========== Королева Набу ==========

========== Королева Набу ==========

Переезд в Куинс дается ее семье легче, чем Тея предполагала, хотя Кирк и Селеста продолжают дуться на родителей. Кирк строит коварные планы и подговаривает сестру на побег из новой тесной квартирки, но Тея знает, что ее младший брат не только маленький проказник, но еще и трусишка, каких свет не видывал. Одного разговора с упоминанием дементоров хватает на то, чтобы трехлетний ребенок забыл о своем решении сбежать обратно на Манхэттен.

В первый свой учебный день близнецы капризничают и отказываются от своего завтрака, а домой возвращаются голодные, но отчего-то воодушевленные. Мама говорит, что их одноклассники фанатеют от Железного человека. Тея решает, что в новом детском саду Кирк и Селеста станут популярнее самых крутых мальчиков и девочек.

Вряд ли кто-то из трехлетних детей Куинса может похвастаться тем, что их отец работал в лаборатории Старк Индастрис.

Тея так боится за своих брата и сестру, что совсем забывает испугаться за себя: в своей первый день она идет в новую школу с забитой тревогами головой, пропускает школьный автобус с ярко-оранжевой вывеской академического десятиборья и потому опаздывает на первый урок.

К классу по биологии она подходит уже после звонка. С выпрыгивающим из груди сердцем стучится и, услышав сердитое «Войдите», тихонько открывает дверь. Ее новые одноклассники удивленно переглядываются между собой.

— А я решила, это снова мистер Паркер, — говорит учительница и приглашает Тею пройти к ней. — Новенькая? Познакомишься со всеми чуть позже, у нас сегодня важная тема. Присаживайся за парту у окна. Меня зовут миссис Маркл.

Тея кивает, снимает с плеча тяжелый рюкзак и идет по узкому проходу, задевая учебник впереди сидящей девушки.

— Прости, — шепчет она одними губами, втискивается за указанную парту и оглядывается. Ее с удивлением осматривает парень явно китайского происхождения. Тея неуверенно кивает ему в знак приветствия.

— Тея, — шепчет она. Парень кивает в ответ.

— Нед.

Пока девушка добывает из недр рюкзака учебник и тетради, учительница продолжает лекцию, и Тея с некоторым разочарованием обнаруживает, что сегодняшнюю тему в ее бывшей школе проходили неделю назад.

— На прошлом уроке мы обсуждали с вами аллельные гены и их взаимодействие. Кто скажет мне, что такое… Мистер Паркер! Вы как раз вовремя!

В класс влетает взъерошенный русоволосый парень — Тея даже радуется, что не стала единственной опоздавшей — быстро кивает сердитой миссис Маркл и шагает к своему месту мимо девушки. Задевает ее парту, ойкает, плюхается на стул прямо за Теей — и все это проделывает почти бесшумно.

— Раз уж вы в очередной раз опоздали, мистер Паркер, — ворчит учительница. — Вам и отвечать. Что такое кодоминирование в контексте взаимодействия аллельных генов?

Тея слышит за спиной тихий вздох. Не знает? Девушке хочется поднять руку и ответить, раз уж эту тему она прошла и может хотя бы показать себя с лучшей стороны, и уже даже разжимает ладонь, когда мистер Паркер вдруг говорит, четко и без запинки:

— Кодоминирование означает участие обоих аллелей в определении признака у гетерозиготной особи. Ярким и хорошо изученным примером кодоминирования может служить наследование антигенных групп крови человека по системе АВО.

За соседней партой справа от Теи фыркают. Девушка поворачивает голову и видит смуглого темноволосого парня. Что? Этот Паркер же правильно ответил.

— Хорошо, мистер Паркер, — отвечает подобревшая миссис Маркл. — Если бы вы были так же дисциплинированы, как и смекалисты, мне не пришлось бы делать вам столько замечаний. Постарайтесь не опаздывать на первый урок.

— Я просп-пал, — запинается Паркер. Тея фыркнула бы вместе со своим соседом, но ее опережают.

— Сколько можно спать, зубрила, — шикает смуглый парень и, заметив, что Тея на него смотрит, вдруг кивает в ее сторону. — Будешь дружить с этим, и тебя тоже запишут в неудачники. Не совершай ошибки в свой первый день, окей?

Тея хмурится и ничего ему не отвечает. Отворачивается, уткнувшись в свой учебник, но делает себе мысленную пометку не подпускать к себе по крайней мере этого соседа.

После звонка она задерживается, чтобы подписать у миссис Маркл обходной лист, который ей следует сдать в конце учебного дня в администрацию, и замечает, что Нед и этот самый Паркер сгорбились за своей партой и о чем-то разговаривают, не спеша покидать класс вслед за одноклассниками. Ее смуглый сосед пинает стул Паркера и удаляется, гордо вскинув подбородок.

— Можешь идти, — говорит миссис Маркл, протягивая ей бланк со своей подписью. — Я предупрежу следующего учителя, чтобы он представил тебя классу. Что у тебя дальше по расписанию?

— Э… Физика, — отвечает Тея, прокручивая в голове вызубренный список уроков. — Да, физика.

— Отлично, Паркер и Лидс тебя проводят, — женщина поворачивается в сторону последней парты. — Мальчики! — те одинаково вздрагивают и вскидывают головы. — Вышли из моего класса, здесь вам не сплет-совет! И проводите мисс Амидалу на физику.

Нед и Паркер одновременно охают и оказываются рядом с девушкой в два прыжка. Нет, только не это, пожалуйста…

— Амидала? — восклицает Нед. Черт-черт-черт. — Прямо как…

— Да, как Падме из «Звездных войн», — обреченно кивает Тея. Очевидно, ее молитвы вымышленным богам оказались тоже вымышленными, и в школе Куинса, как и во всех других школах мира, подростки знают вселенную Джорджа Лукаса куда лучше биологии с ее аллельными генами. — Я фамилию не выбирала, от отца досталась.

— Круто! — выдыхают мальчики уже в дверях. Тея вываливается из класса биологии вслед за ними и смущается. Хотя здесь для выражения ее состояния подошло бы иное слово. Но сердиться на новых одноклассников за их знакомство с киновселенной было бы странным, а на королеву Набу — в очередной раз — и вовсе нелогичным. Поэтому она поправляет лямки рюкзака и протягивает руку Неду.

— Тея, — снова представляется девушка. — Тея Амидала, да, как Падме Амидала с Набу. Я новенькая.

Пухлощекий широкоплечий Нед хлопает глазами во второй раз.

— Нед Лидс, — говорит он. — А это…

— Питер, — почти выплевывает его друг. — Питер Паркер.

И пожимает протянутую Теей руку. Они улыбаются друг другу, и вот тут-то их замечает сосед Теи по парте, проходящий мимо.

— Смотри, новенькая, заразишься! — кричит он, заворачивая к своему шкафчику в дальнем конце коридора. — Я говорил тебе, эти придурки — лузеры!

Что еще сильнее убеждает Тею, что общаться с этим типом ей не хочется. Нед и Питер смущаются куда больше девушки.

— Вы чем-то ему не угодили? — спрашивает Тея. Питер пожимает плечами, Нед кивает.

— Ага, — морщится он. — Тем, что в один класс с ним попали. Питер его умнее, вот Флеш и…

— Неправда, — перебивает его Паркер. — Ему просто не нравятся ботаники.

Тея смотрит на смущенного Питера, переминающегося с ноги на ногу, кусает нижнюю губу и, не выдержав, фыркает.

— Ботаники да еще и по «Звездным войнам» сохнете! Полный комплект, парни!

Они вскидывают головы и одинаково возмущенно буравят девушку взглядами. Она снова фыркает, только теперь от смеха.

— Да ладно вам. Я тоже ботаник. Можно мне с вами потусоваться сегодня?

Нед в очередной раз застывает с разинутым ртом, для пущего эффекта еще и выронив из рук свой тяжелый рюкзак.

***

В ее прежней школе деления на нормальных и лузеров в привычном понимании этого слова не было. Существовала разница между богатыми и очень богатыми, между теми, чьи отцы заправляли корпорациями, и теми, чьи родители работали на отцов первых. Тея относилась ко второй группе, но не могла вспомнить ни одного случая, когда кто-то из ее одноклассников задевал других. «Лузерами» друг друга называть было… зазорно. Она катает это слово на языке, чтобы убедиться, что оно сюда подходит, и кивает самой себе. Да, обзываться лузерами в богатой Академии детей работников Старк Индастриз было, по меньшей мере, глупо. Поэтому никаких ярлыков никто друг на друга не вешал.

Все просто знали о внутренней иерархии в корпорации Тони Старка, которая в точности повторялась в Академии.

Школа Куинса особыми привилегиями не отличалась, зато здесь Мстители ценились куда больше того, что Тея видела прежде. Академия содержалась на деньги корпорации Старк и восхваляла своего основателя и его супергеройское альтер-эго больше остальных защитников Земли. Школа Куинса же, очевидно не получая спонсорских денег от Старка, расписывала свои стены не столько сценами героических подвигов Железного человека, сколько портретами известных деятелей науки: Тея замечает Говарда Старка рядом с Эйнштейном в одном из коридоров школы, а в классе физики в ряду со Стивеном Хокингом видит Брюса Беннера.

Ее представляют классу, заставляют написать свое имя на доске и — под смешки одноклассников и с не самым лучшим настроением — девушка проходит на свое место за парту у окна. Прямо перед Питером и Недом. Питер скрывается за стареньким ноутбуком, и, чуть обернувшись, Тея видит его сосредоточенное лицо, по которому, как по маслу, неудержимо ползет улыбка. Что он там смотрит во время урока?

— Итак, как подсчитать линейное ускорение между точками А и Б? — спрашивает миссис Хьюз. — Флеш?

— Это производная синуса угла и гравитации, деленная на массу, — бодро рапортует парень, за что тут же получает категоричное «нет» от учителя.

— Питер? Питер Паркер, ты еще с нами?

Питер вздрагивает— опять — и прикрывает ноутбук. Тея качает головой. Отвлекается на уроке? Странно, что его Флеш ботаником считает.

— Эм, да, конечно! — говорит Питер, склоняя голову. — Эм, масса не нужна, только гравитация на синус.

— Верно, мистер Паркер. — одобрительно кивает учитель. — Вот видишь, Флеш. Главное не скорость, а результат.

Все смеются, а Флеш скрипит зубами от злости. Наблюдающая за ним Тея понимает, что Питер не в фаворе у этого парня только из-за хороших оценок, и не совсем понимает, как в новой школе устроены правила. Быть умным здесь — плохо?

***

Обед в этой школе тоже проходит совсем не так, как в Академии. Тея долго путается в очереди раздачи еды, забывает взять вилку и теряется перед пухлой женщиной в переднике.

— Тебе чего положить, милая?

— Говядину, пожалуйста, — просит девушка. Женщина смеется.

— У нас в меню сегодня говядины нет. Есть бургер из свиной котлеты. Будешь?

Выглядит этот бургер не очень-то аппетитно, но Тею уже подгоняют сзади, и она быстро кивает поварихе. Та, все еще усмехаясь, шлепает ей на тарелку свиную котлету с булочкой. Тея решает, что брать еду будет из дома.

У столиков тоже происходит нерабезриха. Девушка знает, что в столовых есть своя иерархия распределения, что сесть за стол у окна вместе с музыкантами ей нельзя, потому что она не ходит в их кружок, а к спортсменам пойти не может, потому что не знакома с ними. Может, Нед и Питер позволят ей поесть рядом?

Она замечает их у дальней стены за пустым столиком. Оба снова сгорбились над столом и о чем-то тихо переговариваются. Ничего ведь, если она нарушит их уединение?

— Можно к вам присоединиться?

Нед подпрыгивает на стуле и смотрит на Тею так, будто она спрашивает, не хотят ли парни приобрести у нее драконьи яйца со скидкой.

— Конечно! — кивает Питер, почему-то повысив голос на две октавы. — Садись, приятного аппетита!

— Я вас несильно побеспокою, — улыбается девушка. Ее бургер кажется уже полупереваренным, есть его совсем не хочется, но от стольких переживаний за день Тея так проголодалась, что выбора у нее не остается. Она с трудом заставляет себя проглотить первый кусочек котлеты. Внезапно оказывается, что мясо в школе не такое уж страшное.

Девушка молча уплетает свой обед и краем уха слышит, как Питер говорит «стажировка у Старка».

— Ты стажируешься у Старка? — хмурится Тея, поднимая голову к однокласснику. Питер выглядит смущенным, но тут же бодро отвечает:

— Да так, это… Ну, надеюсь, это выльется в настоящую работу.

— А в каком департаменте ты работаешь?

Питер, кажется, смущается еще больше.

— Эм… Я, э… да так, на побегушках у него числюсь.

— Я думала, он не набирает к себе стажеров, — говорит Тея. Нед отчего-то надувает щеки, делаясь еще больше похожим на шарик, Питер трет шею.

— Ну, это его новая затея, он теперь… расширяет контору.

Тея мало что знает о структуре Старк Индастриз. До Инцидента ее отец работал в лаборатории, которая подчинялась ведомству под руководством самого Старка. Финансовым и юридическим департаментом раньше управляла его подруга Пеппер. Что происходит в других отраслях огромной корпорации, Тея совсем не представляет. Но ни в одной структуре Тони Старку не требуются стажеры, а расширять контору он может в единственном направлении, и вряд ли Питер относится к людям, способным угодить запросам мистера Старка касательно этой сферы.

Хотя откуда ей знать, вдруг великий Тони Старк ищет себе секретаря в штат Мстителей.

— Здорово, — говорит Тея и делает вид, что не замечает, как облегченно выдыхает Нед. Секреты есть у каждого, верно. Пусть мальчики хранят свои.

В конце концов, Тея тоже не до конца честна с ними.

***

Домой она возвращается после утомительной беседы с администрацией. Тея выходит за ворота школы, втыкает в уши наушники с громкой музыкой — Авичи поет о братстве и силе воли, и согласная с ним девушка идет вдоль ограды в сторону дома.

Поесть, сделать уроки, прибраться в комнате и приготовить ужин, пока мама не вернулась. А потом можно будет сбежать на прогулку, выяснить, где в ее районе есть открытые крыши или найти лазейку в своем доме… Когда они жили на Манхэттене, было гораздо проще, и от Теи не требовалось следить за едой в доме. Что ж, времена меняются, да и ей практически не на что жаловаться.

Тея погружается в свои мысли, перекручивает сегодняшний день и новую информацию о своих одноклассниках с собственными переживаниями, жует их, словно в пластинку в старом проигрывателе. И не слышит визга тормозов за своей спиной.

Она оборачивается в последний миг, почувствовав резкий порыв ветра и запах горелой шины, и не успевает даже испугаться как следует: автобус ярко-синего цвета заносит прямо перед ее носом на тротуар, Тею неестественно дергает в сторону; она ударяется головой об чей-то локоть, сердце ухает в желудок и бьется там мячиком для пинг-понга, девушка запинается, падает и—

Асфальта под ногами нет, ног нет, перед глазами все пляшет. Тея жмурится, воздух застревает у нее в легких, дышать невозможно, от страха сводит все мышцы.

— По сторонам совсем не смотришь, опасное дело! — говорит кто-то ей прямо в ухо.

Тея открывает глаза и кричит.

========== Герой в трико ==========

На Тею смотрят большие карикатурные… — глаза? — на обтянутом красным — спандексом?! — черепе. Девушка кричит, вырывается из тонких рук, таких же красных — боже, что за чертовщина?! — и пытается увернуться, совсем не замечая от шока, что под ногами у нее только воздух. Какой-то клоун в гейском костюмчике держит ее над землей на высоте футов в десять!

— Эй! Не дергайся, упадешь же! — кричит ненормальный вместе с Теей. — Ну успокойся, никто ж тебя не убивает, ау!.. Ауч! Прекрати!

Тея выдергивает одну руку из крепкой хватки красно…кожего? и бьет его прямо по голове.

— Отвали, извращенец! Что за…

Красный опускает ее на землю, и Тея с непередаваемым шоком смотрит, как над ее головой испаряется в воздухе тонкая полупрозрачная нить, похожая на паутину. Она висела на фонарном столбе.

Это что, розыгрыш такой?..

— Что за фигня? — задыхаясь, спрашивает девушка. Переводит взгляд на клоуна в костюме из секс-шопа, отмечает узор-сетку по всей ткани его странного наряда. Похожий на паука черный символ на груди. Странные браслеты на обеих руках.

Определенно, в Куинсе проживают не только мексиканцы-нелегалы и желтолицые китайцы с подозрительным прищуром. Тея была готова к любому представителю любой национальности в своем новом округе, но это… это явный перебор.

— Цела? — раздается приглушенный голос из костюма, звучит где-то в районе обтянутого спандексом черепа. — Нигде не ударилась? Постой-ка тут, я сейчас.

И клоун резко взмывает вверх, прямо в воздух, а девушка, чувствуя, как неконтролируемо кружится у нее голова, и с трудом поворачивается, чтобы посмотреть ему вслед: этот ненормальный прыгает, как кузнечик, на крышу синего автобуса — тот врезался в фонарный столб на противоположной стороне улицы, прямо в то место, где только что была Тея — и лезет внутрь.

Оттуда раздаются крики, кто-то плачет. Ребенок.

Тея бросается к автобусу, игнорируя головокружение; вокруг сигналят тормозящие машины, прохожие ахают, за углом раздается сирена — сюда мчится полиция или скорая или пожарная, и кто-то уже вызвал спасателей, и это хорошо, потому что внутри автобуса есть маленькие дети, и, похоже, это единственное, что Тея сейчас понимает.

Водитель, грузный мужчина с седыми усами, кое-как выбирается со своего сидения: лобовое стекло лопнуло при столкновении, из решетки радиатора что-то дымится, и все это больше напоминает сцену из экшн-фильма, на съемки которого Тея случайно угодила. Но если она кажется себе лишней, то непонятный клоун в обтягивающем костюме с пауком на груди совсем выбивается из привычной картины мира девушки.

— Выходите скорее! — слышит Тея в салоне автобуса. Передняя дверь выломана, с ее углов свисают клочья такой же тонкой нити, которую девушка уже видела. Из салона выбегают люди, и Тея замирает рядом, пропуская их, от страха стискивая вспотевшими руками лямки своего рюкзака.

— Все выбрались?

Внутри поломанного автобуса плачет ребенок. Тея карабкается внутрь, видит вжавшегося в сиденье мальчика лет семи, кидается к нему одновременно с клоуном в красном.

— Ты зачем тут? — сердито рявкает он. — Уходи, быстро!

Ребенок с готовностью обнимает за шею своего ненормального спасителя, и тот подталкивает растерянную Тею к выходу, так что девушка практически вываливается из дымящегося автобуса.

— Никого не забыли? — спрашивает красный, опуская мальчика на землю. — Все целы?

Люди кивают ему, разбегаются в стороны. Тея замечает ушибы на лбах и руках пассажиров неудачного рейса; плачущего мальчика сгребает в свои объятия какая-то бабушка. Девушка садится прямо на землю, хватаясь за голову грязными руками, и тяжело дышит, жмурится до белых точек перед глазами.

Где-то наверху, над ее головой, раздаются радостные возгласы, люди благодарят своего спасителя, хлопают в ладоши, пока он просит отойти всех подальше от пострадавшего транспорта. Рядом с потерпевшими останавливается наряд полиции, подъезжает скорая.

— Эй, ты живая?

Тея приходит в себя: она сидит прямо на тротуаре, прислонившись спиной к ограде сквера. Вокруг снуют взрослые, санитар скорой помощи останавливается, чтобы спросить, не пострадала ли девушка. Она не может ответить и только мотает головой.

Если бы ее не спас этот клоун, Тея погибла бы.

Красный псих стоит рядом, уперев руки в бока — руки в спандексе, бока в спандексе — и смотрит на нее сверху вниз.

— Зачем в автобус полезла, жить надоело?

И отчитывает ее, как маленькую.

— Там ребенок… — шепчет Тея. Проглатывает ком в горле и повторяет чуть громче: — Там ребенок был, я услышала, как он плачет.

И больше ничего не говорит, а когда, очнувшись, поднимает глаза, то никого рядом с собой уже не видит. Мимо нее бегают пожарные и санитары скорой помощи проверяют каждого пострадавшего в аварии. На нее никто не смотрит, и Тея тихо ждет, когда к ней подойдет кто-то из взрослых и скажет, что она может пойти домой.

***

Она рассказывает родителям все. А смысл скрывать это? Тея с детства не понимает героев фильма, которые, успешно пережив аварии, катастрофы, какие-то менее опасные неурядицы в жизни, оставляют родственников в неведении. Все же обошлось, можно и сказать беспокойной маме, отчего она вернулась домой на два часа позднее положенного, грязной и с синяками на обеих руках. Тем более, местный канал уже осветил происшествие в тихом районе Куинса, лицо перепуганной Теи два раза появилось в трехминутном ролике, и Кирк успел назадавать тысячу десять вопросов.

— Что это за местный герой такой? — спрашивает отец, поглядывая на девушку. Тея пожимает плечами, ненавистная брокколи застревает в горле.

— О нем трещит полгорода, — говорит Тея. — Его люди благодарили там, как родного.

Мама неодобрительно качает головой.

— Мы переехали из Манхэттена подальше от башни Мстителей, чтобы в Куинсе найти еще одного такого же полоумного?

— Он не полоумный! — возмущается Тея, хотя еще час назад готова была наклеить на лоб красному клоуну точно такой же ярлык.Каким бы сумасшедшим он ни был, он спас ей жизнь. Наверное, ей не следует считать его психом только за любовь к спандексу.

— Это Человек-паук? — спрашивает Кирк, совсем потеряв интерес к сегодняшнему ужину. Селеста вскидывает голову и смотрит на Тею.

— Тебя спас Человек-паук? — вскрикивает она. — Жуть, он классный!

Тея хмурится.

— Что еще за паук? — неуверенно тянет она, и брат с сестрой на перебой начинают кричать и подпрыгивать со своих мест.

— Это же герой Куивинса! Он самый крутой чувак на районе! У него есть паутина, и он на ней летает! Он спасает людей! Он самый крутой на ютубе!

— Герой ютьюба? — переспрашивает Тея, боясь, что ее брат что-то не то сказал. Кирк быстро-быстро кивает, размахивая вилкой, и его брокколи совершает зрелищный полет через весь стол маме в тарелку.

— Так, хватит! — сердится мама. — Сейчас же прекратили все эти разговоры за столом. Сколько раз вам повторять, что супергеройские темы за ужином мы не обсуждаем?

Кирк и Селеста обиженно поджимают губы. Тея трет переносицу ладонью с заметной ссадиной через все ребро и морщится от надоедливой боли, когда перемотанный бинтом палец левой руки задевает грубую ткань ее джинсов: в это время она под столом набирает в ютьюбе запрос на поиск видео о странном пауке-человеке.

— И что это еще за «чувак», а? — возмущается мама. — Ты где таких слов нахватался? В детском саду? Это плохие слова, молодой человек!

***

Наутро, полночи гуляя по интернету, совсем не выспавшись, Тея знает о «таинственном спасителе Куинса» намного больше прежнего. Ей кажется, что жители округа слишком рано окрестили его «таинственным», ведь этому циркачу в красном трико следовало бы называться сумасшедшим, но теперь девушка не считает его таким уж психопатом. Раз он занимается тем, что снимает с деревьев соседских кошек, останавливает неисправные автобусы с перепуганными пассажирами и спасает неуклюжих девчонок, может, в его действиях куда больше логики и доброты, чем кажется на первый взгляд.

Смущает только обтягивающий костюм.

«Но, с другой стороны, Тор тоже щеголяет в натянутом на доспехи красном плаще», — думает Тея, шагая к воротам школы. — «Хотя ему, наверное, можно даже в спандекс обрядиться, раз он скандинавский бог, а вот этот чудак похвастаться такой родословной явно не готов…»

Она подходит к ступенькам перед главным входом, когда дорогу ей преграждает серебристый кабриолет.

— По сторонам совсем не смотришь, Пенис Паркер! — злорадствует Флеш с водительского сидения. Тея поднимает голову и видит напротив Питера.

Она догоняет его уже в коридоре школы.

— Привет, Питер!

Ее одноклассник резко оборачивается — бледное лицо и темные круги под глазами, как будто он мало спал, прямо как Тея, — и смотрит в лицо девушки. Удивленно открывает рот, осматривает ее с ног до головы.

— Т-ты в порядке? — запинается он. — Цела?

— Ну да, — недоуменно кивает девушка. Потом до нее доходит. — А, ты тоже новости видел.

Питер моргает, кивает, поправляет лямки рюкзака. Тея улыбается и ведет плечом.

— Цела, слава местному герою, — она произносит это с натяжкой, боясь, что ее слова будут поняты превратно. Но поправлять сама себя не спешит. Питер вскидывает брови, и те уползают вверх по его лбу, скрываясь за кудрявыми волосами.

— Думаешь, он г-герой? — спрашивает парень, и Тея понимает, что не готова ответить на этот вопрос. Вдруг ее одноклассник фанатеет от этого паучка, как и половина других жителей Куинса? Вдруг вся школа считает трюкача в красном настоящим героем?

— Не знаю, — наконец, отвечает девушка. — Вообще-то, я только вчера о нем узнала, это мой брат сказал, что он герой. Говорит, он крутой.

— Правда? — Питер внезапно улыбается, и Тея понимает, что была права: Паркер тоже относит себя к лагерю поклонников паука.

— Ну, во всяком случае, я бы хотела ему спасибо сказать, — кивает Тея. Питер хмурится. — Он все-таки мне жизнь спас, этот паук-человек.

— Человек-паук, — поправляет одноклассник. Тея хмыкает. Все с тобой ясно, Питер Паркер.

Когда они подходят к шкафчикам, Тею находит Нед. Она с трудом тянется рукой к дверному замку, морщится и чуть слышно шипит — девушка ушиблась левым плечом так сильно, что то опухло и теперь болит где-то глубоко в мышце. Отец осмотрел ее вечером и наложил эластичный бинт, но теперь он мешает двигаться и сдерживает всю руку.

— Тебя вчера правда спас Человек-паук? — громко спрашивает Нед, привлекая внимание группы болельщиц, стоящих рядом.

— О боже, очередная потерпевшая… — слышит Тея голос одной из них. Что, не все в школе тащатся по супергероям?

— Похоже, что так, — говорит девушка сквозь зубы. Три учебника с трудом помещаются в ее правой ладони, она поднимает их на уровень полки в шкафчике и, не выдержав, роняет. Те градом сыплются под ноги радостному Неду.

— Круто было? — спрашивает неугомонный Лидс и наклоняется, чтобы помочь девушке. Тея садится на пол, снова морщится и не успевает ответить.

— Рука болит? — раздается над их головами. Тея поднимает взгляд к обеспокоенному Паркеру. — Ты ее вчера зашибла, наверное? Давайте помогу.

— Спасибо, — Тея поджимает губы и чуть улыбается в знак благодарности. — Да, болит немного. Папа забинтовал до посинения, наверное, к концу дня рука у меня отвалится.

Она снова улыбается, но одноклассник ее шутки не поддерживает и буравит ее внимательным взглядом.

— Питер?

— А?

Тея усмехается, чувствуя себя более чем смущенной.

— Учебники.

Питер дергается, только теперь вспоминая о своих руках.

— Д-да, точно.

Вместе с Недом они кое-как запихивают литературу, химию и математику в шкафчик Теи, Питер тянется за ее рюкзаком.

— Да я сама могу…

— Нестрашно, — отнекивается Паркер. — У нас сейчас биология общая, — и, не дожидаясь возражений, идет по коридору вместе с недоумевающим Недом. С двумя рюкзаками он смотрится слишком забавно, так что Тея тормозит у своего шкафчика и догоняет одноклассников уже у дверей в кабинет миссис Маркл.

***

— А вы, ребята, фанаты этого человека-паука? — спрашивает Тея за обедом. Она хотела приготовить еду с собой, как сделала Кирку и Селесте, но с утра была слишком сонной и успела только сообразить завтрак близнецам, а про себя забыла. Сейчас она жалеет, что не проснулась еще раньше, чтобы не давиться школьным обедом во второй раз. Тея боится, что очередного бургера ее желудок не выдержит и осторожно тыкает вилкой растекающееся жижей по тарелке рагу из… предположительно кроличьего мяса.

— Это не похоже на кролика, — заключает девушка и отодвигает в сторону свой поднос.

Питер и Нед переглядываются между собой, пока Тея не видит (или пока делает вид, что не видит этого), и только после продолжительной паузы отвечают.

— Эм, а что, он же крутой! — говорит Нед. Питер бьет его локтем в пухлую руку.

Тея крутит коробочку с виноградным соком в одной руке и шуршит пленкой от трубочки в другой. Паркер смотрит на это чересчур внимательно, и Тее не нравится этот взгляд. Как будто одноклассник боится, что она вот-вот развалится на куски, как хрустальная.

— Питер, похоже, так не считает, — усмехается девушка, и Паркер дергается, как подстреленный.

— Что? Поч-чему, я думаю, он х-хорош. Разве нет?

Тея наблюдает за сменой эмоций на его лице — парень читается, как открытая книга, совсем, как ее младший брат. Только Кирку всего три с половиной, а Питеру, предположительно, пятнадцать.

— Не умеешь ты притворяться, Питер, — качает головой девушка. Питер снова удивляется, кончики его ушей краснеют в одно мгновение, и весь он похож на лампочку.

— Я не притворяюсь, с чего бы мне?

Нед быстро-быстро кивает, согласный с другом, — вот-вот голова оторвется от шеи. Тея вздыхает и указывает Питеру прямо на лоб.

— Весь день проверяешь, не сломала ли я чего, хмуришься, сердишься, — девушка загибает пальцы левой руки и чуть морщится от еле заметной боли от ссадин. — Я сказала, что не знаю, герой ли этот ваш паучок, а ты вспыхнул, как свечка. Так ты меня осуждаешь за то, что я не испытываю перед вашим героем благоговения, или сердишься на него за бардак c автобусом?

Питер кажется сбитым с толку и сконфуженным. Ему на помощь приходит Нед.

— Но он же тебя спас! Где бы ты сейчас была, если бы не человек-паук?

Питер пинает Лидса под столом, и Тея хмыкает.

— Мертва бы была, — отрезает она. Нед ойкает. — Ты прав, я ему благодарна. Но я совсем не понимаю, что движет человеком, когда он переодевается в трико из спандекса и летит на веревочках спасать таких зевак, как я.

— Д… Доброта… — неуверенно мямлит Нед, совсем запутавшись в словах Теи.

— Геройство, — не соглашается девушка. — Если он хочет всеобщего признания и, там, не знаю… быть супергероем, походить на Мстителей и знаменитого Тони Старка, то, возможно, такой смешной костюм ему только мешает. И, между прочим, — добавляет Тея, пока Нед не успел вставить свое слово, — он рисковал своей жизнью, спасая меня и целый автобус. Это благородно, конечно, но глупо.

Она бросает попытки выудить что-то съедобное из своего обеда и уходит, напоследок кивая одноклассникам. Нед поворачивается к растерянному Питеру.

— Так человек-паук для нее герой… или псих в трико?..

========== Свобода паучьих действий ==========

Мама просит Тею снова заняться музыкой. После Инцидента в ее семье тема будущей профессии девушки почти не поднимается, и это ее злит. Она не хочет играть на фортепиано, она хочет стать врачом. Зачем ей идти в школьный оркестр, который она и в прошлой-то школе посещала через раз?

— Наша семья может обойтись и без элитного доктора, ты знаешь, — говорит мама за ужином. Тея звякает вилкой по тарелке, Кирк рядом с ней морщится.

— То, что произошло у папы в лаборатории, на моих умственных способностях никак не отразилось, ты знаешь, — парирует девушка. — И на моих желаниях тоже. Что такого, что я хочу быть хирургом и…

— Вскрывать чужие желудки и копаться во внутренностях? — вскидывает бровь мама.

— Жизни спасать! — отрезает Тея. И, спохватившись, добавляет: — Легальным путем. Без всякой тонистарковской фигни.

— Это не фигня, — хором на автомате поправляют ее близнецы.

— И прекрати выражаться за столом, — добавляет мама.

Тея устало выдыхает и прекращает спорить. На сегодня она достаточно выдохлась, чтобы еще и отстаивать право выбирать собственное будущее. Если бы Тея стала хирургом, то спасла бы многих… таких, как работники лаборатории ее отца, например. Может, тогда бы ее семья смогла вернуться к нормальной жизни?

Не то, чтобы они сильно страдали. Хотя, каждый вечер глядя на близнецов в их тесной спальне, Тея думает, что ее семья потеряла после Инцидента нечто большее, чем расположение отцовских коллег и многих пострадавших.

Например, возможность младших Амидала стать теми, кем они хотят. Возможность Теи свободно учиться на хирурга.

Мама, кажется, навсегда срослась со страхом, что Инцидент в лаборатории отца повторится снова, что кто-то из ее детей пострадает куда больше старшей дочери.

Тея заваливается на кровать в своей маленькой комнате с тяжелыми мыслями. Она хочет быть хирургом, и отец ее поддерживает, несмотря на все пережитое. Неужели маме так хочется стоять между дочерью и ее мечтой, что она готова объявлять Тее войну всякий раз, как та заводит разговор о медицинском университете?

— Между прочим, хирургия и генетические исследования это две разные области, — бурчит девушка, переворачиваясь на живот. Кровать под ней натужно скрипит. Между прочим, Тея и сама не хочет оказаться в лаборатории отца еще раз. Между прочим, она тоже боится отцовских экспериментов. И все это никак не связано с хирургией.

«Мне нужен выход на крышу», — думает Тея, подсчитывая дни своего проживания на новом месте. Она пропустила уже шесть открытых лекций, она давно не занималась, и ей будет сложно нагнать умненьких студентов университета, когда на носу у нее переводные экзамены в школе.

***

Как оказалось, отыскать открытую крышу в любом мало-мальски приличном доме в Куинсе сложнее, чем на Манхэттене. Хотя казалось бы… Тея разочарованно плетется вдоль зажигающихся к ночи фонарей и вычеркивает в блокноте шестой адрес подряд.

По сути, крыша ей вовсе не сдалась; искать какое-то тихое место просто по старой привычке — глупо и неразумно, а Тея вовсе не глупая. По крайней мере, ей хочется так думать. Посидеть и позаниматься она может и в школьном библиотеке после уроков или в своей комнате — благо, теперь ей даже от вездесущих близнецов прятаться не нужно, пока они проводят время в детском саду. Но стены тесной квартиры давят на нее так, словно она сидит в коробке из-под обуви и делит странное жилье с небольшой китайской семейкой. Воздуха вечно мало, кондиционер в доме не работает, открытое окно приносит только шум с улицы… У Теи есть миллион и одна причина, почему ей жизненно необходимо найти пустующую крышу для учебы.

Девушка проходит мимо закрытого уже продуктового магазинчика, которым заправляет один добродушный испанец— обычно мама просит покупать у него хлеб, потому что он здесь самый вкусный, хоть и находится в двух кварталах от дома. С этой стороны улицы исправных фонарей мало — Тея смотрит себе под ноги, и когда на ее кеды падает узкая полоса голубоватого света, удивленно поднимает голову.

В отделении банка прямо напротив горит свет, и какие-то умники ковыряют банкомат. Тея испуганно пятится, прижимаясь спиной к стене продуктового магазина, и шарит рукой в кармане широких джинсов, пытаясь нащупать телефон. Хоть бы эти воришки ее не заметили в тени улицы…

Тея не глядя набирает 911, когда замечает какое-то движение на крыше банка. Да вы, должно быть, шутите…

Героя Куинса в красном трико узнать проще простого: Тея забывает о телефоне и своем намерении вызвать полицию — в оглушительной тишине заснувшей улицы голоса мелких воришек и любителя спандекса звучат так громко, что Тею пригвождает к месту и от неожиданного испуга она не может пошевелиться. Что творит этот безумец? А если у этой банды есть оружие?

Тее кажется, что она моргает слишком медленно: в ярко освещенном отделении банка происходит быстрая потасовка, красное размазанное пятно, в которое превратился герой-любитель, мечется по четырем стенам, раздается оглушительный грохот, потом наивное до смешного «прости, приятель, я не со зла», и четверо преступников сползают по стенам, потеряв сознание. Если Тея прищурится, то сможет увидеть, что все они приклеены по рукам и ногам паутиной, которая на этот раз совсем не тает, как прежде.

Тея мысленно матерится и, все еще прижимаясь спиной к витрине магазина, пробирается к перекрестку. Заворачивает там в тень следующего фонаря, и, еле слышно выдохнув, сбегает вниз по улице. Останавливается только у следующего перекрестка, набирает трясущимися руками 911, как и собиралась, и звонит.

— Здесь ограбление, — тараторит она. — Банковское отделение на двадцать первой улице. Приезжайте скорее.

— Ты специально так поздно гуляешь? — раздается за спиной Теи. Она кричит и не глядя швыряет в обидчика телефон. — Ауч!

И только потом оборачивается. Девушка видит прислонившегося к стене дома героя в трико, он потирает лоб и, наверное, сконфужен. Из-за этой дурацкой маски он вообще кажется инопланетянином. И он держит в руке ее телефон.

— Напугал! — вскрикивает Тея. Тут же, спохватившись, ойкает, чертыхается и шипит: — Напугал!

— Да! Я понял, прости! — с готовностью тараторит этот ненормальный. Трет свой многострадальный лоб и протягивает Тее телефон. — Не швыряйся им больше, пожалуйста.

Она выдергивает из пальцев, обтянутых чертовым красным спандексом, свой смартфон, поджимает губы, почти пускает слезу от пережитого страха. Дрожит, как трусишка Кирк, стискивает вспотевшими пальцами телефон.

— Придурок, — цедит Тея сквозь зубы. Клоун неожиданно вскидывает голову.

— Эй! Я же тебя спас, зачем обзываешься?

— Это от страха! — оправдывается девушка. Звучит не очень убедительно даже для нее самой, но она так разозлилась, что в обыкновенный вечер снова очутилась в центре какого-то бардака, что вот-вот заплачет с испуга, и что этому человеку, кем бы он ни был, Тея никак не может дать точного определения. Он псих или герой? Или все это вместе?

— Извини, — он качает головой, будто кланяется. Тея смотрит на него с широко распахнутыми глазами, и в голове у нее мечется миллион слов от благодарных до самых матерных, после которых язык с мылом помыть хочется.

— Я полицию вызвала, — зачем-то уточняет девушка. — Они здесь будут через пару минут. Тебе, наверное, надо… бежать отсюда. Нет?

— Ага, — кивает этот герой. Задумчиво трет затылок, крутит головой. — Ты правильно сделала, что позвонила копам. А, и спасибо, что подождала, пока я с ребятами разберусь. Мне как-то сподручнее, когда никто не вмешивается.

— Ну и зря, — выдает Тея. Убирает телефон в карман, скрещивает на груди руки. Стоит ли ей бояться мелкого хулигана? Он ведь такой же мошенник, как и те ребята в банке. Только ищет не денег, а… славы?

— Почему это? Если бы я не разобрался, эти парни ограбили бы банкоматы и свалили по-тихому еще до приезда бравой полиции. И даже твой телефонный звонок бы не помог.

Тея щурится, поджимает губы (попутно отмечая, что чувствует себя так, будто отчитывает проказника-Кирка), и обрывает тираду героя коротким:

— Ты подставляешься.

Паук замирает со вскинутой рукой — Тея не знает, он ждет от нее пояснений или просто задумался, да и как можно понять, что на уме у этого трюкача, когда ни одной черты его лица не проступает за этой маской. А как… Как его глаза меняют размер? Это специальный костюм с датчиком движения?

— В Куинсе полно преступников, — говорит Тея, гоня прочь мысли о природе спандексного костюмчика. — Было бы круто, если бы этот район стал спокойнее, но, знаешь, если ты пострадаешь, пытаясь остановить ограбление мелкого банка или лавки мистера Долмара, то никому от этого лучше не станет. А вот твоим родным наверняка придется несладко.

— Да, но… — запинается горе-защитник района. Молчит, и Тея думает, что он подбирает слова, а, может, просто злится на ее выговоры. Паук вздыхает. — Но ведь не могу же я сидеть сложа руки, когда какие-то придурки грабят обычных людей, или вот, когда трое уродов нападают на щуплого паренька, у которого дома больная мама ждет лекарства, или когда автобус теряет управление и летит на девчонку с бананами в ушах, которая ничего не слышит и не видит!

Тея чувствует, как краснеют ее щеки, и фыркает. Отворачивается, смотрит в сторону, против воли трет ни в чем не повинный нос. Глупая привычка, оставшаяся с детства, может выдать ее с головой, и надо бы от нее отучиться.

— Ладно, согласна! — вскидывает она подбородок. Трюкач скрещивает на груди руки. — Ты прав, это было смело. И… Спасибо. Я благодарна тебе за свое спасение.

Паук кивает.

— …но тебе стоило бы задуматься о собственной безопасности. Нельзя вот так лезть в самое пекло.

— Аргх, ты все испортила! — он дергает руками, крутится на месте и возмущенно сопит. Тея закатывает глаза. — Могла просто поблагодарить же!

— Но я сказала спасибо! — перебивает его девушка.

Они возмущенно смотрят друг на друга — по крайней мере, Тея считает, что этого парня просто задело то, что девушка его не похвалила. Но Тея никогда не считала самоотверженность благородным качеством, если речь идет о мирном времени. Обыкновенно самоотверженным героям терять нечего, а у этого трюкача, она почему-то уверена, есть родные.

Или он потерял их, и теперь восполняет комплекс вины вот таким самостоятельным спасением человечества в округе Куинс.

— Слушай, я все понимаю, — тянет девушка, привлекая внимание обиженного трюкача. — Честно, я понимаю, ты хотел бы стать великим героем. Да? У тебя выдающиеся способности, и очень странно, что ты не носишь эмблему Мстителей или что-то в этом роде, но… Ты не замечаешь разве, что…

— Черт! — дергается парень. — Мне пора, сюда уже едет полиция! Ты бы тоже шла домой, а?

Тея прислушивается к приближающимся сиренам, согласно кивает.

— Ой, это я тебя задержала! — почему-то оправдывается она. — Я бы убедила тебя, так и знай.

Человек-паук уже прыгает на крышу низенького здания магазинчика и смотрит через плечо на оставшуюся внизу Тею.

— Убедишь как-нибудь в другой раз, согласна?

И срывается с места, пропадая в вечерней мгле неосвещенных улиц района. Тея смотрит ему вслед, думая, что только что участвовала в самом странном разговоре за всю свою жизнь.

«Прав был отец, — думает она, — от супергероев один бардак.»

***

За месяц, который Тея с семьей живет в новом для них округе, спаситель Куинса успевает стать героем пары выпусков новостей и трех десятков роликов на ютьюбе. Кирк с Селестой, как заведенные, твердят Тее, что этот герой круче всеми любимого Железного человека, Капитана Америки и даже Тора, на что Тея старается не обращать внимания. Близнецам реплики человека-паука кажутся забавными, они строят теории насчет его возраста, профессии, даже цвета волос. Тея думает, что этот трюкач не старше нее самой.

В школе Нед наседает на нее с расспросами про паучка больше Питера, и этой реакции Тея не понимает. Она знакомится с половиной класса, так что теперь может присоединяться на обеденном перерыве к девочкам из команды школьного декатлона, чем и пользуется, если Нед напирает на нее со своим фанатизмом.

Питер обычно делает вид, что не заинтересован разговорами о пауке, пока Тея не открывает рот и не говорит что-нибудь вроде «этому герою не мешало бы повзрослеть» или «если дружелюбный сосед пропускает школу ради того, чтобы снимать котов с деревьев, то вряд ли он достигнет успеха». И вот тогда они начинают неуклюже спорить. В основном, неуклюжим выглядит Питер. Он заикается.

— Ну и чем же, по-твоему, будет заниматься человек-паук, когда повзрослеет? — спрашивает Тея, окончательно разозлившись. — Нед, ты пойми, я не против того, чтобы бравый герой помогал простым мирным жителям и надирал задницы каким-нибудь ублюдкам вроде террористов или оживших роботов. Но этот герой должен иметь мозги, чтобы распоряжаться своей силой правильно, и приличный стаж за плечами. А иначе это не спасение человечества, а игра в Капитана Америку, какой мой младший брат обычно развлекается, а ему всего три года.

— А как он опыта наберется, если такие, как ты, против его деятельности выступают? — укоризненно спрашивает Нед. Тея фыркает.

— Ты не так меня понял. Я не выступаю против его деятельности, я… Вот вы! Вы оба считаете, что быть супергероем и рисковать своей жизнью каждый день, это круто.

— Конечно! — восклицает Лидс. Питер неуверенно пожимает плечами, и Тея закатывает глаза.

— О чем я и говорю! Рисковать своей жизнью — это НЕ круто. Умереть ради высшей цели, должно быть, здорово, но вот оставшимся в живых близким вашим будет ой как горько и больно. Тетя Мэй умрет от горя, например, — добавляет девушка, и Питер удивленно вскидывает к ней голову.

— Зачем ты ее к разговору о супергероях приплетаешь? — хмурится он. — Мы же о человеке-пауке говорим, а не…

— Да потому что у вашего героя тоже есть семья, — давит Тея. — И что-то мне кажется, что они не в курсе его каждодневной деятельности. Иначе бы не пускали этого парня за пределы собственной комнаты.

Питер выглядит уязвленным, как будто девушка задела его лично. Или все-таки не стоило упоминать тетю Мэй? Паркер делается упертым, как баран, когда дело доходит до разговоров о семье, и Тея его понимает, но… В ее голове никак не укладывается мысль, что человек, пекущийся о здоровье собственной тети, никак не соотносит душевное спокойствие геройской родни с возможными рисками этого самого героя. И в этом споре Питер негласно занимает сторону Неда, активно выступающего за «свободу паучьих действий», а Тея чувствует себя Гермионой Грейнджер, отстаивающей права домовых эльфов…

В очередной непримечательный понедельник после занятий Питер сбегает на стажировку к Старку, Нед идет к себе собирать новую звезду смерти, а Тея пробирается на крышу школы. Оказывается, ее не запирают до самого вечера в теплые дни, и девушка уже неделю радуется своему открытию.

Здесь она делает часть уроков, пользуется школьным вайфаем и ждет, когда солнце начнет садиться за горизонт. Закатный розовый свет делает очертания Куинса мягче и спокойнее, Тея заканчивает неинтересный конспект по истории и, наконец, берется за медицинский учебник.

Пусть мама боится за здоровье Теи (хоть будущая профессия никак не влияет на это) — сама девушка считает свой выбор правильным. Хорошо, если в семье появится серьезный хирург, спасающий чьи-то жизни.

И этому хирургу придется очень постараться, чтобы поступить в престижный университет.

Тея слушает лекцию доктора наук из Зальцбурга и наматывает круги по крыше, огибая металлические раструбы. На второй половине часа переходит на бег, потом приседает, разминает руки и ноги. Трет шею, расправляет плечи. Лениво машет руками.

«Круто было бы заняться боксом», — думает Тея, удивляясь самой себе, и сгибает локти, как при защите от удара. Оборачивается, смеется над собой, и смех застревает у нее в горле.

Прямо на парапете, уперев подбородок в колени, на нее смотрит трюкач в трико.

— С такими кулаками ты себе только пальцы переломаешь, — замечает он и спрыгивает на крышу к Тее.

========== Жалость к героям ==========

— Что ты здесь делаешь? — спрашивает паучок, склонив голову набок. Тея икает от удивления и, спохватившись, тянется выключить запись на смартфоне. Хрипловатый голос доктора наук захлебывается в шуме города.

— Хочу у тебя спросить то же, — говорит она. Паучьи глаза меняют размер, как будто он снисходительно улыбается. Тея хмурится в ответ.

— Вообще-то я человек-паук, мне положено.

— Что? — хмыкает Тея. — По крышам прыгать? Это уж точно.

Герой трет затылок и, пока Тея идет мимо него к оставленным без присмотра тетрадям с конспектами, наблюдает за ней вполоборота. Девушка поднимает с земли рюкзак, с трудом втискивает туда большой блокнот. Лишнее внимание ее нервирует, так что все движения у нее получаются дерганными, и в конечном итоге вся мелкая канцелярия сыплется из рюкзака, будто он дырявый.

— Медициной интересуешься?— он присаживается рядом, и его голос раздается прямо над ухом Теи. Та дергается и вскидывает голову, встречаясь нос к носу с паучьими глазами на красном черепе. В них — экраны в мелкую сетку. Это не просто стекла.

— Высокотехнологичный костюм? — спрашивает Тея, попутно отмечая, что заикается, прямо как Питер. Так близко всякие люди-насекомые к ней не подходили, это слишком личная дистанция.

Паучьи глаза снова сужаются, и теперь Тея слышит звук, как у затвора фотоаппарата. Точно, технологии а-ля Железный человек.

Девушка вытягивает учебник по анатомии из рук трюкача, втискивает его в пухлый рюкзак между конспектом по истории и вкладышами из Нью-Йоркского университета. Паук отдает ей выпавшие из пенала ручку и ластик.

— Тебе костюм Тони Старк сделал? — спрашивает Тея, обращая внимание на браслеты на спандексных руках. — Он с защитой, как у его игрушек, типа, с броней тоньше кожи?

— Эм… — паучок отходит чуть дальше и явно подбирает слова, а не просто тянет время, думая, что Тея подняла эту тему из чувства такта. Девушка смотрит на него, только теперь замечая, что костюмчик у него не так прост, как казалось раньше. Это не какой-то цирковой клоун в лайкре.

— Я это к тому, — поясняет Тея, закидывая рюкзак на плечо, — что если тебе помогают высокие технологии, значит под этой маской скрывается обычный человек.

Он наклоняет голову. «И что?»

— Значит, — продолжает Тея, — ты можешь умереть, спасая чьих-то котиков. Вряд ли у тебя мускулистое тело Капитана Америки или суперспособности бога грома.

Раздается обиженное фырканье, паучок скрещивает на груди руки, глаза сужаются.

— Но у меня есть суперспособности! — возмущается он.

— Ага. И всего лишь одна жизнь.

Вообще-то Тее не стоит спорить с человеком, решившим защищать мирных жителей. У каждого свое хобби, а это, к тому же, в основе своей не противоречит ее убеждениям. Она ведь тоже хочет стать хирургом, чтобы помогать людям. Но ее будущая профессия не предполагает каждодневного риска для собственной жизни, а вот герой перед ней похвастаться подобной стабильностью не может.

Повисает неловкая пауза. Тея пытается подобрать правильные слова, чтобы не задеть парня, ведь, по сути, он делает хорошие вещи, верно же? Вот только паучок справляется со своими эмоциями быстрее.

— Ума не приложу, что такого тебе сделали супергерои, что ты их настолько не одобряешь.

— Я не… — Тея кусает нижнюю губу, отводит глаза, выдыхает. — Слушай, — с нажимом говорит она. — Я не против супергероев, честно. Они мир лучше делают, в конце концов. Просто… Я понимаю, что даже взрослые люди совершают ошибки, которые сложно исправить, и чаще всего Мстители и им подобные участвуют в заварушках, рискуя жизнью, своей и чужой.

Тея отворачивается, чтобы взглянуть на заходящее над крышами домов солнце, и отходит от паука к парапету. Он садится в пяти футах от нее, подгибая ноги.

— Если даже взрослые герои могут погибнуть, — говорит девушка, не глядя на паука, — то что говорить о таком, как ты?

Парень — там, под маской с высокотехнологичными глазами-экранами, точно скрывается молодой парень,— мотает головой из стороны в сторону, словно щенок спаниэля. У Теи был такой до Инцидента, а потом родители отдали его в более благополучную семью с достатком, позволяющим содержать собаку. Сейчас у Теи на попечении только младшие брат с сестрой и собственные тараканы в голове.

— Ты жалеешь супергероев? — слышит девушка удивленный вопрос и кривит губы в невольной улыбке.

— Думаешь?

— Печешься о нашем благополучии?

— Нашем?

Паук машет руками, неуклюже съезжая с парапета.

— Ну, я же супергерой! Вроде. Люди считают меня героем.

— С этим согласна, — кивает Тея, барабаня пальцами по лямке рюкзака. — И тебе покоя не дает мысль, что одна я такого героя отчитываю, как маленького, да?

Ее ногти задевают значок Кирка, который мальчик прикрепил к школьной сумке сестры вчера вечером, а Тея забыла снять. На нем, как это ни смешно, блестит щит Капитана Америки.

Паук разочарованно стонет сквозь маску, дергает руками. Во всех его движениях читается нерешимость, прикрытая броней альтер-эго. Тея думает, что, будь у нее вторая тайная жизнь, в ней она тоже вела бы себя гораздо увереннее.

— Слушай, — вздыхает девушка, — на самом деле я считаю, что ты делаешь что-то невероятно важное. Правда. — трюкач подозрительно щурится и молчит. — Ты людям помогаешь, район спокойнее делаешь. Это… это круто.

Он продолжает смотреть на нее и хранить молчание, будто проверяет на прочность. Тея не выдерживает уже через секунду.

— Боже, да я, правда, тобой восхищаюсь, — она повышает голос, всплеснув руками. Паук смеется. — Это не ложь во спасение или что-то в этом роде. Ты герой и в моих глазах, я не шучу.

— Но всегда есть какое-то «но», — подсказывает трюкач, пока Тея глотает ртом воздух. Она редко говорит комплименты незнакомым ей людям, особенно тем, кто старше нее или, предположительно, ровесник. Хвалить Кирка и Селесту в разы проще.

— Всегда есть «но», — соглашается Тея. — В данном случае мне боязно за твое здоровье.

Герой соскальзывает с парапета окончательно и, еле сдерживая фальшивый смех, хватается за голову.

— Это все из-за твоей мечты, да? — спрашивает он, делая несколько шагов прочь от девушки. — Поэтому ты врачом стать хочешь? Спасать всяких «дурачков в трико» вроде меня?

Тея улыбается и опускает взгляд на свои руки. Она стискивает пальцами носки пыльных кед, трет ярко-оранжевые шнурки. Селеста разрисовала их звездочками.

— Нет, — говорит, наконец, девушка. — Я хочу помогать там, где всякие герои бессильны.

***

— Так твой отец работал с мистером Старком? — спрашивает Питер, играясь с ручкой Теи. Девушка кивает, не отрывая взгляда от учебника по химии.

— Ну, может лично они и не встречались, но лаборатория отца находилась под руководством самого Старка, да.

— И что он делал?

Тея поднимает глаза к однокласснику. Нед и Питер сидят в библиотеке напротив девушки и ждут ее рассказов, будто от них зависит, сдадут ли все трое предстоящие семестровые тесты.

— Проводил кое-какие эксперименты, — нехотя отвечает девушка. — Слушайте, может, займемся все-таки химией? У нас тест на носу!

Питер быстро кивает, Нед же делает вид, что не слышал ее.

— А что за эксперименты? Он помогал Тони Старку строить его костюмы?

Тея закатывает глаза и с трудом стискивает зубы, чтобы не рявкнуть на чересчур любознательного Лидса. Питер замечает ее сердитый взгляд и чуть улыбается. Ну не смешно же, Питер Паркер. Пусть твой друг отстанет со своими расспросами…

— А разве тот несчастный случай не в лаборатории твоего отца произошел? — вдруг раздается откуда-то справа. Тея резко поворачивается, натыкаясь на молчаливую обычно Мишель. Спокойная, сдержанная, эта девчонка, кажется, появляется просто всюду, где есть Нед и Питер. И, с некоторых пор, сама Тея. Девушка поджимает губы, буравя ее взглядом, но одноклассница кажется неприступной и неподкупной.

— Я не специально это узнала, просто смотрела новости, — добавляет Мишель. Как будто от этого легче.

— Несчастный случай? — подпрыгивает неугомонный Лидс. — Что за несчастный случай?

— Господи… — Тея резко встает, собирая в стопку разбросанные по парте конспекты. — Я на крышу. С вами совсем не поучишься, как дети малые.

И уходит, оставляя мальчиков наедине со всезнающей Мишель. Тея боится, что та, несмотря на кажущуюся отстраненность, сейчас разболтает Питеру и Неду все сплетни из телевизора. Девушка не хотела бы задевать тему отцовской работы и того самого случая, но, если завтра ребята будут коситься на нее с осуждением, ей придется рассказать свою часть истории. Ту правду, которую не показывали по ТВ в выпуске новостей полгода назад.

На крыше сегодня прохладнее, чем обычно. Тея привычно бросает рюкзак рядом с решеткой вентиляции и идет к парапету, на ходу втыкая наушники в уши. Вчерашняя лекция возобновляется, как назло, на вопросе генетических отклонений, которые разбирает институт в Лондоне.

«Черт», — думает Тея и злится пуще прежнего. Хоть бы Мишель держала язык за зубами.

Она разминает руки и ноги, чтобы избавиться от раздражения, пинает об дверь красно-синий мячик, который стащила из игрушек близнецов, и, удостоверившись, что никакие клоуны в трико ее сегодня не наблюдают, несколько минут нещадно машет руками, как будто борясь с невидимым противником.

Сейчас, если бы перед ней стоял кто-то осязаемый, она смогла бы побить его без обыкновенного сожаления.

Только совсем запыхавшись, Тея выдергивает из ушей наушники с давно притихшим менторским голосом и упирается руками в колени. Она вспотела, и прохладный ветер ощутимо мажет ее по влажной коже шеи и щек.

— Ты не думала пойти в реальную секцию по боксу?

Тея устало вздыхает.

— Тебе не надоело подкрадываться со спины, как шпион? — девушка оборачивается, упираясь взглядом в сгорбленную фигуру человека-паука. Тот пожимает плечами.

— Я звал тебя, но ты меня не слышала.

— Игнорировала, — ухмыляется Тея и с наслаждением потягивается из стороны в сторону. Потом подходит к оставленному без присмотра рюкзаку, добывает оттуда сэндвич с курицей. — Будешь?

Трюкач, как обычно, отказывается.

— Не, я захватил с собой, — и поднимает в воздух пакет с хот-догом из лавки мистера Долмара. Тея снова хмыкает: герой Куинса скромничает, словно мальчишка.

— Между прочим, мой брат приготовил для тебя самый острый сэндвич в мире, — говорит девушка, садясь рядом с пауком — он на парапете, она внизу, упираясь в кирпичную стенку спиной. — Покрошил туда весь холопеньо.

— Я не ем острое, — извиняется трюкач. — Тошнит потом.

— Ага, так брату и передам.

— Не надо! — паучок дергает ногой, подхватывая пакетик Теи с едой, и ловит на лету предложенный сэндвич. — Давай я дома его съем. Передай ему спасибо.

Они едят в молчании. Тея не смотрит на героя предположительно своего возраста, пока тот, оттопырив маску, жует хот-дог из лавки Долмара. Но в конце концов девушка, не выдержав, спрашивает:

— Как ты умудряешься скрывать от родных и друзей свое альтер-эго?

— А? — соус с его ланча капает Тее на руку. Горчица и специи, ну еще бы.

— Твои родители должны быть слепыми и глухими, чтобы не замечать персонажа с ютьюба прямо у себя под носом, — добавляет девушка.

— А если у меня нет родителей?

— Значит, братья и сестры.

— А если и их нет?

— Значит… — Тея замирает с поднятой рукой, не донеся сэндвич до рта. — Ой, прости. Не стоило на эту тему…

Из-за своего раздражения она совсем забывает о чувстве такта и собственном же обещании не лезть под кожу этому герою в трико. Несмотря на интерес, который они оба друг к другу проявляют — нельзя отрицать, странноватый парень в маске, спасающий людей, все-таки не может не привлекать внимание Теи, особенно после их спора, — девушка решила не трогать ни его хобби, ни личную жизнь. Только сказала Кирку и Селесте, что виделась с человеком-пауком, и случайно обронила это при разговоре с Недом. Иначе с чего бы он с еще большим усердием принялся так на нее наседать.

Хотя Тея не помнит, когда это она успела проболтаться самому любопытному фанату паучка о своем тесном знакомстве…

— Так… — трюкач доедает свой хот-дог и спрыгивает с парапета, успев пафосно сделать сальто. — Из-за чего ты злишься?

Тея трет нос от смущения.

— Да, ерунда. Одноклассница сказала кое-что, чего не следовало. Странно, обычно она вообще не встревает в разговоры окружающих, а тут… Неважно.

— Она тебе не нравится? — паучок клонит голову, упирает руки в бока. Тея доедает свой ланч и заталкивает пустой пакет в карман джинсов.

— Нет, она, вроде, ничего. Молчаливая, но наблюдательная. — девушка крутит на языке это определение, примеряя его к Мишель, и на это уходит пара лишних секунд. — Немного пугает. Но она приятная, умная. Мы вместе ходим в кружок по декатлону, она говорит, что я заменяю в их команде Питера.

— Что? — переспрашивает паук, как будто прослушал половину слов Теи. — А его что, исключили?

Девушка пожимает плечами.

— Даже не знаю. Вроде бы нет, но он так много пропускает занятий в последнее время, что…

Она вдруг запинается на середине фразы, вскидывает голову к замершему паучку рядом. Тот отворачивается и смотрит в другую сторону.

— Это все из-за стажировки… — медленно договаривает Тея. — Говорит, она для него важнее школьных кружков… — ее что-то смущает в том, как странно развивается их разговор, но не может ухватиться за правильную мысль. Аж мозг чешется, удивительно.

Трюкач принимает абсолютно незаинтересованный вид — смотрит за край крыши, как будто вот-вот готов улизнуть отсюда, отводит взгляд от девушки, пока та хмурится.

— Это мой одноклассник, — уточняет Тея, собирая воедино разрозненные ощущения. — Питер, Питер Паркер.

— А, — паук кивает, но все еще не смотрит в сторону девушки. — Ясно, ага.

Тея убирает руки в карманы, находит там связку ключей и перебирает цепочку от брелка пальцами. На обоих снова опускает купол неловкой паузы, они молчат и рассматривают каждый свое. Наконец, Тея поднимает глаза к паучку.

— А чего ты на крыше школы забыл?

Трюкач дергается, будто его засекли за чем-то нелегальным.

— О, точно! Спасибо, что напомнила, я просто жду, когда…

Позади них дверь с грохотом распахивается — врезается в кирпичную стену, отскакивает со скрипом обратно. Тея вскрикивает, но паучок вдруг оказывается совсем рядом с нею и закрывает ее распахнутый в испуге рот рукой. Он заставляет ее присесть, спрятавшись за вентиляционным выходом. А следом Тея слышит голоса нескольких взрослых.

— Босс ни за что не поверит, где мы нашли его игрушку!

И на крыше появляются трое мужчин с громоздким ящиком в руках и… оружием.

========== Имя и нож ==========

— Это их ты ждешь?!— одними губами шепчет Тея, прижимаясь плечом к кирпичной кладке вентиляции.Герой — удивленный, шокированный, уязвленный— мотает головой, машет руками, и глаза у него делаются в пол-лица.

— Так, ты — сиди здесь и не высовывайся! — тараторит он и змеей уползает за угол, не дожидаясь ответа.

Тея стукается затылком об твердую стенку вентиляционного выхода, руки у нее против воли трясутся. Она нутром чувствует, что эти парни с грозными лицами пришли сюда не медицинские лекции в тишине послушать и не перекусить сэндвичем мистера Долмара. Их голоса раздаются уже гораздо ближе.

— Ненавижу школы. И чем это тут воняет?

— Не знаю, это ж школа. Ищи ядро, оно должно быть где-то здесь.

Порыв ветра несет в сторону Теи выпавшие из рюкзака тетрадные листы. Она видит оставленную сумку в трех шагах от себя, но боится даже пошевелиться. Совсем рядом шуршит под ногами приближающихся мужчин песок.

Человек-паук появляется с противоположной стороны и паутиной запечатывает рот Тее. Крик утопает у нее в горле, она возмущенно глядит на этого трюкача и давится яростным воплем.

— Идем-идем-идем, ну! — подгоняет герой, протягивает ей руку, которую девушка тут же сдавливает изо всех сил. Она ползет следом за ним, пытаясь ступать как можно тише.

В это время один из нежданный гостей огибает вентиляцию с другой стороны. Как только Тея скрывается за углом, паук притягивает ее к себе.

— Ты и я ползем сейчас к двери, идет?

Тея только кивает. Как будто у нее есть выбор.

Что здесь происходит, она совсем не может понять, но точно знает, что не стоит показываться на глаза парням с оружием в руках. Эти заявились на крышу школы, как хозяева, и явно не станут расшаркиваться перед одной из учениц.

Паук обнимает Тею, сам хватает ее рюкзак, и вдвоем неуклюжей фигурой они кое-как проползают еще несколько футов. Сердце девушки стучит у нее в ушах, она почти ничего не слышит, только свое тяжелое дыхание и какой-то голос в голове героя. Это ей кажется, это галлюцинации от страха.

— Энергетический выброс был где-то здесь! — ругается один из… кто бы он там ни был. Тея оглядывается всего раз, неловко дергается в руках паука, и повисшая в петле рюкзака ручка с глухим стуком падает на землю.

— Что там такое?

Трюкач замирает, Тея стискивает его руку своей мокрой от пота ладонью. Они вжимаются в стену прямо за дверью, и им нужно обогнуть ее, чтобы оказаться в безопасности. Только к ним уже возвращаются двое из компании этих ищеек, только им совсем никак не укрыться…

— Побудь здесь, ладно? — тихо спрашивает паучок и выскакивает прямо под ноги вооруженным людям.

— Что-то потеряли, парни? Эй, да мы же знакомы!

Раздаются выстрелы, яростные крики сразу нескольких человек. Тея вздрагивает от каждого глухого удара и вопля, и когда ей кажется, что все закончилось, чье-то грузное тело падает прямо на дверь, за которой она вжимается в стену.

Тея стонет сквозь ком паутины, запечатавшей ей рот.

— Это что еще тут… — хрипит неизвестный. Дверь отскакивает в сторону, являя темнокожему мужчине с ножом в руке притаившуюся притихшую Тею. В это время человек-паук прыгает между двумя оставшимися в сознании громилами и не видит, что девушку хватают за голову, оттаскивают от стены, заламывают руку, прижимают к шее острый нож.

Тея снова стонет от боли, крик о помощи так и остается у нее в горле.

— Эй, красный! — рявкает преступник. — Ты бы не рыпался!

— А то что? — кричит паук и только потом оборачивается. — О, нет!

— И ты давай без фокусов, подружка, — добавляет темнокожий, для убедительности сильнее стискивая Тее руку. Она тяжело дышит, вытягивает шею, как только может, чтобы опасное лезвие ножа не коснулось ее кожи. — Не дергайся, понятно? А ты, клоун, тащи сюда ядро читаури!

Паук вскидывает руки, его тут же берет на мушку громила с пистолетом.

— Слушайте, сэр, я…

— Теперь, значит, «сэр», да? — самодовольно тянет вооруженный.

— Да, сэр, я-я понятия не имею, о чем вы говорите, — голос трюкача вовсе не кажется убедительным, он заикается, совсем как одноклассник Теи, только она ничего не замечает, не в таком положении.

— Долго врать-то будем? — прерывает героя третий мужчина. Он ниже своих приятелей, но выглядит так же устрашающе. По меркам Теи здесь все они являются смертельно опасными преступниками, раз у одного в руках пистолет, и он целится им в народного героя, второй вот-вот воткнет ей в щеку нож, а третий держит громоздкий ящик с неизвестным содержимым. Воображение Теи рисует в нем бомбу.

Зачем эти трое заявились на крышу обычной среднестатистической школы?..

— Так, давайте без резких движений, ладно? — паук делает осторожный шаг по направлению к темнокожему с Теей, и тот дергается. Тея мычит от страха.

— Еще шаг без нашего позволения, шустрый, и я подрежу этой девчонке ее косички.

— Все, да, я не двигаюсь, честное слово!

Никаких косичек у Теи нет. Она вытягивается так сильно, как только может, смотрит на замершего паука — неизвестно, что у него на уме, но выглядит он испуганным, по-настоящему испуганным, и это… нет, не хорошо, это плохо, потому что в такой ситуации герой не должен бояться, он должен быть уверен в своих силах и в том, что вытащит Тею из рук самого грозного типа, которого она когда-либо встречала.

Она встает на носки своих кед, лишь бы не чувствовать лезвие ножа у изгиба шеи.

— А теперь гони сюда ядро, которое стащил вчера, — четко проговаривая каждое слово, добавляет темнокожий.

— Но у меня нет вашего ядра! — восклицает перепуганный паучок. — Я его в озеро выкинул!

— Парень… — тянет мужчина с пистолетом, — врать нехорошо, тебя разве не учили этому в школе?

Они стоят правильным треугольником — трое мужчин с Теей и человек-паук в самом его центре — и сжимают его, подходят все ближе. Паук оглядывается на дрожащую от страха девушку, и в этот момент она думает, что сейчас ей придется бежать.

— Тея, — тихо говорит герой. — Ничего не бойся и не двигайся, хорошо?

И все случается буквально за пару секунд: в лицо темнокожему летит паутина, одна нить отводит его руку с ножом от горла Теи, мужчина резко падает на спину — его ноги обмотаны другой нитью, — оставшиеся на ногах кричат, пистолет почему-то отлетает в сторону, тяжелый ящик падает к ногам громилы в кепке. Тею ведет в сторону по инерции, она успевает сделать два неуклюжих шага, и ее тут же ловит человек-паук.

— Все в порядке, я держу! — скороговоркой выплевывает он. Тея не чувствует земли под ослабевшими ногами — в лицо ей бьет порыв резкого ветра, желудок подпрыгивает к горлу, а потом вокруг становится темно.

— Беги вниз, не оглядывайся! — приказывает паучок. Тея стоит в дверях у выхода на крышу, позади нее — лестница вниз, спасительная лестница. Она без вопросов разворачивается и бежит, на ходу отрывая от губ прилипшую паутину.

Ей страшно, что оставшийся наверху супергерой пострадает от пули, страшно, что ее схватят и не дадут сбежать, страшно, что сейчас за ней бросятся оставшиеся без внимания преступники.

Все очень быстро перестает быть понятным. Тея оказывается на первом этаже и вместо выхода из школы бежит к библиотеке. Телефон и все вещи остались в ее рюкзаке, рюкзак сейчас на спине у человека-паука. Как ей вызвать полицию?

Девушка успевает заметить кнопку пожарной тревоги и спотыкается, пытаясь остановиться. Врезается в стену рядом, откидывает прозрачную крышку с предупреждением «В СЛУЧАЕ ПОЖАРА НАЖАТЬ». И со всей силы ударяет по круглой красной кнопке.

Пожарная сигнализация визжит так, что закладывает уши.

Тея стискивает руками голову и пробирается к библиотеке. Служба безопасности явится к школе, правда же? Кто-то из взрослых придет им на помощь, да?

Девушка успевает лишь забежать в читальный зал, когда ее хватают за плечи. Она кричит, визжит, дергается.

— Эй-эй, это я, все в порядке! — звучит рядом знакомый голос, и паук тянет Тею обратно к выходу. — Ты молодец, быстро сообразила с сигнализацией! Давай выбираться отсюда, пока полиция не нагрянула, идет?

Тея не задает вопросов и вываливается на улицу через запасной выход из школы. Они с пауком оказываются у закрытых ворот; паучок обнимает ее за талию, бросает короткое «держись» и взмывает вверх над железными пиками. Бояться уже не хватает сил, кричать тоже. Тея оказывается по другую сторону школьных ворот, оглядывается и, ни слова не говоря, спешит за трюкачом в красном прочь.

Остановиться и перевести дух они решают только через два квартала. Тея прижимает к груди рюкзак, который паук успел прихватить с крыши, и слезы душат ее и мешают видеть.

— Я их связал и разоружил, они никому не причинят зла, — тараторит герой. — И записку полиции оставил, их быстро отыщут, так что назавтра даже и следа их в школе не останется. Ты… ты не пострадала? Цела?

Тея переводит дух, глотает слезы и украдкой стирает их с глаз.

— Да, нормально все. С-спасибо.

— Дай посмотрю, — паук берет ее за подбородок, поднимает, нагло осматривает — его глаза странно мерцают, считывая информацию. — Вроде не задело, но ты лучше продезинфицируй шею, хорошо? Мало ли, в какой грязи этот нож валялся, и… Эй, ты точно в порядке?

— А ты как думаешь? — стонет Тея. — Голова кружится…

— Ох. Где ты живешь? Я доведу тебя до дома.

***

«Доведу» на паучьем языке означает «доставлю по воздуху», потому что у него нет времени на пешие прогулки. Тея оказывается у своего дома уже через три минуты, и герой тут же взмывает ввысь, превращаясь в точку в небе. Девушка не обижается. Ни за быструю доставку, ни за это прощание. У нее нет сил пережевывать эмоции, которых сегодняшний вечер принес по горло.

Она входит в квартиру и, не глядя, плетется в ванную. Находит аптечку, наспех протирает марлей шею. В зеркале на нее смотрит испуганное бледное лицо, у подбородка расцветает сиреневое пятно в два пальца шириной. Что сказать маме? Как объяснить все родителям?

Тея решает ничего им не говорить. Не считает нужным, принимая на себя роль героев кинолент, которых всегда осуждала.

Она отказывается от ужина, ссылаясь на домашнее задание, запирается у себя в комнате и, оказавшись наедине с собой, дает волю слезам.

Ближе к ночи ей неожиданно звонит Питер.

Тея почти спит — ресницы слиплись от слез, перед глазами все расплывается, и экран смартфона показывает двенадцатый час. Девушка берет трубку, даже не задумываясь, что в такое время могло понадобится ее однокласснику.

— Эм, привет, — раздается на другом конце провода. Голос Питера кажется еще более взволнованным, чем обычно, и он перекрывается городским шумом, будто парень стоит посреди перекрестка.

— Привет, Питер, — сипло отвечает девушка. — Ты почему так поздно?

— Я, знаешь, я подумал, что… Ты в порядке?

Тея кивает.

— Да, почему спрашиваешь?

— У тебя голос странный, — говорит Питер.

— Я уже почти спала, — объясняет девушка. — Что ты хотел?

Смартфон в ее руке вздыхает, повисает пауза.

— Нет, знаешь, ничего. Извини, что в такое время позвонил. Спокойной ночи.

— Спокойной…

Тея переворачивается на спину, закрывает рукой лицо. Этот длинный нелепый опасный день подошел к концу, но звонок одноклассника теперь не даст ей заснуть. Тея придумывает лишнего, или же Питер в самом деле показался ей обеспокоенным? Она держит в уме эту мысль, в полудреме прокручивая суматошные события на крыше школы, и в какой-то момент понимает, за что цеплялось ее внимательное подсознание.

Человек-паук назвал ее по имени, которого она ему не говорила.

***

В школе все ведут себя, как обычно. Никто не знает о происшествии на крыше — то ли полиция попросила не распространяться, то ли всё успели замять еще до начала учебного дня. Тея с опаской посматривает по сторонам. Ей кажется, что из-за угла на нее вот-вот выскочит громила с ножом или пистолетом, но никто не угрожает ни ее, ни чьей-либо другой жизни, день идет своим чередом, и только Амидала шарахается от каждого резкого движения.

Она все еще думает о герое в трико (и сама себя корит за постоянное напоминание о вчерашнем дне, которое хотелось бы совсем забыть, а не прокручивать в голове снова и снова). Пропускает занятие по декатлону, и Мишель хмурится и ворчит на нее, что Тея «уподобилась Паркеру». Уходит из школы раньше обычного, но домой не спешит.

Тея идет к лавке мистера Долмара, ничего не замечая вокруг — хотя должна бы смотреть в оба с таким важным уроком за плечами. «Паук-паук-паук», — вертится у нее в голове.

Мозг чешется, что-то раздражает извилины: будто какое-то членистоногое забралось ей под черепную коробку и шевелит лапками, пытаясь натравить мысли друг на друга.

— Спасибо, мистер Долмар! — слышит Тея, подходя к лавке. Питер?

Одноклассник выпрыгивает из второй двери и бежит через улицу, так и не заметив Тею. Девушка раздумывает не дольше секунды, прежде чем срывается следом.

— Питер! — зовет она, и ее крик тонет в гуле машин. — Питер, постой!

Парень оглядывается уже на повороте к неприметному проулку — вскидывает брови, дергается, возвращается на тротуар под солнечный свет. Тея догоняет его и боковым зрением отмечает неприглядный угол с мусором, куда ее одноклассник целенаправленно бежал.

— Торопишься? — спрашивает она. Питер кивает, тут же спохватывается.

— Да, то есть, нет, то есть-

— Стажировка у Старка?

Парень снова кивает. Тея понятия не имеет, что побудило ее окликнуть Питера — и без подсказок понятно, куда каждый день сбегает этот неугомонный сразу после уроков. «Есть дела поважнее». Как будто в мире, кроме стажировки у Старка, ничего интереснее быть не может.

Тея рассказала бы ему о вчерашнем своем приключении — язык прижигает к небу, так сильно ей хочется выплеснуть на кого-нибудь свои нервы от пережитого, — но с какой радости она будет вещать обо всем Питеру, если даже родителям не открылась?

— Ты в порядке?

Вопрос застает врасплох: Тея на автомате прижимает ладонь к шарфу на шее, в который замоталась по самый подбородок, лишь бы учителя не заметили синяков. На дворе почти лето, а она строит из себя мерзлячку — смех, да и только!

— Почти, — сдержанно отвечает девушка. Глаза мечутся между пакетом с хот-догом в руке Питера и его настороженным лицом. — Ты знаешь, я хотела…

— Ты в курсе, что вчера в школе случилось? — Питер вдруг перебивает ее, и Тея застывает с полуоткрытым ртом.

— Что?..

— Я слышал, пожарная сигнализация вечером сработала, — мямлит парень.— Охранники перед входом говорили, директор вызывал к себе Флеша, думал, это он вчера устроил шоу.

— С какой бы радости, — хмурится девушка. Кусает губу, стискивает лямки рюкзака пальцами. Набирает в грудь воздуха.

Проезжающая мимо полицейская машина привлекает внимание Питера, когда Тея выпаливает, как на духу:

— Вчера в школу какая-то банда забралась, они на крышу пришли, искали что-то, а я там… — девушка переводит дыхание, сердито поджимает покрасневшие губы. Лицо Питера вытягивается от удивления. — Меня человек-паук спас.

Ее одноклассник если не бледнеет, то делается очень нервным, и смотрит прямо на Тею тем самым взглядом, будто ждет, что она вот-вот расплачется или развалится на куски или…

— Я в порядке, — добавляет Тея и для убедительности даже чуть улыбается. — Просто очень нужно было кому-то сказать. Родителям такого не сообщишь за семейным ужином, они бы…

Она запинается на полуслове, когда Питер, все еще сохраняя гробовое молчание, тянется рукой к ее шее и медленно, аккуратно отодвигает край тонкого шарфика. Тея на автомате отталкивает его ладонь, закрываясь сильнее.

— Из-звини, это… — подобрать слова ей оказывается не так-то просто. Питер опускает голову, впиваясь взглядом в свои кроссовки.

Мимо них едут машины, гудит вся улица, ветер несет по воздуху старые листовки и целлофановые пакеты.

— Слушай, если вдруг встретишь человека-паука… — внезапно говорит Тея, и Паркер ошарашено глядит на нее глазами-блюдцами. — Ну, ты же у Старка стажируешься, а они наверняка знакомы, я почти уверена. Скажи ему, что я благодарна. Снова.

Питер молчит и даже не кивает. Тея готова к тому, что он посчитает ее совсем поехавшей или фанатичкой или просто высмеет — хотя это совсем не в характере Паркера, — но тот вдруг улыбается, вскидывая подбородок.

— Я ни разу его не видел, Тея, — тянет он. Тея неловко переступает с ноги на ногу. — Но если вдруг увижу, то обязательно все скажу.

Они одновременно кивают друг другу, словно китайские болванчики, нервно хихикают. Тея уже хочет вернуться на другую сторону улицы, когда Питер удивляет ее еще больше:

— Эй, а не хочешь… Хочешь, я провожу тебя до дома? Наверняка после вчерашнего тебе не очень комфортно одной идти.

========== Нарисованные маски ==========

— Тебе же надо бежать к Старку, — говорит Тея, втайне надеясь, что в качестве исключения занятой Питер Паркер освободит свое расписание. Всего на день, сегодня, чтобы не давать Тее повода строить безумные теории насчет хотя бы одного ее одноклассника.

Сегодня она, как заведенная, сравнивает всех встречных ростом чуть выше себя со знакомым в красном трико. «Это бред какой-то, безумие», — мысленно повторяет она, пока мозг выдает одно предположение хуже другого.

— Это ведь из-за человека-паука… — слышит Тея и отвлекается от крышесносящих мыслей.

— Что?

Они идут через сквер, и корявые тени деревьев прыгают по лицу Питера. Он кажется встревоженным или расстроенным — девушка не может разобраться в его эмоциях, хотя обычно он легче других читается, словно ребенок. Даже Лиз, с которой он не может заговорить самостоятельно, и то его раскусывает, как орех.

Питер вздыхает, отворачивается.

— Это из-за человека-паука ты вчера оказалась в опасности.

Тея удивленно ахает.

— Ты теперь его осуждаешь? Брось, это не из-за него случилось, — она останавливается, и Питер делает пару шагов вперед, прежде чем замечает это. Парень оборачивается — солнце высвечивает на его груди силуэт, странно напоминающий членистоногое… Или Тее так только кажется. Она жмурится, чтобы прогнать галлюцинации.

— Те парни вчера, — говорит она, заикаясь, — были настроены весьма серьезно. Сомневаюсь, что они бы оставили меня в покое, если бы я на крыше одна сидела. В смысле, они бы что, дорогу у меня спросили и дальше пошли? Типа, «Эй, подружка, не видела тут странную фигню, ядро чего-то там? Нет, окей, мы пойдем дальше. Если увидишь паучка, передай ему, что мы его ищем». Так, что ли?

Питер невольно улыбается, Тея смеется тоже. Это, скорее всего, нервное — дурацкие шутки, насмешка над опасностью, в которой она себя почувствовала… Но так даже проще.

— То есть, ты не считаешь человека-паука виноватым? — спрашивает Паркер, глядя на нее исподлобья, словно он сам провинился.

— Да с чего бы?

Тея устало присаживается на скамейку, выкрашенную в бело-желтый, и стягивает с плеч свой рюкзак. Разминает руки, хрустит костяшками пальцев; Питер морщится на неприятный звук. Он осторожно садится рядом — их разделяет фута три, будто парень боится задеть Тею.

— Нет, человек-паук, конечно, та еще заноза, — продолжает девушка свою мысль, — и я все еще считаю, что супергероям нужно стать взрослыми, прежде чем спасать вселенную. Но этот… — Тея улыбается, заправляет прядь волос за ухо. Только вот нос тереть не надо, она же не смущена! — Человек-паук уже два раза меня спас, хотя не обязан был. Тот же Тони Старк косячил в гораздо более серьезных вещах.

Питер, казалось бы отвлекшийся на какие-то свои глубокие мысли, неожиданно оживает.

— Ты не очень-то жалуешь мистера Старка, — замечает он.

— Скорее, его раздутое эго, — отмахивается девушка. Позже она будет думать, что сказать следующие слова Питеру ее побудило любопытство, подогретое безумными теориями, а не здравый смысл. Но деваться ей будет некуда, потому что сейчас, неожиданно для самой себя, она рассказывает:

— Мой отец работал на Тони Старка лет пять, его группа проводила генетические эксперименты в лаборатории, которую поглотила Старк Индастри. Полгода назад кое-что произошло, несчастный случай… — Тея облизывает пересохшие губы, усмехается — нервное. — Никто не знает точно, что произошло, начальник папиной группы все свалил на него. Так что отец лишился работы. Обошлось без суда, правда. Но все равно… Неприятная история.

Она выдает все, как на духу, почти не делая паузы, чтобы вздохнуть, будто, остановившись, закончить уже не сумеет. Тея чувствует себя героиней драматической повести, а не обычной девчонкой, чья семья угодила в неприятности, и это ее даже раздражает. Она не соплячка из мелодрамы, и ничего особо страшного не случилось, что бы там мама ни говорила.

Просто сейчас, вот сейчас, ей кажется, что Питер Паркер сможет понять ее нелюбовь к супергеройским штучкам.

— Я не хочу оправдываться, — добавляет Тея, вообще жалея, что начала обо всем рассказывать — Питер смотрит на нее во все глаза, будто она описывает ему восстание зомби. — Просто в тот раз пострадали люди. Работники лаборатории и те, кто в здании находился. Вроде бы даже дети… Это не по вине Тони Старка, конечно. Но, насколько я знаю, ни он, ни кто-то другой из руководства пострадавшим не оплатил даже лечения.

Семья Амидала переехали в Куинс из Манхэттена не столько потому, что не могли потянуть дорогую квартиру и школы, сколько из-за отца. Он винил себя в том, что случилось, хотя Тея прекрасно знает: его вины в том взрыве не было, его просто сделали крайним.

— А что… — Питер подбирает слова, шурша пакетом с хот-догом. — Что за эксперименты твой отец проводил?

Тея хмурится. Об этом можно рассказывать? Ее семью попросили молчать, чтобы не пугать общественность и обезопасить себя, но речь шла о самом Инциденте, а не тех странных жидкостях в колбах, которые девушка видела, когда бывала у отца на работе.

— Точно не знаю, — наконец договорившись с собой, выдает она. — Какие-то инопланетные элементы и их влияние на генетический код человека. Тони Старк посчитал разработки папиной лаборатории интересными для изучения, поэтому выкупил всю компанию и перевел ее на базу Старк Индастри. А потом за ними просто недоглядели.

— Их выкрали? — вскидывается Паркер.

— Питер, я не знаю. — Тея улыбается — энтузиазм и недоумение, вызванное девушкой, сменяются на лице одноклассника, как по щелчку, делая его как никогда похожим на любознательного ребенка. — Одно могу сказать точно: даже вездесущие супергерои вроде Железного Человека не всегда бывают правы и совершают ошибки наравне с обычными людьми.

Она поднимается с места и подхватывает свой рюкзак. Питер вдруг хватается за голову, закрывает лицо руками.

— Ты совсем меня запутала, — стонет он. Тут девушка совсем перестает что-либо понимать, потому что на мгновение ей кажется, будто голос одноклассника, вот такой, глухой и искаженный, звучит совсем, как у ее знакомого членистоногого.

«Ну все, приехали», — с неудовольствием думает она. — «Совсем крышей двинулась. Надо больше спать».

— Да, такое бывает, — усмехается девушка, судорожно пытаясь избавиться от наваждения. Она смотрит на сгорбленную фигуру Питера и примеряет на его плечи красный костюм из спандекса.

Нет, не похож.

— Знаешь что я думаю? — вдруг говорит Тея и щурится. Питер поднимает к ней удивленный взгляд. — Я думаю, что человек-паук похож на Флеша.

— Что? — Питер так возмущен, что даже вскакивает с места, и пакет с его ланчем летит прямо Тее под ноги. Она усмехается.

— Но ведь, правда, похож! — откровенно смеется девушка. — Роста примерно такого же, самоуверенный, хотя жуть как зависим от чужого мнения. Прямо, как Флеш.

Все эмоции сразу проступают на лице Питера. Нет, такие даже за маской героя не спрячешь…

— Человеку-пауку не важно чье-то мнение, — оправдывается парень. — С чего это ты взяла?

Тея успокаивается. Это всего лишь ее воображение разыгралось. Питер не может быть красноруким трюкачом.

— А стал бы он со мной возиться и разговаривать, будь это не так?

***

— Хэй, привет, я человек-паук!

Тея открывает дверь в свою комнату и видит Кирка в нарисованной маске: красный череп в сетку, большие глаза. Мальчик сидит на кровати сестры, крутит головой и, заметив Тею, вытягивает руки знакомым движением.

— Пиу-пиу-пиу, враг повержен! — весело кричит он, так что Тее приходится очень даже натурально отскакивать и припечатывать руки к стене.

— О, нет! — смеется она. — Человек-паук меня запаучил, что же делать?

Кирк кубарем скатывается с кровати, одеяло тянется за ним, словно плащ.

— Сдавайся! — вопит он. — Сдавайся, или я отдам тебя богу Тору, а он с тобой не станет це… це…

— Церемониться, — подсказывает Тея.

— Да!

Кирк стягивает с лица свою маску на веревочке — волосы всклокочены, глаза блестят — и улыбается во весь рот. У него выпало два молочных зуба, и теперь он похож на зубастика из старого мультфильма.

— Крутой у меня костюм? — спрашивает Кирк. На нем красная футболка с Микки Маусом и синие шорты в мелкую клеточку. Никакими пауками здесь и не пахнет.

— Превосходный! Сам нарисовал?

— В садике задали, — кивает мальчик. — А Селеста нарисовала Алую ведьму.

— Круто. А где она?

— Ушли с мамой за молоком, — рапортует маленький паучок.

— Понятно, — на лицо Кирку падает и тут же пропадает какая-то тень, как от большой птицы. Тея поднимает глаза к широкому окну своей спальни. — Так, человек-паук, иди-ка в другую комнату, ладно? Я переоденусь и приду к тебе.

Кирк с радостным гиканьем убегает, и девушка быстро закрывает за ним дверь, а когда оборачивается, то видит силуэт настоящего паука прямо за своим окном. Он сидит на пожарной лестнице противоположного дома и изо всех сил машет Тее.

Когда она отпирает створки своего окна, трюкач-ловкач прыгает на ее стену.

— Так, времени у меня мало, — тут же говорит он, — поэтому сразу к делу, без расшаркиваний: ты, случайно, не оставляла на крыше школы какую-то свою вещь, по которой тебя могут вычислить те парни с пушкой?

Тея давится воздухом.

— Что? Нет, откуда бы… ты же сказал, их схватила полиция!

— Ага, — паук держится за стену левыми рукой и ногой, правые болтаются в воздухе на высоте пяти этажей. Тея с трудом смотрит ему в лицо, а не вниз, хоть зрелище вырисовывается и пугающее. — Этих-то поймали, но есть другие ребята, которые третий день в этом районе ошиваются. У меня есть подозрение, что ищут они меня, но на всякий случай я уточняю, не косякнули ли мы с тобой, когда в тот раз с крыши сбегали.

Поспевать за темпом взбудораженного героя Тея не может — мотает головой, жмурится, заталкивая пугливое сердце поглубже в желудок.

— Слушай, я не могу точно сказать, — кусая губы, говорит она. — Я тогда так испугалась, что вообще плохо что помню. И рюкзак мой ты принес.

— Точно, да. Ты не волнуйся, они вряд ли станут тебя беспокоить, им же я нужен.

— Легко сказать, — с подозрением щурится девушка. — Что ты им сделал?

— Ничего!

Паук отрывает от стены и вторую руку — Тея ахает, испуганно высовываясь из окна по пояс. Вот идиотка! У него все руки-ноги на каких-то липучках, а вот ты, Тея, вывалишься и пролетишь добрых пять этажей, если будешь так дергаться.

— Ладно, кое-что, — признается герой. — Ты лучше так не высовывайся, окей?

— Что сделал? — наседает перепуганная Тея.

— Эм…

— Украл ядро кого-то-там, да? Которое они искали?

— Да не украл! Подобрал, когда они меня переехать пытались.

— И притащил ко мне в школу?!

— Нет же, я… — он запинается, трет затылок, и его глаза ширятся от удивления или шока или…

В дверь неожиданно требовательно звонят. Кирк в своей комнате кричит: «Мама вернулась!» — и Тея, сердито шикнув на горе-героя, затаскивает себя в комнату, чтобы метнуться в коридор. У родителей есть ключи, зачем звонить?

— Тея! — кричит ей в спину человек-паук. — Тея, не открывай!

И тут раздается оглушительный взрыв.

***

Девушку волной отбрасывает назад, спиной на кровать — та едет к окну, паука за ним тоже сносит в сторону, и он болтается на нити своей паутины, как болванчик.

Тея ничего не соображает от гула в ушах, звуков нет, воздуха не хватает. Она сползает с разломанной кровати — ее придавило обломками двери, осколки дверной ручки впились в плечо. Девушка хватает ртом воздух, жмурится — нет-нет, это не в ее гостиной горит обеденный стол, не ее входную дверь выбили каким-то невообразимым запалом…

— Кирк… — выдыхает Тея, выбираясь из-под остатков своей спальной двери. — Кирк!

Она проползает пару футов, морщась от боли в плече, когда мимо пролетает красно-синяя вспышка. Раздаются яростные вопли неизвестного взрослого человека, звук глухого удара и еще что-то, похожее на писк подзарядки. Кирк зовет сестру в своей комнате.

Тея с трудом поднимается на ноги — гул в ушах не проходит, голова болит, все перед глазами меркнет и бледнеет, как в старом черно-белом кино. Девушка, хромая, идет к зияющему вместо двери разлому, перешагивает прямо через стену. Мимо нее пролетает громила, похожий на тех, кто был на крыше школы. Тея прислоняется к стене и ползет вдоль нее вправо, к комнате Кирка.

— Нет-нет, тебе в другую сторону! — кричит на нее человек-паук, но Тея его не слышит и не слушает и упрямо идет, опираясь в стену. «Кирк-кирк-кирк!» — стучит у нее в голове набатом. Ей кажется, что все тело ее налилось тяжестью, что руки и ноги весят с тонну от чего-то странного, что необъяснимо заполняет собой все, от пальцев до кончиков волос.

Тея не справляется и с двумя шагами: паук успевает заскочить за перепуганным до обморока Кирком, подхватить его и вместе с девушкой пролететь в другой конец коридора за десять секунд.

Втроем они вываливаются из квартиры в дыру, оставленную неизвестным оружием. Тея прижимает брата к своей груди, придерживает его за голову и совсем не замечает, как светится ярко-желтым цветом ее отяжелевшая правая рука. Левая, раненная обломком дверной ручки, еле мерцает, и в дыму кажется наваждением.

Человек-паук помогает им с Кирком спуститься вниз и тут же возвращается назад, напоследок крикнув что-то Тее. Она все еще плохо слышит из-за ударной волны.

Она садится прямо на землю вместе с братом. Тот плачет, стискивает воротник ее кофты испачканными в пыли руками, и что-то даже говорит.

— …ровь у тебя, Тея, кровь…

Девушка опускает голову, целует бедного мальчика в лоб.

— Все живы, милый, все хорошо.

Она повторяет и повторяет эти слова, как мантру, не слыша ни воя пожарных сирен, ни криков полицейских, не чувствует рук санитаров скорой помощи, подоспевших через пять минут.

Слух возвращается к Тее в тот миг, когда рядом по непостижимой случайности оказывается Питер Паркер.

— Эй-эй, ты как, ты в порядке? — тараторит он очень понятным, знакомым голосом, совсем не заикаясь, как раньше. Тея уже сидит в кузове скорой помощи — медсестра перевязывает ей руку прямо на месте происшествия, Кирк лежит на койке рядом. Их обоих должны увезти в больницу на осмотр. У соседней машины полиции мама и Селеста, перепуганные и бледные, рассказывают офицеру все, что знают. Тею пока не трогают.

— Питер? — хрипит девушка, поворачиваясь к однокласснику, неизвестно каким образом оказавшемуся здесь. Он весь в пыли, глаза широко распахнуты, губа разбита… — Питер, что ты здесь делаешь?..

Парень не отвечает. Его просят отойти в сторону, говорят, что отправляют пострадавших в районный госпиталь, и его лицо пропадает за дверьми машины скорой. Тея смотри в то место, где он стоял, и очень прерывисто дышит.

— Как состояние? — спрашивает ее медсестра. Она уже забинтовала ей раненное плечо, вколола что-то успокаивающее. Все закончилось, весь неожиданный ужас подошел к концу, но осознание этого Тее не помогает.

— О боже… — шепчет она на выдохе. — Питер?..

========== Цена взрослых поступков ==========

Стены больничной палаты в Куинсе — совсем не те, что в госпитале Манхэттена. Тонкие, хлипкие, слышно все, что творится в соседних помещениях. Тея рассматривает ржавый узор в углу потолка битый час: ее положили на скрипучую кушетку и приказали не двигаться и не разговаривать (как будто здесь есть, с кем поговорить). Краем уха Тея слушает разговор за дверью своей палаты — врачам не нравятся ее состояние или анализы или что-то не так с головой.

С последним она очень даже готова согласиться.

Ей страшно за брата, да еще и маму к ней не пускают, так что Селеста таскает ей под дверь записки с рисунками, а девушка даже не может встать, чтобы посмотреть на них. Дурацкий режим.

Вообще-то, Тея чувствует себя хорошо… гораздо лучше, чем можно предположить, после такого-то происшествия. Девушка бы посмеялась — снова нервное — да не поможет. Пережить два взрыва за полгода и ни в одном сильно не пострадать! — кто-то там наверху явно за ней присматривает.

Например, герой в красно-синем костюме паука.

Тея тяжело вздыхает, опуская на лицо здоровую ладонь правой руки. Свет больничной лампы под потолком бьет по глазам, аж смотреть больно (и нового ничего вокруг не появляется, к тому же), а мысли роятся в голове, словно пчелы в растревоженном улье.

Питер Паркер, ее скромный одноклассник — …

Лучше не думать об этом, чтобы не свихнуться. Головой она сегодня уже изрядно побилась, и могла напридумывать себе бог знает что от пережитого шока.

Тея закрывает глаза, надеясь немного поспать, ожидая вердикта врачей.

Те приходят только к вечеру, шумят, расспрашивают медсестру о пацане из палаты в конце коридора, о чем-то громко спорят. Тея просыпается как раз в то мгновение, когда дверь ее палаты настежь распахивается и девушка видит маму с Селестой на руках.

— Осторожно, миссис Амидала! — ворчит на нее медбрат, входящий следом. Он подходит к Тее, бесцеремонно откидывает в сторону одеяло и снимает с ее руки капельницу. Забинтованное плечо стонет, как только молодой человек приподнимает Тею и без слов просит сесть.

— В чем дело?..

— Вас перевозят, мисс, — сердито говорит он, словно винит ее в этом беспокойстве. — Что ж вы не сказали, что у вас такие богатые покровители, а?

Тея переводит недоуменный взгляд к маме — та нервно улыбается и кивает, а не к месту радостная Селеста подрыгивает у нее на руках.

— Нам помог Тони Старк!

— Что?..

***

«Это просто смешно», — думает Тея, рассматривая разрисованные новенькие стены своей новенькой палаты. Она проводит несколько дней в том же госпитале Манхэттена, где провела полмесяца после Инцидента в папиной лаборатории. Ее осматривают каждый день, утром и вечером навещают родители и Селеста.

Тони Старк узнал о случившемся в Куинсе и прислал своих людей, чтобы восстановить повреждения старенького здания, где ютилась семья Амидала, перевел Тею в хорошую больницу. Переселил ее родителей в приличную квартиру. Уладил проблемы с отцовской работой. Снова нанял его в свою лабораторию. Даже прислал скучающему в госпитале Кирку прототип новой игрушки — перчатки, как у железного человека, только на руки мальчика и без опасных примочек.

Все происходит так быстро, что Тея не успевает даже передохнуть и подумать. Отец твердит, что мистер Старк «обо всем позаботился, как только понял, что я работал на него в прошлом», мама снова улыбается и даже готова пересмотреть свое отношение к бывшему-нынешнему боссу папы. Кирк радостно играется со своими перчатками и уже разбил две вазы под цветы в своей палате.

Мама говорит, что мистер Старк позаботится о безопасности каждого Амидала, что он приставил охрану к ней и Селесте и что им не о чем волноваться. Преступников уже поймали и отдали под стражу, им больше не нужно возвращаться в старую квартирку в Куинсе.

Тея не доверяет событиям, происходящим в ее привычном мире, пока сама в нем отсутствует: у нее остается миллион вопросов, на которые никто из взрослых ответить не может. Как Тони Старк узнал о том, что случилось? Почему он вдруг проявляет к ее маленькой семье такое внимание?

«Тони Старк мог узнать обо всем только от человека-паука», — судорожно думает Тея в который раз. За окном уже ночь, и ей не спится — раненное плечо зудит, ватные руки и ноги не хотят шевелиться. Странное ощущение не отпускает девушку с самого взрыва в квартире, и по ночам она чувствует свое тело гораздо лучше.

«Тони Старк мог узнать обо всем от своего стажера».

— Ох, Питер… — выдыхает Тея, натягивая на нос одеяло. Она с трудом дотягивается до смартфона на прикроватной тумбочке, открывает окно сообщений.

«Привет, Питер!», — набирает девушка и останавливается.

«Нам надо поговорить» — отмена.

«Как у тебя дела?» — что за бред?! — отмена.

«Спасибо, что спас меня. Снова» — нет-нет-нет! Отмена!

Тея злится на себя так сильно, что готова сломать телефон. Вдох-выдох.

«Питер, скажи мне правду. Ты — человек-паук?»

Этот вопрос она задавала ему вчера. И позавчера. И три дня назад. Каждый раз, набирая заветное сообщение, она оставляла его в черновиках смартфона и адресату не посылала. С чего ему откровенничать с Теей, если все, что мог, он уже сделал? Вдруг она ошибается? Вдруг Питер совсем обычный подросток? Вдруг…

Тея стонет сквозь зубы и стискивает смартфон, жмурится, чтобы не видеть назойливые буквы на голубом экране. Она слышит какой-то писк и, открывая глаза, видит, как отключается телефон.

Батарейка села?

Девушка бросает бесполезную игрушку в ноги, откидывается обратно на подушки. Пальцы еле двигаются, руки снова тяжелые, будто весят тонну. Да что с ее телом такое?..

Уснуть ей так и не удается, так что в первом часу ночи она встает с постели и, превозмогая отчего-то сильную гравитацию, волочит ноги в сторону палаты Кирка. Мальчик плохо спит по ночам после взрыва и иногда просит Тею посидеть рядом. Сегодня он не приходил, но девушка все равно решает его проверить — на всякий случай, чтобы удостовериться, что он в порядке.

Комната брата освещается маленьким ночником в виде молота Тора, сам он, раскидав руки и ноги по одеялу в позе звезды, беззаботно сопит. Тея прислоняется к спинке его кушетки, убирает с его лба прядь вьющихся волос.

Врачи обещают выписать его уже завтра, а вот Тею держат в больнице, ссылаясь на ее плечо. Говорят, есть небольшая опасность: колотая рана в плече могла занести инфекцию в ее кровь, девушку проверяют снова и снова, берут анализы каждый день и хмурятся, когда приходят результаты. Тея не понимает, в чем дело. Тея чувствует себя хорошо, лучше, чем раньше.

Она говорит о тяжести в руках и ногах, но, похоже, это не причина для беспокойства. Другого повода волноваться девушка не видит. Единственный плюс, который она находит в своем недельном заточении в суперкрутой больнице Старк Индустрии, так это то, что ей разрешают задавать медсестре кучу вопросов о швах, о своем плече, о том, как проводятся настоящие операции. Тея узнает о новых методах в нейрохирургии и просит медбрата Мемфиса, который за ней присматривает, дать ей почитать какие-нибудь лекции на эту тему. Мемфис приносит ей целый учебник.

В день, когда Кирка выписывают из госпиталя, к Тее приходит Мишель и… Нед.

Она встречает их в коридоре перед стойкой информации и так радостно им улыбается, что Лидс смущенно спотыкается об свои же шнурки. Тея знакомит его и Джонс с мамой.

— Нед, Мишель! Приятно познакомиться! — говорит женщина. — Нам про вас рассказывали. И про вашего друга, Питера. Он не с вами?

Нед замирает, и Тея видит, как он растерян и с трудом подбирает слова для ответа. Мишель качает головой.

— Мам, я поговорю с ребятами и приду, хорошо? — скороговоркой выпаливает девушка, беря одноклассников под руки. Они удаляются в конец коридора, к окну с панорамным видом на город. Нед во все глаза рассматривает проходящих мимо сотрудников госпиталя, заглядывает в открытые двери палат и, подходя к окну, даже открывает рот.

— Вот это вид! — ахает он. — Не зря больницу Старка считают лучшей!

Мишель меланхолично смотрит вниз, на кишащую людьми улицу.

— Спасибо, что приехали, — произносит Тея, теребя край больничной рубашки со звездочками. — Мне очень приятно, правда.

— Мы не к тебе, — отрезает Мишель. Тея хмурится, затем понимающе улыбается.

— Больницу посмотреть пришли, да? Согласна, тут ничего так.

— Ничего так? — перебивает Лидс. — Ты, должно быть, шутишь!

Ребята рассказывают Тее о школьных буднях, избегая любого упоминания Питера — вернее, Нед старается не говорить о нем, а вот Мишель скептически выгибает бровь всякий раз, когда одноклассник запинается.

— Паркер угодил на отработки, — говорит Джонс во время неловкой паузы. Нед округляет глаза. — Прогулял школу в ту пятницу, теперь драит полы в спортзале.

— Что?

Тея переводит недоуменный взгляд к Лидсу, но тот мотает головой. Вот как? Нед наверняка знает больше, чем может сказать сейчас, и если он боится говорить это при всезнающей Мишель, то…

— Это из-за стажировки у Старка? — аккуратно спрашивает Тея. Лидс делает вид, что его здесь нет. — Нед?

— Паркер, вообще-то, бросил стажировку у Старка, — роняет Мишель, как ни в чем не бывало.

— Что?!

***

Из-за несчастного случая Тея пропустила важный тест по химии, и теперь ей придется остаться после уроков — родители позвонили в школу и договорились с мистером Тейтом, что он подтянет ее лично, а потом и даст написать итоговый. Еще ей нужно налечь на запущенный испанский, догнать одноклассников по биологии и прослушать миллион лекций из университета. Но все эти проблемы меркнут и бледнеют перед той, которую Тея выдвинула для себя на первый план.

Ей очень нужно поговорить с Питером.

Она опаздывает, и в школу влетает вместе со звонком, когда основная масса учеников уже разбрелась по аудиториям. Тея мчится к своему шкафчику, заталкивает туда все учебники вместе с рюкзаком и оборачивается, когда слышит скрип от резиновых подошв чьих-то кроссовок. Дверь в кабинет физики хлопает вслед знакомой худой спине.

И весь день Тея не может поймать Питера. Он ускользает от нее, сливаясь с потоком учеников, уходит со своего привычного места в столовой, пропадает за дверьми мужских туалетов. Тея злится на него, хотя с утра хотела просто поговорить и даже поблагодарить. Теперь они играют в прятки, и девушке очень не нравится водить и проигрывать.

— Нед, — шепчет она себе за спину на биологии. Лидс лениво приподнимает голову с опущенных на парту рук. — Увидишь Питера, скажи, что мне очень нужно с ним поговорить.

Конечно же, это не вызывает никакого эффекта. Если Лидс и передает слова девушки виновнику ее стресса, то Паркер явиться пред ее очи не спешит никак. В конечном итоге случай играет Тее на руку: она приходит к мистеру Тейту, чтобы подучить химию, и видит в кабинете кроме учителя еще и Питера.

— А, мисс Амидала! — зовет мистер Тейт, не замечая, в каком ступоре застыли оба его ученика. — Проходите, не стесняйтесь. Вами сегодня займется мистер Паркер. Он у нас отбывает наказание за прогул, так что с огромной радостью погонят вас по темам. Да, мистер Паркер?

Питер смотрит на Тею так, словно готов оказаться хоть в плену у Дарта Вейдера, лишь бы не здесь. Глаза распахнуты, лицо бледное. Тея поджимает губы, стискивает лямки рюкзака вмиг потяжелевшими руками. Подходит к парте Питера и, замирает, на него не глядя.

— Садись, Тея, — приглашает мистер Тейт. — У вас полно времени, поговорите как следует. Я буду в учительской, но, если что, зовите меня.

И уходит, оставляя смущенных донельзя подростков наедине друг с другом. Все слова, что Тея готовила для Паркера, непостижимым образом растворяются прямо на языке — она не может ничего сказать и стоит перед ним, опустив голову и кусая губы, будто провинилась.

Питер хранит молчание, наверняка думая о прямо противоположном.

— Слушай, я…

— Мне очень…

Тея, все еще рассматривая свои руки, садится за парту напротив одноклассника. Облизывает губы. Поднимает глаза до уровня воротника паркеровской рубашки — синей, в клеточку, с выглядывающей из-под нее красной футболкой. Можно было бы подумать, что это костюм, но вряд ли Питер таскает его на себе в школе. Это было бы крайне глупо.

— Мне очень жаль, — наконец, произносит парень. — То, что случилось, это моя…

— Нет, — Тея мотает головой, поднимает глаза к лицу Питера. — Нет, — повторяет она, — это не из-за тебя. И не говори так больше.

Паркер молчит, так что девушке приходится надавить.

— Питер, ты спас меня и моего брата, это не по твоей вине какой-то ублюдок взорвал нам дверь. Слышишь?

Вообще-то, она всю неделю готовилась к другому разговору. К тому, что будет спрашивать его, напирать, вытягивать из него правду по словечку. Что будет требовать от него ответов, чтобы получив их — «Да, да, я человек-паук» — ругать одноклассника за безответственность и пренебрежение собственной жизнью. Что будет беспокоиться еще больше и, может, плакать из-за того, какой же он идиот, что лезет в самое пекло, когда его совсем об этом не просят.

Что будет испытывать к нему благодарность вперемешку с гневом.

А вместо всего этого — что она себе напридумывала и распланировала заранее, — Тея вдруг находит себя в ситуации, какую и представить не могла.

— Наплевать, что ты там спер у этих уродов и насколько это было опасно, — запальчиво говорит девушка. — Я в любом случае оказалась бы на той крыше, они нашли бы меня, отыскали мой дом и взорвали мне дверь. У меня была целая неделя, чтобы это понять.

Питер смотрит на нее с недоумением и огромным, проступающим сквозь каждую пору на его лице, чувством вины. Словно мариновался в нем все то время, что Тея его обеляла.

— Питер… — осторожно тянет Тея. Теперь они поменялись местами. Теперь девушка представляет его ломающимся на части. Парень горбится, впивается взглядом в свои сцепленные руки.

— Мистер Старк сказал, что разберется со всем, у вас не будет проблем, — тихо роняет он.

— Это ты рассказал ему? Старк оплатил лечение мне и Кирку, перевез нас в более безопасное место. Он даже папе работу вернул. Питер, это же… — Тея кусает губы, не зная, как выразить свою благодарность. Черт возьми, не к такому разговору она готовилась. — Это все благодаря тебе, Питер.

Паркер неуверенно пожимает плечами и, наконец соизволив посмотреть на девушку, удивленно вскидывает брови. Тея несмело ему улыбается.

— Спасибо. Правда. Спасибо.

Они смотрят друг на друга и не могут продолжить разговор, будто общее смущение запечатало им рты. Тея замечает, как краснеют уши одноклассника.

— Я думал, если буду стараться, мистер Старк поручит мне что-то… — он машет рукой в сторону и тут же ее опускает. — Но в итоге чуть не подставил твою семью.

— Спас, — поправляет его Тея. Питер усмехается.

— Разве ты не должна первой меня отчитывать?

— Разве ты не должен гордиться собой? — парирует девушка.

Лицо Питера бледнеет, он замирает с полуоткрытым ртом. Качает головой, вздыхает.

— Я лишился стажировки у Старка. Он забрал костюм.

В этот момент, несмотря на заверения Теи перед самой собой — она должна бы понимать мотивы Тони Старка, раз первая всегда пропагандировала политику «повзрослей — потом геройствуй», — ей очень жаль это слышать.

— Мне жаль, — говорит она и неожиданно накрывает сцепленные пальцы Питера своей рукой. Питер дергается, словно кожа у девушки горит. — Мне, правда, жаль.

— А… — наигранно отмахивается парень. — Зато теперь у меня будет время на нормальные подростковые проблемы, да? Все, как ты и говорила.

Тея кусает губы и не может подобрать слов. Не такого она хотела, не таким образом. Все, о чем она говорила, относилось к… Кого она обманывает? Первой реакцией ее на новость о Питере-пауке была только одна — страх. Если ее одноклассник каждый день летает по городу на тонкой паутине и встревает в дела, к которым не имеет никакого отношения, если его пытаются угробить каждую ночь какие-то взрослые опасные преступники, то неужели «увольнение от Тони Старка» — это плохая новость? Вообще-то, именно такого исхода и стоило ждать.

Только теперь ситуация изменилась. Питер помог ее семье так, как не смог бы никакой супергерой, ценой своей «стажировки». И как теперь Тее благодарить Паркера?

— Может, можно как-то поговорить со Старком? — неуверенно тянет девушка. — Объяснить ему все, я бы даже сама подошла, если это…

— Нет! — вскидывается Питер. — Нет, ты что, н-не надо. Я… Я должен быть как все подростки. Да. Мне нравится быть подростком.

Тею грызет совесть, вина, какое-то чувство, которому нет названия, что-то новое или то, что она заметила только что — и все вместе это растет и множится в ее груди, мешая свободно дышать.

— Как скажешь, — неловко улыбается она. — В конце концов, школу и экзамены никто тебе не отменит. Да и бал на носу, верно? Может, ты уже пригласишь Лиз, раз не занят никакими супергеройскими делами, а?

— А?

Девушка с трудом останавливает себя от желания смущенно потереть нос. Питер краснеет и отворачивается.

Назавтра она пожалеет о том, что сказала, определенно.

========== Шоу с попкорном ==========

Питер отбывает свое наказание две недели. Тея остается после уроков, чтобы догнать программу. Они пересекаются в коридорах и — почти не общаются. Паркеру стыдно и грустно, он будто потерял огромную важную часть себя. Тея винит во всем случай и неуемное желание парня стать кем-то вроде Тони Старка, хотя равняться на последнего, даже с учетом всех его заслуг перед семьей Амидала, Тея не стала бы. Но никто не спрашивает ее мнения, а сама она не желает ковыряться в ранах Питера еще больше.

Нед смотрит на обоих с недоумением и подталкивает то одного, то другого.

— Я думал, вы друзья, — шепчет он с осуждением, сидя в читальном зале библиотеки напротив девушки. Та вздыхает в учебник истории.

— Да, — говорит она спустя полминуты. — Мы друзья. Я надеюсь.

— В каком смысле «надеюсь»? — вскидывается Лидс. — Ведете себя, как будто не знакомы, а ведь Питер…

Нед не договаривает, машет рукой на Тею, которая делает вид, что не слушает его. Она смотрит в окно на футбольное поле — там Паркер сворачивает теннисную сетку после игры и убирает флажки. Ей очень хочется пойти к нему и рассказать, что по ночам у нее светятся руки, и она не знает, что с этим делать, хочется попросить Тони Старка, который теперь общается с ее отцом лучше, чем это когда-либо было возможно, чтобы он проверил ее и сказал, в чем дело. Хочется сказать, что боится за свое здоровье, а высококвалифицированные врачи манхэттенской клиники ничего ей не говорят, и это пугает еще сильнее.

Но с какой радости Тея будет сваливать на парня еще и свои проблемы? Сейчас он, похоже, испытывает не меньшие трудности, и Тея была не последней, кто приложил к этому руку.

Боже, она ведь никогда не была такой неуверенной девчонкой…

— …и быть человеком-пауком, конечно, суперкруто, — талдычит Нед, — нет, это на самом деле самое крутое, что можно представить, но ведь и учиться как-то надо, да? И ты говорила, что дружишь с нами не из-за статуса, и Питер тебе тоже нравится…

— Что? — Тея резко возвращается к бубнящему напротив нее Неду, и тот удивленно икает.

— Ты говорила, Питер тебе нравится…

— Когда это я такое говорила?!

— …больше человека-паука, — договаривает растерявшийся Лидс. — Потому что он добрый. Не говорила?

Отчаянно чешется нос. Тея трет его до покраснения и прячет взгляд от нежданно проницательного Неда. Наверное, Питер рассказал ему. Это было еще до того, как Тея узнала в Паркере героя-паука, задолго до того, как попала в ту передрягу на крыше. И можно бы теперь считать, что они нравятся ей оба, но дружить с человеком-пауком было гораздо проще, наверное.

Потому что у человека-паука было время, чтобы поговорить с Теей, а у Питера есть дела поважнее.

Тея отнимает руку от опухшего уже носа, прячется за учебником истории. «Заковианский договор был разработан правительством с целью контролировать действия людей со сверхспособностями и регулировать их деятельность на территории 177 стран мира», — читает она. С каких пор школьное образование крутится вокруг Мстителей?

Она злится — кроме себя, Неда, Питера еще и на учебник истории — и снова глубоко задумывается, так что пропускает момент, когда все ученики в библиотеке вдруг сбегаются к окну, выходящему на футбольное поле, и радостно перекрикивают друг друга.

— Что происходит?

Они с Недом вскакивают последними, и чтобы увидеть, что случилось на улице, Тее приходится встать с ногами на стул. Поверх голов подружек Лиз и ведущих школьной радиостанции девушка видит еще толпу — на самом поле.

— Как будто там кто-то… — растягивает слова Тея, и ее тут же перебивают.

— Паркер дерется с Томпсоном!

— Чего?!

Тея переглядывается с растерянным Недом, оба соскакивают на пол и, подхватив рюкзаки, вылетают из библиотеки под ругань миссис Флетчер.

На футбольном поле собирается все больше людей — поразительно, как много учеников все еще сидят в стенах школы, даже после окончания учебного дня. Репетирующий школьный оркестр, футболисты и группа поддержки, даже полсостава команды по декатлону — все столпились вокруг дерущихся Питера и Флеша, и Тея с трудом протискивается мимо них, чтобы добраться до мальчиков. Нед застрял между большой золотистой трубой и сидящими друг на друге девчонками-болельщицами, и Амидала тянет его за собой со всей силы, так что ребята распадаются в сторону, как фишки домино, как только она отталкивает мальчишку с радиостанции.

— Питер! — кричит она — Флеш повалил его на землю и молотит руками по плечам и груди. — Прекратите это! Томпсон, хватит!

Конечно же, ее не слышат — кто из представителей мужского пола хоть раз послушал кричащую девчонку во время качественного мордобоя? Нед бросает свой рюкзак на землю и пытается оттянуть бушующего Флеша за воротник его рубашки. Тот упирается, как может, даже что-то рычит.

Тея понятия не имеет, что послужило причиной драки, и ей сейчас страшно — Питер совсем не отбивается, то ли боясь причинить вред однокласснику, так как заведомо его сильнее, то считает, что заслужил.

— Хватит! — кричит Тея, пытаясь перекрыть воплем всю гудящую толп учеников средней школы. — Прекратите! Флеш, отстань от него!

Она бросается на помощь Неду, пока другие стоят и ничего не делают и снимают на свои смартфоны обычную драку — и думают, что это прикольное зрелище. Тея хватает Флеша за руку, но тот, конечно же, отталкивает ее в сторону, так что девушка чуть не падает на музыкантов из оркестра.

— Да помогите же ему! — злится она, так сильно, что готова взорвать что-нибудь или взорваться сама, но вместо этого — откуда бы у нее были такие способности — Тея прыгает на Флеша и Неда, обхватившего его, и совершенно внезапно отталкивает обоих. Отбрасывает в сторону, словно обзавелась карманной бомбой, которая взорвалась у нее под ногами и ударной волной откинула обоих совсем не легких парней.

Флеш катится по земле вместе с Недом. Тея опускает руки (тяжелые, весят тонну, дрожат, не подчиняются ей), смотрит вниз на распластавшегося в пыли Питера. Тот поднимает удивленные глаза к девушке. Она прячет ладони за спину — горячие, светятся, будто под радиацией — и осторожно приседает рядом с Паркером, не обращая внимания на ничего не замечающую толпу.

— Вставай, — просит Тея. — Вставай и пошли отсюда, а?

Флеш вскакивает на ноги быстрее, рычит, плюется и идет обратно к Питеру. Нед с трудом поднимается следом и неуклюже опирается руками в колени.

— Это что еще за фокусы, Паркер? — хрипит Флеш. — Совсем не можешь за себя постоять, раз за тебя девчонка вступается, да? Я ж говорил, фиг тебе что с Лиз Аллен светит, лузер!

Вокруг все смеются. Тея растерянно кусает губы — все испортила, все не так — и смотрит на Питера. Тот злится, вскакивает на ноги и, кинув на девушку сердитый взгляд— «Зачем вот ты вмешалась?» — убегает под улюлюканье толпы.

«Придурки, — думает Тея, стискивая все еще гудящие ладони в кулаки. — Придурок.»

Оказалось, потасовка произошла из-за Лиз. Флеш увидел, как Питер приглашает ее на школьный бал и взъелся. Мишель сидит на скамье у футбольного поля и пересказывает то, что видела, Неду, а Тея просто топчется рядом и, слушая все, поджимает губы и трет нос.

— Она согласилась? — тихо спрашивает девушка.

— Ага, вот Флеш и завел свою пластинку, — Мишель грызет кончик карандаша, шкрябает им в блокноте, вырисовывая очередной шедевр. — Хорошо, этих идиотов никто не видел из учителей. Влетело бы обоим, а Питер и так на отработках.

Ну и круто. Тея заставляет себя жевать в голове эту мысль. «Хорошо, что она согласилась. Хорошо, что никто не видел Питера. Хорошо, что…»

— Расстроилась? — роняет Мишель, даже не глядя на девушку. Тея дергается, как подстреленная.

— Я? Нет, с чего бы! Я за Питера переживаю, он сказал, что все в порядке, но вдруг Флеш ему губу разбил или нос сломал или…

— Притворяться ты не умеешь, — отрезает одноклассница, ставя жирную точку в лепете Теи. Та готова сквозь землю провалиться и краснеет не хуже Питера. Чувствует на себе взгляд Неда. Это он сочувствует ей? Жалеет? Только не это…

— Два сапога пара, — заключает Мишель, глядя на Тею. — Ты ж его отшила, чего теперь жертву строишь?

До Теи доходит не сразу.

— Что? — вскидывается она. — Не было такого!

Но оба одноклассника смотрят на нее с таким видом, будто самая глупая тут — Тея. Девушка снова утыкается носом в конспект по нейрохирургии, подаренный Мемфисом из госпиталя.

— Эм, ну… — Нед говорит тихо, но Тея слышит его и смотрит исподлобья, боясь, что и он сейчас скажет что-то совсем шокирующее. — Ну, если ты хочешь… Тея, пойдешь на бал?

Тея удивленно выгибает брови. Нед тоже смущается — розовые пятна проступают даже на его смуглой коже. Девушка улыбается, косясь на Мишель.

— Да, — наконец, соглашается она. — Да, конечно.

***

Ее фокусов с руками и бомбой-которой-она-не-видела никто не заметил там, в толпе. Все решили, что Флеш споткнулся об кроссовок Неда, когда Тея его толкнула, и оттого над ним смеются еще больше. Тея старается не попадаться ему на глаза, чтобы не рисковать. После драки с Питером Томпсон ходит злее прежнего.

Нед тоже ничего не заметил. Питер делает вид, что все в порядке, и неизвестно, знает он о том, что случилось, и притворяется или же на самом деле ничего не видел. Тея решает молчать о своих руках и тяжести в них до скончания века.

— Я спрошу мистера Старка, — говорит папа после ужина, когда Тея приходит к нему за советом.

Маме сообщать о подобных выходках она боится, да и вряд ли она примет новости с тем же воодушевлением исследователя, на какое способен папа. Старший Амидала встревожен, но — Тея прекрасно его знает — не перестает быть ученым, для которого все новое априори является интересным. А уж то, что это происходит с родной дочерью, настоящего исследователя никак не останавливает.

— Может, это побочный эффект после… — мужчина понижает голос, чтобы мама не услышала запретного слова «взрыв». — Ну, после недавнего? Раньше ж такого не было, да?

Тея смотрит на отца так, будто видит перед собой Кирка.

— Пап, серьезно? Ты же ученый, какие еще побочные эффекты.

— Ну… — отец пожимает плечами, мотает головой. — Мало ли в современном мире всяких побочных эффектов. После того, как мы узнали о существовании мультивселенных, понятия бытовой физики как-то вот себя исчерпали, знаешь ли… Надо мыслить шире.

— И не волноваться понапрасну, — договаривает за него девушка. На самом деле, она и правда волнуется не так сильно, как могла бы. Подумаешь, руки тяжелые и светятся. Ее одноклассник, вон, вообще человек-паук.

— Тея, я обязательно поговорю завтра с мистером Старком насчет тебя, — заверяет ее отец. — Думаю, нам стоит провести ряд специальных тестов. Я пока не беспокою маму, потому что углеродный анализ показал, что с тобой все в порядке. Так что дело не в твоем здоровье, поняла меня?

Тея кивает. Поняла. Углеродные анализы ведь все точно показывают, правда же?..

— Вот и умница. А теперь иди спать, у тебя завтра бал в школе.

***

— Платье в порядке?

— Ага.

— Прическа нравится?

— Да.

— Бутоньерку приготовила?

— Мам, я иду с Недом.

Мама кивает, но Тея подозревает, что неугомонная женщина все равно уже настроила у себя в голове миллион планов насчет бедного Лидса. Только бы ему ничего не сказала…

Нед должен заехать за ней через полчаса. Он звонит предупредить, что его подвезет тетя Питера, и Тея буквально молится, чтобы сам Питер в это время уже стоял на пороге дома Лиз Аллен, а не встречался с ней перед этим. В списке самых неловких ситуаций Тея видит именно такую.

И, конечно же, все случается так, как она боялась.

Мама открывает дверь их нового дома в соседнем с прежним районе — они сменили всего лишь одиннадцать кварталов от бедной квартирки между сороковой и сорок первой улицами, переехав в отдельный дом. Манхэттенский был гораздо больше, но этот, по меркам, Куинса, считается вполне приличным, и мама радуется в нем каждому углу. А вот Тее здесь неуютно — отчасти потому, что дом подарил им Тони Старк, а в его благодетели она так и не разобралась, отчасти потому, что здесь все совсем новое и чужое.

Но она улыбается Неду из гостиной, где их ждет отец и бегающие туда-сюда близнецы. Кирк размахивает рукой железного человека, но замечает Неда и кричит первым:

— У нас враги в доме! Я, человек-паук, всех спасу! — и бежит навстречу Лидсу и… Питеру.

Тея идет за братом, сталкивается с Паркером и от неловкости не знает, куда себя деть. Очевидно, боги, которым она молилась, устали слушать ее нытье и свалили из пантеона.

— Пр-ривет, — запинаясь, кивает ей Питер. Кирк наворачивает круги вокруг него и застывшего Неда.

— Эй, а ты за кого? — спрашивает мальчик. — За человека-паука или за Тора?

— Э, что? За Т-тора, конечно же, — Питер опускает глаза к мальчику и больше на Тею не смотрит. Девушка переводит взгляд к Лидсу.

— Привет, — она заставляет себя улыбнуться, чтобы как-то разрядить обстановку. Нед быстро-быстро кивает.

— Хорошо выглядишь, Тея, — говорит он. Питер вскидывает голову и открывает рот.

— Да, ты х-хорошо…

Их прерывает отец: зовет в гостиную выпить лимонад и говорит что-то про вечернее шоу и современной манеры молодежи. Тея хватает Кирка за руку и тащит за собой к папе, пропуская вперед одноклассников.

— Ты точно с Недом идешь? — шепчет ей в ухо заинтересованная больше прежнего мама. — Тебе же Питер нравится.

— Да с чего ты это взяла?!— возмущенно шипит девушка и краснеет, как маков цвет. — Неправда. Не нравится.

— Ага-а.

Питер и Нед по очереди знакомятся с отцом Теи, жмут руку сердитому Кирку — «Почему со мной так же не здороваетесь, я тоже мужчина!» и весьма неуклюже кланяются маме Теи. От лимонада отказываются.

— Мы, вообще-то, уже опаздываем, — говорит Питер. — Там моя тетя ждет…

— А, так зовите и ее сюда! — радуется отец. — Я подвезу вас чуть позже, ничего ведь страшного не случится?

— Извините,— качает головой Паркер. — Я… мне нужно…

— Ему за своей парой на бал нужно заехать, — находится Нед. Тея тут же отворачивается от Питера.

— Не понял, — притворно сердится папа. — Вы не собираетесь за мою дочь драться? Я уже хотел устраивать шоу, звать соседей. Попкорн приготовил вместе с детьми. Да, Селеста?

Лица Питера и Неда вытягиваются от удивления и даже страха, Тея закрывает лицо руками. О, Боже…

— Джон, — просит его мама.

— Да шучу я, молодые люди! Идите по своим делам. Нед, можно я подвезу хотя бы вас с Теей?

Лидс соглашается, остается вместе с семьей Амидала, и Питер, кивнув всем по очереди и снова пожав руку отцу, уходит. Тея провожает его до дверей.

— Увидимся на балу, — коротко говорит она, все еще не смея поднять взгляд к другу. Парень согласно кивает.

— Да, точно. Тебе идет платье. Увидимся в школе.

В гостиную Тея возвращается в еще более растрепанных чувствах. Этот случай точно возглавил топ неловких ситуаций. Девушка скрещивает на груди руки, потому что снова чувствует, как те дрожат. Только бы не начать светить ими… в прямом смысле этого слова.

— Так, — отец потирает руки, и это не сулит ничего хорошего оставшемуся с ним Неду. Тея мысленно просит у него прощение за все происходящее далее.

Но ничего страшного не происходит. Не к месту веселый отец задает Неду пару вопросов, интересуется его будущей профессией — «Не ты на стажировку к Старку ходил? Нет? А, Питер! А я думал, и ты тоже! А ты куда собираешься после школы?» — и только после стакана домашнего лимонада соглашается стать водителем.

Когда Тея вместе с Недом выходят из машины у ворот школы, девушка чувствует себя вымотанной от переживаний и уже уставшей. В последнее время она устает больше обычного, боится за себя больше обычного и нервничает. Даже мама делает ей недвусмысленные намеки, даже Нед, и тот ее жалеет, иначе с чего бы ему звать Амидалу на бал?

В растрепанных чувствах она идет с Лидсом под руку в сторону танцевального зала, где уже вовсю грохочет музыка.

— С вами диджей Фле-э-эш! — заикается миксованный голос Томпсона.

— Все в порядке? — спрашивает Нед. Тея кивает, осматривается по сторонам. Питера нигде нет, а Лиз стоит в окружении своих подруг и не выглядит счастливой даже по меркам Теи.

— Слушай, а где… — зовет девушка Лидса, но тот берет трубку телефона и отходит в сторону.

Тея замечает в толпе Мишель, машет ей рукой. Макушки Паркера среди гостей не наблюдается, и что-то чересчур нервной Тее кажется в этом подозрительным…

— Что? ЧТО?! — вопит в трубку Нед. — Иду, конечно, да! Тея, прости, мне тут надо…

Он сбегает из зала с настолько нелепой отмазкой, что девушке становится не по себе. Ох, пусть бы она оказалась простым параноиком, пусть… Тея спешит за Лидсом, огибая танцующих одноклассников.

— Нед! — кричит она в пустом коридоре. Фигура Неда скрывается за углом в дальнем его конце, так что Тея, плюнув на манеры, бросается за ним бегом — каблуки туфель громко стучат в тишине пустой школы, легкий подол платья путается в коленях, атласный пояс мажет по рукам и обвивается вокруг локтей.

— Черт тебя возьми, Лидс! — шипит девушка. — Черт вас обоих возьми вместе с твоим другом!..

Помянуть Питера по имени она не успевает: в окне коридора появляется фигура Паркера в стареньком тряпичном костюме, слабо напоминающем технологичный подарок Старка, и летит прямо в автобус на школьной парковке.

========== Дорожные игры ==========

Раздается оглушительный треск и звон — автобус вместе со смятым телом Питера проезжает по неосвещенной парковке несколько футов еще до того, как Тея успевает достигнуть окна и выглянуть. Напротив искореженной ударом машины стоит мужчина с огромной… наверное, это пушка, только светится, трещит и издает непонятный писк. Тея прижимает руки к стеклу, пытаясь выдавить его, так ей страшно.

— Питер! — кричит она, что есть силы, и тут же срывается с места. На парковку ведет черный ход, он в конце коридора. Тея бежит туда, громко стуча каблуками, и понятия не имеет, что собирается делать.

Это очень глупая мысль, очень глупая!

Девушка выбегает на улицу и нос к носу сталкивается с Недом.

— Тея? — тот смотрит на нее широко распахнутыми глазами, тяжело дышит, почти задыхается и утягивает девушку за один из уцелевших автобусов.

— Что за чертовщина тут творится?! — шипит она, срываясь на писк.

— Слушай, прости, сейчас не лучшее…

— Кто это?! — перебивает девушка. — Что здесь происходит?!

Питер в это время выбирается из автобуса через развалившуюся дверь, и неизвестный выстреливает снова. От грохота Тея зажимает уши ладонями — яркая вспышка озаряет парковку и слепит глаза, и каково сейчас Питеру — даже представить страшно. Нед охает, подпрыгивает на месте (что при его весе кажется неестественным).

— Надо ему помочь! — выпаливает Тея, пытаясь обогнуть широкого Неда и выглянуть из-за стиснутых в ряд автобусов.

— Ну, это… — тут Лидс внезапно перестает дергаться и смотрит на Тею так, будто впервые видит. — Эм, твои руки…

Девушка опускает глаза — о, нет, только не сейчас! — кожа от пальцев до самых локтей сияют ярко-желтым радиационным светом, руки дрожат, тяжелые, их сложно контролировать. Тея сжимает пальцы, трясет ладони — свет не исчезает — школьный автобус в этот миг совершает головокружительный полет над парковкой, и все совсем выходит из-под контроля: крутясь в воздухе, автобус падает прямо на ребят. Нед кричит, Тея жмурится — не убежать, не успеть! — вскидывает руки, пытаясь закрыться.

И так же, как в тот раз на футбольном поле, тело Теи отзывается тяжестью, руки ярко вспыхивают в ночной темноте, словно фонарь, и неизвестной ударной волной ее и Неда отбрасывает назад от летящего прямо на них автобуса. Тот со звоном падает на землю, а Тея и Нед — на спины в десятке футов от него.

— Что это было?! — орет Лидс, тыкая в Тею пальцем. — Т-ты! Ты почему светишься?!

Тея садится и смотрит на свои руки (ими снова можно свободно двигать, больше никакой тяжести), только теперь все они, вплоть до самых плеч, обтянутых рукавами платья, сияют, как лампочки.

— Что это?! — вопит Нед, совсем забывая о конспирации. Тея чуть не плачет.

— Я не знаю! Это… это давно появилось, после взрыва в квартире! Папа говорит…

Они вдвоем совсем забывают о Питере, и его стон перекрывает все нелепое бормотание Теи. Девушка ахает, вскакивает на ноги; подол платья порвался у колен и болтается на ней лохмотьями.

— Питер!

— Нет-нет, — Нед отстает на мгновение и потому бежит уже следом. — Тея, стой!

Паркер ногами выбивает окно только что упавшего автобуса, осколки летят во все стороны и отскакивают от девушки так, будто она прикрывается невидимым зонтом. «Гарри Поттер какой-то», — судорожно думает Тея, тормозя рядом с падающим на землю потрепанным человеком-пауком. Костюм у него старый: трикотажная кофта с капюшоном, на глазах вместо привычных стекол-экранов черно-белые очки для плавания.

— О-о-о, какой ужас, — стонет Паркер.— Почки отбил…

— Питер! — Тея падает на колени, пытаясь его поднять, и герой дергается, словно увидел чудовище.

— Ты! Ты что тут делаешь, ты же должна быть… Нед, блин, я же просил!..

— Но она сама! — выплевывает Лидс, оказавшись рядом. — Ты видел, что у нее с руками творится? Она, блин, мутант!

— Ну спасибо!

— Замолчите вы! — Питер стряхивает с головы мелкие осколки от окна и зажимает обоим подросткам рты. Руки у Теи все еще пульсируют ярко-желтым, и, если Питер и замечает это, то не подает виду. — У меня тут кое-какие проблемы, а вы мешаете! Сидите тихо, оба!

За тушей перевернутого автобуса раздаются тяжелые шаги, слышен треск электрической пушки. Питер отпускает друзей и, шикнув, выпрыгивает из-за своего укрытия.

— Эй, может, хватит? Зачем ты пришел?..

Тея поворачивается к Неду — тот рвано дышит, вспотел, галстук-бабочка развязался и болтает на шее, как удавка.

— Почему он не выпускает паутину? — шепчет девушка. — На этом костюме у него нет примочек?

Она прижимается спиной к кривой панели, оставшейся от автобусной двери, и слышит крик, снова страшный грохот и писк от пушки в руках безумца. Питер стонет откуда-то слева сразу после глухого удара об землю.

— Его браслеты! — вдруг выдыхает Нед, заметив, как одна металлическая коробочка катится в сторону от Паркера. Он с трудом отталкивает Тею (девушка сидит на земле и светится, плечи светятся, руки светятся, ее не сдвинешь) и ползет на помощь Питеру. Тея рвано вздыхает. Надо что-то придумать, срочно, отвлечь этого урода с пушкой, пока Паркер приходит в себя и мотает головой — и не дай боже он что-то себе сломал!

— Тебе давали шанс, чувачок-паучок! — кричит преступник на всю парковку. Снова слышится треск, очередной заряд со всей силы бьет в сторону лежащего на земле Питера. Тея кричит и прыгает к нему, отталкиваясь рукой от автобуса — тот внезапно срывается с места, будто ничего не весит, и на боку проползает по асфальту с оглушающим грохотом и звоном. Автобус закручивает, крышей сбивает мужчину с пушкой — та падает у него из рук, ярко-белый заряд очерчивает полосу совсем рядом с Питером.

— Господи… — выдыхает Тея, поднимаясь на ноги. Что за фигня, что с ней такое?!

Питер поднимается с земли вместе с потерявшим дар речи Недом.

— Это что сейчас было?

— Я же говорил! — вопит Лидс. — Она мутант, у нее что-то не то с руками!

Пока они спорят, оставшийся без внимания преступник поднимается на ноги и находит пушку. Питер замечает это первым — отталкивает Неда и прыгает в сторону замершей Теи (в голове полный бардак, ничего не понятно, с руками творится какая-то чертовщина): Тея кричит и закрывает ладонями глаза от яркой вспышки.

Заряд попадает прямо в нее и Питера, все ослепляет бело-желтый свет, подростков накрывает куполом, внутри которого на миг останавливается время, прерываются абсолютно все звуки, и дрожащая нить электрического залпа отскакивает от него, как от пузыря. Тея чувствует давление на руки и грудь, воздух вокруг на одну наносекунду сжимается, уплотняется, свет слепит глаза. Она не успевает даже закричать, когда все резко обрывается.

Питер падает перед ней на живот и стонет сквозь тканевую маску. Тея опускает руки.

Тело преступника ударной волной снесло и впечатало в автобус, его игрушка лежит перед ним, разбитая и дымящаяся.

— Воу, — Паркер поднимается на ноги и мотает головой. — Что это было?

— Эт-то Т-тея, — заикается Нед, стоящий совсем рядом. Он выглядит так, будто только что пережил ураган: галстук окончательно слетел с шеи, волосы стоят дыбом, он указывает на ничего не понимающую девушку пальцем и трясет им, как эпилептик.

— Что? — переспрашивает Питер и смотрит на подругу. — Что ты сделала?

— Я не знаю, — Тея тяжело дышит, она жутко устала, и вот прямо сейчас чувствует это: как наливаются тяжестью руки, как сложно шевелить пальцами. — Это у меня со взрыва в квартире, папа сказал, что нет ничего…

Она растерянно переводит взгляд на Питера — тот стянул с головы маску и выглядит точь-в-точь, как Нед, со своими торчащими во все стороны волосами. От прошлого вышколенного вида не осталось и следа. Он смотрит на Тею широко распахнутыми глазами; преступник стонет и пытается подняться, и Питер, не глядя, припечатывает его паутиной к автобусу.

— Потом разберемся,— командует Паркер, обретя голос. Кивает Неду, а на Тею смотрит с подозрением, какого она не заслужила. — Присмотри за ней, мне надо бежать.

— Куда? — пугается девушка. — Что случилось?

— Аргх!.. Нед, тот летающий стервятник — это отец Лиз, и мне нужно остановить его, пока он не выехал из города, понятно? — Нед ахает, быстро-быстро кивает, хотя по нему видно, что переварить все новости последнего получаса и у него нет сил. — Мне нужна твоя помощь: выследи мой телефон, я оставил его в машине мистера Аллена, а ты… — Питер бросает на Тею один короткий взгляд. — Останься тут и никуда не убегай. Позвоните мистеру Старку, он должен помочь, хорошо?

— Нет! Нет-нет-нет! — Тея срывается с места — Питер прыгает, и девушка успевает поймать его за руку, так что он кубарем падает обратно на асфальт, неуклюже опускаясь на правую ногу, — и нить паутины тянется от его запястья к фонарному столбу, а Тея стискивает его локоть и не отпускает.

— Никуда ты не пойдешь один! — рвано выдыхает она. Тея совсем не представляет, что хочет сделать и как это поможет Питеру (и почему, почему нельзя оставить все взрослым, позвонить гребаному Тони Старку, заставить его выполнять свою работу), но совершенно четко осознает, что не отпустит одноклассника вот так просто.

— Прекрати, ты ничего не понимаешь разве? — скороговоркой выпаливает рассерженный Питер. — Тея, если я не остановлю его, он сделает что-то плохое, позвоните Хэппи, это охранник мистера Ст…

— Да насрать! — злится Тея. Руки у нее снова светятся, пальцы с неожиданной силой стискивают ладонь Паркера, и он охает. Нить паутины рвется, он опускается обратно на землю. Тея облизывает пересохшие от страха губы, смотрит на него, на свои руки, на застывшего в шоке Неда.

На решение уходит не дольше секунды.

— Я с тобой.

— Что? Нет! — вскидывается Питер.

— Я с тобой! — с нажимом повторяет девушка. — Я умею водить, а ты умеешь? Я поведу машину, скажешь, куда ехать, я еду с тобой!

— Не-не-не, Тея, я не…

Она выбрасывает свободную руку в сторону — резкая вспышка желтого света выстреливает у нее из руки распухающим в воздухе шаром и бьет в лежащий на боку автобус. Тот, взвизгнув, проезжает несколько футов.

— Я иду с тобой! — повторяет девушка. Хватает Питера за вторую руку и ведет в сторону проезжей части. — Нед, найди его телефон.

Питер еле тащится за подругой и наверняка считает ее сумасшедшей, только Тее сейчас нет до этого дела. Странное ощущение правильности охватывает все ее тело, уже заполненное до краев какой-то неведомой силой, и если теперь она проснулась в ней, значит, для этого есть причина.

— Тея, это не приключение! — чуть ли не вопит Паркер.

— Мне ли не знать! — парирует девушка. — Я не знаю, что со мной такое, поэтому не зли меня, чертов герой!

Они выбегают к перекрестку перед школой, Тея видит открытый кабриолет Флеша, и Питер, натянув маску, прыгает прямо на капот машины.

— Вылезай, мне нужна твоя тачка!

Флеш с подругой, девочкой-ведущей с радио, лепечут что-то про то, что это машина отца Томпсона, что он не может ее отдать, что мистеру пауку лучше поискать себе другое средство передвижения. Тея бросается к ним.

— Живо! — рявкает она, хватаясь за дверь со стороны водителя.

— А-амидала? — мяукает совсем растерянный Флеш. — Ты что, ты с мистером пауком…

Паркер подгоняет одноклассника с его подругой — они вываливаются из машины, и Тея садится на водительское место.

— Пристегнись, — бросает она, поворачивая ключ и включая зажигание.

— Серьезно что ли? — возмущенно шипит Питер.

— Пристегнись!

И они вдвоем срываются с места. Преодолевают огрызок дороги перед поворотом на основное шоссе, задевают мусорный бак. Тея вскрикивает, Питера бросает на бок.

— Это так ты водить умеешь?

— Я нервничаю! Не мешай мне, звони лучше Неду.

Тея передает свой телефон Питеру, тот набирает номер. Лидс отвечает почти сразу же.

— Отыскал?

«Да, — слышит Тея голос одноклассника. — Он едет по Джексон-авеню в сторону промзоны.»

— Промзона? Он же собирался выехать из города! Ты дозвонился до Хэппи?

«Пытаюсь, сейчас.»

Тея сжимает руль вспотевшими ладонями — те снова светятся, не вовремя, не к месту — и смотрит в боковое зеркало. Машину ведет из стороны в сторону, тачка папы Флеша отзывается на малейшее движение Теи, и это так отличается от отцовского пикапа, что девушка нервничает еще больше. Она случайно выруливает на встречку.

— Осторожно! — вопит Питер, вжимаясь в кресло. — Ты не умеешь водить, зачем со мной увязалась?

— Умею, когда на меня не орут!— рявкает Тея. — Где здесь фары включаются?

Она тыкает светящейся рукой во все кнопки — дворники, запал стеклоочистителя, радио — все включается по очереди, пока Тея находит рычаг от фар, и теперь они с Питером привлекают всеобщее внимание не только безобразным вождением девушки, но еще и орущими из колонок «Ramones».

«Питер, вы целы?» — беспокоится Нед в трубке. Паркер перехватывает телефон левой рукой, правой упираясь в приборную панель. Тея говорила ему пристегнуться, зря он не слушал!

— Тея водить не умеет! Ты дозвонился?

«Хэппи сбросил трубку. Ты, похоже, его бесишь.»

— Я знаю, но это… Тормози-тормози-тормози!

Тея выруливает на Джексон-авеню и несется прямо по тротуару. Питер кричит, Тея кричит, Нед подвывает в телефон, пока они низкой посадкой флешевской «ауди» просчитывают каждую кочку. Машину снова заносит влево — девушка крутит руль, переключает передачи, сбавляя обороты, соскакивает с тротуара обратно на проезжую часть и мчится дальше, набирая скорость.

— Ты убить нас решила? — перепуганный Питер стаскивает с головы маску и тяжело дышит, смотря на Тею.

— Не ори на меня! Попробуй позвонить Старку лично!

— Да как я это сделаю-то?!

— У меня в телефоне его номер забит на важный случай.

Питер от злости стискивает зубы, почти забывая о своем страхе попасть в автокатастрофу.

— А чего ж ты молчала!

— Я забыла про это, ни разу его не набирала!

Тея почти готова заплакать, но стискивает зубы, не давая злым слезам пролиться из глаз — если успокоиться и не думать о том, что они с Питером сейчас находятся в почти смертельной опасности, то становится легче вести машину. Крутая тачка Флеша поддается любому желанию, Тея чувствует автомобиль и его реакции. Последние несколько миль она ведет почти прямо и даже не пересекает сплошную прямую.

— Не отвечает! — выдыхает Питер, бросая трубку. Сердится, дуется. — Пошлю ему голосовое. Мистер Старк, папа моей одноклассницы задумал сделать что-то плохое, я говорил вам следить за парнями с оружием из космоса, так вот это он их всех возглавляет, тот мужик с крыльями, помните?

«Мистер Старк, — судорожно думает Тея, — мы сейчас в огромной опасности, и ваш подопечный опять ввязался в сущий ад, так что, пожалуйста, спасите его, ведь вы же супергерой».

— Нед, что там у тебя?

«Остановился в промзоне. Хэппи сбрасывает звонки, говорит, у них там самолет готовится…»

— Самолет? — хмурится Питер, отводя глаза от светящихся ладоней Теи. Она и сама бы не смотрела на них, если бы те не лежали у нее на руле прямо перед носом. Силы в них — больше, чем девушка могла бы себе представить, она чувствует это.

— Переезд из башни Старка! — вдруг подпрыгивает Питер. — Он собирается ограбить самолет Старка!

От страха сердце Теи ползет в желудок.

— Ну и как мы его остановим?

— Что? — вскидывается Паркер. — Никак! Ты останешься в машине, поедешь обратно, поняла?

— Нет, — отрезает Тея. — Не спорь со мной, герой-паук, посмотри на меня: я вся свечусь, автобусы в стороны разбрасываю, как игрушки, я тебе по…

— Мы так не договаривались!

— Мы никак не договаривались!

До точки, обозначенной Недом, остается всего пара миль: Тея следит за нею по навигатору в машине, и пытается придумать, как уговорить Питера, чтобы…

— Никуда ты не пойдешь, там опасно, — тараторит он. — Довезла меня до места, спасибо тебе, теперь возвращайся обратно.

— Ага, на танцы пойду, пока ты тут мир спасаешь, как же.

— Тея!

— Что «Тея»? Ты видел, что я могу сейчас? Я тебе помогу, а потом можешь злиться на меня за все на свете, сколько душе угодно, но не теперь!

Питер впивается в профиль Теи внимательным взглядом, каким не смотрел на нее неделями.

— Я на тебя не злюсь.

Девушка косится в его сторону, руки на руле дрожат.

— Неужели? Ты со мной не разговариваешь, на меня не смотришь, как будто я…

— Я думал, ты на меня обиделась! — взрывается Паркер.

— Вовсе нет!

— Но ведь ты меня отшила.

— Что? Не было такого, когда это?

— Это ты мне про Лиз говорить начала! Осторожнее!

Машину заносит на повороте.

— Я думала, она тебе нравится, думала, ты ее пригласить на бал хочешь! — выпаливает Тея, нутром чувствуя, как краснеет всем телом.

— Я тебя пригласить хотел! — кричит на нее Питер, и тут машина резко останавливается. Тею бросает грудью на руль, откидывает на спинку кресла. Она тяжело, рвано дышит, с трудом переводит взгляд к Питеру. У того щеки горят и идут пятнами, и не понятно, из-за страха за свою жизнь он так покраснел или же от признания.

— Меня?.. — неразборчиво мяукает Тея. Паркер вздыхает, утирая лицо маской, но ответить не успевает.

В амбаре, рядом с которым они остановились, раздается грохот. Машина мистера Аллена припаркована рядом. Тея, не глядя, тянется к радиоприемнику, и «Ramones» обиженно умолкают.

— Попытайся дозвониться до мистера Старка, —бросает Питер, прежде чем выпрыгнуть из машины.

========== Паук против стервятника ==========

— Нет, не-не-не… — у Теи уходит куда больше времени на то, чтобы вылезти из-за руля, и она теряет драгоценное время: худая спина Питера исчезает в темном разломе в крыше амбара, больше всего напоминающего декорации к хоррор-фильмам.

«Черт!» — судорожно думает Тея, крутясь на месте волчком. — «Черт-черт-черт!»

Она стаскивает с талии измазанный в чем-то черном и липком атласный пояс, скидывает с левой ноги туфлю — правую девушка стянула еще в машине, чтобы было легче чувствовать педаль — и оставляет все прямо у тачки Флеша, а сама приближается к пугающему складу короткими перебежками. Идти или не идти? Все ее нутро кричит о том, что внутри будет в сто раз опаснее, чем на самом скоростном шоссе в машине в компании орущего на нее Питера, но именно Паркер побуждает Тею следовать за собой.

Она даже не задумывается о том, что вытворяет с ней сейчас собственное тело — нет времени и сил, и терпения, и… — и только стискивает во вспотевшей мокрой ладони смартфон.

— Ладно, — уговаривает себя Тея. — Позвонить мистеру Старку. Пусть мистер Старк вытащит его оттуда.

Она с трудом отыскивает номер в недавно набранных и нажимает на кнопку вызова дрожащими пальцами. Только бы взял трубку, только бы ответил!..

Тони Старк собственной персоной говорит после третьего гудка.

— Кто бы вы ни были, если у вас не конец света, то… — начинает он, растягивая каждый звук, и Тея чуть не верещит ему в трубку:

— Мистер Старк, слава Богу! Пожалуйста, прилетайте скорее, у Питера большие проблемы, там какой-то мужик с крыльями, он собирается напасть на ваш самолет, а ваш охранник не хочет нас слушать, и…

— Стоп-стоп, ребенок, помедленнее, — осаживает ее лепет Старк. Тея готова прибить его, послать ему по сотовой сети нехилый заряд прямо в ухо, лишь бы он заткнул за пояс свое несуразное эго и послушал ее. — Где ты, и почему Питер опять во что-то вляпался?

«Потому что вам дела нет до подростков!» — думает Тея, но вслух тараторит так, что язык заплетается:

— Мы хотели вас предупредить, но вам пофиг! Пожалуйста, выследите мой телефон, мы в промзоне, тут какой-то склад, и…

Тее так страшно, что она стискивает смартфон с небывалой силой — телефон, жалобно пискнув, вдруг дает сбой, сжимается прямо в руке девушки. Тея отнимает его от уха и видит, как меркнет экран смартфона в ее светящихся ярко-желтым пальцах.

— О, нет! — стонет она. — Нет, пожалуйста, только не сейчас!..

Но глухой к мольбам Теи «Самсунг» гаснет окончательно; рука девушки наливается тяжестью, пальцы дрожат. Она роняет бесполезный кусок пластика прямо на землю. Вот, что случилось с первым ее смартфоном:он не выдержал заряда в руках Теи и сдох окончательно, как и этот. Тея беспомощно смотрит себе под ноги, а потом слышит глухой удар внутри амбара, рядом с которым нерешительно остановилась.

«Питер!» — стреляет у нее в голове, и, больше ни о чем не думая, она бежит искать дверь.

Ворота тяжелые, открываются с трудом: Тея хватается за металлический край двумя руками, и те еле поддаются. Внутри темно. Пахнет сыростью, металлом, а еще, если идти глубже, так, будто прямо у земли только что прошла буря с грозой. Пахнет озоном.

Выставив ладони вперед вместо фонаря, Тея огибает груду металла — на нее падает тонкий луч лунного света из дырки высоко в потолке, и тень от раскуроченных остатков автомобилей похожа на большого страшного монстра, каких обычно рисует Кирк. Тея обходит ее и вдруг слышит слабый звон в плохо освещенном коридоре, ведущем в никуда. Она икает от испуга, плюет на конспирацию и мчится туда со всех ног, сверкая пятками в самом прямом смысле этого слова.

Коридор приводит девушку в пустой ангар еще больших размеров. Тея видит Питера, полностью облаченного в свой старенький костюм — его сжимает в металлических прутьях что-то, издали похожее на огромные крылья — и белого мужчину лет пятидесяти.

— Знаешь, Пит!.. — эхом раздается по пустому зданию голос последнего. — Меня восхищает твое упорство. Ясно, почему ты так нравишься Лиз. Я недооценил тебя с первого взгляда, а вот она — да.

Несмотря на то, что для посторонних эмоций сейчас нет времени, Тея сердится и стискивает светящимися пальцами угол столба, за которым прячется.

— Как вы могли так с ней поступить? — спрашивает Питер. Он не в том положении, чтобы задавать возмутительные вопросы: его держат вверх ногами, мужчина ухмыляется, и его улыбка не предвещает ничего хорошего. Если вот этот человек — отец Лиз Аллен, то Тее жаль одноклассницу.

— Я все это делаю только ради нее, — говорит мужчина. — Прости, что мой урок тебе вышел таким жестоким, но я ведь предупреждал…

Он кивает металлической птице, и та, сверкнув перьями-лопастями, закручивается вместе с Паркером под самый потолок. Питер кричит, его крик заглушает испуганный возглас Теи. Девушка бежит вдоль стены, останавливаясь в тени каждого столба на секунду, чтобы перевести дух — сердце от страха готово выпрыгнуть через горло, голова кружится. Птичьи лапы отпускают тело Питера, и тот пикирует вниз, прямо на пол. Тея кричит, зажимая рот обеими руками — светящимися, как лампочки в двести ватт — и замирает близко-близко к мужчине. Тот замечает ее не сразу: девушка не успевает среагировать на резкое движение откуда-то слева, когда в нее врезается оставленная без присмотра металлическая птичка.

Тею выбрасывает под слабый свет в центр ангара — к Питеру в ноги.

— А ты откуда здесь, милая? Прямо с бала?

— Просил же… — выдыхает Паркер, лежа на боку. Тея неопределенно стонет и приподнимается на руках. Если те светятся, значит ли это, что девушка может отталкивать от себя все, что угодно?..

— Я предупреждал тебя, Пит, — говорит довольный мужчина, — что если ты мне помешаешь, я убью тебя. И всех, кого ты любишь. И вот эту девочку тоже.

Питер испуганно вскидывает голову, Тея пытается встать, и все вдруг превращается в тот ад, о котором она могла только думать: птеродактиль мистера Аллена совершает головокружительный полет вокруг подростков, задевает лопастями все столбы, которые прикрывали Тею ранее, и сносит их в каменное крошево.

— Питер! — вскрикивает Тея, не успевая ничего даже придумать; столбы, накренившись, рушатся, крыша над нею и Паркером разламывается на куски, как игрушечная, и со скрежетом вся каменная туша здания сминается вместе с ними.

Питер склоняется над девушкой, закрывая собой, Тея выставляет вверх руки — несколько тонн обрушиваются на них, оглушительно грохочут, стонут — Тея чувствует каждую из них всем своим телом, все ее клетки отзываются на это давление, и та же ярко-желтая сфера, какую она уже видела, выстреливает над нею и Питером прямо из ее рук.

Когда оседает пыль, Тея открывает глаза и видит только бледное, белое лицо стянувшего маску Паркера — совсем близко, прямо над нею. Она тянет вверх руки; те дрожат, но от каждого пальца, кисти девушки, локтя исходит свет, как от лампочки, эти нити тянутся к поверхности абсолютно круглого шара в три фута в диаметре, на который сверху, как на мыльный пузырь, наседают обломки крыши. Тея и Питер оказались внутри него, перепуганные почти до обморока.

— Тея?.. — сипит парень. Ей сложно ответить, сложно вдохнуть лишний раз — всей кожей, каждой мышцей тела она чувствует давление извне, так что дрожат и руки, и ноги, и вся она.

— Т-ты можешь что-нибудь сделать? — очень тихо спрашивает она, боясь пошевелиться. — Тяжело, Пит, пож-жалуйста…

— С-сейчас!.. — он приподнимается, упираясь спиной в кусок крыши, отталкивается коленями от земли, и… ничего не происходит.

«Помогите!..» — мысленно просит Тея. С носа капает, и она боится, что это даже не слезы, а кровь — на нее упала такая масса, которая вмиг раздавила бы их обоих. — «Пожалуйста, помогите же, кто-нибудь!»

Ей страшно. Питер смотрит на нее с тем же чувством, и, если вдруг прямо сейчас Тея не выдержит и опустит руки, то их обоих ждет нелепая, печальная кончина.

— Удержи это, Тея, — просит Паркер, предпринимая еще одну попытку. — Сейчас, я сейчас.

Тея не понимает, о чем он говорит, только все равно слабо кивает, стискивая зубы.

— Питер, если мы тут ум…

— Не говори этого! — пугается парень. — Я нас вытащу, даю слово.

Сил у Теи остается все меньше. Она чувствует, как та вытекает сквозь пальцы, как поглощается светящимся шаром вокруг нее и Питера — руки у нее дрожат все быстрее, как в треморе, голова раскалывается на части. Питер упирается лопатками в обломок крыши.

— Попробуй встать вместе со мной, давай руку, — тихо говорит он, боясь спугнуть неизвестную силу девушки. Тея с трудом приподнимается — Питер подхватывает ее свободной рукой за локоть и тянет к себе. Шар ползет вместе с девушкой.

— Нет сил держать… — выдыхает Тея.

— Еще немножко, потерпи.

Очень медленно и осторожно Питер отодвигает спиной тяжелый кусок столба. Становится легче дышать, Тея начинает чувствовать свои руки и что где-то чуть выше них есть свобода и воздух.

— Ты можешь сделать так же, как с автобусом на парковке?

— Н-нет, точно нет.

Если Тея махнет руками, то весь этот мыльный пузырь, неизвестно на чем держащийся, лопнет, и их с Питером придавит обратно к земле, уже насовсем. Паркер молча соглашается, хотя и в нем сил осталось совсем немного.

Медленно-медленно он отрывает столб от земли. Тея выпрямляется, опирается на колени, не опуская дрожащих рук — с носа у нее определенно капает кровь, заливая пыльное бальное платье.

— Ещ-ще… чуть-чуть… — хрипит Питер, делает последний рывок и — отталкивает столб в сторону. Над Теей открывается ночное небо с россыпью звезд — те мерцают сквозь угасающий желтый свет купола. Девушка вздыхает и устало опускает пудовые руки. Колени подкашиваются, она садится обратно на землю, стонет. Слева что-то грохочет, на Питера и Тею осыпается каменная пыль.

— Здесь оставаться опасно, — рвано говорит Паркер и подает девушке руку.

Вдвоем они выбираются из котлована на паутине, и в следующий миг Тея чувствует асфальт под ногами у оставленной без присмотра машины Флеша. Она садится прямо на землю. Питер падает рядом, прислоняясь спиной к капоту кабриолета.

— То, что ты сделала…

— Понятия не имею, что это, — заканчивает Тея и утирает нос рукой. Точно, кровь. Ее тело не выдержит такого давления еще раз.

Питер тяжело дышит, вытирает грязной маской потное лицо. Слева на перекрестке светится пустой рекламный щит, на котором расположился мистер Аллен, обряженный в свои металлические крылья. Тея смотрит на него со злостью и огромной, всепоглощающей усталостью. Она не чувствует ни одной части своего тела.

— Я должен остановить его, — на выдохе произносит Питер, осторожно касаясь плеча девушки. Тея кивает, и со стороны кажется, что она выглядит равнодушной, хотя внутри нее в этот миг происходит нешуточная борьба.

— Знаю, — говорит она. — Я дозвонилась к мистера Старка, но телефон разбился. Он должен прилететь, если не безмозглый.

— Что-то не видно его, — соглашается Питер. Тея на него не смотрит — она впивается взглядом в сгорбленную фигуру мистера Аллена и думает, что у примерного семьянина и отца отличницы должны быть очень нехилые причины, чтобы рядиться в страшилу и пугать подростков до смертельного обморока.

— Я должен лететь за ним, — повторяет Паркер.

— Да, — выдыхает Тея. — Лети.

— Точно?

Девушка вспоминает слова мистера Аллена: «Я убью тебя. И всех, кого ты любишь. И вот эту девочку тоже», — и понимает, что такого человека хочет видеть за решеткой. И если уж никто из взрослых не соизволил его приструнить, то остается только одно.

— Иди, — говорит Тея, несмотря на то, что сердце от страха за Питера в ее груди почти остановилось. — Я справлюсь тут.

Она поворачивается к парню, смотрит в его широко распахнутые от удивления глаза — шокирован ли он ее словами или тем, что она недавно устроила, или же всем сегодняшним днем, а, быть может, платьем Теи, которое было красивым до того, как на них обрушилась целая крыша… Этого девушка не знает, но думает, что с таким другом ей придется все время проводить в страхе.

Сейчас она готова с этим смириться.

— Я.. Да, хорошо!

Питер вскакивает на ноги — его ведет от усталости.

— Пожалуйста, уезжай отсюда, — говорит он, натягивая на голову маску с дырой у правого уха.

— А ты будь осторожен, — просит Тея.

Кинув на девушку последний взгляд, человек-паук взмывает в воздух одновременно с мистером Алленом в костюме железноперой птицы. Тея смотрит вслед им обоим и молится всем богам, чтобы ее одноклассник вернулся живым и хотя бы, в целом, здоровым.

***

Девушка успевает немного прийти в себя — от пережитого нервного потрясения все чувства ее будто отказали, и потому она даже не думает о Питере, хотя прямо сейчас ему приходится еще сложнее, чем им обоим под десятитонным весом балок. Она находит его телефон в машине мистера Аллена, со злости бьет по приборной панели и даже выбивает радиоприемник — только этот выброс энергии забирает у нее все силы окончательно — и еле волочит ноги к кабриолету Флеша, когда старенький телефон Питера внезапно оживает.

— Алло! Алло, Питер?!

— Нед? — Тея зажимает телефон между плечом и ухом, подбирая с земли свои туфли. — Ты как?

— Вы как? Живы? Все в порядке? Я дозвонился до Хэппи, он…

И тут Тея слышит глухой грохот в нескольких десятках милей от промзоны, в которой она застряла. Это доносится со стороны пляжа, звучит так, будто там упало что-то огромное, металлическое и взрывоопасное, вроде…

— О Господи, самолет Старка! — вскрикивает Тея из последних сил. — Нед, там на самолете Питер пытается остановить мистера Аллена! Надо, чтобы кто-то из взрослых…

— Кто-то из взрослых уже там, крошка Тея, — звучит прямо за спиной девушки. Тея вскрикивает, оборачивается, выставляя вперед руки, и от испуга у нее даже получается плюнуть в противника желтым шаром.

Впрочем, железному человеку он не приносит никакого вреда.

— Мистер Старк? — с сомнением спрашивает Тея.

— Разумеется, он самый, — отвечает костюм. — Хотя можешь звать меня Санта Клаусом, но только под Рождество. Запрыгивай в машину, я отвезу тебя в безопасное место.

— А как же Питер?

— Я о нем уже позаботился, хотя он справился без меня, как настоящий мужчина. Запрыгивай в тачку.

Он не снимает маску, голос звучит странно, как будто искажается, и, хотя Тея никогда не разговаривала со Старком лично, ей кажется, что ведет он себя необычно, лавируя на высоте нескольких футов над землей.

— Ай, да все в порядке с твоим приятелем, — раздраженно цокает металлический голос. — Жив-здоров, направляется ко мне.

— Точно?

— Да.

Тея забирается в машину Флеша, не потрудившись даже открыть дверь, кидает на соседнее сиденье туфли. Что она скажет родителям? Чем прикрыть спину, свою и Питера? Что теперь с нею будет?

Все вопросы тонут в испуганном крике, когда машина вместе с Теей взмывает в воздух. Железный человек летит вместе с ней над городом и промзоной, и над разбитым самолетом Старк Индастри на пляже, и над ее собственной школой — прямо в центр города в сторону манхэттенской клиники, где Тея провела четыре недели этого полугодия.

Она вскрикивает, когда кабриолет с некоторым лязгом опускается на асфальтированную дорожку перед знакомым зданием с эмблемой Старк Индастри. Тея смотрит на бывшую лабораторию, в которой работал ее отец, и непонимающе оглядывается. Железный человек снова парит над нею.

— Поднимайся по лестнице на второй этаж, иди прямо по коридору, — командует он и взмывает вверх, пропадая в темноте.

Тея кое-как выбирается из бедной тачки Флеша, снова осматривается. Ежится от воспоминаний, связанных с этим местом, и, подхватив испачканные в земле туфли за пряжки, идет к стеклянным дверям.

«Специализированная лаборатория по исследованию генетических аномалий», — так отец звал свое место работы, прежде чем Инцидент заставил его уволиться. Тея не очень любит это место, но медленно шагает знакомым коридором и так же медленно поднимается на второй этаж, как ее и просили. После Инцидента интерьер лаборатории обновили, и теперь все стены здесь светятся и переливаются еще круче. Тони Старк вливал в бюджет этой структуры немалые деньги, и, как видно, теперь она процветает с большим масштабом.

Прямо по коридору на втором этаже Тею встречает единственная дверь, белая, без каких-либо обозначений. Она со страхом касается панели справа от себя — та высвечивает девушке ее собственное имя.

«АМИДАЛА, ТЕЯ», — гласит короткая надпись, а затем дверь открывается с легким писком. Совсем запутавшись, девушка решает не задавать никаких вопросов, пока не убедится, что она в безопасности.

Тея входит в круглое помещение с выстроенными вдоль стен столами с мониторами и внушительной техникой. Дверь за нею с тихим стуком закрывается обратно, и откуда-то сбоку раздаются шаги.

— А ты упертая, хвалю, — говорит Тони Старк, появляясь перед Теей собственной персоной, одетый в дорогой темно-синий костюм. Он закатывает рукава, смотрит на девушку внимательным взглядом из-под очков, окидывает ее потрепанную фигуру.

— Я думала, вы меня домой доставите, а не в лабораторию, — говорит Тея хриплым голосом и кашляет.

— Сперва я хотел бы убедиться, что ты не пострадала, — отвечает Старк. — Приведем тебя в порядок, нарядим в чистое и отдадим твоим заботливым родителям прямо на руки. Идет?

Он обходит Тею, направляясь к столам, бормочет что-то своему ИИ — «Пятница, подготовь все необходимое для анализов» — и оборачивается к Тее с таким видом, будто ничего странного не случилось.

— Не идет, — говорит Тея, скрещивая на груди руки («Боже, какие они тяжелые, как болят!»). — Где Питер? Что с ним? Он в порядке? Он там мог погибнуть, спасая ваш самолет!

— Чшш, тихо-тихо, принцесса Набу, — Старк вскидывает руки ладонями вверх — сдаюсь — и прикрывает глаза, ухмыляется, как высокомерный взрослый. — Все с ним нормально. В данный момент самые квалифицированные врачи обрабатывают ему каждую ранку и приводят в порядок, он скоро к нам присоединится.

Тея поджимает губы. У нее нет причин не доверять мистеру Старку, но прямо сейчас она не может похвастаться своей в нем уверенностью. Взрослые часто врут детям, чтобы их успокоить. Страх за Питера, страх перед неизвестностью, снова захватывает каждый нерв девушки, и она не может сосредоточиться на словах Старка, пока он, объясняя ей дальнейший ход событий, вдруг не произносит:

— …я не хотел волновать ни тебя, ни твоих родителей, но, поскольку ты творишь такие неординарные вещи, мне придется рассказать тебе кое-что интересное о тебе же самой. Пока ты не нацепила на себя костюм, как наш приятель Паркер.

========== Уязвимость ==========

— О чем это вы? — спрашивает Тея, чувствуя себя в тот же миг ужасно глупо. О чем он? Серьезно?

Тони Старк смотрит на нее так, будто думает то же самое. Тея вздыхает.

— Вы про мои руки? Они светятся с тех пор, как мне квартиру взорвал какой-то ублюд… урод.

— Ага, именно, — миллиардер хлопает в ладоши. Словно только и ждал ее признания, чтобы начать издеваться. — Вот что, милая: справа есть дверь, за нею тебя ждет уютная комната с теплой одеждой и душем. Переодевайся, приводи себя в порядок, а потом возвращайся сюда, и мы поговорим, как следует.

Тея косится на дверь, потом на Старка, снова на дверь.

— Да-да, иди! — подгоняет ее мужчина. — Я не хочу, чтобы ты сейчас упала в обморок, не дождавшись своего принца.

Девушка делает вид, что не понимает, о ком он говорит, и идет с самым упрямым выражением лица в ту сторону, куда ей указали. Она не особо любит слушать взрослых, если это не учителя или родители, так с чего бы ей… Тут же Тея себя осаживает: мистер Старк подарил ее семье новую жизнь, когда они его об этом даже не просили, так что она должна испытывать к нему уважение и благодарность. О последнем не может идти и речи, пока Тея сама не убедится, что Питер действительно в порядке.

Она находит в комнате и обещанный душ, и комплект одежды. Снимает с себя платье, осматривается. Вроде, никаких сильных ушибов нет, кроме синяка на боку и ссадин по всем рукам. Могло быть гораздо хуже. Моется, чувствуя себя крайне неловко, переодевается в чистый белый свитер и спортивные штаны, оставляет на голове полотенце с незамысловатым африканским рисунком.

И выходит обратно в круглую комнату, натыкаясь на усталого Паркера в точно такой же, как у нее, одежде.

— Питер! — вскрикивает Тея, бросаясь к нему. Он облегченно ей улыбается — рваная рана над бровью, синяк на подбородке, мизинец правой руки с наложенной шиной— да еще и охает, когда Тея обнимает его за плечи.

— Я так испугалась! — восклицает она, отнимая руки. — Боже, ты сильно поранился? Ужас, там такой взрыв был, я видела, когда сюда летела, это кошмар, Питер… Что там?.. папа Лиз жив?

— Да, — хрипит Паркер, делаясь серьезным, как по щелчку пальцев. — Он чуть не погиб, мне пришлось… неважно. Он жив, его взяли под стражу.

— Это такой ужас, — делится переживаниями девушка. — Что теперь будет с его семьей, как же Лиз… Старк сказал, ты в полном порядке, но посмотри на себя! Ты палец сломал?

— И не только—

Питер ойкает, когда Тея трогает его руку, поэтому девушка испуганно отдергивает пальцы. Они стоят очень близко друг к другу, от Теи пахнет шампунем и идет пар, с волос Питера капает вода. Бледные и уставшие, они оба выглядят ужасно одинаковыми — пораненными, обессиленными и… смущенными.

— Ну, наворковались? — то ли Старк любит подкалывать краснеющих подростков, то ли берет за привычку появляться не вовремя всегда и везде: он выглядывает из-за светящейся панели над дальним столом и зовет Тею с Питером подойти поближе.

— Тебя здесь подлатали? — тихо спрашивает девушка, пока они медленно идут к Старку.

— Нет, это мистер Старк сказал, что нужно поговорить и что ты здесь, поэтому я пришел, а иначе…

— Иначе сидел бы твой герой на крыше какой-нибудь высотки и смотрел, как мы разгребаем завалы от моего самолета, — договаривает за него миллиардер и копирует висящую в воздухе панель в два ряда. — Так, мы все убедились, что Питер в порядке, так что теперь я очень настоятельно рекомендую тебе, парень, здоровый сон. Вон отсюда, Пятница расскажет, как найти в этом здании спальню по вкусу. Вперед.

Питер неуверенно топчется на месте, бросая попеременные взгляды то на Старка, то на Тею. Девушка пожимает плечами.

— Тетушке Мэй скажем, что ты загулял после бала, — отрезает Старк. — Иди уже, герой. С тобой у нас будет разговор отдельный.

Паркер уходит, напоследок пожелав Тее неуклюжей спокойной ночи. Она с удивлением обнаруживает огромную разницу между уверенным в себе паучком и неловким Питером, и понимает, что на его месте вела бы себя точно так же. Оставшись наедине с мистером Старком, девушка чувствует себя спокойнее прежнего, но все еще побаивается того, что он может сделать.

— Итак, рассказывай, — говорит он. — Я уже выступил перед вами обоими в роли феи-крестной, так что теперь твой черед. Расскажи свою историю, золушка, а потом мы подумаем, что с тобой делать.

— Э… — тянет Тея и хмурится. — Историю?..

— Ну да, — кивает Старк. — Откуда у тебя эти светящиеся руки и что ты делаешь с собой, чтобы создавать такие потрясающие иллюзии?

— Это не иллюзии! — с жаром возражает девушка. — Это…

Она кусает губы, подбирая правильное слово. Тони Старк терпеливо ждет, опираясь на стол с панелью за своей спиной.

— Щит, — подсказывает он Тее. — То, что ты создаешь своими руками, похоже на щит, да и ведет себя подобающе, верно?

Девушка вскидывает голову и радостно кивает. Точно, это похоже на щит!

— И как же давно у тебя такая способность?..

***

Полгода назад, когда отец занимал одну из ведущих должностей в лаборатории генетических аномалий Старк Индастри, он привел Тею на экскурсию. Она и еще трое детей работников-лаборантов должны были послушать лекцию про важность подобных исследований и посмотреть на ряд экспериментов в записи, которые были доступны для общего ознакомления.

Тея отстала от группы, заметив известного нейрохирурга на нижнем этаже корпуса. Она хотела посмотреть на него поближе, может, поговорить, но, кинув взгляд на удаляющуюся фигуру девушки-лаборантки, поспешила следом, и на повороте в коридоре столкнулась с молодым ученым.

Он спешил по делам, был явно встревожен и, облив себя и Тею кофе, извинился и кинулся дальше по коридору, даже не удостоверившись, что она не пострадала. Тея раздраженно смахнула с рубашки капли горячей жидкости, прежде чем пойти дальше на поиски своей группы.

Но ее вдруг окликнули.

— Эй! — Тея обернулась и непонимающе уставилась на молодого человека с кипой свертков в руках. — Ты новенькая?

— Нет, я вообще-то… — залепетала от неожиданности девушка. — Я на экскурсии, мой папа заведует—

— Не поможешь мне?

Растрепанный нервный молодой человек походил на того, кого ждут крупные неприятности, если он не поторопится. Тея мялась на месте пару секунд, прежде чем он подозвал ее к себе еще раз, и девушка не сдержалась. Ей было любопытно настолько, что зудела вся кожа.

— Вот, держи это, — сказал парень, отдавая ей злосчастный стаканчик с кофе, — это для мистера Амидалы. И вот это возьми, — и в руки Тее упал рулон с чертежами.

Сам молодой человек перехватил остальные вещи поудобнее и устремился в конец коридора, к белоснежной двери с лаконичной подписью «Смотровая. Только для персонала». Что за нею скрывалось, Тея не знала, но, едва они подошли, дверь открылась, и оттуда высунулась встревоженная голова отца девушки.

— Вечно вы пропадаете, мистер Осборн, где ж вас носит?

Судя по интонации, отец был недоволен его работой, Тею вовсе не заметил и, не глядя схватив стакан с кофе, пропал за дверью.

Тея отвернулась — она нечасто видела отца таким сердитым и потому смутилась самой себе, что немного даже испугалась его. Молодой человек, которого только что отругали, кивнул девушке и зашел в смотровую.

Тея постояла на углу, решая, пойти ли ей следом в загадочную комнату для персонала или же двинуться дальше за своей группой. В итоге любопытство победило. Она шагнула в смотровую без опаски, потому что только что они с группой покинули ту часть здания и все там внимательно рассмотрели, и им даже разрешили потрогать образцы.

Но она замешкалась на входе, испугалась механического женского голоса, который раздался откуда-то сверху: «Активация защитных панелей. Вход в лабораторию перекрыт, будьте внимательны», — и оказалось, что за дверью смотровой скрывалась еще одна дверь, ведущая в лабораторию. Молодой человек вместе с ее отцом испарились бесследно. Тея прошла в лабораторию, думая, где оставить рулон с чертежами. Здесь было темно, все подсвечивалось синим флуоресцентным светом и яркими вытянутыми колбами в стенной панели в дальнем конце помещения. Их было много, около двадцати, разной степени цветности, от оранжевого до лимонно-желтого.

Испугавшись, что ее заметят в неподобающем месте, Тея попыталась вернуться обратно, но дверь за нею уже закрылась и не поддалась ни на какие действия со стороны девушки.

А потом в комнате резко поднялась температура, что-то в колбах затрещало, несколько штук треснуло, и жидкость в них потекла на приборную панель под ними. Запищали приборы, механический женский голос оповестил о сбое программы безопасности.

Раздался хлопок, за которым последовал взрыв. Тею отбросило ударной волной назад, в стену, и накрыло сверху пыльным желтым облаком из паров жидкости в колбах.

— Врачи сказали, я совсем не пострадала, хотя могла вообще не выжить, — говорит Тея, пожимая плечами. — Никаких отклонений в организме, ничего сверхъестественного. Пока я лежала в клинике, дело замяли, отца уволили. Это все.

Старк сидит напротив девушки, опустив подбородок на скрещенные пальцы рук, и смотрит куда-то в стол. Тея замолкает, и тогда он, вздохнув, говорит:

— Я изучил этот случай. Признаю, он как-то ускользнул от моего внимания. Я был занят кое-чем… неважно. Разбирался со старыми приятелями, но к твоему делу это отношения не имеет, да.

«Заковианский договор ООН, дело Стива Роджерса», — думает Тея,— «Как же, известный сюжет, в учебниках истории пишут».

— И когда проявились твои… необычные способности? — спрашивает Старк. — После второго взрыва в квартире?

Тея кивает. Она пьет горячий чай, заплетает из мокрых волос косичку и не понимает, почему Тони Старк так медлит, почему до сих пор не берет у нее кровь для тщательного анализа и не рассматривает клетки ее кожи под микроскопом с завидной бодростью, несмотря на третий час ночи.

— Теперь я расскажу тебе, — говорит он, хлопая себя ладонями по коленям. — Мы с твоим отцом уже обсуждали эту теорию, но теперь, похоже, она себя оправдала, так что нет смысла скрывать.

Тея хмурится. Обсуждали с отцом? У него есть секреты от дочери?..

— В тот раз в лаборатории тебя накрыло химическим облаком из паров очень своеобразного раствора. Твой отец изучал новый элемент, который моя команда по ликвидации разрушений обнаружила на одном космолете Скруллов — это инопланетяне, которые… А, ты уже знаешь, отлично. Моя команда назвала элемент Унобтаний, но мы еще работаем над названием.

Старк хыкает, а вот Тея не разделяет его веселья, поэтому он неловко кашляет и продолжает говорить, как будто никакой шутки не было.

— Унобтаний, как мы позже выяснили, не принадлежал Скруллам, и, сказать по правде, я считаю, что они выкрали его у другой развитой расы— какой, неизвестно. Мои люди хранили его в специальных кейсах и испробовали растворы разной плотности, чтобы понять структуру. Видишь ли, унобтаний сам по себе представляет металл, но определенные его изотопы меняют свое агрегатное состояние в зависимости от внешних условий, что, по какой-то причине, никак не сказывается на его свойствах. По сути, это уникальный материал.

— Который вы храните в простой лаборатории в центре Нью-Йорка, — перебивает Тея, скрещивая на груди руки. Тони Старк ее злости не принимает.

— То, что ты оказалась в той лаборатории, скорее, случайность, недосмотр работников-лаборантов.

Тея поджимает губы. Ей все равно, кто не закрыл за собой дверь в тот роковой день, вина за произошедшее все равно лежит на ее плечах. Не нужно было идти туда, куда не просят.

— Возвращаясь к химическому облаку… ты слушаешь, Тея? У него особая структура, очень своеобразный состав. Я хотел, чтобы из него получилась броня, способная противостоять натиску любой силы, думал добавлять его к вибраниуму для увеличения стойкости. Но, как оказалось, ни раствор, ни сам унобтаний, не реагирует на неживые организмы. А вот с клетками любого живого существа вступает в симбиоз и вплетается в ДНК-нити на раз-два. Что такое? Напугана?

— А не должна? — отзывается Тея, чувствуя, как снова кружится у нее голова — теперь уже от внезапного испуга. — Хотите сказать, я какой-то мутант? Человек Икс? Мне в школу к профессору Ксавьеру пора?

— Спокойно, никуда тебе не пора, — Старк вскидывает руки, с интересом наблюдая за Теей. Девушка начинает светиться с кончиков пальцев рук, свет ползет вверх до локтей. Тея глубоко вздыхает, пытаясь успокоиться.

— На самом деле, все гораздо проще и сложнее одновременно. Химический элемент, растворенный в плазме крови человека, вступил в реакцию с клетками твоей кожи и растворился в твоем организме, немного переписав структуру твоей ДНК. Сейчас она ничем не отличается от обычной человеческой, если рассматривать ее под известным нам увеличением микроскопа — все происходит на гораздо более глубоком уровне, до которого современная техника не доберется. По сути, углеродный анализ или любой другой не покажет тебе никаких изменений. Но теперь клетки твоего организма реагируют на опасность извне и действуют на тебя, как…

— Щит, — заканчивает пораженная Тея. — Моя кожа теперь, как щит?

— Скорее, все тело, — Старк щелкает пальцами и вынимает из воздуха голубую голограмму с силуэтом человеческого тела. — Вот, как это работает: ты нервничаешь, начинаешь бояться, организм понимает, что что-то не так во внешней среде, и выдает тебе энергию, необходимую для защиты. Чем больше сила, действующая на тебя извне, тем больше энергии вызволяется, чтобы защитить твое тело. В моменты, когда ты чувствуешь себя наиболее уязвимой, унобтаний в твоем теле реагирует соответствующе.

В то время, пока он говорит, голограмма рисует анимацию с ярко-желтым шаром вокруг человеческого тела. Тея видит со стороны, как работает ее организм с новой «функцией», и это кажется ей настолько странным, насколько вообще возможно в мире супергероев и суперсил.

— Мне пришлось взять у тебя миллион анализов, чтобы выявить твою новую способность, — делится Старк. — Прости, что не говорил, твой отец тоже не в курсе. Все должно было остаться большой тайной, ведь никто из нас не знал, вступит ли химический элемент в реакцию с твоим организмом.

— Вы на мне опыты ставили, — возмущенно шипит Тея. — Ждали, что будет, наблюдали, как за кроликом в клетке? А если бы я умерла?..

— Этот исход я предусмотрел заранее, — отнекивается миллиардер. — Твоей жизни, клянусь, ничего не угрожает.

Тея пытается переварить новое знание, но с гудящей головой после целого дня приключений, о которых она не просила, это кажется невозможным. Старк понимающе кивает, когда девушка прикрывает рот рукой, и показывает ей на дверь.

— Идите спать, мисс Амидала. Пятница проводит до спальни. Твоим родителям тоже скажем, что ты загулялась с мистером Паркером.

Тея краснеет против воли и резко вскакивает.

— Мы с ним не гуляем!

— Точно, — миролюбиво соглашается Старк. — Но вам обоим очень бы этого хотелось. Спокойной ночи.

***

Через неделю в школе почти не остается и следа от пятничного школьного бала. Активисты из студсовета угрюмо стягивают плакаты, снимают со стен афиши и мишуру. Тея устало плетется по коридору рядом с Недом и Питером и проговаривает в сотый раз:

— Да не видела я Тони Старка, Нед! Ты вообще меня слушаешь? Меня папа осматривает каждый день и какие-то его новые люди.

Питер ловит ее сердитый взгляд и понимающе улыбается. После злополучной ночи и тонны приключений, они не обмолвились с миллиардером ни словом, хотя он обещал Паркеру «отдельный серьезный разговор». Каждый день Тея совершает рейд до лаборатории Старк Индастри, проходит ряд тестов, подготовленных командой отца — тот теперь, по приказу самого Старка, занимает ведущий пост в генетических исследованиях, и Тее это не нравится. Почти все члены ее семьи вдруг вовлечены в дела, связанные с инопланетянами, супергероями и чертовым странным унобтаниумом, которому все еще не подобрали другого названия.

— Мне пришлось все родителям рассказать, — делится Тея. Нед подпрыгивает на месте.

— Да ну? Прямо все-все?

— А что мне оставалось? — жалобно стонет девушка. — Папа за мной присматривает в лаборатории, но мама-то задает кучу вопросов. Пришлось сказать с позволения Старка.

— Злятся? — спрашивает Питер. Тея останавливается и смотрит ему прямо в глаза.

— Мама психует страшно. Кирк подслушал наш разговор, теперь рисует себе суперкостюмы каждый день. Хочет стать вторым человеком-пауком.

Питер невольно улыбается. Они с Теей ведут себя, как обычно: общаются, ходят на уроки, не лезут ни в какие неприятности. После школы, Тея знает Паркер тусуется с командой по декатлону и Недом, а Тея катается в город к отцу, занимается там, пока проходит тесты, делает домашнее задание, слушает лекции, встревает в разговоры медсестер в белых накрахмаленных халатах. Она узнает много нового, но хочет поскорее избавиться от въевшегося под кожу «щита». Хотя отец, с присущей всем ученым радостью и возбуждением, просит ее учиться себя контролировать и управлять полученной силой.

Тея не хочет силы. Тея хочет быть нормальным подростком. Вот только с таким другом, как Питер Паркер, нормальность ей больше не светит, даже если они будут просто друзьями.

— Эй, смотрите, — роняет Нед и замирает посреди коридора. В дальнем конце его ребята видят грустную до невозможности Лиз Аллен с мамой, и Питер, коротко кивнув друзьям, бежит к девушке.

— Эй, Лиз! — зовет он, когда одноклассница уже уходит из школы.

Тея видит, как она останавливается, чтобы поговорить, как Питер неловко переминается с ноги на ногу и что-то ей говорит. Жаль, у Теи нет суперслуха. О чем они беседуют? Мистер Аллен не зря говорил, что Питер нравится его дочери…

— Тея, — зовет Нед, и девушка, вздрогнув, оборачивается. — Твои руки…

Тея опускает голову — пальцы до самых кистей у нее снова светятся, кожа становится желтой.

— Черт, я сейчас, увидимся позже, — выпаливает девушка и тут же бежит в конец коридора к женским туалетам. Запирается там в одной из кабинок и ждет, когда свечение прекратится.

«В моменты, когда ты чувствуешь себя наиболее уязвимой, твой организм реагирует соответствующе».

Если такое будет происходить всякий раз, как Тея нервничает, паникует или просто ревнует, ей придется неслабо постараться, чтобы научиться контролировать собственные эмоции. Она злится на саму себя, что делу вовсе не помогает.

В конечном счете, в кабинке женского туалета Тея проводит добрые пятнадцать минут. Уговаривает себя успокоиться, трет руки, думает о том, что Питер хотел позвать на бал ее, а не Лиз. Последнее заставляет ее краснеть, так что руки снова желтеют.

— О, да ладно! — в сердцах восклицает девушка. — Придется в перчатках ходить…

Она вываливается из туалета, на ходу натягивая белые больничные перчатки, которые ей вчера дал отец, и сталкивается нос к носу с запыхавшимся Питером.

— Идем со мной, — коротко говорит он, хватает девушку за руку и тянет по коридору к выходу.

— Что случилось? — спрашивает Тея, чувствуя, как сердце подскакивает к горлу. Питер мотает головой.

— Там Хэппи, охранник мистера Старка, он ждет нас обоих.

Хэппи Хоганом оказывается грузный широкоплечий мужчина в деловом костюме, который натягивается у него на животе. Тея как-то скомканно с ним здоровается, и он, бросив недовольное «Давайте скорее», заталкивает обоих подростков в черный «Ауди».

Питер прижимается боком к дверце, Тея смотрит в лобовое стекло, наблюдая, как проносятся мимо мосты, как городской пейзаж сменяется пригородом.

— Куда мы едем? — тихо спрашивает она у Питера. Тот как-то неопределенно ведет плечами.

— Мистер Старк хочет с нами поговорить.

— Не в лаборатории?..

— Лабораторию перенесли, — встревает Хэппи. — Она теперь располагается на территории новой базы Мстителей.

— Новой базы Мстителей? — вскидывается Питер, подпрыгивая на месте. — Мы едем туда?

— Да, малец, только не описайся от счастья.

Между подростками и Хэппи появляется черная непрозрачная панель. «Охранник мистера Старка не любит веселиться…» — думает Тея, нервно усмехаясь. — «Как же он работает на такого шутника?»

— Волнуешься? — спрашивает вдруг Питер. Тея вздрагивает, оборачивается к нему — он кивает девушке на руки. Черт, снова светятся, как гирлянда в Рождество. Тея сжимает пальцами складки на джинсах, теребит край футболки с принтом даров смерти.

— Не обращай на это—

— Я, я вообще-то хотел сказать… — начинает Питер и осекается. Тея вдруг ощущает себя ужасно неловко в тесной кабине автомобиля рядом с одноклассником, к которому совершенно точно испытывает недружеские чувства.

— Я хотел сказать, что… — Питер предпринимает вторую попытку, когда за окнами появляется силуэт новой базы Мстителей — высокий блестящий шпиль с огромной буквой А на фасаде.

— Приехали, выходим, — звучит с водительского места голос Хэппи. Тея пожимает плечами, неловко улыбается Питеру, и они выпрыгивают из машины следом друг за другом, оба на нервах.

Паркер восхищенно осматривается, крутит головой во все стороны. Хэппи Хоган привез их с Теей на огромный свободный кусок земли со стоящим в самом центре зданием странной угловатой формы. Здесь хорошо дышится, свежий воздух, где-то раздают указания командиры спецвойск, и прямо с крыши базы взлетает вверх планолет. Даже у Теи захватывает дух, Питер же обо всем забывает окончательно.

Хэппи ведет их внутрь. Здесь просторно, везде панорамные окна, много света и новомодных интерьеров в стиле хай-тек. Тея с интересом рассматривает раздвижные двери с сенсорами и прочими штуковинами, какие обычно рисуют в фильмах про будущее. Питер кивает на взлетающего за окнами человека с крыльями.

— Сокол? — неуверенно спрашивает девушка, и Паркер кивает.

— Побудьте здесь пару минут, — говорит им Хэппи и уходит, оставляя подростков в пустом зале с платформой, предназначение которой неизвестно. Тея кусает губы, избегая взгляда Питера, и, в конечном итоге, он ловит ее за светящуюся руку.

— Нервничаешь, — не спрашивая, утверждает он.

— Нет, я не…

— Слушай, я хотел сказать… — снова говорит парень. — Х-хотел сказать, что мы с тобой…

— Проделали отличную работу! — не изменяя привычкам, громогласно объявляет Тони Старк, появляясь из-за двери с шумными людьми. Тея и Питер одинаково вздрагивают, размыкая руки. — Не стесняйтесь, можете пообниматься, я отвернусь.

Девушка оборачивается к миллиардеру, поджимая губы. Что за отвратительная манера влезать в чужие дела у этого человека?!

— Ладно, вы правы, потом наобнимаетесь. Идемте-ка, есть разговор.

Питер кидает Тее последний ничего не понимающий взгляд, и они вдвоем подходят к Старку. Тот приобнимает Паркера за плечи.

— Парень, ты жутко напортачил недавно, верно?

— Мистер Старк, я…

— Но потом все исправил! Как настоящий мужчина. Прости за костюм, это был воспитательный процесс, понимаешь?

Тея идет чуть позади и хмыкает себе под нос. Воспитательный процесс, как же. Вы чуть не сломали бедного парня своим отказом…

— Саркастичные девчонки могут не сверлить мой затылок своими саркастичными взглядами, — подсказывает вдруг миллиардер и оборачивается к Тее. — С тобой мы чуть позже побеседуем, милая. Так вот, о чем это я… Ах, да!

Они втроем поднимаются на платформу — вдоль стен загораются белые экраны, вырисовываются на них очертания смутно знакомого костюма. Тея оглядывается и видит на панелях чертежи разработки костюма человека-паука. Голову в сетку, стекла-экраны. Встроенные паутинометы в запястьях.

— Я ошибался в тебе, — Тони хлопает Питера по плечу, пока тот, ничего не соображая, вертит головой. — С хорошим наставником ты быстро вольешься в команду.

— Команду? — переспрашивает Паркер. Тея хмурится, замирая за ним. Руки снова начинают против воли светиться, страх ползет под кожу.

— Разумеется! — миллиардер кажется радостным и возбужденным. Он машет рукой, и из стены прямо напротив Питера появляется новый костюм человека-паука. Бронированный, литой, с красивым рисунком на груди и наверняка напичканный всеми примочками от Старка. Питер ахает.

— Как будешь готов, примерь это, — кивает довольный собой Тони Старк. — И я представлю миру нового официального члена Мстителей. Тея, ты идешь со мной, пока мистер Паркер переодевается.

Тея идет за мужчиной, оставляя взбудораженного, радостного Питера наедине с его новым костюмом. Тони ведет девушку в соседнюю комнату и закрывает за нею дверь. Профиль Паркера исчезает в тонкой полосе панельного света.

— Что такое? Не рада за своего приятеля?

Тея кусает губы, скрещивает на груди светящиеся руки. Старк видит это и понимающе вздыхает.

— Почему-то ты ведешь себя, как его мамочка, а не его девушка, — замечает он.

— Я не его девушка, — отрезает на автомате Тея. Смотрит в лицо спокойного Старка, подбирает правильные слова. Как назло, ничего не идет в голову.

— Это опасное дело, — наконец, говорит она. — Питер еще подросток.

— Ты тоже, — кивает ей Старк.

— Да, но я… Что? Причем тут я?

Тони указывает Тее за спину, и девушка оборачивается. Ее встречают точно такие же панели с чертежами, но в силуэте очередного костюмчика Тея не видит ни одной знакомой детали.

— Это пока еще только разработки, — поясняет миллиардер. — Что-то придется подправить, что-то убрать, но в целом… Что скажешь? Мы экипируем тебя так, чтобы костюм помогал направлять энергию твоего тела в нужное тебе русло.

Тея во все глаза рассматривает тонкие пластины на руках и ногах, покрывающие целиком и локти, и кисти, и бедра, и ступни. Костюм похож на паучий, только голову не закрывает никакая маска.

— Я думаю, мы сделаем его из анаптаниума — это, кстати, новое официальное название того элемента, что купается в твоем теле. Твой будущий костюм должен хорошо сочетаться с твоим организмом, и в идеале они будут работать в тандеме. Нравится?

Слов нет. Тея рассматривает чертежи, думая, что над ней шутят, что Тони Старк — просто большой шутник, которому хочется веселиться в перерывах между спасением мира.

— Вы хотите и меня в Мстители завербовать? — мяукает Тея.

Тони чувствует ее неуверенность и подходит ближе.

— Послушай, принцесса. Твои способности — уникальные. Анаптаниум нам из тебя не вытащить — да и, признаться, я не вижу в этом здравого смысла, ведь элемент тебе не вредит, а защищает. Подумай об этом. Твои новые возможности помогли бы многим в моей команде. Многим людям вообще. Я слышал, ты хочешь стать хирургом, жизни спасать, верно? Почему бы не делать это в команде профессионалов?

Тея хмурится, руки светятся как высоковольтные лампы. Девушка топчется на одном месте и не может ответить. Это неожиданно, это пугает.

— Теперь, когда моя команда лишилась Ванды Максимофф, — серьезно говорит Старк, — нам бы очень пригодился щит. Защита, которая будет оберегать простых жителей мира.

Вот это Тея понимает. Принимает такую возможность, зная, какими хрупкими оказываются жизни простых людей в мясорубке, которую могут устроить Мстители. Она остановила десятитонный блок, упавший на нее с Питером, так, может, сможет делать что-то еще? Отталкивать в сторону несущийся на ребенка автобус. Закрывать собой женщину с детьми, когда на них падают обломки зданий во время землетрясения. Вытаскивать семьи из-под завалов, таких, какие были в Заковии.

Но разве все это не могут сделать Мстители? Тея хмурится, делает несколько шагов назад от терпеливо молчащего Тони Старка. Разве без Ванды Максимофф взрослые супергерои не способны защитить обычных людей? Тея смотрит на стоящего перед ней миллиардера, плейбоя (и дальше по списку) и понимает вдруг, что у Мстителей отнимают возможность становиться кем-то еще, несмотря на то, что это, возможно, самая почетная миссия на Земле.

— Я хочу стать нейрохирургом, — говорит Тея.— А в команде Мстителей…

— Есть свои специалисты, которые тебе помогут, — договаривает за нее мистер Старк. — Слышал я даже про одного такого, он как раз из нейрохирургии переквалифицировался в отличного мага.

Тея думает, что Старк шутит, и фыркает.

— Нет, серьезно, ты подумай! Тем более, твой приятель сейчас примкнет к нашим рядам, а уж его-то спасать порой так же важно. Особенно тебе.

О, боги, Питер. Тея окончательно теряется, беспомощно осматривается, пытаясь зацепиться взглядом хоть за одну деталь, которая поможет ей в этом сложном выборе. Спасать людей. Спасать Питера. Вытаскивать его задницу из катастроф, в которые он вечно попадает — это звучит глобально и ужасно опасно, и Тея не готова к такому. Она не супергерой.

Но, с другой стороны, если она научится себя контролировать…

Тея устало опускается на диван посреди комнаты и сжимает голову светящимися пульсирующими руками.

— Мне надо подумать, — стонет она сквозь пальцы.

— Ты мне нравишься, — говорит Тони Старк, садясь напротив девушки. — Правда, ты прехорошенькая юная леди. И, я уверен, ты справишься с любой задачей, какой бы путь ни выбрала. Нейрохирургия — это прекрасно, но подумай о том, скольких ты можешь спасти, если выберешь команду своего приятеля.

Тея чувствует подвох в сомнительном комплименте и ждет коронного «но», обламывающего надежды всех главных героев абсолютно всех фильмов.

— Но, — договаривает, как и ожидалось, миллиардер. — Сейчас, пока Питера нет, позволь предупредить. Отношения между Мстителями запрещены.

Тея вскидывает голову так резко, что Тони вздрагивает, и впивается в его серьезное лицо испуганным взглядом.

— Не смотри так на меня, принцесса, — мотает он головой. — Это обусловлено столькими факторами, что ты себе и представить не можешь важность такого условия. Мстителей посылают на опасные миссии, во время которых ты должна думать о простых людях, не примешивая к своей работе никакие другие эмоции. Чистый, незамутненный разум. Понимаешь меня?

Тея стискивает дрожащие пальцы рук. Смотрит на них, отливающих желтым светом. Думает о Питере. Каким он выглядел радостным, воодушевленным от предоставленной ему возможности. Человек-паук — официальный член команды Мстителей. Каким он был гордым за себя, уверенным.

Тони наблюдает за серьезной девушкой и видит, как постепенно гаснут ее необычные руки.

— Я не готова, мистер Старк, — наконец, говорит она, поднимая к миллиардеру спокойный взгляд. — Я не могу быть Мстителем.

— Уверена?— удивленно спрашивает Тони. — Подумай, у тебя ведь такие силы—

— Так заберите их, — Тея вытягивает вперед руки, почти касаясь Старка. — Вам они нужнее, заберите это у меня.

— Принцесса, я уже говорил тебе, это физически не…

— Тогда я смогу быть с Питером?

Мужчина осекается на полуслове с открытым ртом, смотрит на серьезного подростка перед собой и не понимает, движет ею страх или другая эмоция. Она упрямая и пугливая, и не любит супергероев, как сказал Питер, но хочет спасать жизни. Комок противоречий. Удивительно, оказывается, мистеру Паркеру такие как раз и нравятся.

— Ты уверена в своем решении?

Тея кивает.

— Хорошо. Ладно. — Тони хлопает в ладоши и встает с места. Девушка поднимается, следуя его примеру. — Подожди снаружи, никуда не уходи. Хэппи подойдет к тебе, договорились?

— Спасибо, мистер Старк, — говорит Тея и уже на выходе оборачивается. — Если я научусь себя контролировать, как думаете, это поможет мне в хирургии?

Тони усмехается, пожимая плечами.

— Как знать, принцесса, все возможно. Я буду присматривать за тобой, Питер будет мне все докладывать, так что не делай ничего опасного.

«Я и не делаю», — думает Тея, отбиваясь от воспоминаний о недавно обрушившейся крыше амбара.

***

Девушка ждет Хэппи Хогана у базы Мстителей, но через пару мнут к ней спускается довольный собой Питер. Тея удивленно его рассматривает.

— Где твой новый костюм? — спрашивает она. Рассказать ему о предложении мистера Старка? Нет, думает Тея, не стоит, разговор у них вышел слишком уж личным…

— Я его не взял, — ошарашивает ее Питер, и Тея кашляет от неожиданности.

— Что? Но ведь ты теперь Мститель!

— Нет, — Паркер качает головой и отчего-то улыбается еще больше. — Я отказался. Куинсу нужен дружелюбный сосед человек-паук, а не вечно занятый супергерой в бронированном костюме.

— Думаешь?— улыбается Тея. Камень, гора размером с Эверест падает с ее плеч. На самом деле, эта новость для нее радостнее всех возможных новостей о Мстителях.

Сначала повзрослей — потом геройствуй.

— Но мистер Старк сказал, что присмотрит за мной. И за тобой тоже, — добавляет Питер и вдруг краснеет, покрываясь розовыми пятнами.

— Да, мне он то же самое сказал, — кивает Тея. Вновь между ними повисает неловкая пауза, от которой сложно избавиться, если глазеть куда угодно, только не друг на друга.

— Так… — Питер чешет затылок и переступает с ноги на ногу. Он стоит на лестнице, на ступень выше Теи, и смотрит на нее сверху вниз — и все равно выглядит ужасно неловким. Тея рассматривает жутко интересный рисунок его футболки, боясь поднять голову.

— Так, может, мы… — бормочет Питер. — Я не знаю, может… Ты не хочешь, например…

— Я не хочу быть девушкой человека-паука, — вдруг выпаливает Тея, прерывая одноклассника. Он икает от удивления.

— Н-нет? О, ну я…

Тея кусает губы — руки светятся, она нервничает, не умея прятать эмоции. Питер видит это и улыбается.

— Тогда… Тогда, может, ну… Может ты хочешь быть девушкой Питера Паркера?

Он берет ее за руку. И Тея поднимает голову, безуспешно пытаясь спрятать наползающую на лицо улыбку. Питер радостно улыбается в ответ.

— С тобой все равно проблем не оберешься, — замечает она и тянется к однокласснику.

Он соскальзывает на ступеньку ниже, становясь вровень с Теей, и почти целует ее, когда…

— Так, хорош миловаться, поехали! — командует Хэппи заправским тоном, и подростки одновременно подпрыгивают на месте.

— О, да сколько ж можно!..

КОНЕЦ ЭТОЙ ЧАСТИ

Комментарий к Уязвимость

На этом пока все!

Через пару недель, скорее всего, я продолжу. Следующая часть коснется событий Infinity war, надеюсь, все ее уже смотрели, так что спойлеров не будет ;)

========== INFINITY WAR ==========

ЧАСТЬ II

— Мистер Старк сказал, что научится управлять перчаткой, — говорит девушка. — Найдет способ, ему помогут. Мисс… Дэнверс, кажется.

— И что потом? — хмурится Романофф.

— А потом, — тянет Тея, — мистер Старк убьет меня.

Музыкальная тема: Tom Walker — Leave the light on

Комментарий к INFINITY WAR

Обложка TWO: https://ibb.co/4d6t9QQ

========== Паучье чутье ==========

Питер страшно опаздывает. Он специально вышел заранее, обогнул все опасные точки в округе, где мог столкнуться с очередными умниками, решившими обчистить магазин электроники, кондитерскую, банкомат или, чем скрулл не шутит, книжный. И все равно уперся носом в придурка, размахивающего пистолетом прямо посреди перекрестка. Ему, видите ли, не понравилось качество обслуживания в прачечной.

Кроме того, он был под кайфом. Кроме того, как позже Питер услышал от полицейского, он разыскивался за вооруженное ограбление на Бликкер-стрит в самом центре Нью-Йорка.

Что занесло этого неудачника в Куинс, так и осталось загадкой, но сейчас Питер, на бегу заталкивая в рюкзак красную маску, бежит по пятой авеню в сторону парка и думает, что стоило бы захватить вооруженного парня с собой, только чтобы досталось ему, а не Питеру.

С легкой подачи самого Паркера его девушка уже третий месяц ходит в секцию бокса, и что-то Питеру не хочется попадать под ее горячую руку, когда она злится.

Тея сидит на лавке перед парком, уткнувшись в телефон, поэтому не сразу замечает бегущего к ней парня.

— Прости! — тормозя в паре футов, задыхается Питер. — Честное слово, я спешил, как мог, даже специально обошел двадцать первую и десятую улицы, там ведь обычно всякая шпана собирается, но…

Тея без слов протягивает ему смартфон с открытой записью на ютьюбе.

— Это залили минуту назад, полюбуйся, — говорит девушка, скрещивая на груди руки. Питер мысленно молится, чтобы в видео не попали кадры, когда он перехватывает пистолет из рук наркомана дулом к себе. Но на записи мелькает только его красно-синий костюм и два подоспевших офицера полиции.

«О Боже, он такой классный!» — восклицает какая-то девушка за кадром. — «Кейти, залей обязательно на ютьюб. Паучок, возьми меня с собой!»

— Эм, ну… — Питер чешет затылок, старательно подбирая слова. — Ты сердишься? Ну не мог я его посреди улицы оставить, он чуть старушку не подстрелил!

Тея вздыхает и поднимает с места.

— Ты, блин, издеваешься? — она выхватывает смартфон из рук Питера и прокручивает запись до самого конца. — В тебя стреляют, а ты перед девчонками красуешься?

На записи слышен выстрел; паук делает сальто назад и притягивает к себе растерявшуюся девочку, чтобы в следующий миг оттолкнуть к подругам, выстрелить паутиной в преступника и даже радостно вскрикнуть.

Для убедительности Тея проматывает видео еще раз, не сводя с Питера сердитого взгляда.

— Честное слово, иногда мне тебя прибить хочется, — роняет девушка. Паркер вдруг улыбается, опуская руку с телефоном.

— Ты р-ревнуешь?

— Что?— вскидывается Тея, отнимая у парня смартфон. — Вот еще, с чего бы это?

Она краснеет, а локти, не прикрытые рукавами футболки и перчатками, начинают светиться. Питер замечает это и радостно улыбается.

— Если тебе интересно, я сказал этим прекрасным девушкам, — Тея фыркает, старательно отводя взгляд, — что спешу на свидание, так что не смогу уделить им время.

Амидала кусает губы и смотрит себе под ноги. Питер берет ее за руку, обтянутую в тонкую белую перчатку.

— Если ты где-нибудь покалечишься, — ворчит Тея, — я тебя убью, понял?

— Понял, — согласно кивает Паркер и, помедлив, наклоняется к девушке и целует ее в щеку. — Пойдем уже в парк, а? Его через час закрывают.

***

— Что Мэй? — спрашивает Тея. Она, Питер и Нед сидят в столовой и меланхолично наблюдают за разбушевавшимся за окном ветром. С утра служба безопасности оповестила всех о возможном урагане — и это в Куинсе-то! — и попросила не покидать стены школы до самого вечера. Питер с трудом дозвонился до тети, объяснил ей ситуацию, но она…

— Все равно психует, — говорит парень со вздохом. — Говорит, что я вру и не берегу ее нервы. Думает, я в этом урагане спасаю старушек.

Он указывает себе за спину, где за окном школьный дуб шатает из стороны в сторону. Тея хмыкает.

— А я советовала тебе держать все в секрете, — роняет она.

— Это стало проблемой после того, как она засекла меня в костюме, если помнишь, — парирует Питер. — Я надеялся, что твой отец ее успокоит, а он…

— Сделал только хуже, — кивает девушка. — Мой отец — последний, кто станет отказываться от супергеройских примочек в угоду родительскому инстинкту, об этом я тоже уже говорила.

Мэй бесится уже полгода. К сожалению, подарок от Тони Старка, заботливо оставленный Питеру в тот самый день, когда он и Тея отказались от Мстителей, попал в руки не к парню, а к его ужасно нервной тете. С тех пор всякий раз, когда за окном раздаются полицейские сирены, Мэй вздрагивает и бежит проверять, не улизнул ли ее племянник спасать Куинс. Питеру пришлось ограничить свою деятельность: кроме Мэй на него наседает теперь и Тея, а спорить с собственной девушкой, когда она избивает боксерскую грушу, ему как-то не хочется.

Наверняка, после каждой ссоры Амидала представляет лицо Питера вместо красного мешка с песком.

— Твой отец еще не набирает стажеров? — спрашивает Нед, о котором сердитая Тея и расстроенный Питер немного забыли. Девушка вздыхает.

— Нет, как и в прошлом месяце. А тебе не терпится попасть к нему в лабораторию и облучиться под чем-нибудь опасным, да?

Питер фыркает в свой обед, и Тея, заметив это, подозрительно щурится. Она даже не знает, насколько права: Лидса которую неделю не отпускает мысль о том, чтобы заделаться супергероем, хотя все его разговоры пока остаются только шуточными теориями. Если о них узнает Тея, Неду не поздоровится.

После всех взрывов эта девчонка стала ужасно нервной, и порой Питеру кажется, что он встречается с заменой матери, а не с обычной девушкой.

Хотя называть Амидалу обычной он даже в мыслях не может.

— Эй! — к их столику подсаживается Мишель и протягивает всем троим пустые бланки. — Вы не заполнили ведомость. В пятницу едем на экскурсию, помните?

— С такой-то погодой? — неуверенно спрашивает Тея.

— Да разгуляется все. Метеорологи обещают, — Джонс хлопает подругу по плечу и идет к остальным одноклассникам.

Питер оборачивается, чтобы выглянуть в окно. Ветер и не думает утихать, так что сейчас парень думает о том, что не помешало бы проверить добрых жителей Куинса — вдруг им нужна помощь дружелюбного соседа? Может быть, в этот самый момент странный ураган закручивает пикап мистера Долмара и срывает черепицу с крыши дома миссис Хиггинс…

— Не нравится мне этот ветер, — вдруг замечает Нед. — Как будто предвещает что-то плохое.

— Ну, что-то плохое уже происходит, — задумчиво отвечает Питер, видя, как с корнем вырывает дуб со школьной парковки. Его ствол закручивается по часовой стрелке и несется в сторону школы.

— Он же не выбьет нам… — начинает Тея и вскрикивает, когда дерево со всей силы врезается в большое окно столовой. Питер прыгает через стол, хватая Неда и девушку за плечи, она выставляет руки вперед; осколки стекла летят мимо них, задевая тонкий желтый купол, которым накрыло ребят. Остальные школьники бросаются врассыпную.

Питер поднимает голову — он стискивает плечо Теи, та упирается локтем ему в грудь и тяжело дышит, опуская светящиеся ладони. В разбитое окно задувает ветер. Нед охает и садится, глядя на друзей.

— Не задело? — спрашивает Питер. Он подает Тее руку, поднимает с пола и смотрит на Лидса.

— Вроде нет, — кивает тот. — Спасибо, Тея. И чего ты по крышам вместе с Питером не скачешь…

— Потому что это непродуктивно, — отрезает девушка. Оборачивается, осматривая пустой зал столовой — все ученики выбежали в коридор, а к ним спешит перепуганный учитель химии.

— Паркер! Лидс! Живы? Уходите отсюда скорее.

Они переглядываются и спешат следом за мистером Тейтом. Питер останавливает девушку в дверях столовой — хватает за локоть, когда она уже готова выскочить в коридор вместе с Недом.

— Все в порядке?

— Да, — кивает Тея. — Все нормально, ты же видел.

— Да, но в прошлый раз…

Девушка шикает, прижимая палец к его губам.

— Ничего не случилось, голова даже не болит.

Питер хмурится. Две недели назад на уроке химии Флеш бросил в колбу их однокласснику Захарии реагент, и раствор взорвался прямо в руках парня. Тея работала с ним в паре и инстинктивно вскинула руки, закрываясь от летящих в нее осколков. В тот раз она создала сферу, сковала всю химическую реакцию и замедлила взрыв, но испугалась, что кто-то это заметит, и бросила ярко-желтый пузырь себе под ноги. Тот лопнул, взрыв пошел дальше и изорвал в клочья джинсы Захарии и поранил голые ступни Теи. Девушку отправили в медпункт с кровоточащими мелкими порезами на ногах и сильным головокружением от стресса.

— Все хорошо, — улыбается Амидала. — Идем уже, а то все будут думать, что мы решили в героев поиграть.

— Нет, — усмехается Питер в несвойственной ему манере, которую он невольно перенял у Тони Старка. — Все будут думать, что мы целуемся в подсобке.

— Ага, а это совсем не так, — соглашается Тея. Она хочет казаться серьезной, строгой, правильной, но Паркер видит, как в сумраке школьного коридора краснеют ее уши и скулы.

— К сожалению.

Тея фыркает, напрасно пытаясь скрыть смущенную улыбку. Питер берет ее за руку — та светится, в темноте это заметно даже сквозь плотную ткань перчатки.

— Сядешь со мной в автобусе? — спрашивает парень, пока они медленно идут в пустом коридоре. Тея недоуменно ведет плечом. — На экскурсии.

— А… — девушка понимающе кивает, стискивая пальцы Паркера своими. — Ладно, если ты не будешь доставать меня «Бегущим по лезвию».

— Но это классика!

— «Индиана Джонс» это классика, а «Бегущий по лезвию» — какая-то антиутопичная маловероятная фантастика.

— И это говорит мне девчонка-щит.

— Эй! — Тея останавливается напротив двери в спортзал, хмурится. — Что еще за «девчонка-щит»?

Питер мысленно дает себе подзатыльник — себе и Неду, который придумал для Амидалы новую кличку.

— Ну, эм… Мы же должны как-то называть твои способности…

— Ага, еще супергеройское имя мне дай, — сердится Тея. — Никаких прозвищ, мистер паук.

— Ла-адно, — тянет Паркер. И, заходя следом за девушкой в спортзал к остальным одноклассникам и оставшимся в школе ученикам, тихо шепчет: — Все равно ты была бы крутым героем.

***

Желающие выбраться из школы в пятницу на ничем не примечательную экскурсию к статуе свободы собираются в утро пятницы у автобуса. Половина учеников решили остаться на уроках — на носу важный тест по алгебре, и что-то не все жаждут пропустить несколько часов лекций ради скучного мероприятия.

Тея топчется у автобуса с едва заметной вмятиной на боку — подарок от парня-шокера, что чуть не прибил Питера полгода назад. Паркер спешит к девушке, на ходу заталкивая в рюкзак маску от костюма.

— Какой-то воришка снова утащил чужой велик? — спрашивает Тея, кивая на торчащий из кармана паутиномет. Питер запоздало прикрывает его рукой.

— Да, пришлось его к стене на бегу прилепить, — врет он без зазрения совести. Если Тея узнает, что Паркер успел поучаствовать в погоне за грабителями лаборатории Оскорп, посидеть на капоте грузовика, что мчался по перекресткам со скоростью сто миль в час с двенадцатью колбами радиоактивного плутония, и остановить автобус с китайскими туристами, чуть не угодив при этом под поезд… Хорошим это не закончится.

Девушка подозрительно щурится — только бы не заметила набухающую под челкой шишку на лбу — и хмыкает.

— Будем считать, я тебе поверила, — говорит в итоге она. — Идем, Нед уже испереживался.

Тея влезает в автобус последней под ворчание старика-водителя, а Питер думает, что его друг волнует о нем в три раза меньше девушки и, может, ей не стоит прикрываться Лидсом. Питер прекрасно знает, как Тея относится к его деятельности.

Но он ведь не Кирк, не ее младший брат, верно?

Они садятся прямо за Недом — фирменное приветствие приходится скомкать до простого «дай пять», потому что автобус уже трогается с места — и Тея стягивает с рук плотные белые перчатки.

— Что это? — спрашивает Питер, замечая распухшую костяшку на правой руке. — Опять неудачно по груше ударила?

Девушка пытается вытянуть свою ладонь из руки Паркера, и теперь приходит его черед подозревать ее в секретах.

— Да так, это случайность.

— Мистер Касл не хочет пощадить тебя, как девочку, нет?

Школьный автобус выруливает на угол первой и Мэдисон, прежде чем Тея, наконец, отвечает. С трудом подбирая слова, как замечает Питер.

— Это не он… Это Макс, новый парень в клубе, он…

— Он? — хмурится Питер. Амидала кусает губы.

— Его отец работал с моим в лаборатории. Попал под обломки стены во время взрыва.

Тея вздыхает, опуская глаза, убирает прядь волос за ухо. Тискет молнию своего рюкзака. Только сейчас Паркер замечает красное пятно у нее на скуле — как от удара.

— Эй, погоди, — мешкает он. — Тебя что, этот Макс побил?

— Нет! — вскидывается девушка, поднимая глаза к Питеру. — Нет-нет, нас просто в спарринг поставили, а он услышал мою фамилию и разозлился. Я его понимаю, все же до сих пор думают, будто это мой отец во всем виноват. А его папа травму получил, ногу сломал, теперь работает на полставки. Любой бы разозлился.

— Да, но вымещать все на тебе, это… — Питер сердито взмахивает руками и берет девушку за подбородок, осматривая наливающийся синяк. — Так нельзя же. Блин, очень больно? Я с ним поговорю, окей?

— И что ты ему скажешь? — хмыкает Тея. Потом косится на задние сиденья, где одноклассницы вовсю пялятся на них, и краснеет еще больше. — Все нормально, я разберусь. У тебя своих забот по горло. Не можешь же ты этого Макса паутиной связать.

Питер думает, что вполне мог бы заскочить в секцию Теи на пару слов, возможно, даже в костюме, чтобы преподать урок глупому парню, поднимающему руку на девушек, но Тея чувствует его нерешительность и берет за руку.

— В порядке все, слышишь?

— Хорош миловаться, — слышит Паркер слева от себя. Напротив них сидит Флеш, жует жвачку и таращится на смущенную Тею так, будто она что-то ему должна. Томпсон до сих пор думает, что девушка встречается с человеком-пауком, а Питером прикрывает свою тайную любовь — и нельзя сказать, что он сильно неправ, но голосить об этом на весь класс?..

— Заткнись, Томпсон, — бросает ему Питер. Одноклассник отвечает нецензурным жестом.

Полчаса весь автобус занят своими делами. Тея зевает на плече Питера, что-то бормочет себе под нос, и Паркер думает, что сейчас, наверное, совсем неподходящий момент, чтобы признаваться в своих чувствах, но вдруг девушка не услышит и тогда можно будет списать все на ее сон.

— Тея, знаешь, я… — начинает Питер, и вдруг сам же себя останавливает. Странное чувство, подобное нервной щекотке, перебивает все его сердцебиение, заставляет волосы на руках встать дыбом. Питер резко вскидывает голову и поворачивается к окну.

Там, на другой стороне реки в районе Манхэттена, в воздухе завис круглый, как кольцо, космолет.

— О, нет, — выдыхает Питер. Тея просыпается и поворачивает голову следом за парнем.

— О, нет,— повторяет она. — Только не говори мне, что…

— Это что-то плохое. Мне нужно туда.

========== Иллюзия защиты ==========

Питер уже тянется к спящему впереди Неду, чтобы он отвлек остальных, чтобы… Но его руку перехватывает Тея.

— Другие без тебя не разберутся?

— Тея…

Девушка всматривается в глаза Питеру, поджимает губы. Она и сама, небось, чувствует что-то опасное в зависшем над городом космолете, что-то страшное, ведь не зря же погода сулила им катаклизмы, а потом вдруг утихла. Питер резко выдыхает — автобус везет их все дальше от реки, и тянуть время, тратя его на разборки с собственной излишне беспокойной девушкой, нет сил.

— Я пойду…

— Даже не думай, не пойдешь, — отрезает парень. Беспокойство за ненормальную эту девчонку клокочет у него прямо в груди — и, наверное, впервые с того самого школьного бала, что вылился для них обоих в катастрофу, Паркер вновь думает, что не способен будет защитить Тею, если она окажется под ударом. Он не всесилен; ему сказал это еще мистер Старк полгода назад, когда Питер признался, что подставил под удар семью Амидала.

Тея вдруг опускает плечи, отнимает ладонь от руки Паркера.

— Будь осторожен, хорошо?

Питер ободряюще ей улыбается и зовет друга.

— Нед, нужна помощь, — тот оборачивается и тихо матерится, тоже замечая круглый пончик из внеземного металла. — Отвлеки всех, а?

В отличие от Теи, Лидс бросается в конец автобуса с дикими криками без вопросов.

— Мы все умрем! — вопит он, размахивая руками. Одноклассники шумной гурьбой бросаются вслед за ним и врезаются в заднее стекло автобуса. Престарелый водитель ворчит на неугомонную молодежь.

Питер застегивает на руке браслеты, стреляет паутиной в окно отработанным движением и порывается уже вылезти через него наружу, пока его не засекли, когда Тея хватает его за локоть.

— Питер!..

От ее светящейся пульсирующим желтым цветом руки идет дрожь, и она передается всему телу Паркера, точно неведомая сила, наполняющая девушку, перетекает в его мышцы.

— Пожалуйста, только не…

— Все будет хорошо, я обещаю, — скороговоркой выпаливает Питер и ныряет в оконный проем. Тея смотрит на то, как одной рукой он натягивает на лицо маску, смотрит на девушку в последний раз, подмигивает ей — чтобы поменьше переживала, что с ним будет-то? — и бросается поперек движения транспорта на дороге.

«Надо было сказать ей»,— думает Питер, пролетая над гудзоновским мостом, — «тогда она бы не думала, что я только геройствую…»

Но как только Паркер прибывает к космолету, как только его накрывает желтым куполом, подобным тому, какие создает Тея, мысли о девушке улетучиваются у него из головы. Он замечает летающие, как игрушки, автомобили на пятой авеню рядом с Бликкер-стрит, а потом цепляется взглядом за ревущим ящероподобным существом, который избивает железного человека. И, конечно же, спешит в ту сторону, бросив рюкзак прямо на улице.

— Привет, мистер Старк! — радостно здоровается Питер, сталкиваясь с рукой инопланетянина. Она вся в броне из металла, из нее сыпят искры, и удерживать ее от столкновения с Тони Старком, лежащим прямо на земле в сквере, более чем сложно.

— Ты здесь откуда, пацан? — сердито восклицает Старк, направляя луч света из руки прямо в существо. То ревет снова.

— Слинял с экскурсии! — вопит Питер, пролетая над деревьями. Инопланетянин задевает его рукой и отбрасывает в сторону, как игрушечного. Паркер врезается лопатками в ствол дерева и падает вниз на спину стоящего под деревом… Брюса Беннера.

— Вау, доктор Беннер! — восклицает парень. — А вы не превратитесь в Халка?

Тот как-то странно морщится и мотает головой.

— Не сегодня, пацан. А ты… ты вообще кто такой?

— Питер! — кричит он, стреляя паутиной в летящий в их сторону кузов грузовика. — Паркер! Я на стажировке… у мистера Старка! Моя девушка вас обожае-ет!

Их обоих отбрасывает в сторону неизвестной ударной волной; Питер успевает зацепиться рукой за ветку дуба, который уже выдергивает из земли с корнями. Со стороны пятой авеню, где идет основная борьба, вдоль узкой улицы расползается в сторону ярко-желтый шар, словно бы Тея оказалась в эпицентре катастрофы. Из-за ветра и летящих во все стороны веток с листьями Питер не может утверждать наверняка, но ему кажется, будто где-то там он все же видит силуэт девушки.

«Невозможно!» — думает он. — «Она бы не стала лезть сюда!»

— Пацан, чем ты там занят? — ворчит пролетающий мимо Тони в костюме. — Раз слинял с экскурсии, так подсоби, пока не поздно.

— Без проблем!

Питер оборачивается на стоящего на земле Беннера — тот выглядит сконфуженным, немного испуганным и ведет себя совсем не так, как полагается супергерою с суперсилой.

— Вы тут справитесь, мистер Беннер?

— Да-да, помоги Старку, парень.

Паук прыгает с дерева и летит вслед за удаляющимся силуэтом железного человека.

— Давай за колдуном в красном плаще! — командует Старк.

— Понял!

Они разделяются на перекрестке — мистер Старк уводит ящерицу, а Питер, замечая горизонтально летящего вдоль 52-стрит человека, устремляется следом. Мимо проносятся небоскребы, обломки машин кружат над землей, как птицы, и какой-то странный тип, похожий на злобного Сквирдварда, останавливает рукой капоты и двери. Питер цепляется за летящего на скорости света колдуна — тот без сознания, только его плащ подает признаки жизни (такое вообще возможно?) — и пытается остановить его (их обоих?), схватившись за фонарный столб.

В него тут же врезается обломок двери от «ауди», Питер охает и выпускает из рук нить паутины.

— Мистер Старк! — кричит он, хотя понимает, что Карен передает его сигнал в ухо самому Тони, — мистер Старк, мне нужна помощь!

Сквидвард пролетает мимо поднимающегося на ноги Питера, как ни в чем не бывало.

— Погоди, парень, я сейчас!

Но Старк возится с ящерицей, от Брюса Беннера, переживающего бог знает какой личностный кризис, помощи не дождаться, и Питер бросается вперед, виляя между летящих в него кирпичей и обломков асфальта с сорок третьей авеню. Он огибает перекрестки по косой, взлетает над крышами домов и успевает в последний миг подхватить тело чародея.

Сквидварда не видно: Питер оглядывается и замечает его силуэт между домов на восток-57-стрит — того приковало к стене небоскреба обломком сорванной автомобильной крыши, и все вокруг светится желтым.

— Это что за… — бормочет Питер, но его внимание привлекает кое-что поинтереснее.

Из космолета прямо над ними в землю ударяет голубой луч света. Телепорт.

«О, нет», — думает Питер, когда его вслед за колдуном засасывает внутрь. — «Нет-нет, только не это!»

Но у него не хватает времени даже уцепиться за что-то, твердо стоящее на земле. Вместе с бессознательным чародеем луч тянет его вверх на космический корабль-пончик.

— Мистер Старк, я угодил в телепорт!

«Я говорила тебе держаться подальше от неприятностей», — неожиданно звучит у Питера в голове голос Теи. Он испуганно озирается — как будто девушка совсем рядом или проникла в систему Карен или поселилась у него в мозгу и читает нотации. Но этого не может быть, и пока Питер беспомощно взмывает вверх по голубому световому коридору вместе с колдуном, то думает, что Тее такой расклад точно бы не понравился.

Тело колдуна скрывается в недрах космолета, Питера выбрасывает на боковые панели корабля. Он цепляется за металлические изгибы руками и ногами и висит так, пытаясь взобраться выше. К сожалению, выше взлетает только сам корабль вместе с застрявшим на его борту безбилетником.

— Парень, что ты делаешь? — сердится у него в ухе Тони Старк. — Давай на землю, срочно, пока космолет из атмосферы не вышел!

— Ну да! — отзывается Питер, — а колдун как же?

Он упрямится, теперь за него говорит подростковые гормоны, как сказала бы Тея, а не логика и здравый смысл. Но когда это Питер, в пылу сражения, думал головой?

Становится тяжело дышать. Он карабкается по луге космолета, как может, но воздух становится все разряжаннее, кислорода катастрофически не хватает. Питер почти теряет сознание, перед глазами все плывет.

Он думает, что совсем отключился, когда замечает, как светится в сгущающемся воздухе его рука. Словно это рука Теи, а не его. Желтый свет, пульсируя, передается от его пальцев выше, к локтю, перетекает по груди до горла за считанные секунды, и окольцовывает шею, забираясь к губам по подбородку.

Внезапно открывается второе дыхание.

— Питер? — зовет в ухе Тони Старк. — Падай, Пит, я поймаю!

— Все в порядке, — отзывается удивленный Питер, стягивая с лица маску. — Помните, вы говорили, что у Теи могут открыться новые способности, мистер Старк? Так вот я думаю, что…

И тут в его спину врезается что-то твердое. Сперва Паркер принимает удар за враждебный, но его руки и ноги и обе лопатки вдруг покрывает что-то звенящее, плотное, что-то блестящее и совершенно… родное?

Когда чешуйки нового костюма закрывают ему лицо, позволяя видеть в несколько раз лучше, Питер охает.

— Мистер Старк, что это? Пахнет, как в новой машине!

Довольный Тони равняется с парнем и салютует.

— Носи на здоровье. Пятница, домой его!

За спиной Питера раскрывается парашют, и его с возгласом уносит вниз, прочь от летящего прямиком в космос вражеского корабля.

— Да ладно!.. — вопит Паркер. Разочарование ядовитым паром проникает ему в сердце, и тут же схлопывается, как мыльный пузырь, когда веревкой парня цепляет за очередной изгиб на кольце космолета.

«Тея меня убьет», — обреченно думает Питер, забираясь в брешь в корпусе корабля.

И в ближайшие несколько часов ему придется подумать так еще не один раз.

***

Мистер Старк такому напарнику не рад. Ругает Питера, ворчит, как старик, пока Паркер размахивает руками, прикрываясь живым плащом колдуна. Спасать последнего все-таки они решают вместе.

И все то время, пока Питер бросается за чародеем, не давай ему улизнуть в открытый космос, пока железный человек латает дыру в корпусе корабля, пока они спорят с доктором Стрэнджем, Питера не покидает ощущение, что за ним незримо следят. За каждым его шагом, за каждым поворотом головы.

— Нельзя быть дружелюбным соседом, если соседей нет! — восклицает он в ответ на реплику Тони Старка и слышит — точно слышит, ему не кажется! — слабый вздох из темного угла космолета.

— Мы на космическом корабле в сотне км от Земли без малейшей подстраховки! — рявкает Старк, схлестнувшись с колдуном.

— Я подстраховка, — отзывается Питер, и Старк цыкает.

— Ты безбилетник, не встревай в разговоры взрослых.

Колдун оборачивается на подвисшего Питера, смотрит на Старка.

— Никак не уловлю суть ваших отношений, он кто, он… ваш стажер?

Питер мотает головой и делает шаг вперед, обходя груду игл, которыми совсем недавно было утыкано тело колдуна.

— Я Питер, Питер Паркер, — тянет он руку для рукопожатия. Колдун смеривает его до ужаса высокомерным взглядом.

— Доктор Стрэндж, — кивает он.

Питеру кажется, что это имя он уже слышал. Когда за его спиной снова слышится слабый вздох, напоминающий женский, а он, обернувшись, никого так и не замечает, воспоминание простреливает его, словно луч света.

— О, так вы тот самый нейрохирург! Моя… моя девушка восхищается вашими работами!

— Был нейрохирургом, — поправляет не без сдержанного удовольствия колдун. — Теперь я всего лишь величайший маг Земли и защитник ее от всякого рода зла, которое врывается в нашу реальность и пытается ее уничтожить!.. — последние слова он предназначает уже мистеру Старку, стоящему у круглого панорамного окна в космос.

— Оу… — тихо роняет Питер себе под ноги. — Мы этого не знали, думали, вы отошли от дел из-за аварии, и Тея даже расстраивалась, что…

— Он всегда так много болтает? — вздыхает Стрэндж. Тони Старк впервые с ним соглашается.

— Летим на планету Таноса, — командует он. Они снова начинают спорить, и Питер садится на металлический выступ у панорамного стекла, чтобы не отсвечивать.

Сейчас, когда их втроем поджидает что-то страшное и неопределенное, когда судьба всей Вселенной зависит, похоже, и от рук Паркера, он думает, что вспоминать о каких-то несказанных словах — это лишнее, это отвлекает. Но Питер — всего лишь подросток, угодивший в очередную передрягу, и не прокручивать в голове мысль о том, что он мог сказать, но не сказал, наверное, не способен.

Он ковыряет ступеньку у себя под ногами и вытаскивает металлическую чешуйку прямо из-под ног. «Надо будет прихватить Неду в качестве сувенира», — хмыкает Питер. Взять что-то для Теи? Что-то не опасное и не острое, чтобы она не раскроила этим сувениром череп Паркеру — за безрассудство.

— Ладно, — вздыхает Стрэндж. — Летим к Таносу.

— Отлично. — Старк спускается со ступеньки у панорамного стекла, подходит к Питеру и, тяжело вздыхая, опускает руку ему на плечи.

— Окей, парень. Ты теперь Мститель, поздравляю.

Питеру все кажется нереальным. Ни этот полет на космическом корабле, ни нейрохирург, превратившийся в колдуна, ни этот миг. Он мечтал о нем, даже полгода назад мечтал, когда мистер Старк предложил ему вступить в ряды защитников Земли. Паркер тогда решил, что это тест, для них с Теей, мол, как поступят сопляки-подростки в случае, когда им на головы падает такая возможность.

Как оказалось, ни проверкой, ни каким-либо тестом это предложение не было. Питер даже чуть-чуть жалел, что отказался, что поступил, как он для себя понял, правильно. И потом, если он возвращался мысленно в тот день, когда впервые увидел перед собой новый костюм человека-паука, Мстителя, то каждый раз заставлял себя вспомнить и разговор с Теей.

Она отказалась, подумав, что Питер не сможет обходиться без места в ряду Мстителей. И это было… благородно, что ли. Паркер до сих пор не может подобрать точного слова, чтобы как-то верно обозвать поступок девушки.

А теперь он в нескольких световых годах от Земли и Теи, и некому похвастаться, что сам Тони Старк только что назвал Питера Паркера Мстителем.

Но уже через час космолет подлетает к пункту назначения — неприметной грязной пыльной планете, место которой на свалке, и расшаркиваться теперь некогда. Питер сперва думает, что они ошиблись и где-то не туда завернули.

— Автопарковка тут не предусмотрена! — предупреждает мистер Старк, хватаясь за рычаг. Второй точно такой же с другой стороны хватает Питер. — Рулим синхронно, парень!

— Надо свернуть, надо свернуть! — кричит Питер, когда на всей скорости корабль с ними заносит на обломки другого космолета, в два раза превышающего размеры первого.

Стрэндж выставляет перед ними блок из оранжевых светящихся значков по окружности. Питер с силой тянет рычаг на себя, подражая Старку. Их космолет дергается в сторону, но очень коряво, и все равно половину пончика разносит в щепки. Паркера бросает в стену при приземлении, и он отчего-то ловит глюк, будто его накрывает ярко-желтый купол.

«Невозможно!»,— снова думает парень. Иллюзия никуда и не думает пропадать, а держится над ним защитным слоем еще пару секунд после того, как все стихает.

— Мистер Старк, — неуверенно зовет Питер. Тони выбирается из-под обломков корабля рядом со Стрэнджем.

— Мягко приземлились, — говорит Старк доктору. — Все благодаря вам, док.

«И Тее?» — невольно размышляет Питер, но вслух такую глупость произнести боится.

— Мистер Старк, мне кажется, у меня крыша поехала, — говорит в итоге парень. — Я вижу то, чего на самом деле нет.

— Очень смешно, умник, — осаживает его Старк. — Сейчас не время для шуток!

И когда к ним в компанию прорывается энергетический залп из дула пистолета в руках внеземного существа, Питер сперва не верит своим глазам.

Комментарий к Иллюзия защиты

Пришлось немного пересказывать сюжет, но больше таких глав не будет, эту посчитаем за “вводную” ;)

========== Исчезающая планета ==========

Комментарий к Исчезающая планета

Внимание! С данной главы и далее пойдут собранные из многих фанатских теорий предположения. Возможное развитие событий можно считать альтернативным, но оно вполне может оказаться спойлером к будущей части франшизы.

В дальнейшей вселенной Марвел возможно все, в том числе и то, что придумано фанатами.

Автобус с гудящими учениками мидтаунской школы подъезжает к пристани, где всех уже поджидает стандартный паром. К статуе свободы нанятый экскурсовод предлагает подойти «с моря». Тея вываливается следом за Мишель, пока та косится себе за спину. «А где Паркер? Я была уверена, что он тоже поехал…»

— Э, нет, — быстро отмахивается Амидала. — Он проспал, остался дома.

Подруга хмурится, но кивает. Лгунья из Теи неудачная, но выбирать не приходится. Девушка идет к Неду, хватает его за руку, пока друг смотрит на сгущающиеся тучи над Манхэттеном. Даже с такого расстояния видно, что вокруг инопланетного космолета творится что-то странное, как минимум. Тея кусает губы.

— Там наверняка уже разбираются взрослые, — тянет Нед, не сводя глаз с пугающего на фоне светлого неба силуэта корабля.

— Кто? Тони Старк? — неуверенно спрашивает Тея.

— Точно, и еще…

Но тут космолет вдруг резко взмывает вверх, светится голубым и протяжно гудит — слышно даже на этой стороне — и Нед не успевает закончить свою мысль. Тея охает, безотчетно хватая себя за локти, чтобы закрыть их, покрывающиеся желтым светом, от чужих глаз.

— Надеюсь, Питер не полетел следом, — тихо произносит она, хотя сама не уверена в этой мысли. Пальцы уже судорожно набирают его номер на смартфоне прямо в кармане куртки.

И он, конечно же, не берет трубку.

— Черт, — ругается Тея. Страх ползет ей под кожу, забирается в легкие.

— Да нормально все, — улыбается Нед, но даже он выглядит немного испуганным. — Что с ним случится-то?

И уже к вечеру Лидс отказывается от своих слов. Тея чувствует во всем происходящем что-то зловещее и пытается списать это ощущение на собственную паранойю.

Всю экскурсию девушка думает о Питере и не сводит глаз с неба. Лекции экскурсовода, наставления учителя — все это девушка почти не слушает и не слышит. Космолет скрылся за облаками два часа назад, и с тех пор о нем нет ни единого слуха. По новостям передают возмущения в атмосфере над Шотландией и какой-то бунт в далекой африканской стране, о Тони Старке нет вестей, и власти уже сейчас списывают его в разряд пропавших.

Тея полагает, что он пропал в космолете-пончике. Вместе с Питером.

Ее класс уже возвращается обратно в Куинс, когда на дорогах начинает твориться что-то странное: машины врезаются друг в друга, водители пропадают прямо со своих мест.

Тея судорожно сжимает в руке смартфон и набирает Питера раз в десять минут. Ответа по-прежнему нет: «Простите, этот вид звонка недоступен для абонента», — говорит механический женский голос в трубке.

— Попробуй позвонить Старку? — предлагает сидящий рядом Нед.

— Весь мир его найти не может, а какая-то девчонка из Куинса на раз-два это сделает? — язвит Амидала и морщится. — Извини. Я нервничаю. Не хотела ругаться.

Нед только кивает.

Их автобус заворачивает на двадцать первую, Тея смотрит в окно, отвлекаясь от потухшего экрана смартфона, и видит несущийся прямо на них грузовик.

— О боже! — вопит она. Водитель не успевает среагировать, виляет влево, но туша автобуса слишком неповоротлива; всех внутри заносит на правую сторону— Тея падает вместе с Недом в проход, все скребется и трещит. Скоростной грузовик проносится мимо них, едва задевая по боку, и со всей дури врезается в стену жилого дома.

Тея с трудом поднимается на ноги, оглядывается в заднее стекло автобуса: грузовик смяло, кузов вывернуло наизнанку, в стене дома зияет дыра, как будто здание из картона. На улице стонут и кричат люди.

Школьный автобус тормозит прямо на тротуаре, куда его занесло, перепуганные ученики бросаются к дверям, Тею сносит вместе со всеми.

— Вы это видели? Не может быть, он что, полоумный?! Как такое возможно?

Девушка упирается светящимися руками в спину Флеша, и того по инерции бросает вперед на дорогу. Он ругается, но Тея его не слышит: вокруг нее разворачивается хаос, которому нет объяснений. Десятилетний мальчик плачет, потеряв маму прямо на тротуаре. Еще одна машина врезается в витрину кафе, потеряв управление. Голосов одноклассников становится меньше, словно…

Тея резко оборачивается к толпе учеников, вывалившихся из автобуса без водителя, и прямо у нее на глазах два человека — девчонка из группы поддержки и парень-бейсболист — растворяются в воздухе, точно пепел.

— Что происходит? — дрожащим голосом спрашивает Нед, и Тея хватает его за руку, лишь бы убедиться, что друг не исчез, как другие.

Над их головами в высотку врезается вертолет, взрывается в нескольких десятках футов выше. Тея вскидывает руки от летящих в них с Недом осколков стекла, и вжимает голову в плечи. Плачущий мальчишка стоит прямо под взорвавшейся машиной, и обломки летят в его сторону, а он их не замечает.

— Господи!

Тея бросается к нему, забывая о конспирации, о том, что ее могут заметить — ее и ее руки, да и какая теперь разница, когда мир, кажется, сошел с ума и погружается в ад? Девушка дергает к себе мальчика, вскинув руку над его головой. Ярко-желтый купол преграждает путь падающему хвосту вертолета, и тот, скользнув по его боку, падает в ноги девушке.

— Живой? — нервно спрашивает Тея. Мальчик в ужасе отталкивает ее от себя и сбегает, все еще выкрикивая в толпе мать.

— Мишель?.. — слышит Тея и оборачивается к подруге.

Та вздыхает, рассыпаясь пылью по ветру.

Нед смотрит на пустое место, где только что стояла Джонс, и вздрагивает. Смотрит на перепуганную Тею. Оба они бледные, ничего не понимают, переводят в страхе взгляды с одного одноклассника на другого. Кто еще исчезнет прямо на их глазах? Кто растворится в воздухе, словно его и не существовало вовсе?

Страх, обретающий все более ясную форму, сковывает Тею по рукам и ногам; девушка тянется к смартфону и негнущимися пальцами набирает домашний номер.

— Мам?..

Вместо ответа она слышит ее надрывный плач.

— Мама!

— Тея? — плачет женщина. На заднем фоне девушка слышит, как Кирк зовет сестру. — Детка, ты в порядке?

— Мам, что происходит? Что с Селестой?

— Я не понимаю, она просто исчезла. Мы шли в магазин, и она пропала, вокруг столько пыли, я ничего не понимаю, детка, Тея, иди домой, срочно!..

Тея сжимает смартфон дрожащей рукой, второй закрывает себе рот, чтобы не зареветь в голос, не закричать, выпуская наружу беспомощный всепоглощающий ужас.

— Где папа?

— Не могу до него дозвониться, — шепчет мама, ломая голос. — Где ты? Тея, вернись домой, прошу тебя, в городе творится кошмар.

Телефон в руке Теи лопается от напряжения. Осколок стекла царапает ей скулу, и она отбрасывает бесполезный аппарат в сторону. Она сходит с ума. Весь город сходит с ума.

Нет. Весь мир.

Тея поднимает глаза к беспомощному Неду; остальные ее одноклассники бросились врассыпную, звонят родителям и друзьям, кто-то уже плачет. Девушка бросается к Лидсу, хватает его за руки и крепко стискивает своими, ярко-желтыми, точно лампочки.

— Селеста пропала,— выдыхает она вместе со слезами на глазах. — И папа.

Нед мотает головой.

— А твои?..

— Не могу до них дозвониться, — говорит Лидс. У него тоже глаза на мокром месте, он тоже готов вот-вот заплакать. Он вдруг напрягается, перехватывая Тею за локоть. — Питер?

Тея открывает рот и ничего не может ответить, слова застревают у нее в горле, мыслей больше не остается. Вместо ответа из нее рвется испуганный плач.

***

Весь мир, погруженный в хаос, подсчитывает внезапные необъяснимые потери. По данным аналитиков — тех, что не пропали без вести — с лица Земли стерта половина человечества. Просто так, без причины, без видимого на то основания, без… чего-либо в принципе. По новостям передают сводки и каждый день объявляют новые неутешительные выводы.

Люди не переместились в другие города, другие места, даже другие планеты. Люди не появлялись на противоположном конце Земли, в океанах, морях и других водоемах. Нигде нет их тел, так что они даже не мертвы.

От исчезнувших остались только их вещи.

Расколовшийся альянс Мстителей, вернувшийся из африканской страны, где прошли стычки с инопланетной расой, тоже лишились половины своего состава. Тея слышит по всем каналам: исчезла Алая ведьма, скрывающийся от закона Зимний солдат, король Ваканды, Т’Чалла, вместе с половиной его племени, опальный Сокол. Исчез премьер-министр Великобритании вместе с половиной королевской семьи, министр обороны США, половина республиканской партии. Исчезли армии многих стран. Исчезли целые города.

На фоне этих событий пропавший без вести Тони Старк кажется мелочью — он, как и другие, тоже мог исчезнуть, — но последний раз его видели на космолете над Манхэттеном, и шанс, что он выжил, улетев с планеты на время масштабного бедствия, заставляет Тею надеяться, что и Питер жив.

Но и на следующий день от них нет никаких вестей, и тетя Мэй лезет на стены. Нед сейчас у нее. Его родители растворились, оба.

Отец Теи и Селеста — тоже.

Девушка даже не может плакать: все сковывает безотчетный, паралитический ужас, все нервы натянуты до предела. В таком состоянии она светится постоянно — светятся ее руки от пальцев до самых плеч, ноги до колен, даже шея и голова излучают слабый свет. Отец говорил, что такое возможно: все ее тело подвержено воздействию внутренней силы, и сейчас чувствует угрозу от всего, что его окружает, а потому защищает себя.

Только Тея не думает, что, если вдруг она тоже начнет распадаться на пылинки, анаптаниум в ее организме сможет это перебороть. Или благодаря ему она не присоединилась к исчезающим в роковой день?..

Оглушенные бедой, мама и Кирк ходят по дому очень тихо. Мама не знает, куда бежать и что делать, потому что ее трагедия — одна из миллионов других, и некому дать ответы на все возникающие вопросы. Тея ждет какого-то знака. Кого-то, кто скажет, что все исправит, что мир не сошел с ума окончательно и все можно вернуть на место.

Тея верит, что знаменитые Мстители смогут все повернуть вспять.

Ровно через два дня после рокового дня «икс» в дверь Теи весьма прозаично стучится незваный гость.

Она идет отпирать вместо матери — та снова впала в прострацию и не может ничего делать с самого утра, поэтому девушка готовит и обед, и ужин на всю оставшуюся семью, кормит Кирка, баюкает его перед сном. А потом идет отпирать дверь вежливому незнакомцу.

— Принцесса, у меня для тебя новости, — говорит Тони Старк прямо с порога. Уставший и измученный, с царапинами на лице и руках, он вваливается в дом Теи, не разуваясь.

Девушка смотрит на него, не испытывая желанной радости — она ждала его и надеялась, и вместе со всем миром думала, что невероятный Тони Старк точно не мог исчезнуть, и он вернется на этом чертовом космолете и скажет, как все исправить. Но рядом с ним нет его стажера.

— Питер пошел к Мэй, — не спрашивает, а утверждает Тея, сжимая пальцы. Потому что вопрос будет подразумевать ответ, который она боится услышать.

И мистер Старк мотает головой, опуская взгляд в пол.

Тея открывает рот, чтобы сказать ему все, что она думает, но внезапно мыслей никаких у нее не находится. Она делает вздох — и ударная волна сносит с ног уставшего Тони Старка, разбивает стеклянные дверцы кухонных полок, сбивает со стола чашки и немытые тарелки — и летит дальше, вырываясь из тесного дома. Фонарь перед домом Амидала жалобно мигает и отключается.

Лучше бы Тея кричала и плакала.

***

— Мы с тобой можем все исправить, — говорит Тони Старк. Тея тискает в светящихся руках полотенце — на нем капли крови с ран мистера Старка, которыми наградили его осколки стеклянных кухонных шкафчиков.

— Как?.. — выдыхает девушка, не чувствуя ничего, кроме заполняющей все клетки тела тоски. Она прожила с неясной надеждой два дня и успела оплакать отца и сестру вместе с остальной половиной планеты, и у нее не осталось, кажется, сил, чтобы оплакивать еще и парня. Сейчас ей кажется, что падать ниже она больше не может, некуда. И вместо отчаяния и ярости она испытывает только тоску.

Тони смотрит на нее тем понимающим взглядом, от которого обыкновенно воротит. Снисхождение и принятие, которые Тея читает в глазах взрослого человека, не могут ее успокоить. И если он думает, что понимает ее горе, то — нет, ни черта он не понимает.

— Мы повернем время вспять, — говорит Тони Старк. — Вернемся в прошлое.

Они сидят в гостиной опустевшего дома Теи — мама провалилась в беспокойный сон, Кирк сопит у себя в комнате, стискивая мягкую игрушку сестры. Девушка смотрит на Старка и думает, что он сошел с ума.

— Если бы такое было возможно, вы бы уже все…

— Мы не справимся без твоей помощи, — прерывает ее мужчина.

Вряд ли когда-либо Тея мечтала услышать подобные слова от железного человека. Если судьба гребаного мира зависит от неумелых способностей девчонки-подростка, то остается и в самом деле надеяться только на чудо. На путешествия во времени и другие небылицы, которыми взрослые пичкают несмышленых малышей, чтобы убаюкать.

— Как это возможно? — неверяще спрашивает Тея. — Это ведь сказки, фантастика.

— Анаптаниум в твоем организме — тоже, — кивает Старк. — Эта штука, — добавляет он, тыкая себе в грудь, — тоже. Но взгляни на нас, мы сидим с тобой здесь и разговариваем, у тебя светятся руки, а я все еще жив благодаря электромагнитному дуговому реактору у себя в груди.

Тея переводит взгляд на треугольник под футболкой миллиардера. Если Тони Старк, гений, говорит, что путешествия во времени — реальны, то кто она, чтобы сомневаться в его словах?

Мы все исправим, — повторяет за ним девушка. Старк кивает. — И спасем Питера.

На имени парня ее голос ломается и крошится, так что Тея сипит, глотая звуки. Тони снова кивает. Говорить об этом трудно, но Тея должна.

— Весь мир полетел в ад, мистер Старк, — шепчет девушка, пока слезы текут по ее щекам. — Отца нет, Селесты нет. У Неда, нашего друга, оба родителя пропали. Я думала… я ждала Питера, что он вернется, а пришли вы, и теперь… Вы сказали, что Питер жив, как все остальные, так? А вдруг вы ошибаетесь? Вдруг они исчезли навсегда, умерли?..

— Они не исчезли, принцесса, — вздыхает Старк и впервые за время их нескладного разговора касается рукой ее плеча. Сжимает его, притягивает к себе и очень неуверенно гладит по голове. Тея дрожит и плачет. — Очень умный киборг сказал, что все души пропавших существ заключены сейчас в один крохотный камешек. Мы украдем этот камешек и вернем всех на место.

Тея понимает, что у Старка нет времени возиться с ревущей девчонкой, когда на кону висит судьба — не мира даже, а всей Вселенной, и масштабы такого бедствия пугают Тею до дрожи. Но она плачет и плачет, не в силах успокоиться, и все напряжение, копившееся в ней эти два дня, вытекает вместе со слезами, словно где-то внутри нее прорвало плотину.

— Это будет опасно, — предупреждает Старк, когда Тея, наконец, немного приходит в себя. — И больно. Я не хочу давать тебе иллюзорные надежды на хэппи-энд: если мы сможем вернуться назад во времени и все исправить, все равно погибнут люди. И я не смогу отвечать за твою безопасность на все 100%.

— Как и Питер, — кивает Тея. Обводит пустым взглядом тихую гостиную своего дома, смотрит на двери спален Кирка и мамы. Если она поможет Тони Старку, то вселенная будет спасена.

Вселенная будет спасена?..

Тея заставляет себя думать об отце и Селесте, обходя опасные мысли о Питере — слишком больно, слишком тяжело. Если все получится, как говорит Старк, то папа и сестра вернутся.

Питер будет жив.

— Что я должна сделать? — Тея вскидывает голову, глядя прямо в глаза Тони Старку. Тот вздыхает.

— Едем на базу Мстителей, принцесса. Все подробности расскажу по пути.

***

— Как ваша невеста? — спрашивает Тея, пока они со Старком добираются до базы. Тони поджимает губы.

— Жива, спасибо, что спросила. Ты не должна предупредить маму о том, что уезжаешь?

Тея оставляет этот вопрос без ответа, потому что не видит в нем смысла. Если они изменят историю, мама и Кирк даже не заметят ее отсутствия. И разве это сейчас главное?

Машина привозит их на знакомую территорию, и девушка медленно идет следом за Старком, осматривая утопающую в ночной темноте площадку. Шпиль с буквой А сбило крылом самолета после того, как из него исчезли оба пилота, и теперь останки летающей громадины дотлевают где-то у границ территории базы.

— Мы тебя экипируем, — объясняет ей Тони. Он устал, и Тея чувствует, что со своими эмоциями будет лишней в этом всеобщем горе, но сейчас ей настолько плевать на чувства взрослых — которые не уберегли планету и половину вселенной, несмотря на возложенные на их плечи миссии, которые не спасли ее парня, и Мишель, и Селесту, и… Когда Тея входит в здание базы и встречается лицом к лицу с уцелевшей половиной некогда сильной команды Мстителей, у нее нет сил на восхищение или любую другую эмоцию.

— Здравствуйте, — кивает она бородатому и измученному Капитану. Кивает Наташе Романофф. Кивает подпирающему стену бритому Тору.

— Тони, — тянет Стив Роджерс, — ты в своем уме? Когда ты сказал, что у тебя есть нужный человек, ты имел в виду эту девочку?

Тея переводит взгляд с застывшего у дивана человека в странном красно-сером костюме на Капитана и хмурится.

— Если на кону стоит столько жизней, мистер Роджерс, — говорит Тея, — не все ли равно, какого возраста участники вашей спасательной операции?

Ей все это тоже не нравится. Но говорить об этом вслух, подвергая сомнению действия разбитой и без ее участия команды, она не станет. Стив зовет Старка на пару слов, а Тея думает, вспоминая рассказы Питера, что катастрофы мирового масштаба все-таки смогла объединить их враждующие стороны. Наверное, сейчас не до сантиментов.

И с этой мыслью Тея идет к богу грома.

— Мистер Тор, — здоровается девушка, снова кивая громовержцу. — Мой брат восхищается вами. И парень, — добавляет она, немного помедлив.

— Спасибо, маленькая мисс…

— Амидала. Тея Амидала.

Тор устало ей улыбается, пожимая руку.

— А твой парень не будет против? — спрашивает бог, оглядывая с ног до головы мелкую Тею. — Это не увеселительная прогулка.

— Мой парень исчез, — отрезает Тея ледяным тоном. Общаться с Тором ей больше не хочется.

Она ждет какого-то знака от Старка или кого-то из других взрослых, но чувствует себя неуверенно рядом с каждым из них, и потому идет в соседний зал и садится на диван, к склонившему голову человеку, что при ближайшем рассмотрении оказывается Брюсом Беннером.

— Доктор Беннер! — на миг детское восхищение Теи перекрывает все остальные ее подавленные чувства. Тот вздрагивает, впиваясь в ее фигуру взглядом. — Я… Я ваша фанатка. Не того зеленого друга Халка, а… — Тея с трудом подбирает слова, одновременно думая, что сейчас вовсе не время забалтывать своего кумира какими-то детскими разговорами.

— Ты девушка Паркера? — внезапно спрашивает доктор. — Паука-человека?

— Человека-паука, — поправляет его Тея. — Да.

— Мы столкнулись с ним в сквере, когда на Манхэттен опустился космолет, — поясняет свою осведомленность доктор. — Болтливый парень.

— Точно, — Тея пытается улыбнуться, но выходит кривая гримаса. Она заправляет прядь волос за ухо, чувствуя, что тело наливается тяжестью и отзывается привычным напряжением, будто организм чувствует тревогу прямо в этот момент. Девушка неуверенно ведет плечами, и когда доктор Беннер, морщась, спрашивает, все ли у нее в порядке и тянется к ней рукой, чтобы прикоснуться к локтю, все тело Теи пробивает дрожь.

Импульс желтого цвета передается от ее руки к Беннеру, вязнет в его теле, как в масле, и Тея вдруг видит, что ее свет мерцает на руках доктора, как под мутной пленкой, искажается, искривляется. Девушка хмурится, кусая губы, поднимает к доктору удивленный взгляд. Весь он, светясь изнутри от ее невольного вмешательства, мутнеет и бледнее, будто кто-то наложил неяркую картинку поверх его тела.

Доктор прячет глаза и выглядит… уязвленным.

— Вы.. — выдыхает Тея, делая шаг назад. — Вы — иллюзия…

Весь облик доктора Брюса Беннера искажается и тает на глазах Амидалы. Вдруг перед ней, меняя очертания, искривляя материю, предстает во всей своей красе бог лжи и обмана, Локи, брат Тора.

========== Тринадцать слоев ==========

У Теи перехватывает дыхание.

— Мистер… — ловя ртом воздух, она зовет Старка, но Локи в свое истинном обличии не дает ее крику сорваться с губ — хватает за плечи, закрывает рот. Тея в ужасе распахивает глаза.

— Тише, девочка, — шепчет Лафейсон. — Мы же не хотим устроить истерику на пустом месте?

О, нет, очень даже хотим. Тея сердито выдыхает и, чувствуя, как наливаются тяжестью руки, отталкивает бога от себя так сильно, как только может. Удивленный и уязвленный Локи летит в противоположную стену, на ходу сбивая диван. Раздается грохот, и в одиноком помещении он звучит пугающе. Тея отскакивает к дверям.

— Мистер Старк! — кричит она, раздумывая, стоит ли ей бежать за взрослыми, оставляя трикстера в одиночестве, или же остаться здесь и присмотреть за ним. Хотя какой из нее надсмотрщик…

Локи поднимается на ноги, не сильно спеша, и это Тею приводит в еще большее недоумение. Когда за спиной девушки появляются запыхавшиеся Тор, Наташа и, наконец, Капитан со Старком, асгардский бог выглядит так, будто готовился к встрече заранее.

— Брат? — гремит бог грома. — Ты же умер, я видел, как…

— Я же говорил тебе, — кивает Локи, не улыбаясь и даже не кривя губы в своей фирменной хитрой гримасе, — солнце еще засияет над нами.

— И ты его увидишь в клеточку, — добавляет мистер Старк, машет рукой, и к богу обмана направляются сразу три железных костюма. Направляют на него репульсоры, берут под стражу, сковывают по рукам и ногам.

— Стойте, — кидается к ним Тор. — Не надо, дайте ему сказать!

Роджерс выходит в центр комнаты, становясь перед скованным Локи. К нему, отодвинув Тею в сторону, как ненужную вещицу, подходит Старк.

— А мы ему рот не затыкали, пусть говорит, — произносит Тони.

Тея по стене обходит комнату, чтобы рассмотреть из-за плеч суровых героев взятого в тиски бога. Она никогда не видела Локи вживую, но многое слышала. Когда он пытался захватить мир с помощью читаури из портала в космосе, Тее было одиннадцать. Она возвращалась с родителями из банка, и их машина оказалась под обстрелом на одной из улиц в окруженном военными периметре. Тея плохо помнит тот день. Она испугалась и спряталась с мамой в кафе на углу, а отца занесло на противоположную сторону.

Девушка рассказывала эту историю Питеру. Паркер сказал, что в тот день ездил с родителями за город, но видел все по телевизору тем же вечером. И оба они решили, что виновный в стольких смертях и бедах целого города бог не заслуживает помилования.

Но с тех пор прошло пять лет, и сейчас, когда Тея видит Локи Лафейсона своими глазами, он ее не пугает. Говорят, в этой вселенной появился враг пострашнее.

— Объяснись! — просит Тор, хотя крик его звучит, скорее, угрозой. — Все считали тебя мертвым, я оплакивал тебя!

— Не мог я появиться перед всеми в своем облике, — поясняет Локи. — На Земле мне не доверяют.

— С чего бы это, действительно, — язвит Наташа Романофф. Тея становится позади нее и Старка, выглядывает из-за их плеч. Ей хочется дотронуться до бога лжи еще раз чтобы проверить, не иллюзорный ли образ у него теперь. Вдруг и эта личина окажется обманчивой?

— Посудите сами, — добавляет Локи, растягивая слова, — вы не поверили бы мне, заявись я к вашему доктору Стрэнджу собой. Мне нужен был облик того, кому вы доверитесь без раздумий, потому что времени было мало.

Тея поджимает губы. Использовать лицо доктора Беннера, уважаемого ученого, чтобы втереться в доверие к Мстителям? Как это похоже на хитрого бога… Судя по скептическому вздоху, мистер Старк придерживается того же мнения.

— Если ты здесь, то где сам Беннер? — спрашивает он. Локи переводит к нему внимательный взгляд, а потом вдруг кивает на Тора.

— Беннер, смугляшка-валькирия и половина асгардцев покинули наш корабль на спасательной шлюпке, когда на нас напал Танос. Ты ведь отдал такой приказ, брат.

— Верно, — выдыхает Тор, скрестив на груди руки. Хмурится, смотрит в сторону, вспоминает. События последних дней сливаются в одно сплошное непонимание у всех без исключения, и бог грома, основной участник битвы, тоже не может похвастаться острой памятью. — Я велел спасать всех женщин, детей и стариков, не умеющих держать в руках меч, — добавляет он. — Валькирия должна была доставить всех в безопасное место, но я не помню, чтобы Халк,то есть, Беннер, покидал корабль с ними.

Тея видит его сгорбленную фигуру в просвете между плечами Старка и Стива Роджерса и чувствует острый укол — как будто бы совести, невольной и неправильной в данный миг. Это асгардский корабль, спасаясь из разрушенного государства, приняли на себя первый удар, и хоть девушка этого не знает — пока не знает — ей все-таки кажется, что есть в словах Тора что-то обреченное.

Как и в словах и мыслях каждого здесь присутствующего.

— Я решил, что защитник им не помешает, иначе они остались бы на попечение одной только воительницы, — кивает Локи. — Ты должен верить мне, брат: Хеймдал не отправил бы меня на Землю, не знай он моих намерений.

— И каковы были твои намерения? — все еще злится Капитан. — Отвлечь нас, пока Танос завоевывает камень за камнем? Изображать из себя нашего друга и соратника, на которого мы надеялись, и не оказывать посильной помощи?

— Разве заметно, что я все еще на стороне Таноса? — шипит уязвленный трикстер. — Будь я с ним, я бы не отдался вам в руки так легко, и свернул бы девчонке голову до того, как она издала бы хоть писк.

Все оборачиваются к Тее, будто только что вспомнили о ее существовании, и девушка сердится. Ничего бы он ей не сделал, она уверена. Только не теперь, когда вся она светится с головы до пят.

— Вы думаете, что эта мелкая способна помочь вам? — Локи выгибает бровь и вот теперь, наконец-то, усмехается. — Вы чем ее накачали? Радиоактивным плутонием?

— Могу продемонстрировать, чем меня накачали, — цедит обозленная Тея. — Хочешь?

— У-у-у. Без обид, милая, но такое ощущение, что мне угрожает кексик.

Тея замахивается на скованного бога без предупреждения и успевает послать в него сферу размером с шар для боулинга, прежде чем Старк перехватывает ее руку. Локи все-таки отбрасывает спиной на один из железных костюмов миллиардера, и он охает и падает на колени.

— Так, конструктивному диалогу пришел конец, — подытоживает мистер Старк, отпуская Тею. — Вы, — кивает он костюмам, — уведите Локи туда, где он не сможет колдовать, остальные идут с ним. Тора к брату близко не подпускать — без обид, златовласка, — Кэп, Наташа, проследите, чтобы никто больше не дрался.

— А ты? — спрашивает Роджерс.

Тони кивает на Амидалу, закатывая глаза, будто она этого не видит. Тея фыркает.

— Поговорю с нашим буйным подростком и присоединюсь. Обсудите детали с мистером Лэнгом, сегодня он герой дня.

Взрослые покидают комнату с разбросанными Теей диванами по всем углам, и девушка остается наедине с уставшим Старком.

— Простите, — бурчит она, прежде чем тот говорит хоть слово. — Я постараюсь держать себя в руках.

Вместе того, чтобы отчитать Амидалу за неуместное поведение, миллиардер вдруг кладет руку ей на плечо и стискивает, как тогда, в гостиной ее дома, когда она плакала. Тея вскидывает к мистеру Старку удивленный взгляд.

— Скажу кратко: ты сделала то, чего хотелось большинству из присутствующих, но больше злить нашего хитреца не советую. Все здесь на нервах, Тор молнии мечет, сама понимаешь…

— Он меня спровоцировал, — с неудовольствием оправдывается девушка. Вздыхает, отходит от Старка к широкому окну, у которого примостился бедный диван. За стеклом на Тею смотрит разбитыми иллюминаторами одинокий самолет; космолеты и квинджеты пылятся без хозяев в полуприкрытых ангарах. Сейчас вся база Мстителей кажется девушке безлюдной, хоть половина ее состава и осталась в живых.

— Ты должна быть лучше него, — говорит Старк, подходя ближе к Тее. — Он все-таки бог обмана, а за тебя я поручился лично, так что, принцесса, будь осторожнее.

— Я даже не знаю, что мы собираемся делать, — вздыхает Амидала.

— А вот кстати об этом. Идем со мной.

Тея недоуменно ведет плечом, но все-таки послушно следует за мистером Старком в следующую аудиторию, из комнаты в комнату, пока не приходит к знакомому залу с платформой. В прошлый раз за западной его стеной прятался костюм Питера, теперь же — Тея не может в это поверить — Старк взмахивает руками, и, послушные ему, лампы под потолком и на зеркальных панелях по бокам от девушки загораются, чтобы показать ей настоящий живой силуэт. Тот, который в прошлый раз Тея видела лишь на рисунках и чертежах.

Костюм, созданный для нее из анаптаниума.

Он темно-серый с желтыми вставками: желтые руки до локтей и ноги от пяток до коленей, и треугольники на ребрах тоже желтые. При ближайшем рассмотрении оказывается, что весь костюм состоит из мелких налегающих друг на друга чешуек, а на груди красуется желтый же круг, похожий на сферы, которые Тея создает руками, и его окружают острые углы лучей. Маски, закрывающей лицо, нет.

— Нравится? — спрашивает мистер Старк замеревшую девушку. — Ты хоть и отказалась присоединиться к Мстителям, костюмчик я тебе, как и Питу, подогнал по фигуре. На всякий непредвиденный случай.

— У Питера такой же костюм? — выдыхает Тея, и оставляет на стеклянной витрине отпечаток своего дыхания.

— Да, только из вибраниума. Восемнадцать слоев защиты.

— Которые его не спасли, — добавляет девушка и тут же прижимает руку ко рту. — Простите, мистер Старк, это не… Вы ведь не виноваты.

Но миллиардер уже качает головой, закрывает глаза. Тея бы солгала, если бы сказала даже самой себе, что абсолютно не винит взрослых в том, что случилось. Поэтому утешать Старка не спешит, борясь с собственными чувствами.

— Примерь его пока, — наконец, говорит Тони. — Здесь тринадцать слоев из анаптаниума. Думаю, твое тело с ним отлично сладит. Управление интуитивное, встроенный ИИ для помощи на первое время.

Он уходит, на ходу объясняя возможности костюма, но девушка его уже не слушает. Она остается наедине со своим новым «другом» и тягучими, словно желе, мыслями о Питере. Восемнадцать слоев из вибраниума, суперспособности, ловкость, сила… И где все это? Испарилось вместе с половиной Вселенной. Для чего тогда Тее этот костюм, если от вселенской угрозы он не спасет?..

Амидала щелкает пальцами, как научил ее мистер Старк, и костюм оживает: подсвечиваются слабым белым светом каждая его чешуйка, световые нити бегут по его рукам и ногам, точно нервы. И вдруг весь он целиком оказывается на Тее, обволакивает ее, точно нетвердая материя, обтекает и сливается с ее телом. Светящиеся руки Амидалы скрываются под броней костюма, он загорается, как рождественская елка.

Отсутствующая маска, о которой Тея волновалась, заплывает на голову с затылка, лицо закрывают такие же чешуйки, и на глазах появляются стекла-экраны.

— Ох, — выдыхает Тея, чувствуя себя совсем непривычно.

— Нравится? — без предупреждения раздается в ее ухе голос миллиардера. Тея вздрагивает.

— Ох, мистер Старк! Пахнет, как в новой машине!

Мужчина отчего-то тяжело вздыхает.

— Приходи в зал для совещаний, это на втором этаже. Твой ИИ может тебя проводить, он умный парень.

Искусственный интеллект? Такой же, какой был встроен в костюм Питера? Тея даже знакома с ним. С ней. Ее зовут Карен, и с ней Паркер разговаривает едва ли не чаще, чем с Амидалой. Не то, чтобы Тея ревновала к бестелесному мозгу внутри костюма паука, но…

— Привет, мисс Амидала, — неожиданный мужской голос звучит прямо в голове Теи, так что она подпрыгивает на месте от испуга. Костюм реагирует на нее мгновенно, подбрасывает ее тело еще выше, и Тея буквально на пару секунд зависает в воздухе и кричит от страха.

— Не нужно пугаться, ваш костюм подчиняется любому вашему движению, — поясняет неизвестный в голове девушки.

— Окей, — послушно кивает Тея. — Ты кто?

— Ваш персональный помощник, — вежливо отзывается голос. — Мистер Старк назвал меня Соло.

«Очень умно», — думает Тея, боясь проявить неудовольствие вслух.

— Хорошо, Соло. Веди меня в зал для совещаний.

По дороге они с ее новым знакомым успевают испробовать репульсоры на руках и ногах — те работают по образу и подобию репульсоров в железном костюме Старка, только энергию получают напрямую от рук и ног Теи. Создавать сферу вокруг себя и вокруг других предметов в костюме становится значительно легче. Амидала думает, что с таким потенциалом и сила ее в разы увеличилась, но не успевает это испытать.

— Мистер Старк?— Тея нерешительно входит в зал к Мстителям — маска с ее головы сползает, как по мановению волшебной палочки (или ее же собственному интуитивному желанию), и теперь девушка смотрит на взрослых своими глазами. А те оглядывают ее с ног до головы в ответ.

— Тони, мы не можем брать с собой ребенка, — гнет свою линию Стив Роджерс. — Посмотри на нее, не ты ли сказал, что один завербованный тобой подросток уже погиб?

— Его звали Питер, — упрямо возражает ему Тея. — И он — мой парень.

Она подходит к круглому столу, вокруг которого столпились Мстители — на нем крутится голограмма неизвестной Тее установки. Она стискивает дрожащие пальцы рук, сглатывает подступающий к горлу ком.

— И он не погиб. Мистер Старк сказал, что он оказался в камне. Как остальная половина человечества. Правда же?

— Мы не знаем этого… — начинает Наташа, но ее перебивает стоящая в стороне девушка… киборг? Тея думает, что она, такая синяя, такая лысая и совсем неземная, похожа на робота:

— Он точно в камне души. Как и другие. И им там тесно, поэтому ваша задача выкрасть камень и разрушить его, вытащить всю вселенную обратно.

— И как же мы это сделаем? — спрашивает Тор. Тея не видит рядом с ним брата, осматривается, не замечая его и в углах комнаты. Где он? Они заперли его в какой-то из комнат? Или на территории базы есть тюрьма?

Амидала не понимает, что ее подозрение в буквальном смысле видно: она вся светится, и ее новый костюм реагирует соответствующе — посылает световые сигналы по всему телу, точно импульс, скапливает энергию, необходимую для защиты, в ее руках и ногах.

— У мистера Лэнга как раз есть нужная нам технология, — кивает Тони Старк стоящему по правую его руку человеку в красно-сером костюме. Тея его не знает, но, как только он начинает говорить, вспоминает кое-что из рассказов Питера.

— Моя команда работала над некоторыми фокусами с изменением размеров тела, как вы знаете. Полгода назад мы пытались разработать технологию, которая позволит нам проникать на суб-атомный уровень и оставаться там в своем сознании. К сожалению или счастью, нас занесло совсем не туда. Мы открыли другие измерения.

Тея обходит склонившихся над столом взрослых, слушая теперь внимательнее, чем прежде, и хмурится, когда оказывается прямо напротив мистера Лэнга. Он не выглядит очень уж надежным человеком. Хотя не девчонке-подростку говорить такое.

— Другие измерения были открыты асгардцами века назад! — возражает Тор, фыркая и скрещивая на груди руки.

— Нет-нет, я говорю не о нашем мире, — вскидывается мистер Лэнг. — Я говорю о параллельных вселенных, существующих независимо друг от друга. Видите ли, с некоторых пор моей команде доступна технология путешествий по мультивселенной. Если у Тони — я могу называть вас по имени, верно? — и ваших друзей из Ваканды получится восстановить компьютеры Хэнка Пима, то мы сможем попасть в любую точку любой вселенной, какую вы только можете себе представить. Переселиться в мир, где все исчезнувшие люди живы.

— Столкнуться со своими двойниками, — договаривает за него Старк, — которые, в свою очередь, помогут нам стащить перчатку Таноса. Есть вопросы?

Пока все переглядываются друг с другом, осознавая весь масштаб поставленной перед ними новой задачи, Тея подходит к столу и, выглядывая из-за плеча Наташи Романофф, смотрит прямо на Тони Старка.

— Мистер Старк, — зовет девушка, чувствуя себя в этот момент по-настоящему несчастной (хоть и не может понять, отчего это настигло ее именно теперь), — мистер Старк, а что нужно будет сделать мне?

Все оборачиваются к Амидале, смотрят на нее так, будто понимают все-все на свете, и только она одна осталась в неведении. Тони вздыхает — слишком часто он вздыхает сегодня! — и идет к Тее.

— Принцесса, — говорит он. — Тебе придется попасть в камень души и разрушить его изнутри.

— Умереть? — шепчет Тея. Ее вдруг осеняет. — Вместо Питера?

Старк качает головой.

— Нет, принцесса. Вместе с ним.

Комментарий к Тринадцать слоев

Как я представлю себе костюм Теи: https://ibb.co/mPsjPo

========== Звездные врата ==========

Если бы Тее когда-нибудь сказали, что она добровольно пойдет на смерть, чтобы вытащить с того света половину человечества и тучу других представителей необъятной вселенной, среди которых ее отец, сестра и парень, Тея бы… решила, что это самый худший из ее кошмаров, которые она способна себе представить.

Как оказалось, просто умереть будет недостаточно.

— Мистер Старк, — переспрашивает Тея в который раз, боясь, что и пяти ответов (развернутых и не очень) ей не хватит, и сила слов от каждого такого раза нисколько не уменьшится, — вы уверены, что у меня получится?

Тони смотрит на девушку так, будто видит перед собой призрака — и теперь Тея наконец-то понимает, что означал его взгляд. Он не вспоминал Питера, глядя на Амидалу, хоть и винил себя, и отрицать это бессмысленно и Тея даже не пытается. Он видел Тею, зная, на что ее обрекает.

— Это единственный выход, принцесса, — говорит миллиардер. — Я знаю, что у нас все получится.

Он почти ничего не ел и не спал двое суток, готовясь к сложной операции, связывался с учеными из Ваканды, сооружал для себя новый костюм, способный противостоять Таносу, координировал действия уцелевших членов Мстителей, пока Кэп искал встречи с загадочной мисс Дэнверс, искал мистера Бартона и всех, кто мог бы помочь Мстителям.

Каждую секунду, проведенную в стенах базы, Тее хочется плакать. Сбежать в укромный угол, затаиться там и выплакать, выкричать из себя нарастающую панику и отчаяние, что захлестывают ее, подобно волнам, в иные моменты не давая даже вздоха сделать. Она тоже мало спит и мало ест, хотя все взрослые отправляют ее отдыхать раз в полчаса. Тея не может отдыхать. Закрывая глаза, она представляет Питера, и желание разбомбить что-нибудь, избить кого-нибудь, разбухает в ней и выдавливает из нее слезы.

Утром — после того, что Тея услышала от Старка она не сомкнула глаз — они летят в загадочную Ваканду. Вместе с Теей на борту быстрого квинджета находятся Старк, Тор, мистер Лэнг, Наташа Романофф и… Локи. Ему не доверяют, но держат поблизости.

Тея даже не смотрит в его сторону.

— Эй, — зовет бог обмана, сидящий на той же стороне квинджета, что и девушка. Та делает вид, что не слышит его, пока сердце крутится в ее груди волчком и норовит выскочить через горло. — Эй. Принцесса. Я прошу прощения за свое представление.

Тея удивленно икает.

— Не приставай к ней, — осаживает брата Тор. Оборачивается к девушке, все еще впивающейся взглядом в лобовое стекло квинджета, и осторожно (насколько это возможно для асгардца) кладет ладонь ей на плечо. Тея гадает, отчего все взрослые вдруг решили, что опустить ладонь на ее угловатую лопатку будет достаточно, чтобы ее успокоить. Сейчас все вокруг обращаются с ней, как с хрупким созданием, и, надо признать, Капитан Америка сыграл в этом самую значимую роль. Сейчас его нет рядом, чтобы сверлить внимательными голубыми глазами и отговаривать от важного решения.

— Локи извиняется, — говорит Тор. — Должно быть, ты сильно испугалась.

— Я не напугана, — тут же бросает Тея и, помедлив, поворачивается к богу грома. — Я видела, как люди превращаются в пыль прямо посреди улицы. Вряд ли что-то испугает меня теперь сильнее, а ваш брат… — она резко выдыхает и косится на трикстера из-за плеча Тора. — Ваш брат всего лишь притворился другим человеком. Ничего особенного. Для бога обмана, я имею в виду.

— Туше, — Локи кривит губы в фирменной ухмылке. — Для крохи, которой предстоит сломать границу между реальностями, ты достаточно храбра. И остра на язык, надо заметить.

Тея поджимает губы и вновь отворачивается. Перед ее глазами маячит спина мистера Старка. Она хотела бы подойти к нему и задать еще пару вопросов насчет своего будущего положения, насчет камня души, в котором заключены все исчезнувшие, насчет Питера… но она не станет. Все слишком сложно, чтобы пытаться понять целиком.

Тее сказали, что им предстоит попасть в другую реальность. Большего знать она пока не желает.

— Что у тебя за костюм, принцесса? — издевается Локи.

— Тебе рот заклеить, брат?

— Пусть она ответит, тебе ведь тоже интересно.

Тея окидывает богов рядом с собой внимательным взглядом. Боги. Она летит в крохотном быстрейшем на Земле самолете в компании богов и супергероев, а чувствует только отчаянное желание закончить это путешествие. Питер пришел бы в полный восторг, окажись он на месте Теи.

Но Питера нет.

— Он сделан из анаптаниума, — говорит, наконец, девушка. Ком застревает в горле, его не проглотить и не выдавить, и приходится цедить слова, царапающие нутро. — В моем ДНК тоже есть анаптаниум. Мистер Старк считает, что вместе они коррелируют достаточно, чтобы мне хватило сил взорвать камень души изнутри.

— Чтобы взорвать камень души, надо попасть в камень души, — подсказывает Локи. Тея не знает, может ли делиться полученной от мистера Старка информацией — во всяком случае, говорить все богу лжи она не желает, но вот пристальный взгляд мистера Тора и мисс Романофф, сидящей напротив, ее смущает.

— Мистер Старк говорит, что мы идем в параллельный мир, чтобы добыть там перчатку бесконечности, — тихо говорит девушка. Она должна будет пойти со всеми участниками спасательной операции — и это, пожалуй, то, что Тея сделала бы по своей воле независимо от мнения взрослых. Но, к сожалению, ее задача будет заключаться в единственном: Тее нужно будет следить за порталом. И все.

Это значит, что по параллельному миру она побродить не сможет(не то, чтобы ей хотелось устраивать себе экскурсии. Мистер Лэнг говорит, что тот мир ничем не будет отличаться от местного, разве что все люди будут живы). Это значит, что Тея не сможет отыскать в новом мире Питера и убедиться, что там он жив.

Это значит, что она не увидит его даже издали.

Мистер Лэнг говорит, что они и так нарушат все установленные правила, показавшись своим двойникам, и менять течение жизни даже взрослых крайне опасно, поэтому — он подчеркивает — поэтому искать встречи с подростком будет смерти подобно.

— Старк с командой кролика уже пытался украсть перчатку у Таноса, — вспоминает Тор. Тея понятия не имеет, о каком кролике он говорит. — С чего он решил, что с силой второго Старка у нас все получится? Как это будет?

Тея молчит. Она решила доверять оставшейся команде Мстителей во что бы то ни стало, потому что иного выхода у нее нет. Выбор невелик — либо довериться взрослым, либо впадать в отчаяние. Лучше уж действовать, не оглядываясь по сторонам и не задумываясь о последствиях, чтобы не свихнуться.

— Меня больше беспокоит то, как Тея окажется в камне, — подает голос молчавшая до этого Наташа Романофф. Она смотрит на девушку с беспокойством и некоторым недоумением, но, в отличие от мистера Роджерса, не пытается отговорить от решений. Амидала уважает ее за это.

— Мистер Старк сказал, что научится управлять перчаткой, — отвечает девушка. — Найдет способ, ему помогут. Мисс… Дэнверс, кажется.

— И что потом? — хмурится Романофф.

— А потом, — тянет Тея, — мистер Старк убьет меня.

***

Прибытие в Ваканду оставляет у Теи неоднозначное впечатление. Она мало что знает об этой стране — только из новостей политики, только то, что передавали по телевизору и говорил Питер — что король Ваканды не так прост, как кажется, и носит вибраниумовый костюм, похожий на черную кошку. Говорят, закрытая Ваканда стоит на огромном метеорите из вибраниума. Строит технологичные самолеты, оружие, шьет из него одежду. Живет самым прочным металлом, известном землянам. И никого не подпускает к своему сокровищу.

Что ж, даже если это правда, сейчас ситуация изменилась. Тея выходит из квинджета и видит раскуроченные поля, разрушенные здания огромного города, дым в разных частях страны под куполом. Трупы людей и инопланетян, вывернутые костьми наружу. Разруху, которую с трудом пытаются восстановить уцелевшие африканцы.

Девушка старается держаться поближе к мисс Романофф и не смотреть по сторонам. Находить бледные усталые лица тех, кто остался в живых, это как смотреть в зеркало — Тее не хочется видеть отражение собственного горя в чужих глазах.

Мистер Роджерс сказал, что на Ваканду пришелся весь основной удар в стычке с детьми Таноса, а позже те, кому удалось выжить в неравной борьбе, испарились, как вся остальная вселенная.

Король Ваканды тоже попал в их число.

Это Тея узнает из короткого диалога между мистером Старком и Шури, сестрой короля, гением и, как ни странно, ровесницей Амидалы. Тея с удивлением окидывает взглядом смуглую девушку с гнездом мелких косичек на голове, которая разговаривает с миллиардером на самом странном языке, какой Тея могла бы слышать. Она понимает одни предлоги — все остальное, высокотехнологичное, глубоконаучное звучит для девушки, точно иностранный язык.

— Восстановить оболочку я смогла, но вернуть сознание в тело будет сложно даже с вашей помощью, — говорит Шури, указывая себе за спину. Тея ходит вдоль стен круглого, как монета, зала, в центре которого стоит трон. Пустующий трон. Шури не смотрит в сторону кресла пропавшего брата, но на Амидалу косится с интересом. Тея делает вид, что ее волнует усыхающая жизнь в городе под высокой королевской башней.

Они пытаются вернуть к жизни погибшего — не пропавшего, погибшего— Вижна. Тея думает, что, если Танос поработал над ним и просто вырвал изо лба камень, то участь его предрешена. Но вслух ничего не произносит — ей кажется, что любое слово, сказанное не вовремя и не к месту, разрушит хрупкий купол надежды, нависшей над всеми.

Мистер Старк хочет восстановить Вижна, починить с его помощью компьютеры Хэнка Пима и открыть портал. Локи считает, что сделать это можно и без помощи разрушенного андроида (кем бы ни был Вижн, природа его остается машинной), но никто его и слушать не желает.

Конечно, все можно сделать руками мистера Старка и гения Шури. Но им нужны союзники. Им нужны друзья.

— Думаешь, все получится? — спрашивает Шури, когда Тея остается наедине с ней в лаборатории, оснащенной такими машинами и компьютерами, о которых Амидала никогда бы не посмела даже думать.

Тея попросилась помочь девушке, только чтобы занять руки и мысли, и теперь вместе с сестрой короля Ваканды — подумать только! — перебирает обломки посеревшего Вижна. Тея помнит его по новостным сводкам — он был красно-розовым, носил золотой плащ и светился золотым. Сейчас девушка видит очертания человека цвета асфальта.

Вот так умирают андроиды?..

— Получится ли вернуть всех? — переспрашивает Тея, не глядя на вакандку. Шури кивает, и на некоторое время лаборатория погружается в напряженное молчание.

— Ты веришь Старку?

Амидала кусает губы.

— А разве у меня есть выбор? — вздыхает она, наконец, оборачиваясь к Шури. — Либо надеяться на возвращение всех, кого мы потеряли, либо же…— Тея смотрит на закрытые глаза Вижна. Хмурится, подбирая слова. Отворачивается. — Либо смириться с мыслью, что друзей, отца, сестру и даже парня я больше никогда не увижу.

Шури выдыхает за спиной Амидалы, и, повернувшись к ней, Тея видит слезы в глазах девушки.

— Мой брат сделал бы все возможное, чтобы вернуть своих подданных и семью.

— Ты сделаешь то же, — кивает Тея. Повинуясь простому человеческому порыву, она идет к Шури и обнимает ее. Они примерно одного возраста, разве что вакандка умнее Амидалы раз в двести. Но сейчас, когда их обеих сковало горе, они одинаковы.

— Знаешь, — говорит, наконец, Шури, когда немного смущенная своими действиями Тея отходит к панелям компьютеров, — Энтони сказал, что у тебя в теле живет металл, схожий с вибраниумом. Я бы хотела изучить его.

— Ну, — Амидала кривит губы в короткой усмешке, — я предоставлю тебе такую возможность, как только мы вернем друзей.

— Точно.

Они обе глядят на молчаливого и пока неживого Вижна, и Тея гадает, скольких людей ей придется увидеть мертвыми, прежде чем удастся вернуть их же к жизни.

— Значит, я говорила тогда вовсе не с легендарным доктором Беннером, — хмыкает Шури после непродолжительного молчания. Тея таскает из угла в угол костюм черной пантеры — бьет его в грудь поставленным боксерским ударом, смотрит, как кинетическая энергия распределяется по костюму неоновым фиолетовым пятном, ждет, бьет еще раз, чувствуя, как сила первого удара давит на нее так, что приходится выставлять перед собой щит…

— То был Локи, — кряхтит Амидала после того, как, не удержавшись на ногах, отлетает в угол. Вибраниумовый костюмчик не желает сотрудничать со своим собратом из анаптаниума, который таскает на себе Тея.

— То-то он не мог внятно поддержать диалог, — соглашается Шури. — Так, я закончила. Думаю, Энтони может заняться своим приятелем, позовешь его?

Тея кивает, хватает со стола браслет из бусин кимойо, связывается с миллиардером в общем зале.

— Мистер Старк, — говорит она голографическому отражению Тони, — мы готовы.

— Понял, принцесса, уже спускаемся.

Тея не знает, корректно ли обращаться к простой девчонке из Куинса таким образом в присутствии настоящей принцессы, но Шури одобрительно кивает ей.

— Оставь себе, — говорит она. — Кимойо. Сотового у меня нет, но это круче смартфона.

***

За закрытыми дверьми лаборатории Тони Старк, Шури и, как ни странно, Локи творят чудо. Восстанавливают тело Вижна, мозг Вижна, сознание Вижна. Вдыхают в мертвое тело андроида новую жизнь. Тея ходит из угла в угол, мозоля глаза нервничающему Тору и Наташе Романофф.

— Сядь, дитя, — басит бог грома. — Тебе отдохнуть нужно.

— Я не устала, — отрезает Тея. Чем больше все пытаются уложить ее спать, тем сильнее девушка готова сопротивляться. Она глаз не сомкнет, не сможет.

За ее спиной мисс Романофф и Тор переглядываются, женщина кивает асгардцу. Вздохнув, тот поднимается на ноги.

— Ну, ладно. Идем, маленькая мисс, познакомлю тебя кое-с-кем.

Тея плетется следом за Тором по длинным аллеям королевского двора, но дойти до фонтана, у которого сидит кто-то лохматый, они не успевают: кимойо на руке Теи мигает, высвечивая голографическое изображение садящегося на площадке вертолета. Мистер Роджерс вернулся.

И с ним — мистер Клинтон и женщина, которую зовут Кэрол Дэнверс.

Тея бежит прямо за Тором обратно, Наташа присоединяется к ним, и втроем они видят, как ко дворцу вакандцев направляются новые Мстители. Тея перекатывает это определение на языке. Нет, не новые. Оставшиеся в живых, пожалуй.

— Добро пожаловать в Ваканду, — несколько угрюмо приветствует прибывших лысая негритянка с копьем в руке. — Надеюсь, от вас толку будет больше, чем от бородатого попугая с малолетним подростком за пазухой.

Тея впервые видит женщину, о которой говорили с надеждой и скепсисом, которую ждали и заранее боялись. Кэрол Дэнверс, сильнейшее оружие Ника Фьюри, ныне пропавшего. Мистер Роджерс сказал, что она поможет победить Таноса.

Наверное, если так говорит Стив Роджерс, к словам стоит прислушаться.

— Ты Тея Амидала? — спрашивает женщина, возвышаясь над девушкой в своем красно-синем костюме. — Кэп сказал о тебе. Говорят, ты разрушишь камень души, так? — Тея кивает, но недостаточно уверенно для будущей разрушительницы камней. — Что ж. посмотрим, на что ты способна, идет? Я научу тебя.

***

Компьютеры Хэнка Пима — ныне пропавшего — должны открыть портал в параллельную реальность. Проблема в том, что при последней попытке, не самой удачной, пострадала какая-то материнка, и теперь выбор вселенной зависит от самого компьютера. Скотт Лэнг говорит, что договориться с машиной доктора Пима может только Вижн. Тони Старку нужен мир, полностью идентичный этому, в котором Танос еще не пришел к вселенской власти.

Оживший Вижн выглядит… уставшим. Серый, без прежней красно-розовой кожи, он левитирует над землей и ни с кем особо не разговаривает. Жалеет Ванду Максимофф. Единственный плюс в его эмоциях, как думает Тея, в том, что они есть. Значит, оживший Вижн даже без камня разума в его лбу является чем-то большим, чем простая машина.

— Вернуть контроль над компьютером мистера Пима будет не так просто, — говорит Вижн, наблюдая работу Скотта Лэнга. — На это уйдет двадцать восемь часов.

— Уверен, что быстрее никак? — цокает мистер Старк. Тея наблюдает за разговором взрослых со ступенек к спортзалу, где только что отбила себе все руки в спарринге с Шури.

— Уверен, мистер Старк.

Мисс Дэнверс говорит, что управлять своими силами Тея должна с помощью мыслей, а не эмоций. Старк считает, что девушка сама должна решить, как ей легче управляться своим телом. Их перепалки мешают сосредоточиться.

Сутки в Ваканде длятся, как неделя в Куинсе. Тее так только кажется, она пытается не зацикливаться на этих мыслях, но тягучие, вязкие, они заползают в голову и не дают спать.

«Питер», — думает Тея, жуя вакандское мясо на завтрак. Шури сидит рядом и тоже выглядит неважно.

«Питер», — думает Тея, пока тренируется в зале на манекенах, разработанных вакандцами.

«Питер», — говорит она, обращаясь к своему ИИ и только потом спохватывается. — «Соло. Конечно же, Соло. Не Питер».

К тому времени, как истекают положенные Вижном двадцать восемь часов, Тея не может ни есть, ни спать, ни сидеть на месте. Она стоит рядом с мистером Старком, Наташей Романофф, мистером Лэнгом, Тором и его братом… Она стоит рядом со всеми Мстителями и не чувствует уже ничего.

— Итак, вот он, — говорит Вижн, указывая на круглую металлическую раму, внутри которой мерцает голубой свет.

«Звездные врата какие-то», — думает Тея.

— Звездные врата какие-то, — повторяет ее мысли Тони Старк. — Ну что, идем?

В другую вселенную отправляются Тони Старк, Вижн, Скотт Лэнг, Кэрол Дэнверс, Тор, лохматый енот, на которого все смотрят в оба глаза, Локи и — Тея. Компания из них собирается совсем разномастная.

— Помните, ребятки, мы там не на экскурсии, — предупреждает мистер Старк. — Находим там второго меня, решаем пару вопросов и назад. Тея, ты охраняешь портал.

Ясное дело, Тея не идет со всеми в башню Старка. Будет сидеть рядом со светящимся кругом и лишь мечтать обнаружить в параллельном мире Питера Паркера.

— Ладно, — кивает всем Стив Роджерс. — Удачи вам. Мы здесь подготовимся к вашему возвращению.

Тея оглядывается на стоящую поодаль Шури в последний раз, прежде чем шагнуть вслед за взрослыми в портал. Что ж, параллельная вселенная, жди.

========== Правило параллельного мира ==========

Их выбрасывает в полутемную нишу в заброшенном здании. Тея осматривается, не замечая каменного крошева под ногами, и запинается об обломок угла. Это похоже на заброшенную стройку на окраине Куинса, где упражнялся Питер, но в своем родном мире Тея никогда не бывала в этом месте, чтобы утверждать наверняка.

Что бы это ни было, они точно не в Ваканде. Вижн перепрограммировал портал? Теперь он может выбирать место выброса?

— Свою задачу каждый из вас знает, — говорит Тони Старк приглушенным из-за шлема голосом. Он перепрограммировал свой ИИ, встроил в костюм новые функции, перепрошил систему и вставил в репульсоры на руках детали из анаптаниума — к имеющемуся уже вибраниуму из Ваканды. В репульсорах костюма Теи точно такая же система, и впервые она понимает, как работает технологическое чудо Старк Индастри.

— Ты и человек-насекомое идете искать второго тебя, — кивает железному человеку Тор.

Поочередно каждый из прибывших в этот мир разбегается, разлетается по разным углам города. Тор берет с собой говорящего грустного енота — «Летим, кролик, нам надо найти целехонький Нидовелир» — Локи исчезает прямо в воздухе — сюда он послал иллюзию, копию себя самого, чтобы отыскать камень разума в своем жезле или во лбу уже живущего Вижна. Вижн, кстати, отправляется с ним же.

У Кэрол Дэнверс свои планы. Она уже встречалась с Таносом в космосе и хочет отыскать в этой вселенной вторую себя, чтобы договориться о помощи, а заодно разузнать, нет ли в этом мире перчатки бесконечности.

Мистер Старк на встречу с собой же берет Скотта Лэнга, для поддержки. А Тея остается в заброшенном здании, чтобы…

— Никого к порталу не подпускать, никуда не отходить и не исчезать, ясно? — предупреждает Тони в который раз, так что девушка могла бы и обидеться. Но она только послушно кивает.

— Да, мистер Старк, — тянет Амидала, — ни во что не ввязываться и ни с кем не разговаривать. Поняла.

— Хорошо, — Тони маску с лица не убирает, но точно сверлит Тею внимательным взглядом. Потом вздыхает и оборачивается к молчаливо стоящему поодаль мистеру Лэнгу. — Идем, муравей, пора работать.

Они улетают последними, и Тея остается наедине с Соло.

— Как думаешь, где мы сейчас? — спрашивает девушка, чувствуя себя немного не в своей тарелке. Разговаривать с собственным костюмом она еще не привыкла, хоть и имеет представление о работе ИИ благодаря Питеру. Тот свою Карен боготворил, чего нельзя сказать об отношении Теи к этой дамочке.

— Сканирую пространство, — с готовностью сообщает голос в костюме. Девушка может охарактеризовать его, как «немного эмоциональный», что уже достижение для ИИ, если сравнить Соло с Вижном. Тот вообще кажется бездушным, и лишь скорбь по Ванде Максимофф выявляет в нем хоть какие-то чувства.

— Мы в Куинсе, в районе Медоумир, в недостроенном автопарке, — говорит Соло. На экранах перед глазами Теи мелькают карты с мигающей точкой. — Здание в одиннадцать этажей, мы находимся на девятом.

— Ясно, все-таки Куинс, — Тея кусает губы. Соблазн так велик, что чешутся, светятся руки, но она прекрасно знает, что не может покинуть свой нынешний пост. Это опасно, безответственно и попросту глупо.

Здешний Питер, даже если и существует, не заменит ей родного парня. Здешний Питер может не знать о существовании Теи вообще.

Поэтому, чтобы справиться с волнением и убить время, Тея пробует летать. Направляет энергию тела в ноги, заставляет работать репульсоры и прыгает так высоко, как позволяет дырявый потолок девятого этажа здания. Костюм отзывается с радостью, выполняет любой каприз девушки, так что Тея скачет по этажам вверх-вниз похлеще человека-паука, будь он рядом.

— Соло, что еще мы можем? — запыхавшись, спрашивает Тея. Круг портала прямо в центре пустого места под парковку теперь объят ярко-желтой сферой — Амидала сковала его и оставила висеть на месте, уверенная в своих силах. Если его кто и увидит, то войти без ведома девушки точно не сможет.

— Если вы направите энергию своего тела в руки, то сможете создать щит, — подсказывает ИИ.

— Это я знаю, — хмурится Тея.

— Плоский щит, мисс Амидала.

Тее кажется, что Соло в ее костюме снабжен ехидством Тони Старка, но надеется, что это лишь ее паранойя.

— Окей, давай попробуем. Следи за периметром здания, окей? Сообщишь мне, если заметишь кого-то постороннего.

— Окей.

Нет, он точно способен на сарказм!

Тея забирается повыше — на последний этаж без крыши, с зубьями колонн, оставшимися со стройки, — и осматривается. Автопарк предусматривался для нового порта с этой стороны гавани, но потом его перенесли в более приличную часть округа, и от идеи обустроенного квартала вообще отказались. Здесь поблизости нет ни одной живой души: мало кто желает шататься по заброшкам так далеко от жилых домов, и Тее не о чем волноваться.

Она пробует создать плоскую стену, но привыкшее к куполам тело отзывается на ее действия неохотно. А умение выставлять щит высотой и шириной в несколько человеческих ростов очень бы девушке пригодилось. Потом, в будущем, когда камень души взорвется и вернет на Землю всех людей.

Тея уговаривает себя не думать о камне души совсем, иначе рискует потерять контроль не только над силами, но еще и над головой и совсем опустит руки. Только упрямые мысли «о том, что будет, когда…» мешают ей жить каждую секунду после катастрофы. После очередной провальной попытки выстроить стену Тея разочарованно вздыхает и садится прямо на пыльный пол.

Она устала. Она хочет спать, есть и увидеть Питера. И чтобы все было хорошо. Чтобы отец и Селеста оказались дома с мамой и Кирком. Чтобы мир вернулся на круги своя. Чтобы Питер был рядом.

— Эй, ты что, новый супергерой? — раздается за спиной Теи знакомый голос, и она, спохватившись, вскакивает на ноги и резво оборачивается, выставляя щит.

За ярко-желтой наконец-то плоской стеной маячит знакомая фигура в красно-синем костюме паука. Он стоит перед шокированной девушкой, уперев руки в бока, и клонит голову на бок.

— Тебя здесь раньше не было, — говорит человек-паук родным голосом. — Это что-то новенькое. Что у тебя за способности, парень?

В голове Теи стреляет единственная разумная мысль: бежать.

— О, черт, — выдыхает девушка еле слышно.

И срывается с места. Прыгает в разлом в полу одиннадцатого этажа, пролетает мимо десятого, вверх выбрасывает купол, который, ширясь, заполняет собой дыру в потолке. У Теи есть всего пара минут, прежде чем удивленный человек-паук сообразит найти другой проход к ее убежищу.

— Соло! — шипит в отчаянии Тея. — Я же просила тебя следить за периметром!

— Но мистер Паркер не посторонний, — отвечает ИИ. Тея взмахивает руками — проклятый робот! — стискивает зубы, мечась вокруг сферы с порталом. Он не должен его увидеть, не должен увидеть, не должен!

— Надо спрятать портал! — пищит девушка тонким от страха голосом. Что ее пугает сильнее — внезапная встреча с пауком или же вероятность обнаружения другого мира человеком из этого — Амидала не понимает и не пытается анализировать свои эмоции в состоянии аффекта.

— В ваш костюм встроена функция отражения, — подсказывает безучастный к ее чувствам Соло.

— Что?

— Репульсоры на руках позволяют выворачивать частицы анаптаниума обратной стороной. Сожмите ладони два раза и приложите их к сфере.

Тея делает то, что говорит ей искусственный голос в ухе — других вариантов у нее сейчас не имеется. Как только репульсоры на ее ладонях касаются ярко-желтого щита вокруг портала, тот в два слоя выворачивается наизнанку и вдруг скрывает в себе голубой портал. Тея, задержав дыхание, наблюдает за тем, как ее собственная способность подкидывает новые фокусы, о которых она ранее и не ведала. Теперь сфера, созданная девушкой, невидима: она отражает стену и пол, словно панели квинджета Мстителей. Никогда бы Тея не подумала, что ее щиты можно использовать таким образом.

— Я могу сделать вещи невидимыми? — икает она от удивления.

— Не только вещи, мисс Амидала, — соглашается с ней Соло. — Распределите свою энергию по всему телу, как вас учила мисс Дэнверс.

Тея уже слышит характерный свист — человек-паук пробрался на ее этаж обходными путями и летит в ее поисках, вовсю пользуясь паутиной. Нет-нет-нет, только не он, только не сейчас! От страха Тея перестает контролировать тело, и организм, насыщенный анаптаниумом, действует самостоятельно: Тея вся загорается, потом бледнеет, и вот — она смотрит на свои исчезающие в воздухе руки. На стекла-экраны наползает мутная пленка.

Ее как будто не стало. Как будто Теи здесь нет, как и ее сферы с порталом.

Она успевает вжаться в кривой изгиб в стене прямо перед тем, как из-за разрушенной стены выпрыгивает человек-паук. Тея следит за ним во все глаза: на парне знакомый красно-синий костюм с примочками от Тони Старка. Не новая разработка, которую Амидала видела на базе Мстителей полгода назад, а тот спандекс со встроенной ИИ Карен, в каком Тея увидела его впервые. У нее вдруг слезятся глаза, и от щемящей боли в груди хочется всхлипнуть.

Тея ждет, пока скрывающийся под маской герой осмотрит помещение, обойдет вокруг сферы, умудрившись не коснуться ее. Он проходит в трех футах от притихшей Теи, и это так близко, так близко, что нет сил терпеть. Но девушка терпит. Ждет, смотрит на него.

— Куда ж он делся… — разочарованно стонет паук голосом Питера и летит на паутинной нити дальше.

Амидала выдыхает и выползает из своего укрытия.

— Еще бы немного, Соло, и мы… — договорить она не успевает — взмахивает рукой, и тут же чувствует напряжение, натяжение, какое может быть только от паучьей сети; Тея резко оборачивается и видит тонкую нить, которая тянется от ее сцепленной в капкан руки к…

— Так и знал, что здесь что-то нечисто! — восклицает человек-паук, спрыгивая с потолка. Тея пятится от него, невидимый слой сползает с ее костюма, словно вторая кожа, девушка дрожит, стискивает схваченную пауком руку. Вокруг ее кисти вспыхивает ярко-желтый шар, отсекая нить паутины.

— Воу, что это такое? — восхищенно — восхищенно!— охает герой в трико. Тея отскакивает от него в стену, выставляет перед собой щит. Дрожащий купол выстреливает прямо в паука, бросает его назад, и он, не удержавшись, не ожидая подвоха, пролетает спиной к самому краю разрушенной стены.

— О, нет! — вскрикивает Тея. Бросается к нему на автомате, не отвечая за свои действия, и даже тянет руку, которую только что высвободила из внезапного плена. Но человек-паук хватается за колонну, виснет на паутине и пулей устремляется обратно к девушке.

Они падают на пол одновременно — Тея с протянутой рукой помощи и паук, запутавшийся в собственных нитях.Амидала в сердцах поминает мать Соло, мистера Старка, Паркера и свою же неуклюжесть в первую очередь — и заходится кашлем, забывая о том, как дышать.

— Ты же не собираешься меня убивать? — спрашивает человек-паук, приподнимаясь над Теей. Девушка почти плачет, так сильно невысказанные слова давят на нее изнутри, так сильно ей хочется закричать на непутевого героя. Но, к счастью, он поднимается на ноги и подает Тее руку.

Амидала встает нехотя, все еще намереваясь сбежать и накостылять своему ИИ любым легальным и нелегальным способом. Это он виноват, что Тея лицом к лицу столкнулась с пауком. Но вместо изначального плана — она стоит прямо напротив героя, он наклоняет голову то в одну, то в другую сторону, оглядывает ее с ног до головы — девушка тихо спрашивает:

— Ты, правда, никогда не видел ничего такого?

Тея светится, и не нужно быть умником, чтобы понимать, о чем она говорит. Паук кивает и отвечает ей голосом Питера:

— Впервые с таким сталкиваюсь… Эй, на тебе костюм от Тони Старка?

В любой другой ситуации они оба могли бы посмеяться такой формулировке: звучит так, будто мистер Старк заделался модным дизайнером. Только Тее не смешно. Она не знает, что говорить.

А сказать хочется, много чего. Всё.

Тея думает секунду, которая тянется, словно целая вечность. Она и так нарушила кучу установленных мистером Лэнгом правил. Она и так столкнулась с представителем этого мира. И она так устала бежать в неизвестность, что…

Девушка вздыхает и дает команду костюму. С головы сползает маска, открывая ее лицо — перепуганные глаза, бледные скулы, дрожащие губы. Тея чувствует, что готова вот-вот заплакать и тут же понимает, что зря сделала то, что сделала: паук стягивает с головы свою маску в ответ. И под ней — лицо Питера. Тело Питера, весь Питер Паркер, точно такой же, каким его знает Амидала, взъерошенный, вспотевший и удивленный донельзя.

— Ты девчонка! — хрипло восклицает он, будто никогда в своей жизни до этого девчонок не видел. Тея чуть не всхлипывает. — Ты же… Но как? Ты кто такая?

Хорошо, что он не знает ее. Хорошо, что в этом мире они не встречались.

— Тебе костюм Тони Старк дал? — спрашивает Тея, борясь с голосом. Только бы не заплакать!

Питер кивает.

— После Берлина?

— Что? Я не был в Германии ни разу…

Тея замирает, кусает губы. Они стоят друг напротив друга — взмыленные, недоуменные, оба одинаково удивленные. Голос Соло в ухе Амидалы вырывает ее из кокона напряженного молчания:

— Я проанализировал новостной поток этого мира, мисс Амидала. Здесь не было раскола Мстителей и заковианского договора тоже. И катастрофы в Заковии.

— Им здесь повезло гораздо больше, да? — на автомате говорит Тея, и Питер перед ней вздрагивает.

— О чем ты… Эй, у тебя тоже костюм со встроенным ИИ? Это ведь мистер Старк сделал, да?

Черт. Тея открывает рот, чтобы придумать какую-нибудь историю, которая отвлечет юного спасателя Куинса, но вместо него отвечает Соло, говорит так громко, чтобы услышал Паркер:

— Добрый день, мистер Паркер. Меня назвали Соло. Я приветствую вас и ваш ИИ Карен.

— Соло!— шипит Тея, отворачиваясь от изумленного Питера. — Ну ты и прохвост-ловелас-скотина! Ты что творишь?!

— Разве это не то, что вы хотели, мисс? — звучит в ухе Теи саркастичный комментарий. Она возмущенно стонет. Этот ИИ просто отвратительный помощник!

— Ого… — выдыхает Паркер за спиной девушки. Та оборачивается с самым несчастным видом. — Так ты действительно в таком же костюме! Ты стажер мистера Старка? Он про тебя не рассказывал.

— Нет, я не… — Тея кусает губы, не зная, как ответить. Невидимая сфера с порталом мешает ей думать, потому что Амидала в любую секунду ждет возвращения Мстителей. Тогда проблемы ей обеспечены.

— Идем, — наконец, говорит она Питеру. — Раз уж я нарушила почти все правила, могу нарушить последнее. Соло, следи за периметром и скажи, когда к зданию приблизится хоть одно живое существо, понял?

***

Они спускаются на пару этажей ниже — Тея впереди, не доверяющий свои глазам здешний Питер — позади. Наверняка, он со своей Карен уже успел проанализировать ее и Соло и составить хоть какое-то представление о том, что видит.

Тея поворачивается к парню, и он тут же обрушивает на нее поток вопросов:

— Как тебя зовут? Ты новый супергерой? Как ты получила свою способность? Ты умеешь летать?

— Стой, я не… — Амидала кусает губы, скрещивает руки на груди. — Я не буду отвечать на все твои вопросы. Скажу одно: я здесь, чтобы помочь Мстителям. Нет, не твоим. В этом мире меня быть вообще не должно.

— В этом мире? — вздыхает Питер. Его глаза ширятся от удивления, понимания, и он вдруг выпаливает: — Ты из будущего? Доктор Кто? Марти Макфлай? Вау, никогда бы не подумал, что такое возможно!

— Нет же, нет! — Тея взмахивает руками, пытаясь остановить разбушевавшегося подростка. Паркер замирает с открытым ртом. Боже, как сложно говорить с ним… — Это не «Назад в будущее», а, скорее… Черт, как же… «Звездные врата».

— Тот старющий фильм про порталы во вселенной?

— Ему лет столько же, сколько тебе.

— Ага, как же. Стой, откуда ты знаешь?

Тея в очередной раз дает себе мысленную оплеуху. Вообще-то она не об этом должна говорить с копией своего парня из параллельной вселенной. Не о чертовых порталах, путешествиях во времени и пространстве и их корреляции с известными кинофильмами всех миров. У девушки слишком мало времени, чтобы тратить его на бессмысленную болтовню.

С другой стороны, она так давно не разговаривала с Питером, что удержаться от соблазна нет сил.

— Взрослые сказали мне, что я сломаю тебе мозг, если расскажу это, — вздыхает Амидала, — но я считаю, что ты достаточно адекватен, чтобы выдержать такие новости.

(Ведь ничего более серьезного ни мистер Старк, ни мистер Лэнг не говорили)

Питер смотрит на девушку, вытаращив глаза. На Тею никто не смотрел так уже очень давно.

— Я из параллельной реальности, — говорит Тея. — Таких миров, как твой, существует миллионы, миллиарды, возможно. Где-то они совпадают, где-то нет. Судя по всему, твоя реальность переживает лучшие времена, в отличие от моей. Я здесь, чтобы помочь своим Мстителям предотвратить катастрофу. Твой мистер Старк и остальные герои твоего мира должны помочь нам.

Питер открывает и закрывает рот в беззвучном шоке. Да, наверное, все это звучит очень уж сюрреалистично, и вряд ли стоило ожидать от подростка, не пережившего вселенский хаос, более спокойной реакции. Тея терпеливо ждет, когда парень найдет слова для ответа.

— Твой мир, — наконец, выдыхает Паркер, — в опасности?

— Можно и так сказать, — терпеливо кивает девушка. В опасности. Он погиб, Питер Паркер. И ты погиб вместе с ним. — Слушай, — говорит Тея, отмахиваясь от тяжелых, словно льды Арктики, мыслей, — я не должна рассказывать тебе этого. И ты не должен был меня видеть. Пожалуйста, не говори никому обо мне, ладно?

— Ладно, но…

— Мистеру Старку особенно. Если он узнает, мне конец.

Питер вдруг оживает после секундной паузы.

— Так ты его тоже знаешь?

Тея замирает с открытым ртом. Ну, хуже она уже точно не сделает, верно?

— Да. В моем мире тоже есть Тони Старк. Он сделал мне этот костюм.

— Ты его стажер? Там, в твоей реальности?

— Можно и так сказать.

Теперь Тея вообще не понимает, зачем начала рассказывать все этому Питеру. Наверное, мне просто хотелось поговорить с ним, точно таким же, думает она, давая себе зарок никогда не вестись на поводу у чувств. Питер оглядывает девушку с ног до головы, оценивает, приценивается — что он вообще видит в ней, облаченной в желто-серый технологичный костюм из частиц металла, которого в его мире, возможно, не существует? Что он думает о Тее Амидала, которой в его мире, возможно, нет?

— Ты меня знаешь, не так ли? — наконец, выносит вердикт парень в трико. Тея вздыхает. Он всегда был умным.

— Я не должна…

— В твоем мире, ты и я — мы знакомы, да? Вместе проходим «стажировку у Старка»?

Девушка молчит. Смотрит на Питера — такого живого, такого энергичного, и не знает, что ответить. Не пугать же его катастрофой, которой в его мире может и не случиться.

— Слушай, Питер, — цедит Тея, чувствуя, как родное имя горчит на языке и отдает болью. — Я рассказываю тебе все это, потому что ты слишком любопытный. Да, я тебя знаю. И знаю, что, не получив ответов от меня, ты обязательно пойдешь искать их в другом месте, более опасном, и это будет глупо, безответственно. Я не хочу, чтобы ты где-нибудь пострадал по моей вине. Поэтому, пожалуйста, дай мне слово, что не кинешься искать зацепки про другие миры и — тем более — не пойдешь спрашивать все у мистера Старка. Иначе он и тебе голову оторвет. А потом скажет все моему, и мой угробит меня.

Не то, чтобы он не планирует сделать это в ближайшее время…

Питер слушает Тею, ни разу не перебивая, и потом медлит с ответом. Взвешивает ее слова, скорее всего, думает, можно ли ей верить. Не каждый день на него набрасываются девчонки в суперкостюмах, правда же? Или в этом мире такая ситуация — не редкость для человека-паука? От вопросов насчет корреляции параллельных вселенных у Теи уже голова идет кругом, и она даже не может себе представить, что сейчас чувствует стоящий напротив нее Паркер. Тем не менее, он кивает.

— Я понял тебя. Хорошо,— Тея облегченно выдыхает. — Я не буду никуда ввязываться и не буду пытаться ничего узнать. Это ведь нарушит какой-нибудь пространственно-временной континуум, да?

Девушка хмыкает. Ничего это не нарушит, судя по тому, с какой легкостью взрослые вспороли грань между реальностями и вошли в эту в поисках своих двойников.

— Спасибо, — серьезно говорит девушка.

— Но! Я сдержу слово, если ты назовешь мне себя. Как тебя зовут?

Что насчет такого правила, параллельная реальность? Тея понятия не имеет, повлечет ли ее вмешательство в судьбу этого Питера Паркера какие-то сложные последствия. С другой стороны, если он ее не знает и видит впервые, значит, в этом мире они не знакомы.

Что обидно и грустно, конечно же, но упрощает Тее жизнь.

— Тея, — отвечает, наконец, девушка. — Меня зовут Тея. А тебе нельзя ввязываться в неприятности.

В этот момент — Питер вдруг улыбается, у девушки сердце в груди обмирает, стискивается ребрами, — ей в ухо докладывает ехидный голос Соло:

— Мисс Амидала, мистер Старк и остальные на подлете к зданию. У вас три минуты.

Черт возьми. Тея испуганно вскидывает голову к парню напротив. Точно такой же, надо же.

— Тебе пора. Никто не должен знать, что я с тобой говорила! — восклицает девушка. Питер удивленно ахает.

— Но, я же…

— Иди! — просит Тея. — И, пожалуйста, не ищи нас здесь, окей? Мы уходим, нас здесь больше никогда не будет, если все пойдет у нас по плану. Уходи, слышишь? Ты обещал!

Паркер медлит, оглядывается по сторонам. Смотрит на Тею умоляюще, будто она отчитала малолетку и отняла у него конфету. Девушка хочет заплакать. Прямо сейчас, прямо у него на глазах.

— Пожалуйста.

— Хорошо, — кивает он и срывается с места. Тея смотрит парню в спину, но, прежде чем он улетает на паутине в разлом в полу, не удержавшись, окликает:

— Питер! — тот оборачивается, стоя прямо на краю разрушенного здания.

Плевать на правила.

Тея в один прыжок оказывается рядом с ним, обнимает за плечи. Прижимается к нему, боясь, что он окажется иллюзией, призраком, порожденным ее отчаявшимся сознанием. Но Питер охает, неуклюже оступается.

— Будь осторожен, — выдыхает Тея куда-то ему в щеку и отталкивает от себя.

Человек-паук этого мира скрывается в разломе в полу.

***

Тея сидит в башне Старка. Здесь пахнет новыми машинами, новой техникой. Стены блестят, все переливается на солнечном свету. В этом мире все явно идет на пользу команде Мстителей.

Все оказалось куда сложнее задуманного. Мистер Старк из ее мира пытается решить проблему корреляции — созданная им и его местным двойником перчатка отказывается работать в ином измерении, и Тор предполагает, что им попросту придется найти уже готовую перчатку здесь, в этом мире. Он и енот, которого бог грома продолжает звать кроликом, побывали на Нидовелире, починили секиру асгардца и выяснили, что местный Танос заказал гномам изготовить себе золотой аксессуар. Те пока медлят, да и титан не спешит.

— Пусть изготовят ему перчатку, а мы заберем, — говорит мисс Дэнверс.

— Придется найти все камни бесконечности здесь, уничтожить местного Таноса, и только потом отправиться к нашему, — устало возражает ей мистер Старк.

— Нет, если получится попрыгать во времени. Правда, мистер Лэнг?

Комментарий к Правило параллельного мира

Тут в интернете все больше и больше слухов и подтвержденных данных ходит о сиквеле Паучка!.. Ура, теперь я знаю, как назвать третью часть всего этого экшна - FAR FROM HOME!

========== Помощь из ниоткуда ==========

Про прыжки во времени Тее сказал еще Тони Старк, поэтому она решает не удивляться, как и остальные присутствующие. Только двойник мистера Старка, снующий туда-сюда по лаборатории, как-то странно крякает в ответ на реплику мисс Дэнверс. Тея следит за ним периферическим зрением, пока делает вид, что открывающийся под ногами вид Нью-Йорка в панорамном окне башни занимает ее куда больше всего остального. В отражении на нее смотрит испуганная донельзя девчонка в сером костюме, а за спиной маячит в ярко-желтой сфере портал. Перенести его в башню Мстителей оказалось непросто, и Тея потратила уйму сил на то, чтобы удержать сферу неколебимой, пока несколько костюмов Марк переносили ее, невидимую, через весь Куинс.

Теперь Тея гадает, видел ли их местный Питер Паркер. Она думает, что парень ее ослушался и остался в здании. Она думает, что поступила очень плохо, раскрыв себя.

С другой стороны, кого волнует какой-то пацан в трико, когда реальность трещит по швам и расползается во времени.

— Тогда мы отправляемся на Нидовелир, — говорит Тор. Он и енот по имени Ракета стоят поодаль от всех остальных и обсуждают крайне важный вопрос: можно ли сделать новую секиру бога грома самонаводящейся, чтобы тот в следующий удобный раз уже не промахнулся мимо головы Таноса.

— Не подрывайся, солдат, — просит его мисс Дэнверс. Она весьма быстро берет в оборот всю команду и даже Тони Старку затыкает рот, когда тот лишний раз выступает — хотя последний, надо признать, вообще сейчас редко вступает в споры. Неудача с Таносом всех подкосила и умерила любое эго.

— Погодите-ка, — вскидывается притихший енот, — если мы можем прыгать во времени туда-сюда, на кой леший нам вообще вторая перчатка Таноса? Украдем нашу до катастрофы, и дело с концом!

На него косятся несколько пар человеческих глаз.

— Что?..

— Во-первых, лохматик, прыгать туда-сюда мы не можем, — поясняет мистер Старк. Тея замечает его двойника у барной стойки и думает, что говорит сейчас тот, который принадлежит ее миру. — Перемещения во времени возможны только в обратную сторону, поскольку талисмана дока у нас при себе нет: его мы удачно прошляпили в борьбе с Таносом, если помнишь. Во-вторых, здесь есть некоторые ограничения, и с ними придется считатьс… мистер Лэнг, не объясните?

Скотт Лэнг, человек-муравей, которому в данный момент официально принадлежит технология порталов и временных прыжков, подходит к дивану, где примостились неудачливые сегодня защитники Земли. Тея остается стоять у окна, и второй мистер Старк не сводит с нее внимательного взгляда. В его мире такой девчонки с щитами в руках нет. Тем лучше для Питера Паркера.

— Мы пытались перемещаться с помощью наших технологий через квантовый уровень, — говорит мистер Лэнг. — Я и Хоуп… — он запинается, отворачивается. В этот миг Тея ловит его взгляд, такой же, как у тех, кто потерял недавно слишком многое. — Мы пытались исправить исход раскола Мстителей, но нас выкинуло в день сразу после бойни в аэропорту. Второй раз пробовать мы не стали, но чуть позже, когда Хоуп и доктор Пим исчезли, я попытался вернуться на день раньше. Тогда программа дала сбой, и я оказался на острове в Тихом океане. Поэтому вы не могли найти меня, я добирался на попутках до цивилизации, а потом еще разбирался с системой слежения, и…

— Суть в том, — прерывает его бормотания Тони Старк, — что во временном потоке существуют некоторые контрольные точки, исправить которые мы не можем, по крайней мере, не с помощью технологии доктора Пима.

— Доктор Кто был прав, — хмыкает себе под нос Тея. Ей тут же отвечает Соло:

— ТАРДИС Доктора Кто позволяет ему перемещаться в любою точку времени и пространства, обходя контрольные моменты, и это совсем не то же самое, мисс Амидала.

Тея вскакивает с насиженного места у окна.

— А ты бы помолчал, горе-помощник.

Она злится на него за косяк с Питером и одновременно хочет поблагодарить, но не может: то, что поступили они неправильно, запечатывает девушке рот. Хорошо, что мистер Старк и остальные ничего не заподозрили в ее тихом поведении.

— Хочешь сказать, у нас есть технология, с помощью которой мы можем вернуться в прошлое, но не исправить его? — взрывается Тор. Енот принимает его возмущение, как свое, что наводит на мысли, что бог грома и это лохматое существо с мозгами спелись гораздо раньше сегодняшних событий. Все то время, пока Тея наблюдала за говорящим животным, ее не покидало чувство, что он, так же, как остальные, разделяет всеобщее горе. Интересно, кого потерял он?..

— Допустим, украдем мы перчатку у Таноса после того, как он пальцами щелкнул, — кивает Ракета, — так это мы и сейчас сделать можем. На кой черт ты нас сюда притащил, усатый, если нам местная братия вообще даром не сдалась?

Голос подает Тони Старк, стоящий у бара. Он кивает в сторону прототипа перчатки, который на двоих соорудили два миллиардера.

— А как ты ей воспользуешься, если не знаешь, как она работает, пушистик? — он обходит барную стойку, по пути подхватывая второй бокал с виски. Один мужчина уже держит в руке и подает его своему двойнику. — Ты ведь не думаешь, что наденешь перчатку и сразу же станешь властелином мира? Чтобы ее уничтожить или пробраться внутрь камня души, вам потребуется кое-что побольше неуемного желания мести пурпурному гиганту.

— Принцесса, — тут же зовет второй Тони Старк. Тея сподходит к ним обоим и встает между ними. От ощущения нереальности происходящего кружится голова — или же оттого, что последний раз Тея ела часов десять назад.

— Да, мистер Старк?

К ней оборачиваются они оба, смотрят одинаково карими глазами. Чудо, что синхронные в своем эгоизме человека смогли за такой короткий срок найти общий язык. Или того потребовали от них обстоятельства…

— Снимай свой щит. Мистер Лэнг и Вижн договорятся с системой Пима, чтобы мы смогли нырнуть во временную петлю.

— А ты? — хмурится Тор. Его брат встает вслед за остальными, и Тея видит в его руках жезл, с которым бог лжи приходил в Нью-Йорк с армией читаури. Тогда эта палка принесла городу множество разрушений, и Тея старается не попадать в поле действия опасного оружия Локи.

— А мы попробуем раздобыть копию перчатки Таноса здесь. Ты, златовласка, идешь с экскурсией, покажешь Нидовелир.

Интересно, почему не дать богу грома воспользоваться оружием Таноса? Тея думает, что столь мощный артефакт, выдержать натиск которого способен далеко не каждый смертный, с легкостью поборет асгардец. Или Капитан Америка. Последний, к счастью, брать на себя такую ответственность после гибели стольких товарищей, не желает, что Тее на руку: он ни за что бы не дал девушке попасть в камень души. Это «неоправданный риск жизнью девочки, который мы не можем себе позволить, Тони».

Тея вздыхает, опуская сферу щита вокруг портала. Помедлив, мистер Лэнг и серый Вижн подходят к нему, чтобы покопаться в проводках. Скотт Лэнг пропадает прямо у Амидалы на глазах: уменьшается, становясь невидимым человеческому глазу.

Она натягивает на голову маску, чтобы посмотреть на работу взрослых через специальные стекла-экраны — те приближают изображение портала, и Тея в последний миг успевает заметить, как фигурка человека-муравья ныряет в стык между пластинами «звездных врат». Вижн проходит через портал в родную реальность. Успел ли он здесь встретиться со своей копией? Существует ли в этом мире его копия вообще, если заковианской катастрофы здесь не переживали?

Мистер Старк, Тор, Ракета и Локи отправляются на Нидовелир — опять, только перед этим хотят заглянуть к какому-то магу и воспользоваться его помощью. Тея едва ли понимает, о ком они говорят, и просто терпеливо ждет возвращения супергероев. Она устала пропадать в чужом мире и не прикладывать никаких сил, чтобы исправить положение в своем.

— Тея? — зовет оставшаяся в башне мисс Дэнверс. Девушка оборачивается к ней с самым усталым видом из всех возможных. Женщина вздыхает.

— Давай-ка поговорим.

***

Тея думает, что им придется ждать целую вечность, прежде чем команда воров перчатки смогут раздобыть ее, но все вдруг выходит из-под контроля. Из-под ее контроля, хоть никто и не назначал ее руководителем маленькой группы супергероев другой реальности. Им можно было бы взять новое название, раз в этой вселенной они перевернули все с ног на голову.

Когда в башню Мстителей возвращаются два бога, говорящий енот и мистер Старк, мистер Лэнг и Вижн едва успевают перепрограммировать портал.

— Вы быстро, — замечает местный мистер Старк.

— Нам помог маг, — коротко бросает Тор. Локи заметно морщится при упоминании этого загадочного человека. Впрочем, Тее кажется, что этот маг вовсе не человек. Кем бы он ни был, она не сталкивалась с ним в своем мире.

— План все знают? — без разбега спрашивает мистер Старк. Тея подходит к нему с гудящей от мыслей головой. — Принцесса?

— Она все поняла, — отвечает за нее мисс Дэнверс.

Говорят, система Хэнка Пима стопорится на контрольных точках и не может отправить людей раньше установленного ограничениями временного промежутка. Если расчеты мисс Дэнверс правильны, женщина сможет взломать установленное правило.

— Возвращаемся в день катастрофы, находим Таноса на его захудалой планетке и воруем у него перчатку? — спрашивает Ракета. Локи позади него качает головой, хоть его мнения вряд ли кто-то ждет.

— Воровать ничего не будем, пока он не соберет все камешки и не щелкнет пальцами. Это не в наших силах.

Звучит все более чем дико: команда супергероев нашла возможность оказаться в прошлом, но не может повлиять на ход событий, даже находясь во временной петле. Вся жизнь Мстителей похожа на парадокс, и теперь Тея, оказавшись среди их числа, думает, что собирается стать причиной еще одного такого парадокса.

— Тея, детка, подойди сюда, — просит Тони Старк. Девушка различает их на своего и чужого только по костюму: ее мистер Старк одет в Марк какой-то новой модели.

— Да, мистер Старк?

— Устала наверное, — кивает ей миллиардер. — Можешь пока отдохнуть, мы позовем тебя, как только…

— Я не устала, — отнекивается Тея и сердится. Только вот Тони Старку не хватало укладывать ее в постель!

Тот удивленно вскидывает брови.

— Оке-ей, — тянет он и приглашает ее присесть на диван между собой и… собой. Тея с подозрением опускается рядом с близнецами из разных миров. — Я вот что вспомнил. Знаю, тебе неприятно об этом слышать, и я признаю свою вину, но — эй, мы все исправим, помнишь?

— Ближе к делу, — поджимает губы девушка. Она отдает себе отчет в том, что злится больше обычного и раздражается на любую мелочь, но ей не хочется просить прощения за каждый такой взрыв обыкновенно спокойной своей натуры.

— Кхм, — ее Тони Старк переглядывается со своей местной копией. Они явно о чем-то не договаривают, и Тея удивительно, что в нынешнем положении мужчина способен на секреты. Не подходящее это время для тайн.

— До сегодняшнего дня я не придавал этому значение, но теперь вынужден, — он вздыхает, опять смотрит на Тею тем-самым-взглядом и договаривает: — Когда мы с доком и Питером приземлились на Титан, планету Таноса, пацан сказал кое-что странное. Сказал, что его спас твой купол.

Тея хмурится и кусает губы — слышать о том, что кому-то там говорил еще живой Питер, еще и о ней, это мучительно и неправильно, ведь девушка рассчитывает поговорить с Питером лично после всего, что случится. После того, как вытащит его из чертового камня и отколошматит как следует за все причиненное горе.

— Я подумал, что это не имеет смысла, но… — Тони разводит руками, косится на своего двойника и только потом продолжает, глядя куда угодно, только не на Тею: — Если мы будем иметь дело с прыжками во времени, то я должен предупредить тебя, чтобы ты не совалась в прошлое, которое не сможешь исправить, ясно?

Амидала делает вид, что ее совсем не взволновали слова мистера Старка, только собственное сердце колошматит в груди так сильно, что заглушает даже бормотание излишне любопытного Соло в ее ухе.

— Мистер Лэнг сказал, что это невозможно, — говорит Тея. — Нельзя исправить то, что произошло до контрольной точки.

— Вообще-то, именно это мы и хотим сделать, если помнишь. И… Кто знает, — загадочно роняет мистер Старк. — Твои способности не изучены до конца, мы и понятия не имеем, на что ты можешь быть способна.

В этот миг Тее кажется, что миллиардер и гений по совместительству снарядил ее в поход в камень души не столько потому, что она последняя его надежда, сколько из научного интереса. На что будет способна девчонка с малоизученным элементом в своей крови?

Амидала решает не высказывать своего мнения. Зачем? В конечном итоге она там, где хотела оказаться — в эпицентре бури, которая либо вернет все на круги своя, либо уничтожит оставшуюся вселенную окончательно. В любом случае, Тея предпочитает быть здесь, чем находиться на обочине рассыпающегося мироздания.

— Пообещай мне кое-что, принцесса, — просит Тони Старк. Он снял костюм (вернее, свернул его в ладонь, хоть это и кажется невозможным) и теперь похож на свою копию из этого мира, так что Тея с трудом отличает одного от другого.

— Что, мистер Старк?

Оба смотрят на нее с одинаковыми выражениями на лицах.

— Не вмешивайся в ход событий до катастрофы. Ничем хорошим то не закончится.

— Это не от меня зависит, — уклончиво отвечает девушка, но, чуть помедлив, все же кивает. — Хорошо, мистер Старк. Я постараюсь не испортить временную петлю до контрольной точки, что сделать попросту невозможно.

Оба Старка оставляют ее язвительную фразу без комментариев и уходят в лабораторию, чтобы покопаться в новенькой перчатке бесконечности.

***

Второй проход через портал кажется Тее еще более резким: она вместе с командой Мстителей прыгает сперва в свою реальность, чтобы забрать Капитана, Наташу и остальных, и снова прыгает — уже во времени на три дня назад. Когда ее ноги касаются асфальта на целехонькой улице в родном Нью-Йорке, девушку рвет прямо под ноги.

— Из-звините, — мямлит она, утирая рот. — Я не знаю, что со мной…

— Все нормально, — ее хлопает по плечу Клинт Бартон, бледный и чуть зеленоватый. Остальные рассредоточиваются вдоль широкой авеню, стараясь не привлекать внимания. В прыжках во времени существует одно незыблемое правило: нельзя, чтобы тебя заметил ты сам. Это повлечет за собой череду нежелательных последствий и приведет к парадоксу, разломав твою реальность на куски быстрее, чем ты успеешь сказать «мамочки!».

Это означает только одно: Мстителям нельзя показываться на глаза самим себе в этом времени, и, значит, Тони Старк не отправится на Титан, а Капитан и его группа не полетит в Ваканду. Вместо этого они поменяются местами.

Что делать в этой рокировке Тее, девушка не совсем понимает.

— Ты справишься? — спрашивает мистер Роджерс у Старка. Тот держит в руках уменьшенную с помощью особых технологий мистера Лэнга перчатку из параллельной вселенной.

— Да, без проблем. Вакандские лаборатории жаждут моего возвращения.

Вопрос следует задавать Тее, но на нее пока не обращают внимания. Как только Старк договаривается со всеми взрослыми, он ведет Тею за угол.

— Никуда не ввязываться, никому не мешать, поняла меня? Как только все начнут рассыпаться, я вернусь и найду тебя. Иди домой.

Он взял бы девушку с собой, но в Ваканде очень скоро станет слишком жарко для такого неуемного подростка, как Тея. Так что она понимающе кивает и отходит от мистера Старка. Скрестив за спиной руки.

Уйдет она домой, как же. Чтобы в очередной раз наблюдать за отчаянием матери? Чтобы смотреть, как на ее глазах рассыпается сестра?

Говорят, ей нельзя показываться самой себе, верно? Что ж, о том, чтобы показаться на глаза собственному пока живому парню речи не шло…

Все расходятся по своим заранее оговоренным точкам, как солдаты под командованием опытного командира — а, должно быть, у Мстителей были годы, чтобы научиться доверять друг другу на уровне инстинктов, и никакой раскол не смог этого изменить.

Тею отправляют домой с мистером Лэнгом, но, похоже, последний что-то напутал в расчетах. Потому что едва упирающаяся девушка заворачивает за угол вслед за человеком-муравьем, соседняя авеню становится местом боя.

— О, нет! — восклицает Скотт Лэнг. Тея срывается с места и бежит на шум — гудящий космолет, похожий на пончик, опускается на широкую Восток-52, пересекающую Бликкер-стрит, и из него спускаются на землю двое, похожих на земноводных на ножках.

Что делают остальные взрослые, Тея не знает, пока смотрит, как нескладный квартет из подставного Беннера, мистера Старка, китайца и какого-то человека в плаще пытаются одолеть иноземных захватчиков. Тея обещала не ввязываться в неприятности, которые могут повлечь за собой изменения во времени и пространстве, но ничего плохого не случится, если она просто посмотрит на все со стороны, верно?

Последняя мысль становится слишком уж наивной, когда в поле зрени Амидалы попадает живой и невредимый человек-паук.

— Черт! — в сердцах восклицает девушка и перебегает на другую сторону улицы, прячась за машинами. Часть из них взмывает в воздух и превращается в метательные снаряды, едва Тея пробегает мимо, но ее цель — зеленая лужайка парка чуть в стороне от основной улицы, на которой схватились ящероподобный инопланетянин в металлических доспехах и ее живой-здоровый парень.

— Черт-черт-черт! — ругается Амидала. — Соло, никому не говори, что мы сейчас сделаем, ясно?

Она собирается помочь Питеру, потому что не может стоять в стороне и просто за всем наблюдать — никогда не могла, даже когда понятия не имела, на что способна, даже когда располагала не технологичным костюмом от Тони Старка, а бальным платьем с атласной ленточкой на поясе. И, в конце концов, если она поможет Питеру — уму непостижимо! — добраться до Титана невредимым, то никакого хода вещей не нарушит.

«Справа, мисс!» — вдруг говорит Соло, и, повернувшись, Тея вынужденно выбрасывает в воздух защитный купол: на нее летит сто тонн грузовика с химикатами, любезно подброшенные инопланетянином с телекинезом. Он похож на Сквидварда из дурацкого мультфильма, и Тея с удовольствием отправляет ему в ответ подарочек — оторванную при падении дверь машины. Тот отмахивается от нее, как от мухи.

Мимо Теи пролетает попавший в тиски проводов человек в красном костюме, и девушка скорее понимает, чем слышит приказ от Тони Старка: сейчас сюда же направится энергичный человек-паук. Тея сжимает репульсоры на руках два раза — защитные чешуйки ее костюмы выворачиваются наизнанку, делая ее невидимой.

— Понял, мистер Старк! — кричит человек-паук и летит на своей паутине следом за человеком в плаще. Тея следует за ним невидимым спутником.

Тормозит она только на повороте, когда в нее с соседней авеню врезается велосипед. Тея отбрасывает его одной рукой, выпуская сферу — та становится видимой, едва отрывается от пальцев девушки. Питер кричит чуть впереди, и Тее приходится поднажать: она прыгает, опираясь на репульсоры на ногах, в три прыжка оказывается рядом и выкидывает в сторону Сквидварда огромный шар. Тот, явно не ожидая подвоха, теряет концентрацию.

Питер повисает на фонарном столбе вместе с обернутым в плащ человеком. Тея отвлекается на инопланетное чудовище с телекинезом.

— Соло, как нам его задержать? — кричит Тея, поскольку из-за гудящего космолета, под которым они оказались, почти ничего не слышно.

«Плоский щит, мисс Амидала», — подсказывает находчивый ИИ. Тея бросает ничего не соображающего инопланетянина еще одну сферу, а потом, сосредоточившись, посылает в том же направлении плоскую стену. Новый фокус позволяет ей прижать существо к кирпичной кладке дома, вжать в нее до хруста в его суставах.

Кружится голова, плохо соображается. Вокруг разверзнулся Ад, Тея ничего не понимает и думает, что, может быть, все обойдется, и она не стала еще причиной парадокса во времени и пространстве.

Эти мысли отвлекают ее больше, чем хотелось бы: инопланетный Сквидвард освобождается от ее хватки, вскидывает руку, и Тею вместе с взлетевшей в воздух Ауди бросает на асфальтированную дорожку для бега.

Она успевает выставить перед собой щит, чтобы машина не упала прямо на нее, и, выползая из-под нее, видит голубой луч космолета. Он утягивает вверх человека в плаще и беспомощно болтающегося в воздухе Питера.

— Ну уж нет! — вскрикивает Тея, хотя ее голос больше напоминает сейчас котенка, угодившего в капкан.

Девушка игнорирует предупреждения своего ИИ и ныряет в голубой световой луч вслед за Паркером. Она все еще невидима для любого зрения, как говорит Соло, и может помочь Питеру так, что тот об этом даже не узнает.

Где-то на задворках сознания у Теи мелькает мысль, что сейчас она поступает точь-в-точь, как обещала не поступать мистеру Старку. Но тот простит ей: эта сила, связывающая ее с вечно лезущим на рожон Питером, крепче нее и тянет за собой, нарушая любые запреты.

Она оказывается внутри космолета почти одновременно с Питером. Проникает следом за ним в трюм корабля и слушает, как Тони Старк отчитывает нерадивого стажера. Тихая Амидала готова подписаться под каждым словом в укор парню.

— Соло, — тихо говорит она, — сообщи мистеру Старку наши координаты. Он придет в бешенство, но хотя бы будет знать, что дома меня искать бесполезно.

***

Питер пытается отделаться от совершенно безумной мысли, что его девушка пробралась на корабль вслед за ним и теперь поджидает где-то в углу, чтобы надавать по шее за нарушенные обещания. Этого просто не может быть, и он скидывает все на разыгравшееся воображение. Его знатно придавило при падении, а еще инопланетянка с антеннами на голове проехалась по хребту, да и Питер Квилл синяков добавил.

Стоит подумать о полученных травмах, и ярко-желтые куполы, что ему мерещатся, становятся всего лишь обманом зрения. Впрочем, парень все же говорит о своих не совсем реальных наблюдениях мистеру Старку.

— Вот что, пацан, — вздыхает Тони, — никаких иллюзий и отсылок к поп-культуре до конца путешествия, ясно?

В данный момент он пытается разобраться со свалившимися на его голову проблемами: командой Стражей галактики в составе одного землянина, одной женоподобной букашки и одного полуголого изрисованного бодибилдера. Больше всего Питера поражает не два инопланетных существа, а землянин Питер Квилл:

— Тор? Да, мы знаем Тора. Здоровяк, внешность не очень. Нуждался в помощи.

Паркер морщится. Это у бога грома внешность-то «не очень»? Чувак из Миссури явно не знаком со стандартами мужской красоты, раз позволяет себе такие выражения.

Позади него раздается тихое хмыканье. Питер резко оборачивается — никого, только развалившееся кольцо космолета, на котором они прилетели. Что за наваждение, его приложило головой сильнее, чем он надеялся?

Питер трогает набухающую на затылке шишку. Наверное, после возвращения ему следует сходит к терапевту.

Все то время, что новое образование из Мстителей и Стражей галактики — смешное все-таки название у этой банды отшельников — думают над планов по захвату Таноса, Питер почти не соображает. Мысли занимает иллюзорная защита от Теи, природа камешка на груди мага, который вытворяет странные фокусы и говорит, что за пару секунд видел четырнадцать миллионов шестьсот двадцать пять вариантов развития событий. Снова Тея и ее способности. Мистер Старк, который собачится с Питером Квиллом под непрекращающиеся вздохи за спиной Паркера. Просто Тея.

Надо было сказать ей.

Когда появляется Танос, огромный, фиолетовый до невозможности, Питер пугается не на шутку. Но ведь у них есть План, верно? Который придумали не они с Теей, два подростка, а взрослые опытные воины.

Все идет наперекосяк. Питер бросается на здоровяка прямо после удара своего тезки, но титан хватает его рукой и прижимает к земле так сильно, так скверно, что кости хрустят. Питер кричит от боли, перед глазами все пляшет, потом его отбрасывают в сторону, как ненужный хлам, и он ударяется спиной об обломок корабля и падает лицом вниз. Кто-то вскрикивает — женский крик, не похож на ту инопланетянку с антеннами. Питер приземляется на бледно-желтую подушку, сотканную из света, прямо у земли.

— Не поворачивайся к нему спиной! — шепот раздается прямо у его уха, и Питер даже убирает с лица маску, чтобы вслушаться в свист ветра. Не может быть, не может быть, не может быть.

Он тормозит, и позже будет думать, что именно из-за него их нескладная команда проиграла: Питеру не хватает сил стянуть с руки Таноса перчатку, а Квил, разъяренный, сломленный, никак не помогает. Кричит, беснуется, дает сбой, и вся шаткая конструкция из Стражей и Мстителей разваливается на части.

Танос откидывает в сторону Мантис, и та бессознательно летит прямо на сломанный космолет. Питера титан вколачивает в землю, как игрушку, и он едва успевает подхватить вырубившегося Дракса. Инопланетянка Мантис каким-то чудом оказывается у его ног.

Квилл, прилетевшая из преисподней, должно быть, девушка-киборг, док — все разлетаются в стороны, и оставшийся в сознании Питер не успевает ловить их всех.

— Поймала! — раздается откуда-то слева голос Теи. Приземлившись с доком на плече, Питер выбрасывает в сторону крика паутину, наугад, совсем не ожидая, что та зависнет прямо в воздухе.

— О, господи!.. — выдыхает он. Воздух вздрагивает, охает и подпрыгивает на такую высоту, какую Тея не осилила бы.

— Стой, нет, подожди! — Питеру не хватает сил и ловкости, чтобы успеть за невидимкой — полученные травмы сковывают его по рукам и ногам. Он охает от боли.

Паутина, висящая прямо в воздухе, замирает в десятке метров от него.

— Вернись, пожалуйста, — шепчет Питер. Он слишком устал, ему нужны ответы, этот день перестал быть радужным в тот миг, как он покинул экскурсионный автобус. — Пожалуйста, я больше не хочу…

Воздух вздыхает. Возвращается в один длинный прыжок. Невидимая рука снимает с невидимого тела ком паутины и бросает его под ноги Питеру.

— Тея?.. — неверяще шепчет парень.

Девушка возникает перед его изумленным, измученным взором прямо из ниоткуда, сама воплоти, только облаченная в серый с желтыми вставками костюм. Он из таких же чешуек, что и новая экипировка Паркера. Он весь светится, а девушка, заключенная в защитный слой от Тони Старка, выглядит ужасно грустной.

— Питер, прости, — говорит она.

У Паркера нет ни единой разумной мысли, которая объяснила бы присутствие на Титане девушки, как нет вариантов, откуда она могла бы достать костюм, который делает ее невидимой. Но сейчас ему все равно.

Он устало выдыхает, притягивает замершую перед ним Тею к себе и обнимает так сильно, как только может. Он не сошел с ума, все в порядке. Тея рядом, все в порядке. Сейчас он скажет ей, что…

— Питер? — испуганно вздыхает Амидала и отстраняется.

Она хмурится, тяжело дышит, прижимает руку к груди.

— Тея, что?..

— Питер, — выдыхает девушка и рассыпается прямо в руках Паркера.

Комментарий к Помощь из ниоткуда

Кажется, нам проспойлерили название Мстителей 4, но мне хочется приберечь End Game для более финальной части, эхе-хе ;)

========== Камень разбитых сердец ==========

Времени нет. Это все, что Тея понимает, находясь в каком-то лимбе. Время — ничто.

Вокруг нее озерная вода, в которой отражается закатное небо, вокруг нее — пустыня с оранжевыми песками, какие она могла видеть на картинках индийских пустынь. Вода сменяется песками, пески — снегами, снега тают, превращаясь в пески, те утопают в воде — и так по кругу, по кругу, по кругу…

Она не знает, сколько находится в этом абсолютном покое, когда мир — или то, что от него осталось — кружится и кружится в нескончаемом повторяющемся цикле.

Ничего не меняется. Ничего не меняется. Ничего не…

— Мисс Амидала, я полагаю?

Тея открывает глаза — вот она лежала, раскинув руки и ноги, в озере, и кучерявые облака цвета спелого красного яблока вливались ей в уши — а теперь стоит, полностью сухая, посреди песчаной бури. Силуэт высокого человека приближается к ней из центра оранжево-желтого урагана. В нем она почти узнает кого-то, кого могла видеть ранее.

— Наконец-то, — говорит человек бессовестно высокомерным голосом. Первая осознанная мысль Теи в этом непонятном мире: «Стоит ли вообще проявлять высокомерие, если оказался в ловушке, из которой вряд ли сумеешь выбраться?»

— Вы, должно быть, мистер…

— Доктор.

— Доктор. — девушка трогает языком каждый звук этого слова. Знакомое. — Доктор-р-р… Стрэндж?

— Именно.

Теперь он становится более осязаемым: появляются складки на темно-синем костюме, за спиной развевается красный плащ, седеет бородка на лице, а глаза становятся ярче. Зависит ли подобное «проявление» от того, узнает Тея человека или же нет, она не знает. Хочется верить, что это так, потому что в противном случае в странном лимбе, где девушка оказалась, она не сможет отыскать ничего и никого. Ни людей, ни выхода.

— Вы доставили мне массу хлопот, мисс Амидала, — вздыхает доктор Стрэндж. Последние завитки его темных волос появляются прямо из воздуха на глазах девушки, и она вздыхает.

— Что это за место?

— Вы не помните?

Тея мотает головой. Если бы она знала, когда попала сюда и куда попала, то не тратила бы время стоящего напротив нее доктора.Наверное, раньше она видела его в живом плаще, а тот, что украшает сейчас его плечи, кажется простой вещью.

— Что ж, беру свои слова обратно, — фыркает раздраженный не к месту доктор, — ваша бедовая натура куда бедовее членистоногого парня.

Тея хмурится. О ком он говорит?

— Никаких воспоминаний, мисс нарушу-все-возможные-временные-рамки?

Если бы девушка знала, из-за чего этот внезапно появившийся человек так на нее злится, она бы, конечно, извинилась, но какой смысл? Имеет ли это значение теперь, когда оба они — узники странного места без начала и конца, где о времени нет даже понятия? Тея вглядывается в смутно знакомые черты мистера — нет, доктора, доктора Стрэнджа, — и в сознании ее слабо проскальзывает какое-то воспоминание.

— Мистер…

— Доктор.

— Мистер доктор Стрэндж, — поправляется Тея, и человек хмыкает в свою аккуратную бородку, — мне кажется, я вас встречала раньше.

— О, неужели! — ядовито замечает он. — Вы вмешались в события прошлого, сильно повредив материю пространства и времени, хотя, кажется, гениальный план нашего общего знакомого Старка предполагал вашу очень важную роль. Сомневаюсь, что теперь вас хватит на выполнение вашей миссии, если даже себя вы не помните.

Тея пропускает эту издевку мимо ушей, отмахивается от иголки, потому что в мозгу скребется чувство узнавания, постепенное, нарастающее, как изжога в желудке.

— Доктор Стрэндж, — наконец, выдыхает она. Тот удивленно вскидывает одну бровь. — Вы известный нейрохирург, доктор Стивен Стрэндж, я… Я восхищалась вашей работой. Пока вы не исчезли…

Ей кажется, что после аварии, там, в глубине ее памяти, было что-то еще. Доктор смотрит на нее сверху вниз и ждет, впервые с момента своего появления не перебивая и не пресекая ее плавные неспешные мысли.

— Я видела вас однажды… в лаборатории отца, он…

Тея вдруг задыхается, поперхнувшись несуществующий воздухом несуществующего мира, в котором оказалась по воле странного случая.

— О, Боже. Папа.

Тот возникает в песчаном круговороте, словно вытканный из индийских специй — ярко-оранжевый, красных, желтых — и выходит навстречу Тее, ведя за руку маленькую девочку. Дочь.

— Селеста! — узнает сестру Тея. Память пластами наслаивается на голый чистый разум, постепенно заполняя пробелы из прошлого девушки. Папа и Селеста проходят мимо нее, бесплотные, словно призраки.

— Папа?

— Он не услышит тебя, — припечатывает доктор Стрэндж. Он сменил позу — стоит перед Амидалой, скрестив на груди руки, и дышит ей в макушку, выжидает. Чего он ждет? Того, что Тея расплачется от бессилия? В таком случае ему недолго осталось.

— Почему с вами я могу говорить, а с ними — нет? — чуть ли не скулит девушка, провожая медленно удаляющиеся фигуры членов ее семьи. Где-то в другом месте, куда не добралась бесконечно ужасная неведомая сила, продолжают дышать и жить мама и Кирк, ее маленький неугомонный брат. Как она могла забыть о них?

— Они застряли в очень зыбком моменте времени, который распадется, если ты не поможешь мне, — отвечает доктор. Слова ударяют Тею по голове сильнее его прежних обвинений.

— Что?..

— Ты нарушила важный закон времени, Тея Амидала. И вселенная отвечает на раскол: стирает причастные к твоей ошибке элементы.

Господи. Что же она натворила такого страшного?

— Как… Как все исправить? Как вернуть их?

Доктор Стивен Стрэндж выпрямляет спину и убирает со своего лица ядовитую ухмылку.

— Идем со мной, — коротко бросает он абсолютно серьезным тоном. Спорить не хочется и не можется — Тея кивает и семенит вслед за высоким доктором с развевающимся за спиной плащом из тяжелой пурпурной ткани.

Его плащ был живым. На планете, полной песка и развалившихся руин плащ помогал ему в бою. Вот, что Тея помнит. Почему она видит эти воспоминания? Что она делала на планете, полной песка и руин?

— Мистер… Доктор Стрэндж! — зовет девушка. — Куда мы идем?

Ей кажется, что они ходят по кругу или стоят на месте, ведь ничего не меняется. Доктор вздыхает и взмахивает руками.

— Скоро узнаешь, принцесса.

Это слово Тея тоже помнит. Только так обращался к ней другой человек. Кто-то более знакомый, кто-то…

«Мистер Старк, — вспыхивает в голове Амидалы, как по команде. — А что нужно будет делать мне?»

«Попасть в камень души и разрушить его изнутри.»

«Умереть? Вместо Питера?..»

Тея замирает и снова теряет дыхание. Господи. О, Господи, что же она натворила?..

— Доктор Стрэндж! — всхлипывает девушка, не умея побороть собственный хриплый голос. Он оборачивается с таким лицом, будто только и ждал этого момента — когда на Тею обрушится, словно лавина, вся память разом, вся ее жизнь вплоть до последнего мига, все то, что она сделала и не сделала. Похоже на щелчок — мир вокруг вдруг становится предельно понятным, человек рядом — предельно знакомым, и то место, куда они направляются — предельно видимым. Песчаная буря вмиг утихает, оранжевый песок опадает под ноги Тее и превращается в воду широкого озера.

— Мы в камне души, — выдыхает девушка. — Мы в камне души, доктор Стрэндж! Я помню, как все случилось, это…

Ужасно. Это ужасно.

— Где Питер?

— Ты знаешь, что нужно делать? — спрашивает доктор. Сейчас задавать Тее такие вопросы и смотреть на нее, словно на умалишенную, очень некстати, не вовремя, но девушка быстро-быстро кивает, чувствуя, как трясутся у нее руки.

Они не светятся, Тея больше не чувствует в себе сил. Она все испортила? Вселенная лишила ее способностей?

— Я должна разрушить камень, мисс Дэнверс меня научила, — бормочет девушка, пока в голове крутится назойливая мысль, что она не сможет сделать это без своих сил, и костюм не поможет, и никто не поможет, пока Тея не вспомнит, как обращаться со своими способностями.

Их нет у нее, камень души забрал или вселенная или Танос — или кто-то другой, кто решил покарать ее за нарушение временных границ.

— Где Питер? — повторяет Тея. От ответа, кажется, зависит сама ее жизнь, потому что ноги не держат, тело слабое и безвольное, как у куклы. Она пришла сюда за Питером. Она не сможет ничего сделать, пока не увидит Питера.

— Я бы хотел предупредить тебя заранее, — произносит доктор Стрэндж. Его голос Тее не нравится, как и весь он, воплощающий сейчас угрюмое неизбежно надвигающееся будущее. — Твои действия привели к повороту, которого не ожидал даже я. Твой отец и сестра скоро исчезнут и из камня, будто их никогда не существовало вовсе, и вся твоя семья, и ты сама.

— Что?..

— Если прямо сейчас ты не вспомнишь, как обращаться с собственными силами, ты исчезнешь. Навсегда.

Слова звучат окончательным и бесповоротным приговором. Тея обессилено опускается на колени и дрожит всем телом, стискивает себя за плечи знакомым движением. Это все из-за нее. Папа и Селеста, и живые мама и Кирк пропадут из-за нее. А Питер…

— Вы не ответили, — хрипит Тея, не замечая, как начинают светиться ее трясущиеся пальцы рук. Доктор Стрэндж неожиданно меняется в лице, но быстро возвращает себе невозмутимый вид.

— Новость о скорой кончине тебя не трогает? — спрашивает он с нажимом. — Осознай всю безвыходность своего положения, Тея Амидала, и сделай что-нибудь с этим!

Она не слышит его.

— Где Питер?— повторяет девушка. — Где он? Что вы еще скрываете от меня?

Доктор вздыхает. Прикрывает глаза на одно длинное мгновение, качает головой.

— Видит бог, в которого я не верю, меня не греет мысль, что приходится показывать тебе это. Но ты не оставляешь иного выбора.

После его загадочных фраз Тея ожидает увидеть что угодно и кого угодно, но вместо всех возможных видений ей из песка является Паркер.

— Тея?.. — неверяще выдыхает он.

Тея всхлипывает, вскакивает на ноги и бежит к парню, надеясь ухватиться за него, как за единственное спасение. Если она пропадет, не попытавшись исправить свою ошибку, то и Питер не вернется в реальный мир, и никто из пропавших не вернется, и все было зря, все было…

— Тея! — восклицает парень, хватая воздух. Амидала пытается коснуться его рукой, но проводит пальцами по воздуху — Питер тоже бестелесный, и, что ужаснее, не видит и не слышит ее.

— Пит?

На его лице отражается первобытный страх, ужас, которого Тея никогда не видела, глаза ширятся, рот распахивается в немом крике. Питер дрожит и оборачивается к кому-то невидимому.

— Мистер Старк! — кричит он, так что эхо от его криков уносит ветер. — Мистер Старк, тут была Тея, я только что видел, она… Мистер Старк? Мне…. мне что-то нехорошо.

Что происходит?

Питер тянется к кому-то, падает на колени. Тея садится следом, отчаянно пытаясь ухватиться за его плечи или руки — или что угодно, лишь бы коснуться его и дать понять, что она не исчезла, еще не исчезла окончательно. Руки у нее светятся до локтей, но девушка этого не замечает.

— Я ведь не умру? Я ведь, правда, не умру, ну пожалуйста…

— Питер! — кричит Тея. — Нет-нет-нет, прошу, не надо!

— Пожалуйста, я не хочу! — Питер плачет и не видит, не чувствует Амидалу, как будто это не он, а девушка бесплотна. Он падает на спину, и Тея тянется за ним, словно на магните. — Я не хочу умирать, пожалуйста!..

Он заикается, переводит взгляд вверх.

— Простите, — выдыхает он и рассыпается.

— Нет, — дрожит Тея. — Нет-нет-нет!

Тело Питера становится частью этого иррационального мира, сливаясь песчинками с оранжевыми бурями. Тея хватает рукой воздух, но на пальцах у нее не остается даже намека на присутствие Паркера.

— Питер?..

Она ждет, что парень вернется, что видение исчезнет, словно кошмар, небыль, ведь как иначе, если он не часть ее семьи, если он не обязан исчезать вот так мучительно реально, прямо у нее на глазах.

— Что случилось? — сквозь слезы спрашивает девушка. — Что с ним, почему он исчез?

— Он попал во временную петлю, Тея, — отвечает голос с небес — доктор Стрэндж вздыхает с высоты своего роста, наблюдая со стороны. Неизбежный и неумолимый, как рок.

Тея стискивает пальцы рук, ногти впиваются в ладони. Те саднят от боли. Господи, нет, прошу, только не так.

Вместо всех возможных видений ей из песка является Паркер.

— Тея?.. — неверяще выдыхает он.

Амидала всхлипывает, вскакивает на ноги и бежит к парню, надеясь ухватиться за него, как за единственное спасение.

— Пит?

На его лице отражается первобытный страх, ужас, которого Тея никогда не видела, глаза ширятся, рот распахивается в немом крике. Питер дрожит и оборачивается к кому-то невидимому.

— Мистер Старк! — кричит он, так что эхо от его криков уносит ветер. — Мистер Старк, тут была Тея, я только что видел, она… Мистер Старк? Мне…. мне что-то нехорошо.

Все повторяется. Снова.

— Я ведь не умру? Я ведь, правда, не умру, ну пожалуйста…

— Пожалуйста, я не хочу! — Питер плачет и не видит, не чувствует Амидалу, как будто это не он, а девушка бесплотна. Он падает на спину, и Тея тянется за ним, словно на магните. — Я не хочу умирать, пожалуйста!..

Он заикается, переводит взгляд вверх.

— Простите, — выдыхает он и рассыпается.

Все повторяется. Снова.

— Я ведь не умру? Я ведь, правда, не умру, ну пожалуйста… Простите.

Все повторяется. Повторяется. Повторяется.

Тея ловит руками воздух, Тея плачет, зовет Питера, просит о помощи.

— Пожалуйста! — кричит она вместе с умирающим Питером. — Пожалуйста, я не хочу, только не снова!..

— Я предупреждал, — звучит где-то в отдалении голос доктора Стрэнджа.

Пространство этого мира искажается, искривляется, у Теи светятся руки, ноги, все тело. Она плачет, воет, отворачивается от рассыпающегося в пепел тела Питера.

— Нет, я больше не хочу, хватит, пожалуйста, остановите это!..

— Тея, — в один миг зовет Питер и смотрит прямо на нее, хотя половина его тела уже осыпается, превращаясь в песок. — Прости.

Щелчок. Тея кричит в голос, стискивая руками остаточный пепел, что-то в ее груди щелкает и взрывается, тело пронизывает боль, какой она никогда не знала. Руки наливаются тяжестью, ноги не слушаются. Тея жмурится, даже за закрытыми веками ощущая яркий всполох желтого света.

Собственная необузданная сила вздергивает ее в воздух: Тея повисает в огромной сфере, и та ширится, ширится, теснит пески, воды, снега этого кошмарного мира. И, наконец, все взрывается миллиардом осколков с оглушительным, опустошающим звоном.

На границе реальной вселенной камень души в развалившейся перчатке Таноса трескается и ломается на куски, пока титан этого даже не замечает.

Мир возвращается в привычную колею.

Пропавшие души материализуются прямо на тех местах, откуда исчезли. Они ничего не помнят, но знают, что только что побывали по другую сторону жизни.

Сдвинутое со своей оси время выворачивается новой дугой.

Все те, кто побывал в иной вселенной, вновь оказываются в Нью-Йорке. Половина умерших Мстителей находит себя в Ваканде.

На свои прежние места, предшествовавшие катастрофе, возвращаются Скотт Лэнг, Хоуп Пим, Кэрол Дэнверс.

Тони Старк приходит в себя рядом с порталом на пятой авеню.

Рядом с ним на колени падает Тея.

— Принцесса! — хрипло зовет он и садится, чтобы помочь девушке. — Ты как, жива? Не знаю, что ты сделала, но это всех спасло, Тея Амидала, ты…

И тут Тея вскидывает к мужчине руку и стискивает его в ярко-желтую сферу.

— Вы меня обманули! — выдает она не своим голосом.

***

— Вы обещали мне, что я смогу вернуть всех! — плачет девушка. — Вы обещали!

— Но ведь все вернулись, — задыхается Старк, и Тея мотает головой и впечатывает беспомощного мужчину в стеклянную стену высотного здания. Злость бурлит в ней невыносимым жаром, плавятся кости, органы, все неконтролируемо горит. Тея не чувствует под собой земли — ее подхватило, подняло вверх, словно в один миг она научилась летать. Девушка оказывается на одном уровне с мистером Старком и сильнее сдавливается сферу вокруг него. Он еле дышит.

— Тея, принцесса… — кашляет Старк. — Я не понимаю, что случилось? Что ты увидела в камне?

— Питера! — вскрикивает Тея. — Он умирал там! Он там умер! Вы обещали, что я верну его, а я не смогла! Питер умер, исчез в камне, почему вы мне не сказали!

Она знает, что готова убить Тони Старка, и ни одна мысль не побуждает ее остановиться. Что-то сломалось в ней в камне души, и душу свою она оставила там, в оранжевых песках и красных водах озера. Ей хочется разрушить половину вселенной, ту самую, которую она только что вернула, лишь бы избавиться от боли и отчаяния, которые заполняют каждую клеточку ее тела.

Питер умер! Умер, и она в этом виновата!

— Тея, прошу… — шипит мистер Старк.

К ним сбегаются живые мстители, но никто не может и шагу сделать — вокруг Теи разбухает ярко-желтая сфера, поглощая и звуки, и даже мысли. Когда всем кажется, что разъяренная девушка больше не контролирует себя, на сцене перед изумленной публикой появляется доктор Стрэндж.

Он прозаично выходит из оранжевого магического портала и встает прямо перед мистером Старком.

— Мисс Амидала. Отпусти его.

И он тоже оказывается заключенным в сферу.

Комментарий к Камень разбитых сердец

В одном смешнявом ролике, где Хохланд пробует еду, на вопрос “Какую суперсилу ты хотел бы иметь?”, он ответил:

“Я думаю, что я не достаточно ответственен, чтобы управлять временем, хотя хотелось бы. Я бы все зафакапил.”

Эхе-хе, парень ;)

========== Пара для паучка ==========

На мгновение Питеру кажется, будто его вычеркнули из реальности, вытолкнули в квантовое измерение или какую-нибудь область потусторонней жизни, а потом вернули обратно, перемешав при этом все внутренние органы. Его тошнит, перед глазами все кружится и мутнеет, и он готов поклясться, что буквально десять секунд назад видел лицо своей девушки, а не безликий пустынный пейзаж заброшенной планетки.

Кстати, где все?

Кое-как смирившись с головокружением и желанием собственного желудка вылезти через горло наружу, Питер поднимает глаза и осматривается. Нет, все то же самое: вот стоит в пяти шагах от него Квилл, вот странный киборг, отдаленно напоминающий Т-Х, только голубого цвета и лысую; вон там, на пригорке, падает на колени инопланетянка с антеннами во лбу. Полуголый бодибилдер Дракс присаживается рядом с ней, хватаясь за голову. Эй, разве они все не были без сознания, когда Питер… когда Питер — что?

А что он делал минуту назад?

В голове одна каша, ее не переварить и не понять вообще ничего. Все мешается и путается. Кажется, они дрались с фиолетовым титаном, пожелавшим стереть половину вселенной. Кажется, они проиграли битву, Питеру переломало все ребра, пока он вырывался из хватки Таноса, а потом ему пришлось ловить бессознательную команду стражей. И он почти уверен, что после этого видел Тею.

— Мистер Старк? — Паркер оборачивается в поисках наставника, но никого похожего не замечает. Стражи переглядываются между собой и тоже кажутся сбитыми с толку. — Куда он исчез? Что вообще произошло?

Никто ему не отвечает — то ли ищут ответы в своих помутненных разумах, то ли просто не слышат. Квилл отзывается первым: вернее, отзывается его слабый желудок — землянина выворачивает прямо под ноги на сбитый песок, и все корчатся от омерзения. Питеру хочется поступить точно так же, но он держится из последних сил.

— Даже извиняться не буду, — кряхтит Квилл, утирая рот. Терминатороподобная женщина рядом с ним морщится. — У меня одного такое чувство, что меня протащили через семьсот с гаком скачков по вселенной?

— У-у меня тоже! — подает голос Паркер. — Все как-то смутно, и я плохо помню события последних пяти минут. У тебя так же?

— Ага, — кивает Квилл. — Еще и желудок с легкими местами поменялись.

— И у меня!— вскрикивает Мантис с пригорка. Ее антенны светятся, она вдруг распахивает черные глаза еще больше — хотя, казалось, куда бы. — Ваш мистер Старк пропал!

Точно. Питер снова осматривается, делает пробные пару прыжков вверх на паутине— с осторожностью, боясь все-таки не сдержаться и выблевать давний завтрак. Он карабкается на зубец, оставшийся от космолета века, эдак, позапрошлого, судя по ржавчине, и упирается в развалины тремя из восьми новых конечностей. Нет, все-таки стоит сказать мистеру Старку «спасибо» еще раз за такой суперкостюм. Вот только найти бы его…

— Никого не вижу! — кричит Питер сверху и надеется, что голос у него не настолько испуганный, насколько он сам себя ощущает. Что-то явно случилось. Он же помнит, что видел Тони в остатках его костюма после битвы. Он обернулся как раз после того, как Тея пропала прямо в воздухе.

Тея.

— Эй! — зовет Паркер, уже не надеясь спрятать страх внутри себя. Он спрыгивает вниз — нестабильный желудок подскакивает в район диафрагмы — и оказывается рядом с Квиллом и женщиной-киборгом. — Эй, вы не видели тут девушку? Футов пять с небольшим в росте, темноволосая, на ней еще к-костюм был серый с желтым…

— Ты брешешь? — гремит голос Дракса, пока он и Мантис спускаются с песчаного пригорка. — Здесь никого, кроме нас! И отец твой пропал куда-то, кинул тебя, бедолагу!

— Не кинул! — протестует Питер и добавляет, уже чуть тише: — Он мне не отец.

Квилл осматривается, чешет затылок.

— Ладно, шкет. Давайте найдем Тони, а потом… не знаю, разберемся с этой чертовщиной.

Киборг, все это время стоящая рядом, вдруг куда-то идет, целенаправленно, не сводя глаз с космолета, на котором прилетел Питер вместе со Старком и…

— А где мистер Стрэндж?.. — вздыхает Паркер, и ему тут же отвечает высокомерный голос последнего:

— Доктор Стрэндж, мистер Паркер. Попрошу не путать термины.

Он появляется из-за обломка корабля женщины-киборга, как раз вставая у нее на пути.

— Куда-то собрались?

— Да, — рявкает та, — чинить свой корабль. Надо сматываться отсюда, Танос уже вряд ли посетит нас.

— Это верно.

Доктор обходит разъяренную терминаторшу, уделяя ей внимания не больше корабельных обломков, и встает напротив изумленных стражей и Питера.

— Мистер Паркер! — обращается к подростку маг с преувеличенно радостной интонацией. — Рад видеть вас в целости и сохранности.

Для Питера остается загадкой, почему доктор выделяет его из ряда всех живых на Титане, и пока Стрэндж разводит руками в воздухе, выполняя какие-то пафосные фокусы, парень хмурится и разглядывает горизонт планеты. Никого не видно. Ни мистера Старка, ни Теи, что привиделась ему прямо перед скачком… во времени? В пространстве? В сознании? Питеру все еще кажется, что кто-то неумело выдернул его из реальности и вставил обратно, произвел операцию Сtrl+С— Сtrl+V, только со сдвигом в пару секунд.

— Где твой мистер Карк? — басит Дракс. — И что за брехню ты тут вытворяешь?

— Пожалуйста, помолчите, — обрывает его крики Стрэндж. — Я тут пытаюсь сосредоточиться и создать портал, который вернет нас всех на Землю.

— На Землю? — крякает Квилл. — Нам не надо ни на какую Землю! Мы летим искать Таноса, надерем ему зад и узнаем, где он спрятал Гамору!

— Квилл…

Мантис кладет руку ему на плечо и грустно вздыхает. Все, кроме землянина выглядят подавленными.

— Гамора умерла, Квилл…

— Что?..

Неожиданно Паркер тоже это вспоминает — вот, из-за чего все пошло не по плану: усиленной командой недомстителей и полустражей они почти стянули перчатку бесконечности с лапы Таноса, но Квилл все испортил, услышав, что Гамора погибла. Питер не знает, кто это — скорее всего, их друг и соратник, но понимает, что объяви ему в лицо о смерти Неда или — что хуже — Теи, он бы тоже был вне себя от ярости и горя.

Квилл охает и падает на колени прямо в песок, когда реальность сваливается ему на плечи еще раз.

— Насколько я понимаю, — замечает доктор, отвлекшись от своего занятия, — ваша подруга, скорее всего, жива. Благодаря вашей подруге, мистер Паркер.

— Ч-чего?

Приходит черед Питера в шоке распахивать глаза и раззевать рот. Доктор, не оборачиваясь, поясняет замершему подростку, как ни в чем не бывало:

— Ваша подруга, мистер Паркер, только что сломала камень души. Никто из нас этого не заметил бы, не соверши она небольшую оплошность во временных петлях, о которых мы бы тоже не знали, если бы мисс Амидала не шла на поводу у своих эмоций. Хотя они, должен признать, сыграли всем на руку.

Питер трясет головой, боясь, что все понял неправильно. Собственно, что конкретно он понял? Из запутанной речи Стрэнджа Паркер выловил только то, что Тея каким-то образом сломала камень души. Что, в принципе, не представляется возможным при условии, что девушка не обладает большими силами. Или обладает?..

— Что случилось?

Доктор Стрэндж понимает вопрос немного по-своему.

— О, прежде всего, мистер Паркер, хочу вас предупредить: с моей стороны это была вынужденная мера.

— Как-кая мера? — заикается Питер. Вокруг рук доктора разгораются знакомые взгляду оранжевые искры — снова творится магия, снова порталы, которыми сам Питер уже пользовался во время боя с Таносом. Но теперь его это не волнует и не восхищает.

Воздух взрывается вспышками света, и сквозь расширяющуюся дыру на Титан проникает свежий прохладный воздух Америки. За плечом доктора Стрэнджа изумленные Стражи галактики видят небоскребы Нью-Йорка, длинную авеню со скоплением замерших автомобилей, стеклянное крошево вместо одной из витрин кафе-мороженого, плачущего мальчишку, осоловевших — таких же, как все, — людей и половину команды Мстителей. Питер слышит голос пропавшего мистера Старка:

— Тея, принцесса, я не понимаю, что случилось? Что ты увидела в камне?

— Питера!

Паркер охает, но прежде, чем ему даже приходит мысль бежать через портал, плащ Стрэнджа хватает его за плечо.

— Не спешите, мистер Паркер. Ваш жизнерадостный вид может смутить спасительницу человечества.

— О чем вы, что происходит?

Доктор вздыхает.

— Дело в том, что… Как бы выразиться помягче, молодой человек, — за спиной доктора в портал прыгают целеустремленная терминаторша, Мантис и Дракс и, замыкая вереницу удивленных героев, Квилл. Питер косится на них, потом на Стрэнджа, потом снова на свободный портал.

Судя по звукам, там, в Нью-Йорке, происходит что-то странное.

— Дело в том, мистер Паркер, что мне пришлось простимулировать вашу подругу весьма своеобразным способом, чтобы она нашла в себе силы разрушить камень души изнутри. Это было весьма не просто, и ей потребовалась большая мотивация для подобных действий. К сожалению, мне пришлось солгать ей в паре важных вопросов, и теперь я не уверен, что ее психика в порядке.

— О чем это вы?..

— Мистер Паркер… — доктор опускает глаза себе под ноги, пока Питер выдумывает одну маловероятную чушь за другой. Взволнованный разум способен представить все катастрофы мира за две секунды. — Мне пришлось сказать мисс Амидале, что вы и ее семья мертвы.

***

— Что?! — вопит Питер в лицо замершему Стрэнджу. — Вы с ума сошли!

— Другого способа пробудить в ней силы у меня не было, поверьте, я…

— Да вы хоть понимаете, что она теперь думает?! — Питер скидывает с плеча пурпурный уголок живого плаща и обходит доктора с намерением сейчас же найти Тею. К сожалению, Стрэндж успевает быстрее.

— Дайте мне пару секунд, мистер Паркер. Ваша подруга может отреагировать на вас совсем не так, как вы того ожидаете.

— Откуда вам знать, как она отреагирует! — Питер вспыхивает еще больше, но все же пропускает доктора вперед.

Портал принимает их обоих, и над головой Паркера в одно мгновение разворачивается голубое небо родной планеты, блестящие небоскребы Нью-Йорка и — абсолютный хаос всего лишь в паре шагов справа. Питер охает, едва завидев Тею.

Серый с желтым костюм, какой он уже видел, растрепанные волосы, запекшаяся кровь на виске. Она вся светится, вокруг нее парит в воздухе ярко-желтая сфера; она вытянула руку и стискивает в коконе мистер Старка — тот прижат к стене высотки, стекло за ним крошится и трескается. О, нет, Тея…

— Питер умер, — кричит девушка, — исчез в камне, почему вы мне не сказали!

Доктор Стрэндж встает между ней, парящей в воздухе, и мистером Старком.

— Мисс Амидала. Отпусти его, я…

Питер никогда не видел ее такой злой. Тея выбрасывает вперед вторую руку, верховного мага стискивает такой же кокон, сплющивает, прижимает к стене рядом со Старком.

— Это все вы… — шипит Амидала. — Вы и ваши фокусы, мистер доктор!

Господи, нет-нет-нет! Питер срывается с места и в два шага оказывается рядом со сферой девушки и тянет к ней руки, и пальцы почему-то с легкостью проникают сквозь ярко-желтую преграду защитного барьера, Тея, посмотри на меня, я здесь…

— Тея-Тея, это я, взгляни, я не умер, видишь, Тея!

Девушка вздрагивает и оборачивается. Питер никогда не видел ее такой. У него перехватывает дыхание, он может дотянуться только до желтого круга у нее на груди, осторожно коснуться предплечья, обтянутого новым костюмом.

— Я жив, смотри на меня, видишь, я в порядке…

Это неправда. Он совсем не в порядке, внутренние органы скрутило в нервном параличе, руки дрожат, и ему не хочется думать о том, что пережила Амидала, чтобы превратиться в антигероя, готового убивать. Питер тянет Тею к себе, сфера вокруг нее потухает — девушка опускает руки, и коконы вокруг доктора Стрэнджа и мистера Старка исчезают, будто их не было. Эти двое тяжело дышат, кашляют.

Питер осторожно переплетает свои пальцы с пальцами Теи. У них одинаковые костюмы, из чешуек вибраниума и анаптаниума одной формы.

— Я не умер, — повторяет Паркер.

— Питер… — сипит девушка. Открывает рот, рвано выдыхает.

Питер тянет ее к себе, чтобы обнять, и в этот миг Тея падает ему в руки, теряя сознание.

***

— Унеси ее подальше отсюда, — командует Стив Роджерс. — Проследи, чтобы с твоей подругой все было в порядке.

Питер готов снова с ним подраться и метнуть в него крыло самолета, если потребуется. Совершенно очевидно, что бессознательная Тея не в порядке, что если она очнется сейчас, то тоже в порядке не будет, и больше всего Питер боится, что девушка в принципе не оклемается.

Взрослые Мстители — все, все живые и целые — говорят, что Тея разрушила камень души и вытащила с того света половину вселенной. Взрослые Мстители командуют им, Питером, как маленьким, и гонят прочь с Амидалой на руках.

Они понятия не имеют, что ей пришлось пережить. Питер и сам не знает, но в подсознании возникают странные мысли, что он видел своими глазами, как девушка умирала, и второй раз пережить такое не хотел бы.

На Землю вновь надвигается апокалипсис. Это все, что Питер пока понимает. Небо затягивается тучами, как в прошлый раз, света становится все меньше.

— Мистер Старк?..

— Унеси Тею в безопасное место, парень, — тут же просит миллиардер. — Скоро к нам нагрянут гости, и мы должны встретить их в космосе, а не на Земле.

Питер думает, что его отправят отсиживаться в то же безопасное место, но Старк вдруг говорит:

— Ты должен присмотреть за Нью-Йорком, Пит. Это меньшее, что ты можешь сделать, несмотря на сложившиеся обстоятельства.

Питер неверяще кивает. Его не возьмут в космолет — но теперь он и не стремится — и оставят на земле в качестве защитника. Он, в самом деле, полноценный член команды Мстителей?.. Паркер не знает, что думать и как себя чувствовать: его девушка только что пережила ужас, ему страшно, что она не очнется, ему страшно за нее и за себя теперь тоже, и желание показать себя вдруг куда-то испарилось, оставив на своем месте зияющую дыру из неуверенности и недоверия.

— Мистер Старк… — хрипит Питер, пытаясь подобрать верные слова.

— Прости, парень, — вздыхает тот. — Лучше бы ты и Тея остались в стороне от всего этого, но сейчас ты нужен Мстителям.

И эти слова меняют все. Позже Питер будет думать, что эти слова повлияли на его будущее сильнее, чем он мог бы тогда представить. Но теперь Паркер подхватывает бессознательную Тею на руки и, больше ни слова не говоря, взмывает в воздух, удаляясь с длинной авеню, на которой остались Мстители.

Лететь с Теей на руках трудно, натяжение в паутине сильнее, чем он ощущал ранее, когда подхватывал беспомощных Мантис и Дракса на лету. Собственная девушка тяжелее их обоих, потому что ему страшно за нее.

Он замечает на одном из перекрестков школьный автобус — подумать только, Питер выпрыгнул из него всего лишь этим утром! — и видит внизу Неда, ЭмДжей и остальных своих одноклассников. Никто из них не понимает, что происходит, и наверняка они тоже исчезли и вновь вернулись благодаря Тее.

— Карен, найди поблизости безопасное место для Теи! — просит Питер. ИИ послушно разворачивает его в сторону школьного автобуса.

— Оставьте ее своему другу Неду.

— Ты с ума сошла, ни за что!

На Тее сейчас супергеройский костюм, который она получила от Старка, и лицо открыто, и зачем это видеть их испуганным одноклассникам…

Совершенно неожиданно вместо Карен Паркеру отвечает мужской незнакомый голос:

— Здравствуйте, мистер Паркер. Меня зовут Соло, и я вынужден согласиться с вашим ИИ.

— Ты еще кто? — Питер спрыгивает на крышу одноэтажной кафе со странной вывеской «Шаверма» и вскидывает голову. На экранах перед глазами появляется изображение костюма Теи, и тот же голос поясняет:

— Я ИИ мисс Амидалы, встроенный в ее костюм. Вынужден согласиться с Карен: оставить мисс Амидалу на попечение вашему другу сейчас будет самым оптимальным решением.

Если бы это было спокойный день, Питер задал бы внезапному гостю миллион вопросов, посмеялся бы над его именем, не стал бы слушать и отнес Тею к ее родителям. Но у него совсем нет на все это времени, и, хоть страх сковывает его легкие и мешает дышать свободно, он доверяется ИИ Соло.

— Можно как-то скрыть ее лицо?

Вместо ответа Соло запускает автоматический алгоритм, и на голову Теи наползает слой чешуек. Оказывается, ее глаза повторяют паучью форму. Это парные костюмы, наконец-то понимает Питер, и осознание любопытного факта сейчас его совсем не радует.

Он звонит Неду с упавшим сердцем.

— Питер! — тут же вопит в трубку приятель. — Тут какая-то чертовщина творится, где ты? Тея пропала!

— Не пропала, — шикает Питер. — Нед, мне нужна твоя помощь.

Комментарий к Пара для паучка

Должна вас предупредить… аха-ха, говорю, как Стрэндж. В общем, предупреждаю сразу: я не буду расписывать вторую битву с Таносом. Ту мач.

Пишу, чтобы вы не ожидали эпика, а потом не разочаровывались.

Извините :)

========== Сеть и щит ==========

Нед должен встретить Питера в старом спортзале Адской кухни, куда Тея ходит на бокс. Сейчас здесь никого нет, и Питер надеется, что мистер Касл, ее тренер, не появится на своем рабочем месте в честь ужасающе катастрофичной пятницы. В данный момент вообще мало кто из взрослых находится на своем привычном месте, но на всякий случай Паркер запечатывает входную дверь паутинным залпом.

Тело Теи, тяжелое, пугающее, он кладет на мат, мат закрепляет на паутине над полом на уровне второго этажа. Конструкция с виду так себе, но уж лучше спрятать девушку в паучьем коконе, чем подвергнуть ее риску быть обнаруженной кем-то посторонним.

— Эй, что происходит? — запыхавшийся Нед проверяет черный ход и возвращается, когда Питер уже плетет сеть над полом первого этажа, для подстраховки.

Эта идея — мрак, и Тея убьет его, когда очнется. Если очнется.

Последнюю мысль Питер старательно гонит прочь, чтобы не запаниковать еще больше. Сейчас каждый нерв будет стоить ему лишней минуты промедления, и не стоит тратить время на то, что пока изменить он не в силах.

Почему, почему Тею нельзя положить в квинджет и отправить подальше от опасной зоны? Черт возьми, он никогда не поймет взрослых.

— Слушай, Нед, мне очень нужно, чтобы ты последил за ней, пока я не вернусь, ладно? — тараторит Питер заикающимся голосом, и приятель перебивает его быстрее:

— Эт-то что, это Тея? Там Тея? В костюме?! Откуда у нее… Эй, а у тебя откуда такой костюм? Это же новый!

— Да, да. Нед, помолчи, послушай меня, ну! — Питер дергается, и нить паутины, одна из тысячи, что скрепляет подстраховочную сетку над полом, дрожит вслед за движением его руки.— Черт. Нед, слушай, Тея сейчас без сознания, и мне очень нужно, чтобы ты за ней присмотрел, пока меня не будет, хорошо? Я буду на связи, и если Тея очнется до того, как я вернусь, ты должен будешь… Эй, ты слушаешь? Нед!

— Да, да-наверное, — мямлит Лидс. Глаза его бегают от Теи на втором этаже к Питеру и обратно. — Питер, скажу честно, это чума! Что с ней?

— Я не знаю, — голос у Паркера ломается. Это самый сложный вопрос, несмотря на то, что сейчас, возможно, есть проблемы поважнее. Питер не знает, что с Теей, как сильно она пострадала и когда сможет прийти в себя. Ему бы не помешала Мэй, но привлекать еще и тетю в общий хаос он вовсе не намерен. — Она потеряла сознание полчаса назад, и я не уверен, что мне делать… Нед! Если она очнется, а меня не будет рядом, ты должен… Нед!

— Да!

Питер чуть не рычит от злости. Рассеянный приятель, гик, помешанный на супергероях, вовсю пялющийся на его девушку в суперкостюме,— и вот ему ИИ велели перепоручить бессознательную Амидалу?

— Скажешь ей, что я жив и что со мной все в порядке. Ты понял, Нед? Это очень важно!

Нед кивает, все еще не сводя распахнутых глаз с Теи. Питер вздыхает и велит Соло снять с девушки чертову маску. Та сползает чешуйками, прямо как у Питера на его новом костюме.

— Обалдеть!— ахает в голос Лидс. — Это, и правда, Амидала! Обалдеть! Костюм Старка, да?

Может, и хорошо, что приятель совсем не в курсе того, что только что пережил катастрофу и чуть не умер, но его жизнерадостность Питеру сейчас не на руку: Паркер хочет, чтобы Нед был сосредоточен на деле, а не глазел на Тею, как будто она… будто она супергерой!

— Проследи за ней, ладно? — в очередной раз просит Питер. — Она только что чуть не умерла.

— Серьезно?!

Питер кивает, дает команду Карен, и натягивает на голову маску нового костюма. Нед ахает и на его обновку.

— Карен, мы можем быть на связи с Соло постоянно? На случай, если Тея очнется?

— Да, Питер.

— Не волнуйтесь, мистер Паркер, я прослежу за ней, — рапортует мужской голос ИИ Амидалы. Питер вздыхает снова.

— Ладно, держите меня в курсе происходящего.

Последнюю фразу он адресует и обоим ИИ, и Неду, и взмывает в воздух, вылетая через вентиляционное окно в крыше спортзала. Зачем он оставил Тею в спортзале? Идиотское решение, абсолютно тупое! Надо было вернуть ее родителям, чтобы те отвезли девушку в больницу!

От внутренних терзаний Питера отвлекает грохот в небе: тучи сгущаются, наплывают из-за горизонта, в атмосфере Земли происходят радикальные изменения: там бьют молнии без грома, небо за тучами озаряется вспышками света. Над океаном с востока закручиваются ураганы и тонкими нитями опускаются прямо в темные воды. Питер пролетает над крышами небоскребов, отмечая, насколько легче ему управляться паутинами в новом костюме, насколько точно он реагирует на любое интуитивное желание Паркера. Это хорошо, не нужно будет отвлекаться на натяжение паутины и просчет расстояний до следующей точки соприкосновения, да и новые возможности в бою с Таносом он успел оценить еще на Титане.

Господи, Танос. Если бы Питеру посчастливилось встретиться с этим гигантом еще раз, он бы не выжил, точно. Не стоит переоценивать свои силы даже с апгрейдами от Старка.

На подлете к бывшей башне миллиардера Питер перехватывает сигнал от… Наташи Романофф.

— Привет, дружок, — врывается ее голос в помехи Карен. — Я, Бартон и наши друзья с Ваканды остались на Земле, но нам придется защищать земли Африки. Справишься тут один?

Нет.

— К-конечно! — отвечает Питер. Наташа смеется. Он никогда не разговаривал с ней лично и видел вживую лишь мельком — когда бежал к Тее и ни о чем другом не думал и никуда почти не смотрел. Теперь же она говорит с ним, как со старым знакомым, и смеется, пока мир в очередной раз рушится на куски.

— Я пошутила, парень. Мы идем к тебе на подмогу.

— Мы?

Питер приземляется на площадку бывшей башни Старка, осматривается. Никто не сказал ему, как именно он должен обеспечить безопасность жителей Нью-Йорка, но Питер же взрослый парень и может разобраться самостоятельно, верно?

— Я, Бартон и кое-кто с Асгарда, — отвечает Наташа. — Тебе понравится.

С Асгарда Питер знает только Тора и его брата, но те, должно быть, помогают сейчас мистеру Старку в космосе. Помогают мистеру Старку — смешно. Они боги, пережившие многовековые апокалипсисы, что им командование человека в железном навороченном костюме? Честно говоря, после всего, через что прошел Питер сегодняшним бесконечно длинным днем, он вообще не уверен, что смертные люди могут хоть как-то помочь человечеству, когда на него надвигается сила вроде Таноса.

Но допускать подобные мысли — значит лишать людей последней надежды. А у Питера нет такой роскоши.

Он спускается по отвесной зеркальной стене башни, отмечая, что ее конструкция несколько изменилась. После того, как мистер Старк продал ее, новые хозяева переместили шпиль с западного угла в самый центр, стянули все линии электропередач вверх и натянули на пентхаусные апартаменты металлический купол. Что это? Вибраниум?

Кто тут живет? Чем этот кто-то думал, когда устанавливал на самой высокой башне такую сеть из проводов, обтянутых двойным слоем металла?

— Мы на подлете, парень, — раздается голос Наташи в ухе Питера. Тот вздрагивает. — Встречай нас, будем через пару минут.

— Ага.

Если Питер и хочет что-то добавить, то явно не успевает: разгневанное небо, наконец, выплевывает из-за туч устрашающего вида нос космолета — с зубцами, напоминающими пасть акулы, с трескучими щупальцами, что тянутся сквозь облака к земле. Питер охает, велит Карен оценить перспективы.

— Нерадужные, — докладывает ИИ. — Его масса превышает массу космолета Эбони Мо в семь раз. Остановить его своими силами не получится.

— Мы не хотим его остановить! — восклицает Питер. — Мы хотим развернуть его и отправить обратно в космос!

— Не самое взвешенное решение, — осуждает Карен.

Пока Паркер спорит с собственным ИИ, космический корабль замирает на уровне самых высоких небоскребов, раскрывает свою пасть и выплевывает в земной мир целый рой инопланетных мушек. При увеличении оказывается, что это вовсе не мушки. Это читаури.

— И эти здесь! — восклицает мужской голос прямо в ухо Питеру. Кажется, Бартон. — Эй, пацан, не дрейфь. Мы уже близко.

— Они тоже, — бросает Питер и бежит к краю площадки. Отталкивается от нее ногами, выбрасывает нить паутины на ближайшее здание. Высотка центральной библиотеки только-только была восстановлена после разрушений прошлой компании читаури, и теперь, похоже, ее ждет та же незавидная участь.

— Уведи их подальше от центральных районов! — просит Наташа. — Мы подлетаем с восточной стороны!

На востоке от Манхэттена — Бруклин и Куинс, а мчать инопланетную расу зверски жестоких тварей в сторону родного округа Питеру совсем не хочется.

— Эй, как насчет Годзиллы? — спрашивает Питер, ни к кому конкретному не обращаясь. Ему отвечают сразу три голоса: Наташа, Бартон и какая-то женщина.

— Плохая ассоциация.

— У нас нет подходящей ящерки, парень.

— Кто такой Годзилла?

В итоге Питер виснет на самом крупном летательном аппарате читаури и с силой утягивает его вправо от основного направления. Инопланетяне приходят в беспокойное движение, замечая его, рычат, дергаются. Питер прыгает с одного пилота на другого, боясь промахнуться и упасть вниз с огромной высоты. И всех их настигает залп из квинджета Мстителей.

— Мы здесь, приятель! — радостно отзывается по внутренней связи Наташа Романофф.

Питер не знает, куда деваться: его буквально разрывает на части — он уцепился рукой за одного инопланетянина, второй за другого, а паутинная нить растягивается между еще двумя. Карен говорит что-то о входящем звонке от Неда, пока парня швыряет из стороны в сторону.

Он отлетает в стену многострадальной библиотеки, цепляется пальцами за выбоину над шпилем. Головой приложило так сильно, что перед глазами двоится, и снова видится лицо Теи.

— Питер!

Нет, не видится. Это Тея вызывает его по внутренней линии их ИИ.

— Тея? — задыхается Паркер. — Цела? Жива? Ты в порядке?

Он умещается в выбоине почти целиком, выпускает залп паутины в летящую мимо тварь, и та на полном ходу врезается в колонну у входа в метро.

— Где ты? — вместо ответа хрипит девушка. — Я слышу грохот, Нед меня не выпускает!

— Сидите оба в спортзале! — командует Питер, пока сердце скачет вверх-вниз от горла к желудку. Здесь творится какой-то ад, и будет лучше, если Тея посидит взаперти с его лучшим другом, а не ринется на помощь чертовым спасителям Земли.

— Где ты? — повторяет Амидала с нажимом. Она бледная, а Соло рапортует, что давление у нее низкое, и состояние ее нестабильное.

Паркеру удается послать в нокаут еще трех инопланетян, пока его, наконец, не замечают их собратья.

— Черт! В центре, тут корабль читаури, — отвечает Питер, ныряя в разбитое окно библиотеки. С неожиданной ясностью он понимает, что сказать все честно будет куда правильнее, чем снова городить вранье одно на другое. Тея охает.

— Слушай, тут небезопасно, не хочу, чтоб ты пострадала, ясно? — тараторит Питер, пока ему хватает на это смелости. Он виляет между холлом и полуподвальным этажом, просит Карен разогнать всех людей подальше от его траектории, послать полицейским сигнал о помощи — в общем, делает все, как его учил мистер Старк.

— Знаю, — соглашается Тея, все еще находясь с ним на связи. — Но Наташа сказала, что я могу вам помочь.

Арргх! Питер готов прибить Наташу. Пусть сама помогает всем этим людям, а Тея уже и так помогла ценой почти своей жизни!

— Эй, даже не вздумай! Эй! Что ты делаешь?

Питер видит, что Тея уже выбралась из спортзала и видит хаос над Манхэттеном, стоя на крыше какого-то более-менее высокого здания.

— Надо оградить людные районы от обломков корабля! — кричит Наташа. За их зависшим в воздухе квиджетом прячется еще один корабль, поскромнее. Он несется прямо в разинувший пасть космолет над городом.

Если сейчас он взорвет корабль читаури изнутри, весь он неминуемо понесется вниз, на здания.

— Тея, справишься? — спрашивает Наташа по общему каналу.

— Не уверена… — медлит девушка.

— Не справится! — взвинчивается Питер. — Оставьте ее в покое, ей нужно в больницу!

— Питер…

Питер сердится, отключает себя от общего канала связи и просит Карен выделить ему и Тее отдельную линию, совсем без посторонних.

— Тея, это безумие. У тебя мало сил, ты только что упала в обморок, пожалуйста, оставь это им!

Питеру даже не весело от осознания того факта, что сейчас он выполняет роль курицы-наседки, отбирая это звание у своей девушки. Та тяжело вздыхает.

— Тея?

— У меня есть идея, — говорит она вместо разумного «Ты прав, Питер». Паркер рычит от злости. — Ты прав, у меня не хватит сил, чтобы весь город накрыть одним куполом. Что, если попробовать натянуть щит на сетку?

— Что?

— Сплети сеть над городом, используй углы небоскребов, — просит Тея заплетающимся от скорости языком. — Я растяну щит по твоей паутине.

Питер впечатывается в стену центрального вокзала и переводит дух.

— Это безумие.

— Знаю.

Он хочет добавить еще, что не станет подвергать девушку лишнему риску. Хочет сказать, что Романофф и Бартон вместе с полицейскими справятся и без помощи шестнадцатилетней девчонки. Что он смертельно боится за нее, такую бледную и хрупкую.

Но вместо всего этого он говорит— и если не сейчас, то когда, если не сказать теперь, то потом может и не получится, хотя как же ему хочется, чтобы все побыстрее закончилось хорошо, как же хочется вернуться обратно, чтоб сказать все в лицо…

— Я люблю тебя.

Рядом с ним в угол врезается читаури, крошится кирпичная стена, стоит страшный грохот. Поверх всех этих звуков всхлип Теи звучит, словно выстрел прямо в голову.

— Тея? — зовет Паркер. — Ты чего? Эй? Соло, что происходит? Она плачет?

— Да, сэр, — кратко отвечает ИИ девушки. Если бы Питер видел себя в зеркало, то знал бы, что сейчас его щеки по цвету могут посоперничать с его костюмом.

— Тея, не плачь. Как только тут все закончится, я обещаю, что приду к тебе и скажу это еще раз, ладно?

Девушка всхлипывает еще раз, прежде чем ответить и взять себя в руки:

— Растяни сеть, хорошо? Я справлюсь.

Черт. Он надеялся, что после признания сможет отговорить Амидалу от этого решения, что теперь его голос будет иметь больший вес. Черт-черт-черт.

— Ты уверена?

— Эй, голубки, — прорывается к ним голос Наташи. — Простите, конечно, но нам очень нужна ваша помощь.

С этого момента Питер заносит свое признание в любви в разряд самых худших в истории человечества.

Он пролетает между небоскребами Манхэттена, огибает главные здания города Нью-Йорк, задевает шпиль бывшей башни Старка: «Линии электропередач тебе помешают?» — «Нет, они как раз помогут, используй их тоже!» — захватывает дуги моста над Гудзоном, и возвращается в Адскую кухню, оставляя за спиной огромную сотканную собственноручно паучью сеть. Сейчас она охватывает все центральные и самые оживленные улицы города.

Тея встречает его на крыше спортзала, куда забрался и Нед.

— Вот это круто! — вопит приятель.

Девушка ловит Паркера на подлете, и они вдвоем кубарем перелетают через вентиляционный люк на крыше.

— Цела? — выдыхает Питер. Тея кивает, кое-как поднимается на ноги.

Времени у них мало: корабль читаури уже взрывается прямо в небе, грозя снести обломками все важные здания Нью-Йорка.

— Давай! — Амидала выхватывает из рук паука тугую нить, толстую, размером с канат, и натягивает ее еще больше. Она без маски, и Питер видит, как капля пота скользит по ее виску к подбородку, как она напряжена и бледнеет еще больше, как только все ее тело озаряет желтая вспышка и скользит по канату к сетке и дальше, больше, покрывая защитным слоем каждую полость в паучьей сети.

— Справишься? — неуверенно тянет Питер. Тея кивает без слов. Губы сжаты, слишком напряжена.

Питер не понимает, отчего всегда сторонящаяся подобного риска девушка вдруг стала такой самоотверженной. И ему это совсем не нравится. Не теперь, когда он знает, что в любой миг может потерять ее по любой идиотской причине.

— Мне нужно вернуться, — с сожалением замечает Паркер. Смотрит на Неда за спиной Теи, кивает ему. Кидает последний взгляд на девушку.

— Я смогу удержать это, — говорит Тея, посылая ответ по общему каналу связи.

— Сколько? — спрашивает Наташа.

— Столько, сколько потребуется.

Неправда. Не сможет. У нее не хватит на это сил. Но Питер знает, что говорить сейчас подобное будет неправильно. Поэтому только вздыхает, кладет руку на плечо Амидалы.

— Я скоро вернусь, — говорит он и взмывает обратно в воздух, к поджидающие его врагам над центральным районом Нью-Йорка.

Комментарий к Сеть и щит

“Не буду расписывать вторую битву с Таносом”, - сказала я и расписала полбитвы за Нью-Йорк. Ха-ха.

Короткий вопрос: вы замечаете пасхалки в фике? А они есть ;)

Я насмотрелась теорий про сиквел Паука. Хочу третью часть писать. По ним :D Но еще хочется раскрыть природу анаптаниума. Что скажете? Куда тянуть одеяло и стоит ли?

========== Спасители человечества ==========

— Если вся эта конструкция прогнется, то заденет крыши жилых домов!

— Надо натянуть сеть посильнее! Пит, давай к бывшей башне Старка, это самая высокая точка.

— Мне надо помочь Тее, она одна не выдержит!

— Выдержит. Тея, ты как?

— Не очень… Помощь мне бы не помешала!

— Уже лечу на помощь, принимай аппарат.

— Что? Кто это?

— Валькирия. Наш бог грома просил подсобить маленькой миледи с планеты Земля.

— Эй, что там такое?

— Питер, не отвлекайся, твое дело — подтянуть паутину!

— Да я про башню Старка! Она светится!

Тея открывает глаза и тут же давится воздухом. Легкие будто отказываются работать на полную — стискиваются в грудной клетке, тянут все органы за собой к спине. Девушка лежит на плоской твердой поверхности какого-то стола, как будто операционного, и смотрит в светящийся многочисленными точечными лампами потолок. Она его помнит. Она уже видела подобное.

В лаборатории Шури. В Ваканде.

Тея поворачивает голову вправо. Панорамные окна открывают ей вид на темно-синие каналы пещеры, блестящие стенки вибраниума, мчащиеся по белым тоннелям вагонетки с бесценным металлом. Так и есть. Тея в лаборатории Ваканды, лежит на столе, где в последний раз видела полусобранного Вижна. Ощущения во всем теле у нее такие, словно ее тоже собирали по частям несколько часов кряду.

Рядом никого не обнаруживается. Ни вездесущей Шури, ни кого-то из взрослых. Ни Питера. Что случилось?

Тея садится, осматривается, не замечая ничего нового. Вон стол с мелочевкой Шури, вон манекены для двух костюмов ее старшего брата, вон голографическая карта Ваканды. Девушка все помнит и не ощущает никаких изменений ни вокруг, ни в себе самой.

Голова только кружится, так что перед глазами все плывети окрашивается в красно-синие контуры, как при дешевом 3д-эффекте. И ужасно хочется лечь и не двигаться еще пару сотен лет.

Но Тея превозмогая себя, спускает ноги на пол: на ней белоснежные тапочки с тонкими шнурками, какие девушка видела на ногах Шури, и хлопковый костюм — кофта с коротким рукавом и обтягивающие штаны с тонкой полоской по боку. Она трогает ткань пальцами и хмурится. Не хлопок. Вибраниум?

— Ты проснулась! — раздается радостный голос вакандской принцессы, и Шури появляется из-за угла: коридор лаборатории, как Тея помнит, изгибается пару раз, напоминая форму очень толстой змеи, кобры, и выводит в саму лабораторию с панорамным окном в полстены.

— Почему я здесь? — хрипло спрашивает Тея. Голос ее плохо слушается, и она нервничает. Шури останавливается перед свои столом, кладет на него огромный репульсор от своего суперкостюма и вздыхает.

— Ну и дала ты там жару… — присвистывает она. Тея морщится. Там?

— Что случилось?

Шури оглядывает Амидалу с ног до головы и подозрительно щурится.

— А что… последнее ты помнишь?

Молнию. Тея помнит, как в шпиль башни Старка ударила молния, когда тучи в небе на мгновение разошлись, открывая вид на взрыв в верхних слоях атмосферы. С точки зрения физики такого вообще не должно было случиться, а уж ударившая после этого молния стала настоящим шоком. Тея помнит, как паутина Питера расползлась и сгорела, как желтый купол, сотканный из мозаичных деталей ее щита лопнул, словно пузырь, и все обломки корабля, которые он держал, полетели вниз. О, Боже. Люди внизу.

— Я кого-то убила? — выдыхает Тея, боясь услышать ответ. Только не это, только не так!

— Что? Нет! — Шури фыркает и, подпрыгнув садится на койку рядом с девушкой. — Там почти никто не пострадал. Кроме мистера Бартона, но его нога уже в норме благодаря моим волшебным ручкам. Ты-то как?

— Не знаю… — Тея кусает губы, стискивает себя за локти. Из-за молнии ее отбросило и провезло по крыше спортзала, она ударилась затылком об вентиляционное окошко. После наступила темнота. Амидала экспериментально мотает головой.

— Первичный осмотр показывал у тебя сотрясение, но я все починила, — кивает Шури. — Твой парень опасался, что ты пострадала сильнее, чем это казалось на первый взгляд, но, как видишь, все в порядке. Верно же?

— Не знаю, — снова повторяет Амидала. Шури соскакивает с ее койки.

— Ну, вот что. Я проведу еще ряд тестов, если позволишь, чтобы самой убедиться. Твое «не знаю» меня как-то смущает.

— Ладно.

Тея послушно ложится обратно, утыкаясь взглядом в истыканный лампочками потолок лаборатории. Перед глазами проносятся все события последнего длинного-длинного дня, что она застала.

— Эй, Шури, — зовет девушка, пока вакандка копается в голограммах головного мозга и шейных позвонках Амидалы.

— М?

Она спокойна и собрана, и, значит, во второй битве над Таносом одержали победу. Правильно?

— Скажи, что случилось? Мы победили?

К общему беспокойству добавляет страх, въевшийся, похоже, в самые кости Теи. Где чертов Питер Паркер?

Шури улыбается и кивает.

— Да, все в порядке. Говорят, Старк разломал перчатку Таноса другой перчаткой, той, из параллельного мира. Капитан Марвел его уделала подчистую. Что там было! Я могу показать тебе запись, стащила у Старка, пока он был занят подготовкой к… Ой.

— Что?

— Мистер Роджерс погиб.

Тею словно холодной водой обливает. Она поворачивает голову к вакандской принцессе, но та явно не шутит — стоит, понурив голову, и руками не двигает. Выжидательно смотрит на Амидалу. Медлит. Кусает губы.

— Что?..

Это кажется настолько неправильным, насколько вообще возможно в мире, где существуют бессмертные боги, всесильные титаны и женщины, способные двигать планеты голыми руками.

— Не может быть… — дрожащим голосом добавляет Тея. Шури качает головой.

— Может. Кэп пожертвовал собой, чтобы спасти Старка, его расщепило. Хоронить будут пустой гроб, представляешь…

Старк предупреждал, что, даже если они исправят прошлое, могут погибнуть люди. Но мистер Роджерс… Тея садится, стискивает пальцами холодный ободок койки. Кажется, ее мутит.

— Когда похороны?

— Сегодня.

Шури ведет плечом, словно отмахивается от непрошенных эмоций, и включает голографический рентгеновский снимок тела Теи прямо у себя перед глазами. Амидала смотрит на нее сквозь полупрозрачный голубой экран.

— А остальные? — спрашивает девушка. Вакандка чуть улыбается.

— Остальные живы. Вернее, не совсем. Есть жертвы среди мирного населения, наших много пострадало. Здесь еще пару дней назад камня на камне не было.

— Пару дней назад? — охает Тея. — Сколько я спала?

Шури с преувеличенным вниманием рассматривает данные Амидалы.

— Сорок семь часов. Переутомление, нервный срыв, недосыпание, сотрясение мозга. О, еще перелом кисти. Старк полагал, ты будешь долго приходить в себя.

Совершенно некстати Тея вспоминает, как чуть не придушила наставника. Пару дней назад ей действительно хотелось убить его, теперь же… Господи, Стив Роджерс погиб! Это не укладывается в голове, не хочет вставать в ряд свершившихся события реального мира.

— Все сейчас в Штатах на церемонии, — добивает Шури. — Я осталась присмотреть за тобой и провести пару тестов, да и… здесь очень много работы после войны, а брату нужно быть с Капитаном в такой день.

Тея кивает. В горле стоит ком, хочется плакать. Она чувствует себя беззащитной, хрупкой, как стекло. Она совсем не знала Стива Роджерса, но это не значит, что с известием о его смерти в ней ничего не поменялось. Капитан Америка всегда был незримой опорой гражданам своей страны, и даже если они расходились во мнениях, даже если он был упертым защитником всех обездоленных и слабых, даже если он не позволял Тее решать за себя, он был… Героем. Тея так мало о нем знает, но сейчас чувствует себя беззащитной, потому что потеряла что-то очень важное. Как и все остальные, пожалуй.

— Держи, — Шури протягивает девушке чашку с горячим чаем. Тея шмыгает носом.

— Спасибо.

— Пей, это местные травы. Помогут успокоиться. Я таких чашек вчера три сотни выпила.

— Помогло?

Шури хмыкает и садится рядом. Интересно, а помнит ли она, что всего несколько дней назад во временной петле они разговаривали, как давние подруги? Амидала хотела бы знать это, сейчас эта мысль кажется ей важнее прочих — просто чтобы думать о ней и гнать прочь страх, колющий сердце.

— Будем считать, ты в порядке, — говорит Шури. — За исключением того, что разделяешь общее горе. — Тея поднимает к ней удивленный взгляд, и Шури добавляет: — Мне надо что-то сказать Старку о твоем состоянии. Он наплел мне каких-то сказок, будто в состоянии аффекта ты чуть не развалила полгорода.

Тея опускает глаза к чашке в своих ладонях. Делает медленный глоток. Хотела бы она думать, что это страшные сказки мистера Старка.

Теперь, после известий о смерти Капитана Америки, вина за прошлые действия ложится на Амидалу еще более тяжким грузом. Как ей извиняться перед Тони Старком и доктором Стрэнджем?..

***

Шури отводит Тею в самую крутую комнату, что она когда-либо видела. Здесь все блестит, стены утыканы всеми возможными техническими примочками, пол поглощает все звуки. Вакандка говорит, что ей необходим покой и хороший крепкий сон, а еще правильное питание. У принцессы слишком много дел, чтобы присматривать за Теей, и она оставляет ее одну. На целых двенадцать часов.

Оказывается, из комнаты не выйти самостоятельно, бродить в одиночестве по лаборатории Тее никто не позволяет, заглядывать во все проходы в пещере из вибраниума — тоже. Девушка чувствует в своем вынужденном заточении какой-то подвох, но голограмма Шури из личного кимойо Теи говорит, что сейчас здесь слишком мало людей, чтобы приставлять кого-то к Амидале на случай, если ей потребуется помощь. Тея думает, что присмотр нужен кому-то из взрослых, чтобы следить за девушкой, а не приходить на помощь.

Напичканный анаптаниумом подросток, переживший нервное потрясение — да, пожалуй, это не лучший в мире турист на Ваканде.

Тея ходит по своей комнате кругами. Разглядывает движение вагонеток в светящихся коридорах. Шури приходит вечером и радостно объясняет за ужином, что это звуковые стабилизаторы, которые позволяют скоростную транспортировку вибраниума. Она раскладывает перед Теей карты разных местностей. Показывает несколько изотопов вибраниума, сравнивая его с изотопами анаптаниума в теле девушки. Просит взять у нее анализ крови. Плазмы крови. Клетки кожи. Волос. Слюну.

После сотни тестов говорит, что не видела ничего подобного, радуется, как ребенок, когда некоторые изотопные вариации вибраниума вступают во взаимодействие с анаптаниумом, но быстро теряет к ним интерес, как только понимает, что из этой связи ничего полезного выделить не может.

Так проходит день.

На вторые сутки, когда Тея всерьез хочет раскроить запертую дверь спальни голыми руками, Шури по кимойо сообщает, что к девушке, наконец, прибыли гости.

Тея думает, что словила нехилое дежа вю, когда в дверях ее новой комнаты появляется уставший Тони Старк. Только теперь девушка на него совсем не злится.

Она чувствует себя бесконечно виноватой перед человеком, сделавшим для родной планеты так много.

— Здравствуйте, мистер Старк, — кивает ему Тея.

— Принцесса. Позволишь войти?

— К-конечно!

Она предлагает Старку присесть в кресло или на кровать, топчется под его испытующим взглядом, мнется и не знает, куда деть руки. Она еще помнит, как стискивала ими кокон вокруг железного человека. Так ли стоит благодарить своего наставника за помощь?

— Шури сказала, ты поправилась, — говорит миллиардер хриплым голосом.

— Да, так и есть. Мистер Старк, я… — Тея не знает, как начать, хотя готовилась к этой речи два дня. Слова теряются, не успевая слететь с ее языка. Тея вздыхает, кусая нижнюю губу. — Я знаю про Стива Роджерса. Мне так жаль, мистер Старк…

— Н-да, — выдыхает мужчина. Он садится в предложенное кресло, кивает девушке. Тея кое-как устраивается на кровати напротив. Все еще очень стыдно поднять глаза и взглянуть в лицо Старку. — Стив поступил, как настоящий герой. И заплатил высокую цену, какую я никогда не потяну.

Некоторое время Старк молчит, Тея тоже.

— Но поступок мистера Роджерса не должен стать для тебя примером для подражания, принцесса, — наконец, говорит Тони. Амидала вскидывает к нему голову. Хмурится. — Я про то представление в Нью-Йорке, которое ты устроила.

— Мистер Старк, мне очень жаль, я не хотела…

— Я говорю о твоем щите над городом, — миллиардер прерывает лепетания девушки, поднимая руку. Тея застывает с открытым ртом. Старк качает головой. — Принцесса, ты чуть не погибла, пытаясь удержать на себе целый, черт возьми, космолет. О чем ты думала?

— О людях внизу?..

Тея смотрит на свои ладони, лежащие на коленях, потом вбок, в сторону панорамного окна и вибраниумовых коридоров за ним. Разве она сделала что-то неправильное?

— Мистер Старк, я чуть не погубила все человечество, — говорит девушка, когда молчание становится невыносимым, когда даже дышать становится сложно. — Это из-за меня Питер мог умереть по-настоящему в камне души. И мои родители и брат с сестрой. Вы говорили мне не вмешиваться в события прошлого, а я чуть все не испортила, а потом еще и вас во всем обвинила. Даже убить хотела. По-настоящему, без шуток. И чтобы половина вселенной, которая вернулась, снова исчезла. Чтобы все испарились, раз Питер и моя семья погибла. А ведь это я была виновата во всем, не вы. Вы предупреждали, что может случится что-то страшное, а я…

Тея захлебывается словами и заставляет себя умолкнуть. Тяжело дышать, почему так тяжело? Хочется плакать. Из-за всего, что она пережила, из-за всего, что случилось с ней последние десять дней. Из-за того, что Капитан Америка умер, а она даже не смогла быть на его похоронах. Из-за…

Как-то мама сказала ей, что взросление — самая тяжелая вещь, которую переживает человек, потому что в один миг он меняет тело, мысли и мировоззрение— все сразу, ломает себя, переделывает во что-то новое и сам не понимает, как с собой обращаться. С собой новым.

Если все правда, то последние несколько дней жизни Теи можно сравнить со взрослением. Или это оно и есть?

— Эй, принцесса, — зовет ее Старк. Тея утирает украдкой глаза и на него не смотрит, боясь, что мужчина заметит слезы. Он неожиданно садится рядом и берет ее за свободную руку. — Ты из-за этого из разумной девочки превратилась в самоотверженного героя без последних мозгов? Не надо так делать, принцесса Набу. Это плохой путь. Ты скажешь что-нибудь, чтобы меня поддержать, или так и будешь подпирать косяки?

Тея хмурится и поднимает голову: в дверях ее комнаты стоит очередной неожиданный гость. Это доктор Стрэндж. Он выглядит таким же уставшим, как и Старк, и его традиционный костюм мага с пурпурным плащом за плечами сменил простой брючный костюм.

— Мистер… доктор Стрэндж, — кивает девушка. — Здравствуйте.

Он не отвечает, проходит в комнату, закрывая за собой дверь, и становится прямо напротив Теи. Та не знает, ей нужно подняться с кровати и поприветствовать еще одного человека, которого ей хотелось придушить собственными руками, или же остаться сидеть, пристыженной.

— Я думал, вы все поняли давным-давно, мисс Амидала, — говорит Стрэндж вместо традиционных слов приветствия. Тея снова хмурится.

— Что?

— Я понимаю, что после моих слов вы, скорее всего, возненавидите меня гораздо сильнее мистера Паркера, — продолжает он, — но смотреть на бессмысленные самобичевания мне не позволит совесть. И мистер Старк, полагаю.

— Я не совсем понимаю, о чем вы…

— Я обманул вас, сказав, что ваши родные и парень погибнут в камне души из-за вашей ошибки, мисс Амидала. Никакой ошибки не было. Никто не умирал и более не собирается умирать.

— Что?..

Стрэндж переглядывается с мистером Старком, и тот встает рядом, напротив Теи. Оба выглядят так, как должна бы выглядеть сама девушка — виноватыми.

— Я вынужден был обмануть вас, чтобы пробудить ваши силы, — объясняет доктор. Он говорит это, а сам смотрит куда угодно, только не на Тею. Девушка стискивает руки, сжимает зубы. — Говорят, ваша способность управлять анаптаниумом подчиняется только вашим эмоциям. Мне нужен был самый мощный стимул.

На несколько минут в камне души Тея решила, что все, кого она любит, умрут по ее вине.

Самый мощный стимул.

— Я понимаю, что мои методы покажутся вам бесчеловечными, но…

— Эй, док, заткнулся бы ты сейчас.

Стрэндж был прав, утверждая, что силы Теи подчиняются ее эмоциям. Она втягивает ртом теплый воздух, открывает рот и — обоих мужчин сносит ударной волной прямо в стену за пятнадцать футов от Амидалы. Старк падает спиной на стеклянный столик и разбивает его, Стрэнджу достается удар в стену. Их осыпает крошевом из осколков столика и двух ваз.

— Уходите, — роняет девушка сиплым голосом. — Уйдите отсюда, пожалуйста.

Шури говорила, что Тею не выпустят из комнаты, пока не убедятся, что ее физическое и психическое здоровье в полном прядке. Похоже, с последним новостями Тея лишила себя возможности покинуть вакандскую лабораторию еще на пару недель.

***

Тея пытается уснуть, но выходит из рук вон плохо: она ворочается с боку на бок на мягкой кровати, пока голову разрывают мысли, одна другой краше. Ей мерещится оранжевый песок камня души, мучает вина перед Старком, сдвинутый морально-этический флигель, как сказал бы отец. Она беспокоится о семье, которую давно не видела. И о Питере.

На все вопросы о парне Шури отвечает, что не знает, где он. Врет.

Под утро, когда Тея решает, что выйдет сегодняшним днем из своей клетки во что бы то ни стало, закрытые двери вдруг сами беззвучно распахиваются. Амидала думает, что ей все привиделось в полусне, но потом слышит странный звук, похожий на тихий свист, с которым тонкая нить разрезает застывший воздух.

Она приподнимается с подушек, как только слышит мягкий стук.

— Кто здесь?

— Тея?

Девушка тянется к ночнику; свет озаряет полукруг рядом с ее кроватью, выхватывая из теней Питера, — он висит на потолке вниз головой. Тея охает, соскакивает с постели и преодолевает несколько футов в два прыжка, бросаясь Питеру в руки. Он едва успевает оказаться на полу, прежде чем девушка обхватывает его руками и ногами и повисает прямо на нем, вырывая из груди парня удивленное «ох».

— Где ты был?.. — шепчет Тея, обнимая Паркера за плечи.

— Здесь, в Ваканде! — восклицает Питер. — Мне сказали, ты спишь и тебя нельзя беспокоить, а потом еще кучу всего странного наговорили. Мне пришлось за мистером Старком следить, я ему маячок на пиджак прицепил днем, чтобы узнать, где тебя держат! Боже, ты вся дрожишь, все нормально?

Нет. Тея мотает головой, боясь отпустить парня: она обвивает его ногами за талию, виснет на нем и жмурится. Страшно, что он снова исчезнет, страшно, что уйдет.

— Сейчас, я тебя одеялом накрою, идет?

Вдвоем кое-как они добираются до кровати. Питер садится, аккуратно тянет на себя покрывало и укрывает обоих сразу. Тея оказывается у него под боком, стискивает своими руками одну его руку. Ей так много нужно ему сказать. Так много услышать. Знает ли он, что побывал в камне души и вернулся? Знает ли, что Тея считала его погибшим?

— Вот так, сейчас согреешься.

— Мне не холодно.

— Тея…

Питер переплетает их пальцы, сжимает их. Девушка слышит, как глубоко, гулко стучит его сердце.

— Тебе не говорили, что со мной, потому что они думают, будто я на всех кидаться стану, как в Нью-Йорке, — шепчет Тея. — Может, меня считают сумасшедшей, я ведь мистера Старка убить пыталась.

— Твой любимый доктор сказал, что он в камне души кое-что подстроил, чтобы тебя спровоцировать, — кивает Паркер.

— Ты знаешь?..

— Да.

Тея чувствует в его голосе злость и дивится, что слышит это от Питера. Питера, который всегда был добрее и самоотверженнее нее в разы. А она была рассудительнее и умела сочувствовать. Вот, как они оба изменились?

Питер смелее нее и знает, чего хочет и готов защищать это ценой всего. Тея умеет отстаивать свои убеждения. Но, кажется, теперь ее принципы терпят крах, а Питер научился бояться.

Потому что то, что он говорит ей теперь, насквозь пропитано страхом.

— Я видел, как ты рассыпалась, и если бы такое произошло снова, я не знаю, что бы мне пришлось…

— Я видела, как ты умирал двадцать семь раз.

Питер опускает к Тее испуганные глаза в пол-лица.

— П-правда?

Девушка кивает. Ей третьи сутки снятся эти чертовые оранжевые пески в чертовом камне души. Поэтому она плохо спит и выглядит хуже зомби. Поэтому смотрит на Паркера так, будто боится упустить его из виду.

— Ты сказал мне кое-что, в Нью-Йорке, — заикаясь, говорит Тея. Она тянется к ночнику, чтобы приглушить свет — лишь бы не было заметно, как покраснели ее щеки. Питер вдруг хмыкает.

— Да, я… Это правда! — он аж подскакивает, садится на кровати поудобнее, перехватывая Тею за талию. — Я тебя люблю. Видишь, я сказал еще раз, я же обещал, помнишь?

Его сердце стучит Тее прямо в ухо, громко, решительно. Она улыбается, кусая губы.

— Я тоже тебя люблю, — говорит девушка.

— Уф, слава богу. Просто я не очень хорошо себе представляю, что говорить, если бы ты ответила по-другому. Мэй сказала, что обычно парни должны признаваться в любви первыми, но тут вся эта тема с Таносом, и я боялся, что опоздал, и вдруг мы бы оба не выжили. Я бы, наверное, удавился, случись что-то…

Тея приподнимается на локтях и целует Питера до того, как он нагородит еще большей чуши. Хватит с них обоих всех этих «если бы».

========== Ошибки, что мы совершаем ==========

— Эй, а расскажи про параллельный мир? — просит Питер. Они с Теей лежат поперек кровати в ее доме, в Нью-Йорке, друг против друга, и девушка чешет щеку об коленку парня. Они сцепились руками и лениво играют в «схвати противника за большой палец».— Он такой же, как наш?

— Ага, — кивает Амидала. — Там даже есть точно такой же ты.

— Правда?

— Сама видела. Даже разговаривала.

— Что?! — Питер подскакивает, и Тее приходится поднять голову, чтобы взглянуть на него снизу вверх. — Мистер Старк сказал, что вы там никого не видели и ни с кем не разговаривали!

— Мистер Старк нагло тебе наврал, — припечатывает Тея. Она садится следом за парнем и усмехается. — Может, нам с тобой пора прекращать верить каждому слову этих взрослых?

Питер смущенно улыбается, взъерошивает волосы на затылке. Стесняется, это видно. Тея подозрительно щурится. Что с ним?

— А ты, ну… О чем вы говорили?

Амидала прячет невольную улыбку, но не выдерживает и усмехается.

— Прости. О тебе и о том, какой ты любопытный и суешь нос не в свои дела.

— Ты что, — лицо Питера вытягивается от удивления, — меня отчитала? Типа, как взрослая?

— Ну, технически, я тебя старше на два месяца.

— Неправда, всего на полтора!

— Да? А то, что я прожила лишние десять дней, потом вернулась назад во времени и прожила еще день?

Питер вспыхивает и бурчит себе под нос что-то нечленораздельное. Тея двигается к нему поближе и берет за руку.

— Вообще-то я не должна была там ни с кем говорить. Это вышло случайно, я не знала, что ты там появишься, — Паркер вскидывает голову, смотрит на Тею и хмурится.

— А я тебя видел? В смысле, он. Тот Питер Паркер.

— Ага. Другой ты сказал, что мы не знакомы. В смысле, мы друг друга в том мире не знаем. Забавно, правда?

— Не очень-то, — морщится Питер. Он опускает взгляд вниз, на их сцепленные руки, гладит большим пальцем костяшки Теи. Потом вдруг резко стискивает ее ладонь. — Если мы не знакомы там, то я, то есть, он будет тебя искать, верно же?

Это было бы очень мило и… неправильно. Поэтому Тея качает головой, думая, что воображение ее парня все равно нарисует ему светлое будущее для своей копии. Но он не был в параллельной вселенной, а Тея была. И она знает, как устроена эта хрупкая система. Самое важное, что девушка запомнила из своего путешествия — то, что события и люди в параллельных вселенных могут не совпадать ни на йоту. Тот мир, в котором Тея встретила второго Питера Паркера, может исключать существование самой Амидалы. Вот так легко.

— Не обязательно в той вселенной существует вторая Тея Амидала, Питер, — вздыхает девушка. — Так что вряд ли умненький Питер Паркер станет искать призрака. Я объяснила это ему, он пообещал, что не будет искать нас. В смысле, нас, Мстителей. Из параллельного мира.

Невнятное объяснение Теи Питер как будто пропускает мимо ушей, поджимает губы, мотает головой.

— Что? — сердится девушка.

Вместо прямого ответа парень вынимает из кармана толстовки что-то темно-синего цвета, напоминающее маячок, который он прилепил Тони Старку, чтобы отыскать комнату Теи в Ваканде. Сейчас они в Нью-Йорке, вернулись через пару дней после тех событий, Амидалу отдали на попечение беспокойным родителям и не выпускают из дома, ссылаясь на лечение. Зачем Питеру понадобился маячок, Тея не знает.

— Шури нашла его на твоем костюме, когда проводила тесты, — говорит Паркер. — Отдала мне, решила, что это мой. Но мой в тот момент был у мистера Старка. А этот…

— Твой второй маячок? — Тея вскидывает одну бровь и хмыкает. — Что, геройский мистер Паркер теперь следит и за своей девушкой?

Питер не кажется даже на мгновение сконфуженным, что девушку удивляет.

— Ты не поняла, да? — спрашивает он. — Приглядись, это не мой маячок.

Тея склоняется над крохотным жучком на ладони Питера. По форме он похож на маленького паучка — костюм Питера, старый костюм, из спандекса, а не вибраниумовый, как раз такими располагал.

— Вот мой, — говорит парень, доставая из кармана еще один жучок. Черный. — Они похожи, но не совсем. Видишь, на этом есть зазубрины по бокам. А на моем — нет.

Кажется, до Теи начинает медленно доходить. Испуг просачивается прямо в клетки кожи девушки, она сглатывает и теперь боится поднять на парня глаза. О, черт.

— Шури сказала, что нашла его в стыке между чешуйками в районе шейного позвонка, — говорит Питер. — Если я захотел бы посадить на тебя жучка, то выстрелил бы тебе в спину. Туда, где ты бы не заметила.

Черт.

— Хочешь сказать, это жучок из параллельного мира? — Тея кусает губы, отчаянно пытаясь отрицать свои догадки. О, мистер Старк убьет ее. Она до сих пор не извинилась перед ним за то, что пыталась убить, а потом еще за то, что опрокинула его на стеклянный столик в Ваканде. Теперь еще и это. Список грехов Амидалы растет день ото дня все больше, так что даже косяки ее парня теперь меркнут и бледнеют в сравнении.

— Странно, что он тоже восстановился, когда нас всех расщепило, да? — Питер пожимает плечами и вдруг кладет свою руку на плечо девушки. — Ну, старушка, как будешь исправлять ситуацию?

Тея впервые оказывается на месте Паркера. Обычно это он совершает глупости, а она его отчитывает, он идет извиняться перед Старком, а она стоит позади, чтобы сказать потом «Я же тебе говорила». Но теперь все ровно наоборот. А раз так, то…

— Надо сказать мистеру Старку, — вздыхает Амидала. Питер удивленно вскидывает брови.

— В самом деле?

— А что ты еще предлагаешь? Если другой ты все это время следил за мной, то слишком много знает. — Тея прячет лицо в ладонях и тяжко вздыхает. — Надо вернуться в тот мир и сказать ему, чтобы…

— Успокойся, — внезапно фыркает парень, — жучок не работает. Мы с Шури его проверили — он сдох дней пять назад. Наверное, после перехода через портал там плата не выдержала и сгорела.

Амидала отнимает ладони от покрасневшего лица.

— Правда? Тогда все в порядке, можно не волн…

— Тея, ты, блин, издеваешься?

Фраза, которую обыкновенно повторяет она, звучит из уст Питера настолько неестественно, что Тея давится воздухом.

— Ты говорила с любопытным, упертым и упрямым Питером Паркером, — растягивая слова, давит он. — Если я, то есть, он, не смог отследить тебя в нашем мире, то что, как думаешь, он будет делать в своем?

Что? Девушка хлопает глазами. То, что ее отчитывает сам Питер Паркер, кажется совсем неправдоподобным, даже в свете всех недавних событий.

— Он будет искать тебя! Тею Амидалу, живущую в мире того Питера Паркера!

— Вот еще! — отмахивается девушка. — Он меня, то есть, ее, в том мире даже не знает. Зачем бы ему искать какую-то обычную девчонку! У нее нет сверхспособностей и ничего такого, и вообще, может, ее не существует в том мире.

— Именно.

Тея хмурится, поднимает глаза к Питеру. Он кажется сконфуженным и разочарованным одновременно, и Амидала понятия не имеет, как ему удается сочетать на своем лице оба этих выражения.

— Упертый, как баран, Питер Паркер из параллельного мира будет искать возможно несуществующую девчонку.

Это похоже на правду. Кому, как не Питеру, знать себя наизусть. Почему-то Тее кажется, что даже разница в событиях не меняют людей из разных вселенных. Тот Питер ни словом, ни действием не отличался от ее Питера. И если бы он захотел отыскать Тею, то…

— Зачем бы ему искать меня? — Амидала предпринимает последнюю попытку, чтобы оттянуть неизбежный момент собственного поражения. — По всему выходит, что тот Питер должен быть влюблен в Лиз Аллен и ни о какой Тее не знать.

Питер смотрит на девушку, как на умалишенную.

— Ты что ревнуешь? — прыскает он со смеху. Не получив ответа, широко распахивает глаза и ахает. — Ревнуешь!

Парень падает на спину, хохочет в голос и, после того, как Тея бьет его кулаком в грудь, снова охает и тянет девушку к себе. Она падает ему на грудь, все еще краснея до кончиков волос.

— Вот представь себе… Ой, да хватит! Представь, что один парень очень-очень хочет проявить себя и стать настоящим героем, — Питер вздыхает и упирается взглядом в потолок, перехватывая руки Теи и кладя их себе на грудь. — Чтобы нравиться людям. И чтобы девчонки были от него в восторге, чтобы ему хватало смелости звать их на свидания. Может быть, ему даже нравится какая-то определенная девушка. Не закатывай глаза. И тут, в один день, представь, ему на голову сваливается девчонка в суперкостюме, показывает фокусы со щитами, рассказывает о параллельных мирах и строго-настрого просит его молчать обо всем этом. У-у-у, тайна, всемирная загадка, которую парню нужно хранить! Это очень крутая девчонка, он такой никогда не встречал. Плюс, она красивая и умная. И она говорит, чтобы он ее не искал. И исчезает.

Тея трет нос, пытаясь побороть смущение. Когда-нибудь она привыкнет, что ее собственный парень делает ей комплименты, совершенно не понимая, что это комплимент.

— Представила? — тянет Питер, не обращая внимания на сконфуженную девушку. — Знаешь, что станет делать этот парень? Да он в лепешку расшибется, чтобы отыскать ту девчонку!

Все это походило бы на сказку на ночь, способ задобрить Тею. В самом деле, какой девушке не захочется знать, что ее парень верит в любовь между ними даже в параллельных мирах. Только Тея живет в реальности. И понимает, что не всегда люди предназначены друг другу в других вселенных.

— Питер, это все может не иметь смысла, — говорит она. — Ты основываешься на своих чувствах. Ты влюбленный дурачок, а тот Питер, другой, может быть влюблен в какую-нибудь девочку, совсем на меня не похожую. Давай смотреть правде в глаза: ты сейчас говоришь все это, веря, что тот Питер влюбился в меня в суперкостюме, так?

Паркер приподнимается на локтях, подтягивает за собой Тею и садится, упираясь лопатками в спинку ее узкой кровати.

— Пусть я опираюсь на свои чувства. Но я-то себя знаю. Ни в кого тот Питер не влюблен. Даже если ему очень-очень нравится Лиз Аллен или ЭмДжей.

— ЭмДжей? — восклицает Тея.

— Тише, я для примера сказал, честно. Ай!

Амидала обиженно фыркает, тыкает парня в бок и, извернувшись, кладет голову на грудь Питеру. Он усмехается, зарывается пальцами свободной руки ей в волосы. Перебирает их пальцами, лениво возит по плечу. Усмехается.

— Ладно, может, я и не совсем прав. Вот если бы ты меня там поцеловала, то… Нет, хорошо, что ты этого не сделала. Я бы заревновал, а потом чувствовал бы себя ужасно. Черт, да это же форменное сумасшествие! «Мой лучший злейший враг» какой-то!

И вот тут Тея понимает, что Питер, все-таки, прав…

***

— Ну, как я выгляжу?

Питер давится воздухом.

Он и Тея приглашены на торжество мистера Старка и Пеппер Потс, и он рад, что, несмотря на разногласия, мистер Старк не держит зла на его девушку. Последние пару недель она ходила сама не своя и пыталась связаться с миллиардером раз десять, не меньше. Питер ее понимает. Тея хочет извиниться, загладить вину (хотя он уверен, что ни в чем она не виновата). Ну, почти ни в чем.

— Питер?

— Д-да! — заикается он и краснеет. — Ты хорошо выглядишь. Очень.

Ему нравилось ее выпускное платье в прошлом году, хоть Питер и не нашел времени сказать девушке об этом, как следует. Нынешний наряд нравится ему гораздо больше, а сказать он все еще ничего не может.

— Спасибо, — улыбается Тея. — Идем скорее, а? Не хочется опоздать, а мне еще с мистером Старком надо поговорить.

Из-за того, что ее не выпускали из дома без присмотра родителей, сейчас Тея пытается наверстать упущенное. Питер попросил у Мэй машину, чтобы отвезти их в дом Старка самостоятельно, но перед этим обещал проехать мимо мемориала Капитану Америке. Когда они прибывают в парк, как по команде, в небе начинает грохотать.

Тея спешит вверх по пригорку к большой стеле из мрамора, придерживая подол, но ее каблуки все равно тонут в мягкой почве. Девушка чертыхается через раз, потом ойкает и извиняется.

— Ты чего?

— А… Перед мистером Роджерсом стыдно, — говорит Амидала, смахивая с лица выбившуюся прядь волос. Питер усмехается и подает ей руку.

Они проводят рядом с мемориалом минут десять, прежде чем с неба начинает накрапывать дождь. Крупные редки капли ударяются об мраморную доску, на которой стоит стела, Питер ищет укрытие, но рядом с пригорком в самом центре парка ничего нет. Тея молча берет его за руку и окружает их пару своим желтым куполом.

— Мистер Старк велел тебе не применять силу, — говорит Паркер.

— Это меня не напрягает, — отвечает девушка. — К тому же, я не хочу испортить себе прическу и платье.

— Точно.

Вниз они спускаются только после того, как Тея несколько раз говорит незримому собеседнику в лице Капитана Америки «простите» и «спасибо». Питер думает, что перед ним ей не за что извиняться, но не возражает и никак это не комментирует. Он думает, что нужно было завернуть к Стиву Роджерсу после торжества у Старков, чтобы Тея не выглядела такой грустной теперь, когда они направляются на всеобщий праздник. Только девушка молча переплетает свои пальцы с его и чуть улыбается. Все в порядке.

Свадьба мистера Старка пройдет только завтра. Сегодня же Питер и Тея приглашены на закрытую вечеринку на базе Мстителей. Говорят, Тони Старк собирается устроить какой-то сюрприз на официальной церемонии, поэтому никого особо туда не зовет. После недавних событий любое официальное торжество для публики кажется кощунством. Питер подъезжает к базе Мстителей, помогает Тее выбраться из машины и идет с ней под руку к главному зданию, все время огладываясь на стоящую под дождем крошку тети Мэй. Права он получил только пару месяцев назад и водит еще не так уверенно, как хотелось бы, но, опять же, после недавних событий даже вождение кажется сущей мелочью.

Тея волнуется. Она научилась контролировать свои силы, и теперь руки у нее не светятся всякий раз, как она испытывает стресс, но Паркер прекрасно чувствует, когда девушка нервничает. Сейчас она крепко стискивает его ладонь в своей и рвано дышит.

— Эй, да все будет нормально, — говорит Питер в лифте. Тея оборачивается и смотрит на него широко распахнутыми подкрашенными глазами. Красивая.

— Думаешь, он меня простит?

Парень не успевает ответить: перед ним и распахиваются двери лифта, их встречают взрослые люди, только недавно бок о бок сражавшиеся за спасение человечества. Наташа Романофф проходит мимо и подмигивает, салютуя бокалом в руке, лохматый енот рявкает, что они опоздали. Квилл хлопает Паркера по плечу и улыбается Тее.

— Привет, маленькая мисс! — приветствует он девушку. — Рад встрече! Держи этого шкета подальше от космолетов, окей?

Тея непонимающе ведет плечом.

— Я метнул в него деталь космолета читаури, — объясняет Питер, вспоминая эпизод из сражения за Нью-Йорк. — Случайно.

Они ищут Старка. Питер мог бы попридержать такое рвение, но Тея слишком нервничает, чтобы сосредоточиться на чем-то ином, поэтому парень помогает ей отыскать виновника торжества. Тони стоит на втором ярусе и смотрит вниз на всех своих гостей. Пеппер ласково проводит рукой по его плечу, а потом улыбается, видя приближающихся к ним подростков.

— Мистер Паркер! — кивает Старк. Жмет ему руку, как взрослому, подмигивает и только потом смотрит на смущенную донельзя Тею. — Мисс Амидала. Рад вас видеть сегодня. Ты как, принцесса?

Тея выглядит совсем нездоровой: краснеет, бледнеет, кусает губы. Она сцепляет руки в «замок», опускает голову, горбится, и Питер уже думает, что девушка скорее убежит прочь, чем скажет что-то, но тут она, набирая в легкие воздух, выпаливает:

— Простите меня, мистер Старк!

— О, — удивляется миллиардер. — Все в порядке, детка, я не…

— Нет, не в порядке, — Тея мотает головой и вдруг смотрит на мисс Потс. — Здравствуйте. Простите, я тут… Я чуть не убила мистера Старка.

Пеппер внезапно смеется.

— О, милая, не беспокойся об этом. Не ты первая пыталась это сделать. Я тоже временами хочу его убить.

— Что? Неожиданные новости, — усмехается Старк.

— Заткнись.

Питер кашляет, привлекая внимание пары. Пеппер понимающе ему улыбается и предлагает спуститься к гостям, так что Тея и мистер Старк остаются наедине. Уходя, Паркер слышит, как девушка тихо говорит миллиардеру «Простите, мне очень стыдно за свою оплошность».

Но не успевают он и Пеппер спуститься вниз, чтобы поприветствовать только что прибывших Тора и — неожиданно — Локи, как голос Тони Старка прорезает гудящую музыку:

— Ты — что?

Комментарий к Ошибки, что мы совершаем

Окей, не последняя. Следующая будет последней. Прям точно.

========== Через вселенные ==========

— Пеппер! — говорит мистер Старк, спускаясь по лестнице к своей невесте. — Если у нас будут такие же дети, сдадим их в интернат! А себе найдем умного толкового пацана с задатками гения.

Мисс Потс смеется, несмотря на грозный вид миллиардера. За ним, спотыкаясь на каблуках, спешит понурая Тея.

— Вот еще не хватало мне дел сегодня, кроме как разбираться с подростковыми заскоками! — ворчит мужчина. Ловит в толпе гостей Питера — его вихрастая шевелюра торчит из-за спинки кожаного дивана между Хэппи и Тором. — Пацан! Живо ко мне. Простите, друзья, тосты и тортики придется отложить на пару минут. Я скоро.

Он бы увел Тею и Питера за шкирку, обоих, но это повлекло бы за собой ненужные вопросы, поэтому подростки идут за его спиной и опасливо переглядываются. Тея уверена, что сейчас ей влетит за все на свете — и это будет правильным решением.

— Прежде всего, проясним ситуацию, — говорит Тони Старк, разворачиваясь в своем кабинете, как только дверь за Паркером и Амидалой закрывается. — Я не злюсь на тебя за то, что было сделано в Нью-Йорке или в Ваканде. Ясно? Я злюсь за то, что ты ослушалась моего прямого указа в… в другом Нью-Йорке! Господи-Боже, почему это так сложно…

Он закрывает ладонью лицо, опирается на письменный стол, заваленный всяким технологичным барахлом. Тея медленно ему кивает. Понятно. В самом деле, чего еще она могла ожидать.

— Я правильно тебя понял, — вздыхает Старк, — ты говорила и обнимала Паркера из другого мира?

— Ты — что?! — вскрикивает Питер. Ну же, мистер Старк, в вас нет ни капли сочувствия и понимания…

— Я не удержалась! — защищается Тея, стискивая пальцы в кулаки. — Он был такой же, как ты, а ты, между прочим, в тот момент уже умер! Я не хотела все портить, но… раз уж мы с ним и так говорили, я подумала, что не будет ничего страшного, если я его обниму и попрошу быть осторожнее.

— Вот тогда-то он тебе жучок и прицепил! — восклицает Питер. У него краснеют уши, и Тея, замечая это, поджимает губы, чтобы не улыбнуться против воли. Ревнует к самому себе, смешно же.

— Так, стоп, — мистер Старк отталкивается от своего стола и подходит к пререкающимся подросткам. Смотрит на Тею и Питера сверху вниз, вздыхает. — Что ты сказал про жучок? Ты нашла у себя жучок с того света?

— Шури нашла, — поправляет его Питер. — И отдала мне, думала, он мой. А это не мой жучок, свой я оставил…

— На моем костюме, я в курсе, пацан.

Паркер смущенно умолкает и отворачивается. Старк сует руку в карман брюк и вынимает оттуда маленького паучка. Черного, гладкого.

— Возьми, шпион. Хорошо сработано, кстати, я заметил его только спустя пару дней.

Питер принимает своей же маячок с явным удивлением на лице.

— Вы его не выкинули…

— А зачем? Я свою работу в мусорку не бросаю. Чертовски полезная вещь, да?

Тея думает, что сейчас он вернется к обсуждению ее проблемы — то есть, начнет сердито ходить взад-вперед, ругать ее за оплошность и грозить очередным домашним арестом. Но мистер Старк тянет руку ко второму карману своих брюк. И вытаскивает из него еще один маячок. Темно-синий, с зазубринами. Тея икает от удивления, глаза Питера ширятся и грозятся вывалиться из черепа.

Черт возьми.

— Узнаешь вещицу? — усмехается Старк. — Я вот думал было, что ты мне два маяка нацепил, для верности, но потом заметил, что они разные. И что-то подсказывает мне, что жучок, найденный Шури на костюме Амидалы, с этим совпадает. Верно?

Тея в очередной раз вздыхает. Верно, все так. Значит, умненький Питер Паркер из другого мира успел прицепиться и к ней, и к Старку.

— Я его уже проверил, он не работает, — говорит мужчина. — Но, все-таки, кое-что передать мистеру Паркеру успел. Что это значит, детки?

— Что у нас большие проблемы, — растягивая слова, отвечает Питер.

— У меня, — поправляет его Тея. Одергивает за руку, но он поднимает к ней глаза и качает головой.

— Правильно, у вас, — кивает Старк. — Потому что он за тебя отвечает.

— Нет, он ведь не виноват!

— Но отвечать будет. Так или иначе, мистер Паркер у нас выходит виноватым. Не этот, так тот, другой. Из того мира. Проклятье, с этими мультивселенными даже у меня мозги едут…

Старк отходит к окну, выглядывает на утопающий в сумерках двор базы Мстителей. Самолет починили, он стоит на том же месте, где и должен, рядом с квинджетом. Квинджет лишился крыла в сражении за Нью-Йорк, и теперь ждет помощи. Тея видит летательные аппараты Мстителей за плечом мистера Старка, переминается с ноги на ногу. Питер берет ее за руку.

— Не должен ты за меня вступаться, раз я провинилась, — шепчет девушка.

— Ага, ты ведь никогда за меня не вступаешься, да?

Вот сейчас они похожи на себя прежних: Паркер благородно выгораживает Амидалу, пока она отстаивает свои принципы. Упрямые и упертые.

— Есть идеи, как все исправить? — вдруг спрашивает мистер Старк. Тея вздрагивает и оборачивается к нему.

— Можно отправиться в ту же вселенную? Я поговорю с Питером, объясню все, чтобы он не…

— Чтобы он — что? — Старк вскидывает одну бровь, как будто действительно не понимает, к чему ведет девушка.

— Чтобы он не пытался найти Тею или кого-то еще из параллельного мира, — говорит за нее Паркер. — Он определенно будет, мистер Старк, я знаю.

— О, не сомневаюсь в этом!

— Тея сказала, что в том мире ее может не существовать вовсе, а я, то есть, он, точно захочет отыскать ее.

Миллиардер внимательно смотрит на Питера. Переводит взгляд к Тее. Она не знает, что сказать. Она думает, что Питер не прав, но это говорит в ней собственная неуверенность, а не здравый смысл. Правильнее будет довериться парню, когда он говорит, что будет делать его точная копия в другой вселенной. Но как она может? То, что на нее в свое время обратил внимание даже один человек-паук, уже большое удачное стечение обстоятельств, что уж говорить о двух сразу.

— Ну, ладно, — неожиданно хлопает в ладоши мистер Старк, привлекая к себе внимание обоих подростков. — Потом скажете мне спасибо за то, что позволяю вам все это. Идем со мной.

Он выводит Питера и Тею в дверь и ведет по коридору, спускается по витой лестнице еще ниже и оказывается перед дверьми своей лаборатории. Точно такая же была в башне Старка в самом центре Нью-Йорка, но ни Питер, ни Тея об этом не знают. Сейчас они смотрят на стеклянные двери технологического чуда во все глаза и ахают, едва в лаборатории загорается весь свет.

Посреди огромного полупустого помещения Тея видит знакомое кольцо портала. Он светится голубым и искрит.

— Вы привезли его из Ваканды! — ахает девушка. — Разве мистер Лэнг разрешил забрать его? Это же технологии доктора Пима!

— Да, а я оказал им всем огромную услугу, вернув с того света, — Тея укоризненно смотрит на Старка, и тот поднимает обе руки. — Ладно, ты оказала. Но у тебя бы ничего не вышло, если бы я тебе не помог. Так что сделка честная. Верно?

Девушка в любом случае спорить не намеревалась, поэтому молча проходит вперед и встает рядом с завороженным Питером.

— Нравится, бойскаут? — спрашивает Старк, опуская руку на плечо парню. — Жаль, не я до этого додумался. Можно было столько всего внедрить к нам из других миров. Кхм, ну, да ладно.

Он обходит портал, пока Тея косится на Паркера.

— Круто?

— Не то слово! — восторженно кивает парень.

Старк следит за ними обоими и вдруг усмехается.

— Ладно, ребятки, будет вам экскурсия. У вас есть два часа, чтобы отыскать там другого Паркера и вернуться обратно. В противном случае, я запру вас в том измерении насовсем-навсегда, ясно?

— Что? — ахает Тея. — Но как же мы… И почему мы оба? Это не повлияет на какие-нибудь…

— Другой я вам все объяснит, я его уже предупредил. Попадете прямиком в лабораторию в башне Старк. Все, вперед.

И он включает портал, так что свечение вокруг него усиливается и медленно, скачками заполняет собой все пространство вокруг, и фигуры изумленных Питера и Теи тоже. В следующий миг их выплевывает по другую сторону: портал оказывается у них за спиной, и, после того, как глаза привыкают к свету, Тея видит перед собой Тони Старка. Другого Тони Старка.

***

— Привет, детки, — говорит второй Старк. — Хорошо добрались? Не укачало в дороге?

Питер приходит в себя первым.

— Мистер Старк? Класс!

— Да-да, парень, я в курсе, — кивает ему мужчина. На нем не серый костюм с галстуком, а простой бордовый свитер и кожаная ветровка, и на лице отсутствует пара заметных шрамов, которые мистер Старк с их родной реальности носит после войны бесконечности. Но выглядит этот Старк так же внушительно и сердито.

— Что ж, поздравляю! — он хлопает в ладоши, заставляя Тею чувствовать себя не в своей тарелке. — Вы умудрились испортить сразу две вечеринки аж двух Старков. Делаете успехи, а?

Питер чешет в затылке. Тея вскидывает голову, чтобы взглянуть в глаза взрослому.

— Не мы, — говорит она. — Я. Я знаю, что не совсем правильно поступила.

— Ты его обнимала! — не выдержав, восклицает Паркер.

— О, да Боже мой! — ворчит Старк. — Успокойся, парень. Не зажимались же они, пока ты не видел. На самом деле… — он отталкивается от стола с голограммами, на котором до этого сидел, и подходит к Тее. Девушка думает, что сейчас и он ее отругает, но этот Старк только хмыкает. — Я пригласил своего парнишку в гости. Он будет здесь с минуты на минуту, так что ты можешь дождаться его наверху и поговорить. У меня сейчас что-то вроде вечеринки, как вы поняли.

— А я? — недоуменно тянет Питер. — Мне нельзя поговорить со вторым собой?

— И вызвать кучу вопросов у моих гостей? Нет уж.

Старк машет им рукой, и Тея вслед за Питером выходят из лаборатории и поднимаются по лестнице. Она отличается от той, что они видели на базе Мстителей в родном мире, но это — не база Мстителей, а башня Старка, которую тот не продал и, видимо, продавать пока не намерен. Тея гулко стучит каблуками по паркету, ведущему вдоль коридора к лифту.

— Так, принцесса, — обращается к ней Старк, используя знакомое прозвище. Тея даже не удивляется. — Тебе — наверх, встречать местного Паркера, а тебе, — он поворачивается к обиженному Питеру, — в игровую. Поиграешь там в плейстейшн, посмотришь финал ЭнБиЭй, идет?

— Это нечестно! — восклицает Питер. — Почему мне тогда позволили прийти сюда с Теей? Мистер Старк— не вы, другой мистер Старк! — прекрасно знает, что я не буду отсиживать в детской комнате, пока моя девушка идет флиртовать с… со… со вторым мной! Вот блин, это действительно странно.

— Я не буду с ним флиртовать, — отмечает Тея, поджимая губы. — Несправедливое обвинение, между прочим.

— Ты с ним обнималась, пока я был мертвым, все справедливо.

Девушка закатывает глаза. Как будто ей это все по душе. Исправлять свои ошибки, которые и ошибками-то не считаются, если взвинченный подросток и один высокомерный взрослый не указывают на это. Тем не менее, Тея кивает.

— Окей, можешь прицепить мне жучок, если так за меня боишься, — говорит она. Питер вспыхивает и фыркает, скрещивая на груди руки, а мистер Старк…

— Никаких жучков. Хватит с вас, детки, шпионских игр, ясно? Второй я дал мне четкие указания насчет вас двоих: ты отшиваешь моего пацана, чтобы он не лез в ваш мир, а ты, мистер ревнивец, потом забираешь ее и уводишь отсюда к чертям. И чтоб я вас двоих в своей реальности больше не видел. Ясно вам?

Ясно. Тея поджимает губы, недовольно кивает. Питер не кажется ей и на долю убежденным в правоте обоих Старков, но дает отправить себя в отдельный зал. «Я прослежу за вами», — шепчет он на прощание девушке, только все это выглядит больше угрозой, чем обещанием. Тея фыркает. Герой-супергерой.

Она идет вместе с пританцовывающим мистером Старком в главный зал, где прежде уже бывала: он с панорамными окнами, открывающими вид на ночной Нью-Йорк, и весь под завязку набит людьми — разодетыми в красивые платья женщинами и очень высокими мужчинами.

— У вас финал ЭнБиЭй? — хмурится Тея. — В нашем мире он прошел пару недель назад!

— Да, прекрасно, принцесса, — тихо отвечает ей Старк, — только поменьше говори при посторонних о всяких наших-чужих мирах, идет? Иди присядь. Питер скоро подойдет.

Тея кивает и направляется к дивану перед большим экраном. Ей кажется, что по ее ноге ползет что-то маленькое и с лапками, но боится, что, если потянется вниз, то мистер Старк это заметит. Маленький паучок забирается до самого плеча под платьем и выползает у шеи Амидалы.

— Щекотно, блин, Питер! — шикает девушка.

— Что такое? — к ней с дивана оборачивается Хэппи Хоган. Точно такой же, как в ее мире, только с бородкой под Старка.

— Хэппи! — невольно вырывается у Теи. Мужчина хмурится.

— Мы знакомы? Откуда здесь дети? Эй, Тони!

— Все в порядке, она со мной, — мистер Старк кричит своему охраннику от барной стойки, где приобнимает какую-то девицу, даже отдаленно не напоминающую мисс Поттс. Тее это не нравится. В этом мире они расстались? А как же свадьба?..

— Нет уж… — вздыхает Хэппи и идет к своему начальнику.

Хорошо, что Шури усовершенствовала костюм Теи и теперь его можно носить с собой на простом браслете кимойо. Девушка активирует фоновый режим, переключаясь между каналами просто щелчком пальцев, и настраивается на волну Питера.

— Привет, милый, — смеется она, прикрывая нижнюю часть лица волосами.

— Очень смешно, — фыркает ей в ухо Питер. — Ты его уже видела?

— Нет, Старк сказал, что он подойдет чуть позже.

— Да, я слышал, как Хэппи говорил с ним у лифта. Похоже его отправили за крекерами для Тима Данкана.

— Для кого?

— Для Т. Тим Данкан! — восклицает Питер. — Да он сидит прямо перед тобой!

Тея крутится на каблуках, осматривается и замечает высокую фигуру темнокожего человека за спинкой дивана. Ах, этот Тим Данкан…

Она отворачивается, чтобы не привлекать чужого внимания и отходит к панорамному окну, подальше от толпы людей, когда слышит звонкий голос Паркера:

— Мистер Данкан! Это вам!

Он в самом деле притащил крекеры для баскетболиста. Хэппи на другом конце зала выглядит довольным собой, но замечает Тею и перестает улыбаться. Девушка делает вид, что ее совсем не волнуют взрослые. Что ее совсем не волнует этот Питер Паркер.

— Эй, вы не видели мистера Старка? — спрашивает Питер у Данкана. — Он должен ждать меня, он сказал…

— Привет, Питер.

Парень оборачивается и видит Тею прямо у окна, в десяти шагах от него. Его глаза ширятся от удивления, он ахает и перепрыгивает через диван, забывая и о Тиме Данкане, и о мистере Старке. Амидала смущенно улыбается.

— Веди его в детскую комнату! — шипит Питер ей в ухо. Девушка шикает.

— Т-тея! — заикается местный Паркер и встает рядом с ней. — Как ты… Ты же сказала, что больше здесь не появишься!

— Да, а ты жучок мне на костюм прицепил, — парирует Тея. — И моему Старку тоже.

— Ты заметила, — выдыхает парень.

— Нет, Питер заметил. В смысле, мой Питер.

Паркер недоуменно хмурится. Чтобы не сойти с ума окончательно и не свести с ума его, Тея вздыхает и неожиданно берет парня за руку. Он мгновенно краснеет.

— Идем со мной, надо поговорить! — резко припечатывает Амидала и ведет Паркера из шумного зала, не обращая внимания на провожающие их взгляды Хэппи и мистера Старка.

Они идут к лифту и поднимаются на этаж выше, где, как Тея помнит, находится открытая площадка. Сюда в ее мире приземлялся квинджет Мстителей и все костюмы железного человека. Что происходит на этой площадке в данной вселенной, девушка не представляет.

— Тея, вы где? — раздается у нее в ухе голос Питера. Тея вздыхает.

— Прости, Пит, поговорим позже, — тараторит она и отключает парня от своей волны. Он убьет ее, но так будет легче. Говорить сразу с обоими Питерами Паркерами она просто не сможет, тем более не будет устраивать этим двоим рандеву на крыше.

Тея поворачивается лицом к недоумевающему Паркеру: у того покраснели уши, и он явно не находит слов.

— Я здесь ненадолго, — поясняет девушка. — Мистер Старк — мой мистер Старк — велел мне утрясти одно дело.

— К-какое?

— Твое, Питер. Я не совсем правильно поступила, когда раскрыла себя в прошлый раз, и слишком много тебе рассказала.

— Тебя за это накажут? — охает парень.

— Нет. Надеюсь, что нет. На самом деле, я… Черт, я не знаю, как сказать тебе, чтобы ты не расстроился, но…

— Я искал твою копию здесь, в моем мире, — перебивает ее Питер. Тея замирает на месте. Так ее Питер был прав…

— Нашел? — неуверенно спрашивает девушка. Паркер разочарованно стонет.

— Нет, в том все и дело. Я думал, наши миры совпадают, ведь ты мне так сказала, а оказалось, что…

Нет, все-таки права была Тея. Она вздыхает и тянется, чтобы похлопать Питера по плечу, но вовремя себя одергивает. Лишние прикосновения будут… не к месту.

— Мне жаль, Пит, — говорит она и в самом деле чувствует, что сожалеет. — Именно это мне и нужно тебе сказать: наши миры совпадают не полностью. В твоем все в порядке, не было никаких страшных катастроф, Мстители все живы и здоровы, и мы в башне Старка!

Питер хмурится, и Тея почти улыбается в ответ на его недоумение.

— Мой мистер Старк продал башню. Мы сейчас базируемся на территории за городом. И, Пит… — Тея кусает губы, отводит взгляд. Питер терпеливо ждет, когда она соберется с мыслями. — Дело в том, что в этом мире меня может не быть совсем. Возможно, здесь не существует девушки Теи. Не ищи меня понапрасну.

Питер смотрит прямо ей в глаза и более не краснеет. Сжимает губы, обиженно фыркает. Ветер треплет его волосы и клетчатую рубашку — у Питера из мира Теи была такая же в прошлом году, а потом он потерял ее вместе с очередным рюкзаком, пока гонял по Куинсу в костюме из спандекса.

— Слушай, я… — Тея заикается и не может продолжить. Что сказать ему? Ты мне нравишься, но поищи в своем мире другую девчонку? Ты хороший парень и найдешь себе кого-то? Глупости! С чего Тея вообще решила, что местный Питер ищет ее из-за своей мнимой влюбленности! Эти мысли ей навязал Паркер и Старк из ее вселенной, а собственная интуиция подсказывает девушке, что парень перед ней просто очень любознательный и сует нос в чужие паранормальные дела из собственного любопытства, а не из-за разыгравшихся гормонов. Да, скорее всего, так оно и есть.

— Какое твое полное имя? — вдруг спрашивает Питер, вскидывая к Тее голову.

— Что?..

— Твое полное имя. Фамилия же у тебя есть.

— Питер…

— Я просто пробил по базе данных всех девчонок в возрасте от четырнадцати до семнадцати с именем Тея и никого не нашел похожего. Карен сказала, совпадений быть точно не может, так что, скорее всего, я ввел не те данные, и, может, если бы ты…

— Питер, ты не можешь искать всех, кто…

Тея не успевает договорить: двери на крышу вдруг с громким визгом распахиваются, ударяясь об стенки дверными ручками, и на залитом комнатным светом пороге появляется… Питер. Питер Паркер из мира Теи. Девушка ахает, пока ее сердце спешит покинуть грудную клетку и устремиться в пятки. Ничего страшного не случится, если одна копия увидит другую — она уже наблюдала беседы двух Старков, и мир после этого не раскололся на части, а уж Тея-то знает, когда вселенной приходит конец света, и это совсем не тот случай. Но ей все-таки на мгновение кажется, что сейчас мироздание треснет пополам, потому что два Питера Паркера смотрят друг на друга во все глаза, одинаково открывают рты и вот-вот заорут.

Но ее Питер берет себя в руки быстрее.

— Идем, если не хотите проблем от мистера Старка. Нас ищет Хэппи.

Тее не нужно повторять дважды. Она хватает примерзшего к месту Паркера за руку и тянет вслед за собой. Питер, Тея и снова Питер бегут через крохотную лоджию к лифту, но Паркер сворачивает раньше и уводит их троих на лестницу. Тея снимает туфли после одного пролета, чтобы не стучать каблуками, и спускается за парнем, постоянно оборачиваясь на второго. Одинаковые, кто бы мог подумать. Совсем одинаковые! Только у ее Питера есть шрам над бровью, который он заработал в недавнем сражении за Нью-Йорк, а вот лицо второго чистое, без единого синяка или царапины. Как не сойти с ума…

Они спускаются на три этажа, оказываясь прямо под залом, где сейчас идет вечеринка. Питер заводит их в комнату с огромным экраном во всю стену. Финал ЭнБиЭй разворачивается на полную катушку.

— В чем дело? — задыхаясь, шипит Тея — не столько от вынужденного побега, сколько от всей ситуации сразу. Она стоит между двумя Паркерами и почти не может их различить. Так, ее Питер прибыл сюда в костюме для вечера у мистера Старка. Местный Питер носит клетчатую рубашку.

— Мистер Старк пригласил на свою вечеринку других подростков, — говорит Питер в костюме. Он старается не смотреть на свою копию, в то время, как второй парень вовсю глазеет на свое же лицо со шрамом.

— И?

— Это два парня и девушка, дети ученого одной из лабораторий Старк Индастри, в которой не так давно произошел странный взрыв.

Тея все еще не понимает, почему какие-то дети так напугали ее парня. А он вдруг добавляет:

— Девушка меня видела. Я шел искать вас, потому что кто-то отключил маячок, и мы столкнулись в коридоре. Мне пришлось назвать свое имя, ведь я подумал, что… — он облизывает губу, косится на свою копию, переводит взгляд обратно к Тее. Потом, не выдержав, все-таки смотрит прямо на себя, второго. — Странно вот так вот друг с другом познакомиться, да? Ты искал в этом мире Тею Амидалу?

— Ами… Твоя фамилия Амидала? — ахает Паркер. О, да ради Бога, неужели все Паркеры всех вселенных тащатся по Звездным войнам?! Тея закатывает глаза.

— Так искал? — давит Питер.

— Да.

— Нашел?

— Нет.

— Правильно, — кивает Паркер. Тея смотрит на своего парня такими же удивленными глазами, что и его копия. — В твоем мире нет Теи Амидалы. Здесь живет Тесса Холланд, у нее есть два младших брата, Гарри и Сэм. И все они сейчас тусуются в зале с мистером Старком.

Тея хмурится, тяжело дышит. Питер смотрит на нее так, будто только что увидел восьмое чудо света, а она не может сфокусироваться на лице парня, потому что их сразу двое, и оба одинаково взбудоражены.

— То есть, в этом мире меня зовут Тесса? — неуверенно спрашивает девушка. Питер удовлетворенно кивает, при этом кажется донельзя счастливым.

— И она недавно угодила под пары цветка из садов Ваканды, которые исследовал ее отец. Взрыв в лаборатории, говорил же.

— А откуда ты… — тянет Паркер в рубашке, и его копия подскакивает на месте от возбуждения.

— Прошерстил вместе с Карен недавние новости. О, и, раз уж я назвал свое имя, тебе теперь придется выкручиваться перед нею самостоятельно. Не благодари.

Черт возьми. Тее кажется правильным сейчас рассердиться или хотя бы сделать вид, что она сердита, но не может. Она открывает рот и начинает хохотать, не умея сдерживаться.

— Эй, что смешного? — возмущенно шипят оба Питера. Девушка заливается еще громче.

— Это… абсурд! Полный абсурд! Ой, видели бы вы свои лица!

— Видела бы ты свое, — бурчит Питер в костюме. — Тесса Холланд. Что за фамилия…

Тея предполагает, что ее копии здесь не грозят шутки по вселенной Звездных войн. Что к счастью для нее же.

— Думаю, мистер Старк специально это сделал, — говорит девушка, отсмеявшись. — Знал, что ты будешь искать меня.

Питер против воли краснеет, пока его копия из иной вселенной хлопает его же по плечу.

— О, да все это знали! — вскрикивает он. — Я бы тоже тебя искал, если бы мы не были знакомы.

Они друг другу понимающе кивают — эти Питеры Паркеры. Тея думает, что можно оставить их поговорить на пять минут, но судьба распоряжается по-другому и является в их тайную комнату в лице мистера Старка.

— Итак, детки, — весьма прозаично и нисколько не удивившись, говорит он, открывая двери. — Наворковались? Принцесса, Паркер, вам пора в обратный путь. А ты, парень, марш в зал к гостям. Тебя ждут.

Тея и Питеры переглядываются, девушка пытается справиться с лицевыми мышцами и спрятать от них улыбку. Парни усмехаются пугающе одинаково, прежде чем покинуть комнату под строгим взглядом мистера Старка.

— Вы все подстроили! — восклицает Амидала. Она останавливается прямо в коридоре, чтобы надеть обратно туфли, и ей — подумать только! — с двух сторон помогают оба Паркера. Причем ее Питер косится на второго с недоверием. Тея хмыкает, но почему-то ловит себя на мысли, что стесняется взять своего парня за руку на глазах у второго. Черт, нужно сваливать из этого мира, пока у нее не развилась шизофрения!

— Нет, детки, это простое совпадение. Эй-эй! — мистер Старк останавливает своего Паркера прямо перед лифтом, куда заводит Тею и Питера. — Тебя, парень, ждет кое-кто в зале, иди знакомься! А этим голубкам пора отчаливать. Уже попрощались?

— Нет, подождите! — вскрикивает Питер. Он смотрит на Тею, уже стоящую в лифте, на свою копию в костюме. Сглатывает слюну и неуверенно переступает с ноги на ногу. Девушка косится на своего парня. — А вы…

— Мы, наверное, больше не вернемся… — говорит Тея, кусая губы. — Так что пойдем разными дорогами, Питер.

— Да уж, — выдыхает он. Чешет в затылке, смущенно ведет плечом. — Ну, по крайней мере, в своем мире вы не пропадете. Так ведь?

Обсуждать личные вещи прямо при мистере Старке — и плевать, что они больше никогда его не увидят, если повезет! — девушка стесняется и потому краснеет. Но Питер демонстративно берет ее за руку и кивает своей копии.

— Ага, повезло нам.

Паркер в рубашке усмехается. Прячет руки в карманах. Мистер Старк закатывает глаза, прямо как его точная копия из параллельного мира.

— Слушай, Тея, — зовет Питер на прощание, — а твой ИИ… Его зовут Соло?

— Да… — неуверенно тянет девушка. Парень хмыкает.

— В честь Хана Соло?

— Нет! — вспыхивает Тея. Ее парень удивленно вскидывает брови.

— Нет? — спрашивают они оба.

— В честь Наполеона Соло, ясно?

Парни одинаково хмурятся и опять говорят хором:

— Кто это?

Тея закатывает глаза. Поехали уже из этой вселенной, мистер Старк.

========== Паук против скорпиона ==========

Полгода спустя

Питер честно пытался ни во что не ввязываться в этот особенный день. Он помнит, что обещал Тее танец, что дал слово, что выпускной бал у них пройдет, как положено.

Но кто же знал, что чертов лысый гопник из Бруклина, что год назад помогал мистеру Аллену, выйдет из тюрьмы под залог и обрядится, как на Хэллоуин, чтобы отомстить человеку-пауку?

Паркер ныряет вбок, прячась за поставленной на бок полицейской машиной. Их тут скопилось вокруг пара десятков, не меньше, а перекресток слишком маленький, и ни о каких воздушных гимнастических трюках не может идти и речи. Человек, зовущий себя Скорпионом — в самом деле, он же не серьезно? — несется по Бродвею в сторону Центра. И почему всё всегда сводится к башне Старка, которая и не Старка теперь вовсе, а корпорации Оскорп?

— Ты молодец, парень! — говорит Питер маленькому мальчику лет семи в костюме человека-паука. Он вышел на опустевший перекресток, чтобы противостоять злодею в одиночку, и вот тогда его перехватил Паркер. — А теперь беги к маме и успокой ее, хорошо? Она нервничает.

— Я знал, что ты придешь! — радостно вопит мальчишка-герой и бежит к родителям.

— А я вот не знал… — вздыхает Питер. Черт возьми, ну неужели нельзя было устроить такое шоу хотя бы на следующий день после выпускного? Паркер просит Карен отследить траекторию движения Скорпиона и срезает путь через вторую авеню.

Он выпрыгивает на перекресток с Бродвеем, ожидая появления ряженного в металл преступника, и тут в него без предупреждения врезается школьный автобус. Питер испуганно вопит, когда его припечатывает лопатками к решетке радиатора, и несется вверх по улице. Скорпион — разодетый в ярко-зеленый костюм с маской и длинными металлическими клешнями — на своем грузовике едет по параллельной авеню. Надо срочно придумать, как его остановить, чтобы никто не пострадал, и успеть на выпускной, где Питера уже ждет злая подруга.

Которая вызванивает его по мобильному прямо в эту секунду.

— Алло, Тея! — кричит Питер в трубку. — Эм, я сейчас, я скоро буду, я тут в пробке застрял!

— Ты, блин, как всегда! — слышно, что девушка перекрикивает громкую музыку в танцевальном зале. Паркеру крышка. — Где ты?

— Э… — Питер оглядывается на проносящиеся мимо него дорожные знаки. — Эм, на углу пятой и Бродвея, шестой и Бродвея, седьмой и Бродвея, а-а-а… Я скоро буду, честно!

Секунду парень слышит только орущего в микрофон Флэша.

— Это что, сирены? — вдруг спрашивает Тея.

— Что? Не-ет!

— Питер?

— Нет, честно, все в порядке, я скоро буду, люблю тебя!

В этот момент автобус замирает на светофоре; Питера бросает вперед, телефон падает у него из рук, и только вибраниумовые паучьи лапы не дают ему упасть грудью на асфальт под колеса проезжающих мимо автомобилей. Ух, чуть не влип!

Он вскакивает, мотает головой.

— Карен, где наш приятель?

— Совсем рядом, — рапортует ИИ, когда в Питера врезается что-то металлическое и острое и отбрасывает его на двадцать футов назад. Паркер вопит, пролетая над замершими автомобилями, падает на спину.

Скорпион, кем бы он раньше ни был, теперь кажется ему куда сильнее прежнего. Он обзавелся каким-то сложным механизмом, который светится и трещит и работает наподобие электрической пушки, какую Питер у него уже видел. Он поднимается на ноги, встает напротив давнего противника. Вздыхает. Что за день-то такой…

— Человек-паук! — орет преступник. — Давно не виделись, да? Я тут кое-что приобрел после нашей последней встречи. Нравится?

— Очень! — отвечает ему Питер, просчитывая его слабые точки. Карен показывает только две таких. — А ты заядлый шопоголик, да? У кого игрушку прибрел?

— Подойди ближе, расскажу!

Едва Питер пытается вильнуть влево, за телефонную будку, как в него летит, закручиваясь в воздухе, крышка люка, тяжелая и крайне неприветливая. Паркер ойкает, отскакивает обратно и ловит крышку паутиной, посылая ее в обратную сторону. Он не рассчитал силы, и орудие, адресованное преступнику, пролетает над его головой.

— Черт! — вопит Питер: массивная крышка падает прямо на полицейскую машину, но… отчего-то не разбивает ее лобовое стекло. Паркер прыгает и цепляется руками и ногами за стену высотного здания, чтобы рассмотреть феномен.

Машина светится ярко-желтым.

Твою мать.

— Плакал мой выпускной бал! — говорит Тея вместо приветствия и спрыгивает на крышу замеревшего на перекрестке школьного автобуса. Ее ИИ по традиции связывается с Карен (что Питер считает крайне милым, будто у них тайный роман).

— Тея! — почти радостно ахает Паркер. — Ты очень вовремя!

— Да что ты?

Она стоит прямо напротив Питера — только тот уцепился за стену здания на углу восьмой и Бродвея — и, судя по голосу, очень-очень сердится. Водитель школьного автобуса, заметив ее на крыше, приветствует ее, как давнюю знакомую.

Тея не любит выбираться на помощь мирным жителям, считая себя неподготовленной к спасению человечества. Питер с ней не согласен: в такие моменты, как сейчас, они вдвоем приносят куда больше пользы.

— Да, я… Берегись!

В них летит залп из новой пушки Скорпиона. Питер прыгает вперед, пытаясь закрыть девушку, но она успевает выставить щит и метнуть в ответ пару сфер. Пока противник, прикованный к асфальту неведомой ему силой, пытается выкарабкаться, Тея падает в руки Питеру.

Газеты прозвали ее «Шаровой молнией». Тее очень не нравится это прозвище, как, впрочем, и любое другое прозвище. Если бы она считала себя супергероем, каким и является, все было бы гораздо проще.

— Ты разве не на выпускном была? — осторожно спрашивает Питер, ставя девушку на землю. Та кивает и фыркает.

— Была. А потом поняла, что ты в очередную передрягу попал!

— А твое платье?

— Сняла! — ответ получается громче и злее, потому что в них снова стреляют. Питер прячется за автобусом, увлекая за собой Тею, но та, кажется, даже и не думает защищаться. Залп отскакивает от ее щитов, как мячик для пинг-понга, а рассерженная девушка распаляется еще больше и еще больше сил добавляет своей сфере.

— Вообще-то, — замечает ее голос по внутренней связи с Питером, — я надеялась, что платье с меня снимешь ты сегодня.

Внезапно Паркеру становится совсем-совсем неинтересна эта скучная битва с преступником. В самом деле, неужели полицейские без них не справятся?

— Эм, ну… Я…

— А ты занят всякими гопниками в костюме ящериц, — роняет Амидала. Питер хватает ртом воздух.

— Мы с ним быстренько разберемся, — обещает ей парень и, наконец, находит решение. Если использовать старый прием Теи и натянуть ее щиты поверх его паутины, то…

— Ладно, Питер Паркер, — усмехается девушка. — Я знала, что с тобой просто не бывает.

И посылает в воздух очередную ярко-желтую сферу.

КОНЕЦ ЭТОЙ ЧАСТИ

Комментарий к Паук против скорпиона

Ставлю пока статус “Завершен”, но, если хватит сил через месяц продолжить эту эпопею, то…

“Человек-паук вернется на экраны в FAR FROM HOME”, как говорит Марвел ;)

========== FAR FROM HOME ==========

ЧАСТЬ III

— О, я… я не хотела! — плачет Тея. — Я не это хотела сказать, Питер, я…

Она вся светится, вспыхивает, как коротящая лампочка. Сейчас Питер думает, что совершает самый правильный и самый ненавистный поступок в своей жизни. Он будет жалеть об этом. Он не будет жалеть об этом.

— Значит, расстаемся, — говорит он упавшим голосом. — Прямо сейчас.

Музыкальная тема: One republic — Start Again

Комментарий к FAR FROM HOME

Обложка THREE: https://ibb.co/jTNhZkz

========== Газ над Гатенбергом ==========

Комментарий к Газ над Гатенбергом

Первое! Я решила не ждать 15 числа, потому что, как выяснилось, писать в стол не умею, ленюсь, и все стопорится :D Вот, чтоб не тормозить, буду выкладывать.

Второе! И это важно сюжету: башню Старка продали корпорации Оскорп! Предполагалось, что Фантастической четверке, я на это намеки оставляла, но для сюжета (который основывается на теориях фанатов касательно Far from home), очень нужно, чтобы в героях появились люди Осборнов. Так что Башня Старк теперь башня Оскорп. Вроде бы все.

В спальне Теи темно, хоть глаз выколи. Питер всматривается в занавешенное окно, пытаясь понять, спит ли сейчас девушка. Не подумайте, он не сталкер и не извращенец какой-нибудь. Он и не думал подсматривать (зачем, это же его девушка), просто в последнее время…

Черт, в последнее время он слишком часто обещает ей вернуться пораньше и не приходит. Опаздывает так, что все в ее доме уже ложатся спать, и сама Тея, уставшая после пяти пар в медицинском, крепко спит. Питеру ничего не остается, кроме как залезать через ее приоткрытое окно и очень тихо забираться к девушке в кровать, чтобы просто поспать рядом. В начале учебного года она радовалась ему, хоть и злилась страшно за сорванные планы.

Теперь же Тея сильно устает, борется с бессонницей, мучает себя. Ей снятся кошмары, снова. Как раньше, когда они оба едва вернулись из камня души. Только за время короткого затишья подсознание Теи нахваталось всяких страхов и добавило их к пережитым событиям, чтобы во время сновидений гонять по кругу снова и снова, и снова.

Питер не знает, с чем это связано, а спросить ни у кого не может: мистер Старк с Пеппер (которая уже тоже Старк) отдыхают на каких-то островах посреди океана и не отвечают на запросы кого бы то ни было (хотя Питер подозревает, что миллиардер блокирует лишь его сообщения). Доктора Стрэнджа Тея до сих пор не простила и говорить с ним не хочет ни под каким предлогом. Отец девушки может посоветовать только мозгоправов, но идти к ним, когда у тебя за плечами спасение человечества? Нет уж.

Тея считает, что сама со всем справится. Даже Питеру пришлось выпытывать из нее правду, когда он узнал, что девушка упала в обморок на практике в морге — к тому моменту она вторую неделю спала кое-как и ходила бледнее луны. Ее сокурсница позвонила Паркеру, чтобы он забрал девушку домой и дал выспаться, но он смог прийти только ближе к вечеру. Тея уже спала в своей комнате, и ее отец объяснил парню, что в последнее время семья Амидала просыпается от криков старшей дочери по ночам. Питер ничего об этом не знал.

Теперь он старается пробираться в спальню Теи каждую ночь, чтобы побыть рядом, если девушка вдруг начнет плакать во сне. Но, оказывается, Тея не плачет. Кричит не своим голосом, просыпается, захлебываясь слезами, светится, как радиоактивный элемент неизвестной системы.

Питер боится за свою девушку, но совсем не знает, как помочь. Мэй говорит, что ему «просто нужно быть рядом», а он не может и этого.

Три месяца Паркер гоняется за сообщником Скорпиона (которого удалось схватить и упрятать обратно за решетку), ведь на свободе остались люди, помогавшие ему — кто-то создал из обычного человека монстра, накачав сывороткой на основе крови скорпиона. Смешно, но правдиво до дрожи. Кто-то преследует неизвестные Питеру цели, отвлекая его от важного.

Кто-то ищет человека-паука, как будто супергерой виноват в бедах половины преступного мира Нью-Йорка.

Прибавьте к этим заботам учебу на первом курсе технического факультета нью-йоркского университета, каждодневный патруль (теперь, раз Паркер постоянно ошивается в центральных районах города, следить ему приходится за каждым перекрестком Манхэттена, Куинса и Адской кухни сразу), ночные кошмары его девушки, вечный страх за нее из-за случая с Таносом — и кооператив преступного синдиката, который решил, что человек-паук его главная преграда на пути к… всемирному господству, возможно, покажется всего лишь одной из миллиона проблем обычного совершеннолетнего из Куинса.

Но Питер, даже будь он Капитаном Америкой в лучшие его годы, не справляется со своей ролью. Может, это и не его роль. Может, ему не предназначено более спасать обычных мирных жителей от мелких воришек велосипедов. Может, он уже вырос из дружелюбного соседа и стал настоящим Мстителем… Только никто не говорит ему, что делать и как проживать свою новую жизнь.

Поэтому каждую ночь Питер, валясь с ног от усталости, забирается в спальню к Тее, чтобы немного поспать. Просто поспать, сторожа ее сон.

Сегодня девушка закрыла окно совсем, и Паркеру приходится напрячься, чтобы открыть защелку изнутри с помощью Карен. Тея специально это сделала? Последнее время Питер думает, что она злится на него, хотя она ни разу не сказала этого вслух.

Он влезает в полутемную комнату через окно и осторожно прикрывает его за собой. Порыв ветра колышет занавески, скрывая кровать Теи. Девушка тяжело дышит — Питер слышит это даже со своего места — и, как по команде, вдруг начинает задыхаться.

— Черт, — ругает себя парень, пробираясь, словно вор, к постели Амидалы. На ее лбу выступили капли пота, которые блестят в лунном свете, она мечется по подушкам, открывает рот и — всхлипывает.

— Не надо, — кашляет Тея. Питер садится рядом и трогает девушку за плечо. Промокла насквозь, неудивительно, что она закрыла окно — на дворе почти ноябрь, ветер с улицы дует холодный. Какой бы сильной ни была способность Амидалы, сама она — всего лишь человек.

— Эй-эй, Тея, — Паркер тормошит девушку, пытаясь разбудить до того, как она сорвется на крики. Тея вздрагивает и распахивает глаза так, будто только что захлебывалась под водой: глаза красные, ресницы слиплись от слез, губы дрожат. Да что ей снится, что выжимает из девчонки все силы?!

— Питер?.. — сипло выдыхает девушка. Выбирается из вороха одеял, хватает его за руки и стискивает до боли.

— Я здесь, все в порядке, — говорит Паркер. — Ты как? Это всего лишь сны, не бойся.

Он забирается к ней на подушки, заставляя Тею опустить взмокшую от пота голову ему на грудь. Она тяжело дышит, дрожит и вот-вот снова заплачет. Питер не возражал бы, чтобы она плакала. Но она не позволяет себе. Говорит, что должна побороть это, иначе совсем расклеится. Говорит, что у него есть свои заботы. Говорит что…

Проклятье, эта девчонка берет на себя так много просто в отместку за то, что не помогает ему с супергеройской темой, что Питер готов бросить все это хотя бы на время, чтобы она перестала закапывать себя в землю. Ради чего она это делает? Если Питер спросит сейчас, им придется долго объяснять друг другу важность своих решений. Но в данный момент, кажется, у него нет на это времени.

Если бы он мог посоветоваться с кем-то из взрослых героев, с Тони Старком или хотя бы, на худой конец, мистером Роджерсом. Но Тони Старк недоступен, мистер Роджерс давно погиб, а остальные Мстители не испытывают проблем, подобных питеровским. Доктор Стрэндж ведет одинокий образ жизни, Брюс Беннер скрывается от мира в целом, Тор и Локи — асгардские боги, в данный момент живущие на Земле и откровенно этим наслаждающиеся. Наташа Романофф считает себя одиночкой, а Барт Клинтон выбрал семью, навсегда отрекаясь от супергеройской жизни. Ни один из них не разрывается между преступниками и девушкой, страдающей от ночных кошмаров.

— Ты вспотела, — хмурится Питер, проводя рукой по плечу Теи. Она кивает.

— Закупорила дверь щитом, — объясняет она. Паркер поворачивается к входной двери в ее комнату — та, в самом деле, едва подсвечивается желтым бликом. — Не хотела, чтобы Кирк с Селестой снова проснулись от моих криков.

— Тея…

Питер вздыхает, опускается ниже, чтобы оказаться с девушкой на одной подушке, лицом друг к другу. Тея смотрит на него — широко распахнутые глаза, бледные скулы, искусанные губы. У нее почти белая кожа, блестящий от пота лоб, и руки все еще дрожат, когда она кладет их на грудь Паркеру.

— Выпей с утра витаминок, хорошо? — просит Питер. Получает послушный кивок от девушки и закрывает глаза. — Хорошо. Спи.

Ему следовало бы сказать Тее, что он за нее волнуется, боится. Но едва находит слова, чтобы выразить все свои чувства, как девушка засыпает, убаюканная его дыханием. Ладно. Он придет к ней завтра пораньше. И все у них будет хорошо, верно же?..

***

— Для справки, Карен: мы ведь не собирались преследовать эту шайку до самой ночи.

— Да, Питер, не собирались, — послушно отзывается ИИ Паркера, прежде чем включить режим ночного видения. Ярко-красной точкой вспыхивает спина отмеченного Питером типа, которого он заметил у тоннеля Линкольна час назад. Вообще-то Питер явился в Адскую кухню, чтобы встретить Тею после тренировки, и как раз хотел сменить костюм человека-паука на свою обычную одежду в закоулке перуанского ресторанчика, когда услышал подозрительный разговор. Он не обратил бы на него никакого внимания, если бы во фразе одного из типов не прозвучало слово «Оскорп».

Питер уже слышал его не один раз. Во-первых, мистер Старк продал свою башню основателю корпорации, Норману Осборну. Во-вторых, в прошлом году какие-то особо тупые парни пытались выкрасть из Оскорп-лаборатории запасы плутония, а позже Скорпион во время битвы с пауком обронил: «Оскорп хорошо заплатила мне за сведения о тебе, малец». Питер чувствовал на подсознательно уровне, что все эти незначительные происшествия каким-то образом оказались связаны между собой, но не находил своим мыслям должного подтверждения.

Пока не услышал сегодня вот это.

Теперь он пробирается в тени жилых домов, скрываясь за вывесками прачечных и кафетериев, чтобы проследить за тремя непонятными людьми. Мужчины, средних лет, предположительно бывшие военные: один явно прячет за поясом пистолет, второй идет походкой морпеха.

Походкой морпеха? Откуда Питеру знать, как передвигаются морпехи? Ладно, если отбросить в сторону ненужные придирки к собственному образованию, то можно извлечь из сложившейся ситуации максимум пользы: проследить, куда направляются эти трое, оставить им маячки и, может, наконец-то узнать, каким образом «Оскорп» связана со всеми последними бедами в жизни Паркера.

Неизвестные приводят его к спортплощадке Гатенберг. Питер выпускает жучок на куртку одного из них, чтобы подслушать. Троица явно кого-то ждет: один переминает с ноги на ногу, второй ворчит, что уже холодает и темнеет, и они наводят на себя подозрения.

— Карен, отправь-ка к ним маячок, на всякий случай, — просит Питер. Судя по всему, к ожидающим неизвестного людям никто приходить не собирается. В таком случае, Паркер сможет отследить их перемещения по городу в течение завтрашнего дня. А сегодня, наконец, можно отправиться восвояси.

Хотя к Тее он все равно опоздал. Опять.

— Этот чертов босс никогда сам не является, что ли? — сплевывает предположительный морпех.

— Говорят, он страшный, как сам дьявол, — добавляет второй.

— Или просто трус и разводит сплетни, — отвечает первый. Третий из них, молчаливый, не проронивший ни слова, пока Питер за ними следил, хмыкает и оборачивается, будто почувствовав за собой слежку. Паркер знает, что иллюзия его костюма скрывает паучка от любопытных глаз, но все равно непривычно ежится. Взгляд у этого третьего какой-то… пробирающий до костей, пожалуй.

— Карен, переведи все наши линии связи в беззвучный режим, — говорит Питер. — Не хочу, чтобы от нас хоть звук доносился.

ИИ послушно выполняет приказ. Все, теперь Паркер абсолютно недосягаем ни для глаз, ни для ушей кого бы то ни было. Он думает подождать еще пятнадцать минут и, если никто к трем неудачникам так и не явится, улетит из парка. Может, удастся нагнать время с Теей. Или, на худой конец, поужинать с Мэй как следует. Можно будет и Тею пригласить к ним…

От расползшихся по черепной коробке мыслей Питера отвлекает странный звук — шипение, с которым обычно выпускают на рок-концертах пар для эффекта. Паркер пытается отыскать источник шума, крутит головой и отвлекается от наблюдения за троицей.

Внезапно молчаливо стоящий в стороне человек дергается к морпеху, и тот, сдавленно вскрикнув, валится перед ним на колени. Питер ахает, понимая, что морпех истекает кровью — его грудь полосует глубокая рана от ножа в руках молчаливого напарника.

— Какого, блять, черта?! — вопит второй мужчина, вытаскивая из-за пояса короткий ствол.

Питер бросается к взбесившемуся немому, понятия не имея, что собирается делать. Остановить его от убийства второго, еще живого, напарника? Стоит ли вставать между преступниками, когда они пытаются перерезать друг другу глотки?

Раздается громкий выстрел. Немому полагается упасть на спину и умереть, но он, чудом увернувшись от пули, оказывается в опасной близости к живому преступнику. Питер огибает ствол не к месту высокой липы и стреляет паутиной в обоих: выхватывает из рук первого пистолет, а из рук второго — окровавленный нож.

— Эй, мама не учила вас быть обходительнее? — спрашивает человек-паук у замерших мужчин. Те одинаково кривят лица, только немой дергает губами, будто они ему не подчиняются.

— Хватай его! — вопит первый. В его руках неожиданно возникает еще один пистолет, он целится им в паука, но Питер успевает отпрыгнуть в сторону и мельтешит между деревьями, как мячик в игровом автомате. Не хватает только музыки.

А вот спецэффектов предостаточно: то шипение, похожее на газовую атаку во время рок-концерта, действительно оказывается газом, что теперь распространяется, стелясь у земли по всему парку. Странное, необъяснимое явление вызывает у Питера реакцию сродни шоку, а потом все захлестывает паника — ему вдруг мерещатся желтые всполохи в этом клубящемся белесом газе.

— Тея? — ахает он против воли и ныряет с головой в облако у самой земли. Только оказавшись в эпицентре удушающего газа, он вдруг понимает, как сглупил: здесь нет его девушки, а он выдал себя, потому что из-за липы выпрыгивает мужчина с пистолетом наперевес, а за его спиной неслышно возникает второй.

— Ты довольно туп для супергероя, — вдруг говорит немой, выстреливая в Питера электрической нитью. Паркер ныряет в сторону, но клубящийся вокруг него газ не дает сосредоточиться, заползает сквозь чешуйки его костюма и попадает прямо в ноздри. Это очень странный газ. Это очень опасный газ.

Нить электрошокера задевает его бок, все тело пронизывает удар, смягченный защитой из вибраниума, но Питер все равно падает на землю и стонет. Что, черт возьми, происходит с его реакциями?

Он слышит выстрел, приподнимается на локтях и, как может, отползает к стволу дерева позади него, пробует выпустить паутину и взмыть над ядовитыми парами этого облака, но та… Питер ударяется в панику снова: паутина растворяется прямо в воздухе, не успевая даже сформироваться в нить. Что, что это такое?!

— Попался! — вопит преступник совсем рядом. Питер тяжело дышит.

— Карен? Что за хрень тут творится? Избавь меня от этого газа.

— Сейчас, Питер, — отвечает ИИ с заметной паузой, как будто и сама не справляется.

«Мне конец», — безрадостно думает Паркер, когда слышит приближающиеся к нему шаги, и внезапно…

Конечно же, это происходит внезапно — как всегда, когда Питеру кажется, что хуже ситуация быть уже не может, — к его Карен без спроса подключается Соло.

— Здравствуйте, мистер Паркер, — говорит он будничным тоном, — мне кажется, у вас проблемы.

Вокруг полуобморочного от шока Питера набухает ярко-желтая сфера, образует вакуум, отодвигая прочь ядовитый газ и закупоривая парня в спасительном коконе. Тея. Только не ты.

— Я смотрю, ты тут вовсю развлекаешься, — роняет его подруга, ныряя в образовавшийся шар. Она облачилась в костюм целиком, и тот сейчас светится каждой чешуйкой, реагируя на опасность. Теперь ее видно даже невооруженным глазом.

— Здесь вторая! — кричат издалека, и в сферу Теи несколько раз стреляют. Она морщится, напрягая руки, чтобы удержать защитный купол вокруг себя и Питера.

— Надо убираться отсюда, — хрипит Питер и кое-как поднимается на ноги. — Здесь опасно, и этот газ — это херня какая-то.

— Хватит сквернословить, — бросает ему Тея. — Поднять нас сможешь?

Питер мотает головой.

— Паутина не работает, все растворяется, как будто здесь замешано что-то…

— Что?

Двое мужчин появляются одновременно с двух сторон от Паркера и Амидалы, один наводит на них пистолет, второй — электрошокер. Питера пронзает кристально-чистая мысль, до этого ускользнувшая из-за помешательства с газом.

— Эй, у него опасная штука в руке! — сообщает он Тее по еле дышащей внутренней связи. Соло поддерживает его ИИ, но на двоих справляться на полную не может, и вот теперь Паркер понимает, почему. — Меня его шокером ударило, костюм отказал, паутинометы коротят, и вообще!.. Тея, уходи отсюда.

— Вот вместе с тобой и уйду, — коротко отвечает девушка.

— Мы не будем стрелять в вас, ребятки, — говорит мужчина с пистолетом. — Вы нужны нам живыми. Поэтому мой друг тихонечко шмальнет вас током. Да, приятель?

Второй их противник поднимает электрошокер.

— Бежим. — выплевывает Питер. — Раз…

— Три! — вопит Тея и срывается с места, не отпуская сферы. Питер хватает ее за руку, и вдвоем, как самые заурядные подростки, они несутся между деревьями в сумеречном парке. Амидала тяжело дышит, сфера вокруг них тускнеет и сжимается. Им вслед летят пули и трескучая нить шокера.

— Тея?

— Нечем дышать… — роняет девушка после каждого прыжка. — Газ…

Питеру не надо пояснять дважды. Он стискивает ее ладонь, оборачивается. Несмотря на промедление и короткие ноги Теи, они выкрали себе фору — видимо, ядовитые пары действуют и на преступников, раз те отстали и не пытаются их догнать, а выстрелы прекратились.

— Соло, выведи нас отсюда! — командует Питер. Его Карен затихла окончательно, и он надеется только, что сможет восстановить свой ИИ. Отвратительный, какой же это отвратительный день!

ИИ Теи высвечивает на внутренних панелях их костюмов самый короткий путь из парка и безопасную точку — парковкув Маунт Синай Запад.

— Еще чуть-чуть потерпи, — просит Питер девушку, обхватывает за талию и ведет как можно быстрее по выверенному маршруту.Паутинометы отказали окончательно, нити самой путины продолжают растворяться в воздухе, но у выхода из парка, где газа меньше, Питер чувствует силы в ногах. Значит, все дело в газе, он не ошибся.

— Питер, — охает Тея.

— Сейчас, мы почти…

— Питер!

Она вскидывается всем телом, выставляя вперед обе руки — сфера выплевывается перед ней и Паркером, закрывая от летящей в них нити электрошокера. Та ударяет прямо в желтый купол, он жалобно трещит и растекается, а Тея валится под ноги Паркеру. Прямо у ворот стоит немой, и на глазах испуганного Питера меняется в лице.

— Тея!

— Мой босс будет рад познакомиться с тобой и твоей подружкой, человек-паук, — говорит мужчина.

Питер его не слышит, опускается перед девушкой на колени и хватает ее за плечи, дергает на себя.

— Тея, ты слышишь? Тея! Соло, что с ней?

Но и Соло стихает, оставляя Паркера наедине с собственным кошмаром. Нет, о, нет!

Мужчина с электрошокером приближается к ним. Питер прижимает к себе потерявшую сознание девушку.

Совершенно прозаичным образом, как будто иного развития событий и быть не могло, воздух перед пауком начинает искриться, образуя круг, и из знакомого Питеру портала к нему и Тее тянутся две руки, которые загребают их обоих под разгневанный крик преступника.

========== Ценности Питера Паркера ==========

Питер валится на паркетный пол в темном помещении: коленки с глухим ударом стукаются о деревянные панели, затылок, дернувшись, упирается в перила лестницы. Рядом с ним рвано вздыхает Тея.

— Я в порядке, в порядке, — лепечет она заплетающимся языком, когда Паркер бросается ей на выручку. Оба пытаются встать на ноги, Питер оглядывается по сторонам.

— Не благодарите, — объявляет вдруг пустое пространство на верхней ступени лестницы, и перед ребятами прямо из воздуха появляется доктор Стрэндж в неизменном своем плаще. Тея кривит губы, но Питер этого не замечает.

— Спасибо, — выдыхает он, косясь на подругу. — Как вы узнали, что нам нужна помощь?

Стрэндж спускает вниз по лестнице и встает прямо напротив Паркера и Амидалы.

— Скажем так, был неподалеку.

— Следил за нами, — роняет Тея. — Наверняка ты ввязался во что-то стремное, раз мистер… доктор Стрэндж обратил на тебя внимание. Так?

Мужчина усмехается, но до глаз его шутливое настроение не доходит: он смотрит на обоих с преувеличенно серьезным видом, и Питер думает, что у него, наверное, есть на это право. Только вот до тех пор, пока на него и Тею не напали разъяренные маньяки с электрошокерами, ни Стрэндж, ни кто-либо другой из взрослых Мстителей не кидался на выручку человеку-пауку.

Тея вдруг охает и прислоняется к стене слева.

— Тея? — Питер бросается к ней, окунаясь в уже знакомое море паники. Он же видел, что ее задело тем злосчастным шокером, что же это… Девушка бледнеет и сползает по стене на пол. — Помогите же! — кричит Стрэнджу парень.

Он просит Соло стянуть с девушки злосчастный костюм, но ИИ глух и нем к его мольбам. Питеру чудится, что проклятый анаптаниум взбунтовался против хозяйки и душит Тею — она бледнеет на глазах, глаза закатываются, рвано дышит.

— Жди здесь! — командует доктор Стрэндж и взмахивает руками в воздухе, где тут же образуется оранжевый искрящийся портал. В следующее мгновение он скрывается в подсобке неизвестного здания, оставляя перепуганного Питера наедине с дергающейся Амидалой.

— Что же это, нет-нет-нет, — тараторит парень. Руки у него дрожат, и он совсем не соображает из-за страха, и все нервные окончания в его организме, кажется, накаляются до предела, и мозг подкидывает страшное видение из прошлого, о котором он старается не думать: как Тея вздыхает и растворяется прямо в воздухе у него на глазах.

Маг возвращается спустя минуту вместе с женщиной в докторском халате с эмблемой госпиталя Метро Дженерал. Она охает и тут же опускается перед Теей.

— Мне нужно место, где я смогу ее осмотреть, — говорит женщина. — Отойди в сторону, ты мне мешаешь.

— Паркер, отойди, — повторяет за ней Стрэндж и отодвигает упирающегося парня взмахом руки, а второй тут же наколдовывает под Теей койку с простыней.

— Что с ней такое? — трясется Питер. Стрэндж оборачивается и цокает, как будто его спокойствие может каким-то невообразимым образом передаться Питеру, как будто его хладнокровие поможет Тее.

— Судя по реакции, у нее отравление каким-то газом, — быстро говорит женщина. — Что случилось?

— Питер?

Питеру страх залепил губы и мешает дышать.

— Т-там был какой-то газ, в парке, — лепечет он, — я им тоже надышался, пока Тея нас куполом не накрыла, а потом в нее электрошокером попало, задело костюм…

— Вижу, — обрывает его женщина, — вот тут, под ребром, покрытие разъело.

От такого заявления у Паркера подкашиваются ноги. Разъело? Что значит «разъело»? Это анаптаниум, его невозможно пробить, на него не действует никакая сила… Это самый прочный металл на планете, ничто не может его «разъесть»!

— Ее нужно отправить в больницу, я не справлюсь одна, — быстро говорит женщина и поворачивается лицом к замершему, наблюдающему за ней Стрэнджу. У Питера от страха за девушку перед глазами плывут и стены, и пол.

— Нельзя, — обрывает маг. — Ты же видишь, это не простой подросток. Попробуй что-нибудь…

— Да, вижу! — вспыхивает женщина. — Вижу, Стивен, но…

Она оборачивается на бледного Питера и вздыхает.

— Расскажи про газ, — просит она. — На что он был похож и чем пах?

— Ничем, — мямлит Паркер. — Белый, похож на дым, который на концертах в толпу пускают…

На этих словах уже доктор Стрэндж удивленно вскидывает брови, прежде чем стиснуть плечо парня и повернуть к себе.

— Кристин, — говорит он женщине, — прошу, сделай все возможное, чтобы девочка поправилась. Ты самый талантливый врач в Нью-Йорке, я могу доверить ее только тебе.

И уводит упирающегося Питера прочь из комнаты, пряча за раздвижными дверями ахающую женщину в докторском халате и ее внезапную пациентку.

Питер выворачивается из твердой хватки Стрэнджа, бросается обратно, но ему под ноги вдруг попадается кресло, и он падает лицом в кожаную обивку, рвано выдыхает и дергается. Чешуйки его костюма скребут по коже, издавая противный звук; сердце стучит прямо в ушах; перед глазами мечутся разноцветные точки, а дыхание сбивается еще с самого парка, и теперь Питеру кажется, что он тоже наглотался ядовитых паров, чем бы они ни были, и сейчас его стошнит прямо под ноги.

— Кристин справится, поверь мне, — говорит доктор Стрэндж спокойным голосом. Будто это должно вернуть Питеру веру в чудеса!

— Она даже не знает, что с Теей! — вскрикивает Паркер. У него дрожит и ломается голос, как в первые годы его взросления, словно он все еще заикающийся подросток с гормонами, бьющими через край. Стрэндж кивает.

— Вот именно, — говорит он, одним этим заставляя Питера замереть в его кресле. Маг стоит прямо перед парнем, скрестив руки, и смотрит на него более чем серьезно. — Поэтому сейчас ты расскажешь мне — в подробностях — что с вами случилось, а потом мы найдем способ помочь Тее.

***

Ядовитые пары газа угодили Тее в легкие и закупорили сосуды, став подобием тромба. Внутри тела, вступив во взаимосвязь с органическими клетками, газ преобразовался в твердое вещество, что, на первый взгляд, кажется просто нереальным событием, если бы все это не напоминало происходящее в организме Теи соревнование, которое сопровождает ее третий год: ее ДНК вмещает в себя частицы иноземного вещества, чем бы оно ни было, и реагируют на любую опасность извне, несмотря на то, что это вещество по своей структуре представляет собой металл.

— Этот газ повлиял только на клетки, вступающие в реакцию с анаптаниумом, — говорит доктор Стрэндж, повторяя слова его подруги. — Так что остается делать вывод, что газ влияет именно на анаптаниум в теле Теи.

Питер молча кивает. Ясно. Он смотрит на Амидалу сквозь прозрачное стекло ее палаты: Стрэндж похлопотал и выделил девушке отдельные покои в госпитале при Старк Индастри. Сам Старк не объявлялся даже после последних новостей. Питер был бы рад услышать от него очередное нравоучение или чтобы наставник отругал его и забрал костюм — лишь бы пришел и сделал хоть что-то, чтобы подсказать парню, что теперь делать. Видит мир, Питер Паркер совсем не готов стать серьезным Мстителем.

— С ней все будет в порядке, — говорит Стрэндж, глядя на спящую Амидалу. Питер мотает головой. Он не согласен. — Инородное вещество из ее организма вывели, костюм сняли, ее ИИ все еще работает. Она поправится, в таких-то условиях.

— Я ее подвел, — цедит Питер. Он впивается вспотевшими пальцами в стекло, отделяющее его и Тею, будто норовит выдавить его совсем. Только сил у него не хватит.

Он слабый и беспомощный. Что он может сделать, чтобы защитить свою подругу…

— В этой ситуации уместнее было бы предположить, что она подвела тебя… — роняет вдруг Стрэндж. Питер меняется в лице и вскидывает к магу голову, только чтобы взглянуть ему в лицо. Тея не зря считает его высокомерным кретином.

Маг открывает рот и замирает.

— …что, конечно же, совсем не отражает всей правды, — поправляется он. Ни одна мышца на его лице не выдает раскаяния, даже взгляд не меняется. — Твоя подруга никогда не отличалась послушанием, — говорит маг шокированному парню, — а с вашей способностью находить неприятности вы двое походите на бомбу замедленного действия. Я, наверное, зря объясняю это тебе, Паркер. Вы и сами должны понимать, что ваши альтер-эго человека-паука и… — как ее прозвали газеты? «Шаровой молнией»? — представляют угрозу близким людям обычных студентов Паркера и Амидалы. Но, именно в вашем конкретном случае, любые предостережения будут бессмысленны. Вы, как говорится, шампунь и бальзам, идете в одной коробке по акции.

Да. Стрэндж зря объясняет все Питеру. Сам Питер понимает эту простую истину, как никто другой. «Ты не всесилен, — сказал ему мистер Старк в тот день, когда Питер признался, что подставил под удар семью Амидала. — И если пострадают простые люди, виноват будешь ты один.»

Тея — не простой человек. Но она первая, кто страдает от действий Паркера.

— Вы поможете мне найти тех людей? — спрашивает Питер, все еще не сводя глаз с неподвижно спящей девушки. Он не смотрит на мага, потому что боится, что, взглянув, разозлится и попытается его ударить — так сильно он выбил Паркера из колеи своими словами. Но ему необходима помощь кого-то взрослого. И, раз уж мистер Старк не отвечает на звонки Питера…

— Не люблю признаваться в промахах, — говорит доктор Стрэндж спустя мгновение напряженного молчания между ними, — но наш знакомый гений оставил твою бедовую голову именно на мое попечение. Кроме того, я уже начал свое расследование, которое привело меня в Гатенберг-парк той ночью. Так что, похоже, мистер Паркер, вы перешли дорогу влиятельным людям, которыми заинтересован и я сам.

— Так поможете? — нетерпеливо перебивает его Питер. Стрэндж вздыхает.

— Да, мистер Паркер, — говорит он в итоге. — Можете на меня рассчитывать. А мисс Амидала…

— Не надо впутывать ее. Это ее не касается.

Только он понятия не имеет, как собирается оградить Тею от событий в его странной, ненормальной, пугающей теперь жизни. Что, если неизвестные, что гоняются за человеком-пауком по всему Нью-Йорку, обнаружат их с Теей связь? Что, если они каким-то образом вычислят, что под костюмом девушки, помогающей пауку, скрывается реальная девушка, у которой есть реальная жизнь и реальная семья? Что, если они поймут, как навредили ей своим странным газом?

Что, если они уже поняли?

Что, если этот газ был создан для того, чтобы вывести из строя именно Тею, а не его, Питера?

Значит ли это, что Тея прямо сейчас находится под прицелом?..

***

— Тебе надо спрятаться, — говорит Питер. Тея поднимает к нему удивленный взгляд, выгибает бровь дугой.

— Прости?..

— Ты слышала, — повторяет парень, уже начиная сердиться. Хватило всего одного слова, чтобы он почувствовал себя взвинченным, рассерженным, злым. Да что с ним творится, в самом деле? Неужели он настолько напуган, что не может держать себя в руках и не повышать голос?

— Да, — недоуменно кивает Тея, — слышала. Понять только не могу, когда ты успел насмотреться шпионских боевиков, чтобы такими фразочками бросаться…

Она встает с кровати и наклоняется вправо и влево, вертит кистями рук, экспериментально прислушиваясь к своим ощущениям. Питер смотрит на ее действия с тлеющим ужасом в глазах. Как будто она вот-вот осыпется прямо ему под ноги.

Стоп, такое же чувство у него уже возникало при виде Теи. Очень давно, когда она не светилась желтым при любом удобном случае, когда на нее, беззащитную, наезжал городской транспорт и нападали ублюдки с ножами. Неужели он вернулся в своих подозрениях в те времена, когда его девушка не могла за себя постоять?

— Ну что? — вздыхая, спрашивает Тея. — Со мной все нормально, видишь?

Сейчас — да.

— Ты должна прекратить это, — говорит Питер. Слова застревают у него в горле, он не знает, как справиться с собой, как заставить себя сказать то, что он должен сказать.

— Прекратить что? — хмурится девушка. — Слушай, хватит так на меня смотреть. Я живая, почти здоровая.

— Почти, — цедит Питер. Тея замирает и опускает руки, стискивая пальцы в кулаки. Вздыхает. Делает шаг к парню, и он отшатывается от нее, как от прокаженной.

— Ты меня пугаешь, — с укором говорит Тея, склоняя голову. Пряди волос закрывают уже пожелтевший синяк у нее на скуле. — Что произошло, пока я была в отключке? Что-то выяснил?

Да. Парни, что гоняются за человеком-пауком, хотят отыскать и девушку-молнию. И все нити тянутся от их мелких преступлений в нескольких округах Нью-Йорка к самому центру, к башне Оскорп, в которой теперь сидит владелец очень крупного промышленного бизнеса, спонсирующего научные исследования над разными видами животных. Где-то в глубинах башни создаются монстры: такие, как мелкий воришка из банды Стервятника, становятся объектами экспериментов, превращаясь в сверхсильных существ с повадками скорпионов. Где-то в закоулках ночного города прячется человек, способный менять лица. Где-то от человека-паука скрывается тот, что создает ядовитый газ, уничтожающий клетки анаптаниума в теле Теи.

— Я думаю, — говорит Питер заикающимся голосом, — что ты в опасности.

Тея, к удивлению Паркера, только кивает.

— Знаю. За нами гоняется тип с электрошокером. Он ведь сам признался.

— Нет, это не то, что я…

— Питер, — с нажимом продолжает Тея. — Я знаю. Человека-паука в очередной раз преследуют опасные противники. Папы наших одноклассниц на крыльях, какие-то скорпионолюди, Таносы, демоны преисподней… Я все это знаю. Но мы же договаривались, да? Ты влезаешь в неприятности, я вытаскиваю твою задницу, ты спасаешь меня. Вроде, так у нас все и работает, разве я не права?

Она ждет ответа, а Питер вместо этого дергается всем телом, как будто только что получил заряд тока, отворачивается, чтобы не видеть лицо девушки. Он не сможет спасать ее, он уже не справился с этой задачей. И так это работать не будет.

— Питер?

Парень отходит к шкафу с приоткрытой полкой — оттуда выглядывает широкая старая футболка Питера, с теоремой Ферма, которую Тея таскает на себе по дому, когда родителей нет. Они устраивают ночные марафоны по «Крепкому орешку», «Индиану Джонсу» или «Чужим», заказывают пиццу и шатаются, как неприкаянные, словно им совсем не по восемнадцать лет. Они не спят до утра, много разговаривают, целуются, занимаются сексом, смотрят бесконечные киноленты, смеются. Тея выглядит счастливой и забывает о ночных кошмарах. Питер наблюдает за ней, даже когда она ворчит, что попкорн в микроволновке пригорел, а в салате снова чересчур много майонеза.

Если с Теей вдруг что-то случится, то все это пропадет. Она не будет смеяться, злиться, ругаться, не будет носиться по дому в его футболках, ворчать на брата и сестру, ссориться с родителями, скрипеть над конспектами по медицине. Она не будет поучать его, затыкать ему рот после очередного грубого словечка.

Во всем виноват будет Питер.

— Тебе надо прекратить это, — повторяет парень, не глядя на Тею. Девушка подходит к нему и встает рядом, пытается взять за руку. Питер одергивает этот жест резким движением.

— Прекратить что? — задается вопросом девушка. Злится, слышно по голосу, как клокочет у нее в горле обида. — Что происходит, Питер?

— Тебе надо… перестать влезать в дела человека-паука.

Питеру кажется, что голос ему откажет, язык отвалится. Он вскидывает голову, чтобы взглянуть на Тею, и чуть не задыхается — настолько бледной и несчастной она выглядит. Ее кожа слабо подсвечивается пульсирующим желтым светом, моргает, как будто ему не хватает энергии.

— Я не понимаю, — роняет Амидала. И Питера прорывает.

— Я не могу так, не могу, я… Ты снова из-за меня пострадала, и этот газ, он… Он анаптаниум разъедает, ты понимаешь, Тея, что это значит? Ты в опасности из-за меня, и я не знаю, как это остановить, так что, пожалуйста, прекрати, не влезай в мои дела больше, я не хочу, чтобы…

Он обрывает себя и снова отворачивается, делает резкий шаг в сторону приоткрытого окна. Тея за его спиной не двигается и вдруг рвано вздыхает.

— Что ты хочешь, чтобы я сказала? — спрашивает она. Питер зажмуривается. Ничего, ничего, ничего, молчи.

Тея оборачивается и зло выплевывает:

— «Хорошо, дорогой, я не буду о тебе волноваться», так, что ли? «Как скажешь, Питер, я не буду интересоваться, куда ты пропадаешь каждый чертов день»? Что я должна на это ответить, а?

Она опускается на постель — Питер слышит, как за его спиной скрипят пружины кровати девушки — и шумно сглатывает подступившую к горлу слюну.

— Я всегда знала, кто ты и что ты делаешь, — говорит Тея. — Ты герой, Питер, и за это я тоже тебя люблю, но… Я не заставляю тебя выбирать между человеком-пауком и мной, потому что, боюсь, ты выберешь не меня.

Неправда. Неправда? Тогда что он делает прямо сейчас?..

— Я не боюсь, — говорит Тея. — Слышишь меня, Питер Паркер? Я ничего не боюсь.

Питер с трудом заставляет себя обернуться, чтобы взглянуть на девушку. Она смотрит на него снизу вверх, прямым, честным взором; губы дрожат, вот-вот заплачет, хоть и храбрится. Парень не отвечает — перед глазами все мутнеет и размывается, и, черт возьми, только его слез им не хватало! — и тогда Тея всхлипывает первый раз. Этот звук разрезает сам воздух на части.

— С тобой так сложно, черт бы тебя побрал, Паркер! — вздрагивает девушка. — Я не задаю вопросов, потому что вечно боюсь услышать какую-то жестокую правду, не заставляю тебя выбирать, не ругаю, не закатываю истерик, хотя хочется ударить тебя по лицу каждую секунду! Я устала, Питер! Я постоянно волнуюсь, смотрю новости, как параноик, я устала чувствовать себя слабой и беспомощной, пока ты летаешь по городу и спасаешь мир от хрен-его-знает-какого зла! Господи, иногда я думаю, что проще нам вообще не встречаться!

Она выплевывает эти слова, как ругательство, и тут же зажимает себе рот руками.

Питер кивает.

— О, Боже, я не хотела! — плачет Тея. — Я не это хотела сказать, Питер, я…

Она вся светится, вспыхивает, как коротящая лампочка. Сейчас Питер думает, что совершает самый правильный и самый ненавистный поступок в своей жизни. Он будет жалеть об этом. Он не будет жалеть об этом.

— Значит, расстаемся, — говорит он упавшим голосом. — Прямо сейчас.

Тея мотает головой, вскакивая с постели.

— Что?..

— Ты меня слышала, — шепчет Питер. — Мы расстаемся.

Девушка мотает головой. «Нет, — одними губами произносит она. — Нет, неправда».

— Ты любишь меня? — спрашивает Тея.

Да.

— Люблю, — выдыхает Питер.

— Тогда что это, м? Что ты сейчас делаешь?

Обеспечиваю твою безопасность.

— Ты права, — говорит Паркер. Хватит дрожать и заикаться! — Ты не заставляешь меня выбирать, но сейчас я делаю выбор.

Тея стирает мокрые дорожки от слез со своих щек. На это уходит бесконечно долгое время, и Питер успевает подумать о миллионе причин, по которым он должен поступить правильно, и о миллиарде — по которым должен оставить эти попытки быть справедливым. Он не благородный рыцарь, а придурок, разбивающий сердца.

— Ты достойна большего, — говорит он, и последние звуки пропадают у него вместе с голосом.

— Заткнись! — выдыхает Тея. — Остановись с этим, слышишь?

Она плачет, даже не пытаясь скрыть это, и дрожит, и стискивает плечи руками, и светится, и все это совсем не выглядит тем, чем должно бы. Она не кажется защищенной. Тогда что, черт возьми, ты делаешь, Питер Паркер?

— Ты чуть не погибла, — говорит он, вновь обретя голос. Тея мотает головой.

— Нет, остановись, ты прикрываешь свой эгоизм жалкими словами о том, что лучше для меня, так что ли?

— Я не хочу, чтобы ты пострадала, — кивает Питер. Кажется, он слышит, как трескается в груди его сердце.

— И поэтому, — выдыхает девушка, — нам надо расстаться. — Она поджимает губы, впивается ногтями в свои руки. — Предельно понятная логика. И как… как долго это будет продолжаться, а? пока ты не переловишь этих ублюдков из Оскорпа? Или… или пока я не окрепну? Или пока в Нью-Йорке не останется ни одного преступника?

— Тея…

— Тебе понравится, что я начну встречаться с кем-то еще, пока ты спасаешь мир? Я могу найти себе кого-то и позволить ему меня любить, пока тебя нет рядом?

— Я… — Питер не находит слов. Он бы вытащил через горло сердце и оставил, лишь бы оно не болело сейчас так сильно, до слез, до нехватки воздуха. Тея снова всхлипывает и отворачивается от него.

— Я не буду лезть в твои дела, — говорит она, наконец. — Доволен? Я больше не надену костюм и не появлюсь на улицах. Эти типы не узнают, кто я такая и что нас связывает. Так тебе будет спокойнее?

Питер кивает. Он хотел бы сказать «спасибо» или «я люблю тебя» или «у тебя все будет в порядке», но думает, что все слова вообще бессмысленны. Поэтому он оставляет Тее бусину кимойо, в которой прячется один из его маячков, и вылезает через окно ее комнаты.

Тея остается внутри. Питер вызывает свой костюм и пропадает над крышами города.

========== Режим разрушения ==========

— Погано выглядишь, — сообщает Нед в потолок. Питер вваливается в свою комнату привычным способом, через окно, даже не потрудившись его прикрыть, и кашляет, захлебываясь воздухом.

— Я упал с крыши, — говорит он.

— Правда? — Нед вскакивает и поворачивается лицом к Питеру. — Что произошло?

— Ничего.

Питер стягивает костюм с заметной вмятиной на правой лопатке, морщится от боли. Не надо было кидаться на того типа в зеленом, ничего о нем не зная. Теперь костюм сковывает его движения (три дня мешая шевелить правой рукой), и пора бы починить его с помощью технологий мистера Старка на базе Мстителей. Хотя можно еще чуть-чуть помучиться.

Мусорный бак оставил на его ребрах и спине заметный след. Ну и поделом Паркеру.

— Паутина порвалась, да? — кидается на него приятель. — Я говорил, что новая формула требует доработки, и нам нужен углепластик, а не…

— С паутиной все нормально, — осаживает его Питер. — Я ее даже не использовал. Просто упал с крыши.

— Опять? — вздыхает Лидс. Садится на кровать, теряя к Паркеру прежний интерес. — Тебе стоит прекратить это, знаешь?

Знает. Питер сам все прекрасно знает. Но порой ему кажется, что самое логичное и понятное действие в его случае — это прыгнуть с крыши и пролететь двенадцать этажей, или сломать стену в старом недостроенном здании на краю Куинса, или угнать и разбить очередную тачку Флеша, которую тот безалаберно паркует у технического университета.

— Ты, вроде как, пытаешься остановить преступный синдикат, — говорит Лидс. Он отыскал под кроватью Паркера теннисный мячик и кидает его в стенку и ловит одной рукой. — Опасный преступный синдикат, у которых на тебя зуб. А сам им помогаешь себя угробить. На тебе живого места скоро не останется, если будешь так развлекаться.

Питер морщится, натягивая свитер. Он не видит этого, но на спине у него красуются несколько живописных синяков — падение с крыши, удар об стену, сломанное ребро в схватке с человеком, меняющим лица; а вот эта гематома — от столкновения с машиной на углу Нортен и Фрэнсис Льюис бульвар, которое человек-паук допустил осознанно.

— Я не развлекаюсь, — говорит Питер. — Я просто… это меня отвлекает. Немного.

— Отвлекает от чего? — Нед поджимает губы и неодобрительно мотает головой. — Что бы на это Тея сказала… Кстати, видел ее сегодня.

Питер рвано вздыхает.

— Как она?

Нед делает вид, что не замечает изменившийся голос приятеля.

— Ничего, выглядит здоровой. Столкнулись с ней в Старбаксе на сорок пятой, там еще рядом хот-доги продают. Я зашел за капучино для мистера Октавиуса — этот испанец пьет по пятнадцать чашек в день, представляешь! Тея заскочила туда перед парами. Говорит, ее направили в Метро Дженерал на практику. Работает там в сменах. Но ты это и так знаешь, да?

Питер не отвечает. Он не говорил Неду, что старается следить за Теей, даже если она игнорирует его маячок в кимойо. Что наблюдает за девушкой издалека, как только удается выкроить время.Тея, и правда, выглядит здоровой. Вернулся цвет лица, она стала улыбаться. Это хорошо.

— Она сказала, их универ сотрудничает теперь с Оскорп, — роняет Нед. Питер резко вскидывает голову.

— Что?

— Да, просила передать тебе это. Ей не нравятся исследования, которые проводят Оскорп на своей базе. Тея считает, они незаконные.

— Они и есть незаконные! — вскидывается Паркер. — Давно Оскорп вообще заинтересованы в медицинских универах?

Нед пожимает плечами. Питер рассказал ему все, что знает, потому что не может не поделиться с другом и потому, что друг может ему помочь. По какой весомой причине та же самая логика рушится и ломается, когда Питер думает о Тее, он не понимает.

— И что… что они делают?

— Понятия не имею. Тея сказала, что не стала туда соваться, потому что ты об этом просил — ты об этом просил? — но, сдается мне, она с легкостью может вызваться добровольцем, если Оскорп будет набирать себе практикантов.

Она не станет. Питер заставляет себя вспомнить, что девушка обещала ему не лезть на улицы в костюме и не совать нос в дела человека-паука, а тот в данное время как раз занят Оскорпом, так что… Тея не будет лезть в самое пекло.

Снова нещадно чешутся руки и хочется кого-нибудь избить. На той неделе человек-паук поймал грабителя прямо в банке и приложил головой об стену так сильно, что тот потерял сознание. Копы, должно быть, отвезли его в больницу, прежде чем сажать за решетку. Да, это совсем не методы дружелюбного соседа, и Паркер не гордится своим проступком. Но буквально за полчаса до этого события он случайно увидел Тею, когда пролетал мимо ее спортзала в Адской кухне — а ведь знал, что может столкнуться с ней! И каким же правильным показалось ему тогда решение ударить преступника со всей своей силы.

— Это, скорее всего, простое совпадение, — говорит Питер, кусая губы. Нед знает, что на Тею объявлена негласная охота, но пока что вредит преступной деятельности только человек-паук, поэтому Оскорп сосредоточился на поимке членистоногого супергероя, а девушка-молния… Что ж, они не знают ее в лицо. Питеру не о чем волноваться.

Он повторяет про себя эту фразу несколько раз, прежде чем в его эфир прорывается голос Лидса:

— …эй, телефон звонит, ты не слышишь? Питер!

Паркер дергается к письменному столу, запинаясь об ножку стула.

— Заканчивал бы ты со своей депрессией, сам в себе третий месяц. Помирились бы, и дело с концом, а ты ведешь себя, как…

Питер снова не слышит: сотовый высвечивает имя Тони Старка. Как будто так и должно быть, как будто не Старк молчал, почти полгода игнорируя настойчивые сообщения своего подопечного.

— Нед, заткнись!Да, мистер Старк, слушаю! — голос Питера подскакивает на октаву, он хрипло кашляет и плюхается на стул, проезжая им добрые пару футов по полу.

— Пацан, — шипит телефон знакомыми командными нотками миллиардера, — быстро дуй в лабораторию Старк Индастри на девятой авеню, магу нужна помощь!

И отключается. Ни «привет», ни «как поживаешь, Питер». Парень фыркает, отбрасывая сотовый на кровать к Неду. Во все разы, когда человек-паук хотел помочь, великий маг говорил ему, что справится сам, без посторонней помощи малолетки, так что Питер просто выполняет поручение взрослого: не лезет в дела магические. И никакой прячущийся за морями-океанами Тони Старк не заставит жутко вымотанного Питера встать и…

Телефон жужжит снова. Нед ойкает и кидает телефон Паркеру в руки.

— Пацан, я неясно выразился? — рычит трубка. — Магу нужна помощь, срочная! Марш в город, спасать мага!

Питер вздыхает, срываясь с места.

— Нед, подключись к Карен, мне нужна твоя поддержка!

Он вылетает в окно, на ходу влезая в чешуйчатый костюм из вибраниума. Что за день, что за отвратительно долгий день…

***

Здание Старк Индастри, одно из нескольких десятков, стоит в гробовом молчании и темноте, хотя, как правило, окна в нем постоянно горят, предупреждая о бессменной работе нескольких ученых. Питер понимает, что что-то произошло, как только приземляется рядом с лабораторией. Старк сказал, что магу требуется помощь человека-паука, так что Паркер ожидал увидеть взрыв, землетрясение, огромного ящера, как в Годзилле, парочку вертолетов, транслирующих происходящее на всю страну, и какого-нибудь катаклизма в придачу. Но вокруг разливается зловещая тишина, что пугает гораздо сильнее.

— Ладно, Нед, как мне попасть внутрь?

— Над козырьком запасного выхода есть пожарная лестница, проверь там, — говорит приятель по внутренней связи, выделенной Карен.

После происшествия в парке ИИ паучка работает слабее, и Питер старается не грузить ее лишний раз, прибегая к старому методу — помощи друга. Карен тоже следует бы починить на базе Мстителей, да только у Питера нет времени таскаться за город и оставлять свой костюм на попечение через раз реагирующего Вижна. Тот вообще после события с Таносом уделяет внимание только Ванде Максимофф.

Так, пожарная лестница над запасным выходом. Питер прыгает по высокому шпилю здания, отыскивая нужную дверь. Как назло, именно эта лаборатория стоит особняком в Адской кухне, непозволительно близко к спортивному центру, где Тея занимается боксом. Черт возьми почему сегодня все сводится к этой девчонке…

— Карен, отыщи доктора Стрэнджа и вообще всех живых людей внутри, — просит Питер, оказываясь на крыше подсобки над пожарной лестницей. Нед не врал — здесь есть люк, ведущий в здание обходными путями. ИИ паука послушно отправляет дрона-разведчика с костюма, и на стеклах-экранах Питера появляются все лаборатории, одна за другой, подсвеченные зеленым в специальном термо-режиме. Люди отмечаются оранжевым светом, вернее, их силуэты: кто-то лежит на полу, кто-то развалился на стуле и будто спит, кто-то упал прямо на стол и смял под собой колбы со всякими растворителями.

— Что за фигня? Нед, ты это видишь?

— Похоже, они все в отключке, — соглашается приятель. — Пусть Карен попробует отыскать хоть кого-то в сознании.

Но ИИ присылает отрицательный ответ.

— Никого, Питер, — сокрушается она. — Доктор Стрэндж находится в главной лаборатории на третьем этаже, он тоже без сознания.

— Что здесь случилось? Мы можем подключиться к системам наблюдения? Карен, отдохни. Нед, попробуешь?

Пока Лидс колдует над взломом охранной системы Старк Индастри, Питер терпеливо наматывает круги по крыше подсобного помещения. Без Карен, работающей на полную, он ограничен в действиях и передвижениях и последние пару месяцев чаще всего просто… ждет. Из-за этого — а еще из-за каких-то скрытых причин, которых сам Питер понять не может и не хочет — его одолевают жуткие иррациональные желания все крушить и сметать, после которых наступает черед апатии. Собственные эмоции то душат его, то норовят раздавить аномальным бездействием. От таких эмоциональных горок хочется сигануть с крыши, разбиться в особо дорогущей тачке, скакнуть под мчащийся поезд на путях в метро… сделать хоть что-то, чтобы унять растущее в груди ощущение собственной беспомощности, которое преследует его, что бы он ни делал.

Питер рычит сквозь зубы, снова на себя злясь. Лучше бы он грустно смотрел в закат и слушал душещипательные песни какого-нибудь бойз-бенда, а не пытался себя угробить. Но Паркер — человек-паук, которому нужно отыскать преступный синдикат, обезвредить его и помешать их коварным планам, чтобы обезопасить девушку. Не его девушку.

— Мисс Амидала покинула спортзал, — угодливо сообщает Карен — весьма не вовремя.

— Может, ты прекратишь уже сталкерить ее по всем углам и просто поговоришь? — вклинивается Нед. Питер отсылает его голос к черту, пока на боковой панели экрана выскакивает изображение с маячка Паркера, который он прикрепил к Тее после того, как она проигнорировала его кимойо. Наверное, она даже не догадывается, что за ней наблюдают. Тем же лучше.

«Не говори глупостей, Макс» — раздается ее голос. Мозг Питера дает сбой, и все звуки отходят на задний фон. — «Тренер — самый справедливый человек на земле, и если он к тебе придирается, значит, ждет большего. Посмотри на Майлза: тренер на него три месяца наседает, а парень только больше старается. Как будто у него второе дыхание открылось, да?.. Гарри? Что ты здесь делаешь?»

— Есть! — вскрик Неда заглушает вопросы от Теи, и Питеру приходится переключиться на друга.

— Получилось?

— Да, просматриваю запись. Погоди… погоди… Вот! Кажется, нашел!

Нед передает Паркеру запись с камер наблюдения от сегодняшней даты, часом ранее: за помехами и странными глюками Питер замечает знакомую уже дымку…

— Газ! — восклицает он, так что Нед на том конце линии охает от удивления. — Готов поспорить на что угодно, они использовали газ, как в ту ночь в парке! Карен, я могу войти внутрь?

— Да, Питер, — отчитывается его ИИ, — инородного вещества в воздухе более не замечено. Путь свободен.

— Отлично!

Он прыгает в открытый люк и пролетает несколько этажей по лестничным пролетам, пока не оказывается на уровне третьего этажа. Мелькающий на боковом экране силуэт Теи приходится отключить, когда Питер, замявшись, промахивается с паутиной и попадает залпом в стену, а не в перила лестницы, как задумывалось. Чертов Гарри! Что еще там за Гарри?

Питер беспрепятственно проникает в коридор, ведущий к основной лаборатории, проскакивает мимо нескольких офисов IT-сектора. Здесь полупрозрачные стены, за которыми видны спящие на полу, на столах, на стульях люди — все, как один, в бессознательном состоянии. Должно быть, их усыпили этим самым газом. Вряд ли он был похож на тот, каким отравили Питера и Тею в парке — этот, скорее, просто усыпляющий. Тепловизор Карен показывает, что ни один человек не умер, все они живы, так что, наверное, волноваться, что неизвестной облако газа убило кого-то в Старк Индастри, не следует.

— Так, я на месте! Тут дверь закрытая, — сообщает Питер своему ИИ и Неду. Карен привела его к лаборатории, в которой обнаружила доктора, но проникнуть внутрь Паркеру мешает весьма внушительная дверь с несколькими системами безопасности.

— Сейча-ас, — тянет Нед. Слышно, как его пальцы стучат по клавиатуре. — Пытаюсь взломать защитные коды Старка, секундочку…

— Готово, — встревает Карен. Питеру кажется, что иногда его ИИ соревнуется с лучшим другом на скорость, и сейчас — тот случай, когда победа остается на Карен. Лидс разочарованно стонет.

— Хватит, Нед, — осаживает его Питер. — Лучше найди короткий путь до госпиталя Метро Дженерал и посмотри, работает ли сегодня врач Кристин Палмер.

Он отпирает дверь лаборатории и проникает внутрь абсолютно белоснежного помещения с платформой, похожей на ту, какую Паркер видел на базе Мстителей. Кажется, она должна представлять что-то внушительное, чего сейчас нет на месте. Вместо всякого оборудования, какое ожидает увидеть человек-паук, его встречает бессознательное тело доктора Стрэнджа.

— Вот вам и великий маг,— ворчит Паркер. — Карен, проверь, как он.

— Жив, системы жизнеобеспечения в порядке, — тут же отвечает ИИ. — Все его рецепторы реагируют с замедлением, что очень похоже на действие парализующего газа.

— Такой же использовали на работниках лаборатории? — кряхтит Питер, приподнимая над полом тяжелое тело мага. Какой же тяжелый-то!

— Нет, этот сильнее.

— Может, его еще и накачали адамантием? Он тяжелый, как перчатка Таноса!

— Наблюдаются замедленные реакции всех нервных окончаний, — говорит Карен.

— Это значит, что он сейчас ничего не чувствует, — добавляет Нед. — Можно использовать его, как боксерскую грушу, если сильно раздражает!

Питер хмыкает.

— Очень смешно, Нед. Что там госпиталь?

— А, да. Врач Кристин Палмер заступила на смену три часа назад. Можно попасть к ней, но там сейчас очередь из пациентов в три мили.

Черт. Питер вытаскивает тело Стрэнджа из пустой лаборатории и провозит его прямо по полу коридора несколько футов. Так не пойдет. Надо его разбудить и пусть шагает самостоятельно…

Только Питер хочет довериться первой помощи от Карен, как маг хрипло вздыхает и вздрагивает. Паркер тут же бросает его руку.

— Доктор Стрэндж? Эй, вы как, сэр?

Тот мотает головой, снова кашляет. Так сильно, будто хочет выхаркать легкое через рот. Паркер переворачивает его лицом вверх, попутно проверяя все внутренние органы на случай перелома. Вроде бы цел.

— Карен, что надо делать при отравлении газом? Воды дать?

— Не надо воды, — рука Стрэнджа взмывает в воздух и с неожиданной силой хватает парня за локоть. Питер охает. — Доставь меня на Бликкер-стрит.

— Я вас не дотащу, док! — возмущается парень. Стрэндж бледный, глаза у него покраснели, и он, по всем признакам, не здоров. Вот теперь Паркер пугается по-настоящему.

— Давайте в госпиталь, а? Там сейчас ваша знакомая дежурит, она поможет.

Доктор мотает головой, кашляет. Отпускает руку Питера и свободными пальцами дрожащей ладонью рисует в воздухе невидимый знак. Тут же перед ними посреди коридора появляется искрящийся портал, за которым скрывается библиотека в нью-йоркском храме мага.

— Понял, — вздыхает Питер и тянет доктора за собой в открывшийся портал. Такие путешествия он не любит больше всего — после них остается головокружение и тошнота, как будто Питер враз пролетает целый небоскреб.

Паркер без слов роняет полуподвижное тело мага на деревянный паркет со знакомым до боли узором — последние три месяца он видел его десятки раз и успел возненавидеть — и рвано выдыхает.

Мистер Паркер, — объявляет Стрэндж прямо в воздух, — у нас проблемы.

Понятное дело, у нас проблемы. Когда их не было…

— Преступная группа, возглавляемая неизвестным мне лицом выкрала из лаборатории мистера Старка одну важную технологию, — сообщает док.

О, Боже…

— Какую? — устало выдыхает Питер.

— Ментально-органическую ретрограмму, — говорит Стрэндж. — М.О.Р.Г. Тони Старка.

Комментарий к Режим разрушения

Я не знаю, каким образом Марвел замутит сразу кучу злодеев на одного Паркера, у меня вот уже крыша едет. Хотела впилить всю “Зловещую шестерку”, но, похоже, ограничусь тремя противниками, иначе с ума сойду. Можно? :D

========== Титан в кубе ==========

Похоже, этот морг— вернее, М.О.Р.Г.— вернее, прототип М.О.Р.Г.а, хранящийся в лаборатории Старк-Индастри— имеет настолько большую ценность, что нервничает даже верховный маг Земли. Питер наблюдает его метания по полутемной гостиной, послушно сидя в кресле, куда его усадили и приказали не двигаться. От мельтешения пурпурных складок перед глазами у парня кружится голова, и хочется зажмуриться и отвернуться, а еще заткнуть уши руками или уйти совсем в другую комнату — в свою, чтобы лечь, наконец, в кровать и спокойно уснуть.

Нет, конечно же, первая весточка от мистера Старка спустя полгода — весть, несомненно, радостная, но Питер ожидал чего-то более… впечатляющего и существенного, а не простого короткого приказа шевелить конечностями во спасение дока. Который опять злится на пустом месте, потому что воспринимается его раздражительность со стороны именно как пустая.

— Я не понимаю, — делится впечатлениями Паркер. — Что это за штука такая? Почему вы думаете, что Оскорп охотились именно за ней?

Стрэндж отбрасывает в сторону толстенную книжку в кожаном переплете и тянется за следующим талмудом с полки — тот послушно летит ему в руки с самого верхнего яруса.

— Не то, — бормочет он. Потом отвлекается от своего занятия и, наконец, обращает внимание на замершего Питера. — Потому что, мистер Паркер, если вы не заметили, все мелкие и незначительные действия со стороны наших уважаемых противников велись именно к этому вопиющему действу.

— Не заметил, — отбривает парень. Брови доктора Стрэнджа вырисовывают впечатляющую дугу. — Что особенного в этой штуке мистера Старка?

— Погугли, — огрызается маг.

Питер устало вздыхает и лезет в интернет с помощью Карен. Этот чертов волшебник мог бы спасибо сказать Питеру за то, что он пришел на помощь, хотя проще было остаться дома и выспаться, черт возьми.

Карен подкидывает ему несколько статей и видеозапись с конференции в технологическом институте, на которой мистер Старк демонстрировал возможности своей игрушки. «…чрезвычайно дорогой метод стимуляции гиппокампа для работы с психотравмой. Никто не изменит того, что они не доехали до аэропорта… что только я ни делал, загоняя эту боль в подкорку. Плюс шестьсот одиннадцать миллионов, спущенных на этот психоэксперимент…»

— Эта штука… — сглатывает Питер, просмотрев запись, — она работает с психотравмами — и только?

— При желании и должном умении технология Тони сможет целые города в иллюзорные миры опрокидывать.

Стрэндж захлопывает книгу и спускается к Питеру в кресле.

— И я, кажется, начинаю понимать, для чего нашим противникам из Оскорпа данная примочка… Из лаборатории они выкрали только прототип, но скоро сообразят, что их обдурили, и тогда…

Он смеривает Паркера внимательным взглядом, останавливаясь на ссадине на лбу и царапине на губе. Да, вид у Питера не самый привлекательный, но к нему, такому, док уже должен бы привыкнуть. Вроде бы чародею наплевать, каким образом его юный помощник проводит свои свободные вечера и с каких построек сваливается.

— Мистер Паркер, — вдруг спрашивает Стрэндж, — а давно вы видели мисс Амидалу?

Питер давится воздухом и возмущением. После того, как он ушел от Теи, набравшись уверенности по невольной наводке дока, эта тема между ними не поднималась ни разу. С чего бы Стрэнджу спрашивать о Тее именно сейчас, когда…

— А что с ней? — сипло интересуется Питер. — Хотите поговорить? Как и раньше, я считаю, что вам не стоит впутывать ее в наше дело.

— Наше, мистер Паркер? Ей-богу, вы весьма самоуверенны.

— А вы — высокомерны до тошноты, — вскидывается Питер. — Но я вас терплю и пытаюсь помочь и прошу только не вмешивать Тею. Зачем она вам понадобилась?

Стрэндж молча отходит к письменному столу, заваленному пергаментными свитками, книгами и огрызками от яблок, хмыкает себе в бороду, будто догадывается о чем-то, чего Паркеру никогда не понять, и театрально вздыхает.

— Всего лишь хотел убедиться, что ты присматриваешь за своей подругой, несмотря на ваше, хм… — ваше расставание. И я, если ты хочешь знать мое мнение, на твоем месте не был бы столькатегоричен в своих решениях.

Питер не находит ничего лучше, чем поперхнуться воздухом. Задыхается, как будто кто-то врезал ему поддых. Не для того он вытаскивал бессознательного мага из лаборатории Старка, чтобы тот ковырялся в его душевных ранах с деловитостью хирурга. Ах, постойте-ка, он и есть бывший хирург.

— Вы не на моем месте, — наконец, выдыхает Питер, хватаясь за грудь. Сердце клокочет, как бешеное, так и норовя выпрыгнуть из клетки ребер и сгореть от злости. Тупой док. Тупой день. Отвратительно длинная ночь, которой нет конца и края.

— М-да, верно, — соглашается наблюдающий за парнем маг.

Свою мысль он никак не продолжает, вновь возвращаясь к книгам. Питер тяжело вздыхает, будто только что пережил бурю в море или полет в открытом космосе без скафандра. Тошнит, хочется выблевать сердце или жалкие остатки ужина хотя бы. За всеми этими переживаниями он отвлекается от основной мысли, которая ускользает от него, но в самый последний миг парень успевает уцепиться за нее, как за спасательный круг.

— Эй, — ахает он, — эй, а с чего вы вообще спросили про Тею? Мы, вообще-то, говорили про технологию мистера Старка! Не хотите знать, где он?

— Не особо, — с готовностью отвечает Стрэндж. Отворачивается к полкам с книгами, ставит на одну из них тяжелый талмуд, и продолжает на выдохе: — Мне не посчастливилось быть его должником, так что все, что я делаю сейчас, это возвращаю ему долг за свое спасение.И меня не прельщает перспектива лицезреть его рядом, пока я выполняю эту утомительную миссию.

— И что вы делаете? — кипятится Питер.

— Присматриваю за его игрушками и его стажерами.

Паркер фыркает, скрещивая на груди руки. Он ничего не может с собой поделать — общение с доком похоже на хождение по канату над пропастью сарказма, и победить лауреата самоучрежденной парнем премии в этой области ему не удается. Каждое новое замечание дока выбивает почву из-под ног Питера, и его это сильно отвлекает.

Права была Тея, этот тип — самый безобразный наставник всех времен и народов.

Вот опять! Питер злится на себя, напрасно загоняя мысли о девушке подальше, поглубже внутрь: те все равно вылезают в самый неожиданный момент и давят так сильно, что хочется идти и… крушить все на свете.

— М.О.Р.Г., мистер Паркер, — неожиданно произносит Стрэндж, — в умелых руках превратится в грозное оружие против всего человечества. И, раз уж мы с вами единственные, кто на данный момент знает, что пропал всего лишь прототип, нам же придется остановить наших противников от кражи настоящей технологии.

Он спускается с лестницы — и когда только успел там оказаться — и подает Питеру маячок с отметкой на карте неизвестного города.

— Что это?— крякает Питер от неожиданности.

— Лондон, мистер Паркер, — устало вздыхает Стрэндж. — М.О.Р.Г мистера Старка через неделю окажется в Лондоне. У человека, зовущего себя загадочным именем Мистерио на эту штучку большие планы. И вы, хм, отправляетесь на рандеву с ним, покуда он не использовал технологию по своему зловещему усмотрению.

***

О противнике, до этого скрывающемся в тени своих смертных помощников, Стрэндж узнал не так давно, используя свои тайные каналы, заглянув во тьму или прибегнув к жалким осколкам каких-нибудь камней бесконечности. Питер полагает, что хитрый док после мясорубки войны с Таносом припрятал для себя пару кусочков от разбитых камней разума и времени. Может, еще и души, если сумел отыскать их в той каше, которую после себя оставила Тея.

Стоп, нельзя о ней думать.

— То есть, этот Мистерио хочет полмира загипнотизировать? — спрашивает Нед, пока Питер утрамбовывает в свой легкий походный рюкзак необходимые вещи. Чтобы добраться до Лондона, он мог бы использовать Стрэндж-экспресс-порталы, но боится, что его экскурсия в столицу чаев затянется, поэтому ищет прикрытие.

Научная конференция, спонсируемая Старк Индастри, как раз подходит, чтобы замылить глазаМэй. И очень кстати именно на ней будут продемонстрированы возможности морга. Какой, все-таки, неудачный акроним.

— Понятия не имею, — признается Паркер. Ярко-синий пиджак от университетской формы летит в рюкзак поверх пары рубашек. Его не будет в стране всего пару недель, не более. За это время ничего не случится. Питер заставляет повторить про себя эту фразу несколько раз, но та не помогает.

Загадочного хмыря Мистерио в городе тоже не будет. Никто и ничто не будет угрожать Тее Амидала: человек-паук всех заберет с собой в Англию, чтобы старушка помучилась за свою сестру Америку.

— А зачем ему, по-твоему, игрушка от Старка? — не унимается Лидс. Он тоже едет вместе с Питером, как и половина его научной группы из универа, и Паркеру не хочется думать о том, какие причины он найдет, чтобы улизнуть с важных лекций в Лондоне, чтобы погоняться за злодеем без лица.

Стрэндж сказал, что Мистерио давно известен в преступном мире, как вор, работающий на весь мир только с самыми богатыми заказчиками и самыми интересными делами. Считается, что это он помог бежать из особо охраняемой тюрьмы строгого режима Гельмуту Земо, а потом убил, потому что они что-то не поделили; что это он участвовал в освобождении опасного бизнесмена Уилсона Фиска; что он совершил самые нахальные ограбления музеев и дворцов Европы и даже почти выкрал Мону Лизу из Лувра. Правда, потом вернул ее на место — по крайней мере, по заявлениям СМИ, а те вполне могли и соврать общественности.

Так или иначе, по всем статьям Питера ожидает неутешительный вывод: его загадочный враг куда хитрее и опаснее того же Стервятника. Возможно, человек-паук и пережил встречу с Таносом — дважды, но его прошлые заслуги меркнут и бледнеют на фоне угрозы, которую он чувствует своим паучьим чутьем: Паркеру кажется, что все в их с доктором плане полетит наперекосяк в самый первый же день его пребывания в Англии.

И он даже не представляет, насколько правдива его интуиция.

В понедельник утром Питер проверяет свой крохотный багаж еще раз: кимойо на руке, дополнительные паутинометы в рюкзаке, пара футболок, джинсы, кроссовки и старый костюм — так, на всякий случай. Вибраниумовый он все еще не починил, и тот доставляет ему некоторые неприятности — жмет в лопатке, царапает кожу и ограничивает движение правой руки. Питер в последний раз просматривает вчерашние записи с маячка у Теи и вздыхает.

— Ладно, Карен. Поработаем немножко, а потом я отдам тебя Вижну, идет?

— Хорошо, Питер, — понимающе отвечает ему ИИ.

Он встречается с Недом в аэропорту, кивает преподавателю, мистеру Робинсону, который переговаривается с кем-то по телефону, и здоровается с несколькими сокурсниками.

— Что, Паркер, в кои-то веки решил поддержать свою группу? — хмыкает Флеш. Питер надеялся, что их пути после школы разойдутся, как корабли в море, но Томпсон по каким-то судьбоносным причинам поступил с Паркером в один университет и даже, о боже, попал с ним в одну научную группу. Питер почти не пересекается с ним на парах, потому что пропускает их непозволительно много, что еще больше раззадоривает бывшего одноклассника.

— Теперь от него до самого Лондона не отделаемся, — шепчет Нед.

— Ага, — кивает Питер, — готовь уши, отвалятся.

В тот момент, когда объявляют посадку на рейс, к Паркеру и его сокурсникам присоединяется мистер Робинсон.

— Что ж, парни, с мистером Лагерти я договорился. Кто там опаздывает? Передайте им, что они смогут присоединиться к группе мистера Лагерти из медицинского, они улетают сегодня вечером.

Питер отмечает про себя, что имя этого мистера ему знакомо, но он не может вспомнить, где его слышал.

На посадку они проходят по очереди, занимают свои места, пристегиваются. Паркера берет мандраж, и Нед, замечая это, хмыкает.

— Ты летаешь на паутине, приятель! А самолетов боишься?

— Я им не доверяю, — уклончиво говорит Питер. — Предпочитаю передвигаться своим ходом. Ух, надо было воспользоваться услугами дока Стрэнджа.

И хотя все эти несколько дней перед поездкой в Лондон они с магом находятся в натянутых — более натянутых, чем обычно, — отношениях, сейчас Питер не возражал бы против волшебных порталов. Но полет проходит спокойно и вполне сносно; Питер умудряется даже слопать стандартный обед и не поморщиться.

В Лондон приземляются уже ближе к вечеру. Питер хватает свой рюкзак и идет вслед за преподавателем и Недом к выходу. Их гостиница, вернее, дешевенький отель, расположен в четвертой зоне, далеко от центральных районов, и добираться туда приходится на метро с несколькими пересадками. Неудобно, долго. По пути Питер считает станции и сверяется с картой, которую скачал в смартфон — в новом городе, в новой стране, он ориентируется очень так себе, ведь до этого момента бывал лишь в Берлине и на Титане, но вряд ли другая планета возможно соседней галактики вообще считается за экскурсионную поездку.

Уже в номере, который Паркер традиционно делит с Недом, он получает сообщение от Стрэнджа.

— Мистер Паркер, — отзывается маг по телефону, игнорируя современные технологии вакандских кимойо и других примочек, — ей-богу, было бы куда быстрее воспользоваться моей помощью, а не прибегать к дорогостоящим перелетам Бритиш Эйрвейс.

— Я должен был что-то сказать Мэй, — говорит Питер. — И билеты были не такие уж дорогие.

— Я про время, — вздыхает док. — Его у нас не в достатке, если вы помните.

Паркер закатывает глаза на немой вопрос в глазах Неда. «Это маг?» — «Да, да, это чертов маг». Нед по какой-то причине не слушает ни Питера, ни Тею, и считает доктора Стрэнджа крутейшим волшебником. Впрочем, он вообще всех супергероев считает крутыми, не делая скидки на гнусные характеры некоторых из них.

— Игрушку Старка привезут в Мэри-Экс завтра на демонстрацию, — говорит трубка голосом Стрэнджа. — До этого времени она будет находиться под охраной Старк Индастри на большом складе за городом. Самолет с технологией прибыл пару часов назад.

— Мне отправиться туда и проследить за ней? — спрашивает Питер. Все, что угодно, лишь бы не сидеть в тесном номере, глазея в потолок. Привычное чувство беспомощности не разливалось по его телу уже пару дней, и Паркер втайне надеется, что с окончанием этой погони за неизвестными апатия отпустит его окончательно.

— Я бы хотел, чтобы вы не привлекали внимания, — вздыхает Стрэндж, — но небольшая слежка нам не помешает. Я пришлю адрес склада, ждите.

И он отключается.

Питер держит смартфон в руке, ожидая, что док скинет ему смску, но проходит минута, и ничего не меняется. Паркер разочарованно стонет, кидает телефон на постель и идет в ванную, смыть с себя пот перед долгой ночью. Спустя пару минут он слышит короткий вскрик Неда и бросается обратно в комнату.

— Что, что такое?

Нед кивает на его постель с видом крайне удивленного человека.

— Стрэндж, — роняет он осипшим голосом. — Просунул руку в портал и кинул тебе на кровать бумажку.

Питер закатывает глаза снова. Подходит к кровати, хватает с нее подгоревший от искр портала вырванный из тетради лист с наскоро написанной на нем строчкой адреса. Этот маг как будто нарочно игнорирует блага современной цивилизации, только, на взгляд Паркера, выглядят его понты совсем не понтами.

Он набирает номер Стрэнджа, чувствуя себя более чем глупо.

— Эй, док, — говорит Питер в трубку, — а нельзя меня на склад экспресс-порталом доставить?

— Хм, — выдыхает телефон в руке парня, — прямо сейчас я немного занят, мистер Паркер. Советую вам воспользоваться своей пш-пш штукой.

— О, ну класс.

— Питер, давай сам, — бросает маг и отключается.

Иногда он обращается к нему на «ты», когда не хочет показаться важным или когда говорит действительно дельные вещи. Во все остальное время Питер терпеть не может его пренебрежительно-уважительные обращения и жалеет, что мистер Старк оставил Питера на попечение именно этому своему другу. Хотя можно ли называть их друзьями? Они, скорее, коллеги.

— Идешь спасать мир? — спрашивает Нед привычным тоном. Да уж, человеку-пауку к таким будням не привыкать.

— Ага, — отзывается раздосадованный Питер из ванной. Раз помощи с порталами ему не дождаться, у него есть собственные силы и пять минут времени, чтобы очистить голову от посторонних мыслей, поэтому он одергивает себя, как только хочет проверить Тею на другом конце земного шара. Не сейчас, потом. Все потом.

После проверки всех систем поврежденного костюма обнаруживается еще одна незадача: правая рука почти не реагирует на движения и интуитивное управление не работает.

— Повреждены нейронные схемы, — сообщает Карен.

— Класс! Супер! — вздыхает Питер. Не зря он взял с собой старый костюм, ох, не зря.

— Идешь спасать мир в этом? — изумленно тянет Нед. Раньше он боготворил эту версию костюма от Старка, но теперь, видимо, вибраниумовая модель вытеснила в его собственном рейтинге спандексный костюмчик на более низкую позицию.

— А что еще остается, — сокрушается Паркер. — Другого выхода у меня нет. Да и, к тому же, ты и Карен мне поможете, да? Я постараюсь не вляпаться во что-нибудь… опасное.

— Ага. Например, не пойду сторожить особо мощную психоштуку в надежде поймать особо опасных преступников.

Питер пожимает плечами и вылетает из комнаты через окно.

***

Склад, на который привезли М.О.Р.Г., больше напоминает жутко засекреченное хранилище особо опасных взрывных устройств; здесь пропадает сеть, туго с вентиляцией и прочные стены не дают заглянуть в другие отсеки. Питер попал сюда с грузовиком, который привез очередную партию… чего-то, и теперь ходит вдоль полок с различными приспособлениями — оружием и деталями от оружия, принадлежащего инопланетным расам, наводнившим Землю в бойне с Таносом и его Детьми. Почему все это сокровище хранится на складе Лондона, для Паркера остается загадкой.

— Местный институт проводит тут свои опыты, — поясняет Карен по внутренней связи. Питер кивает, пиная закрытые бетонные ворота. Сотовая сеть здесь не ловит, до Лидса не дозвониться.

— Ясно, — говорит Питер. — Это что-то типа филиала департамента по ликвидации разрушений?

— Точно, — отзывается ИИ. — Только в Англии.— Это самое безопасное место в Европе, Питер. И ворота, скорее всего, будут закрыты до самого утра.

Еще лучше. Паркер стонет, ходит из угла в угол и думает, что мог бы захватить с собой смартфон или какую-нибудь приставку Неда, чтобы убить время. Почему-то ему кажется, что сюда никто не сунется, а док послал его «проследить за грузом», только чтобы беспокойный стажер не доставлял ему помех. Чем он занят, интересно? Читает очередной талмуд по древним цивилизациям? Изучает латынь? Пока Питер тут изнывает от безделья, его новый — кхм, язык не поворачивается назвать — наставник, небось, преспокойно пьет китайские чаи.

— Оке-ей, — тянет Паркер, присаживаясь на кузов грузовика. — Карен, давай-ка еще раз пройдемся по моргу. Что с ним не так?

Оказывается, технологией в разное время с переменным успехом интересовались все крупные научные корпорации, но только одна промышленная проявляла рвение в получении этой штучки. Питер совсем не удивляется, когда Карен отвечает на запрос одним словом: Оскорп. Дрянная контора! Тянет руки ко всему, что как-либо связано со Старк Индастри, инопланетными технологиями и недавней войной.

«М.О.Р.Г. работает с гиппокампом человеческого мозга, то есть стимулирует его лимбическую систему, отвечающую за формирование эмоций и консолидации памяти», — читает Питер в статье. Брр, слишком сложно. Была бы тут Тея, она бы поняла куда больше, но…

Вот опять! Питер злится на себя в пятый раз за день. Он бы ударился головой об стену, если бы не понимал, что этим вызовет помутнение рассудка и сотрясение мозга, а никак не потерю памяти. Хотя… Нет, не стоит об этом думать.

— Эй, Карен. А где сейчас этот морг?

— В правом секторе, — с готовностью отзывается ИИ. — Северное крыло департамента.

Питер направляется туда, используя паутину, как тросы под потолком.

— А мы можем, ну, взглянуть на эту штуку в действии?

Карен неодобрительно молчит и спустя минуту, когда Паркер уже приземляется у нужной ему точки, выдает:

— Это не самое удачное решение, Питер.

— Да, верно. Но должны же мы понять, как работает эта технология и из-за чего весь сыр-бор, да?..

Он стоит перед белым кубом десять на десять футов с абсолютно гладкими стенками. Здесь есть дверь, неприметная, такая же белая и полностью идентичная стенкам. Питер осторожно касается ее рукой, и та отъезжает в сторону.

— Питер, на вашем месте я бы этого не делала, — предупреждает Карен. — М.О.Р.Г. работает с психотравмами, а у вас их более, чем достаточно, чтобы вы могли спокойно перенести даже один сеанс подобной терапии.

— Знаю, Карен, знаю.

Паркер едва успевает сделать один шаг внутрь куба, абсолютно пустого и такого же белого, как снаружи, когда он вдруг оживает.

Питер понимает, что может увидеть здесь что-то неприятное, он смотрел запись с конференции, на которой мистер Старк показал всем худший момент своего прошлого, но парню хочется думать, что он справится со своими демонами. Кроме того, интерес никуда не девается, жжет изнутри грудную клетку и, наверное, виновато в этом тяга к саморазрушению, которую Питер подпитывает уже третий месяц.

Куб вокруг него вибрирует, преображается в знакомую Питеру обстановку — красно-оранжевый пейзаж пустынной планеты Титан.

— Эй, а недурно! — восклицает парень. — Это похоже на планету Таноса!

— Это последнее воспоминание, которое было загружено в систему М.О.Р.Г.а, — подсказывает Карен. По ее голосу сложно понять настроение, но, кажется, она обеспокоена.

— Ясно. С ним, наверное, мистер Старк работал, — кивает Питер, стягивая с головы маску. Старый костюм хоть и приятен на ощупь, все же вызывает неудобства, не обладая интуитивным управлением. К хорошему быстро привыкаешь, а вибраниумовый костюмчик человека-паука — это, определенно, что-то очень хорошее.

Из пустоты перед Питером вырастает силуэт Стражей — всех до единого: Квилл, полуголый Дракс, Мантис с антеннами на голове. Паркер крутит головой, и стены куба вслед за его взглядом рисуют панораму песков далекой планеты со стоящим на пригорке доктором Стрэнджем собственной персоной, девушкой-киборгом, с которой он так и не успел познакомиться, с мистером Старком, уставшим и раненным. И, наконец, с самим Питером.

Паркер наблюдает со стороны, как человек-паук, сняв маску со своего нового на тот момент костюма, пытается выискать среди присутствующих кого-то еще. Наверное, они только-только проиграли битву с Таносом и титан растворился в темном облаке портала. Их сейчас всех расщепит на частицы пыли…

О, нет.

Хоть это воспоминание принадлежит Старку, Питер знает, что увидит уже в следующее мгновение, и у него тут же потеют ладони, пульс подскакивает, а сердце норовит выпрыгнуть через горло наружу. Нет-нет-нет, вот об этом предупреждала Карен: нельзя соваться на психотерапию к бездушной машине, если сам не готов к таким методам!

— Уходим, — выдыхает Питер, оборачиваясь к тому месту, где, по его версии, должна быть дверь. — Карен, выведи нас отсюда, сейчас же!

Но он не успевает даже вздохнуть, когда натыкается взглядом на возникающую из воздуха Тею. Прямо рядом с собственной копией.

— Питер, прости! — всхлипывает она, прежде чем парень ее обнимает.

— Питер?

Нет-нет, только не это снова!

Тея хрипит, отталкивает парня и растворяется в воздухе, осыпаясь пеплом. Это страшное, пугающее, невообразимо кошмарное зрелище, от которого Питер не может отвести глаз. Он мазохист? Он мазохист, раз позволяет себе соваться туда, куда его психика до сих пор не пускает!

— Карен-Карен-Карен, выпусти меня отсюда, — тараторит он, кидаясь на стенки. Созданное технологией будущего видение мерцает и распадается на пиксели, прежде чем исчезнуть совсем. Питер, задыхаясь, находит дверь и вываливается из куба головой вперед.

— Я предупреждала вас, Питер, — с укором говорит ИИ. Конечно, предупреждала.

Паркер кашляет, хватаясь за грудь, снова ощущая, как руки нестерпимо жжет, как желудок сводит судорогой, как кружится голова. Это было всего лишь воспоминание, обработанное моргом, всего лишь прошлое, которого уже нет. Тея жива, с ней все в порядке, она в Нью-Йорке, ходит на учебу в свой медицинский, слушает лекции, дерется с боксерскими грушами и воспитывает младших сестру и брата. Никакого Таноса и Титана, никаких камней бесконечности.

— Карен, — хрипло говорит Питер, немного отдышавшись, — думаю, самое время проверить Тею.

Если он не увидит, что с ней сейчас все в порядке, он свихнется. Чертовая технология мистера Старка, это опасная-опасная-опасная вещь!

— Карен?

ИИ подозрительно молчит, и Питер уже ссылается на ее глюки — пора бы отвезти старушку на базу Мстителей и дать Вижну над ней поработать! — когда дамочка отзывается непривычно тихим голосом.

— Маячок мисс Амидала не отвечает со вчерашнего вечера.

— ЧТО?!

Питер вскакивает на ноги, снова падает от головокружения, снова вскакивает, хватаясь за голову.

— Ты почему не сказала мне?! Что случилось, что с ней?!

— Вы просили откладывать все записи мисс Амидалы, чтобы не отвлекаться на них, — послушно заявляет ИИ.

— Но ведь это серьезно! — вскрикивает Питер, более не заботясь о своем инкогнито на закрытом складе. Он мечется от стенки к стенке и, наконец, бежит к главным воротам. — Так, что последнее есть на записях, что ты сохранила?

Спокойно-спокойно-спокойно! Тея могла запросто отыскать маячок Питера и выкинуть его — она уже сделала так с бусиной кимойо, и ничто не помешало бы ей сделать это с маячком от костюма паука.

Карен выбрасывает на экран вчерашнюю запись: утро, Тея слушает медицинскую лекцию, сидя на подоконнике рядом с приоткрытым окном.

— Дальше.

Встречается с подругой в парке, они обсуждают предстоящую поездку в…

— Дальше.

Собирает дорожную сумку, ругает Кирка за то, что тот стащил ее тетради. «Отдай, негодник, они понадобятся мне завтра!»

— Дальше.

Приезжает на Манхэттен и идет в сторону Бликкер-стрит.

— Дальше… погоди! Стоп! Зачем она здесь?

Карен останавливает перемотку: Тея подходит к слишком знакомому зданию и стучится в дверь верховного мага Земли.

— Ну и зачем вы хотели меня видеть? — спрашивает девушка у открывшего ей доктора Стрэнджа.

========== Операция «Гарри Озборн» ==========

«Герой Куинса, который сам себя называет дружелюбным соседом человеком-пауком, снова влез в неприятности. Об этом сообщает наш корреспондент, побывавший на месте происшествия. Джессика, тебе сл…»

Кирк щелкает пультом от телевизора, переключая на канал с мультиками.

— Кирк, верни, пожалуйста, — говорит Тея, появляясь в дверях спальни. Кирк оборачивается и смотрит на сестру через спинку дивана.

— Мама сказала не смотреть при тебе новости про Пит… человека-паука.

— Верни, — с нажимом повторяет она, и брат послушно возвращает вечерние новости на местном канале.

Во весь экран теперь растягивается видео, снятое на беспокойную камеру: человек-паук, облаченный в свой неизменный вибраниумовый костюм, прыгает вокруг здания центрального банка, используя козырек над главным входом вместо опоры, и разбивает окно на третьем этаже, чтобы попасть внутрь. Раздаются крики, выстрелы, и вдруг все смолкает. Корреспондент Джессика Какая-то-там передает своему телеканалу, что ограбление банка было остановлено еще до приезда полиции, за что городского членистоного уже не любят в стенах полицейского участка разных районов.

— Раньше он влезал в дела только Куинса, а теперь мешает работе всех участков вместе взятых, — жалуется на камеру капитан манхэттенского округа. — Такая самодеятельность приведет только к жертвам, помяните мое слово!

Тея фыркает. О, да, к жертвам. Знали бы все эти люди, что сделал для них человек-паук всего год назад, они бы… постойте-ка, они ведь знают. Они видели, что Питер спасал город вместе со взрослыми Мстителями, так в чем же дело?

В последнее время, когда дружелюбный сосед развил бурную деятельность вокруг центральных округов Нью-Йорка, на него нападают все подчиненные правительству СМИ, телевизионные каналы государственного масштаба считают его выскочкой, но пока не спешат приписывать его к преступникам, как команду Кэпа когда-то. Только независимые издания поддерживают его, но ведь… это уже немало.

— Ну и что это? — спрашивает мама из кухни. Тея выходит из ступора и тянется к оставленному Кирком пульту от телевизора — сам мальчишка прилип к экрану вплотную и скандирует оды супергерою в красном. Человека-паука в семье Амидалы обожают, только вот уже два месяца все стараются обходить стороной опасные темы про спасение мира, паутины и прочие примочки супергеройской тематики, как будто Тее снова пятнадцать и она только-только пережила взрыв в отцовской лаборатории.

— Ничего, — отрезает девушка, выключая новости. Кирк разочарованно стонет и убегает в свою комнату.

— Я сам пойду спасать Нью-Йорк! — кричит мальчик. Тея спорит сама с собой, что он наденет синие шорты, напялит футболку с Микки Маусом и завернется в одеяло, как в плащ, чтобы потом носиться по дому в самодельном костюме.

Девушка идет в кухню, чтобы помочь матери. Та вздыхает, не глядя на дочь.

— Что человек-паук?

— Остановил ограбление вчера вечером, — говорит Тея и принимается за томатную подливку к ужину. Шипение и тонкий кислый аромат должны бы отвлекать девушку от всяких мыслей, но готовка никогда не помогала ей в бегствах от самой себя. Так что она бездумно мешает булькающий томатный соус на сковороде, пока мама за ее спиной понимающе кивает.

— Может, пора прекратить все это?

— Что именно?

— Ну, это, — мама тянется и перехватывает руку Теи, сильно сжимая. — На первых порах я старалась тебя не трогать, но сейчас все выглядит совсем уж плачевно. Вон он, твой герой: прыгает по крышам и спасает жителей города, вроде бы даже не сильно печалится, как мне кажется. Последуй его примеру, Тея. Разозлись, выброси лишние мысли из головы и начни уже радоваться тому, что имеешь.

— А я и радуюсь, ты не заметила? — Тея вытаскивает свою ладонь из маминой хватки и морщится. — Больно, между прочим.

— Не заметила. Пока что я наблюдаю за тем, как моя дочь загоняет все эмоции под улыбку и упирается в учебу, что…

— Разве это плохо?

— …что плохо сказывается на психике, — заканчивает мама с укором. Отставляет ложку и тянется к девушке, чтобы обнять. — Детка, ты очень спокойная, и это меня пугает. Разве ты не должна, хм, не знаю, злиться-беситься, ломать что-нибудь?

Тея хмыкает. С такими предложениями, пожалуй, надо обращаться не к ней. К тому же, мама ни разу не видела девушку на тренировке у мистера Касла, а тот выжимает из своих подопечных последний дух, после чего вряд ли захочется и сумеется вообще что-либо крушить.

Загоняет все эмоции под улыбку. Что ж, весьма четкое представление о состоянии Теи. Она не делится подобным с родителями, потому что решила не беспокоить их вовсе, но кошмары определенного рода продолжают мучить ее ночами, тело больше не слушается и не способно реагировать на опасности: после происшествия в парке или по другим причинам, которые сама Тея плохо понимает, ее способность сошла на «нет» и почти не дает о себе знать. Тея не может создавать сферы. Тея не может заковать себя в непроницаемый кокон. Тея больше не супергерой, который может прийти на помощь. Теперь она едва мерцает и только по ночам, когда просыпается от страшных снов.

Но в этом виновато не расставание. Нет-нет, просто одно обстоятельство наложилось на другое, все перепуталось, перекрутилось, и…

— Я не злюсь, потому что все еще не понимаю, — говорит Тея, пока мама гладит ее по спине. — Вот объясни мне: разве люди должны расставаться, потому что слишком любят друг друга? Кто так делает вообще?

Мама вздыхает.

— Может, герои Шекспира?

— Ага, или той подростковой книжки про девочку-скрипачку в коме.

Родители не поднимают этой темы и не обсуждают при ней деятельность Питера, но Тея знает, что в душе они ему благодарны. Он ушел, тем самым обезопасив их девочку, как же. Как будто теперь не Тея избивает грушу в зале тренера Касла до потери пульса и не кидается на тренировках на своих соратников, как будто не Тея уходит в учебу и соглашается на дополнительные занятия и сама вызвалась практикантом в Метро Дженерал.

Она не знает, чем занят Питер Паркер в свободное от спасения Нью-Йорка время, но думает, что из них двоих у нее более действенный способ прийти в себя, окунувшись в реальную жизнь без примесей супергеройской тематики.

Тренер Касл ею доволен, как никогда. Считает, что свою злость Тея направила в правильное русло, и, хотя иногда ее ведет не в ту сторону и она срывается на Макса и новенького в их группе, Майлза, расставание, как старт для взлета, мужчина одобряет.

— Пошли его, — говорит тренер. — Раз смылся, сославшись на какие-то идиотские причины, от такой девчонки, значит, слабак и придурок. Пошли его и будь собой, ты лучшая, Амидала.

Питер не слабак. Но вот насчет придурка Тея с тренером согласна.

Она изводит себя на тренировках три раза в неделю, в остальные дни дежуря в госпитале под руководством, как это ни смешно, Кристин Палмер. Та, впервые увидев девушку в своих коридорах, удивилась так сильно, что потеряла дар речи, а теперь первой приходит на помощь, если Амидала чего-то не понимает. Правда, Тее кажется, что из-за такой близости со знакомой доктора Стрэнджа она попадает под неусыпное наблюдение мага. Но, вроде как, с доктором Палмер они редко общаются.

И все же Тее постоянно кажется, что за ней наблюдают. Не то, чтобы у нее не было поводов для подозрений: через две недели после того, как Питер выскользнул из окна ее комнаты в последний раз — это было в ноябре прошлого года, — Амидала нашла у себя в сумке бусину кимойо. Подумала было, что это из ее браслета, но Шури сказала, что забытая бусина модифицирована под подслушивающее устройство, передающее сигнал прямо из сумки Теи неизвестному получателю.

Тея взбесилась так, что раскрошила несчастную бусину прямо в руке. Это был последний раз, когда гнев в ней затмил все остальные эмоции и позволил анаптаниуму завладеть всем телом и выплеснуться, подобно разряду молнии.

С тех пор Тея едва мерцает, когда дело доходит до защитных реакций.

Она не пользуется способностями. Не вызывает Соло, не надевает костюм — нет необходимости, да и она обещала. Чертов спаситель Паркер. Тея не лезет в его дела, просто наблюдает по новостям. Злится, бесится, пряча эмоции, вымещает все на боксерских грушах у тренера Касла. Только провидение все равно настигает ее там, где не ждали:

В очередной непримечательный понедельник на лекцию по молекулярной медицине мистера Лагерти заглядывает человек в строгом черном костюме, представляется мистером Коннорсом и объявляет, что с этого дня медицинский университет города Нью-Йорк сотрудничает с корпорацией Оскорп. Тея поднимает голову от записей, с ужасом вглядываясь в незнакомое лицо человека у грифельной доски.

Что Оскорп понадобилось от ее университета? Чего добивается организация, на счету которой множество темных делишек, о которых никому в городе не известно?

Мистер Лагерти радостно сообщает, что в следующем месяце группа из лучших студентов поедет с ним в Лондон на предстоящую конференцию Старк Индастри, и всю поездку проспонсирует Оскорп. Тее не нравится эта тема, и она решает сказать обо всем Питеру (странное чувство, что она находится под чьим-то наблюдением, теперь усиливается, и Амидале страшно, что за ней следят именно Оскорп).

— Ты знала? — спрашивает Тея у сокурсницы Гвен. Та работает в научном блоке Оскорпа главным интерном и улыбается, глядя на подругу.

— Нет, для меня это тоже сюрприз. Здорово же, правда?

Гвен хочет стать биоинженером, выращивать стволовые клетки, совершать научные прорывы в медицине, излечивать людей от рака и восстанавливать утраченные конечности. Она работает с мистером Коннорсом напрямую, и это как никогда привлекательно выглядит. Но Тея одергивает себя. Никаких расследований за спиной у Оскорпа. Никакой самодеятельности за спиной человека-паука, она пообещала.

Как бы она ни старалась оградить себя от лишних опасностей, связанных с запутанным делом, те, кажется, сами ее находят.

Еще через неделю Тея приходит на экскурсию в Оскорп в числе лучших студентов, отобранных мистером Лагерти. Им с Гвен говорят, что они поедут в Лондон, и в Оскорп им следует явиться, чтобы посмотреть на работу научного центра корпорации.

— Может быть, и ты, Амидала, будешь работать здесь? — улыбается мистер Лагерти, пока девушка непроизвольно морщится. Да ни за какие деньги.

Тея постоянно оглядывается, ведет себя подозрительно, так что даже Гвен замечает это.

— Слушай, я все понимаю, — вздыхает она в кафетерии Оскорп на обеденном перерыве. — Питер придурок и все такое, но сколько времени уже прошло? Пора бы очнуться.

Тея мотает головой.

— Не в нем дело. И я очнулась. Я что, веду себя, как несчастная влюбленная?

— Нет, — кривит губы Гвен. — Ты ведешь себя, как чересчур энергичная баба на стероидах. Ну, знаешь, которые в качалку ходят и энергетиками закидываются.

— В каком смысле?

Гвен делает странное лицо.

— Ну, ты такая… вся на позитиве, себя нагружаешь, от работы в госпитале не отказалась.

— Меня это отвлекает, — уклончиво говорит Тея.

— От чего? — закатывает глаза подруга. — Лучше бы на свидание сходила. Вон с тем красавчиком, например.

Гвен смотрит куда-то за спин девушки, и та, обернувшись, замечает идущего по направлению к ним худого высокого брюнета в костюме. Он подходит прямо к столику девушек и лучезарно им улыбается.

— Мисс… Амидала, я полагаю?

— Да, — удивленно кивает Тея. — А вы…

— Я Гарри! Я работал с вашим отцом, доктором Амидалой, — брюнет протягивает девушке руку, которую она с некоторым подозрением пожимает. Гвен закатывает глаза.

— Неужели?..— щурится девушка. — Вы как-то молодо выглядите для того, кто работал с…

— Я был у него стажером в Старк Индастри, — тут же отвечает парень. На вид ему и правда не дашь больше двадцати пяти. — Еще до инцидента.

— А… Ясно, — Тея переводит взгляд на притихшую Гвен, чувствуя себя крайне неловко. — Что ж. А это вот моя подруга, Гвен Стейси.

Гвен радостно тянет руку к Гарри, и тот, улыбнувшись, присаживается к ним за столик. Чего Тея ему не предлагала. Она хмурится, но ничего не говорит. Может, в современном мире так принято знакомиться с девушками? Она не знает, потому что к ней нечасто подсаживается кто-либо из мужского пола.

Весь круг ее знакомых ограничивается школьными друзьями — Мидтаунской научной школы, разумеется, а не бывшего элитного колледжа Манхэттена (оттуда-то все одноклассники и прочие знакомые отвалились сразу после их переезда в Куинс) — и университетскими приятелями. Все до сих пор полагают, что Тея встречается с рассеянным пареньком из технического университета, да и она, вроде, ни к кому особо не тянется. Гвен считает, что Амидале пора найти нового ухажера, если уж она так привыкла быть с кем-то.

— Простите, что отвлекаю вас от обеда, — улыбается Гарри. — Доктор Амидала был моим наставником, и я просто хотел поприветствовать его дочь. Вы ведь пришли на экскурсию, да? Вы учитесь в медицинском?

— Я не..

— Верно! — кивает Гвен и толкает Тею под локоть. — А вы, Гарри?

— Я здесь работаю, — говорит парень. — Несмотря на тот случай в лаборатории Старк Индастри, меня взяли в Оскорп. Ваш отец, мисс Амидала, написал мне очень хорошую рекомендацию, так что я ему благодарен. О, и… — он понижает голос, как будто хочет сохранить все в тайне, — я знаю, что доктор Амидала не был причастен к тому Инциденту.

— Правда? — хмыкает Тея, теряя к новому знакомому всякий интерес. Она ведь знает это лицо, вот почему он показался ей подозрительным… — А что же вы тогда не дали свои показания на судебном разбирательстве? Знаете, что отцу чуть не влепили срок за несоблюдение мер безопасности?

— Эм, ну, я… — Гарри опускает глаза на свои скрещенные на столике руки и мямлит. — Я не думал, что дело приобретет такой размах. Мне жаль.

Тея кривит губы и демонстративно отпивает сок из своей коробочки.

— Мне тоже, Гарри. Всего вам доброго.

Она встает, тянет за собой недоумевающую подругу и идет к выходу из кафетерия, спиной чувствуя, как Гарри провожает ее внимательным взглядом. Это у Теи разыгралось воображение, или парень действительно не выглядит таким уж раскаявшимся?

— Ты чего? — шипит на нее Гвен. — Какая муха тебя укусила?

Тея останавливается в холле на первом этаже и делает глубокий вдох, прежде чем отпустить подругу.

— Это Гарри Озборн! — цедит она сквозь зубы, боясь, что их могут услышать. — Сын Нормана Озборна! Неудивительно, что его без труда приняли на «работу», — Тея ставит воздушные кавычки перед лицом Гвен, — он же президентский сынок!

— Кхм, — раздается за спиной Теи. Гвен ахает и поворачивает подругу лицом к замершему посреди холла Гарри Озборну. Он выше Теи на две головы, и это… пугает.

— Вообще-то, мой отец занимает пост гендиректора, а не президента, — говорит он. — В Оскорпе, скажем так, власть принадлежит акционерам, а не одному человеку.

Тея поджимает губы. Этот отпрыск Озборна ведь поймет, что ему не рады? Такое пристальное внимание со стороны Оскорп — тот еще аттракцион, участвовать в котором Тея не желает. Гарри делает шаг вперед.

— Мисс Амидала… Простите, если пугаю, я не хотел, — он видит, как Тея отступает от него, на автомате закрывая собой Гвен. Чертовы геройские привычки, они въелись под кожу и укоренились в мышцах, даже если анаптаниум в ее теле спит сладким сном!

— Я бы хотел загладить свою вину перед вашим отцом, — признается Гарри Озборн.

— Так поговорите с ним, — роняет Тея и тут же жалеет о своих словах. — Нет, стойте. Не нужно.

Парень вскидывает в удивлении брови. Тея резко выдыхает. Спокойно, он не набросится на тебя, он вообще, возможно, не представляет никакой угрозы.

— Слушайте, моя семья не держит на вас зла, а отец тем более, раз накатал вам крутую рекомендацию. Мы, типа, в расчете. Идет?

Тея хватает Гвен за руку и хочет увести подальше от назойливого «поклонника», но тот окликает их быстрее:

— Я просто хотел… — Тея вздыхает. Оборачивается, чтобы взглянуть на ссутулившегося Гарри Озборна. Он что, притворяется стеснительным мальчишкой при своем-то росте? — Я просто хотел познакомиться с тобой поближе. Можно? Или… у тебя есть парень?

Только не это… Амидала глубоко вздыхает, прикрывая на миг глаза. Вот и дождалась нового ухажера, круче не придумаешь!

— Да, у меня есть…

— Нет у нее никого! — восклицает Гвен. Тея вздрагивает и стискивает кисть подруги до ее возмущенного вскрика.

— Славно, — улыбается Озборн. — Ничего, если я возьму у тебя телефон? Мы просто пообщаемся, ничего особенного.

— Я… эм… — Тея кусает губы и смотрит в сторону. Может быть, в нем правда нет злого умысла? Не все ведь в мире подчиняются злодейским планам, верно? Но девушка мысленно дает себе оплеуху. Очнись, это сынок Озборна! Хоть он и высокий, красивый и сказочно богатый, должно быть, когда что-либо из этого становилось препятствием для наличия в голове человека коварных мыслей?

— У-у меня нет телефона! — выпаливает Амидала и сбегает из холла. Гвен идет за ней быстрым шагом и ворчит, что Тее нужно наведаться к психологу и поработать со своей психотравмой. Тея не говорит подруге о своих подозрениях. Но уже к вечеру в ней зреет, подпитываемая интуицией, догадка, что с этим Гарри Озборном нужно быть настороже и, если он попытается еще раз с ней сблизиться, дать ему шанс. Чтобы проверить теорию касательно компании его папаши.

***

И, как по незримой указке кого-то свыше, этот Гарри Озборн не заставляет себя долго ждать. Тея успевает выкинуть мысли о нем из головы и забить ее мыслями о другом парне, который по вечерам, пока она занимается в спортзале, прыгает по крышам небоскребов и спасает старушек. В один из таких вечером, когда Амидала возвращается из секции в компании Макса, им навстречу, совершенно прозаично, выходит сын Озборна.

— Гарри! Что ты здесь делаешь? — восклицает Тея, замечая его на тротуаре рядом с проезжей частью. Уже поздно, и от вечернего сумрака и редких огней в этой части Манхэттена, фигура высокого парня выглядит еще более пугающей, чем должна бы.

— Твой знакомый?— хмурится Макс, темнокожий подросток, живущий в трех кварталах от спортзала. Он ходит в школу в Адской кухне, подрабатывает в магазине комиксов за углом и помогает отцу-калеке, пострадавшему во время Инцидента вместе с Теей. Их связывают не особо приятные воспоминания, но сейчас Амидала готова променять внезапную встречу с Озборном на двухчасовую беседу по душам с этим парнем.

— Э… нет, не совсем, — Тея кусает губы и останавливается. Ей бы спрятаться за плечом более широкого Макса, делающего успехи в боксе, но она ведь договорилась с собой, что вытрясет из Гарри Озборна все его планы, если они встретятся. Вот, они встретились.

— Представляешь, — говорит Озборн, — я случайно мимо шел, возвращался после кардио в спортзале неподалеку. Увидел вас… Ты здесь живешь?

— Нет, я… Хм, — Тея хмурится. Нащупывает в кармане кимойо, подключается к каналам связи, которыми не пользовалась несколько месяцев. Соло должен знать, что делать.

— Не против, если мы немного прогуляемся? — спрашивает Озборн. Макс косится на девушку, та неуверенно кивает. Не станет же он ее похищать посреди оживленного проспекта, к которому они направляются, верно?

— Все окей? — щурится Макс. Тея сжимает его руку и улыбается.

— Да, все путем. Извини. Увидимся в среду, да?

Макс молча удаляется, огибая статного Гарри Озборна. Тея остается с ним наедине и шагает в сторону сорок пятой авеню, где больше машин и людей.

— Так… Что ты хотел?

Гарри Озборн не спешит делиться мыслями, что Тею начинает злить. Она боится его и пытается не показывать этого, и раздражается, что приходится влезать в дела Оскорпа, которые она поклялась стороной обходить — и еще, поверх всех этих мыслей, в ней зреет злость на Питера: почему его нет рядом, когда какой-то тип тянет к Тее руки, если он, черт возьми, пообещал ей защиту? Обезопасил, нечего сказать!

— Хотел узнать, — говорит Гарри, — как дела у отца. Как семья вообще? Доктор Амидала рассказывал, что у него три ребенка, да?

Тея фыркает, скрещивая на груди руки.

— Брось, Гарри Озборн. Выкладывай, чего тебе надо.

Он вдруг хмыкает.

— А ты на мелочи не размениваешься, да? — останавливается посреди тротуара перед перекрестком с сорок пятой. Тея замирает рядом, стараясь держаться светлой стороны улицы.

— Ладно, — вздыхает Гарри. — На самом деле, когда я тебя увидел, то вспомнил, что мы уже встречались. В Старк Индастри. Ты, кажется, приходила тогда на экскурсию, помнишь?

— Потом там взрыв случился… — выдыхает Тея. Так вот, откуда она действительно его знает! Вот, почему ей так знакомо его лицо! Гарри Озборн, стажер Озборн, был тогда в лаборатории отца, куда Тея сунулась, никого не спросив!

— Я навещал тебя в больнице, но ты, наверное, этого не знала, — делится Гарри и пожимает плечами. — К тебе никого, кроме семьи, не пускали. А потом вы переехали, твой отец пропал, и я не смог вас отыскать.

— А что ты хотел-то? — Тея старается делать голос спокойнее и тише, но тот не слушается, от эмоций подскакивает на октаву и сипит. Девушка кашляет, прикрывая глаза.

Гарри подходит к ней совсем близко, останавливается в шаге от Теи и нависает над ней пугающей тенью.

— Хотел извиниться. Я все это время думал, что виноват перед девочкой, которая пострадала в том взрыве.

— Но я не пострадала, — отрезает Тея, отступая на шаг назад. Она неуклюже дергается, оступается, и ее неудержимо тянет на проезжую часть, но Гарри выбрасывает вперед руку и подхватывает Тею за локоть. Девушку ведет обратно, прямо в грудь высокого парня. Черт возьми.

— Да, я вижу, — усмехается Озборн, глядя на нее сверху вниз. Он отпускает руку Теи, и та недовольно морщится. — Выглядишь ты здоровой. Так у тебя есть парень?

— Не скажу, — по-детски выдает Тея. Сердце стучит, как бешеное, кровь пульсирует в висках. Надо срочно сматываться от этого типа. — Я не заинтересована в свиданиях с тобой, не держу на тебя зла и ни в чем не обвиняю. Будет лучше, если мы больше не будем пересекаться в темных переулках, идет?

И Тея позорно сбегает, молясь, чтобы настырный Озборн не кинулся вслед за ней.

— Соло, найди мне все, что знаешь на этого парня! — командует девушка, едва переступает спасительный порог своего дома. Ее ИИ, молчавший несколько месяцев, подключается к ее внутренней связи неохотно, будто обидевшись на столь долгое пренебрежение. — Соло?

— Выполняю запрос, мисс Амидала, — послушно отзывается тот. Тея в это время идет к себе, бросает на кровать сумку и, тяжело выдохнув, сваливается в крутящееся у письменного стола кресло. Что за идиотский муторный день…

Пока девушка читает многочисленные статьи из разного рода СМИ про деятельность вундеркинда в семье бизнесмена Нормана Озборна, ее ИИ совершает какие-то операции, о которых отзывается коротким словом «апгрейд».

— Мисс Амидала, — говорит он спустя полчаса, — думаю, вам интересно будет узнать, что в кармане вашей дорожной сумки я обнаружил жучок мистера Паркера.

Тея вскакивает с кресла, подавившись соком.

— Что?!

Комментарий к Операция «Гарри Озборн»

Гспди, когда же я уже подойду к своему любимому моменту этой части… Ладно. Наверное, в следующей главе. Или, может, в следующей.

Вообще-то я хотела бы ограничиться 13 главами, как в прошлый раз. Но, видимо, не судьба. Событий много, злодеев много. Памагити!

О, и мой хэдканон на Гарри Озборна — это Ник Джонас. Он с Холландом будет играть в «Поступи Хаоса», btw ;)

========== Сеанс психолога ==========

Жучок Тея перекладывает в свой школьный рюкзак, зарывает его в самый дальний карман и думает закинуть вместе с багажом Паркеру в окно. Злость на него отнимает силы и не дает сосредоточиться на другом парне, который должен бы сейчас волновать ее куда больше. Стоит ли сказать Питеру о Гарри Озборне и его настойчивом внимании? В конце концов, Паркера не должна беспокоить жизнь девушки, а ее — жизнь человека-паука. Они ведь так договаривались, верно же?

Тея падает лицом в подушки и рычит, пока тело наливается привычной тяжестью и… не выдает никакого желтого отблеска. Проклятье, что с ее анаптаниумом? Долго ли это будет продолжаться? Значит ли это, что свою способность Тея утратила и теперь уязвима больше обычного? Или все дело в эмоциях, которые она прячет слой за слоем обыденных вещей и не хочет вытаскивать на поверхность, потому что те причиняют боль?

Даже супергероям куда проще жить, бегая от проблем, чем сталкиваться с ними нос к носу, особенно если они представляют собой психологические барьеры.

Расставание — не гарантия безопасности. Ха, этот девиз Паркеру стоит набить во всю спину!

В итоге Тея просто проваливается в беспокойный сон.

…снова оранжевые пески, перетекающие в оранжевые воды, багровые снега и кровавые облака в небе. Девушка с привычным уже терпением ждет, когда в песчаной буре появится фигура доктора Стрэнджа, тот отведет ее к умирающему Питеру, и все затянется, как на поломанной кассете, на повтор, на повтор, на повтор…

А потом фокус сместится с рассыпающегося прахом парня на многоголосую толпу людей — близких Теи, Мстителей, других смертных. И Тея будет кричать, метаться между ними, испытывая приступ неизвестной ей фобии, и потом…

Она просыпается на мокрой от пота и слез подушке, тяжело дышит. Первое, о чем она думает, это Питер и его чертов жучок, спрятанный в недрах школьного рюкзака. Достать бы его, изменить настройки, выкрутив громкость на полную, и проорать идиоту-Паркеру, как это все несправедливо. Но девушка лежит без сна пять минут, десять, и, наконец, успокаивается.

Если Питер следит за нею, то сам узнает о Гарри Озборне. И придет к Тее за ответами сам. К тому моменту Тея будет готова.

***

Неделю спустя, когда дата поездки в Лондон утверждена вместе со списками студентов, в число которых Тея попала по своей даже воле — она могла бы отказаться, но мистер Лагерти настаивал, Гвен умоляла, а злость на так и не объявившегося Паркера росла в геометрической прогрессии, — Амидала решает, что со всем разберется самостоятельно. «Что ж, Питер, — думает девушка, заполняя нужные бланки, — я покажу тебе, как за мной следить…»

По счастливой случайности она второй раз за месяц пересекается с Недом, и тот роняет, что его научгруппа тоже летит на конференцию. Тея знает, что Питер входит в число студентов этой группы, и полагает, что от поездки он не откажется. Если только у него не появятся какие-то неотложные дела в Нью-Йорке.

Об этом Тея просит узнать Соло. ИИ выдает неодобрительный комментарий, который девушка пресекает на корню. Если Паркеру разрешено следить за своей бывшей девушкой, то ей тоже можно узнать пару деталей.

Тея уговаривает свою совесть заткнуться, пока ждет сообщения от подтормаживающего Соло — ИИ сдал после происшествия в парке и теперь работает медленно и нехотя, и вряд ли это связано с его нежеланием помогать Амидале. У ИИ, насколько Тея их представляет, нет эмоциональных перебоев.

— Он тоже едет, мисс Амидала, — выдает Соло спустя пару минут.

— Отлично, — говорит Тея. Что в этом отличного? Она даже не знает, как сможет пересечься с ним и что будет говорить, если в принципе встретится, а незримая опасность, которую она себе надумала в связи с Гарри Озборном, может вообще оказаться приступом паранойи.

Но Тея все-таки собирает сумку в дорогу и даже проверяет жучок Паркера — на месте и работает(тогда какого черта он не является, чтобы выяснить все подробности о подозрительном наследнике Оскорпа?)

Мысль о том, что Питеру в данный момент просто может быть не до слежки за Теей, она отметает так же быстро, как сбрасывает звонки с неизвестного номера, который высвечивается на ее смартфоне с самого утра. Может быть, это Гарри Озборн нашел ее контакты? Нет, он не стал бы настолько назойливо требовать внимания.

До поездки остается всего пара дней, когда Тея обнаруживает у себя в комнате странную записку. Девушка заходит в спальню сразу после завтрака с чашкой чая в руках, и застает появляющийся прямо из воздуха кусок пергамента. Чашка летит на пол, Тея не по-женски ругается и подскакивает к столу. Рядом с ноутбуком лежит подпаленная с краев бумага с лаконичной строчкой: «Мисс Амидала, я бы хотел поговорить с вами как можно скорее. Доктор Стивен Стрэндж, Бликкерт-стрит, 177а».

Таким странным образом Тею еще ни разу не приглашали в гости. Она раздумывает над просьбой мага целый день — отвлекается на сборы, играет с сестрой и братом. Ждет, что, быть может, к ней все-таки явится Паркер собственной персоной. И тогда идти к ненавистному доктору ей не придется.

Парня нет, желания Теи куда-то идти — тоже. А вот смена в госпитале не ждет, так что Амидала выбирает больницу с многочисленными пациентами вместо человека-паука (будь он проклят со своей безопасностью!) и верховного мага (а этот пусть вообще не лезет в ее жизнь!).

— Доктор Палмер сегодня на месте? — спрашивает Тея у стойки регистрации в Метро Дженерал. Накрахмаленный халат, который ей выдали для смены, непривычно велик для Теи, но она старается не думать о том, что вся работа в больнице в принципе для девушки пока «велика».

— Я сегодня за доктора Палмер, — говорит смуглая медсестра, и Тея неуверенно ей кивает. — Клэр Темпл.

— Тея Амидала, — здоровается девушка. Она хотела бы поговорить с доктором Палмер об их общем знакомом маге, но — не судьба. Клэр Темпл приветливо улыбается девушке и ведет ее по длинным коридорам в приемную.

— Недавно к нам поступило несколько человек с отравлением неизвестным газом, — говорит медсестра. Тея тут же кивает.

— Знаю, из лаборатории Старк Индастри, да?

— Верно.

— Но ведь их уже отпустили, два дня назад.

— Да, — вздыхает Клэр. — А сегодня доставили новеньких.

Она открывает дверь в приемную, и Тея видит шестерых— четырех мужчин и двух женщин— с одинаково бледными лицами и симптомами, напоминающими те, что она уже видела у работников лаборатории Старка неделю назад. Ей это все не нравится, но рассказать о своих подозрениях она не спешит — Тея не знает, кому можно доверять в этой больнице кроме доктора Палмер, и совсем не представляет, как сказать о том, что она понимает, не вызывая подозрений.

— Ты осмотри женщин, а я займусь мужчинами, — командует медсестра Темпл. Тея быстро кивает и идет в дальний конец приемной к сидящим на скамье женщинам.

— Соло, — шепчет девушка своему ИИ, — запиши все, что услышишь.

— Хорошо, мисс Амидала. Мне передать записи Карен?

— Ни в коем случае! — шикает Тея. Настойчивое желание Соло слить всю информацию ИИ Паркера девушку настораживает и раздражает. Кажется, даже их костюмы хотят перемирия, на которое сама Тея и Питер не согласны.

— Здравствуйте, — вежливо говорит Тея, — позволите вас осмотреть?

Женщина-блондинка и сидящая рядом брюнетка постарше одновременно кивают. Вид у них измученный, бледный, уставший. Тея дает каждой термометр, осматривает глазные яблоки, щупает пульс. Учащенный, зрачки реагируют на свет слабо, температура высокая. Признаки отравления налицо, но Тея все еще не уверена, что это от газа.

— Вы работаете в Старк Индастри? — спрашивает девушка, чтобы отвлечь пациентов. В это время Клэр Темпл задает те же вопросы мужчинам.

— Да, — хрипло отзывается женщина постарше. — В лаборатории на Стэйтен-айленд.

— Что произошло?

Женщины переглядываются между собой, будто гадают, можно ли поделиться секретной информацией с простой практиканткой в госпитале. Вообще-то, Тея могла бы не вмешиваться в «дела человека-паука», но он первым нарушил свои же правила.

— Слушайте, я не смогу вам помочь, если вы мне все не расскажете, — давит девушка. Женщины сдаются.

— Мы готовились к перевозке важного груза, были на складе. Энди, — блондинка кивает на лысеющего мужчину, которого проверяет Клэр, — попал под удар первым. Что-то загорелось в нашем секторе сразу после вылета самолета, потом мы заметили какое-то облако, белое, как пар, который подают на рок-концертах и фестивалях, знаете?

Тея испуганно сглатывает и делает вид, что сказанное ее ничуть не взволновало.

— Да, понимаю. У этого облака был запах?

— Нет, мы просто им надышались и упали в обморок, а очнулись уже по дороге к вам. Кто-то вызвал скорую, пока мы все спали. Может, это был усыпляющий газ?

— Вполне может быть, — соглашается подошедшая к хмурой Тее медсестра Темпл. — Только у усыпляющих газов есть характерные запахи. Ну, как они?

Тея хватается за карточки пациентов, чтобы скрыть недоумение и наползающий на лицо страх. Симптомы очень сильно напоминают газ, который Тея уже встречала в Гатенберг-парке. Это было давно, в прошлом году. С тех пор она не слышала о подобном до этой недели. Кто-то явно перешел в наступление, кто-то явно ищет принадлежащую Тони Старку вещицу. Что бы это ни значило, Тея не горит желанием вновь столкнуться с человеком, меняющим лица.

— Жить будут, — говорит Амидала хриплым голосом. — Нужно отправить их на промывание и вколоть что-нибудь для спокойствия.

Клэр вздыхает и зовет санитаров на помощь. Тея остается дежурить в приемной, все время прокручивая в голове воспоминания о странном газе, вызывающем сонливость, усталость и заглушающем все инстинкты самосохранения. «Боже, — думает она, впервые в таком ключе, — пусть Питеру кто-нибудь поможет в его деле».

И только под утро она вспоминает о приглашении одного мага.

***

— Ну и зачем вы хотели меня видеть? — спрашивает девушка у открывшего ей доктора Стрэнджа. Тот вскидывает в немом удивлении брови. Да уж, не самое благозвучное приветствие от воспитанной Амидалы. Она поджимает губы и проходит в загадочный дом с позволения мага.

— Рад, что у вас все же нашлось время на наш разговор, — говорит Стрэндж ей в спину. Тея закатывает глаза. Она все еще считает колдуна засранцем высшего пилотажа и поэтому доверяет ему не так, как должна бы — да и он, надо сказать, пока не сделал чего-то существенного, чтобы изменить предубеждение девушки по поводу своих действий.

— Это вы мне названивали? — спрашивает она на всякий случай. Потому что, если неизвестный номер был не от Стрэнджа, то у нее останется только один подозреваемый. И это не радует.

— Я, — кивает маг, разрушая ее сомнения. Тея облегченно выдыхает.

Они проходят в полутемный зал библиотеки, заставленной книгами; Стрэндж предлагает Тее присесть в кресло, которое до нее занимал Паркер. Хоть девушка этого и не знает.

— Чаю?

— Нет, спасибо, — быстро отнекивается Амидала. — Я ненадолго заглянула, мне еще вещи собирать.

— Куда-то едете?— в руке севшего напротив мага появляется чашка с чаем, прямо из воздуха. Показушник.

— Да, — нехотя говорит Тея. Потом, подумав, добавляет: — В Лондон. На конференцию от Старк Индастри.

— Хм, — кивает Стрэндж. Амидала думает, что маг пояснит свое многозначительное молчание, но тот продолжает строить из себя загадку. Чертов Шерлок.

— Вы позвали меня, чтобы поговорить. О чем?

Доктор молчит. Оценивает ее, рассматривает с головы до ног. Тея вскипает быстрее.

— Слушайте, у меня нет времени играть с вами в гляделки, — тараторит она. — Я пришла, потому что знаю, что вы можете помочь Питеру Паркеру с его делом.

На слове «его» Стрэндж усмехается, как будто Тея устроила перед ним стенд-ап.

— Я говорю серьезно! Я знаю, что неделю назад кто-то проник в лабораторию Старк Индастри в районе Адской кухни: в госпиталь, где я практикуюсь, доставили нескольких человек с подозрением на газовое отравление, но быстро их отпустили. А вчера люди из другой лаборатории тоже оказались в приемном отделении и сообщили о точно таком же нападении. Эти два происшествия как-то связаны, верно? Если вы ничего еще не предприняли по этому поводу, то сейчас — самое время.

Маг хоть и напускает на себя самый равнодушный из всех своих видов, Тея все равно отмечает вспыхнувший в его глазах интерес. Значит, он не знал о вчерашнем нападении на лабораторию? Или знал, но не думал, что какая-то практикантка из Метро Дженерал свяжет эти два события?

— Мисс Амидала, — наконец, говорит он, — я признателен вам за подобную информацию, но прошу не соваться, чтобы…

— Еще чего! — вспыхивает Тея против воли. Сперва Паркер, теперь и Стрэндж? Если Питера она могла бы послушать (при условии, что парень не нарушил бы установленные негласные правила их расставания), то внимать раздражающему высокомерному магу девушка точно не станет.

— Жаль, — выдыхает колдун. Встает, щелчком пальцев отправляя чашку с недопитым чаем в неизвестные дали своего дома, и направляется к книжным полкам. Тея поджимает губы и заставляет себя не двигаться с места, несмотря на интерес.

— Я понимаю, мои слова покажутся вам подозрительными, учитывая наши с вами натянутые отношения, — на этих словах маг снова усмехается. — Но поймите меня правильно: я стараюсь оградить вас от возможной опасности, мисс Амидала, как и ваш парень — хм, бывший парень, полагаю.

И Тея, не выдержав, вскакивает с кресла.

— Да что вы в этом понимаете! — шипит она сквозь зубы. — Из-за какой-то непонятной «опасности», как вы говорите, мне сердце разбили и способностей лишили, и теперь…

— Вы лишились способностей? — перебивает ее Стрэндж и оборачивается.— Когда? Как?

От такого напора Тея теряется. Конечно, а чего еще она ожидала в ответ на подобное заявление…

— После происшествия в парке. Не знаю, может, во всем газ виноват?

Стрэндж хмурится.

— Почему вы сразу об этом не сообщили?

— Кому? — фыркает Тея. — Питеру? Мы с ним не общаемся почти три месяца. Мистер Старк на звонки не отвечает, на базу к Мстителям мне не попасть, потому что… ох, да какая разница? Я пообещала Питеру не трогать костюм и не влезать в неприятности, вот, как видите, выполняю обещание!

Маг кривит губы в саркастичной ухмылке, которая Тее не нравится. Девушка скрещивает на груди руки.

— Незачем на меня так смотреть… — выдыхает она.

— Вы используете выявленную слабость, как предлог для обиды?

Вопрос застает Тею врасплох, и она давится воздухом от возмущения. Что за наглость, она никогда бы не опустилась до… Амидала уже хочет высказать в лицо магу что-нибудь неприятное, но замирает с открытым ртом. Черт, он прав. Тея давно могла бы обратиться за помощью, а она все медлила и ждала какого-то тайного знака от человека-паука. И про Гарри Озборна она ему не сообщила, ожидая, что тот сам явится. И родителям ничего не говорила, потому что решила, что бледный уставший вид обрадует их — а, вернее, кое-кого другого, — куда больше, и этот кое-кто явится к ней с повинной.

Строить из себя жертву, чтобы привлечь внимание — до такого Тея точно еще не опускалась!

Она злится на саму себя и на доктора Стрэнджа, выставляющего себя всезнающим богом. Чертов спаситель Вселенной.

— Послушайте, мисс Амидала, — говорит он, дождавшись, когда на Тею обрушится все понимание своей оплошности. — Вы ведь знаете, как ваша способность коррелируется с вашими же эмоциями, но позволяете себе идти на поводу у обид. Странно, что мистер Паркер не забил тревогу из-за вашего состояния, но он, как вы понимаете, не особо делится со мной собственными переживаниями. Думаю, у него своих забот полно. Если вам интересно, в последнее время он кажется выбитым из колеи и занимается саморазрушением. Я не вмешиваюсь, уже успел пожалеть об этом и в первый раз, но, думаю, вам стоит поговорить друг с другом.

Тея по-идиотски моргает и не находит слов для ответа. Доктор Стрэндж возомнил себя психологом? Его методы «лечения» выглядят очередными высокомерными попытками доказать Тее, что он талантливый врач в первую очередь и хранитель спокойствия во вселенной во вторую. Но это не помогает. Тея злится еще больше и выдыхается — опять, словно спящий анаптаниум по привычке вытягивает из нее силы для защиты, но не защищает.

— Что еще за «первый раз»? — хмыкает она, скрещивая на груди руки. Стрэндж вдруг отворачивается, напуская на себя вид крайне заинтересованного в чтении книг человека. Тея поджимает губы и, обогнув кресло, подходит к магу.— Вы пытались промыть Питеру мозги? Как мне сейчас?

Он молчит. Тея ждет. Весь этот разговор получается совсем не таким, какой девушка ожидала, и теперь она почти не понимает, зачем пришла сюда. Надо распрощаться и покинуть загадочный дом, дозвониться до Питера самостоятельно, наступив на горло своим обидам, и объяснить ему, что Гарри Озборн преследует Амидалу ради непонятных целей. Если это не покажется подозрительным, то хотя бы вызовет у Паркера ревность. Что уже немало.

— Слушайте, мистер… тьфу, доктор Стрэндж, — выплевывает Тея, — я пришла к вам, чтобы предупредить о нападении на лабораторию Старка. Но вы, очевидно уже в курсе этого, так что… Свою миссию я выполнила. Если вам нечего сказать мне, то я пойду. Завтра вечером у меня самолет до Лондона, не хочу опаздывать со сбором вещей.

Она уже направляется к выходу, когда ее окликает голос мага.

— Мисс Амидала!

Тея закатывает глаза и поворачивается к идущему к ней мужчине.

— Тея, — говорит он. Останавливается рядом и вздыхает. — Я попросил вас прийти, потому что подозреваю, что Питер находится в опасности…

— Очень смешно!

— …и связано это с вашим вынужденным расставанием.

— И что? — хмурится девушка. Стрэндж выглядит серьезным и впервые на ее памяти не усмехается и не кривит губы.

— Я подозреваю, что мистер Паркер занимается саморазрушением, потому что не умеет выплескивать эмоции в более рациональные действия, и это мешает ему сосредоточиться на насущных проблемах.

Тея с удивлением понимает, что слышать такое ей не в радость (хотя бы эфемерное самодовольство брошенной девушки должно сыграть свою роль, но отчего-то не играет), что это беспокоит ее. Разве Питер не собирался сосредоточиться на Оскорпе и его злодеяниях? Поэтому он поставил девушке ультиматум. Поэтому они не разговаривают. Все ради высшей цели.

— Но он сам меня кинул!— обиженно восклицает Тея. — Если кто и должен беситься и страдать, то я.

— А разве вы не страдаете? — Стрэндж вскидывает бровь. Обсуждать с ним душевные раны так же странно, как проводить пикники на природе или изображать из себя счастливую семью, чего точно никогда случиться не может. Тея трет нос и отворачивается, чтобы не видеть перед собой испытующий взгляд мага.

— Ваши способности зависят от ваших эмоций напрямую, — говорит он. — Вот почему вы почти утратили их на данный момент. Вы топите эмоции внутри себя, и это разрушает вас изнутри.

Амидала почти готова врезать самодовольному Стрэнджу, даже стискивает пальцы в кулаки и глубоко вздыхает, прежде чем обернуться.

— Вам какое дело до этого?

Колдун хмыкает. О, ну вот, он вернулся в свое привычное состояние.

— Мне — никакого. Но я вижу, что и вы, и мистер Паркер тратите силы на непонятные мне действия, и, раз уж инициатором этого аттракциона послужил я, мне кажется, я должен искупить перед вами хотя бы эту вину, чтобы…

— О чем это вы? — настороженно перебивает его девушка. Маг замирает с открытым ртом. Закрывает его. Снова открывает и не произносит ни звука. — Доктор Стрэндж? О чем вы говорите?

— Что ж… — он кажется сбитым с толку, но, присмотревшись, Тея видит, что он действительно немного раскаивается — такими же глазами маг смотрел на нее в Ваканде, когда рассказал о своем обмане. Тее это не нравится. Тея заранее готовится к тому, что вот-вот сорвется и искалечит верховного мага Земли.

Стрэндж вскидывает голову.

— Дело в том, мисс Амидала, что у нас с мистером Паркером состоялся разговор в тот раз, когда вы угодили в больницу. Я предположил, что для вашей же безопасности, о которой мистер Паркер просил, легче будет оградить вас от дел человека-паука. Вероятно, Питер воспринял мои слова буквально, что подтолкнуло его к тому, что мы имеем. Конечно же, он инициировал ваше расставание по своей воле, но я вижу, что к хорошему это не привело совершенно, и мне бы хотелось исправить возникшую несправедливую ситуацию.

У Теи уходит целых две минуты на то, чтобы переварить полученную информацию. Она рвано дышит, кидает взгляд на книжные полки за спиной мага, только чтобы не смотреть прямо в его нахальную рожу. Я убью его, лихорадочно думает девушка, я точно его убью.

— Вы понимаете… — цедит она сквозь зубы, — что стали инициатором двух самых худших моментов моей жизни? Вы понимаете… что прямо сейчас я готова задушить вас своими руками?..

Стрэндж на всякий случай отходит чуть назад и выставляет вверх одну руку.

— Тея, ты сказала, что утратила свои способности, — охает вдруг он. — Тогда что это?

Амидала чувствует себя наполненной энергией, впервые за несколько месяцев ощущает себя цельной, и отработанным движением вскидывает руки. Те светятся, вокруг вспыхивает знакомая сфера, окутывает желтым светом стены коридора, пол, потолок, книжные полки в дальнем конце библиотеки, заполняет собой пространство вокруг Теи. В рюкзаке жалобно пищит жучок Питера.

Тея набирает в грудь воздуха.

БУМ!

Все взрывается резко, без предупреждения: книги разлетаются в разные стороны, некоторые дощечки паркетного пола летят вверх, в люстрах под потолком лопаются лампочки, загораются и снова гаснут свечи в библиотеке. Стрэндж ограждает себя щитами из оранжевых кругов с иероглифами и остается невредим. В отличие от части его дома, в котором стоит разгневанная Тея Амидала.

Она опускает руки. Успокаивается. Затихает. Руки перестают светиться, ноги гудят, все мышцы наливаются привычной тяжестью. И, наконец, все прекращается так же резко, как началось.

Задним умом Тея понимает, что ее способности не вернулись, это была краткая вспышка, на которую она потратила все свои собранные по крупицам силы, и теперь вымотана окончательно. Быть может, теперь она утратила способность совсем. Быть может, теперь она не сможет защитить себя или Питера.

— Я не собираюсь извинять за это, — говорит девушка, тяжело дыша. Вокруг них с доктором — филиал ада, и Тея, окинув беглым взглядом собственноручно возведенный хаос, одобрительно кивает. — Я ухожу. Если в Лондоне у меня не получится вправить Питеру мозги, я вернусь и обвиню вас в очередных бедах своей жизни. И разбомблю еще какую-нибудь комнату вашего дома.

Она разворачивается и медленно идет по коридору — потому что едва ли чувствует в себе силы, и голос Стрэнджа ударяет ей в спину уже у входной двери:

— Мистер Паркер будет на конференции от Старк Индастри!

«Знаю, — думает Тея. — И это не похоже на совпадение…»

***

Первым делом после приземления в Лондоне Тея узнает, что группа из технического университета поселилась в отеле в четвертой зоне. Это говорит ей студент второго курса из научгруппы Питера, опоздавший на свой рейс, которого подобрал мистер Лагерти. Снова простое совпадение? От подобных поворотов судьбы Тею начинает тошнить. Или от того, что в самолете она обнаружила Гарри Озборна, преспокойно флиртующего со стюардессой. Она сделала вид, что не заметила его, и парень, судя по всему, принял эту игру. До самого приземления они не перебросились и словом, а в аэропорту Тея постаралась улизнуть как можно скорее.

Ее на выходе ловит Гвен.

— Куда это ты, а? — шипит подруга, явно раздосадованная тем, что Тея занята своими мыслями, в которые ее не посвящает.

Амидала оборачивается, замечает Озборна и тащит Гвен за собой на парковку.

— Прикрой меня, пожалуйста, — просит девушка. Стейси распахивает глаза от удивления.

— Что ты задумала? Я слышала, как ты расспрашивала того парня из технического, где остановилась группа Паркера. Не собираешься же ты…

— Да-да, — тараторит Тея. — Я хочу скататься к ним и найти Питера.

— Зачем? — ахает подруга. Говорить всю правду или нет? Амидала раздумывает не дольше секунды.

— Хочу поговорить с ним. Помириться.

— Тея…

— Нет, послушай! Вчера я общалась с нашим общим знакомым. Он сказал, что Питер, ну… что он неважно выглядит и занимается какой-то фигней, и ему плохо. И мне плохо, понимаешь? Я не сунулась бы к нему, если бы сама страдала, но если и он… Какой смысл в расставании, когда нам обоим приходится трудно?

— Такой, — сердито цедит Гвен, — что один из вас эгоистичный придурок! Амидала, блин, это бессмысленная затея! Ты ведь не несчастная брошенка!

Тея кивает. Ну не рассказывать же ей всю подноготную печальной участи супергероев… Видимо, что-то во взгляде девушки находит отклик у Гвен: она вздыхает и качает головой с видом побежденного человека.

— Боже… Что с тобой делать? Ты как щеночек без хозяина. Иди, я прикрою.

— Спасибо! — Тея радостно чмокает подругу в щеку и убегает, уже на ходу ловя последние слова Гвен: «Если он снова тебя бросит, не прибегай ко мне жаловаться и ныть!»

«Он не бросит, — думает Тея, — иначе я его просто убью».

Но весь ее энтузиазм испаряется еще по дороге в четвертую зону, так что к тому моменту, как Тея находит дешевый отель, куда заселились студенты технического, как доходит до номера Лидса и Паркера, она чувствует себя крайне неловко. Что она скажет? Как вообще начать этот разговор? Почему она не подумала обо всем заранее?

Девушка мнется около двери добрых пять минут и уже набирается смелости, чтобы постучать, когда ей внезапно открывают. Лидс замечает Тею и кричит ей прямо в лицо.

— Твою мать! Т-тея! Ты чего тут… Черт возьми, напугала!

— М-да… — перепуганная Тея тоже давится словами и чешет ухо. Кричит Нед знатно, ничего не скажешь.

Девушка оглядывается на двери соседних номеров, боясь, что оттуда повыскакивают любопытные студенты. Флеш Томпсон ведь тоже в научгруппе Питера? Только бы с ним не пересечься!

— Можно войти? — несмело спрашивает Амидала. Нед быстро-быстро кивает и отходит в сторону. Как только оказывается в их номере, он закрывает дверь.

— Что случилось? Ты каким образом тут оказалась? Тебе маг помог?

— Что? Нет! Боже, что за шутки… — Тея неуверенно топчется в коридорчике перед комнатой, обнимает себя за плечи и смотрит на Неда, чуть опустив голову. — Я со своей группой на конференцию прилетела, и…

— Конференцию Старка? Мы тоже!

— Да. Да. Слушай, Нед… — Тея осторожно продвигается к комнате, но ноги ее не слушают. Надо было приготовить речь заранее! Глупая, глупая Тея! — А Питер, он… Он здесь? Мне бы…

— Нет его, — отбривает Лидс. — Улизнул полчаса назад. У него тут… Неважно.

Дышать становится легче, хотя в глубине души зреет очередной ком обиды. Вот черт.

— Это как-то связано с делами в лабораториях Старк Индастри? — спрашивает Тея, вызывая в Неде неподдельное удивление.

— Э… да… Откуда ты знаешь? Следила за Питером? Вот умора, вы друг друга стоите, он ведь…

— Нет, я за ним не следила, — обиженно пыхтит Тея. — Но я знаю, что он следит за мной. Хотя его жучок, кажется, сломался.

Она проходит в комнату, по пути стаскивая с плеч рюкзак, и вынимает оттуда сгоревшее устройство. Тея обнаружила, что оно неисправно, вчера, после того, как вернулась от доктора Стрэнджа. Должно быть, он не выдержал скачка напряжения от всплеска анаптаниума, и отдал концы. Нед глядит на него с таким видом, будто Тея демонстрирует парню зародыш чужого.

— Питер, небось, с ума сошел, — выдает он. Тея закатывает глаза, кидая жучок на кровать с рюкзаком Паркера.

— Ну, видимо, не сошел. Жучок вчера сломался, а он, как ты понимаешь, ко мне не явился.

В голосе Теи снова звучит обида, которую она напрасно пытается скрыть. Лидс хмыкает и падает на свою кровать.

— Может, он не проверял его. Будем надеяться, ему не придет в голову проверить его сейчас. Он на задании.

Тея садится на кровать Питера, с интересом склонив голову.

— Что за задание?

Нед косится на подругу и фыркает.

— Думаешь, я скажу тебе? Питер запретил. Это, кхм, это секретные данные.

— Да-да, — тянет Амидала, — и я здесь вовсе не для того, чтобы помочь вам…

Она обрывает себя, потому что слышит вдруг странный писк. Что-то, чего не слышала ранее. Звук доносится из ее рюкзака. Нед тоже замечает его и заинтересованно подается вперед, чтобы вместе с девушкой заглянуть в ее карман.

Тея роется в рюкзаке, подозревая все, от еще одного жучка до радиоактивной бомбы читаури, и выуживает оттуда… ярко-желтый светящийся шарик размером с фунтовую монетку.

— Что это? — затаив дыхание, спрашивает Лидс.

Тея мотает головой.

— Понятия не имею… Но подозреваю, что это что-то опасное.

========== Тысяча футов над землей ==========

— Соло?

— Слушаю, мисс Амидала.

— Проверь эту штуку. Что это?

ИИ послушно выполняет команду, пока Тея и Нед заворожено наблюдают за переливающимся шариком в руке девушки. Амидала опускается на кровать Питера и подносит шарик к лицу, чтобы рассмотреть. Он не цельный, а состоит из трех пластин, как бейсбольный мяч. И внутри у него какая-то материя, что-то пульсирующее. Тее это не нравится…

— Это прототип энергосберегательного аккумулятора, — выдает Соло. Тея с Недом переглядываются и одинаково морщатся.

— Батарейка что ли? — переспрашивает Лидс. — Пауэр-банка?

— Что-то вроде, — соглашается ИИ. — Пластины из энергопластика, но внутри желеобразная материя, схожая по структуре с анаптаниумом.

— Чего?!

Тея и Нед вскрикивают в один голос, снова смотрят друг на друга, потом на шарик в руке Амидалы. Тея стискивает найденную «батарейку» сильнее.

— Я должна что-то почувствовать? — спрашивает девушка. — Какая-то связь между моим анаптаниумом и этим может быть?

— Не обязательно, — говорит Соло. — Из-за разного агрегатного состояния и назначения анаптаниум в вашем организме может не отвечать запросам этой материи. Внутри — что-то похожее на анаптаниум, но не само вещество.

— Опасное?

— Не могу сказать.

Тея стонет.

— Ладно. Можешь отследить, как эта штука попала ко мне?

Девушке кажется, что Соло вот-вот пошлет ее куда подальше с многочисленными запросами, не отвечающими его параметрам и возможностям. Все-таки, стоит сделать ИИ скидку, он и так работает на износ и нуждается в техосмотре.

— Не могу сказать, — отвечает он после минутного молчания, во время которого Нед перехватывает шарик из руки Теи и рассматривает его под увеличительным стеклом, неизвестно откуда у парня взявшимся. Тея раздумывает пару минут, позволяя Лидсу развлекаться с неожиданной находкой.

— Ладно, — в итоге вздыхает она, — я забираю эту фигню с собой. Что бы это ни было, его надо доставить кому-то из Мстителей.

Нед вскидывает голову и в изумлении таращит глаза.

— Хочешь отдать эту штуковину на базу Мстителей?

— Да, — кивает Тея. — Н-нет. Не знаю. Я не общаюсь с Мстителями, только Стрэндж вот вчера попался, но он… Неважно.

Вспыхнувшая на него злость никак не отзывается в молчаливом теле. «Все, — думает Тея без всякой радости, — пропали мои силы». Новость ее не вдохновляет, хотя, быть может, еще год назад она бы с удовольствием отдала анаптаниум кому-нибудь другому, более приспособленному, более смелому, тому, кто не страшился бы самого себя всякий раз, как использует внеземную энергию.

— Погоди, давай покрутим эту штуку! — восклицает Нед и даже подпрыгивает на кровати. Тея смотрит на него с осуждением.

— Ты смеешься? Мы даже не знаем, что это, даже Соло не знает! Да, конечно, давай поковыряемся в этой, возможно, опасной фигне!

Нед тушуется.

— Тебе разве не интересно? Если бы это было взрывоопасное ядро читаури, Соло бы нам сказал! А так — какая-то безобидная батарейка, верно?

— Поэтому я отдам эту безобидную батарейку кому-нибудь из взрослых.

Тея встает с кровати, хватает шарик и с осторожностью кладет его в карман рюкзака. Она могла бы позвонить на базу прямо сейчас, попросить забрать неизвестную штуку или получить адрес, куда ее доставить без ущерба для себя и гражданских. Но у Теи, кипящей обидой, зреет свой план.

— Когда вернется Питер?

Нед пожимает плечами.

— Не знаю, он не сообщал. Думаю, успеет к конференции, ему надо будет проследить, чтобы тип с газом не добрался до… кхм, неважно.

Проклятье. От этих тайн пухнет мозг, и Тее сейчас совсем не до секретов и соблюдения границ. Что ж, Паркер, в эту игру могут играть и двое.

— Хорошо, — говорит она преувеличенно бодрым тоном. — Как вернется, скажи ему, что у меня есть для него новости. Он знает про Гарри Озборна? Я подозреваю, что этот парень что-то замышляет во главе с Оскорп. И расскажи про эту штуковину. Я буду ждать его в конференц-зале утром.

Она закидывает рюкзак за спину и идет к выходу, чувствуя, как горит лицо. Эх, мисс Амидала, интриганка из вас на три с плюсом, не больше. Нед так удивлен, что даже не окликает ее.

— Эй! — кричит он, спохватившись. — Эй, Тея, погоди! Позвони ему сама, мне он не отвечает! Тея!

— Увидимся, Нед!

Тея хлопает дверью номера, надеясь, что никто больше не видел и не слышал ее в этом отеле. Когда Питер придет к ней, она будет готова.

***

Питер влетает в окно гостиного номера одновременно с коротким вскриком Лидса.

— Чувак!

— Нед, мне нужна твоя помощь.

Он провел на защищенном складе всю ночь, изматывая себя мыслями о том, что Амидала должна была прибыть в Лондон вместе со своей группой: в Лондон, где в данный момент полно людей из Оскорп, таинственный Мистерио и человек, меняющий лица — и еще миллион других опасных неприятелей, мечтающих одолеть человека-паука. А Тея осталась без маячка. И без защиты. И без поддержки Стрэнджа, который все еще не реагирует запросы Паркера.

— Что стряслось? Нашел их? — Нед стирает с щеки зубную пасту — сейчас только восемь утра, через полчаса их группа должна выехать в центр на конференцию, и у Питера очень мало времени перед тем, как улизнуть на очередной патруль.

— Нет, никого не было, там все чисто, — о том, что парень пережил несколько неприятнейших воспоминаний в морге Старка, он не говорит. — Просьба странная, но ты должен проверить Тею. Она должна была прилететь вчера вечером в Лондон — представляешь, да? — а я не могу отследить ее по маячку, и…

— Она была здесь, — ошарашивает приятель, обрывая Питера на полуслове. Тот давится воздухом.

— Ч-чего?..

Нед вздыхает.

— Да, приходила прямо сюда, хотела тебя увидеть. Сказала, что знает о твоем жучке, и он у нее сломался.

Питер чувствует, как от недосыпа у него кружится голова — и еще от того, что Тея искала его, что она знает о его слежке, что она опять оказалась умнее, чем он надеялся.

— Тея сказала, что будет ждать тебя, — роняет Нед. Питер вскидывает голову — оу, перед глазами все плывет, и пол плывет, боже…

— Где? Зачем?

— Не уверен, — Лидс пожимает плечами, возвращаясь в ванную. — О! — восклицает он оттуда. — Мы вчера обнаружили у нее в рюкзаке какую-то штуку! Похоже на желтый мячик, только стеклянный, как… Вот как напоминалка из Гарри Поттера, только желтая! Ее Соло сказал, что там внутри что-то, похожее по структуре на анаптаниум.

Питер мчится в ванную, чтобы взглянуть на Неда. Он ведь это не серьезно.

— Шутишь? — выдыхает Паркер. Нед вздрагивает и мотает головой. — Откуда он у Теи?

— Не знаю! — сердится приятель. — И она не знает. Сказала, что передаст ее Мстителям, но пока подержит у себя, чтобы…

— Что?! Вдруг это что-то опасное?

Нед взмахивает руками, окончательно разозлившись, и вываливается из тесной ванной комнаты, отталкивая Питера.

— Соло сказал, — пыхтит он, — что это что-то типа батарейки. Батарейки — не опасные.

Питер тут же вспоминает какую-то из Миссий с Томом Крузом, Джеймса Бонда от Шона Коннери и боевик со Стивеном Сигалом — во всех фигурировали взрывы, произошедшие от энергосберегательных батареек.

— Очень даже опасные! — вскидывается Паркер. Хватается за голову, вертится на месте, пока Нед меланхолично жует батончик и запивает его минералкой из мини-бара.

— Ладно, — выдыхает Питер, пытаясь себя успокоить. Он слишком взбудоражен, чтобы мыслить разумно. — Где Тея? Она сказала, где будет?

— В Мэри-Экс, — кивает Лидс, — на конференции Старк Индастри. Куда мы все идем, помнишь?

Точно. Мэри-Экс, конференция, М.О.Р.Г. мистера Старка. Жирная мишень для Оскорпа, Мистерио и всех этих зловещих личностей, что скрываются в тени долгое время. И Тея в самом эпицентре предположительной катастрофы.

— Эй, — Нед тянет тормозящего Питера за руку. — Переодевайся. Мы выходим через пару минут. А тебе надо показаться мистеру Робинсону, прежде чем опять смыться. Давай, Питер, пора проснуться!

Паркер уговаривает себя успокоиться и прислушаться к словам Лидса. Тот прав: чтобы не вызывать подозрений и сохранить за собой место в научгруппе, студент Питер Паркер должен показать, что он ответственный молодой человек, который не сбегает от своего руководителя в незнакомом городе, чтобы полетать над крышами Лондона. Костюм он заталкивает в рюкзак, паутинометы убирает в боковой карман. Пусть они не пригодятся ему до самой конференции, пожалуйста.

Пока они вместе с группой едут по длинным веткам лондонской подземки, Питер даже сдается — набирает номер Теи впервые за долгое время. Недоступно. Может, она тоже едет в метро? Или на телефоне кончились деньги, а помощью Соло она не пользуется, потакая просьбе самого Паркера? Да, так и есть. Он же сам просил ее не лезть в дела паучка. Только вот что делать с напряжением, разливающемся в воздухе, из-за которого все мысли размазываются по черепной коробке — «Тея в опасности, Тея рядом с моргом Старка, у Теи в руках неизвестная штуковина» — и как же быть с тем, что Питер бросил девушку, а теперь собирается… что он собирается сделать? Поговорить с ней, как старые знакомые, и снова смыться?

Когда его группа подъезжает к нужной станции, Питер бредет за остальными студентами, как в тумане. Ноги не слушаются, словно ватные: он боится встретиться с Амидалой и увидеть, насколько она зла на него, насколько не готова его прощать.

Мистер Робинсон выводит всех на поверхность у станции Олдгейт, а Питер еще на лестнице понимает, что что-то случилось: люди беспокойно шумят, мимо по дороге проезжают сразу три полицейские машины и одна скорая, и сирены так оглушительно визжат, что перекрывают крики толпы.

— Смотрите, дым! — восклицает женщина рядом с Питером — он стоит за Недом у пешеходного перехода и Флеш толкает его в спину, ворчит, рядом кто-то снимает на телефон. Все нутро Питера сжимается от неприятного чувства, предчувствия чего-то страшного.

Он вскидывает голову к выглядывающему из-за остальных высоток небоскребу Мэри-Экс.

— Карен, — шепчет он, — что там такое?

ИИ молчит ровно десять секунд, за которые Паркер сам успевает заметить слабую струйку дыма на правой стороне небоскреба на уровне тридцатых этажей.

— Какое-то радиоактивное устройство взорвалось в кабине скоростного лифта, — отчитывается Карен. О, нет.ИИ добавляет: — Питер, там внутри мисс Амидала.

О, нет!

***

Гвен считает ее помешанной, но Тея не может сказать подруге, что она не права. «Мы расстались, потому что мой парень — человек-паук, и сейчас я бегаю за ним не для того, чтобы растоптать свою гордость, а чтобы спасти разваливающийся в очередной раз мир». Причина, конечно, весомая, но совсем неадекватная. К тому же, Тея хочет помириться, невзирая на причиненную ей обиду.

Пусть уж Паркер знает, что он придурок, которого она терять не готова. Особенно теперь, когда Тея знает, кто надоумил Питера на такое рациональное решение.

Девушка собирается на конференцию, прокручивая в голове фразы приветствия. Как назло, все они звучат пустыми клише. Что, если встретить Паркера небанальным «ты идиот» или поставленным ударом правой? Вряд ли парень начнет разговор с Теей раздражающей улыбкой или, еще хуже, виноватым «прости», но поводов, чтобы дать ему по лицу, у Амидалы и без того достаточно. Боги, когда же она стала такой агрессивной?..

— Тея, ты готова? — кричит Гвен из комнаты. Тея в последний раз бросает на себя взгляд в зеркало над раковиной — вид приличный, кругов под глазами не видно, она даже может приветливо улыбаться. Если чертов Паркер не будет на нее смотреть, когда она выглядит такой хорошенькой, Тея кинет в него найденной вчера батарейкой.

— Иду, — выдыхает Амидала, после чего покидает номер и спускается вслед за подругой в холл. Отель, где остановилась их группа, расположен вблизи Мэри-Экс, до небоскреба им рукой подать, но их обязали не разбредаться по незнакомому городу. Мистер Лагерти должен ждать своих студентов на первом этаже.

Но, спустившись, Тея первым делом замечает сидящего в кресле Гарри Озборна. Черт возьми.

— Зачем он здесь? — Тея хватает Гвен за руку и останавливает в паре шагов от наследника корпорации. Гвен морщится.

— Не знаю, — шипит она. — Но уверена, что он не кусается.

Стейси хочет с ним поздороваться, а Тея находит причину отойти в сторону — вылавливает из рюкзака сотовый и удаляется к стойке регистрации, просто чтобы не сталкиваться нос к носу с Озборном. Этот тип начинает действовать ей на нервы. Поскорее бы рассказать о нем Питеру.

Очень кстати от него обнаруживается пара пропущенных звонков. Ничего, они встретятся прямо в конференц-зале, там и поговорят. О том, что человек-паук может улизнуть прямо с конференции по своим невообразимо важным делам, Тея старается не думать.

— Вот ты где! — восклицает за ее спиной знакомый голос. Девушка вздрагивает и оборачивается.

— Гарри! — запинается она. — Что ты… Что ты здесь делаешь?

Парень лучезарно улыбается.

— Пришел забрать вас на конференцию. Ваша поездка спонсируется Оскорпом, помнишь? Я здесь, чтобы проследить за всеми вами.

— Неужели… — Тея старательно улыбается и кивает. — Что ж…А мистер Лагерти, он…

— Уже там. Просил доставить опоздавших. Вся твоя группа уже ушла.

Тее кажется, что ее обманывают, но она позволяет Гарри Озборну поиграть в свои игры. Сейчас она ничего не сможет ему возразить. У нее нет доказательств.

— Ладно, — Амидала кивает, находит взглядом Гвен и идет к ней, не оглядываясь на подозрительно оптимистичного Гарри Озборна.

— Ладно, девушки. Пора идти, — говорит он и приглашает их на выход из отеля. Тея стискивает ладонь Гвен, та ойкает и шикает на подругу.

— Да что это на тебя нашло?

Если бы Тея только знала…

Всю дорогу до Мэри-Экс ей кажется, что Гарри не сводит с нее внимательного взгляда, даже если ей ни разу не удалось поймать его на этом с поличным. Если бы Тея все еще обладала своими силами, она бы светилась от кончиков волос до пальцев ног, но все, что ей остается, это подозрительно коситься на идущего рядом с ней и Гвен парня и делать вид, что тот ее нисколько не волнует.

— Нам вчера не удалось пересечься, — говорит Гарри около пешеходного перехода. Их и небоскреб Мэри-Экс отделяет одна дорога, которую Тея с радостью бы перебежала, если бы правила позволяли.

— Пересечься? — хмурится девушка, не глядя на Озборна. Тот хмыкает и чешет затылок, очень напоминая этим жестом одного придурка, которому Тея вознамерилась вправить сегодня мозги.

— Да, я ведь прилетел с вашей группой на одном самолете. Хотел вечером пообщаться с тобой, но не нашел.

Тея вспыхивает.

— Ой, ну, я… — ей бы следовало молчать про Питера, потому что так они договаривались, но наследник Оскорпа просто не оставляет девушке выбора. — Я ездила к своему парню.

Гарри охает.

— Я думал, у тебя нет парня.

— Я такого не говорила.

— Это ее бывший! — встревает упрямая Гвен. Кидает на Тею красноречивые взгляды и кашляет — ну и актриса! — Они расстались три месяца назад, вообще-то.

Тея дергает подругу за руку, Гвен показывает ей язык. Гарри выглядит сконфуженным, но его виду Тея не доверяет. Если она права на счет своих подозрений, то сыночек Озборнов интересуется ею отнюдь не в романтическом плане.

В итоге к небоскребу они втроем подходят в молчании — в молчании же примыкают к небольшой группе людей, которые тоже направляются на конференцию, в молчании заходят с ними в лифт. Тея держит смартфон в кармане пиджака на случай, если Питер позвонит ей еще раз, потому что ее начинает сильно нервировать то, как Гарри Озборн на нее смотрит. Гвен ни о чем не подозревает и напевает себе под нос приставучую песенку из радиопередачи, стоя рядом.

На двенадцатом этаже к Тее, Гвен, Гарри Озборну и трем незнакомым людям присоединяется половина группы медицинского универа. Тея приветствует однокурсников куда более радостно, чем обычно — они отгораживают ее от назойливого сынка Оскорпа, хотя и здороваются с ним, как со старым знакомым.

— А с кем ты встречаешься? — вдруг спрашивает Гарри, когда до сорокового этажа, где находится конференц-зал, остается всего ничего. Амидала вспыхивает, как спичка и делает вид, что не расслышала вопроса. — Эй, — зовет Озборн. — Тея?

Девушка молчит. Сердце стучит, как бешеное, набирающий высоту лифт как будто сужается, становится труднее дышать. Поскорее бы выйти из многоголовой толпы, покинуть тесную кабину. Ноги и руки — она сама этого не замечает — наливаются привычной тяжестью. Если бы Тея опустила взгляд вниз, то смогла бы увидеть, как в тени остальных тел, прижавшихся к ней так тесно, ее ладони начинают подсвечиваться знакомым желтым сиянием.

— С Паркером, — басит вдруг Брайан Фуллер, студент-второкурсник, который проходит практику в том же госпитале, что и Тея. — С Питером Паркером, из технического. Знаешь его?

Голос Гарри Озборна звучит как-то странно, как будто парень кривит в неприятной ухмылке губы.

— Знаю, — тянет он.

И тут что-то в рюкзаке Теи громко пищит и вспыхивает и коротким хлопком,разрывая и рюкзак, и стены защищенной кабины лифта, и проводку за обшивкой, и даже покрытие лифтовой шахты.

Гвен вскрикивает. Тею бросает вперед от стены, она по инерции выставляет руки и хватается за металлический бортик, идущий по всему периметру лифта. Ее ведет на ослабевших ногах, вся энергия тела передается, кажется, в ладони, те вспыхивают, растягивают ярко-желтый купол щита по всем уцелевшим стенкам кабины и сковывают искрящуюся от полетевшей проводки дыру в углу. Она растекается, словно желейная, лифт дрожит и кренится, все кричат.

Тея оборачивается, пока в ушах шумит от внезапного взрыва, и видит, что что-то прожгло лифтовое покрытие, словно кислота, и только ее щит удерживает края рваной раны.

Лифт замирает на уровне тридцать первого этажа, свет в кабине трещит и гаснет. Брайан матерится, однокурсники Амидалы кричат и дергаются в разные стороны, Гвен хватает Тею за локоть, и та дергается, отпуская одну ладонь с бортика.

Дыра тут же расползается трещинами выше и ниже по углу, искрит и коротит проводка за металлическим покрытием. Амидала тут же опускает ладонь обратно, замыкая щит. Только бы никто не увидел, только бы… она не может даже подумать о возможной опасности для себя — ее раскроют, все поймут, кто она такая! — когда в тесной кабине лифта вдруг становится жарко, душно, страшно до обморока.

— Что происходит? — пыхтит Брайан Фуллер. — Кто-нибудь, помогите нам!

— Надо вызвать спасателей, — решительно выдыхает Гвен рядом с Теей. Девушка ей кивает, ловя над головами притихших от страха людей взгляд Гарри Озборна. Он шокирован и напуган.

— Пожалуйста… — шепчет Тея. — Пожалуйста, кто-нибудь, вытащите нас отсюда…

Она чувствует, что сил в ней критически мало, что у нее не хватит энергии удержать щит вокруг стенок лифта. Что случится, если она не выдержит?

Где-то над ними раздаются голоса прибывших спасателей. Что-то грохочет. Лифт натужно скрипит и медленно-медленно, так, что чувствуется только дребезжанием пола под ногами, ползет вниз. Опасное равновесие, которое сейчас сохраняется в разрушенной кабине, вот-вот грозит уронить всю конструкцию вместе с перепуганными внутри студентами.

Двери лифта с трудом открываются с помощью спасателей. Скрипит металл, искрятся провода, торчащий внутрь кабины, точно бесконечные многочисленные усики.

— Живы? — тяжело выдыхает мужчина средних лет в зеленой униформе. Ему никто не отвечает, настолько все напуганы. — Давайте руку, мы вытащим вас.

И тянет к себе дрожащую девушку-первокусницу. Следом ее подругу. Потом настает черед Брайана, и он так резво выпрыгивает из лифта, что от резкого скачка дрожит вся кабина, Тея зажмуривается, теряя концентрацию, впивается пальцами в бортик и прижимается спиной к стене. Она не сможет удержать это, ее просто не хватит!

— Давайте же! — кричит мужчина, протягивая руку Гвен.

— Иди! — выдыхает Тея. — Ну же, скорее!

Бледная Гвен кивает и осторожно продвигается к зияющей пропасти между лифтом и полом тридцать второго этажа — теперь он выше кабины на несколько футов, и с каждой секундой это расстояние увеличивается, увеличивается, увеличивается…

«Боже, — лихорадочно думает Тея, пока пот заливает ее лицо, — боже, на помощь!»

Деревянную от страха Гвен с трудом вытаскивают из лифта. Она отталкивается от пола в кабине, Тея стискивает пальцами бортик стенки, лифт скрипит и делает резкий скачок еще на несколько футов вниз.

Тея охает, вскидывает голову, смотрит на то, как Гвен оттаскивают на безопасное расстояние. Напротив Амидалы в кабине остается Гарри Озборн.

«Иди! — мысленно вопит Тея, не в силах произнести ни слова. — Иди же, ну, беги отсюда!»

Озборн смотрит на нее во все глаза. Он уже знает, кого видит перед собой. Тея открывает рот.

— Питер, — выдыхает она, прежде чем перед глазами на миг все меркнет, лифт натужно скрипит и тащится вниз под неудержимой силой гравитации, Гарри напротив девушки кричит, Тея чувствует свое сердце в горле, сжимает бортик лифта. Еще чуть-чуть, дайте же мне сил, еще немножко!

Раздается оглушительный треск, страшная дыра расползается дальше по стенкам, словно опухоль, лифт срывается вниз, пролетает три этажа и вдруг замирает; Тею бросает спиной в стену, ярко-желтый щит от ее ладоней с трудом стискивает разрушения. Двери двадцать восьмого этажа раскрываются, и в кабину, где остались только Амидала и Гарри Озборн неожиданно выстреливает белая тонкая нить паутины.

Комментарий к Тысяча футов над землей

10 августа — официальный ДР Питера Паркера в киновселенной Марвел. Сегодня ему 17 :)

========== Дружеские объятия ==========

Тея стискивает бортик лифта до хруста в пальцах, стекающий по лбу пот застилает глаза, и она думает, что красно-синее пятно спандексного костюма ей привиделось, пока оно не обзаводится голосом:

— Тихо-тихо, я вас вытащу! — восклицает человек-паук в стареньком костюме, который Тея не видела больше года. Он оказывается третьим в тесной кабине лифта, тот угрожающе скрипит и тащится вниз по узкой шахте. Тея жмурится. Нет-нет-нет, только не он, только не сейчас!

Что-то выстреливает в зияющую дыру на углу кабины, и большой ком паутины запечатывает часть разлома. Паук смотрит на Амидалу, та дергает головой.

— Спаси его, — выдыхает она еле слышно, понимая, что сейчас жизнь невиновного человека важнее, что она, возможно, не удержит лифт на такой опасной высоте, что, может быть, времени не хватит, чтобы вытащить из кабины их обоих. Питер не должен погибнуть по ее вине.

Паук кидает на девушку обеспокоенный взгляд. «Ну же, пожалуйста!» — мысленно вопит Тея. Он кивает и тянет руку застывшему в углу Гарри Озборну.

— Давай, приятель, времени мало!

Гарри косится на Тею — она прижалась к уцелевшему углу спиной и вцепилась руками в бортик лифта и выглядит так, что вот-вот упадет в обморок.

— Эй! Эй, ты же не хочешь погибнуть?

Тея слышит панику в голосе Питера. Ей страшно до слез, но она стискивает зубы, опускает голову, чтобы сосредоточиться. Спящие силы в ней вновь проснулись, но их так мало, что вот-вот все они иссякнут, окончательно покинув тело Амидалы.

Гарри Озборн, наконец, делает шаг к супергерою — наверняка совсем-совсем не понимая, как нью-йоркский мститель оказался в лондонском небоскребе — и паук хватает его за локоть и буквально насильно вытаскивает из кабины лифта, застрявшего между этажами.

Гарри запинается и вываливается из кабины, та сползает вниз еще на этаж. Тея кричит, жмурится. Что-то удерживает лифт от окончательного падения, и девушка подозревает в этом вовсе не свои усилия. У нее сердце подскакивает к горлу, становится тошно, дурно, кружится голова. Кровь стучит в ушах так сильно, что заглушает все крики — и ее, и Питера, который спрыгивает на крышу кабины, выбивает ногами верхний люк и вновь оказывается внутри локального взрыва, застывшего в коконе анаптаниума. Тея вскидывает голову, сбиваясь на плач.

— Не-нет-нет, — тараторит она, — уходи, тут опасно, я не удержу это все, Питер…

— Я тебя вытащу, — обрывает парень. Стягивает с головы маску, являя девушке свое лицо — перепуганное, бледное, с капельками пота на висках и лбу, такое же, как у Теи. — Давай руку, я вытащу нас, — повторяет он. Амидала мотает головой.

— Не могу, — выдыхает девушка. — Едва я отпущу стенку, все тут развалится. Питер, прости.

Он стискивает зубы, оглядывается по сторонам. Наверняка, Карен уже высчитала для него время на спасательную операцию — и оно утекает, лифт неумолимо тащится вниз, где на первом этаже находятся люди, и во всем здании находятся люди, и всех нужно вытащить из здания, эвакуировать до того, как у Теи откажут силы.

— Тут внизу люди, — шепчет девушка. — Они не должны пострадать…

— Карен уже предупредила полицию, — быстро-быстро говорит Питер, — всех эвакуируют, Тея, послушай, я… Дай мне руку, я нас вытащу.

«Ты веришь мне? Ты веришь мне? Веришь?» — стучит в висках. Тея с трудом отлепляет ладонь от бортика и тянется к Питеру, когда дыра в углу трескается, запечатавшая ее паутина рвется и что-то в стенках кабины угрожающе гудит.

Лифт срывается вниз. Питер стреляет паутиной в девушку и притягивает ее к себе, Тея жмурится, обхватывает его руками, все вокруг вспыхивает желтым, дыра в углу разламывает кабину на две неравные части, и пол летит вниз, а ноги Теи отрываются от него и остаются в воздухе; Питер цепляется паутиной за уцелевшую крышу кабины, и они вдвоем висят на высоте в пару десятков этажей.

— Все-хорошо-все-хорошо-все-хорошо, — шепчет парень. Тея прижимается щекой к его плечу, чувствуя напряжение, натяжение нитей паутины, скованных ее ярко-желтым щитом. Где-то далеко внизу грохочут останки лифта, что-то взрывается, и стены небоскреба сотрясаются от взрывной волны.

Питер раскачивается, цепляясь за стену шахты. Тея оказывается между ним, одетым в старенький спандексный костюм, и лифтовой шахтой, и вокруг стоит гул, в воздухе летает пыль, и пахнет озоном, как после грозы.

Тею трясет.

— Ты в порядке? — выдыхает она, стискивая потными ладонями плечи Питера. Он морщится.

— Да. Да, в порядке, а ты…

— О, Боже, — Тея чувствует что-то мокрое на левом плече парня. — Питер, у тебя кровь.

Он едва слышно стонет. Там рана, рваная, длинная, тянется от шеи к плечу. Тея напрягает ладонь — пожалуйста, пожалуйста! — и та вспыхивает желтым, обволакивает кожу парня, запечатывает рану.

— Уже легче, — выдыхает Питер с видимым облегчением. Смотрит на девушку — он так близко, рваное дыхание щекочет ей лоб, губы едва касаются ее щеки — и еле слышно говорит: — Сейчас я выкину тебя в коридор.

— Что?..

Тея еле соображает, голова кружится, все вверх дном, и этот день катится в никуда. Все, что она понимает: она не готова разжать руки и выпустить Питера из объятий.

— Я подниму нас на три этажа к открытой двери, — повторяет он. — И вытащу тебя к спасателям.

— Хорошо…

— Ты спустишься вниз и будешь послушно следовать всем указаниям.

— Ладно.

Тея вскидывает голову — щеки вспыхивают, тяжело дышать, смотря прямо в лицо Питеру. Он прислоняется лбом к ее лбу, закрывает глаза.

— А потом я найду тебя. Хорошо?

— Хорошо.

Питер натягивает маску одной рукой, позволяя Тее помочь, и подтягивается на паутинной нити вверх. Один этаж, два, три, и вот они, тесно прижатые друг к другу, показываются в открытой лифтовой двери двадцать восьмого этажа. Спасатели тянут к девушке руки, принимая ее из объятий супергероя. Она ступает ногами на засыпанный стеклянными осколками пол, оглядывается на Питера. Даже сквозь желтое сияние ее маленького щита на плече видно, что он ранен.

Тея рвано вздыхает. Она знает, что Питер смотрит на нее, а не на кого-то за ее спиной, и в этот миг, только-только пережив локальный апокалипсис, ей хочется выдохнуть ему в лицо, при всех, что она его любит — и, Боже, спасибо тебе, Питер Паркер! — и еще миллион всего, что нужно бы говорить наедине друг друга, а не вот так, при свидетелях…

Человек-паук кивает и взлетает вверх в шахте лифта, пока ему вслед летят восторженные крики студентов медицинского университета Нью-Йорка и одобрительные комментарии спасателей в зеленой униформе.

— Вы как? — сыпется на Тею град из вопросов. — Целы?

Девушка успевает покивать — конечно же, она не в порядке, конечно же, ей не хорошо, — и выпутаться из рук спасательной службы. Ей говорят спуститься на первый этаж, где всех ожидает команда скорой помощи. Ей говорят, что теперь все будет хорошо, что она цела, и все остальные целы. Тея следует за мужчинами-спасателями, присоединяется к группе перепуганных студентов с тридцать второго этажа и вместе со всеми спускается вниз. Воспользоваться вторым лифтом им не предлагают, потому что думают, что все системы могут быть неисправны, и что первый лифт пострадал от внутренней ошибки Мэри-Экс. Это не так. Первый лифт пострадал из-за безответственности Амидалы, но она стискивает руки за спиной, спускаясь вместе со всеми по лестницам, и молчит. Хорошо, что никто не пострадал, хотя каждый напуган до бледных щек и дрожащих коленок. Тея сталкивается с Гвен уже у входа, где их обеих ловят врачи скорой и отводят к машинам, чтобы проверить давление, наличие каких-либо ран и общее состояние.

— Ты в порядке? — выдыхает Тея, ловя подругу за руку. Гвен с трудом кивает.

— Перепугалась до чертиков, думала, вы с Гарри Озборном упали вместе с кабиной.

— Нет, — качает головой Амидала. — Нет, мы… Нас человек-паук вытащил.

— Знаю.

Гвен распахивает глаза и делает лицо «я знаю что-то, чего не знаешь ты».

— Гарри сказал. Он, кстати, тоже очень испугался.

О, Боже. Гарри Озборн. Тея видит его еще до того, как задается вопросом, где он. Парень подходит к ней и Гвен в тот момент, когда Тее на плечи накидывают одеяло и натягивают повязку для измерения давления. Гвен отводят к другой машине и дают в руки термометр. Амидала провожает подругу все еще испуганным взглядом.

— Ты в порядке? — она спрашивает это у Гарри, ни разу не задумавшись, что сейчас он представляет для нее опасность, реальную, а не выдуманную ее подозрительным сознанием. Гарри с трудом кивает.

— Ты?

— Да. Да, нормально.

Между ними повисает напряженное молчание. Вокруг снуют люди скорой, полицейские, спасатели, пережившие взрыв студенты разглагольствуют о своих страхах и о том, что подадут в суд на службу безопасности небоскреба, устроители конференции дают краткое интервью подоспевшим журналистам и многочисленных СМИ. Тея смотрит на них, избегая прямого взгляда Гарри Озборна.

— Нам бы поговорить, — роняет он. Тея вздыхает. Только не теперь, только не это.

— Не сейчас.

Она выглядывает за многочисленными спинами присутствующих хоть какой-то намек на Питера, но не видит никого похожего, и тревога за парня растет в ней в геометрической прогрессии, добавляясь к уже пережитым ощущениями беспомощности.

— Ты должна быть заинтересована в этом разговоре, Тея, — давит Гарри Озборн.

— Знаю.

Ее глаза, наконец-то, находят вихрастую макушку Паркера. Он приближается к ее машине скорой помощи, расталкивая людей. Тея вскакивает, стягивая с руки повязку, и Гарри хватает ее за локоть.

— Эй, слушай…

— Не сейчас, — выпутывается девушка. — Я в шоке, на мне одеяло, не видишь?

И срывается с места, оставляя Озборна наедине с отсылками к «Шерлоку». Тот наблюдает за тем, как Амидала пробирается сквозь толпу перепуганных людей к парню в мятой испачканной в чем-то темном футболке.

— Питер! — выдыхает Тея, чуть ли не расталкивая врачей скорой помощи. Он видит ее, бежит вперед, и они сталкиваются прямо напротив ярких вспышек от фотокамер журналистов; Тея прыгает в руки Питеру, обнимает его за плечи, как будто в последний раз, он рвано вздыхает и отрывает ее от земли, стискивая за талию.

— Ты в порядке? — шепчет парень ей прямо в ухо. Тея быстро-быстро кивает, слезы застилают ей глаза, и сейчас хочется плакать, пряча лицо на плече Паркера.

«Ты жив — ты жив — ты жив», — стучит у нее в ушах. — «Ты в порядке — ты в порядке — ты в порядке!»

Питер опускает девушку на землю, отводит свободной рукой волосы с ее лба; шершавые пальцы проводят по ее скуле, от них пахнет металлом и кровью, и Тея обводит внимательным взглядом перепуганное лицо Паркера, опускает глаза к плечу, на котором проступает сквозь серую ткань футболки кровавое пятно.

— Господи… — выдыхает девушка. Стягивает с плеч свою ветровку и накидывает ее на спину Питеру. — Тебе надо ко врачу, — говорит она в ответ на недоуменный взгляд парня.

— Не могу, — вздыхает он. — Будут вопросы, а я не смогу на них ответить. Самое главное, что ты цела и…

— Ох, Питер!..

Кто-то щелкает затвором камеры, их обоих ослепляет яркая вспышка. Тея закрывает глаза, прячется от шума в руках Паркера. Он стискивает ее, тяжело дышит.

— Помоги мне, — говорит он, наконец. Тея охает.

— Я? Тебе нужна помощь врачей.

— Но я не могу пойти к ним, — выдыхает Питер. Смотрит на девушку, пожимает плечами и тут же морщится. — Ты же работаешь в госпитале, ты все знаешь.

— Да. Нет, я… Хорошо. Идем ко мне, мой отель в пяти минутах отсюда.

Если Питер и хочет сказать что-то против, то не успевает — Тея стирает с его лица сомнение, обнимая за плечи, пряча нос в изгибе шеи и здорового правого плеча. От него пахнет знакомым парфюмом и потом, и беспокойством, и пережитой паникой, и еще — облегчением и невольно вспыхнувшей радостью, на которую, возможно, он не может претендовать, раз они официально не вместе.

— Пойдем, — выдыхает Тея. Берет парня за руку и ведет сквозь толпу удивленных однокурсников, которые не ожидали увидеть в Лондоне Паркера, мимо Гвен, которая скептически поджимает губы, но улыбается, мимо молчаливо наблюдающего за ними Гарри Озборна.

За Теей никто не бежит: мистер Лагерти, пересчитавший своих студентов сразу после инцидента, теперь дает показания спасательной службе, конференцию отменили. Питер не оглядывается назад, значит, свои дела здесь он тоже закончил.

Так что Тея приводит парня в отель через дорогу от Мэри-Экс, отпирает дверь электронным ключом. Бросается в комнату, выгребая из чемодана на полу все свои вещи. Где-то на дне у нее припрятана дорожная аптечка, и, черт возьми, как будто специально она схватила ее с собой вместо костюма, будто ожидала, что кому-то — не ей, конечно же, не ей! — понадобится помощь.

— Садись, снимай футболку, — командует девушка. В ней все еще говорит адреналин после пережитого взрыва, она ведет себя дерганее обычного, а Питер выглядит так, словно его ударили по голове и вышибли воспоминания о последних нескольких днях в его жизни.

— Что? — охает он, послушно опуская на кровать Теи.

Она оборачивается уже с аптечкой в руках. Кусает губы. Не время для стеснения, так? Питеру нужна помощь, и выглядит он так, словно вот-вот упадет в обморок от потери крови.

— Снимай футболку, — повторяет Тея. — Ты же просил помочь.

Парень кивает и медленно вытягивает из рукава правую руку. Тея ставит аптечку на кровать рядом с ним, распаковывает бинт и пачку пластырей.

— Помоги, — просит Питер, запутавшись в одежде. Тея поворачивается к нему и вспыхивает, как девчонка. Тянет к Паркеру руки, помогает вытащить из рукава пострадавшее плечо и руку, стягивает футболку через голову и вдруг охает.

На его теле живого места нет — все в синяках, следы от порезов на спине, ссадина на ребрах, гематома поперек правой лопатки. Полученная сегодня рана довершает зрелище, пятна подсыхающей крови делают все еще красочнее.

Тея могла бы отругать Паркера, накричать, повздыхать над его больной головой и напрочь отсутствующим инстинктом самосохранения. Но она поджимает губы, бросает грязную футболку на пол у кровати и никак не комментирует то, что видит.

Неужели Стрэндж был прав, говоря о том, что Питер занимается саморазрушением? Какой же ты дурак, Питер Паркер…

— Ладно. — Тея откупоривает бутылочку с перекисью, капает ее на ватный диск. У нее дрожат руки, и она заставляет себя сосредоточиться на ране, а не на пациенте, получившем эту рану. Сделай все так же, как в госпитале, здесь нет ничего страшного!

— Ладно, — снова повторяет девушка. Вздыхает, прикрывая глаза на мгновение. Питер смотрит куда угодно, только не на девушку, и это даже облегчает ей задачу. — Будет немного щипать, — предупреждает она.

Парень кивает.

Тея опускает ватку на края рваной раны — кажется, это разлом в металлической крыше лифта распорол Паркеру плечо; в порезе застряла мелкая металлическая крошка. Девушка дует на рану, пока Питер старательно делает вид, что ему не больно, и вздрагивает от прикосновений Амидалы. Обработать, вытащить остатки инородного вещества, наложить пару швов… Тея надеется, что до них не дойдет и можно будет обойтись широкий пластырем или бинтом.

— Нед сказал, у тебя здесь было дело, — говорит Тея, прерывая натянувшееся, как струна, молчание между ней и парнем. Питер поднимает глаза к девушке и неуверенно кивает.— Да-да, ты не можешь мне рассказать, — быстро добавляет она, чтобы никто из них не почувствовал себя неловко. Но Паркер вдруг перехватывает ладонь Теи, заставляя взглянуть на себя.

— Тот тип, — выдыхает он, кусая губы, — ну, которого мы встретили тогда в парке. Он работает на чувака, которого нанял Оскорп, они… Они охотятся за технологией Старка. Не знаю, зачем она им, но Стрэндж говорит, что ее можно превратить в опасное оружие.

— Ментально-органическая ретрограмма? — спрашивает Тея. — Они ее ищут?

— Да.

Рука Теи дергается над раной Питера, он вздрагивает и рвано вздыхает.

— Прости. Я буду аккуратна. — Она заставляет себя успокоиться, откладывает в сторону вату с перекисью и берет пинцет. Вытаскивает два кусочка металлической обшивки. Промывает рану. Тянет тонкий проводок — должно быть, Питера задело уже в шахте лифта. Промывает рану.

— Больно?

— Нет, все нормально.

Это «нормально» повисает в воздухе. Тея старательно делает вид, что не замечает, как напряжены плечи парня, как он отворачивается, пряча глаза. Ему плохо? Ей плохо? Она вздыхает, отодвигая в сторону пинцет.

— Эти люди, — говорит девушка, набираясь смелости, — они ведь все связаны с Оскорпом. — Питер неохотно кивает. — Ты знаешь, что за мной ходит Гарри Озборн? Уже месяц не дает мне прохода, и я не знаю, чего он хочет. Просит номер телефона, спрашивает, свободна ли я, но это все…

Тея взмахивает рукой, посылая в воздух невысказанное замечание по поводу поведения Озборна. Она могла бы спекулировать тем фактом, что кто-то обращает на нее внимание, пока Питер Паркер спасает мир, но ей кажется, что это будет глупо. Несправедливо. По-детски.

— Он видел меня сегодня, мой щит. Мне кажется, он догадался, кто я такая.

Питер молчит. Смотрит в стену, делая вид, что его не взволновали слова девушки. Он ведь знал про Озборна? Знает же?

Одного пластыря на такую рану не хватит. Тея берет бинт, не понимая вдруг, как подступиться к парню. Его молчание сковывает девушку.

— Я… хм. Помоги мне, — говорит она. Кажется, эта фраза проскочила между ними сегодня больше раз, чем за год до этого. Питер кивает, поднимает раненную руку, почти не морщась, и, пока Тея перематывает ему плечо, следит за ней, не сводя внимательного взгляда. Ее это смущает.

— Мы с ним разберемся, — наконец, говорит Питер. Тея заканчивает с его плечом и устало опускается на кровать, садясь совсем рядом.

— Мы?

Парень кивает. У него краснеют скулы, лицо делается по-детски наивным, он ищет что-то в глазах Теи, что поддержало бы его. Она только ждет, выдерживая этот изучающий взгляд.

— Каким образом у тебя оказалась та батарейка? — вдруг ошарашивает Паркер. Девушка хмурится. Стыд за собственные действия разливается по ее телу, перебивая смущение.

— Я… я не знаю, наверное… Ох, Питер, мне так стыдно за это.

— Эй.

Она закрывает лицо руками, и Питер перехватывает ее ладонь. Сцепляет их пальцы. Тея смотрит на него, кусая губы. Она виновата перед ним. Перед теми людьми в лифте. Даже перед чертовым Гарри Озборном — что бы он против Амидалы ни задумал, он оказался в опасности из-за нее.

— Мне надо было сдать эту штуковину Мстителям,я могла бы позвонить тому же Стрэнджу или Наташе Романофф, а не держать ее у себя, как козырь, — тараторит девушка. — Я ведь думала… я надеялась, что она послужит весомым поводом, чтобы поговорить с тобой. Я хотела только… Ох. Мне очень жаль, я поступила так глупо.

Питер молчит. Смотрит на их сцепленные руки, водит большим пальцем по костяшкам пальцев Теи. Вздыхает.

— Этот год — это какой-то пиздец, знаешь, — неожиданно заявляет он. Тея осадила бы его за сквернословие, но тут она с парнем согласна. У нее в груди щемит: стыд за дурную голову перемешивается в ней с тянущим чувством тоски, с тем, что она так и не смогла подавить за эти три месяца — с обидой и горечью, жалостью к себе, к Питеру, к их странным, запутанным отношениям…

— Я так скучаю по тебе, — признается девушка. Питер вскидывает голову, впиваясь в ее лицо испуганным почти взглядом. В его глазах отражается то же, что Тея видит в себе каждый день — одиночество.

— Ох, Питер, я… — она шмыгает носом, трет его от смущения и растерянно улыбается. — Ты меня так обидел! Еще и жучок прицепил вместо кимойо, и следил за мной, хотя мы договаривались не соваться в дела друг друга, а выходит, что… Ты мог следить за мной все это время, знать, что у меня в жизни творится, и это так несправедливо, так несправедливо, черт возьми!..

Питер отпускает ее ладонь, заставляя Тею испуганно вскинуть голову. Он отворачивается и опускает глаза в пол, сцепляет пальцы рук в «замок». Снова закрывается. Снова уходит в себя.

— Я искала встречи с тобой, потому что хотела сказать, что меня достало это, — говорит Тея. Она боится, что смелости в ней не хватит, чтобы высказать все, о чем она думала эти три месяца. Боится, что Питер не станет ее слушать, что уйдет, снова оставляя ее с миллионом вопросов, снова решая за двоих.

— Ты слышишь? Я не хочу так… — девушка старательно подбирает слова, теребит края своей рубашки. — Я хочу быть с тобой. Ты видел, что сегодня случилось? Это ведь не из-за тебя, это была моя вина. И если бы ты не оказался рядом, все те люди, возможно… Черт, я знаю, как это низко — спекулировать чужими жизнями, это просто… Ладно, я не это имела в виду.

Она заправляет прядь волос за ухо, кусает губы. Питер рядом с ней вздыхает.

— Питер. Питер, я… Я по тебе скучаю. Я скучаю по своему другу. Если ты не хочешь, чтобы мы были вместе, потому что — не знаю, виноваты ли в этом все злодеи на свете или только я, — хорошо, пусть так, — Тея не врет, понимая, что друг Питер Паркер нужен ей едва ли не больше парня Питера Паркера. Ей просто нужен Питер Паркер, каким бы он ни был. — Может, сейчас самое время нам попытаться быть друзьями? Хотя бы друзьями?

Горло стягивает знакомым комом, Тея чувствует, что вот-вот заплачет. Это была плохая идея. Все, что от нее требовалось, это залатать плечо человека-паука и отпустить дальше, не вмешиваясь в его опасные дела, потому что сейчас — и она тоже внесла свою лепту — он занят серьезными людьми, и ему нельзя отвлекаться. Глупости! Это была плохая идея лишь потому, что Питеру Паркеру больше не нужна девушка. Не Тея.

Парень молчит, видно только, как белеют костяшки на его сжатых пальцах. Чтобы не заплакать прямо при нем, Тея резко встает с кровати.

— Извини, — выдыхает она. — Я была не права, мне не стоило заводить этот разговор. Я сейчас вернусь, ты пока одевайся.

Она хочет спрятаться в ванной, но не успевает сделать и шага, когда руки Питера обхватывают ее за талию и тянут к себе, руки Питера, который хранил молчание, который совсем не выглядел тем, кто хочет слушать жалобы своей бывшей девушки. Он обнимает ее, прижимается лбом к ее животу, резко выдыхает.

— Я никогда не хотел просто дружить с тобой, знаешь, — признается он. Тея слышит его глухой стон и вздрагивает. Она же сейчас заплачет, она вот-вот заплачет…

— Я…

— Не хочу я с тобой расставаться, — упрямо добавляет парень. — Я люблю тебя, я боюсь за тебя каждый день, и ничего хорошего нет в том, что мы с тобой расстались.

Тея всхлипывает, слезы застилают ей глаза. Питер тоже вздыхает, его дрожь отзывается в теле девушки.

— Это было дурацкое решение, верно? — горько усмехается она. Питер мотает головой.

— Ох, замолчи, — говорит он. А потом встает и просто целует Тею.

========== Демонстрация силы ==========

Гвен возвращается в номер так внезапно, что Тея даже пугается.

— Забирайся под одеяло! — приказывает она растерянному Паркеру, пока ее подруга и соседка по номеру возится с электронным замком.

— Эй! — кричит Стейси из-за двери. — Эй, Тея, ты тут? Вытащи карточку из слота!

Тея в этот миг запинывает перепачканную в крови футболку парня под кровать, а Паркер таращится на нее во все глаза, будто она предложила ему покормить с руки зверушку скруллов, и откровенно тормозит. Поцелуи отшибли ему разум? Тея насильно сажает его на свою кровать.

— Забирайся — под — одеяло, — чеканит она. — У тебя полгрудины перебинтовано, как мы объясним это Гвен?

Питер кивает, но все еще медлит с действиями. Гвен сердито избивает невинную дверь.

— Сейчас! — кричит Тея за спину. Стягивает со своей кровати покрывало, накрывая им распотрошенную дорожную сумку с аптечкой, тянет Питера под одеяло. Она могла бы отправить парня в ванную, но Гвен может туда заглянуть. Кроме того, Тее нужен реальный повод выставить подругу за дверь.

— Питер!.. — выдыхает она. — Очнись, пожалуйста!

И снимает с себя свитер, оставаясь перед парнем в одном лифчике. У того окончательно плывет мозг. Ох, да чтоб тебя, Паркер! Тея цокает на него, закутывает, как ребенка, в одеяло, и бежит отпирать дверь, надеясь, что у Питера хватит ума забраться на постель с ногами и скрыть перепачканные в пыли штаны.

Гвен влетает в номер, словно фурия.

— Просто супер, подруга! — выдает она на одном духу. — Тебя искали мистер Лагерти и этот чертов Озборн, и даже Нед как-там-его, который друг придурка Паркера, и… Оу.

Она замирает, как только замечает торчащую из-под вороха одеял и подушек макушку Питера. У него покраснели уши, сам он выглядит слегка помятым и тормознутым, а Тея мнется за спиной разъяренной Стейси, якобы стыдливо прикрываясь свитером. Гвен вздыхает, прикрывая глаза.

— Ясно, — припечатывает она, отводя взгляд в сторону, лишь бы не смотреть на «пойманных с поличным» подростков. — Привет, Питер.

— П-привет, Гвен! — кивает парень и высовывается из одеяла ровно по подбородок, чтобы не показывать перебинтованного плеча. — Ты в порядке?

Та ищет взглядом свою сумку с явным намерением сбежать из номера как можно скорее. Тея мысленно просит у подруги прощения, хотя даже в собственной голове это звучит у нее не слишком уж искренне.

— Да, цела. Чуть со страху не померла в этом лифте. Надеюсь, Оскорп и прочие разберутся со всей этой фигней.

Она, наконец, находит свои вещи, хватает сумку за длинный ремень и водружает себе на плечо. Оборачивается к замершей у дверей Тее. Вздыхает.

— Ну вы даете, — усмехается девушка. — Ладно уж, пережду у Синди.

Она выходит из номера, прихватив все свои вещи, по дороге даже успев заглянуть в ванную. Кивает Тее у выхода и добавляет к своим коротким фразам:

— Мистер Лагерти просит нас не опаздывать. Самолет в одиннадцать вечера, в семь мы встречаемся в холле.

— Ясно, — кивает Тея. — Спасибо.

Гвен посылает ей на прощание очень красноречивый взгляд, прежде чем Амидала запирает дверь и устало прислоняется к ней затылком и сползает на пол. Гвен не из тех, кто будет болтать попусту, но ей придется объяснить их сокурснице, почему на сегодня ее номер занят Амидалой. Ладно уж, подобные сплетни куда лучше правды.

— Она считает меня придурком? — Питер подает голос с кровати, выбирается из одеяла и садится, потирая раненное плечо. Тея натягивает свитер обратно, не замечая разочарованного взгляда парня.

— Ну… — тянет Амидала, — ты, вообще-то, разбил мне сердце.

— Ах.

Она встает с пола и подходит к Паркеру. Тот ловит ее за руку, тянет к себе, так что Тея падает прямо на него и каким-то странным образом оказывается у него на коленях, зажатая между ним и спинкой кровати.

— Можно я тебя поцелую, — шепчет парень, — и ты опять снимешь этот дурацкий свитер?

— Он не дурацкий, — вспыхивает девушка, тоже переходя на шепот. — А тебе нельзя беспокоить раненное плечо ближайшие пару недель…

Но, конечно же, Питер ее не слушает.

***

— Мне нужно поговорить с Гарри Озборном перед вылетом, — сообщает Тея. Питер сонно бормочет ей в плечо. — Что?

— Оставь это человеку-пауку, — повторяет он.

— С ума сошел? А как же «безопасность превыше всего»? Я надеюсь, что Озборны про тебя еще не знают, если ты не успел спалиться перед кем-то из Оскорпа за эти три месяца. Не успел ведь?

Питер издает нечленораздельный звук, переходящий в стон и переворачивается на живот, закидывая руку на Тею. Та давится смехом.

— Прекрати! Я пытаюсь быть серьезной!

— А я — нет, — решительно отрезает Питер. Приподнимается на здоровой руке над девушкой и выдыхает ей прямо в лицо: — Хватит. Да, ты накосячила с этой батарейкой. Но я с этим разберусь, идет?

Тея чувствует, что Паркер снова чего-то недоговаривает и щурится.

— Что ты задумал?..

— Сдам тебя Стрэнджу с рук на руки, — коварно улыбается Питер.

— Нет!

— Да, и не спорь.

— Нет, ну только не ему! Питер! — Тея пытается вывернуться из одеяла и объятий парня. Тщетно. — Ты бы видел, что я устроила у него в свой последний визит! Я ему пол-этажа разнесла, он меня убьет!

— Не убьет.

Питер садится, прислоняется спиной к спинке кровати и тянет к себе Амидалу. Она устраивается головой ему на живот.

— Я видел, — говорит вдруг парень, — пока мой жучок не коротнул. Крутое было зрелище.

Он усмехается, опускает голову к Тее.

— Стрэндж помогал мне все это время. Или я ему… Неважно. Слушай, он знает обо всем и не будет на тебя злиться. Ну, может будет, но тебе об этом не скажет, если ты ему не напомнишь. Я хочу сказать, что… Ох. Просто доверься мне, хорошо? Стрэндж знает, что делает.

Они не обсуждают все, что случилось с ними за эти три месяца — о девушке Паркер знает все и так, за исключением встреч с Гарри Озборном, самых важных, которые он умудрился проглядеть; о Питере Тея не спрашивает сама. Сейчас она не уверена, что выдержит рассказы обо всех тех драках, в которых человек-паук заработал себе переломы и ссадины размером с кратер вулкана. Она обводит пальцами шрам на ключице Паркера, трогает созвездие из маленьких синяков на правом предплечье. Какой же ты дурак, Питер Паркер…

— Хочешь, чтобы Стрэндж встретил меня в аэропорту? — спрашивает, наконец, девушка. Питер кивает.

— Лучше тебе не высовываться никуда в ближайшее время. Ты сказала, в самолете с вами полетит Озборн, так? Я не хочу, чтобы он тебя вообще видел.

— Ты думаешь, это он мне батарейку подкинул?

Питер пожимает плечами и тут же морщится, задевая бинты.

— Не знаю. Но исключать его не буду. Он какой-то подозрительный.

Тея чувствует еще кое-что за рациональными доводами парня и слегка улыбается. Давно она не испытывала этого ощущения.

— Ты ревнуешь?

Питер фыркает и отворачивается к окну, делая вид, что его куда больше интересует погода на улице, но девушка видит, как вспыхивают кончики его ушей. Попался.

Некоторое время они молчат, погруженные каждый в свои, наконец-то, спокойные мысли. Тея следит за проплывающими за окном неторопливыми облаками, Питер сопит, окончательно съехав головой на подушки. Он признался, что не спал всю ночь, и сейчас Тея видит темные круги у него под глазами и бледные скулы, и все эти его ссадины и порезы, довершающие общее впечатление. Девушка разглядывает Питера, пока он глубоко спит, сжимая здоровой рукой ее ладонь.

Питер сказал, что в Лондоне у него остались дела, и он не вернется со своей группой утренним рейсом, а воспользуется Стрэндж-порталами, если тот будет в настроении с ним разговаривать. Значит, Тее придется сидеть в стенах огромного дома мага и стараться изо всех сил ничего не разбить там. Это будет трудно…

Она всерьез раздумывает над тем, чтобы спуститься на пару этажей и отыскать Гвен: подругу следует предупредить, чтобы она держалась подальше от Гарри Озборна. Но едва мысль формируется в ее голове, как в дверь номера тихонько стучат.

Только бы не наследник Оскорпа!

Тея осторожно выпутывается из рук Питера, встает с кровати и аккуратно шагает к дверям. Стоит ли ей прихватить свой кимойо и воспользоваться помощью Соло? Вдруг за дверью ее все-таки поджидает Гарри Озборн?

— Тея! — шипит голос Гвен. — Ты тут? Открой, надо поговорить!

Девушка облегченно выдыхает и отпирает подруге; та вваливается в коридор, сердитая и недовольная.

— Что стряслось? — шепотом спрашивает Тея. Гвен хмурится, скрещивает на груди руки. Смотрит за угол коридора, видит спящего Паркера и злится еще больше.

— Озборн меня достал! — выдает Стейси. — Полдня ходит за мной по пятам и выспрашивает, где ты и с кем ты! Я не понимаю, что ему говорить, и, честно говоря, меня начинает напрягать его внимание.

— А я о чем тебе говорила! — Тея взмахивает руками, но тут же ойкает и понижает голос. — Я же сказала, что он странный, а ты мне не верила.

— Поговори с ним.

— Нет!

Гвен хмурится.

— Что значит «нет»? Парень с ума сведет всю нашу группу, пока ты разбираешься тут со своим бывшим.

— Питер — не бывший! — вспыхивает Тея и оборачивается, чтобы заглянуть из узкого коридорчика в комнату — парень, вроде бы, продолжает спать, как ни в чем не бывало. Гвен качает головой, смотря на Амидалу так, будто та ничего в этом мире не понимает. — Что?

— Если вы переспали, это не значит еще, что вы снова вместе.

— Что? Почему?

— Ох, Тея…

Тея сконфуженно трет нос.

— У меня не так уж много парней было, чтобы я в этом разбиралась, — говорит она нехотя. Гвен добродушно усмехается. — Но Питер сказал, что не хочет со мной расставаться, так что мы… мы, наверное…

— Спроси у него напрямую, чтобы точно знать, — советует подруга. Она все еще не одобряет догонялки, которые устроила Амидала, но, надо отдать ей должное, сейчас хотя бы не промывает ей мозг.

— Я поговорю с Озборном, когда Питер проснется, — спохватившись, роняет Тея. Едва успокоившись, Гвен снова вспыхивает.

— С ума сошла?!

— Питер вообще просит от него подальше держаться!

Стейси мотает головой, поджимает губы.

— Вы оба чокнутые, — выносит она вердикт. А потом вздыхает и поворачивается к дверям. — Поговори все-таки с Озборном перед тем, как мы улетим. Он меня достал.

К спящему парню Тея возвращается в смешанных чувствах. Со стороны Гвен может показаться, что это Тея — влюбленная дурочка, которая гоняется за бывшим парнем по всему свету, только чтобы заслужить от него… что? Одобрение? Похвалу? Сожаление о том, что он ее бросил? Тее плевать, кем она кажется, пока сама знает правду. Она смотрит на Питера, раскинувшегося по всем подушкам, и думает, что никакие вербальные подтверждения ей уже не нужны.

***

Питер говорит, чтобы Тея просто держалась подальше от Озборна, но в самолете, на высоте в несколько тысяч футов, это будет сделать весьма проблематично. Им лететь семь с половиной часов, что куда больше, чем может выдержать любой терпеливый человек, а уж Гарри Озборн, представитель совсем не терпеливой половины человечества, и подавно.

— В самолете он мне ничего не сделает, — говорит девушка. В номере отеля, который ей предстоит покинуть в ближайшие полчаса, уже совсем стемнело, и сквозь зашторенные окна плохо видно выражение лица Паркера, но то, что оно совсем не радостное, Тея знает наверняка.

— Мне все равно этот план не нравится, — бурчит он.

— Знаю. Стрэндж встретит меня прямо в аэропорту, я все время буду на связи через Соло. Это лучшее решение, которое у нас есть.

Они выходят вдвоем: Тея отдает ключи консьержу, спускается в холл, ведя за собой упирающегося Питера, и встречает там Гвен и остальных однокурсников. Подруга скептически оглядывает сгорбленную фигуру Паркера. Он успел переодеться в свитер, и теперь перебинтованное плечо не так заметно сквозь плотную ткань одежды, но Тея все равно беспокоится, не случится ли так, что парня заденут или бинт разболтается или рана снова откроется — что вполне возможно с бурной деятельностью Питера-паука — и это кто-то увидит.

— Тебя ждет Гарри Озборн, — сообщает Гвен, кивая куда-то за спину Амидалы. Девушка оборачивается и замечает фигуру Озборна в кресле у стойки регистрации. Он смотрит прямо на нее и Питера, сжимающего руку Теи.

— Он ничего мне не сделает, — повторяет девушка, скорее самой себе, чем Паркеру. Тот тушуется.

— Я провожу вас до аэропорта, — говорит он.

Но, прежде чем мистер Лагерти находит группу Теи и собирает их вместе, Питеру звонит его руководитель. Кричит, беснуется в трубку, требует студента Паркера явиться в отель в четвертой зоне и объясниться, где он отсутствовал весь день. Тея понимает, что ему придется уйти прямо сейчас.

Супергеройская деятельность очень плохо сочетается со студенческой жизнью, в которой есть преподаватели, лекции, ответственные задания и научгруппа, которой Питер обязан своей поездкой.

— Иди, — кивает девушка в ответ на разочарованный взгляд Питера. — Я буду на связи.

Она включает кимойо на руке, чего не делала очень долгое время, и демонстрирует горящую голубым бусину парню.

— Здравствуйте, мисс Амидала, — приветствует ее Соло. — Мистер Паркер, сэр.

— Сообщай мне о любых происшествиях, — командует Питер, и Тея хмурится.

— Это мой ИИ, — шепчет она. Парень чуть усмехается.

— Не сегодня.

Он обнимает ее, неуклюже целует куда-то в висок, ловя для них обоих удивленные, скептические, недовольные взгляды. Тея смущенно трет переносицу. Неужели всем настолько интересно влезть в чужую личную жизнь, что никто не может сейчас отвернуться? Они с Питером ведь и стоят не в самом центре холла, чтобы на них так глазели. Амидала чувствует спиной каждый любопытный взор однокурсников, и ежится.

— Иди, — повторяет она. — Я тут справлюсь.

Питер неохотно кивает, провожает Тею внимательным взглядом, и входит через главные двери отеля, как только девушка оказывается рядом с подругой. Они решили, что при посторонних Гарри Озборн не решит сунуться к Амидале с расспросами, поэтому все, что Тее теперь нужно делать, это держаться поближе к своей группе.

— Так вы… — выдыхает Гвен, демонстративно двигая бровями, — вы снова вместе?

— Эм-хм… — Тея теряется, стискивает вспотевшей ладошкой ручку чемодана и снова трет нос. — Да, думаю, да.

Гвен недоверчиво поджимает губы.

— А вот он так не думает, — вдруг отвечает она, кивая Тее за спину. Девушка оборачивается: к ней решительным шагом направляется Гарри Озборн.

— Черт… — выдыхает она сквозь зубы и уже думает сбежать в толпу однокурсников, чтобы те осыпали ее градом вопросов о ней и Питере, лишь бы спрятаться от пугающего теперь наследника корпорации, но ее неожиданно хватают за руку и дергают назад.

Тея оборачивается, готовая врезать обидчику поставленным ударом, и… чуть не попадает по лицу Питера. Он запыхался и вспотел — полученная утром рана мешает ему и двигаться, и правильно дышать.

— Что ты… — недоуменно роняет Амидала, когда Питер наклоняется и вдруг целует ее у всех на виду. Глубоко, решительно, сминая все сомнения девушки. Кто-то — Брайан Фуллер — ахает, Синди рядом с Гвен хлопает в ладоши и говорит: «Гони десятку».

Питер отпускает девушку — руки перепутались, пальцы запутались в волосах, дышать трудно — и смотрит поверх ее головы на застывшего в нескольких футах от них Гарри Озборна. Тея прячется у него на груди, стискивает за талию. Они никогда не позволяли себе ничего подобного. Держаться за руки, целомудренно целовать друг друга в губы при встрече — да, но вот так…

— Можешь сказать Гвен, что мы снова вместе, — совсем не по-питеровски усмехается парень и чмокает Тею в лоб. — И пусть она больше не сомневается.

Он все слышал тогда в номере! Амидала мгновенно вспыхивает, но Питер не дает ей возможности высказаться: обнимает ее в последний раз, выбивая из груди вдох, и огибает ее, чтобы остановиться прямо напротив Гарри Озборна. Тот выше Паркера на полголовы, но парня это, похоже, не смущает.

— Не лезь к ней, ясно тебе? — тихо цедит он, так, что Тея слышит это только по внутренней связи через Соло. — Если у тебя есть вопросы, можешь задать их мне лично. Но к ней не подходи и не смей пугать.

Ох, Питер!.. Тея жмурится — он же все испортил, он опять подставился! — и не успевает ничего сделать — Паркер оборачивается, кивает ей и выходит через двери отеля. Снова. Если через пару минут он вдруг решит вернуться, Амидала этому совсем не удивится.

Она стискивает рукой ручку чемодана. Смотрит на Гарри Озборна — тот застыл посреди холла, но в его взгляде не чувствует никакого удивления, будто он ждал, что этим все обернется в их с Питером немом противостоянии. Что же они наделали…

— Окей, — бодро произносит Гвен, совсем не замечая напряжения, разлившегося в воздухе, — вы снова вместе, теперь верю. Но Паркер все равно придурок.

Питер хмыкает на другом конце выделенной линии прямо в ухо Тее.

***

До самого вылета Озборн не беспокоит Тею — не подходит к ней, не пытается подать знаки, даже не смотрит на нее. Тее начинает казаться, что свои подозрения она вырастила на пустом месте, и Озборну она просто понравилась, а теперь он отступил. Мысли в голове мешаются с собственными эмоциями — ей следовало бы быть радостной и воодушевленной, но она беспокоится теперь сильнее, чем прежде, и изматывает себя виной за происшествие в лифте. И за действия Питера. И за то, что он берет на себя ответственность за ее проблемы, чего делать не долж… Глупости! Он обещал ей защиту, поэтому Тея не может брать ответственность за буйную его голову.

Эта мысль разъедается, словно от кислоты, как только она садится на свое место на борту самолета.

Рядом с ней оказывается Гарри Озборн.

— Я ничего тебе не сделаю, — тихо говорит он, замечая, как дернулась Тея. Девушка стискивает одной ладонью подлокотники своего кресла и медленно тянет пальцы второй к бусинам кимойо. — Твой парень устроил отличную демонстрацию, предельно понятную.

— О чем это ты? — Тея косится на него, не поворачивая головы, и Гарри сокращает расстояние между ними.

— Твой парень, — выдыхает он, — Питер Паркер. Он ведь человек-паук, верно?

Черт. Черт-черт-черт! Тея старается держать себя в руках, не поворачиваться к Озборну лицом, не показывать испуга и любых других эмоций. Получается плохо, отвратительно.

К тому же, она чувствует знакомую тяжесть в ногах. О, нет, только не сейчас!

Нестабильные ее силы должны спать, а не показываться в самое неподходящее для этого время! Чуть позже доктор Стрэндж объяснит ей, что проблемы с анаптаниумом в ее теле всегда были и будут связаны с сильными эмоциями, которые девушка испытывает или подавляет в себе. И раз проблема, из-за которой она сдерживалась, не давая ей никакой психологической разрядки, наконец, разрешилась, способность вырабатывать собственную энергию для защиты вернулась к ней в виде нестабильных выбросов…

Но прямо сейчас Тея чувствует страх за себя, Питера и самолет, в котором находится вся ее группа.

Гарри Озборн вдруг самодовольно ухмыляется и говорит, тихо-тихо, так что слышит это только Тея:

— Он ведь слушает нас сейчас, да? Питер Паркер. Привет, паучок.

Комментарий к Демонстрация силы

Окей, это не самая лучшая глава, которую я могла выдать. Будем считать ее перевалочным пунктом перед очередным экшеном, идет? ^^

========== Гость на Бликкер-стрит ==========

Тея старается дышать ровно, но выходит только рваный вдох-выдох через раз. Ладони вспотели, голова идет кругом.

— Питер, — шепчет девушка, стискивая руками подлокотники своего кресла, — не слушай этого ублюдка.

— Теперь я ублюдок? — удивляется Гарри Озборн и даже обижается. Тея ему не верит. — Послушай меня, детка, я всего лишь прошу о помощи.

В ухе Амидалы что-то хрипит, словно Питер уронил микрофон.

— Скажи этому уроду, — цедит он, — чтобы прекратил называть тебя деткой. Иначе он останется без рук и ног, едва только ваш самолет успеет приземлиться.

Гарри Озборн не угрожает ей. Не требует подать ему на блюдечке М.О.Р.Г. мистера Старка. Не просит покинуть самолет вместе с ним, угрожая расправой над человеком-пауком.

Он хочет поговорить.

— Пусть Паркер придет в офис Оскорп, — объясняет парень, — думаю, он без труда найдет туда дорогу, правда же? Нам просто нужно поговорить с ним.

— Нам?— хрипит Тея.

— Мой отец, он… — Гарри делает заметную паузу, заставляя девушку повернуть к нему голову. — Мой отец умирает. Ему нужна помощь.

Никто не стал бы врать о таком, думает Тея, но по лицу Гарри Озборна сложно понять, говорит он правду или же пытается играть на чувствах девушки. Амидала скептически поджимает губы и следит за реакцией парня. Тот снова вздыхает — очень ненатурально.

— Ему нужна помощь врачей, а не человека-паука, — отрезает девушка. — Он не доктор.

— Уверена? — роняет Озборн. Тея хмурится, прощупывает взглядом каждый миллиметр его лица — он слишком близко, и девушка не может отодвинуться, не вызвав подозрений у сидящей через проход Гвен.

— Что ты хочешь? Чем тебе поможет человек-паук?

— Не он, — Озборн мотает головой, и прядь его волос неприятно задевает лоб Теи. Она все-таки дергается, вжимаясь в спинку кресла. — Его кровь.

— Что?..

— Ты плохо слышишь? — Гарри вскидывает одну бровь в непривычном жесте и наклоняется к уху Теи, так, чтобы Питер услышал: — Норману Озборну может помочь кровь человека-паука.

— Что?!— вопит Паркер. Тея слышит его тяжелое дыхание и завывание ветра, как будто он стоит на крыше какого-то небоскреба или летит над городом, цепляясь за углы зданий Лондона.

— Питер?..

— Он ничего не сделает тебе в небе, Тея, — тараторит парень. — Скажи ему, что я все сделаю, если он потерпит с разборками до приземления. Я встречу тебя, Стрэндж подбросит, будь уверена, и…

И тут их связь дает сбой.

— Ну так что?— скалится Гарри Озборн.

«Больной!» — заходится в панике сознание Теи. — «Ненормальный!»

Она хочет отодвинуться от сидящего вплотную к ней парня, жмурится, отворачивается. Теперь от него отчетливо веет опасностью, чего раньше Тея не замечала. Она подозревала его в тайных планах, в интригах против человека-паука, но никогда не чувствовала реальной угрозы, кроме тех, что она сама себе выдумала. Поэтому Тея не спешила с открытыми обвинениями в адрес Озборна. Поэтому не била тревогу у дверей Паркера. Теперь же ей кажется, что она опоздала с предупреждениями.

Гарри Озборн — опасная личность, и Тея чувствует это каждой клеточкой своего проснувшегося тела. Руки начинают светиться, по ногам ползет знакомый зуд. Только бы не попасться.

— Отодвинься, — цедит Тея сквозь зубы. — Иначе я впечатаю тебя головой в иллюминатор, и остаток пути ты проведешь, дыша свежим воздухом.

— У-ух, — ехидно улыбается Озборн, — что, характер проснулся вместе с запоздалыми способностями? Девочка-молния, тебя ведь так называют?

Что-то в его словах кажется Тее настолько странным, что чешется мозг, но она не отдает себе в этом отчета. Просто стискивает подлокотники кресла, игнорирует стюардессу и кидающую на нее вопросительные взгляды Гвен. Гарри Озборн откидывается на спинку своего кресла и закрывает глаза.

— Я в курсе, что тебя с самолета снимет приходящая нянька, — бросает он, не глядя на девушку, — и я не собираюсь приказывать тебе или угрожать. Это не в моих интересах. Я всего лишь прошу тебя привести в Оскорп человека-паука.

— А Тони Старка получить в придачу не хочешь? — шипит Тея.

— А ты знаешь, где он?

Озборн хищно улыбается, ломая привычную Тее мимику, и девушка совсем теряется в попытках понять, кого же она видит — настоящего Гарри Озборна или роль, которую тот играет, пытаясь привлечь ее внимание. В любом случае, это отвратительно, неправильно и совершенно не вызывает доверия. Тея фыркает, пряча за показной воинственностью все свои слабые места: ей страшно, что она может в буквальном смысле взорваться в самолете, страшно за сидящих рядом однокурсников, страшно за себя рядом с Гарри Озборном, каким бы они ни был, и страшно за Питера. Тот пропал пару минут назад — Соло пошел на вынужденную перезагрузку, не выдержав сбоев в системе связи. Перелеты над океанами ему теперь не пережить. Тея корит себя за то, что не отправила свой ИИ на проверку раньше, хотя знала, что тот сдает позиции.

До приземления в аэропорту Нью-Йорка остается пять часов. У Теи есть ровно пять часов на то, чтобы придумать, как выпутаться из этой передряги, не привлекая к ней человека-паука.

***

Как только связь с Теей пропадает, Питер ударяется в очередной виток паники. Все идет не по плану — Бога ради, был ли у них вообще план? Амидала со своей группой летит над океанами в компании опасного отпрыска Озборна, которого сам же Питер и раздразнил. Все их планы и действия делу совсем не помогли.

— Мистер Паркер, — говорит голос Стрэнджа в смартфоне Питера, — я обещал присмотреть за мисс Амидалой в обмен на адекватное поведение с вашей стороны, и пока что наш договор соблюдается только моей стороной.

— Чего? — крякает Питер в трубку. Стрэндж вздыхает.

— Морг, мистер Паркер. Что с ним?

Парень проверил его утром, сразу после взрыва в лифте. Он был чертовски напуган и взведен до предела, но все-таки поднялся на последний этаж в конференц-зал, чтобы проверить наличие технологии Старка, которую впопыхах собирались увозить обратно в самый защищенный склад британских островов. Питер проследил за его отправкой и лишь потом спустился к Тее. Даже доложил обо всем противному магу. И после всех его действий, адекватных, надо заметить, док все еще недоволен? Уму непостижимо!

— Все с ним в порядке, — давится словами Питер. — Его увезли на склад, завтра утром доставят спецгрузом в самолет до штатов!

— Нет, — отрезает Стрэндж.

— Нет?

Маг снова вздыхает и в следующую секунду появляется в круге искрящихся оранжевых вспышек прямо за спиной Питера, на крыше мотеля, куда паук забрался после нагоняя от мистера Робинсона.

— Поздравляю вас, мистер Паркер, — говорит маг жутко чопорным тоном, словно вылез прямиком из Аббатства Даунтон. — Вы провалили свое ответственное задание.

— Чего? — переспрашивает тормозящий Питер. Не то, чтобы появление мага удивило его настолько, что он потерял дар речи. Сейчас его куда больше беспокоит судьба девушки, а не технология Старка, за которой он сам так и не явился, и наставления волшебного циника в пурпурном плаще.

— М.О.Р.Г на склад так и не доставили, — поясняет доктор и скептически поджимает губы. — Пока вы прохлаждались в компании вновь обретенной мисс Амидалы, я полагаю, наши оппоненты выкрали технологию по пути в западный сектор.

Хоть он и говорит о неприятных новостях, которые должны бы повергнуть мага в бешенство, а Питера — в очередную волну самобичевания и беспомощности, сейчас это все… словно не имеет большого значения. Паркер с удивлением понимает, что он просто чертовски устал охранять жуткую вещицу при полном неведении, для чего она нужна, кому и, главное, для каких таких зловещих целей.

— Блеск… — в итоге говорит Питер и садится на самый край крыши мотеля, стягивая с головы маску от старенького костюма. У него даже нет времени отправить вибраниумового паучка на базу Мстителей. А еще ужасно хочется спать. И Тея летит где-то над океаном, отмахиваясь от Гарри Озборна. Блеск!

— Не то слово, — нехотя соглашается Стрэндж. — Теперь его надо найти и вернуть как можно скорее.

— Может, сами с этим разберетесь? — вздыхает Питер.

Маг даже охает.

— Я не ослышался?

— Я устал! — жалуется Паркер и взмахивает руками. — Слышите? Моя подруга сейчас разбирается с сынком Озборна где-то в небе, а я даже дозвониться до нее не могу. Если бы вы хотя бы сказали мне, зачем нужна эта штука и почему мистер Старк сам не может с ней разобраться, то мы бы…

— Мы?

Питер неохотно поднимается на ноги и оборачивается к доктору Стрэнджу, стоящему посреди крыши так, будто он повелитель вселенной. Возможно, он в самом деле считает себя таковым.

— Я и Тея. Какой-то ублюдок подкинул ей батарейку, которая сдетонировала утром в лифте Мэри-Экс, у нас едва хватило времени спасти всех гражданских. Я не знаю — и вы совсем мне не говорите и не делитесь информацией, что странно — кто или что стоит за всеми этими махинациями с моргом мистера Старка. Но я абсолютно уверен, что им нужны мы оба, и я, и Тея. Я больше не хочу от них бегать. Давайте мы найдем их и упечем за решетку, как и полагается?

Стрэндж отчего-то вздыхает, но не так, словно готов отчитать неразумного подростка.

— Мистер Паркер, вы не совсем понимаете всю серьезность ситуации, в которой оказались не по своей…

— Они угрожают Тее.

Маг впивается в Питера внимательным взглядом. Паркер молчит. Стискивает руки в кулаки, борется с нарастающим чувством голода и тревоги, и рассматривает дока в ответ. Тот не выглядит таким уж здоровым: бледный, на скуле два пореза, синяк над бровью. Как будто совсем недавно он вступал в схватку и даже получил от неизвестного противника по лицу.

— Кто угрожает? — спрашивает маг. Паркер хмурится.

— Гарри Озборн. Он летит с ней в одном самолете, и здесь, в Лондоне, постоянно ее искал. Думаю, это он подсунул Тее ту батарейку.

Пока Питер говорит все это, он не замечает, что лицо Стрэнджа вытягивается, глаза делаются шире. Док прерывает парня на полуслове:

— Когда приземляется ее самолет?

— Через пять часов.

Стрэндж поджимает губы, скрещивает руки на груди.

— Что? — спрашивает Питер. Маг коротко мотает головой.

— У нас есть пять часов, чтобы проверить все зацепки. Идем со мной.

И маг растворяется в оранжевом круге искр, зовя за собой ничего не понимающего Питера.

***

В том, что технологию Старка стащили прямо из-под носа Питера, есть вина самого Питера. Оказывается, у Оскорпа есть устройство, позволяющее отслеживать вибрации определенного рода, которые источает М.О.Р.Г. при любом включении. Попав в кокон технологии на защищенном складе, Паркер невольно обнаружил себя. Выкрасть М.О.Р.Г. из-под лондонского конвоя оказалось делом техники.

— Вы могли бы помочь мне! — возмущается в ответ Питер. Стрэндж, летающий между стеллажами своей огромной библиотеки, даже носом не ведет.

— Я был занят, мистер Паркер, как и предупреждал вас вчерашним вечером.

Чем это, интересно, он был занят… Питер с раздражением пинает кресло под ногами и стонет сквозь зубы от внезапно вспыхнувшей в мизинце боли.

Он замечает, что коридор, ведущий к библиотеке, развален, стены скривлены, а окна, ведущие в несколько измерений, выбиты, одно за другим. Это не могло быть делом рук Теи, она взорвала коридор Стрэнджа в другом крыле дома.

— Что у вас тут стряслось? — спрашивает Питер, обходя осколки битого стекла и разбитые витрины со старинными артефактами.

— Говорил же, — вздыхает Стрэндж, — был занят. Разбирался с нашими оппонентами.

Питер резко оборачивается, вскидывая к магу удивленный взгляд.

— Как они нашли вас?

— Скажем так, у них нашелся проводник.

Собственная промашка Стрэнджа не радует, уязвляет даже, и теперь Питеру становятся понятны появившиеся царапины на лице мага, синяки и нежелание говорить о вчерашнем вечере.

— Что они искали?

Стрэндж смотрит на Паркера, как на единственного тормознутого в их компании.

— Технологию Старка, конечно же, — он закатывает глаза и удаляется к письменному столу, на котором в беспорядке лежат многочисленные артефакты. Судя по виду, лет им две с чем-то тысячи.

— Но у вас ведь ее нет!

— Паркер, сегодня вы поразительно наблюдательны, — скептически отзывается док от своего стола. Питер фыркает, мотает головой, силясь прогнать из мыслей воспоминания о внутренностях морга, которые подсунули ему не самые лучшие образы.

— К сожалению, искали они не столько технологию, сколько выпытывали способ взаимодействия с ней, — договаривает Стрэндж. Питер хмурится.

— В смысле? С ней очень просто работать — она сама подкидывает последнюю психотравму!

— Да-да, и вы отлично это продемонстрировали, когда влезли без спросу в систему. Если вашу подругу поймают, она сможет поблагодарить вас.

— Что?.. — Паркер запинается об кресло и падает грудью прямо в его мягкие подушки. Стрэндж, наконец, отрывается от своих стекляшек и железных фигурок.

— Я объясню, — кивает он. «Да неужели…» — цинично думает парень, но вслух не произносит ни слова. Он уже устал находиться в неведении и бояться неизвестности. Сейчас он хочет только одного: четкого плана и действий.

Стрэндж двигает к креслу Питера свое, кожаное, и садится в него с грацией аристократа. В его роду точно никогда не было служителей королевы Великобритании или сэров с рыцарскими орденами?

— Мне до сих пор не ясны все мотивы наших оппонентов, — говорит маг, сцепив руки в замок у подбородка, окаймленного очерченной бородкой. Питер мысленно закатывает глаза — их враги вовсе не «оппоненты»! — Но я подозреваю, что и М.О.Р.Г., и вы, мистер Паркер, им нужны в одной связке. Дело в том, что Оскорп давно ищет универсальное лекарство от рака, правда, вряд ли для альтруистичных целей…

— И вы говорите мне об этом только теперь? — вспыхивает Питер, дрожа всем телом. Буйный подросток не производит на мага никакого впечатления, хотя Паркер в шаге от того, чтобы наброситься на дока и забить собственными руками его чрезмерно раздутое эго.

— Вы никогда не отличались терпением, мистер Паркер, — цокает Стрэндж. — Успокойтесь и дослушайте до конца, раз уж мы с вами говорим откровенно. Думаю, кровь человека-паука нужна им в качестве экспериментальной. Как они узнали о вас, не подскажете?

Питер втягивает голову в плечи.

— Меня укусил паук из их лаборатории.

— Но у них не было данных о вас до сегодняшнего дня, верно?

Парень нехотя кивает.

— Я выдал себя Гарри Озборну, когда вытаскивал из лифта. Он бы убил Тею!

— Кстати о ней, — Стрэндж щурится, не вызывая этим жестом ни капли доверия у Питера, и отнимает руку от подбородка. — Нам известно, что Оскорп нанял Мистерио для поимки человека-паука. Но, если они не знали о вашей связи с мисс Амидалой, то никак не могли использовать ее для своих целей. А батарейка, которую вы описали, очень похожа на устройство, которое я обнаружил не далее, как вчерашней ночью у наших друзей. Дело в том, что…

На этих словах он подзывает к себе что-то с письменного стола из кучи артефактов, что-то блестящее и круглое, со стеклянными стенками, похожими на описание того, о чем говорила Тея сегодня.

— Такую же штуку подсунули Тее в сумку! — ахает Питер, когда та оказывается в руках Стрэнджа. — Только… она не светится.

— Я ее обезвредил, — кивает маг. — Внутри этого шарика — сходный с анаптаниумом материал, скорее всего, изотоп, полученный из скрещивания анаптаниума с другими металлами. Да, он не коррелируется на другие металлы, но это, — маг щелкает по стеклянному шарику, — этот материал реагирует только на анаптаниум. Возможно, это внеземные технологии, о которых нам ничего не известно.

Голова идет кругом. Питер с силой стискивает виски ладонями, пытаясь сосредоточиться. Внеземные технологии, анаптаниум, взрывающиеся батарейки, Оскорп с его планами по излечению рака… Все это идет вразброс с логикой, никак не сочетается между собой и не имеет связей. Все это слишком сложно, и Паркер в который раз отмечает, что, выдавай взрослые информацию постепенно по мерее ее поступления, а не разом, как теперь, всем было бы проще. Зачем нужно было утаивать такие данные до самого последнего момента?

«Три часа до приземления самолета», — мысленно считает парень и стискивает подлокотники своего кресла вспотевшими в перчатках пальцами. — «Потерпи, Тея, я тебя вытащу…»

— Мне известно, что анаптаниум в теле мисс Амидалы реагирует на ее эмоциональный фон, — говорит Стрэндж, отправляя стеклянный шарик обратно на свой заваленный остальными игрушками стол. — Так что могу предположить, что батарейка на самом деле была реагирующим на анаптаниумом отслеживающим устройством с неким зарядом, который сдетонировал из-за близости с вашей эмоциональной подругой, мистер Паркер.

Питер почти задыхается.

— Если вы пытались успокоить меня подобными объяснениями, — рвано сообщает он, — то это никак не помогло, знаете ли. Док, какого черта вы говорите обо всем только сейчас?

— Говорю что, мистер Паркер? — поджимает губы маг и фыркает. — Нам все еще известно очень мало и поводов впадать в ярость я не вижу.

— Неужели?!

— Реальных поводов, мистер Паркер.

Маг закатывает глаза и встает с кресла. Отходит за спину взвинченному до последнего волоска Питеру и останавливается у высокого, до самого потолка его странного дома, окна. Его живой плащ мажет Паркера по щеке, и тот враждебно дергается.

— Я так и не смог понять, каким образом Оскорп вышел на мисс Амидалу, если не искал связи между вами. Создается впечатление, что вы оба нужны им по двум совершенно не зависящим друг от друга причинам, но, честно говоря, я так и не нашел никакой подсказки…

Питер вот-вот хочет вскочить с кресла и наорать на высокомерного доктора, втянувшего его и Тею в свои игры без ведома, но не успевает этого сделать: в дверь дома на Бликкер-стрит, 177а, громко и требовательно стучат.

Стрэндж замолкает на середине фразы и оборачивается к входным дверям.

— Я никого не жду, — коротко роняет он, прежде чем сорваться с места, запахнув плащ. Питер натягивает на голову маску от своего костюма и кидается следом за магом. Они оба останавливаются прямо у дверей.

— Вам бы камеру слежения повесить, док, — кидает парень.

— Я никого не зову в дом без приглашения, а неприятели дверями не пользуются, — отрезает Стрэндж. Он кивает Питеру — будь готов к чему угодно! — и осторожно распахивает двери перед внезапным гостем.

Им оказывается запыхавшийся и вспотевший… Гарри Озборн.

— Ты! — яростно вопит ему в лицо Питер и кидается на парня, за воротник втягивая в защищенный дом мага. Озборн охает и не сопротивляется.

Стрэндж тут же закрывает за ним двери, мотает головой в сторону холла у широкой лестницы, и Питер тащит отпрыска Озборна через весь коридор. Тот не выказывает никакого сопротивления, что странно, но Паркер не обращает на ту деталь внимания, поглощенный злостью.

— Какого черта ты здесь?! — рявкает он на взмокшего еще больше Гарри Озборна, как только тот оказывается в круге света в холле. Стрэндж становится под одну его сторону, Питер — по другую, и оба глядят на него, как на врага. Озборн ежится под скрещенными против него взглядами.

— Мне нужно предупредить теб… вас. Предупредить вас!

Он втягивает голову в плечи, совсем не выглядя так же угрожающе, каким казался в отеле в Лондоне.

— Ты должен быть в самолете! — рычит Питер, совсем ни черта не соображая. — Ваш самолет приземлится только через два часа!

— Что?.. — удивленно охает парень. — Какой еще самолет?

— О чем вы хотите предупредить, мистер Озборн? — встревает Стрэндж. Питер дергается, будто маг его задел самолично.

— На… На Тею Амидалу ведется охота.

Между ними тремя повисает неожиданная пауза. Питер с шипением выдыхает через сжатые зубы. Если бы анаптаниум был в его теле, прямо сейчас он представлял бы собой факел.

— Моему отцу поступило сообщение, что его люди отыскали Шаровую молнию, и в данный момент везут ее в Оскорп, и я… — Озборн качает головой, словно неохотно признавая поражение, — я знаю, что человек-паук защищает ее, и я знаю, что это Тея. Люди моего отца следят за вами довольно давно. Если вы работаете втроем, то, возможно, я смогу вам помочь.

— С чего нам верить тебе? — цедит Питер. Каждая клеточка его тела находится в напряженном ожидании, пальцы сами сжимаются в кулаки.

Гарри Озборн кажется уязвленным.

— Я не вызываю доверия у Теи, знаю. Но люди моего отца задумали что-то страшное, и я не хочу, чтобы она пострадала из-за их действий.

— Ты не вызываешь доверия и у нас, — говорит Стрэндж.

— Да! Да, я пытался выйти на человека-паука через Тею, потому что, ну… — он косится на Питера, скрывающего лицо под маской, и качает головой, — ты ведь Питер Паркер, верно? Моему отцу сказали о тебе, мистер… Мистер Аллен, кажется, тип с металлическими крыльями, его выпустили из тюрьмы под залог моего отца, и он рассказал, что ты его спас и… Это все не важно, просто поверьте мне, я искал только человека-паука!

Питер рычит и стягивает с головы маску, оставаясь перед Озборном словно голым, безоружным, но злым.

— Тогда какого черта людям твоего отца понадобилось от Теи?

— Я не знаю! — вспыхивает Озборн. Стискивает голову руками, жмурится. — Слушай, я не желаю ей зла, понятно? Неважно, кто она, просто твоя бывшая или же Шаровая молния, она хорошая девушка, и я не хочу, чтобы она пострадала. Именно из-за нее я пришел! Я хочу помочь, чтобы ее не схватили!

Его слова расходятся с теми действиями, что он уже совершил. Его вид не соответствует виду того высокомерного парня, что стоял напротив Питера в холле лондонского отеля. Паркер подходит к нему вплотную, вглядывается в его лицо.

— Я буквально в шаге от того, чтобы набить тебе твою подозрительную рожу, — говорит он. — Лучше бы тебе не врать.

— Я не вру!

Питер замахивается, чтобы ударить парня, но в дело вмешивается Стрэндж — встает между ними, отталкивает Паркера в грудь, а сам оборачивается к ожидающему удара Озборну.

— Что вы творите, док?!

— Один вопрос, — произносит маг, не обращая на возмущенного Питера никакого внимания.

Гарри Озборн кивает и испуганно сглатывает.

— Что вы делаете здесь, мистер Озборн, если в данный момент должны лететь в самолете из Лондона?

Парень бледнеет, краска сходит с его скул пятнами. Хорош же актер, думает Питер, потирая кулак.

— Вы видели меня в Лондоне? — неверяще спрашивает Озборн.

— Ты издеваешься?! — рычит Паркер. — Я вытащил тебя из лифта в Мэри-Экс! Мы разговаривали в холле отеля, забыл?!

Гарри Озборн мотает головой и делает шаг назад, переводя испуганный взгляд с Паркера на Стрэнджа и обратно.

— Я не был в Лондоне, — тихо говорит он. — Я не был в лифте.

— И не подсовывал Тее батарейку, которая сдетонировала и вызвала взрыв в небоскребе? — щурится Питер. Парень мотает головой.

— Взрыв?..Я бы никогда не… Зачем мне это?

Питер думает, что у него вот-вот откажет мозг. Этот Озборн чертовски хорошо играет свою роль, и будет лучше, если Стрэндж сейчас же отойдет в сторону и даст человеку-пауку выбить правду из ублюдка.

— Если вы не были в Лондоне все это время, — медленно, с расстановкой, говорит маг, — то кто, по-вашему, находился там, притворяясь вами?

Догадка выстреливает и у Питера, и у Озборна одновременно, только последний говорит вслух:

— Хамелеон. Человек, меняющий лица. Мой отец нанял его, чтобы он нашел Шаровую молнию для его партнера.

— Для кого? — давит Стрэндж.

Гарри Озборн часто-часто моргает и последнее слово буквально выплевывает:

— Для Мистерио.

Он не замечает, как испуганно переглядываются маг с пауком.

— Вам надо поторопиться, — говорит Озборн. — Если Тею нашел Хамелеон, то она уже в опасности.

Комментарий к Гость на Бликкер-стрит

Кажется, придется делить и эту часть на две. Так что еще одна-две главы отсилы, и пойдет новый виток, которому нужно придумать название.

Что там по третьей части фильма Паучка, нет еще новостей? :D

========== Люди в песках ==========

— Как же все удачно сложилось, — растягивая слова, произносит Гарри Озборн, когда их самолет заходит на посадку в аэропорту Нью-Йорка. Тея ежится под его пробирающим до костей взглядом. Что-то не так, что-то явно не сходится. Амидала с трудом пытается сосредоточиться на мысли, что через полчаса она окажется на земле и сможет сбежать под крыло Стрэнджа. Сейчас скорая встреча с магом ее радует.

— Соло, — шепчет она своему ИИ, — ты как?

— Устанавливаю связь с мистером Паркером, — отзывается тот, — простите за задержку, мисс Амидала.

— Ничего, это я виновата, — произносит Тея. — Не стоило забывать о тебе и…

— Тея! Беги от Гарри Озборна!

Крик Питера врывается ей в уши так внезапно и бьет по барабанным перепонкам, что девушка сильно вздрагивает. Плотоядно глядящий на нее Гарри Озборн вытягивает в удивлении лицо.

— Питер? — выдыхает Амидала, вдавливая пальцем наушник в ухо. — Что слу…

— Этот ублюдок рядом с тобой — не Озборн! — вопит Питер. Судя по его рваному дыханию, он куда-то бежит. Со всех ног. Испуганный. — Это тот тип, который может лицо менять, мы видели его в парке, давно, и он… Арргх, некогда объяснять, где ты?

— Самолет заходит на посадку.

— На Джона Кеннеди?

— Да.

Питер перебрасывается парой бранных слов с кем-то и возвращается к Тее, пригвожденной к собственному креслу силой гравитации и забирающимся под кожу страхом.

— Как только пройдешь регистрацию, беги со всех ног к выходу, Стрэндж подхватит тебя в туалете в западном крыле, поняла?

— Д-да.

Парень вздыхает.

— Ты только не бойся, хорошо? Мы тебя вытащим.

Тея косится на притихшего Гарри Озборна, который, оказывается, вовсе не Озборн. Ей начинает мерещиться, что все вокруг нее — иллюзия, и она просто не заметила, как угодила в ловушку, хотя все указывало на это.

— Паучок на связи? — усмехается подставной Озборн. — Передавай ему мои наилучшие пожелания.

Она решает не вступать с ним в диалог, чтобы не вызвать цепной реакции; не-Гарри-Озборн похож на бомбу замедленного действия, которая только и ждет щелчка. Амидала отворачивается от него, чтобы взглянуть на Гвен, но та отчего-то бледнеет.

— Гвен?

— Тея… — выдыхает подруга. — Ты светишься.

О, нет! Девушка прижимает сияющие желтым руки к наверняка сияющим желтым щекам, жмурится. Вот, почему этот недоделанный Озборн так на нее смотрел — все это время Тея выдавала себя с головой, себя и свои истинные эмоции! Вот, почему он распалял ее страх еще больше, он наблюдал за ее реакцией!

— Эт-то не то, что ты могла подумать, — мямлит Тея, совсем не чувствуя себя убедительной. Питер хрипит на другом конце провода в позабытом девушкой микрофоне.

— Что происходит? Тея?

Она не отвечает; смотрит на Гвен, мотает головой в немой мольбе. Подруга открывает рот, чтобы… закричать, обязательно закричать. Но в итоге не издает ни звука.

— Питер, я не могу выйти из самолета, — шепчет Тея, глядя на свои руки. Вся кожа светится, в приоткрытом иллюминаторе вместо силуэта Амидалы отражается желтое пятно, и Гарри Озборн — кем бы он ни был — смотрит на все это с видимым удовольствием.

— Тея?.. — хрипит Питер. Девушка мотает головой.

— Не смогу выйти, я вся свечусь.

— Что? Но ведь ты… Ладно. Успокойся, слышишь? Я что-нибудь придумаю, жди.

«Уважаемые пассажиры, наш самолет совершил посадку в аэропорту Джона Кеннеди. Местное время шесть часов сорок минут утра…» — сообщает старший пилот по громкой связи, после чего в салоне включается яркий свет. Тея оглядывается по сторонам: мистер Лагерти поднимает студентов с задних рядов, Гвен вместе с сидящей за нею Синди тоже пытается встать. Они ловит взгляд Амидалы и опускается обратно в кресло.

— Что это такое? — шипит блондинка. — Ты радиоактивная? Мне стоит предупредить мистера Лагерти, что…

— Нет! — вскрикивает Тея и вспыхивает на мгновение еще сильнее. Гвен дергается.

— Ты не собираешься выходить, Амидала? — злорадно скалясь, спрашивает «Гарри Озборн» за ее спиной. Тея не смотрит на него, старается даже не слушать.

— Выметайся сам, — рычит она и оборачивается к подруге через проход. Гвен испуганно ахает. — Помоги мне.

— Как?

— Я не… — Тея тянется к блондинке, прикрываясь ветровкой, пока никто не заметил. В проходе за креслами среднего ряда Синди присоединяется к очереди из остальных пассажиров и вопросительно оглядывается на девушек. — Мы сейчас, — коротко бросает ей Тея. — Помоги мне выбраться отсюда. Прикрой меня. В буквальном смысле.

Гвен все еще смотрит на подругу с понятным испугом, Питер не отвечает, а испорченный «Гарри Озборн» подталкивает девушку к выходу.

— Я прикрою тебя, — говорит вдруг он. Тея на его слова даже не реагирует и мотает головой, глядя в глаза подруге.— Давай же, Амидала, ты зря упрямишься!

И только теперь Гвен ахает. Смотри на Тею во все глаза.

— Ты… — выдыхает она. — Ты ведь… Ты ведь — она…

— Гвен, пожалуйста! — уточнять, кого Стейси имеет в виду, нет ни времени, ни смелости. Тея просто соскальзывает со своего кресла в проход, закрываясь ветровкой, но той не хватит на все ее тело — торчат либо руки, либо голова девушки. Амидала медленно поднимается, стягивая ветровку повыше, на самую макушку, и стучит пальцем по уху, в котором застрял микрофон. Питер, где же ты!

— Ох, — снова ахает Гвен. Затем ее руки обнимают Тею за плечи. — Идем, я тебя провожу. Ты не можешь разве, не знаю… не светиться?

Тея готова заплакать от облегчения. Она мотает головой и еле слышно выдыхает: «Спасибо тебе, Гвен Стейси».

Вдвоем они кое-как вываливаются из салона самолета прямо в рукав, ведущий к одному из посадочных выходов аэропорта. Позади, Тея слышит, размеренно шагает не-Гарри-Озборн, и почти чувствует его руки. Тот тянет их к девушкам с явным желанием помочь. Только помощи от него Тея не хочет.

— Стейси, Амидала! — рявкает вдруг откуда-то справа голос мистера Лагерти. Они почти дошли до выхода. — Что за маскарад?

— Эм… простите, мистер Лагерти! — тут же находится Гвен. — Тее плохо стало, простыла, должно быть! Надо быстрее вывести ее из аэропорта, отправить домой, чтобы не простудилась окончательно, да?

Тея для эффекта даже кашляет и чуть стонет. Учитывая ее состояние — перепуганная и сияющая, точно лампочка, — притворяться не так уж сложно. Мистер Лагерти сердито вздыхает.

— Веди тогда ее поскорее на выход. Скажи, чтоб в очереди на регистрацию пропустили вас вперед.

— Спасибо, мистер Лагерти! — быстро кивает Гвен и уводит завернутую в ветровку Тею прочь.

Все то время, пока они ждут регистрации, Тея пытается успокоить собственные нервы и смотрит на свои светящиеся руки. Наверняка, она вся сияет, лицо полыхает и от жара, и от ощущения силы, разливающейся по всему телу, точно целебный нектар. Проклятье, сейчас это так не вовремя!

— Тея! — микрофон в ухе включается так неожиданно, что девушка подскакивает и задевает локтем стоящую рядом Гвен. Та охает.

— Питер! — шепчет Тея, — где ты?

— Как пройдешь регистрацию, беги к туалетам, ясно? Плевать на багаж, попроси Гвен забрать, мы тут…

— Я вся свечусь, это никак не проходит!

— Ох. Попробуй глубже дышать. Только не волнуйся, я тебя вытащу оттуда, хорошо?

Тея кивает, теряя голову. Воздуха под ветровкой гораздо меньше, чем должно хватать для ее беспокойного дыхания, и она еле видит, куда идет. Хорош же супергерой — скрывается под собственной одеждой, не смея показаться публике, боится стоящего позади парня и просит помощи у обычной девчонки!

Ее подталкивают к регистрационному окошку, куда Тея быстро протягивает документы. Еще немножко, скоро все закончится.

— Покажите лицо, мисс.

О, нет.

«Успокойся!» — молит сама себя девушка и медленно стягивает с головы ветровку. Лицо пограничника вытягивается от удивления.

— Мисс, с вами все в порядке?

Амидала с трудом кивает.

— А я так не думаю, — говорит пограничник и нажимает что-то на клавиатуре своего компьютера. — Красный код, здесь у нас зараженный гражданский, похоже.

О, нет! Тея оборачивается на ожидающую ее Гвен, ее за плечо держит Гарри Озборн, который вовсе не Гарри Озборн, и оба испуганно дергаются.

К Тее уже направляются работники аэропорта в спецуниформе, похожие на медицинских работников какой-нибудь скорой. Тея прижимается плечом к стойке регистрации, ветровка сползает с ее плеч окончательно.

— Красный код! — повторяет пограничник. — Заберите ее в изолятор!

Амидала жмурится — тело наливается тяжестью, все в ней кричит о взрыве, руки сами собой закрывают лицо, будто живут своей жизнью. Знакомое ощущение, когда она ограждает себя вакуумным шаром от всего мира, вспыхивает в долю секунды, поглощая все звуки вокруг. Тея открывает глаза: от скрещенных у лица рук ее исходит ярко-желтое сияние, и это видят все: однокурсники, Гвен, мистер Лагерти, даже Гарри Озборн. Последний самодовольно усмехается.

— Беги, Амидала, — подсказывает он.

И Тея срывается с места.

Огибает стойку регистрации, перепрыгивает через заграждение и проскальзывает мимо электронных рамок. За ней бегут взрослые, работники аэропорта, полицейские, но Тея не слышит их криков и предупреждений, ей кажется, что она впервые за очень долгое время оказалась в абсолютной тишине, и это помогает сосредоточиться на цели. Западное крыло, туалет. Там ее будут ждать, чтобы забрать из страшного аэропорта. А потом Стрэндж и Питер помогут ей и со всем разберутся.

Она будет в безопасности.

Тея скользит по эскалатору, перепрыгивая несколько ступенек, и мчится, подгоняемая своим же упорством и внеземными силами, которые хлещут из нее прямо сейчас бурным потоком. Девушка почти чувствует превосходство над собой прежней, почти ощущает всю огромную мощь, заключенную в ее теле.

А потом что-то врезается ей между лопаток, и она теряет равновесие — падает кубарем прямо у подножия эскалатора, и боль разливается по мышцам, которые теряют способность двигаться. И силы куда-то уходят.

— Обожаю современные технологии, — говорит кто-то за спиной Теи. Она с трудом отлипает щеку от металлической решетки пола и поднимает глаза. Перед взором все кружится, голова не на месте. Тея стонет.

— Питер… — выдыхает она, надеясь, что парень услышит ее по внутренней связи.

Соло хрипит и гаснет, как в прошлый раз, когда в них угодила нить электрошокера. Люди в аэропорту кричат и расступаются, образуя вокруг упавшей Теи ровный круг.

— Эх, Амидала, — произносит неизвестный. Он становится прямо перед девушкой, и та, поднимая голову, видит ноги Гарри Озборна. Одежду Гарри Озборна, обувь Гарри Озборна. И лицо Гарри Озборна, искаженное неправильной улыбкой.

— Будь твой парень поосторожнее, я дождался бы его, но… — он вздыхает, театрально разводит руками и наклоняется к обессиленной Тее, из спины которой торчит нить электрошокера. — Мистер Паркер такой же нетерпеливый, как и ты. Значит, с вами обоими можно не церемониться.

Он бросает себе под ноги четыре шарика, похожих на ту батарейку, что взорвалась в рюкзаке Теи вчерашним утром, и те вдруг смыкаются общим куполом. Желтым, как анаптаниум в теле Амидалы.

— Тея!

Голос Питера разносится эхом по всему аэропорту, вонзаясь в шум толпы. Тея не видит его за силуэтами людей вокруг, но понимает, что парень бежит к ней от туалетов, куда она так и не добралась.

— Ты знаешь, где нас искать, паучок! — кричит Гарри Озборн себе за спину. А после хватает Тею, щелкает пальцами, и искусственно возведенный купол схлапывается, забирая его вместе с девушкой в неизвестность.

Следующее, что Тея видит, это ярко освещенная платформа в круглом зале.

— Добро пожаловать, мисс Шаровая молния, — говорит кто-то из темноты. И девушка теряет сознание.

***

— …придет, будьте уверены. Как мы и подозревали, эти двое очень друг к другу привязаны.

Тея пытается открыть глаза, но не может: пока она находилась в отключке, ее связали по рукам и ногам, усадили на стул, и закрыли лицо повязкой. Может, чтобы она не светилась, привлекая внимание? В первые секунды ей даже не страшно: сознание ворочается с усилием, воспоминания наплывают пластами, и немножко тошнит. Вокруг нее — эхо из голосов, пахнет металлом и озоном. Неизвестные люди говорят о ней и человеке-пауке, это становится ясно даже без контекста.

— С ним может быть маг, — произносит кто-то справа. Тея старается не шевелиться и не поднимать головы, дышит через раз — от тряпки, в которую ее завернули, пахнет стерильной чистотой, как будто ее похитители постарались устроить ее максимально комфортно.

Девушка пытается двигать руками, связанными за спиной. Если у нее получится, сфера вокруг ладоней сможет разрезать путы. Только бы силы ее не подвели.

— Будьте начеку. Против мага у нас есть свои люди, но паука нельзя убивать. Он нужен Озборну.

Так ли честен был подставной Гарри Озборн, когда говорил. Что Норману Озборну нужна кровь человека-паука? Тея сбивается с ритма, дыхание перехватывает, и, кажется, это ее выдает.

— Она очнулась?

— Не знаю, можешь проверить.

— Сам проверяй.

— Боишься? Это же девчонка!

— Аллен сказал, что эта девчонка стотонную крышу подняла! А еще те слухи про разрыв вселенной. Говорят, это она время вспять повернула!

— Так, все-таки, боишься.

— Вот еще…

Раздаются шаги. Кто-то идет прямо к Тее, и она задерживает дыхание. Ну, еще чуть-чуть. Когда с нее стягивают тряпку, Тея уже может сжать пальцы рук. Она вскидывает голову, глубоко вздыхает и — пластиковые зажимы на запястьях с щелчком разламываются — ладони светятся, ярко-желтая сфера распухает на них и освобождает, и кровь приливает к пальцам.

Тея открывает глаза — свет слепит, в первые секунды ничего не видно, и чужие голоса врываются в сознание разом.

— Очнулась!

— Что у нее с руками?

Она чувствует в себе силы, что ответить за каждое причиненное ей неудобство. Три человека — мужчины, одного она видела в парке давным-давно, второй меняет лица и сейчас похож на Гарри Озборна, скрещенного с Майлзом Моралесом, ее знакомым из секции по боксу. Третьего Тея видит впервые. Он напуган больше остальных.

Может, заявлять такое при положении Теи крайне неразумно, но она не может отказать себе в удовольствии:

— Бегите, глупцы, — выдыхает она, чувствуя, как сила растекается по ее телу приятной тяжестью.

Щелкают пластиковые зажимы на ногах, стул летит в сторону. Тея встает, разминая руки и шею, пока в нее летит нож. Грозное оружие застревает в ее щите, как в масле, и Амидала подхватывает его светящейся рукой и отправляет обратно. Неизвестный ей мужчина вскрикивает и пригибается.

К ней бросаются двое, и двоих же она отбрасывает в стены, оставляя лежит бездыханными. Оставшийся на ногах человек с меняющимися лицами вскидывает руки. Кожа сползает с него, как со змеи, являя то лицо основателя Оскорп, то лысого мужчину с маленькими глазами, то мистера Аллена.

— Фу, ты бы ко врачу обратился с такими симптомами, — самодовольно усмехаясь, произносит Тея. Кровь бурлит в ней, разгоняя жар по рукам и ногам, она чувствует все пространство вокруг, до последнего уголка странного помещения без окон и дверей. Здесь что-то не так, вся эта комната неправильная, и Тея намеренна выяснить, где прячется дверь. Она прощупывает пульсирующим куполом вокруг себя каждый сантиметр стен, и чувствует только отзывающееся на ее прикосновение тепло.

— Что-то не так, Амидала? — растягивая слова, спрашивает меняющий лица. — Не нравится комнатка?

Тея без слов отправляет его в полет до дальней стенки, где он падает головой вниз и остается лежать. Упс. Девушка с трудом заставляет себя почувствовать к нему небольшую вину — пусть он там только не умирает.

От силы, бьющей в ней ключом, Тея даже отрывается от пола. Такую энергию она чувствовала только в камне души, думая, что убила всех, кого любит. Сейчас она знает, что с ее родными все в порядке, а Питер, наверное, направляется сюда, в башню Оскорпа, чтобы вытащить ее, и, значит, он тоже жив.

Чем бы ни был вызван этот прилив сил, Тея не должна растрачивать его попусту.

Она набирает в грудь воздуха — одновременно с этим сфера вокруг нее будто ширится, зависимая от дыхания, — и края ярко-желтого шара касаются стен темной комнаты. Странно, она совсем пустая, только отливает оранжевым, как пески в пустыни камня души…

Что-то меняется: цвета становится больше, он насыщает сам воздух в комнате, потолок исчезает, превращаясь в беззвездное розовое небо, пол становится оранжевыми песками, стены падают. Тея ахает и опускается вниз, в песчаные вихри. Она стоит посреди пустыни. Той самой, адской отвратительной пустыни, куда возвращается раз за разом в своих кошмарах.

Воображение играет с ней злые шутки? Ее опоили чем-то, и теперь ей мерещится давно ушедшее время? Словно кто-то или что-то забралось Тее прямо в голову и вытягивает оттуда самые ужасные ее кошмары.

Как по команде из песков появляются силуэты. Если бы к ней вышел доктор Стрэндж, она знала бы, как поступать. Если бы появился умирающий Питер — она знала бы, что сделать. Но из песчаной бури к ней выходят люди — множество людей, все те, кого она оживила своим вмешательством в ход истории, все те, кого расщепило и затащило в камень души.

Тея ненавидит этих людей. Их, бесчисленных, неиссякаемых, что идут и идут и нет им числа. В тот момент, когда ей думалось, что Питер умер по ее вине, она готова была убить половину вселенной, затащить всех обратно в камень, в любой из камней, размолотить потом всю перчатку на части и оставить вселенную без ответа.

Сейчас, когда все живы и невредимы, когда ничто не угрожает ни Питеру, ни остальной половине человечества, Тея думает, что множество людей — ее худший кошмар. Это их она видит ночами, когда рядом нет Паркера, это их она пытается оттолкнуть, а потом, отчаявшись, стирает с лица Земли одним махом — как Танос.

Если это не сон, то что? Тея испуганно оборачивается, разглядывая незнакомые лица. Среди этих людей есть дети, ровесники Кирка и Селесты, но все, как один, идут на нее и не останавливаются. Тея уже знает, что стоит этим людям обступить ее, как она не выдержит. Тело вспыхнет, все вокруг засияет желтым, и людей снесет силовой волной и расщепит.

Она рвано дышит, не чувствуя ног. Надо бежать. Надо бежать, даже если все вокруг иллюзия.

— Помогите, — выдыхает девушка сквозь подступающие к горлу слезы. — Кто-нибудь, помогите мне… Питер.

Но Питера нет, как нет никого из знакомых Тее людей, и ее обступают со всех сторон, и шепчут, шепчут. «Ты не спасешь нас, ты нас убьешь», — гудят они. Девушка распахивает в немом ужасе рот, хватается за голову и—

Откуда-то из-за песков раздается громкий треск.

— Тея! — кричит голос Питера. Оранжевый воздух меркнет и бледнеет, вместе с людьми растворяясь в ярком белом свете.

Сияющая, словно рождественская елка, Тея стоит в центре абсолютно белой дугообразной платформы. Питер замечает ее и облегченно вздыхает.

— Пит-тер? — всхлипывает девушка. Он кивает, тянет к ней руку, делает шаг навстречу.

— Ты цела? Ты угодила в морг Старка, это всего лишь иллюзия.

Тея не чувствует под собой ног от пережитой паники.

Тея не чувствует ног.

— Питер? — ахает она, вскидывает к нему голову — парень бледнеет у нее на глазах. — Что происх…

И в этот миг все озаряется желтым светом, вокруг девушки вспыхивает сфера, сжимает ее в кокон и с оглушительным хлопком исчезает.

Сферы нет. Теи нет.

«Демонстрация завершена», — объявляет холодный металлический голос оставшемуся в одиночестве Паркеру.

— Тея?.. — неверяще шепчет он. Кажется, его кошмар повторился. И теперь это совсем не иллюзия.

КОНЕЦ ЭТОЙ ЧАСТИ

Комментарий к Люди в песках

Как и обещала, пришлось разбить все действо еще на части.

Четвертая, заключительная, будет не очень большой по сравнению с предыдущими. Все возникшие вопросы я постараюсь объяснить.

Продолжение будет через неделю-две ;)

========== INTO THE SPIDER-VERSE ==========

ЧАСТЬ IV

— Питер! — Тея бросается на шею парню, стискивает его руками за плечи, и слезы душат ее всю целиком. Питер неуверенно обнимает ее. Гладит по голове. Вздыхает.

Отталкивает.

— Тебе нужен другой, — внезапно говорит он оторопевшей девушке. — Другой Питер Паркер. — он поворачивается и указывает себе за спину. — Вот этот.

Тея переводит взгляд с него на человека за ними и ахает. Этот Питер Паркер бледнее и выше. И взгляд у него холодный, как сталь. Что с ним случилось?..

— Питер? — несмело шепчет Амидала. Он кивает. Оттаскивает себя же, другого, за шею и становится прямо перед девушкой. Тея хочет прикоснуться к нему, тянет руку к его лицу, но он вдруг перехватывает ее ладонь и стискивает до ощутимой боли.

— Я должен знать точно, — хрипит он, полосует ее словами, словно ржавый нож. — Скажи мне то, что может знать только Тея Амидала.

Иначе?..

— Иначе я не поверю девушке с ее лицом. За эти полгода я видел вас предостаточно.

Музыкальная тема: The National — I need my girl

Комментарий к INTO THE SPIDER-VERSE

Обложка FOUR: https://ibb.co/SdCWVs6

========== Воровка золота ==========

Тея не чувствует под собой ног от пережитой паники.

Тея не чувствует ног.

— Питер? — ахает она, вскидывает к нему голову — парень бледнеет у нее на глазах. — Что происх…

И в этот миг все озаряется желтым светом, вокруг девушки вспыхивает сфера, сжимает ее в кокон и с оглушительным хлопком исчезает. Тея моргает от яркого света, ослепившего глаза мгновенной вспышкой, и не успевает даже испугаться, когда сквозь белесую пелену перед ней отчетливо проступает… совсем не платформа в Башне Оскорп. Что-то металлическое, ярко-желтое, неоновое даже. Похожее на свечение анаптаниума в ее теле. Похожее на металл в обшивке космолета Эбони Мо. Похожее на…

— Добро пожаловать, Тея Амидала.

Низкий голос, который Тея уже слышала в башне Оскорпа, разносится эхом по длинному залу, стены которого темными змеями извиваются и рябят в глазах. Девушка рвано дышит, оглядывается, борясь с головокружением — Боже, что это, где это? — и не видит говорящего.

— Ты удивлена, — констатирует неизвестный.

— Ох, — выдыхает Тея сквозь сжатые в испуге зубы, — да неужели?

Голос на ее сарказм никак не реагирует. Никто не спешит к ней, чтобы схватить за руки и повести в неизвестные дали, никто не направляет на нее грозное оружие. Она стоит посреди длинного, как кишка, зала, абсолютно пустого, стены которого светятся, как ее тело в данный момент. Тее страшно.

Лучше бы кто-то, хоть вся планета разом, бежала к ней в неистовом желании схватить для пыток, казней, чего угодно и как угодно, только не эта… пустота вокруг.

Она абсолютно точно не в Оскорпе. У этой корпорации нет таких залов в бывшей башне Старка. Ее сюда… перенес телепорт. Ощущения были похожие, да и непонятное свечение вокруг нее и сфера. Такое она уже видела, когда не-Гарри-Озборн стащил ее прямо из-под носа Питера в аэропорту Джона Кеннеди.

О, нет. Питер.

— Ты напугана, — снова говорит голос. Конечно же, Тея напугана, это можно понять не только по тому, что вся ее кожа светится желтым! Она злится и взмахивает руками, воздвигая вокруг себя сферу. На всякий случай.

— Кто вы? — спрашивает она, специально повышая голос. Чтобы неизвестный не услышал, насколько ей страшно. — Что вам нужно?

— «Кто вы»… — коверкая ее слова, отвечает голос. — «Что вам нужно»… Вы, земляне, всегда задаете одни и те же вопросы. Считаете себя центром вселенной. Ваше эго может посоперничать только с вашей же манией к разрушению.

Тея не знает, откуда доносится этот голос — отовсюду, он везде, — поэтому оглядывается, не замечает никаких дверей, никаких опознавательных знаков. И бежит.

Срывается с места и, перепрыгивая с помощью ожившего анаптаниума, через каждые несколько футов, сокращает расстояние до стены узкого длинного зала. Под ней — ровный пол, гладкий, в котором отражается ее ярко-желтая сфера и испуганное искаженное лицо.

— Куда ты бежишь, смертная? Здесь нет дверей.

«Не останавливаться, не останавливаться, главное, не останавливаться!» — мысленно тараторит Тея, заглушая этой мантрой другие мысли. Может, думает она, ей все снова привиделось, и этот зал — очередной глюк, иллюзия, подстроенная Норманом Озборном. Значит, где-то в конце зала будет дверь и будет Питер, если он не был частью программного кода в М.О.Р.Г.е. Если же и Паркера Тее нарисовали, то…

Она выберется из этой машины и пригвоздит к стене любого, кто помешает ей сбежать из адской башни Оскорпа.

— Куда ты бежишь? — спрашивает голос. Тея отмечает, насколько он безэмоциональный, словно все чувства из него выкачали. — Ты зря тратишь силы.

— Тогда скажи, кто ты и что тебе нужно! — требует девушка.

Голос хмыкает. Его эхо расползается вниз от потолка (как бы высоко не уходили извивающиеся колонны зала, они где-то заканчиваются, и там, во тьме, есть потолок) и течет по полу, касаясь сферы, в которую Тея себя заключила.

— Такой требовательный тон… — затягивает свое голос. — Воровке не пристало обращаться ко мне таким требовательным тоном.

Воровке?!

Зал оканчивается темнотой. Тея тормозит у абсолютно черной стены: ее сфера касается твердой поверхности, которую не способна пересечь, но глаза отказываются принимать действительность — Тее кажется, что эта темнота мягкая, в нее можно проникнуть, как в плотный туман, и за ним, наконец, будет выход. Но перед девушкой стена, и она не пускает Тею.

— Это ты похитил меня, — рычит она сквозь зубы. Паника клокочет у нее в горле. Должно быть, незримый кто-то, чей голос доводит Тею до исступления, слышит это.

— Я не похитил, — отрицает голос. — Я взял то, что мое по праву. К сожалению, вместе с сосудом. Это досадную оплошность я скоро исправлю.

Тея старается держать себя в руках, понимая, что лишние эмоции доставят ей больше хлопот и никак не помогут справиться с преградой на пути. Что, если она попробует другую стену? Наверняка, за какой-то из них должна быть дверь — каким-то ведь образом ее сюда поместили! Девушка оглядывается по сторонам, отмечая неменяющийся пейзаж — уходящие в потолок стены из темно-желтого переливающегося камня, которые светятся изнутри, как ее анаптаниум, черные основания извивающихся колонн, гладкий, как стекло, пол с отражением в нем испуганной Теи в коконе из собственных сил.

— Отпусти меня, — выдыхает Амидала. — Отпусти, что я тебе сделала? Зачем я тебе?

Голос, похоже, злится, потому что говорит громче и с хрипотцой:

— Ты — сосуд, что сдерживает великую мощь! Я избавлюсь от тебя и доставлю повелительнице ее творение, а ты… ты присвоила себе чужое и смеешь указывать мне!

— Ничего я себе не присваивала! — вопит Тея в потолок.

Сфера вокруг нее разгорается все сильнее, забирая силы изнутри, высасывая из тела девушки энергию на поддержание кокона. Тея не замечает, как наслаиваются друг на друга все новые слои ярко-желтого сияния, бурлят по поверхности ее сферы, как океанские волны, искрятся и плавят жаром находящуюся рядом абсолютно черную стену.

Она прислоняется к ней рукой, и пальцы внезапно проваливаются в черную густоту, как в желе, и силой гравитации — или чего бы то ни было в этом странном месте — Тею утягивает внутрь стены, выбрасывая с другой стороны точно такого же зала. Он сужается в дальнем от Амидалы конце, он похож на отражение прошлого зала, если бы в нем были зеркала и они бесконечно повторяли друг друга снова и снова. Если это иллюзия, то она проста и оттого пугает Тею сильнее прежнего.

«Что это за место?.. Что это такое?!»

Она мечется по залу, словно по клетке. Самовнушение больше не помогает, все тело гудит, отзываясь на ее беззащитность новым выбросом. В конце концов Тея просто падает на колени прямо по центру вытянутого зала. Теперь он сужается с обоих свои концов, и девушка не понимает, с какой стороны проникла сюда. Голова кружится, руки дрожат. Она выдохлась: бесцельные метания вымотали ее сильнее, чем что-то материальное и осязаемое, даже если это что-то — огромный стотысячетонный космолет читаури, зависший над Нью-Йорком.

Если бы Тея умела распознавать потоки своей энергии, если бы научилась этому, то понимала бы, что силы из нее вытягивает пол, уходящий в ничто потолок и стены таинственного зала, призванного истощить ее до капли.

Она — сосуд. Вот, что это такое, вот о чем говорит странный голос! Она — сосуд для анаптаниума, и все это время охота велась не за ней, а за заключенной в ее тело энергией!

Сфера вокруг Теи тускнеет и мерцает, и лишние слои, которые до этого бурлили по поверхности ее кокона, теперь стекаются к полу, на котором Тея сидит. К гладкому, как стекло, полу, с отражением в нем желтого сияния и бледного лица девушки.

Если ее мысли адекватны, то растрачиваться на лишнюю защиту Тее не стоит. Она с трудом встает на ноги — чем меньше она соприкасается со странной поверхностью, тем труднее выкачать из нее энергию — и заставляет себя дышать ровнее и спокойнее. Подавить в себе силы, что спасали ее всякий раз, когда прежде ей угрожала опасность. Тея сильнее, чем кажется: она ведь умеет управлять своими способностями, она живет с ними четвертый год.

Никакой зал никакой тюрьмы не вытащит из нее силы.

— Наконец-то, — вдруг говорит голос. Тея едва унимает в себе панику, растворяет свою сферу в сгустившемся воздухе зала и остается стоять посреди его пугающей тишины, беззащитная и почти голая без плескающегося в ней анаптаниума.

— Наконец-то я вижу, на что ты способна, — повторяет голос.— Мне было интересно, подчиняется ли тебе чужеродная сила, которую ты нагло выкрала, или же она действует в тебе самостоятельно и стихийно.

Эхо расползается по залу с новой силой, мешая Тее сосредоточиться на сдерживании энергии внутри ее тела. Если она — сосуд, то никакие неизвестные враги не получат ее сил. Всем известно, что случается с пустыми сосудами — они подлежат уничтожению. Тея не допустит с собой такого.

— Кланяюсь тебе…У тебя хватило ума использовать полученный дар по своему желанию. Может быть, ты не тупая углеродная материя, а нечто… умнее.

— Да неужели? — рвано вздыхая, шипит Тея. Ее эхо утекает вверх, в потолок, которого не видно. — Что бы ты ни было, уверена, из нас двоих на тупую углеродную материю ты похоже больше!

— Я — не углеродная материя, — кажется, он даже обиженно фыркает.

— Так покажись и докажи это.

Повисает пауза. Тягучая, словно пески в камне души, длинная, напряженная. Тея тяжело дышит, стискивает руки в кулаки и обводит пустым взглядом одинаковые стены. Ей кажется, что она бегает из зала в зал, повторяющийся, как в калейдоскопе, уже целую вечность.

— Еще не время, Тея Амидала, — наконец, заключает голос. Девушка вздыхает. — Я подожду еще. Ты можешь считать минуты до нашей встречи, а, впрочем… минуты здесь — понятие многогранное…

И он растворяется, исчезает, оставляя Тею наедине с ее тягучими, как кисель, мыслями. Она с осторожностью опускается на гладкий пол и на несколько минут проваливается в краткий сон. Ей снова мерещатся люди в песках и то, как своими руками она уничтожает половину вселенной, подражая Таносу.

***

Тея приходит в себя явно не в том месте, где засыпала. Зал вокруг, пол вокруг нее — все такое же, но она абсолютно уверена, что засыпала в другом зале. Этот кажется… уже и чуть короче. И, вскинув голову, Тея наконец-то видит потолок.

Это космос. Мириады звезд, мерцающих в разноцветных облаках газа, уходящие вдаль галактики странной формы, каких она никогда не видела. На каждом элементе сложной мозаики оставляет отпечаток желтый свет изнутри зала, и Тея не может сказать наверняка, видит она настоящий космос или же лишь его изображение, умело воспроизведенное на потолке ее клетки.

В прошлый раз свидание с космосом закончилось для Амидалы плохо, очень плохо. Она не хочет, чтобы такое с ней повторилось.

— Эй! — кричит девушка, стискивая колени руками и не замечает, как снова начинает едва светиться. — Эй, ты, саркастичное чудовище! Ты здесь?

Ей никто не отвечает — хотя Тея и не думает, что ей ответят, — и она поднимается на ноги, чувствуя, как те затекли от долгого сидения на ровном месте и в одной позе. Интересно, зал в самом деле сменился, пока она впала в кратковременный сон, или же это «включенный» потолок визуально сделал пространство вокруг нее меньше? Тея идет к одной из стен — извивающиеся колонны на них все так же светятся желтым, то тускнеют, то делаются ярче, словно дышат, — и замечает, что теперь и они изменились. Их основания больше не черные, теперь они… приобрели форму. В них Тея замечает структуру, твердую поверхность, до которой можно дотронуться.

Интересно, что происходит… Влияет ли ее состояние на агрегатное состояние клетки, в которой она оказалась? Или же это зависит от каких-то внешних факторов, о которых Тея ничего не знает?

Где же она?.. Как ей вернуться домой?

Одно девушка понимает с точностью: при любом случае, при любом раскладе она будет бороться за свою жизнь всеми возможными способами и заставит своих похитителей вернуть ее на Землю.

Почему-то Тея уверена, что она не на Земле.

Она идет вдоль стены, касаясь ее пальцами, сдерживая энергию внутри себя, чтобы та не утекла сквозь ее кожу, как прежде. Где-то здесь должна быть дверь. Или что-то, что выведет ее из этого зала в… да хотя бы в новый зал! Тея старается не думать о том, что странная клетка, в которой ее держат, не имеет выходов или что к ней никто никогда не придет, пока она не устанет до такой степени, что не сможет ходить.

Или пока добровольно не отдаст все силы непонятному полу и потолку.

Чем больше она наворачивает кругов по залу, тем сильнее он сжимается, стискивается вокруг нее, но Тея замечает это слишком поздно: когда вдоль одно из стен удается сделать не более десяти шагов, а вдоль соседней — не более пяти.

— Что за… — шепчет она, судорожно вжимаясь в угол между колоннами. — Что это такое?! Эй! Эй, ты, чучело! Сейчас же отпусти меня!

Она понимает тщетность этих угроз, но ничего не может с собой поделать — Тее всего девятнадцать лет, и она не способна унять панику, когда с ней творится нечто подобное.

Она падает на колени, стискивая руками себя за плечи, жмурится — зал продолжает сужаться до размеров действительно клетки: теперь Тея едва ли может вытянуть ноги, не уперевшись в стенку. Колонны остаются стоять на месте, а вот пространство вокруг девушки неумолимо сужается, потолок с космосом все так же светит высоко над ней, но она не может разогнуть спину, упираясь макушкой в незримое нечто. Тее вдруг кажется, что она застряла в кубе фокусника. Быть может, сейчас кто-то явится и освободит ее отсюда? Или она проснется, обнаружит себя в собственной спальне, просторной и спокойной?

Но никто не приходит, сколько бы Тея не умоляла, сон не проходит, сколько бы Тея не щипала себя за руку. Она чувствует, что ей не хватает воздуха, что она задыхается.

— Эй, — слабо просит девушка, — эй, ты… кто бы ты ни был… прекрати это, я же умру.

— Нет, — вдруг отвечает ей неизменный голос. — Пока в тебе живет чужеродная сила, ты не умрешь, глупая девчонка.

Тея слышит его не в воздухе, а совсем рядом, слева, как будто хозяин этого голоса стоит в темном углу зала и наблюдает за ней. Девушка с трудом поворачивает голову и краем глаза отмечает какое-то движение: сейчас ей трудно пошевелиться, и на поверхности прозрачного кокона теперь отпечатывается ее жаркое дыхание, что мешает рассмотреть и зал, и незримого наблюдателя.

От стены отделяется тень, ползет к Тее и заранее пугает. Нет ничего страшнее темноты, в которой воображение девушки способно нарисовать ей любого монстра; и, кажется, хозяин равнодушного голоса знает это. Вот почему он появляется в самый последний миг перед тем, как прозрачная клетка Теи перестает уменьшаться:

Высокий, в темно-серых одеждах с золотой кожей и длинными-длинными руками, с золотыми глазами, губами и подобием волос на вытянутой голове. За его спиной волочится тяжелый плащ из такой же темно-серой одежды.

И его вид пугает куда меньше его монотонного голоса.

— Ты разочарована, — заключает он по виду Теи.

— Разочарована? — пыхтит девушка. — Да я в бешенстве! Что ты такое? Что тебе надо?! Нет, постой… — она делает заметную паузу, чтобы перевести дыхание. Воздуха в этом коконе становится все меньше и меньше. — Я знаю, что тебе надо. Могу отдать это. Только выпусти меня отсюда.

Полностью покрытое золотой кожей существо вскидывает бровь, хмыкает. Для инопланетянина у него поразительно схожая с человеческой структура тела. Впрочем, едва ли Тея видела многих инопланетян, чтобы делать такие однозначные выводы.

— Зачем? — спрашивает этот гуманоид. — Я вытащу из тебя это, и мне не нужно для этого твое позволение. Ты не заметила, но все то время, пока ты моталась по бесконечно повторяющимся циклам одной и той же капсулы, анулакс медленно просачивался сквозь твои поры и возвращался в единственно правильное место, где ему положено быть — в родовую капсулу. Ты ослабла, верно? Твоя защитная реакция дает сбои. Все потому, что анулакс тебе больше не подчиняется, ты более не его хозяйка. Ты всего лишь воровка чужого.

— Чего? — хрипит Тея. — Я не поняла ни слова…

Гуманоид злорадно улыбается.

— А тебе и не нужно, смертная.

Внезапно кокон вокруг Теи вытягивается, сплющивается, заключая ее абсолютно прямое тело, скованное по рукам и ногам, в действительно капсулу. И тут каждую клеточку тела Теи пронзает резкая боль.

***

Следующие пару часов Тея запоминает, как самые болезненные в ее жизни. Она кричит, но прозрачный кокон поглощает любые звуки, так что все ее силы уходят в никуда. Ее руки, ноги, ребра, позвоночник, затылок, грудную клетку и даже горло пронзают тонкие золотые иглы, сквозь которые из ее тела утекает важная часть ее самой, та энергия, которая питала и поддерживала, защищала Тею на протяжении нескольких лет. Осознание этого становится таким же болезненным фактом, как физическое вторжение в ее организм.

— Когда я высосу из тебя все силы, смертная, ты умрешь, — говорит золотокожий гуманоид, наблюдая за мучениями девушки. — Потерпи еще самую малость. Скоро вся твоя боль пройдет.

«Нет, — думает Тея, пока в глазах стоят слезы, — я не хочу этого, только не так!»

Все происходящее кажется огромной несправедливостью, чем-то нереальным: она не знает, как попала сюда и не знает, в чем провинилась, и можно ли решить конфликт интересов мирным путем, никого не убивая, Тея тоже не знает. Поэтому предчувствие скорого конца ее тревожит не столь сильно, как должно бы — Тея в него не верит.

Поэтому, как только из ее тела вытягивается последняя ярко-желтая нить и иглы пропадают из ее пор, Тея почти не удивляется, когда видит рядом с гуманоидом ту самую родовую капсулу. Скованную многочисленными золотистыми проводами, похожую на песочные часы.

Она вдруг распахивается, облако пара в нем загорается ярко-желтым сиянием. Из капсулы в зал шагает силуэт, покрытый ореолом света, такого же, каким покрывалась Тея.

Силуэт тускнеет, обретая человеческие черты. Он похож на девушку.

Он похож на Тею.

— Добро пожаловать в мир, Ева, — говорит гуманоид и внезапно кланяется только что выращенному гибриду неизвестно чего. Тея тяжело, рвано дышит, смаргивая слезы, и смотрит в лицо ярко-желтого силуэта. Он, вернее, она, полупрозрачная, внутри ее нового тела перетекают из формы в форму желеобразные субстанции.

Она склоняет голову на бок. Смотрит в ответ на Тею.

Она взмахивает рукой, и капсула вокруг Амидалы раскалывается на части той силой, которая ране защищала саму Тею. Похоже, анаптаниум, нет, анулакс, вернулся к своему хозяину. Вернее, к хозяйке.

========== Прыжок в никуда ==========

Тея падает на гладкий, как стекло, пол и ловит в нем свое отражение — вымученное, искаженное от боли лицо с покрасневшими глазами и тонкой струйкой крови, тянущейся от носа к уголку губ. У нее дрожат руки и ноги, и вся она. Тея с трудом дышит, медленно поднимает голову и смотрит на возвышающийся перед ней женский силуэт.

Весь сияющий золотым, с проявляющимися чертами лица — лица Теи, определенно, даже если бы она не была в этом интуитивно уверена.

— Что же, — растягивая слова, говорит золотокожий мучитель Амидалы, — спасибо за работу, смертная.

Он заносит руку над головой Теи и вот-вот дернет пальцами, чтобы острые иглы из золота впились Тее в сердце, в живот, в щеки; она жмурится, и… Ничего не происходит.

Тея открывает глаза, вскидывая голову: на нее внимательно смотрит ее копия, вся покрытая золотой кожей и золотыми одеждами — футболка и рваные джинсы, такие же, как на Амидале, только золотые, — и удерживает руку пришельца.

— Госпожа Ева, сосуд выполнил свою задачу и подлежит уничтожению, — удивленно объясняет он. Копия Теи мотает головой.

Если бы Тея могла, она все равно не решилась бы сказать это вслух: анаптаниум, который из нее вытащили и преобразовали в живую форму, перенял не только ее черты, но и что-то внутреннее — сострадание, милосердие, понимание, что-то человечное, чего изначально в пустой материи не было, но росло и крепло в самой Тее. Анаптаниум, который защищал Тею все эти годы, учился у нее и стал теперь… самостоятельной личностью?

Это кажется сущим бредом, неправдоподобной фантастической чушью, какую обычно показывают кинофильмы. Покажись на корабле Хан Соло, Тея и то удивилась бы меньше, но, вот она, сидит на коленях напротив своей копии и точно знает, что та не даст убить Амидалу и не убьет сама.

К сожалению, золотокожего пришельца она убить тоже не позволит.

«Дай только прийти в себя, — думает Тея, стискивая потные пальцы рук, — дай только восстановить силы, ублюдок, и ты пожалеешь, что вообще поднял на меня руку…»

Она кашляет, жмурится, силясь отогнать болезненные ощущения из тела — то как будто налилось тяжестью, заменив отсутствие анаптаниума в мышцах лишними килограммами или другим металлом, вытянутым из пола, стен и потолка ее странной, неземной тюрьмы. Кружится голова. Хочется есть и пить. Сколько времени она провела здесь? Сколько часов ее пытали?

Сколько часов выпало из ее жизни?..

Тея поднимает глаза как раз в тот миг, когда ее золотокожая копия протягивает ей руку. С гаснущим недоверием к ней девушка принимает помощь.

— Госпожа Ева пощадила твою никчемную оболочку, смертная, — цедит сквозь зубы явно недовольный раскладом пришелец. — Тебе стоит благодарить ее, умолять о…

— Ты вернешь меня на Землю, — выдыхает Тея, прерывая его хриплую речь, — и тогда, быть может, я не стану сворачивать тебе шею, мерзкий вор.

Пришелец вспыхивает, но ему не дает двинуться с места копия Амидалы. Она становится прямо напротив Теи и закрывает собой, мешая похитителю дотянуться до девушки своими длинными руками.

— Как смеешь ты!.. — ревет он. — Как ты смеешь говорить со мной в таком тоне, ты!.. Помяни мое слово, ты не доживешь до возвращения на свою жалкую планету, ее разнесут в пух и прах задолго до того, как мой корабль окажется в солнечной системе!

Хоть Тея слабо соображает и стоять на ногах ей удается только огромными усилиями, расшатанное сознание цепляется за угрозы пришельца и вытягивает только суть. Амидала действительно оказалась на корабле. Она действительно не на Земле. И находится сейчас вне солнечной системы. Где? Где она и как ей вернуться обратно?

Тея с трудом фокусируется на своей материализовавшейся копии. Та медленно клонит голову набок, потом на другой. Вглядывается во вспотевшее лицо Амидалы.

«Помоги мне», — изо всех сил думает Тея, боясь произнести это вслух. — «Помоги мне вернуться, я не могу умереть тут!»

Если ее копия, Ева, и понимает Тею, то виду не подает. Отпускает руку, отходит к высокомерному пришельцу. Тот открывает рот, чтобы что-то сказать, когда весь зал, от пола до потолка, пронизывает мощная волна дрожи.

Тея падает, не удержавшись на слабых ногах, колени больно ударяются об пол. Ева взмывает в воздух — ого, она умеет летать! — а пришелец бледнеет, насколько позволяет ему золотая кожа, и кривит губы.

— Что?.. — выдыхает Тея, хватаясь за остатки капсулы. — Что происходит?

Пространство вокруг искривляется, ломается вдоль невидимых линий; стены рушатся, потолок опускается ниже. Тея закрывает голову дрожащими руками и жмурится, в следующий же миг замечая, как меняется зал, в котором ее держали. Теперь это не просторных длинный холл, а крохотная капитанская рубка, утыканная панелями управления, кнопками, рычагами, мелькающими, мигающими пластинами, покрытыми золотым напылением. Амидала оглядывается, замечает угол, образованный двумя панелями, и ползет туда. Весь корабль дрожит и пару раз кренится. Пришелец, уже не сдерживаясь, вопит и ругается на неизвестном Тее языке.

Вместо одной из стен в капитанской рубке — панорамное стекло, и за ним прямо напротив космолета золотокожего пришельца висит темное пятно, корабль с синими шипами на боковинах. Тея не видит на нем никаких опознавательных знаков, но золотокожий похититель вдруг замолкает, испуганно вздрогнув.

— Кто это? — сипло спрашивает девушка. — Что происходит? На твой корабль напали?

— Замолкни, смертная! — рычит пришелец. Тея послушно закрывает рот — кажется, у этого инопланетного вора проблемы. Для радости она не находит поводов: если этот неизвестный корабль вызвал такую панику у высокомерной твари, это еще не значит, что к Тее новые гости будут благосклонны. Она вскидывает голову к своей золотой копии.

Ева мотает головой. Не двигайся? Не задавай вопросов? Не пытайся бежать? Что это значит?

Она взмывает выше, хотя пришелец машет на нее руками, со всем почтением пытаясь вернуть обратно за панель, спрятать ее от чужих глаз.

В тесной рубке гудит чужеродный голос, вонзается прямо в череп. Тея закрывает уши руками, но грубый бас врывается в голову. Ее похититель дергается в конвульсиях от страха. Тея не знает, что ему говорят с другого корабля, но видит, что Ева замерла посреди рубки и внимательно всматривается в темнеющее за оконной панелью пятно. Она понимает чужую речь?..

Пока пришелец мечется вдоль панелей управления, Ева замерла прямо в воздухе и слушает угрожающее послание, Тея осматривается и замечает узкую дверь. За капитанской рубкой должен быть коридор, ведущий в… да куда угодно, лишь бы подальше отсюда. Если это большой корабль — в чем Тея совсем не уверена, — здесь найдется место и для ангара, где стоят спасательные шлюпки. Глупости! Каким это образом она заберется в спасательную шлюпку, даже если отыщет ее? Она не умеет управлять какими бы то ни было внеземными технологичными транспортами, и с ней нет Соло, чтобы помочь!

Тея машинально проверяет запястье — конечно же, оно пустует без браслета кимойо, его изъяли еще те ублюдки из Оскорп. Девушка жмурится, стараясь унять сердцебиение. Спокойно. У нее слишком мало сил, чтобы тратить их на переживания попусту.

В этот миг что-то вспыхивает, корабль кренится на бок, и космос за панорамным окном загорается ярко-синим. Злой голос снова гудит прямо в капитанской рубке, и пришелец замирает, чтобы разом побледнеть.

— Что происходит? — спрашивает Тея у Евы. — Что он говорит?

Ее копия мотает головой, смотрит вниз, на прячущуюся за углом Амидалу. Наклоняется к ней и касается пальцем виска, с которого стекает капля пота. И вдруг все в голове Теи вспыхивает от четкого, ясного, как день, осознания: на маленький исследовательский корабль золотокожего пришельца напали кри, разумная раса инопланетян, мечтающая победить скруллов. Но золотокожий пришелец — не скрулл.

— Причем тут его корабль? — хрипит Тея. Ева касается двумя пальцами ее шеи, там, где испуганно бьется жилка.

Эволюция Кри зашла в тупик. Чтобы развиваться, им нужен Сверхразум, Сверхчеловек, которого они пытаются создать из ошметков генетического кода некогда процветающей цивилизации. Они выкрали аннулаксные батареи у суверенов, чтобы с помощью их энергии завершить свое творение, но их остановили Скруллы. Батареи находились на их корабле, когда суверены нашли их, чтобы вернуть себе потом и кровью. После продолжительной бойни корабль скруллов потерпел поражение и оказался на Земле, где его обнаружил… Старк.

— Анаптаниум, — выдыхает Тея, неверяще глядя в лицо своей копии. Ева понимающе кивает. — Так внутри меня был не металл, а энергия этих карбулярных батарей?

Ева хмурится, словно не одобряет подобранные Амидалой слова, но ей плевать. Она чуть не задыхается от осознания, от полного и беспощадного понимания: все эти года в ней росла и крепла энергия, органическая материя, которая вылилась в итоге в золотокожую всезнающую Еву. Исследовательский корабль суверены послали ради того, чтобы отыскать утерянные батареи, а нашли Тею.

Вот, почему пришелец звал ее вором. По мнению иноземной расы она украла у них живительную силу.

— Кри хотят тебя себе, — вскидывает голову Тея и тут же ловит кивок от Евы. — Что они с тобой сделают, если поймают?

Ева не отвечает, но Тея и не просит ее — и без слов ясно, что ничего хорошего враждебная раса пришельцев не совершит, и не только с Евой; если они получат Сверхразум (или кем теперь является воплощенная в золоте копия Амидалы?), то смогут уничтожить и Скруллов, и суверенов, и других разумных обитателей вселенной. Ох, не стоило когда-то Скруллам злить Кри… Впрочем, Скруллы никогда не были адекватными инопланетянами.

— Он может запросить помощь? — Тея облизывает пересохшие от паники губы. Ева повторяет ее действие машинально, хотя, думается, она не потеет и не чувствует страха ни в данный момент, ни когда-либо еще. Откуда у Теи такие знания, она не объяснила бы себе и сама.

— Эй! — зовет она перепуганного исследователя. Хоть он и грозился убить ее через каждое слово, сейчас разногласия стоит отринуть прочь: Тее не улыбается погибнуть где-то посреди космоса в компании золотокожего придурка. — Вызови подмогу! Наверняка твои повелители из суверенов придут на помощь! Ты же достал эту Еву, ты выполнил свое задан…

— Ничего ты не смыслишь о мире, в котором живут суверены, дрянная смертная! — он заходится руганью на неизвестном Тее языке, и что-то подсказывает девушке, что его повелители с удовольствием намылили бы ему рот за такие слова.

— Так ты позовешь их? — перебивает его Амидала. — Мы сейчас сдохнем из-за твоего упрямства, дебила кусок!

Это действует на пришельца быстрее, чем любые адекватные уговоры. Тее начинает казаться, что разумная раса суверенов реагирует только на ругань.

— Позови на помощь!

— Ни за что! — рычит ее похититель. — Госпожа решит, что я не справился с заданием, я не могу позволить так себя компрометировать!

— Да ты уже не справился! — вопит Тея. За окном снова что-то ярко вспыхивает, и в исследовательский корабль летит синее пятно, корабль кренится на бок, все трясется и скрипит от натуги.

Тея валится на спину, больно ударяясь затылком об угол панели. Ева вскидывает руку и закрывает ее куполом. «Это моя защита! — думает Амидала. — Это моя сила, мои способности!»

Ей страшно и обидно до слез; Ева помогает ей и уберегает от опасности, используя щиты, которые раньше спасали Тею. Теперь к ней никогда не вернутся силы?..

Ева оставляет Амидалу под желтым куполом, а сама летит к пришельцу и легко касается его рукой. Он оборачивается, склоняет в почтении голову. Они о чем-то напряженно говорят — Ева молчит, кивает, а пришелец быстро лепечет что-то на неизвестном Тее языке.

Снова раздается протяжный гул. Угроза. Тея зажимает уши руками, чтобы не слышать этого пробирающего до костей голоса.

Вражеский корабль Кри распахивает свою пасть, темно-синюю, шипастую, как и все остальное, с зубьями для устрашения. Тея видит это и совсем теряет от страха голову.

— Вытащи нас отсюда! — вопит она, пытаясь встать. Купол растягивается вместе с тем, как она вытягивается в росте, и ползет за девушкой, а мелкое крошево, проводки, стекающие с потолка капитанской рубки, огибают ее, точно по указке.

Очередной заряд по кораблю вызывает дрожь в стенах и полу, и Тея падает на панель управления грудью, больно ударяясь руками.

— Есть у тебя хоть что-то, чтобы вытащить нас? Сделай что-нибудь! Ты хочешь угробить себя вместе с ней? — Амидала указывает рукой на безмолвную Еву, и это отрезвляет горе-исследователя. Если бы Тея знала, к чему приведут действия пришельца, она не стала бы предлагать побег, но в этот миг все, о чем думает Амидала, это собственное спасение из лап неизвестных опасных монстров.

— Я спасу вас, госпожа! — вскрикивает золотокожий и жмет на странную блестящую кнопку на панели управления.

В тот же миг прямо между его кораблем и кораблем Кри вспыхивает ярко-белое пятно, закручивается, словно водоворот, и утягивает за собой исследовательское судно вместе с Теей на нем. Кри верещат и пускают в корабль суверена тонкий синий залп из неизвестного оружия, но вспышка света тут же схлопывается, словно ее и не было. Кри остаются без своей добычи, яростные и обманутые.

В следующую секунду корабль суверенного подданного выкидывает, кажется, в той же точке космоса. Тею мутит, она сгибается под панелью управления, и желудок, совершая кульбит, выворачивается наизнанку. Она выплевывает остатки еды из самолета — Боже, когда последний раз она ела? — и падает на колени. Ева участливо склоняется над ней, живая и невредимая и, похоже, совсем не пострадавшая от резкого скачка.

— Госпожа… — хрипит голос пришельца. Тея подтягивается, показываясь из-за панели, и тут же пораженно ахает: золотокожего пригвоздило оружейным залпом к стене, вокруг него расползлось сажевое пятно и потрескались стенки рубки. Ева плывет к нему прямо по воздуху (может, теперь она не будет пользоваться ногами вовсе?) и присаживается рядом, накрывая его слабеющее тело желтым куполом. Тея ползет на коленях к пришельцу.

Если он умрет, кто выведет его корабль из никому неизвестной точки во вселенной?

— Госпожа… — повторяет золотокожий. — Вам нужно отправляться к вашей матери. Верховная Жрица ждет вас…

Тея оказывается рядом с ним как раз в то мгновение, когда он, издав жалобный писк, резко выдыхает и… замирает. Не двигается, глаза застыли в одной точке, руки опустились и грудь перестала вздыматься от дыхания.

— Нет-нет-нет! — вздрагивает Тея. — Он что, умер? Он не может умереть! Эй, очнись, давай же!

Она хватает его сияющее желтым тело за плечи и дергает на себя. Бесполезно: его глаза закатываются, голова откидывается назад. Ева печально качает головой.

— Хватит тут кивать, как китайский болванчик! — рявкает на нее Амидала. — Почини его! Оживи! Он должен очнуться и отвезти меня домой!

Но пришелец остается безучастным к ее крикам, Ева взмахивает руками и левитирует его тело в дальний темный угол и закрывает от глаз Теи плотной желтой завесой. Амидала так не умеет. Не умела.

— Кто теперь вернет меня на Землю? — восклицает она и дергается всем телом, не умея высказать вслух все свое разочарование. Она с отстраненным любопытством отмечает, что пришельца ей совсем не жаль — он похитил ее, пытал, грозился убить, причинил столько боли, лишил сил и клеймил воровкой, хотя понятия не имел, что стоило Тее получить анаптаниум. Сейчас ее беспокоит только собственная беспомощность.

Кри больше нет рядом — возможно, они совершили прыжок в пространстве и оказались в другой точке вселенной, и сейчас опасность им не грозит, — но без управления золотокожего исследователя они застрянут здесь. Навсегда.

— Ты знаешь, что делать? — спрашивает Тея, чувствуя, как на глаза наворачиваются слезы. — Знаешь, как управлять этой штукой?

Ева смотрит на панель управления, оставленную без хозяина, на Тею, снова на панель. Амидала рычит со злости и вскакивает на ноги, игнорируя головокружение и тошноту и ломоту во всем теле. Нет, ей ничуть не жаль мертвого пришельца, он вывернул ее наизнанку и бросил такой, беспомощной и разбитой!

— Ну же! — восклицает Тея. Она бежит к панели, чуть ли не падая на нее всем телом, и с растущей паникой рассматривает многочисленные кнопки. Вот эту, большую и блестящую, пришелец нажал, чтобы сбежать от Кри. Вот этот рычаг похож на джойстик управления, как в игровых приставках. А все остальное… Тея теряется в мигающих огоньках и трогает пальцами все кнопки подряд, но боится их нажимать. Боже, как управлять этим кораблем? Как вернуться домой?

— Помоги мне! — кричит Амидала, оборачиваясь к Еве. Та подплывает к ней и едва заметно касается локтя холодными пальцами. Тея вздрагивает, опускает глаза вниз: оказывается, она свезла себе все руки, и локоть левой саднит, а на правой ладони разбухает шишка и, кажется, это вывих.

— Этот придурок сказал, что ты должна вернуться к какой-то жрице, — сипло говорит Амидала, шмыгая носом. — Значит, он знал, что ты разберешься с этой штуковиной, так?

Ева медлит с ответом, поэтому Тея, упрямо стерев с щеки покатившуюся было слезу, снова поворачивается к панели. Если бы на ней были хоть какие-то указатели… Девушка не уверена, интуитивное ли здесь управление и поэтому боится прикасаться к какой-либо кнопке.

— Ты не понимаешь, да? Мне нужно вернуться! Ты спасла меня, значит, в тебе есть что-то от меня, что-то человеческое! Есть у тебя мои воспоминания? Понимаешь ли ты, как мне дорог мой дом?

Ева неподвижно висит рядом с Теей, пока та чуть ли не на куски разваливается от подступающей паники. Если она не сможет вернуться домой, она умрет здесь. Если она не сможет вернуться, ее семья утонет в горе. А Питер… Боже. Питер.

— Я хочу на Землю! — кричит Тея. Ноги ее не держат, и она опускается на пятки, упирается коленями в панель управления, жмурится. Плачет. — Верни меня домой, пожалуйста. Пожалуйста, прошу тебя! Там Питер…

Ева вдруг приходит в движение. Склоняется над плачущей Теей, касается ее плеча — кожу холодят ее пальцы через дырку в рукаве футболки — и заставляет взглянуть на себя. Что-то в ее лице меняется, так что кажется, будто Тея смотрит на себя, обеспокоенную.

— Ты помнишь его? — всхлипывает Амидала. — Помнишь Питера?

Ева неуверенно ведет плечом, но вдруг кивает. Тея поднимается на ноги, неверяще всматриваясь в ее лицо, такое знакомое и такое чужое.

— Верни меня домой. Прошу тебя, умоляю. Ты же знаешь, как. — Она кусает губы, утирает щеки от слез. Ева склоняет голову набок. — Пожалуйста. Там Питер, он… Я люблю его, ты же помнишь это? Ты знаешь это, ну же!

Ева медленно прикрывает глаза, как в замедленной съемке парит перед Теей и тянет руку к панели. Ну же, прошу тебя, пожалуйста! Тея не понимает, к какой части взращенной в капсуле девушки взывает сейчас — к своей, ли человеческой или какой-то еще, — но это приносит пользу: Ева жмет на несколько кнопок подряд, и их корабль сотрясает очередная волна.

Наученная прошлым опытом, Тея хватается за панель управления, но Ева протягивает ей руку, которую Амидала крепко сжимает — сейчас ей некогда думать о доверии. Маленький исследовательский корабль дергается, сжимается в размерах и вдруг срывается с места, впиваясь носом в появившуюся из ниоткуда ярко-белую дыру в космосе.

Их снова уносит в водоворот и выбрасывает на другом конце вселенной. Тея падает грудью на панорамное стекло и жмурится от яркого голубого света.

Перед ней плывет земной шар. Родная планета. Дом.

Тея сдавленно выдыхает и оборачивается к Еве. Ее лицо ничего не выражает, но Амидала готова поклясться, что она чувствует неуверенность.

— Спасибо! — выдыхает девушка, интерпретируя поведение своей копии по-своему. — Я знаю людей, которые помогут тебе. Мы доставим тебя, куда тебе надо, я обещаю, только… Доставь меня домой. В Нью-Йорк.

Едва Тея успевает договорить это, в противоположном от рубки конце корабля что-то резко взрывается. Пол, потолок, стены сотрясаются от волны дрожи, которая следует за этим, и обеих девушек бросает на стену.

— Что это?! — кричит Тея сквозь завывающий ветер — взрывом пробило обшивку корабля, и она чувствует, как утекает сквозь прореху необходимый им кислород. Возможно, Ева способна обходиться без него, а вот Тея умрет. Замечательные новости! Она погибнет не на другом конце вселенной, а прямо здесь, над Землей!

Ева выбрасывает защитный купол, который окутывает Тею с головы до ног, и подплывает к панели управления. Жмет пару кнопок, и их корабль начинает снижаться по косой к орбите Земли. На повороте Тея замечает в окне темнеющее пятно вражеского корабля.

— Это Кри! — вскрикивает Амидала. — Как они нашли нас?

Боже, они привели яростных инопланетян прямо к Земле… Тее некогда об этом думать: их корабль, стремительно набирая скорость, врывается в атмосферу ее родной планеты, Тея жмурится от яркого света; Ева бросается к ней и оттаскивает от панорамного окна вглубь рубки. Они вдвоем замирают в темной углу, по соседству со спрятанным от глаз трупом пришельца-похитителя. Тея молится всем известным ей богам, чтобы те не дали ей погибнуть здесь, в самой странной компании, которую она когда-либо видела.

Исследовательский корабль выдерживает столкновение с атмосферой Земли, но терпит крушение над куском суши. Это явно не Штаты, не Северная Америка и даже, предположительно, не нужное Тее полушарие. Они падают, от жуткого лязга и скрежета Амидала глохнет на одно ухо, закрывает глаза и вжимается в желтый купол Евы.

Только бы не разбиться насмерть!

Корабль разносит в щепки, Тею вместе с Евой выбрасывает на землю в защитной сфере, и девушка, коротко вскрикнув, падает лицом в сухую траву.

Прийти в себя ей помогает горячий ветер. Соленая влага на щеках. И крики.

— Господи, поверить не могу!

Тея поднимает глаза, борясь с головокружением, и еле-еле фокусируется на приближающихся к ней фигурах. Яркие одежды, темные лица.

— Что?.. — охает Амидала, приподнимаясь на руках. Все тело у нее болит, каждая косточка, каждая мышца. Ева обнаруживается совсем рядом, невредимая на первый взгляд, и абсолютно невозмутимая.

— Тея! — кричит ей подоспевшая раньше других девушка. Тея принимает ее темную руку и поднимает глаза к лицу.

— Шури?.. — шокированно выдыхает Амидала.

— Господи, он предупреждал, что это случится со дня на день, но вот так… — Шури хватает Тею за плечи и стискивает в объятиях, так что девушка сдавленно вскрикивает. — Что случилось? Ты в порядке? Как ты здесь… О, нет. Кто это?!

Тея следит за взглядом подруги — что-то в ней изменилось, лицо стало строже, — и опускает глаза к замершей Еве.

— Это… Долгая история. Шури, мы в Ваканде?

Та кивает. К ней уже подоспели другие вакандцы, окружили Тею вместе с ее иноземной копией и разглядывают обеих, как пришельцев. Их берут в кольцо, словно врагов. На мгновение Тее кажется, что они могут накинуться и на Еву, и на нее, если хоть одна из них сделает какое-то резкое движение.

— Она не опасна, — пытается успокоить их Амидала. — Даю слово, она не причинит вам вреда, это…

— Она как ты! — восклицает Шури. Остальные с ней соглашаются, и Тея вскидывает руки, чтобы защитить Еву от их грозных копий.

— Она вернула меня на Землю, она не опасна! Прошу вас, поверьте мне.

Вакандцы не доверят ей. Тея и сама бы себе не верила, если бы не понимала, что сейчас от ее действий зависит будущее планеты. Над Землей висит вражеский корабль Кри, она едва уцелела в космосе и теперь беззащитна без своих сил, а ее копия, забрав себе последнюю защиту Амидалы, не говорит ни слова.

— Питер разберется с ними, — говорит вдруг Шури. Тея хмурится, но отмахивается от возникающих вопросов. Не сейчас, это не важно.

— С ним все хорошо? — хрипло спрашивает Амидала, привлекая к себе внимание Шури. Та мрачнеет. — Что? Что случилось? Меня держали где-то в космосе полдня, за это время могло случиться что уг…

— Тебя полгода не было, — отрезает Шури самым тяжелым тоном, на который способна. Тея запинается посреди слова.

— Что?..

— Тебя похитили полгода назад, — повторяет вакандка. — Где ты была все это время, Тея?

У Теи нет ответов.

Комментарий к Прыжок в никуда

Прошу прощения за такой долгий перерыв. Возможно, разрыв между главами теперь будет дней в 10 )

========== Симптомы жестокости ==========

Питер выскакивает из туалета, куда его отправил портал Стрэнджа, и мчится в сторону эскалаторов. Там уже собралась гудящая толпа, доносятся крики и голос Теи прорезает воздух.

— Питер! — кричит его девушка, и Паркер со всей силы врезается в спину какого-то бизнесмена с кейсом. Кейс летит в одну сторону, бизнесмен, отчаянно матерясь, в другую, а Питер расталкивает других людей на своем пути, чтобы в конце концов увидеть очень страшную картину:

Злобная копия Гарри Озборна приковала Тею к полу каким-то шокером, оглянулась через плечо, чтобы злорадно усмехнуться опоздавшему пауку и исчезнуть в появившемся из ниоткуда энергетическом кубе. «Ты знаешь, где нас искать, паучок!»

Толпа гудит и возмущается, кто-то толкает Питера в плечи и спину, пока он невидяще смотрит на пустое место.

— Тея… — выдыхает он, обессилено падая на колени. Для драмы у него слишком мало времени, но Питер ничего не может с собой поделать — он был уверен, что успеет вытащить девушку из этого хаоса, а она снова исчезла у него на глазах. Это ужасно. Кошмарно. Отвратительно.

Это пугает так сильно, что Питер дрожит всем телом.

«Мистер Паркер! — звучит в ухе обеспокоенный голос Стрэнджа. — Поторопитесь, Тея должна быть…»

— Ее схватили, — выдыхает Питер, стискивая руки в кулаки. Злость разгорается в нем с такой силой, что он готов придушить любого, кто дотронется до него в ближайшие три минуты. И, самое главное, он готов придушить себя.

«Что?» — неверяще переспрашивает маг. Питер вскакивает на ноги и, печатая шаг, идет обратно в туалет.

— Надеюсь, Гарри Озборн еще у вас, — говорит он не предвещающим ничего хорошего голосом. — Мне нужно поговорить с ним.

В портал Стрэнджа Питер прыгает прямо от двери туалета и попадает прямо к нему в кабинет, где тут же ищет глазами сыночка Озборна. Тот ждет у окна и переминается с ноги на ногу.

— Нашел ее? — спрашивает он, голос от волнения у него подскакивает на октаву, на разъяренный Питер этого не замечает, подбегает и врезается в его грудь руками, хватая за шею.

— Говори! — рычит он ему прямо в лицо. — Говори, куда ее забрали!

— Что? — точно так же, как и Стрэндж, выдыхает Гарри. Глаза ширятся на бледном лице, от испуга он почти задыхается. Вряд ли в его состоянии виноват Питер, хоть он и выглядит, как самый злой восемнадцатилетний подросток на свете.

— Отвечай, сволочь! — кричит Паркер и трясет обескураженного Озборна. — Ее забрал какой-то урод прямо у меня на глазах! Знаешь, на кого он был похож? На тебя! Говори, куда ее могли забрать! Говори!

— Питер! — к ним подлетает Стрэндж и с трудом пытается расцепить. Питер впился руками в шею Озборна с такой силой, что оторвать его невозможно, не покалечив парня, так что маг мягко пытается отодвинуть Питера. Тот дергается и рычит и меньше всего сейчас выглядит адекватным человеком, а не животным.

— Я не знаю, не… в Оскорп!

Питера удается оттащить от Гарри, и последний, кашляя, опускается на колени прямо на пол. Паркер тяжело дышит и только Стрэндж мешает ему кинуться на Озборна вновь.

— Скорее всего, ее забрали в Оскорп, — хрипит Гарри. — Все технологии отец хранит там на последнем этаже. Но если ты туда явишься, тебя схватят.

— Плевать!

— Ты не понимаешь… — Гарри качает головой, потирая шею. Виноватому его виду Питер не верит. — Люди отца готовили эту операцию целый год. Ты нужен моему отцу, он… Он умирает.

— Прекрасно, — выплевывает Питер. Стрэндж глядит на него с укоризной, которой Питер предпочитает не видеть. Вся семейка Озборнов может катиться в самое пекло ада, раз они позволяют себе похищать людей средь бела дня.

— У отца рак. Мы надеялись… — Гарри кое-как поднимается на ноги и смотрит прямо на Питера. — Мы думали, твоя кровь может ему помочь.

— Это вряд ли, — подает голос маг, и Гарри резко дергается.

— Вы не можете знать наверняка!

Стрэндж закатывает глаза.

— Могу. Я опытный нейрохирург, я знаю, о чем говорю. Кровь мистера Паркера не поможет больному раком, она только ускорит процесс.

— Можно же что-то сделать, чтобы…

Питер переводит взгляд с одного на другого и, наконец, взрывается очередной волной ругательств, покрывает непечатными выражениями весь род Озборнов и бабушку Стрэнджа, так что оба его оппонента смотрят на него широко распахнутыми глазами. Только после этого Паркер успокаивается.

— Вам обязательно сейчас это обсуждать? Сволочи Озборна похитили Тею! Я иду за ней, сейчас же.

— Ты не попадешь в башню самостоятельно! — вспыхивает Озборн. Питер косится на него с самым зловещим видом.

— А ты мне в этом поможешь, приятель…

Если у Гарри и возникли какие-то возражения на этот счет, он проглатывает их с изрядной готовностью: сейчас перепалки между ними не столь важны, к тому же, они и так потеряли много времени, чуть не подравшись. Стрэндж снова оказывается между ними, едва только они согласно кивают друг другу.

— Мистер Озборн ясно выразился: вас ждут там, мистер Паркер.

— И?

— Не стоит ли обождать и придумать какой-то план? — Стрэндж выразительно вскидывает брови, но на Питера его вид никак не действует. Он взбудоражен, зол и напуган, и судьба Теи в руках мошенников и маньяков беспокоит его куда больше предположительной опасности. Возможно, сама Тея раскритиковала бы его нетерпение, но ее нет рядом. Она спрятана от него в башне Оскорп — и бог знает, что люди Озборна собираются с ней сделать.

— У меня есть план — спасти Тею, — рычит Питер. Стрэндж вздыхает, теперь уже красноречиво закрывая глаза рукой. Словно его совсем не беспокоит будущее Амидалы, словно он рассматривает ее похищение как очередное задание, проверку на выдержку.

— Это не план, а непродуманный и незрелый порыв мальчишки, — говорит маг. — Который непременно приведет нас в ловушку.

— Нас? — недоверчиво переспрашивает Гарри Озборн, обходя Стрэнджа. Тот кивает.

— Разумеется, я не оставлю мисс Амидалу на растерзание каким-то умникам из Оскорп.

— Она не нужна Оскорп, — хмурится Гарри. — Какой-то тип нанял Мистерио, чтобы тот доставил ее к концу этого месяца в башню: у них договоренность с отцом, они решили использовать Тею в обоих случаях — и как приманку на человека-паука, и как задание от загадочного типа.

— Что за тип? — скрипит зубами Питер. Новые подробности его только пугают, но показывать, как сильно он сейчас боится за жизнь Теи, ему нельзя, иначе Стрэндж не отпустит его в башню.

— Понятия не имею, какой-то иностранец. Я его видел только однажды, у него желтая кожа…

— Желтая кожа? — тормозит Озборна маг. — Он азиат?

— Нет, не думаю. Может быть, мне показалось. Я плохо его рассмотрел, он стоял в тени, и свет на него не падал.

— Арргх, неужели это так важно?!

Питер отходит к стеллажу с книгами, чтобы не накинуться на Гарри Озборна и не забить его неуверенную рожу в мясо. Стрэндж смотрит на него с выражением «ничего ты не знаешь, Питер Паркер», но ему все равно. Сейчас все эти незначительные факты не помогут вернуть Тею, если они не поторопятся.

Гарри переминается с ноги на ногу и вздыхает.

— Пока в башню не явится человек-паук, с Теей ничего не случится. Тот человек… заказчик, он запретил Мистерио хоть как-то вредить ей.

— Отлично! Значит, надо наведаться в башню и успеть вытащить Тею до того, как за ней явится этот заказчик!

Стрэндж качает головой в непривычном для него жесте и идет к своим излюбленным полкам с книгами. Питер следит за ним взором хищника, готового к прыжку.

— Док!

— Сейчас, я должен сделать один звонок, — говорит он, одним взмахом руки заставляя Питера умолкнуть. Не придумав ничего лучше, Паркер бьет кулаком в книжный стеллаж, и с верхних полок на него сыпется град из талмудов весом с кирпич каждый.

— Проклятье! — вспыхивает Питер. Оборачивается к замершему посреди зала Гарри Озборну, и кривит губы в злой ухмылке. — А ты счастлив, что все так обернулось, верно?

— Неправда! — возмущается тот. — Я пришел сюда, чтобы помочь вам, потому что не хочу, чтобы Тея пострадала. Это ты ее упустил!

— Что?! Ну все, урод, ты сам напросился!

Питер знает, что нападать на безоружного человек-паук не стал бы ни при каких обстоятельствах, но сейчас он не герой в маске, стоящий на страже порядка в Нью-Йорке, а простой парень, на глазах которого украли девушку, и все, что он может, это выместить злость на ком-то, кого он считает виноватым. Кроме себя. Избить себя до потери пульса он не может, хотя очень хочется.

Паркер бросается на Гарри Озборна с неконтролируемым криком, валит его на пол и бьет прицельным ударом в челюсть. Тот пытается ответить, но Питер пригвоздил его к полу и зажал коленями руки, и удары у него сильные, сильнее, чем полагается восемнадцатилетнему первокурснику-технарю.

Стрэндж разнимает их спустя еще десяток ударов, так что запыхавшийся Питер успевает оставить на лице Озборна несколько знатных синяков и набухающий фингал под глазом. Паркера бросает в кресло и привязывает к нему по рукам и ногам оранжевой светящейся нитью из рук мага, Гарри Озборна ставит на ноги и отталкивает к окну та же сила.

— Если бы мистер Озборн хотел вреда для мисс Амидалы, он не пришел бы к нам сегодня, — рявкает Стрэндж, явно разозленный поступком Питера. Если бы на его месте был мистер Старк, он бы смотрел на своего подопечного с разочарованием во взгляде. Но его здесь нет.

— А вы ничего не хотите делать! — обвиняет в ответ Паркер.

— Хватит.

Магия затыкает Питеру рот, и Стрэндж, не впечатленный его дергающимся телом и возмущенным стоном, оборачивается к Гарри Озборну.

— Будем считать, ты получил по заслугам, — говорит он парню. И добавляет, в ответ на вопросительный взгляд: — Твой отец стоит за похищением мисс Амидалы и планирует не самые приятные мероприятия для человека-паука. Тебе досталось за дело. Скажи спасибо, что не мисс Амидала тебя избила, она могла бы, поверь.

Гарри чуть усмехается и охает, явно почувствовав боль в некоторых мышцах лица. Питер мстительно фыркает.

— Итак, вы готовы слушать? Мистер Паркер? — когда Питер нехотя кивает, Стрэндж освобождает его. — Думаю, мисс Амидалу держат в том же зале, куда спрятали М.О.Р.Г. Вы знаете, что это, мистер Озборн?

— Технология Старка? — удивляется тот, видимо, впервые слыша об этом.

— Верно. Большая платформа с белыми стенами, круглая, примерно футов сорок в диаметре. Знаете место в башне, куда могли бы поставить такую вещь?

Гарри хмурится, стискивает пальцы рук в кулаки. Питер следит за ним, ожидая, что тот дернется и выдаст себя. Доверять ему он не может и не хочет, и как только вернет Тею себе, обязательно изобьет еще раз, для профилактики.

— На самом верхнем этаже башни есть зал, — говорит, наконец, Озборн, не подозревая, какие планы на его счет строит Паркер. — Там раньше были панорамные окна с видом на город, но отец закрыл их щитами и переделал, как купол. Я думал, он сделает что-то типа планетария, но тот зал так и остался закрытым, меня туда не пускают. Думаю, технологию Старка могли поставить туда.

— Отлично, — кивает ему Стрэндж и резко срывается с места. Питер и Гарри, невольно переглянувшись, следуют за ним по пятам и проходят длинные коридоры.

— Почему вы думаете, что Тею держат там? — спрашивает Паркер, но Стрэндж проносится вперед с такой скоростью, что ему приходится сорваться на бег. Гарри за ними едва успевает.

— М.О.Р.Г. обладает поистине удивительными особенностями, мистер Паркер, — поясняет Стрэндж, врываясь в темный зал с пыльной книгой на кафедре ровно по центру полукруглой платформы. Питер не бывал в этом зале и, судя по всему, маг не рассчитывал пускать сюда кого бы то ни было, но сейчас у них нет времени на скрытность. — Он может воспроизводить ваши кошмары, ваши мечты, менять для вас реальность, если вы введет специальный запрос. Мистер Старк сообщил мне, для каких целей его могут использовать наши друзья из Оскорп, и, поверьте, ничего хорошего с этой технологией они не сделают.

— Мистер Старк? — задохнувшись от возмущения, переспрашивает Питер. — Вы говорили с ним, только что?

— Да.

— Но как же… Он не собирается вернуться и помочь?

— Не сегодня, — коротко обрывает Стрэндж. Он листает свою древнюю книгу и делает вид, будто не замечает, насколько Питер взбудоражен. — Нашел! — наконец, восклицает маг. — Я отправлю нас прямиком к дверям того зала и, если мистер Озборн не ошибся, мы сможем вытащить мисс Амидалу до того, как нас обнаружат.

— А если он ошибся? — хмуро спрашивает Питер.

— Тогда придется искать Тею по всей башне.

Учитывая то, что изначальный план Паркера как раз и состоял из этого бесхитростного действия, он не возражает. Только перед тем, как Стрэндж создает портал прямо в зале, Питер оборачивается и смотрит на побитого им Гарри Озборна.

— Если ее там не будет, я…

— Найди ее, пожалуйста! — выдыхает вдруг тот. — Я не меньше тебя переживаю за ее жизнь, поверь мне.

Это радует еще меньше, чем вероятное предательство Озборна. Питер окидывает его подозрительным взглядом и натягивает на голову маску от костюма.

А потом прыгает вслед за Стрэнджем в созданный им портал и оказывается прямо напротив широких дверей в темном коридоре, рядом с которыми стоят два охранника.

***

— Это он! Внимание!

Тревога включается по чьему-то прямому указу, коридор загорается красным, как на настоящей военной базе. Питер прыгает к стене, уворачиваясь от кулака одного охранника, и пинает второго в спину, так что тот падает на первого. Стрэндж куда-то испаряется и, возможно, это он сейчас разбирается с людьми Оскорпа в начале коридора, за углом. Питер стреляет паутиной в охранников, припечатывает их к стене, затыкает рты и, для верности, бьет по лицу. Раньше человек-паук не позволил бы себе лишней жестокости, но сейчас он зол и растерян, и это люди Оскорпа позволили себе лишнего.

Питер вваливается в круглый зал, который раньше украшали панорамные окна, и находит абсолютную темноту. Из центра зала доносятся слабые глухие крики, так что Питер идет на эти звуки, огибая все препятствия благодаря паучьему чутью. Он чувствует сердцебиение нескольких людей, мужчин, и одной девушки. Тея. Она тут, Гарри Озборн не обманул.

Когда воздух вокруг него начинает меняться, Питер понимает, что что-то пошло не так. Он кидается вперед и тут же натыкается на плоскую стену, гладкую, как стекло. О, нет! Эти ублюдки посадили Тею в М.О.Р.Г.!

— Карен, найди мне вход, — рычит он на свой ИИ, но та молчит уже довольно давно и, видимо, истощила свои силы. Сейчас Питер предоставлен сам себе.

Он шарит по стене в поисках двери, и слышит, как внутри Тея истошно вопит. Нет-нет-нет, только не это!

— Тея! — кричит Питер. — Тея, я здесь, я сейчас!

Он врывается внутрь своевольной технологичной платформы как раз в тот миг, когда Тея падает на колени и выкрикивает его имя. Она заточила себя в видение из камня души и окружила себя бесчисленными людьми; Питер не видит ни одного знакомого лица и, возможно, это видение Теи, которого она боится в кошмарах — она никогда не рассказывала Паркеру, что видит во снах, но тот знает, что там не он. Тею всегда пугала жестокость.

— Тея! — кричит Питер, прорываясь к девушке сквозь песчаную оранжевую завесу. — Тея, я здесь! Это всего лишь программа!

Она вскидывает голову на его голос и все вдруг спадает, осыпается песком ей под ноги. Стены становятся вновь белыми и безжизненными, все люди пропадают. Паркер облегченно выдыхает. Тея выглядит невредимой и почти здоровой, они ничего не успели с ней сделать.

— Питер? — хрипло зовет девушка.

— Ты цела? Ты угодила в морг Старка, это всего лишь иллюзия.

Он шагает к ней, когда она вдруг охает.

О, нет.

Нет-нет-нет, это так похоже на сущий кошмар Питера, и это становится реальностью прямо на его глазах: Тея странно дергается, словно размываясь в воздухе, и, резко выдохнув, исчезает во вспышке ярко-желтого цвета. Питер замечает лишь, как сияние взмывает вверх, будто телепорт.

Ему остается белая неподвижная платформа и тела нескольких людей, которые тоже вдруг пропадают.

«Демонстрация завершена», — объявляет холодный металлический голос. Питер стоит в одиночестве в самом центре технологичного кокона Старка и не знает, что делать.

Боже.

— Тея?.. — неверяще повторяет он, словно не доверяет глазами и боится признать правду. Вернись. Вернись.

Но Тея так и не появляется. Зато приходят другие.

Люди Озборна вваливаются в зал, где-то под потолков вспыхивает свет, все резко становится видимым. Питер слепо осматривает лица набежавших к нему людей, и, не увидев среди них Амидалы, отворачивается. Его будут бить? Пытать? Переливать кровь из его тела в тело престарелого Озборна?..

— Ну здравствуй, человек-паук, — хрипит голос хозяина этой компании, и сам он появляется перед замершим Питером на инвалидной коляске. Жалкое зрелище. Питер даже мог бы прокомментировать это, если бы ему не было чертовски плевать.

— Куда вы дели мою девушку? — спрашивает он, не заботясь о том, что полностью срывает себе и ей конспирацию. Он вернет Тею и убьет всех этих людей, так что можно не волноваться, что они узнают об их связи.

— О, так она, и правда, твоя девушка? — смеется Озборн. — Занятно, а я все гадал, насколько вы близки.

— Где она?

Озборн противно усмехается. Питер дождется от него хоть какого-то ответа, а потом размажет это высокомерие по его наглой роже одним ударом.

— Думаю, где-то в космосе, — вдруг отвечает он.

— Что?..

— В космосе, — повторяет Озборн. — Ее давно дожидался один мой золотой знакомый. О, я готов рассказать тебе о нем, если ты мне поможешь.

— Помогу отправиться на тот свет? С радостью!

— У-у… — Озборн вновь смеется, окидывая напряженного, как струна, паука с головы до ног. Его люди стоят рядом и ждут сигнала, и ничего хорошего не сулят их кулаки Паркеру. Но ему плевать. — Я слышал, что человек-паук не приемлет жестокость, как принцип. Что же случилось?

— Ты украл мою девушку, — угрожающе шипит Паркер. — Вот, что случилось, ублюдок!

— Точно. — Озборн кивает, поджимая губы. — В свою защиту могу сказать только, что мне она не нужна. Мой доверенный человек передал ее заказчику, тому золотому парню. Так ты хочешь знать, кто это? Я открыт для сотрудничества.

Питер уже хочет сорваться с места и накинуться на старика-Озборна точно так же, как ранее он набросился на его сына, но с большим рвением и жестокостью, когда его останавливает голос Стрэнджа.

— Уходим отсюда, мистер Паркер, — прозаично говорит он, появляясь в оранжевом световом круге и утягивает Питера в портал.

Вместе с протяжным воем Озборна и его людей Паркер исчезает из зала, появляясь уже в доме мага на Бликкер-стрит. Он тяжело дышит, падает на колени и стискивает руками голову.

— Теи нет! — сипит он. — Ее нет!

Гарри, дожидающийся их все это время, охает и вскакивает со стола, на котором сидел.

— Ваш отец сказал, что мисс Амидалу забрал какой-то золотой парень, — поясняет Стрэндж Гарри, пока Питер ругает себя на чем свет стоит. — Вы что-нибудь об этом знаете?

Озборн-младший мотает головой.

— Нет, я впервые…

— Я убью тебя. — припечатывает вдруг Питер. Он медленно поднимается на ноги и поворачивается лицом к обомлевшему Гарри. — Серьезно, я сейчас тебя убью.

— Сделаете это чуть позже, мистер Паркер, — осаживает его Стрэндж. — До этого момента у вас есть неотложное дело. Найти мисс Амидалу.

— В космосе, — сухо отвечает Питер, потеряв всякие силы. — У золотого парня.

— Именно. Думаю, нам понадобится глаз Агамотто.

Гарри недоуменно переводит взгляд с дока на паука и обратно, а Паркер хмурится и стягивает с головы маску.

— Но у вас его нет. Его уничтожили в войне с Таносом.

— Да, — кивает Стрэндж. — Но не в параллельной вселенной.

========== Два Питера Паркера ==========

План Стрэнджа слишком прост, если не учитывать всю неадекватность предполагаемой идеи: с помощью портала Пима он хочет явиться в ту вселенную, где ни Танос, ни Альтрон, ни кто-либо другой не сотрясали Землю, найти там второго себя и воспользоваться его целехоньким камнем времени.

В ту вселенную, где он уже бывал. В ту, где живет второй человек-паук, знакомый Питеру.

— Я иду с вами, — объявляет Паркер, едва только Стрэндж озвучивает свою мысль. Маг дергает бровью, Гарри Озборн непонимающе переводит взгляд с одного на другого.

— Не вижу для такого заявления ни одной причины, — отвечает Стрэндж. Питер дергается всем телом.

— Тея где-то в космосе. Я должен…

— Если вы не вернетесь в Лондон, — напоминает док, — ваш преподаватель заявит о пропаже в полицию, мистер Паркер.

Плевать. Питер стискивает руками маску паука, опускает глаза вниз. Тяжело, глубоко дышит, пытаясь совладать с расторопным сердцебиением. Неужели чертов маг не понимает? Неужели…

— Я не буду лететь десять часов, прожигая время в бесполезном ожидании, — говорит он, наконец. Мэй убьет его, если узнает, но, возможно, теперь все это теряет смысл. Она простит, когда узнает.

— Подумайте о своем будущем.

— Я. Думаю. — Питер произносит это с такой яростью, что ждет, когда от скрежета у него начнут выпадать зубы. Этого не происходит. Стрэндж остается не впечатленным.

Он оставляет Паркера без ответа и уходит, тяжело взмахнув своим полуживым-полумагическим плащом. Гарри Озборн, потоптавшись, тянется следом. Питер закрывает лицо руками и выдыхает прямо в свою же маску.

И плетется по пятам мага.

Тот уже набирает чей-то номер на своей старенькой раскладушке — Питер может поклясться, что он звонит Старку.

— Хэппи? — выдыхает Стрэндж. — Будьте добры, примите меня в кабинете мистера Старка, мне нужен доступ к порталу. Да, согласовано. Да, верно. Нет, я буду один.

Последнее слово он выделяет специально и выразительно смотрит на вошедшего в зал Паркера. Тот вскидывается.

Один, как же. Питер не оставит его в увлекательном путешествии, покуда не получит Тею обратно, в целости и сохранности. Но у мага, видимо, мнение так и не поменялось.

— Мистер Озборн, вы можете быть свободны. Ваш отец наверняка хватится вас, как только придет в себя после такого фиаско. Мистер Паркер, а вас с нетерпением ожидают в Лондоне.

Он открывает для них два портала, из одного веет холодным лондонским ветром, второй зияет черной дырой, ведущей в башню Оскорп. Гарри Озборн, вопреки предположениям Питера, тоже остается на месте.

— Я никуда не пойду. Отец поймет, что я помог вам и выпытает у меня все подробности. Я не могу так рисковать вами.

— Нами? — хмурится Питер. Гарри качает головой.

— Вы спасете Амидалу, — поясняет сынок Озборна. — Лично на тебя мне плевать, ты можешь заблудиться где-нибудь по дороге.

— Поразительная самоотверженность для наследника компании монстров! — рычит в ответ Паркер. Оба так никуда и не двигаются, так что Стрэндж, выдохнув, закрывает порталы.

— Знаете, я передумал, — говорит он вмиг притихшим Гарри и Питеру. — Вы оба можете делать, что хотите, с этого момента на ваше благополучие мне официально плевать.

— Прекрасно, — ту же взвинчивается Паркер. — Я иду с вами в параллельный мир. Озборн может тусоваться здесь, чтобы не схлопотать от своего отца.

Они вновь пререкаются, бросаясь из одной крайности в другую, и Питер совсем не замечает, разозлившись окончательно, как Стрэндж под шумок ныряет в новенький портал, ведущий, видимо, на базу Мстителей. Где его уже ждет Хэппи вместе с технологией доктора Пима.

— Блеск! — вспыхивает Паркер. — Если я не попаду в другой мир вместе с доком, я вернусь и надеру тебе задницу, придурок!

Он уже идет к выходу из странного магического дома, когда на него весьма прозаично прямо с воздуха падает толстенная книга и корешком бьет в макушку.

— Твою мать! — рычит Питер. — Что за!..

Он поднимает книгу с пола, когда к нему подбегает запыхавшийся Гарри, и вдвоем они с удивлением обнаруживают спрятанную между страниц записку от Стрэнджа: «Вы полностью отвечаете за собственное благополучие, мистер Паркер. Вряд ли ваша тетя и мисс Амидала обрадуются, если узнают, что вы потеряли место в университете.»

— Тебя отчислили? — спрашивает Гарри. Питер качает головой.

— Еще нет, — отрезает он. — Но отчислят, док прав.

— И?..

— И я успею утрясти это дело после того, как верну Тею. Она поймет.

Он идет дальше, не замечая, какие гримасы строит ему вслед недавно выпустившийся из университета Гарри Озборн. Если бы док и Озборн знали Паркера в достаточной мере, они понимали бы все его отношение к учебе: несмотря на явный талант к естественным наукам, Питер так и не смог поставить свое образование вперед геройской деятельности. К тому же, после спасения мира первый курс технического универа вообще кажется ему детским лепетом. Все вообще в системе ценностей Паркера проигрывает в сравнении с Таносом и его армией.

У Теи наверняка есть свое мнение на этот счет.

Паркер натягивает маску, мотает головой, чтобы прогнать оттуда лишние мысли, и отпирает дверь магического дома Стрэнджа.

— Ну, жди здесь, — выдает он Гарри Озборну, и срывается с места. По его же прогнозам, на то, чтобы добраться до нынешней базы Мстителей, у Питера уйдет чуть более двадцати минут. За это время док успеет смотаться в параллельную вселенную раза три, не меньше. Плакала его экскурсия…

Вообще-то, Питер может дождаться его вместе с камушком и здесь, в этой реальности. Но у Паркера есть свои планы.

Раз Норман Озборн так жаждет поймать в свои сети супергероя, то старик-ракобольной получит на орехи от человека-паука. И неважно, которым пауком тот будет. Однажды Питер Паркер из параллельного мира сказал Тее Амидале, что готов прийти ей на помощь, если она попросит.

Сейчас Питер летит над ночным городом и думает, что просьба, звучащая из его уст, так же равноценна. Тее Амидале нужна помощь. И пусть другой Питер Паркер сдержит свое обещание.

***

База впускает его без вопросов и лишних комментариев со стороны ИИ охранной системы, словно Питера тут ждали. Он идет по коридорам по направлению к кабинету мистера Старка — и может руку дать на отсечение, что самого Старка здесь нет и в помине, — когда ему преграждает путь Вижн.

— Здравствуй, Питер, — здоровается он, паря над полом на расстоянии в фут. Питер быстро кивает. На разговоры с ним и объяснения времени катастрофически не хватает.

— Привет. Видел Стрэнджа?

— Да, — соглашается Вижн, — и он велел не пускать тебя в кабинет Старка.

— А он сказал тебе, что Тею похитили?

Вижн хмурится, насколько позволяет ему технологичная мимика лица, и Питер пользуется этой заминкой, чтобы обойти андроида. Он не бежит и не пытается скрыться, потому что едва ли не впервые чувствует, что поступает так, как положено. Даже если это значит нарушение пары запретов от взрослых. Питер — сам взрослый. Он может решать за себя. И сейчас он решает искать помощи у своего двойника.

Вижн оказывается рядом с Паркером и летит по правую от него руку, никак не пытаясь остановить.

— Не будешь отправлять меня обратно? — фыркает Питер.

— Если бы Ванду кто-то похитил, я не хотел бы, чтобы меня останавливали, — лаконично заявляет андроид.

— А от помощи тоже не стал бы отказываться? — спрашивает Паркер.

— Разумеется.

Отлично. Питер еще не знает, что в скором времени ему понадобятся все силы Мстителей и любая помощь со стороны, и даже оставленный на Бликкер-стрит Гарри Озборн принесет ему пользу. Сейчас же он целенаправленно идет в сторону кабинета мистера Старка, где, как он помнит, находится портал доктора Пима.

Технология перемещений в пространстве и времени все так же светится ярко-голубым и словно ждет Питера. Он вздыхает, стягивает с головы маску.

— Пойдешь со мной? — Питер оборачивается и смотрит на Вижна, который застрял в дверях. Тот качает головой.

— Подожду здесь новостей. Переходы через этот портал не идут на пользу моим внутренним системам.

— Ясно, — кивает Питер. — Тогда… Может, посмотришь мой костюм? Я его немного поцарапал. Пару месяцев назад.

Вижн ловит его кимойо на лету и кивает без всяких вопросов. Иметь дело с этим умным андроидом с каждым разом все приятнее и приятнее. Хорошо, что он попался Питеру на пути.

Паркер еще раз вздыхает. Поворачивается обратно к окружности портала. И, крепко зажмурившись, ныряет в него с головой.

Знакомое чувство тошноты и головокружение застают его на полпути к цели, а потом он вываливается в точно таком же кабинете Старка, только, если ему не изменяет память, на три этажа ниже, чем в его родном мире. И пахнет здесь новыми стенами. Должно быть, местный Старк только-только переселил своих Мстителей на эту базу.

Питер встает, зачем-то отряхивается и осматривает кабинет. Да, так и есть: точная копия. Он фыркает, натягивает обратно маску и выходит из помещения, молясь, чтобы камеры местных Мстителей засекли лишь фигуру человека-паука, а не самого Питера, потому что, как ни крути, со здешней своей версией они немного различаются.

Чтобы отыскать местоположения Паркера из этого мира, Питеру приходится воспользоваться местной системой поиска в лаборатории Старка. Во вселенной Питера она расположена под землей и занимает почти всю площадь базы Мстителей. Какой план у местной базы, Питер не знает и идет наугад.

Лаборатория обнаруживается на том же месте, вместе с семантической системой наведения. Хваля себя за сообразительность, Питер быстро включает ИИ.

— Добрый вечер, мистер Паркер, — здоровается с ним компьютер голосом Вижна. От неожиданности Питер почти вздрагивает, но вовремя одергивает себя: кажется, в этом мире проблем с камнями бесконечности еще не было, равно как и проблем с Альтроном. Значит, местный Вижн не существует в природе и все еще живет в компьютерах мистера Старка. И зовется…

— Джарвис, — кивает ему Питер. — Будь добр, окажи мне услугу.

— Слушаю, мистер Паркер.

Этот ИИ определенно отправит оповещение мистеру Старку, и тот определенно придет в ярость. Но… решительные временна требуют решительных действий.

— Передай мне координаты Питера Паркера, — просит парень.

Когда Джарвис послушно исполняет его просьбу, Питер облегченно вздыхает: его двойник дома. Вместе с… некто мисс Холланд. Кто это?..

Сердце странно сжимается у него в груди. Это, должно быть, Тесса. Двойник Теи. Говорить в ее присутствии будет сложно вдвойне. Смотреть на нее — невозможно, только не теперь.

— Я передам мистеру Старку, что вы заходили, мистер Паркер из параллельной вселенной, — говорит на прощание Джарвис, как только Питер хлопает дверью лаборатории. Он уже не беспокоится о том, что его увидят местные Мстители. Встретить в этом мире Тессу он не планировал, но теперь…

Есть ли у него время, чтобы дождаться утра и поговорить со своим двойником наедине? Кажется, нет. К тому же, Питер покривил бы душой, если бы солгал себе: ему хочется посмотреть на Тессу Холланд еще раз. Чтобы убедиться, что она — не Тея. Чтобы убедиться, что она — Тея. Чтобы…

В конечном итоге, в Куинс Питер отправляется, помедлив всего пару минут.

И находит себя же, спящего. Вместе с девушкой в знакомой широкой футболке с теоремой Ферма.

Его двойник просыпается за секунду до того, как Питер отпирает окно такой же, как у него, спальни.

— Спокойно! — шикает на него Паркер. — Я не вор, я… Я Питер. Питер Паркер.

Его копии не нужен свет, чтобы разглядеть лицо говорящего, как не нужно никакое словесное подтверждение: паучьи инстинкты работают на них обоих одинаково и чувствуют родные волны, исходящие от тел. Охнув, Питер выбирается из постели.

— Какого… Что ты здесь делаешь?

Он выбирается к Питеру на пожарную лестницу, прикрывая окно, и осматривает с головы до ног. Питер стоит перед ним в стареньком костюме, который, должно быть, сейчас носит и местный Паркер, но кажется чуть выше и явно взрослее.

— Сколько тебе лет? — хмурится Питер. Его копия весьма знакомо фыркает.

— Ты пришел мой возраст узнать? Шестнадцать.

Питер невольно косится на окно: там, в квадрате тусклого света с улицы спит более юная копия его девушки.

— Что случилось? — спрашивает местный Питер. Им обоим кажется удивительным тот факт, что встреча двойников больше не пугает и не смущает их, словно все это — вполне бытовая ситуация, которая случается с ними каждый божий день. Тем не менее, юный Питер даже без подсказок знает, что его двойник из параллельного мира не сунулся бы сюда без веской на то причины.

— Тея пропала, — выдыхает Паркер, все еще наблюдая за спящей девушкой в окне. У нее волосы чуть длиннее, они, наверное, достают до пояса, как у Теи в школе…

— Ч-что? — переспрашивает юный Питер. Паркер вздрагивает и отводит взгляд от спальни.

— Да. Ее похитил глава корпорации Оскорп — я не знаю, есть ли такая у вас, но он мудак редкостный, поверь мне. Когда я пришел к ним, чтобы вытащить Тею, ее… странный телепорт выкрал ее прямо у меня из-под носа, и, говорят, она теперь в космосе.

— Врешь!

— Нет, я серьезно. Стрэндж открыл портал в ваш мир, чтобы встретиться тут со своей копией и отыскать Тею с помощью глаза Агамото, это зеленый камень у него на шее, который управляет временем. Я уже видел, как он им пользуется. Он может просмотреть шестнадцать миллионов вариантов развития событий в будущем. В общем… Он хочет отыскать Тею таким образом, а мне приказал сидеть на месте, но я не… Я не знаю, где Тея и не могу ничего не делать. Кажется, мне нужна твоя помощь.

Юный Питер хмурится, стискивает себя за плечи совсем незнакомым Паркеру жестом. Смотрит на свою девушку в окне.

— Все это пахнет огромными проблемами, — наконец, говорит он. — Но, разумеется, я помогу тебе. Что от меня требуется?

Питер замирает.

— Я… не знаю, — признается он, опуская голову. Хочется стиснуть ее руками и закричать, настолько растерянным и отчаявшимся он себя ощущает.

— Может, стоит дождаться вестей от Стрэнджа? — предполагает его копия.

— Точно. Он будет вне себя, когда узнает, что я шляюсь по параллельному миру и разговариваю с тобой.

Они оба одинаково хмыкают. Да и плевать, верно?

Питера не отпускает мысль, что любое промедление может стоит Тее жизни, что ее, возможно, пытают, мучают, растаскивают на органы на какой-нибудь непонятной далекой планетке и, может быть, стоило попросить помощи у Стражей галактики, а не у своей же копии. Но первым делом Питер Паркер подумал о том, кто придет ему на выручку, не задумываясь. Кто придет на выручку к Тее Амидала.

— Учишься? — спрашивает Паркер, косясь на окно.

— Предпоследний год в школе.

— И вы с ней уже…

— Это не твое дело!— вскидывается его юная копия, мгновенно краснея. Странно, они ведь познакомились только год назад, кажется. Как стремительно развиваются их отношения…

— Тебе придется пойти со мной в мой мир, — говорит, наконец, Питер. Его двойник тут же согласно кивает.

— Понимаю.

Они оба смотрят на Тессу Холланд, и юный Питер, выразительно покашляв, закрывает ее спиной от глаз своей более взрослой копии.

— Расскажешь ей? — спрашивает Паркер.

— А нельзя? Она знает про параллельные миры. И про своего двойника знает.

— Она захочет пойти с тобой, — объясняет Паркер. — А это… плохо.

— Да, верно…

Некоторое время они молчат, обдумывая свои мысли. Наконец, взрослый Питер выдыхает.

— Разберешься с этим, дай знать. — С этими словами он вкладывает в ладонь своего двойника бусину кимойо, ту, которую обычно использует для связи с Теей. — Скорее всего, я буду в этом мире до самого утра. Надо отыскать дока Стрэнджа и убедиться, что он реально ищет Тею, а не прохлаждается с экскурсией.

Он уже хочет спуститься по лестнице вниз, натянуть маску и исчезнуть в темноте улиц, когда вдруг оборачивается к оставшемуся у окна Питеру.

— Не дай ей увязаться за тобой. Это будет опасное путешествие. Поверь, ты не захочешь подвергать ее опасности.

Его двойник кивает с серьезностью, на которую не способен подросток.

— Я знаю.

***

Питер оказывается на нужной улице спустя пару часов. Он устал и хочет спать и есть, поэтому двигается медленнее и реагирует на все с запозданием. Прежде чем приземлиться на Бликкер-стрит, ему приходится несколько раз столкнуться с фонарными столбами и одним строительным краном.

Так что в дом к магу Паркер вваливается со стоном, сам отпирает дверь и падает на пол в коридоре.

Прямо под ноги доктору Стрэнджу. Очень злому доктору Стрэнджу и его более расстроенной копии.

— Док, — кашляет Питер, ничуть не удивившись. — Второй док. Понимаю, как это выглядит, но…

Питер даже не уверен, кто из них кто, но, кажется, Стрэндж из его мира стоит сейчас прямо над парнем и делает вид, что сильно злится на него. Будто не ожидал, что Питер, проигнорировав всякие его предупреждения, кинется следом.

— У меня для тебя есть новости, Питер, — говорит один из них, и, учитывая, что голоса у них одинаковые, различать обоих приходится только по одежде. К нему обращается маг из этого мира.

— Плохие новости? — выдыхает Питер. Если это насчет Теи, то…

Нет-нет-нет, не может же быть такого, верно? Местный Стрэндж смотрит на него с такой печалью во взгляде вовсе не потому, что Амидала погибла, верно?..

— Я просмотрел семнадцать тысяч вероятностей, — заявляет док, который кажется злее своего двойника.

— И?.. — хрипит Питер. Он не чувствует ног и рук. Пожалуйста, только не…

— Мисс Амидала вернется к нам.

Камень, гора размером с Эверест падает у него в груди прямо в желудок. Становится дурно, хочется сплюнуть горькую желчь.

— Через пять месяцев и двадцать дней, — договаривает маг.

Полгода, Питер Паркер.

Ты готов ждать?..

========== «Единственный в своем роде… по крайней мере, так я думал» ==========

Из-за того, что их двое, говорят маги вдвое больше и вдвое громче. Но Питер не слышит их.

— Вы уверены, что все поняли правильно? — переспрашивает он, переводя взгляд с одного на другого Стрэнджа. — Уверены?

— Да, — отвечает один из них.

— Она будет в порядке все это время?

— Да.

— Откуда вы знаете?

— Паркер…

— Откуда вы знаете?!

Они переглядываются, одинаково вздыхают и не могут ответить Питеру, не могут сказать что-то, что перечеркнуло бы предыдущие их слова. Пять месяцев и двадцать дней. В голове Паркера эти слова звучат приговором. Он уже знает фокусы Стрэнджа, испытал их на себе, возненавидел за издевательства над Теей, и…

— Если это очередной ваш прикол, как с камнем души, то… — Питер не может договорить и давится угрозой; он даже не знает, чем может угрожать всесильному магу, двоим сразу, знает только, что ему плохо, больно, что взгляды Стрэнджей наизнанку его выворачивают.

— Если ты все сделаешь правильно, — говорит Стрэндж, тот, что прибыл с Питером из его мира, — то мисс Амидала… Тея вернется живая и невредимая.

Питер вскидывает голову и смотрит на него таким взглядом, будто готов выжечь в нем дыру. Маг понимающе кивает.

— Я… Мы видели это. С ней все будет в порядке, но ей потребуется защита.

— От вас? — хрипит Питер. Сейчас он действительно думает что маги причинят его девушке вред. Стрэнджи одинаково хмурятся.

— От космических захватчиков.

Звучит все так, будто они ставят особо глупый научно-фантастический фильм по какому-то идиотскому сценарию прямиком из шестидесятых. Только Питеру не смешно и не интересно даже. Он останавливается, потому что не может больше ходить из угла в угол, и с трудом заставляет себя посмотреть на магов.

— Что мне сделать, чтобы она вернулась?..

Он бы постыдился, что голос звучит надломленно и так сипло, но Паркер даже не замечает. Стрэндж из его мира тоже делает вид, что не заметил изменившихся интонаций в голосе своего подопечного.

— Грядут большие перемены, мистер Паркер.

— И нам потребуется помощь.

— Мстителей?

— И их тоже, — договаривает двойник мага. — Но этого будет недостаточно. Нам нужна команда, большая команда. Мы должны собрать всех, кого сможем.

— Мы? — неуверенно спрашивает Питер. Стрэнджи кивают одновременно.

— Я, вы, — начинает перечислять один из них, — местные Мстители, желательно, еще какие-нибудь Мстители. Ваш любознательный двойник, к которому вы, очевидно, уже наведались, хотя его участия я предпочел бы избегать.

— Что? — охает Паркер. — Вы его видели?

— Его, — кивает Стрэндж. — И несколько других ваших копий. Целое царство пауков.

Он ворчит, но, судя по голосу и обстановке — и напряженному разговору, который они ведут не первую минуту, — наверняка испытывает стресс. Что бы там он ни увидел в будущем, это ему не понравилось.

— Мистер Паркер, — добавляет маг, — логика и здравый смысл запрещают мне говорить то, что я сейчас скажу, но с будущим весьма трудно спорить, когда на кону висит судьба всей планеты в нескольких измерениях сразу: ваша девушка вернется на Землю и приведет за собой существ, которые уничтожат саму суть всего углеродного мира. Поэтому нам потребуется любая помощь любых героев, способных противостоять угрозе галактического масштаба. Я понятно выражаюсь?

— Нет, — отрезает Питер, совсем запутавшись. Стрэндж вздыхает.

— Если коротко, то: эти пять месяцев и двадцать дней вы, мистер Паркер, проведете со мной и моим… кхм, коллегой, и от вас будут требоваться все дипломатические способности, которыми вы обладаете. Вам придется уговорить полсотни своих копий на взаимодействие с нами. Так понятнее?

Если бы Паркер мог ответить, он снова сказал бы «нет», но шок запечатал ему рот, так что возразить он не сумел.

***

На то, чтобы устранить угрозу от Мистерио, человека-хамелеона и всей корпорации Оскорп, уходит месяц. Гарри Озборн, узнав невеселые новости предлагает сотрудничать почти сразу же, но ставит условия.

— Помоги моему отцу, — просит он Питера. Тот хмурится, скрещивает на груди руки и смотрит на Стрэнджа.

Они собираются в доме на Бликкер-стрит через день после путешествия в параллельный мир. Маг говорит, что перед тем, как они начнут «полномасштабное вторжение» (что звучит просто отвратительно клишировано, но Паркер опускает свои комментарии по этому поводу), им нужно разобраться с проблемами своего Нью-Йорка.

— Док говорит, моя кровь ему не поможет, — напоминает Питер. Озборн кивает, выглядя очень несчастным, будто его на куски рвет осознание того, что он почти готов пойти против отца, чтобы спасти невинных людей. Это благородно, но… Питер почти понимает его сомнения.

— Да, но ведь можно же что-то попробовать… Мы шли к этому так долго, у нас не осталось других надежд…

— Я знаю, это жестоко прозвучит, — вздыхает Стрэндж, — но, мистер Озборн, я видел реальность, в которой ваш отец испытал на себе сыворотку из крови человека-паука. Делу это не помогло. Она его уничтожит.

— Но он и так умрет! — вскрикивает Гарри. — Не сейчас, так через месяц! Вы не понимаете, ему остались считанные дни, а я не могу!..

Вся ситуация кажется Питеру неправильной, а сам он выглядит теперь злодеем. Ему не нравится это.

— Док, — зовет он Стрэнджа, — неужели ничего нельзя сделать? Не потому, что мне жаль этого говнюка, вы не подумайте. Надеюсь, он сгниет в тюрьме через долгие-долгие годы, если мы сможем что-то для него сделать.

— Что?.. — охает Гарри, уже теряя надежду на всякую помощь со стороны паука.

Паркер пожимает плечами.

— Ты согласился помочь мне с Теей, не раздумывая. Я обязан тебе, а я не хочу быть обязанным твоей семейке, потому что вы все уроды и… прости, это не то. — Питер чешет в затылке, подбирая слова. — В общем… У меня нет родителей, и я понимаю, как это тяжело, так что не хочу, чтобы ты тоже… Хотя, на твоем месте, я удавился бы с того, как у тебя скверный папаша, и я действительно считаю, что место ему в тюрьме, и пусть его засадит полиция за похищение и махинации. Простите, я снова отошел от темы. Я… хочу сказать, что не желаю ему смерти. Хотя лучше бы он сам сдох. Простите.

Стрэндж не встревает в этот монолог, выглядя, мягко говоря, удивленным. Гарри понимающе кивает и хмыкает.

— Да, я не сказал бы лучше. И я сам зол на него, Паркер, но он мой отец.

Питер стискивает руки в кулаки. Сейчас, когда он понимает, что ему нужно набраться терпения и только ждать, эмоций у него меньше, но они все же есть.

— Я злюсь сильнее, — все-таки говорит он в ответ на реплику Озборна. — Поверь, я ненавижу твоего папашу едва ли не больше того золотого хмыря, что утащил Тею.

Стрэндж, наконец, решает вмешаться и вежливо кашляет.

— Я тронут вашим взаимопониманием, господа, — говорит он, — но не вижу способов, которые помогут вашему отцу излечиться, мистер Озборн. Знаю только, как отсрочить его смерть.

— Надолго? — хрипит Озборн. Стрэндж мотает головой.

— На год, не больше. Этого хватит, чтобы Норман Озборн передал вам права на корпорацию и прошел все судебные заседания. Он будет признан виновным по нескольким статьям, но в тюрьму уже не попадет, лишь в государственную больницу, где, по его желанию, пройдет процедуру эвтаназии.

Гарри сглатывает застрявший в горле ком. В этот миг Питеру жаль его. Только его, не Нормана. Этот ублюдок может катиться в ад со всеми своими приспешниками.

— Хорошо, — отвечает Озборн. Он бледен и почти дрожит, стискивает руки в кулаки, смотрит в пол. Но кивает. — Хорошо, я согласен. Я поговорю с ним об этом.

Отчего-то Питеру кажется, что Норман Озборн не пойдет на такую сделку: он слишком горд и высокомерен и считает себя правым до зубного скрежета.

Через пару дней от Гарри приходит короткая смс: «Он отказался. Найди Мистерио.»

***

Он думал, что путешествия по параллельным мирам это интересно. Он думал, что знакомство с копиями себя это увлекательно. Сейчас все, о чем думает Питер Паркер, это настенный календарь, где он вычеркивает каждый прожитый день и ждет назначенной даты, словно преступник, который ждет освобождения. Дни текут медленно, каждый новый кажется ему наваждением, сном, из которого он забывает выныривать к реальности. Если он ничего не делает, то спит. Если спит, то видит Тею и просыпается с накатывающим отчаянием.

Официально ее объявили пропавшей, в полиции завели дело на ее имя. Семьей Амидала занялся отдел розыска. Но похитители не предъявляли своих требований, о том, куда она пропала, никто не знает, а настоящую причину Питер никому не говорит — нельзя. Он скрывается от людей Оскорпа, подбрасывает полиции улики на Нормана Озборна и ждет решения. Через месяц глава корпорации умирает, о его делах становится известно общественности, акции компании стремительно ползут вниз. В итоге Гарри Озборну достается тяжелое наследство и имя отца-преступника: Нормана Озборна связывают с похищением Теи Амидалы на официальном уровне. Самой Теи так и не находят.

Мэй говорит, что Питер загонит себя в могилу и что хандра не принесет ему ничего хорошего. Говорит, что зацикливаться на ожидании плохо и непрактично. Он понимает это, но пока бездействует, и это убивает больше всего. Стрэндж говорит, что им придется немного подождать, прежде чем начать полномасштабную подготовку. Ради чего и кого, Питер не знает и не задает вопросов.

Через месяц он съезжает от тети на съемную квартиру. Решение дается ему легко, будто оно росло и крепло в нем долгие годы и только ждало своего часа. Мэй не держит, понимающе ему кивает и просит только заходить в гости почаще.

Несколько раз в месяц Питер навещает семью Теи. Сидеть с ними за одним столом после того, как сам принес им тяжелые вести, кажется безумием, но они стараются оптимистично смотреть на вещи и сохранить атмосферу теплых семейных ужинов. Питер знает, что семья Амидала винят его в том, что случилось. Он их не осуждает. Он сам себя винит.

— Она вернется, целой и невредимой, — повторяет Питер, как заведенный, всякий раз, когда прощается в мистером и миссис Амидала. Те кивают, но Джейн хмурится и пытается не заплакать, а Джон так стискивает руку Паркера, будто хочет ее оторвать. Кирк и Селеста совсем потеряли интерес к приходам Питера, раз он не приводит домой их сестру, и Кирк теперь дуется и уходит к себе, демонстративно хлопая дверьми. Говорить с семьей Теи сложно, но Питер заставляет себя делать это каждый раз, потому что иначе, он чувствует, потеряет с ними любую связь, заставит думать, будто надежды уже нет.

Но ведь она есть.

Один раз он заходит в секцию бокса, чтобы сказать, что тренер не должен списывать Тею со счетов. Но тренера Касла нет на месте, а его ученики говорят, что они уже три недели занимаются самостоятельно. Питер придумывает для них корявую ложь: «Да, она пропала, да, ее не могут найти уже месяц и надежд, якобы, мало. Но пусть никто не отказывается от нее. Питер ищет Тею самостоятельно и найдет». Несколько парней и одна девушка смотрят на него с недоверием, а один вообще отводит его в сторону, чтобы поговорить.

— Слушай, — начинает он, облизывая губы от неуверенности, — не знаю, как сказать, но… Вы ведь вроде расстались с Амидалой?

Питер стискивает зубы от вспыхнувшей злости и выдыхает:

— Нет. Не расстались. У нас все окей, ясно?

— Не кипятись ты, — бросает ему парень и на всякий случай отходит. — Понял. Просто я не очень-то тебе доверяю после того, как Амидала из-за тебя расстраивалась столько времени. Тренер сказал, чтобы она культивировала эмоции в бою, и, уф… Честно говоря, злилась она на тебя страшно, дралась, как настоящий пацан.

— Я знаю, что я урод, — припечатывает Питер. — Что дальше? Сейчас это не имеет значения.

— Да, окей, я понял, — повторяет парень. — Я передам остальным, мы разберемся. Никто не собирается вычеркивать Амидалу из группы, мы хотим помочь. Если нужна наша помощь, только скажи. Мне или тренеру. Он о ней спрашивал.

Питер хмурится. Он знает о доверии среди боксеров этой недоучебной группы и знает, что ребята стоят друг за друга, но внимание этого парня его раздражает. Наконец, он находит ответ на свое сомнение.

— Ты Макс, да? — спрашивает Паркер, когда парень уже хочет уйти к остальным. — Однажды ты избил Тею за то, что она Амидала.

— Воу-воу! — дергается тот, вскидывая руки в перчатках. — Только не кидайся на меня, ладно? Да, это я. Я уже пожалел о том случае и извинился перед Амидалой. Она попросила реванш и отметелила меня. Мы в расчете.

Оказывается, Питер сжал руки в кулаки и цедил слова сквозь стиснутые зубы. Он сам уже не замечает, как выплескивает на окружающих нерастраченную злость, едва те дают ему малейший повод. Приходится вспоминать, что Макс, по сути, ни в чем не виноват перед Питером. Это удается с трудом.

— Да, — выдыхает Паркер, опомнившись. — Извини, чувак. Я знаю.

Он уходит из зала, стараясь не смотреть на остальных. Подопечные тренера Касла провожают его недоуменными взглядами, и только темнокожий парень, ученик средней школы Куинса, щурится, глядя ему вслед.

Он догоняет Питера на углу.

— Эй! — зовет пацан, вылетая на Паркера. — Я могу помочь!

Питер оборачивается. Перед ним — темнокожий паренек лет пятнадцати, с широко поставленными выпученными глазами, не сильно высокий.

— Я Майлз, — говорит он и протягивает Питеру руку. Паркер нехотя ее пожимает.

— И?

— Я могу помочь! — повторяет парень. — Я могу найти Амидалу.

— Ага, сто раз, — фыркает Питер, убирая руки в карманы куртки. — Мне не нужна твоя помощь, я сам отлично…

— Ты не понял, — перебивает его Майлз. — Я реально могу помочь. Я знаю, кто ты такой, Питер Паркер из Куинса.

Он воровато оглядывается по сторонам, прежде чем утащить упирающегося Питера за угол. Там, в тени у спортивного центра Адской кухни, Майлз вытягивает из кармана джерси что-то маленькое и темное, что в его руке почти теряется, и протягивает Питеру открытой ладонью вверх.

На ней лежит плоская коробочка с пятью углами и нацарапанными поверх черной пластины символом.

Символ похож на паука.

— И? — снова спрашивает Питер и хмурится. На детские игры у него совсем нет времени и желания. Майлз упрямо сует ему в руки свою игрушку.

— Однажды моего дядю спас человек-паук, — откровенничает пацан. — Он тогда занимался перепродажей оружия, наскоро собранного из космического мусора, и сделка сорвалась. Человек-паук защитил его от пули. «Хочешь пострелять — стреляй в меня», — сказал он одному чуваку. Дядя потом помог ему отыскать тех парней. Их посадили за решетку. Говорят, одного из них выпустили, он вырядился ящерицей и чуть не угробил половину Манхэттена.

Казалось бы, удивляться Питер больше не может — не после того, как пережил Таноса и параллельные миры с копиями себя и всех Мстителей. Но сейчас мальчишка с протянутым на руке устройством, напоминающим самодельный паутиномет, вызывает в Паркере настоящий шок.

— Ты — тот мелкий придурок, который мешается мне полгода, — догадывается он, сверяясь с воспоминаниями. С недавних пор в Куинсе ходят слухи, что красно-синего человека-паука, дружелюбного соседа, который пропал из виду, переметнувшись в другие районы города, сменила на посту букашка помельче. В черном спандексном костюме. Карен выяснила, что он не представляет угрозы, и Питер забил на это, переживая не самые лучшие времена.

Теперь эта черная букашка стоит перед ним и предлагает помощь.

— Я Майлз Моралес, — вновь здоровается пацан. — А ты Питер Паркер, человек-паук, герой Нью-Йорка. Дружелюбный сосед. Я знаю о тебе все.

— Тогда ты знаешь, что у меня нет напарников, — злится Питер. Это неправильно и расходится со стратегией, которую придумал для них Стрэндж, но Питеру плевать. Этому пацану нет еще и шестнадцати, а доверять такому юному герою, если только это не двойник Паркера, он не станет. Тем не менее, Майлз упрямо шагает ближе.

— Слушай, — говорит он с нажимом, — я знаю, что Тея Амидала пропала не просто так. Я знаю, что что-то назревает. Тебе нужна моя помощь, лишние уши и руки не помешают, верно же?

— Ты даже не знаешь, что происходит в этом мире, — отмахивается Паркер.

— Не знаю, — соглашается пацан. — Но ты мне все объяснишь. И я помогу. Я уже справился с Хамелеоном, это считается за тестовое задание?

Хамелеона поймали и посадили за решетку пару недель назад, Питер не успел отследить это и узнал уже из новостей по городскому каналу. Это было неожиданно и облегчило задачу — не нужно тратить время на поимку гаденыша.

— Ты поймал? — недоверчиво переспрашивает Паркер. Майлз кивает.

— Я знаю, что он замешан в махинациях Оскорпа. Но не могу отыскать еще одного, он как будто исчез из города.

— Мистерио, — подсказывает Питер. — Да, он сбежал из страны под шумок. Я ищу его.

— Я помогу тебе! — вскидывается Майлз. — Ну же, шеф, возьми меня в напарники!

— Нет.

— В союзники?

— Нет!

— В ученики. Тренер говорит, младшее поколение нуждается в правильном наставнике.

— Я не твой тренер, — отнекивается Питер.

— Но ты хороший герой, — упрямится пацан. — И я волнуюсь за Амидалу и не меньше тебя хочу, чтобы она вернулась. Это ведь она Шаровая молния, так?

Питер хмурится снова, стискивает руки, спрятанные в карманах куртки. Смотрит на Майлза Моралеса, вылезшего из-под земли, словно черт, и вздыхает.

— Откуда ты все знаешь, а?

— Я неплохо разбираюсь в людях. — Питер вскидывает бровь, и Майлз неуверенно пожимает плечами. — Окей, я просто умею слушать. Тея очень громкая, и она раньше говорила со своим ИИ слишком часто.

Питер усмехается. Это уж точно. Отучить девчонку от пагубной привычки стоило мистеру Старку огромных усилий.

— Ладно, шкет, — наконец, выдыхает Паркер. — Встретимся вечером на крыше спортзала, расскажешь все, что нарыл. Посмотрим, что из этого получится.

Лицо Майлза светится так, будто ему подарили самый желанный подарок задолго до Рождества.

— Ты не пожалеешь, наставник! — радостно восклицает он. — Всегда мечтал поработать с человеком-пауком!

Питер чувствует, что совершает ошибку, но спрашивать у Стрэнджа не решается. Он все равно уже раскрыл себя, и им нужны люди.

Но Тея убьет его, когда вернется и обо всем узнает.

***

Когда на город опускается вечер, а за ним и ночь, Питер приземляется на крышу спортивного центра и садится на самый угол, свесив ноги. Пожалуй, ему следовало поспать перед этой ночкой, только, на самом деле, он не рассчитывает сегодня прыгать по стенам, как сумасшедший. Сегодня он надеется просто поговорить с пацаном и разойтись. Лишние заботы ему сейчас ни к чему.

Черное пятно прыгает на крышу в полуметре от Питера, и он дергается и поворачивается, чтобы столкнуться нос к носу с черно-красным пауком. Самодельный костюм, но из спандекса, как Питер и думал.

— Сам сделал? — спрашивает он. Майлз стягивает с головы маску и кивает.

— Ага. Круто?

Питер пожимает плечами. Если бы он не был настолько пассивным наблюдателем, то заметил бы, что мальчишка весь светится от счастья. Наверняка, он не врал, когда с восхищением говорил, что мечтал поработать с человеком-пауком. Паркер никогда бы не подумал, что он может стать для кого-то примером.

Ох, Тея избила бы его до полусмерти, если бы узнала, чем он и ее подопечный из секции по боксу тут занимаются.

— Рассказывай, — говорит Питер, прогоняя навязчивые мысли о девушке. Майлз садится на край крыши, подражая Паркеру.

— Хамелеон перед тем, как его за решетку бросили, верещал, будто его оттуда вытащат и очень скоро. Я навел кое-какие справки и…

— У него там сидит босс, Уилсон Фиск, — кивает Питер. — Это мне известно. Он дергает за ниточки, и это он свел Нормана Озборна с Мистерио.

— Да, — охотно кивает Майлз. — И он может вытащить Хамелеона обратно…

— Но ему сейчас это не нужно. Хамелеон выполнил свою задачу и останется гнить в тюрьме, пока снова не потребуется своему боссу. Это все?

Майлз ведет плечом, явно надеясь впечатлить Питера, но сведений у него мало.

— Я подумал, — мямлит он, — что, может, Уилсон Фиск знает, где скрывается Мистерио. У него же есть связи с ним.

— Но Фиск в тюрьме, — вздыхает Питер. — Нам к нему не пробраться, да и я не стал бы спрашивать у преступника, а этот парень нехило напортачил, пока заправлял Адской кухней. За ним числится несколько крупных дел и куча смертей.

— Да, но что, если мы…

— Нет.

— И даже…

— Тоже нет.

— А, может…

— Совсем нет.

Майлз фыркает и обиженно отворачивается. Питер смотрит на ночной Нью-Йорк, и мысли вяло текут у него в голове, обретая четкие образы: до возвращения Теи осталось три месяца и пять дней, Мистерио нет в городе и, возможно, в стране, а устранить его надо в ближайший месяц, параллельные миры ждут его, а сил у него нет совсем. Мрак.

— Он хотел построить огромный коллайдер, — говорит вдруг Майлз. — Уилсон Фиск. Хотел открыть порталы в другие измерения. Я подслушал его разговор с Хамелеоном, когда охотился за ним. Не придал тогда значения, я теперь думаю, что, может, он хочет создать портал, как технология доктора Пима?

Питер давится воздухом и дергается, чуть не слетая с крыши.

— Откуда ты про нее знаешь?

Майлз неопределенно пожимает плечами.

— Я умею слушать, — лаконично говорит он. Питер решает никак это не комментировать. Что за вредный пацан ему попался…

— Вот, зачем ему Мистерио, — говорит Паркер, немного подумав. — Если ты прав, то первоклассный вор работал на кучу людей одновременно. Может, он передавал сведения, полученные от Озборна, Фиску в тюрьму. Фиск возьмет за основу технологию морга и…

— Технологию чего?

— М.О.Р.Г. от Старка. Опасная штука, которая забирается тебе в мозг и играет с твоим воображением, как с теннисным мячиком. Фиск может взять ее за образец или основу и создать портал.

— Коллайдер.

— Как скажешь, пацан. Коллайдер. Это будет очень опасная вещь. Я должен сообщить обо всем доку, надо остановить Фиска в тюрьме.

— Я помогу тебе! — вскакивает Майлз, но едва Питер хочет возразить, из тени у двери с крыши доносится низкий голос:

— Будешь так орать, я сброшу тебя отсюда, Моралес.

Питер тут же выпрыгивает вперед, загораживая пацана, и вскидывает руку, готовый выстрелить паутиной в темный угол. Ладно, он, пассивный наблюдатель собственной жизни, не заметил чужака, но обостренные чувства Майлза-то как дали слабину?

Когда говорящий делает шаг в круг света от ночных фонарей, ответ на немое возмущение Питера приходит сам: перед ними стоит тренер Моралеса и Теи, мистер Касл.

— Тренер! — восклицает Майлз, отталкивая удивленного Питера. — Где вы пропадали?

— Скрывался, — коротко бросает мужчина. Переводит взгляд с одетого в черный костюм Моралеса на одетого в свой технологичный костюм от Старка Питера Паркера.

— Будет лучше, если вы притворитесь, что не знаете нас, — предупреждает Питер. Тренер Касл хмыкает.

— Будет лучше, если это вы притворитесь, что не знаете меня, — отвечает он. — А теперь расскажите про ваш суперплан с Уилсоном Фиском. Видите ли, у меня с ним есть давний спор, и я хотел бы его разрешить…

Комментарий к «Единственный в своем роде… по крайней мере, так я думал»

Название главы — отсылка. Угадайте, откуда :D

========== Все дороги ведут ==========

Вопросов Питер не задает уже очень давно. Кто бы вы ни были — маг, открывающий порталы в иные вселенные; сын ублюдка, что утащил Тею в космос; малолетний чернокожий парень из Бруклина, мечтающий стать супергероем; беглый преступник, виновный в гибели нескольких мафиозных кланов… — Питеру все равно. Если вся эта ватага новых друзей поможет ему вернуть Амидалу — что ж, добро пожаловать в команду.

— Вы уверены, что вам стоит в этом участвовать? — спрашивает Питер. У него слипаются глаза и ужасно стучит в висках, но он держится только на адреналине. Виноват во всем тренер Теи и Майлза, мистер Касл.

Как оказалось, мистер Фрэнк Касл, разыскиваемый половиной Нью-Йорка беглый преступник, осужденный за резню, поджоги, перестрелки в общественных местах и еще миллион других кровавых мероприятий, в которых участие принимали сплошь ублюдки и головорезы. Питер даже не думал, что такое возможно, но посмотрите на них: он, один излишне любопытный подросток и криминальное лицо Адской кухни сидят в пустом спортивном зале для бокса и обсуждают дела, касающиеся в основном человека-паука.

Скрывать свое альтер эго от этих людей кажется бессмыслицей. Питер открылся тренеру Теи сразу после его признания: «Мое имя Фрэнк Касл, и я убью Уилсона Фиска». Майлз от шока чуть не упал с крыши, зато теперь не может усидеть на месте и подскакивает с восторженным криком каждые пять минут.

Неужели и Питер был точно таким же всего лишь пару лет назад?

Теперь-то Паркер готов понять мистера Старка.

— Я разберусь с Фиском, — говорит тренер Касл. — Но по своим личным причинам, которые никого из вас не касаются. Моралес, если будешь визжать от каждого моего слова, я заткну тебе рот боксерскими трусами Джонсона*.

Майлз садится обратно на продавленный диван напротив невысокого ринга и быстро-быстро кивает. Боже, от его мельтешащих движений Питера мутит. Он с трудом заставляет себя сидеть прямо, а не бить рукой по лбу.

— Мистер Касл, вы не обязаны…

— Я что, непонятно изъясняюсь, Паркер? — рявкает он. Питер качает головой. — Вот и заткнись. От тебя требуется выложить мне все, что есть на твоего Мист… Мистерио? — и ждать новостей. Точка.

— Но я не думаю, что…

— Хочешь отдать это в руки продажных копов? — Питер запинается на полуслове. — Мы вроде уже выяснили, что я на твоей стороне и хочу помочь спасти Амидалу. Она хорошая девочка, смелая. А ты говнюк.

М-да. Питер уже выслушал от тренера своей девушки — «Нет, мы с ней не расстались. Нет, я не собираюсь ее бросать. Да, я люблю ее» — все, что он думает по поводу мягкотелых сопляков, которые заставляют хороших девушек плакать, но Фрэнк Касл, преступник, убийца, бывший морпех и, очевидно, прекрасный наставник, за последние пару часов напоминает Паркеру о его проступке уже раз в пятый. Неужели он думает, что Питер сам себя не сгрыз изнутри за то, что было между ним и Теей? И неужели сейчас так важно опустить его еще ниже, когда он уже достиг дна своей апатии?

— Но вы ведь собираетесь убить человека, — уточняет Питер. Майлз рядом с ним жмурится — ой, дура-ак… Фрэнк Касл равнодушно кивает.

— Тебя это не касается, красный. Плети свою паутину и улепетывай из моего зала.

Питер видит, что дела у Фрэнка Касла идут не очень: он весь в синяках и порезах и морщится, когда поворачивается левым боком. Ему нужна помощь, но в больницу обратиться он не может. А что, если…

— Вы можете пойти со мной, — говорит Паркер, мысленно ставя себе пометку никогда не предлагать такое еще раз какому бы то ни было благородному убийце. — К доктору. Он не совсем врач, но поможет вам. Вылечит.

Тренер Касл смотрит на него исподлобья. Переводит взгляд к притихшему Майлзу. Хмыкает.

— Сам справлюсь. Валите оба отсюда. Мой посредник свяжется с тобой, когда будут новости.

Последнее он говорит Питеру, и Майлз обиженно фыркает и скрещивает на груди руки. Не время устраивать сцены, мелкий.

Паркер все еще думает, что Каслу нужна медицинская помощь, что в таком состоянии он вряд ли сможет помочь Питеру в ближайшее время и что Фрэнк Касл — последний человек, на которого он мог бы рассчитывать в деле с Мистерио (потому что в принципе не подозревал о его существовании). Но тренер Теи вызывает доверие, каким бы недоразумением это ни являлось, сама Тея считает его едва ли не лучшим человеком в городе, Майлз смотрит в рот, несмотря на обвинения в его адрес. И сам Касл считает Питера Паркера придурком, который должен либо все исправить, либо валить ко всем чертям от Теи Амидалы.

В нынешнем положении эти его слова — лучшее, что мог бы услышать Питер в свой адрес. Потому что все правда. Либо делай дело, либо катись прочь, человек-паук.

— Как мне найти вас? — спрашивает Питер, поднимаясь на ноги. Фрэнк Касл отворачивается и прячет ухмылку, наползающую на лицо в синяках.

— Я же сказал, меня не надо искать. Я сам тебя найду.

— Но вы же не знаете…

— Так, красный, — осаживает его Касл. — Для супергероя ты довольно туповат, не находишь? Думаешь, ты весь такой незаметный, в своем костюме с примочками? Ей-Богу, ходячая мишень на паучьих лапах. Как тебя еще не пристрелили…

Питер вспыхивает, жалея, что не нацепил маску на голову, чтобы скрыть эмоции.

— Вообще-то, многие пытались. У них не вышло.

— Да-да, наслышан. Надеюсь, Амидала вправит тебе мозги. Вали уже, красный. И Моралеса прихвати.

Он машет рукой на них обоих, так что Питеру и Майлзу не остается ничего другого, кроме как покинуть спортивный зал. Уже в дверях Паркер оборачивается и смотрит на сгорбленную фигуру тренера Касла. Фрэнк Касл, убийца убийц. Кто бы мог подумать.

— Эй, мистер Касл, — зовет он тренера Теи, дивясь таком стечению обстоятельств. Тот медленно поворачивает голову к дверям зала, где застрял Питер. — Спасибо.

— Я еще ничего не сделал, — басит он. Паркер пожимает плечами.

— Вы верите, что я верну Тею. Этого достаточно.

Фрэнк Касл улыбается какой-то странной, не подходящей к его грубому лицу, ухмылкой.

— Вали уже, сопляк. Поговорим, когда вернешь Амидалу ее родителям. А нет — тоже поговорим. Но по-другому.

В этот момент Питер окончательно убеждается в том, что тренер его девушки — человек, которому можно довериться. Он кивает мистеру Каслу и уходит, выталкивая упирающегося Майлза за дверь.

— Увидимся, когда будут новости, — говорит он подростку, и тот раздувается еще больше.

— И ты туда же! — ворчит он, поднимаясь по лестнице на крышу. — Ты меня проигнорируешь ведь! Ничего мне не расскажешь!

Когда они оба оказываются под открытым небом, и Питер поворачивается к краю крыши, чтобы спрыгнуть с нее, Майлз все еще сверлит его спину сердитым взглядом.

— Слушай, — выдыхает Паркер, глядя на пацана. — Мне не нравится эта тема, я не хочу привлекать тебя к своей опасной деятельности, да и Тея мне голову открутит за такое, когда вернется… Но я обещаю, обещаю, что свяжусь с тобой и буду иметь тебя в виду, когда мне понадобится твоя помощь. Поверь мне, я знаю, каково это, когда тебя игнорируют взрослые. Я прошел через это и не хочу, чтобы ты повторил мои ошибки. Из-за меня страдали люди. Из-за того, что я рвался доказать, какой я крутой.

Он качает головой, вспоминая эпизод трехгодичной давности. Тея и ее семья чуть не погибла по вине Питера, и слова мистера Старка он помнит до сих пор. И тот страх, что испытал впервые, забыв об обычных людях вокруг.

— Я жду твоего звонка, — говорит Майлз. В его голосе слышится вызов и обида, и надежда, прикрытая лишней бравадой. Питер усмехается, кивает ему и исчезает в темноте ночи. Длинной ночи, которой нет конца и края.

***

— Неуравновешенный подросток и беглый преступник, обвиняемый в нескольких убийствах? Мистер Паркер, вы превзошли все мои ожидания.

Стрэндж расхаживает из одного угла своей огромной библиотеки в другой и ворчит, заложив руки за спину. Питер слушает его дурацкие наставления уже битый час. Зря он рассказал ему. Нужно было дождаться новостей от тренера Касла и только потом являться к доку с повинной, но уже поздно. Маг и без помощи Питера задерживает их обещанную операцию в других измерениях всеми возможными способами — теперь же он не доверится Паркеру ни за что.

Питер вздыхает, опуская голову. Ну вот кто его за язык тянул…

— Я ему доверяю, — говорит, наконец, он. Док фыркает в свою отросшую еще больше бородку.

— Кому? — вопрошает он. — Убийце или пятнадцатилетнему юнцу, напялившему костюм по твоему подобию?

— Тренеру Теи, — цедит Питер сквозь зубы. — Вы не знаете его, но он человек слова и дела.

— И поэтому обвиняется в убийстве нескольких государственных лиц и трех мафиозных группировок.

Док прав, и на его доводы Паркеру нечем ответить. Но он чувствует, что Фрэнк Касл не подведет его. Он чувствует, что этому человеку можно верить. Несмотря на его обещания убить Уилсона Фиска. Кажется, тот гаденыш заслужил смерти, как никто другой. И доктор Стрэндж должен это понимать.

Питер вскидывает к нему голову — на полчаса он совсем забыл о том, что уже взрослый и ответственный человек и вправе принимать за себя решения самостоятельно, не советуясь с магом, — и сердится.

— Док, нам нужна помощь. Законными путями мы не сможем добыть информацию, а если Моралес прав, то Уилсон Фиск замышляет что-то взрывное и очень опасное.

Пока Питер подбирает слова, то не видит, как сжимаются в тонкую линию губы Стрэнджа, как он фыркает и отворачивается, пряча лицо.

— Вы не понимаете, мистер Паркер, — наконец, говорит он. Питер запинается на полуслове.

— О чем это вы?

Док на миг закрывает глаза.

— Уилсон Фиск должен построить свой взрывоопасный коллайдер, иначе у нас с вами ничего не получится.

Питер мысленно ставит в голове пометку: не заверять себя, что больше его ничего не сможет удивить. Он медленно встает с подлокотника старющего маговского кресла и, хмурясь, делает шаг ближе к Стрэнджу. Молчаливому, отчего-то замершему на месте, словно ожидающему расправы, Стрэнджу.

— О чем вы, док? — с нажимом повторяет Паркер. У мага уходит полминуты, чтобы собраться с мыслями и ответить, как следует.

— Я не говорил тебе, Паркер. Вероятность того, что Амидала вернется на Землю живой и невредимой, с каждым днем приближается к отметке в один процент. Один, Питер. Ее возвращение зависит от стольких деталей, которые необходимо учесть, что любая оплошность приведет нас к катастрофе.

— Каких деталей? — выдыхает Питер. Ладони потеют, дышать становится труднее. Он бледнеет.

— Твой двойник из параллельного измерения, — осторожно отвечает Стрэндж, — мой двойник. Майлз Моралес, которого я не учел, внес свои коррективы в план. Сейчас все зависит от того, какой исход будет у мероприятия мистера Фиска. Его коллайдер должен запустить сложный процесс, он взорвется, это несомненно, но это должно произойти в определенный момент, через два дня и семнадцать часов, по моим подсчетам.

Питер отшатывается от мага так, словно он вынес ему смертельный приговор. Он смотрит на наставника, соратника, союзника — человека, у которого секретов больше, чем Питер мог бы себе вообразить, — и не понимает, почему после всего, что он сделал, Стрэндж доверяет ему не больше чертового Гарри Озборна.

— И что же… — задыхается он. — Что же должно случиться? Что вы скрываете от меня?

По лицу Стрэнджа сложно разобрать хоть какую-то внятную эмоцию, но Питер привык к его немногословности по поводу действительно важных дел и привык читать реакцию на свои слова через жесты мага, поэтому теперь, по скрещенным на груди рукам, понимает — самая сложная афера Стрэнджа ждет его впереди.

— Коллайдер Уилсона Фиска создаст трещину в измерениях, — говорит доктор. — Это приведет к тому, что несколько параллельных реальностей сольются в одну. Нам нужно, чтобы в итоге все свелось к нашей реальности.

Что-то щелкает в голове Питера, и он дергается всем телом.

— Поэтому вы откладываете поход в параллельные миры! — взрывается он. — Вы ждете, что остальные наши двойники соберутся в нашем мире! Тогда нам не придется ничего объяснять и ходить по чужим вселенным, так? Они все окажутся у нас.

— Питер…

— Почему вы молчали? — рычит Паркер, стискивая руки в кулаки. Он прекрасно знает, что последние месяцы не может себя контролировать — и, должно быть, именно поэтому Стрэндж не раскрывает ему всех карт, — но сейчас это не имеет значения. Прав док или нет, но он обязан был сообщить Питеру все подробности их общего дела. Это не Питер помогает Стрэнджу. А Стрэндж помогает Питеру.

В голове набатом стучит фраза мага: «Вероятность того, что Амидала вернется на Землю живой и невредимой, с каждым днем приближается к отметке в один процент.»

Один процент, Питер.

Ни Стрэндж, ни, тем более, Питер, не подозревают, что в этот момент где-то в космосе, на окраине известной землянам галактики из времени, отстающего от настоящего на два с половиной месяца, в неопределенной точке появляется маленький исследовательский корабль суверенов, убегающий от военного крейсера Кри.

— Вытащи нас отсюда! — вопит Тея, стоя посреди капитанской рубки прямо напротив панорамного окна, за которым видит вражеский корабль. Трусливый ученый, похитивший ее, решается на прыжок ради спасения своей госпожи Евы.

Сама того не ведая, Тея вызывает временной парадокс, который провоцирует все дальнейшие события в известной ей вселенной.

Недоработанный коллайдер Уилсона Фиска, который он сооружал с помощью добытых Мистерио и Хамелеоном сведений, взрывается в подземной лаборатории под зданием корпорации Фиска. Взрыв сотрясает полгорода в районе Адской кухни.

Это чувствует Майлз. Это слышит Фрэнк Касл.

«Внимание! — объявляет пустой механический голос, созданный Фиском для управления коллайдером. — Идет раскрытие измерений!»

И вселенная Питера оказывается той самой, центральной, в которой замыкаются все остальные нити из иных измерений.

***

Гарри Озборн заявляется в дом Стрэнджа на следующее утро. Влетает в гостиную, как к себе домой, сбрасывая на пол промокший насквозь пиджак и бежит на поиски Паркера или мага.

— Вы уже знаете? — он врывается в библиотеку к едва стоящему на ногах Питеру и Стрэнджу и без лишних слов кидает им свой смартфон. — Это по всем каналам передают. Моя компания едет разбираться на место преступления.

С видеозаписи на ютубе девушка-репортер объявляет, что ночью произошел несанкционированный взрыв в одной из подпольных строительных шахт, принадлежащих корпорации Фиска. Подробности держат в секрете, на месте уже орудует департамент по устранению от Старк Индастри.

Питер уже был там ночью, прилетел через пятнадцать минут после взрыва. Столкнулся с Майлзом, который тоже почувствовал неприятности. И наткнулся там на…

— Так, Озборн, — зевает Паркер, отдавая Гарри его смартфон, — ты бы в это не совался.

— Что? — хмурится тот. Питер неосознанно ведет себя в точности, как его наставник, и Стрэндж это замечает и хмыкает. Он дает знак своему плащу, вещица подлетает к Гарри и подталкивает его к дверям.

— Что вы делаете? Эй, док! Да в чем дело?

В этот момент распахивается дверь в одну из комнат, и в царство книг заваливается взъерошенный Майлз Моралес. В своем черном костюме.

— Напарник, я нашел тут кое-что! Тебе стоит взглянуть!

У Гарри Озборна глаза на лоб лезут.

— Да, — кричит из глубины коридоров другой голос, жутко похожий на Паркера. — Пит, иди взгляни, та штука, которую мы установили, кажется, подает сигналы!

В библиотеку следом за темнокожим Майлзом входит светлокожий и молодой Питер. Питер Паркер. В своем красно-синем костюме человека-паука.

— О, — говорит он без тени удивления и кивает на застывшего Гарри Озборна. — Твой друг? У меня таких знакомых в моей вселенной нет.

— Па-аркер?.. — осипшим голосом зовет Озборн. Питер, сидящий в кресле и выглядящий чуть постарше своего неожиданного двойника, кивает.

— Знакомься, Озборн. Это Питер. Питер, это Озборн.

Гарри не находит слов, поэтому ничего не подозревающий Питер — второй, помоложе, — хмыкает и кивает.

— Это разве не тот Озборн, который похитил Тею? — хмурится он.

— Это его сын. — Поясняет Паркер. — Мы с ним… Заключили временное перемирие. Пока Тея не вернется. А потом я начищу ему морду за все его мерзкие дела.

— Ясно, — вздыхает Питер. — На твоем месте я бы начистил ему морду уже сейчас. Без обид приятель. Ты кажешься спокойным, вроде, но твой отец, как я слышал, то еще дерьмо.

— Он умер, — добавляет Паркер без тени сожаления.

— О, — охает его двойник. — Кхм. Ну, я сочувствую. Тебе, не твоему папаше.

Так как Гарри Озборн все еще предпочитает хранить гробовое молчание и открывать и закрывать рот, как рыба, оба Питера одинаково вздыхают и отворачиваются от него. Тот, что постарше, спрыгивает с кресла и идет к своему двойнику и темнокожему пацану в костюме паука.

— Ну, что там? Моралес, оставь его, он очнется через пару минут.

— Мистер Стрэндж говорил… Тьфу, доктор Стрэндж, говорил, что трещина в измерениях поползет дальше, если мы ее не прикроем.

— Да, но сейчас нам нельзя ее трогать.

— Ага. Дело в том, что она ползет в сторону Бруклина. И, похоже, сюда заявился еще один герой.

Два Питера Паркера и один темнокожий Майлз Моралес обходят бледного, словно статуя, Озборна и, как по команде, идут через весь зал библиотеки в сторону выхода, игнорируя Гарри. Тот отмирает через полминуты и, хватая ртом воздух, оборачивается им вслед.

— Что за черт! Паркер!

Питер замирает в дверях и, закатив глаза, выдыхает.

— Слушай, Озборн, у меня сейчас нет времени объяснять тебе все это дерьмо. С тобой пообщается Майлз.

— Эй!

— Не спорь, пацан.

Он и его двойник оставляют полуобморочного Озборна на руки темнокожему пареньку, а сами удаляются.

Чтобы вернуться в дом Стрэнджа с новым действующим лицом.

Гарри Озборн как раз успевает свыкнуться с мыслью, что теперь в его вселенной живет целых два Питера Паркера и целых три человека-паука, когда Питер — настоящий Питер, — приводит в библиотеку себя, свою младшую копию, и человека постарше их обоих. Не сильно высокого, с вихрастой шевелюрой на голове.

Но в костюме человека-паука, красно-синего, с небольшими изменениями в дизайне.

— Твою мать… — выдыхает Гарри Озборн, и Майлз, сидящий рядом с ним прямо на столе, спрыгивает на пол, чтобы охнуть в голос.

— Воу! Еще один человек-паук! — восторженно вскрикивает он.

— Точно, пацан, — хмыкает Питер. — Вы не поверите, но это…

— Питер, — говорит незнакомец. — Питер Эндрю Паркер. Кажется, наши миры сливаются в один. Я пришел, чтобы остановить это.

Комментарий к Все дороги ведут

*Джонсон - фамилия Макса, парня, который побил Тею в боксерской группе. Отсылка требовала пояснений, потому что полное имя Макса - Тайрон Макс Джонсон, и это герой Плащ из Марвел-комиксов “Плащ и Кинжал” и одноименного сериала.

========== Бесконечные копии ==========

Комментарий к Бесконечные копии

Эта глава получилась более фансервисной, чем я предполагала. Просто имейте в виду, что пока Питеры пытаются поладить друг с другом, взрослые супергерои решают огромную проблему с разломом. Все, в следующей главе встретимся с Амидалой.

— Давай-ка кое-что проясним, — просит Питер Паркер, которого их сумасшедшая команда Паркеров договорилась звать Эндрю. Он самый старший из них, ему двадцать восемь и выглядит он, слава богу, не точно так же, как Питер. У него длиннее и гуще волосы и, кажется, он несильно удивлен сложившейся ситуации.

— Ты устроил весь этот дурдом, потому что хочешь вернуть свою девушку?

— Вообще-то, — уточняет Питер, — весь этот дурдом случился, потому что мою девушку похитили. Не наоборот.

— Уверен? — хмыкает Майлз. Двойник Питера тычет его в бок локтем, и тот охает и затыкается.

— Твоя девушка точно не на Земле? — хмурится Эндрю. Питер кивает. — И не провалилась в другое измерение, как я или вот этот вот, — под «этим» он имеет в виду копию Паркера, к которому до сих пор не понимает, как обращаться. — Разойдитесь по разным углам, у меня от вас в глазах двоится.

Любви с первого взгляда у них всех не вышло. Двойник Питера (Майлз пытается звать его по фамилии, а своего, настоящего Питера — наставником, но получается плохо) считает, что возвращает Паркеру долг за Тессу Холланд, Эндрю вообще не понимает, при чем тут девушки, и на двух сразу Паркеров смотрит с подозрением.

— Ее похитили из-за тебя? — в лоб спрашивает Эндрю, и оба Питера тушуются. — Что? Я прав?

— Н-не совсем, — отнекивается Паркер. — Она не простая девушка.

— В смысле, с приветом? — хмыкает Эндрю. Младший Питер смотрит на него с осуждением.

— В смысле, у нее тоже есть способности. Какой-то иноземный хлыщ искал ее около года, как мне сказали, потому что мечтал заполучить ее тело… в смысле, ее способности, заключенные в теле, а не то, что ты мог подумать.

— Я ничего еще не думал, — отбривает Эндрю и поджимает губы.

Он изначально был настроен враждебно по отношению к своим двойникам из других вселенных, и теперь, кажется, совсем не хочет им доверять. Питер понимает, ни у кого из них нет причин слепо верить его словам, пока он не доказал себя в деле, но сейчас у них нет времени на тимбилдинг. Он смотрит на свою копию в надежде, что тот поймет его немой призыв. Но младший Паркер молчит. Ему все это тоже не нравится.

У них есть два месяца, чтобы решить проблему с трещиной во вселенных. Два месяца до возвращения Теи.

Питер заставляет себя проговаривать эти слова в голове, пока они не доводятся до автоматизма, чтобы не свихнуться окончательно со всеми своими двойниками. Получается с трудом. Очень плохо.

— Ты поможешь нам? — спрашивает Питер у Эндрю. Тот хмыкает.

— У меня разве есть выбор? Очнись, балбес, наши миры вот-вот сольются в один! Я не ради тебя пришел.

Эта мысль — о слиянии вселенных — заставляет Питера нервничать. Его двойник, копия, точь-в-точь повторяющая его самого пару лет назад, говорит, что из-за взрыва коллайдера все у них идет не по плану: если их миры сольются полностью — трещина разрастается, поглощая все больше измерений — то все люди из вселенной младшего Питера попадут во вселенной Питера старшего.

Это значит, что сюда попадет Тесса Холланд.

— Я не хочу, чтобы она оказалась в этой мясорубке, — заявляет младший Паркер. Питер его понимает.

— У вас и девушки одинаковые? — фыркает Эндрю. — Твоя тоже со сверхспособностями?

— Д-да,— неуверенно кивает Паркер. — Нас Пит познакомил.

— Что? Познакомил своего двойника с двойником своей девушки? Что за самолюбие у тебя, парень?

Питера задевает этот комментарий, и он решает на него никак не реагировать, чувствуя, что вот-вот сорвется на крики.

Но в конце концов его терпение лопается. Он застает Эндрю в пустой гостиной, когда остальные пауки расходятся по базе Мстителей, куда их всех закинул Стрэндж и приказал не высовываться, и останавливает для разговора.

— Окей, — говорит Питер, — в чем твоя проблема? Ты же понимаешь, что нам нужно работать вместе, чтобы друг другу помочь, а ведешь себя, как идиот. Тебе ведь не шестнадцать лет.

— Тебе тоже, — цедит Эндрю. — Но, честно говоря, пока все, что ты мне рассказал, тянет на действия неуравновешенного подростка.

— О чем ты?..

Эндрю садится на край письменного стола, сдвигая в сторону книги Стрэнджа. Питер присаживается на подлокотник старого кресла.

— Рядом с тобой сейчас малолетний паук-недоучка, который смотрит тебе в рот, твоя же копия, которая младше тебя, а где-то за спиной маячит вероятный маньяк-убийца и скрытный доктор магии, которого я еще не видел. Твоя команда — это карикатура на старые фильмы про героев Америки, но никак не серьезные люди, способные помешать планам преступного синдиката. И все это ты затеял ради девушки, которую сам же упустил. Ты не вызываешь доверия.

Если бы Питеру нужна была нотация, он попросил бы отчитать себя Стрэнджа или Фрэнка Касла, и слышать то же самое, что крутится у него в голове двадцать четыре часа в сутки, от Питера Паркера из другого измерения — жестоко. Питер смотрит на Эндрю и чувствует, что у них не выйдет хорошей команды.

— Если бы твою девушку похитили, ты разве не сделал бы все возможное, чтобы спасти ее? Любым способом?

— А я не сделал, — отрезает Эндрю. Питер удивленно вздыхает.

— Что?..

— Она не обладала никакими способностями, — говорит Эндрю, глядя прямо в лицо Питера. — Она была обычной девушкой, хотела учиться в Лондоне, развивать науку. Я не смог ее спасти, и она умерла, пытаясь помочь мне. Хотя не должна была.

Питер охает. Опускает голову, смотрит на свои сцепленные в «замок» пальцы. Кусает губы. Сказать на это признание абсолютно нечего.

— Было бы лучше, если бы мы расстались, но я не удержался, — добавляет Эндрю. — Надо было отпустить ее в Лондон.

— Мне жаль, — выдыхает Питер спустя минуту. Ему неловко, стыдно, он чувствует вину перед Эндрю и перед Теей, и даже перед той погибшей девушкой. Тея могла бы быть, как она.

— Она умерла, потому что я подверг ее опасности. Сейчас ты делаешь то же самое.

— Неправда! — вспыхивает Питер. Эндрю вскидывает одну бровь. Ой ли?

— Спрошу еще раз: ты уверен, что твоя девушка пропала не из-за тебя?

Питер не знает, что на это ответить. Он встает с кресла, делает несколько шагов взад-вперед, вздыхает.

— Что изменится, — наконец выдыхает он, — если я тебе отвечу? По моей ли вине она пропала или нет, это неважно. Док сказал, что она вернется живой и здоровой, и для этого мне придется нехило постараться, но я сделаю что угодно, чтобы ее спасти. Что угодно. Этого тебе не достаточно?

Эндрю смотрит на него, не мигая, хмурится. Если он и раздумывает над словами Питера, то вида не подает, и как убедить его сотрудничать, Питер не знает.

— Ладно, — говорит Эндрю в итоге. — Все равно я здесь не только ради твоего спокойствия. Но кем бы ни была твоя девушка, она не должна погибнуть. Я согласен прислушаться к тебе, но не ради тебя, а ради нее, ясно?

Питер с облегчением выдыхает.

— Спасибо, — говорит он.

Они смотрят друг на друга, не зная, продолжать ли этот неловкий откровенный диалог: не доверяющие себе и друг другу, сомневающиеся в правильности своих решений. Возможно, они похожи больше, чем готовы это признать. Питер открывает рот, чтобы что-то сказать, когда старющий телефон дока взрывается трелью в дальнем конце зала.

Питер идет снять трубку с аппарата так, словно живет в этом доме. И оказывается прав: на другом конце провода его встречает обеспокоенный голос Озборна:

— Трещина поползла в Бруклин и Куинс, — говорит он без предисловий. — Паркер, с этим надо что-то делать уже сейчас, пока измерения не слиплись в одно. Ты хоть понимаешь, что это значит?

Стрэндж предполагал такое развитие событий. Так что Питер в курсе.

— Сюда ринутся не только наши копии, но и куча неприятных людей, — кивает он.

— Хуже! — восклицает Озборн. — Мои люди передали, что видели на месте взрыва Уилсона Фиска, но, раз уж он сидит в тюрьме и ни о чем не подозревает, это его двойник. А еще объявился двойник Мистерио, если он не объявился в городе. И…

— Что? — скрипя зубами, спрашивает Питер. Новости о Мистерио и Фиске выбивают его из колеи, голова начинает нещадно болеть. Пожалуй, лишние враги человека-паука, это уже чересчур, даже если самих пауков теперь несколько.

— Начальник моей охраны видел Тею, — говорит Озборн. — Вряд ли это наша Тея.

Питер давится воздухом. Перебирает в голове все возможные варианты. Злится.

Черт возьми.

— Эй, Эндрю! — зовет он Паркера. — Останешься здесь за главного. Мне нужно к разлому.

— Что? — хмыкает тот. — Еще один Питер Паркер?

— Хуже.

***

Взрыв произошел в подземной лаборатории Фиска, из-за чего все внутренности технологичного помещения, начиненного всяческими новейшими примочками в духе Тони Старка, вывернулись наружу, словно асфальтированный монстр выблевал на поверхность города иноземное желе. Половина улицы в Адской кухни теперь напоминает декорации к фильму Люка Бессона или квантовую реальность, увеличенную в размерах в миллиарды раз.

Разлом в реальности ползет вдоль авеню от самого спортивного центра. От него теперь остались только остовы. Когда Питер с Майлзом прибывают на место, Паркер понимает, что зря не взял с собой свою копию: он чувствует в останках спортзала знакомую ауру. Это не Тея, конечно же, нет.

— Тесса? — неуверенно зовет он, веля Карен стянуть с головы маску. Вижн починил его костюм за ночь, не моргнув глазом, и теперь Питера и его двойника можно различить как минимум по костюмам.

Девушка появляется перед ним и замершим Майлзом, облаченная в черно-белый костюм с белой маской на лице. Питер ни разу не видел такого в своем мире и не подозревал, что Тесса Холланд создала себе альтер эго, хотя его двойник упоминал об этом. Упоминал же?..

— Похож, — говорит Тесса голосом Теи. — Даже слишком.

Питер не видит ее лица, но даже от голоса у него перехватывает дыхание. Он напоминает себе, что под маской незнакомки скрывается лицо Теи, но это не она. Не она.

— Ты Тесса Холланд, так? — хрипло спрашивает он. Девушка в маске кивает. — Нам нужно убираться отсюда. Тебя могут заметить.

— Что? — хмыкает она. — Боишься, что меня увидят твои знакомые и решат, что я Тея? Брось, я все про нее знаю. Питер прожужжал мне все уши насчет невероятной девушки из параллельной реальности.

Тесса кажется более сердитой, чем должна бы, и более агрессивно настроенной. Питер ее понимает: она не может доверять человеку с лицом ее парня, пусть он и утверждает, что прибыл, чтобы помочь ей. Или она прибыла, чтобы спасти своего парня.

Питер совсем запутался. То, что он видит перед собой двойника Теи, делу не помогает. Поскорее бы все это закончилось.

— Давай поговорим обо всем в безопасном месте? — просит Питер. — Не здесь.

Тесса клонит голову и недоверчиво пожимает плечами. Нужно было взять с собой Паркера, ее парня, а не Майлза. Забытый подросток вдруг зовет Питера:

— Эй, там еще кто-то есть, — говорит он и скрывается за уцелевшим углом спортзала.

— Моралес! — вздрагивает Питер. — Моралес, вернись!

Они с Тессой переглядываются и бегут за подростком. От Тессы исходит странная энергетика, магнетическая, и Питеру хочется коснуться ее руки, чтобы понять, что она настоящая, и стянуть с лица маску, чтобы увидеть знакомые черты, но он одергивает себя. Ему будет трудно смотреть на нее.

Майлз рассекает воздух на паутинах собственного изготовления, и Питер похвалил бы мальчишку за смекалку, если бы не тот факт, что вообще-то он просил подростка быть осторожнее и не лезть вперед всех. Сейчас же Питер видит, что Моралес игнорирует его приказы полностью.

— Майлз! — орет он, догоняя черного паучка, когда в них двоих выстреливает две белоснежные паучьи нити и стягивают по рука и ногам. Дезориентированный близостью Тессы Холланд Питер теряет концентрацию и попадается в ловушку.

Их с Майлзом сталкивает нос к носу спутанной паутиной. Тесса прибывает к развалинам последней и, охнув, прячется за угол.

— Что за черт?.. — хрипит Питер. — Карен, просканируй тут все!

— Не надо никого сканировать, — хмыкает кто-то справа. И откуда-то сверху к скованным Питеру и Майлзу спускается девушка. Бело-черный костюм, огромные глаза, похожие на паучьи. Она откидывает с головы, обтянутой маской, капюшон, и смотрит на двух пауков с удивлением и любопытством.

— Значит, еще пауки, а? — хмыкает она каким-то знакомым тоном. — Все интереснее и интереснее…

— Кто ты? — выдыхает Майлз. В это время Карен выдает Питеру разрозренную информацию, которую теперь ловит с нескольких измерений сразу, раз уж они находятся непосредственно в центре разлома.

— Это Гвен, — выдыхает он в шоке, получив файл от своего ИИ. — Гвен Стейси. Паук из другого другого измерения.

***

На базу Мстителей они заявляются вчетвером. Питер влетает в главный зал, где его уже ждут другие. Другие его версии, другие версии Мстителей. Другие версии из других измерений, которых становится все больше.

— Тесса! — выдыхает Паркер, когда видит свою девушку, и подлетает к ней, чтобы обнять. У Питера щемит в груди от этого зрелища, он тут же отворачивается, натыкаясь на задумчивый взгляд Гвен Стейси. Господи, еще и она…

— Что стряслось? — ахает Паркер, видя царапины на рукавах своей девушки. Она все еще не сняла маску. Питер попросил ее не делать этого.

— Они подрались, — выдыхает Питер, кивая в сторону Гвен. Та пожимает плечами.

— Кто же знал, что вы все на одной стороне, — равнодушно бросает она. Тесса не понравилась ей сразу. Ее можно понять: Тесса Холланд, хоть и выглядит, как Тея пару лет назад, ведет себя вызывающе и не доверяет никому. Даже своему парню.

— Улизнул, ничего мне не рассказав, — шипит она, хватая Паркера за руку. Тот охает.

Силы в руках Тессы больше, чем может показаться на первый взгляд — кажется, ей помогает эликсир из цветков Ваканды, над которым работал ее отец в прошлом. Во вселенной Тессы и двойника Паркера нет короля Т’Чаллы, Черной пантеры. С некоторых пор там есть Белая тигрица, союзница человека-паука. И им обоим нет еще и семнадцати.

Питер смотрит на этот кошмар с множественными копиями, и думает лишь о том, что не переживет два месяца. Скорее бы, скорее. Он обводит взглядом собравшихся в зале, видит бледного до ужаса Эндрю.

— Что слу… — начинает он, но замечает что тот смотрит вовсе не на него. А на Гвен Стейси. Кошмар какой-то, у нее лицо подруги Теи, хотя она и выглядит чересчур вызывающе в своем белоснежном паучьем костюме. Она говорит, что в ее вселенной нет человека-паука, но есть Питер Паркер, ее бывший одноклассник, с которым они дружат. Дружат, понимаете? Гвен Стейси из другой вселенной встречается с Гарри Озборном. Питеру остается надеяться, что выглядит он не так же, как его знакомый. Иначе проблем у них прибавится.

— Гвен, — ахает Эндрю, подходят к ней. Девушка удивленно вскидывает брови.

— Питер? — улыбается она. — Питер Паркер? В отличии от других Паркеров ты как раз похож на моего бывшего одноклассник…

Она не успевает договорить, когда Эндрю притягивает ее к себе и крепко обнимает. Майлз охает, в гостиной воцаряется неловкая тишина.

Гвен Стейси, Гвен-паук, выглядящая, как подруга Теи в этом мире, похожа на девушку Питера Эндрю Паркера. Мертвую девушку Питера Эндрю Паркера.

— Твою мать, — заключает двойник Питера, за что тут же получает подзатыльник от Тессы.

Та стягивает с головы маску, и у Питера перехватывает дыхание.

Он видит лицо Теи перед собой. И это невыносимо.

***

— Питер, опять! Амидалу видели на углу у Херст-тауэр.

На этот раз к разлому идут Питер и Эндрю — «На случай, если тебе снова сорвет крышу». За последние пару недель Питер насмотрелся на различный версии Гвен Стейси, Синди Мун, от которой у него до сих пор шли мурашки, очередную версию себя, которого пришлось отделить от слившегося измерения — его остальные прозвали «Тоби» и решили не трогать, т.к. в его вселенной все пошло наперекосяк еще до взрыва коллайдера — и несколько двойников Теи Амидалы:

Теодору Мулдани, нападающую сборной по лакроссу; Тенди Дрю, у которой способности схожи с Паркеровскими; Мэй Паркер, не имеющую ничего общего с тетей Питера, но как две капли воды похожую на Тею…

Их слишком много. Они слишком одинаковы. И все они — не Тея. Питеру приходится напоминать себе об этом по несколько раз в день.

Стрэндж говорит, что они не могут закрыть разлом, потому что именно он приведет Тею обратно. Им придется дождаться критического момента, когда слияние нескольких измерений дойдет до кульминационной точки, и тогда корабль иноземного существа, похитившего Тею, выбросит в их измерение после череды не связанных, кажется, друг с другом обстоятельств. Сейчас они все вынуждены мириться с многочисленными версиями себя и охранять разлом.

Стрэндж говорит, что Тею стоит ждать со дня на день. Питер в это почти не верит. Он слишком устал, а бесконечные лица девушки, мелькающие перед глазами каждый день, кажутся уже наваждением.

— Вон она, — говорит Эндрю, указывая куда-то в сторону девятой авеню. Озираясь по сторонам, там бредет девушка в спортивном костюме. — Похожа на Тею?

— Не могу понять.

— Возможно, — кивает в ее сторону Эндрю. — ее стоит оправить обратно, пока она ни о чем не догадалась. Она обычная девушка, кажется, в ней нет никаких сил и способностей.

Они меняют костюмы на обычную одежду и идут за девушкой, похожей на Тею, до самого угла с Таймс-сквер, пока она не оборачивается.

— Питер! — ахает она, и сперва непонятно, к кому конкретно она обращается. У Питера перехватывает дыхание — снова. Лицо Теи. Одежда похожа. Длина волос. Голос.

— Мы же договорились встретиться в Гатенберг-парке, — хмурится она и подходит к застывшему посреди тротуара Питеру.

— Т…Тея? — неуверенно спрашивает он. Девушка хмурится.

— А ты кого ожидал увидеть? Эм Джей? Ох, знаю, это было давно и мне не стоит напоминать об этом каждый раз, но я сегодня встретилась с ней в универе. Между прочим, она о тебе спрашивала. Вы что, все еще видитесь с ней?

Питер не может ответить, голова идет кругом. Эндрю тыкает его в бок.

— Эм… — девушка подходит к ним обоим и поднимает глаза к Эндрю. — Мы знакомы?

— Нет, я… — он тоже мнется, косится на замершего Питера. — Я друг Пита. Эндрю. Приятно познакомиться.

Девушка улыбается, все еще выглядя немного смущенной.

— О! Приятно, я Тея. Тея Карпентер. Девушка Питера.

Мозг отказывается воспринимать эту информацию здраво. Питер кашляет, пытаясь заглушить громкий звук, с которым бьется его сердце, и судорогу где-то в груди. Тея хмурится.

— Впрочем, сегодня он явно не рад меня видеть… Ты в порядке?

Питер только кивает, не в силах ответить. Эндрю понимающе на него смотрит, ждет, когда тот отдышится. Тея в этот момент совсем перестает ему верить.

— Слушай, парень… — говорит она меняющимся голосом. — Ты ведь не Питер…

И, прежде чем они оба успевают среагировать, она плюет им в лица залп паутины и бежит прочь. Эндрю кидается следом, Питер, разорвав паутину на глазах, спешит за ними обоими. Тея скрывается в сквере.

Найти ее удается не сразу. Питер просит Карен о помощи, они рыщут по парку минут десять, прежде чем, поддавшись на заверения обоих парней, Тея показывается им — спрыгивает с высокого дерева и повисает вниз головой на длинной паутине.

— У тебя тоже способности… — выдыхает Питер. Тея кивает.

— Как и у вас. Что за фокусы?

— Что? — хмыкает Эндрю, — твой парень Питер Паркер не носит костюм человека-паука?

Тея фыркает и спрыгивает на землю.

— Его ношу я. А Питер, слава богу, таким не занимается.

Эта версия Теи оказывается девушкой-пауком. Ее парень — обычный смертный, который понятия не имеет, чем занимается его пассия по ночам. Выслушав обоих Паркеров, Тея Карпентер говорит, что с ними не останется.

— Понятия не имею, как я попала сюда, но разлом в измерениях я закрою со своей стороны. — говорит она ужасно знакомым тоном. Будто Амидала отчитывает Питера. — Вас тут слишком много. Не думаете, что это отвратительно скажется на психике? На вашем измерении? На ткани реальности в целом?

— Думаем, — кивает ей Эндрю. Питер все еще не может найти подходящих слов. — Поэтому сторожим разлом. Нам надо дождаться возвращения Амидалы…

— Кто это?

— Твоя копия. Его девушка.

— О…

Тея в очередной раз смотрит на Питера оценивающим взглядом и кивает самой себе. История Теи Амидалы ей не нравится, а вот вид Паркера вызывает сочувствие.

— Не могу представить, что ты чувствуешь, — говорит она. — Хочешь, обнимемся?

После такого предложения Питер понимает, что с него довольно двойников Теи. С него всего этого довольно.

========== Разлом души ==========

До возвращения Теи остается неделя. Ровно за неделю до официального срока Стрэндж приходит к Питеру вместе с Вижном и Локи из параллельной вселенной, чтобы сообщить крайне жуткую новость.

— Нам придется закрыть разлом сейчас, — говорит он. Питер только что вернулся с дежурства у трещины, он устал и зол — Тесса снова поругалась с Гвен, Эндрю куда-то запропастился, а его двойник поссорился с Мэй Паркер, после чего уже Тесса поругалась с последней. Им нужно наладить отношения в паре, иначе Тесса будет срываться на всех подряд, и Питер, в общем-то, даже понимает, почему.

Тесса Холланд, похожая как две капли воды на Тею Амидалу, не желает мириться с существованием своей копии, потому что все Питеры Паркеры говорят о ней слишком часто. Тее такое тоже бы не понравилось.

— О чем это вы? — устало спрашивает Питер. Иной Локи напрягает его своим присутствием: в последнее время он почти не различает Мстителей между собой. Все выглядят одинаково. Все ведут себя одинаково.

— О том, что время работает не на нашей стороне, — говорит Стрэндж.

Множественные реальности — по сути геометрическая фигура с миллионом зеркальных граней, в каждой из которых отражается какое-то измерение. Из-за взрыва количество граней уменьшается, некоторые схлапываются, накладываются друг на друга целиком, поэтому люди из разных измерений оказываются в одном. Сейчас число параллельных вселенных стремительно уменьшается, реальности перенасыщены.

Все чаще у Стрэнджа и Тони Старка, поддерживающего с ним связь из какого-то своего мирка, в который нет доступа Питеру, возникает мысль о чертовом балансе Таноса.

Иногда и Питер думает, что не мешало бы щелкнуть пальцами и стереть ту половину людей в его мире, от которых больше всего проблем. От Эндрю с его неспособностью смотреть и работать в команде с Гвен Стейси. От Гарри Озборна, зудящего каждый раз, когда он видит Питера.

«Чем дольше мы ждем, тем меньше у меня доверия к твоему плану, Паркер. Так ты Амидалу не вернешь».

Питер черствеет к проблемам других людей. Его не трогает его команда.

— Если мы не закроем трещину сейчас, то потеряем все вселенные разом, — предупреждает Локи. Питер его не слушает. С какого-то момента он не прислушивается к взрослым, из каких бы вселенных те ни прибыли. Он устал слушать других людей.

— Вы сказали, что у нас есть дней десять, — выдыхает Питер, закрывая рукой глаза.

— Питер, — зовет Стрэндж. — Ты, кажется, не понимаешь серьезность ситуации. Мы не можем рисковать реальностями.

— Неужели? — фыркает Питер, скидывая с плеч потрепанный рюкзак. — Я — «не понимаю». Серьезно, док? Вы обещали мне: если я буду соблюдать ваши инструкции и делать все, что от меня зависит, Тея сможет вернуться через этот чертов разлом. Я делаю не достаточно?

— Питер…

Он окидывает равнодушным взглядом мага, Локи и Вижна, застывших на месте, и садится перед ними прямо на пол. Достает из рюкзака свой обед, наскоро собранный миссис Амидала ему в дорогу — он заходил к ним утром, чтобы проведать, и Кирк даже отдал ему свой сэндвич, как всегда начиненный холопеньо. Питер жует его, почти не ощущая острого перца. Когда Тея вернется, сможет ли он стряхнуть с себя добровольно натянутый плед апатии?..

— Послушайте, мистер Паркер, — Локи присаживается напротив Питера, заставляя взглянуть на себя. — Ваша вселенная уже переполнена. Несколько весомых личностей из параллельных миров на один ваш — слишком рискованный расклад. Мистер Вижн и мистер Беннер посчитали, что в ближайшие семь дней слияние реальностей достигнет своей критической точки. Миры рухнут, и ваш станет эпицентром катастрофы.

— Мне плевать, — отрезает Питер. Он трет переносицу испачканными в перце пальцами, шипит от острой боли в глазах, и это позволяет ему спрятать лицо в ладонях, сминая в них усталость, боль и абсолютное равнодушие к судьбе мира.

— Питер, — снова зовет Стрэндж. Питер опускает руку, вскидывает к магу лицо. Бледное, осунувшееся, с покрасневшими от перца глазами. От перца ли…

— Вы оглохли? — переспрашивает он. — Я сказал: «мне плевать». Вы обещали мне, что поможете вернуть Тею. Сдержите свое обещание.

Ему кажется, что Стрэндж что-то скрывает, что-то важное, новое, что Питер еще не слышал от мага или мистера Старка. И он оказывается прав, потому что Стрэндж вдруг вздыхает:

— Мой двойник посмотрел в будущее. В очередной раз, Питер.

Питер ждет, что маг скажет ему безрадостную новость, от которой он окончательно сломается.

— Он не увидел Тею, — говорит Стрэндж, — он увидел черную дыру на месте разлома. И ни одной живой души.

Паркер закрывает глаза, опускает голову. Глубоко, тяжело дышит, стискивая пальцы рук, лежащие на коленях. Мир полетит в бездну? Плевать. Все реальности схлопнутся? Плевать.

— Вы обещали мне, — повторяет Питер. — Обещали. Тея вернется, и вы можете делать с этим гребаным разломом что хотите.

— Мистер Паркер…

— Я не позволю вам закрыть трещину до возвращения Теи, — перебивает пришедшего бога Питер. — Вы говорили, что это ее единственный шанс, так? Значит, не имеете права лишать Тею этого шанса.

Он вскакивает на ноги и, расталкивая взрослых, удаляется из своей комнаты. Но прямо в гостиной его застают члены его самодельной команды, и все выглядят расстроенными, уставшими и — виноватыми. Питеру это не нравится, он хмурится и стискивает руки в кулаки.

— Я не позволю этому случиться, — говорит он с уверенностью, желая, чтобы до каждого здесь присутствующего паука это дошло. Майлз Моралес кивает и встает на его сторону:

— Я тоже. Тея должна вернуться. А потом мы закроем разлом.

— Никакого потом может не случиться, — возражает Тесса, вскидывая подбородок. Младший Паркер тычет ее в бок локтем, но она не ведет даже бровью.

Она жесткая. Злее Теи, но Питер слышал ее историю и понимает, откуда растут ноги. Она стала помогать Питеру Паркеру в своей вселенной, потому что хотела найти убийц своей матери. Сейчас она живет с отцом и двумя младшими братьями и защищает их, как может. Это накладывает свой отпечаток на ее непростой характер.

— Но это единственный возможный вариант, разве нет? — вскидывается Майлз. Питер смотрит на него с равнодушным пониманием, что мальчишка примет его сторону, независимо от ситуации — просто потому, что пообещал найти Тею. — Тренер говорит, что…

— Твой тренер — убийца! — вспыхивает Гвен Стейси, разозленная днем ранее: она чуть не столкнулась со своей ничего не ведающей копией из мира Питера, а потом не смогла поговорить с избегающим ее Эндрю, что довело девушку окончательно.

— Он хотя бы честен с нами! — парирует Майлз. — Он помогает нам, а не идет на поводу у мага и остальных! Это он помог схватить Мистерио и половину его команды, забыла?

Питер ищет глазами Эндрю, самого старшего из них. Тот хмурится и качает головой.

— Речь идет не об одном человеке, придурки, — говорит он из своего угла. — Мы сейчас принимаем решение за все вселенные разом. Готовы поиграться в богов? Я так не думаю.

Питер надеялся, что Эндрю его поддержит. Он больше всех понимает, как важно вернуть Тею, хоть и ни разу ее не видел. Он должен понять, что Питер не пойдет на попятную, но Эндрю поджимает губы и отводит глаза.

— Все Стрэнджи разом утверждают, что иного пути нет. Либо мы закрываем разлом, либо нам всем конец.

— Тогда все Стрэнджи разом должны знать, что этому не бывать! — рявкает Питер, окончательно разозлившись.

Он не ждет, что его поддержит вся эта безалаберная команда — их и командой-то назвать сложно, они едва уживаются друг с другом последние пару месяцев, — но надеется, что хоть кто-то встанет на его сторону. Никто из них не обязан, верно. Никто не знает Тею Амидалу. Но все знают Питера Паркера. И разве это не весомая причина, чтобы последовать за ним?

Паркер из параллельной реальности вздыхает, глядя на свою старшую копию. Тесса смотрит на него с осуждением.

— Если мы можем подождать хотя бы неделю…

— Все может развалиться еще раньше, дурак!

— Если, — с нажимом повторяет он, не глядя на свою девушку, что ее бесконечно злит, — у нас есть эта неделя… Тея ведь должна вернуться ровно через семь дней. Я предлагаю дождаться этого момента. Пусть мы и рискуем.

— Стрэндж считает, что у нас нет времени, — осаживает его Гвен. Она поднимает глаза к Питерам и грустно качает головой. — Он разве не сказал тебе, что больше не видит Теи в будущем? Питер, я понимаю, это трудно признать, но мы сделали все, чтобы…

— Нет, — цедит Питер. Смотреть на Гвен невыносимо, как и на лица остальных здесь присутствующих, он закрывает лицо руками и тяжело, устало выдыхает в дрожащие от злости ладони. — Стрэндж обманывал нас в угоду будущему и раньше, так что у меня нет причин верить ему сейчас.

— Нас? — переспрашивает Мэйдей, Мэй Паркер, девушка-паук с лицом Теи. Ее вселенная окончательно слилась со вселенной Питера, и только потому она здесь, а не ловит преступников в своем мире, как это делает Тея Карпентер. Немногие остались в мире Питера, чтобы помочь ему — вернее, помочь себе — большинство, узнав о взрыве, приняли к сведению новые знания о параллельных мирах и вернулись в свои, чтобы пытаться закрыть разлом там.

— Меня и Тею,— поясняет Питер. — Стрэндж уже обманывал Тею, чтобы спасти наш мир. Это спасло всех. Но я все еще думаю, что у него было больше одного варианта, как помочь вселенной без ущерба психики. Он выбрал не самый гуманный способ вернуть все на свои места.

— И поэтому ты думаешь, что…

— Что он обманывает меня и сейчас? Да.

Тесса вскакивает с дивана и уходит, пиная дверной косяк. Ее парень, нерешительно оглянувшись, сбегает следом.

— Тесса! Подожди, что случилось?

— Что случилось? Да ты хоть понимаешь, что нас всех может не стать из-за какой-то девчонки!..

Они удаляются, и их крики звучат все глуше. Питер смотрит на пустое место, где только что сидела Холланд, и вздыхает. Кажется, никто не должен принимать его сторону, потому что она неправильная. На кону столько жизней, столько миров, и Стрэндж не стал бы поднимать этот вопрос, если бы действительно не понимал, как все опасно складывается… Но Питер не может принять это. Только не так.

— Я знаю, что шансы невелики, — тихо говорит он, прислоняясь спиной к стене, и обводит взглядом всех вокруг. Майлз выглядит подавленным. — Да, Стрэндж утверждает, что Теи больше нет в будущем. Но я уже видел такое. Видел, как он просматривал шестнадцать миллионов разных вариантов развития событий и видел выигрышный только один-единственный шанс, за который уцепился. Почему он не может уцепиться за него и сейчас? Потому что на кону не судьба целой вселенной, а всего лишь одного человека? Разве… разве это правильно?

— Но ведь… — выдыхает Гвен. — Стрэндж утверждает, что шансов больше нет. Никаких. Питер, ты готов пожертвовать всеми мирами во всех реальностях ради угасшей надежды?

Питер дергается всем телом, отрывает себя от стены и подходит к неуверенной Гвен Стейси. Боже, пусть он не возненавидит подругу Теи в будущем из-за этой девчонки…

— Не стоит верить всем словам Стрэнджа, когда речь заходит об апокалипсисе.

— Но…

— Я не стану закрывать разлом и никому из вас не позволю! — взрывается Питер. Гвен вздрагивает, Майлз предусмотрительно делает шаг назад. Питер смотрит на Эндрю, и тот неожиданно кивает.

— Он прав, — говорит парень, так что Гвен удивленно к нему оборачивается. На нее Эндрю старается не смотреть. — Слушайте, что бы там ни было, мы можем подождать. Неделю, верно? Стрэндж говорил, что Тея сможет вернуться только через трещину, и раз он видел такой исход событий, то он возможен.

— Мы все погибнем, — гнет свое Стейси. — Ты этого хочешь? Очнись, мы здесь не из-за эфемерной девчонки Паркера, а ради своих миров! Я не хочу быть повинной в гибели целой вселенной!

Она окидывает взглядом всех в гостиной и разочарованно выдыхает.

— Тея Амидала — не единственная на свете. — Припечатывает Гвен. — Взгляните на Мэй. На Тессу. Ты что, Питер, считаешь, что твоя девушка — самое важное в мире?

— Да.

— Нет! Это. Не. Так!

И она тоже уходит из комнаты, оставляя раздосадованную Мэй, молчаливого Майлза и серьезного до кончиков волос Эндрю. Питер думает, что у него не осталось союзников и лучше бы все версии пауков вернулись в свои вселенные, если это возможно, и закрывали разлом со своей правильной стороны, а не маячили перед глазами живыми напоминаниями о собственной вине. Но едва он успевает принять решение — он разгонит всех по домам и забудет об этом, как о страшном сне, — когда в гостиную возвращается и его двойник, и обиженная на весь мир Тесса Холланд, и Гвен Стейси. Все выглядят несколько удивленными, потому что за ними Питер видит… Тони Старка.

— Привет, пацан. Я слышал, у тебя возникли проблемы?..

***

Питер не находит слов, чтобы выразить весь спектр своих эмоций по отношению к бывшему наставнику.

— Вы!.. — задыхается он. Мистер Старк кивает и понимающе усмехается.

— Знаю, парень.

— Где вы были? Где вас носило? Вы…

— Давай пока оставим прелюдии, окей? У нас есть дела поважнее. — он подходит к застывшему Питеру и кладет руку ему на плечо. — А ты подрос. Поговорим позже, я обещаю.

Старк ведет всех в лабораторию. В свою лабораторию своей базы Мстителей, и шагающий за его спиной Питер замечает, что он осунулся, заметно постарел, а на висках у него серебрится заметная седина. Старк выглядит старше, намного старше, и вид у него не самый здоровый. Что с ним было? Где он пропадал? Почему не мог появиться раньше, когда весь мир буквально трещал по швам и его помощь была так необходима?

Ответы на эти вопросы Питеру суждено обнаружить в лице Стрэнджа, который ждет их в дверях лаборатории.

— Ты не обязан был, — говорит маг вместо приветствия Старку. Тони кивает.

— Обязан, док. Посмотри на этих детей, они сейчас глотки друг другу перегрызут. Команда по спасению вселенных из них так себе, не находишь?

Питер отмечает, что говорит Тони медленнее, смех у него хриплый. Что-то не так. Что-то здесь не чисто, но он не может понять, что именно. Паучьи инстинкты кричат ему, что тело Тони Старка поражено, но чем именно?..

— Ты тоже чувствуешь это? — шепотом спрашивает Майлз рядом с ним. Ему отвечает не Питер, а его младшая копия:

— Да. Тони Старк в этой вселенной совсем сдал.

В это время Старк включает мониторы на своих компьютерах и выбрасывает в воздух голограмму разлома в реальности.

— Вот несколько снимков одного и того же разлома, — говорит он. — Из разных измерений, конечно же. Мы провели сравнительный анализ, вычленили те измерения, где разлом наиболее активен, и поняли, что нашему миру с ним не справиться. Если им воспользуется корабль Кри, как предсказывает доктор Стрэндж, нас разорвет.

— Причем тут Кри? — хмурится Тесса.

Тони смотрит на нее пару секунд, видимо, сверяясь с встроенным в очки ИИ, чтобы понять, кого видит перед собой, и только потом хмыкает.

— Дело в том, мисс Холланд, что Тея Амидала оставляет след в космическом пространстве нашей вселенной, но сейчас она вне досягаемости. Когда она вернется на Землю, по ее следу придет вражеский корабль, который попытается захватить известные нам реальности.

— Это мы знаем, — кивает Гвен. У Старка уходит еще пара секунд, чтобы узнать ее.

— Есть один шанс к миллиарду, что нам удастся закрыть разлом сразу после возвращения Амидалы, но до Кри. Риск так велик, что в случае неудачи всем нашим мирам придет конец.

— Но шанс есть, — выдыхает Питер и поворачивается к Стрэнджу. — Вы снова обманули меня.

— В прошлый раз, — возражает маг, — когда я позволил себе слабость и пошел на поводу человеческих эмоций, погиб капитан Роджерс, а с ним полнаселения Ваканды, если вы помните, мистер Паркер. Этого бы не произошло, удержи я мисс Амидалу от нарушения таймлайна.

— Вы вините ее в смерти капитана? — злится Питер.

— Нет. Я говорю лишь, что наши решения влекут за собой неконтролируемые последствия, о которых вы, возможно, не догадываетесь, а потом будете жалеть, мистер Паркер.

Эндрю понимает все раньше остальных и потому спрашивает:

— Кто на этот раз?

— Простите? — хмурится Тони Старк.

Эндрю кидает на Питера короткий взгляд, который Паркеру не нравится.

— Кто теперь умрет, если мы будем следовать плану мистера Старка? Кого вы защищаете, отвернувшись от Амидалы?

Стрэндж кажется уязвленным, а Питер так зол на него, что не замечает печального блеска в глазах. Не замечает, как на него смотрит бледный Тони Старк. Как застывший в углу Вижн впервые обращает внимание на их разговор и подается вперед.

— Доктор. Мистер Старк… Вы не обязаны…

— Нет, он прав, — осаживает его Тони. — Пацан имеет право знать.

Питеру кажется, что сейчас ему сообщат информацию, с которой он не сможет существовать. И Старк выглядит виноватым.

— Мы вернем Тею, Пит, — говорит он на выдохе. — Но погибнут очень многие. Если мы перекроем разлом сейчас, то избежим сотни смертей. Тея может погибнуть, ее возвращение не гарантирует ей безопасность, понимаешь, парень? Ты можешь умереть, спасая ее.

Питер стискивает пальцы рук, опускает голову. Что-то душит его изнутри, и он подозревает, что это не апатия, преследующая его и спасающая от человеческих эмоций вот уже полгода.

— Какова вероятность? — хрипит он, не узнавая свой голос.

— Что?..

— Какова вероятность? — повторяет Питер и вскидывает голову, упираясь взглядом в Тони Старка и Стрэнджа. — Вы же все просчитываете аналитически, без примеси чувств. Какова вероятность такого исхода?

Тони молчит, и тогда отвечает Вижн.

— Почти сто процентов.

Ясно. Сейчас, стоя на пороге решения всех проблем разом или крушения собственных идеалов, Питер сравнивает себя с ненавистным Таносом и не видит разницы. Разве что тот действовал, исходя из самовлюбленных мыслей о своем божественном деле, а Питер — следуя зову сердца. Разбитого и почти уничтоженного внешними обстоятельствами, с которыми он ничего не может поделать.

Питер смотрит на осунувшихся разом Мстителей, которые обещали защитить его и Тею, на свою неразборчивую команду, которым поддержку обещал уже сам Питер. Он не имеет права поступать так со всеми. Рисковать жителями своей Земли, рисковать жизнями других вселенных.

Возможно, ответ срывается с его языка так легко потому, что он уже знал, что так будет:

— Закрывайте разлом.

Гвен ахает, Майлз едва слышно выдыхает: «Нет!». Даже Тесса хмурится и кусает губы.

— Питер… — зовет Тони, но тот разворачивается и уходит из лаборатории с четкой мыслью покинуть базу Мстителей.

Он улетает к разлому, находит в развалинах отгороженное стеной место и садится прямо на щербатый пол подвального помещения, где раньше стоял коллайдер. Говорят, находится рядом с этой штукой опасно для здоровья, но Питер давно плюет на это. Какая, собственно, теперь разница.

Что он скажет семье Теи? Да и успеет ли сказать. В тот момент, когда трещину залатают, ее возвращение станет невозможным, и тогда… Питер не сомневается, что тогда он убьет кого-нибудь. Озборна. Мистерио. Хамелеона. Снова Озборна. Может быть, Стрэнджа с его вечными вероятностями.

Старк находит его спустя полчаса, когда Питер почти выключается — в последнее время он делает это постоянно в надежде, что уснет и больше не проснется до возвращения Теи. Теперь же он ждет, что не проснется никогда.

— Я вернулся на базу с единственной целью, парень, — говорит миллиардер, огибая развалины здания. В своем костюме он выглядит непривычно, потому что тот кажется больше него. Такого раньше не наблюдалось.

— Мне все равно, ради чего вы вернулись, мистер Старк, — равнодушно отвечает Питер.

— Закрыть разлом, — продолжает Старк. — Залатать трещины во всех мирах разом, чтобы реальность не растекалась, как лужа. Иначе катастрофа неизбежна.

Питер не смотрит на него и никак не реагирует. Поскорее бы провалиться в сон.

— Я уже согласился с вашим решением, — наконец, хрипит он. — Чего еще вы от меня ждете? Одобрения? Я никогда такое не одобрю. Можете отправить всех в их вселенные и закрывать все на свете, окей, но не ждите, что я похлопаю вам от радости, что вы спасли столько жизней. Как минимум одну вы погубите.

— Я не жду одобрения, — мотает головой Старк. — Я хочу, чтобы ты помог мне. Мы закроем все трещины, кроме одной, нашей. Через нее, если верить статистическим данным Вижна, у Теи есть шанс вернуться.

Питер уже знает, как устроен мир вероятностей, поэтому горько усмехается.

— Чем это грозит миру? Апокалипсисом?

Старк как-то странно на него смотрит. Вздыхает.

— Док считает, что смертью, но это не так важно по сравнению с жизнью Амидалы.

Питер не верит ему. Он знает, что уже никому не готов верить. И когда он хочет послать Старка в дальнее пешее путешествие, его отвлекает неожиданный вызов по кимойо на левой руке.

— Шури? — сипло отвечает он. Голограмма вакандки выглядит перепуганной.

— Питер! — восклицает та. — Питер, ты не поверишь! Тея вернулась.

========== Хрупкие фигуры ==========

— Тебя похитили полгода назад, — повторяет Шури. — Где ты была все это время, Тея?

Тея хмурится, открывает рот, не издавая ни звука. Это что, шутка? Позади них догорает на выжженном поле маленький космолет, рядом с Амидалой парит — не стоит, не сидит на земле, а парит — ее же золотокожая копия. А Шури изволит шутить— куда уж абсурднее?

— Меня похитил… — еле шевеля языком, говорит Тея, — уродец из суверенов. Пару дней назад.

Шури поджимает губы, Ева рядом с ней клонит голову.

— Что? — спрашивает у нее Тея осипшим голосом. — Сколько дней прошло, ты знаешь?..

Ева смотрит на нее с таким видом, словно ей жаль. Тея понимает из ее жестов куда больше, чем хочет, особенно сейчас, поэтому злится до слез.

— Полгода? — выдыхает она в лицо Еве. — Полгода, чертов ты пробник?

Та, возможно, обижается — понять по ее застывшему лицу это сложно, — но Тея вскакивает и, не в силах контролировать свое уставшее, измотанное пытками и страхом, тело, кидается к Еве с единственной мыслью: «Сейчас я ее покалечу».

— Что ты устроила? Как ты это сделала? Почему мы… Господи, — Тея оборачивается к ничего не подозревающей Шури со слезами в глазах. — Это ведь неправда. Я была на этом чертовом корабле всего пару дней.

Но Шури мотает головой и тяжело, удрученно вздыхает.

— Тея, — тихо произносит она, — мы ждали тебя полгода, Питер сказал, что…

Питер. Боже, Питер! Тею не держат ноги, и она снова садится прямо на землю. Ее едва успевает подхватить стражник, и она опирается на него, ничего не замечая. Руки дрожат, ноги дрожат.

— Пойдем, — говорит Шури. — Тебе и твоей… кем бы она ни была. Вам нужна помощь.

Тею ведут — почти несут на руках — в сторону королевского космолета, который везет их в сердце Ваканды. По пути Шури связывается с кем-то по кимойо, но Тея ее не слушает — в ушах шумит, в голове стучит единственная мысль о том, что ее разыгрывают, и золотокожая Ева молчаливо сидит рядом с Амидалой. Живое напоминание о пытках, которые Тея перенесла из-за нее и для нее.

— Что случилось? — хрипло спрашивает Тея на подлете к столице. Шури оборачивается к ней и странно, горько улыбается.

— Много чего. Здесь измерения сливаются, разлом в реальности, Питеры… Лучше он сам расскажет, не сейчас, хорошо? У тебя такой вид, что ты вот-вот грохнешься в обморок.

Надо полагать: Тея выглядит абсолютно изможденной в своих рваных джинсах с изодранными в кровь коленками, в дырявом свитере с наполовину оторванным рукавом, вся в пыли, царапинах от падения, с набухающей шишкой на лбу и длинным глубоким порезом вдоль виска. Она не знает, что глаза у нее кажутся пустыми и оттого незнакомыми. И она совсем не видит, как боятся все вакандцы Евы.

Едва космолет приземляется на площадке перед дворцом и Тея встает с места, чтобы выйти, ее трогает за плечо Шури.

— Ты должна кое-что знать, — предупреждающе шепчет она. Боже, что еще Амидале нужно услышать?.. — Я позвонила Питеру, он будет здесь очень скоро. Он ждал тебя, и…

Но Шури не успевает договорить: лестница космолета опускается на землю, люк открывается, пропуская внутрь яркий солнечный свет, и Тея, сощурившись, видит впереди знакомые очертания портала доктора Стрэнджа, из которого прямо к ней выходит Питер. Старенький латексный костюм, всклокоченные волосы. Совсем не изменился, словно помолодел.

Силы появляются в теле, как по щелчку пальцев, и Тея, смахнув с плеча руку вакандки, срывается с места и бежит к парню.

— Питер! — она бросается ему на шею, стискивает его руками за плечи, и слезы душат ее всю целиком. Живой, с ним все в порядке! Питер неуверенно обнимает ее. Гладит по голове. Вздыхает.

Отталкивает.

— Тебе нужен другой, — внезапно говорит он оторопевшей девушке. — Другой Питер Паркер. — Он поворачивается и указывает себе за спину. — Вот этот.

Из портала выходят еще люди. Тея переводит взгляд с него на человека за ними и ахает. Этот Питер Паркер бледнее и выше. И взгляд у него холодный, как сталь. Что с ним случилось?..

— Питер? — несмело шепчет Амидала. Он кивает. Оттаскивает себя же, другого, за шею и становится прямо перед девушкой. Тея хочет прикоснуться к нему, тянет руку к его лицу, но он вдруг перехватывает ее ладонь и стискивает до ощутимой боли.

— Я должен знать точно, — хрипит он, полосует ее словами, словно ржавый нож. — Скажи мне то, что может знать только Тея Амидала.

Иначе?..

— Иначе я не поверю девушке с ее лицом. За эти полгода я видел вас предостаточно.

Первое, что может выдавить из себя Тея, это рваный всхлип, рыдание, продирающееся вверх по горлу. Она зажимает рот рукой в надежде, что это не перерастет в истерику, но слезы стекают по ее щекам неконтролируемо, неизбежно. Питер смотрит на нее, как на чужую.

Что с тобой сделали, Питер Паркер?..

— Ты… — еле давит из себя Тея. — Я…

Питер рассматривает ее лицо, словно маску, словно под ним будет что-то еще, не похожее на Тею совсем. Она не знает, что говорить.

— Питер.

— Скажи, — просит он. Что-то в его голосе заставляет Тею забыть о слезах на мгновение — этого достаточно, чтобы она взяла себя в руки.

— Ты не любишь «Звездные войны», — выдыхает она. Двойник Питера, которого Тея сперва приняла за своего, ахает, кто-то за спиной Питера — Тея не видит его, — фыркает. — Тебе не нравится оригинальная трилогия, ты любишь новую версию, с По Дэмероном.

Лицо Питера костенеет, и Тея не может сказать наверняка, это хороший знак или нет. Как ей убедить его в том, что она настоящая, если он сам, похоже хватается за каждое ее слово, а поверить ей не готов?..

— Ты любишь меня, — продолжает Тея. Питер поджимает губы. — Ты сказал, что любишь. На нас напали скруллы, Нью-Йорк чуть не разрушило подчистую, все вокруг катилось в ад, где-то в небе сражались с Таносом. Ты первый раз сказал, что любишь меня, и я расплакалась, хотя надо было быть сильной и держать себя в руках, но…

Она глотает слезы, в горле дерет. Питер сжимает ее руку так сильно, что болят пальцы, но в груди — еще больнее. Тея рвано вздыхает, всхлипывает снова.

— Пожалуйста, Питер. Ты ведь… — на своем имени он дергает Тею к себе, и ей приходится вскинуть голову, чтобы увидеть его бледное лицо с заострившимися скулами и темными кругами под глазами. Он вырос. Их в самом деле разделяет теперь полгода?..

— Когда ты целуешься, то задерживаешь дыхание, будто перед прыжком в воду,— шепчет Тея. Набирается смелости, отнимает руку от своих губ и подносит ее к щеке Питера, чтобы коснуться. Он моргает, вздрагивает, смотрит на нее, в нее. Ждет, что она добавит что-то, что убедит его окончательно. — Ты завязываешь шнурки на два узла. Тебе нравится запах сырой штукатурки, и ты ненавидишь смотреть фильмы в одиночестве. У тебя на спине есть большая родинка в форме Луизианы… на правой лопатке, где сейчас рана. Где была рана… — Тея приподнимается на носочки, осторожно, боясь спугнуть, кладет руку на шею Питеру. И выдыхает ему прямо в ухо, чтобы никто больше этого не услышал: — Ты не можешь выговорить мое имя, когда…

Питер отпускает ее стиснутую руку, только чтобы обхватить за талию, оторвать от земли, уткнуться носом в шею — Тея чувствует, как он дрожит и давится воздухом, и влажная слеза мажет ее по оголенному плечу сквозь дырку в свитере.

— Питер, — шепчет Амидала, зарываясь пальцами в его пыльные волосы. — Все в порядке, все хорошо.

Ничего не в порядке. Ничего не хорошо. Тея плачет, не понимая, как могла пропустить столько времени, как такое вообще возможно; Питер стискивает ее дрожащими руками, прячет лицо в изгибе плеча, стонет. Что бы ни произошло с ним, это его сломило.

— Я думал, ты не вернешься, — еле слышно выдыхает он. — Думал, нам придется закрыть разлом, и я больше тебя не увижу. Мы чуть не… Тея, Тея…

Тея целует его в щеку, в висок, с которого стекает капля соленого пота, собирая грязь, гладит по голове, шее, спине. Я здесь, я с тобой. Посмотри на меня.

— Питер, — просит девушка, — взгляни на меня, м? Взгляни, это я, настоящая. Я никуда не пропаду больше.

Она прижимается губами к его лбу и ждет. Питер опускает ее на землю, наклоняется, чтобы оказаться с ней лицом к лицу, берет руками за щеки и шею. Тея замечает лишь, как меняется выражение его глаз, а затем Питер целует ее, так крепко, что становится нечем дышать, вдохнуть не выходит, рыдание застревает где-то посередине между ними и вырывается из сжатых губ полувздохом. Тея жмурится, чувствуя, как слезы у них смешиваются и попадают в рот солеными каплями. Ей больно, ему больно. Это невыносимо.

— Ты вернулась, — шепчет Питер между поцелуями, еле успевая дышать, — вернулась.

Его руки мечутся по ее рукам, спине, шее, и Тея чувствует всего его целиком, прямо здесь, и пытается что-то сказать, но все звуки растворяются на губах Питера, языке, вязнут на зубах, скулах. Кровь шумит в ушах, трудно дышать. Кости в коленях превратились в воду, и она почти оседает, так что Питер подхватывает ее за талию и притягивает к себе снова, и целует так яростно, как ранее никогда не целовал. Это даже пугает. Тея думала, что понятие агонии не сравнимо с любовью, но вот они — оба не могут совладать с собой и ловят губами рваных вздохи. Питер дрожит. Он плачет, понимает Тея, чувствуя, как его трясет. Господи.

Посторонние звуки врываются в их кокон нахлестами, и сперва Тея ничего не соображает, а потом сквозь гул в ушах слышит, как вокруг них говорят люди:

— Не помню, чтобы так целовался в свои шестнадцать…

— Им по восемнадцать лет, вообще-то.

— Не помню, чтобы так целовался в свои восемнадцать.

Кто-то ахает — женский крик — и восклицает:

— Еще одна копия?!

Видимо, это говорят про Еву.

Когда Тея, наконец, открывает глаза, сперва глядя только на Питера и его бледное лицо, расширившиеся зрачки глаз во всю радужку, то замечает, сколько вокруг них людей. Не только вакандские стражники во главе с ухмыляющейся Шури, но и двойник Питера из параллельного мира, взъерошенный парень в похожем на паучий костюме, какая-то светловолосая девушка, Майлз Моралес в костюме паука…

— Майлз? — охает Тея, стискивая Питера за плечи. Он держит ее, крепко, и не дает отойти ни на шаг, хоть Тея и не думает отпускать его тоже. — Майлз Моралес?

Паренек выступает вперед, и теперь Тея понимает, что это действительно ее приятель из секции по боксу. В черном костюме человека-паука. Он трет шею от смущения и на Тею не смотрит. Впрочем, возможно, дело здесь не в том, что Амидала его узнала, а в том, что они с Питером только что устроили перед ним целое представление. О, Боже.

— Привет, Ти, — кивает ей парень. — Так хорошо, что ты вернулась

— Почему ты в этом костюме? Что за спектакль? — тупо переспрашивает Тея. Тогда кто-то справа от них фыркает, и, переводя взгляд, выглядывая из-за плеча Питера, Тея видит… себя.

— У тебя мое лицо! — ахает она. Девушка перед ней, повторяющая ее лицо, ее тело, ее манеру держаться, вгибает бровь дугой. На ней — белый костюм с черными вставками, вовсе не похожий на костюм Шаровой молнии.

— Ой, да что ты? — цедит девушка с лицо Теи. — Может, это у тебя — мое?

Тея поджимает губы. Когда она, наконец, присматривается к окружающим ее и Питера людям, то понимает, что парень с всклокоченной шевелюрой похож на Питера, вот та девушка в паучьем наряде вновь имеет черты Амидалы, а светловолосая незнакомка в белом костюме вообще имеет повадки и лицо ее подруги Гвен.

— Что здесь происходит… — выдыхает Тея, крепче хватаясь за Питера. Тот подхватывает ее под руки и тянет к себе.

— Давайте поговорим в более тихом месте? — спрашивает он у Шури. Та кивает.

— Идем все во дворец, — говорит она. — И ты, золотая наша.

***

В королевских палатах, где Тея уже бывала в этом измерении и ином, ее кормят, обрабатывают ей раны. Следят за ней, как за фарфоровой куклой. Питер говорит, что в их мире произошла катастрофа. Питер говорит, что в Нью-Йорке сливаются вместе несколько вселенных, что измерения перестают существовать, и Мстители пытаются решить эту проблему, но все ждали ее, Тею. Это кажется чьей-то злой шуткой, способной убить.

Тея всматривается в лица сидящих напротив нее людей. Гвен Стейси. Питер Паркер, которого Амидала уже знает. Его девушка с лицом Теи. Она смотрит враждебно и не хочет встречаться взглядами, и Тея не понимает, чем заслужила такое отношение от своей копии. Позади них мнется девушка в костюме, повторяющем паучий, латексный. И у нее тоже лицо Теи. Ее зовут Мэй Паркер. От поворотов судьбы, от всех этих версий себя же в параллельных мирах, можно сойти с ума. Но Тея стойко держится, сжимает руку Питера и думает, что теперь у них все наладится. Верно же?..

Человек-паук, которого тут все называют Эндрю, стоит дальше всех и не сводит глаз с Теи. Та ежится. Что она натворила? Что о ней наговорили другие? Она переводит взгляд к Майлзу, единственному человеку, кроме Питера которого знает в своей вселенной, но совершенно не понимает, как теперь к нему относиться. Питер говорит, что всем им можно верить. Но как?.. Их одинаковые лица еще не гарантируют полное доверие.

— Какого черта, Майлз? — хрипит Тея и понимает, что сердится на него. Беспокоится. Боится. Кажется, в ее мире назревает что-то ужасное, страшнее чем щелчок Таноса. Как Майлз Моралес может быть здесь и наравне с другими решать проблемы, отведенные взрослым?

— Так и знал, что ты будешь ругаться, — вздыхает паренек. — Это очень долгая история, я бы рассказал тебе, если бы ты не ходила вечно злая и не чихвостила супергероев на каждом углу… Кстати, наш тренер Касл, на самом деле…

— Кхм.

Майлз переглядывается с Питером, с ее Питером, и Тее это совсем не нравится.

— Когда вы успели спеться? — сердится девушка. Питер хмурится.

— Когда ждали тебя, — отрезает он.

Слова служат укором, даже если не предназначены были для этого. Тея не знает, как оправдаться, что сказать — фраза застревает у нее в горле и душит. Прости меня. Я сожалею. Я готова отдать что угодно, чтобы исправить эту несправедливость.

Ничего этого Тея сказать не может. Она стискивает руки Питера своими, израненными, прижимается к его плечу, вдыхает его запах — солоноватый пот и пыль и что-то его, питеровское, что принадлежит только ему. Горький лимон? Возможно.

— Раз она здесь, — кивает в сторону Теи ее копия, Тесса, — мы можем вернуться к разлому и закрыть его. Чего ждем?

— Отмашки, — отвечает вместо Питера Шури. Она подходит к кругу из пауков и, осматриваясь, качает головой. Слишком много копий, верно. — Брат сообщит, как у них все будет готово. Прямо сейчас они восстанавливают квантовые связи между измерениями, это может занять некоторое время.

— Тогда почему ты не с ними? — вскинув бровь, спрашивает Гвен Стейси. Тея все еще не может поверить, что где-то существует реальность, где ее подруга спасает Нью-Йорк от преступности вместо Питера Паркера.

— Потому что Тея подкинула мне задачу поинтереснее, — подмигнув, откровенно делится Шури.

— Кстати об этом, — кивает Питер. — Объясните мне, кто она?

Все переводят взгляд к стоящей в стороне молчаливой Еве. Шури уже не терпится занятья ею, но Тея поклялась, что с ней ничего не случится и никто ее не тронет, поэтому сейчас Амидале вдвойне страшно, что она не сдержит свое обещание перед своей золотокожей копией.

— Ева, — выдыхает Тея, кивая в ее сторону. — И она — анаптаниум из моего тела.

Половина присутствующих ахает от удивления, другая смотри с недоумением. Питер прочищает горло.

— Но ведь анаптаниум это…

— Мы думали, что это металл с особыми свойствами, да, — обрывает его Тея. — Но он не взаимодействовал с вибраниумом и другими веществами, зато вплетался в днк-нити, вспомни. Оказывается, анаптаниум — это органический элемент. И он никогда не был предназначен для меня. Тот ублюдок… тот, кто меня похитил, сказал, что я украла его и присвоила себе, хотя я не делала этого намеренно. Он устроил все это, чтобы вытащить из меня свое.

— И получил это? — фыркает Тесса. Ее парень смотрит на нее с укором, но молчит. Что бы ни было между ними, Тее это не нравится. Словно это она послужила причиной размолвки.

— Он знал, что получит ее, — говорит Тея.

Питер внимательно осматривает неподвижно зависшую в воздухе Еву, после чего возвращает все свое внимание Амидале. То, как он на нее смотрит, лишает Тею последних крох самообладания — он смотрит на нее, словно больше никто и ничто в мире его не волнует, словно этого не существует в его системе координат. Что же ты пережил, Питер Паркер, что теперь даришь мне такие взгляды?..

— Она опасна? — спрашивает Питер. Тея качает головой.

— Она спасла мне жизнь.

— А тот ублюдок…

— Умер. Мы сбежали от Кри, и теперь они… О, Боже.

Тея неожиданно понимает, что, в каком бы временном потоке она ни находилась все это время, Кри преследовали их с Евой по пятам, и прямо сейчас, возможно, висят над Землей и пытаются отыскать их. Чтобы выкрасть себе Еву. И уничтожить Землю.

— Надо сообщить Мстителям, — выдыхает Тея, изложив свои предположения. Лицо Мэй Паркер и Гвен Стейси одинаково бледнеют от подступающего страха, Питер смотрит на Тею с самым серьезным видом.

— Об этом говорили мистер Старк и Стрэндж. Надо закрыть портал как можно скорее.

***

— Ты уверена, что ей можно доверять? — тихо спрашивает Питер, пока они ждут команды от Старка.

Тея устала и то и дело проваливается в короткий обрывочный сон, так что Питеру приходится поддерживать ее за плечи. Он отвел девушку в какую-то комнату рядом с конференц-залом, запер дверь и отправил снующего по пятам Майлза куда подальше. Тея этого не услышала, слава Богу.

— Еве? — переспрашивает Тея. Пожимает плечами, зевает. — Не знаю, как это объяснить. Но я чувствую ее, понимаешь? Если ее ранят, меня ранят тоже. Мы с ней связаны.

— Пойду запру ее в кокон, — тут же отзывается Питер. Амидала смотрит на него, как на сумасшедшего, но Питер не шутит, он серьезен. Кажется, Тея не понимает, что теперь все его слова это не шутки и не издевательства, что полгода без нее научили Питера отвечать за свои поступки всеми возможными способами.

— Мне очень жаль, — говорит вдруг Тея, и Питер вспыхивает против воли.

— Ты не виновата, — хрипит Паркер, но они оба понимают, что, каким бы Питер ни был благородным и самоотверженным, ничто не изменит того факта, что Теи не было рядом с ним полгода. В этом нет вины Теи. В этом нет вины Питера. Но между ними так и будет висеть невыраженное отчаяние.

— Нет, — соглашается Тея. — Но я сожалею. Это ужасно, Питер. Я… Я бы что угодно сделала, чтобы вернуть это время.

Они сидят на узкой софе, близко-близко друг к другу, и Питер стискивает руки Теи своими. Он не отпустил ее ни разу с тех пор, как увидел выходящей из космолета рядом с Шури и этой Евой, и не думает, что отпустит в ближайшие дни, месяцы, годы.

— Вернешь его позже, — выдыхает он и ловит дрожащие губы Теи своими. Она снова плачет, и Питер знает, что, скорее всего, эта грусть останется с ними навсегда.

Главное, что она вернулась. Она здесь, с ним.

Апокалипсис может и подождать.

========== Небо над Хоббитоном ==========

За дверью раздается шум, и затем в комнату к Питеру и Тее вваливается Майлз.

— Вы опять! — восклицает он.

— Мы не «опять», — с достоинством отвечает Питер, нехотя отнимая руки от лица девушки. — Мы «все еще». Что стряслось?

Майлз выглядит бледным — из-за цвета кожи кажется, что он позеленел от испуга — и он весь взбудоражен. Учитывая, в каком положении они сейчас все находятся, Тее это не нравится.

— Нападение, — коротко роняет мальчишка. — Инопланетный корабль вошел в атмосферу Земли над Новой Зеландией.

— Что?! — Тея и Питер вскакиваю с софы одновременно, переглядываются друг с другом. Амидала первой срывается с места.

— Тея? Тея, стой!— Питер несется за ней, абсолютно точно злясь, но девушка игнорирует его сердитые крики и бежит по коридору к подземному спуску в лабораторию Шури, куда та увела Еву.

— Док и мистер Старк говорят нам не высовываться и сидеть тихо-о! — орет вдогонку не поспевающий за ними Моралес.

Тея влетает к Шури без стука и спускается по винтовой лестнице, едва успевая переставлять ногами по узким ступенькам. Господи, только бы не свалиться и не переломать себе кости!

— Ты!— рычит Амидала, едва завидев Еву у приборной панели. Шури стоит рядом и пытается пристроить к ее золотому телу какие-то провода, чтобы измерить пульс, давление, работу легких — и миллион других непонятных вещей, которые Тея себе и представить не может.

— Кри вошли в атмосферу Земли! — рычит Тея. Она поворачивается к застывшей Еве и выплевывает:— Если они уничтожат Хоббитон, я тебя убью!

Конечно же, Ева понятия не имеет, о чем говорит Амидала.

— Мы не знаем наверняка, что… — лепечет за ее спиной Майлз.

Вместо мальчишки охает Шури и хватается за браслет кимойо у себя на руке.

— Брат, что там у вас? — шепчет она в вспыхнувший над ее запястьем пузырь с голограммой Т’Чаллы. Тея быстро-быстро ему кивает в полупоклоне. Распинаться с церемониями им некогда, так что король Ваканды даже не смотрит в сторону Амидалы.

— Совершено нападение, — коротко отвечает он. Тея видит в его отчете корабль, точь-в-точь повторяющий силуэт, который она видела над Землей в момент прыжка.

— Это Кри! — ахает она. Подоспевший к ним Питер спрыгивает с последних ступенек лестницы и оказывается рядом с Теей, стискивает ее руками за плечи. — Они выдвинули какие-то требования? Что им нужно?

Вместо ответа Т’Чалла вздыхает и показывает огромное изображение, висящее в воздухе над Новой Зеландией. Это золотой шар, внутри которого заключен человеческий силуэт. Он меняется, превращаясь в силуэт Кри, Скруллов, потом снова в человеческий.

— Что это? — хмурится Майлз. Все остальные понимают сообщение быстрее мальчишки.

— Анаптаниум, — выдыхает Тея. Смотрит на Еву и по ее лицу понимает, что права. — Они требуют себе анаптаниум, но не знают, какую форму он принял, поэтому на всякий случай показывают все, что знают.

— Если это энергия суверенов, то Кри не имеют на нее прав!

— Ой, да что ты? — фыркает Тея, не глядя на Майлза. — Им нужна Ева, и если они ее получат, то с ее помощью все миры превратят в пыль.

— Как Танос, — ахает Питер в ухо девушке. Тея знает, что ужас, который они пережили в войне с Таносом, до сих пор пугает его во снах и наяву. Только сейчас Тея почти уверена, что у них гораздо больше шансов, чем было при титане. И она уж точно не допустит повторения того случая. Никогда, ни за что.

— Что нам делать, брат? — спрашивает Шури. Т’Чалла, мистер Старк, Стрэндж и, наверное, другие Мстители, сейчас находятся в Нью Йорке, пытаются заморозить разлом и вернуть все на свои места, а все Питеры Паркеры и Теи Амидалы находятся здесь, в Ваканде, под защитой купола из вибраниума, вместе с Евой. Тея не может знать наверняка, хватит ли у них времени прятать от Кри Еву до того времени, когда инопланетяне отыщут ее здесь.

— Оставайтесь на месте, — говорит Т’Чалла. — Сейчас вам важно не высовываться и сидеть тихо. Все, кто могут защищать планету, сейчас направляются к Новой Зеландии, так что вы фактически остаетесь без помощи. Шури, найди способ скрыть эту… кем бы они ни была, до прихода суверенов.

— Суверены будут здесь?! — хором ахают все.

Питер невольно косится на Еву, Тея смотрит на Питера. Он не доверяет суверенам. Он не доверяет никому после того, что пережил без нее. Тея понимает его, но сейчас — о, разве сейчас у них есть иные варианты? Земля осталась без защиты и союзников, и им требуется любая помощь, даже из параллельных вселенных.

— Мы послали сигнал Квиллу и его команде, — поясняет король Ваканды. Его изображение вдруг начинает рябить, откуда-то раздается мощный взрыв. Обернувшись через плечо и коротко выругавшись, Т’Чалла кивает сестре: — Присмотри за всеми, я на тебя рассчитываю!

И отключается.

— Т’Чалла! — кричит Шури в пустой пузырь. Потом поднимает бледное лицо к Питеру. — На них напали?..

Питер хмурится, кусает нижнюю губу. Тея находит его ладонь и крепко ее стискивает.

— Они пытаются закрыть разлом, который мы не могли закрыть три месяца, — выдыхает он. У Амидалы сердце ползет в желудок, потому что она узнает это выражение лица и точно знает, что сейчас скажет ее парень. — Им потребуется помощь. Любая помощь.

— Нет,— отрезает Тея, но Питер ее не слышит — он выдергивает свою руку из ее пальцев и разворачивается, чтобы умчаться вверх по лестнице из лаборатории. — Питер, стой! Питер!

Тея за ним не поспевает — и влетает в общий зал с остальными едва ли не последней. Вместе с Майлзом она насчитывает девять человек — больше, чем видела ранее.

— Какого?.. — тянет Амидала, замечая еще одну светловолосую голову среди присутствующих. Гвен Стейси. Еще одна. И даже…

— Озборн, отлично! — командным тоном говорит Паркер откуда-то из центра толпы. — Ты присмотришь тут за двумя дамами, пока мы…

— Эй! — кричит Тея у самых дверей.

Она сердито расталкивает двойника Питера, своего двойника и Мэй Паркер, чтобы подобраться к своему парню, и встает прямо перед ним, уперев руки в бока.

— Что ты затеял? — шипит Тея. Питер фыркает.

— Мистер Старк сказал нам не высовываться, — продолжает он, не обращая на Амидалу внимания, — но у них проблемы. Им нужна наша помощь. Эндрю, ты знаешь, где находится портал Стрэнджа? Доставь нас туда, времени в обрез.

— Паркер! — рычит Тея. Ее не слышат, не слушают.

Все разбегаются, словно у каждого есть свой план, заранее отработанный и выверенный, и в этом отлаженном механизме Тее нет места. Она крутится на месте, пытаясь схватить то Тессу, то Мэй, то Гвен-паука, но те расходятся с возгласами, что встретятся у портала через пятнадцать минут. Тея остается стоять посреди зала наедине с Гарри Озборном и… Гвен Стейси.

— Гвен? — хмурится Тея. От множественных личностей у нее кружится голова, да еще примешивается страх за Питера и злость на него же. — Что здесь…

Гвен без слов бросается к Амидале и обнимает ее.

— Тея! Ты вернулась!

Каким-то шестым чувством девушка понимает, что эта Гвен — ее подруга, та самая, на глазах которой Тея исчезла в аэропорту Джона Кеннеди целых шесть месяцев назад. Гвен стискивает ее в своих объятиях и почти плачем. За ними наблюдает немного смущенный Гарри Озборн.

— Ты?.. — цедит Тея сквозь невольно стиснутые зубы. Гарри втягивает голову в плечи, но затем вдруг выпрямляется.

— Рад видеть тебя живой, Амидала.

Тея переводит непонимающий взгляд с него на Гвен и обратно. Что происходит?

— Питер сказал, что тебе нужна помощь. Он, правда, звал Гарри, но…

— Я не похищал тебя, Тея, — говорит Гарри. Тея знает это, но все равно смотрит на него с недоверием, которое он точно заслужил. Он скользкий тип, которому не стоит верить, которому не доверяла и Гвен, а теперь они стоят бок о бок, словно старые приятели.

— Знаю, — с неудовольствием отвечает Тея. — Но это не объясняет, почему ты…

— Он мне сильно помог, — говорит за спиной Теи Питер. Она оборачивается, замечая его в дверях, облаченного в технологичный костюм паука последней модели. Амидала такого не помнит — кажется, это совсем новый костюм.

— Я хотел его убить, но… — Питер подходит ближе, кладет руку на плечо Озборну. Тея хмурится. Они выглядят, как закадычные друзья. — В конечном итоге он пригодился. Доверься ему, Тея. Я ему верю.

— Зачем это? — тушуется Амидала. Ей совсем не нравится то, что сейчас происходит. И ее подозрения оказываются правдивыми, потому что Питер отвечает абсолютно бескомпромиссным тоном:

— Гарри присмотрит за тобой, а потом я вернусь и заберу тебя отсюда. Проследите за ней и Евой, это дамочка с золотой кожей, Шури покажет.

— Ага, сейчас! — взрывается Тея. — Разбежался, так я тебе и… Эй! Питер Паркер, стой на месте!

Но он не слушает ее, кивает Гарри, как будто верит ему больше Теи, и огибает девушку, чтобы уйти. Тея бросается за ним, наплевав и на Озборна, и на Гвен, и догоняет парня уже в коридоре.

— Питер! Я иду с тобой!

— Нет, не идешь, — отрезает тот. — Извини, Тея, но сейчас ты бесполезна и беспомощна, так что оставайся тут, под защитой вакандского купола, ясно?

Тея щурится.

— Ты, может, и самый главный в своей команде супергероев, но я не позволю тебе решать за меня, у меня есть костюм, у меня есть способности, они все еще во мне, я в этом уверена, так что я иду с тобой, я тебя одного не отпущу, и…

Питер стонет, возвращается к взбешенной Тее и целует ее, запечатывая рот. Прижимает к себе, переплетает свои пальцы с ее, толкает к стене. У Теи нет сил сопротивляться, и только первые секунды она возмущенно сопит ему в губы, после чего сдается — позволяет зажать себя между Питером и стеной коридора, утопающего в неярком электрическом свете, позволяет стискивать свои пальцы почти до боли. Питер проводит языком по ее верхней губе, отпускает ее из своего плена и тихо-тихо выдыхает:

— Прости.

И припечатывает руку Теи к стене паутиной.

— Что? Нет! Питер!

— Я тебя люблю, не обижа-айся!

Он пятится от нее и в итоге сбегает совсем. Тея остается на месте с прилепленной к стене рукой, и не знает, куда деть себя и что ей делать, чтобы выпутаться. Гарри с Гвен появляются в дверях зала с жутко виноватыми лицами.

— Это для твоего же блага, Тея, — говорит Стейси. Амидала оборачивается к ней и шипит сквозь зубы:

— Почему ты заодно с ним?

Гвен вздыхает.

— Я не знала, что делать, — говорит подруга. — Ты пропала, и Питер сказал, что… Я ведь и подумать не могла, что он человек-паук, но он заявился прямо к нам в универ и сказал, что ты вернешься только через полгода. Представь мой шок!

— Представь себе мой, — сопротивляется Тея. — Меня похитили только пару дней назад, а не полгода, как ты говоришь, но все почему-то уверены, что… Господи, да освободите меня!

— Питер сказал тебе оставаться на месте, — возражает Озборн.

Тея вспыхивает и вся покрывается потом, словно изнутри ее пожирает пламя. Она думает, нет, она уверена, что силы в ней еще есть и теплятся, и их нужно разбудить и вытащить на поверхность остатки анаптаниума в ее теле, чтобы те помогли ей и защитили. Тогда она сможет пойти с Питером, куда бы тот ни намылился, чтобы помочь. Сейчас она и в самом деле просто бесполезная и беззащитная девчонка на грани истерики.

— Питер не понимает, что подвергает себя опасности вместе со всей своей супер-пупер-командой.

— Понимает.

Спорить с этими двумя кажется бесполезным занятием, так что Тея отворачивается и дергает рукой в попытке вырваться. Она знает, что все бессмысленно: паутина Питера растворится только через пять часов, если он не усовершенствовал формулу, а Тее отчего-то кажется, что как раз усовершенствовал, и его новые паутинные фокусы продержат ее в таком состоянии не менее суток. Если бы с ней были ее силы, она вырвалась бы из этих пут по щелчку пальцев!

— Как вы сюда попали? — переспрашивает Тея после сотой неудачной попытки. Гвен и Гарри принесли ей стул из зала, чтобы она могла сесть, но, кажется, это все похоже больше на разыгранный дураком неудачный спектакль, а не реальность, в которой Тея оказалась не по своей воле. Где-то внизу, в подпольной лаборатории Шури колдует над Евой, за границей купола защитники Ваканды ждут нападения. В Нью-Йорке мистер Старк и Стрэндж, а также все Питеры Паркеры пытаются спасти миры от раскола, над Новой Зеландией кружит корабль Кри…

— Через портал Стрэнджа, — отвечает Гарри Озборн. Они с Гвен как-то странно держатся, и Тее кажется, что… нет-нет, это не может быть правдой.

— Все сейчас только ими и пользуются, а? — недовольно ворчит она. Эти двое как будто спелись и пугают ее. Ну погоди, Питер Паркер, дай только до тебя добраться…

— Гарри помогал Питеру в поисках, — добавляет Гвен. Тея смотрит на нее и не верит, что видит перед собой свою подругу: полгода назад она была скептична по отношению к Питеру Паркеру, совсем не доверял Гарри Озборну и не знала ни о каких супергероях. Теперь же она уговаривает Тею поверить в невиновность Озборна и сама помогает человеку-пауку. Какой-то дурдом. Тее кажется, что вот-вот она сойдет с ума.

И это случится раньше, чем она думает.

Над небом Ваканды вспыхивает что-то большое и массивное, и среди облаков вдруг возникает корабль Кри. Точно такой же, который Тея и Ева видели над атмосферой Земли во время прыжка. Тот самый, который гнался за ними по всей вселенной, тот, из-за которого умер суверен, похитивший Амидалу.

Вся земля содрогается от мощного удара — корабль носом врезается в купол над Вакандой. Снаружи кричат, разносятся воинственные кличи вакандских стражей. Тея, Гвен и Гарри смотрят в залитое солнечным светом панорамное окно, за которым вспыхивают взрывы.

— О, Боже… — выдыхает Гвен. Они с Озборном переглядываются и, как по команде, срываются с места. Гвен направляет на Тею лазер, тот вырезает в паутинном залпе руку девушки.

— Что за…

— Бежим!

Кажется, что у всех есть план на случай нападения, и только Тея остается в неведении, поэтому ей страшно больше, чем даже Гвен. У них было полгода, чтобы подготовиться к этому дню, думает Амидала, огибая вслед за подругой колонны в бесконечных коридорах вакандского дворца. Она спускается вместе с подругой и Озборном на площадку, куда ранее приземлился самолет Шури, и видит там вакандку.

— Истребитель запрограммирован, полетит на автопилоте, — говорит им Шури. — Сядет на окраине Ваканды в защищенный бункер, там переждете все это дело.

— Ясно! — быстро кивает Гвен. Она забирается в самолет, подает руку Тее.

— Что происходит? Я никуда не полечу! Шури!

Но ее заталкивают внутрь истребителя против воли, Шури захлопывает двери за спиной Гарри Озборна. И самолет несет их троих куда-то за пределы дворцовой территории, которую в данный момент обстреливает с неба космолет Кри. Тея видит это в окне удаляющегося истребителя, и у нее замирает от страха сердце.

Она принесла на Землю ад.

— А где Ева? — хрипит Тея. Гвен и Гарри снова переглядываются.

— Питер сказал нам держать вас порознь. Вы — жирная мишень для инопланетян.

— Если ее убьют, то я умру тоже, — говорит Амидала. Подруга бледнеет.

— Я не знала этого.

— Я знал, — отрезает Гарри. И Тею прорывает окончательно.

— Ты слишком много знаешь для сынка Нормана Озборна! — рычит она, повернувшись к Гарри. — Откуда ты все это знаешь? С чего бы Питеру доверять тебе? Кто ты такой? Сын мудака, который похитил меня ради выгоды, издевался над нами! Твой папаша раскинул по Нью Йорку целую сеть, чтобы схватить человека-паука, твой папаша сдал меня в руки суверена, который пытал меня два дня! Да как ты… как ты смеешь утверждать, что что-то знаешь?

— Тея… — тихонько выдыхает Гвен. Амидала ее не слышит. Она нависла над склоненным Гарри Озборном и выливает на него все свои нервы и переживания. Если бы здесь был его отец, она придушила бы его голыми руками, без применения сил. Ах, если бы силы к ней вернулись!..

— Тея! — повторяет Гвен с нажимом. — Его отец умер. Он мертв, Тея.

Девушка прерывается на середине фразы. Открывает и закрывает рот, будто бежала марафон и теперь задыхается. Смотрит то на Гвен, то на притихшего Гарри Озборна.

— Мне не жаль его, — выплевывает Амидала. Он заслужил смерть. Только этого вслух она уже не произносит.

— Знаю, — кивает Гарри. — И не виню тебя. Я прошу прощения. За себя, не за отца. Он был мудаком и поплатился за это.

Когда самолет приземляется, Тея чувствует себя даже виноватой. Но быстро отмахивается от этого чувства — она не обязана просить прощения за свою выходку, она натерпелась от Озборнов столько, что им впору замаливать свои грехи. Если бы не Норман Озборн и его ловушка, Тея не угодила бы к суверену на корабль. Если бы не Норман Озборн, она не пропала бы на полгода, и Питеру не пришлось бы…

Тея мотает головой, выходя из истребителя. Тот привез их в горы, в запрятанный среди хребта бункер, который распахивает перед своими посетителями двери и приветливо приглашает внутрь. Тее кажется, что если она войдет в эту коробку, то уже не выйдет отсюда. Она оборачивается, кидая последний взгляд на разворачивающийся у подножия гор вид: корабль Кри в небе над Вакандой и самих Кри, спускающихся по канатам вниз на землю. Это ужасно. Она могла бы помочь вакандцам, если бы силы были при ней.

Едва мысль успевает сформироваться в ее голове, как рядом с Теей появляется словно из ниоткуда Ева.

— Что за!.. — ахает Гарри Озборн за ее спиной. Ева на них не смотрит, она поворачивается к Амидале и протягивает ей руку.

Идем. Идем со мной.

— Мы не сможем помочь им, — говорит Амидала, прекрасно понимая порыв Евы. Ей слишком многое досталось от Теи, и девушке прекрасно об этом известно. Ева стала личностью только благодаря Амидале. Ева хранит в себе сердце Амидалы.

Ева смотрит на Тею, не мигая.

Мы сможем.

И тут в небе над Вакандой появляется еще один корабль Кри. А над Нью Йорком в очередной вспышке молнии вспыхивает сразу три корабля. И все они, как один, похожи на тот, что преследовал Еву и Тею по всей галактике.

========== Выбор остается за павшими ==========

Тея смотрит в темнеющие пятна над африканской страной; сердце ее медленно ползет в желудок, ноги отказываются двигаться, руки потеют. Боже, что она принесла на Землю? Что это такое?

Ева равнодушно рассматривает два корабля Кри и вновь поворачивается к Амидале. Она не говорит, но смотрит так выразительно, что сомнений не остается: она знает, как помочь людям.

— Ты не можешь пойти с ней, — подает голос Гарри Озборн. Тея стискивает руки в кулаки. — Тея, послушай меня, пожалуйста! Мы не можем потерять тебя снова.

— Ты не терял меня, — цедит она сквозь зубы. Озборн отшатывается, будто Тея дала ему пощечину.

— Тея… — зовет Гвен, стоящая рядом с ним. — Мы не знаем эту Еву. Она опасна. Пойдем с нами, здесь…

— Я не могу отсиживаться, пока в мире творится такое, — осаживает ее Амидала. Сердце стучит быстро-быстро, но ему Тея верит. — Ева спасла меня. И она знает, как спасти планету. Верно?

Ева кивает. Тея почти не обращает внимания на то, что она продолжает парить над землей, будто законы гравитации ей не страшны, и у нее развеваются в воздухе волосы, и сама она, вся сплошь золотая и инопланетная, представляет собой отнюдь не друга, но… союзника — союзника, способного оказать помощь.

— Вам нельзя быть вместе, вы подвергаете себя опасности! — допытывается Гарри. Впрочем, он остается стоять на месте, что уже радует Тею — сделай он хоть шаг к ней, она не сдержится.

— Вместе мы сильнее, — с нажимом говорит Амидала. Ей кажется, что это очевидная вещь, не требующая доказательств: знание, что так правильно, крепнет в ней все сильнее, чем дольше она смотрит на протягивающую руку Еву, чем больше видит ее глазами. — Ее сила в ней не осела, моя во мне не остыла. Она защитит меня, потому что иначе сама погибнет. Верно? — снова кивок. — Я знаю, что вдвоем мы сможем спасти…

— Кого? — отчаянно выдыхает Гвен. — Тея, идем с нами! Мы обещали Питеру, что убережем тебя. Тея, пожалуйста, подумай о Питере!

Именно о нем она и думает. Глядя на зависшие над Вакандой корабли Кри понимает, что в Нью-Йорке проблемы, что Питер в опасности, что она должна, обязана чем-то помочь ему, должна быть рядом. Разве не об этом они договаривались миллион лет назад?

— Я не верю ему, — Тея дергает головой в сторону Гарри Озборна. — Но верю Еве. Ты не понимаешь, Гвен, но она… я чувствую ее. Она не подведет. Прости.

У нее нет времени объяснять эту сложную взаимосвязь с Евой, достучаться до Гвен или, упаси боже, Гарри Озборна Тея просто не сумеет: это понимание и принятие золотокожей копии таится внутри нее, теплится, как надежда. Вряд ли Тея выдает желаемое за действительное и вешает на Еву ярлык спасительницы, она бы не стала этого делать, будь у нее другой выбор союзников.

— Тея!

Девушка не оглядывается на кричащую ей в спину подругу, протягивает Еве руку и хватает за раскрытую ладонь, крепко ее сжимая. В ту же секунду словно что-то дергает Тею за пупок, будто она трансгрессирует с места, как Гарри Поттер, и вдруг вываливается на пол в тронном зале вакандского дворца. Ее мутит, она резко опускается на колени и пытается побороть настигшее вдруг головокружение.

— Господи-Боже… надеюсь, ты знаешь, что делать?

Тея думала, что Ева перенесет их прямиков в Нью-Йорк, но та, похоже, не знает ничего, кроме Ваканды. Так что Амидала делает над собой усилие и поднимается на ноги, кое-как справляясь с круговоротом перед глазами.

— Если над нами два корабля, — выдыхает девушка, — то над Нью-Йорком столько же? Над Новой Зеландией?

Ева не кивает и никак не реагирует. Не знаю, говорит она с немым укором, словно это Тея должна понимать куда больше.

— Хорошо. Откуда их столько? Что это за фокусы? Это ты знаешь?

Нет.

— Что тогда ты знаешь? Как ты поможешь нам, если…

Вместо ответа Ева вытягивает руку и хватает Тею за локоть. Тут же по ее телу распространяется странное тепло и тяжесть, словно ее руки вновь вспомнили действие анаптаниума и готовы создать вокруг тела купол.

Верно. Откуда-то Тея знает, что силы Евы зависят от того, как близко к ней находится Амидала. Что силы Теи зависят от того, насколько близко к ней находится Ева. Значит, и действовать им нужно вдвоем.

— Если я укажу тебе точные координаты, доставишь нас в Нью-Йорк? — спрашивает Амидала. Ева приподнимает бровь. А что, есть сомнения?

***

Уже через пару минут приземления у разлома Питер понимает, что прибыл вовремя: сил Мстителей не хватает, чтобы отбиться и от Кри, и от других Кри, как две капли воды похожих на первых. Что происходит? Откуда у Кри столько воинов?

Последние прогнозы, которые делал Стрэндж, указывали совсем на другое число инопланетных тварей, а тут их… как минимум в несколько раз больше.

Питер подключается к общему каналу связи, тут же получая на орехи от Старка.

— Вот тебя здесь только не хватало, пацан! — рычит он. На заднем фоне у него играет AC/DC, что-то взрывается. — Ты со своим бойз-бендом должен сидеть тихо в… пацан, ты издеваешься надо мной?!

Питер не слушает, что ему в ухо орет Старк: у того больше нет морального права отчитывать повзрослевшего Паркера, когда он шлялся неизвестно где столько времени, пока над миром нависала опасность.

— Эндрю, Гвен и Мэй полетели в сторону Бруклина, там два корабля висят в небе, — говорит Питер по выделенной внутренней связи, которую они с паучками установили пару месяцев назад и пользовались с тех пор, как основным каналом, до которого не добраться взрослым. Сейчас его стоит подключить к общей связи, но…

— Пацан, ты привел всю ораву членистоногих! — рычит Старк. Ему подвывает Тор и, кажется, еще один Тор, но Питер не уверен в этом на сто процентов. Сколько сейчас в их реальности копий различных супергероев планеты Земля? И где среди них те, кто нужны больше всего? Где Квилл с его командой?..

— Вам нужна наша помощь! — чуть ли не хором отвечают Питер, еще Питер и Майлз Моралес. Тея просила оградить его от опасностей, но… будем честны, Тея мало что знает о своем подопечном из секции по боксу: с тех пор, как она исчезла, Майлз стал первым и — фактически — единственным пареньком, который верил в возвращение Амидалы до самого конца. И несмотря на малый возраст, пацан справляется со всем, что ему поручает Питер.

Хотя, как только рядом с Паркером падает отвалившийся от крыла инопланетного корабля зубец, он думает, что, возможно, Майлза стоило все-таки поберечь и оставить в Ваканде. Хорошо, что сейчас ему по крайней мере не придется думать о Тее — она в безопасности под африканским куполом и останется там вместе со своей золотокожей копией, пока в Нью-Йорке творится настоящий хаос.

— Эндрю, что там у вас? — рявкает Питер, взлетая на паутине над основной частью жилых домов на Манхэттена. И почему всегда страдает центральная часть Нью-Йорка?..

— Паркер, тут все плохо! — отвечает Эндрю спустя продолжительное мгновение, за которое Питер успевает обвить паутиной разваливающуюся на куски стену офисного небоскреба. Над Эмпайр Стэйт Билдинг накренился и почти падает носом вниз очередной корабль Кри. Сами инопланетяне бесчисленным потоком текут из открытой пасти другого корабля, и все они похожи друг на друга, как две капли воды. Питеру кажется, что что-то здесь не так, что-то не сходится.

— У меня в глазах рябит от этих Кри! — возмущается Гвен. Ей вторит голос Мэй, а за ней, эхом и еще злее — Тесса.

— Ребятки, кто-то должен остановить их! — Майлз, судя по переданным изображениям с его экранов, мчит в сторону своего спортивного комплекса в Адской кухне. — Их слишком много, такого не может быть!

— Моралес, не лезь под удар! — вопит на него Питер, а сам летит прямо в гущу Кри, что валятся из носовой части какого-то-черт-знает-какого-по-счету корабля. С каждой минутой их будто становится все больше и больше, даже Шури сообщает, что над небом Ваканды разворачивается бойня из множества кораблей Кри. Они все одинаковые. С точно такими же выбоинами с одного бока и оторванным зубцом на правом крыле. Они все, словно копии, бесконечно повторяют друг друга.

Пока взрослые Мстителя крушат инопланетное полчище в небе, Питер и остальные стараются подчистить землю от мирных жителей. Питер просит свой обновленный ИИ проследить за безопасностью тети Мэй и семьи Амидала, но, честно говоря, у него нет времени получить ответ от Карен-2, он занят тем, что удерживает с полсотни Кри, что рвутся в стены центральной библиотеки, где засели перепуганные до ужаса гражданские.

— Пацан, давай за магом! — рычит в ухо Старк, вызывая у Питера череду дежа вю.

— Я сейчас несколько занят, мистер Старк! — рявкает в ответ Паркер.

— Значит, другой Питер! Вас тут много из разных вселенных, работайте сообща!

— А мы что делаем?!

Питер отвлекается, чтобы отдать приказ младшему Питеру и Тессе, когда в него прилетает самое настоящее копье из светящегося металла, подозрительно напоминающего анаптаниум. Копье острием провозит по левой лопатке питеровского костюма, оставляя в нем грубую царапину, трещину — та расползается, словно от кислоты, открывая незащищенную человеческую плоть.

— Ч-черт! — шипит Питер, уворачиваясь от второго такого выстрела. — Что за оружие? У них не может быть такого! Откуда Кри его взяли?!

Едва он оказывается в относительно безопасной нише под потолком библиотеки, как череда новых взрывов сносит самый шпиль башни напротив. От обрушения ее спасает Стрэндж, вернее, сразу два Стрэнджа. Им на помощь приходит младший Паркер и Тесса.

Питер прячется за мраморной головой горгульи — он еле выкарабкался через разбитое окно в потолке библиотеки и теперь еле переводит дыхание. У него нет сил, нет больше никаких мыслей, и костюм разъело так, что трудно двигаться, а Кри не становится меньше, как бы они ни пытались. И к порталу им теперь просто так не подобраться: Кри словно скопились у самого его основания и мешают закрыть его, словно…

— Дело дрянь, мистер Старк… — выдыхает Питер, на секунду прикрывая глаза. И ему вдруг чудится крик Теи в захламленном эфире внутренней связи.

— …куда ты нас притащила! Где Питер?!

— Тея? — Питер открывает глаза и осматривается, будто за завесой из дыма, толпой людей на улицах и в вестибюле библиотеки, многочисленных силуэтов Кри он смог бы различить фигуру Амидалы. Глупости, она в Ваканде, и это все его параноидальные глюки. Дело и в самом деле дрянь, и пора признать это — как только вся эта заварушка найдет свой финал, Паркер надолго сляжет в психушку.

— …не пойдет! — где-то в эфире шумит и прорывается к общему каналу связи доводящий до ужаса голос Теи. — Питер, где ты? Мы с Евой у самого портала, тут…

— ТЕЯ?! — вопит Питер, хватаясь за ухо. Ему чудится, ему чудится, это все обморочные глюки, это неправда!

В разрушенном почти до основания здании, где в фундаменте застрял портал-коллайдер, что-то снова взрывается. Там поблизости нет никого из Мстителей — всех разбросало по городу, словно букашек, Кри обтянули всех на границу Манхэттена и не пускают ближе, оцепив здание кольцом из собственных тел.

— Вытащи нас отсюда! — кричит Тея, и у Питера сердце уходит в пятки. Прежде, чем он успевает что-то придумать, тело рефлекторно кидает его вниз с крыши библиотеки, ближе к земле, в сторону портала.

Что она здесь делает, что она здесь делает, она должна быть под куполом Ваканды, ее должны охранять чертов Озборн и Шури!.. Питер рвется ближе, но его не пускают, оттягивают, Кри, как намагниченные, тащат его назад целым скопом.

— Твою же!.. Питер, не лезь сюда! Ева нас вытащит, только…

— Что ты здесь делаешь!— вопит Питер на весь эфир.

Сигнал Теи пропадает из общего канала, и спустя секунду — за которую Питер успевает умереть от остановки сердца, споткнуться об выступ у колонны, упасть вниз прямо на широкую лестницу у входа в лапы Кри… Тея появляется прямо над ним, вся состоящая из золотого света, пылающая, как факел, и отбрасывает в сторону мертвые тела инопланетян, сраженных неизведанной силой, исходящей от… За Теей парит в воздухе Ева, и это она светится, она все делает, она сдерживает защитный купол вокруг себя, Теи и Питера.

— Мы поможем тут, — выдыхает Тея, рывком поднимая Питера на ноги. Он мотает головой, как заведенный.

— Черт, это не главное! Ну кто тебя просил, кто?!

— Эй!

— Нельзя тебе тут быть, пойми, я не шучу! Тебе нельзя тут находиться!

Тея надела обновленный костюм и выглядит, как бесстрашный супергерой, которому подвластны инопланетные силы. Тея смотрит на него с яростью и кроет отборной руганью с головы до ног, и поминает пещерный менталитет.

— Ты больной! — заявляет она, не реагируя на то, что вокруг них все летит в преисподнюю. — Приклеил меня к стене, а сам ушел на войну?!

Прямо рядом с золотым куполом падает тело Кри, откуда-то сверху — там орудует Тор вместе с братом — или другой Тор с другим братом — или… Питер хватает Тею и Еву за руки и тянет обеих к еще цельной колонне здания парламента.

— Уходи, сейчас же! — он даже замахивается на Тею в порыве чувств, но его руку тут же стискивает чужеродная сила — в их защитном куполе все трещит, как в наэлетризованном шаре и колется, и хватает за руки и ноги.

— Мы никуда не уйдем! — отмахивается Тея. — Ты не будешь решать за меня, ясно? Мы с Евой…

Ее прерывает грохот — это последняя стена здания рухнула и утонула в пыли прямо рядом с порталом. Кри разбегаются в стороны — кажется, что-то тянет их вниз, в эпицентр взрыва.

— Надо закрыть портал как можно скорее! — тараторит Тея. — Мы с Евой видели, как им пользуются Кри, они из него ползут, словно черти из Ада!

— Значит, они подключают другие реальности? — вдруг отзывается в общем канале голос Эндрю.

— Или тащат всю свою расу через одну дырку! — вторит младший Питер.

— Или, — прерывает всех Тея, — они используют портал, как временную петлю. Их так много и все одинаковые, и мы не можем их одолеть — потому что боремся с одним кораблем Кри, который дублирует сам себя снова и снова, и вот почему они все похожи друг на друга, вот почему они предугадывают наши шаги!

Питер смотрит на Амидалу во все глаза, и хорошо, что сейчас его перекошенное от страха лицо скрывает маска, и он, похоже, знает, что Тея смотрит на него такими же испуганными глазами, и ей тоже страшно. Он стискивает ее дрожащую руку. Вот кто тебя просил соваться в самое пекло, чертова Амидала…

— Тея дело говорит! — вдруг доносится до них голос Старка. Он приземляется прямо у входа в разрушенное здание парламента и кивает Тее, будто ничего не случилось, будто это не ее полгода искал весь мир. — Как ты оказалась рядом с порталом?

— Ева, — коротко бросает ему Тея. — Она умеет и не такое.

— А забросить нас обратно к порталу она может?

— Ни за что! — тормозит всех Питер и встает перед Теей. Они втроем вместе с Евой все еще находятся под защитой силового купола, но Паркер все равно не доверяет ни этой золотой стенке, разделяющей его и Старка, ни самому Старку. Он уже выражал желание отправить Тею дрейфовать в космосе без возможности как-то вернуться.

— Не ее, идиот! — рявкает Старк. — Пусть Ева отправит к порталу меня и мага, нам нужно его закрыть, помнишь?

— Если Еву убьют, Тея тоже погибнет, — чеканит Питер. Его слышат все в эфире и ахают — почему, почему никто не слушал Тею там, в Ваканде, когда она говорила такие важные вещи?

Во всеобщем молчании голос Теи звучит приговором.

— Ева, сделаешь это?

Питер не знает, есть ли у Евы своя воля, но сейчас она подчиняется Тее и кивает. Они сговорились!

— Нет-нет-нет, Тея, послушай, я… — с головы Паркера сползает маска, являя девушке бледное, перепуганное до полуобморока лицо человека, который и так сегодня потерял остатки самообладания.

— Скорее, Ева, и возвращайся!

Ева вспыхивает золотым, исчезает из купола, появляется рядом со Старком и хватает его за плечо.

— Стой!

И тут же они оба исчезают, будто воздух вокруг них электризуется и схлопывается, выплевывая обоих по другую сторону реальности, с изнанки, если та существует. На второй прыжок уходит куда больше времени, Тея стискивает Питера за плечи и ждет, тяжело дышит, ждет.

— Пожалуйста, что вы наделали, Тея…

— Если мистер Старк не закроет портал, Кри разорвут нашу реальность на части, а с ней и другие связанные реальности, — шепчет Тея. Ее все слышат и, если сейчас не сражаются, то замирают на месте. Это страшные слова, от них веет безнадежностью.

Ева появляется перед ними спустя долгих две минуты. У Питера целая гора срывается с души и падает в пропасть.

— Теперь забери ее отсюда к чертовой матери, — рычит он, глядя на золотокожую копию своей девушки. Тея упирается, купол вокруг них сползает и растворяется прямо в воздухе.

— Но как же портал…

— Без тебя разберутся, вон отсюда!

И тут под землей что-то вздрагивает, будто вся реальность начинает расползаться слоями, и под ногами у Питера и Теи идет огромная трещина.

***

Их с Евой отбрасывает в одну сторону, Питера — в другую. Он кричит, звук захлебывается в эфире и пропадает, а после все накрывает кокон из тишины и полумрака — это от пыли, столбом поднявшейся в воздух, солнечный свет тускнеет и вязнет в черном облаке. Тея кашляет, шарит руками по земле — ее кинуло прямо на колонну здания парламента, она ударилась спиной, провезлась боком по лестнице и осталась лежать у ее подножия. Ева поднимается на ноги где-то рядом, почти невредимая. Тея чувствует ее чем-то внутри своего тела. Анаптаниумом, возможно. Тем, что до сих пор сидит все клетках и не хочет просыпаться и защитить своего носителя.

— Ева? — шипит Тея сквозь зубы — все тело болит, каждая косточка. — Питер!

Ева появляется в метре от девушки, все так же парящая в воздухе, все такая же непреклонная, невозмутимая.

«Цела?»

«Цела.»

Не сговариваясь, они тянутся ближе к трещине в поисках Питера.

А там, глубоко внизу, под слоем асфальтированной дороги, под фундаментом разрушенных зданий, тянет так и не исчезнувший, не закрывшийся портал свои нити через весь город и сжигает, сжирает все на свое пути. Тея чувствует под ногами какую-то силу, что тянет ее в эпицентр. Портал — круговорот, водоворот, световорот. Портал теперь — черная дыра, и она скручивает внутрь себя их реальности, как льняные ткани.

— Питер… Питер-Питер-Питер! — повторяет Тея, как заведенная. Перепрыгнуть через трещину она боится — та слишком огромна, и ее затянет внутрь. Но на другой стороне пусто, и Питера нигде не видно.

— Я здесь, — доносится его голос из эфира. — Кажется, я внутри этой штуки.

— Какой штуки?.. — у Теи перед глазами все темнеет от паники.

— Внутри светящейся штуки. Внутри портала. Тут все, как под ЛСД.

Тея охает и падает на живот, подползя к краю рваной раны на теле города. Она свешивает голову вниз, пытаясь разглядеть там фигуру Питера, но ничего не видит. Ее почти затягивает внутрь, когда на помощь приходит Майлз и младший Паркер — вдвоем они хватают Тею за ноги и тянут обратно.

— Питер! Нет, подождите, там!..

— Его вытащил Старк, — охает младший Паркер. — Они у той дыры. И, кажется, сейчас она схлопнется и всех нас сожрет, как сожрала Кри вокруг себя.

— Твою мать, — роняет Майлз.

Тея осматривает обоих на предмет ран и, не заметив серьезных повреждений, вскакивает на ноги с самым решительным видом.

— Вам нужно убираться, — говорит она без разбега. — Каждый должен отправиться в свой мир немедленно.

Она оглядывается, находит глазами Еву и кивает ей. Со стороны кажется, будто они понимают друг друга с полувзгляда, но на самом деле — Тея поняла это полминуты назад — у них объединенное сознание из-за общего анаптаниума. Вот, почему Тея пострадает, если ранят Еву. Вот, почему Тея знает все, что думает Ева. Сейчас их сознания работают в унисон.

— Нам нужно оборвать связи с другими реальностями, — говорит Тея то, что слышит у Евы в голове. — Мистер Старк? Вы меня слышите?

— Да, Амидала, — хрипит ей из эфира Тони.

— У вас не получается закрыть портал, потому что он связан со многими реальностями сразу. Нужно оборвать эти связи и закрыть его в нашем мире. Тогда ничей больше не пострадает.

— Но мы умрем, — догадывается Питер. Если бы Тея видела его сейчас, то знала бы, что он принял решение одновременно с нею. — Наш мир развалится на куски вместе с порталом, так?

— Зато остальные будут жить, — заканчивает за него мысль Тея.

В ее голосе звучало так много обреченности, потому что она шестым чувством понимала, что все сведется к такому финалу.

Подступающие легионы из копий Кри снова атакуют Манхэттен.

КОНЕЦ ЭТОЙ ЧАСТИ

Комментарий к Выбор остается за павшими

Во-первых, спасибо всем вам за терпение (чувствую себя Кэпом из видео :D)

Меня настигла учеба и жестокая реальность, так что все к финалу движется теперь оч медленно.

Во-вторых, давайте объясню пару деталей (на случай, если вы вообще не всекаете, что тут теперь творится):

- Кри воспользовались дыркой в реальностях, как временной петлей, и наплодили кучу копий себя же, бросая через портал - поэтому их кораблей так много и они буквально везде, а у портала в Нью-Йорке больше всего.

- Кри охотятся за Евой и Теей, потому что им нужен анаптаниум в живой форме. Ради него они могут войну всем мирам устроить, и не подавятся.

- Портал сейчас представляет собой форму, похожую на мозг с кучей нейронных нитей - как, помните, был на планете Эго в Стражах Галактики? Он защищен, поэтому на него не действуют взрывы и фокусы СТрэнджа. Если взорвать портал вот так, то умрут все миры, с ним связанные. Поэтому надо все связи отстегнуть.

- По сути это означает, что надо всех распихать по своим мирам и отчалить их от берегов данной реальности. Но тогда, конечно же, мир Теи и Питера останется без защиты многочисленных супергероев.

- Ну и, как водится во всех апокалипсисах, миру Теи и Питера так или иначе грозит гибель - всей их вселенной, если так посудить.

- Ева все это знает, потому что она всеведуща. Это женская версия Адама Уорлока, который был всемогущ и всезнающ.

Вроде бы все. Если остались вопросы, в комменты милости прошу ;)

========== END GAME ==========

ЧАСТЬ V

— Мы отправим всех в их вселенные, и уничтожим портал, — говорит Питер, не глядя ни на кого, кроме Теи. Он не для такого исхода ждал ее целую вечность. Не для такого финала искал Амидалу по всем концам вселенной.

— Вы погибнете тут, — выдыхает Тесса. Ее парень кивает, он кажется совсем белым от паники.

— Пожертвовать одной реальностью ради миллиардов других. Разве это не правильно?

— Ты говоришь, как Танос, — шепчет Тесса. Тея кивает.

— Он многому нас научил, правда?..

Музыкальная тема: Chord Overstreet — Hold on

Комментарий к END GAME

Обложка FIVE [final]: https://ibb.co/Lnjg5JF

========== «Как договаривались» ==========

Тея оказывается рядом с порталом — свет от него падает во все уголки темной ниши, оставшейся после обрушения здания, — как раз в тот миг, когда Старк латает дыру между черной дырой и последней уцелевшей стеной, вернее, ее остатками. Пока Кри не поняли, что произошло на самом деле (и не факт, что они вообще понимают, что рвут грани на части своим вмешательством), их бесконечный поток приостановлен. Надолго ли хватит этого промедления, никто не знает.

Сейчас силы Мстителей раскиданы чуть ли не по всей Земле: Тор и Локи вместе со своими копиями из других реальностей, уже слившихся с данной, крушат Кри где-то в небе над Нью-Йорком; Наташа Романофф, Клинт Бартон и несколько Вижнов помогают Вакандцам; Т’Чалла, его копия, копия его сестры, какой-то из Скоттов Лэнгов спасают Хоббитон, за который так радела Тея. Старк и Стрэндж из вселенной младшего Питера летают в районе северного полюса, где корабли Кри пытаются пробиться сквозь озоновую дыру.

Все они висят в общем эфире, разделенном на несколько каналов для удобства, и Тея, подключившись к ним, попадает в настоящий сетевой хаос. Голоса разрывают ее на части, пока она ищет глазами Питера, своего Питера.

— Эй, ты как? — Паркер ловит ее за руку, когда Тея соскальзывает по накренившейся стене вниз, в океан каменного крошева.

— В порядке, я в порядке, — тараторит девушка. — Ты?

Питер не отвечает ей, смотрит на Еву за ее спиной, хмурится. Он наверняка считает, что это все — из-за Евы, что апокалипсис в его вселенной происходит по ее вине. Тея знает, что он ошибается. Это не так.

Все вокруг рушится из-за Теи.

— Я не хочу умирать, — говорит Питер, так тихо, что девушка думает, что ей послышалось. Она поднимает к Паркеру затуманенный от слез взгляд, и видит в его глазах отчаяние напополам с принятием. Словно глаза его потускнели в один миг.

— Я тоже, — говорит Тея. — Но другого выхода…

— Знаю.

Обнимать друг друга, целовать друг друга — сейчас для таких простых вещей нет ни времени, ни возможностей, но Питер все равно притягивает Тею к себе, утыкается носом в сгиб ее плеча и шеи и сковывает в своих руках, как в капкане.

Это несправедливо. У них должна быть впереди целая жизнь. Хорошая, плохая — любая, но вся, целиком.

Сейчас у них нет и минуты.

— Стрэндж предупреждал меня, — с горечью в голосе говорит Питер куда-то в макушку Тее. Она вскидывает голову, пытаясь разглядеть в пыльном сумраке его глаза. Кажется, они блестят.

— Предупреждал, что мы все погибнем?

— …если я не закрою портал до твоего прибытия, — договаривает Паркер. Тея улыбается сквозь слезы.

— Надо было закрыть портал.

Надо было.

— И я никогда бы больше тебя не увидел.

Когда Старк, матерясь на все лады, бросает бороться с черной дырой, пожирающей все вокруг, и оборачивается к своим подопечным, то видит совершенно неожиданную, совсем неуместную картину: Питер и Тея, глотая слезы, целуются.

— Ромео, сейчас не время! — рявкает на них Старк. Питер отпускает девушку из объятий и поднимает к миллиардеру голову.

— У нас больше нет времени, мистер Старк, — говорит он с твердой убежденностью человека, которому терять больше нечего. — Скоро мы все погибнем.

Тони не понимает его последней фразы, пока к порталу не стягиваются многочисленные копии Питера Паркера, пауки из иных вселенных. Они с беспокойством смотрят на Питера и Тею. Тесса выступает вперед.

— Вы уверены? — переспрашивает она, должно быть, в сотый раз— Уверены, что другого выхода у нас нет?

— Увы, — согласно кивает Тея. — Вам пора вернуться к себе. Иначе все здесь будет уничтожено, и возвращаться вам будет некуда.

Ее голос теряется в шуме ветра — это воронка, в которую превратился портал, засасывает в себя все крошево, оставшееся от здания. Тея открывает рот, но звук долетает до остальных только по внутренней связи. Все, как один, бледнеют и теряются, не зная, что отвечать.

— Разве ничего нельзя придумать? — охает младший Паркер. Он находит руку своей девушки Тессы и стискивает ее в страхе.

Тея смотрит на них и молчит. Есть еще один способ. Она знает это, чувствует в сознании Евы. Как ни странно, Ева готова и на такой шаг. Видимо, думает Тея, в ней все же гораздо больше человеческого, чем суверенного.

Есть еще один путь. Ева может закрыть портал собой и погубить себя и, следовательно, Тею. Она отдаст их жизни черной дыре, закупорит собой рану в ткани реальностей, но… тогда никто не вернется домой. Реальности останутся такими, какие они есть сейчас — слившаяся воедино масса, целый пласт иных вселенных, сплюснутый в одно, размазанный по уцелевшим реальностям, как масло. Тесса и Питер не смогут вернуться к себе. Эндрю Паркер не найдет обратной дороги. Гвен не увидит своего парня, а Мэй — родителей. Целые миры останутся вязнуть друг в друге, и когда-нибудь это разрушит мироздание.

Ева готова пойти на этот шаг, если Тея согласится. Заморозить миры в таком состоянии и отдать жизнь ради хрупкого равновесия. Если бы это вернуло все на круги своя, то…

Тея не говорит об этом Питеру и остальным. Она качает головой, тянется к своему парню и думает лишь о том, как много она ему не сказала. «Прости меня, — отчаянно молит девушка. — Я не хотела всего этого.»

— Мы отправим всех в их вселенные, и уничтожим портал, — говорит Питер, не глядя ни на кого, кроме Теи. Он не для такого исхода ждал ее целую вечность. Не для такого финала искал Амидалу по всем концам вселенной. Но мир рушится у них на глазах, и нет ничего, что он мог бы сделать ради спасения всего человеческого рода.

— Вы погибнете тут, — выдыхает Тесса. Ее парень кивает, он кажется совсем белым от паники.

— Зато вы будете жить, — отвечает Тея. — Наша вселенная — одна из миллиардов других. Если ее не станет, ничего в ваших реальностях не поменяется, никто и не заметит даже.

— Но ведь…

— Пожертвовать одной реальностью ради миллиардов других. Разве это не правильно?

— Ты говоришь, как Танос, — шепчет Тесса. Тея кивает.

— Он многому нас научил, правда?..

Она переглядывается с Питером — тот стискивает ее ладонь в своей — и поднимает глаза к застывшему в пыли Старку. К нему стягиваются взрослые Мстители. Стрэндж, еще один Стрэндж, два Тора и три Локи, Вижн… Портал, превратившийся в черную дыру, сейчас единственная возможность вернуть всех обратно в их миры. Похоже, взрослые не согласны с выбором молодого поколения.

— Должен быть иной путь, — выдыхает Тор. Который из них, родной для Теи или из параллельной вселенной, она не понимает.

— В прошлый раз поиск иного пути привел к катастрофе, — услужливо напоминает ему Вижн. — В прошлый раз мы потерпели поражение, и Танос смел половину вселенной.

— А теперь эти дети предлагают уничтожить всю ее целиком! — рявкает бог. Его брат неожиданно поддакивает.

— Я уверен, маленькая Амидала чего-то не договаривает всем нам…

Но тут, как по команде, черная дыра за его спиной внезапно расширяется, сминает в своем центре часть земли под ногами. Локи охает, падает, не удержавшись, и его затягивает в сингулярность.

— Брат! — кричат сразу два Тора, кидаясь к нему, но не успевают протянуть руку — Локи растягивает вдоль тела, ноги уползают в воронку черной дыры, голова, бледная, почти безжизненная, остается смотреть на них у края поля. Тея ахает и отворачивается, прячась за плечом Питера.

От мощного взрыва содрогается вся земля, подростки-пауки падают на спины и скатываются вниз по пологой стене разрушенного здания. Тело Локи выплевывает обратно, потому что за ним в портал лезет очередной корабль Кри: его нос появляется в черной дыре, словно она ничего для него не значит, словно ее не существует. Старк чертыхается, бросаясь к установке на углу здания — с ее помощью он кое-как удерживал у портала баланс, теперь же, нарушенный, он грозится опрокинуть реальность в очередной раз.

Тея ударяется затылком об ногу Майлза Моралеса и на секунду теряет концентрацию — перед глазами все меркнет, всполохи разных цветов заполняют пространство, а потом вдруг оказывается, что это не ее глюки, а искры, летящие от корпуса инопланетного корабля, из которого снова валят пришельцы.

— Док, мне бы помощь не помешала! — рычит Старк, не справляясь с потоком. К нему бросаются двое из Стрэнджей.

— Отвлеките их! — кричит откуда ни возьмись взявшийся Капитан Америка. «Это его копия! — лихорадочно соображает Тея, ища глазами фигуру Питера. — Копия из параллельного мира!»

Жаль, что их капитана, настоящего капитана, больше нет с ними.

— Тея, спрячься! — вопит на нее Питер по внутренней связи между Карен-2 и Дэмероном — новым ИИ, встроенным в ее новый костюм, который по какой-то причине взял себе новое же имя.

Дышать становится трудно. И до появления Кри с этим были проблемы, но теперь все вокруг, и сам воздух даже, превратился в кашу, месиво из всего на свете. Тея натягивает на голову маску, подключает дополнительное вентилирование внутри костюма. Ева утаскивает ее за один из оставшихся в живых остовов и накрывает защитным куполом.

— Питер, где ты? — испуганно спрашивает Тея. На внутренних экранах его не видно — он отключил систему наблюдения нарочно и блокирует сигнал от Амидалы или же что-то в его костюме вышло из строя. — Питер!

— С северо… западной…роны! — слышится его голос сквозь помехи. — …бери Еву отсюда… срочно!

Но ни Тея, ни Ева, конечно же, никуда с места не двигаются. Амидала кивает ей, и в едином порыве они прыгают в сторону установки мистера Старка.

— Вы разделили квантовые связи между измерениями? — тараторит Тея. Старк хмурится и даже не говорит ей свалить в безопасное место, когда вокруг все рушится и грозится опрокинуться в ад.

— Последние штрихи навожу, мне нужно больше времени!

Пока Стрэндж защищает его от Кри — где-то на задворках слышится чудовищный рык Халка — значит, доктор Беннер все-таки нашел способ вернуться к Мстителям или же его притащила за собой Романофф — Тони Старк проводит сепарацию вселенных, словно хирург на самой сложной в мире операции. Он мало участвует в битве, он вообще мало двигается, и все равно выглядит уставшим, как никогда.

— Я помогу, — бросает Тея, перехватывая одну из светящихся линий над установкой.

— Ты ничего не… — начинает Старк и осекается.

Каким образом ему удалось придать квантовым связям материальную форму, остается загадкой, но Тея вопросов не задает. Она кивает Еве, и вдвоем они с трудом восстанавливают одну связь за другой.

Если бы только к Тее вернулись ее способности.

— Это неправильно, — говорит Старк.

— Простите? — Тее кажется, что она ослышалась.

— Это неправильно, — повторяет Тони с нажимом. — Все должно закончиться не так.

— Мне жаль, мистер Старк.

Он мотает головой и горько усмехается.

— Я все равно планировал умереть. Но вы, детки…

Договорить свою мысль он не успевает — установка разламывается прямо в его руках, отбрасывая ударной волной и его, и Тею. Они падают вниз с насыпи, Тея больно ударяется спиной об валун. Ева должна была защитить ее, но золотокожей копии Теи нет рядом — она оказалась по другую сторону установки, и к ней ринулись, как по команде, все уцелевшие Кри.

— Нет-нет-нет! — вопит Тея, вскакивая на ноги. — Удирай оттуда, глупая! Ну же!

Ева исчезает в одном месте и появляется уже рядом с Теей, но ее все равно задела жалящая пуля из оружия Кри — она разъедает оболочку защитных костюмов, как кислота, и по спине Евы ползет трещина. Амидала кричит от боли, падая на колени.

— Тея! — вопит в эфире Питер. — Проклятье, Тея!

Он рвется к ней сквозь гущу инопланетян, но его не пускают.

— Все нормально, — хрипит Амидала. — В порядке.

Думать о выживании сейчас почти преступно — они все равно погибнут в ближайший час, все вместе, разом, но Тея стискивает зубы, сдерживается, чтобы не кричать от боли, и поднимается на ноги.

Питеру помогает Майлз и Мэй, втроем они кое-как прорываются к развалинам установки Старка.

— На морг похоже! — замечает кто-то в эфире, и Тея не знает, имеют ли они в виду установку Старка, похожую на технологию, принесшую им всем столько проблем, или же пропасть, в которой оказались все они из-за Кри.

— Я говорил тебе убираться отсюда ко всем чертям! — рычит Питер, оказываясь рядом с Теей. Она улыбается ему сквозь невольные слезы.

— Знаю, забудь об этом. Мы все умрем, помнишь?

Он хочет что-то ответить ей, но не успевает: Старк, Стрэндж и доктор Беннер — обычный доктор Беннер, а не зеленое чудище Халк, в один голос заявляют, передавая сообщение по эфиру:

— Мы готовы.

Возможно, взрослые думали о другом финале. Возможно, они надеялись и искали выход. Но теперь у них нет ни времени, ни сомнений: все закончится здесь и сейчас.

— Ваше высочество! — обращается к Т’Чалле мистер Старк. — Делайте, как договаривались. И сохранит нас всех ваш бог.

— Поздно молиться, Старк, — горько добавляет король Ваканды. Луч от его космолета выстреливает прямо в центр воронки портала, и тот сжимается, словно выворачиваясь в обратную сторону.

— Пора! — ревут голоса всех Мстителей.

Тее вдруг чудится, что ее мир разделяется, расплывается на несколько копий, вытягивает, ширится, каждый осколок его набирает объем и вес. Вот, о чем говорил Питер: это похоже на фантазию наркомана под ЛСД. Все вокруг меняет очертания, пузырится, идет волнами. Это восстановились квантовые связи между измерениями. Это вселенные растекаются по своим местам в общей ткани реальностей.

Все восстанавливается с немыслимой скоростью.

У Теи кружится голова. Она хватается за Питера и оседает. Тот охает, подхватывая девушку под руки.

Этого момента… этого момента ждали полгода. Этот миг должен был стать историческим поворотом в хронологии вселенной Теи Амидалы, а станет ее концом.

Один за другим копии пауков с удивленными криками утекают из этой реальности, обретая свои места в родных мирах. Эндрю со вздохом покидает их мир. Кажется, он успел признаться в любви Гвен Стейси. Та плачет, протяжно стонет: «Питер Паркер, спасиб…» — и растворяется в ткани реальностей. Мэй пропадает из поля зрения. Тесса Холланд…

— Ребята! — ахает она, глядя на Тею и Питера.

Ее утягивает в воронку, оставшуюся от портала. Питер смотрит ей вслед и вздыхает.

— Скоро все это закончится, — говорит он в пустоту. — Тея плачет в его руках.

— Да, — кивает она.

Младший Питер Паркер, парень Тессы, копия Питера, исчезает последним.

— Пит, — тянется он к старшему товарищу. Питер ловит его за руку и удерживает рядом в последние несколько секунд.

— Возвращайтесь к себе. Закройте портал, почините чертов коллайдер. Залатайте эти дыры в своих реальностях и, черт возьми, сделайте их чудесным местом. Живите, Паркер.

Тея хочет добавить что-то от себя, открывает рот, подавшись к Питу, когда совершенно неожиданно он выстреливает паутиной в парящую рядом Еву.

— Что?.. — ахает Амидала. Ее Питер вдруг ставит девушку на ноги, поворачивает к себе лицом. Бледный, решительный, заранее скорбящий.

— Вот бы ты не любила меня так сильно, — непонятно выдыхает он и притягивает Тею к себе в едином порыве, целует — глубоко, больно, сильно.

А потом отталкивает от себя. И вручает в руки младшего Питера.

— Как договаривались, Паркер, — цедит он сквозь зубы.

— Что вы… — Тею бросает в панику, только она ничего не успевает сделать: ее и Еву вслед за младшим Питером утягивает в воронку портала и выплевывает с другой его стороны.

В мир, где не было Таноса. В мир, где не было войн. В мир, вернувший себе первоначальный вид, справедливый, живой, цельный.

В мир Питера Паркера и Тессы Холланд.

Прямо на глазах Теи трещина между реальностями заплывает рябью по воздуху и — растворяется, словно ее и не было. Закупоривая реальность. Закупоривая в ней Тею Амидалу.

— Питер?.. — неверяще тянет девушка.

Тесса за ее спиной переглядывается со своим парнем. «Питер велел мне спасти ее». «Ты шутишь?». «Они бы все умерли там».

— Я не… понимаю…

Тея трогает руками теплый воздух. Здесь середина лета, ветер дует со стороны океана. В Нью-Йорке этого мира царит покой.

— Питер?..

Реальности больше никак не связаны между собой. Обратной дороги нет.

И мир Теи Амидалы погиб.

Тея поворачивается лицом к замершим за нею Питеру и Тессе. До нее медленно доходит вся неотвратимость только что свершившегося факта, и она так же медленно открывает рот. Ее глаза вдруг окрашиваются в золотой. Волосы у корней словно электризуются, покрываются золотой пленкой вместе с кожей.

Ева видит это и накрывает Питера и Тессу защитным куполом.

Тея открывает рот и кричит.

========== Симбиоз ==========

Анаптаниум высасывает из Теи последние силы — она чувствует, как ее собственная защита, та мощь, что спасала ее, поддерживала в ней жизнь, теперь губит клетки тела. Руки и ноги, живот, грудь, голова — все тяжелеет, вязнет в воздухе, как в желе. Тея висит в центре сферы, которую создала сама, и не может пошевелиться.

Мир Теи погиб. Умер, как только портал схлопнулся и перекрыл доступ между измерениями. Кри убили планету, а вместе с ней и всю вселенную.

Питер умер.

Снова.

Казалось бы, Тея Амидала должна привыкнуть к таким поворотам судьбы. Но всякий раз это становится последней каплей на ее пути к саморазрушению.

Девушка висит в воздухе, распахнув рот в беззвучном крике — тот тонет в стенках ярко-желтой сферы, что поглощает все звуки, — и ей остается только плакать. Когда ей, наконец, кажется, что сфера вытягивает из нее оставшиеся крупицы сил, а вместе с ними и жизни, когда ударной волной сносит Питера и Тессу, уцелевшие руины бывших катакомб и только что отстроенные стены нового небоскреба, когда Тея думает — мысль меркнет в ее сознании, едва появившись, — что ей пришел конец…

В тело неожиданно возвращаются силы. Крепнут руки и ноги, проясняется в голове, бесконечное горе вытесняется твердым разумом. У Теи вспыхивают волосы и глаза, кончики пальцев покрываются золотой кожей, по шее текут золотые вены. Анаптаниумовый костюм покрывается золотом, металлические чешуйки сливаются в единое целое, образуя вокруг тела Теи новое тело.

Девушка падает на землю со стоном, и ветер тут же стихает.

— Т-тея? — неуверенно зовет Тесса. Питер не без оснований оттаскивает свою девушку подальше от Амидалы. Та вскидывает голову.

Перед глазами плывет, но спустя пару морганий все обретает четкость. Все вокруг подкрашивается ярко-желтым, словно Тея смотрит через призму калейдоскопа. Кажется, крик иссушил ей горло — она не может говорить, только хрипит и кашляет.

Боль, что разрывала грудную клетку и мешала дышать, внезапно стихает и становится незначительной на фоне ее нового состояния… покоя. Вселенского, всеобъемлющего.

«Что это?» — с удивлением вместо страха гадает Тея. — «Что со мной такое? Что с нами такое?»

Она уверена, что секунду назад умирала от бессилия, а теперь полна энергии и жизни, словно сердце и легкие работают в ее теле за двоих. Она буквально кожей чувствует силу, та разливается по ее организму вместе с кровью, и такого пресыщения она не испытывала уже очень давно, и теперь чувствует себя всемогущей.

— Тея? — сипит Питер.

Тея медленно поворачивает голову на звук его голоса. Такой хрупкий. Она может сломать его щелчком пальцев, если захочет.

— Куда… — еле слышно шепчет Тесса, — куда делась Ева?

Тея щурится и поднимается на ноги в едином порыве — тело такое легкое и такое сильное, что гравитация его больше не держит, и она парит над землей.

«О… — отстраненно понимает Тея. — Ева.»

— Что происходит?.. — испуганно переспрашивает Питер. Он и Тесса остаются внизу, на земле, и оба смотрят на Тею снизу вверх, бледные и трепещущие. Тея ощущает их страх, он виснет в воздухе почти осязаемым существом.

— Мы… — кое-как выговаривает Амидала — звуки с трудом продираются вверх по ее горлу. — Мы есть Ева.

Если бы что-то не сдерживало ее эмоции — купол спокойствия, явно навязанного извне,— она закричала бы от паники. Но сейчас и горе ее, и страх ее, и все чувства сделались вдруг незначительными на фоне захватившей разум мудрости, которую она не просила.

— Мы есть Ева, — с расстановкой повторяет Тея, чтобы услышали и Питер с Тессой, и поняла она сама. Что-то внутри нее, что вселилось только что, убеждает ее в правильности, нужности своих мотивов.

— О, Боже… — выдыхает Тесса. Тея чувствует, как она стискивает руку Питера Паркера своими дрожащими в треморе пальцами, чувствует, как рвано дышит Питер, как бежит по их жилам кровь, разгоняя гормоны. Им страшно. Тея замечает все это отстраненно, словно в фоновом режиме. Глубоко в ее разуме запустились процессы, о которых она не могла и подумать: Ева прочитывает ее память, как свою собственную, выцепляя из нее необходимые сведения.

Что она делает? Что ей нужно? Почему Тея чувствует себя всесильной и такой отчужденной?

— Ева в нее вселилась?.. — сипит Питер. Тесса мотает головой — «не знаю».

— Мы поглотили Еву, мы и есть Ева, — отвечает Тея, хоть вопросов ей и не задавали. Она все еще висит над землей, как Ева, и чувствует себя точно так же, и ведет себя подобающе. Организм, взращенный в теле человеческой девушки и вернувшийся к ней же.

Странное, ни с чем не сравнимое ощущение, окутывает Тею так, что она больше не чувствует себя беззащитной. Силы, что спали в ней, снова окрепли, вернулись с новой мощью. Но это не ее способности, больше нет.

— Зачем?.. Что это… такое, — Питер с трудом обличает сомнения в вербальную форму. Вскидывает голову, пытаясь разглядеть в нелюдимом лице Теи что-то знакомое. Вся она состоит теперь из золота. Если она — Ева, то суверенная мадам захватила власть над бедной девушкой, убитой горем. Так?..

— Ты думаешь, мы убили Тею.

Амидала опускает глаза вниз, на Питера, замечая, как дергается его тело, как гулко стучит его сердце под панцирной оболочкой костюма.

— Мы ее спасли, глупый смертный ребенок, — договаривает Ева. Питер не верит, кусает губы.

— Вр-решь!

Ева качает головой.

— Она умирала, — произносит Ева без тени жалости. — Она отдавала последние силы на выброс, который лишил бы ее жизни. Мы вернулись к ней и спасли ее.

— Может, она хотела умереть, — выплевывает Тесса. С некоторым удивлением Ева замечает слезы у нее на щеках. — Может, она не хотела жить тут без Питера!

Ева выискивает в памяти Теи ее личные переживания. Не хотела жить? Имеет ли Тея суицидальные наклонности?

— Нет, — твердо заявляет она. — Тея не искала смерти.

— Но Питера больше нет! — ахает Тесса, словно этот факт напрямую связан с желаниями Теи. Ева хмурится.

— И кто же в этом виноват? Договор, заключенный между двумя копиями, скрепленный их желанием, никак не учитывающий стремлений Теи Амидалы!

Питер опускает голову, словно его пристыдили. Тесса внезапно бросается на Еву с рычанием, и ей приходится взмыть выше, чтобы странная эмоциональная девчонка не задела ее своими острыми тигриными когтями. Они не страшны ей. Только Тесса Холланд поранится зря.

Внутри Теи творится нечто странное, страшное, удивительное, пугающее. Она чувствует, как Ева, словно компьютер, вычисляет что-то, Тее неподвластное, и отгораживает ее от своих же эмоций. Они мешают. Они причинят боль и заглушат важный процесс.

Процесс.

«Ты вернешь мне меня?» — спрашивает Тея.

«Позже», — отвечает ей Ева. — «Сначала я спасу наш мир».

«Но как?..»

«Жди…»

— Она бы не хотела этого, — настойчиво повторяет Тесса. — Они не хотела бы слиться с инопланетной заразой, из-за которого погибла ее вселенная.

— Она не погибла, — возражает Ева. — Мир Теи Амидалы жив. Пока.

— Что это значит?..

— Жди…

Она исчезает из этой точки пространства с тихим вздохом — не как Ева, но как подобие прежней Теи. И появляется уже в башне Старка, куда его самого выкинуло через портал. Как будто войны в мире Теи Амидалы не было. Как будто все в их вселенной осталось по-прежнему.

Старк находится на крыше. Смотрит на мирный город, целиком восстановленный после слияния, тяжело вздыхает и кажется немного расстроенным. Немного — потому что Тее сложно отличить одну эмоцию от другой, она отделила себя от них, чтобы ничто не нарушало ходу ее мыслей.

— Тони Старк, — зовет Ева. Он оборачивается и чертыхается.

— Амид… Ева?.. Что за х…

— Вы должны связаться с Питером Квиллом и Гаморой, дочерью Таноса, — без предисловий говорит Ева. — Мы хотим видеть их.

— Мы?..

— В вашем мире они уже украли батареи у суверенов.

Словно это все объясняет. Тея и сама не до конца осознает то, что делает, но сейчас не может отличить себя от Евы, а Еву — от себя. Они едины, разум Евы вплелся в ее мысли и заблокировал чувства, но Тея воспитала ее более человеческой, чем того хотели суверены из их вселенной, и сейчас (Тея заставляет себя верить в это больше, чем во все остальное) Ева спасает в первую очередь их мир. Ради Теи. Ради Питера. И только потом ради ее суверенов, которых она еще не видела.

— Ты Ева?

— Мы Ева, — поправляет она вконец обомлевшего Старка. — Не медли, Тони Старк, вам нужно спасти вселенную.

Потом Амидала исчезает и с башни Старка. И появляется на базе Мстителей, живых и здоровых. Потом летит в Ваканду и находит там королеву Шури вместо короля Т’Чаллы. И везде, где появляется, сперва она дает четкие указания, инструкцию, которую никто не посмеет нарушить, если хочет починить сломанное мироздание и вернуть все на круги своя. И везде, где она появляется, люди задают неуместные вопросы, действуют нелогично, злятся, удивляются, ведут себя как дети и не желают быть ведомыми.

Ева раздражена. Тея обессилена. Обе они, заключенные в одном теле, вынуждены ждать, когда простые смертные осознают, как хрупко равновесие, в котором они оказались, как много нужно успеть сделать за первые сутки, чтобы спасти угасающий мир, где Кри все еще разрывают на части города и страны, где еще живой Питер Паркер теряет надежду на спасение и ждет гибели с остальными героями. Где он даже не знает, что творится с Теей, но верит, что она простит его и будет жить в новом мире.

Необходимо просчитать каждый шаг, чтоб все получилось.

Когда солнце садится за горизонт в этом Нью-Йорке, Ева возвращается к Питеру и Тессе. Те ждут новостей от мистера Старка в башне последнего и совсем не ожидают вновь увидеть золотокожую Тею Амидалу.

Но она является к ним сама.

— Вы убедите остальных, — говорит Ева, беззвучно возникая в воздухе. Тесса матерится, Питер падает с дивана.

Ева оглядывает небольшой зал, где преступно мало мебели, но много воздуха. Таким была база Старка в мире Теи? Нет, она была другой, она была больше.

— Что ты делаешь? — тараторит Питер. — Куда ты пропала? Что происходит? Тея…

— Мы…

— Ева! Да, окей, черт с тобой! Ева! Что ты творишь?!

Ева не понимает, почему он напуган и зол одновременно. Люди — слишком сложные эмоциональные создания.

— Спасаю вселенную Теи Амидалы. Вы убедите остальных, что мы не враг этому миру.

— Черта с два! — рявкает Тесса. — Ты поглотила Тею, а теперь ждешь, что мы поскачем за тобой, как послушные кролики, и выполним любое указание только потому, что ты, видите ли, всесильная и всемогущая?

— Тесс… — тихо зовет ее Питер. — Прекрати, это…

— Что? Думаешь, это все еще Тея? Это какая-то бездушная машина!

Ева дает им пару минут на споры. Ева ждет. Какие же они странные, чуждые ей создания. Неудивительно, что они почти уничтожили целую вселенную. Удивительно, что они все еще живы.

— Вы не хотите всю жизнь чувствовать вину за то, что могли предотвратить гибель целого мира, — после непродолжительной паузы говорит Ева. — Вы не хотите знать, что могли все исправить и не исправили.

Она не спрашивает, утверждает это, точно зная наверняка. От всезнания кружится голова — у Теи, не у Евы, но вида не подают они обе.

Тесса снова хочет послать ее к неизвестному черту, но ее останавливают слова Евы. Они правдивы. Они правильны. Вот, почему вспыльчивая Тесса Холланд прислушивается к себе. Надежда, что параллельный мир все еще жив, теплится в ней и не дает покоя. Ева чувствует это.

— На базе Мстителей хранится портал, созданный Хэнком Пимом. Он работает. Он откроет путь в умирающую вселенную. Но пройти по нему сможет только Питер Паркер.

Питер вскидывает к Еве голову. Смотрит на нее, ждет, что она добавит еще что-то, что подскажет, как действовать. В конце концов, Ева понимает его немой посыл и поясняет:

— Ты двойник Питера Паркера, единственный, отражающий его генетический код полностью. Система Хэнка Пима свяжет тебя с Питером Паркером из умирающей вселенной.

Питер кривит губы. Он думает, должно быть, что впервые Тесса должна радоваться, что Паркеры в двух мирах так похожи — впервые это дает надежду на что-то большое и нужное. Только Тесса вспыхивает, словно факел, и снова тянется к парящей над землей Еве.

— Откуда нам знать, что ты не врешь? Откуда нам знать, что тот мир все еще жив, что его не поглотила черная дыра вместе со всеми Кри?

Глупая, вспыльчивая девочка. Тея спокойнее своего двойника. Ева прислушивается к ощущениям и тут же сама себе возражает: нет, Тея Амидала такая же эмоциональная, нестабильная. Вот, почему анаптаниум в ее теле привязался к эмоциям — нейронные связи в ней сработали так, что только вспышки гнева, ярости и страха вызывают у нее защитную реакцию. Глупая, вспыльчивая девочка…

— Ты можешь сидеть здесь и ничего не делать, и точно знать, что вселенная, из которой ты вернулась живой и невредимой, погибает, пока ты бездействуешь, — говорит Ева. — А можешь взять себя в руки и впервые наступить на горло своей песне, чтобы сделать хоть что-то важное.

Ева чувствует, как Тесса Холланд наполняется ядом, как обида клокочет в ее горле и норовит влиться в бранные слова неразумной девчонки, которой дали слишком много сил и слишком мало мозгов. Но та, к ее чести, не бунтует.

— Вы убедите всех, что мы не враг вашему миру, — повторяет Ева.

— Кого — всех? — спрашивает Питер. Он берет Тессу за руку, и он, в отличие от своей девушки, хочет верить Еве.

— Всех, кто прибудет на базу Мстителей за городом Нью-Йорк.

***

«Я не лидер!» — возмущается Тея.

«Нет», — соглашается с ней Ева. — «Но речь не о тебе. А о нас. Мы — лидер.»

На несчастную базу Мстителей, которая в этом мире выглядит куда лучше, чем в параллельном, стягиваются все силы человечества, какие Ева смогла вычислить и отыскать. Многие из них были в слившихся мирах и участвовали в войне, многие впервые об этом слышат. Чтобы у них все получилось, придется рассказать обо всех деталяхкаждому.

— У вас не так много времени, чтобы спорить, — говорит Ева, перекрывая всеобщий гвалт. Тони Старк бунтует против живого капитана Америки, Брюс Беннер пытается отыскать выход с закрытой базы, потому что не просил об этой экскурсии.

— Ты… Вы сказали, что параллельная вселенная не сгинула? — переспрашивает Наташа Романофф. Королева Ваканды Шури хмурится и переводит взгляды с золотокожей Евы на Тони Старка и обратно.

— В данный момент она умирает. И только нам под силу предотвратить ее гибель.

— Нам… то есть, тебе? — фыркает Брюс Беннер. — Ты же всесильна. Зачем тебе наша помощь?

— Мы не всесильны. Нас не хватит на полное восстановление. Девочка умрет, если мы сделаем все своими силами.

— Тея умрет? — ахает Тесса.

— Тея Амидала не способна более контролировать свое тело, — бесстрастно говорит Ева.

Тея знает это и поэтому не удивляется. Анаптаниум в ее организме, тот остаток, что сидел в ней после появления Евы, защищал ее внутренние органы. Выброс, спровоцированный ее эмоциями, вытянул из ее организма этот остаток. Она оказалась пустой и беззащитной. Она умирала.

— Если одна из вас умирает, а вторая — инопланетянка, из-за которой параллельный мир чуть не сдох, — тянет резину Наташа Романофф, — то каким это образом мы можем вам верить?

— Ты хочешь спасти мир, мисс Романофф?— на мгновение Тее кажется, что Ева ослабила контроль и позволила эмоциям вылиться в раздражение. Но, возможно, это всего лишь воспитание, доставшееся Еве от Амидалы.

— Что от нас требуется?

Ева смотрит на хмурого Тони Старка.

— Скоро сюда прибудет корабль Питера Квилла. Он приведет за собой армию суверенов.

— Армию?! — вскрикивают все вокруг. Ева выжидает многозначительную паузу. Чувствительные люди…

— Питер Квилл нанес смертельное оскорбление верховной жрице Айеше. В этом мире он выкрал у нее аннулаксные батареи, анаптаниум, священный для суверенов. Суверены придут за ним, чтобы отомстить.

— Ты хочешь, чтобы мы боролись здесь с суверенами? — гудят Мстители. — Это твой план?!

Ева молчит. Она взмывает еще выше, ожидая, когда неугомонные люди прекратят строить из себя самых важных персон планеты. Как будто они влияют на что-то в мире… Но Тони Старк рычит, что не допустит очередной войны, Наташа Романофф готова обнажить кинжалы против Евы, Брюс Беннер не желает участвовать в чем бы то ни было вообще. Питер Паркер и Тесса Холланд ждут общего решения, и только в них Ева и Тея видят союзников.

«Нам придется их успокоить», — думает Тея.

«Ты права.»

Вокруг Евы вспыхивает сфера, она ширится, заполняет собой пространство, она давит на кричащих людей внизу, заставляя их заткнуться и хватать ртом воздух.

— Мы спасаем свой мир, из которого пришли, и не хотим войны! Вам остается либо присоединиться к спасению вселенной, чьи люди пожертвовали собой ради вашего блага, либо беспомощно наблюдать, как та умирает на ваших глазах, оставляя во второй раз вас беспомощными, никчемными созданиями, не способными увидеть что-то еще за своим эгоизмом!

Когда, наконец, все успокаиваются и смотрят на парящую в воздухе Еву осмысленными, испуганными глазами, Ева кивает.

— Мы повторим, — выдыхает она. — Питер Квилл и Гамора, дочь Таноса, приведут сюда армию суверенов. Суверены понадобятся нам, чтобы пройти через портал Хэнка Пима и восстановить баланс в нашей вселенной. Это их долг.

— С чего бы им помогать тебе? — неуверенно переспрашивает капитан Стив Роджерс. — Вы говорите, что они принципиальные и злые ребята.

— У них есть Адам, — лаконично отвечает Ева.

— И кто же он?

— Моя копия.

Комментарий к Симбиоз

А кто это у нас такой классненький и посмотрел Венома, угадайте-ка? :D

========== Прибытия и отбытия ==========

Никто не ждет, что суверены разнесут Землю на куски только из-за присутствия на ней Стражей, но каждый думает, что приглашать компанию Питера Квилла было неразумно. Ева ожидают их корабля с минуты на минуту, по их подсчетам Стражи должны прилететь буквально сейчас.

Если у кого-то и есть возражения, то все помалкивают. Ева обещали им защиту в обмен на помощь. К тому же, это они избавят Мстителей от неуемного чувства вины, которое грызет их и грозится грызть до конца дней, если они не вернут все на свои места прежде.

«Зачем использовать Стражей?» — беспокойно думает Тея.

«Они приведут суверенов», — отвечает Ева.

«А мы сами не можем с ними связаться?»

«Нам это не под силу.»

«А суверены нашей вселенной?»

«У них нет Адама.»

«Да на кой леший нам сдался этот Адам?!»

Терпение. Все, чего просит Ева у своего сосуда, который взрастил ее, это терпение. К сожалению, Тея и в лучшие времена не могла им похвастаться, теперь же ее и вовсе разрывает на части от осознания, что любое лишнее слово или действие приведет всех к краху. Кажется, в такой ситуации они уже побывали… Но сейчас Тея может застрять в этой реальности, живая и невредимая, и если ее мир погибнет, то это будет самая ужасная участь, которую она могла бы себе представить.

«Ты расскажешь мне, зачем нам понадобился какой-то Адам?» — гнет свое Тея. Если бы Ева умела закатывать глаза, она бы это сделала.

«Он вытащит твою реальность из задницы, как ты выражаешься.»

«Это, вообще-то, и твоя реальность.»

Если бы Ева могла заглушить внутренний голос Теи в себе, она бы это сделала. К сожалению, это невозможно. Тея постоянно беспокоится и волнуется, страх в ней перетекает в панику и обратно, мысли о Питере Паркере скачут от «он еще жив» до «он скоро умрет» и «сделай же что-нибудь», и «оставь мне меня», и «верни нас обратно», и… Хорошо, что суверены не столь эмоциональны и вспыльчивы — даже один час, проведенный с чувствительностью Теи Амидалы лишает Еву всяких сил. Как же держатся человеческие существа на пределе своих возможностей, если постоянно испытывают все это?..

Одно Ева знает точно и не показывает этого Тее: во время слияния Ева запечатала не столько саму Амидалу в коконе из себя, сколько ее эмоции. Когда придет черед для сепарации, на Тею обрушатся все ее чувства сразу, вся боль и крики, которые она не успела вытянуть из себя вместе с последними силами. Возможно, это убьет ее.

Ева не может просчитать все вариации будущего, в случае с Теей, увы, поведенческий анализ и всевозможные вероятности дают сбой. Поэтому она лишь надеется — глупое, странное понятие, которому ее научила человеческая натура Амидалы.

Когда на Землю прибывает корабль Стражей галактики, Ева чувствует это и оказывается рядом: Питер Квилл и его команда приземляется на территории Новой Зеландии — странное стечение обстоятельств, которое даже Еве кажется неожиданным. Этот Питер Квилл и эта Гамора, дочь Таноса, не знают Тею, облик которой держит на себе Ева. Поэтому они думают, что перед ними — суверен. В каком-то смысле они правы.

— Я говорил, не надо было принимать это приглашение, когда у нас золотозадые на хвосте! — ворчит некто, вываливающийся из затухающего корабля следом за изумленными прибывшими.

Ева смотрит на него с удивлением.

«Мы не звали говорящую собаку»

«Это енот. — отзывается Тея. — Его зовут Ракета.»

«Мы не звали говорящую ракету.»

«О, Господи!»

— Ну одного-то суверена я точно на кол посажу! — рявкает Питер Квилл, вскидывая пистолет. Ева выдергивает его из рук незадачливого грабителя одним лишь взглядом, поведя бровью.

— Оставь оружие, Питер, сын Земли, — говорит она, взмывая над площадкой, куда приземлился корабль Стражей. — Мы не хотим драться, и мы ждали не тебя.

— Мы? — хмурится Гамора. Ева кивает. По ее просьбе, вернее, приказу, как выразился Тони Старк, Мстители в полном составе не покажутся на глаза изумленным Стражам, пока не придет время. Какое именно, знает одна лишь Ева.

— Мы ждем суверенов, которых вы ведете за собой. Они нужны нам.

— Да кто это, мы? — рявкает енот. К нему с корабля спускается огромный ствол дерева, ходячий, с листвой. Ева никогда таких не видела, ей он в новинку. Она не показывает виду, но ей интересно, что это за существо.

«Это Грут, — вздыхает в ее голове Тея. — А тебе бы сейчас не отвлекаться. У нас времени нет».

Она права.

— Вы видели мертвые планеты по пути на Землю, — говорит Ева. Стражи не отвечают ей, но по их лицам ясно, что Ева все просчитала правильно. — Это осколки иных миров, параллельных реальностей, некоторое время живущих в одной точке пространства. Этот сдвиг породил миллиарды аномалий, которых твоя команда сумела избежать только потому, что находилась далеко от эпицентра. Теперь баланс системы восстановлен, силами, похожими на вашу. Вашими копиями в том числе. Копиями многочисленных героев из вашей реальности и иных. Но один из миров в данный момент погибает.

— О, я знал, что здесь есть какое-то «но»! — дергается Питер Квилл. Ева хочет заткнуть его силой, но ее руку останавливает мимолетное сострадание, мелькнувшее в сердце Теи. Глупые, несуразные люди. Они губят себя, поддаваясь эмоциям, с которыми не умеют справляться.

— Мы, выжившие из иного мира, — нехотя продолжает Ева, — хотим сберечь его. Нам нужна помощь.

— Не наша, я так полагаю? — хмыкает Гамора. Она умнее и спокойнее своего… напарника.

«Возлюбленного», — подсказывает Тея, отмечая заминку.

«В этом мире все может быть другим», — думает Ева.

«Да, — соглашается Тея, — может. Но не любовь.»

Этого Ева не понимает, поэтому никак не реагирует.

— Мы суверен. И нам нужна помощь суверена.

— Которого? — фыркает енот. — Эта их верховная жрица-львица не самый лучший помощник.

— Нет. Но у нее есть сын.

И никаких ответов от пораженных, испуганных даже Стражей Ева уже не получает: в атмосферу Земли входит без предупреждения отряд кораблей суверенов, маленьких золотых точек в безоблачном небе.

— Приготовь своих людей, Тони Старк, — говорит Ева по выделенной линии связи. — И помни: суверены весьма обидчивы. Говорить будем мы. А ты позаботишься о новых друзьях.

К уже изрядно побитым Стражам присоединяется небольшой отряд из Мстителей — тех, что побывали в иных реальностях и видели там других Питера Квилла, Гамору и Ракету.

— А вы еще кто такие? — восклицает Квилл.

— Спокойно, джедай, — фыркает Старк, — убери свою пукалку.

«Люди, — со вздохом думает Ева, — распаляются на детали, игнорируя то, что важнее.»

«Все главное как раз содержится в деталях», — укоризненно отмечает Тея.

Корабли суверенов спускаются на землю без боя — потому что Мстители предупредили Новую Зеландию о гостях — и выходят к ожидающим их Стражам — потому что им не нужны посторонние жертвы, и они готовы обменять Питера Квилла на гарантию безопасности.

Пока верховная жрица медленно вышагивает по неровной земле, запинаясь о подол своего платья и выступающие под ногами кочки с ярко-зеленой травой, Ева терпеливо ожидают ее, прячась за людьми. Им нужен Адам. Не его мать.

— И долго она так будет тащиться? — фыркает Ванда Максимофф. Все едва ли не смеются в голос, видя эту картину: как верховная жрица смешно идет по узкой ковровой дорожке, что стелют перед нею ее подданные.

— Можно сказать? — хрюкает енот.

— Нет, — чуть ли не хором возражают ему Питер Квилл и Гамора.

— Я есть Грут, — грохочет говорящее дерево. Ева изумленно смотрит на то, как шелестит листва на его стволе и руках.

— Кто тебя вообще спрашивает, — ворчит енот, — ты и пень красоткой назвать можешь.

— Я есть Грут!

Енот косится на Еву. Та склоняет голову набок. Что?

— А… — тянет тот. — Ну, у нее явно другие планы.

Наконец, королева суверенов оказывается прямо перед Тони Старком и его командой. Она вся словно состоит из мягкого золота, ее кожа светится в солнечных лучах, а черты лица будто застыли и не меняют свою форму уже долгие годы. Ее глаза, такие же золотые, оценивающе смотрят на Старка, Наташу Романофф, Стива Роджерса. Потом находят Питера Квилла, стоящего чуть дальше, в тени людей Земли.

— Мы не тронем вас, жалкие смертные, — высокомерно заявляет жрица, — если вы отдадите нам одного лишь наемника.

Непривычное молчание, прерываемое шумом ветра над головами, нарушается спустя десять секунд, голосом Старка:

— Ты, конечно, хотела сама вести переговоры, красотка, но тебя что-то не видно. А эта мадам обозвала нас жалкими. Не могу не ответить. Я…

«Да, — саркастично отзывается Тея, — мы разве не собираемся вступать в диалог?»

«Не с ней», — спокойно думает Ева.

— …пока вы не сказали что-то еще, порочащее нашу великую расу, — скрипит зубами жрица, — мы напомним вам, что в наших силах уничтожить всю вашу жалкую планету одним махом.

— Смотрите-ка, она снова обозвала нас жалкими! — протяжно замечает Старк. — Красотка, ты так и будешь прятаться? Ты заварила эту кашу, не хочешь ее разгрести?

«Чего ты ждешь?!» — возмущается Тея. Ева едва ли может удержать ее эмоции под контролем — даже поглощенные внутри ее тела, скованные, они не дают ей расслабиться и рвутся на волю, как непокорный зверь. Эмоциям Теи Амидалы можно было бы дать отдельное имя. Буря.

«Терпение», — думает Ева. Он покажется им сам, иначе им придется вступить в бой с представителями родной расы.

На короткое мгновение ей кажется, что она просчиталась: Айеша не потерпела поражение в погоне за Стражами, не потеряла свой флот в попытках поймать Питера Квилла и его отца, не создала Адама и явилась сюда не с секретным оружием в козырях, а со своей малой армией, чтобы забрать себе положенное. Айеша дает знак своим подданным, те мгновенно направляют свое оружие на окруженных Мстителей и Стражей.

Тогда Ева берет дело в свои руки. Она накрывает людей куполом, тот искрится и светится на солнце, и суверены только теперь замечают сходство.

— Что это? — тут же восклицает их верховная жрица. — Как вы смеете! Вы используете энергию наших же батарей, чтобы защитить свои никчемные жизни?!

Прежде, чем она успевает напасть на Мстителей, прежде, чем начнется битва, к которой обе стороны не готовы, Ева взмывает в воздух и показывается на глаза Айеше.

— Что ты такое?! — вопит она. Она напугана до паники и дает знак своим подданным. Те стреляют без предупреждения, но Ева отмахивается от их выстрелов, как от мух.

— Ты покажешься сам или нам придется сковать твою мать и ее людей? — спрашивает Ева как будто у воздуха. — Мы не хотели бы прибегать к насилию. Оно ни к чему.

Тогда рядом с побледневшей Айешей проявляется прямо из ниоткуда мужской силуэт. Он обретает четкость, становится твердым, золотым, как его создательница. Он превращается на глазах у изумленных Мстителей и Стражей в Адама, сына Айеши.

— Добро пожаловать на Землю, — здоровается с ним Ева. На жрицу и остальных она не смотрит, опускается ниже, пока Адам взмывает вверх, и кланяется ему. Эти традиции были заложены в ней сувереном, что вытянул ее из тела Теи Амидалы. Эти традиции она знает с момента своего рождения.

Что Адама нисколько не удивляет, словно и ее существование он предвидел.

— Ты как я, — говорит он монотонным голосом, похожим на голос Евы, — но ты не я.

— Мы принадлежим параллельной вселенной, — отвечает Ева. — Мы как ты.

За ними наблюдают все в полном молчании — и Мстители, и Стражи, и даже суверены удивлены так, что слов не находится.

— Я предполагал, что такое возможно, — кивает Адам. — Я заметил изменения в ткани реальности, которые разгладились до того, как я смог выявить причину нарушений.

— Это был разлом, который мы восстановили.

— Какой ценой?

«Ценой всего», — думает Тея в глубине души Евы. Адам отмечает необычное поведение своего двойника, но ничего не говорит — возможно, он не уверен, стоит ли озвучивать вслух свои предположения.

— Вы необычны. Я думал, что я единственный в своем роде.

Тея отмечает, как легко и просто он перешел на «вы», словно выявил в Еве еще одну личность, спрятанную глубже, куда не доберется сознание смертного.

— Ты все еще единственный в своем роде. Тебя создала Айеша, верховная жрица суверенов, взрастив из своей ДНК в аннулаксном коконе. Меня же взрастил в себе человек, а вытянул из него суверен. Во мне меньше суверенного, чем в тебе, и все же мы похожи больше, чем ты думаешь.

— Ох-еть, — свистит раздражающий енот. Ева дергает рукой, и его рот запечатывает заплаткой из анаптаниума. Тея хмыкает внутри нее.

— Теперь наш мир умирает. Ты знаешь, что это значит, — говорит Ева.

«Откуда ему-то знать?!» — шипит Тея, но не успевает ничего добавить: Адам согласно кивает, поражая Амидалу.

— Вам следует вернуться к себе до того, как любая связь между вашим миром и этим исчезнет. Иначе вы погибнете здесь.

— Да.

— Охренеть, — второй раз ругается кто-то. Теперь уже Питер Квилл. Гамора, дочь Таноса, одергивает его за руку, чтобы и ему не запечатали рот.

Тея, в отличие от Стражей и Мстителей, не возмущается, словно она и так знала все заранее. Но Ева думает, что Тее просто наплевать на свою судьбу, пока ее эмоции запечатаны в ней, как в капкане. Или же она смирилась со своей участью еще в родном мире и теперь просто ждет конца.

— Нам нужна твоя помощь, — говорит Ева. — Вот почему мы призвали тебя.

— Вы призвали Стражей, а за ними уже — мою мать.

Тее думает, что Адам обижен, хотя суверену, выращенному в коконе, вряд ли подвластны такие низменные чувства.

— Мы не знали, как найти тебя. Но мы знали, как найти твой народ.

— Потому что это и ваш народ.

— Верно. И ты поможешь нам вернуться.

***

Тони Старк готовит разгромленный портал, вернее, то, что от него осталось — единственное кольцо и один заряд, которого хватит на первую вспышку, — к работе. Стражи соглашаются поучаствовать в этом «эксперименте», хотя Ева предупреждают их, что путешествие через сломанный портал не будет увлекательным приключением.

Питер Паркер и Тесса Холланд ждут в стороне, смотрят на все испуганными глазами, и сперва Еве кажется, что им страшно за себя. Но они удивляют ее, когда подходят к ней и говорят:

— Будь..те осторожны.

Ева хмурится.

— Питер наказал мне позаботиться о Тее, — упрямо заявляет человек-паук. — Чтобы она жила здесь, в нашем мире, свободной и здоровой. И… счастливой.

Он сам не верит в свои слова, понимает Ева.

— И была бы Тея Амидала счастлива в мире, где копия ее возлюбленного живет с другой, а ее настоящий возлюбленный умер?

Питер краснеет, трет шею рукой, второй сжимая ладонь своей девушки.

— А ты хочешь подвергнуть ее опасности! — добавляет Тесса Холланд. Она вспыльчивее своего молодого человека, но добрее, чем хочет казаться. Ева чувствует это. Чувствует это и Тея.

— Мы хотим вернуть все на свои места. И спасти наш мир. Иначе ваша реальность погубит нас.

— Так это правда? — хмыкает за спиной Евы Стив Роджерс. Она кивает ему, не оборачиваясь.

— Вы слышали слова Адама. Он не врет.

— Откуда же нам знать…

— Суверены не умеют врать.

Питер и Тесса усиленно кивают, чтобы подтвердить слова Евы. И когда приходит черед, они первыми за нее заступаются…

— Мы и Адам откроем портал, и нам понадобится Питер Паркер, чтобы отыскать нашу вселенную, — говорит Ева.

— А что насчет перехода? Он будет болезненным, — хмурится Ванда Максимофф. В этом мире она умеет создавать альтернативные реальности, и она знает, о чем говорит.

— Не просто болезненным, — соглашается с ней Ева. — Он будет невыносимым.

— Что? — ахает Тесса. — Мы на такое не договаривались! Питер, ты не пойдешь туда!

Но Питер качает головой, вытягивает свою руку из хватки девушки. Он смотрит на парящую над ним Еву и видит Тею. Лицо Теи, глаза Теи, ее руки и ее жесты. Разве может он позволить ей умереть, когда поклялся своей копии, что будет защищать?

— Я сделаю это. Я смогу.

— Ты выдержишь это, Питер Паркер, — говорит Ева.

Она могла бы добавить что-то еще, более утешительное и подбадривающее, но не добавляет. Времени почти не осталось.

— Как только Питер Паркер отыщет свою копию, мы и Адам пройдем сквозь портал и попадем в почти умирающий мир.

— Я помогу и там, — говорит Адам еще до того, как Ева успевает спросить это об этом. Он знает все заранее, он обладает теми же знаниями и силой, что и Ева, так что удивляться тут нечему. Но его бескорыстная помощь вызывает сомнения. Откуда в не ведающем сострадания суверене человеческое сочувствие? Какие цели он преследует, спасая мир Теи Амидалы?

— Какой ценой? — спрашивает его Ева.

— Я оглашу ее после того, как спасу вас.

«Он опасен», — думает Тея. Только выбора у них нет, и даже Амидала плюет на опасения. — «Мы вернемся домой, и спасем наш мир. Спасем Питера».

Ева не говорит еще, что в случае неудачи ей не удастся вытащить из квазипространства Питера Паркера. Но Тея дожимает ее своей уверенностью. У них получится.

«Питер!» — отчаянно думает Тея, и это прибавляет им обеим сил.

Ева кивает Адаму. На развалах уничтоженного портала они воссоздают новый, Тони Старк запускает в нем последнюю вспышку, и ее хватает, чтобы сила Евы и Адама подхватила ее и унесла в глубину нового разрыва. Перед ним раскрывается разноцветное пятно, квазипространство, в котором нет измерений, времени, направления, в котором нет ничего, даже пути, ведущего в другие миры.

Питер стискивает руку Тессы и отнимает ее. Пора.

— Ты справишься, Питер Паркер, — говорит ему напоследок Ева.

Питер кивает. И шагает в пустоту портала с коротким вздохом. А потом все вокруг вспыхивает, все цвета заполняют собой пространство, и Адама и Еву утягивает внутрь следом за Питером.

Дом.

Комментарий к Прибытия и отбытия

Первоначальный вариант этой главы вводил в повествование еще и Уэйда Уилсона, известного, как Дэдпул, но я решила, что это чересчур. Пришлось переписывать :D

========== На круги своя ==========

Водоворот из разноцветных всплесков кислотных оттенков выдавливает Еву в узкую щель, еле заметный лаз, связанный сейчас с порталом Хэнка Пима одной лишь нитью — ДНК Питера Паркера. Возможно, будь Ева самостоятельным существом, ее не выдернуло бы так сильно и она нашла бы в себе силы противостоять напряжению извне, тому, что давило на нее со всех сторон во время перемещения. Но сейчас Ева это два существа, и человеческой девушке внутри нее приходится нелегко. Голос Теи почти стихает за то время, что они проводят в квазипространстве.

Но едва Ева находит опору под ногами — пыльную землю и развалы некогда высокого элитного небоскреба на Манхэттене, как Тея внутри нее слабо отзывается.

«Питер.»

— Поспешим, — говорит Адам Еве, словно не чувствует того, что и она. Наверное, ему переход дался в разы проще. Но Ева осматривает раскуроченные стены в поисках человека, что привел их сюда.

— Где Питер Паркер?

— Вероятность того, что он погиб, приравнивается к 60%, — охотно заявляет Адам. Тея внутри Евы ахает и возмущается.

«Пусть заткнет свой рот, Питер не мог умереть!»

Ева ничего не отвечает, предпочитая сохранить нейтралитет, и взмывает в воздух. Ссориться с Адамом им нельзя, хоть Тея и готова вырваться из тела Евы и кинуться на суверенного сына с голыми руками. «Есть дела поважнее твоей мести».

Ева находит Питера, лежащим навзничь, у одного из провалов панорамного окна, от которого остались лишь осколки стекла.

— Ты справился, Питер Паркер, — зовет она парня. Он кряхтит и приподнимается на руках кое-как.

— О-ох… Ты— вернее, вы были правы — я чуть не вывернулся наизнанку в этом портале.

Ева помогает Питеру подняться — у него явное сотрясение, к тому же он сломал ребро, упав с большой высоты. Ева чувствует, как Тея снова злится. «Ты должна была уберечь его от таких травм!»

«Но он согласился помочь тебе самостоятельно», — возражает обескураженная Ева.

Пока Питер поднимается на ноги и выпрямляется, морщась, Ева взмахом одной руки вправляет ему вывернутую лодыжку на место — парень кричит и неожиданно оседает.

«Я помогла ему, но он не рад этому», — недоумевает Ева. Тея молчит и ждет неизвестно, чего. — «Люди неблагодарные сущ…»

И тут Амидалу прорывает таким потоком нецензурной брани, что Еве приходится терпеливо выждать момент, когда у нее закончатся ругательства. Она все еще не понимает этой злости.

— Ты цел?— спрашивает Ева, наконец, утихомирив Амидалу. Звучит даже не вопрос, а почти утверждение, и Питеру Паркеру ничего не остается, кроме как согласиться.

«Ты сделала ему больно!»

«Нет,— напряженно отвечает Ева, — я ему помогла.»

Она чувствует, как Тея беспокоится за копию своего возлюбленного, и тогда ей приходится вспомнить о таком понятии среди людей, как друзья. Без него беспокойство человеческой девушки теряет смысл. Ева считала, что волноваться Тея может только о Питере. Но она и волнуется…

«Найди Питера!» — воет Амидала внутри нее. — «Выпусти меня из себя!»

«Еще рано», — возражает Ева. Берет под руку бледного Питера Паркера и взлетает с ним на несколько футов над землей. Питер не кричит и не сопротивляется, вероятно, полагая, что подобное поведение спровоцирует у него новые боли во всем теле. Пока Тея беснуется внутри Евы, та проводит скорый анализ данных поломанного человека-паука. Жить будет, перелом нестрашный, он уже почти зажил благодаря быстрой регенерации в теле мутированного парня.

Люди… такие хрупкие и такие бесстрашные со всей своей хрупкостью.

— Точка, где взорвался портал кри, находится на северо-западе, — сообщает она Адаму. Если им вдвоем удастся отыскать ее и портал, то они смогут расширить его, впустив обратно помощников Мстителей.

Или заново разбомбить эту реальность.

Они летят над безмолвным городом — тот словно вымер, пережив апокалипсис, и никого вокруг не видно. Ева осматривает разрушенные здания, сканируя твердые обломки стен и потолков, но не чувствует за ними жизни. Словно они опоздали, и все погибло.

Но этого не может быть. В противном случае, им некуда было бы возвращаться.

— Где же люди? — хрипло стонет Питер Паркер. — Не могли же они…

Ева не дает ему договорить: резко дергается вперед вместе с пауком и летит быстрее прежнего, заставляя его глотать ртом пыльный поток воздуха. Адам устремляется за ними следом.

«Питер!»— отчаянно думает Тея. — «Там, у развалов башни Оскорпа!»

Возможно, она быстрее его почувствовала, что почти невероятно, но походит на правду. Ева не может утверждать наверняка, была ли это ее собственная установка или же реальные чувства Теи, прорвавшиеся сквозь заслонку внутри нее, но факт остается фактом: они летят за тянущим ощущением тепла, которое Тея чувствует только при одном случае.

«Питер!»— ее голос почти заглушает мысли Евы; они вместе с пауком из другого мира приземляются у поваленной навзничь башни-небоскореба и видят тело в темно-красном вибраниумовом костюме под уцелевшим стеклом из окон «Оскорп-корпорэйшн».

Еву пробирает неведомая ей ранее дрожь, и она не может поднять руки. Тогда Адам помогает ей: одним взмахом отправляет стекло в полет до ближайшей стены, где оно разбивается. Ева склоняется над телом Питера Паркера. Бледное лицо в разломанной маске, зажмуренные глаза. Но он дышит.

«Почини его! Спаси! Чего же ты медлишь, сделай хоть что-то!»

Ева не понимает, что сковывает ее: собственное недоумение или же человеческая слабость Теи. Она бегло осматривает человека-паука, пока его копия склоняется рядом над лицом и выдыхает:

— Он жив, без сознания только.

«Да, — понимает Ева. — Но у меня не хватит сил вытянуть его к свету.»

«Спасиегоспасиегоспаси, — плачет Тея. — Ну же! Он нужен нам живым! Иначе все бессмысленно! Слышишь, ты, бесчувственная сволочь?!»

Ева чувствует, как теряет связь с Амидалой, как трескается купол, что она возвела вокруг ее эмоций, чтобы те не мешали ей думать и не убили человеческую сущность, породившую ее. Если она отпустит Тею сейчас, чувства убьют ее на месте. Может ли Ева вообще отпустить Амидалу хоть когда-то, без оглядки на ее смертность?

— Я не могу, — четко произносит она, пытаясь донести эту простую мысль до Теи. — Не в моих силах вытащить его.

И она поворачивается к замершему рядом Адаму. Тот выглядит… разочарованным. Чем именно, Ева не знает.

— Спаси его, — говорит она. Адам переводит взгляд с Питера Паркера на Еву, только тогда она понимает: Адам — суверен с суверенной натурой. Он не видит смысла в человеческих жизнях.

— Зачем? — спрашивает он, подтверждая опасения Евы. — У вас уже есть такой же человек. Вот он. Он моложе и выносливей.

Питер Паркер из другого мира вспыхивает.

— Ты издеваешься? Спаси Пита! Ева… Нет, Тея вернулась к нему, чтобы спасти! Помоги нам!

— У меня нет причин спасать человека, не принадлежащего моей реальности. Если только…

Он не договаривает, опуская детали, и тогда Ева выдыхает:

— Я знаю. Я заплачу эту цену.

Она делает то, что обещала. Спасает мир Теи Амидалы. Все остальное не существенно.

Адам доволен ответом. Он подхватывает Питера Паркера силой мысли, поднимает его в воздух, заключает в золотой купол, похожий на тот, что создавала раньше Тея и создает теперь Ева. Тело Питера Паркера крутится внутри сферы, раны его заживают на глазах, дыхание выравнивается. Наблюдая за этим процессом, Ева чувствует приближение опасности, но не идет на поводу инстинктов, потому что не может сейчас отвлекаться.

— Присмотри за горизонтом, Питер Паркер, — произносит она, обращаясь к пауку на земле. Он нахмурился и стискивает руки в кулаки — тоже заметил.

Как только исцеление завершается, а Адам, невероятно довольный собой, опускает тело Питера Паркера на землю, та содрогается от первого толчка грядущего стихийного бедствия.

— Реальность рушится, — говорит Ева. — У нас мало времени.

Она хочет оставить Питера с его копией и уйти в атмосферу Земли, чтобы предотвратить катастрофу — только таким образом, создав мост между собой она и Адам смогут восстановить баланс искривленной реальности, но им придется уничтожить всех Кри, которые еще остались и прячутся в недрах Земли.

Но она медлит, засмотревшись на бледное лицо Питера — вернее, это Тея удерживает ее рядом с ним и не дает сделать единственное, ради чего ей стоило возвращаться. И тогда они обе опаздывают: Питер Паркер кашляет, его грудь вздымается от первого глубокого вдоха, и он открывает глаза.

— Тея, — еле слышно ахает он. — Почему?..

***

Ева готова оставить его без ответа и улететь, не теряя драгоценных мгновений, и Адам ждет ее решения. Но что-то — кто-то, Тея — не дает ей сделать и одного движения. Тея Амидала завоевывает тело Евы, отбирая у нее контроль. Тея Амидала, которую она спасает, удерживая в себе, просится на свободу.

— Я могу спасти весь мир, — с расстановкой произносит Ева.

— Я не могу оставить его вот так, — отвечает Тея.

— Мир важнее, — возражает ей Ева.

Питер не может говорить, он слишком ослаблен, поэтому лишь смотрит на золотокожую Тею во все глаза. И не может поверить в то, что видит ее здесь, ведь он отослал ее вместе со своей копией в другой мир, где она могла бы быть в безопасности. А теперь она висит прямо в воздухе над ним, вся светящаяся, такая похожая на Еву, и ее лицо выражает только сосредоточенность.

Наконец, Тея принимает позицию Евы.

— Да, — соглашается она, — мир важнее.

Они вместе с Адамом оставляют обоих Питеров Паркеров на земле, недоумевающих, растерянных, потерянных, и взлетают над Землей так быстро, как только могут.

Мост — это лишь ключ. Им нужна замочная скважина, портал Кри, спрятанный под завалами целого города. Ева оставляет Адама висеть в воздухе, а сама находит уцелевшие обломки портала. Она вытягивает его на поверхность, напрягаясь больше положенного. Это все Тея. Она не дает ей сосредоточиться.

«Терпение»,— просит Ева.

«Но это не я»,— возникает Амидала. И она говорит правду: это запущенные процессы внутри тела Евы мешают им работать сообща. Они — две разные сущности, и им нужны отдельные тела. В своем мире они сопротивляются слиянию, как могут.

— Как только мы установим мост, нас разделит, — сообщает Ева бесстрастно. Из-за этого Тея думает, что это нестрашно, что так и было задумано. Поэтому не паникует. Но Адам, слыша их даже на таком расстоянии, бросает:

— Человеческую девушку внутри тебя убьет то, что ты сдерживаешь. Она не в состоянии контролировать это.

«Что?..»

— Я тоже, — говорит Ева. – Но ты можешь помочь нам.

Адам совсем по-человечески усмехается.

— Разве я помог вам не достаточно?

— Ты поможешь, если восстановишь с нами реальность. Это спасет Тею Амидалу.

«Что?!»

Ева оставляет Тею без ответов, напуганную и уже не такую бесстрашную, как прежде. Вместо этого она бросает все свои силы на восстановление портала — действие, с которым не справился Тони Старк. Но восстановить портал это сделать лишь полдела. Мост вернет все на круги своя, буквально: Ева считает, что он поможет повернуть время вспять к моменту, когда Кри только обнаружили временную петлю и решили ее использовать в своих целях. Если у Адама получится уничтожить ее до того момента, мир будет спасен.

«Крепись, Тея Амидала»,— просит Ева, прежде чем замыкает последнюю квантовую связь.

А потом все вокруг поглощает ослепительно белый свет.

***

Питеру кажется, что его и его двойника засунули в пузырь, где время не меняется и течет своим чередом, зато все остальное вокруг них приходит в движение и отматывается, отматывается все быстрее и быстрее. Назад, назад, назад.К моменту взрыва портала, к моменту восстановления связей между реальностями, к моменту, когда его копии покинули его мир, к моменту, когда он в последний раз видел Тею и слышал ее непонимающий крик, к моменту, когда он увидел ее среди Кри, и еще раньше, когда только прибыл в Нью-Йорк в надежде вытащить свой город и всю вселенную из задницы.

И еще раньше, когда Кри только появились над Землей.

И еще раньше, когда Тея не вернулась на Землю

— Нет! — хрипло кричит он. — Нет, только не это снова!

Их выкидывает в солнечный день в Нью-Йорка конца июля. Питер приподнимается на руках, голова кружится, все тело дрожит, и ощущения его не изменились, и он все так же раздавлен. Почему? Почему время повернулось вспять? Этого не должно было случиться, он не должен был вновь оказаться в том дне, когда Тея еще не вернулась к нему.

— Что произошло? — охает Пит.

— Н-не з-знаю. — От паники Питер задыхается и заикается.

Они сидят на асфальте, прямо у огромного небоскреба Оскорп, и видят себя в отражении целых панорамных окон с голубым сиянием. Солнце светит им в спины, сейчас почти полдень.

Нет только людей. Они, как и Питер, не вернулись в свои прежние тела, и лежат бессознательно на земле по всему Нью-Йорку. Так что это был за переход во времени? Считается ли он полноценным, если все вокруг все еще не пришли в себя? Не мертвы ли они?

— Тея, — выдыхает Питер и пытается встать. — Надо найти их и… Как ты тут оказался, Пит?

— Я… м-мы… — мямлит он. — Ева поглотила Тею и сказала, что может спасти ваш мир, мы не могли не попробовать.

Питер свирепеет от одного лишь упоминания о суверене.

— Где Тея? Я же просил тебя присматривать за ней! Что вы сделали?!

— То, что должны были! — взрывается перепуганный Пит. — То, что ты тоже сделал бы, будь ты на моем месте!

Они бредут вдоль тихого города — и Питер полагает, что весь мир сейчас выглядит так же, вся вселенная, должно быть, зависла в ожидании развязки. Но что должно произойти? Что-то обязано запустить жизнь в его поломанной, неправильной реальности, чтобы восстановился чертов баланс.

Где Тея?

Пока они добираются до развалившегося спортивного центра, под которым так и застыл собранный Уилсоном Фиском коллайдер— то, с чего все это началось, — Пит успевает рассказать Питеру почти все. Он что-то упускает, но растерянный Питер не может ухватиться за его обрывочные фразы и злится на себя за это тоже.

— Вселенная все еще жива, — выдыхает он, спускаясь в подземный ход к коллайдеру. Его он и его копии выкопали месяцы назад, чтобы проще было добираться и находить новых двойников из параллельных сливающихся воедино миров. А, может, с тех пор прошли годы.

— Вселенная жива и время идет вперед, снова, — добавляет Питер. — Но Тея опять пропала.

Едва он произносит это, как замирает на месте: коллайдер, светясь, выплевывает в его мир Эндрю, Гвен Стейси, Мэй Паркер, еще несколько версий себя и Теи, Мстителей в многочисленных количествах, и, наконец, Тессу Холланд.

— Тесс! — ахает Пит и мчится к ней, подбирая правую ногу. Она кидается ему навстречу.

— Вы снова здесь, — выдыхает Питер, наблюдая за знакомой картиной. Словно кто-то запустил его реальность по-новой. Его же не заставят проходить через все это снова, нет?

Бессознательные тела его родных Мстителей лежат вокруг коллайдера, и это пугающее зрелище не становится кошмаром наяву только потому, что все они живы и ровно дышат.

Все, кроме одного.

— Напарник! — восклицает Майлз Моралес и пробирается к Питеру через развалы фундамента. Питер хмурится, что дается ему с большим трудом.

— Какого черта… Майлз? Ты… тебя засосало в параллельный мир?

Он не отвечает и как-то неуверенно жмется.

— Эм. Ну, почти.

Он что-то не договаривает, как и Пит, и все это осточертело Паркеру до обморока.

— Плевать, — бросает он. Майлз охает.

— Что?..

— Плевать на все это, — повторяет Питер с нажимом. — Где Тея?

Только после этого все вновь прибывшие замирают и выпрямляются. Одни Мстители пытаются привести в чувство других, копии пауков радостно обнимаются, будто не виделись вечность. Атмосфера праздника, внезапно образовавшаяся вокруг сломанного коллайдера, лопается, словно мыльный пузырь.

— Если я права, — осторожно замечает Ванда Максимофф, точно не принадлежащая этому миру, — то Ева и Адам, ее копия, повернули вспять время, чтобы уничтожить временную петлю, которой пользовались Кри. Раз мы здесь и все вы живы, то им это удалось.

— Мне все равно, что там с Евой, — уточняет Питер, — я спрашивал о Тее.

Он смотрит на Пита и Тессу — он ведь просил их обеспечить ей безопасность, — но те опускают головы и не глядят на него, словно провинились. Что, что случилось в той реальности такого, что ему снова приходится переживать эти мгновения неизвестности и бессилия?

— Ева поглотила Тею, — повторяет Пит, уже более уверенно, просто чтобы донести до Питера мысль. — В данный момент Тея должна быть… в Еве. Ева сказала, что она не справилась с собой и чуть не убила себя же. И анаптаниум в ее теле едва сохранял ей остатки сил, а теперь он сковывает ее, чтобы она не погибла.

— Но все поправимо, — заявляет кто-то над головами всех присутствующих.

Еще не успев как следует испугаться, Питер поднимает голову навстречу небу — то раскрывается перед его глазами, будто портал: парящий в воздухе золотокожий мужчина, сотканный из анаптаниума, поднимает вверх слои каменного крошева и обломки стены, отбрасывает их в сторону, как игрушки, показывая невероятную силу. В мгновение ока Питер и все остальные оказываются на поверхности, обдуваемые свежим летним ветром.

Ему помогает Ева. Которую Питер сперва не замечает — все ее тело светится на солнце еще сильнее. Теперь она кажется взрослее и еще менее эмоциональной, словно на лице застыла маска.

Она машет рукой, и к ней и Адаму из-за спины последнего подплывает чье-то тело.

Это Тея. И она еле дышит.

Комментарий к На круги своя

Я-таки посмотрела “Человек-паук: Через вселенные”, и у меня такой поворотный поворот созрел из-за этого мульта, что ух! Скоро будет ;)

Ну и главу отписала быстро, потому что Марвел порадовали трейлером Паучка, наконец-то!

Я таки понимаю, что ту наворочено уже овердофига всего, поэтому перебор с драматизмом, смертями и прочим… Но скоро финал, все постараюсь разрулить. И как же меня уже бесит, что я напихала столько героев в одну кучу…

========== Аннулаксная сделка ==========

— Что вы с ней сделали? — хрипит Питер. Он мог бы кричать, но сил не осталось. Ева смотрит на него словно оценивающе, словно не узнает или сравнивает его лицо с тем, что она отыскивает в своей базе данных. Черт возьми, какие же тупые сравнения — Ева ведь не робот…

— Она слишком долго плакала, — отвечает вместо нее золотокожий мужик. Питер на него даже не реагирует. Откуда он вообще взялся, что за урод?..

— Если с ней что-то случилось, я…

— Она плакала и плакала и не могла успокоиться, — перебивает этот мужик. –Я усыпил ее…

— Ты гребаный!..

— …иначе ее организм не выдержал бы такого напряжения, — договаривает золотокожий и даже сердится. Он и Питер смотрят друг на друга одинаково злыми взглядами, будто хотят испепелить на месте. Только золотокожему это удастся с легкостью, в отличие от человека-паука в поломанном костюме.

Наконец, Питер гневно выдыхает.

— А ты, — обращается он к застывшей рядом с этим мужиком Еве, — ты разве не должна была его остановить? Кто это? Твой новый приятель из параллельного мира?

Позади него и шокированного Майлза Моралеса кто-то кашляет. Пит.

— Вообще-то он правда ее новый приятель. Это Адам, он, типа, ее копия.

— Это сын верховной жрицы суверенов, — добавляет Ванда Максимофф. Среди всех вновь прибывших Мстителей (где нет Тони Старка, потому что тот удерживает портал с другой стороны, Стрэнджа, потому что в их реальности он, похоже, занят мировым балансом, и Локи, который просто не Мститель и вообще, кажется, не собирается нести добро) Ванда понимает больше других, что творится с реальностями. В той вселенной, откуда она прибыла, у нее сил больше, чем у ее двойника из вселенной Теи и Питера.

— Отпрыск суверенов? — переспрашивает Майлз. — Как Ева?

— Без него твой мир был бы обречен, Питер Паркер, — сообщает та. Питер вскидывает к ней голову.

— Это и твой мир, жестянка, — рычит он и спохватывается. — Погодите-ка, ты теперь говоришь? Давно научилась ли?

— Питер…

Это к нему подошел Эндрю и положил руку ему на плечо, вызвав волну боли по всему телу. И пытается успокоить. Не в состоянии Питера Паркера так распыляться — в нем самом едва ли осталось живое место после почти свершившегося апокалипсиса, — но сейчас он так зол на весь мир и на себя, что снова оказался в этой точке. В начале. Тея без сознания, какие-то инопланетные твари говорят, что ему делать, и вокруг слишком много его копий и нерешенных вопросов.

Когда же все это закончится и закончится чем-то хорошим для Питера?

— Просто… просто верните мне Тею, — с трудом произносит он. — Живой и невредимой.

На что получает неожиданный ответ от гребаного суверенного Адама.

— Нет, — и короткий отказ эхом разносится по подвалам бывшей лаборатории Уилсона Фиска.

Все давятся воздухом, даже Ева поворачивается к Адаму с немым вопросом в глазах. Если она вообще умеет удивляться, теперь, когда в ней, по словам Пита, больше не заключена Тея и ее эмоции.

— Что? — спрашивает Эндрю.

— Что? — вторит за ним Майлз.

Адам возвышается над ними, словно победитель, существо, которому по силам восстановить целую вселенную, не поморщившись, и с той же легкостью опрокинуть ее обратно в черную дыру, из которой она только что выбралась.

— Я сказал «нет»,— повторяет он. — Я отказываю тебе.

— Какой шустрый! — распаляется Майлз, хоть и дрожит всем телом — не то от страха, не то от своего мальчишеского гнева. — А ты не хочешь у Теи сперва спросить?

Питер уже не думает, что ослышался. И слова могущественного суверенного отпрыска его уже тоже не удивляют. Что ж. Он проходил через это один раз, второй, третий.Сможет и в этот. Или умрет, пытаясь.

— Мне придется драться с тобой за нее? — уточняет Питер. Он устал и обессилен, и сколько это еще будет продолжаться, он не знает.

Парящий в воздухе Адам склоняет голову набок и смотрит на Питера сверху вниз, как на букашку, не стоящую внимания.

— У тебя не хватит сил, смертный мальчик. Даже если ты будешь в лучшей своей форме.

— Я знаю, — соглашается Питер и, неуклюже перешагивая через обломок стены, охает от прострелившей ногу боли. — Но ты не оставляешь мне выбора. Может, ты и самый сильный чувак параллельной вселенной, но люди моего мира, они… Ты не видел их в действии, доведенных до отчаяния.

— Паркер, — предупреждающе бросает Стив Роджерс из параллельного мира. Питер к нему даже не оборачивается. Он смотрит на зависшую в воздухе бессознательную Тею, окруженную золотым свечением, заключенную в сферу, как в клетку.

Он видел ее такой однажды. Тогда она была в отчаянии и хотела убить Стрэнджа и Старка за обман. Теперь же она спокойна, будто спит.

— Если понадобится, мы все будем драться, — тихо произносит Майлз. Позади него — Питер этого не видит, — кивает Пит и Тесса. И Гвен. И Мэй Паркер. И даже Эндрю.

— Но вам не придется.

То говорит Ева. Она висит в нескольких футах над землей рядом с Адамом и смотрит прямо на него. Светящаяся, уверенная, безэмоциональная, как и он. Чей облик принял этот Адам, Питер не знает, но в Еве он видит черты Теи, и это его все еще беспокоит.

— Я сказала, — договаривает Ева, — что заплачу цену, которую ты просишь.

Лицо Адама внезапно перекашивает вполне человеческая ухмылка.

— Но без нее, — он кивком головы указывает на Тею перед собой, — ты не так интересна мне.

— Понимаю. Но я обещала тебе себя. А не нас.

Адам на мгновение замирает, и Питер думает, что сейчас он бросится на Еву или Тею или на них обеих и заберет обеих в какую-нибудь еще клятую реальность, где Питер не сможет их отыскать. Но суверенный отпрыск только качает головой, признавая поражение в споре, о котором никто, кроме него и Евы, понятия не имеет.

— Что ж… Справедливо. Ведь я принял твой ответ.

Он кажется уязвленным. Чтобы понять, что происходит, Питеру может потребоваться год или два, или десять, поэтому он решает, что ему вообще это не интересно. Какая, собственно, разница, что происходит, если Теи не будет касаться разборка двух суверенов.

— Так вы вернете мне ее? — твердо спрашивает он. У него дрожат и руки, и ноги от перенапряжения, и он едва не валится на землю, но ему хватает сил, чтобы сделать голос уверенным, чтобы доказать этому суверенному придурку, что отступать он не станет.

— Да.

— Нет.

Они отвечают хором, и Питер почти злится на обоих. Почти — потому что сдерживает себя. Потому что, он чувствует, это дипломатическая беседа, в которой нет места эмоциям. Как бы каламбурно это ни звучало.

Его девушку усыпили буквально за то, что она разрывалась от эмоций. Пожалуй, с выражением своего гнева ему придется подождать.

— Я выведу ее из лимба, и она умрет, — предупреждает Адам. Ева как-то странно дергает руками, будто выражая негодование.

— Я помогу ей, как и прежде.

— Твои клетки ей больше не помогут. Анаптаниума— вы ведь так его называете? — больше не осталось в ее теле. Ничто не сдерживает ее, и она умрет, как только очнется.

— Я. Помогу. Ей.

Вокруг Евы и Адама собираются все, кто оказался в мире Питера. Стягивают их в кольцо, готовые к тому, чтобы биться. Вселенная Теи Амидалы спасла остальные миры, и отвоевать обратно одного ее человека — меньшая дань, которую могут отдать жители параллельных реальностей. Питер смотрит только на Тею. Ждет.

— Я знаю, что ты собираешься сделать, — произносит Адам странным дребезжащим голосом. Значит, и ему присущи злость и другие эмоции? — И на такое мы не договаривались.

— Нет, — соглашается Ева и вдруг оборачивается на Питера.— Но это не тебе решать.

Что?.. Чего она ждет от Питера? Он не всесилен, даже бесполезен сейчас. Но, кажется, Ева смотрит мимо него.

На разворачивающуюся за спиной Паркера воронку из воздуха, которая выплевывает в восстановленный мир неожиданных гостей.

— Простите, мы задержались, — громогласно объявляет о своем возвращении доктор Стрэндж. Следом за ним появляются Питер Квилл, Гамора, Ракета и Грут-подросток. А за ними — верховная жрица суверенов, Айеша.

***

«Когда ты очнешься, будет больно»,— говорит ей Ева. Эхо от ее голоса разносит слова во все стороны, словно Тея стоит в глубокой широкой пещере. Но, кажется, это не пещера. Это ее тело, и она где-то в самой глубине его, в клетках.

«Что это?»— тревожится она, заметив в кромешной тьме слабый свет. Он переливается из белого в золотой и обратно.

«Травма.»— лаконично сообщает Ева все тем же голосом.

«Чья?»

«Твоя.»

Тея не помнит, чтобы она получала какие-то травмы — кроме тех, что причинили ей многочисленные переходы через всевозможные вселенные. Но ей кажется, что они должны выглядеть совсем не так. Эта травма, или что бы это ни было, больше напоминает разливающуюся реку. Тея стоит в самой широкой части ее русла и смотрит, как льется внутри нее же вода. Нет, не вода. Кровь?

«Эта давняя травма, — поясняет Ева. — Последствия взрыва в маленькой лаборатории Старк Индастрис».

Тея вспоминает тот Инцидент урывками, будто все было не с ней или в какой-то прошлой жизни.

«Но врачи не нашли у меня никаких травм. Я была цела и невредима.»

«Ваши технологии не настолько точные. Ваши врачи не смогли бы выявить все процессы, которые протекали в твоем теле в тот роковой случай.»

Река течет вверх, в высоту и темноту, и каким-то шестым чувством Тея понимает, что она утекает в мозг. Водопад наоборот.

«Что же тогда случилось?»— спрашивает девушка. Ева как будто вздыхает.

«Ты умерла.»

Почему-то эта новость не вызывает в Тее ни страха, ни удивления.

«Тебя спас анаптаниум, — продолжает Ева, не получив никакой реакции от своего носителя. — Он окутал твое сломанное тело облаком и впитался в открытые раны, проник в кровь, прописал себя в твою ДНК. Таким образом, ты выжила.»

Это дает ответы на многие вопросы, оставшиеся после Инцидента в лаборатории, думает Тея. Это объясняет… почти все.

«Он завязался на твоей эмоциональной реакции.»

«И так я научилась им управлять,— догадывается Тея. – А когда тот ублюдок высосал из меня почти все, создав тебя, я осталась без защиты.»

«И почти без шансов на жизнь, — продолжает Ева. — Ты тратила и тратила все, что в тебе осталось, пока не выплеснула из себя все, что спасало твое тело.»

«И тогда ты вмешалась. Получается, ты спасла меня. Фактически, второй раз. Фактически, в миллионный раз. Почему?»

Некоторое время Ева молчит, оставив Тею наедине с самой собой. Она не торопит и терпеливо ждет — почему-то Тея уверена, что время здесь не имеет значения. Где бы это здесь ни было.

«Ты часть меня,— наконец, отвечает Ева. — Ты создала меня и повлияла на меня. В какой-то мере, ты мой родитель.»

«Суверенам тоже не чужда семья?»— если бы Тея могла, она бы усмехнулась. Но здесь, в этом ничто, у нее снова словно нет чувств.

«Мы с тобой — не семья.— возражает Ева, даже сердится. — Мы с тобой — система, нейронная сеть, тандем. Называй, как хочешь. Но мы всегда будем связаны. Пока одна из нас не умрет.»

Звучит устрашающе. Но Тее не страшно, больше нет.

«Тогда мы погибнем одновременно? Ты предупреждала об этом.»

«Нет,— вдруг отвечает Ева. — Теперь уже нет, ты можешь не волноваться. Наша с тобой зависимость друг от друга исчезла, как только мы спасли твою реальность.»

«Она и твоя реальность тоже.»

«Теперь это спорное утверждение.»

Тея не знает, что значит «теперь», но не уточняет. Лишь ждет, когда ее выпустят из ее необычной клетки, если собственное тело можно называть клеткой, и молчит. Терпение — то, о чем ее просила Ева, — вот оно, его девушка демонстрирует с поразительным спокойствием. Она знает, что ее выпустят отсюда.

«Когда ты очнешься, будет больно»,— повторяет Ева после заминки.

«Ну, — думает Тея, — по крайней мере я больше не умираю. Ведь так?»

«Не умираешь, — согласно отвечает Ева. — Твое тело будет принадлежать только тебе. Твои мысли будут только твоими. Но помни, что я подарила тебе вторую жизнь.»

Что это значит?..

«Сейчас Адам включит тебя. Приготовься.»

Все это напоминает компьютерную игру в виртуальной реальности. В кромешной темноте, где светится только золотая река, Тее не хватает лишь счетчика с обратным отсчетом. Три, два, один…

Тея делает глубокий вдох — и приходит в себя.

Она находится в центре золото сферы, полупрозрачной, так что сквозь нее видно пространство вокруг – темно-синие стены какой-то огромной капсулы, явно космической, в которой угадываются черты знакомого Тее корабля суверенов. Она уже бывала однажды на таком, когда ее похитил тот ублюдок и пытал несколько дней подряд. На нем же Тея и созданная из нее Ева приземлились на Землю и привели за собой ад. Но этот корабль явно другой. Он больше.

И все это не имеет никакого значения, потому что едва Амидала делает первый глубокий вдох, как чувствует боль. В каждой клеточке своего тела, в каждом нерве, и она такая сильная, что полыхает перед глазами и нечем дышать и голова разрывается на части, и все мышцы тянутся из стороны в сторону. И сердце болит. Сильно. Больше всего болит оно, в груди все сжимается, словно все чувства, которые Тея испытывала за свою недолгую жизнь в восемнадцать лет, вдруг выкачали ей в сердечную мышцу и заставили пережевывать, перемалывать в себе.Невыносимо.

— Больно, — выдыхает она, хотя и не слышит себя совсем. — Больно. Пожалуйста…

Но другие тоже ее не слышат. Они столпились вокруг ее сферы и смотрят на ее муки и ждут чего-то. В размытых силуэтах Тея угадывает золотую Еву, свою точную безэмоциональную копию, и Адама, которого они привели из другого мира. И Айешу, и ее подданных.

— Пожалуйста! — молит Тея. — Хватит!

Но суверены ждут и ждут, пока Тея не прекращает плакать. Проходит вечность, прежде чем сфера вокруг ее тускнеет и почти испаряется. Тогда девушка впервые слышит голос Питера:

— Прекратите, остановите же это, ну!

— Пит…тер? — заикаясь оттого, что в горле пересохло, зовет парня Тея. Он умолкает, за спиной Евы слышится шум и возня. Питер Паркер расталкивает суверенов, чтобы оказаться рядом с Амидалой и хотя бы взять ее за руку.

— Я здесь, эй. Эй, взгляни на меня, м?

Ева кивает Адаму, тот взмахивает рукой (отчего-то закатив глаза) и отпускает Тею. Она сваливается прямо в руки слабого Питера, и они вдвоем падают на пол. Тея снова плачет, уже пряча слезы на плече Паркера, и стискивает его руками, и дрожит всем телом, как и сам Питер. И он тяжело дышит ей прямо в ухо, и что-то бессвязно шепчет.

Наконец-то, думает Тея.Наконец-то.

Она лежит прямо на Питере, и он не может подняться, потому что сам ослаб настолько, что ноги его не держат, и им обоим остается только цепляться друг за друга и плакать.

— Все хорошо, теперь все хорошо, — повторяет Питер, как заведенный. Тея верит ему безоговорочно. Конечно же, все хорошо. Теперь все будет в порядке. С ними обоими.

Питер обнимает ее. Питер обещает, что они будут живы и будут друг у друга. Это все, что нужно знать девушке.

Тея понимает, что вокруг них столпились эти ненавистные суверены, что Питер сам едва держится, чтобы не упасть в обморок, но ее отрезвляет только неожиданный возглас от Майлза Моралеса, последнего человека, которого она готова была услышать на корабле инопланетян.

— Вы же не отправите меня обратно? Пожалуйста, я не хочу!

Питер напрягается первым. Кое-как приподнимается на руках, дает Тее сесть рядом с ним. Они оборачиваются одновременно — Тея удивленно, Питер хмуро. И видят Майлза в свечении, идущем от портала. Он похож на созданную Кри временную петлю, но ведет, должно быть, в параллельные реальности. Рядом с ним возвышается доктор Стрэндж. Серьезный, строгий.

— Что происходит? — хрипит Тея. Питер стискивает ее дрожащую ладонь своей, такой же дрожащей.

— Док привел суверенов из нашего мира, чтобы помочь тебе и Еве, — на этом имени он кривится и запинается. Ева ему ненавистна. — Ева отдала тебе часть анаптаниума, чтобы… чтобы ты жила дальше, потому что в тот раз в лаборатории твоего отца ты…

— Погибла от взрыва, — перебивает его Тея. — Знаю. Но я снова под защитой. И я больше не умру.

Она говорит это не себе, а Питеру, хоть он и сам все понимает. Но ей нужно произнести вслух эти простые слова, важные, нужные сейчас. Как обещание, которое она дает Питеру Паркеру и не нарушит ни при каких обстоятельствах. Он облегченно выдыхает — ему тоже было необходимо услышать от Теи подтверждение.

— Господа суверены могут возвращаться обратно, — объявляет Стрэндж. он стоит посреди капитанской рубки космического корабля, использует инопланетную технологию, а чувствует себя при этом хозяином положения. Но Тея рада видеть его. Он жив, с ним все в порядке. И, посмотрите-ка, он ничуть не изменился.

Тея не видела его во время бойни с Кри и боялась, что он погиб. Но, оказывается, все это время он искал суверенов. Чтобы прийти на помощь Амидале.

— Если вы закончили со сделками и договорами, вы можете возвращаться к себе, — повторяет Стрэндж. — Все, как я и обещал.

Питер встает с пола и помогает подняться Тее. Вдвоем, еле держась друг за друга, они бредут к Стрэнджу и замершему рядом с ним Майлзу. Что он тут делает? Почему он?

— Ева пообещала себя в обмен на спасение мира, — тихо говорит Питер, когда Тея оборачивается, чтобы взглянуть на свою суверенную копию. Она догадывалась, что Адам потребует что-то великое за свою помощь. Все это время он хотел получить Еву?

— Если она уйдет с ним в его вселенную, она погибнет там, — шепчет Тея. Питер мотает головой.

— Кажется, нет. Они провели какой-то ритуал, было похоже на обмен кровью. Теперь ей не страшны другие реальности, прямо как этому хрену золоторылому.

— О. — Амидала бросает короткий взгляд на Адама и мысленно посылает его к праотцам. Если таковые у него вообще были. Сатана из суверенного ада, вот кто он.

— Ева теперь будет летать между мирами, как мячик пинг-понга, — фыркает Питер. — И, представляешь, эта их верховная жрица на такое согласна. Сказала, что таким образом они наладят параллельный контакт.

— Она кажется довольной этой сделкой, — кивает Тея.

— Ну, раз теперь у нее есть и дочь, и сын. Приемный, конечно, но…

Но ему можно верить. Это незыблемая истина, которую Тея усвоила, пока была связана с суверенами. Они не лгут. И выполняют свои обещания. И если Адам восстановил их мир, то больше он не рассыпется.

Только все это не объясняет присутствие на корабле суверенов Майлза Моралеса.

— Почему ты здесь, Майлз? — хмурится Тея, как может — похоже, даже мышцы лица у нее болят, когда натягиваются. Сколько дней, недель, месяцев ей потребуется, чтобы восстановить свое тело?

— Я… — заикается мальчишка. — Дело в том, что я… Ох, Ти, я совсем не хотел этого!

— Не хотел чего? — Тея только что пережила не лучшие минуты своей жизни, но все равно начинает волноваться, и сердце в груди гулко стучит и оттого болит и бьется об ребра. Из-за внезапного страха за бледного подростка, которого она знает уже четвертый год.

— Дело в том, мисс Амидала, — договаривает за него отзывчивый Стрэндж, — что твой друг, оказывается, прибыл к нам из другого мира. И раз мы закрываем все порталы между реальностями, настало время ему вернуться к себе.

========== Конец войны ==========

Майлз смотрит на Тею и Питера огромными глазами, в которых отражается весь сияющий потолок космической капсулы суверенов.

— Что это… — начинает Тея и запинается, заикается от недоумения. Питер стискивает ее руку в неконтролируемом жесте, который уже не отслеживает даже.

— Что это значит? — повторяет девушка. — Майлз?

— Прости, Тея! — чуть не плачет мальчишка. — Я не хотел… я не думал, что это так важно!

— Что важно, из какой ты реальности сбежал?.. — хрипло переспрашивает Амидала. — Майлз…

Питер знает, что она не злится на друга, а переживает. Несмотря на то, что им удалось буквально вытащить себя из ада и не умереть в очередной чертов раз, Тея, потерявшая из-за собственных эмоций почти все силы, в данный момент наливается паникой до краев.

— Послушай, — говорит Паркер, привлекая внимание девушки. — Тея, слушай же. Мы… мы что-нибудь придумаем, идет?

— Когда?— задыхается Тея. — У нас нет времени что-то придумывать. Майлз должен уйти в свой мир.

— Нет! — вскрикивает в испуге Моралес. — Пожалуйста, не отсылайте меня назад, у меня там никого нет! Я… Я здесь уже четыре года, и никто не пострадал за это время, и я все еще жив, а ведь вы считаете, что это невозможно, да? Тея, пожалуйста!

Питер чувствует, что Тея вот-вот заплачет. Нервы теперь у них обоих ни к черту.

— Ты здесь уже четыре года? — недоверчиво хмурится он.

Майлз быстро-быстро кивает.

— Да, — заикается мальчишка. — Почти пять уже; меня сюда выкинуло, когда в моей вселенной Уилсон Фиск первый раз коллайдер тестировал. Послушайте! — он вдруг переходит на крик. — Пожалуйста, мистер Стрэндж!..

— Доктор, — осаживает его тот. Питер смотрит на него с укором. Может, обойдемся сейчас без ваших нравоучений, док?

— Хор-рошо. Доктор Стрэндж. У меня здесь семья, друзья. Я не могу вернуться, я там снова буду один!

Стрэндж закатывает глаза так сильно, что Питер надеется, они у него в черепе застрянут. Он, конечно, привел суверенов и спас Тею и эту Еву, чтоб ей подавиться, но сейчас снова проявляет чудеса хладнокровия, и Паркеру уже хочется вломить ему в челюсть. Тея впервые не разделяет его мнения. Она тянется к доку и хватает его за живой плащ.

— Я знаю Майлза уже четыре года. Сэр, если он живет здесь так долго, то, может, мы могли бы…

— Мисс Амидала-

— …сделать исключение для него? Доктор Стрэндж?

Он сверлит Тею серьезным взглядом, потом переводит такой же на Питера. Смотрит на Майлза, снова на Питера.

— Мы не можем нарушать устои вселенных только из-за того, что вы падки на мальчишеские слезы, мисс Амидала, — говорит док Тее и поворачивается к Питеру. — Ума не приложу, мистер Паркер, как вы будете уживаться со столь непостоянной натурой, как ваша девушка. Заберите ее с корабля, пока она не учинила нам новых катастроф.

Питер злится. Его хватает только на то, чтобы свести брови к переносице, не поморщившись — рана на лбу не дает о себе забыть, — и никуда Тею не уводит. Майлз смотрит на него затравленным зверем, но даже без этих взглядов Питер стоял бы на его стороне при любом раскладе. Этот мальчишка помог ему, когда все остальные от него отвернулись. Этот мальчишка верил в него и Тею, так что теперь они обязаны помочь ему, независимо от того, врал он им все это время или нет.

— Паркер.

— Есть же выход, док, — давит он на Стрэнджа. Тот тяжело вздыхает. Да-да, все верно: нет времени на подростковые загоны и препирательства. Последний год ни у кого нет времени, ни на что. Даже жить не успевают.

— Мальчишка погибнет тут, как только мы закроем все порталы.

На этих словах — сказанных еще более строго, словно простого смысла их мало, — Майлз икает и инстинктивно шагает за спину Питера и Теи. У них разница всего в пару лет, но сейчас она ощутима, как никогда. Питер и Тея несут за него ответственность, и, в конце концов, Питер ему обязан.

— Так не закрывайте, — говорит вдруг Ева. Она подплывает к ним прямо по воздуху и останавливается рядом с Теей — золотокожая, повторяющая черты девушки, как отражение, в точно такой же одежде — потрепанный свитер с дыркой на плече, старые джинсы и зимние ботинки, в которых Тея была в Лондоне. Такой Питер видел ее последний раз в аэропорту.

А теперь она, уставшая, израненная, стоит рядом с Паркером и сжимает его руку своей, теплая, почти горячая, в костюме из вакандских лабораторий. И смотрит на дока Стрэнджа с вызовом, зная, что суверенная копия ее поддержит.

— Не понял, — протягивает Стрэндж, выгибая бровь выразительной дугой.

Ева усмехается совсем по-человечески.

— Не закрывайте портал. На восстановление всех связей у нас уйдет шесть дней, портал Майлза Моралеса мы можем закрыть последним.

При этом она кидает Тее очень задумчивые взгляды, которые Питер расценивает, как интригующие. Ева-суверен не умеет выражать эмоций так же ярко, как ее человеческая копия, так что, наверное, Питеру стоит побеспокоиться о том, что они задумали. Чуть позже, если ему позволят немного отдохнуть.

Самую малость, пожалуйста.

— Я думал, все связи уже восстановлены, — хмыкает Стрэндж. Ему явно не по душе, что кто-то указывает величайшему магу, что делать.

— Они были восстановлены, — догадывается Тея.

— Пока мы не повернули время вспять и не подправили таймлайн, — согласно добавляет Ева. Питеру совсем не нравится, что они продолжают договаривать друг за друга фразы и думать одинаково. Пусть суверенные твари уйдут в свои вселенные и оставят Тею в покое.

Девушка будто чувствует его напряжение и, выпутав из его потной ладони свою, уводит ее Питеру за спину и обнимает. Все хорошо, я здесь.

Питер думает, что через пять минут он просто свалится в обморок, если их проблема не решится сама собой.

— Так вам не нужна… — недоверчиво начинает Стрэндж.

— Ваша помощь? — отрезает Ева. — Нет, вы будете только мешать. Оставьте все это нам. Мы справимся.

Майлз, не сдержавшись, фыркает от смеха, и Питеру приходится ткнуть его локтем в плечо. Мальчишка охает. Не стоит сейчас злить и без того уязвленного мага реальностей, Моралес.

— Значит, у мистера Моралеса есть шесть дней, чтобы попрощаться с нынешним миром, — цедит сквозь зубы Стрэндж. Майлз охает, Тея хмурится. Питер думает, что она точно что-то замыслила, но он слишком устал, чтобы переживать сейчас из-за этого. Можно, он подумает обо всем завтра? Им ведь дали отсрочку.

— За шесть дней Бог мир создал, а вы хотите, чтобы я с ним прощался, — бурчит мальчишка за спиной Питера. Паркер поворачивается к нему — неуклюже, продолжая обнимать Тею за плечо, вернее, опираться на него больше, чем ему хочется признаваться в этом, — и треплет Моралеса по волосам свободной рукой.

— Остынь. Мы придумаем, что с этим делать. Так ведь?

Тея открывает рот, чтобы ответить ему, но в этот миг корабль суверенов сотрясает мощная волна взрыва.

***

Питер, не удержавшись, падает на спину, Тея и Майлз оказываются где-то впереди. Девушка испуганно вскрикивает, и, слыша это, Паркер дергается до того, как успевает подумать, что ему нужно куда-то двигаться.

— Что происходит? — выдыхает Амидала. Майлз хватает ее за плечи и оттаскивает за свет накренившегося портала. Суверены разбегаются, как муравьи, по капсуле и занимают каждый положенные по рангу места. Как солдатики, наученные грозной воительницей. Только их предводитель — совсем не грозный воитель, а всего лишь вспыльчивая женщина-жрица. Так что ее место занимает Адам.

— Осмотреть периметр, ограничить доступ к кораблю на подлетах, — командует он. Его внезапно слушаются.

Питер проползает на локтях мимо портала— который закрывают, едва Стрэндж отходит в сторону, — и находит Тею и перепуганного Майлза.

— Я забыл, что мы еще не закончили, — кряхтит Паркер.

— Не закончили с чем? — ахает Тея. Она прижимает к себе Моралеса, как ребенка, и Питеру приходится в очередной раз напомнить себе, что Майлз не переживал всех этих бед, пока не столкнулся с ним и не влез самолично в дела Паркера.

— С Кри. Они ведь думают, что только-только развязали войну.

Оттого, что Питер слишком устал, чтобы зря переживать, оттого, что видит Тею живой и здоровой, и сжимает ее руку, и не даст ей больше исчезнуть, его не сильно беспокоит война с Кри. Пусть громят небо, им не пробиться сквозь установленные Шури щиты, они не знают того, что знают Мстители, и суверены помогут остановить это.

Вряд ли в интересах Адама и Евы подвергать себя опасности из-за Кри. Вряд ли в интересах Адама и жрицы Айеши лишать себя такого сильного союзника, как Земля.

— Вы отправляетесь под защиту Ваканды, — рявкает Стрэндж, склонившись над тремя подростками.

— О, с радостью, — не остается в долгу Питер. Хватит с них сражений на сегодня.

Он подает руку Тее, поднимает ее с пола и, обнимая за плечи, ведет к спасательным капсулам — Ева указывает им путь к отсеку-хранилищу и выводит с капитанского мостика. Майлз ковыляет рядом, потому что Тея держит его за руку и никуда не отпускает.

— На Земле вас защитит купол, — говорит Ева. Перед тем, как отойти от спасательной капсулы, она кивает Тее и — Питер не знает, понимает ли, — дает ему еще один повод подозревать их в сговоре. Что они там задумали в своих до кошмара одинаковых головах?

Майлз ныряет в капсулу, следом, поморщившись, наклоняется Тея. С этим суверенным кораблем все будет в полном порядке, Питер уверен. Поэтому он садится к ним без лишних волнений.

Их спускают на земли Ваканды, несчастной Ваканды, переживающей очередной коллапс в атмосфере над страной. Тея оборачивается, чтобы увидеть, как суверенный корабль атакует мелкий отряд Кри.

— Стрэндж будет там в безопасности? — спрашивает она, опуская голову на плечо Питеру.

— Он уже давно слинял с него своим ходом, — кривится Паркер. Он переплетает свои пальцы с пальцами Теи, раненными, в царапинах и засохших пятнах крови и синяках, и устало откидывается на спинку кресла в капсуле. Такие долгие, бесконечно долгие сражения — это не для него. Отвоевался.

Они не говорят с притихшим Майлзом, хотя вопросов уйма, и спросить у мальчишки жизненно необходимо море всего. Но Тея улыбается ему и кивает, будто уже спасла от ссылки в родную вселенную, и Питер не решается нарушать странную идиллию между ними. Успеется еще — с Моралеса нужно три шкуры спустить за вранье, а потом защитить от тех, кто посягнет на его безопасность. Питер с удивлением обнаруживает в себе сходство с мистером Старком. Господи, вот теперь он начинает понимать Тони.

Капсула приземляется на посадочную площадку у входа в бункер Шури — насколько Питер помнит, сюда она отправляла Тею, пока та не слиняла из-под ее надзора в Нью-Йорк.

Это было в какой-то прошлой жизни.

Майлз выскакивает первым, подает Тее руку.

Едва она оказывается ногами на земле, раздается дикий визг — так что Питер, еле успевший вытянуть одну ногу из капсулы, дергается, спотыкается и вываливается из нее в ноги к бегущим навстречу Гвен Стейси и Гарри Озборну.

— Стейси… — ворчит он. — Так орать, пока мы на войне — это преступление.

Она кидается к Тее на шею и стискивает ее в крепких объятиях, и прыгает на месте, и плачет. Боже. Питер никогда не поймет этих девчонок.

Ему вдруг становится бесконечно смешно, что сейчас, пока они на войне и война не закончена, он позволяет себе подобные мысли, что его мозг отделяет себя от настоящих переживаний и способен находить забавное в моменте.

— Ты жива, Господи, ты в порядке! — верещит Гвен. Тея охает и тоже плачет.

— Прости, что оставила тебя с этим, — сипит она в плечо подруге. Гарри Озборн вспыхивает.

— Эй!

— Заткнись, — привычно бросает ему Паркер. Они стоят друг напротив друга, и Озборн усмехается ему, как старому другу, и Питер, пожалуй, действительно рад его видеть. На рукопожатие они не сподобятся, конечно, но для первого раза им хватит и этого.

Гвен отлипает от Теи только после второго предупреждения, что Амидала выплюнет свои легкие, что у нее и так почти сломаны ребра. Тея сдержанно кивает стоящему за блондинкой Озборну.

— А ты все тут же, — качает она головой.

— А я все тут же, — соглашается Гарри. — Я очень рад тебя видеть, Тея Амидала.

Тея щурится.

— Да, я, наверное… — она косится на Питера, и тот кивает. — Ладно, я тоже тебе рада. Но все еще не очень-то верю.

Озборн вздыхает и подходит слишком уж близко к Гвен Стейси.

— Может, я смогу выиграть для себя пару очков, если скажу, что… — но Питер наступает ему на ногу и неумело кашляет.

— Давай-ка с этими радостями потом, Казанова, — отрезает он. Если уж для него новость стала шоком, то для Теи, только что вернувшейся из самого пекла ада, неожиданные отношения ее подруги с ее — предположительно — врагом будут последней каплей. Гарри Озборн вряд ли доживет до праздничного ужина в честь спасения Земли, если будет раскидываться своими «козырями» перед нестабильной Амидалой.

Тея недоверчиво хмурится и бросает в сторону Озборна странные взгляды, но все же кивает и, ни слова больше не говоря, ведет Майлза ко входу в уже знакомый ей бункер.

— Мы победили? — невзначай спрашивает Гарри. Питер хочет треснуть его по клятой тупой башке— и что-то его уже не так сильно радует присутствие сынка Оскорпа.

— Пока нет, — говорит он, понимая, что у него попросту не хватит сил на противостояние. — Но победим обязательно.

Тея оборачивается, ловит взгляд Питера (он не сводил с девушки глаз с тех пор, как они покинули корабль суверенов); поднявшийся ветер подхватывает ее растрепанные волосы и несет в сторону Питера запах — пыль, грязь других вселенных, солоноватый пот и кровь и, совсем намеком, но явным, лимонный аромат духов. Питер дарил ей эти духи в прошлом году, кажется.

Тея улыбается и протягивает ему руку — и Паркер берет ее, и больше ничего не просит у мира. Ни-че-го.

***

Шури отправляет за пятью невольными узниками бункера свой корабль, как только получает от брата отчет: суверены остановили Кри и ведут переговоры о мире. Война закончена, им больше незачем сражаться друг с другом, тем более в атмосфере Земли.

Питер и Тея ничего не говорят уже полчаса. Сидят рядышком, ждут прибытия корабля, одинаково склонив головы.

— Вас просто высадили тут и велели ждать? — уточняет Гвен. После всех сюрпризов, которые ей подкинула Амидала, она весьма сомнительно относится к любому решению от Мстителей.

— Ага, — кивает Майлз. — Мы просто… ну, Тея же теперь уязвима и— Ой. Мне не надо было этого говорить.

Он косится на Питера, но его старший товарищ ничего не отвечает. Может, не следовало. Но они тут в безопасности, этим людям Паркер доверяет.

— В чем дело? — хмурится любопытная Гвен. — Тея? У тебя силы закончились?

Тея поднимает голову с плеча Питера и неуверенно вздыхает.

— Думаю, да.

— Так ты теперь простой человек?

— М-хм.

Питер мог бы обратить внимание на то, как мямлит его девушка в ответ на простой вопрос, но он слишком погружен в ощущение ее теплой ладони в своей, в то, как приятно держать ее за руку и не беспокоиться, что это сон. Так что он повторяет действия Амидалы и теперь уже сам кладет голову на плечо девушке.

— С ума сойти! — восклицает Стейси. — ну, может, теперь я перестану так сильно о тебе волноваться, что ты улизнешь в какую-нибудь очередную дыру и найдешь себе неприятностей на за…

— Гвен. — Гарри останавливает ее посреди фразы и легонько толкает в бок.

Они сидят напротив Теи и Питера, тоже совсем рядом, и их пары разделяет небольшой столик с кувшином воды посреди круглого зала без окон. Тея смотрит на Озборна, потом на свою подругу. Без слов переводит взгляд к Питеру и стискивает его ладонь.

— М? — отзывается Паркер.

Тея морщит лоб, косится на Озборна и Стейси.

«А, — запоздало понимает Питер. — Да, представляешь. Да.»

Тея с недоверием изгибает брови. Питер гладит костяшки ее левой руки правым большим пальцем. Не может быть, читается в каждом ломанном жесте Теи. У нее ноют все мышцы всего тела, и Питер чувствует это тоже — и потому они оба ограничивают себя в движениях. Но все равно Амидале хватает удивления на то, чтобы выражать его всем своим видом.

Питер чуть усмехается, тихо, едва заметно. Боже мой, говорит взгляд Теи. Но потом она тоже улыбается.

Когда за всеми ними прибывает корабль Шури, Питер и Тея, все еще не говоря ни слова, бредут к нему последними. Садятся внутрь последними, пристегивают каждый друг друга и так же молча летят до дворца Т’Чаллы. Их должна принять Шури— или Окойе или Рамонда, М’Баку или кто угодно из вакандцев— и провести к Шури, чтобы та смогла оказать им первую помощь.

Гвен и Гарри выходят из корабля, наконец-то видя Ваканду, залитую солнцем, во всей ее красе, кроме, разве что, горящих на границе лесов, оставшихся после наземных стычек с инопланетянами. Питер ждет Тею, та подталкивает к выходу Майлза.

— Меня точно не выкинут из этого мира? — боязливо спрашивает он, оказываясь перед взорами нескольких вакандских стражей и Тони Старка, во главе с ними.

— Точно, — подтверждает Тея. Она и Питер подходят к Старку, держась за руки.

— Здравствуй, принцесса, — выдыхает он и заключает Амидалу в объятия.

Она радостно охает и вдруг начинает тихо плакать.

— Молодец, парень, — шепчет Тони, глядя на Питера поверх плеча девушки, и гладит ту по спине. — Ну-ну, все в порядке. Все закончилось, мы живы.

Они приходят к Шури, и та, охнув, кидается к Тее и тоже ее обнимает. Тея ойкает, Шури ахает, рассыпается в торопливых извинениях, ведет Амидалу к столу, куда укладывает для полного анализа. Питер остается ждать рядом со Старком.

— Пит, ты можешь на соседнюю кушетку прилечь! — говорит Шури, бегая вокруг Теи.

— Я подожду. Нормально.

Он отвечает рваными фразами, отдельными словами. Делает большие паузы между репликами. Ему сложно говорить: все, чего жаждет его тело — это беспробудный сон на пару суток. И чтобы Тея была рядом. По крайней мере, сейчас условия позволяют ему хотя бы один из пунктов.

— Мы побудем в Ваканде некоторое время, — сообщает Старк. Питер косится на него и отмечает, как тот похудел и осунулся. Отпуск не был ему на пользу — или же его вид сильно подпортили последние события. В любом случае сейчас он не может об этом думать. Но обещает себе, что коснется этой темы с Теей, как только они оба придут в себя.

— Мы? — переспрашивает Питер.

— Ты, принцесса, я. Ваш друг Майлз Моралес. Стрэндж сообщил мне, какие у него проблемы. Это надо будет как-то решать.

— Да, — устало соглашается Паркер. — Мы все уладим, мистер Старк. Позже.

Он не видит этого, но Старк смотрит на своего подросшего подопечного — на своего взрослого подопечного — с уважением и гордостью. Отца Питер лишился в раннем детстве и не знает, каково это, когда родитель гордится своим ребенком, когда ребенок чувствует, что родитель его уважает. Поэтому он думает, что то тепло, которое разливается по его телу, это облегчение. От того, что все закончилось. От того, что они живы. От того, что он видит Тею на расстоянии вытянутой руки, и ее лечат, а не причиняют ей боль.

— А Пит и Тесса… — с трудом вспоминает Питер. Тони Старк его успокаивает.

— Ты же слышал золотую Амидалу, — говорит он, и Паркер кривится от этого сравнения. Дурацкое сравнение. — На закрытие порталов уйдет некоторое время, так что пока все ваши двойники поживут в гостевых комнатах дворца Т’Чаллы.

— Вот он обрадуется, — усмехается Питер. Тони его поддерживает.

— Да уж.

Они ждут и ждут, так что Старк, хлопнув Паркера по плечу, удаляется вместе с пришедшей за ним Вандой.

— Подойди ко мне завтра, хорошо? — просит Шури, отпуская Тею спустя полчаса. — Я проверю все показатели и смогу составить полный анализ. Но пока что мои прогнозы оптимистичны.

— Спасибо, — улыбается ей Тея. За то, с какой щедростью Амидала раздает всем свои улыбки, Питеру хочется прибить то Шури, то Майлза, то Гарри Озборна поочередно, но он понимает, что это остаточные чувства, которые стоит забыть и поскорее.

— Питер? — зовет Шури. Он мотает головой.

— Давай я приду к тебе завтра? — просит он, но вакандка шикает и насильно ведет его к столу. Тея улыбается им обоим. Хватит так улыбаться, мисс Амидала.

Но она подбадривает его и ждет, повторяя за ним, и ждет, засыпая на месте, и ждет, пока Шури не говорит, что они оба могут быть свободны.

— У вас в кимойо навигатор, — объясняет она на выходе. — Второй этаж, восточное крыло. Мы подготовили для вас комнаты, Тея, у тебя та же, что была в прошлый раз. Идите уже. Вам нужен отдых.

Они молча бредут мимо знакомых стен коридоров, мимо лестниц на верхние, самые верхние этажи вакандской башни, мимо широких дверей в тронный зал. Кимойо связывается с ИИ в их костюмах, так что голоса Карен-2 и Дэмерона— Питер с особой теплотой вспоминает, что ИИ Теи взял себе новое имя, когда покопался в памяти Соло и выцепил его из разговоров Паркера, — сообщают им, что лестница на второй этаж расположена дальше по коридору, что восточное крыло заселяется гостями африканской страны, и что Тее и Питеру нужен хороший сон.

Они доходят до спальни Теи. Да, она расположена там же, где в прошлый далекий, давнишний раз Питер обнаружил девушку, когда ее прятали ото всех, и даже от него. Дальше идти нет смысла.

Питер отворяет дверь ключом в кимойо— в своем кимойо, спасибо тебе, Шури! — и заводит Амидалу в утопающую в полумраке комнату.

Тея замечает дверь в ванную за небольшим журнальным столиком у широкой кровати. Точно, душ.

Питер помогает девушке снять кимойо с руки и раздеться и ждет, когда она потребует у Дэмерона стянуть чешуйки анаптаниума, оголяя руки, ноги, живот. Тея оказывается перед Питером в той же одежде, какую он помнит. Свитер и старые джинсы.

Сам он велит Карен отключиться, снимает костюм.

Потом помогает Тее выпутаться из свитера и футболки. Из джинс. Нижнего белья.

Потом поднимает руки в безмолвной просьбе, которую Тея выполняет еще до того, как он успевает об этом подумать: она снимает с него футболку, стягивает шорты. Тихо смеется и что-то шепчет себе под нос, отмечая рисунок на его боксерах — пес-призрак в санях Джека Повелителя Тыкв — и поднимает смеющиеся глаза к Питеру. Он пожимает плечами.

Тогда Тея делается серьезной; касается теплыми пальцами пореза на его ключице и ведет вдоль нее до солнечного сплетения. Переходит к синяку под ребрами с правой стороны. Читает, как карту, историю его сражений и поражений, и Питер жалеет, что не провел под лечащими лучами Шури чуть больше времени, чтобы те успели залатать его без следов. Тея хмурится, нащупав оставшийся от раны шрам на плече. Вздыхает, опускает руки.

Эй. Питер аккуратно берет ее за подбородок, заставляет взглянуть на себя. У нее тоже остались ссадины и царапины по всему телу. На шее разливается такой синяк, что похож на перелом. Питер трогает его кончиками пальцев, дует на него, потом наклоняется — целует. Легонько, боясь надавить губами и причинить дискомфорт.

Тея утыкается лбом в изгиб его плеча, ее руки окружают его и обнимают, сцепляясь на выпирающих позвонках у шеи.

Он шепчет девушке что-то бессвязное и нелепое — такое же бессвязное и нелепое, как и все его мысли сейчас. Они стоят так некоторое время, а затем, не сговариваясь, двигаются в сторону ванной.

Принимать душ после войны — самое странное и блаженное удовольствие, какое Питер знает. Он стоит под горячим потоком воды, обнимая Тею. Водит пальцами вдоль ее позвонков на спине, просчитывает их, шепчет.

— Пять, — выдыхает он. — Шесть.

Тея поднимает к нему затуманенный взгляд.

— М?

Питер мотает головой. Неважно.

Они моют головы — Питер запутывается в волосах Теи, и некоторое время у них уходит, чтобы вычесать пятерней колтун; Тея смывает с тела Паркера пот и гряз, и пыль, и усталость, и невыраженную скорбь, и все, что копилось в нем полгода и еще больше. Питер радуется, что на них льется вода, и лицо у него уже влажное, так что не разобрать, на самом ли деле он плачет. Потому что ему кажется, что да.

Из душа он выходит первым. Кое-как вытирается, сдергивает с крючка на двери халат, заворачивается в него сам. Тея терпеливо ждет, переминаясь с ноги на ногу в душевой, и вода, стекая по ее телу, капает на пол и отдается гулким эхом. Питер растягивает перед девушкой второй халат, в который она с облегчением падает и заворачивается.

Кое-как они вываливаются из ванной, и кровать оказывается рядом быстрее, чем Питер о ней вспоминает, и будто пол внезапно падает ему в лицо, и он утыкается носом в мягкие подушки. Тея, снова тихо хихикая, потягивается рядом.

Они лежат рядом, нос к носу, и вода с волос Теи пропитывает подушку Питера, и смотрят друг на друга и ничего не говорят. Девушка гладит шею Паркера, снимая капли с его отросших на затылке волос. Ее дыхание щекочет его губы.

Питер тянется к ней, осторожно целует в нос и вновь отстраняется. Он замечает слезу на лице Теи — та стекает по переносице на щеку и растворяется в ткани наволочки с бледными африканскими узорами.

— Я теб…бя люб…

Тея не может договорить — Питер притягивает ее к себе и целует, боясь, что если он услышит эти слова, то сам не сдержится и заплачет. А он не может, не должен плакать.

Так что он позволяет Тее поплакать, тихо-тихо, пока перебирает пальцами ее волосы. А потом вздыхает.

— Мне надо… — начинает он и запинается. Слова не идут, язык не двигается. — Мне придется… Твои родители, я обещал им, что…

Сама мысль пугает его: он обещал родителям Амидалы, что вернет ее, как только отыщет. И у него нет причин не сдержать свое слово, раз Тея здесь, но… Это означает, что он отпустит ее в отчий дом, к родным, которые и так натерпелись горя, и снова останется один на какое-то время, пока Тея не сможет отлучаться от семьи. Как он переживет это время?..

— Я обещал, что верну тебя им, — шепчет Питер. Он обнимает Тею крепче, пугаясь того, что ему придется отпустить ее уже сейчас.

— Когда? — спокойно спрашивает девушка. Питер удивленно вздыхает.

— Ког-гда найду.

Тея рассматривает его лицо и чуть хмурится. Наверное, он себя выдал, раз она так вздыхает.

— Старк говорил, у вас были точные сроки…

— Да, — кивает Питер. — Но ты вернулась раньше, и… — он подбирает слов с трудом и в итоге выдает все, что есть на душе: — Пожалуйста, давай вернемся домой попозже? Это все, чего я прошу, немного времени, без того, чтобы я чувствовал себя негодяем.

— Питер… — Тея улыбается так, будто это причиняет ей боль. — Ты обещал вернуть меня, ты вернул. Но сейчас моя семья даже не знает, что я вернулась.

Сейчас— это сегодня. Сегодня тридцатое июля, если Питер разбирается в новом потоке времени. Тея должна была вернуться на Землю пятого августа.

— У нас есть время, — говорит она, прижимая теплую руку к его щеке. — Я никуда не поеду. Я буду с тобой.

Питер кивает. Облегчение накрывает его так внезапно, что тут же хочется окунуться в него с головой и вдыхать аромат волос Теи, и лежать вот так, зная, что никто их не потревожит. Девушка целует его в подбородок и повторяет, что точно никуда не уйдет.

Он почти засыпает, когда его настигает знакомое по одинокому полугодию чувство — будто Тею он выдумал, она ему приснилась, и на самом деле сейчас он откроет глаза и ее не окажется рядом.

— Тея? — испуганно выдыхает он, распахнув глаза. Тея утыкается носом ему в грудь.

— М? — отзывается она оттуда, привычно тепло, привычно знакомо.

— Ничего, — выдыхает Питер. — Просто хотел убедиться, что я тебя не придумал.

Тея шепчет что-то неразборчивое. Потом приподнимается, чтобы оказаться с Паркером на уровне его глаз. Берет его лицо в свои руки.

— Я здесь, Питер, — четко выговаривает она. — Здесь.

И больше Питеру ничего не нужно. Ни-че-го.

Комментарий к Конец войны

И это еще не конец, вы же понимаете, да?

Еще две главы точно, может три.

А еще я придумала сюжетки для бонусных глав (типа, как у комиксов есть бонусные главы, понимаете, да?). Если я будут писать еще бонусы эти, будем читать?)

========== «Ладно, ребята, давайте в последний раз…» ==========

Тея просыпается от шума с улицы. Она полагала, что окна и стены здесь звуконепроницаемые, и сперва удивленно морщится, заслышав отчетливый стук, биение церемониальных барабанов, что доносится с основной площади в городе. Тея с трудом поворачивает голову — затекшая шея, упираясь в мужское предплечье, гудит и стонут внутри нее позвонки — и сонным взглядом проводит по спящему лицу парня.

Питер уткнулся носом в свою же руку и блаженно сопит, чуть приоткрыв рот. Волосы после душа спутались и высохли в мочалку, на щеке блестит заживающий после лечения Шури порез. Он выглядит беззащитным и беспомощным, и Тея двигается к нему под одеялом и прижимается к его голой груди и вдыхает его запах — от Питера пахнет хлебом, который только-только поставили в печь, когда солоноватое тесто поднялось, но еще не запеклось. Питер бормочет что-то сквозь сон и обвивает Тею руками.

— Кваксан, — отчетливо произносит он. Девушка улыбается.

— Угу, — соглашается она и снова проваливается в сон.

В следующее свое пробуждение барабанов Тея не слышит. За окном уже темно, в спальне под потолком зажглось приглушенное вечернее освещение. Амидала потягивается, чувствуя каждую болезненную мышцу в теле, каждую косточку. Вокруг нее обвились Питер, одеяло и их сброшенные во сне халаты. Кое-как выпутавшись из этого кокона, девушка соскальзывает на прохладный пол, оборачивается, чтобы кинуть на спящего Питера затуманенный от счастья взгляд, и идет в ванную.

Крик парня она слышит, как только проходится щеткой по зубам пару раз.

— Тея! — вопит он. Тея, вздрогнув, тут же срывается с места.

— Питер? — ахает она, выскакивая из-за угла в ванную комнату. — Что? Что такое?

Питер сидит на кровати, растрепанный и бледный — возможно, в этом виновато освещение комнаты, а не его натуральный испуг, — и вертит головой, пока не находит Амидалу.

— Я подумал… — бормочет он, еще не до конца проснувшись, — думал, что ты куда-то…

— Я зубы чищу, — быстро кивает Тея, стоя перед Паркером в одних трусах и майке и с щеткой в зубах. Кое-как проглатывает зубную пасту — мятная, колет язык, — и вынимает щетку изо рта. — Прости. Все нормально?

— Да, — кивает Питер и устало проводит рукой по лицу. Плечи опустились, он уже расслабился и, вроде бы, успокоился. — Да, все путем. Я сейчас подойду.

Тея возвращается в ванную, разумно полагая, что им обоим еще долго придется привыкать к мирной жизни и что пробуждение в одиночестве не сулит ни Питеру, ни ей ничего хорошего. Из тягостных мыслей ее вырывают теплые руки Питера — он обнимает ее со спины, кладет подбородок ей на плечо и смотрит на них в зеркало. Тея улыбается и, повернув голову, клюет Паркера в щеку.

— Мы проспали весь день, — сообщает она. Питер пожимает плечами.

— Ну и что.

И правда. Тея улыбается, моет щетку и, не найдя вторую (конечно, это же комната, отведенная для одного), отдает свою же Питеру. Они меняются местами — Питер склоняется над раковиной, Тея, упираясь подбородком в его плечо, прилипает к спине. От него исходит еще сонное тепло, с которым не хочется расставаться.

— Мне кажется, я слышал писк кимойо, — говорит Питер, потирая глаза.

— Да, днем что-то там пиликало, — соглашается Тея.

Они возвращаются обратно в комнату и только тогда разделяются: Питер идет проверить сообщения от «коллег», а Тея с интересом распахивает платяной шкаф. Там, как ни странно, висит несколько комплектов одежды стандартного для Ваканды кроя— безрукавые топы и длинные юбки без швов.

— Старк просит нас прийти в переговорную, — отзывается Питер. — А где это?

— Не знаю… Найдем.

Тея выбирает желтый топ и серую юбку, обнаружив, что эти два цвета в ее гардеробе преобладают. Очень смешно, Шури.

— Принести тебе одежду из твоей комнаты? — спрашивает Тея, вернувшись из ванной, где пыталась справиться с топом и натянуть его пониже пупка — безрезультатно. Питер встречает ее со стопкой одежды в руках.

— Нашел у дверей, — объясняет он. — Видимо, тут по всему дворцу своих шпионы, за нами следят.

Тея пожимает плечами. Да и бог с ними.

В итоге из комнаты Теи они выбираются, одетые, почти как вакандцы— в традиционных по фасону нарядах, но нестандартных расцветок: Питеру вручили темно-красный длиннополый камзол с узором, подозрительно напоминающим паучьи сети, сплетающиеся в африканский орнамент, черную безрукавку с воротом, черные штаны и тапочки.

— Чувствую себя непривычно, — делится Питер. Тея качает головой.

— Потому что не надо никуда бежать и кого-то спасать?

— Я вообще-то про одежду, но… да, это тоже.

Они медленно спускаются по той же лестнице на первый этаж и, проходя мимо широких дверей в какой-то закрытый зал, слышат ропот нескольких голосов. Питер замирает перед дверьми.

— Там, кажется… — начинает он, и Тея, вздохнув, толкает их обоих внутрь. Это вестибюль или гостевой зал или еще что-то, что вакандцы могут назвать по-своему, с широкими панорамными окнами, открывающими вид на столицу. И всюду здесь Тея и Питер видят знакомые лица.

— Эй, смотрите-ка! — восклицает Мэй Паркер, первой заметив пару. Она подскакивает с пуфика, на котором сидела вместе с Гвен-пауком, и бежит встретить приятелей. Обалдевшие Тея и Питер смотрят на все вокруг в немом шоке.

— Мы вас ждем полдня! — с укором бросает им проходящий мимо Эндрю с бокалом в руках.

— Ты выпил мою порцию! — обижается на него Мэй.

— Мы спали… — медленно отвечает Питер. Заслышав это, все подозрительно быстро соглашаются.

— Нас тут подержат с неделю, — говорит Пит. Он и Тесса кивают своим копиям и улыбаются. — Ева сказала, закрытие порталов займет какое-то время, так что вам придется нас потерпеть.

— Скорее, это Т’Чалле придется нас всех терпеть, — не соглашается с ним Тея. Она осматривается, но не видит в числе присутствующих Майлза, и Тесса понимающе кивает.

— Он со Старком в переговорной. Ждут вас. Вы хоть ели?

В зале с остальными они задерживаются еще на полчаса. Питер уминает сэндвичи, пока краем уха слушает разговоры Теи с Гвен, с ее Гвен, которая пришла вместе с Гарри Озборном и рассказывает подруге о том, что творилось в мире все это время.

— Тебя в твоей секции ждут, — говорит она, когда Тея пьет ярко-синий сок странного фрукта с вакандских земель. На вкус он — как молочный коктейль с маракуйей. — И я общалась с доктором Палмер, она сказала, что обеспечит тебе место в больнице, если ты захочешь вернуться на практику в новом учебном году.

— Только мне придется снова на первый курс поступать, — кивает Амидала.

— Это верно.

Ее кимойо пищит одновременно с питеровским, и они одинаково вздрагивают.

— Паркер! Амидала! — рявкает на них обоих голограмма Старка. — Как сквозь землю провалились! В переговорную, срочно!

— Но мы даже не знаем, где… — начинает Питер и осекается, так как лицо Старк пропадает и звонок обрывается. Притихшие было многочисленные копии пауков — одетых, к слову, по тем же вакандским стандартам, но каждый в своей расцветке, — прыскают со смеху.

— Он вас весь день ждет, — фыркает в свой стакан Пит. — Там что-то с Майлзом, Стрэндж рвет и мечет.

Тея и Питер переглядываются и с одинаково обеспокоенными лицами поднимаются с дивана.

— Еще увидимся! — бросает Питер.

— Как пройти в переговорную? — спрашивает Тея.

Их друзья косятся на браслеты с кимойо на руках обоих.

— Точно, — говорит Амидала, Паркер бьет себя по лбу. И они сбегают из зала под смех окружающих.

Мирное русло и бытовуха — это явно не привычное для них течение жизни. Тея тянет запинающегося Питера — скорее, скорее — и чувствует, как знакомо наполняется ее тело чувством тревоги. Это не нормально.

Они находят переговорную на третьем этаже сразу за широкой винтовой лестницей, которую им указывает Дэмерон, и вбегают к Старку, Стрэнджу и поджидающему их Майлзу Моралесу запыхавшиеся и уже уставшие. Питер путается в подоле неудобного для него камзола и чертыхается.

Они совсем не выглядят, как недавние спасители человечества.

— Наконец-то! — выдыхает мистер Старк. — Спать целые сутки без продыху вредно для организма.

Но он понимающе улыбается, поэтому Тею даже не успевает настигнуть обида — Старк и сам, похоже, спал под лечащими лучами Шури, двенадцать часов подряд, потому что выглядит свежее, бодрее и не таким осунувшимся.

— А вас в традиционные вакандские одежды не обрядили, док? — усмехается не к месту Питер, пока Тея идет поздороваться с Майлзом.

Он сидит на белом диване на фоне белых стен и кажется ей еще меньше, еще младше. Он вжимает голову в плечи, как будто все это время двое взрослых прессовали его, пока сюда не явились его старшие товарищи. Тея чувствует вину перед своим подопечным — он был им в секции бокса с самого первого дня своего появления там, он остается им и теперь.

— Мистер Моралес отказывается говорить с нами, — объясняет Стрэндж жутко высокомерным тоном. Тея даже рада слышать его таким — значит, док пришел в себя после инопланетной встряски.

— Потому что вы его запугали, — не остается в долгу девушка. Стрэндж удивленно вскидывает одну бровь, Старк невольно смеется.

— Майлз не из пугливых, — говорит Тони. — Но разговаривать он пожелал лично с вами и только.

Питер присаживается на диван рядом с Теей и Майлзом, и лишь тогда последний облегченно выдыхает.

— Потому что это не для ваших ушей, — отбрыкивается подросток. — Вас я вообще не знаю.

— Да и собеседники из них так себе, — соглашается с ним Тея, не обращая внимания на сердитые взгляды взрослых.

Она знает, что у Майлза есть своя история и свои причины держаться и эту вселенную. Она знает, что Майлз должен рассказать всю правду, даже если она неприглядная, чтобы ему поверили и попытались помочь. Тея ловит напряженный взгляд Питера, внезапно понимая, что сейчас ему привычнее беспокоиться, чем расслабленно попивать соки и есть вакандскую еду.

— Они могут остаться? — спрашивает Питер, кивая на Старка и Стрэнджа.— Или им лучше уйти?

— Паркер… — затягивает свою песню доктор, и тот на него шикает. Помолчите, док, не до вас.

— Они… — вздыхает Майлз, — они могут остаться. Только если не будут ничего комментировать.

Ему страшно за каждое свое слово, понимает вдруг Тея. Ему страшно, что он просто выпадет из реальности, в которой жил эти четыре года. Девушка обнимает его за плечи одной рукой и, хмыкнув Питеру, треплет мальчишку на кудрявым волосам.

— Мы не дадим тебя в обиду, — говорит она.

— Правда?

— Мы же обещали, — добавляет Питер.

Майлз с подозрением косится на расположившихся у дальней стены Старка и Стрэнджа, но, в конечном итоге, кивает.

— Ладно, — выдыхает он. — Только пообещайте, что не будете злиться.

И что-то Тее уже не кажется, что история Майлза касается только его одного.

***

— Ладно, давайте в последний раз? Меня зовут Майлз Моралес. Однажды меня укусил радиоактивный паук. С тех пор я…

— Притормози-ка, — смеется Питер. — Эту тему я знаю, она у нас одинаковая. Причем, у всех. Расскажи нам то, чего мы не слышали.

Майлз обиженно фыркает, но тут же делает такое шкодное лицо, что Тее не по себе. Эти двое слишком быстро спелись, хотя еще полгода назад — вернее, три дня назад по ее меркам, — они и понятия друг о друге не имели. Кажется…

— Тею радиоактивный суверен не кусал, — замечает мальчишка.

— О, да, у меня предисловие со взрывами и смертями, — девушка закатывает глаза, пока Майлз хмыкает.

— Я знаю. Ты рассказывала. Вернее, другая ты.

Тея и Питер переглядываются за спиной Моралеса, Питер делает круглые глаза в пол-лица.

— Окей, начни с самого начала. Со всеми подробностями. И ничего не утаивай.

— А сложное слово тавтология ты в школе не проходил? — совсем не вовремя острит Майлз и получает подзатыльник. — Ай! Я же пошутил, Ти! Ладно. С самого начала.

Я был в подземке с дядей Аароном.

Вообще-то он мне не дядя, и у нас разница всего лишь лет в десять, но он вырос в том же приюте, что и я, и мы с детства как-то ладили, и… Да, я из приюта. Мои родители погибли в результате обрушения небоскреба на Палмс-сквер — это как Таймс-сквер, только в моем мире был Палмс-сквер. Мне было года три или четыре, я их не особо помню. У меня родственников больше не осталось, так что меня определили в приют. Я там вырос. Не смотри так на меня, Ти, я же не больной и не умираю. Почему она так на меня смотрит?

— Потому что ей тебя жаль, — говорит Питер. — Ей всех жаль, у нее пунктик.

— Меня не надо жалеть, со мной все в порядке, — с нажимом отвечает Майлз. — Ты будешь слушать дальше или мне подождать, когда ты поплачешь? Ауч! Понял, продолжаю.

В общем, мы забрались в тупик в конце одной заброшенной линии метро, дядя Аарон сказал, что это отличное место, чтобы рисовать. Мы расписали целую стену граффити, провели там часа три, не меньше, а потом дядя Аарон сказал, что нам пора убираться. Я хотел сфоткать свое творение напоследок, увидел на руке паука — у него была странная отметина на спинке, она вся прямо светилась. Паук меня укусил, было небольно, но я его прихлопнул и бросил там. И ушел.

А наутро на мне штаны не сошлись, я еле себя понимал, мысли путались, и я думал очень громко. Ноги-руки ко всему липли, я чуть не угодил в передрягу с Эдди, это пацан на пару лет меня старше, он в приюте всех задирал, типа самый крутой. Я кое-как наказания избежал и решил наведаться к дяде Аарону, он мог мне помочь. Но он не отвечал, и мне пришлось бежать в ту самую подземку и искать того паука, потому что я уже начал понимать, что со мной творится какая-то дичь из-за того укуса. Я же видел комиксы, я знал, что у меня какие-то паучьи синдромы… что? В моем мире про человека-паука были комиксы. Он вообще там был прославленным чуваком, его все обожали. Ну, все нормальные люди, а не психи, которые хотели его убить.

Короче, мне пришлось тащиться в ту заброшку, искать того паука, и он оказался совсем обычным, даже скучным, прикиньте. А потом я что-то почувствовал, такое странное ощущение, оно тебе знакомо, Питер, — когда все в теле кричит об опасности, когда ты прямо чувствуешь, что надо отойти в сторону, потому что что-то зловещее на тебя надвигается. Но я не отошел, а побежал прямо туда. И там был человек-паук. Прямо живой, настоящий, я его так близко никогда не видел. И кроме него там был Зеленый Гоблин. Здесь такого парня еще не было. Я говорю «еще», потому что он точно появится когда-нибудь, это я уяснил, пока мы по параллельным вселенным прыгали.

Тея смотрит на Питера — он напряжен, и история нравится ему все меньше и меньше, несмотря на то, что она частично повторяет его собственную. Девушка стискивает вспотевшую от возбуждения руку Майлза. Сколько ему было, когда с ним случилось… то, что случилось? Десять лет? Двенадцать?..

Я угодил в этот махач между тобой — вернее, тем пауком, — и Гоблином, и ты — то есть, он, — меня спас. И сказал, что понимает меня и мои ощущения. И поможет мне со всем справиться. Человек-паук пообещал мне, что станет моим наставником. А потом…

Мальчишка внезапно прерывается и тяжело дышит, будто бежал только что или готовится к чему-то опасному.

— Майлз? — тихо-тихо зовет его Питер.

— Ты умер. — говорит мальчишка. — Вернее, тот, другой ты. Питер Паркер из моего мира. Ему было двадцать семь лет. Его Кингпин убил, раздавил собой.

У Теи перехватывает дыхание, горло сжимается в невольной судороге. Ее сейчас стошнит теми самыми сэндвичами, которыми она недавно утолила голод. Плохо, очень плохо. Она смотрит на понурого Майлза, на Питера за ним и чувствует, как к глазам подкатывают невольные слезы. Это было не с ее Питером, это было в другой вселенной. Что за ерунда, неважно, в какой вселенной умер Питер Паркер, важно, что он умер!

— Мне жаль, — говорит Тея и приобнимает Майлза за плечи. Тот отмахивается.

— Это мне жаль, — отвечает он. — И не волнуйтесь. Там теперь все в порядке. Там, в смысле, в моем мире.

Кингпин запустил коллайдер, и все пошло наперекосяк. Там все взорвалось, а измерения остались открытыми, не все, но парочка точно. Я этого еще не знал. Я хотел убедиться, что ты, то есть, человек-паук, жив, но увидел, как…

Уилсон Фиск сказал, что построит все заново, и я знал, что это плохая идея, но не мог ничего сделать. Весь город был в трауре, я сбежал из приюта, потому что не мог там находиться после всего, что случилось, и искал только способ все исправить. Ты, вернее, тот Питер, попросил меня закончить начатое и обрубить коллайдер любым способом, но я не был таким крутым, и мне было страшно.

Меня нашла ЭмДжей.

— ЭмДжей? — ахают Питер и Тея одновременно.

— Не наша ведь ЭмДжей, не такая же?

Майлз хмурится.

— Мишель Джонс, — поясняет он. — Да, она похожа на вашу знакомую, я видел ее здесь несколько раз, но… В моем мире вы встречались.

— Да ну? — удивленно вспыхивает Питер. Тея косится на него и хмыкает. А ведь она говорила, что шутки про ЭмДжей не доведут его до добра…

— Да, но это… Простите, это немного не в тему, но мне она не нравилась там. Она грубила не к месту и вела себя вызывающе.

— Она и здесь такая же, — смеется Питер, но ловит взгляд Теи и умолкает. — Кхм, продолжай.

Она сказала, чтобы я в это не лез. Что я еще маленький и у меня вся жизнь впереди. И забрала у меня флешку, которую ты дал, со всеми данными против компании Фиска.О, нет, у нее нет никаких способностей, она просто девушка человека-паука. Была. Сейчас у нее новый бойфренд, и она вполне себе счастлива… Ой, ухожу от темы.

ЭмДжей популярно мне объяснила, что не хочет новых смертей, и я не виню ее особо в том, насколько грубой она была — все-таки у нее парень умер и все такое. Но было неприятно. И я все еще не знал, что мне делать. И я бы, пожалуй, замерз где-нибудь под мостом, но меня угораздило шататься по Бруклину прямо под носом у Уилсона Фиска и его припевал, так что меня нашли и утащили в подземки.

— Прямиком к коллайдеру, который доставил тебя в этот мир? — заканчивает за него Питер, но Майлз мотает головой.

— Нет, — отвечает он. — Меня кое-кто спас. Тея.

У Теи голова идет кругом. Питер издает странный звук — что-то между вздохом и кашлем.

— Я? — переспрашивает Амидала. — Почему я?

— Может, у себя спросишь? — обиженно тянет мальчишка. — Вообще-то, в моем мире у тебя такая же история. Когда-то ты стала жертвой взрыва в лаборатории «Алкорпс», получила нехилое облучение и стала Штормом. Тебя так прозвали.

Ты вытащила меня оттуда и сказала, что наблюдала за мной какое-то время. И что у тебя есть план, и тебе нужна будет помощь человека-паука. Ты даже добыла мне костюм, правда, он был великоват, но я его ушил.

— Черный костюм?— уточняет Питер. — Тот самый?

— Да, я наконец-то до него дорос, — хмыкает Майлз. Питер хлопает себя по лбу.

— А я-то гадал, откуда у простого пацана костюм из вибраниумной ткани. А тебе его Тея подогнала.

Тея фыркает.

— Не смотри на меня так! Это не я подбила его на супергеройства. Будь я на месте той Теи, я бы вышвырнула его из всей этой заварушки за шкирку, а не тащила с собой.

— Вообще-то, — встревает Моралес, — у тебя не было выбора. Тебе требовалась моя помощь!

— Тебя, двенадцатилетнего? Сколько мне тогда было? Тринадцать?

— Двадцать шесть!— злится Майлз. Тея сердито мотает головой и поджимает губы.

— Да кто ее такую воспитывал, — укоризненно говорит она в никуда. Но мальчишка некстати брякает:

— Питер. Питер Паркер ее воспитывал, — он поднимает глаза и видит удивленные лица Питера и Теи. И снова вздыхает. — Вы что, ничего так и не поняли?

В моем мире Питер Паркер и Тея Амидала вместе оберегали город. Вместе его защищали. Непонятки и перебои в электричестве начались за год до гибели человека-паука, и по какой-то причине Шторм перестала появляться на публике. Потом, когда ты, вернее, та Тея, подобрала меня и позволила у нее ночевать, то рассказала, что вы с Питером решили разделиться и выяснить все каждый по отдельности. Я не знаю, что между вами произошло, но, если хотите знать мое мнение, вы встречались раньше. А потом поссорились и разбежались. Хотя ты говорила, что вы не ругались, вообще-то…

— Может, Питер решил уберечь ту Тею, — язвит Амидала, не удержавшись. Питер кидает ей обиженный взгляд. — Что? Вполне себе вероятный сценарий.

— Может быть, — соглашается Майлз и, даже если и понимает, что ступает на тонкий лед, все равно гнет свое: — Уилсон Фиск искал источник большой энергии, и ему нужна была Шторм. Так что, скорее всего, Питер просто хотел ее защитить. Потому что она пропала с радаров, нигде не появлялась больше года, и люди решили, что она погибла.

— Но погиб человек-паук, — говорит Тея.

— Да. И тогда Шторм вернулась, чтобы отомстить за него. И нашла меня.

Мы пробрались в лабораторию Фиска и нашли уязвимое место в его системе. Но нас схватили, и ты велела мне делать ноги, а я не послушался. Я знал, что они опробуют на тебе свои новые устройства, они специально под тебя какие-то машины строили, чтобы из тебя, как из батарейки, качать энергию. Я нашел тебя и вытащил из коллайдера, но мы что-то сделали не так. И коллайдер взорвался снова.

Меня выбросило в этот мир, а я даже не понял, что оказался в параллельной вселенной. И никаких изменений не видел. Я подумал, что меня просто выкинуло из подземки на пустырь, который над ней находился, поэтому ждал и ждал тебя, но ты не возвращалась. И тогда я пошел к тебе, потому что ты сказала, что в любой непонятной ситуации я должен идти туда, где безопасно.

Я пришел к твоему дому, но тебя там не оказалось. И твоего дома там не было.

Там жили родители Майлза Моралеса.

Майлз прерывается, чтобы попить воды и украдкой смахнуть слезы с глаз. Питер и Тея делают вид, что не замечают этого, и когда девушка тянется, чтобы обнять мальчишку, Питер качает головой. Не надо. Не стоит. Не мешай.

Но ей так хочется…

— Их сын погиб, когда ему было три, — говорит Майлз. — При обрушении здания на Таймс-сквер. Все, как у меня, только наоборот.

Они сказали, что я могу остаться, если мне некуда идти. Я не хотел мешать им, просто… у них было так хорошо, меня накормили, обогрели, и я подумал… Подумал, что смогу остаться у них на некоторое время, пока не отыщу тебя. Но я искал и искал, и тебя не было, и все больше я понимал, что угодил в неправильную вселенную. А потом я увидел тебя, точно такую же, только младше лет на десять. Ты шла в секцию для бокса, и я увязался за тобой, и там услышал, что у тебя есть друг Питер Паркер.

Я следил за тобой, пока не увидел вас вместе. А потом…

— Потом ты решил не уходить, — договаривает за него Питер. Майлз кивает.

— Я хотел остаться, ведь здесь у меня были родители, которые все про меня поняли и приняли, и тут вы оба были живы, и никаких Уилсонов Фисков рядом не было, и все было в порядке.

Он всхлипывает.

— Мне стыдно, что я не попытался вернуться, чтобы отыскать тебя, Тея, и сказать, что со мной все хорошо, и что я жив. Но я боялся, что, вернувшись в свой мир, не смогу найти обратную дорогу сюда. И я остался. И тренировался, пока никто не видит. И никому не мешал, и вел себя хорошо. И в секцию для бокса записался, потому что это мне помогало и я мог за тобой присматривать. И даже выиграл грант на обучение в крутой школе. И папа мной гордится, а мама… Пожалуйста, не выгоняйте меня отсюда. Я не смогу снова жить в приюте, я отвык от бездомной жизни.

— Так, э, приятель…— Питер замечает слезы в глазах Теи и делает несмелую попытку угомонить мальчишку. Он и сам уже на пределе, сейчас сорвется и заплачет, и девушка вместе с ним.

Тея смотрит на Питера, смаргивает слезы. Открывает рот.

— Что бы ты сейчас не решила, — умоляет Питер, — подумай еще раз.

Тея хмурится, выдыхает и вдруг успокаивается. Это не сулит ничего обычного. Она не замечает, но у нее глаза светятся, слабым желтым светом, словно только там остался намек на анаптаниум в ее теле.

— Я подумала, — говорит она решительно. Потом оборачивается к замершим Старку и Стрэнджу, и выдыхает: — Я не позволю им забрать Майлза обратно. И Ева мне в этом поможет.

Питер тяжело вздыхает и прячет лицо в ладонях.

— Твою же мать, — ругается он сам с собой.

— Мне все равно, что ты думаешь, — заявляет ему Тея странно дрожащим голосом, — потому что я приняла решение, и…

— Да брось, — прерывает ее Питер. — Мы оба знаем, что я с тобой соглашусь. Мистер Старк, док, — он оборачивается к совсем ошалевшим взрослым. — Майлз Моралес останется в нашем мире.

Комментарий к «Ладно, ребята, давайте в последний раз…»

Ха-ха *страдальческий смех* Никаких 2-3 главы. Видимо, еще 3, как минимум.

========== Ради защиты близких ==========

— Вы даже не знаете, во что хотите вмешаться, — устало объявляет Стрэндж всем троим бунтарям, стоящим перед ним с высоко поднятыми головами.

— Но мы хотя бы попытаемся что-то сделать, — отвечает ему Тея. — Я не буду бросать все на самотек.

— Как я, вы хотели сказать? — усмехается величайший маг Земли. Тее хватает самообладания, чтобы не покраснеть. Питер молча берет ее за руку и стискивает.

— Вы не слышали Майлза, док, — говорит он. — Неужели вам наплевать?

Ему не плевать. Питер знает, что за маской высокомерного безразличия доктор Стрэндж скрывает и сожаление, и сочувствие, и готовность пожертвовать чем-то важным для него ради спасения человеческой жизни. Он продемонстрировал все это, отдав свое существование в руки Таноса, когда Мстители столкнулись с ним. Он повторил свой подвиг, вернув Тею немыслимыми силами обратно на Землю. Он многое сделал, несмотря на свой якобы железный нрав. И все же, пробыв рядом с магом так долго и насмотревшись на его действия, Питер порой думает, что Стрэндж лишен человеческих чувств, которые он сам в себе выжег в угоду объективности.

— Что вы собираетесь сделать, мисс Амидала? — спрашивает Стрэндж. Он и Старк переглядываются так, словно все знают и понимают, и это уже даже не раздражает. Глупо. Как будто они все еще считают, что подростки перед ними — совсем обычные и ничего не смыслят в жизни.

— Я же сказала, я поговорю с Евой.

— У суверенов больше нет причин помогать землянам, — тянет Старк. Майлз от этих слов невольно ежится.

— Ну, мы ведь даже не спрашивали, верно?

Тея кивает Питеру и ведет Майлза из переговорной. Потоптавшись, Питер жмет плечами и идет следом.

— Не в обиду, мистер Старк, док! Но Тея знает о суверенах чуть больше вашего. Я помогу ей.

И он поворачивается к ним спиной и не видит, как улыбаются взрослые. Питер ошибается — они давно перестали считать их обычными подростками.

Паркер нагоняет Тею и Майлза у лестницы и берет девушку за руку.

— Какой у нас план? — сипло спрашивает мальчишка. Тея кривит губы.

— Для начала — доставить тебя к Шури.

— К Шури? — хмурится тот.

— Да. Ты, может, и не заметил, но ты мерцаешь. Это плохой знак.

Питер увидел это, когда Моралес рассказывал свою историю. За полчаса, что они провели в переговорной, Майлз прыгал из цвета в чэбэ раза два-три, и сперва Питер списал все на освещение или собственную усталость. Но он выспался и отдохнул, а лампы Ваканды всегда работают без перебоев, так что во всем виновато было что-то в мальчишке. Тея не зря волновалась. Им следовало бы все выяснить у суверенов напрямую, но…

Раз Тея считает, что лучше Моралесу будет в лаборатории Шури, Питер с ней не спорит.

Они спускаются на первый этаж, и Питер уже хочет связаться с вакандской принцессой по выделенной связи в своем кимойо, когда все трое натыкаются на… Стрэнджа.

— Вас проводить коротким путем? — спрашивает маг, вскинув бровь.

— А вы разве не против нашей затеи? — щурится Тея. Док хмыкает.

— Мисс Амидала… Я думал, между нами не осталось недопонимания.

Тея смотрит на Питера, и тот, вздохнув, кивает.

— Окей, ведите. Нам надо к Шури.

Когда Стрэндж выводит его, Тею и Майлза прямиком в лабораторию вакандки, их уже ждет Старк.

— О, и вы тут! Не стоило и расставаться! — ерничает Моралес, не умея побороть нервный испуг. Старк треплет его по волосам, словно ничего и не случилось.

— Не боись, пацан. Мы тебя не дадим в обиду.

У Питера есть подозрения, что эти двое — Старк и Стрэндж — не следовали за ними с самого начала, не столько давая фору, сколько себе — время на поговорить. О чем они говорили, Питер не знает и не пытается догадаться, но делает недвусмысленный вывод: определенно взрослые на стороне Майлза. Почему нельзя было сказать об этом сразу и без задержек? Бедный парень уже не знает, чего бояться.

— Шури! — звенит в высоту голос Теи. — Мы привели тебе нового подопытного!

Они стукаются кулаками и скрещивают на груди руки в традиционном приветственном жесте Ваканды, словно сестры, и Питер смотрит на это и невольно улыбается. Как хорошо, что они живы — столько поводов для улыбок находится в этом мире, когда он не воюет.

— Что за подопытный? А, это ты, — энтузиазма у Шури убавляется, когда она видит Майлза. Тот же улыбается во весь рот. Что это с мальчишкой?

От странной мысли делается еще веселее.

— Одежка-то вам идет, — Шури подмигивает Тее и Питеру, и Амидала, фыркнув, легонько бьет ее кулаком в плечо.

— Это не смешно, блин, — сквозь смех возражает она. — Я вообще серый цвет не люблю.

— Эй! — отзывается Тони.

— Простите, мистер Старк.

— Чего же молчала?

Тея смущенно ведет плечами.

— Дареному коню… Могу я поговорить с вами на эту тему чуть позже? Наедине? — Питер пытается поймать взгляд Теи, но она смотрит на Старка. Что за секреты? Паркер нутром чует, что она что-то скрывает, но на этот раз это что-то не опасно для чьей-либо жизни, уж точно.

Шури подзывает к себе Майлза, сажает на стул и требует несколько минут его внимания. Впрочем, мальчишку долго уговаривать не нужно — он весь внемлет вакандской принцессе, и можно подумать, что… Это не может быть правдой, думает Питер, но такое ощущение, что Моралес втрескался в Шури. Хотя когда бы он успел, они видятся второй раз в жизни, если не первый.

— Эй, Тея, — зовет девушку Шури. — Ты тоже присядь. Я хотела провести повторные тесты, ждала тебя еще утром, но ты…

— Спала, — рапортует Амидала. Смотрит на Питера и хмыкает. Почему им никто не верит? Чем они занимались, по мнению всех остальных? После бесконечных сражений, и сражений, и сражений, все, что нужно было Питеру — это глубокий крепкий сон на пару суток с Теей под боком. Хорошо, что они вообще проснулись сегодня.

— Я, вообще-то, надеялась, что ты Питера осмотришь, — заявляет вдруг Тея. Шури проводит по недоумевающему Паркеру косым взглядом.

— А что с ним? — безлико спрашивает она и поворачивается к ждущему ее пареньку Моралесу. — Рот открой, зубастик.В смысле,нет?

— Да, — заторможено кивает Питер, — что со мной?

— Шрамы по всему торсу, — безапелляционно роняет Тея. — И ребро кривое, как будто срослось неправильно или… Подлечи его еще, Шури.

Вакандка ворчит, что у нее нет времени на лечение, что лекарем она не нанималась, и если всех так волнует их здоровье, то в столице есть пара приличных врачей. Но после борьбы со смущенным и краснеющим Майлзом она все-таки сдается.

— Садись, Паркер, осмотрим и тебя тоже. Поднимай майку. Что теперь-то не так?

Под шумок, наведенный вакандской принцессой, Питером и Майлзом, Тея смывается вместе со Старком. Питер слышит ее голос по внутренней связи через кимойо: «Я тут, рядом, скоро вернусь», и отключается совсем. Да что она задумала, в конце концов?

— Чего это она? — спрашивает Шури между делом. Питер неуверенно качает головой.

— Не знаю. Сплетничают со Старком. Наверное, хочет уговорить его помочь Майлзу.

Шури удивляется весьма натурально.

— А с ним что?

— А ты не знаешь? — Питер хмыкает. — Он же у нас путешественник, из другого мира прибыл и хочет в нашем остаться…

— Эй! — взрывается мальчишка. — Я, вообще-то, здесь сижу! Але!

Шури и Питер одновременно прыскают в кулаки.

— Да мы прикалываемся, пацан, — смеется вакандка. — Знаю я про тебя все, ты же сам мне сказал.

— Да-а? — ахает Питер. — А я думал, ты молчал до тех пор, пока мы с Теей к тебе не пришли!

Майлз ворчит что-то себе под нос и окончательно обижается.

Тея возвращается через десять минут под разноголосый смех всех троих, и замирает на винтовом спуске.

— Я думала, вы тут серьезным делом заняты, — осуждающе говорит она, но потом улыбается. — Ты готов, Пит?

— Да. Шури, я же могу идти?

Шури кивает, отпуская Питера и ничего не уточняя. Тея протягивает руку, за которую Паркер хватается, и, не сговариваясь, они поворачивают к подъему наверх, на выход из лаборатории. Стрэндж успел испариться в своих порталах, и вряд ли доставит их обратно тем же путем. Так что до кораблей суверенов им придется добираться самостоятельно.

— Куда вы? — восклицает Майлз, и Питер удивленно оборачивается.

— Спасать твою задницу, Моралес. А ты как думал?

Он, возможно, задается вопросом, почему двое подростков, старше его всего лишь на пару-тройку лет, так скоро и беспрекословно встают на его сторону и с такой решимостью рвутся ему помочь, но… Вряд ли он не знает Тею или Питера, чтобы удивляться такому. Что тогда его беспокоит?

— А я… Мне не надо пойти с вами? — и он почти икает от стеснения.

О.

— Останься здесь, окей? — улыбается ему Тея. — Для чего, ты думаешь, мы привели тебя к Шури?

— Это нечестно, — шепчет себе же мальчишка. Но Питер чувствует, что к золотокожим существам он соваться и сам боится, поэтому сильно не спорит. Его можно понять. Питер даже на своем месте не шел бы с ними на контакт, не будь в этом необходимости.

— Не беспокойся, — кивает ему Тея. — У нас есть план, и это недолго, я думаю.

Они поднимаются на воздух, и только тогда Питер позволяет себе уточнить:

— А у нас точно есть план?

Тея кривит губы в не предвещающей ничего хорошего ухмылке.

— У меня — точно.

К кораблю суверенов, застывшему под куполом Ваканды, их довозит аэроплан Тони Старка. Он наблюдает за Питером и Теей с каким-то особым вниманием, будто видит теперь в них что-то новое, чего раньше не замечал.

— Вам точно не потребуется помощь кого-то из…

— Взрослых, вы хотите сказать? — подсказывает Тея. Старк морщится.

— Язвить ты явно научилась раньше, чем ходить, юная леди.

Питер невольно смеется.

— Мистер Старк, я ведь обещал, что мы разберемся с этим. Так что… Может, просто подождете нас? А то мы обратно сами не доберемся.

Старк кивает Паркеру, и тогда Питер снова чувствует это — разливающееся по телу тепло от взгляда наставника. Что это он замечает в глазах Тони Старка? В постаревших на десятки лет словно, глазах Старка… Волнение? Удовольствие? Гордость?..

Питер краснеет и отводит глаза, покрепче стискивая в ладони пальцы Теи. Это удивительно. Удивительное чувство.

Суверены знают, что у них будут гости, еще до того, как аэроплан приземляется на импровизированной посадочной площадке перед основным кораблем. Так что, как только открывается шлюз, Питер замечает троих золотокожих, что уже ожидают их.

— Эй, приятель, — зовет его Старк, тормозя перед спуском. Тея прыгает на посадочную площадку первой.

— М?

— Поговорим потом? Как мужчины, да?

У Питера что-то екает в сердце. Испуг напополам с волнением. С уважением. С трепетом.

— К-конечно, мистер Старк.

И прыгает за Амидалой и даже спотыкается от тревоги, накатившей, как лавина, когда Питер ее совсем не ждал. Тея кивает Старку, и они идут в колонне суверенов к главному кораблю, окруженные защитным куполом, похожим на тот, что раньше могла создать Тея.

— Так что у тебя за план? — хмурится Питер, кусая губы. Незнание его нервирует, и не то, чтобы он не доверял собственной девушке, но суверенные Адам и Ева — совсем другое дело. Особенно Питера беспокоит первый.

— Надеюсь, все сработает. Только не удивляйся, когда мы…

Тея не успевает договорить — она проходит сквозь защитный барьер в главном корабле, а вот Питер застревает прямо перед ним и врезается в полупрозрачную стену из желтого света.

— Что за!.. — чертыхается он и поднимает к Тее встревоженный взгляд. — Тея?

— Только один из вас, — поясняет суверен-стражник на их родном английском, с сильным акцентом и глотая звуки. Тея смотрит на него, потом на Питера и снова на него.

— Что? Почему?

— Пустите меня, иначе… — тут же бросается в угрозы Питер и даже дает сигнал Карен, чтобы та активировала костюм, но суверены выглядят неприступными и неподкупными.

— Тее Амидала ничего не грозит на корабле суверенов, — говорит этот же стражник. — Но Питер Паркер — не суверен и никогда не был им. Ему входить запрещается.

— Я сейчас морду тебе начищу, если ты меня не пустишь! — рычит Питер. Он не настолько агрессивный и мог бы обойтись дипломатическими разговорами, если бы его предупредили заранее, а не теперь. Сейчас — когда он стоит по одну сторону стены, а Тея — по другую, и их разделяет защита суверенов, страх, такой привычный, такой ненормальный, забивает все его поры, словно только и ждал повода прорваться сквозь все шлюзы.

— Питер, — выдыхает Тея. — Вс-се нормально.

— Вот и нет! — взрывается Паркер. Он бы доверял суверенам чуть больше, не вытворяй они таких фокусов!

Тея вздыхает и делает шаг сквозь барьер, который охотно ее пропускает. Обратно к Питеру. Он хватает ее за руку и стискивает, не рассчитав силы, до синяков.

— Они не навредят мне или кому-либо из нас, — говорит Тея, растягивая слова, будто Паркер — неразумный ребенок, которому приходится все пояснять. Питер мотает головой. — Питер, посмотри на меня. Со мной все будет в порядке.

— Нет, только не так. Ты знаешь, это хуже пытки.

Тея сглатывает подступившую к горлу слюну — то ли от испуга за себя, то ли за него, то ли это слезы, к которым она прибегает за помощью за последний день слишком уж часто.

— Знаю, — шепчет она. Окруженные суверенами, которые и выше, и сильнее их, надо думать, в такой внезапной панической ситуации, они оба наверняка спятили, потому что Тея прижимается лбом к переносице Питера, обнимает его за шею и выдыхает ему прямо в губы: — Верь мне, все будет хорошо. Я вернусь через полчаса.

Питер мотает головой. Что он будет делать все это время? Изъедать себя страхом? Нет уж, нет!

— Питер… Это же ради Майлза.

Больших усилий стоит Питеру вспомнить хотя бы, кто такой этот Майлз, раз ради него приходится отпускать девушку к золотокожим ублюдкам, с которыми у землян, эй! — союз даже.

— Только скажи им, чтобы приходили сюда и разговаривали здесь. Я должен тебя видеть.

Тея кивает — Питер зажмурился и чувствует это по тому, как трется ее лоб об его нос, и как ее дыхание скачет с его губ к подбородку и обратно. Она неуклюже клюет его в щеку и только тогда отпускает. Питер прижимает руку к ее шее, несильно стискивает.

Он поднимает к Тее глаза и — сердце замирает, стучит в ребрах, там больно! — девушка делает шаг назад, за барьер, куда Питеру нет доступа. Он прижимается ладонями и лбом к этому барьеру, чтобы видеть, что происходит там внутри. Тея открывает беззвучно рот и зовет кого-то. И тогда за ее спиной вырастают Ева и Адам.

Все это абсолютно не похоже на четкий план Теи. Питер не знает, что и думать. О, Боже.

***

Тея оборачивается к уже ожидающим ее — она знает это каким-то знанием на подкорке — Адаму и Еве и кивает в традиционном поклоне суверенов. Это она помнит от Евы.

— Мы можем поговорить здесь? Понимаю, не в моем случае диктовать условия, раз я пришла к вам гостем, но все же. Питер не ступил на ваш корабль, но просил, чтобы…

Тея старается, чтобы голос у нее не дрожал — потому что общаться с детьми суверенов она на равных не может, несмотря на близость с Евой, и еще сказывается внезапный испуг из-за суверенных законов, к которым они с Питером не были подготовлены.

— Иначе Питер Паркер нарушит мирные отношения с нашим народом? — усмехается — усмехается!— Адам. Тея с сожалением вынуждена признать, что нет, не нарушит. Она не позволит теперь, когда они еле-еле достигли мира.

— Мы можем поговорить здесь, — отвечает Ева. Тея благодарно ей кивает.Спасибо.

— Так что привело тебя, Тея Амидала? — спрашивает Адам, не давай девушке передохнуть. — Майлз Моралес, дитя из другой вселенной? Мы почти добрались до его мира, скоро ему предстоит покинуть вас.

— Да, — быстро отвечает Тея. — То есть, нет. То есть… — она умолкает, облизывает губы. Оборачивается и смотрит на замершего у барьера Питера. Кажется, он не слышит их. Тем лучше, внезапно понимает Тея, хотя изначально и не думала, что обстоятельства сложатся таким образом. Тем лучше. Ему не стоит знать, что хочет предложить Тея Амидала взамен Майлза Моралеса.

— Позвольте Майлзу остаться здесь. Не закрывайте его портал. Тогда ведь он не умрет, верно?

Адам совсем по-человечески вскидывает бровь, словно насмотрелся этого у Стрэнджа, и качает головой. Он парит над землей, на высоте пары футов, и со своим ростом, превышающим человеческий, возвышается над Теей такой глыбой, что на него сложно смотреть без разумного опасения. Ева, переняв черты Теи, ниже его, но все же выше своей человеческой копии. И сейчас она тоже парит над Теей.

— Незакрытый портал — это трещина меж мирами, — говорит Адам.

— Вовсе нет, — Адам хмурится, и Тея, стиснув кулаки для верности, поясняет: — Если залатать все разрывы правильно, что вы и делаете, и открыть портал заново, как портал, то он будет не опасен. Вы ведь можете это, я знаю.

Ева кивает. Адам выглядит недовольным — видимо, генетическую установку о кристальной честности он обходит простыми недомолвками, а вот Ева таким образом хитрить перед своим «родителем» не желает. Она упряма и упорна, прямо как Тея. В третий раз за время их взаимодействия Тея радуется, что стала коконом для такого вот суверена.

— Открытый портал потребует защиты с обеих сторон вселенных, — говорит Ева.

— Знаю, — кивает Тея.

— Защиты особого рода.

— Знаю.

— Которую не сможет обеспечить кто-то из ваших… Мстителей. Кроме, разве что, доктора Стрэнджа.

— Я понимаю. — Тея вздыхает, опускает глаза и, все еще не до конца веря в то, что собирается просить, кидает взгляд на застывшего за барьером Питера.

— Я хотела попросить вас сделать этим защитником меня, — твердо говорит Тея. — Тем более, что по другую сторону портала будет моя копия, которая от сделки не откажется. Майлз Моралес и ей дорог.

Ева и Адам переглядываются, пока Тея не замечает; Адам почти разгневанно, Ева — понимающе. «Ты все знала!» — читается в глазах Адама. Конечно же, Ева знала. Как этого мог не просчитать Адам, остается загадкой. При всех его человеческих глупых привычках — язвить и хитрить и высокомерно смотреть на миры вокруг — он все же не научился понимать людей.

— Ты просишь наделить тебя силами суверенов, — не спрашивает, а утверждает Ева, чтобы укрепить свои предположения. — Снова.

Тея кивает, глядя ей прямо в глаза.

— Но зачем? — искренне недоумевает Ева. — Сейчас ты можешь жить без волнений и тревог, присущих вашим Мстителям. Ты ведь хотела мирной жизни, я знаю.

Адам все еще не подобрал слов, чтобы описать свой гнев, вызванный данными обстоятельствами, так что Тея, пользуясь его многозначительным молчанием, разговаривает с Евой в надежде, что та все поймет быстрее. Она и должна понять.

— Тебе уже надоела обычная жизнь? — наконец язвит Адам.

— Нет, — мотает головой Тея. Не сдержавшись, она смотрит на Питера за барьером. Ловит его взгляд. Улыбается. Все хорошо.

— Это из-за него, — почти ахает от удивления Адам. — Питер Паркер не сможет обойтись без твоей защиты, Тея Амидала?

— Сможет, — возражает Тея, окончательно его путая. — А вот Майлз Моралес не сможет снова жить в своем мире. Но ты прав… — девушка, наконец, отрывает взгляд от Паркера и смотрит на Адама. — Я прошу этого ради себя и Питера. Потому что хочу защищать его, когда он в этом нуждается. И если ради защиты тех, кто мне дорог, я должна буду подвергать себя риску и присматривать за порталом, чтобы один мальчишка смог спокойно жить среди нас, что ж… Думаю, это достойная плата. И я готова ее заплатить.

Комментарий к Ради защиты близких

Похоже, названная мной цифра оставшихся глав так и будет скакать следом за новыми. Потому что сюжетная ветка так и двигается следом. :D

Хотела, блин, не растягивать эту финальную часть на стандартные 12-13 глав, ага, как же…

Еще 2 впереди точно.

========== Как мужчина с мужчиной ==========

До разговора с суверенами.

— Поговорим, мистер Старк?

Тот оборачивается у самого выхода из лаборатории Шури и смотрит на Тею с немым удивлением. Впрочем, девушка чувствует, что он ждал от него подобной просьбы.

Питер пререкается с вакандской принцессой, и ему не до Теи и Тони Старка. Тем лучше. Амидала смотрит на своего парня в последний раз, прежде чем тихо выйти за дверь вместе с миллиардером.

— Тея? — шумит в наушнике голос Питера.

— Я тут, рядом, скоро вернусь, — тараторит девушка и отключается. Незачем ему слышать то, что Тея хочет сказать лишь Старку.

Он стоит у панорамного окна и смотрит на улетающие вверх лифты с вибраниумом, и отблеск антигравитационных ламп отражается на его бледном лице, делая его еще болезненнее. Тея останавливается рядом с наставником и вздыхает. Она готовилась к этому разговору, долго готовилась. Но теперь не может вымолвить и слова.

— Мистер Старк, я… — запинается Амидала. Прикусывает губу, не зная, как начать. Старк медленно к ней поворачивается.

— Ты хорошо себя чувствуешь, принцесса? Выглядишь бледной, вы хотя бы поели?

Тея быстро-быстро кивает.

— Да, да. С мной все хорошо, и с Питером тоже. — В отличие от вас.Если она скажет это, то будет казаться, будто Тея обвиняет Старка. Это не так.

— Принцесса? — выдыхает мужчина. — Все в порядке?

Боже, как спросить о таком, как вообще открыть рот?..

Тея поднимает глаза к Тони и не может даже ободряюще улыбнуться. Поэтому ее слова звучат приговором, а не просьбой и не простым вопросом.

— Мистер Старк… Вы скажете Питеру?

Он в один миг делается серьезным. Опускаются уголки губ, превращая его в уставшего до бесконечности человека, тускнеет взгляд. Так Тони Старк выглядит старше своего возраста, старше, может, самой вселенной. Тея видит его изменения, и ей хочется плакать. Глядя на Тони Старка ей хочется плакать — давно ли это началось?.. В какой миг она поняла, что больше не видит перед собой сильного взрослого, способного решить все проблемы человечества? В какой миг ей стало понятно, что бремя, которое Тони Старк возложил на свои плечи после смерти Стива Роджерса, стало ему непосильной? Это следовало прекратить давным-давно.

Глядя теперь на угасающего на глазах супергероя, Тея чувствует вину. Может быть, она понимала, отчего Тони Старк вынужден был игнорировать ее и Питера столько времени, отчего он скрывался от всего мира и не хотел делать никаких заявлений. Тогда она обвиняла его в равнодушии, слабовольно перекладывая на его плечи еще и заботу о Питере. Он должен был быть рядом и поддерживать его в непростое время. Он должен был направлять его по верному пути, а не оставлять блуждать в потемках. Он должен был…

Тея думала, что с ролью наставника Тони Старк не справляется и потому оставляет Паркера на поруки доктору Стрэнджу. Теперь же Амидале хочется вернуться назад в времени, чтобы вправить себе мозги.

Никто не обязан был следить за ними. Это они должны были заботиться о людях, которые стали им больше, чем просто учителями.

— Ну-ну, — вздыхает вдруг Тони и притягивает Тею к себе. Она утыкается носом в его плечо, обтянутое дорогим костюмом, и чувствует, как похудели его руки, как остро теперь впиваются его ключицы в ее щеку. — Принцесса, нечего лить слезы попусту.

Мне очень жаль. Слова застревают в горле, Тее трудно произнести это, невозможно. Как ей выразить всю боль от того, что сейчас она знает, что видит и понимает, как лучший человек из всех живых угасает на ее глазах?

— Вы должны сказать ему, — всхлипывает Тея. — Он ничего не знает, он будет разбит, если услышит все не от вас. Мистер Старк, вы же…

Девушка прерывается, чтобы проглотить слезы, вздрогнуть в руках Тони Старка. Она должна быть сильной, она должна успокоиться и прийти в себя.

— Я знаю, принцесса, знаю, — кивает Старк. — Мы поговорим с ним, обещаю тебе. А сейчас успокойся.

Тея утирает щеки руками и отстраняется от мужчины. Он улыбается ей, почти беззаботно. Это даже хуже — Тея чувствует, как болит ее сердце.

— Вы ему как отец, — шепчет она. — Я боюсь, что… Ох, мистер Старк, мне так жаль! Если бы я могла чем-то вам…

— О, оставь эти речи для кого-нибудь другого, Амидала! — фыркает Старк. Ему тоже, видимо, неловко и больно слышать такие слова от подростка. Как больно смотреть на ее слезы раньше времени. — Не волнуйся, я проживу еще достаточно, чтобы надоесть и Паркеру, и тебе. Можешь даже подготовить пригласительные на вашу свадьбу. На троих, пожалуйста.

— Троих? — сквозь слезы улыбается Тея. Старк вдруг делается похожим на свою молодую версию, шкодным бабником с козырем в кармане.

— Это будет наш с тобой маленький секрет. Расскажем всем, как подвернется удобный случай.

Тея вытирает слезы и улыбается. Господи, какое же счастье.

— Может быть, миссис Старк присоединится ко всем на завтрашнем ужине? — спрашивает она и видит удивление на лице Старка. — Что? Шури сказала, что Т’Чалла устроит нам завтра прощальный пир. В который раз будем праздновать спасение человечества.

Старк треплет ее по волосам и усмехается.

— Даже не знаю, принцесса. Миссис Старк теперь занимается воспитанием самого непослушного ребенка на свете, и толпа паучков ее не особо вдохновит. Но посмотрим, посмотрим. Скажу, что ты лично ее приглашала. Может быть, она согласится.

Тея кивает. Поворачивается обратно к лаборатории, чтобы вернуться (кимойо на ее руке беспокойно вибрирует уже полминуты), и только у самых дверей останавливается.

— Мистер Старк, — говорит она, вздыхая, — вы лучший человек из всех, кого я встречала.

Судя по виду Старка, услышать такое от Амидалы он не ожидал никогда в своей жизни. Взять себя в руки и вернуть привычное самообладание ему удается не сразу.

— Если не считать Паркера, я полагаю? Скажешь по-другому, и мне придется биться с твоим женихом на дуэли, принцесса.

Он усмехается, и Тея посылает ему ответную ухмылку.

— Он мне не жених, — бросает она, вдруг чувствуя себя шестнадцатилетней девчонкой, которая несколько лет назад доказывала миллиардеру, что не испытывает к Питеру Паркеру никаких любовных чувств. Старк тоже привычно смеется.

— Да-да, но вам обоим очень бы этого хотелось.

***

— Это глупо, — говорит Ева.

— Это бессмысленно, — соглашается Адам, на которого вообще сложно смотреть в этот миг: он думает, что человеческая девчонка сошла с ума и переводит взгляд с нее на ее парня, оставшегося за барьером, чтобы убедиться, что они оба пребывают в некотором шоке после войны. — Ты только что избавилась от влияния суверенов, и хочешь вновь оказаться сосудом? Суверенам не нужна твоя жертвенность!

Он взмывает выше, становясь просто огромным на фоне Теи, но ей не страшно. Что ей сделает суверен Адам? Откажет? Тогда она найдет другой способ стать сильнее, с его помощью или без.

Тея не видит, как вытягивается лицо Питера за ярко-желтым полупрозрачным барьером, но потом, обернувшись, замечает, какой он бледный. Это все из-за страха. Она ободряюще ему улыбается — все будет хорошо, верь мне!— и снова смотрит на Адама и Еву. Те мысленно совещаются, не иначе, потому Тее приходится терпеливо ждать.

Полминуты, минута…

— Она безответственна и слишком эмоциональна! — рявкает, наконец, Адам. Ева отвечает ему с нечитаемым выражением на лице:

— Она единственная, кому ты можешь доверить энергию своего народа.

По сжатому в пружину Адаму сложно судить, но, кажется, будь его воля, он не доверял бы суверенные силы никому из людей.

— Разве по условиям мира с Кри вы не должны содействовать Земле в восстановлении порядка? — хмурится Тея. Адам вскидывается, словно она обидела его в лучших чувствах.

— Откуда ты это…

— Я была для нее сосудом! — давит свое девушка и указывает на Еву. — Земля помогла вам с Кри, вы обязаны помочь ей в ответ! Не растаскивать по разным вселенным людей, которые того не хотят, и не вершить свое правосудие!

В качестве дипломата Тея отвратительна — сейчас она повышает голос на безэмоционального Адама и ждет поддержки от Евы, которая ничего ей не обещала, лишь указала на возможность решить проблему Майлза. Так что девушка делает глубокий вдох, прежде чем продолжить. Ох, мистер Старк, жаль, вы не научили меня быть послушной.

— Вы были в моей голове и знаете, что я никогда не предам убеждения своего народа ради выгоды, — говорит Тея. — Мне не нужна межгалактическая мощь и власть во всех мирах. Мне даже власть на Земле не нужна. Я просто хочу помочь Майлзу.

— И Питеру Паркеру, — добавляет Адам, так что в его голосе можно услышать колкость. Откуда все-таки он научился этим человеческим уловкам?..

— И Питеру Паркеру, — соглашается Тея. Поворачивается, чтобы взглянуть на него снова. Бледный, испуганный, он страшится суверенов и того, что те могут сотворить с Теей. Но ведь они не причинят ей вреда. Пока нет.

— Приходи через два дня, Тея Амидала, — роняет вдруг Адам, окончательно удостоверившись в каких-то своих выводах. — Мы рассмотрим твое предложение на совете.

Тея думает, что совет он упомянул для отвода глаз. Вряд ли при его правлении что-то могут решать посторонние суверены. Вряд ли даже верховная жрица имеет свой голос. Но что-то подсказывает Амидале, что Ева сможет убедить неподкупного Адама. Потому что перед тем, как уйти, Тея ловит ее взгляд, задумчивый, но серьезный. Значит, она защитит ее.

Тея кивает им обоим, чуть улыбается Еве и, выдохнув, проходит сквозь защитный барьер корабля, падая прямиком в руки Питеру.

— Боже, Тея! — выдыхает он, обнимая ее до хруста в костях. — Я решил, что они… Этот ублюдок так на тебя смотрел!

Тея почти уверена, что за ее спиной Питер показывает застывшему в воздухе Адаму средний палец. Дипломаты из них отвратительные. Земля, никогда не думай посылать их пару решать свои проблемы!

— Пойдем, — говорит Тея, как только Питер ее отпускает. Он осматривает ее лицо слишком внимательным взглядом — с чего бы это? Потом отводить прядь волос ей за ухо и неожиданно целует в лоб. — Питер?

— Пойдем, — выдыхает он вместо того, чтобы объясниться, и подает девушке руку. Вместе они медленно идут по платформе к оставшемуся у края планолету Тони Старка.

— Мне надо будет вернуться к ним послезавтра, — говорит по пути Тея. Питер мотает головой. — Что? Питер, это же ради Майлза! Мы просто окончательно кое-что обговорим, и…

— Что обговорите? — выдыхает он. Тея думает, что он должен бы выпытывать из нее все подробности, но Питер, вероятно, слишком устал постоянно быть начеку и думать наперед за всех сразу. Поэтому не обижается на его немного равнодушное поведение. Его бы воля, и Тея не встречалась бы с суверенами больше никогда в своей жизни.

— Да так, пару деталей, — мнется девушка. Она расскажет ему все после того, как суверены верну ей силы, когда обратного пути уже не будет. Питер разозлится.

Вернее, Тея полагает, что он разозлится. На его месте она желала бы видеть своего любимого человека в полной безопасности, а, значит, и обычным жителем Земли, без вмешательства внешних сил, влияющих на его жизнь. Но она не на его месте. А на своем. И ее положение диктует ей одно: прикрывать спину Питера Паркера, насколько это возможно.

Тея стискивает ладонь Питера переплетает свои пальцы с его. Все так, как должно быть. Она приняла это решение много лет назад, и она не откажется от него.

Они возвращаются вместе с мистером Старком, который молча следит за их синхронными движениями и усмехается, ловя взгляд Теи.

— Принцесса, ты уверена, что эти С3РО не полезут на нас с кулаками после ваших разговорчиков?

— Мистер Старк! — вспыхивает Тея. — Вот эти вот отсылки на «Звездные войны», они сейчас нам нужны?

Старк сперва удивленно вскидывает брови, а потом вдруг неудержимо хохочет.

— Да уж, Тея, — фыркает еле слышно Питер. — На дипломатичную королеву Набу ты совсем не похожа.

— Питер! — возмущается Амидала вновь. — Прекратите это, эй!

Но Питер смотрит на нее таким задумчивым взглядом, будто эти шутки совсем не отражают того, что сейчас творится у него на душе. О чем он так беспокоится в данный момент, если все тяготы позади?

— Все в порядке? — хмурится Тея. Питер пожимает плечами.

— Ты мне скажи.

Это заставляет ее нервничать тоже.

— Питер?..

— Расскажешь мне о своих планах насчет Майлза? — наступает Питер, и Тея прячется от его глаз в его же изгибе шеи. — Или о том разговоре с мистером Старком?

Ох. Это сложнее, чем Тея предполагала. Питер говорит с ней очень тихо, так что сидящий напротив них миллиардер, возможно, не слышит их. И тем не менее, девушка поднимает взгляд к Тони Старку в поисках его поддержки. Тот должен поговорить с Питером первым. А о договоре с суверенами она вообще не собирается рассказывать никому на свете. Не сейчас.

Так что во дворец короля Ваканды они прилетают в полном молчании. На страну уже опустились сумерки: в этой части света они наступают внезапно и резко, так что к тому моменту, как Тея с Питером оказываются в комнате Амидалы, за окнами их встречает африканская ночь, полная звезд и тягучей синевы неба.

— Раз ты не хочешь говорить со мной, — тянет вдруг Питер, — я спрошу обо всем у Старка.

Тея уже стянула через голову безрукавую майку с душащим ее воротом — тот от пота прилип к шее и совсем не ощущается комфортным — и теперь оборачивается к Питеру с хмурым видом.

— Что? — наступает тот. — Ты молчишь с тех пор, как мы покинули этих золотозадых.

— Питер… — выдыхает Тея. Парень вроде как обижается — или злится или чего-то боится, и Тея не может прочитать эмоций на его лице. Разве она поступает неправильно? Один взгляд на неуверенного в ней Паркера, и ей хочется выдать ему всю правду, на которую она, к тому же, не имеет права. — Я не…

— Мистер Старк хочет поговорить со мной, — прерывает ее парень. — Прямо сейчас. Сказал, это будет взрослый мужской разговор.

— Питер… — повторяет Тея уже совершенно другим голосом — тот ее не слушается и ломается на выдохе.

Девушка бросает злополучную майку себе под ноги и, перешагивая через нее, идет к застывшему в дверях Питеру. Обнимает его, прижимается к его груди, в которой гулко, беспокойно стучит сердце.

Она не должна бы обнимать Паркера из-за простой фразы, если по легенде ей неизвестно, о чем они будут говорить. Но Питер и сам, кажется, чувствует надвигающуюся беду. Даже без повода разговор с человеком, которого он так ценит, вызывает в нем тремор.

— Я подожду тебя здесь, хорошо? — шепчет Тея на ухо Питеру. Он шумно выдыхает куда-то ей в волосы. — Поговори с ним и возвращайся. Я буду ждать тебя.

Питер отстраняется от девушки и тянется к ней за поцелуем, но Тея прерывает его. Сейчас он должен подумать о Старке. Он поймет, что поцелуи с Теей будут лишними, когда услышит его.

— Иди, — тихо говорит Тея и толкает уязвленного еще больше Питера к двери. — Я никуда не денусь, так что потом мы…

Лицо Питера пересекает кривая ухмылка, колкая, неправильная на его чуть испуганном лице. Нервная.

— Только не меняй наряд, идет? — он подмигивает перед тем, как совсем покинуть ее, и Тея смеется ему вслед.

Идет, Питер Паркер.

Ожидание оказывается таким же мучительным, как и словесное бессилие перед Тони Старком.

Тея меряет шагами комнату, облачившись в махровый халат. Она уже связалась с Майлзом по кимойо, успокоила мальчишку и договорилась с Шури о встрече завтрашним утром, получив в ответ несколько язвительных комментариев от вакандки. Она уже спустилась в общий зал, отыскала там какие-то закуски и принесла в свою комнату поднос с едой и напитками. Она уже поговорила с Тессой, с Гвен и Эндрю, заверив всех, что в ближайшие пару дней у суверенов нет желания рассовывать всех по их вселенным. Она уже убедилась, что ее подруга встречается с Гарри Озборном дольше, чем Тея его знает, и ничего уже с этим не поделаешь.

Она сделала все, чем могла бы сократить время ожидания, и все равно, вернувшись в пустую комнату, стала заложницей четырех стен и собственных нервов.

Когда Питер открывает дверь ее спальни, Тея видит его опущенные плечи, пустой взгляд и бледные, мгновенно ставшие худыми скулы. Питер проходит к постели, садится на нее и без слов утыкается Тее в живот, притягивая ее за талию внезапно резким движением.

— Ох, — беспомощно выдыхает девушка. — Питер?

Он молчит. Тяжело дышит, зарывается носом в мягкий халат Теи. Девушка чувствует, как дрожат его пальцы, сомкнутые на ее талии.

— Ты ведь давно это поняла, да? — спрашивает Питер, так тихо, что Тея едва его слышит. Без предупреждения она начинает плакать, и слезы беззвучно стекаю по ее щекам и попадают на макушку Питера, уставшего, измученного и потерянного. Ребенка в теле подростка. Взрослого в теле девятнадцатилетнего парня.

— Мне так жаль, Питер, — глотая слезы, шепчет Тея. — Я не хотела говорить тебе, потому что не была уверена, но он…

— Знаю, — Питер кивает. Вздыхает, опускает руки, позволяя Тее отстраниться. Она тут же садится перед ним на колени и берет его лицо в свои руки.

— Посмотри на меня. Взгляни на меня, Питер, пожалуйста.

Он поднимает к девушке пустой взгляд. Тея улыбается через силу.

— Он ведь не умрет завтра? Послезавтра? — Питер мотает головой. — У него есть еще время. Он сказал, что…

— Он сказал, что еще наших детей будет нянчить, — усмехается вдруг парень и невообразимо краснеет, хотя в этот миг, казалось бы, ничто не заставит его смутиться. Тея фыркает сквозь слезы и тоже, вероятно, вспыхивает.

— Придется, значит, ему подождать лет десять, — ворчит она.

— Да, я тоже так сказал, — улыбается Питер. Горько, странно, смущенно, как-угодно-все-равно-как. Но улыбается. — Только срок не уточнил. Десять лет? Уверена?

Тея пожимает плечами и отводит, наконец взгляд. Почему все в этом чертовом дворце уверены, что знают будущее Паркера и Амидалы наперед?..

— Я не строю таких долгоиграющих планов, Питер Паркер, — фыркает девушка. — Так что пусть Тони Старк придержит свои ожидания на наш с тобой счет, договорились?

Питер ухмыляется — и эту привычку он точно перенял у миллиардера и филантропа! — и берет руки Теи в свои.

— Если у нас когда-нибудь будут дети, — вдруг выдыхает он, — то пообещай мне кое-что.

Тея с головы до ног покрывается краской. Хорошо, что Питер не умеет читать ее мысли. Сейчас она готова пообещать ему что угодно.

— Назовем сына Дартом Вейдером?

— Что? Нет! Питер!

Питер смеется, плачет, смеется, и Тее ничего другого не остается, кроме как упасть к нему на кровать и гладить его по спине и волосам, пока слезы в нем не закончатся.

— Я люблю тебя, Питер. Я люблю тебя. Люблю тебя, — повторяет девушка. — Все будет хорошо. Все хорошо. У нас все хорошо. Я здесь, с тобой.

Она думает о том, что приняла абсолютно правильное решение с суверенами, и даже не подозревает, что назавтра услышит от Питера новость, которая все изменит…

========== Отношения между Мстителями ==========

После осмотра Шури Тея задает вакандке вопрос, который та сперва воспринимает, как пошлый намек.

— Уединенное место? Амидала, не ждала я от тебя такого! — судя по всему, Шури это все веселит, а не оскорбляет, только Тея спешит ее разочаровать.

— Прекрати, я не про…. Господи, я не имела в виду то, что ты там себе напридумывала! — девушка краснеет против воли и радуется лишь факту, что Питера в лаборатории нет. С утра он ушел развлекать перепуганного Майлза, и с Теей они договорились встретиться ближе к обеду.

— Ты даже не знаешь, что я себе напридумывала, — хохочет Шури. Тея шикает на нее.

— И знать не хочу! Я же серьезно!

В последние дни все только и делают, что подкалывают Тею и Питера, ожидая от них, видимо, бурного секса в каждой комнате, а получают лишь бездействие со стороны пары подростков. И, кажется, в компании паучков организовался тотализатор — Питер считает, что в этом замешан Эндрю, а вот Тея уверена, что ставки на секс ввел Гарри Озборн. С него станется, он вообще весьма мутный тип, которому Тея не научилась доверять до сих пор, несмотря даже на заверения Питера.

Если ставки и принимаются — Амидала все еще надеется, что это она себе лишнего придумала и все не по-настоящему, — то все, кто поставил на них, ошибаются. Странно, что никто не берет в расчет неимоверную усталость, которая скопилась во всех них, а в Питере особенно, и что сейчас ни ему, ни Тее не нужно ничего большего, кроме как засыпать и просыпаться рядом.

Поэтому сейчас она просит Шури рассказать ей о таком месте, где никто их не потревожит. Просто, чтобы расслабиться не в четырех стенах одной спальни.

— Ладно-ладно, не дуйся, — смеется вакандская принцесса. — Можете прогуляться на границу, посмотрите на бизонов и прочую дичь.

— А можете подняться в пасть пантеры, — говорит вдруг точно такой же голос за спиной Теи. Она оборачивается и видит спускающуюся по лестнице вторую Шури. Кажется, они почти не пересекались за все это время.

Это не просто двойник ее подруги. Это Шури из параллельной вселенной, Шури — королева Ваканды.

— Брат не пускает туда посторонних, — скрещивая на груди руки, недовольно произносит вакандка-подросток. Королева вскидывает одну бровь дугой и фыркает.

— Да, но эти двое — не посторонние. Я бы пригласила Тею и Питера в свои пещеры, но…

— Но у тебя нет достаточных полномочий, — прерывает ее подросток. Кажется, они не вполне ладят, и Тея не уверена, связано это лично с Шури или же с Т’Чаллой, который королеву-сестру не принимает наравне с собой.

— Пусть они поднимутся, — вздохнув, произносит Шури-королева. — Т’Чалла не будет против.

— Откуда ты знаешь? — щурится ее копия. — У тебя и брата никогда не было.

Лицо королевы костенеет. Они начинают пререкаться на чистом вакандском, и Тея чувствует себя не в своей тарелке, как будто стала причиной их ссоры. Она ведь не этого добивалась, эй.

— Эм… Девочки, — неуверенно тянет Амидала, пытаясь привлечь их внимание. — Девушки? Ваше Величество? Высочество?

Обе говорят так быстро, будто читают рэп. Тея закатывает глаза, когда слышит пару ругательств — ими Шури охотно разбрасывается, пока ее мать-королева и брат-король не слышат, — и ее копия отвечает вдруг тем же. Ого, значит, Шури в любом своем королевском статусе может позволить себе плеваться как сапожник.

— Кхм… Шури! — кричит на обеих Тея. Те оборачиваются к ней с таким видом, будто вообще забыли о присутствии в лаборатории Амидалы.

— Забирай Паркера и поднимайтесь наверх, — припечатывает Шури-королева. Ее копия возмущенно давится воздухом.

— Я бы не хотела… — начинает Тея.

— Иди уже, — вдруг роняет вторая Шури. — Дело-то не в тебе или Питере.

Тея почти сбегает из лаборатории в надежде, что две Шури не разнесут ее к чертям. Хорошо, что они с Тессой Холланд все-таки поладили. Тее не хотелось бы быть на ножах со своей копией несмотря на всю ее враждебность. Ей, кстати, есть объяснение.

Если бы маму Теи убил какой-то ублюдок, она тоже ненавидела бы половину вселенной.

При мысли о матери Тея вспоминает и остальных членов своей семьи. Наверняка, они переживают так сильно, что семейные ужины проходят в молчании. Питер не говорит ей, что все совсем плохо, но по его лицу Тея порой понимает гораздо больше: она знает, что Питер навещал ее семью эти полгода, и одному богу известно, должно быть, в каком настроении он приходил и уходил из дома Амидалы. Вряд ли они ненавидели его за пропажу дочери. Но кого винить во всем, если не парня-супергероя, влипающего в неприятности почти каждый день?..

Ох, Питер.

Тея находит его на главной площади в городе, куда он отправился с Майлзом еще утром. Моралес нарезает круги вокруг фонтана с изображением пантеры, носорога и обвивающего их обоих питона.

— Что сказала Шури? — спрашивает Питер после того, как целует Тею в висок. Она присаживается рядом с ним на каменную лавочку, нагретую щедрым солнцем, и Паркер подает ей стакан с голубым вакандским соком.

— Все в порядке, жить буду, анаптаниум втерся в ДНК и больше не будет меня беспокоить.

— Никогда? — уточняет Питер. Если бы Тея была чуть внимательнее, она бы расслышала издевательские нотки в его голосе.

— Никогда, — отвечает девушка, подставляя лицо солнцу. Тягостные мысли о семье заменяются в ее сознании оптимистичными напоминаниями самой себе о том, что совсем скоро она увидит их. Живых и здоровых. И они будут счастливы.

— Как Майлз?

Питер кривит губы в усмешке — не то веселой, не то презрительной.

— Ну, он в порядке, как видишь. Кажется, втрескался в Шури.

— Да, я заметила.

Они оба улыбаются друг другу и одинаково смеются. Тея прячется от любопытных глаз на плече Питера, он обнимает ее за талию. Из-под ворота его вакандской одежды — сегодня это простая черная футболка, плотно облегающая тело (Шури сказала что специальные нано-элементы, встроенные в ткань, позволят Питеру восстановить мышцы и избавят от гематом) — все еще выглядывает длинные синяк, оставшийся от ранения лифтом в лондонском небоскребе. Пока никто не видит, Тея целует его и скоро отодвигается — к ним бежит Майлз.

— Видели этих детей? — радостно восклицает он. — У них игрушки круче всего моего костюма!

Тея щурится, вскидывая к нему голову.

— Ты вырос,— невпопад заявляет она, и мальчишка краснеет, насколько позволяет ему цвет кожи.

— А ты — нет! — виляет он. Питер бросает в него трубочку из своего стаканчика. — Эй!

— Старших надо уважать, малец.

— О, святая Баст, ты ударился в наставничество?

— А ты что-то привязался к местному лексикону, пацан.

— А ты…

Не выдержав их пререканий, Тея хохочет в голос. Очень явно она чувствует влияние Тони Старка, только вот каким бы крутым не хотел казаться Питер, в глазах мальчишки он будет вовсе не мистером Старком. Майлз подмигивает девчушке на другом конце площади и, оставив Питера с его предубеждениями, уносится прочь.

— Ненавижу детей, — выдает Питер.

— Неправда, — тут же отвечает ему Тея. — Ты детей обожаешь.

— Окей, — соглашается он. — Ненавижу подростков.

— Ты и сам подросток.

Питер смотрит в спину Майлза — с беспокойством, это нельзя отрицать, — и, вздохнув, поворачивается к Тее.

— Ты разве не должна быть на моей стороне? — притворно-сердито хмурится он. Тея улыбается и клюет его в нос.

— А я стороны не выбираю.

— Точно. Ты всегда за справедливость и только. И за детей.

Пока Питер корчит рожи, не в силах сдерживать свое отношение к привязанностям Теи, которые та никогда не скрывала, девушка поднимает его на ноги и уводит с площади. Они поднимаются ко дворцу Т’Чаллы, находят свободный планолет, и тот доставляет их к лаборатории Шури.

— Зачем мы здесь? Если ты отправишь меня на очередное лечение, я покончу с собой! — предупреждает Питер.

Тея смеется и ведет его мимо винтовой лестницы к лаборатории Шури, мимо световых лифтов, уводящих глубоко вниз, в недра вибраниумного метеорита, к платформе, которую ей указала Шури. Та должна доставить ребят на самый верх, в ноги пантеры.

— Говорят, самый красивый вид на Ваканду открывается отсюда, — сообщает Тея, как только они останавливаются наверху. Девушка берет Питера за руку и ведет, ошарашенного, на залитую солнечным светом площадку. Вокруг дует ветер, поют вдалеке птицы. Прямо напротив силуэт горизонта ломается высотными зданиями столицы, все заполняет слепящий блеск, зеленые, оранжевые, желтые цвета. Питер смотрит на это, как завороженный.

— Красиво, — выдыхает он, сжимая руку Теи в своей. Они садятся прямо на землю, Тея кладет голову на плечо Питеру, переплетает их пальцы.

— Все, чего касается свет солнца, Симба… — тянет она заученным голосом Муфасы. Питер смеется — вздымается его грудь, внутри него раздается хриплый смех. Нездоровый, горький.

Тея была права: несмотря на всю стойкость парня, несмотря на то, каким спокойным он кажется, известие о болезни Старка он так и не пережил.

Они сидят так долго, смотря на то, как заходит за горизонт солнце. Вспоминают своих друзей — Мишель перевелась в калифорнийский технологический институт, Нед дотянул первый курс технического в Нью-Йорке и встречается с очень милой девочкой, напоминающей Бетти Брант из их класса. Питер не общался с Недом последние пару месяцев, боясь вмешивать его во все эти межгалактические дела, и теперь боится, что друг будет обижаться на него сто лет.

— А меня отчислили, — сообщает Питер после непродолжительной паузы. Тея поднимает голову с его плеча. — Знаю, я не должен был все бросать, это просто… Не смотри на меня так, Тея, я пытался на части не развалиться — да, это жалко звучит, я понимаю, но…

— О, да забей ты, — отбривает Тея, злясь на парня за то, что он считает ее строгой учительницей.

— Да?

— Боже, конечно! Питер, ты ведь мир спасал. Сотни миров! Оставь это, учеба не главное.

Питер молча смотрит на вакандские высотки. Потом вздыхает.

— Я спасал тебя, — говорит он. — А на миры мне плевать.

Тея горько ему улыбается.

— Ладно, за миры волноваться буду я, можно? И за твой универ. И за свой тоже. И за тебя…

Она целует Питера, расплавляя между их губами его неправильную, чужую усмешку, такую непривычную на лице веселого парня, что от нее становится не по себе. Когда на двоих воздуха становится совсем мало, Питер отстраняется и краснеет.

— Давай уйдем отсюда. Мне бы очень хотелось, но тут… — Тея хмурится, не понимая его намеков. — Слушай, я совсем не против, я очень «за», но тут, я слышал, умер кузен Т’Чаллы, а еще это святое место, и ты не думаешь разве, что нам…

— Питер! — ахает девушка, отталкивая его, смеющегося, прочь.

— Пит поставил большую сумму на нас, ты знаешь? — Паркер гнет свое, пока девушка закрывает лицо руками и мотает головой. Боже, как стыдно!

— Ненавижу тебя, Питер Паркер! — возмущенно шипит она, вскакивая на ноги.

— Так мы уходим? Тея? Эй, подожди меня! Тея!

***

Тея смотрит на себя в зеркало с одной лишь мыслью: ни за что на свете. Ни за что на свете она не выйдет в этом к остальным. Шури, должно быть, издевается над ней за всю ваканду и дневной эпизод с Питером.

Чуть позже выяснилось, что она тоже сделала ставку в общем тотализаторе, и теперь Тея чувствует себя в сто раз хуже. Она даже проверила, нет ли в ее спальне скрытых камер видеонаблюдения, чтобы убедиться, что за ними с Питером не следят на каждом углу.

— Я не уверен, что могу появиться в этом… — тянет Питер из комнаты. Вздохнув, Тея приоткрывает дверь ванной комнаты, но одежда ее парня выглядит в сто раз приличнее, чем ее наряд, которым Шури наградила девушку.

— Ох… — только и выдыхает Тея. Питер стоит посреди комнаты в темно-синем, почти черном смокинге из текстурной ткани с вакандским орнаментом. В смокинге.

— Я не думаю, что все будет настолько официально… — произносит Питер, поднимая испуганный взгляд к Амидале. Она прячется за дверью, высунув только голову, и смотрит на парня во все глаза.

— Ты такой красивый, — шепчет Тея и вдруг вспыхивает.

— А?

— Конечно же, ты должен в этом пойти!

И она запирается в ванной снова. Питер неуверенно топчется на месте, прежде чем подойти к запертым дверям и осторожно постучаться.

— Тея?

— Я не могу явиться всем в этой тряпочке, — стонет она. — Шури всучила мне абсолютно неприличную вещицу, сказала, что это традиционный вакандский наряд, и я должна его надеть!

— П-покажешься?

Ни за что. Тея думает, что скорее позовет сюда Стрэнджа и сбежит из ванной через его порталы, чем выйдет к облаченному в смокинг — смокинг! — Питеру в своем «платье». Это похоже на три тряпочки, сцепленные тонкими ниточками, чем на платье. Обнаженного тела в нем больше, чем ткани.

— Может, мне принести тебе что-то другое? — тянет Питер из-за двери. Тея мотает головой, закрывает глаза. О-о-о, боги.

— Шури сказала, что я проявлю неуважение, если надену что-то другое! — жалуется она, почти плача. — Можно я вообще никуда не пойду?

Вместо скорого ответа, на который Тея рассчитывает, Питер сопит и как-то странно топчется. А потом шумно выдыхает.

— Я… Я хотел кое-что сказать всем сегодня. Мы договорились со Старком. И мне бы не помешала твоя поддержка.

Это настолько неожиданно слышать, что Тея отпирает дверь и осторожно высовывается из-за косяка. Питер стоит в шаге от нее и смотрит в пол. Все еще слишком красивый, чтобы быть собой.

— Что-то важное? — спрашивает Тея осипшим голосом. Почему-то новости о важных вещах ее в последнее время только пугают. Неудивительно.

— Ты только не волнуйся, — будто поняв ее немой испуг, тут же бросает Питер. — Ничего смертельного, честное слово. Просто подержи меня за руку, пока я буду говорить.

Он протягивает ей ладонь, и Тея, совсем растерявшись, берет ее. И тут же понимает свой просчет: Питер дергает девушку к себе и вытаскивает из-за двери ванной с тихим вздохом. Тея спотыкается об коврик в ногах, падает прямиком на грудь Паркера и остается стоять совсем рядом с ним, вжимаясь в его тело.

— Не смотри!— шипит она сквозь стиснутые зубы. — Я хочу убить Шури за такое!

Питер медленно отодвигает Амидалу от себя и опускает глаза вниз. Весьма выразительно сглатывает.

— Мне кажется, Шури просто форсирует события ради выигрыша в тотализаторе, — говорит он заумным тоном, лишь бы не выдать себя: Питер краснеет и бледнеет при виде Теи в этом наряде.

Девушка молчит и дуется — неизвестно, на кого.

— Эм, давай я все-таки спрошу у Шури, может, тебе можно идти в чем-то…

— Нормальном, да? — вспыхивает Тея и скрещивает на груди руки. Да боже ж мой, как в этом прикрыться-то?

Она снова прячется за дверью ванной, предварительно свистнув банный халат Питера с кровати, и остается там вплоть до того момента, как слышит дикий хохот, явно принадлежащий вакандке.

— Она купилась? Поверить не могу! — смеется Шури. Питер бормочет что-то смущенное, на что принцесса только задорно фыркает. — А-а-а, это хохма века! Обязательно всем расскажу! А Амидале передай, что она может прийти хоть в мешке из-под картошки, никто ей и слова не скажет!

Так что, проклиная Шури на всех языках мира, Тея со скоростью света переодевается в приличное платье с подолом до колен, и даже если она и хотела бы надеть что-то короче, шутка вакандки остудила ее пыл подчистую.

В итоге на вечер, посвященный всем героям недавней войны, Тея и Питер являются не совсем официально: парень оставил смокинг в спальне (к огромному сожалению Теи), да и сама она не выглядит, как разодетая принцесса далекой страны.

Их встречают знакомые и незнакомые лица, и первое мгновение Тея думает, что спит, потому что видит у панорамного окна большого зала своих бывших одноклассников.

— ЭмДжей? — неуверенно тянет она. Питер ахает вместе с ней.

— Нед?

Они спешат к друзьям, расталкивая остальных гостей, и Тея даже не замирает рядом с хохочущей Шури — я еще припомню тебе эти шутки, подруга!

— Тея! — Мишель заключает ее в объятия, пока Питер и Нед обмениваются своим фирменным приветствием с сотней неизвестных Тее комбинаций. Потом и они обнимаются, потом Тея обнимает Неда.

— Ты побрился! — выдыхает она. — С ума сойти!

Несмотря на то, что они не виделись минимум полгода, ребята выглядят почти не изменившимися — кроме Неда с его новой лысой прической. Тея почти плачет, глядя на них.

— Пацан, ты ныл не переставая, — говорит вдруг Старк, оказавшись прямо позади их компании. — Я не мог больше этого слушать, поэтому позвал ваших друзей сюда. Подсобил, так сказать.

— А вмешиваться в наши дела вам не разрешалось, мистер Старк, — отвечает Питер. От удивления Нед роняет себе под ноги ложечку из стаканчика с мороженым. Но Паркер и Старк понимающе друг другу улыбаются, так что становится ясно, что парень благодарен наставнику, как никогда.

— Шаровая молния, да? — кривит губы ЭмДжей. — Я знала, конечно, что Паркер у нас на паутине по ночам летает, а вот ты…

Тея смущенно ведет плечами.

— Я думала, ты меня тоже давно раскусила. Ты всегда была наблюдательнее меня.

— Это уж точно! — смеется Мишель. — Я все гадала, когда до тебя дойдет, что Паркер и паучок одно и то же лицо, а тебе, оказывается, все было известно почти с самого начала.

— Не с самого, — возражает ей Тея.

— Но ты помогала ему с первых дней, так?

Тея смотрит на Питера, и он внезапно не выглядит ни смущенным, ни растерянным. Он обращает к Тее серьезный взгляд взрослого человека, который точно знает, чего хочет от жизни. От такой неожиданности Амидала теряется окончательно. А потом Питер берет ее за руку.

— Я хочу сказать кое-что, — выдыхает он Неду и Мишель. Кивает Тее и, шумно вздохнув, оборачивается ко всему шумному залу, набитому под завязку самыми разными людьми — детьми и взрослыми, из их мира и из параллельных вселенных, своих копий и копий других Мстителей.

Питер смотрит на всех, ловит взгляд Тони Старка — тот серьезно кивает, обнимая за плечи Пеппер Поттс.

— Кхм, — кашляет Питер. По просьбе Старка музыку в зале приглушают, а какой-то умник выталкивает Питера в центр зала. Должно быть, Майлз. Тея чувствует, как дрожит его ладонь, как потеют пальцы. Она стискивает его руку, как и обещала, и совсем не знает, чего ждать от парня.

— Я хотел бы кое-что сказать всем вам, — говорит Питер. Звук его голоса не такой громкий, чтобы перекричать динамики под потолком, но все вдруг оборачиваются, застывают и внимательно его слушают. Что за представление, думает Тея. Ей внезапно становится страшно.

— Я…

Питер стискивает ее руку. Сглатывает. Опускает к ней взгляд.

— Я хочу освободить место в команде Мстителей.

***

Удивление распространяется в толпе, как волна — от центра зала к его краям. Тея стоит рядом с Питером, оглушенная этой новостью, и не может даже вдохнуть. Нечем дышать, очень жарко.

— Слушайте, это не… Это не объявление о скорой смерти или что-то подобное, окей?

Питер заметно нервничает от всеобщей реакции. Он не отходит от Теи, но делает пару шагов в разные стороны, все еще не выпуская ее руки. Потом замирает, опускает глаза к девушке.

— Я хочу рассказать кое-что. Один секрет. Уверен, о нем никто не знает, даже Тея.

Только тогда она смотрит на его лицо, бледное, уверенное, серьезное, как никогда. Что ты задумал, Питер Паркер?..

Пока все возмущение стихает, Питер оглядывается по сторонам и почему-то больше на Тею не смотрит, а она только теперь решилась ответить на его взгляды.

— Это не совсем секрет даже… — говорит он. — Скорее, одна история. Познавательная. Мне рассказать?

Раздается разноголосое «да» со всех сторон.

— Эта история не моя. Это о Тее.

Тея впервые дергается в руке Питера. Теперь девушка не уверена, что готова слушать его вместе со всеми. Но ведь она обещала…

— Это было несколько лет назад, когда мы с Теей остановили отца нашей одноклассницы и упекли его в тюрьму. Не самая приятная часть, знаю. Это было весьма странное приключение, и я не уверен, что хоть один из нас готов поучаствовать в нем снова.

Кто-то нескромно смеется — видимо, Шури. Питер кривит губы и усмехается.

— М-да… В общем, те события доказали мистеру Старку, что из меня может получиться хороший Мститель, если я попаду в нужные руки и стану слушать взрослых, а не причинять всем одни неприятности, — Питер улыбается в ответ Тони Старку и кивает ему. — Он попросил меня и Тею приехать на базу Мстителей и предложил мне быть одним из них — одним из вас. Даже собрал мне суперкрутой костюм из вибраниума — мой любимый, до сих пор вспоминаю, как с удовольствием ломал его полгода назад. Простите, отвлекся. Мистер Старк оставил меня любоваться новым костюмом, а Тею увел в закрытую комнату, и, очевидно, их разговор для моих ушей не предназначался. Мы тогда не встречались, я ни разу не признавался ей в своих чувствах, краснел, как рак, лепетал что-то несуразное. Вряд ли она вообще понимала, что нравится мне аж до тошноты.

— О, это правда, — фыркает за спиной покрасневшей Теи ЭмДжей. Питер вздыхает и вот тут опускает голову, обращая на Амидалу внимание.

— Мистер Старк предложил Тее быть Мстителем тоже, — выдыхает он. Тея догадывалась, что он скажет это, но все же новость о том, что он знает, выбивает почву у нее из-под ног. Она готова осесть прямо на пол и не делает этого только потому, что Питер крепко держит ее за руку.

— Мистер Старк сказал, что у Теи будут хорошие учителя, а ее способности смогут помочь очень многим людям, как Тея всегда хотела.

Да, так и есть. Откуда Питер знает об этом разговоре?.. Тея думает, что понимает, к чем он ведет, и догадка перекрывает ей кислород в легкие. Становится нечем дышать.

— А еще мистер Старк сказал, что отношения между Мстителями запрещены, — говорит Питер во всеуслышание и смотрит на Тею.

— Что? — удивляется Ванда Максимофф.

— Чего? — повторяет за ней Тесса Холланд.

— Мистер Старк сказал Тее, что если она присоединится к Мстителям, как и я, нам нельзя будет встречаться, — поясняет Питер.

— Но ведь это бред! — возмущается Пеппер Поттс. Даже Тор кивает вслед ее словам, даже Нед позади Питера чуть не смеется в голос. Когда Тони Старк предъявил шестнадцатилетней Амидале такие условия, она и не думала, что он может врать. Теперь же ей кажется, будто ее обманывали полжизни, но ее беспокоит совсем не это.

— И вы должны догадаться, что сказала Тея, — договаривает Питер после минутного возмущения со всех сторон. Их многочисленные друзья и соратники смотрят на них с пониманием, смотрят на Тею так, будто и они в данный миг влюблены в нее вместе с Паркером.

— Тея отказалась быть Мстителем, — выдыхает Питер. — Она сказала, что раз мистер Старк выдвигает такие условия, то может забрать ее способности, если это позволит ей быть со мной.

«Ох, Тея…» — читается в глазах стоящих совсем рядом с ними людей. Взрослых, детей, их ровесников — тех, кто старше на десять лет и тех, кого разделяет с ними всего пара лет. Тея готова спрятаться от их понимающих взглядом за спиной Питера, обнажившего эту правду, но не может двинуться с места.

— Я не должен был узнать об их разговоре, но, вообще-то, я просто все это подслушал. Мистер Старк не закрыл дверь как следует, так что…

— Врешь, негодник, — смеется Старк в голос. — Ты сам дверку-то приоткрыл!

Питер выдерживает этот удар с честью.

— Ну, будем считать, что я вообще не помню, как это произошло, но у ваших дверей я оказался намеренно. Конечно же, как иначе? Вы забрали с собой мою потенциальную девушку, я должен был проследить, что за лапшу вы повесите ей на уши!

Все смеются, даже не замечая, что у Теи от смущения и стыда, и бесконечной благодарности и любви к Питеру рушится мир. О, боже.

— Так что когда мистер Старк вернулся, чтобы получить от меня ответ, он был, наверное, сильно удивлен, что я отказался стать Мстителем, — договаривает Питер. — Вы, наверное, думали, что это мечта всей моей жизни.

— Точно, пацан, — усмехается миллиардер. — Пока не увидел, каким глазами ты Амидалу провожаешь. Слышишь, принцесса, я еще тогда сказал парню, чтобы он брал себя в руки и признавался тебе поскорее. Хорошо, я обманул тебя с этими мормонскими условиями, а?

Тея думает, что в порыве чувств готова все-таки прибить миллиардера на месте, но останавливается, когда слышит от Питера продолжение.

— Это еще не конец истории, — он тянет к себе девушку, как-то по-особенному обнимает и шепчет ей прямо в ухо: «Прости, я должен». И говорит всем: — Я бы хотел рассказать о сделке, которую Тея заключила вчера с суверенами…

========== Быть супергероем ==========

Тея дергает Питера за руку прежде, чем он успевает договорить.

— Пожалуйста, — неожиданно молит она. — Только не это, Питер…

Он смотрит на свою девушку — вытянутое от удивления и испуга лицо, будто правда о собственном подвиге для нее страшнее всех пережитых вселенских бедствий и катастроф, блестящие от слез глаза, на бледной коже кажущиеся просто огромными… Питер соврал бы, если бы сказал, что в этот момент не влюбился в нее снова.

— Ты даже не знаешь, что это была за сделка, — выдыхает Тея, боясь, что ее услышит не только Паркер.

Да, ведь ты мне не рассказала…

— Знаю, — отрезает Питер, почти безжалостно кроша слабые попытки Теи остановить себя. Он берет ее за запястье левой руки, поднимает и под ее же немым наблюдением — Боже, как бьется от страха ее сердце! — вытягивает из ее браслета кимойо свой маячок. Тея ахает.

— Питер…Что ты наделал…

Питер смотрит на Амидалу, сглатывает подкативший к горлу ком.

— Я не сталкер, который следит за каждым шагом своей девушки, — хрипло говорит он. — Но я не знал, что будут делать с тобой эти золотые ублюдки, и не мог поступить иначе. Я не думал подслушивать и скрывать это после, но ты…

Он стискивает бусину кимойо со своим маячком в руке, так что та больно впивается в костяшки пальцев. Притягивает обомлевшую Тею к себе и целует ее в лоб. Как в тот раз, когда она вернулась к нему после сделки, решительная и непоколебимая. Как в тот раз, когда Питер понял, на что она идет. Снова.

— Почему?… — всхлипывает Тея. Почему сейчас. Питер видит немой вопрос в ее глазах, полных слез. И качает головой.

— Прости, — выдыхает он. Потом поднимает голову, стискивая пальцы ее дрожащей руки, и повышает голос. — Я хочу, чтобы вы понимали, что… Знаете, я говорю сейчас это всем не для того, чтобы покрасоваться или чтобы похвастаться или… Может, через пять минут Тея изобьет меня до полусмерти за все это представление, я не знаю-

Отовсюду слышатся сдержанные смешки, но, очевидно, публике уже не до веселья. Они не понимают, что происходит, и, так же, как и Питер ранее, думают, что Тея совершила что-то страшное. Что пожертвовала чем-то большим, чем-то опасным, чем то, что обычно предлагается в сделках. Все знали, что Тея хотела защитить Майлза Моралеса. Но пока никто не спрашивал, что именно произошло вчера между ней и суверенами.

И если бы Питер тоже этого не знал, он бы уже начал новую войну с этими золотокожими — из страха, что они заберут Тею взамен Майлза.

— Я просто… Я просто хочу, чтобы Тея кое-что поняла, — договаривает Питер, неувереннее, чем прежде. — Но для начала — правда.

Тея отворачивается, прячется за спиной Питера, все еще не разжимая с ним рук. Пусть так. Пусть злится на него, обижается, пусть даже плачет. Питер надеется лишь, что она оценит то, что он делает. Чуть позже.

— Вчера мы хотели встретиться с суверенами, чтобы защитить Майлза, — говорит Паркер. На этих словах Моралес позади него и Теи охает. Ох, парень… — Вернее, я думал, что мы встретимся с ними, оба. Но меня не пустили на корабль. Придурки суверены решили, что они высшая каста, и доступ к ним возможен, только если ты их кровный родственник. Так что я…

— Чуть инфаркт не заработал! — хохочет мистер Старк — как всегда не вовремя, как всегда чуть более, чем не к месту. Пеппер шикает на него, видя бледное лицо Питера.

— Я думал, придется драться, — согласно кивает он и чувствует, как Тея прижимается к его спине лбом, как проводит свободной рукой по его напряженному плечу. — Тея сказала, что ей ничто не угрожает, но как мы можем доверять этим суверенам, как я могу доверять им, когда они так… — Питер вздыхает, опускает голову. Смотреть на лица друзей вдруг становится трудно, будто он сознается в ужасном преступлении, хотя не считает это преступлением вовсе. — Мне пришлось прицепить Тее жучок и отпустить ее на корабль суверенов, и я не думал совсем, что она решит вдруг поставить на кон все.

Вокруг них ахают, кто-то выдыхает «ох, Тея!», и Майлз делает шаг к ним, застывшим, но его останавливают. Определенно, мальчишка думает, что Амидала совершила что-то непоправимое.

— Тея, что ты сделала?— сипит он, голос ломается от страха. — Что ты им предложила?

Девушка оборачивается — Питер чувствует, как ее тепло отстраняется от его спины — и выдыхает, резко, почти зло:

— Ничего, что не способна была бы отдать! Да я же… — она взмахивает свободной рукой (вторую Питер зажал в ладони и не отпускает) и смотрит на Паркера испуганным, но раздраженным взглядом. — Ох, Питер, что же ты…

— Чтобы Майлз остался жить в нашем мире и не исчез, — поясняет Питер, — его портал должен быть открытым. Всегда. Я знал об этом, когда отпускал Тею к суверенам, но не думал, что она предложит себя в качестве хранителя.

— Что? — ахают все, даже мистер Старк. Лишь Стрэндж остается невозмутимым, будто знал наперед обо всем.

— Вот, почему суверены не предложили сотрудничество, — кивает он, ловя взгляд Питера. Все-то вы знаете, док.

— Потому что они уже решили передать Тее энергию своих батарей, — припечатывает Паркер и снова злится. На свою девушку, так безалаберно предлагающую себя золотокожим ублюдкам, на себя за бессилие перед ней. Тея дергает его за руку, тянет к себе.

— Питер, послушай, я всего лишь…

— Ты всего лишь хочешь вернуть себе силы, и защита портала для Майлза вовсе не первостепенная задача для тебя!— перебивает он. Амидала хмурится, должно быть, совсем запутавшись, но Питер мотает головой. — Я не хочу, чтобы ты шла на такие жертвы ради меня.

Накатывающий волнами ропот, идущий от остальных, Питер почти не слышит. Он смотрит на Тею сверху вниз, тяжело дышит и хочет лишь, чтобы она поняла его.

— Ребята… — неуверенно зовет их Шури. — Что происходит?

Они молчат. Питер колеблется — он уже не считает такой хорошей идеей говорить при всех о сделке Амидалы, Тея тоже растеряна и почти плачет. Она прижимает свободную руку к дрожащим губам, в глазах стоят слезы.

— Я знала, что суверены вернут мне силы, если я предложу им такой план, — тихо говорит она, объясняя, скорее, все это Питеру, хотя прячет от него взгляд. — Майлз останется с нами, его портал будет под моей защитой. Я хочу этого, я сама. Не ради Майлза.

— Ради меня, — договаривает за нее Питер, ни на кого не глядя. Он видит бледное лицо Амидалы, стискивает ее руку. — Ты хочешь вернуть себе силы ради меня. Я слышал это, я знаю.

— Да, — соглашается Тея под шепотки вокруг них. — Что в этом плохого?..

И только теперь Питер осознает, что Тея осведомлена обо всех аспектах своего положения. Что она точно понимает, на что идет. О, Господи…

— Мистер Старк, — зовет Паркер, тихо, так что его голос едва слышен.

— Да,пацан? — тут же отзывается тот, голос эхом разносится по онемевшему залу.

— Скажите… Закон о Мстителях, он все еще действует?

— Да.

Тея хмурится, кусает нижнюю губу. Питер не отрывает от нее взгляда и обреченно выдыхает:

— Ты и я, мы… Нам придется открыть свои лица миру. Ты подвергнешь свою семью опасности. Твои родители, Кирк и Селеста. Тея, ты не можешь делать из них мишень.

Он наблюдает за слезой, стекающей по щеке девушки, и не может поднять руку, чтобы стереть ее. Вместо этого стискивает ее пальцы своими и ждет, что до Теи, наконец, дойдет весь смысл, который Питер вкладывает в свои слова.

Он не готов принять от нее такую жертву.

Девушка сокращает расстояние между ними, стирая его совсем, и прижимается своим лбом к подбородку — теперь разница в росте у них гораздо заметнее; должно быть, он и правда вытянулся за те полгода, что ждал Тею.

— Это ничего. Они поймут. Мы что-нибудь придумаем, Питер.

Они так заняты собой, что не замечают, как Тони Старк открывает рот и порывается что-то сказать, как Пеппер шикает на него: «Позже, Тони, оставь их!», как Майлз, замерев между Мишель и Недом, испуганно бледнеет.

— Это неправильно! — сипит Питер. — Я не соглашался на такое, и ты не можешь просто закачать в себя анаптаниум и прийти, как ни в чем не бывало, потому что…

— Но ведь это мой выбор, — перебивает его Тея. — Мой. Я хочу быть с тобой рядом и прикрывать твою спину.Каждому супергерою нужен свой тыл. И я хочу быть твоим.

От эмоций у него перехватывает дыхание. Он готовился к этой речи и знал, что хочет сказать всем вокруг и Тее особенно, но теперь его голова пустеет, ноги становятся ватными, и все, что он помнит, это имя Амидалы. И то, что он любит ее. Но сейчас этого не достаточно.

— Ты жертвовала собой слишком долго, — еле слышно говорит он. Настал мой черед.

Тея поднимает к нему взгляд и хмурится.

— Мистер Старк сказал, что если это мой осознанный выбор, я могу решать за нас обоих, так что…— Питер, наконец, касается пальцем влажной дорожки на щеке Амидалы и стирает ее. Потом смотри в зал, на притихших друзей: на своих двойников, на двойников Теи, на Мстителей, готовых принимать его в свои ряды снова и снова.

— Я хочу уйти, — говорит Питер Паркер, так громко, чтобы его слышали все. — Я хочу оставить пост Мстителя и отказаться от человека-паука.

Все вздыхают одновременно, так что голос Теи почти теряется во всеобщем изумленном гуле.

— Ты не можешь! — восклицает девушка. — Питер, только не так!

Она заставляет его обернуться, посмотреть на себя. Она снова плачет, уже не скрывая этого совсем.

— Ты не можешь перестать быть человеком-пауком, это для тебя все!

Питер качает головой. Грустно улыбается своей девушке, решившей в какой-то момент, что геройство будет для него важнее нее. Когда-то, может быть, так и было, и Питер винит себя в том, что позволил себе так думать. Что позволил Тее так считать.

— Один раз ты отказалась от своей мечты из-за меня. Один раз я подвел тебя и обманул, нарочно выбрав человека-паука, а не тебя. Это было мое худшее решение. Больше такой ошибки я не допущу.

Тея прижимает руку ко рту, слезы бегут по ее щекам. Даже теперь, с покрасневшими глазами, с неравномерным вакандским загаром и волосами, от влажности и жары торчащими во все стороны, она красива. Питер смотрит на нее и не чувствует ни сожалений, ни сомнений. Он поступает правильно. Так, как должен поступать настоящий мужчина.

— Мне не нужно быть супергероем, если для этого придется принять твою жертву. Я не хочу так, — он касается кончиками пальцев лба Теи, проводит по ее виску, где все еще заживает синяк после кораблекрушения и пыток суверена. Прижимается своим лбом к ее, чувствуя, как дрожит девушка. — Хоть раз позволь мне решать за нас обоих. Я выбираю тебя.

Кажется, плачет не только Тея. Расчувствовавшись, всхлипывает Шури. Майлз за спиной Питера и Теи чуть ли не ревет в голос, ойкая на плече Мишель. Гвен прячется за Гарри Озборном, хмурится Тесса Холланд. Пит рядом с ней кивает своему старшему двойнику — так держать, приятель! — Эндрю поджимает губы. Должно быть, вспоминает свою Гвен Стейси и жалеет, что у него не было шанса сказать ей то же самое, что говорит сейчас Паркер.

Питер не замечает их, не смотрит по сторонам. Он берет Тею за подбородок, поднимает к себе ее заплаканное лицо. Улыбается.

— Я люблю тебя. И я хочу быть с тобой. И неважно, от чего мне нужно отказаться. Ты сделала для меня так много, что моих усилий будет недостаточно, чтобы доказать, что я достоин этих жертв. Тея, пожалуйста… Просто позволь мне…

— Нет-нет-нет, — стонет Амидала. Мотает головой, вспыхнув, сжимает лицо Питера обеими руками. — Ты не простишь себе, если… Ты ведь говорил мне когда-то, что не сможешь так жить. Когда ты владеешь такой силой и не используешь ее…

— …то всегда будешь виновен в том, что не предотвратил, — хрипя, договаривает Питер, прекрасно помня свои же слова. Он говорил это годы назад Тони Старку. Он говорил это Тее. И как же тогда ему хотелось, чтобы девушка поняла и приняла его принципы! И как же теперь ему хочется обратного.

Он закрывает глаза. Сердце Теи бьется гулко, ровно, прямо напротив него, и он чувствует это всем телом. Она больше не беспокоится, потому что все решила. Почему с ней так сложно…

Питер думает, что никогда не привыкнет к этому.

— Ты не откажешься от человека-паука, — говорит она. — И я не откажусь.

— Нет, но мы оба!..

Питер захлебывается словами — Тея встает на носочки и резко, без предупреждения, целует его прямо в губы на глазах всех их друзей. Они не поступают так, не демонстрируют свои чувства на людях, но сейчас Паркеру кажется, что вокруг никого нет: в голове шумит, в ушах стоит гул, сердце бьется, как заведенное, и губы Теи, горячие, очень, плавятся на его губах, язык становится ватным. Руки стискивают ее руки, в коленях — одна вода. Питер обвивает Тею за талию и отрывает от земли, прижимает ее к себе, сдавливая, уж точно, до синяков.

Кажется, им хлопают. Кажется, кто-то плачет в голос. Тони Старк говорит своей жене «Я знал, он не сможет ей отказать. Молодец, парень!». Шури заправски свистит, и Т’Чалла дает ей подзатыльник.

Когда, наконец, Тея выпускает Питера из плена своих губ, ему почти нечем дышать. Он держит ее над землей, ее волосы закрывают ему обзор, и сейчас он наполнен счастьем до самых краев. Тея улыбается сквозь слезы, аккуратно обводит его шрам над бровью.

— Я понимаю, — шепчет она. — Ты готов отказаться от всего этого ради меня. Но я не хочу.

— Т-ты уверена?

Питер соврал бы, если бы сказал, что он не будет скучать по человеку-пауку. Но будет совсем неправдой, если в очередной раз он поставит его вперед Теи.

— Уверена, — выдыхает девушка. — Иметь способности и знать, что в любой момент ты можешь защитить себя и тех, кто тебе дорог. Это то, что мне нужно. К тому же, я только начала привыкать к Шаровой молнии.

О, Боже. Тея подмигивает Питеру, и последняя слезинка, падая с ее ресниц, попадает ему на щеку. Удивительная девушка, думает он и опускает ее на землю под громкие, оглушительные крики людей вокруг них. Тея смеется, закрывает покрасневшее лицо руками, пока друзья стискивают их в плотный кокон и хвалят, хлопают по плечам, треплют по головам, пока кто-то говорит, что так и знал, а другие возражают, что никогда бы о таком не подумали.

Питер находит среди оживленных друзей лицо Тони Старка. Тот улыбается ему и кивает.Так держать, пацан.

И Питер, наконец, понимает, что он на своем месте. Вот здесь, рядом с Теей, напротив мистера Старка, окруженный любящими его людьми, он и должен быть.

***

На корабль суверенов, подготовленный на этот раз к целой делегации из землян, Питер и Тея приходят вместе с Майлзом, облаченные в свои обновленные костюмы. Даже мальчишке перепала вакандская обновка: на нем теперь красуется черный с красными вставками костюм из чистого вибраниума и сплава с анаптаниумом. Еще пару лет назад Шури ломала голову над тем, как соединить их и получить еще более прочный материал, но ее способностей и технологий не хватало на решение такое задачи. Теперь же ей помогла всего лишь пара слов от суверенов.

Ева и Адам принимают их на платформе перед своим кораблем.

— Ты уверена, Тея Амидала? — она с недоверием косится на Майлза, бледного и испуганного, как и раньше, но храбрящегося перед инопланетным народом. Тея заверила, что ему ничто не угрожает, но разве он будет доверять суверенам?.. Питер считает, что мальчишка учится на его ошибках — и правильно.

— Да, я уверена, — кивает Тея и покрепче стискивает руку Питера. — Ничего не изменилось. Я готова стать вашим хранителем.

Их троих проводят на корабль к подготовленной к процедуре капсуле. Тони Старк и док Стрэндж остаются немыми наблюдателями за корпусом корабля. Им запретили соваться в обитель суверенов, да и присутствие здесь Питера и Майлза остается под вопросом. Но перед самой встречей Тея настояла на этом, и Ева, видимо, отлично ее понимая, уговорила Адама пойти на уступки.

— Будет больно, — предупреждает суверен, пока Тея укладывается в уже знакомую капсулу из золотого металла. Она на мгновение прикрывает глаза, скулы бледнеют.

— Знаю.

Питеру позволили находиться рядом только при условии, что он не будет препятствовать процессу и не будет кричать.

— Лучше заклей мне рот, — предупредил он Амидалу, когда она передала указания суверенов. Тея нахмурилась, еще раз повторила ему, что выбор этот полностью ее собственный, и никто и ничто больше не сможет ей навредить.

Теперь Питер наблюдает, как ее кладут в эту злосчастную капсулу, как к ее рукам и ногам и вискам подводят золотые нити, и шепчет Майлзу:

— Если каким-то образом они причинят ей боль, я…

— А они могут? — выдыхает мальчишка. Мысленно Паркер дает себе оплеуху. Надо следить за словами при перепуганном Майлзе, который и так не находит себе места: он все еще считает, что на все эти жертвы Тея идет только ради него, и не хочет слышать ничего другого. Он будет благодарен ей по гроб жизни, хоть Амидала никогда и не попросит с него платы за свои подвиги.

— Нет, — говорит Питер нехотя. — Забудь.

— Я могу кричать, — добавляет Тея. Это, конечно же, спокойствия Моралесу не добавляет. — Но ничего страшного. Последи, чтобы Питер не кинулся на суверенов с кулаками, хорошо?

Она храбрится и потому шутит. Но Майлз воспринимает ее слова всерьез, кивает, хватает Питера за локоть, будто вот-вот он устроит на инопланетном корабле драку.

— Мы пропишем аннулакс в определенные отрезки твоей ДНК, — объясняет Адам, намеренно не прибегая к аналогичным земным понятиям — Питер считает, это потому, что он золотокожий ублюдок. Тея миролюбиво поправляет его всякий раз и говорит, что Адаму просто не свойственны человеческие эмоции, и потому ему сложно социализироваться на уровне землян.

— Тебе придется учиться управлять им заново, — добавляет Ева. — Анаптаниум не будет подчиняться твоим эмоциям, это слишком зыбкая и опасная связь.

— Я понимаю, — говорит Тея. Она серьезна и собрана, и на Питера не смотрит — чтобы не поддаться панике.

— Это будет гораздо сложнее, — объясняет Адам.

— Это будет совсем не похоже на прежние твои возможности, — кивает Ева. — Прежде ты управляла анаптаниумом по наитию, теперь же придется учиться, долго и упорно. Сразу ничего не получится.

Тея, наконец, поворачивает голову, чтобы увидеть Питера в отдалении от капсулы, Евы и Адама. Она улыбается ему, одними губами выговаривает «Не беспокойся за меня». И говорит суверенам:

— Я все это понимаю. И принимаю.

Ева выжидает одно долгое мгновение, прежде чем повторить:

— Будет больно.

И запирает Тею в капсуле, по нитям которой тут же начинает течь золотое свечение, аннулаксная энергия в чистом виде. Питер видит, как тяжело дышит Тея, и хотя стены капсулы звуконепроницаемы, а Амидала попросила дополнительной изоляции, чтобы не испугать ни его, ни Моралеса, слух человека-паука ловит тонкий, протяжный звук, исходящий от капсулы.

Тея кричит от боли. Снова. И это сводит Питера с ума.

***

Когда все заканчивается, Тея вряд ли понимает, где находится. В себя ее приводят руки Питера — он подхватывает ее, вытягивает из ненавистной капсулы суверенов, шепчет на ухо что-то ободряющее. Спустя несколько долгих оглушающих мгновений Тея начинает слышать его голос.

— Все-все, все закончилось, ты в порядке. Тебя больше не тронут, не сделают тебе больно.

Тея бессильно падает прямо на Паркера, и он удерживает ее в вертикальном положении только своими силами. Ноги у девушки ватные и не держат, руки безвольно висят на плечах Питера. Тея с трудом фокусируется на лице Майлза Моралеса прямо перед собой.

— Ты в порядке? Тея, ты как?

Девушка с трудом кивает, надеясь лишь, что выглядит она не так же, как себя чувствует.

— Сойдет. Бывало и лучше, не стану врать. Но я жива, цела. Что там по расписанию?

— Ох, остынь, — ворчит Питер.

Он не находит ничего, что напоминало бы стул или скамью, и садится вместе с девушкой прямо на пол. Стирает с ее лба пот, отводит влажные волосы от лица. Тея благодарно ему улыбается. Каких сил ему стоило выдержать все это вместе с ней, она может только догадываться. Но теперь-то все позади.

— Ты просила аудиенции, — раздается голос Евы над их головами. Тея, Питер и Майлз поднимают глаза к суверенной копии Евы. Последний ойкает.

— Да, — хрипит Тея. — В мир Моралеса. Ты можешь это провернуть?

Навестить мир Майлза предложил ей и Питеру сам мальчишка. Питер сказал что это плохая идея, в очередной раз посчитав путешествия по параллельным мирам затеей не из безопасных, но потом с трудом признал, что и ему было бы интересно. Хотя Тея не стала бы водить его по мирам, в которых его двойник умер.

— Ты хочешь вернуться? — уточняет Ева у Майлза. Тот проглатывает звуки, прежде чем умудряется внятно ответить ей.

— Н-нет, я н-не… Я просто хочу сказать той Тее, что с-со мной все в п-порядке!

— Это займет час времени, — добавляет Тея. Голос к ней постепенно возвращается, руки и ноги обретают чувствительность. Она гладит Питера по шее, чувствуя. Как тот все еще дрожит.

— Вы — странные люди, — в итоге заявляет Ева. Но просьбу Теи она готова выполнить, поэтому на ее замечание никто из них не реагирует.

Портал Майлза открыт наряду с остальными параллельными, но его Ева показывает им не сразу. Она ждет, когда Тея поднимется на ноги, обопрется на Питера, кивнет Моралесу.

— Готов?

— Да, — храбрится мальчишка. — Да, готов!

Он не был в своем мире четыре года. Он вырос здесь, повзрослел. Сможет ли та Тея Амидала узнать в нем своего подопечного?..

Ева взмахивает рукой, позволяя порталу в мир МайлзаМоралеса стать шире. Тея смотрит на Питера, ловит его уверенный взгляд.

— Что ж, — говорит она. — У нас будет целый час. Надеюсь, я выгляжу не такой старой, как мне кажется.

И первой шагает в портал.

Комментарий к Быть супергероем

Просто, чтобы вы знали: где-то тут между эпизодами затерялась сцена погорячее, но ее я оставлю на бонусы, иначе повествование финала растянется еще на целую часть :D

UPD: сейчас будут две-три главы в бонусах, чтобы нагнать действие основное, а потом я вернусь сюда ;)

========== Десять лет тоски ==========

По другую сторону портала оказывается привычный пейзаж — привычный в том понимании, что это не вакандские степи, а каменные джунгли Нью-Йорка. Питер спрыгивает на рельсы заброшенной станции метро вслед за Теей и кашляет. Стены тут покрыты уже высохшей плесенью и тянет сточными водами застарелой канализации. Сюда никто не заглядывал лет двести, не иначе.

— Ой! — вскрикивает Тея, обо что-то запинаясь. Питер тут же бросается придержать ее за руку и еле успевает подумать и, главное, заткнуться и не произносить этого вслух: под ногой у нее пробегает скрытая в темноте от слабых глаз толстая крыса. Амидала не видит ее и потому не поднимает паники.

— Не отходи далеко, — просит ее Питер. И не только потому, что боится, будто местные крысы откусят его девушке ногу. Она оборачивается, и в дрожащем свечении портала Паркер видит ее улыбку. Кривую, с непривычным изгибом губ, от которого неожиданно щекочет внизу живота. Питер чувствует, как неконтролируемо краснеет.

— А как мы отыщем в этом Нью-Йорке… — начинает Тея и запинается.

— Как мы отыщем тут тебя? — переспрашивает ее возбужденный от путешествия Майлз. — Я уже все продумал.

Питер смотрит на него с таким же недоверием, как и Амидала.

— Что? — фыркает мальчишка. — Я же уже был здесь. Нет, не пять лет назад, а недавно совсем — забыли? Когда всех швырнуло в свои реальности, меня тоже в портал засосало.

Точно. На взгляд Питера, это было так давно, будто в прошлой жизни. В целом, он прав: возвращение Теи и апокалипсис вновь отделил одну часть его жизни от другой, и теперь, надо полагать, он начинает новый виток.И пусть он будет хорошим.

— Ты живешь в Бруклине в спальном районе с какими-то слащавыми домиками, — тараторит Майлз, щелкая по голограммам от своего кимойо, словно пользовался вакандскими технологиями с самого рождения. — Ой, — запинается он, виновато смотрит поверх городских кварталов на Тею. — Вернее, другая ты. Местная.

Тея переглядывается с Питером. Сейчас два часа среды, разумно ли будет шататься по улицам этого Нью-Йорка, разыскивая девушку-Шторм с ее уцелевшим, как оказалось, мелким подопечным? Тея кусает нижнюю губу, и Питер точно знает, о чем она думает: она волнуется. Каково это столкнуться с постаревшей версией себя? У них разница в десять лет, не настолько большая, чтобы ждать встречи с собой с ужасом, но все-таки… В темноте подземки Паркер протягивает руку девушке, которую та тут же стискивает.

— Так мы идем? — зовет их слишком воодушевленный подросток. — У нас мало времени, давайте скорее!

Питер ведет Тею за собой из заброшенной станции метро и сам немного страшится предстоящей встречи. Может, будет разумно ему совсем не показываться на глаза местной Тее…

От руки Амидалы исходит жар — кажется, анаптаниум приживается в ее организме медленнее, чем прежде, клетки тела реагируют скорее враждебно. Питер с беспокойством переплетает свои пальцы с тонкими пальцами девушки. Она прижимается плечом к его боку, так что Питер обнимает ее на повороте к основной ветке метрополитена и целует в висок, пока Майлз не видит.

— Если тебе неприятно или ты что-то почувствуешь… — начинает он, не зная, как обратить свои мысли в слова. Искаженное болью лицо Теи мгновенно всплывает в его памяти. Она сама согласилась на эту процедуру, и Питер согласился сам, но смотреть, как Тею почти пытают, было… невыносимо.

— Все в порядке, — шепчет девушка. — Я в порядке. Ева не отпустила бы меня сюда, не будь она уверена в моей безопасности.

Питер не доверяет суверенам. И Еве, если на то пошло, он тоже не совсем верит. Но раз Тея считает иначе…

Они выбираются на поверхность под ворчания Майлза: мальчишка торопит их, хоть и обещал вести себя спокойно. Но по подсчетам добраться до дома Теи Амидалы из этой вселенной они смогут за пять минут, так что Питер беспокоится гораздо меньше взбалмошного Моралеса.

Правда, они не успевают пройти даже сквер, когда Майлз просит их свернуть в переулок.

— Подождите меня здесь, я попробую… — мямлит он, роняя слова.

— Чего? — хмурится Питер.

— Я приведу ее сюда, окей? Не думаю, что ей так уж понравится видеть тебя живым. Слишком внезапно.

Питер понимает, о чем говорит мальчишка, но его поведение смущает. Кроме того, он начинает думать, что Майлз что-то от них скрывает. Например, то, что в свой последний визит в родную реальность он успел пересечься с Теей Амидалой и переброситься парой слов. Например, сказать ей, что он не погиб в том чертовом взрыве около пяти лет назад.

— А если ее не будет? — сомневается Тея. Майлз мотает головой.

— Я приведу ее, точно!

И он сбегает из проулка, сверкая пятками. Питер закатывает глаза ему вслед, обнаружив в себе привычку мистера Старка. Этот пацан… Внезапно ему становится абсолютно смешно (это точно нарастающее волнение сказывается), что он ведет себя точь-в-точь, как Тони Старк. Рановато Паркер обзавелся противным подопечным…

— Я не уверена, что нам стоит ее видеть, — говорит вдруг Тея. Она присаживается на ступеньку пожарной лестницы, ведущей из жилых квартир этажами выше в обычном кондоминиуме, и тянет Питера за собой.

— Ты боишься, — догадавшись, роняет Паркер и садится рядом. Тея пожимает плечами, задевая его плечо.

— Боюсь. Но за нее.

Питер косится на девушку. Что?..

— Она живет с мыслью, что тебя нет, уже пять лет, Питер, — поясняет Тея. — А сейчас вдруг увидит тебя, живого и разве это не грустно?

— Но ведь ты считаешь, что Тея и Питер здесь не встречались, — поддевает ее Паркер. Тея укоризненно морщится.

— Не в этом дело, дурачок.

Улыбка гаснет на лице парня. Да, он понимает. Да, ему тоже было бы тяжело встретиться с почти-призраком своего друга, соратника, любовника — неважно, кем они друг другу приходились в этом мире. Но разве это не будет справедливым исходом?

— Зато она будет знать, что есть миры, в которых человек-паук жив и здоров. И защищает Майлза Моралеса. И любит Тею Амидалу.

Тея едва заметно улыбается, и, взбодрившись, Питер тянется к ее улыбке губами. Они почти целуются, когда между ними проскакивает заряд тока и бьет Питера по носу.

— Ой! Ты чего?

Тея вздрагивает, прижимая руку к губам.

— Это не я, это… Ох, это, наверное, анаптаниум, я чувствую, как он растекается по телу, и еще я волнуюсь, и он реагирует на это и… Поцелуй меня еще раз, я хочу посмотреть, что выйдет.

Питер обиженно кривится, но Тея так улыбается, что сложно ей сопротивляться. Окей, прав был Эндрю, Тея может из него хоть веревки вить! Он тянется к Амидале еще раз и теперь уже замирает сам.

Что-то приближается.Кто-то. Кто-то наэлектризованный. И враждебный.

Питер успевает подумать о миллионе вещей сразу: о том, что Тею приводить в этот мир не стоило, о том, что Майлза нельзя было отпускать одного, о том, что здесь он ничего не сможет сделать на публике и, если придется показаться на глаза местным гражданским, от него будет мало толку — в мире, где человек-паук мертв уже пять лет, не может объявиться новый герой на паутине. И едва он отодвигает Тею назад и встает, закрывая ее спиной, в проулок врывается…

Повзрослевшая Амидала.

Она выше Теи, у нее короткие волосы — белые! — и острые скулы и худое, вытянутое тело, и искрящиеся длинные руки. Она замирает прямо напротив Питера, смотрит на него так, будто вот-вот готова наброситься на него если не с кулаками, то с молниями — ведь те уже набухают на кончиках ее пальцев.

И тут за ней появляется запыхавшийся Майлз.

— Простите… я немного… Уф.

Питер не знает, что говорить: взрослая Амидала прямо напротив него выглядит так, будто вот-вот ударит его.

— Майлз, ты в порядке? — хрипло спрашивает Тея, его Тея. Моралес медленно кивает и переводит взгляд на свою бывшую наставницу. Между ними всеми повисает неловкая удушающая тишина.

А потом взрослая Амидала опускает руки. И говорит, чуть более низким, чем у Теи, голосом:

— Майлз сказал, вы двое спасли ему жизнь. Нам надо поговорить.

***

Они все сидят на крыше какого-то небоскреба с головой пантеры — кто бы подумал! — на углу и смотрят друг на друга с нескрываемым интересом. Взрослая Тея замечает, что Питер не отпускает руки своей девушки, и грустно ему улыбается. От ее улыбки холодеют пальцы. От нее веет тоской.

— Я думала, что всех потеряла, — говорит взрослая Тея. — Мой Питер погиб, Майлз, я думала, тоже умер — еще и по моей вине. Какое-то время я считала, что виновата во всех смертях, что случились в тот год.

— Это не из-за тебя произошло, Ти! — восклицает Майлз. Он сидит рядом с ней и тянется, чтобы ее обнять. Как ребенок. — Я же уже сказал, ты ни в чем не виновата!

Она качает головой. Потом смотрит на свою притихшую копию. Такая сильная, такая независимая. В сравнении с ней девятнадцатилетняя Тея Амидала кажется совсем беззащитной, хоть это не так.

— Твои силы отличаются от моих, — кивает своим мыслям взрослая Тея. — Что у тебя за способности?

— Щит, — выдыхает девушка.— Я могу… Честно говоря, сейчас я не знаю, что могу. Наверное, все так же защищать тех, кто рядом.

— Это хорошо.

Снова повисает молчание. Питер рассматривает местную Амидалу с понятным интересом: отмечает морщинки в уголках глаз, другую мимику в лице, другие манеры. Он видит, что эта Тея сильная, но не хочет, чтобы его Тея стала такой… отчужденной.

— Ты не должна винить себя за все, что происходит вокруг, — вдруг говорит он. Почему-то кажется бесконечно важным сказать этой потерянной девушке слова, которые ему говорил мистер Старк когда-то. Обе Теи смотрят на Питера с удивлением. Но взрослая копия его девушки вдруг понимающе улыбается.

— Мой Питер сказал мне то же самое однажды. Поверить не могу, что вы такие одинаковые. Он выглядел точно, как ты, когда был жив.

Эта оговорка заставляет Тею подавиться воздухом и спрятать красное лицо на плече Питера. Ему тоже не по себе, но он мужественно не отводит глаз и смотрит на взрослую копию своей девушки. Та снова улыбается — странно следуя своим мыслям и не произнося ни слова.

— Я больше не виню себя, — говорит она. — Случилось то, что случилось, и я ничего не смогу уже с этим поделать. Я уже пыталась, на самом деле. Один раз возвращалась в прошлое, чтобы спасти человека-паука, и потом он снова и снова погибал — то спасая меня, то новую девушку, и ничего не менялось, что бы я ни делала. В конце концов, я поняла, что этому суждено было случиться. Хорошо, что тебе не довелось этого испытать, — вдруг обращается она к Тее. Та опускает глаза.

— Нет, я тоже… вообще-то, я тоже прыгала в прошлое и чуть все не испортила. Но это… Мне жаль, что твой Питер погиб. Майлз привел нас сюда, чтобы показать тебе, что в других мирах все может быть иначе, и я не уверена уже, что тебе стоило нас видеть.

Взрослая Тея мотает головой.

— Нет-нет, он был прав. Эй, пацан. Спасибо тебе.

Майлз что-то мямлит, словно окончательно разомлел под вниманием своей наставницы. Они неуклюже обнимаются, потом встают, и взрослая Тея подает руку своей младшей копии.

— Что бы ты ни думала, я счастлива сейчас. У меня есть муж, и он не пострадает ни от каких моих врагов, серьезно.

— О, — выдыхает Тея с удивлением. — Хорошо.

Взрослая Тея смотрит на Питера. Тот совсем теряется. Что сказать ей на прощание? В конец концов, он не находит других слов и спрашивает:

— Так ты и Питер встречались? Потому что Тея считает, что нет.

Майлз краснеет и бледнеет одновременно, будто теперь его старшие товарищи городят чушь такую, что его наставница способна разозлиться на всех троих. Мальчишка кривится за спиной взрослой Теи, та вдруг смеется.

— Ну прямо бразильский сериал, а? Не знаю, как вы, но я и Питер встречались очень недолго. Разошлись года за три до его смерти, просто поняли, что нам гораздо комфортнее быть друзьями, чем делить постель и все такое. Питер встречался с Мишель Джонс, нашей бывшей одноклассницей.

— Видишь! — восклицает Тея, не сдержавшись. Питер пожимает плечами. Окей, свою ставку он не отыграл. Но и Амидала не получает весь выигрыш…

— Ты говорила, они вообще не встречались, — бубнит он. Майлз закрывает лицо руками и тихо стонет.

— Хватит уже, вы позорите меня!

— К тому же вас поджимает время, — смеется взрослая Тея. Сейчас Питер отмечает, что у нее веселый смех, легкий.

Они прощаются прямо на крыше — Тея отказывается провожать их в подземку, с которой у нее связаны неприятные воспоминания, но обещает, что больше не будет на них зацикливаться. Она отводит Майлза и несколько минут разговаривает с ним лично, пока Питер наблюдает за тем, как волосы его Теи развеваются на летнем ветру здешнего города.

— Ты должна мне марафон по всем премьерам, которые пропустила, — тихо говорит Питер девушке. Она фыркает.

— Вообще-то, только половину. Я все-таки не до конца ошибалась — Питер Паркер встречался с Мишель. — Питер открывает рот, чтобы возразить, и не находит слов. Вот черт, он-то надеялся затащить Тею на киномарафон на целый месяц!

— Так что я посмотрю с тобой только семнадцать фильмов, — заключает девушка. — А ты должен будешь достать мне все лекции дока Стрэнджа и Беннера.

— Но они же меня в порошок сотрут!

— Ладно. Половину лекций Стрэнджа и хотя бы одну от Беннера. Про наночастицы.

Питер стонет, когда Майлз и взрослая Тея возвращаются к ним обратно. Его Тея показывает Паркеру язык и поворачивается к своей копии.

— Слушай, а твой муж… Кто он?

— Журналист, — с готовностью отвечает взрослая Амидала. — Эдди Брок, может, в вашем мире есть такой? Присмотрись, он классный.

— Эй! — возмущается Питер. — Я, вообще-то, здесь стою!

Обе Теи смеются. Обе Теи. Наверное, привыкнуть к такому невозможно. Питер качает головой, берет свою девушку за руку и думает, что возвращаться в этот мир они больше не станут. Этот гештальт закрыт, и Майлз Моралес сможет жить спокойно со своей новой семьей в их реальности.

Они спускаются к порталу почти в полном молчании — только Тея сжимает ладонь Питера и изредка кладет голову ему на плечо. Перед порталом Майлз в последний раз оглядывает заброшенную станцию метро своего родного мира и — исчезает в свечении на другой стороне, в мире Питера и Теи. Наконец-то без сожалений.

***

Стрэндж и мистер Старк ждут всех троих с некоторым нетерпением. Первым делом док перед посадкой на планер протягивает руку Тее — Питер думает, что он вдруг решил проявить галантность джентльмена, — но тот берет ее ладонь и пристально изучает. По ее голубым венам течет золото, оно переливается на солнце, отчего вся кожа Теи кажется неземной.

— Ева сказала, это скоро пройдет, — объясняет девушка. — И мне придется понаблюдаться у них еще пару дней. И постараться не нервничать.

— Вот как раз об этом… — неожиданно говорит Старк. Питер хмурится. Ну что опять? — У нас есть кое-что для вас, ребятки. Для всех вас. Пойдем, расскажу в лаборатории.

Питер, Тея и Майлз переглядываются, пожимают плечами и поднимаются на корабль вслед за взрослыми. Что они задумали?.. Пока все летят к лаборатории Шури, которую Старк уже облюбовал под свои эксперименты и вовсю пытается так хозяйничать, Майлз склоняется к Паркеру и беспокойно шепчет:

— Как думаешь, что мы натворили?

— Да ничего, — тут же отнекивается Питер. — Перестань, они не только ругать могут.

Мальчишка резонно полагает, что если его вызывают «на ковер», то точно не из большой любви. В Ваканде от взрослых он натерпелся только нравоучений. Тея обнимает его за плечи одной рукой, как совсем недавно делала ее старшая копия, и Питеру от этого зрелища становится неуютно. Хорошо, что мистер Старк не спрашивает, как все прошло. Хорошо, что док Стрэндж не пытается прямо сейчас испробовать способности Теи. Весь этот день выдался каким-то… сумбурным и некомфортным.

Питер не знает, что сказать о взрослой Амидале. Только то, что он не хочет видеть свою Тею такой же, даже спустя десять лет. Взрослая копия его девушки очень долгое время была несчастной. От такого быстро не восстановишься, даже с суперкрутым мужем.

— Все путем, Пит? — мистер Старк присаживается рядом с ним, пока его планолет летит на автопилоте. Питер устало кивает, потом мотает головой. Смотрит на разговаривающую с Майлзом Тею и вздыхает.

— Не уверен, мистер Старк.

— Тони. Мы же договорились, пацан. Ты уже взрослый, чтобы мне «выкать».

Питер чуть улыбается. «Тони». Надо же, он наконец-то повзрослел в глазах мистера Старка.

— Да. Все никак не привыкну.

Мистер Стар… Тони кладет руку ему на плечо, заставляя ссутулиться еще больше.

— Трудный был день. Или весь год, а?

Несмешная шутка. Питер невольно морщится и, кинув быстрый взгляд на Тею, которая точно не прислушивается к чужим разговорам, занятая мальчишкой, поворачивается к Старку.

— Мы встретились со взрослой Теей, это было… странно. Грустно, мист… Тони. Это было грустно. Я не хочу, чтобы Тея была такой.

Тот понимающе кивает.

— Она и не будет. Ты жив, она жива. Вы абсолютно точно в безопасности, оба. И Майлз.

— Да, но ее семья… — сердце беспокойно вздрагивает в груди при мысли, что уже завтра Питер привезет Тею в Нью-Йорк, выполняя свое обещание, и отдаст ее родителям и брату с сестрой, чтобы остаться в одиночестве на какое-то время. Неопределенное время. Он слишком долго ждал возвращения Амидалы, чтобы не пугаться одиночества теперь, даже зная, что она в порядке.

— Теперь нам придется открыть лица миру, закон ведь не отменили. У меня и без этого правила много врагов, я не хочу подвергать своих близких опасности, а с Теей… Вот почему я хотел отказаться от Мстителей. Я не хочу терять ее. Она важнее, чем человек-паук.

Питер смотрит на девушку, сидящую чуть в отдалении от него, и не замечает, что его внимательно слушает не только Тони, но и Стрэндж. Маг под конец его короткого монолога кривит губы в самодовольной ухмылке.

— Об этом и побеседуем, мистер Паркер, — говорит он, отвлекая Питера. Тот поворачивается к своим взрослым товарищам.

— А?

Стрэндж и Старк одинаково усмехаются.

— Есть одна идея…

Питера, Тею и внезапно спокойного Майлза — видимо, девушка, наконец, донесла до него мысль, что никто больше не собирается прогонять его из ставшего ему родным мира — приводят в лабораторию к Шури. Вакандка выглядит жутко довольной.

— А вот и наши герои! — восклицает она, подпрыгивая на месте. — Спасибо, ребятки, я вчера заработала кучу американских долларов — вы проспонсировали мне Коачеллу!

Тея открывает рот.

— Я не понимаю, что здесь…

И тут же вспыхивает в мгновение и поворачивается с абсолютно красным лицом к Питеру.

— Я же говорила! О, боже…

Она порывается сбежать куда-нибудь подальше от заразного смеха вакандской принцессы, но Питер прижимает ее к себе, закрывает от внимательных глаз Шури и взрослых (те пытаются не смеяться, но ничего у них не выходит) и только самодовольно усмехается.

— Могла бы тактично промолчать, Ваше Высочество. Но где тактичность, и где ты.

Та показывает язык и подмигивает Майлзу. Майлз чуть не падает в обморок.

Дурдом, заключает Питер впервые, прежде чем его и Тею привлекает к себе Старк.

— Мы сюда прилетели не ваши похождения обсуждать, ребятки. Поговорим о деле. Это касается всех троих. Принцесса, док знает одно средство, чтобы обезопасить вас и ваши семьи…

Тея мгновенно делается серьезной.

— О чем это вы?

Стрэндж вскидывает голову с горделивой осанкой.

— Я могу защитить тайну ваших личностей с помощью одного заклинания. Но мне потребуется ваше согласие. Оно не из приятных.

Питер, не глядя, тянется к руке Теи. Почему даже после всех перипетий с апокалипсисом, пытками и смертями они не могут обойтись без болезненных операций?..

========== Возвращение домой ==========

После махинаций Стрэнджа Тея чувствует себя непривычно. Ей кажется, что ее лицо вот-вот отслоится от черепа и сползет с головы, что ее лицо более ей не принадлежит. Она трогает брови, щеки, кусает губы. Непривычно.

— Как думаешь, — выдыхает она, — как долго это продлится?

Питер выходит из ванной, вытирая лицо полотенцем с африканскими узорами. Он, должно быть, рассматривал себя в зеркало над раковиной, долго, пристально, вглядываясь во все изменения, которых на самом деле нет. Заклинание Стрэнджа теперь будет влиять на восприятие их другими людьми, а не их настоящие лица.

— Не знаю. Но, надеюсь, это побочный эффект, и он скоро пройдет. Я все жду, что мои губы зашевелятся без моего желания.

Тея быстро-быстро кивает.

— Вот-вот! А я боюсь, что у меня кожа с лица сползет!

Они нервно смеются друг другу и падают на кровать. Питер привлекает девушку к себе, и Тея, кутаясь в его длинные руки, оборачивая все его тело вокруг себя, как одеяло, с удовольствием вдыхает его запах. Что бы там ни сделал величайший маг Земли, запах у Питера остался тем же: словно свежеприготовленный хлеб, который только что поставили в печь.

Он все еще просыпается посреди ночи и в испуге шарит рукой по подушкам в поисках Теи. Когда она сквозь сон пододвигается к нему ближе, Питер стискивает ее так сильно, что наутро она обнаруживает синяки на плечах и ребрах. Но это ничего. Тея стирает их с помощью встроенного в ее кимойо заживляющего лазера от Шури каждое утро, пока Питер не видит.

Сейчас он лежит без сна, двигая челюстями, а Тея, успокоившись насчет своего лица, которое сползать с нее не думает, гадает, как скоро они оба смогут спать спокойно. Завтра им предстоит отправить в свои вселенные всех их новых друзей, пауков, которые были с Питером эти полгода и держались рядом, как настоящие соратники. Завтра ей предстоит вернуться домой и встретить родителей и брата с сестрой.

Тея вздыхает. Ох, это будет непросто.

— Питер? — хрипло зовет она. Тот медленно поворачивает к ней голову.

— М?

— Как думаешь…— Тея кусает губы, — мои мама и папа, они… Они смогут меня простить?

Питер приподнимается, чтобы посмотреть ей в глаза. Встревоженный больше, чем хочет показать, заранее пугающийся их расставания, потому что прошло слишком мало времени, чтобы он успокоился, слишком мало, чтобы его одиночество перестало быть для него спутником. Он боится отпускать ее в семью, даже если это означает для Теи счастливое воссоединение с родными. Девушка понимает это лучше, чем Питер думает.

— Тея… — шепчет он еле слышно, — ты ведь ни в чем не виновата. Послушай, это не… я знаю, это избитая фраза, и она бесит меня до ужаса, но это не твоя вина. Тут нет твоей вины. И они будут счастливы, что ты вернулась к ним целой и невредимой.

Тея молчит. Касается пальцами белой в лунном свете скулы Питера. Тот прикрывает на миг глаза, падая в ощущение ее горячей руки на своей коже.

— Ты вернул меня, — наконец, говорит девушка. — Ты ведь пойдешь со мной домой? Останешься рядом?

— Конечно, — Питер целует ее руку, чуть повернув голову. — Мы со всем справимся, вместе.

И когда он просыпается среди ночи и снова в приступе ужаса зовет Тею, она привычно обнимает его и крепко целует, и уже не ждет, что Питер погрузится в новый виток беспокойного сна, потому что сегодня последняя их ночь в Ваканде, и будет глупо тратить ее на сон…

***

— Готовы?

Все, как один, кивают. Все, кроме Питера.

Все многочисленные паучки стоят рядом с порталом Евы и Адама на специально созданной платформе суверенного корабля. Дует прохладный ветер. Ярко светит вакандское солнце. Чуть позади сегодняшних героев стоят взрослые Мстители и контролируют процесс. Все идет, как надо.

Тея стискивает руку Питера и прикусывает нижнюю губу. Ему тяжело прощаться с новыми друзьями. Какими бы раздражительными они ни были, как бы тяжело им не пришлось в эти полгода, Питер… ох, он привязался к ним. Такая помощь и поддержка не остаются просто воспоминанием. И было бы так здорово, если бы все они могли в будущем хотя бы общаться.

Но Ева ясно дала понять, что обратной дороги не будет. Никаких больше технологий дока Пима или технологий Старка, никаких порталов от Стрэнджа и фокусов других гениев. Их реальности так сильно пострадали из-за разлома, что теперь единственный для них путь к сохранению — полная изоляция друг от друга.

Они больше никогда не увидятся.

Тея смотрит на Гвен, копию своей подруги, которая стоит рядом с Эндрю Паркером. Они вновь прощаются и теперь уже — ого, не верится! — целуются. Может быть, в своем измерении Гвен Стейси пересмотрит отношение к бывшему однокласснику?..

— Эй, Паркер! — зовет Эндрю. — Береги ее, понял? Не для того спасали, чтоб ты все профукал!

Он салютует покрасневшей Тее и серьезному Питеру.

— Не волнуйся, — хмурится он, стискивая пальцы Амидалы в своей руке. — Обязательно о ней позабочусь.

Эндрю подмигивает расстроенной Гвен Стейси и исчезает в яркой вспышке бледно-голубого света.После приходит черед Мэй Паркер. Она исчезает в розовом пятне, напоследок обернувшись к Тее.

— Удачи тебе, Мэй Паркер! — кивает девушка. Они обе знают, что эти слова значат не просто напутсвие: когда Тея ждала возвращения Питера со встречи с мистером Старком, Мэй поймала ее в вестибюле и попросила поговорить.

«В моем классе учится мальчик», — запинаясь, поделилась Мэй. — «Он милый и добрый, и стеснительный, он… похож на меня. Мне кажется, он мне нравится, но я не хочу подвергать его опасности из-за своих дел. Как ты и Питер справились с этим?»

«Никак, — ответила Тея. — Мы не были готовы, моя семья пострадала, когда мы только познакомились. Но, эй. То, что ты делаешь для своего мира, потрясающе. Ты смелая и сильная, и будет очень несправедливо лишать себя возможности заводить новых друзей из-за этого.»

«Но Гвен говорит, что…»

«У Гвен своя история. У каждого из нас. И у тебя. Будь собой, Мэй. Я больше чем уверена, что этот мальчик с радостью будет с тобой дружить.»

Сейчас Мэй возвращается в свой мир, и Тея думает, что эта храбрая девочка все-таки подружится со своим одноклассником. Иначе и быть не может.

— Она плачет? Я думала, ты будешь плакать! — слышится голос Тессы. Она и Пит подходят к ребятам последними перед тем, как свет в портале превращается в зеленый.

Тея стирает с глаз невольные слезы и поворачивается к своей копии.

— Все путем? — спрашивает Тесса.

— Да. Да, все в порядке.

Они смотрят друг на друга, такие похожие, такие разные, и не находят слов. Обняться им не позволяет внутреннее противоречие, а сказать что-то… В итоге они слушают тихий разговор своих парней.

— Позаботься о Тессе и тете Мэй, — говорит Питер.— У вас теперь все будет отлично, верно?

— Да, точно. Будь спокоен за нас, — отвечает его двойник. — Береги себя и Тею, хорошо? Мы тут с Тессой подумали, что еще одного апокалипсиса не переживем. Не стоит провоцировать, конечно, но… Хотя девчонки стоят того, чтобы ради них весь мир перевернуть.

— Эй! — шикает на него Тесса. Оба Питера ойкают.

— Что я такого…

— Мы не устраиваем апокалипсисы, — сердито говорит Холланд и гордо вскидывает голову. — Мы их предотвращаем.

Оба Питера с сомнением осматривают девушек.

— Кое-кто недавно чуть все миры не спалил дотла… — осторожно замечает Пит. Тесса фыркает, Тея смешно морщится.

— Валите уже отсюда, — просит Питер, закатив глаза. — Иначе миры спалят эти золотозадые.

Они все, как по команде, оборачиваются к ждущим исхода суверенам. Питер качает головой.

Ему грустно, Тея чувствует это. Она обнимает Пита на прощание, тянет руку и, наконец, обнимает Тессу. У этих двоих все будет хорошо, определенно. Они есть друг у друга, и они справятся со всеми трудностями на своем пути. Конечно же, их будет немало, некоторые они создадут себе сами. Но это всего лишь часть их многогранной, сложной жизни. И хорошо, что в ней всегда найдется место любви.

Тея приобнимает Питера, наблюдая за исчезновением их двойников в зеленом свете портала. Потом Ева кивает Адаму, и вдвоем они закрывают дыры в иные вселенные навсегда.

Свет гаснет, дребезжащий звук стихает, и на платформе воцаряется абсолютная тишина. Мерно стучит в груди Питера его сердце. Тея прижимается к нему боком и глубоко вздыхает.

Все заканчивается. Всему приходит конец. И этому сложному, нелепому, безумному путешествию — тоже.

— Ты в норме? — тихо спрашивает девушка. Питер, помедлив, качает головой.

— Не очень. Но буду в норме. Идем?

Они поворачивают к ждущим их Мстителям, Питер опускает руку на плечо поникшего Майлза.

— Ты чего, парень?

Тот мотает головой и шмыгает носом. Столько переживаний для подростка — это слишком. Но Тея ловит себя на мысли, что, вообще-то, им с Питером тоже еще нет и двадцати. Они все здесь подростки. Поразительно.

У края платформы их ждут Старк, Стрэндж и Т’Чалла.

— Что за кислые мины? — усмехается Тони. — Радуйтесь, сейчас вернем вас домой! Выше нос, принцесса!

— Домой? Уже?

Взрослые переглядываются и хмурятся. Тея должна бы радоваться возвращению к родным, но ей страшно. Она смотрит на побледневшего Питера, понимая его куда больше, чем он думает, и вздыхает. Это будет непростая встреча.

— Мистер Стрэндж откроет портал прямиком к порогу твоего дома, Тея, — кивает Старк. — Но ты… не выглядишь радостной. Что случилось?

«Страшно», — думает Тея, но вслух ничего не говорит. Что тут скажешь?.. Она находит руку Питера, сжимает ее и проводит пальцем по внутренней стороне его ладони. Та дрожит.

— Ты пойдешь со мной? — тихо спрашивает девушка. Питер уверенно кивает. — Хорошо.

И когда Стрэндж открывает перед ними портал, Тея шагает в него чуть смелее.

***

Двор ее дома изменился. Тея помнит его голым, покрытым снегом, а теперь здесь поросший зеленой травой газон и не особо стриженные кустики вокруг сада. Обычно мама приводит их в порядок перед летом и в середине сезона, а сейчас они выглядят несколько неопрятно. И двор, и выступающая вперед стена дома кажутся неухоженными, словно его хозяева наплевательски относятся к внешнему виду. Но это не так. Мама всегда следит за всем, словно цербер, и такого явного пренебрежения Тея не видела никогда.

— Нам остаться, принцесса? — спрашивает позади нее мистер Старк. Тея рвано вздыхает.

— Д-да, пожалуйста.

Питер терпеливо ждет (впрочем, Тее кажется, что он и сам не торопится отдать ее родителям), а потом шагает чуть впереди девушки, закрывая ее плечом. Тея сверлит взглядом входную дверь своего же дома и страшится людей в нем. Все в порядке, все в порядке. Она повторяет про себя эту мысль, которая почти не помогает, и покрепче сжимает руку Питера.

— Готова? — хрипло зовет он. Тея едва ощутимо кивает.

Питер нажимает на кнопку звонка. Внутри раздается знакомая переливчатая трель. Спустя долгое мгновение, зависшее в напряженном воздухе — Тея успевает сосчитать тринадцать ударов своего сердца — за дверью раздаются торопливые шаги.

— Кирк! — кричит голос мамы. — Убери со стола перчатку, просила же!

И она открывает дверь, немного сердитая, немного уставшая, глаза шире, чем Тея помнит, словно осунулась, и с волосами темными, а не светлыми, как прежде.

— Питер? Как ты, дорогой?

От ласкового обращения к парню плакать хочется Амидале. Она несмело показывается из-за плеча Питера, застывшего на пороге, как изваяние, и смотрит в глаза маме. Та медленно распахивает рот.

— Привет, мам…

Она плачет, когда мама, охнув, бросается ей на шею, плачет, когда в дверях показывается Кирк с игрушечной перчаткой Железного Человека — повзрослевший, подросший, с короткой стрижкой, делающей его еще старше.

— Тея? Тея! Тея вернулась! Тея!

Крики брата несутся вглубь дома, на них тут же сбегаются Селеста — длинные волосы с косой, какая раньше была у Теи, — и папа, с поседевшими висками и в новых очках. Все плачут, стискивают Тею в коконе из рук, и стоять на пороге теперь вдвойне, втройне сложно, но никто не сходит с места, все толкаются, втискивают в этот комок и Питера, и плачут, плачут, плачут…

В конце концов родители утаскивают в дом всех — и Тею, и Питера, и мистера Старка, и даже Стрэнджа с Майлзом, которые должны были отправиться к родителям последнего, а не ждать Амидалу. Теперь все они сидят в гостиной, заплаканные, растрепанные, но счастливые.

Тея осматривается: обстановка в доме почти не изменилась, только на потолке новая люстра, а на диване пара новых подушек. И все же ей кажется, что она не была здесь не десять дней (как она сама знает), не полгода (как есть на самом деле), а гораздо дольше. Словно дом перестал быть для нее родным. От этого ощущения становится неуютно и снова страшно.

Она находит взглядом фотографию на каминной полке. Там Тея и Питер, сразу после школьного выпускного. Уставшие (потому что только что поймали и оставили на поруки полицейским Скорпиона) и смущенные (потому что Мэй заговорила о детях). Они держатся за руки, прямо как сейчас, и все же счастливо улыбаются. Тея поворачивается к сидящему рядом с ней Питеру, вздыхает. Они оба так сильно изменились, что теперь вряд ли узнают себя прежних с фотографий.

Кирк приносит Тее все свои новые игрушки, Селеста рассказывает о школе и вредном мальчишке по имени Говард (на этом имени мистер Старк смешно фыркает), который соперничает с ней в учебе. Мама держит Тею за другую руку, постоянно приглаживает ей волосы — «Как же ты изменилась, моя девочка» — папа не сводит с нее глаз. От всего этого внимания Тее хочется плакать и бесконечно извиняться за то, в чем она совсем не виновата, но как, скажите, исправить эти полгода, как вернуть время вспять и обратить одиночество и горе собственной семьи в пыль?

Но самое главное: как излечить Питера, чей взгляд вонзается Тее в сердце и лишает ее и слов, и мыслей, и сил? Ей вдруг кажется, что Питер оставил в прошлом какую-то важную, необходимую часть себя, и теперь он не сможет вернуться к ней прежним. Она тоже изменилась безвозвратно, но это пугает ее не так сильно, как изменившийся Питер Паркер.

— Нам пора, пожалуй, — кашляет мистер Старк, когда заканчиваются все первые эмоциональные разговоры. — Время позднее, а нам еще вот этого ребенка домой отправлять. Да и мой проказник дома заждался…

Стрэндж без подсказки поднимает с места Майлза. И тут Тее становится страшно. Если уйдут они, Питер ведь ее не оставит? Она не сможет объяснить, почему боится оставаться с родителями — со своими родителями! — и братом и сестрой наедине. Но ее пугает нависающее над ними молчание, словно оно запечатает им не только рты, но и сердца, и нечего будет говорить и ощущать.

— Мистер Старк, я…

— Все в порядке, принцесса. Вам о многом стоит поговорить.

Тони идет к дверям (хотя все они могли бы воспользоваться порталом Стрэнджа), и оборачивается, чтобы пожать руку отцу и маме, а Кирку подмигнуть и пожелать свершений на мальчишеском поприще. Майлз неуклюже прощается с четой Амидала.

— Напарник?

Он смотрит на Питера, выжидает. Питер переминается с ноги на ногу.

— Я, наверное…

— Останься, — выдыхает Тея. «Останься со мной. Останься навсегда. Не уходи.»

Но мама вдруг обнимает его за плечи и что-то шепчет ему в ухо, так что лицо парня искажается — не от боли или неприязни, но от испуга, какой Тея уже видела в его глазах. О, нет. Нет-нет-нет, только не теперь, их нельзя разлучать сейчас!

— Мам, подожди, — лепечет девушка. — Мам, я только…

Питер коротко мотает головой — не надо, все в порядке — и делает шаг к выходу, следуя за мистером Старком и остальными.

— Я навещу тетю, — хрипло говорит он. Тее не нравится его голос. — Я позвоню тебе попозже. И зав-втра. Увидимся завтра.

— Питер-

Он кивает, выходит на улицу, Кирк на прощание машет ему руками, Селеста деловито закрывает дверь за гостями, оставляя Паркера за порогом. У Теи сердце уходит в пятки.

Ему нельзя оставаться одному. Он не сможет так.

— Мам, пап, я не думаю, что Питер…

Они смотрят на Тею, ее родители, которые не видели дочь полгода, и Кирк сразу же хватает ее за дрожащую руку, и Селеста тянет обратно в гостиную. Тея сглатывает ком в горле и послушно следует за семьей. Они ведь тоже заслужили этот день. Может быть, заслужили больше остальных, потому что терпеливо ждали ее, ничего не зная.

И тогда Тея позволяет себе отбросить сомнения. Совсем ненадолго. Она отключает кимойо и остается с родителями.

***

Мэй приготовила лазанью — наконец-то она стала получаться у нее не просто сносно, но даже вкусно! — и разливает по бокалам вино.

— Как же хорошо, что все вернулось на круги своя, правда? — без конца повторяет она и кивает сама себе. — Все живы и здоровы, и дай Бог, никто нас больше беспокоить не станет! Питер, детка, ты можешь спать спокойно.

Питер кивает, только чтобы она не нервничала из-за вещей, повлиять на которые не может. Пустая съемная квартира его пугает, он даже не стал туда заглядывать. Пустая кровать в доме Мэй тоже вызывает неприятное холодное ощущение, слишком знакомое ему по одинокому полугодию. Но не может же он, в самом деле, хвататься за Тею, как за спасительную соломинку, она ему не мать, а он не малолетний пацан.

Господи, как же тяжело дышать, от страха аж в груди перехватывает.

— М-можешь налить и мне? — просит Питер. Мэй удивленно вскидывает бровь, но вопросов не задает. И без пояснений понятно, что время у Паркера выдалось так себе.

Тетя ставит на стол третий бокал.

— Хэппи, тебе добавки положить?

Хэппи Хоган. Самый неожиданный ухажер Мэй, которого Питер мог бы себе представить, но, эй, кто он, чтобы судить. Хэппи помог его тете, когда от него самого толку не было никакого, когда ей казалось, что родная семья в лице Питера ее покинула насовсем. Да и вообще, Хэппи же хороший парень. Просто очень уж внезапный, что скрывать.

Он просит еще лазанью, спрашивает у Питера, хорошо ли добралась Тея и что там с малым. Питер отвечает через раз.

— Майлз в порядке, да. Он дома сейчас, с родителями.

— Это правильно, — поддакивает Мэй. — Бедный мальчик, столько всего натерпелся! Настоящий храбрый герой.

Да, верно. Храбрый и безрассудный. Совсем, как Питер.

Он опрокидывает в себя бокал вина и просит еще, не замечая, как переглядываются с беспокойством Мэй и Хэппи. Ноющее чувство в груди скребется, подобно зверю, и просит выхода, и Питер пока не знает, когда сможет избавиться от него и оставит ли оно его окончательно. Какой позорный страх — одиночества. Какой позорный для героя, спасшего вселенную не один раз.

Если бы он не был сейчас так рассеян и погружен в себя, то услышал бы приближающиеся к двери квартиры Мэй шаги, торопливые и неуверенные. Но он поднимает глаза от стола уже в тот момент, когда в дверь звонят.

— Кто бы это мог… — удивляется тетя и идет открыть незваным гостям. И тогда Питер слышит ее удивленное и радостное:

— Тея? О, боги, Тея, солнышко!

Питер соскальзывает со стула с мыслью, что ему послышалось что-то не то — пора лечиться, Паркер! — но заворачивает в коридор и видит обнимающихся Тею и Мэй. Тетя почти плачет от счастья.

— Детка, я так соскучилась! Я так рада, что с тобой все в порядке! Посмотри-ка на себя, ничуть не изменилась, ох, подумать только! Питер сказал, ты сейчас дома, что же ты здесь?..

Тея отвечает очень тихо, и Питер почти не слышит ее из-за бухающего в груди сердца.

— Не могу так, без него трудно, я родителей попросила, они поймут, но я просто… мне…

Она замечает Питера за плечом Мэй и мгновенно вспыхивает.

— Я тебе жучок прицепила, — говорит девушка. — Он в твоем кимойо, меня Шури давно научила. Питер, прости.

— Ох, глупая!..

Мэй отпрыгивает и ойкает, когда Питер резко шагает к Тее и заключает ее в крепкие объятия, и дрожит всем телом, отпуская подкрадывающийся к горлу испуг. Тея, Тея, Тея…

— Твоя мама попросила об одолжении, я не мог ей отказать, — шепчет Питер куда-то в шею девушки. Она быстро-быстро кивает, не разжимая рук, обхватив его за плечи, зарываясь пальцами в волосы на затылке.

— Знаю, но я не могу сейчас тебя оставить, задыхаться начинаю, так сложно. Они меня возненавидят, я пообещала, что завтра с утра же домой явлюсь, с тобой вместе приду, Питер, можно?

Можно. Все, что угодно. Как угодно. Когда угодно.

— Спасибо, — выдыхает он. — Я бы не справился.

— Я тоже, — шепчет Тея.

Она тоже, представляешь, парень. Питер вдыхает аромат, исходящий от ее кожи, и медленно расслабляется. Вот теперь он сможет уснуть спокойно.

Они с Теей стоят так с минуту, пока девушка неожиданно не охает.

— Хэппи?

— Привет, маленькая заноза, — смущенно отвечает Хэппи Хоган. — Рад тебя видеть.

И Тея вдруг смешно фыркает и, оторвавшись от Питера, качает головой.

— А я-то думала, меня после Гарри Озборна уже ничем не удивить! Расскажите мне все!

Она идет на кухню следом за веселой Мэй и краснеющим Хэппи Хоганом и ведет Питера за руку.В этот момент Паркер думает, что никуда не отпустит эту девчонку. Они ведь уже взрослые, верно? Они могут жить сами.

Это будет непросто. Поборол Таноса и суверенов? Ох, парень… Попробуй-ка теперь одолеть ревнивых родителей самой лучшей девушки на Земле.

========== Эпилог ==========

На Нью-Йорк медленно опускается закатное солнце. Метеорологи обещали похолодание, но начало октября выдалось теплым, мягким. Сложно было игнорировать такую погоду.

Питер ждет Тею на углу Таймс-сквер с видом сверху. Сидит, качая ногой, на каменной львиной голове с разинутой пастью, и жует сэндвич с тунцом. Опять холопеньо. Когда-нибудь Кирк научится использовать поменьше перца в своих блюдах.

Позади него люк распахивается с металлическим визгом, и на крыше появляется взъерошенная Амидала.

— Прости, задержалась! — запыхается она. Питер вскакивает, подает ей руку.

— Ничего, я только пришел.

Тея запинается ногой за крышку люка, ойкает и падает вперед на Питера. Вдвоем они валятся на теплую плиту крыши и смеются и кашляют от неожиданности.

Кое-как справившись с собственными руками и ногами, обменявшись крепким поцелуем — Питер прижимается к губам девушки и чувствует, как она улыбается, и проводит языком прямо по ее зубам, и как же упоительно целовать ее на крыше небоскреба в окружении солнца и прохладного ветра, — они садятся на голову льву. Тея доедает сэндвич Паркера.

— Какой план на сегодня? Я перенесла практику на вторник — но только в этот раз, Питер, потому что ты сказал, что это важно. Второй раз мисс Палмер мне этого не позволит!

— Хорошо-хорошо, — кивает Питер и вскидывает вверх обе руки. — Но я обещаю, тебе понравится.

Тея щурится — и не от бьющего в глаза солнца.

— Ну что там? Ты всю неделю мудришь!

Конечно. Договориться о встрече со скрытным возможным беглым преступником государственного масштаба — задача не из легких. Питер месяц убил на то, чтобы выйти на него и объясниться.

— Я не знаю, говорил ли с тобой Майлз, — начинает издалека Питер, — я, вообще-то, просил его молчать, но от этого пацана ожидать можно чего угодно. Ладно-ладно, — смеется он, замечая выражение лица Теи. — Я просто хотел, чтобы ты узнала это от меня. Ну или от него.

— От кого? Что узнала? Питер, честное слово, я просто тебя покол…

— Я нашел твоего тренера.

Тея замирает с открытым ртом.

— Ты — что?

— Нашел Фрэнка Касла.

Его никто не видел с тех пор, как он помог засадить за решетку Хамелеона и Мистерио — с момента его последнего сообщения Питеру прошла целая вечность, и никакие его сообщники и друзья не знали, где его искать. Питер понимал с самого начала, что это будет непросто, и если сам Касл не захочет встретиться, никакой человек-паук его не разыщет.

Но Тея Амидала — его любимая ученица. Он не мог проигнорировать настойчивые просьбы Паркера.

— Он попросил оставаться на этой крыше. Говорит, найдет нас ближе к ночи.

Тея зажимает рот руками и почти плачет.

— Питер…

Он улыбается, хмурится, трет шею. Тее важно увидеться с ним. Тее он важен. Не мог же Питер не замечать, какими словами она вспоминает своего любимого тренера, который, к тому же, так сильно помог в ее возвращении.

— Ну, а пока его нет… — Паркер чуть усмехается. Только бы она не отколошматила его за такие идеи, прошло ведь уже достаточно времени, правда же?

— Что?

— Полетаем немного?

— О, нет…

— Всего чуть-чуть, над Гудзоном круг и обратно, честно!

— Но я не…

— Не готова? Я подстрахую, ты же знаешь!

Уговаривать ее долго не приходится — Тея невольно улыбается, прячет эмоции, как может, но Питер раскалывает ее на раз-два: ей тоже уже жутко интересно, на что она способна и как работают ее силы теперь. Они пробовали что-то на заднем дворе у Теи, потом в спортзале несколькими бессонными ночами, на съемной квартире Питера, куда Тея почти перебралась (осталось только перевести эти талмуды по медицине, которые ей снова нужны на первом курсе универа).

Странно, что не пришлось ссориться с родителями Амидалы: Питер поговорил с отцом Теи, запинаясь и путаясь в словах, с мамой Теи, уже увереннее и четче — и они ее отпустили. Тее все еще нужно появляться дома два раза в неделю (в такие дни Питер пробирается в ее комнату перед сном, и наутро сбегает).

— Черт с тобой, Питер Паркер! — восклицает девушка. — Только давай без фокусов, идет? Иначе я…

— Да-да, покалечишь меня по самое не хочу, — Питер закатывает глаза и фыркает.

— Не-а, — морщится Тея. — Придумаю что-то посерьезнее.

Все, что угодно, кроме расставания. Питер не говорит этого вслух, но имеет в виду всякий раз, как они начинают спорить. Все, что угодно, кроме одиночества.

Он почти избавился от этого противного ужасного чувства и почти научился жить прежней жизнью, но, кажется, на то, чтобы полностью излечить себя от неврозов, уйдет не один год. Это ничего, говорит Тея. Главное, что они будут вместе и со всем справятся.

— Поедем в выходные к Старкам? — спрашивает Питер, подавая Тее руку перед самым полетом. — Тони звал понянчиться с Эдом.

Тея закатывает глаза. Да-да, Питер любит этого ребенка больше всех на свете и даже больше Кирка (о чем последнему никто и никогда не скажет), но что он может с собой поделать. Его крестник — самый шумный, самый проказливый и самый беспокойный мальчик во вселенной, но как его не любить? Тем более, когда он носит имя в честь Питера.

— Нет, все-таки Эдвард Питер Старк — странное имя, — усмехается Тея, прижимаясь к боку Паркера, одетого в вибраниумный костюм человека-паука.

— Эй! Ты просто завидуешь, что его второе имя не Теодор.

— Нет уж, — смеется девушка. — Теодор — еще более странное имя! Никогда бы своего сына так не назвала.

Питер вздыхает. А как бы назвала?.. Рано об этом думать, да и не хочется ему стать отцом в ранние годы, но каждый раз при встрече с крестником-Старком он невольно задумывается. А каким бы отцом был он. А какой была бы его семья с Теей. А как бы они смотрелись. Как бы вели себя.

Когда-нибудь.

Когда-нибудь он спросит об этом у Теи, задаст серьезный вопрос. И, наверное, тогда она ответит согласием.

В конце концов, она ведь его любит, правда?

— Эй, — зовет Тея. Питер вздрагивает и вываливается из своих мыслей в реальный мир, где его ждет любимая девушка. — Полетели уже, орел. Нам к ночи нужно вернуться сюда, Фрэнк Касл ждать не станет.

Питер прижимает Тею к себе, целует в лоб и, вздохнув, срывается с головы льва в пропасть над городом.

Ах, да. Он забыла предупредить Амидалу: на Гудзонском мосту их будет ждать Майлз с новым заданием от Стрэнджа…

THE END.

Человек-паук и Шаровая молния вернутся в бонусных главах.

…и в продолжении