би-Би-Си стремится не только к ее идеологической «обработке», одновременно преследуется и другая цель: подорвать единство советского общества, противопоставить людей умственного труда другим социальным группам, вызвать взаимное недовольство и подозрения. Однако планам пропагандистов Лондонского радио не суждено осуществиться. Как подчеркивал Генеральный секретарь ЦК КПСС Л. И. Брежнев, «у нас сложилась новая историческая общность — советский народ, в основе которой лежит нерушимый союз рабочего класса, крестьянства и интеллигенции…»[190]. Этот союз встает перед Би-Би-Си непреодолимым барьером. Однако это не значит, что пропагандисты Лондонского радио складывают оружие. Чем больше препятствий встает на их пути, тем изощреннее становятся методы.

Свои передачи Би-Би-Си адресует самым разным группам аудитории. Это, например, и верующие, и партийные работники, и молодежь. Последнюю категорию Би-Би-Си также относит к наиболее ценной части своих слушателей.

Американский журнал «Кольере» писал: «…Необходимо добиться того, чтобы в будущей войне не было «Молодой гвардии», не было Космодемьянских и Матросовых»[191]. Эта и ряд других задач по обработке молодежной аудитории в странах социализма всегда занимали важное место в планах антикоммунистической пропаганды. По сути, ту же мысль, но только более завуалированно проводит и М. Лейти, заявляя, что Великобритания (а точнее, английские средства внешнеполитической пропаганды) внрсла «большой вклад в диалог с молодежью» социалистических стран Европы[192].

Почему антикоммунистическая пропаганда выбирает молодежь в качестве одной из своих главных «мишеней»? Дело не только в том, что речь идет об огромной по численности аудитории. Важнее для западных радиоцентров то, что молодежь — ее воспитание, образование, ее взгляды и мировоззрение — во многом определяет будущее каждой страны. Допустим, рассуждают западные идеологи, нам не удастся оказать влияние на нынешнее взрослое поколение в социалистических странах; но если мы сможем «перевоспитать» молодежь, то через десять-двадцать лет население этих стран будет почти целиком ориентировано на Запад. Таким образом, Би-Би-Си строит свой «диалог» с молодежью в расчете на эрозию социалистического общества.

Это, так сказать, стратегическое обоснование. Но есть и тактические расчеты. Они построены на объективных выводах, сделанных психологами и социологами: чем моложе человек, тем легче он поддается внушению, постороннему влиянию, тем быстрее начинает подражать кому или чему-либо. У подростков, молодежи эмоции — во многом определяющий момент при оценке событий и фактов, а это, как известно, всегда благоприятствует пропагандистскому внушению.

Буржуазные пропагандисты рассчитывают и на то, что у молодежи меньше жизненного опыта, что она якобы охладела к идеалам социалистической революции и уже не разделяет взглядов старшего поколения. Лейти, например, очень рассчитывает на «разницу между поколениями» в СССР и утверждает, что она, «как вы можете себе представить, очень велика», поскольку речь идет о тех, кто прошел голод, лишения, гражданскую и две мировые войны, и о тех, «кто не испытал всего этого»[193].

В программах Лондонского радио на русском языке немало передач, адресованных молодежной аудитории. Большое место здесь отводится разного рода развлекательным программам, включая спортивные и музыкальные передачи, рассчитанные на самые разные вкусы: концерты классической музыки, джаз, концерты бит-ансамблей, легкая музыка, рассказы о популярных эстрадных певцах, знакомство с новыми записями и т. д. Причем если раньше подобных передач в вещании Би-Би-Си было значительно меньше, чем, скажем, у «Голоса Америки», то теперь их объем увеличен.

Безусловно, все это связано со стремлением Би-Би-Си привлечь к своим передачам как можно большее число молодежи. Но, как замечает, например, крупнейший американский специалист по массовым коммуникациям Джозеф Клэппер, передача музыки в эфир хотя и не имеет «немедленного воздействия на политические взгляды слушателей, тем не менее это средство общения является своего рода каналом для проникновения западных идей и понятий даже в том случае, когда эти идеи и понятия и не были точно и полно выражены…». Подобные передачи, считает Клэппер, способствуют «созданию известного доверия к источнику этого средства общения», что является шагом к достижению «решительного момента убеждения».

Образ жизни молодежи на Западе — другое направление передач Би-Би-Си. Сообщая «невыгодные факты», например о студенческих бунтах в Англии, Би-Би-Си предпочитает говорить о них в плане рекламы «британской демократии». Вскрывать истинные причины волнений слишком невыгодное дело: как показывают исследования, проведенные в 1976 году комиссией по субсидированию университетов, лишь четверо из десяти выпускников вузов находят работу. Заботясь о том, чтобы у слушателя не сложилось впечатление о бесправном положении молодежи в Англии, Лондонское радио в других передачах компенсирует это, создавая иллюзии «блестящих перспектив», которые якобы открыты перед молодым поколением капиталистических стран.

Одновременно Би-Би-Си проводит мысль, что «дух бунтарства» — естественное свойство молодежи и что если она не бунтует, значит, в обществе «что-то не так». Как правило, о социалистическом обществе здесь вслух не говорится, однако намек, полагают в Буш-Хаусе, должен быть понят без труда. Иногда, правда, Би-Би-Си не ограничивается намеками, а прямо заявляет: молодежь в социалистических странах «настолько безынициативна и отуплена, что если завтра власть перейдет в ее руки, то она не будет знать, что с ней делать».

Подобные заявления свидетельствуют, что Би-Би-Си не отказывается от грубой антикоммунистической пропаганды времен «холодной войны», от прямых антикоммунистических выпадов и довольно примитивной лжи. Эксперты Буш-Хауса прибегают к искажению фактов, поскольку ничего иного им не остается: давно и хорошо известно, что ни в Англии, ни в какой-либо другой капиталистической стране нет молодежной организации, которая обладала бы в обществе таким влиянием и играла такую роль, как комсомол в СССР.

Стремление вселить в молодежь социалистических стран «бунтарский» (а точнее, контрреволюционный) дух отчетливо проявилось в период психологической войны против Чехословакии, когда призывы Буш-Хауса звучали откровенно. Изменилось время, изменился курс Буш-Хауса: теперь

здесь чаще прибегают к сравнениям, аналогиям, «не договаривают» мысль до конца, предоставляя делать выводы слушателям. В одной из передач на русском языке Советский Союз характеризовался как «общество, находящееся в затруднительном положении», «похоже, — продолжала радиостанция, — что выход может быть найден более молодым поколением». Какой «выход» и кто его «подскажет»? Эту роль Би-Би-Си отводит себе.

Один из ее «рецептов» заключается в том, что она призывает советскую аудиторию отказаться от классового подхода в оценке событий, поскольку он «углубляет разрыв между молодежью и старшим поколением».

Классовый подход — составная часть марксистского мировоззрения. Отказаться от него — значит отказаться от марксистской оценки. Таким образом, первый шаг, который должна сделать советская молодежь в поисках «выхода», состоит в том, чтобы порвать с коммунистическим мировоззрением.

Что же предлагается вместо «классового подхода»? Би-Би-Си демонстрирует наглядный пример. В ее беседах о взглядах молодых англичан на классовую структуру общества говорилось: «Вероятно, наиболее знаменательно то, что большинство из них над этими вопросами (классовых проблем. — Авт.) вообще не задумывалось. У молодежи есть более интересные вещи, о которых можно потолковать, и их суждения о людях основаны на других ценностях». Каковы же эти ценности, по мнению радиостанции? Спорт, музыка, одежда, секс, автомобили. Для того чтобы отвлечь молодежь от классовой борьбы, снизить ее активность в борьбе английских трудящихся за свои права, корпорация и во внутренних передачах, предназначенных для молодых англичан, внушает, что «классовая борьба», «идеология», «марксизм» — скучные, устарелые понятия. В передачах же на СССР преследуется иная цель: перевести взгляды советской молодежи на западную «шкалу ценностей», заставить ее «поменять» идеологию социалистического общества на идеологию буржуазную. Это и есть действительная цель «информации», которую Би-Би-Си направляет молодежи социалистических стран.

Объекты критики

Повышенный интерес к проблемам внутренней жизни социалистических государств (здесь уже упоминались программы, посвященные культуре социалистических стран, положению отдельных социальных групп в социалистическом обществе и т. д.) — доминирующая характеристика вещания Би-Би-Си. Одни проблемы попадают в поле зрения корпорации лишь время от времени, другие относятся к «постоянной тематике». Такой постоянной темой в пропаганде Би-Би-Си является, например, социалистическая экономика.

Хотя западные идеологи нередко утверждают, что марксизм уделяет экономическим факторам «слишком много внимания», им в действительности неплохо известна та роль, которую играет экономика в развитии любого общества. Не случайно империалистическая пропаганда, старающаяся дискредитировать социалистический строй, уделяет немало времени нападкам на социалистическую экономику. В полной мере это относится и к вещанию Би-Би-Си на Советский Союз.

Используя полный набор традиционных приемов и методов, пропаганда Би-Би-Си представляет достижения экономики одной из крупнейших индустриальных держав мира как результат «посторонних», не зависящих от законов развития социализма причин. Здесь все, начиная от ссылок на историю до применяемой терминологии, направлено на то, чтобы создать превратное представление у слушателей.

«Можно не сомневаться, — с уверенностью вещает Лондонское радио, — что Россия при всяком режиме была бы сейчас второй промышленной державой мира». Уверенный тон заменяет доказательства: «можно не сомневаться»… «Царским правительством еще в 1913 году были приняты меры для ускорения развития народного хозяйства», — утверждает радиостанция, видимо, полагая, что СССР в качестве «наследства» получил высокоразвитую экономику. Но даже неэкономист и неисторик знает, какое наследство получила молодая Советская республика от царской России. Обратим внимание и на терминологию Би-Би-Си: оказывается, в помещичьей России было «народное хозяйство». Термин, определяющий сущность социалистической экономики, используется по отношению к экономике капитализма. Это характерный прием западных «радиоголосов»: комментаторы «Голоса Америки», говоря об экономике США, тоже называют ее «народным хозяйством».

Если судить по передачам Би-Би-Си, то экономические успехи СССР объясняются не только «мерами, принятыми царским правительством». Например, бурный рост советской промышленности в 30-е годы произошел благодаря «участию американских специалистов в возведении крупных промышленных объектов». Это тоже давно отработанный прием. Он использовался, когда Би-Би-Си вместе с другими западными радиостанциями распространяла версию относительно победы Советского Союза над фашистской Германией, одержанной прежде всего благодаря американским поставкам по ленд-лизу. Любой наш успех, таким образом, имеет место «благодаря западной помощи». Фантазии сотрудников Британской радиокорпорации пока не хватает лишь на то, чтобы подобным образом объяснить запуск первого искусственного спутника Земли и полет первого космонавта Юрия Гагарина.

Наконец, еще один тезис, повторяемый Лондонским радио: какими бы темпами ни развивалась советская экономика, ей все равно не достичь уровня Запада. Так, не отрицая, что у советской экономики есть успехи, корпорация подчеркивает, что «несмотря на технический прогресс, достижения СССР нельзя сравнить с экономическим чудом, происшедшим в Западной Германии и в Японии в послевоенный период, не говоря уже о достижениях США». В Буш-Хаусе, вероятно, считают, что найдены «убийственные» доводы. Однако они могут сыграть роль бумеранга.

СССР вошел в послевоенный период с такими материальными и людскими потерями, каких не имели названные страны, «не говоря уже о США». Тем не менее по ряду важнейших показателей наша страна заняла первое место в мире — по добыче угля, нефти, железной руды, производству стали, цемента, минеральных удобрений и ряда других продуктов. Советская экономика развивается динамично, она стабильна, не знает кризисов.

Что же касается «экономического чуда» на Западе, то заметим, что в приведенном списке Би-Би-Си отсутствует Англия, безнадежно ожидающая «экономического чуда». Если говорить о ФРГ и Японии, то причины послевоенного бума хорошо известны: огромные вложения, сделанные в экономику этих стран американскими монополиями, эксплуатация дешевой рабочей силы из-за рубежа (ФРГ) и природных богатств слаборазвитых стран (Япония), наконец, более чем скромные на первых порах военные бюджеты (что было обусловлено положениями о капитуляции), а значит, высвобождение громадных дополнительных средств… Но главное, даже «экономическое чудо» не смогло придать капиталистической системе стабильности и избавить ее от кризисов, не смогло избавить от массовой безработицы народы ФРГ и Японии, «не говоря уже о США». Резко возросла стоимость жизни в этих странах: в ФРГ, например, за 1970–1975 годы она выросла, по данным статистической службы Общего рынка, на 37,2 процента, в США — на 43 процента. Вновь оказалась верной истина, что чудес не бывает.

Но именно эту истину запамятовала Би-Би-Си. Так же как «забыла» процитировать в передачах на русском языке и «Таймс», которая вскоре после XXV съезда КПСС была вынуждена признать: «Никогда раньше не был так велик контраст между чувством уверенности и целенаправленности, присущим советскому обществу, и постоянным дрейфом большинства остальных стран от одного политического или экономического кризиса к другому»[194].

Объектом дискредитации наряду с экономикой является социалистическая демократия. Однако в этом направлении Лондонское радио действует еще активнее, бесцеремоннее, сводя все свои рассуждения к одной формуле: «демократия и социализм несовместимы».

В последнее время корпорация все чаще старается обвинить Советский Союз и другие социалистические страны в нарушении тех положений Заключительного акта, принятого в Хельсинки, которые посвящены «правам человека». В этой пропагандистской кампании, которая временами напоминает настоящую психологическую войну, Би-Би-Си не одинока. Она, как это бывало и раньше, лишь «голос в хоре», участник тщательно продуманной и скоординированной акции, в которую включились все более или менее значительные западные радиоцентры. Лишь за последнюю неделю января 1977 года эти радиостанции, вещающие на страны социализма, передали в эфир сто двадцать материалов «в защиту прав человека». Если учитывать, что многие такие материалы передавались по нескольку раз, то количество их возрастет до трехсот.

Ясно, что речь идет об инспирированной акции, организаторами которой являются определенные влиятельные круги на Западе, которые хотели бы затормозить процесс разрядки. Не удивительно, что и «Голос Америки», и «Немецкая волна», и «Свободная Европа», и «Свобода» говорят об одном и том же одними и теми же словами. Иногда совпадения настолько разительны, что единственным различием остается лишь голос и акцент диктора. И Би-Би-Си, «свободная», «нейтральная», «независимая», ничем не выделяется из этого «хора». Поэтому понятно, что, встав практически на путь подрывной радиостанции «Свобода», Би-Би-Си выпускает в эфир откровенно антикоммунистические передачи.

Правда, корпорация, верная своей тактике, предпочитает цитировать. Так, со слов буржуазной английской прессы Лондонское радио заявляет, что «советское общество, раздираемое неразрешимыми противоречиями, томится в условиях несправедливости». В другом случае Би-Би-Си устами одного лондонского «научного сотрудника» требует внесения «необходимых поправок в советские законы» для «расширения гарантий прав всех граждан Советского Союза». Эта тактика ссылок и цитат не меняет очевидной истины: Би-Би-Си грубо вмешивается во внутренние дела другого государства и, значит, сама нарушает важнейшие положения Заключительного акта.

Би-Би-Си «заботится» о правах не только отдельных граждан, но и целых республик. На этом основании она позволяет себе в вещании на СССР следующие утверждения: «Национальные окраины СССР по-прежнему являются отсталыми, а практически отношения между РСФСР и союзными республиками не сложились таким образом, чтобы можно было говорить о деколонизации нерусских народов». Заметим: поборником «деколонизации» выступает та самая радиостанция, которая сыграла важную роль в попытках Англии укрепить колониальную империю.

Достижения СССР в деле развития когда-то действительно отсталых национальных окраин широко известны. Известны они и в Буш-Хаусе. Речь идет лишь о том, что Би-Би-Си сознательно, намеренно преподносит нам дезинформацию о нашей же собственной жизни.

Впрочем, не только дезинформацию. Она даже готова предложить «поправки в советские законы». Ей, кроме того, не нравится роль Коммунистической партии в Советском Союзе. «Руководящая роль партии, — слышим мы на волне Би-Би-Си, — создает непреодолимые препятствия для всеобъемлющих внутренних реформ». Под «всеобъемлющими внутренними реформами», как нетрудно догадаться, подразумевается то же, что в свое время намечалось путем контрреволюции провести в Венгрии и Чехословакии.

Стремление Би-Би-Си извратить роль КПСС в жизни советского общества отчетливо проявилось во время всенародного обсуждения и принятия новой Конституции СССР. Так, сообщив, что в Москве завершилась сессия Верховного Совета СССР, радиостанция, прибегнув к своему испытанному методу, всю информацию о ее работе передавала в переложении статей, появившихся в буржуазной прессе. В одной из них было заявлено, например, что, одобрив новый Основной Закон страны, Верховный Совет совершил «акт самоубийства», поскольку-де Конституция подчеркивает возросшую роль партии и тем самым оставляет не у дел органы государственной власти.

Подобное утверждение противоречит одному из основных принципов деятельности КПСС. В докладе на сессии Верховного Совета СССР Генеральный секретарь ЦК КПСС, Председатель Президиума Верховного Совета СССР, Председатель Конституционной комиссии товарищ Л. И. Брежнев подчеркнул: «Наша партия, став правящей партией, еще на руководимом В. И. Лениным восьмом съезде твердо заявила, что свои решения она проводит «через советские органы, в рамках Советской Конституции», что, руководя деятельностью Советов, партия не заменяет их, разграничивает функции партийных и государственных органов. Этот ленинский принцип зафиксирован в Уставе КПСС и вновь подчеркнут в решениях последних съездов партии»[195].

Следует сказать, что в период принятия новой Конституции СССР пропагандисты Буш-Хауса активизировали нападки на социалистическую демократию. С одной стороны, они старались принизить значение новой Конституции и сконцентрировали основное внимание на встрече в Белграде представителей стран — участниц Совещания в Хельсинки. В этой связи Лондонское радио вновь поднимало вопрос «о нарушениях прав человека» в социалистических странах. С другой стороны, Британская радиокорпорация включилась в хор западных «голосов», утверждавших, будто принятая Конституция не содержит принципов «подлинной демократии», а ее статьи о правах человека не соблюдаются на практике.

Выступая на XXV съезде КПСС, Л. И. Брежнев сказал: «Зарубежные критики нередко извращают смысл мер, принимаемых Советским государством в целях укрепления законности и правопорядка. Всякий разговор об укреплении дисциплины и ответственности граждан перед обществом изображается там как нарушение демократии. Что можно сказать по этому поводу?

Да, заботясь о всемерном развитии личности, прав граждан, мы вместе с тем уделяем должное внимание проблемам укрепления общественной дисциплины, соблюдению всеми гражданами их обязанностей перед обществом. Ибо без дисциплины и прочного общественного порядка демократия неосуществима. Именно ответственный подход каждого гражданина к своим обязанностям, к интересам народа создает единственно надежную базу для наиболее полного воплощения принципов социалистического демократизма, подлинной свободы личности»[196].

Характер пропаганды Би-Би-Си и других западных «голосов» со всей очевидностью показывает, что реакционные круги империалистических держав не собираются сворачивать кампанию «в защиту прав человека». В дни празднования 60-летия Великого Октября Лондонское радио выступило с серией резко антисоветских передач, в одной из которых процитировало буржуазную «Дейли телеграф»: «Нам на Западе нужно… и впредь выступать против несправедливости. Советскому народу следует знать, что представляют собой демократия и права человека, даже если он не может пока что ими воспользоваться». Намерения вполне определенные: внушить советским людям буржуазное

понимание демократии и прав человека, а затем постараться «помочь им воспользоваться» этими плодами западной действительности. Таким образом, кампания «по правам человека» не сводится лишь к дискредитации социалистической демократии, но включает также и навязывание странам социализма капиталистических порядков.

Необходимо подчеркнуть, что эта массовая пропагандистская кампания направлена не только на население социалистических стран. Би-Би-Си и другие империалистические центры преследуют и иные цели. Передачи о «нарушениях прав человека» в странах социализма широко адресуются и аудитории в Азии, Африке, Латинской Америке. Пропагандисты Буш-Хауса резонно считают, что огромные успехи, невиданный прогресс, достигнутый СССР всего лишь за 60 лет развития, обладают большой притягательной силой для молодых развивающихся государств. Поэтому инициаторы кампании «в защиту прав человека» очень рассчитывают хотя бы отчасти уменьшить притягательность социалистического пути развития в глазах слушателей стран «третьего мира».

Наконец, активнейшим образом используют эту кампанию и в идеологической обработке аудитории внутри самих капиталистических государств. Британская радиокорпорация, действующая заодно с буржуазной прессой, не только поощряет или возбуждает антисоветские настроения среди англичан, чуть ли не ежедневно выступая «в защиту прав человека» в СССР. Этим она старается и отвлечь внимание внутренней аудитории от проблем и трудностей, от фактов нарушения прав человека на Британских островах. Би-Би-Си хотелось бы выставить социалистическое общество в таком свете, чтобы ее слушатели в Англии или другой западной стране не колебались бы при сравнении, чей строй демократичнее и прогрессивнее.

Трудно перечислить все «претензии», которые предъявляются Советскому Союзу в передачах Лондонского радио. Но все они, по сути, предполагают вызвать те или иные изменения порядков в нашей стране или же, что бывает чаще, в ложном свете истолковать советские законы, социалистическую демократию.

* * *

Так называемое религиозное вещание — непременная составная часть передач западных радиостанций, вещающих на социалистические страны. Немалое место занимает оно и в программах Буш-Хауса. Это может быть и передача отдельных моментов праздничной литургии, проходившей в русском соборе в Лондоне по случаю праздника св. Михаила, и диспут об истинности существования Христа, и чтение Библии вперемежку с комментариями… Однако, как отмечают А. Белов и А. Шилкин, в религиозных программах Би-Би-Си «преобладают материалы не теологического, а политического характера»[197].

Для Лондонского радио, конечно, важно привлечь к своим передачам верующих, однако религиозное вещание используется и как канал для распространения определенных политических идей. Би-Би-Си хотела бы под видом теологических бесед вести антисоветскую пропаганду не только для верующих. За счет «разбавления» теологии политикой руководители восточноевропейской службы Би-Би-Си хотели бы привлечь к этим передачам и тех, «кто отрицательно относится к серьезным беседам на религиозную тематику»[198].

Но сами деятели Лондонского радио полностью отрицают всякую связь этих программ с политикой. Например, «отец Владимир», ответственный за религиозные программы в русской секции Буш-Хауса, заявлял, что сам он давно уже «отошел от политики» и что его богословские беседы «никакой политики не касаются». Речь идет о протоиерее Родзянко, внуке М. В. Родзянко, который был председателем III и IV царских Государственных дум и лидером правого крыла помещичье-монархистской партии октябристов.

О «политическом нейтралитете» протоиерея Родзянко можно судить хотя бы на основании характеристики, которую он дал своему деду. По его словам, его дед, М. В. Родзянко, «горячо любил Родину», «боролся за вечные ценности», «неуклонно стремился к свободному обмену мнений в интересах всего народа», «был подлинным народным избранником во главе единственного свободно избранного парламента в России и был предан русскому народу». Это говорится о человеке, который, по словам В. И. Ленина, был «главарем корниловщины», «бывшим доверенным Столыпина-вешателя»[199] и который после революции пошел на службу к Деникину.

Кроме «отца Владимира» религиозные программы Би-Би-Си ва Советский Союз готовит и И. Сапиет, одновременно выступающий по вопросам «прав человека в СССР». В числе авторского актива следует назвать и другие имена. Например, это английский пастор Майкл Бурдо. Лучшей характеристикой ему служит активное сотрудничество с подрывной радиостанцией «Свобода» (в 1969 году она передавала целую серию передач Бурдо под названием «50 лет атеизма в СССР»). Некоторое время на Би-Би-Си работал и Виктор Грегори, который затем стал выступать в религиозных программах «Свободы». Грегори — это псевдоним, под которым скрывается некто Шелапутин, бывший военнослужащий Советской Армии, изменивший Родине. Долгое время на Би-Би-Си сотрудничал служивший во власовской армии, а затем бежавший за границу Л. Рар.

Л. Рар сотрудничал не только с Лондонским радио, но и с западными разведывательными службами, включая английскую Сикрет интеллидженс сервис.

Уже один «послужной» список сотрудников религиозного вещания Би-Би-Си позволяет сделать выводы о том, насколько «политически нейтральными» являются религиозные программы, предназначенные для советских слушателей. Впрочем, еще лучше об этом говорят сами передачи. В одной из них, например, Би-Би-Си критикует местные органы власти социалистических стран за то, что они якобы «не считают возможным выслушать и понять верующих», «и поэтому верующие вынуждены замыкаться в себе и перестать сотрудничать с этими органами». В другой она заявляет, что в СССР вообще нет «религиозной литературы» (под этим, естественно, подразумевается и более «общий» вывод — о том, что в СССР «отсутствует свобода совести»).

Однако подобные заявления противоречат действительности. Лишь в последние годы Московская патриархия и Всесоюзный совет евангельских христиан-баптистов выпустили новые издания Библии. Изданы также богослужебные книги и сборники духовных песнопений. Ежегодно выпускаются православный, баптистский, старообрядческий, иудейский календари. Кроме того, в СССР выходят «Журнал Московской патриархии», баптистский журнал «Братский вестник», журнал Армяно-григорианской церкви.

Примером использования «богословских бесед» в политических, идеологических целях может служить передававшаяся на Советский Союз программа «Вера и современность», в которой некий атеист и «отец Владимир» дискутировали по поводу того, существовал ли Христос в реальности. Как и следовало ожидать, атеист, возражавший вначале с апломбом, в конце концов предстал некомпетентным, малознающим человеком, которого поставили в тупик аргументы Родзянко, авторитетно и уверенно опиравшегося на «новейшие научные открытия».

Не стоит сбрасывать со счетов и непосредственно религиозный эффект передачи. Она могла смутить даже неверующего человека, незнакомого с данной проблемой, а тем более с методами профессионального пропагандиста Родзяяко.

В процессе дискуссии «отец Владимир», как и следовало ожидать, постепенно перешел к обсуждению политико-идеологических вопросов. Возражая своему собеседнику-атеисту, он заметил: «Вы привели имена ученых одного только определенного направления, притом не столько ученых, сколько идеологов, последователей Энгельса и Маркса. Их выводы продиктованы в значительной степени их марксистским мировоззрением… Но согласитесь, ведь кроме таких, приверженных своему мировоззрению… ученых, есть и целый ряд других…». И вот эти-то другие ученые, продолжает Родзянко, «не связанные никаким мировоззрением, а просто ученые», как раз и пришли к самым правильным выводам.

По существу, «отец Владимир» отстаивает здесь тезисы, уже давно пущенные в оборот буржуазными пропагандистами. Один из них состоит в том, будто исследователи-марксисты не могут быть объективными, поскольку «связаны» коммунистической идеологией, а значит, они не ученые, а идеологи. Подразумевается, что ученый и идеолог — понятия несовместимые, причем Родзянко отказывает в праве называться учеными лишь тем, кто придерживается коммунистической идеологии.

Однако достаточно упомянуть имя Спинозы, великого философа, одного из первых идеологов молодой европейской буржуазии, чтобы опровергнуть это утверждение. Можно упомянуть десятки и сотни других ученых-идеологов, начиная от древности и кончая нашими днями. И разве не были «связаны никаким мировоззрением» Гегель и Гельвеций, Эйнштейн и Жолио-Кюри, которые не только «имели», но даже публично высказывали и отстаивали свои политические и общефилософские взгляды, занимали социальные и идеологические позиции?

Не подлежит сомнению, что здесь, как и во многих других случаях, мы имеем дело с активным использованием религиозного вещания в пропагандистских, политических целях. Именно этим целям служат «богословские» передачи Би-Би-Си, а также ее самые обычные «светские» программы, в которых религиозная тематика всплывает исключительно для того, чтобы еще раз заявить об «отсутствии демократии» при социализме.

«Товары для обмена»

Материалы о внутренней жизни СССР занимают, как мы видим, большое место в иновещании Би-Би-Си на Советский Союз. Вместе с тем, как свидетельствуют сами работники Би-Би-Си, начиная с 60-х годов радиостанция «увеличила объем программ, посвященных Англии и вообще западному миру». Естественно, они не называют это вслух «пропагандой западного образа жизни», как не используют в отношении своей деятельности слово «пропаганда».

Однако в действительности эти программы есть не что иное, как пропаганда буржуазных ценностей и идеалов, реклама западного образа жизни. Ч. Каррен откровенно говорил, что «вещание на зарубежные страны посвящено главным образом политическим событиям <…> даже если иновещание не связано непосредственно с политикой, оно так или иначе создает фон для политики, рассказывая

О нашей стране, нашем поведении, нашем образе мыслей…»[200]. Поэтому, когда деятели восточноевропейской службы объявляют своей целью подготовку материалов «о нашей каждодневной жизни, нашей работе и нашем отдыхе, искусстве, науке, технике, спорте, музыке» и добавляют, что «здесь вопрос заключается в том, чтобы собрать побольше материала и подать его качественно и в определенном стиле»[201], то следует помнить: «стиль» этот определен непосредственно политическими задачами, служит пропагандистским, политическим целям.

Пропаганда западного образа жизни, которую Би-Би-Си ведет на социалистические страны, как правило, ненавязчива и этим отличается от многих программ «Голоса Америки» и «Немецкой волны», в которых капиталистический мир предстает раем для всех и каждого. Однако и Би-Би-Си выпускает порой в эфир довольно грубую рекламу «общества равных возможностей». Например, передачу о неожиданно разбогатевшем рабочем, который переселился в роскошный дом, купил машину новейшей марки и т. п. Или, допустим, в передаче об английских тюрьмах радиостанция может отметить, что в одной из них есть даже бассейн, которым пользуются заключенные… Что ж, некоторые высокопоставленные преступники на Западе находятся в камерах, обставленных куда лучше квартир обычных людей, и выбирают из богатого меню обед, который им приносят на подносе… Но все-таки каково: если у заключенных — бассейн, то что же говорить о тех англичанах, которые находятся на свободе?

Впрочем, таких передач в вещании Лондонского радио немного. Гораздо чаще оно использует спокойно-объективные тона и если говорит о «высоком жизненном уровне» англичан, то делает это так, как, например, А. Гольдберг. В своем комментарии о взаимоотношениях британских профсоюзов и правительства он заметил: «Несмотря на экономические трудности, с которыми ей пришлось столкнуться, Англия по-прежнему остается весьма зажиточной страной… это относится и к трудящимся». Как видим, «для баланса» Гольдберг даже упомянул об экономическом кризисе, охватившем Великобританию (правда, назвал он его более скромно — «трудностями»). Но вот что касается зажиточности английских трудящихся, то сами они, вероятно, поспорили бы с комментатором Би-Би-Си. Во всяком случае, большинство из них. Ведь именно Англия пострадала от экономического кризиса и инфляции больше других западных стран.

Несмотря на возрастание стоимости жизни в стране, Буш-Хаус делает вид, что гордится «зажиточностью англичан». Несколько лет назад в небольшой заметке под заголовком «Расходы англичан», шедшей на русском языке, Буш-Хаус рекламировал возможности, предоставляемые рядовым гражданам в капиталистической стране: «По только что опубликованным статистическим данным, англичане теперь расходуют вдвое больше средств, чем раньше, на автомобили и мотоциклы. На эту статью расходов приходится теперь около одной десятой семейного бюджета. Кстати, вот другие крупные статьи расходов: одна пятая — на продовольствие; одна шестая — на оплату квартиры, отопление и освещение; тоже шестая часть — на развлечения; одна восьмая — на алкогольные напитки и табак; одна десятая — на одежду. По сравнению с тем, что было десять лет назад, англичане тратят теперь больше денег на квартирную плату и развлечения и меньше — на продукты и одежду».

Вот пример «некомментированной информации». Факты, цифры, никаких дополнительных к ним оценок. Слушателю внушают представление об объективности этой «некомментированной информации». Однако в понятие объективности входят не только точные цифры и факты, но еще и их отбор и форма подачи. Почему, например, в начало информации вынесены расходы на автомобили и мотоциклы? Ведь это не главная статья расходов в бюджете английской семьи, однако на ней сделан явный акцент. О главных расходах — продовольствие и квартплата — сказано: «Кстати…» К тому же повышение квартплаты — тоже существенный факт. Но у Би-Би-Си иные задачи: сообщая слушателям о том, как много англичан покупает машины, она тем самым задает вопрос: а как, мол, у вас обстоит дело с покупкой автомобилей? Такого вопроса в заметке не содержится, но он подразумевается, им и обусловлена форма подачи информации, порядок перечисления статей расходов.

Расчет на то, что с ростом материальных потребностей в социалистических странах будет распространяться «вирус потребительства», активизируются «накопительские инстинкты», определяет одну из важных задач иновещания Би-Би-Си. Буш-Хаус вместе с другими западными радиоцентрами, рекламируя возможности, которые якобы дает каждому капиталистическое общество, стремится вовлечь на путь потребительского отношения к жизни слушателей из социалистических стран. Разве вы против собственных комфортабельных домов или хороших отдельных квартир в новых больших домах, оборудованных бассейнами, традиционными каминами, какие могут себе позволить приобретать многие англичане? Не упоминается, правда, «лишь немногое», а именно: за последние годы квартплата в Англии выросла более чем на 50 процентов и является самой высокой в Европе. Она отнимает 35 процентов бюджета средней английской семьи (кстати, в нее не входит плата за воду, газ и электричество). Что касается комфорта, то им пользуются далеко не все; более того, по свидетельству лорда Харлека, президента организации «Шелтер», занимающейся проблемами бездомных, два миллиона англичан живут сейчас в домах, не отвечающих элементарным санитарным нормам. Не узнаем мы из сообщений Лондонского радио и о том, что в Англии более ста тысяч бездомных людей, в то время как восемьсот тысяч английских домов (большинство — с каминами, а некоторые — и с бассейнами) пустует, поскольку плата за них слишком высока для «зажиточных английских трудящихся».

Отчаявшись, бездомные не раз пытались штурмом проникнуть в эти дома, однако каждый раз на их пути вырастал неизменный элемент британской демократии — полицейский с дубинкой. Если, по данным Би-Би-Си, англичане только и делают, что меняют машины, то, по данным политического комитета совета Большого Лондона, каждая четвертая лондонская семья живет в нищете, не располагая прожиточным минимумом.

И все-таки Британская радиокорпорация снова повторяет: у всех на Западе есть как минимум возможность прилично заработать, а то и разбогатеть, ибо эту возможность дает частный бизнес, частная инициатива, частная собственность.

Главное, внушает Би-Би-Си, — это частная инициатива. Она важна в любой сфере, а тем более если вы работаете в области экономики. Например, инициатива в сельском хозяйстве может обеспечить вам благосостояние, каким обладают, допустим, английские фермеры… В передаче «Новинки сельского хозяйства» Лондонское радио поведало о процветающей фирме, которую основала семья Стардт. Эта семья занимается фермерством около девяноста лет и теперь мало чем отличается от работающих на ее земле рабочих. Для деревни фирма построила плавательный бассейн, и хотя для сельскохозяйственных рабочих пенсии не предусмотрены, но для престарелых имеется шестьдесят пять коттеджей, которые им сдаются по низкой цене… Иными словами, капиталисты не имеют ничего общего с эксплуататорами, наоборот, они заботятся о рабочих и даже отождествляют себя с ними. И вообще процветание сельского хозяйства тесно связано с его «индивидуальным характером», развивается мысль в передаче. «Преуспевающие фермеры должны быть деловыми людьми». Это значит, что они должны быть умелыми капиталистами, так же как «индивидуальное хозяйство» означает частнокапиталистическое хозяйство. Би-Би-Си намеренно не употребляет этих слов, поскольку знает, что у аудитории, на которую рассчитана передача, они не пользуются популярностью. И далее Би-Би-Си избегает всего, что может вызвать негативную реакцию слушателей. «Британский крупный фермер, — говорится в передаче, — сейчас уверен в себе. Он знает, что его хозяйство — одно из самых эффективных в мире. На его полях много машин и химических средств. В его конторе развешаны диаграммы и сметы расходов. Но даже на этом насквозь рациональном уровне сельское хозяйство не теряет своего неповторимо индивидуального характера». В данном случае индивидуальный — это уже не частнокапиталистический, а исконный, древний, «романтический» способ хозяйствования.

В общем, сельское хозяйство, которое рекламирует Би-Би-Си, не только приводит к «процветанию» (добавим — процветанию «крупных фермеров»), но еще и отличается идиллическими чертами. Впрочем, эта идиллия разрушается, когда речь заходит о «крупном фермере» Джеке Истмунде: «Несмотря на то, что Истмунд любит сельскую жизнь, он не притворствует: «Я делаю деньги, я не из тех фермеров, которые любят глазеть на живых коров».

Би-Би-Си не устает рекламировать и английскую государственную систему, британское общество в целом. «Британскому обществу, — заявляет она, — присуще чувство социальной справедливости. В стране постоянно возрастают средства, выделяемые на образование, социальное обеспечение и здравоохранение».

Но реальные факты находятся в резком противоречии с заявлениями Би-Би-Си. «Постоянный рост» ассигнований в действительности есть сокращение средств, выделяемых на социальное обеспечение, образование и т. д. Так, в конце 1976 — начале 1977 года стало известно, что правительство Великобритании решило сократить бюджетные ассигнования на социальные нужды на два с половиной миллиарда фунтов стерлингов, в том числе на триста миллионов урезались расходы на строительство жилых домов, школ, лечебных учреждений. Но есть и более печальные цифры, характеризующие британскую действительность совсем иначе, чем это делает Лондонское радио. В обществе, которому «присуще чувство социальной справедливости», семь миллионов людей живет на грани бедности. В обществе, где «постоянно возрастают средства на социальное обеспечение», зимой 1975 года тысячи пенсионеров умерли от гипотермии — переохлаждения, так как у них не было денег на обогрев жилья. В обществе, где, по словам Буш-Хауса, растут расходы на образование, два миллиона взрослых граждан не умеют ни читать, ни писать, и Би-Би-Си вынуждена была организовать серии специальных телепрограмм, чтобы добиться весьма скромных целей: научить неграмотных разбираться в простейших надписях и указаниях, встречающихся в магазинах и на улицах. В этом же обществе, по сообщению английских газет, одна пятая часть людей не завтракает в целях экономии. По другим данным, каждый десятый англичанин ведет полуголодный образ жизни, среди них три миллиона пожилых людей и два с половиной миллиона детей. Обзор Министерства финансов Англии показывает, что полтора миллиона английских семей постоянно недоедает.

Эти данные из английской печати или официальных правительственных изданий свидетельствуют о том, что Би-Би-Си систематически злоупотребляет доверием зарубежных слушателей и намеренно, в политических целях искажает факты о жизни трудящихся на Британских островах.

Империализм, подчеркивал товарищ Л. И. Брежнев, «вынужден создавать целую систему идеологических мифов, затуманивающих подлинный смысл его намерений, усыпляющих бдительность народов»[202]. Важное место в этой системе, и в частности в пропаганде западного образа жизни, занимает миф о «западной демократии».

В вещании Би-Би-Си на социалистические страны немало говорится о «свободных, демократических» выборах на Западе, об английской избирательной системе, о предвыборной борьбе, конституции, парламенте и т. д. В интерпретации Буш-Хауса Великобритания предстает самым демократическим обществом в мире. «У нас, — пишет М. Лейти, — идет большое число передач, показывающих свободное общество в действии»[203]. Это связано с «историческими тенденциями» в развитии страны, с тем, что в Англии «сосуществуют сильнейшая традиция недовольства (критики) с уважением к свободе», — утверждает Лондонское радио.

«Исторические тенденции» дают, однако, немало примеров того, как английская буржуазия расправлялась с неугодными ей критиками и недовольными. Так, слишком «активных» с ее точки зрения издателей и памфлетистов привязывали к позорному столбу. Этот элемент британской демократии сохранялся вплоть до 1837 года. За свои острые политические памфлеты подвергались гонениям великие писатели, публицисты и журналисты Джонатан Свифт и Даниель Дефо.

Для рекламы британских «свобод» русская секция Би-Би-Си передавала, например, специальную программу под весьма многозначительным названием «Я возражаю!». Она должна была внушить аудитории, будто англичане располагают широчайшими возможностями для критики властей по любому поводу. Программа начиналась с примеров выражения недовольства скромного члена общества состоянием местных дорог, положением с уборкой мусора, поведением местных властей и т. п., приводились также примеры писем-жалоб, направляемых как в муниципалитет, так и членам парламента. Наконец, диктор задал вопрос: «Но как насчет возражений против действий центрального правительства?» И сам же ответил: «Частное лицо в Великобритании может с полной безнаказанностью выступать против и местных и центральных властей каждый раз, когда они, по его мнению, принимают неправильное решение. А иногда ему даже… удается добиться пересмотра нового решения». В общем, заключает диктор, этих возражений сколько угодно, причем многие из них принимают форму «митингов, демонстраций, шествий протеста».

Напомним, эта передача адресована советским слушателям. Безусловно, Буш-Хаус не может открыто призывать их к «митингам», «демонстрациям» и «шествиям протеста» — это выглядело бы неприкрытым вмешательством во внутренние дела другой страны. И тем не менее мы имеем дело не с чем иным, как с «легкими формами подрывной деятельности», о которых когда-то говорил английский генерал Беркли, эксперт по психологической войне. Такова регулярная практика Би-Би-Си. Любопытно, что говорят по этому поводу руководители восточноевропейской службы Лондонского радио. «Конечно, — заявляют они, — мы не можем говорить людям, живущим в Восточной Европе, каким образом им следует решать свои проблемы; это уже не наше дело. Но мы можем показать им общество, в котором…», и далее следуют дифирамбы в адрес «свобод», якобы присущих английской действительности. Здесь ясно ощущается боязнь быть обвиненными в подрывной пропаганде против социализма. Но не менее ясно и то, что речь идет лишь о маскировке этой пропаганды под рекламу «западной демократии».

«Демократия» и «свобода критики» на Британских островах носят совсем иной характер, чем об этом рассказывает Би-Би-Си. Радиостанция расписывает «свободы», которыми пользуются члены английских профсоюзов, а в 1971 году правительство тори утвердило в парламенте закон «Об отношениях в промышленности», ставящий профсоюзы под контроль правительственных чиновников, запрещающий все не санкционированные высшим профсоюзным руководством стачки и забастовки. Би-Би-Си говорит о «полной безнаказанности» тех, кто в Англии выступает с критикой и протестами, а в полицейские участки и тюрьмы попадают демонстранты и пикетчики, отстаивающие свои права. Радиостанция говорит, что англичане могут «без всяких опасений» высказывать свои суждения, а лондонский корреспондент «Правды» Олег Орестов получает в период событий в Чехословакии письмо, автор которого высказывался в поддержку политики СССР и других социалистических стран, но побоялся поставить свою подпись. В этом письме, подписанном просто «Лондонский рабочий», говорилось: «Я не могу подписаться своим именем. Может быть, кто-то и верит в болтовню о свободе слова в Англии, но я-то знаю хорошо, что она собой представляет, эта «свобода», и что мне грозит на работе, если я поставлю свое имя».

Видимо, этот рабочий знал о системе слежки и проверок на «политическую благонадежность», широко распространенной в странах капитала, и в частности в Великобритании. В книге «История и практика политической полиции в Англии» английский журналист Тони Баньян рассказывает, например, о деятельности особого отдела полиции и контрразведки «МИ-5», который ведет наблюдение за составом и деятельностью политических групп и профсоюзов, фиксирует имена подписавших петиции в парламент и тех, кто сотрудничает в газете английских коммунистов «Морнинг стар»; на учет берутся адреса и имена читателей этой газеты. Пристальное внимание отдела направлено на участников кампании за ядерное разоружение, движений солидарности с народами Индокитая и Чили, борцов против апартеида в Южной Африке. Подобные секретные службы подслушивают телефонные разговоры, вскрывают письма, используют провокаторов, слежку, составляют «черные списки» и т. д.

Но, вероятно, самое любопытное заключается в том, что эта система распространяется и на саму Би-Би-Си! Примером может, в частности, служить история пятидесятитрехлетнего английского телережиссера Джона Бертона. Более двадцати лет назад он начал работать по контракту на телевидении Би-Би-Си. По словам продюсера А. Ричардсона, для которого он поставил тогда серию телеспектаклей, для Бертона был характерен высокий профессионализм. Однако когда контракт истек, Бертону сообщили, что продлевать его Би-Би-Си не собирается. В качестве формальной причины была названа «недостаточная профессиональная компетентность» Бертона. Через десять лет, когда имя Бертона как необычайно талантливого режиссера получило в Англии известность, один из продюсеров Би-Би-Си предложил ему вновь начать сотрудничество с телевидением корпорации. Однако чиновники, ответственные на Би-Би-Си за подбор кадров, заявили, что для Бертона путь в корпорацию закрыт. По предположению самого Бертона, причина отказа заключалась в том, что его имя попало в неофициальные «черные списки» как имя человека левых убеждений, поскольку в первый год своей работы на Би-Би-Си он отказался ставить пьесу, содержавшую грубые антикоммунистические выпады. Тогда Бертона обвинили в «приверженности к коммунизму» и пригрозили, что этого дела ему не забудут. Вскоре ему и отказали в продлении контракта.

История Бертона вновь привлекла внимание, когда недавно в прессу просочились сведения о том, что на Би-Би-Си существует «особый отдел» Скотланд-Ярда. Его функция заключается в выявлении неблагонадежных среди сотрудников Би-Би-Си. Джон Бертон был далеко не единственным, за кем следило бдительное око «особого отдела».

Широкую огласку как в Англии, так и за ее пределами получила история, происшедшая с американскими журналистами Филиппом Эйджи и Марком Хозенболлом, которые несколько лет работали в Великобритании. Официально их обвинили в том, что они «наносят ущерб национальной безопасности страны». Однако обвинение было в действительности вызвано тем, что Эйджи (в свое время агент ЦРУ) издал в ряде стран книгу, разоблачавшую методы работы американской разведки, а Хозенболл был известен своими материалами о деятельности ЦРУ в Англии. Во время расследования журналисты жили в обстановке постоянной травли. «Мои телефонные разговоры подслушиваются, — писал Эйджи. — За мной ведется постоянная слежка». Никаких свидетельств или доказательств, подтверждающих обвинение, выдвинутое британскими властями, представлено не было. Хозенболл заявил, что министр внутренних дел Великобритании потому отказался представить доказательства его вины, что таких доказательств просто не существует. Тем не менее оба журналиста были высланы за пределы Великобритании.

На подобных фактах Лондонское радио, естественно, не заостряет внимания советских слушателей. Однако оно готово обрушиться с обвинениями на каждого, кто высказывает сомнения в действенности, а тем более в самом факте существования британских «свобод». Когда на обложке советского журнала «Новое время» (1974, № 7) был помещен плакат, посвященный борьбе английских трудящихся за свои права, русская секция Би-Би-Си незамедлительно отреагировала на этот факт.

Журналу было поставлено в вину, что на плакате изображены «крупные ряды английских полицейских, мрачно поглядывающих на забастовщиков» и что «у всех бобби (полицейских) в руках не то нагайки, не то винтовки, вероятнее всего, винтовки». «Неразборчивый читатель, — негодующе продолжала радиостанция, — может принять фантазию за действительность» — и разъяснила, что полицейские в Англии вооружены только дубинками. «Английские бобби… — заявила радиостанция, — сопровождают демонстрации… чтобы обеспечить им свободу передвижения… Полицейские несут сторожевую службу у заводов, где выставлены пикеты забастовщиков. Пикетирование — совершенно законное мероприятие. Закон требует, чтобы все проходило мирно и без применения силы».

В жизни, однако, все выглядит несколько иначе. Тот же журнал «Новое время» поместил фотографии, которые показывали, как именно английские полицейские «сопровождают демонстрации, чтобы обеспечить им свободу передвижения» и как соблюдается закон, требующий, чтобы «все проходило мирно и без применения силы». На одной фотографии, взятой, кстати, из английской прессы, полицейские яростно атаковали пикеты бастующих горняков. На другой был изображен дюжий бобби в тот момент, когда он сбивает с ног участника демонстрации в защиту прав иммигрантов из стран Британского содружества.

Рекламируя неограниченность «британской демократии», Би-Би-Си использует даже тот факт, что в Англии издают гитлеровскую «Майн кампф». Некий профессор Рупер прокомментировал это событие на страницах английской прессы. А внимательная к литературным новинкам русская секция Би-Би-Си предложила эту статью вниманию советских слушателей.

О чем же поведал профессор? Он иронизировал над теми кругами английской общественности, которые, во-первых, опасались, что переиздание «Майн кампф» может вызвать оживление нацизма и антисемитизма в стране, а во-вторых, отмечали, что «Майн кампф» написана элементарно безграмотно. Подобная реакция, утверждает Рупер, — нелепость. Переиздание «Майн кампф» не может оживить в Англии нацизм и антисемитизм, потому что книга архаична. Плохо написана, безграмотна? Это не так: Гитлер излагает свои идеи ясно, четко, просто. И кроме того, замечает профессор, надо иметь в виду, что «Майн кампф» — произведение не публициста, а политика. «Зачем нужно было издавать эту книгу?» — задает Рупер риторический вопрос (действительно, зачем издавать книгу, которая, на взгляд самого профессора, «архаична»?). И сам на него отвечает: затем, что в «Майн кампф» излагаются теоретические основы и программа нацизма, что важно для уяснения его сути и всей ситуации в Европе в 30-х годах. А это-де в свою очередь важно для исследователей и всех интересующихся данной проблемой.

Передавая комментарий Рупера, Би-Би-Си старалась предстать перед аудиторией как объективный источник информации, с одной стороны. С другой — пропагандистам Буш-Хауса материал, написанный Рупером, был выгоден для рекламы «британской демократии».

Оперативность комментария и позиция английского профессора, оправдывающего издание «Майн кампф» с точки зрения «ученого-исследователя», который сам хочет разобраться в различных проблемах, понадобились Лондонскому радио для подготовки советского слушателя к восприятию сообщения о выходе в свет человеконенавистнического опуса Гитлера. Если учитывать направленность пропаганды Би-Би-Си, то все встает на свои места: в Англии — свобода слова, свобода мысли, в Англии исследователь может обращаться к любым проблемам, здесь могут издаваться даже книги Гитлера, и это не грозит английской демократической системе. А у вас, в СССР, существуют ли такие свободы, можете ли вы читать «Майн кампф»?.. Вот от такого подтекста Би-Би-Си решила не отказываться. Комментарий Рупера она использует и для рекламы английской «демократии» и для завуалированных нападок на социалистическую демократию.

Разумеется, этот «подтекст» лишь попытка уйти от ответа на вопрос: для исследования истоков нацизма достаточно небольшого числа экземпляров «Майн кампф» (и, кстати, советские исследователи, занимающиеся этими проблемами, могут, конечно, ознакомиться с книгой), но как объяснить массовый тираж? К тому же в период, когда в Англии становятся все более активными профашистские организации типа «Национального фронта», открыто провозглашающего нацистские, расистские, антисемитские взгляды. Так ли уж безопасно, как пытается доказать Рупер, а вместе с ним и Би-Би-Си, издавать такие книги в стране, где действует организация английских фашистов под названием «Колонна-88», которая создала собственный военизированный лагерь и члены которой, одетые в эсэсовскую форму, участвуют в учениях? Вот на эти вопросы профессор Рупер и Британская радиокорпорация ответов не дают.

А речь идет о вещах, которые никак не укладываются в понятие «демократия», которым так любит манипулировать Лондонское радио. Например, о заявлении главы одного из местных отделений «Национального фронта» Грэхэма Юстэйса, как-то заметившего: «Если бы Гитлер действительно был выставлен нашим кандидатом, за него бы голосовали…» И о том, что в Англии тиражом в семьсот пятьдесят тысяч экземпляров издана книга «Погибли ли 6 миллионов?», где говорится, что массовое уничтожение евреев в нацистских лагерях — фальшивка, пущенная в ход после войны, и где напечатаны картинки, изображающие, как в 1945 году веселые и здоровые заключенные покидают Дахау. Книга подготовлена к изданию «Национальным фронтом», а деньги для этого выделила, по словам одного из инициаторов издания, «группа патриотов». Тысячи экземпляров ее распространены в английских школах, о ней говорят на уроках истории; кроме того, она переведена на голландский и немецкий языки.

Би-Би-Си умело комбинирует прославление западных «свобод» с умалчиванием вопиющих фактов нарушения и подавления прав человека в буржуазном обществе. В феврале 1977 года в Страсбурге открылся судебный процесс по обвинению Великобритании в нарушении Европейской конвенции о правах человека, который возбудила Ирландия под нажимом общественности. Европейская комиссия по правам человека установила, что «Великобритания виновна в нарушении статьи 3 Европейской конвенции о правах человека, запрещающей пытки, бесчеловечное и унизительное обращение с заключенными». В ходе судебного разбирательства было неопровержимо доказано, что в Ольстере применялись жестокие пытки, начиная от физического истязания и кончая «психическими методами». Было установлено также, что пытки применялись не только по инициативе непосредственных исполнителей, но и по решению официальных английских властей в Ольстере. Судебное разбирательство заставило буржуазных пропагандистов искать оправданий, изворачиваться в попытках доказать необоснованность обвинений за давностью преступи⁻ix действий, поскольку пытки применялись только до 1972 года. Однако свидетельские показания и многочисленные документы подтверждают: пытки и жестокое обращение с заключенными в Ольстере продолжаются.

Британская пресса о процессе в Страсбурге упоминала редко и неохотно. Ее сообщения касались главным образом внешних атрибутов суда: описания помещений, одежды судьи, способов преодоления языкового барьера и т. д. Радио и телевидение Би-Би-Си, по свидетельству лондонского корреспондента «Комсомольской правды» Павла Михалева, наблюдавшего за информацией о ходе разбирательства, полностью замолчали его. Даже в итоговом тридцатитрехминутном еженедельном телеобозрении о процессе в Страсбурге не было упомянуто. «Табу, в течение семи дней наложенное на все происходившее в зале заседаний Европейского суда защиты прав человека, так и не было отменено». Пропагандисты Би-Би-Си «начисто и нагло — другого слова не подберешь — замолчали вселенский срам Британского правопорядка…»[204].

Если внутреннее вещание корпорации не обмолвилось и словом о суде, то иновещанию, в частности русской секции, пришлось нарушить «заговор молчания». Ведь в СССР широко писали о процессе в Страсбурге, и на фоне этого молчание Би-Би-Си становилось вопиющим. Но «нарушение» это носило весьма своеобразный характер. Вскользь упомянув о самом процессе, Би-Би-Си основное время уделила похвалам «свободе» британской прессы…

Этот пример, отнюдь не единственный, показывает лицемерие «беспристрастной» и «независимой» Би-Би-Си, которая в угоду определенным силам выступает «в защиту прав человека в социалистических странах», прославляет «истинно свободное» буржуазное общество и молчит, когда оказывается, что права человека подавляются именно в «свободном обществе».

Мирное сосуществование и борьба идей

Сетуя на трудности ведения пропаганды на страны социализма, М. Лейти в числе самых главных «барьеров» назвал социалистическую идеологию. Именно это, по его словам, является мощным препятствием «на пути обмена идеями»[205].

«Обмен идеями» — так теперь западные пропагандисты называют свою деятельность, определяя ее также как «обмен информацией» и используя другие подобные дефиниции. Под «обменом» подразумевается целый комплекс идеологических и политических мер, направленных на то, чтобы приобщить аудиторию к буржуазной идеологии и заставить ее усомниться в ценностях и нормах социалистического общества.

Прогрессивный американский философ Чарльз Сили отмечал, что «философия капитализма содержит множество дискредитированных и устаревших идей» и что «для эффективного распространения дискредитированных и устаревших идей, на которые опирается капитализм, необходима исключительно искусная техника пропаганды…»[206]. Все, о чем говорит Лондонское радио в передачах на социалистические страны, так или иначе связано с его попытками распространения буржуазной идеологии. Но как раз в силу того, что она является дискредитированной и устаревшей, ответственные работники Би-Би-Си предупреждают своих коллег: «Если мы будем пичкать их (советских людей. — Авт.) своими идеологическими концепциями, то тем самым оттолкнем от себя»; «если мы будем пытаться обратить этих людей в капитализм или какой-нибудь другой «изм», то непременно потерпим неудачу»[207].

Не случайно, рекламируя буржуазное общество, Би-Би-Си крайне редко говорит о преимуществах «капиталистической», «империалистической» или «буржуазной» системы. Она предпочитает говорить о «свободном» мире», об «открытом» или «свободном» обществе, просто о «Западе». Что касается капитализма, то, как заметил В. Осипов, радиостанция делает вид, что этот общественный строй для Британии — далекое прошлое[208].

Какой же путь избирает Би-Би-Си, а вместе с ней и другие империалистические радиоцентры, чтобы преодолеть «барьер» социалистической идеологии? Прежде всего — курс на «идеологическое сосуществование». Так, Дж. Монахан призывает к «диалогу» между «идеологиями»[209]. При этом деятели Буш-Хауса делают вид, что подобный «обмен идеями» является будто бы естественным в условиях разрядки и расширяющегося международного сотрудничества. Бывший генеральный директор Би-Би-Си X. Грин пытался обосновать этот курс «теоретически»: «Если обе системы могут мирно сосуществовать, то почему бы не могли мирно сосуществовать и разные идеологии, поскольку, по Марксу, идеология является всего лишь надстройкой»[210]. В лаконичной форме здесь выражается суть приемов Лондонского радио (вплоть до характерной ссылки на Маркса), которые оно использует для распространения буржуазной идеологии. В том, что подлинные цели радиостанции состоят вовсе не в мирном «обмене», а в идеологической борьбе, убеждают, например, рекомендации председателя Совета управляющих Би-Би-Си Майкла Суона. Возражая против планов сокращения зарубежных передач корпорации, он в августе 1977 года заявил: это сокращение равносильно тому, чтобы «оставить поле свободным для идеологических конкурентов Великобритании».

Деятели Би-Би-Си, говоря о «мирном сосуществовании» в области идеологии и ссылаясь при этом на Маркса, сознательно игнорируют важнейшее положение марксизма-ленинизма: о невозможности мирного сосуществования социалистической и буржуазной идеологии. «…Вопрос стоит только так: буржуазная или социалистическая идеология. Середины тут нет (ибо никакой «третьей» идеологии не выработало человечество…). Поэтому всякое умаление социалистической идеологии, всякое отстранение от нее означает тем самым усиление идеологии буржуазной»[211]. Разрядка напряженности и курс на сотрудничество с капиталистическими странами в политической, экономической и других сферах, которого последовательно придерживается Советский Союз, не отменяют идеологического противоборства двух систем. Как подчеркнул Генеральный секретарь ЦК КПСС Л. И. Брежнев, «в борьбе двух мировоззрений не может быть места нейтрализму и компромиссам»[212].

Но именно поэтому Би-Би-Си и пытается замаскировать пропаганду буржуазной идеологии под некое «множественное», «плюралистическое» мировоззрение. Би-Би-Си, считают руководители восточноевропейского отдела, должна рассказывать «о британском обществе — свободном плюралистическом обществе, в котором одновременно существуют и соревнуются несколько идеологий»[213]. Это же утверждает и ежегодник корпорации: «Вещая на коммунистические страны… Би-Би-Си уделяет особое внимание отражению идей и достижений открытого общества и демонстрации ее слушателям опыта плюрализма в интеллектуальной и политической сферах»[214].

Подобные взгляды, воззрения и ценности, распространяемые западной пропагандой за рубежом, американский профессор Д. Монсен удачно назвал «экспортной идеологией»[215]. Этот «экспортный вариант», как надеется Буш-Хаус, должен сработать лучше, чем насаждение откровенно буржуазного мировоззрения. Однако суть этого «экспортного идеологического товара», хотя бы и подлакированного под «плюралистическое», «беспартийное», «внеклассовое» мировоззрение, составляет именно буржуазная идеология. «…В обществе, раздираемом классовыми противоречиями, — писал В. И. Ленин, — и не может быть никогда внеклассовой или надклассовой идеологии»[216]. Когда Би-Би-Си призывает советскую молодежь «отказаться от классового подхода» или когда она устами Родзянко утверждает, будто настоящие исследователи «не должны быть связаны никаким мировоззрением», она, не называя это буржуазной идеологией, навязывает аудитории не что иное, как «экспортный вариант» буржуазного мировоззрения.

Учитывая, что марксизм-ленинизм завоевал огромную популярность у широких народных масс, у трудящихся, Лондонское радио в передачах на СССР и другие социалистические страны нередко ссылается на Маркса, демонстрируя понимание и уважение к марксизму. Тактика эта не нова. В. И. Ленин писал, что теоретическая победа марксизма заставляет врагов его переодеваться марксистами[217]. Можно сказать, что практическая победа марксизма ныне заставляет его противников переодеваться в его сторонников. Но от этого их ненависть к марксизму не уменьшается. По этому поводу известный английский писатель Джеймс Олдридж заметил: «…Капитализм все чаще пытается натянуть на свое тело «красную рубашку» революции и использовать популярность идей социализма в своих собственных интересах. Когда генеральный директор Би-Би-Си заявляет: «…сегодня мы все — марксисты», ясно, что следует быть начеку. И когда лондонская газета «Таймс», анализируя процессы современного капитализма, вдруг пишет, что он «уродлив и деформирован», держите ушки на макушке!»

Подобные «переодевания» Би-Би-Си почти всегда сопровождает попытками опорочить марксизм-ленинизм или дискредитировать его основоположников.

В одной из передач «Беседы о психологии», в которой рассматривались некоторые проблемы психоаналитической теории Фрейда, говорилось, в частности, о критерии научности теории. Если фрейдизм считать ненаучным на том основании, что главные его положения недоказуемы, то тогда придется отвергнуть и многие другие теории, которые тоже недоказуемы на практике, в том числе и марксизм, — такую аналогию предложила Би-Би-Си. «Однако, — говорилось в передаче, — из того факта, что Марксова теория исторического материализма не может быть подвергнута такой проверке, отнюдь не следует, что она несостоятельна. Тем не менее психологи отклоняют теорию психоанализа именно по этой причине. А это значит, что они должны также отвергнуть экономические и социологические теории Маркса и других ученых, что, конечно, было бы абсурдом».

Этой передачей пропагандисты Буш-Хауса преследовали сразу две цели: создать впечатление, во-первых, что признают «экономические и социологические теории Маркса», отвергать которые «было бы абсурдом», во-вторых, будто теорию К. Маркса нельзя проверить на практике, хотя весь ход мировой истории — убедительное доказательство правильности марксистской теории.

Однако Би-Би-Си допускает и куда более грубые нападки на марксизм. «Вера Маркса в рационализм, логику и научный подход, — заявляет она, — не только ведет к авторитарному понятию общества, но также основана на ошибочном и отжившем представлении о науке». Безапелляционное утверждение об «устарелости» и «ненаучности» марксизма — обычное для западных радиоцентров пропагандистское клише. Его ныне опровергают даже те буржуазные исследователи, которых никто не может заподозрить в симпатиях к Марксу. Сошлемся на Р. Вессона, который, анализируя причины популярности марксизма, цитирует книгу Э. Вильсона «Путь к Финляндскому вокзалу». В ней, например, отмечается, что марксизм является «полной и последовательной теорией, которая вскрыла в прошлом больше тайн, прояснила в настоящем больше сложных проблем и открыла в будущем более практичный путь, чем какая-либо другая теория, созданная до него».

Грубая фальсификация характерна для Би-Би-Си и по отношению к теоретическому наследию Ленина, к его взглядам, его практической деятельности и, наконец, его личности. Прежде всего радиостанция (не утруждая себя доказательствами) противопоставляет Ленина Марксу. «Ленинизм, — утверждается в передачах Буш-Хауса, — пренебрегает рядом теоретических соображений марксизма в угоду чистой практике»; ленинизм имеет дело «лишь с силой, волей, с практическими действиями по ниспровержению существующего строя, действиями, игнорирующими объективные законы и в конечном итоге сам марксизм». Невиданное дело: Британская радиокорпорация начинает выступать за «последовательность», за «чистоту марксизма». Отсюда совсем немного до того, что Би-Би-Си объявит себя единственным верным последователем Маркса.

Резкие и даже яростные по тону и по содержанию выпады против Ленина и ленинизма, казалось бы, не к лицу «корректной» Би-Би-Си. Однако, будто следуя инструкции американского профессора-антисоветчика С. Пейджа, в 50-е годы призывавшего империалистическую пропаганду «лишить ленинизм таких качеств, как научность и неоспоримость»[218], Би-Би-Си заявляет: «Ленин вовсе не стремился создать новую доктрину…

Его метод мышления не был философским. А его методы действия не были научными».

Делая вид, что ей известно больше, чем она позволяет себе сказать, Би-Би-Си может бросить многозначительное упоминание о том, что «Россию с марксизмом познакомил не Ленин, а Плеханов». И никаких комментариев…

Заслуги Плеханова в деле популяризации марксизма широко известны. Но у Би-Би-Си — одна цель: принизить значение и роль Ленина в глазах аудитории, смутить ее хотя бы этой одной-единственной фразой, коль скоро больше нечего сказать…

Подобных примеров в программах иновещания Би-Би-Си, направленных на социалистические страны, немало. Но и этих достаточно, чтобы суть «обмена идеями», за который выступает Буш-Хаус, стала ясна: под видом «мирного сосуществования» между идеологиями Би-Би-Си пытается опорочить идеалы социалистического общества и «экспортировать» буржуазное мировоззрение.

Идеологический товар, поставляемый в страны социализма, рассчитан на длительное пользование: Би-Би-Си надеется уже не на «взрыв», а на постепенную «эрозию» социализма.

Прогресс и разрядка — объекты радиодиверсий

Весной 1970 года комментатор Антонио ди Фигейредо, выступавший в программах Лондонского радио на португальском языке, был отстранен от работы на Би-Би-Си. Причиной этому послужило участие Фигейредо в кампании за международное расследование убийства генерала Дельгадо — активного борца против фашистского режима в Португалии. Тем самым, заявило руководство Буш-Хауса, объясняя свое решение, Фигейредо «вступил на политическую арену», что якобы противоречит принципам Би-Би-Си[219].

Би-Би-Си, деятельность которой есть не что иное, как политика, любая передача которой выполняет политические задачи и которая сама существует как средство проведения определенной политики, ратует за «политический нейтралитет». Но разве не «вступают на политическую арену» обозреватели и репортеры Лондонского радио, когда подчас занимаются расследованиями и розысками тех или иных материалов, документов, лиц, необходимых им для подтверждения определенного пропагандистского тезиса? В социалистических странах они ищут подтверждений существования «внутренней оппозиции». В развивающихся государствах они заняты поисками доказательств «неэффективности государственного сектора в экономике». Когда политикой занимаются «так, как следует», то это даже заслуживает похвалы. Но когда это делают в неугодном для руководства Би-Би-Си духе, то провинившемуся тут же напоминают о «неполитичности» Лондонского радио. X. Фейган, например, пишет, что существующее на Би-Би-Си «строгое правило», устанавливающее, что ее «работники должны быть политически нейтральны», «в переводе на общечеловеческий язык… означает, что сотрудники должны иметь антисоциалистические и антилевые взгляды». Не случайно один из режиссеров корпорации впал в немилость руководства только потому, что посмел выступить в «излишне либеральном» журнале «Пис ньюс», органе пацифистских организаций Великобритании. Отметим и то, что, как только приглашенный на Би-Би-Си известный западный литератор Эрих Фрид отказался выступить с критикой социалистических стран, ему пришлось оставить работу в Буш-Хаусе. Что касается Фигейредо, то он тоже занимался совсем «не той» политикой — она была направлена против фашистского режима Каэтану в Португалии, а это как раз и не устроило радиостанцию.

Лицемерную позицию Би-Би-Си в отношении Португалии демонстрирует ее вещательная политика. Когда у власти находились фашисты, свирепствовала охранка, в застенках томились тысячи невинных людей, попирались все демократические права, Би-Би-Си вела свои передачи на эту страну в духе «умеренности» и «невмешательства».

Когда же в 1975 году режим Каэтану пал, а Португалия вступила на путь прогрессивных преобразований, тон передач корпорации стал откровенно резким. Правда, вначале Британская радиокорпорация вроде бы поддержала революцию: неизвестно было, куда она повернет — у власти стоял представитель правых Спинола. Однако уже в начале 1976 года по требованию правых британских политиков (в том числе молодого консерватора Уинстона Черчилля, не уступающего в антикоммунизме своему знаменитому предку) двое сотрудников португальской секции Би-Би-Си были отстранены от своих должностей. Подготовленные ими передачи, считали в правых кругах, имеют коммунистическую направленность. Один из этих журналистов, Антонио Карташо, открыто заявил: «Совершенно очевидно, что меня уволили по политическим мотивам». «Скорректировав» пропаганду, Буш-Хаус, озабоченный социалистическими тенденциями и ростом влияния коммунистов, подверг новое правительство Португалии атакам справа. По требованию британского правительства объем вещания Лондонского радио на португальском языке сразу увеличился, активизировалась пропаганда, передачи корпорации на португальском языке приобретали все более провокационный характер. В ход пошли фальсификации, слухи, домыслы… Говорилось о «заговоре против Европы», «нарушении свобод», конечно же, о «руке Москвы»… Би-Би-Си пыталась столкнуть левые политические партии между собой, дискредитировать коммунистов, еще более накалить атмосферу в стране.

Таким образом, английская радиостанция вновь прибегла к излюбленной тактике: на словах выступала за демократию, а на деле вела подрывную пропаганду и поддерживала контрреволюцию. И многие в Португалии это поняли. Например, лиссабонская газета «Диариу» писала: «Португальские программы из Лондона откровенно ориентированы в сторону поддержки правоцентристских сил Португалии». Это понимали и многие англичане. Так, Джудит Харт, член палаты общин от лейбористской партии, побывав в Лиссабоне, высказала нелицеприятное мнение о пропаганде Би-Би-Си: «Я разговаривала со многими людьми, включая англичан, живущих в Португалии. Из этих бесед я вынесла убеждение, что Би-Би-Си предает демократию». А шесть депутатов-лейбористов обвинили Би-Би-Си в числе многих английских органов массовой информации в активной поддержке крайне правых сил в Португалии.

Не будет преувеличением сказать, что любые прогрессивные тенденции на Европейском континенте немедленно подвергаются «радиоатакам» Би-Би-Си. Особенно пристальным вниманием корпорации пользуются вопросы, связанные с разрядкой напряженности. Несмотря на заявления о поддержке курса на разрядку и сотрудничество, взятого в Хельсинки, деятельность иновещания Би-Би-Си отвечает интересам тех сил, которые стремятся подорвать процесс разрядки.

Прежде всего, это прослеживается в передачах Буш-Хауса, непосредственно касающихся Совещания. Би-Би-Си не обошла его вниманием, но говорила о нем только для того, чтобы бросить на него тень. «Не будет ли «30 тысяч слов» (то есть Заключительный акт. — Авт.) самообманом?»— вот лейтмотив передач о Совещании, который отнюдь не исчез из репертуара и сегодня.

Один из наиболее многозначительных комментариев последовал за передачей о «злоупотреблениях психиатрической наукой в СССР», что сразу создало фон для дискредитации намерений Советского Союза. В комментарии говорилось о «мертвом» сезоне в Англии и о том, что англичане легкомысленно относятся к «конференции», а журналистам нечего о ней сказать. «Журналисты, — походя бросил комментатор, — специально останавливались на всех этих мелочах (кто во что был одет. — Авт.), просто потому, что им до смерти надоело слоняться по кулуарам, ожидая интересных событий». Несмотря на предусмотрительную оговорку, что «во всех газетах… серьезные события, как, например, закончившееся Совещание в Хельсинки, освещаются серьезно», Би-Би-Си старалась показать, что его не нужно переоценивать.

В тот же день еще один специальный комментарий о Совещании Би-Би-Си начала с сомнений в ценности «30 тысяч слов» и задала — часть косвенно, а часть и впрямую — массу вопросов. А нужен ли еще один кодекс международных отношений? А возможно ли им пользоваться? А можно ли его понимать однозначно? А будет ли его выполнять Советский Союз? И так далее. Это была настоящая программа психической атаки на хельсинкские договоренности и всю политику разрядки.

Народы мира, особенно Европы, с удовлетворением восприняли результаты Совещания. Как отмечал на XXV съезде КПСС товарищ Л. И. Брежнев, «достигнутые результаты стоят затраченных усилий. Участниками Совещания коллективно подтверждена нерушимость сложившихся границ. Разработан свод принципов межгосударственных взаимоотношений, полностью — и буквой, и духом — отвечающий требованиям мирного сосуществования. Таким образом, созданы благоприятные условия для сохранения и упрочения мира на всем континенте»[220].

Би-Би-Си продолжает вести передачи в русле заложенных основных направлений дискредитации Совещания: забвение положений о сотрудничестве во всех областях (кроме беспокойства о «свободном обмене информацией, идеями, людьми»), обвинения Советского Союза и других социалистических стран в нарушении прав человека, в извлечении односторонней выгоды из Совещания и т. п. Она неуклонно проводит свой курс, участвуя во всех провокационных кампаниях против СССР с целью затруднить реализацию хельсинкских договоренностей. Но в глазах мирового общественного мнения корпорация старается предстать в качестве информационного органа, который якобы соблюдает политический нейтралитет, воздерживается от крайних точек зрения и лишь информирует о происходящем. Так, директор службы иновещания Би-Би-Си Джеральд Манселл подчеркнул «посредническую» роль своей организации «в диалоге между богатыми и бедными, черными и белыми, тоталитарными режимами и свободными странами».

Дело взаимопонимания между народами объявляется единственной целью Би-Би-Си в сфере политики, но эта благородная задача не имеет ничего общего с деятельностью корпорации. Именно в проблемах международной жизни «политически нейтральная» Би-Би-Си проводит линию, отвечающую не только интересам британской верхушки, но и международного империализма в целом. По важнейшим внешнеполитическим вопросам она солидаризируется прежде всего с Соединенными Штатами Америки. Как отмечают польские исследователи Л. Габриэль и В. Зелинский, «линия пропаганды», проводимая Би-Би-Си, в общем и целом совпадает с политикой Соединенных Штатов. В период кризисов Би-Би-Си всегда старается оказать Соединенным Штатам поддержку»[221]. Разумеется, на передачах Би-Би-Си подчас сказываются империалистические противоречия между Англией и США. Бывает, она старается и отмежеваться от иных непопулярных акций американцев. Греческая «Ризоспастис», комментируя весной 1978 года декаду Би-Би-Си в Греции, в статье «Бойся данайцев, дары приносящих» писала, что Би-Би-Си любит напоминать грекам, что она выступала против «черных полковников» и что Греции их навязали не англичане, а американцы. Но Би-Би-Си забыла, говорилось в статье, как в 1936 году англичане навязали Греции диктатора Метаксоса. Дело в том, что в 60-х годах американцы сбросили с греческого трона династию английских агентов Гликсбургов. Так что неприязнь Би-Би-Си к «черным полковникам» объяснялась межимпериалистическими противоречиями, а не ее мнимой приверженное!ью демократии. Впрочем, отметила «Ризоспастис», после войны англичане вели себя в Греции ничуть не лучше американцев, будто находились на завоеванной территории. Глава английской миссии предписывал премьер-министру Греции, какие решения тот должен прини мать только с его согласия. Но в целом англо-американские разногласия влияют только на отдельные передачи Би-Би-Си, не меняя ее политики.

Поддержка американской внешней политики — характерная черта иновещания Би-Би-Си. В этом смысле показательна передача Би-Би-Си на русском языке, в которой два политических эксперта в оживленном споре пришли к единодушному мнению о том, что исключительно благодаря успешной дипломатии США достигнута «всеобщая стабилизация в мире», «статус-кво». Не была упомянута ни одна из многочисленных инициатив Советского Союза, направленных на ослабление международной направленности.

Внешнеполитическая деятельность СССР не пользуется поддержкой «политически нейтральных» лондонских радиопропагандистов. Зато их «политический нейтралитет» позволяет повторять почти слово в слово то, что говорит по поводу разрядки буржуазная пресса США, защищающая интересы военно-промышленного комплекса. В ход идут и утверждения, что разрядка — это «тактическая уловка Москвы», что она выгодна лишь для СССР, но невыгодна для Запада, что Советский Союз хочет «усыпить бдительность» западных союзников и получить «передовую западную технологию»…

Начнем с последнего утверждения. СССР действительно хочет сотрудничать с Западом и, безусловно, считает это выгодным, более того — естественным в условиях разрядки. Сотрудничество между странами, использование достижений в технической, научной и других областях широко практикуется, и никто никого не обвиняет в связи с этим в отсталости. Факты показывают, что и деловые круги на Западе также считают сотрудничество с СССР полезным и хотели бы воспользоваться (и уже пользуются) его опытом и теоретическими исследованиями в самых различных областях науки и техники, включая медицину, ядерную физику, освоение космоса и т. д. Ведь не случайно американские издательства получают и переводят, что называется, от корки до корки более ста шестидесяти советских научно-технических журналов. Пропагандистам Би-Би-Си можно также напомнить, что, например, создание атомной, космической, лазерной техники было осуществлено в Советском Союзе самостоятельно. Тезис Би-Би-Си и других «голосов» о якобы односторонних научно-технических выгодах, получаемых СССР от разрядки, не выдерживает критики.

Столь же несостоятельны утверждения, будто Советский Союз, односторонне используя разрядку, на деле занимается «военными приготовлениями».

Разрядка — объективный процесс, и, в первую очередь благодаря усилиям Советского Союза, на этом пути достигнуты важные успехи. Ведущая роль СССР в этом процессе говорит о миролюбивых устремлениях внешней политики нашей страны.

История XX века свидетельствует о том, что отнюдь не западные державы «стабилизировали положение» в мире. Именно Запад впервые применил, в 1945 году, ядерное оружие; в СССР оно было испытано в 1949 году и никогда не применялось. Именно империалистические державы стали создавать военные базы у границ социалистических стран. К тому времени, как социалистические государства подписали Варшавский договор (1955), уже существовали НАТО (1949), АНЗЮС (1951) и СЕАТО (1954). В 1955 году был создан и блок СЕНТО. Эти факты не дают возможности ошибиться, кто «стабилизировал», а кто «дестабилизировал» положение в мире, кто начал гонку вооружений. Лишь тогда, когда реалистически мыслящие деятели Запада осознали, что СССР и социалистическое содружество обладает мощным военным и экономическим потенциалом и что ядерная война может привести к всеобщему уничтожению, западные державы стали постепенно сходить с опасных рельсов «холодной войны». Принцип мирного сосуществования государств с различным общественным строем, который СССР объявил основополагающим в своей внешней политике, получил широчайшее признание. Такова предыстория разрядки, долгая и сложная. Лишь в 70-х годах разрядка стала действительно всеобъемлющим процессом, захватившим не только политическую, но и военную, экономическую, культурную и другие сферы.

Реакционным кругам НАТО, военно-промышленным монополиям и другим правым силам Запада выгодно раздувать миф о «советской военной угрозе»: ведь именно им в первую очередь оправдывает свою деятельность и даже само свое существование НАТО, именно с его помощью ставленники военно-промышленного комплекса протаскивают через законодательные органы все новые и новые миллиардные прибавки к военным бюджетам. Характерно, что на Западе тоже давно распознали эту тактику. Еще в 1961 году крупный американский философ Эрих Фромм писал, что нападки западной пропаганды на Советский Союз, обвинения его в агрессивных намерениях — «удобные формулы для оправдания дальнейшего вооружения и продолжения холодной войны»[222].

Би-Би-Си мгновенно откликается на «доклады» ЦРУ и других подобных организаций, в которых приводятся самые нелепые сведения о «гонке вооружений» в СССР, о «новых видах сверхсекретного советского оружия» и т. п. Подобную «информацию» Лондонское радио охотно помещает как в передачи своей Всемирной службы, так и в программы, рассчитанные на аудиторию социалистических стран, дабы оправдать в ее глазах действительно угрожающие масштабы гонки вооружений на Западе. В передачах Британской радиокорпорации вряд ли можно найти истинные факты о том, кто на деле боролся и борется за разоружение и каковы военные расходы ведущих держав мира.

А факты эти таковы. Еще в конце 50-х — начале 60-х годов СССР выражал готовность договориться с США, Англией и Францией о замораживании и о сокращении военных бюджетов. В одностороннем порядке Советский Союз неоднократно сокращал военные расходы. В 1973 году СССР вновь внес предложение о сокращении военных бюджетов стран — постоянных членов Совета Безопасности ООН, об использовании части из сэкономленных средств на оказание помощи развивающимся странам. Осенью 1976 года Советский Союз обратился ко всем государствам с Меморандумом по вопросам прекращения гонки вооружений и разоружения. Можно привести примеры и многих других важных инициатив СССР в этой области. Однако значительная их часть блокировалась представителями западных держав, которые, как правило, не выдвигали каких-либо конструктивных предложений.

Аналогичную картину мы наблюдаем, когда обращаемся к динамике военных бюджетов. Вот тенденция военных расходов США: 1973/74 финансовый год — 73,7 млрд. долларов, 1974/75 — 82 млрд., 1975/76—92,8 млрд., 1976/77 — около 113 млрд., 1977/78—117,8 млрд., 1978/79— 128,4 млрд. долларов. Рост военных расходов можно наблюдать и в Англии, у которой, например, военный бюджет с 3,6 млрд. фунтов стерлингов в 1974/75 году увеличился почти до 7 млрд. в 1978/79 году. Что касается СССР, то его оборонные расходы составляли в 1973 году 17,9 млрд. рублей, е 1975—17,6 млрд., в 1975 и 1976—17,4 млрд., в 1977 и 1978 годах — 17,2 млрд. рублей.

Интересно, дождутся ли слушатели Би-Би-Си того момента, когда она приведет такую диаграмму? И если она отважится это сделать, то как ее будут комментировать обозреватели Буш-Хауса? Впрочем, за них можно не беспокоиться. Любые факты и цифры, любые заявления государственных и политических деятелей они приспособят под «свою» линию, которая направлена на то, чтобы очернить намерения Советского Союза.

Выступая в Туле, товарищ Л. И. Брежнев сказал: «От имени партии и всего народа я заявляю: наша страна никогда не станет на путь агрессии, никогда не поднимет меч против других народов»[223]. Это авторитетнейшее заявление получило широкий международный резонанс. Однако Би-Би-Си и другие органы империалистической пропаганды продолжают распространять вымыслы о «советской угрозе».

Когда весной 1977 года противники разрядки развернули очередную кампанию по поводу этой «угрозы», Би-Би-Си усиленно цитировала Йозефа Лунса и других деятелей НАТО, утверждавших, будто СССР наращивает гонку вооружений, будто он «сделал большие успехи в деле гражданской обороны, а западные страны в этом отстали». В одной из передач радиостанция сообщила о «наращивании советского военного флота в Тихом океане», о том, что организация НАТО была создана «ввиду растущей угрозы со стороны Советского Союза». Наконец Буш-Хаус несколько раз, в основном со ссылкой на другие органы буржуазной пропаганды, выпускал в эфир измышления о том, что якобы в различных районах Западного полушария пойманы «советские шпионы». На этом фоне молчание о новых видах вооружения, разрабатываемых НАТО, о требованиях милитаристских кругов западных держав увеличить расходы на военные нужды больше говорит о сущности политики Би-Би-Си, чем все ее широковещательные заявления.

Обеспокоенные тем, что разрядка завоевывает себе все больше сторонников, деятели Би-Би-Си подвергают критике даже традиционных союзников Великобритании. Например, говоря о «восточной политике» ФРГ (то есть о сотрудничестве ФРГ с социалистическими странами), радиокорпорация заявила, что эта политика — «колоссальный риск». Британская буржуазия настолько опасается, что ФРГ, как и Финляндия, наладит со странами социализма отношения дружбы и взаимовыгодного сотрудничества, что даже грозит Западной Германии «опасными» последствиями. «Восточная политика», предупреждает радиокорпорация, приведет к ослаблению связей ФРГ с США и странами Западной Европы.

Сколько усилий было приложено к тому, чтобы выставить себя поборником «контактов» и «сотрудничества» между Востоком и Западом! Но когда такое сотрудничество начинает осуществляться на практике, то оказывается, что оно для Запада — «колоссальный риск». Так, Би-Би-Си высказала свое мнение о советско-французских отношениях: «Французская общественность в настоящий момент утратила доверие к намерениям Советского Союза». И причина была подобрана «веская»: СССР нарушает суверенитет Франции. Все это выплеснуто в эфир накануне визита во Францию министра иностранных дел СССР А. А. Громыко., Как и следовало ожидать, заявление Би-Би-Си оказалось, мягко говоря, не соответствующим действительности. Визит прошел успешно и показал, что обе стороны готовы продолжать движение по пути разрядки и сотрудничества.

Даже союзники Великобритании (например, Греция — партнер Англии по НАТО) далеко не всегда доверяют «дружелюбной» и «объективной» Би-Би-Си. Так, в 1964 году правительство Греции предупредило, что прекратит трансляцию по греческому радио передач Би-Би-Си, если они и дальше будут содержать антигреческую информацию и комментарии. Вскоре греческое радио отменило передачу обзоров печати, подготовленных в Буш-Хаусе.

Можно вспомнить и другой характерный пример, относящийся к Ирландии, стране, которая близка Англии не только географически. Когда осенью 1975 года зашла речь о возможности ретрансляции здесь телевизионных программ Би-Би-Си, то ирландские власти решили выяснить, как относится к этому проекту население Ирландии. Бесспорным ударом по престижу корпорации оказалось то, что две трети опрошенных ирландцев ответили Би-Би-Си «нет» и высказались за открытие второй программы национального телевидения Ирландии.

«Независимая» Би-Би-Си против независимости

Если проанализировать объемы вещания Би-Би-Си на различные регионы мира, а также языковой состав передач для зарубежной аудитории, то станет ясно: наибольшим размахом отличается пропаганда на так называемый «третий мир» — государства, освободившиеся от колониальной зависимости. Почти половина языков, на которых вещают службы Буш-Хауса — языки народов, населяющих Азию и Африку. В начале 70-х годов для вещания лишь на страны Азии ежегодно выделялось около пяти миллионов фунтов стерлингов, то есть без малого треть всего бюджета иновещания Би-Би-Си[224]. Активно ведется пропаганда и на африканские страны: если колониальная служба вела передачи лишь на английском языке, то сейчас передачи ведутся на суахили, хауса, сомали, а также арабском и французском. По объему вещания на страны Африки Би-Би-Си (в начале 70-х годов) уступала лишь «Голосу Америки», оставляя позади радиоцентры ФРГ, Франции и других западных держав.

Активизация пропаганды на развивающиеся страны определяется неуклонно растущим значением стран «третьего мира», занимающих большие территории и обладающих огромным населением. Они располагают богатейшими природными ресурсами, в которых так заинтересована Англия и эксплуатацией которых занимаются сотни английских компаний. Развивающиеся страны приобретают все больший политический вес в мире.

И радиопропаганда призвана бороться за остатки влияния Англии в этих государствах. Как заметил в свое время один из руководителей иновещания Би-Би-Си, особое внимание она уделяет пропаганде на слушателей, которые еще «политически не связали себя ни с Востоком, ни с Западом», то есть аудитории развивающихся государств. Лондонское радио старается оказывать на население этих стран максимальное идеологическое воздействие, с тем чтобы помешать выбору некапиталистического пути развития и как раз «связать» их с Западом.

Какими бы высокими фразами ни прикрывалась Британская радиокорпорация, ее вещание на развивающиеся страны — это продолжение старой колониальной политики в новых условиях и новыми средствами. Как заметил редактор одной нигерийской газеты, во многих странах Африки слушателям «кажется, что Би-Би-Си иногда сожалеет о том, что Англия отреклась от своей власти»[225]. Но даже на Би-Би-Си понимают, что «старые добрые времена» уже никогда не возвратятся. До второй мировой войны владения британской короны составляли двадцать пять процентов земной суши, а ныне сократились в двадцать пять раз. Сейчас Англия заинтересована в том, чтобы оказывать сколько-нибудь значительное политическое воздействие на свои бывшие колонии. Иновещанию Би-Би-Си отводится не последняя роль в этом деле.

Для пропаганды на развивающиеся страны Буш-Хаус использует не только каналы прямого вещания. Один из путей влияния на политику и общественное мнение в странах «третьего мира»— «внедрение» Би-Би-Си в создававшиеся в этих государствах органы массовой информации. В 1962 году, например, ответственный работник корпорации Джеймс Миллар объехал двадцать одно африканское государство, чтобы «изучить возможности сотрудничества» Би-Би-Си с радиовещанием этих стран. В ряде государств Африки Би-Би-Си активно участвовала в постройке студий, радиопередатчиков, в усовершенствовании старого радиооборудования. Кроме того, Би-Би-Си поставляет в эти страны сотни специально подготовленных, записанных на пленку передач для ретрансляции их местными радиостанциями. Эти передачи, среди которых есть и политические материалы, и программы по вопросам «тропической медицины, сельского хозяйства, строительства, транспорта и социального развития», корпорация направляет более чем в тридцать развивающихся государств[226]. Очень часто Би-Би-Си делает это бесплатно или за крайне низкую плату. И если в некоторых странах стали отказываться от прямой ретрансляции передач Би-Би-Си, то использование подготовленных Буш-Хаусом и записанных на пленку программ все еще широко практикуется во внутреннем вещании многих стран Азии и Африки.

К такой же тактике стали прибегать и другие западные радиоцентры, которые преследуют аналогичные цели: всеми средствами сохранить влияние в странах «третьего мира». Причины, по которым Запад оказывает помощь национальному радиовещанию африканских стран, весьма откровенно изложил западногерманский журнал «Рундфунк унд фернзеен» в статье «Битва за Африку». Журнал писал, что вкладываемый капитал может не приносить прибыли в течение десятилетий, но эти затраты оправдывают себя, поскольку таким образом «можно задержать распространение международного коммунизма»[227].

Нельзя не сказать и еще об одном канале, который Би-Би-Си все активнее использует для пропаганды на развивающиеся страны. Это телевидение. Стремясь расширить свое влияние на телевидение Африки, Би-Би-Си предоставляет ему техническую и методическую помощь. Помощь эта продиктована отнюдь не бескорыстными соображениями. Не случайно один из руководящих сотрудников компании «Томсон телевижн» заметил, что растущее участие Англии в телевидении стран «третьего мира» необходимо для того, чтобы «сохранить английское влияние в области массовой коммуникации развивающихся стран»[228].

Би-Би-Си — один из «лидеров» в поставках телевизионных программ и фильмов национальному африканскому телевидению, причем эти передачи рассылаются бесплатно или за весьма низкую цену. Правда, не всегда. С некоторых партнеров, в отношениях с которыми она заинтересована не только с политической, но и с коммерческой точки зрения, Би-Би-Си запрашивает немалые деньги. Например, Южно-Африканской Республике Би-Би-Си продает телефильмы. «Южноафриканскую операцию» Би-Би-Си осуществляла, стараясь избежать огласки. Еще бы, ведь Буш-Хаус нарушал тем самым международные санкции, принятые в отношении Южно-Африканской Республики. Би-Би-Си, объявляющая себя «другом народов Африки», ради денег идет на сотрудничество со злейшим врагом народов Африки — южноафриканскими расистами. Кстати говоря, такое сотрудничество осуществлялось и в сфере радио. Не в столь отдаленные времена передачи Би-Би-Си составляли одну из регулярных программ внутреннего радиовещания ЮАР.

Однако симпатии Би-Би-Си по отношению к ЮАР не остаются незаметными для общественности многих стран, включая и саму Англию. Характерна реакция, которую вызвала в Великобритании трансляция по телеканалам корпорации состоявшегося в сентябре 1976 года матча регбистов Новой Зеландии и ЮАР. Известно, что из-за турне регбистов Новой Зеландии в ЮАР, состоявшегося еще до Олимпийских игр, большая группа африканских стран отказалась приехать в Монреаль, требуя отстранения от участия в Олимпиаде делегации Новой Зеландии. И вот новое турне… Как заявил председатель молодежной организации либеральной партии Великобритании Питер Хейн, один из организаторов кампании против апартеида, передача Би-Би-Си «наводит на мысль, что Би-Би-Си, наша национальная радиовещательная корпорация, одобряет расизм в ЮАР».

Резко отрицательную реакцию в развивающихся странах (январь 1978 г.) вызвало решение Би-Би-Си отказаться — под предлогом «сохранения объективности» — от участия в международной информационной кампании против режима апартеида в ЮАР. В редакционной статье газеты «Санди ньюс» (Танзания), опубликованной под заголовком «Фальшивая объективность», говорилось, что для Би-Би-Си и других империалистических органов информации «объективны» лишь те материалы, в которых поддерживается идеология капитализма. Весьма примечательно, указывала газета «Эузу» (Бенин), что решение Би-Би-Си принято в момент подъема национально-освободительной борьбы в ЮАР.

Деятельность Би-Би-Си в странах Азии и Африки имеет еще один характерный аспект. Дело в том, что большинство ее ретрансляционных станций, увеличивающих «дальнобойность» радиопропаганды, расположено в афро-азиатском регионе. В 50—60-е годы эти станции находились на Кипре, в Адене, Либерии, Малайзии, а также на Мальте, то есть в тех районах, где Англия еще продолжала пользоваться влиянием. Поэтому считалось, что ретрансляционные центры, эти важнейшие технические сооружения, надежно укрыты от политических бурь и стремительных перемен, происходящих в странах «третьего мира». Однако в конце 60-х — начале 70-х годов сотрудникам этих центров Би-Би-Си пришлось снизить свою активность или вовсе укладывать чемоданы. На Мальте прошли мощные антианглийские демонстрации. Кипр превратился в арену военных столкновений и глубоких политических конфликтов. В Адене (Южная Аравия) была провозглашена Народно-демократическая республика Йемен. В 1974 году правительство Малайзии отказалось продлить лицензию для важнейшей ретрансляционной станции Би-Би-Си в Джохор-Бару (на юге страны). Она охватывала своими десятью передатчиками большую часть всего восточного полушария, от Сибири до Австралии и от Турции до Японии. Когда на Би-Би-Си поняли, что эта важнейшая станция потеряна, было решено перенести ее из Малайзии в какую-нибудь соседнюю страну. Однако территории, выбранные в качестве кандидатов Лондонским радио, Сингапур, Бруней и Гонконг, без энтузиазма отнеслись к такой перспективе. В этой связи журнал «Фар истерн экономик ревью», издающийся в Гонконге, писал: «Фактически сама идея создания таких радиостанций в период разрядки напряженности становится все более непопулярной в Азии»[229]. Весной 1975 года, когда истек срок лицензии, правительство Малайзии официально объявило о своем решении закрыть станцию Би-Би-Си в Джохор-Бару. Как было заявлено в малайзийском парламенте, эта мера вызвана тем, что содержание многих передач Би-Би-Си противоречит основанному на неприсоединении внешнеполитическому курсу Малайзии.

Как и в вещании на страны социализма, в пропаганде на развивающиеся страны Би-Би-Си демонстрирует по меньшей мере странное понимание «свободы обмена информацией». По свидетельству сотрудницы корпорации Элизабет Копе, программы африканской службы Лондонского радио — это главным образом новости о событиях в мире и в самой Африке. Особенно важными, и по значению и по отводимому времени, считаются постоянные рубрики «Новости африканского мира», «Африка в фокусе», «Африканская неделя»[230].

Итак, нетрудно прийти к выводу, что с наибольшей активностью Би-Би-Си сообщает африканцам об их собственной жизни и навязывает нужное ей понимание событий, явлений, фактов из социально-политической действительности. Создавая искаженную картину событий и распространяя оценки, противоречащие интересам национального развития этих стран, Би-Би-Си затрудняет достаточно сложные процессы общественного развития, подрывает основы взаимопонимания и солидарности народов, а также взаимопонимание и солидарность африканских народов с народами других стран и континентов.

Пропагандистская политика Буш-Хауса в развивающихся странах имеет целью затормозить прогрессивное национальное движение в этих государствах, их борьбу за полную политическую и экономическую независимость, посеять недоверие к Советскому Союзу и другим социалистическим странам. С одной стороны, Би-Би-Си всячески подчеркивает, что приветствует развитие национальной экономики, с другой же — постоянно предостерегает от «поспешных шагов» в проведении национализации и аграрных реформ. Социальные проблемы в развивающихся странах, если верить Би-Би-Си, могут быть решены только в рамках буржуазной демократии. Только сотрудничество с Западом откроет-де перед этими странами дорогу к процветанию и разрешению всех проблем и трудностей.

Би-Би-Си была в числе тех западных органов массовой информации, которые сыграли неблаговидную роль в создании ложных представлений о национально-освободительной борьбе в Анголе. Вместе с «Голосом Америки» и «Немецкой волной» она старалась бросить тень на роль социалистических государств в освобождении Анголы и утверждении в ней народной власти. Вместе с тем Лондонское радио замалчивало экспансионистские планы ЮАР, открытое военное вмешательство южноафриканских расистов в дела Анголы, подлинные цели и происхождение марионеточных «движений», их связь с Центральным разведывательным управлением США.

Национально-освободительное движение в Зимбабве, Южно-Африканской Республике Лондонское радио сводит к расовой несовместимости, «конфликту между черными и белыми». А этот конфликт не может разрешиться путем национально-освободительной борьбы, революционные методы способны только принести вред и «белым и черным». Эти тезисы Би-Би-Си подкрепляет обвинениями в «несамостоятельности» руководителей движения, допускающих участие в нем коммунистов, что якобы лишает движение демократических перспектив.

В качестве альтернативы пропагандисты Би-Би-Си предлагают развивающимся странам образцы западного образа жизни — один из испытанных способов, которыми Англия пытается сохранить и закрепить здесь свое идеологическое и полити ческое влияние.

Естественно, что главным предметом рекламы служит Великобритания. В передачах Би-Би-Си образцом выступает уровень жизни английского населения, «демократичность» общественных и государственных институтов Англии и т. д. Регулярно передается информация о научно-технических изобретениях англичан, применение которых, как уверяет Лондонское радио, могло бы дать хороший эффект в развивающихся странах. Специальная тема передач — внимание, оказываемое в Англии выходцам из бывших колоний, представителям развивающихся стран. Разумеется, рекламируется Британское содружество, выгоды, которые сулит торговля с Англией, и т. п.

Би-Би-Си старается обходить подробности о положении в Англии сотен тысяч подданных британской короны — выходцев из Африки и Азии. Ведь безработица в Англии среди цветного населения в три раза выше, чем в среднем по стране. А если цветные и устраиваются на работу, то это в основном тяжелый или неквалифицированный труд — носильщики, грузчики, мусорщики, прислуга и т. п. Как признавал английский журнал «Экономист», цветным на Британских островах порой приходится работать просто в невыносимых условиях, на что белые ни за какие деньги не согласились бы. К цветным относятся как к гражданам второго сорта. Они все больше подвергаются расовым гонениям, учащаются случаи расправ над представителями цветной части населения Британских островов. Летом 1976 года по стране прокатилась настоящая волна насилий, организованных фашистским «Национальным фронтом».

Характерно, что в насаждении расизма среди англичан большую роль играет буржуазная пропаганда, в системе которой действует и Би-Би-Си. «Фильмы, пресса, радио и телевидение, — констатирует английская «Гардиан», — игнорируют цветного как личность, преподносят его лишь как возмутителя спокойствия, подчеркивают и беспрестанно оживляют расистские предрассудки». Некоторые передачи корпорации носят почти подстрекательский характер. Так, фильм «Открытая дверь», показанный по телевидению Би-Би-Си, недвусмысленно намекал на то, что во всех бедах Англии виноваты «цветные иммигранты». Характерным является и признание бывшего министра внутренних дел Англии Алекса Лиона, который указал, что Би-Би-Си систематически отказывает цветным в приеме на работу и в выступлениях по телевидению. В 1978 году в печать просочились сведения, что руководство Би-Би-Си приняло специальное решение не называть в передачах «Национальный фронт» «реакционной организацией», а упоминать о ней «нейтрально», наравне с другими организациями и партиями. Одновременно главарю «Национального фронта» Мартину Уэбстеру Британская радиокорпорация предоставила тридцать минут эфирного времени, которые он использовал для пропаганды расистских взглядов. Тем не менее аудитория Лондонского радио в Азии и Африке регулярно слышит утверждения о «гуманизме» британского общества.

Би-Би-Си играет роль рекламного агента и в отношении внешней политики Великобритании. Политику Форин оффис она представляет как «стабилизирующий фактор», содействующий прогрессу развивающихся государств. В то же время Би-Би-Си упорно старается создать у слушателей извращенное представление о внешней и внутренней политике социалистических государств, распространяя мифы о «колонизаторской политике» Советского Союза, о его якобы «экспансионистских планах» в отношении стран Азии и Африки, о «росте военного бюджета» СССР. Би-Би-Си приписывает Советскому Союзу намерения, которые являются целью колониальной политики Англии: корысть в отношениях с развивающимися странами, политическое и экономическое их подчинение, создание военных баз на их территории, разграбление национальных богатств этих государств и т. п. Стремясь любыми средствами не допустить сближения развивающихся стран с Советским Союзом, Би-Би-Си проводит мысль о том, что его опыт ускоренного развития национальных союзных республик не может быть использован в слаборазвитых странах. Запугивая «атеизмом» и «коллективизмом» коммунистов, негативно изображая «коммунизм» Би-Би-Си этим способом пытается закрепить отрицательные представления о СССР. В нем она видит «врага номер один» и таким старается представить его народам развивающихся стран, полагаясь на то, что недостаток доказательности и правдивости компенсируется ее авторитетом. Кроме того, Лондонское радио полагается на свой опыт вещания на страны Азии и Африки, на технику пропаганды.

Профессионально высокое ведение пропаганды, отработанные десятилетиями методы привлечения и удержания аудитории (в сочетании с привычной британскому империализму политикой «разделяй и властвуй») — одна из причин сохранения за Лондонским радио слушателей. Например, в Бангладеш местная радиостанция, вещающая на бенгали, не в состоянии полностью удовлетворить потребности населения в информации. Би-Би-Си с ее огромным аппаратом и средствами использовала эту возможность, создав корреспондентскую сеть в стране. Ее дикторы хорошо подготовлены и говорят на прекрасном бенгали. Не раз приходилось слышать от бангладешцев, что дикторы Би-Би-Си лучше не только дикторов, скажем, «Голоса Америки», но даже радио Дакки, столицы Бангладеш. Если учесть долголетний опыт вещания Лондонского радио на бенгали, то нетрудно понять, почему ее слушают здесь очень много людей, а критерием качества радиоприемников при покупке их где-нибудь в Читтагонге служит возможность слушать Би-Би-Си.

Профессионализм пропагандистов Буш-Хауса проявляется и в стиле передач, и в умелом их переводе на иностранные языки, и в тематическом подборе материалов, и в умении создавать и поддерживать в сознании людей определенные политические стереотипы. Так, в вещании на некоторые государства Азии и Африки постоянно ассоциируются коммунисты этих стран с ультралевыми экстремистскими группировками. Это способствует тому, что часть слушателей, неодобрительно относящихся к демагогии и авантюризму последних, стала отождествлять две эти противоположные политические линии и распространять недоверие к ультралевым на коммунистов.

В вещании на независимые государства Британская радиокорпорация уделяет большое внимание разного рода музыкальным, развлекательным, а также и образовательным программам, в которых нуждается местное население. Например, готовятся передачи о том, как кормящим матерям ухаживать за грудными детьми, как воспитывать детей, прививать им полезные навыки и т. д. Религиозные программы радиостанции, направленные прежде всего на магометанские страны, соотносятся со временем регулярных молитв. Голос диктора Би-Би-Си появляется в эфире как раз тогда, когда мужчины только покинули мечеть и могут, ке расходясь по домам, собраться у приемника, послушать, а затем обсудить передачу.

Все это и есть профессионализм. Однако ни он, ни мощные технические средства, ни авторитет Лондонского радио не могут скрыть политических устремлений и намерений Би-Би-Си.

* * *

Несмотря на все рекламные заявления Лондонского радио о своей популярности в странах «третьего мира», многочисленные факты свидетельствуют: престиж Би-Би-Си неуклонно падает. Все большее число стран Азии и Африки отказывается от сотрудничества с ней, все чаще пропагандистов Би-Би-Си «ловят за руку», уличая в искажениях, фальсификациях, подрывной пропаганде, вмешательстве во внутренние дела. И если это случалось в прежние годы не так часто, как сейчас, то не потому, что изменилось Лондонское радио. У развивающихся стран прибавилось самостоятельности, у их народов — чувства национального и политического самосознания, повысился уровень их культуры и образования. Независимые государства пользуются все более широкой международной поддержкой, прежде всего со стороны Советского Союза и других социалистических стран. Все это помогает развивающимся государствам отражать нападки империалистической пропаганды, и в частности Би-Би-Си, разоблачать ее измышления.

1959 год. Цейлонское радио приостановило ретрансляцию последних известий Би-Би-Си в связи с ее грубыми нападками на премьер министра Цейлона.

1960 год. Турция (партнер Великобритании по НАТО) вынуждена сделать Англии официальное представление по поводу «преувеличенных и непроверенных» сообщений Би-Би-Си о внутреннем положении в Турции.

1961 год. После провокационного сообщения Би-Би-Си о «жестокости» индийских солдат контингента войск ООН в Конго министр обороны Индии назвал передачи корпорации «постыдными».

1968 год. Федеральное правительство Нигерии официально опровергло сообщение Би-Би-Си о том, что войска сепаратистов якобы добились успехов в действиях против федеральных сил. На самом деле федеральные войска по-прежнему контролировали все освобожденные ими города и населенные пункты.

1969 год. В столице Индии Дели состоялась массовая демонстрация против извращения в передачах Би-Би-Си фактов индийской действительности. Представителям Лондонского радио был вручен меморандум, в котором, в частности, говорилось, что «особенно лживыми были сообщения Би-Би-Си о недавних религиозно-общинных столкновениях в Ахмадабаде»; она и словом не обмолвилась о том, что столкновения были спровоцированы реакционными элементами.

В том же году в Индии разразился еще один скандал, связанный с Би-Би-Си. Ее корреспондент Д. Р. Миллер пытался завербовать индийского гражданина для работы на Центральное разведывательное управление США. О причастности Би-Би-Си к этому инциденту свидетельствовала передача в определенный час названной индийцем мелодии «Listen to the Ocean», служившей подтверждением полномочий вербовщика.

1970 год. Правительственная газета Сьерра-Леоне «Дейли мейл» (Фритаун) опубликовала передовую статью, в которой обвинила Би-Би-Си в ведении клеветнической пропаганды против Сьерра-Леоне. Как подчеркивалось в статье, с момента объявления правительством Сьерра-Леоне независимой политики в области горнорудной промышленности, и в частности о намерении приобрести контрольный пакет акций всех действующих в стране иностранных горнорудных компаний, Би-Би-Си делает все возможное, чтобы дискредитировать правительство Сьерра-Леоне и всю страну в целом. Кроме того, газета указала на стремление Би-Би-Си подорвать отношения Сьерра-Леоне с соседними государствами. Так, сообщая о вторжении в Республику Гвинею португальских солдат и гвинейских раскольников, Би-Би-Си не замедлила включить в этот заговор и Сьерра-Леоне. Несмотря на заявление как Гвинеи, так и Сьерра-Леоне о непричастности Сьерра-Леоне к этому вторжению, писала газета, Би-Би-Си продолжает клеветать, извращая факты. «Программы Би-Би-Си о событиях в Африке всегда искажаются, с тем чтобы угодить империалистам и их агентам».

По этому же вопросу с резким протестом выступило радио Конакри, обвинившее Би-Би-Си в регулярном «настраивании населения против гвинейского строя».

1970 год. Правительство Нигерии опубликовало заявление, в котором обвинило Би-Би-Си в необоснованных выпадах против солдат федеральной армии. Как отмечалось в заявлении, радиокорпорация без всяких оснований обвиняла их в мародерстве и недисциплинированности. Цели подобных инсинуаций не оставляли сомнений в готовности пропаганды Би-Би-Си дискредитировать Федеральное правительство Нигерии, борющееся за единство страны, в расчленении которой были заинтересованы международные монополии, прежде всего английские.

1970 год. Индийское правительство потребовало прекращения деятельности Би-Би-Си в Индии. Этому предшествовали его неоднократные официальные представления правительству Великобритании по поводу клеветнических программ Би-Би-Си, искажающих индийскую действительность.

Однако английские официальные лица отклонили все протесты под тем предлогом, что Би-Би-Си якобы является «независимой» от правительства организацией. Но как только появилась угроза, что отделение Би-Би-Си в Индии может быть закрыто, британские власти немедленно взяли «независимую» корпорацию под защиту. Против Индии была развязана активнейшая пропагандистская кампания. Как писала английская газета «Санди телеграф», «отношения между Англией и Индией никогда не были столь плохими, как после требования Индии закрыть отделение Би-Би-Си в Дели»[231]. Тем не менее отделение корпорации в Дели было закрыто, а аккредитация корреспондента Би-Би-Си Дональда Робсона аннулирована. Выступая на массовом митинге в Дели, один из депутатов индийского парламента от правящей партии сказал: «Би-Би-Си ведет непрекращающуюся борьбу в эфире против нашего суверенитета, и мы поступили совершенно справедливо, порвав с ней всякие связи, поскольку Индия является свободной страной». Уже через два месяца после закрытия корреспондентского пункта Би-Би-Си в Дели Форин оффис поднял вопрос перед официальными индийскими лицами о возобновлении работы этого коррпункта. В начале 1971 года Би-Би-Си вновь пыталась развернуть деятельность в Индии, чтобы не упустить возможности внести свой «вклад» в досрочные парламентские выборы. И вновь последовал категорический отказ. Стимулирование Би-Би-Си антиправительственных настроений, нагнетание атмосферы междоусобиц, попытки помешать сближению Индии с Советским Союзом и т. п. делали невозможным для индийского правительства разрешить Лондонскому радио расширение его деятельности на территории страны.

1971 год. Как заявил представитель правительства Иордании, корреспондент Би-Би-Си Алан Харт исказил высказывание премьер-министра Иордании о палестинских партизанах в интервью, которое премьер дал Британской радиокорпорации.

1973 год. Представитель Министерства информации Сомали в течение короткого срока был вынужден дважды опровергать измышления Би-Би-Си. Как заявил представитель министерства, измышления радиостанции преследовали цель спровоцировать военный конфликт Сомали с соседними государствами.

1974 год. Грубые высказывания Би-Би-Си в адрес президента Кении вызвали в этой стране решительные протесты. Как заявил, выступая в кенийском парламенте, вице-президент страны, эти нападки были направлены не только на президента, но и на весь кенийский народ.

1975 год. Министр внутренних дел Ирана выступил с опровержением сообщения Би-Би-Си о том, будто бы в прошедших парламентских выборах в Иране участвовало лишь сорок процентов избирателей, имеющих право голоса. На самом деле голосовало пятьдесят два процента, а в Тегеране — семьдесят.

1976 год. Представитель канцелярии президента Уганды назвал лживыми сообщения Би-Би-Си о том, что Уганда не платит взносы во Всемирный банк. Он также отметил, что из-за антиугандийской пропаганды в течение последних лет Уганда не получала необходимых ей займов из международных источников.

1976 год. Выступая на пресс-конференции в штате Керала, верховный комиссар Великобритании в Индии был вынужден признать, что британская пресса вместе с Би-Би-Си вели мощную антииндийскую пропаганду.

1976 год. Газета «Пейгаме эмруз» (Иран), комментируя сообщение Би-Би-Си о работе экономической комиссии ОПЕК, отметила, что оно носит подстрекательский характер и направлено на внесение раскола в ряды нефтедобывающих стран, входящих в ОПЕК.

1976 год. Правительство Бирмы обвинило Би-Би-Си в том, что она стала «агентом по рекламе» мятежных группировок в Бирме и передает «злонамеренные и субъективные» комментарии.

1977 год. Министерство иностранных дел Пакистана заявило решительный протест против деятельности корреспондента Би-Би-Си, в сообщениях которого искажалось положение в этой стране. Радиостанция всегда освещала ситуацию, сгущая краски там, где имели место трагические события, и изобретая факты там, где их недоставало. Министерство иностранных дел расценило пропаганду Би-Би-Си как открытое вмешательство во внутренние дела Пакистана. Выступая на пресс-конференции, премьер министр страны заявил, что Би-Би-Си «не является новичком в политических манипуляциях, направленных против интересов Пакистана».

1977 год. Правительство Республики Сейшельские острова (провозгласившей в 1976 году свою независимость) решило отказаться от услуг Би-Би-Си, которая раньше снабжала информацией национальное радиовещание. Разъясняя свое решение, правительство заявило, что национальное радио не может пользоваться сообщениями, которые претят политике и принципам Сейшельских островов.

1978 год. В ответ на искаженное освещение английской пропагандой политики правительства Мальты оно запретило ретрансляцию на острове передач Би-Би-Си и запретило въезд на остров английским журналистам.

1978 год. В программе для Ирана Би-Би-Си приписала министру иностранных дел революционного Афганистана заявление, будто его страна не связана договорами, подписанными прежним режимом с соседними странами, в частности с Ираном. Разоблачил Би-Би-Си иранский посол в Кабуле. Сославшись на МИД Афганистана, он сообщил, что информация Би-Би-Си — обыкновенная утка. Министр иностранных дел Ирана оценил ее как «чистейшей воды провокацию, нацеленную на подрыв дружественных отношений между двумя странами», как «фальшивку, не совместимую с принципами журналистской этики». Иранская газета «Эттелаат» заметила по этому поводу, что «дружественный подход позволил двум странам схватить клеветников за руку».

Этот список можно было бы дополнить и расширить. Но вряд ли в этом есть необходимость. Приведенные факты достаточно ясно показывают, какого рода деятельность скрывается за «дружелюбным и беспристрастным» вещанием Би-Би-Си на страны Азии и Африки.

Чего же хочет Би-Би-Си (Вместо заключения)

Ежегодник Би-Би-Си за 1956 год, рассказывая о деятельности русской службы Буш-Хауса, указывал, что в ее «информационных комментариях» «анализируется и объясняется британская политика» и «критически рассматривается советская политика»[232].

Времена меняются, и теперь в справочниках корпорации уже трудно найти откровенные высказывания о вещании на Советский Союз, о «критическом рассмотрении советской политики». Теперь Лондонское радио утверждает, что оно занимается «обменами в области информации и культуры» и отнюдь не собирается вмешиваться в чужие дела.

Сожалея о том, что «народы коммунистических стран отрезаны от культурных контактов с остальным миром»[233], Би-Би-Си называет СССР противником «обменов» и «контактов в гуманитарных областях».

Би-Би-Си прибегает здесь к старому мифу буржуазной пропаганды, изображающему страны социализма «закрытым обществом». Выступая в Берлине на Конференции коммунистических и рабочих партий Европы, Генеральный секретарь ЦК КПСС Л. И. Брежнев показал несостоятельность этого мифа. Он привел конкретные факты, свидетельствующие о том, что социалистические государства играют важную роль в области международного туризма и значительно опережают страны Запада в сфере культурных обменов, в том числе в области литературы, кинематографа, телевидения и т. д. «Нет, — заявил товарищ Л. И. Брежнев, — страны социализма — это не «закрытое общество». Мы открыты для всего правдивого и честного, и мы готовы всемерно умножать контакты, используя благоприятные условия, которые создает разрядка. Но наши двери будут всегда закрыты для изданий, пропагандирующих войну, насилие, расизм, человеконенавистничество. И тем более они будут закрыты для эмиссаров зарубежных секретных служб и созданных ими эмигрантских антисоветских организаций. А ведь, толкуя о «свободе» контактов, кое-кто на Западе печется о том, чтобы получить свободу рук для весьма нечистых дел. «Шпиономанией» мы не болеем. Но и свободы для подрывных действий против нашего строя, нашего общества не допустим»[234].

Би-Би-Си, говоря о «свободе» в области обменов информацией и культурой, на самом деле хотела бы получить свободу для деятельности совсем иного рода. Британская радиовещательная корпорация, которая действительно могла бы играть важную роль в деле культурных обменов между народами, к сожалению, направляет свои усилия на цели, которые не соответствуют задачам разрядки напряженности и налаживания международного сотрудничества, улучшению взаимоотношений между народами и странами с различными общественными системами.

Чего же хочет Би-Би-Си, ведя пропаганду на население стран социализма, да и на многие другие государства? Вот как определял цели иновещания Би-Би-Си М. Лейти. Ближайшая цель (задача-минимум) состоит в том, чтобы «держать ногу в приоткрывшейся двери». Иными словами — использовать расширяющееся международное сотрудничество и контакты для ведения своей пропаганды. А вот долговременная цель (задача-максимум): она зависит от «кардинальных изменений в характере европейского коммунизма» и состоит в «переделке Европы», «в создании новой Европы, которая простиралась бы от Атлантического океана до Тихого»[235]. Как видим, речь здесь идет не только о Европе, но чуть ли не обо всем Восточном полушарии. Би-Би-Си и тех, кому она служит, не устраивает, что существуют страны с иной, чем на Западе, социально-политической системой. «Обмен информацией», которым якобы занимается Би-Би-Си, служит как раз одним из средств в попытках «переделать» эту систему.

И хотя вышеприведенную «программу» Би-Би-Си Лейти излагал еще в 60~х годах, мало что изменилось с тех пор в целях и методах пропаганды Буш-Хауса. Напротив, Би-Би-Си еще активнее стремится использовать «приоткрывшуюся дверь», ибо масштабы международного сотрудничества сейчас намного возросли. Что касается «переделки Европы» и стремления выйти к берегам Тихого океана, то в наши дни у Буш-Хауса, пожалуй, поубавилось самоуверенности. Ибо ход мирового развития складывается явно не в пользу тех сил, которым служит корпорация.

Однако это не значит, что Би-Би-Си отказывается от провозглашенных целей. Она пытается приспособиться к новым условиям, действует менее откровенно, скрывая антикоммунистическую, антисоветскую направленность своих передач, их классово-политический характер, больше уделяет внимания совершенствованию методов пропаганды. Конечно, ее попытки «переделать» мировоззрение членов социалистического общества, «переделать» социальную систему (иными словами, реставрировать капитализм) обречены на провал. Недаром деятели восточноевропейского отдела Би-Би-Си вынуждены признать, что их пропаганда «чрезвычайно редко приводит к конкретным результатам»[236]. Однако, как замечает Г. А. Арбатов, «нелепо было бы не видеть, что… империалистическая пропаганда несет серьезную угрозу народам», что за ее деятельностью стоит «большая работа многих тысяч трезвых, циничных, нередко весьма способных и искусных людей, занимающихся пропагандой как основной профессией, имеющих большой опыт и солидную специальную подготовку»[237]. В полной мере все это относится и к деятельности Би-Би-Си.

Выступая на XXV съезде КПСС, товарищ Л. И. Брежнев подчеркнул, что «идейное противоборство двух систем становится более активным, империалистическая пропаганда — более изощренной»; здесь, продолжал он, «нужна высокая политическая бдительность, активная, оперативная и убедительная пропагандистская работа, своевременный отпор враждебным идеологическим диверсиям»[238]. Разоблачение методов и целей пропаганды Британской радиовещательной корпорации, одного из самых опытных и изощренных империалистических «голосов», помогает выполнению этой важной задачи.

* * *

Редактор Л. П. Орлова

Художник А. Б. Бобров

Художественный редактор А. Г. Кузькин

Технический редактор Н. С. Еремина

Корректор И. Н. Белозерцева

* * *

ИБ № 909. Сдано в набор 11.07.78. Подп. к печ. 24.11.78. А07918. Формат издания 84X108/32. Бумага тип. № 1. Гарнитура школьная. Высокая печать. Усл. печ. л. 13, 44. Уч. — изд. л. 12,958. Изд. № 6245. Тираж.50 000. Заказ 2941. Цена 1 руб.

Издательство «Искусство», 103009 Москва, Собиновский пер., 3. Ордена Октябрьской Революции и ордена Трудового Красного Знамени Первая Образцовая типография имени А. А. Жданова Союзполиграфпрома при Государственном комитете СССР по делам издательств, полиграфии и книжной торговли. Москва, М-54, Валовая, 28.

1

Материалы XXV съезда КПСС. М., 1976, с. 19.

2

Haley W. Broadcasting as an International Force. Nottingham, 1961, p. 1.

3

«Лит. газ.», 1973, 5 дек.

4

Рaulu В. British Broadcasting. Radio and Television in the United Kingdom. Minneapolis, 1956, p. 383.

5

Раulu В. Op. cit., p. 384.

6

Арбатов Г. А. Идеологическая борьба в современных международных отношениях. М., 1970, с. 199.

7

Маркс К., Энгельс Ф. Соч., т. 11, с. 166.

8

Там же, т. 15, 327.

9

Матвеев В. А. Империя Флит-стрит. М., 1961, с. 153.

10

Green Т. The Universal Eye. N. Y., 1972, p. 95.

11

In: Rolo Сh. Radio Goes to War. N. Y., 1942, p. 41.

Подобный прием использовали и другие страны, в частности фашистская Германия, распространившая в Австрии незадолго до аншлюса дешевые приемники, которые принимали только местные и немецкие радиостанции.

12

In: «ВВС Handbook. 1976». Lnd., 1976, p. 339.

13

Психологическая война. [Сборник]. М., 1972, с. 148–149.

14

Соответственно на испанском, португальском и немецком, итальянском, французском языках.

15

По существу, Европейская служба начала деятельность еще в 1938 году, когда открылось вещание на немецком, французском и итальянском языках.

16

Кatz D. Britain Speaks. Propaganda by Short Waves. Princeton, 1942, p. 120–121.

17

Вriggs A. The War of the Words, vol. 3. Lnd., 1970, p. 48.

18

Briggs A. Op. cit., p. 15.

19

Rоlо Сh. Op. cit., p. 141.

20

Briggs A. Op. cit., p. 384.

21

«Pizoenaethe», 1978, 1 anpiah.

22

См.: Острогорский В. Радиостанцию называли «Марихен». М., 1972.

23

In: Mertоn R. Social Theory and Social Structure. N. Y., 1964.

24

Fife H. Britain's War-Time Revolution. Lnd., 1944, p. 159, 162.

25

Цит. по кн.: Острогорский В. Радиостанцию называли «Марихен».

26

In: Paulu В. Op. cit., p. 11–12.

27

Reith J. Into the Wind. Lnd., 1949, p. 107.

28

Reith J. Op. cit., p. 107.

29

Ленин В. И. Полн. собр. соч., т. 39, с. 182.

30

Правда, в последнее время в связи с экономическим кризисом, инфляцией и т. д. расходы Би-Би-Си значительно превышают ее доходы. Ее долги исчисляются миллионами фунтов стерлингов, в связи с чем Би-Би-Си была вынуждена пойти на сокращение как внутреннего вещания, так и некоторых программ иновещания. Но в любом случае корпорация оперирует огромными суммами. Так, по отчету за март 1975 года, доходы Би-Би-Си составили более 150 миллионов фунтов стерлингов («ВВС Handbook. 1976», р. 95).

31

Старейшим (с 1923 г.) и крупнейшим (тираж около трех с половиной миллионов экз.) изданием Би-Би-Си является еженедельник «Рэйдио таймс», освещающий в первую очередь внутренние программы радио и телевидения. Другой известный еженедельник, «Лиснер», выходит уже почти полвека и имеет тираж около тридцати пяти тысяч экз. В нем обсуждаются различные вопросы деятельности Би-Би-Си. Отдельную группу составляют журналы, специально предназначенные для распространения за рубежом. Это «Лондон коллинг» и «Лондон коллинг — юропиен эдишн». Некоторые важные службы начали издавать собственные журналы, адресованные слушателям различных стран и регионов. Например, арабская служба выпускает журнал «Хуна Лондон» («Здесь Лондон»), который издается на арабском языке и распространяется в восьмидесяти тысячах экз. Кроме того, Би-Би-Си издает немало образовательной литературы, пособия по изучению английского языка и т. п. Наконец, еще до войны Британская радиокорпорация начала издавать свой ежегодный справочник — «ВВС Handbook» или «ВВС Yearbook».

32

«Britain, 1972. An Official Handbook». Lnd., 1972, p. 438.

33

«Англия», 1963, № 1 (5), с. 8.

34

«Great Britain. Committee on Broadcasting. Report on the Committee on Broadcasting». Lnd., 1962, p. 118.

35

«Britain, 1972. An Official Handbook». Lnd., 1972, p. 438.

36

Ibid., p. 439.

37

Сэмпсон А. Новая анатомия Англии, М., 1975, се. 342.

38

Abshire D. M. International Broadcasting: A New Dimension of Western Diplomacy. Beverly Hills — Lnd., 1976, p. 23, 28.

39

«Los-Angeles Times», 1977, Mar. 7.

40

Paulu В. Op. cit., p. 398.

41

«The Listener», 1968, Nov. 21, p. 683.

42

«The Listener», 1972, Nov. 25, p. 711.

43

«The Times», 1972, Apr. 5.

44

«Morning Star», 1973, Apr. 2.

45

Наrris W. The Daily Press. Cambridge, 1946, p. 25–26.

46

См.: Журналистика в буржуазном обществе. М., 1976, с. 183.

47

Тодд Дж. Большой обман. М., 1962, с. 27.

48

Цит. по: «За рубежом», 1961, № 15.

49

«Англия», 1963, № 1(5), с. 36.

50

Сэмпсон А. Цит. соч., с. 343.

51

Цит. по: «Правда», 1978, 17 мая.

52

См.: «ВВС Handbook. 1976», р. 77.

53

После войны были образованы и региональные (по вещанию на различные районы а также «специализированные» консультативные советы: по школьным, образовательным, музыкальным передачам, по религиозному вещанию, сельскохозяйственным программам и т. д.

54

Беглов С. Монополии слова. М., 1972, с. 66–67.

55

«The Times», 1970, Dec. 19.

56

«Англия», 1963, № 1(5), с. 36.

57

Martin L. J. The International Propaganda. Minneapolis, 1958, p. 35–36.

58

In: Tardоs A. Nyugat Radiok. A Leletani Hadviseles Szelgatan. Budapest, 1966.

59

«Междунар. жизнь», 1975, № 7, с. 100.

60

Первые эксперименты Би-Би-Си в области телевидения относятся к концу 20-х — началу 30-х годов.

61

Пробные программы цветного телевидения Би-Би-Си начала передавать в 1955 году.

62

Беглов С. Цит. соч., с. 71.

63

Ленин В. И. Полн. собр. соч., т. 12, с. 104.

64

Цит. по: «За рубежом», 1961, № 5.

65

См: «Журналист», 1968, № 5, с. 56.

66

Воуlе A. Only the Wind Will Listen. Lnd., 1972.

67

«Проблемы мира и социализма», 1973, № 7, с. 85.

68

См.: Бирюков Н. Буржуазное телевидение и его доктрины. М., 1977, с. 124.

69

«За рубежом», 1961, № 5.

70

«Daily World», 1977, Jan. 8.

71

«Morning Star», 1971, Febr. 19.

72

«Radio-Times», 1971, Oct. 9—15, p. 16.

73

«Сов. культура», 1975, 19 дек.

74

Ленин В. И. Полн. собр. соч., т. 12, с. 138.

75

Беглов С. Цит. соч., с. 67.

76

Отметим, что официально договоренность была достигнута между тремя сторонами — лейбористами, консерваторами и Би-Би-Си. Тем самым общественности еще раз продемонстрировали, что корпорация является будто бы «независимой», «равноправной» и в этих переговорах.

77

См.: Идеологическая деятельность современного империалистического государства. М., 1972, с. 138.

78

«Daily World», 1966, Mar. 23.

79

Цит. по: «Демокр. журналист», 1976, № 10, с. 10.

80

«Ровесник», 1977, № 3, с. 13–14.

81

См.: Тодд Дж. Цит. соч., 48–49.

82

Бирюков Н. Буржуазное телевидение и его доктрины, с. 135.

83

«Broadcasting», 1974, Sept. 9, p. 17.

84

In: «ВВС Handbook. 1966», р. 216.

85

White L., Leigh R. Merchants of Words and Images. — In: Mass Media and Communication. N. Y., 1966, p. 387.

86

In: «ВВС Handbook. 1977».

87

В «английскую сеть» кроме Всемирной службы входят также заокеанские региональные службы, которые вещают на английском языке, но направляют передачи не на весь мир, а на отдельные районы и страны: на Вест-Индию, Австралию и Новую Зеландию, Фолклендские острова, на США и Канаду и т. д. В «английской сети» есть отделы, обрабатывающие передачи внутреннего вещания Би-Би-Си, с тем чтобы использовать их в иновещании; готовящие беседы и регулярные программы по самой различной тематике и т. д. Многие из этих материалов (они тоже готовятся на английском языке) используются не только в Буш-Хаусе, но и направляются зарубежным радиостанциям.

88

См.: «Новое время», 1949, № 34, с. 6.

89

«За рубежом», 1961, № 15.

90

Davison W. Ph. International Political Communication. N. Y. — Wash., 1965, p. 164.

91

Цит. по: Ермоленко Д. Пропаганда и семантика. — В кн.: Проблемы социальной психологии и пропаганда. М., 1971, с. 55–56.

92

Latеу М. Broadcasting to the USSR and Eastern Europe. — «BBC Lunchtime Lectures». Ser. III—2. Lnd., 1964, p. 8.

93

Latey M. Op. cit., p. 10.

94

«ВВС Handbook. 1966», р. 73.

95

См.: Фирсов Б. О некоторых направлениях в деятельности Британской радиовещательной корпорации. М., 1968, с. 37.

96

Lateу М. Op. cit., p. 11.

97

«Информ. бюллетень ССА», № 26(41). Сер. «Переводы и рефераты», 1968, с. 120.— В кн.: Вачнадзе Г. Н. Антенны направлены на Восток. М., 1975, с. 17.

98

Monahan J. Broadcasting to Europe. — «BBC Lunchtime Lectures». Ser. II—1. Lnd., 1963, p. 9.

99

Цит. по: «Неделя», 1968, № 52.

100

Там же.

101

In: «ВВС Handbook. 1973», р. 119.

102

«ВВС Handbook. 1966», р. 99.

103

Hаlеу W. Op. cit., p. 14.

104

См.: «Известия», 1968, 16 дек.; «Неделя», 1968, № 52.

105

См.: Маклахлан Д. Тайны английской разведки (1939–1945). М., 1971.

106

«Неделя», 1968, № 52.

107

Хилсмен Р. Стратегическая разведка и политические решения. М., 1957, с. 52.

108

Davison W. Рh. Op. cit., p. 189.

109

«ВВС Handbook. 1974», р. 269.

110

«ВВС Handbook. 1974», р. 271–272.

111

Ibid., р. 19. Термин «пропаганда» оказался в буржуазном обществе дискредитированным и получил резко отрицательное значение. Он стал синонимом лжи, обмана, тенденциозности и т. д. Как пишет крупный американский эксперт по психологической войне Леонард Дууб, «чтобы оскорбить человека, унизить его или публично разоблачить, у англосаксов достаточно назвать его пропагандистом» (Dооb Leonard W. The Nature of Propaganda. — In: Mass Media and Communication, p. 384).

112

Lippmann W. Public Opinion. N. Y., 1965, p. 3–4.

113

Тодд Дж. Цит. соч., с. 55.

114

Crouzier М. Broadcasting. Sound and Television. Lnd., 1958, p. 48.

115

Abshire D. International Broadcasting, p. 24.

116

Martin L. J. Op. cit., p. 17.

117

«Журналист», 1968, № 5, с. 57.

118

Merton R. Social Theory and Social Structure. Glencoe, 1957, p. 527.

119

Достоевский Ф. Полн. собр. соч. в 30-ти т., т. 10. Л., 1974, с. 104.

120

Пронин Е. Информация и читательский интерес. — В кн.: Проблемы информации в печати. М., 1971, с. 71.

121

Еllul J. Propaganda. The Formation of Men’s Attitudes. N. Y., 1966, p. 53.

122

Fraser L. Propaganda. Lnd., 1957, p. 200.

123

Горький М. Собр. соч. в 30-ти т., т. 26. М., 1953, с. 296.

124

Ленин В. И. Полн. собр. соч., т. 30, с. 351.

125

Martin L. J. Op. cit., p. 17.

126

Еllul J. Op. cit., p. 53.

127

Песков В., Стрельников Б. Земля за океаном. М., 1975, с. 35.

128

Психологическая война, с, 199.

129

Еllul J. Op. cit., р. 113. В данном случае Эллюль говорит о методах именно фактологической пропаганды. При иной пропагандистской тактике (в области «намерений и интерпретаций») себя оправдывает и ложь.

130

Ленин В. И. Полн. собр. соч., т. 31, с. 217.

131

Материалы XXV съезда КПСС, с. 19.

132

«ВВС Handbook. 1974», р. 19.

133

«Лит. газ.», 1976, 26 мая.

134

Martin L. J. Op. cit., p. 17.

135

«Журналист», 1968, № 5, с. 57.

136

См.: «Лит. газ», 1969, 3 сент.

137

Цит. по.: Прохоров Е. Партийность информации. — В кн.: Проблемы информации в печати, с. 18.

138

Ленин В. И. Полн. собр. соч., т. 25, с. 352.

139

Meyerhoff A. The Strategy of Persuasion. N. Y., 1965, p. 79.

140

См: Лайнбарджер П. Психологическая война. М., 1962, с. 173.

141

Frasеr L. Op. cit., р. 122.

142

Ibid., р. 207.

143

Ленин В. И. Полн. собр. соч., т. 22, с. 277.

144

Ленин В. И. Полн. собр. соч., т. 43, с. 341.

145

«Правда», 1975, 3 дек.

146

Маркс К., Энгельс Ф. Соч., т. 1, с. 206.

147

Ленин В. И. Полн. собр. соч., т. 21, с. 21.

148

Albig W. Modern Public Opinion. N. Y., 1956, p. 223.

149

Choukas M. Propaganda Comes of Age. Wash., 1965, p. 96.

150

Fraser L. Op. cit., pp. 1, 7.

151

Propaganda Analysis. N. Y., 1938, p. 7.

152

Ярошенко В. Н. Информационные жанры радиожурналистики. М., 1976, с. 19.

153

Панфилов А. Ф. Радио США в психологической войне. М., 1967, с. 60–61.

154

3асурский Я.Н. Информационно-пропагандистский комплекс стран государственно-монополистического капитала. — «Вестн. Моск. ун-та». Сер. «Журналистика», 1977, № 1, с. 38.

155

In: Daugherty W., Janowitz M. A Psychological Warfare Casebook. Baltimore, 1958, p. 45.

156

См.: Поршнев Б. Ф. Социальная психология и история. М., 1966, с. 73—110.

157

Latеу М. Op. cit., р. 7.

158

В то же время империалистическая пропаганда активно старается приучить аудиторию к некоторым западным политическим терминам. Например, Би-Би-Си и другие «голоса» упорно называли южновьетнамских патриотов «вьетконговцами». Эта, казалось бы, второстепенная замена несет политическую нагрузку. Поддерживая политику США, Буш-Хаус не мог, конечно, называть «патриотами» тех, кто боролся против сайгонского режима и американских оккупантов. Слушателей подспудно «отучали» от мысли, что речь идет о патриотических силах.

159

Шибутани Т. Социальная психология. М., 1969, с. 486.

160

«Журналист», 1968, № 5, с. 58.

161

Ленин В. И. Полн. собр. соч., т. 44, с. 79.

162

«Правда», 1975, 2 авг.

163

Burcly С. N. The New Warfare. Lnd., 1954, p. 27.

164

Latеу М. Op. cit., р. 14.

165

Ibid.

166

Hale Jul. Radio. Propaganda and International Broadcasting. Lnd., 1975, p. 165.

167

«Радио», 1950, № 8, с. 61.

168

Ленин В. И. Полн. собр. соч., т. 34, с. 237.

169

«ВВС Handbook. 1956», р. 37.

170

Latey М. Op. cit., р. 11.

171

Ленин В. И. Полн. собр. соч., т. 44, с. 79.

172

Monahan J. Op. cit., p. 9.

173

См.: Антикоммунистическая пропаганда империализма. Доктрины. Аппарат. М., 1971, с. 39; Марко М. Психологическая война и «чехословацкий эксперимент». М., 1972, с. 65.

174

См.: Психологическая война, с. 166.

175

«ВВС Handbook, 1969», р. 15.

176

Byrnes R. Cultural Exchange with Central and Eastern Europe: Problems and Prospects. — In: Western Power and Eastern Europe. Chicago, 1966, p. 174.

177

Latey М. Op. cit., р. 13.

178

Идеологическая деятельность современного империалистического государства, с. 139.

179

«The Sundy Times», 1968, Aug. 27.

180

Monahan J. Thirty Years of Broadcasting to Europe. — «London Calling — European Edition», 1968, Sept., p. 3.

181

Latеу М. Op. cit., р. 15.

182

Latеу М. Op. cit., р. 15.

183

Цит. по: «Лит. газ.», 1949, 23 марта.

184

Идеологическая деятельность современного империалистического государства, с. 130.

185

Latеу М., Op. cit., р. 12.

186

Ibid., р. 8.

187

Материалы XXV съезда КПСС, с. 63.

188

Ленин В. И. Полн. собр. соч., т. 4, с. 209.

189

«Неделя», 1968, 22 дек.

190

Материалы XXV съезда КПСС, с. 81.

191

Цит. по: Яковлев А. Н. Pax Americana. М., 1969, с. 11.

192

Latey М. Op. cit., р. 13.

193

Latey М., Op. cit., р. 13.

194

Цит. по: «Коммунист», 1976, № 5, с. 8.

195

«Правда», 1977, 5 окт.

196

Материалы XXV съезда КПСС, с. 85.

197

Белов А., Шилкин А. Диверсии без динамита. М., 1976, с. 141.

198

Latеу М., Op. cit., р. 12.

199

Ленин В. И. Полн. собр. соч., т. 34, с. 349; там же, т. 32, с. 402.

200

«The Listener», 1968, Nov. 21, p. 683.

201

Lateу M., Op. cit., p. 10.

202

Международное Совещание коммунистических и рабочих партий. М., 1969, с. 78.

203

Latеу М. Op. cit., р. 11.

204

«Комс. правда», 1977, 15 февр.

205

Lateу М. Op. cit., р. 9.

206

Seely Ch. S. Philosophy and Ideological Conflict. N. Y., 1953, p. 309.

207

Latеу М. Op. cit., р. 12, 13.

208

«Журналист», 1968, № 5, с. 57.

209

Monahan J. Thirty Years Broadcasting to Europe, p. 4.

210

Цит. по кн.: Панфилов А. Ф. Радио США в психологической войне, с. 115.

211

Ленин В. И. Полн. собр. соч., т. 6, с. 39–40.

212

Материалы XXV съезда КПСС, с. 74.

213

Latеу М. Op. cit., р. 12.

214

«ВВС Handbook. 1976», р. 207.

215

«Правда», 1963, 23 окт.

216

Ленин В. И. Полн. собр. соч., т. 6, с. 39–40.

217

См.: Ленин В. И. Полн. собр. соч., т. 23, с. 3.

218

См.: Арбатов Г. А. Цит. соч., с. 147.

219

In: «The Observer», 1970, May 3.

220

Материалы XXV съезда КПСС, с. 18.

221

Психологическая война, с. 201.

222

Fromm Е. May Man Prevail? An Inquiry into the Facts and Fictions of Foreing Policy. N. Y., 1961, p. 116–117.

223

«Правда», 1977, 19 янв.

224

In: «Fai Eastern Economic Review», 1974, Nov. 15.

225

In: «Timс», 1966, Dec. 9.

226

«ВВС Handbook. 1976», р. 213.

227

«Rundfunk und Fernsehen», 1965, Nov. 21.

228

Ainslie R. The Press in Africa. Lnd., 1966, p. 182.

229

«Far Eastern Economic Review», 1974, Nov. 15.

230

Соpps E. The BBC African Service. — «The Journal of Modern African Studies», vol. 4, N 1, 1966, p. 96.

231

«The Sunday Telegraph», 1970, Aug. 30,

232

«ВВС Handbook. 1956», р. 38.

233

«ВВС Handbook. 1976», р. 207.

234

«Правда», 1976, 30 июня.

235

Latеу М. Op. cit., р. 15.

236

Ibid., р. 11.

237

Арбатов Г. А. Цит. соч., с. 197, 198.

238

Материалы XXV съезда КПСС, с. 74.