«Особый интерес представляют Крозье и Мосс. Согласно справочникам они исследователи и журналисты. Оба родом из Австралии. Были руководителями таинственного информационного бюро, которое не раз удивляло мир своей осведомленностью. Его сообщения использовались везде, даже в Финляндии до 1975 года, до тех пор пока английская пресса не обнаружила, что они поставляются ЦРУ. На деньги ЦРУ таинственная парочка Крозье — Мосс организовала известный Институт исследований международных конфликтов (ИСУ). В это же время Мосс писал речи для М. Тэтчер.
Мосс начал кампанию «Советский Союз и терроризм» в начале 1981 года в журнале «Пари-матч», известном у нас в стране своими резкими выпадами против Финляндии. В 1977 году Мосс участвует в создании фонда «Херитидж», который был влиятельной силой, не без помощи которого на выборах победило правительство Рейгана. «Херитидж» разрабатывает материалы, на которых базируется политика Рейгана, и дает советы насчет будущих шагов его правительства. В 1982 году фонд «Херитидж» начал кампанию против ООН. Его представители объясняли это тем, что ООН «помогает терроризму и шпионажу» и что за ней, естественно, стоит Москва.
Затем появился журналист Марвин Калб. Он подготовил для телевизионной компании Эн-би-си программу на основе материалов Стерлинг. Представители итальянских тайных служб выехали в США, чтобы побеседовать с Калбом и Стерлинг. Калб прибыл в Рим и организовал там пресс-конференцию.
Все было разложено по полочкам. Стерлинг рассказала в своей книге о том, как КГБ использует турецких террористов и что последние получают оружие в Болгарии. Эн-би-си взяла у Мосса интервью, в котором он объединил покушение на папу с другими заговорами — с «шайкой убийц из Ливии», существование которой так и не было доказано.
Мосс заявил, что один из членов этой шайки убийц, судя по фотографии, находился на площади Св. Петра, когда стреляли в папу. Откуда он это узнал? Но полиция уже сделала фотографию этого ливийца и объявила его розыск.
Однако теперь Калб заметил, что один из мужчин, находившихся на площади, похож на сотрудника болгарского авиационного бюро в Риме… И этого человека арестовали.
Я цитирую тебя, ты цитируешь меня. Все очень просто. Все цитируют друг друга и подтверждают свои «сведения», ссылаясь на статьи своих друзей».
К портрету фальсификатора М. Калба можно добавить, что в вашингтонской прессе 70-х годов он был единственным доверенным лицом Генри Киссинджера, который мог запускать в журналистские круги через Калба, «верного соратника по управлению», самую экслюзивную и интересную дезинформацию. Об этом сообщал, в частности, известный американский журналист, лауреат Пулитцеровской премии за разоблачительные репортажи об американской агрессии во Вьетнаме Сеймур Херш в своей книге «Цена власти. Киссинджер в Белом доме Никсона» (Нью-Йорк, 1983 г.).
Агент ЦРУ Ледин, как уже говорилось, был первым, кто подсунул итальянской прессе американский вариант антисоветской, антисоциалистической провокации с использованием Агджи. Репутация официальных итальянских институтов отнюдь не упрочилась после участия их в качестве статистов и мелких исполнителей в многолетнем пропагандистском шоу «холодной войны», поставленном ЦРУ вокруг «дела Антонова».
Ожесточенная свара между буржуазными политическими партиями на Апеннинах, подогреваемая серией огромных скандалов с масонами, террористами всех рангов и мафией, заставила некоторых политиканов пытаться свалить вину за свои провалы и преступления на кого угодно. Итак, козлом отпущения избрали на этот раз мелкую сошку — Майкла Ледина,
В изданном в Лондоне в августе 1984 года книжном бестселлере «Год Армагеддона» известные английские авторы Гордон Томас и Макс Морган-Уиттс (свою компетентность они проявили и в вышедшей ранее книге «Первосвященник») писали, что само покушение Агджи на папу римского и шумиха вокруг этого дела осложнили отношения Италии и Ватикана с США. «Некоторые из сотрудников Ватикана подозревают, что ЦРУ, возможно, заранее знало о замышлявшемся покушении», — говорилось в книге английских авторов «Год Армагеддона».
ЦРУ в течение многих лет моделировало средствами массовой империалистической пропаганды ситуации, которые затем незамедлительно получали продолжение в политических акциях на всех уровнях вашингтонской администрации. Спустя сутки после одновременной демонстрации сотням миллионов западных телезрителей фильма «Человек, который стрелял в папу» парламентская комиссия США по контролю за выполнением Хельсинкских договоренностей заслушала в Вашингтоне «показания компетентных лиц по поводу появившихся в свободной печати сведений о возможном соучастии советских и болгарских органов государственной безопасности в прошлогоднем покушении на папу Иоанна Павла II».
Сценарий фантастической клеветы в адрес НРБ и СССР разворачивался постепенно, по нарастающей, ЦРУ вслед за пропагандистскими акциями осуществило ряд практических, оперативных мероприятий. В том же сентябре 1982 года директор Центрального разведывательного управления США Уильям Кейси совершил секретный 36-часовой визит в Турцию, прибыв в Анкару на собственном самолете из Найроби (Кения). Беседы Кейси с представителями США в Анкаре касались вопросов согласования версии ЦРУ о «болгарском следе». Единственное в западной печати упоминание об этой поездке главы ЦРУ поместила турецкая газета «Джумхуриет» (14.10.1982). Состоялся и другой, менее секретный визит — в Вашингтон вылетел римский судья-следователь Иларио Мартелла для консультации с деятелями ЦРУ. Официально этот главный следователь по делу о покушении в Ватикане должен был заслушать показания «ценных свидетелей», в том числе К. Стерлинг и М. Калба, а также изучить вместе со специалистами министерства юстиции США все материалы телепрограммы Эн-би-си об Агдже.
После ареста в Риме С. Антонова 25 ноября 1982 года ЦРУ вначале попыталось было замаскировать свою руководящую роль в антиболгарской кампании. В соответствии с провозглашенным принципом «хотя бы частично спрятаться в тени» ЦРУ через подставных лиц выступило с заявлениями, согласно которым «доказательства» против Антонова «весьма условны», а против СССР — имеют «чисто дедуктивный характер». По мнению Уильяма Сафайера из газеты «Нью-Йорк таймс», ЦРУ якобы предупреждало итальянские власти не спешить с выводами по делу Антонова, так как они не имели убедительных доказательств.
Придет время, и ответственность разделят все те, кто способствовал распространению лжи о «болгарском следе» в покушении на Иоанна Павла II. А среди клеветников видные политические деятели. Можно напомнить заявление в парламенте своей страны Лелио Лагорио, тогдашнего министра обороны Италии, о том, что «болгарское участие в заговоре против папы Иоанна Павла II — это акт войны». Известно и утверждение шефа Пентагона Каспара Уайнбергера, что, дескать, «не может быть никакого сомнения относительно болгарского участия в покушении».
Несмотря на то что эти заявления отнюдь не отличаются сдержанностью, которая должна быть свойственна людям, занимающим высокие посты, тем не менее они лишь бледное отражение того, что выдумано о «деле Антонова» или о «болгарском следе» и распространено в мире претендующими на «объективность», «достоверность» и «свободу» средствами массовой информации Запада.
Недавние разоблачения лжи Агджи были отражены западными средствами массовой информации, но в ином духе. Чаще всего это были лишь краткие сообщения, всего в несколько строк, затерявшиеся где-то на последних страницах.
«Дело Антонова» было, вне всякого сомнения, удобным предлогом антикоммунистической пропаганды для буржуазных информационных средств страны, в которой было совершено покушение, — Италии. Фотография Сергея Антонова, арестованного полицией при выходе из бюро болгарской авиакомпании, была опубликована на первых страницах итальянских вечерних газет уже в тот же день, 25 ноября 1982 года, утренних — на следующий день. В последующие дни следствие против Антонова, описанное с самыми большими подробностями, не сходило с первых страниц.
Как получилось, что «дело Антонова», не имевшее под собой никакой солидной основы и покоившееся на лжи, было разглашено на весь мир, несмотря на опасность ухудшения отношений между отдельными государствами и группами государств? Напрашивается только один ответ, причем совершенно логичный, — «дело Антонова» было только поводом, а средства массовой информации — лишь инструментом. Все это наводит на мысль, что это была запланированная, хорошо обдуманная кампания, в которую ловко были вовлечены средства массовой информации Запада.
«В подготовке самой крупной клеветнической кампании последних лет замешаны, как явствует, американские спецслужбы, ЦРУ», — писал в португальской газете «Диариу» (15.12.1983) ее обозреватель Мичел Жаната. Его статья «Провал «болгарского следа» интересна своими обобщениями, которые приводятся ниже:
«Когда в результате углубленного следствия итальянского правосудия Али Агджа был приговорен к пожизненному заключению в июле 1981 года за попытку убийства, вопрос о наличии соучастников, а тем более какого-либо вмешательства Востока, вообще не ставился. Единственно возможные соучастники, которые тогда могли быть указаны, — это турецкие неофашистские круги, в которых вращался Агджа. Год спустя, в августе 1982 года, некая Клэр Стерлинг написала для «Ридерс дайджест» длинную статью, в которой на основе «собственного расследования» утверждала, будто заговор против папы был задуман не на Западе, а на Востоке и что это дело рук не крайне правых, а левых, и указала страну, которая, по ее мнению, организовала покушение, — Болгарию. Она утверждала также, что приказ о ликвидации «неудобного» папы-поляка был дан из Москвы.
Автор этих ошеломляющих сведений известна в Соединенных Штатах как сотрудница ЦРУ и как фанатичная противница «красных». Вероятно, именно в ЦРУ она получила все необходимое для анализа и других сенсационных случаев.
Влиятельные круги в Соединенных Штатах проявили живой интерес к умозаключениям госпожи Стерлинг, которая долгое время работала журналисткой в Италии. Она даже удостоилась похвалы за «исключительное усердие», без которого один «важный» след в покушении на папу мог бы остаться незамеченным. Для «расследования» были созданы несколько комиссий в конгрессе, и эти ошеломляющие разоблачения достигли судьи Мартеллы. Последний выехал в Соединенные Штаты в сентябре 1982 года для получения «информации», и… через два месяца Сергей Антонов был арестован.
Этот чрезвычайно усердный судья, бесспорно, клюнул на удочку, заброшенную ЦРУ. Мотивы организации этой кампании уже упоминались. В первую очередь покушение на папу, главу римско-католической церкви, нужно было использовать в целях дискредитации в глазах миллионов верующих социалистической Польши, а вместе с ней и остальных социалистических стран. Нужно было представить их зловещими силами, чтобы осуществить в этой обстановке милитаристские планы НАТО и «доказать», что Запад может разговаривать с СССР и его союзниками только «с позиции силы». Необходимо было ослабить влияние движения за мир накануне размещения новых американских ракет в Европе. С другой стороны, это был удобный случай для того, чтобы отвлечь внимание западной общественности от тяжелой экономической действительности.
Еще в самом начале кампании социалистические страны обратили внимание на ее сомнительные цели. Болгарские власти всегда отрицали какое бы то ни было участие своего гражданина в грязном преступлении Агджи и публиковали в этой связи серии официальных заявлений и документов. Интриги, которые плелись в связи с «болгарским следом», разоблачались и некоторыми органами печати коммунистических партий западных стран, такими, как «Юманите» и «Унита», а также многими национальными и международными прогрессивными организациями.
«Дело Антонова», несомненно, войдет в историю журналистики как пример крайнего злоупотребления мощью средств массовой информации, их возможностью влиять на общественное мнение и психику людей. Средства массовой информации Запада, за редким исключением, совершили очень грубое отступление от того, что они считают своей главной задачей, — обеспечивать общественности достоверную информацию. Вместо проверенных фактов они публиковали дезинформацию, выдумки и ложь.
Средства массовой информации, которые похваляются своей свободой и независимостью, которые любят критиковать тех, кто занимается одной «пропагандой», на практике показали, что они понимают под этими терминами.
Никто не станет отрицать права средств массовой информации на то, чтобы доказывать публике правоту той или иной точки зрения, той или иной политической ориентации, право критиковать противоположные мнения и направления, как, впрочем, это и делают все средства массовой информации в мире. Но вопрос в том, делается ли это с необходимой ответственностью, в соответствии с журналистской и человеческой этикой.
Необходимо прежде всего распространять идеи дружбы между народами, идеи мирного сотрудничества, разоружения, международного сотрудничества, как и другие принципы, заложенные в Уставе ООН и в резолюции ЮНЕСКО об обязанностях средств массовой информации. Нужно считать совершенно аморальным и неприемлемым разжигание ненависти между людьми, обращение ее против невинных людей и целых стран, как это было в «деле Антонова».