-Достаточно. Но я так и не услышал причину. Зачем Вам это зелье?
-С Вашими возможностями к легилименции, я удивлён, что Вы до сих пор и узнали о моих мотивах, что привели меня к Вам.
Зельевар был очень уязвлён тем, как в Запретном Лесу Поттер, играючи, обошёл его щиты на сознании. Если бы Поттер просто грубо проломил его щиты, для Снейпа это было бы не столь унизительно. Зельевар не без основании считал себя лучшим в магии разума. Даже лучше Волан-де-Морта, чем, в тайне, гордился. Ведь сколько бы Тёмный Лорд не копался в его памяти, он так и не смог докопаться до главного. И произошедшее в Запретном Лесу очень сильно задело самолюбие зельевара.
-Знаете, чем я отличаюсь от вас, профессор? Говоря о вас, я имею в виду лично Вас и Дамблдора. Я не педофил.
Лишь любовь к Драко и желание его защитить, не позволили Снейпу вызвать Поттера на дуэль до смерти. Но кто бы знал, чего ему это стоило.
-Для меня, – продолжил Гарри, – влезть в чужую память БЕЗ РАЗРЕШЕНИЯ его обладателя, это знаете как? Вот если, к примеру, взять ученика или ученицу, и в присутствии всех студентов школы, изнасиловать их. Это будет менее, как бы это сказать...
-Я понял Вас, – успокоился Снейп. – Но ведь в Запретном Лесу Вы позволили себе влезть в мою память.
-На правах Лорда Блэка, – рявкнул Гарри и его глаза засветились зелёным пламенем. Вот Гарри моргнул, и пламя в его глазах погасло, словно его и не было там. – Вы продемонстрировали заклятие из родового боевого арсенала Блэков. Лишь носители крови Блэков имеют право использовать их. Это НАШЕ НАСЛЕДИЕ!
Сила и магия, что была вложена Гарри в последние слова, едва не продавила Снейпа сквозь кресло.
-Я понимаю мотивы тёти Цисси. Она хотела защитить сына и дала Вам, как его крёстному, некоторый допуск к нашим родовым секретам. Лишь клятвы, что Вы принесли Нарциссе, спасли в лесу Вашу жизнь.
Глаза Гарри вновь вспыхнули зелёным пламенем:
-Как, в прочем, и жизнь самой Нарциссы.
По спине Снейпа пробежал холодок и он, невольно, поёжился.
-Давайте говорить откровенно, мистер Поттер. Мы не любим друг-друга. – Гарри усмехнулся. – И это уже нечем не изменить. И если жизнь Драко не была под угрозой, то Вы были бы последним человеком на этой планете, к которому я обратился за помощью. Именно из-за Драко я здесь. И что бы сэкономить время, я даю Вам разрешение просмотреть те воспоминания...
Гарри моргнул и сказал:
-Это многое объясняет.
-...связанные с причиной....
-Не продолжайте. Я уже посмотрел.
-Но..., я..., а как же.... Я думал, что будет...
-Как в ту ночь в Запретном Лесу? Это был очень давно. С тех пор я стал намного опытнее. Значит Драко решил пойти на встречу с Тёмным Лордом? Из того, что мне удалось узнать, Драко вовсе не жаждет ползать перед полукровкой на коленях, что не может не радовать. Так же Драко не может не понимать, зачем он понадобился Тёмному Лорду. Я могу много сказать не лицеприятное о Драко, но одно я знаю точно. Драко не на самоубийца. Вы знаете Драко лучше меня. Как думаете, зачем ему эта встреча?
-Я не знаю.
-И Вы не попытались прочитать это в его памяти?
Снейп скривился так, словно съел лимон. Да и речь Поттера о педофилах, настроение не подымало.
-Он мой крестник. Я уважаю его право...
-В любом другом случае, это было бы так. – Перебил его Гарри. – Но не в этом случае. Не в случае, когда Вашему крестнику грозит опасность. Я знаю Вас. Я знаю Дамбдлора. Вы — два сапога – пара. Вы не можете удержаться.
-Я пытался, – недовольно признался Снейп. – Но его разум скорее всего скрыт каким то артефактом. При чём я не смог определить, каким. Я подобного в жизни не видел. Скорее всего Нарцисса дала Драко что-то из арсенала Блэков. Очень похожая магия.
-Это не Нарцисса дала ему артефакт, – сказал Гарри. Перед глазами стояла картинка прошлого, где Смерть передала Драко клык Грима. – Хорошо. Я помогу Вам. Ждите, мне нужно переодеться.
Спустя какое то время два волшебника шли по коридорам Хогвартса.
-Значит Волан-де-Морт всё же умыкнул трон, что моя дочь создала для меня? Я слышал об этом в Ваших воспоминании с Люциусом, – сказал Гарри, идя со Снейпом по коридору замка.
-Так этот трон создала Ваша дочь?
-Да. Вижу, он ему приглянулся.
-Но зачем Вы отдали ему подарок своей дочери?
-Ну, я отдал трон, а не артефакт, который его делает. Подобных тронов я могу сделать сколько пожелаю, был бы материал. А подарил я ему трон за услугу. Он показал мне кусочек меня прошлого.
Какое то время Гарри и Снейп молча шли по коридору.
-Мистер Поттер. Вы согласны помочь. Мне? Или Драко? Почему? Из-за Нарциссы?
Гарри усмехнулся:
-Нет. Не из-за Нарциссы. Не забывайте. Я больше не Лорд Блэк. У меня больше нет никаких обязательств. Ну, почти никаких. Я вообще терпеть не могу обязательства. Я даже в начале подумывал передать кольцо Лорда Блэков Сириусу.
-И почему же Вы изменили своё решение?
-Сириус предал семью. Предал семью и сбежал от ответственности ради того, что бы вкусно жрать и сладко спать. Я не мог передать титул Лорда Блэка — предателю, пусть он и был жертвой Дамблдора, и действующий не по своей воле.
-Но тогда получается, что согласно Вашим же словам, Вы тоже сбежали от ответственности, передав кольца Лордов своим детям.
-Верно. И я не отрицаю этого. Но в отличии от Сириуса, в начале я принял участие в рождении и воспитании наследников. Я вырастил и обучил их. И лишь затем сбросил на них бремя ответственности и власти. В отличии от Сириуса, я не бросил семью на произвол судьбы, заботясь исключительно о себе, любимом.
-Значит ли это, что Вы помогаете не Драко, а лично мне?
-Да. Я помогаю лично Вам.
-Но почему?
Гарри остановился и внимательно посмотрел на Снейпа.
-Знаете, почему я до сих пор не воскресил свою маму?
У Снейпа шок был такой силы, что он забыл не только как дышать, его сердце забыло, что нужно сжиматься и гнать кровь по венам.
-Да, профессор, не только Тёмный Лорд протоптал дорожку с того света на этот. В своё время её нащупал мой предок, Салазар Слизерин. В данный момент в подвалах Хогвартса стоят несколько саркофагов с выращенными телами людей. Не тот гомункул, что для себя создал Волан-де-Морт, а настоящие, полноценные тела. Одно из них, тело Лили Поттер.
Снейп покачнулся и ухватился за стену.
-Я в любой момент могу вернуть душу матери из-за грани. В силу определённых заслуг Смерть дала мне такое право. Но я до сих пор не сделал этого. И не сделаю.
-Не сделаете? – Снейп облокотился спиной об стену и смотрел на Гарри, как на чудовище. – Но почему?
-Потому что тогда мне придётся воскресить и своего отца. А я не хочу его видеть. Может мать и простила его, но не я.
Гарри обернулся, и продолжил свой путь:
-Знаете, откровенно говоря, я бы предпочёл видеть рядом с матерью Вас, а не Джеймса Поттера.
Гарри чувсвтовал, что у Снейпа теперь состояние, словно небо упало на его плечи и мир в его глаза покачнулся.
-Я действительно очень много думал о Вас, профессор, как о будущем муже моей матери. Даже не смотря на то, что Вы, руками Волан-де-Морта, пытались убить меня, у Вас был шанс объединить свою судьбу с судьбой моей матери. Да, профессор, рассказав Волан-де-Морту о пророчестве, Вы стали организатором нападения на мою семью. Но даже не смотря на то, что Вы натворили, уж лучше пусть Вы будете рядом с моей мамой, чем Джеймс. Во всяком случая в Ваших чувствах к моей матери я более уверен, чем в чувствах своего, так называемого, отца.
Но Вы сами уничтожили свой шанс быть рядом с моей матерью. Нет, профессор, не тем, что Вы рассказали Волан-де-Морту о пророчестве. Я много думал об Вашем поступке. В конце концов, Вы клялись ему в верности. Клялись магией. Вы не могли поступить иначе. Магия не позволила бы Вам поступить иначе. Вы уничтожили свой шанс другими своими действиями. Мне сказать, или Вы сами догадаетесь?
По лицу Снейп было очевидно, что тут даже догадываться нечему, потому что ответ шёл рядом с ним. Как объяснить любимой женщине, что он унижал её сына, так как просто срывал на ребёнка злость, накопленное на Джеймса Поттера?
«Северус, — зазвучал в его воспоминании голос Нарциссы, — скажи честно. Ты говорил с Гарри по душам? Как единственный друг его матери. Не надо, Северус. Ты был единственным другом Лили. Джеймс не в счёт. Он муж. А его дружки никогда не были для Лили друзьями. Это для всех было очевидно. Я видела их. Я помню. Ты единственный из окружения Гарри, кто мог рассказать ему о матери во всех подробностях. Даже Джеймс не смог бы рассказать столько, сколько можешь рассказать ты».